<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
<description>
  <title-info>
    <genre>adv_maritime</genre>
    <genre>adventure</genre>
    <genre>prose_classic</genre>
    <author>
      <first-name>Джек</first-name>
      <last-name>Лондон</last-name>
    </author>
    <book-title>Весь Джек Лондон в одном томе</book-title>
    <annotation>
      <p>Полное собрание сочинений Джека Лондона в одной электронной книге. Однотомник создан на базе собрания сочинений в 14-ти томах (fb2, издание 1961 г.), все тексты и иллюстрации (117 шт.) сохранены без изменений. Добавлены отсутствующие в этом собрании, в том числе малоизвестные, произведения. Всё упорядочено по главам: «Романы», «Повести», «Рассказы» и т. д.. Переводчики указаны в конце каждого произведения.</p>
      <empty-line/>
      <p>Сборка: <a l:href="https://www.youtube.com/diximir/videos">Diximir</a> (YouTube) V 4.0</p>
      <empty-line/>
    </annotation>
    <keywords>diximir</keywords>
    <date/>
    <coverpage>
      <image l:href="#cover.jpg"/>
    </coverpage>
    <lang>ru</lang>
    <src-lang>en</src-lang>
    <translator>
      <first-name></first-name>
      <last-name>Перевод коллективный</last-name>
    </translator>
    <sequence name="Абсолют" number="20"/>
  </title-info>
  <document-info>
    <author>
      <first-name>Diximir</first-name>
      <last-name/>
      <home-page>https://boosty.to/diximir/</home-page>
    </author>
    <program-used>FictionBook Editor Release 2.6.6</program-used>
    <date value="2021-01-12">12 January 2021</date>
    <id>1FCCB4AD-8AD2-4D7D-ACCB-A1FEE8C44BD1</id>
    <version>4.0</version>
  </document-info>
  <publish-info>
    <book-name>Весь Джек Лондон в одном томе</book-name>
    <publisher>Интернет-издание (компиляция)</publisher>
    <year>2021</year>
    <sequence name="Серия супер-крупных книг «Diximir»" number="20"/>
  </publish-info>
</description>
<body>
  <title>
   <p>Весь</p>
   <p>Джек Лондон</p>
   <p>(в одном томе)</p>
   <empty-line/>
  </title>
  <section>
   <title>
    <p>ПОВЕСТИ</p>
    <empty-line/>
   </title>
   <section>
    <title>
     <p>Путешествие на «Ослепительном»</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Часть первая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава I</p>
       <p>Брат и сестра</p>
      </title>
      <p>Залитый солнцем песчаный берег Тихого океана, шумевшего прибоем гигантских валов, остался у них позади. Выбежав на дорогу, они вскочили на свои велосипеды, сразу дали быстрый ход и вскоре окунулись в зеленые аллеи загородного парка.</p>
      <p>Их было трое — трое мальчишек-подростков в ярких свитерах. Они покатили по велосипедной дорожке с таким шиком, как обыкновенно любят ездить все мальчишки в ярких свитерах, рискуя ежеминутно переступить черту дозволенной скорости. Пожалуй, можно было сказать, что они уже и переступили эту черту. Так думал и конный полисмен, следивший за порядком в парке, но он не был полностью в этом уверен и потому ограничился лишь предостережением, брошенным вдогонку, когда они пролетали мимо. Предостережение в первую минуту подействовало, но, как всегда водится у мальчишек в ярких свитерах, было мгновенно забыто ими на ближайшем же повороте дорожки.</p>
      <p>Стрелою вылетев из ворот Гольдонгэтского парка, они повернули в сторону Сан-Франциско и так отчаянно понеслись под гору, что встречные пешеходы оборачивались и некоторое время с тревогой глядели им вслед. По городским улицам яркие свитеры неслись, сворачивая то влево, то вправо, чтобы избежать крутых подъемов, а когда крутой пригорок объехать было нельзя, они пускались наперегонки: кто первый взлетит наверх.</p>
      <p>Того, который мчался впереди и был инициатором состязаний на подъемах, товарищи называли Джо. Они играли в игру «следуй за вожаком», и Джо, самый смелый и самый веселый мальчик из этой компании, был вожаком. Впрочем, когда они въехали в Западное предместье и помчались мимо огромных богатых особняков, смех Джо стал уже не таким громким, раздавался все реже, и он как-то невольно стал держаться позади товарищей. На перекрестке улиц Лагуна и Валлей товарищи Джо свернули вправо.</p>
      <p>— До свиданья, Фред! — крикнул Джо, поворачивая руль налево. — Всего хорошего, Чарли!</p>
      <p>— Вечером увидимся! — крикнули они в ответ.</p>
      <p>— Нет, я не приду.</p>
      <p>— Непременно приходи! — просили его товарищи.</p>
      <p>— Нет, нет! Мне надо зубрить! До свиданья!</p>
      <p>Когда он остался один, лицо его стало серьезно, а глаза затуманились какой-то неопределенной тревогой. Он принялся насвистывать самым решительным образом, но свист его постепенно замирал, стал еле слышным и оборвался окончательно, когда он подъехал к большому двухэтажному дому.</p>
      <p>— Джо, это ты?</p>
      <p>Джо остановился в нерешительности перед дверью, ведущей в библиотеку. Он знал, что Бесси там; она старательно готовит уроки, наверное, уже заканчивает их; она всегда управляется до обеда, а скоро уже обед.</p>
      <p>Он же до своих уроков еще не дотрагивался! Все это раздосадовало его.</p>
      <p>Подумать только, сестренка на два года моложе, а в одном классе с ним; мало того, учится куда лучше, чем он, и эта мысль была для него просто невыносима. Не то чтобы он был так уж туп. Он отлично знает, что он не туп. Но все как-то выходит — и неизвестно почему, — что мысли его вечно отвлекаются в сторону, и он почти никогда не успевает приготовить уроки.</p>
      <p>— Джо, да войди же сюда, пожалуйста! — Едва слышная жалобная нотка прозвучала на этот раз в голосе Бесси.</p>
      <p>— Ну, чего тебе надо? — сказал он, порывисто отодвигая портьеру.</p>
      <p>Он произнес эти слова довольно грубо, но сразу же пожалел об этом, взглянув на маленькую, тоненькую девочку, смотревшую на него печальными глазами из-за громадного письменного стола, заваленного книгами. Она сидела с карандашом и тетрадкой в руках, съежившись в огромном кресле, в котором совершенно терялась ее хрупкая фигурка.</p>
      <p>— Ну что, сестричка? — спросил он более мягким тоном, подходя к ней.</p>
      <p>Она схватила его руку, прижала к своей щеке и прильнула к нему.</p>
      <p>— Что с тобой, милый Джо? — спросила она шепотом. — Скажи мне, пожалуйста.</p>
      <p>Он ничего не ответил. Смешно, в самом деле, исповедоваться перед маленькой сестренкой, хотя бы у нее отметки и были лучше, чем у него. Ему казалось смешным и то, что эта маленькая девочка серьезно добивается узнать, что у него на душе.</p>
      <p>«Однако какая нежная у нее щечка! — думал он в то время, когда она, ласкаясь, водила щекой по его руке. — А все-таки как бы поскорее высвободить руку и покончить со всеми этими глупостями! Только бы не обидеть ее, — ведь он хорошо знает по опыту, как легко обижаются девочки».</p>
      <p>Она разогнула его сжатые пальцы и поцеловала в ладонь. Точно розовый лепесток упал ему в руку. Этим поцелуем Бесси давала понять, что настаивает на своем вопросе.</p>
      <p>— Со мной ровно ничего, — решительно объявил он. И затем, казалось бы, ни с того ни с сего, вдруг добавил: — Отец!.. — Его тревога отразилась теперь в ее глазах.</p>
      <p>— Но ведь папа такой добрый, такой хороший, Джо, — пролепетала она. — Почему ты не слушаешься его? Ведь он не много от тебя требует, а если и требует, то ради твоей же собственной пользы. Ведь ты гораздо умнее других мальчиков. Если бы ты занялся уроками, хоть чуточку!</p>
      <p>— Вот, вот! Пошли нравоучения! — вспыхнул он, выдергивая руку. — Теперь и ты еще будешь мне читать нотации? Скоро очередь дойдет до повара и конюха.</p>
      <p>Он засунул руки в карманы и мысленно представил себе безотрадное, мрачное будущее, с бесконечными выговорами от бесчисленных наставников.</p>
      <p>— Ты за этим звала меня? — спросил он, поворачиваясь к выходу.</p>
      <p>Она снова схватила его за руку.</p>
      <p>— Нет, нет, не за этим; но мне показалось, что тебя тревожит что-то, и я подумала… я… — Голосок ее оборвался, и она, немного помолчав, добавила: — Я хотела сказать тебе, что мы собираемся на прогулку в Окленд, в горы, по ту сторону залива, в эту субботу.</p>
      <p>— Кто это «мы»?</p>
      <p>— Мартель Хэйс…</p>
      <p>— А, эта мямля! — перебил он.</p>
      <p>— Она вовсе не мямля! — с жаром возразила Бесси. — Она самая милая девочка из всех, кого я знаю.</p>
      <p>— Не очень убедительный довод, принимая во внимание круг твоих знакомых девочек… Дальше. Кто там еще?</p>
      <p>— Пирль Сэйтер и ее сестра Элис, и Джесси Хильбон, и Сэди Френч, и Эдна Кродерс. Вот и все девочки.</p>
      <p>Джо презрительно фыркнул.</p>
      <p>— А кто из мальчиков?</p>
      <p>— Морис и Феликс Клемент, Дик Скофильд, Бэрт Лейтон и…</p>
      <p>— Довольно с меня и этих. Все до одного — кисейные барышни!</p>
      <p>— Я… я хотела пригласить тебя, Фреда и Чарли, — сказала она дрожащим голосом. — Я затем и позвала тебя, чтобы пригласить всех вас…</p>
      <p>— А что вы там собираетесь делать?</p>
      <p>— Погулять, нарвать полевых цветов — дикие маки уже в цвету, — потом закусить где-нибудь на красивой лужайке… и… и…</p>
      <p>— И вернуться домой, — договорил он.</p>
      <p>Бесси кивнула. Джо снова засунул руки в карманы и зашагал взад и вперед по комнате.</p>
      <p>— Компания девчонок, — сказал он резко, — и их планы! Нет, это не по мне.</p>
      <p>Она закусила дрожащие губы и, стараясь не расплакаться, спросила:</p>
      <p>— А ты бы что хотел?</p>
      <p>— Я бы лучше с Фредом и Чарли отправился куда-нибудь и сделал бы что-нибудь, ну, что-нибудь такое…</p>
      <p>Он замолчал и посмотрел на неё. Бесси терпеливо ждала, что он скажет дальше. Но Джо ощущал полнейшее бессилие выразить словами обуревавшие его чувства и стремления; все его тревоги и неудовлетворенность вообще поднялись в нем и охватили все его существо.</p>
      <p>— О, ты не можешь меня понять! — сказал он горячо. — Ты не можешь меня понять! Ты — девочка. Ты любишь опрятность и аккуратность, похвальное поведение и круглые пятерки. Тебя не манят опасные приключения и все такое… Тебе не нравятся живые и смелые мальчики; они тебе кажутся грубыми, неотесанными; тебе нравятся прилизанные мямли в белых воротничках и чистеньких костюмчиках, которые специально остаются в классе на большой перемене, чтобы учительница погладила их по головке и похвалила за то, что они хорошо учатся. Милые мальчики, у которых никогда не бывает никаких неприятностей; они мечтают только о приятных прогулках с букетиками и закусочками в обществе таких же миленьких девочек. О, я прекрасно знаю таких паинек, они боятся собственной тени, и в них не больше храбрости, чем в любой овце. И действительно — это овцы! Ну, а я тебе не овечка, вот и все! И на пикник ваш я ехать не хочу и не поеду!</p>
      <p>Темные глазки Бесси наполнились слезами, губы задрожали. Это еще больше раздражило его. Что за несносные создания — эти упрямые девчонки! Вечно дуются, вечно хнычут, вечно суются не в свое дело. У них положительно чего-то не хватает.</p>
      <p>— Слова нельзя сказать, чтобы ты не заревела, — сказал он примирительно. — Я же ничего не сказал обидного, сестричка. Право, ничего. Я…</p>
      <p>Он растерянно остановился и взглянул на нее. Она всхлипывала и вздрагивала, готовая разрыдаться. Крупные слезы текли у нее по щекам.</p>
      <p>— Ох, уж мне эти девчонки! — сказал он с сердцем и решительно вышел из комнаты.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава II</p>
       <p>«Реформы Дракона»</p>
      </title>
      <p>Через несколько минут Джо, все еще раздраженный, вошел в столовую. Он упорно молчал за столом, хотя отец, мать и Бесси вели оживленный разговор. Свирепо уткнувшись в тарелку, Джо думал: «Вот мы какие! Разливаемся, плачем, а минуту спустя улыбаемся и хохочем. Наш брат этого не понимает. Будьте уверены, что если бы нас что-нибудь могло довести до слез, то мы несколько суток ходили бы как повешенные. Все девчонки притворщицы, такая уж у них повадка. Они не чувствуют и сотой доли того, о чем говорят, когда плачут. Разумеется, нет. Должно быть, они хнычут так часто потому, что им это нравится. Они любят терзать людей, особенно нас, ребят. Потому-то они и вмешиваются в наши дела».</p>
      <p>Предаваясь глубокомысленным размышлениям, он в то же время с аппетитом ел и отдал должную дань всем блюдам, ибо, согласитесь сами, трудно не почувствовать здорового аппетита, промчавшись на велосипеде от Клиф-Хауза до Западного предместья через весь загородный парк.</p>
      <p>Отец по временам искоса поглядывал на сына. Джо этого не замечал, но Бесси хорошо это видела. Мистер Бронсон — человек средних лет — был хорошо скроен и крепко сшит, несколько, правда, тяжеловат, но не тучен. У него было энергичное угловатое лицо с квадратным подбородком и резкими чертами, но веселые глаза светились мягко, а складки у рта выражали не суровость, а скорее склонность к юмору.</p>
      <p>Поразительное сходство между отцом и сыном бросалось в глаза. У обоих был широкий лоб и выдающийся подбородок, а глаза, несмотря на разницу лет, были сходны, как две пары горошин, вынутых из одного и того же стручка.</p>
      <p>— Как твои дела, Джо? — спросил мистер Бронсон своего сына в конце обеда.</p>
      <p>Со стола уже убирали, и все собирались встать.</p>
      <p>— Не знаю, — беспечно ответил Джо и потом прибавил: — У нас завтра экзамены, тогда будет видно.</p>
      <p>— Куда теперь направляешься? — спросила мать, когда он повернулся к дверям.</p>
      <p>Это была высокая, стройная женщина с карими глазами, как у Бесси, и с такими же, как у нее, мягкими движениями.</p>
      <p>— Иду в свою комнату, — ответил Джо. — Заниматься, — добавил он.</p>
      <p>Мать нежно провела рукой по его волосам, наклонилась к нему и поцеловала. Мистер Бронсон улыбнулся поощрительно ему вслед, и Джо взбежал по лестнице на верхний этаж с твердым решением погрузиться с головой в книжку и сдать завтрашний экзамен во что бы то ни стало.</p>
      <p>Войдя в свою комнату, он запер дверь, уселся за свой удобный письменный стол и окинул взглядом разложенные на столе учебники.</p>
      <p>Он решил начать с истории, так как экзамены должны были начаться с нее. Он раскрыл книгу на загнутой странице и начал читать:</p>
      <p>— «Вскоре после введения реформ Дракона между Афинами и Мегарой разгорелась война из-за острова Саламина, на который оба города заявляли свои права».</p>
      <p>Ну, это запомнить нетрудно. Но что из себя представляли эти реформы Дракона? Надо их повторить.</p>
      <p>Он снова погрузился в книгу, пробегая глазами пройденные страницы, но тут взор его, оторвавшись от книги, упал на принадлежности для игры в бейсбол, лежавшие на стуле, — на металлическую сетчатую маску и перчатку.</p>
      <p>«Мы бы ни за что не проиграли игру на прошлой неделе, если бы Фред не промахнулся. Он какой-то разиня! Правда, ему ничего не стоит поймать сотню трудных мячей один за другим, но в решительную минуту он всегда растеряется из-за сущего пустяка. Надо было выпустить его в поле, а у первой базы поставить Джонса. Только Джонс чересчур горячится. Он поймает любой мяч, как бы это ни было трудно, но никогда не угадаешь, что он будет делать с мячом дальше».</p>
      <p>Джо, вздрогнув, вдруг очнулся от раздумий.</p>
      <p>— Нечего сказать, так выучишь историю! — Он снова углубился в книгу:</p>
      <p>— «Вскоре после введения реформ Дракона…»</p>
      <p>Три раза прочитав эту фразу, он вспомнил наконец, что не прочитал еще ничего о самих реформах Дракона.</p>
      <p>В дверь постучали. Он яростно стал перелистывать страницы, не обращая внимания на стук.</p>
      <p>Стук назойливо повторился, и из-за двери донесся тоненький голосок Бесси:</p>
      <p>— Джо, дорогой!</p>
      <p>— Чего тебе? — спросил он и, не дожидаясь ответа, прибавил: — Нельзя. Я занят!</p>
      <p>— Я пришла узнать, не могу ли я помочь тебе, — сказала она. — Я уже все сделала и думала…</p>
      <p>— Ну, разумеется, ты уже все сделала! — проворчал он. — Ты всегда все успеваешь сделать!</p>
      <p>Джо схватился обеими руками за голову, чтобы не отрывать глаз от книги. Но эта маска для бейсбола не давала ему покоя. Чем больше он старался вникнуть в историю, тем назойливее лезла в голову мысль о лежащей на стуле маске и о всех тех играх, в которых она принимала участие.</p>
      <p>— Нет, так дело не пойдет!</p>
      <p>Он перевернул открытый учебник, положил его на стол вверх корешком и подошел к стулу. Схватив маску и перчатку, он швырнул их под кровать с такой силой, что маска отскочила от стены.</p>
      <p>— «Вскоре после введения реформ Дракона между Афинами и Мегарой разгорелась война…»</p>
      <p>«Маска отлетела от стены, — подумал Джо. — Интересно, далеко ли она отлетела. Может, ее видно? Нет, он не будет смотреть. Какое ему до этого дело? Ведь это же не история. А все-таки…»</p>
      <p>Джо взглянул поверх книжки и увидел маску, которая высунулась наполовину из-под кровати. Так этого оставить нельзя. Пока эта маска торчит перед глазами, он не может заниматься.</p>
      <p>Он встал, вытащил ее из-под кровати, торжественно пронес через комнату, подошел к стенному шкафу, сунул ее туда и запер дверцы. Теперь с ней покончено. Можно будет позаниматься.</p>
      <p>Он снова уселся за книжку.</p>
      <p>— «Вскоре после введения реформ Дракона между Афинами и Мегарой разгорелась война из-за острова Саламина, на который оба города заявляли свои права…»</p>
      <p>Все бы это хорошо, если бы только знать, в чем состояли эти реформы Дракона. Слабый отблеск заката проник в комнату. Откуда этот отблеск? Джо выглянул в окно. Заходящее солнце окрашивало длинными косыми лучами низкие, легкие облака, игравшие теплыми пурпурными тонами. Красноватый отблеск падал на землю.</p>
      <p>Джо перевел глаза с облаков вниз на бухту. Ветер с моря затих с наступлением вечера, и неподалеку от форта Пойнт какая-то запоздавшая рыбачья лодка тихо входила в порт, пользуясь последними вздохами ветерка. Немного дальше буксирное судно, выпуская клубы дыма, выводило в море трехмачтовую шхуну. Взор Джо обратился к видневшемуся вдали берегу округа Марин. Линия берега уже стушевалась в надвигавшейся темноте, и длинные тени ползли вверх по холмам на гору Тамальпэс, четко вырисовывавшуюся на фоне заката.</p>
      <p>О, если бы он, Джо Бронсон, плыл на этой рыбачьей лодке с богатым морским уловом! Или на этой шхуне, направляющейся прямо в сторону заходящего солнца в неведомые страны! Вот это жизнь, вот это — дело! Быть чем-нибудь на этом свете. А он торчит в душной комнате и забивает себе голову рассказами о людях, исчезнувших с лица земли за тысячи лет до его рождения.</p>
      <p>Джо рванулся прочь от окна, будто вырываясь из каких-то цепких рук, удерживавших его там, решительно понес свой стул вместе с книгой в самый дальний угол комнаты и уселся спиной к окну.</p>
      <p>Но спустя минуту — так ему показалось — он очутился снова у окна, предаваясь сладким мечтам. Он и сам не знал, как это вышло. Последнее, что он помнил, был подзаголовок «Реформы Дракона и его конституция», который он нашел наконец где-то там, на правой странице учебника, и затем, очевидно, как лунатик, который бродит во сне и ничего об этом не помнит, он подошел к окну. Неизвестно, сколько времени он простоял тут. Рыбачья лодка, которую он сначала заметил у форта Пойнт, теперь уже доползла до верфи Мейгса. Отсюда можно заключить, что времени с тех пор прошло не менее часа.</p>
      <p>Солнце давно уже закатилось; торжественные сумерки упали на океан, и над гребнем Тамальпэса заблистали первые бледные звездочки.</p>
      <p>Джо вздохнул, отвернулся и побрел было в свой угол, как вдруг услыхал долгий, пронзительный свист. Это Фред! Джо снова вздохнул. Свист повторился. Затем к нему присоединился новый свист. Это Чарли!</p>
      <p>Они поджидают его за углом, счастливые ребята!</p>
      <p>Ну, нет, сегодня им его не дождаться! Свистки запели дуэтом. Джо тяжело вздохнул и заерзал на своем стуле. Нет, они не дождутся его сегодня, упорно твердил он себе, приподнимаясь, однако же, с места. Ему никак нельзя уйти, пока он не узнает наконец, что такое реформы Дракона. Но та самая сила, которая тянула его к окну, теперь заставила его подойти к столу, положить учебник истории поверх других учебников, отпереть дверь и выйти в переднюю. Джо сам не помнил, как он все это сделал. Он попытался вернуться, но тут ему пришло в голову, что он может выйти на самое короткое время, а потом ничто не помешает ему прийти назад и закончить свое дело. Всего на несколько минут, — давал он мысленное обещание, спускаясь с лестницы. Джо шел все быстрее и быстрее и под конец уже перепрыгивал через две ступеньки на третью. Кое-как надев впопыхах кепку, он стремглав вылетел через боковую дверь. И, прежде чем он добежал до угла, все реформы Дракона провалились куда-то в далекое прошлое вместе с самим Драконом, а предстоящие завтра экзамены отодвинулись так же далеко в туманное будущее.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава III</p>
       <p>Красный, Бурый и Рыжий</p>
      </title>
      <p>— Что вы затеваете? — спросил Джо у Фреда и Чарли.</p>
      <p>— Будем пускать воздушных змеев, — ответил Чарли. — Идем скорее, нам надоело тебя дожидаться.</p>
      <p>Все трое пошли по улице в ту сторону, где холм круто обрывался вниз и откуда видно было как на ладони всю Юнион-стрит, расстилавшуюся далеко под ними. Этот квартал назывался у них Преисподней, и такое название как нельзя более подходило к нему; самих же себя они прозвали Горцами.</p>
      <p>Спуск Горцев в Преисподнюю считался у них предприятием весьма смелым.</p>
      <p>Пускание змеев по всем правилам науки составляло любимое занятие трех удалых Горцев. Им ничего не стоило запустить в облака сразу шесть или восемь змеев на бечевке длиною с целую милю. Однако им часто приходилось пополнять свой запас змеев, потому что когда, случалось, оборвется бечевка, или свихнется и заковыляет какой-нибудь змей, волоча за собою все остальные, или внезапно затихнет ветер, то змеи их падали в Преисподнюю, а оттуда уж их возвратить было нельзя нипочем: там, внизу, жили юные пираты и разбойники, принадлежащие к такому племени, которое отличалось весьма своеобразными понятиями о праве собственности.</p>
      <p>Каждый раз после аварии какого-нибудь змея, запущенного Горцами, на следующий день можно было видеть, как этот же самый змей взвивался на бечевке, ведущей прямо к жилищу кого-либо из обитателей Преисподней. И обитатели Преисподней, которые были людьми бедными и были лишены возможности овладеть всеми правилами науки запуска змея, стали обнаруживать большие успехи в искусстве управления ими с тех пор, как этим делом начали заниматься их соседи Горцы.</p>
      <p>Забава Горцев доставляла также немалую выгоду одному старому инвалиду-матросу, который умел чрезвычайно искусно мастерить отличные змеи благодаря своим познаниям по части воздушных течений и парусов. Он жил в ветхой лачуге возле самого берега, откуда мог следить своими тусклыми, старческими глазами за приливом и отливом, за прибывающими и удаляющимися судами, припоминая минувшее время, когда он сам плавал на корабле.</p>
      <p>Добраться до его лачуги можно было, только спустившись в Преисподнюю, куда и направились наши три молодца. Они часто ходили туда днем за змеями, но сегодня в первый раз отважились идти вечером, считая такое путешествие — и не без основания — весьма рискованным.</p>
      <p>Преисподняя представляла собою не что иное, как тесный квартал городской бедноты, в котором ютилось самое пестрое, разноплеменное население, жившее в нищете, бог весть чем и копошившееся в непроходимой грязи. Было еще не поздно, когда мальчики пробирались через этот квартал к своему поставщику-инвалиду. С ними не приключилось никаких неприятностей, и они шли, не обращая внимания на вызывающие позы и отпускаемые по их адресу насмешливые словечки попадавшихся навстречу уличных мальчишек.</p>
      <p>Отставной моряк делал такие змеи, которые не только превосходно летали, но были вдобавок складными, и их можно было весьма удобно носить с собой.</p>
      <p>Мальчики накупили целую кучу складных змеев. Каждый из них завернул свою покупку особо. Затем свертки были крепко стянуты бечевками Взяв свои покупки под мышку, они тронулись в обратный путь.</p>
      <p>— Берегитесь здешних ребят, — посоветовал им старый матрос на прощание, — смотрите в оба; их у нас тут немало под вечер шатается по улицам.</p>
      <p>— Мы не боимся! — ответил Чарли. — Коли надо, постоим за себя.</p>
      <p>Привыкшие к просторным и тихим улицам верхней части города, путники наши были оглушены и смущены гвалтом этого тесного и смрадного человеческого муравейника Им казалось, что они пробираются через какие-то чудовищные густые заросли. Они шли все рядом, плечо к плечу, в лабиринте узких улочек, как бы защищая друг друга и сторонясь этой чуждой им, дикой среды. То и дело натыкались они на детей, которые шныряли повсюду и попадались им под ноги. Простоволосые, нечесаные женщины перекликались между собой, сидя на своих крылечках, или сновали взад и вперед, неся в руках свои скудные покупки. Воздух был насыщен тяжелым запахом рыбы и гнилых овощей. Дюжие мужчины, сутулясь, неуклюжей походкой проходили мимо, и среди всей этой суматохи и толкотни осторожно пробирались тщедушные оборванные девочки с ведрами пенящегося пива в руках. Слышался громкий разноязычный говор, резкие выкрики, брань. Квартал этот гудел, как огромный человеческий улей, каковым он и был в действительности.</p>
      <p>— Фу! Скорее бы выбраться отсюда, — сказал Фред.</p>
      <p>Он произнес это шепотом; Джо и Чарли только кивнули в ответ. Им было не до разговоров, и они прибавили шагу, насколько позволяла толпа, испытывая состояние, знакомое путешественникам, заблудившимся в опасных и диких местах.</p>
      <p>И на самом деле все кругом дышало враждебностью. По-видимому, обитателей квартала раздражало присутствие этих чистеньких мальчиков из аристократической части города. Их то и дело задирали маленькие ребятишки, скалившие зубы с напускной, храбростью и готовые обратиться в бегство при малейшем намеке на потасовку. А другие мальчуганы шли за ними шумной свитой, становясь смелее по мере того, как число их увеличивалось.</p>
      <p>— Не связывайтесь, пожалуйста, с ними, — уговаривал товарищей Джо. — Не обращайте на них никакого внимания. Мы скоро выберемся отсюда.</p>
      <p>— Как бы не так! — глухо промолвил Фред. — Погляди-ка сюда, мы попались.</p>
      <p>На перекрестке, к которому они подходили, стояли четыре или пять подростков примерно одного с ними возраста. На эту группу падал свет от уличного фонаря. У одного из мальчуганов из-под шапки выбивались кирпично-красные кудри. Очевидно, это был Симпсон Красный, атаман прославленной шайки, неоднократно уже врывавшейся к ним на Гору и наводившей панику на юных джентльменов, которые моментально рассыпались по домам, в то. время как их перепуганные папаши и мамаши бросались к телефонам звонить в полицию.</p>
      <p>При виде этой компании ребятишки гнавшиеся за Горцами по пятам, задали стрекача — обстоятельство малоуспокоительное само по себе, — но друзья наши продолжали храбро идти вперед.</p>
      <p>Рыжий мальчуган отделился от группы и загородил им дорогу. Они попробовали обойти его, но он вытянул руку, задержав их.</p>
      <p>— Чего вы тут шляетесь? — сердито сказал он. — Какого черта вам здесь надо?</p>
      <p>— Мы идем домой, — спокойно ответил Фред.</p>
      <p>Красный метнул глазами на Джо.</p>
      <p>— А что у тебя под мышкой? — спросил он.</p>
      <p>Джо крепился и молчал.</p>
      <p>— Идем! — дернул он за руку Фреда, стараясь прошмыгнуть мимо Красного.</p>
      <p>Но тот неожиданно ударил Джо кулаком по лицу и выдернул сверток со змеями.</p>
      <p>Джо с криком ярости набросился на обидчика, забыв всякую осторожность.</p>
      <p>Предводитель шайки никак не ожидал, что его атакуют на его собственной территории. Он отступил, крепко держа сверток и не зная, на что решиться — вступить в драку или улизнуть вместе с добычей. Желание завладеть свертком победило, и он кинулся со всех ног бежать по узкому переулку.</p>
      <p>Джо сознавал, что находится в самом сердце вражеского стана, но чувство собственности и оскорбленного достоинства толкнуло его броситься в погоню по горячему следу.</p>
      <p>Фред и Чарли побежали за Джо, который значительно опередил их, а за ними бросились остальные, давая на ходу призывные свистки, очевидно, служившие сигналом для сбора всей шайки. Скоро со всех сторон стали доноситься ответные свистки, и уже десятка два темных фигурок настигали Фреда и Чарли, которые бежали что было сил, стараясь не упустить из виду своего быстроногого товарища.</p>
      <p>Красный Симпсон подался в сторону пустыря, рассчитывая на лазейки, сбивающие с толку того, кто незнаком с местностью: на спасительные дыры в заборах и стенах, навесы, низкие крыши, проходные дворы и темные закоулки.</p>
      <p>Но Джо ухитрился догнать Красного вовремя. Они сцепились и, рухнув на землю, катались по грязи, не выпуская друг друга из цепких рук. Когда Фред, Чарли и мчавшаяся за ними банда добежали до этого места, противники уже стояли на ногах, сердито глядя друг на друга.</p>
      <p>— Чего тебе надо? — говорил Красный угрожающим голосом. — Чего тебе надо, хотел бы я знать, а?</p>
      <p>— Отдай моих змеев! — ответил Джо.</p>
      <p>Но Симпсон сам был большим любителем змеев. И сообщение, что в свертке змеи, его весьма обрадовало.</p>
      <p>— В таком случае давай драться. Кто победит — тому и змеи, — объявил он.</p>
      <p>— Почему это драться? — горячился Джо. — Они мои, и все тут. — Его негодование показывало только, что он не имел ни малейшего понятия о тех воззрениях на право собственности, которые усвоило местное население. Банда ребят, волчьей стаей столпившаяся позади своего вожака, завыла и замяукала хором.</p>
      <p>— Почему это драться? — повторил Джо.</p>
      <p>— Потому что я так хочу! — ответил Симпсон. — А что я хочу, то закон. Понял?</p>
      <p>Но Джо не понял. Он отказывался понимать, каким образом воля Красного Симпсона могла быть законом в городе Сан-Франциско или в какой-либо части этого города. Чувство чести и порядочности было в нем сильно задето, и его охватил боевой задор.</p>
      <p>— Ты мне сейчас же отдашь моих змеев, слышишь! — грозно скомандовал он, протягивая руку за свертком.</p>
      <p>Но Симпсон спрятал сверток за спину.</p>
      <p>— Да ты знаешь ли, кто я? — спросил он. — Я — Симпсон Красный, и я никому не позволю говорить со мной таким тоном!</p>
      <p>— Да отвяжись ты от него, — шепнул Чарли на ухо своему другу. — Чего горячиться из-за нескольких змеев. Плюнь на это дело. Уйдем отсюда.</p>
      <p>— Это мои змеи, — медленно сказал Джо, упрямо наклонив голову. — Это мои змеи, и я их получу обратно.</p>
      <p>— Но нельзя же тебе драться со всей этой сворой, — вмешался Фред, — даже если ты его одолеешь, они ведь все накинутся на тебя.</p>
      <p>Толпа сорванцов, наблюдавшая за этими переговорами, которые велись шепотом, истолковала их по-своему, в том смысле, что Джо испугался, и снова взвыла на все голоса.</p>
      <p>— Струсил, струсил! — завизжали и завопили эти юные головорезы. — Как же, он воспитанный! Боится изорвать костюмчик! Что скажет тогда мамаша?</p>
      <p>— Заткнитесь! — скомандовал предводитель, и шайка перестала орать.</p>
      <p>— Ты мне отдашь змеев? — решительно спросил Джо, выступая вперед.</p>
      <p>— А ты согласен драться? — ответил Симпсон вопросом на вопрос.</p>
      <p>— Я согласен, — ответил Джо.</p>
      <p>— Бой! Бой! — снова взвыла шайка.</p>
      <p>— А я буду судьей, — пробасил кто-то сзади, — извольте драться честно, по правилам.</p>
      <p>Все оглянулись на человека, который незаметно подошел к толпе ребят и выступил со своим заявлением.</p>
      <p>При свете электрического фонаря, горевшего на углу, они разглядели здорового, широкоплечего парня в рабочей одежде. Обут он был в грубые башмаки. Узкий черный ремень стягивал широкие брюки; на голове была черная, засаленная фуражка. Лицо его было запачкано угольной пылью, а из раскрытого ворота синей рубашки, сшитой из простой материи, выступала крепкая шея и мускулистая грудь.</p>
      <p>— А кто ты такой? — огрызнулся Симпсон, недовольный посторонним вмешательством.</p>
      <p>— Не твое дело! — отрезал незнакомец. — А впрочем, если вы непременно хотите это знать, я кочегар с китайского парохода, и повторяю, буду вашим судьей и буду следить за тем, чтобы вы дрались честно. Это дело мое. А ваше дело — драться, и притом честно. Ну, начинайте и не вздумайте затягивать это дело до утра.</p>
      <p>Появление кочегара ободрило трех друзей, но Симпсону и его компании пришлось не по сердцу.</p>
      <p>После непродолжительного совещания с членами своей шайки Симпсон отдал сверток одному из своих товарищей и выступил вперед.</p>
      <p>— Подходи! — крикнул он, сбрасывая куртку.</p>
      <p>Джо передал Фреду свою и подскочил к Красному. Оба подняли кулаки и стали друг против друга. Симпсон молниеносно нанес сильный удар и ловким движением уклонился от ответного удара. Джо сразу же оценил искусство противника, но это обстоятельство только еще больше раззадорило его и пробудило в нем решимость во что бы то ни стало добиться победы.</p>
      <p>Благодаря присутствию кочегара компания ограничивалась одними только подбадривающими возгласами по адресу Красного и насмешками по адресу Джо. Противники кружили, нападали, отскакивали и поочередно наносили друг другу жестокие удары. Они держались совершенно по-разному. Джо стоял прямо, высоко подняв голову и твердо упираясь в землю широко расставленными ногами. Симпсон же весь сжался так, что голова его почти вся ушла в плечи. Он вертелся волчком, скакал, прыгал и пускал в ход множество неожиданных трюков, изумлявших Джо.</p>
      <p>Схватка продолжалась с четверть часа. Оба запыхались, но Джо устал гораздо меньше, чем Симпсон. На Симпсоне отзывались, очевидно, вредное влияние курения табака, плохое питание и нездоровые условия жизни — он дышал тяжело и прерывисто. Хотя вначале благодаря своему искусству он и сумел порядочно отдубасить Джо, но под конец устал, и удары его стали заметно слабее. С отчаяния он стал прибегать к таким приемам, которые, хотя и не назовешь бесчестными, в то же время нельзя назвать и достойными. Он наносил быстрый удар и тут же валился в ноги противнику. Джо не мог бить лежачего и должен был отходить. А Красный вскакивал на ноги и опять проделывал то же самое.</p>
      <p>Наконец Джо, которому это порядком надоело, сообразил, что надо делать. Он рассчитал момент и нанес Красному ответный удар по голове как раз тогда, когда тот начал падать. Симпсон свалился, но на этот раз уже в ту сторону, куда его послал кулак Джо. Он перевернулся и попробовал встать, но ему удалось подняться лишь наполовину; с трудом переводя дыхание, он застонал.</p>
      <p>Товарищи стали его подбадривать, и он еще раза два попытался встать, но почувствовал, что не может продолжать борьбу. Он был оглушен и измучен.</p>
      <p>— Сдаюсь, — прохрипел он. — Побит.</p>
      <p>Банда присмирела, подавленная поражением своего вожака.</p>
      <p>Джо выступил вперед.</p>
      <p>— Потрудитесь отдать мне этих змеев, — сказал он, обращаясь к мальчугану, державшему сверток.</p>
      <p>— Как бы не так! — ввязался другой представитель шайки, загораживая от Джо его собственность. У него были тоже ярко-рыжие волосы.</p>
      <p>— Сначала тебе придется подраться еще и со мной.</p>
      <p>— Не вижу никакой надобности! — резко сказал Джо. — Победа за мной, значит, дело кончено.</p>
      <p>— Ну, нет, не кончено. Я — Симпсон Бурый, родной брат Красного. Понимаешь?</p>
      <p>Джо обогащался все новыми сведениями по части обычаев обитателей Преисподней.</p>
      <p>— Ладно, становись! — произнес он решительно, выведенный из терпения вопиющей несправедливостью этих странных обычаев.</p>
      <p>Бурый, бывший на год моложе старшего брата, оказался нечестным противником, и благодушному кочегару, стоявшему на страже «правил», понадобилось не раз вмешаться, пока наконец и второй представитель рода Симпсонов не растянулся на поле битвы и не признал себя побежденным.</p>
      <p>На этот раз Джо протянул руку за змеями в полной уверенности, что он их получит. Не тут-то было! Между ним и его собственностью вырос новый и опять-таки рыжий противник. Не трудно было догадаться, что и этот мальчуган принадлежит к прославленному роду Симпсонов. Он был как бы последним изданием старших братьев, отличаясь от них несколько более жидким телосложением. Лицо у него было покрыто веснушками, очень заметными при электрическом свете.</p>
      <p>— Ты не получишь своих змеев, пока не стукнешься со мной, — пропищал он тоненьким голоском. — Я — Симпсон Рыжий, и ты не можешь считать себя победителем нашей семьи, пока не одолеешь еще и меня.</p>
      <p>Банда пришла в дикий восторг, и Рыжий стащил с себя рваный пиджачишко, готовясь к бою.</p>
      <p>— Готовься! — крикнул он, обращаясь к Джо.</p>
      <p>У Джо болели все суставы, из носу капала кровь, раскроенная губа вздулась, рубашка была растерзана. Вдобавок он очень устал и тяжело переводил дыхание.</p>
      <p>— Сколько вас там еще, Симпсонов? — спросил он. — Мне пора домой, а если у вас в семье еще много народу, то с вами не покончишь и за ночь.</p>
      <p>— Я самый последний и самый лучший, — ответил Рыжий. — Побьешь меня — получишь змеев. Будь уверен.</p>
      <p>Хотя младшему представителю рода недоставало силы и сноровки старших братьев, но зато у него были ухватки дикой кошки, от которых Джо приходилось солоно. Порой ему казалось, что он не выдержит, не устоит перед порывами этого крошечного, но буйного вихря; все же он не поддавался и крепился изо всех сил. Его вдохновляла мысль, что он бьется за принцип, подобно предкам своим, которые тоже боролись за идею. Ему казалось, что на карту поставлена честь Горы и что он, как представитель Горы, должен грудью постоять за эту честь.</p>
      <p>И он продолжал держаться и противостоял молниеносным налетам шустрого, но неопытного мальчишки до тех пор, пока этот последний Симпсон не выдохся окончательно от своих собственных чрезмерных усилий и, опрокинутый на землю, не признал, что семья Симпсонов впервые потерпела поражение.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава IV</p>
       <p>Победитель попадается сам</p>
      </title>
      <p>Но трем нашим Горцам вскоре пришлось убедиться, что все в этом квартале было очень ненадежно.</p>
      <p>Джо не успел еще заполучить своих змеев обратно, как вдруг его изумленному взору представилась неожиданная картина: все его враги, в том числе и кочегар, ударились в паническое бегство.</p>
      <p>Так же как детвора исчезла мгновенно при появлении шайки Симпсона, так, в свою очередь, и шайка Симпсона исчезла при появлении какой-то новой, наводящей ужас, хищной банды. Остолбеневший от удивления Джо услышал отчаянные крики беглецов: «Рыбаки! Рыбаки!» Он и сам не прочь был удрать, но так устал от последней схватки, что не мог двинуться с места. Фреда и Чарли сильно подмывало улизнуть от новой напасти, испугавшей даже доблестного кочегара и таких сорванцов, какие были в шайке Симпсона, но они не могли покинуть своего товарища. На пустыре показались темные фигуры; одни из них обступили трех наших друзей, другие бросились в погоню за беглецами. Раздирающие вопли красноречиво свидетельствовали о том, что некоторые из беглецов были настигнуты, и когда преследователи вернулись, они волокли за собой огрызавшегося Симпсона Красного, злополучного атамана шайки, который все еще крепко держал в руках сверток со змеями.</p>
      <p>Джо с любопытством глядел на новых мародеров. Это были молодые люди в возрасте от семнадцати до двадцати трех лет, с типично хулиганской внешностью. На некоторых лицах была написана такая злоба, что при виде их мороз подирал по коже.</p>
      <p>Двое из этих молодцов крепко схватили за руки Джо. Фред и Чарли тоже очутились в плену.</p>
      <p>— Эй, вы! — рявкнул властным голосом вожак этой банды. — Мы тут разберем вас по-своему. В чем дело? Ты, красная рожа, отвечай! Что вы тут делали?</p>
      <p>— Я ничего не делал! — плаксиво простонал Симпсон.</p>
      <p>— На то похоже! — Вожак повернул голову Красного на свет фонаря. — Кто это тебя так размалевал? — спросил он.</p>
      <p>Красный кивнул на Джо, которого тотчас вытащили вперед.</p>
      <p>— Из-за чего вы тут сцепились?</p>
      <p>— Из-за змеев, моих собственных змеев, — смело сказал Джо. — Он хотел их у меня отнять. Они и сейчас у него под мышкой.</p>
      <p>— Ага, он их сцапал, да? Эй ты, краснорожий, у нас здесь не полагается воровать! Понял! У тебя никогда не было ничего своего. Выкладывай сверток. Живо!</p>
      <p>Вожак еще крепче сжал тщетно вырывавшегося Красного Симпсона, и тот, заревев от бессильной ярости, выпустил наконец добычу.</p>
      <p>— Что у тебя там под мышкой? — спросил вдруг вожак, внезапно обращаясь к Фреду и выдергивая у него сверток. — Еще змеи, а? Целая фабрика змеев, — заметил он в заключение, отбирая последний сверток у Чарли. Затем, приосанившись, протянул тоном беспристрастного судьи, собирающегося вынести приговор: — Теперь нам предстоит решить, какому наказанию надлежит подвергнуть этих трех молодцов.</p>
      <p>— За что же это? — вспыхнул Джо. — За то, что нас ограбили?</p>
      <p>— Нет, не за это, совсем не за это, — вежливо возразил вожак банды, — а за то, что вы тут таскаетесь с вашими змеями, смущаете народ и учиняете скандалы. Это непозволительное бесчинство, это вещь непростительная, да, да, непростительная.</p>
      <p>Воспользовавшись тем обстоятельством, что всеобщее внимание было направлено в сторону Горцев, Красный вдруг вывернулся из своего пиджака, оставив его в руках стражей, вильнул в сторону и, стрелой бросался бежать через пустырь к той самой лазейке, через которую он собирался улизнуть, когда его ловил Джо. Два-три человека махнули за ним через забор и пустились во всю мочь догонять его.</p>
      <p>На задворках яростно залаяли и завыли собаки, каблуки застучали по ящикам и навесам. Потом послышался шумный всплеск, как будто опрокинулась целая бочка с водой. Несколько минут спустя Рыбаки, побежавшие за Красным, вернулись мокрые и пристыженные.</p>
      <p>Они попали под холодный душ, который им устроил этот коварный мальчишка. Теперь он вызывающе кричал откуда-то сверху, вероятно, с крыши.</p>
      <p>Это курьезное происшествие, видимо, смутило предводителя банды Рыбаков, и как раз в ту минуту, когда он опять собирался обратиться к Джо, Чарли и Фреду, с улицы донесся особый, протяжный свист, очевидно, сигнал к отступлению, поданный стоявшим на страже парнем. Тотчас вслед за этим сигналом примчался и сам парень.</p>
      <p>— Быки! — крикнул он, еле переводя дух.</p>
      <p>Джо оглянулся и увидел двух приближавшихся полицейских в касках, с карманными электрическими фонарями на груди, которые горели, как яркие звезды.</p>
      <p>— Надо удирать, — .шепнул он своими товарищам.</p>
      <p>Но шайка, уже обратившаяся в бегство, загораживала им дорогу впереди, а сзади приближались полицейские. Поэтому им пришлось броситься в сторону лазейки Красного Симпсона. Полисмены побежали за ними, крича, чтобы они остановились.</p>
      <p>Молодые ноги отличаются резвостью, особенно когда их. подгоняет страх, и потому наши друзья успели перескочить через забор и бросились сломя голову бежать через лабиринт задних дворов. Полисмены же оказались людьми осмотрительными. Очевидно, у них был уже опыт по части лазеек подобного рода, и они благоразумно прекратили погоню, как только наткнулись на первый забор.</p>
      <p>Здесь уже не было никаких фонарей, и мальчики, спотыкаясь, двигались в темноте ощупью; тут уж они струсили не на шутку.</p>
      <p>На каком-то дворе, сплошь заваленном пустыми корзинами и ящиками, они беспомощно бродили с четверть часа. Куда бы они ни сунулись, они везде натыкались на бесконечные груды ящиков. Чтобы выбраться из этой западни, пришлось вскарабкаться на крышу сарая; но оттуда они опять попали на какой-то двор, сплошь заваленный пустыми клетками для кур.</p>
      <p>Потом они наткнулись на тот самый бочонок, из которого Симпсон Красный окатил водой гнавшихся за ним Рыбаков. Приспособление отличалось простым, но удивительно остроумным устройством. В том месте, где в заборе была выломана доска, был прилажен длинный рычаг, с таким расчетом, что его непременно зацепишь, когда пролезаешь в щель. Этот рычаг был пружиной ловушки. Стоило его задеть, как он сдвигал с места тяжелый булыжник, который удерживал в равновесии приспособленный наверху бочонок с водой; бочонок опрокидывался и выливал все свое содержимое на голову того, кто задевал рычаг.</p>
      <p>Ребята внимательно осмотрели это хитроумное устройство и по достоинству его оценили. К счастью для них, бочонок был уже опрокинут, иначе им тоже пришлось бы принять холодный душ, поскольку шедший впереди Джо задел за рычаг.</p>
      <p>— Наверно, это Симпсонов двор, — тихо сказал Джо.</p>
      <p>— Конечно, его, — решил Фред, — или кого-нибудь из его шайки.</p>
      <p>Чарли предостерегающе схватил и того и другого за рукав.</p>
      <p>— Тише! Что там такое? — прошептал он.</p>
      <p>Ребята присели на корточки и притаились. Слышно было, как кто-то ходит по двору. Потом послышался шум льющейся воды. Было похоже, что кто-то наливает воду в ведро из водопроводного крана. И опять застучали шаги, на этот раз они приближались прямо к ним. Наши друзья, затаив дыхание, пригнулись еще ниже. Темная фигура прошла совсем близко от них и влезла на ящик, который стоял у забора. Это был сам Симпсон Красный, приводивший в готовность свое приспособление. Ребята ясно слышали, как он устанавливал рычаг и булыжник, как он поставил опять бочонок на место и вылил в него два ведра воды. Когда он спрыгнул с ящика и пошел опять за водой, Джо подскочил к нему и, подставив ему ножку, повалил его и прижал к земле.</p>
      <p>— Не вздумай орать! — проговорил он. — Слушай, что я тебе скажу.</p>
      <p>— А, это ты? — сказал Красный с облегчением. Миролюбивое настроение, прозвучавшее в его голосе, ободрило ребят. — Что вы тут делаете?</p>
      <p>— Мы ищем выход, — сказал Джо, — и хотим отсюда выбраться как можно скорее. Помни, нас тут трое, а ты один.</p>
      <p>— Ладно, ладно, — перебил Красный. — Я вас сейчас проведу прямехонько. На вас я вовсе не злюсь. Идите за мной, и я вас мигом выведу.</p>
      <p>Несколько минут спустя все четверо, преодолев высокий забор, очутились в темном, глухом переулке.</p>
      <p>— Идите по переулку прямо, дойдете до улицы, — сказал Симпсон, — а там повернете направо, пройдете два квартала, свернете опять направо, потом пройдете еще три квартала и там попадете на Юнион-стрит. Тра-ла-ла!..</p>
      <p>Ребята распрощались со своим проводником и пошли по переулку. Вдогонку они получили совет:</p>
      <p>— В другой раз, когда пойдете сюда, змеев оставьте дома.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава V</p>
       <p>Опять дома</p>
      </title>
      <p>Следуя указаниям Красного Симпсона, они вышли на Юнион-стрит и без дальнейших злоключений добрались до своей Горы. Оттуда они еще раз взглянули вниз: до них доносился непрерывный гул густо населенного места.</p>
      <p>— Я никогда больше туда не пойду, никогда в жизни, — сурово вымолвил Фред. — Интересно, что случилось дальше с кочегаром?</p>
      <p>— Хорошо еще, что мы унесли оттуда целыми свои шкуры, — философски-успокоительно заметил Джо.</p>
      <p>— Ну, частичку мы оставили там, особенно ты, — сказал Чарли со смехом.</p>
      <p>— Что верно, то верно, — согласился Джо. — Но дома меня ждут еще большие неприятности. Покойной ночи, друзья!</p>
      <p>Как он и предполагал, боковая дверь была заперта. Он обошел кругом и через окно, как вор, влез в столовую.</p>
      <p>Проходя на цыпочках через большой зал по направлению к лестнице, он вдруг столкнулся с отцом, который выходил из библиотеки. Оба были необычайно удивлены этой встречей и остановились как вкопанные.</p>
      <p>Джо чуть не поддался истерическому приступу смеха, вообразив ту картину, которую видит в данную минуту его отец.</p>
      <p>Но вид у него в действительности был хуже, чем рисовало его воображение. Мистер Бронсон видел перед собой мальчугана, всего покрытого грязью, с багрово-синими подтеками на лице, с распухшим носом, с огромной шишкой на лбу, с рассеченной и вздувшейся губой, с исцарапанными щеками и в разорванной по пояс рубашке.</p>
      <p>— Что это значит, сударь? — с трудом выговорил наконец мистер Бронсон.</p>
      <p>Джо молчал. Ну как уложить в короткий ответ; всю длинную вереницу ночных приключений?. Их пришлось бы перечислить все до одного по порядку, чтобы объяснить то жалкое состояние, в котором он теперь находился.</p>
      <p>— У тебя что, отнялся язык? — с оттенком нетерпения спросил мистер Бронсон.</p>
      <p>— Я… Я…</p>
      <p>— Ну, ну, продолжай, — ободрял его отец.</p>
      <p>— Я… я был внизу… в Преисподней… — с усилием вымолвил Джо.</p>
      <p>— Признаюсь, этому легко можно поверить. Да, да, в самом деле, я вижу, что твое показание заслуживает полного доверия. — Мистер Бронсон прибегал к строгим интонациям, но ему стоило величайшего труда удержаться на этот раз от улыбки. — Полагаю, что ты разумеешь под этим названием не местопребывание грешников, а скорее какую-либо определенную часть города Сан-Франциско. Не так ли?</p>
      <p>Джо показал рукой вниз в направлении Юнион-стрит и сказал:</p>
      <p>— Это там, внизу.</p>
      <p>— А кто придумал такое название?</p>
      <p>— Я, — ответил Джо таким тоном, как будто признавался в тяжком преступлении.</p>
      <p>— Очень метко, и доказывает, что у тебя есть воображение. Трудно, в самом деле, придумать что-нибудь лучшее. Ты, наверное, хорошо успеваешь в школе по английскому?</p>
      <p>Эта похвала не доставила Джо особенного удовольствия, так как английский язык был единственным предметом, за который ему не приходилось краснеть.</p>
      <p>И в то время, как он стоял олицетворением безмолвного несчастья, мистер Бронсон смотрел на него сквозь призму собственного детства с такой любовью и пониманием, каких Джо и не подозревал.</p>
      <p>— Однако сейчас тебе не до разговоров. Тебе нужна ванна, примочки, пластырь и холодные компрессы, — сказал мистер Бронсон. — Ступай к себе в спальню. Тебе нужно выспаться хорошенько. Имей в виду, что завтра у тебя все тело будет болеть и ныть.</p>
      <p>Часы пробили час ночи, когда Джо натянул на себя одеяло. И в ту же минуту — такое у него было ощущение — его разбудило негромкое, но настойчивое постукивание, которое, казалось, длилось бесконечно. Выведенный из терпения надоедливым стуком, он открыл наконец глаза и приподнялся.</p>
      <p>В окно врывался потоками свет солнечного утра. Джо потянулся, собираясь зевнуть, но боль словно пронзила все его мускулы, и его руки упали вниз гораздо скорее, чем они поднимались кверху. Он вскрикнул от боли, посмотрел на руки с тупым удивлением и тут же вспомнил происшествия вчерашней ночи.</p>
      <p>Постукивание возобновилось.</p>
      <p>— Слышу, слышу! Который час?</p>
      <p>— Восемь, — донесся из-за двери голосок Бесси. — Восемь часов, одевайся скорее, если не хочешь опоздать в школу.</p>
      <p>— Бог мой! — Он поспешно спрыгнул с постели и, застонав от острой боли во всем теле, медленно и осторожно опустился на стул. — Почему же ты не разбудила меня раньше? — спросил он.</p>
      <p>— Папа велел дать тебе поспать.</p>
      <p>Из груди Джо вырвался легкий стон. Потом взор его упал на учебник истории. Тут он уже застонал совсем по-иному.</p>
      <p>— Хорошо! — крикнул он. — Иди! Я сейчас спущусь. — И действительно, через минуту он уже спускался вниз по лестнице, но с такими предосторожностями и гримасами, которые сильно удивили бы Бесси, если бы она за ним в это время наблюдала. Встреча их произошла в столовой. При виде Джо у Бесси вырвался крик ужаса, и она подбежала к нему.</p>
      <p>— Что с тобой, Джо? — спросила она дрожащим голосом. — Что случилось?</p>
      <p>— Ничего, — процедил Джо сквозь зубы, посыпая сахаром кашу.</p>
      <p>— Как ничего?.. — начала было Бесси.</p>
      <p>— Отстань, пожалуйста, — оборвал он ее. — Я опоздал, и мне надо поскорее позавтракать.</p>
      <p>Миссис Бронсон в эту минуту выразительно посмотрела на дочь, и Бесси сразу послушно вышла из комнаты, крайне озадаченная всем этим.</p>
      <p>Джо обрадовался, что мать выслала сестру и что сама она воздерживается от каких-либо замечаний по поводу его растерзанного вида. Отец, наверное, рассказал ей вчера обо всем.</p>
      <p>Джо знал по опыту, что мать не станет беспокоить его расспросами, и был ей очень благодарен за это.</p>
      <p>Ему было неловко. Он спешил скорее покончить со своим завтраком, чувствуя, что мать как-то тревожно ухаживает за ним.</p>
      <p>Она всегда относилась к нему с нежной лаской, но на этот раз он отметил, что она поцеловала его с каким-то особенным чувством, когда он выходил из дому, размахивая книгами на ремне. Он заметил, уже заворачивая за угол, что она все еще смотрит ему вслед из окна.</p>
      <p>Впрочем, чувства и мысли Джо больше всего были заняты сейчас своим собственным больным телом. Каждый шаг ему обходился дорого. Он страдал и от ран и от яркого блеска отражаемых асфальтом солнечных лучей, резавших подбитые глаза, но больше всего от боли в суставах и мускулах. Он никогда не представлял себе, что мускулы могут одеревенеть до такой степени. Решительно каждый мускул отказывался работать. Пальцы распухли так, что двигать ими было почти невозможно; руки — от кисти до локтя — ужасно ныли. Вероятно, оттого, думал Джо про себя, что вчера пришлось, загораживая лицо и тело от ударов, подставлять под них локти. Интересно бы знать, как себя чувствует теперь Симпсон Красный, — и мысль о том, что они испытывают одинаковые страдания, вызывала у Джо чувство товарищеской симпатии к этому юному головорезу.</p>
      <p>На школьном дворе все взоры обратились в сторону Джо. Ребята толпились вокруг него с благоговейным страхом, и даже одноклассники и друзья выказывали ему подчеркнутое уважение, какого он раньше никогда не замечал.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава VI</p>
       <p>Экзамены</p>
      </title>
      <p>Ясно было, что Фред и Чарли уже успели распустить слух о ночных похождениях в Преисподней, о сражении с представителями рода Симпсонов и о столкновении с бандой Рыбаков. Джо почувствовал немалое облегчение, когда в девять часов раздался звонок, возвещавший начало занятий. Он вошел в класс, сопровождаемый восхищенными взорами школьников. Джо заметил, что девочки тоже смотрели на него, но с такой робостью и страхом, как будто видели перед собой самого Даниила, выходящего из Львиного рва, или Давида после его единоборства с Голиафом.</p>
      <p>Положение героя очень стесняло Джо, и он был бы рад, если бы ребята хотя бы для разнообразия отводили от него глаза.</p>
      <p>Не успел он это подумать, как взгляды всех школьников уже обратились в другую сторону.</p>
      <p>Ученикам роздали бумагу, и учительница мисс Уилсон, строгая молодая особа, очевидно, представлявшая себе земной шар чем-то вроде огромного холодильника и потому вечно кутавшаяся в шерстяной платок и накидку, из которых не вылезала даже в самые жаркие дни, поднялась со стула и написала на классной доске очень явственно, так, чтобы было видно всем, римскую цифру I.</p>
      <p>Все глаза, а их насчитывалось в классе ровно пятьдесят пар, жадно вперились в ее руку, терпеливо выжидая, что за этим последует, и в классе воцарилась мертвая тишина.</p>
      <p>Внизу под римской цифрой I она написала:</p>
      <cite>
       <p>(а) В чем состояли реформы Дракона?</p>
       <p>(б) Почему один из афинских ораторов выразился о них, что они были написаны «не чернилами, а кровью»?</p>
      </cite>
      <p>Сорок девять голов наклонились над партами, и сорок девять перьев заскрипели по бумаге.</p>
      <p>Один только Джо продолжал держать голову прямо; глаза его смотрели на доску столь безучастно, что мисс Уилсон, оглянувшись через плечо после того, как рука ее медленно вывела следующую цифру II, остановилась на минуту и пристально посмотрела на него. Затем написала:</p>
      <cite>
       <p>(а) Каким образом война между Афинами и Мегарой из-за острова Саламина вызвала законы Солона?</p>
       <p>(б) Чем отличались законы Солона от законов Дракона?</p>
      </cite>
      <p>Она снова оглянулась на Джо. Он смотрел все так же тупо.</p>
      <p>— В чем дело, Джо? — спросила она. — У вас нет бумаги?</p>
      <p>— Нет, благодарю вас, есть, — ответил он и угрюмо принялся чинить карандаш. Он очинил его превосходно. Потом отточил острее. Затем с неистощимым терпением начал отделывать самый кончик карандаша и добился того, что сделал его еще тоньше. Звук перочинного ножика, скоблившего графит, отвлекал пишущих и заставлял их озираться с недоумением. Джо этого не замечал. Возня с карандашом, казалось, поглощала все его внимание, а мысли были одинаково далеко и от карандаша и от древней истории.</p>
      <p>— Без сомнения, всем вам известно, что экзаменационные работы пишутся чернилами. — Мисс Уилсон обращалась ко всему классу, но смотрела на одного Джо, который усердно продолжал свое занятие.</p>
      <p>Отточенный на диво кончик карандаша, к сожалению, сломался, и Джо снова принялся скрести графит.</p>
      <p>— Я боюсь, Джо, что вы мешаете товарищам! — воскликнула мисс Уилсон, выведенная наконец из терпения.</p>
      <p>Джо оставил карандаш, сложил перочинный ножик и снова пустым взглядом уставился на доску. Что же он может сказать о Драконе, Солоне и всех этих греках? Ясно, что он провалился, вот и все. Незачем ему и читать остальные вопросы. Не стоит писать, даже если бы он и мог что-нибудь ответить на некоторые из них. Все равно провалился.</p>
      <p>Кроме того, и писать-то больно. И смотреть на доску больно, и закрыть глаза больно, и даже думать больно.</p>
      <p>Сорок девять перьев продолжали неумолчно скрипеть, торопясь поспеть за мисс Уилсон, которая испещряла доску все новыми и новыми вопросами, а он, Джо, слушал этот скрип и следил за выраставшими на доске строками, чувствуя себя глубоко несчастным. Голова у него болела, шишки на голове ныли, и он потерял всякую власть над своими мыслями.</p>
      <p>Воспоминания о вчерашней ночи назойливо преследовали его, точно чудовищный кошмар. Он старался смотреть на мисс Уилсон, которая теперь уселась за свой стол, а видел перед собой наглую физиономию Красного Симпсона.</p>
      <p>Все его усилия сосредоточить свое внимание на учительнице ни к чему не привели. Джо чувствовал себя больным, разбитым и ни на что не способным. Провал неминуем. И когда наконец после долгого томительного ожидания листы были собраны, его лист оказался совершенно чистым: на нем была написана только его фамилия, название предмета и дата.</p>
      <p>После короткого перерыва были розданы новые листы бумаги, и начался экзамен по арифметике. Джо даже не потрудился прочесть задачу.</p>
      <p>В нормальном состоянии он, пожалуй, и справился бы как-нибудь с этой задачей, но сегодня, когда все его тело отчаянно ныло и так болела голова, об этом нечего было и думать. Он закрыл лицо руками и стал ждать звонка. Подняв голову, чтобы взглянуть на часы, он встретился глазами с Бесси, которая с тревогой смотрела на него со своей парты. Это только прибавило ко всему еще чувство досады. И что она взялась надоедать ему? Чего ей беспокоиться? Она-то наверняка выдержит. Ну и пусть оставит его в покое! Он сердито взглянул на сестру и снова закрыл лицо руками. Так он и сидел, пока не раздался полуденный звонок. Джо опять подал чистый лист бумаги и вышел из класса вместе с товарищами.</p>
      <p>Фред, Чарли и Джо любили завтракать на воздухе в особом укромном уголке школьного двора. Но сегодня это излюбленное ими местечко почему-то понравилось очень многим, и там столпилась целая куча завтракающих школьников. Джо поглядывал на них кисло. Его настроение слишком не соответствовало положению увенчанного героя. У него раскалывалась голова, и к тому же не давала покоя мысль о провале на экзаменах, которые должны были продолжаться и после полудня.</p>
      <p>Он был сердит на Фреда и Чарли. Они трещали, как сороки, о ночных своих похождениях (признавая, впрочем, главные заслуги в победе над противником за Джо) и как-то чересчур покровительственно обращались со своими восхищенными товарищами. Попытки заставить его самого разговориться не увенчались успехом. От вопросов товарищей он отделывался нечленораздельным мычанием или лаконическим ответом: «да» или «нет».</p>
      <p>Больше всего на свете ему хотелось сейчас остаться одному, уйти куда-нибудь подальше, повалиться на траву и позабыть обо всех своих невзгодах. Он встал, чтобы отойти от товарищей, но за ним увязалось человек пять или шесть. У него было сильное желание обернуться и крикнуть, чтобы они оставили его в покое. Но гордость не позволяла ему этого сделать. Чувство отчаяния и отвращения ко всему охватило Джо. И вдруг смелая мысль пронеслась у него в голове. Зачем ему сидеть тут, когда он знает, что экзамена выдержать не сможет? Зачем подвергать себя лишней пытке?</p>
      <p>Лучезарная мысль увлекла его, и он принял решение.</p>
      <p>Он пошел прямо к школьным воротам и вышел на улицу. Удивленные товарищи остановились, а он продолжал идти как ни в чем не бывало и скоро, повернув за угол, скрылся из виду. Он шел куда глаза глядят, пока не очутился у остановки трамвая. Из трамвая в это время выходил народ. Джо забрался в вагон и сел в самом углу. Он не заметил, как доехали до конечного пункта, и очнулся только тогда, когда трамвай стал заворачивать по кругу назад. Джо соскочил с площадки и увидел перед собой большое здание пароходной пристани. Значит, он проехал, ничего не слыша и ничего не замечая, через самый центр делового квартала Сан-Франциско, Джо взглянул на башенные часы пристани. Они показывали десять минут второго — еще можно попасть на местный пароход, отчаливавший в четверть второго. Это обстоятельство подтолкнуло его взять билет.</p>
      <p>Не имея ни малейшего представления о том, куда идет пароход, Джо взял билет, заплатив за него десять центов, взошел на палубу и через несколько минут уже пересекал бухту, направляясь в красивый городок Окленд.</p>
      <p>Часом позже, все так же ничего не замечая и ничего не соображая, он сошел с парохода и очутился на оклендской пристани. С того места, где он сидел, прислонившись воспаленной головой к какому-то столбу, ему видны были палубы нескольких небольших парусных судов.</p>
      <p>Гуляющая публика останавливалась посмотреть на них, и скоро они заинтересовали и Джо.</p>
      <p>Их было четыре, и Джо со своего места мог разобрать их названия. На корме одного из судов, стоявшего как раз перед ним, красовалась выведенная большими зелеными буквами надпись: «Привидение». Три других назывались: «Каприз», «Королева устриц» и «Летучий Голландец».</p>
      <p>В средней части каждого судна возвышалась каюта с печной трубой на крыше; из трубы «Привидения» поднимался дымок. Дверцы каюты «Привидения» стояли настежь открытые, а часть крыши была отодвинута, так что Джо мог разглядеть внутренность каюты и хлопотавшего около печки парня лет девятнадцати-двадцати, в высоких морских сапогах, синих штанах и темной шерстяной фуфайке. Засученные по локоть рукава открывали крепкие руки с бронзовым загаром; такого же цвета было и лицо парня.</p>
      <p>Оттуда доносился и щекотал обоняние приятный запах кофе, смешанный с запахом вареных бобов. Парень поставил на плиту сковородку и, выждав, пока сковорода нагрелась, растопил на ней ломтики сала, а затем кинул туда толстый кусок бифштекса.</p>
      <p>Во время работы он разговаривал со своим компаньоном, который черпал ведром морскую воду и поливал ею кучи наваленных на палубе устриц.</p>
      <p>Закрыв устриц мокрыми мешками, товарищ вошел в каюту и сел за обед вместе с поваром.</p>
      <p>Это зрелище задевало струны романтической натуры Джо. Вот это жизнь, эти люди действительно живут, свободно дышат на широком водном просторе, под открытым небом; солнце, ливень, ветер, бушующее море — их родная стихия.</p>
      <p>А он, бедняга, томится вместе с полсотней таких же, как он, несчастных, ежедневно просиживая часами в душной комнате, набивая голову всяким хламом Эти люди живут счастливо и беззаботно, дышат полной грудью, гребут на шлюпках и ходят под парусами, варят сами себе пищу и, наверное, переживают такие приключения, о которых им, школьникам, и во сне не снится.</p>
      <p>Джо вздохнул. Он чувствовал себя созданным именно для такой вольной жизни, а не для школьной науки. Учение совершенно не по нем.</p>
      <p>Экзамены он провалил, тогда как Бесси, без сомнения, возвращается теперь домой торжествующая, выдержав экзамены, все до одного, самым блистательным образом.</p>
      <p>О, какое невыносимое создалось положение! Отец ошибся, определив его в школу. Хорошо учиться тем, у кого есть охота к учению. Ясно, что у него нет ни малейшей склонности к наукам. Разве нельзя достичь чего-нибудь в жизни помимо школы? Сколько известно случаев, когда, начав со службы простым матросом, люди становились хозяевами целых флотилий, вершили большие дела и заносили свои имена на страницы истории! Почему бы и ему не стать в ряд с ними?</p>
      <p>Джо закрыл глаза и почувствовал себя глубоко несчастным; когда же он раскрыл их вновь, то сообразил, что он спал и что солнце уже близко к закату.</p>
      <p>Он вернулся домой, когда уже стемнело, и прошел прямо к себе в комнату, не встретив никого из домашних. Растянувшись между прохладными простынями, он облегченно вздохнул, утешая себя тем, что как-никак, а от истории он все же отделался.</p>
      <p>Но затем мелькнула неприятная мысль, что теперь потянется длинное полугодие и что через шесть месяцев ему предстоит опять сдавать экзамен по истории.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава VII</p>
       <p>Отец и сын</p>
      </title>
      <p>На следующее утро, после завтрака, Джо позвали к отцу в библиотеку, и он вошел туда, испытывая почти радостное чувство оттого, что томительное ожидание тяжелого разговора кончилось. Мистер Бронсон стоял у окна и наблюдал за стайкой шумно чирикавших воробьев, слетавшихся в одно место. Джо тоже подошел к окну и увидел барахтавшегося на траве птенчика, который делал невероятные усилия встать на слабые ножки и каждый раз смешно опрокидывался навзничь. Он вывалился из гнезда, свитого в розовых кустах под окном, и оба родителя птенчика были ужасно встревожены этим приключением.</p>
      <p>— Вот какие бывают прыткие птенчики, — заметил мистер Бронсон с грустной улыбкой, обращаясь к сыну. — Смотри, как бы с тобой не случилось чего-нибудь подобного. Я боюсь, друг мой, что дела твой принимают плохой оборот. Я ожидал этого кризиса, наблюдая целый год за тем, как ты халатно относишься к учению и постоянно стараешься отлынивать от занятий в погоне за разными приключениями.</p>
      <p>Он сделал паузу, как бы выжидая ответа, но Джо молчал.</p>
      <p>— Я тебе предоставил полную свободу. Я верю в свободу, верю в то, что только такое воспитание развивает лучшие душевные качества. А потому я и не донимал тебя нравоучениями и ни в чем не стеснял тебя. Я требовал от тебя немного, и ты мог распоряжаться своим временем, как угодно. Словом, я положился вполне на твою добросовестность и самостоятельность, твердо веря, что здравый смысл удержит тебя от дурного поведения и заставит по крайней мере сносно учиться. Но я обманулся в тебе. Как же теперь нам быть? Неужели ты хочешь, чтобы я наложил на тебя какую-нибудь узду? Чтобы я стал контролировать твое поведение? Чтобы я заставлял тебя заниматься насильно?</p>
      <p>Вот тут у меня лежит письмо, — продолжал мистер Бронсон снова, после небольшой паузы. Он взял со стола конверт и вынул оттуда листок бумаги.</p>
      <p>Джо узнал твердый, упрямый почерк учительницы мисс Уилсон, и у него екнуло сердце.</p>
      <p>Отец начал читать:</p>
      <cite>
       <p>«В течение последнего полугодия сын ваш отличался крайней небрежностью и безразличным отношением к занятиям и потому на экзамене обнаружил полную неподготовленность. Он не мог ответить ни слова на заданные вопросы ни по истории, ни по арифметике и сдал совершенно чистые листы. Экзамены по этим предметам проходили утром. На остальные, после полудня, он даже не явился».</p>
      </cite>
      <p>Мистер Бронсон остановился и поглядел на сына.</p>
      <p>— Где ты был после полудня? — спросил он.</p>
      <p>— Я был в Окленде, — лаконично ответил Джо, не упомянув даже в свое оправдание о том, что у него страшно болела голова и ломило все тело.</p>
      <p>— То есть, что называется, прогулял, не так ли?</p>
      <p>— Так, сэр, — ответил Джо.</p>
      <p>— Накануне вечером, вместо того чтобы готовиться к экзаменам, ты ушел из дому и затеял драку с какими-то хулиганами. Я не упрекнул тебя в то время ни словом. И собирался совсем выкинуть из головы это происшествие, если бы ты как следует выдержал экзамены.</p>
      <p>Джо чувствовал, что ему решительно нечего на это сказать, но он чувствовал также и то, что отец неспособен его понять и что разговор этот ни к чему не приведет.</p>
      <p>— Все дело портят твоя беспечность и неумение сосредоточиваться. Тебе, я вижу, недостает строгой дисциплины, которую я до сих пор не решался тебе навязывать. Но с некоторых пор я стал подумывать о том, не лучше ли отдать тебя в какое-нибудь военное учебное заведение с жесткой дисциплиной и неукоснительным расписанием на все двадцать четыре часа в сутки.</p>
      <p>— Ах, отец, ты не понимаешь, ты не можешь понять! — вырвалось наконец у Джо. — Я стараюсь учиться, я стараюсь изо всех сил, но почему-то — сам не знаю почему — у меня ничего не выходит. Может быть, я неудачник, или я совершенно неспособен к учению. Меня тянет на волю. Я хочу видеть жизнь… Военная школа не по мне, я бы лучше хотел уйти в море, где я мог бы что-нибудь делать и чем-нибудь быть.</p>
      <p>Мистер Бронсон ласково посмотрел на сына и проговорил:</p>
      <p>— Ты можешь надеяться что-нибудь сделать и чем-нибудь стать только посредством учения.</p>
      <p>Джо безнадежно махнул рукой.</p>
      <p>— Я сочувствую тебе и понимаю тебя, но ты еще мальчик и смахиваешь на того воробушка под окном, которого мы наблюдали. Если ты неспособен заставить себя заниматься уроками дома, ты не сможешь выполнить и ту задачу, которую тебе поставит жизнь, когда ты выйдешь на самостоятельную дорогу. Но когда ты окончишь школу, я согласен отпустить тебя на некоторое время на все четыре стороны, до поступления в университет.</p>
      <p>— Отпусти меня сейчас, — порывисто сказал Джо.</p>
      <p>— Нет, погоди, теперь еще рано. Ты еще не оперился как следует. Твои взгляды и идеалы еще недостаточно сформировались и окрепли.</p>
      <p>— Но я не смогу учиться, — сказал Джо с угрожающей ноткой в голосе. — Я знаю, что я не смогу учиться.</p>
      <p>Мистер Бронсон взглянул на часы и собрался уходить.</p>
      <p>— Я еще подумаю о тебе. Не знаю, что лучше: сразу ли отдать тебя в военное училище или попробовать еще раз оставить тебя в школе.</p>
      <p>В дверях мистер Бронсон на минутку остановился и оглянулся на сына.</p>
      <p>— Я не сержусь на тебя, Джо, помни это, — проговорил он. — Я только сильно огорчен и расстроен. Подумай как следует о том, что я тебе сейчас говорил, а вечером скажи мне, что ты намереваешься делать.</p>
      <p>Отец ушел. Джо услыхал, как за ним захлопнулась парадная дверь.</p>
      <p>Он сел в кресло и закрыл глаза. Военное училище! Он боялся подобных учреждений, как зверь западни! Нет, он ни за что не пойдет туда! Что же касается школы… Тут он глубоко вздохнул. Ему дали подумать до вечера. Но откладывать до вечера незачем. Он уже и теперь знает, что ему надо делать. Джо вскочил с кресла, надвинул на лоб фуражку и с решительным видом вышел из дому. Он докажет отцу, что сумеет выполнить свою жизненною задачу, думал он, уходя. Да, он ему докажет! Пока он дошел до школы, план его уже созрел окончательно. Оставалось только привести его в исполнение. Была большая перемена. Он прошел в класс и собрал свои книги. Никто не обратил на него внимания.</p>
      <p>Проходя обратно через двор, он неожиданно наткнулся на Фреда и Чарли.</p>
      <p>— В чем дело? — остановил его Чарли.</p>
      <p>— Ни в чем, — буркнул Джо.</p>
      <p>— Что ты делаешь?</p>
      <p>— Несу книги домой, как видишь. А ты что думал?</p>
      <p>— Ну, ну! — вмешался Фред. — Что за секреты, рассказывай, что с тобой приключилось! Почему ты не хочешь сказать?</p>
      <p>— Вы это скоро узнаете! — произнес многозначительно Джо, более многозначительно, чем хотел.</p>
      <p>Он повернулся спиной к изумленным друзьям и поспешил уйти, боясь сказать лишнее. Придя домой, он прошел прямо в свою комнату и начал приводить все в порядок. Снял с себя и аккуратно повесил в шкаф новый костюм, переоделся в другой, похуже. Вынул из комода смену белья, достал две рубашки, полдюжины носков и носовых платков, расческу и зубную щетку.</p>
      <p>Завернув все это в бумагу и туго затянув бечевкой, он полюбовался на сверток. Потом подошел к письменному столу и вынул из потайного ящика свои сбережения за несколько месяцев, образовавшие сумму в несколько долларов. Он копил эти деньги к празднику 4 июля, но теперь опустил их в карман без малейшего сожаления и колебания.</p>
      <p>После этого он уселся за стол, подвинул к себе блокнот и написал следующую записку:</p>
      <cite>
       <p>«Не ищите меня и, пожалуйста, не беспокойтесь обо мне. Я неудачник и отправляюсь в морское плавание. За себя постоять сумею. Когда-нибудь я вернусь, и тогда все вы будете мною гордиться. Прощайте, папа, мама и Бесси.</p>
       <text-author>Джо».</text-author>
      </cite>
      <p>Он положил записку на видное место, сунул сверток под мышку, окинул комнату прощальным взглядом и вышел.</p>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Часть вторая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава VIII</p>
       <p>Фриско-Кид и новичок</p>
      </title>
      <p>Фриско-Кид чувствовал себя отвратительно; он испытывал сильное раздражение и недовольство. Мальчуганы, удившие рыбу с пристани и поглядывавшие на него с нескрываемой завистью, никоим образом не могли бы заподозрить в нем подобное настроение. Правда, они были одеты лучше и чище, и у них были матери и отцы, но зато он живет с моряками, на вольном просторе, жизнь его полна приключений, товарищи его — настоящие взрослые люди, а у них жизнь течет тоскливо и однообразно, по строго заведенному порядку. Юные рыболовы не замечали, что Фриско-Кид, в свою очередь, с не меньшей завистью смотрит на них и вздыхает как раз о тех самых условиях жизни, которые им казались невыносимыми. Мир приключений манил их, как пение сладкогласной сирены, и навевал им смутные мечты о дальних странах и славных подвигах. А Фриско-Кид в это же самое время предавался грезам о тихом семейном очаге и мечтал о том, в чем судьба ему отказала, — о братьях, сестрах, о советах отца и нежных материнских объятиях.</p>
      <p>Он сердито нахмурился, спустился с крыши каюты «Ослепительного», где лежал, лениво развалясь на солнечном припеке, и сбросил с себя тяжелые резиновые сапоги.</p>
      <p>Потом он уселся на узенькой бортовой палубе и опустил ноги в прохладную морскую воду.</p>
      <p>«Вот это называется свобода», — думали про себя наблюдавшие за ним мальчуганы. Их особенно пленяли эти огромные морские сапоги, которые доходили чуть не до бедер и пристегивались к поясу. Они не знали, что Фриско-Кид не имел такой собственности, как ботинки, и потому носил старые сапоги Пит-ле-Мэра, которые ему были велики на три номера. Кроме того, мальчуганы не могли представить, до чего мучительно было таскать на себе эту заманчивую обувь в жаркий летний день.</p>
      <p>Хотя Фриско-Кид всегда досадовал на этих мальчишек, глазевших на него с таким восхищением, но сегодня недовольство его вызывалось другой причиной.</p>
      <p>Экипаж «Ослепительного» был не в полном составе: нужен был еще один человек, а то Киду приходилось работать за двоих. Он не прочь быть за повара, мыть палубу и качать воду, но он терпеть не мог чистить кастрюли и мыть посуду. Он считал, что имеет право быть избавленным от подобной работы, с которой успешно мог бы справиться любой молокосос; а ведь он умеет управляться с парусами, выбирать якорь, стоять на руле и подходить к причалу.</p>
      <p>— Полундра! — Пит-ле-Мэр, или Француз-Пит, капитан «Ослепительного», владыка и хозяин Фриско-Кида, швырнул сверху какой-то сверток в кокпит и спустился на палубу, держась за снасти по правому борту.</p>
      <p>— Сюда! Живей! — крикнул он парнишке, которому принадлежал сверток. Тот что-то замешкался на пристани. С того места, где стоял мальчуган, до палубы шлюпа было сверху вниз добрых футов пятнадцать, и он не мог достать рукой до стального бакштага, по которому надо было спускаться на палубу.</p>
      <p>— Ну! Раз, два, три! — отсчитал Француз с добродушной улыбкой капитана, которому только что удалось завербовать недостававшего ему матроса.</p>
      <p>Мальчик подался вперед всем своим корпусом и ухватился за бакштаг. Несколько мгновений спустя он уже стоял на палубе с обожженными от сильного трения ладонями.</p>
      <p>— Кид, это наш новый матрос. Честь имею представить!</p>
      <p>Капитан Француз-Пит осклабился, наклонил голову и затем отступил шага на два.</p>
      <p>— Митсэ-эр Шо Бронсон, — добавил он в виде пояснения.</p>
      <p>Оба мальчика с минуту молча рассматривали друг друга. Они, очевидно, были сверстниками, но новичок казался с виду более здоровым и сильным.</p>
      <p>Фриско-Кид протянул ему руку, и они обменялись рукопожатием.</p>
      <p>— Так ты намерен податься на море? — спросил он.</p>
      <p>Джо Бронсон кивнул головой и, с любопытством осмотревшись кругом, сказал:</p>
      <p>— Да, я думаю немного поплавать по заливу, а потом, когда освоюсь с этим делом, уйду в море в баке.</p>
      <p>— В чем?</p>
      <p>— В баке — это то место, которое занимают матросы, — пояснил Джо застенчиво и краснея за свое, быть может, не совсем правильное произношение.</p>
      <p>— О, на баке! Ты кое-что, видно, смыслишь в морском деле?</p>
      <p>— Да… нет… то есть знаю кое-что только из книг.</p>
      <p>Фриско-Кид свистнул высокомерно, повернулся на каблуках и отправился в каюту.</p>
      <p>«Уйдет в море, — посмеивался он про себя, разводя огонь и принимаясь готовить ужин, — да еще на баке — и воображает, что это очень приятно».</p>
      <p>Тем временем Француз-Пит, как радушный хозяин, залучивший к себе почетного гостя, водил новичка по шлюпу и давал ему объяснения. Он расточал при этом столько любезностей, что Фриско-Кид, высунувшись из люка, чтобы позвать их к ужину, чуть не прыснул со смеху.</p>
      <p>Джо Бронсон давно не ужинал с таким удовольствием. Пища была простая, но вкусная, а соленый воздух и судовая обстановка обостряли аппетит. Маленькая каюта отличалась чистотой и уютностью; в ней все было очень удобно расставлено, так что не пропадало даром ни одного уголка. Стол был привешен на петлях к стенке, и доска его опускалась только во время еды.</p>
      <p>По обеим сторонам помещались две койки, которые во время еды служили скамьями. Одеяла были свернуты валиком, и обедающие садились с краю на гладких досках. Вечером каюту освещала висячая морская лампа с блестящим медным резервуаром, а днем свет проникал в нее через иллюминаторы — четыре круглых боковых оконца из массивного стекла. Возле дверей с одной стороны стояла плита и ящик для дров, с другой — шкаф для посуды. На передней стенке висели две винтовки я двустволка. Из-под свернутых одеял на койке Француза-Пита торчала ременная перевязь и два револьвера в кобурах.</p>
      <p>Джо чувствовал себя как во сне. Бесчисленное множество раз мерещились ему подобные сцены; но ведь теперь он не спит, а видит все это наяву, и ему казалось, будто бы он уже давным-давно знаком с этими двумя сотоварищами. Француз-Пит весело улыбался, поглядывая на него со своего места за столом. По правде сказать, у капитана была мерзкая физиономия, но Джо казалось, что он видит перед собой мужественное, загорелое лицо, обветренное и огрубевшее от непогоды и бурь. Фриско-Кид, уписывая за обе щеки, рассказывал про последний шторм, который пришлось выдержать «Ослепительному», и Джо проникался все возрастающим уважением к этому юноше, который так долго жил на море и, видимо, так хорошо его знает.</p>
      <p>А капитан усердно потягивал вино стакан за стаканом; на лице у него выступили красные пятна, он растянулся на койке поверх одеял и скоро захрапел.</p>
      <p>— Ложись-ка лучше и поспи часика два, — сказал приветливо Фриско-Кид, указывая Джо его койку. — Наверное, эту ночь нам придется подежурить.</p>
      <p>Джо послушно лег, но долго еще не мог заснуть. Он лежал и смотрел на висевший в каюте будильник, дивясь быстрой смене событий за последние двенадцать часов. Не далее как нынче утром он был простым школьником, а теперь он уже матрос на борту «Ослепительного» и отправляется неизвестно куда.</p>
      <p>Он сразу вырос в своих собственных глазах лет на пять: ему как будто не пятнадцать, а целых двадцать лет, и он чувствовал себя настоящим мужчиной, да еще вдобавок моряком. Ему хотелось бы показаться Чарли и Фреду. Ну да они и так скоро о нем услышат! Он ясно видел эту картину: Чарли и Фред говорят о нем, окруженные толпою любопытных мальчишек. «Кто, кто?» — будут спрашивать те. «О, Джо Бронсон, он ушел в море! Мы с ним были закадычными друзьями».</p>
      <p>Джо с гордостью представил себе подобную сцену. Потом у него слегка защемило в груди при мысли о матери и ее тревоге, но, вспомнив отца, он опять зачерствел. Нельзя сказать, что отец — плохой человек: он славный и добрый, но решительно неспособен понять его, Джо, и вообще душу мальчика. Вот в чем беда. Еще сегодня утром он говорил, что мир — это не площадка для тенниса и что мальчики, которые смотрят на жизнь легкомысленно, часто попадают впросак и рады бывают поскорее вернуться домой. Ну, он-то, Джо Бронсон, хорошо знает, что свет полон тяжелой работы и суровых испытаний, но знает также, что некоторые права есть и у них, мальчишек, и нельзя обращаться с ними, как с рабами. Он покажет отцу, что сумеет постоять за себя; во всяком случае, ничто ему не помешает написать домой письмо, когда он получше освоится с новой жизнью.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава IX</p>
       <p>На борту «Ослепительного»</p>
      </title>
      <p>Легкий толчок прервал его грезы. К «Ослепительному» бесшумно подошел какой-то ялик, и Джо удивился, что не слышал стука весел в уключинах. Вслед за тем два человека перескочили через комингс кокпита и вошли в каюту.</p>
      <p>— Они тут дрыхнут, черт побери! — выругался первый вошедший, сдергивая одеяло с Фриско-Кида одной рукой и доставая бутылку с вином другой.</p>
      <p>Сонный Пит поднял голову и пробормотал приветствие.</p>
      <p>— А это кто такой? — спросил Кокни (так звали первого вошедшего), облизывая усы и стаскивая Джо с постели. — Пассажир?</p>
      <p>— Нет, нет, — торопливо ответил Француз-Пит. — Это наш новый юнга. Славный парень.</p>
      <p>— Хороший или плохой, а ему придется держать язык за зубами, — буркнул другой пришелец, до сих пор молчавший, окидывая Джо свирепым взглядом.</p>
      <p>— А какую ему дадут часть из добычи? — спросил первый. — Мы с Биллом любим вести дело начистоту.</p>
      <p>— На долю «Ослепительного» полагается третья часть. Остальное мы поделим между собой поровну. Пять человек — пять частей, — вполне справедливо.</p>
      <p>Француз-Пит горячо доказывал, что «Ослепительный» имеет право на экипаж из трех человек, и призывал Фриско-Кида в свидетели. Но последний счел за лучшее уклониться от спора и занялся приготовлением кофе.</p>
      <p>Из всей этой тарабарщины Джо уловил только то, что спор разгорелся почему-то из-за его особы. Под конец Француз-Пит настоял на своем, и вновь прибывшие уступили ему после долгих препирательств. Напившись кофе, все отправились на палубу.</p>
      <p>— Стой тут, в кокпите, и не попадайся им на глаза, — шепнул Фриско-Кид своему новому приятелю. — Я научу тебя обращаться со снастями и всему прочему потом, на досуге. А теперь нам не до того.</p>
      <p>Чувство благодарности охватило Джо, он понял инстинктивно, что из всех этих людей в случае необходимости ему поможет только Фриско-Кид и что лишь на него одного можно положиться. К Французу-Питу у Джо уже появилась какая-то антипатия. Чем вызывалась она, он не мог бы объяснить, но живо ощущал ее.</p>
      <p>Вдруг заскрипели блоки; в темноте над головой у Джо взвился огромный парус. Билл отдал носовой швартов, Кокни проделал то же самое с кормовым, Фриско-Кид поставил кливер, а Француз-Пит укрепил румпель. «Ослепительный», подхваченный ветром, слегка накренясь, плавно понесся к самой середине бухты. Джо слышал, как они говорили о том, что нельзя зажигать отличительные огни, что надо быть начеку; но из всего этого он мог понять только, что речь идет о нарушении какого-то навигационного закона.</p>
      <p>Береговые огни Окленда остались позади. Темные силуэты кораблей у причалов стали все чаще сменяться неясными очертаниями болотистых топей, и Джо догадался, что они направляются к бухте Сан-Франциско. Ветер набегал с севера слабыми порывами, и «Ослепительный» бесшумно рассекал воды залива.</p>
      <p>— Куда мы идем? — спросил Джо у Кокни, желая завязать с ним дружеский разговор и вместе с тем удовлетворить свое любопытство.</p>
      <p>— Мы идем с компаньоном Биллом за грузом на его фабрику, — небрежно ответил тот.</p>
      <p>Джо подумал, что для владельца фабрики Билл выглядел довольно странно, но промолчал, сознавая, что в этом новом для него мире может столкнуться с еще более удивительными явлениями.</p>
      <p>Немного погодя ему приказали пойти в каюту и погасить лампу. «Ослепительный» повернул к северному берегу. Все молчали; только Билл и капитан изредка перешептывались. Наконец, судно поставили против ветра и осторожно спустили кливер и грот.</p>
      <p>— Якорь до грунта! — шепотом скомандовал Француз-Пит Фриско-Киду, который прошел на нос и отдал якорь на короткой цепи.</p>
      <p>Ялик «Ослепительного» и маленькую шлюпку, доставившую обоих незнакомцев, подвели к борту.</p>
      <p>— Пригляди за этим юнцом, как бы он не нашумел, — произнес вполголоса Билл, спускаясь за своим товарищем в маленькую шлюпку.</p>
      <p>— Грести умеешь? — спросил Фриско-Кид, когда все трое уселись в ялик.</p>
      <p>Джо утвердительно кивнул головой.</p>
      <p>— Так берись за весла и не стучи.</p>
      <p>Фриско-Кид сел за другую пару весел, а Француз-Пит взялся за руль. Джо заметил, что весла были обмотаны плетенкой, а уключины обтянуты кожей.</p>
      <p>Все заранее было предусмотрено, и шума быть не могло, разве что при неловком взмахе, но Джо упражнялся в гребле на озере Мерит и хорошо владел веслами. Они шли следом за первой лодкой, вдоль длинного мола. Несколько судов с ярко горящими якорными огнями стояли у самого мола, но шлюпки держались поодаль, вне освещенной полосы. По команде Фриско-Кида, произнесенной шепотом, Джо сложил весла. Затем обе шлюпки бесшумно, точно привидения, пристали к отлогому берегу, и путешественники осторожно выбрались на сушу.</p>
      <p>Джо последовал за другими. Дойдя до насыпи, футов в двадцать высоты, они вскарабкались на нее. По насыпи пролегало узкое железнодорожное полотно, по обе стороны которого навалены были огромные кучи заржавленного железного лома. Эти кучи, пересеченные рельсами, тянулись по всем направлениям, а вдали виднелись смутные очертания какого-то огромного здания, похожего на фабрику. Пришельцы стали забирать лом и перетаскивать его на отмель. Француз-Пит, схватив Джо за руку и приказав еще раз не шуметь, велел ему делать то же самое. Они сваливали железо на берегу, а Фриско-Кид подбирал его и переносил в шлюпки. Нагрузив сначала одну, он принялся грузить другую. По мере того как шлюпки оседали от тяжести, он все дальше отводил их от берега на более глубокое место.</p>
      <p>Джо работал вместе с другими не покладая рук, но чувство недоумения не покидало его: что за странная работа? К чему вся эта таинственность и необычайная осторожность? И вдруг страшное подозрение пронеслось в его мозгу, но как раз в эту минуту с берега донесся крик совы. Удивившись присутствию совы в таком неподобающем месте, Джо опять нагнулся подбирать железо, как вдруг из темноты выскочил человек и внезапно осветил его потайным фонарем. Ослепленный ярким светом, Джо откачнулся в сторону — блеснул револьвер, и грохнул выстрел. Джо сообразил, что стреляют в него и что ему надо бежать. При всем желании нельзя же было оставаться на месте и пытаться давать объяснения этому сумасшедшему, у которого в руке еще дымился револьвер. Он опрометью кинулся к берегу, налетел на другого человека с потайным фонарем, который выбежал ему навстречу из-за кучи железа, и сбил этого человека с ног.</p>
      <p>Тут Джо пустился вниз по откосу, но человек быстро вскочил на ноги и открыл по нему пальбу.</p>
      <p>Добежав до берега, Джо бросился в воду и скоро добрался до ялика. Француз-Пит и Фриско-Кид, опередившие Джо, уже сидели там, один на передних веслах, другой на задних, и спокойно ожидали его прибытия. Ялик стоял носом к морю. Они держали весла наготове, но не трогались с места, несмотря на то, что с берега по ним открыли стрельбу. Другая шлюпка стояла ближе к берегу и осела на грунт. Билл старался столкнуть ее с места и звал Кокни на помощь; но Кокни совершенно потерял голову от страха и, барахтаясь в воде, шел за Джо. Не успел Джо взобраться на корму, как и тот полез вслед за ним. Эта лишняя тяжесть чуть было не опрокинула и без того сильно перегруженный ялик. Он накренился, через борт плеснула вода. В это время с берега дали новый залп; на этот раз пули просвистели совсем близко.</p>
      <p>Пальба подняла тревогу. Со стоявших у мола судов послышались окрики. На молу засновали тени, вдали заливался полицейский свисток.</p>
      <p>— Пошел прочь! — крикнул Фриско-Кид. — Ты нас ко дну пустить хочешь, я вижу! Иди, помоги товарищу!</p>
      <p>Но у Кокни от страха отнялся и язык и ноги, только слышно было, как его зубы выбивали дробь.</p>
      <p>— Вышвырните этого полоумного! — властно сказал Француз-Пит, продолжавший сидеть на носу. В это мгновение пуля перебила у него весло, и он спокойно достал и вложил в уключину запасное.</p>
      <p>— Ну-ка, помоги, Джо! — крикнул Фриско-Кид.</p>
      <p>Джо понял, что от него требуется, они разом схватили охваченного ужасом Кокни и выкинули его за борт.</p>
      <p>Две-три пули шлепнулись в воду около того места, где Кокни вынырнул на поверхность, как раз вовремя, ибо в это самое время подъехал Билл, которому удалось наконец сдвинуть шлюпку, и он моментально выхватил товарища из воды.</p>
      <p>— Вперед! — скомандовал Француз-Пит, и два-три сильных взмаха весел вынесли их из-под пуль. Обе шлюпки исчезли во мраке.</p>
      <p>Но утлый ялик зачерпнул так много воды, что каждую минуту ему грозила опасность затонуть. Двое продолжали грести, а Джо, по приказу Француза, стал выбрасывать за борт железо. Это спасло их на время. Но в тот момент, когда они подошли к борту «Ослепительного», ялик от толчка накренился и, хлебнув воды, перевернулся, пустив ко дну остаток железа. Джо и Фриско-Кид вынырнули рядом и вскарабкались вместе на судно, волоча за собой пойманную ими привязь ялика. Француз-Пит был уже на борту и помог им взобраться.</p>
      <p>К тому времени, когда они кончили возиться с яликом, подъехал и Билл со своим товарищем. Работа закипела, и Джо не успел оглянуться, как грот и кливер взвились и «Ослепительный», снявшись с якоря, понесся по заливу. Когда судно поравнялось с тем местом на берегу, где начинались болота, Билл и Кокни распрощались с ними и отошли на своем ялике.</p>
      <p>Француз-Пит забрался в каюту и на разных языках проклинал свою судьбу, ища утешения на дне бутылки.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава X</p>
       <p>Среди прибрежных пиратов</p>
      </title>
      <p>Подул свежий ветер, когда они отошли от берега, и «Ослепительный» так сильно накренился, что его подветренный борт зарылся в воду до самого кокпита. Вывесили отличительные огни. Фриско-Кид стоял на руле, а Джо сидел возле него и размышлял над событиями этой ночи.</p>
      <p>Факты говорили сами за себя, и обмануться в их значении было нельзя. У Джо раскрылись глаза, и в голове его зароились самые мрачные мысли. Положим, что он натворил дел, но это случилось с ним по неведению; он боялся не столько за прошлое, сколько за будущее. Он попал в компанию воров и разбойников, в общество прибрежных пиратов, о подвигах которых он уже кое-что слышал. Теперь же он знает о них столько, что легко мог бы засадить их в тюрьму. Джо хорошо понимал, что это заставит их держать ухо востро и что отныне они будут зорко следить, как бы он не сбежал от них. Но он все-таки улизнет при первой же возможности.</p>
      <p>На этом месте размышления его были прерваны налетевшим шквалом. «Ослепительный» сильно качнуло, и по палубе прокатилась волна. Фриско-Кид ловко повернул судно к ветру и одновременно потравил грота-шкот. Потом он стал брать рифы, все время работая один, так как Француз-Пит оставался внизу, а Джо не сумел бы помочь ему в этом деле.</p>
      <p>Шквал, едва не опрокинувший «Ослепительный», продолжался недолго, но он предвещал непогоду, и скоро бурные порывы ветра стали налетать с севера один за другим. Ветер рвал и трепал паруса с такой силой, что казалось изорвет их в клочья. Бушующие волны подкидывали судно. Небо и море — все смешалось, но, однако, даже неопытный глаз Джо уловил в этой разбушевавшейся стихии какой-то порядок.</p>
      <p>Фриско-Кид, как заметил Джо, твердо знал, что и как нужно делать. Глядя на него, Джо постиг ту великую истину, незнание которой погубило немало людей, — он понял, как важно для каждого знать <emphasis>истинную меру своих сил и способностей.</emphasis></p>
      <p>Фриско-Кид знал, на что он способен, и потому действовал уверенно. Он все время сохранял полное хладнокровие и самообладание, работал быстро и точно, без малейшего промаха. Каждый риф-сезень крепился им намертво. Могли произойти другие случайности, но тех узлов, которые он завязывал, наверное, не сорвал бы никакой последующий шквал, хотя бы их было сорок.</p>
      <p>Кид позвал Джо на нос, чтобы тот помог ему обтянуть парус. Оставалось взять единственный риф на кливере, но это уже было нетрудно. Через минуту мальчики уже вернулись в кокпит.</p>
      <p>По указанию Фриско-Кида Джо обтянул также полотнище кливера и, зайдя в каюту, опустил примерно на фут выдвижной киль.</p>
      <p>Борьба со стихией разогнала мрачные мысли Джо. Подражая товарищу, он сохранял полное хладнокровие и толково и быстро исполнял все его приказания. Они совместно противопоставляли свои слабые силы натиску бурной стихии и совместно победили ее.</p>
      <p>Джо вернулся к тому месту, где его товарищ стоял на руле, держа в руках румпель; он гордился им и собою. А когда он прочел в глазах Фриско-Кида молчаливое одобрение, то покраснел, как девушка, услыхавшая первый обращенный к ней комплимент. Однако тут же внезапно спохватился, что ведь перед ним стоит, собственно говоря, вор, самый обыкновенный вор, и, вспомнив об этом, он невольно отшатнулся.</p>
      <p>Ему еще ни разу не приходилось соприкасаться с грязной изнанкой жизни. Избранные авторы его библиотеки все наперебой прославляли честность и прямодушие и воспитывали в нем отвращение к преступности. Он отвернулся от Фриско-Кида и отошел в сторону. Но Фриско-Кид не заметил эту внезапную перемену его настроения: он был слишком занят своим делом.</p>
      <p>Однако Джо удивлялся самому себе. Мысль о том, что Фриско-Кид — вор, тяготила его, но сам Фриско-Кид не внушал ему ни малейшего отвращения. Наоборот, что-то тянуло его к этому парню. Он не мог разобраться в своих чувствах. Если бы он был немного постарше, то, наверное, понял бы, что его привлекают прекрасные черты характера юноши: его хладнокровие, самостоятельность, мужество и отвага и вместе с тем известная мягкость и благодушие. Но Джо этого не понимал и винил самого себя, что не в состоянии преодолеть свою симпатию к Фриско-Киду; стыдясь своей слабости, он все более и более поддавался горячему чувству дружеского расположения к этому юному пирату.</p>
      <p>— Подтяни-ка ялик фута на два, на три! — крикнул Фриско-Кид, который успевал следить за всем.</p>
      <p>Ялик тащился за шлюпом на слишком длинной привязи, и ему приходилось плохо. Он то отставал, туго натягивая трос, то кидался вперед, ослабляя его, и метался из стороны в сторону, рискуя ежеминутно зарыться носом в высокие пенистые гребни расходившихся волн. Джо перелез через комингс кокпита на скользкую корму и направился к битенгу, к которому был привязан ялик.</p>
      <p>— Держись! — крикнул Кид. Налетел сильный порыв ветра, и «Ослепительный» резко накренился.</p>
      <p>— Отпусти конец, оставь только один оборот на битенге и подтягивай!</p>
      <p>Для новичка работа была не из легких. Джо отпустил весь трос, кроме последнего оборота, и, удерживая его одной рукой вокруг битенга, другой рукой стал подтягивать. Но в эту минуту ялик волной отбросило в сторону, трос сильно дернуло, он выскользнул из рук и стал уходить за борт. Джо судорожно ухватился за его уползающий конец, но его самого потянуло вниз по покатой палубе.</p>
      <p>— Брось! Отпусти конец! — крикнул Кид.</p>
      <p>Джо выпустил конец, и хорошо сделал, а то бы и сам очутился за бортом. Ялик стал отходить от кормы. Сконфуженный Джо робко оглянулся на своего товарища, ожидая получить от него выговор. Но Фриско-Кид только широко улыбнулся.</p>
      <p>— Не беда, — сказал он. — За борт не свалился — и ладно. Лучше потерять ялик, чем человека, я так считаю. К тому же я сам виноват: нельзя было поручать новичку это дело. Впрочем, ничего страшного не случилось, ялик еще от нас не ушел. Иди-ка в каюту, опусти киль еще фута на два, а потом вернешься сюда и будешь делать то, что я скажу. Но только не спеши. Делай все не торопясь, но наверняка.</p>
      <p>Джо опустил киль и, вернувшись в кокпит, по указанию Фриско-Кида стал у кливер-шкота.</p>
      <p>— Право на борт! — крикнул Фриско-Кид, всей тяжестью тела наваливаясь на румпель. — Отдай кливер-шкот! Вот так!. Теперь помоги мне с грота-шкотом!</p>
      <p>Вместе они проворно подтянули зарифленный грот.</p>
      <p>Джо работал с воодушевлением. «Ослепительный», как породистый конь, повернулся на киле и стал носом против ветра. Паруса и снасти отчаянно затрепались и забили мелкую дробь.</p>
      <p>— Подтяни кливер-шкот!</p>
      <p>Джо подтянул его; передний парус надулся, и судно повернуло на другой галс. В результате этого маневра койка, на которой лежал Француз-Пит, оказалась с наветренной стороны, его стряхнуло на пол каюты, где он и продолжал лежать в пьяном отупении.</p>
      <p>Удерживая румпель спиной, чтобы судно не свернуло с курса, пока они не достигнут того места, где должен был остаться ялик, Фриско-Кид взглянул на Француза с отвращением и пробормотал:</p>
      <p>— Собака! Хоть ко дну пойдем, и то не очухается!</p>
      <p>Два раза им пришлось менять галс, чтобы попасть на прежнее место. Наконец Джо различил впереди с наветренной стороны в темноте, освещенной одними звездами, качавшийся на волнах ялик.</p>
      <p>— Успеем, — промолвил Фриско-Кид, направляя «Ослепительный» прямо к ялику и постепенно замедляя ход. — Лови!</p>
      <p>Джо свесился за борт, поймал ныряющий трос и мигом закрепил его за битенг. После этого они повернули шлюп на прежний курс.</p>
      <p>Джо было очень неловко, что он причинил столько беспокойства, но Фриско-Кид не замедлил утешить его.</p>
      <p>— О, это сущие пустяки! — сказал он. — Со всяким это случается, кто начинает. Только другие забывают, как им солоно приходилось вначале, и выходят из себя при малейшем промахе новичка. Нет, я не из таких. Раз, помню…</p>
      <p>И он начал рассказывать про свои неудачи, когда еще совсем глупым мальчишкой он впервые очутился в плавании, и про то, как его строго за все наказывали. Он накинул ходовой конец талей грота-шкота на шейку румпеля, и они оба уселись под прикрытием кокпита, тесно прижавшись плечом к плечу.</p>
      <p>— Что это за место? — спросил Джо, когда они проносились мимо маяка, мигавшего на скалистом мысу.</p>
      <p>— Остров Гот-Айленд. На нем, по ту сторону, находятся морская учебная станция для кадетов и минный склад. Там отлично ловится треска. Мы обойдем этот островок с подветренной стороны и станем на якоре под защитой острова Эйнджел-Айленд, где находится карантин. Потом, когда Француз-Пит протрезвится, он нам укажет, куда идти, а теперь ты можешь спуститься в каюту и немного вздремнуть. Я управлюсь без тебя.</p>
      <p>Джо отрицательно покачал головой. Он был слишком возбужден, чтобы спать. Да и как тут заснуть, когда «Ослепительный» ныряет, как чайка, и взбивает своим носом целые облака брызжущей пены! Платье на Джо почти высохло, и он предпочел остаться на палубе и любоваться развертывающейся перед ним картиной.</p>
      <p>Огни Окленда исчезли из виду, оставив лишь бледный отблеск на фоне неба; а с южной стороны показались огни Сан-Франциско, то взбирающиеся по холмам, то сбегающие в долины и растянувшиеся на много миль бесконечной вереницей.</p>
      <p>Различив большое здание пристани и телеграфную вышку, Джо мог уже легко ориентироваться в панораме города. Где-то там, среди этого лабиринта света и теней, затерялся отцовский дом, в котором, быть может, и сейчас вздыхают о нем и тревожатся; и там же сладко почивает его сестричка Бесси, которая, сойдя утром к чаю, удивится, что его нет. Джо вздохнул. Забрезжило утро. Потом голова его потихоньку свесилась на плечо Фриско-Кида, и он заснул крепким сном.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XI</p>
       <p>Капитан и его команда</p>
      </title>
      <p>— Ну, проснись! Пора становиться на якорь.</p>
      <p>Джо, вздрогнув, открыл глаза, с недоумением озираясь по сторонам; сон отшиб ему память, и он не сразу вернулся к действительности. Ветер к утру затих. Море еще волновалось, но «Ослепительный» спокойно шел под защитой скалистого острова. Небо было ясное, и воздух дышал крепительной свежестью раннего утра.</p>
      <p>Легкая рябь весело искрилась под лучами восходящего солнца. С южной стороны виднелся остров Алкатраз-Айленд, с высот которого, увенчанных орудиями, доносились звонкие переливы трубы, игравшей утреннюю зорю. На западе сияли Золотые Ворота, соединяющие Тихий океан с заливом Сан-Франциско. Туда вместе с приливом на всех парусах торжественно входил корабль.</p>
      <p>Картина была поразительная.</p>
      <p>Протерев глаза от сна, Джо залюбовался открывшимся перед ним видом, но Фриско-Кид оторвал его от этого занятия и послал на нос готовиться к отдаче якоря.</p>
      <p>— Разбери саженей пятьдесят цепи, — приказал ему Фриско-Кид, — и стой наготове.</p>
      <p>Он осторожно замедлял ход судна, поворачивая его к ветру и одновременно потравливая кливер-шкот.</p>
      <p>— Отдай кливер-фал, выбирай нирал!</p>
      <p>Джо уже освоился с этим маневром за ночь и теперь справился с ним превосходно.</p>
      <p>— Ну! Отдай якорь! Осторожнее! Живо! Ну!</p>
      <p>Цепь побежала с поразительной быстротой, и «Ослепительный» остановился. Фриско-Кид вернулся к товарищу, они вместе спустили грот, убрали его и закрепили сезнями.</p>
      <p>— Вот тебе ведро, — сказал Фриско-Кид. — Вымой палубу. Да почище. Вот щетка. Не брезгуй этим делом. Чтобы все заблестело! Когда кончишь мыть, вычерпай воду из ялика. За эту ночь у него разошлись немного пазы. А я пойду готовить завтрак.</p>
      <p>Скоро струйки воды весело зажурчали по палубе, а из каюты потянуло приятным дымком, предвещавшим вкусный завтрак. То и дело Джо отрывался от своей работы и поднимал голову, чтобы полюбоваться расстилавшейся перед ним чудесной картиной. Она пленила бы и всякого другого на его месте. Поэтический восторг охватил его душу, и он чувствовал бы себя совершенно счастливым, если бы не мысль о том, что за люди его товарищи. Эта последняя досадная мысль и противное зрелище валявшегося на полу пьяницы-капитана отравляли чарующую прелесть раннего утра. Его оскорбляла грубая действительность, но он не чувствовал себя подавленным ею, наоборот, она закаляла его сильный характер. В нем крепло стремление быть чистым и строгим к самому себе, чтобы не уронить себя в своих собственных глазах. Он оглянулся кругом и вздохнул. Почему это люди не остаются честными и правдивыми? Ему жаль было расставаться с этой новой привлекательной жизнью; но ночные похождения сильно подействовали на него и, чтобы не изменить себе самому, надо было бежать во что бы то ни стало.</p>
      <p>Тут Фриско-Кид позвал его к завтраку. Кид показал себя таким же прекрасным поваром, как и опытным моряком, и Джо поспешил воздать должную дань вкусным блюдам, состоявшим из маисовой каши со сгущенным молоком, бифштекса и жареного картофеля. За этим следовали кофе и отличный французский хлеб со сливочным маслом.</p>
      <p>Они угощались вдвоем: Француза-Пита невозможно было добудиться. Он что-то мычал, не открывая глаз, а затем снова начинал храпеть.</p>
      <p>— Он пьет запоем, — пояснил Фриско-Кид, когда Джо, убрав посуду, вышел на палубу. — Иной раз продержится с месяц, а то не выдержит и недели. В пьяном виде он то раздобрится, то начнет бушевать; лучше всего в это время оставлять его в покое и не попадаться под руку. Не перечь ему ни в чем, а то, пожалуй, еще наживешь беды.</p>
      <p>Давай купаться, — прибавил он, переводя разговор на более интересную тему. — Плавать умеешь?</p>
      <p>Джо кивнул головой.</p>
      <p>— Что это такое? — спросил он, готовясь прыгнуть в воду и указывая на огороженное место на островке, где раскиданы были какие-то домики и палатки.</p>
      <p>— Карантин. На китайских пароходах прибывает много больных оспой. Всех больных тут задерживают до тех пор, пока доктора не признают их безопасными в отношении заразы. На этот счет там такие строгости, что беда. Дело в том… — Бух! Если бы Фриско-Кид не оборвал начатой фразы, кинувшись в воду со всего размаха, это избавило бы Джо от больших неприятностей.</p>
      <p>Но он, к сожалению, оборвал на полуслове, и Джо нырнул вслед за ним.</p>
      <p>— А знаешь что, — заговорил Фриско-Кид спустя полчаса, уцепившись за ватерштаг и собираясь вылезать из воды. — Давай наловим рыбы к обеду. А потом, завалимся спать, наверстаем за эту ночь. Что ты на это скажешь?</p>
      <p>Они стали карабкаться на палубу и устроили состязание: кто скорей. Джо сорвался и опять полетел в воду. Когда он наконец выбрался, то увидел, что его приятель уже приготовил две лесы с большими крючками и тяжелыми грузилами и маленький бочонок соленых сардин.</p>
      <p>— Это приманка, — сказал Фриско-Кид. — Надо насаживать на крюк целую штуку. Здесь рыба неразборчивая, она глотает и приманку и крючок, а потом может и уйти — на эти штучки она способна. Кто первый поймает рыбу, тот освобождается от чистки. Весь улов чистит проигравший.</p>
      <p>Оба грузила стали быстро опускаться и вымотали по семьдесят футов лесы, пока не достали дна. Как только свинчатка коснулась дна, Джо почувствовал, что клюнуло. Потянув лесу, он взглянул на товарища и увидел, что тот, очевидно, тоже поймал здоровенную рыбу.</p>
      <p>Завязалось энергичное состязание. Ребята вошли в азарт: мокрая леса вилась по палубе кольцами. Но Фриско-Кид был более искусный, и его рыба первою полетела в кокпит. Джо вытянул трехфунтовую треску, но чуть-чуть позже Кида. Тем не менее он был в восторге. Этакую рыбину удалось выудить собственными руками! Он таких еще и не видывал. Обе снасти опять полетели за борт, и скоро мальчики снова вытащили двух больших рыб. Вот это улов! Джо до того разошелся, что, казалось, готов был опустошить весь залив, но Фриско-Кид его остановил.</p>
      <p>— Довольно, здесь хватит рыбы обеда на три, — заявил он, — к чему изводить ее даром? Потом, чем больше наловишь, тем больше тебе будет чистки. Возьмись-ка за нее сразу, а я пойду спать.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XII</p>
       <p>Джо делает попытку бежать</p>
      </title>
      <p>Джо, в сущности, был доволен, что проиграл и что ему пришлось заняться чисткой рыбы: это помогало ему привести в исполнение некоторый план, пришедший ему в голову во время купания. Он бросил последнюю вычищенную рыбу в ведро с водой и оглянулся кругом. Карантин находился от них на расстоянии какой-нибудь полумили, и видно было, как на берегу шагает часовой взад и вперед. Войдя в каюту, Джо прислушался к тяжелому дыханию спящих. Чтобы достать свой узелок с одеждой, ему нужно было пройти очень близко от Кида, и он решил оставить узелок. Вернувшись наверх, Джо осторожно подвел ялик к борту, захватил пару весел, спустился в него и потихоньку отчалил.</p>
      <p>Сначала он греб очень робко, боясь из-за лишней спешки наделать шума. Но потом, по мере того как увеличивалось расстояние между ним и «Ослепительным», он стал грести смелее. На полпути Джо оглянулся. Теперь успех обеспечен, так как он видел, что, если даже его спохватятся, «Ослепительный» все равно не успеет отрезать его от берега, где он очутится под защитой солдата в мундире армии Соединенных Штатов.</p>
      <p>В эту минуту со стороны карантина раздался выстрел, но Джо сидел спиной к берегу и не потрудился даже обернуться. За первым выстрелом грянул второй, и пуля шлепнулась в воду около его весла. На этот раз он обернулся. Часовой, стоявший на берегу, наводил дуло прямо на него и готовился выстрелить в третий раз.</p>
      <p>Джо опешил. Берег, а с ним и спасение были совсем близко, но там стоит этот солдат армии Соединенных Штатов и по какой-то непостижимой причине упорно палит в него. Завидев направленное на него дуло, Джо поспешно затормозил лодку, и часовой опустил винтовку.</p>
      <p>— Я хочу выйти на берег! По очень важному делу! — закричал ему Джо.</p>
      <p>Человек в мундире покачал головой.</p>
      <p>— Очень важно, говорю вам. Можно?</p>
      <p>При этом он бросил беглый взгляд в сторону «Ослепительного». Пальба, очевидно, разбудила Француза-Пита, так как грот был поднят, и шлюп как раз в этот момент снялся с якоря, и кливер заполоскал на ветру.</p>
      <p>— Нельзя! — прокричал солдат. — Тут оспа!</p>
      <p>— Но мне надо! — крикнул Джо с отчаянием, подавляя подступившие к горлу рыдания и поднимая весла.</p>
      <p>— Тогда я буду стрелять, — невозмутимо отвечал часовой, вскидывая винтовку на прицел.</p>
      <p>Джо быстро взвесил создавшееся положение. Островок довольно большой. Пожалуй, дальше на нем нет часовых. Лишь бы только где-нибудь высадиться, а там пускай арестуют, пускай заразится оспой — все лучше, чем оставаться с пиратами.</p>
      <p>Он повернул под прямым углом направо и навалился на весла. Дуга прибрежной полосы была довольно растянута, и до ближайшего пункта, где он мог бы подойти к берегу, было сравнительно далеко. Будь он моряком, он направился бы как раз в противоположную сторону, чтобы поставить погоню против ветра. Теперь же, с попутным ветром, «Ослепительный» легко мог его догнать.</p>
      <p>Но положение еще не определилось. Слабый ветерок то набегал, то стихал, и в зависимости от этого шлюп то приближался к ялику, то отставал от него. Вдруг ветер засвежел, и парусник подобрался к своей жертве ярдов на сто, но потом опять наступило затишье, и парус «Ослепительного» лениво заболтался из стороны в сторону.</p>
      <p>— А, поганец, ты наш ялик затеял украсть! — заорал Француз-Пит, хватаясь за ружье. — Сдавайся живо! Или я тебя застрелю, как собаку! — Он отлично сознавал, что не посмеет стрелять на виду у часового, хотя бы и через голову мальчика.</p>
      <p>Но Джо не могло прийти в голову, что это пустая угроза, ибо он, ни разу в жизни не нюхавший пороха, за последние двадцать четыре часа уже два раза попадал под огонь. «Была не была!» — подумал он и приналег еще сильнее на весла, меж тем как Француз-Пит метался в бессильной ярости, угрожая беглецу всевозможными пытками, лишь только его поймает. А тут еще на беду Фриско-Кид взбунтовался.</p>
      <p>— Попробуйте только застрелите его, я вас живо отправлю на виселицу! — вступился он грозно. — Вы бы лучше отпустили его. Он славный малый и честный, и эта наша с вами грязная жизнь не по нем.</p>
      <p>— И ты тоже! — взвизгнул капитан, окончательно выходя из себя. — Я и тебя прихлопну, подлая крыса!</p>
      <p>С этими словами он ринулся на юношу, но Фриско-Кид пустился удирать от него, перебегая от кокпита к бушприту и от бушприта к кокпиту. Тут ветер рванул парус, и Француз-Пит оставил одного молодца ради другого. Подскочив к румпелю и потравив шкот — ветер был попутный, — он направил шлюп прямо на Джо. Последний сделал было еще одно отчаянное усилие, но, убедившись, что ему не уйти, сложил весла. Француз-Пит отпустил грота-шкот, обогнул остановившийся ялик и выхватил из него Джо.</p>
      <p>— Отмалчивайся! — шепнул Фриско-Кид ему на ухо, в то время как разъяренный Француз привязывал ялик. — Не отвечай ему ничего. Пусть говорит, что хочет, не обращай внимания. Так с ним лучше всего.</p>
      <p>Но англосаксонская кровь вскипела в Джо, и он не вытерпел.</p>
      <p>— Слушайте, мистер Француз-Пит, или как вас там еще называют, — начал он, — поймите хорошенько, что я намерен от вас уйти и уйду. Так лучше потрудитесь меня высадить на берег сами. И сейчас же. Если вы этого не сделаете, я засажу вас в тюрьму. Это верно, как то, что меня зовут Джо Бронсон.</p>
      <p>Фриско-Кид испугался за Джо. Капитан онемел. Каково! Этот мальчишка, этот щенок позволяет себе оскорблять его на борту его собственного судна! Неслыханная дерзость! Он понимал, что поступает противозаконно, удерживая мальчика у себя против его воли, но в то же время боялся и отпустить его: слишком много знал этот парень о шлюпе и о том, чем они занимались.</p>
      <p>Утверждая, что он может засадить капитана в тюрьму, Джо высказал неприятную истину. Французу ничего не оставалось, как попробовать запугать его.</p>
      <p>— Эге, так вот оно что! — Его пронзительный голос неистово зазвенел. — Тогда ты и сам попадешься! Ты греб вчера ночью на лодке? Отвечай! Ты воровал железо, да? Ты убегал от погони, да? И после всего этого ты еще мне угрожаешь тюрьмой? Каков мальчик, а?</p>
      <p>— Но ведь я же не знал, — возразил Джо.</p>
      <p>— Ха, ха! Забавно! Расскажи-ка это судье, доставь ему это удовольствие, — он засмеется тебе в лицо!</p>
      <p>— Говорю, что я не знал, — повторил Джо с достоинством. — Мне и в голову не приходило, что я затесался в воровскую компанию.</p>
      <p>Фриско-Кид вздрогнул, услышав этот эпитет, и если бы Джо в это время взглянул на него, то увидел бы на его лице выступившую яркими пятнами краску.</p>
      <p>— А теперь, когда я это узнал, — продолжал Джо, — я хочу, чтобы меня высадили на берег. Я не знаю законов, но умею различать, что правильно, а что нет; и я готов отвечать за то, что я сделал, перед любым судом Соединенных Штатов. Пусть хоть все судьи соберутся, если на то пошло! Вы же, небось, суда боитесь, как черт ладана.</p>
      <p>— Ах, так! Очень хорошо. Да ты сам подлый воришка…</p>
      <p>— Я не вор! Не смейте меня так называть! — Джо задрожал, но не от страха, а от негодования, и лицо его побледнело.</p>
      <p>— Воришка! — повторил Пит язвительно.</p>
      <p>— Вы лжете!</p>
      <p>Джо предвидел, какой взрыв произведут эти слова, и потому не особенно удивился, что из глаз его вдруг посыпались искры и голова загудела, как котел, когда он спустя минуту поднимался на ноги.</p>
      <p>— Ну-ка, повтори еще раз, что ты сказал! — прорычал Француз-Пит, снова замахиваясь кулаком.</p>
      <p>От сознания своего бессилия слезы подступили к глазам Джо, но он не потерял самообладания и гордо ответил:</p>
      <p>— Вы лжете, я не вор. Вы можете меня убить, если хотите, но я все-таки повторю, что вы лжете.</p>
      <p>— Руки прочь! — Фриско-Кид бросился на капитана, как кошка, и отпихнул его в сторону, спасая приятеля от второго удара. — Оставьте парня в покое, говорят вам! — продолжал он, быстрым движением выхватывая тяжелый железный румпель и становясь между ними. — Хватит! Что вы, одурели, что ли, не видите, на кого напали! Он говорит сущую правду и твердо будет стоять на своем. Вы его можете укокошить, но ничего от него не добьетесь. Руку, приятель!</p>
      <p>Он обернулся в сторону Джо, и они обменялись дружеским рукопожатием.</p>
      <p>— Ты парень горячий и, как видно, не робкий.</p>
      <p>Француз-Пит скривил рот, изобразив на лице что-то вроде улыбки, но злобно горевшие глаза выдавали его. Он пожал плечами и сказал:</p>
      <p>— А! Вот что! Не желает, чтобы я называл его ласкательными именами. Ха, ха! Это же шутка. Моряки любят пошутить. Что называется, простим друг друга и забудем. Ну, так, что ли, а?</p>
      <p>Он тоже протянул было руку Джо, но не дождался ответного жеста.</p>
      <p>Фриско-Кид выразил одобрение кивком головы, а Француз-Пит пошел в каюту, пожимая плечами и криво улыбаясь.</p>
      <p>— Потравите шкоты и направляйтесь К мысу Хантерс-Пойнт! — крикнул он снизу. — А я нынче состряпаю вам такой обед, что оближете пальчики. Француз-Пит — знаменитый кок!</p>
      <p>— Он таковский: сразу станет добреньким и берется сам за стряпню, когда хочет помириться, — сказал Фриско-Кид, надевая румпель на голову руля и выполняя данное ему приказание. — Но верить ему нельзя!</p>
      <p>Джо ответил молчаливым кивком. Ему было не до разговоров. Он весь дрожал от пережитых волнений и проверял самого себя, так ли он вел себя, как подобает, но совесть ни в чем не упрекала его.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XIII</p>
       <p>Подружились</p>
      </title>
      <p>С Тихого океана подул свежий полуденный ветерок. Остров Энджел-Айленд скоро. скрылся из виду, и навстречу бороздившему волны «Ослепительному» плыла береговая линия Сан-Франциско. Скоро они очутились в самом центре рейда, проходя мимо кораблей, собравшихся здесь со всех концов света. Потом они пересекли фарватер, по которому сновали в обе стороны местные пароходы, совершавшие рейсы между Оклендом и Сан-Франциско. Один из пароходов прошел очень близко от них, и пассажиры его столпились у борта, чтобы полюбоваться аккуратным маленьким шлюпом с двумя мальчиками в кокпите. Джо с завистью вглядывался в лица этих людей. Все они едут к себе домой, а он — он сам не знает, куда его несет по воле какого-то Француза-Пита. Он чуть было не решился позвать на помощь — нет, это было бы безрассудно. Он отвернулся и задумался, поглядывая на окутанный дымкой город, о странных особенностях жизни на море.</p>
      <p>Фриско-Кид незаметно следил за ним и за его мыслями, которые видел насквозь.</p>
      <p>— Там твои родные живут? — спросил он внезапно, указывая рукой на город.</p>
      <p>Джо вздрогнул, удивившись догадке товарища.</p>
      <p>— Да, — промолвил он просто.</p>
      <p>— Расскажи что-нибудь о них.</p>
      <p>Джо кратко описал свой дом и родных. Но Фриско-Киду этого показалось мало, и он начал задавать множество вопросов. Он интересовался малейшими подробностями, в особенности всем, что касалось миссис Бронсон и Бесси. Больше всего он интересовался Бесси. Он засыпал Джо вопросами о его сестре.</p>
      <p>Иные из них показались Джо такими наивными и неожиданными, что он не мог удержаться от улыбки.</p>
      <p>— Ну, а теперь ты расскажи мне о своих, — сказал Джо, воспользовавшись наступившей паузой.</p>
      <p>Фриско-Кид как-то сразу приутих и нахмурился. Лицо его сделалось строгим. Он сидел молча и лениво болтал ногами, устремив тупой взгляд на верхушку мачты, где, собственно, разглядывать было нечего.</p>
      <p>— Ну, — поощрял его Джо.</p>
      <p>— У меня нет родных, нет дома. — Он с трудом выдавил из себя эти слова и стиснул зубы.</p>
      <p>Джо почувствовал, что нечаянно задел больное место Кида, и попробовал загладить неловкость.</p>
      <p>— Ну, расскажи тогда про твой прежний дом.</p>
      <p>Он не подозревал, что на свете есть мальчики, у которых никогда не было родного очага, и бессознательно еще больше бередил рану товарища.</p>
      <p>— У меня никогда не было дома.</p>
      <p>— О! — Джо был до того поражен, что отбросил всякую щепетильность.</p>
      <p>— А сестры у тебя есть?</p>
      <p>— Нет!</p>
      <p>— А мать?</p>
      <p>— Я был так мал, когда она умерла, что не могу ее вспомнить.</p>
      <p>— А отец?</p>
      <p>— Я почти не видел его. Он ушел в море, в общем, пропал куда-то.</p>
      <p>— О-о! — Джо не знал, что сказать. Наступило тягостное молчание, прерываемое журчанием воды у форштевня. К счастью, как раз в это время Пит вышел на смену, стал у руля и послал их обедать.</p>
      <p>Мальчики почувствовали облегчение, а за обедом, который капитан приготовил действительно очень вкусно, они уже болтали совершенно непринужденно. После обеда Фриско-Кид опять сменил Пита, и капитан уселся за стол. Пока он ел, Джо вымыл посуду и прибрал в каюте. Потом они все трое сошлись на корме, и капитан, очевидно, желая восстановить добросердечные отношения, разговорился и очень занимательно стал рассказывать про жизнь ловцов жемчуга в южных морях.</p>
      <p>За этими разговорами день прошел незаметно. Город Сан-Франциско остался далеко позади, они уже обогнули мыс Хантерс-Пойнт и теперь быстро подвигались вперед вдоль берега Сан-Матео.</p>
      <p>На берегу Джо заметил группу велосипедистов, огибавших утес по дороге к Сан-Бруно, и живо представил себе, как он сам недавно катался на велосипеде по той же дороге. Это было месяца два назад, не больше, но ему казалось, что это происходило когда-то давным-давно: так много с тех пор было пережито.</p>
      <p>Вечером после ужина они подходили уже к болотам, за которыми раскинулся город Редвуд-Сити. Ветер спал с закатом солнца, и «Ослепительный» двигался довольно тихо. Вдали показался другой шлюп; он шел прямо на них с замиравшим попутным ветерком.</p>
      <p>Фриско-Кид объявил сразу, что это «Северный Олень». Француз-Пит, внимательно вглядевшись в судно, согласился с ним. Он, видимо, чрезвычайно обрадовался этой встрече.</p>
      <p>— Им командует Красный Нельсон, — сообщил Фриско-Кид своему приятелю. — Ужасный человек. Я всегда побаиваюсь его при каждой встрече. Они там, наверное, задумали какое-нибудь крупное дело. В таких случаях они всегда приглашают Француза-Пита, он большой мастер на всякие штуки.</p>
      <p>Джо кивнул головой и с любопытством стал рассматривать приближавшееся судно. Оно было немного больше «Ослепительного», но одинаковой конструкции, то есть с главным расчетом на скорость хода. Парус был огромный, как на гоночной яхте, на нем виднелись три ряда риф-сезней на случай сильного ветра. На палубе все было пригнано к месту — нигде ничего лишнего. Как бегучий, так и стоячий такелаж находился в образцовом порядке.</p>
      <p>«Северный Олень» приближался медленно в сгущавшихся сумерках и стал на якорь неподалеку от них.</p>
      <p>Француз-Пит, последовав примеру Нельсона, стал на якорь и немедленно отправился к нему на ялике.</p>
      <p>Мальчики в ожидании его возвращения растянулись на крыше каюты.</p>
      <p>— Тебе такая жизнь по душе? — нарушил молчание Джо.</p>
      <p>Приятель повернулся к нему на локте.</p>
      <p>— Как сказать, и по душе и не совсем по душе. Свежий воздух, море, свобода и все прочее — это хорошо; но мне не нравится… — он замялся немного, — но мне противно воровать.</p>
      <p>— Так почему бы тебе не бросить это?</p>
      <p>Джо боялся признаться самому себе, до чего полюбился ему этот мальчуган, и он почувствовал непреодолимое желание вывести его на хорошую дорогу.</p>
      <p>— Я и брошу все это, как только найду другое занятие.</p>
      <p>— А почему не сейчас? — спросил Джо.</p>
      <p>«Теперь самое время, — стучало в мозгу Джо. — И если он действительно хочет уйти, то как жаль, что не решается на это сразу».</p>
      <p>— А куда я пойду? Что я буду делать? На белом свете нет никого, кто бы мне помог. Я уже однажды пробовал и получил хороший урок! Поневоле призадумаешься, прежде чем опять сунешься пытать счастье очертя голову.</p>
      <p>— А я, как только выберусь отсюда, пойду прямо домой. Пожалуй, выходит, что отец был прав. А почему бы нам не отправиться вместе?</p>
      <p>Последние слова Джо сказал, не подумав, они вырвались у него бессознательно, и Фриско-Кид отлично понял это.</p>
      <p>— Ты сам не знаешь, что говоришь, — ответил он. — Ведь надо же придумать такое! Чтобы я пошел с тобой! Ну, а что скажет на это твой отец и все остальные? Как он на меня будет смотреть? На что я ему сдался?</p>
      <p>У Джо сердце болезненно сжалось. Он испугался, что под влиянием минутного настроения сделал предложение, быть может, и в самом деле слишком рискованное. Трезво взглянув на дело, он попробовал представить себе мистера Бронсона, отечески принимающего в свой дом проходимца без роду, без племени, вроде Фриско-Кида.</p>
      <p>Нет, об этом, конечно, и думать нечего!.. И, забыв про свои собственные невзгоды, он принялся усердно ломать голову, стараясь изыскать какой-нибудь другой способ избавить Фриско-Кида от этой постылой жизни.</p>
      <p>— Он, пожалуй, сдаст меня в полицию, — продолжал развивать свою мысль Фриско-Кид, — или отправит в приют для беспризорных. А мне лучше умереть, чем жить в приюте. А потом я тебе должен признаться, Джо, что я слеплен из другого теста, нежели ты, и ты это отлично понимаешь. Я бы почувствовал себя вроде рыбы на сухом берегу. Нет, придется подождать маленько, прежде чем уходить отсюда. Ну, а тебе, разумеется, дорога одна: отправляться прямехонько домой. При первом же удобном случае я тебя ссажу, а потом уж как-нибудь полажу с капитаном.</p>
      <p>— Ну уж нет! — горячо возразил Джо. — Если я и сбегу, то устрою это так, чтобы ты из-за меня не пострадал. Выбрось, пожалуйста, из головы эту затею. Я-то уйду, об этом нечего беспокоиться, а вот как бы устроить, чтобы и ты ушел со мной вместе? Давай убежим как-нибудь вдвоем, а там будь, что будет!.. Не станем загадывать далеко вперед. Что ты на это скажешь?</p>
      <p>Фриско-Кид покачал головой и, устремив взгляд на звездное небо, отдался мечтам о хорошей жизни, которая волею судеб для него недоступна. Джо замолчал, погрузившись в глубокую думу. Жизнь уже не казалась ему такой простой штукой, какой он представлял ее раньше.</p>
      <p>Невнятный гул голосов долетал к ним с палубы «Северного Оленя», с берега неслись звуки церковного колокола, а летняя ночь медленно окутывала их своей теплою мглой.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XIV</p>
       <p>На Устричных отмелях</p>
      </title>
      <p>Мир исчез из сознания, и время остановилось: ребята уснули.</p>
      <p>Хриплый голос Француза-Пита разбудил мальчиков и вернул к трезвой действительности.</p>
      <p>— Эй, вы там! Шевелитесь! — заорал он во все горло. — Сниматься! Эй, Шо! Отдавай сезни! Кид! Кливер! Поворачивайтесь! Живо!</p>
      <p>Джо растерялся было в темноте, не зная как следует названия снастей и где их искать; но все же сумел быстро отвязать сезни, и когда он их сбросил в кокпит, его позвали поднимать грот. Выбрали якорь, поставили кливер, свернули канаты и привели все в порядок, после чего вернулись на корму.</p>
      <p>— Отлично, отлично! — одобрил Француз-Пит, когда Джо спрыгнул в кокпит. — Великолепно! Из тебя выйдет хороший моряк, да, да!</p>
      <p>Фриско-Кид поднял крышку с одного из ящиков кокпита и вопросительно взглянул на капитана.</p>
      <p>— Да, да, — ответил моряк, — выставляйте огни!</p>
      <p>Фриско-Кид вытащил зеленый и красный фонари, зажег их в каюте, и потом вместе с Джо они пошли вывешивать их на правый и левый борт.</p>
      <p>— Они еще не решаются, — произнес Фриско-Кид полушепотом.</p>
      <p>— На что? — спросил Джо.</p>
      <p>— Да на то крупное дело, которое затевается и о котором я тебе говорил. Дело, видно, отчаянное, и Француз-Пит боится рискнуть. Красный Нельсон отправился бы хоть сейчас, да сам он смыслит мало и выжидает, пока Пит согласится.</p>
      <p>— Куда же мы теперь? — спросил Джо.</p>
      <p>— Не знаю, должно быть, за устрицами, на отмели, судя по направлению.</p>
      <p>На этот раз все обошлось без приключений. Ночной ветер, попутный и ровный, держался около часу, затем стих и перешел в неустойчивый ветерок, дувший порывами то с одной, то с другой стороны. Француз-Пит стоял на руле, а Джо и Фриско-Кид иногда подбирали или травили шкоты. Джо никак не мог понять, как это капитан угадывает направление. Ему казалось, что они должны неминуемо заблудиться в окутывающей их непроглядной тьме.</p>
      <p>Густой туман надвинулся со стороны океана и, хотя клубился поверху, не спускаясь на поверхность воды, но закрывал от них звезды, лишая их последнего слабого света.</p>
      <p>Однако Француз-Пит инстинктивно угадывал направление и на вопрос удивленного Джо похвастался, что он берет «верхним чутьем».</p>
      <p>— Я чую течение, ветер и скорость, — добавил он. — Я даже чувствую, когда близко земля. Честное слово! Как это выходит, не знаю сам. Знаю только, что чувствую землю, как будто рука моя тянется, тянется и, вытянувшись на несколько миль, достает до земли, и я дотрагиваюсь до нее и узнаю, что она лежит там.</p>
      <p>Джо недоверчиво посмотрел на Фриско-Кида.</p>
      <p>— Правда, — подтвердил тот. — Как поживешь на море лет пять — десять, так научишься узнавать землю чутьем. А у кого обоняние острое, тот и по запаху ее знает.</p>
      <p>Прошло около часа, и Джо догадался по лицу и движениям капитана, что они приближаются к цели своего путешествия. Француз-Пит держался начеку и упорно вглядывался в темноту, как будто выжидая чего-то с минуты на минуту.</p>
      <p>Как ни приглядывался Джо, он ничего не мог различить в черной мгле.</p>
      <p>— Пощупай дно шестом, Кид, — приказал Француз-Пит. — Я думаю, что пора.</p>
      <p>Фриско-Кид отвязал от крыши каюты длинный тонкий шест и, став на узенькой бортовой палубе, погрузил один конец шеста в воду.</p>
      <p>— Футов пятнадцать, — сказал он.</p>
      <p>— А что на дне?</p>
      <p>— Ил.</p>
      <p>— Обожди немного и попробуй опять.</p>
      <p>Минут через пять шест был опущен снова.</p>
      <p>— Двенадцать футов, на дне ракушки!</p>
      <p>Француз-Пит потер руки с довольным видом.</p>
      <p>— Отлично, отлично! — приговаривал он. — Я всегда попадаю на место. Старика не проведешь! Да, да!</p>
      <p>Фриско-Кид продолжал работать шестом и докладывать результаты разведки, а Джо все не мог надивиться глубине их познаний по части морского дна.</p>
      <p>— Десять футов — ракушки, — монотонно докладывал Кид. — Одиннадцать — ракушки. Четырнадцать — мягко. Шестнадцать — ил. Нету дна.</p>
      <p>— Ага, фарватер, — заметил Француз при последнем известии.</p>
      <p>Несколько минут «не было дна», а затем вдруг раздался возглас Фриско-Кида:</p>
      <p>— Восемь футов — твердо!</p>
      <p>— Стоп! — скомандовал Француз-Пит. — Бегом на нос, Шо, и спусти кливер, а ты, Кид, приготовь к отдаче якорь.</p>
      <p>Джо нашел кливер-фал и быстро спустил парус.</p>
      <p>— Отдавай! — раздалась команда, и якорь пошел ко дну, которое оказалось на очень незначительной глубине.</p>
      <p>Фриско-Кид вытравил за борт еще несколько футов цепи и закрепил ее. Потом убрали паруса, навели порядок, спустились вниз и легли спать.</p>
      <p>Было шесть часов утра, когда Джо проснулся и вышел в кокпит взглянуть на погоду. За ночь поднялся сильный ветер, и море разбушевалось. «Ослепительный» качало и подбрасывало на волнах и то и дело неистово дергало на якорной цепи. Чтобы устоять на ногах, Джо ухватился обеими руками за гик, который был у него над головой. День выдался пасмурный, небо заволокло тяжелыми свинцовыми тучами, проносившимися нескончаемой чередой.</p>
      <p>Джо искал глазами берег. Он лежал милях в полутора от «Ослепительного». Это была длинная низкая песчаная полоса, о которую разбивался прибой. За нею тянулись унылые болота, а вдали виднелись холмы Контра-Коста.</p>
      <p>Взглянув в другую сторону, Джо весьма удивился, заметив на расстоянии какой-нибудь сотни ярдов небольшой шлюп, нырявший на якоре. Он стоял у них с наветренной стороны. На корме его Джо разобрал надпись «Летучий Голландец». Это было одно из тех самых суденышек, которые видел Джо около городской пристани Окленда. Немного левее от него колебалось на волнах «Привидение», а дальше еще с полдюжины парусников.</p>
      <p>— Ну что, моя правда?</p>
      <p>Джо оглянулся.</p>
      <p>Француз-Пит вылез из каюты и торжествовал, наблюдая раскрывшуюся перед ним панораму.</p>
      <p>— То-то и оно-то! Говорил я вам, что? Нет, старый не промахнется. Я вижу ночью, как кошка. О! Я свое дело знаю.</p>
      <p>— А что, как погода? Разыграется шторм или нет? — раздался голос Фриско-Кида из каюты, где он разводил огонь.</p>
      <p>Француз-Пит минуты две всматривался испытующим взором в небо и море.</p>
      <p>— Может, разыграется, а может, и нет, — нерешительно заявил он. — Готовь завтрак поживее, а там попробуем закинуть сеть.</p>
      <p>Повсюду над каютами показались дымки, свидетельствовавшие о приготовлении завтрака. На «Ослепительном» с завтраком покончили скоро и тотчас же поставили парус на один только риф и приготовились сняться с якоря.</p>
      <p>Джо разбирало сильное любопытство. Очевидно, они находятся среди устричных отмелей. Но как же они ухитряются ловить на дне устриц, да еще в такую погоду? Впрочем, он скоро понял. Откинув настил кокпита, капитан вытащил две треугольные стальные рамы. Он привязал крепкий трос к кольцу, нарочно для этой цели вделанному в вершину каждого треугольника. Прилежащие к этой вершине стороны треугольника — прутья в дюйм толщиной и до четырех футов длиной— расходились почти под прямым углом. Нижняя сторона треугольника, являвшаяся основанием драги, состояла из полосы стали в ярд длиной, усаженной рядом длинных и острых стальных зубьев. Ко всем трем сторонам этой металлической рамы прилажена была в виде большого мешка крепкая рыболовная сеть, назначение которой, как легко догадался Джо, состояло в том, чтобы забирать устриц, которые загребались со дна зубьями драги.</p>
      <p>Закрепив тросы обеих драг, их закинули — одну по правую, другую по левую сторону судна. Когда драги опустились на самое дно и растянули до конца привязь, они заметно стали задерживать ход судна. Джо прикоснулся к вытянувшемуся струной тросу и по нему ясно чувствовал толчки и царапанье драги о дно.</p>
      <p>— Вытаскивай! — скомандовал Француз-Пит.</p>
      <p>Ребята ухватились за трос я вытащили драгу. Сеть была полна ила, тины и мелких устриц, среди которых попадались и крупные.</p>
      <p>Содержимое вывалили на палубу, а пустую драгу опять закинули в воду. Крупные раковины отобрали и сложили в кокпит, остальные вышвырнули обратно. Отдыхать было некогда, предстояло опорожнить вслед за тем и другую сеть, а отсортировав добычу, надо было вытащить обе драги, чтобы дать возможность Французу-Питу повернуть «Ослепительный» на другой галс. Вся флотилия занималась тем же делом. Некоторые парусники подходили к ним очень близко, и пираты обменивались приветствиями и перебрасывались отрывистыми словами и грубыми шутками. Но работа была не из легких: не прошло и часа, как Джо начал выбиваться из сил от непривычного напряжения. У него ломило спину; руки были порезаны до крови от неосторожного обращения с острыми раковинами.</p>
      <p>— Отлично, отлично! — подбадривал его Француз-Пит. — У тебя дело идет на лад, ты скоро и этому научишься.</p>
      <p>Джо кисло улыбался: он сейчас думал только об отдыхе и обеде. Порою вытаскивались мало наполненные драги, и мальчики могли передохнуть немного и обменяться словечком.</p>
      <p>— Вот это Спаржевый Остров, — заметил Фриско-Кид, указывая на берег. — По крайней мере, он слывет под этим названием у рыбаков и моряков-каботажников. А местные жители называют его островом Бей-Фарм. — Он показал немного правее. — А повыше — Сан-Леандро. Отсюда не видно, но он в той стороне.</p>
      <p>— Ты там был? — спросил Джо.</p>
      <p>Фриско-Кид кивнул головой и позвал его вытащить драгу.</p>
      <p>— Эти отмели никому не принадлежат, — продолжал он, — их называют заброшенными отмелями, и пираты появляются здесь, притворяясь, что занимаются ловлей.</p>
      <p>— Почему притворяясь?</p>
      <p>— Да потому что они пираты и потому что им гораздо выгоднее ловить устриц на частных отмелях. — Он повел рукою на восток и юго-восток. — Частные отмели в той стороне, и если сегодня не будет шторма, то вся флотилия двинется туда ночью.</p>
      <p>— А что, если шторм?</p>
      <p>— Что ж, тогда от набега придется отказаться, а Француз-Пит будет бесноваться, вот и все. Он терпеть не может, когда погода расстраивает его затеи. Но ветер не унимается, а хуже ничего не может быть, как если шторм застигнет у юго-восточных берегов. Пит, пожалуй, заупрямится, а лучше было бы нам убраться подобру-поздорову, не дожидаясь шторма.</p>
      <p>Сначала погода как будто стала лучше. Резкий зюйд-вест заметно приутих, и около полудня, когда они стали на якорь, чтобы пообедать, из-за туч выглянуло солнце.</p>
      <p>— Все это так, — сказал Фриско-Кид пророческим тоном, — но я недаром поплавал по заливу. Шторм только готовится к натиску и сорвется неожиданно.</p>
      <p>— Я думаю, ты прав, Кид, — согласился Француз-Пит, — но «Ослепительный» отсюда не уйдет все равно. Прошлый раз мы ушли, а ночь выдалась чудесная. На этот раз будем ждать. Так, что ли, а?</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XV</p>
       <p>Хорошие моряки на скверной стоянке</p>
      </title>
      <p>В течение всего остального дня «Ослепительный» отчаянно плясал на якоре, но к вечеру волнение несколько улеглось. Поэтому все собравшиеся на отмель пираты, следуя примеру Француза-Пита, решили попробовать отстояться, пустив в ход запасные якоря.</p>
      <p>Француз-Пит заставил обоих мальчиков сесть в ялик, и они, рискуя ежеминутно опрокинуться, завезли и сбросили второй якорь под прямым углом к первому. После этого Пит стал вытравливать якорную цепь и канат второго якоря до тех пор, пока «Ослепительный» не отнесло назад футов на сто, и он спокойно не закачался на волнах.</p>
      <p>Джо, укрывшись в кокпите, наблюдал дикую пляску волн. Устричные отмели лежали в открытой бухте, и ветер, гулявший здесь на двенадцатимильном вольном просторе, нападал на суда так неистово, что казалось, вот-вот сорвет мачты. Когда надвинулись сумерки, с наветренной стороны замелькало белое пятнышко; оно приближалось, вырастало, и наконец обозначился огромный парус «Северного Оленя».</p>
      <p>— Ах, будь ты неладен! — выругался Француз-Пит, выбегая из каюты. — Когда-нибудь, о, когда-нибудь он нарвется, верьте моему слову! С ним сделается вот этак: крак и пуф! И нет тебе ни Нельсона, ни «Северного Оленя»! Ах, шут его подери!</p>
      <p>Джо вопросительно посмотрел на Фриско-Кида.</p>
      <p>— Да, это правда, — произнес Фриско-Кид. — Надо было бы Нельсону взять один риф. Два еще лучше. А он распустил паруса так, как будто за ним гонятся дьяволы. Это уже чересчур; зачем поступать так опрометчиво, когда в этом нет ни малейшей нужды? Я с ним плавал и хорошо знаю его повадки.</p>
      <p>«Северный Олень» взмыл на пенистом гребне, как птица, и летел прямо на них.</p>
      <p>— Ты не бойся, — сказал Фриско-Кид, — он нас не заденет; он только хочет хвастнуть удальством.</p>
      <p>Джо кивнул и, не отрываясь, широко открытыми глазами смотрел на эту захватывающую дух картину.</p>
      <p>«Северный Олень» взвился на дыбы, носом к небу, оголив весь форштевень; потом кинулся вниз и, вынырнув из пучины, пронесся стрелой мимо «Ослепительного» на расстоянии менее фута.</p>
      <p>На руле стоял Нельсон. Промелькнув мимо шлюпа, он весело захохотал и махнул рукой Французу-Питу, возмущенному его выходкой.</p>
      <p>Очутившись позади «Ослепительного», великолепное судно повернуло так круто, что казалось, будто оно опрокинулось; но потом оно выпрямилось и как бешеное понеслось новым курсом. Затем стало у них на траверзе. Видно было, как спустили кливер, как якорь полетел за борт и как судно закачалось взад и вперед, а парус заполоскал по ветру, и как вслед за первым якорем бухнулся и второй на порядочном расстоянии от первого.</p>
      <p>Парус спустили мигом; свернули и убрали его, казалось, прежде, чем якоря успели забрать за дно.</p>
      <p>— Бравый моряк, слов нет; моряк, каких мало!</p>
      <p>У Француза-Пита глаза засверкали от восхищения. Фриско-Кид тоже любовался им.</p>
      <p>— Как на яхте! — проговорил он, спускаясь в каюту. — Просто как на яхте, даже еще лучше!</p>
      <p>К ночи ветер снова грозно завыл и к одиннадцати часам достиг такой силы, что Фриско-Кид объявил наступление шторма.</p>
      <p>На «Ослепительном» спал только Кид. Француз-Пит ежеминутно выходил на палубу. Еще раза два он потравливал канат и цепь. Джо лежал, свернувшись клубочком под своим одеялом, и прислушивался к реву бури, тщетно пытаясь заснуть. Не то чтобы он боялся, но как заснуть непривычному человеку при таком адском треске и грохоте и при такой неистовой качке! Трудно даже представить себе, как это может судно выкидывать такие колена и оставаться целым. «Ослепительного» так качало, что казалось, вот-вот шлюп опрокинется. Порой он подскакивал и с оглушительным треском снова падал на волны. При этом казалось, что дно его разлетается вдребезги. Порой его так трепало на якоре, что «Ослепительный» визжал, кряхтел и стонал, как будто от боли во всех своих деревянных суставах.</p>
      <p>Фриско-Кид проснулся и с улыбкой поглядел на приятеля.</p>
      <p>— Это называется, по-ихнему, отстаиваться, — сказал он. — А вот погляди, что будет дальше, когда на рассвете двинемся. Наверняка несколько шлюпов выбросит на берег, вот увидишь.</p>
      <p>И, повернувшись на другой бок, он моментально заснул опять. Джо позавидовал ему.</p>
      <p>В начале четвертого Француз-Пит завозился на носу судна. Джо выглянул наружу, желая узнать, что он там делает, и при неверном свете бешено раскачивавшегося морского фонаря увидел, что капитан вытащил две запасные бухты каната и привязывает их к якорным канатам, чтобы удлинить их.</p>
      <p>В половине пятого Француз-Пит развел огонь, а в пять позвал мальчиков к завтраку. Напившись кофе, они вылезли в кокпит, чтобы посмотреть на страшную картину шторма. Серое утро слабо озаряло клокотавшие волны. Спаржевый Остров различить было трудно, но зато ясно слышен был грохот прибоя у его берегов. Когда совсем рассвело, они увидели, что за ночь их снесло на целые полмили.</p>
      <p>Остальные суда также были снесены.</p>
      <p>«Северный Олень» стоял почти рядом с ними, «Каприз» находился на сто ярдов позади, а под ветром билось неподалеку от берега еще штук пять устричных шлюпов.</p>
      <p>— Двух не хватает, — сказал Фриско-Кид, вооружившись биноклем и осматривая побережье.</p>
      <p>— А! Один тут! — воскликнул он и, всмотревшись пристальнее, добавил: — Это шлюп «Поди-Спрашивай». От него скоро ничего не останется: его разобьет в щепы. Надеюсь, команда успела выбраться на берег.</p>
      <p>Француз-Пит посмотрел в бинокль, а за ним и Джо. Ясно видно было, как барахтается в бурунах несчастное судно, а на берегу копошатся люди, составлявшие его экипаж.</p>
      <p>— А где же «Привидение»? — спросил Француз Кида.</p>
      <p>Фриско-Кид тщетно искал его глазами у берегов, но, повернувшись с биноклем к морю, отыскал его там при свете наступающего дня. Оно преспокойно покачивалось в полумиле от них с наветренной стороны.</p>
      <p>— Бьюсь об заклад, что его оттащило за ночь не более чем на сто футов, — сказал Фриско-Кид. — Должно быть, там очень хорошая якорная стоянка.</p>
      <p>— Ил, — авторитетно изрек Француз-Пит. — Оно напало на полосу илистого дна. Но если его снесет с этой полоски пиши пропало! Якоря у него слишком легки и годятся только для илистого дна. Я не раз советовал им завести якоря потяжелей, они только посмеивались. Но когда-нибудь они пожалеют, что не послушались меня, старика, будьте уверены!</p>
      <p>Один из шлюпов, стоявших с подветренной стороны, поднял парус и отправился воевать с морем, пытаясь выбраться на простор из этого страшного места. Они следили за ним некоторое время. Он метался, как поплавок, и подвигался вперед чрезвычайно медленно. Француз-Пит оторвал мальчиков от этого зрелища.</p>
      <p>— Пора и нам! — крикнул он. — За дело! Два рифа! Надо выбраться отсюда побыстрее!</p>
      <p>Только было взялись они за работу, как вдруг услышали предостерегающий окрик.</p>
      <p>Оглянувшись, они увидели бешено несущееся на них «Привидение».</p>
      <p>Француз-Пит прыгнул на нос, как кошка, выхватил из-за пояса нож и одним взмахом перерезал канат запасного якоря. Оставшись на одной цепи, «Ослепительный» отпрянул в сторону, и как раз вовремя, потому что вслед за этим «Привидение» пронеслось кормой вперед по тому самому месту, где только что стоял «Ослепительный».</p>
      <p>— Как? Оно сорвалось с четырех якорей! — вскричал Джо, указывая на четыре каната, которые свисали с носа «Привидения» и вытянулись почти горизонтально.</p>
      <p>— На двух из них драги, — усмехнулся Фриско-Кид. — А вот дело дошло и до печки.</p>
      <p>И действительно, на палубе «Привидения» появились два парня, которые выбросили за борт обмотанную концом каната камбузную плиту.</p>
      <p>— Фью!.. Посмотрите на Нельсона. Он взял риф. Верный знак, что пришел настоящий шторм! — прокричал Кид.</p>
      <p>«Северный Олень» приближался к ним, вздымая целые облака пены, подставляя грудь под удары волн, гордо выдерживая натиск шторма, точно какое-то великолепное морское животное.</p>
      <p>Красный Нельсон махнул им рукой, проходя за кормой, а спустя четверть часа, когда они выбирали единственный оставшийся у них якорь, он переменил галс и лихо прошелся у них с наветренной стороны.</p>
      <p>Француз-Пит, любуясь красавцем, зловеще приговаривал:</p>
      <p>— В один прекрасный день случится… пуф — и кончено дело! Поверьте.</p>
      <p>Минуту спустя «Ослепительный» поднял кливер, и началась упорная, ожесточенная и опасная борьба с бушующим у берегов морем. Джо изумлялся, как такое маленькое суденышко может выдержать хотя бы одну минуту этот бешеный натиск разъяренной стихии.</p>
      <p>Но мало-помалу судно отходило от берега и от полосы прибоя на более глубокое место. Отойдя на некоторое расстояние, потравили немного шкот, и «Ослепительный» направился искать защиты за скалистой стеной мола Аламеды, лежавшего в нескольких милях пути. Там они увидели мирно стоявшего на якоре «Северного Оленя». И туда же вскоре пришли, одно за другим, все остальные суда флотилии, кроме «Привидения», которое, очевидно, выбросило на берег, чтобы составить компанию «Поди-Спрашивай».</p>
      <p>К полудню ветер как-то сразу прекратился и стало совсем по-летнему тихо и тепло.</p>
      <p>— Что-то подозрительно, — заметил Фриско-Кид, когда сумерки спустились над морем и Француз-Пит отправился на ялике к Нельсону в гости.</p>
      <p>— О чем ты? — спросил его Джо.</p>
      <p>— О чем? О погоде. Затишье что-то слишком внезапное. Буря еще не выдохлась, а она не угомонится до тех пор, покуда не выдохнется окончательно. Жди с минуты на минуту, что она опять вдруг завоет. Она только притаилась, шельма, — вот увидишь.</p>
      <p>— Куда мы пойдем отсюда? — спросил Джо. — Опять за устрицами?</p>
      <p>Фриско-Кид нерешительно качнул головой.</p>
      <p>— Не знаю, что выдумает Пит. Ему не повезло с железом, не повезло с устрицами; он теперь до того раздосадован, что может выкинуть самую отчаянную штуку. Меня нисколько не удивит, если он отправится с Нельсоном в Редвуд-Сити, где затевается то крупное и рискованное дело, о котором я уж тебе говорил.</p>
      <p>— Ну, я не намерен участвовать в нем никоим образом, — решительно заявил Джо.</p>
      <p>— Разумеется! — согласился Фриско-Кид. — Они будут орудовать вместе с Нельсоном и его людьми. Народу немало. Обойдутся без тебя.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XVI</p>
       <p>Заветная шкатулка Фриско-Кида</p>
      </title>
      <p>После этого разговора ребята провалялись еще около часа на крыше каюты. Затем Фриско-Кид, ни слова не говоря, сошел вниз и зажег лампу. Джо слышал, как он там что-то раскапывал, а немного погодя Фриско-Кид тихонько позвал его. Войдя в каюту, Джо увидел, что друг его сидит в уголке, на коленях держит раскрытую шкатулку, а в руках — бережно сложенную страничку из иллюстрированного журнала.</p>
      <p>— Похожа она на эту картинку? — спросил Фриско-Кид, разглаживая печатный листок и поднося его к глазам Джо.</p>
      <p>Картинка изображала двух девочек и мальчика, собравшихся, очевидно, где-то на чердаке и о чем-то договаривающихся. Девочка, которая говорила, стояла лицом к зрителю, а другие двое сидели к нему спиной.</p>
      <p>— Кто? — спросил Джо, недоуменно переводя глаза с картинки на Фриско-Кида.</p>
      <p>— Твоя… твоя сестра… Бесси?</p>
      <p>Слова эти он произнес заикаясь и с какой-то робкой почтительностью и благоговением.</p>
      <p>Джо на минуту совершенно опешил. Он не понимал, какую связь имеет эта картинка с его сестрой. Да и вообще девчонки все такие глупые, что на разговоры о них не стоило тратить времени.</p>
      <p>«А он краснеет», — подумал Джо, замечая, что лицо Фриско-Кида покрылось легким румянцем. Ему стало смешно, и он с трудом удержался, чтобы не расхохотаться.</p>
      <p>— Нет, нет, не надо! Только не смейся! — вскричал Фриско-Кид, вырывая листок из рук Джо и укладывая его обратно в шкатулку дрожащими руками. — Я думал… я… думал, что ты поймешь и… и…</p>
      <p>Губы у него задрожали, на глаза стали навертываться слезы, и он поспешно отвернулся.</p>
      <p>Джо сел с ним рядом и обнял его. Движение это было чисто инстинктивное, безотчетное. Неделей раньше ему показалось бы невероятно глупым и сентиментальным обнимать друга за плечи, но сейчас это было в высшей степени просто и естественно. Он не понимал, почему, но чувствовал, что это выражение симпатии с его стороны было чрезвычайно важно для Фриско-Кида.</p>
      <p>— Расскажи все, и я пойму, — настаивал он.</p>
      <p>— Нет, нет, ты этого не поймешь. Ты не можешь этого понять.</p>
      <p>— Пойму, уверяю тебя. Говори!</p>
      <p>Фриско-Кид проглотил комок, стоявший у него в горле от волнения, и покачал головой.</p>
      <p>— Не сумею. Я чувствую, но словами выразить не умею.</p>
      <p>Джо погладил его по плечу, и Фриско-Кид продолжал:</p>
      <p>— Ну, так вот. Видишь ли, я так мало знаю о жизни на суше, о людях и все такое. У меня не было ни братьев, ни сестер, ни товарищей. Я мучился одиночеством, но не понимал этого. Мне чего-то вот тут не хватало. — Он указал на грудь. — Ты когда-нибудь чувствовал голод, острый голод? Так вот это самое чувствовал и я. Только голод какой-то особенный; я и сам не знал, что это. Но раз как-то — это было очень давно — мне попался журнал с этой картинкой с двумя девочками и мальчиком, которые о чем-то между собой разговаривают. И я подумал: как хорошо было бы так сидеть с ними вместе! И я стал думать о них, о чем они говорят, что делают; и вдруг у меня блеснуло в уме, и я понял, в чем дело. Я понял, что меня мучает одиночество.</p>
      <p>Но больше всего я думал об этой девочке, которая смотрит оттуда прямо в глаза. Я думал о ней все время, и она стояла передо мной, как живая. Видишь ли, я хорошо понимал, что на самом-то деле ее нет, но в то же время верил, что она живет. Когда я думал о людях, о труде и тяжелой жизни, я знал, что эти люди не настоящие, а только в моих мыслях; но когда я думал о ней, то нет… Сам не знаю… Я не могу этого объяснить.</p>
      <p>Джо вспомнил, как он сам много раз фантазировал, рисуя в воображении различные приключения на суше и на море, и сочувственно кивнул головой. Это, по крайней мере, он вполне понимал.</p>
      <p>— Все это, конечно, глупости, но подружиться с такой вот девочкой казалось мне высшим счастьем на свете. Все это было давно; я был еще маленьким мальчишкой — тогда Красный Нельсон и окрестил меня Фриско-Кидом. С тех пор так меня и зовут. Но я никогда не расставался со своей картинкой и постоянно вынимал ее и рассматривал. И когда случалось, что я поступал нечестно, то мне было совестно глядеть на нее. Ну, а потом, когда я подрос, я уже по-другому стал смотреть на все это. «А что, Кид, — думал я про себя, — что, если бы ты встретил такую вот девочку, что бы она подумала о тебе? Могла бы она хоть капельку полюбить тебя, стать твоим другом?» И тогда мне хотелось стать лучше, и я давал себе обещание измениться, что-то такое сделать, чтобы она, или такие, как она, не постыдились бы знакомства со мной.</p>
      <p>Из-за этого я выучился читать. Из-за этого я и бежал. Грамоте меня научил маленький грек Ники Перрата. И только когда я научился читать, я узнал и понял, что заниматься пиратством — это очень плохо. Я попал на эту дорогу с тех пор, как помню себя; все, кого я знал, занимались этим. Но когда я понял, что это плохо, то сбежал от них и думал, что навсегда. Ну, об этом и о том, как я снова вернулся к пиратам, я расскажу когда-нибудь после.</p>
      <p>Конечно, это потому, что я все время думал о ней тогда, мне казалось, что она живая. Да и теперь кое-когда так кажется. Но вот сейчас, во время нашего разговора, я понял вот что. Я понял, что, думая о ней, я думал просто о другой, лучшей, более чистой жизни, о которой я все время мечтаю. Если бы я мог жить такой настоящей жизнью, то я, наверно, узнал бы и таких девочек и других людей вроде тебя. И вот я стал думать о твоей сестре и о тебе, а почему, не знаю сам. А ты, наверно, много знаешь таких девочек, правда?</p>
      <p>Джо кивнул головой.</p>
      <p>— Так расскажи мне о них что-нибудь; все-равно что, — добавил он, заметив колебание во взгляде своего товарища.</p>
      <p>— О, пожалуйста, это легко, — храбро начал Джо. Он понял, до некоторой степени, чего не хватало этому юноше, и ему казалось совсем нетрудно удовлетворить его желание. — Начать с того, что они похожи… Гм! Ну да, что они похожи на… на девочек… вот именно… на девочек… — Он запнулся и почувствовал, что сказать ничего не может.</p>
      <p>Фриско-Кид терпеливо ждал, все его лицо выражало напряженное внимание.</p>
      <p>Джо добросовестно мобилизовал все свои умственные способности и весь запас своих сведений.</p>
      <p>Перед ним промелькнул целый ряд девочек, с которыми он учился в школе, — сестер школьных товарищей и сестриных подруг; худеньких и пухленьких, высоких и низеньких, голубоглазых и черноглазых, брюнеток и блондинок, с завитушками и без завитушек, — словом, целая процессия девочек всевозможного вида. Но что о них можно сказать? Решительно ничего. Если бы еще он сам был девчонкой, а то ведь нет.</p>
      <p>— Все девчонки одинаковы, — заключил он с отчаянием в голосе. — Они все на один манер и ничем не отличаются от тех, которых ты сам знаешь.</p>
      <p>— Но я не знаю ни одной.</p>
      <p>Джо свистнул…</p>
      <p>— И никогда не знал?</p>
      <p>— Одну я знал — Карлотту Джиспарди. Но она не умела говорить по-английски, а я не умел по-итальянски. Она умерла. Ну да ладно! Оставим это. Видно, ты знаешь о них столько же, сколько и я, хоть я и не знал ни одной.</p>
      <p>— А я наверняка знаю больше твоего о морских приключениях, — отпарировал Джо.</p>
      <p>Оба мальчика весело расхохотались. Но разговор этот заставил Джо призадуматься. Ему вдруг стало ясно, что он не ценил, как должно, тех благ, которые выпали на его долю. Хотя дом, мать и отец уже стали значить больше для него с некоторых пор, но о сестре и друзьях он как-то и не думал. Он никогда не ценил их по-настоящему, пронеслось у него в голове, но отныне… да, отныне будет иначе!</p>
      <p>Тут раздался резкий голос Француза-Пита, звавшего их, и ребята выбежали на палубу.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XVII</p>
       <p>Фриско-Кид рассказывает свою повесть</p>
      </title>
      <p>— Поднять грот, выбрать якорь! — крикнул Пит. — Отдавай сезни, живо! — командовал Фриско-Кид. — Теперь выбирай дирик-фал — вон тот конец, — отдай его с нагеля. И не торопись, выбирай наравне со мной. Так! Теперь крепи! Расправим после. Беги на корму и подбери грота-шкот! Поставь румпель на место!</p>
      <p>Парус внезапно наполнился ветром, «Ослепительный» дрогнул, рванулся вперед, как нетерпеливая лошадь, и начал дергать якорную цепь, пока якорь не отцепился от илистого дна и не выпустил шлюп на свободу.</p>
      <p>— Брось шкот! Сюда, ко мне! Помоги выбрать цепь! Приготовься поднять кливер! — Фриско-Кид преобразился: от мечтательного мальчика с драгоценной картинкой не осталось и следа — на палубе распоряжался строгий и властный моряк. Он перебежал на корму и одновременно с тем, как кливер, поднятый Джо, заполоскал на ветру, повернул судно на другой галс.</p>
      <p>В эту минуту во мраке, как огромная летучая мышь, пронесся мимо них «Северный Олень».</p>
      <p>— Ну уж мне эти мальчишки! Вы тут целую ночь собираетесь провозиться, я вижу, а? — крикнул Француз-Пит с раздражением.</p>
      <p>С борта «Северного Оленя» донесся грубый голос Красного Нельсона:</p>
      <p>— Не мели вздора, французик, ведь Кида вышколил я! Этот малый не промах!</p>
      <p>У «Северного Оленя» был более быстрый ход, чем у «Ослепительного»; он нарочно убавил паруса, и мальчики не теряли его из виду. Ветер дул с запада и постепенно усиливался. Небо начали застилать быстро мчавшиеся густые облака. Фриско-Кид закинул голову и посмотрел вверх.</p>
      <p>— К утру здорово засвежеет, — сказал он. — Как я и предсказывал.</p>
      <p>Прошло несколько часов. Подойдя к Сан-Матео, оба судна остановились и отдали якоря на расстоянии не более одного кабельтова от берега. В море вдавалась небольшая пристань. Неподалеку от нее колыхалась маленькая яхта.</p>
      <p>На судах, как обычно, все было приготовлено к быстрому отплытию. В одну минуту по данному знаку можно было поднять якоря и поставить паруса. Оба ялика бесшумно отчалили от борта «Северного Оленя». Красный Нельсон уступил одного человека из своей команды Французу-Питу. На каждом ялике сидело по два человека.</p>
      <p>Нельзя сказать, чтобы физиономии этих людей производили приятное впечатление, — по крайней мере у Джо вид этих свирепых, мрачно-суровых лиц вызывал невольную дрожь. Капитан «Ослепительного» опоясался ременным поясом с двумя револьверами в кобурах и уложил в ялик ружье и крепкие двухшкивные тали. Затем он поднес каждому соучастнику по стакану вина, и все они выпили в темной каюте за успех экспедиции. Красный Нельсон тоже был вооружен, а у его людей на бедрах висели матросские ножи. Они осторожно разместились в яликах, стараясь не производить ни малейшего шума. Француз-Пит уселся последним; он приказал мальчикам соблюдать полную тишину в его отсутствие и не затевать никаких фокусов.</p>
      <p>— Вот был бы прекрасный случай для тебя, Джо, если бы только они оставили нам ялик, — прошептал Фриско-Кид, когда шлюпки скрылись в тумане.</p>
      <p>— А почему бы нам не уйти на «Ослепительном»? — последовала неожиданная реплика. — Поднять паруса — и след простыл! Пока они там спохватятся!</p>
      <p>Фриско-Кид колебался. Дух товарищества давал себя знать. Грешно подводить товарища в опасную минуту.</p>
      <p>— Не совсем хорошо, мне кажется, покинуть их в беде на берегу, — сказал он. — Конечно, — поспешил он добавить, — я отлично понимаю, что они затеяли скверную штуку; но помнишь ту первую ночь, когда ты бежал по воде к ялику, а сзади пощелкивали? Мы ведь тебя не бросили!</p>
      <p>Джо поневоле пришлось согласиться, но у него блеснула новая мысль.</p>
      <p>— Но ведь они пираты, воры, преступники. Они нарушают закон, а мы с тобой не хотим быть преступниками. Кроме того, мы их вовсе не бросаем в беде. У них остается «Северный Олень», — кто им мешает удрать на нем, а в темноте они нас не разыщут.</p>
      <p>— Идет! — сказал Фриско-Кид. Хотя он и согласился, но все-таки это было ему совсем не по душе: как-никак, дело пахло предательством.</p>
      <p>Они ползком пробрались на нос и начали поднимать грот. Ради сбережения времени в крайнем случае можно было не выбирать якорь, а обрезать канат. Но чуть только скрипнули шкивы, как из окружающей темноты донеслось до них предостережение:</p>
      <p>— Тсс! — а вслед за тем полушепотом: — Перестаньте!</p>
      <p>Присмотревшись в том направлении, откуда слышался голос, они различили белевшее в темноте лицо человека, следившего за ними с борта соседнего шлюпа.</p>
      <p>— Э! Да это юнга с «Оленя». Давай дальше!</p>
      <p>Но как только опять скрипнули блоки, раздалось второе предостережение, и в новом тоне:</p>
      <p>— Сказано: бросьте фалы, а то всыплю вам горячих!</p>
      <p>Угроза эта сопровождалась щелканьем взводимого курка. На этот раз Фриско-Кид неохотно повиновался и с ворчанием направился назад в кокпит.</p>
      <p>— Не горюй, еще немало представится случаев. — шепнул он в утешение Джо. — А Француз-Пит хитер! Сообразил, что ты захочешь убежать, и приставил нарочно сторожа.</p>
      <p>С берега не доносилось ни звука. Неизвестно было, что там проделывали пираты и как шли их дела. Ни одна собака не лаяла, нигде не видно было ни одного огонька. Но воздух казался насыщенным тревогой, и ночная тишина точно таила в себе всевозможные ужасы. Нервы мальчиков были натянуты. Они сидели в кокпите, тесно прижавшись друг к другу, и ждали.</p>
      <p>— Ты хотел рассказать мне, как ты бежал, — заговорил Джо, — и почему ты вернулся обратно?</p>
      <p>Фриско-Кид принялся потихоньку рассказывать, наклонившись к уху товарища:</p>
      <p>— Видишь ли, когда я вздумал уйти, у меня не было никого, решительно никого, кто бы мне мог помочь. Я понимал, что единственным выходом для меня было выбраться на берег и подыскать такую работу, которая дала бы мне возможность учиться. Я решил, что в деревне будет легче найти такую работу, чем в городе. Ну я и удрал от Красного Нельсона. Я был тогда на «Северном Олене». Однажды ночью, когда мы стояли на Аламедских устричных отмелях, я выбрался на берег и дал стрекача. Нельсон меня не поймал. Я бежал куда глаза глядят, только бы подальше от берега. Местные жители все были фермеры-португальцы. Никто из них не дал мне работы. Впрочем, время-то я выбрал неподходящее — зима была. Видишь, как я много смыслил о жизни на суше. С двумя или тремя долларами в кармане отправился я дальше в глубь страны, все искал работу, а еду покупал у лавочников — хлеб, сыр и все такое. Работы нигде не мог найти. Ночевал на улице, без одеяла, было очень холодно, и я всегда радовался, когда наступало утро. Но хуже всего было то, что на меня смотрели, как на бродягу, подозрительно, — все, кого я ни встречал, и нисколько этого не скрывали. Случалось, прогоняли и даже травили собаками. Казалось, для меня нет места на суше. Скоро деньги мои вышли все до последнего цента. Пришлось голодать. Но тут как раз меня арестовали.</p>
      <p>— Арестовали? За что же?</p>
      <p>— Да так себе, ни за что. За то, что живу. Как-то ночью я зарылся в стог сена: там все-таки потеплее спать, — а тут появился полицейский и арестовал меня за бродяжничество. Сначала они думали, что я убежал из дому, и повсюду дали знать о моих приметах. Сколько я ни твердил им, что у меня нет никаких родных, они мне долго не верили. А потом, когда прошло много времени и никто не объявился, чтобы взять меня, судья отправил меня в приют для беспризорных в Сан-Франциско.</p>
      <p>Фриско-Кид замолчал и некоторое время внимательно присматривался и прислушивался, нет ли какого-нибудь движения на берегу. Но там царили мрак и тишина; слышен был только шум ветра.</p>
      <p>— Я думал, что сдохну в этом приюте. Это было все равно, что тюрьма. Нас держали под замком, как арестантов. Но все бы ничего, если бы ребята там были хорошие. А то самые паршивые уличные мальчишки. Они только врали да ябедничали. Смелости в них ни капельки не было, а о честности они и понятия не имели. Мне там понравилось только одно — это книги. О, я читал запоем и прочел их целую кучу. Но ведь этого одного мало! Мне хотелось свободы, солнца, запаха моря! И что я сделал? За что они меня посадили в тюрьму вместе с этим сбродом? Я же ничего плохого не хотел; наоборот, я хотел стать лучше, хотел сделаться человеком — и вот что я за это получил. Понимаешь ли, тогда я был еще слишком глуп и наивен, чтобы разобраться во всем этом.</p>
      <p>Иногда мне мерещились сверкающие на солнце волны, белые паруса, «Северный Олень», рассекающий воду, — и меня охватывала такая тоска, что я не находил себе места и сам был не свой. А тут ребята приставали ко мне со всякими мерзостями, и я со злости задавал им иногда такую трепку! За это меня наказывали и сажали в карцер. Ну, я не выдержал и сбежал оттуда. Выходит, не было мне места на суше. И я поступил к Французу-Питу и вернулся к прежней жизни. Вот и все. Но я еще раз попробую, когда буду постарше и сумею найти для себя подходящее дело. Я это сделаю непременно.</p>
      <p>— Ты уйдешь со мной, — сказал Джо самым решительным тоном, кладя ему руку на плечо. — Вот что ты сделаешь! А насчет…</p>
      <p>Бац! — грянул с берега выстрел. Бац! Бац! Оживленная перестрелка не умолкала. Послышался чей-то раздирающий вопль, кто-то стал звать на помощь. Оба мальчика моментально вскочили, подняли паруса и приготовили все к немедленному отплытию. Юнга на «Северном Олене» сделал то же самое. Человек на яхте, разбуженный выстрелами, выставил было из люка испуганное лицо, но, увидев два незнакомых шлюпа, тотчас же скрылся. Напряженное ожидание кончилось; настало время действовать.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XVIII</p>
       <p>Джо принимает на себя новую ответственность</p>
      </title>
      <p>Якорную цепь укоротили до последней возможности: она висела отвесно. «Ослепительный» стоял в полной готовности. Осталось поднять кливер и дать ход. Фриско-Кид и Джо внимательно смотрели на берег. Крики умолкли, но замелькали огни. До их ушей донесся с берега скрип блоков талей, и они услышали грубый голос Красного Нельсона, дававшего команду: «Спускай!.. Бросай!.. Отваливай!..»</p>
      <p>— Француз-Пит забыл смазать блок, — заметил Фриско-Кид.</p>
      <p>— Чего они там копаются! — крикнул юнга, сидевший на крыше каюты «Северного Оленя», вытирая пот с лица после тяжелой работы: ему одному пришлось поднимать большой парус.</p>
      <p>— У них-то, как видно, все в порядке, — откликнулся Фриско-Кид.</p>
      <p>— А у тебя все готово?</p>
      <p>— Да, все готово.</p>
      <p>— Эй, вы! — крикнул человек с яхты, не высовывая, однако, на этот раз головы. — Лучше бы вы убрались отсюда.</p>
      <p>— А вы бы лучше помалкивали да посиживали в своей конуре, — последовал ответ. — Мы сами сумеем позаботиться о себе, а вы заботьтесь о своей шкуре.</p>
      <p>— Если бы я мог только выбраться отсюда, уж и показал бы я вам!</p>
      <p>— Считайте за счастье, что вы не можете выбраться! — отвечал ему юнга с «Оленя», и человек на яхте замолчал.</p>
      <p>— А вот и они! — воскликнул вдруг Фриско-Кид.</p>
      <p>Два ялика вынырнули из темноты и подошли к борту.</p>
      <p>По голосу Француза-Пита легко было догадаться, что между пиратами происходят какие-то пререкания.</p>
      <p>— Нет, нет! — кричал он. — Грузите на «Ослепительный». У «Северного Оленя» ход быстрей. Он удерет из-под носу, и лови ветра в поле. Нечего там! Грузи на «Ослепительный»!</p>
      <p>— Ну да ладно, пусть будет по-твоему. Разделим после. Поторапливайся! Живо наверх, молодцы! И тащите! У меня рука сломана.</p>
      <p>Матросы Нельсона выскочили из лодки, спустили в нее веревки, и все, кроме Джо, ухватились за них и стали тащить. Крики людей где-то у берега, всплеск весел, скрип блоков, хлопанье парусов — все это красноречиво свидетельствовало о том, что на берегу спешно налаживают погоню.</p>
      <p>— Ну, — командовал Красный Нельсон, — разом! Смотри, осторожней! Не упускать, а то ялик не выдержит! Пошло! Тяни! Еще! Еще раз! Стой! Закинь конец, отдохните!</p>
      <p>Хотя подняли только до половины, но все уже изнемогли от чрезмерного напряжения и обрадовались передышке. Джо взглянул через борт, желая узнать, что за тяжесть они поднимают, и различил неясные очертания небольшого канцелярского сейфа.</p>
      <p>— За дело! Все вместе! — опять раздался голос Нельсона. — Одним махом, ребята! Хо-хо! Еще раз! Ну еще! Так! Готово!</p>
      <p>Запыхавшись и еле переводя дух, они втащили сейф на палубу, перекинули его через комингс и спустили в кокпит. Распахнув дверцы каюты, проволокли его по настилу и поставили рядом с колодцем выдвижного киля. Красный Нельсон взобрался следом за остальными и распоряжался установкой. Левая рука его беспомощно болталась, а с кончиков пальцев капала кровь. Но он, по-видимому, не обращал на это никакого внимания, и его, казалось, нисколько не беспокоила та человеческая буря, которую он поднял на берегу и которая, судя по долетавшим звукам, угрожала разразиться над ними ежеминутно.</p>
      <p>— Держите курс на Золотые Ворота, — сказал он Французу-Питу, собираясь уходить. — Я постараюсь держаться поблизости; но если я в темноте потеряю вас из виду, то встретимся утром у Фараллоновых островов.</p>
      <p>Он прыгнул в ялик вслед за своими матросами и весело крикнул, помахивая здоровой рукой:</p>
      <p>— А потом в Мексику, ребята, в Мексику, там тепло!</p>
      <p>Как раз в тот момент, когда «Ослепительный» снялся с якоря и, качнувшись, двинулся вперед, за кормой показался темный парус, почти уже наседавший на ялик, шедший у «Ослепительного» на буксире. Кокпит судна преследователей был переполнен людьми, разразившимися ругательствами при виде пиратов.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_002.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>У Джо мелькнула мысль кинуться на нос и перерезать фалы, чтобы «Ослепительный» попался в плен. Ведь он, Джо, ни в чем не виноват и нисколько не боится суда, как он и говорил Питу. Однако мысль о Фриско-Киде остановила его. Джо хотел уйти от пиратов вместе с Кидом, но вовсе не с тем, чтобы запрятать его в тюрьму. Таким образом, опасность, грозившая Фриско-Киду, заставила Джо горячо пожелать, чтобы «Ослепительному» удалось уйти от погони.</p>
      <p>Гнавшееся за ними судно, пытаясь обойти «Ослепительный», описало дугу и при этом наткнулось впотьмах на яхту, стоявшую на якоре. Человек, находившийся на ней, полагая, что это пираты и ему пришел конец, заорал благим матом, выскочил на палубу и бросился за борт. Суматоха, вызванная столкновением, и спасение утопавшего затормозили погоню. Тем временем Француз-Пит и мальчики успели скрыться в ночной темноте.</p>
      <p>«Северный Олень» давно уже исчез из виду. «Ослепительный» вышел в открытое море и, подгоняемый свежим ветерком, быстро мчался по легкой зыби. Не прошло и часу, как с правой стороны показались огни мыса Хантерс-Пойнт. Фриско-Кид сошел вниз варить кофе, а Джо остался на палубе. Он смотрел на всплывавшее зарево огней Сан-Франциско и думал о том, куда они теперь направятся. Мексика! Как? Неужели они пустятся в океан на этой скорлупе! Быть не может! Представление о путешествии по океану у него связывалось лишь с пароходами и кораблями. Он начинал сожалеть о том, что не перерезал фалов. Ему очень хотелось задать несколько вопросов Питу, но только он собрался раскрыть рот, как этот достойный муж приказал ему идти в каюту пить кофе и спать. Джо и Фриско-Кид улеглись, а Француз-Пит остался один наверху. «Ослепительный» шел по заливу, направляясь в сторону открытого моря. Раза два капитану послышался шум волн, разбиваемых о форштевень, а один раз он заметил с подветренной стороны судно, быстро переменившее галс при виде «Ослепительного». Но темнота благоприятствовала Французу, и подозрительный парус скоро исчез и не появлялся более.</p>
      <p>Чуть только рассвело, капитан разбудил мальчиков, и они выползли на палубу с заспанными лицами. Утро выдалось холодное, серое; ветер предвещал близкий шторм.</p>
      <p>Джо немало удивился, увидев перед собой белые палатки карантина на острове Энджел Айленд. Сан-Франциско выделялся туманным пятном на южном горизонте. Ночь медленно таяла. Француз-Пит держал курс на Ракун-Стрейтс и внимательно всматривался в нырявшую на расстоянии полумили позади них шлюп-яхту.</p>
      <p>— Думают поймать «Ослепительный», кажется, да? Ну, посмотрим! — И он повернул шлюп на другой галс, взяв курс прямо на Золотые Ворота. Яхта двинулась следом. Джо стал наблюдать за ней. Она шла почти параллельным курсом и заметно нагоняла их.</p>
      <p>— Но ведь так они нас живо догонят! — вскричал он.</p>
      <p>Француз-Пит засмеялся.</p>
      <p>— Как бы не так! Они отстают; мы уходим. Они удирают от ветра, а мы выходим на ветер. О! Погоди, увидишь!</p>
      <p>— Они идут быстрее нашего, — вставил Фриско-Кид. — Но мы держим ближе к ветру. В конце концов мы их обгоним, даже если они осмелятся перейти бар. Но я не думаю, чтобы они на это решились. Смотри, смотри!</p>
      <p>Впереди виднелись огромные, грохочущие, пенистые валы океана. Среди бушующих волн входила в гавань, то подкидываемая на гребень гороподобной волны, то низвергаемая в бездну, каботажная паровая шхуна, нагруженная лесом.</p>
      <p>Захватывающее зрелище величавой борьбы человека со стихией пленило Джо. Забыв об опасности, он замер на месте; глаза его широко раскрылись, ноздри раздувались от восхищения. Француз-Пит облачился в дождевик и надел зюйдвестку. Джо тоже получил такой же костюм. Потом они вместе с Кидом пошли по приказанию капитана закрепить как следует на месте сейф. Джо во время работы увидел выгравированное на сейфе золотыми буквами название фирмы: «Бронсон и Тейт». Как?! Неужели этот сейф принадлежит его отцу? Неужели это собственность мистера Бронсона и его компаньона? Фриско-Кид, прибивавший к настилу каюты последнюю планку, оторвался от своего дела и взглянул на надпись.</p>
      <p>— Вот так фунт!.. — протянул он шепотом. — Это твоего отца?</p>
      <p>Джо молча кивнул в ответ. Теперь все было ясно, как на ладони. Они тогда ходили в Сан-Андреас, где разрабатываются обширные каменоломни его отца. По всей вероятности, в сейфе лежат деньги, ассигнованные на выдачу жалованья рабочим и служащим, которых там было больше тысячи человек.</p>
      <p>— Молчи! — шепнул он. — Ни слова!</p>
      <p>Фриско-Кид кивнул головой в знак согласия.</p>
      <p>— Француз-Пит читать не умеет, а Красный Нельсон не знает твоей фамилии. Но беда в том, что ведь они взломают его при первой возможности и деньги между собой поделят. Что ты тут можешь сделать?</p>
      <p>— Посмотрим!</p>
      <p>Джо решил отстаивать собственность своего отца всеми силами. Она, наверное, пропала бы, если бы его не было здесь. Но так как он здесь, то, значит, имеются некоторые шансы спасти ее. Пусть эти шансы сомнительны, но все же теперь они есть. Джо почувствовал на плечах своих бремя новой ответственности.</p>
      <p>Несколько дней тому назад у него не было никаких других забот, кроме заботы о себе самом. Но затем, приняв близко к сердцу участь Фриско-Кида, он как-то подсознательно взял на себя ответственность за его будущность; потом, еще более неуловимыми путями, он пришел к осознанию своих обязанностей перед домом, перед сестрой и друзьями. И, наконец, совершенно неожиданно так сложились обстоятельства, что ему необходимо теперь постоять за интересы отца. Это был призыв к его мужеству и смелости. И он всем сердцем откликнулся на этот призыв. Что бы ни сулило будущее, в себе он уверен. И эта его уверенность в силу каких-то таинственных законов еще более увеличивала его решимость. Он впервые смутно отдал себе отчет в той жизненной истине, что уверенность родит уверенность, а сила — силу.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XIX</p>
       <p>Мальчишки задумали бежать</p>
      </title>
      <p>— Начинается! — закричал Француз-Пит.</p>
      <p>Оба мальчика выбежали в кокпит. «Ослепительный» переступал бар океана. Перед ними вздымался огромный пенистый вал футов в сорок высотой, на мгновение закрывший от них ветер и грозивший расплющить крошечное суденышко, как яичную скорлупу. У Джо захватило дух. Момент был критический. Француз-Пит повернул шлюп прямо на волну. «Ослепительный» взлетел по ее крутому уклону, повис на головокружительной высоте и низвергнулся в пучину. Маневрируя таким образом, чтобы между налетевшими валами дать возможность парусу наполниться ветром, и направляя шлюп прямо навстречу поднимающейся волне, они прошли опасный отрезок пути.</p>
      <p>Шлюп нырял и выскакивал из пучины с легкостью поплавка, только один раз волна чуть не захлестнула суденышко.</p>
      <p>Джо забыл и о себе и обо всем на свете. А! Вот это жизнь! Вот это настоящая деятельность! Это не похоже на то дряблое существование, которое он так долго влачил. Матросы встречного парохода, столпившиеся на мокрой палубе, заваленной лесом, приветственно махали зюйдвестками, и даже капитан, стоявший на мостике, восхищался дерзким суденышком.</p>
      <p>— Посмотрите-ка, посмотрите! — Француз-Пит указал на корму.</p>
      <p>Преследователи, как видно, струсили. Шлюп-яхта заметалась из стороны в сторону, не решаясь переступить через грозный порог. «Ослепительный» ушел от погони.</p>
      <p>Лоцманский бот, спасаясь от надвигавшейся бури, промчался мимо, как испуганная птица, и так стремительно обогнал пароход, что, казалось, тот стоит на месте.</p>
      <p>Получасом позднее «Ослепительный», выбравшись из бурунов, плавно скользил по длинной тихоокеанской волне. Скорость ветра увеличилась, и пришлось взять рифы. Но потом опять распустили паруса и понеслись правым галсом на Фараллоны, до которых было миль около тридцати. После завтрака они увидели «Северного Оленя», лежавшего в дрейфе; его сносило на юго-запад. Штурвал был закреплен неподвижно, и на палубе не видно было ни души.</p>
      <p>Француз-Пит возмущался такой беспечностью.</p>
      <p>— Черт его знает, что он делает, этот Красный Нельсон! Забубенная голова: ему все нипочем! Ничего не боится. Уж напорется он когда-нибудь!</p>
      <p>Им пришлось три раза обойти вокруг «Северного Оленя» и кричать хором во все горло по ветру. Наконец, появились люди на палубе. На «Олене» быстро поставили паруса, и обе скорлупки двинулись вперед, в безграничные просторы Тихого океана.</p>
      <p>Фриско-Кид объяснил Джо, что необходимо уйти как можно дальше от берегов, пока еще не обрушился на них бешеный шторм. Иначе их отнесет к берегам Калифорнии. Когда пройдет шторм и наступит затишье, можно будет подойти к какому-нибудь берегу и запастись водой и провиантом. Хорошо, что он, Джо, не страдает морской болезнью. Последнее обстоятельство поднимало престиж юного строптивого моряка и в глазах капитана — Пит тоже похвалил его за это.</p>
      <p>— Знаешь что, — шепнул Фриско-Кид своему товарищу, когда они готовили обед, — давай нынче ночью скрутим Пита…</p>
      <p>— Как так?</p>
      <p>— Ну да, скрутим — и только. А потом выставим огни и направимся к берегу, зайдем в первый попавшийся порт, только бы избавиться от Красного Нельсона.</p>
      <p>— Да, — задумался Джо, — план этот был бы хорош, если бы я мог все это сделать один. Но чтобы ты помогал мне… нет, с твоей стороны это было бы предательством по отношению к Французу-Питу.</p>
      <p>— Вот что мы сделаем: я берусь тебе помочь, если ты мне пообещаешь одну вещь, — сказал Фриско-Кид. — Француз-Пит взял меня к себе, когда я бежал из приюта и умирал с голоду, и мне некуда было деваться. Было бы нечестно с моей стороны отплатить ему за это тюрьмой. Твой отец не захотел бы, чтобы ты нарушил свое слово, ведь правда?</p>
      <p>— Нет, разумеется, нет. — Джо отлично было известно, как свято соблюдал отец свое слово.</p>
      <p>— Так ты должен пообещать, и отец твой должен постараться, чтобы Пит не попал в тюрьму.</p>
      <p>— Прекрасно. Ну, а ты-то куда же? Неужели опять с ним на «Ослепительном»?</p>
      <p>— О, обо мне беспокоиться нечего! Кому я нужен? Я уже не маленький и в своем деле набил руку настолько, что могу поступить на службу матросом. Заберусь куда-нибудь на край света и начну новую жизнь.</p>
      <p>— В таком случае перестанем об этом говорить, вот и все.</p>
      <p>— О чем — об этом?</p>
      <p>— О твоем предложении насчет Пита и прочем.</p>
      <p>— Нет, нет! Это решено и подписано.</p>
      <p>— Послушай, я говорю серьезно. Я ни в коем случае не пойду на это. Если ты, со своей стороны, не дашь мне обещания, то я предпочту идти в Мексику.</p>
      <p>— Какое обещание?</p>
      <p>— Вот какое: с той минуты, как мы вступим на землю, ты целиком подчиняешься мне. Ведь ты сам говорил, что не имеешь никакого представления о жизни на суше. А уж я сговорюсь с отцом, я знаю, ты познакомишься с подходящими людьми, будешь учиться, получишь какую-нибудь специальность и станешь работать где-нибудь. Это ведь лучше, чем оставаться пиратом или идти в матросы.</p>
      <p>Хотя Фриско-Кид и молчал, но выражение лица юноши выдавало его отношение к этой заманчивой перспективе.</p>
      <p>— И, кроме того, не забывай, что ты будешь иметь на это полное право, — продолжал настаивать Джо. — Ты будешь помогать мне и тем самым поможешь отцу вернуть деньги. Таким образом, он становится твоим должником.</p>
      <p>— Ну, это я не люблю. Я презираю людей, которые помогают в беде только за плату.</p>
      <p>— Замолчи, пожалуйста! Ты не знаешь, во что обойдется моему отцу сыскной розыск! Ну, обещай же, и кончено дело! А когда я все устрою и тебе вдруг что-нибудь не понравится, ты всегда сможешь уйти обратно в море. Ну, согласен?</p>
      <p>Они ударили по рукам и занялись обсуждением рискованного плана.</p>
      <p>Но шторм, налетевший с северо-запада, разрушил все замыслы друзей и приготовил «Ослепительному» иную участь. После обеда пришлось взять вторые рифы, хотя буря еще не разыгралась в полную силу. Океан бушевал; волны громоздились, как горы, казавшиеся непомерно огромными и страшными с низкой палубы шлюпа.</p>
      <p>С обоих шлюпов могли видеть друг друга только в те минуты, когда им случалось одновременно очутиться на гребне волны. Порой волны заплескивали в кокпит и перекатывались через крышу каюты. Джо поручено было откачивать воду помпой.</p>
      <p>В четвертом часу Французу-Питу удалось подать знак «Северному Оленю», что «Ослепительный» ложится в дрейф и становится на плавучий якорь. Последний представлял собой просторный брезентовый мешок, отверстие которого поддерживалось раскрытым посредством связанных треугольником металлических стержней. К ним были привязаны буксирные тросы по принципу воздушного змея. Таким образом, воде противопоставлялась наибольшая противодействующая поверхность, и благодаря этому шлюп держался все время носом против ветра и волны— самое безопасное положение для судна во время шторма. Красный Нельсон махнул рукой, давая знать, что понял сигнал и согласен.</p>
      <p>Пит взялся сам сбросить якорь, приказав Фриско-Киду повернуть вовремя руль и поставить судно против ветра.</p>
      <p>Капитан, с трудом удерживаясь на скользкой палубе, выжидал подходящего момента.</p>
      <p>Но как раз в ту минуту, когда «Ослепительный» очутился на гребне громадной волны и выпрямился на розный киль, налетел бешеный порыв ветра. Напор на паруса и снасти был так велик, что они не выдержали. Раздался треск. Талрепы, ванты, мачта, кливер, грот, блоки, плавучий якорь и сам Пит — все грохнулось за борт. Каким-то чудом капитан уцелел. Он успел ухватиться за ватерштаг и дотянулся до бушприта. Мальчики подбежали и втащили его на палубу. Красный Нельсон, заметив крушение, переложил руль и бросился к ним на выручку.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XX</p>
       <p>Критические минуты</p>
      </title>
      <p>Француз-Пит остался цел и невредим. Но мешок плавучего якоря был поврежден: его проткнуло насквозь гафелем, обрушившимся вместе с мачтой. Обломки, бившиеся о борт судна, отклоняли шлюп от прямого направления навстречу волнам, и положение становилось опасным.</p>
      <p>— Прощай, старина «Ослепительный»! Теперь уж мы больше не будем протирать с тобой ветру глаза. Не будем обгонять щегольские господские яхты и сбивать с Джентльменов спесь.</p>
      <p>Так слезно причитал капитан, стоя в кокпите и окидывая печальное зрелище помутившимся взором. Даже Джо, который сильно его недолюбливал, почувствовал к нему жалость в эту минуту. Жестокий порыв ветра сорвал гребень волны и обрушил его на беспомощное судно-калеку.</p>
      <p>— Неужели нельзя спасти его? — растерянно проговорил Джо.</p>
      <p>Фриско-Кид отрицательно покачал головой.</p>
      <p>— А сейф?</p>
      <p>— И думать нечего! Никакое судно не отважится подойти близко к нашему борту за все золото Соединенных Штатов. Придется еще поломать голову над тем, как бы нам-то уцелеть.</p>
      <p>Набежала другая волна и разбила вдребезги о корму уже давно перед тем захлебнувшийся ялик. Вдруг над ними из вершины водяного холма вырос парус «Северного Оленя».</p>
      <p>Джо в ужасе отшатнулся: казалось, судно рухнет им на голову. Но в следующее мгновение оно провалилось в бездну, и они увидели его далеко внизу под собою. Подобные минуты не забываются. Картина была поразительная. «Олень» трепетал, весь окутанный белоснежной пеной, зарываясь в воду по самый кокпит. Брызги стояли облаком в воздухе и придавали картине фантастический вид. Один из матросов, каким-то чудом удерживаясь на палубе, старался отвязать отяжелевший от воды ялик. Юнга, перегнувшись через комингс кокпита и изо всех сил вцепившись в него, протягивал ему нож. Третий матрос стоял на руле, заставляя судно уклоняться под ветер. Рядом с ним стоял Красный Нельсон. Зюйдвестку с головы у него сорвало, и рыжие кудри мокрыми прядями разметались по лицу. Рука была на перевязи. Вся его осанка дышала неукротимой отвагой и силой. Глаза сияли восторженным блеском. Джо внезапно проникся благоговейным уважением к этому человеку. Какими огромными дарами наделила его природа и как жаль, что они расточаются им на ветер! Пират и разбойник! В это мгновение извечная истина жизни как бы озарила сознание Джо: он постиг тайну успеха и причину неудач. Жизнь вдруг распахнула перед ним свою заветную книгу, и он мог читать ее страницы. Из таких характеров, как у Красного Нельсона, создаются герои; такие люди обладают тем, чего ему недостает: умением выбирать, расчетливостью, трезвым самообладанием — словом, всеми теми качествами, о которых ему отец столько раз «читал проповеди».</p>
      <p>Все эти мысли молнией промелькнули у него в голове. Между тем «Северный Олень», подброшенный кверху огромным валом, со свистом пролетел у них мимо самого носа с подветренной стороны.</p>
      <p>— Ох, отчаянная голова! — воскликнул Пит, с восхищением наблюдая за маневрами шлюпа. — Он норовит перекинуть парус на другой галс. Он погибнет и нас всех потопит. Вот, вот, поворачивает! О сумасбродный безумец!</p>
      <p>Но время не терпит, и Красный Нельсон решился рискнуть. Улучив момент, он перекинул парус и пошел с попутным ветром к «Ослепительному».</p>
      <p>— Вот он, близко! Готовься, прыгай! — крикнул товарищу Фриско-Кид.</p>
      <p>«Северный Олень» пронесся мимо кормы, накренясь так низко, что иллюминаторы его каюты зарылись в воду. Казалось, столкновение неминуемо. Но капризом волны его откинуло в сторону. Видя, что маневр не удается, Красный Нельсон моментально придумал другой.</p>
      <p>Крутой поворот руля мигом повернул летевшего на них «Оленя», и он подставил свой нависший гик к самому борту «Ослепительного». Ближе всех был Француз-Пит. Надо было ловить момент. Француз прыгнул, как кошка, и уцепился за него обеими руками. «Северный Олень» подхватил его и понесся вперед, окуная добычу в каждую волну, но Пит крепко держался и подбирался к борту все ближе и ближе, пока наконец не очутился в кокпите. Красный Нельсон в эту минуту уже поворачивал, собираясь повторить тот же самый ход.</p>
      <p>— Твоя очередь, — сказал Фриско-Кид, обращаясь к Джо.</p>
      <p>— Нет, прыгай ты, — ответил Джо.</p>
      <p>— Но я все-таки более опытный моряк, — настаивал Кид.</p>
      <p>— Плавать я мастер тоже, — возражал ему Джо.</p>
      <p>Чем бы кончился спор, неизвестно, но быстрая смена событий сделала всякое соглашение излишним. «Северный Олень» уже несся назад, накренившись под таким углом, что казалось вот-вот опрокинется. Картина была необыкновенная. В ту же минуту шторм разразился с неистовой силой. Ветер взревел и пригладил косматые гребни. Океан закипел. «Северный Олень» пропал из виду: его заслонила чудовищная волна. Волна прокатилась, но шлюп не показывался: его уже не было.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_003.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>Испуганным взорам опешивших мальчиков предстала пустыня бушующих волн. Они озирались, не веря главам: «Северного Оленя» нигде не было видно. Они остались одни, покинутые на произвол разъяренной стихии.</p>
      <p>— Упокой, господи, их грешные души! — торжественно произнес Фриско-Кид.</p>
      <p>Джо был так потрясен катастрофой, что не мог издать ни единого звука.</p>
      <p>— Судно опрокинулось и ключом пошло ко дну: на нем было очень много балласта, — пробормотал Фриско-Кид. Затем он добавил — А теперь нам надо думать о своем спасении. Этот взрыв был последней вспышкой шторма. Но когда он начинает стихать, волны становятся еще выше. Давай действовать, только держись покрепче, чтобы не снесло. Надо поставить шлюп носом прямо к волне.</p>
      <p>Вооружившись ножами, они рядышком осторожно подвигались к тому месту, где перепутанные обломки и обрывки снастей отчаянно колотились о борт. Фриско-Кид руководил опасной работой. Джо исполнял его приказания, как бывалый моряк. Ежеминутно обоих мальчиков захлестывало водой и кидало из стороны в сторону. Они постарались привязать главную массу обломков к носовому битенгу, а затем, барахтаясь и захлебываясь в воде, принялись резать и рубить спутавшиеся шкоты, фалы, штаги и тали. Кокпит быстро наполнялся водой. Приходилось торопиться, чтобы идти откачивать воду. Наконец им удалось очистить все; оставалось только справиться с такелажем подветренной стороны. Фриско-Кид отсек фалы. Остальное доделал шторм. «Ослепительный» сразу переменил положение и развернулся носом к волнам.</p>
      <p>Немного передохнув, обрадованные первой удачей, мальчики перебрались в кокпит, где воды уже было по колено и дощатый настил каюты всплыл. Достав ведра из кормового ящика, они стали усердно вычерпывать воду. Работа была страшно неблагодарная, вода снова и снова заливала шлюп, но они продолжали упорно делать свое дело, и когда наступила ночь, «Ослепительный» уже спокойно покачивался на импровизированном плавучем якоре и мог похвалиться тем, что и помпы его снова действовали. Как верно предсказал Фриско-Кид, буря начала выдыхаться, хотя ветер, изменив направление, все еще был довольно крепким.</p>
      <p>— Если он только не сдаст, — сказал Фриско-Кид, говоря про западный ветер, — то назавтра нас отнесет к берегам Калифорнии. Остается сидеть сложа руки и ждать.</p>
      <p>Разговор не клеился. Оба были подавлены гибелью товарищей и страшно изнурены; сидели молча, прижавшись друг к другу, содрогаясь от холода и чувства заброшенности. Промокшие до костей, они оставались в чем были, так как им не во что было переодеться. Все решительно: пища, одеяла, белье — было насквозь пропитано морской водой. Ночь тянулась бесконечно долго. Порой они забывались дремотой, но, засыпая, поминутно вздрагивали и будили друг друга.</p>
      <p>Наконец рассвело, они огляделись. Ветер и волны угомонились, и «Ослепительный», несомненно, вышел из борьбы победителем. Берег оказался ближе, чем они предполагали, и сквозь дымку серого утра виднелись смутные очертания прибрежных скал. С восходом солнца они разглядели желтую песчаную отмель, окаймленную белой пеной, а позади нее — трудно было поверить этому счастью — обозначались громоздившиеся дома и дымившие трубы какого-то города.</p>
      <p>— Санта-Крус! — закричал Фриско-Кид. — Мы избегнем бурунов.</p>
      <p>— Значит, сейф спасен? — спросил Джо.</p>
      <p>— Разумеется! Правда, для больших судов этот рейд неудобен, но мы с помощью этого ветерка попадем прямо в устье реки Сан-Лоренцо. Там есть нечто вроде маленького озера и пристань. Вода как зеркало, и глубина в рост человека. Однажды мне здесь пришлось побывать с Красным Нельсоном. За дело! К завтраку будем там.</p>
      <p>Вытащив из ящика запасной канат, он связал его мертвым узлом с канатом импровизированного плавучего якоря и перенес на корму, где и прикрепил к кормовому битенгу. После этого он отвязал канат от носового битенга, и шлюп повернулся сначала боком, а потом кормой к волнам и стал носом к берегу.</p>
      <p>Из двух запасных весел и двух мокрых одеял мальчики соорудили мачту и парус. Установив все как следует, Джо отвязал тянувшиеся на буксире остатки рангоута, и Фриско-Кид взялся за румпель.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава XXI</p>
       <p>Джо и его отец</p>
      </title>
      <p>— Ну что, капитан? — спросил Фриско-Кид, управившись со швартовами и закрепив шлюп у маленькой пристани. — Что вы теперь прикажете делать?</p>
      <p>Джо посмотрел на него вытаращенными глазами.</p>
      <p>— Как это… Я? В чем дело?</p>
      <p>— Ты же теперь капитан! Разве мы не добрались до суши? Отныне я подчиняюсь твоей команде. Что прикажете делать?</p>
      <p>Джо понял наконец и скомандовал:</p>
      <p>— Свистать всех наверх к завтраку!.. Впрочем, нет, подожди немного.</p>
      <p>Сойдя вниз, он отыскал узелок, в котором находились деньги, захваченные им из дому, потом запер на ключ дверь каюты, и они отправились в город искать ресторан. За завтраком Джо набросал в уме предстоящий план действий и сообщил его Фриско-Киду.</p>
      <p>Справившись в кассе о том, когда отходит в Сан-Франциско утренний поезд, он взглянул на часы.</p>
      <p>— Как раз время, — сказал он Фриско-Киду. — Держи дверь каюты на замке и не пускай никого на борт. Вот тебе деньги. Обедай и ужинай в ресторане. Высуши одеяло и ночуй в кокпите. Я приеду завтра. И смотри не пускай никого в каюту. До свиданья!</p>
      <p>Пожав наскоро руку приятеля, он поспешил на вокзал.</p>
      <p>Контролер, проверявший билеты, посмотрел на него с удивлением. Да и понятно: ему редко приходилось видеть пассажиров в морских сапогах и зюйдвестках. Но Джо не обратил на это внимания. Он даже не заметил удивленного взгляда контролера и сразу углубился в чтение газеты, которую он купил на вокзале. Его внимание привлек интересный заголовок:</p>
      <cite>
       <subtitle>Следы потеряны</subtitle>
       <p>Буксирный пароход «Морская королева», зафрахтованный Бронсоном и Тейтом, вернулся после бесплодных поисков у побережья Хедса. Он не обнаружил никаких следов дерзких пиратов, похитивших в Сан-Андреас во вторник ночью сейф, принадлежащий указанной фирме. Смотритель Фараллонского маяка заявил, что в среду утром заметил два шлюпа, выходивших в открытое море во время начинавшейся бури. Полагают, что пираты погибли вместе со своей преступной добычей. Носятся слухи, что в ящике, кроме десяти тысяч долларов золотом, находились также весьма важные документы.</p>
      </cite>
      <p>Пробежав эту заметку, Джо вздохнул с облегчением. Ясно, что в ту страшную ночь никакого убийства не произошло, иначе репортер непременно упомянул бы об этом факте. Точно так же очевидно, что никому еще не известно о его собственном местопребывании, иначе сенсационная новость облетела бы все газеты.</p>
      <p>На городском вокзале в Сан-Франциско публика оглядывалась на мальчика в странном костюме, нанимавшего кеб. Но Джо не стеснялся нисколько, он очень спешил: надо было застать отца в конторе, пока тот еще не отправился домой завтракать.</p>
      <p>Рассыльный мальчик сердито посмотрел на Джо, когда тот влетел в прихожую и потребовал, чтобы о нем доложили мистеру Бронсону. Вызванный им старший клерк тоже не сразу узнал Джо.</p>
      <p>— Неужели вы меня не узнаете, мистер Виллис?</p>
      <p>Мистер Виллис вторично оглядел бесцеремонного незнакомца.</p>
      <p>— Да это же Джо Бронсон! Подумать только! Откуда же это вас принесло? Войдите, ваш отец у себя в кабинете.</p>
      <p>Мистер Бронсон перестал диктовать секретарю и оглянулся.</p>
      <p>— Привет! Где это ты пропадал? — обратился он к сыну.</p>
      <p>— Я был в плавании, — отвечал застенчиво Джо, не зная, в сущности, чего ему ожидать, и нервно теребя свою зюйдвестку.</p>
      <p>— Небольшая прогулка? Да? Хорошо провел время?</p>
      <p>— Да так себе. — Джо подметил веселые искорки в глазах отца и понял, что ему бояться нечего. — Недурно, говоря относительно.</p>
      <p>— Относительно?</p>
      <p>— Ну да. Вернее сказать, могло бы кончиться плохо, а между тем вышло как нельзя лучше.</p>
      <p>— Интересно. Присядь-ка! — Мистер Бронсон обратился к секретарю: — Можете идти, мистер Браун, и… сегодня вы мне больше не понадобитесь.</p>
      <p>Джо был тронут простотой и непринужденностью оказанного ему приема и чуть не заплакал. Отец держал себя так, как будто ничего не случилось. Можно было подумать, что Джо вернулся домой после каникул или после деловой поездки.</p>
      <p>— Ну, теперь продолжай, Джо, рассказывай! Ты начал так загадочно, что заинтриговал меня в высшей степени.</p>
      <p>Джо уселся и рассказал все, что было, все решительно, начиная с вечера понедельника и до последнего часа сегодняшнего утра. Он передал все подробности, даже все свои разговоры с Фриско-Кидом и сообщил те планы, которые строил на его счет. Лицо у Джо разгорелось, он рассказывал с жаром. Мистер Бронсон молча, с огромным интересом слушал его и только иногда задавал ему тот или другой вопрос.</p>
      <p>— Таким образом, — сказал Джо в заключение, — вы теперь видите, что все вышло очень хорошо.</p>
      <p>— Все это так, — задумчиво произнес мистер Бронсон. — Может быть, да, а может быть, и нет.</p>
      <p>— Почему нет?</p>
      <p>Джо испытывал острое разочарование. Сомнительное одобрение отца задело его за живое. Ему казалось, что спасение сейфа заслуживало более уверенной оценки с его стороны.</p>
      <p>Ясно было, что мистер Бронсон отлично понимал настроение сына, так как он добавил следующее:</p>
      <p>— Что касается сейфа, поздравляю тебя, мой друг! Ты молодец! Мы с мистером Тейтом истратили уже пятьсот долларов на его розыски. Вернуть сейф было настолько важно, что мы назначили пять тысяч долларов вознаграждения тому, кто найдет его, и не далее как нынче утром обсуждали вопрос об увеличении этой суммы. Однако… — Мистер Бронсон поднялся с места и ласково положил руку на плечо мальчика. — На свете есть вещи подороже и поважнее золота и всех бумаг, его заменяющих. Что ты скажешь относительно <emphasis>тебя самого</emphasis>— вот в чем вопрос. Уступил бы ты будущие возможности твоей жизни за миллион долларов?</p>
      <p>Джо покачал головой.</p>
      <p>— Вот в том-то и дело! Ни за какие деньги в мире нельзя купить жизни человеческой, и никакими деньгами нельзя искупить дурно проведенной жизни: деньги не способны украсить, наполнить и выпрямить жизнь того, кто себя искалечил, кто испортил свою жизнь. Что ты скажешь относительно себя самого? Как отразятся все эти приключения на твоей собственной жизни, Джо? Успокоился ты на этом или завтра же или послезавтра снова уйдешь из дому пробовать свои силы в жизни? Понимаешь ты или нет? Неужели, Джо, ты можешь допустить хотя бы на минуту, что я могу поставить на одну доску сокровище жизни сына и какой-нибудь жалкий сейф? И могу ли я сказать, пока не покажет время, что эта прогулка привела к самым лучшим результатам и послужила тебе на пользу? Подобный эксперимент может одинаково повести и к худу и к добру. Один доллар вполне заменит другой: они похожи как две капли воды, и их много на свете, но другого Джо нет, и никто не мог бы заменить мне вот этого! Ты не согласен, Джо? Ты все еще не понимаешь меня?</p>
      <p>Голос мистера Бронсона чуть дрогнул, и Джо зарыдал так, как будто сердце его разрывалось на части. До сих пор он не понимал своего отца и не понимал той боли, которую он ему причинял, не говоря уже о матери и сестре. Но за последние четверо суток в нем произошел перелом. Он яснее взглянул на жизнь и на человеческие отношения. Он стал говорить отцу о тех наглядных уроках, которые получил за это время. Он рассказал ему о своих выводах из бесед с Фриско-Кидом, из столкновения с Французом-Питом, о том неизгладимом впечатлении, какое произвела на него картина гибели «Северного Оленя» и Красного Нельсона, проглоченных океаном.</p>
      <p>И мистер Бронсон внимательно слушал и, в свою очередь, понял сына.</p>
      <p>— Но как же насчет Фриско-Кида, отец? — спросил Джо, закончив свое повествование.</p>
      <p>— Гм… Судя по твоим словам, он мальчик весьма энергичный, и из него выйдет толк. — Мистер Бронсон прищурился, утаивая блеснувшую в его глазах искорку. — Я полагаю, что он сумеет стать на ноги и без нашей помощи.</p>
      <p>— Сэр?! — Джо не верил своим ушам.</p>
      <p>— Дело вот в чем. В настоящее время он должен получить от нас половину обещанной суммы, другая половина принадлежит тебе. Вы ведь оба позаботились о том, чтобы сейф не очутился на дне Тихого океана, и если бы вы подождали немного, то мы с мистером Тейтом повысили бы сумму вознаграждения.</p>
      <p>— О! — Джо начинал понимать. — Что касается меня, то я просто отказываюсь от своей доли, и только. Но что до другой части… это не совсем то, чего хочет Фриско-Кид. Ему нужны друзья… и… и… хоть вы этого и не сказали, но друзья дороже денег, и их не купишь за деньги.</p>
      <p>Ему нужны друзья и возможность учиться, а не две с половиной тысячи долларов.</p>
      <p>— Не лучше ли будет предоставить выбор ему самому?</p>
      <p>— О нет! Об этом мы уже договорились с ним.</p>
      <p>— Договорились?</p>
      <p>— Да, договорились. Он был моим капитаном на море, а я буду его капитаном на суше. Теперь он у меня под командой.</p>
      <p>— Итак, ты выступаешь в качестве его поверенного при настоящих переговорах? Хорошо. Я вношу предложение. Две с половиной тысячи долларов остаются у меня на хранении и будут выданы по его первому требованию. О твоей доле мы потолкуем после. Затем он пройдет испытательный срок для пробы, скажем, годовой, поступив на службу в нашу контору. Ты можешь взять на себя руководство его учебными занятиями, ибо я уверен, что теперь ты будешь учиться прилежнее. Или же он будет посещать вечернюю школу. А затем, если после испытательного срока он окажется на высоте положения, я возьму на себя заботу о его образовании, так же как о твоем. Все это будет зависеть от него самого. Ну, господин поверенный, что вы скажете относительно моих предложений, касающихся интересов вашего клиента?</p>
      <p>— Я скажу, что охотно принимаю их.</p>
      <p>Отец и сын обменялись крепким рукопожатием.</p>
      <p>— А что ты намерен теперь делать, Джо?</p>
      <p>— Прежде всего пошлю телеграмму Фриско-Киду, а потом побегу домой.</p>
      <p>— В таком случае подожди немного: я позвоню в Сан-Андреас и сообщу мистеру Тейту приятную новость, а потом отправимся домой вместе.</p>
      <p>— Мистер Виллис! — сказал мистер Бронсон, уходя из конторы— Андреасовский сейф отыскался, и мы по этому случаю будем сегодня праздновать. Будьте любезны сообщить нашим клеркам, что они свободны на сегодняшний день. Ах, да, — обернулся он, входя в лифт, — не забудьте, пожалуйста, отпустить и рассыльного мальчика.</p>
      <empty-line/>
      <p><emphasis>Перевод М. Клочковского</emphasis></p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Зов предков</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>I</p>
      <p>К первобытной жизни</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Древние бродячие инстинкты</p>
      <p>Перетирают цепь привычки и веков,</p>
      <p>И, просыпаясь от глубокой спячки,</p>
      <p>Вновь дикий зверь выходит из оков.</p>
     </epigraph>
     <p>Бэк не читал газет и потому не знал, что надвигается беда — и не на него одного, а на всех собак с сильными мышцами и длинной, теплой шерстью, сколько их ни было от залива Пюджет до Сан-Диего. И все оттого, что люди, ощупью пробираясь сквозь полярный мрак, нашли желтый металл, а пароходные и транспортные компании раструбили повсюду об этой находке, — и тысячи людей ринулись на Север. Этим людям нужны были собаки крупной породы, сильные, годные для тяжелой работы, с густой и длинной шерстью, которая защитит их от морозов.</p>
     <p>Бэк жил в большом доме, в солнечной долине Санта-Клара. Место это люди называли «усадьбой судьи Миллера». Дом стоял в стороне от дороги, полускрытый за деревьями, и сквозь ветви виднелась только веранда, просторная и тенистая, окружавшая дом со всех сторон, К дому вели посыпанные гравием дорожки, они вились по широким лужайкам под стройными тополями, ветви которых сплетались между собой. Территория за домом была еще обширнее. Здесь находились большие конюшни, где хлопотала добрая дюжина конюхов и их подручных, тянулись ряды увитых диким виноградом домиков для прислуги и строго распланированная сеть всяких надворных построек, а за ними зеленели виноградники, пастбища, плодовые сады и ягодники. Была тут и насосная установка для артезианского колодца и большой цементный плавательный бассейн, где сыновья судьи купались каждое утро, а в жаркую погоду и днем.</p>
     <p>И все это обширное поместье было царством Бэка. Здесь он родился, здесь прожил все четыре года своей жизни. Конечно, были тут и другие собаки. В таком большом поместье их не могло не быть, но они в счет не шли. Они появлялись и исчезали, жили в тесных конурах или влачили незаметное существование где-то в глубине дома, вот как Тутс, японский мопсик, или Изабель, мексиканская собачка совсем без шерсти, нелепые существа, которые редко высовывали нос на вольный воздух и появлялись в саду или во дворе. Кроме того, была в усадьбе целая компания фокстерьеров — десятка два, не меньше, — и они грозно лаяли на Тутса и Изабель, когда те смотрели на них из окон, находясь под защитой армии служанок, вооруженных половыми щетками и швабрами.</p>
     <p>Но Бэк не был ни комнатной собачкой, ни дворовым псом. Вся усадьба была в его распоряжении. Он плавал в бассейне и ходил на охоту с сыновьями судьи. Он сопровождал его дочерей, Молли и Алису, когда они в сумерки или ранним утром отправлялись на прогулку. В зимние вечера он лежал у ног судьи перед пылающим камином в библиотеке. Он катал на спине внучат судьи или кувыркался с ними в траве и оберегал их во время смелых и чреватых опасностями вылазок до самого фонтана на заднем дворе и даже еще дальше, туда, где начинался выгон и ягодники. Мимо фокстерьеров он шествовал с высокомерным видом, а Тутса и Изабель попросту не замечал, ибо он был королем, властителем над всем, что ползало, бродило и летало в поместье судьи Миллера, включая и его двуногих обитателей.</p>
     <p>Отец Бэка, Элмо, огромный сенбернар, был когда-то неразлучным спутником судьи, и Бэк обещал стать достойным преемником отца. Он был не такой громадиной, как тот, весил только сто сорок фунтов, так как мать его, Шеп, была шотландская овчарка. Но и сто сорок фунтов веса, если к ним еще прибавить то чувство собственного достоинства, которое рождается от хорошей жизни и всеобщего уважения, дают право держать себя по-королевски. Четыре года — с самого раннего щенячьего возраста — Бэк вел жизнь пресыщенного аристократа, был преисполнен гордости и даже несколько эгоцентричен, как это иногда бывает со знатными господами, живущими в своих поместьях уединенно, вдали от света. Но Бэка спасало то, что он не стал избалованной комнатной собакой. Охота и тому подобные развлечения на свежем воздухе не давали ему разжиреть, укрепляли мускулы. А купание в холодной воде закаляло его и сохраняло здоровье.</p>
     <p>Так жил пес Бэк до той осени 1897 года, когда открытие золота в Клондайке привлекло на холодный Север людей со всех концов света. Бэк ничего об этом не знал, ибо не читал газет. Не знал он также, что дружба с Мануэлем, одним из подручных садовника, не сулит ему ничего доброго. За Мануэлем водился большой порок: страсть к китайской лотерее. К тому же у этого азартного игрока была одна непобедимая слабость — он верил в свою систему, и потому было совершенно ясно, что он погубит свою душу. Чтобы играть по системе, нужны деньги, а жалованья младшего садовника едва хватало на нужды его жены и многочисленного потомства.</p>
     <p>В памятный день предательства Мануэля судья Миллер уехал на собрание общества виноделов, а мальчики были заняты устройством спортивного клуба, поэтому никто не видел, как Мануэль и Бэк прошли через сад, отправляясь (так думал Бэк) на обыкновенную прогулку. И только один-единственный человек видел, как они пришли на маленький полустанок «Колледж-парк», где поезд останавливался по требованию. Человек этот потолковал о чем-то с Мануэлем, потом зазвенели деньги, переданные из рук в руки.</p>
     <p>— Ты что же это, доставляешь товар без упаковки? — ворчливо заметил незнакомец, и Мануэль обвязал шею Бэка под ошейником сложенной вдвое толстой веревкой.</p>
     <p>— Затянешь покрепче, так, чтобы у него дух перехватило, тогда не вырвется, — сказал Мануэль, а тот, чужой, в ответ что-то утвердительно промычал.</p>
     <p>Бэк со спокойным достоинством позволил надеть себе на шею веревку. Правда, это было для него ново, но он привык доверять знакомым людям, признавая, что они умнее его. Однако, когда концы веревки оказались в руках чужого, он угрожающе заворчал. Он просто выражал недовольство, в гордости своей воображая, что это будет равносильно приказанию. К его удивлению, веревку вдруг глянули так туго, что он чуть не задохся. В мгновенном порыве бешенства он кинулся на обидчика, но тот опередил его: крепко сжал ему горло и ловким движением опрокинул на спину. Веревка безжалостно душила Бэка, но он, высунув язык, тяжело и шумно дыша всей могучей грудью, отчаянно боролся с человеком. Никогда еще никто так грубо не обращался с ним, и никогда в жизни он не был так разгневан! Однако силы скоро ему изменили, глаза остекленели, и он уже ничего не сознавал, когда подошел поезд и двое мужчин швырнули его в товарный вагон.</p>
     <p>Очнувшись, он прежде всего смутно почувствовал боль в языке. Затем, ощутив тряску и услышав хриплый вой паровоза на переезде, Бэк понял, где находится. Он так часто путешествовал с судьей, что не мог не узнать ощущений, связанных с ездой в багажном вагоне. Он открыл глаза. В них пылал неукротимый гнев плененного короля. Похититель хотел схватить его за горло, но Бэк на этот раз оказался проворнее. Он вцепился зубами ему в руку, и челюсти его не размыкались, пока он опять не лишился чувств, придушенный веревкой.</p>
     <p>— Припадочный он! — пояснил человек, пряча свою окровавленную руку от проводника, который заглянул в вагон, услышав шум борьбы. — Хозяин приказал мне везти его в Фриско. Там есть какой-то первоклассный собачий доктор, который берется его вылечить.</p>
     <p>События этой ночи похититель Бэка излагал позднее в задней комнатке портового кабака в Сан-Франциско со всем красноречием, на какое был способен.</p>
     <p>— И всего-то-навсего я получаю за это полсотни, — жаловался он. — Знал бы, так и за тысячу наличными не взялся бы!</p>
     <p>Рука у него была обернута пропитанным кровью носовым платком, а правая штанина разодрана от колена до самого низу.</p>
     <p>— А тот парень сколько взял за это дело? — поинтересовался кабатчик.</p>
     <p>— Сотню. Ни за что не соглашался взять меньше!</p>
     <p>— Итого, значит, сто пятьдесят, — сказал кабатчик. — А пес этих денег стоит, головой ручаюсь!</p>
     <p>Похититель развернул платок и стал осматривать свою прокушенную руку.</p>
     <p>— Только бы не оказался бешеный… А то еще помрешь…</p>
     <p>— Не бойся, от этого не помрешь. Тебе на роду написано болтаться на виселице! — пошутил кабатчик. Потом добавил: — Ну-ка, подсоби мне немного, а потом потащишься дальше.</p>
     <p>Ошеломленный, полузадушенный, страдая от нестерпимой боли в горле, Бэк все-таки пытался дать отпор своим мучителям. Но его каждый раз валили на пол и душили веревкой, пока не удалось распилить и снять с него массивный медный ошейник. После этого они сняли и веревку и втолкнули Бэка в решетчатый ящик, похожий на клетку.</p>
     <p>В этой клетке он пролежал всю томительную ночь, распираемый гневом и оскорбленной гордостью. Он не мог понять, что все это значит. Чего им от него надо, этим чужим людям? Зачем они заперли его в тесную клетку? Бэк недоумевал, его угнетало смутное предчувствие грозящей ему беды. Несколько раз он вскакивал, услышав грохот открываемой двери, — он надеялся, что это пришел судья или хотя бы мальчики, но всякий раз видел перед собой только опухшую физиономию кабатчика, который заглядывал в сарай, освещая его неверным огоньком сальной свечки. И радостный лай, уже рвавшийся из глотки Бэка, переходил в свирепое рычание.</p>
     <p>Впрочем, кабатчик его не трогал. И только утром пришли четверо мужчин и подняли ящик. «Вот еще новые мучители», — подумал Бэк, потому что это были какие-то подозрительные люди, лохматые и оборванные. И он бесновался, рычал на них сквозь решетчатую стенку. Но они только смеялись и тыкали его палками. Он хватал палки зубами, пока не сообразил, что именно этого от него и добиваются. Тогда он угрюмо лег и лежал спокойно, пока ящик переносили в фургон.</p>
     <p>И вот Бэк в своей клетке начал переходить из рук в руки. Сначала им занялись служащие транспортной конторы, его погрузили в другой фургон и повезли дальше. Затем, вместе с целой грудой ящиков и посылок, отправили на паром. С парома он попал на большой железнодорожный вокзал; и наконец его опять водворили в товарный вагон.</p>
     <p>Два дня и две ночи вагон тащился за пронзительно гудевшим паровозом. И два дня и две ночи Бэк ничего не ел и не пил. Взбешенный, он на заботы проводников отвечал рычанием, а они, в отместку, стали дразнить его. Когда он кидался к решетке, весь дрожа, с пеной у рта, они хохотали и потешались над ним, рычали и лаяли, как паршивые дворняги, мяукали, размахивали руками перед его носом и кукарекали. Бэк понимал, что это очень глупо, — но тем оскорбительнее это было для его достоинства, и гнев его рос и рос. Голод еще можно было терпеть, но он жестоко страдал от жажды, и она доводила его до исступления. При его чувствительности и восприимчивости дурное обращение не могло не повлиять на него, и он заболел. У него была высокая температура, к этому прибавилось еще воспаление горла и языка, распухших и сожженных жаждой.</p>
     <p>Одно его радовало: на шее больше не было веревки. Пока она была, это давало его врагам немалое преимущество. Ну, а теперь, когда ее нет, он им покажет! Больше им не удастся надеть на него веревку! Это он решил твердо. Двое суток он ничего не ел и не пил, и за эти двое суток мучений в нем накопилось столько злобы, что незавидная участь ожидала того, кто первый его заденет. Глаза у Бэка были налиты кровью, он превратился в настоящего дьявола. Сейчас сам судья не узнал бы его, так он переменился за эти дни, и проводники вздохнули с облегчением, когда наконец избавились от него, выгрузив его в Сиэтле.</p>
     <p>Четверо носильщиков со всякими предосторожностями перенесли ящик с Бэком из фургона во дворик, окруженный высоким забором. Навстречу вышел плотный мужчина в красном вязаном свитере с сильно растянутым воротом и, взяв у возчика книгу, расписался в получении. «Новый мучитель», — решил Бэк и свирепо кинулся к решетке. Человек в свитере, мрачно усмехнувшись, вошел в дом и принес оттуда топор и дубинку.</p>
     <p>— Неужто хотите его выпустить? — удивился возчик.</p>
     <p>— Конечно, — ответил человек в свитере и вогнал топор в стенку ящика.</p>
     <p>Все четыре носильщика моментально бросились врассыпную и заняли безопасные позиции на высоком заборе в ожидании предстоящего интересного зрелища.</p>
     <p>Бэк бросался на трещавшую под топором стенку, грыз ее зубами, налегал на нее всем телом, воюя с нею. Где топор ударял снаружи, там пес, то рыча, то воя, атаковал дерево изнутри. Он делал бешеные усилия поскорее выбраться из клетки, а человек в красном свитере был полон спокойной решимости выпустить его оттуда.</p>
     <p>— Ну, красноглазый дьявол! — сказал он, когда отверстие расширилось настолько, что Бэк мог протиснуться в него. И, бросив топор, взял в правую руку дубину.</p>
     <p>Бэк в этот миг действительно был страшен, как дьявол: он весь ощетинился и подобрался для прыжка, в налитых кровью глазах был безумный блеск, изо рта бежала пена. Уже он готовился обрушить на человека все сто сорок фунтов своего тела с яростью, дошедшей до предела, оттого что столько времени приходилось ее сдерживать. Он взвился в воздух и хотел мертвой хваткой вцепиться в своего врага, но в это самое мгновение получил такой удар, который на лету отбросил его назад. Щелкнув зубами от мучительной боли, Бэк перевернулся в воздухе и упал, ударившись о землю боком и спиной. Он ни разу в жизни не был бит палкой — и растерялся. С рычанием, в котором слышался жалобный визг, он вскочил и опять хотел кинуться на обидчика, но второй удар свалил его. Теперь он уже понимал, что виновата во всем дубинка, но в своей ярости забыл об осторожности. Раз десять он бросался, — и всякий раз дубинка останавливала его на лету и валила наземь.</p>
     <p>После одного особенно жестокого удара Бэк еле поднялся. Он был так ошеломлен, что не мог больше бороться. Он шатался, из носа, пасти и ушей текла кровь, и его красивая шерсть была испачкана кровавой слюной.</p>
     <p>Человек в красном свитере подошел к нему и хладнокровно, не спеша нанес ему страшный удар по морде. Вся боль, которую до сих пор перенес Бэк, была ничто в сравнении с этой. Зарычав, как лев, он опять кинулся на мучителя. Но тот, переложив дубину из правой руки в левую, спокойно схватил его за нижнюю челюсть и завертел им с такой силой, что Бэк описал полный круг в воздухе, потом полукруг — и грохнулся на землю головой и грудью.</p>
     <p>Еще раз прыгнул Бэк на человека, но тот нанес ему сокрушительный удар, который умышленно приберег напоследок. Бэк свалился совершенно разбитый и оглушенный.</p>
     <p>— Вот молодчина! — в восторге крикнул один из зрителей на заборе. — Этот любого пса усмирит!</p>
     <p>— По-моему, безопаснее каждый день, а по воскресеньям и два раза взламывать кассы, чем иметь дело с этим псом, — заметил возчик, взбираясь на козлы, и погнал лошадей.</p>
     <p>К Бэку вернулось сознание, но, совсем обессилев, он лежал на том же месте, где упал, и следил глазами за человеком в красном свитере.</p>
     <p>— Отзывается на кличку «Бэк», — вслух сказал тот, читая письмо кабатчика из Сан-Франциско, извещавшее об отправке ящика с живым грузом. — Ну, Бэк, голубчик, — продолжал он весело, — пошумели мы с тобой, погорячились, а теперь лучше всего забудем об этом. Ты будешь знать свое дело, я — свое. Будешь послушной собакой — и все пойдет как по маслу, а вздумаешь буянить, так я из тебя дух вышибу. Понял?</p>
     <p>Говоря это, он бесстрашно гладил голову, которую только что так беспощадно молотил, и хотя Бэк невольно ощетинивался при каждом его прикосновении, но терпел, не протестуя. Человек в свитере принес ему воды, и он жадно напился, а потом с такой же жадностью глотал роскошное угощение — сырое мясо, хватая его кусок за куском из рук нового хозяина.</p>
     <p>Он был побежден (он это понимал), но не покорен и не сломлен. Он понял раз навсегда, что человек, вооруженный дубиной, сильнее его, и полученный урок запомнил на всю жизнь. Эта дубина была для него откровением. Она ввела его в мир, где царит первобытный закон, и Бэк быстро усвоил этот закон. Ему открылась жестокая правда жизни, но она его не запугала: в нем уже пробуждалась природная звериная хитрость.</p>
     <p>Время шло. Привозили других собак в таких же ящиках или приводили на веревке. Одни были очень послушны и тихи, другие бесновались и выли, как Бэк вначале. И на глазах у Бэка человек в красном свитере укрощал всех до единой, покоряя своей власти. Бэк наблюдал эту зверскую муштровку, и все крепче и крепче внедрялась в его сознание открытая им истина: человек с дубиной — законодатель, хозяин, которому нужно повиноваться, хотя и не обязательно любить его. И Бэк, повинуясь, никогда не ластился к хозяину, не вилял хвостом и не лизал ему руку, как это делали не раз у него на глазах побитые собаки. Видел он также, как одна собака, не желавшая ни смириться, ни подчиниться, в конце концов была убита.</p>
     <p>Время от времени приходили чужие люди, толковали о чем-то с хозяином сердито или заискивающе. И когда после таких разговоров из их рук в руки хозяина переходили деньги, эти люди уводили с собой одну или несколько собак. Бэк задавал себе вопрос, куда же они уходят, ибо они никогда больше не возвращались. Будущее так сильно страшило его, что он каждый раз радовался, когда покупатели выбирали не его.</p>
     <p>Но в конце концов наступил и его черед. Пугавшее его будущее явилось в лице высохшего, морщинистого человечка, который говорил на ломаном английском языке и то и дело разражался какими-то странными, резкими восклицаниями, смысл которых был непонятен Бэку.</p>
     <p>— Sacredam!<a l:href="#n_1" type="note">[1]</a> — крикнул он, когда взгляд его упал на Бэка. — Вот это пес! Первоклассный пес! Ого! А сколько?</p>
     <p>— Всего три сотни. Просто даром отдаю, — быстро ответил человек в красном свитере. — Не станешь же ты торговаться да артачиться, Перро? Деньги ведь не твои, а казенные.</p>
     <p>Перро только ухмыльнулся. Ввиду необычайного спроса на собак цены на них были бешеные, так что сумма, запрошенная за такую великолепную собаку, как Бэк, не показалась ему чрезмерной.</p>
     <p>Канадское правительство не разорится на этой покупке, а его почта должна перевозиться быстро, Перро знал толк в собаках и с одного взгляда определил, что такие собаки, как Бэк, встречаются одна на тысячу. «Даже одна на десять тысяч», — мысленно поправил он себя.</p>
     <p>Бэк видел, как деньги перешли из рук в руки, и не удивился, когда морщинистый человечек забрал с собой его и добродушного ньюфаундленда Кэрли. Больше Бэк никогда не видел человека в красном свитере. А когда он и Кэрли смотрели с палубы парохода «Нарвал» на исчезавший вдали Сиэтл, они не знали, что больше никогда не увидят и теплый юг.</p>
     <p>Перро увел их обоих вниз и передал темнокожему великану, которого звали Франсуа. У Перро, канадского француза, кожа была смуглая, но у Франсуа вдвое темнее, потому что Франсуа был метис. Бэк впервые видел людей этой породы (впоследствии ему пришлось встречать много таких), и, хотя он не полюбил их, он честно отдавал им должное и научился их уважать. Он скоро убедился, что Перро и Франсуа — люди справедливые, спокойные, что наказывают они только за дело, без всякого пристрастия, и отлично знают все собачьи повадки, так что их никакая собака не проведет.</p>
     <p>На пароходе Бэка и Кэрли поместили вместе с двумя другими собаками. Одна была большая, снежно-белая, ее вывез с острова Шпицбергена капитан китобойного судна, а позднее она сопровождала геологическую экспедицию в Бесплодную Землю. Это был пес очень ласковый, но коварный, он способен был ластиться и в то же время готовить другому какую-нибудь пакость: так он при первой же общей кормежке стянул у Бэка часть его порции. Бэк кинулся на него, чтобы наказать за это, но Франсуа опередил его: бич свистнул в воздухе и обрушился на вора. Бэку оставалось только подобрать свою кость.</p>
     <p>Он увидел, что Франсуа поступает справедливо, и с этих пор проникся уважением к метису.</p>
     <p>Другой пес не ластился ни к кому и не вызывал ни в ком симпатии, но зато и не делал попыток воровать еду у новичков. Он был сурового, угрюмого нрава и ясно дал понять Кэрли, что желает только одного: чтобы его не задевали, а кто его заденет, тому плохо придется. Этот пес — его звали Дэйв — только ел и спал, а когда не спал, то все позевывал, и ничто решительно его не интересовало. Даже когда «Нарвал» проходил залив королевы Шарлотты и качался, вставал на дыбы, метался, как бешеный, а Бэк и Кэрли чуть с ума не сошли от страха, Дэйв только с недовольным видом поднимал иногда голову и, едва удостоив их равнодушным взглядом, зевал, потом снова засыпал.</p>
     <p>Дни и ночи пароход весь дрожал, сотрясаемый неутомимой и ритмичной, как пульс, работой винта. Один день был похож на другой, но Бэк замечал, что становится все холоднее. Наконец однажды утром стук винта затих, и на «Нарвале» поднялась суета. Бэк, как и другие собаки, почуял царившее вокруг волнение и понял, что предстоит какая-то перемена. Франсуа взял их всех на сворку и вывел на палубу. Ступив на ее холодную поверхность, Бэк почувствовал, что его лапы погрузились в какую-то кашу, очень похожую на белую грязь. Он зафыркал и отскочил назад. Такая же белая каша падала сверху. Бэк отряхнулся, но она все сыпалась и сыпалась на него. Он с любопытством понюхал ее, потом лизнул языком. Она обжигала, как огонь, и сразу таяла на языке. Это поразило Бэка, он лизнул опять — с тем же результатом. Вокруг загоготали, и ему почему-то стало стыдно, хотя он не понимал, над чем эти люди смеются. Так Бэк впервые увидел снег.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>II</p>
      <p>Закон дубины и клыка</p>
     </title>
     <p>Первый день на берегу в Дайе показался Бэку жутким кошмаром. Здесь беспрестанно что-нибудь поражало и пугало. Его внезапно из центра цивилизации перебросили в какой-то первобытный мир. Окончилось блаженное и ленивое существование под солнцем юга, когда он только слонялся без дела и скучал. Здесь не было ни отдыха, ни покоя, и ни на миг Бэк не чувствовал себя в безопасности. Здесь все было в движении и действии, царила вечная сумятица, и каждую минуту грозило увечье или смерть. В этом новом мире следовало постоянно быть на чеку, потому что и собаки и люди совсем не были похожи на городских собак и людей. Все они были дикари и не знали других законов, кроме закона дубины и клыка.</p>
     <p>Никогда раньше Бэк не видел, чтобы собаки дрались между собой так, как здешние: это были настоящие волки, и первый же опыт послужил Бэку незабываемым уроком. Правда, в первой драке он не участвовал, иначе он не вышел бы из нее живым и не пришлось бы ему воспользоваться этим уроком. Жертвой пал не он, а Кэрли.</p>
     <p>Их обоих оставили около бревенчатой хижины, где помещалась лавка. Кэрли добродушно, как всегда, стала заигрывать с рослым и сильным псом, который был величиной с крупного волка, но все же вдвое меньше Кэрли. И вдруг, без всякого предупреждения, — быстрый, как молния, скачок, щелканье зубов, похожее на лязг железа, столь же быстрый обратный прыжок — и морда у Кэрли оказалась разодранной от глаз до пасти.</p>
     <p>Такая была у этих собак волчья повадка — напасть и тотчас отскочить. Но этим дело не кончилось. Тотчас примчались тридцать, а то и сорок лаек и окружили дерущихся безмолвным и настороженным кольцом. Бэк сперва не понял, чего они с таким безмолвным напряжением ждут, почему так жадно облизываются. Кэрли бросилась на своего противника, а тот снова укусил ее и отскочил. Второй ее наскок он встретил грудью и так ловко отразил его, что Кэрли не устояла на ногах. Только того и ждали наблюдавшие за дракой собаки. Подняться Кэрли уже не удалось: с визгом и рычанием они сгрудились вокруг нее, и, скуля в предсмертной муке, Кэрли исчезла под кучей мохнатых тел.</p>
     <p>Все это произошло так внезапно и так неожиданно, что Бэк совершенно растерялся. Он видел, как шпицбергенский пес высунул красный язык, — это он так смеялся. Видел, как Франсуа, размахивая топором, бросился в самую гущу свалки. Трое мужчин, схватив дубины, быстро помогли ему разогнать собак. Через две минуты после того, как Кэрли упала, последний из нападавших был отогнан прочь. Но Кэрли лежала на залитом кровью, истоптанном снегу мертвая, разорванная чуть не в клочья. А темнокожий метис стоял над ней и отчаянно ругался.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_004.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Эта картина часто потом вспоминалась Бэку и тревожила его даже во сне. Так вот какова жизнь! В ней нет места честности и справедливости. Кто свалился, тому конец. Значит, надо держаться крепко! Шпиц снова высунул язык и засмеялся, и с этой минуты Бэк возненавидел его жестокой, смертельной ненавистью.</p>
     <p>Не успел Бэк опомниться после трагической гибели Кэрли, как его ждало новое потрясение: Франсуа надел на него ременную упряжь, похожую на ту, которую в его родном поместье конюхи надевали на лошадей. И как там работали запряженные лошади, так ему пришлось работать здесь. Он повез Франсуа на нартах в окаймлявший долину лес за дровами. То, что его заставляли ходить в упряжке, больно ранило его самолюбие, но у него хватило ума не бунтовать. Он переломил себя и постарался работать хорошо, хотя все это было для него ново и странно.</p>
     <p>Франсуа был строг, требовал, чтобы его слушались немедленно, и добивался этого при помощи своего бича. Кроме того, при всяком промахе Бэка Дэйв, опытный коренник, хватал его зубами за ляжки. Вожаком в их упряжке был Шпиц, такой же опытный ездовой пес, как Дэйв, и если ему не удавалось цапнуть Бэка, когда тот сбивался с ноги, он сердито и укоризненно рычал на него или ловко направлял его, куда следовало, налегая на постромки всей тяжестью своего тела. Бэку ученье давалось легко, и под совместным руководством своих двух товарищей и Франсуа он делал поразительные успехи. Раньше чем они вернулись в лагерь, он уже знал, что крик «хо!» означает «остановись», а по команде «марш» следует бежать вперед; что на поворотах надо умерять бег, а когда нарты с грузом летят под гору — держаться подальше от коренника.</p>
     <p>— Все три собаки очень хороши, — сказал Франсуа по возвращении, увидев Перро. — Этот Бэк здорово работает! Я его очень скоро вышколю.</p>
     <p>Днем Перро, которому надо было спешно везти правительственную почту, привел еще двух собак, Билли и Джо. Эти чистокровные лайки были от одной матери, но отличались друг от друга, как день от ночи. Единственным недостатком Билли было разве его чрезмерное добродушие, а Джо, напротив, был угрюм, замкнут и раздражителен. Он постоянно ворчал и злобно смотрел на всех.</p>
     <p>Бэк встретил Билли и Джо по-товарищески, Дэйв не обратил на них никакого внимания, а Шпиц немедленно атаковал одного, потом другого. Билли сначала примирительно завилял хвостом. Увидев, однако, что миролюбие тут не поможет, он хотел бежать, да не успел. Острые зубы Шпица впились ему в бок, и он взвыл, но и тут не воинственно, а жалобно и умоляюще. Зато Джо, с какой бы стороны Шпиц ни пытался на него напасть, всякий раз поворачивался к нему, весь ощетинившись и заложив назад уши. Он грозно рычал и с невероятной быстротой щелкал зубами, а глаза у него сверкали, как у дьявола; это было воплощение враждебности и вместе с тем ужаса. Вид его был до того страшен, что Шпицу пришлось отказаться от намерения проучить его. Чтобы скрыть свое поражение, он опять накинулся на безответного, все еще жалобно скулившего Билли и загнал его на самый конец лагеря.</p>
     <p>К вечеру Перро добыл себе еще одну ездовую собаку, старую, поджарую лайку с длинным и гибким телом. Морда у нее была вся в боевых шрамах и рубцах, и уцелел только один глаз. Но этот единственный глаз сверкал дерзким, вызывающим мужеством, которое внушало всем невольное уважение. Кличка пса была Соллекс, то есть Сердитый. Он, как и Дэйв, ничего от других не требовал, ничего не ждал и никому спуску не давал. И когда он неторопливо и важно подошел к остальным, даже Шпиц не посмел его задирать. У Соллекса была одна слабость, и Бэк, на свою беду первый открыл ее: кривой пес не любил, чтобы к нему подходили со стороны слепого глаза. Именно такую неприятность причинил ему ничего не подозревавший Бэк и догадался о своей неучтивости только тогда, когда Соллекс, круто обернувшись, кинулся на него и прогрыз ему плечо на три дюйма, до самой кости. После этого Бэк никогда больше не подходил к Соллексу с запретной стороны, и Соллекс его никогда больше не трогал. Новый знакомец, как и Дэйв, видимо, желал только одного: чтобы его не беспокоили. Впрочем, Бэк скоро убедился, что и тот и другой одержимы еще иным, более высоким стремлением.</p>
     <p>В первую же ночь перед Бэком встал важный вопрос о ночлеге. Палатка, в которой горела свеча, так заманчиво светилась среди снежной равнины. Казалось вполне естественным, что его место там. Но когда он вошел, Перро и Франсуа встретили его ругательствами и швыряли в него всякой утварью до тех пор, пока он не очнулся от растерянности и позорно бежал из палатки на мороз. Дул резкий ветер и больно сек тело, особенно безжалостно впиваясь в раненое плечо. Бэк лег на снег и пытался уснуть, но скоро мороз поднял его на ноги. В безутешном отчаянии бродил он между палатками, ища себе местечка потеплее и не находя его. То здесь, то там свирепые псы набрасывались на него, но он, ощетинившись, грозно рычал на них (этому тоже он быстро научился), и они оставляли его в покое.</p>
     <p>Наконец его осенило: надо пойти обратно и посмотреть, где устроились на ночлег собаки из его упряжки. Но, к своему удивлению, он не нашел ни одной! Они куда-то исчезли. Опять Бэк пошел бродить по обширному лагерю, ища их повсюду, но вернулся ни с чем. Уж не в палатке ли они? Нет, этого не может быть, — ведь вот его, Бэка, прогнали оттуда! Так куда же они девались? Весь дрожа, опустив хвост, он одиноко и бесцельно кружил около палатки. Вдруг снег под его передними лапами подался, и он чуть не провалился куда-то. Под ногами у него что-то зашевелилось. В страхе перед неведомым и невидимым Бэк отбежал, ворча, шерсть у него встала дыбом. Но тихое дружеское повизгивание быстро успокоило его, и он вернулся к тому же месту на разведку. Ноздрей его коснулась струя теплого воздуха: уютно свернувшись клубочком, под снегом в ямке лежал Билли. Он заискивающе тявкал, ерзал, вилял хвостом, доказывая этим свои добрые намерения и расположение к Бэку, и, чтобы его подкупить, рискнул даже лизнуть его в морду теплым и влажным языком.</p>
     <p>Еще один урок: значит, вот как здесь спасаются от холода! Бэк уже уверенно выбрал себе местечко и после долгой возни и больших усилий вырыл нору в снегу. Через минуту в яме стало тепло от его тела, и он уснул. После долгого, трудного дня он спал крепко и сладко, хотя по временам ворчал и лаял во сне, мучимый дурными снами.</p>
     <p>Разбудил его только утром шум просыпавшегося лагеря. В первую минуту он не мог понять, где находится. Ночью шел снег и совершенно засыпал его в яме. Сплошная масса снега давила, напирала со всех сторон. И на Бэка вдруг напал страх, страх дикого зверя перед западней. То было признаком, что в нем заговорили инстинкты далеких предков, ибо этот цивилизованный, даже не в меру цивилизованный пес в жизни своей не знал, что такое западня, и не должен был бы ее бояться. А между тем тело его судорожно сжималось, шерсть на шее и плечах встала дыбом, и он с диким рычанием выскочил из ямы, прямо на свет ослепительного утра, взметнув вокруг целое облако искрящегося снега. Но тут он увидел перед собой лагерь на белой равнине и сообразил, где он, сразу вспомнил все, что с ним произошло с того дня, как он отправился на прогулку с. Мануэлем, и до вчерашней ночи, когда он вырыл себе в снегу нору для ночевки.</p>
     <p>Франсуа приветствовал его криком.</p>
     <p>— Ну, что я говорил? — воскликнул он, обращаясь к Перро. — Этот Бэк мигом всему выучивается!</p>
     <p>Перро с серьезным видом кивнул головой. Он был курьером канадского правительства, возил почту, важные бумаги, и ему нужны были самые лучшие собаки. Поэтому он был особенно доволен, что удалось купить такую собаку, как Бэк.</p>
     <p>Не прошло и часа, как он купил еще трех ездовых собак для своей упряжки, так что всего их теперь было девять, а еще через четверть часа они уже были запряжены и мчались по снежной дороге к Дайскому каньону. Бэк радовался перемене, и хотя работа была тяжелая, он не чувствовал к ней отвращения. Его сначала удивил азарт, который проявляли все его товарищи, но потом этот азарт заразил и его. А всего удивительнее была перемена, происшедшая с Дэйвом и Соллексом. Казалось, упряжь преобразила их — это были сейчас совсем другие собаки. Всю вялость и невозмутимое равнодушие с них как рукой сняло. Откуда взялись прыть и энергия! Они из кожи лезли, стараясь, чтобы вся упряжка бежала хорошо, и бесновались, когда возникала задержка или замешательство среди собак. Казалось, труд этот был высшим выражением их существа, в нем была вся их жизнь и единственная радость.</p>
     <p>Дэйв был коренником, а впереди, между ним и Соллексом, впрягли Бэка. Остальные собаки бежали перед ними гуськом, а во главе всех — вожак Шпиц.</p>
     <p>Бэка поместили между Дэйвом и Соллексом нарочно, для того чтобы они обучали его. Он оказался способным учеником, а они — хорошими учителями, которые сразу исправляли его промахи, добиваясь послушания при помощи своих острых зубов. Дэйв был пес справедливый и разумный. Он никогда напрасно не обижал Бэка, но зато, когда Бэк этого заслуживал, не упускал случая куснуть его, а бич Франсуа в этих случаях еще подбавлял свое, так что Бэк пришел к заключению, что подтянуться и избегать промахов выгоднее, чем огрызаться. Раз во время короткой остановки он запутался в постромках и задержал отправление. Дэйв и Соллекс дружно напали на него и здорово проучили. Это еще усилило кавардак, но зато Бэк потом очень старался не путать постромки: к концу дня он уже так хорошо справлялся со своими обязанностями, что учителя почти перестали кусать его. Бич Франсуа все реже щелкал над его головой, а Перро даже почтил его особым вниманием: одну за другой поднял его лапы и заботливо осмотрел их.</p>
     <p>Переход, который они сделали за первый день, оказался тяжелым. Они шли вверх по каньону через Овечий Лагерь, мимо Весов и границы леса, шли через ледники и снежные сугробы высотой в несколько сот футов, перевалили через великий Чилкут, который тянется между солеными и пресными водами и, как грозный страж, охраняет подступы к печальному, пустынному Северу. Они благополучно проделали весь путь по целой цепи замерзших озер в кратерах потухших вулканов и поздно ночью добрались до большого лагеря у озера Беннет, где тысячи золотоискателей строили лодки, готовясь к весеннему ледоходу. Тут Бэк вырыл себе нору в снегу и уснул оном утомленного праведника, но выспаться не удалось, — его очень скоро извлекли из ямы и во мраке морозной ночи запрягли в нарты вместе с другими собаками.</p>
     <p>В тот день они прошли сорок миль, так как дорога была укатана. Зато на другой день и в течение еще многих дней они вынуждены были сами прокладывать себе тропу в снегу, сильно уставали и шли медленнее. Обычно Перро шагал впереди упряжки и утаптывал снег своими лыжами, чтобы собакам легче было бежать, а Франсуа поворотным шестом направлял нарты. По временам они с Перро менялись местами, но это бывало не часто. Перро торопился, и притом он считал, что лучше Франсуа умеет определять на глаз толщину льда, а это было очень важно, так как осенний лед был еще очень ненадежен. В местах, где течение быстрое, его и вовсе не было.</p>
     <p>Изо дня в день (казалось, им конца не будет, этим дням Бэк шел в упряжке. Привал делали всегда лишь с наступлением темноты, а едва только небо начинало светлеть, нарты уже мчались дальше, оставляя позади милю за милей. И опять только вечером, в темноте, разбивали лагерь; собаки получали свою порцию рыбы и зарывались в снег, чтобы поспать. У Бэка аппетит был волчий. Его дневной паек состоял из полутора фунтов вяленой лососины, а ему этого хватало на один зуб. Он никогда не наедался досыта и постоянно испытывал муки голода. А между тем другие собаки, весившие меньше и более приспособленные к такой жизни, получали только по фунту рыбы и умудрялись как-то сохранять бодрость и силы.</p>
     <p>Бэк очень скоро перестал привередничать, как когда-то дома, на Юге. У него была привычка есть не спеша, разборчиво, но он скоро заметил, что его товарищи, быстро покончив со своими порциями, таскали у него недоеденные куски. Уберечь свой паек ему не удавалось, — в то время как он сражался с двумя или тремя ворами, его рыба исчезала в пасти других. Тогда он стал есть так же быстро, как они. Голод до такой степени мучил его, что он готов был унизиться до кражи. Он наблюдал, как делают это другие, и учился у них. Приметив, что Пайк, один из новичков, хитрый притворщик и вор, ловко стащил ломтик грудинки у Перро, когда тот отвернулся, Бэк на другой день проделал тот же маневр и, схватив весь кусок грудинки, удрал. Поднялась страшная суматоха, но он остался вне подозрений, а за его преступление наказали Даба, растяпу, который всегда попадался.</p>
     <p>Эта первая кража показала, что Бэк способен выжить и в суровых условиях Севера. Она свидетельствовала об его умении приспособляться к новой обстановке. Не будь у него такой способности, ему грозила бы скорая и мучительная смерть. Кроме того, кража была началом его морального падения. Все его прежние нравственные понятия рушились, в беспощадно жестокой борьбе за существование они были только лишней обузой. Они были уместны на Юге, где царил закон любви и дружбы, — там следовало уважать чужую собственность и щадить других. А здесь, на Севере, царил закон дубины и клыка, и только дурак стал бы здесь соблюдать честность, которая мешает жить и преуспевать.</p>
     <p>Конечно, Бэк не рассуждал так — он попросту инстинктивно приноровлялся к новым условиям. Никогда в жизни он не уклонялся от борьбы, даже когда силы были неравны. Однако палка человека в красном свитере вколотила ему более примитивные, но жизненно необходимые правила поведения. Пока Бэк оставался цивилизованной собакой, он готов был умереть во имя своих идей морального порядка — скажем, защищая хлыст для верховой езды, принадлежащий судье Миллеру. Теперь же его готовность пренебречь этими идеями и спасать собственную шкуру показывала, что он возвращается в первобытное состояние. Воровал он не из любви к искусству, а подчиняясь настойчивым требованиям пустого желудка. Он грабил не открыто, а потихоньку, со всякими предосторожностями, ибо уважал закон дубины и клыка. Словом, он делал все то, что делать было легче, чем не делать.</p>
     <p>Он развивался (или, вернее, дичал) очень быстро. Мускулы у него стали крепкими, как железо, и он теперь был нечувствителен ко всякой обыкновенной боли. Он получал хорошую закалку, и внешнюю и внутреннюю. Есть он мог всякую пищу, хотя бы самую противную и неудобоваримую. И желудок его извлекал из съеденного все, что было в нем питательного, до последней крупицы, а кровь разносила переработанную пищу в самые отдаленные уголки тела, вырабатывая из нее крепчайшую и прочнейшую ткань. У Бэка было превосходное зрение и тонкое обоняние, а слух достиг такой остроты, что он даже во сне слышал самый тихий звук и распознавал, что́ этот звук возвещает — спокойствие или опасность. Он научился выгрызать лед, намерзавший у него между пальцами, и когда ему хотелось пить, а вода в водоеме была покрыта толстым слоем льда, он умел пробивать его своими сильными передними лапами. Но самой примечательной была способность Бэка чуять ветер — он предугадывал его направление за целую ночь вперед. И в совершенно тихие вечера он выкапывал себе нору под деревом или на берегу в таком месте, что, если потом налетал ветер, его нора всегда оказывалась с подветренной стороны, и в ней было тепло и уютно.</p>
     <p>Все это Бэк постигал не только опытом — в нем всколыхнулись давно заглохшие первобытные инстинкты. А то, что он унаследовал от многих поколений прирученных предков, наоборот, отмирало. Смутными, невнятными голосами заговорила в нем далекая юность его рода, то время, когда дикие собаки стаями рыскали по девственным лесам и, загоняя добычу, убивали ее. И Бэк скоро научился пускать в ход когти и зубы, у него появилась быстрая волчья хватка. Так именно дрались его забытые предки. Оживало в нем далекое прошлое, и те старые повадки, что были наследственными в его роде и передавались из поколения в поколение, теперь стали его повадками. Он усвоил их без всяких усилий, не видя в них ничего нового и удивительного, как будто они всегда были ему свойственны. И когда в тихие холодные ночи Бэк поднимал морду к звездам и выл протяжно и долго, по-волчьи, — это его предки, давно обратившиеся в прах, выли в нем, как выли они на звезды веками. В вое Бэка звучали те же самые ноты — в нем изливалась тоска и все чувства, рожденные в душе тишиной, мраком и холодом.</p>
     <p>Так, словно в доказательство того, что все мы — марионетки в руках природы, древняя песнь предков рвалась из груди Бэка, и он постепенно возвращался к истокам своего рода. А случилось это потому, что люди на Севере нашли желтый металл и еще потому, что подручный садовника, Мануэль, получал жалованье, которого едва хватало на нужды жены и ватаги отпрысков, маленьких копий его самого.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>III</p>
      <p>Первобытный зверь восторжествовал</p>
     </title>
     <p>Первобытный зверь был еще силен в Бэке, и в жестоких условиях новой жизни он все более и более торжествовал над всем остальным. Но это оставалось незаметным. Пробудившаяся в Бэке звериная хитрость помогала ему сдерживать свои инстинкты. К тому же необходимость приспособляться к новой обстановке держала его в постоянном напряжении и требовала таких усилий, что он не только не бунтовал и не лез в драку, но по возможности избегал всяких стычек. В его поведении заметна стала некоторая осторожность и осмотрительность. Он не был склонен к стремительным и опрометчивым действиям. И хотя между ним и Шпицем разгорелась смертельная вражда и ненависть, он никогда не проявлял раздражения и никогда первый не задевал своего врага.</p>
     <p>Шпиц же, наоборот, не упускал случая показать зубы — вероятно, потому, что он угадывал в Бэке опасного соперника. Он из кожи лез, постоянно стараясь раздразнить Бэка и затеять драку, которая, несомненно, окончилась бы смертью одного из них. Такая схватка едва не произошла уже в самом начале пути, помешал только непредвиденный случай. Однажды, уже к концу дня, нарты остановились на берегу озера Ле-Барж, в не защищенной от ветра унылой местности. Метель, темнота и сильный ветер, который, словно раскаленным ножом, сек кожу, вынудили людей поискать места для привала. Трудно было выбрать место хуже. За ними стеной поднималась отвесная скала, и пришлось Перро и Франсуа развести костер и разостлать свои спальные мешки прямо на льду озера. Палатку они бросили в Дайе, чтобы путешествовать налегке. Собрав немного хвороста, занесенного сюда водой во время разлива, они разожгли костер, но огонь только растопил лед вокруг и погас, так что ужинать пришлось в темноте.</p>
     <p>Бэк вырыл себе нору под самой скалой, укрывавшей его от ветра. В этом убежище было так уютно и тепло, что он очень неохотно вылез оттуда, когда Франсуа стал раздавать собакам рыбу, разогрев ее предварительно над огнем. Когда Бэк, съев свою порцию, вернулся на старое место, оказалось, что оно занято. Угрожающее ворчание возвестило ему, что захватчик — Шпиц. До тех пор Бэк избегал стычек со своим врагом, но тут он уже не выдержал. В нем заговорил зверь. Он кинулся на Шпица с яростью, неожиданной для них обоих, а в особенности для Шпица, который привык думать, что его соперник — крайне трусливый пес и спасают его только сила и вес.</p>
     <p>Удивился и Франсуа, когда они, сцепившись, выкатились из разоренного логова. Но он сразу угадал причину ссоры.</p>
     <p>— Ага! — закричал он Бэку. — Так его! Задай ему хорошенько, этому паршивому вору!</p>
     <p>Шпиц рвался в бой. Он выл от ярости и нетерпения, вертясь вокруг Бэка и ожидая удобного момента для наскока. Бэк был в таком же возбуждении и, тоже соблюдая осторожность, описывал круги вокруг Шпица. Но тут произошло нечто неожиданное, помешавшее этому бою за первенство. Он состоялся лишь значительно позднее, когда уже было пройдено много миль тяжкого, утомительного пути.</p>
     <p>Голос Перро, выкрикивавшего ругательства, звучные удары дубиной по костлявой спине и резкие крики боли послужили как бы сигналом к поднявшейся затем адской сумятице. Лагерь внезапно ожил и закишел мохнатыми телами. Это добрая сотня голодных собак, учуяв запах лагеря, примчалась сюда из какой-то ближней индейской деревни.</p>
     <p>В то время как Бэк и Шпиц вступили в драку, эти непрошеные гости забрались в лагерь, а когда Перро и Франсуа прибежали с дубинами, разъяренные собаки кинулись на них. Запах еды доводил их до безумия. Перро, увидев, что один пес уже сунул морду в ящик с провизией, обрушил на его худые бока свою тяжелую дубину. Ящик опрокинулся — и в тот же миг изголодавшиеся животные набросились на хлеб и грудинку и стали грызться из-за них. Тут уже дубины заработали вовсю. Собаки выли и визжали под градом ударов, но продолжали яростно драться из-за добычи и не отошли, пока не сожрали все до последней крошки.</p>
     <p>Тем временем все собаки Перро в испуге вылезли из своих ям. Свирепые пришельцы немедленно напали на них. Никогда еще Бэк не видел таких собак. У них можно было пересчитать все ребра. Это были настоящие скелеты, обтянутые грязными шкурами. Глаза у них горели, с клыков текла пена; обезумевшие от голода, они были страшны, неодолимы. В первой же схватке ездовые собаки были отброшены к скале. На Бэка напали сразу три чужих пса и в один миг изгрызли ему плечи и морду. Шум стоял ужасающий. Билли, как всегда, жалобно скулил. Дэйв и Соллекс, покрытые ранами, истекавшие кровью, мужественно сражались бок о бок. Джо кусался, как бешеный. Он впился зубами в переднюю ногу одной из чужих собак и прогрыз кость. А хитрый Пайк прыгнул на искалеченного пса и сразу сломал ему шею. Бэк вцепился в горло своему противнику, который с пеной у рта наскочил на него. Кровь хлынула и забрызгала его всего. Вкус теплой крови во рту еще сильнее разъярил Бэка. Он кинулся на другую собаку, но в тот же миг почувствовал, что чьи-то зубы вонзились ему в шею. Это Шпиц предательски напал на него сбоку.</p>
     <p>Перро и Франсуа, очистив от нападающих часть лагеря, кинулись выручать своих собак. При их появлении буйная лавина голодного зверья откатилась назад, и Бэк стряхнул повисшего на нем Шпица. Но затишье длилось несколько секунд. Перро и Франсуа убежали — им нужно было спасать съестные припасы, — и собаки индейцев снова напали на их упряжку. С храбростью отчаяния Билли прорвался сквозь кольцо осатаневших врагов и побежал по льду озера. За ним по пятам ринулись Пайк и Даб, а потом и все остальные собаки Перро. В тот момент, когда Бэк уже хотел прыгнуть на лед, он уголком глаза заметил, что Шпиц мчится к нему с явным намерением сбить его с ног. Если бы Бэк упал, он очутился бы под ногами гнавшейся за ними своры, и гибель его была бы неминуема. Но он напряг все силы, отбросил Шпица и помчался вслед за другими по озеру.</p>
     <p>Через некоторое время все девять собак упряжки собрались вместе и укрылись в лесу. За ними больше никто не гнался, но они были в самом плачевном состоянии. У каждой оказалось не менее четырех-пяти ран, а некоторые пострадали очень тяжело. У Даба была сильно повреждена задняя нога, у Долли (собака, которая была куплена в Дайе и попала в их упряжку последней) на шее зияла страшная рана, Джо лишился глаза, а добряк Билли визжал и скулил всю ночь, — у него ухо было изодрано в клочья. На рассвете они через силу поплелись обратно на стоянку и увидели, что мародеры исчезли. Франсуа и Перро были вне себя. Добрая половина провианта оказалась уничтоженной. Мало того, голодные псы изгрызли даже ремни и брезентовые покрышки. Все, что хоть мало-мальски могло сойти за съедобное, не миновало их зубов. Они сожрали мокасины Перро из лосиной кожи, выгрызли большие куски из ременной упряжи, и даже бич Франсуа стал короче на два фута. Погонщик оторвался от унылого созерцания его и стал осматривать израненных собак.</p>
     <p>— Ай-ай-ай, детки! — сказал он тихо. — Как вы искусаны! А вдруг вы теперь взбеситесь! Ч-черт! Ведь все могут взбеситься! Как думаешь, Перро?</p>
     <p>Курьер в тревоге покачал головой. До Доусона было еще четыреста миль, — не хватало только, чтобы собаки взбесились! После двух часов усиленной работы и смачной ругани упряжь была приведена в порядок, и собаки, несмотря на ноющие раны, помчали нарты дальше, с мучительными усилиями одолевая самую трудную часть пути. Нигде еще им не приходилось так туго, как на этом перегоне.</p>
     <p>Тридцатимильная река ничуть не замерзла. Ее бурное течение спорило с морозом, и только в тихих заводях держался лед. Шесть дней изматывающих усилий потребовалось, чтобы пройти эти ужасные тридцать миль. Каждый шаг грозил смертью и собакам и людям. Двадцать раз Перро, исследовавший дорогу, проваливался под лед. Спасал его только длинный шест, — он держал его таким образом, что шест всякий раз при падении ложился поперек полыньи. Мороз все крепчал, термометр показывал пятьдесят градусов ниже нуля; и после каждого такого купания Перро приходилось разводить костер и высушивать одежду, чтобы уберечься от смертельной простуды.</p>
     <p>Но его ничто не пугало. Именно потому, что он был такой бесстрашный, его назначили правительственным курьером. Перро шел на какой угодно риск и, решительно подставляя морозу свое худое, морщинистое лицо, боролся со всякими трудностями изо дня в день, с рассвета до темноты.</p>
     <p>Он шагал вдоль неприветных берегов реки по кромке льда, хотя лед трещал и подавался под ногами и на нем страшно было хоть на миг остановиться. Раз нарты вместе с Дэйвом и Бэком провалились в воду, собаки чуть не захлебнулись, и их вытащили полузамерзшими.</p>
     <p>Для спасения их жизни пришлось разжечь костер. Они были покрыты толстой ледяной корой, и, для того чтобы она оттаяла, Франсуа и Перро заставили их бегать вокруг костра так близко к огню, что он опалял на них шерсть.</p>
     <p>В другой раз провалился Шпиц и потащил за собой всю упряжку вплоть до Бэка. Бэк напряг силы, чтобы удержаться на льду, и стал пятиться, упираясь передними лапами в скользкий край полыньи, хотя лед кругом трещал и ломался. К счастью, за Бэком был впряжен Дэйв, и он тоже изо всех сил пятился назад, а за нартами стоял Франсуа и тянул их на себя так, что у него суставы трещали.</p>
     <p>А однажды кромка льда у берега проломилась и впереди и позади нарт. Оставался только один путь к спасению — отвесная скала. Перро каким-то чудом взобрался на нее, пока Франсуа, стоя внизу, молил бога, чтобы это чудо свершилось. Связав вместе ремни, постромки, всю имевшуюся у них упряжь в длинную веревку, они втащили всех собак одну за другой на вершину скалы. Последним полез Франсуа, когда и нарты и вся поклажа были подняты наверх. Потом начались поиски места, где бы можно было снова спуститься вниз. В конце концов спустились при помощи той же веревки, и ночь застала их уже опять на реке. За этот день они прошли всего четверть мили.</p>
     <p>К тому времени, как дошли до Хуталинква, где лед был уже крепкий, Бэк совсем измучился. В таком же состоянии были и остальные собаки. Тем не менее Перро решил наверстать потерянное время и гнал их вперед и вперед. В первый день они сделали тридцать пять миль и очутились у Большого Лосося. На второй день прошли еще тридцать пять, до Малого Лосося, на третий — сорок миль и уже приближались к порогам Пяти Пальцев.</p>
     <p>У Бэка ноги были не такие крепкие и выносливые, как у собак Севера. С тех пор как последний из его диких предков был приручен пещерным человеком или обитателем свайных построек, собаки его породы, поколение за поколением, становились все более изнеженными. Бэк целый день плелся, прихрамывая и терпя мучительную боль в ногах, а вечером на стоянке падал на землю, как мертвый. Даже голод не мог поднять его с места, когда раздавали рыбу, и Франсуа приходилось относить ему его порцию. Тот же Франсуа каждый вечер после ужина полчаса растирал ему лапы и пожертвовал верхней частью своих мокасин, сшив Бэку мокасины на все четыре лапы. Это очень облегчило страдания собаки. Даже сморщенное лицо Перро расплылось в улыбку, когда раз утром Франсуа забыл надеть Бэку эти мокасины, а Бэк лег на спину и просительно махал в воздухе всеми четырьмя лапами, не желая тронуться в путь, пока его не обуют. Постепенно лапы у него огрубели, закалились, и износившиеся к тому времени мокасины были выброшены.</p>
     <p>Однажды утром, на стоянке у Пелли, когда запрягали собак, совершенно неожиданно взбесилась Долли, у которой до этого дня не замечали никаких подозрительных признаков. Она вдруг завыла по-волчьи, таким жутким, душераздирающим воем, что у других собак от страха шерсть встала дыбом, и бросилась прямо к Бэку. Бэк в первый раз в жизни видел взбесившуюся собаку и потому не знал, что ее надо бояться. Тем не менее он в инстинктивном ужасе бросился бежать от нее. Он летел прямо вперед, а на расстоянии одного прыжка за ним гналась Долли, тяжело и шумно дыша, и с морды у нее капала пена. Бэка гнал вперед ужас, а Долли — бешенство, и ни она не могла настичь его, ни он — убежать от нее. Бэк, нырнув в чащу кустарника, выбежал на нижний конец острова, переплыл через какой-то пролив, загроможденный льдинами, выбрался на другой остров, потом на третий. Описав круг, он вернулся к главному руслу реки и в панике помчался по льду. Не оглядываясь, он все время слышал за собой, на расстоянии одного прыжка, ворчание Долли. Когда он пробежал таким образом четверть мили, он услышал зов Франсуа и повернул назад. Задыхаясь, с трудом ловя ртом воздух, он бежал к Франсуа все так же, на один скачок впереди Долли. Вся надежда была на то, что погонщик спасет его. Франсуа держал наготове топор, и когда Бэк пролетел мимо, топор обрушился на голову взбесившейся Долли.</p>
     <p>Без сил, еле переводя дух, Бэк доковылял до нарт, но тут Шпиц, воспользовавшись его беспомощностью, наскочил на него и, не встретив сопротивления, вцепился в него зубами. Он в двух местах прокусил мясо до самой кости и расправлялся с Бэком, пока не подоспел Франсуа. Бич свистнул над головой Шпица, и Бэк имел удовольствие видеть, как его враг получил такую трепку, какой еще ни разу не задавали ни одной из собак упряжки.</p>
     <p>— Вот дьявол этот Шпиц! — сказал Перро. — Он когда-нибудь загрызет Бэка.</p>
     <p>— Ничего, в Бэке сидит не один, а два дьявола! — отозвался Франсуа. — Я за ним наблюдаю все время, и знаешь, что я тебе скажу? В один прекрасный день он так озвереет, что разжует твоего Шпица и выплюнет на снег. Уж ты мне поверь!</p>
     <p>С этих пор между Бэком и Шпицем шла открытая война. Шпиц, вожак и признанный глава всей упряжки, видел в этом странном южанине угрозу своему первенству. Странным Бэк казался ему оттого, что до сих пор ни одна из собак Юга, которых Шпиц знавал множество, не могла тягаться с местными ни на лагерных стоянках, ни в пути. Все эти пришельцы с Юга были слишком изнежены и погибали от непосильной работы, морозов, голода. Бэк был единственным исключением. Он все выдержал, он приспособился к новой жизни и преуспевал, не уступая северянам в силе, свирепости и храбрости. Притом он был властолюбив, а дубинка человека в красном свитере, выбив из него прежнюю безрассудную отвагу и запальчивость, сделала его особенно опасным противником. Он был необыкновенно хитер и, стремясь к первенству, умел выжидать удобного случая с той терпеливой настойчивостью, которая отличает дикарей.</p>
     <p>Бой за первенство неизбежно должен был произойти, и Бэк хотел этого. Он хотел этого потому, что такая у него была натура, и потому, что им всецело овладела та непостижимая гордость, которая побуждает ездовых собак до последнего вздоха не сходить с тропы, с радостью носить свою упряжь и умирать с горя, если их выгонят из упряжки. Эта гордость просыпалась и в Дэйве, когда его впрягали на место коренника, она заставляла Соллекса тянуть нарты, напрягая все силы. Она воодушевляла всех собак, когда приходило время отправляться в путь, и преображала угрюмых и раздражительных животных в полных энергии, честолюбивых и неутомимых тружеников. Эта гордость подстегивала их в течение всего дня и покидала только вечером, на привале, уступая место мрачному беспокойству и недовольству. Вожак Шпиц именно из этой профессиональной гордости кусал тех собак, которые сбивались с ноги и путались в постромках или прятались по утрам, когда нужно было впрягаться. Из того же чувства гордости Шпиц боялся, как бы Бэка не поставили вожаком вместо него, а Бэк стремился стать вожаком.</p>
     <p>Бэк теперь открыто добивался места вожака. Он становился между Шпицем и лентяями, которых тот хотел наказать, и делал это умышленно. Как-то ночью выпало много снега, и утром ленивый и жуликоватый Пайк не пришел к нартам. Он спрятался в вырытую им нору глубоко под снегом, и Франсуа тщетно искал и звал его. Шпиц был в бешенстве. Он метался по лагерю, обнюхивая и раскапывая каждое подозрительное место, и рычал так свирепо, что Пайк, слыша это рычание, дрожал от страха в своем убежище.</p>
     <p>Однако, когда его наконец извлекли оттуда и Шпиц налетел на него с намерением задать ему трепку, Бэк вдруг с не меньшей яростью бросился между ними. Это был такой неожиданный и ловкий маневр, что Шпиц, отброшенный назад, не устоял на ногах. Пайк, противно дрожавший от малодушного страха, сразу ободрился, увидев такой открытый мятеж, и напал на поверженного вожака. Да и Бэк, уже позабывший правила честного боя, тоже бросился на Шпица. Но тут уже Франсуа, хотя его все это и позабавило, счел своей обязанностью восстановить справедливость и изо всей силы стегнул Бэка бичом. Это не оторвало Бэка от распростертого на снегу противника, и тогда Франсуа пустил в ход рукоятку бича. Оглушенный ударом Бэк отлетел назад, и долго еще бич гулял по нему, а Шпиц тем временем основательно отделал многогрешного Пайка.</p>
     <p>В последующие дни, пока они шли к Доусону, Бэк продолжал вмешиваться всякий раз, когда Шпиц наказывал провинившихся собак. Но делал он это хитро — только тогда, когда Франсуа не было поблизости. Замаскированный бунт Бэка послужил как бы сигналом к неповиновению, и дисциплина в упряжке все более и более падала. Устояли только Дэйв и Соллекс, остальные собаки вели себя все хуже и хуже. Все пошло вкривь и вкось. Ссорам и грызне не было конца. Атмосфера все сильнее накалялась — и этому виной был Бэк. Из-за него Франсуа не знал покоя, все время опасаясь, что они со Шпицем схватятся не на жизнь, а на смерть. Погонщик понимал, что рано или поздно это непременно случится. Не раз он по ночам вылезал из спального мешка, заслышав шум драки и боясь, что это дерутся Бэк с вожаком.</p>
     <p>Однако пока случая к этому не представлялось, и когда в один хмурый день они наконец прибыли в Доусон, великое сражение все еще было впереди.</p>
     <p>В Доусоне было множество людей и еще больше собак, и Бэк видел, что все собаки работают. По-видимому, здесь это было в порядке вещей. Целый день длинные собачьи упряжки проезжали по главной улице, и даже ночью не утихал звон бубенцов. Собаки везли бревна для построек, и дрова, и всякие грузы на прииски. Они выполняли всю ту работу, какую в долине Санта-Клара выполняли лошади. Попадались между ними и южане, но большинство были псы местной породы, потомки волков. С наступлением темноты неизменно в девять, в двенадцать и в три часа ночи они заводили свою ночную песнь, жуткий и таинственный вой. И Бэк с удовольствием присоединял к нему свой голос.</p>
     <p>В такие ночи, когда над головой ледяным заревом горело северное сияние или звезды от холода плясали в небе, а земля цепенела и мерзла под снежным покровом, эта собачья песнь могла показаться вызовом, брошенным самой жизнью, если бы не ее минорный тон, ее протяжные и тоскливые переливы, похожие на рыдания. Нет, в ней звучала скорее жалоба на жизнь, на тяжкие муки существования. То была старая песнь, древняя, как их порода на земле, одна из первых песен юного мира в те времена, когда все песни были полны тоски. Она была проникнута скорбью бесчисленных поколений, эта жалоба, так странно волновавшая Бэка. Вместе с чужими собаками он стонал и выл от той же муки бытия, от которой выли его дикие предки, от того же суеверного ужаса перед тайной холода и ночи. И то, что отзвуки этой древней тоски волновали Бэка, показывало, как безудержно он сквозь века мирной оседлой жизни у очага человека возвращается назад к тем диким, первобытным временам, когда рождался этот вой.</p>
     <p>Через семь дней после прихода в Доусон они вновь спустились по крутому берегу на лед Юкона и двинулись в обратный путь, к Дайе и Соленой Воде. Перро вез теперь почту еще более срочную, чем та, которую он доставил в Доусон. Притом он уже вошел в азарт и решил поставить годовой рекорд скорости. Целый ряд обстоятельств благоприятствовал этому. Собаки после недельного отдыха восстановили свои силы и были в хорошем состоянии. Тропа, проложенная ими в снегу, была уже хорошо укатана другими путешественниками. И к тому же на этой дороге в двух-трех местах полиция открыла склады провианта для собак и людей, так что они могли выехать в обратный путь налегке.</p>
     <p>В первый же день они прошли пятьдесят миль вверх по Юкону, а к концу второго уже приближались к Пелли. Но такая замечательная скорость стоила Франсуа немалых хлопот и волнений. Бунт, поднятый Бэком, нарушил слаженность упряжки. Собаки уже не бежали дружно, все как одна. Поощренные заступничеством Бэка за бунтовщиков, они частенько озорничали. Шпица больше не боялись так, как следовало бояться вожака. Прежний страх перед ним исчез, и не только Бэк, но и другие собаки теперь не признавали его первенства. Раз вечером Пайк украл у Шпица половину рыбины и, под защитой Бэка, тут же сожрал ее. В другой раз Даб и Джо напали на Шпица, предупредив заслуженную ими трепку. И даже добряк Билли утратил долю своего добродушия и повизгивал далеко не так заискивающе, как прежде. А Бэк — тот всякий раз, как проходил мимо Шпица, ворчал и грозно ощетинивался. И вообще он вел себя настоящим забиякой и любил нахально прогуливаться перед самым носом Шпица.</p>
     <p>Падение дисциплины сказалось и на отношениях между другими собаками. Они грызлись чаще прежнего, и по временам лагерь превращался в настоящий ад. Только Дэйв и Соллекс вели себя, как всегда, хотя и они стали беспокойнее, — их порядком раздражала эта беспрерывная грызня вокруг. Франсуа ругался непонятными словами, в бессильном гневе топал ногами и рвал на себе волосы. Бич его постоянно свистел над спинами собак, но толку от этого было мало. Стоило Франсуа отвернуться — и все начиналось снова. Он защищал Шпица, а Бэк — всех остальных. Франсуа отлично знал, что всему виной Бэк, а Бэк понимал, что погонщик это знает. Но пес был так хитер, что уличить его было невозможно. Он хорошо работал в упряжке, потому что это стало для него удовольствием. Но еще большее удовольствие ему доставляло исподтишка вызвать драку между товарищами и потом замести следы.</p>
     <p>Однажды на привале у устья Тэхкины Даб вечером, после ужина, вспугнул зайца, но не успел его схватить. Мигом вся свора кинулась в погоню за добычей. В ста ярдах от лагеря была станция северо-западной полиции, где держали полсотни собак, и они все приняли участие в охоте. Заяц пробежал по льду реки и, свернув на замерзший ручеек, мчался дальше, легко прыгая по глубокому снегу, а собаки, более тяжелые, проваливались на каждом шагу. Бэк бежал впереди всей своры из шестидесяти собак, огибая одну излучину за другой, но догнать зайца не мог. Он распластался на бегу и визжал от вожделения. Его великолепное тело в мертвенно-белом свете луны стремительно мелькало в воздухе. И, как белый призрак морозной ночи, заяц так же стремительно летел впереди.</p>
     <p>Те древние инстинкты, что в известную пору года гонят людей из шумных городов в леса и поля убивать живых тварей свинцовыми шариками, теперь проснулись в Бэке, и в нем эта кровожадность и радость умерщвления были бесконечно более естественны. Он мчался впереди всей своры в бешеной погоне за добычей, за этим живым мясом, чтобы впиться в него зубами, убить и в теплую кровь погрузить морду до самых глаз.</p>
     <p>Есть экстаз, знаменующий собою вершину жизни, высшее напряжение жизненных сил. И парадоксально то, что экстаз этот есть полнота ощущения жизни и в то же время — полное забвение себя и всего окружающего. Такой самозабвенный восторг приходит к художнику-творцу в часы вдохновения. Он охватывает воина на поле брани, и воин в упоении боя разит без пощады. В таком именно экстазе Бэк во главе стаи, с древним победным кличем волков, гнался за добычей, мчавшейся впереди в лунном свете. Экстаз этот исходил из неведомых ему самому недр его существа, возвращая его в глубину времен. Жизнь кипела в нем, вставала бурным разливом, и каждый мускул, каждая жилка играли, были в огне, и радость жизни претворялась в движение, в эту исступленную скачку под звездами по мертвой, застывшей от холода земле.</p>
     <p>Шпиц, хладнокровный и расчетливый даже в моменты самого буйного азарта, отделился от стаи и побежал наперерез зайцу через узкую косу, вокруг которой речка делала поворот. Бэк этого не заметил: он, огибая излучину, видел только мелькавший впереди белый призрак зайца. Вдруг другой белый призрак, побольше первого, прыгнул с береговой кручи прямо на дорогу перед зайцем. Это был Шпиц. Заяц не мог повернуть назад. Шпиц еще на лету вонзил зубы ему в спину, и заяц крикнул, как кричит в муке человек. Услышав этот вопль Жизни, которая в разгаре своем попала в железные объятия Смерти, вся свора, бежавшая за Бэком, дико взвыла от восторга.</p>
     <p>Молчал только Бэк. Не останавливаясь, он налетел на Шпица, да так стремительно, что не успел схватить его за горло. Они упали и покатились, взметая снег. Шпиц первый вскочил на ноги — так быстро, словно и не падал, — укусил Бэка за плечо и прыгнул в сторону. Челюсти его дважды сомкнулись мертвой хваткой, как железные челюсти капкана, он отскочил, чтобы лучше разбежаться для прыжка, и зарычал, вздернув верхнюю губу и оскалив зубы.</p>
     <p>Бэк почувствовал, что настал решительный миг, что эта схватка будет не на жизнь, а на смерть. Когда они, заложив назад уши, с рычанием кружили друг около друга, настороженно выжидая удобного момента для нападения, Бэку вдруг показалось, что все это ему знакомо, что это уже было когда-то: белый лес кругом, белая земля, и лунный свет, и упоение боя. В белом безмолвии вокруг было что-то призрачное. Ни малейшего движения в воздухе, ни шелеста, не дрожал на дереве ни один засохший лист, и только пар от дыхания собак медленно поднимался в морозном воздухе.</p>
     <p>Эти плохо прирученные потомки волков быстро покончили с зайцем и теперь в напряженном, безмолвном ожидании окружили кольцом сражающихся. Глаза у всех горели, пар из раскрытых пастей медленно поднимался вверх. И вся эта картина из каких-то первобытных времен не была для Бэка ни новой, ни странной. Казалось, что так было всегда, что это в порядке вещей.</p>
     <p>Шпиц был опытным бойцом. На своем пути от Шпицбергена через всю Арктику и Канаду и Бесплодную Землю он встречал всевозможных собак и всех их одолевал и подчинял себе. Ярость его была страшна, но никогда не ослепляла его. Обуреваемый жаждой терзать и уничтожать, он, однако, ни на миг не забывал, что и противником его владеет такая же страсть. Никогда он не нападал, не подготовившись встретить ответный натиск. Никогда не начинал атаки, не обеспечив себе заранее успеха.</p>
     <p>Тщетно Бэк пытался вонзить зубы в шею этого громадного белого пса. Как только он нацеливался клыками на незащищенное место, его встречали клыки Шпица. И клык ударялся о клык, морды у обоих были в крови, а Бэку все никак не удавалось обмануть бдительность врага. Он разгорячился и ошеломил Шпица вихрем внезапных натисков. Снова и снова нацеливался он на снежно-белое горло, в котором биение жизни слышалось так близко, но Шпиц всякий раз, укусив его, отскакивал. Тогда Бэк пустил в ход другой маневр: делая вид, что хочет вцепиться Шпицу в горло, он внезапно отдергивал назад голову и, извернувшись, ударял Шпица плечом, как тараном, стараясь повалить его. Но Шпиц успевал укусить его в плечо и легко отскакивал в сторону.</p>
     <p>Шпиц был еще совершенно невредим, а Бэк обливался кровью и дышал тяжело. Схватка становилась все ожесточеннее. Окружившие их кольцом собаки в полном молчании ждали той минуты, когда кто-нибудь из двух упадет, и готовились доконать побежденного. Когда Бэк запыхался, Шпиц от обороны перешел к наступлению и не давал ему передышки. Бэк уже шатался. Один раз он даже упал — и все шестьдесят собак в тот же миг вскочили на ноги. Но Бэк одним прыжком взлетел с земли, и весь круг снова застыл в ожидании.</p>
     <p>У Бэка было то, что и человека и зверя делает великим: воображение. В борьбе он слушался инстинкта, но и мозг его не переставал работать. Он бросился на врага, как будто намереваясь повторить прежний маневр — удар плечом, но в последний момент припал к земле и вцепился в левую переднюю ногу Шпица. Захрустела сломанная кость, и белый пес оказался уже только на трех ногах. Трижды пробовал Бэк повалить его наземь, потом, пустив в ход тот же маневр, перегрыз ему правую переднюю ногу.</p>
     <p>Несмотря на боль и беспомощное состояние, Шпиц делал бешеные усилия удержаться на ногах. Он видел безмолвный круг собак, их горящие глаза, высунутые языки и серебряный пар от их дыхания, поднимавшийся вверх. Кольцо все теснее сжималось вокруг него, а он не раз видывал прежде, как такое кольцо смыкалось вокруг побежденного в схватке. На этот раз побежденным оказался он.</p>
     <p>Участь его была решена. Бэк был беспощаден. Милосердие годилось только для более мягкого климата. Он готовился нанести окончательный удар. Собаки придвинулись уже так близко, что он ощущал на своих боках их теплое дыхание. За спиной Шпица он видел припавшие к земле, подобравшиеся для прыжка тела, глаза, жадно следившие за каждым его движением. Наступила пауза. Все собаки замерли на месте, словно окаменев. Только Шпиц весь дрожал и шатался, ощетинившись, грозно рыча, будто хотел испугать надвигавшуюся смерть. Но вот Бэк кинулся на него — и тотчас отскочил. На этот раз удар плечом сделал свое дело.</p>
     <p>Шпиц упал. Темное кольцо собак сомкнулось в одну точку на озаренном луной снегу, и Шпиц исчез. А Бэк стоял и глядел, как победитель. Это стоял торжествующий первобытный зверь, который убил и наслаждался этим.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>IV</p>
      <p>Кто победил в борьбе за первенство</p>
     </title>
     <p>— Ну, что я говорил? Разве не правда, что в этом Бэке сидят два дьявола?</p>
     <p>Так выражал свои чувства Франсуа на другое утро, обнаружив, что Шпиц исчез, а Бэк весь в ранах. Он подтащил Бэка к костру и при свете огня показал Перро его бока и спину.</p>
     <p>— Этот Шпиц дерется, как дикий зверь, — сказал Перро, осматривая зияющие раны и укусы.</p>
     <p>— А Бэк — как два зверя! — отпарировал Франсуа. — Ну, да теперь у нас дело пойдет на лад. Не будет Шпица, так и дракам конец.</p>
     <p>Пока Перро укладывал и грузил на нарты все их пожитки, погонщик запрягал собак. Бэк подошел к месту вожака, где всегда впрягали Шпица. Франсуа, не обращая на него внимания, подвел к этому столь желанному месту Соллекса; он считал его наиболее подходящим для роли вожака. Но Бэк в ярости набросился на Соллекса, отогнал его и стал на место Шпица.</p>
     <p>— Ну и ну! — воскликнул Франсуа, от восторга хлопнув себя по бедрам. — Посмотрите-ка на Бэка! Загрыз Шпица и теперь хочет стать вожаком.</p>
     <p>— Пошел вон, разбойник! — прикрикнул он на Бэка, но тот стоял как ни в чем не бывало.</p>
     <p>Франсуа схватил его за шиворот и, хотя пес грозно зарычал, оттащил в сторону, а на место вожака опять поставил Соллекса. Тому это явно не понравилось: видно было, что старый пес боится Бэка. Франсуа был упрям и настоял на своем, но, как только он отвернулся, Бэк опять прогнал Соллекса, и тот отошел очень охотно.</p>
     <p>Тут уже Франсуа рассердился.</p>
     <p>— Вот я тебя сейчас проучу! — крикнул он и, убежав, вернулся с тяжелой дубиной.</p>
     <p>Бэк вспомнил человека в красном свитере и медленно отступил. Больше он не пытался отогнать Соллекса, когда того опять поставили впереди. Но он кружил около на таком расстоянии, чтобы его не могла достать дубинка. Злобно и обиженно ворча, он все время не сводил глаз с дубинки, чтобы успеть увернуться, если Франсуа швырнет ею в него: он уже по опыту знал, как действует эта штука.</p>
     <p>Погонщик занялся своим делом и крикнул Бэка только тогда, когда до него дошла очередь, собираясь поставить его на старое место, перед Дэйвом. Бэк попятился на несколько шагов. Франсуа двинулся к нему, но пес отбежал еще дальше. Это повторялось несколько раз, и наконец Франсуа бросил дубинку, думая, что Бэк боится ее. Но дело было не в дубинке, — Бэк открыто бунтовал, добиваясь места вожака. Оно принадлежало ему по праву, он его заслужил и не соглашался на меньшее.</p>
     <p>Перро поспешил на помощь Франсуа. Битый час они вдвоем гонялись за Бэком, швыряли в него палками, но он увертывался от них. Они проклинали его и его родителей, и прародителей, и всех еще не явившихся на свет потомков до самых отдаленных поколений, и каждый волосок на его шкуре, и каждую каплю крови в его жилах. А Бэк на ругань отвечал рычанием и не подпускал их близко. Он не пытался убежать, но кружил вокруг стоянки, ясно давая понять людям, что, если его желание будет исполнено, он станет опять послушен.</p>
     <p>Франсуа наконец сел на снег и почесал затылок. Перро посмотрел на часы и чертыхнулся. Время шло, им следовало выехать еще час назад. Франсуа опять почесал затылок, покачал головой и смущенно ухмыльнулся, глядя на курьера. А тот в ответ пожал плечами, как бы признавая, что они побеждены.</p>
     <p>Тогда Франсуа подошел к Соллексу и кликнул Бэка. Бэк засмеялся по-своему, по-собачьи, — но все еще держался на приличном расстоянии. Франсуа выпряг Соллекса и поставил его на прежнее место. Вся упряжка стояла уже в полной готовности, выстроившись сплошной вереницей. Для Бака теперь уже не оставалось другого места, кроме места вожака впереди. Франсуа снова позвал его, а Бэк снова засмеялся, но все не шел на зов.</p>
     <p>— Брось-ка дубинку! — скомандовал Перро.</p>
     <p>Франсуа послушался, и тогда только Бэк подошел с торжествующим видом и стал во главе упряжки. На него надели постромки, освободили примерзшие нарты, и они вмиг вылетели на реку, а мужчины на лыжах бежали рядом.</p>
     <p>Погонщик Франсуа и раньше был высокого мнения о Бэке, утверждая, что в нем сидят два черта, но не прошло и дня, как он убедился, что недооценивал эту собаку. Бэк сразу же вошел в роль вожака и сообразительностью, быстротой и решительностью превосходил даже Шпица, лучшего вожака, какого когда-либо видел Франсуа.</p>
     <p>Но всего замечательнее было его умение подчинять себе других. Он заставил всех собак своей упряжки выполнять его требования. Дэйв и Соллекс ничего не имели против нового вожака. Их дело было трудиться, тащить нарты, не жалея сил, и пока им не мешали, они на все были согласны. Пусть бы вожаком поставили хоть Билли, лишь бы он поддерживал порядок! Но остальные собаки за последнее время отбились от рук и теперь были очень удивлены строгостью, с какой Бэк призвал их к порядку. Лодырь Пайк, занимавший в упряжке место позади Бэка, раньше налегал на ремни только в такой мере, в какой это было неизбежно, и ни капельки сильнее. Но теперь Бэк подбадривал его частой и энергичной трепкой, и с первого дня Пайк стал работать так усердно, как никогда в жизни. А угрюмый Джо в первый же вечер на стоянке был основательно наказан — это никогда не удавалось даже Шпицу. Бэк навалился на него всей своей тяжестью и трепал до тех пор, пока тот не перестал огрызаться и не заскулил, прося пощады.</p>
     <p>Вся упряжка сразу стала работать лучше. Восстановилась былая слаженность движений, и опять все собаки неслись в своих постромках, словно слитые в одну. У порогов Ринк Рэпидс Перро прикупил еще двух канадских лаек, Тика и Куну. Бэк выдрессировал их так быстро, что Франсуа только ахал и диву давался.</p>
     <p>— Днем с огнем не сыщешь другого такого пса, как этот Бэк! — твердил он. — За такого и тысячу долларов отдать не жалко, ей-богу! Скажешь, нет, Перро?</p>
     <p>Перро соглашался. Он уже к тому времени превысил рекорд скорости и превышал его все больше день ото дня. Дорога была в прекрасном состоянии, твердая, хорошо укатанная, не было на ней свежего, рыхлого снега, который так затрудняет езду. Притом было не очень холодно. Температура, упав до пятидесяти градусов ниже нуля, оставалась все время на этом уровне. Перро и Франсуа, чередуясь, то ехали на нартах, то шли на лыжах, а собаки неслись галопом, делая остановки только изредка.</p>
     <p>Тридцатимильная река оделась уже довольно крепким льдом, и они за один день сделали перегон, который на пути в Доусон отнял у них десять дней. Потом они пролетели без остановок шестьдесят миль от озера Ле-Барж до порогов Белой Лошади. Через озера Марш, Тагиш и Беннет (семьдесят миль) собаки мчались с такой быстротой, что тому из двух мужчин, чья очередь была идти на лыжах, приходилось следовать за нартами, держась за привязанную к ним веревку. И наконец в последний вечер второй недели они прошли через Белый перевал и стали спускаться к морю, туда, где мерцали огни Скагуэя и стоявших на причале судов.</p>
     <p>Это был рекордный пробег. В течение двух недель они проезжали в среднем по сорок миль в день. Целых три дня Перро и Франсуа, гордо выпятив грудь, прогуливались по главной улице Скагуэя, и со всех сторон на них сыпались приглашения выпить, а их упряжка была постоянно окружена восторженной толпой ценителей и скупщиков ездовых собак.</p>
     <p>Но вскоре несколько бандитов с Запада сделали попытку обчистить город, а за эти подвиги их так изрешетили пулями, что они стали похожи на перечницы, — и публика занялась новой сенсацией. А там Перро получил официальное распоряжение. Узнав о нем, Франсуа подозвал Бэка, обхватил его обеими руками и заплакал. И это было последнее прощание Бэка с Франсуа и Перро. Как раньше другие люди, они навсегда исчезли из его жизни.</p>
     <p>Его и остальных собак передали какому-то шотландцу-полукровке, и вместе с десятком других собачьих упряжек они пустились снова в тот же утомительный путь — к Доусону. Теперь уже они не шли налегке, и не до рекордов им было. Нет, они трудились без отдыха изо дня в день, тянули нарты с тяжелой кладью. Это был почтовый обоз, он вез вести со всех концов земли людям, искавшим золото под сенью Северного полюса.</p>
     <p>Бэку это не нравилось, но он работал хорошо из той же профессиональной гордости, что воодушевляла Дэйва и Соллекса, и следил, чтобы все его товарищи, гордились они своей работой или нет, делали ее добросовестно. Жизнь шла однообразно, как заведенная машина. Один день был как две капли воды похож на другой. По утрам в определенный час повара принимались за дело. Разводили костры, готовили завтрак. Потом одни грузили на нарты палатки и все остальное, другие запрягали собак. В путь трогались примерно за час до того, как ночь начинала мутнеть, что было предвестником зари. По вечерам делали привал. Люди ставили палатки, кололи дрова и ломали сосновые ветки для подстилки, приносили воду или лед поварам. Затем кормили собак. Для Бэка и его товарищей это было самым радостным событием дня. Впрочем, приятно было и потом, съев свою порцию рыбы, послоняться без дела часок-другой среди других собак, которых здесь было больше сотни. Между ними были опасные драчуны, но после трех сражений Бэка с самыми свирепыми авторитет его был признан, и стоило ему только ощетиниться и оскалить зубы, как все уступали ему дорогу.</p>
     <p>Больше всего, пожалуй, Бэк любил лежать у костра. Поджав под себя задние лапы, вытянув передние и подняв голову, он задумчиво смотрел в огонь. В такие минуты вспоминался ему иногда большой дом судьи Миллера в солнечной долине Санта-Клара, цементный бассейн, где он плавал, бесшерстная мексиканка Изабель и японский мопсик Тутс. Но чаще думал Бэк о человеке в красном свитере, о гибели Кэрли, о великой битве со Шпицем и о тех вкусных вещах, которые он ел когда-то или мечтал поесть. Он не тосковал по родине. Страна солнца стала для него смутным и далеким воспоминанием, которое его не волновало. Гораздо большую власть над ним имели воспоминания о другой жизни, далекой жизни предков. Благодаря им многое, чего он никогда раньше не видел, казалось ему знакомым. А инстинкты (они тоже были не чем иным, как отголосками жизни предков), не просыпавшиеся в нем раньше, теперь ожили и властно заговорили.</p>
     <p>По временам, когда он так лежал у костра и сонно щурился на огонь, ему начинало казаться, что это пламя какого-то иного костра, у которого он грелся когда-то, и видел он подле себя не повара-метиса, а совсем другого человека. У этого другого ноги были короче, а руки длиннее, мускулы — как узловатые веревки, а не такие гладкие и обросшие жиром. Волосы у него были длинные и всклокоченные, череп скошен от самых глаз к темени. Человек этот издавал странные звуки и, видно, очень боялся темноты, потому что то и дело всматривался в нее, сжимая в руке, свисавшей ниже колена, палку с привязанным к ней на конце большим камнем. Он был почти голый — только на спине болталась шкура, рваная и покоробленная огнем. Но тело его было покрыто волосами, и на груди и плечах, на тыльной стороне рук и на ляжках волосы были густые, как мех. Человек стоял не прямо, а наклонив туловище вперед и согнув ноги в коленях. И в теле его чувствовалась какая-то удивительная упругость, почти кошачья гибкость и напряженность, как у тех, кто живет в постоянном страхе перед видимыми и невидимыми опасностями.</p>
     <p>Иногда этот волосатый человек сидел у костра на корточках и дремал, низко свесив голову. Локти он тогда упирал в колени, руками закрывал голову, как от дождя. А за костром, в темноте, светилось множество раскаленных угольков, и всегда парами, всегда по два: Бэк знал, что это глаза хищных зверей. Он слышал, как трещали кусты, сквозь которые они продирались, слышал все звуки, возвещавшие их приближение.</p>
     <p>И когда Бэк лежал на берегу Юкона и грезил, лениво глядя в огонь, эти звуки и видения другого мира тревожили его так, что шерсть у него вставала дыбом и он начинал тихо повизгивать или глухо ворчать. Тогда повар-метис кричал: «Эй, Бэк, проснись!» — и видения куда-то исчезали, перед глазами снова вставал реальный мир, и Бэк поднимался, зевая и потягиваясь, словно он на самом деле только что проснулся.</p>
     <p>Дорога была трудная, груз тяжелый, работа изматывала собак. Они отощали и были в самом жалком состоянии, когда добрались наконец до Доусона. Им следовало бы отдохнуть дней десять или хотя бы неделю. Но два дня спустя они уже спускались от Казарм вниз, на лед Юкона, с грузом писем. Собаки были утомлены, погонщики ворчали, и в довершение всего каждый божий день шел снег. По этому мягкому, неутоптанному настилу идти было трудно, больше терлись полозья и тяжелее было собакам тащить нарты. Но люди хорошо справлялись со всеми трудностями и усердно заботились о собаках.</p>
     <p>Каждый вечер, разбив лагерь, погонщики первым делом занимались собаками. Собаки получали ужин раньше, чем люди, и никто из погонщиков не залезал в спальный мешок, пока не осмотрит лапы своих собак. Все-таки силы собак таяли. За эту зиму они уже прошли тысячу восемьсот миль, весь утомительный путь таща за собой тяжело нагруженные нарты. А тысяча восемьсот миль подкосят и самую крепкую, выносливую собаку. Бэк пока не сдавался, заставлял работать других и поддерживал дисциплину в своей упряжке, но и он тоже был сильно переутомлен. Билли все ночи напролет скулил и стонал во сне, Джо был мрачнее мрачного, а к Соллексу просто опасно было подходить не только со стороны слепого, но и со стороны зрячего глаза.</p>
     <p>Но больше всех измучился Дэйв. С ним творилось что-то неладное. Он стал раздражителен и угрюм; как только располагались на ночлег, он сразу отрывал себе ямку и забирался в нее — туда погонщик и приносил ему еду. С той минуты, как его распрягали, и до утра, когда опять нужно было впрягаться, Дэйв лежал пластом. Иногда в пути, дернувшись от сильного толчка внезапно остановившихся нарт или напрягаясь, чтобы сдвинуть их с места, он жалобно стонал.</p>
     <p>Погонщик не раз осматривал его, но не мог понять, что с ним. Наконец этим заинтересовались все остальные погонщики. Они обсуждали вопрос и за едой и перед сном, выкуривая последнюю трубку, а однажды вечером устроили настоящий консилиум. Дэйва привели к костру и ощупывали и мяли так усердно, что он несколько раз взвыл от боли. Сломанных костей не обнаружили и так ничего и не выяснили. Должно быть, у него что-то болело внутри.</p>
     <p>К тому времени, как они добрались до Кассьярской отмели, Дэйв уже так ослабел, что то и дело падал. Шотландец дал сигнал остановиться и выпряг его, а на место коренника поставил ближайшую собаку, Соллекса. Он хотел дать Дэйву роздых, позволить ему бежать на свободе, без упряжки, за нартами. Но Дэйв, как ни был он болен и слаб, не хотел мириться с тем, что его отстранили от работы. Когда снимали с него постромки, он ворчал и рычал, а увидев Соллекса на своем месте, которое он занимал так долго, горестно завыл. Гордость его возмутилась, и смертельно больной Дэйв всячески протестовал против того, что его заменили другим.</p>
     <p>Когда нарты тронулись, он побежал сбоку, ныряя в рыхлом снегу, и все время старался цапнуть Соллекса или бросался на него и пробовал повалить в снег по другую сторону тропы; он делал попытки втиснуться в упряжку между Соллексом и нартами и все время скулил, визжал и лаял от боли и досады. Шотландец пробовал отгонять его бичом, но Дэйв не обращал внимания на обжигавшие кожу удары, а у погонщика совести не хватило хлестать его сильнее. Пес не желал спокойно бежать за нартами по наезженной дороге, где бежать было легко, и продолжал упорно нырять в мягком снегу. Скоро он совсем выбился из сил и упал. Лежа там, где свалился, он тоскливым воем провожал длинную вереницу нарт, мчавшихся мимо него.</p>
     <p>Потом, собрав остаток сил, Дэйв кое-как тащился вслед, пока обоз не сделал остановки. Тут Дэйв добрел до своего прежнего места и стал сбоку около Соллекса. Его погонщик отошел к другим нартам — прикурить от трубки соседа. Через минуту он вернулся и дал сигнал к отправке. Собаки двинулись как-то удивительно легко, без всякого усилия — и вдруг все с беспокойством повернули головы и остановились. Погонщик тоже удивился: нарты не двигались с места. Он кликнул товарищей взглянуть на Это диво. Оказалось, что Дэйв перегрыз обе постромки Соллекса и уже стоял прямо перед нартами, на своем старом месте.</p>
     <p>Он молил взглядом, чтобы его не гнали. Погонщик был озадачен. Товарищи его стали толковать о том, как собакам обидно, когда их изгоняют из упряжки, хотя эта работа их убивает. Вспоминали всякие случаи, когда собаки, которые по старости или болезни уже не могли работать, издыхали от тоски, если их выпрягали. Общее мнение было таково, что раз уж Дэйву все равно издыхать, надо пожалеть его и дать ему умереть со спокойной душой на своем месте у нарт.</p>
     <p>Дэйва снова впрягли в нарты, и он гордо потащил их, как прежде, хотя временами невольно стонал от приступов какой-то боли внутри. Несколько раз он падал, и другие собаки волокли его дальше в постромках. А однажды нарты наехали на него, и после этого Дэйв хромал на заднюю ногу.</p>
     <p>Все-таки он крепился, пока не дошли до стоянки. Погонщик отвел ему место у костра. К утру Дэйв так ослабел, что идти дальше уже не мог. Когда пришло время запрягать, он с трудом подполз к своему погонщику, судорожным усилием встал на ноги, но пошатнулся и упал. Потом медленно пополз на животе к тому месту, где на его товарищей надевали постромки. Он вытягивал передние лапы и толчком подвигал свое тело вперед на дюйм-два, потом опять и опять проделывал то же самое. Но силы скоро ему изменили, и, уходя, собаки видели, как Дэйв лежал на снегу, тяжело дыша и с тоской глядя им вслед. А его унылый вой долетал до них, пока они не скрылись за прибрежным лесом.</p>
     <p>За лесом обоз остановился. Шотландец медленно зашагал обратно, к только что покинутой стоянке. Люди все примолкли. Скоро издали донесся пистолетный выстрел. Шотландец поспешно возвратился к саням, защелкали бичи, весело залились колокольчики, и нарты помчались дальше. Но Бэк знал, и все собаки знали, что произошло там, за прибрежным лесом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>V</p>
      <p>Труды и тяготы пути</p>
     </title>
     <p>Через тридцать дней после отъезда из Доусона почтовый обоз во главе с упряжкой Бэка прибыл в Скагуэй. Собаки были изнурены и измучены вконец. Бэк весил уже не сто сорок, а сто пятнадцать фунтов. Собаки меньшего веса похудели еще больше, чем он. Симулянт Пайк, всю жизнь ловко надувавший погонщиков, теперь хромал уже не притворно, а по-настоящему. Захромал и Соллекс, а у Даба была вывихнута лопатка, и он сильно страдал.</p>
     <p>Лапы у всех были ужасно стерты, утратили всю свою подвижность и упругость и ступали так тяжело, что тело сотрясалось и собаки уставали вдвойне. Все дело было в этой смертельной усталости. Когда устаешь от короткого чрезмерного усилия, утомление проходит через какие-нибудь два-три часа. Но тут была усталость от постепенного и длительного истощения физической энергии в течение многих месяцев тяжкого труда. У собак уже не осталось никакого запаса сил и никакой способности к их восстановлению: силы были использованы все до последней крупицы, каждый мускул, каждая жилка, каждая клеточка тела смертельно утомлены. Да и как могло быть иначе? Менее чем за пять месяцев собаки пробежали две с половиной тысячи миль, а на протяжении последних тысячи восьмисот отдыхали всего пять дней. Когда обоз пришел в Скагуэй, видно было, что они просто валятся с ног. Они с трудом натягивали постромки, а на спусках едва могли идти так, чтобы нарты не наезжали на них.</p>
     <p>— Ну, ну, понатужьтесь, бедные вы мои хромуши! — подбадривал их погонщик, когда они плелись по главной улице Скагуэя. — Уже почти доехали, скоро отдохнем как следует. Да, да, долго будем отдыхать!</p>
     <p>Люди были в полной уверенности, что остановка здесь будет долгая. Ведь и они прошли на лыжах тысячу двести миль, отдыхали за все время пути только два дня и по справедливости и логике вещей заслуживали основательного отдыха. Но в Клондайк понаехало со всего света столько мужчин, а на родине у них осталось столько женщин, возлюбленных, законных жен и родственниц, не поехавших в Клондайк, что тюки с почтой грозили достигнуть высоты Альпийского хребта. Рассылались и всякие правительственные распоряжения.</p>
     <p>И вот собак, ставших негодными, приказано было заменить новыми и снова отправляться в путь. Выбывших из строя собак нужно было сбыть с рук, и, поскольку доллары, как известно, гораздо ценнее собак, последних спешно распродавали.</p>
     <p>Только в те три дня, что они отдыхали в Скагуэе, Бэк и его товарищи почувствовали, как они устали и ослабели. На утро четвертого дня пришли двое американцев из Штатов и купили их вместе с упряжью за бесценок. Эти люди называли друг друга Хэл и Чарльз. Чарльз был мужчина средних лет со светлой кожей и бесцветными слезящимися глазами, с усами, лихо закрученными, словно для того, чтобы замаскировать вялость отвислых губ. Хэлу на вид было лет девятнадцать или двадцать. За поясом у него торчали большой кольт и охотничий нож. Этот пояс, набитый патронами, был самой заметной частью его особы. Он свидетельствовал о юности своего хозяина, зеленой, неопытной юности. Оба эти человека были явно не на месте в здешней обстановке, и зачем они рискнули ехать на Дальний Север, оставалось одной из тех загадок, которые выше нашего понимания.</p>
     <p>Бэк слышал, как эти двое торговались с правительственным агентом, видел, как они передали ему деньги, и понял, что шотландец и все остальные погонщики почтового обоза уходят из его жизни навсегда, как ушли Перро и Франсуа, как до них ушли другие. Когда его и остальных собак упряжки пригнали в лагерь новых хозяев, Бэк сразу приметил царившие здесь грязь и беспорядок. Палатка была раскинута только наполовину, посуда стояла немытая, все валялось где попало. Увидел он здесь и женщину. Мужчины называли ее Мерседес. Она приходилась женой Чарльзу и сестрой Хэлу, — видимо, это была семейная экспедиция.</p>
     <p>Бэк с тяжелым предчувствием наблюдал, как они снимают палатку и нагружают нарты. Они очень усердствовали, но делали все бестолково. Палатку свернули каким-то неуклюжим узлом, который занимал втрое больше места, чем следовало. Оловянную посуду уложили немытой. Мерседес все время суетилась, мешала мужчинам и трещала без умолку, то читая им нотации, то давая советы. Когда мешок с одеждой уложили на передок нарт, она объявила, что ему место не тут, а позади. Мешок переложили, навалили сверху несколько других, но тут Мерседес обнаружила вдруг какие-то забытые вещи, которые, по ее мнению, следовало уложить именно в этот мешок, — и пришлось опять разгружать нарты.</p>
     <p>Из соседней палатки вышли трое мужчин и наблюдали за ними, ухмыляясь и подмигивая друг другу.</p>
     <p>— Поклажи у вас дай боже! — сказал один из них. — Конечно, не мое дело вас учить, но на вашем месте я не стал бы тащить с собой палатку.</p>
     <p>— Немыслимо! — воскликнула Мерседес, с кокетливым ужасом всплеснув руками. — Что я буду делать без палатки?</p>
     <p>— На дворе весна, холодов больше не будет, — возразил сосед.</p>
     <p>Мерседес решительно покачала головой, а Чарльз с Хэлом взвалили на нарты последние узлы поверх горы всякой клади.</p>
     <p>— Думаете, свезут? — спросил один из зрителей.</p>
     <p>— А почему же нет? — отрывисто возразил Чарльз.</p>
     <p>— Ладно, ладно, это я так… — добродушно сказал тот, спеша замять разговор. — Просто мне показалось, что нарты у вас малость перегружены.</p>
     <p>Чарльз повернулся к нему спиной и стал затягивать ремни старательно, но очень неумело.</p>
     <p>— Конечно, ничего, — подхватил другой сосед. — Собаки могут целый день бежать с этакой штукой позади.</p>
     <p>— Безусловно! — отозвался Хэл с ледяной вежливостью и, взяв в одну руку бич, другой ухватился за поворотный шест.</p>
     <p>— Ну! Пошли! — крикнул он и взмахнул бичом. — Вперед!</p>
     <p>Собаки рванулись, напряглись, но тут же остановились. Им не под силу было сдвинуть нарты с места.</p>
     <p>— Ленивые скоты! — крикнул Хэл. — Вот я вас! — Он поднял бич и хотел стегнуть собак.</p>
     <p>Но вмешалась Мерседес. С криком: «Не смей, Хэл!» — она схватилась за бич и вырвала его из рук брата.</p>
     <p>— Бедные собачки! Дай слово, что ты в дороге не будешь их обижать, иначе я шагу отсюда не сделаю!</p>
     <p>— Много ты понимаешь! — огрызнулся Хэл. — Не знаешь, как надо обращаться с собаками, так не суйся! Они ленивы, вот и все, только кнута и слушаются. Спроси у кого хочешь. Ну, вот хотя бы у этих людей!</p>
     <p>Мерседес с мольбой посмотрела на соседей. На ее красивом лице было написано отвращение, — она не могла видеть, как мучают животных.</p>
     <p>— В этих собаках, если уж хотите знать, еле душа держится, — сказал один из мужчин, отвечая на ее взгляд. — Они совсем измотаны, вот в чем дело. Им отдых нужен.</p>
     <p>— Какой там отдых к чертовой матери! — проворчал безусый Хэл.</p>
     <p>А Мерседес, услышав, как он чертыхается, горестно вздохнула. Однако в ней сильны были родственные чувства, и она поспешно выступила на защиту брата.</p>
     <p>— Не обращай внимания, — сказала она ему решительно. — Это наши собаки, и делай с ними, что считаешь нужным.</p>
     <p>Снова бич Хэла обрушился на собак. Они налегли на ремни, уперлись лапами в накатанный снег и, почти распластавшись, напрягли все силы. Но нарты удерживали их, словно якорь. После двух попыток собаки остановились, тяжело дыша. Бич бешено свистел в воздухе, и за собак снова вступилась Мерседес. Она стала на колени подле Бэка и со слезами на глазах обняла его за шею.</p>
     <p>— Бедные вы, бедные собачки! — воскликнула она жалостливо. — Ну, почему вы не хотите постараться? Ведь тогда вас не будут бить!</p>
     <p>Бэку Мерседес не понравилась, но он был слишком измучен, чтобы дать отпор. Ее ласки он принял, как принимал все неизбежные неприятности этого дня.</p>
     <p>Один из зрителей, который наблюдал все это, стиснув зубы и с трудом удерживая гневные слова, не выдержал наконец и заговорил:</p>
     <p>— На вас мне, откровенно говоря, наплевать, но собак жалко. И потому я вам скажу, что надо делать, чтобы помочь им. У вас полозья накрепко примерзли. Отбейте лед. Навалитесь всем телом и качайте нарты вправо и влево, пока не сдвинете их с места.</p>
     <p>Сделали третью попытку. На этот раз Хэл, вняв дельному совету, сбил лед и оторвал от земли примерзшие полозья. Перегруженные и громоздкие нарты медленно поползли вперед, а Бэк и его товарищи под градом ударов с отчаянными усилиями тянули их. В ста ярдах от стоянки дорога делала поворот и круто спускалась к главной улице. Удержать тяжело нагруженные нарты на таком спуске мог бы лишь опытный погонщик, но никак не Хэл. На повороте нарты опрокинулись, и половина клади высыпалась на дорогу, так как ремни были слабо затянуты. Собаки и не подумали остановиться. Легкие теперь нарты, лежа на боку, прыгали за ними. А они бежали, обозленные жестоким обращением и тем, что их заставили везти такой тяжелый груз. Бэк словно взбесился. Он мчался со всех ног, и вся упряжка мчалась за ним. Тщетно Хэл орал: «Стоп! Стоп!» — они его не слушали. Он поскользнулся и упал. Опрокинутые нарты перелетели через него, и собаки понеслись по главной улице Скагуэя, рассыпая, на потеху зрителям, остатки поклажи.</p>
     <p>Какие-то сердобольные горожане остановили собак и стали собирать упавшие с нарт пожитки. При этом они не скупились на советы. Хэлу и Чарльзу было сказано, что, если они хотят как-нибудь доехать до Доусона, надо бросить половину клади и удвоить число собак. Хэл, его сестра и зять слушали советы неохотно. Они поставили палатку и принялись сортировать свое имущество. Выбросили банки с консервами, насмешив этим людей, так как на Великой Северной Тропе консервы — самое желанное, о чем только может мечтать путешественник.</p>
     <p>— А одеял тут у вас — на целую гостиницу! — заметил один из тех, кто помогал Хэлу и Чарльзу, в душе потешаясь над ними. — Половины и то слишком много. Вам надо их сбыть с рук. Палатку бросьте, да и всю посуду тоже — кто это будет ее мыть в дороге? Господи помилуй, вы что думали? Что будете разъезжать здесь в пульмановских вагонах?</p>
     <p>Так по указаниям опытных людей безжалостно выбрасывалось все лишнее. Мерседес даже заплакала, Когда содержимое ее вещевого мешка вытряхнули на землю и стали отбрасывать в сторону одну часть туалета за другой. Плакала вообще — и плакала над каждой выброшенной вещью отдельно. Обхватив руками колени, она в неутешном горе качалась взад и вперед. Она твердила, что и шагу не сделает дальше не только ради одного, а хотя бы ради дюжины Чарльзов. Она взывала ко всем и каждому, но в конце концов утерла слезы и принялась выбрасывать даже такие предметы, которые были совершенно необходимы в дороге. Покончив с собственным мешком, она стала разбирать вещи спутников и в своем азарте прошлась по ним как смерч.</p>
     <p>После всех трудов на нартах осталась только половина поклажи, но и та была с гору. Вечером Чарльз и Хэл пошли покупать собак и привели их шесть, не местных, а привозных. Теперь в упряжке было уже четырнадцать собак — шесть из первой упряжки Перро, Тик и Куна, купленные им перед рекордным пробегом, да шесть новых. Впрочем, эти новые, привозные собаки, хотя их уже дрессировали раньше, немногого стоили. Среди них было три гладкошерстных пойнтера и один ньюфаундленд, а две собаки представляли какую-то неопределенную помесь. Новички, видимо, были еще совсем неопытны. Бэк и другие старые собаки смотрели на них презрительно. Бэк сразу показал им, чего нельзя делать, но никак ему не удавалось научить их тому, что нужно было делать. Им не нравилась работа ездовой собаки. Пойнтеры и ньюфаундленд были совершенно сломлены духом, запуганы чуждой им обстановкой дикого Севера и жестоким обращением. А у двух дворняг вообще души не было, им можно было сломать только кости.</p>
     <p>Так как беспомощные новички никуда не годились, а старая упряжка выбилась из сил, пройдя почти без передышки две с половиной тысячи миль, то ничего хорошего нельзя было ожидать. Но Хэл и Чарльз были настроены радужно и полны гордости. Как же, теперь у них все на славу — шутка сказать, в упряжке четырнадцать собак! Они видели, как люди отправляются через перевал к Доусону, как возвращаются оттуда — и ни у одного из этих путешественников не было столько собак!</p>
     <p>А между тем путешественники по Арктике имели серьезные основания не впрягать в одни нарты четырнадцать собак: ведь на одних нартах невозможно уместить провизию для такого количества собак. Но Хэл и Чарльз этого не знали. Они все рассчитали карандашом на бумаге: столько-то собак, столько-то корма на собаку, столько-то дней в пути, — итого… Карандаш гулял по бумаге, а Мерседес смотрела через плечо мужа и с авторитетным видом кивала головой — все было так просто и ясно.</p>
     <p>Назавтра, поздним утром, Бэк повел длинную собачью упряжку по улице Скагуэя. Ни он, ни другие собаки не проявляли никакой резвости и энергии. Они вышли в путь смертельно усталые. Бэк уже четыре раза проделал путь между Соленой Водой и Доусоном, и его злило, что ему, усталому, заезженному, опять надо пускаться в такой трудный путь Не по душе это было ему, не по душе и другим собакам. Новые собаки всего боялись, а старые и опытные не питали никакого доверия к своим нынешним хозяевам.</p>
     <p>Бэк смутно понимал, что на этих двух мужчин и женщину нельзя положиться. Они ничего не умели, и с каждым днем становилось очевиднее, что они ничему не научатся. Всё они делали спустя рукава, не соблюдали порядка и дисциплины. Полвечера у них уходило на то, чтобы кое-как разбить лагерь, и пол-утра — на сборы в путь, а нарты они нагружали так беспорядочно и небрежно, что потом весь день то и дело приходилось останавливаться и перекладывать багаж. В иные дни они не проходили и десяти миль, а бывало и Так, что вовсе не могли тронуться с места. Никогда они не проходили в день и половины того расстояния, которое путешественники на Севере принимают за среднюю норму, когда рассчитывают, какой запас пищи надо брать для собак.</p>
     <p>С самого начала было ясно, что Хэлу и Чарльзу не хватит в пути корма для собак. А они еще к тому же перекармливали их и тем самым приближали катастрофу. Привозные собаки, не приученные хронической голодовкой довольствоваться малым, были ужасно прожорливы. А так как местные, вконец измученные, шли медленно, то Хэл решил, что обычная норма питания недостаточна, и удвоил ее. К тому еще Мерседес, со слезами в красивых глазах, дрожащим голосом упрашивала его дать собакам побольше, а когда Хэл не слушался, она крала из мешков рыбу и тайком подкармливала их. Но Бэк и его товарищи нуждались не столько в пище, сколько в отдыхе. И хотя они бежали не быстро, тяжесть груза, который они тащили, сильно подтачивала их силы.</p>
     <p>А потом к этому прибавился и голод. В один прекрасный день Хэл сделал открытие, что половина корма для собак уже съедена, тогда как пройдено всего только четверть пути, а достать в этих местах корм ни за какие деньги невозможно. Тогда он урезал дневные порции ниже нормы и решил, что надо ехать быстрее. Сестра и зять с ним согласились. Но ничего из этого не вышло: слишком перегружены были нарты и слишком неопытны люди. Давать собакам меньше еды было проще всего, но заставить их бежать быстрее они не могли, а так как по утрам из-за нерасторопности хозяев в путь трогались поздно, то много времени пропадало даром. Эти люди не умели подтянуть собак, не умели подтянуться и сами.</p>
     <p>Первым свалился Даб. Незадачливый воришка, который всегда попадался и получал трепку, был тем не менее добросовестным работником. Так как его вывихнутую лопатку не вправили и не давали ему роздыха, ему становилось все хуже, и в конце концов Хэл пристрелил его из своего большого кольта. На Севере все знают, что собаки, привезенные из других мест, погибают от голода, если их посадить на скудный паек местных лаек. А так как Хэл и этот паек урезал наполовину, то все шесть привозных собак в упряжке Бэка неминуемо должны были погибнуть. Первым околел ньюфаундленд, за ним — все три пойнтера. Упорнее их цеплялись за жизнь две дворняги, но и они в конце концов погибли.</p>
     <p>К этому времени три путешественника утратили всю мягкость и обходительность южан. Развеялось романтическое очарование путешествия по Арктике, действительность оказалась чересчур суровой. Мерседес перестала плакать от жалости к собакам, — теперь она плакала только от жалости к себе и была поглощена ссорами с мужем и братом. Ссориться они никогда не уставали. Раздражительность, порожденная невзгодами, росла вместе с этими невзгодами, переросла и далеко опередила их. Эти двое мужчин и женщина не обрели того удивительного терпения, которому Великая Северная Тропа учит людей и которое помогает им в трудах и жестоких страданиях оставаться добрыми и приветливыми. У новых хозяев Бэка не было и капли такого терпения. Они коченели от холода, у них все болело: болели мускулы, кости, даже сердце. И оттого они стали сварливыми, и с утра до ночи грубости и колкости не сходили у них с языка.</p>
     <p>Как только Мерседес оставляла Чарльза и Хэла в покое, они начинали ссориться между собой. Каждый был глубоко уверен, что он делает большую часть работы, и при всяком удобном случае заявлял об этом. А Мерседес принимала сторону то мужа, то брата, — и начинались бесконечные семейные сцены. Заведут, например, спор, кому из двоих, Чарльзу или Хэлу, нарубить сучьев для костра, — и тут же начнут ни к селу ни к городу поминать всю родню, отцов, матерей, дядей, двоюродных братьев и сестер, людей, которые находятся за тысячи миль, и даже тех, кто давно в могиле. Было совершенно непонятно, какое отношение к рубке сучьев для костра имеют, например, взгляды Хэла на искусство или пьесы, которые писал его дядя по матери. Тем не менее к спору все это приплеталось так же часто, как и политические убеждения Чарльза. И какая связь между длинным языком сестры Чарльза и разжиганием костра на Юконе — это было ясно одной лишь Мерседес, которая разражалась потоком комментариев на эту тему, а кстати уже высказывалась относительно некоторых других неприятных особенностей мужниной родни. Тем временем костер не разжигался, приготовления к ночлегу не делались, собаки оставались ненакормленными.</p>
     <p>У Мерседес был особый повод для недовольства — претензии чисто женского свойства. Она была красива, изнежена, мужчины всегда рыцарски ухаживали за ней. А теперь обращение с ней мужа и брата никак нельзя было назвать рыцарским! Мерседес привыкла ссылаться всегда на свою женскую беспомощность. Чарльза и Хэла это возмущало. Но она протестовала против всяких покушений на то, что считала самой основной привилегией своего пола, и отравляла им жизнь. Она устала, она чувствовала себя больной и потому, не жалея больше собак, все время ехала на нартах. Однако это слабое и прелестное создание весило сто двадцать фунтов — весьма солидное прибавление к тяжелой поклаже, которую приходилось тащить ослабевшим и голодным собакам. Мерседес целыми днями не слезала с нарт — до тех пор, пока собаки не падали без сил и нарты не останавливались. Чарльз и Хэл уговаривали ее слезть и идти на лыжах, просили, умоляли, а она только плакала и докучала богу многословными жалобами на их жестокость к ней.</p>
     <p>Раз мужчины ссадили ее с нарт, но они тут же пожалели об этом и закаялись впредь делать что-либо подобное. Мерседес, как капризный ребенок, стала нарочно хромать и села на дороге. Мужчины пошли дальше, а она не тронулась с места. Пройдя три мили, они вынуждены были вернуться за ней, снять часть груза и силой посадить ее снова на нарты.</p>
     <p>Собственные страдания делали этих трех людей равнодушными к страданиям собак. Хэл считал, что закалка — вещь необходимая, но эту свою теорию применял больше к другим. Сперва он пробовал проповедовать ее сестре и зятю, но, потерпев неудачу, стал дубинкой вколачивать ее собакам. К тому времени, как они дошли до Пяти Пальцев, запасы собачьего провианта кончились, и какая-то беззубая старуха индианка согласилась дать им несколько фунтов мороженой лошадиной шкуры в обмен на кольт, который вместе с длинным охотничьим ножом украшал пояс Хэла. Шкура эта, содранная полгода назад с павшей от голода лошади какого-то скотовода, была весьма жалким суррогатом пищи. От мороза она стала подобна листовому железу, а когда собака с трудом проглатывала кусок, он и после того, как оттаял, был совсем непитателен и только раздражал желудок.</p>
     <p>Терпя все это, Бэк, словно в каком-то тяжелом кошмаре, плелся во главе упряжки, тянул нарты, насколько хватало сил, а когда силы изменяли, падал и лежал, пока его не поднимали на ноги дубинкой или бичом. Его прекрасная длинная шерсть утратила всю густоту и блеск: Она свалялась и была грязна, и во многих местах, где дубинка Хэла разрезала кожу, на ней запеклась кровь. Мускулы его превратились в какие-то узловатые волокна, и он настолько исхудал, что под дряблой кожей, висевшей складками, резко выступали все ребра и кости. Это могло надорвать любое сердце, но сердце у Бэка было железное, как давно доказал человек в красном свитере.</p>
     <p>Не в лучшем состоянии, чем Бэк, были и остальные собаки. Они превратились в ходячие скелеты. Их осталось теперь семь, включая и Бэка. Они были так измучены, что уже стали нечувствительны к ударам бича и дубинки. Боль от побоев ощущалась ими как-то тупо, и они все видели и слышали словно издалека. Это были уже полумертвые существа, попросту мешки с костями, в которых жизнь едва теплилась. На остановках они раньше, чем их распрягут, падали без сил тут же, у дороги; и казалось, что последняя искорка жизни в них угасла. Когда же на них обрушивались удары дубинки или бича, эта искра чуть-чуть разгоралась, и они, с трудом поднявшись, брели дальше.</p>
     <p>Наступил день, когда и добряк Билли упал и не мог уже встать. Револьвера у Хэла больше не было, и он прикончил Билли ударом топора по голове, затем снял с трупа упряжь и оттащил его в сторону от дороги. Бэк все это видел, и другие собаки видели, и все они понимали, что то же самое очень скоро будет с ними. На другой день околела Куна, и осталось их теперь только пятеро: Джо, такой замученный, что не мог уже даже огрызаться, Пайк, хромающий калека, который утратил всю свою хитрость и плутоватость, одноглазый Соллекс, все еще преданный делу и затосковавший оттого, что у него уже не хватало сил тащить нарты, Тик, который никогда еще не ходил так далеко, как этой зимой, и которого били чаще и сильнее, потому что он был самый неопытный из всех, и Бэк, все еще занимавший место вожака, но уже неспособный поддерживать дисциплину и не пытавшийся даже это делать. От слабости он брел, как слепой, и, различая все словно сквозь туман, не сбивался с тропы только потому, что ноги привычно нащупывали дорогу.</p>
     <p>Стояла чудесная весна, но ни люди, ни собаки не замечали ее. Что ни день, солнце вставало раньше и позже уходило на покой. В три часа уже светало, а сумерки наступали только в девять часов вечера. И весь долгий день ослепительно сияло солнце. Призрачное безмолвие зимы сменилось весенним шумом пробуждавшейся жизни. Заговорила вся земля, полная радости возрождения; все, что в долгие месяцы морозов было недвижимо, как мертвое, теперь ожило и пришло в движение. В соснах поднимался сок. На ивах и осинах распускались почки. Кусты одевались свежей зеленью. По ночам уже трещали сверчки, а днем копошилось, греясь на солнышке, все, что ползает и бегает по земле. В лесах перекликались куропатки, стучали дятлы, болтали белки, заливались певчие птицы, а высоко в небе кричали летевшие косяками с юга дикие гуси, рассекая крыльями воздух.</p>
     <p>С каждого холмика бежала вода, звенела в воздухе музыка невидимых родников. Все кругом оттаивало, шумело, качалось под весенним ветром, спешило жить. Юкон стремился прорвать сковывавший его ледяной покров. Он размывал лед снизу, а сверху его растапливало солнце. Образовались полыньи, все шире расползались трещины во льду, и уже тонкие пласты его, отколовшись, уходили в воду. А среди всего этого разлива весны, бурного биения и трепета просыпающейся жизни, под слепящим солнцем и лаской вздыхающего ветра, брели, словно навстречу смерти, двое мужчин, женщина и собаки.</p>
     <p>Собаки падали на каждом шагу, Мерседес плакала и не слезала с нарт, Хэл ругался в бессильной ярости, в слезящихся глазах Чарльза застыла печаль.</p>
     <p>Так дошли они до стоянки Джона Торнтона у устья Белой реки. Как только остановили нарты, собаки свалились, как мертвые. Мерседес, утирая слезы, смотрела на Джона Торнтона. Чарльз присел на бревно отдохнуть. Садился он с трудом, очень медленно — тело у него словно одеревенело.</p>
     <p>Разговор начал Хэл. Джон Торнтон отделывал топорище, выстроганное им из березового полена. Он слушал, не отрываясь от работы, и лишь время от времени вставлял односложную реплику или давал столь же лаконичный совет — только тогда, когда его спрашивали: он знал эту породу людей и не сомневался, что советы его не будут выполнены.</p>
     <p>— Там, наверху, нам тоже говорили, что дорога уже ненадежна, и советовали не идти дальше, — сказал Хэл в ответ на предостережение Торнтона, что идти сейчас по льду рискованно. — Уверяли, что нам уже не добраться до Белой реки, — а вот добрались же!</p>
     <p>Последние слова сказаны были с иронией и победоносной усмешкой.</p>
     <p>— И правильно вам советовали, — заметил Джон Торнтон. — Лед может тронуться с минуты на минуту. Разве только дурак рискнет идти сейчас через реку — дуракам, известно, везет. А я вам прямо говорю: я не стал бы рисковать жизнью и не двинулся бы по этому льду даже за все золото Аляски.</p>
     <p>— Ну еще бы, ведь вы не дурак, — бросил Хэл. — А мы все-таки пойдем дальше, к Доусону. — Он взмахнул бичом. — Вставай, Бэк! Ну! Вставай, тебе говорят! Марш вперед!</p>
     <p>Торнтон строгал, не поднимая глаз. Он знал: бесполезно удерживать сумасбродов от сумасбродств. И в конце концов в мире ничего не изменится, если станет двумя-тремя дураками меньше.</p>
     <p>Но собаки не вставали, несмотря на окрики. Они давно уже дошли до такого состояния, что поднять их можно было только побоями. Бич засвистал тут и там, делая свое жестокое дело. Джон Торнтон сжал зубы. Первым с трудом поднялся Соллекс. За ним Тик, а за Тиком, визжа от боли, Джо. Пайк делал мучительные усилия встать. Приподнявшись на передних лапах, он упал раз, упал другой и только в третий ему наконец удалось встать. А Бэк даже и не пытался. Он лежал неподвижно там, где упал. Бич раз за разом впивался ему в тело, а он не визжал и не сопротивлялся. Торнтон несколько раз как будто порывался что-то сказать, но молчал. В его глазах стояли слезы. Хэл продолжал хлестать Бэка. Торнтон встал, в нерешимости заходил взад и вперед.</p>
     <p>В первый раз Бэк отказывался повиноваться, и этого было достаточно, чтобы привести Хэла в ярость. Он бросил бич и схватил дубинку. Но и град новых, еще более тяжелых ударов не поднял Бэка на ноги. Он, как и другие собаки, мог бы еще через силу встать, но в отличие от них сознательно не хотел подниматься. У него, было смутное предчувствие надвигающейся гибели. Это чувство обреченности родилось еще тогда, когда он тащил нарты на берег, и с тех пор не оставляло Бэка. Целый день он ощущал под ногами тонкий и уже хрупкий лед и словно чуял близкую беду там, впереди, куда сейчас снова гнал его хозяин. И он не хотел вставать. Он так исстрадался и до того дошел, что почти не чувствовал боли от ударов. А они продолжали сыпаться, и последняя искра жизни уже угасала в нем. Бэк умирал. Он чувствовал какое-то странное оцепенение во всем теле. Ощущение боли исчезло, он только смутно сознавал, что его бьют, и словно издалека слышал удары дубины по телу. Но, казалось, это тело не его и все это происходит где-то вдалеке.</p>
     <p>И тут совершенно неожиданно Джон Торнтон с каким-то нечленораздельным криком, похожим больше на крик животного, кинулся на человека с дубинкой. Хэл повалился навзничь, словно его придавило подрубленное дерево. Мерседес взвизгнула. Чарльз смотрел на эту сцену все с той же застывшей печалью во взгляде, утирая слезящиеся глаза, но не вставал, потому что тело у него словно одеревенело.</p>
     <p>Джон Торнтон стоял над Бэком, стараясь овладеть собой. Бушевавший в нем гнев мешал ему говорить.</p>
     <p>— Если ты еще раз ударишь эту собаку, я убью тебя! — сказал он наконец, задыхаясь.</p>
     <p>— Собака моя, — возразил Хэл, вставая и вытирая кровь с губ. — Убирайся, иначе я уложу тебя на месте. Мы идем в Доусон!</p>
     <p>Но Торнтон стоял между ним и Бэком и вовсе не обнаруживал намерения «убраться». Хэл выхватил из-за пояса свой длинный охотничий нож. Мерседес вопила, плакала, хохотала, словом, была в настоящей истерике.</p>
     <p>Торнтон ударил Хэла топорищем по пальцам и вышиб у него нож. Хэл попытался поднять нож с земли, но получил второй удар по пальцам. Потом Торнтон нагнулся, сам поднял нож и разрезал на Бэке постромки.</p>
     <p>Вся воинственность Хэла испарилась. К тому же ему пришлось заняться сестрой, которая свалилась ему на руки, вернее на плечи, и он рассудил, что Бэк им ни к чему — все равно издыхает и тащить сани не сможет.</p>
     <p>Через несколько минут нарты уже спускались с берега на речной лед. Бэк услышал шум отъезжающих нарт и поднял голову. На его месте во главе упряжки шел Пайк, коренником был Соллекс, а между ними впряжены Джо и Тик. Все они хромали и спотыкались. На нартах поверх клади восседала Мерседес, а Хэл шел впереди, у поворотного шеста. Позади плелся Чарльз.</p>
     <p>Бэк смотрел им вслед, а Торнтон, опустившись подле него на колени, своими жесткими руками бережно ощупывал его, проверяя, не сломана ли какая-нибудь кость. Он убедился, что пес только сильно избит и страшно истощен голодовкой. Тем временем нарты уже отъехали на четверть мили. Человек и собака наблюдали, как они ползли по льду. Вдруг на их глазах задок нарт опустился, словно нырнув в яму, а шест взвился в воздух вместе с ухватившимся за него Хэлом. Донесся вопль Мерседес. Затем Бэк и Торнтон увидели, как Чарльз повернулся и хотел бежать обратно к берегу, но тут весь участок льда под ними осел, и все скрылось под водой — и люди, и собаки. На этом месте зияла огромная полынья. Ледяная дорога рушилась.</p>
     <p>Джон Торнтон и Бэк посмотрели друг другу в глаза.</p>
     <p>— Ах, ты, бедняга! — сказал Джон Торнтон. И Бэк лизнул ему руку.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>VI</p>
      <p>Из любви к человеку</p>
     </title>
     <p>Когда в декабре Джон Торнтон отморозил ноги, товарищи устроили его поудобнее на стоянке и оставили тут, пока не поправится, а сами ушли вверх по реке заготовлять бревна, которые они сплавляли в Доусон. Торнтон еще немного хромал в то время, когда спас Бэка, но с наступлением теплой погоды и эта легкая хромота прошла. А Бэк все долгие весенние дни лежал на берегу, лениво смотрел, как течет река, слушал пение птиц, гомон весны, и силы постепенно возвращались к нему.</p>
     <p>Сладок отдых тому, кто пробежал три тысячи миль. И, по правде говоря, в то время как заживали раны, крепли мускулы, а кости снова обрастали мясом, Бэк все больше и больше разленивался. Впрочем, тут все бездельничали — не только Бэк, но и сам Торнтон, и Скит, и Ниг — в ожидании, когда придет плот, на котором они отправятся в Доусон. Скит, маленькая сука из породы ирландских сеттеров, быстро подружилась с Бэком — еле живой, он неспособен был отвергнуть ее ласки и заботы. Скит, как и некоторые другие собаки, обладала инстинктивным уменьем врачевать раны и болезни. Как кошка вылизывает своих котят, так она вылизывала и зализывала раны Бэка. Каждое утро, выждав, пока Бэк поест, она выполняла свои добровольные обязанности, и в конце концов он стал принимать ее заботы так же охотно, как заботы Торнтона. Ниг, помесь ищейки с шотландской борзой, тоже настроенный дружелюбно, но более сдержанный, был громадный черный пес с веселыми глазами и неисчерпаемым запасом добродушия.</p>
     <p>К удивлению Бэка, эти собаки ничуть не ревновали к нему хозяина и не завидовали ему. Казалось, им передалась доброта и великодушие Джона Торнтона. Когда Бэк окреп, они стали втягивать его в веселую возню, в которой иной раз, не удержавшись, принимал участие и Торнтон.</p>
     <p>Так Бэк незаметно для себя совсем оправился и начал новую жизнь. Впервые узнал он любовь, любовь истинную и страстную. Никогда он не любил так никого в доме судьи Миллера, в солнечной долине Санта-Клара. К сыновьям судьи, с которыми он охотился и ходил на далекие прогулки, он относился по-товарищески, к маленьким внучатам — свысока и покровительственно, а к самому судье — дружески, никогда не роняя при этом своего величавого достоинства. Но только Джону Торнтону суждено было пробудить в нем пылкую любовь, любовь-обожание, страстную до безумия.</p>
     <p>Торнтон спас ему жизнь — и это уже само по себе что-нибудь да значило. А кроме того, этот человек был идеальным хозяином. Другие люди заботились о своих собаках лишь по обязанности и потому, что им это было выгодно. А Торнтон заботился о них без всякого расчета, как отец о детях, — такая уж у него была натура. Мало того, он никогда не забывал порадовать собаку приветливым и ободряющим словом, любил подолгу разговаривать с ними (он называл это «поболтать»), и беседы эти доставляли ему не меньшее удовольствие, чем им. У Торнтона была привычка хватать Бэка обеими руками за голову и, упершись в нее лбом, раскачивать пса из стороны в сторону, осыпая его при этом всякими бранными прозвищами, которые Бэк принимал как ласкательные. Для Бэка не было большей радости, чем эта грубоватая ласка, сопровождаемая ругательствами, и когда хозяин так тормошил его, сердце у него от восторга готово было выскочить. Как только Торнтон наконец отпускал его, он вскакивал, раскрыв пасть в улыбке, и взгляд его был красноречивее слов, горло сжималось от чувств, которых он не мог выразить. А Джон Торнтон, глядя на него, застывшего на месте, говорил с уважением: «О господи! Этот пес — что человек, только говорить не умеет!..»</p>
     <p>Бэк выражал свою любовь способами, от которых могло не поздоровиться. Он, например, хватал зубами руку Торнтона и так крепко сжимал челюсти, что на коже долго сохранялся отпечаток его зубов. Но хозяин понимал, что эта притворная свирепость — только ласка, точно так же как Бэк понимал, что ругательными прозвищами его наделяют от избытка нежности.</p>
     <p>Чаще всего любовь Бэка проявлялась в виде немого обожания. Хотя он замирал от счастья, когда Торнтон трогал его или разговаривал с ним, он сам не добивался этих знаков расположения. В противоположность Скит, которая, подсовывая морду под руку Торнтона, тыкалась в нее носом, пока он не погладит ее, или Нигу, имевшему привычку лезть к хозяину и класть свою большую голову к нему на колени, Бэк довольствовался тем, что обожал его издали. Он мог часами лежать у ног Торнтона, с напряженным вниманием глядя ему в лицо и словно изучая его. Он с живейшим интересом следил за каждой переменой в этом лице, за каждым мимолетным его выражением. А иногда ложился подальше, сбоку или позади хозяина, и оттуда наблюдал за его движениями. Такая тесная близость создалась между человеком и собакой, что часто, почувствовав взгляд Бэка, Торнтон поворачивал голову и молча глядел на него. И каждый читал в глазах другого те чувства, что светились в них.</p>
     <p>Еще долгое время после своего спасения Бэк беспокоился, когда не видел вблизи Торнтона. С той минуты, как Торнтон выходил из палатки, и пока он не возвращался в нее, пес ходил за ним по пятам. У Бэка здесь, на Севере, уже несколько раз менялись хозяева, и он, решив, что постоянных хозяев не бывает, боялся, как бы Торнтон не ушел из его жизни, как ушли Перро и Франсуа, а потом шотландец. Даже во сне этот страх преследовал его, и часто, просыпаясь, Бэк вылезал, несмотря на ночной холод, из своего убежища, пробирался к палатке и долго стоял у входа, прислушиваясь к дыханию хозяина.</p>
     <p>Однако, несмотря на великую любовь к Джону Торнтону, которая, казалось, должна была оказать на Бэка смягчающее и цивилизующее влияние, в нем не заглохли склонности диких предков, разбуженные Севером. Верность и преданность — черты, рождающиеся под сенью мирных очагов, были ему свойственны, но наряду с этим таились в нем жестокость и коварство дикаря. Это больше не была собака с благодатного Юга, потомок многих прирученных поколений, — нет, это был первобытный зверь, пришедший из дикого леса к костру Джона Торнтона. Великая любовь к этому человеку не позволяла Бэку красть у него пищу, но у всякого другого, во всяком другом лагере он крал бы без зазрения совести, тем более что благодаря своей звериной хитрости мог проделывать это безнаказанно.</p>
     <p>Морда его и тело хранили во множестве следы собачьих зубов, и в драках с другими собаками он проявлял и теперь такую же свирепость и еще большую изобретательность, чем раньше. Скит и Ниг были смирные и добрые собаки, с ними он не грызся, — кроме того, это ведь были собаки Джона Торнтона. Но если подвертывался чужой пес, все равно, какой породы и силы, то он должен был немедленно признать превосходство Бэка, иначе ему предстояла схватка не на жизнь, а на смерть с опасным противником. Бэк был беспощаден. Он хорошо усвоил закон дубины и клыка и никогда не давал никому потачки, никогда не отступал перед врагом, стремясь во что бы то ни стало уничтожить его. Этому он научился от Шпица, от драчливых полицейских и почтовых собак. Он знал, что середины нет — либо он одолеет, либо его одолеют, и щадить врага — это признак слабости. Милосердия первобытные существа не знали. Они его принимали за трусость. Милосердие влекло за собой смерть. Убивай или будешь убит, ешь или тебя съедят — таков первобытный закон жизни. И этому закону, дошедшему до него из глубины времен, повиновался Бэк.</p>
     <p>Он был старше того времени, в котором жил, той жизни, что шла вокруг. В нем прошлое смыкалось с настоящим, и, как мощный ритм вечности, голоса прошлого и настоящего звучали в нем попеременно, — это было как прилив и отлив, как смена времен года. У костра Джона Торнтона сидел широкогрудый пес с длинной шерстью и белыми клыками. Но за ним незримо теснились тени всяких других собак, полуприрученных и диких. Они настойчиво напоминали о себе, передавали ему свои мысли, смаковали мясо, которое он ел, жаждали воды, которую он пил, слушали то, что слушал он, и объясняли ему звуки дикой лесной жизни. Они внушали ему свои настроения и порывы, подсказывали поступки, лежали рядом, когда он спал, видели те же сны и сами являлись ему во сне.</p>
     <p>И так повелителен был зов этих теней, что с каждым днем люди и их требования все больше отходили в сознании Бэка на задний план. Из глубины дремучего леса звучал призыв, таинственный и манящий, и, когда Бэк слышал его, он испытывал властную потребность бежать от огня и утоптанной земли туда, в чащу, все дальше и дальше, неведомо куда, неведомо зачем.</p>
     <p>Да он и не раздумывал, куда и зачем: зову этому невозможно было противиться. Но когда Бэк оказывался в зеленой сени леса, на мягкой, нехоженой земле, любовь к Джону Торнтону всякий раз брала верх и влекла его назад, к костру хозяина.</p>
     <p>Только Джон Торнтон и удерживал его. Все другие люди для Бэка не существовали. Встречавшиеся в дороге путешественники иногда ласкали и хвалили его, но он оставался равнодушен к их ласкам, а если кто-нибудь слишком надоедал ему, он вставал и уходил. Когда вернулись компаньоны Торнтона, Ганс и Пит, на долгожданном плоту, Бэк сперва не обращал на них ровно никакого внимания, а позднее, сообразив, что они близки Торнтону, терпел их присутствие и снисходительно, словно из милости, принимал их любезности. Ганс и Пит были люди такого же склада, как Джон Торнтон, — люди с широкой душой, простыми мыслями и зоркими глазами, близкие к природе. И еще раньше, чем они доплыли до Доусона и ввели свой плот в бурные воды у лесопилки, они успели изучить Бэка и все его повадки и не добивались от него той привязанности, какую питали к ним Ниг и Скит.</p>
     <p>Но к Джону Торнтону Бэк привязывался все сильнее и сильнее. Торнтон был единственный человек, которому этот пес позволял во время летних переходов навьючивать ему на спину кое-какую поклажу. По приказанию Торнтона Бэк был готов на все. Однажды (это было в ту пору, когда они, сделав запасы провизии на деньги, вырученные за сплавленный лес, уже двинулись из Доусона к верховьям Тананы) люди и собаки расположились на утесе, который отвесной стеной высился над голой каменной площадкой, лежавшей на триста футов ниже. Джон Торнтон сидел у самого края, а Бэк — с ним рядом, плечо к плечу. Вдруг Торнтону пришла в голову шальная мысль, и он сказал Гансу и Питу, что сейчас проделает один опыт.</p>
     <p>— Прыгай, Бэк! — скомандовал он, указывая рукой вниз, в пропасть.</p>
     <p>В следующее мгновение он уже боролся с Бэком, изо всех сил удерживая его на краю обрыва, а Ганс и Пит оттаскивали их обоих назад, в безопасное место.</p>
     <p>— Это что-то сверхъестественное! — сказал Пит, когда все успокоились и отдышались.</p>
     <p>Торнтон покачал головой.</p>
     <p>— Нет, это замечательно, но и страшно, скажу я вам! Верите ли, меня по временам пугает преданность этого пса.</p>
     <p>— Да-а, не хотел бы я быть на месте человека, который попробует тебя тронуть при нем! — сказал в заключение Пит, кивком головы указывая на Бэка.</p>
     <p>— И я тоже, клянусь богом! — добавил Ганс.</p>
     <p>Еще в том же году в Сёркле произошел случай, показавший, что Пит был прав. Раз Черный Бартон, человек злого и буйного нрава, затеял ссору в баре с. каким-то новичком, незнакомым еще с местными нравами, а Торнтон, по доброте душевной, вмешался, желая их разнять. Бэк, как всегда, лежал в углу, положив морду на лапы и следя за каждым движением хозяина. Бартон неожиданно размахнулся и изо всей силы нанес удар. Торнтон отлетел в сторону и устоял на ногах только потому, что схватился за перила, отгораживавшие прилавок.</p>
     <p>Зрители этой сцены услышали не лай, не рычание-нет, это был дикий рев. В одно мгновение Бэк взвился в воздух и нацелился на горло Бартона. Тот инстинктивно вытянул вперед руку и этим спас себе жизнь. Но Бэк опрокинул его и подмял под себя. В следующий момент он оторвал зубы от руки Бартона и снова сделал попытку вцепиться ему в горло. На этот раз Бартон заслонился не так удачно, и Бэк успел прокусить ему шею. Тут все, кто был в баре, кинулись на помощь и пса отогнали. Однако все время, пока врач возился с Бартоном, стараясь остановить кровь, Бэк расхаживал вокруг, свирепо рыча, и пытался опять подобраться к Бартону, но отступал перед целым частоколом вражеских палок.</p>
     <p>На состоявшемся тут же на месте собрании золотоискателей решено было, что пес имел достаточно оснований рассердиться, и Бэк был оправдан. С тех пор он завоевал себе громкую известность, и имя его повторялось во всех поселках Аляски.</p>
     <p>Позднее, осенью того же года, Бэк, уже при совершенно иных обстоятельствах, спас жизнь Торнтону. Трем товарищам нужно было провести длинную и узкую лодку через опасные пороги у Сороковой Мили. Ганс и Пит шли по берегу, тормозя движение лодки при помощи пеньковой веревки, которую они зацепляли за деревья, а Торнтон сидел в лодке, действуя багром и выкрикивая распоряжения тем, кто был на берегу. Бэк тоже бежал берегом вровень с лодкой. Он не сводил глаз с хозяина и проявлял сильное волнение.</p>
     <p>В одном особенно опасном месте, где из воды торчала целая гряда прибрежных скал, которые выдавались далеко в реку, Ганс отпустил канат, и пока Торнтон багром направлял лодку на середину реки, он побежал берегом вперед, держа в руках конец веревки, чтобы подтягивать лодку, когда она обогнет скалы. Лодка, выбравшись, стремительно понеслась вниз по течению. Ганс, натянув веревку, затормозил ее, но сделал это слишком круто. Лодка от толчка перевернулась и двинулась к берегу дном кверху, а Торнтона увлекло течением к самому опасному месту порогов, где всякому пловцу грозила смерть.</p>
     <p>В тот же миг Бэк прыгнул в воду. Проплыв ярдов триста в бешено бурлившей воде, он догнал Торнтона и, как только почувствовал, что Торнтон ухватился за его хвост, поплыл к берегу, изо всех сил загребая мощными лапами. Но он подвигался медленно: плыть в этом направлении мешало необычайно быстрое течение. Ниже зловеще ревела вода — там бурный поток разлетался струями и брызгами, ударяясь о скалы, торчавшие из воды, как зубья огромного гребня. У начала последнего, очень крутого порога вода засасывала со страшной силой, и Торнтон понял, что ему не доплыть до берега. Он налетел на одну скалу, ударился о другую, потом его с сокрушительной силой отшвырнуло на третью. Выпустив хвост Бэка, он уцепился за ее скользкую верхушку обеими руками и, стараясь перекричать рев воды, скомандовал:</p>
     <p>— Марш, Бэк! Вперед!</p>
     <p>Течение несло Бэка вниз, он тщетно боролся с ним и не мог повернуть обратно. Услышав дважды повторенный приказ хозяина, он приподнялся из воды и высоко задрал голову, словно хотел в последний раз на него поглядеть, затем послушно поплыл к берегу. Пит и Ганс вытащили его из воды как раз в тот момент, когда он уже совсем обессилел и начал захлебываться.</p>
     <p>Ганс и Пит понимали, что висеть на скользкой скале, которую перехлестывает стремительный поток, Торнтон сможет только каких-нибудь три-четыре минуты. И они со всех ног пустились бежать берегом к месту, значительно выше того, где висел посреди реки на скале Торнтон. Добежав, они обвязали Бэка веревкой так, чтобы она не стесняла его движений и не душила его, затем столкнули его в воду. Бэк поплыл смело, но не прямо посредине реки. Он увидел свой промах слишком поздно: когда он поравнялся с Торнтоном и мог бы уже несколькими взмахами лап одолеть расстояние до скалы, течение пронесло его мимо.</p>
     <p>Ганс тотчас дернул за веревку, как будто Бэк был не собака, а лодка. От внезапного толчка Бэк ушел под воду и так под водой и оставался, пока его тянули к берегу. Когда его подняли наверх, он был еле жив, и Ганс с Питом стали поспешно откачивать его и делать ему искусственное дыхание. Бэк встал и снова упал. Но вдруг слабо донесся голос Торнтона, и хотя слов они не расслышали, но поняли, что помощь нужна немедленно, иначе он погибнет. Голос хозяина подействовал на Бэка, как электрический ток. Он вскочил и помчался по берегу, а за ним Ганс и Пит. Они бежали к тому месту, где Бэка в первый раз спустили в воду.</p>
     <p>Опять обвязали его веревкой, и он поплыл, но теперь уж прямо на середину реки. Бэк мог оплошать один раз, но не два. Ганс постепенно разматывал и спускал веревку, следя, чтобы она была все время натянута, а Пит расправлял ее. Бэк плыл, пока не оказался на одной линии с Торнтоном. Тут он повернул и со скоростью курьерского поезда ринулся к нему. Торнтон увидел его, и, когда Бэк, подхваченный сильным течением, со всего размаху ударился о него телом, как таран, Торнтон обеими руками обхватил его косматую шею. Ганс натянул веревку, обернув ее вокруг ствола дерева, и Бэк с Торнтоном ушли под воду. Задыхаясь, захлебываясь, волочась по каменистому дну и ударяясь о подводные камни и коряги, по временам всплывая, причем то Бэк оказывался под Торнтоном, то Торнтон под Бэком, они в конце концов добрались до берега.</p>
     <p>Торнтон, очнувшись, увидел, что лежит вниз лицом поперек бревна, выброшенного рекой, а Ганс и Пит усердно откачивают его, двигая взад и вперед. Он прежде всего отыскал глазами Бэка. Бэк лежал как мертвый, и над его безжизненным телом выл Ниг, а Скит лизала его мокрую морду и закрытые глаза. Сам весь израненный и разбитый, Торнтон, придя в себя, стал тотчас тщательно ощупывать тело Бэка и нашел, что у него сломаны три ребра.</p>
     <p>— Ну, значит решено, — объявил он. — Мы остаемся здесь.</p>
     <p>И они остались и прожили там до тех пор, пока у Бэка не срослись ребра настолько, что он мог идти дальше.</p>
     <p>А зимой в Доусоне Бэк совершил новый подвиг, быть может, не столь героический, но принесший ему еще большую славу. Подвиг этот пришелся весьма кстати, ибо он доставил его трем хозяевам то снаряжение, в котором они нуждались, чтобы предпринять давно желанное путешествие на девственный Восток, куда еще не добрались никакие золотоискатели.</p>
     <p>Началось с разговора в баре «Эльдорадо»: мужчины стали хвастать любимыми собаками. Бэк благодаря своей известности был мишенью нападок, и Торнтону пришлось стойко защищать его. Не прошло и получаса, как один из собеседников объявил, что его собака может сдвинуть с места нарты с грузом в пятьсот фунтов и даже везти их. Другой похвастал, что его пес свезет и шестьсот фунтов; третий — что семьсот.</p>
     <p>— Это что! — сказал Джон Торнтон. — Мой Бэк сдвинет с места и тысячу.</p>
     <p>— И пройдет с такой кладью хотя бы сто ярдов? — спросил Мэттьюсон, один из королей золотых приисков, тот самый, что уверял, будто его собака свезет семьсот фунтов.</p>
     <p>— Да, сдвинет нарты и пройдет сто ярдов, — спокойно подтвердил Джон Торнтон.</p>
     <p>— Ладно, — сказал Мэттьюсон с расстановкой, внятно, так, чтобы все его услышали. — Держу пари на тысячу долларов, что ему этого не сделать. Вот деньги. — И он бросил на прилавок мешочек с золотым песком, толщиной в болонскую колбасу.</p>
     <p>Никто не откликнулся на этот вызов. Заявление Торнтона все приняли за пустое хвастовство. Торнтон почувствовал, что кровь бросилась ему в лицо: он и сам не знал, как это у него сорвалось с языка. Сможет ли Бэк двинуть нарты с кладью в тысячу фунтов? Ведь полтонны! Чудовищность этой цифры вдруг ужаснула Торнтона. Он очень верил в силу Бэка и часто думал, что тот мог бы свезти любой груз. Но ни разу не приходило ему в голову проверить это, а тут глаза целого десятка людей устремлены на него, все молчат и ждут! К тому же ни у него, ни у Ганса и Пита не было тысячи долларов.</p>
     <p>— У меня тут, на улице, стоят нарты с мукой, двадцать мешков, по пятьдесят фунтов в каждом, — продолжал Мэттьюсон с бесцеремонной настойчивостью. — Так что ни за чем остановки не будет.</p>
     <p>Торнтон не отвечал. Он не знал, что сказать. Он смотрел то на одного, то на другого рассеянно, как человек, который не может собрать мыслей. Взгляд его вдруг остановился на лице Джима О'Брайена, местного богача, с которым они когда-то были товарищами. Это словно послужило толчком и подсказало Торнтону решение, которое раньше ему и в голову не приходило.</p>
     <p>— Можешь одолжить мне тысячу? — спросил он почти шепотом.</p>
     <p>— Конечно, — ответил О'Брайен; и на прилавок рядом с мешочком Мэттьюсона тяжело шлепнулся второй увесистый мешочек с золотым песком. — Хотя не верится мне, Джон, что твой пес сможет проделать такую штуку.</p>
     <p>Все, кто был в «Эльдорадо», высыпали на улицу, чтобы не пропустить интересное зрелище. За карточными столами не осталось никого, все игроки вышли тоже, чтобы посмотреть, кто выиграет пари, да и самим побиться об заклад. Несколько сот человек в меховой одежде полукругом обступили нарты на небольшом расстоянии. Нарты Мэттьюсона с грузом в тысячу фунтов муки стояли здесь уже часа два на сильном морозе (термометр показывал шестьдесят градусов ниже нуля), и полозья крепко примерзли к плотно укатанному снегу. Любители пари предлагали неравные заклады — два против одного, утверждая, что Бэк нарт не сдвинет. Возник казуистический спор: как понимать фразу «двинуть нарты»? О’Брайен полагал, что Торнтон имеет право сбить лед с полозьев и освободить их, а Бэк должен только после этого сдвинуть их с места. Мэттьюсон же настаивал, что по условию пари Бэк должен сам двинуть нарты так, чтобы примерзшие полозья оторвались от земли. Большинство свидетелей пари решили спор в пользу Мэттьюсона, и ставки против Бэка повысились до трех против одного.</p>
     <p>Однако желающих принять пари не нашлось: никто не верил, что Бэк может совершить такой подвиг. Было ясно, что Торнтон дал себя втянуть в весьма рискованное пари. Он и сам, глядя сейчас на эти нарты и их упряжку из десяти собак, свернувшихся на снегу, все более сомневался в возможности такого подвига. А Мэттьюсон ликовал.</p>
     <p>— Три против одного! — закричал он. — Ставлю еще тысячу, Торнтон! По рукам, что ли?</p>
     <p>На лице Торнтона ясно выражались мучившие его опасения, но в нем уже заговорил тот боевой задор, который выше всяких расчетов и глух ко всему, кроме шума битвы, — задор, для которого нет невозможного. Он подозвал Ганса и Пита. У них кошельки были совсем тощие, и все трое с трудом наскребли двести долларов. В последнее время им не везло, эти двести долларов составляли весь их капитал. Но они без малейшего колебания поставили эти деньги против шестисот долларов Мэттьюсона.</p>
     <p>Десять собак Мэттьюсона выпрягли и к нартам поставили Бэка в его собственной упряжи. Царившее вокруг возбуждение передалось и ему, он чутьем угадывал, что нужно сделать для Джона Торнтона что-то очень важное. Шепот восхищения послышался в толпе, когда люди увидели это великолепное животное. Бэк был в прекрасном состоянии — ни единой унции лишнего жира, и те сто пятьдесят фунтов, которые он весил, представляли собой сто пятьдесят фунтов мужественной силы. Его густая шерсть лоснилась, как шелк. На шее и плечах она напоминала гриву и, даже когда он был спокоен, топорщилась при малейшем его движении, словно от избытка жизненных сил. Казалось, каждый ее волосок заряжен энергией. Широкая грудь и мощные передние ноги были пропорциональны размерам всего тела, а мускулы выступали под кожей тугими клубками. Люди подходили и, щупая эти мускулы, объявляли, что они железные. Ставки против Бэка снизились до двух против одного.</p>
     <p>— Молодчина он у вас, сэр, молодчина! — пробормотал один из новой династии королей Скукум-Бенча. — Даю вам за него восемьсот — до испытания, сэр, заметьте! Восемьсот на руки — и беру его такого, как он есть.</p>
     <p>Торнтон отрицательно потряс головой и подошел к Бэку.</p>
     <p>— Нет, отойдите от него! — запротестовал Мэттьюсон. — Дайте ему свободу, тогда это будет честная игра.</p>
     <p>Толпа притихла, слышались только отдельные голоса, тщетно предлагавшие пари два против одного. Все признавали, что Бэк — великолепная ездовая собака, но двадцать мешков муки, по пятьдесят фунтов каждый, слишком убедительно громоздились перед глазами, и зрители не решались развязать кошельки.</p>
     <p>Торнтон опустился на колени около Бэка, обнял его голову обеими руками и прижался к нему щекой. Сегодня он не стал его шутливо трясти, тормошить, как делал обычно, не бормотал любовно всякие ругательные прозвища. Нет, он только шепнул ему что-то на ухо.</p>
     <p>— Если любишь меня, Бэк… Если любишь… — вот что он шепнул ему. И Бэк заскулил от едва сдерживаемого нетерпения.</p>
     <p>Окружающие с любопытством наблюдали эту сцену. В ней было что-то загадочное — это походило на заклинание. Когда Торнтон поднялся, Бэк схватил зубами его руку, подержал ее в закрытой пасти и потом медленно, неохотно выпустил. Это было его ответом без слов, так он по-своему выражал любовь к хозяину.</p>
     <p>Торнтон отошел довольно далеко назад.</p>
     <p>— Ну, Бэк! — скомандовал он.</p>
     <p>Бэк натянул постромки, потом отпустил их на несколько дюймов. Это был его обычный прием.</p>
     <p>— Пошел! — раздался голос Торнтона, как-то особенно четко и резко прозвучавший среди напряженного молчания.</p>
     <p>Бэк качнулся вправо, пригнулся, словно ныряя, натянул постромки и внезапно, рывком, остановил на ходу стопятидесятифунтовую массу своего тела. Кладь на нартах дрогнула, под полозьями что-то звонко захрустело.</p>
     <p>— Ну! — крикнул опять Торнтон.</p>
     <p>Бэк повторил тот же маневр, на этот раз дернув влево. Хруст перешел в громкий треск, нарты закачались, и полозья со скрипом сползли на несколько дюймов в сторону. Нарты освободились от льда, приковывавшего их к месту.</p>
     <p>Люди невольно притаили дыхание.</p>
     <p>— Теперь марш!</p>
     <p>Команда Торнтона грянула, как пистолетный выстрел. Бэк рванулся вперед, сильно натянув постромки. Все его тело подобралось в страшном усилии, мускулы выперли узлами и ходили под шерстью, как живые. Широкой грудью он почти припал к земле, голову вытянул вперед, а ноги летали как бешеные, прорезая на крепко укатанном снегу параллельные борозды. Нарты качались и дрожали и уже наполовину сдвинулись с места. Вдруг Бэк поскользнулся одной лапой, и кто-то в толпе громко ахнул. Но нарты уже стремительно задергались и, больше не застревая на месте, толчками двинулись вперед — сперва на полдюйма… потом на дюйм… еще на два. Толчки заметно выравнивались, и когда нарты, преодолев наконец инерцию, набрали скорость, Бэк подхватил их и повез.</p>
     <p>Люди тяжело переводили дух, не сознавая, что за минуту перед тем они не дышали. А Торнтон бежал за нартами, подгоняя Бэка отрывистыми, веселыми криками. Расстояние было вымерено заранее, и когда Бэк подбегал к вязанке дров, положенной там, где кончались сто ярдов, раздались восторженные крики. Они перешли в рев, когда Бэк, пробежав мимо вязанки, остановился по команде Торнтона. Все бесновались от восторга, даже Мэттьюсон. Полетели в воздух шапки, рукавицы. Люди пожимали друг другу руки, не разбирая, кто перед ними — знакомый или незнакомый, и все восклицания сливались в какой-то бессвязный галдеж.</p>
     <p>А Торнтон стоял на коленях перед Бэком и, припав лбом к его лбу, тряс и качал его. Те, кто выбежал вперед, слышали, как он ругал Бэка. Он ругал его долго и с наслаждением, любовно и нежно.</p>
     <p>— Поразительно, сэр! Поразительно! — бормотал король Скукум-Бенча. — Даю вам за него тысячу, целую тысячу, сэр… Ну, хотите тысячу двести?</p>
     <p>Торнтон встал. Глаза у него были мокры, и он не пытался скрыть слезы, которые струились по его щекам.</p>
     <p>— Нет, сэр, — сказал он королю Скукум-Бенча. — Нет, не хочу. Убирайтесь вы к черту, сэр! Это все, что я могу вам посоветовать.</p>
     <p>Бэк схватил зубами руку Торнтона. Торнтон опять стал трясти его. Зрители, движимые одним и тем же чувством, отступили на почтительное расстояние, и больше не нашлось нескромных людей, которые позволили бы себе нарушить этот разговор.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>VII</p>
      <p>Зов услышан</p>
     </title>
     <p>Когда Бэк за пять минут заработал Джону Торнтону тысячу шестьсот долларов, тот смог уплатить кое-какие долги и двинуться вместе со своими компаньонами к востоку на поиски затерянной золотой россыпи, легенда о которой была так же стара, как история этого края. Многие искали ее, немногие нашли, а большинство искавших не вернулось из своего путешествия. Сказочная россыпь была причиной многих трагедий и окружена тайной. Никому не было известно, кто первый открыл ее. Даже самые древние легенды об этом не упоминали. Люди знали только, что на том месте стояла старая, полуразвалившаяся хижина. Некоторые золотоискатели в свой смертный час клялись, что видели и хижину и россыпь, и в доказательство показывали самородки, которым не было равных на всем Севере. Однако среди живых не осталось ни одного человека, которому удалось добыть что-либо из этой сокровищницы, а мертвые были мертвы. И Джон Торнтон, Пит и Ганс, взяв с собой Бэка и еще полдюжины собак, двинулись на восток по неисследованной дороге, надеясь дойти туда, куда не дошли другие люди и собаки. Они прошли семьдесят миль вверх по Юкону, затем повернули налево, по реке Стюарт, миновали Мэйо и Мак-Квещен и продолжали путь до того места, где река Стюарт превращается в ручеек и вьется вокруг высоких скал горного хребта, идущего вдоль всего материка.</p>
     <p>Джон Торнтон немногого требовал от людей и природы. Пустынные, дикие места его не страшили. С щепоткой соли в кармане и ружьем за плечами он забирался в лесную глушь и бродил, где вздумается и сколько вздумается. Он жил, как индеец, никогда и никуда не спешил и во время своих странствий добывал себе пищу охотой. А если дичи не попадалось, он с тем же спокойствием индейца продолжал путь в твердой уверенности, что рано или поздно набредет на нее. И во время великого путешествия на восток их меню состояло из добытого охотой свежего мяса, поклажа на нартах — главным образом из снаряжения и необходимых орудий, а программа была составлена на неограниченное время.</p>
     <p>Бэк беспредельно наслаждался такой жизнью — охотой, рыбной ловлей, блужданием по новым, незнакомым местам. Они то по нескольку недель подряд шли и шли, то целыми неделями отдыхали, разбив где-нибудь лагерь, и тогда собаки бездельничали, а люди, взрывая мерзлую землю или породу, без конца промывали ее в лотках у костра, ища в ней золота. Иногда они голодали, иногда роскошествовали, — все зависело от того, много ли по дороге попадалось дичи и удачна ли бывала охота. Подошло лето, и люди и собаки, навьюченные поклажей, переплывали на плоту голубые горные озера, спускались или поднимались по течению незнакомых рек в утлых челноках, выпиленных из стволов деревьев.</p>
     <p>Проходили месяцы, а они все бродили среди диких просторов этой неисследованной земли, где не было людей, но где когда-то побывали люди, если верить легенде о покинутой хижине. Переходили горные хребты, разделявшие реки, и не раз их здесь застигали снежные бураны. Дрожали от холода под полуночным солнцем на голых вершинах, между границей лесов и вечными снегами. Спускались в теплые долины, где тучами носилась мошкара, и в тени ледников собирали спелую землянику и цветы, которые могли соперничать красотой с лучшими цветами Юга. Осенью они очутились в волшебной стране озер, печальной и безмолвной, где, должно быть, когда-то водилась дичь, но теперь не было нигде и признака жизни — только холодный ветер свистел, замерзала вода в укрытых местах, да меланхолически журчали волны, набегая на пустынный берег.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_005.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>И вторую зиму проходили они, ища давно исчезнувшие следы людей, которые побывали здесь до них. Однажды они набрели на тропинку, проложенную в дремучем лесу. Это была очень старая тропинка — и они вообразили, что заброшенная хижина где-то совсем близко. Но тропинка начиналась неведомо где и кончалась неведомо где, — и оставалось загадкой, кто и для чего протоптал ее.</p>
     <p>В другой раз они наткнулись на остатки разрушенного временем охотничьего шалаша, и между клочьями истлевших одеял Джон Торнтон нашел длинноствольное кремневое ружье. Он знал, что ружья этого типа выпускала Компания Гудзонова залива в первые годы всеобщей тяги на Северо-запад. Тогда за одно ружье давали такой же высоты тюк плотно уложенных бобровых шкурок. Больше среди развалин не нашлось ничего, что напоминало бы о человеке, который некогда построил этот шалаш и оставил между одеялами свое ружье.</p>
     <p>Снова наступила весна, и после долгих странствий они в конце концов нашли не легендарную покинутую хижину, а поверхностную россыпь в широкой долине, где было столько золота, что оно, как желтое масло, оседало на дне промывочного лотка. Три товарища не стали продолжать поиски. Здесь они за день намывали на тысячи долларов чистого золотого песка и самородков, а работали каждый день. Золото насыпали в мешки из лосиных шкур, по пятьдесят фунтов в мешок, и мешки укладывали штабелями, как дрова, перед шалашом, который они сплели себе из еловых веток. Поглощенные своим тяжелым трудом, они не замечали, как летит время. Дни пролетали, как сон, а груды сокровищ все росли и росли.</p>
     <p>Собакам делать было решительно нечего — только время от времени приносить дичь, которую настреляет Торнтон, и Бэк целыми часами лежал в задумчивости у огня. В эти часы безделья ему все чаще представлялся коротконогий волосатый человек. И, жмурясь на огонь, Бэк в своем воображении бродил с этим человеком в другом мире, который смутно вспоминался ему.</p>
     <p>В этом другом мире, видимо, царил страх. Наблюдая за волосатым человеком, когда тот спал у костра, уткнув голову в колени и обняв ее руками, Бэк замечал, что спит он беспокойно, часто вздрагивает во сне, а просыпаясь, боязливо вглядывается в темноту и подбрасывает сучья в огонь. Если они ходили по берегу моря, где волосатый собирал раковины и тут же съедал их содержимое, глаза его шныряли по сторонам, ища, не таится ли где опасность, а ноги готовы были при первом тревожном признаке вихрем мчаться прочь. По лесу они пробирались бесшумно — впереди волосатый, за ним Бэк. И оба всегда были настороже, уши у обоих шевелились и ноздри вздрагивали, потому что у человека слух и чутье были такие же тонкие, как у Бэка. Волосатый умел лазать по деревьям так же быстро, как бегать по земле. Хватаясь то за одну ветку, то за другую, он перепрыгивал иногда расстояние в десять — двенадцать футов между одним деревом и другим, балансируя в воздухе и никогда не срываясь. На деревьях он чувствовал себя так же свободно, как на земле. Бэку вспоминались ночи, когда он сторожил под деревом, на котором спал волосатый человек, крепко уцепившись руками за ветви.</p>
     <p>И сродни этим видениям, в которых являлся Бэку волосатый человек, был зов, по-прежнему звучавший из глубин темного леса. Он вселял в Бэка сильную тревогу, вызывал непонятные желания. Бэк испытывал какую-то смутную радость, и беспокойство, и буйную тоску неведомо о чем. Иногда он бежал в лес, откуда ему слышался этот зов, искал его там, как нечто осязаемое, и лаял то тихо, то воинственно, смотря по настроению. Он тыкался носом в холодный лесной мох или сырую землю, покрытую высокой травой, и фыркал от блаженства, вдыхая их запах. Или часами, словно притаившись в засаде, лежал за поваленными бурей стволами, обросшими древесной губкой, и, наставив уши, широко раскрыв глаза, ловил каждый звук, каждое движение вокруг. Быть может, лежа тут, он подстерегал тот неведомый зов, не дававший ему покоя. Он и сам не знал, зачем он все это делает: он повиновался чему-то, что было сильнее его, и делал все безотчетно.</p>
     <p>Он был теперь весь во власти непобедимых инстинктов. Иногда лежит в лагере и дремлет, разнеженный теплом, — и вдруг поднимет голову, насторожит уши, как будто напряженно прислушиваясь, затем вскакивает и мчится все дальше и дальше, часами носится по лесу или на просторе открытых равнин. Он любил бегать по дну пересохших речек, следить за жизнью леса. Целыми днями лежал в кустах, откуда можно было наблюдать за куропатками, которые важно прохаживались по траве или, хлопая крыльями, перелетали с места на место. Но больше всего нравилось Бэку бегать в светлом сумраке летних ночей и слушать сонный, глухой шепот леса, читать звуки и приметы, как человек читает книгу, искать, искать то таинственное, чей зов он слышал всегда, и наяву и во сне.</p>
     <p>Раз ночью он со сна испуганно вскочил, широко раскрыв глаза, дрожащими ноздрями втягивая воздух. Вся шерсть на нем встала дыбом и ходила, как волны под ветром. Из леса доносился зов, такой внятный, как никогда. Это был протяжный вой, и похожий и непохожий на вой ездовых собак. Бэку он показался знакомым — да, он уже слышал его когда-то! В несколько прыжков пробежал он через спящий лагерь, бесшумно и быстро помчался в лес. Когда вой стал слышен уже где-то близко, Бэк пошел тише, соблюдая величайшую осторожность. Наконец он подошел к открытой поляне и, выглянув из-за деревьев, увидел большого тощего волка, который выл, задрав морду кверху.</p>
     <p>Бэк не произвел ни малейшего шума, но волк почуял его и перестал выть. Он нюхал воздух, пытаясь определить, где враг. Весь подобравшись и вытянув хвост палкой, Бэк, крадучись, вышел на поляну, с необычной для него настороженностью переставляя лапы. В каждом его движении была и угроза и одновременно дружественное предложение мира. Именно так встречаются хищники лесов. Но волк, увидев Бэка, обратился в бегство. Бэк большими скачками помчался вслед, охваченный бешеным желанием догнать его. Он загнал его в ложе высохшего ручья, где выход загораживали сплошные заросли кустарника. Волк заметался, завертелся, приседая на задние лапы, как это делали Джо и другие собаки, когда их загоняли в тупик. Он рычал и, ощетинившись, непрерывно щелкал зубами.</p>
     <p>Бэк не нападал, а кружил около волка, всячески доказывая свои мирные намерения. Но волк был настроен подозрительно и трусил, так как Бэк был втрое крупнее его и на целую голову выше. Улучив момент, серый бросился бежать, и опять началась погоня. Порой Бэку удавалось снова загнать его куда-нибудь, и все повторялось сначала. Волк был очень истощен, иначе Бэку не так-то легко было бы догнать его. Он бежал, а когда голова Бэка оказывалась уже у его бока, начинал вертеться на месте, готовый защищаться, но при первой же возможности снова бросался бежать.</p>
     <p>В конце концов упорство Бэка было вознаграждено.</p>
     <p>Волк, убедившись в безобидности его намерений, обернулся, и они обнюхались. Установив таким образом дружеские отношения, они стали играть, но с той напряженной и боязливой осторожностью, под которой дикие звери таят свою свирепость. Поиграв с Бэком, волк побежал дальше легкой рысцой, всем своим видом давая понять, что он куда-то спешит и приглашает Бэка следовать за ним.</p>
     <p>Они побежали рядом в густом сумраке, сначала вверх по речке, по тому ущелью, на дне которого она протекала, потом через мрачные горы, где она брала начало.</p>
     <p>По противоположному склону водораздела они спустились на равнину, где были большие леса и много речек, и этими лесами они бежали и бежали дальше. Проходили часы, уже и солнце стояло высоко в небе, и заметно потеплело. Бэк был в диком упоении. Теперь он знал, что бежит рядом со своим лесным братом именно туда, откуда шел властный зов, который он слышал во сне и наяву. В нем быстро оживали какие-то древние воспоминания, и он отзывался на них, как некогда отзывался на ту действительность, призраками которой они были. Да, все то, что было сейчас, происходило уже когда-то, в том, другом мире, который смутно помнился ему: вот так же он бегал на воле, и под ногами у него была нехоженая земля, а над головой — необъятное небо.</p>
     <p>Они остановились у ручья, чтобы напиться, и тут Бэк вспомнил о Джоне Торнтоне. Он сел. Волк опять пустился было бежать туда, откуда, несомненно, шел зов, но, видя, что Бэк не двигается с места, вернулся, потыкался носом в его нос и всячески пробовал подстегнуть его. Но Бэк отвернулся от него и медленно двинулся в обратный путь. Чуть не целый час его дикий собрат бежал рядом и тихо визжал. Потом он сел, поднял морду к небу и завыл. Этот унылый вой Бэк, удаляясь, слышал еще долго, пока он не замер вдали.</p>
     <p>Джон Торнтон обедал, когда Бэк влетел в лагерь и кинулся к нему. Безумствуя от любви, он опрокинул хозяина на землю, наскакивал на него, лизал ему лицо, кусал его руку — словом, «валял дурака», как Джон Торнтон называл это, а хозяин, в свою очередь, ухватив пса за голову, тормошил его и любовно ругал последними словами.</p>
     <p>Двое суток Бэк не выходил за пределы лагеря и неотступно следил за Торнтоном. Он ходил за ним по пятам, сопровождал его на прииск, смотрел, как он ест, как вечером залезает под одеяла и утром вылезает из-под них. Но прошли эти двое суток — и зов из леса зазвучал в ушах Бэка еще настойчивее и повелительнее, чем прежде. Он опять забеспокоился, его преследовали воспоминания о веселых долинах по ту сторону гор, о лесном брате, о том, как они бежали рядом среди необозримых лесных просторов. Он снова стал убегать в лес, но дикого брата больше не встречал. Как ни вслушивался Бэк долгими ночами, он не слышал его унылого воя.</p>
     <p>Он стал по нескольку дней пропадать из лагеря, ночуя где придется. И однажды он перебрался через знакомый водораздел и снова попал в страну лесов и рек. Здесь он бродил целую неделю, напрасно ища свежих следов дикого брата. Он питался дичью, которую убивал по дороге, и все бежал и бежал легкими, длинными скачками, ничуть не уставая. Он ловил лососей в большой реке, которая где-то далеко вливалась в море, и у этой же реки он загрыз черного медведя. Медведь, так же как и Бэк, ловил здесь рыбу и, ослепленный комарами, бросился бежать к лесу, страшный в своей бессильной ярости. Несмотря на его беспомощность, схватка была жестокой и окончательно пробудила дремавшего в Бэке зверя. Через два дня он вернулся на то место, где лежал убитый им медведь, и увидел, что с десяток росомах дерутся из-за этой добычи. Он расшвырял их, как мякину, а две, не успевшие убежать, остались на месте, навсегда лишенные возможности драться.</p>
     <p>Бэк становился кровожадным хищником, который, чтобы жить, убивает живых и один, без чужой помощи, полагаясь лишь на свою силу и храбрость, торжествует над враждебной природой, выживает там, где может выжить только сильный. Это сознание своей силы пробудило в нем гордость. Она проявлялась во всех его движениях, сквозила в игре каждого мускула, о ней выразительнее всяких слов говорили все его повадки, и, казалось, гордость эта даже придавала новый блеск и пышность его великолепной шерсти. Если бы не коричневые пятна на морде и над глазами да белая полоска шерсти на груди, его можно было бы принять за громадного волка. От отца-сенбернара он унаследовал свои размеры и вес, но все остальное было от матери-овчарки. Морда у него была длинная, волчья, только больше, чем у волка, а череп, хотя шире и массивнее, формой тоже напоминал череп волка.</p>
     <p>Он обладал чисто волчьей хитростью, коварной хитростью дикого зверя. А кроме того, в нем соединились ум овчарки и понятливость сенбернара. Все это в сочетании с опытом, приобретенным в суровейшей из школ, делало Бэка страшнее любого зверя, рыщущего в диких лесах. Этот пес, питавшийся только сырым мясом, был теперь в полном расцвете сил, и жизненная энергия била в нем через край. Когда Торнтон гладил его по спине, шерсть Бэка потрескивала под его рукой, словно каждый ее волосок излучал скрытый в нем магнетизм. Все в нем, каждая клеточка тела и мозга, каждая жилка и каждый нерв, жили напряженной жизнью, действовали с великолепной слаженностью, в полном равновесии. На все, что он видел и слышал, на все, что требовало отклика, Бэк откликался с молниеносной быстротой. Собаки северных пород быстро нападают и быстро защищаются от нападения, но Бэк делал это вдвое быстрее их. Увидит движение, услышит звук — и реагирует на них раньше, чем другая собака успела бы сообразить, в чем дело. Бэк воспринимал, решал и действовал одновременно. Эти три момента — восприятие, решение, действие, — как известно, следуют друг за другом. Но у Бэка промежутки между ними были так ничтожны, что, казалось, все происходило сразу. Мускулы его были заряжены жизненной энергией, работали быстро и точно, как стальные пружины. Жизнь, ликующая, буйная, разливалась в нем мощным потоком, — казалось, вот-вот этот поток в своем неудержимом стремлении разорвет его на части, вырвется наружу и зальет весь мир.</p>
     <p>— Другой такой собаки на свете нет и не было! — сказал однажды Джон Торнтон товарищам, наблюдая Бэка, который шествовал к выходу из лагеря.</p>
     <p>— Да, когда его отливали, форма, наверное, лопнула по всем швам и больше не употреблялась, — сострил Пит.</p>
     <p>— Ей-богу, я сам так думаю, — подтвердил Ганс.</p>
     <p>Они видели, как Бэк выходил из лагеря, но не видели той мгновенной и страшной перемены, которая происходила в нем, как только лес укрывал его от людских глаз. В лесу он уже не шествовал важно, там он сразу превращался в дикого зверя и крался бесшумно, как кошка, мелькая и скрываясь между деревьями, подобно легкой тени среди других теней леса. Он умел везде найти себе укрытие, умел ползти на животе, как змея, и, как змея, внезапно нападать и разить. Он ловко вытаскивал куропатку из гнезда, убивал спящего зайца и ловил на лету бурундуков, на секунду опоздавших взобраться на дерево. Не успевали уплыть от него и рыбы в незамерзающих водах, и даже бобров, чинивших свои плотины, не спасала их осторожность. Бэк убивал не из бессмысленной жестокости, а для того, чтобы насытиться. Он любил есть только то, что убивал сам. В его поведении на охоте заметно было иногда желание позабавиться. Например, ему доставляло большое удовольствие подкрадываться к белке и, когда она уже почти была у него в зубах, дать ей, смертельно перепуганной, взлететь на верхушку дерева.</p>
     <p>К осени в лесу появилось много лосей, — они проходили медленно, перекочевывая на зимовку в ниже расположенные долины, где было не так холодно. Бэк уже затравил раз отбившегося от стада лосенка, но ему хотелось более крупной добычи, и однажды он наткнулся на нее в горах у истока речки. Целое стадо лосей — голов двадцать — пришло сюда из района лесов и рек, и вожаком у них был крупный самец ростом выше шести футов. Он был уже разъярен, и более грозного противника Бэку трудно было и пожелать. Лось покачивал громадными рогами, которые разветвлялись на четырнадцать отростков. В его маленьких глазках светилась бешеная злоба, и, увидев Бэка, он заревел от ярости.</p>
     <p>В боку у лося, близко к груди, торчала оперенная стрела, и оттого-то он был так зол. Инстинкт, унаследованный Бэком от предков, охотившихся в лесу в первобытные времена, подсказал ему, что прежде всего надо отбить вожака от стада. Задача была не из легких. Пес лаял и метался перед лосем на таком расстоянии, чтобы его не могли достать громадные рога и страшные скошенные копыта, которые одним ударом вышибли бы из него дух. Не имея возможности повернуть спину этому клыкастому чудовищу и уйти, лось окончательно рассвирепел. В приступах ярости он то и дело наступал на Бэка, но тот ловко увертывался, притворяясь беспомощным и тем раззадоривая лося и заманивая его все дальше. Но всякий раз, как старый лось отделялся от стада, два-три молодых самца атаковали Бэка, давая раненому вожаку возможность вернуться.</p>
     <p>Есть у хищников особое терпение, неутомимое, настойчивое, упорное, как сама жизнь, которое помогает пауку в паутине, змее, свернувшейся кольцом, пантере в засаде замирать неподвижно на бесконечные часы. Терпение это проявляет все живое, когда охотится за живой пищей. Его проявлял теперь и Бэк, забегая сбоку и задерживая стадо, дразня молодых самцов, пугая самок с лосятами, доводя раненого вожака до бессильного бешенства. Это продолжалось целых полдня. Бэк словно раздваивался, атакуя со всех сторон, окружая стадо каким-то вихрем угроз, снова и снова отрезая свою жертву, как только ей удавалось вернуться к стаду, истощая терпение преследуемых, у которых его всегда меньше, чем у преследователей.</p>
     <p>К концу дня, когда солнце стало клониться к закату (осень вступила в свои права, темнело рано, и ночь длилась уже шесть часов), молодые лоси все менее и менее охотно отходили от стада, чтобы помочь своему вожаку. Зима приближалась, им надо было спешить вниз, в долины, а тут никак не удавалось отделаться от этого неутомимого зверя, который задерживал их. К тому же опасность грозила не всему стаду, не им, молодым, а только жизни одного старого лося, и, так как им собственная жизнь была дороже, они в конце концов готовы были пожертвовать вожаком.</p>
     <p>Наступили сумерки. Старый лось стоял, понурив голову, и смотрел на свое стадо: самок, которых он любил, лосят, которым был отцом, самцов, которых подчинил себе. Смотрел, как они торопливо уходили в угасающем свете дня. Он не мог уйти с ними, потому что перед его носом плясало безжалостное клыкастое чудовище и не давало ему идти. В нем было весу больше полутонны, он прожил долгую, суровую жизнь, полную борьбы и лишений, и вот его ожидала смерть от зубов какого-то существа, которое едва доходило ему до массивных узловатых колен!</p>
     <p>С этого момента Бэк ни днем, ни ночью не оставлял свою добычу, не давал раненому лосю ни минуты покоя. Он не позволял ему пощипать листьев или побегов молодых берез и верб, не давал напиться из ручейков, которые они переходили, и лось не мог утолить сжигавшую его жажду. Часто он в отчаянии пускался бежать Бэк не пытался его остановить, но спокойно бежал за ним по пятам, довольный ходом этой игры. Когда лось стоял на одном месте, Бэк ложился на землю; когда же тот пытался поесть или попить, он яростно наскакивал на него.</p>
     <p>Большая голова лося с ветвистыми, как деревья, рогами клонилась все ниже, он плелся все медленнее. Теперь он подолгу стоял, опустив морду к земле, с вяло повисшими ушами, и у Бэка было больше времени для того, чтобы сбегать напиться или отдохнуть. Когда он, тяжело дыша и высунув красный язык, лежал, не спуская глаз с громадного лося, ему казалось, что все окружающее принимает какой-то иной облик. Он чувствовал: в мире вокруг происходит что-то новое. Казалось, вместе с лосями сюда незримо пришли и какие-то другие живые существа. Лес, и вода, и воздух словно трепетали от их присутствия. Об этом говорили Бэку не глаза его, не слух, не обоняние, а какое-то внутреннее, безошибочное чутье. Он не видел и не слышал ничего необычного, но он знал, что в окружающем мире произошла перемена, что где-то рыщут какие-то странные существа. И он решил исследовать мир вокруг, когда доведет до конца дело, которым сейчас занят.</p>
     <p>Наконец на исходе четвертого дня он доконал-таки старого лося. Целый день и целую ночь он оставался около своей добычи, отъедался, отсыпался и бродил вокруг. Потом, отдохнув и восстановив силы, он вспомнил о Джоне Торнтоне и легким галопом помчался к лагерю. Он бежал много часов, ни разу не сбившись с запутанной дороги, направляясь прямо домой по незнакомой местности так уверенно, что мог посрамить человека с его компасом.</p>
     <p>По дороге Бэк все сильнее и сильнее чуял вокруг что-то новое, тревожное. Повсюду шла теперь какая-то иная жизнь, чем та, какую он наблюдал здесь все лето. И говорило об этом Бэку уже не только таинственное внутреннее чутье. Нет, об этом щебетали птицы, об этом болтали между собой белки, даже ветерок нашептывал ему это. Бэк несколько раз останавливался и, усиленно нюхая свежий утренний воздух, чуял в нем весть, которая заставляла его бежать быстрее. Его угнетало предчувствие какой-то беды, которая надвигалась или, может быть, уже случилась. И когда он пересек последний водораздел и спустился в долину, где находился лагерь, он побежал тише, соблюдая осторожность.</p>
     <p>Пробежав три мили, он наткнулся на свежие следы, и шерсть у него на затылке зашевелилась. Следы вели прямо к лагерю, к Джону Торнтону! Бэк помчался быстрее и еще бесшумнее. Все чувства в нем были напряжены, он остро воспринимал многочисленные мелкие подробности, которые рассказали ему многое, но не все до конца. Нюхом чуял он, что по тропе, по которой он бежал, до него прошли какие-то люди. Что-то зловещее таил в своем молчании затихший лес. Примолкли птицы, попрятались все белки, одна только попалась на глаза Бэку: ее серенькое блестящее тельце прильнуло к серой поверхности сухого сука так плотно, что казалось частью его, каким-то наростом на дереве.</p>
     <p>Бэк несся легко и бесшумно, как тень, и вдруг морда его быстро повернулась в сторону, словно направленная какой-то посторонней силой. Он пошел на новый, незнакомый запах и в кустах увидел Нига. Пес лежал на боку мертвый. Видимо, он дополз сюда и тут испустил дух. В каждом боку у него торчало по оперенной стреле.</p>
     <p>Пройдя еще сто ярдов, Бэк наткнулся на одну из ездовых собак, купленных Торнтоном в Доусоне. Собака в предсмертных муках корчилась на земле, у самой тропинки, и Бэк обошел ее, не останавливаясь. Из лагеря глухо доносились голоса, то затихая, то усиливаясь, — то был монотонный ритм песни. Бэк прополз на животе до конца просеки и тут нашел Ганса, лежащего ничком и утыканного стрелами, как дикобраз. В эту самую минуту, глянув в сторону, где раньше стоял их шалаш из еловых веток, Бэк увидел зрелище, от которого у него вся шерсть поднялась дыбом. Его охватил порыв неудержимой ярости. Сам того не сознавая, он зарычал громко, грозно, свирепо. В последний раз в жизни страсть в нем взяла верх над хитростью и рассудком. Бэк потерял голову, и этому виной была его великая любовь к Джону Торнтону.</p>
     <p>Ихеты, плясавшие вокруг остатков шалаша, вдруг услышали страшный рык мчавшегося на них зверя, какого они никогда еще не видели. Бэк, как живой ураган, яростно налетел на них, обезумев от жажды мщения. Он кинулся на того, кто стоял ближе всех (это был вождь ихетов), и разорвал ему горло зубами так, что из вены фонтаном брызнула кровь. Когда индеец упал, Бэк, не трогая его больше, прыгнул на следующего и ему тоже перегрыз горло. Ничто не могло его остановить. Он ринулся в толпу, рвал, терзал, уничтожал, не обращая внимания на стрелы, сыпавшиеся на него. Он метался с такой непостижимой быстротой, а индейцы сбились в такую тесную кучу, что они своими стрелами поражали не его, а друг друга. Один молодой охотник метнул в Бэка копье, но оно угодило в грудь другому охотнику — и с такой силой, что острие прошло насквозь и вышло на спине. Тут ихетов охватил панический ужас, и они бросились бежать в лес, крича, что на них напал злой дух.</p>
     <p>Бэк действительно казался воплощением дьявола, когда гнался за ними по пятам, преследуя их между деревьями, как оленей. Роковым был этот день для ихетов. Они рассеялись по всем окрестным лесам, и только через неделю те, кто уцелел, собрались далеко в долине и стали считать потери.</p>
     <p>А Бэк, устав гнаться за ними, вернулся в опустевший лагерь. Он нашел Пита на том месте, где его застали сонного и убили раньше, чем он успел вылезть из-под одеял. Земля вокруг хранила свежие следы отчаянной борьбы Торнтона, и Бэк обнюхал их, эти следы, все до последнего. Они привели его к берегу глубокого пруда. На самом краю его головой и передними лапами в воде лежала верная Скит, не оставившая хозяина до последней минуты. Пруд, тинистый и мутный от промывки руды, хорошо скрывал то, что лежало на дне. А лежал там Джон Торнтон: Бэк проследил его шаги до самой воды, и обратных следов нигде не было видно.</p>
     <p>Весь день Бэк сидел у пруда или беспокойно бродил по лагерю. Он знал, что такое смерть: человек перестает двигаться, потом навсегда исчезает из жизни живых. Он понял, что Джон Торнтон умер, что его нет и не будет, и ощущал какую-то пустоту внутри. Это было похоже на голод, но пустота причиняла боль, и никакой пищей ее нельзя было заполнить. Боль забывалась только в те минуты, когда он, остановившись, смотрел на трупы ихетов. Тогда в нем поднималась великая гордость, — никогда еще он так не гордился собой! Ведь он убил человека, самую благородную дичь, убил по закону дубины и клыка. Он с любопытством обнюхивал мертвецов. Оказывается, человека убить очень легко! Легче, чем обыкновенную собаку. Без своих стрел и копий и дубин они не могут равняться силой с ним, Бэком! И, значит, впредь их бояться нечего, когда у них в руках нет стрел, копья или дубинки.</p>
     <p>Наступила ночь, высоко над деревьями взошла полная луна и залила землю призрачным светом. И в эту ночь, печально сидя у пруда, Бэк ясно почувствовал, что в лесу идет какая-то новая для него жизнь. Он встал, насторожил уши, понюхал воздух. Издалека слабо, но отчетливо донесся одинокий вой, затем к нему присоединился целый хор. Вой слышался все громче, он приближался с каждой минутой. Снова Бэк почувствовал, что слышал его когда-то в том, другом, мире, который жил в глубине его памяти. Он вышел на открытое место и прислушался. Да, это был тот самый зов, многоголосый зов! Никогда еще он не звучал так настойчиво, не манил так, как сейчас, и Бэк готов был ему повиноваться. Джон Торнтон умер. Последние узы были порваны. Люди с их требованиями и правами более не существовали для Бэка.</p>
     <p>Охотясь за живой добычей, волчья стая, так же как индейцы, шла вслед за перекочевывавшими лосями и, пройдя край лесов и рек, ворвалась в долину Бэка. Серебристым потоком хлынула она на поляну, купавшуюся в лунном свете, а посреди поляны стоял Бэк, неподвижный, как изваяние, и ждал. Этот громадный и неподвижный зверь внушал волкам страх, и только после минутной нерешимости самый храбрый из них прыгнул к Бэку. С быстротой молнии Бэк нанес удар и сломал ему шейные позвонки. Некоторое время он стоял так же неподвижно, как прежде, а за ним в агонии катался по земле умирающий волк. Еще три волка один за другим пытались напасть на него — и все отступили, обливаясь кровью, с разорванным горлом или плечом.</p>
     <p>Наконец вся стая бросилась на Бэка. Волки лезли на него, толпясь и мешая друг другу в своем нетерпении овладеть добычей. Но изумительное проворство и ловкость выручили Бэка. Вертясь во все стороны на задних лапах, действуя зубами и когтями, он отбивался одновременно от всех нападающих. Чтобы помешать им зайти с тыла, ему пришлось отступить. Он пятился, пока не миновал пруд и не очутился в русле высохшей речки.</p>
     <p>Дальше он наткнулся на высокий откос и, двигаясь вдоль него, добрался до глубокой выемки, где хозяева его брали песок для промывки. Тут он был уже защищен с трех сторон, и ему оставалось только отражать натиск врагов спереди.</p>
     <p>Он делал это так успешно, что через полчаса волки отступили в полном смятении. Они тяжело дышали, высунув языки. Их белые клыки резко белели в лунном свете. Одни прилегли, подняв морды и навострив уши. Другие стояли, следя за Бэком. А некоторые лакали воду из пруда. Большой и тощий серый волк осторожно вышел вперед. Он явно был настроен дружелюбно — и Бэк узнал того дикого собрата, с которым он бегал по лесу целые сутки. Волк тихонько повизгивал, и, когда Бэк ответил ему тем же, они обнюхались.</p>
     <p>Затем подошел к Бэку и другой, старый волк, весь в рубцах от драк. Бэк сначала оскалил зубы, но потом обнюхался и с ним. После этой церемонии старый волк сел, поднял морду к луне и протяжно завыл. Завыли и все остальные. Бэк узнал тот зов, что тревожил его долгими ночами. И он тоже сел и завыл. Когда все затихли, он вышел из своего укрытия, и стая окружила его, обнюхивая наполовину дружески, наполовину враждебно. Вожаки опять завыли и побежали в лес. Волки бросились за ними, воя хором. Побежал и Бэк рядом со своим диким собратом. Бежал и выл.</p>
     <empty-line/>
     <p>На этом можно было бы и кончить рассказ о Бэке.</p>
     <p>Прошло немного лет, и ихеты стали замечать, что порода лесных волков несколько изменилась. Попадались волки с коричневыми пятнами на голове и морде, с белой полоской на груди. Но еще удивительнее было то, что, по рассказам ихетов, во главе волчьей стаи бегал Дух Собаки. Они боялись этой собаки, потому что она была хитрее их. В лютые зимы она крала их запасы, утаскивала из их капканов добычу, загрызала их собак и не боялась самых храбрых охотников.</p>
     <p>Рассказывали еще более страшные вещи: иногда охотники, уйдя в лес, не возвращались больше в стойбище, а некоторых находили потом мертвыми, с перегрызенным горлом, и вокруг на снегу видны были следы лап крупнее волчьих.</p>
     <p>Осенью, когда ихеты отправляются в погоню за лосями, одну долину они всегда обходят. И лица их женщин омрачает печаль, когда у костра начинаются рассказы о том, как Злой Дух явился в эту долину, избрав ее своим убежищем.</p>
     <p>Ихеты не знают, что летом в эту долину забегает один лесной зверь. Это крупный волк с великолепной шерстью, и похожий и непохожий на других волков. Он приходит один из веселых лесных урочищ и спускается в долину, на полянку между деревьями. Здесь лежат истлевшие мешки из лосиных шкур, и течет из них на землю золотой поток, а сквозь него проросли высокие травы, укрывая золото от солнца.</p>
     <p>Здесь странный волк сидит в задумчивости некоторое время, воет долго и уныло, потом уходит.</p>
     <p>Не всегда он приходит сюда один. Когда наступают долгие зимние ночи и волки спускаются за добычей в долины, его можно увидеть здесь во главе целой стаи. В бледном свете луны или мерцающих переливах северного сияния он бежит, возвышаясь громадой над своими собратьями, и во все могучее горло поет песнь тех времен, когда мир был юн, — песнь волчьей стаи.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод М. Абкиной</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Игра</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава I</p>
     </title>
     <p>Перед ними на полу были разостланы ковры всех цветов и узоров; на двух, брюссельских, они уже с самого начала остановили свой выбор, но манили и другие — яркие, пышные; трудно было не поддаться соблазну, однако высокая цена отпугивала. Заведующий отделом оказал им честь — сам занимался с ними; впрочем, она отлично знала, что делал он это ради одного Джо, — недаром мальчишка-лифтер даже рот разинул и, пока они подымались на верхний этаж, не сводил с него восхищенного взгляда. С таким же благоговением смотрели на Джо ребята и подростки, когда ей случалось проходить с ним по улицам своего квартала, в западной части города.</p>
     <p>Заведующего отделом позвали к телефону, и борьба между желанием купить ковер понаряднее и страхом истратить слишком много денег уступила в ее душе место другим, более тревожным мыслям.</p>
     <p>— Не могу понять, Джо, что ты в этом находишь хорошего, — сказала она негромко, но настойчиво, видимо, продолжая недавний, ни к чему не приведший спор.</p>
     <p>Его полудетское лицо омрачилось, но только на одно мгновение, и тут же снова просияло нежностью. Он был очень молод, почти мальчик, а она почти девочка — два юных создания на пороге жизни, выбирающие ковры для украшения своего гнездышка.</p>
     <p>— Стоит ли волноваться? — сказал он. — Ведь это в последний раз, в самый, самый последний раз.</p>
     <p>Он улыбнулся ей, но она подметила невольно вырвавшийся у него едва уловимый вздох сожаления, и сердце ее сжалось; из чисто женской потребности нераздельно владеть своим возлюбленным она боялась его пристрастия к тому, что было ей непонятно, а в его жизни занимало такое большое место.</p>
     <p>— Ты же знаешь, встреча с О'Нейлом оплатила последний взнос за дом моей матери, — продолжал он. — С этой заботой покончено. А за сегодняшнюю встречу с Понтой я получу приз — сто долларов, понимаешь, целых сто долларов! Это пойдет нам на устройство.</p>
     <p>Она отмахнулась от денежных расчетов.</p>
     <p>— Но ты любишь этот свой ринг. Почему?</p>
     <p>Он был не мастер выражать мысли словами. На работе руки заменяли ему слова, а на ринге за него говорило его тело, игра мускулов, — словами же он не мог объяснить, почему его так неудержимо влечет на ринг. Однако он попытался это сделать и нерешительно, сбивчиво начал говорить о том, что он испытывает во время состязания, особенно в минуты наивысшего напряжения и подъема.</p>
     <p>— Могу тебе сказать только одно, Дженевьева: лучше нет, как стоять на ринге и знать, что противник у тебя в руках. Вот он нацеливается, то правой, то левой, а ты каждый раз закрываешься, увертываешься. А потом так дашь ему, что он зашатается и обхватит тебя и не пускает, а судья оторвет его, и тогда ты можешь покончить с ним, а публика вопит, себя не помня, и ты знаешь, что победил, что дрался честно, по всем правилам, а победил потому, что лучше умеешь драться. Понимаешь, я…</p>
     <p>Он запнулся, испуганный собственным многословием и страхом, промелькнувшим в глазах Дженевьевы. Слушая Джо, она пристально вглядывалась в него, и на ее лице все сильнее проступало выражение мучительной тревоги. Описывая ей эти величайшие минуты своей жизни, Джо мысленно видел перед собой сраженного его ударом противника, огни ринга, бешено аплодирующих зрителей, — и Дженевьева чувствовала, что Джо уходит от нее, унесенный потоком этой непонятной ей жизни. Против этого грозного, неудержимого потока бессильна была вся ее беззаветная любовь. Тот Джо, которого она знала, отступил, растворился, пропал. Исчез-до милое мальчишеское лицо, ласковый взгляд, изогнутая линия рта с приподнятыми уголками. Перед ней было лицо взрослого мужчины, лицо, словно отлитое из стали, застывшее и неумолимое; губы сомкнулись, как стальные створки капкана, широко раскрытые глаза глядели холодно и зорко, отсвечивая стальным блеском. Это было лицо мужчины, а она знала только лицо юноши. Таким она видела его впервые.</p>
     <p>Ей стало страшно, и все же она смутно почувствовала, что гордится им. Его мужественность — мужественность самца-победителя — не могла не взволновать ее женское естество, не могла не разбудить в ней извечное стремление женщины найти надежного спутника жизни, опереться о каменную стену мужской силы. Она не понимала страсти, владевшей им, но знала, что даже любовь не излечит его; тем сладостней была мысль, что ради нее, ради их любви он сдался, уступил ее желанию, отказался от любимого дела и сегодня выступает на ринге в последний раз.</p>
     <p>— Миссис Силверстайн говорит, что терпеть не может бокса, что ничего хорошего в нем нет, — сказала Дженевьева. — А она женщина умная.</p>
     <p>Он снисходительно улыбнулся, пряча уже не раз испытанную обиду: больно было сознавать, что Дженевьева отвергает именно то в его натуре и в его жизни, чем он сам больше всего гордился. На ринге он достиг успеха, славы, достиг своими силами, ценой напряженного труда, и именно это и только это он с гордостью положил к ногам Дженевьевы, когда добивался ее любви, когда предложил ей всего себя — все, что в нем было лучшего. В своем мастерстве боксера он видел величайший и прекраснейший залог мужественности, какого ни один мужчина не мог бы предъявить, и это, по его мнению, давало ему право домогаться Дженевьевы и обладать ею. Но она не поняла его тогда и теперь не понимала, и он только удивлялся: что же она нашла в нем, почему удостоила его своей любви?</p>
     <p>— Миссис Силверстайн просто дуреха и старая брюзга, — сказал он беззлобно. — Что она понимает? Поверь мне, в этом спорте очень много хорошего. И для здоровья полезно, — добавил он, подумав. — Посмотри на меня. Ведь я должен жить очень чисто, если хочу быть в форме. Я живу чище, чем миссис Силверстайн или ее старик и вообще все, кого ты знаешь. Я соблюдаю режим: душ, обтирание, тренировка, здоровая пища, — все по часам, и никакого баловства. Я не пью, не курю — словом, не делаю ничего такого, что могло бы повредить мне. Да я живу чище, чем ты, Дженевьева… — Заметив, что она обиженно поджала губы, он поспешил добавить: — Честное слово! Я же говорю не про мыло с водой, а вот посмотри. — Он бережно, но крепко сжал ее руку повыше локтя. — Ты вся мягкая, нежная. Не то, что я. На, пощупай.</p>
     <p>Он прижал кончики ее пальцев к своему бицепсу, такому твердому, что она сморщилась от боли.</p>
     <p>— И весь я такой, — снова заговорил он. — Твердый и упругий. Это я называю чистый. Каждая жилка, каждая капля крови, каждый мускул — все чисто до самых костей, и кости чистые. Это не то, что просто вымыть кожу водой и мылом, это значит быть чистым насквозь. Уверяю тебя, я это чувствую, ощущаю всем телом. Когда я утром просыпаюсь и иду на работу, вся кровь моя, все жилки мои точно кричат, что они чистые. Ах, если бы ты знала…</p>
     <p>Он умолк, оборвав на полуслове, окончательно смущенный столь необычным для него потоком красноречия. Никогда еще он не выражал свои мысли с таким волнением, но и столь серьезных причин для волнения у него никогда не было. Ведь Дженевьева неодобрительно отозвалась о боксе, усомнилась в достоинствах самой Игры, прекраснее которой для Джо не было ничего на свете до самого того дня, когда он случайно забрел в кондитерскую Силверстайна и образ Дженевьевы внезапно вошел в его жизнь, затмив все остальное. Он уже понимал, хоть и смутно, что есть какое-то непримиримое противоречие между женщиной и призванием, между любимым делом и тем, чего женщина требует от мужчины. Но он не умел делать обобщающих выводов. Он видел только вражду между реальной, живой Дженевьевой и великой, вдохновляющей, но бесплотной Игрой. Обе они восставали друг против друга, обе предъявляли на него права: он разрывался между ними, но окончательного выбора не делал и беспомощно плыл по течению.</p>
     <p>Дженевьева слушала взволнованные слова Джо, пристально глядела на него и невольно любовалась его чистым лицом, ясными глазами, гладкой и нежной, точно девичьей, кожей. Она не могла не признать убедительности его доводов, но это только сердило ее. Она безотчетно ненавидела эту его Игру за то, что она отрывала от нее Джо, похищала какую-то часть его. Это была соперница, которую она не могла постичь. Она не понимала, в чем ее обаяние. Если бы речь шла о какой-нибудь другой девушке, все было бы ясно, на помощь ей пришли бы знание, догадка, проницательность. Но здесь был враг неосязаемый, непостижимый, она ничего о нем не знала и боролась с ним ощупью, в потемках. Она чувствовала, что в словах Джо есть доля правды, и от этого враг казался еще более грозным.</p>
     <p>Внезапно Дженевьеву охватило горестное сознание своего бессилия; она хотела, чтобы Джо безраздельно принадлежал ей, этого требовала ее женская природа, а он отстранялся, выскальзывал из объятий, которыми она тщетно пыталась удержать его. От жалости к самой себе слезы выступили у нее на глазах, губы задрожали, и сразу поражение обернулось победой: всемогущая Игра отступила перед неотразимой силой женской слабости.</p>
     <p>— Не надо, Дженевьева, не плачь, — просил он покаянно, хотя каяться ему было не в чем. Его мужской ум отказывался понять ее горе, но она плакала — и все остальное забылось.</p>
     <p>Она улыбнулась ему сквозь слезы, в ее глазах он прочел прощение, и, хотя он не знал за собой вины, сердце его растаяло. Он хотел сжать ее локоть, но она отняла руку и чинно выпрямилась. Однако улыбка ее засияла еще ярче.</p>
     <p>— А вот и мистер Клаузен, — сказала она и, с чисто женским искусством скрывая волнение, взглянула на заведующего отделом сухими, ясными глазами.</p>
     <p>— Вы, верно, заждались меня, Джо? — сказал заведующий, подвижной румяный человечек с маленькими веселыми глазками и густыми, солидными бакенбардами. — Ну, так как же? — оживленно заговорил он. — На чем вы остановились? Нравится вам этот ковер? Миленький узор, не правда ли? Да, да, я все понимаю. Сам обзаводился домком, когда получал всего четырнадцать долларов в неделю. Но ведь хочется самое лучшее для своего гнездышка, верно? Ну, конечно, еще бы! А ведь всего-то на семь центов дороже. И опять-таки, имейте в виду, дорогую вещь всегда выгодней покупать, чем дешевую. Знаете что, Джо, — заведующий в порыве великодушия доверительно понизил голос, — я пойду вам навстречу, но это только для вас: я готов скинуть пять центов. Но очень, очень прошу, — добавил он с видом заговорщика, — никому не говорите, сколько вы заплатили.</p>
     <p>После того, как Джо и Дженевьева, посовещавшись, объявили о своем решении, заведующий сказал:</p>
     <p>— Все будет запаковано, обшито и доставлено вам на дом, это, само собой, входит в оплату. Ну, а когда новоселье? Скоро вы расправите крылышки и улетите? Завтра? Уже завтра! Чудесно, чудесно!</p>
     <p>Он от восторга закатил глаза, потом с отеческой нежностью улыбнулся им.</p>
     <p>Джо сдержанно отвечал на вопросы заведующего, а Дженевьева слегка покраснела; им обоим этот разговор показался неуместным. Не потому, что он нарушал мещанские представления о приличиях, но он касался их личных, сокровенных чувств; против поведения заведующего восставали стыдливость и целомудрие, присущие рабочему человеку, когда он стремится к достойной жизни и нравственной чистоте.</p>
     <p>Мистер Клаузен проводил их до лифта, сладко улыбаясь и поглядывая на них с благосклонным умилением, меж тем как все приказчики, словно по команде, поворачивали голову и смотрели вслед стройной фигуре Джо.</p>
     <p>— А сегодняшняя встреча, Джо? — озабоченно спросил мистер Клаузен, пока они дожидались лифта. — Как ваше самочувствие? Справитесь?</p>
     <p>— Конечно, — ответил Джо. — Самочувствие отличное.</p>
     <p>— В самом деле? Превосходно! Я, видите ли, подумал было… накануне свадьбы, и все такое… ха! ха!.. можно и сдать немного… нервы опять-таки. Ничего удивительного, сам был женихом когда-то. Но вы в форме? Ну ясно, незачем и спрашивать, и так видно… Ха! ха! Ну, желаю удачи, сынок! Не сомневаюсь в успехе, ни капельки не сомневаюсь. Ваша возьмет!</p>
     <p>— До свидания, мисс Причард, — обратился он к Дженевьеве, галантно подсаживая ее в лифт. — Не забывайте нас. Всегда буду вам рад, искренне рад.</p>
     <p>— Все называют тебя «Джо», — укоризненно сказала она, спускаясь с ним в лифте. — Почему не «мистер Флеминг»? По-моему, это как-то даже неприлично.</p>
     <p>Но он задумчиво смотрел на мальчишку-лифтера и, видимо, не слышал ее.</p>
     <p>— Что с тобой, Джо? — спросила она с той нежной лаской в голосе, которая всегда обезоруживала его.</p>
     <p>— Так, ничего, — ответил он. — Просто я думал о том, как мне хотелось бы…</p>
     <p>— Хотелось бы… чего? — Голос ее звучал вкрадчиво, а глаза глядели так проникновенно, что никто не устоял бы перед ее взором, но Джо все еще смотрел в сторону.</p>
     <p>Потом, решительно взглянув ей в лицо, он проговорил:</p>
     <p>— Мне хотелось бы, чтобы ты хоть раз увидела меня на ринге.</p>
     <p>Она с отвращением передернула плечами, и его лицо омрачилось. Ее кольнула мысль, что соперница стала между ними и увлекает Джо прочь от нее.</p>
     <p>— Я… я бы с удовольствием… — торопливо проговорила она, делая над собой усилие и пытаясь выказать ему то горячее сочувствие, которым женщина побеждает даже сильнейших мужчин и которое заставляет их доверчиво класть голову на женскую грудь.</p>
     <p>— Правда? Ты согласна?</p>
     <p>Джо пристально посмотрел ей в глаза. Дженевьева поняла его волнение: он словно бросал ей вызов, измерял силу ее любви.</p>
     <p>— Это была бы самая счастливая минута моей жизни, — сказал он просто.</p>
     <p>Что заставило Дженевьеву принять это внезапное решение? Прозорливость любящего сердца, желание выказать Джо то участие, которого он у нее искал, потребность увидеть соперницу лицом к лицу, дабы понять, в чем ее сила? Или, быть может, властный зов неведомого мира вторгся в тесные пределы ее однообразной, будничной жизни? Так или иначе, но она почувствовала прилив неведомой доселе отваги и сказала так же просто, как и он:</p>
     <p>— Согласна.</p>
     <p>— Я не думал, что ты согласишься, а то, пожалуй, не рискнул бы просить тебя, — сознался он, когда они вышли из магазина.</p>
     <p>— А разве нельзя? — спросила она с тревогой, боясь, как бы ее решимость не остыла.</p>
     <p>— Да нет, я могу это устроить. Но я никак не думал, что ты согласишься. Никак не думал, — все еще не оправившись от изумления, повторил он, уже подсадив ее в трамвай и доставая из кармана мелочь на билеты.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава II</p>
     </title>
     <p>В рабочей среде, к которой принадлежали и Дженевьева и Джо, они были своего рода аристократами. Они сумели сохранить душевное здоровье и чистоту вопреки окружавшим их убожеству и грязи. Чувство собственного достоинства, тяга к благопристойному, более утонченному укладу жизни заставляли их чуждаться людей своего круга. Они не легко заводили знакомства, и ни он, ни она никогда не имели близкого, закадычного друга, с которым делишься всем. А между тем оба они были общительного нрава и не сходились ни с кем только потому, что дружба с людьми казалась им несовместимой с чистотой и добропорядочностью.</p>
     <p>Трудно было бы найти другую работницу, которая жила бы такой замкнутой, обособленной от внешнего мира жизнью, как Дженевьева. Грубость, даже жестокость окружающей среды не коснулись ее. Она видела лишь то, что хотела видеть, — а хотела она видеть только хорошее, — и уверенно, без всяких усилий избегала всего уродливого и пошлого. К уединению она привыкла с малых лет. Дженевьева была единственным ребенком в семье, и вместо того, чтобы играть и резвиться на улице с соседскими детьми, она ухаживала за больной матерью. Отец, конторский служащий, слабогрудый, худосочный, был человек очень добрый и большой домосед, так как по врожденной робости всегда чуждался людей. Благодаря ему в их маленьком семействе всегда царили мир и ласковое внимание друг к другу.</p>
     <p>В двенадцать лет Дженевьева осиротела. Прямо с похорон отца она пошла к Силверстайнам и поселилась в их квартире над кондитерской; старики обходились с ней хорошо, кормили и одевали, а она помогала им за прилавком. Силверстайны особенно дорожили Дженевьевой потому, что она могла сидеть в лавке по субботам, когда их вера запрещала им работать.</p>
     <p>И здесь, в этой тихой лавчонке, протекли шесть лет ее отрочества. Знакомых у нее почти не было. Подруг Дженевьева не заводила: она так и не встретила девушки, с которой ей хотелось бы сойтись. Гулять по вечерам с парнями своего квартала, как это делали все девчонки, едва им минет пятнадцать лет, она тоже не желала. «Вот кукла надутая», — говорили про нее девушки, но все же относились к Дженевьеве с уважением, хотя и недолюбливали ее за красоту и высокомерие. «Персик» — называли ее молодые люди, но лишь вполголоса и когда поблизости не было подружек, чей гнев они боялись навлечь на себя; никому из них и в голову не приходило знакомиться с Дженевьевой, — они смотрели на нее с благоговейным трепетом, как на высшее существо, наделенное таинственным очарованием и для них недосягаемое.</p>
     <p>Дженевьева и в самом деле была красавица. Коренная американка, она, как это иногда случается в рабочей среде, неожиданно расцвела, словно прелестный редкостный цветок, чудом выросший на скудной, негостеприимной почве. Все в ней было прелестно: и нежный румянец, благодаря которому она заслужила прозвище «персик», и правильные, точеные черты, и девичья грация. Голос у нее был тихий, движения неторопливые, держалась она просто и с большим достоинством; обладая врожденным вкусом, она умела принарядиться, и все, что бы она ни надела, казалось красивым и шло к ней. И при том она была очень женственна, кротка и привязчива, и в ней уже угадывалось тлеющее пламя любви будущей жены и матери. Но эти затаенные чувства долгие годы дремали в ее душе, дожидаясь появления избранника.</p>
     <p>И вот однажды, жарким субботним днем, в кондитерскую Силверстайна зашел Джо поесть мороженого. Дженевьева не обратила на него внимания, так как была занята с другим покупателем; мальчуган лет шести-семи стоял перед прилавком и, боясь ошибиться в выборе, сосредоточенно изучал разложенные под стеклом чудеса кондитерского искусства, увенчанные соблазнительной надписью: «Пяток за пять центов».</p>
     <p>Она слышала, как вошедший сказал: «Мороженое с содовой, пожалуйста», и спросила: «Какого мороженого вы хотите?», не видя лица посетителя. Вообще не в ее обычае было присматриваться к молодым людям. Ей чудилось в них что-то странное и непонятное. Взгляды их почему-то смущали ее, и они ей не нравились: она находила их грубыми и неотесанными. Об этой стороне жизни она еще никогда не задумывалась. Молодые парни, которых ей приходилось видеть, ничем не привлекали ее, она просто не замечала их. Словом, если бы Дженевьеву спросили, для чего на земле существуют мужчины, она не нашлась бы, что ответить.</p>
     <p>Накладывая в стаканчик мороженое, она случайно взглянула на Джо, и ей сразу понравилось его лицо. Почти в то же мгновение он посмотрел на нее, и она, опустив глаза, подошла к сифону с содовой. Наполняя бокал, Дженевьева опять невольно оглянулась на молодого человека, но только на одну секунду, потому что взгляд его искал ее взгляда, а на лице было написано столь неподдельное восхищение, что Дженевьева поспешила отвернуться.</p>
     <p>Ее удивило, что какой-то чужой мужчина может так понравиться ей. «Хорошенький мальчик», — подумала она простодушно, безотчетно пытаясь отмахнуться от притягательной силы, которую трудно было объяснить одной приятной наружностью. «Впрочем, нет, он вовсе не хорошенький», — сказала она себе, когда, поставив перед ним мороженое и получив в уплату серебряную монетку, в третий раз встретилась с ним глазами. Запас слов ее был невелик, и она не слишком хорошо умела их подбирать, но, вглядевшись в энергичное, мужественное лицо молодого человека, она поняла, что «хорошенький» не то слово.</p>
     <p>«Значит, он красивый», — догадалась она, снова опуская глаза под его взглядом. Но всех мужчин, которые были хороши собой, называли красивыми, и это слово тоже не понравилось ей. Однако, как бы его ни назвать, смотреть на него было приятно, и Дженевьева не без досады заметила, что ей стоит усилий не глядеть в его сторону.</p>
     <p>А Джо? Никогда еще не видел он такой красивой девушки, как эта продавщица за прилавком. Будучи более сведущ в законах природы, чем Дженевьева, он, не задумываясь, ответил бы на вопрос, для чего на земле существуют женщины, однако в своем представлении о мире он не отводил им никакого места. Он так же мало задумывался о женщинах, как Дженевьева о мужчинах. Но теперь он задумался об одной из них, и эта женщина была Дженевьева. Ему и не снилось, что женщина может быть так прекрасна; словно зачарованный, смотрел он на Дженевьеву, но когда их взгляды встречались, ему становилось не по себе и хотелось отвернуться, но она сама мгновенно опускала глаза.</p>
     <p>Когда же она наконец медленно подняла ресницы и поглядела на него в упор, он первый отвел глаза и щеки его залила краска. Если Дженевьева и испытывала некоторое смущение, она ничем не выдала себя. Правда, сердце у нее замирало от какого-то нового, еще никогда не изведанного чувства, но внешне она сохраняла обычную невозмутимость. Джо, напротив, был явно растерян и трогательно неловок.</p>
     <p>Ни он, ни она не знали, что такое любовь, и только чувствовали неодолимое желание смотреть друг на друга. Оба были смущены и взволнованы, их неудержимо влекло друг к другу, словно два химических элемента, стремящихся к соединению. Джо долго сидел над стаканом с мороженым, вертел в руках ложечку, краснел и бледнел, не в силах уйти; она говорила с ним тихим голосом, скромно опуская глаза, и совсем околдовала его.</p>
     <p>Но нельзя же до бесконечности сидеть над стаканом с мороженым, а спросить еще порцию он не решился. Итак, он ушел и зашагал по улице, ничего не видя вокруг, точно лунатик, а она осталась в лавке, грезя наяву. Дженевьева промечтала весь день до вечера и поняла, что влюбилась. С Джо было иначе. Он знал только, что ему хочется еще раз увидеть ее, посмотреть ей в лицо. Ни о чем другом он не думал, да и это, в сущности, было не мыслью, а лишь смутным, неосознанным желанием.</p>
     <p>Но желания этого Джо побороть не мог. День и ночь оно томило его; тесная кондитерская и девушка за прилавком неотступно стояли у него перед глазами. Он старался отогнать это видение. Ему было и страшно и стыдно зайти еще раз в кондитерскую. Он хитрил с самим собой и утешался тем, что он «не дамский угодник». Не раз и не два — десятки раз твердил он про себя эти слова, но все было тщетно: не прошло и пяти дней, как он вечером, после работы, снова заглянул в кондитерскую Силверстайна. Он постарался войти очень свободно и естественно, но видно было, что ноги ему не повинуются, и только огромным усилием воли он заставил себя переступить порог. Робость, неловкость сковали его еще сильнее, чем в первое посещение. Дженевьева, напротив, казалась такой же спокойной, как всегда, хотя сердце у нее бешено колотилось. У Джо язык прилип к гортани, он едва мог выговорить: «Пожалуйста, мороженое с содовой». Отчаянно торопясь, то и дело поглядывая на часы, он проглотил свою порцию и обратился в бегство.</p>
     <p>Дженевьева чуть не заплакала от обиды. Какая жалкая награда за четыре дня ожидания! А ведь она уже знала, что полюбила его. Конечно, он славный мальчик, очень даже славный, но неужели он не мог посидеть еще немножко? А Джо не успел дойти до угла, как его снова потянуло к ней. Ему захотелось еще раз увидеть ее. Он сначала не задумывался над тем, влюблен ли он. Любовь? Это когда парни и девушки вместе гуляют. А он… Но тут желание видеть Дженевьеву подсказало ему, что именно этого и нужно добиваться. Он хочет быть с ней, смотреть на нее, а когда же это можно сделать лучше, как не во время прогулки вдвоем? Так вот почему молодежь гуляет парочками! И чем ближе подходила суббота, тем чаще у него мелькала эта мысль. Раньше он думал, что такие прогулки просто условность, что-то вроде обряда, который предшествует бракосочетанию. Теперь он понял более глубокий смысл этого обычая, сам стремился перенять его, — следовательно, он влюблен. Итак, оба они пришли к одному и тому же выводу, и кончилось это так, как только и могло кончиться: к великому изумлению всего квартала, Дженевьева вышла на прогулку в сопровождении Джо.</p>
     <p>Оба они были скупы на слова, и потому сближение их протекало медленно. На его ухаживание она отвечала сдержанно, и только глаза ее сияли любовью. Впрочем, она стыдливо погасила бы и этот предательский огонек, если бы знала, что он красноречивее слов выдает ее чувства. Не скоро начали они называть друг друга «дорогой», «любимая» — такое обращение казалось им чудовищно нескромным; да и позднее Джо и Дженевьева, не в пример другим влюбленным, не злоупотребляли признаниями в любви. Долгое время они довольствовались тем, что гуляли вдвоем по вечерам или сидели на скамейке в городском саду. Говорили они мало; им случалось по часу не перемолвиться ни словом, — они только глядели друг другу в глаза, не испытывая при этом ни робости, ни тревоги, потому что при слабом свете звезд не могли прочесть во взглядах ничего, что нарушило бы их душевный покой.</p>
     <p>Ни один рыцарь не мог бы оказывать своей даме больше внимания, чем Джо оказывал Дженевьеве. Когда они шли по улице, он неуклонно держался края тротуара, — где-то он слышал, что так полагается, — а перейдя на другую сторону улицы, тотчас обходил Дженевьеву сзади и опять шел с краю. Он носил ее свертки и однажды, когда они гуляли в ненастную погоду, даже взял у нее из рук зонтик. Он не знал, что существует обычай посылать даме своего сердца цветы, и вместо цветов посылал фрукты. В фруктах он видел пользу: они вкусные. О цветах он ни разу не подумал, пока не увидел розу в ее волосах. Он не мог оторвать глаз от бледно-алого цветка, потому что он украшал головку Дженевьевы, потому что она сама выбрала его и воткнула в волосы. Это заставило его пристально разглядывать розу, и он вдруг увидел, сколько в ней красоты. Она, в свою очередь, восхитилась искренним восхищением, с каким он смотрел на цветок, любовный трепет с новой силой охватил их благодаря бледной розе в ее волосах. Отныне не было более страстного любителя цветов, чем Джо. И он сделал открытие, изобрел новый знак рыцарского внимания: послал Дженевьеве пучок фиалок. Это была его собственная идея. Он никогда не слышал о том, чтобы мужчины посылали женщинам цветы, до сих пор он думал, что цветы нужны только для украшения комнат да на похоронах. Он чуть ли не ежедневно посылал Дженевьеве цветы в полном убеждении, что до него такая мысль никому не приходила в голову и это открытие по праву принадлежит ему одному.</p>
     <p>Он боготворил Дженевьеву, благоговел перед ней, и она с неменьшим благоговением принимала его любовь. Для него она была сама чистота, само добро, святая святых, которую страшно оскорбить даже чрезмерным обожанием. Никого равного ей он не знал. Она ничем не походила на других девушек. Ему и в голову не приходило, что она может иметь что-нибудь общее с его сестрами или с чьей-либо сестрой. Она была больше, чем красивая девушка, больше, чем женщина. Она… словом, она была Дженевьева — существо высшей породы, неповторимое чудо творения.</p>
     <p>Почти так же смотрела и Дженевьева на своего возлюбленного. Правда, ей случалось в каких-нибудь мелочах осуждать его — в то время как он в своем слепом преклонении никогда не осмеливался даже судить о ней, — но когда она думала о нем, все мелочи забывались и он казался ей совершенством; в нем заключался весь смысл ее жизни, и ради него она готова была умереть, как готова была жить для него. В пылких мечтах она видела себя умирающей, жертвующей жизнью ради него, и своей смертью она выказала бы ему всю силу своей любви, лучше, полнее, чем она могла это сделать в жизни.</p>
     <p>Любовь их была как пламя и как утренняя роса. Желаний они почти не знали, — это казалось им кощунством. О физической близости, к которой могла бы привести их любовь, они не смели и помыслить. Но их безотчетно влекло друг к другу, они познали радость легкого прикосновения к руке или к плечу, мимолетного рукопожатия, беглого поцелуя, волнующей ласки ее волос на щеке, ее пальцев, откидывающих его кудри со лба. Все это они испытали, и, хотя не могли бы объяснить почему, но в этой потребности коснуться друг друга, приласкать друг друга им смутно чудилось что-то греховное.</p>
     <p>Иногда Дженевьеве хотелось обнять Джо, прижаться к нему, дать полную волю своей любви, но каждый раз ее удерживал благочестивый страх. В такие минуты ее мучило сознание, что в ней гнездится какой-то неведомый ей, но тяжкий грех. Конечно, дурно, очень дурно, что ей хочется броситься на шею своему возлюбленному. Ни одна уважающая себя девушка на это не решится, такие желания недостойны женщины. К тому же, если бы она это сделала, что бы он подумал о ней? Стоило ей только вообразить себе такую ужасную картину, как она внутренне вся съеживалась и корчилась, сгорая от тайного стыда.</p>
     <p>Но и Джо не избежал непонятных ему порывов, и самым непонятным из них было острое желание причинить Дженевьеве боль. Когда он долгим и извилистым путем завоевал наконец право обнять свою подругу за талию, он только усилием воли заставил себя не сжать ее изо всех сил, так, чтобы она закричала от боли. Жестокая потребность причинить кому-нибудь боль была чужда ему. Даже на ринге он никогда не наносил удара с такой целью: там он был участником Игры, и от него требовалось сделать так, чтобы противник упал и в течение десяти секунд не мог подняться на ноги. Джо никогда не бился только из желания причинить боль. Правда, это оказывалось неизбежным для достижения цели, однако сама цель была иной. Но здесь, сидя рядом с любимой, Джо испытывал желание сделать ей больно. Почему, когда он двумя пальцами охватывал ее запястье, ему хотелось сдавить его так, чтобы хрустнули кости? Этого он не мог понять и сокрушался о том, что где-то в недрах его души таятся жестокие инстинкты, о которых он и не подозревал.</p>
     <p>Однажды, прощаясь с ней, он обнял ее и порывисто прижал к себе. Испуганный и жалобный возглас Дженевьевы образумил его, и он разжал руки; ему было очень стыдно, но вопреки стыду его пронизывала дрожь неизъяснимого счастья. То же испытала и Дженевьева. Когда Джо сдавил ее своими сильными руками, первым и самым острым ощущением была физическая боль, но боль эта показалась ей сладостной; и опять она почувствовала раскаяние: она знала, что согрешила, хотя не понимала, чем она грешна и почему считает себя грешницей.</p>
     <p>Очень скоро, почти в самом начале их знакомства, старик Силверстайн застал в своей кондитерской Джо и в изумлении вытаращил на него глаза. А после ухода юноши миссис Силверстайн дала волю своим материнским чувствам и разразилась проклятиями по адресу боксеров вообще и Джо Флеминга в частности. Тщетно Силверстайн. пытался унять разгневанную супругу: ведь она только и могла, что изливать свой гнев, в удел ей достались все материнские чувства, но материнских прав она не имела.</p>
     <p>Дженевьева, ошеломленная потоком брани, лившимся из уст старой еврейки, не вслушивалась в ее обвинения и проклятия, — она поняла только одно, и это открытие сразило ее: ее возлюбленный не кто иной, как Джо Флеминг, знаменитый боксер! Это было отвратительно, немыслимо, это было так нелепо, что она отказывалась верить! Ее Джо, с ясными глазами, с нежным румянцем на щеках, мог оказаться кем угодно, но только не боксером. Она никогда не видела этих людей, но в ее представлении между ними и Джо не было решительно ничего общего. Дженевьева всегда думала, что боксер — грубое животное с глазами тигра и низким, как у обезьяны, лбом. Разумеется, она слышала о Джо Флеминге, — кто же в Уэст-Окленде не знал его? Но ей никогда не приходило на ум, что это и есть ее Джо.</p>
     <p>Когда Дженевьева опомнилась после первого страшного удара, она услышала истерический крик миссис Силверстайн: «Нашла себе компанию — профессиональный боксер!» Потом супруги Силверстайн заспорили: муж говорил, что Джо завоевал громкую славу, а жена возражала, что слава бывает разная — и добрая и дурная.</p>
     <p>— Джо — хороший мальчик, — настаивал Силверстайн, — он зарабатывает много денег и бережет их.</p>
     <p>— Что ты мне рассказываешь! — кричала миссис Силверстайн. — Много ты знаешь! Уж лучше молчал бы! Сам бросаешь деньги на этих паршивых боксеров! Откуда ты знаешь, какой он? Нет, ты скажи, откуда?</p>
     <p>— А вот знаю, — стойко отвечал старик. Дженевьева впервые видела, чтобы он осмелился возражать жене, если та разбушуется. — Когда отец его умер, Джо пошел работать на склад к Хэнсену. А в семье, кроме Джо, еще шестеро детей. И мальчик был для них вместо отца. Он работал и работал. И хлеб и мясо им покупал и за квартиру платил. По субботам приносил домой десять долларов. Потом Хэнсен положил ему двенадцать долларов. И что же делал Джо? Все приносил домой матери. И все работал и работал. Хэнсен положил ему двадцать долларов. Что же делает Джо? Приносит деньги домой. Маленькие братья и сестры ходят в школу, имеют хорошее платье, кушают мясо и хлеб, а мать никаких забот не знает, и в глазах у нее радость, и она гордится своим сыном Джо, потому что он очень хороший мальчик.</p>
     <p>А какой он красавец, как сложен! Ах ты, боже ж ты мой! Он сильнее быка, проворней тигра, а. голова ясная, холодная как лед, глаза быстрые, все видят, так и стреляет ими. Он бился с парнями на складе Хэнсена, а потом с парнями из магазина. А потом дрался в клубе и нокаутировал Спайдера — в один момент, раз — и готово! Приз — пять долларов! И что же он сделал? Принес деньги домой и отдал матери.</p>
     <p>Он стал часто выступать в клубах; все призы брал: десять долларов, пятьдесят, сто долларов… И что же он сделал, как ты думаешь? Бросил службу у Хэнсена? Начал кутить с приятелями? Ничего подобного! Он хороший мальчик: работает, как работал, а вечером бокс в клубе. И вот он мне говорит. «Силверстайн, — говорит, — чего ради я плачу за квартиру?» Что я ему ответил, это неважно, но он пошел и купил хорошенький домик для своей матери. И все работал и работал у Хэнсена, а по вечерам выступал в клубе, чтобы оплатить домик. Купил сестрам рояль, купил ковры на стены, повесил картины. И еще скажу: он честный боксер, он ставит на самого себя. Это хороший знак, если боксер ставит на самого себя, вот тогда-то и надо делать на него ставку…</p>
     <p>Но тут миссис Силверстайн застонала от ужаса и отвращения ко всякому азарту, а ее муж, спохватившись, что собственное красноречие завело его слишком далеко, принялся клятвенно уверять разъяренную супругу, что он в большом выигрыше.</p>
     <p>— И этим я обязан Джо Флемингу, — заключил он. — Я всегда ставлю на него и всегда выигрываю.</p>
     <p>Но Дженевьева и Джо самой природой были созданы друг для друга, и ничто, даже это страшное открытие, не могло разлучить их. Тщетно Дженевьева пыталась ожесточиться против Джо. Она боролась со своей любовью, а не с ним, и ей самой было удивительно, что она находит тысячу причин, оправдывающих Джо, и что он все так же дорог ей; и она, как истая женщина, решила войти в его жизнь, повернуть его судьбу по-своему. Их совместное будущее рисовалось ей в радужном свете; и она не замедлила одержать первую блестящую победу: Джо уступил ее просьбам и дал слово отказаться от бокса!</p>
     <p>А Джо, как истый мужчина, одержимый любовной мечтой, стремясь к обладанию бесценным, неземным предметом своих желаний, не устоял перед Дженевьевой. И все же даже в ту минуту, когда он давал ей слово, он смутно, в самой глубине души, чувствовал, что не сможет отречься от Игры: где-то, когда-то, вероятно, не скоро, но он непременно вернется к ней. И перед его мысленным взором мгновенно промелькнули мать, братья и сестры, их многочисленные нужды, дом, который постоянно требует покраски и побелки, налоги и обложения, дети, которых родит ему Дженевьева, и сумма его жалованья на складе Хэнсена. Но он тотчас отогнал от себя эту пугающую картину, отмахнулся, как всегда бывает в таких случаях, от предостерегающего голоса рассудка; он видел одну только Дженевьеву, чувствовал только, что его влечет к ней, что всем существом своим он жаждет ее любви, и он беспечно подчинился ее воле, а она так же беспечно присвоила себе власть над его жизнью и действиями.</p>
     <p>Ему было двадцать лет, ей — восемнадцать, юная чета, созданная для продолжения рода, оба цветущие, крепкие, с румянцем здоровья на щеках; и когда они вместе выходили гулять, то даже в незнакомой воскресной толпе на берегу бухты все взоры обращались на них. Мужественная красота Джо не уступала ее девичьей прелести; ее грация была под стать его силе, изящество и нежность сложения — его стройной, мускулистой фигуре. Не одна женщина, стоявшая много выше Джо на общественной лестнице, заглядывалась на его открытое, простодушное лицо с широко расставленными ярко-синими глазами. Сам он не замечал этих взоров, не видел их почти матерински-ласкового призыва, но Дженевьева видела и понимала; и при мысли, что он принадлежит ей, что он в ее власти, бурная радость охватывала ее. Нельзя сказать, чтобы Джо не замечал взглядов, которые мужчины бросали на Дженевьеву, — эти взгляды даже сердили его, но сама Дженевьева несравненно лучше, нежели он, понимала их смысл.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава III</p>
     </title>
     <p>Дженевьева надела щегольские ботинки Джо на тонкой подошве и, заливаясь смехом, вытянула ноги, а Лотти, тоже весело хохоча, нагнулась, чтобы подвернуть ей штанины. Лотти, сестра Джо, была посвящена в их тайну; это она уговорила мать пойти в гости к соседям, и теперь весь дом был в их распоряжении. Обе девушки спустились вниз на кухню, где их поджидал Джо. Он вскочил, увидев Дженевьеву, и лицо его просияло любовью и счастьем.</p>
     <p>— Скорей, Лотти, подбери ей юбку, — крикнул он. — Надо поторапливаться. Так хорошо, сойдет. Видны будут только края брюк; пальто все прикроет. Сейчас посмотрим, как это получится. Я взял пальто у Криса. Славный малый! А уж ловок, ой-ой! Маленький такой, проворный, — болтал Джо, надевая на Дженевьеву пальто; оно доходило ей до пят, но сидело на ней отлично, точно на нее было сшито.</p>
     <p>Джо нахлобучил ей на голову кепку и поднял воротник. Он был так широк, что доходил до края кепки, и под ним исчезли волосы Дженевьевы. Когда Джо застегнул верхнюю пуговицу, концы воротника закрыли щеки, рот и подбородок Дженевьевы, и, только приглядевшись, можно было различить затененные козырьком глаза и чуть белевший нос. Она прошлась по комнате, но и при ходьбе из-под пальто виднелись лишь края штанин.</p>
     <p>— Азартный игрок, не пропускающий ни одной встречи. Схватил насморк и кутается, чтобы не заболеть, — смеясь, говорил Джо, любуясь делом своих рук. — А у тебя много денег с собой? Я держу десять против шести. Хочешь поставить шесть?</p>
     <p>— А это на кого? — спросила Дженевьева.</p>
     <p>— На Понту, конечно, — с обидой в голосе ответила Лотти, давая понять, что тут никаких сомнений быть не может.</p>
     <p>— Хорошо, — кротко сказала Дженевьева, — только я ничего в этом не смыслю.</p>
     <p>На этот раз Лотти промолчала, но по ее лицу было видно, что замечание Дженевьевы тоже показалось ей обидным. Джо посмотрел на часы и объявил, что пора отправляться. Лотти обняла брата и крепко поцеловала в губы; потом она поцеловалась с Дженевьевой. Джо обнял сестру за талию, и она проводила их до калитки.</p>
     <p>— Что это значит — десять против шести? — спросила Дженевьева, когда они вышли на улицу; шаги их гулко отдавались в морозном воздухе.</p>
     <p>— Это значит, что я фаворит, — ответил Джо. — Вот зрители на ринге и держат пари на десять долларов, что я выиграю встречу, а другие держат пари на шесть долларов, что я проиграю.</p>
     <p>— Но если ты фаворит и все уверены, что ты выиграешь, то почему же держат пари против тебя?</p>
     <p>— На то и состязание, — засмеялся Джо. — Мнения расходятся. А кроме того, всегда есть надежда на меткий удар, на непредвиденный случай. Мало ли что может быть, — добавил он серьезно.</p>
     <p>Она в страхе обхватила его руками и прижала к себе, словно хотела защитить от опасности, но он весело засмеялся.</p>
     <p>— Погоди, погоди, сама увидишь. Ты только не пугайся вначале. Первые раунды будут свирепые. Это сильная сторона Понты. Он напористый, просто не человек, а вихрь, так и молотит кулаками и побеждает противника в первых раундах. Так он нокаутировал многих боксеров, которые выше его по классу. Мое дело — выдержать его натиск, только и всего. А потом он выдохнется. И вот тут-то я возьмусь за него. Следи хорошенько, ты поймешь, когда я начну наступать. Он от меня не уйдет.</p>
     <p>Они подошли к стоявшему на темном углу зданию, где, судя по вывеске, помещался спортивный клуб; на самом же деле здесь устраивались только состязания по боксу под наблюдением полицейских властей. Джо, оставив Дженевьеву, первым вошел в подъезд, она последовала за ним.</p>
     <p>— Только не вынимай рук из карманов, — предостерег ее Джо, — и все сойдет отлично. Каких-нибудь две минуты.</p>
     <p>— Он со мной, — сказал Джо швейцару, разговаривавшему с полисменом.</p>
     <p>И швейцар и полисмен дружески кивнули Джо, не обратив никакого внимания на его спутника.</p>
     <p>— Они не догадались. И никто не догадается, — шепнул Джо, когда они подымались по лестнице на второй этаж. — А если кто что-нибудь и подумает, то все равно ради меня будет молчать. Да и как узнать, кого я привел? Сюда, вот сюда!</p>
     <p>Он отворил дверь в тесную комнату — что-то вроде конторы, — усадил Дженевьеву на пыльный стул с продавленным сиденьем и ушел. Через несколько минут он вернулся в длинном купальном халате и парусиновых башмаках. Дженевьева, дрожа от страха, прильнула к нему. Он нежно обнял ее одной рукой.</p>
     <p>— Не бойся, Дженевьева, — сказал он ободряюще. — Я все уладил. Никто не узнает.</p>
     <p>— Я за тебя боюсь, Джо, — проговорила Дженевьева. — Мне все равно, что будет со мной. Я боюсь за тебя.</p>
     <p>— Все равно, что будет с тобой? А я думал, именно это тебя тревожит!</p>
     <p>Он смотрел на нее с изумлением, пораженный этим новым, ярчайшим свидетельством величия женской души, хотя Дженевьева уже не раз восхищала его чуткостью и глубиной своих чувств. С минуту он не мог вымолвить ни слова, потом проговорил, запинаясь от волнения:</p>
     <p>— За меня боишься? И тебе все равно, что могут про тебя подумать? Ни о чем, кроме меня, не заботишься? Ни о чем?</p>
     <p>Громкий стук в дверь и зычный окрик: «Где ты там прохлаждаешься!» — вернули Джо к действительности.</p>
     <p>— Скорей, Дженевьева, поцелуй меня еще раз, — прошептал он проникновенно. — Сегодня моя последняя встреча, и я буду биться, как еще никогда не бился: ведь ты увидишь меня на ринге!</p>
     <p>Минуту спустя, все еще чувствуя на губах прикосновение его горячих губ, Дженевьева очутилась в кучке суетящихся молодых людей; никто, казалось, не замечал ее. Некоторые были без пиджаков, в рубашках с засученными рукавами. Окружив Дженевьеву, они вместе с ней вошли в зал через задние двери и медленно зашагали по боковому проходу.</p>
     <p>Полутемный зрительный зал, сильно смахивавший на сарай, был переполнен; в густых клубах табачного дыма лишь смутно виднелись люди и предметы. Дженевьева подумала, что она сейчас задохнется. В зале стоял глухой гул мужских голосов, в который врывались пронзительные крики мальчишек — продавцов афиш и содовой воды. Кто-то предлагал пари — десять против шести — за Джо Флеминга. Голос звучал монотонно, безнадежно, как показалось Дженевьеве, и она с гордостью сказала себе: еще бы, кто же решится ставить против ее Джо!</p>
     <p>Но не одна гордость за Джо волновала ее. Воображение у нее разыгралось, когда она проникла в этот вертеп, куда женщины не допускались. Что могло быть увлекательней такого приключения? Все здесь неизведанно, таинственно, страшно. К тому же она впервые в жизни отважилась на такой дерзкий поступок, впервые переступила узкие границы благопристойности, установленные самым беспощадным из тиранов — судом кумушек рабочего квартала. Дженевьеве стало жутко, жутко за себя, хотя минуту назад она думала только о Джо.</p>
     <p>Дженевьева не заметила, как дошла до другого конца зала и, поднявшись на несколько ступенек, очутилась в маленькой боксерской уборной. Здесь тоже было полно мужчин, и Дженевьева решила, что все они так или иначе причастны к Игре. Тут Джо покинул ее. Но не успела она испугаться за свою дальнейшую судьбу, как один из ее спутников грубовато сказал: «Эй ты, иди за мной!» Протиснувшись следом за ним к двери, она увидела, что еще один телохранитель идет позади.</p>
     <p>Они проходили по каким-то подмосткам, где зрители сидели в три ряда, и тут Дженевьева впервые бросила взгляд на ринг. Она шла на одном уровне с площадкой, и так близко, что могла бы коснуться рукой натянутых вокруг нее канатов. Пол был покрыт брезентом. За рингом и по обе стороны его Дженевьева, словно в тумане, увидела переполненный зал.</p>
     <p>Комната, из которой она вышла, упиралась в один из углов ринга. Пробравшись вместе со своим проводником по рядам, она вошла в такую же тесную каморку, примыкавшую к противоположному углу ринга.</p>
     <p>— Сиди тут смирно и жди, когда я приду за тобой, — сказал молодой человек, указывая на отверстие, проделанное в стене.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IV</p>
     </title>
     <p>Она кинулась к глазку и увидела прямо перед собой ринг. Он весь был как на ладони. И только кусок зрительного зала не попадал в ее поле зрения. Над площадкой ярко горел пучок газовых рожков. На подмостках, вдоль которых она только что пробиралась, в первом ряду сидели люди с карандашами и блокнотами, и Дженевьева поняла, что это репортеры местных газет; один из них жевал резинку. Остальные два ряда занимали пожарники из ближайшей пожарной части и несколько полисменов в форме. В середине первого ряда, между двумя репортерами, сидел совсем еще молодой начальник полиции. Дженевьева с удивлением узнала в одном из зрителей по ту сторону ринга мистера Клаузена. Белый, румяный, с внушительными бакенбардами, он чинно сидел у самого ринга, в первом ряду. Несколькими местами дальше, в том же ряду, она увидела красное от волнения, морщинистое лицо Силверстайна.</p>
     <p>Под жидкие аплодисменты публики несколько молодых людей без пиджаков пролезли под канатом с ведерками, бутылками, полотенцами и прошли через площадку в угол наискосок от Дженевьевы. Один из них сел на табурет и прислонился спиной к канатам. На нем был плотный белый свитер, на голых ногах парусиновые башмаки. Другая группа молодых людей заняла угол прямо перед Дженевьевой. Раздались дружные аплодисменты, и, приглядевшись, она узнала Джо: он сидел на стуле в том же купальном халате, и его коротко остриженные каштановые кудри приходились на расстоянии метра от ее глаз.</p>
     <p>Молодой человек с пышной шевелюрой и в высоченном крахмальном воротничке, облаченный в черную пару, вышел на середину ринга и поднял руку.</p>
     <p>— Просим почтеннейшую публику не курить, — сказал он.</p>
     <p>Просьба была встречена громким ропотом и свистом. И Дженевьева с возмущением заметила, что все преспокойно продолжают дымить. Мистер Клаузен выслушал предупреждение распорядителя, держа в руках зажженную спичку, и как ни в чем не бывало закурил сигару. Дженевьева почувствовала к нему острую ненависть. Как может ее Джо драться в таком дымище? Ей и то нечем дышать, а она ведь просто сидит, не двигаясь.</p>
     <p>Распорядитель подошел к Джо. Тот встал; купальный халат соскользнул с него, и Джо вышел на середину ринга обнаженный, в одних парусиновых башмаках и в коротких белых трусах. Дженевьева потупилась. Она была одна, никто не мог видеть ее, и все же она вся вспыхнула от жгучего стыда, увидев наготу своего возлюбленного. Но тут же взглянула опять, хоть совесть и мучила ее: ведь ясно, что видеть его таким — грешно. И волнение, поднявшееся в ней, и страстный порыв, толкавший ее к нему, — конечно, это грех. Но то был сладостный грех, и, отвергнув правила общепринятой морали, она не отводила глаз от своего возлюбленного. Изначальный инстинкт, первородный грех, вся могучая природа властно заявляли о себе. Словно зазвучали тихие голоса матерей минувших тысячелетий и первый крик еще не рожденных младенцев. Но этого она не знала, знала только, что она грешница, и с гордо поднятой головой приняла отважное решение сбросить с себя все оковы и до дна испить чашу греха.</p>
     <p>Она никогда не задумывалась о человеческом теле, скрытом под одеждой. Тело существовало в ее представлении только как лицо и руки. Дитя цивилизации, облачившей человека в одежды, она без одежды не мыслила человека. Людская порода была для нее породой одетых двуногих, с голым лицом, голыми руками и поросшей волосами головой. Когда она думала о Джо, перед ней тотчас возникал образ ее возлюбленного: кудрявый юноша с нежным девичьим румянцем, синими глазами — и, конечно, в одежде. А теперь он, божественно прекрасный, стоял почти обнаженный, в ослепительном белом свете. И Дженевьева внезапно подумала, что бог всегда рисовался ей в обличье обнаженного, полускрытого в тумане существа. Эта мысль, сближавшая ее возлюбленного с всевышним, показалась ей кощунственной, еретической, и она испугалась ее, как самого тяжкого греха.</p>
     <p>Вкус Дженевьевы был воспитан на олеографиях, но врожденное чувство прекрасного подсказало ей, что перед глазами у нее истинное чудо красоты. Ей всегда нравилась наружность Джо, но эта наружность была неразрывно связана в ее представлении с одеждой, и Дженевьеве казалось, что Джо так привлекателен потому, что хорошо одевается. Ей и не снилось, какая совершенная красота может скрываться под одеждой. Это открытие ошеломило ее. Кожа у Джо была белая, как у женщины, и несравненно более гладкая, шелковистая, почти без растительности. Это Дженевьева заметила; всем остальным: изяществом линий, гармоничностью мускулистого, хорошо развитого тела — она лишь безотчетно любовалась. Весь облик Джо дышал чистотой и грацией. Озаренное улыбкой лицо, точеное, словно камея, казалось еще более юным, чем всегда.</p>
     <p>Джо улыбался потому, что распорядитель положил ему руку на плечо и, повернув его лицо к публике, сказал:</p>
     <p>— Рекомендую: Джо Флеминг, краса и гордость Уэст-Окленда.</p>
     <p>Зрители бешено захлопали. Раздались громкие крики, восторженные возгласы.</p>
     <p>— Джо! Наш Джо! — неслось со всех концов зала.</p>
     <p>Джо вернулся в свой угол. Никогда еще не казался он Дженевьеве столь не похожим на боксера. У него такие кроткие глаза, ни во взгляде, ни в выражении рта нет ничего свирепого, зверского, а телом он слишком хрупок, и кожа нежная, гладкая, а лицо совсем мальчишеское, доброе и одухотворенное. Ее неискушенный глаз не замечал мощной грудной клетки, широких ноздрей, глубокого дыхания, вздувшихся бугров мышц под атласной кожей, — не видел всех этих тайников подспудных сил, созданных для разрушения. Он представлялся ей фарфоровой статуэткой, с которой нужно обращаться бережно, любовно, потому что от одного грубого прикосновения она может разбиться вдребезги.</p>
     <p>Джон Понта, после того как два его секунданта с трудом стащили с него белый свитер, тоже вышел на середину ринга. И Дженевьева содрогнулась от ужаса, взглянув на него. Вот это боксер! Зверь с низким, как у обезьяны, лбом, с крошечными глазами под насупленными косматыми бровями, с приплюснутым носом, толстогубым, угрюмым ртом. Дженевьева со страхом смотрела на его квадратную нижнюю челюсть, бычий загривок, на прямые, коротко остриженные волосы, похожие, казалось ей, на жесткую кабанью щетину. Вот где грубость и жестокость — свирепое первобытное варварство. Кожа, смуглая почти до черноты, была покрыта на груди и плечах порослью, курчавой, как собачья шерсть. Широкая грудь, мощные ноги, непомерно вздувшиеся мышцы — в этом не было ни намека на красоту и гармонию. Он как бы весь состоял из бугров, узлов и шишек; от избытка физической силы тело его утратило человеческий облик.</p>
     <p>— Джон Понта из спортивного клуба Уэст-бэй, — сказал распорядитель.</p>
     <p>Публика холодно приветствовала его. Симпатии зрителей были явно на стороне Джо.</p>
     <p>— Валяй! Съешь его, Понта! Съешь! — крикнул чей-то голос в наступившей тишине.</p>
     <p>Во всех концах зала раздались насмешливые возгласы, презрительные замечания. Понта злобно оскалил зубы и, повернувшись, прошел в свой угол. Он и не мог рассчитывать на теплый прием у публики, безотчетно питавшей к нему неприязнь, — слишком явно проступали в нем черты первобытной дикости; это было животное, лишенное всего духовного, неспособное мыслить, — опасное чудовище, внушавшее страх, как внушает страх тигр или змея, — место которому в железной клетке, а не на воле.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_006.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>И Понта понимал, что зрители против него. Как затравленный зверь, окруженный охотниками, он медленно обвел ненавидящим взглядом лица своих врагов. От этого взгляда маленький Силверстайн, восторженно выкрикивавший имя Джо, скорчился, будто его опалило огнем, и язык прилип у него к гортани. Дженевьева видела это. И когда глаза Понты встретились с ее глазами, она тоже отшатнулась и вся съежилась. В следующее мгновение Понта остановил свой взгляд на Джо. Дженевьеве казалось, что Понта нарочно разжигает в себе ненависть. Джо посмотрел на противника ясным мальчишеским взором, но лицо у него стало суровым.</p>
     <p>Распорядитель вывел на середину еще одного молодого человека, без пиджака, с приветливым, добродушным лицом.</p>
     <p>— Рекомендую: Эдди Джонс, судья предстоящего состязания, — сказал распорядитель.</p>
     <p>— Эдди! Наш Эдди! — кричали зрители, дружно аплодируя судье, который, как отметила Дженевьева, тоже, видимо, был любимцем публики.</p>
     <p>Противники с помощью своих секундантов уже натягивали перчатки. Один из секундантов Понты прошел в угол Джо и проверил его перчатки, прежде чем Джо надел их. По знаку судьи оба противника вышли на середину ринга, за ними — секунданты. Джо и Понта оказались лицом к лицу, между ними — судья. Секунданты стояли, положив руки друг другу на плечи и вытянув шеи. Судья что-то говорил, и все внимательно слушали.</p>
     <p>Потом группа распалась, и распорядитель снова вышел вперед.</p>
     <p>— Вес Джо Флеминга — сто двадцать восемь, — объявил он, — Джона Понты — сто сорок. Бой продолжается до тех пор, пока одна рука свободна, и при выходе из клинча противники должны соблюдать осторожность. Напоминаем публике, что бой будет вестись до окончательного результата. Наш клуб не признает состязаний вничью.</p>
     <p>Распорядитель, согнувшись, пролез под канатом и соскочил с площадки. Секунданты тоже ушли из своих углов, унося с собой табуреты и ведра. На ринге остались только оба противника и судья. Раздался удар гонга. Противники быстро вышли на середину. На одну секунду их правые руки сошлись в мнимом рукопожатии. И сразу же Понта начал с ожесточением наносить удары правой и левой, но Джо уклонился, отскочив назад. Словно камень, пущенный из пращи, Понта снова налетел на Джо.</p>
     <p>Бой начался. Дженевьева следила за ним, судорожно прижав руку к груди. Этот град ударов, проворство и ожесточение, с какими Понта наносил их, приводили ее в ужас. Она была уверена, что он искалечит Джо. По временам она не видела лица Джо, его заслоняли быстро мелькавшие перчатки, но она слышала гулкие удары, — и каждый раз у нее от страха тошнота подступала к горлу. Она не знала, что это просто боксерская перчатка стукается о перчатку или о плечо, не причиняя вреда.</p>
     <p>Вдруг картина боя изменилась: противники крепко держали друг друга в объятиях; ни тот, ни другой не наносил ударов. Дженевьева догадалась, что это и есть «клинч», о котором говорил ей Джо. Понта старался вырваться, Джо не выпускал его. Судья крикнул: «Разойтись!» Джо хотел отступить, но Понте удалось высвободить руку, и Джо, чтобы увернуться от удара, снова обхватил противника. Но на этот раз его перчатка была прижата ко рту и подбородку Понты, и когда судья вторично крикнул: «Разойтись!», — Джо запрокинул противнику голову и отскочил от него.</p>
     <p>В течение нескольких кратких мгновений Дженевьеве ничто не мешало видеть возлюбленного. Его левая нога была слегка выдвинута вперед, корпус и колени чуть согнуты, голова опущена, и приподнятые плечи прикрывали ее. Руки он держал перед собой, готовый и к защите и к нападению. Все мускулы его были напряжены, — и Дженевьева видела, как при каждом движении они, словно живые, свиваются клубком и перекатываются под белой кожей.</p>
     <p>Понта снова наступал, и Джо приходилось туго. Он еще ниже пригнулся, как бы сжался весь, и стойко принимал удары, подставляя плечи, локти, руки. Удары градом сыпались на него, и Дженевьеве казалось, что ему ни за что не уйти живым. Но он стоял под ударами, отражая их плечом или перчаткой, то откидываясь назад, то клонясь вперед, словно дерево, раскачиваемое ветром. Только услышав аплодисменты и бурные крики зала: «Молодец, Джо! Держись!» — и увидев, как Силверстайн, не помня себя от восторга, едва не вскочил со стула, Дженевьева поняла, что Джо не только не грозит гибель, а, напротив, он держится хорошо. Но Понта не отступал, и свирепый вихрь его ударов лишь в редкие мгновения не заслонял от Дженевьевы ее возлюбленного.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава V</p>
     </title>
     <p>Прозвучал гонг. Дженевьеве казалось, будто бой длился не менее получаса, но, по рассказам Джо, она знала, что прошло всего три минуты. Секунданты Джо, проскочив под канатами на площадку, бегом уводили его в угол для блаженной минуты отдыха. Один из них, присев перед Джо на корточки и держа на коленях его ноги, изо всех сил растирал ему икры. Джо сидел на стуле, далеко запрокинув голову, положив вытянутые руки на канат, и глубоко дышал всей грудью. Рот его был широко раскрыт, и двое секундантов махали перед ним полотенцами; еще один секундант вытирал ему лицо и грудь и нашептывал что-то на ухо.</p>
     <p>Едва закончились эти манипуляции, занявшие всего несколько мгновений, как снова раздался гонг; секунданты, подхватив свои ведра и полотенца, шмыгнули под канаты, а Джо и Понта уже сходились на середине площадки. Дженевьева никогда не думала, что минута может быть такой краткой. У нее даже мелькнула мысль, что отдых сократили нарочно, и она на секунду заподозрила что-то неладное, сама не зная что.</p>
     <p>Понта нападал так же яростно, как в первом раунде, работая правой и левой, и Джо, хотя и успешно отражал удары, но все же не смог устоять и отступил на несколько шагов; чтобы не потерять равновесия, он невольно вскинул одну руку и слегка приподнял голову. Понта прыгнул на него, словно тигр, целя в незащищенный подбородок противника. Но Джо сделал движение, словно ныряя, и кулак Понты прошел над его затылком. Едва Джо выпрямился, Понта направил на него такой прямой удар левой, который должен был перебросить Джо за канаты. Но Джо опять на какую-то долю секунды опередил противника и успел пригнуться, — кулак Понты скользнул по лопатке Джо и повис в воздухе. Понта повторил удар правой, но Джо опять увернулся и благополучно вошел в клинч.</p>
     <p>Дженевьева с облегчением перевела дух; она чувствовала слабость во всем теле, ей едва не сделалось дурно. Публика восторженно аплодировала. Силверстайн, стоя, орал и размахивал руками, как бесноватый. И даже мистер Клаузен выражал свое восхищение, во всю мочь крича что-то в ухо соседу.</p>
     <p>Но вот противники вышли из клинча, и бой возобновился. Джо закрывался, отступал, скользил по площадке, увертываясь от ударов, выдерживая стремительный натиск противника. Сам он редко наносил удары, ибо у Понты был зоркий глаз и он умел защищаться не хуже, чем нападать. У Джо не было никаких шансов сломить чудовищную силу Понты, — все надежды он возлагал на то, что Понта в конце концов сам выдохнется.</p>
     <p>Однако Дженевьеву удивляло, почему ее возлюбленный только защищается. Ей даже стало досадно: она хотела, чтобы Джо отомстил этому зверю, который так свирепо нападает на него! Но в ту минуту, когда она уже готова была рассердиться, Джо изловчился и с силой ударил Понту в челюсть. Удар был сокрушительный, голова Понты запрокинулась, и на губах у него выступила кровь. Зрители приветствовали удачу Джо оглушительным ревом, и Понта разозлился. Не помня себя от бешенства, он ринулся на Джо. Все прежние его наскоки были ничто по сравнению с этим неистовым ураганом. Джо уже не пытался ответить ударом на удар: ему понадобились все его силы, чтобы выдержать вызванную им бурю, и он едва успевал отражать нападение, увертываться от ударов и искать передышки и спасения в клинче.</p>
     <p>Но и в клинче не было полного отдыха и безопасности. Нужно было неустанно и зорко следить за противником, а в выходе из клинча таилась еще большая угроза. Дженевьева даже чуть улыбнулась, глядя, как крепко Джо прижимается к Понте; она не понимала, для чего это нужно, пока Понта, прежде чем Джо успел к нему прилипнуть, не нанес удар снизу вверх и кулак его чуть не пришелся по подбородку Джо. В следующем клинче, когда Дженевьева уже вздохнула свободно, считая, что Джо в безопасности, Понта, перегнувшись через его плечо, занес правую руку и с размаху опустил кулак на поясницу Джо. Зрители охнули в тревоге за своего любимца, а Джо молниеносно стиснул локти противника, чтобы предотвратить второй такой удар.</p>
     <p>Опять раздался гонг, и после минутного отдыха бой возобновился. Джо даже не успел выйти из своего угла, как Понта через всю площадку кинулся на него.</p>
     <p>Там, где Джо получил удар в поясницу, на белой коже ярко алело пятно; оно было большое — величиной с перчатку Понты, и Дженевьева с тоской смотрела на этот багровый след, не в силах отвести глаза. Уже в следующем клинче Понта повторил свой убийственный удар в область почек. После этого Джо был настороже, и почти всегда ему удавалось избежать удара, нажимая перчаткой на подбородок Понты и запрокидывая ему голову, но раньше, чем кончился раунд, Понта трижды повторил этот прием, и каждый раз бил по тому же уязвимому месту.</p>
     <p>Прошел еще один минутный перерыв и еще один раунд, который не дал преимуществ ни тому, ни другому противнику. В начале пятого раунда Джо, прижатый в углу, сделал вид, что идет на клинч. Но в последний миг, когда Понта приготовился обхватить его, он слегка отклонился назад и ударил Понту в незащищенное место — под ложечку, ударил с молниеносной быстротой четыре раза подряд, правой и левой. Удары, видимо, были сокрушительные, потому что Понта зашатался, отпрянул, руки у него повисли, плечи опустились, — казалось, он сейчас перегнется пополам и рухнет. Увидев, что противник раскрылся, Джо, не давая ему передышки, ударил его в губы, потом размахнулся, целя в челюсть, но промазал — удар пришелся по щеке, и Понта отлетел в сторону.</p>
     <p>Публика неистовствовала. Все вскочили на ноги, хлопали, кричали. Дженевьева слышала возгласы: «Крышка Понте, крышка!», — и ей казалось, что сейчас наступит желанный конец. Она тоже была вне себя, от ее обычной кротости и добросердечия не осталось и следа: она ликовала при каждом убийственном ударе, который наносил ее возлюбленный.</p>
     <p>Однако силы Понты далеко еще не были исчерпаны. Теперь уже не он наступал на Джо, а Джо, как тигр, преследовал его. Еще раз он нацелился в подбородок Понты, но тот уже успел оправиться и увернулся. Кулак Джо повис в воздухе. И так велика была сила инерции, что Джо отлетел в сторону, описав пол-оборота. Понта мгновенно нанес удар левой по незащищенной шее противника. Руки Джо бессильно повисли, он качнулся вперед, назад и упал навзничь. Судья, наклонившись над ним, стал громко отсчитывать секунды, сопровождая счет взмахами правой руки.</p>
     <p>В зале стояла мертвая тишина. Понта повернулся было к публике, ожидая заслуженного одобрения, но никто не нарушил гробового молчания. Гнев охватил Понту. Это было несправедливо: стоило противнику нанести удар или увернуться от удара, весь зал аплодировал; а он, Понта, который с самого начала захватил инициативу, не удостоился ни единого хлопка.</p>
     <p>Глаза Понты злобно сверкнули, и, подобравшись, он подскочил к своему поверженному врагу. Пригнувшись над ним и занеся правую руку, он ждал, когда Джо начнет подниматься, чтобы обрушить на него удар. Судья, продолжая отбивать счет правой рукой, левой оттолкнул Понту. Тот попробовал обойти его, но судья шел за ним, отталкивая его и не подпуская к распростертому на полу Джо.</p>
     <p>— Четыре, пять, шесть, — отсчитывал судья. Джо, повернувшись, лег ничком и попытался встать на колени. Сначала он согнул одну ногу, опираясь обеими руками в пол, потом стал подтягивать другую.</p>
     <p>— Счет! Выжди счет! — раздались голоса из зала.</p>
     <p>— Не спеши! Выжди счет! — предостерегающе крикнул стоявший возле ринга секундант Джо. Дженевьева быстро взглянула на него: лицо молодого парня было очень бледно, он бессознательно шевелил губами, считая секунды вместе с судьей: — Семь, восемь, девять…</p>
     <p>Девятая секунда истекла, судья в последний раз оттолкнул Понту, и Джо поднялся на ноги, готовый к защите. Он был слаб, но спокоен, очень спокоен. Понта набросился на него с ужасающей силой, нанеся один за другим два удара — прямой и снизу вверх. Джо отразил оба удара, увернулся от третьего, сделал шаг в сторону, чтобы избежать четвертого, но Понта новым градом ударов загнал его в угол. Джо явно слабел, колени у него подгибались, он едва стоял на ногах. Понта прижал его к канатам — больше отступать было некуда. Передохнув для верности, Понта сделал выпад левой и всю свою силу вложил в удар правой. Но Джо вошел в клинч, и это спасло его.</p>
     <p>Понта отчаянно вырывался; он хотел прикончить врага, которого уже считал побежденным, но Джо вцепился в него и не отпускал; как только Понте удавалось хоть немного освободиться, Джо снова обхватывал его.</p>
     <p>— Разойтись! — скомандовал судья. Джо еще крепче сжал противника.</p>
     <p>— Заставьте его! Почему, черт возьми, вы не оттащите его? — задыхаясь, крикнул Понта судье. Тот снова скомандовал противникам разойтись. Но Джо не подчинился, зная, что этим не нарушает правил. С каждым мгновением силы его восстанавливались, мысли прояснялись, туман перед глазами рассеивался. Раунд еще только начался, и ему надо было во что бы то ни стало продержаться ближайшие три минуты.</p>
     <p>Судья одной рукой схватил за плечо Джо, другой Понту и силой заставил их разойтись, протиснувшись между ними. Оторвавшись, Понта прыгнул на Джо, словно хищный зверь на свою добычу. Но Джо закрылся, отразил удар и снова вошел в клинч. Опять Понта старался вырваться, опять Джо не выпускал его, и судья разнял их. И опять Джо, увернувшись от удара, вошел в клинч.</p>
     <p>Дженевьева понимала, что пока Джо в клинче, он в безопасности. Так почему же судья разнимает их? Это бесчеловечно. Когда Эдди Джонс командовал «разойтись!», она с ненавистью смотрела на его круглое добродушное лицо и, привстав на стуле, так судорожно сжимала руки, что ногти больно впивались в ладонь. Весь раунд, все три томительно долгие минуты противники только и делали, что обхватывали друг друга и по команде судьи расходились. Ни разу Понте не удалось нанести последний, решающий удар. Он обезумел от ярости, чувствуя свое бессилие перед явно ослабевшим и почти побежденным противником. Достаточно одного удара, одного-единственного — и он не может нанести его! Опыт и хладнокровие спасли Джо от поражения. Едва держась на ногах, с затуманенным сознанием, он изо всех сил цеплялся за противника и не отпускал его, пока не чувствовал нового прилива сил. Когда Понта, доведенный до исступления, попытался было приподнять Джо и бросить его наземь, из зала донесся пронзительный голос Силверстайна:</p>
     <p>— Ты бы еще укусил его!</p>
     <p>В зале стояла такая тишина, что эти язвительные слова услышали все. Они разрядили напряжение, и зрители, только что пережившие тревогу за своего любимца, так и покатились со смеху. Хохотали громко, неудержимо, с истерическими взвизгиваниями. Даже Дженевьеву рассмешила шутка Силверстайна, и ее страх за Джо немного рассеялся, но она чувствовала слабость и дурноту: все, что происходило на ринге, внушало ей ужас.</p>
     <p>— Укуси его! Укуси! — кричали голоса из зала. — Отгрызи ему ухо! Слышишь, Понта? Иначе ты его не возьмешь! Съешь его! Съешь! Чего ты ждешь?</p>
     <p>Под градом насмешек Понта начал терять самообладание. Чем больше он свирепел, тем хуже дрался. Он пыхтел, всхлипывал, даром тратил силы; выдержка и здравый смысл изменили ему, и он тщетно пытался возместить их ужасающей силой своих ударов. Он уже ни о чем не думал — им владела слепая жажда уничтожить врага; в клинче он встряхивал Джо, словно терьер, поймавший крысу, и с ожесточением вырывался, стараясь высвободить руки. А Джо между тем невозмутимо держал его и не отпускал. Судья самоотверженно и честно старался их разнять. Это была нелегкая задача — пот лил с него ручьем. Ему приходилось пускать в ход всю свою силу, чтобы разнять противников, и не успевал он развести их, как Джо снова входил в клинч и все нужно было начинать сызнова. Напрасно Понта пытался увернуться от цепких рук Джо. Он не мог держаться в отдалении от противника: чтобы нанести удар, надо было приблизиться к нему, — и каждый раз Джо опрокидывал его расчеты и замыкал в кольцо клинча.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_007.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Скорчившись на стуле перед глазком, прорезанным в стене тесной уборной, Дженевьева тоже чувствовала себя обманутой в своих надеждах. В этом беспощадном смертном бою она была заинтересованной стороной. Ведь один из противников — ее возлюбленный, ее Джо. И вот зрителям все ясно и понятно, а ей — нет. Тайна Игры не открылась ей, Дженевьева не постигла ее чар. Напротив, она стала для нее еще большей загадкой. Чем объяснить ее власть над людьми? Какую прелесть мог находить Джо в этом грубом напряжении вздувшихся мышц, в ожесточенных схватках, свирепых ударах, причиняющих мучительную боль? Неужели это лучше, чем то, что может дать ему она, — покой, довольство, светлую, тихую радость? За право владеть его сердцем, его помыслами она предлагает дары более щедрые и более драгоценные, чем сулит ему Игра, — но он пленяется обеими: прижимает ее к груди, а сам и не смотрит на нее, прислушиваясь к зову искусительницы, чье таинственное обаяние непонятно ей.</p>
     <p>Прозвучал гонг. Раунд кончился клинчем в углу Понты. Молодой бледный секундант тут же вскочил на площадку, подхватил Джо на руки и бегом понес его в противоположный угол; все секунданты принялись лихорадочно растирать ему ноги, хлопать его по животу, оттягивать трусы, чтобы он мог глубже дышать. Впервые видела Дженевьева, как дышат животом, и подумала, что никогда она не дышала так глубоко, так прерывисто, даже если ей случалось бежать за трамваем. Потом она почувствовала острый, резкий запах: к лицу Джо приложили губку, пропитанную нашатырным спиртом, и он вдыхал его, чтобы освежить голову. Он прополоскал рот и горло, пососал ломтик лимона, и все это время секунданты, как одержимые, обмахивали его полотенцами, вгоняя кислород ему в легкие, чтобы кровь очистилась и обновленная потекла по жилам в предстоящей схватке. Его разгоряченное тело обтирали мокрыми губками, а на голову лили воду из бутылок.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VI</p>
     </title>
     <p>Гонг возвестил начало шестого раунда, и противники выступили из своих углов; капли воды еще поблескивали на их коже. Понта так стремительно кинулся вперед, что они сошлись не на середине ринга, а ближе к углу Джо. Понта рассчитывал доконать противника, пока тот еще не совсем оправился. Но Джо выдержал испытание. Он опять был полон сил, и с каждой секундой силы прибывали. Он отразил первый натиск противника, потом сам нанес ему такой удар, что Понта отлетел назад. Джо сделал движение, словно хотел настичь его, но отказался от этого намерения и спокойно принял вихрь ударов, которым Понта ответил на его удар.</p>
     <p>Бой протекал, как и вначале: Джо защищался, Понта нападал. Но Понта был недоволен, — он не чувствовал себя хозяином положения; в любой момент, как бы свиреп ни был его натиск, противник мог нанести ответный удар. Джо приберегал силы. На десять ударов Понты он отвечал одним, но его удар почти всегда попадал в цель. Понта был сильнее Джо в нападении, однако одолеть его не мог, а редкие, но искусные удары Джо говорили о том, что он опасный противник. Понта понял это и стал сдержаннее. Он уже не решался, как в первых раундах, очертя голову набрасываться на Джо, стремясь уничтожить его одним ударом.</p>
     <p>Картина боя менялась на глазах. Зрители сразу заметили перемену, и даже Дженевьева поняла это, когда начался девятый раунд. Джо перешел в наступление. Теперь в клинче не Понта, а он наносил противнику убийственные удары в поясницу. Он делал это только раз за один клинч, но зато с сокрушительной силой и в каждом клинче. Выходя из клинча, он наносил Понте удар снизу под ложечку, или боковой удар в челюсть, или прямой в губы. Но как только Понта делал поползновение обрушить на него вихрь ударов, он отскакивал от противника и закрывался.</p>
     <p>Так прошло еще два раунда, потом еще один; силы Понты явно убывали, хотя и очень медленно. Задача Джо состояла теперь в том, чтобы измотать противника— не одним ударом и не десятком, а нанося удар за ударом, долго, до бесконечности, пока огромный запас сил Понты не иссякнет. Джо не давал ему передышки, он теснил Понту шаг за шагом, и слышно было, как его выдвинутая вперед левая нога пристукивает по жесткому брезенту. Потом он прыжком тигра кидался на противника, наносил удар или несколько ударов и, молниеносно отскочив, снова надвигался на Понту. Когда Понта, в свою очередь, переходил к нападению, Джо тщательно закрывался, а потом опять уверенно наступал на противника, пристукивая выдвинутой вперед левой ногой.</p>
     <p>Понта медленно, но неуклонно слабел. Никто уже не сомневался в исходе состязания.</p>
     <p>— Джо! Наш Джо! — кричали зрители, выражая молодому боксеру свою любовь и восхищение.</p>
     <p>— Даже совестно пари выигрывать! — издевалась публика.</p>
     <p>— Что же ты не съешь его, Понта? А ну-ка, съешь!</p>
     <p>Когда очередной раунд кончился, секунданты Понты с удвоенной энергией принялись за него. Их твердая вера в его чудовищную силу и выносливость поколебалась. Дженевьева следила за их лихорадочной работой, прислушиваясь в то же время к советам, которые молодой бледный секундант давал Джо.</p>
     <p>— Не торопись, — говорил он. — Понта выдохся, это верно, но ты не торопись. Я знаю его: у него до самого конца наготове удар. Я видел, как его били, и казалось, ему крышка, — но он держит последний удар про запас. Помню, Микки Салливен совсем загонял его: нокдаун за нокдауном, шесть раз подряд, а потом раскрылся. Понта ударил его в челюсть, и только через две минуты Микки открыл глаза и спросил, что случилось. Так что следи за ним и будь осторожен, не зарывайся. Я ставил на тебя, но еще не считаю, что деньги у меня в кармане.</p>
     <p>Понту поливали водой. Когда прозвучал гонг, один из секундантов опрокинул бутылку над его головой. Понта пошел на середину ринга, а секундант последовал за ним, держа над ним перевернутую вверх дном бутылку. Судья закричал на секунданта, и тот убежал с ринга, уронив по дороге бутылку; она покатилась по полу, из нее лилась вода, и судья пинком ноги выбросил ее за канат.</p>
     <p>За все время боя Дженевьева ни разу не видела у Джо того выражения, которое промелькнуло на его лице утром, в мебельном магазине, когда он говорил ей о боксе. В некоторых раундах лицо у него было совсем юное, мальчишеское. В те минуты, когда Понта наносил ему самые мучительные удары, оно становилось серым, угрюмым, а позднее, когда он отчаянно цеплялся за противника, чтобы только выиграть время, его лицо казалось ей грустным. Но теперь он уже не опасался противника: инициатива перешла к нему. И тут Дженевьева увидела его лицо боксера. Увидела — и содрогнулась. Как он далек от нее! Она думала, что знает его, знает до конца, что он в ее власти, — но это лицо, как будто отлитое из стали, эти губы, твердые, как сталь, эти глаза, отсвечивающие стальным блеском, были чужие. «Точно бесстрастное лицо карающего ангела с печатью божьего веленья на челе», — подумала Дженевьева.</p>
     <p>Понта сделал попытку возобновить натиск первых раундов, но Джо остановил его ударом в челюсть. Настойчиво, неумолимо, не давая противнику ни секунды передышки, Джо преследовал его. К концу тринадцатого раунда Джо загнал Понту в угол. Понта защищался, но Джо сильным ударом поставил Понту на колени; на десятой секунде он поднялся и сделал попытку войти в клинч, но Джо встретил его четырьмя ударами под ложечку, и, когда прозвучал гонг, Понта, задыхаясь, повалился на руки своим секундантам.</p>
     <p>Джо побежал через весь ринг к своему углу.</p>
     <p>— Вот теперь моя возьмет, — сказал он своему секунданту.</p>
     <p>— Да, сейчас ты его хорошо потрепал, — ответил тот. — Теперь помочь ему может только случай. Но все же будь осторожен.</p>
     <p>Джо наклонился вперед, слегка согнув колени, и замер в позе бегуна, ожидающего сигнала к старту. Как только раздался гонг, он в два прыжка очутился в углу Понты, который только вставал с табурета, окруженный своими секундантами. И здесь, среди секундантов, Джо свалил его ударом правой. Как только Понта вынырнул из хаоса ведерок, табуретов и секундантов, Джо вторично сшиб его с ног. И еще в третий раз Понта растянулся на полу, так и не выбравшись из своего угла.</p>
     <p>И тут-то Джо, наконец, превратился в неистовый вихрь. Дженевьева помнила его слова: «Следи хорошенько, ты поймешь, когда я начну наступать». Зрители тоже это поняли. Весь зал был на ногах, из всех глоток неслись неистовые вопли. Слушая этот кровожадный рев толпы, Дженевьева подумала, что точно так, должно быть, воют голодные волки. Теперь, когда она уже не сомневалась в победе своего возлюбленного, в ее сердце нашлось место и для жалости к Понте.</p>
     <p>Тщетно пытался он оградить себя от ударов, отражать их, увертываться, входить в клинч. Джо не давал ему пощады. Нокдаун следовал за нокдауном. Понта падал на брезент навзничь и боком, получал удары и в клинче и в отрыве — мощные, убийственные удары, от которых туманился мозг и мышцы теряли упругость. Джо загонял его в угол и снова выгонял оттуда, опрокидывал на канаты, ждал, пока он выпрямится, и снова опрокидывал. Понта молотил руками по воздуху, с размаху опускал кулак и попадал в пустоту. Ничего человеческого не осталось в нем — это был дикий зверь разъяренный, ревущий, затравленный. Он падал на колени, тут же, шатаясь, поднимался, не ожидая десятой секунды, но Джо одним ударом отбрасывал его на канаты.</p>
     <p>Весь избитый, измученный, едва держась на ногах, судорожно ловя ртом воздух, задыхаясь и хрипя, с остекленевшим взглядом, Понта метался по рингу, все еще пытаясь поразить противника. Он был смешон и в то же время почти велик в своем упорном стремлении драться до конца, не признавать себя побежденным.</p>
     <p>И вдруг — Джо поскользнулся на мокром брезенте. Налитые кровью глаза Понты заметили это, и он понял, что есть еще надежда. В ту же секунду, собрав остатки сил, он нанес молниеносный, точный удар — снизу в подбородок. Джо упал навзничь. Дженевьева видела, как, падая, обмякло его тело, и услышала глухой стук, когда он затылком ударился о покрытый брезентом пол.</p>
     <p>Шум и крики в зрительном зале мгновенно смолкли. Судья, склонившись над распростертым телом, отсчитывал секунды. Понта сделал несколько неверных шагов в сторону и рухнул на колени. Он с трудом поднялся и, повернувшись к залу, обвел зрителей горящим ненавистью взглядом. Ноги у него дрожали, колени подгибались, дыхание с хрипом вырывалось из груди. Он зашатался, качнулся назад и, ощупью схватившись за канат, чтобы не упасть, повис на нем, согнувшись, в полном изнеможении, низко опустив голову, потеряв власть над своим телом. Судья отсчитал роковые десять секунд и указал рукою на Понту: это означало, что победа осталась за ним.</p>
     <p>В публике не раздалось ни одного хлопка, и Понта, словно пресмыкающееся, прополз под канатом; секунданты подхватили его под руки и повели через зал по боковому проходу. Джо по-прежнему лежал без движения. Секунданты подняли его, понесли в угол и посадили на табурет. Кое-кто из зрителей стал взбираться на площадку, но полисмены, уже очутившиеся здесь, грубо сгоняли их.</p>
     <p>Дженевьева смотрела на все это в глазок. Она не была сильно встревожена. Ее возлюбленный потерпел поражение, для него это большое разочарование, и она сочувствовала ему, — но и только. Может быть, так даже лучше. Игра предательски обманула его, — тем вернее он будет принадлежать ей одной. Она знала от Джо, что такое нокаут: иногда нокаутированный боксер не сразу приходит в себя. Но тут она услышала, что секунданты требуют врача, и сердце ее сжалось от страха.</p>
     <p>Секунданты унесли Джо с ринга, и Дженевьева уже не могла видеть их в свой глазок. Потом дверь распахнулась, и в комнату вошли несколько мужчин: они внесли Джо и положили его на пыльный пол; голову ему поддерживал один из секундантов. Никто, по-видимому, не удивился, застав здесь Дженевьеву. Она подошла к Джо и опустилась возле него на колени. Веки его были опущены, рот приоткрыт. Она взяла его за руку и приподняла ее. Рука была очень тяжелая и такая безжизненная, что Дженевьева испугалась. Она вскинула глаза и посмотрела на секундантов и других мужчин, стоящих вокруг. Казалось, все эти люди чего-то боятся. Только один не был испуган — он ругался вполголоса, неистово, с ожесточением. Потом Дженевьева оглянулась и увидела, что рядом с ней стоит Силверстайн; он тоже казался испуганным. Он ласково положил ей руку на плечо и участливо сжал его.</p>
     <p>От этого участия ей стало страшно. Мысли путались. Кто-то вошел, и все перед ним расступились. Вошедший сердито сказал:</p>
     <p>— Уходите! Все уходите! Очистить комнату!</p>
     <p>Несколько человек молча повиновались.</p>
     <p>— Кто вы такой? — резко обратился он к Дженевьеве. — Да это девушка, черт возьми!</p>
     <p>— Ничего, пусть останется, это его невеста, — сказал молодой человек, в котором Дженевьева узнала своего проводника.</p>
     <p>— А вы? — запальчиво спросил вошедший у Силверстайна.</p>
     <p>— Я с ней, — упрямо ответил старик.</p>
     <p>— Это ее хозяин, — объяснил молодой человек. — Все в порядке, я же сказал.</p>
     <p>Врач недовольно крякнул и опустился на колени, потом провел рукой по влажной голове Джо, опять крякнул и поднялся на ноги.</p>
     <p>— Мне здесь делать нечего, — сказал он, — пошлите за скорой помощью.</p>
     <p>Все, что было дальше, казалось Дженевьеве дурным сном. Вероятно, она лишилась чувств, иначе зачем бы Силверстайну поддерживать ее, обняв одной рукой? Вместо лиц она видела вокруг себя какие-то расплывчатые пятна; до ее слуха долетали обрывки разговора. Молодой человек, служивший ей проводником, упомянул о репортерах.</p>
     <p>— Твое имя попадет в газеты, — услышала она голос Силверстайна, донесшийся откуда-то издалека, и, на мгновение очнувшись, она протестующе покачала головой.</p>
     <p>Появились какие-то новые лица. Джо вынесли на носилках. Силверстайн застегнул на ней мужское пальто и поднял широкий воротник. Она почувствовала на лице ночную прохладу и увидела над собой ясные, холодные звезды. Ее куда-то втиснули, посадили. Рядом с ней сидел Силверстайн. Джо тоже был здесь: он лежал на носилках, раздетый, прикрытый одеялом. Еще был здесь человек в синем мундире, он что-то сочувственно говорил ей, но она не понимала его слов. Цокали копыта лошадей, и ее уносило куда-то в темную ночь.</p>
     <p>Потом опять был свет, звучали голоса, и пахло йодоформом. «Должно быть, — подумала она, — это больница, вот операционный стол и врачи». Они осматривали Джо. Один из них, темноглазый, с черной бородкой, похожий на иностранца, выпрямился и сказал другому врачу:</p>
     <p>— В жизни не видел ничего подобного. Вся задняя часть черепа.</p>
     <p>Губы у нее были горячие и сухие. Горло сжимали мучительные спазмы. Но почему она не плачет? Она должна заплакать, она знала, что так нужно. Вот Лотти стоит по другую сторону узкой койки (это была новая картина ее дурного сна) и плачет. Кто-то что-то говорил о коматозном состоянии, о смертельном исходе. Это говорил не тот доктор, с черной бородой, а другой. Но не все ли равно кто? А который теперь час? Словно в ответ на ее немой вопрос за окнами забелел тусклый свет зари.</p>
     <p>— Сегодня должна была состояться наша свадьба, — сказала она Лотти.</p>
     <p>— Молчи! Молчи! — всхлипнула сестра Джо и, закрыв лицо руками, заплакала навзрыд.</p>
     <p>Итак, всему конец: и коврикам, и мебели, и уютному гнездышку; конец свиданиям и прогулкам под звездным небом, счастью любить и быть любимой. Какое чудовище эта Игра, которой она не могла понять! Она с ужасом думала о ее власти над душами мужчин, о ее злых шутках и предательстве, о непостижимом соблазне, который таится в этой опасной, жестокой и буйной Игре. Из-за нее так жалок удел женщины: она не может заполнить всю жизнь мужчины, для него она только забава, мимолетное развлечение; женщине он дарит свою ласку и нежные заботы, сердечные порывы и минуты счастья, но свои дни и ночи, все устремления, работу ума и работу мышц, самые упорные усилия и самый напряженный труд, всю свою жизненную силу он отдает желанной Игре.</p>
     <p>Силверстайн помог ей встать. Она не сопротивлялась. Сон все еще сковывал ее. Старик взял ее под руку и повел к двери.</p>
     <p>— Что же ты не поцелуешь его? — вскрикнула Лотти, а в ее темных скорбных глазах вспыхнул гневный укор.</p>
     <p>Дженевьева покорно склонилась над бездыханным телом и прижала губы к еще теплым губам Джо. Дверь отворилась перед ней, и она прошла в другую комнату. Там стояла миссис Силверстайн и смотрела на нее сердитым взглядом; когда она увидела, что Дженевьева в мужском платье, в глазах ее вспыхнули мстительные огоньки.</p>
     <p>Силверстайн умоляюще глядел на грозную супругу, но она дала волю своему негодованию:</p>
     <p>— Ну, что я тебе говорила? Что? Так нет же, захотелось ей боксера! Вот теперь тебя пропишут во всех газетах! Застали на ринге в мужском платье! Ах ты, бесстыдница! Ах ты, дрянь ты этакая! Ах ты…</p>
     <p>Но голос у нее сорвался, слезы полились из глаз, и, протянув толстые руки, неуклюжая, смешная, вся светясь материнской святой любовью, она подошла к безмолвной Дженевьеве и прижала ее к груди. Прерывисто, невнятно шептала она какие-то ласковые слова, тихонько раскачиваясь взад и вперед, поглаживая плечо девушки своей большой тяжелой рукой.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Повесть. перевод В. Топер</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Белый Клык</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Часть первая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
       <p>Погоня за добычей</p>
      </title>
      <p>Темный еловый лес стоял, нахмурившись, по обоим берегам скованной льдом реки. Недавно пронесшийся ветер сорвал с деревьев белый покров инея, и они, черные, зловещие, клонились друг к другу в надвигающихся сумерках. Глубокое безмолвие царило вокруг. Весь этот край, лишенный признаков жизни с ее движением, был так пустынен и холоден, что дух, витающий над ним, нельзя было назвать даже духом скорби. Смех, но смех страшнее скорби, слышался здесь — смех безрадостный, точно улыбка сфинкса, смех, леденящий своим бездушием, как стужа. Это извечная мудрость — властная, вознесенная над миром — смеялась, видя тщету жизни, тщету борьбы. Это была глушь — дикая, оледеневшая до самого сердца Северная глушь.</p>
      <p>И все же что-то живое двигалось в ней и бросало ей вызов. По замерзшей реке пробиралась упряжка ездовых собак. Взъерошенная шерсть их заиндевела на морозе, дыхание застывало в воздухе и кристаллами оседало на шкуре. Собаки были в кожаной упряжи, и кожаные постромки шли от нее к волочившимся сзади саням. Сани без полозьев, из толстой березовой коры, всей поверхностью ложились на снег. Передок их был загнут кверху, как свиток, чтобы приминать мягкие снежные волны, встававшие им навстречу. На санях стоял крепко притороченный узкий, продолговатый ящик. Были там и другие вещи: одежда, топор, кофейник, сковорода; но прежде всего бросался в глаза узкий, продолговатый ящик, занимавший большую часть саней.</p>
      <p>Впереди собак на широких лыжах с трудом ступал человек. За санями шел второй. На санях, в ящике, лежал третий, для которого с земными трудами было покончено, ибо Северная глушь одолела, сломила его, так что он не мог больше ни двигаться, ни бороться. Северная глушь не любит движения. Она ополчается на жизнь, ибо жизнь есть движение, а Северная глушь стремится остановить все то, что движется. Она замораживает воду, чтобы задержать ее бег к морю; она высасывает соки из дерева, и его могучее сердце коченеет от стужи; но с особенной яростью и жестокостью Северная глушь ломает упорство человека, потому что человек— самое мятежное существо в мире, потому что человек всегда восстает против ее воли, согласно которой всякое движение в конце концов должно прекратиться.</p>
      <p>И все-таки впереди и сзади саней шли два бесстрашных и непокорных человека, еще не расставшиеся с жизнью. Их одежда была сшита из меха и мягкой дубленой кожи. Ресницы, щеки и губы у них так обледенели от застывающего на воздухе дыхания, что под ледяной коркой не было видно лица. Это придавало им вид каких-то призрачных масок, могильщиков из потустороннего мира, совершающих погребение призрака. Но это были не призрачные маски, а люди, проникшие в страну скорби, насмешки и безмолвия, смельчаки, вложившие все свои жалкие силы в дерзкий замысел и задумавшие потягаться с могуществом мира, столь же далекого, пустынного и чуждого им, как и необъятное пространство космоса.</p>
      <p>Они шли молча, сберегая дыхание для ходьбы. Почти осязаемое безмолвие окружало их со всех сторон. Оно давило на разум, как вода на большой глубине давит на тело водолаза. Оно угнетало безграничностью и непреложностью своего закона. Оно добиралось до самых сокровенных тайников их сознания, выжимая из него, как сок из винограда, все напускное, ложное, всякую склонность к слишком высокой самооценке, свойственную человеческой душе, и внушало им мысль, что они всего лишь ничтожные, смертные существа, пылинки, мошки, которые прокладывают свой путь наугад, не замечая игры слепых сил природы.</p>
      <p>Прошел час, прошел другой. Бледный свет короткого, тусклого дня начал меркнуть, когда в окружающей тишине пронесся слабый, отдаленный вой. Он стремительно взвился кверху, достиг высокой ноты, задержался на ней, дрожа, но не сбавляя силы, а потом постепенно замер. Его можно было принять за стенание чьей-то погибшей души, если б в нем не слышались угрюмая ярость и ожесточение голода.</p>
      <p>Человек, шедший впереди, обернулся, поймал взгляд того, который брел позади саней, и они кивнули друг другу. И снова тишину, как иголкой, пронзил вой. Они прислушались, стараясь определить направление звука. Он доносился из тех снежных просторов, которые они только что прошли.</p>
      <p>Вскоре послышался ответный вой, тоже откуда-то сзади, но немного левее.</p>
      <p>— Это ведь они за нами гонятся, Билл, — сказал шедший впереди. Голос его прозвучал хрипло и неестественно, и говорил он с явным трудом.</p>
      <p>— Добычи у них мало, — ответил его товарищ. — Вот уже сколько дней я не видел ни одного заячьего следа.</p>
      <p>Путники замолчали, напряженно прислушиваясь к вою, который поминутно раздавался позади них.</p>
      <p>Как только наступила темнота, они повернули собак к елям на берегу реки и остановились на привал. Гроб, снятый с саней, служил им и столом и скамьей. Сбившись в кучу по другую сторону костра, собаки рычали и грызлись, но не выказывали ни малейшего желания убежать в темноту.</p>
      <p>— Что-то они уж слишком жмутся к огню, — сказал Билл.</p>
      <p>Генри, присевший на корточки перед костром, чтобы установить на огне кофейник с куском льда, молча кивнул. Заговорил он только после того, как сел на гроб и принялся за еду.</p>
      <p>— Шкуру свою берегут. Знают, что тут их накормят, а там они сами пойдут кому-нибудь на корм. Собак не проведешь.</p>
      <p>Билл покачал головой:</p>
      <p>— Кто их знает!</p>
      <p>Товарищ посмотрел на него с любопытством.</p>
      <p>— Первый раз слышу, чтобы ты сомневался в их уме.</p>
      <p>— Генри, — сказал Билл, медленно разжевывая бобы, — а ты не заметил, как собаки грызлись, когда я кормил их?</p>
      <p>— Действительно, возни было больше, чем всегда, — подтвердил Генри.</p>
      <p>— Сколько у нас собак, Генри?</p>
      <p>— Шесть.</p>
      <p>— Так вот… — Билл сделал паузу, чтобы придать больше веса своим словам. — Я тоже говорю, что у нас шесть собак. Я взял шесть рыб из мешка, дал каждой собаке по рыбе. И одной не хватило, Генри.</p>
      <p>— Значит, обсчитался.</p>
      <p>— У нас шесть собак, — безучастно повторил Билл. — Я взял шесть рыб. Одноухому рыбы не хватило. Мне пришлось взять из мешка еще одну рыбу.</p>
      <p>— У нас всего шесть собак, — стоял на своем Генри.</p>
      <p>— Генри, — продолжал Билл, — я не говорю, что все были собаки, но рыба досталась семерым.</p>
      <p>Генри перестал жевать, посмотрел через костер на собак и пересчитал их.</p>
      <p>— Сейчас там только шесть, — сказал он.</p>
      <p>— Седьмая убежала, я видел, — со спокойной настойчивостью проговорил Билл. — Их было семь.</p>
      <p>Генри взглянул на него с состраданием и сказал:</p>
      <p>— Поскорее бы нам с тобой добраться до места.</p>
      <p>— Это как же понимать?</p>
      <p>— А так, что от этой поклажи, которую мы везем, ты сам не свой стал, вот тебе и мерещится бог знает что.</p>
      <p>— Я об этом уж думал, — ответил Билл серьезно. — Как только она побежала, я сразу взглянул на снег и увидел следы; потом сосчитал собак — их было шесть. А следы — вот они. Хочешь взглянуть? Пойдем — покажу.</p>
      <p>Генри ничего ему не ответил и молча продолжал жевать. Съев бобы, он запил их горячим кофе, вытер рот рукой и сказал:</p>
      <p>— Значит, по-твоему, это…</p>
      <p>Протяжный тоскливый вой не дал ему договорить. Он молча прислушался, а потом закончил начатую фразу, ткнув пальцем назад, в темноту:</p>
      <p>— …это гость оттуда?</p>
      <p>Билл кивнул.</p>
      <p>— Как ни вертись, больше ничего не придумаешь. Ты же сам слышал, какую грызню подняли собаки.</p>
      <p>Протяжный вой слышался все чаще и чаще, издалека доносились ответные завывания, — тишина превратилась в сущий ад. Вой несся со всех сторон, и собаки в страхе сбились в кучу так близко к костру, что огонь чуть ли не подпаливал им шерсть.</p>
      <p>Билл подбросил хвороста в костер и закурил трубку.</p>
      <p>— Я вижу, ты совсем захандрил, — сказал Генри.</p>
      <p>— Генри… — Билл задумчиво пососал трубку. — Я все думаю, Генри: он куда счастливее нас с тобой. — И Билл постучал пальцем по гробу, на котором они сидели. — Когда мы умрем, Генри, хорошо, если хоть кучка камней будет лежать над нашими телами, чтобы их не сожрали собаки.</p>
      <p>— Да ведь ни у тебя, ни у меня нет ни родни, ни денег, — сказал Генри. — Вряд ли нас с тобой повезут хоронить в такую даль, нам такие похороны не по карману.</p>
      <p>— Чего я никак не могу понять, Генри, это — зачем человеку, который был у себя на родине не то лордом, не то вроде этого и ему не приходилось заботиться ни о еде, ни о теплых одеялах, — зачем такому человеку понадобилось рыскать на краю света, по этой богом забытой стране?..</p>
      <p>— Да. Сидел бы дома, дожил бы до старости, — согласился Генри.</p>
      <p>Его товарищ открыл было рот, но так ничего и не сказал. Вместо этого он протянул руку в темноту, стеной надвигавшуюся на них со всех сторон. Во мраке нельзя было разглядеть никаких определенных очертаний; виднелась только пара глаз, горящих, как угли.</p>
      <p>Генри молча указал на вторую пару и на третью. Круг горящих глаз стягивался около их стоянки. Время от времени какая-нибудь пара меняла место или исчезала, с тем чтобы снова появиться секундой позже.</p>
      <p>Собаки беспокоились все больше и больше и вдруг, охваченные страхом, сбились в кучу почти у самого костра, подползли к людям и прижались к их ногам.</p>
      <p>В свалке одна собака попала в костер; она завизжала от боли и ужаса, и в воздухе запахло паленой шерстью. Кольцо глаз на минуту разомкнулось и даже чуть-чуть отступило назад, но как только собаки успокоились, оно снова оказалось на прежнем месте.</p>
      <p>— Вот беда, Генри! Патронов мало!</p>
      <p>Докурив трубку, Билл помог своему спутнику разложить меховую постель и одеяло поверх еловых веток, которые он еще перед ужином набросал на снег. Генри крякнул и принялся развязывать мокасины.</p>
      <p>— Сколько у тебя осталось патронов? — спросил он.</p>
      <p>— Три, — послышалось в ответ. — А надо бы триста. Я бы им показал, дьяволам!</p>
      <p>Он злобно погрозил кулаком в сторону горящих глаз и стал устанавливать свои мокасины перед огнем.</p>
      <p>— Когда только эти морозы кончатся! — продолжал Билл. — Вот уже вторую неделю все пятьдесят да пятьдесят градусов. И зачем только я пустился в это путешествие, Генри! Не нравится оно мне. Не по себе мне как-то. Приехать бы уж поскорее, и дело с концом! Сидеть бы нам с тобой сейчас у камина в Форте Мак-Гэрри, играть в криббедж… Много бы я дал за это!</p>
      <p>Генри проворчал что-то и стал укладываться. Он уже задремал, как вдруг голос товарища разбудил его:</p>
      <p>— Знаешь, Генри, что меня беспокоит? Почему собаки не накинулись на того, пришлого, которому тоже досталась рыба?</p>
      <p>— Уж очень ты стал беспокойный, Билл, — послышался сонный ответ. — Раньше за тобой этого не водилось. Перестань болтать, спи, а утром встанешь как ни в чем не бывало. Изжога у тебя, оттого ты и беспокоишься.</p>
      <p>Они спали рядом, под одним одеялом, тяжело дыша во сне. Костер потухал, и круг горящих глаз, оцепивших стоянку, смыкался все теснее и теснее.</p>
      <p>Собаки жались одна к другой, угрожающе рычали, когда какая-нибудь пара глаз подбиралась слишком близко. Вот они зарычали так громко, что Билл проснулся. Осторожно, стараясь не разбудить товарища, он вылез из-под одеяла и подбросил хвороста в костер. Огонь вспыхнул ярче, и кольцо глаз подалось назад.</p>
      <p>Билл посмотрел на сбившихся в кучу собак, протер глаза, вгляделся попристальнее и снова забрался под одеяло.</p>
      <p>— Генри! — окликнул он товарища. — Генри!</p>
      <p>Генри застонал, просыпаясь, и спросил:</p>
      <p>— Ну, что там?</p>
      <p>— Ничего, — услышал он, — только их опять семь. Я сейчас пересчитал.</p>
      <p>Генри встретил это известие ворчанием, тотчас же перешедшим в храп, и снова погрузился в сон.</p>
      <p>Утром он проснулся первым и разбудил товарища. До рассвета оставалось еще часа три, хотя было уже шесть часов утра. В темноте Генри занялся приготовлением завтрака, а Билл свернул постель и стал укладывать вещи в сани.</p>
      <p>— Послушай, Генри, — спросил он вдруг, — сколько, ты говоришь, у нас было собак?</p>
      <p>— Шесть.</p>
      <p>— Вот и неверно! — заявил он с торжеством.</p>
      <p>— Опять семь? — спросил Генри.</p>
      <p>— Нет, пять. Одна пропала.</p>
      <p>— Что за дьявол! — сердито крикнул Генри и, бросив стряпню, пошел пересчитать собак.</p>
      <p>— Правильно, Билл, — сказал он. — Фэтти сбежал.</p>
      <p>— Улизнул так быстро, что и не заметили. Пойди-ка сыщи его теперь.</p>
      <p>— Пропащее дело, — ответил Генри. — Живьем слопали. Он, наверное, не один раз взвизгнул, когда эти дьяволы принялись его рвать.</p>
      <p>— Фэтти всегда был глуповат, — сказал Билл.</p>
      <p>— У самого глупого пса все-таки хватит ума не идти на верную смерть.</p>
      <p>Он оглядел остальных собак, быстро оценивая в уме достоинства каждой.</p>
      <p>— Эти умнее, они такой штуки не выкинут.</p>
      <p>— Их от костра и палкой не отгонишь, — согласился Билл. — Я всегда считал, что у Фэтти не все в порядке.</p>
      <p>Таково было надгробное слово, посвященное собаке, погибшей на Северном пути, — и оно было ничуть не скупее многих других эпитафий погибшим собакам, да, пожалуй, и людям.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
       <p>Волчица</p>
      </title>
      <p>Позавтракав и уложив в сани свои скудные пожитки, Билл и Генри покинули приветливый костер и двинулись в темноту. И тотчас же послышался вой — дикий, заунывный вой; сквозь мрак и холод он долетал до них отовсюду. Путники шли молча. Рассвело в девять часов.</p>
      <p>В полдень небо на юге порозовело — в том месте, где выпуклость земного шара встает преградой между полуденным солнцем и страной Севера. Но розовый отблеск быстро померк. Серый дневной свет, сменивший его, продержался до трех часов, потом и он погас, и над пустынным безмолвным краем опустился полог арктической ночи.</p>
      <p>Как только наступила темнота, вой, преследовавший путников и справа, и слева, и сзади, послышался ближе; по временам он раздавался так близко, что собаки не выдерживали и начинали метаться в постромках.</p>
      <p>После одного из таких припадков панического страха, когда Билл и Генри снова привели упряжку в порядок, Билл сказал:</p>
      <p>— Хорошо бы они на какую-нибудь дичь напали и оставили нас в покое.</p>
      <p>— Да, слушать их мало приятно, — согласился Генри.</p>
      <p>И они замолчали до следующего привала.</p>
      <p>Генри стоял, нагнувшись, над закипающим котелком с бобами и подкладывал туда колотый лед, когда за его спиной вдруг послышался звук удара, возглас Билла и пронзительный визг собак. Он выпрямился и успел разглядеть только неясные очертания какого-то зверя, промчавшегося по снегу и скрывшегося в темноте. Потом Генри увидел, что Билл не то с торжествующим, не то с убитым видом стоит среди собак, держа в одной руке палку, а в другой хвост вяленого лосося.</p>
      <p>— Половину все-таки утащил! — крикнул он. — Зато я всыпал ему как следует. Слышал визг?</p>
      <p>— А кто это? — спросил Генри.</p>
      <p>— Не разобрал. Могу только сказать, что ноги, и пасть, и шкура у него имеются, как у всякой собаки.</p>
      <p>— Ручной волк, что ли?</p>
      <p>— Волк или не волк, только, должно быть, действительно ручной, если является прямо к кормежке и хватает рыбу.</p>
      <p>Этой ночью, когда они сидели после ужина на ящике, покуривая трубки, круг горящих глаз сузился еще больше.</p>
      <p>— Хорошо бы они стадо лосей где-нибудь спугнули и оставили нас в покое, — сказал Билл.</p>
      <p>Его товарищ пробормотал что-то не совсем любезное, и минут двадцать они сидели молча: Генри — уставившись на огонь, а Билл — на круг горящих глаз, светившийся в темноте, совсем близко от костра.</p>
      <p>— Хорошо было бы сейчас подкатить к Мак-Гэрри… — снова начал Билл.</p>
      <p>— Да брось ты свое «хорошо бы», перестань ныть! — не выдержал Генри. — Изжога у тебя, вот ты и скулишь. Выпей соды — сразу полегчает, И мне с тобою будет веселее.</p>
      <p>Утром Генри разбудила отчаянная брань. Он поднялся на локте и увидел, что Билл стоит среди собак у разгорающегося костра и с искаженным от бешенства лицом яростно размахивает руками.</p>
      <p>— Эй! — крикнул Генри. — Что случилось?</p>
      <p>— Фрог убежал, — услышал он в ответ.</p>
      <p>— Быть не может!</p>
      <p>— Говорю тебе, убежал.</p>
      <p>Генри выскочил из-под одеяла и кинулся к собакам.</p>
      <p>Внимательно пересчитав их, он присоединил свой голос к проклятиям, которые его товарищ посылал по адресу всесильной Северной глуши, лишившей их еще одной собаки.</p>
      <p>— Фрог был самый сильный во всей упряжке, — закончил свою речь Билл.</p>
      <p>— И ведь смышлёный! — прибавил Генри.</p>
      <p>Такова была вторая эпитафия за эти два дня.</p>
      <p>Завтрак прошел невесело; оставшуюся четверку собак запрягли в сани. День этот был точным повторением многих предыдущих дней. Путники молча брели по снежной пустыне. Безмолвие нарушал лишь вой преследователей, которые гнались за ними по пятам, не показываясь на глаза. С наступлением темноты, когда погоня, как и следовало ожидать, приблизилась, вой послышался почти рядом; собаки дрожали от страха, метались и путали постромки, еще больше угнетая этим людей.</p>
      <p>— Ну, безмозглые твари, теперь уж никуда не денетесь, — с довольным видом сказал Билл на очередной стоянке.</p>
      <p>Генри оставил стряпню и подошел посмотреть. Его товарищ привязал собак по индейскому способу, к палкам. На шею каждой собаки он надел кожаную петлю, к петле привязал толстую длинную палку — вплотную к шее; другой конец палки был прикреплен кожаным ремнем к вбитому в землю колу. Собаки не могли перегрызть ремень около шеи, а палки мешали им достать зубами привязь у кола.</p>
      <p>Генри одобрительно кивнул головой.</p>
      <p>— Одноухого только таким способом и можно удержать. Ему ничего не стоит перегрызть ремень — все равно что ножом полоснуть. А так к утру все целы будут.</p>
      <p>— Ну еще бы! — сказал Билл. — Если хоть одна пропадет, я завтра от кофе откажусь.</p>
      <p>— А ведь они знают, что нам нечем их припугнуть, — заметил Генри, укладываясь спать и показывая на мерцающий круг, который окаймлял их стоянку. — Пальнуть бы в них разок-другой — живо бы уважение к нам почувствовали. С каждой ночью все ближе и ближе подбираются. Отведи глаза от огня, вглядись-ка в ту сторону. Ну? Видел вон того?</p>
      <p>Оба стали с интересом наблюдать за смутными силуэтами, двигающимися позади костра. Пристально всматриваясь в то место, где в темноте сверкала пара глаз, можно было разглядеть очертания зверя. По временам удавалось даже заметить, как эти звери переходят с места на место.</p>
      <p>Возня среди собак привлекла внимание Билла и Генри. Нетерпеливо повизгивая, Одноухий то рвался с привязи в темноту, то, отступая назад, с остервенением грыз палку.</p>
      <p>— Смотри, Билл, — прошептал Генри.</p>
      <p>В круг, освещенный костром, неслышными шагами, боком, проскользнул зверь, похожий на собаку. Он подходил трусливо и в то же время нагло, устремив все внимание на собак, но не упуская из виду и людей. Одноухий рванулся к пришельцу, насколько позволяла палка, и нетерпеливо заскулил.</p>
      <p>— Этот болван, кажется, ни капли не боится, — тихо сказал Билл.</p>
      <p>— Волчица, — шепнул Генри. — Теперь я понимаю, что произошло с Фетти и с Фрогом. Стая выпускает ее как приманку. Она завлекает собак, а остальные набрасываются и сжирают их.</p>
      <p>В огне что-то затрещало. Головня откатилась в сторону с громким шипением. Испуганный зверь одним прыжком скрылся в темноте.</p>
      <p>— Знаешь, что я думаю, Генри? — сказал Билл.</p>
      <p>— Что?</p>
      <p>— Это та самая, которую я огрел палкой.</p>
      <p>— Можешь не сомневаться, — ответил Генри.</p>
      <p>— Я вот что хочу сказать, — продолжал Билл, — видно, она привыкла к кострам, а это весьма подозрительно.</p>
      <p>— Она знает больше, чем полагается знать уважающей себя волчице, — согласился Генри. — Волчица, которая является к кормежке собак, — бывалый зверь.</p>
      <p>— У старика Виллэна была когда-то собака, и она ушла вместе с волками, — размышлял вслух Билл. — Кому это знать, как не мне? Я подстрелил ее в стае волков на лосином пастбище у Литл-Стика. Старик Виллэн плакал, как ребенок. Говорил, что целых три года ее не видел. И все эти три года она бегала с волками.</p>
      <p>— Это не волк, а собака, и ей не раз приходилось есть рыбу из рук человека. Ты попал в самую точку, Билл.</p>
      <p>— Если мне только удастся, я ее уложу, и она будет не волк и не собака, а просто падаль, — заявил Билл. — Нам больше нельзя собак терять.</p>
      <p>— Да ведь у тебя только три патрона, — возразил ему Генри.</p>
      <p>— А я буду целиться наверняка, — последовал ответ.</p>
      <p>Утром Генри снова разжег костер и занялся приготовлением завтрака под храп товарища.</p>
      <p>— Уж больно ты хорошо спал, — сказал он, поднимая его ото сна. — Будить тебя не хотелось.</p>
      <p>Еще не проснувшись как следует, Билл принялся за еду. Заметив, что его кружка пуста, он потянулся за кофейником. Но кофейник стоял далеко, возле Генри.</p>
      <p>— Слушай, Генри, — сказал он с мягким упреком, — ты ничего не забыл?</p>
      <p>Генри внимательно огляделся по сторонам и покачал головой. Билл протянул ему пустую кружку.</p>
      <p>— Не будет тебе кофе, — объявил Генри.</p>
      <p>— Неужели весь вышел? — испуганно спросил Билл.</p>
      <p>— Нет, не вышел.</p>
      <p>— Боишься, что у меня желудок испортится?</p>
      <p>— Нет, не боюсь.</p>
      <p>Краска гнева залила лицо Билла.</p>
      <p>— Так в чем же тогда дело, объясни, не томи меня, — сказал он.</p>
      <p>— Спэнкер убежал, — ответил Генри.</p>
      <p>Медленно, с видом полнейшей покорности судьбе, Билл повернул голову и, не сходя с места, пересчитал собак.</p>
      <p>— Как это случилось? — безучастно спросил он.</p>
      <p>Генри пожал плечами.</p>
      <p>— Не знаю. Должно быть, Одноухий перегрыз ему ремень. Сам-то он, конечно, не мог этого сделать.</p>
      <p>— Проклятая тварь! — медленно проговорил Билл, ничем не выдавая кипевшего в нем гнева. — У себя ремень перегрызть не мог, так у Спэнкера перегрыз.</p>
      <p>— Ну, для Спэнкера теперь все жизненные тревоги кончились. Волки, наверно, уже переварили его, и теперь он у них в кишках. — Такую эпитафию прочел Генри третьей собаке. — Выпей кофе, Билл.</p>
      <p>Но Билл покачал головой.</p>
      <p>— Ну, выпей, — настаивал Генри, подняв кофейник.</p>
      <p>Билл отодвинул свою кружку.</p>
      <p>— Будь я проклят, если выпью! Сказал, что не буду, если собака пропадет, — значит, не буду.</p>
      <p>— Прекрасный кофе! — соблазнял его Генри.</p>
      <p>Но Билл не сдался и позавтракал всухомятку, сдабривая еду нечленораздельными проклятиями по адресу Одноухого, сыгравшего с ними такую скверную шутку.</p>
      <p>— Сегодня на ночь привяжу их всех поодиночке, — сказал Билл, когда они тронулись в путь.</p>
      <p>Пройдя не больше ста шагов, Генри, шедший впереди, нагнулся и поднял какой-то предмет, попавший ему под лыжи. В темноте он не мог разглядеть, что это такое, но узнал на ощупь и швырнул эту вещь назад, так что она стукнулась о сани и отскочила прямо к лыжам Билла.</p>
      <p>— Может быть, тебе это еще понадобится, — сказал Генри.</p>
      <p>Билл ахнул. Вот все, что осталось от Спэнкера, — палка, которая была привязана ему к шее.</p>
      <p>— Начисто сожрали, — сказал Билл. — И даже ремней на палке не оставили. Здорово же они проголодались, Генри… Чего доброго, еще и до нас с тобой доберутся.</p>
      <p>Генри вызывающе рассмеялся.</p>
      <p>— Правда, волки никогда за мной не гонялись, но мне приходилось и хуже этого, а все-таки жив остался. Десятка назойливых тварей еще недостаточно, чтобы доконать твоего покорного слугу, Билл!</p>
      <p>— Посмотрим, посмотрим… — зловеще пробормотал его товарищ.</p>
      <p>— Ну вот, когда будем подъезжать к Мак-Гэрри, тогда и посмотришь.</p>
      <p>— Не очень-то я на это надеюсь, — стоял на своем Билл.</p>
      <p>— Ты просто не в духе, и больше ничего, — решительно заявил Генри. — Тебе надо хины принять. Вот дай только до Мак-Гэрри добраться, я тебе вкачу хорошую дозу.</p>
      <p>Билл проворчал что-то, выражая свое несогласие с таким диагнозом, и погрузился в молчание.</p>
      <p>День прошел, как и все предыдущие.</p>
      <p>Рассвело в девять часов. В двенадцать горизонт на юге порозовел от невидимого солнца, и наступил хмурый день, который через три часа должна была поглотить ночь.</p>
      <p>Как раз в ту минуту, когда солнце сделало слабую попытку выглянуть из-за горизонта, Билл вынул из саней ружье и сказал:</p>
      <p>— Ты не останавливайся, Генри. Я пойду взглянуть, что там делается.</p>
      <p>— Не отходи от саней! — крикнул ему Генри. — Ведь у тебя всего три патрона. Кто его знает, что может случиться…</p>
      <p>— Ага! Теперь ты заскулил? — торжествующе спросил Билл.</p>
      <p>Генри промолчал и пошел дальше один, то и дело беспокойно оглядываясь назад в пустынную мглу, где исчез его товарищ.</p>
      <p>Час спустя Билл догнал сани, сократив расстояние напрямик.</p>
      <p>— Широко разбрелись, — сказал он, — повсюду рыщут, но и от нас не отстают. Видно, уверены, что мы от них не уйдем. Решили потерпеть немного, не хотят упускать ничего съедобного.</p>
      <p>— То есть им кажется, что мы не уйдем от них, — подчеркнул Генри.</p>
      <p>Но Билл оставил эти слова без внимания.</p>
      <p>— Я некоторых видел — тощие! Наверно, давно им ничего не перепадало, если не считать Фэтти, Фрога и Спэнкера. А стая большая, съели и не почувствовали. Здорово отощали. Ребра, как стиральная доска, и животы совсем подвело. Одним словом, дошли до крайности. Того и гляди всякий страх забудут, а тогда держи ухо востро!</p>
      <p>Через несколько минут Генри, который шел теперь за санями, издал тихий предостерегающий свист.</p>
      <p>Билл оглянулся и спокойно остановил собак. За поворотом, который они только что прошли, по их свежим следам бежал поджарый пушистый зверь. Принюхиваясь к снегу, он бежал легкой, скользящей рысцой. Когда люди остановились, остановился и он, вытянув морду и втягивая вздрагивающими ноздрями доносившиеся до него запахи.</p>
      <p>— Она. Волчица, — сказал Билл.</p>
      <p>Собаки лежали на снегу. Он прошел мимо них к товарищу, стоявшему около саней. Оба стали разглядывать странного зверя, который уже несколько дней преследовал их и уничтожил половину упряжки.</p>
      <p>Выждав и осмотревшись, зверь сделал несколько шагов вперед. Он повторял этот маневр до тех пор, пока не подошел к саням ярдов на сто, потом остановился около елей, поднял морду и, поводя носом, стал внимательно следить за наблюдавшими за ним людьми. В этом взгляде было что-то тоскливое, напоминавшее взгляд собаки, но без тени собачьей преданности. Это была тоска, рожденная голодом, жестоким, как волчьи клыки, безжалостным, как стужа.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_008.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>Для волка зверь был велик, и, несмотря на его худобу, видно было, что он принадлежит к самым крупным представителям своей породы.</p>
      <p>— Ростом фута два с половиной, — определил Генри. — И от головы до хвоста наверняка около пяти будет.</p>
      <p>— Не совсем обычная масть для волка, — сказал Билл. — Я никогда рыжих не видал. А этот какой-то красновато-коричневый.</p>
      <p>Билл ошибался. Шерсть у зверя была настоящая волчья. Преобладал в ней серый волос, но легкий красноватый оттенок, то исчезающий, то появляющийся снова, создавал обманчивое впечатление — шерсть казалась то серой, то вдруг отливала рыжинкой.</p>
      <p>— Самая настоящая ездовая лайка, только покрупнее, — сказал Билл. — Того и гляди хвостом завиляет.</p>
      <p>— Эй ты, лайка! — крикнул он. — Подойди-ка сюда… Как там тебя зовут!</p>
      <p>— Да она ни капельки не боится, — засмеялся Генри.</p>
      <p>Его товарищ крикнул громче и погрозил зверю кулаком, однако тот не проявил ни малейшего страха и только еще больше насторожился. Он продолжал смотреть на них все с той же беспощадной голодной тоской. Перед ним было мясо, а он голодал. И если бы у него только хватило смелости, он кинулся бы на людей и сожрал их.</p>
      <p>— Слушай, Генри, — сказал Билл, бессознательно понизив голос до шепота. — У нас три патрона. Но ведь ее можно убить наповал. Тут не промахнешься. Трех собак как не бывало, надо же положить этому конец. Что ты скажешь?</p>
      <p>Генри кивнул головой в знак согласия.</p>
      <p>Билл осторожно вытащил ружье из саней, поднял было его, но так и не донес до плеча. Волчица прыгнула с тропы в сторону и скрылась среди елей. Друзья посмотрели друг на друга. Генри многозначительно засвистал.</p>
      <p>— Эх, не сообразил я! — воскликнул Билл, кладя ружье на место. — Как же такой волчице не знать ружья, когда она знает время кормежки собак! Говорю тебе, Генри, во всех наших несчастьях виновата она. Если бы не эта тварь, у нас сейчас было бы шесть собак, а не три. Нет, Генри, я до нее доберусь. На открытом месте ее не убьешь, слишком умна. Но я ее выслежу. Я подстрелю эту тварь из засады.</p>
      <p>— Только далеко не отходи, — предупредил его Генри. — Если они на тебя всей стаей набросятся, три патрона тебе помогут, как мертвому припарки. Уж очень это зверье проголодалось. Смотри, Билл, попадешься им!</p>
      <p>В эту ночь остановка была сделана рано. Три собаки не могли везти сани так быстро и так подолгу, как это делали шесть; они заметно выбились из сил. Билл привязал их подальше друг от друга, чтобы они не перегрызли ремней, и оба путника сразу легли спать. Но волки осмелели и ночью не раз будили их. Они подходили так близко, что собаки начинали бесноваться от страха, и, для того чтобы удерживать осмелевших хищников на расстоянии, приходилось то и дело подкладывать сучья в костер.</p>
      <p>— Моряки рассказывают, будто акулы любят плавать за кораблями, — сказал Билл, забираясь под одеяло после одной из таких прогулок к костру. — Так вот, волки — это сухопутные акулы. Они свое дело получше нас с тобой знают и бегут за нами вовсе не для моциона. Попадемся мы им, Генри. Вот увидишь, попадемся.</p>
      <p>— Ты, можно считать, уже попался, если столько говоришь об этом, — отрезал его товарищ. — Кто боится порки, тот все равно что выпорот, а ты все равно что у волков на зубах.</p>
      <p>— Они приканчивали людей и получше нас с тобой, — ответил Билл.</p>
      <p>— Да перестань ты скулить! Сил моих больше нет!</p>
      <p>Генри сердито перевернулся на другой бок, удивляясь тому, что Билл промолчал. Это на него не было похоже, потому что резкие слова легко выводили его из себя. Генри долго думал об этом, прежде чем заснуть, но в конце концов веки его начали слипаться, и он погрузился в сон с такой мыслью: «Хандрит Билл. Надо будет растормошить его завтра».</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
       <p>Песнь Голода</p>
      </title>
      <p>Поначалу день сулил удачу. За ночь не пропало ни одной собаки, и Генри с Биллом бодро двинулись в путь среди окружающего их безмолвия, мрака и холода. Билл как будто не вспоминал о мрачных предчувствиях, тревоживших его прошлой ночью, и даже изволил подшутить над собаками, когда на одном из поворотов они опрокинули сани. Все смешалось в кучу. Перевернувшись, сани застряли между деревом и громадным валуном, и, чтобы разобраться во всей этой путанице, пришлось распрягать собак. Путники нагнулись над санями, стараясь поднять их, как вдруг Генри увидел, что Одноухий убегает в сторону.</p>
      <p>— Назад, Одноухий! — крикнул он, вставая с колен и глядя собаке вслед.</p>
      <p>Но Одноухий припустил еще быстрее, волоча по снегу постромки. А там, на только что пройденном ими пути, его поджидала волчица. Подбегая к ней, Одноухий навострил уши, перешел на легкий мелкий шаг, потом остановился. Он глядел на нее внимательно, недоверчиво, но с жадностью. А она скалила зубы, как будто улыбаясь ему вкрадчивой улыбкой, потом сделала несколько игривых прыжков и остановилась. Одноухий пошел к ней все еще с опаской, задрав хвост, навострив уши и высоко подняв голову.</p>
      <p>Он хотел было обнюхать ее, но волчица подалась назад, лукаво заигрывая с ним. Каждый раз, как он делал шаг вперед, она отступала назад. И так, шаг за шагом, волчица увлекала Одноухого за собой, все дальше от его надежных защитников — людей. Вдруг как будто неясное опасение остановило Одноухого. Он повернул голову и посмотрел на опрокинутые сани, на своих товарищей по упряжке и на подзывающих его хозяев. Но если что-нибудь подобное и мелькнуло в голове у пса, волчица вмиг рассеяла всю его нерешительность: она подошла к нему, на мгновение коснулась его носом, а потом снова начала, играя, отходить все дальше и дальше.</p>
      <p>Тем временем Билл вспомнил о ружье. Но оно лежало под перевернутыми санями, и пока Генри помог ему разобрать поклажу, Одноухий и волчица так близко подошли друг к другу, что стрелять на таком расстоянии было рискованно.</p>
      <p>Слишком поздно понял Одноухий свою ошибку. Еще не догадываясь, в чем дело, Билл и Генри увидели, как он повернулся и бросился бежать назад, к ним. А потом они увидели штук двенадцать тощих серых волков, которые мчались под прямым углом к дороге, наперерез Одноухому. В одно мгновение волчица оставила всю свою игривость и лукавство — с рычанием кинулась она на Одноухого. Тот отбросил ее плечом, убедился, что обратный путь отрезан, и, все еще надеясь добежать до саней, бросился к ним по кругу. С каждой минутой волков становилось все больше и больше. Волчица неслась за собакой, держась на расстоянии одного прыжка от нее.</p>
      <p>— Куда ты? — вдруг крикнул Генри, схватив товарища за плечо.</p>
      <p>Билл стряхнул его руку.</p>
      <p>— Довольно! — сказал он. — Больше они ни одной собаки не получат!</p>
      <p>С ружьем наперевес он бросился в кустарник, окаймлявший речное русло. Его намерения были совершенно ясны: приняв сани за центр круга, по которому бежала собака, Билл рассчитывал перерезать этот круг в той точке, куда погоня еще не достигла. Среди бела дня, имея в руках ружье, отогнать волков и спасти собаку было вполне возможно.</p>
      <p>— Осторожнее, Билл! — крикнул ему вдогонку Генри. — Не рискуй зря!</p>
      <p>Генри сел на сани и стал ждать, что будет дальше. Ничего другого ему не оставалось. Билл уже скрылся из виду, но в кустах и среди растущих кучками елей то появлялся, то снова исчезал Одноухий. Генри понял, что положение собаки безнадежно. Она прекрасно сознавала опасность, но ей приходилось бежать по внешнему кругу, тогда как стая волков мчалась по внутреннему, более узкому. Нечего было и думать, что Одноухий сможет настолько опередить своих преследователей, чтобы пересечь их путь и добраться до саней. Обе линии каждую минуту могли сомкнуться. Генри знал, что где-то там, в снегах, заслоненные от него деревьями и кустарником, в одной точке должны сойтись стая волков, Одноухий и Билл.</p>
      <p>Все произошло быстро, гораздо быстрее, чем он ожидал. Раздался выстрел, потом еще два — один за другим, и Генри понял, что заряды у Билла вышли. Вслед за тем послышались визги и громкое рычание. Генри различил голос Одноухого, взвывшего от боли и ужаса, и вой раненого, очевидно, волка.</p>
      <p>И все. Рычание смолкло. Визг прекратился. Над безлюдным краем снова нависла тишина.</p>
      <p>Генри долго сидел на санях. Ему незачем было идти туда: все было ясно, как будто встреча Билла со стаей произошла у него на глазах. Только один раз он вскочил с места и быстро вытащил из саней топор, но потом снова опустился на сани и хмуро уставился прямо перед собой, а две уцелевшие собаки жались к его ногам и дрожали от страха.</p>
      <p>Наконец он поднялся — так устало, как будто мускулы его потеряли всякую упругость, — и стал запрягать. Одну постромку он надел себе на плечи и вместе с собаками потащил сани. Но шел он недолго и, как только стало темнеть, сделал остановку и заготовил как можно больше хвороста; потом накормил собак, поужинал и постелил себе около самого костра.</p>
      <p>Но ему не суждено было насладиться сном. Не успел он закрыть глаза, как волки подошли чуть ли не вплотную к огню. Чтобы разглядеть их, уже не нужно было напрягать зрение. Тесным кольцом окружили они костер, и Генри совершенно ясно видел, как одни из них лежали, другие сидели, третьи подползали на брюхе поближе к огню или бродили вокруг него. Некоторые даже спали. Они свертывались на снегу клубочком, по-собачьи, и спали крепким сном, а он сам не мог теперь сомкнуть глаз.</p>
      <p>Генри развел большой костер, так как он знал, что только огонь служит преградой между его телом и клыками голодных волков. Обе собаки сидели у ног своего хозяина — одна справа, другая слева — в надежде, что он защитит их; они выли, взвизгивали и принимались исступленно лаять, если какой-нибудь волк подбирался к костру ближе остальных. Заслышав лай, весь круг приходил в движение, волки вскакивали со своих мест и порывались вперед, нетерпеливо воя и рыча, потом снова укладывались на снегу и один за другим погружались в сон.</p>
      <p>Круг сжимался все теснее и теснее. Мало-помалу, дюйм за дюймом, то один, то другой волк ползком подвигался вперед, пока все они не оказывались на расстоянии почти одного прыжка от Генри. Тогда он выхватывал из костра головни и швырял ими в стаю. Это вызывало поспешное отступление, сопровождаемое разъяренным воем и испуганным рычанием, если пущенная меткой рукой головня попадала в какого-нибудь слишком смелого волка.</p>
      <p>К утру Генри осунулся, глаза у него запали от бессонницы. В темноте он сварил себе завтрак, а в девять часов, когда дневной свет разогнал волков, принялся за дело, которое обдумал в долгие ночные часы. Он срубил несколько молодых елей и, привязав их высоко к деревьям, устроил помост, затем, перекинув через него веревки от саней, с помощью собак поднял гроб и установил его там, наверху.</p>
      <p>— До Билла добрались и до меня, может, доберутся, но вас-то, молодой человек, им не достать, — сказал он, обращаясь к мертвецу, погребенному высоко на деревьях.</p>
      <p>Покончив с этим, Генри пустился в путь. Порожние сани легко подпрыгивали за собаками, которые прибавили ходу, зная, как и человек, что опасность минует их только тогда, когда они доберутся до Форта Мак-Гэрри.</p>
      <p>Теперь волки совсем осмелели: спокойной рысцой бежали они позади саней и рядом, высунув языки, поводя тощими боками. Волки были до того худы — кожа да кости, только мускулы проступали, точно веревки, — что Генри удивлялся, как они держатся на ногах и не валятся в снег.</p>
      <p>Он боялся, что темнота застанет его в пути. В полдень солнце не только согрело южную часть неба, но даже бледным золотистым краешком показалось над горизонтом. Генри увидел в этом доброе предзнаменование. Дни становились длиннее. Солнце возвращалось в эти края. Но как только приветливые лучи его померкли, Генри сделал привал. До полной темноты оставалось еще несколько часов серого дневного света и мрачных сумерек, и он употребил их на то, чтобы запасти как можно больше хвороста.</p>
      <p>Вместе с темнотой к нему пришел ужас. Волки осмелели, да и проведенная без сна ночь давала себя знать. Закутавшись в одеяло, положив топор между ног, он сидел около костра и никак не мог преодолеть дремоту. Обе собаки жались вплотную к нему. Среди ночи он проснулся и в каких-нибудь двенадцати футах от себя увидел большого серого волка, одного из самых крупных во всей стае. Зверь медленно потянулся, точно разленившийся пес, и всей пастью зевнул Генри прямо в лицо, поглядывая на него, как на свою собственность, как на добычу, которая рано или поздно достанется ему.</p>
      <p>Такая уверенность чувствовалась в поведении всей стаи. Генри насчитал штук двадцать волков, смотревших на него голодными глазами или спокойно спавших на снегу. Они напоминали ему детей, которые собрались вокруг накрытого стола и ждут только разрешения, чтобы наброситься на лакомство. И этим лакомством суждено стать ему! «Когда же волки начнут свой пир?» — думал он.</p>
      <p>Подкладывая хворост в костер, Генри заметил, что теперь он совершенно по-новому относится к собственному телу. Он наблюдал за работой своих мускулов и с интересом разглядывал хитрый механизм пальцев. При свете костра он несколько раз подряд сгибал их, то поодиночке, то все сразу, то растопыривал, то быстро сжимал в кулак. Он приглядывался к строению ногтей, пощипывал кончики пальцев, то сильнее, то мягче, испытывая чувствительность своей нервной системы. Все это восхищало Генри, и он внезапно проникся нежностью к своему телу, которое работало так легко, так точно и совершенно. Потом он бросал боязливый взгляд на волков, смыкавшихся вокруг костра все теснее, и его, словно громом, поражала вдруг мысль, что это чудесное тело, эта живая плоть есть не что иное, как мясо — предмет вожделения прожорливых зверей, которые разорвут, раздерут его своими клыками, утолят им свой голод так же, как он сам не раз утолял голод мясом лося и зайца.</p>
      <p>Он очнулся от дремоты, граничившей с кошмаром, и увидел перед собой рыжую волчицу. Она сидела в каких-нибудь шести футах от костра и тоскливо поглядывала на человека. Обе собаки скулили и рычали у его ног, но волчица словно и не замечала их. Она смотрела на человека, и в течение нескольких минут он отвечал ей тем же. Вид у нее был совсем не свирепый. В глазах ее светилась страшная тоска, но Генри знал, что тоска эта порождена таким же страшным голодом. Он был пищей, и вид этой пищи возбуждал в волчице вкусовые ощущения. Пасть ее была разинута, слюна капала на снег, и она облизывалась, предвкушая поживу.</p>
      <p>Безумный страх охватил Генри. Он быстро протянул руку за головней, но не успел дотронуться до нее, как волчица отпрянула назад: видимо, она привыкла к тому, чтобы в нее швыряли чем попало. Волчица огрызнулась, оскалив белые клыки до самых десен, тоска в ее глазах сменилась такой кровожадной злобой, что Генри вздрогнул. Он взглянул на свою руку, заметил, с какой ловкостью пальцы держали головню, как они прилаживались ко всем ее неровностям, охватывая со всех сторон шероховатую поверхность, как мизинец, помимо его воли, сам собой отодвинулся подальше от горячего места — взглянул и в ту же минуту ясно представил себе, как белые зубы волчицы вонзятся в эти тонкие, нежные пальцы и разорвут их. Никогда еще Генри не любил своего тела так, как теперь, когда существование его было столь непрочно.</p>
      <p>Всю ночь Генри отбивался от голодной стаи горящими головнями, засыпал, когда бороться с дремотой не хватало сил, и просыпался от визга и рычания собак. Наступило утро, но на этот раз дневной свет не прогнал волков. Человек напрасно ждал, что его преследователи разбегутся. Они по-прежнему кольцом оцепляли костер и смотрели на Генри с такой наглой уверенностью, что он снова лишился мужества, которое вернулось было к нему вместе с рассветом.</p>
      <p>Генри тронулся в путь, но едва он вышел из-под защиты огня, как на него бросился самый смелый волк из стая; однако прыжок был плохо рассчитан, и волк промахнулся. Генри спасся тем, что отпрыгнул назад, и зубы волка щелкнули в нескольких дюймах от его бедра.</p>
      <p>Вся стая кинулась к человеку, заметалась вокруг него, и только горящие головни отогнали ее на почтительное расстояние.</p>
      <p>Даже при дневном свете Генри не осмеливался отойти от огня и нарубить хвороста. Шагах в двадцати от саней стояла громадная засохшая ель. Он потратил половину дня, чтобы растянуть до нее цепь костров, все время держа наготове для своих преследователей несколько горящих веток. Добравшись до цели, он огляделся вокруг, высматривая, где больше хвороста, чтобы свалить ель в ту сторону.</p>
      <p>Эта ночь была точным повторением предыдущей, с той только разницей, что Генри почти не мог бороться со сном. Он уже не просыпался от рычания собак. К тому же они рычали не переставая, а его усталый, погруженный в дремоту мозг уже не улавливал оттенков в их голосах.</p>
      <p>И вдруг он проснулся, будто от толчка. Волчица стояла совсем близко. Машинально он ткнул головней в ее оскаленную пасть. Волчица отпрянула назад, воя от боли, а Генри с наслаждением вдыхал запах паленой шерсти и горелого мяса, глядя, как зверь трясет головой и злобно рычит уже в нескольких шагах от него.</p>
      <p>Но на этот раз, прежде чем заснуть, Генри привязал к правой руке тлеющий сосновый сук. Едва он закрывал глаза, как боль от ожога будила его. Так продолжалось несколько часов. Просыпаясь, он отгонял волков горящими головнями, подбрасывал в огонь хвороста и снова привязывал сук к руке. Все шло хорошо; но в одно из таких пробуждений Генри плохо затянул ремень, и, как только глаза его закрылись, сук выпал у него из руки.</p>
      <p>Ему снился сон. Форт Мак-Гэрри. Тепло, уютно. Он играет в криббедж с начальником фактории. И ему снится, что волки осаждают Форт. Волки воют у самых ворот, и они с начальником по временам отрываются от игры, чтобы прислушаться к вою и посмеяться над тщетными усилиями волков проникнуть внутрь Форта. Потом — какой странный сон ему снился! — раздался треск. Дверь распахнулась настежь. Волки ворвались в комнату. Они кинулись на него и на начальника. Как только дверь распахнулась, вой стал оглушительным, он уже не давал ему покоя. Сон принимал какие-то другие очертания, Генри не мог еще понять, какие, и понять это ему мешал вой, не прекращающийся ни на минуту.</p>
      <p>А потом он проснулся и услышал вой и рычание уже наяву. Волки всей стаей бросились на него. Чьи-то клыки впились ему в руку. Он прыгнул в костер и, прыгая, почувствовал, как острые зубы полоснули его по ноге. И вот началась битва. Толстые рукавицы защищали его руки от огня, он полными горстями расшвыривал во все стороны горящие угли, и костер стал под конец чем-то вроде вулкана.</p>
      <p>Но это не могло продолжаться долго. Лицо у Генри покрылось волдырями, брови и ресницы были опалены, ноги уже не терпели жара. Схватив в руки по головне, он прыгнул ближе к краю костра. Волки отступили. Справа и слева — всюду, куда только падали угли, шипел снег, и по отчаянным прыжкам, фырканью и рычанию можно было догадаться, что волки наступали на них.</p>
      <p>Расшвыряв головни, человек сбросил с рук тлеющие рукавицы и принялся топать по снегу ногами, чтобы остудить их. Обе собаки исчезли, и он прекрасно знал, что они послужили очередным блюдом на том затянувшемся пиру, который начался с Фэтти и в один из ближайших дней, может быть, закончится им самим.</p>
      <p>— А все-таки до меня вы еще не добрались! — крикнул он, бешено погрозив кулаком голодным зверям.</p>
      <p>Услышав его голос, стая заметалась, дружно зарычала, а волчица подступила к нему почти вплотную и уставилась на него тоскливыми, голодными глазами.</p>
      <p>Генри принялся обдумывать новый план обороны. Разложив костер широким кольцом, он бросил на тающий снег свою постель и сел на ней внутри этого кольца. Как только человек скрылся за огненной оградой, вся стая окружила ее, любопытствуя, куда он девался. До сих пор им не было доступа к огню, а теперь они расселись около него тесным кругом и, как собаки, жмурились, зевали и потягивались в непривычном для них тепле. Потом волчица уселась на задние лапы, подняла голову и завыла. Волки один за другим подтягивали ей, и наконец вся стая, уставившись мордами в звездное небо, затянула песнь голода.</p>
      <p>Стало светать, потом наступил день. Костер догорал, хворост подходил к концу, надо было пополнить запас. Человек попытался выйти за пределы огненного кольца, но волки кинулись ему навстречу. Горящие головни заставляли их отскакивать в стороны, но назад они уже не убегали. Тщетно старался человек прогнать их. Убедившись наконец в безнадежности своих попыток, он отступил внутрь горящего кольца, и в это время один из волков прыгнул на него, но промахнулся и всеми четырьмя лапами угодил в огонь. Зверь взвыл от страха, огрызнулся и отполз от костра, стараясь остудить на снегу обожженные лапы.</p>
      <p>Человек, сгорбившись, сидел на одеяле. По безвольно опущенным плечам и поникшей голове можно было понять, что у него больше нет сил продолжать борьбу. Время от времени он поднимал голову и смотрел на догорающий костер. Кольцо огня и тлеющих углей кое-где уже разомкнулось, распалось на отдельные костры. Свободный проход между ними все увеличивался, а сами костры уменьшались.</p>
      <p>— Ну, теперь вы до меня доберетесь, — пробормотал Генри. — Но мне все равно, я хочу спать…</p>
      <p>Проснувшись, он увидел между двумя кострами прямо перед собой волчицу, смотревшую на него пристальным взглядом.</p>
      <p>Спустя несколько минут, которые показались ему часами, он снова поднял голову. Произошла какая-то непонятная перемена, настолько непонятная для него, что он сразу очнулся. Что-то случилось. Сначала он не мог понять, что именно. Потом догадался: волки исчезли. Только по вытоптанному кругом снегу можно было судить, как близко они подбирались к нему.</p>
      <p>Волна дремоты снова охватила Генри, голова его упала на колени, но вдруг он вздрогнул и проснулся.</p>
      <p>Откуда-то доносились людские голоса, скрип полозьев, нетерпеливое повизгивание собак. От реки к стоянке между деревьями подъезжало четверо нарт. Несколько человек окружили Генри, скорчившегося в кольце угасающего огня. Они расталкивали и трясли его, стараясь привести в чувство. Он смотрел на них, как пьяный, и бормотал вялым, сонным голосом:</p>
      <p>— Рыжая волчица… приходила к кормежке собак… Сначала сожрала собачий корм… потом собак… А потом Билла…</p>
      <p>— Где лорд Альфред? — крикнул ему в ухо один из приехавших, с силой тряхнув его за плечо.</p>
      <p>Он медленно покачал головой.</p>
      <p>— Его она не тронула… Он там, на деревьях… у последней стоянки.</p>
      <p>— Умер?</p>
      <p>— Да. В гробу, — ответил Генри.</p>
      <p>Он сердито дернул плечом, высвобождаясь от наклонившегося над ним человека.</p>
      <p>— Оставьте меня в покое, я не могу… Спокойной ночи…</p>
      <p>Веки Генри дрогнули и закрылись, голова упала на грудь. И как только его опустили на одеяло, в морозной тишине раздался громкий храп.</p>
      <p>Но к этому храпу примешивались и другие звуки. Издали, еле уловимый на таком расстоянии, доносился вой голодной стаи, погнавшейся за другой добычей, взамен только что оставленного ею человека.</p>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Часть вторая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
       <p>Битва клыков</p>
      </title>
      <p>Волчица первая услышала звуки человеческих голосов и повизгивание ездовых собак, и она же первая отпрянула от человека) загнанного в круг угасающего огня. Неохотно расставаясь с уже затравленной добычей, стая помедлила несколько минут, прислушиваясь, а потом кинулась следом за волчицей.</p>
      <p>Во главе стаи бежал крупный серый волк, один из ее вожаков. Он-то и направил стаю по следам волчицы, предостерегающе огрызаясь на более молодых своих собратьев и отгоняя их ударами клыков, когда они отваживались забегать вперед. И это он прибавил ходу, завидев впереди волчицу, медленной рысцой бежавшую по снегу.</p>
      <p>Волчица побежала рядом с ним, как будто место это было предназначено для нее, и уже больше не удалялась от стаи. Вожак не рычал и не огрызался на волчицу, когда случайный скачок выносил ее вперед, — напротив, он, по-видимому, был очень расположен к ней, потому что старался все время бежать рядом. А ей это не нравилось, и она рычала и скалила зубы, не подпуская его к себе. Иногда волчица не останавливалась даже перед тем, чтобы куснуть его за плечо. В таких случаях вожак не выказывал никакой злобы, а только отскакивал в сторону и делал несколько неуклюжих скачков, всем своим видом и поведением напоминая сконфуженного влюбленного простачка.</p>
      <p>Это было единственное, что мешало ему управлять стаей. Но волчицу одолевали другие неприятности. Справа от нее бежал тощий старый волк, серая шкура которого носила следы многих битв. Он все время держался справа от волчицы. Объяснялось это тем, что у него был только один глаз, левый. Старый волк то и дело теснил ее, тыкаясь своей покрытой рубцами мордой то в бок ей, то в плечо, то в шею. Она встречала его ухаживания лязганьем зубов, так же как и ухаживание вожака, бежавшего слева, и, когда оба они начинали приставать к ней одновременно, ей приходилось туго: надо было рвануть зубами обоих, в то же время не отставать от стаи и смотреть себе под ноги. В такие минуты оба волка угрожающе рычали и скалили друг на друга зубы. В другое время они бы подрались, но сейчас даже любовь и соперничество уступали место более сильному чувству — чувству голода, терзающего всю стаю.</p>
      <p>После каждого такого отпора старый волк отскакивал от строптивого предмета своих вожделений и сталкивался с молодым, трехлетним волком, который бежал справа, со стороны его слепого глаза. Трехлеток был вполне возмужалый и, если принять во внимание слабость и истощенность остальных волков, выделялся из всей стаи своей силой и живостью. И все-таки он бежал так, что голова его была вровень с плечом одноглазого волка. Лишь только он отваживался поравняться с ним (что случалось довольно редко), старик рычал, лязгал зубами и тотчас же осаживал его на прежнее место. Однако время от времени трехлеток отставал и украдкой втискивался между ним и волчицей. Этот маневр встречал двойной, даже тройной отпор. Как только волчица начинала рычать, старый волк делал крутой поворот и набрасывался на трехлетка. Иногда заодно со стариком на него набрасывалась и волчица, а иногда к ним присоединялся и вожак, бежавший слева.</p>
      <p>Видя перед собой три свирепые пасти, молодой волк останавливался, оседал на задние лапы и, весь ощетинившись, показывал зубы. Замешательство во главе стаи неизменно сопровождалось замешательством и в задних рядах. Волки натыкались на трехлетка и выражали свое недовольство тем, что злобно кусали его за ляжки и за бока. Его положение было опасно, так как голод и ярость обычно сопутствуют друг другу. Но безграничная самоуверенность молодости толкала его на повторение этих попыток, хотя они не имели ни малейшего успеха и доставляли ему лишь одни неприятности.</p>
      <p>Попадись волкам какая-нибудь добыча — любовь и соперничество из-за любви тотчас же завладели бы стаей, и она рассеялась бы. Но положение ее было отчаянное. Волки отощали от длительной голодовки и подвигались вперед гораздо медленнее обычного. В хвосте, прихрамывая, плелись слабые — самые молодые и старики. Сильные шли впереди. Все они походили скорее на скелеты, чем на настоящих волков. И все-таки в их движениях — если не считать тех, кто прихрамывал, — не было заметно ни усталости, ни малейших усилий. Казалось, что в мускулах, выступавших у них на теле, как веревки, таится неиссякаемый запас мощи. За каждым движением стального мускула следовало другое движение, за ним третье, четвертое — и так без конца.</p>
      <p>В тот день волки пробежали много миль. Они бежали и ночью. Наступил следующий день, а они все еще бежали. Оледеневшее мертвое пространство. Нигде ни малейших признаков жизни. Только они одни и двигались в этой застывшей пустыне. Только в них была жизнь, и они рыскали в поисках других живых существ, чтобы растерзать их — и жить, жить!</p>
      <p>Волкам пришлось пересечь не один водораздел и обрыскать не один ручей в низинах, прежде чем поиски их увенчались успехом. Они встретили лосей. Первой их добычей был крупный лось-самец. Это была жизнь. Это было мясо, и его не защищали ни таинственный костер, ни летающие головни. С раздвоенными копытами и ветвистыми рогами волкам приходилось встречаться не впервые, и они отбросили свое обычное терпение и осторожность. Битва была короткой и жаркой. Лося окружили со всех сторон. Меткими ударами тяжелых копыт он распарывал волкам животы, пробивал черепа, громадными рогами ломал им кости. Лось подминал их под себя, катаясь по снегу, но он был обречен на гибель, и в конце концов ноги у него подломились. Волчица с остервенением впилась ему в горло, а зубы остальных волков рвали его на части — живьем, не дожидаясь, пока он затихнет и перестанет отбиваться.</p>
      <p>Еды было вдоволь. Лось весил свыше восьмисот фунтов — по двадцати фунтов на каждую волчью глотку. Если волки с поразительной выдержкой умели поститься, то не менее поразительна была и быстрота, с которой они пожирали пищу, и вскоре от великолепного, полного сил животного, столкнувшегося несколько часов назад со стаей, осталось лишь несколько разбросанных по снегу костей.</p>
      <p>Теперь волки подолгу отдыхали и спали. На сытый желудок самцы помоложе начали ссориться и драться, и это продолжалось весь остаток дней, предшествовавших распаду стаи. Голод кончился. Волки дошли до богатых дичью мест; охотились они по-прежнему всей стаей, но действовали уже с большей осторожностью, отрезая от небольших лосиных стад, попадавшихся им на пути, стельных самок или старых больных лосей.</p>
      <p>И вот наступил день в этой стране изобилия, когда волчья стая разбилась на две. Волчица, молодой вожак, бежавший слева от нее, и Одноглазый, бежавший справа, повели свою половину стаи на восток, к реке Маккензи, и дальше, к озерам. И эта маленькая стая тоже с каждым днем уменьшалась. Волки разбивались на пары — самец с самкой. Острые зубы соперника то и дело отгоняли прочь какого-нибудь одинокого волка. И наконец волчица, молодой вожак, Одноглазый и дерзкий трехлеток остались вчетвером.</p>
      <p>К этому времени характер у волчицы окончательно испортился. Следы ее зубов имелись у всех троих ухаживателей. Но волки ни разу не ответили ей тем же, ни разу не попробовали защищаться. Они только подставляли плечи под самые свирепые укусы волчицы, повиливали хвостом и семенили вокруг нее, стараясь умерить ее гнев. Но если к самке волки проявляли кротость, то по отношению друг к другу они были сама злоба. Свирепость трехлетка перешла все границы. В одну из очередных ссор он подлетел к старому волку с той стороны, с которой тот ничего не видел, и на клочки разорвал ему ухо. Но седой одноглазый старик призвал на помощь против молодости и силы всю свою долголетнюю мудрость и весь свой опыт. Его вытекший глаз и исполосованная рубцами морда достаточно красноречиво говорили о том, какого рода был этот опыт. Слишком много битв пришлось ему пережить на своем веку, чтобы хоть на одну минуту задуматься над тем, как следует поступить сейчас.</p>
      <p>Битва началась честно, но нечестно кончилась. Трудно было бы заранее судить о ее исходе, если б к старому вожаку не присоединился молодой; вместе они набросились на дерзкого трехлетка. Безжалостные клыки бывших собратьев вонзались в него со всех сторон. Позабыты были те дни, когда волки вместе охотились, добыча, которую они вместе убивали, голод, одинаково терзавший их троих. Все это было делом прошлого. Сейчас ими владела любовь — чувство еще более суровое и жестокое, чем голод.</p>
      <p>Тем временем волчица — причина всех раздоров — с довольным видом уселась на снегу и стала следить за битвой. Ей это даже нравилось. Пришел ее час, — что. случается редко, — когда шерсть встает дыбом, клык ударяется о клык, рвет, полосует податливое тело, — и все это только ради обладания ею.</p>
      <p>И трехлеток, впервые в своей жизни столкнувшийся с любовью, поплатился за нее жизнью. Оба соперника стояли над его телом. Они смотрели на волчицу, которая сидела на снегу и улыбалась им. Но старый волк был мудр — мудр в делах любви не меньше, чем в битвах. Молодой вожак повернул голову зализать рану на плече. Загривок его был обращен к сопернику. Своим единственным глазом старик углядел, какой удобный случай представляется ему. Кинувшись стрелой на молодого волка, он полоснул его клыками по шее, оставив на ней длинную, глубокую рану и вспоров вену, и тут же отскочил назад.</p>
      <p>Молодой вожак зарычал, но его страшное рычание сразу перешло в судорожный кашель. Истекая кровью, кашляя, он кинулся на старого волка, но жизнь уже покидала его, ноги подкашивались, глаза застилал туман, удары и прыжки становились все слабее и слабее.</p>
      <p>А волчица сидела в сторонке и улыбалась. Зрелище битвы вызывало в ней какое-то смутное чувство радости, ибо такова любовь в Северной глуши, а трагедию ее познает лишь тот, кто умирает. Для тех же, кто остается в живых, она уже не трагедия, а торжество осуществившегося желания.</p>
      <p>Когда молодой волк вытянулся на снегу, Одноглазый гордой поступью направился к волчице. Впрочем, полному торжеству победителя мешала необходимость быть начеку. Он простодушно ожидал резкого приема и так же простодушно удивился, когда волчица не показала ему зубов, — впервые за все это время его встретили так ласково. Она обнюхалась с ним и даже принялась прыгать и резвиться, совсем как щенок. И Одноглазый, забыв свой почтенный возраст и умудренность опытом, тоже превратился в щенка, пожалуй, даже еще более глупого, чем волчица.</p>
      <p>Забыты были и побежденные соперники и повесть о любви, кровью написанная на снегу. Только раз вспомнил об этом Одноглазый, когда остановился на минуту, чтобы зализать раны. И тогда губы его злобно задрожали, шерсть на шее и на плечах поднялась дыбом, когти судорожно впились в снег, тело изогнулось, приготовившись к прыжку. Но в следующую же минуту все было забыто, и он бросился вслед за волчицей, игриво манившей его в лес.</p>
      <p>А потом они побежали рядом, как добрые друзья, пришедшие наконец к взаимному соглашению. Дни шли, а они не расставались — вместе гонялись за добычей, вместе убивали ее, вместе съедали. Но потом волчицей овладело беспокойство. Казалось, она ищет что-то и никак не может найти. Ее влекли к себе укромные местечки под упавшими деревьями, и она проводила целые часы, обнюхивая запорошенные снегом расселины в утесах и пещеры под нависшими берегами реки. Старого волка все это нисколько не интересовало, но он покорно следовал за ней, а когда эти поиски затягивались, ложился на снег и ждал ее.</p>
      <p>Не задерживаясь подолгу на одном месте, они пробежали до реки Маккензи и уже не спеша отправились вдоль берега, время от времени сворачивая в поисках добычи на небольшие притоки, но неизменно возвращаясь к реке. Иногда им попадались другие волки, бродившие обычно парами; но ни та, ни другая сторона не выказывала ни радости при встрече, ни дружелюбных чувств, ни желания снова собраться в стаю. Встречались на их пути и одинокие волки. Это были самцы, которые охотно присоединились бы к Одноглазому и его подруге. Но Одноглазый не желал этого, и стоило только волчице стать плечо к плечу с ним, ощетиниться и оскалить зубы, как навязчивые чужаки отступали, поворачивали вспять и снова пускались в свой одинокий путь.</p>
      <p>Как-то раз, когда они бежали лунной ночью по затихшему лесу, Одноглазый вдруг остановился. Он задрал кверху морду, напружил хвост и, раздув ноздри, стал нюхать воздух. Потом поднял переднюю лапу, как собака на стойке. Что-то встревожило его, и он продолжал принюхиваться, стараясь разгадать несущуюся по воздуху весть. Волчица потянула носом и побежала дальше, подбодряя своего спутника. Все еще не успокоившись, он последовал за ней, но то и дело останавливался, чтобы вникнуть в предостережение, которое нес ему ветер.</p>
      <p>Осторожно ступая, волчица вышла из-за деревьев на большую поляну. Несколько минут она стояла там одна. Потом, весь насторожившись, каждым своим волоском излучая безграничное недоверие, к ней подошел Одноглазый. Они стали рядом, продолжая прислушиваться, всматриваться, поводить носом.</p>
      <p>До их слуха донеслись звуки собачьей грызни, гортанные голоса мужчин, пронзительная перебранка женщин и даже тонкий жалобный плач ребенка. С поляны им были видны только большие, обтянутые кожей вигвамы, пламя костров, которое поминутно заслоняли человеческие фигуры, и дым, медленно поднимающийся в спокойном воздухе. Но их ноздри уловили множество запахов индейского поселка, говорящих о вещах, совершенно непонятных Одноглазому и знакомых волчице до мельчайших подробностей. Волчицу охватило странное беспокойство, и она продолжала принюхиваться все с большим и большим наслаждением. Но Одноглазый все еще сомневался. Он нерешительно тронулся с места и выдал этим свои опасения. Волчица повернулась, ткнула его носом в шею, как бы успокаивая, потом снова стала смотреть на поселок. В ее глазах светилась тоска, но это уже не была тоска, рожденная голодом. Она дрожала от охватившего ее желания бежать туда, подкрасться ближе к кострам, вмешаться в собачью драку, увертываться и отскакивать от неосторожных шагов людей.</p>
      <p>Одноглазый нетерпеливо топтался возле нее; но вот прежнее беспокойство вернулось к волчице, она снова почувствовала неодолимую потребность найти то, что так долго искала. Она повернулась и, к большому облегчению Одноглазого, побежала в лес, под прикрытие деревьев.</p>
      <p>Бесшумно, как тени, скользя в освещенном луной лесу, они напали на тропинку и сразу уткнулись носом в снег. Следы на тропинке были совсем свежие. Одноглазый осторожно двигался вперед, а его подруга следовала за ним по пятам. Их широкие лапы с толстыми подушками мягко, как бархат, ложились на снег. Но вот Одноглазый увидел что-то белое на такой же белой снежной глади. Скользящая поступь Одноглазого скрадывала быстроту его движений, а теперь он припустил еще быстрее. Впереди него мелькало какое-то неясное белое пятно.</p>
      <p>Они с волчицей бежали по узкой прогалине, окаймленной по обеим сторонам зарослью молодых елей и выходившей на залитую луной поляну. Старый волк настигал мелькавшее перед ним пятнышко. Каждый его прыжок сокращал расстояние между ними. Вот оно уже совсем близко. Еще один прыжок — и зубы волка вопьются в него. Но прыжка этого так и не последовало. Белое пятно, оказавшееся зайцем, взлетело высоко в воздух прямо над головой Одноглазого и стало подпрыгивать и раскачиваться там, наверху, не касаясь земли, точно танцуя какой-то фантастический танец.</p>
      <p>С испуганным фырканьем Одноглазый отскочил назад и, припав на снег, грозно зарычал на этот страшный и непонятный предмет. Однако волчица преспокойно обошла его, примерилась к прыжку и подскочила, стараясь схватить зайца. Она взвилась высоко, но промахнулась и только лязгнула зубами. За первым прыжком последовали второй и третий.</p>
      <p>Медленно поднявшись, Одноглазый наблюдал за волчицей. Наконец ее промахи рассердили его, он подпрыгнул сам и, ухватив зайца зубами, опустился на землю вместе с ним. Но в ту же минуту сбоку послышался какой-то подозрительный шорох, и Одноглазый увидел склонившуюся над ним молодую елку, которая готова была вот-вот ударить его. Челюсти волка разжались; оскалив зубы, он метнулся от этой непонятной опасности назад, в горле его заклокотало рычание, шерсть встала дыбом от ярости и страха. А стройное деревце выпрямилось, и заяц снова заплясал высоко в воздухе.</p>
      <p>Волчица рассвирепела. Она укусила Одноглазого в плечо, а он, испуганный этим неожиданным наскоком, с остервенением полоснул ее зубами по морде. Такой отпор в свою очередь оказался неожиданностью для волчицы, и она накинулась на Одноглазого, рыча от негодования. Тот уже понял свою ошибку и попытался умилостивить волчицу, но она продолжала кусать его. Тогда, оставив все надежды на примирение, Одноглазый начал увертываться от ее укусов, пряча голову и подставляя под ее зубы то одно плечо, то другое.</p>
      <p>Тем временем заяц продолжал плясать в воздухе. Волчица уселась на снегу, и Одноглазый, боясь теперь своей подруги еще больше, чем таинственной елки, снова сделал прыжок. Схватив зайца и опустившись с ним на землю, он уставился своим единственным глазом на деревце. Как и прежде, оно согнулось до самой земли. Волк съежился, ожидая неминуемого удара, шерсть на нем встала дыбом, но зубы не выпускали добычи. Однако удара не последовало. Деревце так и осталось склоненным над ним. Стоило волку двинуться, как елка тоже двигалась, и он ворчал на нее сквозь стиснутые челюсти; когда он стоял спокойно, деревце тоже не шевелилось, и волк решил, что так безопаснее. Но теплая кровь зайца была такая вкусная!</p>
      <p>Из этого затруднительного положения Одноглазого вывела волчица. Она взяла у него зайца и, пока елка угрожающе раскачивалась и колыхалась над ней, спокойно отгрызла ему голову. Елка сейчас же выпрямилась и больше не беспокоила их, заняв подобающее ей вертикальное положение, в котором дереву положено расти самой природой. А волчица с Одноглазым поделили между собой добычу, пойманную для них этим таинственным деревцем.</p>
      <p>Много попадалось им таких тропинок и прогалин, где зайцы раскачивались высоко в воздухе, и волчья пара обследовала их все. Волчица всегда была первой, а Одноглазый шел за ней следом, наблюдая и учась, как надо обкрадывать западни. И наука эта впоследствии сослужила ему хорошую службу.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
       <p>Логовище</p>
      </title>
      <p>Два дня и две ночи бродили волчица и Одноглазый около индейского поселка. Одноглазый беспокоился и трусил, а волчицу поселок чем-то притягивал, и она никак не хотела уходить. Но однажды утром, когда в воздухе, совсем неподалеку от них, раздался выстрел и пуля ударила в дерево всего в нескольких дюймах от головы Одноглазого, волки уже больше не колебались и пустились в путь длинными ровными прыжками, быстро увеличивая расстояние между собой и опасностью.</p>
      <p>Они бежали недолго — всего дня три. Волчица все с большей настойчивостью продолжала свои поиски. Она сильно отяжелела за эти дни и не могла быстро бегать. Однажды, погнавшись за зайцем, которого в обычное время ей ничего не стоило бы поймать, она вдруг оставила погоню и прилегла на снег отдохнуть. Одноглазый подошел к ней, но не успел он тихонько коснуться носом ее шеи, как она с такой яростью укусила его, что он упал на спину и, являя собой весьма комическое зрелище, стал отбиваться от ее зубов. Волчица сделалась еще раздражительнее, чем прежде; но Одноглазый был терпелив и заботлив, как никогда.</p>
      <p>И вот наконец волчица нашла то, что искала. Нашла в нескольких милях вверх по течению небольшого ручья, летом впадавшего в Маккензи; теперь, промерзнув до каменистого дна, ручей затих, превратившись от истоков до устья в сплошной лед. Волчица усталой рысцой бежала позади Одноглазого, ушедшего далеко вперед, и вдруг приметила, что в одном месте высокий глинистый берег нависает над ручьем. Она свернула в сторону и подбежала туда. Буйные весенние ливни и тающие снега размыли узкую трещину в береге и образовали там небольшую пещеру.</p>
      <p>Волчица остановилась у входа в нее и внимательно оглядела наружную стену пещеры, потом обежала ее с обеих сторон до того места, где обрыв переходил в пологий скат. Вернувшись назад, она вошла в пещеру через узкое отверстие. Первые фута три ей пришлось ползти, потом стены раздались вширь и ввысь, и волчица вышла на небольшую круглую площадку футов шести в диаметре. Головой она почти касалась потолка. Внутри было сухо и уютно. Волчица принялась обследовать пещеру, а Одноглазый стоял у входа и терпеливо наблюдал за ней. Опустив голову и почти касаясь носом близко сдвинутых лап, волчица несколько раз перевернулась вокруг себя, не то с усталым вздохом, не то с ворчанием подогнула ноги и растянулась на земле, головой ко входу. Одноглазый, навострив уши, посмеивался над ней, и волчице было видно, как кончик его хвоста добродушно ходит взад и вперед на фоне светлого пятна — входа в пещеру. Она прижала свои острые уши, открыла пасть и высунула язык, всем своим видом выражая полное удовлетворение и спокойствие.</p>
      <p>Одноглазому хотелось есть. Он заснул у входа в пещеру, но сон его был тревожен. Он то и дело просыпался и, навострив уши, прислушивался к тому, что говорил ему мир, залитый ярким апрельским солнцем, играющим на снегу. Лишь только Одноглазый начинал дремать, до ушей его доносился еле уловимый шепот невидимых ручейков, и он поднимал голову, напряженно вслушиваясь в эти звуки. Солнце снова появилось на небе, и пробуждающийся Север слал свой призыв волку. Все вокруг оживало. В воздухе чувствовалась весна, под снегом зарождалась жизнь, деревья набухали соком, почки сбрасывали с себя ледяные оковы.</p>
      <p>Одноглазый беспокойно поглядывал на свою подругу, но она не выказывала ни малейшего желания подняться с места. Он посмотрел по сторонам, увидел стайку пуночек, вспорхнувших неподалеку от него, приподнялся, но, взглянув еще раз на волчицу, лег и снова задремал. До его слуха донеслось слабое жужжание. Сквозь дремоту он несколько раз обмахнул лапой морду — потом проснулся. У кончика его носа с жужжанием вился комар. Комар был большой, — вероятно, он провел всю зиму в сухом пне, а теперь солнце вывело его из оцепенения. Волк был не в силах противиться зову окружающего мира; кроме того, ему хотелось есть.</p>
      <p>Одноглазый подполз к своей подруге и попробовал убедить ее подняться. Но она только огрызнулась на него. Тогда волк решил отправиться один и, выйдя на яркий солнечный свет, увидел, что снег под ногами проваливается и путешествие будет делом не легким. Он побежал вверх по замерзшему ручью, где снег в тени деревьев был все еще твердый. Побродив часов восемь, Одноглазый вернулся затемно, еще голоднее прежнего. Он не раз видел дичь, но не мог поймать ее. Зайцы легко скакали по таявшему насту, а он проваливался и барахтался в снегу.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_009.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>Какое-то смутное подозрение заставило Одноглазого остановиться у входа в пещеру. Оттуда доносились странные слабые звуки. Они не были похожи на голос волчицы, но вместе с тем в них чудилось что-то знакомое. Он осторожно вполз внутрь и услышал предостерегающее рычание своей подруги. Это не смутило Одноглазого, но заставило все же держаться в некотором отдалении; его интересовали другие звуки — слабое, приглушенное повизгивание и плач.</p>
      <p>Волчица сердито заворчала на него. Одноглазый свернулся клубком у входа в пещеру и заснул. Когда наступило утро и в логовище проник тусклый свет, волк снова стал искать источник этих смутно знакомых звуков. В предостерегающем рычании волчицы появились новые нотки: в нем слышалась ревность, — и это заставляло волка держаться от нее подальше. И все-таки ему удалось разглядеть, что между ногами волчицы, прильнув к ее брюху, копошились пять маленьких живых клубочков; слабые, беспомощные, они тихо повизгивали и не открывали глаз на свет. Волк удивился. Это случалось не в первый раз в его долгой и удачливой жизни, это случалось часто, и все-таки каждый раз он заново удивлялся. Волчица смотрела на него с беспокойством. Время от времени она тихо ворчала, а когда волк, как ей казалось, подходил слишком близко, это ворчание становилось грозным. Инстинкт, опережающий у всех матерей-волчиц опыт, смутно подсказывал ей, что отцы могут съесть свое беспомощное потомство, хотя до сих пор она не знала такой беды. И страх заставлял ее гнать Одноглазого от порожденных им волчат.</p>
      <p>Впрочем, волчатам ничто не грозило. Старый волк в свою очередь почувствовал веление инстинкта, перешедшего к нему от его отцов. Не задумываясь над ним, не противясь ему, он ощутил это веление всем своим существом и, повернувшись спиной к своему новорожденному потомству, отправился на поиски пищи.</p>
      <p>В пяти-шести милях от логовища ручей разветвлялся, и оба его рукава под прямым углом поворачивали к горам. Волк пошел вдоль левого рукава и вскоре наткнулся на чьи-то следы. Обнюхав их и убедившись, что следы совсем свежие, он припал на снег и взглянул в том направлении, куда они вели. Потом не спеша повернулся и побежал вдоль правого рукава. Следы были гораздо крупнее его собственных, — и он знал, что там, куда они приведут, надежды на добычу мало.</p>
      <p>Пробежав с полмили вдоль правого рукава, волк уловил своим чутким ухом какой-то скрежещущий звук. Подкравшись ближе, он увидел дикобраза, который, встав на задние лапы, точил зубы о дерево. Одноглазый осторожно подобрался к нему, не надеясь, впрочем, на удачу. Так далеко на севере дикобразы ему не попадались, но он знал этих зверьков, хотя за всю свою жизнь ни разу не попробовал их мяса. Однако опыт научил волка, что бывает в жизни счастье или удача, и он продолжал подбираться к дикобразу. Трудно угадать, чем кончится эта встреча, ведь исхода борьбы с живым существом никогда нельзя знать заранее.</p>
      <p>Дикобраз свернулся клубком, растопырив во все стороны свои длинные острые иглы, и нападение стало теперь невозможным. В молодости Одноглазый ткнулся однажды мордой в такой же вот безжизненный с виду клубок игл и неожиданно получил удар хвостом по носу. Одна игла так и осталась торчать у него в носу, причиняя жгучую боль, и вышла из раны только через несколько недель. Он лег, приготовившись к прыжку и держа нос на расстоянии целого фута от хвоста дикобраза. Замерев на месте, он ждал. Кто знает? Все может быть. Вдруг дикобраз развернется. Вдруг представится случай ловким ударом лапы распороть нежное, ничем не защищенное брюхо.</p>
      <p>Но через полчаса Одноглазый поднялся, злобно зарычал на неподвижный клубок и побежал дальше. Слишком часто приходилось ему в прошлом караулить дикобразов — вот так же, без всякого толка, чтобы сейчас тратить на это время. И он побежал дальше по правому рукаву ручья. День подходил к концу, а его поиски все еще не увенчались успехом.</p>
      <p>Проснувшийся инстинкт отцовства управлял волком.</p>
      <p>Он знал, что пищу надо найти во что бы то ни стало. В полдень ему попалась белая куропатка. Он выбежал из зарослей кустарника и очутился нос к носу с этой глупой птицей. Она сидела на пне, в каком-нибудь футе от его морды. Они увидели друг друга одновременно. Птица испуганно взмахнула крыльями, но волк ударил ее лапой, сшиб на землю и схватил зубами как раз в тот миг, когда она заметалась по снегу, пытаясь взлететь на воздух. Как только зубы Одноглазого вонзились в нежное мясо, ломая хрупкие кости, челюсти его заработали. Потом он вдруг вспомнил что-то и пустился бежать к пещере, прихватив куропатку с собой.</p>
      <p>Пробежав еще с милю своей бесшумной поступью, скользя, словно тень, и внимательно приглядываясь к каждому новому береговому изгибу, он опять наткнулся на следы все тех же больших лап. Следы удалялись в ту сторону, куда лежал и его путь, и он приготовился в любую минуту встретить обладателя этих лап.</p>
      <p>Волк осторожно высунул голову из-за скалы в том месте, где ручей круто поворачивал, и его зоркий глаз заприметил нечто такое, что заставило его сейчас же прильнуть к земле. Это был тот самый зверь, который оставил большие следы на снегу, — крупная самка-рысь. Она лежала перед свернувшимся в тугой клубок дикобразом в той же позе, в какой рано утром лежал перед таким же дикобразом и сам волк. Если раньше Одноглазого можно было сравнить со скользящей тенью, то теперь это был призрак той тени, осторожно огибающий с подветренной стороны безмолвную, неподвижную пару — дикобраза и рысь.</p>
      <p>Волк лег на снег, положив куропатку рядом с собой, и сквозь иглы низкорослой сосны стал пристально следить за игрой жизни, развертывающейся у него на глазах, — за рысью и дикобразом, которые хоть и притаились, но были полны сил и отстаивали каждый свое существование. Смысл же этой игры заключался в том, что один из ее участников хотел съесть другого, а тот не хотел быть съеденным.</p>
      <p>Старый волк тоже принимал участие в этой игре из своего прикрытия, надеясь, а вдруг счастье окажется на его стороне и он добудет пищу, необходимую ему, чтобы жить.</p>
      <p>Прошло полчаса, прошел час; все оставалось по-прежнему. Клубок игл сохранял полную неподвижность, и его легко можно было принять за камень; рысь превратилась в мраморное изваяние; а Одноглазый — тот был точно мертвый. Однако все трое жили такой напряженной жизнью, напряженной почти до ощущения физической боли, что вряд ли когда-нибудь им приходилось чувствовать в себе столько сил, сколько они чувствовали сейчас, когда тела их казались окаменелыми.</p>
      <p>Одноглазый подался вперед, насторожившись еще больше. Там, за сосной, произошли какие-то перемены. Дикобраз в конце концов решил, что враг его удалился. Медленно, осторожно стал он расправлять свою непроницаемую броню. Его не тревожило ни малейшее подозрение. Колючий клубок медленно-медленно развернулся и начал выпрямляться. Одноглазый почувствовал, что рот у него наполняется слюной при виде живой дичи, лежавшей перед ним, как готовое угощение.</p>
      <p>Еще не успев развернуться до конца, дикобраз увидел своего врага. И в это мгновение рысь ударила его.</p>
      <p>Удар был быстрый, как молния. Лапа с крепкими когтями, согнутыми, как у хищной птицы, распорола нежное брюхо и тотчас же отдернулась назад. Если бы дикобраз развернулся во всю длину или заметил врага на какую-нибудь десятую долю секунды позже, лапа осталась бы невредимой, но в то мгновение, когда рысь отдернула лапу, дикобраз ударил ее сбоку хвостом и вонзил в нее свои острые иглы.</p>
      <p>Все произошло одновременно — удар, ответный удар, предсмертный визг дикобраза и крик огромной кошки, ошеломленной болью. Одноглазый привстал, навострил уши и вытянул хвост, дрожащий от волнения. Рысь дала волю своему нраву. Она с яростью набросилась на зверя, причинившего ей такую боль. Но дикобраз, хрипя, взвизгивая и пытаясь свернуться в клубок, чтобы спрятать вывалившиеся из распоротого брюха внутренности, еще раз ударил хвостом. Большая кошка снова взвыла от боли и с фырканьем отпрянула назад; нос ее, весь утыканный иглами, стал похож на подушку для булавок. Она царапала его лапами, стараясь избавиться от этих жгучих, как огонь, стрел, тыкалась мордой в снег, терлась о ветки и прыгала вперед, назад, направо, налево, не помня себя от безумной боли и страха.</p>
      <p>Не переставая фыркать, рысь судорожно дергала своим коротким хвостом, потом мало-помалу затихла. Одноглазый продолжал следить за ней и вдруг вздрогнул и ощетинился: рысь с отчаянным воем взметнулась высоко в воздух и кинулась прочь, сопровождая каждый свой прыжок пронзительным визгом. И только тогда, когда она скрылась и визги ее замерли вдали, Одноглазый решился выйти вперед. Он ступал с такой осторожностью, как будто весь снег был усыпан иглами, готовыми каждую минуту вонзиться в мягкие подушки на его лапах. Дикобраз встретил появление волка яростным визгом и лязганьем зубов. Он ухитрился кое-как свернуться, но это уже не был прежний непроницаемый клубок: порванные мускулы не повиновались ему, он был разорван почти пополам и истекал кровью.</p>
      <p>Одноглазый хватал пастью и с наслаждением глотал окровавленный снег. После такой закуски голод его только усилился; но он недаром пожил на свете, — жизнь научила его осторожности. Надо было выждать время. Он лег на снег перед дикобразом, а тот скрежетал зубами, хрипел и тихо повизгивал. Несколько минут спустя Одноглазый заметил, что иглы дикобраза мало-помалу опускаются и по всему его телу пробегает дрожь. Потом дрожь сразу прекратилась. Длинные зубы лязгнули в последний раз, иглы опустились, тело обмякло и больше уже не двигалось.</p>
      <p>Робким, боязливым движением лапы Одноглазый растянул дикобраза во всю длину и перевернул его на спину. Все обошлось благополучно. Дикобраз был мертв. После внимательного осмотра волк осторожно взял свою добычу в зубы и побежал вдоль ручья, волоча ее по снегу и повернув голову в сторону, чтобы не наступать на колючие иглы. Но вдруг он вспомнил что-то, бросил дикобраза и вернулся к куропатке. Он не колебался ни минуты, он знал, что надо сделать: надо съесть куропатку. И, съев ее, Одноглазый побежал туда, где лежала его добыча.</p>
      <p>Когда он втащил свою ношу в логовище, волчица осмотрела ее, подняла голову и лизнула волка в шею. Но сейчас же вслед за тем она лёгонько зарычала, отгоняя его от волчат, — правда, на этот раз рычание было не такое уж злобное, в нем слышалось скорее извинение, чем угроза. Инстинктивный страх перед отцом ее потомства постепенно пропадал. Одноглазый вел себя, как и подобало волку-отцу, и не проявлял беззаконного желания сожрать малышей, произведенных ею на свет.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
       <p>Серый волчонок</p>
      </title>
      <p>Он сильно отличался от своих братьев и сестер. Их шерсть уже принимала рыжеватый оттенок, унаследованный от матери-волчицы, а он пошел весь в Одноглазого. Он был единственным серым волчонком во всем помете. Он родился настоящим волком и очень напоминал отца, с той лишь разницей, что у него было два глаза, а у отца — один.</p>
      <p>Глаза у серого волчонка только недавно открылись, а он уже хорошо видел. И даже когда глаза у него были еще закрыты, чувства обоняния, осязания и вкуса уже служили ему. Он прекрасно знал своих двух братьев и двух сестер. Он поднимал с ними неуклюжую возню, подчас уже переходившую в драку, и его горлышко начинало дрожать от хриплых звуков, предвестников рычанья. Задолго до того, как у него открылись глаза, он научился по запаху, осязанию и вкусу узнавать волчицу — источник тепла, пищи и нежности. И когда она своим мягким, ласкающим языком касалась его нежного тельца, он успокаивался, прижимался к ней и мирно засыпал.</p>
      <p>Первый месяц его жизни почти весь прошел во сне; но теперь он уже хорошо видел, спал меньше и мало-помалу начинал знакомиться с миром. Мир его был темен, хотя он не подозревал этого, так как не знал никакого другого мира. Волчонка окружала полутьма, но глазам его не приходилось приспосабливаться к иному освещению. Мир его был очень мал, он ограничивался стенами логовища; волчонок не имел никакого понятия о необъятности внешнего мира, и поэтому жизнь в таких тесных пределах не казалась ему тягостной.</p>
      <p>Впрочем, он очень скоро обнаружил, что одна из стен его мира отличается от других, — там был выход из пещеры, и оттуда шел свет. Он обнаружил, что эта стена не похожа на другие, еще задолго до того, как у него появились мысли и осознанные желания. Она непреодолимо влекла к себе волчонка еще в ту пору, когда он не мог видеть ее. Свет, идущий оттуда, бил ему в сомкнутые веки, и его зрительные нервы отвечали на эти теплые искорки, вызывавшие такое приятное и вместе с тем странное ощущение. Жизнь его тела, каждой клеточки его тела, жизнь, составляющая самую его сущность и действующая помимо его воли, рвалась к этому свету, влекла его к нему, так же как сложный химический состав растения заставляет его поворачиваться к солнцу.</p>
      <p>Еще задолго до того, как в волчонке забрезжило сознание, он то и дело подползал к выходу из пещеры. Сестры и братья не отставали от него. И в эту пору их жизни никто из них не забирался в темные углы у задней стены. Свет привлекал их к себе, как будто они были растениями; химический процесс, называющийся жизнью, требовал света; свет был необходимым условием их существования, и крохотные щенячьи тельца тянулись к нему, точно усики виноградной лозы, не размышляя, повинуясь только инстинкту. Позднее, когда в каждом из них начала проявляться индивидуальность, когда у каждого появились желания и сознательные побуждения, тяга к свету только усилилась. Они непрестанно ползли и тянулись к нему, и матери приходилось то и дело загонять их обратно.</p>
      <p>Вот тут-то волчонок узнал и другие особенности своей матери, помимо ее мягкого, ласкающего языка.</p>
      <p>Настойчиво порываясь к свету, он убедился, что у матери есть нос, которым она в наказание может отбросить его назад; затем он узнал и лапу, умевшую примять его к земле и быстрым, точно рассчитанным движением перекатить в угол. Так он впервые испытал боль и стал избегать ее, сначала просто не подвергая себя такому риску, а потом научившись увертываться и удирать от наказания. Это уже были сознательные поступки — результат появившейся способности обобщать явления мира. До сих пор он увертывался от боли бессознательно, так же бессознательно, как и лез к свету. Но теперь он увертывался от нее потому, что знал, что такое боль.</p>
      <p>Он был очень свирепым волчонком. И такими же были его братья и сестры. Этого и следовало ожидать. Ведь он был хищником и происходил из рода хищников, питавшихся мясом. Молоко, которое он сосал с первого же дня своей едва теплившейся жизни, вырабатывалось из мяса; и теперь, когда ему исполнился месяц и глаза его уже целую неделю были открыты, он тоже начал есть мясо, наполовину пережеванное волчицей для ее пяти подросших детенышей, которым теперь не хватало молока.</p>
      <p>С каждым днем серый волчонок становился все злее и злее. Рычание получалось у него более хриплым и громким, чем у братьев и сестер, припадки щенячьей ярости были страшнее. Он первый научился ловким ударом лапы опрокидывать их навзничь. И он же первый схватил другого волчонка за ухо и принялся теребить и таскать его из стороны в сторону, яростно рыча сквозь стиснутые челюсти. И уж, конечно, он больше всех других волчат причинял беспокойство матери, старавшейся отогнать свой выводок от выхода из пещеры.</p>
      <p>Свет с каждым днем все сильнее и сильнее манил к себе серого волчонка. Он поминутно пускался в странствования по пещере, стремясь к выходу из нее, и так же поминутно его оттаскивали назад. Правда, он не знал, что это был выход. Он не подозревал о существовании разных входов и выходов, которые ведут из одного места в другое. Он вообще не имел понятия о существовании других мест, а о способах добраться туда и подавно. Поэтому выход из пещеры казался ему стеной — стеной света. Чем солнце было для живущих на воле, тем для него была эта стена — солнцем его мира. Она притягивала его к себе, как огонь притягивает бабочку. Он беспрестанно стремился добраться туда. Жизнь, быстро растущая в нем, толкала его к стене света. Жизнь, таившаяся в нем, знала, что это единственный путь в мир — путь, на который ему суждено ступить. Но сам он ничего не знал об этом. Он не знал, что внешний мир существует.</p>
      <p>У этой стены света было одно странное свойство. Его отец (а волчонок уже признал в нем одного из обитателей своего мира — похожее на мать существо, которое спит ближе к свету и приносит пищу) — его отец имел обыкновение проходить прямо сквозь далекую светлую стену и исчезать за ней. Серый волчонок не мог понять этого. Мать не позволяла ему приближаться к светлой стене, но он подходил к другим стенам пещеры, и всякий раз его нежный нос натыкался на что-то твердое. Это причиняло боль. И после нескольких таких путешествий обследование стен прекратилось. Не задумываясь, он принял исчезновение отца за его отличительное свойство, так же как молоко и мясная жвачка были отличительными свойствами матери.</p>
      <p>В сущности говоря, серый волчонок не умел мыслить, во всяком случае так, как мыслят люди. Мозг его работал в потемках. И все-таки его выводы были не менее четки и определенны, чем выводы людей. Он принимал вещи такими, как они есть, не утруждая себя вопросом, почему случилось то-то или то-то. Достаточно было знать, что это случилось. Таков был его метод познания окружающего мира. И поэтому, ткнувшись несколько раз подряд носом в стены пещеры, он примирился с тем, что не может проходить сквозь них, не может делать то, что делает отец. Но желания разобраться в разнице между отцом и собой никогда не возникало у него. Логика и физика не принимали участия в формировании его мозга.</p>
      <p>Как и большинству обитателей Северной глуши, ему рано пришлось испытать чувство голода. Наступили дни, когда отец перестал приносить мясо, когда даже материнские соски не давали молока. Волчата повизгивали и скулили и большую часть времени проводили во сне; потом на них напало голодное оцепенение. Не было уже возни и драк, никто из них не приходил в ярость, не пробовал рычать; и путешествия к далекой белой стене прекратились. Они спали, а жизнь, чуть теплившаяся в них, мало-помалу гасла.</p>
      <p>Одноглазый совсем потерял покой. Он рыскал повсюду и мало спал в логовище, которое стало теперь унылым и безрадостным. Волчица тоже оставила свой выводок и вышла на поиски корма. В первые дни после рождения волчат Одноглазый не раз наведывался к индейскому поселку и обкрадывал заячьи силки, но как только снег растаял и реки вскрылись, индейцы ушли дальше, и этот источник пищи иссяк.</p>
      <p>Когда серый волчонок немного окреп и снова стал интересоваться далекой белой стеной, он обнаружил, что население его мира сильно уменьшилось. У него осталась всего лишь одна сестра. Остальные исчезли. Как только силы вернулись к нему, он стал играть, но играть в одиночестве, потому что сестра не могла ни поднять головы, ни шевельнуться. Его маленькое тело округлилось от мяса, которое он ел теперь; а для нее пища пришла слишком поздно. Она все время спала, и искра жизни в ее маленьком тельце, похожем на обтянутый кожей скелет, мерцала все слабее и слабее и наконец угасла.</p>
      <p>Потом наступило время, когда Одноглазый перестал появляться сквозь стену и исчезать за ней; место, где он спал у входа в пещеру, опустело. Это случилось в конце второй, менее свирепой голодовки. Волчица знала, почему Одноглазый не вернулся в логовище, но не могла рассказать серому волчонку о том, что ей пришлось увидеть.</p>
      <p>Отправившись за добычей вверх по левому рукаву ручья, туда, где жила рысь, она напала на вчерашний след Одноглазого. И там, где следы кончились, она нашла его самого — вернее, то, что от него осталось. Все кругом говорило о недавней схватке и о том, что, выиграв эту схватку, рысь ушла к себе в нору. Волчица отыскала эту нору, но, судя по многим признакам, рысь была там, и волчица не решилась войти к ней.</p>
      <p>После этого волчица перестала охотиться на левом рукаве ручья. Она знала, что у рыси в норе есть детеныши и что сама рысь славится своей злобой и неустрашимостью в драках. Трем-четырем волкам ничего не стоит загнать на дерево фыркающую, ощетинившуюся рысь; однако совсем иное дело встретиться с ней с глазу на глаз, особенно когда знаешь, что за спиной у нее голодный выводок.</p>
      <p>Но Северная глушь есть Северная глушь, и материнство есть материнство, — оно не останавливается ни перед чем как в Северной глуши, так и вне ее; и неминуемо должен был настать день, когда ради своего серого детеныша волчица отважится пойти по левому рукаву к норе в скалах, навстречу разъяренной рыси.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
       <p>Стена Мира</p>
      </title>
      <p>К тому времени, когда мать стала оставлять пещеру и уходить на охоту, волчонок уже постиг закон, согласно которому ему запрещалось приближаться к выходу из логовища. Закон этот много раз внушала ему мать, толкая его то носом, то лапой, да и в нем самом начинал развиваться инстинкт страха. За всю свою короткую жизнь в пещере он ни разу не встретил ничего такого, что могло испугать его, — и все-таки он знал, что такое страх. Страх перешел к волчонку от отдаленных предков, через тысячу тысяч жизней. Это было наследие, полученное им непосредственно от Одноглазого и волчицы; но и к ним, в свою очередь, оно перешло через все поколения волков, бывших до них. Страх — наследие Северной глуши, и ни одному зверю не дано от него избавиться или променять его на чечевичную похлебку!</p>
      <p>Итак, серый волчонок знал страх, хотя и не понимал его сущности. Он, вероятно, примирился с ним, как с одной из преград, которые ставит жизнь. А в том, что такие преграды существуют, ему уже пришлось убедиться: он испытал голод и, не имея возможности утолить его, наткнулся на преграду своим желаниям. Плотные стены пещеры, резкие толчки носом, которыми наделяла его мать, сокрушительный удар ее лапы, неутоленный голод выработали в нем уверенность, что не все в мире дозволено, что в жизни существует множество ограничений и запретов. И эти ограничения и запреты были законом. Повиноваться им — значило избегать боли и всяких жизненных осложнений.</p>
      <p>Волчонок не размышлял обо всем этом так, как размышляют люди. Он просто разграничил окружающий мир на то, что причиняет боль, и то, что боли не причиняет, и, разграничив, старался избегать всего, причиняющего боль, то есть запретов и преград, и пользоваться только наградами и радостями, которые дает жизнь.</p>
      <p>Вот почему, повинуясь закону, внушенному матерью, повинуясь неведомому закону страха, волчонок держался подальше от выхода из пещеры. Выход все еще казался ему светлой белой стеной. Когда матери в пещере не было, он большей частью спал, а просыпаясь, лежал тихо и сдерживал жалобное повизгивание, которое щекотало ему горло и рвалось наружу.</p>
      <p>Проснувшись однажды, он услышал у белой стены непривычные звуки. Он не знал, что это была росомаха, которая остановилась у входа в пещеру и, трепеща от собственной дерзости, осторожно принюхивалась к идущим оттуда запахам. Волчонок понимал только одно: звуки были непривычные, странные, а значит, неизвестные и страшные, — ведь неизвестное было одним из основных элементов, из которых складывался страх.</p>
      <p>Шерсть на спине у волчонка встала дыбом, но он молчал. Почему он догадался, что в ответ на эти звуки надо ощетиниться? У него не было такого опыта в прошлом, — и все же так проявлялся в нем страх, которому нельзя было найти объяснения в прожитой жизни. Но страх сопровождался еще одним инстинктивным желанием — желанием притаиться, спрятаться. Волчонка охватил ужас, но он лежал без звука, без движения, застыв, окаменев, — лежал, как мертвый. Вернувшись домой и учуяв следы росомахи, его мать зарычала, бросилась в пещеру и с необычной для нее нежностью принялась лизать и ласкать волчонка. И волчонок понял, что ему удалось избежать сильной боли.</p>
      <p>Но в нем действовали и другие силы, главной из которых был рост. Инстинкт и закон требовали от него повиновения, а рост требовал неповиновения. Мать и страх заставляли держаться подальше от белой стены, но рост есть жизнь, а жизни положено вечно тянуться к свету, — и никакими преградами нельзя было остановить волны жизни, поднимавшейся в нем, поднимавшейся с каждым съеденным куском мяса, с каждым глотком воздуха. И наконец страх и послушание были отброшены в сторону напором жизни, и в один прекрасный день волчонок неверными, робкими шагами направился к выходу из пещеры.</p>
      <p>В противоположность другим стенам, с которыми ему приходилось сталкиваться, эта стена, казалось, отступала все дальше и дальше, по мере того как он приближался к ней. Испытующе вытянув вперед свой маленький нежный нос, он ждал, что натолкнется на твердую поверхность, но стена оказалась такой же прозрачной и проницаемой, как свет. Волчонок вошел в то, что мнилось ему стеной, и погрузился в составляющее ее вещество.</p>
      <p>Это сбивало его с толку: ведь он полз сквозь что-то твердое! А свет становился все ярче и ярче. Страх гнал волчонка назад, но крепнущая жизнь заставляла идти дальше. А вот и выход из пещеры. Стена, внутри которой, как ему мнилось, он находился, неожиданно отошла неизмеримо далеко. От яркого света стало больно глазам, он ослеплял волчонка; внезапно раздвинувшееся пространство кружило ему голову. Глаза понемногу привыкали к яркому свету и приноравливались к увеличившемуся расстоянию между предметами. Сначала стена отодвинулась так далеко, что потерялась из виду. Теперь он снова разглядел ее, но она отступила вдаль и выглядела уже совсем по-другому. Стена стала пестрой: в нее входили деревья, окаймляющие ручей, и гора, возвышающаяся позади деревьев, и небо, которое было еще выше горы.</p>
      <p>На волчонка напал ужас. Неизвестных и грозных вещей стало еще больше. Он съежился у входа в пещеру и стал смотреть на открывшийся перед ним мир. Как страшно! Все неизвестное казалось ему враждебным. Шерсть у него на спине встала дыбом; он оскалил зубы, пытаясь издать яростное, устрашающее рычание. Крошечный испуганный звереныш бросал вызов и грозил всему миру.</p>
      <p>Однако все обошлось благополучно. Волчонок продолжал смотреть и от любопытства даже позабыл, что надо рычать, забыл даже про свой испуг. Жизнь, крепнущая в нем, на время победила страх, и страх уступил место любопытству. Волчонок начал различать то, что было у него перед глазами: открытую часть ручья, сверкающего на солнце, засохшую сосну около откоса и самый откос, поднимающийся прямо к пещере, у входа в которую он примостился.</p>
      <p>До сих пор серый волчонок жил на ровной поверхности, ему еще не приходилось испытывать ушибов от падений — да он и не знал, что такое падение, — поэтому он смело шагнул прямо в воздух. Задние ноги у него задержались на выступе у входа в пещеру, так что он упал головой вниз. Земля больно стукнула его по носу, он жалобно тявкнул и тут же вслед за этим покатился кубарем по откосу. На него напал панический страх. Неизвестное наконец овладело им, оно держало его в своей власти и готовилось причинить ему невыносимую боль. Жизнь, крепнущая в нем, снова уступила место страху, и он завизжал, как завизжал бы всякий перепуганный щенок.</p>
      <p>Неизвестное грозило ему; он еще не мог понять — чем, и выл и визжал, не переставая. Это было куда хуже, чем лежать, замирая от страха, когда неизвестное только промелькнуло мимо него. Теперь оно завладело им целиком. Молчание ничему не поможет. Кроме того, теперь его терзал уже не страх, а ужас.</p>
      <p>Но откос становился все более пологим, а у его подножия росла трава. Скорость падения уменьшилась. Остановившись наконец, волчонок отчаянно взвыл, потом заскулил протяжно и жалобно; а вслед за тем, как ни в чем не бывало, точно ему уже тысячу раз приходилось заниматься своим туалетом, принялся слизывать приставшую к бокам сухую глину.</p>
      <p>Покончив с этим, он сел и осмотрелся по сторонам — так же, как это сделал бы первый человек, попавший с Земли на Марс. Волчонок пробился сквозь стену мира, неизвестное выпустило его из своих объятий, и он остался невредимым. Но первый человек на Марсе встретил бы гораздо меньше необычного для себя, чем волчонок здесь на земле. Без всякого предварительного знания, без всякой подготовки он очутился в роли исследователя совершенно незнакомого ему мира.</p>
      <p>Теперь, когда страшная неизвестность отпустила волчонка на свободу, он забыл обо всех ее ужасах. Он испытывал лишь любопытство ко всему, что его окружало. Он осмотрел траву под собой, кустик брусники чуть подальше, ствол засохшей сосны, которая стояла на краю полянки, окруженной деревьями. Белка выбежала из-за сосны прямо на волчонка и привела его в ужас. Он припал к земле и зарычал. Но белка перепугалась еще больше; она быстро вскарабкалась на дерево и, очутившись в безопасности, сердито зацокала оттуда.</p>
      <p>Это придало волчонку храбрости, и хотя дятел, с которым ему пришлось вслед за тем встретиться, заставил его вздрогнуть, он уверенно продолжал свой путь. Уверенность эта возросла до такой степени, что, когда какая-то дерзкая птица подскочила к волчонку, он, играя, протянул к ней лапу. В ответ на это птица больно клюнула его в нос; он весь сжался и завизжал. Птица испугалась его визга и тут же упорхнула.</p>
      <p>Волчонок учился. Его маленький, слабый мозг хоть и бессознательно, но сделал вывод. Вещи бывают живые и неживые. И живых вещей надо остерегаться. Неживые всегда остаются на месте, а живые двигаются, и никогда нельзя знать заранее, что они могут сделать. От них надо ждать всяких неожиданностей, с ними надо быть начеку.</p>
      <p>Волчонок шагал неуклюже, он то и дело натыкался на что-нибудь. Ветка, которая, казалось, была так далеко, задевала его по носу или хлестала по бокам; земля была неровная. Он спотыкался, ушибал нос, лапы. Мелкие камни выскальзывали у него из-под ног, лишь только он наступал на них. И наконец волчонок понял, что не все неживые вещи находятся в состоянии устойчивого равновесия, как его пещера, и что маленькие неживые вещи гораздо чаще падают и переворачиваются, чем большие. С каждой своей ошибкой волчонок узнавал все больше и больше. Чем дальше он шел, тем тверже становился его шаг. Он приспосабливался. Он учился рассчитывать свои движения, приноравливаться к своим физическим возможностям, измерять расстояние между различными предметами, а также между ними и собой.</p>
      <p>Удача всегда сопутствует новичкам. Рожденный, чтобы стать охотником (хотя сам он и не знал этого), волчонок напал на дичь сразу около пещеры, в первую же свою вылазку на свет божий. Искусно спрятанное гнездо куропатки попалось ему только вследствие его же собственной неловкости: он свалился на него. Он попробовал пройтись по стволу упавшей сосны; гнилая кора подалась под его ногами, и он с отчаянным визгом сорвался с круглого ствола, упал на куст и, пролетев сквозь листву и ветви, очутился прямо в гнезде, где сидели семь птенцов куропатки.</p>
      <p>Птенцы запищали, и волчонок сначала испугался; потов, увидев, что они совсем маленькие, он осмелел. Птенцы двигались. Он примял одного лапой, и тот затрепыхался еще сильнее. Волчонку это очень понравилось. Он обнюхал птенца, взял его в рот. Птенец бился и щекотал ему язык. В ту же минуту волчонок почувствовал голод. Челюсти его сомкнулись, птичьи косточки хрустнули, и он почувствовал на языке теплую кровь. Кровь оказалась очень вкусной. В зубах у него была дичь, такая же дичь, какую ему приносила мать, только гораздо вкуснее, потому что она была живая. Волчонок съел птенца и остановился только тогда, когда покончил со всем выводком.</p>
      <p>Вслед за тем он облизнулся, точно так же, как это делала его мать, и стал выбираться из куста.</p>
      <p>Его встретил крылатый вихрь. Стремительный натиск и яростные удары крыльев ослепили, ошеломили волчонка. Он уткнулся головой в лапы и завизжал. Удары посыпались с новой силой. Куропатка-мать была вне себя от ярости. Тогда волчонок разозлился. Он вскочил с рычанием и начал отбиваться лапами, потом запустил свои мелкие зубы в крыло птицы и принялся что есть силы дергать и таскать ее из стороны в сторону. Куропатка рвалась, ударяя его другим крылом. Это была первая схватка волчонка. Он ликовал. Он забыл весь свой страх перед неизвестным и уже ничего не боялся. Он рвал и бил живое существо, которое наносило ему удары. Кроме того, это живое существо было мясо. Волчонком овладела жажда крови. Он только что уничтожил семь маленьких живых существ. Сейчас он уничтожит большое живое существо. Он был слишком поглощен дракой и слишком счастлив, чтобы ощущать свое счастье. Он весь дрожал от возбуждения, которого до сих пор ему никогда не приходилось испытывать.</p>
      <p>Он не выпускал крыла и рычал сквозь стиснутые зубы. Куропатка вытащила его из куста. Когда же она попыталась втащить его туда обратно, он выволок ее на открытое место. Птица кричала и била его свободным крылом, а перья ее разлетались по воздуху, как снежные хлопья. Волчонок уже не помнил себя от ярости, воинственная кровь предков поднялась и забушевала в нем. Сам того не ощущая, волчонок жил в эти минуты полной жизнью. Он выполнял предназначенную ему роль, делал то дело, для которого был рожден, — убивал добычу и дрался, прежде чем убить ее. Он оправдывал свое существование, выполняя высшее назначение жизни, потому что жизнь достигает своих вершин в те минуты, когда все ее силы устремляются на осуществление поставленных перед ней целей.</p>
      <p>Наконец птица перестала бороться. Волчонок все еще держал ее за крыло. Они лежали на земле и смотрели друг на друга. Он попробовал яростно и угрожающе зарычать. Куропатка клюнула его в нос, и без того болевший. Волчонок вздрогнул, но не выпустил крыла. Птица клюнула его еще и еще раз. Он завизжал и попятился, не сообразив, что вместе с крылом потащит за собой и птицу. Град ударов посыпался на его многострадальный нос. Воинственный пыл волчонка попас. Выпустив добычу, он со всех ног пустился в бесславное бегство на другую сторону поляны и лег там возле кустарника, тяжело дыша, высунув язык и жалобно повизгивая. И вдруг предчувствие неминуемой беды сжало ему сердце. Неизвестное со всеми своими ужасами снова обрушилось на волчонка. Он инстинктивно отпрянул под защиту куста. На него пахнуло ветром, и большое крылатое тело в зловещем молчании пронеслось мимо: ястреб, ринувшийся на волчонка из поднебесья, промахнулся.</p>
      <p>Пока волчонок лежал под кустом и, мало-помалу приходя в себя, начинал боязливо выглядывать оттуда, на другой стороне поляны из разоренного гнезда выпорхнула куропатка, — горе утраты заставило ее забыть о крылатой молнии небес. Но волчонок все видел, и это послужило ему предостережением и уроком. Он видел, как ястреб камнем упал вниз, пронесся над землей, почти задевая траву крыльями, вонзил когти в куропатку, пронзительно вскрикнувшую от смертельной боли и ужаса, и взмыл ввысь, унося ее с собой.</p>
      <p>Волчонок долго не выходил из своего убежища. Он познал многое. Живые существа — это мясо, они приятны на вкус. Но большие живые существа причиняют боль. Надо есть маленьких — таких, как птенцы куропатки, а с большими, как сама куропатка, лучше не связываться. И все же его самолюбие было ущемлено. Ему вдруг захотелось еще раз схватиться с большой птицей, — жаль, что ястреб унес ее. А может быть, найдутся другие куропатки? Надо пойти поискать.</p>
      <p>Волчонок спустился по отлогому берегу к ручью. Воды он до сих пор еще не видал. На первый взгляд она была вполне надежная, ровная. Он смело шагнул вперед и, визжа от страха, пошел ко дну, прямо в объятия неизвестного. Стало холодно, у него перехватило дыхание. Вместо воздуха, которым он привык дышать, в легкие хлынула вода. Удушье сдавило ему горло, как смерть. Для волчонка оно было равносильно смерти. Он не знал, что такое смерть, но, как и все жители Северной глуши, боялся ее. Она была для него олицетворением самой страшной боли. В ней таилась самая сущность неизвестного, совокупность всех его ужасов. Это была последняя, непоправимая беда, которой он страшился, хоть и не мог представить ее себе до конца.</p>
      <p>Волчонок выбрался на поверхность и всей пастью глотнул свежего воздуха. На этот раз он не пошел ко дну. Он ударил всеми четырьмя лапами, словно это было для него самым привычным делом, и поплыл. Ближний берег находился в каком-нибудь ярде от волчонка, но он вынырнул спиной к нему и, увидев дальний, сейчас же устремился туда. Ручей был узкий, но как раз в этом месте разливался широкой заводью.</p>
      <p>На середине волчонка подхватило и понесло вниз по течению, прямо на маленькие пороги, начинавшиеся там, где русло снова суживалось. Плыть здесь было трудно. Спокойная вода вдруг забурлила. Волчонок то выбивался на поверхность, то уходил с головой под воду. Его кидало из стороны в сторону, переворачивало то на бок, то на спину, ударяло о камни. При каждом таком ударе он взвизгивал, и по этим визгам можно было сосчитать, сколько подводных камней попалось ему на пути.</p>
      <p>Ниже порогов, где берега снова расширялись, волчонок попал в водоворот, который легонько отнес его к берегу и так же легонько положил на отмель. Он выкарабкался из воды и лег. Его знакомство с внешним миром продолжалось. Вода была неживая и все-таки двигалась! Кроме того, на первый взгляд она казалась твердой, как земля, на самом же деле твердости в ней не было и в помине. И волчонок пришел к выводу, что вещи не всегда таковы, какими кажутся. Страх перед неизвестным, бывший не чем иным, как унаследованным от предков недоверием к окружающему миру, только усилился после столкновения с действительностью. Отныне в нем на всю жизнь укоренится это недоверие к внешнему виду вещей. И, прежде чем довериться им, он постарается узнать, каковы они на самом деле.</p>
      <p>В этот день волчонку было суждено испытать еще одно приключение. Он вдруг вспомнил, что у него есть мать, и почувствовал, что она нужна ему больше всего на свете. От всех перенесенных испытаний у него устало не только тело — устал и мозг. За всю предыдущую жизнь мозгу его не приходилось так работать, как за один этот день. К тому же волчонку захотелось спать. И он отправился на поиски пещеры и матери, испытывая гнетущее чувство одиночества и полной беспомощности.</p>
      <p>Пробираясь сквозь кустарник, волчонок вдруг услышал пронзительный свирепый крик. Перед глазами у него промелькнуло что-то желтое. Он увидел метнувшуюся в кусты ласку. Ласка была маленькая, и волчонок не испугался ее. Потом у самых своих ног он увидел живое существо, совсем крохотное, — это был детеныш ласки, который, так же как и волчонок, убежал из дому и отправился путешествовать. Крохотная ласка хотела было юркнуть в траву. Волчонок перевернул ее на спину. Ласка пискнула — голос у нее был скрипучий. В ту же минуту перед глазами у волчонка снова пронеслось желтое пятно. Он услышал свирепый крик, что-то сильно ударило его по голове, и острые зубы ласки-матери впились ему в шею.</p>
      <p>Пока он с визгом и воем пятился назад, ласка подбежала к своему детенышу и скрылась с ним в кустах. Боль от укуса все еще не проходила, но боль от обиды давала себя чувствовать еще сильнее, и волчонок сел и тихо заскулил. Ведь ласка-мать была такая маленькая, а кусалась так больно! Волчонок еще не знал, что маленькая ласка — один из самых свирепых, мстительных и страшных хищников Северной глуши, но скоро ему предстояло узнать это.</p>
      <p>Он еще не перестал скулить, когда ласка-мать снова появилась перед ним. Она не бросилась на него сразу, потому что теперь ее детеныш был в безопасности. Она приближалась осторожно, так что он мог рассмотреть ее тонкое, змеиное тельце и высоко поднятую змеиную головку. В ответ на резкий, угрожающий крик ласки шерсть на спине у волчонка поднялась дыбом, он зарычал. Она подходила все ближе и ближе. И вдруг прыжок, за которым он не мог уследить своим неопытным глазом, — тонкое желтое тело на одну секунду исчезло из его поля зрения, и ласка вцепилась ему в горло, глубоко прокусив шкуру.</p>
      <p>Волчонок рычал, отбивался, но он был очень молод, это был его первый выход в мир, и поэтому рычание его перешло в визг, и он уже не дрался, а старался вырваться из зубов ласки и убежать. Но ласка не отпускала волчонка. Продолжая висеть у него на шее, она добиралась до вены, где пульсирует жизнь. Ласка любила кровь и предпочитала сосать ее прямо из Горла — средоточия жизни.</p>
      <p>Серого волчонка ждала верная гибель, и рассказ о нем остался бы ненаписанным, если бы из-за кустов не выскочила волчица. Ласка выпустила его и метнулась к горлу волчицы, но, промахнувшись, вцепилась ей в челюсть. Волчица взмахнула головой, как бичом, зубы ласки сорвались, и она взлетела высоко в воздух. Не дав тонкому желтому тельцу даже опуститься на землю, волчица подхватила его на лету, и ласка встретила свою смерть на ее острых зубах.</p>
      <p>Новый прилив материнской нежности послужил наградой волчонку. Мать радовалась еще больше, чем сын. Она легонько подкидывала его носом, зализывала ему раны. А потом оба они поделили между собой кровопийцу-ласку, съели ее, вернулись в пещеру и легли спать.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
       <p>Закон добычи</p>
      </title>
      <p>Волчонок развивался с поразительной быстротой. Два дня он отдыхал, а затем снова отправился путешествовать. В этот свой выход он встретил молодую ласку, мать которой была съедена с его помощью, и позаботился, чтобы детеныш отправился вслед за матерью. Но теперь он уже не плутал и, устав, нашел дорогу к пещере и лег спать. После этого волчонок каждый день отправлялся на прогулку и с каждым разом заходил все дальше и дальше.</p>
      <p>Он привык точно соразмерять свою силу и слабость, соображая, когда надо проявить отвагу, а когда — осторожность. Оказалось, что осторожность следует соблюдать всегда, за исключением тех редких случаев, когда уверенность в собственных силах позволяет дать волю злобе и жадности.</p>
      <p>При встречах с куропатками волчонок становился сущим дьяволом. Точно так же не упускал он случая ответить злобным рычанием на трескотню белки, которая попалась ему впервые около засохшей сосны. И один только вид птицы, напоминавшей ему ту, что клюнула его в нос, почти неизменно приводил его в бешенство.</p>
      <p>Но бывало и так, что волчонок не обращал внимания даже на птиц, и это случалось тогда, когда ему грозило нападение других хищников, которые так же, как он, рыскали в поисках добычи. Волчонок не забыл ястреба и, завидев его тень, скользящую по траве, прятался подальше в кусты. Лапы его больше не разъезжались на ходу в разные стороны, — он уже перенял от матери ее легкую бесшумную походку, быстрота которой была неприметна для глаза.</p>
      <p>Что касается охоты, то удачи его кончились с первым же днем. Семь птенцов куропатки и маленькая ласка — вот и вся добыча волчонка. Но жажда убивать крепла в нем день ото дня, и он лелеял мечту добраться когда-нибудь до белки, которая своей трескотней извещала всех обитателей леса о его приближении. Но белка с такой же легкостью лазала по деревьям, с какой птицы летали по воздуху, и волчонку оставалось только одно: незаметно подкрадываться к ней, пока она была на земле.</p>
      <p>Волчонок питал глубокое уважение к своей матери. Она умела добывать мясо и никогда не забывала принести сыну его долю. Больше того — она ничего не боялась. Волчонку не приходило в голову, что это бесстрашие— плод опыта и знания. Он думал, что бесстрашие есть выражение силы. Мать была олицетворением силы; и, подрастая, он ощутил эту силу и в более резких ударах ее лапы и в том, что толчки носом, которыми мать наказывала его прежде, заменились теперь свирепыми укусами. Это тоже внушало волчонку уважение к матери. Она требовала от него покорности, и чем больше он подрастал, тем суровее становилось ее обращение с ним.</p>
      <p>Снова наступил голод, и теперь волчонок уже вполне сознательно испытывал его муки. Волчица совсем отощала в поисках пищи. Проводя почти все время на охоте и большей частью безуспешно, она редко приходила спать в пещеру. На этот раз голодовка была недолгая, но свирепая. Волчонок не мог высосать ни капли молока из материнских сосков, а мяса ему уже давно не перепадало.</p>
      <p>Прежде он охотился ради забавы, ради того удовольствия, которое доставляет охота, теперь же принялся за это по-настоящему, и все-таки ему не везло. Но неудачи лишь способствовали развитию волчонка. Он с еще большей старательностью изучал повадки белки и прилагал еще больше усилий к тому, чтобы подкрасться к ней незамеченным. Он выслеживал полевых мышей и учился выкапывать их из норок, узнал много нового о дятлах и других птицах. И вот наступило время, когда волчонок уже не забирался в кусты при виде скользящей по земле тени ястреба. Он стал сильнее, опытнее, чувствовал в себе большую уверенность. Кроме того, голод ожесточил его. Теперь он садился посреди поляны на самом видном месте и ждал, когда ястреб спустится к нему. Там, над ним, в синеве неба летала пища — пища, которой так настойчиво требовал его желудок. Но ястреб отказывался принять бой, и волчонок забирался в чащу, жалобно скуля от разочарования и голода.</p>
      <p>Голод кончился. Волчица принесла домой мясо. Мясо было необычное, совсем не похожее на то, которое она приносила раньше. Это был детеныш рыси, уже подросший, но не такой крупный, как волчонок. И все мясо целиком предназначалось волчонку. Мать уже успела утолить свой голод, хотя сын ее и не подозревал, что для этого ей понадобился весь выводок рыси. Не подозревал он и того, какой отчаянный поступок пришлось совершить матери. Волчонок знал только одно: молоденькая рысь с бархатистой шкуркой была мясом; и он ел это мясо, наслаждаясь каждым проглоченным куском.</p>
      <p>Полный желудок располагает к покою, и волчонок прилег в пещере рядом с матерью и заснул. Его разбудил ее голос. Никогда еще волчонок не слыхал такого страшного рычания. Возможно, за всю свою жизнь его мать никогда не рычала страшнее. Но для такого рычания повод был, и никто не знал этого лучше, чем сама волчица. Выводок рыси нельзя уничтожить безнаказанно.</p>
      <p>В ярких лучах полуденного солнца волчонок увидел самку-рысь, припавшую к земле у входа в пещеру. Шерсть у него на спине поднялась дыбом. Ужас смотрел ему в глаза, — он понял это, не дожидаясь подсказки инстинкта. И если бы даже вид рыси был недостаточно грозен, то ярость, которая послышалась в ее хриплом визге, внезапно сменившем рычание, говорила сама за себя.</p>
      <p>Жизнь, крепнущая в волчонке, словно подтолкнула его вперед. Он зарычал и храбро занял место рядом с матерью. Но его позорно оттолкнули назад. Низкий вход не позволял рыси сделать прыжок, она скользнула в пещеру, но волчица ринулась ей навстречу и прижала ее к земле. Мало что удалось волчонку разобрать в этой схватке. Он слышал только рев, фырканье и пронзительный визг. Оба зверя катались по земле; рысь рвала свою противницу зубами и когтями, а волчица могла пускать в ход только зубы.</p>
      <p>Волчонок подскочил к рыси и с яростным рычанием вцепился ей в заднюю ногу. Тяжестью своего тела он, сам того не подозревая, мешал ее движениям и помогал матери. Борьба приняла новый оборот: сражающиеся подмяли под себя волчонка, и ему пришлось разжать зубы. Но вот обе матери отскочили друг от друга, и рысь, прежде чем снова сцепиться с волчицей, ударила волчонка своей могучей лапой, разорвала ему плечо до самой кости и отбросила его к стене. Теперь к реву сражающихся прибавился жалобный плач. Но схватка так затянулась, что у волчонка было достаточно времени, чтобы наплакаться вдоволь и испытать новый прилив мужества. И к концу схватки он снова вцепился в заднюю ногу рыси, яростно рыча сквозь сжатые челюсти.</p>
      <p>Рысь была мертва. Но и волчица ослабела от полученных ран. Она принялась было ласкать волчонка и лизать ему плечо, но потеря крови лишила ее сил, и весь этот день и всю ночь она пролежала около своего мертвого врага, не двигаясь и еле дыша. Следующую неделю, выходя из пещеры только для того, чтобы напиться, волчица еле передвигала ноги, так как каждое движение причиняло ей боль. А потом, когда рысь была съедена, раны волчицы уже настолько зажили, что она могла снова начать охоту.</p>
      <p>Плечо у волчонка все еще болело, и он еще долго ходил прихрамывая. Но за это время его отношение к миру изменилось. Он держался теперь с большей уверенностью, с чувством гордости, незнакомой ему до схватки с рысью. Он убедился, что жизнь сурова; он участвовал в битве; он вонзил зубы в тело врага и остался жив. И это придало ему смелости, в нем появился даже задор, чего раньше не было. Он перестал робеть и уже не боялся мелких зверьков, но неизвестное с его тайнами и ужасами по-прежнему властвовало над ним и не переставало угнетать его.</p>
      <p>Волчонок стал сопровождать волчицу на охоту, много раз видел, как она убивает дичь, и сам принимал участие в этом. Он смутно начинал постигать закон <emphasis>добычи</emphasis>. В жизни есть две породы: его собственная и чужая. К первой принадлежит он с матерью, ко второй — все остальные существа, обладающие способностью двигаться. Но и они в свою очередь не едины. Среди них существуют не хищники и мелкие хищники — те, кого убивают и едят его сородичи; и существуют враги, которые убивают и едят его сородичей или сами попадаются им. Из этого разграничения складывался закон. Цель жизни — добыча. Сущность жизни — добыча. Жизнь питается жизнью. Все живое в мире делится на тех, кто ест, и тех, кого едят. И закон этот говорил: <emphasis>ешь, </emphasis>или <emphasis>съедят тебя самого.</emphasis> Волчонок не мог ясно и четко сформулировать этот закон и не пытался сделать из него вывод. Он даже не думал о нем, а просто жил согласно его велениям.</p>
      <p>Действие этого закона волчонок видел повсюду. Он съел птенцов куропатки. Ястреб съел их мать и хотел съесть самого волчонка. Позднее, когда волчонок подрос, ему захотелось съесть ястреба. Он съел маленькую рысь. Мать-рысь съела бы волчонка, если бы сама не была убита и съедена. Так оно и шло. Все живое вокруг волчонка жило согласно этому закону, крохотной частицей которого являлся и он сам. Он был хищником. Он питался только мясом, живым мясом, которое убегало от него, взлетало на воздух, карабкалось по деревьям, пряталось под землю или вступало с ним в бой, а иногда и обращало его в бегство.</p>
      <p>Если бы волчонок умел мыслить, как человек, он, возможно, пришел бы к выводу, что жизнь — это неутомимая жажда насыщения, а мир — арена, где сталкиваются все те, кто, стремясь к насыщению, преследуют друг друга, охотятся друг за другом, поедают друг друга; арена, где льется кровь, где царит жестокость, слепая случайность и хаос без начала и конца.</p>
      <p>Но волчонок не умел мыслить, как человек, и не обладал способностью к обобщениям. Поставив себе какую-нибудь одну цель, он только о ней и думал, только ее одной и добивался. Кроме закона добычи, в жизни волчонка было множество других, менее важных законов, которые все же следовало изучить и, изучив, повиноваться им. Мир был полон неожиданностей. Жизнь, играющая в волчонке, силы, управляющие его телом, служили ему неиссякаемым источником счастья. Погоня за добычей заставляла его дрожать от наслаждения. Ярость и битвы приносили с собой одно удовольствие. И даже ужасы и тайны неизвестного помогали ему жить.</p>
      <p>Кроме этого, в жизни было много других приятных ощущений. Полный желудок, ленивая дремота на солнышке — все это служило волчонку наградой за его рвение и труды, а рвение и труды сами по себе доставляли ему радость. И волчонок жил в ладу с окружающей его враждебной средой. Он был полон сил, он был счастлив и гордился собой.</p>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Часть третья</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
       <p>Творцы Огня</p>
      </title>
      <p>Волчонок наткнулся на это совершенно неожиданно. Все произошло по его вине. Осторожность — вот что было забыто. Он вышел из пещеры и побежал к ручью напиться. Причиной его оплошности, возможно, было еще и то, что ему хотелось спать. (Вся ночь прошла на охоте, и волчонок только что проснулся.) Но ведь дорога к ручью была ему так хорошо знакома! Он столько раз бегал по ней, и до сих пор все сходило благополучно.</p>
      <p>Волчонок спустился по тропинке к засохшей сосне, пересек полянку и побежал между деревьями. И вдруг он одновременно увидел и почуял что-то незнакомое. Перед ним молча сидели на корточках пять живых существ, — таких ему еще не приходилось видеть. Это была первая встреча волчонка с людьми. Но люди не вскочили, не оскалили зубов и не зарычали на него. Они не двигались и продолжали сидеть на корточках, храня зловещее молчание.</p>
      <p>Не двигался и волчонок. Повинуясь инстинкту, он, не раздумывая, кинулся бы бежать от них, но впервые за всю его жизнь в нем внезапно возникло другое, совершенно противоположное чувство: волчонка объял трепет. Сознание собственной слабости и ничтожества лишило его способности двигаться. Перед ним были власть и сила, неведомые ему до сих пор.</p>
      <p>Волчонок никогда еще не видел человека, но инстинктивно понял все его могущество. Где-то в глубине его сознания возникла уверенность, что это живое существо отвоевало себе право первенства у всех остальных обитателей Северной глуши. На человека сейчас смотрела не одна пара глаз — на него уставились глаза всех предков волчонка, круживших в темноте около бесчисленных зимних стоянок, приглядывавшихся издали, из-за густых зарослей, к странному двуногому существу, которое стало властителем над всеми другими живыми существами. Волчонок очутился в плену у своих предков, в плену благоговейного страха, рожденного вековой борьбой и опытом, накопленным поколениями. Это наследие подавило волка, который был всего-навсего волчонком. Будь он постарше, он бы убежал. Но сейчас он припал к земле, скованный страхом и готовый изъявить ту покорность, с которой его отдаленный предок шел к человеку, чтобы погреться у разведенного им костра.</p>
      <p>Один из индейцев встал, подошел к волчонку и нагнулся над ним. Волчонок еще ниже припал к земле. Неизвестное обрело наконец плоть и кровь, приблизилось к нему и протянуло руку, собираясь схватить его. Шерсть у волчонка поднялась дыбом, губы дрогнули, обнажив маленькие клыки. Рука, нависшая над ним, на минуту Задержалась, и человек сказал со смехом:</p>
      <p>— Вабам вабиска ип пит та! (Смотрите! Какие белые клыки!)</p>
      <p>Остальные громко рассмеялись и стали подзадоривать индейца, чтобы он взял волчонка. Рука опускалась все ниже и ниже, а в волчонке бушевали два инстинкта: один внушал, что надо покориться, другой толкал на борьбу. В конце концов волчонок пошел на сделку с самим собой. Он послушался обоих инстинктов: покорялся до тех пор, пока рука не коснулась его, а потом решил бороться и схватил ее зубами. И сейчас же вслед за тем удар по голове свалил его на бок. Всякая охота бороться пропала. Волчонок превратился в покорного щенка, сел на задние лапы и заскулил. Но человек, которого он укусил за руку, рассердился. Волчонок получил второй удар по голове и, поднявшись на ноги, заскулил еще громче прежнего.</p>
      <p>Индейцы рассмеялись, и даже тот, с укушенной рукой, присоединился к их смеху. Все еще смеясь, они окружили волчонка, продолжавшего выть от боли и ужаса.</p>
      <p>И вдруг он насторожился. Индейцы тоже насторожились. Волчонок узнал этот голос и, издав последний протяжный вопль, в котором звучало скорее торжество, чем горе, смолк, и стал ждать появления матери — своей неустрашимой, свирепой матери, которая умела сражаться с противниками, умела убивать их и никогда ни перед кем не трусила. Волчица приближалась с громким рычанием: она услыхала крики своего детеныша и бежала к нему на помощь.</p>
      <p>Волчица бросилась к людям. Разъяренная, готовая на все, она являла собой малоприятное зрелище, но волчонка ее спасительный гнев только обрадовал.</p>
      <p>Он взвизгнул от счастья и кинулся ей навстречу, а люди быстро отступили на несколько шагов назад. Волчица стала между своим детенышем и людьми. Шерсть на ней поднялась дыбом, в горле клокотало яростное рычание, губы и нос судорожно подергивались.</p>
      <p>И вдруг один из индейцев крикнул:</p>
      <p>— Кичи!</p>
      <p>В этом возгласе слышалось удивление.</p>
      <p>Волчонок почувствовал, как мать съежилась при звуке человеческого голоса.</p>
      <p>— Кичи! — снова крикнул индеец, на этот раз резко и повелительно.</p>
      <p>И тогда волчонок увидел, как волчица, его бесстрашная мать, припала к земле, коснувшись ее брюхом, и завиляла хвостом, повизгивая и прося мира. Волчонок ничего не понял. Его охватил ужас. Он снова затрепетал перед человеком. Инстинкт говорил ему правду. И мать подтвердила это. Она тоже выражала покорность людям.</p>
      <p>Человек, сказавший «Кичи», подошел к волчице. Он положил ей руку на голову, и волчица еще ниже припала к земле. Она не укусила его, да и не собиралась этого делать. Те четверо тоже подошли к ней, стали ощупывать и гладить ее, но она не протестовала. Волчонок не сводил глаз с людей. Их рты издавали громкие звуки. В этих звуках не было ничего угрожающего. Волчонок прижался к матери и решил смириться, но шерсть у него на спине все-таки стояла дыбом.</p>
      <p>— Что же тут удивительного? — заговорил один из индейцев. — Отец у нее был волк, а мать собака. Ведь брат мой привязывал ее весной на три ночи в лесу! Значит, отец Кичи был Волк.</p>
      <p>— С тех пор как Кичи убежала, Серый Бобр, прошел целый год, — сказал другой индеец.</p>
      <p>— И тут нет ничего удивительного, Язык Лосося, — ответил Серый Бобр. — Тогда был голод, и собакам не хватало мяса.</p>
      <p>— Она жила среди волков, — сказал третий индеец.</p>
      <p>— Ты прав, Три Орла, — усмехнулся Серый Бобр, дотронувшись до волчонка, — и вот доказательство твоей правоты.</p>
      <p>Почувствовав прикосновение человеческой руки, волчонок глухо зарычал, и рука отдернулась назад, готовясь ударить его. Тогда он спрятал клыки и покорно приник к земле, а рука снова опустилась и стала почесывать у него за ухом и гладить его по спине.</p>
      <p>— Вот доказательство твоей правоты, — повторил Серый Бобр. — Кичи — его мать. Но отец у него был волк. Поэтому собачьего в нем мало, а волчьего много. У него белые клыки, и я дам ему кличку Белый Клык. Я сказал. Это моя собака. Разве Кичи не принадлежала моему брату? И разве брат мой не умер?</p>
      <p>Волчонок, получивший имя, лежал и слушал. Люди продолжали говорить. Потом Серый Бобр вынул нож из ножен, висевших у него на шее, подошел к кусту и вырезал палку. Белый Клык наблюдал за ним. Серый Бобр сделал на обоих концах палки по зарубке и обвязал вокруг них ремни из сыромятной кожи. Один ремень он надел на шею Кичи, подвел ее к невысокой сосне и привязал второй ремень к дереву.</p>
      <p>Белый Клык пошел за матерью и улегся рядом с ней. Язык Лосося протянул к волчонку руку и опрокинул его на спину. Кичи испуганно смотрела на них. Белый Клык почувствовал, как страх снова охватывает его. Он не удержался и зарычал, но кусаться уже не посмел. Рука с растопыренными крючковатыми пальцами стала почесывать ему живот и перекатывать с бока на бок. Лежать на спине с задранными вверх ногами было глупо и унизительно. Кроме того, Белый Клык чувствовал себя совершенно беспомощным, и все его существо восставало против такого унижения. Но что тут поделаешь? Если этот человек захочет причинить ему боль, он в его власти. Разве можно отскочить в сторону, когда все четыре ноги болтаются в воздухе? И все-таки покорность взяла верх над страхом, и Белый Клык ограничился тихим рычанием. Рычания он не смог подавить, но человек не рассердился и не ударил его по голове. И, как это ни странно, Белый Клык испытывал какое-то необъяснимое удовольствие, когда рука человека гладила его по шерсти взад и вперед. Перевернувшись на бок, он перестал рычать. Пальцы начали скрести и почесывать у него за ухом, и от этого приятное ощущение только усилилось. И когда наконец человек погладил его в последний раз и отошел, Белый Клык окончательно приободрился. Ему предстояло еще не один раз испытать страх перед человеком, но дружеские отношения между ними зародились в эти минуты.</p>
      <p>Спустя немного Белый Клык услышал приближение каких-то странных звуков. Он быстро догадался, что звуки эти исходят от людей. На тропинку вереницей вышло все индейское племя, перекочевывавшее на новое место. Их было человек сорок — мужчин, женщин, детей, сгибавшихся под тяжестью лагерного скарба. С ними шло много собак; и все собаки, кроме щенят, тоже были нагружены разной поклажей. Каждая собака несла на спине мешок с вещами фунтов в двадцать — тридцать весом.</p>
      <p>Белый Клык никогда еще не видал собак, но сразу почувствовал, что они мало чем отличаются от его собственной породы. Учуяв волчонка и его мать, собаки сейчас же доказали, как незначительна эта разница. Началась свалка. Весь ощетинившись, Белый Клык рычал и огрызался на окружившие его со всех сторон разверстые собачьи пасти; собаки повалили волчонка, но он не переставал кусать и рвать их за ноги и за брюхо, чувствуя в то же время, как собачьи зубы впиваются ему в тело. Поднялся оглушительный лай. Волчонок слышал рычание Кичи, рванувшейся ему на подмогу, слышал крики людей, удары палок и визг собак, которым доставались эти удары.</p>
      <p>Через несколько секунд волчонок снова был на ногах. Он увидел, что люди отгоняют собак палками и камнями, защищая, спасая его от свирепых клыков этих существ, которые все же чем-то отличались от волчьей породы. И хотя волчонок не мог ясно представить себе такого отвлеченного понятия, как справедливое возмездие, тем не менее он по-своему почувствовал справедливость человека и признал в нем существо, которое устанавливает закон и следит за его выполнением. Оценил он также способ, которым люди заставляют подчиняться своим законам. Они не кусались и не пускали в ход когтей, как все прочие звери, а использовали силы неживых предметов. Неживые предметы подчинялись их воле: камни и палки, брошенные этими странными существами, летали по воздуху, как живые, и наносили собакам чувствительные удары.</p>
      <p>Власть эта казалась Белому Клыку необычайной, божественной властью, она выходила за пределы всего мыслимого. Белый Клык по самой природе своей не мог даже подозревать о существовании богов, в лучшем случае он чувствовал, что есть вещи непостижимые. Но благоговение и трепет, которые ему внушали люди, были сродни тому благоговению и трепету, которые ощутил бы человек при виде божества, мечущего с горной вершины молнии на землю.</p>
      <p>Но вот последняя собака отбежала в сторону, суматоха улеглась, и Белый Клык принялся зализывать раны, размышляя о своем первом приобщении к стае и о своем первом знакомстве с ее жестокостью. До сих пор ему казалось, что вся их порода состоит из Одноглазого, матери и его самого. Они трое стояли особняком. Но вдруг, совершенно внезапно, обнаружилось, что есть еще много других существ, принадлежащих, очевидно, к его породе. И где-то в глубине сознания у волчонка появилось чувство обиды на своих собратьев, которые, едва завидев его, воспылали к нему смертельной ненавистью. Кроме того, он негодовал, что мать привязали к палке, хотя это и было сделано руками высшего существа. Тут попахивало капканом, неволей. Но что волчонок мог знать о капкане, о неволе? Свободу бродить, бегать, лежать, когда заблагорассудится, он унаследовал от предков. Теперь движения волчицы ограничивались длиной палки, и та же самая палка ограничивала и движения волчонка, потому что он еще не мог обойтись без матери.</p>
      <p>Волчонку это не нравилось, и когда люди поднялись и отправились в путь, он окончательно остался недоволен такими порядками, потому что какое-то маленькое человеческое существо взяло в руки палку, к которой была привязана Кичи, и повело ее за собой, как пленницу, а за Кичи побрел и Белый Клык, очень смущенный и обеспокоенный всем происходящим.</p>
      <p>Они отправились вниз по речной долине, гораздо дальше тех мест, куда заходил в своих скитаниях Белый Клык, и дошли до самого конца ее, где речка впадала в Маккензи. На берегу стояли пироги, поднятые на высокие шесты, лежали решетки для сушки рыбы. Индейцы разбили здесь стоянку. Белый Клык с удивлением осматривался вокруг себя. Могущество людей росло с каждой минутой. Он уже убедился в их власти над свирепыми собаками. Эта власть говорила о силе. Но еще больше изумляла Белого Клыка власть людей над неживыми предметами, их способность изменять лицо мира. Это было самое поразительное. Вот люди установили шесты для вигвамов; тут, собственно, не было ничего примечательного, — это делали те же самые люди, которые умели бросать камни и палки. Однако, когда шесты обтянули кожей и парусиной и они стали вигвамами, Белый Клык окончательно растерялся.</p>
      <p>Больше всего его поражали огромные размеры вигвамов. Они росли повсюду с чудовищной быстротой, словно какие-то живые существа. Они занимали почти все поле зрения. Он боялся их. Вигвамы зловеще маячили в вышине, и когда ветер пробегал по стоянке, вздувая на них парусину и кожу, Белый Клык в страхе припадал к земле, не сводя глаз с этих громад и готовясь отскочить в сторону, как только они начнут валиться на него.</p>
      <p>Но скоро Белый Клык привык к вигвамам. Он видел, что женщины и дети входят и выходят оттуда без всякого вреда для себя, что собакам тоже хочется проникнуть внутрь, но люди прогоняют их с бранью и швыряют камни им вслед. К концу дня Белый Клык оставил Кичи и осторожно подполз к ближайшему вигваму. Его подстрекала любознательность — потребность учиться жить, действовать и набираться опыта. Последние несколько шагов, отделявших его от стены вигвама, Белый Клык полз мучительно долго и осторожно. События этого дня уже подготовили его к тому, что неизвестное имеет склонность проявлять себя самым неожиданным, самым невероятным образом. Наконец его нос коснулся парусины. Белый Клык ждал, что будет. Ничего… все обошлось благополучно. Тогда он понюхал это страшное вещество, пропитанное запахом человека, взял его зубами и слегка потянул к себе. Опять все обошлось благополучно, хотя парусиновая стена и дрогнула. Он потянул еще раз. Стена заколыхалась. Ему это очень понравилось. Он тянул все сильнее и сильнее, пока вся стена не пришла в движение. Тогда в вигваме послышался резкий окрик индианки, и Белый Клык опрометью бросился к Кичи. Но с тех пор он перестал бояться высоких вигвамов.</p>
      <p>Не прошло и пяти минут, как Белый Клык снова убежал от матери. Она была привязана к колышку, вбитому в землю, и не могла пойти за своим детенышем. К волчонку с воинственным видом приближался щенок гораздо старше и крупнее его. Щенка звали Лип-Лип, как это узнал позднее Белый Клык. Он уже был искушен в боях и слыл большим забиякой среди своих собратьев.</p>
      <p>Белый Клык признал в щенке существо своей породы, к тому же на вид совсем неопасное, и, не ожидая от него никаких враждебных действий, приготовился оказать ему дружеский прием. Но как только незнакомец оскалил зубы и весь подобрался, Белый Клык тоже подобрался и тоже оскалил зубы. Ощетинившись и грозно рыча, волчонок и щенок стали кружить друг за другом, готовые ко всему. Это продолжалось довольно долго, и Белому Клыку такая игра начинала нравиться. И вдруг Лип-Лип сделал стремительный прыжок, рванул волчонка зубами и отскочил в сторону. Укус пришелся как раз в то плечо, которое все еще болело у Белого Клыка после схватки с рысью, болело глубоко, около самой кости. Белый Клык взвыл от неожиданности и боли, но тут же с яростью кинулся на Лип-Липа и впился в него зубами.</p>
      <p>Но Лип-Лип недаром родился в индейском поселке и недаром участвовал в стольких драках со щенками. Новичку пришлось плохо от его мелких острых зубов, и он с визгом постыдно бежал под защиту матери. Это была первая схватка Белого Клыка с Лип-Липом, и таких схваток им предстояло много, потому что они с первой же встречи почувствовали глубокую врожденную ненависть друг к другу, которая приводила к непрестанным столкновениям.</p>
      <p>Кичи ласково облизывала своего детеныша и старалась удержать его около себя, но любопытство Белого Клыка было ненасытно. Несколько минут спустя он снова отправился на разведку и натолкнулся на человека, которого звали Серым Бобром. Присев на корточки, Серый Бобр делал что-то с сухим мохом и палками, разложенными возле него на земле. Белый Клык подошел поближе и стал наблюдать за ним. Серый Бобр издал какие-то звуки, в которых, как показалось Белому Клыку, не было ничего враждебного, и он подошел еще ближе.</p>
      <p>Женщины и дети подносили Серому Бобру палки и сучья. По-видимому, готовилось что-то интересное. Любопытство Белого Клыка так разгорелось, что он подошел к Серому Бобру вплотную, забыв, что перед ним находится грозное человеческое существо. И вдруг он увидел, что из-под рук Серого Бобра над сучьями и мохом поднимается что-то странное, похожее на туман. Потом из этого тумана, крутясь и извиваясь, возникло что-то живое, красное, как солнце в небе. Белый Клык не подозревал о существовании огня. Но огонь притягивал его к себе, как когда-то в пещере в дни младенчества его притягивал свет. Он подполз поближе, услышал над собой смех Серого Бобра и понял, что и в этих звуках нет ничего враждебного. Потом Белый Клык коснулся пламени носом и одновременно высунул язык.</p>
      <p>В первую секунду он оцепенел. Притаившись среди сучьев и моха, неизвестное вцепилось ему в нос. Белый Клык отпрянул от огня, разразившись отчаянным визгом. Услышав этот визг, Кичи с рычанием рванулась вперед, насколько позволяла палка, и заметалась в бессильной ярости, чувствуя, что не может помочь сыну. Но Серый Бобр смеялся, хлопая себя по бедрам, и рассказывал всем о случившемся, и все тоже громко смеялись. А Белый Клык, усевшись на задние лапы, визжал и визжал и казался таким маленьким и жалким среди окружающих его Людей.</p>
      <p>Это была самая сильная боль, какую ему пришлось испытать. Живое существо, возникшее под руками Серого Бобра и похожее цветом на солнце, обожгло ему нос и язык. Белый Клык скулил, скулил не переставая, и каждый его вопль люди встречали новым взрывом смеха. Он попробовал лизнуть нос, но прикосновение обожженного языка к обожженному носу только усилило боль, и он завыл еще отчаянней, еще тоскливей.</p>
      <p>А потом ему стало стыдно. Он понял, почему люди смеются. Нам не дано знать, каким образом некоторые животные понимают, что такое смех, и догадываются, что мы смеемся над ними. Вот это и произошло с Белым Клыком, и ему стало стыдно, когда люди подняли его на смех. Он повернулся и убежал, но убежать его заставила не боль от ожогов, а смех, потому что смех проникал глубже и ранил сильнее, чем огонь. Белый Клык кинулся к матери, бесновавшейся на привязи, к единственному в мире существу, которое не смеялось над ним.</p>
      <p>Наступили сумерки, вслед за ними пришла ночь, а Белый Клык не отходил от Кичи. Нос и язык у него по-прежнему болели, но ему не давало успокоиться другое, еще более сильное чувство. Его охватила тоска. Он ощущал какую-то пустоту в себе, он томился по тишине и миру, царившим у ручья и в родной пещере. Жизнь стала слишком беспокойной. Тут было слишком много человеческих существ — мужчин, женщин, детей, — все они шумели и раздражали его. Собаки непрестанно ссорились, рычали, грызлись. Спокойное одиночество, которое он знал раньше, кончилось. Здесь даже самый воздух был насыщен жизнью. Она жужжала и гудела вокруг Белого Клыка, не умолкая ни на минуту. Новые звуки смущали и тревожили его, заставляя все время ждать новых событий.</p>
      <p>Белый Клык наблюдал за людьми, которые ходили между вигвамами, исчезали, снова появлялись. Подобно тому как человек взирает на им же сотворенных богов, Белый Клык взирал на окружающих его людей. Они были для него высшими существами. Он видел во всех их деяниях ту же чудотворную силу, которой человек наделяет бога. Они обладали непостижимым, безграничным могуществом. Они были властелинами живого и неживого мира; они держали в повиновении все, что способно двигаться, и сообщали движение неподвижным вещам; из сухого моха и палок они творили жизнь, которая больно жгла и цветом своим напоминала солнце. Они творили огонь! Они были боги!</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
       <p>Неволя</p>
      </title>
      <p>Каждый новый день приносил Белому Клыку что-нибудь новое. Пока мать сидела на привязи, он бегал по всему поселку, исследуя, изучая его и набираясь опыта. Он быстро ознакомился с повадками человеческих существ, но такое близкое знакомство не вызвало в нем пренебрежения к ним. Чем больше он узнавал людей, тем больше убеждался в их могуществе.</p>
      <p>Человек испытывает душевную боль, когда его богов ниспровергают и когда алтари, воздвигнутые его руками, рушатся, но волку и дикой собаке такая боль неведома. В противоположность человеку, боги которого — это легкая дымка мечты, никогда не обретающая реальности, это призраки, наделенные добротой и силой, это взлеты его я в царство духа, — в противоположность человеку волк и дикая собака, пригревшиеся у разведенного человеком костра, видят, что их боги облечены в плоть и кровь, что они осязаемы, занимают определенное место в пространстве и добиваются своих целей, оправдывают свое назначение в жизни, подчиняясь закону времени. Вера в таких богов дается легко, ее ничто не может поколебать. От такого бога никуда не уйдешь. Вот он стоит во весь рост, с палкой в руке — всесильный, гневный и добрый. В нем тайна и могущество, облеченные плотью, которая истекает кровью, когда ее рвут, и которая на вкус ничем не хуже любого другого мяса.</p>
      <p>Так было и с Белым Клыком. Человеческие существа казались ему богами, несомненными и вездесущими богами. И он покорился им, так же как покорилась его мать Кичи, едва только она услышала свое имя из их уст. Он уступал им дорогу. Когда они подзывали его — он подходил, когда прогоняли прочь — поспешно убегал, когда грозили — припадал к земле, потому что за каждым их желанием была сила, которая проявлялась при помощи кулака и палки, летающих по воздуху камней и обжигающих болью ударов бича.</p>
      <p>Белый Клык принадлежал людям, как принадлежали им все собаки. Его поступки зависели от их велений. Его тело они вольны были искалечить, растоптать или пощадить. Этот урок Белый Клык запомнил быстро, но дался он ему не легко, — слишком многое в его натуре восставало против того, с чем ему приходилось сталкиваться на каждом шагу. И вместе с тем незаметно для самого себя Белый Клык начинал постигать прелесть новой жизни, хотя привыкать к ней было и трудно и неприятно. Он отдал свою судьбу в чужие руки и снял с себя всякую ответственность за собственное существование. Уже одно это служило ему наградой, потому что опираться на другого всегда легче, чем стоять одному.</p>
      <p>Но все это случилось не сразу — за один день нельзя отдаться человеку и душой и телом. Белый Клык не мог отречься от наследия предков, не мог забыть Северную глушь. Бывали дни, когда он выходил на опушку леса и стоял там, прислушиваясь к зовам, влекущим его вдаль. И с таких прогулок он возвращался беспокойный, встревоженный, жалобно и тихо повизгивая, ложился рядом с Кичи и лизал ей морду своим быстрым пытливым язычком.</p>
      <p>Белый Клык быстро изучил жизнь индейского поселка. Он узнал, как несправедливы и жадны взрослые собаки при раздаче мяса и рыбы. Убедился, что мужчины справедливы, дети жестоки, а женщины добры и от них скорее, чем от других, можно получить кусок мяса или кость. А после двух или трех стычек с матерями щенят Белый Клык понял, что с этими фуриями лучше не связываться, — чем дальше от них держаться, тем будет спокойнее.</p>
      <p>Но больше всех ему отравлял жизнь Лип-Лип. Он был старше и сильнее его. Белый Клык не избегал драк с ним, но всегда терпел поражение. Такой противник был ему не по силам. Лип-Лип преследовал свою жертву всюду. Стоило Белому Клыку отойти от матери, и забияка был тут как тут, ходил за ним по пятам, рычал, привязывался к нему и, если людей поблизости не было, лез в драку. Эти стычки доставляли Лип-Липу громадное удовольствие, потому что он всегда выходил из них победителем. Но то, что было для Лип-Липа самым большим наслаждением в жизни, приносило Белому Клыку лишь одни страдания.</p>
      <p>Однако запугать Белого Клыка было не так легко. Он терпел поражение за поражением, но не смирялся. И все-таки эта вечная вражда начинала сказываться на нем. Он стал злобным и угрюмым. Свирепость была свойственна ему как волку, а бесконечные преследования еще больше ожесточали его. То добродушное, веселое, юное, что было в нем, не находило себе выхода. Он никогда не играл и не возился со своими сверстниками: Лип-Лип не допускал этого. Стоило Белому Клыку появиться среди щенят, как Лип-Лип подлетал к нему, затевал ссору и в конце концов прогонял его прочь.</p>
      <p>Вскоре почти все щенячье, что было в Белом Клыке, исчезло, и он стал казаться гораздо старше своего возраста. Лишенный возможности давать выход своей энергии в игре, он ушел в себя и стал развиваться умственно. В нем появилась хитрость, а времени, чтобы обдумать свои проделки, у него было достаточно. Так как ему мешали получать свою долю мяса и рыбы во время общей кормежки собак, он сделался ловким вором. Приходилось самому заботиться о себе, и Белый Клык ухитрялся промышлять еду так искусно, что стал настоящим бичом для индианок. Он шнырял по всему поселку, знал, где что происходит, все видел и слышал, применялся к обстоятельствам и всячески избегал встреч со своим заклятым врагом.</p>
      <p>Еще в первые дни своей жизни в поселке Белый Клык сыграл злую шутку с Лип-Липом и вкусил сладость мести. Он заманил его прямо в пасть свирепой Кичи примерно тем же способом, каким она когда-то заманивала собак и уводила их от людской стоянки на съедение волкам. Спасаясь от Лип-Липа, Белый Клык побежал не напрямик, а стал кружить между вигвамами. Бегал он хорошо, быстрее любого щенка его возраста и быстрее самого Лип-Липа. Но на этот раз он не особенно торопился и подпустил своего преследователя на расстояние всего только одного прыжка от себя.</p>
      <p>Возбужденный погоней и близостью жертвы, Лип-Лип оставил всякую осторожность и забыл, где находится. Когда он вспомнил об этом, было уже поздно.</p>
      <p>На всем бегу обогнув вигвам, он с размаху налетел прямо на Кичи, лежавшую на привязи. Лип-Лип взвыл от ужаса. Хоть Кичи и была привязана, но отделаться от нее оказалось не так-то легко. Она сбила его с ног, чтобы он не мог убежать, и впилась в него зубами.</p>
      <p>Откатившись наконец от волчицы в сторону, Лип-Лип с трудом поднялся, весь взлохмаченный, побитый и телесно и морально. Шерсть на нем торчала клочьями в тех местах, где по ней прошлись зубы Кичи. Он раскрыл пасть и разразился протяжным, душераздирающим щенячьим воем. Но Белый Клык не дал ему даже повыть как следует. Он кинулся на своего врага и рванул его за заднюю ногу. Куда девалась былая воинственность щенка! Лип-Лип пустился наутек, а его жертва гналась за ним по пятам и не отстала до тех пор, пока ее мучитель не добежал до своего вигвама. Тут на выручку Лип-Липу подоспели индианки, и Белый Клык, превратившийся в разъяренного дьявола, отступил только под градом сыпавшихся на него камней.</p>
      <p>Настал день, когда Серый Бобр отвязал Кичи, решив, что теперь она уже не убежит. Белый Клык ликовал, видя мать на свободе. Он с радостью отправился бродить с ней по всему поселку, и, пока Кичи была близко, Лип-Лип держался от Белого Клыка на почтительном расстоянии. Белый Клык даже ощетинивался и подходил к нему с воинственным видом, но Лип-Лип не принимал вызова. Он был неглуп и. решил подождать с отмщением до тех пор, пока не встретится с Белым Клыком один на один.</p>
      <p>В тот же день Кичи и Белый Клык вышли на опушку леса неподалеку от поселка. Белый Клык постепенно, шаг за шагом, уводил туда мать, и, когда она остановилась на опушке, он попробовал завлечь ее дальше. Ручей, логовище и спокойный лес манили к себе Белого Клыка, и ему хотелось, чтобы мать ушла вместе с ним. Он отбежал на несколько шагов, остановился и посмотрел на нее. Она стояла не двигаясь. Белый Клык жалобно заскулил и, играя, стал бегать среди кустов, потом вернулся, лизнул мать в морду и снова отбежал. Но она продолжала стоять на месте. Белый Клык смотрел на нее, и казалось, что настойчивость и нетерпение вселились вдруг в волчонка и затем медленно покинули его, когда Кичи повернула голову и посмотрела на поселок.</p>
      <p>Даль звала Белого Клыка. И мать слышала этот зов. Но еще яснее она слышала зов огня и человека, зов, на который из всех зверей откликается только волк — волк и дикая собака, ибо они братья.</p>
      <p>Кичи повернулась и медленно, рысцой побежала обратно. Поселок держал ее в своей власти крепче всякой привязи. Невидимыми, таинственными путями боги завладели волчицей и не отпускали ее от себя. Белый Клык сел в тени березы и тихо заскулил. Пахло сосной, нежные лесные ароматы наполняли воздух, напоминая Белому Клыку о прежней вольной жизни, на смену которой пришла неволя. Но Белый Клык был всего-навсего щенком, и зов матери доносился до него яснее, чем зов Северной глуши или человека. Он привык полагаться на нее во всем. Независимость была еще впереди. Белый Клык встал и грустно поплелся в поселок, но по дороге раза два остановился и поскулил, прислушиваясь к зову, который все еще Летел из лесной чащи.</p>
      <p>В Северной глуши мать и детеныш недолго живут друг подле друга, но люди часто сокращают и этот короткий срок. Так было и с Белым Клыком. Серый Бобр задолжал другому индейцу, которого звали Три Орла. А Три Орла уходил вверх по реке Маккензи на Большое Невольничье озеро. Кусок красной материи, медвежья шкура, двадцать патронов и Кичи пошли в уплату долга. Белый Клык увидел, как Три Орла взял его мать к себе в пирогу, и хотел последовать за ней. Ударом кулака Три Орла отбросил его обратно на берег. Пирога отчалила. Белый Клык прыгнул в воду и поплыл за ней, не обращая внимания на крики Серого Бобра. Белый Клык не внял даже голосу человека — так боялся он разлуки с матерью.</p>
      <p>Но боги привыкли, чтобы им повиновались, и разгневанный Серый Бобр, спустив на воду пирогу, поплыл вдогонку за Белым Клыком. Настигнув беглеца, он вытащил его за загривок из воды и, держа в левой руке, задал ему хорошую трепку. Белому Клыку попало как следует. Рука у индейца была тяжелая, удары были рассчитаны точно и сыпались один за другим.</p>
      <p>Под градом этих ударов Белый Клык болтался из стороны в сторону, как испортившийся маятник. Самые разнообразные чувства волновали его. Сначала он удивился, потом на него напал страх, и он начал взвизгивать от каждого удара. Но страх вскоре сменился злобой. Свободолюбивая натура заявила о себе — Белый Клык оскалил зубы и бесстрашно зарычал прямо в лицо разгневанному божеству. Божество разгневалось еще больше. Удары посыпались чаще, стали тяжелее и больнее.</p>
      <p>Серый Бобр не переставал бить Белого Клыка, Белый Клык не переставал рычать. Но это не могло продолжаться вечно, кто-то должен был уступить, и уступил Белый Клык. Страх снова овладел им. В первый раз в жизни человек бил его по-настоящему. Случайные удары палкой или камнем казались лаской по сравнению с тем, что ему пришлось испытать сейчас. Белый Клык сдался и начал визжать и выть. Сначала он взвизгивал от каждого удара, но скоро страх его перешел в ужас, и визги сменились непрерывным воем, не совпадающим с ритмом побоев. Наконец Серый Бобр опустил правую руку. Белый Клык продолжал выть, повиснув в воздухе, как тряпка. Хозяин, по-видимому, остался доволен этим и швырнул его на дно пироги. Тем временем пирогу отнесло вниз по течению. Серый Бобр взялся за весло. Белый Клык мешал ему грести. Серый Бобр злобно толкнул его ногой. В этот миг свободолюбие снова дало себя знать в Белом Клыке, и он впился зубами в ногу, обутую в мокасин.</p>
      <p>Предыдущая трепка была ничто в сравнении с той, которую ему пришлось вынести. Гнев Серого Бобра был страшен, и Белого Клыка обуял ужас. На этот раз Серый Бобр пустил в ход тяжелое весло, и, когда Белый Клык очутился на дне пироги, на всем его маленьком теле не было ни одного живого места. Серый Бобр еще раз ударил его ногой. Белый Клык не бросился на эту ногу. Неволя преподала ему еще один урок: никогда, ни при каких обстоятельствах, нельзя кусать бога — твоего хозяина и повелителя; тело бога священно, и зубы таких, как Белый Клык, не смеют осквернять его. Это считалось, очевидно, самой страшной обидой, самым страшным проступком, за который не было ни пощады, ни снисхождения.</p>
      <p>Пирога причалила к берегу, но Белый Клык не шевельнулся и продолжал лежать, повизгивая и дожидаясь, когда Серый Бобр изъявит свою волю. Серый Бобр пожелал, чтобы Белый Клык вышел из пироги, и швырнул его на берег так, что тот со всего размаху ударился боком о землю. Дрожа всем телом, Белый Клык встал и заскулил. Лип-Лип, который наблюдал за происходящим с берега, кинулся, сшиб его с ног и впился в него зубами. Белый Клык был слишком беспомощен и не мог защищаться; и ему бы несдобровать, если бы Серый Бобр не ударил Лип-Липа ногой так, что тот взлетел высоко в воздух и шлепнулся на землю далеко от Белого Клыка.</p>
      <p>Такова была человеческая справедливость, и Белый Клык, несмотря на боль и страх, не мог не почувствовать признательности к человеку. Он послушно поплелся за Серым Бобром через весь поселок к его вигваму. И с того дня Белый Клык запомнил, что право наказывать боги оставляют за собой, а животных, подвластных им, этого права лишают.</p>
      <p>В ту же ночь, когда в поселке все стихло, Белый Клык вспомнил мать и загрустил. Но грустил он так громко, что разбудил Серого Бобра, и тот прибил его. После этого в присутствии богов он тосковал молча и давал волю своему горю тогда, когда выходил один на опушку леса.</p>
      <p>В эти дни Белый Клык мог бы внять голосу прошлого, который звал его обратно к пещере и ручью, но память о матери удерживала его на месте. Может быть, она вернется в поселок, как возвращаются люди после охоты. И Белый Клык оставался в неволе, поджидая Кичи.</p>
      <p>Подневольная жизнь не так уж тяготила Белого Клыка. Многое в ней его интересовало. События в поселке следовали одно за другим. Странным поступкам, которые совершали боги, не было конца, а Белый Клык всегда отличался любопытством. Кроме того, он научился ладить с Серым Бобром. Послушание, строгое, неукоснительное послушание требовалось от Белого Клыка; и, усвоив это, он не вызывал гнева у людей и избегал побоев.</p>
      <p>А иногда случалось даже, что Серый Бобр сам швырял Белому Клыку кусок мяса и, пока тот ел, не подпускал к нему других собак. И такому куску не было цены.</p>
      <p>Он один был почему-то дороже, чем десяток кусков, полученных из рук женщин. Серый Бобр ни разу не погладил и не приласкал Белого Клыка. И, может быть, его тяжелый кулак, может быть, его справедливость и могущество или все это вместе влияло на Белого Клыка, но в нем начинала зарождаться привязанность к угрюмому хозяину.</p>
      <p>Какие-то предательские силы незаметно опутывали Белого Клыка узами неволи, и действовали они так же безошибочно, как палка или удар кулаком. Инстинкт, который издавна гонит волков к костру человека, — развивается быстро. Развивался он и в Белом Клыке. И хотя его теперешняя жизнь была полна горестей, поселок становился ему все дороже и дороже. Но сам он не подозревал этого. Он чувствовал только тоску по Кичи, надеялся на ее возвращение и жадно тянулся к прежней свободной жизни.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
       <p>Отщепенец</p>
      </title>
      <p>Лип-Лип до такой степени отравлял жизнь Белому Клыку, что тот становился злее и свирепее, чем это полагалось ему от природы. Свирепость была свойственна его нраву, но теперь она перешла всякие границы. Он был известен своей злобой даже людям. Каждый раз, когда в поселке слышался лай, собачья грызня или женщины поднимали крик из-за украденного куска мяса, никто не сомневался, что виновником всего этого был Белый Клык. Люди не старались разобраться в причинах такого поведения. Они видели только следствия, и следствия эти были дурные. Белый Клык слыл пронырой, вором и зачинщиком всех драк; разгневанные индианки обзывали его волком, предрекали ему плохой конец, а он, слушая все это, зорко следил за ними и каждую минуту готов был увернуться от удара палкой или камнем.</p>
      <p>Белый Клык чувствовал себя отщепенцем среди обитателей поселка. Все молодые собаки следовали примеру Лип-Липа. Между ними и Белым Клыком было какое-то различие. Может быть, собаки чуяли в нем другую породу и питали к нему инстинктивную вражду, которая всегда возникает между домашней собакой и волком.</p>
      <p>Как бы то ни было, но они присоединились к Лип-Липу. И, объявив Белому Клыку войну, собаки имели достаточно поводов, чтобы не прекращать ее. Все они до одной познакомились с его острыми зубами, и, надо отдать ему справедливость, он воздавал своим врагам сторицей. Многих собак он мог бы одолеть один на один, но такой возможности не представлялось. Начало каждой драки служило сигналом для всех молодых собак, они сбегались со всего поселка и набрасывались на Белого Клыка.</p>
      <p>Вражда с собачьей сворой научила его двум важным вещам: отбиваться сразу от всей стаи и, имея дело с одним противником, наносить ему возможно большее количество ран в кратчайший срок. Не упасть, устоять среди осаждающих его со всех сторон врагов — значило сохранить жизнь, и Белый Клык постиг эту науку в совершенстве. Он умел держаться на ногах не хуже кошки. Даже взрослые собаки могли сколько угодно теснить его, — Белый Клык подавался назад, подскакивал, ускользал в сторону, и все же ноги не изменяли ему и твердо стояли на земле.</p>
      <p>Перед каждой дракой собаки обычно соблюдают некий ритуал: рычат, прохаживаются друг перед другом, шерсть у них встает дыбом. Белый Клык обходился без этого. Всякая задержка грозила появлением всей собачьей стаи. Дело надо делать быстро, а затем удирать. И Белый Клык не показывал своих намерений. Он кидался в драку без всякого предупреждения и начинал кусать и рвать своего противника, не дожидаясь, пока тот приготовится. Таким образом, он научился наносить собакам тяжелые раны. Кроме того, Белый Клык понял, что важно застать врага врасплох, надо напасть неожиданно, распороть ему плечо, изорвать в клочья ухо, прежде чем он опомнится, — и тогда дело наполовину сделано.</p>
      <p>Он убедился, что собаку, застигнутую врасплох, ничего не стоит сбить с ног, а тогда самое уязвимое место у нее на шее будет незащищенным. Белый Клык знал, где находится это место. Знание это досталось ему по наследству от многих поколений волков. И, нападая, он придерживался такой тактики: во-первых, подстерегал собаку, когда она была одна; во-вторых, налетал на нее неожиданно и сбивал с ног; и, в-третьих, вцеплялся ей в горло.</p>
      <p>Белый Клык был еще молод, и его неокрепшие челюсти не могли наносить смертельных ударов, но все же не один щенок бегал по поселку со следами его зубов на шее. И как-то раз, поймав одного из своих врагов на опушке леса, он все же ухитрился перекусить ему горло и выпустил из него дух. В тот вечер поселок заволновался. Его проделку заметили, весть о ней дошла до хозяина издохшей собаки, женщины припомнили Белому Клыку все его кражи, и около жилища Серого Бобра собралась толпа народу. Но он решительно закрыл вход в вигвам, где отсиживался преступник, и отказался выдать его своим соплеменникам.</p>
      <p>Белого Клыка возненавидели и люди и собаки. Он не знал ни минуты покоя. Каждая собака скалила на него зубы, каждый человек на него замахивался. Сородичи встречали его рычанием, боги — проклятиями и камнями. Он держался все время начеку, каждую минуту был готов напасть, отразить нападение или увернуться от удара. Он действовал стремительно и хладнокровно: сверкнув клыками, кидался на противника или с грозным рычанием отскакивал назад.</p>
      <p>Что до рычания, то рычать он умел пострашнее собак— и старых и молодых. Цель рычания — предостеречь или испугать врага; и надо хорошо разбираться в том, когда и при каких обстоятельствах следует пускать в ход такое средство. И Белый Клык знал это. В свое рычание он вкладывал всю ярость и злобу, все, чем только мог устрашить врага. Вздрагивающие ноздри, вставшая дыбом шерсть, язык, красной змейкой извивающийся между зубами, прижатые уши, горящие ненавистью глаза, подергивающиеся губы, оскаленные клыки заставляли призадуматься многих собак. Когда Белого Клыка застигали врасплох, ему было достаточно секунды, чтобы обдумать план действий. Но часто пауза эта затягивалась, противник отказывался от драки, и рычание Белого Клыка сплошь и рядом давало ему возможность отступить с почетом даже при стычках со взрослыми собаками.</p>
      <p>Изгнав Белого Клыка из стаи, объявив ему войну, молодые собаки тем самым поставили себя лицом к лицу с его злобой, ловкостью и силой. Дело обернулось так, что теперь враги Белого Клыка и сами ни на шаг не могли отойти от стаи. Он не допускал этого. Молодые собаки каждую минуту ждали его нападения и не решались бегать поодиночке. Всем им, за исключением Лип-Липа, приходилось держаться стаей, чтобы общими усилиями отбиваться от своего грозного противника. Отправляясь в одиночестве к реке, щенок или шел на верную смерть, или оглашал весь поселок пронзительным визгом, улепетывая от выскочившего из засады волчонка.</p>
      <p>Но Белый Клык продолжал мстить собакам даже после того, как они запомнили раз и навсегда, что им надо держаться всем вместе. Он нападал на собак, заставая их поодиночке; они нападали на него всей сворой. Стоило собакам завидеть Белого Клыка, как они дружно кидались за ним в погоню, и в таких случаях его спасали только быстрые ноги. Но горе тому псу, который, увлекшись, обгонял своих товарищей! Белый Клык на всем ходу поворачивался к преследователю, несущемуся впереди стаи, и бросался на него. Это случалось часто, потому что возбужденные погоней собаки забывали обо всем на свете, а Белый Клык всегда сохранял хладнокровие. То и дело оглядываясь назад, он готов был в любую минуту сделать на всем бегу крутой поворот и кинуться на слишком рьяного преследователя, отделившегося от своих товарищей.</p>
      <p>В молодых собаках живет непреодолимая потребность играть, и враги Белого Клыка удовлетворяли эту потребность, превращая войну с ним в увлекательную забаву. Охота за волчонком стала для них самым любимым развлечением — правда, развлечением не шуточным и подчас смертельно опасным. А Белый Клык, с которым никто из собак не мог сравниться быстротой ног, в свою очередь, не останавливался перед риском. В те дни, когда надежда на возвращение Кичи еще не покидала Белого Клыка, он часто заманивал собачью стаю в соседний лес. Но собакам не удавалось догнать его там. По тявканью и вою Белый Клык определял, где они находятся; сам же он бежал молча, тенью скользя между деревьями, как это делали его отец и мать. Кроме того, связь его с Северной глушью была теснее, чем у собак; он лучше понимал все ее тайны и хитрости. Чаще всего Белый Клык прибегал к такой уловке: переплывал ручей. запутывал свои следы и спокойно отлеживался где-нибудь в лесных зарослях, прислушиваясь к лаю потерявших его преследователей.</p>
      <p>Вызывая и у своих собратьев и у людей только одну ненависть и вечно враждуя со всеми, Белый Клык развивался быстро, но односторонне. При такой жизни в нем не могли зародиться ни добрые чувства, ни потребность в ласке. Обо всем этом он не имел ни малейшего понятия. Повинуйся сильному, угнетай слабого — вот закон, который руководил им. Серый Бобр — божество, он наделен силой, поэтому Белый Клык повиновался ему. Но собаки — те, которые моложе и меньше его ростом, слабы, и их надо уничтожать.</p>
      <p>В Белом Клыке развивались все те качества, которые помогали ему противостоять опасности, часто грозившей его жизни. Стальные мускулы выступали на его худом, гибком теле, как веревки. В проворстве и хитрости с ним не мог сравниться никто; он бегал быстрее, был беспощаднее в драках, выносливее, злее, ожесточеннее и умнее всех остальных собак. Белый Клык должен был стать таким, иначе он не уцелел бы в той враждебной среде, в которую привела его жизнь.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
       <p>Погоня за богами</p>
      </title>
      <p>Осенью, когда дни стали короче и в воздухе уже чувствовалось приближение холодов, Белому Клыку представился случай вырваться на свободу. Уже несколько дней в поселке царила суматоха. Индейцы разбирали летние вигвамы и готовились выйти на осеннюю охоту. Белый Клык зорко следил за этими приготовлениями, и, когда вигвамы были разобраны, а вещи погружены в пироги, он понял все. Пироги одна за другой начали отчаливать от берега, и часть их уже скрылась из виду.</p>
      <p>Белый Клык решил остаться и при первой же возможности улизнул из поселка в лес. Переплыв ручей, который уже затягивался льдом, он запутал свои следы. Потом забрался поглубже в чащу и стал ждать. Время шло. Он успел несколько раз заснуть, проснуться и снова заснуть. Его разбудил голос Серого Бобра. Потом послышались и другие голоса — жены хозяина, принимавшей участие в поисках, и Мит-Са — сына Серого Бобра.</p>
      <p>Белый Клык задрожал от страха, услышав свою кличку, но устоял и не вышел из лесу, хотя что-то подстрекало его откликнуться на зов хозяина. Вскоре голоса замерли вдали, и тогда он выбрался из кустарника, довольный, что побег удался. Наступали сумерки. Белый Клык резвился между деревьями, радуясь свободе. И вдруг его охватило чувство одиночества. Он сел, тревожно прислушиваясь к лесной тишине: ни звука, ни движения… Это показалось ему подозрительным, его подстерегала какая-то неведомая опасность. Он всматривался в смутные очертания высоких деревьев, в густые тени между ними, где мог притаиться любой враг.</p>
      <p>Потом ему стало холодно. Теплой стены вигвама, около которой он всегда грелся, здесь не было. Он сидел, поочередно поджимая то одну, то другую переднюю лапу, потом прикрыл их своим пушистым хвостом, и в эту минуту перед ним пронеслось видение. В этом не было ничего странного: перед его глазами встали знакомые картины. Он снова увидел поселок, вигвамы, пламя костров. Он услышал пронзительные голоса женщин, грубый бас мужской речи, лай собак. Белый Клык проголодался и вспомнил куски мяса и рыбы, которые ему перепадали от людей. Но сейчас его окружала тишина, сулившая не еду, а опасность.</p>
      <p>Неволя изнежила Белого Клыка. Зависимость от людей лишила его части силы. Он разучился добывать себе корм. Над ним спускалась ночь. Его зрение и слух, привыкшие к шуму и движению поселка, к непрерывному чередованию звуков и картин, не находили себе работы. Ему нечего было делать, нечего слушать, не на что смотреть. Он старался уловить хоть малейший шорох или движение. В этом безмолвии и неподвижности природы таилась какая-то страшная опасность.</p>
      <p>И вдруг Белый Клык вздрогнул. Что-то громадное и бесформенное пронеслось у него перед глазами. На землю легла тень дерева, освещенного выглянувшей из-за облаков луной. Успокоившись, он тихо заскулил, но, вспомнив, что это может привлечь к нему притаившегося где-нибудь врага, смолк.</p>
      <p>Дерево, схваченное ночным морозом, громко скрипнуло у него над головой. Белый Клык взвыл и, не чуя под собой ног от ужаса, опрометью кинулся к поселку. Он чувствовал непреодолимую потребность в людском обществе, в защите, которую оно дает. В его ноздрях стоял запах дыма от костров, в ушах звенели голоса и крики. Он выбежал из лесу на залитую луной поляну, где не было ни теней, ни мрака, но глаза его не увидели знакомого поселка. Он забыл, что люди ушли оттуда.</p>
      <p>Белый Клык остановился как вкопанный. Бежать было некуда. Он грустно бродил по опустевшему становищу, обнюхивая кучи мусора и хлама, оставленного богами. Теперь его обрадовал бы даже камень, брошенный какой-нибудь рассерженной женщиной, даже тяжелая рука Серого Бобра, а Лип-Липа и всю рычащую, трусливую свору собак он встретил бы с восторгом.</p>
      <p>Он побрел к тому месту, где стоял прежде вигвам Серого Бобра, сел посредине и поднял морду к луне. Спазмы сжимали ему горло; пасть у него раскрылась, и одиночество, страх, тоска по Кичи, все прошлые горести и предчувствие грядущих невзгод и страданий — все это вылилось в протяжном, тоскливом вое. Это был волчий вой, впервые вырвавшийся из груди Белого Клыка.</p>
      <p>С наступлением утра его страхи исчезли, но чувство одиночества только усилилось. Вид заброшенного становища, в котором еще так недавно кипела жизнь, наводил на него тоску. Долго раздумывать ему не пришлось: он повернул в лес и побежал вдоль берега реки. Он бежал весь день, не давая себе ни минуты отдыха. Казалось, он может бежать вечно. Его сильное тело не знало утомления. И даже когда утомление все-таки пришло, выносливость, доставшаяся ему от предков, продолжала гнать его все дальше и дальше.</p>
      <p>Там, где река протекала между крутыми берегами, Белый Клык бежал в обход, по горам. Ручьи и речки, впадавшие в Маккензи, он переплывал или переходил вброд. Часто ему приходилось бежать по узкой кромке льда, намерзшей около берега; тонкий лед ломался, и, проваливаясь в ледяную воду, Белый Клык не раз бывал на волосок от гибели. И все это время он ждал, что вот-вот нападет на след богов в том месте, где они причалят к берегу и направятся в глубь страны.</p>
      <p>По уму Белый Клык превосходил многих своих собратьев, и все-таки мысль о другом береге реки Маккензи не приходила ему в голову. Что, если след богов выйдет на ту сторону? Этого он не мог сообразить. Вероятно, позднее, когда Белый Клык набрался бы опыта в странствиях, повзрослел, научился бы отыскивать следы вдоль речных берегов, он допустил бы и эту возможность. Такая зрелость ждала его в будущем. Сейчас же он бежал наугад, принимая в расчет только один берег Маккензи.</p>
      <p>Белый Клык бежал всю ночь, натыкаясь в темноте на препятствия и преграды, которые замедляли его бег, но не отбивали охоты двигаться дальше. К середине второго дня, через тридцать часов, его железные мускулы стали сдавать, поддерживало только напряжение воли. Он ничего не ел почти двое суток и совсем обессилел от голода. Сказывались на нем и непрестанные погружения в ледяную воду. Его великолепная шкура была вся в грязи, широкие подушки на лапах кровоточили. Он начал прихрамывать — сначала слегка, потом все больше и больше. В довершение всего небо нахмурилось и пошел снег — мокрый, тающий снег, который прилипал к его разъезжавшимся лапам, заволакивал все вокруг и скрывал неровности почвы, затрудняя и без того мучительную дорогу.</p>
      <p>В эту ночь Серый Бобр решил сделать привал на дальнем берегу реки Маккензи, потому что путь к местам охоты шел в том направлении. Но незадолго до темноты Клу-Куч, жена Серого Бобра, приметила на ближнем берегу лося, который подошел к реке напиться. И вот, не подойди лось к берегу, не сбейся Мит-Са из-за метели с правильного курса, Клу-Куч не заметила бы лося, Серый Бобр не уложил бы его метким выстрелом из ружья, и все дальнейшие события сложились бы совершенно по-иному. Серый Бобр не сделал бы привала на ближнем берегу реки Маккензи, а Белый Клык, пробежав мимо, или погиб бы, или попал бы к своим диким сородичам и остался бы волком до конца своих дней.</p>
      <p>Наступила ночь. Снег повалил сильнее, и Белый Клык, спотыкаясь, прихрамывая и тихо повизгивая на ходу, напал на свежий след. След был настолько свеж, что Белый Клык сразу узнал его. Заскулив от нетерпения, он повернул от реки и бросился в лес. До ушей его донеслись знакомые звуки. Он увидел пламя костра, Клу-Куч, занятую стряпней, Серого Бобра, присевшего на корточки и жевавшего кусок сырого сала. У людей было свежее мясо!</p>
      <p>Белый Клык ожидал расправы. При мысли о ней шерсть у него на спине встала дыбом. Потом он, крадучись, двинулся вперед. Он боялся ненавистных ему побоев и знал, что их не миновать. Но он знал также, что будет греться около огня, будет пользоваться покровительством богов, встретит общество собак, хоть и враждебное ему, но все же общество, которое способно удовлетворить его потребность в близости к живым существам.</p>
      <p>Белый Клык ползком приближался к костру. Серый Бобр увидел его и перестал жевать сало. Белый Клык пополз еще медленнее; чувство унижения и покорности давило его, заставляя пресмыкаться перед человеком. Он полз прямо к Серому Бобру, все замедляя и замедляя движение, как будто ползти ему с каждым дюймом становилось труднее, и наконец лег у ног хозяина, которому предался отныне добровольно душой и телом. По собственному желанию подошел он к костру человека и признал над собой человеческую власть. Белый Клык дрожал, ожидая неминуемого наказания. Рука поднялась над ним. Он весь съежился, готовясь принять удар. Но удара не последовало.</p>
      <p>Белый Клык украдкой взглянул вверх. Серый Бобр разорвал сало на две части. Серый Бобр протягивал ему кусок сала! Осторожно и недоверчиво Белый Клык понюхал его, а потом потянул к себе. Серый Бобр велел дать Белому Клыку мяса и, пока он ел, не подпускал к нему других собак. Благодарный и довольный, Белый Клык улегся у ног своего хозяина, глядя на жаркое пламя костра и сонно щурясь. Он знал, что утро застанет его не в мрачном лесу, а на привале, среди богов, которым он отдавал всего себя и от воли которых теперь зависел.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
       <p>Договор</p>
      </title>
      <p>В середине декабря Серый Бобр отправился вверх по реке Маккензи. Мит-Са и Клу-Куч поехали вместе с ним. Сани Серого Бобра везли собаки, которых он выменял или взял взаймы у соседей. Во вторые сани, поменьше, были впряжены молодые собаки, и ими правил Мит-Са. Упряжка и сани больше походили на игрушечные, но Мит-Са был в восторге: он чувствовал, что исполняет настоящую мужскую работу. Кроме того, он учился управлять собаками и натаскивать их, и щенки тоже привыкали к упряжи. Сани Мит-Са шли не пустые, а везли около двухсот фунтов всякого скарба и провизии.</p>
      <p>Белому Клыку приходилось и раньше видеть ездовых собак, и когда его самого в первый раз запрягли в сани, он не противился этому. На шею ему надели набитый мохом ошейник, от которого шли две лямки к ремню, перекинутому поперек груди и через спину; к этому ремню была привязана длинная веревка, соединявшая его с санями.</p>
      <p>Упряжка состояла из семи собак. Всем им исполнилось по девять-десять месяцев, и только одному Белому Клыку было восемь. Каждая собака шла на отдельной веревке. Все веревки были разной длины, и разница между ними измерялась длиной корпуса собаки. Соединялись они в кольце на передке саней. Передок был загнут кверху, чтобы сани — берестяные, без полозьев — не зарывались в мягкий, пушистый снег. Благодаря такому устройству тяжесть самих саней и поклажи распределялась на большую поверхность. С той же целью — как можно более равномерного распределения тяжести — собак привязывали к передку саней веером, и ни одна из них не шла по следу другой.</p>
      <p>У веерообразной упряжки было еще одно преимущество: разная длина веревок мешала собакам, бегущим сзади, кидаться на передних, а затевать драку можно было только с той соседкой, которая шла на более короткой веревке. Однако тогда нападающий оказывался нос к носу со своим врагом и, кроме того, подставлял себя под удары бича погонщика. Но самое большое преимущество этой упряжки заключалось в том, что, стараясь напасть на передних собак, задние налегали на постромки, а чем быстрее катились сани, тем быстрее бежала и преследуемая собака. Таким образом, задняя никогда не могла догнать переднюю. Чем быстрее бежала одна, тем быстрее удирала от нее другая и тем быстрее бежали все остальные собаки. В результате всего этого быстрее катились и сани. Вот такими хитрыми уловками человек и укреплял свою власть над животными.</p>
      <p>Мит-Са, очень похожий на отца, унаследовал от него и мудрость. Он давно уже заметил, что Лип-Лип не дает прохода Белому Клыку; но тогда у Лип-Липа были свои хозяева, и Мит-Са осмеливался только исподтишка бросать в него камнем. А теперь Лип-Лип принадлежал Мит-Са, и, решив отомстить ему за прошлое, Мит-Са привязал его на самую длинную веревку. Таким образом, Лип-Лип стал вожаком, ему как будто оказали большую честь, — но на самом деле чести в этом было мало, потому что забияку и главаря всей стаи Лип-Липа ненавидели и преследовали теперь все собаки.</p>
      <p>Так как Лип-Лип был привязан на самую длинную веревку, собакам казалось, что он удирает от них. Им были видны только его задние ноги и пушистый хвост, а это далеко не так страшно, как вставшая дыбом шерсть и сверкающие клыки. Кроме того, зрелище бегущей собаки вызывает в Других собаках уверенность, что она убегает именно от них и что ее надо во что бы то ни стало догнать.</p>
      <p>Как только сани тронулись, вся упряжка погналась за Лип-Липом, и эта погоня продолжалась весь день. На первых порах оскорбленный Лип-Лип то и дело порывался кинуться на своих преследователей, но Мит-Са каждый раз хлестал его по голове тридцатифутовым бичом, свитым из вяленых оленьих кишок, и заставлял вернуться на место. Лип-Лип не побоялся бы схватиться со всей упряжкой, однако бич был куда страшнее, — и ему не оставалось ничего другого, как натягивать веревку и уносить свои бока от зубов товарищей.</p>
      <p>Ум индейца неистощим на хитрости. Чтобы усилить вражду всей упряжки к Лип-Липу, Мит-Са стал отличать его перед другими собаками, возбуждая в них ревность и ненависть к вожаку. Мит-Са кормил его мясом в присутствии всей своры и никому другому мяса не давал. Собаки приходили в ярость. Они метались вокруг Лип-Липа, пока он ел, но близко подходить не осмеливались, так как Мит-Са стоял возле него с бичом в руке. А когда мяса не было, Мит-Са отгонял упряжку подальше и делал вид, что кормит Лип-Липа.</p>
      <p>Белый Клык принялся за работу охотно. Покорившись богам, он в свое время проделал гораздо более длинный путь, чем остальные собаки, и гораздо глубже, чем они, постиг всю тщетность сопротивления воле богов. Кроме того, ненависть, которую питали к нему все собаки, уменьшала их значение в его глазах и увеличивала значение человека. Он не нуждался в обществе своих собратьев: Кичи была почти забыта, и верность богам, власть которых признал над собой Белый Клык, служила ему чуть ли не единственным способом выражать свои чувства. И Белый Клык усердно работал, слушался приказаний и подчинялся дисциплине. Он трудился честно и охотно. Честность в труде присуща всем прирученным волкам и прирученным собакам, а Белый Клык был наделен этим качеством в полной мере.</p>
      <p>Белый Клык общался и с собаками, но это общение выражалось во вражде и ненависти. Он никогда не играл с ними. Он умел драться — и дрался, воздавая сторицей за все укусы и притеснения, которые ему пришлось вынести в те дни, когда Лип-Лип был главарем стаи. Теперь Лип-Лип главенствовал над ней лишь тогда, когда бежал на конце длинной веревки впереди своих товарищей и подскакивающих по снегу саней. На стоянках Лип-Лип держался поближе к Мит-Са, Серому Бобру и Клу-Куч, не решаясь отойти от богов, потому что теперь клыки всех собак были направлены против него и он испытал на себе всю горечь вражды, которая приходилась раньше на долю Белого Клыка.</p>
      <p>После падения Лип-Липа Белый Клык мог бы сделаться вожаком стаи, но он был слишком угрюм и замкнут для этого. Товарищи по упряжке получали от него только одни укусы, в остальном он словно не замечал их. При встречах с ним они сворачивали в сторону, и ни одна, даже самая смелая, собака не решалась отнять у Белого Клыка его долю мяса. Напротив, они старались как можно скорее проглотить свою долю, боясь, как бы он не отнял ее. Белый Клык хорошо усвоил закон: <emphasis>притесняй слабого и подчиняйся сильному.</emphasis> Он торопливо съедал брошенный хозяином кусок, и тогда — горе той собаке, которая еще не кончила есть. Грозное рычание, оскаленные клыки — и ей оставалось только изливать свое негодование равнодушным звездам, пока Белый Клык доканчивал ее долю.</p>
      <p>Время от времени то одна, то другая собака поднимала бунт против Белого Клыка, но он быстро усмирял их. Он ревниво оберегал свое обособленное положение в стае и нередко брал его с бою. Но такие схватки бывали непродолжительны. Собаки не могли тягаться с ним. Он наносил раны противнику, не дав ему опомниться, и собака истекала кровью, еще не успев как следует начать драку.</p>
      <p>Белый Клык так же, как и боги, поддерживал среди своих собратьев суровую дисциплину. Он не давал им никаких поблажек и требовал безграничного уважения к себе. Между собой собаки могли делать все что угодно. Это его не касалось. Белый Клык следил только за тем, чтобы собаки не посягали на его обособленность, уступали ему дорогу, когда он появлялся среди стаи, и признавали его господство над собой. Стоило какому-нибудь смельчаку принять воинственный вид, оскалить зубы или ощетиниться, как Белый Клык кидался на него и без всякой жалости доказывал ему ошибочность его поведения.</p>
      <p>Он был свирепым тираном, он правил с железной непреклонностью. Слабые не знали пощады от него. Жестокая борьба за существование, которую ему пришлось вести с раннего детства, когда вдвоем с матерью, одни, без всякой помощи, они бились за жизнь, преодолевая враждебность Северной глуши, не прошла бесследно. При встречах с сильнейшим противником Белый Клык вел себя смирно. Он угнетал слабого, но зато уважал сильного. И когда Серый Бобр встречал на своем долгом пути стоянки других людей, Белый Клык ходил между чужими взрослыми собаками тихо и осторожно.</p>
      <p>Прошло несколько месяцев, а путешествие Серого Бобра все еще продолжалось. Долгая дорога и усердная работа в упряжке укрепили силы Белого Клыка, и умственное развитие его, видимо, завершилось. Окружающий мир был познан им до конца. И он смотрел на него мрачно, не питая по отношению к нему никаких иллюзий. Мир этот был суров и жесток, в нем не существовало ни тепла, ни ласки, ни привязанностей.</p>
      <p>Белый Клык не чувствовал привязанности даже к Серому Бобру. Правда, Серый Бобр был богом, но богом жестоким. Белый Клык охотно признавал его власть над собой, хотя власть эта основывалась на умственном превосходстве и на грубой силе. В натуре Белого Клыка было нечто такое, что шло навстречу этому господству, иначе он не вернулся бы из Северной глуши и не доказал бы этим своей верности богам. В нем таились еще никем не исследованные глубины. Добрым словом или ласковым прикосновением Серый Бобр мог бы проникнуть в эти глубины, но Серый Бобр никогда не ласкал Белого Клыка, не сказал ему ни одного доброго слова. Это было не в его обычае. Превосходство Серого Бобра основывалось на жестокости, и с такой же жестокостью он повелевал, отправляя правосудие при помощи палки, наказуя преступление физической болью и воздавая по заслугам не лаской, а тем, что воздерживался от удара.</p>
      <p>И Белый Клык не подозревал о том блаженстве, которым может наградить рука человека. Да он и не любил человеческих рук: в них было что-то подозрительное. Правда, иногда эти руки давали мясо, но чаще всего они причиняли боль. От них надо было держаться подальше, они швыряли камни, размахивали палками, дубинками, бичами, они могли бить и толкать, а если и прикасались, то лишь затем, чтобы ущипнуть, дернуть, вырвать клок шерсти. В чужих поселках он узнал, что детские руки тоже умеют причинять боль. Какой-то малыш однажды чуть не выколол ему глаз. После этого Белый Клык стал относиться к детям с большой подозрительностью. Он просто не выносил их. Когда те подходили и протягивали к нему свои руки, не сулившие добра, он вставал и уходил.</p>
      <p>В одном из поселков на берегу Большого Невольничьего озера Белому Клыку довелось уточнить преподанный ему Серым Бобром закон, согласно которому нападение на богов считается непростительным грехом. По обычаю всех собак во всех поселках, Белый Клык отправился на поиски пищи. Он увидел мальчика, который разрубал топором мерзлую тушу лося. Кусочки мяса разлетались в разные стороны. Белый Клык остановился и стал подбирать их. Мальчик бросил топор и схватил увесистую дубинку. Белый Клык отскочил назад, еле успев увернуться от удара. Мальчик побежал за ним, и он, незнакомый с поселком, кинулся в проход между вигвамами и очутился в тупике перед высоким земляным валом.</p>
      <p>Деваться было некуда. Мальчик загораживал единственный выход из тупика. Подняв дубинку, он сделал шаг вперед. Белый Клык рассвирепел. Его чувство справедливости было возмущено, он весь ощетинился и встретил мальчика грозным рычанием. Белый Клык хорошо знал закон: все остатки мяса, например кусочки мерзлой туши лося, принадлежат собаке, которая их находит; он не сделал ничего дурного, не нарушил никакого закона, и все-таки мальчик собирался побить его. Белый Клык сам не знал, как это случилось. Он сделал это в припадке бешенства, и все произошло так быстро, что его противник тоже ничего не успел понять. Мальчик вдруг растянулся на снегу, а зубы Белого Клыка прокусили ему руку, державшую дубинку.</p>
      <p>Но Белый Клык знал, что закон, установленный богами, нарушен. Вонзивший зубы в священное тело одного из богов должен ждать самого страшного наказания. Он убежал под защиту Серого Бобра и сидел, съежившись, у его ног, когда укушенный мальчик и вся его семья явились требовать возмездия. Но они ушли ни с чем; Серый Бобр стал на защиту Белого Клыка. То же сделали Мит-Са и Клу-Куч. Прислушиваясь к перебранке людей и наблюдая за тем, как они гневно машут руками, Белый Клык начинал понимать, что для его проступка есть оправдание. И таким образом он узнал, что боги бывают разные: они делятся на его богов и на богов чужих; и это далеко не одно и то же. От своих богов следует принимать все — и справедливость и несправедливость. Но он не обязан сносить несправедливость чужих богов, он вправе мстить за нее зубами. И это также было законом.</p>
      <p>В тот же день Белый Клык познакомился с новым законом еще ближе. Собирая хворост в лесу, Мит-Са натолкнулся на компанию мальчиков, среди которых был и потерпевший. Произошла ссора. Мальчики набросились на Мит-Са. Ему приходилось плохо. Удары сыпались на него со всех сторон. Белый Клык сначала просто наблюдал за дракой — это дело богов, это его не касается. Но потом он сообразил, что ведь бьют Мит-Са, одного из его собственных богов. И то, что он сделал вслед за этим, он сделал не рассуждая. Порыв бешеной ярости бросил его в самую середину свалки. Пять минут спустя мальчики разбежались с поля битвы, и многие из них оставили на снегу кровавые следы, говорившие о том, что зубы Белого Клыка не бездействовали. Когда Мит-Са рассказал в поселке о случившемся, Серый Бобр велел дать Белому Клыку мяса. Он велел дать ему много мяса. И Белый Клык, насытившись, лег у костра и заснул, твердо уверенный в том, что понял закон правильно.</p>
      <p>Вслед за этим Белый Клык усвоил закон собственности и то, что собственность хозяина надо охранять. От защиты тела бога до защиты его имущества был один шаг, и Белый Клык этот шаг сделал. То, что принадлежало богу, следовало защищать от всего мира, не останавливаясь даже перед нападением на других богов. Но поступок этот, святотатственный сам по себе, всегда сопряжен с большой опасностью. Боги всемогущи, и собаке трудно тягаться с ними; и все-таки Белый Клык научился безбоязненно давать им отпор. Чувство долга побеждало в нем страх, и в конце концов вороватые боги решили оставить имущество Серого Бобра в покое.</p>
      <p>Белый Клык скоро понял, что вороватые боги трусливы и, заслышав тревогу, сейчас же убегают. Кроме того (как он убедился на опыте), промежуток времени между поднятой тревогой и появлением Серого Бобра бывал обычно очень короткий. И он понял также, что вор убегает не потому, что боится его, Белого Клыка, а потому, что боится Серого Бобра. Учуяв вора, Белый Клык не поднимал лая — да он и не умел лаять, — он кидался на непрошеного гостя и, если удавалось, впивался в него зубами. Угрюмость и необщительность помогли Белому Клыку стать надежным сторожем при хозяйском добре, и Серый Бобр всячески поощрял его в этом. И в конце концов Белый Клык стал еще злее, еще неукротимее и окончательно замкнулся в себе.</p>
      <p>Месяцы шли один за другим, и время все больше и больше скрепляло договор между собакой и человеком. Этот договор еще в незапамятные времена был заключен первым волком, пришедшим из Северной глуши к человеку. И, подобно всем своим предшественникам — волкам и диким собакам, Белый Клык сам выработал условия этого договора. Они были очень просты. За поклонение божеству он отдал свою свободу. От бога Белый Клык получал общение с ним, покровительство, корм и тепло.</p>
      <p>Взамен он сторожил его имущество, защищал его тело, работал на него и покорялся ему.</p>
      <p>Если у тебя есть бог, ему надо служить. И Белый Клык служил своему богу, повинуясь чувству долга и благоговейного страха. Но он не любил его. Он не знал, что такое любовь, и никогда не испытывал этого чувства. Кичи стала далеким воспоминанием. Кроме того, отдавшись человеку, Белый Клык не только порвал с Северной глушью и со своими сородичами, но подчинился и такому условию договора, которое не позволило бы ему покинуть бога и пойти за Кичи, даже если бы он встретил ее. Преданность человеку стала законом для Белого Клыка, и закон этот был сильнее любви к свободе, сильнее кровных уз.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестая</p>
       <p>Голод</p>
      </title>
      <p>Весна была уже не за горами, когда длинное путешествие Серого Бобра кончилось. В один из апрельских дней Белый Клык, которому к этому времени исполнился год, снова вернулся в старый поселок, и там Мит-Са снял с него упряжь. Хотя Белый Клык еще не достиг полной зрелости, все же после Лип-Липа он был самым крупным из годовалых щенков. Унаследовав свой рост и силу от отца-волка и от Кичи, он почти сравнялся со взрослыми собаками, но уступал им в крепости сложения. Тело у него было поджарое и стройное; в драках он брал скорее увертливостью, чем силой; шкура серая, как у волка. И по виду он казался самым настоящим волком. Кровь собаки, перешедшая к нему от Кичи, не оставила следов на его внешнем облике, но характер его складывался не без ее участия.</p>
      <p>Белый Клык бродил по поселку, с чувством спокойного удовлетворения узнавая богов, знакомых ему еще до путешествия. Встречал он здесь и щенят, тоже подросших за это время, и взрослых собак, которые теперь уже не казались ему такими большими и страшными. Белый Клык почти перестал бояться их и прогуливался среди своры с непринужденностью, доставлявшей ему на первых порах, большое удовольствие.</p>
      <p>Был здесь и старый седой Бэсик, которому раньше требовалось только оскалить зубы, чтобы прогнать Белого Клыка за тридевять земель. В прежние дни Бэсик не раз заставлял Белого Клыка убеждаться в собственном ничтожестве, но теперь тот же Бэсик помог ему оценить происшедшие в нем самом перемены. Бэсик старел, дряхлел, а Белый Клык был молод, и сил у него прибывало с каждым днем.</p>
      <p>Перемена во взаимоотношениях с собаками стала ясна Белому Клыку вскоре после возвращения в поселок. Люди разделывали тушу только что убитого лося. Он получил копыто с частью берцовой кости, на которой было довольно много мяса. Убежав от дерущихся собак подальше в лес, чтобы его никто не видел, Белый Клык принялся за свою добычу. И вдруг на него налетел Бэсик. Еще не успев как следует сообразить, в чем дело, Белый Клык дважды полоснул старого пса зубами и отскочил в сторону. Остолбенев от такой дерзкой и стремительной атаки, Бэсик бессмысленно уставился на Белого Клыка, а кость со свежим мясом лежала между ними.</p>
      <p>Бэсик был стар и уже испытал на себе отвагу той самой молодежи, которую раньше ему ничего не стоило припугнуть. Как это ни было горько, но волей-неволей обиды приходилось глотать, призывая на помощь всю свою мудрость, чтобы не сплоховать перед молодыми собаками. В прежние дни справедливый гнев заставил бы его кинуться на дерзновенного юнца, но теперь убывающие силы не позволяли отважиться на такой поступок. Весь ощетинившись, он грозно поглядывал на Белого Клыка, а тот, вспомнив свой былой страх, съежился, словно маленький щенок, и уже прикидывал мысленно, как бы ему отступить с возможно меньшим позором.</p>
      <p>Тут-то Бэсик и совершил ошибку. Удовольствуйся он грозным и свирепым видом — все сошло бы хорошо. Приготовившийся к бегству Белый Клык отступил бы, оставив кость ему. Но Бэсик не захотел ждать. Решив, что победа осталась за ним, он сделал шаг вперед и понюхал кость. Белый Клык слегка ощетинился. Даже сейчас можно было спасти положение. Продолжай Бэсик стоять с высоко поднятой головой, грозно поглядывая на противника, Белый Клык в конце концов удрал бы. Но ноздри Бэсику щекотал запах свежего мяса, и, не удержавшись, он схватил кость.</p>
      <p>Этого Белый Клык не смог перенести. Господство над товарищами по упряжке было еще свежо в его памяти, и он уже не мог совладать с собой, глядя, как другая собака пожирает принадлежащее ему мясо. По своему обыкновению он кинулся на Бэсика, не дав тому опомниться. После первого же укуса правое ухо у старого пса повисло клочьями. Внезапность нападения ошеломила его, Но немедленно вслед за этим и с такой же внезапностью последовали еще более печальные события: Бэсик был сбит с ног, на шее его зияла рана. Не дав старику подняться, молодая собака дважды рванула его за плечо. Стремительность нападения была поистине ошеломляющей. Бэсик кинулся на Белого Клыка, но зубы его только яростно щелкнули в воздухе. В следующую же минуту нос у Бэсика оказался располосованным, и он, шатаясь, отступил прочь.</p>
      <p>Положение круто изменилось. Над костью стоял грозно ощетинившийся Белый Клык, а Бэсик держался поодаль, готовясь в любую минуту отступить. Он не осмеливался затеять драку с молодым, быстрым, как молния, противником. И снова, с еще большей горечью, Бэсик почувствовал приближающуюся старость. Его попытка сохранить достоинство была поистине героической. Спокойно повернувшись спиной к молодой собаке и лежавшей на земле кости, как будто и то и другое совершенно не заслуживало внимания, он величественно удалился. И только тогда, когда Белый Клык уже не мог видеть его, Бэсик лег на землю и начал зализывать свои раны.</p>
      <p>После этого случая Белый Клык окончательно уверовал в себя и возгордился. Теперь он спокойно расхаживал среди взрослых собак, стал не так уступчив. Не то чтобы он искал поводов для ссоры, далеко нет, — он требовал внимания к себе. Он отстаивал свои права и не хотел отступать перед другими собаками. С ним приходилось считаться, вот и все. Никто не смел пренебрегать им. Это участь щенят, и мириться с такой участью приходилось всей упряжке, щенки сторонились взрослых собак, уступали им дорогу, а иногда были вынуждены отдавать им свою долю мяса. Но необщительный, одинокий, угрюмый, грозный, чуждающийся всех Белый Клык был принят как равный в среду взрослых собак. Они быстро поняли, что его надо оставить в покое, не объявляли ему войны и не делали попыток завязать с ним дружбу. Белый Клык платил им тем же, и после нескольких стычек собаки убедились, что такое положение дел устраивает всех как нельзя лучше.</p>
      <p>В середине лета с Белым Клыком произошел неожиданный случай. Пробегая своей бесшумной рысцой в конец поселка, чтобы обследовать там новый вигвам, поставленный, пока он уходил с индейцами на охоту за лосем, Белый Клык наткнулся на Кичи. Он остановился и посмотрел на нее. Он помнил мать смутно, все-таки <emphasis>помнил,</emphasis> а Кичи забыла сына. Грозно зарычав, она оскалила на него зубы, и Белый Клык вспомнил все. Детство и то, о чем говорило это рычание, предстало перед ним. До встречи с богами Кичи была для Белого Клыка центром вселенной. Старые чувства вернулись и овладели им. Он подскочил к матери, но она встретила его оскаленной пастью и распорола ему скулу до самой кости. Белый Клык не понял, что произошло, и растерянно попятился назад, ошеломленный таким приемом.</p>
      <p>Но Кичи была не виновата. Волчицы забывают своих волчат, которым исполнился год или больше года. Так и Кичи забыла Белого Клыка. Он был для нее незнакомцем, чужаком, и выводок, которым она обзавелась за это время, давал ей право враждебно относиться к таким незнакомцам.</p>
      <p>Один из ее щенков подполз к Белому Клыку. Сами того не зная, они приходились друг другу сводными братьями. Белый Клык с любопытством обнюхал щенка, за что Кичи еще раз наскочила на него и располосовала ему морду. Белый Клык попятился еще дальше. Все старые воспоминания, воскресшие было в нем, снова умерли, и превратились в прах. Он смотрел на Кичи, которая лизала своего детеныша и время от времени поднимала голову и рычала. Теперь Кичи была не нужна Белому Клыку. Он научился обходиться без нее и забыл, чем она была дорога ему. В его мире не осталось места для Кичи, так же как и в ее мире не осталось места для Белого Клыка.</p>
      <p>Воспоминаний как не бывало — он стоял растерянный, ошеломленный всем случившимся. И тут Кичи метнулась к нему в третий раз, прогоняя его с глаз долой. Белый Клык покорился. Кичи была самка, а по закону, установленному его породой, самцы не должны драться с самками. Он ничего не знал об этом законе, он постиг его не на основании жизненного опыта, — этот закон был подсказан ему инстинктом, тем самым инстинктом, который заставлял его выть на луну, на ночные звезды, бояться смерти и неизвестного.</p>
      <p>Месяцы шли один за другим. Сил у Белого Клыка все прибавлялось, он становился крупнее, шире в плечах, а характер его развивался по тому пути, который предопределяла наследственность и окружающая среда. Белый Клык был создан из материала, мягкого, как глина, и таившего в себе много всяких возможностей. Среда лепила из этой глины все, что ей было угодно, придавая ей любую форму. Так, не подойди Белый Клык на огонь, зажженный человеком, Северная глушь сделала бы из него настоящего волка. Но боги даровали ему другую среду, и из Белого Клыка получилась собака, в которой было много волчьего, и все-таки это была собака, а не волк.</p>
      <p>И вот под влиянием окружающей обстановки податливый материал, из которого был сделан Белый Клык, принял определенную форму. Это было неизбежно. Он становился все угрюмее, злее, он сторонился своих собратьев. И они поняли, что с ним лучше жить в мире, чем враждовать, а Серый Бобр день ото дня все больше и больше ценил его.</p>
      <p>Но возмужалость не освободила Белого Клыка от одной слабости: он не терпел, когда над ним смеялись. Человеческий смех выводил его из себя. Люди могли смеяться между собой над чем угодно, и он не обращал на это внимания. Но стоило кому-нибудь засмеяться над ним, как он приходил в ярость: степенная, полная достоинства собака неистовствовала до нелепости. Смех так озлоблял ее, что она превращалась в сущего дьявола. И горе тем щенкам, которые попадались Белому Клыку в эти минуты! Он слишком хорошо знал закон, чтобы вымещать злобу на Сером Бобре; Серому Бобру помогали палка и ум, а у щенков не было ничего, кроме открытого пространства, которое и спасало их, когда перед ними появлялся Белый Клык, доведенный смехом до бешенства.</p>
      <p>Когда Белому Клыку пошел третий год, индейцев, живших на реке Маккензи, постиг голод. Летом не ловилась рыба. Зимой олени ушли со своих обычных мест. Лоси попадались редко, зайцы почти исчезли. Хищные животные гибли. Изголодавшись, ослабев от голода, они стали пожирать друг друга. Выживали только сильные. Боги Белого Клыка всегда промышляли охотой. Старые и слабые среди них умирали один за другим. В поселке стоял плач. Женщины и дети уступали свою жалкую долю еды отощавшим, осунувшимся охотникам, которые рыскали по лесу в тщетных поисках дичи.</p>
      <p>Голод довел богов до такой крайности, что они ели мокасины и рукавицы из сыромятной кожи, а собаки съедали свою упряжь и даже бичи. Кроме того, собаки ели друг друга, а боги ели собак. Сначала покончили с самыми слабыми и менее ценными. Собаки, оставшиеся в живых, видели все это и понимали, что их ждет такая же участь. Те, что были посмелее и поумнее, покинули костры, разведенные человеком, около которых теперь шла бойня, и убежали в лес, где их ждала голодная смерть или волчьи зубы.</p>
      <p>В это тяжелое время Белый Клык тоже убежал в лес. Он был более приспособлен к жизни, чем другие собаки, — сказывалась школа, пройденная в детстве. Особенно искусно выслеживал он маленьких зверьков. Он мог часами следить за каждым движением осторожной белки и ждать, когда она решится слезть с дерева на землю; при этом он проявлял такое громадное терпение, которое ни в чем не уступало мучившему его голоду. Белый Клык никогда не торопился. Он выжидал до тех пор, пока можно было действовать наверняка, не боясь, что белка опять удерет на дерево. Тогда, и только тогда, Белый Клык с молниеносной быстротой выскакивал из своей засады, как снаряд, никогда не пролетающий мимо намеченной цели — мимо белки, которую не могли спасти ее быстрые ноги.</p>
      <p>Но хотя охота на белок обычно кончалась удачей, одно обстоятельство мешало Белому Клыку наедаться досыта: белки попадались редко, и ему волей-неволей приходилось охотиться на более мелкую дичь. По временам голод так мучил его, что он не останавливался даже перед тем, чтобы выкапывать мышей из норок. Не погнушался он и вступить в бой с лаской, такой же голодной, как он сам, но в тысячу раз более свирепой.</p>
      <p>Когда голод донимал Белого Клыка особенно жестоко, он подкрадывался поближе к кострам богов, но вплотную к ним не подходил. Он бегал по лесу, избегая встреч с богами, и обкрадывал силки, когда в них изредка попадалась дичь. Однажды он даже обворовал силок на зайца, поставленный Серым Бобром, а Серый Бобр в это время шел, пошатываясь, по лесу и то и дело садился отдыхать, еле переводя дух от слабости.</p>
      <p>Как-то раз Белый Клык наткнулся на молодого волка, изможденного и еле державшегося на ногах. Если бы Белый Клык не был так голоден, он, вероятно, отправился бы дальше с ним и в конце концов примкнул бы к волчьей стае, но сейчас ему не оставалось ничего другого, как погнаться за волком, задрать и съесть его.</p>
      <p>Судьба, казалось, благоприятствовала Белому Клыку. Всякий раз, когда недостаток в пище ощущался особенно остро, он находил какую-нибудь добычу. Счастье не изменило ему даже в те дни, когда сил совсем не стало, — ни разу за это время он не попался на глаза более крупным хищникам. Однажды, подкрепившись рысью, которой хватило на целых два дня, Белый Клык встретился с волчьей стаей. Началась долгая, жестокая погоня, но Белый Клык был крепче волков и в конце концов убежал от них. И не только убежал, а описал большой круг и, вернувшись назад, напал на одного из своих изможденных преследователей.</p>
      <p>Вскоре Белый Клык покинул эти места и отправился в долину, на свою родину. Разыскав прежнее логовище, он встретил там Кичи. Кичи тоже покинула негостеприимные костры богов и, как только ей пришла пора щениться, вернулась в пещеру. К тому времени, когда около пещеры появился Белый Клык, из всего выводка Кичи остался лишь один волчонок, но и он доживал последние дни, — молодой жизни трудно было уцелеть в такой голод.</p>
      <p>Прием, который Кичи оказала своему взрослому сыну, нельзя было назвать теплым. Но Белый Клык отнесся к этому равнодушно. Не нуждаясь больше в матери, он невозмутимо отвернулся от нее и побежал вверх по ручью. На левом его рукаве Белый Клык нашел логовище рыси, с которой некогда ему пришлось сразиться вместе с матерью. Здесь, в заброшенной норе, он лег и отдыхал весь день.</p>
      <p>Ранним летом, когда голодовка уже подходила к концу, Белый Клык встретил Лип-Липа, который, так же как и он, убежал в лес и влачил там жалкое существование. Белый Клык встретил его совершенно неожиданно. Огибая с противоположных сторон выступ крутого берега, они одновременно выбежали из-за высокой скалы и столкнулись нос к носу. Оба замерли, испуганные такой встречей, и уставились друг на друга.</p>
      <p>Белый Клык был в прекрасном состоянии. Всю эту неделю он очень удачно охотился и ел много, а последней своей добычей был сыт до отвала. Но стоило ему только увидеть Лип-Липа, как шерсть у него на спине встала дыбом. Он ощетинился совершенно непроизвольно, — это внешнее проявление злобы в прошлом сопутствовало каждой встрече с забиякой Лип-Липом. Так было и теперь: завидев своего врага, Белый Клык ощетинился и зарычал на него. Ни одна минута не пропала даром. Все было сделано быстро, в одно мгновение. Лип-Лип попятился назад, но Белый Клык сшибся с ним плечо к плечу, сбил его с ног, опрокинул на спину и впился зубами в его жилистую шею. Лип-Лип бился в предсмертных судорогах, а Белый Клык похаживал вокруг, не сводя с него глаз. Затем он снова пустился в путь и исчез за крутым поворотом берега.</p>
      <p>Вскоре после этого Белый Клык выбежал на опушку леса и по узкой прогалине спустился к реке Маккензи. Он забегал сюда и раньше, но тогда на этом берегу было пусто, а сейчас тут виднелся поселок. Белый Клык остановился и, не выходя из-за деревьев, стал осматриваться. Звуки и запахи показались ему знакомыми. Это был старый поселок, перебравшийся на другое место, но в его звуках и запахах чувствовалось что-то новое. Не слышно было ни воя, ни плача. Эти звуки говорили о довольстве. И когда Белый Клык услышал сердитый женский голос, он понял, что так сердиться можно только на сытый желудок. В воздухе пахло рыбой — значит, в поселке была пища. Голод кончился. Он смело вышел из лесу и побежал прямо к хозяйскому вигваму. Самого хозяина не было дома, но Клу-Куч встретила Белого Клыка радостными криками, дала ему целую свежую рыбину, и он лег и стал ждать возвращения Серого Бобра.</p>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Часть четвертая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
       <p>Враг</p>
      </title>
      <p>Если в натуре Белого Клыка была заложена хоть малейшая возможность сблизиться с представителями его породы, то возможность эта безвозвратно погибла после того, как он стал вожаком упряжки. Собаки возненавидели его; возненавидели за то, что Мит-Са подкидывал ему лишний кусок мяса; возненавидели за все те действительные и воображаемые преимущества, которыми он пользовался; возненавидели за то, что он всегда бежал в голове упряжки, доводя их до бешенства одним видом своего пушистого хвоста и быстро мелькающих ног.</p>
      <p>И Белый Клык проникся к собакам точно такой же острой ненавистью. Роль вожака не доставляла ему ни малейшего удовольствия. Он через силу мирился с тем, что ему приходится убегать от заливающихся лаем собак, которые в течение трех лет находились под его властью. Но с этим надо было мириться, иначе ему грозила гибель, а жизни, бившей в нем ключом, гибнуть не хотелось. Лишь только Мит-Са трогал с места, вся упряжка с яростным лаем кидалась в погоню за Белым Клыком.</p>
      <p>Защищаться он не мог: стоило ему повернуть голову к собакам, как Мит-Са хлестал его по морде бичом. Белому Клыку не оставалось ничего другого, как мчаться вперед. Отражать хвостом и задними ногами нападение всей завывающей своры он не мог, — таким оружием нельзя обороняться против множества безжалостных клыков. И Белый Клык несся вскачь, каждым прыжком насилуя свою природу и унижая свою гордость, а бежать так приходилось целый день.</p>
      <p>Такое насилие над собой не проходит безнаказанно. Если волос, выросший на теле, заставить расти в глубь кожи, он будет причинять мучительную боль. То же самое происходило и с Белым Клыком. Всем своим существом он стремился разделаться с собаками, преследующими его по пятам, но волю богов нарушать было нельзя, тем более что воля их подкреплялась ударами тридцатифутового бича, свитого из оленьих кишок. И Белый Клык терпел все это, затаив в себе такую ненависть и злобу, на какую только был способен его свирепый и неукротимый нрав.</p>
      <p>Если какое-нибудь живое существо и можно было назвать врагом своих собратьев, то это относилось именно к Белому Клыку. Он никогда не просил пощады, и сам никого не щадил. Раны и шрамы не сходили у него с тела, а собаки, в свою очередь, не расставались с отметинами его зубов. В противоположность многим вожакам, кидавшимся под защиту богов, как только собак распрягали, Белый Клык пренебрегал такой защитой. Он безбоязненно разгуливал по стоянке, ночью расправляясь с собаками за все то, что приходилось терпеть от них днем. В те времена, когда Белый Клык еще не был вожаком, его теперешние товарищи по упряжке обычно старались не попадаться ему на дороге. Теперь положение изменилось. Погоня, длившаяся с утра и до вечера, сознание, что весь день Белый Клык убегал от них, находился в их власти, — все это не позволяло собакам отступать перед ним. Стоило ему появиться среди стаи, сейчас же начиналась драка. Его прогулки по стоянке сопровождались рычанием, грызней, визгом. Самый воздух, которым он дышал, был насыщен ненавистью и злобой, и это лишь усиливало ненависть и злобу в нем самом.</p>
      <p>Когда Мит-Са приказывал упряжке остановиться, Белый Клык слушался его окрика. На первых порах эта остановка вызывала замешательство среди собак, все они набрасывались на ненавистного вожака. Но тут дело принимало совсем другой оборот: размахивая бичом, на помощь Белому Клыку приходил Мит-Са. И собаки поняли наконец, что, если сани останавливаются по приказанию Мит-Са, вожака лучше не трогать. Но если Белый Клык останавливался самовольно, значит, над ним можно было чинить расправу.</p>
      <p>Вскоре Белый Клык перестал останавливаться без приказания. Такие уроки усваиваются быстро. Да Белый Клык и не мог не усваивать их, иначе он не выжил бы в той суровой среде, которую уготовила ему жизнь.</p>
      <p>Но для собак эти уроки пропадали даром — они не оставляли его в покое на стоянках. Дневная погоня и яростный лай, в который упряжка вкладывала всю свою ненависть к вожаку, заставляли ее забывать то, что было предыдущей ночью; на следующую ночь урок повторялся, но к утру от него не оставалось и следа. Кроме того, вражду собак к Белому Клыку питало еще одно немаловажное обстоятельство: они чувствовали в нем иную породу, и этого было вполне достаточно, чтобы противопоставить их друг другу.</p>
      <p>Так же как и Белый Клык, все они были прирученные волки, но за ними стояло уже несколько прирученных поколений. Многое, чем наделяет волка Северная глушь, было уже утеряно, и для собак в Северной глуши таилась лишь неизвестность, вечная угроза и вечная вражда. Но внешность Белого Клыка, все его повадки и инстинкты говорили о крепкой связи с Северной глушью; он был символом и олицетворением ее. И поэтому, скаля на него зубы, собаки тем самым охраняли себя от гибели, таившейся в сумраке лесов и во тьме, со всех сторон обступавшей костры человека.</p>
      <p>Впрочем, один урок собаки заучили твердо: надо держаться вместе. Белый Клык был слишком опасным противником, и никто не решался встретиться с ним один на один. Собаки нападали на него всей сворой, иначе он разделался бы с ними за одну ночь. И Белому Клыку не удавалось разделаться ни с одним из своих врагов. Он сбивал противника с ног, но стая сейчас же набрасывалась на него, не давая ему прокусить собаке горло. При малейшем намеке на ссору вся упряжка дружно ополчалась на своего вожака. Собаки постоянно грызлись между собой, но стоило только кому-нибудь из них затеять драку с Белым Клыком, как все прочие ссоры мигом забывались.</p>
      <p>Однако загрызть Белого Клыка они не могли при всем своем старании. Он был слишком подвижен для них, слишком грозен и умен. Он избегал тех мест, где можно было попасть в ловушку, и всегда ускользал, когда свора старалась окружить его кольцом. А о том, чтобы сбить Белого Клыка с ног, не могла помышлять ни одна собака. Ноги его с таким же упорством цеплялись за землю, с каким сам он цеплялся за жизнь. И поэтому в той нескончаемой войне, которую Белый Клык вел со стаей, сохранить жизнь и удержаться на ногах — были для него понятия равнозначные, и никто не знал этого лучше, чем он сам.</p>
      <p>Итак, Белый Клык стал непримиримым врагом своих собратьев — врагом волков, которые пригрелись у костра, разведенного человеком, и изнежились под спасительною сенью человеческого могущества. Таким сделала его жизнь. Он объявил кровную месть всем собакам и мстил так жестоко, что даже Серый Бобр, в котором было достаточно ярости и дикости, не мог надивиться злобе Белого Клыка. «Нет другой такой собаки!» — говорил Серый Бобр. И индейцы из чужих поселков подтверждали его слова, вспоминая, как Белый Клык расправлялся с их собаками.</p>
      <p>Белому Клыку было около пяти лет, когда Серый Бобр снова взял его с собой в длинное путешествие, и в поселках у Скалистых Гор, вдоль рек Маккензи и Поркьюпайн, вплоть до самого Юкона, долго помнили расправы Белого Клыка с собаками. Он упивался своей местью. Чужие собаки не ждали от него ничего плохого, им не приходилось встречаться с противником, который нападал бы так внезапно. Они не знали, что имеют дело с врагом, убивающим, как молния, с одного удара. Собаки в чужих поселках подходили к Белому Клыку с вызывающим видом, а он, не теряя времени на предварительные церемонии, кидался на них стремительно, словно развернувшаяся стальная пружина, хватал за горло и убивал противника, не дав ему опомниться от изумления.</p>
      <p>Белый Клык стал опытным бойцом. Он дрался расчетливо, никогда не тратил сил понапрасну, не затягивал борьбы. Он налетал и, если случалось промахнуться, сейчас же отскакивал назад. Как и все волки, Белый Клык избегал длительного соприкосновения с противником. Он не выносил этого. Такое соприкосновение таило в себе опасность и приводило его в бешенство. Он хотел быть свободным, хотел твердо держаться на ногах. Северная глушь не выпускала Белого Клыка из своих цепких объятий и утверждала свою власть над ним. Отчужденность с самого раннего детства от общества ему подобных только усилила в нем это стремление к свободе. Непосредственная близость к противнику таила в себе какую-то угрозу, Белый Клык подозревал здесь ловушку, и страх перед этой ловушкой не покидал его.</p>
      <p>Чужие собаки не могли тягаться с ним. Белый Клык увертывался от их клыков; он расправлялся с ними и убегал невредимый. Правда, нет правила без исключения. Бывало и так, что на Белого Клыка налетало сразу несколько противников и он не успевал убежать от них, а иногда ему здорово влетало и от какой-нибудь одной собаки. Но это случалось редко. Белый Клык стал таким искусным бойцом, что выходил с честью почти из всех драк.</p>
      <p>Он обладал еще одним достоинством — умением правильно рассчитывать время и расстояние. Делалось это, разумеется, совершенно бессознательно. Просто его никогда не подводило зрение, и весь его организм, слаженный лучше, чем у других собак, работал точно и быстро; координация сил умственных и физических была совершеннее, чем у них. Когда зрительные нервы передавали мозгу Белого Клыка движущееся изображение, его мозг без всякого усилия определял пространство и время, необходимое для того, чтобы это движение завершилось. Таким образом, он мог увернуться от прыжка собаки или от ее клыков и в то же время использовать каждую секунду, чтобы самому броситься на противника. Но воздавать ему хвалы за это не следует, — природа одарила его более щедро, чем других, вот и все.</p>
      <p>Было лето, когда Белый Клык попал в Форт Юкон. В конце зимы Серый Бобр пересек водораздел между Маккензи и Юконом и всю весну проохотился на западных отрогах Скалистых Гор. А когда река Поркьюпайн очистилась ото льда, Серый Бобр сделал пирогу и спустился вниз по ней к месту слияния ее с Юконом, как раз под самым Полярным кругом. Здесь стоял Форт Компании Гудзонова залива. В Форте было много индейцев, много съестных припасов, повсюду царило небывалое оживление. Было лето 1898 года, и золотоискатели тысячами двигались вверх по Юкону, к Доусону и на Клондайк. До цели путешествия им оставались еще сотни миль, а между тем многие из них находились в пути уже год; меньше пяти тысяч миль не сделал никто, а некоторые приехали сюда с другого конца света.</p>
      <p>В Форте Юкон Серый Бобр сделал остановку. Слухи о золотой лихорадке достигли и его ушей, и он привез с собой несколько тюков с мехами и один тюк с рукавицами и мокасинами. Серый Бобр никогда не отважился бы пуститься в такой далекий путь, если б его не привлекла сюда надежда на большую наживу. Но то, что Серый Бобр увидел здесь, превзошло все его ожидания. В самых своих безудержных мечтах он рассчитывал выручить от продажи мехов сто процентов, а убедился, что можно выручить и тысячу. И, как истинный индеец, Серый Бобр принялся за дело не спеша, решив просидеть здесь хоть до осени, только бы не просчитаться и не продешевить.</p>
      <p>В Форте Юкон Белый Клык впервые увидел белых людей. Рядом с индейцами они казались ему существами другой породы — богами, власть которых опиралась на еще большее могущество. Эта уверенность пришла к Белому Клыку сама собой; ему не надо было напрягать свои мыслительные способности, чтобы убедиться в могуществе белых богов. Он только чувствовал его, но чувствовал с необычайной силой. Вигвамы, построенные индейцами, казались ему когда-то свидетельством величия человека, а теперь его поражал громадный Форт и дома из толстых бревен. Все это говорило о могуществе. Белые боги обладали силой. Власть их простиралась дальше власти прежних богов Белого Клыка, среди которых самым могущественным существом был Серый Бобр. Но и Серый Бобр казался ничтожеством по сравнению с белокожими богами.</p>
      <p>Разумеется, Белый Клык только чувствовал все это и не отдавал себе ясного отчета в своих ощущениях. Но животные действуют чаще всего на основании именно таких ощущений; и каждый поступок Белого Клыка объяснялся теперь уверенностью в могуществе белых богов. Он относился к ним с большой опаской. Кто знает, какого неведомого ужаса и какой новой беды можно ждать от них? Белый Клык с любопытством наблюдал за белыми богами, но боялся попадаться им на пути. Первые несколько часов он довольствовался тем, что настороженно следил за ними издали, но потом, увидев, что белые боги не причиняют никакого вреда своим собакам, подошел поближе.</p>
      <p>В свою очередь, Белый Клык привлекал к себе всеобщее внимание: его сходство с волком сразу же бросалось в глаза, и люди показывали на него друг другу пальцами. Это заставило Белого Клыка насторожиться. Лишь только кто-нибудь подходил к нему, он скалил зубы и отбегал в сторону. Людям так и не удавалось дотронуться до него рукой, — и хорошо, что не удавалось.</p>
      <p>Вскоре Белый Клык узнал, что очень немногие из этих богов — всего человек десять — постоянно живут в Форте. Каждые два-три дня к берегу приставал пароход (еще одно великое доказательство всемогущества белых людей) и по нескольку часов стоял у причала. Боги приезжали и снова уезжали на пароходах. Казалось, людям этим нет числа. В первые же два дня Белый Клык увидел их столько, сколько не видел индейцев за всю свою жизнь. И каждый день они приезжали, ходили по Форту и снова уезжали вверх по реке.</p>
      <p>Но если белые боги были всемогущи, то собаки их ничего не стоили. Белый Клык быстро убедился в этом, столкнувшись с теми, что сходили на берег вместе со своими хозяевами. Все они были не похожи одна на другую. У одних были короткие, слишком короткие ноги; у других — длинные, слишком длинные. Вместо густого меха их покрывала короткая шерсть, а у некоторых и шерсти почти не было. И ни одна из этих собак не умела драться.</p>
      <p>Питая ненависть ко всей своей породе, Белый Клык считал себя обязанным вступать в драку и с этими собаками. После нескольких стычек он проникся к ним глубочайшим презрением: они оказались неуклюжими, беспомощными и старались одолеть Белого Клыка одной силой, тогда как он брал сноровкой и хитростью. Собаки кидались на него с лаем. Белый Клык прыгал в сторону. Они теряли его из виду, и тогда он налетал на них сбоку, сбивал плечом с ног и вцеплялся им в горло.</p>
      <p>Часто укус этот бывал смертельным, и его противник бился в грязи под ногами индейских собак, которые только и ждали той минуты, когда можно будет броситься всей стаей и разорвать чужака на куски. Белый Клык был мудр. Он уже давно знал, что боги гневаются, когда кто-нибудь убивает их собак. Белые боги не составляли исключения. Поэтому, свалив противника с ног и прокусив ему горло, он отбегал в сторону и позволял стае доканчивать начатое им дело. В это время белые люди подбегали и обрушивали свой гнев на стаю, а Белый Клык выходил сухим из воды. Обычно он стоял в стороне и наблюдал, как его собратьев бьют камнями, палками, топорами и всем, что только попадалось людям под руку. Белый Клык был мудр.</p>
      <p>Но его собратья тоже кое-чему научились: они поняли, что самая потеха начинается в ту минуту, когда пароход пристает к берегу. Вот собаки сбежали с парохода, и две-три из них мгновенно оказались растерзанными. Тогда люди загоняют остальных обратно и принимаются за жестокую расправу. Однажды белый человек, на глазах у которого разорвали его сеттера, выхватил револьвер. Он выстрелил шесть раз подряд, и шесть собак из стаи повалились замертво. Это было еще одно проявление могущества белых людей, надолго запомнившееся Белому Клыку.</p>
      <p>Белый Клык упивался всем этим, он не жалел своих собратьев, а сам ухитрялся оставаться в таких стычках невредимым. На первых порах драки с собаками белых людей просто развлекали его, потом он принялся за это по-настоящему. Другого дела у него не было. Серый Бобр занялся торговлей, богател. И Белый Клык слонялся по пристани, поджидая вместе со сворой беспутных индейских собак прибытия пароходов. Как только пароход причаливал к берегу, начиналась потеха. К тому времени, когда белые люди приходили в себя от неожиданности, собачья свора разбегалась в разные стороны и ожидала следующего парохода.</p>
      <p>Однако Белого Клыка нельзя было считать членом собачьей своры. Он не смешивался с ней, держался в стороне, никогда не терял своей независимости, и собаки даже побаивались его. Правда, он действовал с ними заодно. Он затевал ссору с чужаком и сбивал его с ног. Тогда собаки кидались и приканчивали чужака, а Белый Клык сейчас же удирал, предоставляя своре получать наказание от разгневанных богов.</p>
      <p>Для того, чтобы затеять такую ссору, не требовалось большого труда. Белому Клыку стоило только показаться на пристани, когда чужие собаки сходили на берег, — этого было достаточно, они кидались на него. Так повелевал им инстинкт. Собаки чуяли в Белом Клыке Северную глушь, неизвестное, ужас, вечную угрозу; чуяли в нем то, что ходило, крадучись, во мраке, окружающем человеческие костры, когда они, подобравшись к этим кострам, отказывались от своих прежних инстинктов и боялись Северной глуши, покинутой и преданной ими. От поколения к поколению передавался собакам этот страх перед Северной глушью. Северная глушь грозила гибелью, но их повелители дали им право убивать все живое, что приходит оттуда. И, воспользовавшись этим правом, они защищали себя и богов, допустивших их в свое общество.</p>
      <p>И поэтому выходцам с Юга, сбегавшим по сходням на берег Юкона, достаточно было увидеть Белого Клыка, чтобы почувствовать непреодолимое желание кинуться и растерзать его. Среди приезжих собак попадались и городские, но инстинктивный страх перед Северной глушью сохранился и в них. На представшего перед ними средь бела дня зверя, похожего на волка, они смотрели не только своими глазами, — они смотрели на Белого Клыка глазами предков, и память, унаследованная от всех предыдущих поколений, подсказывала им, что перед ними стоит волк, к которому порода их питает извечную вражду.</p>
      <p>Все это доставляло удовольствие Белому Клыку. Если одним своим видом он заставляет собак кидаться в драку, тем лучше для него и тем хуже для них. Они чуяли в Белом Клыке свою законную добычу, и точно так же относился к ним и он.</p>
      <p>Недаром Белый Клык впервые увидел дневной свет в уединенном логовище и в первых же своих битвах имел таких противников, как белая куропатка, ласка и рысь. И недаром его раннее детство было омрачено враждой с Лип-Липом и со всей стаей молодых собак. Сложись его жизнь по-иному — и он сам был бы иным. Не будь в поселке Лип-Липа, Белый Клык подружился бы с другими щенками, был бы больше похож на собаку и с большей терпимостью относился бы к своим собратьям. Будь Серый Бобр мягче и добрее, он сумел бы пробудить в нем чувство привязанности и любви. Но все сложилось по-иному. Жизнь круто обошлась с Белым Клыком, и он стал угрюмым, замкнутым, злобным зверем — врагом своих собратьев.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
       <p>Сумасшедший Бог</p>
      </title>
      <p>Белых людей в Форте Юкон было немного. Все они уже давно жили здесь, называли себя «кислым тестом» и очень гордились этим. Тех, кто приезжал сюда из других мест, старожилы презирали. Люди, сходившие с парохода на берег, были новичками и назывались «чечако». Новички сильно недолюбливали свое прозвище. Они замешивали тесто на сухих дрожжах, и это проводило резкую грань между ними и старожилами, которые ставили хлеб на закваске, потому что дрожжей у них не было.</p>
      <p>Но все это — между прочим. Жители Форта презирали приезжих и радовались всякий раз, когда у тех случалась какая-нибудь неприятность. Особенное удовольствие доставляли им расправы Белого Клыка и всей бесчинствующей своры с чужими собаками. Как только пароход подходил, старожилы Форта спешили на берег, чтобы не прозевать потехи. Они предвкушали развлечение не меньше индейских собак и, конечно, сейчас же оценили ту роль, какую играл в этих драках Белый Клык.</p>
      <p>Но был среди старожилов один человек, которому эта забава доставляла особенное удовольствие. Заслышав гудок приближающегося парохода, он со всех ног пускался к берегу, а когда драка заканчивалась и свора собак разбегалась в разные стороны, человек этот медленно уходил с пристани, всем своим видом выражая глубокое сожаление. Часто, когда изнеженная южная собака с предсмертным воем падала на землю и погибала, раздираемая на клочки налетевшей на нее сворой, человек этот кричал и прыгал от восторга. И каждый раз он завистливо поглядывал на Белого Клыка.</p>
      <p>Старожилы Форта прозвали этого человека «Красавчиком». Настоящего его имени никто не знал, и в здешних местах он был известен как Красавчик Смит. Правда, красивого в нем было мало; поэтому, вероятно, ему и дали такое прозвище. Он был на редкость уродлив. Создавая его, природа поскупилась. Он был низкорослый, а на его щуплом теле сидела неправильной формы, удлиненная голова. В детстве, еще до того как за ним укрепилось новое прозвище «Красавчик», сверстники звали его «Гвоздиком».</p>
      <p>Затылок у Смита был совершенно приплюснутый, лоб низкий и несуразно широкий. А потом природа вдруг расщедрилась и наделила Красавчика Смита вылупленными глазами, к тому же расставленными так широко, что между ними могла бы поместиться еще одна пара глаз. Чтобы как-нибудь заполнить оставшееся свободное пространство, природа дала ему тяжелую нижнюю челюсть, которая выдавалась вперед и чуть ли не лежала у него на груди, а может быть, это только так казалось, ибо шея у Красавчика Смита была слишком тонка для такой громоздкой ноши.</p>
      <p>Нижняя челюсть придавала его лицу выражение свирепой решительности, но в эту решительность как-то не верилось, — возможно, потому, что челюсть была слишком уж велика и массивна. Другими словами, никакой решительности в натуре Красавчика Смита не было и в помине. Он слыл повсюду за презренного, жалкого труса. Для полноты картины следует упомянуть, что зубы у него были длинные и желтые, а оба клыка вылезали наружу из-под тонких губ. На глаза у природы, видимо, не хватило краски, она соскребла для них все остатки со своей палитры — и получилось нечто мутно-желтое. То же самое можно сказать и про жидкие волосы, которые клочьями торчали у него на голове и на скулах, напоминая растрепанный ветром сноп соломы.</p>
      <p>Короче говоря, Красавчик Смит был урод, но винить в этом его самого не следует. Таким уж человек появился на свет божий. Он стряпал на жителей Форта, мыл посуду и исполнял всякую другую грязную работу. В Форте к нему относились терпимо и даже снисходительно, как к существу, которому не повезло в жизни. Кроме того, Красавчика Смита побаивались. От такого злобного труса можно было получить и пулю в спину и стакан кофе с отравой. Но ведь кому-нибудь нужно было заниматься стряпней, а Красавчик Смит, несмотря на все его недостатки, знал свое дело.</p>
      <p>Таков был человек, который восхищался отчаянной удалью Белого Клыка и мечтал завладеть им. Красавчик Смит начал заигрывать с Белым Клыком. Тот не обращал на это никакого внимания. Когда заигрывания стали настойчивее, Белый Клык скалил на Красавчика Смита зубы, ощетинивался и убегал. Этот человек не нравился ему. Белый Клык чуял в нем что-то злое и ненавидел его, боясь его протянутой руки и вкрадчивого голоса.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_010.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>Добро и зло воспринимаются простым существом очень просто. Добро есть все то, что прекращает боль, что несет с собой свободу и удовлетворение. Поэтому добро приятно. Зло же ненавистно, потому что оно приносит беспокойство, опасность, страдание. Как над гнилым болотом поднимается туман, так и от уродливого тела и грязной душонки Красавчика Смита веяло чем-то дурным, нездоровым. Бессознательно, словно с помощью шестого чувства, Белый Клык угадывал, что этот человек таит в себе зло, грозит гибелью и что его надо ненавидеть.</p>
      <p>Белый Клык был дома, когда Красавчик Смит впервые зашел на стоянку Серого Бобра. Еще задолго до появления Красавчика Смита, по одному звуку его шагов, Белый Клык понял, кто идет к ним, и ощетинился. Хоть ему было и очень удобно лежать, но лишь только этот человек подошел ближе, он сейчас же поднялся и бесшумно, как настоящий волк, отбежал в сторону. Белый Клык не знал, о чем шел разговор с этим человеком у Серого Бобра, он видел только, что хозяин разговаривает с ним. Во время беседы Красавчик Смит показал на Белого Клыка пальцем, и тот зарычал, как будто эта рука была не на расстоянии пятидесяти футов от него, а опускалась ему на спину. Красавчик Смит захохотал, и Белый Клык решил скрыться в лес и, убегая, все оглядывался назад, на разговаривавших людей.</p>
      <p>Серый Бобр отказался продать собаку. Он разбогател, у него все есть. Кроме того, лучшей ездовой собаки и лучшего вожака нигде не сыщешь — ни на Маккензи, ни на Юконе. Белый Клык мастер драться. Разорвать собаку ему ничего не стоит — все равно что человеку прихлопнуть комара. (Глаза у Красавчика Смита заблестели при этих словах, и он с жадностью облизал свои тонкие губы.) Нет, Серый Бобр ни за какие деньги не продаст Белого Клыка.</p>
      <p>Но Красавчик Смит хорошо знал индейцев. Он стал часто наведываться к Серому Бобру и каждый раз приносил за пазухой бутылку. Виски обладает одним могучим свойством — оно возбуждает жажду. И такая жажда появилась у Серого Бобра. Его нутро требовало все больше и больше этой жгучей жидкости, и, потеряв с непривычки к ней власть над собой, он был готов на что угодно, лишь бы раздобыть эту жидкость. Деньги, вырученные от продажи мехов, рукавиц и мокасин, начали таять. Их становилось все меньше и меньше, и чем больше пустел мешок, в котором они хранились у Серого Бобра, тем он становился беспокойнее.</p>
      <p>Наконец все ушло — и деньги, и товары, и спокойствие. У Серого Бобра осталась только жажда, которая росла с каждой минутой. И тогда Красавчик Смит снова завел речь о продаже Белого Клыка; но на этот раз цена определялась уже не долларами, а бутылками виски, и Серый Бобр прислушался к предложению более внимательно.</p>
      <p>— Сумеешь поймать — собака твоя, — было его последнее слово.</p>
      <p>Бутылки перешли к нему, но через два дня Красавчик Смит сам сказал Серому Бобру:</p>
      <p>— Поймай собаку.</p>
      <p>Вернувшись как-то вечером домой, Белый Клык со вздохом облегчения улегся около вигвама. Страшного белого бога не было. За последние дни он все больше и больше приставал к Белому Клыку, и тот предпочел на это время совсем уйти из дому. Он не знал, какую опасность таят в себе руки этого человека, он только чуял что-то недоброе и решил держаться от них подальше.</p>
      <p>Как только Белый Клык улегся, Серый Бобр, пошатываясь, подошел к нему и обвязал ремень вокруг его шеи. Потом Серый Бобр сел рядом с Белым Клыком, держа в одной руке конец ремня. В другой он держал бутылку и то и дело прикладывался к ней, и тогда Белый Клык слышал бульканье.</p>
      <p>Так прошел час, и вдруг до ушей Белого Клыка донеслись звуки чьих-то шагов. Он различил их первый и, догадавшись, кто идет, весь ощетинился. Серый Бобр сидел и клевал носом. Белый Клык осторожно потянул ремень из рук хозяина, но ослабевшие пальцы сжались крепче, и Серый Бобр проснулся.</p>
      <p>Красавчик Смит подошел к вигваму и остановился рядом с Белым Клыком. Тот глухо зарычал на это страшное существо, не сводя глаз с его рук. Одна рука вытянулась вперед и стала опускаться над его головой. Белый Клык зарычал громче. Рука продолжала медленно опускаться, а Белый Клык, злобно глядя на нее и уже задыхаясь от яростного рычания, все ниже и ниже припадал к земле. И вдруг его зубы сверкнули, как у змеи, и с резким металлическим звуком лязгнули в воздухе. Рука отдернулась вовремя. Красавчик Смит испугался и рассвирепел. Серый Бобр ударил Белого Клыка по голове, и тот снова покорно лег на землю.</p>
      <p>Белый Клык следил за каждым движением обоих людей. Он увидел, что Красавчик Смит ушел и вскоре вернулся с увесистой палкой. Серый Бобр передал ему ремень. Красавчик Смит шагнул вперед. Ремень натянулся. Белый Клык все еще лежал. Серый Бобр ударил его несколько раз, заставляя подняться с места. Белый Клык повиновался и прыгнул прямо на чужого человека, который хотел увести его с собой. Тот ждал этого нападения и ударом палки свалил Белого Клыка на землю, остановив его прыжок на полпути. Серый Бобр засмеялся и одобрительно закивал головой. Красавчик Смит снова потянул за ремень, и Белый Клык, оглушенный ударом, с трудом поднялся на ноги.</p>
      <p>Он не повторил своего прыжка. Одного такого удара было достаточно, чтобы убедить его, что белый бог не зря держит палку в руках. Белый Клык был мудр и видел всю тщету борьбы с неизбежностью. Поджав хвост и не переставая глухо рычать, он поплелся за Красавчиком Смитом, а тот не спускал с него глаз и держал палку наготове.</p>
      <p>Придя в Форт, Красавчик Смит крепко привязал Белого Клыка и улегся спать. Белый Клык прождал час, а потом принялся за ремень и через какие-нибудь десять секунд очутился на свободе. Он не тратил времени понапрасну: ремень был перерезан наискось чисто, как ножом. Оглядевшись по сторонам, Белый Клык ощетинился и зарычал. Потом повернулся и побежал к вигваму Серого Бобра. Он не был обязан повиноваться этому чужому и страшному богу. Он отдал всего себя Серому Бобру, и. никто другой, кроме Серого Бобра, не мог владеть им.</p>
      <p>Все предыдущее повторилось, но с некоторой разницей. Серый Бобр снова привязал его и утром отвел к Красавчику Смиту. Вот тут-то Белый Клык и ощутил эту разницу. Красавчик Смит задал ему трепку. Белому Клыку, крепко привязанному на этот раз, не оставалось ничего другого, как метаться в бессильной ярости и сносить наказание. Красавчик Смит пустил в ход палку и хлыст, и таких побоев Белому Клыку не приходилось испытывать еще ни разу в жизни. Даже та порка, которую когда-то давно ему задал Серый Бобр, была пустяком по сравнению с тем, что пришлось вынести теперь.</p>
      <p>Красавчик Смит испытывал наслаждение. Он жадно глядел на свою жертву, и глаза его загорались тусклым огнем, когда Белый Клык выл от боли и рычал после каждого удара палкой или хлыстом. Красавчик Смит был жесток, как бывают жестоки только трусы. Покорно снося от людей удары и брань, он вымещал свою злобу на слабейших существах. Все живое любит власть, и Красавчик Смит не представлял собою исключения: не имея возможности властвовать над равными себе, он пользовался беззащитностью животных. Но Красавчика Смита не следует винить за это. Уродливое тело и низкий интеллект были даны ему от рождения, а жизнь обошлась с ним сурово и не выправила его.</p>
      <p>Белый Клык знал, почему его бьют. Когда Серый Бобр надел ремень ему на шею и передал привязь Красавчику Смиту, Белый Клык понял, что его бог приказывает ему идти с этим человеком. И когда Красавчик Смит посадил его на привязь в Форте, он понял, что тот приказывает ему остаться здесь. Следовательно, он нарушил волю обоих богов и заслужил наказание. Ему приходилось и раньше видеть, как собак, убежавших от нового хозяина, били так же, как били сейчас его. Белый Клык был мудр, но в нем жили силы, перед которыми отступала и сама мудрость. Одной из этих сил была верность. Белый Клык не любил Серого Бобра — и все же хранил верность ему наперекор его воле, его гневу. Он ничего не мог с собой поделать. Таким он был создан. Верность была достоянием породы Белого Клыка, верность отличала его от всех других животных, верность привела волка и дикую собаку к человеку и позволила им стать его товарищами. После избиения Белого Клыка оттащили обратно в Форт, и на этот раз Красавчик Смит привязал его по индейскому способу — с палкой. Но отказываться от своего божества нелегко, и Белый Клык испытал это на себе. Серый Бобр был для него богом, и он продолжал цепляться за Серого Бобра против его воли. Серый Бобр предал и отверг Белого Клыка, но это ничего не значило. Недаром же Белый Клык отдался Серому Бобру душой и телом. Узы, связывающие его с хозяином, было не так легко порвать.</p>
      <p>И ночью, когда весь Форт спал, Белый Клык принялся грызть палку, к которой его привязали. Палка была сухая и твердая и так близко примыкала к шее, что он с трудом, после мучительного напряжения мускулов, дотянулся до нее зубами, а для того, чтобы перегрызть привязь, ему понадобилось несколько часов терпеливейшей работы. До него ни одна собака не делала ничего подобного, но Белый Клык сделал это и рано утром убежал из Форта с болтавшимся на шее огрызком палки.</p>
      <p>Белый Клык был мудр. И будь он только мудр, он не пришел бы к Серому Бобру, уже два раза предавшему его. Но мудрость сочеталась в нем с верностью — он прибежал домой, и хозяин предал его в третий раз. Снова Белый Клык позволил надеть себе ремень на Шею, и снова за ним пришел Красавчик Смит. И на этот раз Белому Клыку досталось еще больше. Серый Бобр безучастно смотрел, как белый человек взмахивает хлыстом. Он не пытался защитить собаку. Она уже не принадлежала ему. Когда избиение кончилось, Белый Клык был чуть жив. Изнеженная южная собака не вынесла бы таких побоев, но Белый Клык вынес. Его закалила суровая жизненная школа. Он был слишком жизнеспособен, и его хватка за жизнь была сильнее, чем у других собак. Но сейчас Белый Клык еле дышал. Он не мог даже шевельнуться, Красавчику Смиту пришлось подождать с полчаса, прежде чем вести его домой. А потом Белый Клык встал, пошатываясь, и, ничего перед собой не видя, поплелся за Красавчиком Смитом в Форт.</p>
      <p>На этот раз его посадили на цепь, которую нельзя было перегрызть. Он старался вырвать скобу, вбитую в бревно, но все его усилия были тщетны. Через несколько дней разорившийся Серый Бобр протрезвился и отправился в долгий путь по реке Поркьюпайн на Маккензи. Белый Клык остался в Форте Юкон и перешел в полную собственность к сумасшедшему, потерявшему человеческий облик существу. Но что знает собака о сумасшествии? Для Белого Клыка Красавчик Смит стал богом — страшным, но все же богом. Это был сумасшедший бог, но Белый Клык не знал, что такое сумасшествие; он знал только, что надо подчиняться воле этого человека и исполнять все его прихоти и капризы.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
       <p>Царство ненависти</p>
      </title>
      <p>В руках сумасшедшего бога Белый Клык превратился в дьявола. Устроив в дальнем конце Форта загородку, Красавчик Смит посадил Белого Клыка на цепь и принялся дразнить его и доводить до бешенства мелкими, но мучительными нападками. Он очень скоро обнаружил, что Белый Клык не выносит, когда над ним смеются, и обычно заканчивал свои пытки взрывами оглушительного хохота. Издеваясь над Белым Клыком, бог показывал на него пальцем. В эти минуты собака теряла всякую власть над собой и в припадках ярости, обуревавшей ее, казалась более бешеной, чем Красавчик Смит.</p>
      <p>До сих пор Белый Клык чувствовал вражду — правда, свирепую вражду — только к существам одной с ним породы. Теперь он стал врагом всего, что видел вокруг себя. Издевательства Красавчика Смита доводили его до такого озлобления, что он слепо и безрассудно ненавидел всех и вся. Он возненавидел свою цепь, людей, глазевших на него сквозь перекладины загородки, приходивших вместе с людьми собак, на злобное рычание которых он ничем не мог ответить. Белый Клык ненавидел даже доски, из которых была сделана его загородка. Но. прежде всего и больше всего он ненавидел Красавчика Смита.</p>
      <p>Обращаясь так с Белым Клыком, Красавчик Смит преследовал определенную цель. Однажды около загородки собралось несколько человек. Красавчик Смит вошел к Белому Клыку, держа в руке палку, и снял с него цепь. Как только хозяин вышел, Белый Клык заметался по загородке из угла в угол, стараясь добраться до глазевших на него людей. Белый Клык был великолепен в своей ярости. Полных пяти футов в длину и двух с половиной в вышину, он весил девяносто фунтов — гораздо больше любого взрослого волка. Массивный корпус собаки он унаследовал от матери, причем на теле его не было и следов жира. Мускулы, кости, сухожилия — и ни унции лишнего веса, как и подобает бойцу, который находится в прекрасной форме.</p>
      <p>Дверь в загородку снова приоткрылась. Белый Клык остановился. Происходило что-то непонятное. Дверь открылась шире. И вдруг к нему втолкнули большую собаку. Дверь тотчас же захлопнулась. Белый Клык никогда не видел такой породы (это был мастиф), но размеры и свирепый вид незнакомца ничуть не смутили его. Он видел перед собой не дерево, не железо, а живое существо, на котором можно было сорвать злобу. Сверкнув клыками, он прыгнул на мастифа и располосовал ему шею. Мастиф замотал головой и с хриплым рычанием ринулся на Белого Клыка. Но Белый Клык скакал из стороны в сторону, ухитряясь увертываться и ускользать от противника, и в то же время успевал рвать его клыками и снова отпрыгивать назад.</p>
      <p>Зрители кричали, аплодировали, а Красавчик Смит, дрожа от восторга, не отрывал жадного взгляда от Белого Клыка, расправлявшегося с противником. Грузный, неповоротливый мастиф был обречен с самого начала, и схватка кончилась тем, что Красавчик Смит палкой отогнал Белого Клыка, а мастифа, полумертвого, выволокли наружу. Затем проигравшие уплатили пари, и в руке Красавчика Смита зазвенели деньги.</p>
      <p>С этого дня Белый Клык уже с нетерпением ждал той минуты, когда вокруг его загородки снова соберется толпа. Это предвещало драку, а драка стала теперь для него единственным способом проявлять свою сущность. Сидя взаперти, затравленный, обезумевший от ненависти, он находил исход для этой ненависти только тогда, когда хозяин впускал к нему в загородку собаку. Красавчик Смит, видимо, умел рассчитывать силы Белого Клыка, потому что Белый Клык всегда выходил победителем из таких сражений. Однажды к нему впустили одну за другой трех собак. Потом, через несколько дней, — только что пойманного взрослого волка. А в третий раз ему пришлось драться с двумя собаками сразу. Из всех его драк это была самая отчаянная, и хотя он уложил обоих своих противников, но к концу побоища и сам еле дышал.</p>
      <p>Осенью, когда выпал первый снег и по реке потянулось сало, Красавчик Смит взял место для себя и для Белого Клыка на пароходе, отправлявшемся вверх по Юкону в Доусон. Слава о Белом Клыке прокатилась повсюду. Он был известен под кличкой «бойцового волка», и поэтому около его клетки на палубе всегда толпились любопытные. Он рычал и кидался на зрителей или же лежал неподвижно и с холодной ненавистью смотрел на них. Разве эти люди не заслуживали его ненависти? Белый Клык никогда не задавал себе такого вопроса. Он знал только одно это чувство и весь отдавался ему. Жизнь стала для него адом. Как и всякий дикий зверь, попавший в руки к человеку, он не мог сидеть взаперти. А ему приходилось терпеть неволю.</p>
      <p>Зеваки глазели на Белого Клыка, совали палки сквозь решетку; он рычал, а они смеялись над ним. Эти люди будили в нем такую ярость, какой не предполагала наделить его и сама природа. Однако природа дала ему способность приспособляться. Там, где другое животное погибло бы или смирилось, Белый Клык применялся к обстоятельствам и продолжал жить, не ломая своего упорства. Возможно, что дьяволу в образе Красавчика Смита в конце концов и удалось бы сломить Белого Клыка, но пока что все его старания были тщетны.</p>
      <p>Если в Красавчике Смите сидел дьявол, то и Белый Клык не уступал ему в этом, и оба дьявола вели нескончаемую войну друг против друга. Прежде у Белого Клыка хватало благоразумия на то, чтобы покориться человеку, который держит палку в руке; теперь же это благоразумие его оставило. Ему достаточно было увидеть Красавчика Смита, чтобы прийти в бешенство. И когда они сталкивались и палка загоняла Белого Клыка в угол клетки, он и тогда не переставал рычать и скалить зубы. Унять его было невозможно. Красавчик Смит мог бить Белого Клыка как угодно и сколько угодно — тот не сдавался. Лишь только хозяин прекращал избиение и уходил, вслед ему слышался вызывающий рев или же Белый Клык кидался на прутья клетки и ныл от бушевавшей в нем ненависти.</p>
      <p>Когда пароход прибыл в Доусон, Белого Клыка свели на берег. Но и в Доусоне он жил по-прежнему на виду у всех, в клетке, постоянно окруженный зеваками. Красавчик Смит выставил напоказ своего «бойцового волка», и люди платили по пятидесяти центов золотым песком, чтобы поглядеть на него. У Белого Клыка не было ни минуты покоя. Если он спал, его будили, поднимали с места палкой. Зрители хотели получить полное удовольствие за свои деньги. А для того, чтобы сделать зрелище еще более занимательным, Белого Клыка постоянно держали в состоянии бешенства.</p>
      <p>Но хуже всего была та атмосфера, в которой он жил. На него смотрели как на страшного, дикого зверя, и это отношение людей проникало к Белому Клыку сквозь прутья клетки. Каждое их слово, каждое движение убеждало его в том, насколько страшна людям его ярость. Это лишь подливало масла в огонь, и свирепость Белого Клыка росла с каждым днем. Вот еще одно доказательство податливости материала, из которого он был сделан, — доказательство его способности применяться к окружающей среде.</p>
      <p>Красавчик Смит не только выставил Белого Клыка напоказ, он сделал из него и профессионального бойца. Когда являлась возможность устроить бой, Белого Клыка выводили из клетки и вели в лес, за несколько миль от города. Обычно это делалось ночью, чтобы избежать столкновения с местной конной полицией. Через несколько часов, на рассвете, появлялись зрители и собака, с которой ему предстояло драться. Белому Клыку приходилось встречать противников всех пород и всех размеров. Он жил в дикой стране, и люди здесь были дикие, а собачьи бои обычно кончались смертью одного из участников.</p>
      <p>Но Белый Клык продолжал сражаться, и, следовательно, погибали его противники. Он не знал поражений. Боевая закалка, полученная с детства, когда Белому Клыку приходилось сражаться с Лип-Липом и со всей стаей молодых собак, сослужила ему хорошую службу. Белого Клыка спасала твердость, с которой он держался на ногах. Ни одному противнику не удавалось повалить его. Собаки, в которых еще сохранилась кровь их далеких предков — волков, пускали в ход свой излюбленный боевой прием: кидались на противника прямо или неожиданным броском сбоку, рассчитывая ударить его в плечо и опрокинуть навзничь. Гончие, лайки, овчарки, ньюфаундленды — все испробовали на Белом Клыке этот прием и ничего не добились. Не было случая, чтобы Белый Клык потерял равновесие. Люди рассказывали об этом друг другу и каждый раз надеялись, что его собьют с ног, но он неизменно разочаровывал их.</p>
      <p>Белому Клыку помогала его молниеносная быстрота. Она давала ему громадный перевес над противниками. Даже самые опытные из них еще не встречали такого увертливого бойца. Приходилось считаться и с неожиданностью его нападения. Все собаки обычно выполняют перед дракой определенный ритуал — скалят зубы, ощетиниваются, рычат, и все собаки, которым приходилось драться с Белым Клыком, бывали сбиты с ног и прикончены прежде, чем вступали в драку или приходили в себя от неожиданности. Это случалось так часто, что Белого Клыка стали придерживать, чтобы дать его противнику возможность выполнить положенный ритуал и даже первым броситься в драку.</p>
      <p>Но самое большое преимущество в боях давал Белому Клыку его опыт. Белый Клык понимал толк в драках, как ни один его противник. Он дрался чаще их всех, умел отразить любое нападение, а его собственные боевые приемы были гораздо разнообразнее и вряд ли нуждались в улучшении.</p>
      <p>Время шло, и драться приходилось все реже и реже. Любители собачьих боев уже потеряли надежду подыскать Белому Клыку достойного соперника, и Красавчику Смиту не оставалось ничего другого, как выставлять его против волков. Индейцы ловили их капканами специально для этой цели, и бой Белого Клыка с волком неизменно привлекал толпы зрителей. Однажды удалось раздобыть где-то взрослую самку-рысь, и на этот раз Белому Клыку пришлось отстаивать в бою свою жизнь. Рысь не уступала ему ни в быстроте движений, ни в ярости и пускала в ход и зубы и острые когти, тогда как Белый Клык действовал только зубами.</p>
      <p>Но после схватки с рысью бои прекратились. Белому Клыку уже не с кем было драться — никто не мог выпустить на него достойного противника. И он просидел в клетке до весны, а весной в Доусон приехал некто Тим Кинен, по профессии картежный игрок. Кинен привез с собой бульдога — первого бульдога, появившегося на Клондайке. Встреча Белого Клыка с этой собакой была неизбежна, и для некоторых обитателей города предстоящая схватка между ними целую неделю служила главной темой разговоров.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
       <p>Цепкая смерть</p>
      </title>
      <p>Красавчик Смит снял с него цепь и отступил назад.</p>
      <p>И впервые Белый Клык кинулся в бой не сразу. Он стоял как вкопанный, навострив уши, и с любопытством всматривался в странное существо, представшее перед ним. Он никогда не видел такой собаки. Тим Кинен подтолкнул бульдога вперед и сказал:</p>
      <p>— Взять его!</p>
      <p>Приземистый, неуклюжий пес проковылял на середину круга и, моргая глазами, остановился против Белого Клыка.</p>
      <p>Из толпы закричали:</p>
      <p>— Взять его, Чероки! Всыпь ему как следует! Взять, взять его!</p>
      <p>Но Чероки, видимо, не имел ни малейшей охоты драться. Он повернул голову, посмотрел на кричавших людей и добродушно завилял обрубком хвоста. Чероки не боялся Белого Клыка, просто ему было лень начинать драку. Кроме того, он не был уверен, что с собакой, стоявшей перед ним, надо вступать в бой. Чероки не привык встречать таких противников и ждал, когда к нему приведут настоящего бойца.</p>
      <p>Тим Кинен вошел в круг и, нагнувшись над бульдогом, стал поглаживать его против шерсти и легонько подталкивать вперед. Эти движения должны были подзадорить Чероки. И они не только подзадорили, но и разозлили его. Послышалось низкое, приглушенное рычание. Движения рук человека точно совпадали с рычанием собаки. Когда руки подталкивали Чероки вперед, он начинал рычать, потом умолкал, но на следующее прикосновение отвечал тем же. Каждое движение рук, поглаживавших Чероки против шерсти, заканчивалось легким толчком, и так же, словно толчком, из горла у него вырывалось рычание.</p>
      <p>Белый Клык не мог оставаться равнодушным ко всему этому. Шерсть на загривке и на спине поднялась у него дыбом. Тим Кинен подтолкнул Чероки в последний раз и отступил назад. Пробежав по инерции несколько шагов вперед, бульдог не остановился и, быстро перебирая своими кривыми лапами, выскочил на середину круга. В эту минуту Белый Клык кинулся на него. Зрители восхищенно вскрикнули. Белый Клык с легкостью кошки в один прыжок покрыл все расстояние между собой и противником, с тем же кошачьим проворством рванул его зубами и отскочил в сторону.</p>
      <p>На толстой шее бульдога, около самого уха, показалась кровь. Словно не заметив этого, даже не зарычав, Чероки повернулся и побежал за Белым Клыком. Подвижность Белого Клыка и упорство Чероки разожгли страсти толпы. Зрители заключали новые пари, увеличивали ставки. Белый Клык прыгнул на бульдога еще и еще раз, рванул его зубами и отскочил в сторону невредимым, а этот необычный противник продолжал спокойно и как бы деловито бегать за ним, не торопясь, но и не замедляя хода. В поведении Чероки чувствовалась какая-то определенная цель, от которой его ничто не могло отвлечь.</p>
      <p>Все его движения, все повадки были проникнуты этой целью. Он сбивал Белого Клыка с толку. Никогда в жизни не встречалась ему такая собака. Шерсть у нее была совсем короткая, кровь показывалась на ее мягком теле от малейшей царапины. И где пушистый мех, который так мешает в драках? Зубы Белого Клыка без всякого труда впивались в податливое тело бульдога, который, судя по всему, совсем не умел защищаться. И почему он не визжит, не лает, как делают все собаки в таких случаях? Если не считать глухого рычания, бульдог терпел укусы молча и ни на минуту не прекращал погони за противником.</p>
      <p>Чероки нельзя было упрекнуть в неповоротливости. Он вертелся и сновал из стороны в сторону, но Белый Клык все-таки ускользал от него. Чероки тоже был сбит с толку. Ему еще ни разу не приходилось драться с собакой, которая не подпускала бы его к себе. Желание сцепиться друг с другом до сих пор всегда было обоюдным. Но эта собака все время держалась на расстоянии, прыгала взад и вперед и увертывалась от него. И, даже рванув Чероки зубами, она сейчас же разжимала челюсти и отскакивала прочь.</p>
      <p>А Белый Клык никак не мог добраться до горла своего противника. Бульдог был слишком мал ростом; кроме того, выдающаяся вперед челюсть служила ему хорошей защитой. Белый Клык бросался на него и отскакивал в сторону, ухитряясь не получить ни одной царапины, а количество ран на теле Чероки все росло и росло. Голова и шея у него были располосованы с обеих сторон, из ран хлестала кровь, но Чероки не проявлял ни малейших признаков беспокойства. Он все так же упорно, так же добросовестно гонялся за Белым Клыком и за все это время остановился всего лишь раз, чтобы недоуменно посмотреть на людей и помахать обрубком хвоста в знак своей готовности продолжать драку.</p>
      <p>В эту минуту Белый Клык налетел на Чероки и, рванув его за ухо, и без того изодранное в клочья, отскочил в сторону. Начиная сердиться, Чероки снова пустился в погоню, бегая внутри круга, который описывал Белый Клык, и стараясь вцепиться мертвой хваткой ему в горло. Бульдог промахнулся на самую малость, и Белый Клык, вызвав громкое одобрение толпы, спас себя только тем, что сделал неожиданный прыжок в противоположную сторону.</p>
      <p>Время шло. Белый Клык плясал и вертелся около Чероки, то и дело кусая его и сейчас же отскакивая прочь. А бульдог с мрачной настойчивостью продолжал бегать за ним. Рано или поздно, а он добьется своего и, схватив Белого Клыка за горло, решит исход боя. Пока же ему не оставалось ничего другого, как терпеливо переносить все нападения противника. Его короткие уши повисли бахромой, шея и плечи покрылись множеством ран, и даже губы у него были разодраны и залиты кровью, — и все это наделали молниеносные укусы Белого Клыка, которых нельзя было ни предвидеть, ни избежать.</p>
      <p>Много раз Белый Клык пытался сбить Чероки с ног, но разница в росте была слишком велика между ними. Чероки был коренастый, приземистый. И на этот раз счастье изменило Белому Клыку. Прыгая и вертясь юлой около Чероки, он улучил минуту, когда противник, не успев сделать крутой поворот, отвел голову в сторону и оставил плечо незащищенным. Белый Клык кинулся вперед, но его собственное плечо пришлось гораздо выше плеча противника, он не смог удержаться и со всего размаху перелетел через его спину. И впервые за всю боевую карьеру Белого Клыка люди стали свидетелями того, как «бойцовый волк» не сумел устоять на ногах. Он извернулся в воздухе, как кошка, и только это помешало ему упасть навзничь. Он грохнулся на бок и в следующее же мгновение опять стоял на ногах, но зубы Чероки уже впились ему в горло.</p>
      <p>Хватка была не совсем удачная, она пришлась слишком низко, ближе к груди, но Чероки не разжимал челюстей. Белый Клык заметался из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть с себя бульдога. Эта волочащаяся за ним тяжесть доводила его до бешенства. Она связывала его движения, лишала его свободы, как будто он попал в капкан. Его инстинкт восставал против этого. Он не помнил себя. Жажда жизни овладела им. Его тело властно требовало свободы. Мозг, разум не участвовали в этой борьбе, отступив перед слепой тягой к жизни, к движению — прежде всего к движению, ибо в нем и проявляется жизнь.</p>
      <p>Не останавливаясь ни на секунду. Белый Клык кружился, прыгал вперед, назад, силясь стряхнуть пятидесятифунтовый груз, повисший у него на шее. А бульдогу было важно только одно: не разжимать челюстей. Изредка, когда ему удавалось на одно мгновение коснуться лапами земли, он пытался сопротивляться Белому Клыку и тут же описывал круг в воздухе, повинуясь каждому движению обезумевшего противника. Чероки поступал так, как велел ему инстинкт. Он знал, что поступает правильно, что разжимать челюсти нельзя, и по временам вздрагивал от удовольствия. В такие минуты он даже закрывал глаза и, не считаясь с болью, позволял Белому Клыку крутить себя то вправо, то влево. Все это не имело значения. Сейчас Чероки важно было одно: не разжимать зубов, и он не разжимал их.</p>
      <p>Белый Клык перестал метаться, только окончательно выбившись из сил. Он уже ничего не мог сделать, ничего не мог понять. Ни разу за всю его жизнь ему не приходилось испытывать ничего подобного. Собаки, с которыми он дрался раньше, вели себя совершенно по-другому. С ними надо было действовать так: вцепился, рванул зубами, отскочил, вцепился, рванул зубами, отскочил. Тяжело дыша, Белый Клык полулежал на земле. Не разжимая зубов, Чероки налегал на него всем телом, пытаясь повалить навзничь. Белый Клык сопротивлялся и чувствовал, как челюсти бульдога, словно жуя его шкуру, передвигаются все выше и выше. С каждой минутой они приближались к горлу. Бульдог действовал расчетливо: стараясь не упустить захваченного, он пользовался малейшей возможностью захватить больше. Такая возможность предоставлялась ему, когда Белый Клык лежал спокойно, но лишь только тот начинал рваться, бульдог сразу сжимал челюсти.</p>
      <p>Белый Клык мог дотянуться только до загривка Чероки. Он запустил ему зубы повыше плеча, но перебирать ими, как бы жуя шкуру, не смог — этот способ был не знаком ему, да и челюсти его не были приспособлены для такой хватки. Он судорожно рвал Чероки зубами и вдруг почувствовал, что положение их изменилось. Чероки опрокинул его на спину и, все еще не разжимая челюстей, ухитрился встать над ним. Белый Клык согнул задние ноги и, как кошка, начал рвать когтями своего врага. Чероки рисковал остаться с распоротым брюхом и спасся только тем, что прыгнул в сторону, под прямым углом к Белому Клыку.</p>
      <p>Высвободиться из его хватки было немыслимо. Она сковывала с неумолимостью судьбы. Зубы Чероки медленно передвигались вверх, вдоль вены. Белого Клыка оберегали от смерти только широкие складки кожи и густой мех на шее. Чероки забил себе всю пасть его шкурой, но это не мешало ему пользоваться малейшей возможностью, чтобы захватить ее еще больше. Он душил Белого Клыка, и дышать тому с каждой минутой становилось все труднее и труднее.</p>
      <p>Борьба, по-видимому, приближалась к концу. Те, кто ставил на Чероки, были вне себя от восторга и предлагали чудовищные пари. Сторонники Белого Клыка приуныли и отказывались поставить десять против одного и двадцать против одного. Но нашелся один человек, который рискнул принять пари в пятьдесят против одного. Это был Красавчик Смит. Он вошел в круг и, показав на Белого Клыка пальцем, стал презрительно смеяться над ним. Это возымело свое действие. Белый Клык обезумел от ярости. Он собрал последние силы и поднялся на ноги. Но стоило ему заметаться по кругу с пятидесятифунтовым грузом, повисшим у него на шее, как эта ярость уступила место ужасу. Жажда жизни снова овладела им, и разум в нем погас, подчиняясь велениям тела. Он бегал по кругу, спотыкаясь, падая и снова поднимаясь, взвивался на дыбы, вскидывал своего врага вверх, и все-таки все его попытки стряхнуть с себя цепкую смерть были тщетны.</p>
      <p>Наконец Белый Клык опрокинулся навзничь, и бульдог сразу же перехватил зубами еще выше и, забирая его шкуру пастью, почти не давал ему перевести дух. Гром аплодисментов приветствовал победителя, из толпы кричали: «Чероки! Чероки!» Бульдог рьяно завилял обрубком хвоста. Но аплодисменты не помешали ему. Хвост и массивные челюсти действовали совершенно независимо друг от друга. Хвост ходил из стороны в сторону, а челюсти все сильнее и сильнее сдавливали Белому Клыку горло.</p>
      <p>И тут зрители отвлеклись от этой забавы. Вдали послышались крики погонщиков собак, звон колокольчиков. Все, кроме Красавчика Смита, насторожились, решив, что нагрянула полиция. Но на дороге вскоре показались двое мужчин, бежавших рядом с нартами. Они направлялись не из города, а в город, возвращаясь, по всей вероятности, из какой-нибудь разведочной экспедиции. Увидев собравшуюся толпу, незнакомцы остановили собак и подошли узнать, что тут происходит.</p>
      <p>Один из них был высокий молодой человек; его гладко выбритое лицо раскраснелось от быстрого движения на морозе. Другой, погонщик, был ниже ростом и с усами.</p>
      <p>Белый Клык прекратил борьбу. Время от времени он начинал судорожно биться, но теперь всякое сопротивление было бесцельно. Безжалостные челюсти бульдога все сильнее сдавливали ему горло, воздуху не хватало, дыхание его становилось все прерывистее. Чероки давно прокусил бы ему вену, если бы его зубы с самого начала не пришлись так близко к груди. Он перехватывал ими все выше, подбираясь к горлу, но на это уходило много времени, к тому же пасть его была вся забита толстыми складками шкуры Белого Клыка.</p>
      <p>Тем временем зверская жестокость Красавчика Смята вытеснила в нем последние остатки разума. Увидев, что глаза Белого Клыка уже заволакивает пеленой, он понял, что бой проигран. Словно сорвавшись с цепи, он бросился к Белому Клыку и начал яростно бить его ногами. Зрители закричали, послышался свист, но тем дело и ограничилось. Не обращая внимания на эти протесты, Красавчик Смит продолжал бить Белого Клыка. Но вдруг в толпе произошло какое-то движение: высокий молодой человек пробирался вперед, бесцеремонно расталкивая всех направо и налево. Он вошел в круг как раз в ту минуту, когда Красавчик Смит заносил правую ногу для очередного удара; перенеся всю тяжесть на левую, он находился в состоянии неустойчивого равновесия. В это мгновение молодой человек с сокрушительной силой ударил его кулаком по лицу. Красавчик Смит не удержался и, подскочив в воздухе, рухнул на снег.</p>
      <p>Молодой человек повернулся к толпе.</p>
      <p>— Трусы! — закричал он. — Мерзавцы!</p>
      <p>Он не помнил себя от гнева, того гнева, которым загорается только здравомыслящий человек. Его серые глаза сверкали стальным блеском. Красавчик Смит встал и боязливо двинулся к нему. Незнакомец не понял его намерения. Не подозревая, что перед ним отчаянный трус, он решил, что Красавчик Смит хочет драться, и, крикнув: «Мерзавец!», вторично опрокинул его навзничь. Красавчик Смит сообразил, что лежать на снегу безопаснее, и уже не делал больше попыток подняться на ноги.</p>
      <p>— Мэтт, помогите-ка мне! — сказал незнакомец погонщику, который вместе с ним вошел в круг.</p>
      <p>Оба они нагнулись над собаками. Мэтт приготовился оттащить Белого Клыка в сторону, как только Чероки ослабит свою мертвую хватку. Молодой человек стал разжимать зубы бульдогу. Но все его усилия были напрасны. Стараясь разомкнуть ему челюсти, он не переставал повторять вполголоса: «Мерзавцы!»</p>
      <p>Зрители заволновались, и кое-кто уже начинал протестовать против такого непрошеного вмешательства. Но стоило незнакомцу поднять голову и посмотреть на толпу, как протестующие голоса смолкли.</p>
      <p>— Мерзавцы вы этакие! — крикнул он снова и принялся за дело.</p>
      <p>— Нечего и стараться, мистер Скотт. Так мы их никогда не растащим, — сказал наконец Мэтт.</p>
      <p>Они выпрямились и осмотрели сцепившихся собак.</p>
      <p>— Крови вышло немного, — сказал Мэтт, — до горла еще не успел добраться.</p>
      <p>— Того и гляди доберется, — ответил Скотт. — Видали? Еще выше перехватил.</p>
      <p>Волнение молодого человека и его страх за участь Белого Клыка росли с каждой минутой. Он ударил Чероки по голове — раз, другой. Но это не помогло. Чероки завилял обрубком хвоста в знак того, что, прекрасно понимая смысл этих ударов, он все же исполнит свой долг до конца и не разожмет челюстей.</p>
      <p>— Помогите кто-нибудь! — крикнул Скотт, в отчаянии обращаясь к толпе.</p>
      <p>Но ни один человек не двинулся с места. Зрители начинали подтрунивать над ним и засыпали его целым градом язвительных советов.</p>
      <p>— Всуньте ему что-нибудь в пасть, — посоветовал Мэтт.</p>
      <p>Скотт схватился за кобуру, висевшую у него на поясе, вынул револьвер и попробовал просунуть дуло между сжатыми челюстями бульдога. Он старался изо всех сил, слышно было, как сталь скрипит о стиснутые зубы Чероки. Они с погонщиком стояли на коленях, нагнувшись над собаками.</p>
      <p>Тим Кинен шагнул в круг. Подойдя к Скотту, он тронул его за плечо и проговорил угрожающим тоном:</p>
      <p>— Не сломайте ему зубов, незнакомец.</p>
      <p>— Не зубы, так шею сломаю, — ответил Скотт, продолжая всовывать револьверное дуло в пасть Чероки.</p>
      <p>— Говорю вам, не сломайте зубов! — еще настойчивее повторил Тим Кинен.</p>
      <p>Но если он рассчитывал запугать Скотта, это ему не удалось.</p>
      <p>Продолжая орудовать револьвером, Скотт поднял голову и хладнокровно спросил:</p>
      <p>— Ваша собака?</p>
      <p>Тим Кинен буркнул что-то себе под нос.</p>
      <p>— Тогда разожмите ей зубы.</p>
      <p>— Вот что, друг любезный, — со злобой заговорил Тим, — это не так просто, как вам кажется. Я не знаю, что тут делать.</p>
      <p>— Тогда убирайтесь, — последовал ответ, — и не мешайте мне. Видите, я занят.</p>
      <p>Тим Кинен не уходил, но Скотт уже не обращал на него никакого внимания. Он кое-как втиснул бульдогу дуло между зубами и теперь старался просунуть его дальше, чтобы оно вышло с другой стороны.</p>
      <p>Добившись этого, Скотт начал осторожно, потихоньку разжимать бульдогу челюсти, а Мэтт тем временем освобождал из его пасти складки шкуры Белого Клыка.</p>
      <p>— Держите свою собаку! — скомандовал Скотт Тиму.</p>
      <p>Хозяин Чероки послушно нагнулся и обеими руками схватил бульдога.</p>
      <p>— Ну! — крикнул Скотт, сделав последнее усилие.</p>
      <p>Собак растащили в разные стороны. Бульдог отчаянно сопротивлялся.</p>
      <p>— Уведите его, — приказал Скотт, и Тим Кинен увел Чероки в толпу.</p>
      <p>Белый Клык попытался встать — раз, другой. Но ослабевшие ноги подогнулись под ним, и он медленно повалился на снег. Его полузакрытые глаза потускнели, нижняя челюсть отвисла, язык вывалился наружу… Задушенная собака. Мэтт осмотрел его.</p>
      <p>— Чуть жив, — сказал он, — но дышит все-таки.</p>
      <p>Красавчик Смит встал и подошел взглянуть на Белого Клыка.</p>
      <p>— Мэтт, сколько стоит хорошая ездовая собака? — спросил Скотт.</p>
      <p>Погонщик подумал с минуту и ответил, не поднимаясь с колен:</p>
      <p>— Триста долларов.</p>
      <p>— Ну, а такая, на которой живого места не осталось? — И Скотт ткнул Белого Клыка ногой.</p>
      <p>— Половину, — решил погонщик.</p>
      <p>Скотт повернулся к Красавчику Смиту.</p>
      <p>— Слышали вы, зверь? Я беру у вас собаку и плачу за нее полтораста долларов.</p>
      <p>Он открыл бумажник и отсчитал эту сумму, Красавчик Смит заложил руки за спину, отказываясь взять протянутые ему деньги.</p>
      <p>— Не продаю, — сказал он.</p>
      <p>— Нет, продаете, — заявил Скотт, — потому что я покупаю. Получите деньги. Собака моя.</p>
      <p>Все еще держа руки за спиной, Красавчик Смит попятился назад. Скотт шагнул к нему и замахнулся кулаком.</p>
      <p>Красавчик Смит втянул голову в плечи.</p>
      <p>— Собака моя… — начал было он.</p>
      <p>— Вы потеряли все права на эту собаку, — перебил Скотт. — Возьмете деньги, или мне ударить вас еще раз?</p>
      <p>— Хорошо, хорошо, — испуганно забормотал Красавчик Смит. — Но вы меня принуждаете. Этой собаке цены нет. Я не позволю себя грабить. У каждого человека есть свои права.</p>
      <p>— Верно, — ответил Скотт, передавая ему деньги. — У всякого человека есть свои права. Но вы не человек, а зверь.</p>
      <p>— Дайте мне только вернуться в Доусон, — пригрозил ему Красавчик Смит, — там я найду на вас управу.</p>
      <p>— Посмейте только рот открыть, я вас живо из Доусона выпровожу! Поняли?</p>
      <p>Красавчик Смит пробормотал что-то невнятное.</p>
      <p>— Поняли? — крикнул Скотт, рассвирепев.</p>
      <p>— Да, — буркнул Красавчик Смит, попятившись от него.</p>
      <p>— Как?</p>
      <p>— Да, сэр, — рявкнул Красавчик Смит.</p>
      <p>— Осторожнее! Он кусается! — крикнул кто-то, и в толпе захохотали.</p>
      <p>Скотт повернулся к Красавчику Смиту спиной и подошел к погонщику, который все еще возился с Белым Клыком.</p>
      <p>Кое-кто из зрителей уже уходил, другие собирались кучками, поглядывая на Скотта и переговариваясь между собой.</p>
      <p>К одной из этих групп подошел Тим Кинен.</p>
      <p>— Что это за птица? — спросил он.</p>
      <p>— Уидон Скотт, — ответил кто-то.</p>
      <p>— Какой такой Уидон Скотт?</p>
      <p>— Да инженер с приисков. Он среди здешних заправил свой человек. Если не хочешь нажить неприятностей, держись от него подальше. Ему сам Начальник приисков друг-приятель.</p>
      <p>— Я сразу понял, что это важная персона, — сказал Тим Кинен. — Нет, думаю, с таким лучше не связываться.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
       <p>Неукротимый</p>
      </title>
      <p>— Нет! Ничего тут не поделаешь! — безнадежным тоном сказал Уидон Скотт.</p>
      <p>Он опустился на ступеньку и посмотрел на погонщика, который так же безнадежно пожал плечами.</p>
      <p>Оба перевели взгляд на Белого Клыка. Весь ощетинившись и злобно рыча, он рвался с цепи, стараясь добраться до собак, выпряженных из нарт. Собаки же, получив изрядное количество наставлений от Мэтта, — наставлений, подкрепленных палкой, понимали, что с Белым Клыком лучше не связываться.</p>
      <p>Сейчас они лежали в сторонке и, казалось, совершенно забыли о его существовании.</p>
      <p>— Да-а, он волк, а волка не приучишь, — сказал Уидон Скотт.</p>
      <p>— Кто его знает? — возразил Мэтт. — Может, в нем от собаки больше, чем от волка. Но в чем я уверен, с того меня уж не собьешь.</p>
      <p>Погонщик замолчал и с таинственным видом кивнул в сторону Лосиной горы.</p>
      <p>— Ну, не заставляйте себя просить, — резко проговорил Скотт, так и не дождавшись продолжения. — Выкладывайте, в чем дело.</p>
      <p>Погонщик ткнул большим пальцем через плечо, показывая на Белого Клыка.</p>
      <p>— Волк он или собака — это не важно, а только его пробовали приручить.</p>
      <p>— Быть того не может!</p>
      <p>— Я вам говорю — пробовали. Он и в упряжке ходил. Вы посмотрите поближе. У него стертые места на груди.</p>
      <p>— Правильно, Мэтт! До того как попасть к Красавчику Смиту, он ходил в упряжке.</p>
      <p>— А почему бы ему не походить в упряжке и у нас?</p>
      <p>— А в самом деле! — воскликнул Скотт.</p>
      <p>Но появившаяся было надежда сейчас же угасла, и он сказал, покачивая головой:</p>
      <p>— Мы его держим уже две недели, а он, кажется, еще злее стал.</p>
      <p>— Давайте спустим его с цепи — посмотрим, что получится, — предложил Мэтт.</p>
      <p>Скотт недоверчиво взглянул на него.</p>
      <p>— Да, да! — продолжал Мэтт. — Я знаю, что вы это уже пробовали, так попробуйте еще раз, только не забудьте взять палку.</p>
      <p>— Хорошо, но теперь я поручу это вам.</p>
      <p>Погонщик вооружился палкой и подошел к сидевшему на привязи Белому Клыку. Тот следил за палкой, как лев следит за бичом укротителя.</p>
      <p>— Смотрите, как на палку уставился, — сказал Мэтт. — Это хороший признак. Значит, пес не так уж глуп. Не посмеет броситься на Меня, пока я с палкой. Не бешеный же он в конце концов.</p>
      <p>Как только рука человека приблизилась к шее Белого Клыка, он ощетинился и с рычаньем припал к земле. Не спуская глаз с руки Мэтта, он в то же время следил за палкой, занесенной над его головой. Мэтт быстро отстегнул цепь с ошейника и шагнул назад.</p>
      <p>Белому Клыку не верилось, что он очутился на свободе. Многие месяцы прошли с тех пор, как им завладел Красавчик Смит, и за все это время его спускали с цепи только для драк с собаками, а потом опять сажали на привязь.</p>
      <p>Что ему было делать со своей свободой? А вдруг боги снова замыслили какую-нибудь дьявольскую штуку?</p>
      <p>Белый Клык сделал несколько медленных, осторожных шагов, каждую минуту ожидая нападения. Он не знал, как вести себя, настолько непривычна была эта свобода. На всякий случай лучше держаться подальше от наблюдающих за ним богов и отойти за угол хижины. Так он и сделал, и все обошлось благополучно.</p>
      <p>Озадаченный этим, Белый Клык вернулся обратно и, остановившись футах в десяти от людей, настороженно уставился на них.</p>
      <p>— А не убежит? — спросил новый хозяин.</p>
      <p>Мэтт пожал плечами.</p>
      <p>— Рискнем! Риск — благородное дело.</p>
      <p>— Бедняга! Больше всего он нуждается в человеческой ласке, — с жалостью пробормотал Скотт и вошел в хижину. Он вынес оттуда кусок мяса и швырнул его Белому Клыку. Тот отскочил в сторону и стал недоверчиво разглядывать кусок издали.</p>
      <p>— Назад, Майор! — крикнул Мэтт, но было уже поздно.</p>
      <p>Майор кинулся к мясу, и в ту минуту, когда кусок уже был у него в зубах, Белый Клык налетел и сбил его с ног. Мэтт бросился к ним, но Белый Клык сделал свое дело быстро. Майор с трудом привстал, и кровь, хлынувшая у него из горла, красной лужей расползлась по снегу.</p>
      <p>— Жалко Майора, но поделом ему, — поспешно сказал Скотт.</p>
      <p>Но Мэтт уже занес ногу, чтобы ударить Белого Клыка. Быстро один за другим последовали прыжок, лязг зубов и громкий крик боли.</p>
      <p>Свирепо рыча, Белый Клык отполз назад, а Мэтт нагнулся и стал осматривать свою прокушенную ногу.</p>
      <p>— Цапнул все-таки, — сказал он, показывая на разорванную штанину и нижнее белье, на котором расплывался кровавый круг.</p>
      <p>— Я же говорил вам, что это безнадежно, — упавшим голосом проговорил Скотт. — Я об этой собаке много думал, не выходит она у меня из головы. Ну что ж, ничего другого не остается.</p>
      <p>С этими словами он нехотя вынул из кармана револьвер и, осмотрев барабан, убедился, что пули в нем есть.</p>
      <p>— Послушайте, мистер Скотт, — взмолился Мэтт, — чего только этой собаке не пришлось испытать! Нельзя же требовать, чтобы она сразу превратилась в ангелочка. Дайте ей срок.</p>
      <p>— Полюбуйтесь на Майора, — ответил Скотт.</p>
      <p>Погонщик взглянул на искалеченную собаку. Она валялась на снегу в луже крови и была, по-видимому, при последнем издыхании.</p>
      <p>— Поделом ему. Вы же сами так сказали, мистер Скотт. Позарился на чужой кусок — значит, спета его песенка. Этого следовало ожидать. Я и гроша ломаного не дам за собаку, которая отдаст свой корм без боя.</p>
      <p>— Ну, а вы сами, Мэтт? Собаки собаками, но всему должна быть мера.</p>
      <p>— И мне поделом, — не сдавался Мэтт. — За что, спрашивается, я его ударил? Вы же сами сказали, что он прав. Значит, не за что было его бить.</p>
      <p>— Мы сделаем доброе дело, застрелив эту собаку, — настаивал Скотт. — Нам ее не приручить!</p>
      <p>— Послушайте, мистер Скотт. Дадим ему, бедняге, показать себя. Ведь он черт знает что вытерпел, прежде чем попасть к нам. Давайте попробуем. А если он не оправдает нашего доверия, я его сам застрелю.</p>
      <p>— Да мне вовсе не хочется его убивать, — ответил Скотт, пряча револьвер. — Пусть побегает на свободе, и посмотрим, чего от него можно добиться добром. Вот я сейчас попробую.</p>
      <p>Он подошел к Белому Клыку и заговорил с ним мягким, успокаивающим голосом:</p>
      <p>— Возьмите палку на всякий случай! — предостерег его Мэтт.</p>
      <p>Скотт отрицательно покачал головой и продолжал говорить, стараясь завоевать доверие Белого Клыка.</p>
      <p>Белый Клык насторожился. Ему грозила опасность. Он загрыз собаку этого бога, укусил его товарища. Чего же теперь ждать, кроме сурового наказания? И все-таки он не смирился. Шерсть на нем встала дыбом, все тело напряглось, он оскалил зубы и зорко следил за человеком, приготовившись ко всякой неожиданности. В руках у Скотта не было палки, и Белый Клык подпустил его к себе совсем близко. Рука бога стала опускаться над его головой. Белый Клык съежился и припал к земле. Вот где таится опасность и предательство! Руки богов с их непререкаемой властью и коварством были ему хорошо известны. Кроме того, он по-прежнему не выносил прикосновения к своему телу. Он зарычал еще злее и пригнулся к земле еще ниже, а рука все продолжала опускаться. Он не хотел кусать эту руку и терпеливо переносил опасность, которой она грозила, до тех пор, пока мог бороться с инстинктом — с ненасытной жаждой жизни.</p>
      <p>Уидон Скотт был уверен, что всегда успеет вовремя отдернуть руку. Но тут ему довелось испытать на себе, как Белый Клык умеет разить с меткостью и стремительностью змеи, развернувшей свои кольца.</p>
      <p>Скотт вскрикнул от неожиданности и схватил прокушенную правую руку левой рукой. Мэтт громко выругался и подскочил к нему. Белый Клык отполз назад, весь ощетинившись, скаля зубы и угрожающе поглядывая на людей. Теперь уж наверное его ждут побои, не менее страшные, чем те, которые приходилось выносить от Красавчика Смита.</p>
      <p>— Что вы делаете? — вдруг крикнул Скотт. А Мэтт уже успел сбегать в хижину и появился на пороге с ружьем в руках.</p>
      <p>— Ничего особенного, — медленно, с напускным спокойствием проговорил он. — Хочу сдержать свое обещание. Сказал, что застрелю собаку, значит, застрелю.</p>
      <p>— Нет, не застрелите.</p>
      <p>— Нет, застрелю! Вот смотрите.</p>
      <p>Теперь настала очередь Уидона Скотта вступиться за Белого Клыка, как вступился за него несколько минут назад укушенный Мэтт.</p>
      <p>— Вы сами предлагали испытать его, так испытайте! Мы же только начали, нельзя сразу бросать дело. Я сам виноват. И… посмотрите-ка на него!</p>
      <p>Глядя на них из-за угла хижины, Белый Клык рычал с такой яростью, что кровь стыла в жилах, но ярость его вызывал не Скотт, а погонщик.</p>
      <p>— Ну что ты скажешь! — воскликнул Мэтт.</p>
      <p>— Видите, какой он понятливый! — торопливо продолжал Скотт. — Он не хуже нас с вами знает, что такое огнестрельное оружие. С такой умной собакой стоит повозиться. Оставьте ружье.</p>
      <p>— Ладно. Давайте попробуем, — и Мэтт прислонил ружье к штабелю дров. — Да нет! Вы только полюбуйтесь на него! — воскликнул он в ту же минуту.</p>
      <p>Белый Клык успокоился и перестал ворчать.</p>
      <p>— Попробуйте еще раз. Следите за ним.</p>
      <p>Мэтт взял ружье — и Белый Клык снова зарычал. Мэтт отошел от ружья — Белый Клык спрятал зубы.</p>
      <p>— Ну, еще раз. Это просто интересно!</p>
      <p>Мэтт взял ружье и стал медленно поднимать его к плечу. Белый Клык сразу же зарычал, и рычание его становилось все громче и громче по мере того, как ружье поднималось кверху. Но не успел Мэтт навести на него дуло, как он отпрыгнул в сторону и скрылся за углом хижины. На прицеле у Мэтта был белый снег, а место, где только что стояла собака, опустело.</p>
      <p>Погонщик медленно отставил ружье, повернулся и посмотрел на своего хозяина.</p>
      <p>— Правильно, мистер Скотт. Пес слишком умен. Жалко его убивать.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестая</p>
       <p>Новая наука</p>
      </title>
      <p>Увидев приближающегося Уидона Скотта, Белый Клык ощетинился и зарычал, давая этим понять, что не потерпит расправы над собой. С тех пор как он прокусил Скотту руку, которая была теперь забинтована и висела на перевязи, прошли сутки. Белый Клык помнил, что боги иногда откладывают наказание, и сейчас ждал расплаты за свой проступок. Иначе не могло и быть. Он совершил святотатство: впился зубами в священное тело бога, притом белокожего бога. По опыту, который остался у него от общения с богами, Белый Клык знал, какое суровое наказание грозит ему.</p>
      <p>Бог сел в нескольких шагах от него. В этом еще не было ничего страшного — обычно они наказывают стоя. Кроме того, у этого бога не было ни палки, ни хлыста, ни ружья, да и сам Белый Клык находился на свободе. Ничто его не удерживало — ни цепь, ни ремень с палкой, и он мог спастись бегством прежде, чем бог успеет встать на ноги. А пока что надо подождать и посмотреть, что будет дальше.</p>
      <p>Бог сидел совершенно спокойно, не делая попыток встать с места, и злобный рев Белого Клыка постепенно перешел в глухое ворчание, а потом и ворчание смолкло. Тогда бог заговорил, и при первых же звуках его голоса шерсть на загривке у Белого Клыка поднялась дыбом, в горле снова заклокотало. Но бог продолжал говорить все так же спокойно, не делая никаких резких движений. Белый Клык рычал в унисон с его голосом, и между словами и рычанием установился согласный ритм, Но речь человека лилась без конца. Он говорил так, как еще никто никогда не говорил с Белым Клыком. В мягких, успокаивающих словах слышалась нежность, и эта нежность находила какой-то отклик в Белом Клыке. Невольно, вопреки всем предостережениям инстинкта, он почувствовал доверие к своему новому богу. В нем родилась уверенность в собственной безопасности, — в том, в чем ему столько раз приходилось разубеждаться при общении с людьми.</p>
      <p>Бог говорил долго, а потом встал и ушел. Когда же он снова появился на пороге хижины, Белый Клык подозрительно осмотрел его. В руках у него не было ни хлыста, ни палки, ни оружия. И здоровая рука его не пряталась за спину. Он сел на то же самое место в нескольких шагах от Белого Клыка и протянул ему мясо. Навострив уши, Белый Клык недоверчиво оглядел кусок, ухитряясь смотреть одновременно и на него и на бога, и приготовился отскочить в сторону при первом же намеке на опасность.</p>
      <p>Но наказание все еще откладывалось. Бог протягивал ему еду — только и всего. Мясо как мясо, ничего страшного в нем не было. Но Белый Клык все еще сомневался и не взял протянутого куска, хотя рука Скотта подвигалась все ближе и ближе к его носу. Боги мудры, — кто знает, какое коварство таится в этой безобидной с виду подачке? По своему прошлому опыту, особенно когда приходилось иметь дело с женщинами, Белый Клык знал, что мясо и наказание сплошь и рядом имели между собой тесную и неприятную связь.</p>
      <p>В конце концов бог бросил мясо на снег, к ногам Белого Клыка. Тот тщательно обнюхал подачку, не глядя на нее, — глаза его были устремлены на бога. Ничего плохого не произошло. Тогда он взял кусок в зубы и проглотил его. Но и тут все обошлось благополучно. Бог предлагал ему другой кусок. И во второй раз Белый Клык отказался принять его из рук, и бог снова бросил мясо на снег. Так повторилось несколько раз. Но наступило время, когда бог отказался бросить мясо. Он держал кусок и настойчиво предлагал Белому Клыку взять подачку у него из рук.</p>
      <p>Мясо было вкусное, а Белый Клык проголодался. Мало-помалу, с бесконечной осторожностью, он подошел ближе и наконец решился взять кусок из человеческих рук. Не спуская глаз с бога, Белый Клык вытянул шею и прижал уши, шерсть у него на загривке встала дыбом, в горле клокотало глухое рычание, как бы предостерегающее человека, что шутки сейчас неуместны. Белый Клык съел кусок, и ничего с ним не случилось. И так мало-помалу он съел все мясо, и все-таки с ним ничего не случилось. Значит, наказание откладывалось.</p>
      <p>Белый Клык облизнулся и стал ждать, что будет дальше. Бог продолжал говорить. В голосе его слышалась ласка — то, о чем Белый Клык не имел до сих пор никакого понятия. И ласка эта будила в нем неведомые до сих пор ощущения. Он почувствовал странное спокойствие, словно удовлетворялась какая-то его потребность, заполнялась какая-то пустота в его существе. Потом в нем снова проснулся инстинкт, и прошлый опыт снова послал ему предостережение. Боги хитры: трудно угадать, какой путь они выберут, чтобы добиться своих целей.</p>
      <p>Так и есть! Коварная рука тянется все дальше и дальше и опускается над его головой. Но бог продолжает говорить. Голос его звучит мягко и успокаивающе. Несмотря на угрозу, которую таит в себе рука, голос внушает доверие. И, несмотря на всю мягкость голоса, рука внушает страх. Противоположные чувства и ощущения боролись в Белом Клыке. Казалось, он упадет замертво, раздираемый на части враждебными силами, ни одна из которых не получала перевеса в этой борьбе только потому, что он прилагал неимоверные усилия, чтобы обуздать их.</p>
      <p>И Белый Клык пошел на сделку с самим собой: он рычал, прижимал уши, но не делал попыток ни укусить Скотта, ни убежать от него. Рука опускалась. Расстояние между ней и головой Белого Клыка становилось все меньше и меньше. Вот она коснулась вставшей дыбом шерсти. Белый Клык припал к земле. Рука последовала за ним, прижимаясь плотнее и плотнее. Съежившись, чуть ли не дрожа, он все еще сдерживал себя. Он испытывал муку от прикосновения этой руки, насиловавшей его инстинкты. Он не мог забыть в один день все то зло, которое причинили ему человеческие руки. Но такова была воля бога, и он делал все возможное, чтобы заставить себя подчиниться ей.</p>
      <p>Рука поднялась и снова опустилась, лаская и гладя его. Так повторилось несколько раз, но стоило только руке подняться, как поднималась и шерсть на спине у Белого Клыка. И каждый раз, как рука опускалась, уши его прижимались к голове и в горле начинало клокотать рычание. Белый Клык рычал, предупреждая бога, что готов отомстить за боль, которую ему причинят. Кто знает, когда наконец обнаружатся истинные намерения бога! В любую минуту его мягкий, внушающий такое доверие голос может перейти в гневный крик, а эти нежные, ласкающие пальцы сожмутся, как тиски, и лишат Белого Клыка всякой возможности сопротивляться наказанию.</p>
      <p>Но слова бога были по-прежнему ласковы, а рука его все так же поднималась и снова касалась Белого Клыка, и в этих прикосновениях не было ничего враждебного. Белый Клык испытывал двойственное чувство. Инстинкт восставал против такого обращения, оно стесняло его, шло наперекор его стремлению к свободе. И все-таки физической боли он не испытывал. Наоборот, эти прикосновения были даже приятны. Мало-помалу рука бога передвинулась к его ушам и стала осторожно почесывать их; приятное ощущение как будто даже усилилось. Но страх не оставлял Белого Клыка; он все так же настораживался, ожидая чего-то недоброго и испытывая попеременно то страдание, то удовольствие, в зависимости от того, какое из этих чувств одерживало в нем верх.</p>
      <p>— Ах, черт возьми!</p>
      <p>Эти слова вырвались у Мэтта. Он вышел из хижины с засученными рукавами, неся в руках таз с грязной водой, и только хотел выплеснуть ее на снег, как вдруг увидел, что Уидон Скотт ласкает Белого Клыка.</p>
      <p>При первых же звуках его голоса Белый Клык отскочил назад и свирепо зарычал.</p>
      <p>Мэтт посмотрел на своего хозяина, неодобрительно и сокрушенно покачав головой.</p>
      <p>— Вы меня извините, мистер Скотт, но, ей-богу, в вас сидят по крайней мере семнадцать дураков, и каждый орудует на свой лад.</p>
      <p>Уидон Скотт улыбнулся с видом превосходства, встал и нагнулся над Белым Клыком. Он ласково заговорил с ним, потом медленно протянул руку и снова начал гладить его по голове. Белый Клык терпеливо сносил это поглаживание, но смотрел он — смотрел во все глаза — не на того, кто его ласкал, а на Мэтта, стоявшего в дверях хижины.</p>
      <p>— Может быть, из вас и получился первоклассный инженер, мистер Скотт, — разглагольствовал погонщик, — но, я считаю, вы многое утратили в жизни: вам бы следовало в детстве удрать из дому и поступить в цирк.</p>
      <p>Белый Клык зарычал, услышав голос Мэтта, но на этот раз уже не отскочил от руки, ласково гладившей его по голове и по шее.</p>
      <p>И это было началом конца прежней жизни, конца прежнего царства ненависти. Для Белого Клыка началась новая, непостижимо прекрасная жизнь. В этом деле от Уидона Скотта требовалось много терпения и ума. А Белый Клык должен был преодолеть веления инстинкта, пойти наперекор собственному опыту, отказаться от всего, чему научила его жизнь.</p>
      <p>Прошлое не только не вмещало всего нового, что ему пришлось узнать теперь, но опровергало это новое. Короче говоря, от Белого Клыка требовалось неизмеримо большее умение разбираться в окружающей обстановке, чем то, с которым он пришел из Северной глуши и добровольно подчинился власти Серого Бобра. В то время он был всего-навсего щенком, еще не сложившимся, готовым принять любую форму под руками жизни. Но теперь все шло по-иному. Прошлая жизнь обработала Белого Клыка слишком усердно; она ожесточила его, превратила в свирепого, неукротимого бойцового волка, который никого не любил и не пользовался ничьей любовью. Переродиться — значило для него пройти через полный внутренний переворот, отбросить все прежние навыки, — и это требовалось от него теперь, когда молодость была позади, когда гибкость была утрачена и мягкая ткань приобрела несокрушимую твердость, стала узловатой, неподатливой, как железо, а инстинкты раз и навсегда установили потребности и законы поведения.</p>
      <p>И все-таки новая обстановка, в которой очутился Белый Клык, опять взяла его в обработку. Она смягчала в нем ожесточенность, лепила из него иную, более совершенную форму. В сущности говоря, все зависело от Уидона Скотта. Он добрался до самых глубин натуры Белого Клыка и лаской вызвал к жизни все те чувства, которые дремали и уже наполовину заглохли в нем. Так Белый Клык узнал, что такое <emphasis>любовь</emphasis>. Она заступила место <emphasis>склонности</emphasis> — самого теплого чувства, доступного ему в общении с богами.</p>
      <p>Но любовь не может прийти в один день. Возникнув из склонности, она развивалась очень медленно. Белому Клыку нравился его вновь обретенный бог, и он не убегал от него, хотя все время оставался на свободе. Жить у нового бога было несравненно лучше, чем в клетке у Красавчика Смита; кроме того, Белый Клык не мог обойтись без божества. Чувствовать над собой человеческую власть стало для него необходимостью. Печать зависимости от человека осталась на Белом Клыке с тех далеких дней, когда он покинул Северную глушь и подполз к ногам Серого Бобра, покорно ожидая побоев. Эта неизгладимая печать снова была наложена на него, когда он во второй раз вернулся из Северной глуши после голодовки и почувствовал запах рыбы в поселке Серого Бобра.</p>
      <p>И Белый Клык остался у своего нового хозяина, потому что он не мог обходиться без божества и потому что Уидон Скотт был лучше Красавчика Смита. В знак преданности он взял на себя обязанности сторожа при хозяйском добре. Он бродил вокруг хижины, когда ездовые собаки уже спали, и первому же запоздалому гостю Скотта пришлось отбиваться от него палкой до тех пор, пока на выручку не прибежал сам хозяин. Но Белый Клык вскоре научился отличать воров от честных людей, понял, как много значит походка и поведение. Человека, который твердой поступью шел прямо к дверям, он не трогал, хотя и не переставал зорко следить за ним, пока дверь не открывалась и благонадежность посетителя не получала подтверждения со стороны хозяина. Но тот, кто пробирался крадучись, окольными путями, стараясь не попасться на глаза, — тот не знал пощады от Белого Клыка и пускался в поспешное и позорное бегство.</p>
      <p>Уидон Скотт задался целью вознаградить Белого Клыка за все то, что ему пришлось вынести, вернее — искупить грех, в котором человек был повинен перед ним. Это стало для Скотта делом принципа, делом совести. Он чувствовал, что люди остались в долгу перед Белым Клыком и долг этот надо выплатить, — и поэтому он старался проявлять к Белому Клыку как можно больше нежности. Он взял себе за правило ежедневно и подолгу ласкать и гладить его.</p>
      <p>На первых порах эта ласка вызывала у Белого Клыка одни лишь подозрения и враждебность, но мало-помалу он начал находить в ней удовольствие. И все-таки от одной своей привычки Белый Клык никак не мог отучиться: как только рука человека касалась его, он начинал рычать и не умолкал до тех пор, пока Скотт не отходил. Но в этом рычании появились новые нотки. Посторонний не расслышал бы их, для него рычание Белого Клыка оставалось по-прежнему выражением первобытной дикости, от которой у человека кровь стынет в жилах. С той дальней поры, когда Белый Клык жил с матерью в пещере и первые приступы ярости овладевали им, его горло огрубело от рычания, и он уже не мог выразить свои чувства по-иному. Тем не менее чуткое ухо Скотта различало в этом свирепом реве новые нотки, которые только одному ему чуть слышно говорили о том, что собака испытывает удовольствие.</p>
      <p>Время шло, и <emphasis>любовь</emphasis>, возникшая из <emphasis>склонности</emphasis>, все крепла и крепла. Белый Клык сам начал чувствовать это, хотя и бессознательно. Любовь давала знать о себе ощущением пустоты, которая настойчиво, жадно требовала заполнения. Любовь принесла с собой боль и тревогу, которые утихали только от прикосновения руки нового бога. В эти минуты любовь становилась радостью — необузданной радостью, пронизывающей все существо Белого Клыка. Но стоило богу уйти, как боль и тревога возвращались и Белого Клыка снова охватывало ощущение пустоты, ощущение голода, властно требующего утоления.</p>
      <p>Белый Клык понемногу находил самого себя. Несмотря на свои зрелые годы, несмотря на жесткость формы, в которую он был отлит жизнью, в характере его возникали все новые и новые черты. В нем зарождались непривычные чувства и побуждения. Теперь Белый Клык вел себя совершенно по-другому; Прежде он ненавидел неудобства и боль и всячески старался избегать их. Теперь все стало иначе: ради нового бога Белый Клык часто терпел неудобства и боль. Так, например, по утрам, вместо того чтобы бродить в поисках пищи или лежать где-нибудь в укромном уголке, он проводил целые часы на холодном крыльце, ожидая появления Скотта. Поздно вечером, когда тот возвращался домой, Белый Клык оставлял теплую нору, вырытую в сугробе, ради того, чтобы почувствовать прикосновение дружеской руки, услышать приветливые слова. Он забывал о еде — даже о еде! — лишь бы побыть около бога, получить от него ласку или отправиться вместе с ним в город.</p>
      <p>И вот склонность уступила место любви. Любовь затронула в нем такие глубины, куда никогда не проникала склонность. За любовь Белый Клык платил любовью. Он обрел божество, лучезарное божество, в присутствии которого он расцветал, как растение под лучами солнца. Белый Клык не умел проявлять свои чувства. Он был уже немолод и слишком суров для этого. Постоянное одиночество выработало в нем сдержанность. Его угрюмый нрав был результатом долголетнего опыта. Он не умел лаять и уже не мог научиться приветствовать своего бога лаем. Он никогда не лез ему на глаза, не суетился и не прыгал, чтоб доказать свою любовь, никогда не кидался навстречу, а ждал в сторонке, — но ждал всегда. Любовь эта граничила с немым, молчаливым обожанием. Только глаза, следившие за каждым движением хозяина, выдавали чувства Белого Клыка. Когда же хозяин смотрел на него и заговаривал с ним, он смущался, не зная, как выразить любовь, завладевшую всем его существом.</p>
      <p>Белый Клык начинал приспособляться к новой жизни. Так он понял, что собак хозяина трогать нельзя. Но его властный характер заявлял о себе, и собакам пришлось убедиться на деле в превосходстве своего нового вожака. Признав его власть над собой, они уже не доставляли ему хлопот. Стоило Белому Клыку появиться среди стаи, как собаки уступали ему дорогу и покорялись его воле.</p>
      <p>Точно так же он привык и к Мэтту, как к собственности хозяина. Уидон Скотт сам очень редко кормил Белого Клыка, эта обязанность возлагалась на Мэтта, — и Белый Клык понял, что пища, которую он ест, принадлежит хозяину, поручившему Мэтту заботиться о нем. Тот же самый Мэтт попробовал как-то запрячь его в нарты вместе с другими собаками. Но эта попытка потерпела неудачу, и Белый Клык покорился только тогда, когда Уидон Скотт сам надел на него упряжь и сам сел в нарты. Он понял: хозяин хочет, чтобы Мэтт правил им так же, как и другими собаками.</p>
      <p>У клондайкских нарт, в отличие от саней, на которых ездят на Маккензи, есть полозья. Способ запряжки здесь тоже совсем другой. Собаки бегут гуськом в двойных постромках, а не расходятся веером. И здесь, на Клондайке, вожак действительно вожак; На первое место ставят самую понятливую и самую сильную собаку, которой боится и слушается вся упряжка. Как и следовало ожидать, Белый Клык вскоре занял это место. После многих хлопот Мэтт понял, что на меньшее тот не согласится. Белый Клык сам выбрал себе это место, и Мэтт, не стесняясь в выражениях, подтвердил правильность его выбора после первой же пробы. Бегая целый день в упряжке, Белый Клык не забывал и о том, что ночью надо сторожить хозяйское добро. Таким образом, он верой и правдой служил Скотту, и у того во всей упряжке не было более ценной собаки, чем Белый Клык.</p>
      <p>— Если уж вы разрешите мне высказать свое мнение, — заговорил как-то Мэтт, — то доложу вам, что с вашей стороны было очень умно дать за эту собаку полтораста долларов. Ловко вы провели Красавчика Смита, уж не говоря о том, что и по физиономии ему съездили.</p>
      <p>Серые глаза Уидона Скотта снова загорелись гневом, и он сердито пробормотал: «Мерзавец!»</p>
      <p>Поздней весной Белого Клыка постигло большое горе: внезапно, без всякого предупреждения, хозяин исчез. Собственно говоря, предупреждение было, но Белый Клык не имел опыта в таких делах и не знал, чего надо ждать от человека, который укладывает свои вещи в чемоданы. Впоследствии он вспомнил, что укладывание вещей предшествовало отъезду хозяина, но тогда у него не зародилось ни малейшего подозрения. Вечером Белый Клык, как всегда, ждал его прихода. В полночь поднялся ветер; он укрылся от холода за хижиной и лежал там, прислушиваясь сквозь дремоту, не раздадутся ли знакомые шаги. Но в два часа ночи беспокойство выгнало его из-за хижины, он свернулся клубком на холодном крыльце и стал ждать дальше.</p>
      <p>Хозяин не приходил. Утром дверь отворилась, и на крыльцо вышел Мэтт. Белый Клык тоскливо посмотрел на погонщика: у него не было другого способа спросить о том, что ему так хотелось знать. Дни шли за днями, а хозяин не появлялся. Белый Клык, не знавший до сих пор, что такое болезнь, заболел. Он был плох, настолько плох, что Мэтту пришлось в конце концов взять его в хижину. Кроме того, в своем письме к хозяину Мэтт приписал несколько строк о Белом Клыке.</p>
      <p>Получив письмо в Сёркле, Уидон Скотт прочел следующее:</p>
      <p>«Проклятый волк отказывается работать. Ничего не ест. Совсем приуныл. Собаки не дают ему проходу. Хочет знать, куда вы девались, а я не умею растолковать ему. Боюсь, как бы не сдох».</p>
      <p>Мэтт писал правду. Белый Клык затосковал, перестал есть, не отбивался от налетавших на него собак. Он лежал в комнате на полу около печки, потеряв всякий интерес к еде, к Мэтту, ко всему на свете. Мэтт пробовал говорить с ним ласково, пробовал кричать — ничего не действовало: Белый Клык поднимал на него потускневшие глаза, а потом снова ронял голову на передние лапы.</p>
      <p>Но однажды вечером, когда Мэтт сидел за столом и читал, шепотом бормоча слова и шевеля губами, внимание его привлекло тихое повизгиванье Белого Клыка. Белый Клык встал с места, навострил уши, глядя на дверь, и внимательно прислушивался. Минутой позже Мэтт услышал шаги. Дверь отворилась, и вошел Уидон Скотт. Они поздоровались. Потом Скотт огляделся по сторонам.</p>
      <p>— А где волк? — спросил он и увидел его.</p>
      <p>Белый Клык стоял около печки. Он не бросился вперед, как это сделала бы всякая другая собака, а стоял и смотрел на своего хозяина.</p>
      <p>— Черт возьми! — воскликнул Мэтт. — Да он хвостом виляет!</p>
      <p>Уидон Скотт вышел на середину комнаты и подозвал Белого Клыка к себе. Белый Клык не прыгнул к нему навстречу, но сейчас же подошел на зов. Движения его сковывала застенчивость, но в глазах появилось какое-то новое, необычное выражение: чувство глубокой любви засветилось в них.</p>
      <p>— На меня, небось, ни разу так не взглянул, пока вас не было, — сказал Мэтт.</p>
      <p>Но Уидон Скотт ничего не слышал. Присев на корточки перед Белым Клыком, он ласкал его — почесывал ему за ушами, гладил шею и плечи, нежно похлопывал по спине. А Белый Клык тихо рычал в ответ, и мягкие нотки слышались в его рычании яснее, чем прежде.</p>
      <p>Но это было не все. Каким образом радость помогла найти выход глубокому чувству, рвавшемуся наружу? Белый Клык вдруг вытянул шею и сунул голову хозяину под мышку; и, спрятавшись так, что на виду оставались одни только уши, он уже не рычал больше и прижимался к хозяину все теснее и теснее.</p>
      <p>Мужчины переглянулись. У Скотта блестели глаза.</p>
      <p>— Вот поди ж ты! — воскликнул пораженный Мэтт. Потом добавил: — Я всегда говорил, что это не волк, а собака. Полюбуйтесь на него!</p>
      <p>С возвращением хозяина, научившего его любви, Белый Клык быстро пришел в себя. В хижине он провел еще две ночи и день, а потом вышел на крыльцо. Собаки уже успели забыть его доблести, у них осталось в памяти, что за последнее время Белый Клык был слаб и болен, — и как только он появился на крыльце, они кинулись на него со всех сторон.</p>
      <p>— Ну и свалка! — с довольным видом пробормотал Мэтт, наблюдавший эту сцену с порога хижины. — Нечего с ними церемониться, волк! Задай им как следует. Ну, еще, еще!</p>
      <p>Белый Клык не нуждался в поощрении. Приезда любимого хозяина было вполне достаточно — чудесная буйная жизнь снова забилась в его жилах. Он дрался, находя в драке единственный выход для свой радости. Конец мог быть только один — собаки разбежались, потерпев поражение, и вернулись обратно лишь с наступлением темноты, униженно и кротко заявляя Белому Клыку о своей покорности.</p>
      <p>Научившись прижиматься к хозяину головой, Белый Клык частенько пользовался этим новым способом выражения своих чувств. Это был предел, дальше которого он не мог идти. Голову свою он оберегал больше всего и не выносил, когда до нее дотрагивались. Так велела ему Северная глушь: бойся капкана, бойся всего, что может причинить боль. Инстинкт требовал, чтобы голова оставалась свободной. А теперь, прижимаясь к хозяину, Белый Клык по собственной воле ставил себя в совершенно беспомощное положение. Он выражал этим беспредельную веру, беззаветную покорность хозяину и как бы говорил ему: «Отдаю себя в твои руки. Поступай со мной, как знаешь».</p>
      <p>Однажды вечером, вскоре после своего возвращения, Скотт играл с Мэттом в криббедж на сон грядущий.</p>
      <p>— Пятнадцать и два, пятнадцать и четыре, и еще двойка… — подсчитывал Мэтт, как вдруг снаружи послышались чьи-то крики и рычание.</p>
      <p>Переглянувшись, они вскочили из-за стола.</p>
      <p>— Волк дерет кого-то! — сказал Мэтт.</p>
      <p>Отчаянный вопль заставил их броситься к двери.</p>
      <p>— Посветите мне! — крикнул Скотт, выбегая на крыльцо.</p>
      <p>Мэтт последовал за ним с лампой, и при свете ее они увидели человека, навзничь лежавшего на снегу. Он закрывал лицо и шею руками, пытаясь защититься от зубов Белого Клыка. И это была не лишняя предосторожность: не помня себя от ярости, Белый Клык старался во что бы то ни стало добраться зубами до горла незнакомца; от рукавов куртки, синей фланелевой блузы и нижней рубашки у того остались одни клочья, а искусанные руки были залиты кровью.</p>
      <p>Скотт и погонщик разглядели все это в одну секунду. Скотт схватил Белого Клыка за шею и оттащил назад. Белый Клык рвался с рычанием, но не кусал хозяина и после его резкого окрика быстро успокоился.</p>
      <p>Мэтт помог человеку встать на ноги. Поднимаясь, тот отнял руки от лица, и, увидев зверскую физиономию Красавчика Смита, погонщик отскочил назад как ошпаренный. Щурясь на свету, Красавчик Смит огляделся по сторонам. Лицо у него перекосило от ужаса, как только он взглянул на Белого Клыка.</p>
      <p>В ту же минуту погонщик увидел, что на снегу что-то лежит. Он поднес лампу поближе и подтолкнул носком сапога стальную цепь и толстую палку.</p>
      <p>Уидон Скотт понимающе кивнул головой. Они не произнесли ни слова. Погонщик взял Красавчика Смита за плечо и повернул к себе спиной. Все было понятно. Красавчик Смит припустил во весь дух.</p>
      <p>А хозяин гладил Белого Клыка и говорил:</p>
      <p>— Хотел увести тебя, да? А ты не позволил? Так, так, значит, просчитался этот молодчик!</p>
      <p>— Он, небось, подумал, что на него вся преисподняя кинулась, — ухмыльнулся Мэтт.</p>
      <p>А Белый Клык продолжал рычать; но мало-помалу шерсть у него на спине улеглась, и мягкая нотка, совсем было потонувшая в этом злобном рычании, становилась все слышнее и слышнее.</p>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Часть пятая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
       <p>В дальний путь</p>
      </title>
      <p>Это носилось в воздухе. Белый Клык почувствовав беду еще задолго до того, как она дала знать о своем приближении. Весть о грядущей перемене какими-то неведомыми путями дошла до него. Предчувствие зародилось в нем по вине богов, хотя он и не отдавал себе отчета в том, как и почему это случилось. Сами того не подозревая, боги выдали свои намерения собаке, и она уже не покидала крыльца хижины и, не входя в комнату, знала, что люди что-то затевают.</p>
      <p>— Послушайте-ка! — сказал как-то за ужином погонщик.</p>
      <p>Уидон Скотт прислушался. Из-за двери доносилось тихое тревожное поскуливанье, похожее скорее на сдерживаемый плач. Потом стало слышно, как Белый Клык обнюхивает дверь, желая убедиться в том, что бог его все еще тут, а не исчез таинственным образом, как в прошлый раз.</p>
      <p>— Чует, в чем дело, — сказал погонщик.</p>
      <p>Уидон Скотт почти умоляюще взглянул на Мэтта, но слова его не соответствовали выражению глаз.</p>
      <p>— На кой черт мне волк в Калифорнии? — спросил он.</p>
      <p>— Вот и я то же самое говорю, — ответил Мэтт. — На кой черт вам волк в Калифорнии?</p>
      <p>Но эти слова не удовлетворили Уидона Скотта; ему показалось, что Мэтт осуждает его.</p>
      <p>— Наши собаки с ним не справятся, — продолжал Скотт. — Он их всех перегрызет. И если даже я не разорюсь окончательно на одни штрафы, полиция все равно отберет его у меня и разделается с ним по-своему.</p>
      <p>— Настоящий бандит, что и говорить! — подтвердил погонщик.</p>
      <p>Уидон Скотт недоверчиво взглянул на него.</p>
      <p>— Нет, это невозможно, — сказал он решительно.</p>
      <p>— Конечно, невозможно, — согласился Мэтт. — Да вам придется специального человека к нему приставить.</p>
      <p>Все колебания Скотта исчезли. Он радостно кивнул. В наступившей тишине стало слышно, как Белый Клык тихо поскуливает, словно сдерживая плач, и обнюхивает дверь.</p>
      <p>— А все-таки здорово он к вам привязался, — сказал Мэтт.</p>
      <p>Хозяин вдруг вскипел:</p>
      <p>— Да ну вас к черту, Мэтт! Я сам знаю, что делать.</p>
      <p>— Я не спорю, только…</p>
      <p>— Что «только»? — оборвал его Скотт.</p>
      <p>— Только… — тихо начал погонщик, но вдруг осмелел и не стал скрывать, что сердится: — Чего вы так взъерошились? Глядя на вас, можно подумать, что вы так-таки и не знаете, что делать.</p>
      <p>Минуту Уидон Скотт боролся с самим собой, а потом сказал уже гораздо более мягким тоном:</p>
      <p>— Вы правы, Мэтт. Я сам не знаю, что делать. В том-то вся и беда… — И, помолчав, добавил: — Да нет, было бы чистейшим безумием взять собаку с собой.</p>
      <p>— Я с вами совершенно согласен, — ответил Мэтт, но его слова и на этот раз не удовлетворили хозяина.</p>
      <p>— Каким образом он догадывается, что вы уезжаете, вот чего я не могу понять! — как ни в чем не бывало продолжал Мэтт.</p>
      <p>— Я и сам этого не понимаю, — ответил Скотт, грустно покачав головой.</p>
      <p>А потом наступил день, когда в открытую дверь хижины Белый Клык увидел, как хозяин укладывает вещи в тот самый проклятый чемодан. Хозяин и Мэтт то и дело уходили и приходили, и мирная жизнь хижины была нарушена. У Белого Клыка не осталось никаких сомнений. Он уже давно чуял беду, а теперь понял, что ему грозит: бог снова готовился к бегству. Уж если он не взял его с собой в первый раз, то, очевидно, не возьмет и теперь.</p>
      <p>Этой ночью Белый Клык поднял вой — протяжный волчий вой. Белый Клык выл, подняв морду к безучастным звездам, и изливал им свое горе так же, как в детстве, когда, прибежав из Северной глуши, он не нашел поселка и увидел только кучку мусора на том месте, где стоял прежде вигвам Серого Бобра.</p>
      <p>В хижине только что легли спать.</p>
      <p>— Он опять перестал есть, — сказал со своей койки Мэтт.</p>
      <p>Уидон Скотт пробормотал что-то и заворочался под одеялом.</p>
      <p>— В тот раз тосковал, а уж теперь, наверно, сдохнет.</p>
      <p>Одеяло на другой койке опять пришло в движение.</p>
      <p>— Да замолчите вы! — крикнул в темноте Скотт. — Заладили одно, как старая баба!</p>
      <p>— Совершенно справедливо, — ответил погонщик, и у Скотта не было твердой уверенности, что тот не подсмеивается над ним втихомолку.</p>
      <p>На следующий день беспокойство и страх Белого Клыка только усилились. Он следовал за хозяином по пятам, а когда Скотт заходил в хижину, торчал на крыльце. В открытую дверь ему были видны вещи, разложенные на полу. К чемодану прибавились два больших саквояжа и ящик. Мэтт складывал одеяла и меховую одежду хозяина в брезентовый мешок. Белый Клык заскулил, глядя на эти приготовления.</p>
      <p>Вскоре у хижины появились два индейца. Белый Клык внимательно следил, как они взвалили вещи на плечи и спустились с холма вслед за Мэттом, который нес чемодан и брезентовый мешок. Вскоре Мэтт вернулся. Хозяин вышел на крыльцо и позвал Белого Клыка в хижину.</p>
      <p>— Эх ты, бедняга! — ласково сказал он, почесывая ему за ухом и гладя по спине. — Уезжаю, старина. Тебя в такую даль с собой не возьмешь. Ну, порычи на прощанье, порычи, порычи как следует.</p>
      <p>Но Белый Клык отказывался рычать. Вместо этого он бросил на хозяина грустный, пытливый взгляд и спрятал голову у него под мышкой.</p>
      <p>— Гудок! — крикнул Мэтт.</p>
      <p>С Юкона донесся резкий вой пароходной сирены.</p>
      <p>— Кончайте прощаться! Да не забудьте захлопнуть переднюю дверь! Я выйду через заднюю. Поторапливайтесь!</p>
      <p>Обе двери захлопнулись одновременно, и Скотт подождал на крыльце, пока Мэтт выйдет из-за угла хижины. За дверью слышалось тихое повизгиванье, похожее на плач. Потом Белый Клык стал глубоко, всей грудью втягивать воздух, уткнувшись носом в порог.</p>
      <p>— Берегите его, Мэтт, — говорил Скотт, когда они спускались с холма. — Напишите мне, как ему тут живется.</p>
      <p>— Обязательно, — ответил погонщик. — Стойте!.. Слышите?</p>
      <p>Он остановился. Белый Клык выл, как воют собаки над трупом хозяина. Глубокое горе звучало в этом вое, переходившем то в душераздирающий плач, то в жалобные стоны, то опять взлетавшем вверх в новом порыве отчаяния.</p>
      <p>Пароход «Аврора» первый в этом году отправлялся из Клондайка, и палубы его были забиты пассажирами. Тут толпились люди, которым повезло в погоне за золотом, люди, которых золотая лихорадка разорила, — и все они стремились уехать из этой страны, так же как в свое время стремились попасть сюда.</p>
      <p>Стоя около сходней, Скотт прощался с Мэттом. Погонщик уже хотел сойти на берег, как вдруг глаза его уставились на что-то в глубине палубы, и он не ответил на рукопожатие Скотта. Тот обернулся: Белый Клык сидел в нескольких шагах от них и тоскливо смотрел на своего хозяина.</p>
      <p>Мэтт чертыхнулся вполголоса. Скотт смотрел на собаку в полном недоумении.</p>
      <p>— Вы заперли переднюю дверь?</p>
      <p>Скотт кивнул головой и спросил:</p>
      <p>— А вы, заднюю?</p>
      <p>— Конечно, запер! — горячо ответил Мэтт.</p>
      <p>Белый Клык с заискивающим видом прижал уши, но продолжал сидеть в сторонке, не пытаясь подойти к ним.</p>
      <p>— Придется увести его с собой.</p>
      <p>Мэтт сделал два шага по направлению к Белому Клыку; тот метнулся в сторону. Погонщик бросился за ним, но Белый Клык проскользнул между ногами пассажиров. Увертываясь, шныряя из стороны в сторону, он бегал по палубе и не давался Мэтту.</p>
      <p>Но стоило хозяину заговорить, как Белый Клык покорно подошел к нему.</p>
      <p>— Сколько времени кормил его, а он меня теперь и близко не подпускает! — обиженно пробормотал погонщик. — А вы хоть бы раз покормили с того первого дня! Убейте меня — не знаю, как он догадался, что хозяин — вы.</p>
      <p>Скотт, гладивший Белого Клыка, вдруг нагнулся и показал на свежие порезы на его морде и глубокую рану между глазами.</p>
      <p>Мэтт провел рукой ему по брюху.</p>
      <p>— А про окно-то мы с вами забыли! Глядите, все брюхо изрезано. Должно быть, разбил стекло и выскочил.</p>
      <p>Но Уидон Скотт не слушал, он быстро обдумывал что-то. «Аврора» дала последний гудок. Провожающие торопливо сходили на берег. Мэтт снял платок с шеи и хотел взять Белого Клыка на привязь. Скотт схватил его за руку.</p>
      <p>— Прощайте, Мэтт! Прощайте, дружище! Вам, пожалуй, не придется писать мне про волка… Я… я…</p>
      <p>— Что? — вскрикнул погонщик. — Неужели вы…</p>
      <p>— Вот именно. Спрячьте свой платок. Я вам сам про него напишу.</p>
      <p>Мэтт задержался на сходнях.</p>
      <p>— Он не перенесет климата! Вам придется стричь его в жару!</p>
      <p>Сходни втащили на палубу, и «Аврора» отвалила от берега. Уидон Скотт помахал Мэтту на прощанье и повернулся к Белому Клыку, стоявшему рядом с ним.</p>
      <p>— Ну, теперь рычи, негодяй, рычи, — сказал он, глядя на доверчиво прильнувшего к его ногам Белого Клыка и почесывая ему за ушами.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
       <p>На Юге</p>
      </title>
      <p>Белый Клык сошел с парохода в Сан-Франциско.</p>
      <p>Он был потрясен. Представление о могуществе всегда соединялось у него с представлением о божестве. И никогда еще белые люди не казались ему такими чудодеями, как сейчас, когда он шел по скользким тротуарам Сан-Франциско. Вместо знакомых бревенчатых хижин по сторонам высились громадные здания. Улицы были полны всякого рода опасностей — колясок, карет, автомобилей, рослых лошадей, впряженных в огромные фургоны, — а среди них двигались страшные трамваи, непрестанно грозя Белому Клыку пронзительным звоном и дребезгом, напоминавшим визг рыси, с которой ему приходилось встречаться в северных лесах.</p>
      <p>Все вокруг говорило о могуществе. За всем этим чувствовалось присутствие властного человека, утвердившее го свое господство над миром вещей. Белый Клык был ошеломлен и подавлен этим зрелищем. Ему стало страшно. Сознание собственного ничтожества охватило гордую, полную сил собаку, как будто она снова превратилась в щенка, прибежавшего из Северной глуши к поселку Серого Бобра. А сколько богов здесь было! От них у Белого Клыка рябило в глазах. Уличный грохот оглушал его, он терялся от непрерывного потока и мелькания вещей. Он чувствовал, как никогда, свою зависимость от хозяина и шел за ним по пятам, стараясь не упускать его из виду.</p>
      <p>Город пронесся кошмаром, но воспоминание о нем долгое время преследовало Белого Клыка во сне. В тот же день хозяин посадил его на цепь в угол багажного вагона, среди груды чемоданов и сундуков. Здесь всем распоряжался коренастый, очень сильный бог, который с грохотом двигал сундуки и чемоданы, втаскивал их в вагон, громоздил один на другой или же швырял за дверь, где их подхватывали другие боги.</p>
      <p>И здесь, в этом кромешном аду, хозяин покинул Белого Клыка, — по крайней мере Белый Клык считал себя покинутым до тех пор, пока не учуял рядом с собой хозяйских вещей и, учуяв, стал на стражу около них.</p>
      <p>— Вовремя пожаловали, — проворчал коренастый бог, когда часом позже в дверях появился Уидон Скотт. — Эта собака дотронуться мне не дала до ваших чемоданов.</p>
      <p>Белый Клык вышел из вагона. Опять неожиданность! Кошмар кончился. Он принимал вагон за комнату в доме, который со всех сторон был окружен городом. Но за этот час город исчез. Грохот его уже не лез в уши. Перед Белым Клыком расстилалась веселая, залитая солнцем, спокойная страна. Но удивляться этой перемене было некогда. Белый Клык смирился с ней, как смирялся со всеми чудесами, сопутствовавшими каждому шагу богов.</p>
      <p>Их ожидала коляска. К хозяину подошли мужчина и женщина. Женщина протянула руки и обняла хозяина за шею… Это враг! В следующую же минуту Уидон Скотт вырвался из ее объятий и схватил Белого Клыка, который рычал и бесновался вне себя от ярости.</p>
      <p>— Ничего, мама! — говорил Скотт, не отпуская Белого Клыка и стараясь усмирить его. — Он думал, что вы хотите меня обидеть, а этого делать не разрешается. Ничего, ничего. Он скоро все поймет.</p>
      <p>— А до тех пор я смогу выражать свою любовь к сыну только тогда, когда его собаки не будет поблизости, — засмеялась миссис Скотт, хотя лицо ее побелело от страха.</p>
      <p>Она смотрела на Белого Клыка, который все еще рычал и, весь ощетинившись, не сводил с нее глаз.</p>
      <p>— Он скоро все поймет, вот увидите, — должен понять! — сказал Скотт.</p>
      <p>Он начал ласково говорить с Белым Клыком и, окончательно успокоив его, крикнул строгим голосом:</p>
      <p>— Лежать! Тебе говорят!</p>
      <p>Белому Клыку уже были знакомы эти слова, и он повиновался приказанию, хоть и неохотно.</p>
      <p>— Ну, мама!</p>
      <p>Скотт протянул руки, не сводя глаз с Белого Клыка.</p>
      <p>— Лежать! — крикнул он еще раз.</p>
      <p>Белый Клык ощетинился, привстал, но сейчас же опустился на место, не переставая наблюдать за враждебными действиями незнакомых богов. Однако ни женщина, ни мужчина, обнявший вслед за ней хозяина, не сделали ему ничего плохого. Незнакомцы и хозяин уложили вещи в коляску, сели в нее сами, и Белый Клык побежал следом за ней, время от времени подскакивая вплотную к лошадям и словно предупреждая их, что он не позволит причинить никакого вреда богу, которого они так быстро везут по дороге.</p>
      <p>Через четверть часа коляска въехала в каменные ворота и покатила по аллее, обсаженной густым, переплетающимся наверху орешником. За аллеей по обе стороны расстилался большой луг с видневшимися на нем кое-где могучими дубами. Подстриженную зелень луга оттеняли золотисто-коричневые, выжженные солнцем поля; еще дальше были холмы с пастбищами на склонах. В конце аллеи, на невысоком пригорке, стоял дом с длинной верандой и множеством окон.</p>
      <p>Но Белый Клык не успел как следует рассмотреть все это. Едва только коляска въехала в аллею, как на него с разгоревшимися от негодования и злобы глазами налетела овчарка. Белый Клык оказался отрезанным от хозяина. Весь ощетинившись, и как всегда, молча, он приготовился нанести ей сокрушительный удар, но удара этого так и не последовало. Белый Клык остановился на полдороге как вкопанный и осел на задние лапы, стараясь во что бы то ни стало избежать соприкосновения с собакой, которую минуту тому назад он хотел сбить с ног. Это была самка, а закон его породы охранял ее от таких нападений. Напасть на самку — значило бы для Белого Клыка не больше, не меньше, как пойти против велений инстинкта.</p>
      <p>Но самке инстинкт говорил совсем другое. Будучи овчаркой, она питала бессознательный страх перед Северной глушью, и особенно перед таким ее обитателем, как волк. Белый Клык был для овчарки волком, исконным врагом, грабившим стада еще в те далекие времена, когда первая овца была поручена заботам ее отдаленных предков. И поэтому, как только Белый Клык остановился, отказавшись от драки, овчарка сама бросилась на него. Он невольно зарычал, почувствовав, как острые зубы впиваются ему в плечо, но все-таки не укусил овчарку, а только смущенно попятился назад, стараясь обежать ее сбоку. Однако все его старания были напрасны — овчарка не давала ему проходу.</p>
      <p>— Назад, Колли! — крикнул незнакомец, сидевший в коляске.</p>
      <p>Уидон Скотт засмеялся.</p>
      <p>— Ничего, отец. Это хороший урок Белому Клыку. Ему ко многому придется привыкать. Пусть начинает сразу. Ничего, обойдется как-нибудь.</p>
      <p>Коляска удалялась, а Колли все еще преграждала Белому Клыку путь. Он попробовал обогнать ее и, свернув с дороги, кинулся через лужайку, но овчарка бежала по внутреннему кругу, и Белый Клык всюду натыкался на ее оскаленную пасть. Он повернул назад, к другой лужайке, но она и здесь обогнала его.</p>
      <p>А коляска увозила хозяина. Белый Клык видел, как она мало-помалу исчезает за деревьями. Положение было безвыходное. Он попробовал описать еще один круг. Овчарка не отставала. Тогда Белый Клык на всем ходу повернулся к ней. Он решился на свой испытанный боевой прием — ударил ее в плечо и сшиб с ног. Овчарка бежала так быстро, что удар этот не только свалил ее на землю, Но заставил по инерции перевернуться несколько раз подряд. Пытаясь остановиться, она загребала когтями землю и громко выла от негодования и оскорбленной гордости.</p>
      <p>Белый Клык не стал ждать. Путь был свободен, а ему только это и требовалось. Не переставая тявкать, овчарка бросилась за ним вдогонку. Он взял напрямик, а уж что касается умения бегать, так тут овчарка могла многому поучиться у него. Она мчалась с истерическим лаем, собирая все свои силы для каждого прыжка, а Белый Клык несся вперед молча, без малейшего напряжения и, словно призрак, скользил по траве.</p>
      <p>Обогнув дом, Белый Клык увидел, как хозяин выходит из коляски, остановившейся у подъезда. В ту же минуту он понял, что на него готовится новое нападение. К нему неслась шотландская борзая. Белый Клык хотел сказать ей достойный прием, но не смог остановиться сразу, а борзая уже была почти рядом. Она налетела на него сбоку. От такого неожиданного удара Белый Клык со всего размаху кубарем покатился по земле. А когда он вскочил на ноги, вид его был страшен: уши, прижатые вплотную к голове, судорожно подергивающиеся губы и нос, клыки, лязгнувшие в каком-нибудь дюйме от горла борзой.</p>
      <p>Хозяин бросился на выручку, но он был слишком далеко от них, и спасителем борзой оказалась овчарка Колли. Подбежав как раз в ту минуту, когда Белый Клык готовился к прыжку, она не позволила ему нанести смертельный удар противнику. Колли налетела, как шквал. Чувство оскорбленного достоинства и справедливый гнев только разожгли в овчарке ненависть к этому выходцу из Северной глуши, который ухитрился ловким маневром провести и обогнать ее и вдобавок вывалял в песке. Она кинулась на Белого Клыка под прямым углом в тот миг, когда он метнулся к борзой, и вторично сшибла его с ног.</p>
      <p>Подоспевший к этому времени хозяин схватил Белого Клыка, а отец хозяина отозвал собак.</p>
      <p>— Нечего сказать, хороший прием здесь оказывают несчастному волку, приехавшему из Арктики, — говорил Скотт, успокаивая Белого Клыка. — За всю свою жизнь он только раз был сбит с ног, а здесь его опрокинули дважды за какие-нибудь полминуты.</p>
      <p>Коляска отъехала, а из дому вышли новые незнакомые боги. Некоторые из них остановились на почтительном расстоянии от хозяина, но две женщины подошли и обняли его за шею. Белый Клык начинал понемногу привыкать к этому враждебному жесту. Он не причинял никакого вреда хозяину, а в словах, которые боги произносили при этом, не чувствовалось ни малейшей угрозы. Незнакомцы попытались было подойти к Белому Клыку, но он предостерегающе зарычал, а хозяин подтвердил его предостережение словами. Белый Клык жался к ногам хозяина, и тот успокаивал его, ласково поглаживая по голове.</p>
      <p>По команде: «Дик! На место!» — борзая взбежала по ступенькам и легла на веранде, все еще рыча и не спуская глаз с пришельца. Одна из женщин обняла Колли за шею и принялась ласкать и гладить ее. Но Колли никак не могла успокоиться и, возмущенная присутствием волка, скулила, в полной уверенности, что боги совершают ошибку, допуская его в свое общество.</p>
      <p>Боги поднялись на веранду. Белый Клык шел за хозяином по пятам. Дик зарычал на него. Белый Клык ощетинился и ответил ему тем же.</p>
      <p>— Уведите Колли в дом, а эти двое пусть подерутся, — сказал отец Скотта. — После драки они станут друзьями.</p>
      <p>— Тогда, чтобы доказать свою дружбу Дику, Белому Клыку придется выступить в роли главного плакальщика на его похоронах, — засмеялся хозяин.</p>
      <p>Отец недоверчиво посмотрел сначала на Белого Клыка, потом на Дика и в конце концов на сына.</p>
      <p>— Ты думаешь, что?..</p>
      <p>Уидон кивнул головой.</p>
      <p>— Вы угадали. Ваш Дик отправится на тот свет через минуту, самое большее — через две.</p>
      <p>Он повернулся к Белому Клыку.</p>
      <p>— Пойдем, волк. Видно, в дом придется увести не Колли, а тебя.</p>
      <p>Белый Клык осторожно поднялся по ступенькам и прошел всю веранду, подняв хвост, не сводя глаз с Дика и в то же время готовясь к любой неожиданности, которая могла встретить его в доме. Но ничего страшного там не было. Войдя в комнаты, он тщательно обследовал все углы, по-прежнему ожидая, что ему грозит опасность. Потом с довольным ворчанием улегся у ног хозяина, не переставая следить за всем, что происходило вокруг, и готовясь каждую минуту вскочить с места и вступить в бой с теми ужасами, которые, как ему казалось, таились в этой западне.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
       <p>Владения Бога</p>
      </title>
      <p>Переезды с места на место заметно развили в Белом Клыке умение приспосабливаться к окружающей среде, дарованное ему от природы, и укрепили в нем сознание необходимости такого приспособления. Он быстро свыкся с жизнью в Сиерра-Висте — так называлось поместье судьи Скотта. Никаких серьезных недоразумений с собаками больше не было. Здесь, на Юге, собаки знали обычаи богов лучше, чем он, и в их глазах существование Белого Клыка уже оправдывалось тем фактом, что боги разрешили ему войти в свое жилище. До сих пор Колли и Дику никогда не приходилось сталкиваться с волком, но раз боги допустили его к себе, им обоим не оставалось ничего другого, как подчиниться.</p>
      <p>На первых порах отношение Дика к Белому Клыку не могло не быть несколько настороженным, но вскоре он примирился с ним, как с неотъемлемой принадлежностью Сиерра-Висты. Если бы все зависело от одного Дика, они стали бы друзьями, но Белый Клык не чувствовал необходимости в дружбе. Он требовал, чтобы собаки оставили его в покое. Всю жизнь он держался особняком от своих собратьев и не имел ни малейшего желания нарушать теперь этот порядок вещей. Дик надоедал ему своими приставаниями, и он, рыча; прогонял его прочь. Еще на Севере Белый Клык понял, что хозяйских собак трогать нельзя, и не забывал этого урока и здесь. Но он продолжал настаивать на своей обособленности и замкнутости и до такой степени игнорировал Дика, что этот добродушный пес оставил все попытки завязать дружбу с волком и в конце концов уделял ему внимания не больше, чем коновязи около конюшни.</p>
      <p>Но с Колли дело обстояло несколько иначе. Смирившись с тем, что боги разрешили волку жить в доме, она все же не видела в этом достаточных оснований для того, чтобы совсем оставить его в покое. В памяти у Колли стояли бесчисленные преступления, совершенные волком и его родичами против ее предков. Набеги на овчарни нельзя забыть ни за один день, ни за целое поколение, они взывали о мести. Колли не смела нарушить волю богов, подпустивших к себе Белого Клыка, но это не мешало ей отравлять ему жизнь. Между ними была вековая вражда, и Колли взялась непрестанно напоминать об этом Белому Клыку.</p>
      <p>Воспользовавшись преимуществами, которые давал ей пол, она всячески изводила и преследовала его. Инстинкт не позволял ему нападать на Колли, но оставаться равнодушным к ее настойчивым приставаниям было просто невозможно. Когда овчарка кидалась на него, он подставлял под ее острые зубы свое плечо, покрытое густой шерстью, и величественно отходил в сторону; если это не помогало, с терпеливым и скучающим видом начинал ходить кругами, пряча от нее голову. Впрочем, когда она все же ухитрялась вцепиться ему в заднюю ногу, отступать приходилось гораздо поспешнее, уже не думая о величественности. Но в большинстве случаев Белый Клык сохранял достойный и почти торжественный вид. Он не замечал Колли, если только это было возможно, и старался не попадаться ей на глаза, а увидев или заслышав ее поблизости, вставал с места и уходил.</p>
      <p>Белый Клык много чему должен был научиться в Сиерра-Висте. Жизнь на Севере была проста по сравнению со здешними сложными делами. Прежде всего ему пришлось познакомиться с семьей хозяина, но это было для него не в новинку. Мит-Са и Клу-Куч принадлежали Серому Бобру, ели добытое им мясо, грелись около его костра и спали под его одеялами; точно так же и все обитатели Сиерра-Висты принадлежали хозяину Белого Клыка.</p>
      <p>Но и тут чувствовалась разница, и разница довольно значительная. Сиерра-Виста была куда больше вигвама Серого Бобра. Белому Клыку приходилось сталкиваться здесь с очень многими людьми. В Сиерра-Висте был судья Скотт со своей женой. Потом там были две сестры хозяина — Бэт и Мэри. Была жена хозяина — Элис и наконец его дети — Уидон и Мод, двое малышей четырех и шести лет. Никто не мог рассказать Белому Клыку о всех этих людях, а об узах родства и человеческих взаимоотношениях он ничего не знал, да и никогда не смог бы узнать. И все-таки он быстро понял, что все эти люди принадлежат его хозяину. Потом, наблюдая за их поведением, вслушиваясь в их речь и интонацию голосов, он мало-помалу разобрался в степени близости каждого из обитателей Сиерра-Висты к хозяину, почувствовал меру расположения, которым он дарил их. И соответственно всему этому Белый Клык и сам стал относиться к новым богам: то, что ценил хозяин, ценил и он; то, что было дорого хозяину, надлежало всячески охранять и ему самому.</p>
      <p>Так обстояло дело с хозяйскими детьми. Всю свою жизнь Белый Клык не терпел детей, боялся и не переносил прикосновения их рук: он не забыл детской жестокости и тирании, с которыми ему приходилось сталкиваться в индейских поселках. И когда Уидон и Мод в первый раз подошли к нему, он предостерегающе зарычал и злобно сверкнул глазами. Удар кулаком и резкий окрик хозяина заставили Белого Клыка подчиниться их ласкам, хотя он не переставал рычать, пока крошечные руки гладили его, и в этом рычании не слышалось ласковой нотки. Позднее, заметив, что мальчик и девочка дороги хозяину, он позволял им гладить себя, уже не дожидаясь удара и резкого окрика.</p>
      <p>Все же проявлять свои чувства Белый Клык не умел. Он покорялся детям хозяина с откровенной неохотой и переносил их приставания, как переносят мучительную операцию. Если они уж очень надоедали ему, он вставал и с решительным видом уходил прочь. Но вскоре Уидон и Мод расположили к себе Белого Клыка, хотя он все еще никак не выказывал своего отношения к ним.</p>
      <p>Он никогда не подходил к детям сам, но уже не убегал от них и ждал, когда они подойдут. А потом взрослые стали замечать, что при виде детей в глазах Белого Клыка появляется довольное выражение, которое уступало место чему-то вроде легкой досады, как только они оставляли его для других игр.</p>
      <p>Много нового пришлось постичь Белому Клыку, но на все это потребовалось время. Следующее место после детей Белый Клык отводил судье Скотту. Объяснялось это двумя причинами: во-первых, хозяин, очевидно, очень ценил его, во-вторых, судья Скотт был человек сдержанный. Белый Клык любил лежать у его ног, когда тот читал газету на просторной веранде. Взгляд или слово, изредка брошенные в сторону Белого Клыка, говорили ему, что судья Скотт замечает его присутствие и умеет дать почувствовать это без всякой навязчивости. Но так бывало, когда хозяин куда-нибудь уходил. Стоило только ему показаться, и весь остальной мир переставал существовать для Белого Клыка.</p>
      <p>Белый Клык позволял всем членам семьи Скотта гладить и ласкать себя, но ни к кому из них он не относился так, как к хозяину. Никакие ласки не могли вызвать любовных ноток в его рычании. Как ни старались родные Скотта, никому из них не удалось заставить Белого Клыка прижаться к себе головой. Этим выражением безграничного доверия, подчинения и преданности Белый Клык удостаивал одного Уидона Скотта. В сущности говоря, остальные члены семьи были для него не чем иным, как хозяйской собственностью.</p>
      <p>Точно так же Белый Клык очень рано почувствовал разницу между членами семьи хозяина и слугами. Слуги боялись его, а он со своей стороны воздерживался от нападений на этих людей только потому, что считал их тоже хозяйской собственностью. Между ними и Белым Клыком поддерживался нейтралитет, и только. Они варили обед для хозяина, мыли посуду и исполняли всякую другую работу, точно так же как на Клондайке все это делал Мэтт. Короче говоря, слуги входили необходимой составной частью в жизненный уклад Сиерра-Висты.</p>
      <p>Много нового пришлось узнать Белому Клыку и за пределами поместья. Владения хозяина были широки и обширны, но и они имели свои границы. Около Сиерра-Висты проходило шоссе. За ним начинались общие владения всех богов — дороги и улицы. Личные же их владения стояли за изгородями. Все это управлялось бесчисленным множеством законов, которые диктовали Белому Клыку его поведение, хотя он и не понимал языка богов и мог знакомиться с их законами только на основании собственного опыта. Он действовал сообразно своим инстинктам до тех пор, пока не сталкивался с одним из людских законов. После нескольких таких столкновений Белый Клык постигал закон и больше никогда не нарушал его.</p>
      <p>Но сильнее всего действовали на Белого Клыка строгие нотки в голосе хозяина и наказующая рука хозяина. Белый Клык любил своего бога беззаветной любовью, и его строгость причиняла ему такую боль, какой не могли причинить ни Серый Бобр, ни Красавчик Смит. Их побои были ощутимы только для тела, а дух, гордый, неукротимый дух Белого Клыка продолжал бушевать. Удары нового хозяина были чересчур слабы, чтобы причинить боль, и все-таки они проникали глубже. Хозяин выражал свое неодобрение Белому Клыку и этим уязвлял его в самое сердце.</p>
      <p>В сущности говоря, Белому Клыку не так уж часто попадало от хозяина. Хозяйского голоса было вполне достаточно; по этому голосу Белый Клык судил, правильно он поступает или нет, к нему приноравливал свое поведение, поступки. Этот голос был для него компасом, по которому он направлял свой путь, компасом, который помогал ему знакомиться с новой страной и новой жизнью.</p>
      <p>На Севере единственным прирученным животным была собака. Все остальные жили на воле и являлись законной добычей каждой собаки, если только она могла с ней справиться. Раньше Белому Клыку часто приходилось промышлять охотой, и ему было невдомек, что на Юге дело обстоит по-иному. Убедился он в этом в самом начале своего пребывания в долине Санта-Клара. Гуляя как-то рано утром около дома, он вышел из-за угла и наткнулся на курицу, убежавшую с птичьего двора. Вполне понятно, что ему захотелось съесть ее. Прыжок, сверкнувшие зубы, испуганное кудахтанье — и отважная путешественница встретила свой конец. Курица была хорошо откормленная, жирная и нежная на вкус; Белый Клык облизнулся и решил, что еда попалась неплохая. В тот же день он набрел около конюшни еще на одну заблудшую курицу. На выручку ей прибежал конюх. Не зная нрава Белого Клыка, он захватил с собой для устрашения тонкий хлыстик. После первого же удара Белый Клык оставил курицу и бросился на человека. Его можно было бы остановить палкой, но не хлыстом. Второй удар, встретивший его на середине прыжка, он принял молча, не дрогнув от боли. Конюх вскрикнул, шарахнулся назад от прыгнувшей ему на грудь собаки, уронил хлыст, схватился за шею руками. В результате рука его была располосована от локтя вниз до самой кости.</p>
      <p>Конюх страшно перепугался. Его ошеломила не столько злоба Белого Клыка, сколько то, что он бросился молча, не залаяв, не зарычав. Все еще не отнимая искусанной и залитой кровью руки от лица и горла, конюх начал отступать к сараю. Не появись на сцене Колли, ему бы несдобровать. Колли спасла конюху жизнь, так же как в свое время она спасла жизнь Дику. Не помня себя от ярости, овчарка кинулась на Белого Клыка. Она оказалась умнее слишком доверчивых богов. Все ее подозрения оправдались: это грабитель! Он снова принялся за свои старые проделки! Он неисправим!</p>
      <p>Конюх убежал на конюшню, а Белый Клык начал отступать перед свирепыми зубами Колли, кружась и подставляя под ее укусы то одно, то другое плечо. Но Колли продолжала донимать его, не ограничиваясь на этот раз обычным наказанием. Ее волнение и злоба разгорались с каждой минутой, и в конце концов Белый Клык забыл все свое достоинство и удрал в поле.</p>
      <p>— Он не будет охотиться на кур, — сказал хозяин, — но сначала мне нужно застать его на месте преступления.</p>
      <p>Случай представился два дня спустя, но хозяин даже не предполагал, каких размеров достигнет это преступление. Белый Клык внимательно следил за птичьим двором и его обитателями. Вечером, когда куры уселись на насест, он взобрался на груду недавно привезенного теса, перепрыгнул оттуда на крышу курятника, перелез через ее гребень и соскочил на землю. Секундой позже в курятнике началось смертоубийство.</p>
      <p>Утром, когда хозяин вышел на веранду, глазам его предстало любопытное зрелище: конюх выложил на траве в один ряд пятьдесят зарезанных белых леггорнов. Скотт тихо засвистал, сначала от удивления, потом от восторга. Глазам его предстал также и Белый Клык, который не выказывал ни малейших признаков смущения или сознания собственной вины. Он держался очень горделиво, как будто и в самом деле совершил поступок, достойный всяческих похвал. При мысли о предстоящей ему неприятной задаче хозяин сжал губы; затем он резко заговорил с безмятежно настроенным преступником, и в голосе его — голосе бога — слышался гнев. Больше того: хозяин ткнул Белого Клыка носом в зарезанных кур и ударил его кулаком.</p>
      <p>С тех пор Белый Клык уже не совершал налетов на курятник. Куры охранялись законом, и Белый Клык понял это. Вскоре хозяин взял его с собой на птичий двор. Как только живая птица засновала чуть ли не под самым носом у Белого Клыка, он сейчас же приготовился к прыжку. Это было вполне естественное движение, но голос хозяина заставил его остановиться. Они пробыли на птичьем дворе с полчаса. И каждый раз, когда Белый Клык, поддаваясь инстинкту, бросался за птицей, голос хозяина останавливал его. Таким образом он усвоил еще один закон и тут же, не выходя из этого птичьего царства, научился не замечать его обитателей.</p>
      <p>— Такие охотники на кур неисправимы, — грустно покачивая головой, проговорил за завтраком судья Скотт, когда сын рассказал ему об уроке, преподанном Белому Клыку. — Стоит им только повадиться на птичий двор и попробовать вкус крови… — И он снова с грустью покачал головой.</p>
      <p>Но Уидон Скотт не соглашался с отцом.</p>
      <p>— Знаете, что я сделаю? — сказал он наконец. — Я запру Белого Клыка в курятнике на целый день.</p>
      <p>— Что же будет с курами! — запротестовал отец.</p>
      <p>— Больше того, — продолжал сын, — за каждую задушенную курицу я плачу золотой доллар.</p>
      <p>— На папу тоже надо наложить какой-нибудь штраф, — вмешалась Бэт.</p>
      <p>Сестра поддержала ее, и все сидевшие за столом хором одобрили это предложение. Судья не стал возражать.</p>
      <p>— Хорошо! — Уидон Скотт на минуту задумался. — Если к концу дня Белый Клык не тронет ни одного куренка, за каждые десять минут, проведенные им на птичьем дворе, вы скажете ему совершенно серьезным и торжественным голосом, как в суде во время оглашения приговора: «Белый Клык, ты умнее, чем я думал».</p>
      <p>Выбрав такие места, где их не было видно, все члены семьи приготовились наблюдать за событиями. Но им пришлось потерпеть сильное разочарование. Как только хозяин ушел со двора, Белый Клык лег и заснул. Потом проснулся и подошел к корыту напиться. На кур он не обращал ни малейшего внимания — они для него не существовали. В четыре часа он прыгнул с разбега на крышу курятника, соскочил на землю по другую сторону и степенной рысцой побежал к дому. Он усвоил новый закон. И судья Скотт, к великому удовольствию всей семьи, собравшейся на веранде, торжественным голосом сказал шестнадцать раз подряд: «Белый Клык, ты умнее, чем я думал».</p>
      <p>Но многообразие законов очень часто сбивало Белого Клыка с толку и повергало его в немилость. В конце концов он твердо уяснил себе, что нельзя трогать и кур, принадлежащих другим богам. То же самое относилось к кошкам, кроликам и индюшкам. Откровенно говоря, после первого ознакомления с этим законом у него создалось впечатление, что все живые существа неприкосновенны. Перепелки вспархивали на лугу из-под самого его носа и улетали невредимыми. Белый Клык дрожал всем телом, но все же смирял в себе инстинктивное желание схватить птицу. Он повиновался воле богов.</p>
      <p>Но вот однажды ему пришлось увидеть, как Дик спугнул на лугу зайца. Хозяин тоже видел это, и не только не вмешивался, но даже подстрекал Белого Клыка присоединиться к погоне. Таким образом, Белый Клык узнал, что новый закон не распространяется на зайцев, и в конце концов усвоил его целиком. С домашними животными надо жить в мире. Если дружба с ними не ладится, то нейтралитет следует поддерживать во всяком случае. Но другие животные — белки, перепела и зайцы, не порвавшие связи с лесной глушью и не покорившиеся человеку, — законная добыча каждой собаки. Боги защищали только ручных животных и не позволяли им враждовать между собой. Боги были властны в жизни и смерти своих подданных и ревниво оберегали эту власть.</p>
      <p>Жизнь в Сиерра-Висте была далеко не так проста, как на Севере. Цивилизация требовала от Белого Клыка прежде всего власти над самим собой и выдержки — той уравновешенности, которая неосязаема, словно паутинка, и в то же время тверже стали. Жизнь здесь была тысячелика, и Белый Клык соприкасался с ней во всем ее многообразии. Так, когда ему приходилось бежать вслед за хозяйской коляской по городу Сан-Хосе или ждать хозяина на улице, жизнь текла мимо него глубоким, необъятным потоком, непрестанно требуя мгновенного приспособления к своим законам и почти всегда заставляя его заглушать в себе все естественные порывы.</p>
      <p>В городе он видел мясные лавки, в которых прямо перед носом висело мясо. Но трогать его не разрешалось. В домах, куда заходил хозяин, были кошки, которых тоже следовало оставлять в покое. А собаки встречались повсюду, и драться с ними было нельзя, хоть они и рычали на него. Кроме того, по тротуарам сновало бесчисленное множество людей, чье внимание он привлекал к себе. Люди останавливались, показывали на него друг другу, разглядывали его со всех сторон, заговаривали с ним и, что было хуже всего, трогали его руками. Приходилось терпеливо выносить прикосновение чужих рук, но терпением Белый Клык уже успел запастись. Он сумел даже преодолеть свою неуклюжую застенчивость и с высокомерным видом принимал все знаки внимания, которыми наделяли его незнакомые боги. Они снисходили до него, и он отвечал им тем же. И все же в Белом Клыке было что-то такое, что препятствовало слишком фамильярному обращению с ним. Прохожие гладили его по голове и отправлялись дальше, довольные собственной смелостью.</p>
      <p>Но Белому Клыку не всегда удавалось отделываться так легко. Когда хозяйская коляска проезжала предместьями Сан-Хосе, мальчишки, попадавшиеся на пути, встречали его камнями. Белый Клык знал, что догнать их и разделаться с ними как следует нельзя. Приходилось поступать вопреки инстинкту самосохранения, и он, заглушая в себе голос инстинкта, становился мало-помалу совсем ручной, цивилизованной собакой.</p>
      <p>И все же такое положение дел не совсем удовлетворяло Белого Клыка, хоть он и не знал, что такое беспристрастие и честность. Но каждое живое существо до известной степени обладает чувством справедливости, и Белому Клыку трудно было примириться с тем, что ему не позволяют защищаться от этих мальчишек. Он забыл, что договор, заключенный между ним и богами, обязывал последних заботиться о нем и охранять его. И вот однажды хозяин выскочил из коляски с хлыстом в руках и как следует проучил сорванцов. После этого они перестали бросаться камнями, и Белый Клык все понял и почувствовал полное удовлетворение.</p>
      <p>Вскоре Белому Клыку пришлось испытать другой подобный же случай. Около салуна, мимо которого он пробегал по дороге в город, всегда слонялись три пса, взявшие себе за правило бросаться на него. Зная, чем кончаются все схватки Белого Клыка с собаками, хозяин неустанно втолковывал ему закон, запрещающий драки. Белый Клык хорошо усвоил этот закон и, пробегая мимо салуна на перекрестке, всегда попадал в очень неприятное положение. Его злобное рычание сейчас же отгоняло всех трех собак на приличную дистанцию, но они продолжали свою погоню издали, лаяли, оскорбляли его. Так продолжалось довольно долгое время. Посетители салуна даже поощряли собак и как-то раз совершенно открыто натравили их на Белого Клыка. Тогда хозяин остановил коляску.</p>
      <p>— Взять их! — сказал он Белому Клыку.</p>
      <p>Белый Клык не поверил собственным ушам. Он посмотрел на хозяина, посмотрел на собак. Потом еще раз бросил на хозяина вопросительный и тревожный взгляд.</p>
      <p>Тот кивнул головой.</p>
      <p>— Возьми их, старик! Задай им как следует!</p>
      <p>Белый Клык отбросил все колебания. Он повернулся и молча кинулся на врагов. Те не отступили. Началась свалка. Собаки лаяли, рычали, лязгали зубами. Вставшая столбом пыль заслонила поле битвы. Но через несколько минут две собаки уже бились на дороге в предсмертных судорогах, а третья бросилась наутек. Она перепрыгнула канаву, проскочила сквозь изгородь и убежала в поле. Белый Клык мчался за ней совершенно бесшумно, как настоящий волк, не уступая волку и в быстроте, и на середине поля настиг и прикончил ее.</p>
      <p>Это тройное убийство положило конец его неладам с чужими собаками. Слух о происшествии разнесся по всей долине, и люди стали следить за тем, чтобы их собаки не приставали к бойцовому волку.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
       <p>Голос Крови</p>
      </title>
      <p>Месяцы шли один за другим. Еды на Юге было вдоволь, работы от Белого Клыка не требовали, и он вошел в тело, благоденствовал и был счастлив. Юг стал для Белого Клыка не только географической точкой— он жил на Юге жизни. Человеческая ласка согревала его, как солнце, и он расцветал, словно растение, посаженное в добрую почву.</p>
      <p>И все-таки между Белым Клыком и собаками чувствовалась какая-то разница. Он знал все законы даже лучше своих собратьев, которым не приходилось жить в других условиях, и соблюдал их с большей точностью, — и тем не менее свирепость не изменяла ему, как будто Северная глушь все еще держала его в своей власти, как будто волк, живший в нем, только задремал на время.</p>
      <p>Белый Клык не дружил с собаками. Он всегда был одиночкой и намеревался держаться в стороне от своих собратьев и впредь. С первых лет своей жизни, омраченных враждой с Лип-Липом и со всей сворой щенков, и за те месяцы, которые ему пришлось провести у Красавчика Смита, Белый Клык возненавидел собак. Жизнь его уклонилась от нормального течения, и он сблизился с человеком, отдалившись от своих сородичей.</p>
      <p>Кроме того, на Юге собаки относились к Белому Клыку с большой подозрительностью: он будил в них инстинктивный страх перед Северной глушью, и они встречали его лаем и рычанием, в котором слышалась ненависть. Он же со своей стороны понял, что кусать их совсем необязательно. Оскаленные клыки и злобно вздрагивающие губы действовали безошибочно и останавливали почти любую разъяренную собаку.</p>
      <p>Но жизнь послала Белому Клыку испытание, и этим испытанием была Колли. Она не давала ему ни минуты покоя. Закон не обладал для нее такой же непреложной силой, как для Белого Клыка, и Колли противилась всем попыткам хозяина заставить их подружиться. Ее злобное, истеричное рычание неотвязно преследовало Белого Клыка: Колли не могла простить ему историю с курами и была твердо уверена в преступности всех его намерений. Она находила вину там, где ее еще и не было. Она отравляла Белому Клыку существование, следуя за ним по пятам, как полисмен, и стоило ему только бросить любопытный взгляд на голубя или курицу, как овчарка поднимала яростный, негодующий лай. Излюбленный способ Белого Клыка отделаться от нее заключался в том, что он ложился на землю, опускал голову на передние лапы и притворялся спящим. В таких случаях она всегда терялась и сразу умолкала.</p>
      <p>За исключением неприятностей с Колли, все остальное шло гладко. Белый Клык научился сдерживать себя, твердо усвоил законы. В характере его появились положительность, спокойствие, философское терпение. Среда перестала быть враждебной ему. Предчувствия опасности, угрозы боли и смерти как не бывало. Мало-помалу исчез и ужас перед неизвестным, подстерегавшим его раньше на каждом шагу. Жизнь стала спокойной и легкой. Она текла ровно, не омрачаемая ни страхами, ни враждой.</p>
      <p>Ему не хватало снега, но сам он не понимал этого. «Как затянулось лето!» — подумал бы, вероятно, Белый Клык, если бы мог так подумать. Потребность в снеге была смутная, бессознательная. Точно так же в летние дни, когда солнце жгло безжалостно, он испытывал легкие приступы тоски по Северу. Но тоска эта проявлялась только в беспокойстве, причины которого оставались неясными ему самому.</p>
      <p>Белый Клык никогда не отличался экспансивностью. Он прижимался головой к хозяину, ласково ворчал и только такими способами выражал свою любовь. Но вскоре ему пришлось узнать и третий способ. Он не мог оставаться равнодушным, когда боги смеялись. Смех приводил его в бешенство, заставлял терять рассудок от ярости. Но на хозяина Белый Клык не мог сердиться, и, когда тот начал однажды добродушно подшучивать и смеяться над ним, он растерялся. Прежняя злоба поднималась в нем, но на этот раз ей приходилось бороться с любовью. Сердиться он не мог, — что же ему было делать? Он старался сохранить величественный вид, но хозяин захохотал громче. Он набрался еще больше величия, а хозяин все хохотал и хохотал. В конце концов Белый Клык сдался. Верхняя губа у него дрогнула, обнажив зубы, и глаза загорелись не то лукавым, не то любовным огоньком. Белый Клык научился смеяться.</p>
      <p>Научился он и играть с хозяином: позволял валить себя с ног, опрокидывать на спину, проделывать над собой всякие шутки, а сам притворялся разъяренным, весь ощетинивался, рычал и лязгал зубами, делая вид, что хочет укусить хозяина. Но до этого никогда не доходило: его зубы щелкали в воздухе, не задевая Скотта. И в конце такой возни, когда удары, толчки, лязганье зубами и рычание становились все сильнее и сильнее, человек и собака вдруг отскакивали в разные стороны, останавливались и смотрели друг на друга. А потом так же внезапно — будто солнце вдруг проглянуло над разбушевавшимся морем — они начинали смеяться. Игра обычно заканчивалась тем, что хозяин обнимал Белого Клыка за шею, а тот заводил свою ворчливо-нежную любовную песенку.</p>
      <p>Но, кроме хозяина, никто не осмеливался поднимать такую возню с Белым Клыком. Он не допускал этого. Стоило кому-нибудь другому покуситься на его чувство собственного достоинства, как угрожающее рычание и вставшая дыбом шерсть убивали у этого смельчака всякую охоту поиграть с ним. Если Белый Клык разрешал хозяину такие вольности, это вовсе не значило, что он расточает свою любовь направо и налево, как обыкновенная собака, готовая возиться и играть с кем угодно. Он любил только одного человека и отказывался разменивать свою любовь.</p>
      <p>Хозяин много ездил верхом, и Белый Клык считал своей первейшей обязанностью сопровождать его в такие прогулки. На Севере он доказывал свою верность людям тем, что ходил в упряжи, но на Юге никто не ездил на нартах, и здешних собак не нагружали тяжестями. Поэтому Белый Клык всегда был при хозяине во время его поездок, найдя в этом новый способ для выражения своей преданности. Ему ничего не стоило бежать так хоть целый день. Он бежал без малейшего напряжения, не чувствуя усталости, ровной волчьей рысью и, проделав миль пятьдесят, все так же резво несся впереди лошади.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_011.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>Эти поездки хозяина дали Белому Клыку возможность научиться еще одному способу выражения своих чувств, и замечательно то, что он воспользовался им только два раза за всю свою жизнь. Впервые это случилось, когда Уидон Скотт добивался от горячей чистокровной лошади, чтобы она позволяла ему открывать и закрывать калитку, не сходя с седла. Раз за разом он подъезжал к калитке, пытаясь закрыть ее за собой, но лошадь испуганно пятилась назад, шарахалась в сторону. Она горячилась все больше и больше, взвивалась на дыбы, а когда хозяин давал ей шпоры и заставлял опустить передние ноги, начинала бить задом. Белый Клык следил за ними с возрастающим беспокойством и под конец, не имея больше сил сдерживать себя, подскочил к лошади и злобно и угрожающе залаял на нее.</p>
      <p>После случая с лошадью он часто пытался лаять, и хозяин поощрял его попытки, но сделать это ему удалось еще только один раз, причем хозяина в то время не было поблизости. Поводом к этому послужили следующие события: хозяин скакал верхом по полю, как вдруг лошадь метнулась в сторону, испугавшись выскочившего из-под самых ее копыт зайца, споткнулась, хозяин вылетел из седла, упал и сломал ногу. Белый Клык рассвирепел и хотел было вцепиться провинившейся лошади в горло, но хозяин остановил его.</p>
      <p>— Домой! Ступай домой! — крикнул он, удостоверившись, что нога сломана.</p>
      <p>Белый Клык не желал оставлять его одного. Хозяин хотел написать записку, но не нашел в карманах ни карандаша, ни бумаги. Тогда он снова приказал Белому Клыку бежать домой.</p>
      <p>Белый Клык тоскливо посмотрел на него, сделал несколько шагов, вернулся и тихо заскулил. Хозяин заговорил с ним ласковым, но серьезным тоном; Белый Клык насторожил уши, с мучительным напряжением вслушиваясь в слова.</p>
      <p>— Не смущайся, старик, ступай домой, — говорил Уидон Скотт. — Ступай домой и расскажи там, что случилось. Домой, волк, домой!</p>
      <p>Белый Клык знал слово «домой» и, не понимая остального, все же догадался, о чем говорит хозяин. Он повернулся и нехотя побежал по полю. Потом остановился в нерешительности и посмотрел назад.</p>
      <p>— Домой! — раздалось строгое приказание, и на этот раз Белый Клык повиновался.</p>
      <p>Когда он подбежал к дому, все сидели на веранде, наслаждаясь вечерней прохладой. Белый Клык был весь в пыли и тяжело дышал.</p>
      <p>— Уидон вернулся, — сказала мать Скотта.</p>
      <p>Дети встретили Белого Клыка радостными криками и кинулись ему навстречу. Он ускользнул от них в дальний конец веранды, но маленький Уидон и Мод загнали его в угол между качалкой и перилами. Он зарычал, пытаясь вырваться на свободу. Жена Скотта испуганно посмотрела в ту сторону.</p>
      <p>— Все-таки я в постоянной тревоге за детей, когда они вертятся около Белого Клыка, — сказала она. — Только и ждешь, что в один прекрасный день он бросится на них.</p>
      <p>Белый Клык с яростным рычанием выскочил из ловушки, свалив мальчика и девочку с ног. Мать подозвала их к себе и стала утешать и уговаривать оставить Белого Клыка в покое.</p>
      <p>— Волк всегда останется волком, — заметил судья Скотт. — На него нельзя полагаться.</p>
      <p>— Но он не настоящий волк, — вмешалась Бэт, вставая на сторону отсутствующего брата.</p>
      <p>— Ты полагаешься на слова Уидона, — возразил судья. — Он думает, что в Белом Клыке есть собачья кровь, но ведь это только его предположение. А по виду…</p>
      <p>Судья не закончил фразы. Белый Клык остановился перед ним и яростно зарычал.</p>
      <p>— Пошел на место! На место! — строго проговорил судья Скотт.</p>
      <p>Белый Клык повернулся к жене хозяина. Она испуганно вскрикнула, когда он схватил ее зубами за платье и, потянув к себе, разорвал легкую материю.</p>
      <p>Тут уж Белый Клык стал центром всеобщего внимания. Он стоял, высоко подняв голову, и вглядывался в лица людей. Горло его подергивалось судорогой, но не издавало ни звука. Он силился как-то выразить то, что рвалось в нем наружу и не находило себе выхода.</p>
      <p>— Уж не взбесился ли он? — сказала мать Уидона. — Я говорила Уидону, что северная собака не перенесет теплого климата.</p>
      <p>— Он того и гляди заговорит! — воскликнула Бэт.</p>
      <p>В эту минуту Белый Клык обрел дар речи и разразился оглушительным лаем.</p>
      <p>— Что-то случилось с Уидоном, — с уверенностью сказала жена Скотта.</p>
      <p>Все вскочили с места, а Белый Клык бросился вниз по ступенькам, оглядываясь назад и словно приглашая людей следовать за собой. Он лаял второй и последний раз в жизни и добился, что его поняли.</p>
      <p>После этого случая обитатели Сиерра-Висты стали лучше относиться к Белому Клыку, и даже конюх с искусанной рукой признал, что Белый Клык умный пес, хоть он и волк. Судья Скотт тоже придерживался этой точки зрения и, к всеобщему неудовольствию, приводил в доказательство своей правоты описания и таблицы, взятые из энциклопедии и различных книг по зоологии.</p>
      <p>Дни шли один за другим, щедро заливая долину Санта-Клара солнечными лучами. Но с приближением зимы, второй его зимы на Юге, Белый Клык сделал странное открытие, — зубы Колли перестали быть такими острыми: ее игривые, легкие укусы уже не причиняли боли. Белый Клык забыл, что когда-то овчарка отравляла ему жизнь, и, стараясь отвечать ей такой же игривостью, проделывал это до смешного неуклюже.</p>
      <p>Однажды Колли долго носилась по лугу, а потом увлекла Белого Клыка за собой в лес. Хозяин собирался покататься до обеда верхом, и Белый Клык знал об этом: оседланная лошадь стояла у подъезда. Белый Клык колебался. Он чувствовал в себе нечто такое, что было сильнее всех познанных им законов, сильнее всех привычек, сильнее любви к хозяину, сильнее воли к жизни. И когда овчарка куснула его и побежала прочь, он оставил свою нерешительность, повернулся и последовал за ней. В тот день хозяин ездил один, а Белый Клык бегал по лесу бок о бок с Колли, — так же, как много лет назад в безмолвной северной чаще его мать Кичи бегала с Одноглазым.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
       <p>Дремлющий Волк</p>
      </title>
      <p>Приблизительно в это же время в газетах появились сообщения о смелом побеге из сан-квентинской тюрьмы одного заключенного, славившегося своей свирепостью. Это была натура, исковерканная с самого рождения и не получившая ни малейшей помощи от окружающей среды, натура, являвшая собой поразительный пример того, во что может обратиться человеческий материал, когда он попадает в безжалостные руки общества. Это было животное, — правда, животное в образе человека, но тем не менее иначе как хищником его нельзя было назвать.</p>
      <p>В сан-квентинской тюрьме он считался неисправимым. Никакое наказание не могло сломить его упорство. Он был способен бунтовать до последнего издыхания, не помня себя от ярости, но не мог жить побитым, покоренным. Чем яростнее бунтовал он, тем суровее общество обходилось с ним, и эта суровость только разжигала его злобу. Смирительная рубашка, голод, побои не достигали своей цели, а ничего другого Джим Холл не получал от жизни. Так обращались с Джимом Холлом с самого раннего детства, проведенного им в трущобах Сан-Франциско, когда он был мягкой глиной, готовой принять любую форму в руках общества.</p>
      <p>В третий раз отбывая срок заключения в тюрьме, Джим Холл встретил там сторожа, который был почти таким же зверем, как и он сам. Сторож всячески преследовал его, оклеветал перед смотрителем, и Джима лишили последних тюремных поблажек. Вся разница между Джимом и сторожем заключалась лишь в том, что сторож носил при себе связку ключей и револьвер, а у Джима Холла были только голые руки да зубы. Но однажды он бросился на сторожа и вцепился зубами ему в горло, как дикий зверь в джунглях.</p>
      <p>После этого Джима Холла перевели в одиночную камеру. Он прожил в ней три года. Пол, стены и потолок камеры были обиты железом. За все это время он ни разу не вышел из нее, ни разу не увидел неба и солнца. Вместо дня в камере стояли сумерки, вместо ночи — черное безмолвие. Джим Холл был заживо погребен в железной могиле. Он не видел человеческого лица, не обменялся ни с кем ни словом. Когда ему просовывали пищу, он рычал, как дикий зверь. Он ненавидел весь мир. Он мог выть от ярости день за днем, ночь за ночью, потом замолкал на недели и месяцы, не издавая ни звука в этом черном безмолвии, проникавшем ему в самую душу.</p>
      <p>А потом как-то ночью он убежал. Смотритель уверял, что это немыслимо, но тем не менее камера была пуста, а на пороге ее лежал убитый сторож. Еще два трупа отмечали путь преступника через тюрьму к наружной стене, — всех троих Джим Холл убил голыми руками, чтобы ничего не было слышно.</p>
      <p>Сняв с убитых сторожей оружие, Джим Холл скрылся в горы. Голову его оценили в крупную сумму золотом. Алчные фермеры гонялись за ним с ружьями. Ценой его крови можно было выкупить закладную или послать сына в колледж. Граждане, воодушевившиеся чувством долга, вышли на Холла с ружьями в руках. Свора ищеек мчалась по его кровавым следам. А ищейки закона, состоявшие на жалованье у общества, звонили по телефону, слали телеграммы, заказывали специальные поезда, ни днем, ни ночью не прекращая своих розысков.</p>
      <p>Время от времени Джим Холл попадался на глаза своим преследователям, и тогда люди геройски шли ему навстречу или кидались от него врассыпную, к великому удовольствию всей страны, читавшей об этом в газетах за завтраком. После таких стычек убитых и раненых развозили по больницам, а их места занимали другие любители охоты на человека.</p>
      <p>А затем Джим Холл исчез. Ищейки тщетно рыскали по его следам. Вооруженные люди задерживали ни в чем не повинных фермеров и требовали, чтобы те удостоверили свою личность. А жаждавшие получить выкуп за голову Холла десятки раз находили в горах его труп.</p>
      <p>Все это время газеты читались и в Сиерра-Висте, но не столько с интересом, сколько с беспокойством. Женщины были перепуганы. Судья Скотт хорохорился и подшучивал над ними, — впрочем, без всяких оснований, так как незадолго до того, как он вышел в отставку, Джим Холл предстал перед ним в суде и выслушал от него свой приговор. И там же, в зале суда, перед всей публикой Джим Холл заявил, что настанет день, когда он отомстит судье, вынесшему этот приговор.</p>
      <p>На этот раз Джим Холл был невиновен. Его осудили неправильно. В воровском мире и среди полицейских это называлось «закатать в тюрьму».</p>
      <p>Джима Холла «закатали» за преступление, которого он не совершал. Приняв во внимание две прежних судимости Джима Холла, судья Скотт дал ему пятьдесят лет тюрьмы.</p>
      <p>Судья Скотт не знал многих обстоятельств дела, не подозревал он и того, что стал невольным соучастником сговора полицейских, что показания были подстроены и извращены, что Джим Холл не был причастен к преступлению. А Джим Холл со своей стороны не знал, что судья Скотт действовал по неведению. Джим Холл был уверен, что судья Скотт прекрасно обо всем осведомлен и, вынося этот чудовищный по своей несправедливости приговор, действует рука об руку с полицией. И поэтому, когда судья Скотт огласил приговор, осуждающий Джима Холла на пятьдесят лет жизни, мало чем отличающейся от смерти, Джим Холл, ненавидевший мир, который так круто обошелся с ним, вскочил со своего места и бесновался от ярости до тех пор, пока его враги, одетые в синие мундиры, не повалили его на пол. Он считал судью Скотта краеугольным камнем обрушившейся на него твердыни несправедливости и грозил ему местью. А потом Джима Холла заживо погребли в тюремной камере… и он убежал оттуда.</p>
      <p>Обо всем этом Белый Клык ничего не знал. Но между ним и женой хозяина, Элис, существовала тайна. Каждую ночь, после того как вся Сиерра-Виста отходила ко сну, Элис вставала с постели и впускала Белого Клыка на всю ночь в холл. А так как Белый Клык не был комнатной собакой и ему не полагалось спать в доме, то рано утром, до того как все встанут, Элис тихонько сходила вниз и выпускала его во двор.</p>
      <p>В одну такую ночь, когда весь дом покоился во сне, Белый Клык проснулся, но продолжал лежать тихо. И так же тихо он повел носом и сразу поймал несшуюся к нему по воздуху весть о присутствии в доме незнакомого бога. До его слуха доносились звуки шагов. Белый Клык не залаял. Это было не в его обычае. Незнакомый бог ступал очень тихо, но еще тише ступал Белый Клык, потому что на нем не было одежды, которая шуршит, прикасаясь к телу. Он двигался бесшумно. В Северной глуши ему приходилось охотиться за пугливой Дичью, и он знал, как важно застать ее врасплох.</p>
      <p>Незнакомый бог остановился у лестницы и стал прислушиваться. Белый Клык замер. Он стоял, не шевелясь, и ждал, что будет дальше. Лестница вела в коридор, где были комнаты хозяина и самых дорогих для него существ. Белый Клык ощетинился, но продолжал ждать молча. Незнакомый бог поставил ногу на нижнюю ступеньку; он стал подниматься вверх по лестнице…</p>
      <p>И в эту минуту Белый Клык кинулся. Он сделал это без всякого предупреждения, даже не зарычал. Тело его взвилось в воздух и опустилось прямо на спину незнакомому богу. Белый Клык повис у него на плечах и впился клыками ему в шею. Он повис на незнакомом боге всей своей тяжестью и в одно мгновение опрокинул его навзничь. Оба рухнули на пол. Белый Клык отскочил в сторону, но как только человек попытался встать на ноги, он снова кинулся на него и снова запустил зубы ему в шею.</p>
      <p>Обитатели Сиерра-Висты в страхе проснулись. По шуму, доносившемуся с лестницы, можно было подумать, что там сражаются полчища дьяволов. Раздался револьверный выстрел, за ним второй, третий. Кто-то пронзительно вскрикнул от ужаса и боли. Потом послышалось громкое рычание. И все эти звуки сопровождал звон стекла и грохот опрокидываемой мебели.</p>
      <p>Но шум замер так же внезапно, как и возник. Все это длилось не больше трех минут. Перепуганные обитатели дома столпились на верхней площадке лестницы. Снизу, из темноты, доносились булькающие звуки, будто воздух выходил пузырьками на поверхность воды. По временам бульканье переходило в шипение, чуть ли не в свист. Но и эти звуки быстро замерли, и во мраке слышалось только тяжелое дыхание, словно кто-то мучительно ловил ртом воздух.</p>
      <p>Уидон Скотт повернул выключатель, и потоки света залили лестницу и холл. Потом он и судья Скотт осторожно спустились вниз, держа наготове револьверы. Впрочем, осторожность их оказалась излишней: Белый Клык уже сделал свое дело. Посреди опрокинутой и переломанной мебели лежал на боку человек, лицо его было прикрыто рукой. Уидон Скотт нагнулся, убрал руку и повернул человека лицом вверх. Зияющая на горле рана не оставляла никаких сомнений относительно причины его смерти.</p>
      <p>— Джим Холл! — сказал судья Скотт.</p>
      <p>Отец и сын многозначительно переглянулись, затем перевели Взгляд на Белого Клыка. Он тоже лежал на боку. Глаза у него были закрыты, но, когда люди наклонились над ним, он приподнял веки, силясь взглянуть вверх, и чуть шевельнул хвостом. Уидон Скотт погладил его, и в ответ на эту ласку он тихонько зарычал. Но рычание прозвучало чуть слышно и сейчас же оборвалось. Веки у Белого Клыка дрогнули и закрылись, все тело как-то сразу обмякло, и он вытянулся на полу.</p>
      <p>— Кончено твое дело, бедняга, — пробормотал хозяин.</p>
      <p>— Ну, это мы еще посмотрим, — заявил судья и пошел к телефону.</p>
      <p>— Откровенно говоря, у него один шанс на тысячу, — сказал хирург, полтора часа провозившись около Белого Клыка.</p>
      <p>Первые солнечные лучи, глянувшие в окна, побороли электрический свет. Вся семья, кроме детей, собралась около хирурга, чтобы послушать, что он скажет о Белом Клыке.</p>
      <p>— Перелом задней ноги, — продолжал тот. — Три сломанных ребра и по крайней мере одно из них прошло в легкое. Большая потеря крови. Возможно, что имеются и другие внутренние повреждения, так как, по-видимому, его топтали ногами. Я уже не говорю о том, что все три пули прошли навылет. Да нет, один шанс на тысячу это, пожалуй, слишком оптимистично. У него нет и одного на десять тысяч.</p>
      <p>— Но нельзя терять и этого шанса! — воскликнул: судья Скотт. — Я заплачу любые деньги! Надо сделать просвечивание — все, что понадобится… Уидон, телеграфируй сейчас же в Сан-Франциско доктору Никольсу. Вы не обижайтесь, доктор, мы вам верим, но для этой собаки надо сделать все, что можно.</p>
      <p>— Ну, разумеется, разумеется! Я понимаю, собака этого заслуживает. За ней надо ухаживать, как за человеком, как за больным ребенком. И следите за температурой. Я загляну в десять часов.</p>
      <p>И за Белым Клыком ухаживали действительно как за человеком. Дочери судьи с негодованием отвергли предложение вызвать сиделку и взялись за это дело сами. И Белый Клык вырвал у жизни тот единственный шанс, в котором ему отказал хирург.</p>
      <p>Но не следует осуждать хирурга за его ошибку. До сих пор ему приходилось лечить и оперировать изнеженных цивилизацией людей, потомков многих изнеженных поколений. По сравнению с Белым Клыком все они казались хрупкими и слабыми и не умели цепляться за жизнь. Белый Клык был выходцем из Северной глуши, которая никому не позволяет изнежиться и быстро уничтожает слабых. Ни у его матери, ни у его отца, ни у многих поколений их предков не было и признаков изнеженности. Северная глушь наградила Белого Клыка железным организмом и живучестью, и он цеплялся за жизнь и духом и телом с тем упорством, которое в былые времена было свойственно каждому живому существу.</p>
      <p>Прикованный к месту, лишенный возможности даже шевельнуться из-за тугих повязок и гипса, Белый Клык долгие недели боролся со смертью. Он подолгу спал, видел множество снов, и в мозгу его нескончаемой вереницей проносились видения Севера. Прошлое ожило и обступило Белого Клыка со всех сторон. Он снова жил в логовище с Кичи; дрожа всем телом, подползал к ногам Серого Бобра, выражая ему свою покорность; спасался бегством от Лип-Липа и завывающей своры щенков.</p>
      <p>Белый Клык снова бегал по безмолвному лесу, охотясь за дичью в дни голода; снова видел себя во главе упряжки; слышал, как Мит-Са и Серый Бобр щелкают бичами и кричат: «Раа! Paa!», когда сани въезжают в ущелье и упряжка сжимается, как веер, на узкой дороге. День за днем прошла перед ним жизнь у Красавчика Смита и бои, в которых он участвовал. В эти минуты он скулил и рычал, и люди, сидевшие около него, говорили, что Белому Клыку снится дурной сон.</p>
      <p>Но мучительнее всего был один повторяющийся кошмар: Белому Клыку снились трамваи, которые с грохотом и дребезгом мчались на него, точно громадные, пронзительно воющие рыси. Вот Белый Клык, притаившись, лежит в кустах, поджидая той минуты, когда белка решится наконец спуститься с дерева на землю. Вот он прыгает на свою добычу… Но белка мгновенно превращается в страшный трамвай, который громоздится над ним, как гора, угрожающе визжит, грохочет и плюет на него огнем. Так же было и с ястребом. Ястреб камнем падал на него с неба и превращался на лету все в тот же трамвай. Белый Клык видел себя в загородке у Красавчика Смита. Кругом собирается толпа, и он знает, что скоро начнется бой. Он смотрит на дверь, поджидая своего противника. Дверь распахивается, и страшный трамвай летит на него. Такой кошмар повторялся день за днем, ночь за ночью, и каждый раз Белый Клык испытывал ужас во сне.</p>
      <p>Наконец в одно прекрасное утро с него сняли последнюю гипсовую повязку, последний бинт. Какое это было торжество! Вся Сиерра-Виста собралась около Белого Клыка. Хозяин почесывал ему за ухом, а он пел свою ворчливо-ласковую песенку. «Бесценный Волк» — назвала его жена хозяина. Это новое прозвище было встречено восторженными криками, и все женщины стали повторять: «Бесценный Волк! Бесценный Волк!»</p>
      <p>Он попробовал было подняться на ноги, сделал несколько безуспешных попыток и упал. Выздоровление так затянулось, что мускулы его потеряли упругость и силу. Ему было стыдно своей слабости, как будто он провинился в чем-то перед богами. И, сделав героическое усилие, он встал на все четыре лапы, пошатываясь из стороны в сторону.</p>
      <p>— Бесценный Волк! — хором воскликнули женщины.</p>
      <p>Судья Скотт бросил на них торжествующий взгляд.</p>
      <p>— Вашими устами глаголет истина! — сказал он. — Я твердил об этом все время. Ни одна собака не могла бы сделать того, что сделал Белый Клык. Он — волк.</p>
      <p>— Бесценный Волк, — поправила его миссис Скотт.</p>
      <p>— Да, Бесценный Волк, — согласился судья. — И отныне я только так и буду называть его.</p>
      <p>— Ему придется сызнова учиться ходить, — сказал врач. — Пусть сейчас и начинает. Теперь уже можно. Выведите его во двор.</p>
      <p>И Белый Клык вышел во двор, а за ним, словно за августейшей особой, почтительно шли все обитатели Сиерра-Висты. Он был очень слаб и, дойдя до лужайки, лег на траву и несколько минут отдыхал.</p>
      <p>Затем процессия двинулась дальше, и мало-помалу, с каждым шагом мускулы Белого Клыка наливались силой, кровь быстрее и быстрее бежала по жилам. Дошли до конюшни, и там около ворот лежала Колли, а вокруг нее резвились на солнце шестеро упитанных щенков.</p>
      <p>Белый Клык посмотрел на них с недоумением. Колли угрожающе зарычала, и он предпочел держаться от нее подальше. Хозяин подтолкнул к нему ногой ползавшего по траве щенка. Белый Клык ощетинился, но хозяин успокоил его. Колли, которую сдерживала Бэт, не спускала с Белого Клыка настороженных глаз и рычанием предупреждала, что успокаиваться еще рано.</p>
      <p>Щенок подполз к Белому Клыку. Тот навострил уши и с любопытством оглядел его. Потом они коснулись друг друга носами, и Белый Клык почувствовал, как теплый язычок щенка лизнул его в щеку. Сам не зная, почему так получилось, он тоже высунул язык и облизал щенку мордочку.</p>
      <p>Боги встретили это рукоплесканиями и криками восторга. Белый Клык удивился и недоуменно посмотрел на них. Потом его снова охватила слабость; он опустился на землю и, поглядывая на щенка, нагнул голову набок. Остальные щенки тоже подползли к нему, к великому неудовольствию Колли, и Белый Клык с важным видом позволял им карабкаться себе на спину и скатываться на траву.</p>
      <p>Рукоплескания смутили его и заставили почувствовать былую неловкость. Но вскоре это прошло. Щенки продолжали свою возню, а Белый Клык лежал на солнышке и, полузакрыв глаза, медленно погружался в дремоту.</p>
      <empty-line/>
      <p><emphasis>Перевод Н. Волжиной</emphasis></p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>До Адама</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава I</p>
     </title>
     <p>Видения! Видения! Видения! Пока я не понял, в чем дело, как часто я спрашивал себя, откуда идет эта бесконечная вереница видений, которые тревожат мой сон, — ведь в них не было ничего такого, что напоминало бы нашу реальную, повседневную жизнь. Они омрачали мое детство, превращая сон в страшные кошмары, а немного позднее внушив мне уверенность, что я не похож на других людей, что я какой-то урод, отмеченный проклятием.</p>
     <p>Только днем я чувствовал себя в какой-то мере счастливым. Ночью же я оказывался в царстве страха— и какого страха! Я отважился бы сказать, что ни один живущий ныне человек не испытывал такого жгучего, такого глубокого страха. Ибо мой страх — это страх, который царил в давно минувшие времена, страх, который свободно разгуливал в Юном Мире и гнездился в душе юноши Юного Мира. Короче говоря, тот страх, что был непререкаемым владыкой в те века, которые носят название среднего плейстоцена.</p>
     <p>Что я имею в виду? По-видимому, мне необходимо объяснить это, прежде чем я перейду к рассказу о своих сновидениях. Ведь о том, что прекрасно знаю я, вам известно так мало! В то время, как я пишу эту страницу, передо мною встают причудливые картины того, другого мира, проходит череда живых существ и событий — все это, я знаю, покажется вам бессмысленным и бессвязным.</p>
     <p>Что значит для вас дружба с Вислоухим, обаяние и прелесть Быстроногой, разнузданная похоть и дикость Красного Глаза? Несуразные, пустые звуки, не более. Столь же пустыми звуками вам покажутся и рассказы о Людях Огня и Лесной Орде, о шумных, лопочущих сборищах Племени. Ибо вам неведом ни покой прохладных пещер в утесе, ни очарование тропы у водопоя по вечерам. Вы никогда не испытывали, как хлещет утренний ветер на вершинах дерев, как сладка молодая кора, когда ее разжуешь хорошенько.</p>
     <p>Быть может, вам будет легче вникнуть в суть дела, если я начну с описания своего детства — собственно, ведь именно детство и поставило лицом к лицу со всем этим меня самого. Мальчишкой я был, как все другие мальчишки, — если речь идет, конечно, о дне. Другим, не похожим на них, я был по ночам. С тех самых пор, как я помню себя, время ночного сна всегда было для меня временем страха. Редко-редко в мои сновидения прокрадывалось что-нибудь радостное. Как правило, они были полны страха, страха столь необычного, дикого, небывалого, что осмыслить этот страх было невозможно. Ни разу в моей дневной жизни не ощущал я такого страха, который бы хоть чем-то походил на страх, владевший мною во время сна по ночам. Это был совсем особый, таинственный страх, выходящий за пределы моего жизненного опыта.</p>
     <p>Скажу к примеру, что я родился в городе, — более того, я был истинным дитятей города, деревня была для меня неведомым царством. Но мне никогда не снились города, ни разу не приснился даже простой дом. Мало этого, — в круг моих ночных видений никогда не вторгалось ни одно существо, подобное мне, ни один человек. С деревьями я сталкивался в жизни только в парках да в иллюстрированных книжках, а во сне я странствовал среди бесконечных девственных лесов. И я видел эти леса совершенно живыми. Остро и отчетливо представало передо мной каждое дерево. У меня было такое ощущение, что с этими деревьями я знаком давным-давно и сроднился с ними. Я видел каждую ветку, каждый сучок, примечал и знал каждый зеленый листик.</p>
     <p>Хорошо помню, как я впервые в дневной жизни столкнулся с настоящим дубом. Глядя на узловатые ветви и резную листву, я с мучительной ясностью почувствовал, что точно такие же деревья я несчетное число раз видел во сне. Поэтому позже я уже не удивлялся, когда с первого взгляда узнавал и ель, и тисс, и березу, и лавр, хотя до тех пор мне не доводилось их видеть. Ведь я видел их когда-то раньше, я видел их каждую ночь, как только погружался в свои сновидения.</p>
     <p>Все это, как вы заметили, противоречит первейшей закономерности сновидений, которая гласит, что человеку снится лишь то, что он видел в этой жизни. Мои сновидения такой закономерности не подчинялись. В своих снах я ни разу не видел ничего такого, что имело бы касательство к моей дневной жизни. Моя жизнь во сне и моя жизнь, когда я бодрствовал, шли абсолютно раздельно, не имея между собой ничего общего, кроме разве того, что тут и там действовал тот же самый я. Я был связующим звеном, я как бы жил и в той и в другой жизни.</p>
     <p>С малых лет я усвоил, что орехи добывают в бакалейной лавке, ягоды у торговца фруктами, но, прежде чем это стало мне известным, во сне я уже срывал орехи с веток или подбирал их на земле под деревьями и тут же ел; таким же образом я добывал ягоды и виноград с кустов и лоз. Все это было за пределами моего жизненного опыта.</p>
     <p>Мне никогда не забыть, когда в первый раз на моих глазах подали на стол чернику. Черники я до тех пор не видел, однако при первом же взгляде на нее я живо вспомнил, что в моих сновидениях я не раз бродил по болотистым урочищам и вволю ел эти ягоды. Мать поставила передо мной тарелку с черникой. Я зачерпнул ягод ложкой и еще не успел поднести ее ко рту, как уже знал, какова черника на вкус. Съев ягоды, я понял, что не ошибся. Вкус у черники был точно такой, к какому я привык, поедая в своих сновидениях эту ягоду на болотах.</p>
     <p>Змеи? Задолго до того, как я вообще услышал о змеях, они мучали меня в ночных кошмарах. Они подстерегали меня на лесных полянах, неожиданно взвивались из-под ног, ползали в сухой траве, пересекали голые каменистые участки или преследовали меня на деревьях, обвивая своими огромными блестящими телами стволы и заставляя меня взбираться все выше и все дальше по качающейся, трещавшей ветви — при взгляде с нее на далекую землю у меня кружилась голова. Змеи! — эти раздвоенные языки, стеклянные глазки, сверкающая чешуя, это шипение и треск — разве я не знал все это задолго до того дня, когда меня впервые повели в цирк и на арене появился заклинатель со змеями? Это были мои старые друзья, или, вернее, враги, из-за которых я терзался ночами от страха.</p>
     <p>О, эти бесконечные леса и дебри, этот ужасающий лесной сумрак! Я блуждал по лесам целую вечность, — робкое, гонимое существо, вздрагивающее при малейшем звуке, пугающееся собственной тени, всегда настороженное и бдительное, готовое мгновенно кинуться прочь в смертельном страхе. Ведь я был легкой добычей любого кровожадного зверя, какой только обитал в лесах — и ужас, безумный ужас гнал меня вперед, бросая за мной по пятам неслыханных чудовищ.</p>
     <p>Когда мне исполнилось пять лет, я впервые попал в цирк. Домой я вернулся больным — и отнюдь не от розового лимонада и орехов. Сейчас я расскажу все по порядку. Как только мы вошли под тент, где находились животные, раздалось громкое ржание лошади. Я вырвал свою руку из руки отца и стремглав бросился назад к выходу. Я натыкался на людей, и, наконец, упал наземь, и все время ревел от ужаса. Отец поднял меня и успокоил. Он показывал на толпу, которая не боится конского ржания, и уверял, что в цирке совершенно безопасно.</p>
     <p>Тем не менее лишь со страхом и трепетом и под ободряющей рукой отца приблизился я к клетке, в которой сидел лев. О, я тотчас узнал его! Грозный, ужасный зверь! И в моем сознании вдруг вспыхнула картина из ночных видений — полуденное солнце сверкает на высокой траве, мирно пасется дикий буйвол, внезапно трава расступается под стремительным рывком какого-то темно-рыжего зверя, зверь этот прыгает на спину буйволу, тот, мыча, падает, потом слышится хруст костей. Или другое: спокойное прохладное озерцо, дикая лошадь, стоя по колена в воде, неторопливо пьет, и тут снова темно-рыжий — опять этот темно-рыжий зверь! — прыжок, ужасающий визг лошади, плеск воды и хруст, хруст костей. Или еще: мягкий сумрак, грустная тишина летнего вечера, и среди этой тишины могучее, гулкое рычание, внезапное, как трубный глас судьбы, и сразу же вслед за ним пронзительные, душераздирающие крики и лопотание в лесу, и я — я тоже пронзительно кричу и лопочу вместе с другими в этом сумраке леса.</p>
     <p>Глядя на него, бессильного за толстыми прутьями клетки, я пришел в ярость. Я скалил на него зубы, дико плясал, выкрикивал бессвязные, никому не понятные унизительные эпитеты и строил дурацкие рожи. В ответ он бросался на прутья и рычал на меня в тщетном гневе. Да, он тоже узнал меня, и язык, на котором я разговаривал с ним, был знакомым ему языком древних, седых времен.</p>
     <p>Мои родители страшно перепугались. «Ребенок заболел», — сказала мать. «У него истерика», — сказал отец. Ведь я никогда ничего не рассказывал им, и они ничего не знали. Я уже давно решил тщательно скрывать ото всех это мое свойство, которое, полагаю, я вправе назвать раздвоением личности.</p>
     <p>Я посмотрел еще заклинателя змей, и больше на этот раз в цирке я ничего не видел. Меня увели домой, утомленного, в сильном нервном расстройстве: от этого вторжения в мою реальную, дневную жизнь другого мира, мира моих ночных сновидений, я был по-настоящему болен.</p>
     <p>Я уже упоминал о своей скрытности. Только однажды я доверился и рассказал о своих необыкновенных снах. Я рассказал об этом мальчику — своему приятелю; нам обоим было по восемь лет. Из своих сновидений я создал для него картину исчезнувшего мира, в котором, как я уверен, я когда-то жил. Я рассказал ему о страхе, царившем в те незапамятные времена, поведал о Вислоухом и обо всех проделках, на которые мы с ним пускались, о безалаберных и шумных сборищах Племени, о Людях Огня и о захваченных ими землях.</p>
     <p>Приятель смеялся и глумился надо мной. Он рассказал мне о привидениях и мертвецах, которые являются по ночам. Но больше всего он издевался над тем, что у меня будто бы слабая фантазия. Я рассказывал ему еще и еще, он хохотал надо мной все сильнее. Я самым серьезным образом поклялся ему, что все это так и было, и после этого он стал смотреть на меня с подозрением. Всячески перевирая, чтобы только позабавиться, он передал мои рассказы другим товарищам, и те тоже начали относиться ко мне с подозрением.</p>
     <p>Это был горький урок, но я усвоил его крепко. Я иной, чем все другие. Я ненормален, ненормален в чем-то таком, чего они не могут понять, о чем бесполезно рассказывать — ведь это вызывает только недоразумения. Когда при мне говорили о привидениях и домовых, я был совершенно спокоен. Я лишь хмуро про себя улыбался. Я думал о своих страшных снах, и я знал, что мои видения — это отнюдь не какой-то туман, таящий в воздухе, не призрачные тени, а реальность, такая же реальность, как сама жизнь.</p>
     <p>Я и в мыслях не боялся каких-либо злых людоедов или страшных чертей. Падение сквозь покрытые зеленью ветви с головокружительной высоты, змеи, бросавшиеся за мной по пятам, когда я увертывался и, лопоча, удирал от них, дикие собаки, гнавшие меня через открытое поле к лесу, — лишь эти страхи и ужасы были для меня реальными, лишь это — подлинной жизнью, а не выдумкой, лишь тут трепетала живая плоть, струились кровь и пот. Людоеды и черти — да они были бы мне просто добрыми друзьями, если сравнить их с теми страхами и ужасами, которые посещали меня по ночам во времена моего детства и которые доселе тревожат мой сон, тревожат и ныне, когда я, уже зрелый мужчина, пишу эти строки.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава II</p>
     </title>
     <p>Я уже говорил, что никогда в моих снах не появлялось ни одно человеческое существо. Я осознал этот факт очень рано и мучительно страдал от этого. Еще малым ребенком, погружаясь в свои страшные сновидения, я чувствовал, что если бы рядом со мной оказался хоть один человек, хоть одно существо, подобное мне, я был бы спасен, меня не преследовали бы больше эти ужасы. Многие годы я думал каждую ночь об одном и том же — если бы найти этого человека, и тогда я буду спасен!</p>
     <p>Я повторяю — я думал об этом во сне, среди кошмаров и сновидений, — этот факт означает для меня, что во мне одновременно живут два существа, две личности и что в такие минуты эти два существа, две моих части соприкасались и сближались друг с другом. То мое «я», которое принадлежало ночным сновидениям, жило давным-давно, в ту далекую эпоху, когда еще не появился и человек, каким мы его знаем; вторая моя личность, мое дневное «я», проникало в эти сновидения, в самую их сердцевину, и давало почувствовать, что на свете существуют люди.</p>
     <p>Возможно, ученые психологи найдут, что, употребляя выражение «раздвоение личности», я допускаю ошибку. Я знаю, в каком смысле употребляют этот термин они, но я вынужден прибегнуть к нему и применить его на свой собственный лад за отсутствием другого подходящего термина. Могу только сослаться в этом случае на неприспособленность английского языка. А теперь поясню, в каком именно смысле я употребляю это выражение — или злоупотребляю им.</p>
     <p>Ключ к пониманию своих снов, к осознанию их причины я обрел лишь тогда, когда превратился в юношу и начал учиться в колледже. До тех же пор никакого смысла в своих сновидениях я не улавливал, я не видел для них никакой почвы. Но в колледже я познакомился с психологией и с учением об эволюции и узнал, как объясняются различные состояния психики и душевные переживания, какими бы странными они ни казались с первого взгляда. Например, такой сон, когда человек падает с огромной высоты, — очень распространенное явление, известное по собственному опыту фактически всем.</p>
     <p>Профессор сказал мне, что подобный сон является проявлением нашей расовой, родовой памяти. Корни его уходят в отдаленные, седые времена, когда наши предки жили на деревьях. Падение с дерева было для них опасностью, угрожавшей постоянно. Много людей гибло таким образом; всем нашим предкам без исключения не раз приходилось падать, их спасало лишь то, что они хватались за ветки, не долетев до земли.</p>
     <p>Такое ужасное падение, когда гибель казалась неотвратимой, оставляло в людях шок. Шок этот порождал молекулярные изменения в клетках мозга. Эти молекулярные изменения передавались мозговым клеткам потомков, становясь, таким образом, родовой памятью. Поэтому, когда мы, засыпая или уже во сне, падаем с огромной высоты и просыпаемся с неприятным чувством, что вот-вот должны были упасть и удариться, мы лишь вспоминаем, что происходило с нашими предками, жившими на деревьях, и что врезалось путем изменений в мозговых клетках в память человеческого рода.</p>
     <p>Во всем этом нет ничего странного, как нет ничего странного и в инстинкте. Инстинкт — это не более как привычка, вошедшая в плоть и кровь и передаваемая по наследству. Кстати заметим, что в этих хорошо знакомых и вам, и мне, и всем нам сновидениях, когда мы летим с высоты, мы никогда не падаем и не ударяемся оземь. Такое падение означало бы гибель. Те из наших предков, которые падали и ударялись оземь, как правило, умирали. Шок от их падения, конечно, передавался мозговым клеткам, но они умирали тут же, не оставляя после себя потомства. И вы и я — мы происходим от тех предков, которые, падая, не долетали до земли: вот почему в наших снах ни вы, ни я никогда не ударялись оземь.</p>
     <p>А теперь мы коснемся вопроса о раздвоении личности. Мы никогда не испытываем чувства падения с высоты, пока мы не спим, а бодрствуем. Наша дневная личность таким опытом не обладает. Значит — и этот довод Неопровержим — должна быть какая-то другая и вполне определенная личность, которая падает, когда мы спим, и которая должна обладать опытом падения с высоты — обладать памятью опыта далеких предков, подобно тому, как наша дневная личность обладает своим, дневным опытом.</p>
     <p>Когда я понял это, предо мною забрезжил наконец свет. И скоро этот свет, ослепительный и яркий, хлынул на меня и сделал ясным все то, что было таинственным, жутким и сверхъестественным в моих ночных сновидениях. Во сне я представлял собою отнюдь не того человека, каким был днем, — нет, я был другою личностью, обладающею не нашим обычным, а совсем иным опытом, или, в применении ко сну, памятью об этом совершенно ином опыте.</p>
     <p>Но что же это за личность, этот некто? Когда он жил на этой планете обычной дневной жизнью и накопил столь неведомый для нас опыт? Вот вопросы, которые вставали передо мной и на которые дали ответ сами сновидения. Он жил давным-давно, когда мир был еще юн, в тот период, который мы называем средним плейстоценом. Он падал с деревьев, но не долетал до земли и не разбивался. Он трепетал от страха, услышав рычание львов. Его преследовали хищные звери, на него нападали смертоносные змеи. Он лопотал и тараторил на сборищах вместе с себе подобными, и он воочию видел всю жестокость Людей Огня, когда в смятении убегал от них.</p>
     <p>Но вы уже возражаете мне: почему же эти родовые воспоминания не являются и вашими, тем более, что и в вас гнездится эта смутная вторая личность, которая падает с высоты, когда вы спите?</p>
     <p>Я отвечу вам на это, задав другой вопрос. Почему бывает двухголовый теленок? Сам я сказал бы в ответ, что этот теленок — уродство. И таким образом я отвечаю на ваш вопрос. Во мне живет эта вторая личность и эти родовые воспоминания во всей их полноте и яркости, потому что я урод.</p>
     <p>Позвольте мне объяснить это подробнее. Самым распространенным проявлением родовой памяти, которой мы, несомненно, обладаем, являются сновидения, когда мы падаем с высоты. В этом случае наша вторая личность чувствуется очень смутно. Она несет с собой лишь память о падении. Но во многих из нас эта вторая личность дает себя знать гораздо определеннее и острее. Многие видят сны, как они панически удирают от преследующих их чудовищ, многим снится, как их душат, у многих в сновидениях являются змеи и гады. Короче говоря, вторая личность присутствует во всех из нас, но в некоторых она проявляет себя еле уловимо, а в других более явственно. Есть люди, у которых родовая память гораздо сильнее и полнее, чем у остальных.</p>
     <p>Значит, весь вопрос заключается только в том, в какой мере дает себя знать существующая в нас вторая личность. Что касается меня, то во мне она проявляет себя необычайно сильно. Мое второе «я» действует во мне почти с такой же энергией, что и моя собственная, дневная личность. С этой точки зрения я, как уже говорилось выше, настоящий урод — каприз природы.</p>
     <p>Я прекрасно понимаю, что существование этого второго «я» — хотя бы оно проявлялось и не в такой сильной степени, как у меня, — породило кое у кого веру в перевоплощение душ. Такой взгляд на вещи кажется этим людям весьма правдоподобным и убедительным. Когда им снятся сцены, которых они никогда не видели в действительности, когда они вспоминают во сне о событиях, имеющих отношение к отдаленным временам прошлого, легче всего им объяснить это тем, что они жили когда-то прежде.</p>
     <p>Однако они делают ошибку, игнорируя свою дуалистичность. Они не хотят признать в себе второе «я». Они считают, что их личность, их существо едино и целостно; исходя из такой посылки, они приходят к выводу, что они жили, кроме нынешней жизни, еще и в прошлом.</p>
     <p>Они заблуждаются. Это не перевоплощение. Во сне мне не раз виделось, как я странствовал по лесам Юного Мира, но это видел не я, а кто-то другой, лишь некая далекая часть меня, ибо ведь и мой дед и отец являются частью меня, хотя и менее отдаленной. Это другое «я» во мне — мой предок, пращур моих пращуров в начальную пору развития моего рода, являющийся сам потомком многих поколений, которые задолго до его жизни развили пальцы своих рук и ног и влезли на деревья.</p>
     <p>Рискуя наскучить, я должен вновь повторить, что в известном смысле меня надо считать уродом. Я не только с необыкновенной силой нес в себе родовую память, но я наследовал память какого-то определенного, весьма отдаленного своего предка. И хотя это явление чрезвычайно редкое, ничего сверхъестественного в нем нет.</p>
     <p>Проследите всю цепь моих доводов. Инстинкт — это родовая память. Прекрасно. Выходит, и вы, и я, и все мы наследуем эту память от наших отцов и матерей, а те, в свою очередь, наследуют ее от своих отцов и матерей. Это значит, что должен существовать какой-то посредник, который передавал бы эту память от поколения к поколению. Этим посредником выступает то, что Вейсман<a l:href="#n_2" type="note">[2]</a> определил термином «гермоплазмы». Она хранит память человеческого рода на протяжении всех веков его эволюции. Память эта смутна, запутана, во многом утрачена. Но случается, что какой-то сорт гермоплазмы несет в себе исключительно сильный заряд памяти или, выражаясь научнее, является более атавистическим; так именно и произошло в моем случае. Я урод наследственности, я атавистическое, страшное чудо — называйте меня как угодно; но я существую, я реальный, я живой, я с аппетитом ем три раза в день — и с этим вам ничего не поделать.</p>
     <p>Теперь, прежде чем снова приняться за свой рассказ, я хотел бы заранее возразить любому Фоме Неверующему от психологии, который при своей склонности к издевательским насмешкам, конечно, скажет, что относительная ясность и последовательность моих сновидений является следствием моей учености, что знания об эволюции так или иначе прокрадывались в мои сны и влияли на них. Прежде всего отмечу, что я никогда не был усердным студентом. Я окончил курс последним среди моих товарищей. Гораздо больше, чем наукой, я занимался атлетикой и — здесь нет причин, которые мне помешали бы признаться в этом, — бильярдом.</p>
     <p>Пойдем далее. Пока я не поступил в колледж, я ничего не знал об эволюционном учении, а ведь в детстве и отрочестве я уже жил в мире снов, в древнем, давнем мире. Должен сказать, однако, что до знакомства с эволюционным учением сны эти казались мне запутанными, бессвязными. Учение об эволюции оказалось надежным ключом. Оно дало понимание, дало здравое объяснение всем причудам атавистического мозга, который, будучи современным и нормальным, уносился в прошлое, вспять к первобытным временам, когда человечество только делало свои начальные шаги.</p>
     <p>Мне известно, что в ту отдаленную эпоху человека, каким мы его знаем, не существовало. Значит, я жил и действовал в те дни, когда он лишь становился человеком.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава III</p>
     </title>
     <p>Чаще всего в раннем детстве мне снилась примерно такая картина: совсем маленький, я лежу, свернувшись клубочком, на ветвях и сучьях, образующих подобие гнезда. Порой я перевертываюсь на спину. В таком положении я провожу целые часы, любуясь игрой солнца на зелени, колыхающейся над моей головой, и прислушиваясь к шороху листвы, когда ее шевелит ветер. Временами, если ветер усиливался, мое гнездышко раскачивалось взад и вперед.</p>
     <p>И всегда, находясь в этом гнезде, я остро чувствовал, что я лежу высоко-высоко над землей, что меня отделяет от нее громадное пространство. Я никогда не выглядывал из своего гнезда и не смотрел вниз, я не видел этого пространства, но я <emphasis>знал,</emphasis> что оно существует, что оно начинается сразу подо мною и постоянно грозит мне, словно пустая утроба кровожадного чудовища.</p>
     <p>Этот сон, безмятежный и спокойный, не перемежаемый никакими событиями, снился мне в раннем детстве очень часто. Но иногда в него внезапно врывались странные и ужасающие события — слышались раскаты грома, разражалась страшная гроза, перед глазами проносились пейзажи, каких я никогда не видел в своей дневной жизни. Меня обступали кошмары, все мешалось в моей голове. Я ничего не понимал. В этих снах не было никакой логики, никакой связи.</p>
     <p>Как вы убедились, картины, снившиеся мне, были лишены какой-либо последовательности. Сначала я видел себя беспомощным младенцем Юного Мира, лежавшим в гнезде из сучьев и веток, в следующую минуту я был уже взрослый мужчина Юного Мира, сражающийся с отвратительным Красным Глазом, еще через минуту я, томимый полдневным зноем, осторожно крался к холодному озерцу. События и случаи, отделенные друг от друга в Юном Мире целыми годами, чудовищно сжимаясь в моих снах, протекали в несколько минут или даже секунд.</p>
     <p>Это был настоящий хаос, но обрушивать весь этот хаос на читателя я не считаю нужным. Все встало на свое место, все разъяснилось лишь тогда, когда я вырос, превратясь в юношу, когда я перевидел подобных снов не одну тысячу. Лишь тогда я обрел путеводную нить, с помощью которой прошел по лабиринту веков, лишь тогда я смог расставить события в нужном порядке. И тогда же я получил возможность восстановить умственным взором исчезнувший Юный Мир, увидеть его таким, каким он был, когда в нем жил я или мое второе «я». Различие между мной и моим вторым «я» в данном случае не имеет значения, ибо я, человек нашего времени, жил в те минуты первобытной жизнью вместе с той, второй моей личностью.</p>
     <p>Зная, что надо поменьше пускаться в социологические рассуждения, и имея в виду прежде всего интересы читателя, я постараюсь изложить множество разнообразных событий в виде ясного и последовательного рассказа. Ведь в моих снах все же была какая-то общая связь, их пронизывала одна некая общая нить. Например, моя дружба с Вислоухим, или вражда с Красным Глазом, или любовь к Быстроногой. Согласитесь, что из всего этого вполне мыслимо создать связную и достаточно интересную повесть.</p>
     <p>Мать свою я помню очень плохо. Самое раннее воспоминание о ней — и без сомнения, самое ясное — связано с тем, что я лежал на земле. Я был уже постарше, чем в те дни, когда я находился в гнезде на дереве, но оставался все таким же беспомощным. Я валялся в сухих листьях, играя ими и издавая однообразные горловые звуки. Светило теплое солнышко, мне было очень удобно, я был счастлив. Лежал я на какой-то небольшой поляне. Со всех сторон поляну обступали кусты и папоротники, за ними высились сплошные стволы и ветви густого леса.</p>
     <p>Вдруг я услышал какой-то звук. Я приподнялся, сел и стал вслушиваться. Я сидел недвижно, ни разу не пошевелившись. В горле у меня все стихло, весь я словно превратился в камень. Звук был слышен все ближе и ближе. Было похоже, что где-то хрюкает свинья. Затем я уловил шум кустов, раздвигаемых каким-то живым существом. Вслед за этим я увидел, как закачались потревоженные этим существом папоротники. Потом папоротники раздвинулись, и я увидел поблескивающие глазки, длинное рыло и белые клыки.</p>
     <p>Это был дикий вепрь. Он с любопытством уставился на меня. Он несколько раз хрюкнул, переступил, переваливая тяжесть своего тела с одной ноги на другую и одновременно поводя рылом из стороны в сторону и раздвигая папоротники. Я сидел, будто каменное изваяние, и не мигая смотрел на него, сердце мое сжимал страх.</p>
     <p>Вполне возможно, что эта неподвижность и полное молчание было как раз то, что и требовалось от меня. Мне нельзя было кричать, если меня что-то страшило. Так диктовал мне инстинкт. И вот я сидел, не шевелясь, и ждал, сам не зная чего. Вепрь раздвинул папоротники и вышел на поляну. В глазах его уже не чувствовалось никакого любопытства, в них сверкала одна жестокость. Он встряхнул головой, с угрозой глядя на меня, и сделал по направлению ко мне маленький прыжок. Он повторил это снова и снова.</p>
     <p>Тогда я завопил… или завизжал — я не могу подобрать точного слова, но это был вопль, крик ужаса. И, как мне кажется, завопив, я поступил тоже правильно, сделал то, что от меня требовалось. Ибо неподалеку от меня я услышал ответный крик. Мои вопли на какое-то время смутили вепря, и пока он в нерешительности переминался с ноги на ногу, на поляну выскочило еще одно существо.</p>
     <p>Она была похожа на большого орангутанга, моя мать, или на шимпанзе, и в то же время резко отличалась от них. Она была плотнее, кряжистее этих обезьян и не так волосата. Руки ее были не так длинны, а ноги крепче и сильнее. На ней не было никакой одежды — только ее собственный волосяной покров. И могу вас заверить; что в те минуты, когда она от ярости выходила из себя, это была настоящая фурия.</p>
     <p>И как фурия, она выскочила на поляну. Она скрежетала зубами, делала страшные гримасы, фыркала и кричала пронзительным, долгим криком, который можно передать приблизительно так: «кх-ах! кх-ах!» Ее появление было столь неожиданно и устрашающе, что вепрь, щетина которого встала дыбом, невольно принял оборонительную позу. Мать кинулась сначала прямо к нему, потом ко мне. Ошеломленный вепрь, казалось, на секунду замер. Как только мать коснулась меня, я уже прекрасно знал, что мне делать. Я приник к ней всем телом, прижимаясь к пояснице и цепляясь за нее руками и ногами — да, ногами; я был способен держаться за нее ногами так же прочно и надежно, как и руками. Крепко вцепившись в шерстистую талию матери, я ощущал, как ходит ее кожа, как двигаются в напряженном усилии ее мускулы.</p>
     <p>Я уже сказал, что я приник к ней, и в это же мгновение она подпрыгнула вверх и ухватилась руками за свисавшую ветвь. В следующий миг, стуча клыками, вслед за ней метнулся вепрь, но проскочил под веткой и не задел матери. Удивленный своей неудачей, он прыгнул вперед снова и завизжал, или, вернее сказать, затрубил. Так или иначе, это был настоящий зов, призыв, ибо скоро со всех сторон сквозь кусты и папоротники стремительно ринулись свиньи.</p>
     <p>Со всех сторон бежали на поляну дикие свиньи — целое стадо свиней. Но моя мать раскачивалась на конце толстой древесной ветви, а двенадцати футах над землей, я по-прежнему крепко держался за ее поясницу, и мы были в полной безопасности. Мать была страшно разгневана. Она лопотала и визжала, осыпая бранью щетинистое, клыкастое стадо, сгрудившееся под нами. Трепеща от страха, я тоже вглядывался в разъяренных животных и, стараясь изо всех сил, подражал визгу и крикам матери.</p>
     <p>Откуда-то издалека к нам донеслись такие же крики, только более глубокие, переходящие в рычащий бас. Вот они стали гораздо громче, и вскоре я увидел его, моего отца — по всем тогдашним обстоятельствам я склонен думать, что это был мой отец.</p>
     <p>Это был отнюдь не тот располагающий к себе папаша, какими бывают в большинстве своем отцы. Он выглядел наполовину человеком, наполовину обезьяной — не обезьяна и не человек. Мне трудно описать его. Ныне нет ничего похожего ни на земле, ни под землей, ни в земле. По понятиям тех времен, он был крупным мужчиной, весил он, должно быть, не меньше ста тридцати фунтов. У него было широкое плоское лицо, его надбровные дуги нависали над глазами. Глаза сами по себе были малы, они глубоко сидели в глазницах, расстояние между глаз было узкое. Носа у него практически не было. То, что можно назвать носом, было плоско, широко, без выступающих хрящей, а ноздри зияли на лице словно дырки и были обращены прямо на вас, вместо того, чтобы глядеть вниз.</p>
     <p>Лоб был откинут круто назад, а волосы начинали расти прямо у глаз и покрывали собою всю голову. Сама голова была непропорционально мала и покоилась тоже на непропорционально толстой, короткой шее.</p>
     <p>Во всем его теле чувствовалась некая примитивная экономия — столь же экономно было скроено тело и у всех нас. Правда, у него была глубокая грудь, глубокая, как пещера, но не было и признака развитых, надувшихся мускулов, не было широких, раздавшихся плеч, не было отчеканенной прямоты членов, не было благородной симметрии в общем телесном облике. Тело моего отца являло собой силу, силу, лишенную красоты; свирепую, первобытную силу, предназначенную для того, чтобы хватать, сжимать, раздирать, уничтожать.</p>
     <p>Его бедра были тонки, а голени, худощавые и волосатые, кривоваты, и мускулы на них были тонкие, вытянутые. Да, ноги моего отца были похожи скорее на руки. Они были жилистые, неровные, шишковатые, почти ничем не напоминающие те красивые ноги с мясистыми икрами, которыми одарены и вы и я. Мне помнится, что отец при ходьбе не мог ставить ступню на всю ее плоскость. Причина этого кроется в том, что у него была хватающая ступня — скорее рука, чем нога. Большой палец ноги, вместо того, чтобы идти по одной линии с другими пальцами, противостоял им, как противостоит большой палец руки, — и такое положение большого пальца на ноге позволяло отцу схватывать и удерживать предметы ногами, словно это были его вторые руки. Поэтому-то он не мог при ходьбе ставить ступню на всю ее плоскость.</p>
     <p>Необычайна была внешность моего отца, но не менее необычайно было и то, как он явился к нам, когда мы сидели на ветке, глядя на беснующееся внизу стадо свиней. Он мчался к нам по деревьям, прыгая с ветки на ветку, с дерева на дерево, и двигался он очень быстро. Я вижу его даже сейчас, когда, бодрствуя, при свете дня пишу эти строки: он раскачивается на ветках, четырехрукое, волосатое существо, завывающее от ярости; на секунду он замирает на месте, колотя себя стиснутыми кулаками в грудь, потом прыгает, покрывая десять — пятнадцать футов пространства, цепляется одной рукой за ветку и вновь раскачивается, чтобы снова, пролетев по воздуху, схватить другой рукой новую ветку — и так все дальше, все дальше — никогда не колеблясь, никогда не становясь в тупик перед тем, как проложить себе этот путь по деревьям.</p>
     <p>Глядя на него, я ощущал и в самом себе, в своих собственных мускулах некий порыв, некое желание вот так же взлететь на деревья, прыгая с ветки на ветку; и я уже чувствовал, что во мне, в моих мускулах скрыта энергия, которая может одолеть все это. Тут нет ничего странного. Наблюдая, как их отцы взмахивают топорами и валят деревья, мальчишки чувствуют всем своим существом, что придет время, когда и они будут взмахивать топорами и валить деревья. Именно такое чувство жило и во мне. Жизнь, которая билась во мне, предназначала меня делать то, что делал мой отец, она нашептывала мне тайные, честолюбивые мечтания об этих прыжках в воздухе, об этих лесных полетах.</p>
     <p>Но вот отец уже с нами. Ярости его нет границ. Я живо помню, как гневно выпятилась его нижняя губа, когда он взглянул вниз на стадо свиней. Он зарычал, словно собака; мне бросились в глаза его большие, как клыки, зубы; увидев их, я был потрясен.</p>
     <p>Все, что делал теперь отец, еще больше злило свиней. Он отламывал сучья и ветки и кидал их вниз на наших врагов. Вися на одной руке, он подпрыгивал в воздухе над самыми свиными рылами, не давая, однако, тронуть себя. Он мучил врага, издевался над ним, а свиньи стучали клыками, взвизгивая в бессильной злобе. Не удовлетворившись этим, отец выломал увесистую дубинку и, повиснув на одной руке и одной ноге, стал тыкать разъяренных животных дубинкой в бока и колотить их по мордам. Надо ли говорить, как потешались этим зрелищем мы с матерью?</p>
     <p>Но любая приятная вещь в конце концов надоедает, и мой отец, злобно смеясь, вновь пустился в путь по деревьям. Теперь мои честолюбивые мечты о воздушных полетах вмиг схлынули начисто. Я пугливо прижимался к матери, вздрагивая всякий раз, когда она прыгала с ветки на ветку. Помню, как однажды ветка обломилась под ее тяжестью. Мать сделала отчаянное, яростное движение, устремляясь в полет, послышался треск сучьев, и я был захлестнут болезненным ощущением падения, летя в пустом пространстве вместе с матерью. Лес, сияние солнца на шелестящих листьях — все потемнело и исчезло из моих глаз. Последнее, что я видел, это отец, остановившийся на секунду, чтобы оглянуться на нас. Затем меня поглотила черная пустота.</p>
     <p>В следующее мгновение я проснулся, лежа в своей кровати, на простынях, проснулся весь в поту, дрожащий, с ощущением тошноты. Окно было открыто, и в комнату вливалась струя прохладного воздуха. Спокойно горел ночник. И, глядя на все это, я заключил, что мы удачно скрылись от диких свиней и что мы не упали на землю — иначе как бы я, тысячу веков спустя, оказался тут, в этой спальне, чтобы вдруг все это припомнить?</p>
     <p>А теперь поставьте на минуту себя на мое место. Перенеситесь воображением в мои безоблачные младенческие годы, поспите со мной в одной спальне и представьте себе, что это вам снятся такие кошмарные сны. Не забывайте, что я был неопытный ребенок. За всю мою жизнь я никогда не видел дикого вепря. Скажу больше, я никогда не видел и домашней свиньи. Самое близкое мое знакомство со свиньей заключалось в том, что я глядел на шипящую в жире жареную ветчину, поданную к завтраку. И однако дикие вепри, реальные, как сама жизнь, обступали меня в моих сновидениях, и я вместе со своими чудовищными родителями летел и прыгал по ветвям величественных древних лесов.</p>
     <p>Станете ли вы удивляться, если я скажу, что был напуган, подавлен этими ночными кошмарами? Я был поистине проклят. И что хуже всего, я боялся кому-либо признаться в этом. Боялся неведомо почему — из всех возможных причин такой скрытности я могу назвать лишь постоянно испытываемое мною чувство вины. Но какая вина, в чем она именно заключалась, — на это я не в силах был ответить. Так и случилось, что я молча страдал долгие годы, пока не стал взрослым и не разобрался, откуда идут мои сны, в чем их истинный корень.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IV</p>
     </title>
     <p>Есть одна загадочная вещь во всех моих доисторических воспоминаниях. Речь идет о неопределенности, расплывчатости понятия времени. Я далеко не всегда знаю последовательность событий, часто я не могу сказать, сколько времени отделяет какие-нибудь события друг от друга — год, два, четыре или пять. Я могу приблизительно судить о том, как шло время, лишь по изменениям во внешности и занятиях моих близких.</p>
     <p>Я могу также отыскать известную логику событий, перебирая все, что случилось. Например, нет никакого сомнения в том, что наш прыжок на деревья, когда мы спасались от диких свиней, и наше бегство, и наше падение имели место раньше, чем я познакомился с Вислоухим, который стал мне, можно сказать, закадычным другом. Я уверен также, что именно между этими двумя событиями я потерял мать.</p>
     <p>У меня нет иных воспоминаний об отце, кроме тех, которыми я уже поделился. В последующие годы жизни он ни разу не появлялся на моих глазах. И, насколько я знаю ход событий, единственное объяснение такого обстоятельства заключается в том, что отец погиб вскоре после приключения с дикими свиньями. А что отец погиб безвременно, в этом нет никаких сомнений. Он был полон сил, и только внезапная и насильственная смерть могла унести его. Но я не знаю, каким образом он погиб: утонул ли он в реке, пожрала ли его змея, или он попал в желудок Саблезубого, старого тигра. Обо всем этом у меня нет ни малейшего представления.</p>
     <p>Следует учесть, что я вспоминаю из доисторических дней только то, что видел сам, собственными глазами. Если моя мать и знала, как именно погиб отец, она никогда не говорила мне об этом. Я даже сомневаюсь, была ли она способна рассказать все то, что знала: так скуден был ее словарь. В те дни весь словарь Племени состоял, может быть, из тридцати или сорока звуков.</p>
     <p>Я называю их именно <emphasis>звуками,</emphasis> а не <emphasis>словами,</emphasis> ибо они были ближе все-таки к звукам. У них не было постоянного значения, им нельзя было придать новый смысл посредством прилагательных или наречий. Эти изощренные приемы речи еще не были изобретены. Вместо того, чтобы оттенять всякий раз по-новому какое-либо существительное или глагол прилагательным или наречием, мы окрашивали, определяли свои звуки-слова интонацией, изменениями в долготе и высоте, убыстрением или замедлением. Значение какого-либо звука изменялось, оттенялось в зависимости от того, быстро или медленно он произносился.</p>
     <p>Мы не знали спряжений. О грамматическом времени мы судили только по контексту. Мы говорили только о конкретных вещах, ибо мы и думали лишь о конкретных вещах. В огромной мере мы прибегали к пантомиме. Какая-либо даже элементарная абстракция фактически была за пределами нашего мышления; и когда кому-либо приходило в голову что-либо отвлеченное, ему было невероятно трудно передать свою мысль своим ближним. Для этого не было звуков. Он должен был выходить за пределы своего словаря. В том случае, когда он изобретал новый звук, никто из окружающих этого звука не понимал. Изобретателю ничего не оставалось, как прибегнуть все к той же пантомиме, жестом поясняя свою мысль, где это возможно, и все время повторяя найденный им новый звук.</p>
     <p>Так разрастался наш язык. Располагая ничтожным количеством звуков, мы были как бы связаны и в своем мышлении; при появлении новых мыслей всякий раз возникала необходимость и в новых звуках. Бывало порой, что нам явно не хватало звуков, чтобы выразить какую-нибудь абстракцию (смею вас заверить, достаточно смутную), и растолковать ее окружающим мы были бессильны. В общем, язык в те дни развивался очень и очень медленно.</p>
     <p>О, мы были удивительные простаки! Но мы знали уйму всяких вещей, которые никому не ведомы сегодня. Мы умели двигать ушами, настораживать их и прижимать по своей воле. Мы с легкостью могли почесать себя между лопаток. Мы могли кидать камни ногами. Я сам это делал множество раз. Я мог даже, не сгибая коленей, наклониться так, что касался земли не пальцами, а локтями. Ну, а что касается лазания за птичьими гнездами — тут нам позавидовал бы любой мальчишка двадцатого века. Но мы не собирали коллекций птичьих яиц. Мы ели их.</p>
     <p>Я помню… но стойте, я забегаю вперед. Позвольте мне прежде рассказать о Вислоухом и о нашей дружбе с ним. Я начал жить самостоятельно, отдельно от матери, очень рано. Может быть, это случилось оттого, что после смерти отца мать взяла себе второго мужа. Я плохо помню его, а те воспоминания, какие я сохранил, не относятся к числу счастливых моих воспоминаний. Это был пустой, легкомысленный малый. В нем не было никакой солидности. И он был ужасно болтлив. Даже сейчас, когда я пишу о нем, его трескотня отзывается у меня в печенках. У него была такая глупая, легкомысленная голова, что он никогда не мог ни на чем сосредоточиться, чего-то добиваться. Глядя на обезьян в клетке, я неизбежно вспоминаю о нем. Он походил на обезьяну. Вот лучшее его описание, какое я могу только сделать.</p>
     <p>Он возненавидел меня с первого взгляда. А я сразу понял, что надо остерегаться его и следить за всеми его коварными выходками. При каждом его появлении я крепче цеплялся за мать и прижимался к ней. Но я рос, становясь взрослее с каждым днем, и, естественно, начал отлучаться от матери, уходя от нее все дальше и дальше. Болтун этого-то только и дожидался. (Должен сказать, что в те времена никаких имен у нас не было и никто ни к кому по имени не обращался. Лишь для удобства читателей я даю имена всем тем, с кем я близко тогда сталкивался, и более подходящего имени, чем Болтун, своему драгоценному отчиму я придумать не в силах. Себя же я называю Большим Зубом. У меня были очень большие передние зубы.)</p>
     <p>Но возвратимся к Болтуну. Он упорно преследовал меня. Он щипал, колотил меня, а при случае даже кусался. Нередко мать заступалась за меня, и было любо-дорого поглядеть, какую взбучку она ему задавала. В результате возникали бесконечные семейные ссоры, причиной которых был только я.</p>
     <p>Да, моя домашняя жизнь складывалась не очень счастливо. Написав эту фразу, я улыбнулся. Домашняя жизнь!</p>
     <p>Дом! У меня не было никакого дома в современном смысле этого слова. Мой дом — это окружавшие меня мне подобные, а не жилище, не убежище. Я жил под опекой матери, а не под крышей дома. А моя мать жила где придется, хотя с наступлением ночи непременно взбиралась на деревья.</p>
     <p>Мать была старомодна. Она все тянулась к своим деревьям. Ведь более передовые члены нашего Племени жили в пещерах у реки. Но мать была подозрительна и держалась отсталых привычек. Деревья ее вполне устраивали. Разумеется, у нас было одно излюбленное дерево, на котором мы обычно ночевали, но нередко мы проводили ночь и на других деревьях, если там заставала нас темнота. На удобном развилке дерева мы устраивали подобие площадки, применяя ветки, хворост, ползучие растения и листву. Больше всего это походило на громадное птичье гнездо, но птицы вьют свои гнезда, конечно, во сто раз аккуратнее и искуснее. Однако у нашего гнезда была такая особенность, которой я ни разу не видел ни у одного птичьего гнезда, а именно крыша.</p>
     <p>О, конечно, не такая крыша, какую строит современный человек. И не такая, какие сооружают самые отсталые туземцы двадцатого века. Наша крыша была бесконечно грубее и неуклюжее самого примитивного произведения рук человека — того человека, какого знаем мы. Она была сложена как попало, самым беспорядочным образом. Над развилком дерева, где мы гнездились, просто клали кучу сухих веток и сучьев. Полдесятка соседних веток держали на себе то, что я мог бы назвать сводами. Это были просто крепкие палки в дюйм толщиной. На них-то и лежала упомянутая куча веток и сучьев. Они были накиданы почти без всякого расчета. Не чувствовалось даже попытки сделать крышу непроницаемой. И, должен сознаться, при сильном дожде она чудовищно протекала.</p>
     <p>Но мне хочется еще раз вернуться к Болтуну. Из-за него домашняя жизнь была истинным бременем как для матери, так и для меня — я говорю о домашней жизни, имея в виду не наши ночевки в гнезде на деревьях, а наше совместное существование, жизнь втроем. Преследуя меня, Болтун проявлял дьявольскую злобу и изобретательность. Только на этом и сосредоточивал он весь свой ум, размышлять о чем-либо другом больше пяти минут он не умел вообще. Время шло, и по мере того, как я становился взрослее, мать уже не так ревностно защищала меня. Мне кажется, что из-за постоянных скандалов, которые устраивал ей Болтун, мать уже тяготилась мной. Во всяком случае, мое положение с каждым днем становилось все хуже и хуже, и волей-неволей мне надо было думать об уходе из семьи. Но судьба не дала мне совершить столь решительный и горделивый поступок. Прежде чем я собрался уйти, меня сбросили. Я говорю это в самом буквальном смысле слова.</p>
     <p>Болтун воспользовался для этого случаем, когда я остался один в гнезде. И мать и сам Болтун ушли вместе на болота, где росла черника. Видимо, Болтун заранее выработал план действий, так как скоро я услышал, что он возвращается лесом и яростно рычит, подогревая свой гнев. Подобно всем мужчинам нашего Племени, когда они гневались или желали разгневаться, он останавливался и бил себя в грудь кулаком.</p>
     <p>Сознавая свое безвыходное положение, я, дрожа, скорчился в гнезде. Болтун направился прямо к нашему дереву — я хорошо помню, что это был дуб, — и начал взбираться вверх. И он ни на мгновение не прекращал дьявольски рычать и что-то выговаривать мне. Как я уже упоминал, язык наш был невероятно скуден, и мой отчим должен был всячески изощряться, чтобы дать понять мне, что он смертельно ненавидит меня и намерен сейчас же свести со мной все счеты.</p>
     <p>Едва он поднялся до уровня гнезда, как я кинулся бежать по огромной горизонтальной ветке. Он погнался за мною, и мне пришлось продвигаться дальше и дальше, к самому концу ветви. Я цеплялся теперь за мелкие сучья, укрываясь среди листвы. Болтун всегда был трусом И, как бы он ни горячил себя и не гневался, чувство осторожности в нем было сильнее всякого гнева. Он боялся приблизиться ко мне, ступив на мелкие, ненадежные сучья и ветки. Ведь он был куда тяжелее меня и, подломив эти ветки и сучья, сорвался бы прежде, чем меня поймал.</p>
     <p>Но Болтуну не было нужды приближаться ко мне — и подлец прекрасно знал это. Скорчив злорадную рожу, поблескивая своими маленькими глазками, он принялся трясти и раскачивать ветви. Раскачивать! А ведь я сидел на самом кончике ветки, цепляясь за сучья, которые все время трещали и обламывались подо мной. И до земли было целых двадцать футов!</p>
     <p>Он тряс и раскачивал ветви все яростнее, оскалив зубы в злобной усмешке. Затем наступил конец. Моя опора вдруг рухнула, и я полетел, спиной вниз, глядя на отчима и сжимая руками и ногами обломившуюся ветку. К счастью, под деревом не оказалось диких свиней, и удар был смягчен упругими прутьями кустов, на которые я свалился.</p>
     <p>Падение, как правило, прерывает мои сны, и нервная встряска мгновенно переносит меня через тысячу веков, швыряя в мою маленькую кроватку, где я лежу с широко открытыми глазами, дрожа и обливаясь потом, и слушаю, как в зале кукушка отсчитывает часы. Однако этот сон об изгнании меня из дома снился мне много раз и никогда не кончался внезапным пробуждением. Всякий раз я летел сквозь трещавшие ветки, пронзительно кричал и с глухим стуком ударялся о землю.</p>
     <p>Весь исцарапанный, в синяках, я лежал и жалобно хныкал. Сквозь кусты мне был виден Болтун. Он пел какую-то дьявольскую песнь радости и в такт своей песне все еще раскачивал дерево. Я быстро прекратил свое хныканье. Ведь я был теперь не на дереве, которое спасало меня от опасностей; я знал, что если я буду, выражая свое горе, громко рыдать, то я привлеку к себе внимание диких зверей.</p>
     <p>Помню, что я, подавив рыдания, с интересом смотрел, как играет свет на моих полузакрытых, залитых слезами веках. Потом я оглядел себя и увидел, что от падения я пострадал не так уж сильно. Кое-где были ободраны волосы и кожа; острый, зазубренный конец ветки, с которой я летел на землю, вонзился на целый дюйм мне в руку выше локтя; невыносимо ныло правое бедро, на которое пришелся главный удар при падении. Но в конце концов все эти повреждения можно было считать пустяками. Ведь кости остались целы, а мускулы и ткани человека тех времен заживали гораздо лучше, чем в наши дни. И все же это было тяжелое падение: я прихрамывал на правую ногу целую неделю.</p>
     <p>Пока я лежал в кустах, меня охватило чувство тоскливого одиночества. Я ощущал себя совершенно бездомным. Я решил никогда больше не возвращаться к матери и Болтуну. Я уйду куда-нибудь подальше, в эти страшные леса, выберу себе дерево и устрою на нем гнездо. Что касается пищи, то я уже знал, где искать ее. Ведь уже минул по меньшей мере год, как мать перестала заботиться о моем пропитании. Она лишь защищала меня от всяких напастей и была мне учителем.</p>
     <p>Я осторожно выбрался из кустов. Оглянувшись назад, я увидел, что Болтун все еще распевает свою радостную песню и раскачивает дерево. Такая картина, разумеется, мне не доставила удовольствия. Я уже умел соблюдать осторожность и, пускаясь в свое первое путешествие, был чрезвычайно бдителен.</p>
     <p>Я не задумывался, куда я иду. У меня была единственная цель — уйти от Болтуна туда, где он не нашел бы меня. Я взобрался на дерево и в течение нескольких часов шел по деревьям, прыгая с одного на другое, ни разу не спустившись на землю. Я не выбирал определенного направления, не придерживался прямого пути. Всякая последовательность была чужда моей натуре, как она была чужда и всему моему Племени. Помимо того, я был ребенком: я не раз подолгу задерживался на месте, увлекшись игрой.</p>
     <p>Все, что произошло после моего бегства из дома, я помню весьма туманно. События этого времени мне не снились. Моя вторая личность многое забыла, и больше всего забыто именно из этого периода. Вспоминая различные картины сновидений, я не в силах себе представить, что именно происходило в те дни, когда я покинул родное дерево и еще не пришел в пещеры.</p>
     <p>Помнится только, что несколько раз я выходил на открытые поляны. Трепеща от страха, я спускался с деревьев и пересекал эти поляны, несясь по ним во всю прыть. Помню, что были дождливые дни, и были ясные, солнечные, — должно быть, я блуждал в одиночестве немало времени. Особенно памятны мне дождливые дни, когда приходилось терпеть всякие невзгоды; хорошо помню, как я голодал и как ухитрялся утолить свой голод. Ярко встает в памяти картина охоты на маленьких ящериц, обитавших на каменистой вершине открытого холма. Они шныряли в расщелинах, поймать их было почти невозможно, но однажды я случайно перевернул камень и изловил-таки под ним ящерицу. Однако меня напугали там змеи, и я покинул этот холм. Нет, змеи не гнались, не нападали на меня. Они просто лежали средь камней и грелись на солнышке. Но у меня был врожденный страх перед змеями, и я опрометью бежал от них, словно они преследовали меня по пятам.</p>
     <p>Потом я глодал горькую кору молодых деревьев. Смутно помню, что я ел множество зеленых орехов — у них была мягкая кожура и молочная сердцевина. И снова яркое, отчетливое воспоминание: у меня сильно болит живот. Возможно, боль была вызвана зелеными, несозревшими орехами, а может быть, ящерицами. Я этого не знаю. Но я прекрасно знаю, что мне необычайно повезло: меня не сожрал ни один хищник, пока я в течение нескольких часов корчился от боли, сидя на земле.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава V</p>
     </title>
     <p>В памяти ярко и резко вспыхивает картина того, как я вышел из леса. Я вижу себя на краю большого открытого поля. По одну сторону этого поля поднимались высокие утесы, по другую — протекала река. Берег круто сбегал к воде, повсюду, где склон шел положе, берег был иссечен тропинками. По этим тропинкам ходило на водопой Племя, жившее в пещерах.</p>
     <p>Случайно я вышел к главному стойбищу Племени. С натяжкой можно даже сказать, что это был поселок. И моя мать, и я, и Болтун, и еще несколько обитателей лесов, которых я знал, — все это были, по существу, жители окраин. Мы входили в Племя, хотя и жили от него на отшибе. От наших мест до главного стойбища Племени было не так уж и далеко, хотя я в своих блужданиях шел к нему целую неделю. Если бы я держался прямого пути, я покрыл бы это расстояние за час.</p>
     <p>Но вернемся к повествованию. Выйдя на окраину леса, я увидел темневшие в высоком утесе пещеры, открытое поле и тропинки, сбегавшие к реке. И на берегу, на чистом месте, я увидел множество своих соплеменников. Я был ребенок, неделю я блуждал в полном одиночестве. За все это время я не видел ни одного существа, подобного мне. Я жил в постоянном страхе, будто затравленный. И теперь, увидя Племя, я преисполнился радости и со всех ног бросился навстречу ему.</p>
     <p>И тогда произошло нечто странное. Кое-кто из Племени заметил меня и предостерегающе крикнул. И мгновенно все Племя, вопя от страха, в панике кинулось бежать прочь. Прыгая и цепляясь за скалы, все — взрослые и дети — тотчас же укрылись в пещеры… оставив снаружи лишь одного маленького дитятю, которого бросили в суматохе у подножия утеса. Ребенок горько плакал. Его мать выскочила из пещеры; ребенок бросился к ней и крепко прижался к ее груди, и она утащила его к себе в пещеру.</p>
     <p>Я остался совершенно один. Берег, минуту назад столь оживленный, внезапно опустел. С тоскою в сердце я сел на землю и разрыдался. Я ничего не понимал. Почему Племя убежало от меня? Позднее, когда я узнал его нравы поближе, мне все стало ясно. Увидя, как я со всех ног выбежал из леса, они решили, что за мной гонится хищный зверь. Своим неожиданным вторжением я испугал их насмерть.</p>
     <p>Сидя на земле и следя за входами в пещеры, я сообразил, что и Племя следит за мною. Вскоре мои перепуганные соплеменники начали высовываться из пещер. Через минуту они уже перекликались и переговаривались друг с другом. Оказалось, что в спешке и смятении многие из них перепутали пещеры и забрались в чужие. В чужие пещеры попали и некоторые малыши. Матери не могли их кликнуть по имени, так как имена еще не были изобретены. Все члены Племени были безымянны. Матери издавали резкие тревожные звуки, по которым малыши узнавали их. Таким же образом окликала меня моя мать, и я узнал бы ее голос среди голосов тысячи других матерей, а она тоже различила бы мой голос среди голосов тысячи других детей.</p>
     <p>Долго еще перекликалось Племя, не смея выйти из пещер и спуститься на землю. Наконец, один из соплеменников решился и вылез. Ему было суждено сыграть большую роль в моей жизни, немалую роль играл он и в жизни всего Племени. На страницах этой повести я буду называть его Красным Глазом, так как у него были воспаленные глаза и вечно красные, словно бы говорившие о его кровожадной свирепости веки. Да и все его существо, сама его душа была как бы окрашена кровью.</p>
     <p>Он был поистине чудовищем во всех отношениях. Физически он выглядел настоящим гигантом. Вес его, должно быть, достигал ста семидесяти фунтов. Крупнее его я не встречал никого во всей нашей породе. Среди Людей Огня и среди Лесной Орды мне тоже не доводилось видеть таких великанов. Иногда, наткнувшись в газетах на описание наших боксеров и борцов, я размышляю, какие шансы были бы у самого сильного из них, если бы он вышел схватиться с Красным Глазом.</p>
     <p>Боюсь, что у нашего атлета не оказалось бы ни одного шанса. Своими железными пальцами Красный Глаз мог бы с корнем вырвать у него из тела бицепс или любой другой мускул. Ударом кулака наотмашь он раздробил бы ему череп, как яичную скорлупу. Резким выпадом своей дьявольской ноги (или задней руки) он выпустил бы ему наружу внутренности. Обхватив его шею, он мгновенно сломал бы ее, и, я готов поклясться, если бы он вцепился в шею зубами, он сразу перегрыз бы и сонную артерию и позвоночник.</p>
     <p>Он был способен прыгнуть на двадцать футов в длину прямо из сидячего положения. И он был ужасно волосат. Мы гордились, если были не очень волосаты. Но он был сплошь покрыт густыми волосами, волосы в равной мере росли у него на внутренней и на внешней стороне рук, выше и ниже локтя, даже уши у него густо заросли волосами. Только ладони рук и подошвы ступней были голыми, да еще отсутствовали волосы под глазами. Он был до ужаса безобразен, рот его, с огромной отвисшей нижней губой, кривился в жестокой усмешке, крохотные глазки смотрели свирепо.</p>
     <p>Это и был Красный Глаз. Он осторожно вылез из пещеры и спустился на землю. Не обращая на меня внимания, он стал осматривать местность. Ходил он круто сгибаясь в пояснице; он наклонялся так сильно, а его руки были столь длинны, что, делая шаг вперед, он касался земли суставами пальцев руки. Такая полусогнутая поза при ходьбе была очень неудобна, и он касался земли пальцами обеих рук, по существу, для опоры. Но посмотрели бы вы, с каким проворством он на своих четырех конечностях бегал! А именно на четырех конечностях все мы были неуклюжи и чувствовали себя очень неловко. Только редкие из нас опирались на суставы пальцев при ходьбе, — это было уже атавизмом, и у Красного Глаза он проявлялся сильнее, чем у кого-либо в Племени.</p>
     <p>Красный Глаз был воплощением атавизма. Все мы тогда находились на переходной ступени, отказываясь от жизни на деревьях и начиная жить на земле. В этот процесс было втянуто уже несколько поколений, и наше тело и наши привычки успели за это время измениться. Но Красный Глаз принадлежал к исчезнувшему типу тех, кто жил на деревьях. Поскольку он родился в нашем Племени, он поневоле оставался с нами, но его атавизм делал его, по существу, чуждым нам: он вполне мог бы жить где угодно, вне Племени.</p>
     <p>Соблюдая величайшую предосторожность, он расхаживал по полю и пристально вглядывался сквозь деревья леса, стараясь увидеть того хищного зверя, который, как все считали, гнался за мной. На меня он по-прежнему не обращал внимания, а Племя, выбравшись из пещер, не отходило от них и ждало, чем кончится разведка Красного Глаза.</p>
     <p>В конце концов Красный Глаз убедился, что лес не таит никакой опасности. Он окинул взглядом береговую тропинку, ведущую к водопою, и заковылял по направлению ко мне. Но он все еще делал вид, словно и не замечает меня. Потом, будто случайно оказавшись рядом со мной, он безо всякого предупреждения молниеносно размахнулся и ударил меня по голове. Я отлетел от него футов на двенадцать, прежде чем вновь ощутил под собой твердую землю, и тут же до меня донесся дикий хохот — это, визжа и кудахтая, смеялось надо мной столпившееся у пещер Племя. Лучшего посмешища для них нельзя было и придумать — по крайней мере в тот день, — и они веселились от всего сердца.</p>
     <p>Так я был принят в Племя. Красный Глаз удалился, даже не взглянув на меня, и я мог без помех хныкать и рыдать сколько мне было угодно. Подошли несколько женщин и стали кружком около меня, я узнал их всех. Я встречал их в прошлом году в далеких ущельях, собирая вместе с матерью орехи.</p>
     <p>Но женщины быстро покинули меня, и я оказался окруженным десятком любопытных мальчишек. Они показывали на меня пальцами, строили рожи, толкали и щипали меня. Я оробел и какое-то время сносил эти пытки, затем гнев охватил мое сердце, и я бросился кусать и царапать самого смелого из всей этой ватаги — это был не кто иной, как Вислоухий. Я назвал его таким именем, потому что он мог двигать и настораживать лишь одно ухо, другое у него висело без движения. В результате какого-то несчастного случая у него был поврежден соответствующий мускул.</p>
     <p>Вислоухий сцепился со мной, и мы принялись драться, как все мальчишки на свете. Мы царапались и кусались, таскали друг друга за волосы, душили друг друга и валили наземь. Помню, что я одолел своего противника, прибегнув к приему, который, как мне стало известно в колледже, называется «полунелсоном». Прием этот дал мне тогда решающее преимущество. Но торжествовал я совсем недолго. Изловчившись, Вислоухий двинул мне ногой (или задней рукой) в живот с такой силой, что, казалось, из меня вылезут кишки. Мне ничего не оставалось, как разжать руки и отпустить его, затем мы сцепились снова.</p>
     <p>Вислоухий был на год старше меня, но я во много раз был злее, и в конце концов он пустился наутек. Я кинулся вслед за ним, мы пересекли поле и спустились по тропинке к реке. Однако он прекрасно знал местность и увернулся от меня, взбежав на берег по другой тропинке. Потом он по диагонали снова пересек поле и скрылся в пещере с широким входом.</p>
     <p>Прежде чем я сообразил, что мне делать, я уже нырнул в эту пещеру сам. Оказавшись в полной темноте, я сильно испугался. Ведь быть в пещере мне никогда раньше не доводилось. Я расплакался и громко закричал. Вислоухий в ответ на это пролопотал мне что-то издевательское, кинулся на меня, пользуясь темнотой, и сбил меня с ног. Однако он не отважился сцепиться со мною вновь и тут же отскочил в сторону. Выход из пещеры был позади меня, и Вислоухий не проходил туда, тем не менее он исчез, словно провалился. Я стал прислушиваться, но никак не мог понять, куда он скрылся. Это сильно озадачило меня, я выбрался к выходу, сел там и стал ждать, что будет дальше.</p>
     <p>Он не выходил из пещеры, в этом я был уверен, но через несколько минут он хихикнул прямо у меня над ухом. Я снова погнался за ним, и снова он нырнул в пещеру, но на этот раз дальше входа я не двинулся. Отступив еще на несколько шагов, я стал снова выжидать. И опять мой противник не выходил из пещеры, и опять, как и раньше, он захихикал прямо у меня над ухом и увлек меня за собой в пещеру в третий раз.</p>
     <p>Эта сцена повторялась до бесконечности. Наконец, я зашел в глубь пещеры и Стал искать Вислоухого. Во мне заговорило любопытство. Я не мог понять, каким образом он ускользал от меня. Ведь всякий раз он входил в пещеру, но никогда не выходил из нее и всегда оказывался у меня за плечом, насмешливо хихикая. Так наша драка незаметно превратилась в игру в прятки.</p>
     <p>С небольшими перерывами мы играли с Вислоухим до вечера, и скоро между нами установились непринужденные, дружественные отношения. В конце концов он уже не убегал от меня, и мы сидели рядом, обняв друг друга. А немного позднее он открыл мне тайну загадочной пещеры. Взяв за руку, он провел меня в самые ее глубины. Оказалось, что она соединяется узкой расщелиной с другой пещерой, и по этой-то расщелине мы вышли на воздух.</p>
     <p>Теперь мы стали добрыми друзьями. Когда один раз на меня напали другие мальчишки, он встал на мою защиту, и мы вместе дали неприятелю такую взбучку, что скоро ко мне уже никто не приставал. Вислоухий познакомил меня с поселком. Он почти ничего не мог мне рассказать о нравах и обычаях Племени — для этого у него недоставало слов, но я многому научился, следя за его действиями, и он показал мне все интересные места в окружности.</p>
     <p>Он водил меня по полю, раскинувшемуся между пещерами и рекой, потом мы углубились в лес, где на зеленых полянах вволю полакомились морковью. После этого мы пошли к реке и напились, а затем стали подниматься по тропинке к пещерам.</p>
     <p>На этой-то тропинке мы и столкнулись вновь с Красным Глазом. Едва я успел сообразить, в чем дело, Вислоухий уже отскочил в сторону и спрятался за песчаным бугром. Само собой разумеется, что я, недолго думая, кинулся вслед за ним. Только потом я оглянулся и понял, чем был так напуган Вислоухий. По середине тропинки чванливо ковылял Красный Глаз, его воспаленные глазки грозно сверкали. Я заметил, что малыши и подростки врассыпную бежали от него прочь, как это сделали и мы, а взрослые, следя за ним внимательным взглядом, отступали в сторону и давали ему дорогу.</p>
     <p>Когда спустились сумерки, поле опустело. Племя укрылось в пещеры. Вислоухий повел меня на ночлег. Мы вскарабкались вверх по утесу и, оказавшись надо всеми остальными пещерами, попали в узкую расщелину, совсем незаметную с земли. В нее-то и влез Вислоухий. Я последовал за ним, и мне с трудом удалось протиснуться— так узка была щель, служившая входом в жилище Вислоухого. Мы оказались в маленькой каменной келье. Она была не больше двух футов в высоту, фута три в ширину и фута четыре в длину. Здесь-то, прижавшись друг к другу, мы в обнимку и проспали эту ночь.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VI</p>
     </title>
     <p>Играя с наиболее смелыми подростками около пещер с широким входом, я скоро понял, что эти пещеры необитаемы. В них никто не спал по ночам. Заняты были только пещеры с узким входом, и чем уже был вход, тем пещера считалась удобней. Все это проистекало из страха перед хищными животными, которые были для нас в те времена сущим проклятием и днем и ночью.</p>
     <p>В первое же утро после ночевки с Вислоухим я убедился, насколько полезнее пещеры с узким входом. Едва-едва рассветало, когда на нашем поле появился старина Саблезубый, тигр. Двое из Племени к тому часу уже бродили по полю. Увидев тигра, они бросились наутек. То ли они чересчур перепугались и лишились рассудка, то ли тигр был от них слишком близко, я не знаю, но они даже не пытались влезть на утес и укрыться в безопасных пещерах, а забежали в ту самую пещеру с широким входом, в которой мы играли с Вислоухим накануне.</p>
     <p>Что именно происходило внутри пещеры, трудно судить, но скорее всего двое беглецов пробрались через расщелину во вторую пещеру. Расщелина оказалась для Саблезубого слишком узкой, и он, разозленный неудачей, повернулся и вышел из пещеры тем же входом, каким вошел. Было очевидно, что тигру не повезло ночью на охоте и он рассчитывал задрать себе на завтрак кого-нибудь из нас. Вдруг он заметил беглецов у входа во вторую пещеру и прыжком ринулся к ним. Разумеется, они юркнули назад и перебежали узким проходом в первую пещеру. Саблезубый вышел из второй пещеры еще более взбешенный и громко зарычал.</p>
     <p>Тут уже засуетилось и заметалось все Племя. Прыгая по огромному утесу, мы толпились у всех расщелин, на всех выступах, лопотали и визжали на все лады. Мы ужасно гримасничали, скаля при этом зубы, — такова была наша неистребимая привычка. Мы злобствовали не меньше Саблезубого, хотя к нашей злобе и примешивался страх. Помнится, я вопил и гримасничал так же, как самые рьяные из Племени. И не только потому, что они служили мне примером, нет, я чувствовал внутреннюю потребность делать то же самое, что делали они. Волосы у меня ощетинились, весь я извивался и корчился в приступе необъяснимой злобы и ярости.</p>
     <p>Несколько минут Саблезубый метался от одной пещеры к другой, забегал в них и снова выскакивал. А те двое беглецов быстро лазали по расщелине туда и сюда и таким образом избегали тигриных лап. Тем временем Племя, облепившее утес, начало действовать. Как только тигр выскакивал из пещеры наружу, в него летели камни. Сначала мы только обрушивали их на зверя, а потом стали кидать с силой, придавая камням большую стремительность.</p>
     <p>Эта бомбардировка привлекла внимание Саблезубого уже к нам, и он рассвирепел еще больше. Он перестал гоняться за беглецами и прыгнул вверх, стремясь взобраться на утес. Камень крошился под его когтями, он рычал и лез все выше. При виде этого ужасного зрелища все мы до последнего кинулись внутрь пещер. Я это твердо знаю, ибо я выглянул из своей пещеры и увидел, что на утесе не было ни души, а Саблезубый сорвался с него и скользил в это мгновение вниз, на землю.</p>
     <p>Я разразился торжествующим криком, и снова Племя выскочило наружу и облепило утес; опять все пронзительно визжали и завывали, и камни полетели с утеса пуще прежнего. Саблезубый теперь словно взбесился. Невзирая на неудачи, вновь и вновь он пытался взобраться на утес. Однажды он уже был у входа нижней пещеры, но снова сорвался, так и не проникнув в нее. При каждом его прыжке нас охватывал невообразимый ужас. Сначала большинство из нас, как только Саблезубый оказывался на утесе, кидалось в пещеры, но кое-кто все-таки оставался снаружи и продолжал швырять в него камни; скоро положение изменилось: теперь уже не убегал никто, и все дружно вели обстрел неприятеля.</p>
     <p>Никогда еще Саблезубый не терпел такого явного поражения. Его гордость была уязвлена страшным образом: ведь его перехитрило столь малорослое, слабосильное Племя. Он стоял внизу на земле и, глядя на нас, рычал, бил хвостом и огрызался на каждый летевший камень. Однажды я метнул в него камнем в тот момент, когда он поднял вверх морду. Камень попал ему в кончик носа, и тигр подпрыгнул в воздух, взметнув все свои четыре лапы. От неожиданности и боли он зарычал и замяукал, как кошка.</p>
     <p>Он был побежден, и он знал это. Спасая свое достоинство, он под градом камней важно зашагал прочь. Посреди поля он остановился на минуту и бросил на нас тоскливый голодный взгляд. Отказывать себе в еде Саблезубому очень не хотелось, а тут, всего лишь в нескольких шагах от него, было столько мяса! Казалось, мы сидели в ловушке и тем не менее были недоступны. Глядя на тигра, мы принялись хохотать. Хохот наш звучал издевательски, мы хохотали во все горло, все до единого. А ведь ни одно животное не любит насмешки. Оно злится, если над ним смеются. Именно такое действие возымел наш хохот на Саблезубого. Он зарычал, повернул назад и снова бросился на утес. Мы только этого и ждали. Сражение с тигром уже стало для нас игрой, и мы с наслаждением швыряли в него камень за камнем.</p>
     <p>На этот раз Саблезубый выдержал недолго. Обретя благоразумие, он быстро остыл, и, кроме того, мы сражались с ним все хитрей и искусней. Я хорошо помню, как вздулся у него глаз от метко брошенного камня, — тигр уже почти не видел этим глазом. И живо встает в моей памяти, как он, уже окончательно отступив к опушке леса, вновь остановился и поглядел на нас. Он раскрыл всю свою трепещущую пасть и показал нам свои громадные клыки до самых корней, шерсть у него встала дыбом, хвост колотил землю. Он рыкнул на нас в последний раз и скрылся из виду за деревьями.</p>
     <p>Как мы после этого залопотали и зашумели! Мы толпою кинулись из своих убежищ вниз, осматривая следы когтей Саблезубого на камнях утеса, и тараторили, перебивая друг друга. Один из тех, кто на рассвете бежал от тигра и прятался в двойной пещере, был долговязым подростком, почти юношей. Когда оба беглеца горделиво вышли из своей пещеры, мы встретили их с восторгом и стали вокруг них плотным кольцом. Вдруг мать долговязого подростка, растолкав толпу, подскочила к своему сыну. Вне себя от ярости, она начала бить его по щекам, таскать за волосы и при этом кричала, как ведьма. Это была очень рослая, коренастая женщина, вся в густых волосах; трепка, которую она задала своему сыну, сильно позабавила Племя. Мы надрывались от хохота, мы изнемогали от него и хватались для поддержки друг за друга; кое-кто из самых смешливых катался по земле.</p>
     <p>Несмотря на вечный страх, тяготевший над Племенем, мы были большие охотники посмеяться. У нас было чувство юмора. Мы веселились от всего сердца, как веселился Гаргантюа. Мы хохотали самозабвенно, о какой-либо сдержанности мы не имели понятия. Что-нибудь самое простое, самое грубое могло показаться нам ужасно смешным, и мы хохотали до корчей, до колик в животе. О, мы умели посмеяться, уверяю вас!</p>
     <p>Тот отпор, который встретил у нас Саблезубый, подучал и каждый зверь, забравшийся в поселок. Мы бдительно охраняли наши тропинки и водопои, не давая подойти к ним ни одному зверю, если он забрел на нашу землю и случайно. Даже самые свирепые хищники были достаточно проучены и избегали приближаться к нашему стойбищу. Мы не могли похвастаться такой же силой, как они; мы были хитры и трусливы, и только наша хитрость и трусость, наша необыкновенная осторожность позволяла нам выжить среди ужасных врагов, которые окружали нас в Юном Мире.</p>
     <p>Вислоухий, я полагаю, был старше меня на год. О своей прошлой жизни он мне рассказать ничего не мог по скудости языка, но я никогда не видел его матери и считал его сиротой. Ведь если говорить об отцах, то они в нашем Племени в счет не шли. Брак был еще На самой примитивной ступени, супружеские пары постоянно ссорились и расходились. Современный человек, идя на узаконенный развод, делает то же самое. Но у нас не было никаких законов. Все у нас шло по обычаю, а обычай допускал в этой области полный беспорядок.</p>
     <p>И тем не менее, как это будет видно из дальнейшего рассказа, у нас уже слегка чувствовались признаки моногамии, которая возобладала в будущем, значительно укрепив придерживавшиеся ее племена. Даже в те дни, когда я был младенцем и еще не расставался с матерью, на деревьях близ нас жили устойчивые и верные друг другу пары. Жизнь в гуще Племени не располагала к единобрачию. Нет сомнения, что именно поэтому верные супружеские пары уходили из стойбища и обосновывались поодаль. Супруги жили вместе целые годы, хотя если кто-нибудь из них умирал или становился жертвой хищных зверей, оставшийся в живых непременно находил себе новую жену или нового мужа.</p>
     <p>Одно обстоятельство сильно озадачивало меня с первых же дней, как я начал жить в Племени. Я замечал, что все испытывали какой-то безотчетный, смутный страх перед северо-востоком. Племя постоянно чего-то опасалось, ждало оттуда какой-то беды. Все с мрачной тревогой нет-нет да и поглядывали на северо-восток.</p>
     <p>Когда мы с Вислоухим пошли однажды в северо-восточном направлении искать морковь, для которой наступил тогда лучший сезон, то он выказывал необычайную робость. Он был готов есть ботву, перезрелую, дряблую или совсем мелкую, жиденькую морковь, но не хотел пройти дальше, где росли еще никем не тронутые мясистые корни. Когда я двинулся туда, он разбранил меня, учинив настоящий скандал. Он заявил мне, что в том направлении таится грозная опасность, но какая именно — этого Вислоухий никак не мог мне разъяснить по бедности своего словаря.</p>
     <p>Пока он бранился и отчитывал меня, я отыскивал все новые и новые места с морковью и досыта набивал себе живот. Я не мог понять, что именно имеет в виду Вислоухий, Я соблюдал всяческие предосторожности, но никакой опасности не видел. Я постоянно прикидывал, на какое расстояние я удалился от ближайшего дерева, чтобы успеть добежать и взобраться на него, если вдруг выскочит старина Саблезубый, Темно-рыжий или какой иной хищник.</p>
     <p>Однажды вечером в поселке начался истинный переполох. Племя было в смятении, всех охватил глубокий страх. Столпившись на утесе, мужчины и женщины смотрели на северо-восток и показывали туда пальцами. Я не знал, что именно происходит, но живо полез кверху, в свою крошечную пещеру, и только потом огляделся по сторонам.</p>
     <p>И тогда, вдали за рекою, на северо-востоке, я впервые в жизни увидел дым. Своими размерами этот таинственный дым превосходил всех животных, каких я только знал. Я подумал было, что это некая чудовищная змея, поднявшая свою голову высоко над деревьями и раскачивающаяся взад и вперед. Но потом, наблюдая за поведением Племени, я сообразил, что сам по себе дым не опасен. Племя испытывало страх перед дымом потому, что за ним скрывалось что-то другое, поистине грозное. Но что именно было это другое, я не мог догадаться. И никто не мог мне объяснить, в чем дело. Однако скоро я узнал, что это такая страшная опасность, перед которой не шли в счет уже ни Темно-рыжий, ни старина Саблезубый и никакие змеи, — опасность столь грозная, что грозней ее не могло и быть.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VII</p>
     </title>
     <p>Сломанный Зуб был другой юнец, который тоже жил самостоятельно. Мать его занимала просторную пещеру, но у нее после Сломанного Зуба народилось еще двое детей, и в результате старший брат был изгнан. В течение нескольких дней мы смотрели, как его выгоняли, и от души потешались над этим. Сломанный Зуб упорно не желал уходить из дома и всякий раз, как мать по делам покидала пещеру, вновь забирался в нее. Когда мать возвращалась и обнаруживала там сына, гнев ее был великолепен. Почти половина Племени собиралась полюбоваться разъяренной мамашей. Сначала из пещеры доносились ругань и визг. Затем можно было расслышать звук затрещин и ударов и вопли Сломанного Зуба. Тогда же к рыданиям Сломанного Зуба присоединялся плач двух малышей. В заключение Сломанный Зуб кубарем вылетал из пещеры — это было словно извержение небольшого вулкана.</p>
     <p>Но прошло несколько дней, и Сломанный Зуб был выброшен из дома окончательно. Он выплакал свое горе, сидя посреди поля один-одинешенек, и через полчаса пришел жить к нам с Вислоухим. Наша пещера была очень мала, но, потеснившись, мы нашли место и для Сломанного Зуба. Насколько я помню, он ночевал с нами лишь одну ночь, значит, событие, о котором я сейчас расскажу, произошло в это же время.</p>
     <p>Это случилось в полдень. Утром мы досыта наелись моркови, тут же в лесу стали играть и, позабыв всякую осторожность, забрались на высокие деревья. Не могу понять, почему проявил такую беспечность всегда бдительный Вислоухий, должно быть, он тоже заигрался. Мы играли на этих деревьях в салки. Замечательная была игра! Мы прыгали на десять — пятнадцать футов, даже не прилагая особых усилий. А прыгнуть с дерева на землю, пролетев двадцать или двадцать пять футов, было для нас сущей безделицей. Право, я даже боюсь сказать, на какие прыжки мы тогда отваживались. Потом, когда мы стали старше и грузнее, нам приходилось прыгать уже гораздо осторожней, но в те юные дни у нас были не мускулы, а настоящие пружины, и мы могли себе позволить все что угодно.</p>
     <p>Сломанный Зуб играл с необыкновенной ловкостью. Поймать его было почти невозможно, и, ускользая от нас, он всякий раз выкидывал такой трюк, изобретенный им самим, повторить который не мог ни Вислоухий, ни я. Сказать по правде, мы даже не решались на это.</p>
     <p>Когда мы гнались за ним, Сломанный Зуб обычно взбегал на конец высокого сука. До земли от этого сука было не меньше семидесяти футов, и если с него сорвешься, то зацепиться внизу было уже не за что. Но футов на двенадцать вниз и не меньше пятнадцати футов в сторону торчала ветка другого дерева.</p>
     <p>Преследуя смельчака, мы тоже хотели взбежать на конец сука, но Сломанный Зуб начинал трясти его и тем мешал нам продвигаться. Мало этого, Сломанный Зуб ложился на этот сук спиной и раскачивал его. Как только мы приближались, Сломанный Зуб прекращал раскачиваться. Сук, как натянутая тетива, вскидывал его, и Сломанный Зуб летел, спиной вперед, в воздух. Падая вниз, он успевал перевернуться и вспрыгивал прямо на толстую ветку соседнего дерева. От такого толчка ветка сильно подавалась вниз и иногда зловеще потрескивала, но все же не ломалась; после каждого такого прыжка Сломанный Зуб, высунув голову из листвы, поглядывал на нас и торжествующе улыбался.</p>
     <p>Вот я снова догоняю Сломанный Зуб на дереве. Он добежал до конца сука и опять принялся его трясти и раскачивать, мешая мне приблизиться. И вдруг Вислоухий издал негромкий предупреждающий крик. Я посмотрел вниз и увидел, что он сидит в развилке дерева, крепко прижавшись к стволу. Я инстинктивно тоже прижался к толстой ветке и замер. Сломанный Зуб перестал трясти свой сук, но сук все еще раскачивался вниз и вверх и шелестел Листвою.</p>
     <p>Внизу на земле хрустнула сухая ветка, и, посмотрев туда, я впервые увидел Человека Огня. Он осторожно крался меж деревьев, устремив свой взгляд вверх, прямо на нас. Сначала я подумал, что вижу дикое животное, ибо на плечах и пояснице у него болталась обтрепанная медвежья шкура. Потом я разглядел его руки и ноги и черты его лица. Он был очень похож на нас, только не так волосат, и ноги у него не столь напоминали руки, как наши ноги. Позднее я узнал, что все его племя было менее волосато, чем наше, а мы, в свою очередь, были не так волосаты, как Лесная Орда.</p>
     <p>Меня осенило мгновенно, едва я разглядел его: да, это был он — тот самый ужас северо-востока, который мерещился за таинственным дымом. И в то же время я недоумевал: в нем не было ничего страшного. Красный Глаз или другие сильные наши мужчины выглядели гораздо страшнее его. Он был уже стар, весь в морщинах, волосы на его лице поседели. И он сильно прихрамывал на одну ногу. Можно было не сомневаться, что мы обогнали бы его и на земле и на деревьях. Нас ему не поймать ни за что, это было ясно с первого взгляда.</p>
     <p>Однако в руках у него был какой-то предмет, которого я никогда не видел. Как оказалось, это был лук и стрела. Но в то время эти слова — лук и стрела — для меня ничего не значили. Откуда мог я знать, что в этой согнутой древесной ветке таится смерть? А Вислоухому это было известно. Он уже сталкивался с Людьми Огня раньше и немного знал их обычаи. Человек Огня устремил свой взгляд на Вислоухого и, не торопясь, стал огибать наше дерево. Не дремал и Вислоухий — он тоже двигался вокруг ствола, держась все время так, чтобы ствол заграждал его от пришельца.</p>
     <p>Вдруг Человек Огня резко повернулся и шагнул вокруг дерева в обратном направлении. Вислоухий, застигнутый врасплох, тоже двинулся в обратном направлении, но не успел вовремя укрыться за ствол, и Человек Огня, спустив тетиву, выстрелил. Я видел, как взметнулась стрела, но, не попав в Вислоухого, мелькнула у самой ветки и упала на землю. Укрываясь на высоком суке, я прямо-таки заплясал от восторга. Вот это была игра! Человек Огня кидал в Вислоухого какой-то предмет, как нередко кидали разные предметы друг в друга и мы.</p>
     <p>Игра еще не кончилась, но Вислоухий больше из-за дерева не показывался. Человек Огня спокойно стоял на месте. Сидя на крепкой прямой ветке, я высунул голову наружу и залопотал, обращаясь к пришельцу. Я хотел, чтобы игра продолжалась. Я хотел, чтобы он кинул этот тонкий прут и в меня. Пришелец, будто не замечая моего присутствия, смотрел теперь на Сломанный Зуб, который все еще поневоле раскачивался на своем суку.</p>
     <p>Вот снова взметнулась стрела. Сломанный Зуб завизжал от боли и испуга. Стрела попала в цель. Теперь дело приняло совсем другой оборот. Я уже не думал ни о какой игре и, дрожа, прижимался к ветке. Просвистели вторая и третья стрела; не попав в Сломанного Зуба, они пропарывали шуршавшую листву, поднимались вверх и, описав дугу, падали наземь.</p>
     <p>Человек Огня снова натянул свой лук. Отступив на несколько шагов, он переменил место, затем сменил его еще раз. Зазвенела тетива, стрела взметнулась вверх, и Сломанный Зуб с ужасающим криком полетел на землю. Я видел, как он, разметав руки и ноги, будто весь состоял лишь из рук и ног, несколько раз перевернулся в воздухе; торчавшая в его груди стрела при каждом повороте тела то исчезала, то появлялась вновь.</p>
     <p>Пронзительно крича, он летел с высоты семидесяти футов; было слышно, как он ударился о землю и как хрустнули его кости; сначала он слегка выгнулся всем телом вверх, а потом распрямился. И он был еще жив, он кричал и шевелился, царапая землю руками и ногами. Я помню, что Человек Огня с камнем в руке кинулся к нему и размозжил ему голову… и больше я не помню ничего.</p>
     <p>Каждый раз в течение всех моих детских лет я просыпался, увидя эту сцену, — я дрожал, я кричал от страха, а рядом с моей кроваткой нередко сидела мать или няня; они с тревогой смотрели на меня, нежно гладили по голове и говорили, что они здесь и что бояться совсем нечего.</p>
     <p>Другой мой сон, в порядке последовательности, всегда начинался с того, как мы с Вислоухим бежали по лесу. Трагедия, разыгравшаяся со Сломанным Зубом, и страшный Человек Огня были уже позади. Напуганные, зорко озираясь, мы с Вислоухим мчимся по деревьям. У меня мучительно болит правая нога: в нее вонзилась стрела Человека Огня; стрела торчит с обеих сторон, пронзив ногу насквозь. Она не только причиняет мне невыносимую боль, но мешает двигаться: я никак не поспеваю за Вислоухим.</p>
     <p>Наконец я не выдерживаю и сажусь на удобный сук. Вислоухий продолжает идти вперед, прыгая с одной ветки на другую. Я окликаю его — насколько помню, я окликнул его самым жалобным тоном. Вислоухий остановился и поглядел на меня. Затем он повернулся, прыгнул ко мне и осмотрел пронзенную стрелой ногу. Он попытался вытащить стрелу, но зазубренный наконечник с одной стороны и хвостовое оперение — с другой помешали это сделать. Вмешательство Вислоухого лишь усилило боль, и я попросил его больше к моей ноге не прикасаться.</p>
     <p>Какое-то время мы сидели на этом дереве, хотя Вислоухий нервничал и все время порывался идти; он беспокойно осматривался по сторонам, а я жалобно хныкал и стонал от боли. Вислоухий явно трусил, но его решение не покидать меня в беде, несмотря на объявший его страх, я считаю признаком альтруизма и чувства товарищества, которые впоследствии способствовали тому, что человек стал самым могущественным среди животных.</p>
     <p>Вислоухий вновь попытался вытащить стрелу, но я сердито остановил его. Тогда он приник к моей ноге и стал перегрызать стрелу с заднего конца у оперения. Он грыз стрелу, придерживая ее обеими руками, чтобы она не шевелилась в ране, а я цеплялся за его плечо. Я часто размышляю над этой сценой — вот два юнца, совсем еще мальчишки, на самой заре человечества, и один из них, превозмогая свой страх, подавляя эгоистическое желание бежать, остается на месте, чтобы помочь другому. И перед моим взором проходит все, что предвещала эта сцена: я вижу Дамона и Пифия,<a l:href="#n_3" type="note">[3]</a> вижу спасательные команды, вижу сестер милосердия, вижу и вождей, обреченных на гибель, вижу святого Дамиана и самого Христа, вижу всех сильных людей Земли — их сила берет свое начало в грубых чреслах Вислоухого, Большого Зуба и других обитателей Юного Мира.</p>
     <p>Когда Вислоухий перегрыз хвост стрелы, ее легко было вытащить из ноги. Я поднялся, собираясь идти, но сейчас остановил меня уже Вислоухий. Рана моя сильно кровоточила. Очевидно, в ноге было повреждено несколько мелких вен. Дотянувшись до зеленой ветки, Вислоухий нарвал охапку листьев и заткнул мне рану. Это помогло, кровь скоро перестала течь. И тогда мы оба двинулись в путь, спеша под защиту пещер.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VIII</p>
     </title>
     <p>Я прекрасно помню первую зиму после того, как я покинул дом. Мне часто снится, будто я сижу, скорчась, и дрожу от холода. Рядом со мной сидит Вислоухий, мы прижимаемся друг к другу, лица у нас посинели, зубы стучат. Чаще всего это бывало утром, перед рассветом. В эти холодные часы мы почти не слали; коченея, мы сжимались в жалкий комок и ждали восхода солнца, чтобы хоть немного согреться.</p>
     <p>Когда мы выходили из пещеры, покрытая инеем земля похрустывала под ногами. Однажды утром мы увидели, что воду в тех местах, где был расположен наш водопой, затянуло льдом. По этому поводу мы держали великий совет. Даже старик Мозговитый — старше его в Племени не было никого, — даже и он не видел ничего подобного в жизни. Помню, какое тревожное и жалобное выражение приняли его глаза, когда он осматривал лед. (Это жалобное выражение появлялось в наших глазах всякий раз, когда мы сталкивались с чем-то непонятным или когда испытывали какое-нибудь смутное желание, которое не могли выразить ни звуком, ни жестом.) Красный Глаз тоже осмотрел лед и тоже казался необыкновенно мрачным и подавленным: он уставил свой взгляд за реку, на северо-восток, словно бы появление льда было связано с Людьми Огня.</p>
     <p>Но лед мы видели только однажды, в то утро — такой холодной зимы больше никогда не выдавалось. Во всяком случае, я не помню ни одной другой зимы, когда бы стояла такая стужа. И нередко я думаю, что эта зима была предвестником тех бесконечных холодов, которые пришли к нам с крайнего севера вместе с. ледниками, проползшими по всей земле. Но этих ледников мы не видали. Еще много поколений должно было пройти и исчезнуть, прежде чем потомки нашего Племени или переселились на юг, или, оставшись на старых местах, приспособились к изменившемуся климату.</p>
     <p>Жизнь то щадила нас, то жестоко расправлялась с нами — все зависело от удачи. Мы почти не строили никаких планов и тем более не добивались их осуществления. Мы ели, когда чувствовали голод, пили, когда ощущали жажду, избегали встреч с хищными зверями, укрывались на ночь в пещерах, а остальное время забавлялись чем придется. Мы были очень любопытны, простодушны и вместе с тем изобретательны на разные шутки и проказы. Серьезными мы были только в минуту опасности или гнева — но опасность быстро забывалась, а гнев столь же быстро проходил.</p>
     <p>Мы были непоследовательны и нелогичны. Мы не знали, что такое упорство в достижении цели — Люди Огня в этом отношении ушли от нас далеко вперед. У них были все эти свойства, которых так недоставало нам. Случалось, однако, особенно если дело касается чувств, когда мы могли долго лелеять какую-то одну мысль или стремиться к одной цели. Верность единобрачных пар, о которых я говорил, можно, конечно, объяснить привычкой, но нельзя объяснить привычкой мое длительное и горячее стремление к Быстроногой, так же как неистребимую вражду, которая существовала между мною и Красным Глазом.</p>
     <p>Когда я оглядываюсь в то далекое прошлое, в ту давнюю жизнь, меня больше всего удручает наша нелогичность и недогадливость. Однажды я нашел разбитую тыкву, наполненную дождевой водой. Вода оказалась очень вкусной, и я выпил ее, потом я потащил пустую тыкву к ручью и зачерпнул ею воды, которую частью опять выпил, а частью вылил на Вислоухого. А затем я бросил тыкву, позабыв о ней. У меня не мелькнуло и мысли, что можно наполнить эту тыкву водой и отнести ее к нам в пещеру. А ведь часто по ночам меня мучила жажда, в особенности после того, как поешь дикого лука или щавеля, и никто у нас никогда не отваживался встать и выйти ночью из пещеры, чтобы напиться.</p>
     <p>В другой раз я нашел сухую тыкву, внутри ее гремели семечки. Я долго забавлялся, играя этой тыквой. Дальше игры дело у меня не пошло. Однако всего через несколько лет мы начали широко применять тыквы для хранения воды. Честь этого открытия принадлежит не мне, а старику Мозговитому: я думаю, что я буду прав, если скажу, что его толкнула на это нововведение старческая немощь.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_012.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Так или иначе, но первым во всем Племени стал применять тыквы Мозговитый. Он держал запас питьевой воды в своей пещере, вернее, в пещере своего сына, Безволосого, который отвел ему в пещере угол. Мы не раз наблюдали, как Мозговитый наполнял тыкву у водопоя и бережно нес ее в свою пещеру. Чувство подражания у нас было развито очень сильно: сначала один, а потом и другой стали запасаться тыквами и применять их для хранения воды — скоро это стало всеобщим обычаем.</p>
     <p>Порою старик Мозговитый хворал и не мог выходить из пещеры. Тогда воду в тыквах приносил ему Безволосый. Спустя какое-то время Безволосый поручил это дело своему сыну, Длинной Губе. И потом, когда Мозговитый был уже снова здоров, Длинная Губа по-прежнему носил ему воду. Постепенно и все взрослые мужчины, за исключением разве редких случаев, перестали носить себе воду, свалив это на женщин и подростков. Мы с Вислоухим жили одни. Мы таскали воду только сами себе и нередко подсмеивались над юными водоносами, когда их отрывали от игры, чтобы послать с тыквой к водопою.</p>
     <p>Прогресс у нас шел очень и очень медленно. С детских лет и до конца своих дней, уже став взрослыми, мы постоянно играли, и игры взрослых мало чем отличались от игр детей — подобной страсти к игре не проявляло ни одно животное на свете. Все наши познания, как бы ни были они ничтожны, мы приобретали в процессе игры, многим мы были обязаны своему любопытству и проницательности. Так, за время, пока я жил в Племени, было сделано великое изобретение — применена тыква. На первых порах мы, подражая старику Мозговитому, хранили в тыкве одну только воду.</p>
     <p>Но вот однажды какая-то женщина — я не знаю, какая именно, — набрала в тыкву черники и принесла ее домой в пещеру. И скоро уже все женщины носили в тыквах и ягоды, и орехи, и коренья. Мысль была посеяна, и она давала всходы. Через недолгое время нововведение было развито, и развито теми же женщинами. У кого-то из них, вероятно, оказалась слишком маленькая тыква, а может, женщина, выйдя на болото, спохватилась, что забыла тыкву в пещере, но так или иначе она сложила вместе два больших листа, скрепила их прутьями и принесла черники больше, чем могло бы поместиться в самой крупной тыкве.</p>
     <p>Прогресс в усовершенствовании средств переноски съестных припасов за то время, пока я жил в Племени, на этом и остановился. Никому не пришло в голову взять ивовые прутья и сплести корзину. Правда, порой мужчины и женщины вязали в охапки папоротник и ветви, перетягивая их гибкой лозой, и несли эти охапки в пещеры, чтобы устроить себе помягче ночное ложе. Вполне возможно, что через десять-двенадцать поколений наше Племя научилось бы и плести корзины. И, совершенно ясно, что, обучившись плести из прутьев корзины, мы неизбежно сделали бы и следующий шаг — начали бы ткать одежду. Вместе с одеждой, которой мы прикрыли бы свою наготу, у нас появилось бы и чувство стыда.</p>
     <p>Юный Мир всего этого к тому времени уже достиг. Но мы далеко отстали. Мы пока лишь тронулись в путь, и быстро покрыть такое расстояние мы не могли. Мы не знали еще ни оружия, ни огня, у нас были лишь грубые начатки речи. Изобретение письма таилось еще в таком отдаленном будущем, что, когда думаешь об этом, сердце холодеет от ужаса.</p>
     <p>Однажды я сам едва не совершил великое открытие. Чтобы вы поняли, от каких вздорных случайностей зависел прогресс в те дни, я вам скажу, что лишь прожорливость Вислоухого помешала мне приручить собаку. Учтите, что в то время домашних собак еще не было даже у Людей Огня, живших на северо-востоке. Да, они еще не сумели приручить собаку, я это знал по своим собственным наблюдениям. А теперь позвольте рассказать, как обжорство Вислоухого отбросило наше социальное развитие, может быть, на несколько поколений назад.</p>
     <p>Довольно далеко на запад от наших пещер были огромные болота, а с южной стороны тянулась гряда невысоких, каменистых холмов. К этим холмам мы почти никогда не ходили. Тому было две причины: во-первых, там не росло ничего такого, что годилось бы нам в пищу, во-вторых, на этих каменистых холмах укрывалось множество хищных зверей.</p>
     <p>Однако мы с Вислоухим почти случайно однажды туда забрели. И забрели мы только потому, что дразнили тигра. Пожалуйста, не улыбайтесь. Это был сам старина Саблезубый. И мы не подвергали себя никакой опасности. Мы наткнулись на Саблезубого ранним утром в лесу и, сидя высоко на дереве, принялись улюлюкать и орать, всячески оскорбляя тигра и выражая к нему всю свою ненависть. Прыгая с дерева на дерево, мы неотступно гнались за Саблезубым и поднимали адский шум, чтобы известить о приближении Саблезубого всех обитателей леса.</p>
     <p>Разумеется, мы испортили ему всю охоту. И мы здорово его разозлили. Он свирепо рычал, колотил хвостом, а порой замирал на месте и подолгу глядел на нас, словно бы прикидывая, каким образом добраться до нас и сцапать. Но мы только смеялись и швыряли в него сучья и ветки.</p>
     <p>Такая травля тигров была у нас популярнейшим спортом. За тигром или львом, который осмеливался показаться близ наших пещер в дневное время, иногда гналась, прыгая по деревьям, половина Племени. Это была наша месть: ведь немало мужчин и женщин, застигнутых врасплох, попадало в желудок тигра или льва. Кроме того, подвергая хищников такой пытке и посрамлению, мы учили их уважать наши земли и держаться подальше от них. И, помимо всего прочего, это была истинная забава. Это была великая игра.</p>
     <p>Мы с Вислоухим гнались за Саблезубым не меньше трех миль. Измученный издевательскими криками, он поджал наконец хвост и стал улепетывать от нас во всю прыть, как побитая собачонка. Мы тоже прилагали все усилия, чтобы не отстать от него, но когда мы достигли опушки леса, тигр был уже далеко.</p>
     <p>Я не знаю, что именно подстрекало нас в ту минуту, скорей всего, просто любопытство, но, поиграв немного на опушке леса, мы с Вислоухим направились через поляну к каменистым холмам. Ушли мы совсем недалеко, не больше сотни ярдов от леса. Огибая высокую угловатую скалу (шли мы очень осторожно, так как не знали, с чем нам придется встретиться), мы увидели трех щенков, игравших на солнышке.</p>
     <p>Щенки не замечали нас, и мы разглядывали их довольно долго. Разумеется, это были дикие щенки. В скале виднелась продольная расщелина — вероятно, там и было логово, где мать оставила этих щенков и где они и должны были бы сидеть, если бы проявили послушание. Но та ребяческая резвость, которая подтолкнула нас покинуть лес и выйти к холмам, заставила выбраться из логова и щенков. Мне было ясно, как сурово наказала бы расшалившихся щенков мать, если бы она поймала их на месте преступления.</p>
     <p>Но поймали их мы, я и Вислоухий. Вислоухий выразительно взглянул на меня, и мы враз бросились к щенкам. Щенки знали лишь один путь отступления — к своему логову, но мы преградили им дорогу. Наиболее шустрый из них юркнул у меня промеж ног. Я наклонился и схватил его. Он вонзил свои маленькие острые зубки мне в руку, я растерялся и бросил щенка на землю. В следующее мгновение он уже был в расщелине скалы.</p>
     <p>Вислоухий, не выпуская из рук своего щенка, метнул на меня сердитый взгляд и залопотал на все лады, давая мне понять, какой я безнадежный болван и растяпа.</p>
     <p>Мне стало очень стыдно, и я решил показать свою доблесть. Не теряя ни секунды, я схватил третьего щенка за хвост. Он извернулся и цапнул меня зубами, но я усмирил его, сдавив ему шею. Разглядывая своих щенков, мы с Вислоухим уселись рядышком наземь и, очень довольные, громко хохотали.</p>
     <p>Щенки урчали, скулили и тявкали. Вдруг Вислоухий вздрогнул и насторожился. Ему показалось, что он что-то слышит. Мы в страхе посмотрели друг на друга, осознав всю опасность своего положения. Нет более верного средства привести животное в бешенство, чем покуситься на его детенышей. А эти щенята, поднимавшие такой шум, были из породы диких собак. Диких собак мы хорошо знали — они бегали стаями, наводя ужас на всех травоядных. Мы видели, как они подкрадывались к стадам быков и бизонов и утаскивали маленьких телят, а также старых и больных животных. Не раз они гнались и за нами. Однажды мне довелось видеть, как они гнали через поле женщину и настигли ее у самой опушки леса. Не будь женщина так измучена погоней, она нашла бы силы проворно влезть на дерево. Но она сразу сорвалась и упала, и собаки тут же покончили с нею.</p>
     <p>Мы смотрели друг на друга не больше мгновения. Крепко придерживая щенят, мы вскочили и бросились бежать к лесу. Потом, уже взобравшись на надежное, высокое дерево и не выпуская из рук добычи, мы весело расхохотались. Как видите, нам непременно надо было посмеяться, что бы с нами ни случилось.</p>
     <p>А затем началось одно из самых трудных дел, на какие я когда-либо решался. Мы понесли своих щенят к пещерам. Щенята все время вырывались, руки у нас оказались занятыми, и мы уже не могли свободно цепляться за ветви. Мы попробовали идти по земле, но презренная гиена загнала нас обратно на деревья и шла внизу вслед за нами. Как выяснилось потом, она поступала мудро.</p>
     <p>Вислоухого осенила мысль. Он вспомнил, как мы связывали в охапку листья и ветви и таскали их в пещеру на подстилку для ложа. Оторвав крепкий, упругий побег ползучего растения, он опутал им щенку лапы, а с помощью другого обрывка, повязав его себе на шею, закинул щенка за плечо. Руки и ноги Вислоухого были теперь свободны. Он торжествовал и, не дожидаясь, пока я свяжу ноги своему щенку, двинулся в путь. Но тут Вислоухий сразу же столкнулся с непредвиденным затруднением. Щенок за его спиной никак не хотел успокоиться. Он всячески извивался и бился, оказавшись в конце концов не на спине Вислоухого, а где-то спереди. Морда у щенка была не перевязана, и он запустил свои зубы в мягкий, ничем не защищенный живот Вислоухого. Вислоухий вскрикнул и, пошатнувшись, чуть не упал с дерева, но спасся тем, что судорожно уцепился обеими руками за ветку. Импровизированный шнур вокруг его шеи развязался, и щенок, все еще со связанными лапами, полетел на землю. Его тут же схватила себе на обед гиена.</p>
     <p>Вислоухий был вне себя от злости и возмущения. Он проклял гиену и двинулся по деревьям вперед, не дожидаясь меня. Я не отдавал себе отчета, зачем мне надо было тащить щенка домой, но мне так <emphasis>хотелось,</emphasis> и я упорно добивался своего. Воспользовавшись выдумкой Вислоухого, я внес в нее усовершенствования и тем значительно облегчил себе задачу. Я не только связал у щенка лапы, но вставил ему между челюстей палку и потом крепко опутал морду.</p>
     <p>Наконец щенок был доставлен в Племя. Насколько я понимаю, я проявил на этот раз гораздо больше упорства, чем обычно проявляли мои соплеменники, иначе мне не добиться бы успеха. Соплеменники смеялись надо мной, когда я тащил щенка в пещеру, но я не обращал на это внимания. Мои старания увенчались успехом, щенок был принесен. Он оказался такой игрушкой, какой не было ни у кого в Племени. Учение он воспринимал поразительно быстро. Если я играл с ним и он цапал меня зубами, я драл его за уши, и после этого он долгое время уже не пытался меня укусить.</p>
     <p>Я даже полюбил его. Он был для меня чем-то новым, а мы вообще любили все новое. Когда я увидел, что он отказывается от плодов и овощей, я стал ловить для него птиц, белок и зайчат. (Сами мы ели как мясо, так и растительную пищу и великолепно ловили мелкую дичь.) Щенок поедал мои приношения и чувствовал себя превосходно. По моим расчетам, он жил у меня с неделю. А затем, возвратившись однажды в пещеру и принеся целое гнездо только что вылупившихся фазаньих птенцов, я увидел, что Вислоухий убил щенка и уже принялся его есть. Я кинулся на Вислоухого, и у нас завязалась жестокая драка.</p>
     <p>Этой дракой и кончилась одна из первых попыток приручить собаку. Мы пучками вырывали друг у друга волосы, царапались, кусались, душили друг друга. Потом гнев у нас схлынул, и мы помирились. После этого мы съели щенка. Сырым? Да, сырым. Огонь у нас еще не был открыт. Секреты кулинарного мастерства были еще начертаны лишь в туго скатанном свитке грядущего.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IX</p>
     </title>
     <p>Красный Глаз был живым воплощением атавизма. В жизнь нашего Племени он вносил лишь раздор и неурядицы. Он был примитивнее любого из нас. По существу, он не был нашим, но сами мы были еще настолько примитивны, что не могли объединиться и убить его или изгнать из Племени. Как ни грубы, как ни первобытны были наши порядки, но Красный Глаз был чересчур груб и первобытен, чтобы ужиться с нами. Он вечно старался навредить нам, всячески выказывая свою строптивость и неуживчивость. Он, без сомнения, находился на более низкой ступени развития, чем мы, и его место было скорей среди Лесной Орды, чем среди нас, стоявших на пороге очеловечивания.</p>
     <p>Он был чудовищно жесток, даже принимая во внимание всю жестокость наших нравов. Он бил своих жен — хотя у него всегда было лишь по одной жене, но женился он много раз. Жить с ним было невыносимо тяжело любой женщине, но они все-таки жили с ним, ибо он принуждал их к этому силой. Он не признавал ни малейших возражений. Не было ни одного мужчины, который чувствовал бы себя способным укротить его.</p>
     <p>Внутренним взором я часто вижу тихий летний вечер. Возвращаясь с водопоя, с полян, где растет морковь, с черничного болота, собирается на открытом поле у пещер наше Племя. Мы не задерживаемся здесь, потому что скоро наступит темнота, и тогда весь мир будет во власти хищных зверей, и прародители человека, трепеща от страха, скроются в своих норах.</p>
     <p>Несколько минут мы еще можем посидеть на свежем воздухе, не залезая в пещеры. За день мы устали от своих игр, наши голоса звучат спокойнее и тише, чем обычно. Даже малыши, столь охочие до каверз и шалостей, присмирели и почти не играют. Ветер, дувший с моря, утих, тени при свете последних лучей солнца становятся необыкновенно длинными. И вдруг в пещере Красного Глаза раздаются дикие крики и звук тяжелых ударов: Красный Глаз бьет свою жену.</p>
     <p>Сначала мы все, словно в испуге, храним тягостное молчание. Но звуки ударов и ужасные крики не прекращаются, и мы начинаем лопотать и тараторить, как сумасшедшие, — нас душит бессильная ярость. Мужчины возмущены Красным Глазом, они ненавидят его, но страшатся поднять на него руку. Наконец звуки ударов стихли, рыдания замерли, а мы все еще не расходимся и лопочем, хотя уже на землю спускаются сумерки.</p>
     <p>Нас забавляло и смешило обычно все на свете, но когда Красный Глаз истязал своих жен, мы не смеялись. Мы понимали, какая трагическая судьба им уготована. Не один раз мы находили его жен, сброшенных с утеса. Красный Глаз, когда у него умирала жена, выбрасывал ее из пещеры и никогда не хоронил. Он предоставлял это нам. Мы уносили трупы его жен, чтобы они не заражали местность. Обычно мы бросали их в реку ниже наших водопоев.</p>
     <p>Красный Глаз не только убивал жен, но шел на убийство и для того, чтобы добыть их. Если он хотел привести себе новую жену и ему нравилась жена другого мужчины, он убивал его без долгих проволочек. Два таких случая я видел своими глазами. Об этих убийствах знало все Племя, но воспрепятствовать им не могло. Мы еще понятия не имели, что такое власть. У нас были лишь обычаи, и мы обрушивали наш гнев на тех, кто эти обычаи нарушал. Так, например, каждого, кто осквернит водопой, мог отколотить любой очевидец, а если находился шутник, поднявший ложную тревогу, то его, не жалея сил, били все сообща. Но Красный Глаз грубо попирал все наши обычаи, а мы так боялись его, что были не способны на совместные действия и не могли дать ему отпор.</p>
     <p>Живя с Вислоухим в нашей пещере уже шестую зиму, мы убедились однажды, что мы сильно выросли. Мы теперь еле пролезали в пещеру — вход в нее стал нам узок. Но это имело и свои преимущества: отбивало охоту у взрослых мужчин выгнать нас и занять нашу пещеру. А она была очень привлекательна — на самом верху утеса, в полной безопасности, и зимой в ней было теплее, чем в других пещерах.</p>
     <p>Чтобы показать уровень умственного развития Племени, я отмечу, что выгнать нас из пещеры и расширить вход в нее было бы делом весьма несложным. Но до этого никто не додумался. Не додумались до этого и мы с Вислоухим, пока нас не заставила настоятельная нужда. Летом от обильной еды мы так растолстели, что уже не пролезали в пещеру. Однажды, пыхтя, мы старались протиснуться в проход, и тогда-то у нас появилась эта чудесная мысль.</p>
     <p>Сначала мы отковыривали мелкие камни пальцами, но скоро от этой работы у нас заболели ногти. Потом мне пришло в голову взять в руки древесный обломок, и дело пошло гораздо лучше. Но этот же наш успех привел и к беде. Как-то рано утром мы наломали целую кучу мелкого щебня. Я разом столкнул его вниз. В следующее мгновение оттуда послышались яростные крики. Смотреть, кто кричит, не было необходимости. Мы слишком хорошо знали этот голос. Щебень свалился на голову Красному Глазу.</p>
     <p>Мы затаились в пещере, оцепенев от страха. Минуту спустя он уже был у входа, уставясь на нас воспаленными глазами и рыча, как дьявол. Но войти внутрь он не мог: проход был слишком узок. Мы оказались для него недосягаемы. Вдруг он повернулся и исчез. Это внушило нам подозрения. Насколько мы знали натуру наших соплеменников, он должен был бы остаться и побушевать вволю. Я тихонько выбрался наружу и посмотрел вниз. Я увидел, что Красный Глаз вновь взбирается на утес. В руках у него была длинная палка. Я еще не успел разгадать его намерения, как он опять был у входа и совал палку в пещеру, стараясь ею достать нас.</p>
     <p>Он орудовал своей палкой с чудовищной силой. С одного полновесного удара он мог бы выпустить нам кишки. Мы прижались к задней стене и были почти недосягаемы. Однако, пустив в ход всю свою ловкость, он нет-нет да и доставал до нас кончиком палки — ее неумолимые, варварские прикосновения сдирали с нас клочья волос и кожи. Когда мы визжали от боли, Красный Глаз удовлетворенно рычал и действовал своей палкой с еще большим ожесточением.</p>
     <p>Постепенно я приходил в ярость. У меня уже выработался к тому времени свой характер и была известная смелость, хотя она и напоминала смелость затравленной крысы. Я схватился за палку Красного Глаза руками, но он, с его страшной силищей, тут же вытащил меня в проход. Он протянул ко мне свои длинные руки и ногтями вырвал у меня кусок мяса, я резко отскочил назад и приник к боковой стене, где было сравнительно безопасно.</p>
     <p>Красный Глаз снова начал тыкать и размахивать палкой и нанес мне сильный удар по плечу. Вислоухий лишь дрожал от. страха, взвизгивал, когда его доставала палка, и не оказывал ни малейшего сопротивления. Я искал глазами тоже какую-нибудь палку, чтобы дать отпор Красному Глазу, но нашел только обломок ветки не больше фута длиной и в дюйм толщиной. Я швырнул этот обломок в своего врага. Это не причинило ему вреда, но видя, что я осмелел, он взревел громче прежнего и начал бешено вращать палкой. Тогда я нащупал на полу небольшой камень, кинул его и попал Красному Глазу в грудь.</p>
     <p>Этот успех воодушевил меня, а кроме того, я был теперь в таком же бешенстве, как и Красный Глаз, и уже ничего не страшился. Я отломил от стены порядочный кусок камня. В нем было фунта два или три весу. Напрягая все свои силы, я метнул его прямо в лицо Красному Глазу. Я едва его не прикончил. Он покачнулся назад, выпустил из рук палку и еле-еле не свалился с утеса.</p>
     <p>Вид его был ужасен. По лицу текла кровь, он рычал, скрежетал и щелкал зубами, как дикий вепрь. Вытерев кровь с глаз, он опять взглянул на меня и заорал во всю глотку. Палки у него уже не было, и он принялся отламывать куски камня и кидать в меня. Это пополняло мои боевые запасы. Каждый камень, прилетевший от него, летел в него обратно, причем я кидал даже более метко: в такую большую мишень, как он, попасть было нетрудно, а я все время прижимался к стене, и Красный Глаз видел меня плохо.</p>
     <p>И вдруг он исчез снова. Выглянув наружу, я увидел, что он спускается с утеса. Внизу толпой стояло все Племя и молча наблюдало за нашим побоищем. Как только Красный Глаз начал спускаться с утеса, наиболее робкие из Племени скрылись в своих пещерах. Среди них я заметил и Мозговитого: он трясся и ковылял, выказывая крайнюю поспешность. Красный Глаз спрыгнул со стены, покрыв этим прыжком те двенадцать футов, которые отделяли его от подножия утеса. Случайно он оказался рядом с женщиной, только что начавшей подниматься вверх к пещерам. Она завопила от страха, а цеплявшийся за нее двухлетний ребенок разжал ручонки, упал и покатился по каменьям. Оба — и мать и Красный Глаз — одновременно кинулись к ребенку, но схватил его Красный Глаз. Маленькое тельце мелькнуло в воздухе и ударилось о каменную стену. Мать подбежала к ребенку, взяла его на руки и, рыдая во весь голос, села наземь.</p>
     <p>Красный Глаз пошел дальше, он искал потерянную палку. По дороге ему попался Мозговитый. Красный Глаз протянул свою огромную ручищу и схватил старика сзади за шею. Я видел, как мотнулась и упала голова Мозговитого. Его тело сразу обмякло, старик сдался на волю судьбы. Красный Глаз секунду стоял в нерешительности, а Мозговитый, дрожа, согнулся и прикрыл лицо скрещенными руками. Красный Глаз крепко шлепнул его по затылку и сбил с ног. Мозговитый ткнулся лицом в землю, не оказывая сопротивления. Он лежал и вопил, ожидая смерти. Неподалеку, на открытом месте, я увидел Безволосого: весь ощетинившись, тот колотил себя в грудь, но приблизиться к Красному Глазу не решался. Затем Красный Глаз, подчиняясь какому-то капризу своей сумасбродной натуры, отошел от старика и опять стал искать свою палку, которая наконец нашлась.</p>
     <p>Он снова вернулся к утесу и начал взбираться вверх. Вислоухий, выглядывавший наружу из-за моего плеча, дрожа, нырнул в пещеру. Было ясно, что Красный Глаз решился на убийство. Во мне кипела злость, я не трусил и сохранял самообладание. Обежав соседние выступы, я собрал много камней и сложил их грудой у входа в пещеру. Красный Глаз был теперь на несколько ярдов ниже меня и на миг скрылся за выступом. Потом его голова показалась вновь, и я метнул в нее камень. Я промахнулся, камень ударился в стену и разлетелся на мелкие крошки; эти кроши и взметнувшаяся пыль засорили моему противнику глаза, и он скрылся из виду.</p>
     <p>Племя, как бы игравшее роль аудитории, залопотало и захихикало. Наконец-то нашелся смельчак, который бросил вызов Красному Глазу! Слыша этот шум и одобрительные восклицания, Красный Глаз, ворча, поглядел вниз, и все сразу стихли. Гордый таким доказательством своей силы, он опять высунул голову и, рыча и скрежеща зубами, пытался устрашить меня. Он строил ужасающие мины; кожа на его надбровье шевелилась и набухала бугристыми складками, а каждый волос на голове до самой макушки грозно встал и устремился вперед.</p>
     <p>У меня похолодело сердце, но я превозмог страх и погрозил ему камнем. Красный Глаз продолжал, однако, лезть вверх. Я метнул в него камень, но даже не задел его. Следующий камень я швырнул удачнее. Он попал ему в шею. Красный Глаз скользнул вниз и скрылся. Минуту спустя я увидел, как он одной рукой цепляется за стену, а другую держит у себя на горле. Палка его, дребезжа, скатилась вниз.</p>
     <p>Затем Красный Глаз скрылся из виду, я лишь слышал, как он сопел, отдувался и кашлял. Среди Племени воцарилась мертвая тишина. Я подполз к краю площадки у входа и ждал, что будет дальше. Наконец пыхтенье и кашель прекратились, но вскоре я опять услышал, как Красный Глаз харкал, прочищая глотку. Через минуту он начал спускаться вниз. Спускался он очень медленно, то и дело останавливаясь и прикладывая руку к шее.</p>
     <p>Увидя, что он спускается, все Племя с дикими криками и визгом бросилось бежать к лесу. Позади всех, прихрамывая, ковылял старик Мозговитый. Красный Глаз на это всеобщее бегство не обратил никакого внимания. Спустившись на землю, он обогнул подножие утеса и забрался в свою пещеру. Он ни разу не оглянулся, ни разу не поглядел по сторонам.</p>
     <p>Я смотрел на Вислоухого, Вислоухий смотрел на меня. Мы понимали друг друга. Не теряя ни минуты, мы осторожно и спокойно стали взбираться вверх по утесу. Достигнув вершины, мы посмотрели вниз. И поле и пещеры — все было пусто. Племя исчезло, углубившись в лес, дома остался один Красный Глаз.</p>
     <p>Мы живо спустились вниз и побежали. Мы неслись по полю со всех ног, прыгали по откосам, даже не думая о таившихся в траве змеях, и скоро были уже в лесу. Стремительно перелетая с ветки на ветку, теперь мы шли по деревьям, пока не удалились от наших пещер на несколько миль. Только тогда мы почувствовали себя в безопасности и, облюбовав удобный развилок дерева, перевели дух, посмотрели друг на друга и расхохотались. Крепко прижимаясь друг к другу, положив руки на руки, с мокрыми от слез глазами, ощущая саднящую боль в боках, мы хохотали и хохотали, не в силах остановиться.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава X</p>
     </title>
     <p>Насмеявшись вдоволь, мы с Вислоухим снова пустились в путь и, сделав большой крюк, вышли на болото с черникой, где и позавтракали. Это было то самое болото, к которому я ходил, совершая свои первые в жизни путешествия много лет назад в сопровождении матери. За последние годы я видел ее очень редко. Когда она приходила к нашим пещерам, я обычно был в отлучке, в лесу. Раз или два я замечал на нашем поле у пещер и Болтуна и имел удовольствие состроить ему рожу и позлить его, сидя подле входа в свое крохотное убежище. Если не брать в расчет этих знаков внимания, в остальном я свое семейство не беспокоил. Я просто не интересовался им, я неплохо себя чувствовал, обходясь и без него.</p>
     <p>Досыта наевшись черники и проглотив на десерт два гнезда почти вылупившихся перепелят, мы с Вислоухим снова тронулись в путь. Решив выбраться к реке, мы, осторожно озираясь, шли по лесу. Именно в этих местах стояло дерево, на котором я жил ребенком и с которого меня сбросил Болтун. Нет, дерево не пустовало. И в семействе было прибавление: к груди моей матери крепко прижимался младенец. На одной из нижних веток сидела девушка, уже почти взрослая, — она посмотрела на нас весьма подозрительно. Это была, несомненно, моя сестра, вернее, единоутробная сестра.</p>
     <p>Мать узнала меня, но отогнала прочь, когда я полез было на дерево. Вислоухий, проявлявший всегда куда большую осторожность, чем я, сразу ретировался, и я никак не мог уговорить его подойти поближе. Сестра скоро спустилась вниз, и здесь на соседних деревьях мы резвились и играли до вечера. Однако дело не обошлось без ссоры. Хотя она была мне сестрой, это ничуть не мешало ей отвратительно обращаться со мною; ибо она унаследовала весь злобный нрав Болтуна. Придравшись к какой-то вздорной мелочи, она неожиданно напала на меня, стала царапаться, выщипывать у меня волосы и, помимо этого, запустила свои острые маленькие зубы мне в руку. Признаюсь, я вспылил. Я не нанес ей никакого членовредительства, но отшлепал ее так, как, наверное, ее еще не шлепали во всю жизнь.</p>
     <p>Ну и завопила же она и завизжала! Болтун, где-то блуждавший весь день и только сейчас возвращавшийся, услышал ее крики и кинулся к нам. Кинулась к нам и мать, но Болтун опередил ее. Мы с Вислоухим не стали его ждать. Мы бросились наутек по деревьям, и Болтун долго преследовал нас.</p>
     <p>После того, как он утомился и отстал, а мы вдоволь нахохотались, в лесу уже начало темнеть. Наступали сумерки, а затем ночь со всеми ее страхами, но о возвращении к пещерам нельзя было и думать. Это было немыслимо из-за Красного Глаза. Мы нашли себе убежище на дереве, и на высоких его ветвях провели ночь. Это была ужасная ночь. Сначала несколько часов лил дождь, потом нас до костей пробирал холодный ветер. Мокрые с головы до ног, дрожащие, стуча от холода зубами, мы плотно прижимались друг к другу. Мы тосковали по своей уютной, сухой пещере, которая быстро нагревалась от тепла наших тел.</p>
     <p>Утро застало нас в жалком состоянии, но полными решимости. Такой ночевки, как эта, мы больше не допустим. Вспомнив, как наши старшие устраивали на деревьях крышу, мы принялись за работу. Мы соорудили основание грубого гнезда, а на ветвях, росших выше его, даже поставили несколько суков для крыши. Тут взошло солнце, и, согретые его теплыми лучами, мы забыли перенесенные невзгоды и отправились на поиски завтрака. После этого — так нелогичны были все наши действия в те времена — мы увлеклись игрою. Мы то трудились, то бросали работу; устройство надежного убежища на этом дереве отняло у нас не меньше месяца, а покинув эти места, мы потом на наше дерево уже не возвращались.</p>
     <p>Но я забегаю вперед. Когда мы, на второй день нашего бегства из пещер, стали после завтрака играть, Вислоухий, прыгая по деревьям, увлек меня к реке. Минуя черничное болото, мы вышли к реке в том месте, где с ней соединялась обширная топь. Топь эта широким устьем выходила прямо в реку, вода в топи была фактически стоячей. В этой мертвой воде, в самом устье топи, в хаотическом беспорядке лежало множество древесных стволов. Немало их было занесено сюда половодьем; пролежав на песчаных перекатах не одно лето, они хорошо просохли и были гладкие, без веток и сучьев. Они плавали в воде почти без осадки, крутясь и перевертываясь, когда мы ложились на них грудью.</p>
     <p>Вглядываясь в воду, мы увидели, что между стволами плавает, проворно шныряя туда и сюда, стайка мелкой, вроде гольяна, рыбы. И вот мы с Вислоухим уже стали рыболовами. Вытянувшись вдоль ствола, мы замирали без движения и ждали, когда подплывет рыба, а потом хватали ее молниеносным движением руки. Скользкая рыба билась и трепетала; мы поедали ее тут же. В соли мы не чувствовали никакой нужды.</p>
     <p>Устье болот и топи стало любимым местом наших игр. Здесь мы проводили много часов ежедневно, ловили рыбу, барахтались на стволах, и здесь же мы получили первые уроки плавания. Однажды бревно, на котором лежал Вислоухий, двинулось по течению. И тут оказалось, что Вислоухий мирно на нем спит. Когда я это заметил, бревно уж отплыло слишком далеко, и прыгнуть на него было невозможно.</p>
     <p>Сначала вся эта история меня только забавляла. Но скоро во мне шевельнулось чувство страха, столь обычное а те времена постоянной опасности и неуверенности, — и я остро ощутил, что остался один. Мне подумалось вдруг, что эта чуждая стихия, отделявшая меня от Вислоухого всего на несколько футов, унесла его далеко-далеко. Я издал громкий предостерегающий крик. Он в испуге проснулся и резко покачнул бревно. Оно перевернулось на другой бок, и Вислоухий погрузился в воду. Трижды перевертывалось бревно, и трижды Вислоухий погружался в воду, стараясь вновь вскарабкаться на бревно. Наконец он влез на него и залопотал, полный смятения и страха.</p>
     <p>Я ничем не мог ему помочь. Сам он был тоже бессилен. О плавании мы в ту пору не имели и представления. От низших форм животного мира мы уже ушли слишком далеко и поэтому инстинктивным умением плавать не обладали, но мы еще недостаточно приблизились и к человеку, чтобы сознательно выработать это умение. В отчаянии я метался по берегу, стараясь держаться поближе к Вислоухому, а он, плывя на своем бревне, плакал и кричал во весь голос — надо удивляться, как еще не сбежались на его крики все хищные звери ближайших мест.</p>
     <p>Время шло. Солнце поднялось уже над самой головой и начало спускаться к западу. Легкий ветер стих. Вислоухий со своим бревном был теперь в сотне футов от берега. И тут каким-то образом — я даже не знаю как — Вислоухий сделал великое открытие. Он начал грести руками. Сначала бревно двигалось медленно и неуверенно. Затем Вислоухий вытянулся на бревне и стал грести старательней, бревно подплывало к берегу ближе и ближе. Я ничего не понимал. Я сидел на земле и глядел на Вислоухого, пока он не добрался до берега.</p>
     <p>Мне все еще было невдомек, что произошло, но Вислоухий научился чему-то, неведомому мне. Позже, перед закатом солнца, он уже нарочно лег на бревно и отплыл от берега. Потом он уговорил последовать его примеру меня, и я тоже постиг тайну гребли. Несколько дней мы буквально только и знали, что возиться с бревнами в устье топи. Мы так увлеклись своей новой игрой, что забывали о еде. Даже на ночь мы устраивались на дереве, которое росло поблизости от этих мест. И мы совсем забыли о существовании Красного Глаза.</p>
     <p>Мы пробовали плавать все на новых бревнах и скоро уяснили себе, что чем меньше бревно, тем быстрее оно двигается. Мы поняли также, что чем меньше бревно, тем сильнее оно крутится, окуная нас в воду. И еще одну вещь мы узнали относительно малых бревен. Однажды я и Вислоухий плыли рядом, каждый на своем бревне. И вот случайно, в игре, мы обнаружили, что если уцепиться за соседнее бревно одной рукой и одной ногой, то оба бревна становятся устойчивее и не так сильно вертятся. Лежа бок о бок на своих бревнах, мы вполне могли грести свободными руками и ногами. Наше последнее открытие заключалось в том, что, используя этот прием, мы могли плавать на совсем маленьких бревнах и, следовательно, развивать большую скорость. Но тут наши открытия и кончались. Мы изобрели, таким образом, примитивный катамаран, хотя мы и не догадывались об этом. Связать бревна крепкой лозой или древесными корнями нам не приходило в голову. Нам было довольно и того, что мы соединяли бревна, придерживая их своими руками и ногами.</p>
     <p>С Быстроногой мы встретились уже после того, как у нас прошло бурное увлечение плаванием на бревнах и мы стали ходить на ночевку к тому дереву, на котором соорудили крышу. Однажды она рвала желуди на высоком дубе поблизости от нашего дерева, и тут я впервые ее увидел. Она казалась очень робкой. Она спокойно занималась своим делом, но, убедившись, что мы обнаружили ее, молниеносно спрыгнула на землю и убежала. Потом время от времени она попадалась нам на глаза, и мы обычно искали ее всякий раз, когда шли от своего дерева к устью топи.</p>
     <p>И вот случилось так, что в один прекрасный день она уже не убежала от нас. Напротив, она стояла и ждала нас, издавая мирные, нежные звуки. Однако и тут мы не смогли подойти к ней. Когда мы были от нее уже совсем близко, она неожиданно отскочила в сторону и, остановившись, опять издала нежные звуки. Так продолжалось в течение нескольких дней. Мы свели с ней знакомство лишь по прошествии долгого времени, но когда знакомство состоялось, она стала порою принимать участие в наших играх.</p>
     <p>Она понравилась мне с первого взгляда. У нее была очень приятная внешность. Она была очень кроткой. У нее были самые добрые, мягкие глаза, какие я когда-либо видел. Этим она очень отличалась от всех девушек и женщин нашего Племени — те были сварливы и злобны. Она никогда не кричала, не гневалась, а в случае какой-нибудь неприятности была готова скорей уклониться и бежать, чем ввязываться в драку.</p>
     <p>Эта кротость и мягкость, казалось, исходили из всего ее существа. Об этом говорил весь ее облик. У нее были большие, больше, чем у других девушек, глаза, не столь глубоко посаженные в орбитах, ресницы были длиннее и ровнее. И нос ее был тоже не таким толстым и плоским, и уже намечалась переносица, а ноздри были обращены вниз. Резцы были небольшие, верхняя губа не нависала, а нижняя не выдавалась вперед. Она была не очень волосата, густые волосы росли у нее только на внешней стороне рук и ног, а также на плечах; бедра у нее были стройные, легкие, а икры без всяких бугров и шишек.</p>
     <p>Когда она грезилась мне, человеку двадцатого века, в моих снах, я всегда дивился на нее и думал, что она принадлежала, по-видимому, к Людям Огня. Ее отец или мать вполне могли происходить из этой высшей породы. Хотя подобные вещи в ту пору были очень редки, но они все же случались. Я наблюдал сам, как кое-кто из моих соплеменников оставлял наши пещеры и уходил жить в Лесную Орду.</p>
     <p>Впрочем, речь сейчас идет не об этом. Быстроногая резко отличалась от любой женщины нашего Племени, и она поразила меня с первого взгляда. Меня привлекали к ней ее кротость и благородство. Она никогда не ругалась, никогда не дралась. Она всегда быстро уносилась прочь, и, вероятно, этому и была обязана своим именем. По деревьям она лазала лучше, чем я или Вислоухий. Играя в салки, мы были не в силах поймать ее, разве только чудом, случайно, а она ловила нас, когда хотела. Она была удивительно проворна во всех своих движениях и обладала истинным даром определять расстояния. Отвага ее не знала границ. На редкость робкая в обращении, она не ведала страха, когда дело доходило до лазания или бега по деревьям. Вислоухий и я были по сравнению с нею неуклюжи, нерасторопны и трусливы.</p>
     <p>Она была сиротой. Мы видели ее всегда одинокой, и до нас не доходило никаких сведений, был ли у нее кто-нибудь из близких и когда это было. Должно быть, она еще с младенчества поняла, что спасение и безопасность можно найти только в бегстве. Она была очень умна и очень скрытна. Дознаться, где она живет, — это стало для нас с Вислоухим своеобразной игрой. Было совершенно ясно, что она обосновалась где-то на дереве, неподалеку от нас, но все наши старания выследить ее и найти ее гнездо так ни к чему и не привели. Она охотно играла с нами в дневное время, но тайну своего жилища берегла самым ревнивым образом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XI</p>
     </title>
     <p>Следует помнить, что описание Быстроногой, только что набросанное мною, вовсе не то, которое дал бы ей Большой Зуб, второе «я» моих снов, мой доисторический предок. Человек двадцатого века, я смотрю глазами Большого Зуба и вижу глазами Большого Зуба только в своих ночных сновидениях.</p>
     <p>Это относится в равной мере и ко всем событиям тех отдаленных времен, о которых я рассказываю. Есть в моих впечатлениях некая раздвоенность, и она может смутить читателя. Я должен ненадолго прервать свое повествование и рассказать об этой раздвоенности, об этом вызывающем недоумение наличии во мне двух разных существ. Я, человек современности, оглядываюсь назад через многие века и взвешиваю и анализирую чувства и переживания Большого Зуба, моего второго «я». Сам он не затруднял себя этим. Он был прост, как сама простота. Он жил, безраздельно отдаваясь потоку событий и даже не задумываясь, почему он поступает именно так, а не иначе.</p>
     <p>Когда я, реальный человек двадцатого века, стал старше, я все больше и больше вникал в сущность и значение своих снов. Обычно, когда снится сон, вы даже в разгар этого сна сохраняете ощущение, что вы спите, и, если сон дурной и неприятный, утешаете себя мыслью, что все это только во сне. Это присуще всем и каждому. Подобным образом и я, живой и реальный, погружаясь в свои сновидения, испытываю раздвоение личности и нередко бываю актером и зрителем в одно и то же время. И тогда я, живой и реальный, часто возмущаюсь легкомыслием, безрассудством, нелогичностью и подчас невообразимой глупостью самого себя — первобытного.</p>
     <p>Скажу еще несколько слов, прежде чем вернуться к рассказу. Снилось ли когда-нибудь вам, что вы видите сон? Сны снятся собакам, снятся лошадям, снятся всем животным. Во времена Большого Зуба получеловеку тоже снились сны, и если сны были дурные, он тоже стонал и мучался. И вот я, живой и реальный, спал вместе с Большим Зубом и видел его сны.</p>
     <p>Я знаю, что все это покажется вам непостижимым, но это было именно так. И позвольте мне заверить вас, что когда Большому Зубу снилось, как он летит по воздуху или как он ползет, подобно змее, то его сновидения были не менее живы и ярки, чем ваши, когда вам снится, будто вы падаете с высоты.</p>
     <p>Ведь и в Большом Зубе тоже жило его второе «я», это второе «я» уносилось в своих сновидениях далеко назад, в седое прошлое, к летающим ящерам, вступавшим в схватку с драконами, потом к шнырявшим по земле, словно мыши, мелким млекопитающим, а потом в самую далекую даль — к прибрежной живой слизи первобытных морей. Я не могу, не смею говорить больше. Все это слишком неясно, сложно и жутко. Я могу лишь передать вам ощущение тех огромных, ужасающих глубин, сквозь которые я вглядывался, еле видя, словно в тумане, как развивалась жизнь от ступеньки к ступеньке — не только от обезьяны к человеку, но и от червя к обезьяне.</p>
     <p>А теперь вернемся к моему рассказу. Я, Большой Зуб, не видел у Быстроногой ни ее стройного тела, ни ее нежного лица с большими глазами, ни ее длинных ресниц, я не видел ни переносицы, ни обращенных вниз ноздрей, словом, ничего такого, что делало ее красивой. Я видел в ней только молодую самку с добрыми глазами, которая издавала нежные звуки и никогда не дралась. Не знаю, почему, но мне нравилось играть с нею, искать вместе с нею еду и зорить птичьи гнезда. И, должен признаться, в искусстве лазать по деревьям я многому научился у нее. Она была очень сообразительна, очень сильна, и никакие юбки не стесняли ее движений.</p>
     <p>Приблизительно в это время несколько остыла наша дружба с Вислоухим. Виноват в этом был только он. Он повадился прогуливаться в ту сторону, где жила моя мать. У него возникла склонность к моей зловредной сестрице, а Болтун проявлял к нему благожелательство. Кроме того, Вислоухий стал играть еще с несколькими юнцами, детьми единобрачных пар, которые жили поблизости.</p>
     <p>Я никак не мог уговорить Быстроногую, чтобы мы играли все вместе. Всякий раз, как мы с ней приближались к ним, она пряталась за моей спиной и исчезала. Однажды я убеждал ее из всех своих сил. Но она лишь беспокойно оглядывалась назад, потом убежала и, забравшись на дерево, стала кликать меня. Таким образом, я уже не мог сопровождать Вислоухого, когда он шел к своим приятелям.</p>
     <p>Мы с Быстроногой давно уже стали добрыми друзьями, но, сколько я ни старался, разыскать ее убежище мне не удавалось. Нет сомнения, что если бы не произошло ничего чрезвычайного, мы стали бы жить брачной парой, ибо склонность у нас была взаимной, но все случилось совсем иначе.</p>
     <p>Как-то утром — Быстроногая тогда не пришла — мы с Вислоухим были у устья топи и забавлялись своими бревнами. Едва мы отчалили от берега, как вдруг сзади нас раздалось чудовищное, яростное рычание. Это был Красный Глаз. Он затаился у кучи бревен и с ненавистью глядел на нас. Мы смертельно перепугались: ведь пещеры с узким входом, чтобы укрыться от него, теперь не было. Однако двадцать футов воды, отделявшие нас от берега, временно защищали нас, и мы сразу обрели смелость.</p>
     <p>Красный Глаз выпрямился во весь рост и начал колотить себя в грудь кулаками. Мы же, сидя на бревнах рядом друг с другом, стали смеяться над ним. Сначала мы смеялись чуть-чуть принужденно, с затаенным страхом, но как только нам стало ясно, что Красный Глаз в данном случае бессилен, мы уже хохотали неудержимо, от всего сердца. Он ярился и прыгал, скаля на нас зубы в бессильной злобе. А мы, воображая себя в безопасности, продолжали над ним издеваться и дразнить его. Истые дети Племени, мы никогда не видели дальше своего носа.</p>
     <p>Прекратив бить себя в грудь и скалить зубы, Красный Глаз внезапно кинулся от кучи бревен к берегу. Мы перестали смеяться и замерли в страхе. Красный Глаз был не из тех, кто легко забывает обиды и не старается отомстить. Дрожа, мы ждали, что произойдет. Начать грести и отплыть подальше нам не пришло и на ум. Красный Глаз вернулся к куче бревен, огромным прыжком перемахнул через нее и вышел оттуда, держа в своей вместительной пятерне множество круглых, окатанных водой голышей. Хорошо еще, что ему не подвернулись под руку метательные снаряды покрупнее, к примеру, камни весом в два-три фунта, потому что мы были от берега не дальше чем на двадцать футов, и он, без сомнения, убил бы нас.</p>
     <p>Но и теперь мы оказались не в малой опасности. З-з-з! Голыш просвистел над нами с такой силой, словно это была пуля. Вислоухий и я судорожно принялись грести. З-з-з! Бац! Вислоухий вскрикнул от внезапной боли. Камень ударил его меж лопаток. Потом досталось и мне, я тоже визжал, как ребенок. Нас спасло лишь одно — у Красного Глаза кончились боевые припасы. Он побежал назад, чтобы набрать голышей снова, но мы с Вислоухим за это время отплыли дальше.</p>
     <p>Постепенно мы удалились настолько, что уже не боялись снарядов Красного Глаза, хотя он все бегал за кучу бревен, пополняя свои запасы, и очередной голыш нет-нет да и свистел у нас над головою. Там, где топь соединялась с рекой, в середине устья, было слабое течение, и мы, следя за Красным Глазом, даже не заметили, что нас сносит в реку. Мы усердно гребли, а Красный Глаз, не отступая, шел за нами по берегу. Вдруг он наткнулся на груду крупных камней. Это оружие сильно увеличило дальность его обстрела. Один камень, не менее пяти фунтов весу, попал в мое бревно и ударил с такой силой, что от бревна полетели острые, как иглы, щепки и вонзились мне в ногу. Если бы камень угодил в меня, мне пришел бы конец.</p>
     <p>А потом нас подхватило течение реки. Мы гребли так неистово, что и не заметили, как понесло наши бревна, нас известил об опасности лишь торжествующий крик Красного Глаза. Там, где течение пересекало стоячую воду, образовалось несколько небольших водоворотов. В них-то и попали наши неуклюжие бревна, начав бешено крутиться и вертеться во все стороны. Мы бросили грести и старались только, не щадя своих сил, удержать бревна рядом. Тем временем Красный Глаз продолжал нас бомбардировать, камни падали буквально рядом, заливая нас брызгами и угрожая жизни. Красный Глаз пожирал нас взглядом и испускал дикие, злорадные крики.</p>
     <p>Оказалось, что у самого устья топи река делала крутой изгиб, и ее течение тут было устремлено к противоположному берегу. К этому-то берегу — он был с северной стороны — быстро нас и прибивало, хотя одновременно мы и спускались вниз по реке. Таким образом мы скоро вышли из-под обстрела Красного Глаза, и, взглянув на него издалека в последний раз, увидели, как он выбежал на небольшой мыс и прыгал и приплясывал, издавая торжествующий победный клич.</p>
     <p>Мы только придерживали бревна, не давая им разойтись, — этим теперь ограничивались все наши заботы. Мы отдались на волю судьбы и бездействовали до тех пор, пока не заметили, что находимся довольно близко от северного берега — не дальше, чем на сотню футов. Мы принялись грести, стараясь причалить к берегу. Но тут течение реки резко поворачивало к южному берегу, так что в результате наших усилий мы преодолели это течение именно там, где оно было наиболее узким и стремительным. Пока мы сообразили, что это так, мы уже оказались в спокойном месте.</p>
     <p>Наши бревна медленно плыли и наконец тихонько пристали к берегу. Мы с Вислоухим ступили на землю. Бревна подхватила волна и вновь потянула их вниз по течению. Мы смотрели друг на друга, но на этот раз не смеялись. Мы были на новой, неведомой земле, и у нас даже не закрадывалась мысль, что мы можем вернуться в свои места тем же самым способом, каким очутились здесь.</p>
     <p>Сами того не сознавая, мы научились переправляться через реку. Это еще не удавалось никому из Племени.</p>
     <p>Мы были первыми из всех наших соплеменников, кто ступил на северный берег реки, первыми и, я полагаю, последними. Нет сомнения, что пришел бы срок, и Племя достигло бы этого, но нашествие Людей Огня и последующее переселение остатков Племени остановило наше развитие на целые века.</p>
     <p>В самом деле, трудно перечислить все бедствия, которые принесло нашествие Людей Огня. Лично я склонен думать, что именно в этом заключается причина гибели нашего Племени, — мы, ответвление низшей породы, развивающейся в человека, были совершенно истреблены и уничтожены, нас захлестнуло и смыло буйным прибоем там, где река впадала в море. Должен признаться, что погибли не все: я уцелел и выжил, и мне придется об этом рассказать, но я забегаю вперед, я расскажу об этом позднее.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XII</p>
     </title>
     <p>У меня нет ни малейшего представления, долго ли мы с Вислоухим бродили по северному берегу реки. Мы были, словно моряки, выброшенные после кораблекрушения на необитаемый остров, — на возвращение домой у нас почти не оставалось никаких надежд. Мы ушли от реки в глубь берега и несколько месяцев странствовали по глухим, диким местам, не встретив ни одного существа, которое было бы похоже на нас. Мне трудно говорить об этих странствованиях, и нет никакой возможности рассказать о них более или менее подробно, день за днем. Многое я вижу смутно, как в тумане, в памяти ярко вспыхивают лишь редкие картины и пережитые в ту пору приключения.</p>
     <p>Особенно хорошо помню я голод, который мы терпели в горах между Длинным и Дальним озерами, помню и то, как мы захватили в чащобе спящего теленка. В дебрях между Длинным озером и горами жила Лесная Орда. Она-то и загнала нас в горы, вынудив пробираться к Дальнему озеру.</p>
     <p>На первых порах, после того как мы ушли от реки, мы двигались все время к западу и попали к небольшому потоку, протекавшему в болотистой местности.</p>
     <p>Здесь мы повернули на север и, огибая болота, достигли через несколько дней озера, которое я называю Длинным. У верхней его окраины мы жили довольно долго, там мы в изобилии находили себе пищу. Но наступил день, когда мы в глухих зарослях столкнулись с Лесной Ордой. Это были обезьяны, дикие обезьяны — ничего больше. И все-таки они не отличались от нас так уж сильно. Растительность на них была гуще, это верно, ноги у них были чуть кривее и шишковатее, чем у нас, глаза немного меньше, шеи немного толще и короче, а ноздри чуть явственнее, чем наши, напоминали дыры. Но у них не росло волос ни на ладонях рук, ни на подошвах ног, и они издавали примерно такие же звуки, как и мы, вкладывая в них приблизительно то же значение. Короче говоря, разница между Лесной Ордой и моими соплеменниками была не столь велика.</p>
     <p>Первым увидел его я — истощенного, высохшего старика, с морщинистым лицом и тусклыми глазами. Он был моей законной добычей. Какого-либо сочувствия между племенами в нашем мире не существовало, а старик был не нашего Племени. Он был из Лесной Орды, этот дряхлый старик. Он сидел на земле у подножия дерева, — вероятно, это было его дерево, ибо вверху на нем виднелось растрепанное гнездо, в котором старик проводил ночи.</p>
     <p>Я показал его Вислоухому, и мы оба кинулись к старику. Тот Полез на дерево, но двигался он слишком медленно. Я ухватил его за ногу и стащил вниз. Потом у нас началась забава. Мы щипали его, таскали за волосы, крутили ему уши, кололи его сучьями — и все время хохотали, хохотали до слез. Его беспомощный гнев был просто нелеп. Старик производил комическое впечатление, стараясь казаться гораздо моложе, чем он был, и тщась показать давно покинувшую его силу — он строил грозные мины (хотя они получались у него просто скорбными), скрежетал остатками зубов, бил в свою щуплую грудь сухими кулачками.</p>
     <p>И он сильно кашлял, еле переводя дыхание и чудовищно отхаркиваясь. Вновь и вновь он делал попытки влезть на дерево, но мы стаскивали его вниз; наконец, он убедился в своем бессилии и, смирно сидя на земле, только плакал. А мы с Вислоухим, обнявшись, уселись напротив и все хохотали над его жалким видом.</p>
     <p>Старик сначала плакал, потом выл, потом вопил, наконец, он завизжал, напрягши для этого последние силы. Это обеспокоило нас, и чем больше мы старались его утихомирить, тем пронзительнее он визжал. И тогда до нашего слуха донеслись из лесу довольно громкие звуки: «Гоэк-Гоэк!» Вслед за этим мы услышали несколько ответных кликов, а вдалеке раздался густой глубокий бас: «Гоэк! Гоэк! Гоэк!» И затем со всех сторон полетел к нам по лесу раскатистый клич: «Хуу-хуу!»</p>
     <p>И тут за нами погнались. Казалось, погоне не будет конца. Прыгая с дерева на дерево, за нами гналось все племя и едва нас не поймало. Мы были вынуждены спуститься на землю, и здесь преимущество оказалось за нами, ибо они были поистине Лесной Ордой: по деревьям они лазали искусней нас, но мы обгоняли их на земле. Мы бросились к северу, Лесная Орда, завывая, бежала вслед. На открытых полянах мы успевали оставить преследователей позади, но в густом лесу они шли по пятам за нами и несколько раз чуть не схватили. И пока они гнались за нами, мы хорошо поняли, что мы не из их породы и что нас не связывают никакие узы сочувствия или симпатии.</p>
     <p>Погоня продолжалась несколько часов. Лес казался бесконечным. Мы норовили бежать по полянам, но они всегда ухитрялись загнать нас в чащи. Порою мы уж думали, что избавились от преследования и садились отдохнуть, но всякий раз, едва мы переводили дыхание, слышались ненавистные крики «Хуу-хуу!» и «Гоэк-Гоэк!» Это последнее нередко сопровождалось диким воплем: «Ха-ха-ха-ха, ха-а-а!»</p>
     <p>Вот так и гнала нас разъяренная Лесная Орда. Наконец, когда день уже клонился к вечеру, нам стали попадаться на пути холмы, а деревья пошли все мельче. Затем перед нами открылись покрытые травою откосы гор. Здесь мы могли бежать быстрее, и Лесная Орда отстала от нас и повернула к лесу.</p>
     <p>Горы были суровы и неприветливы, поэтому мы трижды в тот вечер пытались уйти снова в леса. Но Лесная Орда стерегла нас на опушке и отгоняла назад. Ночь мы провели на карликовом дереве, высотой с обычный куст. Это было опасно: мы легко могли стать добычей любого хищного зверя, бродившего в тех местах.</p>
     <p>Утром, еще раз убедившись в упорстве Лесной Орды, мы стали углубляться в горы. У нас не было никаких определенных планов, никаких замыслов, это я хорошо помню. Нас гнала вперед и вперед только необходимость, мы уходили от опасности. О наших блужданиях в горах у меня сохранились лишь туманные представления. Мы провели в этих мрачных местах много дней, все время трепеща от страха: все тут было нам незнакомо и непривычно. Мы сильно страдали от холода, а позднее и от голода.</p>
     <p>Это была пустынная страна — всюду одни голые скалы, окутанные влажной дымкой потоки и гремящие водопады. Мы взбирались и спускались по крутым каньонам и ущельям — и с какой высоты мы ни оглядывали местность, всюду, в любом направлении, перед нашим взором ярус за ярусом виднелись бесконечные горы. Спать мы забирались в расщелины и норы, а одну холодную ночь провели на тесной верхушке высокого утеса, похожего на дерево.</p>
     <p>И вот наступило время, когда мы в жаркий полдень, совсем обессилевшие от голода, вышли на перевал. С его высокого хребта внизу, за сбегающими грядами скал и утесов, мы увидели на севере далекое озеро. Оно блестело под солнцем, вокруг него расстилались открытые травянистые равнины, а далеко к востоку уходила темная полоса лесов.</p>
     <p>Прошло два дня, прежде чем мы добрались до озера, голод измучил нас так, что мы едва держались на ногах; здесь, у озера, мы наткнулись на крупного теленка— уютно расположившись в чаще, он мирно спал. Теленок доставил нам немало хлопот: мы могли умертвить его только с помощью своих рук, иного способа мы не знали. Насытившись свежей телятиной, мы унесли ее остатки в лес, расположенный к востоку, и спрятали на дереве. Но возвращаться к этому дереву нам больше не было нужды, ибо берега потока, впадающего в Дальнее озеро, были густо усеяны лососями, поднявшимися сюда из моря метать икру.</p>
     <p>К западу от озера открылись тучные равнины, и здесь паслось множество бизонов и дикого скота. Но, поскольку там стаями рыскали дикие собаки и не росло ни одного дерева, чтобы укрыться от них, жить в этих местах было опасно. Мы двинулись по берегу потока к северу и шли несколько дней, затем — я не помню уж почему — мы, покинув русло потока, круто повернули на восток, потом повернули еще раз на юго-восток и оказались в густом девственном лесу. Я не хочу утомлять вас описанием наших странствий. Я только расскажу, как в конце концов мы попали в Страну Людей Огня.</p>
     <p>Мы вышли к реке, но не знали, наша ли это река. Нас это и не очень волновало: ведь мы блуждали в неведомых местах столько, что уже свыклись со своим неведением и принимали его как должное. Оглядываясь назад, я вижу, как вся наша жизнь и судьба зависели от малейшей случайности. Мы не догадывались, не знали, что это за река, но если бы мы не переправились через нее, то, по всей вероятности, никогда бы не вернулись к Племени, и я, живой и реальный, рожденный через тысячу веков, не был бы рожден никогда.</p>
     <p>И однако нам с Вислоухим очень хотелось вернуться домой. Блуждая в незнакомых местах, мы тосковали по дому, стремились попасть опять в свое Племя, на свою землю; часто вспоминал я Быстроногую, молодую самку, издававшую нежные звуки, — с ней было когда-то так приятно играть, а теперь она жила, таясь неведомо где. Мои воспоминания о ней будили во мне нечто похожее на голод, но вспоминал я о ней только тогда, когда бывал сыт.</p>
     <p>Но вернемся к реке. Еды там было множество, главным образом ягод и вкусных сочных кореньев; мы играли и валялись на берегу целыми днями. Потом Вислоухого осенила одна мысль. Как она его осенила — это можно было видеть глазами. И я действительно видел. Вдруг у него во взгляде появилось раздраженно-жалостливое выражение, весь он заерзал и забеспокоился. Затем его глаза потускнели, словно бы он не ухватил, не удержал в своем сознании только что зарождавшуюся мысль. Потом в них опять промелькнуло раздраженно-жалобное выражение — Вислоухий уловил свою мысль снова. Он посмотрел на меня, на реку, на противоположный берег. Он пытался что-то сказать, но звуков для выражения своей мысли у него не было. Получалась какая-то тарабарщина, слушая которую я засмеялся. Это рассердило Вислоухого, он внезапно набросился на меня и свалил меня на спину. Разумеется, мы подрались, и в конце концов я загнал его на дерево, где он вооружился длинным суком и хлестал меня им всякий раз, как я пытался кинуться на него.</p>
     <p>А мысль так и погасла. Я ее не воспринял, а сам он ее забыл. Но на следующее утро она зашевелилась в нем вновь. Быть может, ее пробудила тоска по дому. Во всяком случае, мысль уже пробивала себе дорогу и на этот раз сильнее, чем прежде. Вислоухий повел меня к воде, — там, уткнувшись в прибрежный ил, лежало бревно. Мне показалось, что Вислоухий хочет играть, как мы когда-то играли в устье топи. Когда он выловил и подтянул к берегу второе бревно, я по-прежнему думал, что все это делается для игры.</p>
     <p>Я разгадал намерения Вислоухого лишь тогда, когда мы, лежа на бревнах рядом друг с другом и крепко придерживая их, выплыли на течение. Вынув руку из воды, он показал ею на противоположный берег и громко, торжествующе закричал. Я понял его, и мы принялись грести еще энергичнее. Быстрое течение подхватило нас и понесло к южному берегу, но, прежде чем мы, пристали к нему, течение швырнуло нас назад, к северному.</p>
     <p>И тут все у нас пошло вразнобой. Видя, что северный берег очень близко, я стал грести по направлению к нему. Вислоухий же по-прежнему греб в направлении южного берега. Наши бревна стали кружиться на месте, и мы не продвигались ни к тому, ни к другому берегу, между тем как нас несло вниз по течению, и лес уже оставался позади. Драться мы не имели возможности. Мы знали, что пускать в ход руки и ноги нам нет никакого смысла, гораздо полезнее придерживать ими бревна. Но мы пустили в ход языки и рьяно бранили друг друга до тех пор, пока течение не подтащило нас опять к южному берегу. Сейчас он был очень близко, и тут мы стали прилежно грести к нему в полном единодушии. Выйдя на берег, мы тотчас влезли на деревья, чтобы как следует осмотреться, куда мы попали.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIII</p>
     </title>
     <p>Мы провели на южном берегу реки весь этот день и обнаружили Людей Огня только поздно вечером. Должно быть, близ дерева, на котором мы с Вислоухим устроились на ночлег, стала лагерем группа бродячих охотников. Сначала нас встревожили голоса Людей Огня, а потом, когда наступила темнота, нас потянул к себе огонь. Осторожно, соблюдая полную тишину, мы прыгали с дерева на дерево, пока не оказались в таком месте, откуда нам все было хорошо видно.</p>
     <p>На открытой поляне в лесу, около реки, горел костер. Вокруг него сидело шестеро Людей Огня. Вислоухий неожиданно схватился за меня, и я почувствовал, что он дрожит. Я вгляделся в Людей Огня пристальней и вдруг увидел среди них сморщенного маленького охотника, который три года назад убил стрелою Сломанного Зуба. Когда старик встал с места, чтобы подбросить в костер сучьев, я заметил, что он прихрамывает на одну ногу. Значит, он хромал постоянно, нога у него была повреждена давно. Он показался мне еще более морщинистым и высохшим, чем прежде, а волосы на его лице поседели все до последнего.</p>
     <p>Остальные охотники были молодыми. Я заметил; что рядом с ними на земле лежали луки и стрелы, и я уже знал, для чего служит это оружие. Люди Огня носили на плечах и на бедрах звериные шкуры. Однако руки и ноги у них были голые, и они не знали никакой обуви. Как я уже говорил, они были не столь волосаты, как мы, Племя. Головы у них были небольшие, а покатая линия лба мало чем отличалась от нашей.</p>
     <p>Они были не так сутулы, как мы, движения у них казались не столь упругими. Спины, бедра, суставы ног были у них словно бы жестче и не так эластичны, как у нас. Руки их были не так длинны, как наши, и я не видел, чтобы они сохраняли равновесие при ходьбе, опираясь тыльной стороной рук о землю. Помимо того, их мускулы были округлей и симметричней, чем наши, а лица приятней. Их ноздри были обращены вниз, а носы очерчены резче и не выглядели такими плоскими и расплющенными, как у нас, не так сильно свисали губы, передние зубы не столь разительно походили на клыки.</p>
     <p>Бедра у них, однако, были не толще наших, и по своему весу Люди Огня были не тяжелее нас. Одним словом, они отличались от нас меньше, чем мы от Лесной Орды. Безусловно, все три племени состояли в родстве, и, по-видимому, в довольно близком.</p>
     <p>Костер вокруг которого сидели охотники, буквально заворожил нас. Мы с Вислоухим почти замирали, глядя, как полыхает огонь и дым клубами поднимается вверх. Всего интересней было, когда в костер подбрасывали сучья и из него вырывались, взлетев, снопы искр. Мне хотелось подойти поближе и налюбоваться костром вдоволь, но это было невозможно. Затаясь, мы сидели на дереве, росшем у края поляны, и не могли сделать лишнего движения без риска обнаружить себя.</p>
     <p>Люди Огня сели кружком у костра и заснули, склонив головы на колени. Спали они чутко и неспокойно, уши у них постоянно шевелились. Время от времени один из них поднимался и подбрасывал хвороста в костер. Вокруг светлого круга, образуемого костром, в ночном мраке бродили хищные звери. Мы с Вислоухим узнавали их по голосам. То мы слышали диких собак и гиену, а иногда в лесу раздавалось рычание и громкий рев, от которого все охотники вокруг костра мгновенно пробуждались.</p>
     <p>Была минута, когда лев и львица стояли под нашим деревом, устремив свои горящие глаза на костер и подняв дыбом шерсть. Лев облизывался и был полон нетерпения, весь его вид говорил, что он еле сдерживается, чтобы не броситься к костру и утолить свой голод. Львица же держалась гораздо осторожнее. Первой заметила нас на дереве она; пара хищников, подняв головы, молча посмотрела на нас, — ноздри у них раздувались и трепетали. Потом лев и львица, вновь зарычав еще раз, взглянули на костер и не спеша повернули к лесу.</p>
     <p>Мы с Вислоухим все сидели на дереве, не смыкая глаз ни на мгновение. Снова и снова слышался нам в чащобе треск кустов, ломаемых тяжелыми телами, а в темноте, на противоположной стороне светлого круга, мы не раз видели сверкающие бликами огня звериные глаза. Откуда-то издалека доносилось рычание льва, а где-то еще дальше раздался пронзительный предсмертный крик и шумный плеск воды: какое-то животное было схвачено у водопоя. Минуту спустя мы услышали, тоже с реки, басовитое хрюканье носорогов.</p>
     <p>Заснув лишь на исходе ночи, утром мы подобрались поближе к костру. Он еще тлел и дымился, а Люди Огня ушли. Мы сделали по лесу изрядный круг, чтобы удостовериться в безопасности, а потом подбежали к костру. Мне хотелось узнать, на что это похоже, и я двумя пальцами схватил тлеющий, красноватый уголь. Когда я завопил от неожиданной боли и бросил уголь, Вислоухий с перепугу прыгнул на дерево, а вслед за ним, тоже испугавшись, бросился и я.</p>
     <p>Потом мы вели себя у костра с гораздо большей осторожностью и уже не хватали пальцами раскаленных углей. Мы во всем подражали Людям Огня. Мы садились, как они, и, опустив голову на колени, притворялись спящими. Мы передразнивали их манеру разговора и так увлеклись этим, что подняли немалый шум. Тут я вспомнил, как старый, сморщенный охотник рыл костер палкой. Я тоже начал копать палкой в костре, выковырнув множество горящих углей и подняв облако белого пепла. Эта забава так нам понравилась, что скоро мы были уже сплошь белыми, выпачкавшись пеплом с головы до ног.</p>
     <p>Разумеется, нам очень хотелось разжечь огонь, как это делали охотники. Сначала мы подбросили в костер мелких сучьев. Это вышло очень удачно. Сучья, потрескивая, загорелись, их охватило пламя, и мы плясали и лопотали в полнейшем восторге. Потом мы стали класть в огонь уже большие ветки. Мы кидали и кидали их, не давая себе передышки, пока костер не заполыхал огромным пламенем. В возбуждении мы сновали туда и сюда, подтаскивая из лесу сухие сучья и ветви. Пламя с шумом вздымалось все выше и выше, а столб дыма тянулся уже к самым вершинам деревьев. Сучья в огне шипели и трещали, пламя глухо рычало. Никогда еще не доводилось нам сделать своими собственными руками такое грандиозное дело, и мы были очень горды. Нет, мы тоже Люди Огня, думалось нам, когда мы, словно белые гномы, ликуя, приплясывали у бушующего костра.</p>
     <p>Мы совсем не заметили, что огонь уже пополз по сухой траве и перекинулся на кустарник. Внезапно вспыхнуло пламенем высокое дерево, стоявшее на краю поляны. Мы смотрели на пылающее дерево широко открытыми, удивленными глазами. Жар заставлял нас отходить от него все дальше. Загорелось другое дерево, потом еще и еще, теперь их пылало уже с полдюжины. Тут мы испугались. Чудовище вырвалось на волю. Мы пригнулись в страхе к земле, а огонь пожирал деревья, кольцом окружая нас. В глазах Вислоухого появилось жалобное выражение — обычный знак, что он чего-то не понимает, и я знаю, что такое же выражение было и в моих глазах. Крепко обнявшись, мы приникли друг к другу и не двигались с места, пока жар не достиг нас и наши ноздри не почувствовали запах горящих волос. Тогда мы бросились бежать и вырвались из кольца, держа путь по лесу на запад; мы бежали, все время оглядываясь назад, и хохотали.</p>
     <p>В полдень мы подошли к перешейку, образованному, как мы узнали потом, крутым изгибом реки, которая здесь почти замыкалась в круг. Перешеек заграждала цепь невысоких, поросших лесом холмов. Поднявшись на холмы, мы оглянулись: лес позади нас представлял собой море огня, ветер, подхватывая пламя, нес его к востоку. Мы двинули дальше и шли все время на запад, по берегу реки; сами того не зная, мы очутились прямо у стойбища Людей Огня.</p>
     <p>Стойбище это со стратегической точки зрения было расположено чрезвычайно удачно. Оно находилось на полуострове, защищенном с трех сторон изгибом реки. Доступ с суши был только один — через перешеек полуострова, но и его прикрывала гряда невысоких холмов. Изолированные от всего мира, Люди Огня, должно быть, жили и благоденствовали здесь давно. И я полагаю, что именно это благоденствие вызвало впоследствии их переселение, принесшее такие невзгоды Племени. По-видимому, Люди Огня быстро размножались, и прежние владения стали для них тесны. Они захватывали новые земли и по мере своего продвижения теснили Племя; они отбили у нас пещеры, поселились в них сами и заняли все наши угодья до последнего.</p>
     <p>Но в то время, когда мы с Вислоухим забрели в стойбище Людей Огня, нам до всего этого не было дела.</p>
     <p>Нас занимала лишь одна мысль: как бы оттуда выбраться, хотя мы и не могли побороть любопытства, чтобы не оглядеть их поселок. Впервые в жизни мы увидели тут женщин и детишек Людей Огня. Дети большей частью бегали голыми, а на женщинах были шкуры диких зверей.</p>
     <p>Люди Огня, как и мы, жили в пещерах. Открытая поляна перед пещерами сбегала к реке, на поляне горело множество небольших костров. Готовили ли Люди Огня на кострах пищу, я не знаю. Мы с Вислоухим этого не видели. Но, насколько я могу судить, примитивное приготовление пищи у них уже практиковалось. Воду они, подобно нам, носили из реки в тыквах. На наших глазах много женщин и детей, громко перекликаясь, шли с реки и на реку с тыквами в руках. Дети шалили и гримасничали точно так же, как и дети Племени. Вообще дети Людей Огня походили на наших детей больше, чем взрослые Люди Огня на нас.</p>
     <p>В селении мы с Вислоухим пробыли недолго. Заметив нескольких подростков, стреляющих из лука, мы скрылись в густых зарослях и направились к реке. Тут мы нашли катамаран, настоящий катамаран — его соорудил, очевидно, кто-нибудь из Людей Огня. Два легких прямых бревна были связаны гибкими корнями и вдобавок скреплены деревянными поперечинами.</p>
     <p>На этот раз одна и та же мысль пришла мне и Вислоухому одновременно. Нам надо было выбраться из владений Людей Огня. Так разве найдешь лучший путь, чем переправа через реку на этих бревнах? Мы влезли на них и оттолкнулись от берега. Вдруг наш катамаран резко дернуло и потянуло к берегу чуть ниже по течению. Неожиданный толчок чуть не опрокинул нас в воду. Длинной веревкой, свитой из корней, катамаран был привязан к дереву. Нам пришлось отвязать его, прежде чем снова отчалить от берега.</p>
     <p>Мы выбрались на главное течение и спокойно спустились вниз по реке на такое расстояние, что были уже хорошо видны из стойбища Людей Огня. Мы так усердно гребли и так пристально глядели на противоположный берег, что встревожились только тогда, когда услышали позади пронзительные крики. Мы обернулись.</p>
     <p>Люди Огня стояли на берегу и показывали на нас пальцами, многие из них еще вылезали из пещер и тоже бежали к берегу. Мы сидели на своих бревнах и смотрели на эту толпу, совершенно забыв, что нам надо грести. На берегу поднялся невообразимый гвалт и волнение. Кое-кто из Людей Огня направил на нас луки и выстрелил, но только две-три стрелы упали в воду близ катамарана — мы отплыли уже достаточно далеко.</p>
     <p>Для нас с Вислоухим это был великий день. На востоке дым пожара, вызванного нами, затянул полнеба. А мы плыли по середине реки, огибая стойбище Людей Огня, и чувствовали себя в полной безопасности. Мы сидели на бревнах и смеялись над Людьми Огня, уносясь от них по течению; мы плыли сначала к югу, затем с юго-востока на восток, далее на северо-восток, потом снова на восток, юго-восток и юг и потом повернули на запад, обогнув две крутых петли, которые делала тут река.</p>
     <p>Нас быстро несло на запад, и когда Люди Огня остались далеко позади, знакомые места встали перед нашим взором. То был большой водопой, куда мы когда-то ходили раз или два посмотреть на собравшихся у реки животных. За ним, мы знали, находилась поляна с морковью, а еще дальше — наше стойбище и пещеры. Мы начали подгребать к берегу — убегая назад, он прямо-таки мелькал перед нами, — и прежде чем мы поняли это, мы уже были у водопоев Племени. Здесь множество водоносов — женщин и подростков — наполняли водой свои тыквы. Увидев нас, они в панике бросились бежать прочь от реки, оставляя тыквы на тропинках.</p>
     <p>Мы пристали к берегу, не позаботясь, конечно, о том, чтобы привязать катамаран, который тут же уплыл вниз по реке. Мы осторожно поднялись по тропинке. Все Племя укрылось в пещеры, хотя многие нет-нет да и бросали на нас исподтишка любопытные взгляды. Красный Глаз не показывался. Мы были снова дома. И снова мы спали эту ночь в маленькой пещере высоко на утесе, хотя сначала нам пришлось выгнать оттуда двух драчливых юнцов, которые было захватили наше жилище.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIV</p>
     </title>
     <p>Шел месяц за месяцем, время летело. Невзгоды и беды, которые таило для нас будущее, еще не давали себя знать, а мы между тем усердно кололи орехи и жили своей обычной жизнью. В тот год, я помню, прекрасно уродились орехи. Мы наполняли ими тыквы и таскали их в стойбище колоть. Мы клали орехи в ямку на камень и камнем же разбивали их, тут же съедая.</p>
     <p>Когда мы с Вислоухим возвратились из нашего долгого путешествия, была уже осень, а наступившая вслед за нею зима выдалась очень мягкой. Я часто ходил в лес к своему старому родному дереву, я обыскал все места между черничным болотом и устьем топи, где мы с Вислоухим научились плаванию на бревнах, но нигде не нашел ни малейшего следа Быстроногой. Быстроногая исчезла. А мне она была очень нужна. Я испытывал такое чувство, которое, как я уже говорил, походило на чувство голода, только ощущал я его, когда был вполне сыт. Но все мои поиски Быстроногой оказались тщетными.</p>
     <p>Наша жизнь в пещерах была совсем не однообразна. Начать хотя бы с Красного Глаза. Мы с Вислоухим чувствовали себя спокойно только в нашей маленькой пещере. Несмотря на то, что в свое время мы расширили вход, пролезть в пещеру было отнюдь не легко. Мы понемногу расширяли этот вход и дальше, однако он был все-таки слишком узок, чтобы в него протиснулся чудовищно громадный Красный Глаз. Да он и не нападал больше на нашу пещеру. Он хорошо усвоил преподанный ему урок: на шее у него, в том месте, куда угодил мой камень, осталась большая шишка. Шишка эта никак не рассасывалась и не исчезала, ее можно было заметить у Красного Глаза даже издали. Частенько я наслаждался от души, разглядывая это произведение своих рук, а если находился в эту минуту в достаточной безопасности, то даже громко хохотал.</p>
     <p>Попадись мы с Вислоухим Красному Глазу в лапы и растерзай он нас в клочья — Племя и не подумало бы выступить на защиту, и тем не менее нам сочувствовали все мужчины и женщины Племени. Возможно, это было с их стороны даже не сочувствие, а лишь выражение ненависти к Красному Глазу, но они предупреждали нас о каждом появлении нашего врага. Случалось ли это в лесу, или на водопое, или в поле перед пещерами— нигде мы не были в неведении, нас своевременно предостерегали всюду. Таким образом, в нашей непримиримой борьбе с Красным Глазом у нас было то преимущество, что мы следили за ним далеко не одни.</p>
     <p>Однажды он чуть-чуть не схватил меня. Это было ранним утром, все Племя еще спало. Совершенно неожиданно Красный Глаз отрезал мне путь в нашу пещеру на утесе. Не размышляя ни секунды, я бросился в другую пещеру — ту самую, которая узкой расщелиной соединялась с соседней; именно в этой пещере много лет назад увертывался и играл со мной в прятки Вислоухий, там же тщетно злобствовал Саблезубый, пытаясь поймать двух зазевавшихся соплеменников. Ныряя в расщелину, я увидел, что Красный Глаз в пещеру еще не ворвался. Но вот он уже был там. Я проскользнул по расщелине во вторую пещеру, Красный Глаз метнулся туда снаружи — и так повторялось раз за разом. Я только и знал, что пролезал по расщелине туда и сюда.</p>
     <p>Так он держал меня в осаде почти полдня, пока ему не надоело. После этого, стоило лишь Красному Глазу предстать перед нами, мы уже не лезли на утес, а бежали в эту двойную пещеру. Нам оставалось только бдительно следить за ним, не позволяя ему преграждать нам путь отступления.</p>
     <p>В эту зиму Красный Глаз постоянными жестокими побоями опять довел до смерти свою жену. Я уже называл его живым воплощением атавизма, однако в нем было что-то еще худшее, так как даже среди низших животных самцы никогда не убивают своих подруг. Поэтому я полагаю, что, несмотря на свои чрезвычайно сильные атавистические черты, Красный Глаз предвещал собой и появление человека, ибо во всем животном мире только мужчина способен на убийство жены или подруги.</p>
     <p>Расправившись с женой, Красный Глаз, как и следовало ожидать, стал подыскивать себе другую. На этот раз он решил взять себе Певунью. Певунья была внучкой старика Мозговитого и дочерью Безволосого. Совсем еще юная, она очень любила петь у входа в свою пещеру, когда наступали сумерки. Жила она с Кривоногим, они поженились недавно. Кривоногий был тихого нрава, никогда никому не досаждал, ни с кем не дрался. Это был отнюдь не боец по натуре. Низкорослый, худой, он был далеко не столь проворен и подвижен, как все мы.</p>
     <p>Никогда еще Красный Глаз не совершал более гнусного деяния. Это произошло тихим вечером, на закате, когда мы все начали собираться около своих пещер. Вдруг от реки, с водопойных тропинок, стремглав пронеслась Певунья, за нею бежал Красный Глаз. Певунья бросилась к мужу. Бедняга Кривоногий страшно испугался. Но в нем был дух героя. Он знал, что над ним нависла смертельная угроза, но не отступил, не кинулся прочь. Весь ощетинившись, он стоял на месте, что-то лопотал и скалил зубы.</p>
     <p>Красный Глаз взревел от ярости. Он был поистине оскорблен: это немыслимо, чтобы кто-то из Племени осмелился ему перечить! Он вытянул руку и схватил Кривоногого за шею. Тот впился зубами в его руку, но в следующее мгновение уже корчился и извивался на земле. У него была сломана шея. Певунья пронзительно вскрикнула и залопотала. Красный Глаз схватил ее за волосы и волоком потащил в свою пещеру. Взбираясь вверх, он по-прежнему волок ее по каменьям и так и не поднял на руки.</p>
     <p>Мы разозлились — разозлились безумно, несказанно. Колотя себя в грудь и скрежеща зубами, все дико ощетинившись, мы сгрудились в кучу. В нас заговорил стадный инстинкт, он словно бы звал, толкал нас на общие действия. Мы знали эту потребность объединиться, хотя и чувствовали ее смутно. Но сделать мы ничего не могли, ибо у нас не было средств, чтобы выразить эту потребность. Мы не бросились все как один и не убили Красного Глаза, потому что у нас был чересчур скудный словарь. Для выражения тех смутных ощущений, которые у нас возникали, нам не хватало мыслей-символов. Эти мысли-символы нам предстояло еще медленно и мучительно искать и изобретать.</p>
     <p>Те мысли, которые, словно тени, скользили в нашем сознании теперь, мы тоже старались выразить в звуках. Безволосый начал громко тараторить. Своими криками он хотел показать, что он разгневан и готов нанести Красному Глазу всяческий вред. Он сумел это передать, и мы вполне поняли его. Но когда он попытался выразить пробудившийся в нем импульс к объединению, его лопотание стало совсем бессмысленным. Тогда, щетиня брови и колотя себя в грудь, принялся кричать и лопотать Скуластый. Мы яростно тараторили один за другим и в своем гневе не знали удержу; даже старик Мозговитый, брызжа слюной и кривя высохшие губы, начал бормотать своим надтреснутым голосом. Потом кто-то схватил палку и стал колотить ею по бревну. В ударах палки послышался определенный ритм. И все наши крики и вопли помимо нашей воли постепенно подчинились этому ритму. Он действовал на нас успокаивающе: мы и не заметили, как наш гнев остыл и схлынул, и, покорные ритму ударов, мы начали все, как один, дергаться и хохотать.</p>
     <p>Этот всеобщий хохот великолепно показывает всю алогичность и непоследовательность поведения Племени. Только что мы все горели гневом и были охвачены смутным стремлением действовать сообща, но вот грубый ритм ударов палки уже заставил нас быстро забыть обо всем этом. Мы были очень общительны, в нас громко говорило стадное чувство — и это сборище, где мы все что-то пели и все хохотали, вполне отвечало нашей внутренней потребности. В нашей бессмысленной толчее уже таились предвестья советов первобытных людей, а также великих ассамблей и международных конвентов современного человека. Но нам, Племени Юного Мира, недоставало речи, и, где бы мы ни сходились, мы начинали дикое столпотворение и галдеж, в котором, однако, чувствовался единый ритм — этот-то ритм и нес в себе начатки будущего искусства. Это было зарождение искусства.</p>
     <p>Но мы отбивали ритм, захвативший нас, совсем недолго. Скоро мы теряли его, и тут нас захлестывало всеобщее неистовство, оно длилось до тех пор, пока мы вновь не нащупывали старый ритм или не находили новый. Иногда мы изобретали полдюжины различных ритмов сразу, и тогда какая-либо кучка, придерживаясь того ритма, который ей нравился больше, старалась заглушить и перекричать всех остальных.</p>
     <p>В этом неистовстве и шуме каждый из нас тараторил, кричал, визжал, не щадя сил, каждый приплясывал, и каждый был сам по себе, каждый был полон своими мыслями и желаниями, ощущая себя подлинным центром вселенной, независимым, отделенным на время ото всех остальных центров вселенной, которые прыгали и вопили вокруг него в эту минуту. Затем возникал ритм — было ли это хлопанье в ладоши, постукивание палкой по бревну, размеренные и четкие прыжки какого-нибудь плясуна или чья-нибудь песня с резким членением и с гибкой интонацией, которая то повышалась, то понижалась: «А-банг, а-банг! А-банг, а-банг!» И все Племя, каждый из нас, минуту назад ощущавший себя совсем отдельным и независимым, все мы уже подчинялись этому ритму, и уже приплясывали, и пели единым хором. Одна из любимых хоровых песен звучала у нас примерно так: «Ха-а, ха-а, ха-а-аха!», а другая следующим образом: «Э-уа, э-уа, э-уа-ха!»</p>
     <p>Так, невероятно гримасничая, прыгая и вертясь, мы плясали и пели в мрачных сумерках первобытного мира. В этой самозабвенной пляске сразу глохли наши смутные мысли, нас охватывал единый бешеный порыв, мы доводили себя до исступления. Наш гнев против Красного Глаза исчезал, растворяясь в искусстве, и мы вопили диким хором, пока ночь не напомнила нам о всех своих ужасах. Тогда мы, тихо перекликаясь, стали расходиться по своим пещерам, а на небе уже высыпали звезды и спустилась тьма.</p>
     <p>Мы боялись только темноты. У нас не было и понятия ни о религии, ни о мире незримого. Мы знали лишь реальный мир, боялись только реальных существ, реальных опасностей, хищников из плоти и крови. Темнота страшила нас именно потому, что это было время хищников. Под покровом мрака они выходили из своих логовищ и бросались на нас, оставаясь сами невидимыми.</p>
     <p>Вполне возможно, что из страха перед живыми существами, скрывавшимися во мраке, и зародилась впоследствии боязнь могущественного незримого мира. По мере того как возрастала способность воображения и усилился страх перед смертью, человек стал связывать этот страх с темнотой и населять ее духами. Я думаю, что зачатки именно такого страха перед темнотой были уже у Людей Огня, однако причина, побуждавшая нас, Племя, прерывать наши песни и пляски и кидаться к пещерам, была совсем другая, а именно старина Саблезубый, львы, шакалы, дикие собаки, волки и прочие прожорливые хищные звери.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XV</p>
     </title>
     <p>Вислоухий женился. Это произошло во вторую зиму после нашего путешествия и было весьма неожиданно. Меня он даже не предупредил. Я узнал об этом однажды в сумерки, поднявшись на утес и пробираясь в свою пещеру. Я уже было протиснулся в нее, как вдруг мне пришлось остановиться. В пещере для меня не было места. Ею завладел Вислоухий со своей женой, которая оказалась не кем иным, как моей сестрой, дочерью моего отчима Болтуна.</p>
     <p>Я попытался расчистить себе место силой. Но в пещере могло поместиться только двое, и эти двое там уже сидели. Преимущества были не на моей стороне, и, получив достаточное количество щипков и затрещин, я был рад ретироваться. Эту ночь, как и множество других, я провел в расщелине, соединявшей двойную пещеру. Я знал по опыту, что тут безопасно. Если двое моих сородичей ускользнули здесь от старины Саблезубого, а я увернулся от Красного Глаза, то, казалось мне, я смогу, ныряя в узкую расщелину, спастись от любого хищного зверя.</p>
     <p>Однако я забыл о диких собаках. Они были достаточно малы, чтобы проникнуть в любой проход, через который мог пролезть я. Однажды ночью они выследили меня. Если бы они вошли в обе пещеры одновременно, дело кончилось бы плохо. Но, преследуемый несколькими собаками, я нырнул в расщелину и выскочил из соседней пещеры наружу. Однако здесь меня ждали остальные собаки. Они кинулись на меня, но я прыгнул на стенку утеса и стал карабкаться вверх. И тут одна тощая, изголодавшаяся зверюга ухватила меня почти на лету. Она вцепилась зубами мне в ляжку и едва не стащила меня вниз. Думая только о том, чтобы не попасться всей стае, я не стал тратить усилий на эту тощую собаку и продолжал лезть вверх, а она так и висела, вцепившись в мою ногу.</p>
     <p>Когда я поднялся достаточно высоко, я мог уже заняться и собакой, тем более что боль в ноге сделалась нестерпимой. И вот, глядя, как футах в двенадцати внизу от меня обезумевшая от злости стая щелкала зубами, выла и, постоянно срываясь, прыгала на стену, я схватил эту тощую собаку за шею и начал ее душить. Это заняло много времени. Собака свирепо царапалась, вырывая у меня клочья волос и кожи, тянула и дергала меня вниз, стараясь стащить с утеса.</p>
     <p>Наконец она разжала зубы и выпустила мою ногу. Я поднял ее труп на утес и провел остаток ночи у входа в пещеру, где спали Вислоухий и моя сестра. Но сначала мне пришлось выдержать бурю протестов со стороны своих разбуженных соплеменников, которые обвиняли меня в том, что я лишил их ночного отдыха. А я все не успокаивался и хотел отомстить стае собак, все еще бесившихся внизу. Время от времени, как только они немного там утихали, я швырял в них камень, и они опять поднимали громкий вой. И тогда ко мне снова отовсюду неслись обвинения и протесты разбуженного Племени. А утром я поделился мертвой собакой с Вислоухим и его женой и несколько дней мы знать не хотели никакой растительной пищи.</p>
     <p>Брак Вислоухого был не из счастливых, но, к утешению моего друга, он оказался не слишком продолжительным. Пока Вислоухий был женат, мы изрядно страдали оба, и он и я. Я чувствовал себя одиноким. Я терпел все неудобства, вызванные утратой маленькой теплой пещеры, но идти жить к какому-нибудь другому юноше я не хотел. Мне кажется, что долговременное мое житье в одной пещере с Вислоухим стало для меня уже привычкой.</p>
     <p>Я мог жениться и сам, это правда; возможно, что я уже и женился бы, если бы в Племени не было так мало женщин. Кстати сказать, малочисленность женщин проистекала скорей всего от невоздержанности Красного Глаза — отсюда ясно, какую угрозу он нес существованию Племени. Но, помимо всего прочего, еще существовала Быстроногая, которую я никогда не забывал.</p>
     <p>Короче говоря, в течение всего времени, пока Вислоухий был женат, я бродил без пристанища и ночевал где попало, подвергаясь постоянной опасности и не зная никаких удобств. В Племени умер один мужчина, и его вдову увел себе в пещеру другой мужчина. Я захватил опустевшую пещеру вдовы, но у этой пещеры был широкий вход, и после того, как Красный Глаз едва не поймал меня в ней, я стал ночевать опять в расщелине двойной пещеры. А в теплые летние месяцы я подолгу не заглядывал в пещеры вообще, ночуя на дереве, близ устья топи, где я соорудил гнездо.</p>
     <p>Я уже отмечал, что брак Вислоухого оказался несчастливым. Моя сестра была дочерью Болтуна, и она сделала жизнь Вислоухого невыносимой. Ни в одной пещере не было столько ссор и драк, как у них. Если Красный Глаз был Синей Бородой, то Вислоухий — настоящим тюфяком; Красный Глаз, по-моему, был слишком проницателен, чтобы домогаться жены Вислоухого.</p>
     <p>К счастью для Вислоухого, она погибла. В тот год произошло необычайное событие. Уже на пороге осени, когда кончалось лето, неожиданно уродился второй урожай моркови. Эта молодая нежная морковь оказалась очень вкусна и сочна, и поляны, где она произрастала, сделались на время излюбленным местом кормежки Племени. Однажды прекрасным ранним утром мы с аппетитом там завтракали, нас было несколько десятков. Рядом со мной сидел Безволосый, за ним его отец Мозговитый и сын Длинная Губа. По другую сторону от меня были моя сестра и Вислоухий; сестра сидела рядом со мной.</p>
     <p>Все случилось совершенно внезапно. Вдруг Безволосый и моя сестра вскочили на ноги и пронзительно вскрикнули. В то же мгновение я услышал свист стрел, которые в них вонзились. Через секунду они, задыхаясь, лежали на земле, а мы все бросились наутек под защиту деревьев. Одна стрела пролетела около меня и воткнулась в землю, ее оперенный хвост дрожал и раскачивался. Я хорошо помню, как я отпрянул от нее в сторону, хотя в этом не было никакой нужды. Я испугался этой уже безвредной стрелы и отскочил от нее, как отскакивает от пугающего ее предмета лошадь.</p>
     <p>Вислоухий, бежавший вслед за мною, вдруг рухнул и растянулся на земле. Стрела насквозь пронзила ему икру. Он попробовал встать, но снова споткнулся и упал. Корчась и дрожа от страха, он сидел и жалобно призывал меня на помощь. Я кинулся к нему. Он показал мне на ногу со стрелой. Я начал было вытаскивать стрелу, но Вислоухому стало так больно, что он схватил меня за руку и остановил. Рядом с нами пролетела еще одна стрела. Другая ударилась о камень и расщепилась. Я не стал ждать третьей. Я вновь взялся за стрелу, торчавшую в ноге Вислоухого, и дернул ее изо всех сил. Стрела вышла, а Вислоухий завизжал от боли и бросился на меня драться. Но через секунду мы уже снова бежали во весь дух.</p>
     <p>Я оглянулся назад. Старик Мозговитый, отстав ото всех, одиноко ковылял, спотыкаясь и прихрамывая, в надежде спастись от смерти. Он едва не падал и однажды действительно упал, но стрелы его все еще щадили. Старик с трудом поднялся на ноги. Годы давили его тяжелым грузом, но он не хотел умирать. Трое Людей Огня, выскочивших из засады и бегущих к нему, легко могли бы его прикончить, но почему-то они не сделали этого. Может быть, он казался им слишком старым и жестким. Но они были иного мнения о Безволосом и моей сестре, ибо, когда я посмотрел на них из-за деревьев, Люди Огня уже разбивали им камнями головы. Среди этих Людей Огня был и высохший от старости хромой охотник.</p>
     <p>Мы мчались по деревьям к пещерам — взбудораженная, беспорядочная толпа, перед которой укрывалось в норы все мелкое лесное зверье и с тревожным криком взлетали птицы. Теперь, когда непосредственная опасность нам уже не угрожала, Длинная Губа остановился и поджидал своего деда Мозговитого: так они, седой старец и юноша, олицетворяя собой два разных поколения Племени — поколение дедов и внуков, — шли рядом позади всей толпы.</p>
     <p>Теперь Вислоухий вновь стал холостяком. В эту ночь я спал уже в его маленькой пещере, и наша совместная жизнь началась сызнова. О своей погибшей жене Вислоухий, казалось, не горевал. Во всяком случае, он не выказывал ни сожаления, ни тоски по ней. Что его сильно беспокоило, так это рана на ноге: прошло не меньше недели, прежде чем Вислоухий обрел свое прежнее проворство и ловкость.</p>
     <p>Мозговитый был у нас единственным стариком во всем Племени. Порою, раздумывая о тех временах и пристально вглядываясь в них, я особенно ясно вижу этого старца и всегда поражаюсь сходством между ним и отцом садовника, который служил у моего отца. Отец садовника был очень стар, высохший, весь в морщинах; когда он смотрел на меня своими маленькими тусклыми глазками и что-то шамкал беззубым ртом, клянусь, его было можно спутать с Мозговитым. Меня, ребенка, это разительное сходство прямо-таки пугало. Завидя, как он ковыляет на своих костылях, я обычно бросался в бегство. Даже седые бакенбарды этого старца я принимал за растрепанную белую бороду Мозговитого.</p>
     <p>Как я уже сказал, Мозговитый был у нас единственным стариком во всем Племени. Он являл собой редчайшее исключение. Никто из Племени не доживал до преклонного возраста. Довольно редко доживали и до средних лет. Насильственная смерть была общим уделом. Все в Племени умирали так, как умер мой отец, как умер Сломанный Зуб, как только что умерли Безволосый и моя сестра, — неожиданной и жестокой смертью, полные бодрости и сил, в расцвете жизни. Естественная смерть? В те дни насильственная смерть была естественной смертью.</p>
     <p>Никто из нас не умирал от старости. Я не знаю ни одного такого случая. Насильственная смерть постигла даже Мозговитого, хотя он был у нас единственным, кто мог рассчитывать на спокойную кончину. Какой-нибудь несчастный случай, повлекший серьезное повреждение, или временная утрата сил — все это означало быструю смерть. Сородичи умирали, как правило, не на глазах Племени, без каких-либо очевидцев. Они просто исчезали. Они уходили утром из пещер — и больше не возвращались. Так или иначе все они попадали в пасть прожорливых хищников.</p>
     <p>Набег Людей Огня на морковную поляну был началом конца, хотя никто из нас не осознавал этого. Со временем охотники с луками стали показываться все чаще. Они являлись в малом числе — по двое, по трое, — беззвучно крадучись по лесам, вооруженные своими летучими стрелами, для которых не существовало расстояния и которые сбивали добычу с самых высоких деревьев, избавляя Людей Огня от необходимости даже лазать на них. Луки и стрелы словно бы колоссально удлиняли мускулы Людей Огня, и эти охотники могли, в сущности, прыгать на расстояние сотни футов с лишним. Это делало их куда страшнее, чем даже сам Саблезубый. И, помимо того, они были очень мудры. Они умели говорить, вследствие чего они могли яснее и четче думать, и вдобавок обладали навыком к объединению своих действий.</p>
     <p>Теперь мы, Племя, стали вести себя в лесу чрезвычайно осторожно. Мы были бдительны и пугливы, как никогда раньше. Мы уже не полагались на то, что нас защитят и спасут высокие деревья. Теперь мы не могли позволить себе удовольствия, сидя высоко на ветвях, дразнить хищников и хохотать над ними. Люди Огня были тоже хищниками, а их когти и клыки достигали сотни футов в длину, — ужаснее этих пришельцев для нас не было зверей во всем нашем первобытном мире.</p>
     <p>Однажды утром, еще до того, как Племя разбрелось по лесу, среди водоносов и всех тех, кто ушел напиться к реке, началась паника. Все Племя бросилось к пещерам. Так мы в минуту тревоги поступали всегда: сначала убегали, а потом уже смотрели, что произошло. Вот и теперь: выглядывая из пещер, мы сидели и ждали, что будет. Через некоторое время на лужайку перед пещерами осторожно вышел Человек Огня. Это был все тот же низкорослый, сморщенный старый охотник. Он стоял довольно долго, глядя на нас, осматривая наши пещеры и окидывая взглядом сверху донизу весь утес. Затем он спустился по тропинке к водопою и несколько минут спустя возвратился по другой тропинке. И снова он стоял и смотрел на нас — долго и внимательно. Потом резко повернулся и пошел, прихрамывая, к лесу, а мы, сидя в пещерах, лишь жалобно перекликались друг с другом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVI</p>
     </title>
     <p>Нашел я ее в знакомых местах около черничного болота, где жила моя мать и где мы с Вислоухим соорудили свое первое убежище на дереве. Все произошло неожиданно. Проходя под деревом, я услышал памятные мне нежные звуки и взглянул вверх. Это была она, Быстроногая; сидя на ветке, она болтала ногами и смотрела на меня.</p>
     <p>На минуту я замер на месте. Глядя на Быстроногую, я почувствовал себя очень счастливым. А затем к этому ощущению счастья примешалось чувство беспокойства и боли. Я влез к ней на дерево, но она отходила от меня по ветви все дальше. Едва я настиг ее, как она прыгнула на соседнее дерево. Теперь она смотрела на меня, выглядывая из-за шуршащей листвы, и издавала нежные звуки. Я тоже прыгнул на соседнее дерево и возбужденно карабкался по ветвям, стараясь ее поймать, но положение неожиданно осложнилось: по-прежнему издавая нежные звуки, она уже сидела средь веток третьего дерева.</p>
     <p>Я чувствовал, что во мне давно уже произошла какая-то перемена, что я теперь не таков, каким был до того, как мы с Вислоухим пустились в свое долгое странствие. Я хотел Быстроногую — и знал это. Знала это и она. Вот почему она не позволяла мне приблизиться к ней. Я и забыл, что она поистине была Быстроногой и что в искусстве лазания по деревьям она являлась моим учителем. Я гнался за ней, прыгая с дерева на дерево, а она неизменно ускользала и, оглядываясь назад, бросала на меня ласковые взгляды, издавала нежные звуки, танцевала, и прыгала, и раскачивала ветви прямо у меня под носом. Чем искуснее она увертывалась, тем упорнее я старался поймать ее, а удлинявшиеся тени догоравшего дня показывали всю тщетность моих усилий.</p>
     <p>Преследуя ее, я порой садился отдохнуть и смотрел на Быстроногую с соседнего дерева; я увидел, что за то время, пока мы не встречались, она заметно изменилась. Она стала крупнее, тяжелее — словом, стала более взрослой. Линии ее тела округлились, мускулы налились, в ней появилось что-то зрелое, чего раньше не было и что меня сейчас очень манило. Она пропадала три года — три года по меньшей мере, и любая перемена в ней бросалась теперь в глаза. Я говорю, три года, но это, конечно, весьма приблизительно. Может быть, сюда надо добавить и четвертый год, который я объединил с последующими тремя. Чем больше я думаю, тем сильнее склоняюсь к тому, что я не видел ее четыре года.</p>
     <p>Где она скрывалась все это время, почему скрывалась и что с ней происходило, я не знаю. Она не могла рассказать мне об этом, так же как мы с Вислоухим не могли рассказать Племени о том, что мы видели во время нашего памятного путешествия. Вполне возможно, что, подобно нам, она тоже где-то долго странствовала, отправясь в путь по собственной воле. С другой стороны, ее мог вынудить к этому Красный Глаз. Можно не сомневаться, что в своих блужданиях по лесу Красный Глаз не раз видел Быстроногую, и если он начал ее преследовать, этого было достаточно, чтобы она скрылась. Последующие события заставляют меня думать, что она уходила далеко на юг, пересекла гряду гор и побывала на берегах незнакомой реки — все это лежало за пределами земель Племени. Но там то и дело шныряла Лесная Орда, и, как я полагаю, она-то, должно быть, и вынудила Быстроногую возвратиться к своим сородичам и ко мне. Основания для такого вывода я изложу позже.</p>
     <p>Тени становились все длиннее, я гнался за Быстроногой с еще большим пылом, но поймать ее мне никак не удавалось. Она делала вид, что стремится убежать от меня во что бы то ни стало, и в то же время ухитрялась постоянно держаться в нескольких шагах от меня. Я забыл буквально обо всем: о времени, о наступающей ночи, о хищных зверях. Я обезумел от любви к ней, и я страшно сердился на нее за то, что она не подпускала меня к себе. Это странно звучит, но мой гнев, по-видимому, вполне уживался с желанием овладеть ею.</p>
     <p>Как я уже сказал, я забыл буквально обо всем. Мчась во весь дух по открытой поляне, я наткнулся на колонию змей. Я даже не испугался их. Я обезумел. Змеи бросились на меня, но я увернулся, отпрянув в сторону. Потом на меня кинулся питон — обычно я спасался от него, с визгом влезая на дерево. Он загнал меня на дерево и сейчас, но Быстроногая уже скрывалась из виду, и я опять спрыгнул на землю и побежал за ней. Это было далеко не безопасно. За мной уже следил мой старый враг — гиена. Она решила, что вот-вот непременно что-то случится, и не отставала от меня целый час. Однажды мы потревожили стадо диких свиней и они тоже погнались за нами. Быстроногая громадным прыжком перелетела с одного дерева на другое на такое расстояние, что решиться на подобный прыжок я побоялся. Мне надо было спуститься и пробежать от дерева к дереву по земле. А там были свиньи. Но это меня не остановило. Я прыгнул вниз, оказавшись примерно на ярд от ближайшей свиньи. Они кинулись за мной и скоро загнали меня на деревья, стоявшие на открытом месте, в стороне от того направления, куда бежала Быстроногая. Я вновь соскочил с дерева и вновь помчался через поляну, а свиньи, злобно хрюкая и щелкая зубами, всем стадом гнались за мной по пятам.</p>
     <p>Если бы я споткнулся и задержался на поляне хоть на минуту, мне пришел бы конец. Но я не споткнулся. Впрочем, я и не задумывался над этим. Я был сейчас в таком состоянии духа, что не дрогнул бы, увидя самого Саблезубого или десяток Людей Огня с их стрелами. Так я обезумел от любви… но обезумел только я. Быстроногая держалась иначе. Она была очень мудра. Она отнюдь не рисковала, и теперь, оглядываясь назад сквозь столетия на эту дикую любовную погоню, я вспоминаю, что когда меня задержали свиньи, Быстроногая не убежала, не скрылась, а поджидала, чтобы я вновь погнался за ней. И она преднамеренно выбирала направление, бежала от меня только в одну, нужную ей сторону.</p>
     <p>Наконец спустилась тьма. Быстроногая повела меня вокруг мшистого выступа огромной скалы, громоздившейся среди деревьев. После этого мы пробирались сквозь чащобу кустарника, который нещадно меня царапал. Но на Быстроногой не пострадал ни один волосок. Она знала эту дорогу. Посреди кустарника, в самом глухом урочище, вздымался могучий дуб. Я был очень близко от нее, когда она вскарабкалась на этот дуб, и здесь, в гнезде с крышей, я нашел то, что искал так долго и тщетно: я поймал ее.</p>
     <p>Гиена вновь напала на наш след, она подошла к дубу и начала выть голодным голосом. Но мы не обращали на нее внимания и от души хохотали, когда она, фыркнув, скрылась в кустарнике. Была весна, и множество разнообразных звуков слышалось в ночи. Как обычно в эту пору, животные вели свои нескончаемые брачные битвы. Сидя в гнезде, я слышал визг и ржание диких лошадей, трубные клики слона и рычание львов. Но на небе засиял молодой месяц, ночь была теплая, и мы смеялись от души, ничего не боясь.</p>
     <p>Как помню, утром мы наткнулись на пару взъерошенных, разъяренных диких петухов, которые дрались с таким самозабвением, что я подошел прямо к ним и поймал их за шею. Так мы с Быстроногой устроили себе свадебный завтрак. Петухи оказались на вкус восхитительными. Ловить птиц весной было нетрудно. А однажды ночью, при сильном свете луны, мы с Быстроногой наблюдали со своего дерева, как бились два лося; мы видели, как подкрались к ним, незамеченные, лев и львица и как они, прыгнув на лосей, загрызли их.</p>
     <p>Не могу сказать, сколько времени мы с Быстроногой жили на дереве. Но однажды, когда мы бродили по лесу, в наше дерево ударила молния. Большущие ветви, на которых держалось гнездо, были расщеплены, от самого гнезда почти ничего не осталось. Я начал было восстанавливать его, но Быстроногая не хотела об этом и слышать. Как я скоро понял, она чрезвычайно страшилась молнии, и убедить ее вновь поселиться на этом дереве мне не удалось. В конце концов, проведя наш медовый месяц в лесу, мы пошли жить в пещеры. Подобно тому, как после своей женитьбы меня изгнал из пещеры Вислоухий, так теперь изгнал его я; мы жили в пещере вдвоем с Быстроногой, а Вислоухий ночевал в расщелине, соединявшей двойную пещеру.</p>
     <p>Вместе с нашим приходом в Племя пришла и тревога. Не знаю, сколько жен было у Красного Глаза после Певуньи, которая не избежала участи остальных. Теперь Красный Глаз жил с маленьким, робким, безвольным существом; эта женщина хныкала и плакала постоянно, невзирая на то, бил он ее в данную минуту или нет. Было ясно, что конец ее наступит очень скоро. Но даже не дожидаясь этого, Красный Глаз с жадностью глядел на Быстроногую, а когда его жена умерла, начал преследовать Быстроногую открыто.</p>
     <p>К счастью для нее, она была Быстроногой и обладала изумительной способностью мчаться по деревьям. Чтобы избежать объятий Красного Глаза, ей потребовалось все ее благоразумие и вся ее отвага. Помочь ей я не мог. Красный Глаз был так чудовищно силен, что разорвал бы меня на куски. Ведь до конца моей жизни в сырую погоду у меня болело и ныло плечо, и это было делом его рук.</p>
     <p>В те дни, когда он изувечил мне плечо, Быстроногая болела. Это был, вероятно, припадок малярии, которой мы нередко заболевали; во всяком случае, Быстроногая впала в апатию и сонливость. Мускулы ее лишились былой пружинистой силы, и она уже не могла нестись по деревьям с прежней стремительностью, — именно в эти-то дни Красный Глаз нагнал ее близ логова диких собак, в нескольких милях к югу от пещер. Обычно в таких случаях Быстроногая сначала сновала около Красного Глаза кругами, потом стремглав неслась домой и скрывалась в нашей пещере с ее узеньким входом. Но сейчас она не могла кружить и сновать по деревьям. Она была слишком слаба и медлительна. Всякий раз, как только она прыгала в сторону, Красный Глаз преграждал ей путь, и скоро Быстроногая уже не пыталась обмануть и провести его, а кинулась бежать прямиком к поселку.</p>
     <p>Не будь она больна, удрать от Красного Глаза было бы для нее детской игрою, но теперь ей пришлось призвать на помощь всю свою бдительность и ловкость. Ее преимущество заключалось в том, что она могла взбираться на более тонкие ветви и прыгать дальше, чем он. Кроме того, у нее был безошибочный глазомер на расстояния и инстинктивное чутье на то, сколь крепка и надежна ветка или сук, на который она готовилась прыгнуть.</p>
     <p>Преследованию, казалось, не будет конца. Они мчались по деревьям, кружа и делая огромные петли, бросаясь то в одну сторону, то в другую. Видя такую погоню, переполошилось все Племя. Все взволнованно лопотали, повышая голоса, когда Красный Глаз был далеко, и замолкая, когда он приближался. И мужчины и женщины оказались лишь бессильными зрителями. Женщины визжали и тараторили, а мужчины в тщетном гневе били себя в грудь кулаками. Особенно гневался Скуластый, и хотя при приближении Красного Глаза умерял свою ярость и он, но все-таки он делал это не в такой мере, как остальные мужчины.</p>
     <p>Что касается меня, то я вел себя отнюдь не доблестно. Я был тогда кем угодно, только не героем. Ведь что ни говори, а какой был бы толк, если бы я кинулся на Красного Глаза? Справиться с этим чудовищем и зверем у меня не хватило бы никаких сил. Он убил бы меня, и положение ничуть бы не изменилось к лучшему. Он поймал бы Быстроногую, даже не подпустив ее к пещерам. Значит, мне оставалось теперь только злиться и глядеть на бесчинство Красного Глаза, увертываясь с его пути и замолкая всякий раз, как он проносился поблизости от меня.</p>
     <p>Время шло. Наступал вечер. А погоня за Быстроногой все не прекращалась. Красный Глаз решил довести ее до изнеможения. Он только и ждал, когда она выбьется из сил. Быстроногая уже начала утомляться и не могла нестись по деревьям с прежней стремительностью. Тогда она стала взбегать на тонкие ветви, куда Красный Глаз при своей тяжести взобраться не смел. Там она могла бы хоть немного отдохнуть, но Красный Глаз оказался сущим дьяволом. Будучи не в силах приблизиться к Быстроногой, он задумал ее сбросить. Навалившись всей своей тяжестью, он начал упорно раскачивать ветку, на которой сидела Быстроногая, и стряхнул ее так же легко, как можно стряхнуть с кнута муху. Быстроногая спаслась в первый раз тем, что упала на нижние ветви. В другой раз нижние ветви не удержали ее и она сорвалась наземь, но падение было все-таки сильно смягчено. После этого Красный Глаз, стремясь сбросить свою жертву, принялся трясти ветвь с таким ожесточением, что Быстроногая перелетела по воздуху на соседнее дерево. Прыжок получился великолепный, и на время она была спасена. Но скоро ей снова пришлось искать защиты, взбегая на тонкие ненадежные ветви. Сейчас она так обессилела, что другого выхода, как спасаться на тонких ветвях, у нее не было: Красный Глаз не отставал от нее ни на минуту.</p>
     <p>Погоня все еще продолжалась, а мы по-прежнему визжали, били себя кулаками в грудь и скрежетали зубами. Затем наступил конец. Это случилось уже почти в сумерки. Трепеща от страха и задыхаясь, Быстроногая повисла на высокой тонкой ветке. Она уже не видела внизу ни одного сучка или кустика, а до земли было футов тридцать. Красный Глаз стоял на той же ветке, у толстого основания, и с силой раскачивал ее вверх и вниз. Ветвь, словно маятник, ритмично качалась в воздухе, увеличивая размах при каждом толчке его тела. Внезапно, когда ветвь завершала движение вниз, Красный Глаз подпрыгнул, освободив ее от своей тяжести. Быстроногая не удержалась и, разжав руки, с криком полетела на землю.</p>
     <p>Летя в воздухе, она выпрямилась и ударилась оземь ногами. При прыжке с такой высоты упругость ее ног обыкновенно смягчала силу удара. Но теперь Быстроногая была невероятно истощена, мускулы у нее обмякли. Ее ноги подогнулись, приняв на себя удар лишь отчасти, и она упала на бок. Как оказалось, она не очень ушиблась, но от удара у нее перехватило дыхание. Совершенно беспомощная, она лежала, судорожно хватая ртом воздух.</p>
     <p>Красный Глаз бросился к ней. Запустив свои скрюченные пальцы в ее волосы, он выпрямился и с торжеством зарычал, бросая вызов испуганному Племени, которое глядело на него, сидя на деревьях. Тогда-то я и загорелся яростным гневом. Я забыл всякую осторожность, всякий страх за свою жизнь. Красный Глаз еще ревел и не двигался с места, как я наскочил на него сзади. Мой натиск был столь неожиданным, что Красный Глаз свалился с ног. Я обхватил его руками и ногами и изо всех сил прижимал к земле. Если бы Красный Глаз не держал одной рукой за волосы Быстроногую, все мои старания были бы, конечно, напрасны.</p>
     <p>Тут, воодушевленный моей отвагой, неожиданно подоспел ко мне на помощь Скуластый. Он кинулся на Красный Глаз, вонзил ему в руки зубы и стал рвать и царапать лицо. Это был самый удобный момент, когда нас могло бы поддержать все Племя. Открывалась полная возможность покончить с Красным Глазом навсегда. Но Племя в страхе осталось сидеть на деревьях.</p>
     <p>Было совершенно ясно, что Красный Глаз одолеет и меня и Скуластого. Если он на какое-то время замешкался, то только потому, что его движения связывала Быстроногая. Она уже пришла в себя и начала сопротивляться. Но Красный Глаз ни за что не хотел выпустить из руки ее волосы, и это мешало ему бороться с нами. Вдруг он схватил меня за плечо. Для меня это было началом конца. Он притягивал меня все ближе и ближе к себе, чтобы ему было удобнее вцепиться зубами мне в горло. Пасть его была открыта и оскалена в злорадной усмешке. Словно бы только пробуя свою силу, он так сдавил и свихнул мне плечо, что я страдал от этого всю мою остальную жизнь.</p>
     <p>И тут случилось нечто непредвиденное. Мы даже не сразу поняли, что произошло. На всех нас четверых вдруг рухнуло чье-то огромное тело. Мы кубарем покатились в разные стороны, перевернувшись раз десять и сразу же отпустив друг друга. В тот же миг Скуластый ужасающе вскрикнул. Я не осознавал, что творится, но почувствовал запах тигра и, прыгая на дерево, увидел мелькнувшую полосатую шкуру.</p>
     <p>Это был старина Саблезубый. Шум, который мы подняли, потревожил его, он вышел из своего логова и потихоньку подкрался к нам, никем не замеченный. Быстроногая теперь была тоже на дереве, стоявшем рядом с моим, и я тотчас же прыгнул к ней. Я обнял и прижал ее к себе, а она тихо всхлипывала и плакала. Снизу слышалось рычание и хруст костей. Это приступал к ужину Саблезубый, пожирая Скуластого. С дальнего дерева, широко открыв свои воспаленные веки, смотрел на эту сцену Красный Глаз. Перед ним было чудовище, куда более сильное, чем он. Мы с Быстроногой повернулись и спокойно двинулись по деревьям к пещерам, в то время как Племя, не отходя от места происшествия, обрушило на своего извечного врага град оскорблений, веток и сучьев. Тот колотил хвостом по земле, рычал, но продолжал дожирать Скуластого.</p>
     <p>Таким именно образом мы были спасены. Все произошло благодаря случайности, благодаря чистейшей случайности. Не будь этого и погибни я в лапах Красного Глаза, через тысячу столетий не родился бы тот, кто читает газеты, ездит в трамвае и — да-да! — пишет эту повесть о событиях древних, седых времен.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVII</p>
     </title>
     <p>Это случилось ранней осенью, на следующий год. Вскоре после неудачи с Быстроногой Красный Глаз взял себе другую жену, и, как ни странно, она все еще была жива. Еще более странным казалось то, что у них родился ребенок — первый ребенок Красного Глаза. Все прежние его жены жили у него слишком недолго, чтобы у них могли родиться дети. Этот год прошел для всех нас благополучно. Погода стояла удивительно мягкая, еды было в изобилии. Помню, что особенно уродилась в этот год репа. Хорош был и урожай орехов, а дикая слива выдалась очень крупной и сладкой.</p>
     <p>Словам, это был благодатный, золотой год. И тогда-то и нагрянула на нас беда. Дело происходило ранним утром, и мы были захвачены врасплох в наших пещерах. Мы проснулись при свете серой холодной зари, которая большинству Племени предвещала смерть. Нас с Быстроногой разбудил невероятный визг и лопотанье. Наша пещера была на утесе выше всех остальных, мы выползли из нее и посмотрели вниз. Все поле перед пещерами было заполнено Людьми Огня. Их крики и вопли еще более усиливали всеобщий шум, но в действиях пришельцев чувствовался какой-то порядок и план, а у нас не было ничего подобного. У нас каждый защищал только сам себя и действовал лишь на собственный риск, и никому из Племени не приходило в голову, насколько ужасно было нависшее над нами бедствие.</p>
     <p>Скоро Люди Огня плотной толпой подступили к подножию утеса, и мы принялись швырять в них камни. Первые же наши удары, должно быть, нанесли врагу урон, ибо когда Люди Огня откатились назад, трое из них остались лежать на земле. Они корчились в судорогах, а один даже пытался уползти. Но мы скоро прикончили их. Все наши мужчины уже рычали от ярости и засыпали этих раненых градом каменьев. Несколько Людей Огня вновь подбежали к утесу и хотели оттащить раненых в безопасное место, но наши камни прогнали их обратно.</p>
     <p>Люди Огня пришли в бешенство. Но вместе с тем они не утратили осторожности. Несмотря на свои яростные вопли, они держались на значительном расстоянии от утеса и через несколько минут пустили в нас тучу стрел. Это положило конец метанию камней. Скоро полдюжины из нас были убиты, десятка два ранены, а все остальные укрылись в пещерах. Стрелы долетали и до моей высокой пещеры, но из-за дальности расстояния они уже утрачивали свою боевую силу, и Люди Огня перестали в меня стрелять. Однако я был любопытен. Мне не терпелось посмотреть, что будет дальше. Хотя Быстроногая, забившись в глубь пещеры, дрожала от страха и издавала горестные звуки, призывая меня к себе, я подполз к краю утеса и глянул вниз.</p>
     <p>Сражение на время прекратилось. Оно как бы зашло в тупик. Мы сидели в своих пещерах, а Люди Огня раздумывали, как нас оттуда выгнать. Броситься прямо к пещерам у них не хватало смелости, а мы не желали подставлять себя под их стрелы. Время от времени, когда кто-нибудь из них приближался к подножию утеса, у нас находился смельчак, который метал в него камень. В ответ на это летело с полдесятка стрел, и смельчак оказывался убитым. Эта хитрость удавалась им несколько раз, но в конце концов никто из Племени больше уже не поддавался на провокацию и не вылезал из пещеры. Тупик в сражении принял безнадежный характер.</p>
     <p>Среди Людей Огня, в задних рядах, я рассмотрел высохшего старого охотника, который руководил всеми остальными. Те подчинялись ему и шли по его приказу куда угодно. Скоро группа посланных отправилась в лес и вернулась оттуда, притащив кучу хвороста, листьев и травы. Люди Огня подступили ближе к утесу. В то время как большинство пришельцев стояли на страже со своими луками и стрелами, готовые выстрелить в каждого из нас, кто только покажется из пещеры, часть их бросилась к нижним пещерам. Там, у самых входов, они кучами сложили хворост и сухую траву. Затем, поколдовав у этих куч, они вызвали чудовище, которого мы так боялись, — ОГОНЬ. Сначала появились и поползли вверх по утесу струйки дыма. Затем я увидел, как среди сучьев и ветвей, извиваясь, словно змеи, взметнулись красные языки пламени. Дым становился гуще и гуще, временами окутывая весь утес. Поскольку я сидел высоко, дым не очень меня беспокоил, хотя у меня щипало глаза и я тер их кулаками.</p>
     <p>Первым был выкурен из пещеры старик Мозговитый. Легкий ветерок временами относил дым в сторону, и я мог ясно видеть, что происходило. Мозговитый прорвался через завесу дыма, ступил на раскаленные угли и, завизжав от внезапной боли, начал карабкаться вверх по утесу. Стрелы летели около него роем. Он приостановился на каком-то выступе, уцепившись за камень, и чихал и мотал головой, явно задыхаясь. Он пошатывался, руки и ноги у него тряслись. В спине и боках у него торчали оперенные хвосты стрел, их было не меньше дюжины. Он был стар, и он не хотел умирать. Он раскачивался все сильнее, колени у него подгибались, и он все время жалобно всхлипывал. Потом, выпуская камень, руки его разжались, и он сорвался вниз. Его старые кости, надо думать, поломались все до одной. Он еще стонал и делал слабые попытки приподняться, но Люди Огня кинулись на него и размозжили ему голову.</p>
     <p>Такова была участь, постигшая Мозговитого, и эту же участь разделили многие из Племени. Не в силах терпеть удушливый дым, они выскакивали из пещер и падали, сраженные стрелами. Кое-кто из женщин с детьми оставался сидеть в пещерах и задохнулся от дыма, но большинство приняло смерть от стрел.</p>
     <p>Очистив таким образом нижний ряд пещер, Люди Огня стали готовиться, чтобы повторить операцию, поднявшись выше. Пока они лезли по каменьям, подтаскивая сухую траву и хворост, выскочил из своей пещеры Красный Глаз. Вместе с ним была его жена, к груди которой крепко прижимался ребенок. Они молниеносно бросились вверх по утесу. Люди Огня, должно быть, считали, что пока они поджигают хворост, все мы будем смирно сидеть в своих пещерах, и появление Красного Глаза застало их врасплох. Они еще не успели прицелиться и пустить свои стрелы, как Красный Глаз и его жена были уже высоко на утесе. Добравшись до вершины, Красный Глаз повернулся и стал бить себя в грудь кулаками. Люди Огня принялись стрелять в него, но он, избежав даже легкой раны, тут же скрылся из виду.</p>
     <p>Я видел, как Люди Огня обкуривали третий ряд пещер, а потом и четвертый. Лишь немногие из Племени спаслись, взобравшись на утес, большинство было сражено стрелами при первой же попытке к бегству. Помню, как погиб Длинная Губа. С жалким плачем он добежал до того выступа, где находилась моя пещера; в спине у него торчал оперенный хвост стрелы, а из груди высовывался костяной наконечник — стрела насквозь пронзила его, когда он лез вверх по камням. Он упал навзничь около моей пещеры, залив весь вход кровью.</p>
     <p>Приблизительно к этому времени самый верхний ряд пещер уже опустел: их обитатели вылезали один за другим и карабкались вверх. Скоро на вершине утеса собрались все те, кого не задушил дым и не сразили стрелы. Многие из них нашли тут спасение. Люди Огня не могли перестрелять всех, у них не хватало времени. Стрелы тучей взвивались вверх, беглецы десятками летели с утеса на землю, но тем не менее кое-кто успел перелезть через гребень утеса и спастись от опасности.</p>
     <p>Стремление бежать и скрыться владело мною теперь гораздо сильнее, чем любопытство. Стрелы уже не летели к вершине утеса, Люди Огня затихли. Казалось, все наше Племя исчезло, хотя, возможно, кое-кто еще прятался в верхних пещерах. Теперь на вершину утеса стали карабкаться мы с Быстроногой. Увидев нас, Люди Огня разразились громкими криками. Такое волнение вызвал отнюдь не я, его вызвала Быстроногая. Люди Огня возбужденно тараторили между собой и указывали на нее пальцами. Стрелять в нее они даже не пытались. В нас не полетела ни одна стрела. Люди Огня начали мягко и ласково окликать Быстроногую. Я остановился и поглядел на нее. Вид у нее был испуганный, она плакала и убеждала меня спешить. Мы перевалили вершину утеса и скоро скрылись в лесу.</p>
     <p>Полный недоумения, я часто раздумывал над этим событием. Если Быстроногая действительно принадлежала к племени Людей Огня, то, вероятно, она когда-то в раннем детстве отбилась от них и уже не помнила своих сородичей, иначе она не испугалась бы их. С другой стороны, вполне может быть, что, принадлежа к их племени, она никогда и не отбивалась от Людей Огня; она могла родиться в диких лесах, вдали от их стойбищ, отцом ее мог оказаться какой-нибудь отщепенец из их же породы, а мать, возможно, была из нашего Племени. Все это было мне совершенно неведомо, и Быстроногая знала об этом не больше, чем я.</p>
     <p>Мы пережили ужасный день. Почти все те, кто уцелел от налета Людей Огня, бежали к черничным болотам и нашли приют в окрестных лесах. И целые сутки отряды Людей Огня рыскали по лесу, убивая моих соплеменников, как только их находили. Надо полагать, они действовали по заранее обдуманному плану. Расплодившись так, что их земли стали им тесны, они решили завоевать наши. Но разве это можно назвать завоеванием? Силы были слишком неравны. Это была бойня, разнузданная бойня, ибо Люди Огня не щадили никого, убивая старого и малого, истребляя на нашей земле всех до единого.</p>
     <p>Для нас это было как конец света. Мы мчались по деревьям, надеясь найти убежище хоть в лесу, но дело кончалось тем, что нас окружали со всех сторон и умерщвляли стрелами, семью за семьей. Мы с Быстроногой видели в тот день множество подобных сцен; сказать по правде, я и стремился увидеть все своими глазами. Мы никогда не сидели долго на одном и том же дереве, вследствие этого Людям Огня не удавалось нас окружить. Но куда нам было деваться, куда идти, этого мы не знали. Казалось, Люди Огня вездесущи; упорно гоняясь за нашими сородичами и истребляя их, они могли появиться где угодно. Куда бы мы ни кидались, мы всюду наталкивались на них и всюду видели следы их деяний.</p>
     <p>Я не знаю, что сталось с моей матерью, но я видел, как был сбит стрелой с моего родного дерева. Болтун. Боюсь, что в эту минуту я от радости начал трясти свое дерево. Прежде чем закончить эту часть моего повествования, я расскажу о Красном Глазе. Его настигли вместе с женой на дереве около болота, где росла черника. Мы с Быстроногой увидели это издали и приостановились посмотреть, чем все кончится. Люди Огня были слишком заняты своим делом и не замечали нас, а, помимо того, мы старательно прятались в густой листве ветвей, на которых сидели.</p>
     <p>Два десятка охотников стояли под деревом, посылая в него стрелы. Если стрелы падали обратно на землю, охотники тут же подбирали их. Красного Глаза я не видел, но все время слышал его рычание, несущееся откуда-то с дерева. Скоро это рычание стало звучать гораздо глуше. Вероятно, Красный Глаз нашел в дереве дупло и залез в него. Но его жене найти подобное убежище не удалось. Стрела сбила ее наземь. Она была тяжело ранена и даже не пыталась вскочить на ноги и скрыться. Корчась и пугливо пригибая голову, она держала на груди прижимавшегося к ней ребенка, стонала и делала умоляющие знаки Людям Огня. Те окружили ее и принялись хохотать — точно так, как мы с Вислоухим хохотали когда-то над стариком из Лесной Орды. И точно так же, как тыкали и кололи его ветками и палками мы, кололи и тыкали жену Красного Глаза Люди Огня. Они кололи ее кончиками своих луков, всовывая их женщине между ребер. Но такая забава доставила охотникам не так уж много удовольствия. Дело в том, что женщина не сопротивлялась. Она даже не злилась; склонясь над своим детенышем, она сидела и по-прежнему жалобно хныкала, моля пощады. Вдруг один из Людей Огня с решительным видом шагнул к ней. В руках у него была дубинка. Женщина подняла глаза, понимая, что все это значит, но она лишь умоляюще застонала и не двинулась с места, пока на нее не обрушился удар.</p>
     <p>А Красный Глаз сидел в дупле, и его нельзя было достать никакими стрелами. Охотники стали в кружок и некоторое время совещались, затем один из них влез на дерево. Что произошло на дереве, я не могу сказать, но я слышал, как завопил охотник, и видел, как встревожились Люди Огня внизу. Прошло несколько минут, и охотник вниз головой свалился с дерева на землю. Он лежал, не подавая признаков жизни. Люди Огня посмотрели на него и приподняли ему голову, но голова снова бессильно упала, как только они выпустили ее из рук. Красный Глаз сводил счеты.</p>
     <p>Люди Огня были очень рассержены. В стволе дерева, лишь на дюйм от земли, виднелось отверстие. Охотники сложили тут груду сучьев и сухой травы и разожгли костер. Крепко обнявшись, мы с Быстроногой сидели в своем укрытии и ждали, чем кончится эта борьба. Время от времени Люди Огня бросали в костер совершенно сырые, зеленые ветви, и тогда дым поднимался необычайно густыми, черными клубами.</p>
     <p>И вдруг мы увидели, как охотники поспешно отскочили от дерева. Но все же они сделали это недостаточно быстро. Грузное тело Красного Глаза рухнуло прямо на них. Красный Глаз был в невероятной ярости и размахивал своими чудовищными длинными руками направо и налево. Одному охотнику он снес лицо — буквально снес своими шишковатыми железными пальцами. Другого он ударил по шее. Дико завопив, Люди Огня сначала отступили, а потом бросились на него. Красный Глаз схватил валявшуюся дубинку и начал разбивать им головы, как яичную скорлупу. Справиться с таким чудовищем Людям Огня было явно не под силу, им снова пришлось отступить. Красный Глаз увидел, что упускать подобный момент нельзя: он повернулся и бросился бежать, все еще бешено рыча. Несколько стрел полетело ему вслед, но он нырнул в чащу и тут же исчез.</p>
     <p>Соблюдая крайнюю осторожность, мы с Быстроногой ушли по деревьям в другую сторону, но и тут наткнулись на новый отряд охотников. Они загнали нас на черничное болото, но мы прошли через трясину по тропам, которых они не знали, и таким образом скрылись от них. Мы пересекли трясину и оказались на узкой лесной полосе, отделявшей черничное болото от обширных топей, простиравшихся далеко на запад. Тут-то мы и встретились с Вислоухим. Как спасся он, не могу себе представить, разве только благодаря тому, что не ночевал предыдущую ночь в пещерах.</p>
     <p>Здесь, на узкой лесной полосе, мы могли бы построить гнезда на деревьях и прочно обосноваться, но Люди Огня продолжали упорно преследовать Племя и истреблять его. К вечеру выбежали и промчались мимо нас, скрывшись в лесу, Волосатый с женой. Они бежали очень торопливо, молча, лица у них были встревоженные.</p>
     <p>С той стороны, откуда они бежали, к нам донеслись воинственные крики охотников и вопли кого-то из Племени. Люди Огня нашли-таки дорогу через трясину.</p>
     <p>Быстроногая, Вислоухий и я бросились бежать за Волосатым и его женой. Выбежав к краю великих болот, мы остановились. Мы не знали тут ни одной тропы. Эти места были далеко за пределами наших владений, и Племя всегда избегало заходить сюда. Во всяком случае, я не знал никого, кто побывал бы здесь и вернулся. В наших глазах эти болота были чем-то таинственным и страшным — страшным своей неизвестностью. Как я сказал, мы остановились у края болота. Мы дрожали от страха. Крики Людей Огня слышались все ближе и ближе. Мы посмотрели друг на друга. Волосатый вступил в зыбкую жижу и ярдах в двенадцати от берега нащупал ногами твердую кочку. Жена его оказалась не столь смелой. Она попробовала было войти в болото, но, коснувшись его предательской поверхности, отпрянула назад и боязливо сжалась.</p>
     <p>Быстроногая даже не думала меня ждать, она кинулась вперед и, обогнав Волосатого ярдов на сто, нашла еще одну большую кочку. К тому времени, когда мы с Вислоухим оказались рядом с ней, из-за деревьев выскочили Люди Огня. Увидев их, жена Волосатого в ужасе метнулась вслед за нами. Но она бежала наугад, не выбирая места, и через несколько шагов провалилась по пояс. Оглянувшись назад, мы увидели, как охотники пускали в нее стрелу за стрелой, а она медленно погружалась в трясину. Теперь стрелы начали падать уже около нас. Мы собрались вместе, все четверо, и двинулись вперед, сами не зная куда, шагая по болоту все дальше и дальше.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVIII</p>
     </title>
     <p>Ясного представления о наших блужданиях по великим болотам у меня нет. Когда я вспоминаю об этом, в памяти всплывают разрозненные картины, но установить какие-либо границы во времени я не могу. Я не знаю, как долго мы бродили в тех проклятых местах, но, вероятно, целые недели. Мои воспоминания о том, что тогда происходило, неизменно переходят в жуткий кошмар. Сквозь тьму бесчисленных веков, подавленный первобытным страхом, я вижу, как мы без конца блуждаем, блуждаем по зыбкой, промозглой трясине, пропитанной водой, на нас бросаются ядовитые змеи, рычат поблизости прожорливые звери, под нами колышется и зыблется, засасывая ноги, тинистая, вязкая почва.</p>
     <p>Помню, что мы то и дело сворачивали со своего пути из-за встречных потоков, озер и обширных топей. Помню бури и дождь и сплошь залитые водой громадные низины; помню дни горьких невзгод и невыносимого голода, когда поднявшиеся воды загоняли нас на деревья и мы надолго оказывались там пленниками.</p>
     <p>Ярко встает передо мной следующая картина. Мы стоим у огромных деревьев, с их ветвей свисают волокна седого мха, а ползучие растения, словно чудовищные змеи, вьются по стволам, причудливо переплетаясь в воздухе. Всюду вокруг нас топь, затянутая грязной жижицей топь: она пузырится от газов и, пыхтя и вздыхая, ходит мерными валами. И среди этой вонючей топи мы, нас около дюжины. Мы невероятно исхудали, до крайности измождены, кожа плотно обтягивает наши кости. Мы не поем, не болтаем, не смеемся. Мы забыли о шутках и проказах. Наш беспечный и бодрый дух на этот раз беспримерно подавлен и побежден. Мы издаем какие-то жалобные тягучие звуки, переглядываемся и теснее жмемся друг к другу. Мы похожи на кучку жалких существ, переживших конец света и встретившихся на другой день после его гибели.</p>
     <p>Эта сцена видится мне без всякой связи с другими событиями, происшедшими на болотах. Не приложу ума, как нам удалось преодолеть страшные топи, но в конце концов мы выбрались к гряде небольших холмов, спускающихся к реке. Это была наша река; она выходила из великих болот, как теперь вышли из них и мы. На южном берегу, где река пробивала свой путь между холмами в крутояре, сложенном из песчаника, мы обнаружили множество пещер. Вдали на западе, перекатываясь через отмель в устье реки, гудел морской прибой. Здесь-то в пещерах, по соседству с морем, мы и обосновались.</p>
     <p>Нас было очень немного. Потом к нам начали приходить и присоединяться те из Племени, кому удалось спастись. Они выбирались из болот поодиночке, по двое и по трое, гораздо более похожие на мертвецов, чем на живых, настоящие ходячие скелеты. В конце концов в пещерах собралось тридцать соплеменников. После этого уже никто из болот не появлялся. Красного Глаза среди нас не было. Не было среди нас и детей — такого мучительного пути не перенес ни один ребенок.</p>
     <p>Я не стану подробно рассказывать о нашем житье в пещерах у моря. Это стойбище оказалось не из счастливых. Тут было сыро и холодно, и мы постоянно кашляли и страдали от простуды. Долго жить в такой местности мы не могли. Правда, у нас рождались дети, но они хирели и умирали — умерших у нас вообще было больше, чем народившихся. Нас становилось все меньше и меньше.</p>
     <p>Помимо всего прочего, пагубно отразилась на нас резкая перемена в пище. Овощей и плодов мы собирали мало, ели главным образом рыбу. Там было множество моллюсков, устриц, двустворчатых раковин и больших морских крабов, выбрасываемых штормом на берег. Мы нашли, кроме того, несколько видов морских водорослей, очень хороших на вкус. Но перемена в пище вызвала у нас желудочные заболевания, никто из нас не мог по-настоящему пополнеть. Все мы были худые и нездоровые на вид. Вылавливая на отмели громадных моллюсков-абалонов, погиб Вислоухий. Абалон защемил ему пальцы и продержал его до тех пор, пока не начался прилив. Вислоухий утонул. Мы нашли его тело на следующий день; это был для нас тяжелый урок. Никто из нас уже не совал больше рук в защелкивающуюся раковину абалона.</p>
     <p>У нас с Быстроногой родился ребенок, мальчик, и мы выхаживали его в течение нескольких лет. Но я твердо знаю, что, не уйди мы в другие места, он никак не перенес бы того ужасного климата. А затем вновь появились Люди Огня. Они приплыли к нам по реке— и не на катамаране, а в грубом долбленом челноке. Гребцов в челноке было трое, и один из них — высохший от старости низкорослый охотник. Они причалили к нашему берегу, и старик, прихрамывая, поднялся по песчаному откосу и пристально оглядел наши пещеры.</p>
     <p>Через несколько минут Люди Огня уплыли, но Быстроногая никак не могла оправиться от страшного испуга. Мы перепугались все, но никто не был взволнован в такой мере, как Быстроногая. Она хныкала и рыдала, не находя себе покоя всю эту ночь. Утром она взяла ребенка на руки и, громко крича и жестикулируя, заставила меня пуститься во второе великое странствование. В пещерах теперь оставались лишь восемь мужчин и женщин — последние наследники Племени. Да и их будущее было безнадежным. Если бы Люди Огня даже не вернулись, все равно они скоро бы погибли. Слишком вреден был климат в тех местах. Наше Племя к жизни у моря было совершенно не приспособлено.</p>
     <p>Мы с Быстроногой двинулись на юг, все время огибая великие болота и ни разу не рискуя в них углубиться. Однажды мы повернули к западу, перевалили гряду гор и вышли на побережье. Но обосноваться там было немыслимо. Там совсем не было леса — лишь унылые голые откосы и скалы, гремящий прибой и упорный сильный ветер, который, казалось, никогда не затихал. Мы отступили снова в горы, пересекли их и, держа путь на восток и юг, опять оказались у великих болот.</p>
     <p>Скоро мы достигли южной окраины болот и пошли оттуда прямиком на юго-восток. Перед нами открылись прекрасные места. Было очень тепло, снова вокруг нас шумел густой лес. Потом мы, пройдя невысокую цепь холмов, очутились в чудесной земле — это была поистине Страна Лесов. Чем дальше мы уходили от морского берега, тем мягче и теплее становился воздух; мы шли и шли, пока перед нами не блеснула большая река — Быстроногой она была, по-видимому, знакома. Должно быть, именно здесь провела Быстроногая те четыре года, в течение которых ее не было в Племени. Мы переплыли реку на бревнах и вышли на берег у подножия громадного утеса. Высоко на утесе мы нашли себе новое жилище — почти недоступную и невидимую снизу пещеру.</p>
     <p>Теперь мне остается рассказать совсем немного. Мы с Быстроногой жили в этой пещере и выхаживали своих детей. И на этом обрываются все мои воспоминания. Мы уже никуда больше не переселялись. Ни разу мне не снились иные места, кроме нашей высокой, недоступной пещеры. И здесь, надо думать, родился ребенок, унаследовавший первоисточник моих снов и таким образом впитавший в себя все впечатления моей жизни или, вернее, жизни Большого Зуба, моего второго — ведь хотя он и не является моим истинным, реальным «я», он реален для меня настолько, что я не в силах сказать, в каком же именно веке я живу.</p>
     <p>Я часто изумляюсь, раздумывая над этой наследственной связью, над этим родством. Я, современный и реальный, являюсь, безусловно, человеком, но я, Большой Зуб, житель первобытных лесов, не человек. В какой-то точке, если проследить прямую линию моих предков и пращуров, эти два «я» моей раздвоенной личности соединяются. Было ли Племя, все мои соплеменники, прежде чем их истребили, — были ли они на пути превращения в человека? И прошел ли через этот процесс я сам и мои близкие родичи? С другой стороны, разве не могло случиться так, что кое-кто из моих потомков присоединился к Людям Огня и стал одним из них? Всего этого я не знаю. И нет никакой возможности это узнать. Несомненно только одно: Большой Зуб внедрил в мозг одного из потомков все события своей жизни, и они запечатлелись там столь неизгладимо, что бесчисленные поколения не могли их стереть.</p>
     <p>Есть еще одна вещь, о которой я должен упомянуть, прежде чем кончу повесть. Мне часто снится этот сон, а реальные события имели место, должно быть, в то время, когда я жил в той же высокой, труднодоступной пещере. Помню, я шел к югу по дремучим дебрям. Тут я наткнулся на Лесную Орду. Затаясь в чаще, я стал следить, как эти дикари играли. Их было тут целое сборище, они хохотали, прыгали и пританцовывали, напевая хором какую-то визгливую примитивную песню.</p>
     <p>Вдруг они смолкли и прекратили свои прыжки и пляски. Съежась и бросая тревожные взгляды по сторонам, они пятились и словно бы хотели броситься прочь. В эту минуту в их толпе появился Красный Глаз.</p>
     <p>Все трусливо уступали ему дорогу. У всех на лицах был написан страх. Но он и не пытался кого-нибудь задеть или обидеть. Он был один из них — он породнился с Лесною Ордою. Следом за ним, раскачиваясь на своих согнутых жилистых ногах и для равновесия опираясь костяшками пальцев обеих рук о землю, шла старая самка Лесной Орды — его нынешняя жена. Он сел посреди круга. Я вижу его и теперь, когда пишу эти строки, вижу, как он хмуро уставился своими воспаленными глазами на Лесную Орду, робко расступающуюся перед ним. И, не вставая с места, он вдруг задирает свою чудовищную ногу и кривыми цепкими пальцами чешет себе живот. Ведь это же Красный Глаз, само воплощение атавизма.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Н. Банникова</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Путешествие на «Снарке»</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава I. ВСТУПЛЕНИЕ</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Посвящается ЧАРМИАН — помощнице</p>
      <p>капитана «Снарка», становившейся к</p>
      <p>штурвалу и ночью и днем, на подходах</p>
      <p>к портам и при выходе из них, при следовании</p>
      <p>узкими проливами, при любой опасности — и</p>
      <p>заплакавшей после двух лет плавания, когда</p>
      <p>путешествие было прервано.</p>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>Началось все в купальнях Глэн-Эллен. Поплавав немного, мы ложились обыкновенно на песчаном берегу, чтобы дать коже подышать теплым воздухом и напиться соком солнечного света. Роско был членом местного яхт-клуба. Я тоже немножко бывал на море. Поэтому рано или поздно разговор неизбежно должен был коснуться различного типа судов. Мы заговорили о яхтах и вообще о судах небольшого размера и о пригодности их для дальнего плавания. Вспомнили капитана Слокума и его трехлетнее путешествие вокруг света на шхуне «Спрэй».</p>
     <p>Мы утверждали, что совсем не страшно отправиться вокруг света на маленьком судне, ну, скажем, футов в сорок длиной. Мы утверждали дальше, что это даже доставило бы нам удовольствие. Мы утверждали в конце концов, что ничего на свете нам не хочется до такой степени.</p>
     <p>— Что ж, попробуем! — сказали мы… в шутку.</p>
     <p>Потом я спросил Чармиан, когда мы остались одни, хочется ли ей на самом деле попутешествовать так, а она сказала, что это было бы слишком хорошо, но что она не верит в возможность такого путешествия.</p>
     <p>В ближайший же день, когда мы опять проветривали кожу на песке у купальни, я сказал Роско:</p>
     <p>— Давайте отправимся!</p>
     <p>Я говорил совершенно серьезно, и он это так и принял, потому что спросил:</p>
     <p>— А когда?</p>
     <p>Мне нужно было построить дом на своем ранчо, разбить огород, виноградник, посадить вокруг ранчо живую изгородь — вообще переделать кучу различных дел. Мы решили, что отправимся лет через пять или года через четыре. Но потом вино приключений ударило нам в голову. Почему не ехать сейчас? Никто из нас не станет моложе через пять лет. Пусть огород, виноградник и живые изгороди процветают в наше отсутствие. Когда мы вернемся, они будут к нашим услугам. А пока дом не будет выстроен, мы отлично проживем в сторожке.</p>
     <p>Таким образом, поездка была решена, и постройка «Снарка» началась. Мы назвали его «Снарком» просто потому, что никакое другое сочетание звуков нам не нравилось, — говорю для тех, кто будет искать в этом названии какой-то скрытый смысл.</p>
     <p>Друзья никак не могут понять, зачем нам понадобилась эта поездка. Они беспокоятся, ахают и всплескивают руками. Никакие доводы не могут заставить их понять, что мы просто двинулись по линии наименьшего сопротивления; что отправиться по морю в маленькой яхте для нас легче и удобнее, чем остаться на суше, — совершенно так же, как для них гораздо легче и удобнее остаться дома, на суше, чем отправиться по морю в маленькой яхте. Все это происходит от преувеличенной оценки своего «я». Они не могут уйти от себя. Они не могут даже временно выйти из себя, чтобы увидеть, что их линия наименьшего сопротивления вовсе не обязательна для других. Из собственных желаний, симпатий и антипатий они делают аршин, которым меряют желания, симпатии и антипатии всех других живых существ. Это очень нехорошо. Я так и говорю им. Но они не могут отойти от своих несчастных «я» даже настолько, чтобы выслушать меня. Они думают, что я сумасшедший. А я думаю то же самое о них. И это одно из моих прочных убеждений. Впрочем, мы все склонны предполагать, что если человек с нами не соглашается, значит у него в голове что-то не в порядке.</p>
     <p>А все потому, что сильнейший из побудителей на свете — это тот, который выражается словами: так мне хочется. Он лежит за пределами философствования — он вплетен в самое сердце жизни. Пусть, например, разум, опираясь на философию в течение целого месяца, основательно убеждает некоего индивида, что он должен делать то-то и то-то. Индивид в последнюю минуту может сказать «хочу» и сделает что-нибудь совсем не то, чего добивалась философия, и философии придется удалиться посрамленной. Хочу — это причина, почему пьяница пьет, а подвижник носит власяницу; одного она делает развратником, а другого анахоретом; одного заставляет добиваться славы, другого — денег, третьего — любви, четвертого — искать бога. А философию человек пускает в ход по большей части только для того, чтобы оправдать свое «хочу».</p>
     <p>Так вот, если вернуться к «Снарку» и к тому, почему я захотел поехать на нем вокруг света, — я скажу так. Мои «хочу» и «мне нравится» составляют для меня всю ценность жизни. А больше всего я хочу разных личных достижений, — не для того, понятно, чтобы кто-то мне аплодировал, а просто для себя, для собственного удовольствия. Это все то же старое: «Это я сделал! Я! Собственными руками я сделал это!»</p>
     <p>Но мои подвиги должны быть непременно материального, даже физического свойства. Для меня гораздо интереснее побить рекорд в плавании или удержаться в седле, когда лошадь хочет меня сбросить, чем написать прекрасную повесть. Всякому свое. Многим, вероятно, приятнее написать прекрасную повесть, чем победить в плавании или обуздать непослушную лошадь.</p>
     <p>Подвиг, которым я, кажется, больше всего горжусь, подвиг, давший мне невероятно острое ощущение жизни, я совершил, когда мне было семнадцать лет. Я служил тогда на трехмачтовой шхуне, плававшей у японского побережья. Мы попали в тайфун. Команда провела на палубе почти всю ночь. Меня разбудили в семь утра и поставили у руля. Паруса были убраны до последнего лоскутка. Мы шли с голыми реями, однако, шхуна неслась здорово. Волны были шириною в восьмую мили, ветер срывал их пенящиеся верхушки, и воздух до того был насыщен водяной пылью, что невозможно было разглядеть на море больше двух волн подряд. Шхуной, собственно, нельзя уже было управлять. Она черпала воду то правым, то левым бортом, беспорядочно тыкалась носом то вверх, то вниз, по всем направлениям от юго-запада до юго-востока, и каждый раз, когда налетающая волна поднимала ее корму, грозила перевернуться.</p>
     <p>Я стал у штурвала. Капитан несколько минут наблюдал за мною. Он, очевидно, боялся, что я слишком молод, и что у меня не хватит ни силы, ни нервов. Но после того, как я несколько раз удачно выровнял шхуну, он спустился вниз завтракать. Все с носу и с кормы тоже ушли завтракать, так что если бы шхуна перевернулась, никто не успел бы выскочить на палубу.</p>
     <p>В продолжение сорока минут я стоял у руля один, держа в руках бешено скачущую шхуну и двадцать две человеческие жизни. Один раз нас залило с кормы. Я видел, как волна налетает, и, почти захлебываясь под многими тоннами обрушившейся на меня воды, я все-таки не дал шхуне лечь набок и не бросил руля. Через час меня сменили, — я был весь в поту и совершенно без сил. Но все-таки я выполнил свое дело. Своими собственными руками я удержал правильный курс шхуны и провел сотню тонн дерева и железа через несколько миллионов тонн воды и ветра.</p>
     <p>Я был счастлив потому, что мне это удалось, — а вовсе не потому, что двадцать два человека знали об этом. Через год половина из них умерла или разошлась в разные стороны, но моя гордость не уменьшилась от этого. Впрочем, я должен сознаться, что небольшую аудиторию я все-таки люблю. Только она должна быть совсем-совсем небольшая и состоять из людей, которые любят меня и которых я тоже люблю. Если мне удается совершить перед ними что-нибудь выдающееся, я чувствую, что оправдываю этим их любовь ко мне. Но это все-таки нечто совсем другое, чем удовольствие от самого свершения. Это удовольствие принадлежит мне одному безраздельно и совершенно не зависит от присутствия или отсутствия свидетелей. Удача приводит меня в восторг. Я весь загораюсь. Я чувствую в себе особенную гордость, которая принадлежит мне, и только мне. Это что-то физическое. Каждая фибра моего существа радостно дрожит от гордости. И это, конечно, вполне естественно. Это вопрос глубочайшего удовлетворения, которое получается всегда при удачном приспособлении к среде. Удачное приспособление к среде — вот что такое успех.</p>
     <p>Жизнь живая — это жизнь удачи; удача — это биение ее сердца. Преодоление большой трудности — это всегда удачное приспособление к среде, требующей большой точности. Чем больше препятствия, тем больше удовольствие от их преодоления. Возьмите, например, человека, который прыгает с трамплина купальни в пруд: он делает в воздухе полуоборот всем телом и попадает в воду всегда головой вперед. Как только он оттолкнется от трамплина, он попадает в непривычную первобытную среду, и такой же жестоко первобытной будет расплата, если он упадет на воду плашмя. Разумеется, ничто, собственно, не заставляет его подвергать себя риску такой расплаты. Он может спокойно остаться на берегу в безмятежном и сладостном окружении летнего воздуха, солнечного света и устойчивой неподвижности. Но что поделаешь, — человек создан иначе! В короткие мгновения полета он живет так, как никогда не жил бы, оставаясь на месте.</p>
     <p>Я, во всяком случае, предпочитаю быть на месте такого прыгающего, чем на месте субъектов, которые сидят на берегу и наблюдают за ним. Вот почему я строю «Снарк». Что поделаешь, — я уж так создан. Хочу так — и все тут. Поездка вокруг света обещает мне хорошие, сочные мгновения жизни. Согласитесь со мной на одну минуту и посмотрите на все с моей точки зрения. Вот пред вами я, маленькое животное, называемое человеком, — комочек живой материи, сто шестьдесят пять фунтов мяса, крови, нервов, жил, костей и мозга, — и все это мягко, нежно, хрупко и чувствительно к боли. Если я ударю тыльной стороной руки совсем не сильно по морде непослушной лошади, я рискую сломать себе руку. Если опущу голову на пять минут под воду, то я уже не выплыву, — я захлебнусь. Если упаду с высоты двадцати футов — разобьюсь насмерть. Мало того — я существую только при определенной температуре. Несколькими градусами ниже — и мои пальцы и уши чернеют и отваливаются. Несколькими градусами выше — и моя кожа покрывается пузырями и лопается, обнажая больное, дрожащее мясо. Еще несколько градусов ниже или выше — и свет и жизнь внутри меня гаснут. Одна капля яду от укуса змеи — и я не двигаюсь и никогда больше не буду двигаться. Кусочек свинца из винтовки попадает мне в голову — и я погружаюсь в вечную тьму.</p>
     <p>Хрупкий, беспомощный комочек пульсирующей протоплазмы — вот что такое я. Со всех сторон меня окружают стихии природы, грандиозные опасности, титаны разрушения, — чудовища совсем не сентиментальные, которые считаются со мной не больше, чем я сам с той песчинкой, которую топчу ногами. Они совсем не считаются со мной. Они меня просто не знают. Они бессознательно беспощадны, аморальны. Это циклоны и самумы, молнии, водовороты, приливы и отливы, землетрясения, грохочущие прибои, налетающие на каменные утесы, волны, заливающие палубы самых больших кораблей, слизывая с них людей. И все эти чудовища без разума и сознания не имеют ни малейшего представления о слабеньком, чувствительном существе, сотканном из нервов и недостатков, которое люди называют Джеком Лондоном и которое думает про себя, что оно совсем не так уж плохо и даже до некоторой степени существо высшего порядка.</p>
     <p>И вот в хаосе столкновений всех этих грандиозных и опасных титанов я должен прокладывать себе дорогу. Комочек жизни, называемый «я», хочет восторжествовать над ними всеми. И всякий раз, когда комочек жизни, называемый «я», сумеет посадить их в калошу и заставить работать на себя, — он начинает считать себя полубогом. Это ведь совсем не плохо — проскакать на буре, как на лошади, и чувствовать себя полубогом. Я осмеливаюсь утверждать даже, что когда комочек живой протоплазмы чувствует себя полубогом, это выходит гораздо более гордо, чем когда бог чувствует себя богом.</p>
     <p>Вот море, ветер и волны. Вот моря, ветры и волны всего мира. Вот самое жестокое и кровожадное окружение. Вот вам самая трудная среда, приспособиться к которой — наслаждение для комочка трепещущего тщеславия, называемого «я». Я хочу! Я так создан. Это моя специфическая форма тщеславия — вот и все.</p>
     <p>Впрочем, в путешествии на «Снарке» есть еще и другая сторона. Поскольку я живу, постольку я хочу смотреть и видеть, а посмотреть целый мир — это немножко больше, чем посмотреть собственный городок или долину.</p>
     <p>Мы не слишком много думали о нашем маршруте. Решено было только одно: наша первая остановка будет в Гонолулу. А куда мы направимся после Гавайских островов, мы в точности не знали. Это должно было решиться уже на месте. В общем мы знали только, что обойдем все Южные моря, заглянем на Самоа, в Новую Зеландию, Тасманию, Австралию, Новую Гвинею, на Борнео и на Суматру, а затем отправимся на север, в Японию, через филиппинские острова. Потом очередь будет за Кореей, Китаем, Индией, а оттуда в Красное море и в Средиземное. Затем предположения становились уже окончательно расплывчатыми, хотя много отдельных моментов было установлено совершенно точно — между прочим, и то, что в каждой из европейских стран мы проведем от одного до трех месяцев.</p>
     <p>«Снарк» будет парусником. На нем будет газолиновый двигатель, но мы будем пользоваться им только в самых крайних случаях, как, например, среди рифов, где штиль в соединении с быстрыми течениями делает всякое парусное судно совершенно беспомощным. По оснастке «Снарк» будет так называемым «кечем». Оснастка кеча нечто среднее между оснасткой яхты и шхуны. За последние годы признано, что оснастка яхты наиболее удобна для крейсирования. Кеч сохраняет все преимущества яхты и в то же время приобретает некоторые выгодные качества шхуны. Впрочем, все предыдущее следует принимать cum grano salis. Все это мои собственные теории. Я еще ни разу не плавал на кече и даже не видал ни одного кеча. Теоретически это все для меня неоспоримо. Вот погодите, выйду в открытое море и тогда смогу рассказать подробнее о всех свойствах и преимуществах кеча.</p>
     <p>Первоначально предполагалось, что «Снарк» будет иметь сорок футов длины по ватерлинии. Но обнаружилось, что не хватит места для ванны, и поэтому мы увеличили длину до сорока пяти футов. Наибольшая ширина его — пятнадцать футов, и трюма в нем нет. Каюта на носу — бак — занимает шесть футов, и на гладкой палубе ничего нет, кроме двух лестниц и люка. Благодаря тому что палуба не отягощена каютами, мы будем в большей безопасности, когда многие тонны воды будут обрушиваться на нас через борт в дурную погоду. Широкий, поместительный кубрик под палубой должен был сделать возможно более комфортабельными наши ночи и дни в дурную погоду.</p>
     <p>Команды у нас не будет. Вернее, командой будет Чармиан, Роско и я. Мы все будем делать сами. Мы обойдем земной шар пользуясь собственными силами. Проплывем ли мы благополучно, или потопим наше суденышко — во всяком случае, это все мы сделаем своими руками. Разумеется, у нас будет повар и мальчик для услуг. Зачем нам в самом деле торчать у плиты, мыть посуду и накрывать на стол? Это мы могли бы делать с успехом и дома. Да, наконец, у нас достаточно будет дела по обслуживанию судна. Мне же, кроме того, придется заниматься и своим обычным ремеслом — писать книги, чтобы прокормить всю компанию и иметь возможность покупать новые паруса и канаты для «Снарка» и вообще поддерживать его в полном порядке. А потом у меня есть еще и ферма, и я должен заботиться о том, чтобы виноградник, огород и изгородь процветали в мое отсутствие.</p>
     <p>Когда мы увеличили длину «Снарка», чтобы выиграть место для ванной, то оказалось, что у нас еще остается немного свободного пространства, достаточного, чтобы поставить более крупный двигатель. Наш мотор — в семьдесят лошадиных сил, и так как предполагается, что он даст нам девять узлов ходу, то значит на всем свете не существует реки, с течением которой мы не могли бы справиться.</p>
     <p>Мы собираемся, видите ли, провести много времени внутри материков. Небольшие размеры «Снарка» делают это вполне возможным. При входе в реку паруса у мачты убирают, и пускают в ход машину. Заранее намечены каналы Китая и Янцзы. Мы проведем на них целые месяцы, если только получим разрешение от правительства. Эти разрешения от правительств, конечно, будут служить постоянным препятствием для внутриматериковых экскурсий. Но зато, если мы их получим, мы сможем увидеть очень многое.</p>
     <p>Когда мы доберемся до Нила, мы отлично можем подняться вверх по Нилу. По Дунаю мы поднимемся до Вены, по Темзе до Лондона, по Сене до Парижа, а там станем на якоре против Латинского квартала, одним концом на Нотр-Дам, а другим на морг. Из Средиземного моря мы поднимемся по Роне до Лиона, пройдем в Сону, из Соны в Марну Бургундским каналом, из Марны опять в Сону и потом опять в море мимо Гавра. А когда переплывем Атлантический океан к Соединенным Штатам, можем подняться вверх по Гудзону, пройти каналом Эри в Большие Озера, выйти из Мичигана у Чикаго, через реку Иллинойс и соединительный канал попасть в Миссисипи и вниз по Миссисипи до Мексиканского залива. А потом еще предстоят большие реки Южной Америки. Одним словом, когда мы вернемся обратно в Калифорнию, мы уже будем знать кое-что из географии.</p>
     <p>Люди, строящие себе дома, очень часто приходят в отчаяние от всех хлопот, связанных с этим; но если есть между ними такие, кому нравится напряжение стройки, я посоветовал бы им лучше построить такое судно, как «Снарк». Представьте себе на мгновение, сколько деталей держат вас в постоянном напряжении. Возьмем, например, мотор. Какой лучше взять? — Двухтактный? Трехтактный? Четырехтактный? Мои губы совершенно измучены и исковерканы невероятными терминами странного жаргона, а мой мозг исковеркан еще более странными и непривычными для него идеями и совершенно отбил себе ноги в этих новых скалистых областях мысли. Теперь зажигание: что лучше — магнето или зажигание вспышками?</p>
     <p>И дальше: что лучше — сухие батареи или аккумуляторы? Как будто аккумуляторы — но для них нужно динамо; если динамо, то во сколько сил? Но раз уж у нас будут динамо и аккумуляторы, то смешно было бы не осветить судна электричеством. Тогда выдвигается вопрос о количестве лампочек и количестве свечей. Идея сама по себе великолепна. Однако для электрического освещения понадобятся более сильные аккумуляторы, которые в свою очередь потребуют более сильной динамо-машины.</p>
     <p>Если же мы зашли так далеко, то почему бы не завести и прожектор? Он был бы нам чрезвычайно полезен. Но прожектор поглощает так много электрической энергии, что когда он будет в действии, всякий другой свет придется выключать. Опять затруднения в поисках более сильных аккумуляторов и более сильного динамо. И когда все как будто выясняется, вдруг кто-то спрашивает: «А что, если мотор вдруг перестанет работать?» Мы чуть не в обмороке. Мы перестаем дышать. Ведь у нас сигнальные огни, огонь у якоря и компас, который должен быть всегда освещен! Наши жизни висят на волоске. Выходим из затруднения: наряду с электричеством у нас будут простые керосиновые лампы.</p>
     <p>Однако с мотором еще не все кончено. Машина сильна. А мы слабы: нас всего двое не очень крупных мужчин и одна маленькая женщина. Мы сломаем себе спины и разобьем сердца, если будем тащить якорь руками. Пусть лучше поработает за нас машина. Тогда возникает вопрос о передаче энергии с машины на ворот. Когда все это окончательно решено, мы начинаем распределять пространство между машинным отделением, кухней, ванной, кают-компанией и отдельными каютами, — и сказка про белого бычка начинается сызнова. Наконец, когда вопрос с мотором выяснен окончательно, я посылаю в Нью-Йорк по телеграфу тарабарщину вроде следующей: «Коленчатую передачу оставить поместите соответственно компрессор главной передачи расстоянии десяти футов шести дюймов передней части маховика ближе корме».</p>
     <p>Напряжение при выработке деталей хорошая вещь, но попробуйте-ка потанцевать около вопроса — какая система приводов для рулевого колеса будет лучше; или решить, как закреплять снасти — по-старому талями или по-новому особыми застежками. Как поместить компас — ровно посередине, против руля, или несколько в стороне от него. У заправских моряков по поводу всех этих тонкостей имеются целые библиотеки. Потом выдвигается вопрос о хранении газолина, которого будет тысяча пятьсот галлонов; вопрос о лучшей системе огнетушителей на случай его воспламенения. Затем маленькая очаровательная проблема спасательной шлюпки. Когда, наконец, и с этим покончено, вылезает повар с мальчиком для услуг и со всеми прочими кошмарными подробностями. Наше судно очень невелико, и мы будем в нем очень плотно упакованы. Вот почему все ужасы прислуги на суше совершенно бледнеют перед нашим положением. Мы нашли одного боя и почувствовали после этого невероятное облегчение, но вдруг бой влюбился и отказался ехать. Где же тут найти время проштудировать навигацию, если разрываешься между всеми этими неотложными вопросами и необходимостью заработать деньги, чтобы иметь право ставить себе эти вопросы. Ни Роско, ни я, собственно, навигации не знали, а лето уже прошло, скоро мы двинемся; вопросов все больше и больше, сокровищница же наших знаний по-прежнему наполнена благими намерениями. Ну, ладно, как-нибудь сойдет: мореплавание изучается годами, а мы оба все-таки были когда-то матросами. Если мы не найдем времени сейчас, мы захватим с собою книги и инструменты в достаточном количестве и будем изучать навигацию в открытом море, между Сан-Франциско и Гавайскими островами.</p>
     <p>Есть и еще одна сторона нашего путешествия на «Снарке» — чрезвычайно печальная и даже опасная. Роско является последователем некоего Сойрус Р. Тида, а этот Сойрус Р. Тид придерживается космографии, несколько отличающейся от общепринятой. Роско полагает вместе с ним, что поверхность земли вогнутая и что мы живем на внутренней стороне полой сферы. Таким образом, когда мы с ним будем плыть на одном и том же судне — на «Снарке», Роско будет путешествовать вокруг света по внутренней стороне сферы, а я — по внешней. Об этом я впоследствии поговорю подробнее. Возможно, что к концу плавания мы договоримся до чего-нибудь. Я даже надеюсь втайне, что мне удастся уговорить его закончить путешествие на внешней стороне, но беда в том, что он в свою очередь надеется в глубине души, что еще до возвращения в Сан-Франциско я окажусь внутри земли. Как это он умудрится протащить меня сквозь земную кору, я не знаю, но только Роско очень способный человек.</p>
     <p>P. S. Опять этот мотор! Если уж у нас будет мотор, и динамо, и аккумуляторы, то почему бы не завести машины для приготовления искусственного льда? Лед под тропиками! Да ведь это будет полезнее для нас, чем хлеб! Лед должен быть… Теперь я погружаюсь в химию: и опять болят мои губы, и опять болят мои мозги, и опять неизвестно, где взять время на изучение навигации…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава II. НЕПОСТИЖИМОЕ И ЧУДОВИЩНОЕ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Не жалейте денег, — сказал я Роско. — Пусть на «Снарке» все будет самое лучшее. О внешнем виде не очень заботьтесь. Простые сосновые борта для меня достаточно приятны. Все деньги вкладывайте в конструкцию. «Снарк» должен быть крепким и устойчивым, как ни одно судно в мире. Все равно, чего бы это ни стоило. Вы только смотрите, чтобы оно было крепким и устойчивым, а я буду писать и писать и достану денег, чтобы оплатить все.</p>
     <p>И я доставал… доставал, сколько мог, ибо «Снарк» пожирал деньги быстрее, чем я их зарабатывал. В самом непродолжительном времени мне пришлось брать в долг, в дополнение к моему заработку. Иногда я занимал тысячу долларов, иногда две, а иногда и пять. И ежедневно я продолжал зарабатывать и тратить на «Снарк» все заработанное. Я работал и в воскресенья, никаких праздников у меня не было. Но дело стоило этого. Всякий раз, когда я вспоминал о «Снарке», я думал: для него стоит поработать, стоит.</p>
     <p>Милейший читатель, вы должны познакомиться с главными достоинствами «Снарка». Длина его — сорок пять футов по ватерлинии. Доски киля — в три дюйма толщиною. Обшивка — в полтора дюйма. Настилка палубы — в два дюйма. Ни в одной доске нет ни одного сучка — это я знаю наверное, потому что они специально заказаны в Пюджет-Саунде. Затем у «Снарка» четыре внутренних отделения, непроницаемые для воды, — иначе говоря, он разделен поперек тремя непроницаемыми для воды переборками. Таким образом, если бы даже «Снарк» получил основательную течь, только одно отделение будет залито водой, а три других будут поддерживать его на поверхности. Эти переборки имеют еще одно важное преимущество. В последнем отделении помещается шесть цилиндров с тысячью галлонов газолина. Газолин, как известно, вещь очень опасная на маленьком судне в открытом море. Но если шесть цилиндров, которые, конечно, не текут, поставлены в отдельном помещении, герметически изолированном, то опасность, как видите, невелика.</p>
     <p>«Снарк» — парусник. Он так и строился, чтобы плыть под парусами. Но случайно, в качестве дополнения, на нем был установлен двигатель в семьдесят лошадиных сил. Двигатель хорош. Я это знаю. И не могу не знать, так как заплатил за его доставку из Нью-Йорка. На палубе над машинным отделением помещается ворот. Это чудеснейшая штука. Она весит несколько сот фунтов и занимает немало места. Вы понимаете, смешно тащить якорь руками, когда у нас на судне машина в семьдесят лошадиных сил. Мы установили соединенный с мотором привод, который был специально заказан на чугунолитейном заводе в Сан-Франциско.</p>
     <p>«Снарк» решено было сделать комфортабельным, и денег на это не жалели. Например, ванная. Правда, она невелика, но зато в ней все удобства любой ванной комнаты на суше. Это не ванная, а очаровательный сон о насосах, рычагах, клапанах, кранах и прочих остроумных изобретениях. Ну, зато я лежал ночи напролет с открытыми глазами, обдумывая эту ванную. Недалеко от ванной находятся спасательная шлюпка и моторная лодка. Они помещаются на палубе и отнимают там последнее свободное место. Но ведь это своего рода страхование жизни, и всякий осторожный человек, даже если ему и удастся построить такое крепкое и стойкое судно, как «Снарк», непременно захочет иметь в придачу спасательную лодку. А у нас хорошая шлюпка. Прямо игрушка, а не шлюпка. По смете она должна была стоить сто пятьдесят долларов, а когда дошло дело до платежа, мне пришлось выложить триста девяносто пять. По этому можно, конечно, судить, насколько она хороша.</p>
     <p>Я мог бы очень долго перечислять все разнообразные достоинства и добродетели «Снарка», но я воздерживаюсь. Я и так хвастался достаточно, и сделал это с определенной целью, как это станет видно еще до конца этой главы: будьте любезны вспомнить ее заголовок — «Непостижимое и чудовищное». Решено было, что «Снарк» снимется с якоря 1 октября 1906 г. То что он не снялся, было непостижимо и чудовищно. И, главное, не было никаких веских причин для этого, за исключением разве того, что он не был готов. Но почему он не был готов, на это опять-таки не было никаких разумных оснований. Окончание постройки было обещано к первому ноября, потом к пятнадцатому, потом к первому декабря — но «Снарк» не был готов и к этому сроку. Первого декабря мы с Чармиан покинули нашу милую, тихую Сономскую Долину и переехали в душный, зловонный город — не надолго, конечно, о нет, всего на каких-нибудь две недели — пятнадцатого декабря мы должны были отплыть. В этом не могло быть никаких сомнений, потому что это сказал Роско, потому что это был его совет — переехать в город за две недели до отплытия. Увы, прошло две недели, прошло четыре недели, прошло шесть недель, прошло восемь недель, — а мы были дальше от момента отплытия, чем когда-либо. Вы ждете объяснений? От кого? От меня? Я не могу их дать. Это единственная вещь в моей жизни, от объяснения которой я просто отвернулся. Да и нет никаких объяснений, а то я бы, конечно, дал их. Я — работник слова, и я признаю свою полную несостоятельность объяснить словами, почему «Снарк» не был готов. Я уже сказал, и должен повторить еще раз — это было непостижимо и чудовищно.</p>
     <p>Восемь недель превратились в шестнадцать, и тогда в один прекрасный день Роско порадовал нас словами:</p>
     <p>— Если мы не выйдем в море первого апреля, можете сделать из моей головы мяч для футбола.</p>
     <p>А через две недели он сказал:</p>
     <p>— Очевидно, мне придется подготавливать голову для футбола.</p>
     <p>— Ну, не беда, — говорили мы с Чармиан друг другу. — Зато подумай, какое это будет удивительное судно, когда оно будет готово!</p>
     <p>И тогда, для обоюдного ободрения, мы принимались перечислять все многочисленные и разнообразные достоинства «Снарка». А я опять занимал деньги и опять сидел за письменным столом, писал еще настойчивее и героически отказывался от воскресений и от прогулок за город с друзьями. Я строил судно — и, клянусь вечностью, оно должно быть настоящим судном, из одних заглавных букв — С У Д Н О, — чего бы это мне ни стоило.</p>
     <p>О, я забыл еще одно удивительное качество «Снарка», которым я должен похвастаться, — это устройство его носа. Ни одна волна не могла бы залить такой нос. Он заранее смеется над всеми волнами. Он издевается над океаном. Он бросает океану вызов. И, помимо всего, он красив: его линии — это целая сказка. Я сомневаюсь, чтобы когда-нибудь какое-нибудь судно могло получить такой красивый и в то же время такой практичный нос. Он был создан для того, чтобы побеждать ураганы. Один взгляд на него убеждал, что ради такого носа все затраты — ничто. И всякий раз, когда наше плавание откладывалось или приходилось делать дополнительные расходы, мы вспоминали об изумительном носе — и успокаивались.</p>
     <p>«Снарк» — небольшое судно. Когда я вычислял, что оно обойдется мне самое большее в семь тысяч долларов, я был одновременно и щедр, и рассудителен. Мне приходилось строить амбары и дома, и я знаю, что стоимость постройки всегда имеет склонность выйти далеко за пределы первоначальной сметы. Это я знал, я твердо знал это, когда исчислял предположительную стоимость «Снарка» в семь тысяч долларов. Но он обошелся мне в тридцать тысяч. Прошу вас, не задавайте вопросов! Все это именно так. Я сам писал чеки и добывал деньги. Объяснить это невозможно. Непостижимое и чудовищное таким и остается, и вы согласитесь со мной, когда дочитаете мой рассказ.</p>
     <p>Потом началась история со сроками. Я имел дело с представителями сорока семи артелей и со ста пятнадцатью различными фирмами. И ни один рабочий, ни одна фирма из числа всех этих профессиональных рабочих и всех этих фирм не сдали мне работы в заранее установленный срок, и никогда ни для чего не существовало срока, кроме уплаты по счетам и по векселям. Все клялись мне бессмертием своей души, что исполнят работу в такой-то срок, но, как правило, после такой клятвы они все опаздывали со сдачей работы не менее чем на три месяца. И мы с Чармиан утешали друг друга разговорами о том, какое чудесное судно «Снарк» — устойчивое и крепкое; мы садились в маленькую лодочку, объезжали вокруг «Снарка» и восхищались его чудесным носом.</p>
     <p>— Представь себе, — говорил я Чармиан, — шторм у берегов Китая, «Снарк», лежащий в дрейфе, и его изумительный нос, прорезающий волны. Ни одна капля воды не перекатится через него. Он будет сух, как птичье перо, а мы, пока бушует буря, будем внизу, в каюте, играть в вист.</p>
     <p>И Чармиан восторженно сжимала мою руку и восклицала:</p>
     <p>— Он стоит всего этого — просрочек, расходов, утомления и всего прочего. В самом деле, что за чудесное судно!</p>
     <p>Когда я глядел на нос «Снарка» или думал о его водонепроницаемых переборках, я ощущал прилив бодрости. Но на остальных это не действовало. Мои друзья начали держать пари против различных дат отплытия «Снарка». Мистер Виджет, которому мы поручили следить за нашей усадьбой в Сономе, первый выиграл пари. Он выиграл это пари в день нового, тысяча девятьсот седьмого года. Вслед за тем пари посыпались на нас быстро и яростно. Мои друзья набросились на меня, подобно толпе гарпий, держа пари против любого срока отплытия, которые я назначал. Я был безрассуден и упрям. Я заключал одно пари за другим, и мне приходилось платить. Жены моих добрых друзей осмелели настолько, что даже те, которые никогда до сих пор не бились об заклад, заключали пари со мною. И им я тоже платил мои проигрыши.</p>
     <p>— Это ровно ничего не значит, — сказала мне Чармиан. — Подумай только, какой у «Снарка» нос и как мы будем лежать в дрейфе в Китайском море.</p>
     <p>— Видите ли, — сказал я моим друзьям, рассчитываясь за последнюю партию проигранных пари, — я не думаю ни о неприятностях, ни о деньгах, лишь бы «Снарк» был самым крепким судном, какое когда-либо проходило под парусами через Золотые Ворота. Вот это и заставляет нас постоянно откладывать наше отплытие.</p>
     <p>Между тем издатели, с которыми у меня были заключены договоры, забрасывали меня требованиями объяснить, в чем дело. Но что же я мог ответить им, когда не мог объяснить ничего и самому себе, и когда никто, даже Роско, ничего не понимал? Газеты стали подсмеиваться надо мной и помещать юмористические куплеты на отплытие «Снарка» с припевами вроде: «Скоро, скоро, только не сегодня!»</p>
     <p>Тогда Чармиан поддержала мое падающее мужество, напомнив мне о носе, и я пошел к банкиру и взял еще пять тысяч долларов под векселя.</p>
     <p>Однако некоторую награду я получил благодаря этому запозданию. Один из моих приятелей, считающий себя критиком, написал обо мне нечто очень едкое, и не только про то, что я уже сделал, но и про то, что я могу сделать когда бы то ни было; он рассчитывал, что статья выйдет, когда я буду уже в океане. Но когда она вышла, я все еще сидел на берегу, и ему пришлось изворачиваться, придумывая объяснения.</p>
     <p>А время шло. С каждым днем становилось очевидным только одно, а именно, что в Сан-Франциско постройку «Снарка» закончить не удастся. Он так долго строился, что начал разваливаться и изнашиваться, и это изнашивание шло скорее, чем могла идти починка. Он стал некоей притчей во языцех. Никто не относился к нему всерьез, а меньше всего те, кто на нем работал. Тогда я сказал, что пущу его таким, как он есть, и закончу постройку в Гонолулу. После этого он дал течь, которую, конечно, надо было заделать до отплытия. Пришлось ввести его в док. Но во время этой операции его здорово стиснуло между двумя баржами и помяло ему бока. В доке мы поставили его на катки, но когда мы стали его вытаскивать, катки разъехались, и корма увязла в тине.</p>
     <p>Теперь он перешел из рук кораблестроителей в руки спасателей поврежденных судов. В сутки бывает два прилива, и во время каждого прилива, днем и ночью, целую неделю напролет, два буксирных парохода тащили «Снарк». А он, искалеченный и разбитый, сидел в тине кормой. Тогда, все еще находясь в том же положении, мы решили пустить в дело изготовленную в местной литейной мастерской цепную передачу, через посредство которой можно было пользоваться силой нашего двигателя и нашего ворота. Мы в первый раз прибегали к этому вороту. Но цепь была с изъяном; кольца ее распались, и ворот остался без привода. Вслед за тем семидесятисильный двигатель очутился на холостом ходу. Двигатель этот был заказан в Нью-Йорке; так значилось на дощечке, прикрепленной к его основанию; но основание тоже было с изъяном, и семидесятисильная машина отломилась от треснувшего основания, подскочила в воздух, сокрушая все болты и скрепы, и повалилась набок. А «Снарк» продолжал сидеть в тине, и два буксирных парохода продолжали безуспешно тащить его.</p>
     <p>— Ничего, — сказала Чармиан, — зато подумай только, какой он крепкий и устойчивый.</p>
     <p>— Да, — сказал я, — и какой у него изумительный нос.</p>
     <p>Итак, мы собрались с духом и продолжали начатое. Поломанный двигатель мы привязали к его негодному основанию; разлетевшуюся передачу мы сняли и спрятали отдельно, — все это мы сделали, чтобы после, в Гонолулу, произвести необходимые починки и заказать новые кольца для передачи. Когда-то, в туманной дали времен «Снарк» покрыли белым грунтом, по которому собирались красить его дальше. При внимательном исследовании и теперь еще видны были следы окраски. Но внутри «Снарк» так и не удалось покрасить. Внутри он был покрыт достигавшим толщины нескольких дюймов слоем жира и табачного сока, который оставили все многочисленные рабочие, перебывавшие на нем. Но мы относились к этому спокойно; жир и грязь нетрудно счистить, а позже, когда мы доберемся до Гонолулу, можно будет покрасить «Снарк» при его ремонте.</p>
     <p>С большим трудом нам удалось стащить «Снарк» с того места, где он застрял, и поставить его у Оклэндской верфи. Мы привезли на телегах из дому всякую утварь, и книги, и одеяла, и багаж наш, и наших служащих. Одновременно с этим лавиной посыпались всякие запасы: дрова и уголь, вода и вместилища для воды, провизия, овощи, масло, спасательная шлюпка, моторная лодка, все наши друзья, все друзья наших друзей и все те, кто почитали себя их друзьями, не говоря уже о некоторых друзьях друзей, дружных с друзьями нашей команды. Были здесь также репортеры и фотографы, и совсем посторонние люди, и над всем этим носились облака угольной пыли с верфи.</p>
     <p>Было решено, что мы отплывем в воскресенье, в одиннадцать утра. Наступил вечер субботы. И толпа, и угольная пыль на пристани были особенно густы в этот день. В одном кармане у меня была чековая книжка, вечное перо и промокательная бумага; в другом кармане — около двух тысяч долларов золотом и банковыми билетами. Я готов был встретить кредиторов мелких наличными, солидных чеками — и ждал только Роско, который должен был привезти счета ста пятнадцати фирм, задержавших меня здесь столько месяцев.</p>
     <p>И вдруг еще раз совершилось непостижимое и чудовищное. Раньше чем успел приехать Роско, приехал другой. Этот другой был судебным приставом Соединенных Штатов. Он укрепил бумажку на гордой мачте «Снарка», и все на пристани могли прочесть, что на «Снарк» наложен арест за неуплату долгов. Затем судебный пристав оставил «Снарк» на попечении маленького старичка, а сам удалился. Теперь я уже не имел власти над «Снарком» и над его изумительным носом. Теперь его господином и повелителем был маленький старичок, который любезно разъяснил мне, что, начиная с этого дня, я буду выплачивать ему три доллара ежедневно за то, что он будет господином и повелителем «Снарка». От него я узнал также имя человека, наложившего на «Снарк» арест. Это был некто Селлерс, а долг был в двести тридцать два доллара, — долг был не больше, чем можно было ждать от носителя такой фамилии, Селлерс! <a l:href="#n_4" type="note">[4]</a> Праведные боги! Селлерс!</p>
     <p>Но кто был этот Селлерс, черт возьми? Я заглянул в чековую книжку и нашел, что две недели тому назад уплатил ему пятьсот долларов. Из рассмотрения других чековых книжек обнаружилось, что в течение длительной постройки «Снарка» я выплатил ему несколько тысяч долларов. Так почему, скажите, хотя бы просто из приличия он не представил своего жалкого счета, вместо того, чтобы накладывать арест на «Снарк». Я засунул руки в карманы и в одном из них нашел чековую книжку и перо, а в другом золото и бумажки. Там было достаточно денег, чтобы несколько раз оплатить его грошовый счет… Но тогда зачем? Почему? Объяснений не было: это просто было проявление того же непостижимого и чудовищного.</p>
     <p>Хуже всего оказалось то, что «Снарк» был опечатан в субботу вечером; и хотя я немедленно отправил адвокатов и различных агентов по всему Оклэнду и Сан-Франциско, никого найти не удалось — ни судью, ни судебного пристава, ни мистера Селлерса, ни адвоката мистера Селлерса. Все, решительно все уехали на воскресенье из города. И вот почему «Снарк» не снялся с якоря в воскресенье, в одиннадцать утра. Маленький старичок был на своем посту и сказал — «нет». А мы с Чармиан прогуливались по пристани, восхищались изумительным носом «Снарка» и воображали все штормы и тайфуны, пронзенные этим носом.</p>
     <p>— Буржуазная глупая выходка, — говорил я Чармиан по поводу Селлерса и его требований. — Спровоцированный торговый кризис в миниатюре. Но это не беда. Как только мы выйдем в открытое море, все неприятности кончатся.</p>
     <p>И мы, действительно, наконец, отплыли — во вторник, 13 апреля 1907 г. Отплыли без всякого шика, надо сознаться. Якорь нам пришлось тащить руками, потому что передаточный привод оказался никуда негодным. Его пришлось сложить в трюм в качестве балласта, точно так же как и остатки двигателя в семьдесят лошадиных сил. Но это же были пустяки, в конце концов. Все это можно было оборудовать в Гонолулу. Зато остальное было великолепно. Правда, двигатель на моторной лодке отказался действовать, а спасательная шлюпка текла как решето, но в конце концов это все были аксессуары, а не сам «Снарк». «Снарк» — это водонепроницаемые переборки, солидная обшивка, без единого сучка, все приспособления ванной комнаты — вот что такое «Снарк». Но выше всего был, конечно, благородно-пронзительный нос «Снарка», который победно пронзит все ветры и волны.</p>
     <p>Мы прошли через Золотые Ворота и повернули на юг, рассчитывая попасть в полосу северо-восточных муссонов. Не успели мы двинуться, как начались приключения. Я сообразил заранее, что для такого путешествия, как наше, — молодость важнее всего, а потому взял с собой целых три молодости — молодость повара, молодость моя и молодость механика. Оказалось, что я ошибся только на две трети. Я забыл, что есть морская болезнь, которую побеждают только старые — привычкой. Как только мы вышли в открытое море, повар и бой забрались на свои койки и были изъяты из употребления на неделю. Из вышеизложенного ясно, что мы были лишены горячей пищи и должной чистоты и порядка в каютах и на палубе. Но это нас не слишком огорчило, потому что как раз в это же время мы сделали открытие, что ящик с апельсинами где-то и когда-то промерз; что яблоки заплесневели и загнили; что корзина капусты была доставлена уже в гнилом виде и подлежала немедленному удалению за борт; что в морковь попал керосин, брюква была как дерево, а свекла испорчена, что растопки трухлявые и гореть не будут; что уголь, доставленный в дырявых мешках из-под картофеля, рассыпается по палубе и смывается водой.</p>
     <p>Но в конце концов это тоже пустяки — детали, аксессуары, не больше. Все дело в самом судне, а оно, как вы знаете, было прекрасно… Я прошелся по палубе и меньше чем в минуту насчитал четырнадцать сучков в ее великолепной настилке, заказанной специально в Пюджет-Саунде с тою целью, чтобы сучков в ней не было. Естественным следствием было то, что палуба протекала — здорово протекала. Роско принужден был покинуть свою койку, инструменты в машинном отделении заржавели, не говорю уже о провизии, испорченной соленой водой в кухне. Точно так же протекали бока «Снарка», и точно так же протекал киль «Снарка», и мы должны были выкачивать воду каждый день, чтобы не пойти ко дну. Пол кухни у нас фута на два выше остального килевого помещения, но когда я забрался в кухню, чтобы поискать чего-нибудь съедобного, то промочил ноги до колен — и это через четыре часа после того, как вся вода была старательно выкачана!</p>
     <p>А наши пресловутые водонепроницаемые переборки, на которые было ухлопано столько времени и денег, оказались, увы, вполне проницаемыми. И вода, и воздух совершенно свободно передвигались из одного отделения в другое: благодаря этому я своевременно услышал запах газолина из заднего отделения и сообразил, что один или несколько из запертых там цилиндров текут. Итак, цилиндры текли и не были герметически изолированы от остального судна. Наконец, если уж говорить о ванной и всех ее приспособлениях, то придется констатировать, что все ее усовершенствованные краны и рычаги пришли в негодность в первые же двадцать часов путешествия. Прочнейшие железные ручки сломались начисто у нас под рукой при первой попытке взять душ. Таким образом, ванная оказалась самой неудачной частью «Снарка».</p>
     <p>И все металлические части «Снарка», откуда бы они ни были, никуда не годились. Основание двигателя, например, было из Нью-Йорка, и оно никуда не годилось; цепь для передачи у ворота была из Сан-Франциско, и она тоже никуда не годилась. Наконец, кованое железо, входившее в такелаж, разлеталось по всем направлениям при малейшем напоре. Представьте себе — кованое железо, а оно разлеталось, как лапша!</p>
     <p>Собачка у грот-гафеля сломалась сразу же. Мы заменили ее собачкой с трисель-гафеля, и вторая собачка сломалась, не прослужив и четверти часа, а ее — подумайте только! — мы взяли с гафеля штормового триселя, от крепости которого зависела наша жизнь в случае шторма. В настоящее время грот «Снарка» болтается, как сломанное крыло, оттого что собачку гафеля мы заменили простой веревкой. Попытаемся добыть доброкачественное железо в Гонолулу.</p>
     <p>Люди обманули нас и отправили по морю в решете, но господь бог, очевидно, был сильно привязан к нам, потому что погода стояла все время тихая и прекрасная, и мы на свободе могли убедиться в том, что, во-первых, воду надо откачивать каждый день — если не хотим потонуть, — и в том, во-вторых, что разумнее будет доверять крепости деревянной зубочистки, чем самой объемистой части нашего судна. И вот по мере того, как на наших глазах делалась призрачной прочность и непоколебимость «Снарка», мы с Чармиан старались перенести всю силу своего упования на его дивный нос. Ничего другого нам и не оставалось, очевидно. Все остальное было непостижимо и чудовищно, — это мы знали, — но, по крайней мере, нос был определенной реальностью. И вот однажды вечером мы решили лечь в дрейф.</p>
     <p>Как рассказать мне это? Прежде всего, в интересах профанов, позвольте мне разъяснить, что значит на языке моряков «лечь в дрейф». Это значит уменьшить площадь парусов до последней возможности и так их скомбинировать, чтобы, поставив судно носом против ветра, получить почти полную неподвижность судна. Если ветер слишком силен или волны слишком высоки, то для судна таких размеров, как «Снарк», лечь в дрейф — самый спокойный и самый легкий маневр, — и тогда на палубе нечего делать. Можно даже снять рулевого и вахтенного. Все могут идти вниз и лечь спать или, по желанию, играть в вист.</p>
     <p>Так вот однажды, когда ветер переходил в небольшой шторм, я сказал Роско, что мы ляжем в дрейф. Наступил вечер. Я стоял на руле почти целый день, вахта на палубе (то есть Роско, Берт и Чармиан) устала, а вахта внизу лежала, по обыкновению, со своей морской болезнью. Мы еще раньше уменьшили паруса. Теперь убрали и бизань. Я повернул руль, чтобы лечь в дрейф. «Снарк» в это время попал в «корыто», то есть находился между волнами, боком к ним. Он так и остался. Я повернул колесо на несколько румбов и еще на несколько. Он даже не двинулся. Такое корыто, милый читатель, самое опасное из всех положений судна. Я двинул колесо вниз что было силы, но «Снарк» продолжал стоять по-своему. Роско и Берт, ухватившись за снасти, возились с гротом. Но «Снарк» по-прежнему стоял в корыте боком, черпая воду то одним бортом, то другим.</p>
     <p>Непостижимое и чудовищное опять высунуло свою отвратительную морду. Это было в конце концов просто комично и нелепо. Я положительно не верил своим глазам. Судно с убранными парусами отказывалось лечь в дрейф! Мы опять ставили паруса и опять их переставляли. «Снарк» по-прежнему стоял боком. Этот его знаменитый нос отказывался стать против ветра.</p>
     <p>Убрали, наконец, все паруса и оставили только штормовой трисель на бизани. Если что-либо могло заставить «Снарк» повернуться носом против ветра, то именно это. Боюсь, что вы не поверите мне, если я скажу вам, что этого не случилось, но смею уверить вас, этого действительно не случилось. Я видел своими глазами. Я сам не верю, но это так. Это невероятно, но я рассказываю вам не о том, во что я верю или не верю, — я рассказываю вам о том, что я видел.</p>
     <p>Теперь, миленький читатель, что стали бы вы делать, очутившись на небольшом судне, которое качается в корыте, с триселем, неспособным повернуть это судно к ветру? Вы бросили бы штормовой якорь. Мы так и сделали. У нас был патентованный штормовой якорь, который нам продали с гарантией за то, что он не утонет. Представьте себе стальной обруч, который держит открытым отверстие большого, конической формы холщового мешка, и вы поймете, что такое штормовой якорь. Итак, мы прикрепили канат одним концом к якорю, а другим к носу «Снарка» и бросили якорь в воду. Он быстро затонул. Мы вытащили его обратно, привязали к нему толстое бревно в качестве поплавка и снова бросили его в воду. На этот раз он остался на поверхности. Трисель толкал нос «Снарка» стать против ветра, но «Снарк» потащил якорь за собой и продолжал качаться в корыте. Мы убрали трисель, подняли бизань, потом снова убрали ее, но «Снарк» все продолжал оставаться в корыте и тащил за собой якорь. Можете не верить мне. Я сам не верю этому. Я только рассказываю вам, что видел.</p>
     <p>Теперь предоставляю все на ваш суд. Слыхали вы когда-нибудь о паруснике, который не хочет лечь в дрейф? Не хочет лечь в дрейф, когда сброшен штормовой якорь! Я, по крайней мере, никогда не слыхал. Я стоял на палубе и смотрел прямо в глаза непостижимому и чудовищному, то есть «Снарку», который не ложился в дрейф. Наступила бурная ночь. Облака неслись через луну. Воздух был полон водяной пыли, с наветренной стороны надвигался дождь. А мы по-прежнему были в корыте между двумя волнами, в холодном, безжалостном корыте, освещенном лунным светом корыте, в котором «Снарк» переваливался с боку на бок с очевидной приятностью для себя. Тогда мы опять поставили бизань, вытащили штормовой якорь, повернули «Снарк» по ветру и спустились вниз — но не за горячим ужином, — скользя по чему-то липкому и скверному на полу каюты, где трупами лежали повар и бой, легли, не раздеваясь, на койки и слушали, как переливается на полу в кухне вода.</p>
     <p>В Сан-Франциско имеется Богемский клуб, а в нем бывает много заправских моряков. Я это знаю точно, потому что слышал, как они разбирали «Снарк» во время постройки. Они находили в нем только один существенный недостаток — и в этом они все были согласны между собою, — они говорили, что он не пойдет в ветер. Судно хорошее и в целом, и в деталях, — говорили они, — только не пойдет. «Такая уж линия! — объясняли они загадочно. — Все дело в линии. Просто не пойдет в ветер — только и всего». Ладно, очень бы я хотел, чтобы эти заправские моряки из Богемского клуба были у меня на «Снарке» в эту ночь! Чтобы они собственными и собственнейшими глазами убедились, как их единое, опытом добытое, единогласно принятое мнение полетело вверх тормашками. Не пойдет в ветер? Да это единственное, кажется, что «Снарк» делает в совершенстве. Не пойдет? Да он летит, несмотря на сброшенный якорь и убранные паруса. Не пойдет? Вот в ту самую минуту, когда я пишу эти строки, мы мчимся со скоростью шести узлов в час. На руле — никого, и колесо штурвала даже не привязано. И однако находятся люди, плававшие по морю лет по сорока, которые утверждают, что ни одно судно не может идти по ветру без руля. Когда они прочтут эти строки, они, конечно, назовут меня лгуном; так же точно говорили они и о капитане Слокуме, который рассказывал то же о своем судне «Спрэй».</p>
     <p>Что касается будущности «Снарка», я теряюсь, я сейчас ничего не знаю. Будь у меня деньги или кредит, я построил бы другой «Снарк», который непременно ложился бы в дрейф. Но мои средства на исходе. Мне приходится принимать нынешний «Снарк», каков он есть, или бросать все, — а я не могу бросить все. По-моему, мне следует теперь попытаться заставить «Снарк» лечь в дрейф кормой вперед. Я жду следующего шторма, чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Я думаю, что это может быть сделано. Все зависит от того, как хорошо его корма выносит волны. И кто знает, не будет ли бурным утром в Китайском море какой-нибудь седобородый шкипер протирать себе глаза и глядеть на зрелище, которое представляет небольшое суденышко, очень похожее на «Снарк», лежащее в дрейфе кормой вперед.</p>
     <p>P. S. Вернувшись по окончании нашего плавания в Калифорнию, я узнал, что длина «Снарка» по ватерлинии равнялась не сорока пяти, а сорока трем футам. Его строители были, по-видимому, не в ладах с рулеткой или с двухфутовой линейкой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава III. ЖАЖДА ПРИКЛЮЧЕНИЙ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Нет, авантюризм еще жив, назло паровым двигателям и конторе Кука и К°. Когда появилась в печати заметка о моем предполагаемом путешествии на «Снарке», то молодых людей со «склонностью к бродячей жизни» оказалось чуть не легион, а также и молодых женщин — не говорю уже о мужчинах и женщинах более пожилого возраста, предлагавших себя мне в спутники. Да что говорить, даже между моими личными друзьями нашлось около полудюжины очень сожалевших о недавно состоявшихся или предстоящих в скором времени браках. А один из таких браков — это я знаю наверное — чуть было не расстроился — и все из-за «Снарка».</p>
     <p>С каждой почтой я получал груды писем от избранных натур, задыхающихся в «копоти и вони городов», и я скоро был раздавлен истиной, что Одиссею двадцатого столетия нужно иметь в распоряжении целый корпус стенографисток, чтобы справляться со своей корреспонденцией. Нет, авантюризм, конечно, не умер, раз вы можете получать письма, начинающиеся, например, так: «Несомненно, что когда вы прочтете эту жалобу души одной иностранки, попавшей в Нью-Йорк», а дальше вы узнаете из этого письма, что эта иностранка весит только девяносто фунтов, хочет быть мальчиком для услуг и жаждет посмотреть белый свет и поплавать по морям.</p>
     <p>У одного из претендентов оказалась «страстная любовь к географии»; другой писал: «надо мной тяготеет проклятие вечной тоски по вечному движению — отсюда и письмо к вам». Но лучше всех был один парень, который хотел ехать, потому что у него «очень уж зачесались ноги».</p>
     <p>Некоторые писали анонимно, выставляя кандидатами своих друзей и давая этим так называемым друзьям самые лестные характеристики, но мне в таких письмах мерещилось всегда что-то подозрительное и даже роковое, и я их обычно до конца не дочитывал.</p>
     <p>За исключением двоих или троих, все сотни моих волонтеров были вполне искренни. Очень многие прислали фотографические карточки. Девяносто процентов соглашались на какую угодно работу, девяносто девять предлагали работать без вознаграждения. «Только присутствовать при вашем путешествии на „Снарке“ — писал, например, один, — только сопровождать вас, невзирая ни на какие опасности и исполняя любую работу — было бы кульминационным пунктом моих честолюбивых мечтаний». Это мне напоминает еще одного юношу, который пространно излагал мне, что ему семнадцать лет отроду и что он «крайне честолюбив», а в конце письма очень серьезно просил, чтобы все это осталось между нами и не было помещено ни в газетах, ни в журналах. Были письма и в другом стиле, например: «Буду работать как черт, а платы не нужно». Почти все просили меня сообщить о моем согласии по телеграфу, за их счет, и многие предлагали внести залог, гарантирующий их своевременное появление на «Снарке».</p>
     <p>Некоторые довольно своеобразно представляли себе работу на «Снарке»; так, например: «Я взял на себя смелость написать вам, чтобы выяснить, не представится ли какой-нибудь возможности поступить в команду вашего судна для изготовления эскизов и иллюстраций». Другие, не имея, очевидно, ни малейшего представления о миниатюрных размерах «Снарка» и его потребностях, предлагали себя, как выразился один из них, «чтобы оказывать помощь по сбору материалов для ваших романов и повестей». Вот до чего может довести страстное желание утилизировать себя во что бы то ни стало.</p>
     <p>«Позвольте мне самому дать свою характеристику, — пишет один. — Я сирота и живу с дядей, ярым революционером и социалистом, который утверждает, что человек, в жилах которого нет любви к приключениям, просто тряпка».</p>
     <p>Другой пишет: «Я умею плавать, хотя и незнаком со специальными приемами плавания. Но вода — моя стихия, а это самое важное». «Если бы меня посадили одного в парусную лодку, я смог бы отправиться куда угодно», — писал о себе третий — и характеристика эта была много лучше нижеследующей: «Я видел также, как разгружались рыбачьи суда». Но высшей награды достоин, вероятно, тот, который тонко подчеркнул глубокое знание мира и жизни, сказав: «Мой возраст, считая только годы — двадцать два года».</p>
     <p>Были также простые, неприкрашенные, по-домашнему искренние письма мальчиков, которые, «правда, не умеют красно выражаться, но очень хотят путешествовать». Отклонять эти просьбы было труднее всего, и всякий раз, когда приходилось делать это, мне казалось, что я даю пощечину юности. Они были так искренни, эти мальчики, и так ужасно хотели уйти в море. «Мне шестнадцать, но я широк в плечах», — писал один юноша, «мне семнадцать, но я крепкий и здоровый», — писал другой. «Я во всяком случае не менее силен, чем средний мальчик моего роста», — писал, очевидно, слабенький мальчик. «Не боюсь никакой работы», — говорили многие, а один, рассчитывая, очевидно, соблазнить меня экономией, предлагал оплатить свой проезд через Тихий океан, что, «очевидно, будет для вас удобно». «Объехать вокруг света — одно-единственное мое желание», — говорил один, не подозревая, что это было «одним-единственным» желанием еще нескольких сотен мальчиков. «Никому на свете нет дела до того, уеду я или останусь», — патетически восклицал какой-то мальчуган. Один прислал фотографию, говоря по поводу нее следующее: «На вид я домосед, но внешность бывает обманчива». «Мне девятнадцать лет, и я невысок, а следовательно, не займу много места, но я вынослив как дьявол», — писал еще один, и я уверен, что этот оказался бы вполне пригодным. И наконец, был один претендент тринадцати лет, в которого мы оба с Чармиан совершенно влюбились, и наши сердца чуть не разбились от горя, когда надо было послать ему отказ.</p>
     <p>Но не подумайте, что большая часть моих добровольцев были мальчики, — наоборот, мальчики составляли только небольшую часть. Большая же часть состояла из мужчин и женщин всех возрастов и положений. Врачи, хирурги, дантисты предлагали себя в огромном числе и, как все профессионалы, предлагали работать даром и даже согласны были заплатить за счастье служить на «Снарке».</p>
     <p>Наборщикам и репортерам, желавшим ехать, не было конца, не говоря уже об опытных слугах, дворецких и экономах. Гражданские инженеры пылали желанием поехать; дамы-компаньонки так и осаждали Чармиан, а меня осыпали предложениями лица, желавшие быть моими личными секретарями. Многие студенты высших учебных заведений мечтали о нашем путешествии, и не было такой профессии, которая не имела бы нескольких представителей среди желавших отправиться с нами, — машинисты, электромеханики были особенно многочисленны. Меня поразило количество служащих в конторах стряпчих и нотариусов, которые услышали призыв к приключениям, и меня еще больше удивило количество отставных и состарившихся морских офицеров, до сих пор очарованных морем. Многие молодые люди, ожидающие получения миллионных наследств, пылали страстью к приключениям, точно так же, как многие провинциальные школьные учителя.</p>
     <p>Отцы хотели путешествовать с сыновьями, мужья с женами, и стенографы с пишущими машинками. Одна юная стенографистка писала: «Пишите немедленно, если я вам нужна. Приеду с машинкой первым же поездом». Но лучше всего, кажется, было следующее письмо (обратите внимание, как деликатно он устраивал на «Снарк» свою жену): «Мне показалось, что очень правильно будет черкнуть вам несколько слов, чтобы осведомиться, нельзя ли поехать с вами; мне двадцать четыре года, я женат, недавно лишился места, и такая поездка очень подошла бы нам в настоящую минуту».</p>
     <p>Если вы подумаете надо всем этим, то, вероятно, так же как и я, придете к заключению, что среднему человеку в высшей степени трудно написать о себе самом честное рекомендательное письмо. Один из моих корреспондентов был до того смущен предстоящей ему задачей, что начал письмо словами: «Трудная это задача — писать о самом себе», и после нескольких неудачных попыток закончил письмо: «Нет, трудно писать о себе».</p>
     <p>Однако нашелся человек, который написал очень пылкую и пространную свою собственную характеристику, очевидно сам упиваясь ею. Вот его письмо: «Подумайте только: юнга, который может смотреть за двигателем, может исправить его, когда он испортится, может стоять у руля, может выполнять всякую плотничью работу или работу механика. Сильный, здоровый, работящий. Неужели вы не предпочтете его младенцу, который заболеет морской болезнью и способен только на то, чтобы мыть тарелки?» На такие письма мне всего труднее было отвечать отказом. Автор этого письма самоучкой научился по-английски, хотя только два года жил в Соединенных Штатах и, он писал, что хочет отправиться с нами не для того, чтобы зарабатывать насущный хлеб, а чтобы учиться и видеть. В то время он был чертежником на одном крупном заводе; прежде плавал на море и всю свою жизнь имел дело с небольшими судами.</p>
     <p>«У меня хорошая служба, но это не имеет для меня никакого значения, я предпочитаю путешествовать», — писал другой. «Что касается вознаграждения, взгляните на меня, и если я достоин доллара или двух — прекрасно, а если нет — нечего говорить об этом. Что до моей честности и характера, я с удовольствием свел бы вас с моими хозяевами. Не пью, не курю, но, правду сказать, хотел бы, набравшись немного опыта, написать что-нибудь».</p>
     <p>«Могу заверить вас, что я вполне порядочный человек, но нахожу скучными порядочных людей». Написавший это заставил меня задуматься, и я до сих пор не знаю, находит ли он меня скучным или нет, или что он вообще хотел сказать этим, черт побери!</p>
     <p>Но готовность самопожертвования у того, который написал нижеследующее, была так велика, что я не мог согласиться на нее: «У меня есть отец, мать, братья и сестры, друзья и хорошая служба, но я готов пожертвовать всем этим, чтобы стать одним из вашей судовой команды».</p>
     <p>Другой претендент, принять которого я тоже никак не мог решиться, был юный щеголь; чтобы доказать мне, что я должен его взять с собой, он говорил в своем письме: «Отправиться на обыкновенном судне, будь то шхуна или пароход, было бы непрактично, оттого что мне пришлось бы иметь дело с обыкновенными моряками, а их жизнь совсем чистоплотна».</p>
     <p>Был там еще молодой человек двадцати шести лет, который «прошел через всю гамму человеческих чувств» и «побывал всем, от повара до слушателя Стэнфордского университета», и который в то время, как он писал это письмо, был «вакеро на площади в пятьдесят пять тысяч акров». Не в пример ему, другой был чрезвычайно скромен и писал: «Не знаю за собой каких-либо особых качеств, которые могли бы привлечь ваше внимание. Но если вы заинтересуетесь мною, не откажите потратить несколько минут на ответ. Иначе мне придется продолжать работать на заводе. Не ожидая ничего, а только надеясь, остаюсь и пр.» Но я долго сжимал обеими руками голову, стараясь представить себе, какое духовное сродство существовало между мною и тем, кто писал мне: «Задолго до того, как я услыхал про вас, я соединил воедино политическую экономию и историю и сделал таким образом конкретными многие из ваших выводов».</p>
     <p>А вот одно из лучших писем по краткости: «Если кто-нибудь из команды, подписавший с вами условие, простудится, промочив ноги, например, и вам понадобится еще кто-нибудь, знающий мореплавание, моторы и пр., мне будет приятно, если вы обратитесь и т. д.». Вот еще одно краткое письмо: «Бью в центр — хочу быть мальчиком для услуг или вообще чем-нибудь в вашей кругосветной поездке. Американец, девятнадцати лет, весу сто сорок фунтов».</p>
     <p>Вот недурненькое письмо от человека «чуть-чуть подлиннее пяти футов»: «Когда я прочел о вашем мужественном решении обойти вокруг света на небольшом судне вместе с миссис Лондон, я до того обрадовался, что мне показалось даже, будто это я сам выдумал такое путешествие, и вот я решил написать вам относительно должности для меня самого, повара или слуги. По некоторым причинам я этого не сделал, а поехал из Оклэнда в Денвер войти компаньоном в дело моего друга — это в прошлый месяц то есть, — но у него дело идет все хуже и хуже, и вообще не везет. Но, к счастью, вы отложили отъезд по случаю Великого землетрясения, и я в конце концов решился предложить вам свои услуги на какую-нибудь должность. Я не очень силен, так как ростом я чуть-чуть длиннее пяти футов, но все же я хорошего здоровья и таких же способностей».</p>
     <p>«Полагаю, что мог бы сделать к оборудованию вашего судна полезное добавление в виде изобретенного мною приспособления для полной утилизации силы ветра, — писал один доброжелатель. — Приспособление это не мешает при обычном маневрировании в легкий ветер и в то же время дает вам возможность использовать полностью силу самых бешеных шквалов, так что даже в тех случаях, когда обычно приходится убирать все паруса до последнего клочка, вы сможете благодаря моему приспособлению не убирать их вовсе. Кроме того, это полезное добавление не дает судну перевернуться».</p>
     <p>Предыдущее письмо было написано в Сан-Франциско и помечено 16 апреля 1906 г. Через два дня произошло большое землетрясение. Оно заставило, очевидно, бежать моего корреспондента, и мне не пришлось с ним встретиться.</p>
     <p>Многие из моих братьев-социалистов возражали против моего желания отправиться в плавание, и особенно типично следующее возражение: «Идея социализма и миллионы угнетенных жертв капитализма имеют право на вашу жизнь и работу и требуют их. Если, тем не менее, вы будете упорствовать, вспомните, когда вы, утопая, будете глотать последний в вашей жизни глоток соленой воды, что мы протестовали против вашего поступка».</p>
     <p>Один много слонявшийся по свету человек, который «мог бы при случае рассказать немало необычайных сцен и событий», потратил несколько листов бумаги, изо всех сил стараясь добраться до цели своего письма, и наконец, изрек следующее: «До сих пор я ничего не сказал о цели моего письма. Скажу прямо: я прочел, будто вы и еще одно или два лица намерены совершить кругосветное плавание на небольшом паруснике, длиной футов в пятьдесят или шестьдесят. Не могу поверить, чтобы человек вашего ума и опыта мог решиться на поступок, который есть не что иное, как особый вид самоубийства. И даже если бы вы случайно уцелели, — и вы сам, и ваши спутники, — вы будете совсем разбиты непрекращающейся качкой судна столь малых размеров, даже если бы оно было обито войлоком, что вовсе не принято на море». Однако этот благожелатель невольно касается моря. Он сам говорит о себе: «Я не пресноводный моряк, я плавал по всем морям и океанам». Он заканчивает следующими словами: «Не желая обидеть вас, скажу, что безумием было бы выйти из залива в открытое море на подобном судне, имея на борту женщину».</p>
     <p>И все же в то самое мгновение, как я пишу это, Чармиан сидит в капитанской каюте за пишущей машинкой, Мартин готовит обед, Точиги накрывает на стол, Роско и Берт чистят палубу, и «Снарк» плывет со скоростью пяти узлов в час по волнам, а «Снарк» не обит войлоком внутри.</p>
     <p>«Прочитав в газетах о вашем предполагающемся путешествии, мы хотели бы узнать, не нужна ли вам хорошая команда; нас здесь шестеро молодых людей, хороших моряков, с хорошими рекомендациями с военных и частных судов; все мы настоящие американцы в возрасте от двадцати до двадцати двух лет, служим в настоящее время в Объединенном обществе металлических изделий в качестве мастеров по такелажу и очень хотели бы отправиться в плавание с вами». Подобные письма заставляли меня жалеть, что мое судно так мало.</p>
     <p>А вот письмо женщины, единственной в мире женщины, пригодной для путешествия — исключая, очевидно, Чармиан: «Если вам не удалось еще заполучить повара, мне было бы очень приятно совершить с вами путешествие в этой должности. Мне пятьдесят лет, я женщина здоровая и вполне могу справиться со стряпней на такую небольшую компанию, как команда вашего „Снарка“. Я отличный повар и такой же отличный моряк. Что же касается продолжительности поездки, то десять лет для меня приятнее, чем один год. Рекомендации мои и т. д.».</p>
     <p>Когда-нибудь, если мне удастся заработать кучу денег, я построю большую шхуну, вместимостью на тысячу добровольцев, чтобы обойти вокруг света. Им придется самим исполнять «всякую работу безразлично» — как они, впрочем, и желают — или оставаться дома. И я нисколько не сомневаюсь, что они поедут, ибо авантюризм еще не умер; это мне доподлинно известно, потому что я сам состоял с ним в длительной и интимной переписке.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IV. ОЩУПЬЮ В ОКЕАНЕ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Но, послушайте, — протестовали друзья, — как же вы, однако, решаетесь пуститься по морю, не имея на борту ни одного опытного моряка? Вы же не учились управлять судном?</p>
     <p>Мне пришлось признаваться, что нет, что за всю жизнь я не брал ни разу в руки секстана и что, пожалуй, даже не отличу его от альманаха по мореплаванию. А когда они спрашивали, моряк ли Роско, я покачивал головой. Роско обижался. Он просмотрел «Справочник», купленный для путешествия, умел пользоваться логарифмическими таблицами, видел секстан несколько раз, и на основании всего этого, а также наличности плававших по морю предков, он считал себя опытным моряком. Но Роско ошибался, уверяю вас. Когда он был еще мальчиком, он приехал в Калифорнию с атлантического побережья через Панамский перешеек — и это был единственный раз в его жизни, когда земля скрылась из его глаз. Он никогда не был в морском училище и никогда не сдавал экзамена по навигации; никогда также не приходилось ему плавать в открытом море, а следовательно, он ничему не мог выучиться у других опытных моряков. Он был членом яхт-клуба в заливе Сан-Франциско, где нельзя удалиться от берега больше чем на несколько миль, и где искусство навигации не может быть применено.</p>
     <p>Итак, «Снарк» пустился в путь без опытного моряка. Мы прошли Золотые Ворота 23 апреля и направились на Гавайские острова, лежащие на расстоянии двух тысяч ста морских миль по прямому направлению. Результат был нашим лучшим оправданием. Мы приплыли к Гавайским островам, и даже без неприятностей, как вы увидите, то есть без серьезных неприятностей.</p>
     <p>Управлять судном взялся Роско. С теорией он был знаком как нельзя лучше, но он впервые применял ее на деле, и это явствовало из странного поведения «Снарка». Нельзя сказать, чтобы «Снарк» был очень устойчив на воде; вензеля, которые он выписывал, отмечались на карте. Однажды, когда дул легкий бриз, он сделал на карте скачок, означавший «сильный шквал», а в другой раз, когда он быстро рассекал воды, он едва двинулся вперед по карте. Но если судно делает при точной проверке лагом, в течение двадцати четырех часов по шесть узлов в час, это значит, что оно прошло сто сорок четыре морские мили. Море было в порядке и патентованный лаг также, а что до скорости, всякий мог видеть ее своими глазами. Поэтому все дело было только за вычислениями, которые не хотели двигать «Снарк» вперед по карте. Это случалось не каждый день, но все же это случалось. И это было вполне естественно, и ничего другого нельзя было ожидать от первой попытки применить теорию на практике.</p>
     <p>Приобретение знаний в науке мореплавания имеет странное действие на людские умы. Моряк говорит об этой науке с глубоким почтением. Профану она кажется непостижимой и страшной тайной; это вызывается в нем преклонением самих моряков перед наукой мореплавания. Я знавал искренних и скромных молодых людей, приступавших к изучению мореплавания и внезапно становившихся скрытными, подозрительными и самоуверенными, как будто бы они приобретали глубочайшие познания. Самый средний моряк кажется профану пророком какого-то таинственного культа. Затаив дыхание, любитель-моряк приглашает вас взглянуть на свой хронометр. Поэтому-то наши друзья испытывали такой страх, когда мы отправились в путь без моряка-специалиста.</p>
     <p>Когда «Снарк» еще строился, мы с Роско заключили приблизительно такое условие: «Я поставляю книги и инструменты, — сказал я, — а вы изучаете навигацию. Мне сейчас совершенно некогда. А когда мы выйдем в открытое море, вы научите меня всему, что изучили». Роско был в восторге. Надо сказать, что в то время Роско был искренним, горячим и скромным, как те молодые люди, о которых я писал выше. Но когда мы вышли в открытое море и он стал проделывать манипуляции таинственного ритуала, на которые я смотрел, благоговейно затаив дыхание, — едва уловимая, но в то же время вполне определенная перемена произошла в нем. Когда он в полдень определял высоту солнца, на него как бы нисходил сияющий нимб подвига. Когда он, спустившись вниз и закончив вычисления, поднимался снова на палубу и объявлял нам широту и долготу, его голос звучал повелительно, что было для всех нас положительной новостью.</p>
     <p>Но это было еще не самое худшее. Знания, наполнявшие его, оказались такого свойства, что их никак нельзя было передать кому бы то ни было. И по мере того, как он проникал в таинственные причины странных прыжков «Снарка» по карте, и по мере того, как эти прыжки выравнивались, — знания его становились все более священными, таинственными и непередаваемыми. Мои ласковые намеки на то, что, пожалуй, время как раз подходящее, чтобы и мне чему-нибудь поучиться, никогда не встречали с его стороны сердечной и радостной готовности помочь мне. Ни малейшего желания выполнить договор у него не замечалось.</p>
     <p>Роско, собственно, не был виноват — что он мог сделать? Он шел по дороге всех людей, которые до него когда-либо изучали навигацию. Благодаря вполне естественной и простительной переоценке ценностей, плюс неуменье ориентироваться в новой научной дисциплине, он был раздавлен воображаемой ответственностью и чувствовал себя обладателем почти божественного могущества. Всю жизнь Роско провел на земле или в виду земли. Благодаря этому вокруг него всегда было достаточно всяких знаков, чтобы правильно — за редкими исключениями — передвигать свое тело по поверхности земли. Теперь он очутился в открытом море, в широко раскинувшемся море, ограниченном только вечным кольцом неба. Это кольцо неба было всегда одно и то же. Никаких вех и знаков кругом не было. Солнце поднималось с востока и опускалось на западе, а ночью звезды описывали тот же полукруг. И кто, казалось, мог бы, посмотрев на солнце и на звезды, сказать: «Я нахожусь сейчас в трех четвертях мили к западу от бакалейной лавки Джонса на Смизерсвилле», или: «Я отлично знаю, где я нахожусь сейчас, так как Малая Медведица говорит мне, что Бостон отсюда лежит в трех милях, второй поворот направо». А Роско именно это и говорил. Сказать, что он был ошеломлен своим могуществом — это еще слишком слабо. Он преклонялся перед самим собою; он творил изумительное дело. Акт, посредством которого он находил свое положение на поверхности океана, стал для него священнодействием, и он считал себя по отношению ко всем нам, не участвующим в священнодействии, существом высшего порядка, тем более, что мы зависели от него, были его стадом, которое он пас на волнующемся, безграничном пространстве — на соленой дороге между двумя континентами, на которой не было никаких верстовых столбов. Управляясь с секстаном, он приносил жертвоприношение богу солнца, затем рылся в древних фолиантах, разбирая кабалистические знаки, бормотал заклинания на непонятном языке, вроде «индекэррорпараллаксрефракция», заносил на бумагу магические знаки, что-то складывал и умножал — и, наконец, ставил палец на подозрительное пустое место священной карты и заявлял: «Мы здесь». Когда мы смотрели на подозрительно пустое место и спрашивали: «А где это, собственно?» — он отвечал на цифровом жаргоне высших священнослужителей: «31–15 — 47 северной, 133 — 5 — 30 западной». И тогда мы говорили: «О-о!» — и чувствовали себя совсем ничтожными.</p>
     <p>Повторяю, Роско не был виноват. Он, и правда, был почти богом, потому что нес всех нас в горсточке своей руки через пустые пространства карты. Я питал к Роско необыкновенное почтение: оно было столь глубоко, что если бы ему вздумалось приказать: «Пади ниц и поклонись мне!» — я, наверное, немедленно шлепнулся бы на палубу и заплакал. Но однажды маленькая мысль шевельнулась у меня в голове: «Пожалуй, это не бог; это просто Роско, — такой же человек, как и я сам. И что может сделать он, то могу и я. Кто учил его? Он сам учился. Нужно поступать точно так же — быть своим собственным учителем». И Роско слетел с пьедестала и перестал быть верховным жрецом «Снарка». Я вломился в святилище и потребовал старинные фолианты и магические таблицы, а также и жертвенник, то есть секстан.</p>
     <p>А теперь я расскажу вам простыми словами, как я сам себя научил навигации. Один раз я провел все послеобеденное время у штурвала, правя одной рукой, а другой делая вычисления по таблице логарифмов. Другие два вечера — по два часа каждый вечер — я изучал общую теорию навигации и в частности процесс определения высоты меридиана. Потом я взял секстан, ввел поправку по «Индексу» и определил высоту солнца. Дальнейшие вычисления были просто детской игрой. В «Кратком руководстве» и в «Альманахе» оказались готовые таблицы, составленные математиками и астрономами. Пользоваться ими было так же легко, как таблицей процентов или электрическим счетчиком. Тайна перестала быть тайной. Я ткнул пальцам в карту и объявил, что мы находимся здесь. Я оказался прав, то есть во всяком случае не менее прав, чем Роско, который указал на карте точку на четверть мили в сторону от моей. Он даже соглашался на меньшую разницу. Я раскрыл тайну, но таково уж было волшебство ее, что я незамедлительно почувствовал в себе какую-то необыкновенную силу и гордость. И когда Мартин спросил меня — так же смиренно и почтительно, как некогда я спрашивал Роско, — где мы находимся в настоящее время, я ответил ему вдохновенно и внушительно на цифровом жаргоне высших священнослужителей и услышал от него такое же подобострастное «О-о!» А что касается Чармиан, то я почувствовал, что приобретаю новые права на нее и что она очень счастливая женщина, если у нее такой муж, как я.</p>
     <p>Что поделаешь? На мне отмщалось грехопадение Роско и всех предшествовавших мореплавателей. Яд власти подействовал на меня. Я уже не был обыкновенным человеком: я знал что-то, чего они не знали, я знал тайну неба, указывающую мне дорогу над пучинами моря. Долгими часами я сидел на руле, правя одной рукой и держа в другой ключ к изучаемым тайнам. К концу недели такого самообучения я был уже способен на многое. Например, я определял высоту Полярной Звезды — конечно, ночью; я вводил нужные поправки, вычислял и находил нашу широту. И эта широта совпадала с широтой, определенной в полдень, с прибавкой тех изменений, которые должны были произойти задень. Мог ли я не гордиться? Но еще более возгордился я после следующего чуда. Обычно я уходил к себе в девять вечера. Я занимался самообучением и поставил себе задачей определить, какая звезда должна пройти через наш меридиан около половины девятого. Такой звездой оказалась Альфа Креста. Я никогда не слыхал об этой звезде. Я разыскал ее на карте звездного неба. Это была одна из звезд в созвездии Южного Креста. «Как! — подумал я, — мы плыли при свете Южного Креста по ночам и ничего не знали об этом! Идиоты! Дураки и кроты!». Я не поверил себе и еще раз проделал все вычисления. В этот вечер с восьми до десяти на руле стояла Чармиан. Я просил ее смотреть очень внимательно на южную сторону горизонта. И когда небо вызвездилось, невысоко над горизонтом стоял Южный Крест. Гордился я? Ни один врач и ни один жрец никогда не был так горд, как я. Еще лучше: с помощью священного секстана я определил высоту Альфы Креста и по ней вычислил нашу широту. Еще лучше: я определил высоту Полярной Звезды, и все, что я узнал от нее, в точности совпадало с тем, что мне сообщил Южный Крест. Гордился ли я? Да ведь я, значит, понимаю язык звезд и слышу, как они указывают мне путь над пучиной!</p>
     <p>Гордился ли я? Я был чудотворцем. Я позабыл, как легко я приобрел мои познания со страниц книг. Я позабыл, что вся работа (о, это была трудная работа!) была проделана до меня великими умами, астрономами и математиками, которые открыли и разобрали всю науку мореплавания и составили таблицы в «Кратком руководстве». Я только помнил чудо: я умел понимать язык звезд, и они указывали мне то место на море, где я нахожусь. Чармиан не знала этого; Мартин не знал этого; Точиги, юнга, не знал этого. Но я сказал им. Я был вестником небес! Я стоял между ними и вечностью. Я переводил небесные речи на удобопонятный язык. Небо управляло нами, и я был тем, кто умел читать небесные знамения! Я! Я!</p>
     <p>Теперь, когда восторг мой стал более умеренным, я спешу разъяснить полную простоту всего этого, разболтать тайну Роско и всех сведущих в мореплавании людей и прочих священнослужителей. Открываю я тайну из страха, что уподоблюсь им, сделавшись скрытным, бесстыдным и самоупоенным. Выскажу теперь все: любой юноша с нормальным серым веществом мозга, нормальным воспитанием и обыкновеннейшими способностями может добыть книги, карты, инструменты и научиться мореплаванию. Не поймите меня превратно. Стать моряком — другое дело. Этому не научиться в один или два дня, на это нужно убить годы. Поэтому плавать с помощью лага можно только после длительной учебы и практики. Но плавать, ориентируясь по солнцу, луне и звездам, стало, благодаря усилиям астрономов и математиков, детской игрой. Любой юноша может научиться этому в неделю. Еще раз прошу — не поймите меня превратно. Я не хочу сказать, что по истечении недели такой юноша сможет взять на себя управление пароходом водоизмещением в пятьдесят тысяч тонн, который идет со скоростью двадцати узлов в открытом море, мчась от одного материка к другому и в хорошую погоду и в шторм при ясном и при облачном небе, руководясь компасом и направляясь к земле с возможной точностью. Я хочу сказать только, что юноша, о котором я говорил, может сесть на надежное парусное судно и отправиться в плавание по океану, совсем не будучи знаком с навигацией, и по прошествии недели он настолько ознакомится с нею, что в состоянии будет определять по карте то место, где он находится. Он сможет вполне точно определить меридиан, а узнав его, он через десять минут, произведя необходимые вычисления, найдет широту и долготу. У него на борту нет ни груза, ни пассажиров, ничто не заставляет его торопиться поскорее доплыть до цели, он может спокойно плыть, а если он усомнится в своем искусстве мореплавания и испугается, как бы не наскочить на землю, он может лечь в дрейф на всю ночь и только, с наступлением дня пускаться в дальнейший путь.</p>
     <p>Джошуа Слокум несколько лет тому назад совершил кругосветное плавание на паруснике, длиной в тридцать семь футов, и сам управлял им. Я никогда не забуду того места в его рассказе об этом путешествии, где он восторженно приветствует тех молодых людей, которые захотят на таких же небольших судах совершить подобные же путешествия. Меня захватила эта мысль, захватила до такой степени, что я взял с собою в путешествие мою жену. Экскурсия бюро Кука покажется рядом с таким путешествием совершенно ничтожной; не говорю уже о доставляемом им удовольствии, но оно окажет превосходное воспитательное влияние на молодого человека — не только внешне воспитает его, благодаря тому, что он увидит неведомые страны, людей и природу, а воспитает его и внутренне: воспитает его личность, даст ему возможность познать самого себя. Каждый научится в таких условиях владеть собой. Юноша познает здесь пределы своих возможностей, — а затем неминуемо будет стараться расширить эти пределы. И вернется из такого плавания и лучшим и более значительным человеком. А что касается спорта, то лучше нет спорта, чем обойти кругом света, выполняя всю работу собственными руками, завися только от одного себя, и, вернувшись, наконец, туда, откуда отправился, мысленно представить себе стремительно мчащуюся в мировых пространствах нашу планету, вокруг которой вы совершили свое путешествие, и сказать: «Я сделал это; собственными руками сделал я это. Я обошел вокруг вращающегося шара: я могу путешествовать один, без приставленного ко мне в качестве няньки капитана, который направлял бы мой путь по морям. Я не могу полететь на другие звезды, но на этой звезде я — хозяин!»</p>
     <p>Когда я дописываю эти строки, я поднимаю глаза и смотрю на море. Я нахожусь в заливе Вайкики на острове Оаху. Далеко по бледно-голубому небу тянутся облака над зеленоватой бирюзой океана. Ближе к берегу вода переходит в оливковый цвет. Около коралловых рифов она становится дымчато-пурпурной, с кроваво-красными пятнами. Затем чередуются ярко-зеленые и рябиново-красные полосы, указывая места песчаных и коралловых отмелей. Через все эти изумительные краски и над ними и из них бьет и грохочет великолепный прибой. Как я уже сказал, я поднимаю глаза — и вдруг на белом гребне налетающей волны я вижу прямую темную фигуру не то сирены, не то морского божества; оно стоит по колено в дымящейся пене, гребень каждое мгновение вздымается и падает, заливая его по пояс, и вновь поднимает его в кипящей пене, вынося к берегу на протяжении четверти мили. Это канака на своей доске. И я знаю, что как только я закончу эти строки, я тоже окажусь в этой вакханалии красок и кипящего прибоя и тоже буду пробовать кататься на гребнях, как он, и буду падать, — как он, разумеется, никогда не падает, — но зато буду жить так остро, как немногие из людей. И картина этого моря, горящего разноцветными огнями и летящего в волнах морского божества, конечно, достаточное основание для молодых людей плыть на запад и еще дальше на запад, до тех пор все на запад и на запад, пока они не окажутся опять на родине.</p>
     <p>Но вернемся к навигации. Пожалуйста, не подумайте, что я уже изучил ее вдоль и поперек. Я знаю только основы навигации, и мне еще многое осталось выучить. На «Снарке» имеется масса увлекательных книг по навигации, которые до сих пор ждут меня. Имеется, например, угол опасности Лекка, — очень интересный угол, — и линия Сумнера, которая определит вам безошибочно — когда вы уже окончательно собьетесь с дороги — не только то место, где вы находитесь, но и те места, где вы находились. Существуют дюжины дюжин различных способов определения положения судна, и нужно посвятить на изучение целые годы, чтобы овладеть всеми этими тонкостями.</p>
     <p>Даже в том немногом, чему мы научились, было кое-что такое, что объясняло странное прежнее поведение «Снарка». Так, например, в четверг, 16 мая, пассат совсем стих. В течение двадцати четырех часов, до самого полудня пятницы, мы, согласно показаниям лага, не прошли и двадцати миль. Вот, однако, наше положение на море в полдень этих двух дней, согласно нашим наблюдениям:</p>
     <image l:href="#i_013.png"/>
     <empty-line/>
     <p>Расстояние между этими двумя точками равнялось приблизительно восьмидесяти милям. А мы прекрасно знали, что не прошли и двадцати миль. Вычисления наши были безукоризненно правильны. Мы несколько раз проверяли их; ошибка была сделана во время наблюдений. Правильное наблюдение требует большой практики и ловкости, особенно на таком небольшом судне, как «Снарк». Непрерывная качка судна и близость глаза наблюдателя к поверхности воды очень мешают. Большая волна, поднимающаяся на протяжении целой мили, в состоянии совсем закрыть горизонт.</p>
     <p>Но в данном случае действовал другой мешавший нам фактор. Солнце, совершая ежегодный путь по небу, начало склоняться к северу. На девятнадцатой параллели северной широты солнце в половине мая стоит почти над головой. Угол свода равен восьмидесяти восьми или восьмидесяти девяти градусам. Если бы он равнялся девяноста градусам, солнце находилось бы совсем в зените. На другой день мы узнали кое-что о том, как ловить солнце, когда оно почти перпендикулярно над головой. Роско решил ловить солнце на востоке и настаивал на этом, несмотря на то что солнце должно было пройти меридиан на юг. Со своей стороны, я решил ловить его на юго-востоке и все уклонялся на юго-запад. Как видите, мы еще продолжали учиться. Наконец, когда судовые часы показывали двадцать пять минут первого, я провозгласил полдень по солнцу. Это значило, что наше местоположение на поверхности земли изменилось на двадцать пять минут, что равняется приблизительно шести градусам долготы, или тремстам пятидесяти милям. А это доказывало, что «Снарк» шел со скоростью пятнадцати узлов в течение двадцати часов, — чего в действительности не было. Вышло смешно и нелепо… Но Роско, продолжая смотреть на восток, утверждал, что полдень еще не наступил. Он намерен был уверить нас, что мы идем со скоростью двадцати узлов. Тут мы начали быстро поворачивать наши секстаны по горизонту, и куда бы мы ни глядели, всюду мы видели солнце до странности низко над горизонтом, а иногда и ниже его. В одном направлении солнце говорило нам, что еще раннее утро, а в другом — что полдень давно миновал. Но солнце показывало время правильно — значит, ошибались мы. И все послеобеденное время мы провели в каюте, стараясь разобрать этот вопрос с помощью книг и найти, в чем же состояла наша ошибка. Мы напутали в наших наблюдениях на этот раз, но мы не путали в следующий раз. Мы научились. И мы хорошо научились, лучше даже, чем сами предполагали. Как-то раз в начале второй вечерней вахты мы с Чармиан на баке играли в карты. Вдруг я увидел впереди какие-то горы, окутанные облаками. Мы, конечно, обрадовались земле, но я был очень огорчен нашими познаниями в навигации. Я полагал, что мы научились кое-чему, а согласно нашим наблюдениям в полдень, если прибавить то расстояние, которое мы прошли с тех пор, земля должна была находиться не ближе ста миль. Но это была земля, таявшая на наших глазах в лучах заката. Спорить было не о чем. Значит, наши вычисления неправильны. Но это было не так. В конце концов оказалось, что это была вершина горы Халеакала, Обители Солнца, величайшего потухшего вулкана на всем земном шаре. Он поднимается на десять тысяч футов над уровнем моря, и его видно на расстоянии ста миль. Мы шли к нему всю ночь со скоростью семи узлов, а наутро Обитель Солнца по-прежнему стояла на горизонте, и потребовалось еще много часов, чтобы добраться до нее.</p>
     <p>— Это остров Мауи, — решили мы после исследования карты. — Следующий остров намечающийся на горизонте — Молокаи, где находится колония прокаженных. А еще следующий — Оаху. На нем гора Макапуу. Завтра мы будем в Гонолулу. Выходит, что наша навигация совсем уж не так плоха.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава V. ПЕРВАЯ ОСТАНОВКА В ПУТИ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— На море совсем не будет скучно, — обещал я своим товарищам перед отправлением. — Море полно жизни. Оно так населено живыми существами, что мы каждый день будем встречать что-нибудь новое. Как только мы пройдем Золотые Ворота и повернем к югу, мы увидим летающих рыб. Мы будем поджаривать их на завтрак. Мы будем ловить также макрелей и дельфинов острогой с бушприта. А потом пойдут акулы. Акул будет без конца.</p>
     <p>Мы прошли Золотые Ворота и повернули к югу. Горы Калифорнии исчезли мало-помалу с горизонта, а солнце с каждым днем становилось жарче. Но летающих рыб не было; макрелей и дельфинов тоже не было. Океан был совершенно лишен жизни. Никогда раньше я не плавал по такому несчастному океану. Прежде в этих самых широтах я всегда встречал летающих рыб.</p>
     <p>— Ничего, — говорил я. — Подождите, пока мы поровняемся с берегом Южной Калифорнии. Там мы увидим летающих рыб.</p>
     <p>Мы поровнялись с Южной Калифорнией, мы прошли вдоль всей Калифорнии, мы шли вдоль мексиканского побережья, а летающих рыб не было. И ничего другого не было. Никакой жизни. Дни шли — и это отсутствие жизни становилось удручающим.</p>
     <p>— Не беда, — говорил я. — Как только мы встретим летающих рыб, мы встретим и все остальное. Летающие рыбы это вроде авангарда океана. Как только увидим летающих рыб, сразу явится и все остальное.</p>
     <p>Чтобы попасть на Гавайские острова, мне нужно было бы держать на юго-запад, а я все держал на юг. Мне непременно хотелось отыскать этих летающих рыб. Наконец, настало время повернуть прямо на запад, если я хотел попасть в Гонолулу. Но я все продолжал идти на юг. На девятнадцатом градусе широты мы увидели первую летающую рыбу. Она казалась очень одинокой. Я заметил это. И пять пар внимательных глаз обшаривали море целый день и не заметили больше ни одной. А в следующие дни они попадались так скупо, что прошла целая неделя, пока все мои спутники заметили каждый по одной летающей рыбе. А что касается до дельфинов, макрелей и прочих морских созданий, то их совсем не было.</p>
     <p>Ни одна акула ни разу не разрезала водной поверхности своими темными зловещими плавниками. Берт ежедневно купался в море, держась за веревку у бушприта. И ежедневно говорил нам, как он бросит, наконец, веревку и будет купаться по-настоящему. Я всячески уговаривал его не делать этого. Но он перестал считать меня авторитетом по части моря.</p>
     <p>— Если акулы здесь есть, — говорил он, — то почему же они не показываются?</p>
     <p>Я уверял его, что они сейчас же покажутся, как только он бросит веревку и поплывет в море. Собственно, с моей стороны это было нахальство. Я и сам не верил. Два дня это его все же удерживало. А на третий день ветер упал, и стало очень жарко. «Снарк» двигался со скоростью одного узла. Берт спрыгнул в воду с бушприта и поплыл без веревки. И вот странная противоречивость жизни! Мы проплыли более двух тысяч миль по океану и не видали акул. А тут через пять минут после того, как Берт взобрался на судно, черный плавник акулы резал воду кружась около «Снарка».</p>
     <p>В этой акуле было что-то странное. Она положительно раздражала меня. С какой стати она очутилась посреди пустынного океана? Чем больше я об этом думал, тем это становилось непонятнее. Но через два часа мы заметили землю, и тайна объяснилась. Акула явилась к нам от берега, а не из необитаемых глубин океана. Она была вестником земли.</p>
     <p>Через двадцать семь дней по выходе из Сан-Франциско мы подходили к острову Оаху, принадлежащему к группе Гавайских островов. Рано утром мы обогнули Алмазную Вершину и очутились против Гонолулу; и тут океан внезапно закипел жизнью. Сверкающие эскадроны летающих рыб пронизывали воздух. За пять минут мы их насчитали больше, чем за все предыдущее путешествие. И еще какие-то другие толстые рыбы выпрыгивали из воды. Жизнь была всюду — и на море, и на берегу. Мы видели мачты и пароходные трубы в гавани, гостиницы и купальни по всей бухте Вайкики, и уютные дымки домов по вулканическим склонам Пуншевой Чаши и Тантала. Таможенный катер летел к нам на всех парах, а большая стая дельфинов проделывала у носа «Снарка» самые уморительные прыжки. К борту причалила шлюпка портового врача, а большая морская черепаха выставила из воды спину и голову и с любопытством посмотрела на нас. Ни разу еще на море не было вокруг нас такого водоворота жизни. Какие-то незнакомые лица появились на палубе, кричали незнакомые странные голоса, и перед глазами замелькали настоящие сегодняшние газеты с телеграммами из всех частей света. Из них мы узнали, между прочим, что «Снарк» со всем экипажем погиб в море, и что это было ничего не стоящее судно. И пока мы читали это печальное сообщение, радиотелеграф с вершины Халеакаа сообщал всему миру о прибытии «Снарка» в Гонолулу.</p>
     <p>Это был первый причал «Снарка» — и какой причал! Двадцать семь дней мы пробыли в пустынях океана, и нам довольно трудно было принять в себя столько жизни. Главное сразу. Мы были ошеломлены, и нам казалось, что все это — во сне. С одной стороны «Снарка» светло-голубое небо скатывалось в светло-голубое море. С другой — море вздымалось огромными изумрудными волнами, разбивавшимися снежной пеной о коралловые рифы бухты. Позади бухты мягкими зелеными уступами поднимались плантации сахарного тростника, взбираясь на крутые склоны, которые затем переходили в зубчатые вулканические хребты, окутанные туманами тропических ливней и огромными шапками принесенных муссоном облаков. Если это был сон, то чудесный сон. «Снарк» стал на рейд, и изумрудный прибой вздымался и грохотал по обеим его сторонам, и совсем близко около нас рифы скалили свои длинные, бледно-зеленые угрожающие зубы.</p>
     <p>Внезапно сам берег двинулся на нас и охватил «Снарк» хаосом своих зеленых рук. Не было уже опасного прохода между рифами, не было изумрудного прибоя и бледно-голубого океана — ничего не было, кроме мягкой, теплой земли, застывшей лагуны и купающихся в ней темнокожих ребят. Океана больше не было. Якорь «Снарка» загрохотал цепью — и мы стали. Все было так красиво и странно, что мы никак не могли почувствовать реальности окружающего нас великолепия. По карте это место называется Жемчужной бухтой, но мы его назвали Бухтой Снов.</p>
     <p>К нам подошла шлюпка: это члены местного яхт-клуба явились поздравить нас с приездом и сделали это с истинно гавайским гостеприимством. Это были, конечно, самые обыкновенные люди из плоти, крови и всего прочего, но появление их не нарушило очарования сна. Последние наши воспоминания о людях были связаны с появлением судебных приставов и маленьких перепуганных коммерсантов с потертыми долларами вместо душ. Эти людишки в смрадной атмосфере угля и копоти вцепились в «Снарк» грязными цепкими руками, не отпуская его в мир приключений и снов. Но люди, встретившие нас здесь, были чистыми и ясными. На щеках их лежал здоровый загар, а глаза не погасли от очков и от блеска вечно пересчитываемых долларов. Нет, они только еще больше убедили нас, что мы видим прекрасный сон.</p>
     <p>Мы вышли вслед за этими чудесными людьми на волшебный зеленый берег. Мы пристали к миниатюрной пристани и сон стал еще чудеснее. Вы не забудьте, что в продолжение двадцати семи дней мы качались по океану на маленьком «Снарке». В течение двадцати семи дней не было ни одной минуты без этого качающегося движения. Оно вошло уже в нашу плоть и кровь. И тела и души наши так долго качались и подкидывались, что когда мы вышли на миниатюрную пристань, мы все еще продолжали качаться. Мы, естественно, приписали это самой пристани. Своего рода психологический обман. Я понесся вдоль пристани и чуть не слетел в воду. Взглянул на Чармиан — и способ ее передвижения меня опечалил. Пристань ни в чем не уступала палубе судна. Она поднималась, вздрагивала, качалась и стремительно летела вниз; а так как держаться было не за что, то я и Чармиан должны были прилагать все усилия, чтобы не упасть в воду. Я никогда не видал такой каверзной пристани! Когда я смотрел на нее, она переставала качаться, но как только мое внимание отвлекалось чем-нибудь, она опять становилась «Снарком». Один раз я поймал ее все-таки, как раз, когда она опускалась; я посмотрел с высоты около двухсот футов — и, честное слово, это была настоящая палуба настоящего судна, бросающегося вниз с гребня волны.</p>
     <p>Наконец, поддерживаемые нашими новыми друзьями, мы кое-как преодолели пристань и ступили на твердую сушу. Но и суша оказалась не лучше. Первое, что она вздумала сделать — это быстро наклониться в одну сторону вместе со всеми горами и даже с облаками, и я далеко-далеко мог проследить ее наклон. Нет, это не была устойчивая, твердая земля, иначе она не выкидывала бы таких номеров. Она была так же нереальна, как и весь этот «причал». Каждое мгновение все может разлететься, как облачко пара. Мне пришла в голову мысль, что это, может быть, моя вина: просто объелся чем-нибудь, и вот теперь кружится голова. Но я взглянул на Чармиан и ее неуверенную поступь: как раз в это мгновение она качнулась и толкнула шедшего рядом с ней яхтсмена. Я заговорил с ней, и она тотчас же пожаловалась мне на странное поведение земли.</p>
     <p>Мы шли через широкую волшебную лужайку, спускались по аллее царственных пальм, и опять через лужайку, еще более волшебную, и остановились под благодатной тенью стройных деревьев. Воздух звенел птичьими голосами и совсем отяжелел от роскошных теплых ароматов огромных лилий, пылающих гибискусов и других странных, опьяняющих тропических растений. Сон становился непереносимо прекрасным для нас, видевших перед собой так долго только соленую воду в беспрерывном движении. Чармиан протянула руку и уцепилась за меня. «Не может выдержать этой красоты», — подумал я. Но оказалось другое. Когда я расставил ноги, чтобы поддержать ее, я заметил, что лужайка и кусты качаются и кружатся. Это было совсем как землетрясение, только маленькое, оно скоро прошло, и никому не причинило вреда. И главное — отчаянно трудно было поймать ее, то есть землю, на этих фокусах. Пока я следил за нею, ничего не происходило, но стоило мне только отвлечься чем-нибудь посторонним, все кругом начинало качаться и волноваться. Один раз мне удалось при быстром и внезапном повороте головы поймать красивое движение пальм, описывающих огромную дугу через все небо. Но как только я поймал это движение, оно прекратилось и вокруг меня был прежний безмятежный сон.</p>
     <p>Наконец, мы вошли в сказочный дом с широкой прохладной верандой, — дом, где могли жить только сказочные существа, питающиеся лотосом. Окна и двери были широко открыты, и пение птиц и запахи цветов приплывали и уплывали через них. Стены были затянуты плетеными циновками из кокосовых волокон. Небольшие диваны, покрытые плетенками из зеленой травы, заманчиво глядели отовсюду, и тут же стоял большой рояль, который должен был издавать, как мне казалось, только баюкающие звуки. Служанки-японки в национальных костюмах порхали вокруг бесшумно, как бабочки. Все было овеяно сверхестественной свежестью. Ничего похожего на грубые нападения солнца и ветра в безбрежном море. Нет, положительно, все это было чересчур хорошо. Это не могло быть реальностью. Я понял это, потому что быстро обернувшись, поймал рояль на каком-то подозрительном пируэте в углу комнаты. Я не сказал ничего, — как раз в это время к нам подошла прелестная женщина, настоящая мадонна, одетая в белые, разлетающиеся одежды, в сандалиях — и поздоровалась с нами так, как будто она знала нас всю жизнь.</p>
     <p>Мы сели за стол на веранде, где вкушают лотос; нам прислуживали бабочки, и мы ели удивительные кушанья и пили нектар, который называют здесь п о и. Но по временам сон грозил растаять. Он вздрагивал и туманился, как радужный мыльный пузырь, готовый лопнуть. А когда я взглянул на зеленую лужайку, на стройные деревья и цветы гибискуса, я вдруг почувствовал, что стол двигается. Стол и мадонна против меня, и веранда, где вкушают лотос, и пылающие гибискусы, и лужайка, и деревья — все быстро поднялось и затем тяжело полетело вниз, как с гребня чудовищной волны. Я судорожно ухватился за ручки кресла и удержался. У меня было такое чувство, что я держусь не только за стул, но и за самый сон, и удерживаю его. Я нисколько не был бы удивлен, если бы вдруг кругом зашумело море, смыло бы всю эту волшебную страну, и я очутился бы опять на «Снарке», опять на руле, с таблицами логарифмов в руке. Но сон не исчезал. Я украдкой взглянул на мадонну и ее супруга. Они не изменились. И блюда не сдвинулись со стола. И гибискусы, и деревья, и трава были на месте. Ничто не изменилось. Я выпил еще немного нектару, и сон стал реальнее чем когда-либо.</p>
     <p>— Не хотите ли замороженного чая? — спросила мадонна, и конец стола, где она сидела, осторожно наклонился, и я ответил «да» уже под углом в пятьдесят пять градусов.</p>
     <p>— Вот вы говорили об акулах, — сказал ее муж. — Там, на Ниихау был один человек…</p>
     <p>В это мгновение стол качнулся и поднялся; я смотрел на говорившего снизу, под углом в сорок пять градусов.</p>
     <p>Так шел завтрак, и я был счастлив, что по крайней мере могу не видеть походки Чармиан и не огорчаться. Вдруг какое-то таинственное слово сорвалось с губ небожителей.</p>
     <p>«А-а, — подумал я, — вот тут-то сон начнет путаться и растает».</p>
     <p>Я с отчаянием вцепился в стул, твердо решившись вернуться в реальность «Снарка», захватив с собою вещественное доказательство существования страны лотоса. Я чувствовал, как сон притаился и сейчас уйдет. И еще раз раздалось таинственное страшное слово. Оно звучало как-то вроде «ре-пор-теры». Я взглянул и увидел, что три человека направляются к нам через лужайку. О, милые, благословенные репортеры! Значит, в конце концов, этот сон был настоящей, неоспоримой реальностью! Я посмотрел вдаль на сияющее море и увидел «Снарк», стоявший на якоре, и вспомнил, как я плыл на нем от Сан-Франциско до Гавайских островов, и что вот это — Жемчужная бухта, и что сейчас меня с кем-то знакомят, и я уже отвечаю на первый вопрос:</p>
     <p>— О, да, погода была чудесная всю дорогу!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VI. СПОРТ БОГОВ И ГЕРОЕВ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Да, это действительно лучший спорт для прирожденных героев.</p>
     <p>Трава и деревья растут у самой воды в бухте Вайкики. И вот сидишь под их сенью и глядишь на величественный прибой у входа в бухту — почти под твоими ногами. На расстоянии полумили, там, где рифы, из безмятежной бирюзовой глубины выскакивают вдруг косматые белоголовые чудовища и мчатся к берегу. Они летят друг за другом, захватывая целую милю в ширину, с дымящимися хребтами — белые батальоны бесчисленной армии океана. А ты сидишь и слушаешь несмолкаемый гул, и смотришь на бесконечную их процессию, и чувствуешь себя маленьким, жалким перед бешеной силой, воплотившейся в реве и ярости. Чувствуешь себя микроскопически крохотным, и одна мысль о том, что можно вступить в бой с этими волнами, заставляет содрагаться от страха. Эти волны, длиною в целую милю, эти зубастые чудовища весят добрую тысячу тонн и мчатся к берегу быстрее, чем может бежать человек. Можно ли решиться на это? Нет, нельзя, — решает трепещущий ум; и ты сидишь, и глядишь, и думаешь: как хорошо находиться среди травы, в тени на берегу…</p>
     <p>И вдруг там, на вздымающемся гребне, где туман прибоя вечно поднимается к небесам, из водоворота пены, взбитой как сливки, показывается морской бог. Сначала появляется его голова. Потом черные плечи, грудь, колени, ноги — все выступает на белом фоне, как яркое видение. Там, где за минуту до этого было только дикое отчаяние и непокорный рев стихии — стоит теперь человек, прямой, спокойный, и не борется из последних сил с бешеным врагом, не падает, не гибнет под ударами могучих чудовищ, а возвышается над ними, спокойный, великолепный, стоит на самой вершине — и только ноги его захватывает кипящая пена, да соленые брызги взлетают до колен, а все его тело купается в воздухе и солнце, и он летит в этом воздухе и солнце, летит вперед, летит так же быстро, как гребень, на котором он стоит.</p>
     <p>Это Меркурий, смуглый Меркурий. На ногах у него крылья, а в них вся сила и быстрота океана. Он вышел из волны, он скачет на ней, а она ревет и мечется под ним, и не может сбросить его. А он даже не борется с ней, даже не балансирует. Он стоит неподвижный, бесстрастный, как каменное изваяние, вознесенное каким-то чудом со дна океана. И он летит прямо на берег, стоя своими крылатыми ногами на белом гребне. И дико разбивается пенная волна и долго плещется у ваших ног; тут же на берегу спокойно стоит канака, смуглый, золотой от тропического солнца. Несколько минут назад он был маленьким пятнышком за четверть мили от берега. Он взнуздал упрямое морское чудовище, он ехал на нем, и гордость победы чувствуется во всем его прекрасном теле, когда он как бы равнодушно взглядывает на вас сидящего на берегу в тени. Он чувствует себя человеком, представителем той удивительной породы, которая покорила материю, подчинила все другие звериные породы, завладела всем миром.</p>
     <p>Все это прекрасно, когда сидишь и рассуждаешь здесь, в прохладной тени. Но, собственно говоря, вы такой же человек, из той же удивительной породы — и, значит, если канака может это делать, то и вы можете. Идите и пробуйте. Сбросьте одежду, которая только мешает здесь, в этом прекрасном климате. Идите и боритесь с океаном: окрылите свои ноги всей смелостью и силой, которыми вы наделены от природы; оседлайте дикие волны, покорите их и катайтесь на их спинах, как истинный повелитель вселенной.</p>
     <p>Вот как случилось, что я научился кататься на прибое. И теперь, когда я умею это делать, я опять повторяю, с еще большей настойчивостью — это спорт богов и героев.</p>
     <p>Позвольте мне прежде всего объяснить технику спорта. Волна есть некое движущееся единство. Вода, составляющая волну, сама по себе не двигается. Если бы она двигалась, в том месте, где упал бы брошенный вами камень и откуда расходятся по воде круги, была бы все увеличивающаяся дыра. Нет, вода, составляющая тело волны, неподвижна. Вы можете наблюдать какую-нибудь небольшую часть океана, и вы увидите, как та же самая вода тысячу раз будет вздыматься и падать от движения тысяч следующих одна за другой волн. Теперь представьте себе, что это движение устремляется к берегу. По мере того как дно становится более высоким, примыкающая к нему часть волны задерживается. Но вода текуча, и верхняя часть волны не столкнулась ни с каким препятствием и продолжает мчаться вперед. А раз верхняя часть волны продолжает мчаться вперед, когда нижняя часть ее отстала, а гребень опрокидывается вперед и падает вниз, клубясь, — должно что-нибудь случиться. Нижняя часть волны уходит назад, пенясь и грохоча. Причиной всякого прибоя всегда бывает нижняя часть волны, ударяющаяся о возвышенности дна.</p>
     <p>Но переход от плавного волнообразного движения к пенящимся волнам не внезапен, кроме тех случаев, когда дно моря сразу повышается. Если дно постепенно повышается на протяжении от одной четверти мили до мили, то и превращение волны протекает на таком же пространстве. Именно такое постепенно повышающееся дно у залива Вайкики, и прибой там восхитительно приспособлен к тому, чтобы кататься на нем. Вы забираетесь на хребет волны как раз тогда, когда она начинает расти, и стоите на ней все то время, пока она растет, устремляясь к берегу.</p>
     <p>А теперь перейдем к частному вопросу о технике катания на прибое. Возьмите гладкую доску в шесть футов длины и два фута ширины, с закругленными концами. Ложитесь на нее вдоль, как ложатся ребята на санки, и гребите руками, пока не доберетесь до такой глубины, где уже начинают образовываться волны. Там оставайтесь на своей доске совершенно спокойно. Волна за волной налегает сзади, спереди, снизу, сверху, но они вас не сдвинут. Вам надо ждать волны с пенящимся гребнем. Такие волны выше и круче. Вообразите себя на доске, на переднем склоне такой высокой волны. Если бы волна стояла неподвижно, вы бы скатились с нее, как дети на салазках с горы. «Позвольте, — говорите вы, — волна ведь не стоит на месте». Верно, волна не стоит на месте, но вода, образующая ее, стоит на месте — и в этом весь секрет. Если вы установите доску на переднем склоне волны, то вы будете все время скользить по ней, никогда не достигая ее основания. Пожалуйста, не смейтесь! Пусть склон волны будет всего-навсего шесть футов — вы все-таки будете соскальзывать с него на протяжении четверти мили и полмили и все-таки не достигнете его основания. Потому, что видите ли, если волна — это только передача движения, и если вода, образующая волну, каждую минуту меняется, то новая вода поднимется под вами как раз тогда, когда передвинется волна. Вы, значит, лежите теперь на новой воде, и каждую секунду вы будете лежать в том же первоначальном положении на новой, которая поднимется как раз настолько, насколько передвинется волна. Вы скользите со скоростью, равной быстроте движения волны. Если она движется со скростью пятнадцати миль в час, вы тоже скользите со скоростью пятнадцати миль в час. Между вами и берегом лежит водное пространство в четверть мили. По мере передвижения волны, она должна вобрать в себя всю эту воду, тяжесть ее довершает остальное, и вы соскальзываете вниз по всей ее длине.</p>
     <p>А теперь о нескольких других технических приемах катанья на прибое. Нет правила без исключения. Действительно, вода, составляющая волну, не распыляется на части, уносящиеся вперед порознь. Но существует также нечто, что можно назвать авангардом волны. Вода на самом гребне ее двигается вперед, и вы сразу заметите это, если она ударит вас в лицо, или если вас захлестнет здоровенная волна, и вы с полминуты, задыхаясь и захлебываясь, пробудете под водой. Вода на гребне волны остается все время над водой, составляющей основание волны. Основание волны, доходя до земли, останавливается, тогда как гребень ее летит дальше. Основание больше не поддерживает верхушки. Там, где был крепкий фундамент из воды, теперь имеется только воздух, и впервые волна знакомится с земным притяжением и падает вниз, отделяясь в то же время от более медлительного основания, и летит вперед. Поэтому катанье на прибое и нельзя сравнивать с мирным катаньем на салазках. В самом деле, вас вышвыривает на берег с такой силой, как будто вас бросила рука титана.</p>
     <p>Я покинул прохладную тень деревьев, надел купальный костюм и отправился с доской на берег. Доска была мала для меня. Но я этого не знал, и никто ничего не сказал мне. Я присоединился к компании малолетних канака, упражнявшихся в сравнительно спокойной воде, где волны были невелики и во всех отношениях удобны — нечто вроде купального детского сада, — и стал наблюдать за ребятами. Когда на них набегала волна, они бросались животом на доски, били ногами, как сумасшедшие, и неслись к берегу. Я попробовал сделать то же. Я подражал каждому их движению — и все-таки ничего не выходило. Волна проносилась мимо, но не подхватывала меня. Я пробовал много раз. Я бил ногами, так же как мальчишки около меня,</p>
     <p>— и все-таки оставался на месте. Вокруг меня было с полдюжины ребят. Все мы поджидали хорошую волну. Все вместе вскакивали на нее на наших досках и били ногами, как пароход спицами колес, — но чертенята уплывали, а я оставался на месте, точно какой-то отверженный.</p>
     <p>Я провозился битый час и не смог убедить ни одну волну дотащить меня до берега. И тогда явился избавитель — Александр Юм Форд, путешественник по профессии и большой любитель сильных ощущений. В Вайкики он нашел их. Он плыл в Австралию, остановился здесь на неделю, чтобы испытать ощущение катанья на прибое — да так и остался. Он был здесь уже с месяц, катался каждый день, и очарование все не пропадало. Он сказал мне тоном эксперта:</p>
     <p>— Бросьте эту доску, бросьте сейчас же! Посмотрите, как вы на ней лежите. Если она толкнется носом в дно, она неминуемо пробьет вам живот и выпустит кишки. Возьмите мою. У нее такой размер, как нужно для взрослого.</p>
     <p>Когда я сталкиваюсь с наукой — я всегда становлюсь покорным и смиренным: Форд мог убедиться в этом. Он научил меня обращаться с доской. Потом, дождавшись хорошей волны, он подтолкнул меня в нужный момент. О, волшебная минута, когда я почувствовал, что волна подхватила меня и несет! Я пролетел на ней футов полтораста и мягко опустился на песок. Тут я погиб окончательно. Я вернулся к Форду с доской. Доска была прекрасная, толщиной в несколько дюймов и весила семьдесят пять фунтов. Форд надавал мне кучу советов. Его самого не учил никто, и то, что он сообщил мне в течение получаса, было добыто в результате нескольких недель труда. Через полчаса я уже мог кататься самостоятельно. Я катался и катался, а Форд ободрял и советовал. Он указал мне, например, насколько ближе к переднему концу надо ложиться на доску. Но один раз я, очевидно, лег слишком близко, потому что проклятая доска у самого берега зарылась носом в дно, и сделала это так внезапно, что перевернулась сама и грубейшим образом стряхнула меня с себя. Меня подбросило в воздух как щепку и постыдно смяло набежавшей волной. Тут я понял, что если бы не Форд, мне бы давно пробило живот. Форд говорит, что в этом и заключается своеобразный риск спорта. Может быть, так с ним и случится до отъезда из Вайкики, и тогда, рассудил я про себя, — его тоска по сильным ощущениям будет удовлетворена на довольно продолжительное время.</p>
     <p>Я твердо убежден, что самоубийство все-таки лучше, чем убийство, а в особенности, если предстоит убить женщину. Форд спас меня от убийства. «Вообразите свои ноги рулем, — сказал он. — Сожмите их плотно и правьте ими». Через несколько минут после того, как были сказаны эти слова, я лежал на гребне. Когда я был уже близко от берега, я увидел прямо перед собой женскую фигуру по пояс в воде. Что делать? Как остановить волну? Похоже было на то, что женщина погибла. В доске было семьдесят пять фунтов весу: во мне — сто шестьдесят пять. Все это неслось со скоростью пятнадцати миль в час. Я предоставляю кому угодно математически вычислить силу, которая должна была обрушиться на эту бедную нежную женщину. И тут я вспомнил Форда, моего ангела-хранителя. «Править ногами, как рулем», — пронеслось у меня в голове. И я правил, правил изо всех сил, со всем напряжением ног. Доска повернулась боком к гребню волны. Тут одновременно произошло очень многое. Прежде всего волна легонько шлепнула меня, то есть легонько, принимая во внимание мощь волны, но вполне достаточно для того, чтобы сбить меня с доски и сбросить на дно, с которым мне пришлось прийти в крайне неприятное столкновение и некоторое время катиться по нему кубарем. Наконец, мне удалось освободить из воды голову, а потом набрать в легкие воздуху и встать на ноги. Передо мной стояла женщина. Я чувствовал себя героем. Я спас ее. А она… она смеялась. Как она хохотала надо мной! И это не была истерика от пережитого страха. Она даже не подозревала об опасности. Я урезонил себя тем, что в конце концов спас ее Форд, а не я, и что мне с самого начала не следовало чувствовать себя героем. А кроме того, этот руль из ног оказался интереснейшей штукой. Через несколько минут упражнения я уже мог лавировать между купальщиками, и притом оказывался сверху волны, а не под ней.</p>
     <p>— Завтра, — сказал Форд, — я возьму вас подальше, в голубую воду.</p>
     <p>Я посмотрел в ту сторону, куда он показывал, и увидел гигантских косматых чудовищ. По сравнению с ними волны, на которых я катался сегодня, казались рябью. Я не знаю, что бы я сказал ему, если бы не вспомнил вовремя, что принадлежу к удивительнейшей породе животных, которая… и т. д. Поэтому я сказал:</p>
     <p>— Отлично, завтра непременно.</p>
     <p>На следующее утро Форд зашел за мной, и мы отправились в море на целый день. Сидя на наших досках, или, вернее, лежа на них на животах, мы проплыли через «детский сад», где возились маленькие канака. Мы попали в глубокую воду, и пенящиеся гребни с ревом полезли нам навстречу. Уже одна борьба с ними, чтобы устоять и пробиться дальше, была прекраснейшим спортом. Тут надо было не горячиться и не зевать, потому что в противовес бешеным ударам одной стороны, другая сторона могла выставить только выдержку и сообразительность. Это была борьба между стихийной бессмысленной силой и разумом. Скоро я выучился кое-чему. Когда гребень нависал над моей головой, выпадало одно красивое мгновение: я видел тогда солнечный свет сквозь изумрудную волну; потом волна обрушивалась на меня, и надо было что есть силы цепляться за доску. Теперь падал удар, и зрителям с берега должно было казаться, что я погиб. А на самом деле и доска, и я уже успевали пройти через волну и вынырнуть с другой ее стороны. Но все же я бы не посоветовал пробовать эти удары слабым и нервным субъектам. Удары эти достаточно тяжелы, а вода обдирает кожу как наждачная бумага. Когда пройдешь сквозь полдюжины таких гребней подряд, то, пожалуй, откроешь массу преимуществ пребывания на суше.</p>
     <p>В разгар нашей борьбы с косматыми чудовищами к нам присоединился третий товарищ, некий Фриз. Выбравшись из волны и приглядываясь к следующей, я увидел его на гребне, — он стоял на своей доске в беспечной позе молодого бронзового бога и мчался на волне. Форд окликнул его. Он соскочил с доски, поймал ее и, подплыв к нам, тоже занялся моим обучением. Между прочим, он показал мне, как поступать, если надвигающаяся волна слишком велика. Такие волны положительно опасны, и входить в них на доске не рекомендуется. Фриз учил меня, что при приближении такого опасного гиганта следует соскользнуть с заднего конца доски, удерживая доску поднятыми над головой руками. При таком положении, если даже волна ухитрится вырвать доску из ваших рук и ударит вас ею по голове (что волны очень любят делать), между головой и доской окажется водяная подушка больше фута толщиною. Я слышал, что многие серьезно пострадали от таких ударов. Как я узнал, все искусство катанья на волнах заключается в уклонении от борьбы с волнами. Увертывайтесь от волны, которая бросается на вас. Ныряйте ногами вперед как можно глубже, и пусть вал, собирающийся раздавить вас, пронесется над вашей головой. Не сопротивляйтесь, будьте гибки, отдавайте себя на произвол воды, которая бушует и клокочет вокруг вас. Когда вас захватит подводное течение и понесет в открытое море над самым дном, не боритесь. Если вы станете бороться, вам угрожает опасность утонуть, так как течение это гораздо сильнее вас. Предоставьте воде нести вас. Плывите по течению, а не против него, и давление его на ваше тело ослабнет. И плывя по течению, обманывая его, чтобы оно вас не задерживало, плывите в то же время вверх. Вам совсем не трудно будет выбраться на поверхность.</p>
     <p>Тот, кто хочет научиться кататься на прибое, должен быть хорошим пловцом и должен уметь подолгу оставаться под водой. А все остальное зависит только от его выносливости и сообразительности. Учесть силу больших волн почти невозможно. Случается, что пловца швыряет на несколько сот футов от доски, на которой он плыл. Тогда он должен уметь позаботиться о себе. Сколько бы ни было с ним товарищей по катанью на прибое, он предоставлен самому себе и не должен рассчитывать ни на чью помощь. Чувство воображаемой безопасности, которое внушила мне близость Форда и Фриза, заставила меня позабыть, что я в первый раз выплывал в открытое море и впервые был среди больших волн. Тем не менее я внезапно вспомнил об этом, когда нахлынула большая волна и умчала обоих моих спутников к берегу. Я раз десять мог бы утонуть, прежде чем они успели бы вернуться ко мне.</p>
     <p>Пловец скользит на хребте волны, лежа на доске, но для этого нужно раньше попасть на этот хребет волны. Пловец и доска должны с достаточной скоростью двигаться к берегу, прежде чем их подхватит волна. Когда вы замечаете приближение волны, которой вы хотите воспользоваться, вы поворачиваетесь к ней спиной и изо всех сил гребете руками и ногами к берегу, прибегая к так называемому «мельничному колесу». Этот маневр вы должны проделать с молниеносной быстротой. Если ваша доска двигается достаточно быстро, волна ускорит ее движение, и ваша доска начнет скользить вниз за четверть мили от берега.</p>
     <p>Я никогда не забуду первой волны, на которую мне удалось взобраться здесь, в настоящей воде. Я видел, как она надвигалась. Я повернулся к ней спиной, лежа на доске, и начал грести что есть силы. Моя доска летела все быстрее, а что было позади, я не мог видеть: обернуться было невозможно. Я слышал только, как все ближе шипела и клокотала налетающая волна, и вдруг доску приподняло, и мы полетели. В первую минуту я даже не понял, что случилось. Хотя глаза мои были широко открыты, я ничего не видел в кипящей пене гребня. Но это было неважно. Я знал, что я на гребне, и испытывал настоящий экстаз. Через минуту я стал приглядываться. Я заметил, что три фута носа моей доски высунулись из воды и несутся в воздухе. Я продвинулся вперед и заставил нос опуститься. А потом я спокойно лежал в диком водовороте воды и разглядывал берег и купальщиков, которые становились все яснее. Однако мне не удалось доплыть на этой волне до берега: мне показалось, что передний конец доски опускается, я отодвинулся назад, но, очевидно, слишком сильно, и скатился с волны вместе с доской.</p>
     <p>Но это был только второй день моего катанья на прибое, и я был очень доволен собой. Я пробыл в воде четыре часа, и уходя, был уверен, что вернусь завтра утром. Однако пришлось отложить катанье на довольно продолжительное время. На следующее утро я лежал в постели. Вода в Гонолулу изумительная, но и солнце изумительное: тропическое солнце, и притом в первой половине июня. Коварное, предательское солнце. Первый раз в жизни я не заметил, что солнце сожгло мне кожу. Руки, плечи и спина и раньше много раз бывали обожжены и потому до некоторой степени закалились, но ноги впервые оказались под действием перпендикулярных лучей, да еще в продолжение четырех часов подряд. Я сообразил это только на берегу. Солнечный ожог сначала чувствуется не очень сильно. Потом обожженное место покрывается пузырями. Сгибать суставы совершенно невозможно, потому что на сгибах кожа лопается, и мне пришлось пролежать весь следующий день в постели. Ходить я не мог. И вот почему сегодня я пишу тоже в постели. Сегодня мне лучше, но все же не очень хорошо. Зато завтра, — о, завтра, я буду совсем здоров и опять отправлюсь кататься на прибое, и стану кататься стоя, как Форд и Фриз. А если завтра это не удастся, то удастся послезавтра, или после-послезавтра. Одно я решил твердо: «Снарк» не покинет Гонолулу, пока на моих ногах не вырастут крылья моря, и я не сделаюсь загорелым Меркурием, хотя бы и с облезшей кожей.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VII. КОЛОНИЯ ПРОКАЖЕННЫХ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Когда «Снарк» на пути в Гонолулу проходил вдоль побережья Молокаи, я взглянул на карту и, показывая на низменный полуостров, за которым возвышались неприступные скалы от двух до четырех тысяч футов высоты, сказал: «Вот преддверие ада — самое проклятое место на земном шаре». Мне стало бы очень стыдно, если бы я мог в ту минуту увидеть себя самого в этом «самом проклятом месте земного шара», постыдно-весело проводящего время в компании восьмисот прокаженных, которые тоже не скучали. Их веселье, разумеется, не было постыдным, но мое было таковым, потому что, конечно, мне не подобало веселиться в такой обстановке. Это я чувствовал и об этом говорил себе; единственным извинением было то, что никак нельзя было не веселиться.</p>
     <p>Так, например, вечером четвертого июля все прокаженные собрались на ипподроме. Я оставил начальника колонии и врачей, чтобы сделать несколько снимков с финиша скачки. Состязания были интересны, и тотализатор работал вовсю. Скакали три лошади: на одной ехал китаец, на другой — гаваец, на третьей — португальский мальчик. Все трое были прокаженными. Жюри и публика — тоже. Лошади должны были сделать два круга по треку. Китаец и гаваец скакали рядом, голова в голову, португальский мальчик отстал от них футов на двести. Так был сделан первый круг. С половины второго китаец выдвинулся вперед на голову. В то же время португальский мальчик начал нагонять. Но его дело казалось совершенно безнадежным. Толпа пришла в неистовство: все здешние прокаженные — страстные любители лошадей и скачек. Португалец, видимо, нагонял. Я тоже пришел в неистовство… Они уже подходили к финишу. Португалец обогнал гавайца. Шумно стучали копыта, шумно храпели три лошади, сбившиеся в кучу, свистели хлысты жокеев, и во всю глотку кричали зрители и зрительницы. Ближе и ближе, дюйм за дюймом забирает португалец и обгоняет, да, обгоняет и мчится первым, на голову впереди китайца. Когда я пришел в себя, меня окружала кучка прокаженных. Все прокаженные орали, подбрасывали вверх шляпы, плясали вокруг, как черти в аду. И я делал то же самое! Я опомнился как раз в тот момент, когда, как оказалось, вертел шляпой высоко над головой и бормотал в экстазе:</p>
     <p>— Черт возьми, выиграл мальчишка! Мальчишка-то выиграл!</p>
     <p>Я постарался урезонить самого себя. Я объяснял себе, что присутствую на одном из «ужасов Молокаи» и что для меня по меньшей мере неприлично быть легкомысленным при таких обстоятельствах. Но ничто не помогало. Следующей была скачка ослов — настоящая потеха. Выигрывал отставший, и дело осложнялось еще тем, что никто не ехал на своем собственном осле. Поэтому каждый из участников гнал что есть силы осла, на котором сидел, чтобы оставить позади своего собственного осла, на котором ехал кто-то другой. В состязании участвовали, разумеется, только самые ленивые и упрямые ослы. Один осел, например, был обучен подгибать колени и ложиться, как только всадник дотрагивался каблуками до его боков. Некоторые ослы стремились повернуть назад; другие быстро подбегали к барьеру и, положив на него морды, отказывались двинуться дальше. Вообще все делали что-то неподобающее. На полдороге один из ослов решительно не поладил со своим жокеем. Когда все остальные уже прошли круг, эти двое все еще препирались между собой. Он и оказался выигравшим, хотя наездник, бросив осла, побежал вместо него сам. Около тысячи прокаженных покатывались со смеху. Право, всякий на моем месте тоже хохотал бы вместе с ними.</p>
     <p>Все это я рассказываю, чтобы самым решительным образом заявить, что недавно описанных «ужасов Молокаи» не существует. Колония несколько раз описывалась любителями сенсаций, из которых многие не видали ее в глаза. Конечно, проказа остается проказой — ужасной, отвратительной болезнью. Но, с другой стороны, столько мрачного писалось о Молокаи, что это становится уже несправедливым и по отношению к прокаженным, и по отношению к тем, кто посвятил им свою жизнь. Вот пример. Корреспондент одной газеты, который, разумеется, никогда и близко не подходил к колонии, описывал в ярких красках, как начальник колонии Мак-Вейф, скорчившись, сидит в тесной хижине, крытой травой, и днем и ночью его осаждают умирающие от голода прокаженные, на коленях умоляя выдать хоть какую-нибудь пищу. Эта корреспонденция, от которой волосы становились дыбом, была сейчас же перепечатана всеми газетами Соединенных Штатов и дала материал для нескольких возмущенных и протестующих передовиц. Ну, так вот: в течение пяти дней я жил и спал в «хижине мистера Мак-Вейфа, крытой травой» (оказавшейся, кстати сказать, комфортабельным деревянным коттэджем, — во всей колонии вы не найдете ни одной хижины, «крытой травой»); слышал я также мольбы прокаженных — только мольбы эти были исключительно мелодичны и сопровождались аккомпонементом струнного оркестра — скрипок, гитар, укулэлэ и банджо. Мольбы были разнообразны. Сначала молил трубный оркестр, потом — два общества пения, и наконец, — квинтет, составленный из прекрасных голосов. И это так же мало походило на мольбы о пище, как и все остальное на правду. Это была обычная серенада, которую колония устраивает всякий раз мистеру Мак-Вейфу, когда он возвращается из поездки в Гонолулу.</p>
     <p>Проказа не так заразна, как это обыкновенно думают. Мы с женой провели в поселке неделю, чего мы, конечно, не сделали бы, если бы боялись заразиться. Мы не носили длинных, наглухо застегнутых перчаток и не держались от прокаженных в стороне. Наоборот, мы постоянно были в их толпе и за неделю перезнакомились с очень многими. Единственная предосторожность, которая необходима — это самая обыкновенная чистоплотность. По возвращении домой здоровые, как, например, начальник поселка и доктора, приходившие в соприкосновение с прокаженными, должны тщательно вымыть руки и лицо антисептическим мылом и переменить платье — вот и все.</p>
     <p>Что проказа заразна, на этом, конечно, надо настаивать, так что изоляция прокаженных — по всему тому, что мы знаем об этой болезни — является необходимой. Но все же тот ужас и отвращение, с которыми прежде относились к прокаженным — конечно, не нужны и жестоки. Чтобы поколебать обычно преувеличенную боязнь заразительности проказы, я расскажу кое-что о жизни прокаженных и здоровых на Молокаи. На следующее утро после нашего прибытия мы с Чармиан присутствовали на состязании стрелков в местном клубе и в первый раз заглянули, таким образом, в это царство скорби. Разыгрывался кубок, пожертвованный мистером Мак-Вейфом, который состоит членом клуба, точно так же, как и врачи Гудхью и Холлман, живущие в колонии со своими женами. Палатка была наполнена прокаженными. Больные и здоровые пользовались одними и теми же ружьями и прикасались друг к другу в тесном помещении. Большинство были гавайцами. Рядом со мною на скамейке сидел норвежец, а против меня стоял, готовясь стрелять, — американец, ветеран гражданской войны, сражавшийся в войсках Конфедерации. Ему было шестьдесят пять лет, но это не мешало ему состязаться с другими. Рослые гавайские полисмены — тоже прокаженные, — одетые в хаки, тоже стреляли, а также и португальцы, китайцы и кокуасы — туземные слуги поселка, не прокаженные. А когда вечером, уезжая, мы с Чармиан поднялись на п а л и, на высоту двух тысяч футов, чтобы посмотреть на общий вид поселка, мы увидели, как заведующий колонией, доктора и масса больных и здоровых всех национальностей с увлечением играли в мяч.</p>
     <p>Не так, конечно, относились к прокаженному и его ложно понимаемой болезни в средние века. Прокаженный объявлялся тогда юридически и социально-политически умершим. Похоронная процессия отводила его в церковь, где его отпевали как покойника. На грудь ему бросали горсть земли, и он становился мертвым, заживо погребенным. Хотя, конечно, такое подчеркнуто жестокое отношение было совершенно не нужно, все же оно твердо устанавливало в понятии населения одну вещь — необходимость изоляции. В Европе проказа была неизвестна до тех пор, пока ее не занесли возвращающиеся из Азии крестоносцы, после чего она стала медленно и упорно развиваться, охватывая все большие и большие круги населения. Было ясно, что болезнь передавалась через прикосновение, и стала несомненной необходимость изоляции заболевших. Только благодаря этому распространение проказы было приостановлено.</p>
     <p>Вследствие изоляции больных проказа уменьшается даже на Гавайских островах. Но изоляция прокаженных на острове Молокаи совсем не тот кошмар, который так превратно описывается «желтой» печатью с определенной целью. Прежде всего надо сказать, что прокаженный не вырывается из родной семьи внезапно и безжалостно. Когда обнаруживается подозрительный в этом отношении субъект, министерство здравоохранения приглашает его явиться на испытательную станцию Калихи, в Гонолулу. Проезд и все издержки по поездке ему оплачиваются. Его подвергают бактериологическому исследованию, и если у него находят bacillus leprae (бациллу проказы), его передают особой комиссии, состоящей из пяти врачей-специалистов. Если и они подтверждают наличность проказы, испытуемый объявляется прокаженным и подлежит отправке на Молокаи. Но во время всей этой процедуры больной имеет право выбрать какого-нибудь врача, являющегося, таким образом, его представителем во внешнем мире. А кроме того, он не сразу выбрасывается на Молокаи после того, как его признают прокаженным. Ему дается достаточно времени — недели, а иногда даже и месяцы, в продолжение которых он живет в Калихи и приводит в порядок все дела. На Молокаи больного могут посещать родственники, поверенные в делах и другие лица, хотя им и не разрешается есть и спать у него в доме. Для этого имеются особые дома для посетителей, которые содержатся в большой чистоте.</p>
     <p>Образец того, какому тщательному обследованию подвергается подозрительный по проказе субъект, я видел при посещении станции в Калихи, вместе с мистером Пинкгэмом, председателем санитарной комиссии. Испытуемый был по происхождению гаваец, семидесятилетний старик, тридцать четыре года проработавший в Гонолулу в качестве наборщика. Бактериолог станции дал заключение, что он болен, но испытательная комиссия не могла прийти ни к какому определенному решению, и в тот день, когда мы посетили станцию, врачи еще раз собрались в Калихи для вторичного осмотра больного.</p>
     <p>Даже отправленные на Молокаи прокаженные имеют право требовать переосвидетельствования, и многие больные отправляются под этим предлогом в Гонолулу. На пароходе, на котором я плыл в Молокаи, были две возвращавшиеся обратно в колонию молодые женщины — прокаженные. Одна ездила в Гонолулу, чтобы продать какую-то недвижимую собственность, другая — чтобы повидать больную мать. Обе оставались в Калихи около месяца.</p>
     <p>Климат на Молокаи еще лучше, чем в Гонолулу, особенно в колонии, расположенной на подветренной стороне острова, как раз на пути прохладных северо-восточных муссонов. Окрестности великолепны. С одной стороны безбрежно-голубой океан, с другой — грандиозная стена утесов — пали, — прерываемая то здесь, то там роскошными горными долинами. Всюду богатые пастбища, по которым бродят сотни лошадей, принадлежащих прокаженным. Многие прокаженные имеют собственные телеги, брички и другие экипажи. В маленькой гавани Калаупапа стоит множество лодок и одна моторная. Все это принадлежит прокаженным. Их экскурсии по морю, разумеется, ограничены известным районом, но других ограничений нет. Рыбу они продают санитарному управлению колонии и деньги получают в полную собственность. В то время, когда я был там, улов одной ночи равнялся четырем тысячам фунтов.</p>
     <p>Кроме рыболовства, они занимаются и земледелием. Да и ремесла здесь процветают. Один из прокаженных, чистокровный гаваец, содержит малярную мастерскую. У него работают восемь человек, и он берет подряды на окраску различных зданий колонии. Он состоит членом стрелкового клуба, где я с ним и познакомился, и, должен сознаться, он был одет гораздо лучше, чем я. У другого — столярная мастерская. Кроме магазина управления, имеется несколько маленьких частных лавочек, где субъекты с торгашескими наклонностями могут упражнять свои инстинкты. Помощник начальника колонии мистер Вайямау — очень образованный и талантливый человек — гаваец и сам прокаженный. Мистер Бартлет, заведующий магазином — американец, торговавший в Гонолулу до заболевания проказой. Все, что зарабатывают эти люди, идет в их собственную пользу. Если они не хотят работать, они все же получают от колонии пищу, кров, одежду и медицинскую помощь. Санитарное управление имеет собственные поля, виноградники и молочные фермы. Желающие работать на них получают хорошее вознаграждение. Но никто не принуждает больных работать; они находятся на положении призреваемых. Для малолетних, стариков и нетрудоспособных имеются приюты и больницы.</p>
     <p>С майором Ли, американцем, долго служившим в Междуостровной Пароходной Компании, я познакомился в новой паровой прачечной, где он был занят установкой двигателя. Я часто встречал его потом, и однажды он сказал мне:</p>
     <p>— Дали бы вы правдивую картину нашей жизни здесь, описали бы все, как оно есть. Положили бы конец всем этим россказням о «долине ужасов». Нам тоже не очень приятно, когда о нас распускают дикие слухи. Расскажите, как мы действительно живем здесь.</p>
     <p>И то же самое говорили мне, в тех или других выражениях, многие мужчины и женщины, с которыми я разговаривал в колонии. Не было сомнения, что они очень остро и горько пережили недавнюю сенсационную кампанию, поднятую газетами.</p>
     <p>За исключением самого факта тяжелой болезни, прокаженные в колонии почти счастливы. Они живут в двух деревнях и многочисленных усадьбах и дачах на берегу моря. Их всего около тысячи человек. У них шесть церквей, народный дом, принадлежавший Обществу Христианских Юношей, несколько зал для собраний, музыкальный павильон, ипподром, площадки для игры в мяч и для стрельбы в цель, атлетический клуб, множество других клубов и два духовых оркестра.</p>
     <p>— Им здесь так нравится, — сказал мне как-то мистер Пинкгэм, — что их отсюда и силой не выгонишь.</p>
     <p>Впоследствии я убедился в этом лично. В январе этого года одиннадцать прокаженных, болезнь которых после довольно острого периода совершенно замерла, были посланы в Гонолулу на переосвидетельствование. Они не хотели ехать, а когда их спросили, куда они хотели бы отправиться, если бы были признаны здоровыми, они все как один отвечали: «Обратно на Молокаи».</p>
     <p>Много лет назад до открытия возбудителя проказы, на Молокаи попало по недоразумению несколько мужчин и женщин, страдавших совершенно другими болезнями. И когда через несколько лет бактериологи заявили им, что они не больны и никогда не были больны проказой, они все же не хотели оставлять Молокаи. Они запротестовали против отсылки их и остались в колонии, на службе у санитарного управления. Один из них — теперешний смотритель тюрьмы, — когда его признали здоровым, согласился взять эту должность, лишь бы остаться в колонии.</p>
     <p>В настоящее время в Гонолулу живет один чистильщик сапог, американский негр. Мистер Мак-Вейф рассказывал мне о нем. Очень давно, когда еще не применялось бактериологическое исследование, он был прислан в колонию как прокаженный. В качестве призреваемого государством он довел свою независимость до высшего предела и причинил весьма много неприятностей администрации. За несколько лет он надоел всем невероятно, и вот в один прекрасный день к нему применяется бактериологическое исследование, и оказывается, что он не прокаженный.</p>
     <p>— Ага! — радостно заявил мистер Мак-Вейф. — Теперь я избавлюсь от вас. Вы отправитесь с ближайшим пароходом. Счастливого пути!</p>
     <p>Но негр совсем не собирался уезжать. Он сейчас же женился на старухе в последней стадии проказы и стал хлопотать о разрешении остаться ухаживать за больной женой. Никто не будет ухаживать за его бедной женой так хорошо, как он, — восклицал он патетически. Его игру раскусили. Он был посажен на пароход, отвезен в Гонолулу и выпущен на свободу. Но он хотел жить на Молокаи. Он высадился на другой стороне острова, перебрался через п а л и ночью и снова явился в поселок. Его, конечно, задержали, обвинили во вторжении в чужие владения, присудили к небольшому штрафу и снова посадили на пароход, предупредив, что если он вновь появится в колонии — его оштрафуют в размере ста долларов и посадят в тюрьму в Гонолулу. И теперь каждый раз, когда мистер Мак-Вейф бывает в Гонолулу, чистильщик-негр чистит его сапоги и неизменно заявляет:</p>
     <p>— Послушайте, хозяин, я ведь все равно что покинул родной дом. Да, сэр, потерял родной дом. — Потом голос его переходит в конфиденциальный шепот, и он спрашивает: — Скажите, хозяин, вернуться нельзя? Может быть, вы как-нибудь устроите, чтобы мне вернуться?</p>
     <p>Он прожил на Молокаи девять лет, и ему жилось там лучше, чем когда-либо на свободе.</p>
     <p>Что касается страха самой проказы, то нигде в колонии я не наблюдал его — ни среди больных, ни среди здоровых. Ужас перед проказой вырастает, очевидно, в умах тех, кто никогда не видал прокаженных и не имеет никакого понятия о болезни. В Вайкики, в отеле, где я остановился, одна дама с дрожью в голосе изумлялась, как это я могу решиться ехать осматривать колонию. Из дальнейших разговоров я узнал, что она уроженка Гонолулу, прожила здесь всю жизнь и никогда не видала в глаза прокаженных. Этого не мог сказать про себя даже я, так как изоляция заболевших в Соединенных Штатах проводится довольно слабо, и мне приходилось встречать прокаженных на улицах больших городов.</p>
     <p>Проказа ужасна, — кто станет отрицать это! Но поскольку я понимаю эту болезнь и степень ее заразительности, я бы с большим удовольствием согласился провести остаток жизни на Молокаи, чем в санатории для туберкулезных. В каждой городской и сельской больнице для бедняков Соединенных Штатов, а также и других государств можно встретить, конечно, такие же ужасы, как на Молокаи, и общая сумма этих ужасов там еще более чудовищна. Поэтому, если бы мне было предложено на выбор кончать мои дни на Молокаи или в трущобах лондонского Ист-Энда, нью-йоркского Ист-Сайда и чикагского Сток-Ярда, я без малейшего колебания выбрал бы Молокаи. Я предпочел бы даже один год жизни на Молокаи пяти годам жизни в этих сточных ямах, наполненных человеческими отбросами.</p>
     <p>Обитатели Молокаи чувствуют себя счастливыми. Я никогда не забуду празднования четвертого июля, на котором мне пришлось присутствовать. В шесть часов утра «несчастные» были уже на ногах, разодетые в фантастические наряды, верхом на собственных лошадях, ослах и мулах, и разъезжали взад и вперед по поселку. Два духовых оркестра тоже были на ногах. Тридцать или сорок па-у, великолепных гавайских амазонок, гарцевали небольшими группами в роскошных национальных костюмах. После обеда мы с Чармиан в павильоне жюри помогали раздавать призы за искусную езду этим самым па-у. Вокруг нас толпились сотни прокаженных с гирляндами цветов на голове, на шее и на плечах, шутили и смеялись. И всюду по склонам холмов и на цветущих лугах виднелись скачущие фигуры мужчин и женщин, одетых по-праздничному, украшенных цветами, поющих, смеющихся, носящихся как птицы и ветер. И когда я стоял в павильоне жюри, наблюдая все это, мне вдруг вспомнился Дом Лазаря в Гаванне, где я видел около двухсот прокаженных, запертых в четырех стенах до самой смерти. Нет, я положительно знаю тысячи мест на земном шаре, которым я предпочел бы Молокаи. Вечером мы пошли в зал народных собраний, где состязались певческие общества, а по окончании концерта молодежь танцевала всю ночь напролет. Я видел гавайцев, живущих в трущобах Гонолулу, и прекрасно понимаю, помечу они все в один голос говорят: «Назад на Молокаи», когда их везут на переосвидетельствование.</p>
     <p>Одно неоспоримо. Прокаженному в колонии живется несравненно лучше, чем на воле. На воле прокаженный является отверженцем, одиноким, живущим в постоянном страхе, что его вот-вот откроют, и он сгнивает медленно и неуклонно. Проказа протекает неровно, скачками. Наложив руку на свою жертву и произведя в организме более или менее сильные опустошения, она может совершенно затихнуть на неопределенное время. Может пройти пять лет, и десять лет, и даже сорок лет — и пациент будет чувствовать себя совершенно здоровым. Впрочем, эти первые приступы редко излечиваются сами собой. Требуется помощь искусного хирурга, и этой помощью искусного хирурга не может воспользоваться больной, который скрывается. Пусть, например, болезнь проявилась в форме незаживающей язвы на подошве ноги.</p>
     <p>Как только язва дойдет до кости — начнется некроз <a l:href="#n_5" type="note">[5]</a>. Скрывающийся больной не может прибегнуть к оперативному вмешательству. Некроз захватывает мало-помалу кость ноги, и в очень короткое время больной погибает от гангрены или каких-либо других осложнений. Если бы этот больной находился на Молокаи, хирург вырезал бы ему язву, вычистил кость и приостановил бы разрушение тканей в этом месте. Через месяц после операции больной скакал бы на лошади, состязался в беге, катался на прибое и взбирался на скалы за горными яблоками. И болезнь оставила бы его на пять, десять, а может быть — и сорок лет.</p>
     <p>Прежние ужасы проказы относятся к тем временам, когда не было еще асептической хирургии, когда не было таких врачей, как доктор Гудхью и доктор Холлман, отдающих свою жизнь прокаженным. Доктор Гудхью был первым хирургом поселка, и никакими словами нельзя достаточно оценить его труд. Я провел с ним одно утро в операционной. Из трех произведенных им операций две были сделаны новым больным, прибывшим на одном пароходе со мной. У всех троих на теле было затронуто какое-нибудь одно место. У одного была язва на щиколотке, притом застарелая, у другого такая же застарелая язва под мышкой. В обоих случаях доктору Гудхью удалось сразу приостановить разрушение. Через четыре недели эти больные будут так же здоровы и сильны, как они были до болезни. Единственной разницей между ними и мной или вами будет то, что в их теле таится болезнь в спящем состоянии, и в любой момент она может проявиться снова.</p>
     <p>Проказа стара, как сама история. Упоминания о ней встречаются в самых древних исторических документах. И тем не менее, в сущности, о ней теперь знают почти столько же, сколько знали и в древности. Самое существенное знали и тогда, а именно, что она заразительна и что изоляция заболевших необходима. Разница между настоящим временем и прошедшим заключается главным образом в том, что теперь изоляция проводится строже, и в то же время обращение с прокаженными стало гораздо гуманнее. Но сама по себе проказа остается по-прежнему ужасной и непроницаемой тайной. Если вы будете читать отчеты врачей и специалистов всех стран, то прежде всего убедитесь в противоречивом отношении к этой болезни. Специалисты не сходятся между собой в определении ни одной из стадий болезни. Они просто не понимают до конца ни одной. Прежде они обобщали, — наскоро и догматически. Теперь они не обобщают. Единственное возможное обобщение всех исследований — это то, что проказа малозаразительна. Но каким способом происходит заражение — неизвестно. Возбудитель проказы в настоящее время найден. Бактериологическое исследование может определить, болен данный человек или нет; но и теперь, как и прежде, совершенно неизвестно, каким образом бациллы проникают в тело здорового человека. Продолжительность инкубационного периода тоже не установлена. Пробовали делать прививку проказы различным животным, но это не удалось.</p>
     <p>Итак, специалисты еще не нашли средства, при помощи которого можно было бы бороться с проказой. Несмотря на все старания, они не открыли еще ни причины болезни, ни способов ее излечения. Иногда они опьянялись надеждами, — появлялись многообещающие теории, рекомендовались чудодейственные средства, но всякий раз неудачи гасили пламя надежд. Один доктор заявил, например, что причиной проказы является слишком продолжительное питание рыбой.</p>
     <p>Он очень основательно доказывал свою теорию, пока другой врач из гористой части Индии не потребовал от него объяснения, почему заболевают проказой жители его округа, которые не только сами никогда не ели рыбы, но и все поколения их предков даже не видели ее. Кто-нибудь находит способ излечивать проказу каким-нибудь маслом или настойкой, а через пять, десять или сорок лет болезнь снова обнаруживается у его пациентов. Это обычная уловка проказы — оставаться в скрытом состоянии в теле больного неопределенное время; благодаря этому и было найдено столько «новых, верных средств». Одно остается неоспоримым: до сих пор не было еще ни одного несомненного случая излечения.</p>
     <p>Проказа малозаразительна, — но как же все-таки происходит заражение? Один австрийский врач привил проказу себе и своим ассистентам, и никто из них проказой не заболел. Но это не показательно ввиду известного случая с гавайским преступником, которому смертная казнь была заменена — с его согласия привитием проказы. Через некоторое время после прививки болезнь явственно обнаружилась, и этот человек кончил свои дни в колонии на Молокаи. Но и это не показательно, так как впоследствии обнаружилось, что некоторые члены его семьи были больны проказой и уже находились на Молокаи в то время, когда ему делали прививку. Он мог еще раньше заразиться от них проказой, и она могла уже таиться в его теле, когда ему делали прививку. Затем рассказывают еще о герое-священнике, о некоем Дамиэне, который поселился в колонии здоровым человеком и умер прокаженным. Много говорили о том, каким именно образом он заболел проказой, но в точности ничего известно не было. Он и сам не знал. Во всяком случае не меньшей опасности подвергается женщина, которая и сейчас живет в колонии; она живет здесь много лет, у нее было пять прокаженных мужей, и были дети от них, и до сих пор она совершенно здорова.</p>
     <p>Итак, до сих пор никто еще не проник в тайну проказы. Когда мы будем больше знать о ней, может быть, будет найден и способ ее излечения. Если бы только удалось выработать действительную прививку, проказа ввиду ее слабой заразительности, совершенно исчезла бы с лица земли. Но как найти секрет этой прививки или какое-нибудь другое средство? Это вопрос очень серьезный. В одной Индии существует более полумиллиона прокаженных, живущих на свободе. Библиотеки Карнеджи, университеты Рокфеллера и тому подобные благотворительные учреждения очень хороши, конечно, — но невольно приходит в голову, как много можно было бы сделать даже на несколько тысяч долларов, пожертвованных на колонию в Молокаи. Обитатели колонии — это случайные неудачники, козлы отпущения какого-то таинственного закона природы, о котором люди ничего не знают, заключенные на острове ради благополучия их сограждан, которые могли бы заразиться от них. Но не столько даже для них самих нужны эти тысячи долларов, — они нужны, прежде всего, на дальнейшие исследования, на открытие какой-то прививки или какого-то еще более изумительного средства, которое поможет победить bacillus leprae. Вот, господа филантропы, хорошее употреление для ваших денег!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VIII. ОБИТЕЛЬ СОЛНЦА</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Толпами, как какие-нибудь беспокойные духи, мечутся люди взад и вперед по свету в поисках каких-то особенно красивых морских или горных видов и разных других чудес природы. Европу они наводняют целыми армиями; вы можете встретить их стада на Флориде, в Вест-Индии, у пирамид, по склонам и вершинам канадских и американских Скалистых Гор; но в Обители Солнца они такая же редкость, как живые динозавры. Обитель Солнца по-гавайски называется Халеакала. Это великолепное жилище находится на острове Мауи, и его посетило такое ничтожное число туристов, что число это можно считать за нуль. И все же я рискну утверждать, что, может быть, существуют на земле места такие же изумительные по красоте и величию, как Обитель Солнца, но более прекрасных и более величественных, конечно, нет. От Сан-Франциско до Гонолулу — шесть дней пути пароходом; до Мауи от Гонолулу — один день пароходом; и уже через шесть часов путешественник, — если он торопится, — может очутиться в Коликоли, на высоте десяти тысяч тридцати двух футов над уровнем моря, у «главного входа» в Обитель Солнца. Но туристы не являются, и Халеакала спит в своем одиноком и никем не оцененном величии.</p>
     <p>Но так как мы, обитатели «Снарка», не туристы, то мы и отправились на Халеакала. На склонах громадной горы расположено ранчо, занимающее около пятидесяти тысяч акров; в нем мы заночевали на высоте двух тысяч футов. На следующее утро на сцену явились высокие сапоги, седла, ковбои и вьючные лошади, и мы добрались до Укулэлэ, горной фермы на высоте пяти тысяч футов, где по ночам необходимы одеяла, а вечером — хороший огонь в камине. Укулэлэ по-гавайски означает, собственно, — «прыгающая блоха», но этим же именем называется музыкальный инструмент, напоминающий гитару. Торопиться нам было некуда, и мы провели в Укулэлэ целый день в научных рассуждениях о влиянии высоты места над уровнем моря на показания барометра, время от времени демонстрируя наш собственный барометр, который при умелом потряхивании давал любые показания. Вообще наш барометр самый очаровательно-покладистый инструмент, который я только видел. Затем мы собирали горную малину величиною с куриное яйцо, смотрели на перерезанные чудесными пастбищами, покрытые лавой склоны Халеакала и наблюдали стихийную битву облаков, сталкивающихся под нами, в то время как сверху изливалось на нас ослепительное солнечное сияние.</p>
     <p>День за днем идет эта бесконечная борьба облаков. Укиукиу — так зовут северо-восточный муссон — с яростью налетает на Халеакала. Но Халеакала так высока, что изменяет направление ветра и разрезает муссон на две части, так что на противоположной стороне горы ветра нет вовсе, а часть его резко поворачивает назад, прямо в пасть муссону. Этот обратный ветер называется Наулу. И день за днем, и ночь за ночью борются между собою Укиукиу и Наулу, отступая, налетая, огибая, извиваясь, крутясь и перепрыгивая друг через друга, что можно наблюдать по движениям облачных масс, разрываемых, отбрасываемых и снова нагромождаемых целыми батальонами, армиями, горами. Иногда Укиукиу удается перекинуть сразу огромные массы туч на вершину Халеакала, тогда Наулу быстро подхватывает их, формирует из них свои полки и бросает ими в своего древнего, вечного врага. И опять Укиукиу посылает огромную армию облаков вдоль восточного склона горы — это обходное, фланговое движение, хорошо рассчитанное и выполненное. Но Наулу из засады на противоположной стороне горы замечает фланговое движение, он схватывает армию врага, топчет ее, крутит, рвет и опять сбивает и отбрасывает назад к Укиукиу вдоль западного склона горы. И все время выше и ниже главного поля сражения несутся с двух сторон маленькие обрывки облаков, яростно сталкиваясь между собою, застревая в ущельях и между дервьями, подстерегая друг друга, делая внезапные вылазки и опять убегая в ущелья. Но когда Укиукиу и Наулу двигают свои главные силы, маленькие яростные авангарды оказываются смятыми, и они на тысячи футов взлетают вверх вертикальными вихревыми столбами.</p>
     <p>Но главное сражение разыгрывается все же на западном склоне Халеакала. Сюда стягивает Наулу свои грознейшие силы и здесь одерживает самые блестящие победы. К вечеру Укиукиу ослабевает — как и всегда муссоны — и Наулу берет верх над ним. Наулу — хороший стратег. Целый день он собирает огромные резервы на западном склоне. Вечером он выводит их в бой стройной колонной в милю шириной, много миль длиной и в несколько сот футов толщиной. Колонна спереди заострена. Она медленно врезается в широкий боевой фронт Укиукиу, и вот Укиукиу, все слабеющий и слабеющий, смят ею. Но он еще не совсем обессилен. Он борется все еще с остервенением. Он отхватывает куски облачной армии Наулу в полмили длиною и далеко отбрасывает их к западу. Иногда, когда обе армии сходятся вплотную по всему фронту, получается гигантский вихревой столб, и рваные лохмотья облаков взлетают, кружась, на тысячи футов вверх. Любимым приемом Укиукиу является отправка плотно сбитой массы облаков низом, над самой землей, под позиции Наулу. Если Укиукиу удается забраться вниз, он начинает вытягиваться. Иногда мощный центр Наулу не выдерживает натиска, но обычно он отбрасывает атакующих — смятых и истерзанных в мелкие клочья. И все время не переставая яростные маленькие авангарды карабкаются по склонам, ползут из ущелий, наскакивая друг на друга неожиданными прыжками. А на небе — высоко-высоко — солнце склоняется к закату безмятежно и одиноко, и Халеакала смотрит вниз на сражающихся. Приходит ночь. Но наутро Укиукиу — по обычаю муссонов — набирается силы и опрокидывает полчища Наулу. И так день за днем. День за днем идет вечный бой облаков, вечно бросаемых друг против друга двумя ветрами — Укиукиу и Наулу — на склонах Халеакала.</p>
     <p>С утра опять появляются на сцену высокие сапоги, седла, ковбои и вьючные лошади, и мы начинаем взбираться на вершину. Одна из вьючных лошадей везет двадцать галлонов воды, налитой в четыре пятигаллоных меха. На вершине кратера вода — редкая драгоценность, хотя по склонам кратера дождей выпадает больше, чем в каком-либо другом месте земного шара. Поднимаясь на гору, приходится переезжать прямо через бесчисленные потоки застывшей лавы, без малейшего намека на тропинку, и ни разу в жизни я не видел, чтобы лошади ступали так необыкновенно уверенно, как эти тридцать лошадей нашего отряда. Они влезали или спускались по совершенно отвесным кручам с легкостью и спокойствием горных коз, и ни разу ни одна не упала и даже не споткнулась.</p>
     <p>Когда поднимаешься на гору, испытываешь всегда одну и ту же странную иллюзию. По мере подъема развертываются все большие и большие пространства земли, и кажется, будто горизонт поднимается выше того пункта, на котором стоит наблюдатель. Эта иллюзия особенно остра на Халеакала, так как вулкан поднимается непосредственно из океана. И вот, чем выше взбирались мы по мрачным склонам Халеакала, тем глубже опускались, точно падая в какую-то бездну, сама Халеакала, и мы, и все вокруг. Где-то там, выше нас, лежала линия горизонта. Океан точно скатывался на нас с горизонта. Чем выше мы поднимались, тем ниже, казалось нам, мы опускались. Это было что-то нереальное, противоестественное, фантастическое, и в голове мелькали мысли о кратере вулкана, через который Жюль Верн попал к центру земли.</p>
     <p>И когда, наконец, мы достигли вершины этой гигантской горы, мы оказались не на вершине и не на дне — мы находились на краю страшной пропасти огромного кратера; этот кратер и есть Обитель Солнца. На двадцать три мили по окружности тянулся головокружительный барьер кратера. Мы стояли на части почти отвесной его стены, и дно кратера лежало под нами на расстоянии полумили. Дно это, залитое потоками лавы и покрытое мелкими конусами из шлаков, было такого ярко-красного цвета, точно лава застыла в нем только вчера. Самые маленькие из этих второстепенных конусов имели четыреста футов высоты, а большие до девятисот, но они казались небольшими кучками песка. Две большие расщелины глубиною по нескольку тысяч футов разрывали края кратера, и Укиукиу напрасно старался прогнать через них свои белые полчища облаков. По мере того как они продвигались к середине, жар кратера растворял их, и они без следа исчезали в воздухе.</p>
     <p>Перед нами была картина дикого запустения, строгая, страшная, подавляющая и чарующая. Под нами было жилище подземного огня, мастерская природы, все еще занятая древними делами мироздания. Местами пробиваются из недр земли жилы первичных каменных пород и виднеются на когда-то расплавленной и теперь остывшей поверхности. Все это было нереально и невероятно. Над нами (на самом деле — внизу, под нами) шла облачная битва между Укиукиу и Наулу. Еще выше, по склонам кажущейся пропасти, выше полчищ облаков, были подвешены в воздухе острова Ланаи и Молокаи. По другую сторону кратера, опять как будто над нами, поднималось бирюзовое море, почти белая линия прибоя гавайского побережья, потом пояс облаков муссона, а еще выше торчали в голубом небе, стоя на пьедестале из облаков, страшные шапки Мауна-Кеа и Мауна-Лоа, покрытые снегом, укутанные туманами.</p>
     <p>Предание рассказывает, что на месте, называемом сейчас Западным Мауи, жил некий Мауи, сын Хины. Мать его, Хина, занималась изготовлением к а п а. Вероятно, она приготовляла капа по ночам, потому что днем она занималась просушкой их. Каждое утро, много дней подряд, расстилала она свои капа на солнце. Но едва успевала она разостлать их, как надо было начинать собирать их на ночь. Имейте в виду, что дни тогда были гораздо короче, чем сейчас. Мауи смотрел на тяжелый и бесплодный труд матери, и ему было обидно за нее. Он решил, что надо помочь ей, — о, конечно, не помочь развешивать и собирать капа, он был слишком умен для этого. Он придумал заставить солнце двигаться медленнее. По всей вероятности, он был первым гавайским астрономом. Так или иначе, он произвел несколько наблюдений над солнцем с разных пунктов на острове. Он вывел из этих наблюдений, что солнце идет как раз над Халеакала. Не в пример Иисусу Навину, он обошелся без всякой божественной помощи. Он собрал достаточное количество кокосовых орехов, сделал из их волокон хорошую веревку с петлей на одном конце, — как раз такую веревку, как делают и сейчас ковбои на Халеакала. Потом он забрался в Обитель Солнца и стал ждать. Когда солнце показалось на своей дорожке, быстро несясь, чтобы поскорее закончить день, храбрый юноша накинул свой аркан на один из самых крупных и крепких солнечных лучей. Этим он немного задержал солнце, но луч сломался. Тогда он стал накидывать аркан на все лучи подряд, обламывая их, и солнце сказало, что согласно вступить в переговоры. Мауи выставил свое условие для заключения мира, а именно: чтобы впредь солнце двигалось медленнее — и солнце согласилось. Благодаря этому у Хины стало достаточно времени, чтобы просушивать свои капа, а дни стали длиннее, чем были раньше, что вполне согласно с учением современной астрономии.</p>
     <p>Мы позавтракали вяленым мясом и терпким пои в каменной ограде, служившей прежде для ночевок скота, прогоняемого через остров. Потом, проехав около полумили по краю кратера, мы стали спускаться на его дно. Оно лежало под нами на расстоянии двух тысяч пятисот футов, и лошади скользили и сползали по вулканическому шлаку. Черная плотная поверхность шлака, разбиваемая копытами лошадей, превращалась в желтую пыль, кислую на вкус, взвивавшуюся облаками. Проскакали небольшую гладкую площадку до нового спуска, менее крутого, извивающегося между конусами шлака, кирпично-красными, бледно-розовыми и черно-красными. Над нашими головами выше и выше вырастали стены кратера, а мы перебирались через бесчисленные потоки лавы, между черными волнами окаменелого мира с фантастическими утесами и пропастями. Наш путь не меньше семи миль шел над бездонной пропастью вдоль или над самым потоком застывшей лавы последнего извержения.</p>
     <p>Наконец, мы сделали привал у подножия стены в полторы тысячи футов высотою, в маленькой роще деревьев олапа и колеа. Здесь была и трава для лошадей, но воды не было, и нам пришлось прежде всего отправиться чуть не за милю к известному нашим проводникам водоему. Но воды и там не оказалось. Тогда вскарабкались еще выше футов на пятьдесят, и ведром перелили воду, найденную в верхней впадине, в нижнюю. Воды оказалось бочек шесть; драгоценная жидкость потоком побежала вниз по скале и наполнила нижнюю впадину. Ковбои напоили лошадей. Потом мы разбили палатку, стреляли диких коз, прыгавших наверху целыми стадами. К вяленому мясу и терпкому пои прибавилась козлятина, жареная на вертеле. По гребню кратера, как раз над нашими головами неслось море облаков, гонимых Укиукиу. Облака неслись непрерывно, но никогда не достигали середины кратера и ни разу не заслонили нам месяца, потому что жар вулкана немедленно уничтожал облака. Привлеченные нашим огнем, пробирались к нам в лунном свете дикие быки и долго и удивленно смотрели на нас. Они были довольно жирны, хотя почти не видели воды, за исключением утренней росы на траве. Роса, впрочем, была очень сильная, так что мы были весьма благодарны нашей палатке, в которой уснули под звуки хула неутомимых гавайских ковбоев, в жилах которых, конечно, течет кровь Мауи, их храброго предка.</p>
     <p>Фотоаппарат не в силах воздать должного Обители Солнца. Хитроумнейшие светочувствительные пластинки, разумеется не лгут, но они, конечно, не передают всей правды. Можно правильно воспроизвести Куулау-Геп, как он отражается на матовом стекле кодака, и все же на готовом снимке не получится всей гаммы неуловимых оттенков и подлинного величия зрелища. Стены кратера, которые тянутся, казалось, на сотни футов в вышину, на самом деле вздымаются на несколько тысяч футов; край облака, выдвинувшийся клином над отверстием кратера, — около мили в ширину, а за стеной кратера это облако равняется целому океану; передний план из глыб шлака и вулканической пыли, который кажется темным и бесцветным, на самом деле великолепно играет красками, — он и кирпично-красный, и цвета терракоты, и розовый, и цвета желтой охры, и черный с отливом пурпура. Слова бессильны и могут привести в отчаяние. Ведь сказать, что вышина стены кратера две тысячи футов — значит только всего и сказать, что вышина ее две тысячи футов, но к этой стене нельзя подходить с одними цифрами. Солнце находится от нас на расстоянии девяносто трех миллионов миль, но для сознания смертного человека соседняя провинция кажется более отдаленной. Эта немощность человеческого воображения особенно ясна на примере с солнцем. Такова же она и в отношении Обители Солнца. Халеакала, воплощение чуда и красоты, так подавляюще действует на человеческую душу, что передать это словами нельзя даже приблизительно. Коликоли находится в шести часах езды от Кахулуи; Кахулуи — на расстоянии одной ночи от Гонолулу; Гонолулу — в шести днях пути от Сан-Франциско, а вы сами — живете там.</p>
     <p>Наутро мы опять карабкались по откосам кратера, заставляли лошадей проходить по невероятным местам, сбрасывали вниз камни и стреляли в диких коз. Я не попал ни в одну, — потому, вероятно, что был слишком занят камнями. Один раз мы столкнули камень величиною с лошадь. Он двигался сначала довольно медленно, переворачиваясь с боку на бок, намереваясь остановиться. Но уже через несколько минут делал прыжки футов по двести. Он быстро уменьшался и, наконец, стал походить на маленького скачущего кролика, оставляя за собою узкую желтую полоску на черном склоне. И камень и облачко пыли вокруг него делались все меньше, и наконец, кто-то сказал, что камень остановился. Он сказал это, конечно, потому, что просто перестал видеть камень. Другие, может, его еще различали — я, например. Я даже глубоко убежден, что он и сейчас все еще катится.</p>
     <p>В последний день нашего пребывания в кратере Укиукиу показал себя во всем величии. Он смял Наулу по всей линии, наполнил облаками Обитель Солнца до краев и вымочил нас до нитки. Водомером нам служил сосуд вместимостью в одну пинту, стоявший под маленьким отверстием в парусине палатки. В эту бурную ночь он наполнился до краев в одно мгновение, и так как нам нечем было измерять воду, стекавшую под одеяла, то не было решительно никакого резона оставаться в кратере. Мы снялись, едва забрезжил рассвет, и начали спускаться с восточной стороны по расщелине Каупо. Весь восточный берег Мауи ни что иное, как громадный поток лавы. Мы спустились по этому потоку с высоты шести тысяч пятисот футов к берегу моря. Такой перегон был бы тяжелым рабочим днем для всех лошадей, только не для наших. В трудных местах они шли спокойно, не торопясь, но как только попадали на более ровное место, где можно было перейти в рысь, — они переходили в рысь. Их невозможно было удержать, пока дорога не становилась опять опасной, — тогда они останавливались сами. Несколько дней они непрерывно и тяжело работали, питаясь травой, которую сами находили, пока мы спали, а в этот последний день они сделали двадцать восемь головоломных миль и примчались в Хана, как веселые жеребята. Многие из них никогда не были подкованы, и после трудных многодневных переходов по острым, как стекло, осколкам лавы, с тяжестью человеческого тела на спине, — их копыта были в лучшем состоянии, чем копыта многих подкованных лошадей.</p>
     <p>Местность между Виейрасом и Хана (мы проехали ее в полдня) так хороша, что здесь стоило бы прожить и неделю, и месяц. Но вся ее дикая красота ничто в сравнении со сказочной страной, начинающейся за плантациями каучуковых деревьев между Хана и ущельем Хономану. Мы проехали в два дня эту волшебную местность, лежащую по северному склону Халеакала. Местные жители называют ее Страной Канав, — название не слишком многообещающее, но что делать, так уж назвали: никто, кроме местных жителей, здесь не бывает, и никто, кроме них, этой местности не видел. За исключением горсточки людей, которых дела заставляют проезжать здесь, никто никогда не слышал ничего о Стране Канав на острове Мауи. Известно, что такое канава, — это всегда нечто грязное, пересекающее обычно самые однообразные и неинтересные местности. Но Канава Нахику — совсем необычайная канава. Вся подветренная сторона Халеакала изрезана тысячью ущелий, по которым несутся потоки, образуя многочисленные каскады и водопады. Здесь за год выпадает больше дождей, чем где бы то ни было в другом месте на земле. Вода здесь означает сахар, а сахар — это душа Гавайских островов. Вот откуда и произошла Канава Нахику, которая, собственно, не канава, а целая сеть тоннелей. Вода находится все время под землей, и видна только тогда, когда, пройдя через ущелье по высокому, легкому акведуку, снова погружается в глубины земли на противоположной стороне. Назвать это изумительное гидравлическое сооружение «Канавой» можно, пожалуй, с тем же правом, как галеру Клеопатры — товарным вагоном.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_014.jpg"/>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_015.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>В этой стране нет колесных дорог, а в прежнее время, до постройки Канавы, не было даже и тропинок. Громадное количество осадков, выпадающих на плодородную почву под тропическим солнцем, означает буйную растительность. Если бы кто-нибудь захотел пробиться пешком сквозь здешние заросли, он смог бы сделать в день не больше одной мили. Через неделю, при последнем издыхании, он был бы принужден ползти обратно, чтобы как-нибудь выбраться, пока проложенная им тропинка не заросла опять. О'Шауфнесси — фамилия дерзкого инженера, который завоевал джунгли и ущелья и соорудил не только Канаву, но и проложил тропинку вдоль нее. Он работал долго и упорно, взрывая скалы, и создал одно из самых изумительных гидравлических сооружений в мире. Каждый маленький проток и ручеек отведены подземными ходами в главную Канаву. Но дождя выпадает столько, что нужны бесчисленные мелкие канавы, чтобы отвести избыток воды в море.</p>
     <p>Тропинка для верховых — не широка. Она проложена совсем в духе дерзкого инженера — очень смело. Когда Канава уходит глубоко в гору, тропинка вьется над нею, а когда вода идет через ущелье по акведуку, то и тропинка бежит тут же. Вообще тропинка весьма беспечна и совсем не заботится об удобстве путешественников. Она идет по самому отвесу пропастей, где над головой стена в несколько сот футов, а под ногами провал в несколько тысяч футов; она по камням обходит водопады или проходит под ними, а они летят сверху с невероятным грохотом и яростью. Но удивительные горные лошади столь же беспечны, как тропинка. Они бегут рысцой по скользким от дождя камням и поскакали бы галопом, ежеминутно обрываясь задними ногами с края обрыва, если бы им позволили это. Я не посоветовал бы ехать по тропинке вдоль Канавы Нахику людям недостаточно выдержанным или со слабыми нервами. Один из наших ковбоев считался на большой ферме, откуда мы его взяли, самым сильным и смелым. Он провел всю жизнь верхом в гористой местности на западной стороне Халеакала. Он лучше всех объезжал лошадей, и когда все другие отказывались, он шел в загон для дикого скота укрощать какого-нибудь свирепого быка. Одним словом, у него была блестящая репутация. Но он еще ни разу не ездил вдоль Канавы Нахику, и здесь репутации его суждено было погибнуть. Когда ему пришлось в первый раз переправляться через акведук, узенький, без перил, перекинутый через ущелье на неизмеримой высоте, причем один бешеный поток воды летел сверху, а другой снизу, и оба вместе оглушали ревом и ослепляли брызгами, — ковбой слез с лошади, наскоро объяснив, что у него жена и двое детей, и перешел пешком, держа лошадь на поводу.</p>
     <p>Единственным отдохновением от акведуков были тропинки по краю пропасти, и единственным отдохновением от пропастей были акведуки, за исключением, впрочем, тех случаев, когда Канава уходила глубоко под землю в расщелины, через которые мы проходили поодиночке по еле держащимся первобытным деревянным мостикам, ведя лошадь на поводу. Признаюсь, что первое время я во всех опасных местах вынимал ноги из стремян, а когда мы ехали по краю пропасти, то вполне сознательно и преднамеренно освобождал ту ногу, которая висела над бездной глубиною в тысячу футов. Я сказал «первое время», потому что как в кратере мы очень скоро потеряли представление о грандиозности, так и здесь, на Канаве Нахику, мы скоро перестали воспринимать глубину. Ощущения неизмеримой высоты и такой же неизмеримой глубины сменялись так часто, что стали, наконец, обычной формой восприятия действительности, и смотреть с седла в глубину четырех или пятисот футов стало уже чем-то естественным и обыденным и не вызывало ни малейшей дрожи. И теперь мы уже перебирались по головокружительным высотам или ныряли под водопады так же беспечно, как эти сказочные тропинки и эти сказочные лошади.</p>
     <p>Да, это была поездка! Мы ехали то выше облаков, то ниже облаков, то в самих облаках. Время от времени луч солнца прорезывал, как прожектор, черные глубины пропастей или зажигал над нашими головами край кратера где-нибудь на высоте тысячи футов. На каждом повороте дороги нашим глазам открывался новый водопад или дюжина новых водопадов. Около нашей первой ночевки в ущелье Кине мы насчитали, стоя на одном месте, тридцать два водопада. Дикая растительность покрывала эту дикую страну. Целые рощи коа, колеа и орешника. Были здесь еще деревья, называемые охиа-аи, с ярко-красными яблоками, сочными, нежными, изумительно вкусными. Дикие бананы росли всюду, свешиваясь над ущельями, а иногда ветвь ломалась под тяжестью громадных спелых гроздей, и бананы лежали поперек тропинки, заграждая путь. А над лесом вздымалось зеленое живое море вьющихся растений всевозможных пород; одни качались в воздухе, как тончайшее кружево, другие толстыми сочными змеями всползали на деревья; одно из них — эи-эи, — чрезвычайно похожее на ползучую пальму, перебрасывалось толстыми гирляндами с ветки на ветку, с дерева на дерево и душило свою живую опору, по которой ползло все выше и выше. Сквозь море зелени древесные папоротники поднимали свои нежные листья с тонкой прорезью, и ярко горели огромные красные цветы лехуа. По земле расстилались странные травы яркой окраски, которые можно увидеть в Соединенных Штатах только в оранжереях. В сущности, вся Страна Канав острова Мауи представляет огромную оранжерею. Особенно много папоротников, и, кроме всех известных видов, очень много неизвестных и необыкновенных, начиная от тончайшего и нежнейшего «девичьего волоса», до грубого хищника стагхорна, врага местных дровосеков, образующего плотные массы в пять-шесть футов толщины, покрывающие иногда площади во много акров.</p>
     <p>Да, это была изумительная поездка. Мы сделали ее в два дня, потом выехали на колесную дорогу и вернулись на ферму галопом. Конечно, это было очень жестоко — гнать галопом лошадей после такого длинного и трудного путешествия, но, к сожалению, ничего нельзя было сделать: мы все натерли поводьями пузыри на руках и все-таки не могли сдержать лошадей. Вот каких необычайных лошадей выращивает Халеакала! На ферме мы застали празднество: там жарили быков, пили брэнди и скакали на необъезженных лошадях. А высоко над головами храбро сражались Укиукиу и Наулу, а еще выше купалась в солнечных лучах могучая вершина Халеакала.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IX. ЧЕРЕЗ ТИХИЙ ОКЕАН</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>«От Гавайских островов до Таити. Этот переход чрезвычайно затрудняют пассаты. Китоловы и все другие моряки говорят, что с Гавайских островов попасть на Таити очень трудно. Капитан Брюс разъясняет, что судно должно сначала держать на север, пока оно не попадет в полосу ветра, и только тогда взять курс к своей цели. Сам капитан Брюс во время его плавания в ноябре 1837 года, спустившись к югу от экватора, никак не мог поймать переменные ветры и, несмотря на все усилия, ни на одном галсе не смог добиться отклонения к востоку».</emphasis></p>
     <p>Вот что говорится в Указаниях для судов о южной части Тихого океана — и это все, что там сказано. Ни слова больше, чтобы облегчить измученному путешественнику этот долгий переход, — там нет также ни слова о пути с Таити до Маркизских островов, лежащих в восьмистах милях к северо-западу от Таити, а этот путь еще труднее. Отсутствие каких-либо указаний объясняется, я полагаю, уверенностью в том, что ни один путешественник не станет предпринимать такое невозможное путешествие. Но невозможное не пугало «Снарк» главным образом потому, что мы прочли это краткое «указание парусникам» после того, как мы отправились в путь.</p>
     <p>Мы отплыли от Хило (Гавайские острова) 7 октября и прибыли на Нукухива (Маркизские острова) 6 декабря. Расстояние по карте — две тысячи миль, мы же сделали по меньшей мере четыре; а если бы держали прямо на Маркизские, то прошли бы не меньше пяти или шести тысяч миль, что и доказывает раз навсегда, что прямая линия далеко не всегда кратчайшее расстояние между двумя точками.</p>
     <p>Одно мы решили твердо с самого начала: не пересекать экватора западнее 130-го меридиана. В этом и была вся задача. Переходя экватор западнее 130-го меридиана, мы попадали во власть юго-восточных муссонов, которые так отклонили бы нас от Маркизских островов, что впоследствии пришлось бы идти почти против ветра. А еще вдобавок экваториальное течение, скорость которого равна от двадцати до семидесяти пяти миль в день! Нечего сказать, приятная штучка идти против ветра и против течения! Нет, дальше 130-го градуса мы не пойдем. Но так как юго-восточные муссоны можно встретить на пять или шесть градусов севернее экватора, мы должны были держаться значительно севернее экватора и севернее муссонов по крайней мере до 128-го меридиана.</p>
     <p>Я забыл упомянуть, что газолиновый двигатель в семьдесят пять лошадиных сил, по своему обыкновению, не работал, так что приходилось рассчитывать только на паруса. Мотор шлюпки тоже не работал. Кстати сказать, пятисильное динамо, обслуживающее освещение, насосы и вентиляторы, тоже числилось больным. И во сне и наяву передо мной стоит чрезвычайно эффектное заглавие для книги. Непременно напишу книгу под заглавием «Плавание вокруг света с тремя газолиновыми двигателями и женой». Боюсь только, что не напишу такой книги из опасения оскорбить самолюбие кого-либо из молодых людей, которые обучались своему ремеслу на двигателях «Снарка» в Сан-Франциско, Гонолулу и Хило.</p>
     <p>На бумаге все это казалось чрезвычайно легко. Вот тут — Хило, а там — цель нашего плавания под 128-м градусом западной долготы. Попутный северо-восточный пассат мог бы погнать нас по прямой линии между этими двумя точками. Но самое неприятное в пассатах заключается в том, что никогда точно неизвестно, где найти их, и в каком именно направлении они будут дуть. Нас подхватил северо-восточный пассат, едва мы отошли от Хило, но этот жалкий ветерок быстро умчался прямо на восток. Кроме него, было еще северное экваториальное течение, несшееся к западу подобно мощной реке. Небольшое суденышко при ветре и сильном волнении очень плохо подвигается вперед. Его швыряет вверх и вниз, и оно все остается на одном месте. Паруса его надуты и наполнены ветром, каждое мгновение подветренный борт почти касается воды; судно кружится, подскакивает и дергается — и только. Когда же оно, наконец, пойдет — оно взлезает на огромную водяную громаду и, разумеется, опять останавливается. И «Снарк», вследствие его малых размеров, восточного пассата и мощного экваториального течения, сильно уклонялся к югу. Только не прямо к югу. Он угрожающе отклонялся к юго-востоку. Одиннадцатого октября он отклонился к востоку на сорок миль; двенадцатого октября — на пятнадцать миль; тринадцатого октября — не отклонился совсем; четырнадцатого октября — на тридцать миль; пятнадцатого октября — на двадцать три мили; шестнадцатого октября — на одиннадцать миль, и семнадцатого октября «Снарк», наконец, подвинулся к западу на четыре мили. Таким образом, за неделю он отклонился к востоку на сто пятнадцать миль, что составляет в среднем шестнадцать миль в день. Но меридиан Хило и 128-й градус западной долготы отстоят друг от друга на двадцать семь градусов, или приблизительно на тысячу шестьсот миль. Считая по шестнадцати миль в день, нам необходимо было сто дней, чтобы пройти это расстояние. И то мы попали бы на 128-й градус западной долготы в пяти градусах к северу от экватора, тогда как цель нашего плавания — Нукухива в группе Маркизских островов — лежит на девять градусов к югу от экватора и в двенадцати градусах к западу!</p>
     <p>Нам оставалось только одно — спуститься к югу, выйти из полосы пассатов и вступить в полосу переменных ветров. Капитан Брюс совершенно прав, когда пишет, что не встретил переменных ветров, и что ему «никак не удавалось добиться отклонения к востоку». Переменные ветры были для нас единственным исходом, и мы молились, чтобы нам повезло больше, чем капитану Брюсу. Переменные ветры занимают определенный пояс в океане и лежат между обеими полосами пассатов. Они образуются следующим образом: столбы нагретого воздуха поднимаются вверх, встречаются с пассатами и постепенно опускаются вниз, пока не опустятся до поверхности океана, и их находят… там, где находят: границы их пояса лежат между обоими поясами пассатов, а это значит, что территория их весьма неопределенна и изменчива.</p>
     <p>Мы нашли переменные ветры на одиннадцатой параллели северной широты, и изо всех сил держались одиннадцатой параллели северной широты. К югу лежала полоса южных пассатов. К северу — полоса северо-восточных пассатов, которые не хотели дуть с северо-востока. Дни шли за днями, и «Снарк» все время оставался близ одиннадцатой параллели. Переменные ветры и в самом деле были переменчивы. Легкий ветерок вдруг падал и оставлял нас в полосе мертвого штиля на сорок восемь часов. Потом ветерок снова начинал дуть, дул три часа и снова оставлял нас в полосе штиля на новых сорок восемь часов. Потом о, радость! — начинал дуть ветер с запада, — свежий, чудесный свежий ветер — и нес «Снарк» прямо туда, куда нужно. Но по истечении получаса ветер внезапно стихал… И так все время. Мы оптимистически держали пари из-за каждого порыва ветра, который продолжался больше пяти минут, но этого было мало.</p>
     <p>И все же были исключения. Когда вы имеете дело с переменными ветрами, если вы ждете достаточно долго, вы всегда можете рассчитывать на счастливый случай, а мы так хорошо были снабжены водой и съестными припасами, что могли позволить себе ждать. Двадцать шестого октября мы прошли сто три мили к востоку, и этот переход много дней служил у нас темой для разговоров. В другой раз нас подхватил ветер, дувший с юга в течение восьми часов. Он дал нам возможность пройти семьдесят одну милю к востоку! А как раз в то время, когда этот ветер совсем спадал, подул ветер прямо с севера и заставил подвинуться еще на один градус к востоку.</p>
     <p>Много лет ни одно парусное судно не совершало такого перехода, и мы оказались в полном одиночестве среди Тихого океана. За все шестьдесят дней, пока длилось наше плавание, мы не повстречали ни одного паруса, не заметили ни разу дымка парохода над горизонтом. Поврежденное судно могло бы сотни лет пробыть среди этой водной пустыни и не получить ниоткуда помощи. Помощь могла прийти только с какого-либо судна, вроде «Снарка», а «Снарк» оказался здесь главным образом потому, что мы пустились в путь, не прочтя вовремя относящегося к этому переходу абзаца в «Указаниях парусникам». Когда мы стояли во весь рост на палубе, прямая линия от наших глаз до горизонта равнялась трем с половиной милям. Таким образом, диаметр той части поверхности океана, имевшей форму окружности, центром которой мы являлись, равнялся семи милям. Мы все время пребывали в центре окружности и все время двигались то в одну, то в другую сторону; следовательно, окружности, которые мы видели, все время менялись. Но все окружности были похожи одна на другую. Никакие острова, серые мысы или сверкающие пятна белых парусов не нарушали линии горизонта. Облака проносились над нами, появляясь над одним краем окружности, пролетали над ее поверхностью и скрывались за противоположным ее краем.</p>
     <p>Недели шли за неделями, и внешний мир забывался нами. Он тускнел в памяти до тех пор, пока не осталось для нас уже ничего, кроме «Снарка» и его семи обитателей. Воспоминания о прежней жизни в далеком большом мире стали похожи на сны о каком-то прежнем существовании, которое мы пережили раньше, чем родились здесь, на «Снарке». О свежих овощах, например, которых мы не видали очень давно, мы упоминали так, как, бывало, мой отец о каких-то особенных яблоках, которые он едал в детстве. Человек создается привычками — и мы, обитатели «Снарка», были созданы нравами и обычаями «Снарка». Все, что входило в их круг, казалось важным и существенным, все остальное — раздражало и почти оскорбляло.</p>
     <p>Да и не было для внешнего мира никакого пути воздействовать на нас. Никто не мог прийти к обеду, не было ни телеграмм, ни телефонных звонков, нарушавших спокойствие нашего существования. Никуда не надо было идти, и нечего было бояться опоздать на какой-то поезд, и не было утренних газет, из которых, потратив на это достаточно времени, мы могли бы узнать, что случилось с тысячью пятьюстами миллионами наших собратьев по земному шару.</p>
     <p>Но скуки не было. В нашем маленьком мире дела было достаточно, а кроме того, он — в противоположность большому миру — двигался к определенной цели, и мы должны были способствовать этому. Затем нам приходилось сталкиваться и бороться с космическими силами, чего также не бывает в большом мире, несущемся без препятствий по своей орбите в безветренной пустоте вселенной. А мы никогда не знали заранее, что случится через пять минут. Разнообразия было сколько угодно. Вот, например, в четыре утра я сменяю Германа у руля.</p>
     <p>— Ост-норд-ост, — сообщает он мне курс. — Отклонились на восемь линий румба, но править невозможно.</p>
     <p>Удивительно, нечего сказать! Разве существует судно, которым можно было бы управлять при полном штиле?</p>
     <p>— Недавно еще был кое-какой ветерок, — может быть опять вернется, — обнадеживает Герман перед уходом.</p>
     <p>Бизань туго закрепили. Ночью, при качке без ветра, слишком отвратительно слушать, как хлопают пустые паруса и скрипят канаты. Впрочем, мелкие паруса оставлены на всякий случай. Небо покрыто звездами. Без особой причины я поворачиваю руль в противоположном направлении, чем Герман, и — смотрю на звезды. Что же еще делать? Что же еще делать на паруснике, качающемся при полном штиле?</p>
     <p>Потом я вдруг чувствую на щеке едва заметное прикосновение, потом еще и еще, и, наконец, это уже несомненный легонький бриз. Как там ухитряются поймать его паруса «Снарка», я не знаю, но очевидно, — все-таки ухитряются, потому что стрелка компаса задвигалась в своей коробке. То есть, конечно, не стрелка компаса, которую удерживает земной магнетизм. Движется сам «Снарк», вращаясь и слегка покачиваясь, как от самого нежнейшего воздействия алкоголя.</p>
     <p>Наконец, «Снарк» попадает на прежний курс. Дыхание ветра уже дает легкие толчки. «Снарк» слегка вздрагивает. Над головой плывет какая-то дымка, и я замечаю, что звезды гаснут одна за другой. Черные стены плотнее обступают меня, и когда, наконец, гаснет последняя звезда, темные стены уже так близко, что, кажется, я могу дотронуться до них рукой. Я прислоняюсь к темноте и чувствую ее прикосновение на лице. Порывы ветра следуют один за другим, и я рад, что бизань свернута. Пфф! Вот это был удар! «Снарк» подпрыгивает и зачерпывает подветренным бортом. Тихий океан начинает сердиться. Еще штук пять таких порывов, и я, пожалуй, пожалею, что кливер не свернут. Волны поднимаются все выше; порывы ветра крепче и чаще; воздух полон водяной пылью. Смотреть в наветренную сторону не стоит. Черная стена начинается на расстоянии вытянутой руки. Но мне все-таки очень хочется знать, в чем дело. С наветренной стороны надвигается, должно быть, что-то очень скверное и зловещее. Мне кажется, что если я буду всматриваться в темноту достаточно долго и напряженно, то пойму что-нибудь. Но это, конечно, вздор. В промежутке между двумя порывами ветра я успеваю сбегать в каюту, посмотреть на барометр. Я чиркаю спички одну за другой и вижу — 29,90. Наш чувствительнейший барометр не желает отмечать маленькое осложнение, которое скрипит и воет в снастях. Я успеваю подойти к рулю как раз к моменту нового порыва, еще более сильного. Ну, во всяком случае, ветер есть, «Снарк» держит курс правильно и забирает к востоку. Кливера меня раздражают; я бы очень хотел, чтобы они были убраны. «Снарку» было бы легче идти, да и риска меньше. Ветер храпит и фыркает в реях, и редкие капли дождя стучат как градины. Я прихожу к заключению, что придется вызвать всех наверх; но через минуту решаю, что можно еще подождать. Может быть, сейчас все кончится, и я вызову их понапрасну. Пусть еще поспят. Я держу «Снарк» на курсе, а из тьмы хлещет уже настоящий ливень с воющим ветром. Затем все временно затихает и ослабевает — за исключением, конечно, темноты, — и я радуюсь, что не позвал никого.</p>
     <p>Ветер немного успокоился, но волны становятся все выше. Теперь идут белоголовые косматые гребни, и «Снарк» прыгает как пробка. А потом снова летят из тьмы порывы ветра все сильнее и сильнее. Если бы только я мог знать, что там скрывается с наветренной стороны! «Снарку», видимо, трудно; его подветренный борт зачерпывает воду чаще и чаще. Ветер воет и ревет все сильнее. Нет, если уж звать кого-нибудь, то сейчас. Я решаю: звать. И опять налетает ливень, и опять слабеет ветер — и я не зову. Но только это очень-очень одиноко и тоскливо стоять так на руле и править маленьким миром в ревущей непроглядной тьме. И потом — это все-таки большая ответственность — быть совершенно одному на поверхности мира в минуту опасности и думать за всех спящих его обитателей. От чувства ответственности освобождают меня порывы ветра, еще более сильные, и волны, которые уже стали хлестать через борт. Морская вода кажется мне что-то уж слишком теплой; она призрачно сверкает яркими фосфорическими точками. Я, конечно, вызову всех сейчас, чтобы окончательно убрать паруса. Зачем им, собственно, спать? Я прямо дурак, что деликатничаю! Ясно, мой интеллект не поладил с сердцем. Это сердце сказало мне тогда — «пусть еще поспят». Да, но интеллект подтвердил это решение. Ну, тогда пусть сейчас решает один интеллект; но пока я выдвигаю доводы за и против, ветер стихает. Посмотрю, что будет дальше, — решаю я. В конце концов это право моего интеллекта — решать, что способен выдержать «Снарк», и звать на помощь только в последнюю минуту.</p>
     <p>Наконец, сквозь толщу облаков пробивается рассвет, серый, ненастный; можно разглядеть море, вздымающееся под порывами ветра. Потом опять налетает ливень, и все долины между громадными гребнями заполняются молоком водяной пыли. И ветер и дождь точно сплющивают волны, которые ждут только малейшего перерыва, чтобы подняться с новой силой. Понемногу на палубу выползают люди. Лицо Германа расплывается от изумления, когда он видит «ветерок», который он надеялся «подхватить». Я передаю руль Уоррену и задерживаюсь на минуту, чтобы поправить кухонную трубу, которую сдвинуло. Ноги у меня босы и достаточно привыкли цепляться за доски палубы, но когда борт заливает зеленая волна, со мной делается что-то странное — я внезапно оказываюсь сидящим на залитой водой палубе. Герман, естественно, спрашивает, зачем мне понадобилась такая поза. Но в это время набегает новая волна, и он тоже садится — внезапно и без малейшего промедления. «Снарк» бросает вверх и вниз, подветренный борт в воде, и мы с Германом, вцепившись в драгоценную трубу, катимся вместе с нею к борту. Наконец я внизу и, переодеваясь в сухое платье, улыбаюсь от удовольствия — «Снарк» здорово забирает к востоку.</p>
     <p>Нет, скучно у нас не было! Вот мы только что были в полосе затишья и радовались, если удавалось сделать десяток миль в продолжение многих часов, а в такой день, как этот, мы прошли через дюжину шквалов, и окружены многими дюжинами еще. И каждый из таких шквалов был опасной дубиной, занесенной над головой «Снарка». Иногда мы попадали в самый центр шквала, иногда нас задевало только краем, но никогда заранее нельзя было предвидеть, что именно случится. Иногда грандиозный шквал, захватывающий полнеба, вдруг разделялся на два, которые обходили нас с двух сторон, а иногда маленький, невзрачный шквальчик, с каким-нибудь бочонком дождя и одним фунтом ветра, вдруг принимал циклопические размеры и ожесточенно обрушивался на нас. Шторм через несколько часов становится просто утомительным и совсем неинтересным, но шквалы интересны всегда, и тысячный шквал будет так же интересен, как первый, если не еще интереснее. Шквалами пренебрегают лишь по неведению. Человек, переживший тысячу шквалов, относится к ним с почтением. Ему известно, что это такое — шквал.</p>
     <p>Самое бурное наше приключение произошло в полосе затишья. Оказалось, — это случилось 20 ноября, — что половина запаса пресной воды каким-то образом вытекла. Так как мы вышли из Хило сорок три дня назад, то запас этот вообще был невелик. Потерять половину его — было катастрофой. При условии экономного употребления запаса воды могло хватить дней на двадцать. Но ведь мы в полосе затишья — и кто мог знать, где и когда нам удастся подхватить юго-восточный муссон?</p>
     <p>Вода стала выдаваться раз в день порциями. Каждый из нас получал по кварте для личного употребления, а повар получал восемь кварт для приготовления обеда. Теперь на сцену появилась психология. После первой же раздачи воды я почувствовал мучительную жажду. Мне казалось, что никогда за всю жизнь мне не хотелось так пить, как теперь. Свою маленькую кварту я мог бы выпить одним глотком, и требовалось большое напряжение воли, чтобы не сделать этого. И не со мной одним было так. Мы все говорили о воде, думали о воде и даже во сне видели только воду. Мы тщательно исследовали карту, надеясь найти вблизи хоть какой-нибудь островок, к помощи которого можно было бы прибегнуть. Но такого островка не было. Ближайшими были Маркизские острова, но они лежали по ту сторону экватора, а мы были в полосе затишья. Мы были под третьим градусом северной широты, а Маркизские острова под шестым градусом южной, — расстояние около тысячи миль, да еще около четырнадцати градусов на запад от нашей долготы. Недурненький перегон для кучки несчастных существ, затерявшихся в знойном тропическом затишье.</p>
     <p>Посередине палубы мы укрепили палубный тент, приподняв его с кормы так, чтобы весь дождь можно было собрать на носу. Целый день мы наблюдали за шквалами, проходившими в разных частях неба. Они появлялись то справа, то слева, то спереди, то сзади, но ни один не подошел близко. К вечеру стала надвигаться большая туча, и мы глядели с отчаянием, сколько бесчисленных галлонов драгоценной воды выливала она в соленое море. Мы еще раз с величайшей тщательностью осмотрели наше сооружение и стали ждать. Уоррен, Мартин и Герман представляли из себя интересную живую картину. Они стояли кучкой, держась за снасти, раскачиваясь и напряженно вглядываясь в приближающуюся тучу. Беспокойство, страх и жадная тоска были в каждом их движении. Но как они сразу размякли и обвисли, когда шквал вдруг разделился, и часть его прошла далеко спереди, а другая далеко с кормы!</p>
     <p>Ночью дождь все же пошел. Мартин, которого психологическая жажда заставила уже давно выпить свою кварту, приставил рот прямо к отверстию тента и сделал такой невероятный глоток, которого я не видел никогда в жизни. В два часа мы набрали сто двадцать галлонов. Замечательно, что после этого до самых Маркизских островов не было больше ни одной капли дождя. Если бы и этот шквал прошел мимо, нам пришлось бы употребить остаток газолина для дистилляции морской воды.</p>
     <p>Теперь мы могли спокойно заниматься рыбной ловлей. Это происходило очень просто, так как рыба была тут же, за бортом. Трехдюймовый стальной крючок на крепкой лесе и кусок белой тряпки в виде приманки — вот все, что было нужно, чтобы ловить макрелей от десяти до двадцати пяти фунтов весом. Макрели питаются летающими рыбами, а потому не клюют потихоньку, а набрасываются на крючок сналету и так дергают лесу, что тот, кто тащит их первый раз, этого ощущения никогда не забудет. Кроме того, макрели своего рода людоеды. Как только одна из них попадается на крючок, другие набрасываются на нее с жадностью. Очень часто мы вытаскивали на борт макрелей со свежими ранами величиной с чайную чашку.</p>
     <p>Одна стая в несколько тысяч макрелей плыла с нами в течение более трех недель. Благодаря «Снарку» у них была чудеснейшая охота: они плыли по обе его стороны, набрасываясь на вспугиваемых его движением летающих рыб, и опустошили таким образом полосу океана в полмили шириною и в тысячу пятьсот миль длиною. Так как они постоянно преследовали отстающих летающих рыб, то в любую минуту можно было видеть сотни серебряных спин на поверхности волн. Наевшись досыта, они с наслаждением отдыхали в тени судна, и целые сотни их лениво скользили здесь в прохладной воде.</p>
     <p>Бедные, бедные летающие рыбы! В воде их преследовали и пожирали живьем макрели и дельфины, а когда они ради спасения жизни выпрыгивали в воздух, их загоняли обратно в воду хищные морские птицы. Спасения не было нигде. Летающие рыбы выскакивают из воды вовсе не для забавы. Это для них вопрос жизни и смерти. Тысячи раз в день мы могли наблюдать эту трагедию. Вот перед вашими глазами легкими кругами реет чайка высоко в воздухе. Вдруг она останавливается и камнем падает вниз. Вы опускаете глаза. Темная спина дельфина быстро прорезает воду, а перед самым его носом поднимается в воздух дрожащая серебряная полоска, — нежнейший органический летательный аппарат, наделенный способностью самопроизвольного управления, наделенный чувствительностью и любовью к жизни. Чайка налетает на серебряную полоску, но промахивается, и летающая рыба продолжает забирать высоту, поднимаясь против ветра, как воздушный змей; описывает полукруг над судном и уже скользит вниз по ветру с другой стороны. А внизу все время плывет дельфин, следя своими большими жадными глазами за улетающим завтраком, который вздумал путешествовать в какой-то другой, недоступной для дельфина среде. Подняться сам он не может, но он — прожженный эмпирик и прекрасно знает, что рано или поздно рыба вернется в воду, если только ее не слопает по дороге чайка. И, дождавшись, он позавтракает. Мы жалели бедных крылатых рыб, и нам противно было смотреть на грязную, жадную гадину. Но когда ночью маленькая крылатая рыбка, ударившись о грот-мачту, падала, задыхаясь и трепеща, на палубу, тот из нас, кто держал ночную вахту, набрасывался на нее так же жадно и жестоко, как дельфины и макрели. Надо вам сказать, что летающие рыбы — удивительно вкусный завтрак. Но мне всегда было непонятно, почему такая нежная пища, попадая постоянно в ткани хищника, не делает их более деликатными и утонченными. Может быть, дельфины и макрели грубеют от той громадной скорости, которую они должны развивать на охоте? Но нежнейшие летающие рыбы развивают такую же скорость…</p>
     <p>Изредка мы ловили акул на большие крючки на цепочках, привязанных к коротким канатам. Некоторые из них были несомненными людоедами, с круглыми глазами, как у тигров, с двенадцатью рядами зубов, острых как бритвы. Кстати сказать, все обитатели «Снарка» пришли к единогласному заключению, что очень многие из обычно употребляемых в пищу рыб далеко уступают по вкусу мясу акулы, поджаренному в томатном соусе. А один раз на крючок, который обычно тащился у нас за кормой, попалась какая-то странная рыба, напоминающая змею, более трех футов в длину и не больше трех дюймов толщиной, с четырьмя зубами во рту. Она оказалась самой очаровательной, самой нежной и ароматной изо всех океанских рыб.</p>
     <p>Весьма приятным и ценным пополнением нашего провианта явилась морская черепаха весом в сто фунтов, которая фигурировала в самых аппетитных жирных супах и соусах; она закончила свои появления изумительным ризотто, заставившим всех нас поглотить больше риса, чем это было необходимо и возможно. Черепаху заметили с наветренной стороны: она мирно спала на поверхности океана, окруженная стаей любопытных дельфинов. Это была, конечно, настоящая океанская черепаха, потому что ближайшая земля была за много тысяч миль. Мы поставили «Снарк» так, чтобы черепаха пришлась за кормой, и Герману удалось пробить ей голову острогой. Когда ее вытащили, она вся оказалась обсаженной прилипалами, а из складок кожи на ногах выпало несколько больших крабов. После первого же обеда с черепахой вся команда «Снарка» пришла к единогласному заключению, что ради черепахи можно было бы и еще раз задержать «Снарк».</p>
     <p>Но самой интересной океанской рыбой является все же дельфин. Его цвет до того изменчив, что вы никогда не увидите двух дельфинов совершенно одинакового оттенка. Его обычный небесно-лазурный цвет представляет чудо переливов и оттенков. Но это все же ничто в сравнении с теми цветовыми превращениями, на которые он способен. Иногда он бывает зеленым, бледно-зеленым, темно-зеленым, фосфорически-зеленым; иногда — синим, темно-синим, синим-электрик — словом, целой гаммой синевы. Вы поймали его на крючок, и он становится золотом, — бледно-желтым золотом или настоящим пылающим золотом. Вытаскиваете его на палубу, и он перед вашими глазами пробегает всю гамму невероятных, непередаваемых синих, зеленых и желтых тонов, потом вдруг становится мертвенно-белым с ярко-синими пятнышками, и вы вдруг делаете открытие, что ведь он крапчатый, как форель. Потом из белого он опять проходит через все оттенки и становится, наконец, темно-перламутровым, Для любителей рыбной ловли я не могу придумать ничего более интересного, чем ловля дельфинов. Разумеется, ловить их следует тонкой лесой с удилищем и шпулькой. Крючок системы О'Шанесси № 7 — как раз то, что требуется, и на него нужно насадить в качестве приманки целую летающую рыбу. Подобно макрели, дельфин питается летающей рыбой, и он бросается на приманку с быстротой молнии. Первое предупреждение вы получаете тогда, когда шпулька заскрипит, и вы увидите, что леса натянулась под прямым углом к борту судна. Прежде чем вы успеете выразить опасение относительно недостаточной длины вашей лесы, рыба уже выскочит из воды, и начнутся прыжки. Так как дельфин не менее четырех футов в длину, вытащить его на борт не легкое дело. Как только он попадает на крючок, он немедленно становится золотистого цвета. Все эти прыжки дельфин проделывает, стараясь избавиться от крючка, и тот, кто сыграл с ним эту шутку, должен быть создан из железа или быть форменным ублюдком, чтобы его сердце не забилось особенным образом при виде такой чудовищной рыбы, сверкающей золотой чешуей и рвущейся подобно заводскому жеребцу всякий раз, как она поднимается в воздух. Смотрите, не зевайте! А не то крючок во время одного из этих прыжков полетит в сторону на двадцать футов. Осторожно маневрируя лесой, вы можете подтянуть ее, и через час тяжелой работы вам удастся вытащить рыбу на палубу. Я поймал одного такого дельфина, и он оказался четырех футов и семи дюймов в длину.</p>
     <p>Герман ловил дельфинов более прозаическим способом. Короткая леса и хороший кусок акульего мяса — вот все, что ему было нужно. Его леса была очень толста, но не раз она рвалась, и рыба уплывала. Однажды дельфин удрал, захватив с собой приманку и четыре крючка системы О'Шанесси. Меньше чем через час этого самого дельфина мы поймали на удилище и, разрезав его, нашли все четыре крючка. Дельфины, которые сопровождали наше судно в течение месяца, покинули нас к северу от экватора, и за все время остального плавания мы не видели больше ни одного дельфина.</p>
     <p>Так шли дни. Дела было столько, что время никогда не тянулось слишком долго. Но даже если бы и нечего было делать, время не могло казаться слишком долгим под таким изумительным небом. Сумерки рассвета походили на медленные пожары исполинских городов под арками перекинутых через них радуг. Закаты заливали море реками кровавого металла, вытекавшими из солнца, от которого по небу расходились ярко-голубые лучи. А ночью море горело фосфорическим огнем, и в глубине его, как яркие кометы с длинными призрачными хвостами, шныряли макрели и дельфины.</p>
     <p>Мы все больше отклонялись к востоку, плывя через полосу переменных ветров.</p>
     <p>Во вторник, 26 ноября, во время сильнейшего шквала, ветер вдруг повернул на юго-восток. Это был, наконец, настоящий пассат. Шквалы кончились; стояла ясная, ровная погода; ветер был попутный, паруса подняты, и все в порядке. Десять дней спустя, 6 декабря, в пять утра мы заметили землю, как раз там, где ей «быть надлежало». Мы обошли Уа-Хука и Нукухива и ночью, в сильный ветер и непроглядную мглу, вошли в узкую бухту Тайохэ и стали на якоре. С берега доносилось блеяние диких коз, а воздух был душен от аромата цветов. Переход был кончен. В шестьдесят дней мы сделали этот путь от одной земли к другой через пустынный океан, на горизонте которого никогда не встают паруса встречных кораблей.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава X. ТАЙПИ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Оставшаяся на востоке Уа-Хука скрылась за густой завесой дождя, который уже догонял «Снарк». Но «Снарк» бежал отлично. Пролетели мимо мыса Мартина, юго-восточной оконечности Нукухива, миновали широкий вход в Контролерскую бухту, где виднелась белая Скала-Парус, как две капли воды похожая на парус лодки для ловли лососей.</p>
     <p>— Как вы думаете, что это такое? — спросил я у Германа, который стоял на руле.</p>
     <p>— Рыбачья лодка, — решил он после внимательного исследования.</p>
     <p>А на карте стояло совершенно определенно — Скала-Парус.</p>
     <p>Но нас гораздо больше интересовала внутренность Контролерской бухты, где глаза наши жадно искали три небольших заливчика, средний из которых переходил в едва заметную в сгущающихся сумерках узкую долину между высокими стенами скал. Сколько раз мы отыскивали на карте этот маленький средний заливчик и оканчивающуюся в нем долину, — долину Тайпи. Карта называла ее Таипи, что, конечно, было правильнее, но мне гораздо больше нравится Тайпи, и я всегда буду произносить — Тайпи. Когда я был маленьким мальчиком, я прочел удивительную книгу, которая так и называлась «Тайпи», книгу Германа Мелвилла, — и много-много часов провел я, мечтая над этой книгой. Но я не только мечтал. Я твердо решил, что когда вырасту — будь что будет, а я поеду на Тайпи. Потому что власть и тайна неведомых стран уже овладели моим сознанием, а затем водили меня по разным странам и ведут меня и сейчас. Годы шли, но Тайпи не была забыта. Однажды, вернувшись в Сан-Франциско из семимесячного плавания по северной части Тихого океана, я решил, что время пришло. На Маркизские острова отправлялся бриг «Галилей», но экипаж был уже набран; и вот мне, порядочному моряку и достаточно молодому, чтобы гордиться этим выше всякой меры, пришлось унизиться до того, чтобы предложить себя а качестве каютного боя, чтобы только как-нибудь попасть на Тайпи. «Галилей» вернулся бы без меня, потому что я, конечно, разыскивал бы Кори-Кори и Файавэй. Может быть, капитан прочел в моих глазах это намерение улизнуть. А может быть, должность боя действительно была занята. Во всяком случае — я ее не получил.</p>
     <p>И опять шли годы полные проектов, достижений, неудач; но Тайпи не была забыта, и вот я, наконец, здесь и вглядываюсь в ее неясные очертания, пока налетевший шквал не закрывает «Снарк» потоками дождя. Впереди мелькнул Часовой с бурлящей полоской прибоя. Мелькнул и скрылся в дожде и наступающей темноте. Мы держали прямо на эту скалу. У нас не было ничего, кроме компаса, чтобы ориентироваться здесь, и если бы мы упустили Часового, мы не попали бы в бухту Тайохэ, и пришлось бы повернуть «Снарк» обратно в море и там дожидаться рассвета, — не очень приятная перспектива для путешественников, измученных шестидесятидневным переходом через Тихий океан, тоской по твердой земле, тоской по свежим плодам и больше всего многолетней, давнишней тоской по милой долине Тайпи.</p>
     <p>Неожиданно из хаоса дождя вынурнул с ревом Часовой почти перед носом «Снарка». Мы резко повернули и прошли в бухту. Ветер дул с востока, запада, севера и юга, и мы двигались с трудом, тщетно высматривая в темноте красный огонек, который должен был гореть на развалинах старого форта, показывая нам, где можно бросить якорь. Со всех сторон доносился рев прибоя, разбивающегося о скалы, с высокого берега было слышно блеяние диких коз, а наверху сквозь последние клочки уходящей тучи начинали просвечивать звезды. Через два часа, пройдя внутри бухты около мили, мы бросили якорь на глубине шестидесяти шести футов. Так мы очутились в Тайохэ.</p>
     <p>Утром мы проснулись в сказочной стране. «Снарк» отдыхал в безмятежной уютной гавани. Берег поднимался в виде обширного амфитеатра, увитого диким виноградом, и отвесные скалы, казалось, поднимались из самой воды. Далеко на востоке мы заметили узенькую ленточку тропинки, которая, перекинувшись через стену, сползала по ней вниз.</p>
     <p>— Тропинка, по которой Тоби убежал из Тайпи! — воскликнули мы.</p>
     <p>Нам очень захотелось сейчас же выйти на берег, достать лошадей и ехать на расследования, но путешествие пришлось отложить. Два месяца, проведенные на море босиком, почти без движения, были плохой подготовкой к длинной прогулке, да еще в кожаной обуви. А кроме того, надо было переждать, пока земля не перестанет тошнотворно качаться, чтобы решиться ехать по головокружительным горным тропинкам на быстроногих горных лошадях. Поэтому, в целях тренировки, мы предприняли короткую поездку по джунглям и посетили одного почтенного, заросшего мохом идола, попав к нему в очень трагическую минуту его жизни. Какой-то немецкий коммерсант и норвежский капитан спорили относительно веса названного идола и вычисляли уменьшение его в случае, если идола распилить пополам. Они крайне непристойно и святотатственно относились к старичку, тыкая в него перочинными ножами, чтобы исследовать, насколько он крепок, и насколько толст слой моха на нем, и приказывая ему отправиться вниз к морю собственными силами, без лишних разговоров. Но так как идол этого не сделал, то девятнадцать канака повалили его на носилки из палок и поволокли к судну, где он был заперт в трюм и, может быть, еще и сейчас путешествует по направлению к Европе — этому прибежищу всех языческих идолов, за исключением немногих, устроившихся в Америке, и одного, который сейчас скалит зубы на моем столе и, если только мы не потонем, будет скалить их до самой моей смерти. И он, конечно, переживет меня. И будет скалить свои зубы и тогда, когда я превращусь в прах.</p>
     <p>В целях тренировки мы побывали в тот же день на пиршестве, которое устроил Танара Тамарии, сын гавайского матроса, сбежавшего с китобойного судна, в память своей покойной матери-туземки. Он зажарил четырнадцать кабанов целиком на угощение деревни. Когда мы приблизились, нас приветствовала в качестве местного герольда молодая девушка, стоя на высокой скале и распевая, что все это празднество устроено в честь нас. То же самое повторяла она всем приходящим. Как только мы уселись, ее пение вдруг резко изменилось, и все присутствовавшие чрезвычайно заволновались. Её возгласы стали быстрыми и пронзительными. Откуда-то издали послышались ответные крики мужских голосов, перешедшие в дикую варварскую песнь, заставлявшую думать о крови и борьбе. Потом в прогалине между тропическими растениями показалась процессия дикарей, совершенно голых, если не считать пестрых узких повязок вокруг бедер. Они двигались медленно, издавая гортанные возгласы, торжествующие и восхищенные. Они несли на плечах на длинных палках какие-то таинственные, очевидно очень тяжелые, предметы, тщательно завернутые в зеленые листья.</p>
     <p>Это были свиньи — невинные, откормленные и зажаренные на вертеле свиньи, но люди несли их в лагерь так, как в древние времена они носили «длинную свинью». Надо вам сказать, что «длинную свинья» — это вовсе не свинья. «Длинную свинья» — это полинезийское название человеческого мяса. И вот теперь эти потомки людоедов во главе с сыном короля несли к столу поросят с теми же обрядами, как их прадеды носили убитых врагов. Иногда процессия приостанавливалась, чтобы дать возможность несущим издать ужасные возгласы победы, презрения к врагу и предвкушения гастрономических наслаждений. Только два поколения назад Мелвилл был свидетелем, как несли таким образом обернутые в листья тела убитых гаппарских воинов на пиршество в Тай. Там же Мелвилл в другой раз обратил внимание на «деревянную посудину странной формы» и, заглянув в него, увидел «в беспорядке набросанные части человеческого остова, совсем свежие, с обрывками мускулов и сухожилий».</p>
     <p>Многие высокоцивилизованные люди склонны считать каннибализм чуть ли не сказкой: им, может быть, неприятно думать, что их собственные предки упражнялись в нем. Капитан Кук тоже скептически относился к этому вопросу, пока однажды у берегов Новой Зеландии ему не принесли на его судно премилую, высушенную на солнце, человеческую голову. По приказанию Кука, от нее отрезали кусочек и предложили туземцу, который съел его с жадностью. Как видите, капитан Кук был настоящим эмпириком. Во всяком случае, он дал науке конкретный факт, в котором она сильно нуждалась. Конечно, он не подозревал в то время о существовании небольшой группы островов, за несколько тысяч миль, где впоследствии возникло довольно курьезное судебное разбирательство. Один престарелый вождь из племени Мауи, судился за клевету, так как утверждал, что его тело является живой гробницей для большого пальца ноги капитана Кука. Говорят, что истцам так и не удалось доказать, что старый вождь не съел большого пальца путешественника, и процесс был ими проигран.</p>
     <p>Пожалуй, в наши упадочные дни мне не удастся видеть, как едят «длинную свинью»; но я уже заполучил доподлинную маркизанскую чашу, возрастом более ста лет, овальной формы, любопытно выточенную, из которой была выпита кровь двух капитанов. Один из этих капитанов был весьма непорядочный человек. Он продал одному из маркизанских вождей старый, гнилой морской вельбот за новый, покрасив его предварительно в белый цвет. Как только капитан уехал, вельбот, конечно, развалился. Но капитану чрезвычайно повезло. Через некоторое время он потерпел крушение как раз у этого острова. Маркизанский вождь был весьма слабо осведомлен по части бухгалтерии, но у него было твердое первобытное понятие о честности и такое же первобытное ощущение необходимости экономии в природе. Он сбалансировал свой счёт, съев человека, который его надул.</p>
     <p>На рассвете, когда было еще совсем темно, мы отправились в Тайпи верхом на маленьких свирепых жеребчиках, которые визжали, лягали и кусали друг друга всю дорогу, не думая ни о хрупких человеческих созданиях, сидящих на их спинах, ни о скользких тропинках, ни о пропастях, ни о шатающихся камнях под ногами.</p>
     <p>Мы ехали старой заброшенной дорогой через заросли х а у. По обе стороны виднелись следы прежней плотной заселенности острова. Всюду, куда мог проникнуть взгляд, возвышались каменные стены и фундаменты домов от шести до восьми футов высотою, хорошо сложенные. Это были каменные платформы, на которых когда-то стояли дома. Но люди вымерли, дома разрушились, и лес мало-помалу овладел постройками. Эти постройки носят название паэ-паэ.</p>
     <p>Теперешние обитатели Маркизских островов были бы не в силах ворочать такие огромные каменные глыбы. Да это им и не нужно. Вокруг них целые тысячи этих паэ-паэ, заброшенных и никому не нужных. Раза два, спускаясь в долину, мы видели жалкие, крытые соломой хижины, примостившиеся на грандиозных великолепных паэ-паэ; впечатление было смешное, вроде того, как если бы на основание пирамиды Хеопса насадили деревянный ларек. Маркизские острова вымирают, и единственное, что задерживает еще вымирание, — сужу по Тайохэ, — это постоянный приток свежей крови со стороны. Чистокровный маркизанец — большая редкость. Все они метисы, и притом являются самым невозможным смешением различных рас. Для погрузки пальмового масла торговцы едва могут набрать в Тайохэ девятнадцать порядочных рабочих, и в жилах этих рабочих течет кровь англичан, американцев, датчан, немцев, французов, корсиканцев, испанцев, португальцев, китайцев, гавайцев. Жизнь здесь слабеет, чахнет, исчезает. В этом ровном, теплом климате — настоящем земном раю — с поразительно ровной температурой, с воздухом чистым и пахучим, как целительный бальзам, постоянно освежаемым богатыми озоном муссонами, — не менее пышно, чем в джунглях, расцветают туберкулез, астма и другие болезни. Из каждой соломенной хижины раздается прерывистый, мучительный кашель выеденных легких. Много и других страшных болезней, но болезни легких производят самые большие опустошения. Имеется, например, одна форма скоротечной чахотки, которую называют здесь «галопирующей». В два месяца она уносит самого сильного человека, превращая его перед смертью в скелет. Долина за долиной вымирали целиком до последнего человека, и джунгли снова овладели обработанной плодородной землей. Еще во времена Мелвилла долина Хапаа (он называет ее Хаппар) была населена воинственным племенем. Через одно поколение оставалось уже всего двести человек. В настоящее время это безлюдная, заглохшая тропическая пустыня.</p>
     <p>Мы поднимались все выше и выше, и наши неподкованные лошади очень ловко карабкались по камням, пробираясь между заброшенными паэ-паэ и сквозь чащи ненасытных джунглей. Нам попались красные горные яблоки, которые мы знали еще с Гавайских островов, и мы отправили за ними туземца. Мы нарвали тоже кокосовых орехов. Я пил кокосовое молоко еще на Ямайке и на Гавайских островах, но пока я не попробовал его здесь, я и не представлял себе, что это за удивительный напиток. Иногда мы проезжали под лимонными и апельсинными деревьями, — деревья дольше выдерживали натиск дикой природы, чем люди, насадившие их.</p>
     <p>Мы ехали через бесконечные заросли кассии, сплошь покрытой желтой цветочной пылью, — только разве это была нормальная езда! Заросли были полны ос! И каких ос! Эти желтые твари были ростом с маленькую канарейку, и когда они неслись по воздуху, сзади у них болтался пучок из их ног дюйма в два. Ваша лошадь вдруг останавливается и, упершись на передние ноги, поднимает задние к небесам. Затем она опускает их вниз на одно мгновение, чтобы сделать отчаянный прыжок вперед и снова стать в вертикальное положение. Не смущайтесь! Ее толстая кожа была слегка проколота жгучим жалом осы. В это время еще одна лошадь, и еще одна, и все лошади начинают брыкаться и вставать на передние ноги над самыми пропастями. Раз! Добела раскаленный кинжал вонзается в щеку. Раз! Такой же удар по шее. Я в арьергарде, и на мою долю приходится несправедливо много. Спастись некуда. Лошади, брыкающиеся спереди на опасной тропинке, обещают мало приятного. Моя лошадь обгоняет лошадь Чармиан, и это чувствительное создание, то есть лошадь Чармиан, ужаленное в такой психологический момент, естественно, поднимает задние ноги и всаживает одно копыто в меня, другое в мою лошадь. Я благодарю небо, что она не подкована, и сейчас же дико подскакиваю в седле от легкого прикосновения нового раскаленного кинжала. Да, на мою долю достается несравненно больше, чем на долю моих спутников, и моя бедная лошадь от страха и боли ошалела не меньше меня.</p>
     <p>— С дороги! Еду вперед! — кричу я, неистово отмахиваясь от крылатых гадин.</p>
     <p>С одной стороны тропинки стена вверх; с другой — стена вниз. Единственная возможность уйти с дороги — это нестись вперед. Как нашим лошадям удалось не слететь вниз, я не понимаю, — они неслись как сумасшедшие, наскакивая одна на другую, прыгая, спотыкаясь и методически подбрасывая зады к небесам всякий раз, когда их жалили осы. Через некоторое время мы могли вздохнуть, наконец, и подсчитать потери. И так повторялось не раз и не два, а много-много раз. И, странно сказать, это совсем не было однообразно. Знаю, что я, по крайней мере, пролетал через каждый такой залп с неослабевающим интересом человека, спасающегося от верной смерти. Нет, уверяю вас, по дороге между Тайохэ и Тайпи ни один путешественник скучать не будет.</p>
     <p>Наконец, мы поднялись выше области ос. Всюду вокруг нас, куда только хватал взгляд, торчали остроконечные скалы, доходя вершинами до облаков. Внизу, с той стороны, откуда мы приехали, виднелся совсем маленький игрушечный «Снарк» в тихой бухте Тайохэ. Впереди лежали очертания Контролерской бухты. Мы спустились на тысячу футов ниже, и Тайпи, наконец, лежала под нами. «Если бы мне дано было заглянуть в райские сады, я едва ли пришел бы в такой же восторг», — говорит Мелвилл о том мгновении, когда первый раз смотрел на долину. Он видел перед собою цветущий сад. Мы увидели дикую чащу. Куда делись громадные рощи хлебных деревьев, о которых говорит он? Перед нами были джунгли, и только джунгли, да еще две хижины, крытые соломой, и несколько кокосовых пальм. Где жил знаменитый Тай, — главный вождь Мехеви, в его дворце холостяков, где женщины были табу, и где он решал дела племени, окруженный младшими вождями и полудюжиной выживших из ума и разваливающихся старцев, единственным назначением которых было напоминать собою о славном прошлом? С берегов быстрого потока не доносились голоса девушек и женщин, колотивших <emphasis>таппу</emphasis>. А где была хижина, которую вечно строил старый Мархейо? Напрасно я искал его где-нибудь на кокосовой пальме, на высоте девяноста футов над землею, занятого утренним завтраком.</p>
     <p>Мы спустились по зигзагообразной тропинке через тоннель из переплетшихся деревьев, где неслышно взлетали огромные бабочки. Татуированный дикарь, вооруженный палицей и дротиком, не охранял больше входа в долину и мы могли переходить поток, где вздумается. Священное и беспощадное табу не царствовало больше над долиной. Впрочем, нет, — табу осталось, только это было уже новое табу. Когда мы подошли слишком близко к нескольким жалким туземным женщинам, мы услышали предостерегающее табу. Это было вполне кстати, так как женщины были прокаженные. Человек, предупредивший нас, был обезображен последней стадией элефантиазиса. Все, кроме того, были чахоточными. Долина Тайпи стала жилищем смерти, и оставшаяся горсточка ее обитателей испускала последние слабые вздохи в мучительном угасании вымирающего племени.</p>
     <p>Конечно, победили не более сильные, потому что тайпийцы были когда-то могучим племенем, более сильным, чем племя Хаппа, чем племя Тайохэ, чем все племена Нукухива. Слово «тайпи», или точнее «таипи», означало первоначально «потребитель человеческого мяса». Но так как все население Маркизских островов потребляло человеческое мясо, то, очевидно, это название обозначало, что носители его были людоедами в высочайшей степени. И тайпийцы славились своей храбростью и свирепостью не только во всей Нукухива, но и по всем другим Маркизским островам. Они были непобедимы. Их имя всюду произносилось с трепетом. Даже французы, захватившие Маркизские острова, не тронули Тайпи.</p>
     <p>Однажды капитан Портер с фрегата «Эссекс» вторгся в долину. Кроме матросов, у него было две тысячи туземцев из племени Хапаа и Тайохэ. Они прошли довольно далеко в глубь долины, но встретили такое отчаянное сопротивление, что рады были, когда удалось добраться до лодок и спастись бегством.</p>
     <p>Из всех дикарей Южных морей обитатели Маркизских островов считались самыми сильными и самими красивыми. Мелвилл говорит о них: «Я был положительно ошеломлен их изумительной физической силой и красотой… По красоте тела они превосходили всех виденных мною доселе людей. В толпах, участвовавших в празднествах, я ни у кого не заметил ни малейшего намека на какое-нибудь физическое уродство. Каждый был прекрасно сложен в своем роде, и почти каждый мог бы послужить моделью для скульптора». Менданья, открывший Маркизские острова, тоже упоминает о необычайной красоте их обитателей, а Фигероа, его хроникер, говорит о них: «Кожа у них почти белая; они высоки ростом и красиво сложены». Капитан Кук говорит, что между ними не встретишь никого менее шести футов ростом.</p>
     <p>А теперь вся эта мощь и красота исчезли, и долина Тайпи является пристанищем нескольких жалких созданий, съедаемых чахоткой, элефантиазисом и проказой. Мелвилл исчислял население долины в две тысячи человек, без небольшой смежной долины Хо-о-у-ми. Люди точно сгнили в этом изумительном саду, с климатом более здоровым и более очаровательным, чем где бы то ни было в другом месте земного шара. Тайпийцы были не только физически прекрасны, — они были чисты. Воздух, которым они дышали, никогда не содержал никаких бацилл и микробов, отравляющих воздух наших городов. И когда белые люди завезли на своих кораблях всевозможные болезни, тайпийцы сразу поддались им и начали вымирать.</p>
     <p>Если внимательно разобраться во всем этом, то приходишь к заключению, что белая раса процветает именно благодаря всей нечистоте, гнили и болезням, которыми она отравлена. Действительно, мы, белые, являемся племенем, выжившим в борьбе с микроорганизмами; являемся потомками сотен и тысяч поколений, которые также вели эту борьбу и также выживали. А выживали только те, кто мог побеждать болезни. Мы, живущие в настоящее время, приобрели иммунитет, приспособившись к среде, кишащей болезнями. Бедные жители Маркизских островов не имели в прошлом такого естественного отбора. У них не было иммунитета. И они вымерли.</p>
     <p>Мы расседлали лошадей на время завтрака, разогнали их в разные стороны, чтобы они не дрались, и, побившись безрезультатно с мухами-песочницами, подкрепились бананами и мясными консервами, запивая их кокосовым молоком. Смотреть, собственно, было нечего. Разросшиеся джунгли поглотили работу людей. Там и здесь виднелись паэ-паэ, но на них не было никаких надписей, иероглифов, рисунков. Из середины их росли большие деревья, раскалывающие и разбрасывающие сложенные камни; из ненависти к человеку и его работе они старались скорее превратить все в первоначальный хаос.</p>
     <p>Мы оставили джунгли и пошли купаться, в надежде избавиться от песочниц. Но не тут-то было. Чтобы войти в воду, надо снять с себя платье. Мухи это прекрасно знают и ждут вас на берегу мириадами. Туземцы называют их <emphasis>нау-нау</emphasis>, произнося это слово, как английское «now-now» (теперь-теперь). Название чрезвычайно подходящее, так как мухи эти действительно самое неотложное и реальное настоящее. И прошедшее и будущее совершенно исчезают, когда они облепят вам кожу. Я готов ручаться чем угодно, что Омар Хайям никогда бы не написал своих «Рубаи» в долине Тайпи: это было бы просто психологически невозможно. Я сделал одну крупную стратегическую ошибку, раздевшись на высоком берегу, с которого я мог отлично спрыгнуть, но на который не мог влезть обратно. Чтобы добраться до своего платья, когда я кончил купаться, мне пришлось пройти ярдов сто по берегу. При первом же моем шаге тысяч десять нау-нау уселись на меня. Когда я сделал второй шаг, вокруг меня было уже облако. На третьем — солнце затмилось в небе. А что было дальше — я совершенно не знаю. Когда я добежал до платья, у меня помутился рассудок. И тогда-то я совершил еще одну ошибку, на этот раз тактическую. В борьбе с нау-нау надо твердо помнить одно правило: никогда не давить их. Делайте, что хотите, только не давите их! В момент гибели они впускают вам под кожу капельку яда. Их надо нежно снимать с себя, осторожно взяв между большим и указательным пальцами и ласково убеждая отнять свое жало от вашей вздрагивающей от боли кожи. Получается нечто вроде нежного выдергивания зубов. Но беда была в том, что зубы держались сильнее, чем я тащил их, поэтому мне пришлось их давить, а поступая так, я накачивал себя ядом. Это случилось неделю тому назад. В настоящую минуту я напоминаю выздоравливающего от оспы, которого, к сожалению, небрежно лечили.</p>
     <p>Хо-о-у-ми — маленькая долина, отделенная от Тайпи невысокими холмами; мы спустились в неё, как только нам удалось взнуздать наших непокорных и ненасытных лошаденок. Мы доехали до выхода из долины Тайпи и заглянули вниз, на бухту, через которую бежал Мелвилл. Вот там, вероятно, был спрятан вельбот; а здесь, должно быть, стоял в воде Каракои, канака-табу, и торговался с моряками. А там, должно быть, Мелвилл в последний раз обнял Файавэй, раньше чем бросился вплавь к лодке. Мы восстановили в уме всю сцену его бегства, так подробно им описанную.</p>
     <p>Потом мы спустились в Хо-о-у-ми. Мелвилла так тщательно стерегли, что он и не подозревал о существовании этой долины, хотя, конечно, ему часто приходилось встречаться с ее обитателями, подчинявшимися тайпийцам. Мы ехали опять между такими же заброшенными паэ-паэ, но, приблизившись к берегу моря, встретили массу кокосовых пальм, хлебных деревьев, таро и группу хижин, крытых травой. В одной из них мы решили устроиться на ночь и принялись сразу за приготовления к пиршеству. Закололи молодую свинью, и пока она поджаривалась между горячими камнями, а цыплята варились в кокосовом молоке, я убедил одного из наших поваров взобраться на необычайно высокую кокосовую пальму. Кисть орехов на ее вершине находилась от земли по крайней мере на высоте ста двадцати пяти футов, но туземец подошел к дереву, обхватил его руками, изогнулся так, что его ступни плотно прилегли к стволу, и затем просто пошел наверх, не останавливаясь. На дереве не было сучков, и он не закидывал в помощь себе веревки. Он просто шел по дереву — сто двадцать пять футов вверх — и дойдя до вершины, стал рвать орехи. Впрочем, не у многих здесь хватило бы силы и легких, чтобы проделать такую штуку, так как большинство из них вечно кашляют.</p>
     <p>Пиршество наше было сервировано на широком паэ-паэ перед домом, где мы собирались переночевать. Первым блюдом была сырая рыба под соусом <emphasis>пои-пои</emphasis>, который здесь был гораздо кислее и острее, чем гавайское пои, сделанное из таро. Пои-пои Маркизских островов делается из плодов хлебного дерева. Со спелых плодов снимается кожура и они растираются камнем в густую, клейкую кашу.</p>
     <p>В таком виде пои может сохраняться несколько лет, если его завернуть в листья и закопать в землю. Перед употреблением в пищу пои, обернутые листьями, кладут на горячие камни и запекают. Затем пои разводят холодной водой до степени жидковатой каши так, чтобы ее можно было захватывать двумя пальцами. При ближайшем знакомстве оказывается, что это весьма приятное и питательное блюдо. А плоды хлебного дерева, когда они хорошо выспели и хорошо сварены или поджарены! Это уж совсем великолепно. Плоды хлебного дерева и таро — превкусная вещь, только первые, конечно, патентованные самозванцы, ибо вкусом напоминают вовсе не хлеб, а скорее земляную грушу, только менее сладкую.</p>
     <p>Пиршество окончилось, и мы смотрели на луну, поднимавшуюся над Тайпи. Воздух был напоен запахом ароматных смол с тонкой примесью запаха цветов. Это была волшебная ночь с завороженной тишиной, и ни одно дыхание ветра не трогало листвы. И такая была красота вокруг, что дыхание останавливалось, и в груди что-то до боли сжималось от восторга. Шум прибоя доносился из бухты, далекий и слабый… Кроватей не было, и все устроились на полу. Где-то близко стонала и задыхалась во сне женщина, и со всех сторон доносился из мрака прерывистый кашель вымирающих островитян.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XI. ДИТЯ ПРИРОДЫ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Первый раз я встретил его на Маркет-Стрит в Сан-Франциско. Был сырой, неприятный ветер, моросил дождь, а он шел по улице в коротких до колен штанах и в рубашке с короткими рукавами; босые ноги шлепали по грязной мостовой. За ним бежало штук двадцать уличных мальчишек. И все встречные — а их были тысячи — с любопытством поворачивали головы, когда он проходил. Обернулся и я. Ни разу в жизни я не видел такого милого загара на теле. Он весь был покрыт ровным золотистым загаром, который бывает только у блондинов, если их кожа не лупится от солнца. Его желтые волосы были тоже сожжены солнцем, как и борода, ни разу в жизни не тронутая бритвой. Он был весь покрыт позолотой и светился и сиял от поглощенного им солнца. «Еще один пророк, — подумал я, — принесший в город откровение, которое должно спасти мир».</p>
     <p>Через несколько недель после этого я был на даче у своих друзей на Пьедмонтских холмах над бухтой Сан-Франциско. «Нашли его, все-таки нашли, — смеялись они. — Поймали на дереве; только он довольно ручной, и его можно будет кормить из рук. Иди скорее, посмотри!». Я взобрался с ними вместе на крутой холм, и там, в плохоньком шалаше среди эвкалиптовой рощи, увидел своего сожженного солнцем пророка.</p>
     <p>Он поспешил к нам навстречу, прыгая и кувыркаясь в траве. Он не стал пожимать нам руки, его приветствие выразилось самыми необычайными телодвижениями. Он перевернулся несколько раз через голову, извивался как змея, а потом поднял ноги вверх и быстро пробежался перед нами на руках. Он крутился и прыгал и танцевал вокруг, как опьяневшая от вина обезьяна. Это была песня без слов о его горячей солнечной жизни. Как я счастлив, как я счастлив, — означала она.</p>
     <p>И он пел ее весь вечер с бесконечными вариациями. «Сумасшедший, — подумал я. — Я встретил в лесу сумасшедшего». Но сумасшедший оказался интересным. Прыгая и кувыркаясь, он изложил свое учение, которое должно было спасти мир. Оно состояло из двух основных заповедей. Прежде всего страдающее человечество должно содрать с себя одежды и носиться в первобытном виде по горам и долинам; а затем — несчастный мир должен усвоить фонетическое правописание. Я попробовал представить себе всю сложность социальной проблемы, которая возникнет, когда жители городов начнут бегать по окрестностям, а взбешенные фермеры будут гоняться за ними с ружьями, собаками и вилами.</p>
     <p>Прошло несколько лет, и вот в одно солнечное утро «Снарк» просунул свой нос в узкий проход между коралловыми рифами перед бухтой Папеэте. Навстречу нам шла лодка с желтым флагом. Мы знали, что это направляется к нам портовый доктор. Но на некотором расстоянии от нее показались очертания другой небольшой лодочки, которая заинтересовала нас, потому что на ней был поднят красный флаг. Я внимательно рассматривал лодку в бинокль, боясь, что она означает какую-нибудь скрытую опасность — затонувшее судно или что-нибудь в этом роде. В это время причалил доктор. Он осмотрел нас, удостоверился, что мы не скрываем на «Снарке» живых крыс, а когда кончился осмотр «Снарка», я спросил доктора, что означает лодка с красным флагом.</p>
     <p>— О, это Дарлинг, — был ответ.</p>
     <p>И тогда сам Дарлинг, Эрнст Дарлинг, из-под красного флага, обозначающего братство народов, окликнул нас:</p>
     <p>— Алло, Джэк! Алло, Чармиан!</p>
     <p>Он быстро приближался, и я узнал в нем золотого пророка с Пьедмонтских холмов. Он поднялся на борт, как золотой бог солнца, с ярко-красной повязкой вокруг бедер и с дарами Аркадии в обеих руках, — бутылкой золотого меда и корзиной из листьев, наполненной золотыми плодами манго, золотыми бананами, золотыми ананасами, лимонами и апельсинами — золотым соком земли и солнца. И вот таким-то образом я еще раз под небом тропиков встретил Дарлинга, человека, вернувшегося в природу.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_016.jpg"/>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_017.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Таити — одно из самых красивых мест на земном шаре. К сожалению, оно населено ворами, грабителями и лжецами, — впрочем, и кучкой порядочных людей. И вот, так как изумительная красота Таити разъедается ржавчиной человеческих мерзостей, мне хочется писать не о Таити, а о человеке, вернувшемся в природу. От него, по крайней мере, веет здоровьем и свежестью. Вокруг него особенная атмосфера доброты и ясности, которые никому не могут сделать зла и никого не заденут, кроме, конечно, хищнических и наживательских чувств капиталистов.</p>
     <p>— Что означает ваш красный флаг? — спросил я.</p>
     <p>— Социализм, разумеется.</p>
     <p>— Ну, да, конечно, это я знаю, — продолжал я. — Но что означает он в ваших руках?</p>
     <p>— То, что я нашел истину.</p>
     <p>— И проповедуете ее на Таити? — спросил я недоверчиво.</p>
     <p>— Ну, конечно, — ответил он просто. Впоследствии я убедился, что так и было.</p>
     <p>Когда мы бросили якорь, опустили шлюпку и высадились на берег, Дарлинг сопровождал нас.</p>
     <p>«Ну, — подумал я, — вот теперь этот сумасшедший совершенно изведет меня. Ни во сне, ни наяву он не оставит меня в покое, пока мы опять не снимемся с якоря».</p>
     <p>Но никогда в жизни я не ошибался до такой степени. Я нанял себе домик, где жил и работал, и ни разу этот человек, это дитя природы, не пришел ко мне без приглашения. Он часто бывал в то же время на «Снарке», завладел нашей библиотекой, придя в восхищение от большого количества научных книг и возмущаясь (как я узнал впоследствии) подавляющим скоплением в них фиктивной научности. Люди, вернувшиеся в природу, конечно, не теряют времени на фикции.</p>
     <p>Через неделю во мне заговорила совесть, и я позвал его обедать в один из городских отелей. Он явился в куртке из бумажной материи, в которой, очевидно, очень скверно себя чувствовал. Когда я предложил ему снять ее, он просиял от радости и сейчас же сделал это, обнажив свою солнечную, золотую кожу, покрытую фуфайкой из тонкой рыбачьей сетки. Ярко-красная повязка вокруг бедер дополняла его костюм. С этого вечера началось наше знакомство, перешедшее в настоящую дружбу за время моего продолжительного пребывания на Таити.</p>
     <p>— Так вы, значит, пишете книги? — сказал он однажды, когда я, усталый и вспотевший, заканчивал свою утреннюю работу. — Я тоже пишу книги, — объявил он.</p>
     <p>«Ага, — подумал я, — вот когда он меня изведет — он будет читать мне все свои литературные произведения».</p>
     <p>И я уже заранее возмущался. Не для того же я проехал все Южные моря, чтобы фигурировать здесь в качестве литературного бюро.</p>
     <p>— Вот книга, которую я пишу! — воскликнул он, звучно ударив себя в грудь сжатым кулаком. — Горилла африканских лесов доводит свою грудную клетку до такого совершенства, что удар по ней слышен за полмили.</p>
     <p>— У вас тоже грудная клетка недурная, — сказал я с восхищением, — ей, пожалуй, и горилла позавидует.</p>
     <p>В этот день и следующие я узнал подробности о необыкновенной книге, которую написал Эрнст Дарлинг. Двенадцать лет тому назад он был при смерти. Он весил девяносто фунтов и был так слаб, что не мог говорить. Доктора отступились от него. Отец его, опытный практикующий врач, тоже от него отказался. Все консультации единогласно заявляли, что надежды нет. Его свалили переутомление (он был преподавателем в школе и в то же время сам учился в университете) и два воспаления легких. День ото дня он терял в весе. Его организм не усваивал тяжелых питательных веществ, которыми пичкали его окружающие, и никакие пилюли и порошки не могли помочь его пищеварению. Он стал не только физическим калекой, но и духовным. Его сознание омрачилось. Он был болен и устал от лекарств; он был болен и устал от людей. Человеческая речь раздражала его. Человеческое внимание приводило его в ярость. Тогда ему пришла в голову мысль, что раз ему все равно придется умереть, то уж лучше умереть на свободе. А может быть, за всем этим пряталась маленькая надежда, что он и не умрет, если только ему удастся сбежать от «питательной» пищи, лекарств и добродетельных людей, которые приводили его в ярость.</p>
     <p>И вот Эрнст Дарлинг, скелет, обтянутый кожей, еле двигающийся полутруп, в котором жизни было ровно настолько, чтобы еле двигаться, покинул людей и жилища людей и потащился в кустарники за пять миль от города Портленда в Орегоне. Конечно, он был сумасшедшим. Только сумасшедший может потащиться куда-то перед смертью.</p>
     <p>Но в кустарниках Дарлинг нашел то, что ему было нужно, — покой. Никто не раздражал его бифштексами и свининой. Врачи не дергали его усталых нервов, щупая пульс или наполняя слабый желудок пилюлями и порошками. Он немного успокоился.</p>
     <p>Солнце было теплое, и он грелся в его лучах целый день. Солнечный свет казался ему жизненным элексиром. Потом ему почудилось, что все его искалеченное тело требует солнца. Тогда он сорвал с себя платье и купался в солнце. Он почувствовал себя лучше. Это было первое облегчение после многих месяцев пытки.</p>
     <p>Когда ему стало немного лучше, он начал наблюдать окружающую природу. Вокруг него порхали и чирикали птицы, играли и прыгали белки. Он завидовал их здоровью и веселью, их счастливому, беззаботному существованию. Он стал сравнивать их жизнь со своею: это было неизбежно, и точно также неизбежен вопрос — почему же они полны сил, а он слаб и жалок. Ответ был прост — потому что они живут естественной жизнью, а он живет совершенно неестественно; отсюда он сделал вывод, что если он хочет жить, он должен вернуться к природе.</p>
     <p>Там, в глуши, он выработал свое учение и попробовал применить его на практике. Сбросив одежду, он стал прыгать, и скакать, и бегать на четвереньках, и лазить по деревьям, — короче говоря, он делал физические упражнения, купаясь в солнечном свете. Он подражал животным. Он построил себе гнездо из сухих листьев и травы, чтобы забираться туда ночью, и покрыл его корой для защиты от первых осенних дождей.</p>
     <p>— Вот великолепное упражнение, — сказал он мне однажды, хлопая себя изо всей силы по бокам, — я научился ему от ворона.</p>
     <p>В другой раз я заметил, что он пьет кокосовое молоко с особым громким причмокиванием. Он объяснил мне, что таким образом пьют коровы, и он решил, что в этом должен быть какой-нибудь смысл. Он попробовал, нашел, что выходит хорошо, и с тех пор пьет таким образом.</p>
     <p>Он заметил также, что белки питаются исключительно орехами и плодами. Он тоже перешел на орехи и плоды с добавлением хлеба — и стал прибавлять в весе. В течение трех месяцев он вел свое первобытное существование в кустарниках, пока осенние орегонские дожди не загнали его обратно в человеческие жилища. Трех месяцев было, конечно, недостаточно, чтобы жалкое существо, весом в девяносто фунтов, перенесшее два воспаления легких, могло настолько закалиться, чтобы перенести орегонскую зиму на открытом воздухе.</p>
     <p>Он достиг многого, но все это пошло насмарку. Ему пришлось вернуться в дом отца, а там, живя в закупоренных комнатах, с легкими, которым нужен был простор и лесной воздух, — он схватил третье воспаление. Он ослабел еще больше, чем раньше. В полуживом теле мозг оказался парализованным. Он лежал как труп, — слишком слабый, чтобы говорить, слишком раздраженный и утомленный, чтобы слушать, что ему говорили. Единственное волевое движение на которое он был способен, — это заткнуть уши пальцами, отказываясь слушать что-либо. Тогда обратились к психиатрам. Психиатры признали его ненормальным и заявили, что он проживет не более месяца.</p>
     <p>Один из знаменитых экспертов увез его в санаторий на гору Табор. Там убедились, что он из «тихих», и предоставили ему свободу. Ему не предписывали никакой особой диеты, и он мог вернуться к своим плодам и орехам, оливковому маслу, маслу из турецких бобов, бананам. Немного окрепнув, он твердо решил, что с этого времени будет жить по-своему. Жить, как другие, согласно всем социальным условностям, он не может — он умрет. А умирать не хотелось. Страх смерти был одним из главных факторов его выздоровления. Но чтобы жить, ему необходима естественная пища, свежий воздух и благодатное солнце.</p>
     <p>Так как орегонская зима не благоприятствует возвращению к природе, Дарлинг отправился на поиски более подходящего климата. Он сел на велосипед и поехал на юг, в страну солнца. На год он задержался в Стэнфордском университете, где продолжал разрабатывать свою теорию, посещая лекции в том минимальном количестве одежды, которое разрешалось администрацией, и по мере возможности применяя принципы жизни, которым научился в царстве белок. Самым его излюбленным методом обучения было, сбросив платье, лежать на солнце на холме позади университета и впитывать в себя книжную мудрость, впитывая в то же время всем телом солнечный свет.</p>
     <p>Но в Центральной Калифорнии все же бывает зима, и это заставило Дарлинга идти еще дальше на юг. Он пробовал устроиться в Лос-Анжелесе и Южной Калифорнии. Там его неоднократно арестовывали и отправляли на испытание в психиатрическую больницу, потому что его образ жизни не походил на образ жизни «нормальных» людей. Пробовал он жить и на Гавайских островах, но местные власти, не будучи в состоянии доказать, что он сумасшедший, просто-напросто выслали его. Это, собственно, не была высылка в точном смысле слова. Он мог и остаться под условием отбыть год тюремного заключения. Но тюрьма — это смерть для человека, вернувшегося к природе, так как он может сохранить жизнь только на открытом воздухе, купаясь на солнце. Нельзя, конечно, обвинять гавайские власти. Дарлинг был для них совсем нежелательным гражданином. Каждый человек становится нежелательным для того, с кем он не согласен. А когда человек расходится с другими до такой степени, как Дарлинг, да притом еще со всеми, то его нежелательность для властей вполне понятна.</p>
     <p>Таким образом, Дарлингу пришлось искать климат не только желательный для него самого, но и такой, где он сам не был бы слишком нежелательным. И он нашел его в саду садов — на Таити.</p>
     <p>Вот каким образом писалась страница за страницей его книга. Здесь он носит только повязку на бедрах и сетчатую рубашку без рукавов. Вес его — сто шестьдесят пять фунтов. Он вполне здоров. Зрение его, которое одно время сильно расстроилось, сейчас превосходно. Легкие, разрушенные тремя воспалениями, не только поправились, но стали сильнее, чем когда-либо.</p>
     <p>Я никогда не забуду, как он, разговаривая со мною в первый раз, раздавил москита. Противное существо укусило его посредине спины, между лопатками. Не прерывая разговора, не пропустив ни одного слова, он поднял сжатый кулак, загнул его назад и ударил себя между лопатками, причем его грудная клетка издала звук барабана.</p>
     <p>— Горилла в африканских лесах колотит себя в грудь так, что звук этот слышен за полмили! — восклицал он иногда совершенно неожиданно и поднимал такой дьявольский шум ударами по своей груди, что положительно волосы становились дыбом.</p>
     <p>Однажды он заметил у меня на стене перчатки для бокса и глаза его засияли от радости.</p>
     <p>— Вы боксируете? — спросил я.</p>
     <p>— Я даже давал уроки бокса в Стэнфордском университете, — ответил он.</p>
     <p>Тогда мы сняли платье и надели перчатки. Бахх! Длинная рука гориллы сверкнула и хлопнула меня перчаткой по носу. Бахх! Он хватил меня по голове сбоку и чуть не сшиб с ног. Шишка от удара оставалась у меня целую неделю. Я изловчился и ударил его в живот. Удар был основательный, так как я обрушился всею тяжестью своего тела. Я ожидал, что он скорчится и упадет. Но лицо его просияло от удовольствия, и он сказал: — Вот это великолепно! А в следующую минуту он уже перешел в нападение, и я должен был защищаться от целого урагана ударов со всех сторон. Я опять как-то изловчился и ударил его в солнечное сплетение. Удар был удачный. Он раскинул руки, задохнулся и внезапно сел на пол.</p>
     <p>— Ничего. Сейчас! — сказал он. — Подождите минутку.</p>
     <p>И через тридцать секунд он уже был на ногах и возвратил мне долг — тоже в солнечное сплетение. Теперь уже я раскинул руки, задохнулся и сел на пол, только чуточку скорее, чем это сделал он.</p>
     <p>На основании рассказанного, я смело утверждаю, что человек, с которым я боксировал, был совсем не тот несчастный девяностофунтовый калека, от которого отказались врачи. Книга, написанная Эрнстом Дарлингом, была хорошая книга, и переплет у нее тоже был недурен.</p>
     <p>Гавайи много лет жалуются на недостаток хороших колонистов, и все-таки островная администрация выслала человека, вернувшегося на лоно природы. Я пользуюсь случаем, чтобы рассказать им, какого колониста они потеряли. Приехав на Таити, он стал искать кусок земли, чтобы прокормиться. Но землю, то есть даровую землю, найти было трудно, а капиталов у человека, вернувшегося в природу, конечно, не было. Наконец, высоко в горах он нашел восемьдесят акров густой заросли кустарников, которые, очевидно, никому не принадлежали. Местные власти сказали ему, что если он очистит землю и будет работать на ней в течение тридцати лет, она станет его собственностью.</p>
     <p>Он немедленно принялся за работу. И за какую работу! Земля была сплошь покрыта кустарниками, где кишело множество кабанов и бесчисленное количество крыс. Одна дорога к этому месту взяла у него несколько недель. Кабаны и крысы съедали у него все посаженное, едва пробивались первые ростки. Он стрелял кабанов и расставлял западни для крыс. Крыс он наловил полторы тысячи за две недели. И все, что ему было нужно, он должен был приносить на спине; эту работу вьючной лошади он исполнял обыкновенно по ночам.</p>
     <p>Мало-помалу он завоевывал землю. У него уже было пятьсот кокосовых пальм, пятьсот папайя, триста манго, много хлебных деревьев, не говоря уже о виноградниках и огородах. Он устроил систему ирригации и вскоре не только кормился сам, но мог продавать излишки своих продуктов жителям Папеэте.</p>
     <p>Тогда оказалось, что земля, официально ни за кем не числившаяся, имеет хозяина, и что все бумаги у него в порядке. Вся работа, сулившая прекрасные результаты, должна была считаться потерянной. В конце концов у них все-таки состоялось соглашение, но Дарлингу пришлось выплатить порядочную сумму.</p>
     <p>Тогда на него обрушился еще более тяжелый удар. Ему был прекращен доступ на рынок. Дорогу, им же самим построенную, перегородили тремя рядами колючей проволоки: одно из обычных удовольствий нашей нелепейшей социальной системы. В конце-концов это было проявление той же тупой, консервативной силы, которая таскала Дарлинга на психиатрическое освидетельствование и выслала его с Гавайских островов. Очевидно, местная администрация имела некоторое отношение к этой консервативной силе, потому что дорога, построенная Дарлингом, закрыта и сейчас. Но он, сделавшийся истинным сыном природы, по-прежнему поет и танцует. Он и не думает сидеть ночи напролет, размышляя о несправедливости, которую ему оказали; обиды и огорчения он предоставляет тем, кто желает иметь дело со злом. А у него нет времени на огорчения. Он верит, что живет на свете для того, чтобы быть счастливым, и ему некогда терять время на какие-то другие цели.</p>
     <p>Итак, дорога загорожена. Новой он построить не может, просто потому, что у него нет своей земли для этого. Власти, правда, оставили ему кабанью тропинку, проходящую по кручам. Я как-то лазил с ним по этой тропинке, и нам приходилось висеть на руках, ползти и карабкаться. Переделать эту тропинку в дорогу тоже невозможно, потому что для этого нужны инженер, машины и стальной канат. Но о чем беспокоиться этому человеку, вернувшемуся в природу? По его благородной этике полагается на зло отвечать добром. И разве он не счастливее всех тех, кто ему делал зло?</p>
     <p>— Не беда, не стоит и думать об их глупой дороге, — сказал он мне, когда мы влезли на какую-то скалу, чтобы передохнуть. — Скоро у меня будет воздухоплавательный аппарат, и я их всех оставлю в дураках. Я уже делаю площадку для спуска аэропланов, в следующий раз, когда вы приедете на Таити, вы будете прилетать прямо к моей двери.</p>
     <p>У Дарлинга, надо сказать, имеются странные идеи и помимо тренировки себя по системе гориллы африканских лесов. Так, например, идея левитации, то есть преодоления тяжести и полета на манер птиц.</p>
     <p>— Да, сэр, — сказал он мне как-то раз, — левитация не невозможна. И подумайте только, как это будет прекрасно — подниматься с земли одним актом воли. Астрономы уверяют, что вся наша солнечная система умирает, что она застынет, и на ней будет невозможна жизнь. Ну, и пусть! В эти дни все люди уже будут вполне законченными левитаторами, они оставят нашу погибающую планету и отправятся искать более гостеприимные миры. Вы спрашиваете, — какой путь? Прогрессирующие посты. Я пробовал поститься несколько раз и к концу всегда становился легче.</p>
     <p>«Он сумасшедший», — подумал я.</p>
     <p>— Впрочем, — прибавил он, — это только мои теории. Мне приятно размышлять о светлом будущем человечества. Может быть, левитация и невозможна, но мне нравится думать о ней как о чем-то возможном.</p>
     <p>Однажды вечером, когда он зевнул, я спросил, сколько часов в сутки он позволяет себе спать.</p>
     <p>— Семь часов, — отметил он. — Но через десять лет я буду спать шесть часов, а через двадцать — только пять. Как видите, я буду урезывать от сна по часу каждые десять лет.</p>
     <p>— Так что, когда вам будет сто, вы совсем не будете спать? — спросил я.</p>
     <p>— Совершенно верно. Именно так. Когда мне будет сто лет, сон не будет мне нужен. Кроме того, я буду жить за счет воздуха. Вы же знаете, конечно, что растения питаются воздухом.</p>
     <p>— Но разве это удавалось хоть одному человеку?</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Я никогда не слыхал о таком человеке. Но ведь это только одна из моих теорий, — это усвоение питательных веществ из воздуха. Это ведь было бы удивительно хорошо, — не правда ли? А может быть, это и невозможно. Скорее всего, что так. Видите, я не такой уж отчаянный фантазер, я никогда не забываю о действительности. Даже когда я лечу сломя голову в будущее, я всегда оставляю за собою ниточку, чтобы можно было вернуться.</p>
     <p>Иногда мне кажется, что Дарлинг просто шутит. Но во всяком случае он добился своего и живет самой простой жизнью. Свои обычные издержки он оценивает в пять центов в день. Сейчас он живет в городе, частью потому, что дорога перегорожена, частью потому, что увлекается пропагандой социализма, и его издержки, вместе с квартирной платой, доходят до двадцати пяти центов в день. Чтобы покрыть их, он занимается в вечерней школе для китайцев. Дарлинг — не ханжа и не фанатик. Когда нет ничего, кроме мяса, он ест и мясо, — например, когда он попадает в тюрьму или на борт судна. Вообще у него, кажется, нет ни одного застывшего догмата, кроме убеждения в необходимости солнца и воздуха.</p>
     <p>— Бросайте якорь, где хотите, и он вас все-таки не остановит, — если, конечно, душа ваша бескрайное и бездонное море, а не поросячья лужа, — говорил он мне однажды. — Вы видите, у меня якорь покорно тащится сзади. Я живу во имя прогресса и оздоровления человечества. Для меня это одно и то же. И я стараюсь тащить мой якорь всегда в эту сторону. Меня спасло именно то, что я не стоял на якоре, а тащил его за собой. Вот я потащил его в кустарники, когда был болен, и оставил в дураках всех докторов. Когда я плыл на пароходе на Таити, один матрос растолковал мне, что такое социализм. Он доказал мне, что прежде всего нужно правильно распределить средства к жизни, а потом уже люди смогут жить согласно с природой. Я опять потащил якорь в новом направлении и теперь стараюсь работать на пользу социализма.</p>
     <p>— Вчера ночью я видел сон, — продолжал он задумчиво, и радость медленно заливала его лицо. — Мне снилось, что двадцать пять человек мужчин и женщин, вернувшихся к природе, приехали сюда из Калифорнии на пароходе, и что я собираюсь вести их на свою плантацию по горной тропинке.</p>
     <p>Ах, милый Эрнст Дарлинг, поклонник солнца и простой естественной жизни: иногда я готов завидовать вам и вашей беспечной жизни! Я и сейчас вижу вас танцующим и кувыркающимся на веранде; с волос ваших капает соленая вода после купанья, глаза сверкают, тело, золотое от солнца, тоже сверкает, и грудь дьявольски резонирует под ударами, когда вы распеваете: «Горилла в африканских лесах до тех пор колотит себя в грудь, пока шум от ударов не бывает слышен за полмили». И я всегда буду видеть вас таким, как видел в последний день, когда «Снарк» еще раз просунул свой нос в узкий проход между рифами, направляясь в открытый океан, а я махал шляпой и прощался с оставшимися на берегу. И неподдельно горячим было мое последнее приветствие золотому солнечному богу в ярко-красной повязке вокруг бедер, стоящему в своей маленькой лодочке.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XII. В СТРАНЕ ИЗОБИЛИЯ</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Когда прибывают чужестранцы, всякий</p>
      <p>старается сдружиться с кем-нибудь из них</p>
      <p>и привести его в свое жилище, где гостя с</p>
      <p>величайшей любезностью чествуют все</p>
      <p>живущие в округе; они сажают его на</p>
      <p>почетное место и угощают самой лучшей пищей.</p>
      <text-author>Полинезийские изыскания.</text-author>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>«Снарк» стоял на якоре у острова Райатеа, против деревни Утуроа; мы подошли к острову ночью, когда уже было темно. Рано утром я заметил, как скользил по лагуне узенький челнок с огромным парусом. Челнок, похожий на гроб, был выдолблен из цельного ствола, имел четырнадцать футов длины, не более четырнадцати дюймов ширины и дюймов двадцать глубины. У него, собственно, не было никакой формы, если не считать двух заостренных концов. Его борта были перпендикулярны к воде, как у ящика. Если бы у него не было аутригера (длинный брус, параллельный корпусу челнока), он бы опрокинулся в десятую долю секунды. Аутригер держал его.</p>
     <p>Парус челнока был невероятно огромен. Это была одна из тех вещей, которым не только нельзя поверить, пока не увидишь, но даже когда видишь, и то не веришь. Вообще это была не парусная лодка и даже не челн, а какая-то плавательная машина, и человек, сидящий в ней, управлял ею, главным образом, с помощью своего веса, а еще больше, конечно, крепостью своих нервов. Я наблюдал, как он лавировал по заливу, сидя почти все время на брусе, и, наконец, я заявил решительно:</p>
     <p>— Ладно, это решено. Я не уеду из Райатеа, пока не покатаюсь на таком челноке!</p>
     <p>Несколько минут спустя Уоррен крикнул мне вниз:</p>
     <p>— Челнок, о котором вы говорили, уже здесь, у нашего борта.</p>
     <p>Я бросился со всех ног на палубу и поздоровался с владельцем челна, стройным полинезийцем с простодушным лицом и блестящими умными глазами. На нем была красная повязка вокруг бедер и соломенная шляпа. В руках у него были подарки — рыба, связка зелени и несколько огромных плодов ямса. Я поблагодарил его улыбками и многократными повторениям мауру-уру (что значит на языке Таити «благодарю вас») и потом показал ему знаками, что хотел бы покататься в его челноке.</p>
     <p>Его лицо засияло от удовольствия, и он сказал: «Тахаа», показывая пальцем на высокие, покрытые облаками утесы острова в трех милях от нас — острова Тахаа. В ту сторону ветер был попутный, но назад идти против ветра было бы очень трудно. А кроме того, мне совсем не хотелось ехать сейчас на Тахаа. Мне нужно было передать письма на Райатеа, повидать местные власти, да и Чармиан собиралась сойти на берег. Я настойчиво объяснил знаками, что хочу только немного покататься по лагуне. Его лицо моментально выразило полное разочарование, но он сейчас же мило улыбнулся и закивал утвердительно.</p>
     <p>— Идем кататься на челноке! — крикнул я вниз Чармиан. — Только надень купальный костюм, потому что будет обрызгивать.</p>
     <p>Это был положительно какой-то сон. Это не могло быть реальностью. Неуклюжий челнок скользил по воде, как полоска серебра. Я перелез на брус и играл, таким образом, роль необходимого балласта, а Тэхэи (произносить надо Тэихэии) фигурировал в качестве крепких нервов. В трудные минуты он тоже перебирался ко мне, не выпуская из рук длинного кормового весла и удерживая парус ногою.</p>
     <p>Когда мы вернулись на «Снарк» после небольшой прогулки, Тэхэи спросил меня знаками, куда направляется «Снарк». Я последовательно перечислил: Самоа, Фиджи, Новая Гвинея, Франция, Англия и Калифорния. Тогда он произнес «Самоа» и знаками дал понять, что он тоже хотел бы отправиться туда. Мне довольно трудно было объяснить ему, что на судне для него не хватит места. И опять выражение детского разочарования на его лице было подавлено милой улыбкой, и опять он усиленно приглашал нас знаками отправиться с ним на Тахаа.</p>
     <p>Мы с Чармиан быстро переглянулись. Восхищение от недавней прогулки было еще слишком сильно. Письма, которые надо было передать, и власти, которых надо было повидать, были забыты. Башмаки, рубашка, пара штанов, патроны, спички и книга были наскоро втиснуты в жестянку от бисквитов и завернуты в клеенку — и мы очутились в челноке.</p>
     <p>— Когда ждать вас назад? — крикнул Уоррен, когда парус надулся, и мы с Тэхэи полезли на брус.</p>
     <p>— Не знаю, — ответил я. — Как придется.</p>
     <p>Мы двинулись. Ветер немного усилился. Борт челнока поднимался над водой всего дюйма на два с половиной, и небольшие волны то и дело переливались через борт. Необходимо было выкачивать воду, а это одна из главных обязанностей <emphasis>вахине. Вахине</emphasis> — по-таитянски — женщина, а так как Чармиан была единственной вахине на челноке, то эта работа, по справедливости, досталась ей. Мы с Тэхэи вряд ли много бы вычерпали, так как все время ползали по аутригеру, удерживая челнок в равновесии. Чармиан работала в поте лица своего, при помощи деревянного черпака весьма примитивной формы, и справлялась со своей задачей настолько удачно, что иногда даже могла передохнуть.</p>
     <p>Мы не поспели оглянуться, как доехали до Тахаа (произносится Тах-ах-ах, — без ударения), и Тэхэи, выходя на берег, улыбнулся нашей вахине, весьма одобряя ее работу. Челнок остановился в двадцати футах от берега, и мы пошли по мягкому песку, на котором извивались громадные слизняки и мелкие осьминоги (ступать по ним было более чем мягко). Почти у самой воды, между кокосовыми пальмами и бананами, стояла на сваях хижина Тэхэи, сделанная из бамбука и покрытая травой. Из хижины к нам навстречу вышла вахине Тэхэи, совсем маленькая, стройная женщина с ласковыми глазами и монгольскими чертами лица — а впрочем, может быть, она была из индейских племен Северной Америки. Тэхэи назвал ее Биаура (произносить — Би-аа-у-раа, сильно ударяя на все слоги подряд).</p>
     <p>Она взяла Чармиан за руку и повела в дом; мы с Тэхэи следовали за ними. В хижине нам объяснили знаками, но вполне точно, что все, что у них имеется, принадлежит нам. Ни один гидальго в мире не мог бы выказать столько щедрости и гостеприимства на словах, а тем более, конечно, на деле. Мы очень быстро усвоили себе, что нельзя приходить в восхищение ни от чего — иначе вещь немедленно перейдет в наше владение. Обе вахине, по всемирному обычаю всех вахине, занялись тотчас же исследованием различных принадлежностей туалета, а Тэхэи и я, как и подобало настоящим мужчинам, стали рассматривать рыболовные снасти, капканы для ловли диких кабанов и тонкие остроги, которыми туземцы бьют макрелей на расстоянии сорока футов. Чармиан похвалила корзинку для шитья — чудесный образчик полинезийского плетения — и корзинка тотчас же была подарена ей. Я пришел в восхищение от рыболовного крючка, выточенного из раковины-жемчужницы — он оказался моим. Чармиан загляделась на тонкое плетенье из соломы красивого рисунка, из которого могла выйти шляпа какой угодно формы — соломка, свернутая в ролик, была уже у нее в руках. Мои глаза задержались немного дольше, чем следует, на ступке для пои, относящейся, вероятно, к каменному веку, — и она была мне подарена. Чармиан, в свою очередь, слишком долго рассматривала красивую чашу для пои, выдолбленную из цельного куска дерева, в форме челна на четырех ножках, — и получила ее. Я напрасно посмотрел два раза подряд на чашу из гигантского кокосового ореха — она стала моей. Тогда мы с Чармиан, обменявшись взглядами, решили не восхищаться ничем больше, потому что это восхищение становилось для нас слишком прибыльным. Мы уже ломали себе голову, что из имущества «Снарка» можно было бы употребить на ответные подарки. Рождество с его обычной проблемой подарков ничто по сравнению с задачей ответить достойным образом на полинезийскую щедрость.</p>
     <p>Мы сидели на прохладном крыльце, на лучших циновках Биаура, и, в ожидании обеда, знакомились с другими обитателями деревни. Они подходили по-двое и по-трое, пожимали нам руки и произносили таитянское приветствие — <emphasis>йорана</emphasis>. Мужчины, высокие и плотные, были в набедренных повязках и некоторые в рубашках, женщины в обычных полинезийских <emphasis>аху</emphasis>, нечто вроде передника; падающего красивыми складками от плеч до самого пола. Некоторые были поражены элефантиазисом. У одной очень красивой женщины огромного роста, с осанкой королевы, одна рука была больше другой в четыре раза, а может быть, и в двенадцать. Рядом с ней сидел мужчина шести футов ростом, статный, с великолепной мускулатурой бронзового бога, но его ноги были до того раздуты и обезображены, что действительно походили на чудовищные ноги слона.</p>
     <p>По-видимому, причины полинезийского элефантиазиса еще совершенно не выяснены. Некоторые полагают, что эта болезнь вызывается употреблением стоячей, испорченной воды. Другие — что она происходит от отравления ядом москитов. Объясняют ее также предрасположением и влиянием местного климата. Но в таком случае было бы совершенно невозможно заявляться в Полинезию. Всякому приходится пить местную воду, и всякого, конечно, кусают москиты. И никакие предосторожности тут не помогут. Единственный способ благополучно проплыть по Южным морям — это быть как можно беспечнее и надеяться на свою счастливую звезду.</p>
     <p>Посмотрев, как островитянка выжимала для нас молоко из мякоти кокосового ореха распухшими, изуродованными руками, мы отправились под навес, где Тэхэи и Биаура готовили обед. Он был сервирован для нас на пустом ящике из-под галантерейных товаров, а хозяева устроились на полу. Но какой это был обед! Несомненно, мы были в стране изобилия. Прежде всего была подана великолепная сырая рыба, вымоченная предварительно в течение нескольких часов в лимонном соке. Затем жареные цыплята. Для питья — два кокосовых ореха с очень сладким молоком. Потом были бананы, напоминающие по вкусу клубнику и тающие во рту. Далее банановое пои, вкуснее всех соусов и пуддингов в мире. И еще вареный ямс, вареное таро и печеные фейс — особый сорт красных, сочных, мучнистых бананов. Мы не могли прийти в себя при виде такого изобилия, а тут еще принесли поросенка, — целого поросенка, обернутого в листья и зажаренного на камнях — самое почетное блюдо полинезийской кухни. И наконец, на сцену появился кофе, — восхитительный черный кофе, выросший здесь же, по склонам Тахаа.</p>
     <p>Рыболовные принадлежности Тэхэи привели меня в восхищение, и после того как мы уговорились отправиться на рыбную ловлю, мы с Чармиан решили остаться здесь на ночь. Еще раз Тэхэи заговорил о Самоа, и снова мое «petit bateaux» вызвало разочарование и улыбку покорности на его лице. Отсюда я собирался отправиться на Бора-Бора. Расстояние между Бора-Бора и Райатеа легко можно пройти на паровом катере. Я пригласил Тэхэи отправиться туда с нами на «Снарке». Потом я узнал, что его жена родом с Бора-Бора, и что у нее есть там свой дом. Мы пригласили и ее, и немедленно за этим последовало встречное приглашение с их стороны остановиться вместе с ними в их доме на Бора-Бора. Это было в понедельник. Во вторник мы собирались отправиться на рыбную ловлю, с тем, чтобы в тот же день вернуться на Райатеа. В среду мы должны были пройти мимо Тахаа в определенном месте, принять на борт Тэхэи и Биаура и отправиться на Бора-Бора. Обо всем этом мы подробно договорились, — об этом и о куче других вещей, несмотря на то, что Тэхэи знал всего три фразы по-английски, Чармиан и я знали с дюжину таитянских слов, и все четверо мы могли бы обменяться дюжиной французских слов, которые были бы понятны нам всем. Такой многоязычный разговор был, разумеется, очень медленным, но с помощью блокнота, карандаша, изображения часов, которые Чармиан нарисовала на блокноте, и десяти тысяч различных жестов нам удалось объясниться чудесным образом.</p>
     <p>Как только пришедшие туземцы заметили, что нам хочется спать, они исчезли, растаяли, произнося ласковые й о р а н а; так же исчезли и растаяли Тэхэи и Биаура. Вся хижина состояла из одной большой комнаты, которая и была всецело предоставлена в наше распоряжение. И я не могу не подчеркнуть, что нигде в мире и никогда и никто не принимал меня так сердечно и хорошо, как эта темнокожая чета полинезийцев. Я говорю не о подарках, не о их щедрости; не об угощениях в их царстве изобилия, а о той тонкой деликатности, безукоризненном такте, ласковой предупредительности и неподдельном расположении, которые проявлялись решительно во всем. Они не только исполняли все, что предписывали их обычаи, они старались угадать малейшее наше желание — и угадывали чрезвычайно тонко. Невозможно перечислить те заботы, которыми они окружали нас в продолжение нескольких дней, проведенных нами в их доме. И высшая прелесть этих отношений заключалась в том, что они были не результатом воспитания, сложной социальной тренировки, а совершенно естественным порывом их непосредственных натур.</p>
     <p>На следующее утро мы отправились ловить рыбу, — Тэхэи, Чармиан и я, — в том же челноке, похожем на гроб, только на этот раз без паруса. За несколько миль от берега, но не переходя рифы, Тэхэи закинул свои крючки с наживкой; наживкой служили кусочки осьминога, которые Тэхэи откусывал от живого осьминога, извивавшегося на дне лодки. Он забросил девять таких лесок, к каждой из которых был привязан кусочек бамбука в виде поплавка. Когда рыба клевала, один конец бамбуковой палочки уходил в воду, а другой, естественно, выскакивал, призывая нас. И как мы торопились! Вскрикивая и взвизгивая, мы гребли от одного сигнального поплавка к другому и вытягивали из глубин океана сверкающих красавиц подводного царства от двух до трех футов длины.</p>
     <p>Тем временем с востока надвинулся основательный шторм, и небо покрылось тучами. А мы были за три мили от дома. Мы тотчас же отправились обратно, но дождь нагнал нас. Такой дождь бывает только под тропиками: это не только открываются все краны и шлюзы небесные, но и весь небесный резервуар опрокидывается на землю. Но нам было все равно. Чармиан была в купальном костюме, я в пижаме, а Тэхэи только в набедренной повязке. На берегу нас поджидала Биаура, и взяв за руку Чармиан, поспешно увела ее в дом — вроде того как мать уводит непослушную дочь, которая перепачкалась, бегая по лужам.</p>
     <p>Потом мы переоделись в сухое платье и уютно курили в ожидании <emphasis>кай-кай</emphasis>. На полинезийских наречиях <emphasis>кай-кай</emphasis> означает одновременно и «пища», и «есть». Очевидно, это очень древний корень, сохранившийся по всему Тихому океану. И еще раз мы сидели за столом изобилия, и еще раз сожалели, что в отношении желудка мы не созданы по образцу и подобию жирафы или верблюда.</p>
     <p>Перед закатом ветер стих, но для челнока волны все же были слишком велики. Поэтому я попросил Тэхэи найти туземца, который доставил бы нас в Райатеа на катере за два чилийских доллара, что составляет на наши деньги девяносто центов. Тэхэи и Биаура созвали полдеревни, чтобы нести подарки, которыми они нас наградили. Тут были живые цыплята в корзинках, очищенная и обернутая в зеленые листья рыба, огромные кисти золотых бананов, корзины с лимонами и апельсинами, груши-аллигаторы (маслянистый плод, называемый еще <emphasis>авока</emphasis>), громадные корзины ямса, связки таро и кокосовых орехов и, наконец, даже толстые ветви и куски стволов — топливо для «Снарка».</p>
     <p>По дороге к катеру мы встретили единственного белого обитателя острова Тахаа — Джорджа Лефкина, родом из Америки. Ему было восемьдесят шесть лет отроду, из которых шестьдесят с лишним он прожил на Островах Товарищества, отлучившись только два раза: один раз в Калифорнию, когда там открыли золото, а другой раз — в окрестности Сан-Франциско, где он попробовал заняться земледелием.</p>
     <p>«Катер» был небольшой шлюпкой, но по сравнению с узеньким челноком Тэхэи казался очень основательным. Однако, когда мы вышли из лагуны и попали в новый шквал, то убедились, что это — игрушка, и вспомнили о «Снарке», как о каком-то незыблемом континенте. Тэхэи и Биаура отправились с нами, и Биаура оказалась настоящим моряком. Мы шли под штормом на всех парусах. Становилось темно, а лагуна была полна ответвлениями коралловых рифов. Три раза шлюпка ложилась на бок, и, чтобы поднять ее, приходилось ослаблять парус.</p>
     <p>Между тем окончательно стемнело. Шторм усилился, и хотя мы вовремя убрали паруса, все же промчались мимо «Снарка» и бились целый час, пока не перебрались на спущенную моторную лодку и не подняли, наконец, на палубу «Снарка» несчастный катер.</p>
     <p>В тот день, когда мы отправились на Бора-Бора, ветер был слабый, и мы пустили в ход машину, чтобы добраться до места, где нас должны были ждать Тэхэи и Биаура. Но их нигде не было видно.</p>
     <p>— Ждать нельзя — сказал я. — При таком бризе мы не доберемся до Бора-Бора до темноты, а газолин на исходе.</p>
     <p>В южных морях газолин — это целая проблема. Никогда не знаешь, где и когда удастся пополнить его запасы.</p>
     <p>Но как раз в это мгновение между деревьями показался Тэхэи. Он снял рубашку и отчаянно махал ею. Биаура, очевидно, не успела еще собраться. Явившись на судно, Тэхэи знаками объяснил, что необходимо подвести «Снарк» ближе к его дому. Он сам взял руль и провел нас между кораллами. Тогда с берега послышались приветственные крики, и Биаура с помощью других туземцев доставила на «Снарк» два челнока, наполненных изобилием. Там были — ямс, таро, фейс, плоды хлебного дерева, кокосовые орехи, апельсины, лимоны, ананасы, арбузы, груши-аллигаторы, гранаты, рыба, живые куры, которые суетились, кудахтали и несли яйца на палубе, и, наконец, живой поросенок, дьявольски визжавший все время, точно его уже резали.</p>
     <p>Месяц стоял довольно высоко, когда мы прошли через опасные коралловые рифы Бора-Бора и бросили якорь против деревни Байтапе. Биаура, у которой здесь был дом, очень беспокоилась, что не может попасть на берег раньше нас, чтобы приготовить для нашей встречи новое подобающее изобилие. Везде на Островах Товарищества говорили нам, что Бора-Бора — очень веселый остров. Когда мы с Чармиан сошли на берег, то увидели на лужайке у деревни танцующих юношей и девушек, сплошь увитых гирляндами и с какими-то странно фосфоресцирующими цветами в волосах, которые вспыхивали и мерцали в лунном свете. Дальше, перед громадной соломенной хижиной овальной формы, в семьдесят футов длиною, старейшины деревни пели химинэ. Они были тоже увенчаны цветами и тоже веселы и приветствовали нас радостно, как заблудших овец, пришедших из темноты на свет.</p>
     <p>На другое утро Тэхэи явился на «Снарк» со свеже-пойманной рыбой и передал нам приглашение на обед. По дороге мы заглянули в дом, перед которым накануне старцы пели химинэ. Там пели те же старцы вперемежку с молодежью. Судя по всему, готовился пир. На полу возвышалась гора плодов и овощей, и с двух сторон ее лежали куры, связанные кокосовыми мочалками. После многочисленных химинэ один из стариков поднялся и сказал речь. Речь относилась к нам, и хотя мы ничего не поняли, все же нам показалось, что между нами и горой изобилия имеется какая-то связь.</p>
     <p>— Не может же быть, чтобы они собирались подарить нам все это? — прошептала Чармиан.</p>
     <p>— Невозможно! — прошептал я. — Зачем бы? Да и места на «Снарке» нет совершенно. Мы не смогли бы съесть и десятой части. А ведь остальное сгниет. Может быть, они просто приглашают нас на пир.</p>
     <p>Но оказалось, что мы еще находились во власти страны изобилия. Оратор самыми несомненнейшими жестами вручил нам каждую мелочь горы изобилия, а затем уже всю гору в целом. Минута была затруднительная. Как бы вы поступили, если бы в вашем распоряжении была всего одна комната, а ваш друг презентовал бы вам слона? Эта новая нагрузка была совершенно не по силам «Снарку». Мы краснели и запинались, произнося <emphasis>мауру-уру</emphasis>. Мы лепетали <emphasis>мауру-уру</emphasis> долго и даже прибавляли <emphasis>нуи</emphasis>, что означает самую невероятную благодарность, — и все-таки старались показать жестами, что не можем принять всех подарков, что было с полинезийской точки зрения высочайшей бестактностью. Певцы химинэ совершенно растерялись от огорчения, и в тот же вечер мы при помощи Тэхэи старались загладить наше невежество, приняв по одному экземпляру от каждого сорта приношений.</p>
     <p>Уйти от этого наводняющего изобилия было совершенно невозможно. Я купил у одного туземца дюжину кур, а на следующий день он доставил мне тринадцать, да еще полную лодку фруктов в придачу. Француз-лавочник подарил нам корзину гранат и предоставил в наше распоряжение лучшую лошадь. Местный жандарм тоже предложил нам свою любимую лошадь, которую он берег больше жизни. Все решительно посылали нам цветы. «Снарк» представлял фруктовый магазин, овощную лавку или переполненный припасами склад. Мы ходили не иначе, как увитые гирляндами. Когда певцы химинэ появлялись на «Снарке», девушки приветствовали нас поцелуями, и вся команда от капитана до боя влюбилась в девушек с Бора-Бора.</p>
     <p>Проходили дни, но изобилие не кончалось. В день отхода к борту причаливали один за другим челноки. Тэхэи привез нам огурцов и молоденькое деревцо <emphasis>папайа</emphasis>, увешанное великолепнейшими плодами. Мне лично он подарил тоненький двойной челнок с полным комплектом рыболовных приспособлений. А кроме того, такое же количество фруктов и овощей, как на Тахаа. Биаура привезла Чармиан несколько шелковых подушек, вееров и узорных циновок. И, наконец, все навезли плодов, фруктов и кур. Туземцы, которых я даже ни разу не видел, привозили мне удочки, лески и рыболовные крючки, выточенные из перламутровых раковин.</p>
     <p>Когда «Снарк» выходил за рифы, он тащил за собою шлюпку, на которой Биаура должна была отправиться домой одна, — Тэхэи остался. В конце концов я принужден был согласиться, и он вошел в команду «Снарка». Когда шлюпка отошла и повернула к востоку, а «Снарк» к западу, Тэхэи стал на колени на корме и шептал молитвы, и слезы текли по его щекам. А когда неделю спустя Мартин показал ему несколько фотографий, этот темнокожий сын Полинезии, узнав свою бесконечно любимую Биаура, разрыдался.</p>
     <p>Но изобилие! Что было делать с изобилием? Мы не могли работать на «Снарке» из-за этого изобилия. Мы ходили по фруктам. Шлюпка и моторная лодка были полны до краев. Натянутые тенты трещали от их тяжести. Но как только мы попали в настоящий ветер, началась автоматическая разгрузка. При каждом качании «Снарк» выбрасывал за борт то связку бананов, то десяток кокосовых орехов, то корзину с лимонами. Золотая лимонная река стекала по шканцам. Лопались огромные корзины с ямсом, а гранаты и ананасы катались взад и вперед. Куры и цыплята вырывались на свободу и торчали везде — и на борту и даже на мачтах. Это ведь были дикие куры, умеющие летать. Когда мы пробовали их ловить, они улетали с судна и, покружившись над морем, возвращались все-таки назад, — впрочем, не всегда возвращались… Воспользовавшись беспорядком, вышел поросенок из своей клетки и, никем не замеченный, скользнул за борт.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIII. РЫБНАЯ ЛОВЛЯ НА БОРА-БОРА</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В пять часов утра начался свист в раковины. По всему берегу, точно древний военный призыв, неслись эти звуки, заставляя рыболовов готовиться к ловле. Мы на «Снарке» тоже, конечно, вскочили, потому что спать в этом сумасшедшем гаме было невозможно.</p>
     <p>Эту своеобразную местную ловлю рыбы называют <emphasis>таутаи-таора</emphasis>, причем <emphasis>таутаи</emphasis> — означает снаряд, то есть камень, а <emphasis>таора</emphasis> — бросать, а все вместе значит — рыбная ловля посредством бросания камней. В сущности это облава, точно такая же облава, как, например, на диких слонов. Делается это так. Челноки вытягиваются в ряд, на расстоянии от ста до двухсот футов друг от друга. На носу каждого из них стоит человек с камнем в несколько фунтов на короткой веревке. Этим камнем бьют по воде, опуская его и опять выдергивая. На корме сидит гребец, который направляет челнок к линии челноков, соединяющейся с другим таким же рядом челноков, на расстоянии мили или двух от первого; противоположные концы обеих линий упираются в берег. Получается круг, одной из сторон которого является берег. Круг все суживается, а с берега в воду входят женщины, образуя ногами живую загородку под водой. В нужную минуту, когда круг уже достаточно тесен, с берега на лодке подвозят длинную плетенку из кокосовых листьев, которая опускается в воду, в помощь ограде из женских ног.</p>
     <p>— Tres joli (очень мило), — говорил француз-жандарм, объясняя знаками, что будут пойманы многие тысячи рыб самых различных величин, от миноги до акулы, и что загнанная рыба будет биться у самого берега, выбрасываясь на песок.</p>
     <p>Эта рыбная ловля, может быть, потому бывает так удачна, что напоминает скорее праздник, чем прозаическое обыденное добывание пищи; происходит она на Бора-Бора каждый месяц с незапамятных времен. Кто придумал ее — неизвестно. Это всегда так было. Но невольно приходит в голову, что изобретатель был очень талантливый человек и, конечно, радикал, в чем я не сомневаюсь. И несомненно также, что соплеменники считали его сумасшедшим, или дураком, или анархистом. Ему было гораздо труднее, чем современным изобретателям, которым приходится убеждать в полезности своего изобретения одного или двух капиталистов. Ему необходимо было убедить целое племя, потому что иначе и попробовать этот способ было невозможно. Воображаю, какой вой поднимался иногда по ночам в первобытном парламенте, когда он называл своих сограждан заплесневелыми пнями, а они его — дураком, нахалом, сумасшедшим. Одному небу известно, скольких седых волос и нервных припадков стоило ему завоевание кучки приверженцев!</p>
     <p>Наши милые друзья, Тэхэ и Биаура, которые устроили эту ловлю в честь нас, явились за нами в почетной барже. Нас положительно ошеломило ее великолепие. Два челнока были связаны поперечными шестами и украшены гирляндами из цветов и золотой травы. На веслах была дюжина амазонок, увенчанных цветами, а на корме каждого челнока — рулевой, тоже весь в цветах — алых, золотых, оранжевых, — с ярко-красной <emphasis>пареу</emphasis> вокруг бедер. Цветы были всюду — цветы, цветы, без конца и края. Это была оргия цветов и красок. На носу обоих челноков танцевали Тэхэи и Биаура, и все голоса сливались в диком приветственном пении.</p>
     <p>Они три раза обошли вокруг «Снарка», прежде чем причалить и забрать Чармиан и меня. «На Бора-Бора всегда весело» — говорят на Островах Товарищества. И действительно, было весело. Под четкие удары весел пелись песни и в честь лодок, и в честь акул, и в честь рыбной ловли. Время от времени слышался возглас: «Мао», и все налегали на весла, как сумасшедшие. Мао — означает акула, и при появлении этого океанского тигра туземцы спешат к берегу изо всех сил, чтобы легкий челнок не был перевернут, а они сами — съедены. В данном случае никаких акул не было, и тревожное «мао» употреблялось только для того, чтобы подзадорить гребцов.</p>
     <p>Тэхэи и Биаура продолжали танцевать на носу под аккомпанемент пения и ритмического хлопанья в ладоши. Иногда ритм подчеркивался мелодичными ударами весел по борту челноков. Иногда молодая девушка бросала весло, вспрыгивала на помост и принималась танцевать <emphasis>хула,</emphasis> и во время танца, извиваясь и наклоняясь всем телом, касалась наших щек приветственным поцелуем. Некоторые из песен — <emphasis>химинэ</emphasis> — были религиозными, и они были особенно хороши, напоминая звуки органа красивыми сочетаниями мужских басов с женскими контральто и высокими сопрано. Другие песни были, наоборот, древними и дикими и восходили, очевидно, к дохристианской эпохе. Так под пение и пляски и ритмичные удары весел мы добрались до места ловли. Местный жандарм, французский представитель Бора-Бора, вышел тоже с семьей в двойном челноке, на котором гребли арестанты: он был не только жандармом и правителем, но также и смотрителем тюрьмы, а в этой веселой стране на общую рыбную ловлю должны непременно выходить все. Штук двадцать одиночных челноков окружили нас со всех сторон. Из-за мыса красиво выплыл парусный челн. Три юноши, балансируя на его аутригере, приветствовали нас барабанным боем.</p>
     <p>У следующего мыса было место сбора. Здесь нас дожидалась моторная лодка, приведенная Уорреном и Мартином. Жители Бора-Бора не видели, что заставляет ее двигаться, и это приводило их в восторг. Потом лодки вытащили на песок, и все сошли на берег, чтобы пить кокосовое молоко и снова петь, и снова плясать. Здесь к нам присоединилось много туземцев, пришедших пешком из соседних деревень, и любопытно было видеть молодых девушек, увитых цветами, идущих попарно по песчаному берегу.</p>
     <p>— Обычно улов бывает хороший, — сказал нам Аллико, местный торговец — метис. — В конце, вы увидите, вода будет прямо кишеть рыбой. Вообще, будет занятно. И потом — вы знаете, что вся рыба — ваша?</p>
     <p>— Как? Вся? — простонал я, потому что «Снарк» был и так перегружен всевозможными подарками — фруктами, овощами, курами и поросятами.</p>
     <p>— Вся до последней рыбешки, — отвечал Аллико. — Когда облава подойдет к концу, вы, в качестве почетного гостя, должны будете поднять на острогу первую рыбу, — таков обычай, — а потом они уже будут выбрасывать ее на берег руками. Получатся целые горы рыбы. Потом кто-нибудь из вождей скажет речь, в которой преподнесет вам весь улов. Но вам незачем брать все. Вы встанете и скажете речь. Вы укажете, какую рыбу отобрали себе, а остальное преподнесете участникам ловли. И все начнут восхвалять вашу щедрость.</p>
     <p>— А вдруг бы кто-нибудь взял себе весь улов? — спросил я.</p>
     <p>— Этого еще никогда не случалось, — был ответ. — Таков уж обычай — одна сторона дарит, другая отдаривает.</p>
     <p>Туземный священник прочел молитву об успешной ловле. Затем главный из рыболовов стал выкликать челноки, назначая каждому его место. Все сели в лодки и отошли. Остались на берегу только женщины, за исключением Чармиан и Биаура. В прежнее время и они были бы в числе табу, так как женщины обязаны оставаться на берегу, чтобы в нужную минуту образовать в воде живую изгородь из ног.</p>
     <p>Тяжелый двойной челн был оставлен, и мы отправились в моторной лодке. Одна половина челнов пошла направо, а мы, с другой половиной — налево, растянувшись длинной цепью от берега до рифов. Предводитель облавы красивый старик с флагом в руке находился в середине нашей линии. Он управлял движениями обеих линий сигналами. Когда все встали на места, он махнул флагом в правую сторону. И в то же мгновение все камни были брошены в правую сторону от лодок. Как только они были вытащены, — они опускались неглубоко, — флаг метнулся влево, и с изумительной точностью все камни полетели влево. Так продолжалось в течение всего лова; при каждом взмахе флага камни летели в воду. В то же время гребцы двигали челноки к берегу.</p>
     <p>На носу нашей лодки Тэхэи, не сводя глаз с начальника ловли, бросал свой камень в такт с остальными. Один раз его камень соскочил с веревки, — и в ту же секунду Тэхэи исчез в воде вслед за ним. Я не знаю, успел ли камень дойти до дна, но я знаю, что в следующую же секунду Тэхэи вынырнул с камнем в руке. Я заметил, что то же случилось несколько раз и у других, и всякий раз бросавший нырял за камнем в воду и приносил его обратно.</p>
     <p>Концы обеих линий сближались у рифов, пока не сошлись совершенно. Тогда началось сокращение круга, и бедная перепуганная рыба должна была броситься к берегу, спасаясь от сотрясения воды, производимого камнями. Женщины уже образовали живую изгородь из ног, войдя в воду — более рослые пошли дальше, маленькие стояли ближе к берегу. От берега отделился челн и очень быстро обошел линию загонщиков, спуская в воду длинную циновку из кокосовых листьев. Теперь лодки были уже не нужны, и загонщики тоже слезли в воду, чтобы увеличить живую изгородь. Они били по воде руками и ногами и кричали во все горло; получился настоящий ад.</p>
     <p>Но ни одна рыба не показывалась на поверхности лагуны, и ни одна не пробовала пробиться сквозь изгородь из ног. Наконец, предводитель вошел в кольцо и внимательно осмотрел его в разных направлениях. Но нигде рыба не кишела, не подскакивала в воздух и не билась о песок. Не оказалось ни одной сардинки, и ни одной миноги, и ни одной самой жалкой рыбешки. Что-то не вышло, очевидно, с молитвой, или, может быть, — как объяснил нам один старик, — ветер был неподходящий, и вся рыба ушла на другую сторону лагуны.</p>
     <p>— Такая неудача бывает из пяти раз один, — утешил нас Аллико.</p>
     <p>Что ж, нам повезло, — приехали на Бора-Бора специально, чтобы видеть рыбную ловлю, и вытянули из пяти билетов единственный пустой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIV. МОРЕХОД-САМОУЧКА</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Есть капитаны и капитаны, и среди них встречаются превосходные капитаны, я это знаю; но не так обстояло дело на «Снарке». Я пришел к выводу, что труднее иметь дело с одним капитаном на небольшом судне, чем с двумя грудными младенцами. Впрочем, этого и следовало ожидать. Хорошие капитаны занимают хорошие места и не станут менять свое положение на судах с водоизмещением от одной до пятнадцати тысяч тонн на десять тонн водоизмещения «Снарка». «Снарку» приходилось брать своих шкиперов с берега, а береговой шкипер — это обычно никуда не годное существо — человек, который способен недели две проискать на океане какой-либо остров, а потом вернуться со своей шхуной и донести, что остров утонул со всем находившимся на нем, — человек с таким характером и с такой жаждой к спиртным напиткам, что он чаще изгоняется с судов, чем попадает на них.</p>
     <p>На «Снарке» побывало три капитана, и, благодарение небу, не будет больше ни одного. Первый из них страдал таким старческим слабоумием, что не в состоянии был указать плотнику точные размеры бушприта. Он был до такой степени дряхл и беспомощен, что не в силах был приказать матросу вылить одно-два ведра соленой воды на палубу «Снарка». Двенадцать дней, которые мы простояли на якоре под отвесными лучами тропического солнца, палуба оставалась сухой. Она рассохлась, конечно. Мне стоило тридцать пять долларов переконопатить ее. Второй капитан был сердит. Он родился сердитым. «Папа всегда сердит», — такова была характеристика, данная капитану его сыном — метисом. Третий капитан был до такой степени криводушен, что по своей кривизне мог сравняться с пробочником. Правды он не говорил никогда, понятия о чести у него совсем не было, и он был так же далек от прямых путей и честных поступков, как был далек от настоящего курса, когда он едва не погубил «Снарк» у Островов Золотого Кольца.</p>
     <p>В Сува, на островах Фиджи, я рассчитал своего третьего капитана и снова взялся за роль морехода-любителя. Однажды я уже пробовал ее при первом моем капитане, который, когда мы отплыли из Сан-Франциско, заставил «Снарк» так забавно скакать по карте, что мне пришлось, наконец, выяснить, что же происходит на самом деле.</p>
     <p>Узнать это было не трудно, потому что нам предстояло плавание в две тысячи сто миль. Я ровно ничего не смыслил в навигации; но, потратив немало сил на чтение и провозившись полчаса с секстаном, я оказался в состоянии отыскать широту «Снарка» по меридиану, а долготу его тем простым способом, который известен под названием «равных высот». Это отнюдь не лучший метод. Это даже не безопасный метод, но мой капитан пытался вести судно с его помощью, а он был единственным человеком на борту, который мог бы сказать мне, что этого метода следует избегать. Я привел «Снарк» на Гавайские острова; обстоятельства благоприятствовали мне. О правильном способе нахождения долготы с помощью хронометра я не имел понятия. Мой первый капитан как-то намекал на него, но после нескольких попыток воспользоваться им перестал вспоминать о нем.</p>
     <p>На островах Фиджи мне удалось сверить мой хронометр с двумя другими хронометрами. За две недели до того, в Паго-Паго, на Самоа, я просил моего капитана сверить наш хронометр с хронометрами американского крейсера «Аннаполис». Капитан сказал мне, что сделал это, — он, разумеется, ничего не сделал; он сказал мне, что разница оказалась в ничтожную долю секунды. Говоря это, он искусно имитировал радость и сопровождал свои слова всяческими похвалами по адресу моего великолепного инструмента. Я повторяю это теперь, сопровождая мои слова всяческими похвалами по адресу его великолепной неправдивости. Потому что две недели спустя, на Сува, я сверил мой хронометр с хронометром «Атуа», австралийского парохода, и нашел, что он убегает вперед на тридцать одну секунду. Тридцать одна секунда, переводя на дугу, равняется семи и одной четверти милям. Другими словами, если бы я плыл на запад ночью и, согласно моим наблюдениям, сделанным в полдень, в соответствии с моим хронометром, должен был находиться в семи милях от берега, — я в это самое мгновение разбился бы о береговые утесы. В следующий раз я сверял мой хронометр с хронометром капитана Вуулея. Капитан Вуулей, начальник порта в Сува, ровно в полдень стреляет из пушки трижды в неделю. Сверив наши хронометры, я нашел, что мой спешит на пятьдесят девять секунд, — другими словами, плывя на запад, я разбился бы о рифы, думая, что я нахожусь в пятнадцати милях от них.</p>
     <p>В качестве компромисса я вычел из пятидесяти девяти секунд моего хронометра тридцать одну и направился на остров Танна, в группе Новых Гебридских островов, решив, что когда мне темной ночью придется быть неподалеку от земли, я буду твердо помнить о возможных семи милях ошибки согласно хронометру капитана Вуулея. Танна лежит приблизительно в шестистах милях к западо-юго-западу от островов Фиджи, так что я был уверен, что за время этого перехода у меня будет достаточно времени, чтобы начинить мою голову таким количеством познаний по навигации, которое помогло бы мне добраться туда. Я, действительно, добрался туда, но выслушайте сперва, какие мне пришлось одолеть трудности. Навигация совсем не трудное дело, я всегда буду утверждать это; но когда вам приходится брать с собой вокруг света три газолиновых двигателя и жену и быть вынужденным писать с утра до вечера, чтобы добыть газолин для моторов и жемчуг и вулканы для жены, у вас остается слишком мало времени на изучение навигации. Кроме того, много легче изучать названную науку на берегу, где долгота и широта пребывают неизменными, в доме, положение которого никогда не меняется, чем изучать навигацию на борту судна, не перестающего плыть день и ночь по направлению к суше, которую вы стараетесь отыскать и на которую можете наскочить, когда всего меньше этого ожидаете.</p>
     <p>Прежде всего, надо руководствоваться компасом. Мы вышли из Сува в субботу 6 июня 1908 г., после полудня, и до наступления темноты пробирались узким, усеянным подводными камнями проливом между островами Вити-Леву и Мбенга. Перед нами лежал открытый океан. На нашем пути не было ровно ничего, если не считать Вату-Лейле, крохотного островка, торчавшего из воды милях в двадцати к западо-юго-западу, — как раз в том направлении, куда я хотел плыть. Мне, разумеется, казалось чрезвычайно простым обойти его, взяв курс таким образом, чтобы пройти от него в восьми или десяти милях к северу. Была темная ночь, и мы шли по ветру. Необходимо было сказать рулевому, какой держать курс, чтобы обойти Вату-Лейле. Но какого курса держаться? Я обратился к руководству по навигации. «Правильный курс» — нашел я главу. То, что мне нужно! Мне нужен был правильный курс. Я стал читать с жадностью.</p>
     <p>«Правильный курс есть угол, образуемый меридианом и прямой линией, проведенной между точкой, обозначающей местонахождение судна, и тем местом, куда оно направляется».</p>
     <p>То самое, что мне было нужно. «Снарк» находился к западу от входа в пролив между Вити-Леву и Мбенга. Направлялся он к точке, находящейся по карте в десяти милях к северу от Вату-Лейле. Я проверил направление на карте циркулем и определил линейкой на карте, что юго-запад будет правильным курсом. Оставалось только дать распоряжение рулевому, и «Снарку» обеспечен благополучный путь по открытому морю.</p>
     <p>Но к своему ужасу и к своему счастью я стал читать дальше. Я узнал, что компас, этот верный и неизменный друг морехода, далеко не всегда указывает на север. Он отклоняется. Иногда он отклоняется к востоку, иногда к западу, а бывает так, что он поворачивается противоположным концом к северу и указывает на юг. Вариация в том месте, где находился «Снарк», равнялась 9°40′ к востоку. Так вот это следовало принять в расчет, раньше чем давать указания рулевому. Я прочел:</p>
     <p>«Правильный магнитный курс получается от прибавления к правильному курсу соответствующей вариации».</p>
     <p>Теперь, — рассудил я, — раз компас отклонился на 9°40′ к востоку, а я желаю плыть на север, мне следует направляться на 9°40′ к западу от севера, указываемого компасом, потому что этот север вовсе не север. Итак, я прибавил 9°40′ влево к моему курсу на юго-запад, определил правильный магнитный курс и приготовился выйти в открытый океан.</p>
     <p>Тут случилось новое несчастье! Правильный магнитный курс не совпадал с направлением по компасу. Еще один бесенок ждал меня, чтобы поймать и разбить о рифы Вату-Лейле. Этот маленький бесенок появился под названием девиации. Я прочел: «Компасное направление — есть то направление, которого следует держаться, и получается оно от прибавления к правильному магнитному курсу девиации».</p>
     <p>Девиация — есть отклонение иглы компаса в зависимости от распределения железных предметов на борту судна. Эту чисто местную вариацию я определил по шкале отклонений моего главного компаса и прибавил ее к правильному магнитному курсу. Таким образом, я получил направление по компасу. Но и это было не все. Мой главный компас находился посредине судна, подле лестницы в капитанскую каюту. Мой рулевой компас находился на юте, подле руля. И их указания упорно не сходились.</p>
     <p>Все вышеуказанные операции необходимы, чтобы правильно определить курс. И самое худшее заключается в том, что все они должны быть проделаны безукоризненно правильно, а не то вы услышите как-нибудь ночью: «Буруны впереди», выкупаетесь в морской воде и испытаете удовольствие бороться с волнами, пробиваясь к берегу через стаю прожорливых акул.</p>
     <p>Так же как компас, который выкидывает всевозможные штуки и сводит с ума морехода, указывая всякие направления, кроме севера, также ведет себя солнце, которое упорно не желает находиться там, где ему в данное время положено находиться. Это легкомыслие со стороны солнца является причиной всякого беспокойства, — по крайней мере, так было со мной. Чтобы определить, где вы находитесь на поверхности земли, вы должны знать, где в это время находится на небе солнце. Другими словами, солнце, которое является хронометром для людей, далеко не аккуратно. Когда я обнаружил это, я впал в глубокую меланхолию и усомнился в незыблемости законов мироздания. Даже такие физические законы, как закон тяготения и сохранения энергии, потеряли незыблемость, и я был готов присутствовать при любых отклонениях от них и не удивляться. Раз компас лгал, а солнце не исполняло своих обязанностей, отчего же не потерять притяжения предметам и не исчезнуть бесследно нескольким корзинам энергии? Даже вечное движение казалось мне возможным, и я был в таком состоянии, что мог бы купить двигатель Килея, движущийся без потребления энергии, от первого предприимчивого агента, появившегося на палубе «Снарка». А когда я обнаружил, что земля в действительности обращается вокруг своей оси 366 раз, тогда как солнце встает и заходит всего 365 раз, я готов был усомниться в том, что я существую.</p>
     <p>Вот как движется солнце! Оно так неаккуратно, что человеку невозможно создать часы, которые уследили бы за его движением. Солнце так ускоряет и так замедляет свое движение, что никакие часы не могут угнаться за ним. Иногда солнце опережает свое расписание, иногда оно плетется позади него, а иногда оно летит, чтобы нагнать потерянное, или, вернее сказать, чтобы очутиться вовремя в том месте, где ему полагается быть на небе. В этом последнем случае оно не достаточно быстро замедляет ход, и в результате оказывается впереди того места, где ему следует быть. Как бы то ни было, солнце бывает в том самом месте, где оно должно быть, только четыре раза в году. Остальные 361 день солнце находится где-то вокруг этого места. Человек, более совершенный, чем солнце, создал часы, указывающие правильное время. Кроме того, он с точностью вычисляет, насколько солнце обогнало свое расписание или отстало от него. Разница между действительным местонахождением солнца и тем местом, где ему надлежало бы находиться, если бы оно было порядочным, уважающим себя солнцем, люди называют уравнением времени. Таким образом, мореплаватель, желающий определить, где его судно находится на море, глядит на свой хронометр, чтобы установить, в каком месте неба должно находиться солнце согласно указаниям Гринвичской обсерватории. К этому указанию он прибавляет уравнение времени — и находит то место, где солнцу следует быть, но где его нет.</p>
     <p>«Снарк» покинул Фиджи в субботу 6 июня, а на следующий день, в воскресенье, находясь в открытом океане и не видя нигде земли, я попытался определить мое местонахождение, найдя с помощью хронометра долготу и выяснив широту при посредстве меридиана. Хронометрические наблюдения я сделал утром, когда солнце стояло над горизонтом примерно на 21 градус. Я взглянул в «Альманах Мореплавателя» и нашел, что в этот самый день, 7 июня, солнце запаздывает на 1 минуту и 26 секунд, и что оно наверстывает упущенное со скоростью 14,67 секунды в час. Хронометр сказал мне, что в то самое мгновение, когда я определял высоту солнца, в Гринвиче было 8 часов 25 минут утра. Казалось, что, имея все эти данные, любой школьник мог бы вычислить уравнение времени. К несчастью, я не школьник. Ясно, что в полдень в Гринвиче солнце отстает на 1 минуту и 26 секунд. Столь же ясно, что если бы теперь было одиннадцать часов утра, солнце отставало бы на 1 минуту 26 секунд и еще на 14,67 секунды. Если бы было десять часов утра, следовало бы прибавить дважды 14,67 секунды. А если бы было 8 ч. 25 м. утра, следовало бы прибавить 14,67 секунды, помноженные на 3,5. Далее, совершенно ясно, что если бы было не 8 ч. 25 м. утра, а 8 ч. 25 м. пополудни, то следовало бы не прибавить 14,67 секунды, а вычесть их, потому что если в полдень солнце отставало на 1 минуту и 26 секунд и нагоняло это опоздание со скоростью 14,67 секунды в час, в 8 ч. 25 мин. пополудни оно должно было находиться много ближе к тому месту, где ему надлежит быть, чем в полдень.</p>
     <p>До сих пор все шло хорошо. Но что же именно показывал хронометр, — 8 ч. 25 м. утра или вечера? Я взглянул на часы. Они показывали 8 ч. 9 м., конечно утра, так как я только что окончил завтрак. Но раз на борту «Снарка» было восемь часов утра, те восемь часов, которые показывал хронометр (а он показывал гринвическое время), должны были быть иными, чем восемь часов на «Снарке». Но какие же это были восемь часов? Это не могли быть восемь часов этого утра, — решил я, — значит, это восемь часов либо этого, либо предыдущего вечера.</p>
     <p>Здесь я свалился в бездонную пропасть интеллектуального хаоса. У нас восточная долгота, — соображал я, — следовательно, мы идем впереди Гринвича. Если мы идем позади Гринвича, — значит, сегодня есть вчера; если мы идем впереди Гринвича — значит, вчера есть сегодня; но если вчера есть сегодня, то что же такое сегодня? — завтра? — Чепуха! И все же это должно быть так. Когда я производил наблюдения сегодня утром в 8 ч. 25 мин., в Гринвиче только что окончили вчерашний обед.</p>
     <p>«В таком случае, исправь разницу времени за вчерашний день», — говорит мой логический ум.</p>
     <p>«Но ведь сегодня есть сегодня, — настаивает мой здравый смысл. — Я должен внести поправку за сегодняшний день, а не за вчера».</p>
     <p>«И все же сегодня есть вчера», — упорствует мой логический ум.</p>
     <p>«Все это прекрасно, — продолжает мой здравый смысл. — Если бы я находился в Гринвиче, теперь было бы вчера. Непонятные вещи творятся в Гринвиче. Но я знаю столь же твердо, как то, что я живу, что я нахожусь здесь сегодня, 7 июня, и что я произвел наблюдения здесь теперь, 7 июня; поэтому я должен внести поправку здесь теперь, 7 июня».</p>
     <p>«Чепуха! — восклицает мой логический ум. — Лекки говорит»…</p>
     <p>«Не имеет никакого значения, что говорит Лекки, — прерывает мой здравый смысл. — Послушай-ка, что говорит „Альманах Мореплавателя“. „Альманах Мореплавателя“ говорит, что сегодня, 7 июня, солнце отстает на 1 минуту 26 секунд и нагоняет это опоздание со скоростью 14,67 секунды в час. Он говорит, что вчера, 6 июня, солнце отставало на 1 минуту и 36 секунд и нагоняло опоздание со скоростью 15,66 секунды в час. Очевидно, нельзя вносить поправку к сегодняшнему положению солнца с помощью вчерашней таблицы».</p>
     <p>«Дурак!»</p>
     <p>«Идиот!»</p>
     <p>Таким образом, логический ум и здравый смысл продолжали препираться, пока у меня не закружилась голова: теперь я был готов поверить, что сегодня — послезавтра позапрошлой недели. Я вспомнил напутственное наставление начальника порта в Сува:</p>
     <p>«Находясь в восточных долготах, берите из «Морского ежегодника» данные для вчерашнего дня».</p>
     <p>Мне пришлось претерпеть еще много других страданий, но всего труднее было сообразить, как переводить на мили градусы широты, потому что они становятся все меньше по мере удаления от экватора. Но все же я справился со всеми трудностями, — с грехом пополам, но справился.</p>
     <p>И я получил награду. В четверг 10 июня я вычислил, что «Снарк» держит курс на остров Футуна, один из крайних восточных островов в группе Новых Гебридов, вулканический конус вышиною в две тысячи футов, возвышающийся прямо из недр океана. Я изменил курс так, чтобы «Снарк» прошел от него примерно милях в десяти к северу. Потом я сказал Ваде, повару, стоявшему у руля ежедневно от четырех до шести часов утра:</p>
     <p>— Вада, завтра утром хорошенько смотри, — слева будет земля.</p>
     <p>И отправился спать. Жребий был брошен. Я поставил на карту свою репутацию мореплавателя. Предположите, предположите только, что на рассвете не окажется никакой земли! Где же окажутся тогда мои познания в навигации? И где окажемся мы сами? Как мы разыщем то место, где мы находимся? И доберемся ли до какой-либо земли? Мне уже мерещился «Снарк», целые месяцы носящийся по пустынному океану и напрасно разыскивающий землю, пока мы не съедим всей нашей провизии и не станем жадно смотреть друг на друга, столкнувшись лицом к лицу с людоедством.</p>
     <p>Признаюсь, что мой сон не был</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>…подобен летнему небу,</v>
       <v>Где звучит нежная музыка жаворонка.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Скорее, «я просыпался в безмолвной тишине» и слушал скрипение снастей и плеск волн вдоль бортов, пока «Снарк» упорно делал свои шесть узлов. Я снова и снова проверял мысленно мои вычисления, стремясь найти ошибку, пока мой мозг не пришел в такое состояние, что я начал находить десятки ошибок. Что, если все мои вычисления неправильны, и я нахожусь не в шестидесяти милях от Футуна, а в шести милях? Значит, и курс, взятый мною, тоже неправилен, и «Снарк» несется теперь прямо на Футуна. Он мог напороться на Футуна в любое мгновение. При этой мысли я даже вскочил с койки; и хотя я и заставил себя лечь, несколько мгновений я с замирающим сердцем ждал столкновения.</p>
     <p>Во сне меня душили кошмары. Землетрясение было самым частым из них, хотя еще чаще являлся мне какой-то человек со счетом. Он хотел драться со мной, и всякий раз Чармиан уговаривала меня не соглашаться на это. Наконец, этот человек явился ко мне во сне, в котором Чармиан не было. Это было мое счастье, — мы подрались, и я до тех пор дубасил его, пока он не стал просить прощения. Тогда я спросил: «А как же быть с этим счетом?» Расправившись с ним, я готов был заплатить ему. Но он взглянул на меня и проворчал: «Ошибка, счет не к вам, а к вашему соседу».</p>
     <p>Здесь он исчез и больше не появлялся в моих снах, и сны тоже исчезли. Я проснулся и начал смеяться. Было три часа утра. Я вышел на палубу. Генри, туземец с острова Рапа, стоял на руле. Я взглянул на лаг. Он насчитал сорок две мили. «Снарк» продолжал делать шесть узлов и еще не наскочил на Футуна. В половине шестого я снова был на палубе. Стоявший на руле Вада не видал никакой земли. В течение четверти часа меня терзали мучительные сомнения. Потом я увидел землю, — в том самом месте, где ей следовало быть, — едва вылезающий из воды клочок земли. В шесть часов я уже точно знал, что это великолепный вулканический конус Футуна. В восемь часов, когда мы поравнялись с ним, я при помощи секстана измерил расстояние до него и нашел, что оно равняется 9,3 мили. А я решил пройти от него в 10 милях.</p>
     <p>Дальше к югу из моря вырастал Анеитум, на севере — Анива, а прямо впереди — Танна. Ошибиться нельзя было, — это была Танна, потому что над ней курился дым из ее вулкана и исчезал в небе. Она находилась в сорока милях от нас, и около полудня, когда мы подошли ближе к ней, все время продолжая делать шесть узлов, мы увидели, что это высокий гористый остров без всякого признака бухты вдоль всей береговой линии. Я искал Гавань Решения, хотя и был готов к тому, что она, как якорная стоянка, может никуда не годиться. Вулканические землетрясения в течение последних сорока лет так подняли ее дно, что там, где прежде могли стоять на якоре самые большие корабли, по последним сведениям, едва мог стать на якорь «Снарк». И разве новое сотрясение почвы не могло окончательно сделать гавань непригодной?</p>
     <p>Я подошел вплотную к кольцу атолла, окруженному острыми камнями, о которые, пенясь, разбивались буруны. В бинокль я оглядел несколько миль берега, но нигде не находил следов прохода. По компасу я определил направление, в котором лежали Футуна и Анива, и нанес их на карту. В месте пересечения этих двух линий находился «Снарк». Потом я вычертил курс «Снарка» к Гавани Решения. Внеся поправки на вариацию и девиацию, я вышел на палубу и с ужасом увидел, что мой курс направлял меня прямо на непрерывную цепь утесов, о которые разбивался прибой. К изумлению моего матроса с острова Рапа, я держал курс прямо на скалы, пока они не очутились в одной восьмой мили от меня.</p>
     <p>— Здесь нет стоянки, — заявил он, предостерегающе покачав головой.</p>
     <p>Но я изменил курс и пошел вдоль берега. Чармиан стояла на руле. Мартин находился при машине и был готов в любое мгновение пустить ее в ход. Внезапно показался узкий проход. В бинокль я мог видеть, как у входа бушуют буруны. Генри, островитянин с Рапа, глядел со смущением; так же глядел и Тэхэи, островитянин с Тахаа.</p>
     <p>— Здесь нет прохода, — сказал Генри. — Если мы пойдем сюда, нам будет конец.</p>
     <p>Признаюсь, что и я думал точно так же: но я направился прямо в проход, внимательно следя, сталкиваются ли между собой волны, откатываясь от берегов. Между ними оказалась узкая полоска спокойной воды. Чармиан повернула руль и направила «Снарк» в проход. Мартин пустил в ход машину, а все остальные, даже повар, бросились убирать паруса.</p>
     <p>В глубине залива виднелся дом торгового агента. На берегу, в сотне ярдов, бил дымящийся гейзер. Слева, когда мы обогнули мысок, показалось здание миссии.</p>
     <p>— Три сажени! — крикнул Вада, бросавший лот.</p>
     <p>— Три сажени!.. — Два сажени! — последовало вскоре.</p>
     <p>Чармиан круто повернула руль, Мартин застопорил машину. «Снарк» описал крутую дугу, и якорь грохнулся в воду, как подле борта и на борту была уже толпа чернокожих туземцев, — скалящих зубы обезьяноподобных созданий с лохматыми головами и мутными глазами, — украшенных английскими булавками и глиняными трубками в продырявленных ушах; на них не было ровно никакой одежды ни спереди, ни сзади.</p>
     <p>Этой ночью, когда все уснули, я выскользнул на палубу, оглядел сияющую лагуну и возликовал, да, возликовал, ибо я своего добился, справился со своей задачей, привел мой корабль куда надо.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XV. НА СОЛОМОНОВЫХ ОСТРОВАХ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Почему бы вам не прокатиться с нами? — спросил нас капитан Дженсен в Пендефрине на острове Гуадалканале.</p>
     <p>Мы с Чармиан переглянулись и молча обдумывали вопрос в продолжение минуты. Потом мы кивнули утвердительно. Это была наша обычная манера решать вопросы, и надо сказать — самая лучшая манера для тех, кто, по своему темпераменту, неспособен проливать слезы над последней съеденной жестянкой консервированного молока. (В последнее время мы живем исключительно на консервах, и если сознание есть действительно продукт материи, — своего рода эманация, что ли, — то наше сознание за последнее время должно было приобрести привкус кладовой или упаковочной.)</p>
     <p>— Захватите с собой револьверы и винтовки, — прибавил капитан Дженсен. — Может быть, у вас найдется также несколько лишних патронов…</p>
     <p>Мы взяли винтовки, патроны и захватили с собой Ваду и Накату — повара и боя «Снарка». Вада и Наката были в некотором страхе. Конечно, и раньше они были безрассудными энтузиастами, но все же — Наката, по крайней мере, умел смотреть в глаза опасности. Соломоновы острова вообще не были к ним благосклонны. Прежде всего, оба заболели местными язвами. Впрочем, то же самое было со всеми нами (как раз в последнее время я содействую созреванию двух симпатичных нарывчиков раствором сулемы); но оба японца получили гораздо большую порцию их, чем полагалось бы по справедливости. А этот сорт нарывов чрезвычайно неприятен тем, что их может быть бесконечно много. Достаточно укуса москита, незначительного пореза, самой пустой царапинки, чтобы образовался нарыв, словно самый воздух Соломоновых островов пропитан каким-то ядом. Нарыв вскрывается, образуется язвочка, которая с поразительной быстротой разъедает кожу. Едва заметный нарывчик с булавочную головку становится на второй день язвой в маленькую монету, а через неделю ее уже не покроет серебряный доллар.</p>
     <p>Еще больше страдали японцы от местной злокачественной лихорадки. Оба пережили уже несколько пароксизмов, а когда начали выздоравливать, то, еле двигаясь от слабости, садились у борта, в той части «Снарка», которая была ближе к их далекой Японии, и с тоской глядели в ту сторону.</p>
     <p>Но теперь, очевидно, наступало самое худшее, так как мы брали их с собой на дикий остров Малаиту. Вада, который особенно трусил, был уверен, что никогда не увидит Японии, и выцветшими, мертвыми глазами следил за тем, как переносили винтовки и другие припасы на борт «Миноты». Он уже слышал о «Миноте» и ее рейсах на Малаиту. Он знал, что она была задержана дикарями шесть месяцев назад, что капитан ее был изрублен в куски томогавками, и что по законам справедливости этого милого острова белые были должны дикарям еще две головы. Он знал также, что один малаитский мальчик, работавший на пендефринских плантациях, умер недавно от дизентерии, и долг белых увеличился, таким образом, на одну голову. Кроме того, перенося наш багаж в капитанскую каюту, он заметил, конечно, на ее двери следы топоров. А у кухонной плиты не было трубы — это он тоже заметил, — труба была унесена в числе прочей добычи.</p>
     <p>«Минота» была австралийской яхтой с оснасткой кеча. Узкая и длинная, с острым килем, она была приспособлена скорее для гонок, чем для поездок за черными рекрутами. Команда ее была теперь удвоена и состояла из пятнадцати человек. Кроме того, на ней находилось человек двадцать «обратных» парней, которые уже отслужили свое время на плантациях и возвращались домой, в свои лесные деревни. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы убедиться, что это самые доподлинные людоеды, охотники за человеческими черепами. Их продырявленные ноздри были проткнуты костями или деревянными палочками величиною с карандаш. Иногда прокалывали самый кончик носа, и там торчали черепаховые острия или проволока с насаженными на ней бусами. Некоторые проделали целый ряд дырочек по всей длине ноздрей. В ушах у всех было от двух до двенадцати дыр, причем в некоторые были воткнуты деревянные втулки диаметром в три дюйма, а из более мелких торчали глиняные трубки и тому подобные безделушки. В конце концов в ушах и носу было столько дыр, что не хватало украшений для них; и когда, приближаясь к Малаите, мы сделали несколько выстрелов, чтобы испробовать винтовки, они все передрались из-за пустых гильз, которые сейчас же очутились в запасных отверстиях их ушей.</p>
     <p>Мы не только испробовали винтовки, но и украсили борт колючей проволокой: «Минота», с бортом в шесть дюймов высоты и без палубной каюты, была слишком доступна для абордажа. В борт были ввинчены медные стойки и проведена двойная линия колючей проволоки от кормы к носу. Это было, конечно, хорошей защитой от дикарей, но не слишком было удобно во время качки. Если вы не хотите катиться к накренившемуся колючему борту и не хотите хвататься руками за колючки, вам придется кататься по мокрой палубе, которая стоит, например, под углом в сорок пять градусов. Вы, конечно, помните все время, что на Соломоновых островах царапина от колючей проволоки — не просто царапина, потому что из каждой образуется неизменно гнойная язва. Что никакие предосторожности не могут спасти от колючей проволоки, обнаружилось в одно прекрасное утро, когда мы шли вдоль берегов Малаиты. Ветер был довольно сильный, и волны — хорошие. На руле стоял молодой негр. Капитан Дженсен, мистер Джэкобсен (штурман), Чармиан и я только что уселись завтракать на палубе. Вдруг налетели подряд три необычайно больших волны. Юноша на руле растерялся, и три раза подряд «Миноту» окатило волной. Завтрак перебросило через борт; ножи и вилки скользнули через шканцы. На корме одного из «обратных» тоже смыло за борт, и его с трудом вытащили, а наш почтенный капитан висел на борту на колючей проволоке. После этого происшествия нам пришлось применять на практике первобытный коммунизм по части ножей и вилок. Впрочем, на «Юджени» было еще хуже, так как на четырех приходилась всего одна чайная ложечка, но о «Юджени» — после.</p>
     <p>Наша первая остановка была в Суо, на западном берегу Малаиты. Соломоновы острова вообще находятся на краю света, — вернее, на задворках цивилизации. Темными ночами приходится пробираться с неимоверным трудом через проливы, усеянные рифами, посреди случайных беспорядочных течений, причем на всем архипелаге, с несколькими тысячами миль береговой линии, нет ни одного маяка; затруднения невероятно увеличиваются еще и тем, что все карты неверны. Например, Суо. По карте адмиралтейства берег Малаиты представляет в этом месте прямую непрерывную линию. Однако сквозь эту непрерывную линию мы прошли проливом на глубине двадцати фатомов. Вместо крутого берега оказались глубокие бухты, и мы бросили якорь среди зеркальной глади одной из бухт, и манговые деревья нависали позади нас, почти закрывая узкий проход. Капитану Дженсену стоянка не нравилась. Он был здесь первый раз, а Суо пользовалась плохой репутацией. В случае нападения здесь нельзя было рассчитывать на ветер, а если бы команда вздумала спасаться на вельботе, ее всю до единого человека перебили бы с берега. Вообще западня была недурненькая.</p>
     <p>— А если бы «Минота» села на мель, что бы вы стали делать? — спросил я.</p>
     <p>— Но она не села на мель, — был ответ.</p>
     <p>— Ну, а если бы все-таки?</p>
     <p>Капитан задумчиво посмотрел на штурмана, который в эту минуту пристегивал к поясу револьвер и спускался в вельбот вместе с вооруженными матросами.</p>
     <p>— Мы сели бы в вельбот и постарались бы удрать отсюда как можно скорее.</p>
     <p>Он рассказал мне еще, что на матросов-малаитов никогда нельзя рассчитывать, особенно в случае крушения; что туземцы считают всякое судно, потерпевшее крушение у их берегов, своей законной добычей; что у туземцев достаточно ружей, и что у него на борту двадцать «обратных», которые, конечно, в случае нападения с удовольствием помогут родственникам и друзьям с берега.</p>
     <p>Прежде всего на берег доставили «обратников» и их вещи. Таким образом одна из опасностей была удалена. После этого от берега подошла к нам лодка с тремя голыми дикарями. И если уж я говорю «голыми», то это надо понимать буквально. Ни одного лоскутка, ни одного признака одежды на них не было, если, конечно, не считать одеждой колец в носу, втулок в ушах и браслетов из раковин. Главный в лодке был, очевидно, одноглазый старик. Он держался дружественно по отношению к белым и был до того грязен, что даже железный скребок, которым чистят палубу, сломался бы на нем. Он приехал посоветовать капитану не отпускать никого на берег. Вечером он приехал еще раз с тем же предостережением.</p>
     <p>Напрасно плавал наш вельбот вдоль берега в поисках рекрутов-рабочих. Лесная чаща была полна вооруженными туземцами, которые очень охотно разговаривали с нашими людьми, но не собирались подписывать контракт на три года и работать на плантациях за шесть фунтов в год. В то же время они всячески старались заманить наших людей на берег. На следующий день они с этой целью разожгли костер в дальнем конце залива; так как это был всегдашний сигнал, что туземцы хотят наниматься, мы послали туда лодку. Но ничего не получилось. Ни один из них не завербовался, и ни один из наших на берег не вышел. Спустя некоторое время мы заметили вооруженных туземцев, пробиравшихся кустами вдоль берега. Но сколько их скрывалось в лесу, определить было невозможно.</p>
     <p>Вечером капитан Дженсен, Чармиан и я занялись ловлей рыбы при помощи динамита. Мы близко подошли на лодке к берегу, который казался совершенно пустынным. Все были вооружены винтовками, в том числе и Джонни, вербовщик из туземцев, сидевший на руле. Подойдя к берегу, мы повернули к нему кормой, чтобы в случае нападения легче уйти, и продолжали продвигаться вперед кормой. За все время пребывания на Малаите я ни разу не видел, чтобы лодки подходили к берегу носом. Обыкновенно вербовщики идут на двух вооруженных лодках, — одна подходит к берегу, а другая остается на расстоянии нескольких сот футов в качестве «прикрытия». Но «Минота» была небольшой яхтой, и второй шлюпки у нее не было.</p>
     <p>Мы наткнулись на стаю рыбы только подойдя почти вплотную кормой к берегу. Зажгли фитиль и бросили в воду динамитный патрон. Раздался взрыв, и вся поверхность воды заплескалась от прыгающей рыбы. Но в то же самое мгновение лес ожил. Штук двадцать голых дикарей с луками, стрелами, копьями и ружьями выскочили на берег. Команда лодки тоже схватилась за винтовки. И обе враждебные стороны не спускали друг с друга глаз, пока двое из наших подбирали в воде оглушенную рыбу.</p>
     <p>Мы провели в Суо совершенно бесполезно три дня. «Миноте» не удалось заполучить ни одного рекрута с берега, а дикарям ни одного черепа с «Миноты». Один Вада заполучил кое-что, — жестокую лихорадку. Вельбот вытащил нас из лагуны, и мы отправились вдоль берега в большую деревню Ланга-Ланга, построенную с невероятным трудом на песчаной мели лагуны; она в буквальном смысле была построена как искусственный островок, укрепленный для защиты от кровожадных лесных дикарей. На берегу находилась деревня Бину, где полгода назад была захвачена «Минота» и убит ее капитан. Когда мы входили в узкий пролив, нам навстречу вышла лодка и сообщила, что сегодня утром отсюда уехал «военный человек», который сжег три деревни, убил тридцать штук свиней и утопил одного ребенка. Судно это было «Кэмбриэн», под командой капитана Льюиса.</p>
     <p>«Кэмбриэн» приходил сюда, чтобы покарать убийц капитана «Миноты», но подробности мы узнали только вечером, когда к нам явился местный миссионер, мистер Эббат. Деревни действительно были сожжены и свиньи зарезаны. Но из туземцев не пострадал никто. Убийц не удалось задержать, хотя флаг «Миноты» и некоторые другие вещи и были найдены. Младенец утонул случайно. Вождь Джонни из деревни Бину отказался вести десант в лес, и никто из его воинов тоже не решился быть проводником. Тогда рассерженный капитан Льюис сказал Джонни, что его деревню следовало бы сжечь. В лексиконе Джонни не оказалось, очевидно, слова «следовало бы», и он понял, что деревня будет сожжена обязательно. Тогда обитатели ее собрались бежать с такой поспешностью, что утопили младенца. В то же время вождь Джонни бросился к мистеру Эббату и вручил ему четырнадцать золотых соверенов, чтобы подкупить капитана Льюис. Деревня Джонни не была сожжена, но капитан Льюис червонцев не взял, ибо я впоследствии видел их у Джонни, когда тот приезжал к нам на «Миноту». Джонни объяснил мне, что отказался быть проводником из-за большого нарыва, который он мне даже показал. Настоящая причина была, конечно, гораздо серьезнее, — он просто боялся мести дикарей.</p>
     <p>Вот вам маленькая иллюстрация нравов Соломоновых островов. Джонни явился к нам выменивать на табак грот, марсель и кливер какого-то вельбота. В тот же день, немного позже, явился вождь Билли и обменял — тоже на табак — мачту и бушприт. Все эти части были сняты с вельбота, вытребованного капитаном Дженсеном в предыдущую поездку на Малаиту. Вельбот принадлежал плантации Изабелла. Одиннадцать туземцев Малаиты, работавшие на ней по контракту, решили бежать. Они, конечно, не имели понятия, что такое вельбот, и как им управлять в открытом море. Поэтому они убедили двух туземцев с Сан-Кристобаля бежать вместе с ними. Санкристобальцы получили по заслугам, ибо должны были знать, с кем имеют дело. Когда они благополучно довели краденую лодку до Малаиты — им отрубили головы. Вот эту-то лодку и ее снасти старался вернуть капитан Дженсен.</p>
     <p>Все же я побывал на Соломоновых островах не совсем напрасно. Здесь, наконец, мне удалось увидеть, как было унижено высокомерие Чармиан, и неприступный замок ее женского превосходства был повержен во прах. Случилось это на Ланга-Ланга, искусственном острове, которого даже не видно под домами. Мы бродили здесь, окруженные сотнями бесстыдных голых мужчин, женщин и детей, и любовались пейзажем. Револьверы наши, конечно, были заряжены, и команда, тоже с винтовками, следила за нами с лодки. Но урок «военного человека» был дан так недавно, что нам, собственно, нечего было бояться. Мы ходили всюду и смотрели, что хотели, пока не дошли до какого-то большого ствола, перекинутого в виде мостика через воду. Чернокожие стали перед ним стеной, отказываясь пропустить нас. Мы потребовали объяснения. Чернокожие сказали — «Идите». Мы вытаращили глаза, ничего не понимая. Последовали разъяснения. Капитан Дженсен и я пройти могли, потому что были мужчинами. Но ни одна Мария не смела приблизиться к мосту, еще менее переходить по нему. «Мария» означала женщину, вообще, и Чармиан — увы! — была Марией. Значит, и для нее мост был тамбо, то есть табу. Какой гордостью переполнилась моя грудь! Наконец-то мое мужское достоинство было отмщено. Я принадлежал к высшему полу! Чармиан могла сколько угодно таскаться за нами по пятам, но мужчинами были все же только мы, и через мост могли идти только мы, а она должна была обходить кругом на вельботе.</p>
     <p>Мне решительно все равно, поверите ли вы или нет, но на Соломоновых островах это факт установленный: припадки лихорадки всегда бывают следствием нервных потрясений. И вот через полчаса после того, как Чармиан была лишена своих прав, ее отправили на «Миноту», завернули в несколько одеял и напичкали хинином. Я не знаю, какого рода нервные потрясения пережили Вада и Наката, но они слегли также. Да, климат Соломоновых островов мог бы быть немного поздоровее!</p>
     <p>Во время этого припадка лихорадки у Чармиан образовалась соломонова язва. Это было последней каплей. Все на «Снарке» переболели язвами, за исключением Чармиан. Я, например, был убежден, что потеряю ногу из-за необыкновенно злокачественной язвы под коленом. У Генри и Тэхэи — таитян — язв было множество. Вада считал свои дюжинами. У Накаты их было, правда, всего несколько штук, но зато по три дюйма в длину. У Мартина от язв сделалось омертвение тканей на ноге. Но Чармиан все время оставалась невредимой. И вот из этого ее иммунитета постепенно выросло презрение к нам. Она стала так много думать о себе, что однажды очень скромно сообщила мне, что все зависит исключительно от чистоты крови. Понимаете, — у всех были язвы, у нее нет, — значит… Ну, так вот же, теперь у нее была язва величиной с серебряный доллар, и чистота ее крови не помешала ей лечиться в течение многих недель сулемой. Она верит исключительно в сулему; Мартин — исключительно в иодоформ; Генри употребляет лимонный сок, а по-моему, если сулема действует слишком медленно, ее следует чередовать с перекисью водорода. Некоторые из белых, живущие на Соломоновых островах, имеют пристрастие к борной кислоте, другие к лизолю. У меня, впрочем, тоже есть патентованное средство. Называется оно — Калифорния. Пусть-ка найдет мне кто-нибудь соломонову язву в Калифорнии!</p>
     <p>Из Ланга-Ланга мы отправились вдоль лагуны, проходя иногда маленькими проливчиками, почти в ширину «Миноты», и манговые деревья с берегов смыкались над нами. Мы миновали построенные на рифах деревни Калака и Ауки. Основатели их, как и основатели Венеции, спаслись сюда от преследования береговых жителей. Убежав от какого-нибудь поголовного избиения целой деревни, и слишком слабые для борьбы в одиночку, они укрылись на песчаных мелях. Они укрепили мели и сделали их островами. Свою пищу они принуждены были добывать из моря, и стали «морскими людьми». Они изучили нравы рыб и моллюсков, изобрели лесы и крючки, сети и западни. Их тела приспособились к новому образу жизни, приспособились к лодке. Им негде было ходить, и все время они проводили на воде, вследствие чего у них стали широкие плечи, крепкие руки, узкие тазы и слабые ноги. Живя у берега и захватив в свои руки всю торговлю с островом, они разбогатели. Между ними и островитянами идет постоянная вражда, и перемирие бывает только по базарным дням, — раз или два в неделю. С обеих сторон торговлю ведут только женщины. На берегу, на расстоянии ста ярдов, прячутся в кустах островитяне в полном вооружении, а из лодок наблюдают «морские люди», тоже вооруженные. Впрочем, базарные перемирия нарушаются очень редко: островитяне слишком любят рыбу, а «морские люди» чувствуют невыносимую органическую потребность в зелени и фруктах, которые им негде выращивать на их плотно заселенных островках.</p>
     <p>Пройдя тридцать миль от Ланга-Ланга, мы подошли к проливу между островом Бассакана и Малаитой. К ночи ветер совершенно упал, и «Миноту» пришлось тащить вельботом на буксире. Но течение было против нас, и мы едва двигались. На полпути мы встретили «Юджени», крупную вербовочную шхуну, которую тащили два вельбота. Ее шкипер, капитан Келлер, весьма решительный немец лет двадцати двух, явился к нам «поболтать», и мы сообща обсуждали все малаитские новости. Ему повезло; в деревне Фиу он завербовал двадцать рекрутов на работы. Пока он был там, произошло одно из обычных здесь «приключений с убийствами». Убитый парень был из морских бушменов, то есть «морской человек» по образу жизни, но живущий на земле. Он работал в своем огороде, когда в нему пришли из леса трое туземцев. Они держали себя вполне дружелюбно по отношению к нему и, наконец, попросили <emphasis>кай-кай. Кай-кай</emphasis> — означает «есть». Он развел огонь и поставил вариться таро. Когда он нагнулся зачем-то к горшку, один из пришедших прострелил ему голову. Он упал головой в огонь, а они всадили ему копье в живот и распороли его.</p>
     <p>— Честное слово, не хотел бы, чтобы меня застрелили из штуцера, — прибавил капитан Келлер, — целая лошадь с телегой прошли бы через дыру в его голове!</p>
     <p>Вот еще одно доблестное убийство, которое произошло во время моего пребывания на Малаите. Умер один из вождей лесных островитян, — умер вполне естественной смертью. Но дикари ведь не верят, что можно умереть естественной смертью. Они понимают, что можно умереть от пули, томагавка или копья, но если человек умирает иначе, ясно, что его заколдовали. Вождь умер иначе, и его племя обвинило в его смерти одну семью. Так как решительно все равно, кого из членов заподозренной семьи убить ради отмщения, выбрали одиноко живущего старика. Это было удобнее. У него притом не было ружья. Кроме того, он был слеп. До несчастного старика дошли какие-то слухи, и он заготовил множество стрел. Три храбрых воина — все трое с ружьями — напали на него ночью. До утра они героически сражались с ним. Стоило им шевельнуться в кустарниках или стукнуть чем-нибудь, как слепой посылал туда стрелу. Утром, когда он выпустил последнюю, три героя набросились на него и размозжили ему голову.</p>
     <p>Утро застало нас в той же безнадежной борьбе с течением посреди пролива. В конце-концов мы пришли в отчаяние, повернули обратно, вышли в море и, обойдя остров Бассакана морем, добрались до Малу. Место стоянки в Малу было прекрасное, но оно лежало позади очень скверного рифа с узким проходом, так что войти было легко, а выйти достаточно трудно.</p>
     <p>Местный миссионер, мистер Каульфильд, только что совершил путешествие на вельботе вдоль берега. Это был стройный худощавый человек, страстно преданный своему делу, хладнокровный и практичный — настоящий священник двадцатого столетия. Отправляясь на Малаиту, он сказал, что пробудет там не больше шести месяцев. Потом он решил, что если остался жив в продолжение этого времени, то может попробовать остаться и еще. И вот прошло шесть лет, а он все еще здесь. Его опасения насчет шести месяцев были, однако, не напрасны. До него на Малаите были три миссионера, и в гораздо более короткий срок двое из них умерли от лихорадки, а третий вернулся калекой.</p>
     <p>— О каком это убийстве вы говорите? — перебил он неожиданно капитана Дженсена.</p>
     <p>Тот объяснил.</p>
     <p>— Ну, это было уже давно. Я говорю о другом, — сказал мистер Каульфильд. — Ваше случилось две недели назад.</p>
     <p>Здесь, в Малу, мне пришлось понести заслуженное возмездие за злорадство и все издевательства по поводу соломоновой язвы, которую Чармиан подцепила в Ланга-Ланга. И мистер Каульфильд был отчасти орудием этого возмездия. Он подарил мне курицу. Но чтобы получить ее, мне пришлось бегать за ней с ружьем по кустарникам. В конце-концов я ее подстрелил, но при этом споткнулся о ствол дерева и расцарапал ногу у щиколотки. В результате — три соломоновые язвы. С двумя прежними это выходило уже пять. А капитан Дженсен и Наката в это же время схватили <emphasis>гари-гари</emphasis>, что в буквальном переводе значит — скреби-скреби. Но переводить не было надобности: гимнастические упражнения капитана и Накаты были песней без слов, достаточно понятной.</p>
     <p>Нет, климат Соломоновых островов совсем не такой здоровый, как мог бы быть. Я пишу эту главу на острове Исабель, куда мы подвели «Снарк», чтобы почистить его киль. Только сегодня утром я встал от последнего приступа лихорадки, и между двумя приступами у меня был всего один свободный день. У Чармиан приступы бывают через две недели. Вада стал совсем калекой от этой лихорадки, вчера ночью мне показалось, что у него начинается воспаление легких. Генри, здоровенный гигант с Таити, только что встал сегодня от последнего приступа и валяется на палубе, как прошлогоднее гнилое яблоко. Он и Тэхэи собрали ценную коллекцию соломоновых язв и, кроме того, подцепили еще особую разновидность гари-гари, напоминающую отравление растительными ядами, как, например, дубильной или синильной кислотой. Впрочем, гари-гари не является их исключительной собственностью. Несколько дней назад Чармиан, Мартин и я пошли на охоту за голубями, и с тех пор мы имели довольно ясное представление о том, что такое муки ада. На маленьком островке Мартин изрезал себе подошвы о кораллы, гоняясь за акулой, — то есть, это он так говорит, мне же показалось, что положение дела было как раз обратное. Все порезы обратились в соломоновы язвы. Перед моей последней лихорадкой я ссадил немного кожу на пальцах, помогая убирать паруса, и теперь у меня три свеженькие язвочки. А бедный Наката! Целых три недели он не мог сидеть от слабости. Вчера он сел в первый раз и даже попробовал стать на ноги. Он очень доволен и уверяет, что теперь вылечится от своего гари-гари в течение месяца. Дальше: благодаря чрезмерному вдохновению по части «скреби-скреби», у него образовалось бесчисленное множество соломоновых язв. Еще дальше: он только что слег от седьмого приступа лихорадки. Если бы я был королем, то в качестве самого ужасного наказания для моих врагов я бы применял ссылку на Соломоновы острова. Но следом за этой в голову приходит другая мысль: даже будучи королем, вряд ли я стал бы поступать так жестоко.</p>
     <p>Доставка завербованных для плантаций рабочих на маленькой узкой яхте, построенной для плавания у берегов, — не слишком приятное дело. Палуба завалена ими и их семьями. Общая каюта завалена ими же. Ночью они все спят здесь. В нашу маленькую каюту можно попасть только через общую, и нам приходится протискиваться между сонными телами или прямо наступать на них. Это тоже не очень приятно. Они все до одного больны всевозможными злокачественными накожными болезнями. У многих из них стригущий лишай, и у очень многих б у к у а. Эта последняя происходит от паразита, живущего на растениях, он въедается в кожу и в мускулы. Зуд совершенно невыносим. На судно приходили туземцы с глубокими, до кости, язвами на подошвах. Несчастные больные могли ходить только на кончиках пальцев. Заражение крови встречается на каждом шагу, и капитан Дженсен оперирует всех подряд с помощью матросского ножа и иглы для сшивания парусов. Как бы ни был безнадежен случай, он смело вскрывает рану, вычищает ее и ставит припарку из морских сухарей. Когда мы наталкиваемся на особо ужасные язвы, мы поспешно убегаем к себе и поливаем свои собственные язвы сулемой. Так мы живем, и едим, и спим на «Миноте», в надежде на свою счастливую звезду.</p>
     <p>На Суава, другом островке, я вторично восторжествовал над Чармиан. Нас посетил «большой господин — хозяин Суава» (главный ее вождь). Но предварительно он прислал к капитану Дженсену за ситцем, чтобы прикрыть свою королевскую наготу. Он ждал ситца в челноке, стоявшим у самого борта. Клянусь чем угодно, что королевская грязь на его груди была не менее дюйма толщиной, и что давность нижних слоев ее восходила до десяти и даже двадцати лет. Вторично отправленный к нам посол разъяснил, что «большой господин Суава» соглашается — и даже охотно — пожать руку капитану Дженсену и мне, но что его высокорожденной душе совершенно неприлично унижаться до того, чтобы протянуть руку ничтожной женщине. Бедная Чармиан! Со времени своего приключения на Малаите она совершенно переменилась. Она стала до ужаса прилична, скромна и робка, — и я нисколько не удивлюсь, если — по возвращении в лоно цивилизации — она во время прогулки будет идти по тротуару шага на три позади меня, смиренно опустив голову.</p>
     <p>Больше ничего интересного в Суава не случилось. Бичу, повар-туземец, дезертировал. Налетали шквалы — хлестали нас дождем и ветром. Штурман, мистер Джэкобсен и Вада лежали в лихорадке. Наши соломоновы язвы росли и множились. Тараканы устраивали усиленные парады. Подходящим временем они считали полночь, а подходящим местом — нашу маленькую каюту. Они были от двух до трех дюймов длины, и их было много, целые сотни, и они бегали по нашим телам. Когда мы попробовали защищаться, они отделялись от земли и порхали в воздухе, как колибри. Они были гораздо больше наших собственных, снарковских. Может быть, наши просто еще молоды и не успели вырасти? Но зато у нас на «Снарке» имеются сколопендры — и порядочные, в шесть дюймов длины. При случае мы их убивали, чаще всего на койке Чармиан. Дважды я был укушен ими, и оба раза удивительно подло — во сне. Но с беднягой Мартином было еще хуже. Пролежав в постели три недели, он, наконец, сел… прямо на сколопендру.</p>
     <p>Мы вернулись на Малу, забрали еще семерых рекрутов, потом снялись с якоря и попытались пройти через предательские рифы. Ветер стих, течение так и несло на самую неприятную часть рифа. Как раз в ту минуту, когда мы выходили уже в открытое море, ветер повернул на четыре деления румба. Задержаться на якоре не удалось. Два якоря были потеряны еще в Тулаги. Бросили последний. Цепь была отпущена настолько, чтобы зацепиться за кораллы. Киль «Миноты» задел за дно, и ее грот-мачта так закачалась и задрожала, точно собиралась свалиться нам на головы. Якорная цепь натянулась как раз в ту минуту, когда огромная волна бросила нас к берегу. Цепь оборвалась. Это был наш последний якорь. «Минота» повернулась на месте и ринулась в сторону подводных камней.</p>
     <p>На палубе образовался совершенный бедлам. Все завербованные были лесными жителями и боялись моря; в паническом ужасе они выскочили на палубу, мешая всем. Наша команда схватилась за ружья. Все знали, что значит сесть на мель у Малаиты — одной рукой надо хватать ружье, другой — спасать судно. Что можно было сделать при таких условиях, я не знаю, но что-то нужно было делать, так как «Миноту» качало и било о кораллы. Туземцы со страха полезли на мачты, не понимая, что они могут сломаться. Спустили вельбот, чтобы он взял «Миноту» на буксир и не дал ей двигаться дальше на камни, а капитан Дженсен и штурман (бледный и едва стоящий на ногах от лихорадки) вытащили из трюма какой-то старый якорь, служивший балластом. На помощь подоспел на вельботе мистер Каульфильд со служащими миссии.</p>
     <p>Когда шквал налетел на «Миноту», нигде не было видно ни одного человека, но теперь они полезли со всех сторон, как ястреба, кружащиеся над добычей. Наша команда с ружьями наперевес удерживала их на расстоянии ста футов, обещая стрелять в случае приближения. И лодки так и стояли в ста футах от нас, черные и зловещие, переполненные людьми, которые веслами удерживали их на грани опасного прибоя. В то же время со всех сторон с холмов сбегались туземцы, вооруженные копьями, ружьями, стрелами и палицами, пока весь берег не покрылся ими. Положение обострялось еще и тем, что по меньшей мере десять человек наших рекрутов принадлежали именно к этому племени, которое жадно ожидало на берегу, когда можно будет завладеть табаком и мануфактурой и всем, что было на «Миноте».</p>
     <p>«Минота» была крепко построена, а это самое важное для судна, которое наскочило на рифы. Как ее трепало, можно судить по тому, что в первые двадцагь четыре часа она разорвала две якорные цепи и восемь толстых канатов. Вся команда деятельно ныряла, привязывая новые канаты к якорям. Иногда и цепи и канаты рвались одновременно. И все же «Минота» еще держалась. С берега доставили три толстых ствола и подсунули под ее киль, чтобы защитить его. Стволы были тотчас же искрошены, и тросы, на которых они держались, изорваны, а судно все подпрыгивало, и все еще было цело. Но все же мы оказались счастливее «Айвенго», большой вербовочной шхуны, которая села на мель у берегов Малаиты несколько месяцев назад и была разграблена туземцами. Капитану и команде удалось спастись на вельботе, а лесные и морские островитяне мигом очистили судно.</p>
     <p>Шквал за шквалом налетал на «Миноту» с бешеным ливнем, и волны становились все выше. «Юджени» стояла на якоре в пяти милях в наветренную сторону за мысом, и с нее нельзя было видеть, что с нами случилось. По просьбе капитана Дженсена я написал несколько слов капитану Келлеру, умоляя прислать запасные якоря и канаты. Но никто из туземцев не соглашался доставить письмо. Напрасно я предлагал пол-ящика табаку, — чернокожие скалили зубы, ухмылялись, и ни один человек не двинулся. Пол-ящика табаку стоили три фунта стерлингов. Письмо даже при таком ветре можно было доставить за два часа, и, значит, можно было заработать в эти два часа столько, сколько за год на плантациях. Я подошел в лодке к мистеру Каульфильду, который со своего вельбота вытаскивал якорь. Я думал, что он имеет некоторое влияние на туземцев. Он подозвал к себе челноки и, когда его окружило десятка два челноков, еще раз повторил им о моем предложении. Никто не отозвался.</p>
     <p>— Знаю, что вы думаете! — крикнул им миссионер. — Вы думаете, шхуна набита табаком, и вы его все равно получите! А я вам говорю, она набита ружьями. И не табак вы получите, а пули!</p>
     <p>Наконец, один из туземцев, одиноко сидевший в маленьком челноке, взял письмо и уехал. В ожидании помощи, на «Миноте» продолжали работать. Опорожнили бочки с пресной водой, а реи, паруса и балласт перевезли на берег. Хорошенькие минуты пережили мы, когда «Минота» с одного бока переваливалась на другой, а куча людей, спасая жизнь и ноги, скакала через ящики, реи и двухпудовые железные болванки балласта, катающиеся по палубе от борта к борту. Бедная красивенькая гоночная яхта! Ее палубы и подвижной такелаж были совершенно разорены. Внизу все было разворочено. Пол в каюте был снят, чтобы добраться до балласта, и грязная вода плескалась в трюме. Лимоны, облепленные мокрой мукой, катались там же, напоминая невыпеченные пирожки. В капитанской каюте Наката охранял винтовки и патроны.</p>
     <p>Наконец, через три часа после того как наш посол отчалил, с подветренной стороны, сквозь стены дождя и вихря, пробился к нам вельбот. На нем был капитан Келлер, мокрый от дождя и волн, с револьвером за поясом; его команда была вооружена до зубов, посредине лодки кучей лежали якоря и канаты, и вельбот летел быстрее ветра: белый человек спешил на помощь белому человеку.</p>
     <p>Ястребиная линия челнов, так долго ждавших добычи, разбилась и исчезла так же скоро, как образовалась. Теперь у нас было три вельбота, из которых два непрерывно ходили между судном и берегом, а третий возился с якорями, связывая лопнувшие канаты. К вечеру, посоветовавшись друг с другом и приняв во внимание, что часть нашей команды и десять рекрутов были из этих мест, мы отобрали оружие у команды. Ружья были переданы пятерым служащим миссии, явившимся к нам с мистером Каульфильдом.</p>
     <p>Поздно ночью мистер Каульфильд получил предостережение: за голову одного из наших рекрутов, оказывается, была назначена награда в пятьдесят саженей раковин (местная монета) и сорок свиней. Так как захватить судно не удалось, туземцы решили заполучить эту голову. Раз начинается кровопролитие, никогда нельзя сказать заранее, чем оно кончится; поэтому капитан Дженсен вооружил вельбот и отправил его в глубь бухты. Уги, один из нашей команды, встал на носу и говорил от имени капитана. Уги был очень взволнован. Предостережение капитана Дженсена, что всякая лодка, приблизившаяся ночью к судну, будет расстреляна, он перевел как-то очень воинственно, закончив эффектной фразой, приблизительно в таком роде: «Вы убиваете капитана, — я пью его кровь и умираю с ним!»</p>
     <p>Туземцы удовлетворились тем, что сожгли один из пустых домов при миссии, а затем ушли в лес. На следующий день подошла «Юджени». Три дня и две ночи билась «Минота» на рифах. Но она все-таки выдержала; ее киль был освобожден, и ее отвели в спокойное место. Здесь мы распрощались с нею и со всеми находящимися на ней и пересели на «Юджени», направившуюся на остров Флориду.</p>
     <p><emphasis>Примечание автора.</emphasis> Чтобы доказать, что мы на «Снарке» не какие-нибудь мозгляки, что можно было бы заподозрить по постигшим нас болезням, привожу следующую дословную выписку из корабельного журнала «Юджени». Эта выписка может дать представление о том, что такое плавание у Соломоновых островов.</p>
     <empty-line/>
     <cite>
      <p>У л а в а. Четверг, 12 марта 1908 года.</p>
      <p>Утром отправили на берег шлюпку. Достали груз кокосовых орехов. 4000 копры. Капитан лежит в лихорадке.</p>
      <p>У л а в а. Пятница, 13 марта 1908 года.</p>
      <p>Купили орехов 1,5 тонны. Подшкипер и капитан лежат в лихорадке.</p>
      <p>У л а в а. Суббота, 14 марта 1908 года.</p>
      <p>В полдень подняли якорь и при слабом ONO отплыли в Нгора-Нгора. Якорь бросили на глубине 8 фатомов — кораллы и раковины. Подшкипер лежит в лихорадке.</p>
      <p>Н г о р а — Н г о р а. Воскресенье, 15 марта 1908 года.</p>
      <p>На рассвете обнаружили, что рабочий Багуа умер ночью от дизентерии. Он проболел около двух недель. На закате сильный шквал с NW.</p>
      <p>(Приготовили запасный якорь.) Шквал длился 1 ч. 30 м.</p>
      <p>Н а м о р е. Понедельник, 16 марта 1908 года.</p>
      <p>Взяли курс на Сикиану в 4 часа дня. Ветер утих. Сильные шквалы в течение ночи. Капитан болен дизентерией, а также один матрос.</p>
      <p>Н а м о р е. Вторник, 17 марта 1908 года.</p>
      <p>Капитан и два матроса больны дизентерией. У подшкипера лихорадка.</p>
      <p>Н а м о р е. Среда, 18 марта 1908 года.</p>
      <p>Сильное волнение. Подветренный борт все время заливает водой. Идем под зарифленными парусами. Капитан и три матроса больны дизентерией. Подшкипер лежит в лихорадке.</p>
      <p>Н а м о р е. Четверг, 19 марта 1908 года.</p>
      <p>Густой туман, ничего не видно. Все время штормовой ветер. Насос испортился, воду черпают ведрами. Капитан и пятеро матросов больны дизентерией.</p>
      <p>Н а м о р е. Пятница, 20 марта 1908 года.</p>
      <p>В течение ночи шквалы, достигавшие силы урагана.</p>
      <p>Капитан и шесть матросов больны дизентерией.</p>
      <p>Н а м о р е. Суббота, 21 марта 1908 года.</p>
      <p>Повернули в сторону от Сикианы. Весь день шквалы с ливнями и бурное море. Капитан и большая часть команды больны дизентерией. У подшкипера лихорадка.</p>
     </cite>
     <empty-line/>
     <p>И так изо дня в день, — причем большинство команды лежит в дизентерии, — продолжает корабельный журнал «Юджени». Нечто новое случилось только 31 марта, когда подшкипер заболел дизентерией, а капитана свалила лихорадка.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVI. ВРАЧ-САМОУЧКА</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Когда мы отплыли из Сан-Франциско, я знал о болезнях приблизительно столько же, сколько адмирал швейцарского флота о море. И вот, прежде всего, позвольте мне дать один совет всякому, кто вздумает отправиться в какие-нибудь необычайные местности под тропиками. Прежде всего сходите в первоклассную аптеку, — такую, где работают настоящие специалисты, знающие решительно все. Вызовите одного из таковых и переговорите с ним основательно. Запишите тщательно все, что он вам скажет. Составьте список всего того, что он порекомендует взять с собой. Напишите чек на общую сумму и… разорвите его.</p>
     <p>Я очень жалею, что не поступил так. Теперь я знаю, что самое умное было бы купить одну из тех готовых чудодейственных аптечек, которые так любят капитаны судов четвертого разряда. В такой аптечке каждая баночка имеет номер. На внутренней стороне крышки помещается краткое руководство: № 1 — зубная боль; № 2 — оспа; № 3 — расстройство желудка; № 4 — холера; № 5 — ревматизм, — все существующие болезни подряд. Я бы, по крайней мере, употреблял их, как один почтенный шкипер, который, истратив № 3, смешивал № 1 и № 2, или когда выходил № 7, давал своей команде № 4 и № 3 до тех пор, пока № 3 не выходил в свою очередь; тогда он принимался за № 5 и № 2.</p>
     <p>Что же касается моей аптеки, то, за исключением сулемы (рекомендованной мне для операций, которых я ни разу не делал), она оказалась совершенно бесполезной. Она была хуже, чем бесполезной, так как занимала много места, которое я мог бы использовать гораздо лучше.</p>
     <p>Мои хирургические инструменты — это дело другое. Мне, правда еще ни разу не пришлось пользоваться ими всерьез, но мне не жаль места, которое они занимают. Достаточно вспомнить о них, чтобы почувствовать себя хорошо. Это своего рода страхование жизни, но только гораздо симпатичнее, ибо в неприятной процедуре со страхованием выигрывает только тот, кто умирает. Положим, я не знаю, как ими пользоваться, но любой шарлатан с моим незнанием имел бы блестящую практику. А потом — о беде не беспокоишься, пока черт за ногу не схватит, — а разве мы могли знать, когда это случится и не случится ли это за тысячу миль от твердой земли, и не будет ли до ближайшего порта двадцать дней пути.</p>
     <p>Я решительно ничего не знал о лечении зубов, но один из моих друзей снабдил меня на дорогу щипцами, а в Гонолулу я купил книгу о зубах и зубных болезнях. В том же тропическом городе я ухитрился раздобыть череп, у которого я извлекал зубы быстро и безболезненно. Вооруженный таким образом, я был готов, хотя и не с чрезмерной радостью, вцепиться в любой зуб, который мне попадется. Первый случай представился мне в Нукухива на Маркизских островах; это был зуб маленького старого китайца. Прежде всего я почувствовал приступ экзаменационной лихорадки, и я предоставляю решить всякому здравомыслящему человеку, удобно ли начинать с лихорадки, дрожания рук и сердцебиения человеку, который уверенно собирается дергать зуб. Мне не удалось обмануть бедного китайца. Он был напуган не меньше моего и даже чуть-чуть больше. Я едва не забыл о своем страхе, когда сообразил, что китаец может убежать. Клянусь вам, если бы он попробовал сделать это, я дал бы ему подножку, сел бы на него и стал бы ждать, пока он не придет в себя и не успокоится.</p>
     <p>Мне очень хотелось выдернуть этот зуб, а Мартину хотелось снять фотографию с меня в эту минуту. Чармиан тоже пришла со своим аппаратом. Наконец, процессия двинулась. Мы жили в доме, который когда-то назывался клубом, в те времена, когда Стивенсон приезжал на Маркизские острова. На веранде (где он провел столько приятных часов) свет оказался нехорош — то есть для снимков. Я двинулся в сад, со стулом в одной руке и всевозможными щипцами в другой, и колени мои стучали друг от друга неприличнейшим образом. Бедный старик-китаец шел сзади и тоже дрожал. Чармиан и Мартин с кодаками составляли арьергард. Мы нырнули в тень авокадовых деревьев, прошли между кокосовыми пальмами и вышли на полянку, удовлетворявшую фотографическим требованиям Мартина.</p>
     <p>Я посмотрел на зуб и внезапно открыл, что решительно ничего не помню о зубах, которые выдергивал из черепа месяцев пять назад. Сколько у зуба корней? Один, два, три? То, что оставалось от него сверху, было очень хрупко с виду, и я знал, что должен ухватить зуб где-то поглубже в десне. Было положительно необходимо знать, сколько у него корней. Я сходил домой за книгой о зубах и зубных болезнях. У моей несчастной жертвы был такой вид, как у его соотечественников, приговоренных к смерти (сужу по фотографиям), ожидающих на коленях удара меча, который должен снести им голову.</p>
     <p>— Только не дайте ему уйти, — шепнул я Мартину, отправляясь за книгой. — Я очень хочу выдернуть зуб.</p>
     <p>— Ну, разумеется, — восторженно отвечал он из-за аппарата. — Я очень хочу вас сфотографировать.</p>
     <p>В эту минуту я пожалел китайца. Хотя в книге не было ничего относительно самого процесса выдергиванья зубов, все-таки эта была отличная книга: на одном из рисунков я нашел все зубы и все их корни, и как они сидят в челюсти. Теперь нужно было выбрать щипцы. У меня их было семь пар, но какие взять — я не знал. Я не хотел, разумеется, чтобы вышла какая-нибудь ошибка. Когда я стал перебирать со звоном эти орудия пытки, несчастная жертва окончательно потеряла присутствие духа и стала изжелта-зеленой. Она пожаловалась было на солнце, но оно было необходимо для съемки, так что пришлось стерпеть и это. Наконец, я наложил щипцы, а пациент вздрогнул и упал духом окончательно.</p>
     <p>— Вы готовы? — крикнул я Мартину.</p>
     <p>— Готов! — отвечал он.</p>
     <p>Я дернул. О боги! зуб едва держался… Он выскочил в то же мгновение. Я с торжеством поднял его высоко на щипцах.</p>
     <p>— Всадите назад, пожалуйста, всадите назад! — взмолился Мартин. — Нельзя так скоро, — я ничего не успел.</p>
     <p>И старичок-китаец снова сел, и я всадил ему зуб и снова вытащил. Мартин щелкнул затвором. Подвиг был совершен. Гордость? Упоение? Да! Ни один охотник, конечно, не гордился так первым убитым оленем, как я моим первым зубом… Я это сделал! Я! Своими собственными руками (и парой щипцов) я сделал это!</p>
     <p>Следующим моим пациентом был матрос-таитянин. Он был небольшого роста и едва держался на ногах от зубной боли, продолжавшейся уже много дней и много ночей. Прежде всего я разрезал десну. Я, конечно, не знал, как это делается, но все-таки разрезал. Тащить зуб было очень трудно, и я очень долго возился. Человек этот был героем. Он стоял и мычал, и я думал, что он упадет в обморок. Но он все же не закрывал рта и не мешал мне тащить. И, наконец, зуб вышел. После этого я готов был принять кого угодно — самое подходящее состояние духа для битвы под Ватерлоо. И она наступила. И звали ее Томми. Это был здоровенный дикарь (язычник к тому же), имевший самую скверную репутацию. Ему приписывали многие насильственные деяния, — между прочим, убийство двух жен. Его отец и мать были откровенными людоедами. Когда он сел в кресло, а я всунул ему в рот щипцы, я заметил, что он, сидя, такого же роста, как я стоя. Я знал, что иногда такие большие люди, склонные к жестокости, не переносят малейшей боли; поэтому я его побаивался. Чармиан схватила его за одну руку, Уоррен — за другую. Затем началась битва. В то мгновение, когда щипцы уцепили его зуб, он сжал щипцы челюстями. В то же время его обе руки взлетели и ухватились за мою руку. Я держал крепко, и он держал крепко. Чармиан и Уоррен тоже держали крепко.</p>
     <p>Нас было трое против одного, и, конечно, с моей стороны было безумием тащить таким образом больной зуб; и несмотря на такое неравенство сил, дикарь вскочил, подняв на воздух всех нас троих. Щипцы соскользнули, проехавшись по его верхним зубам с душераздирающим визгом, и выпали изо рта. Мы лежали на земле. Он испустил кровожадный вопль, и мы думали, что сейчас будем убиты. Но этот дикарь с кровавой репутацией только завыл и упал в кресло. Он сжал голову обеими руками и стонал, стонал, стонал. Он не хотел ничего слушать. Он считал меня шарлатаном. Мое безболезненное удаление зубов было обманом, издевательством и низкой саморекламой. Мне до такой степени хотелось вырвать этот зуб, что я готов был дать дикарю взятку. Но профессиональная гордость не позволила сделать это, и я отпустил его с невыдернутым зубом. И это было единственным случаем в моей практике, когда мне не удалось добиться своего. С тех пор я не пропустил уже ни одного зуба. На следующий же день я вызвался отправиться в трехдневное плавание против ветра за зубом одной миссионерки. Я сильно рассчитываю к концу плавания на «Снарке» научиться делать мостики и накладывать золотые коронки.</p>
     <p>Я не знаю хорошенько, что это такое — африканская язва или нет — один доктор на Фиджи сказал мне, что да, а миссионер на Соломоновых островах — что нет; во всяком случае я смело утверждаю, что эта болезнь — вещь крайне неприятная. Такое уж выпало мне счастье: в Таити я нанял матроса-француза, который, когда мы вышли в море, оказался болен отвратительной накожной болезнью. «Снарк» был слишком мал — и жил слишком по-семейному, чтобы такого больного можно было оставить; но пока мы добрались до твердой земли, я волей-неволей принужден был лечить его. Я почитал книги и принялся за лечение, обливаясь антисептическими средствами. Когда мы доехали до Тутуилы, где надеялись оставить его, портовый врач объявил из-за него карантин всему «Снарку» и не позволил повару высадиться на берег. Наконец, в Апии, на Самоа, мне удалось посадить его на пароход, идущий в Новую Зеландию. Здесь, в Апии, москиты здорово искусали мне ноги у щиколоток, и я, надо сознаться, основательно расчесал искусанные места. Когда мы дошли до Саваи, у меня образовалась небольшая язва на подошве. Я решил, что это от жары и от едких испарений лавы, по которой я много ходил. Помазать мазью — и все пройдет, — думал я. От мази ранку скоро затянуло, но тотчас же вокруг началось воспаление, вновь образовавшаяся кожа сошла и язва стала еще больше. И так повторялось много раз. Много раз затягивалась рана кожей, но тотчас же вокруг начиналось воспаление, и в результате язва увеличивалась. Я был озадачен и испуган. Всю жизнь кожа моя отличалась свойством легко заживать, но здесь явилось на коже, очевидно, нечто такое, что не давало ей зажить. Наоборот, это нечто каждый день съедало мою кожу и, проев ее насквозь принималось за мышцы.</p>
     <p>В это время «Снарк» был в открытом море, направляясь на Фиджи. Я вспомнил француза-матроса и первый раз в жизни испугался не на шутку. Появились еще четыре такие же язвы, или вернее, нарыва, и болели так, что я не спал ночей. Я только и думал, как бы поскорее добраться до Фиджи, и оставив там «Снарка», самому отправиться пароходом в Австралию к врачам-специалистам. В качестве врача-любителя я продолжал делать, что умел. Я перечел все медицинские книги, которые у нас были, но не встретил ни одной строчки, ни одного словечка о моей болезни. Я решил подойти к проблеме попросту. Меня съедают какие-то злокачественные гнойники. Очевидно, действует какое-то сильное органическое отравление. Отсюда два вывода. Во-первых — найти противоядие. Во-вторых — гнойники, очевидно, нельзя лечить наружными средствами — надо прибегнуть к внутренним. В качестве противоядия я решил взять сулему. Самое название показалось мне весьма сильным. Вот именно — огнем против огня! Меня пожирал сильнодействующий яд, — я выдвинул против него другой сильнодействующий яд. В продолжение многих дней я чередовал промывания сулемой с промываниями перекисью водорода, и когда мы достигли Фиджи, четыре нарыва из пяти были вылечены, а пятый стал величиной с горошину.</p>
     <p>Теперь я почувствовал себя специалистом по части лечения африканской язвы, но в то же время и к ней почувствовал большое уважение. Не так отнеслась к этому происшествию остальная команда «Снарка». Для них видеть — не значило уверовать. Все они видели мое отчаянное положение, и у всех у них — я глубоко убежден в этом — была подсознательная уверенность в том, что их прекрасная наследственность и сильная личность не допустили бы внедрения в их организм такого мерзкого яда, а вот его — то есть моя — анемичная наследственность и ничтожная личность — допустили. В Гавани Решения на Новых Гебридах Мартину пришло в голову прогуляться по лесу босиком, и он вернулся на «Снарк» с многочисленными порезами и ссадинами на ногах.</p>
     <p>— Следовало бы быть поосторожнее, — предостерег я. — Я вам дам немного сулемы, чтобы промыть порезы. На всякий случай, вы понимаете.</p>
     <p>Мартин усмехнулся весьма высокомерно. Он не сказал ничего, но все же мне дано было понять, что он не таков, как некий другой человек, которого мы оба знаем (этот «некий другой» мог быть только я), и что через несколько дней его ссадины заживут. Он прочел мне поучительную лекцию о своей наследственности, о чистоте своей крови и ее удивительной целительной силе. Когда он кончил, я чувствовал себя совсем уничтоженным. Да, несомненно, я отличался от других людей по части чистоты крови.</p>
     <p>Однажды при глажении белья Наката, наш бой, принял свою ногу за подставку для утюга и получил ожог в три дюйма длины и полдюйма ширины. И он тоже усмехнулся, когда я предложил ему сулему, напоминая о собственном горьком опыте. Мне дали понять очень вежливо и осторожно, что причиной всего была моя плохая кровь, а мол его японская кровь из Порт-Артура — самая первосортная, и наплевать ему на все микробы.</p>
     <p>Вада, повар, принимал однажды участие в неудачном причале моторной лодки, и ему пришлось спрыгнуть в воду и помогать тащить ее к берегу через прибой. Он сильно изрезал ноги о раковины и кораллы. Я предложил ему склянку с сулемой. И опять мне пришлось претерпеть усмешку, и опять мне дали понять, что кровь Вады — хорошая кровь — от нее попало русским и попадет, конечно, Соединенным Штатам, а если его кровь не сможет противостоять нескольким пустячным царапинам, то ему придется с горя сделать себе харакири.</p>
     <p>Из всего вышеизложенного я заключил, что врач-любитель не бывает признан на своем судне, даже если ему удастся вылечить самого себя. Вся команда смотрела на меня теперь как на тихого помешанного, пунктиком которого были язвы и сулема, — и раз у меня самого была нечистая кровь, какое же право я имел приписывать ее всем другим? Я перестал предлагать свои услуги. Время и микробы были за меня, и мне оставалось только ждать.</p>
     <p>— Что-то мои порезы как будто загрязнились, — сказал Мартин несколько времени спустя, поглядывая на меня вопросительно. — Я думаю, если их промыть, все будет в порядке, — прибавил он, видя, что я молчу.</p>
     <p>Еще два дня прошло, а порезы не заживали — и я как-то наткнулся на Мартина, моющего ноги в ведре горячей воды.</p>
     <p>— Просто горячая вода! — воскликнул он с одушевлением. — Это получше всех ваших докторских средств. К утру все пройдет, увидите.</p>
     <p>Но к утру взгляд его стал беспокойным, и я знал, что час моей победы приближается.</p>
     <p>— Пожалуй, я попробую какое-нибудь из ваших снадобий, — объявил он в тот же день к вечеру. — Вряд ли это поможет, конечно, но все-таки надо попробовать.</p>
     <p>Вскоре после этого и гордая японская кровь явилась за лекарством, и я окончательно унизил ее, объяснив охотно и детально мой метод лечения. Наката выполнял мои инструкции очень точно, и язвы его уменьшались с каждым днем. Вада был вообще апатичнее, и лечение его шло хуже. Но Мартин все еще сомневался, и так как он не излечился сразу, то стал проповедывать теорию, что даже в тех случаях, когда лекарство хорошо, оно не может быть хорошо для всех. На него, например, сулема не действует. Да и откуда я могу знать, что это и есть настоящее средство? Разве у меня был опыт? То, что я вылечился, еще не доказывает, что я вылечился именно благодаря сулеме. Бывают же совпадения. Несомненно, что существует какое-то настоящее лекарство от язв, и когда он попадет к настоящему врачу, он его узнает и получит — и выздоровеет.</p>
     <p>Около этого времени мы прибыли на Соломоновы острова. После самого непродолжительного пребывания на них я очень ясно — и притом первый раз в жизни — представил себе, до чего хрупки ткани человеческого тела. Нашей первой остановкой был Порт-Мария на острове Санта-Анна. Единственный белый человек в порту, торговый агент, подошел к нам на вельботе. Его звали Том Бутлер, и он был великолепным примером того, во что может обратиться здоровый человек на Соломоновых островах. Он беспомощно лежал в своем вельботе, как умирающий. На его лице не только не было ни малейшего следа улыбки, но даже никакого сознательного человеческого выражения. Это был темный череп, который не в силах был даже улыбнуться. У Бутлера тоже были африканские язвы. Нам пришлось втаскивать его на палубу «Снарка». Он уверял, что прекрасно себя чувствует, что лихорадки давно нет и что, за исключением руки, все у него в порядке. Рука у него была парализована, но он отрицал это. Правда, у него был паралич раньше, но теперь прошел совершенно. Параличи — это обычная местная болезнь на Санта-Анна, — объяснял он, когда его вносили в каюту, а его мертвая рука билась о ступеньки. Это был, без сомнения, самый страшный и отвратительный гость из всех посетивших нас на «Снарке», а у нас бывали и с проказой, и с элефантиазисом.</p>
     <p>Мартин осведомился у него о фрамбезии, африканской язве, потому что, несомненно, он был достаточно сведущим по этой части. Мы это видели по его рукам и ногам, сплошь покрытым рубцами, и по гноящимся язвам между ними.</p>
     <p>— О, к язвам-то привыкаешь, — заявил Том Бутлер. — Язвы что, — пустяки, пока не въедятся слишком глубоко. А вот если они дойдут до артерий, то проедают их стенки — и тогда похороны, и больше никаких. Многие туземцы умирают от этого. Но это неважно в конце концов. Если не язвы — то будет что-нибудь другое. На Соломоновых островах всегда так.</p>
     <p>Я заметил, что с этого времени Мартин стал относиться к своим язвам со все возрастающим интересом. Он стал чаще и аккуратнее промывать их сулемой, а в разговоре все с большим одушевлением вспоминал прекрасный климат Канзаса и прочие его прелести. Мы с Чармиан полагали, что Калифорния — единственное место, где все хорошо. Генри клялся островом Рана, Тэхэи превозносил Бора-Бора, Вада и Наката слагали стансы в честь здорового климата Японии.</p>
     <p>Однажды вечером, когда «Снарк» огибал остров Уги, отыскивая одну хваленую якорную стоянку, один английский миссионер, мистер Дрью, направлявшийся на своем вельботе в Сан-Кристобаль, явился к нам и остался у нас обедать. Мартин, забинтовавший свои ноги так, что они походили на ноги мумии, как всегда, свернул разговор на язвы.</p>
     <p>— Да, — сказал мистер Дрью, — на Соломоновых островах это вещь обычная. Все приезжие белые страдают такими язвами.</p>
     <p>— У вас они тоже были? — спросил Мартин, и в душе был, вероятно, чрезвычайно шокирован тем, что у миссионера англиканской церкви столь вульгарное заболевание.</p>
     <p>Мистер Дрью кивнул, прибавив, что не только были, но и сейчас еще есть, так что он все еще продолжает лечение.</p>
     <p>— А что вы употребляете? — спросил Мартин поспешно.</p>
     <p>В ожидании ответа, сердце мое остановилось. Этот ответ должен был восстановить или погубить навсегда мою докторскую репутацию. Мартин — это я видел — был твердо уверен в ее гибели. И тогда последовал ответ, — благословенный ответ!</p>
     <p>— Сулему, — сказал мистер Дрью.</p>
     <p>Мартин сдался — совершенно и окончательно, — и сделал это, надо сказать, очень мило, и я убежден даже, что если бы в ту минуту я попросил у него разрешения выдернуть один зуб, он не отказал бы мне и в этом.</p>
     <p>— Все белые на Соломоновых островах страдают африканской язвой, и каждый порез и каждая царапина означают образование новых язв. У всех, с кем я встречался, они были, и у девяти из десяти еще не прошли окончательно. Было, впрочем, одно исключение. Один молодой парень, пробывший в общем здесь около пяти месяцев, на десятый день после приезда слег от лихорадки и затем болел лихорадкой так часто, что у него не было ни времени, ни подходящего случая получить язвы.</p>
     <p>На «Снарке» язвы были у всех, кроме Чармиан. Благодаря этому самомнение ее было не меньше, чем самомнение Японии или Канзаса. Она приписывала проявленный ею иммунитет чистоте своей крови, и по мере того как проходили дни, она все чаще и решительнее приписывала его чистоте своей крови. Говоря между нами, я приписывал этот «иммунитет» тому простому факту, что она женщина, а потому ей не приходится ранить руки на тяжелой работе, как нам, трудящимся мужчинам, в поте лица своего ведущим «Снарк» вокруг света. Ей я, конечно, не говорил этого. Я не хотел унизить ее оружием грубых фактов. К тому же я был доктором — пусть хотя бы любителем, — я знал о болезнях больше, чем она, и понимал, что время — мой лучший союзник. К несчастью, я не сумел воспользоваться услугами этого союзника, когда он преподнес мне очаровательную маленькую язвочку на ее щиколотке. Я так поспешно применил антисептическое лечение, что язва зажила раньше, чем Чармиан испугалась. И опять я очутился в роли пророка, непризнанного в своем отечестве; даже хуже, — меня обвинили в том, что я преднамеренно старался уверить ее, будто у нее действительно образовалась язва. Чистота ее крови окончательно встала на дыбы, и я принужден был уткнуться носом в книги по навигации и молчать. И, наконец, день настал. В это время мы плыли вдоль берегов Малаиты.</p>
     <p>— Что это у вас на ноге внизу?</p>
     <p>— Ничего, — отвечала она.</p>
     <p>— Прекрасно, — сказал я, — все же промойте сулемой на всякий случай. А недели через две или три, когда ранка заживет и останется только шрам — он останется у вас до конца ваших дней, — вы позабудете о чистоте вашей крови и о всех ваших предках и поговорите со мной об африканской язве.</p>
     <p>На этот раз язва была величиною с серебряный доллар и не проходила три недели. Случалось, что Чармиан не могла ходить от боли, и тогда она объясняла и доказывала, что щиколотка самое болезненное и неприятное место для язвы. Я в свою очередь доказывал, что самое болезненное и неудобное место — это ступня. Мы предоставили Мартину решить спор, он не согласился ни с кем из нас и уверял, что единственное действительно болезненное место — это голень.</p>
     <p>Но с течением времени язвы теряют всякий интерес новизны. В настоящую минуту, когда я пишу это, у меня пять язв на руках и три на голени. У Чармиан две — по обеим сторонам правой ступни. Тэхэи сходит с ума от своих. У Мартина на голени новые раны, затмившие все прежде бывшие. А у Накаты их несколько десятков. Но история «Снарка» ничем не отличается от истории всех судов, заходивших на Соломоновы острова с момента их открытия. Выписываю следующее место из «Указателя по мореплаванию»:</p>
     <p>«Команды судов, пробывших более или менее продолжительное время на Соломоновых островах, страдают от ран и язв, почти всегда переходящих в злокачественные».</p>
     <p>По вопросу о лихорадке «Указатель» дает такие же малоутешительные разъяснения:</p>
     <p>«Новоприбывшие рано или поздно заболевают лихорадкой. Туземцы также подвержены ей. Число смертных случаев среди белых в 1897 году составляло девять на пятьдесят».</p>
     <p>Думаю, что некоторые из этих смертей были случайными.</p>
     <p>У нас первым слег от лихорадки Наката. Это случилось в Пендефрине. За ним последовали Вада и Генри. Потом сдала Чармиан. Мне удалось выдержать несколько месяцев, но когда я свалился в свою очередь, через несколько дней слег и Мартин, очевидно из чувства товарищества. Из нас семерых держался только Тэхэи, но его тоска по родине была хуже всякой лихорадки. Наката, как и всегда, в точности выполнял все предписания, так что к концу третьего припадка научился, пропотев два часа и проглотив от тридцати до сорока гран хинину, вставать через сутки и двигаться на собственных ногах, хотя и очень слабых.</p>
     <p>Вада и Генри были трудными пациентами. Вначале Вада страшно перепугался. Он был твердо убежден, что звезда его закатилась и что Соломоновы острова будут его могилой. Он знал, что жизнь здесь ценится дешево. В Пендефрине он видел, как свирепствует дизентерия, и, на свое несчастье, присутствовал на погребении одной из ее жертв: умершего вынесли на железном листе и бросили в яму без гроба и без всяких похоронных церемоний. Здесь у всех была лихорадка, у всех была дизентерия, у всех было все. Смерть была самой обыкновенной вещью. Сегодня жив — завтра умер, — и Вада совершенно забыл про сегодняшний день, думая, что уже наступило завтра.</p>
     <p>Он не заботился о своих язвах, забывал промывать их сулемой, расчесывал их без удержу и, конечно, разнес заразу по всему телу. Он не выполнял также предписаний по части лихорадки и в результате валялся после припадка по пяти дней подряд, когда совершенно достаточно было одного. Здоровенный гигант Генри вел себя так же глупо. Он раз навсегда отказался принимать хинин на том основании, что несколько лет назад у него была лихорадка и доктор давал ему какие-то пилюли, которые ни цветом, ни величиной не походили на таблетки хинина, предлагаемые мною. Генри всегда был заодно с Вадой.</p>
     <p>Но я оставил их обоих в дураках, вылечив лекарством, для них самым подходящим — внушением. Они верили в свой страх и считали, что скоро умрут. Я заставил их проглотить хорошую порцию хинина и смерил температуру. В первый раз я пользовался термометром, приложенным к моему знаменитому ящику с медикаментами, и немедленно же убедился, что он никуда не годится, ибо был сделан для сбыта, а вовсе не для измерения температуры. Но если бы я заикнулся только моим пациентам, что термометр испорчен, в самом скором времени у нас на «Снарке» были бы два трупа. Температура у них, честное слово, была сорок градусов. Я торжественно поставил им термометр в рот, выразил на своем лице несомненное удовлетворение и очень весело сообщил, что температура у них — тридцать восемь. Затем я снова напичкал их хинином и предупредил, что если они теперь будут чувствовать себя очень слабыми и совсем больными, то единственно от хинина; после этого я оставил их выздоравливать. И они выздоровели, хотя Вада и очень упирался. Ну, скажите, если человек может умереть по недоразумению, то разве уж так безнравственно заставить его жить по недоразумению?</p>
     <p>Белая раса все-таки самая живучая. Один из наших двух японцев и оба таитянина так перепугались, что их пришлось укладывать в постель, пичкать лекарствами и силой тащить обратно к жизни. Чармиан и Мартин относились к своим болезням просто и жизнерадостно, не обращали на них особенного внимания и с прежней спокойной уверенностью шли по дороге жизни. Когда Вада и Генри пришли к заключению, что они скоро умрут, похоронная атмосфера стала совершенно невыносимой для Тэхэи, и он целыми часами молился и плакал. А Мартин чертыхался — и выздоровел. И Чармиан тоже в свободное от стонов время строила планы, что будет делать, когда поправится.</p>
     <p>Чармиан выросла у вегетарианки и гигиенистки. Тетя Нетта, воспитавшая ее, жила в здоровом климате и совершенно не верила в лекарства. Чармиан тоже не верила. Кроме того, у нее никогда ничего не выходило с лекарствами. Их действие на ее организм бывало хуже, чем сама болезнь. Но все же она выслушала мои доводы в пользу хинина и согласилась на него как на меньшее зло; благодаря этому приступы были короче, легче и реже. Мы познакомились с одним миссионером, мистером Каульфильдом, оба предшественника которого умерли от лихорадки меньше чем в шесть месяцев. Он был последователем гомеопатии, так же как и умершие, но в первый же приступ лихорадки сделал сильное отклонение в сторону аллопатии и хинина — и выздоровел.</p>
     <p>Но бедный Вада! Последней каплей, переполнившей его чашу, было путешествие с нами на Малаиту, остров людоедов — путешествие на маленьком судне, капитан которого был убит здесь же всего полгода назад. Кай-кай — значит «есть», и Вада был твердо убежден, что и он пойдет на «кай-кай». Мы отправились туда вооруженные до зубов и непрерывно были настороже; даже купаясь в устье пресноводной реки, мы ставили на страже наших чернокожих матросов с ружьями в руках. Мы встречали английские военные суда, сжигавшие целые деревни и расстреливавшие туземцев в наказание за убийство белых. Туземцы, за головы которых была назначена награда, искали у нас на судне спасения. Смерть и убийство бродили вокруг нас. Иногда в глухих закоулках мы получали предостережения от дружелюбно расположенных дикарей о готовящихся на нас нападениях. За нашим судном числился долг Малаите в две белые головы, и их могли потребовать в любую минуту. Венцом всего было то, что мы сели на мель, и работая одной рукой, в другой держали винтовку, не давая приблизиться туземцам, сбежавшимся, чтобы разграбить судно. Все это вместе взятое довело Ваду до того, что он в конце концов сбежал от нас на острове Исабель, — сбежал по-настоящему, в проливной дождь, между двумя приступами лихорадки, рискуя схватить воспаление легких. Если он не будет съеден и если выживет, несмотря на лихорадку и язвы, он может надеяться, — в случае, если ему очень повезет, конечно, — перебраться с этого острова на соседний недель через шесть или восемь. Он никогда не доверял моим медицинским познаниям, хотя я в самом начале выдернул ему вполне успешно два зуба.</p>
     <p>В течение многих месяцев «Снарк» был плавучей больницей, и я должен сказать, что мы постепенно привыкли к этому. В лагуне Мэриндж, где мы чистили и исправляли киль «Снарка», случалось иногда, что только один из нас был в состоянии спускаться на воду, а трое остальных лежали в лихорадке на берегу. В настоящую минуту, когда я пишу это, мы путаемся в открытом море, где-то к северо-востоку от острова Изабелла, отыскивая остров Лорда Хоуэ, который представляет из себя атолл, а потому и незаметен, пока не подойдешь к нему вплотную. Хронометр испортился. Солнца не видно, и ночью нельзя наблюдать звезды, потому что уже много-много дней подряд мы не выходим из шквалов и ливней. Повара нет. Наката, который взялся быть одновременно и поваром и боем, лежит в лихорадке. Мартин попробовал было встать, но слег опять. Чармиан, у которой лихорадка возвращается через правильные промежутки, изучает календарь, определяя время наступления ближайшего пароксизма. Генри уже поглощает хинин — тоже в ожидании пароксизма. А так как мои пароксизмы налетают и сваливают меня совершенно внезапно, то я никак не могу определить, когда свалюсь. По недоразумению, мы отдали последнюю нашу муку одному белому, который уверял, что у него вовсе нет муки. А теперь мы не знаем, когда доберемся до суши. Наши соломоновы язвы более многочисленны и более нестерпимы, чем когда-либо. Сулема случайно была оставлена на берегу в Пендефрине; перекись водорода вышла; теперь я делаю опыты с борной кислотой, лизолем и антифлогистином. Право же, если мне не удастся стать знаменитым доктором, то во всяком случае не от недостатка практики.</p>
     <p>1. P. S. Прошло две недели с тех пор, как были написаны последние строки, и Тэхэи, единственный здоровый среди нас, вот уже десять дней лежит в жесточайшей лихорадке, которая у него приняла особенно тяжелую форму. Температура у него была почти постоянно 41°, а пульс — 115.</p>
     <p>2. P. S. В открытом море, между Тасманией и проливом Маннинга.</p>
     <p>У Тэхэи приступы злокачественной лихорадки — самой тяжелой формы малярии, происходящей (по свидетельству моих медицинских книг) от смешанной инфекции. Вытащив его кое-как из очередного приступа, я теперь уже окончательно потерял голову, ибо он просто обезумел. Я еще слишком недавно практикую, чтобы браться за лечение сумасшедших. Это уже второй случай помешательства за наше короткое путешествие.</p>
     <p>3. P. S. Когда-нибудь, может быть, я напишу книгу (для медиков) и назову ее «Вокруг света на госпитальном судне «Снарк». Даже наши звери не избежали общей участи. В лагуне Мэриндж мы приобрели двух — ирландского террьера и белого какаду. Террьер упал в люк и охромел на левую заднюю лапу, потом еще раз повторил тот же маневр и охромел на правую переднюю лапу. В настоящее время у него остались для ходьбы только две лапы. К счастью, они расположены наискось, так что он еще может кое-как ковылять и на двух. Какаду разбился о потолок каюты, и его пришлось убить. Это был первый смертный случай на «Снарке», если не считать гибели кур, из которых вышел бы сейчас отличный бульон для наших больных, — куры все перелетели через борт и утонули. Процветают одни тараканы. У них не бывает ни болезней, ни несчастных случаев; они прекрасно прибавляют в росте и становятся все кровожаднее; по ночам они грызут наши ногти на руках и ногах.</p>
     <p>4. P. S. У Чармиан новый приступ лихорадки. Мартин с отчаяния лечит свои язвы по-коновальски: поливает их медным купоросом и честит Соломоновы острова на чем свет стоит. Что касается меня, то в дополнение к занятиям навигацией и медициной и к писанию рассказиков я тщетно жду выздоровления. Из всех больных на судне, если не считать случаев безумия, я в наихудшем положении. С первым встречным пароходом я отправляюсь в Австралию и сразу лягу на операционный стол. Из числа моих болезней (не главных) я должен упомянуть об одной очень таинственной. За последнюю неделю руки у меня распухли, как от водянки. Сжимать их трудно и больно. Тащить канат — совершенная пытка. Ощущение такое, точно они отморожены. Кроме того, кожа сходит с них с угрожающей быстротой, а новая, которая вырастает, — тверда и толста. В моих книгах о такой болезни не упоминается. И никто не знает, что это такое.</p>
     <p>5. P. S. Ну, по крайней мере хронометр-то я вылечил. Проболтавшись в море восемь шквалистых дней, я наконец сумел измерить в полдень высоту мелькнувшего в тучах солнца. Отсюда я вычислил нашу широту, потом нашел по лоции широту острова Лорд-Хау, провел прямую линию и стал проверять хронометр по долготе. Оказалось, он убежал примерно на три минуты. Каждая минута соответствует пятнадцати милям, так что суммарную ошибку вычислить нетрудно. Добравшись до Лорд-Хау, я провел несколько наблюдений и обнаружил, что мой хронометр в сутки отстает на одну седьмую секунды. Но дело в том, что ровно год назад, когда мы отплывали с Гавайев, этот же самый хронометр отставал на ту же самую седьмую секунды. Поправка вводилась каждый день, но что же, в таком случае, заставило, проклятый хронометр обогнать самого себя на целых три минуты? Разве такое бывает? Часовщики скажут, конечно, что нет. А я вам скажу, что никто, из них не чинил и не налаживал часов на Соломоновых островах. Тут все дело в климате — таков мой диагноз. Во всяком случае, я вылечил чертов хронометр, даже если мне и не удалось справиться со случаями помешательства или с язвами Мартина.</p>
     <p>6. P. S. Мартин только что попробовал применить ляпис и честит Соломоновы острова яростнее, чем когда-либо.</p>
     <p>7. P. S. Между проливом Маннинга и островами Паулу.</p>
     <p>У Генри ревматизм в спине; с моих рук сошло уже десять шкур, а теперь сходит одиннадцатая. Тэхэи совсем потерял рассудок, он денно и нощно молит бога не убивать его. Кроме того, мы с Накатой лежим в лихорадке. И, наконец, вчера вечером Наката чуть не умер от отравления мясными консервами, и мы провозились с ним полночи.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVII. ПОСЛЕСЛОВИЕ</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Как вам известно, «Снарк» имел сорок три фута по ватерлинии и пятьдесят пять по верху; ширина его была пятнадцать футов, и сидел он в воде на семь футов и восемь дюймов. По типу оснастки он был кечем. У него было два кливера, фокстаксель, грот и бизань. Он был разделен на четыре отделения переборками, которые должны были быть водонепроницаемыми. Вспомогательный мотор в семьдесят лошадиных сил изредка работал, причем это обходилось в двадцать долларов с мили. Пятисильный мотор приводил в движение насосы, — когда не был испорчен, конечно, — и два раза был в силах доставить нам электрическую энергию для прожектора. Аккумуляторы работали четыре или пять раз за два года. Считалось, что наша четырнадцатифутовая моторная лодка работает, но всякий раз, когда я хотел воспользоваться ею, она оказывалась испорченной.</p>
     <p>К счастью, у «Снарка» были паруса. И только благодаря этому он двигался. Он шел под парусами целых два года и ни разу не наткнулся на подводные камни, на рифы или мели. В его трюме не было балласта, его железный киль весил пять тонн, но сидел глубоко в воде, и это делало его очень устойчивым. Часто под тропиками шквалы налетали на «Снарк», когда были подняты все паруса, часто его палуба и борта заливались водой, но он все-таки не перевертывался. Он хорошо слушался руля, но так же хорошо шел и без руля — ночью и днем и при всяком ветре. При попутном ветре и когда паруса были правильно поставлены, он — без руля — отклонялся не более как на два румба, а при противном — не более как на три.</p>
     <p>«Снарк» был наполовину построен в Сан-Франциско. В то утро, когда его железный киль должен был быть отлит, произошло Великое Землетрясение. Тогда начался хаос, и постройка затянулась на шесть месяцев. Я отправился на Гавайские острова на недостроенном судне, мотор его лежал в трюме, а строительные материалы на палубе. Если бы я вздумал доканчивать его в Сан-Франциско, я бы и до сих пор еще никуда не уплыл. В незаконченном виде «Снарк» обошелся мне в четыре раза дороже, чем должен был стоить в готовом виде.</p>
     <p>«Снарк» родился под несчастной звездой. В Сан-Франциско на него был наложен арест, на Гавайских островах мои чеки были объявлены почему-то подложными, на Соломоновых — нас оштрафовали за нарушение карантина. В погоне за сенсационным материалом газеты были не в состоянии писать о нем правду. Когда я рассчитал неспособного капитана, они рассказывали, что я избил его чуть не до смерти. Когда один юноша возвратился домой, чтобы продолжать занятия в колледже, это объяснили тем, что я настоящий Вульф Ларсен <a l:href="#n_6" type="note">[6]</a> и вся команда моя разбежалась, так как я регулярно избивал всех до полусмерти. В действительности один-единственный удар на «Снарке» получил повар, но не от меня, а от капитана, попавшего к нам с фальшивыми бумагами и рассчитанного мною на Фиджи. Правда, Чармиан и я занимались иногда боксом, но никто из нас не пострадал существенно.</p>
     <p>Путешествие это мы предприняли, чтобы интересно провести время. Я построил «Снарк» на свои деньги и оплачивал все расходы. Я заключил договор с одним журналом на тридцать пять тысяч слов по той же цене, по которой писал рассказы, сидя дома. Журнал не замедлил объявить, что он послал меня вокруг света за свой счет. Журнал этот был крупный и состоятельный, а потому все имевшие какие-либо дела со «Снарком» поднимали цены втрое, рассчитывая, что журнал все равно оплатит. Этот миф проник даже на самые дальние острова Полинезии, и мне всюду приходилось платить соответствующие цены. И до сей минуты все еще убеждены, что все расходы оплачивал журнал, а я нажил на этом путешествии целое состояние. При таких предпосылках довольно трудно вдолбить людям в головы, что путешествие было предпринято только ради того, что показалось забавным.</p>
     <p>Я принужден был отплыть в Австралию и лечь в больницу, где оставался пять недель. Пять месяцев после этого я провалялся больным по разным отелям. Таинственная болезнь, изуродовавшая мои руки, оказалась не под силу австралийским знаменитостям. В истории медицины она тоже была неизвестна. Нигде и никогда о ней не упоминалось. С рук она перешла на ноги, и временами я был беспомощнее ребенка. Иногда руки мои увеличивались вдвое, и семь слоев омертвевшей кожи сходило с них. Иногда пальцы на ногах в течение двадцати четырех часов распухали до такой степени, что толщина их равнялась длине. Если их обчищали, они через двадцать четыре часа были точно такими же.</p>
     <p>Австралийские знаменитости признали, что болезнь не заразного происхождения, а потому, вероятно, нервная. Мне от этого было, конечно, не легче, и продолжать путешествие было, очевидно, невозможно. Я мог бы продолжать его только привязав себя к койке, потому что я был до того беспомощен, что не мог ухватиться ни за какой предмет и совершенно не мог передвигаться на небольшом судне, подверженном постоянной качке. Тогда я сказал себе, что на свете еще много судов и много путешествий, а руки у меня одни, и пальцы на ногах тоже одни. Кроме того, я рассудил, что в моем родном климате, в Калифорнии, моя нервная система была всегда в полном порядке. И тогда я направился домой.</p>
     <p>По возвращении в Калифорнию я быстро выздоровел. И вскоре узнал, что это такое было. Мне попалась в руки книга полковника Чарльза Е. Вудруфа под заглавием: «Влияние тропического света на белых людей». Тут я понял все. Впоследствии я познакомился лично с полковником Вудруфом и узнал, что у него самого была такая же болезнь. Он был военным врачом, и кроме него, семнадцать таких же военных врачей съехались на Филиппины на консилиум, но, так же как и австралийские специалисты, должны были признать себя бессильными. Очевидно, я был особенно предрасположен к тем разрушениям тканей, которые производит тропический свет. Меня погубили ультрафиолетовые лучи, как икс-лучи погубили многих, экспериментировавших с ними.</p>
     <p>Скажу, между прочим, что в числе других болезней, общая сумма которых заставила меня прервать путешествие, была так называемая «ложная проказа», известная еще под названием «европейской проказы» и «библейской проказы». Об этой таинственной болезни известно еще менее, чем о настоящей проказе. Ни один врач не нашел еще способа лечить ее, хотя она нередко проходит сама собой. Она приходит неизвестно откуда. Ома протекает неизвестно как. Она проходит неизвестно почему. Я не принимал никаких лекарств, и только благодаря здоровому климату Калифорнии моя серебристая кожа стала опять нормальной. Врачи говорили, что единственное, на что я могу уповать, — это необъяснимое самоизлечение, и болезнь действительно прошла сама собой.</p>
     <p>Еще одно слово: какова же окончательная оценка путешествия? Мне, как и всякому другому мужчине, конечно, легко сказать, что оно было интересным. Но у меня есть еще свидетель — женщина, которая проделала с нами это путешествие от начала до конца. Когда я сказал Чармиан в больнице, что должен буду вернуться в Калифорнию, глаза ее наполнились слезами. Два дня она не могла прийти в себя от огорчения, что такое хорошее путешествие будет прервано.</p>
     <p><emphasis>Глен-Эллен, Калифорния</emphasis></p>
     <p><emphasis>7 апреля 1911 года</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Е. Гуро</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Лютый зверь</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <p>Сэм Стюбнер просматривал свою корреспонденцию быстро и небрежно. Как и полагается менеджеру профессионального бокса, он привык к самым разнообразным, самым диковинным письмам. Казалось, не было того чудака спортсмена, любителя бокса или фантазера, который не пытался бы навязать ему свои выдумки. Сэм знал наизусть всю ту нелепую чепуху, какая попадалась ему почти в каждой почте. То это были угрозы — от самой мрачной: покончить с ним раз и навсегда, до более миролюбивой: просто разбить ему морду, — то всякие талисманы — от кроличьей лапки до счастливой подковы, то безответственные предложения каких-то незнакомцев, — начиная от заключения пари на незначительные суммы до ставки в четверть миллиона долларов. С тех пор как он однажды получил ремень для правки бритв из кожи линчеванного негра и сморщенный, высохший на солнце палец белого человека, чей труп нашли в Долине смерти, Сэм считал, что вряд ли почтальон сможет еще чем-нибудь удивить его. Но в это утро ему попалось такое письмо, что он перечитал его дважды, сунул в карман, затем снова вытащил и перечитал в третий раз. На штемпеле стояло название какого-то совершенно неизвестного почтового отделения в округе Сискью, а в самом письме было написано вот что:</p>
     <empty-line/>
     <cite>
      <p>«Дорогой Сэм!</p>
      <p>Вы меня не знаете, разве что по имени. Пришли вы на ринг, когда я уже давным-давно выбыл из игры. Но я от жизни не отстал, верьте слову. Я и за спортом следил и за вами лично с того матча, когда вас нокаутировал Кэл Оуфмен, до вашей последней встречи с Натом Белсоном, и, по-моему, другой такой менеджер, как вы, еще не родился на свет.</p>
      <p>И вот я хочу предложить вам одно дело. У меня есть небывалый, замечательный боксер. Я не выдумываю. Тут все чисто, без обмана. Представьте себе силача весом побольше двухсот двадцати фунтов, от роду двадцати двух лет, и с таким ударом, какой мне и в лучшие мои годы не снился. Это мой собственный сын, Пат Глендон-младший, — пусть под таким именем и выступает. Я все обдумал и решил. Самое лучшее, садитесь сейчас же в поезд и приезжайте скорей к нам.</p>
      <p>Я сам его воспитал, сам обучил. Я научил его всему, что сам умел. Верите ли, он теперь лучше меня все знает. Он родился боксером. По быстроте, по глазомеру — он чудо природы. До секунды чувствует время, до дюйма знает дистанцию, — ему и думать не надо. У него самый короткий удар сильнее полного свинга всяких мазил.</p>
      <p>Вот говорят: «Надежда белых». Это про него. Приезжайте, сами посмотрите. Помню, вы любили поохотиться, еще когда разъезжали с Джеффрисом. Приезжайте, и я вам тут устрою такую охоту, такую рыбную ловлю, что перед ними всякие ваши киносъемки побледнеют. Пошлю с вами Пата-младшего. Я-то уже не ходок, потому и вызываю вас сюда. Сначала я сам собирался вывести его на ринг, но ничего не выходит. Я совсем сдал, видно скоро мне нокаут. Так что поторапливайтесь. Хочу передать его вам. Для вас обоих это дело — клад. Только уж контракт я составлю сам.</p>
      <text-author>С уважением, ваш Пат Глендон».</text-author>
     </cite>
     <empty-line/>
     <p>Стюбнер не знал, что и подумать. С первого взгляда все это было очень похоже на попытку разыграть его, — боксеры, как известно, великие шутники, — и, вчитываясь в письмо, он пытался разглядеть в нем тонкий почерк Корбетта или тяжелую добродушную лапу Фитцсиммонса. Но если письмо не подделка, то стоило им заняться, — это было ясно. Пата Глендона он уже не застал среди боксеров, хотя однажды, еще совсем мальчишкой, он видел, как Пат тренировался с Джеком Демпсеем. Его и тогда уже звали «Старый Пат», и он уже давно сошел с ринга. Он появился еще при Салливене и начал выступать, когда в ходу были лондонские правила бокса, и только на исходе своей карьеры он уже дрался по новейшим правилам маркиза Квинсберри.</p>
     <p>Да разве был хоть один любитель бокса, который не слышал бы о Пате Глендоне? Конечно, теперь мало осталось людей, видевших его в расцвете славы, да и тех, кто вообще видел его, уже осталось немного. Однако его имя вошло в историю бокса, и не было справочника, где бы оно не упоминалось. Правда, слава его была какая-то необычная. Он был в чести как никто другой, но ни разу не стал чемпионом. Ему очень не везло, и его считали боксером-неудачником.</p>
     <p>Четыре раза он чуть не завоевал звание чемпиона в тяжелом весе, и, надо сказать, вполне по заслугам. В первый раз на барже в Сан-Франциско, — но в тот момент, когда его противник совсем было сдался, Пат вывихнул руку. Потом на островке, на Темзе, когда вода поднялась до шести дюймов, он вдруг в такой же момент — перед самой победой — сломал ногу. Всем памятен и провал матча в Техасе: там полиция устроила облаву как раз в ту минуту, когда Пат взял своего соперника в оборот. И, наконец, в том бою в Сан-Франциско в клубе железнодорожников, когда Пата с самого начала исподтишка подсиживал судья — подлец и бандит, которого подкупила компания игроков, ставивших на противника Пата. Пат Глендон в этой встрече дрался благополучно, но когда он нокаутировал своего соперника ударом правой в челюсть, а левой — в солнечное сплетение, судья спокойно дисквалифицировал его за запрещенный удар. Все секунданты, все специалисты по боксу, весь спортивный мир — все знали, что ни о каком неправильном ударе и речи быть не могло. Но, по боксерским традициям, Пат Глендон согласился признать решение судьи. Пат принял его и отнес и эту неудачу за счет обычного своего невезения.</p>
     <p>Таков был Пат Глендон. Стюбнера смущало только одно: кто написал письмо — Пат или не Пат? Он захватил письмо с собой на работу. «Где Пат Глендон и что с ним сталось?» — спрашивал он в это утро у всех спортсменов. Но никто ничего не знал. Некоторые думали, что Пат умер, хотя наверняка никто этого не утверждал. Редактор спортивного отдела одной из утренних газет просмотрел свой архив и не нашел никаких сообщений о смерти Пата. Узнал Стюбнер о нем только от Тима Доновена.</p>
     <p>— С чего ему помирать? — заявил Доновен. — Разве такой помрет, с его силищей, да еще если он не пил и вообще жил тихо, мирно. Он много зарабатывал и зря денег не мотал — все копил и выгодно пускал в оборот. Знаете, сколько у него было салунов? Целых три! А какую кучу денег он за них получил! Погодите, вот тогда-то я и виделся с ним в последний раз, — когда он все распродал. Лет двадцать, а то и больше. Жена у него только-только скончалась. Мы встретились у парома. «Ты куда, старина?» — спрашиваю. «Подамся в леса, говорит. Я все бросил! Прощай, говорит, Тим, дружище!» Больше я его с той поры не видел. Но жив-то он безусловно!</p>
     <p>— Говоришь, у него жена умерла? — спросил Стюбнер. — А ребята у него были?</p>
     <p>— Был один, совсем еще маленький. Он его нес на руках, когда я его встретил.</p>
     <p>— Мальчик?</p>
     <p>— А я почем знаю!</p>
     <p>Вот тут-то Сэм Стюбнер и решился окончательно и вечером уже летел курьерским в самую глушь Северной Калифорнии.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Ранним утром Сэм Стюбнер соскочил с поезда на глухом полустанке Дир-Лик и целый час околачивался на улице, пока не открыли единственный местный салун. Нет, хозяин заведения ничего не знал о Пате Глендоне, даже и не слыхал о нем. Наверно, живет где-нибудь в горах, если вообще тут есть такой. И случившийся тут же завсегдатай салуна ничего не слыхал о Пате Глендоне. Не знали о нем и в гостинице. И только когда открылись почта и лавка, Стюбнеру удалось напасть на след. Конечно, Пат Глендон живет тут, только бог знает где! Надо ехать сорок миль дилижансом до Олпайна — это лагерь дровосеков, от Олпайна, верхом, по Антилопьей долине, а там, через перевал, к Медвежьему ручью. Где-то за ручьем и живет этот Глендон. В Олпайне вам скажут, где. Да, есть и сын, тоже Пат. Лавочник его видел. Он приезжал в Дир-Лик года два назад. Старого Пата уже лет пять не видно. Бывало, покупал все припасы в лавке и платил чеками. Седой такой старик, чудаковатый. Больше лавочник ничего не знал, но сказал, что в Олпайне ребята направят Сэма куда надо.</p>
     <p>Стюбнер был очень доволен. Значит, действительно существует Пат Глендон-младший, и живут они со стариком в горах.</p>
     <p>Переночевав у дровосеков в Олпайне, Сэм на рассвете выехал на индейской лошаденке вверх по Антилопьей долине и, перебравшись через перевал, спустился к Медвежьему ручью. Ехал он весь день, — никогда не доводилось ему бывать в таких диких, глухих местах, и только к вечеру стал подыматься вверх по долине Пинто, по такой узкой и крутой тропе, что не раз приходилось слезать с лошади и идти пешком.</p>
     <p>К одиннадцати часам ночи он остановился у бревенчатого дома, где два огромных волкодава встретили его оглушительным лаем. Но тут открылась дверь, и Пат Глендон бросился ему на шею и потащил в дом.</p>
     <p>— Знал, что ты приедешь, Сэм, братец ты мой! — приговаривал Пат, ковыляя по комнате, пока не разгорелся огонь, не вскипел кофе и не поджарился огромный кусок медвежатины. — Мой малый сегодня на ночь не вернется. У нас все мясо вышло, он и пошел с вечера пострелять оленей. Больше я про него ни слова не скажу — сам увидишь, вот погоди! Утром, как вернется, ты его прощупаешь… Вон и перчатки висят. Погоди, сам увидишь!</p>
     <p>…Я-то человек конченый. Восемьдесят первый год пошел с января. Для старого бойца не так-то плохо. Да я себя всегда берег, Сэм, по ночам не шлялся, свечку, как говорится, с двух концов не жег. Много мне было дано. Посмотри на меня и сам скажи, плохо я сохранился, а? Я и сына так воспитал. Только подумай: ему двадцать два года, а он ни разу не выпил и вкуса табака не знает! Вот он какой у меня! Ростом — великан; всегда жил на воле. Вот подожди, он возьмет тебя с собой на охоту. Ты налегке пойдешь</p>
     <p>— и запыхаешься, а он будет нести все снаряжение да еще громадного оленя впридачу — и хоть бы что… Вырос на воздухе, ни зимой, ни летом под крышей не спал. Всегда его учил: вольный воздух — вот главное! Меня только это и беспокоит: как он привыкнет спать в доме, как выдержит прокуренный воздух на ринге? Страшная это штука — табачный дым, когда разойдешься в бою, а воздуха не хватает. Ну ладно, Сэм, братец мой, хватит болтать, тебе спать пора. Устал, наверно? Погоди-ка, увидишь его, только погоди!..</p>
     <p>Но на старости лет Пат стал болтлив и долго не давал Стюбнеру заснуть.</p>
     <p>— Он может оленя загнать на бегу, мой малый, — снова заговорил старик. — Нет лучше тренировки для легких, чем охотничья жизнь. Он мало чего знает, хоть и читал всякие книжки, даже стишки почитывает. Настоящее дитя природы. На него только взглянешь — сразу поймешь. Закваска в нем старая, ирландская. Иногда посмотрю на него — витает где-то, мечтает! Ну, думаю, не иначе, как верит во всякую чертовщину — в разных фей там или леших. А природу любит, как никто; и города боится. Он про все читал, а сам нигде, кроме как в Дир-Лике, и не был. Очень ему не понравилось, что там людей много: «Не мешало бы, говорит, прополоть их хорошенько». Побывал там года два назад, — в первый раз увидел настоящий поезд, — а больше нигде и не был.</p>
     <p>…Иногда мне думается: может, зря я его воспитал таким дикарем? Но зато у него и дыхание и выдержка другие, и сила, как у быка. С ним ни одному городскому человеку не совладать. Конечно, скажем, Джеффрис, когда он был в форме, — тот еще мог бы слегка потрепать мальчишку, но именно слегка… Мой сломил бы его, как соломинку. А ведь с виду никогда не скажешь. Прямо чудо какое-то. С виду он просто красивый малый — молодой, сильный. Но у него мышцы не такие, как у всех. Погоди, сам увидишь, все поймешь.</p>
     <p>…Удивительно, до чего он любит всякие там цветочки, лужайки или сосны, когда на них месяц светит, или еще облака на закате; а то смотрит с Лысой горы, как солнце встает. И вечно его тянет рисовать картинки или бормотать стишки — про Люцифера, про ночь… Ему книжки давала рыженькая учительница. Но это, конечно, по молодости лет. Он втянется в игру, нам бы только направить его. Вначале, пока не привыкнет жить в больших городах, он, может, и поворчит малость, — ты будь к этому готов.</p>
     <p>…Хорошо, что он женщин боится. Он о них и думать не станет в ближайшие годы. Ничего в них не понимает, в этих существах, да и не видал их почти совсем. Была тут одна учительница с Самсоновой поляны — та, которая ему голову забила стишками. Влюбилась в парня как сумасшедшая, а он ни черта не понимал. Волосы у нее были — чистое золото… Сама не здешняя, а оттуда, из долины. Дальше — больше, совсем голову потеряла, так и бегала за ним, бесстыдница. И что же, по-вашему, этот мальчишка выдумал, когда понял, что делается? Перепугался хуже зайца! Схватил одеяла, ружье и удрал в самую глушь, в леса. Целый месяц я его не видел. Потом он как-то прокрался домой ночью, а на рассвете опять удрал. На письма ее и смотреть не хотел: «Сожги ты их», говорит. Ну, я, конечно, все сжег. Два раза она приезжала к нам верхом, — это с самой Самсоновой поляны! До чего мне ее жаль было, бедняжку. По лицу было видно, истосковалась она по мальчишке. А через три месяца бросила школу и уехала к себе на родину. И только тогда малый совсем вернулся ко мне сюда, домой.</p>
     <p>Да, многих хороших боксеров сгубили женщины. Но с ним этого не будет. Он краснеет, как девчонка, стоит только какой-нибудь молоденькой мигнуть ему разок-другой или просто посмотреть попристальней. А на него все так и заглядываются. Зато когда он дерется — ох, как он дерется, боже ты мой! В нем ирландская кровь закипает, дикая кровь, так и бросается ему в кулаки! И не то чтобы он терял выдержку. Как бы не так! У меня даже в молодости такого хладнокровия не бывало. Боюсь, что только от вспыльчивости со мной и случались всякие несчастья. Но он — как льдина! Лед, а под ним — огонь. Будто электрический провод под током в холодильнике.</p>
     <p>Стюбнер совсем задремал, но проснулся от бормотания старика. Сквозь сон он стал слушать, что тот говорит:</p>
     <p>— Да, я сделал из него настоящего человека, клянусь богом! У него и кулаки настоящие, и ноги крепкие, и глаз отличный. Я-то знаю бокс. И от времени не отстаю, слежу за всеми новшествами. Говоришь, низкая стойка? Ясно, знает, — он все стили знает, все приемы, как экономить силу: никогда не сдвинется на два дюйма, если можно и на полтора. Захочет — прыгнет, как кенгуру. А ближний бой! Сам увидишь, погоди! Лучше, чем на дальней дистанции, а ведь он наверняка потягался бы с Питером Джексоном и превзошел бы Корбетта в самом его расцвете. Говорю тебе: я его всему научил, нет такого трюка, чтобы он не знал; но он ушел еще дальше. Он в боксе просто гений. А тут, в горах, у него было на ком себя испытать, — силачей тут сколько угодно! Я его обучил всем тонкостям, а они показали, что значит драться. Думаешь, они с ним стеснялись или деликатничали? Так стиснут в клинче, так швырнут в схватке, что впору дикому медведю или бешеному быку. А он с ними играет. Ты слышишь? Играет, как мы с тобой играли бы со щенками!</p>
     <p>Стюбнер опять заснул, но проснулся от голоса старика:</p>
     <p>— И самое смешное — ведь он не принимает бокс всерьез. Ему все до того легко дается, что для него это вроде забавы. Но погоди, пока ему не подвернется сильный противник. Ты только погоди, вот увидишь! Он как включит ток в этом своем холодильнике, как пойдет бить по всем правилам искусства… Нет, ты такой красоты еще не видел!</p>
     <p>В зябком рассвете горного утра старый Пат вдруг стал тащить Стюбнера из-под одеяла.</p>
     <p>— Вон он идет по тропке! — хрипло зашептал он. — Скорей, иди, взгляни на лучшего боксера в мире, таких ринг еще не видал и через тысячу лет не увидит!</p>
     <p>Менеджер выглянул в открытую дверь, протирая заплывшие от сна глаза, и увидел, как на просеку вышел молодой гигант. В одной руке он нес ружье, на плечах у него лежал огромный олень, но шел он так, будто добыча ничего не весила. На нем был грубый синий комбинезон без куртки, расстегнутая у ворота шерстяная рубашка и мокасины вместо башмаков. Стюбнер заметил, что ступал он легко, как кошка; совсем не чувствовалось, что он весит двести двадцать фунтов, не считая тяжелой ноши. На менеджера он сразу произвел огромное впечатление. Сила действительно потрясающая. Но к тому же в нем было что-то необыкновенное, особенное. Это был новый, еще не виданный тип бойца. Он больше походил на сказочного великана или героя старинной народной легенды, блуждающего по ночам в лесных дебрях, чем на обыкновенного юношу двадцатого века.</p>
     <p>Стюбнеру вскоре пришлось убедиться, что Пат-младший не очень-то разговорчив. Он молча пожал гостю руку, когда старый Пат их познакомил, и так же молча принялся за работу — развел огонь, приготовил завтрак. На прямые вопросы отца он отвечал односложно, и когда тот спросил, где он убил оленя, только обронил: «На Южном перевале».</p>
     <p>— Одиннадцать миль по горам, — с гордостью пояснил Стюбнеру старик. — А тропа такая, что сердце может лопнуть!</p>
     <p>Завтракали черным кофе, лепешками и огромными кусками медвежатины, зажаренной на углях. Молодой Пат вовсю уплетал жаркое, и Стюбнер понял, что оба Глендона привыкли жить почти на одной мясной пище. Весь разговор вел старый Пат; но только после еды он заговорил о том, что у него лежало на душе.</p>
     <p>— Пат, сынок, — начал он, — знаешь, кто этот джентльмен?</p>
     <p>Пат-младший кивнул головой, и его умный взгляд на миг остановился на госте.</p>
     <p>— Так вот, он заберет тебя с собой в Сан-Франциско.</p>
     <p>— Лучше я тут останусь, отец, — ответил Пат.</p>
     <p>Стюбнера кольнуло разочарование. Видно, он зря сюда тащился. Какой же это боксер, если ему и драться неохота. Правда, он силач, но мало ли что! Старая история! Вот такие-то великаны чаще всего и обрастают жирком от лени.</p>
     <p>Но в старом Пате вдруг вспыхнула ярость древних кельтов. Голос его зазвучал повелительно и грозно:</p>
     <p>— Нет, ты поедешь в город и будешь драться, слышишь? Для того я тебя и учил, чтобы ты дрался!</p>
     <p>— Ладно! — неожиданно грудным баском пробурчал юнец.</p>
     <p>— И дрался, как черт! — добавил старик.</p>
     <p>И снова Стюбнер с разочарованием заметил, что глаза юноши не вспыхнули, не загорелись задором, когда он ответил:</p>
     <p>— Ну ладно. Когда едем?</p>
     <p>— Сэм сначала поохотится тут у нас, половит рыбку, да и тебя испытает. — Старик посмотрел на Стюбнера, тот утвердительно кивнул. — Ну-ка, раздевайся, покажи ему себя!</p>
     <p>Не прошло и часа, как Стюбнеру все стало ясно. Сам бывший боксер, к тому же тяжеловес, он был отличным знатоком боксеров, но никогда еще он не видел такого великолепного тела, как у Пата-младшего.</p>
     <p>— Ты погляди, какая в нем упругость, — старый Пат разливался соловьем, — все настоящее, то, что нужно. А какой разворот плеча, а легкие какие! Весь насквозь чистый, как стеклышко, до последней кровинки. Вот перед тобой человек, Сэм, каких и в природе не бывало! Все мускулы высвобождены. Это тебе не борец из цирка или гимнаст какой-нибудь! Смотри, какие у него мышцы круглые, — ну чем не змеи, так и переливаются, так и сворачиваются клубком. Вот погоди, увидишь, как они развернутся для удара,</p>
     <p>— что твоя гремучая змея! Он хоть сейчас выдержит сорок раундов, а то и все сто! Ну-ка, начинай! Засекаю время!</p>
     <p>Они начали. Несколько трехминутных раундов с минутными перерывами — и все опасения Стюбнера как рукой сняло. Ни следа лени, никакой апатии — просто добродушная, неторопливая игра перчатками, увертки, и вдруг — ловкий, точный удар, сильная, острая защита при столкновениях, — так дерутся только отлично тренированные, прирожденные боксеры.</p>
     <p>— Потише, сынок, потише! — предостерег старый Пат. — Сэм уже не тот, что был…</p>
     <p>Сэм был явно задет, а старик только этого и добивался, — и в ход был пущен самый знаменитый прием Стюбнера, самый любимый его удар: ложный клинч и внезапный выпад прямо в живот. Но, несмотря на молниеносную быстроту, Пат-младший сразу понял и успел отскочить, ослабив силу удара. В следующий раз он уже не стал увертываться; он двинулся прямо под удар и подставил левое бедро. Всего каких-нибудь несколько дюймов, но удар был парирован. С этой минуты Сэму не помогали никакие ухищрения: каждый раз его перчатка натыкалась на бедро Пата.</p>
     <p>Стюбнеру не раз приходилось меряться силами с крупными боксерами, и на пробных матчах он всегда умел постоять за себя. Но тут и речи об этом не могло быть. Пат-младший просто играл с ним, и в клинче Сэм чувствовал себя беспомощным младенцем, — тот делал с ним что хотел: мастерски брал его в обхват, точным и ловким маневром загонял в угол, и при этом как будто даже не замечал его существования. Казалось, что Пат-младший вообще смотрит по сторонам и мечтательно любуется природой. И тут Стюбнер сделал еще одну ошибку. Он решил, что это — прием, которому старый Пат научил сына, и попытался незаметно дать короткий удар с близкой дистанции, но тут же его руку молниеносно зажали и за все старания еще ударили по уху.</p>
     <p>— Чутье на удар! — рассмеялся старик. — И не притворяется, ей-богу! Он просто колдун. Чует удар не глядя, чувствует — откуда идет и куда метит; и быстроту, и дистанцию, и силу, и точность — все чувствует. Я его и не учил этому. Все сам, по вдохновению. У него это врожденное.</p>
     <p>Раз, в клинче, Стюбнер двинул перчаткой в рот Пата-младшего, и тот ощутил какую-то злобу в этом прикосновении. Еще минута — и в новом клинче Сэм почувствовал перчатку Пата на своих губах. Удар был несильный, однако этот нажим, неторопливый, но упорный, заставил Сэма так откинуть голову, что все суставы затрещали, и на миг он подумал, что повредил себе шею. Он обмяк всем телом, опустил руки, в знак того, что сдается, и с внезапным облегчением, шатаясь, отошел в сторону.</p>
     <p>— Он… он молодчина! — пробормотал он задыхаясь; и хоть у него не хватало дыхания для слов, по лицу было видно, в каком он восхищении.</p>
     <p>Глаза старого Пата блестели слезами гордости и торжества.</p>
     <p>— Ну, а как, по-твоему, что он сделает, если какой-нибудь мерзавец попробует подшутить над ним и пустит в ход запрещенные приемы?</p>
     <p>— Он такого на месте уложит, будьте покойны, — сказал Стюбнер.</p>
     <p>— Вряд ли! Слишком уж он хладнокровен. А проучить за грязные проделки</p>
     <p>— это он проучит!</p>
     <p>— Что ж, давайте писать контракт! — сказал менеджер.</p>
     <p>— Погоди, ты раньше узнай ему настоящую цену! — возразил старый Пат.</p>
     <p>— Условия я поставлю нелегкие. Пойди поохоться с ним в горах, проверь его выдержку, дыхание. Тогда и подпишем по-настоящему, как говорится, нерушимый договор.</p>
     <p>Два дня провел Стюбнер на охоте и за эти дни увидал все, что сулил ему старый Пат, и даже больше, и вернулся очень усталый, и очень присмиревший. Стюбнер был человек бывалый, и его очень удивила полнейшая наивность юноши в житейских делах, хотя он отлично понял, что малый далеко не дурак. Правда, ум у него был совсем нетронутый, кругозор ограничен замкнутой жизнью в горах, но в нем чувствовалась врожденная проницательность и незаурядная смекалка.</p>
     <p>Одно в нем было для Стюбнера загадкой: его потрясающее, непоколебимое спокойствие. Его ничем нельзя было разозлить, вывести из себя, — в нем жило какое-то первобытное неисчерпаемое терпение. Он ни разу не выругался даже теми бесцветными, невыразительными словечками, какими бранятся примерные мальчики.</p>
     <p>— Захотел бы — выругался б, — объяснил он, когда Сэм стал его поддразнивать. — Только зачем мне ругаться? А понадобится — сумею!</p>
     <p>Старый Пат, как и говорил, попрощался с ними на пороге своей хижины.</p>
     <p>— Скоро буду читать про тебя в газетах, Пат, сынок. Мне бы и самому хотелось поехать, да, пожалуй, я уж отсюда до конца жизни не выберусь.</p>
     <p>Потом, отозвав менеджера в сторону, он надвинулся на него сурово, почти с гневом:</p>
     <p>— Помни, что я тебе долбил не раз и не два. Малый он чистый, честный. Он даже не подозревает, сколько грязи в боксерском деле. Я все от него скрыл, понимаешь? Он и не знает, какие бывают сделки. Для него бокс — это отвага, романтика, путь к славе, — не зря я ему рассказывал о прежних героях ринга; и только одному богу известно, почему в нем все-таки не разгорелась настоящая страсть к боксу. Но ты пойми: я скрывал от него газетные сплетни о состязаниях, вырезывал их тайком, — а он думал, что я их берегу как память! Он не знает, что боксеры нарочно сговариваются, сдаются. Смотри же, не путай его в грязные делишки! Не вызови в нем отвращения. Для того я и включил пункт о недействительности договора: первое жульничество — и договор расторгается. Никаких полюбовных дележей, никаких тайных сговоров с кинооператорами насчет заранее намеченных дистанций и прочее. Денег у вас обоих будут кучи. Только веди игру честно, не то все потеряешь! Понял?</p>
     <p>— А ты всегда помни одно: что бы ни делал — берегись женщин, — наставительно сказал старый Пат сыну, когда тот уже вскочил в седло и покорно придержал лошадь, чтобы выслушать отца. — В женщинах — грех и погибель, помни это! Но уж если найдешь ту самую, единственную и настоящую, — держи ее крепче! Такая дороже славы, дороже денег. Только сначала проверь себя, а когда проверишь — не упускай ее! Хватай двумя руками и держи крепче! Держи, хоть бы тут конец света настал! Да, Пат, да, сынок, хорошая женщина — это… это… — ну, словом, хорошая женщина. Вот тебе мое первое и последнее слово.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>По приезде в Сан-Франциско для Сэма Стюбнера начались беспокойные дни. И не то, чтобы Пат-младший злился или ворчал, как боялся его отец, — наоборот, он был удивительно приветлив и покладист. Но он тосковал по родным горам. И, конечно, в глубине души он был потрясен огромным городом, хотя даже в грохоте улиц умудрялся сохранять невозмутимое спокойствие краснокожего индейца.</p>
     <p>— Я приехал сюда биться, — заявил он через неделю. — Где ваш Джим Хэнфорд?</p>
     <p>Стюбнер насмешливо свистнул:</p>
     <p>— Да такой великий чемпион на тебя и глядеть не станет! «Сначала создай себе имя!» — вот что он скажет.</p>
     <p>— Я могу его побить!</p>
     <p>— Но публика-то этого не знает. Если бы ты его побил, ты стал бы чемпионом мира, а разве за одно состязание можно стать чемпионом?</p>
     <p>— Мне можно.</p>
     <p>— Да ведь публике это неизвестно, Пат. Никто не придет на твое выступление. А большой сбор, деньги дает только зритель, толпа. Вот почему ты для Джима Хэнфорда — пустое место. Какой ему смысл с тобой возиться? Кроме того, он сейчас выступает в обозрении — три тысячи в неделю, договор на полгода. Думаешь, он все бросит для встречи с человеком, о котором никто и слыхом не слыхал? Тебе сначала надо выступить, сделать себе имя. Надо начать с мелочи, с местных мазил, о которых никто ничего не знает, — таких, как Пузан-Коллинз, Летучий Голландец, Келли-Буян. Расправишься с ними — значит, подымешься на первую ступеньку. А потом уже пойдешь вверх, как воздушный шар.</p>
     <p>— Так давайте этих трех, вот про которых вы сказали. В один вечер всех подряд. — Голос Пата звучал решительно. — Устраивайте-ка поскорее!</p>
     <p>Стюбнер рассмеялся.</p>
     <p>— Чего вы? Думаете, не справлюсь?</p>
     <p>— Справиться ты справишься, — уверил его Стюбнер. — Но так дело не делается. Надо их выбить с ринга по очереди. Помни одно: бокс я знаю насквозь, и я твой менеджер. Тут нужна постепенность, подготовка, а я в таких делах дока. Если нам повезет, годика через два будешь чемпионом и богачом.</p>
     <p>Пат грустно вздохнул, но тут же лицо его просветлело.</p>
     <p>— И тогда можно будет все бросить и вернуться домой, к моему старику, — сказал он.</p>
     <p>Стюбнер хотел возразить, но удержался. Хоть он и чудак, этот кандидат в чемпионы, однако Сэм был уверен, что стоит мальчику достигнуть славы, он станет таким же, как и все его предшественники. Да и мало ли что будет через два года, а до тех пор надо было многое сделать.</p>
     <p>Но когда Пат затосковал и начал бесцельно слоняться по комнатам или без конца читать стихи и романы, взятые из библиотеки, Стюбнер отправил его на дальнее ранчо, по ту сторону залива, под бдительный надзор Спайдера Уолша. Через неделю Спайдер сообщил по секрету, что «надзирать» за малым нечего. С утра до вечера он пропадает в горах, ловит форелей в горных речках, стреляет перепелов и зайцев и гоняется за тем самым знаменитым оленем-одиночкой, которого вот уже лет десять не мог взять ни один охотник; Спайдер толстел и жирел, а его питомец оставался в полной форме.</p>
     <p>Как и ожидал Стюбнер, все владельцы боксерских клубов подняли его на смех, с его «новичком». Да их в лесах сколько угодно, этих «новичков», и у всех зуд — стать чемпионом. Ладно, можно дать ему пробный матч, раунда на четыре. А настоящее выступление — нет, не выйдет! Но Стюбнер твердо решил, что Пат-младший будет дебютировать только в настоящем состязании; и в конце концов благодаря своему имени Сэм этого добился. Очень неохотно Воскресный клуб согласился дать Пату Глендону матч на пятнадцать раундов с Келли-Буяном и сто долларов победителю. Молодые боксеры часто принимали имена ветеранов ринга, поэтому никто не подозревал, что Пат был сыном великого Пата Глендона. Стюбнер до поры до времени молчал. Эту сенсацию эффектней будет пустить для рекламы попозже.</p>
     <p>Наконец, после месяца ожиданий наступил вечер матча. Стюбнер волновался не на шутку. Вся его профессиональная репутация зависела от того, как покажет себя Пат. И он был поражен, когда увидел, что Пат, просидев пять минут в своем углу на ринге, вдруг из свежего и румяного стал совсем бледным до какой-то болезненной желтизны.</p>
     <p>— Смелей, братец! — Стюбнер хлопнул его по плечу. — В первый раз на ринге всегда страшно, а Келли нарочно заставляет противника ждать, — авось его возьмет страх перед публикой.</p>
     <p>— Нет, — сказал Пат, — тут накурено. Я не привык, меня от табака мутит.</p>
     <p>У Сэма гора спала с плеч. Если человеку становится плохо от неуверенности, от нервов, то, будь он хоть Самсоном, ему никогда не видать славы на ринге. А к табачному дыму малый должен будет привыкнуть — вот и все.</p>
     <p>Появление Пата на ринге было встречено молчанием, но, когда под канат пролез Келли-Буян, раздался рев приветствий. Видно, Буяна не зря прозвали так. Свирепый, весь обросший черными волосами, с громадной узловатой мускулатурой, он весил, наверно, не меньше двухсот фунтов. Пат с любопытством посмотрел на него, и тот в ответ злобно нахмурился. Их представили публике, они пожали друг другу руки. И когда их перчатки встретились, Келли злобно скрипнул зубами, лицо его исказилось, и он проворчал:</p>
     <p>— Хватает же у тебя нахальства! — Он грубо отбросил руку Пата. — Я тебя съем, щенок!</p>
     <p>Зрители захохотали, увидев этот жест; посыпались веселые выкрики, — каждый старался угадать, что сказал Келли.</p>
     <p>Сидя в углу в ожидании гонга, Пат спросил Стюбнера:</p>
     <p>— За что он на меня злится?</p>
     <p>— Да он не злится, — ответил тот, — это у него такой прием, пробует запугать. Всегда так болтают.</p>
     <p>— Какой же это бокс! — бросил Пат; и Стюбнер, взглянув на него, заметил, что глаза у мальчика невозмутимо синие, как всегда.</p>
     <p>— Осторожней! — предупредил Сэм, когда прозвучал гонг к первому раунду и Пат вскочил на ноги. — Он может наброситься, как людоед.</p>
     <p>И верно, Келли ринулся вперед, как разъяренный людоед, одним махом пролетев через весь ринг. Пат спокойно и легко вышел на несколько шагов, рассчитал дистанцию, развернулся и сделал выпад правой прямо в челюсть Келли, потом остановился и с нескрываемым любопытством посмотрел на него. Матч кончился. Келли рухнул, как убитый бык, и лежал неподвижно, пока судья, наклонившись над ним, отсчитывал полагающиеся десять секунд. Когда секунданты Келли подошли поднять его, Пат их опередил. Он взял на руки огромное неподвижное тело, отнес в угол и, опустив на стул, сдал на руки секундантам.</p>
     <p>Через полминуты Келли поднял голову и заморгал глазами. Он бессмысленно озирался, потом посмотрел на секунданта.</p>
     <p>— Что это стряслось? — хрипло пробормотал он. — Потолок обвалился, что ли?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>После победы над Келли, хотя все и считали ее случайностью, Пат встретился с Руфом Мэйсоном. Встреча произошла через три недели, и публика Сиерра-клуба даже не успела разглядеть, что, в сущности, произошло. Руф Мэйсон был тяжеловес, прославившийся в своем кругу ловкостью и хитростью. Когда прозвучал первый гонг, противники встретились посреди ринга. Оба не торопились. Ни одного удара — они кружили друг около друга, согнув руки в локтях, так близко, что их перчатки почти соприкасались. Это продолжалось секунд пять. И вдруг что-то случилось, да так быстро, что из ста присутствующих, может быть, понял только один. Руф Мэйсон сделал ложный выпад правой. Выпад, очевидно, был не совсем ложный, скорее это была угроза, предвещавшая атаку. Вот в этот момент Пат и пустил в ход свой удар. Бойцы стояли так близко, что кулак Пата прошел не больше восьми дюймов. Короткий прямой толчок левой от плеча — вот и все. Удар пришелся прямо в подбородок, и обалдевшая публика увидела только, как у Руфа Мэйсона подкосились ноги и он упал на пол. Но судья понял все и стал быстро считать секунды. И снова Пат отнес своего противника на его место; и прошло чуть ли не десять минут, пока Руф Мэйсон, к великому удивлению недоумевающих, растерянных зрителей, смог двинуться при поддержке секундантов по проходу к себе в уборную, согнувшись в три погибели и ворочая остекленелыми глазами и не разгибая колен.</p>
     <p>— Я теперь понимаю, почему Келли решил, что на него обвалился потолок, — заявил Мэйсон репортеру.</p>
     <p>Но после того как Пузан-Коллинз был выбит с ринга на двенадцатой секунде пятнадцатираундового матча, Стюбнеру пришлось поговорить с Патом.</p>
     <p>— Знаешь, как тебя называют? — спросил он.</p>
     <p>Пат пожал плечами.</p>
     <p>— Глендон-Вышибала.</p>
     <p>Пат вежливо усмехнулся. Его совершенно не интересовало, какие ему дают прозвища. Ему надо было выполнить определенную задачу, прежде чем удастся вернуться в любимые горы, и он равнодушно делал то, что положено.</p>
     <p>— А так нельзя, — менеджер многозначительно покачал головой. — Не годится вышибать противника так быстро. Надо дать ему больше возможностей, больше времени.</p>
     <p>— А для чего же я дерусь? — удивился Пат.</p>
     <p>Стюбнер снова покачал головой.</p>
     <p>— Пойми, в чем дело, Пат. В боксе надо быть человеком широким, великодушным. Зачем обижать других боксеров? И по отношению к публике это нечестно. Они хотят побольше видеть за свои деньги. Да, кроме того, с тобой никто не захочет драться. Ты всех распугаешь. И разве соберешь публику на десятисекундный бой? Сам посуди: разве ты стал бы платить доллар, а то и пять, чтобы десять секунд смотреть на бокс?</p>
     <p>Этот довод убедил Пата, и он обещал, что в будущем публика за свои деньги сможет смотреть на бой подольше, хотя добавил, что он лично предпочел бы пойти на рыбную ловлю, чем сидеть и глазеть на сто раундов бокса.</p>
     <p>И все же Пат ничего путного еще не добился. Завсегдатаи бокса только смеялись, когда слышали его имя. Сразу вспоминались его нелепые победы и ядовитое замечание Келли насчет обвала потолка. Никто не знал, как он умеет драться, его не видели в бою. Какое у него дыхание, какая выдержка, как он сможет выстоять против сильных, грубых противников в долгих изматывающих схватках. Пока знали только, что у него отличный удар и что ему отчаянно, непростительно везет.</p>
     <p>В такой обстановке и было организовано четвертое выступление Пата — встреча с португальцем Питом Соссо, боксером, бывшим мясником, который славился на ринге больше всего тем, что выкидывал неожиданные трюки. К этому бою Пат не тренировался. Ему пришлось срочно поехать в горы и с болью в душе похоронить отца. Видно, старый Пат знал, что сердце у него выдержит недолго; оно и остановилось сразу, как часы.</p>
     <p>Пат-младший едва поспел в Сан-Франциско к самому началу матча, так что ему пришлось прямо с поезда идти переодеваться для боя, да и то публика ждала минут десять.</p>
     <p>— Помни же, дай ему возможность подраться, — предупредил Стюбнер, когда Пат нырнул под канат. — Поиграй с ним всерьез десять, а то и двенадцать раундов, а потом бери его!</p>
     <p>Пат послушно выполнил указание. И хотя ему было бы очень легко нокаутировать Соссо, тот был так хитер и ловок, что Пату гораздо труднее было не поддаться ему и вместе с тем его не трогать. Зрелище было великолепное, публика пришла в восторг. Все искусство Пата потребовалось на то, чтобы отражать молниеносные атаки Соссо, его бешеные выпады, отступления и наскоки, и молодому боксеру все-таки досталось как следует.</p>
     <p>В перерывы Стюбнер хвалил Пата, и все пошло бы отлично, если бы на четвертом раунде Соссо не выкинул один из своих ошеломляющих трюков. Когда Пат в одной из схваток отбил Соссо хуком в челюсть, тот, к величайшему удивлению юноши, опустил руки и стал отступать, выпучив глаза и еле держась на ногах, как пьяный. Пат ничего не понимал. Удар был совсем слабый, — а противник вот-вот упадет на пол. Пат тоже опустил руки, растерянно следя за оглушенным противником. Соссо отступал покачиваясь и трясясь, чуть не упал, но удержался на ногах и подался вперед боком, словно вслепую.</p>
     <p>И тут, в первый и последний раз за всю свою боксерскую карьеру, Пат был застигнут врасплох. Он даже посторонился, чтобы дать пройти оглушенному Соссо. И вдруг тот, все еще шатаясь, сделал выпад правой. Кулак попал Пату прямо в челюсть, так что у него все зубы затрещали. Зрители взревели от восторга. Но Пат ничего не слышал. Он только видел перед собой презрительно ухмыляющегося Соссо, — теперь-то он ничуть не шатался! Пату было больно, но еще больше он разозлился за подлый трюк. Вся ярость, унаследованная от отца, вдруг вспыхнула в нем со страшной силой. Он тряхнул головой, как будто приходя в себя, и надвинулся на противника. Это был молниеносный выпад: сперва Пат отвлек внимание Соссо, потом ударил левой по солнечному сплетению и одновременно — правой в челюсть. Этот удар разбил Соссо рот, прежде чем португалец рухнул на пол. Полчаса клубные врачи не могли привести его в чувство. Потом они наложили на губы Соссо одиннадцать швов и отправили его в больницу.</p>
     <p>— Нехорошо вышло, — сказал Пат своему менеджеру. — Зря я так вспылил. Больше со мной на ринге этого не будет. Отец всегда предостерегал меня, говорил, что сам был такой, оттого и проигрывал. Не думал я, что настолько могу выйти из себя. Теперь-то я знаю, что надо держать себя в руках.</p>
     <p>И Стюбнер ему поверил. Стюбнер теперь уже верил своему питомцу решительно во всем.</p>
     <p>— Чего же тебе злиться, — сказал он. — Все равно ты можешь побить любого.</p>
     <p>— В любую секунду и на любой дистанции, — подтвердил Пат.</p>
     <p>— Когда захочешь, тогда и нокаутируешь, верно?</p>
     <p>— Конечно. Не хочу хвастать, но это у меня врожденное. Сразу вижу, что надо делать, и делаю верно. Чувство времени и глазомер у меня — вторая натура. Отец, бывало, говорил: «Это талант». А я думал — он меня дурачит. Теперь, когда я потягался с другими боксерами, я понимаю, что он был прав, когда говорил, что у меня полная координация мозга и мышц.</p>
     <p>— Значит, в любую секунду и на любой дистанции? — задумчиво повторил Стюбнер.</p>
     <p>Пат только кивнул в ответ, и Стюбнер, сразу и безоговорочно поверив ему, вдруг увидел перед собой такое блистательное будущее, что старый Пат, наверно, встал бы из гроба, если бы узнал, что тот задумал.</p>
     <p>— Главное, не забывай, что публика за свои деньги хочет получить полное удовольствие, — сказал Стюбнер. — Мы с тобой договоримся, сколько раундов будет в каждом матче. Вот ты скоро будешь драться с Летучим Голландцем. Пусть он продержится, скажем, все пятнадцать раундов, а на последнем ты его выбьешь. Так ты и себя сможешь показать.</p>
     <p>— Что ж, ладно, Сэм, — ответил Пат.</p>
     <p>— Но это рискованная штука, — предупредил Стюбнер. — Может быть, тебе и не удастся уложить его в последнем раунде.</p>
     <p>— А вот послушайте! — сказал Пат и, сделав выразительную паузу, торжественно поднял томик Лонгфелло. — Если я его не уложу, никогда в жизни не буду читать стихи! А для меня это не пустяк.</p>
     <p>— Знаю, знаю, — радостно согласился менеджер, — хоть и понять не могу, что ты в них находишь!</p>
     <p>Пат вздохнул, но промолчал. За всю жизнь он встретил только одного человека, любившего стихи, — ту самую рыженькую учительницу, от которой он удрал в лес.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Ты куда собрался? — удивленно спросил Стюбнер, смотря на часы.</p>
     <p>Не выпуская дверной ручки, Пат остановился и обернулся к Сэму.</p>
     <p>— В научный лекторий, — сказал он. — Там сегодня один профессор читает лекцию о Браунинге <a l:href="#n_7" type="note">[7]</a>, а Браунинг такой поэт, что его без объяснений понять нелегко. Вообще я иногда думаю, что не мешало бы мне походить в вечернюю школу.</p>
     <p>— Фу, черт! Да ведь ты сегодня дерешься с Летучим Голландцем!</p>
     <p>Менеджер был в совершенном ужасе.</p>
     <p>— Помню, помню. Но я на ринг раньше половины десятого, а то и без четверти десять не выйду. А лекция кончится в четверть десятого. Хотите, заезжайте за мной на машине для верности.</p>
     <p>Стюбнер беспомощно пожал плечами.</p>
     <p>— Не бойтесь, не подведу! — успокоил его Пат. — Отец всегда говорил: боксер чувствует себя хуже всего перед самым боем. Люди часто проигрывали исключительно из-за того, что им перед боем нечего было делать, — только волновались и думали, что будет. А обо мне вам беспокоиться нечего. Вы должны радоваться, что я могу спокойно посидеть на лекции.</p>
     <p>В этот вечер во время боя — пятнадцать блестящих раундов — Стюбнер не раз ухмылялся про себя при мысли, что сказали бы любители бокса, если бы знали, что этот изумительный молодой боксер приехал на ринг прямо с лекции о поэзии Браунинга.</p>
     <p>Летучий Голландец, швед по происхождению, обладал удивительной напористостью и вместе с тем феноменальной выдержкой. Он никогда не отдыхал, все время шел в нападение и от гонга до гонга осыпал противника градом ударов. С дальней дистанции он молотил кулаками, как цепом, на ближней — изворачивался, толкал плечом и бил, как только мог. Он вихрем носился от старта до финиша, оттого и был прозван Летучим Голландцем. Но у него не хватало чувства времени, чувства дистанции. И все же он выигрывал не одно состязание: из града ударов, которыми он осыпал противника, какой-нибудь да попадал в цель. Твердо помня, что ему нельзя нокаутировать Голландца до пятнадцатого раунда, Пат вел нелегкий бой. И хотя ему ни разу не попало всерьез, он должен был вовремя уходить от вихря ударов противника. Но это была неплохая тренировка, и ему такой бой даже доставлял удовольствие.</p>
     <p>— Ну как, можешь его выбить? — шепнул ему на ухо Стюбнер во время минутной передышки в конце пятого раунда.</p>
     <p>— Конечно, — ответил Пат.</p>
     <p>— Имей в виду, что его до сих пор еще никто не мог нокаутировать, — предупредил Стюбнер еще раунда через два.</p>
     <p>— Что ж, придется разбить руку, — улыбнулся Пат. — Я-то знаю силу своего удара, и уж если я попаду — кому-нибудь крышка: не ему, так моим суставам!</p>
     <p>— А сейчас ты мог бы его взять? — спросил Сэм после тринадцатого раунда.</p>
     <p>— Да я же вам сказал — в любую минуту!</p>
     <p>— Ну, тогда продержи его до пятнадцатого раунда, Пат!</p>
     <p>В четырнадцатом раунде Летучий Голландец превзошел самого себя. При первом же ударе гонга он ринулся через весь ринг прямо на Пата, спокойно подымавшегося в своем углу. Публика взревела, — Голландец налетел вовсю! Пату стало интересно, и он для забавы решил встретить бешеную атаку только пассивной защитой и ни разу не ударить самому. Он и не ударил ни разу под трехминутным градом ударов. Редко кому приходилось видеть такое искусство защиты: то он просто закрывал лицо левой и живот правой, то, с переменой тактики нападения, менял позицию, и обе его перчатки закрывали лицо с двух сторон, или он защищал середину тела локтями. И при этом он делал переходы, то с нарочитой неловкостью выставляя плечо, то налегая на противника, чтобы помешать ему развернуться. Но сам он ни разу не ударил, даже не угрожал ударом, хотя его и покачивало под бешеными кулаками противника, который пытался барабанным градом ударов сломить его защиту. Тот, кто сидел близко к рингу, все видел, все оценил, но остальная публика совсем ничего не поняла, и весь зал, вскочив на ноги, орал и хлопал, думая, что растерявшегося Пата бьют вовсю. Конец раунда — и зрители в недоумении сели, увидев, что Пат как ни в чем не бывало идет в свой угол. Все решили, что он избит до полусмерти, а ему, оказывается, все нипочем.</p>
     <p>— Когда же ты его вышибешь? — с тревогой спросил Стюбнер.</p>
     <p>— Через десять секунд, — уверенно бросил Пат. — Вот увидите!</p>
     <p>Все было очень просто. Когда Пат при звуке гонга вскочил с места, он явно дал понять, что впервые за весь бой серьезно берется за противника. И зрители это поняли. Понял и сам Летучий Голландец, и когда они с Патом сошлись на середине ринга, он в первый раз за всю свою карьеру на ринге почувствовал нерешительность. Какую-то долю секунды оба стояли друг перед другом в позиции. Потом Летучий Голландец прыгнул на противника, и Пат точным правым кроссом нокаутировал его на прыжке.</p>
     <p>После этого матча и началось головокружительное восхождение Пата Глендона на пути к славе. О нем заговорили любители бокса и репортеры спортивных газет. Он первый нокаутировал Летучего Голландца. Он гениально защищался. Все его победы — не просто счастливый случай. У него изумительно работают обе руки. Этот великан далеко пойдет. Нечего ему попусту тратить время на третьесортных боксеров и подставных драчунов, утверждали репортеры. Где Бен Мензис, Ридж Рид, где Билл Таруотер и Эрнст Лоусон? Пора бы им встретиться с этим новичком, который вдруг показал себя таким отличным боксером. И о чем только думает его менеджер, почему не шлет вызовов?</p>
     <p>И вдруг в один прекрасный день пришла и слава; Стюбнер открыл секрет: да, его боксер — сын Пата Глендона, старого Пата, знаменитого героя ринга! Мальчика сразу окрестили Патом-младшим, вокруг него толпились поклонники, репортеры делали ему рекламу в газетах, его превозносили, им восхищались.</p>
     <p>Четыре второстепенных претендента на звание чемпиона, начиная с Бена Мензиса и кончая Биллом Таруотером, приняли вызов, и Пат нокаутировал их. Для этого ему пришлось поездить: он дрался в Голдфилде, Денвере, Техасе и Нью-Йорке. Времени на это ушло порядочно, потому что не так легко было организовать серьезные матчи, да и тренировка обоих противников отнимала немало времени.</p>
     <p>На второй год у Пата уже была надежная репутация — он победил всех крупных боксеров, которые заступали ему дорогу к званию чемпиона в тяжелом весе. На вершине этой лестницы крепко держался Великий Джим Хэнфорд, непобедимый чемпион мира. По верхним ступенькам Пат подымался уже не так быстро, хотя Стюбнер неутомимо посылал вызовы и подзуживал общественное мнение, чтобы заставить боксеров драться с Патом. С Биллом Кингом Пат расправился в Англии, а за Томом Гаррисоном он гонялся чуть ли не вокруг света, чтобы побить его на рождестве в Австралии.</p>
     <p>А призы становились все крупнее и крупнее. Вместо сотни, которую Пат получал за первые выступления, ему платили от двадцати до тридцати тысяч долларов за матч, и столько же он получал от кинокомпаний. Стюбнер брал свой процент, как менеджер, согласно условиям контракта, составленного старым Патом; и оба, он и Глендон, несмотря на огромные издержки, постепенно богатели. Деньги накапливались потому, что оба вели здоровую, простую жизнь. Их никак нельзя было назвать расточителями.</p>
     <p>Стюбнер интересовался недвижимой собственностью. И Глендону даже не снилось, насколько велико было состояние Сэма, вложенное в постройку доходных домов в Сан-Франциско. Существовал тайный тотализатор, целый синдикат, принимавший ставки на пари, и там довольно точно знали, сколько нажил Стюбнер, да, кроме того, Сэм получал немалые куши от киностудий, но Глендон никогда об этом и не слыхал.</p>
     <p>Самой главной задачей Стюбнера было держать своего юного гладиатора в полном неведении, и это ему было совсем не так трудно. Глендон вовсе не касался деловой стороны бокса, да она его, в сущности, и не интересовала. Куда бы им ни приходилось ездить, Пат все свободное время проводил на охоте или на рыбной ловле. Он мало общался со спортсменами, славился своей застенчивостью и молчаливостью и предпочитал картинные галереи и стихи всяким спортивным разговорам и сплетням. Его менеджер строго-настрого приказал его тренерам и партнерам по тренировке держать язык за зубами и ни словом не намекать о сделках и сговорах на ринге. Стюбнер старался изолировать Пата от внешнего мира как только мог. Даже интервьюировали Глендона только в присутствии его менеджера.</p>
     <p>И только один раз к Глендону обратились непосредственно. Это было как раз перед ответственной встречей с Гендерсоном: кто-то в коридоре гостиницы сдавленным торопливым шепотом предложил Глендону сто тысяч. К счастью для этого человека, Пат сдержался и, отодвинув его плечом, молча прошел к себе. Он рассказал о встрече Стюбнеру, но тот успокоил его:</p>
     <p>— Все подстроено, Пат. Проверить тебя хотели. — Он увидел, как в синих глазах вспыхнул гнев. — А может, и кое-что похуже. Если бы им удалось тебя поймать на взятке, они бы подняли страшный шум в газетах — такая сенсация! — и прикончили бы твою карьеру. Впрочем, я не уверен, что это так. Раньше, в давние времена, действительно в истории ринга такие вещи случались, но сейчас все это отошло в область преданий. Когда-то бывали и подкупы и мошенничество, но в наши дни ни один уважающий себя боксер или менеджер ничего подобного себе не позволит. Пойми, Пат, что бокс такая же чистая и честная игра, как, скажем, профессиональный бейсбол, а ведь чище и честнее бейсбола не найдешь!</p>
     <p>Но, уговаривая Пата, Стюбнер отлично помнил, что в предстоящем матче с Гендерсоном будет никак не меньше двенадцати раундов, — так условились с киностудией, — и не больше четырнадцати. Мало того, он знал, что ставки огромные и сам Гендерсон заинтересован в том, чтобы продержаться не более четырнадцати раундов.</p>
     <p>А Глендон, к которому больше никто не посмел обращаться, совершенно забыл об этом разговоре и уходил на целые дни заниматься цветной фотографией. Это было его последнее увлечение. Влюбленный в живопись, он сам не умел рисовать, и ему пришлось довольствоваться цветной фотографией. Он всегда возил с собой целый чемодан всяких руководств и подолгу просиживал в темной комнате, учась проявлять и увеличивать. Никогда еще не бывало на ринге знаменитого боксера, который бы так мало интересовался боксом. И оттого, что ему не о чем было говорить со случайными знакомыми, его считали мрачным и необщительным. Отсюда и пошла его газетная репутация — не просто преувеличенная, а уже совершенно ложная. Из всего, что о нем писали, выходило, будто он сильный, как бык, бессмысленно тупой зверь, и один дрянной репортеришка обозвал его как-то лютым зверем. Прозвище пошло в ход. Вся пишущая братия подхватила его с восторгом. И с тех пор имя Глендона почти никогда не появлялось в печати без этого прозвища. Часто в заголовках или под фотографиями так просто и писали с большой буквы, без кавычек и даже без фамилии: Лютый Зверь. И весь мир знал, кто этот «зверь». А Пат от всего этого только еще глубже уходил в себя, и в душе его росли горечь и озлобление против газетных писак.</p>
     <p>Но к боксу он стал относиться иначе — с гораздо большим интересом. Теперь его противники были отличные боксеры, и победа доставалась не так легко. Он дрался с избранными мастерами, властителями ринга, и каждый бой был сложной задачей. Случалось, что он никак не мог выбить их на условленном раунде до самого конца боя. Так было с Сульцбергером, гигантом немцем: как Пат ни старался, он не смог взять его ни на восемнадцатом раунде, ни на девятнадцатом и только на двадцатом ему удалось сломить изумительную защиту немца и добиться нокаута. Глендон не только стал находить все больше и больше удовольствия в боксе, он и тренировался все серьезней и продолжительней. Он не позволял себе никаких излишеств, много времени проводил на охоте в горах и поэтому всегда был в наилучшей форме. Ни разу его карьеру не прерывали несчастные случаи, как бывало с его отцом, ни разу он не раздробил себе сустава, не повредил даже пальца; и Стюбнер со скрытой радостью отметил: его молодой боксер уже перестал говорить, что навсегда вернется в горы, как только отнимет звание чемпиона у Джима Хэнфорда.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Решающий этап его карьеры приближался. Прославленный чемпион мира открыто заявил о своей готовности встретиться с Глендоном, как только тот победит трех или четырех соперников, которые стояли между ними. За шесть месяцев Пат убрал со своего пути Кида Мак-Града и филадельфийца Джека Мак-Брайда, ему осталось только победить Ната Пауэрса и Тома Кэннема. И все сошло бы великолепно, если бы одна светская барышня из любви к приключениям не стала репортером, а Сэм Стюбнер не согласился бы дать интервью корреспондентке «Курьер Сан-Франциско».</p>
     <p>Она всегда подписывалась «Мод Сенгстер», — кстати, это было ее настоящее имя. Сенгстеры были известные богачи. Основатель семьи, Джейкоб Сенгстер, пришел на Запад с одним одеялом — наниматься в батраки. В Неваде он открыл неистощимые запасы буры и, начав вывозить ее на мулах, со временем смог построить и собственную железную дорогу. На прибыль с продажи буры он скупил сотни тысяч квадратных миль строевого леса в Калифорнии, Орегоне и штате Вашингтон. Затем он занялся не только делами, но и политикой: подкупал государственных деятелей, судей, занимался политическими махинациями и стал крупнейшим промышленным магнатом. Наконец, он умер в зените славы, разочаровавшись во всем, пусть будущие историки стирают грязное пятно с его имени, а четверо его сыновей — передерутся из-за наследства в несколько сот миллионов. Целое поколение калифорнийцев потешалось над боем, который развернулся между наследниками Сенгстера в судах, в промышленности, в политике, посеяв между ними смертельную вражду. Самый младший, Теодор, будучи уже немолодым человеком, вдруг пережил нравственный перелом, распродал все свои скотоводческие фермы и скаковые конюшни и в донкихотской попытке искоренить и изничтожить прогнившую систему, которую ввел старый Джейкоб Сенгстер, с головой ушел в борьбу, с продажными заправилами своего родного штата, в том числе и со многими миллионерами.</p>
     <p>Мод Сенгстер была старшей дочерью Теодора. В роду Сенгстеров почти все мужчины были задирами, а все женщины красавицами. И Мод не составляла исключения. К тому же она явно унаследовала от предков любовь к приключениям и, не успев вырасти, натворила дел, никак не подобавших барышне ее круга. Замуж она не выходила, хотя такая невеста попадается одна на десять тысяч. Она побывала в Европе, но и оттуда не привезла с собой титулованного супруга. Да и всех своих многочисленных претендентов на родине она тоже отвергла. Мод занималась спортом, стала чемпионом штата по теннису, и вся светская пресса затаив дыхание следила за ее выходками: то она на пари прошла пешком из Сан-Матео в Сан-Крус, то вызвала невероятную сенсацию, сыграв в поло на закрытых состязаниях в Берлингеме в составе мужской команды. Между прочим, она увлекалась живописью, и у нее была своя студия в Латинском квартале Сан-Франциско.</p>
     <p>Все это не имело особого значения, пока реформаторская блажь папаши не обрушилась и на нее. Гордая и независимая, она до сих пор еще не встретила человека, которому сама подчинилась бы с радостью, а те, кто пытался ее покорить, были ей невыносимо скучны. Возмущенная вмешательством отца в ее жизнь, она бросила бесповоротный вызов общественному мнению и, порвав с семьей, поступила на службу в «Курьер». Начала она с двадцати долларов в неделю, но вскоре стала получать пятьдесят. Она писала главным образом рецензии на спектакли, концерты, выставки, но не отказывалась и от рядовой репортерской работы, если предвиделся интересный материал. Так, например, ей удалось вырвать большое интервью у Моргана, — до нее за ним безуспешно гонялись десятки самых знаменитых нью-йоркских журналистов; так, она в водолазном костюме спускалась на дно залива у Золотых Ворот и летала вместе с Рудом — Человеком-Птицей, когда он побил все тогдашние рекорды на беспосадочный полет, долетев до Риверсайда.</p>
     <p>Но не думайте, что Мод Сенгстер была мужеподобной амазонкой. Наоборот, это была сероглазая тоненькая девушка двадцати трех — двадцати четырех лет, среднего роста, с удивительно маленькими, особенно для спортсменки, руками и ногами. К тому же, — что не так часто встречается среди спортсменок, — она умела быть изысканно-женственной и изящной.</p>
     <p>Она сама предложила редактору своего отдела проинтервьюировать Пата Глендона. Кроме Боба Фитцсиммонса, которого она мельком видела на балу, во фраке, ей никогда в жизни не приходилось встречаться с настоящим боксером. Да она и не проявляла к ним особого интереса до того дня, как Пат Глендон приехал в Сан-Франциско тренироваться для встречи с Натом Пауэрсом. Тут сыграла роль репутация, созданная ему в прессе. Любопытно поглядеть, что это за Лютый Зверь! Из того, что ей пришлось о нем читать, Глендон представлялся ей чудовищным силачом, невыразимо тупым, упорным и свирепым, как зверь из джунглей. Правда, по его фотографиям в журналах этого сказать было нельзя, но и по ним видно было его мощное сложение, чему вполне могли соответствовать и другие звериные качества. И вот в сопровождении газетного фотографа Мод отправилась в тренировочные залы Клифф-клуба, в час, назначенный Стюбнером.</p>
     <p>А этому владельцу всяких недвижимостей сейчас приходилось солоно: Пат взбунтовался; он сидел, перекинув ногу через ручку кресла, на колене у него лежал раскрытый томик сонетов Шекспира переплетом кверху, и он разносил современных женщин.</p>
     <p>— Ну к чему они всюду лезут? — возмущался он. — Разве бокс — их дело? Что они в нем понимают? Мужчины и те пишут что попало. Я ей не выставка. Зачем ей нужно меня расписывать? Не выношу женщин в тренировочной, все равно — репортеры они или не репортеры.</p>
     <p>— Да разве она просто репортер? — уговаривал его Стюбнер. — Слыхал про Сенгстеров? Ну тех, миллионеров?</p>
     <p>Пат кивнул головой.</p>
     <p>— Она — дочка одного из них. Высший свет, и все такое. Могла бы и не зарабатывать деньги, а прожигать жизнь как вздумается. Ее папаша стоит миллионов пятьдесят, не меньше.</p>
     <p>— Зачем же она работает в газете? Только хлеб отбивает у какого-нибудь бедняка.</p>
     <p>— Да она с отцом в ссоре, — поругались из-за чего-то, когда он занялся чисткой Сан-Франциско. Совсем порвала с ним. Ушла из дому и поступила на работу. И вот что я тебе скажу, Пат: пишет она так здорово, что с ней ни одному газетчику на всем побережье не сравняться!</p>
     <p>Пат уже слушал с некоторым интересом, и Стюбнер заторопился:</p>
     <p>— Она и стихи пишет, помешана на всяких таких штучках, не хуже тебя! Только у нее по-настоящему выходит, она даже книжку выпустила. И на все спектакли пишет рецензии. Пойми, ей поручают интервью с самыми знаменитыми актерами, какие сюда ездят!</p>
     <p>— Да, я видел ее имя в газетах, — подтвердил Пат.</p>
     <p>— А как не видеть! И для тебя, Пат, настоящая честь, что ей поручено о тебе написать. Ты не беспокойся: я тут буду и все ей объясню! Сам знаешь, я всегда брал это дело на себя!</p>
     <p>Пат с благодарностью посмотрел на менеджера.</p>
     <p>— И вообще, Пат, не забывай одного: надо тебе привыкать к этим интервью. Это часть твоей работы. Громкая реклама — и к тому же бесплатно! Такой рекламы ни за какие деньги не купишь. Публика прислушивается — на то и газета, — расхватывает билеты, а к нам плывут денежки.</p>
     <p>Он остановился, прислушался, взглянул на часы.</p>
     <p>— Наверно, это она пришла. Пойду встречу, приведу ее сюда. Я ей скажу, чтобы она тебя долго не мучила, нечего ей рассиживаться! — В дверях он обернулся. — И будь человеком, Пат. Не прячься, как улитка в раковину, не молчи. Поговори с ней немножко, отвечай на вопросы.</p>
     <p>Пат отложил сонеты, взял газету со стола и погрузился в чтение, но тут Стюбнер вошел с Мод, и ему пришлось встать. Обоих потрясла эта встреча. Синие глаза встретились с серыми, и казалось, что оба — и юноша и девушка — вдруг радостно вскрикнули, словно нашли то неожиданное, чего искали всегда. Но это длилось мгновение. Они совсем не такими представляли себе друг друга, и поэтому первый ясный зов признания сменился полнейшей растерянностью. Как всякая женщина, Мод первая овладела собой, ничем не выдав своего смущения. Она сама пошла навстречу Глендону, чтобы поздороваться с ним. А он даже не понимал, что бормочет, когда их знакомили. Вот это была женщина — та, единственная! Он и не знал, что такие бывают на свете! Те, что встречались ему раньше, ничем не походили на нее. Интересно, понравилась бы она старому Пату? Что сказал бы он о ней? А вдруг это и была та самая, про которую он говорил: «Держи ее обеими руками!» Пат вдруг обнаружил, что каким-то образом рука Мод очутилась в его руке. Он смотрел на эту руку с восторгом и недоумением, пораженный ее хрупкостью.</p>
     <p>А она между тем старалась подавить в себе даже отзвук неожиданного зова, прозвеневшего в ней так ясно, так отчетливо. Никогда она не испытывала такого удивительного ощущения — этой внезапной тяги к чужому человеку. И к кому — к этому Лютому Зверю, огромному тупому кулачному бойцу, который бил кулаками таких же грубых скотов, как он сам. Но она улыбнулась, увидев, что Пат не выпускает ее руку.</p>
     <p>— Пожалуйста, отпустите мою руку, мистер Глендон! Она… она мне самой нужна!</p>
     <p>Он растерянно посмотрел на нее, перевел взгляд на ее пальцы, крепко стиснутые в его ладони, и так неловко выпустил их, что вся кровь хлынула ему в лицо.</p>
     <p>Девушка увидела, как он вспыхнул, и вдруг подумала, что он совсем не похож на тупого зверя, каким она его себе представляла. Разве «зверь» может так покраснеть? И ей очень понравилось, что он не стал развязно просить прощения. Но как он пожирает ее глазами — просто делается неловко! Уставился на нее, словно оглушенный, а щеки покраснели еще гуще.</p>
     <p>Но Стюбнер уже подставил ей стул, и Глендон машинально тоже опустился на свое место.</p>
     <p>— Он в превосходной форме, мисс Сенгстер, в отличной форме, — говорил менеджер. — Верно я говорю, Пат, а? Чувствуешь себя отлично, правда?</p>
     <p>Но Пату это не понравилось. Он сердито нахмурил брови и промолчал.</p>
     <p>— Я давно хотела познакомиться с вами, мистер Глендон, — сказала мисс Сенгстер. — Мне до сих пор не приходилось интервьюировать кулачного бойца, так что вы простите, если я сначала не сумею как следует вас расспросить.</p>
     <p>— Не лучше ли вам сначала посмотреть, как он работает? — предложил Стюбнер. — А пока он будет переодеваться, я вам все сообщу — все новейшие данные. Сейчас позовем Уолша, Пат, и покажем два-три раунда.</p>
     <p>— Ничего мы не покажем! — настоящим зверем буркнул Пат. — Продолжайте ваше интервью.</p>
     <p>Но интервью никак не ладилось. Стюбнер все время говорил, подсказывал, что писать, и это страшно раздражало Мод Сенгстер. А Пат не принимал никакого участия. Мод внимательно изучала его тонкое лицо, ясные, синие, широко раскрытые глаза, прямой, чуть с горбинкой нос, крепкий целомудренный рот с нежным и мужественным изгибом в уголках губ. Нет никакого намека на угрюмую тупость! Загадочная личность, если только газеты пишут о нем правду. Тщетно искала она в нем хотя бы малейшего признака «лютости» и так же тщетно пыталась установить с ним хоть какой-нибудь контакт. Начать с того, что Мод слишком мало понимала в боксе и боксерах, а как только она пробовала навести Пата на разговор, сразу вмешивался всезнающий Стюбнер.</p>
     <p>— Наверно, жизнь боксера — интересная штука! — сказала она, наконец, и, вздохнув, добавила: — Жаль, что я так плохо себе представляю ее. Ну вот, скажите мне, почему вы деретесь?.. Нет, нет, я не о денежной стороне говорю, — поторопилась она, чтобы отмахнуться от Стюбнера, — но вам бокс доставляет удовольствие? Вас увлекает соперничество с другими мужчинами? Я как-то не умею выразить то, что мне хочется сказать, но вы уж мне подскажите!</p>
     <p>Пат со Стюбнером заговорили вместе, но тут Пат взял верх над своим менеджером:</p>
     <p>— Сначала мне было неинтересно…</p>
     <p>— Ему просто было слишком легко, — перебил Стюбнер.</p>
     <p>— …но потом, — продолжал Пат, — когда пришлось столкнуться с лучшими бойцами, по-настоящему умелыми, ловкими, когда мне пришлось больше… больше…</p>
     <p>— …рассчитывать на себя? — подсказала Мод.</p>
     <p>— Вот именно рассчитывать на себя, тогда мне стало интереснее, гораздо интересней. И все-таки бокс не захватывает меня так, как мог бы. Понимаете, каждый бой для меня, конечно, задача, и я должен ее решить своим умом, своими мускулами, но исход боя для меня всегда предрешен…</p>
     <p>— Ни разу ни одного сомнительного исхода, — заявил с гордостью Стюбнер. — Всегда чистый нокаут, и победа за ним!</p>
     <p>— И вот эта уверенность в победе, возможно, и отнимает самое увлекательное, что, вероятно, есть в боксе, — закончил Пат.</p>
     <p>— Ничего! Надеюсь, встреча с Джимом Хэнфордом тебя раззадорит! — сказал Стюбнер.</p>
     <p>Пат улыбнулся, но ничего не сказал.</p>
     <p>— Расскажите побольше о себе, — попросила Мод, — расскажите подробней, что вы чувствуете во время боя.</p>
     <p>И тут Пат поразил не только своего менеджера и мисс Сенгстер, но и сам поразился, как это он вдруг выпалил:</p>
     <p>— По правде сказать, мне не об этом хочется говорить с вами. Ведь мы, наверно, можем рассказать друг другу много более важного, интересного. Вот я…</p>
     <p>Он вдруг замолчал, понимая, что он говорит, но не отдавая себе отчета, почему он вдруг так заговорил.</p>
     <p>— Да, да! — горячо подхватила она. — Вы правы! Только тогда и получается интересное интервью, когда человека видишь по-настоящему…</p>
     <p>Но Пат опять ушел в себя, а Стюбнер забросал ее цифрами, сравнивая объем, вес, рост своего чемпиона с Сэндоу, Грозой Турции, Джеффрисом и другими современными тяжеловесами. Мод Сенгстер скучно было слушать его, и она этого не скрывала. Случайно ее взгляд остановился на сборнике сонетов Шекспира. Она взяла книгу и вопросительно взглянула на Стюбнера.</p>
     <p>— Это Пат читает, — сказал тот. — Помешан на стихах, занимается цветной фотографией, бегает по выставкам и всякое такое. Только, ради бога, не пищите об этом, вы всю его репутацию погубите.</p>
     <p>Мод укоризненно посмотрела на Пата, и он совсем смутился.</p>
     <p>«Какая прелесть! — Подумала она. — Он, этот гигант, король боксеров, робок, как мальчишка, читает стихи, ходит на выставки и занимается цветной фотографией! Нет, никакого „лютого зверя“ тут и в помине нет». Она поняла, что и робеет он от застенчивости и впечатлительности, а вовсе не от тупости. Сонеты Шекспира! Да, в это нужно вникнуть по-настоящему. Но Стюбнер не дал им сказать ни слова и опять забросал ее своими дурацкими цифрами.</p>
     <p>Однако через несколько минут, она, сама того не сознавая, вдруг затронула самую животрепещущую тему. Когда она узнала, что он читает сонеты, в ней снова шевельнулось то мгновенное острое влечение к нему, которое она испытала при встрече. Этот великолепный стан, прекрасное лицо, эти губы, такие целомудренные, и эти ясные глаза, высокий спокойный лоб под светлым коротким ежиком, атмосфера здоровья и чистоты, которая окружала юношу, — весь он неудержимо и почти подсознательно притягивал ее так, как никогда до сих пор не притягивал ни один человек. И в то же время она не могла отмахнуться от скверных сплетен, которые ей пришлось услышать еще вчера, в редакции «Курьера».</p>
     <p>— Да, вы правы, — сказала она. — Нам с вами действительно есть о чем поговорить. Меня мучает одна мысль, помогите мне разобраться. Поможете?</p>
     <p>В ответ Пат наклонил голову.</p>
     <p>— Можно, я буду говорить откровенно, откровенно до грубости? В разговорах о боксе то и дело упоминают о каких-то заранее намеченных раундах, о каких-то ставках, пари. Правда, я никогда не обращала на это особенного внимания, но мне казалось, что люди принимают как должное всякое жульничество и обман, связанные с боксом. И вот, глядя на вас, я никак не могу понять: неужели вы можете участвовать в обмане? Можно допустить, что вы любите спорт ради спорта, ну… и ради денег, которые он вам приносит, но мне совершенно непонятно…</p>
     <p>— Да тут и понимать нечего, — перебил ее Стюбнер, заметив, как мягкая, снисходительная улыбка тронула губы Пата. — Все это сказки, болтовня — про подтасовки, договоренность и всякую прочую галиматью. Ерунда все это, мисс Сенгстер, уверяю вас. Дайте я вам лучше расскажу, как я открыл мистера Глендона. Получаю я письмо от его отца…</p>
     <p>Но Мод Сенгстер не так-то легко было отвлечь, она обратилась прямо к Пату:</p>
     <p>— Слушайте, я отлично помню один такой случай. Несколько месяцев назад, — я забыла, кто там выступал, — один из сотрудников «Курьера» сообщил мне, что завтра выиграет большие деньги. Не то что надеется выиграть — нет, прямо так и сказал: «Выиграю». Объяснил, что ему кое-что подсказали и что он ставит на определенное число раундов. Он мне точно сказал: «Матч закончится на девятнадцатом раунде». Разговаривали мы с ним накануне боя. А на следующий день он торжествовал и сразу объявил мне, что матч действительно закончился на том самом раунде. Я как-то над этим и не задумалась. Меня бокс тогда совершенно не интересовал. А теперь интересует. Тот случай вполне соответствовал моему, правда, довольно смутному, представлению о боксе. Как видите, не все тут выдумки и сказки, правда?</p>
     <p>— Я помню этот матч, — сказал Глендон. — Дрался Суэн и Маргуэзер. И действительно — закончили на девятнадцатом раунде, Сэм. А она говорит, что ей накануне назвали именно этот раунд. Как вы это объясните, Сэм?</p>
     <p>— А как объяснить, если человек вытащит в лотерее счастливый билет? — уклончиво сказал Стюбнер, торопливо соображая, как бы ему получше выпутаться. — В этом-то все дело. Если как следует разбираться в боксе — учитывать состояние боксера и его опыт, знать все правила, весь ход состязания, — то нетрудно точно предсказать число раундов. Предсказывают же люди, какая лошадь придет на скачках первой, и выигрывают иногда при этом один на сто! И не забывайте главного: на каждого выигравшего приходится свой проигравший — тот, что не сумел угадать нужный раунд. Нет, мисс Сенгстер, клянусь честью, что всякие сделки, всякое мошенничество в боксе — это… да этого просто не существует.</p>
     <p>— А ваше мнение, мистер Глендон? — спросила она.</p>
     <p>— Он вполне со мной согласен, — перехватил ответ Стюбнер. — Он знает, что я говорю правду, чистую правду. Сам он всегда дрался честно и чисто. Верно я говорю, Пат?</p>
     <p>— Да, верно! — подтвердил Пат.</p>
     <p>И самое странное — Мод Сенгстер была убеждена, что он не лжет. Она провела рукой по лбу, будто прогоняя назойливую мысль, не дающую ей покоя.</p>
     <p>— Слушайте, — сказала она, — вчера вечером тот же сотрудник говорил мне, что и ваш предстоящий матч предрешен вплоть до того раунда, на котором он окончится.</p>
     <p>Стюбнер с перепугу не знал, что и сказать, но Пат предупредил его.</p>
     <p>— Лжет он, ваш сотрудник! — прогремел он полным голосом.</p>
     <p>— Но ведь про тот матч он не лгал? — с вызовом бросила она.</p>
     <p>— А на каком раунде, по его словам, закончится моя встреча с Натом Пауэрсом?</p>
     <p>Но тут Стюбнер вмешался со всей решительностью, он даже не дал ей ответить.</p>
     <p>— Что за чушь, Пат! — крикнул он. — Замолчи! Все это обычные сплетни, слухи! Давайте лучше закончим интервью.</p>
     <p>Глендон даже не взглянул в его сторону: он пристально смотрел на девушку, и глаза у него были совсем не те — синие и ласковые, — в их взгляде было что-то суровое, повелительное. Теперь она знала твердо, что случайно напала на след какого-то потрясающего открытия, чего-то такого, что ей все объяснит. Она вся затрепетала от повелительного взгляда и голоса Пата. Вот настоящий мужчина! Он-то сможет взять жизнь в руки и вырвать у нее все, что захочет.</p>
     <p>— Так на каком раунде, как вам сказал сотрудник? — властно спросил он.</p>
     <p>— Да брось ты эти глупости, ради всего святого! — опять перебил Стюбнер.</p>
     <p>— Дайте же мне ответить! — попросила Мод Сенгстер.</p>
     <p>— Я и сам могу поговорить с мисс Сенгстер, — добавил Глендон. — Уйдите-ка отсюда, Сэм. Ступайте займитесь фотографом!</p>
     <p>Минуту оба молча, с напряжением смотрели друг другу в глаза. Потом менеджер не спеша подошел к двери, открыл ее, остановился и стал слушать.</p>
     <p>— Ну, какой же раунд?</p>
     <p>— Надеюсь, что я не ошибаюсь, — ее голос дрогнул. — Но, по-моему, он сказал: на шестнадцатом раунде.</p>
     <p>Она увидела, как удивление и гнев отразились на лице Глендона, как он с возмущением и укором посмотрел на Стюбнера, и поняла, что удар попал в цель.</p>
     <p>Да, Глендон имел все основания рассердиться на Стюбнера. Он помнил, как разговаривал с ним и как они решили дать публике за ее деньги вволю полюбоваться дракой, но зря не затягивать матч и закончить его на шестнадцатом раунде. И вдруг приходит женщина из редакции газеты и называет именно этот раунд!</p>
     <p>У Стюбнера, стоявшего в дверях, был совершенно растерянный вид. Он побледнел и с трудом держал себя в руках.</p>
     <p>— Я с вами потом поговорю, — бросил ему Пат, — закройте-ка за собой дверь!</p>
     <p>Дверь закрылась. Они остались вдвоем. Глендон молчал, по лицу его было видно, как он расстроен и огорчен.</p>
     <p>— Ну, что? — спросила Мод.</p>
     <p>Он поднялся, посмотрел на нее с высоты своего роста, потом опять сел и стал кусать пересохшие губы.</p>
     <p>— Одно я вам могу сказать, — проговорил он решительно. — На шестнадцатом раунде матч не закончится!</p>
     <p>Она промолчала, но ее недоверчивая, ироническая улыбка обидела его.</p>
     <p>— Погодите, мисс Сенгстер, вы сами увидите, что ваш редактор ошибся!</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что измените программу? — вызывающе спросила она.</p>
     <p>Он вздрогнул от ее слов, как от удара.</p>
     <p>— Я не привык лгать, — сказал он холодно, — даже женщинам.</p>
     <p>— Да вы мне и не солгали. Однако вы не отрицаете, что программа будет изменена. Может быть, это глупо с моей стороны, мистер Глендон, но я, право, не вижу разницы, на каком раунде закончится бой. Важно, что этот раунд заранее предрешен и кое-кому известен.</p>
     <p>— Нет, я назову этот раунд только вам, и ни одна живая душа об этом не узнает.</p>
     <p>Она пожала плечами, улыбнулась:</p>
     <p>— Вот так на бегах подсказывают фаворита. Ведь это обычно так и делается, не правда ли? Но вообще-то я не столь уж глупа, я понимаю, что тут что-то неладно. Почему вы рассердились, когда я назвала раунд? Почему вы накинулись на своего менеджера? Зачем вы его выгнали отсюда?</p>
     <p>Вместо ответа Глендон подошел было к окну, как будто хотел посмотреть на улицу, потом передумал, обернулся к Мод; и она, даже не глядя, почувствовала, что он изучает ее лицо. Он снова подошел к ней, сел на место.</p>
     <p>— Вы подтвердили, что я вам не лгал, мисс Сенгстер. Вы были правы. Я не врал. — Он остановился, словно с трудом подбирая верные слова для объяснения. — Можете вы поверить тому, что я вам расскажу? Поверите слову, честному слову боксера?</p>
     <p>Она серьезно кивнула головой, глядя ему прямо в глаза и веря до глубины души, что он ей скажет одну только правду.</p>
     <p>— Я всегда дрался честно и правильно. Никогда я не тронул ни одного грязного доллара, не участвовал ни в одной грязной сделке. Теперь дальше. Ваши слова были для меня настоящим ударом. Не знаю, как это все понять. Я не могу так сразу объяснить, в чем дело. Я просто не понимаю. Но что-то тут нечисто. И это меня мучает. Понимаете, мы со Стюбнером действительно обсуждали предстоящий матч и решили — между собой, конечно, — что я закончу его на шестнадцатом раунде. И вдруг вы назвали тот же раунд. Откуда же узнал сотрудник вашей редакции? Ясно — не от меня. Значит, выдал Стюбнер, если… если только… — Он вдруг остановился, словно решая задачу: — …Если только ваш сотрудник и впрямь не угадал, на свое счастье. Я никак не могу понять. Придется мне понаблюдать, выждать, разобраться, в чем дело. Но все, что я вам сказал, — чистая правда, вот вам моя рука.</p>
     <p>Он снова встал во весь рост и наклонился к девушке. Она поднялась ему навстречу, и ее маленькая рука потонула в его огромной ладони. Они посмотрели друг другу в глаза прямо и откровенно и вдруг невольно взглянули на свои руки. Никогда в жизни Мод так отчетливо не ощущала, что она — женщина. Таким поразительным символом мужского и женского начала казались эти соединенные руки — нежные, хрупкие женские пальцы в тяжелой, сильной мужской ладони. Глендон заговорил первый:</p>
     <p>— Как легко сделать вам больно, — сказал он; и она почувствовала, как его крепкое пожатие превращается в ласковое прикосновение.</p>
     <p>Ей вдруг вспомнился рассказ из истории про прусского короля и его великанов гвардейцев <a l:href="#n_8" type="note">[8]</a>, и, засмеявшись нелепой и неожиданной ассоциации, она отняла руку.</p>
     <p>— Хорошо, что вы пришли сегодня, — сказал он и тут же неловко стал объяснять свою мысль, в то время как его глаза, полные горячего восхищения, говорили совсем другое. — Я хочу сказать — я потому рад, что вы, может быть, открыли мне глаза на всякие махинации, которые проделывали вокруг меня.</p>
     <p>— Но вы меня поражаете, — настаивала она, — я была уверена, что всякие сделки и подтасовки в профессиональном боксе — вещи само собой разумеющиеся, и мне абсолютно непонятно, каким образом вы, один из главных участников, могли оставаться в таком неведении? Мне казалось вполне естественным, что вы все это знаете, а теперь вы убедили меня, что вам эти проделки и не снились. Нет, вы, очевидно, совсем непохожи на других боксеров.</p>
     <p>Он утвердительно кивнул.</p>
     <p>— Видно, так оно и есть. А вышло это из-за того, что я держусь в стороне от всей этой компании — и от других боксеров, и от их хозяев, и вообще от всех любителей спорта. Им легко было одурачить меня. Но мы еще посмотрим, окончательно они меня одурачили или нет. Погодите, я сам во всем разберусь!</p>
     <p>— И все измените? — взволнованно спросила она; ей казалось, что он может сделать все, что захочет.</p>
     <p>— Нет, все брошу! Если игра нечестная, я не желаю в ней участвовать. Но одно могу сказать вам наверняка: этот мой матч с Натом Пауэрсом на шестнадцатом раунде не окончится. Если вашего сотрудника и вправду кто-то предупредил, то он и все они останутся в дураках. Не стану я его нокаутировать на шестнадцатом, я ему дам продержаться до двадцатого. Вот увидите!</p>
     <p>— Значит, мне ничего не говорить в редакции? — Она встала, собираясь уходить.</p>
     <p>— Конечно, не говорите. Если тот сотрудник просто гадает — что ж, пусть надеется на счастье. А если тут какое-нибудь мошенничество, пускай проиграет, так ему и надо! Но пусть это останется нашей с вами тайной. Знаете, что я сделаю? Я назову вам раунд. Не буду я держаться до двадцатого раунда, выбью Ната Пауэрса на восемнадцатом.</p>
     <p>— А я никому об этом ни слова! — пообещала она.</p>
     <p>— У меня к вам еще одна просьба, — нерешительно сказал Пат, — большая, очень-очень большая просьба!</p>
     <p>Он увидел по ее лицу, что она уже согласна, и продолжал:</p>
     <p>— Конечно, я понимаю, что вы ничего не напишете в интервью об этих подтасовках. Но я прошу не только об этом. Мне вообще не хочется, чтобы вы обо мне писали.</p>
     <p>Ее проницательные серые глаза пристально взглянули на него, и, неожиданно для самой себя, она вдруг согласилась.</p>
     <p>— Ну конечно! — сказала она. — В газете ничего не будет. Я не напишу ни строчки!</p>
     <p>— Я так и знал! — просто подтвердил он.</p>
     <p>В первую секунду Мод была разочарована: как это он ее не поблагодарил, но тут же обрадовалась, что он не произнес ни слова благодарности. Она почувствовала, что он хочет придать совсем другое значение этой их короткой встрече, и смело решила все выяснить.</p>
     <p>— Откуда же вы знали? — спросила она.</p>
     <p>— Сам не понимаю, — он тряхнул головой. — Не могу объяснить. Это как-то ясно само собой. Мне кажется, я вообще много чего знаю о нас обоих.</p>
     <p>— Но почему вам не хочется, чтобы напечатали интервью? Как говорит ваш менеджер — реклама отличная!</p>
     <p>— Знаю, — медленно сказал он. — Но мне не хочется быть связанным с вами таким образом. Мне было бы обидно, если бы появилось интервью. Не хочется думать, что я познакомился с вами только как с репортером. Хотелось бы вспоминать эту нашу встречу просто, как встречу двух людей — мужчины и женщины. Не знаю, понимаете ли вы, о чем я говорю. Но я так чувствую. Хочу вспоминать нашу встречу только как встречу мужчины с женщиной.</p>
     <p>При этих словах он посмотрел на нее так, как смотрит мужчина на женщину. Она ощущала его силу, его порыв, и ей самой было странно, что она не может сказать ни слова от неловкости и смущения, — и это ему, человеку, прославившемуся своей неловкостью и молчаливостью. Нет, он умел выражать свои мысли гораздо откровеннее, гораздо убедительней, чем многие другие; и ее поражало, что она внутренне до конца убеждена, что в нем говорит наивная искренность и непосредственность, а не притворство, не поза.</p>
     <p>Он проводил ее к машине и снова удивил ее на прощание. Когда их руки сошлись в пожатии, он вдруг сказал:</p>
     <p>— Мы еще с вами встретимся. Я хочу вас видеть. И я чувствую, что мы еще не все сказали друг другу.</p>
     <p>И когда ее машина отъехала, она испытала такое же чувство. Да, она еще непременно встретится с ним, с этим человеком, так задевшим ее воображение, — с Патом Глендоном, королем боксеров, Лютым Зверем.</p>
     <p>В тренировочной Пата уже ожидал злой и растерянный Стюбнер.</p>
     <p>— Ты зачем меня выставил? — сердито спросил он. — Теперь нам конец. Черт знает что ты натворил! Главное, никогда раньше ты не разговаривал с репортерами наедине. Вот увидишь, что будет, когда напечатают интервью!</p>
     <p>Глендон взглянул на него спокойно и насмешливо, повернулся было к двери, но передумал и остался.</p>
     <p>— Никакого интервью не напечатают! — сказал он.</p>
     <p>Стюбнер удивленно поднял брови.</p>
     <p>— Я сам ее просил, — объяснил Глендон.</p>
     <p>Стюбнера просто взорвало:</p>
     <p>— Так она и откажется от лакомого кусочка!</p>
     <p>Глендон смерил его ледяным взглядом, и голос его зазвучал резко и неприятно:</p>
     <p>— Сказано — не напечатают. Она мне обещала. Вы что же, хотите сказать, что она лжет?</p>
     <p>Древний ирландский огонь вспыхнул в его глазах, кулаки бессознательно сжались в страстном гневе, и Стюбнер, знавший силу этих кулаков и характер этого человека, уже ни в чем не посмел сомневаться.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Стюбнеру нетрудно было догадаться, что Глендон намерен продлить матч, хотя никак не удалось выпытать, на каком раунде Пат собирается этот матч закончить. Тогда Сэм, естественно, не стал зря терять время и частным образом кое о чем договорился с Натом Пауэрсом и его менеджером. У Пауэрса были свои верные поклонники, ставившие на него, да и синдикат игроков, куда входил Сэм, нельзя было лишить обычного куша.</p>
     <p>В тот вечер, когда был назначен матч, Мод Сенгстер решилась на поступок, уже окончательно нарушающий всякие правила приличия, хотя никто о нем не разболтал и общество шокировано не было. Сотрудник редакции провел ее под своим покровительством на место у самого ринга. Волосы и лоб она спрятала под широкополой мягкой шляпой, а длинное мужское пальто закрывало ее всю до самых пят. В густой толпе никто ничего не заметил, и даже газетчики, хотя и сидели на скамьях прессы, прямо против Мод, совсем не узнали ее.</p>
     <p>По новым правилам, никаких предварительных выступлений не полагалось, и не успела Мод сесть, как рев и аплодисменты встретили появление Ната Пауэрса. Он шел по проходу, окруженный секундантами, и девушка почти со страхом смотрела на его огромную тушу. Но он, ухмыляясь бурным приветствиям публики, нырнул под канат с такой легкостью, будто весил вполовину меньше. Красотой он похвалиться не мог. Все в нем напоминало о его профессии, о присущей ей зверской грубости — и расплющенные уши и сломанная переносица, — видно, хрящи были так исковерканы, что никакое искусство хирурга не смогло бы восстановить форму носа.</p>
     <p>Снова взрыв аплодисментов и крики — это приветствовали выход Глендона. И Мод с волнением следила, как он нырнул под канат в свой угол. Прошла скучная церемония представлений, взаимных приветствий и вызовов, и только тогда боксеры сбросили халаты и в одном трико встали лицом к лицу. Сверху их заливал яркий свет юпитеров — готовилась киносъемка; и, смотря на обоих противников, так непохожих друг на друга, Мод угадывала чистокровную породу в Пате, а лютого зверя — в Пауэрсе. Оба как нельзя лучше воплощали эти два понятия. Глендон — безукоризненно сложенный, с тонким лицом, весь плавный, мощный, прекрасный; и Пауэрс — почти бесформенный, узловатый, густо поросший шерстью.</p>
     <p>Когда оба застыли в позиции перед камерой кинооператора, Глендон случайно посмотрел под канат и остановил взгляд на лице девушки. И хотя он ничем не подал виду, сердце у нее дрогнуло, — Пат явно узнал ее. Но тут прозвучал гонг, распорядитель крикнул: «Время!» — и бой начался.</p>
     <p>Это был великолепный матч. Ни крови, ни грубых ударов — оба противника бились ловко, умело. В начале первого раунда они только прощупывали друг друга, но для Мод Сенгстер вся эта игра, ложные выпады, хлопки перчаток — все казалось необыкновенно увлекательным. А потом, во время самых решительных схваток, ее спутнику то и дело приходилось касаться ее плеча, чтобы сдержать ее и напомнить, кто она такая и где находится.</p>
     <p>Пауэрс боролся легко и чисто, как и подобало победителю в десятках состязаний, и его восторженные поклонники аплодировали каждому искусному выпаду. Но он зря не расходовал силы и только иногда, в напряженной схватке, дрался так, что вся публика с ревом вскакивала на ноги, в уверенности, что он сейчас положит противника.</p>
     <p>Именно в такой момент, когда Мод по неопытности не могла понять, что Глендон только что ушел от серьезной опасности, сотрудник редакции наклонился к ней и сказал:</p>
     <p>— Пат непременно победит, будьте уверены. Он бьет наверняка, ему никто не страшен! Но побьет он Пауэрса на шестнадцатом раунде, не раньше!</p>
     <p>— А может быть, и позже? — спросила Мод.</p>
     <p>Она чуть не расхохоталась, когда ее спутник решительно отвел это предположение; ей-то лучше было знать!</p>
     <p>Пауэрс славился своим умением наступать на противника без передышки, от раунда к раунду, и Глендон охотно принимал эту тактику. Защищался он изумительно и только изредка, чтобы подогреть интерес в публике, переходил в наступление. Правда, Пауэрс заранее знал, что ему предстоит нокаут, но все же он достаточно давно выступал на ринге и понимал, что незачем ему отказываться от победы, если представится возможность. Слишком часто его самого подводили и предавали, — чего же ему стесняться с другими? Удастся нокаутировать противника — хорошо, и пусть весь синдикат проваливает к чертям. Благодаря ловкой подготовке в печати публика была убеждена, что наконец-то Глендон-младший встретил более сильного противника. Но в душе Пауэрс отлично сознавал, что на сей раз он сам столкнулся со своим победителем. Не раз в бурной схватке он чувствовал тяжесть его кулака и знал, что Пат нарочно смягчает силу удара.</p>
     <p>Для самого Глендона несколько раз во время боя наступали такие моменты, когда малейшая оплошность, малейший просчет могли подставить его под удар тяжелого, как молот, кулака противника и принести ему поражение, но в нем жила почти сверхъестественная способность точно ощущать время и дистанцию, и он не терял уверенности в себе, хотя несколько раз попадал в очень трудное положение. Никогда еще он не проигрывал, ни разу не был сбит с ног и всегда чувствовал себя настолько сильнее противника, что даже не помышлял о нокауте.</p>
     <p>К концу пятнадцатого раунда оба бойца были в отличной форме, разве только дыхание у Пауэрса стало чуть прерывистее, и многие зрители в первых рядах уже бились об заклад, что он «выдохнется».</p>
     <p>Перед ударом гонга, возвестившим шестнадцатый раунд, Стюбнер наклонился к самому уху Глендона, сидевшего в углу, и прошептал:</p>
     <p>— Возьмешь его сейчас, а?</p>
     <p>Глендон только тряхнул головой и насмешливо расхохотался в лицо перепуганному менеджеру.</p>
     <p>Прозвучал гонг, и с первой секунды шестнадцатого раунда Пат с удивлением почувствовал, что Пауэрс разошелся вовсю. Настоящий вихрь ударов обрушился на Глендона, и он с трудом избегал серьезных повреждений. Он блокировал удары, входил в клинч, уклонялся, отступал, а противник прижимал его к канату и встречал новым градом ударов, как только он бросался в центр ринга. При этом Пауэрс неоднократно открывался кулаку противника, но Глендон никак не желал нанести свой знаменитый молниеносный удар, — он приберегал этот удар для восемнадцатого раунда. За весь бой он ни разу не выказал всю свою мощь, ни разу не ударил в полную силу.</p>
     <p>В течение первых двух минут Пауэрс не давал Пату передышки, он словно с цепи сорвался. Еще минута — раунд будет окончен и синдикат игроков потеряет все ставки. Но эта минута так и не наступила. Вот боксеры сошлись в клинче посреди ринга — самом обыкновенном клинче, каких уже было много; Пауэрс рвался и нажимал все крепче. Глендон отвел его ударом левой — коротким и легким ударом в скулу. Таких ударов по ходу боя он уже наносил десятки. К величайшему своему удивлению, он почувствовал, как Пауэрс сначала повис у него на руках, потом стал опускаться все ниже, словно его не держали обмякшие, дрожащие ноги. С грохотом упал он на пол, перевернулся на бок и остался лежать без движения, закрыв глаза. Судья, склонившись над ним, отсчитывал секунды.</p>
     <p>При возгласе «девять!» Пауэрс затрепетал, как будто тщетно пытаясь встать.</p>
     <p>— Десять — и аут! — крикнул судья.</p>
     <p>Он схватил руку Глендона и высоко поднял ее над беснующимся залом, в знак того, что Пат победил.</p>
     <p>Впервые в жизни Пат растерялся в ринге. Его удар не мог нокаутировать противника, Глендон готов был поручиться головой. Ведь он ударил не в челюсть, а просто сбоку, по скуле, он знал, что удар пришелся именно по лицу, — безвредный удар. А между тем его противник упал. Как здорово он разыграл нокаут! С каким артистическим стуком он грохнулся на пол! Для публики это был несомненный нокаут, и кинооператоры закрепили эту комедию на пленке! Да, редактор правильно все предвидел! И какое же это оказалось жульничество!</p>
     <p>Глендон посмотрел под канат, прямо в лицо Мод Сенгстер. И она тоже смотрела на него в упор, но глаза у нее были холодные и чужие, — будто она не узнает его, не видит. Встретив его взгляд, она небрежно отвернулась и что-то сказала своему соседу.</p>
     <p>Секунданты Пауэрса вынесли его на руках, — казалось, это бесчувственный труп, а не живой человек. Секунданты Глендона уже бежали к нему с поздравлениями, но всех опередил Стюбнер. С сияющей физиономией он охватил обеими руками правую перчатку Глендона и закричал:</p>
     <p>— Молодец, Пат! Я так и знал — сделаешь!</p>
     <p>Глендон вырвал руку. И впервые за все годы, которые им пришлось провести вместе, Стюбнер услыхал, как Пат выругался.</p>
     <p>— Убирайтесь к чертовой матери! — буркнул он и протянул руки секундантам, чтобы те сняли с него перчатки.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В этот вечер, выслушав безапелляционное утверждение редактора отдела, что на свете нет ни одного честного боксера, Мод Сенгстер тихонько поплакала в подушку, потом разозлилась и, наконец, заснула, горько негодуя и на себя, и на боксеров, и на весь мир в целом.</p>
     <p>На следующий день она села писать статью о Генри Аддисоне, которой так и не суждено было увидеть свет. Занималась она в кабинетике, выделенном для нее в редакции «Курьера». Тут все и произошло. Отложив на минуту статью, Мод смотрела на заголовок в дневном выпуске: объявляли о матче Глендона с Томом Кэннемом, — как вдруг мальчишка-рассыльный подал ей карточку. Мод прочла имя Глендона.</p>
     <p>— Скажи, что я занята, — приказала она мальчику.</p>
     <p>Тот через минуту вернулся:</p>
     <p>— Он сказал, что все равно войдет сюда, только лучше бы вы ему сами разрешили.</p>
     <p>— А ты сказал, что я занята? — спросила она.</p>
     <p>— Как же, сказал; а он говорит, что все равно зайдет.</p>
     <p>Мод промолчала, но мальчик в полном восторге от настойчивого посетителя объяснил, захлебываясь и торопясь:</p>
     <p>— Я его знаю. Он сильней всех! Захочет — такого тут наделает, что всю редакцию разнесет! Это же Глендон-младший, тот, что вчера победил!</p>
     <p>— Ну, что поделаешь, зови его. Зачем нам нужно, чтобы разнесли всю редакцию!</p>
     <p>Она даже не поздоровалась с Патом, когда он вошел. Хмурая и неприветливая, как ненастный день, она не предложила ему сесть, не подняла на него глаз. Она осталась сидеть за своим столом вполоборота, ожидая, пока он скажет, зачем пришел. Он не подал виду, насколько его обидело это презрительное отношение, а прямо приступил к делу.</p>
     <p>— Мне надо с вами поговорить, — сказал он сухо, — про матч. Он окончился на том самом раунде.</p>
     <p>Мод пожала плечами.</p>
     <p>— Я так и знала.</p>
     <p>— Нет, не знали, — возразил он. — И вы не знали, и я не знал.</p>
     <p>Она повернулась и посмотрела на него с подчеркнуто скучающим видом.</p>
     <p>— Да стоит ли об этом вспоминать? — бросила она. — Профессиональный бокс — это профессиональный бокс, и мы все понимаем, что это значит. Потому-то матч и окончился именно на том самом раунде, как я вам говорила.</p>
     <p>— Верно, — сказал он. — Но вы не могли знать, что так будет. Во всем мире только мы с вами твердо знали, что я не выбью Пауэрса на шестнадцатом раунде.</p>
     <p>Она промолчала.</p>
     <p>— Ведь знали, правда? — голос его звучал властно и требовательно; и когда она снова упрямо промолчала, Пат подошел к ней вплотную: — Отвечайте — знали?</p>
     <p>Она кивнула.</p>
     <p>— Но все же он был нокаутирован именно на этом раунде, — настойчиво повторила она.</p>
     <p>— Нет, не был! Он вообще не был нокаутирован! Понимаете или нет? Я вам сейчас все объясню, только выслушайте меня! Я вам не солгал. Понимаете? Не солгал! Я был болваном, и они меня провели, да заодно со мной и вас! Вам показалось, что вы сами видели нокаут. А мой удар был слишком слаб для этого. Да и попал я не по опасному месту. Пауэрс просто притворился. Он разыграл нокаут, понятно?</p>
     <p>Пат остановился и выжидательно посмотрел на Мод. И вдруг по биению сердца, по внутреннему трепету она поняла, что верит ему безоговорочно, и ей сразу стало тепло и радостно оттого, что вернулось это доверие к нему, чужому ей человеку, которого она видела всего второй раз в жизни.</p>
     <p>— Ну, так как же? — спросил он, и от этого властного голоса что-то еще более сокровенное дрогнуло в ней.</p>
     <p>Она встала и протянула ему руку.</p>
     <p>— Я вам верю, — сказала она. — И я рада! Так рада!</p>
     <p>Он задержал ее руку гораздо дольше, чем она ожидала. Под его загоревшимся взглядом бессознательно вспыхнули в ответ и ее глаза. «Вот это настоящий человек», — впервые в жизни подумала она. Она первая опустила глаза, его взгляд последовал за ними — и оба, как и в тот раз, посмотрели на крепко сжатые руки. Невольным движением он порывисто всем телом подался к ней, как будто хотел обнять ее, и сразу, с видимым усилием, сдержал свой порыв. Она поняла все, почувствовала, как его рука притягивает, привлекает ее. И, к великому своему изумлению, ей вдруг захотелось подчиниться, неудержимо захотелось почувствовать сильное объятие этих рук. Будь он настойчивей, она не стала бы сопротивляться. И когда он овладел собой и, сжав ее руку так, что чуть не раздробил пальцы, отпустил, — нет, почти что оттолкнул ее, — Мод почувствовала, что у нее кружится голова.</p>
     <p>— Боже мой, — шепнул он, — да вы созданы для меня!</p>
     <p>Он отвернулся, провел ладонью по лбу. Она чувствовала: если он посмеет пробормотать хоть одно слово извинения или оправдания, она возненавидит его навсегда. Но какое-то безошибочное чутье руководило им, когда дело касалось Мод, — он понимал, как вести себя с ней. Она снова села к своему столу, а он, повернув стул так, чтобы видеть ее, сел напротив.</p>
     <p>— Вчера я весь вечер пробыл в турецких банях, — сказал он. — Я послал за одним стариком, бывшим боксером; он старинный приятель моего отца. Я был уверен, что нет таких вещей, которых он бы не знал про бокс. И я заставил его рассказать мне все. Самое смешное — я его никак не мог убедить, что не знаю того, о чем спрашиваю. Он назвал меня «лесным зверенышем». Оно и правильно. Ведь я вырос в лесу и только и знаю, что лес.</p>
     <p>Зато в этот вечер старик меня кое-чему научил. Бокс, оказывается, грязное дело, хуже, чем вы думаете. Выходит так, что все, кто с ним связан, — жулики! Начиная с чиновников, разрешающих состязания, все берут взятки, все рвут друг у друга — менеджеры, устроители, распорядители, сами боксеры, — каждый старается урвать свое, а потом обдирают публику. С одной стороны, это целая система, а с другой — вы знаете, что значит «обставить»? (Она кивнула головой.) Так вот, они никогда не упускают случая обставить друг друга и где только можно ведут двойную игру.</p>
     <p>У меня горло сдавило, когда я слушал старика. Сколько лет я варился в этом котле — и даже не подозревал, что творится. Действительно «лесной звереныш», не иначе. Но теперь я, по крайней мере, понял, как меня дурачили. Сила во мне такая, что со мной никому не справиться. Я непременно побеждал. И благодаря Стюбнеру от меня скрывали все махинации. Сегодня утром я прижал к стенке Спайдера Уолша и заставил его все выложить. Он — мой первый тренер… понимаете, он-то и выполнял все стюбнеровские указания. Меня держали в полном неведении. С другими боксерами и любителями я не знался, время проводил на охоте, на рыбной ловле, возился с фотоаппаратом и все такое. Знаете, как Уолш и Стюбнер звали меня между собой? «Девочка». Мне Уолш только утром это сказал. Он будто зуб у меня выдернул! Что ж! Выходит, они были правы. Я и был этаким невинным барашком.</p>
     <p>Стюбнер и меня втянул в свои мошеннические проделки, только я об этом понятия не имел. Теперь-то, задним числом, я понимаю, что он со мной делал. Но раньше у меня и тени подозрения не было, — слишком мало меня интересовал бокс, понимаете? Родился я с крепким телом и ясной головой, вырос на вольном воздухе, а учил меня мой отец — другого такого знатока бокса свет не видал. Вот почему мне все давалось так легко. Ринг меня не захватывал: ведь я никогда не сомневался в исходе боя. Но теперь кончено!</p>
     <p>Мод молча показала на объявление о матче с Томом Кэннемом.</p>
     <p>— Это работа Стюбнера, — объяснил Пат. — Он с полгода, как затеял этот матч. А мне дела нет. Уезжаю в горы. Я с боксом покончил.</p>
     <p>Она посмотрела на недописанную статью на столе и вздохнула.</p>
     <p>— Какие мужчины властные! — проговорила она. — Хозяева своей судьбы! Делают, что им хочется…</p>
     <p>— Судя по тому, что я про вас слыхал, — вы тоже всегда делали то, что вам хотелось. Это-то мне в вас и нравится. Меня с первого раза поразило, до чего мы с вами понимаем друг друга…</p>
     <p>Он вдруг оборвал фразу и посмотрел на Мод загоревшимися глазами.</p>
     <p>— За одно я благодарен рингу, — сказал он. — За то, что мы с вами встретились. А когда находишь женщину, ту самую, единственную, остается только одно — схватить ее обеими руками и не выпускать. Знаете что — уедем вместе в горы!</p>
     <p>Словно громом ударили ее эти слова, и тут же она почувствовала, что ждала их. Сердце заколотилось так, что она дышала с трудом, — но это было счастье. Вот оно, наконец, — простое до примитивности, то самое счастье. И вдруг все показалось ей сном. Разве случаются такие вещи в самой обыкновенной, современной редакции? Разве так объясняются в любви? Нет, так бывает только на сцене или в романах.</p>
     <p>Он встал, протянул ей обе руки:</p>
     <p>— Я не смею, — сказала она шепотом, и не ему — себе. — Не смею…</p>
     <p>На миг в его глазах вспыхнуло презрение, оно словно ужалило ее, — и Пат проговорил с откровенным недоверием:</p>
     <p>— Вы бы все посмели — только бы вам захотеть! Вы хотите?</p>
     <p>Она встала, шатаясь, как во сне. Мелькнула мысль: уж не гипноз ли это? Надо оглядеть знакомые вещи, стоящие в комнате, надо вернуться к действительности. Но она не могла отвести глаза от Пата. И сказать тоже ничего не могла.</p>
     <p>Он подошел к ней, рука его легла на ее плечо; и она невольно подалась к нему. Все это было сном, и не ей спрашивать, что это такое. Надо посметь, надо бросить вызов. Он прав. Она всегда решалась, стоило ей только захотеть. Да, она хочет уйти. Пат уже помогал ей надеть пальто. Вот она прикалывает шапочку, вот, едва соображая, что делается, она уже выходит вместе с ним за дверь… Она вдруг вспомнила «Бегство герцогини», «Памятник и статую». Потом всплыли строчки стихов.</p>
     <p>— «Куда ж исчез наш Уорен?» — прошептала она.</p>
     <p>— «На суше он иль в море?» — закончил он.</p>
     <p>И в этом мгновенном понимании, в этой родственности ощущения она как бы нашла оправдание своего безумия.</p>
     <p>У выхода из редакции он поднял руку, чтобы позвать такси, но она удержала его за рукав.</p>
     <p>— Куда мы едем? — чуть слышно спросила она.</p>
     <p>— На пристань. Оттуда мы как раз поспеем на поезд в Сакраменто.</p>
     <p>— Но я не могу так уехать. У меня… у меня даже носового платка на смену нет!</p>
     <p>Он поднял руку и остановил такси, прежде чем ответить:</p>
     <p>— Все купим в Сакраменто. Мы там обвенчаемся и ночным поездом уедем на север. Я все устрою — с поезда дам телеграмму.</p>
     <p>Такси уже стояло у тротуара. Мод торопливо оглянулась на знакомую улицу, знакомую толпу и почти со страхом посмотрела в глаза Глендону.</p>
     <p>— Но я вас совсем не знаю! — проговорила она.</p>
     <p>— Нет, мы знаем друг о друге все! — сказал он.</p>
     <p>Она чувствовала, как его рука поддерживает и ведет ее, и ступила на подножку. В тот же миг дверца захлопнулась, и вот она уже рядом с ним, и машина мчит их по Маркет-стрит. Пат обнял девушку одной рукой, привлек ее к себе и поцеловал. И когда она опять смогла взглянуть ему в лицо, она увидела, как он медленно краснеет.</p>
     <p>— Говорят… говорят… целоваться — тоже наука, — запинаясь, пробормотал он. — Я ничего… ничего в этом не понимаю. Но я научусь… Понимаете… вы… вы — первая, до вас я ни одной женщины не целовал.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Там, где над девственной чащей дремучих лесов высится голый горбатый утес, у камней прилегли мужчина и женщина. Внизу, на опушке леса, паслись привязанные лошади. К каждому седлу были приторочены два небольших вьюка. Ровной громадой вставали деревья. На сотни футов подымались они к небу, в обхвате не меньше восьми, а то и десяти и двенадцати футов. А попадались и совсем гиганты. Все утро путники ехали верхом по ущелью сквозь непроходимую чащу, и только тут, у скалы, они впервые вышли из лесу, — и только тогда увидали весь лес.</p>
     <p>Под ними, вдаль, куда только хватало глаз, в красноватой дымке кряж за кряжем тянулись далекие горы. Не видно было ни конца ни краю этим горам. Они вставали грядой до самого горизонта и таяли в тумане, а за ними смутно чудились бесконечные дали. И лес стоял сплошной стеной, простираясь на север, на юг, на восток и запад, — нетронутый, нерушимый, мощным покровом одевал он землю.</p>
     <p>Не открывая глаз, впивали путники эту красоту, и рука мужчины крепко сжимала руку подруги: так праздновали они медовый месяц тут, в краснолесье Мендочино. Они проехали верхом, с вьюками у седла, от самой Шасты, через перевалы, вниз, на глухое побережье, без всякого плана, — просто ехали куда глаза глядят, пока не придет в голову какой-нибудь другой маршрут. Одежда на них была самая простая: на ней — видавший виды костюм защитного цвета, на нем комбинезон и шерстяная рубашка. Его загорелая шея была открыта, и весь он, большой и сильный, казался настоящим лесным жителем, под стать этим лесным гигантам. Жить с ним тут, в его лесу, было для нее настоящим счастьем.</p>
     <p>— Да, здесь еще изумительней, чем ты обещал, милый ты мой Великан, — сказала она, опершись на локоть, чтобы лучше видеть его. — И мы тут вместе, вдвоем, видим все это.</p>
     <p>— А сколько нам с тобой еще предстоит увидеть на свете! — добавил он и, повернувшись к ней, взял ее руку в обе ладони.</p>
     <p>— Нет, сначала побудем здесь! — попросила она. — Мне никогда не наскучит темный лес… с тобой!</p>
     <p>Он легко выпрямился, сел и притянул ее к себе на колени.</p>
     <p>— Любимый мой! — шепнула она. — А я-то уже потеряла надежду встретить настоящую любовь.</p>
     <p>— Я и не думал об этом. Наверно, чувствовал всегда, что встречу тебя. Ты рада?</p>
     <p>В ответ она только нежнее обвила руками его шею, и оба долго молча смотрели на необъятные леса и думали о своем.</p>
     <p>— Помнишь, я тебе рассказывал, как я удрал от рыженькой учительницы? Тогда я и попал сюда в первый раз. Шел пешком, но для меня сорок — пятьдесят миль в день были игрушкой. Настоящий краснокожий, верно? О тебе я тогда и не думал. Дичи тут было мало, зато форели сколько угодно. Вот тогда я и жил на этих скалах. Я и мечтать не мог, что вернусь сюда с тобой — с тобой!</p>
     <p>— Да еще чемпионом бокса! — подсказала она.</p>
     <p>— Нет, об этом я совсем тогда не думал. Правда, отец мне всегда говорил, что так будет, и я ему верил. Знаешь, он был очень умный. Большой человек!</p>
     <p>— Но он не предполагал, что ты бросишь ринг.</p>
     <p>— Не знаю. Он так тщательно скрывал от меня все темные стороны бокса,</p>
     <p>— наверно, боялся за меня. Я ведь тебе говорил про его договор со Стюбнером. Отец особо оговорил в нем вопрос о сделках. Первая нечестная сделка — и договор автоматически расторгается.</p>
     <p>— И все-таки ты хочешь драться с этим самым Томом Кэннемом. Стоит ли?</p>
     <p>Он пристально поглядел на нее:</p>
     <p>— А ты не хочешь?</p>
     <p>— Любимый мой, я хочу, чтобы ты делал все, что тебе угодно!</p>
     <p>Ей самой вдруг показалось странным, что это говорит она, чуть ли не самая упрямая и своевольная из Сенгстеров. Но она чувствовала, что говорит правду, и это ее радовало.</p>
     <p>— Вот будет потеха! — сказал он.</p>
     <p>— Не понимаю, какая тут может быть особенная потеха?</p>
     <p>— Я и сам еще как следует не придумал. Ты мне можешь помочь. Во-первых, я обязательно обставлю и Стюбнера и синдикат игроков. Я их здорово разыграю. Уложу Кэннема на первом же раунде. По-настоящему буду злой, первый раз в жизни! Бедняга Том Кэннем! Придется ему быть главной жертвой, хоть он не хуже всех остальных жуликов. Понимаешь, я собираюсь сказать речь на ринге! Этого еще не бывало, но успех будет потрясающий, — я открою публике все тайны бокса! Бокс — дело чистое, отличный спорт, но они превратили его в коммерческую игру, а это все губит. Смотри-ка, я уже перед тобой начинаю говорить речь, как на ринге.</p>
     <p>— Вот бы мне пойти послушать, — сказала она.</p>
     <p>Он посмотрел на нее, словно взвешивая все «за» и «против».</p>
     <p>— Я был бы только рад. Но, видно, так гладко не сойдет. Неизвестно, что может случиться, когда я заговорю. Зато обещаю: как только все кончится, я прибегу к тебе. И это будет последнее выступление Глендона-младшего на ринге, самое последнее!</p>
     <p>— Но ведь ты никогда в жизни не говорил речей, милый, — сказала она с сомнением. — А вдруг провалишься?</p>
     <p>Он решительно тряхнул головой.</p>
     <p>— Ведь я ирландец. А какой ирландец не умеет говорить? — Он вдруг расхохотался. — Стюбнер считает, что я спятил. Говорит, женатый человек тренироваться не может. Да что он понимает в женитьбе, во мне, в тебе? Он вообще только одно понимает — скупать недвижимость да заранее подстраивать матчи. Вот я ему покажу на этот раз, и бедному Тому тоже! Право, мне жалко Тома.</p>
     <p>— Видно, мой дорогой Лютый Зверь на этот раз и вправду собирается лютовать и зверствовать! — сказала она.</p>
     <p>Он рассмеялся.</p>
     <p>— Постараюсь! Последнее выступление — понимаешь, последнее! А потом — ты, ты одна! Но, может быть, тебе хочется, чтобы я вообще не выступал? Тогда скажи!</p>
     <p>— Как не хочется? Ведь я люблю моего Великана таким, как он есть, — пусть и будет самим собой. Если тебе нужно выступить, значит, и мне это нужно — и для тебя и для себя. Ну вот представь себе, я вдруг скажу: «Хочу поступить на сцену или поехать на Тихий океан, на Северный полюс?»</p>
     <p>Он ответил вдумчиво и серьезно:</p>
     <p>— Конечно, я бы сказал: «Делай, как знаешь! Ты — это ты, всегда будь сама собой и делай, что хочешь». Я и люблю тебя за то, что ты — это ты!..</p>
     <p>— И оба мы — влюбленные дураки! — прошептала она, когда он выпустил ее из объятий.</p>
     <p>— Вот и чудесно! — крикнул он.</p>
     <p>Он встал, измерил глазом высоту солнца и протянул руку к дремучему лесу, укрывшему цепи гор, озаренных закатом.</p>
     <p>— Придется заночевать в лесу. До ближайшей стоянки миль тридцать, не меньше.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Кто из любителей бокса, присутствовавших в тот вечер на Голден-Гейтском ринге, забудет матч, когда Глендон-младший нокаутировал Тома Кэннема и еще одного боксера, посильнее Тома Кэннема? Кто забудет, как Пат в течение часа сдерживал огромный зал, где готов был вспыхнуть настоящий бунт, и как вслед за этим началось расследование, проверка всех злоупотреблений на ринге и связанные с этим процессы комиссионеров и подрядчиков-строителей, — словом, дело кончилось полным провалом всех, кто спекулировал на боксе. Эта история была для всех полнейшей неожиданностью. Даже Стюбнер ничего не подозревал. Правда, его питомец после истории с Натом Пауэрсом совсем вышел из повиновения, удрал, женился, но все это уже отошло в прошлое. Как и надо было ожидать, Пат проглотил обиду, простил ту мошенническую проделку на ринге и вернулся к боксу.</p>
     <p>Голден-Гейтский ринг был выстроен совсем недавно. Сан-Франциско никогда еще не видел такого гигантского здания, и этот матч был первым в новом зале. Все двадцать пять тысяч мест были распроданы. Со всего мира съехались любители бокса и за лучшие места платили по пятидесяти долларов. Самый дешевый билет стоил пять долларов.</p>
     <p>Знакомый гул аплодисментов встретил старейшего из судей — Билла Моргана, когда он, пройдя под канат, обнажил свою седую голову. Но только он раскрыл рот, раздался оглушительный треск — это неподалеку от ринга провалился целый ряд скамей. Толпа громко захохотала, послышались шутливые соболезнования и советы пострадавшим, хотя никто не ушибся всерьез. Услышав треск сломанных скамей и бурный хохот зрителей, дежурный капитан полиции многозначительно поднял бровь и покосился на своего помощника — в знак того, что надо быть начеку: вечер обещает быть нелегким.</p>
     <p>Под громкие аплодисменты, ныряя друг за другом под канат, на ринг вышли семь маститых ветеранов бокса. Их представили публике — все они были экс-чемпионами в тяжелом весе. Представляя их, Билли Морган не скупился на лестные характеристики. Одного он назвал «честным Джоном, надежным малым», другого «бескорыстнейшим бойцом, какого свет не видал». И об остальных говорил так же пышно: «герой сотен боев, непобедимый, стойкий», «самый сильный из всей старой гвардии», «единственный, кто всегда возвращался на ринг», «самый боевой и храбрый» и, наконец, — «орешек, который никому не разгрызть!».</p>
     <p>Времени на это ушло порядочно. От каждого требовали слова, и все они что-то буркали и бормотали в ответ, краснея от гордости и неловко переступая с ноги на ногу. Дольше всех говорил «надежный малый» — его речь длилась целую минуту. Потом их надо было фотографировать. На ринге столпились все знаменитости — чемпионы, знаменитые тренеры, опытнейшие секунданты, распорядители и судьи. Шумели боксеры легкого и среднего веса, передавали друг другу вызовы, предложения матчей. Был тут и Нат Пауэрс, требовавший реванша у Глендона-младшего. Реваншей требовали и все остальные светила бокса, которых побил Глендон. Каждый считал своим долгом вызвать Джима Хэнфорда, которому в свою очередь пришлось официально заявить, что он согласен на встречу с тем, кто победит в сегодняшнем матче.</p>
     <p>— Глендон! — заорали зрители.</p>
     <p>— Кэннем! — завопили другие, стараясь перекричать тех.</p>
     <p>В самом разгаре этого неистового гама провалился еще один ряд скамей, и законные владельцы билетов подняли страшный скандал, крича на капельдинеров, пропустивших за изрядную мзду толпы безбилетных. Капитан полиции спешно позвонил в управление, требуя выслать дополнительные наряды.</p>
     <p>Публика веселилась. А когда Кэннем и Глендон вышли с двух сторон на ринг, в зале поднялась настоящая буря. Добрых пять минут воздух дрожал от приветственных возгласов. На ринге, кроме участников, уже никого не оставалось. Глендон, окруженный секундантами, сел в свой угол. Стюбнер, как и всегда, стоял за его спиной. Сначала публике представили Кэннема. Он потоптался на месте, наклонив голову, зрители кричали и шумели, требуя от него речи. Кэннему пришлось выступить. Он запинался, то и дело умолкал, но все же сумел пробормотать две-три фразы.</p>
     <p>— Я счастлив и горд, что выступаю сегодня, — сказал он и воспользовался громом аплодисментов, чтобы выдавить из себя еще одну мыслишку. — Я всегда бился честно. Всю жизнь бился честно. Никто не будет отрицать. И сегодня буду биться изо всех сил!</p>
     <p>— Верно, Том! — заорали с мест. — Мы тебя знаем! Молодчина, Том! Он урвет свой кусочек сальца!</p>
     <p>Потом вышел Глендон. И от него потребовали речь, хоть это и было против правил: обычно победитель в предыдущих боях никогда с речью не выступал. Билли Морган поднял руку, требуя тишины, и в притихшем зале загремел звучный и ясный голос Глендона.</p>
     <p>— Все тут говорили, как они горды и счастливы, что выступают перед вами. Я этого не скажу. — Он посмотрел на изумленных зрителей и нарочно сделал паузу, чтобы его слова дошли до их сознания. — Я не горжусь и своими товарищами по профессии. Вы хотели, чтобы я сказал что-нибудь. Я вам и выскажу все. Сегодня мое последнее выступление. После него я совсем ухожу с ринга. Вы спросите — почему? Я уже вам сказал. Мне не нравятся те, кто занимается боксом. Ринг стал прибежищем таких мошенников, что по сравнению с их выкрутасами даже пробочник покажется прямым! Все прогнило, все продажно — начиная с мелких профессиональных клубов и кончая сегодняшним матчем!</p>
     <p>Сдержанный гул удивления, нараставший в зале, при этих словах перешел в настоящий рев. Послышалось шиканье, крики возмущения, возгласы: «Начинай матч!», «Давайте скорее!», «Почему не дерешься!». Глендон молча огляделся и увидел, что главные зачинщики шума — сами устроители матча, игроки и боксеры, сидевшие в первых рядах. Публика тоже разделилась — половина кричала: «Матч!», остальные вопили: «Говори!», «Говори!».</p>
     <p>Десять минут буйствовал весь зал. Стюбнер, судья, владелец спортивного зала — все умоляли Глендона начинать матч. Когда он отказался, судья крикнул, что присудит победу Кэннему, раз Глендон не желает драться.</p>
     <p>— Не имеете права, — спокойно возразил Пат. — Только попробуйте, и я подам на вас жалобу во все суды, да и публика не выпустит вас отсюда живьем, если вы лишите ее зрелища. А драться я буду обязательно. Только сначала я кончу свое слово!</p>
     <p>— Это против правил! — крикнул судья.</p>
     <p>— Неправда! Нет правила, запрещающего выступать перед матчем. Сегодня все знаменитые боксеры выступали тут.</p>
     <p>— Так то было несколько слов! — судье пришлось уже кричать Глендону прямо в ухо. — А вы лекцию читаете!</p>
     <p>— И лекции не запрещены! — ответил Глендон. — Ну-ка, вы все, уходите с ринга, не то я вас сам вышвырну.</p>
     <p>Устроитель матча наступал на него, красный, как рак, и Пат, схватив его за шиворот, перекинул через канат. Публика взревела от восторга, увидев, как Глендон без всяких усилий, одной рукой, вышвырнул этого громадного толстяка. Еще больше народу стало требовать продолжения речи. Стюбнер и владелец зала благоразумно отступили. Глендон поднял руки, прося слова, и тут заорали пуще прежнего те, кто требовал матча. Еще несколько рядов скамей подломилось, и люди, оставшиеся без места, напирали на передние скамьи, пытаясь втиснуться между сидевшими, а задние ряды, которым эта толкучка заслоняла ринг, орали и требовали, чтобы все сели.</p>
     <p>Глендон наклонился через канат и подозвал капитана полиции. Ему пришлось совсем перегнуться и кричать полисмену в самое ухо.</p>
     <p>— Если я не договорю, толпа разнесет зал! — крикнул он. — Вам ее ничем не удержать, сами понимаете! Помогите же мне! Никого не пускайте на ринг, а я успокою толпу.</p>
     <p>Он снова встал посреди ринга и поднял обе руки.</p>
     <p>— Хотите меня слушать? — прогремел его голос.</p>
     <p>Сначала его услышали только две-три сотни, сидевшие у самого ринга.</p>
     <p>— Хотим! — закричали они.</p>
     <p>— Кто хочет слушать, пусть заткнет глотку соседу!</p>
     <p>Его сразу послушались, и, когда он повторил эти слова, они долетели уже и до самых дальних рядов. Он крикнул еще и еще раз, и постепенно, ряд за рядом, зал начал стихать, слышалась только заглушенная перебранка, возня, толчки, даже падение чьего-то тела, — это каждый утихомиривал своего буянившего соседа. И только этот шум затих, как с треском подломились скамьи у самого ринга. Новый взрыв хохота встретил это происшествие, потом смех замер сам собой, так что все услыхали негромкий голос из задних рядов:</p>
     <p>— Говори, Глендон! Слушаем тебя!</p>
     <p>Глендон чутьем понимал психологию толпы — недаром текла в нем кельтская кровь. Он знал, что уже крепко держит в руках притихших зрителей, которые только что были буйной и дикой ордой. Для пущего воздействия он нарочно выдержал паузу — ровно столько, сколько нужно, ни секундой больше. С полминуты царила полная тишина, от нее становилось жутко. И как только вновь послышался легкий гул начинающегося волнения, Глендон заговорил.</p>
     <p>— Кончу — будем драться с Кэннемом, — сказал он. — Обещаю вам настоящую схватку. Вам такие матчи редко приходилось видеть. Я нокаутирую противника в самый короткий срок. Билли Морган вам, наверно, объявит, что матч рассчитан на сорок пять раундов. Так вот, разрешите вам сказать, что он не продлится и сорока пяти секунд.</p>
     <p>Когда меня перебили, я вам объяснял, что профессиональный бокс — сплошное мошенничество. Да, тут все прогнило снизу доверху. Все построено на делячестве, — а вы сами знаете, что это такое. Без слов понятно. Всех вас тут обжуливают, всех, кто ни наживается на этом деле. Почему сегодня трещат скамьи? И тут кто-то нажился. Зал тоже выстроен дельцами, они на этом заработали, как и на боксе.</p>
     <p>Он чувствовал, что держит толпу в руках еще крепче, чем минуту назад.</p>
     <p>— Смотрите, везде на двух местах сидят трое. Вон я отсюда вижу. А что это значит? Опять нажива. Ведь капельдинерам жалованья не платят. Считается, что они сами наживутся. Опять сделка! А расплачиваетесь, вы! Ну да, вы за все платите! Как достают разрешение на матч? За взятку! Позвольте же спросить вас: если владельцы зала наживаются, и капельдинеры наживаются, и чиновники берут взятки — почему бы не наживаться устроителям и участникам матчей? Они и наживаются. А платите вы!</p>
     <p>Но я хочу вам сказать, что сами боксеры тут ни при чем. Не они устраивают матчи. Все в руках хозяев ринга и менеджеров, — они-то и заворачивают делами. А боксеры — только боксеры. Начинают они всегда честно, но бывает, что менеджеры и устроители матчей втягивают их в грязные дела, а если они не соглашаются — их выкидывают вон. Бывали честные боксеры — и теперь есть, но зарабатывают они, как правило, совсем немного. Бывали, наверно, и честные менеджеры. Мой, например, один из лучших во всей их лавочке. А спросите его, сколько он вложил в дома и всякую недвижимость, сколько скопил про черный день?</p>
     <p>Толпа сразу зашумела, заглушая голос Пата.</p>
     <p>— Ну-ка, кто хочет меня слушать, успокойте крикунов! — скомандовал Глендон.</p>
     <p>По залу волной прокатился приглушенный шум, в воздухе стояла брань, посыпались толчки, удары, потом все успокоилось.</p>
     <p>— Почему каждый боксер из кожи лезет вон, чтобы доказать, как честно он дерется? Почему у всех такие прозвища: «Честный Джон», «Честный Билл», «Честный Блексмит» и все в том же роде? Разве вам не кажется, что они чего-то боятся? Если человек бьет себя в грудь и во все горло кричит, какой он честный, вы, наверно, подумаете, — что-то тут неладно. А когда профессиональный боксер норовит втереть вам очки, вы и уши развешиваете!</p>
     <p>«Победа — достойнейшему!» Сколько раз Билли Морган провозглашал это перед вами! А я вам скажу, что вовсе не всегда побеждает лучший боксер, да и когда он побеждает, это бывает подстроено. И всякие состязания на личное первенство, — вы их видели или слыхали о них, — все они тоже подстроены. Все идет по плану. Весь бокс идет по плану, по намеченной программе. Думаете, хозяева ринга и менеджеры занимаются этим ради удовольствия? Ничего подобного! Все они прожженные дельцы.</p>
     <p>Скажем, перед вами три боксера — Том, Дик и Гарри. Дик — самый лучший. Он мог бы в двух матчах доказать это. А как проводятся встречи? Том побеждает Гарри, Дик — Тома, а Гарри — Дика. Ничего не доказано. Потом идут встречные матчи. Гарри бьет Тома, Том бьет Дика, Дик бьет Гарри. И опять ничего не доказано. Тогда начинают сызнова. Дик скандалит: требует, чтобы ему дали возможность показать себя. И тут уже Дик побивает Тома, и он же, Дик побивает Гарри. Понадобилось восемь матчей, чтобы доказать, что Дик лучше всех, когда достаточно было и двух встреч. Все было подстроено. Разработан план. А вы за это платите; и если под вами не проваливаются скамьи, вас со всех сторон жмут «зайцы», которых насажали капельдинеры.</p>
     <p>А ведь бокс — отличный спорт, если бы он велся по-честному. И боксеры дрались бы честно — дай им только возможность! Но слишком уж велика нажива, если кучка людей за три матча может поделить между собой три четверти миллиона долларов.</p>
     <p>Дикий рев заставил его замолчать. Весь зал неистовствовал, но только отдельные выкрики долетали до Глендона: «Какой миллион?», «Какие три матча?», «Расскажи!», «Продолжай!». А с других мест кричали, топали, свистали: «Доносчик!», «Клеветник!».</p>
     <p>— Будете слушать? — крикнул Глендон. — Тогда тише!</p>
     <p>Он снова выдержал внушительную паузу.</p>
     <p>— Что задумал Джим Хэнфорд? Какой план выработали его менеджеры и секунданты с моими? Они отлично знают, что я его побью. Я могу нокаутировать его в первом же раунде. Но ведь он чемпион мира. Если я отступлю от их плана, мне вообще не устроят встречи с ним. А по плану у нас должно быть три состязания. Мне предоставят выиграть первую встречу. Не удастся уговорить на это сан-францисские клубы — придется ехать в Неваду. Встреча должна быть серьезной. Для того чтобы повысить ставки пари, каждый из нас тоже поставит заклад в двадцать тысяч. Деньги-то будут настоящие, но в игре мы на самом деле участвовать не будем. Нам обоим тайком вернут наши деньги. То же самое произойдет с кассой. Мы ее поделим поровну, хотя для публики победитель получит шестьдесят пять, а побежденный — тридцать пять процентов. В общем, касса, гонорар с кинофильмов, объявления и всякие другие доходы составят не меньше двухсот пятидесяти тысяч. Мы их поделим, потом назначим реванш. На этот раз победит Хэнфорд, а деньги мы опять разделим поровну. Наконец, дело дойдет до третьего матча. Тут уж я выйду победителем, как мне и полагается по праву. Но пока что мы вытянули из любителей бокса три четверти миллиона долларов. Вот какой план они наметили, но деньги эти — грязные деньги. Поэтому я и бросаю ринг навсегда…</p>
     <p>Но в эту минуту Джим Хэнфорд, отшвырнув повисшего на нем полисмена прямо на зрителей, перекинул свою громадную тушу через канат и проревел:</p>
     <p>— Это ложь!</p>
     <p>Как бешеный бык, ринулся он на Глендона, но тот отскочил назад и, вместо того чтобы встретить натиск, ловко увернулся. Гигант боксер по инерции, не удержавшись, налетел на канаты. Его отбросило назад, как пружиной, и он повернулся, чтобы кинуться на Глендона, но тот перехватил его. Зоркий, хладнокровный Глендон идеально рассчитал удар прямо по челюсти противника — первый полновесный удар за всю его боксерскую карьеру. Вся его сила, весь ее неиспользованный запас ушли в этот сокрушительный разряд мышечной энергии.</p>
     <p>Хэнфорд замертво взлетел на воздух — если только бесчувственное тело можно приравнять к телу мертвому. А чувств он лишился в момент соприкосновения с кулаком Глендона. Ноги его оторвались от пола, и он взлетел вверх и ударился о канат. Его неподвижное тело повисло, закачалось и рухнуло вниз, прямо на головы репортеров в первом ряду.</p>
     <p>Весь зал точно с цепи сорвался. Большего зрители за свои деньги и не могли желать: сам великий Джим Хэнфорд, чемпион мира, был нокаутирован одним ударом. Хоть это и не был официальный матч, но удар-то как-никак был один-единственный. Никогда в истории бокса таких случаев не бывало. Глендон огорченно посмотрел на ушибленные суставы пальцев, потом взглянул на ошалелого Хэнфорда, который уже приходил в себя, и снова поднял руки. Он завоевал право говорить, и публика сразу стихла.</p>
     <p>— Когда я начал выступать, публика называла меня Глендон-Вышибала. Вы сами сейчас видели, как я его вышиб одним ударом. Владел я этим ударом всегда. Я сразу нападал на противника и тут же укладывал его, хотя старался не бить изо всей силы. Потом меня стали учить. Мой менеджер объяснил, что нехорошо так подводить публику. Он советовал мне драться подольше, чтобы публике хоть было бы на что посмотреть за свои деньги. Я был дурак, болван. Чего вы хотите от парня, выросшего в горах, в глуши? Клянусь, я принимал все его слова за чистую монету. И вот мой менеджер стал обсуждать со мной, в каком бы раунде мне выбить противника. А сам потихоньку сообщал об этом синдикату игроков, и те ставили на этот раунд. А платили, конечно вы! Одно могу сказать с радостью: никогда ни к одному центу из этих денег я не прикасался! Они и не смели предлагать мне деньги — тогда бы все их махинации выплыли на свет.</p>
     <p>Помните мою схватку с Натом Пауэрсом? Я и не думал его нокаутировать! Я уже начинал что-то подозревать. Тогда вся эта шайка договорилась с ним заранее. Я ничего не знал. Я только собирался не трогать его на шестнадцатом, условленном, раунде, а дать ему продержаться еще два-три раунда. На шестнадцатом я его только чуть тронул, — он и не покачнулся. А он разыграл нокаут и всех вас одурачил.</p>
     <p>— А как сегодня? — выкрикнул чей-то голос. — Тоже подстроено?</p>
     <p>— Конечно! — подтвердил Глендон. — На какой раунд ставил синдикат? Наверно, на четырнадцатый?</p>
     <p>Вой и крики заглушили его голос. Глендон снова поднял руку.</p>
     <p>— Сейчас кончаю! Скажу только одно: синдикат сегодня сядет в лужу. Бой будет честным. Том Кэннем не продержится до четырнадцатого раунда. Он и первый раунд не продержится.</p>
     <p>Кэннем вскочил на ноги; он задыхался от бешенства.</p>
     <p>— Не выйдет! — крикнул он. — Нет человека, который выбьет меня в одном раунде!</p>
     <p>Глендон даже не взглянул на него.</p>
     <p>— Только что, впервые в жизни, я ударил изо всей силы. Все видели, как я сшиб Хэнфорда. Сегодня я второй раз буду бить изо всех сил, если только Кэннем вовремя не выскочит с ринга и не удерет… Ну, вот и все. Я готов.</p>
     <p>Он пошел в свой угол и протянул руки секундантам, чтобы они надели ему перчатки. В другом углу бесновался Кэннем, и секунданты тщетно пытались успокоить его. Наконец, Билли Моргану удалось объявить начало боя.</p>
     <p>— Матч идет не дольше сорока пяти раундов! — крикнул он. — По правилам маркиза Квинсберри! Пусть победит сильнейший! Время!</p>
     <p>Ударил гонг. Противники сошлись. Глендон протянул, как полагалось, правую руку, но Кэннем, сердито мотнув головой, отказался ее пожать. Ко всеобщему удивлению, он не торопился. Сдерживая злость, он дрался осмотрительно и осторожно — его самолюбие было задето: теперь он изо всех сил старался продержаться весь первый раунд. Несколько раз он делал выпад, но бил осторожно, не ослабляя защиты. Глендон настигал его везде, неумолимо наступая, двигаясь короткими толчками левой ноги. Однако он ни разу не ударил и не пытался бить. Он даже опустил руки и, не защищаясь, наступал на противника, стараясь вызвать его на удар. Кэннем презрительно ухмылялся, но не шел на вызов и не пробовал воспользоваться выгодным положением.</p>
     <p>Прошла минута, потом вторая — и вдруг в Глендоне произошла перемена. Каждым своим мускулом, каждой черточкой лица он показывал всем, что настал момент рассчитаться с противником. Да, он как будто играл роль, и хорошо играл. Казалось, он превратился в стальную пружину, весь твердый и неумолимый, как сталь. Кэннем явно почувствовал это и стал еще осторожней.</p>
     <p>Глендон безжалостно загнал его в угол и не выпускал оттуда. И все-таки он не бил и не хотел нанести удар, держа Кэннема в болезненном напряжении. Тщетно Кэннем бился, чтобы выйти из угла, не решаясь, однако, схватиться с Глендоном, сделать попытку передохнуть в клинче.</p>
     <p>И тут началось — ряд молниеносных выпадов, замелькавших в воздухе. Кэннем был ослеплен. Весь зал был ослеплен, не было двух зрителей, которые потом одинаково описывали бы то, что произошло. Кэннем уклонился от одного выпада, вскинул перчатку, защищая лицо от другого. Он попытался переместить опору с одной ноги на другую. Сидевшие в первых рядах потом клялись и божились, что видели, как Глендон развернулся с правого бедра и, прыгнув, как тигр, всей своей тяжестью налетел на Кэннема. Удар пришелся Кэннему прямо в подбородок в тот момент, когда он менял позицию. И он, как и Хэнфорд, взлетел в воздух бесчувственной глыбой, ударился о канаты и грохнулся вниз, на голову репортеров.</p>
     <p>Ни в одной газетной статье не сумели по-настоящему описать то, что произошло в тот вечер на Голден-Гейтском ринге. Полиции удалось оцепить подмостки, но спасти зал уже было нельзя. Это был не бунт, это была оргия. Ни одна скамья не уцелела. Толпа напирала, выворачивая столбы, балки, ломая соединенными усилиями стены огромного здания. Боксеры искали защиты у полисменов, но никаких нарядов не хватало, чтобы вывести их в безопасное место, и толпа избивала в кровь боксеров, менеджеров, хозяев ринга. Только Джима Хэнфорда пощадили. Над ним сжалились, увидев его чудовищно распухшую челюсть. И когда толпу, наконец, вытеснили на улицу, она накинулась на автомобиль одного из крупнейших менеджеров и превратила новехонькую семитысячную машину в груду щепок и железного лома.</p>
     <p>Глендону даже не удалось одеться, — все раздевалки были снесены, и он выбежал к своей машине, накинув халат на трико. Но удрать ему не удалось. Огромная толпа окружила и задержала его машину. Полиция из всех сил старалась успокоить толпу, и, наконец, та пошла на компромисс: Глендону позволили сесть в машину и медленно двинуться по улице под восторженный рев пяти тысяч обезумевших поклонников.</p>
     <p>Только к полуночи эта буря прошла через Юнион-сквер, вниз к Сен-Франсис. У самого входа в гостиницу толпа стала требовать речь, и Глендона никак не выпускали из машины. Он даже пытался перескочить через головы восторженных обожателей, но ему не дали коснуться мостовой. На головах, на плечах, на руках, стараясь хотя бы притронуться к нему, его отнесли опять к машине. Отсюда он произнес речь. И Мод Глендон видела из окна, как ее муж, словно юный Геркулес, возвышался над толпой, и знала, что он, как и всегда, говорит чистую правду, прощаясь с публикой и повторяя, что сегодня он дрался в последний раз и навсегда уходит с ринга.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Р. Райт</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Джон Ячменное Зерно</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <p>Эта мысль созрела у меня однажды в день выборов. В послеполуденный час я спустился с фермы по Лунной долине в маленькое селение, чтобы сказать свое «да» или «нет» по поводу разных поправок к конституции штата Калифорния. Было жарко, и я выпил несколько рюмок перед тем, как опустить свой бюллетень, и две-три после. Покончив с делами, я верхом поехал обратно горной тропой вдоль наших виноградников и пастбищ. К себе на ферму я прибыл к вечеру и успел еще разок выпить перед ужином.</p>
     <p>— Ты голосовал за женское равноправие или против? — осведомилась Чармиан.</p>
     <p>— За!</p>
     <p>Она издала возглас удивления, ибо должен признаться, что в дни молодости я, несмотря на свой пылкий демократизм, был противником женского равноправия. С годами я выработал в себе известную терпимость, поняв, хотя и без восторга, общественную неизбежность этой реформы.</p>
     <p>— Все-таки объясни, почему ты голосовал за? — допытывалась Чармиан.</p>
     <p>Я принялся объяснять многословно и сердито. И чем больше говорил, тем сильнее злился. (Нет, я не был пьян. Ведь я ехал на Разбойнике. Интересно знать, какой пьяный усидел бы на этой лошади!)</p>
     <p>Пьян не пьян, но возбужден я был изрядно, в голове приятно шумело, в общем, я чувствовал себя в ударе.</p>
     <p>— Как только женщины добьются избирательного права, они потребуют сухого закона, — сказал я. — Тогда тебе крышка, Джон — Ячменное Зерно! Уж они-то, жены, сестры, матери, угробят тебя наверняка!</p>
     <p>— А мне ведь казалось, что Джон — Ячменное Зерно — твой друг, — заметила Чармиан.</p>
     <p>— Да, друг. Нет, нет, какое там! Никогда он мне не был другом. Когда я с ним, мне чудится, что мы друзья, но тут-то я меньше всего ему предан. Он король обманщиков. Он правдивейший из правдивых. Он окрыляет человека. Но он в союзе и с Курносой. Путь, который он указывает, ведет к обнаженной правде и к гибели. От него и прозрение и безумие. Он враг жизни, он учит мудрости, но мудрости потусторонней. Он кровавый убийца, губитель молодых жизней.</p>
     <p>Чармиан глядела на меня с недоумением.</p>
     <p>А я уже не мог остановиться. Да, действительно я был в ударе! Мозг работал четко. Каждая мысль сидела в своей клетке, готовая вырваться наружу, словно узник, ждущий в глухую полночь сигнала к побегу. И каждая мысль была, как откровение, точная, четкая, образная. Алкоголь озарил мой мозг ярким светом. Джон — Ячменное Зерно пожелал излить свою душу и выбалтывал сокровенные тайны моими устами. Картины прошлого воскресали у меня в голове, сменяясь ряд за рядом, точно войска на параде.</p>
     <p>Я был властен отбирать их в любом порядке. Я полностью владел своими мыслями, распоряжался словами, подкреплял их примерами из своего богатого жизненного опыта. В этом и есть колдовская сила Джона — Ячменное зерно: он изощряет ум, нашептывает роковые истины, освещает серость жизни багряными лучами прозрения.</p>
     <p>Я бегло обрисовал Чармиан свое прошлое, коснулся главных черт своей натуры. Я не потомственный алкоголик. Никакого органического влечения к алкоголю у меня нет. В этом смысле я рос нормальным человеком. Привычка к алкоголю у меня благоприобретенная, и я немало выстрадал, пока привык пить. Вначале меня тошнило от спиртного хуже, чем от лекарств. Я до сих пор ненавижу его вкус. Я пью только ради того, чтобы быть «под хмельком», а в возрасте от пяти до двадцати пяти меня и это не привлекало. Потребовалось двадцать лет насилия над организмом, чтобы преодолеть отвращение к алкоголю и создать к нему привычку.</p>
     <p>Я рассказал Чармиан, как познакомился с алкоголем, как болел после каждой выпивки, и привык к нему лишь потому, что он оказывался всегда под рукой. Под рукой — это даже не то слово. Все увлечения в период формирования моей личности толкали меня к алкоголю. Мальчишкой, продавая газеты, в годы юности, плавая матросом, работая рудокопом и просто странствуя в чужих краях, я всегда видел, что где бы ни сходились мужчины — обменяться мыслями, пошутить, покуражиться, похвастать, отдохнуть от вечного отупляющего труда и забыться, — на столе непременно появлялась бутылка. Местом сборищ был кабак. Люди собирались там за бутылкой, как собирались в седой древности их первобытные предки вокруг кочевого костра.</p>
     <p>Я напомнил Чармиан про лодочные домики на южных островах Тихого океана, куда ее не допускали. Курчавые туземцы пировали и пьянствовали там без жен — для них это была святая святых, для женщин — табу, нарушение которого каралось смертью.</p>
     <p>Кабак помог мне в юношеские годы уйти от мелочной женской опеки, открыв передо мной широкий свободный мужской мир. Все пути вели в кабак. Тысячи неведомых дорог сходились там и расходились оттуда по всему свету.</p>
     <p>— Привычка к алкоголю создалась у меня из-за того, что он был доступен, — вот где корень зла, — заключил я свой рассказ. — Мне он совсем не нравился. Я смеялся над ним. А в конце концов стал пьяницей. Двадцать лет я прививал себе вкус к крепким напиткам, потом еще десять лет заставлял себя их полюбить. И никогда мне это не доставляло радости. По натуре я человек простодушный, жизнерадостный. Но когда со мной Джон — Ячменное Зерно, я становлюсь мрачным пессимистом и испытываю все муки ада.</p>
     <p>Впрочем, нужно отдать ему должное, — поспешил я добавить, как привык это делать всегда. — Джон — Ячменное Зерно режет правду в глаза. Вот в чем его сила. Так называемая житейская правда — вовсе не правда. Это та непременная ложь, которая поддерживает жизненные устои, а Джон — Ячменное Зерно не оставляет от нее камня на камне.</p>
     <p>— И вряд ли этим оказывает большую услугу жизни! — вставила Чармиан.</p>
     <p>— Ты права, — согласился я. — В этом-то вся трагедия. Если на то пошло, он скорее играет на руку смерти. Вот почему я нынче голосовал за женское равноправие. Вспомнил всю свою жизнь и понял, что стал пьяницей оттого, что алкоголь был всегда слишком доступен. Поверь, не так уж много людей рождаются алкоголиками. К слову сказать, само это понятие требует разъяснения. Алкоголик — это тот, кто органически не может существовать без вина и бессилен бороться со своей страстью. А большинство пьющих — вовсе не прирожденные алкоголики. Ни первая, ни двадцатая, ни даже сотая рюмка не доставила им удовольствия. Пить они приучились так же, как приучаются курить, хотя, впрочем, второе куда проще. Причина одна — доступность алкоголя. Женщины это знают. Расплачиваться за все приходится им, бедняжкам, — женам, матерям, сестрам. Зато когда их допустят к урнам, они потребуют запрещения спиртных напитков.</p>
     <p>И это будет очень полезно: избавит молодое поколение от многих бед. Не видя вина, не питая к нему слабости, люди не станут даже вспоминать о нем. В результате жизнь подростков и юношей сделается содержательнее. И жизнь девушек, их будущих подруг, тоже.</p>
     <p>— Почему бы тебе не написать об этом на благо грядущих поколений? — сказала Чармиан. — Чтобы жены, сестры и матери поняли, за что им следует голосовать.</p>
     <p>— Воспоминания алкоголика? — поморщился я, — вернее, не я, а Джон Ячменное Зерно: ведь он уже сидел во мне и слышал мою покровительственно-благодушную болтовню. Только он, Ячменное Зерно, способен вдруг превратить улыбку в презрительную гримасу.</p>
     <p>— Нет, — сказала Чармиан, привыкшая по-женски не обращать внимания на его грубые выпады. — Ты ведь доказываешь, что ты не алкоголик, не запойный пьяница, а свел дружбу с бутылкой лишь потому, что она была всегда излишне доступна. Вот об этом и напиши и назови свою книгу «Воспоминания об алкоголе».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Итак, я приступаю. Прошу читателя выслушать меня сочувственно, постараться понять меня и других, о ком я здесь пишу, разобраться в обстановке, которая нас окружала. Прежде всего надо сказать, что я пьяница со стажем, хотя врожденной склонности к спиртным напиткам никогда за собой не замечал. Я не глуп. Я не скотина. По части выпивки прошел всю науку, какая есть, и всегда знаю меру. Меня никогда не приходится укладывать спать. И не надо поддерживать, чтобы я не упал. Короче говоря, я нормальный, обыкновенный человек и пью, как все.</p>
     <p>Об этом я и намерен написать: о влиянии алкоголя на нормального, обыкновенного человека. Не буду касаться поведения запойных пьяниц и не намерен их защищать; такие экземпляры составляют ничтожное меньшинство.</p>
     <p>Все пьющие делятся, в общем, на два типа. Первый хорошо известен всем: это глупое, тупое существо, всегда в дурмане, ходит широко расставляя ноги, словно в качку матрос, часто валяется в канавах, а уж когда нахлещется, видит синих мышей и розовых слонов. Это тот самый забулдыга, который дает юмористам неисчерпаемый материал для карикатур.</p>
     <p>Пьяница второго типа наделен воображением и проницательностью. Даже когда в голове у него шумит, он сохраняет привычную устойчивость — не пишет вензеля на мостовой, не валится с ног, хорошо знает, где он и что с ним происходит. Власть алкоголя распространяется лишь на его мозг, но не на тело. Такой человек бывает блестящим, остроумным, душою общества. Бывает и провидцем в космических масштабах, с железной логикой, нередко облеченной в форму силлогизмов. Алкоголь рассеял все иллюзии, раскрыл ему горькую правду о том, что душа его скована железным обручем долга. В этот час Джон — Ячменное Зерно коварно показывает свое могущество. В канаве валяться — дело не хитрое. Но удержаться и не пасть — мучительнейшая пытка, если ты прозрел и понял, что тебе дано одно только право покончить с собой. В этот час прозрения становится очевидной истина, что познаваемы только законы жизни, но смысл ее — никогда. И это страшный час! Сам о том не догадываясь, ты ступаешь на смертную стезю.</p>
     <p>Ослепительный свет вдруг пронизывает все. Бессмертия не существует это небылица, плод душевного смятения, посеянного страхом смерти и усугубленного воображением, будь оно трижды проклято! Человек лишен инстинкта смерти: когда настает последний час, у него не хватает воли умереть. И потому он тешит себя обманом, будто ему удастся перехитрить судьбу и вырвать у нее вторую жизнь — за гробом; истлевать во тьме могил, испепеляться в печах крематория — это удел других! Зато уж тот, кому Джон — Ячменное Зерно сорвал повязку с глаз, постиг всю правду. Всех ждет один конец. Под луной ничто не ново, в том числе и миф о бессмертии, это утеха малодушных. А ты, ты крепко стоишь на земле, ты знаешь, что и как. Плоть, вино, блеск ума, солнечные лучи, звездная пыль — вот из чего сработан на краткий срок непрочный механизм, и сколько ни будут стараться ученые богословы и медики, все равно конец один — на свалке.</p>
     <p>Разумеется, такие приступы меланхолии не что иное, как душевное заболевание, которым человек с воображением расплачивается за дружбу с Ячменным Зерном. Дураку гораздо легче.</p>
     <p>Он напивается до бесчувствия, спит одурманенный, и если видит сны, то всегда сбивчивые. А человеку с головой Джон — Ячменное Зерно посылает безжалостные и призрачные силлогизмы Белой Логики. И этот человек начинает взирать на жизнь с ее суетой желчным взглядом немецкого философа-пессимиста. Развенчивает все иллюзии. Переоценивает все ценности. Добро — это зло, правда — обман, жизнь — не больше как шутка. В своем маниакальном бреду, убежденный, как Бог, в собственной правоте, он видит только дурное. Жена, дети, друзья в свете Белой Логики — лицемеры и обманщики. Уверовав, что видит их насквозь, он замечает в них только мелочность, ничтожество, скудоумие и нравственную нечистоплотность. Он их раскусил и понял, что это убогие, маленькие себялюбцы, жалкие смертные, чья жизнь быстротечнее, чем век мотылька. Они не распоряжаются своей судьбой. Они рабы случая.</p>
     <p>И он тоже. Он это понял. Но также понял, что он другой: он все видит, все знает. Единственное право, которым он обладает, — право покончить с собой. И это очень плохо. Ведь человек рождается на свет, чтобы жить, любить и быть любимым. А Джон — Ячменное Зерно толкает его на самоубийство — быстрое или медленное: пустить пулю в лоб или шаг за шагом уходить из жизни на протяжении многих лет. Кто свел с ним дружбу, тому не избежать этой роковой, справедливой расплаты.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В первый раз я напился, когда мне было пять лет. День был жаркий, мой отец пахал в поле за полмили от дома. Меня послали отнести ему пива. «Да смотри, не расплескай по дороге!» — наказали мне на прощание.</p>
     <p>Пиво было, помнится, в деревянном ведерке с широким верхом и без крышки. Я нес его и плескал себе на ноги. Я шел и размышлял: почему это пиво считается такой драгоценностью? Небось, вкусно! А то почему мне не велят его пить? Ведь все, что родители запрещают, всегда очень вкусно. Значит, и пиво тоже.</p>
     <p>Уж эти взрослые понимают, что к чему! А тут, как назло, полное ведро. Пиво выливается мне на ноги и на землю. Чего же зря добру пропадать? Никто не узнает, пролил я или выпил?</p>
     <p>Я был так мал, что пришлось сесть и поставить ведерко себе на колени, чтобы отхлебнуть. Сперва я лизнул пену. Бог ты мой!</p>
     <p>Где же этот дивный вкус? Значит, не в пене, уж слишком она противная. Тут я вспомнил, что взрослые ее сдувают и только потом пьют. Я сунул нос в ведро и принялся лакать густую жидкость. Ну и дрянь же! Все-таки я пил. Не может быть, чтобы взрослые так ошибались! Трудно сказать, сколько я выпил тогда: я был карапуз, а ведро казалось огромным, а я все хлебал, не отрываясь, погрузив лицо по самые уши в пену. Но глотал я, признаться, как лекарство: меня тошнило, и хотелось скорее покончить с этим мучением.</p>
     <p>Наконец я встал, передергиваясь от отвращения, и пошел дальше. Наверное, после все же будет приятно, думал я. По пути я прикладывался к ведерку еще несколько раз, и вдруг заметил, что там изрядно недостает. Но я вспомнил, что пиво размешивают, и, схватив палочку, принялся мешать, пока пена не вздулась до краев.</p>
     <p>Отец ничего не заметил. Ему очень хотелось пить, и, быстро осушив ведерко, он снова взялся за плуг. Я попробовал пойти рядом, но, сделав несколько шагов, упал под лошадь, едва не напоровшись на стальной лемех. Отец так резко осадил назад, что лошади едва не растоптали меня. Потом отец рассказывал, что я был на волосок от гибели. Смутно помню, как он нес меня на край поля, где росли деревья, и все передо мной качалось и ходило ходуном. Меня страшно тошнило и мучил страх, что я совершил дурной поступок.</p>
     <p>Я проспал под деревьями до вечера. На закате отец разбудил меня, и, с трудом поднявшись, я побрел за ним. Я был еле жив: ноги казались свинцовыми, резало в животе, к горлу подступала тошнота. Я чувствовал себя отравленным. Собственно говоря, это и было самое настоящее отравление.</p>
     <p>После этого случая у меня надолго пропал интерес к пиву, так же как к кухонной плите, о которую я однажды обжегся.</p>
     <p>Да, взрослые правы. Пиво не для маленьких. Взрослым что — они пьют, не моргнув глазом! Да им и касторка нипочем, и разные пилюли! А я проживу и без пива. И прожил бы всю жизнь, если бы не обстоятельства. В той среде, где я рос, Джон — Ячменное Зерно манил к себе на каждом шагу. От него невозможно было спрятаться. Все дороги вели к нему. И за двадцать лет общения с ним, приветствуя его при встречах и восхваляя без всякой искренности, я в конце концов привязался к этому негодяю.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Мой второй поединок с Джоном — Ячменное Зерно состоялся, когда мне исполнилось семь лет. На сей раз меня подвело воображение: страх толкнул меня к алкоголю. Наша семья, занимавшаяся сельским хозяйством, переехала на новую ферму в округ Сан-Матео, к югу от Сан-Франциско, на пустынное, голое побережье. В те времена это была совершенная глушь, и моя мать частенько напоминала нам с гордостью, что мы коренные американцы, не то что другие фермеры — разные ирландцы да итальянцы.</p>
     <p>Однажды воскресным утром — не помню сейчас, по какому поводу, — я очутился на ферме Морриси. Там собралась молодежь с окрестных ферм. Были и люди постарше, которые начали пить еще спозаранку, а то и со вчерашнего вечера. Все члены обширной семьи Морриси, многочисленные сыновья и племянники, были как на подбор: крупные, здоровые, в тяжелых сапогах, с зычными голосами и внушительными кулачищами.</p>
     <p>Внезапно со двора раздались вопли девушек: «Караул! Дерутся!» Мужчины выскочили из кухни и кинулись туда. Во дворе сцепились два полуседых краснолицых великана. Один из них носил прозвище Черный Мэт — по слухам, он убил когда-то двух человек. Женщины визжали, крестились и бормотали молитвы, многие закрывали лица руками, хотя и поглядывали между пальцев. Зато уж я смотрел во все глаза. Можно сказать без преувеличения, что я был самым заинтересованным зрителем.</p>
     <p>А вдруг мне повезет, и я увижу убийство! Или, по крайней мере, хотя бы настоящую мужскую драку! Каково же было мое разочарование, когда оказалось, что Черный Мэт и Том Морриси, обхватив друг друга за пояс и поднимая ноги в огромных сапожищах, просто топчутся на месте, как пара дрессированных слонов. Для хорошей драки они были слишком пьяны. Тут подоспели миротворцы и увлекли их обратно на кухню, чтобы вспрыснуть восстановление прежней дружбы.</p>
     <p>Скоро все уже опять говорили разом, из богатырских глоток мужчин, привыкших к труду на вольном воздухе, неслись веселые возгласы и смех. Виски развязало языки этим обычно молчаливым фермерам. А я, готовый в любой миг пуститься наутек, замирая от страха, заглядывал в открытую дверь и дивился, что за непонятные люди эти взрослые. Чего это вдруг Черный Мэт и Том Морриси уселись в обнимку, навалились грудью на стол и громко всхлипывают?</p>
     <p>Кухонный пир продолжался, и девушки во дворе забеспокоились. Они знали, чем обычно кончаются такого рода пирушки, и с минуты на минуту ожидали беды. Свидетелями быть никому не хотелось. И вот кто-то предложил отправиться всей компанией на большую итальянскую ферму в четырех милях от Морриси, где можно потанцевать. Долго не раздумывая, юноши и девушки разделились на пары и двинулись по песчаной дороге. Я заметил, что каждый юноша поспешил пристроиться к своей симпатии, — уж предоставьте семилетнему всезнайке быть в курсе амурных дел своих соседей! И даже мне доверили даму: маленькую ирландочку одних со мной лет. В этой непринужденной компании, кроме нас, детей не было. Самой старшей паре было от силы двадцать лет, а большинству мальчишек и девчонок — эдак четырнадцать — шестнадцать. Мы же с ирландочкой представляли самый юный возраст и шли, держась за руки, хотя время от времени, подзадориваемый старшими, я обхватывал ее за талию. Но так идти было неудобно. Однако я шествовал весьма горделиво, и в это солнечное воскресное утро дорога меж песчаных холмов не казалась мне длинной и мрачной. Смотрите, и, у меня есть подружка, я тоже теперь взрослый!</p>
     <p>Итальянская ферма принадлежала холостякам. Нас встретили очень радушно. Всех угостили красным вином и стали сдвигать мебель в просторной столовой, освобождая место для танцев.</p>
     <p>Ребята плясали с подружками под аккордеон. Мне эта музыка показалась восхитительной, ничего лучше я никогда не слыхал. Молодой итальянец с аккордеоном даже умудрялся вскакивать и танцевать, схватив в объятия свою девушку и играя за ее спиной.</p>
     <p>Сам я не участвовал в танцах, я сидел за столом и восхищенно таращил глаза. Ведь я был еще малышом и новые впечатления впитывал с величайшей жадностью. Время от времени наши ирландские ребята подходили к столу и наливали себе вина; было весело, и у всех было хорошее настроение. Но вот некоторые начали спотыкаться танцуя и даже падать, а один парень забился в угол и там уснул. Их подружки обиделись и собрались уходить, но другие беззаботно хихикали: мол, нам-то что, пускай!</p>
     <p>Хозяева предложили и мне выпить за компанию, но я отказался. Я еще не забыл истории с пивом и не собирался пополнять свой опыт. На беду, молодой итальянец Питер, коварная душа, заметив, что я сижу один, вдруг воспылал участием и протянул мне через стол полстопки вина. Я отказался. Лицо его сразу приняло суровое выражение, и он еще настойчивее предложил мне выпить. И тут на меня напал страх — причину я сейчас объясню.</p>
     <p>У моей матери были свои теории. Во-первых, она была твердо убеждена, что все черноволосые и черноглазые представители рода людского — лжецы. Излишне говорить, что мать сама была блондинкой. Другим глубоким ее убеждением являлось то, что черноглазые латинские народы безмерно обидчивы, коварны и кровожадны. Перенимая жизненную мудрость из уст матери, я накрепко запомнил ее слова, что если обидеть итальянца, пусть даже из-за пустяка или совсем нечаянно, он тотчас схватится за нож. «Всадит тебе нож в спину!» — говорила всегда мать.</p>
     <p>И хотя только сегодня я горел желанием увидеть, как Черный Мэт будет убивать Тома Морриси, меня куда меньше привлекала перспектива самому доставить удовольствие танцующим видом ножа, торчащего у меня меж лопаток. В то время я еще не научился понимать разницу между теориями и фактами. Я слепо верил тому, что говорила мать об итальянцах. С другой стороны, у меня имелись зачаточные представления о том, что гостеприимство свято. Я попал в гости к коварному, обидчивому и кровожадному итальянцу. Мне внушили, что, если я его обижу, он даст мне ножом, как дает копытом норовистая лошадь, если ты разозлил ее. Как на грех, у этого Питера были те самые страшные черные глаза, о которых меня предупреждала мать. Они не были похожи на глаза знакомых мне людей — голубые, серые и карие глаза членов нашей семьи или на добродушные — цвета небесной лазури — глаза ирландцев. Возможно, Питер был под хмельком. Во всяком случае, глаза его блестели, как антрацит, искрились насмешкой. Но для меня их выражение было загадочным — мог ли я в свои семь лет анализировать, понимать, что со мной шутят? Во взгляде Питера я прочел свой смертный приговор и уже повторил свой отказ менее решительно. Тогда глаза Питера стали еще страшнее. Сурово и повелительно уставившись на меня, итальянец пододвинул ко мне вплотную стопку с вином.</p>
     <p>Что тут было делать? Впоследствии я встречался не раз лицом к лицу со смертью, но такого леденящего ужаса, как тогда, я больше не испытал. Я поднес стопку к губам. Взгляд Питера смягчился. Значит, он меня не убьет, обрадовался я. На сердце стало поспокойнее, но в желудке творилось Бог знает что. Вино было молодое, самых дешевых сортов, горькое, кислое, изготовленное из бросового винограда и сцеженное со дна бочки. Еще противнее, чем пиво! Есть один только способ пить лекарство: пить не раздумывая. Этот способ я и применил: запрокинув голову назад, осушил стопку. Потом судорожно глотнул, силясь удержать в себе этот яд, словно огнем опаливший мое нутро.</p>
     <p>Представляю себе, как поражен был Питер. Он снова налил полстопки и поставил передо мной. Похолодев от ужаса, но понимая, что от судьбы не уйдешь, я проглотил вторую порцию. Это показалось Питеру и вовсе невероятным. Решив поделиться с другими своей интересной находкой, он подозвал молодого усатого итальянца Доминика: посмотри, что за диво! Мне налили полную стопку. На какие жертвы не идешь, спасая свою жизнь! Я призвал себе на помощь все мужество, подавил тошноту и выпил.</p>
     <p>Доминик заявил, что сроду не видывал такого храброго мальчишку. Он еще два раза наполнил до краев мою стопку и следил, как я поглощаю вино. К тому времени мой героизм привлек внимание и других. Меня обступили пожилые батраки, итальянцы из Старого Света, которые не понимали по-английски и не танцевали с ирландскими девчонками. Я видел темные жестокие лица, красные рубахи, кожаные пояса и знал, что у каждого из этих людей, окруживших меня, точно шайка пиратов, есть нож. А Питер и Доминик все требовали, чтобы я демонстрировал свое умение пить.</p>
     <p>Если бы не мое проклятое воображение, я бы отбрыкивался и со мной бы не случилось такое происшествие. Но все наши ребята увлеклись танцами, и некому было вызволить меня из беды. Не знаю, сколько этого страшного зелья пришлось мне тогда влить себе в глотку. Мне запомнилось лишь ощущение безграничного страха перед обступившей меня кровожадной сворой, стол из грубых досок, залитый вином, да бесчисленные стопки с огненной жидкостью, которую я все пил и пил. Как ни ужасно вино, получить смертельную рану еще хуже; и я твердил себе, что должен выжить любой ценой.</p>
     <p>Теперь, умудренный опытом, я понимаю, почему не лишился тогда чувств. Я уже говорил, что был скован, парализован страхом и мог только машинально поднимать руку, поднося ко рту стопку за стопкой. Окаменев, я стал сосудом, в который вливалось вино. От страха мой желудок атрофировался. Даже тошнить перестало. Неудивительно, что итальянцы сочли меня диковинным ребенком, видя, как я с безразличием автомата поглощаю столько вина. Утверждаю без хвастовства, что подобное зрелище им было в диковинку.</p>
     <p>Настала пора уходить. Пьяные выходки ребят заставили наиболее рассудительных девушек заторопиться домой. Я оказался за дверью подле своей маленькой дамы. С ней не случилось такой беды, как со мной, ее никто не пытался напоить. Она смотрела как зачарованная на фокусы, которые выделывали наши ребята, старавшиеся сохранять равновесие, идя рядом со своими подружками. Потом она стала их передразнивать. Мне это показалось очень забавным, и я тоже пошел писать вензеля. Но она-то не пила ничего, мне же от этих шалостей винные пары ударили в голову. Уже с первых шагов у меня получалось правдоподобнее, чем у нее, а через несколько минут я выделывал такие антраша, что сам себе удивлялся. Я заметил, как один паренек, который, шатаясь, прошел шагов десять, остановился на краю дороги, вперил мрачный взгляд в канаву и завершил свое глубокомысленное созерцание тем, что свалился в нее. Это вышло смешно до чертиков, и, подражая ему, я тоже направился к канаве, разумеется, без всякого намерения падать. Очнулся я уже на дне канавы, откуда меня вытаскивали перепуганные девчонки.</p>
     <p>Мне вдруг надоело валять дурака. Шутливое настроение разом испарилось. В глазах поплыло, стало трудно дышать, и я начал жадно ловить воздух. Две девушки тащили меня под руки.</p>
     <p>Ноги мои были точно налиты свинцом. В голове и в сердце стучало, как молотом. Будь я слаб, я умер бы тогда наверняка. Даже при всей своей выносливости я был близок к смерти, о чем не догадывались мои встревоженные спутницы. Я слышал, как они спорили, кто виноват, некоторые даже плакали, жалея себя, жалея меня и сетуя на своих кавалеров, показавших себя в столь невыгодном свете. Но мне было все безразлично. Я задыхался, мне не хватало воздуха. Каждый шаг был пыткой. До дому четыре мили. Четыре мили! Как сквозь туман, я увидел переброшенный через ручей мостик; помню, мне почудилось, что он очень далеко. А там и ста футов не было! Дойдя до него, я опустился на землю и в изнеможении лег плашмя. Девушки пытались поднять меня, но я был не в состоянии двинуться. Они стали звать на помощь; к нам подошел подвыпивший семнадцатилетний Ларри и принялся делать мне искусственное дыхание, прыгая у меня на груди Помню, хотя и смутно, визг девушек, кинувшихся к Ларри и оттащивших его в сторону. Больше я ничего не запомнил, но мне рассказывали потом, что Ларри залез под мост, лег и проспал там до утра.</p>
     <p>Когда я открыл глаза, было уже темно. Всю дорогу меня несли в бессознательном состоянии и дома уложили в постель.</p>
     <p>Я тяжко занемог и бредил. Пережитые ужасы, которые не укладывались в мое детское сознание, вызвали мучительные галлюцинации. Кого-то убивали, потом убийцы гнались за мной. Я кричал, буянил, отбивался. И страдал невыносимо. Когда после приступа ко мне на некоторый срок возвращалось сознание, я слышал голос матери: «Что ж это будет! Помешался ребенок!» И я опять начинал бредить, задыхаясь от нового кошмара: я в желтом доме, меня избивают надзиратели, а вокруг дико орут сумасшедшие.</p>
     <p>Как-то раз я слышал и запомнил разговор взрослых о китайских притонах Сан-Франциско. И вот в бреду мне стало казаться, что я попал в подземелье и там, в тысяче притонов за коваными дверями, тысячу раз отбиваюсь от смерти. Вдруг я вижу отца — он сидит за столом в одном из подземных склепов и ведет с китайцами крупную игру на золото, разбросанное по столу. Я разражался потоками страшной брани, вскакивал с постели, вырывался из рук родных и ругал отца на чем свет стоит. Я повторял всю грубую брань, которую безнадзорный ребенок слышит от деревенских мужчин, но в обычных условиях никогда не осмелится произнести вслух. В бреду я ругал отца: негодяй, сидит в подземелье и играет с китайцами, у которых длинные косы и кривые когти!</p>
     <p>Поражаюсь, как я тогда выжил. Едва ли артерии и нервные центры семилетнего ребенка способны выдерживать такие чудовищные приступы белой горячки. В ту ночь, когда я попал в лапы Джона — Ячменное Зерно, в нашем деревянном домике никто не спал. А вот Ларри, ночевавший под мостом, наверное, так не бредил. Спал себе небось мертвецким сном, поутру, может быть, голова трещала с похмелья — вот и все. Если он сейчас жив, то вряд ли помнит эту ночь — мало ли что бывало! А мне она врезалась в память на всю жизнь. С тех пор минуло тридцать лет, но и сейчас, когда я пишу эти строки, я помню кошмары, душившие меня, и заново испытываю муки, которые пережил в ту ночь.</p>
     <p>Я долго болел, и мать уже могла не напоминать мне о вреде пьянства. Она была потрясена этим происшествием. Она считала, что я совершил дурной поступок, очень дурной — разве этому она меня учила? А я, не смея перечить, не зная даже слов, которые раскрыли бы ей причины моего поведения, был не способен, конечно, объяснить, что как раз ее-то поучения и оказались всему виной! Ведь если бы не ее теории насчет черных глаз и итальянцев, я бы в рот не взял эту мерзкую кислятину! Только став взрослым, я поведал ей, в чем была истинная подоплека этого позорного происшествия.</p>
     <p>Во время выздоровления я размышлял над разными вещами.</p>
     <p>В те дни я многого еще не понимал, но кое-что стало мне совершенно ясно. Я чувствовал, что провинился, но все-таки люди несправедливы. Ведь не я же был виноват, хоть и поступил нехорошо!</p>
     <p>Тем не менее я дал себе зарок никогда больше не пить. Бешеная собака так не боится воды, как я тогда боялся вина!</p>
     <p>И все же должен подчеркнуть: как ни тяжко дался мне этот опыт, он не помешал моей дальнейшей дружбе с Джоном — Ячменное Зерно. Уже в то время все вокруг толкало меня к нему.</p>
     <p>Во-первых, взрослые, за исключением моей матери — женщины крайне строгих взглядов, воспринимали это происшествие весьма добродушно. Чепуха! Что за стыд! Во-вторых, свидетели моего позора — парни и девушки — со смехом судачили о том, кто чем отличился в этот день, и вспоминали разные забавные подробности: как Ларри прыгнул мне на грудь, а потом мертвецки пьяный завалился под мост, как другой паренек провел ночь в дюнах, а третий свалился в канаву. Итак, я понимал, что никто не считает это постыдным. Наоборот, я совершил лихой подвиг, которым можно гордиться. Окружающие восприняли это как яркое событие, скрасившее на миг унылые будни мрачного побережья, вечно окутанного туманом.</p>
     <p>Фермеры-ирландцы добродушно журили меня, похлопывая по плечу, и вскоре я возомнил себя героем. Питер, Доминик и другие итальянцы хвалили меня за доблесть. Общественная мораль не запрещала пить. Пили, кстати, все. В нашей общине не было ни одного трезвенника. Даже убеленный сединами пятидесятилетний учитель маленькой сельской школы в периоды запоя, сраженный Ячменным Зерном, устраивал нам внеочередные каникулы.</p>
     <p>Никаких нравственных запретов в этой области не существовало.</p>
     <p>Мое отвращение к алкоголю носило чисто физиологический характер. Мне не нравилось чертово зелье.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я так никогда и не сумел преодолеть в себе физическое отвращение к алкоголю. Но я подавлял его. И поныне всякий раз подавляю. Мой вкус не мирится с ним, а я знаю: полезно то, что вкусно. Но люди пьют, не думая о пользе, им бы только одурманить мозг, а если тело страдает… что ж, тем хуже для тела!</p>
     <p>Однако, несмотря на мое физическое отвращение к алкоголю, самые светлые детские воспоминания связаны у меня с питейными заведениями. Сидя на телеге с картофелем, которую тащили, утопая в песке, наши лошади, я ежился от сырости, не знал, как размять затекшие ноги, но дорога не казалась мне длинной: я ехал и мечтал. Мечтал, что вот мой отец или другой, кто ведет упряжку, сделает остановку возле кабака в Колме и зайдет выпить. Забегу и я, погреюсь у громадной печки и получу коржик. Скромный коржик казался мне сказочным лакомством. И от кабака, значит, есть польза! Примостившись снова на телеге, я наслаждался коржиком целый час. Осторожно откусывал микроскопические порции, боясь уронить даже крошку, и так долго жевал каждый кусочек, что он под конец превращался в жидкую кашицу, просто волшебную на вкус. Я старался не глотать ее, а только смаковал, вертя на языке и засовывая то за одну щеку, то за другую, пока она не таяла и капельками, струйками стекала мне в горло. Сам Хорас Флетчер мог бы у меня поучиться!</p>
     <p>Я любил кабаки. Особенно кабаки Сан-Франциско. Какие там бывали яства! Диковинные булочки и печенья, сыр, колбасы, сардины — божественная снедь, какой я сроду дома не видывал. Помню, один кабатчик как-то угостил меня сладким напитком — содовой водой с сиропом. Отец не платил, кабатчик угощал задаром и потому стал для меня воплощением доброты и щедрости.</p>
     <p>Я мечтал о нем долго и запомнил на всю жизнь, хотя видел всего лишь раз, когда мне было семь лет. Его заведение находилось в Сан-Франциско, где-то к югу от Маркет-стрит. Слева от входа была стойка с напитками. Справа тянулась другая стойка — с бесплатными закусками. Помещение было узкое и длинное, в конце его, за пивными бочками, стояли круглые столики и стулья. Кабатчик был голубоглазый блондин, светлые мягкие пряди волос выбивались у него из-под черной шелковой ермолки. Хорошо помню, что он был в коричневом вязаном жилете, и даже сейчас я мог бы показать то место среди батареи бутылок, откуда он вытащил графин с красным сиропом. Он вел долгую беседу с моим отцом, а я, глядя на него с обожанием, потягивал сладкую водичку. По сей день у меня сохранилась о нем благодарная память.</p>
     <p>Несмотря на опыт с алкоголем, столь трагически закончившийся оба раза, Джон — Ячменное Зерно продолжал дразнить и притягивать меня своей доступностью: до него всегда было рукой подать. Кабак действовал на мое детское воображение пока еще косвенно, но уже довольно сильно. Ребенок, только начинавший познавать мир, уже считал, что кабак — восхитительное учреждение. Ни в магазинах, ни в общественных местах, ни в домах, где живут люди, никто не раскрывал предо мной дверей, не приглашал погреться у огня или отведать волшебный напиток с узенькой полки у стены. Все двери были вечно на замке, и только двери кабака вечно распахнуты. Всегда и повсюду — на шоссе и проселках, на оживленных улицах и в пустынных переулках — я находил приветливый кабачок, теплый и ярко освещенный в зимнюю стужу, темный и прохладный в летний зной. От него веяло гостеприимством, если не сказать домашним уютом!</p>
     <p>Когда мне исполнилось десять лет, наша семья рассталась с фермой и переехала в город. Там я нанялся разносить по домам газеты. Почему? Во-первых, семья нуждалась в деньгах, во-вторых, мне необходимо было движение и свежий воздух. Дело в том, что я узнал дорогу в бесплатную библиотеку и зачитывался до одури. На фермах, где мы прежде жили, читать было нечего.</p>
     <p>Каким-то чудом мне удалось достать четыре книги, и я проглотил их с жадностью. Первая была биография Гарфилда <a l:href="#n_9" type="note">[9]</a>, вторая — «Путешествие в Африку» Поля де Шейю <a l:href="#n_10" type="note">[10]</a>, третья — роман Уйда <a l:href="#n_11" type="note">[11]</a>, в котором не хватало последних сорока страниц, и четвертая — «Альгамбра» <a l:href="#n_12" type="note">[12]</a> Ирвинга. «Альгамбру» мне дала почитать школьная учительница. Я был застенчивый мальчуган, — в отличие от Оливера Твиста <a l:href="#n_13" type="note">[13]</a>, у меня язык не повернулся попросить еще, хотя, возвращая Ирвинга, я надеялся, что учительница предложит мне что-нибудь сама. Но она ничего не предложила, видимо, сочла меня неблагодарным, и я проплакал от обиды все три мили от школы до дома. Долго еще потом я ждал с замирающим сердцем, что она даст мне какую-нибудь книжку. Не раз, бывало, совсем уже решусь попросить, но в последнюю секунду у меня отнимался язык.</p>
     <p>И вот я очутился в Окленде, где на полках бесплатной библиотеки обнаружил огромный, неведомый доселе мне мир — тысячи книг, еще увлекательнее, чем те четыре. В ту пору библиотеки не были рассчитаны на малолетних читателей, и со мной случались занятные казусы. Помню, меня привлекло в каталоге название «Приключения Перигрина Пикля» <a l:href="#n_14" type="note">[14]</a>. Я заполнил требование, и библиотекарша выдала мне собрание сочинений Смоллета — в одном пухлом томе, без намеков на цензурные сокращения. Я проглатывал все, что мне давали, но особенно любил исторические романы и книги о приключениях, а также воспоминания разных путешественников. Я читал утром, днем и ночью.</p>
     <p>Читал в постели, за едой, по дороге в школу и домой, читал на переменах, когда другие ребята занимались играми. У меня начались нервные подергивания. Кто бы ко мне ни подошел, я говорил: «Уйди! Не раздражай меня!»</p>
     <p>Итак, десяти лет я попал на улицу в качестве разносчика газет. Теперь уже мне стало не до чтения. Я бегал по городу и попутно учился драться, учился быть наглым, развязным, пускать пыль в глаза. Я был наделен любознательностью и воображением и впитывал все, как губка. Наряду со всем прочим меня интересовали питейные заведения. Я заглядывал во многие из них. Весь квартал на восточной стороне Бродвея, между Шестой и Седьмой улицами, сплошь занимали кабаки.</p>
     <p>В этих местах царила особая жизнь. Мужчины разговаривали как-то особенно громко, раскатисто хохотали; во всем ощущался размах, которого не хватало в скучной повседневной жизни. Здесь бурлили страсти, подчас не на шутку: пускались в ход тяжелые кулаки, лилась кровь, и здоровенные полисмены, расталкивая толпу, спешили на место происшествия. Мальчишке, чья голова была набита историями о схватках бесстрашных путешественников и моряков, драка в кабаке представлялась увлекательным событием — за отсутствием иных. Ведь никак не назовешь увлекательной ежедневную беготню с газетами от одной двери к другой!</p>
     <p>А здесь даже в горьких пьяницах, которые спали мертвецким сном, положив голову на стол или развалясь на полу среди опилок, было нечто таинственное и загадочное.</p>
     <p>И еще одно: кабаки были узаконены. Отцы города санкционировали их, выдавали на них патенты. Другие ребята, народ неопытный, считали, что кабак — что-то ужасное. Может быть, возражал я, но в каком смысле? Ужасно интересно! Ужасны и пираты, и кораблекрушения, и всякие битвы, но какой мальчишка не рад пожертвовать жизнью, лишь бы все это испытать?</p>
     <p>Нужно добавить, что в кабаках я встречал людей известных: репортеров и редакторов, адвокатов и судей. Они накладывали на кабак печать общественного одобрения. И это лишь разжигало мой интерес. Значит, и для этих людей в кабаке есть нечто заманчивое, необыкновенное, о чем я догадывался и что тоже искал. И я старался понять, что это такое — ведь не зря же люди слетаются сюда, как мухи на мед! Мир казался мне светлым и радостным, я еще не знал горя, потому и не понимал, что кабацкие завсегдатаи глушат здесь усталость от каторжного труда и неистребимую душевную горечь.</p>
     <p>Не подумайте, что я тоже пил. До пятнадцати лет я редко касался рюмки, хоть и общался с пьяницами и часто захаживал в злачные места. Не пил я лишь потому, что мне это не нравилось.</p>
     <p>За пять лет я несколько раз менял работу. Одно время служил на складе и помогал развозить лед; затем поступил мальчиком в кегельбан, где был бар со спиртными напитками; а потом уборщиком пивных павильонов в парке, где устраивались воскресные гулянья.</p>
     <p>Веселая толстуха Джози Харпер содержала пивную на углу Телеграф-авеню и 39-й улицы. Туда я целый год доставлял вечернюю газету, пока меня не перевели в другой район Окленда, район доков, пользовавшийся дурной славой. В конце первого месяца я явился к Джози Харпер за деньгами, и она налила мне рюмку вина. Мне было неловко отказаться, и я выпил. Но уж потом всегда старался застать не ее, а буфетчика.</p>
     <p>В первый день моей работы в кегельбане буфетчик, по заведенному обычаю, пригласил нас, мальчиков, во время перерыва выпить. Все спросили пива. Я лимонаду. Ребята захихикали, а буфетчик странно и недоверчиво поглядел на меня. Но все же он откупорил бутылку. Потом, улучив минутку во время работы, ребята объяснили мне, что я рассердил буфетчика. Бутылка лимонада стоит гораздо дороже, чем кружка пива, значит, сам соображай: если не хочешь остаться без работы, пей пиво.</p>
     <p>Да и пиво же — вещь сытная! А в лимонаде что? После этого, если мне не удавалось улизнуть от попойки, я пил пиво и каждый раз дивился, что в нем находят хорошего. По-видимому, я чего-то не понимал.</p>
     <p>Вот что я действительно любил, так это сласти. За пять центов можно было купить пять громадных шоколадных бомб и наслаждаться ими до бесконечности. Я умел растянуть такую бомбу на целый час. Любил и тягучую коричневую нугу, которую продавал один мексиканец. За пятак он давал такой кусище, что с ним, бывало, за три часа не расправишься. Съев его, я частенько обходился без обеда. И был сыт, а пивом — никогда.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но жизнь готовила меня к новым схваткам с Ячменным Зерном. Мне исполнилось четырнадцать лет. Начитавшись о мореплавателях, мечтая о тропических островах и неведомых морских далях, я завел себе ялик с выдвижным килем <a l:href="#n_15" type="note">[15]</a> и бороздил на нем прибрежные воды залива Сан-Франциско и Оклендской бухты.</p>
     <p>Мне хотелось стать моряком. Хотелось уйти от скуки и однообразия. Я был в расцвете юности, бредил необыкновенными приключениями и пиратской вольницей, не подозревая, что у приключений и у вольницы одна основа алкоголь.</p>
     <p>И вот однажды, когда я поднимал парус, ко мне подошел Скотти. Это был рослый семнадцатилетний парень, служивший, по его словам, юнгой на британском корабле и сбежавший оттуда во время стоянки в Австралии. Устроившись на другой пароход, он добрался до Сан-Франциско и теперь намерен поступить на китобойное судно. На рейде поблизости от китобойной флотилии стоит большая яхта <a l:href="#n_16" type="note">[16]</a> «Айдлер». Ее сторожит гарпунщик, который собирается скоро уйти в рейс на китобойном судне «Бонанза».</p>
     <p>Не соглашусь ли я подвезти его, Скотти, на моем ялике <a l:href="#n_17" type="note">[17]</a> к этому гарпунщику?</p>
     <p>Соглашусь ли?! После того как я наслышался столько интересного об этой яхте, возившей контрабандой опиум с Гавайских островов, и о сторожившем ее гарпунщике! Я часто видел этого парня и завидовал его привольному житью: он никогда не расстается с морем, даже спит на «Айдлере», я же обязан ночевать всегда дома. Парню было всего девятнадцать лет (кстати, что он гарпунщик, приходилось верить на слово: других свидетельств не было), но для меня он был личностью столь героической, что я никогда не посмел бы даже заговорить с ним и всегда держался в почтительном отдалении от его яхты. Так неужели я откажусь подвезти беглого морячка Скотти к нему на яхту контрабандистов? Разве это мыслимо?</p>
     <p>Услышав наш окрик, гарпунщик вышел на палубу и пригласил нас к себе. С видом взрослого, опытного моряка я оттолкнул лодку, чтобы не оцарапать беленькую яхту, и ловко прикрепил ее брошенным мне фалинем <a l:href="#n_18" type="note">[18]</a>. Мы спустились вниз. До этого мне никогда не приходилось бывать в каюте. От одежды, висевшей на стенке, несло плесенью. Ну и что! Ведь эти кожаные куртки на плисовой подкладке и синие штормовки носят моряки! И брезентовые шляпы тоже, и резиновые сапоги, и клеенчатые плащи… В каюте был, по-видимому, учтен каждый дюйм <a l:href="#n_19" type="note">[19]</a> площади, вот почему сделали такие узенькие койки, откидные столики, какие-то мудреные стенные шкафчики. Я увидел всеведущий компас, фонарь в кардановом подвесе <a l:href="#n_20" type="note">[20]</a>, в углу небрежно скатанные синей стороной наверх морские карты <a l:href="#n_21" type="note">[21]</a>, сигнальные флажки в алфавитном порядке и календарь, приколотый к стенке остриями морского циркуля. Вот это жизнь! Наконец-то я пол на борт судна и здесь, на яхте контрабандистов, гарпунщик и беглый английский матрос, назвавший себя Скотти, разговаривают со мной как с равным.</p>
     <p>Девятнадцатилетний гарпунщик и семнадцатилетний матрос вели себя как настоящие мужчины. Хозяин сразу же намекнул, что неплохо бы выпить, и гость, порывшись в карманах, выудил какую-то мелочь. Гарпунщик взял фляжку и отправился в тайный притон (пивных поблизости не было) раздобывать виски. Мы пили дрянной самогон из маленьких стопок. Пусть не говорят, что я слаб или спасовал! Эти двое — мужчины, видать по тому, как они пьют. Кто умеет пить, тот мужчина. И я пил с ними стопку за стопкой, ничем не разбавляя и не закусывая, хотя эту пакость не сравнить было ни с мексиканской нугой, ни с божественной шоколадной бомбой. Меня передергивало и тошнило от каждой рюмки, но я стойко скрывал свое отвращение.</p>
     <p>Не раз в этот вечер кто-нибудь из нас уходил с пустой фляжкой и возвращался с полной. Я тоже принял участие в расходах, выложив, как мужчина, все свое богатство — двадцать центов, не без тайного сожаления о том, сколько конфет мог бы купить на эти деньги. От выпитого мы изрядно захмелели. Гарпунщик рассказывал Скотти про штормы у мыса Горн и южные штормы, про холодные ветры у Ла-Платы, высокие струи бризов <a l:href="#n_22" type="note">[22]</a> и ураганы <a l:href="#n_23" type="note">[23]</a> в Беринговом море, про китобойные корабли, затертые во льдах Арктики.</p>
     <p>— Там не очень-то наплаваешься: вода как лед, — доверительно сказал он, обращаясь ко мне. — Вмиг сведет руки и ноги — и баста. Уж если кит перевернет шлюпку <a l:href="#n_24" type="note">[24]</a>, сразу ложись поперек весла, тогда даже при судорогах удержишься на воде,</p>
     <p>— Понятно! — Я благодарно кивнул, убежденный, что стану китобоем и меня ждет катастрофа в Ледовитом океане. Я принял этот ценный совет вполне серьезно и помню его по сей день.</p>
     <p>Сам я на первых порах больше помалкивал. Господи, кто я такой по сравнению с ними — четырнадцатилетний мальчишка, еще и не нюхавший океана! Мне полагается только слушать, что говорят эти опытные морские волки, и, не отставая, опрокидывать в горло стопку за стопкой. Пусть видят, что и я как-никак мужчина!</p>
     <p>Хмель давал себя знать. Мало-помалу исчезали тесные стены каюты, и слова гарпунщика и Скотти врывались в мое сознание, будто дикие порывы вольного ветра; меня качало на волнах фантазии, я уже мысленно переживал морские приключения — великолепные, отчаянные, неистовые.</p>
     <p>Мы пили за дружбу. Сдержанность исчезла, недоверие как рукой сняло. Нам вдруг почудилось, что мы уже много лет знаем друг друга, и мы дали торжественную клятву отныне ходить в плавание обязательно всей тройкой Гарпунщик рассказал нам о своих неудачах и тайных грехах. Скотти плакал, вспоминая оставленную им в Эдинбурге старушку мать, как он утверждал, даму благородного происхождения, попавшую из-за него в стесненные обстоятельства ей пришлось во всем себе отказывать, чтобы заплатить пароходной компании за обучение сыночка морской специальности; заветной мечтой матери было увидеть Скотти офицером торгового флота и джентльменом, и она была убита горем, узнав, что ее любимчик сбежал с парохода в Австралии и нанялся на другой простым матросом. В подтверждение своих слов, Скотти вытащил из кармана последнее очень грустное письмо матери и, плача, прочел его вслух. Мы с гарпунщиком тоже прослезились и поклялись, что все вместе поступим на китобойное судно «Бонанза», а когда, кончив плавание, получим кучу денег, явимся в Эдинбург и выложим все, что заработали, доброй старушке в передник.</p>
     <p>А хмель все пуще горячил мой мозг. Кто бы узнал во мне сейчас обычно застенчивого и скромного малого? Теперь новоявленный двойник — Джон Ячменное Зерно — владел моими устами и делал слышным мой голос: пусть знают, что я тоже мужчина, бесстрашный искатель приключений! Я начал хвастаться, как плаваю по заливу в своем ялике при самом бешеном зюйдвесте, когда даже капитаны больших шхун <a l:href="#n_25" type="note">[25]</a> не рискуют сняться с якоря. Потом я (или мой двойник Джон — Ячменное Зерно — это одно и то же!) заявил матросу Скотти, что он, может, и плавал на океанских кораблях и знает их устройство, зато уж я собаку съел по части парусников; могу его кое-чему поучить.</p>
     <p>Кстати сказать, это не было ложью, хотя в обычное время моя природная скромность не позволила бы мне громко оспаривать опытность Скотти. Но такова особенность Ячменного Зерна: он развязывает тебе язык, и ты выбалтываешь самые сокровенные мысли.</p>
     <p>Скотти, которому тоже что-то нашептывал Джон — Ячменное Зерно, естественно, обиделся Но я не отступал. Я ему покажу, этому беглому типу, даром что ему семнадцать! Мы горячились и хорохорились, наскакивая друг на друга, как драчливые петушки, но гарпунщик заставил нас помириться и выпить по стоике. После этого мы нежно обнялись и стали клясться в вечной дружбе. И тут мне вспомнилось далекое воскресенье, ферма в Сан-Матео и два великана, Черный Мэт и Том Морриси, которые сперва подрались, а потом так же, как мы, заключили мир. И это сравнение помогло мне почувствовать себя совсем взрослым.</p>
     <p>Вскоре началось пение. Скотти и гарпунщик горланили матросские песни, а я подтягивал. На «Айдлере» я впервые услышал «Дуй, попутный ветер», «Облако летит», «Виски, Джонни, виски». Я был наверху блаженства. Вот она, настоящая жизнь! Не то что мое унылое прозябание: Оклендская бухта, надоевшая беготня с газетами, доставка льда, возня с кеглями.</p>
     <p>Весь мир становился сейчас моим, все дороги сходились у моих ног, Джон — Ячменное Зерно горячил мое воображение, рисуя будущее, полное необыкновенных событий.</p>
     <p>Мы уже были не простые смертные, а юные боги во хмелю, непостижимо мудрые, великодушные и могущественные. Сейчас, став намного старше, я понимаю, что если бы алкоголь всегда возносил на такую высоту, мне бы никогда не хотелось быть трезвым.</p>
     <p>Но в нашем мире расплата неизбежна. Существует железный закон: плати за силу слабостью, за душевный взлет — упадком духа, за промелькнувший миг мужества — пресмыканием в грязи. Если за долгий-долгий срок ты вырвешь для себя минуту счастья, с тебя взыщется ростовщический процент: сократится твоя жизнь!</p>
     <p>Сила чувств и постоянство чувств, как огонь и вода, — извечные враги. Сосуществовать они не могут. И даже сам чародей Джон — Ячменное Зерно такой же раб органической химии, как и мы, смертные. Мы платим за марафонский бег своих нервов, и Джон — Ячменное Зерно не избавит нас от расплаты. Он может вознести нас высоко, но вечно удерживать там не властен, — иначе все люди стали бы его приверженцами. Зато уж если ты стал на его путь, так ты и плати за его дьявольскую кадриль!</p>
     <p>Однако все сказанное выше явилось плодом более зрелых размышлений. Этого не понимал еще четырнадцатилетний мальчишка, который примостился в каюте «Айдлера» между гарпунщиком и матросом, наслаждаясь ароматом плесени, источаемым одеждой моряков, и подпевая новым товарищам: «Янки к нам плывут на помощь».</p>
     <p>В приливе пьяной откровенности мы кричали и говорили разом. У меня был очень крепкий организм и желудок страуса, и я во всю силу продолжал состязание, а вот Скотти, тот начал сдавать. Речь его становилась бессвязной — то ли слов не находил, то ли язык заплетался. Отравленное сознание меркло. Глаза утратили осмысленное выражение. Пьяный мозг расслабил мышцы лица и тела (чтобы сидеть прямо, тоже ведь нужна воля). Пропала способность управлять движениями. Скотти хотел подлить себе виски, но бессильно выронил стопку на пол. К моему удивлению, он горько заплакал, потом перекинул ноги на койку и через минуту уже храпел.</p>
     <p>Посмеиваясь над незадачливым собутыльником, мы с гарпунщиком продолжали допивать вдвоем последнюю фляжку под аккомпанемент тяжелого храпа Скотти. Наконец и гарпунщик свалился, — на поле битвы остался я один.</p>
     <p>Я был преисполнен гордости, и Джон — Ячменное Зерно тоже. Вот, оказывается, какой я молодец! Перепил двоих! Они лежат мертвецки пьяные, а я твердо стою на ногах! Сейчас даже выйду на палубу подышать свежим воздухом. Эта попойка на «Айдлере» показала мне, что у меня луженый желудок и я долго не пьянею. В молодости я очень гордился такими качествами, но теперь понимаю, что в этом как раз и была моя беда. Лучше опьянеть от двух-трех рюмок, и, наоборот, горе тому, кто способен пить без конца, не хмелея.</p>
     <p>Уже вечерело, когда я вышел на палубу. В каюте нашлось бы и для меня место, но мне надо было домой. Кроме того, хотелось доказать самому себе, что я стойкий парень. У борта покачивался мой ялик. Кончался отлив. Вода уходила, борясь с напористым ветром, дувшим с океана со скоростью сорок миль в час. Я видел крутые гребни волн и под ними струи отлива.</p>
     <p>Я поднял парус, сел за румпель <a l:href="#n_26" type="note">[26]</a>, выбрал <a l:href="#n_27" type="note">[27]</a> шкоты <a l:href="#n_28" type="note">[28]</a> и взял старт к берегу. Лодка накренилась и бешено закачалась. Меня обдало фонтаном брызг. Я был в восторженном настроении. Я плыл, распевая «Дуй, попутный ветер», и чувствовал себя уже не мальчишкой, прозябающим в сонном Окленде, а мужчиной, Богом, — сама природа покорялась мне, взнузданная моей волей.</p>
     <p>Отлив кончился. Вода ушла на все сто ярдов <a l:href="#n_29" type="note">[29]</a> от берега, обнажив мягкое, илистое дно. Я выдвинул киль, врезался в тину, убрал парус и, став по привычке на корме, принялся грести веслом. Тут-то я и начал терять равновесие и, пошатнувшись, вывалился за борт, лицом прямо в липкую грязь. Но что пьян, я смог понять, лишь когда встал на ноги, весь в тине, расцарапанный до крови ракушками, облепившими киль. Ладно, пустяки!</p>
     <p>Там, на рейде, два здоровенных моряка валяются на койках мертвецки пьяные, кто, как не я, их перепил? Значит, я мужчина! Я же держусь на ногах, хоть, правда, и по колени в грязи. Вернуться в лодку я счел ниже своего достоинства. Я брел по тине, толкая впереди себя свой ялик и горланя песню, — пусть все знают, что я мужчина.</p>
     <p>Расплата не заставила себя ждать. Я расхворался на несколько дней, от ракушечных царапин на руках образовались нарывы, и целую неделю я был как без рук: даже рубашку не мог ни надеть, ни снять.</p>
     <p>Я дал себе зарок больше не пить. Баста! Игра не стоит свеч.</p>
     <p>Слишком дорога расплата. Угрызений совести я не испытывал, одно лишь физическое отвращение. Мне казалось, что никакие веселые минуты не окупают часов страданий и дурного настроения.</p>
     <p>Возобновив прогулки на своем ялике, я обходил теперь «Айдлер» как можно дальше. Скотти исчез. Гарпунщик был все там же, но я избегал его. Как-то раз, заметив, что он высаживается на берег, я спрятался за склад. Я боялся, что он опять предложит мне выпить, может, у него и фляжка припасена.</p>
     <p>И все же — в этом таятся чары Ячменного Зерна — выпивка на «Айдлере» была ярким событием в моей монотонной жизни.</p>
     <p>Я часто вспоминал о ней со всеми подробностями. Кстати, она мне объяснила некоторые странности мужского поведения. Скотти при мне плакал, что он никудышный парень, горевал о печальной судьбе оставленной им в Эдинбурге матери — дамы благородного происхождения. Гарпунщик рассказал о себе необыкновенно интересные вещи. Множество волнующих намеков о том, какова жизнь за пределами моего узкого мирка, воспламенили мое воображение, и я был убежден, что я не менее достоин ее, чем эти двое. Мне открылись тайники мужской души, да и моей собственной тоже — я обнаружил в ней такие способности и силы, о которых раньше не догадывался.</p>
     <p>Да, тот день был день особенный. Он и поныне кажется мне таким. Память о нем выжжена в моем мозгу. Но за него потребовалась расплата. Я отказался платить и вернулся к моим «бомбам» и мексиканской нуге. На мое счастье, мой здоровый организм не пускал меня к алкоголю. Мне было противно мерзкое зелье. И все же обстоятельства снова и снова толкали меня на путь пьянства. За много лет общения с Ячменным Зерном я привык к нему, стал искать его везде, где только собирались мужчины, и восхвалял как друга и благодетеля. И вместе с тем презирал и ненавидел его. Да, странный он друг, этот Джон — Ячменное Зерно!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Едва мне стукнуло пятнадцать, я поступил на консервную фабрику. Несколько месяцев подряд я работал самое меньшее по десять часов в день. Прибавьте к этому обеденный перерыв, ходьбу на фабрику и с фабрики, время на то, чтобы утром встать, одеться и позавтракать, а вечером — поужинать, раздеться и лечь, и от суток останется от силы девять часов — здоровому подростку успеть бы только выспаться! Но я и от этих девяти кое-что урывал для чтения, покуда сон не смежил мне глаза.</p>
     <p>Бывало и так, что нас не отпускали домой до полуночи.</p>
     <p>А иногда рабочий день длился по восемнадцать и двадцать часов.</p>
     <p>Один раз мне пришлось простоять возле машины тридцать шесть часов без смены. Несколько недель подряд я уходил с фабрики не раньше одиннадцати, добирался до постели лишь к половине первого, а в половине пятого уже вставал и, наскоро одевшись и перекусив, спешил на работу, чтобы ровно в семь по гудку быть возле машины.</p>
     <p>Теперь уже не выкраивалось ни минуты для любимого занятия — чтения. Но при чем тут Джон — Ячменное Зерно? Какое отношение он имеет к рассказу о стоическом труде пятнадцатилетнего паренька? О, громадное! Судите сами. Я упрашивал себя: неужели смысл жизни лишь в том, чтобы быть рабочей скотиной? Да и ни одна лошадь в Окленде не работает столько часов! Если это и есть жизнь, меня она ничуть не пленяет. Я думал о своем ялике, обраставшем ракушками, вспоминал ветерок на заливе, восходы и закаты, видеть которые теперь не мог, вспоминал, как щекочет ноздри соленый запах моря и обжигает тело соленая вода, когда нырнешь за борт, вспоминал, что мир полон прекрасного, удивительного, необыкновенного, но мне все что недоступно. Мне казалось, что единственный способ избавиться от каторжного труда бросить все и уйти в море. В море я всегда заработаю кусок хлеба Но море неизбежно вело в лапы Джона — Ячменное Зерно, и этого я не знал, но и когда узнал, у меня все-таки хватило решимости не вернуться к проклятой консервной машине.</p>
     <p>Я рвался туда, где дуют ветры приключений. А ветры приключений носили суда устричных пиратов вдоль Сан-Францисской бухты. Ночные набеги на чужие устричные садки, драки на отмелях, обратный путь с добычей вдоль городских причалов и ранним утром — рынок, покупатели: торговки и кабатчики… Набег на чужие садки считался уголовным преступлением, за это ждала тюрьма, полосатый костюм арестанта, ходьба в затылок. Ну и что же, говорил себе я, даже в тюрьме рабочий день короче, чем на консервной фабрике! Куда романтичнее быть устричным пиратом или арестантом, чем рабом машины! Я был охвачен жаждой приключений, романтики, хмельная юность наполняла мне душу.</p>
     <p>И вот я отправился к своей бывшей кормилице Дженни, чью черную грудь сосал младенцем. Она была немного богаче, чем мои родители: служила сиделкой и за это получала приличную плату. Не сможет ли она одолжить деньги своему «белому сыночку»? Что за вопрос! Бери, сколько тебе надо!</p>
     <p>Затем я разыскал Француза Фрэнка, устричного пирата, который, по слухам, хотел продать свой шлюп <a l:href="#n_30" type="note">[30]</a> «Карусель». Шлюп стоял на якоре на аламедской стороне близ Уэбстерского моста; когда я явился, Фрэнк принимал гостей, угощая компанию сладким вином. Побеседовать о деле он вышел на палубу. Да, он готов продать свой шлюп. Но сегодня воскресенье. К тому же у него гости. Завтра он приготовит купчую, и я смогу вступить во владение. А сейчас он зовет меня познакомиться с компанией. Гости сидели внизу: две сестрицы — Мэйми и Тэсс, которых сопровождала приличия ради некая миссис Хедли, шестнадцатилетний устричный пират по кличке Виски Боб и черноусая портовая крыса лет двадцати — Паук Хили. Мэйми приходилась Пауку племянницей, ее величали Королевой устричных пиратов, и на пирушках она восседала на почетном месте. Фрэнк был в нее влюблен (о чем я в то время еще не знал), но она никак не соглашалась выйти за него замуж.</p>
     <p>В ознаменование нашей сделки Фрэнк налил мне стакан красного вина из большущей оплетенной бутылки. Я вспомнил красное вино с итальянской фермы и внутренне содрогнулся.</p>
     <p>Даже к пиву и виски я не испытывал такого отвращения. Но на меня в упор глядела Королева, подняв свой стакан, наполовину выпитый. У меня тоже есть гордость! Хоть мне и пятнадцать, но я не допущу, чтобы ее считали взрослой, а меня нет. А тут еще эти люди: ее сестра, миссис Хедли, мальчишка — устричный пират, усатый Паук — все с полными стаканами. Так неужели я захочу прослыть молокососом? Нет, тысячу раз нет, скорее всю бутыль выпью! И я мужественно осушил свой стакан.</p>
     <p>Француз Фрэнк был страшно рад сделке, которую я скрепил задатком золотой монетой в двадцать долларов. Он снова налил всем. Я уже имел случай убедиться в выносливости своего организма и думал, что если и выпью с ними немного, то не придется расплачиваться целую неделю. Мне не страшно пить наравне с ними, тем более что они еще до моего прихода успели хватить как следует!</p>
     <p>Началось пение. Паук спел «Бостонского вора» и «Черную Лу», Королева «Если бы я была птичкой», а ее сестрица Тэсс — «Ах, не обижай мою дочку». Веселье бурно нарастало.</p>
     <p>Я увидел, что вовсе не обязательно каждый раз пить со всеми вместе, никто все равно не замечает и ничего не спрашивает, так что, перегнувшись через перила, я просто выплескивал свою порцию в море.</p>
     <p>Рассуждал я так: чудаки люди, почему им нравится такая мерзость! Ладно, это их дело! Не мне их учить! Наоборот, если я хочу, чтобы меня считали взрослым, я должен делать вид, что тоже не дурак выпить. Согласен. Идет. Но я буду пить лишь самую малость, лишь столько, сколько необходимо, чтобы сохранить престиж.</p>
     <p>Тем временем Королева начала кокетничать с новоявленным пиратом, то есть со мной. Не с кем-нибудь, а с хозяином, владельцем шлюпа! Она поднялась на палубу подышать свежим воздухом и потащила меня с собой. Я ни о чем не догадывался, но она, конечно, знала, что внизу, в каюте, Фрэнк бесится от злости.</p>
     <p>Вскоре к нам присоединились Тэсс с Пауком и Бобом и, наконец, миссис Хедли с Фрэнком. Мы сидели со стаканами в руках и пели песни, то и дело передавая друг другу бутыль с вином.</p>
     <p>Единственным трезвым в этой компании был я.</p>
     <p>И я был так счастлив, как, конечно, никто из них. Вчера в это время я сидел за машиной, в духоте, в спертом воздухе, без конца повторяя одно и то же движение. Какой контраст с царящим здесь беспечным весельем! Я попал сюда чудом и вот сижу, как свой, в кругу устричных пиратов, искателей приключений, которые не желают быть рабами установленных порядков, которые презрели всяческие запреты и законы и стали хозяевами своей судьбы.</p>
     <p>Джон — Ячменное Зерно помог мне отбросить смущение и страх и приобщиться к этому союзу вольных душ.</p>
     <p>Предвечерний бриз весело врывался мне в легкие, рябил воды залива, гнал шаланды <a l:href="#n_31" type="note">[31]</a>, которые нетерпеливо гудели, требуя, чтобы развели мост. Вокруг сновали буксиры с красными трубами, их пенистый шлейф покачивал наш шлюп. От склада вытянули баржу с грузом сахара, и она прошла мимо нас. Солнечные блики золотили морскую рябь; жизнь казалась великолепной. Паук запел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Да это же Лу, моя черная Лу,</v>
       <v>Ты где пропадала так долго без звука?</v>
       <v>Сидела в тюрьме,</v>
       <v>Гадала во тьме,</v>
       <v>Возьмет ли мой милый меня на поруки.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Для меня это был бунт, воплощение романтического духа, нечто запретное, но исполненное блеска и смелости. Я знал, что завтра не пойду на консервную фабрику. Завтра я стану устричником, начну разбойничать, как самый удалой пират, — в тех рамках, в каких это возможно в наш век в заливе Сан Франциско. Паук уже дал согласие плавать со мной, представлять в одном лице всю мою команду и даже готовить еду, когда я буду вести шлюп. Порядок жизни у нас будет такой: с утра мы запасаемся провиантом и пресной водой, потом поднимаем большой парус — грот <a l:href="#n_32" type="note">[32]</a> (под таким громадным я еще никогда не плавал!) и, захватив конец отлива, выходим навстречу ветру. Начинается прилив, мы убавляем паруса, несемся к острову Аспарагус и там становимся на якорь за много миль от берега. Наконец-то осуществится моя мечта: я буду спать на воде! На следующее утро проснусь, а вокруг — вода, и потом все время, день и ночь, на воде.</p>
     <p>Когда на закате Француз Фрэнк собрался доставить своих гостей на берег, Королева попросила меня перевезти ее отдельно в моем ялике. Однако я не понял, почему Фрэнк вдруг передумал ехать на берег и, поручив гостей Виски Бобу, сам остался на шлюпе. Не понял я также, почему Паук шепнул мне с ухмылкой: «Черт возьми, ты, брат, не зеваешь». Да и могло ли мне прийти в голову, Что седой пятидесятилетний дядя ревнует ко мне, мальчишке?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В понедельник рано утром мы встретились, как было условлено, в пивной Джонни Хейнхолда под вывеской «Последний шанс» для завершения сделки. Я уплатил причитающиеся деньги и получил купчую, после чего Француз Фрэнк заказал угощение. Меня это не удивило: очевидно, есть такой обычай, притом логичный, — получивший деньги «обмывает» сделку в том заведении, где она заключена. Удивило меня другое: чек) ради Фрэнк угощает всех? Вот мы с ним выпили вдвоем, это правильно, но зачем приглашать еще Джонни Хейнхолда, хозяина пивной?</p>
     <p>Я сразу прикинул, что он зарабатывает и на той рюмке, которую выпивает сам. Уж так и быть, пригласи Паука и Виски Боба: все-таки друзья, вместе плавали; но при чем тут портовые грузчики Билл Келли и Суп Кеннеди?</p>
     <p>Вскоре к нам присоединился Пэт, брат Королевы, и нас уже стало восемь. День едва начинался, но все заказали себе виски Что мне оставалось делать в этой компании мужчин, которые принялись пить с самого утра? «Виски!» приказал я небрежным тоном, будто для меня это самое привычное дело. Я опрокинул рюмку в горло. Бр-р! У меня по сей день на языке вкус этой дряни.</p>
     <p>Узнав, что Француз Фрэнк уплатил за угощение восемьдесят центов, я пришел в ужас. Восемьдесят центов! Моя бережливая душа возмутилась. То, что пропито шутя, за один миг, равнялось моему заработку на фабрике за восемь часов. И что толку — горечь, и все! Транжир он, этот Француз Фрэнк, что и говорить!</p>
     <p>Я не мог дождаться, чтобы уйти оттуда и поскорее побежать на мой чудесный шлюп. Но почему-то никто уходить не собирался.</p>
     <p>Даже Паук, воплощавший в одном лице мою команду, медлил.</p>
     <p>А я, дурак, так и не догадался, чего они ждут. Уже потом я часто старался представить себе, как я тогда выглядел в их глазах: приняли чужака в компанию, угощают, а он хоть бы раз поднес людям по рюмочке!</p>
     <p>Француз Фрэнк, озлившийся на меня еще накануне, получив все деньги за «Карусель», перестал скрывать свою злобу И почувствовал это, заметив его недобрый взгляд, но причины не мог понять. Чем ближе я узнавал людей, тем загадочнее они казались. Джонни Хейнхолд перегнулся через стойку и зашептал мне:</p>
     <p>— Он на тебя точит зубы. Остерегайся!</p>
     <p>Я снисходительно кивнул, как человек, умудренный опытом и знающий людскую породу. Но в душе я недоумевал. Господи!</p>
     <p>Я в свои пятнадцать лет только и знал что каторжный труд и чтение, когда выпадала свободная минута. К тому же я был совершенно равнодушен к Королеве устричных пиратов и понятия не имел, что Фрэнк, как истый француз, безумно влюблен в нее.</p>
     <p>Мог ли я догадаться, что невольно нанес оскорбление Фрэнку и что в порту уже ходили злорадные слухи о том, что Королева, едва увидев меня, дала ему отставку? Очевидно, если бы я это знал, то понял бы, почему был не в духе брат Королевы, Пэт.</p>
     <p>Виски Боб отозвал меня в сторону.</p>
     <p>— Мой тебе совет: следи в оба! — зашептал он. — Фрэнк — опасный человек. Я еду с ним в одно место на реке покупать шхуну для ловли устриц. Если встретишься с ним на отмелях, смотри не зевай! Он грозится потопить тебя. Ночью, если узнаешь, что он близко, снимайся с якоря и уходи подальше, да не забудь потушить огни. Понял?</p>
     <p>Еще бы не понять! Я кивнул, поблагодарил за совет, как мужчина мужчину, и вернулся к компании у стойки. Так я и не угостил их. Мне было невдомек, что они этого ждут. Затем мы с Пауком ушли, и у меня даже сейчас горят от стыда уши, когда я пытаюсь представить себе, что говорили тогда мне вслед эти люди.</p>
     <p>Я спросил Паука как бы невзначай, чего это Фрэнк бесится.</p>
     <p>— Ревнует к тебе, оттого и бесится, — последовал ответ.</p>
     <p>— Да что ты! — сказал я и подумал: «Вот чепуха-то!»</p>
     <p>Легко понять, сколько мужской гордости разбудило в пятнадцатилетнем пареньке сообщение, что Француз Фрэнк, которому перевалило за пятьдесят, этот авантюрист и моряк, побывавший на всех океанах, ревнует меня к девушке с романтическим прозвищем «Королева устричных пиратов». Я читал про такое в книгах, но применительно к себе об этом не думал. Может, что и будет со временем, но когда-то еще! Ведь в то утро, когда мы в первый раз подняли грот и, снявшись с якоря, под всеми парусами помчались против ветра в залив, я был совсем еще желторотым птенцом.</p>
     <p>Итак, я простился с изнурительным трудом на консервной фабрике и стал устричным пиратом. Правда, породнила меня с пиратами выпивка, и будущее сулило примерно то же самое. Но не идти же мне из-за этого на попятный! Всюду, где царит вольная жизнь, мужчины пьют. Романтике и приключениям всегда сопутствует бутылка. Ради первого и второго приучайся к третьему! А не хочешь — возвращайся к своим книжкам в бесплатную библиотеку, будешь опять читать о подвигах других, но зато уж о собственных и не помышляй, если не считать подвигом рабский труд у консервной машины за десять центов в час!</p>
     <p>Нет, даже эта нелепая и расточительная страсть моряков к пиву, вину и виски не отпугнет меня от сказочной жизни на воде. Допустим, что им почему-то нравится смотреть, как я пью.</p>
     <p>Что ж, если они все так же будут покупать эту гадость и насильно угощать меня, придется пить. Это будет моя плата за их дружбу. Только не напиваться допьяна! Сумел же я выкрутиться в то воскресенье, когда договаривался о покупке «Карусели», а ведь там, на шлюпе, кроме меня, трезвых не было. Ладно, решено: буду пить, если им это доставляет удовольствие, но постараюсь всеми силами не напиваться.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Общаясь с устричными пиратами и принуждая себя пить, я без всякой внутренней тяги стал превращаться в заправского пьяницу.</p>
     <p>Чем ближе я знакомился с новой жизнью, тем больше прелести в ней находил. Никогда не забуду своего счастья, когда я впервые вышел с пиратской флотилией на ночной лов устриц. На яхте «Энни» собрались пираты — храбрые силачи и щуплые портовые крысы, многие с тюремным прошлым, а впрочем, все они были врагами закона и, следовательно, все — кандидатами на отсидку. На них были резиновые сапоги, рыбацкие робы, они переговаривались хриплым шепотом, а у Большого Джорджа за пояс были заткнуты револьверы в доказательство того, что он шутить не любит.</p>
     <p>Теперь, вспоминая прошлое, я понимаю, что занимался глупым и постыдным ремеслом. Но в те времена я не видел лучшего примера, а Джон — Ячменное Зерно казался другом, и я начинал уже привыкать к нему. Пиратская вольница была мне по душе; теперь я сам становился участником приключений, о которых, до сих пор знал только по книгам.</p>
     <p>Тигр Нельсон (которого звали так в отличие от Старого Тигра — его папаши) плавал на яхте «Северный олень» со своим компаньоном Рыбой. Рыба тоже слыл головорезом, зато уж Нельсон не знал никакого удержу, был попросту бешеный. В двадцать лет он был сложен, как Геркулес. Спустя два года его застрелили в Бенишии, и полицейский следователь утверждал, что такого могучего телосложения никогда еще не встречал, хотя перевидел на своем веку немало покойников.</p>
     <p>Нельсон не умел ни читать, ни писать. С малых лет отец брал его в море, и шхуна стала его вторым домом. Этот парень обладал фантастической силой, в порту за ним ходила слава первого драчуна. У него бывали страшные приступы гнева, когда он совершенно терял рассудок и уж не отвечал за свои поступки.</p>
     <p>Я познакомился с ним, выйдя в первый раз за устрицами; он тянул сеть, хотя была буря и все остальные, бросив по два якоря, не осмеливались подойти к берегу.</p>
     <p>Ох и парень же был этот Нельсон! Неудивительно, что я просиял от гордости, когда, встретив меня возле пивной «Последний шанс», он со мной заговорил. И вообразите, что со мной сделалось, когда он пригласил меня выпить. Мы подошли к стойке, выпили по кружке пива, и он говорил со мной как со взрослым, — об устрицах и судах и о недавнем таинственном происшествии: кто-то простелил дробью грот на яхте «Энни».</p>
     <p>Мы стояли и разговаривали. «Чего мы здесь торчим? — недоумевал я. Пиво выпито. Но разве можно уйти первому, если великому Нельсону нравится стоять здесь, облокотившись на стойку?» Через несколько минут он, к моему удивлению, предложил выпить по второй; я согласился. Беседа продолжалась. Нельсон не проявлял желания уйти.</p>
     <p>Запаситесь терпением — я расскажу, что я тогда думал и какой я был недотепа. Во-первых, мне отчаянно льстило общество Нельсона, который среди устричных пиратов и портовых искателей приключений ходил в героях. На мою беду Нельсону захотелось подпоить меня. У меня не было никаких моральных побуждений не пить пиво, я просто терпеть его не мог. Но разве это причина, чтобы отказаться от общества Нельсона? Ему вздумалось выпить со мной. Отлично, я готов помучиться разок ради его удовольствия.</p>
     <p>Итак, мы продолжали беседу и пили пиво — заказывал и платил Нельсон. Я думаю, его просто разбирало любопытство: что, мол, я за птица? Сколько кружек способен выдуть за его счет, пока не соображу наконец, что и сам должен угостить?</p>
     <p>Выпив шесть кружек и помня свой зарок насчет умеренности, я решил: хватит! Мне нужно на шлюп, пояснил я Нельсону.</p>
     <p>Шлюп стоит на пристани ярдах в ста отсюда.</p>
     <p>Мы простились. Я зашагал к причалу, и со мной — Джон — Ячменное Зерно, перекочевавший до мне из шести кружек пива.</p>
     <p>В голове шумело, но мозг работал превосходно. Я ощущал прилив необычайной гордости: вот и я стал заправским устричником, тороплюсь на собственный шлюп после дружеской выпивки в кабаке с главарем пиратов Нельсоном! Я никак не мог забыть, как мы стояли с ним вдвоем, облокотившись на стойку, и пили пиво.</p>
     <p>Чудаки люди, думал я, что за радость тратить уйму денег на парня, которому и пить-то противно!</p>
     <p>Размышляя на эту тему, я вспомнил, как люди приходят в пивную вдвоем и платят по очереди. А на «Айдлере» мы втроем платили за виски, выложив из карманов всю мелочь. Вспомнил я также правило, которому следуют мальчишки: если ты сегодня угостил приятеля «бомбой» или нугой, другой раз угощает он.</p>
     <p>Так вот почему Нельсон торчал у стойки! Он ждал ответного угощения. А я-то, выхлебав за его счет целых шесть кружек, сам не поставил ни одной! Такое обращение с великим Нельсоном!</p>
     <p>Я почувствовал, что лицо мое заливает краска. Присев на тумбу возле причала, я уткнул лицо в ладони. От стыда у меня горели щеки, шея, лоб. Вряд ли мне приходилось когда-нибудь еще так мучительно краснеть.</p>
     <p>Сидя там, на тумбе у причала, багровый от стыда, я многое передумал и по-новому оценил. Я родился в бедной семье. Вырос в бедности. Часто недоедал. Никогда не имел игрушек, как другие дети. Мои самые ранние воспоминания отравлены бедностью, постоянной нуждой. В восемь лет я впервые надел нижнюю сорочку, купленную в магазине, и то лишь нижнюю. Когда ее стирали, я вынужден был снова облачаться в какое-нибудь немыслимое изделие домашнего шитья. Я так гордился своей новой сорочкой, что ни за что не хотел надевать на нее верхнюю. Из-за этого я впервые восстал против матери и, хотя довел себя до истерики, все же добился, что она разрешила мне носить сорочку напоказ — как верхнюю.</p>
     <p>Только тот, кто голодал, способен по-настоящему оценить пищу, только моряки и жители пустынь знают цену питьевой воде. И только ребенок, умеющий мечтать, привыкает дорожить тем, что было долго ему недоступно. Еще в раннем детстве я убедился, что должен всего добиваться сам. Воспитанный в бедности, я вырос скуповатым. Первыми моими самостоятельными приобретениями явились серии картинок от папирос, альбомы-премии табачных фабрикантов и их рекламные плакаты. Родители не давали мне денег из моего заработка, и я выменивал остававшиеся газеты на эти сокровища. Если попадались два одинаковых экземпляра, я выменивал их у ребят на что-нибудь другое; бегая по городу с газетами, я мог с легкостью совершать операции подобного рода и пополнять свои богатства.</p>
     <p>В скором времени я был уже обладателем всех серий табачных реклам: «Знаменитые скаковые лошади», «Парижские красавицы», «Женщины всех национальностей», «Флаги всех наций», «Знаменитые актеры», «Чемпионы бокса» — и тому подобных.</p>
     <p>Каждая серия была в трех видах: на карточках, на плакатах и в альбомах.</p>
     <p>Затем я начал собирать вторые экземпляры альбомов и выменивать их на другие сокровища, которые ребята покупали на деньги родителей и, конечно, не могли понять их подлинной ценности — не то что я, у которого никогда не было ни цента на расходы. Я менял почтовые марки, камни, птичьи яйца, игральные шарики. (У меня была великолепная коллекция агатов, какой не было ни у кого из мальчишек. Моей гордостью было несколько штук, ценою не менее трех долларов; мне их оставил в залог за двадцать центов один паренек-рассыльный. Выкупить их он не успел, так как его забрали в исправительную колонию.)</p>
     <p>Я готов был менять и менять, пока не получал тот или иной вожделенный предмет. В этом деле я достиг совершенства и заработал себе репутацию сквалыги. У меня и старьевщик мог заплакать под конец нашего торга. Ребята звали меня на помощь, если им надо было продать тряпье, бутылки, старые мешки или бидоны из-под керосина, и платили мне комиссионные за услуги.</p>
     <p>Вот таков был этот подросток, сидевший сейчас на пристани: бережливый, расчетливый, привыкший в поте лица зарабатывать на фабрике десять центов в час, а в эту минуту занятый размышлением о том, что пиво по пять центов кружка поглощается с быстротою молнии и без всякой пользы. Я попал в среду людей, которыми восхищался. Мне льстило их общество. А разве вечное крохоборство и скаредничество приносили мне когда-нибудь хоть долю того острого наслаждения, которое я испытал среди устричных пиратов? Так что дороже: деньги или наслаждения? Эти люди без всякой жалости швыряют на ветер пятаки — много пятаков. Им наплевать на деньги, они могут, глазом не моргнув, угостить восемь человек виски по десять центов стопка, как сделал это Француз Фрэнк или Нельсон, который выбросил давеча шестьдесят центов на пиво для двоих!</p>
     <p>Решай же! Дело серьезное. Перед тобой выбор: деньги или товарищи, скупость или романтика. Либо забудь, как дороги день-ч ги, либо откажись от дружбы с этими людьми, у которых непонятная страсть к крепким напиткам.</p>
     <p>Я зашагал назад к пивной; возле нее по-прежнему околачивался Нельсон.</p>
     <p>— Зайдем выпьем по кружке! — пригласил я.</p>
     <p>Мы снова подошли к стойке, выпили, потолковали, но на сей раз десять центов платил уже я. Целый час работы у машины за кружку этой мерзости, которой и пить совсем не хочется! Но теперь мне это было уже нетрудно. У меня теперь был новый взгляд на вещи. Не деньги — главное. Главное дружба!</p>
     <p>— Еще кружечку? — спросил я.</p>
     <p>Мы выпили по второй, и на сей раз тоже за мой счет. Нельсон, как опытный пьяница, приказал хозяину, стоявшему за стойкой:</p>
     <p>— Мне маленькую, Джонни!</p>
     <p>Тот кивнул и налил ему треть порции, хотя взял все равно пять центов.</p>
     <p>К этому времени я был уже под хмельком, и такое жульничество меня не обеспокоило. Вообще я учился. По-видимому, дело не в количестве выпитого теперь даже я это понимал. Мы с Нельсоном достигли той стадии, когда пьешь уме не ради пива, а лишь для поддержания дружбы. Еще одно важное открытие: я тоже могу себе заказывать небольшие порции, и бремя дружбы станет на две трети легче.</p>
     <p>— Пришлось сбегать на шлюп за деньгами, — заметил я небрежным тоном, отхлебывая пиво, надеясь, что Нельсону станет ясно, почему я позволил себе выпить шесть кружек за его счет.</p>
     <p>— Да что ты, зачем было ходить? — удивился он. — Такому парню Джонни дал бы с удовольствием в кредит. Правда, Джонни?</p>
     <p>— Еще бы! — ухмыльнулся Джонни.</p>
     <p>— Сколько там у тебя за мной записано? — полюбопытствовал Нельсон.</p>
     <p>Джонни вытащил из-под стойки конторскую книгу, нашел в ней лист с фамилией Нельсон и что-то подсчитал. Оказалась сумма в несколько долларов. Мне сразу захотелось тоже иметь личный счет в этой книге. Это показалось мне признаком наивысшей солидности.</p>
     <p>Выпив еще несколько кружек, за которые я тоже уплатил, Нельсон собрался уходить. Мы распрощались, как добрые друзья, и я побрел на пристань, где стояла «Карусель». Паук в это время готовил ужин и разводил огонь.</p>
     <p>— Где это ты так наклюкался? — усмехнулся он, оглядев меня с трапа.</p>
     <p>— Да это мы там, с Нельсоном, — бросил я небрежно, стараясь скрыть свою гордость.</p>
     <p>Тут меня осенила мысль, ведь и Паук из их компании! Теперь, настроившись на новый лад, начну практиковаться.</p>
     <p>— Пошли, — сказал я, — айда к Джонни, выпьем!</p>
     <p>По дороге мы встретили Рыбу, только что сошедшего на берег. Компаньон Нельсона, усатый Рыба, был славный малый лет тридцати, удалой и красивый эта кличка вовсе не шла к нему.</p>
     <p>— Пойдем выпьем! — предложил я.</p>
     <p>Он принял мое приглашение, и мы продолжали путь уже втроем. В дверях пивной мы столкнулись с выходившим оттуда Пэтом, братом Королевы.</p>
     <p>— Куда бежишь? — спросил я, поздоровавшись. — Мы тут собрались выпить. Давай с нами за компанию!</p>
     <p>— Да я уже! — ответил он.</p>
     <p>— Что значит «уже»? Можно еще одну!</p>
     <p>Пэта не пришлось долго уговаривать, и после двух кружек пива я приобрел его расположение. Да, в этот день я многое узнал про Ячменное Зерно. Не беда, что пить противно. За десять центов, почти что даром, хмурый и вечно недовольный парень, готовый стать моим врагом, превратился в доброго друга. Мы с ним мирно посудачили о том, как идет устричный лов, о разных происшествиях в порту, и он даже повеселел и стал глядеть приветливо.</p>
     <p>— Мне маленькую, Джонни, — скомандовал я, хотя остальные все взяли по большой.</p>
     <p>Надо было слышать, каким небрежным тоном опытного кутилы я это произнес. Наверняка, кроме Джонни Хейнхолда, никто не угадал, что я еще новичок.</p>
     <p>До моего слуха донеслось, как Паук потихоньку спросил его:</p>
     <p>— Где это он успел нализаться?</p>
     <p>— Да они тут с Нельсоном, почитай, с двух часов пировали, — ответил Джонни.</p>
     <p>Я не подал виду, что слышал, но душа моя возликовала.</p>
     <p>Даже кабатчик признал меня мужчиной! «Они тут с Нельсоном пировали»… Дивные слова! Кабатчик совершил обряд посвящения пивной кружкой!</p>
     <p>Мне вспомнилось то утро, когда Француз Фрэнк угощал Джонни, продав мне «Карусель». Увидев, что всем налито, я сказал: «И себя не забудьте, Джонни!» Получилось так, будто я давно уже собирался это сказать, да вот увлекся разговором с Рыбой и Пэтом.</p>
     <p>Джонни метнул на меня пронзительный взгляд, поражаясь, должно быть, тому, как быстро я постигаю эту науку, и налил себе виски из отдельной бутылки. На миг мое бережливое сердце сжалось. То, что он налил себе, стоит десять центов, а то, что нам, — пять. Но я тут же прогнал эту недостойную мысль и, вспомнив свои новые принципы, постарался себя не выдать.</p>
     <p>— Запишите в кредит, ладно? — сказал я, когда мы осушили кружки, и был вполне счастлив, узрев на чистом листе его книги свое имя и цифру 30 — за поставленное мною угощение.</p>
     <p>Воображение дорисовало мне эту страницу в будущем: много-много перечеркнутых колонок цифр, а последняя — открытая.</p>
     <p>Я угостил всех по второй, и, к моему удивлению, Джонни не остался в долгу за выпитое на десять центов виски. На сей раз он взял все на свой счет и расквитался со мной, как я прикинул, полностью.</p>
     <p>— А теперь пойдем в «Сент-Луис», — предложил Паук, когда мы вышли на улицу. Пэт ушел домой — он весь день грузил уголь, — а Рыба побежал к себе на шхуну готовить ужин.</p>
     <p>Мы отправились в «Сент-Луис» вдвоем. В этой пивной я был впервые. В большом зале собралось человек пятьдесят, главным образом портовые грузчики. Там я снова встретил Супа Кеннеди и Билла Келли. Заглянул также и Смит с «Энни», тот самый, который носил револьверы за поясом. Явился и Тигр Нельсон.</p>
     <p>Я познакомился там, кроме того, с новыми людьми — с братьями Виги, владельцами этой пивной, и с Джо по кличке Гусь, у которого были злые глаза и перебитый нос. Этот Гусь носил пестрый жилет и играл на губной гармошке, как ангел, так сказать, подгулявший ангел. Он славился своими буйными попойками, изумлявшими и восхищавшими даже портовых забулдыг Окленда.</p>
     <p>Угощая новых собутыльников (которые, кстати, и сами не скупились), я вдруг подумал, что на этой неделе вряд ли смогу вернуть очередную часть долга моей кормилице Дженни. «Ну, ничего, — решил я, или, вернее, решил за меня Джон — Ячменное Зерно, — ты мужчина, тебе надо знакомиться с людьми. Няня Дженни обойдется без твоих денег. Она же не умирает с голоду. У нее наверняка есть еще деньги в банке. Пусть подождет, понемногу все выплатишь».</p>
     <p>Таким образом я узнал еще одно свойство Джона — Ячменное Зерно. Он разрушает нравственные устои. Нечестные поступки, казалось бы, немыслимые, когда ты трезв, пьяный совершает без угрызений совести. Тут ты не властен, ибо Джон — Ячменное Зерно встает между твоими внезапными желаниями и нравственными правилами, которым ты всегда следовал.</p>
     <p>Я перестал думать о своем долге няне Дженни и, знакомясь с новыми людьми, уже не жалел медяков. А в голове шумело все сильнее. Не знаю, кто уволок меня в этот вечер на шлюп и уложил на койку, — по всей вероятности, Паук.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Итак, я добился того, что меня стали считать мужчиной.</p>
     <p>У меня установились великолепные отношения с портовым людом и с устричными пиратами. Они находили, что я славный малый и далеко не робкого десятка. Между прочим, усвоив тогда на пристани новый взгляд на деньги, я навсегда потерял к ним интерес. Никто больше не называл меня скрягой, наоборот, мое легкомысленное отношение к деньгам служит и теперь источником тревоги для многих моих родных.</p>
     <p>Я настолько отрешился от скупости, что передал через кого-то наказ матери созвать ребят с нашей улицы и раздать им мои коллекции. И даже ни разу не полюбопытствовал, кому что досталось. Я стал мужчиной и постарался забыть все, что связывало меня с детством.</p>
     <p>Моя репутация упрочивалась. Услышав рассказ о том, как Фрэнк сделал попытку налететь на «Карусель» со своей шхуной, а я стоял, наведя на него двустволку, прихватив ногами румпель, чтобы удержать шлюп на курсе, портовый народ говорил:</p>
     <p>«В этом парне что-то есть, даром что молод!» И, желая доказать, что это действительно так, я вдвоем с помощником то, бывало, доставлю на рынок больше устриц, чем все остальные суда, то первым вернусь к рассвету на якорную стоянку близ острова Аспарагус после артельного набега на дальнюю, южную часть залива. А однажды в пятницу утром после ночного лова я привел свою «Карусель» в Окленд, потеряв руль, но зато первым из всей флотилии и без всякой конкуренции успел выгодно сбыть свой товар в этот традиционный рыбный день. Был еще такой случай: я привел «Карусель» под кливером <a l:href="#n_33" type="note">[33]</a>, потому что Скотти спалил мой большой парус — грот (да, не удивляйтесь, тот самый Скотти, с которым мы когда-то кутили на «Айдлере»; после Ирландца, сменившего Паука, он стал на некоторое время моим помощником).</p>
     <p>Однако мою репутацию упрочили не только подвиги на воде.</p>
     <p>И на суше я считался теперь компанейским парнем, не жалеющим денег на угощение. Это-то и обеспечило мне прозвище «Король устричных пиратов». Я и не гадал, что оклендские портовые кутилы, первое время ошеломлявшие меня своим поведением, вскоре будут, в свою очередь, поражены моими отчаянными выходками.</p>
     <p>Что бы ни случилось в жизни, это всегда отмечалось выпивкой. Кабак это клуб бедняков, кабак — место их сборищ. Мы уславливались о встречах то в одном кабаке, то в другом. В кабаке мы праздновали успех, в кабаке оплакивали неудачи, в кабаке заводили новые знакомства.</p>
     <p>Разве можно забыть день моего знакомства с отцом Нельсона, по кличке Старый Тигр? Это произошло в пивной «Последний шанс». Нас познакомил Джонни Хейнхолд. Один тот факт, что старик — отец силача Нельсона, сам по себе был достоин внимания. К тому же он владел и командовал каботажной шхуной «Энни Майн», и я мечтал поступить к нему матросом. Но важным для меня было то, что он как бы олицетворял романтику. Это был голубоглазый светловолосый сухощавый викинг, сильный и мускулистый, несмотря на возраст. В старое время, когда профессия моряка была весьма опасной, он плавал по морям под флагами всех наций.</p>
     <p>Я слышал о нем много фантастических историй и привык издали относиться к нему с обожанием. Благодаря кабаку мне удалось узнать его поближе. Но даже там, если бы не выпивка, знакомство могло ограничиться рукопожатием или в лучшем случае — двумя-тремя фразами (старик был неразговорчив).</p>
     <p>— Не выпьете ли кружку пива? — предложил я с любезной настойчивостью, выдержав короткую паузу, которой, по моим наблюдениям, требовал трактирный этикет.</p>
     <p>Разумеется, приняв мое угощение, Нельсон должен был поговорить со мной, а Джонни, как полагается хозяину, подавал тактичные реплики на общие темы. После того как мы выпили по кружке, капитан Нельсон также счел своим долгом угостить меня. Это еще больше оживило нашу беседу, и Джонни, видя, что его участие больше не требуется, занялся другими посетителями.</p>
     <p>Чем больше мы пили, тем приветливее становился капитан Нельсон. Он нашел во мне внимательного слушателя, который хорошо знал из книг о жизни моряков. И, начав вспоминать в этот летний день свою бурную молодость, он рассказал мне много интереснейших историй. Если бы не Джон — Ячменное Зерно, если бы не пиво, которое я подливал ему щедрой рукой, старый морской волк едва ли просидел бы со мной до вечера.</p>
     <p>Заботливый Джонни Хейнхолд украдкой дал мне знак со своего наблюдательного пункта за стойкой, что я хмелею и пора переходить на «маленькую». Но покуда капитан Нельсон пил большими кружками, гордость не позволяла мне отставать от него.</p>
     <p>И лишь когда старый шкипер потребовал себе малую кружку, я последовал его примеру. Ох и пьян же я был, когда наступило время трогательного и долгого прощания! Но я был доволен, что мне удалось напоить Старого Тигра. Юношеская скромность не позволила мне заподозрить, что опытный старый пират пьян еще сильнее, чем я.</p>
     <p>Мне рассказывали потом Паук, Пэт, Рыба, Джонни Хейнхолд и другие, что Нельсон очень хорошо обо мне отзывался, — какой, мол, прекрасный паренек… Для старика это было особенно необычно, — все знали его злой, жестокий нрав. Он никогда ни о ком не говорил ничего хорошего (даже свое прозвище Тигр он получил за привычку в припадке бешеного гнева бросаться на человека и впиваться острыми ногтями ему в лицо). А я заслужил его расположение исключительно благодаря Джону — Ячменное Зерно!</p>
     <p>Я привел этот случай лишь как один из примеров тех многочисленных приманок, соблазнов и услуг, с помощью которых Джон — Ячменное Зерно вербует себе приверженцев.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>И все же у меня не развилось органической потребности в алкоголе. Хоть я пил очень много все эти несколько лет, естественной тяги к вину я не испытывал. Попойки вошли в мою жизнь, так же как в жизнь окружавших меня людей. Но на шлюп я не брал с собой ничего спиртного, на воде мне не хотелось пить. И только поставив «Карусель» у причала и войдя в одно из питейных заведений, где вино лилось рекой и каждый пил и угощал других, я чувствовал, что, как мужчина, обязан тоже пить во исполнение своего общественного долга.</p>
     <p>Бывало и так, что во время стоянки на городской пристани или на песчаной отмели мне наносили визит Королева с сестрой в сопровождении братца Пэта и миссис Хедли. Как хозяин шлюпа, я должен был оказывать им гостеприимство, в их понимании этого слова. Посему я срочно посылал на берег Паука, Ирландца или Скотти (в зависимости от того, кто из них составлял в то время мою команду), сунув ему в руки бидон для пива или бутыль для красного вина. Бывали и другие визитеры: мордастые полисмены и сыщики, обычно поднимавшиеся на борт «Карусели» в тот момент, когда под покровом тьмы я продавал устрицы, и так как мы все были во власти этих людей, приходилось угощать из устрицами с острым перечным соусом и ставить на стол кувшины, полные пива, а то и бутылки с более крепкими напитками.</p>
     <p>Но сколько я ни пил, Джон — Ячменное Зерно не становился мне милее. Мне нравилось его умение создавать дружескую атмосферу и не очень нравился он сам. Находясь в обществе пьющих, я всегда старался поддерживать свое мужское достоинство, но в глубине души по-прежнему позорно мечтал о сладостях. Впрочем, я скорее бы умер, чем позволил другим узнать мою тайну. Зато, спровадив «команду» на ночь в город, я предавался наедине своей страсти. Я шел в библиотеку, менял там книги, потом покупал на двадцать пять центов конфет разных сортов, какие можно долго сосать, шмыгал к себе на шлюп, запирался в каюте и, лежа на койке, часами блаженствовал за книгой, отправляя в рот одну конфету за другой. Вот тогда-то я действительно испытывал удовольствие. Четвертак, потраченный в кондитерской лавчонке, приносил мне куда больше радости, чем доллары, выброшенные в кабаках.</p>
     <p>Втягиваясь в пьянство, я стал подмечать, что все яркие моменты жизни неизменно связаны с возлияниями. Каждое из них было памятным событием. Такие люди, как Джо Гусь, вели счет календарю от выпивки до выпивки. Все портовые грузчики еле дожидались субботнего вечера, чтобы напиться. Мы, устричные пираты, обычно пили, уже распродав свой товар, хотя нередко две-три рюмки и встреча со случайным приятелем влекли за собой внеочередную попойку.</p>
     <p>Именно такие попойки нравились мне больше всего. В это время всегда происходило что-нибудь неожиданное и волнующее.</p>
     <p>Например, в одно воскресенье Нельсон с Фрэнком и капитаном Спинком выкрали у Виски Боба и Ники-Грека лодку для ловли лосося, которую те, в свою очередь, стащили у кого-то. На устричной флотилии произошли перемены. Нельсон подрался с Биллом Келли на «Энни» и ходил с простреленной левой рукой. Затем, поссорившись с Рыбой, он потерял компаньона и начал плавать на «Северном олене» с рукой на перевязи, командуя двумя новыми матросами, но те, испугавшись его дикой удали, вскоре бежали от него. На берегу они рассказывали такие истории о его страшной вспыльчивости, что никто не соглашался к нему идти. Из-за отсутствия команды его шхуна стояла на якоре у песчаной отмели.</p>
     <p>Рядом стояла моя «Карусель», оставшаяся без грот-паруса. На ней жили мы со Скотти. Виски Боб расстался с Фрэнком и отправился промышлять вверх по реке вдвоем с Ники-Греком.</p>
     <p>Результатом этой экспедиции явилась новенькая лодка для ловли лосося, украденная у рыбака-итальянца. Бедный итальянец обошел всех устричных пиратов, разыскивая свою лодку; из того, что было известно о путешествии Боба и Ники, мы сделали вывод, что похитители — они. Но где же лодка? Сотни рыбаков — греков и итальянцев — обыскали всю реку и весь залив, осмотрели каждую топь и болотце. В конце концов отчаявшийся владелец объявил, что заплатит пятьдесят долларов тому, кто укажет местонахождение лодки. Это повысило наш интерес, но лишь усугубило тайну.</p>
     <p>Как-то в воскресенье ко мне явился старый капитан Спинк и сказал, что ему надо побеседовать со мной с глазу на глаз. По его словам, в это утро он удил рыбу возле старой Аламедской паромной станции. Когда начался отлив, он заметил привязанную к свае под водой веревку, которая тянулась вниз.</p>
     <p>Как он ни старался, он не сумел обнаружить предмет, к которому был привязан другой конец веревки. Подальше он увидел такую же веревку на другой свае, которая тоже пряталась в песке, но и ее вытянуть не удалось. Он уверен, что там зарыта похищенная лодка. Если мы вернем ее владельцу, то получим пятьдесят долларов. Но у меня были своеобразные понятия о воровской чести, и я отказался быть причастным к этому делу.</p>
     <p>Я уже говорил, что Фрэнк поссорился с Виски Бобом, Нельсон тоже был его врагом. (Бедняга Виски Боб! Это был беззлобный, добродушный, слабохарактерный и щедрый человек, выросший в семье бедняков, прирожденный пьяница. Смерть положила конец его пиратской деятельности. Когда его тело выволокли из воды возле берега, оно было пробито во многих местах пулями.) Через час после того, как капитан Спинк ушел от меня, я увидел его на борту «Северного оленя» — он был с Нельсоном. Сзади следовала шхуна Фрэнка.</p>
     <p>Скоро они вернулись, как-то странно, рядом. Когда они подплыли ближе, я увидел, что к «Оленю» и к шхуне Фрэнка пришвартована <a l:href="#n_34" type="note">[34]</a> рыбачья лодка. Была уже середина отлива, и они уткнулись в песок отмели, с лодкой посередине.</p>
     <p>Не откладывая в долгий ящик, Ганс, матрос Фрэнка, спустил шлюпку и стал поспешно грести в северном направлении, к пристани. О цели его путешествия красноречиво говоршщ большая оплетенная бутыль на корме. Мужчинам не терпелось вспрыснуть пятьдесят долларов, заработанных столь легким путем. Так уж принято у приверженцев Ячменного Зерна. Они пьют, празднуя удачу, а если удачи пока нет, пьют за удачу в будущем. Если же постигла неудача, пьют, чтобы ее забыть. Они пьют при свидании с другом и пьют, когда поссорятся и потеряют друга. Если любовь увенчалась счастьем, тут уж сам Бог велел выпить! А если нет, это тем более повод напиться. В периоды бездеятельности они видят свое спасение в пьянстве: тогда и энергия появится и инициатива. В трезвом состоянии их тянет пить, а когда напьются, хочется еще.</p>
     <p>Разумеется, нас со Скотти, как приятелей, тоже позвали на пирушку. Таким образом, и мы помогли делить шкуру неубитого медведя: ведь пятьдесят долларов никто еще не получил! И вот обычный томительно-скучный воскресный день вдруг превратился в чудесный праздник. Мы болтали и пели, смеялись и хвастались своими подвигами, а Фрэнк с Нельсоном следили, чтобы не было пустых стаканов. С городской пристани нас было хорошо видно, и к нам стали стекаться оттуда друзья-приятели. Лодка за лодкой подплывали к нашей стоянке, и Ганс едва успевал курсировать между мелью и берегом то с пустой, то с полной бутылью.</p>
     <p>Вдруг откуда ни возьмись появились совершенно трезвые Виски Боб и Ники-Грек и стали осыпать товарищей-пиратов гневными упреками за то, что те посмели утащить их добычу.</p>
     <p>Фрэнк под нашептывание Джона — Ячменное Зерно произнес ханжескую речь о добродетели и честности и, несмотря на свои пятьдесят лет, вытащил Виски Боба на песок и принялся избивать его. Ники-Грек схватил лопату с короткой ручкой и кинулся спасать товарища, но с ним в два счета расправился Ганс.</p>
     <p>Окровавленных Боба и Ники бросили в лодку, и в ознаменование победы над ними пьянка возобновилась.</p>
     <p>К этому времени гости, пестрое, многонациональное сборище, разгоряченное алкоголем, позабыли всякую сдержанность.</p>
     <p>Воскресли древние споры, вспыхнула стародавняя вражда. В воздухе запахло кровью. Стоило грузчику вспомнить обиду, нанесенную ему когда-то матросом со шхуны, или, наоборот, матросу вспомнить, что его обидел грузчик; стоило устричному пирату кого-то в чем-то обвинить или услышать обвинение по своему адресу, — мгновенно сжимались кулаки и начиналась драка.</p>
     <p>И каждая драка кончалась перемирием и новой выпивкой, причем противники, успокоенные нашими общими усилиями, тут же обнимались и клялись друг другу в вечной дружбе.</p>
     <p>И надо же было Супу Кеннеди выбрать именно такой момент, чтобы явиться за своей старой рубахой, оставленной им на «Олене» еще при Рыбе! В конфликте между Рыбой и Нельсоном он был на стороне первого. Скажем для ясности, что привел его требовать старую рубаху не кто иной, как Джон — Ячменное Зерно: Кеннеди уже успел основательно нагрузиться в пивной «Сент-Луис».</p>
     <p>Слово за слово, пошли в ход кулаки. Это было в кокпите <a l:href="#n_35" type="note">[35]</a>. Увидев, что человек с двумя здоровыми руками напал на однорукого, Фрэнк рассвирепел и швырнул в него железным ломом; не знаю, каким чудом уцелела тогда башка Супа. (Если «Северный олень» еще сохранился, на его фальшборте <a l:href="#n_36" type="note">[36]</a> должны быть видны следы от лома.)</p>
     <p>С искаженным от гнева лицом Нельсон вытащил из лубка свою простреленную забинтованную руку и, отталкивая нас, пытавшихся образумить его, зарычал сквозь пьяные слезы, что уложит Супа Кеннеди одной рукой. Мы были вынуждены пустить их на песок помериться силами. Увидев, что Нельсону приходится очень туго, Фрэнк (а с ним и Джон — Ячменное Зерно) ринулся ему на помощь, что было, конечно, не по правилам. Тогда запротестовал Скотти и потянул Фрэнка назад, а тот в ярости пихнул его в грудь, повалил наземь и стал избивать. Сцепившись в клубок, они откатились футов <a l:href="#n_37" type="note">[37]</a> на двадцать по песку — с трудом их растащили. За это время успели подраться и другие. Их кое-как удалось унять — не без помощи выпивки и других мер. Но Нельсон и Суп Кеннеди не прекращали рукопашной. Время от времени мы подходили к ним с разными советами, вроде: «Швырни ему песку в глаза!» (Это говорилось, когда они отлеживались на песке почти уже без сил.) И песок летел в глаза противнику; потом передышка кончалась, оба вставали и снова дрались до изнеможения.</p>
     <p>Понятно, что все это было убого, бессмысленно и скотски грубо, но постарайтесь понять меня! Мне еще не было шестнадцати, я сгорал от страсти к приключениям, моя голова была набита историями о пиратах и мореплавателях, о разграбленных городах и стычках, а дрянь, которую я пил, еще пуще горячила мой мозг.</p>
     <p>Меня окружала вольница — грубая и дикая, вполне естественная для тех мест, где я жил, и для того времени, которое я выбрал, чтобы родиться. Но я не терял и надежд на будущее. Здесь лишь начало. С отмели морская дорога выведет меня через Золотые Ворота в бескрайний мир приключений, где будут битвы не из-за старого тряпья и краденых рыбачьих лодок, а во имя высоких идей и романтических целей.</p>
     <p>А пока что, к общему удовольствию подгулявшей компании, мы поругались со Скотти: я стал его дразнить за то, что он позволил старику Фрэнку положить себя на обе лопатки; кончилось тем, что Скотти отказался работать у меня и сбежал вечером, захватив пару моих одеял. Ночью, когда устричные пираты валялись мертвецки пьяные, прилив поднял шхуну Фрэнка и «Северного оленя», стоявших на якорях. Рыбачья лодка, полная воды и камней, по-прежнему оставалась на дне.</p>
     <p>Под утро я услышал дикие вопли, доносившиеся с «Оленя», и, ежась от утреннего холода, вылез посмотреть, что случилось.</p>
     <p>Я увидел картину, о которой в порту долго потом вспоминали со смехом. Красавица лодка лежала на песке раздавленная, плоская, как блин, а на ней торчали шхуна Фрэнка и «Олень». На беду, крепкий дубовый форштевень <a l:href="#n_38" type="note">[38]</a> лодки выбил доску из днища «Оленя», и с приливом вода хлынула в пробоину. Нельсон проснулся, когда его койка была уже в воде. Я помог ему откачать воду и заделать пробоину.</p>
     <p>Потом Нельсон приготовил завтрак, и за едой мы обсудили положение. У него не было ни гроша. У меня тоже. О пятидесяти долларах теперь нечего было мечтать: кто станет платить за жалкую груду щепок? Из-за больной руки Нельсон вышел из строя, а команды у него не было. У меня сгорел парус, и я тоже остался без помощника.</p>
     <p>— Давай-ка вдвоем? — предложил Нельсон.</p>
     <p>— Ладно, — ответил я.</p>
     <p>И так я вошел в компанию с Тигром, самым бешеным и необузданным из всех пиратов. Заняв у Джонни Хейнхолда денег, мы запаслись провизией, наполнили бочонки пресной водой и в тот же День отплыли к устричным отмелям.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Признаться, я никогда не жалел, что провел эти сумасшедшие месяцы с Нельсоном. Уж кто-кто, а он умел водить судно, хотя каждый, кто плавал с ним, трепетал от страха. Ему доставляло наслаждение быть всегда на волосок от гибели, выкидывать номера, о которых другие даже не мечтали. У него была мания, что брать рифы <a l:href="#n_39" type="note">[39]</a> — позор. За время нашего совместного плавания я не помню, чтобы на «Олене» были когда-нибудь зарифлены паруса, даже при самом сильном ветре. Оттого у нас никогда не просыхала палуба. Мы шли напролом и плавали только под полными парусами. И когда нам показалось, что Оклендский порт уже не может дать достаточно острых ощущений, мы покинули его и отправились дальше.</p>
     <p>Такое чудесное существование стало для меня возможным лишь благодаря Джону — Ячменное Зерно. Впрочем, за это-то я на него и сердит. Ведь я хотел только одного: вольной жизни, интересных приключений, но добиться этого мог не иначе как при помощи Ячменного Зерна. Так уже было заведено среди людей, избравших подобный образ жизни. И коль скоро я вознамерился жить так, как они, я вынужден был им подражать. Ведь разве удалось бы мне без пива войти в компанию с Нельсоном и подружиться с ним? Если бы я в тот день отказался выпить с ним и не угостил его, он бы не взял меня к себе. Он хотел иметь такого компаньона, с которым можно не только вместе работать, но и вместе кутить.</p>
     <p>Я с головой окунулся в новую жизнь, усвоив неверную мысль, что суть Ячменного Зерна в том, чтобы валить человека с ног и превращать в скота, проведя его сперва сквозь все стадии опьянения, какие только может выдержать железное здоровье.</p>
     <p>Я терпеть не мог вкус алкоголя и шел в кабак лишь для того, чтобы нахлестаться до одури. Еще недавно скупой и бережливый маленький Шейлок, доводивший старьевщика до слез, едва не лишившийся рассудка, когда Фрэнк за минуту растранжирил восемьдесят центов на виски для восьмерых, я теперь сорил деньгами почище любого из самых заядлых пьяниц.</p>
     <p>Помню, раз мы с Нельсоном сошли на берег. У меня было в кармане сто восемьдесят долларов. Я собирался первым делом купить кое-что из одежды, а потом уже выпить. Мне необходимо было приодеться. Все мое имущество было на мне: рваные резиновые сапоги, которые протекали так, что вода в них, к счастью, не задерживалась, рабочий комбинезон за полдоллара, сорокацентовая ситцевая рубаха да парусиновая матросская шляпа. Другой шляпы у меня не было, так что эту приходилось носить и на берегу. Заметьте, что я не упоминаю ни белья, ни носков но той причине, что я их не имел.</p>
     <p>Чтобы попасть в магазин одежды, надо было пройти мимо десятка кабачков. Поэтому я прежде всего зашел выпить. До магазина одежды я так и не добрался. На следующее утро я вернулся на шлюп, без гроша в кармане, одурманенный, но довольный собой, и мы отчалили. На мне было то же тряпье, что и раньше, а от ста восьмидесяти долларов не осталось ни цента. Люди несведующие, пожалуй, не поверят, что молодой парень, совсем мальчишка, способен за двенадцать часов пропить сто восемьдесят долларов. Берусь доказать.</p>
     <p>И я даже не сокрушался об этих долларах. Я был преисполнен гордости: небось теперь местные пропойцы убедились, что я умею сорить деньгами не хуже любого из них. Я доказал сильным людям, что я тоже сильный человек. Они смогли лишний раз убедиться, что я с полным правом ношу титул Короля То, что я стал так относиться к деньгам, было, возможно, реакцией на мое нищенское детство и тяжкий труд, который мне пришлось изведать ребенком. Где-то у меня в мозгу таилась, вероятно, мысль, что лучше быть атаманом забулдыг, чем рабом машины. Когда по двенадцать часов не выходишь из цеха, жизнь лишена событий.</p>
     <p>Зато если, по-вашему, не событие прокутить за двенадцать часов сто восемьдесят долларов, тогда я пас!</p>
     <p>Не стану подробно рассказывать о своей дружбе с Джоном — Ячменное Зерно и лишь отмечу те факты, из которых становится ясно, как он коварен. Меня спасали от белой горячки три обстоятельства: во-первых, очень крепкий организм, во-вторых, здоровая жизнь на море, на вольном воздухе и, в-третьих, то, что я пил только от случая к случаю. Выйдя на промысел, мы никогда не брали с собой ни пива, ни виски.</p>
     <p>Предо мной открывался мир. Я уже знал несколько сот миль водных путей, побывал во многих городах — больших и малых — и рыбачьих деревушках вдоль побережья. Тайный голос гнал меня дальше. Чего я искал? Не знаю, но я чувствовал, что впереди очень много интересного. А Нельсону даже этот кусочек мира казался слишком обширным. Он тосковал по своему любимому Оклендскому порту и в конце концов решил туда вернуться; мы с ним простились как лучшие друзья.</p>
     <p>Оставшись один, я порешил сделать своим штабом старинный городок Бенишию на проливе Каркинез. Здесь, среди целой флотилии рыбачьих баркасов <a l:href="#n_40" type="note">[40]</a>, теснившихся на берегу, обреталась теплая компания пьяниц и бродяг, к которым я теперь примкнул. Я занимался ловлей лосося и бороздил залив и реки в качестве агента рыбачьего патруля <a l:href="#n_41" type="note">[41]</a>, но все больше и больше времени проводил на берегу — набирался опыта по части пьянства, кутил вовсю.</p>
     <p>Перепить меня не мог никто, а я, чтобы побахвалиться, пил частенько куда больше, чем следовало. Однажды утром меня вытащили без чувств из развешенных для просушки рыбачьих сетей, в которых я накануне запутался, спьяну не разглядев, куда иду, не зная, на каком я свете. Пей этому поводу было много разговоров, шуток и смеха, и как тут не выпить? A я ходил героем.</p>
     <p>Шутка ли!</p>
     <p>Зато после беспробудного трехнедельного пьянства я решил: хватит! Вершина достигнута. Пора найти другое развлечение!</p>
     <p>Внутренний голос подсказывал мне — и пьяному и трезвому, — что попойки и разбойничьи набеги — это еще не все. Мое счастье, что я слышал этот голос и слышу его постоянно. Таков уж я от природы.</p>
     <p>В тот момент он звал меня бродить по белу свету. Но это не был голос благоразумия, нет; здесь были и любопытство, и неусидчивость, и жажда прекрасного, которое я, может быть, где-то видел мельком, а может быть, только угадывал. Для чего жить, спрашивал я себя, если считать, что это все? Нет, обязательно есть что-то еще. (Должен подчеркнуть, что, когда я с годами превратился в настоящего алкоголика, этот голос, подсказывавший, что жизнь богата иными гранями, сильно помог мне бороться с Ячменным Зерном.)</p>
     <p>Впрочем, ускорил мое решение переменить жизнь новый чудовищный трюк Ячменного Зерна, показавший, в какую непостижимую бездну может свести опьянение. После одной грандиозной попойки я отправился в час ночи спать к себе на шлюп. В проливе Каркинез очень сильное течение, вода бурлит, как у мельничного колеса. В тот момент, когда я лез к себе на шлюп, был полный отлив. Я не удержался на ногах и бухнул в воду. Ни на причале, ни на шлюпе никого не было. Меня стало относить течением. Но я не испугался. Мне даже понравилось это неожиданное происшествие. Я хорошо плавал, вода ласкала мое разгоряченное тело, как прохладная простыня.</p>
     <p>Но тут-то и отколол свой сумасшедший номер Джон — Ячменное Зерно: вселил в меня дикое желание отдаться воле волн. Я никогда не задумывался о смерти, тем более о самоубийстве. А тут мне взбрело на ум, что это будет прекрасный конец короткой, но яркой жизни. Я, еще не познавший любви ни девушки, ни женщины, ни ребенка, не изведавший еще счастья от общения с искусством, не штурмовавший хладные, как звезды, высоты философии, видевший лишь крохотную — с булавочную головку — частицу великолепного мира, решил, что все уже знаю, все перевидел, все испытал и теперь пора прекратить земное существование. Это, конечно, были его штучки — Ячменного Зерна: окрутил меня, опутал и спьяну тащил умирать.</p>
     <p>О, что-что, а это он умеет! Итак, все перевидено, все трын трава! Чаша переполнилась, я презирал себя за тот скотский образ жизни, который вел последнее время, и понимал, что меня ждет за мой грех. Живой пример несчастные босяки и бездельники, пьянствовавшие за мой счет. У них в жизни ничего уже не осталось. Так что ж, хочешь тоже превратиться в такого? Нет, тысячу раз нет! И я плакал от сладкой грусти, что гибнет юный герой. (Кто не видел меланхолического пьяницу с глазами на мокром месте, непременную принадлежность любого кабака? Если там не найдется более подходящих слушателей, он будет изливать свою душу кабатчику, а тот обязан слушать: за это ему платят!)</p>
     <p>Вода была чудесная. Так и должен умереть мужчина. Джон — Ячменное Зерно затянул другую песню в моем пьяном мозгу.</p>
     <p>Нечего печалиться и плакать! Это смерть героя, который добровольно решил покончить счеты с жизнью. И я стал громко распевать предсмертную песню, пока бульканье и плеск воды не напомнили мне, где я нахожусь.</p>
     <p>Ниже Бенишии, там, где пристань Солано выдается в море, пролив расширяется и образует так называемую Тернерскую бухту. Я плыл в полосе берегового течения, которое идет к пристани Солано и Далее в бухту. Мне было давно известно, что в том месте, где течение огибает остров Мертвеца и несется к пристани, образуется сильный водоворот. Меньше всего мне хотелось попасть на сваи. Тогда мне понадобится лишний час, чтобы выбраться из бухты.</p>
     <p>Я разделся в воде и, с силой выбрасывая руки, поплыл поперек течения. И лишь увидев, что огни пристани остались позади, позволил себе лечь на спину и передохнуть. Огромное усилие не прошло даром: я долго не мог отдышаться.</p>
     <p>Обрадованный, что удалось избежать водоворота, я снова запел свою предсмертную песнь, вернее, попурри, какое мог сочинить экспромтом свихнувшийся от пьянства парень. «Не пой, погоди! — зашептал мне Джон Ячменное Зерно. — На Солано всю ночь люди. Там могут быть железнодорожники. Они услышат тебя, сядут в лодку и поспешат к тебе на помощь, а ты ведь не хочешь, чтобы тебя спасли». Конечно, нет! Еще новости! Лишиться возможности погибнуть героем! Ни в коем случае! И я лежал на спине, под небом, усеянным звездами, смотрел, как проплывают мимо знакомые огоньки пристани — красные, зеленые, белые, — и сентиментально прощался со всеми вместе и с каждым в отдельности.</p>
     <p>Очутившись на середине пролива, я снова запел. Я плыл, изредка делая несколько взмахов руками, отдаваясь течению, погруженный в пьяный полусон. Так прошло несколько часов; перед рассветом холод протрезвил меня настолько, что я стал интересоваться, где я нахожусь, и гадать, успею ли выплыть в залив Сан-Пабло до того, как прилив начнет тащить меня назад.</p>
     <p>Затем я почувствовал, что ужасно устал и окоченел. Хмель прошел, и я уже не хотел умирать. На Контра Коста стали вырисовываться очертания медеплавильного завода Селби и маяк Лошадиного острова. Я решил плыть к берегу Солано, но, обессиленный и замерзший, сложил руки и вверил себя течению, лишь время от времени делая несколько взмахов, чтобы держаться на поверхности воды, которая становилась все беспокойнее, так как начинался прилив. И тут мне стало страшно.</p>
     <p>Я был уже совсем трезв и ни за что не хотел умирать. По многим и многим причинам стоило жить. Но чем больше я находил причин, тем меньше было шансов на спасение.</p>
     <p>Рассвет застал меня у маяка Лошадиного острова. После четырех часов в воде я попал в опасную полосу водоворотов, образуемых быстрыми течениями из проливов Валлехо и Каркинез; вдобавок начавшийся прилив стал нагонять волны из Сан-Пабло, и все эти три силы вступили в борьбу. Поднялся ветер, короткие крутые волны то и дело захлестывали меня, и я уже начал глотать соленую воду. Как опытный пловец, я понимал, что скоро мне крышка. И вдруг откуда ни возьмись появился рыбачий баркас — какой-то грек шел в Валлехо; еще раз мое здоровье и физическая выносливость спасли меня от козней Ячменного Зерна.</p>
     <p>Кстати, должен сказать, что такие отчаянные номера Джон — Ячменное Зерно выкидывает не только со, мною. Статистические данные о проценте самоубийств по его милости раскрывают чудовищную картину. Пусть мой случай не типичен: у здорового, нормального, жизнерадостного юноши нет оснований лишать себя жизни. Но если бы я долго до этого не пьянствовал и нервы и мозг не были у меня отравлены, я в припадке белой горячки не польстился бы на эффект, который сулила мне романтическая гибель. Впрочем, и закоренелые, старые пьяницы, изверившиеся в жизни и потерявшие человеческий облик, тоже чаще всего решаются на самоубийство после длительного запоя, когда их нервы и мозг находятся в полном дурмане.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>И вот я простился с Бенишией, где Джон — Ячменное Зерно едва не прикончил меня, и, подчиняясь внутреннему зову, отправился далее на поиски нового. Но где бы я ни скитался, дорога всегда приводила в кабак. Кабак был клубом бедняков, и только туда мне был открыт доступ. Там можно было заводить знакомства. Там можно было подойти к стойке и заговорить с первым встречным. Куда еще решился бы я зайти в чужом городе во время странствий? Зато, переступив порог кабака, я уже не чувствовал себя одиноким.</p>
     <p>Позвольте мне сделать отступление, уже касающееся наших Дней. В прошлом году я запряг в шарабан четверку лошадей и вместе с Чармиан отправился на три с половиной месяца путешествовать по глухим горным районам Калифорнии и Орегона Каждое утро я садился писать свой роман, а когда кончал ежедневную порцию, мы ехали дальше и к вечеру делали остановку на новом месте. Гостиницы попадались не часто, дорожные условия бывали самые различные, и мне всегда приходилось накануне планировать маршрут, помня в первую очередь о своей работе.</p>
     <p>Надо было и норму выполнить, и выехать вовремя. Иной раз, в предвидении долгого пути, я вставал в пять часов утра и сразу принимался за дело. Когда же до следующего пункта было близко, я мог сесть писать и позже скажем, часов в девять.</p>
     <p>Но сам маршрут, как его планировать? Приехав в любой городок, я ставил лошадей на конюшню и оттуда, не заходя еще в гостиницу, спешил в пивную. Прежде всего выпить — этого хотелось ужасно, но была и деловая причина: получить информацию. Итак, со стаканом в руке я обращаюсь к бармену с привычной фразой: «И себе налейте, пожалуйста!» Мы пьем, и я приступаю к расспросам: в каком состоянии дороги и где можно остановиться?</p>
     <p>— Дайте-ка подумать, — скажет, бывало, бармен, — через Таруотерский водораздел проходит дорога. Прежде она была в хорошем состоянии. Я ездил по ней три года назад. Вот только весной ее завалило. Лучше, пожалуй, спросить Джерри. Эй, Джерри (или Том, или Билл), — крикнет он человеку на другом конце стойки, — как там Таруотерская дорога? Ты по ней ездил на той неделе в Вилкинс.</p>
     <p>И покуда тугодум Джерри, Билл или Том собирается облечь свои мысли в неуклюжую речь, я приглашаю его присоединиться к нам. Начинается обсуждение достоинств той или иной дороги и гостиницы, и за сколько часов я доеду, и где лучшие места для ловли форели. В дискуссию включаются еще какие-то люди — новый повод для выпивки.</p>
     <p>Еще два-три питейных заведения, и, легонько захмелев, я уже знаю почти всех здешних жителей и все, касающееся городка и окрестностей. Я успел познакомиться с местными адвокатами, редакторами газет, политическими деятелями, с приезжими фермерами, охотниками и шахтерами, и вечером, когда мы с Чармиан выходим прогуляться по главной улице, она не может понять, откуда у меня в совершенно чужом городе так много знакомых.</p>
     <p>Вот какую помощь оказывает Джон — Ячменное Зерно, приобретая благодаря этому еще большую власть над людьми. И сколько я ни ездил по свету, я везде наблюдал то же самое. И кабаре в Латинском квартале, и кофейня в глухой итальянской деревушке, и портовый кабачок в приморском городе, и фешенебельный клуб, где пьют виски с содовой, — все они властью Ячменного Зерна сближают людей. В будущем, когда жизнь станет лучше и Джон Ячменное Зерно прекратит существование наряду с другими атрибутами варварства, надо будет подумать о создании новых учреждений вместо кабаков, где люди смогут собираться, знакомиться, находить друг друга и узнавать то, что им нужно.</p>
     <p>Но вернусь к прерванному рассказу. После Бенишии мой путь снова лежал через кабаки. Моральных преград я не ощущал, но вкус алкоголя был мне по-прежнему противен. Вместе с тем при всем почтении к Джону — Ячменное Зерно я стал относиться к нему настороженно: ведь он сыграл со мной злую шутку, потащив топиться, когда я вовсе не хотел умирать. Я пил, но помнил о нем, твердо намереваясь дать ему решительный отпор, если он опять начнет подбивать меня на самоубийство.</p>
     <p>Итак, что ни город, то кабак и новые знакомства. Если мне нечем бывало заплатить за койку, я знал, что в кабаке-то уж, во всяком случае, смогу приставить стул к жарко натопленной печке В кабаке можно было умыться, причесаться, почистить платье. Это были удивительно удобные заведения, и у нас на Западе они встречались на каждом шагу.</p>
     <p>Никуда, ни в чей незнакомый дом я бы так легко не вошел.</p>
     <p>Никто не раскрывал предо мной дверей, не приглашал погреться у огня. Церкви я не знал. Священники были мне чужды, и я даже не стремился к знакомству с ними. Какая бесцветная у них жизнь, думал я, никаких ярких событий, интересных переживаний. В моих глазах священники принадлежали к тому роду людей, которые живут под колпаком: ни шагу с насиженного места, узкие, ограниченные, напичканные предрассудками, рабы системы и порядка. Ни темперамента, ни фантазии, ни чувства товарищества. А мне хотелось, чтобы моими друзьями были хорошие люди — добрые, приветливые, щедрые и великодушные, полные пусть даже безрассудной отваги, но только не заячьи душонки.</p>
     <p>Кстати, именно хороших людей с кипучим темпераментом, готовых на риск, благородных, отзывчивых, обладающих самыми милыми человеческими слабостями, и ловит в свои сети Джон — Ячменное Зерно. Прибавим и это к перечню обвинений: он гасит пламя души, топит в вине живость ума, и если не губит разом своих жертв и не лишает рассудка, то так или иначе калечит их, ожесточает сердца, вытравляя все благородное, что было заложено в них природой.</p>
     <p>И все-таки скажу по опыту зрелых лет, избави меня Бог от того большинства обыкновенных людей, которых нельзя назвать хорошими, ибо от них веет холодом, которые не курят, не пьют, не употребляют бранных слов, но зато ничего не осудят, никогда не совершат смелого поступка. Это все малодушные людишки, глушащие в себе зов жизни, не осмеливающиеся рвать паутину быта. Вы их не встретите в кабаке, но не увидите и на баррикадах. Их не влекут неведомые дали, они не способны самозабвенно полюбить. У них свои заботы: не промочить ноги, не утомить сердце, не упустить возможности добиться маленького обывательского успеха при своих незначительных талантах.</p>
     <p>Итак, на скамье подсудимых Джон — Ячменное Зерно! Сколь ко хороших, ценный людей, чьи недостатки проистекают от их достоинств — от чрезмерной силы, от чрезмерной храбрости, от душевного огня и благородной отваги, Джон — Ячменное Зерно захватывает и уничтожает. Конечно, он уничтожает и безвольных, но я говорю сейчас не о таких. Я говорю о ценнейшем человеческом материале, который он беспощадно сжигает. И все это происходит оттого, что Джон — Ячменное Зерно торчит на каждой улице, на каждом перекрестке. Он всегда доступен, находится под охраной закона, ему отдает честь постовой полисмен, не мешая ему зазывать прохожих и тащить в те места, где собираются славные, смелые люди и пьют мертвую. Если бы Ячменное Зерно убрали с дороги, смелых людей рождалось бы не меньше, но они не губили бы себя, а жили с пользой.</p>
     <p>Я всегда замечал, что пьяницам свойственно чувство товарищества. Бывало, бредешь по шпалам к водокачке — дождаться там товарного поезда — и вдруг наткнешься на компанию «алки» (так называются бродяги, пьющие аптечный спирт). Они громко и весело приветствуют незнакомца, подзывают и предлагают выпить с ними спирт, умело разбавленный водой. И вот я сажусь с ними бражничать; скоро в голове у меня шумит, и Джон — Ячменное Зерно нашептывает мне, что жизнь прекрасна и все мы здесь люди смелые и славные, а главное — свободные, как ветер, хотим — валяемся на земле, хотим — нет, и готовы плевать на все человечество, погрязшее в тесном, затхлом житейском болоте.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_018.jpg"/>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_019.jpg"/>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Вернувшись в Окленд после моих странствий, я снова попал в порт и возобновил дружбу с Нельсоном, который теперь постоянно околачивался на берегу и вел еще более разгульный образ жизни, чем раньше, плавая со мной. Я проводил с ним все время, кроме тех редких случаев, когда меня брали ненадолго на какую-нибудь шхуну, где не хватало рук.</p>
     <p>Таким образом, я лишился тех полезных для здоровья дней, когда занимался физическим трудом на свежем воздухе и не касался спиртного. Теперь я пил ежедневно, не зная меры, — еще не изжил превратного представления, будто вся прелесть Ячменного Зерна заключается в том, чтобы доводить себя до бесчувствия, до скотского состояния. Словно пропитанный алкоголем, я почти не вылезал из питейных заведений, стал кабацким завсегдатаем, если не хуже.</p>
     <p>Теперь Джон — Ячменное Зерно опутывал меня хитрее и коварнее, чем в тот раз, когда увлек топиться в море. Мне было неполных семнадцать лет, я относился с презрением ко всякой постоянной работе и, считая себя не хуже других головорезов, пил вовсю, чтобы не отстать от них. Я не знал детства — слишком рано созрев, был не по годам умудрен житейским опытом и циничен. Судьба еще не подарила мне девичьей любви, но уже протащила сквозь огонь и воду, и я был уверен, что школу жизни и любви прошел с начала и до конца. И эта наука не была мне полезна: отнюдь не пессимист по натуре, я проникся убеждением, что жизнь — дрянная и скучная штука.</p>
     <p>Понимаете, Джон — Ячменное Зерно притуплял мои чувства, отбивал охоту к приключениям, любопытство к жизни. Не все ли мне равно, что находится на другой стороне планеты? И там небось мужчины и женщины, такие же, как у нас, женятся, выходят замуж, тянут лямку, утопая в мелочных заботах, и пьют, конечно, горькую! Не ехать же ради выпивки на край света! Куда проще пойти на угол к Джо Виги — там все к твоим услугам! Или в «Последний шанс» Джонни Хейнхолда. Да и других пивных тьма-тьмущая!</p>
     <p>Чем сильнее пропитывал алкоголь живую ткань моего тела и мозга, тем глуше становился зов жизни. Равнодушие гасило былые беспокойные стремления. Гнить заживо и помереть можно и в Окленде, для этого не надо тащиться за тридевять земель! И если бы я дал полную волю Джону — Ячменное Зерно, то он живо управился бы со мной. Я стал забывать о том, что такое аппетит, зато хорошо знал уже другое ощущение, когда утром встаешь и тебя шатает, нутро сводит, руки трясутся, и ты весь одержим одним желанием: опохмелиться стаканом крепкого виски (о, Джон — Ячменное Зерно умеет закрутить! Тело и мозг, обожженные, оглушенные и отравленные, ждут, что их спасет тот самый яд, который их едва не прикончил!).</p>
     <p>Коварству Ячменного Зерна нет границ. Сперва он пытался подбить меня на самоубийство, потом решил покончить со мной иначе — не менее энергичными мерами. Но, видимо, сочтя и это недостаточным, придумал еще одну уловку и наверняка сгубил бы меня, если бы я сам не поумнел и не начал пить с оглядкой. Я понял наконец, что даже моя редкая выносливость имеет предел, а вот он, Ячменное Зерно, неутомим. Я понял, что за час-другой он может одолеть меня, несмотря на мою крепкую голову, сильные плечи и могучую грудь, положить на обе лопатки и задушить в своих дьявольских тисках.</p>
     <p>Как-то под вечер мы с Нельсоном сидели в пивной «Оверленд». Сидели там только потому, что остались без гроша, а дело было накануне муниципальных выборов. Видите ли, во время предвыборных кампаний местные политические дельцы обычно обходят пивные, охотясь за голосами избирателей. Ну вот, сидит за столиком человек, размышляет, чем бы промочить горло, не угостит ли кто-нибудь стаканчиком, или, может, стоит сходить в другое место попросить в кредит, как вдруг нежданно-негаданно распахивается дверь и входит целая компания хорошо одетых джентльменов, которые держатся со всеми запросто и мигом создают задушевную обстановку.</p>
     <p>Для каждого у них готова улыбка и приветствие — и для тебя, не имеющего пяти центов на кружку пива, и для робкого босяка там в углу, который, конечно, ни в каких избирательных списках не числится, но может быть вписан в них, как временно проживающий в портовой гостинице. Как только в помещение пивной вступили, выпятив грудь, широкоплечие пузатые господа политиканы, которых сам Бог создал оптимистами и хозяевами жизни, ты на коне. Ты чувствуешь, что вечер у тебя не пропал, — начало, во всяком случае, положено. А там, глядишь, Бог пошлет еще какого-нибудь щедрого дядю, вот тебе и полная удача! Не заставляя себя просить, ты устремляешься к стойке, осушаешь стаканчик-другой, и тебя просвещают насчет фамилий джентльменов и того, на какие посты они ждут народного избрания.</p>
     <p>Эти обходы пивных, совершаемые политиканами, помогли мне узнать горькую правду о некоторых сторонах их благородной деятельности и рассеять иллюзии, в свое время внушенные мне чтением таких увлекательных книг, как «Молотобоец» и «Из лодочников в президенты».</p>
     <p>Итак, в тот вечер мы с Нельсоном сидели в пивной с пересохшими глотками и без гроша в кармане, но, как истые пьяницы, с верой в душе, что откуда-то перепадет выпивка. Главная надежда, конечно, была на кандидатов. Вдруг вбегает прославленный кутила Джо Гусь со злыми глазами и перебитым носом, как всегда, в своем пестром жилете.</p>
     <p>— Пошли, ребята, есть даровая выпивка, — говорит он нам, — пей хоть бочку. Я сразу о вас подумал. Только бы не прозевать.</p>
     <p>Конечно, мы заинтересовались:</p>
     <p>— Где это?</p>
     <p>— По дороге расскажу. Пошли, а то опоздаем!</p>
     <p>Он повел нас быстрым шагом в сторону жилой части города.</p>
     <p>— Организует это дело Хэнкокская пожарная команда, — пояснил нам Джо. От нас ничего не требуется, кроме одного: нацепить красную рубаху и пожарную каску и взять в руки факел.</p>
     <p>В Хейуортсе будет шествие. Нас туда повезут на специальном поезде.</p>
     <p>(Кажется, это был Хейуортс. А, впрочем, может быть, Сан-Леандро или Найлс. И хоть убейте, не помню, к какой партии относились хэнкокские пожарники — к демократам или республиканцам. Так или иначе, начальству не хватало народу для участия в шествии, и потому призвали добровольцев с обещанием выпивки.)</p>
     <p>— Там столько всего наготовили! — рассказывал Джо Гусь. — Виски разливанное море! Кандидаты скупили весь запас в кабаках. Все будет даром. Подходи и пей! Ух и кутнем там за милую душу!.</p>
     <p>В помещении пожарных на Восьмой улице, недалеко от Бродвея, мы напялили рубахи и каски пожарных, вооружились факелами, после чего нас повели гуртом на станцию и погрузили в вагоны. Впрочем, пить нам пока не дали, и мы ворчали довольно открыто. Но эти политиканы — народ хитрый: зная, с кем имеют Дело, они и в Хейуортсе ничем нас не угостили. Приказ был такой: сперва походи с факелом, тогда заработаешь выпивку!</p>
     <p>Волей-неволей пришлось подчиниться. Зато когда шествие кончилось, открылись все кабаки. Всюду был нанят дополнительный персонал, у каждой стойки в шесть рядов толпились охотники выпить. Некогда было обтирать мокрые стойки, мыть посуду: буфетчики только успевали наливать. Портовые забулдыги из Окленде ждать не желали!</p>
     <p>Но толпиться в очереди и драться за каждый стакан показалось нам слишком нудным занятием. Все ведь и так наше, верно?</p>
     <p>Для нас же куплено! Разве мы честно не участвовали в факельном шествии? Приняв все это в расчет, мы совершили фланговую атаку: обошли стойку сзади, отпихнули запротестовавших было буфетчиков и захватили полные охапки бутылок.</p>
     <p>На улице мы отбили горлышки о край цементного тротуара и принялись пить. Джо Гусь и Нельсон побаивались неразбавленного виски в больших количествах, а я нет. Я пока еще придерживался ошибочного представления, что нужно пить сколько влезет, — особенно когда это на даровщину. Мы угощали еще кого-то, не забывая, разумеется, и себя; я же хлестал больше всех, — надо признаться, без всякого удовольствия, вспомнив при этом пиво, которым отравился в пятилетнем возрасте, и вино, от которого заболел, когда мне было семь. Я пил виски, как горькое лекарство, всячески стараясь подавить отвращение. Покончив с одной партией, мы направились в другой кабак, оттуда в третий, — всюду бесплатное виски лилось рекой, и всюду мы применяли тот же способ захвата трофеев.</p>
     <p>Не знаю, сколько я выпил — две кварты или пять. Знаю лишь, что в начале пиршества я залпом вливал в себя по четверти кварты виски, не разбавляя и не запивая водой.</p>
     <p>Местные политиканы, достаточно опытные в подобных делах, не позволили оклендским пьяницам застрять в городке. Поэтому перед отправлением обратного поезда специальный патруль обошел все кабаки. Я уже ощущал на себе действие винных паров. Меня и Нельсона выволокли из кабака, и мы оказались в хвосте довольно беспорядочной колонны. Я делал героические попытки идти вместе со всеми, но почти не владел своим телом. Ноги мои подгибались, в голове был туман, сердце громко стучало, легким не хватало воздуха.</p>
     <p>Мои силы быстро таяли, и помутневший рассудок подсказывал, что я упаду и не доберусь до поезда, если буду плестись вот так в хвосте колонны. Я вышел из рядов и побежал по боковой тропинке, протоптанной вдоль дороги, под развесистыми кронами деревьев. Нельсон, смеясь, пустился за мной. Есть вещи, которые навсегда врезаются в память, как кошмарный сон. Я ясно помню пышные кроны и то отчаяние, которое охватило меня, когда я бежал под ними, то и дело спотыкаясь и падая, к великому удовольствию всей пьяной братии. Им-то казалось, что я валяю дурака, чтобы их позабавить. Они и не догадывались, что Джон — Ячменное Зерно вцепился мне в горло мертвой хваткой. Я был с ним один на один, и горькая обида сжала мне сердце: никто понятия не имеет, что я борюсь со смертью! Я, словно утопающий, иду ко дну на глазах у толпы зевак, а они думают, что все это шуточки — им на потеху!</p>
     <p>Пробежав немного, я упал и потерял сознание. Очевидцы рассказывали мне, что было после. Силач Нельсон поднял меня на руки и понес на станцию. Он втащил меня в вагон и бросил на скамью, но я бился и хрипел. Не отличаясь чуткостью, Нельсон все-таки сообразил, что со мной дело плохо. Теперь я понимаю, что был тогда на волосок от смерти. Пожалуй, так близок к ней я не был никогда. Но я не знал, что со мной тогда творилось, — это мне рассказал уже Нельсон.</p>
     <p>Нутро мое горело адским пламенем, у меня было такое чувство, что я сейчас задохнусь. Воздуха! Воздуха! Я рванулся открыть окно, но оно не поддалось: все окна в вагоне были завинчены гайками. Нельсон решил, что у меня белая горячка и я хочу выброситься из окна. Все его попытки усмирить меня ни к чему не привели. Я схватил чей-то факел и трахнул по стеклу.</p>
     <p>Надо сказать, что среди оклендских портовых пьяниц существовали две группировки: за Нельсона и против. В вагоне были представители обеих, причем сильно подвыпившие. Когда я разбил окно, противники Нельсона обрадовались случаю. Один из них размахнулся и дал мне в зубы, да так сильно, что я не устоял на ногах.</p>
     <p>Это послужило сигналом для общей свалки. Обо всем этом я узнал потом; дополнительным свидетельством служила моя щека, к которой на следующий день невозможно было притронуться. Зато мой обидчик получил по заслугам и рухнул на меня, а Нельсон навалился на него сверху всем телом; после этого началось такое побоище, что скоро не осталось ни одного целого окошка, да и сам вагон едва не разнесли в щепки.</p>
     <p>Пожалуй, это было мое счастье, что меня подбили и вывели из игры. Резкие движения, которые я делал во время драки, усиливали сердцебиение, и мои несчастные легкие требовали больше кислорода.</p>
     <p>Когда драка кончилась и я открыл глаза, я был еще без сознания. Так тонущий человек, ничего не сознавая, машинально продолжает борьбу со стихией. Не помню, что я делал, но я до того отчаянно кричал: «Воздуха! Воздуха!», — что Нельсон сообразил: положение серьезное и тут не пахнет самоубийством. Он вытащил из оконной рамы битое стекло и дал мне высунуться наружу по плечи и придерживал меня за пояс, чтобы я не выпал. Так я проехал до самого Окленда, отвечая буйным сопротивлением на все попытки Нельсона втащить меня обратно в вагон.</p>
     <p>Только наглотавшись вволю воздуха, я почувствовал, что ко мне возвращается сознание. Единственное ощущение, запомнившееся мне с той минуты, когда я упал на тропинку под деревом, до той, когда проснулся на следующий вечер, было ощущение смертельного удушья: я стою, высунув голову из окна, поезд мчится, в ушах свистит ветер, искры от паровоза обжигают мне лицо, а я жадно открываю рот и никак не могу надышаться.</p>
     <p>Я заставлял себя дышать как можно глубже, резкими, короткими вздохами накачивая в легкие как можно больше воздуха. Я понимал, что иначе смерть; у меня был опыт пловца, умевшего держаться под водой; в те мгновения, когда ко мне возвращалось сознание, возвращалось и ощущение мучительного удушья, и я спасался лишь тем, что подставлял лицо ветру и искрам и дышал, ненасытно дышал.</p>
     <p>Больше ничего не помню. Я пришел в себя на следующий вечер в портовой ночлежке. Рядом со мной никого не было. Никто не вызвал доктора: я мог очень просто отдать Богу душу. Но Нельсон и остальные решили, что мне с похмелья лучше всего выспаться, и оставили меня одного в обморочном состоянии на целых семнадцать часов. Врачам известно, сколько людей гибнет от кварты виски. Обычно пишут, что это были опытные пьяницы, но они погибли оттого, что пили на пари — кто кого перепьет.</p>
     <p>В то время я, конечно, этого не знал. Итак, я получил еще один урок. Тем, что я выжил, я обязан не доблести или заслугам, а счастливой судьбе и крепкому здоровью. Здоровье снова одержало верх над Джоном — Ячменное Зерно. Я спасся от новой западни, еще раз выкарабкался из трясины и, поняв всю степень риска, научился пить с большей осторожностью, чем прежде.</p>
     <p>О Господи! С тех нор прошло двадцать лет, и — должен признаться — я не потерял времени даром: многое перевидал, многое пережил и сделал, потому я содрогаюсь каждый раз при мысли, что этих чудесных двух десятилетий могло и не быть. А ведь никак не скажешь, что Джон — Ячменное Зерно не потрудился надо мной во время кутежа с хэнкокскими пожарниками!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Отправиться в дальнее плавание я задумал еще в начале зимы 1892 года. И вовсе не потому, что поездка с пожарниками в Хейуортс послужила мне уроком. Я по-прежнему пьянствовал и почти не вылезал из кабаков. Я понял, что виски не приводит к добру, но ничего предосудительного в нем не видел. Виски опасно, но не менее опасно и многое другое! Да, кое-кто умирает от виски, но разве не может случиться, что у рыбака перевернется лодка и он утонет? А с бродягами не бывает ли несчастных случаев: попал под поезд — и готово! Если делать все с умом, тогда не страшны ни ветер, ни море, ни поезда, ни пивные! Люди пьют, пей и ты, только соблюдай осторожность, чтобы не повторились те времена, когда ты хлестал по целой кварте, если не больше!</p>
     <p>Итак, я понял, что Джон — Ячменное Зерно ведет своих приверженцев к гибели, и потому решил отправиться в плавание.</p>
     <p>Правда, смертная стезя представлялась мне еще довольно туманно, но я уже видел две тропы, кое-где переплетавшиеся. Прежде всего, присматриваясь к окружающим, я заметил, что жизнь, которую ведем мы, любители пьянства, куда опаснее, чем жизнь остальных людей.</p>
     <p>Джон — Ячменное Зерно подавляет нравственные устои и толкает на преступления. Я убедился, что пьяный способен на такие дела, каких никогда бы не замыслил, если бы не выпил. Но это еще не самое страшное. Самое страшное — наказание. Преступление губит преступника. Мои собутыльники — в трезвом состоянии славные, безобидные ребята, — напившись, превращались в бандитов и головорезов. Их забирали в полицию, и мы уже ставили на них крест. Мне давали кое с кем из ник свидание перед отправкой на ту сторону залива в тюрьму. И очень часто я слышал из их уст: «Если бы я не был тогда пьян!..» По милости Ячменного Зерна творились такие чудовищные дела, которые потрясали даже мою огрубевшую душу.</p>
     <p>Вторая смертная тропа уготовлена для хронического алкоголика. Такой может ни с того ни с сего протянуть ноги. Захворает какой-нибудь пустячной болезнью, ни для кого не опасной, и, глядишь, угаснет как свечка. И его, одинокого, неухоженного, найдут в один прекрасный день в постели мертвым. А иной утонет или станет жертвой несчастного случая, как Билл Келли, например, который, будучи пьян, разгружал судно и ему оторвало палец. Могло бы с таким же успехом оторвать и голову.</p>
     <p>И вот, прикинув свои шансы, я решил искать спасения от Ячменного Зерна. Этак быстро отправишься на тот свет, а при моей молодости и жизнелюбии такая перспектива меня не прельщала. Но как спастись? Только бегством. В заливе Сан-Франциско зимовала зверобойная флотилия, в кабаках я встречал шкиперов, охотников, рулевых и гребцов. Среди них был охотник на котиков Пит Холт, с которым я договорился о работе: он нанял меня гребцом на свою шхуну. Мы с Питом тут же скрепили наш новый союз выпивкой, пропустив рюмок по шесть каждый.</p>
     <p>И сразу во мне ожила тяга к перемене мест, которую Джон — Ячменное Зерно старался усыпить. Кабацкая жизнь в Оклендском порту показалась мне невыносимой, и было даже странно, что я находил в ней до сих пор столько привлекательного. Я стал бояться за свою жизнь — как бы со мной не случилось чего-нибудь До отплытия, которое было назначено на январь. Я вел себя скромнее, меньше пил и чаще бывал дома. Я уклонялся от участия в пьяных оргиях приятелей, а когда на Нельсона находило буйство, избегал моего друга.</p>
     <p>12 января 1893 года мне стукнуло семнадцать лет, а 20 января я подписал в вербовочном агентстве контракт на работу матросом на трехмачтовой промысловой шхуне «Софи Сезерленд», отплывавшей к берегам Японии. Что ж, вы думаете, мы не вспрыснули такое событие? Джо Виги разменял мой авансовый чек, и я поставил угощение; потом Пит Холт поставил угощение, за ним Джо Виги и другие охотники. Что поделаешь, так уж заведено у мужчин, и не мне, семнадцатилетнему юнцу, учить уму-разуму зрелых мужей, славных и отважных!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На «Софи Сезерленд» не было спиртного, и ничто не портило нашего безмятежного настроения. Пятьдесят один день плыли мы в южной полосе северо-восточного пассата к Бонинским островам.</p>
     <p>Эта группа островов, расположенная в стороне от остальной Японии, была местом сбора канадской и американской промысловых флотилий <a l:href="#n_42" type="note">[42]</a>. Здесь они запасались питьевой водой и ремонтировались перед выходом на трехмесячную охоту на котиков вдоль северных берегов Японии до Берингова моря.</p>
     <p>Мирное плавание в течение пятидесяти одного дня без привычного пьянства замечательно укрепило мои силы. Организм очистился от яда, и я не испытывал никакого желания пить или вспоминать виски. Разумеется, на баке не обходилось без разговоров о выпивке, матросы рассказывали с юмором и заметным удовольствием про свои похождения по пьяной лавочке, видимо оставившие у них в мозгу более глубокий след, чем прочие события их богатой впечатлениями жизни.</p>
     <p>Из баковых матросов самым старшим был Луис, толстый пятидесятилетний спившийся шкипер <a l:href="#n_43" type="note">[43]</a>. Его погубил Джон — Ячменное Зерно, и он заканчивал свою карьеру так же, как и начинал, — баковым матросом <a l:href="#n_44" type="note">[44]</a>. Этот пример произвел на меня очень сильное впечатление. Джон — Ячменное Зерно не всегда разит насмерть, иногда он губит и другим путем. Луиса он не убил, а поступил с ним гораздо злее. Он лишил его власти, места в жизни и жизненных благ, растоптал его самолюбие и сослал на галеры <a l:href="#n_45" type="note">[45]</a> — Луису предстояло работать до конца дней простым мaтpocoм, a так как он обладал завидным здоровьем, то конец был еще весьма далек.</p>
     <p>Мы завершили тихоокеанский рейс и, миновав поросшие лесом вулканические хребты Бонинских островов, проскользнули между рифами <a l:href="#n_46" type="note">[46]</a> в хорошо защищенную гавань и бросили якорь там, где уже стояло десятка два морских бродяг, подобных нашей шхуне. С берега доносились запахи каких-то неведомых растений.</p>
     <p>Туземцы на странных челноках и японцы на сампанах <a l:href="#n_47" type="note">[47]</a> — еще более странных — сновали по заливу и карабкались к нам на борт.</p>
     <p>В первый раз в жизни я был в чужой стране, приплыл за тридевять земель, чтобы собственными глазами увидеть то, о чем до сих пор читал только в книжках. Я сгорал от нетерпения поскорее сойти на берег.</p>
     <p>Я заключил тройственный союз со шведом Виктором и норвежцем Акселем (мы стали так неразлучны, что в продолжение всего плавания нас называли «Святая Троица»). Высмотрев тропинку, которая ныряла в дикое ущелье и выбегала оттуда на крутую гору, покрытую застывшей лавой, а дальше петляла ввысь среди пальм и цветов, Виктор предложил, чтобы мы пошли по ней наверняка там очень живописные места, какие-нибудь необыкновенные туземные деревни и вообще тьма интересного.</p>
     <p>Мы согласились. Аксель внес другое предложение — отправиться на рыбную ловлю. Мы и на это согласились с восторгом, решив раздобыть сампан и прихватить одного или двух японских рыбаков, которые знают хорошие места. Что касается меня, то мне было все любопытно, я готов был пойти куда угодно.</p>
     <p>Посовещавшись, мы спустили шлюпку и, лавируя меж коралловых рифов, подошли к берегу. Там мы втащили свою шлюпку на белый коралловый песок и зашагали в глубь острова под тенью кокосовых пальм. Скоро мы очутились в центре маленького городка, где на глазах у горстки растерявшихся, беспомощных японских полицейских пили, пели и плясали, предаваясь буйному веселью, несколько сот матросов всех наций.</p>
     <p>Виктор и Аксель заявили, что перед длинной прогулкой пешком необходимо опрокинуть по рюмочке. Смел ли я отказаться выпить с моими мужественными приятелями? Сдвинем стаканы, выпьем за дружбу! Таков обычай. Мы все смеялись над нашим капитаном, презирая его за то, что он трезвенник и ничего не пьет.</p>
     <p>Мне в этот раз совершенно не xoтелось пить, но я не мог рисковать своей репутацией хорошего товарища и славного малого. Даже внезапная мысль о Луисе не остановила меня, когда я глотнул едкую, обжигающую жидкость. Да, его-то Джон — Ячменное Зерно подбил основательно, но ко мне это не относится: я молод!</p>
     <p>У меня горячая алая кровь и организм железный! Что и говорить, молодость всегда презрительно посмеивается над разрушительным действием времени!</p>
     <p>Нам подавали какой-то непонятный алкогольный напиток ужасной крепости. Происхождение его трудно было установить, вернее всего, это было что-то местное. Но зато этот бесцветный, как вода, напиток был горяч, как огонь, и валил с ног мгновенно.</p>
     <p>Он был налит в плоские бутылки из-под голландского джина, на которых еще оставались старые этикетки с подобающим названием «Якорь». Для нас он в самом деле оказался якорем: дальше этого места мы не двинулись. И не пошли на сампане удить рыбу.</p>
     <p>Пробыв в городке целых десять дней, мы так и не дошли до той тропинки, начинавшейся на голом склоне и убегавшей ввысь среди цветов и деревьев.</p>
     <p>В городке мы встретили старых знакомых с других шхун, с которыми виделись в кабаках Сан-Франциско перед отплытием.</p>
     <p>Встреча с каждым знакомым отмечалась выпивкой, потом следовал оживленный разговор, потом опять пили, пели песни и вообще валяли дурака, пока у меня не закружилась голова и все стало казаться замечательным: и эта обстановка, и люди, бражничающие на коралловом берегу, — крепкие закаленные морские волки, к которым я, грешным делом, причислял и самого себя. В мозгу завертелись образы старинных баллад: храбрые рыцари в огромном пиршественном зале, и на лучших местах за круглым столом те из них, кто признан наиболее достойным; викинги, едва успевшие вернуться из морских походов, но готовые по первому зову опять устремиться на битву… Нет, не прошли те времена, мы потомки этого славного древнего племени!</p>
     <p>В середине дня Виктор совсем обезумел от пьянства и готов был колотить всех и вся. Я много перевидел на своем веку сумасшедших в палатах для буйных, чье поведение мало отличалось от того, что вытворял мой товарищ, но должен сказать, что те, пожалуй, вели себя спокойнее. Мы с Акселем то и дело вмешивались, пытаясь утихомирить разошедшегося приятеля, но за это на нас самих сыпались удары; под конец, пустив в ход разные уловки и всю свою пьяную хитрость, мы сумели увести его, втолкнуть в шлюпку и переправить на шхуну.</p>
     <p>Но не успел Виктор ступить на палубу, как и там устроил дебош. Он был способен уложить семерых и в припадке пьяного буйства уже не отвечал за себя. Мне особенно запомнилась сценка с одним матросом, которого Виктор загнал в каморку, где хранились цепи. К счастью, тот забился в угол и только поэтому спасся, Виктор же расшиб себе в кровь кулаки о тяжелые звенья якорной цепи. Когда мы уволокли его оттуда, он в пьяном бреду переключился на другое: вообразил себя великим пловцом, прыгнул за борт и начал доказывать свои таланты, барахтаясь, как подбитый дельфин, и захлебываясь соленой водой.</p>
     <p>Мы вытащили своего свихнувшегося компаньона, отвели в кубрик <a l:href="#n_48" type="note">[48]</a> и, лишь раздев и уложив его на койку, почувствовали, что сами еле держимся на ногах. Но все же мне и Акселю казалось, что мы еще мало повидали, и мы снова отправились на берег, оставив Виктора храпеть на койке. Интересно, что говорили о Викторе другие матросы — сами не дураки выпить: «Да разве же можно такому человеку пить!» При этом они неодобрительно качали головами. Виктор был очень толковым матросом, и все на баке считали его прекрасным товарищем. Образцовый моряк во всех отношениях, он пользовался общей любовью и уважением. А вот Джон — Ячменное Зерно превращал его в одержимого. Это-то и встревожило остальных корабельных пьяниц. Они знали, что если хватить лишнего (а какой матрос не грешен в этом?), то можно свихнуться, но, разумеется, только чуть-чуть. Буйство не входило в программу. Оно портило удовольствие окружающим и подчас кончалось трагедией. Но легонько свихнуться — это казалось в порядке вещей! А я скажу: неверно! Разве может человечество мириться с безумием, как бы оно ни проявлялось? И кто еще способен так доводить людей до безумия, как Джон — Ячменное Зерно!</p>
     <p>Но вернусь к моему рассказу. Побродив по городу, мы с Акселем попали в японский кабачок и, спокойно усевшись за столиком, принялись сравнивать, у кого из нас больше синяков.</p>
     <p>Все было тихо и мирно, мы заказали какой-то напиток и не спеша потягивали его, вспоминая события дня. Мы были так рады посидеть в тишине, что решили выпить по второй порции. Спустя какое-то время туда заглянул один матрос с нашей шхуны, потом еще несколько, и мы степенно выпили всей компанией. После этою мы потребовали музыку, но тут, заглушая японские самисены и тайко <a l:href="#n_49" type="note">[49]</a>, с улицы послышался отчаянный крик. Мы сразу догадались, кто это. С глазами налитыми кровью, дико размахивая могучими лапищами и бешено рыча, забыв про существование дверей и прорвав бумажные стены домика, в помещение ворвался Виктор. Его душила звериная ярость, он жаждал крови — безразлично чьей. Музыканты пустились наутек, мы тоже, кто через двери, кто сквозь стены, с одним лишь желанием — спастись.</p>
     <p>Когда Виктор поутих и стал впадать в беспамятство, мы поладили с хозяином кабачка, уплатив ему за причиненные нашим товарищем разрушения, и отправились вдвоем с Акселем искать для выпивки местечко поспокойнее. На главной улице не прекращалось буйное веселье. Сотни матросов плясали и веселились напропалую. Понимая бессилие начальника полиции, который не мог образумить гостей с небольшим штатом блюстителей порядка, губернатор колонии издал приказ всем капитанам собрать людей по судам до захода солнца.</p>
     <p>Что-о? Такое обращение! Едва эта новость облетела шхуны, всех, словно ветром, сдуло на берег. Даже те, кто и не собирался в город, стали прыгать в шлюпки. Злополучное распоряжение губернатора послужило поводом для всеобщего дебоша. Солнце уже давно скрылось, но все были полны задора: пусть попробуют выдворить нас отсюда! Больше всего народу собралось перед домом губернатора; толпа горланила матросские песни, с гиканьем и топотом отплясывала виргинскую кадриль и другие народные танцы, плоские бутылки с «Якорем» ходили по рукам. Полиция, хоть и усиленная резервами, была бессильна что-либо предпринять, и полицейские, сбившись в кучки, тоскливо ждали дальнейших распоряжений губернатора. Но тот, конечно, мудро воздерживался.</p>
     <p>А мне вся эта вакханалия ужасно нравилась. Для меня словно возродились времена испанского владычества <a l:href="#n_50" type="note">[50]</a>. Я видел лишь смелость и дерзание: вот как действуем мы, неустрашимые мореплаватели, среди японских бумажных домиков!</p>
     <p>Губернатор так и не издал приказа очистить город, и мы с Акселем долго еще кочевали из одного кабачка в другой. Потом, уже порядком осоловев, я выкинул какой-то номер, в результате которого мы с ним потеряли друг друга. Оставшись один, я продолжал заводить новые знакомства, пил и все пуще пьянел.</p>
     <p>Помню, в каком-то месте я подсел к компании японских Рыбаков, рулевых-гавайцев из нашей флотилии и молодого матроса-датчанина, недавно покинувшего Аргентину, где он подвизался в качестве ковбоя. Этот датчанин очень интересовался национальными обычаями и церемониями. Поэтому мы пили с полным соблюдением японского этикета сакэ — бесцветный тепленький и слабый напиток, который подавался в миниатюрных фарфоровых чашечках.</p>
     <p>Еще мне запомнилась встреча с двумя парнями лет восемнадцати — двадцати из английских семейств средней руки. Беглые юнги, сбежавшие с кораблей, где они проходили учение, они в конце концов угодили на промысловые шхуны матросами. Это были здоровые, румяные, ясноглазые ребята, почти мои ровесники, приучавшиеся, как и я, к жизни среди мужчин. Впрочем, их уже можно было считать мужчинами. Пить слабенькое сакэ они не желали. Они требовали отравы похлестче, чем в бутылках из-под «Якоря», — отравы, которая жидким пламенем растекалась по жилам и воспламеняла мозг. Помню, эти ребята пели чувствительный романс с таким припевом:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Ты моя гордость, сынок,</v>
       <v>Вот тебе мой перстенек</v>
       <v>Если нагрянет беда,</v>
       <v>Он защитит всегда.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Песня тонула в пьяных слезах — для матери такой сын не гордость, а позор! И я пел и плакал вместе с ними, наслаждаясь трагедией их возвышенных чувств и стараясь делать в пьяном мозгу какие-то заключения о том, что такое жизнь и что такое романтика. И еще одна, последняя картинка, врезавшаяся мне в память (все остальное заволокло туманом времени): я и мои юнги стоим в обнимку, раскачиваясь из стороны в сторону, — над нами небо, усеянное звездами. Все поют развеселую матросскую песню, кроме одного матроса, который сидит на земле и рыдает; все отбивают такт и машут плоскими бутылками. Со всех сторон доносятся хриплые голоса, поющие такие же песни; и жизнь прекрасна, великолепна, романтична и полна головокружительного безумия.</p>
     <p>Далее тьма, но вот я открываю глаза и в брезжущем свете дня вижу японку, заботливо склонившуюся надо мной. Это жена здешнего портового лоцмана <a l:href="#n_51" type="note">[51]</a> — я лежу у двери ее дома.</p>
     <p>Мне холодно, я дрожу и чувствую себя прескверно после вчерашнего кутежа. Почему я так легко одет? Ох эти проклятые юнги!</p>
     <p>Сбежали и на этот раз! И мое добро прихватили! Пропали мои часы. Пропали деньги — ведь у меня оставалось несколько долларов. И куртки нет, и пояса. Даже башмаки утащили!</p>
     <p>Вот так прошли все десять дней на Бонинских островах.</p>
     <p>Я описал лишь один. Виктор пришел в себя после своего припадка и присоединился к нам, и мы снова продолжали попойки втроем, правда, теперь уже с некоторой осторожностью. Что касается тропинки среди цветов, — увы, мы так туда и не попали, не повидали горных красот. Зато мы вдоволь насмотрелись на городок и на бутылки из-под «Якоря».</p>
     <p>Тот, кто обжегся, должен предупреждать других об опасности.</p>
     <p>Я мог бы куда больше повидать, мог бы получить настоящее удовольствие от пребывания на Бонинских островах, если бы вел себя как следует. Впрочем, рассуждать о том, как следует себя вести, а как не следует, довольно бессмысленное занятие. Важно одно как ты себя ведешь фактически. Люди судят лишь по точным и неоспоримым фактам. Об этом-то я и рассказал. Я себя вел так же, как остальные моряки, попавшие на Бонинские острова, и как миллионы других мужчин, в какой бы части света они не находились в тот момент. Все толкало меня на этот путь: ведь я был мальчишка, правда, не трус, но и не Бог — в общем, обыкновенное существо, стремившееся подражать старшим, которые, если вам угодно, весьма ему импонировали — своей силой, здоровьем, гордостью, свободолюбием. А кроме всего прочего — щедростью: они не дорожили и собственной жизнью!</p>
     <p>На этом пути не стояло никаких препятствий. Он напоминал открытый колодец во дворе, где играют дети. Отважным малышам, которые еще и ходят-то еле-еле, но уже полны любопытства к жизни, бесполезно говорить. «Не подходи, опасно!» Все равно подойдут. Родители это знают. И знают, что кое-кто из детей, наиболее любознательных и смелых, непременно свалится в колодец. Есть только один верный способ уберечь их — закрыть колодец. Так и с Ячменным Зерном. Никакие слова и поучения не удержат зрелых мужчин и подрастающую молодежь от пьянства, если алкоголь будет неизменно доступен и его употребление будет символизировать отвагу, мужество и величие духа.</p>
     <p>Единственная мера для народов двадцатого века — это закрыть колодец. Двадцатый век должен стать двадцатым веком по существу, а не пережитком древних веков. Всякие приметы варварства: сжигание ведьм, религиозная нетерпимость, фетишизм и тому подобное, должны быть изгнаны из нашей жизни, и среди них, далеко не последним, Джон — Ячменное Зерно.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>От Бонинских островов мы устремились на север и, наткнувшись на стадо котиков, преследовали его в северном направлении. Мы охотились свыше трех месяцев, невзирая на трескучий мороз и сплошной туман, нередко прятавший солнце на целую неделю. Это была грубая, тяжелая работа, во время которой никто не пил и даже не помышлял о виски. Потом мы взяли курс на юг, на Иокогаму; мы везли большую партию котиковых шкурок и предвкушали хороший заработок.</p>
     <p>Мне очень хотелось сойти на берег повидать Японию, но когда мы бросили якорь, нас заставили целый день чистить шхуну и отпустили на берег только вечером. И здесь все пошло по-заведенному, ибо так уж принято среди мужчин: Джон — Ячменное Зерно подхватил меня и увлек за собой. Капитан дал нашу долю денег охотникам, и нам велели ехать за ними в один японский кабачок, где нас будут ждать. Мы отправились туда на рикшах.</p>
     <p>В кабачке распоряжались наши ребята. Виски лилось рекой. Все вдруг разбогатели, и все угощали друг друга. Кончились сто дней напряженной работы — прощай, вынужденная трезвость, прощай, дисциплина! Мы были здоровые, жизнерадостные люди и, конечно, стремились сперва выпить. А потом, говорили мы, пойдем осматривать город.</p>
     <p>Ну, и повторилась старая история. Тосты следовали за тостами, волшебное тепло разливалось по жилам, голоса становились мягче, души тоже — не дай Бог кого-нибудь обидеть: как это с одним ты пьешь, а с другим не желаешь? Мы все товарищи, все вместе штормовали, вместе выбирали и травили снасти <a l:href="#n_52" type="note">[52]</a>, сменяли друг друга у штурвала <a l:href="#n_53" type="note">[53]</a>, вместе работали на кливере и каждый раз, после того как нос шхуны вырывался из-под волны, бросались смотреть, не смыло ли за борт кого-нибудь из нашей братии. Поэтому все пили и все угощали, голоса становились громче, пошли бесконечные воспоминания о великодушных товарищеских поступках; драки и ссоры были забыты, и каждый искренне верил, что те, с кем он пьет, — лучшие люди на свете.</p>
     <p>Мы попали в этот кабачок в начале вечера, и до самого утра никакой Японии я не повидал, кроме этого кабачка — обыкновенного питейного заведения, каких и у нас, да и в каждой стране хоть отбавляй.</p>
     <p>Мы простояли в Иокогаме две недели, но все наши впечатления о Японии ограничились, пожалуй, только портовыми кабаками. По временам для разнообразия устраивались особенно бурные оргии. После одной из них я совершил что-то вроде подвига, поплыв темной ночью к себе на шхуну, и, пока я спал мертвецким сном, морская полиция, обнаружив на берегу мою одежду, обшарила всю гавань в поисках трупа.</p>
     <p>Может быть, ради таких удовольствий и напиваются, думал я.</p>
     <p>В нашем узком мирке мою пьяную выходку сочли примечательным событием. Весь порт только и говорил об этом. В глазах японских лодочников и посетителей портовых кабаков я стал на несколько дней героем. Это был незаурядный случай, случай, которым я мог гордиться. Даже сейчас, вспоминая его двадцать лет спустя, я испытываю тайную гордость. Это был яркий момент в моей жизни; таким же удовольствием, наверное, было для Виктора превратить в развалины кабачок на Бонинских островах, а для беглых английских юнг — ограбить случайного знакомого, то есть меня.</p>
     <p>Интересно, что я по-прежнему не мог понять, в чем кроются тайные чары Ячменного Зерна. Мне был противен алкоголь, пить не доставляло мне никакой радости, не прельщала меня и реакция, которую он производил на мой организм, — я в этой реакции не нуждался. Я пил потому, что пили люди, с которыми я общался, а также потому, что из гордости не мог допустить, чтобы их считали мужчинами, а меня нет. Но в душе я оставался сластеной и, пользуясь случаем, когда меня никто не видел, покупал конфеты и блаженствовал.</p>
     <p>Под звуки разухабистой песни мы подняли якорь и вышли из Иокогамской гавани, держа курс на Сан-Франциско. Мы воспользовались северным пассатом <a l:href="#n_54" type="note">[54]</a>, в корму нам дул сильный западный ветер, и за тридцать семь дней мы благополучно пересекли Тихий океан. Нам предстояло получить приличные деньги в окончательный расчет, и все эти тридцать семь дней мы, совершенно трезвые, только и делали, что строили вполне разумные планы насчет того, как их потратим.</p>
     <p>Каждый прежде всего повторял фразу, которую вечно можно услышать на баке возвращающихся судов: «Ну уж только не к этим шакалам в портовые гостиницы!» Затем высказывались сожаления о деньгах, ухлопанных в Иокогаме, а после каждый начинал мечтать вслух о самом заветном. Виктор, например, говорил, что, как только получит расчет в Сан-Франциско, даже и не взглянет на порт и на берег Барбари с его кабаками, а сразу побежит дать объявление, что ищет комнату с пансионом в скромной рабочей семье.</p>
     <p>— Устроюсь и запишусь в танцкласс на недельку-другую, чтобы познакомиться с хорошими девушками и ребятами, — мечтал он. — Присмотрюсь к разным компаниям, начну ходить в гости и на вечера, буду жить на свои деньги — мне их хватит до января, а там наймусь опять на промысловую шхуну.</p>
     <p>Пить он больше не станет, точка. Он знает, какой бывает конец, особенно у него: напьешься — и потеряешь рассудок, а заодно и деньги. По горькому опыту он знал, чем пахнет трехдневная пьянка с хищными портовыми шакалами, и можете не сомневаться, что он предпочтет прожить зиму, пользуясь разумными развлечениями в приятном обществе.</p>
     <p>Аксель Гундерсон, который не любил танцев и прочих светских удовольствий, говорил так:</p>
     <p>— Мне причитается много денег. Теперь я могу съездить на родину. Я уже пятнадцать лет не видел мать и родных. Вот получу Деньги и отошлю их домой, чтобы они там меня дожидались.</p>
     <p>А сам поступлю на хороший пароход и еще подработаю до приезда в Европу. Получится кругленькая сумма вместе с теми — так много у меня еще никогда не было. Дома на меня будут смотреть, как на принца. Вы себе не представляете, какая в Норвегии Дешевая жизнь! Я сделаю всем подарки и смогу жить там, как миллионер, целый год. А потом опять уйду в море.</p>
     <p>— У меня планы такие же, — заявил Рыжий Джон. — Я целых три года не получал писем из дома, а уже десять лет, как я оттуда уехал. В Швеции такая же дешевизна, как в Норвегии, Аксель. Я из крестьян, моя семья живет в сельской местности. Я тоже отошлю домой всю получку, и мы с тобой вместе наймемся на один пароход. Обогнем мыс Горн — и до свидания, Америка! Только давай уж выбирать хороший!</p>
     <p>В результате этих разговоров Аксель так увлекся шведской идиллией, а Рыжий Джон — колоритными норвежскими обычаями, что оба возмечтали уехать вместе. Решили, что первые полгода они поживут у родственников Джона в Швеции, а вторые — у родственников Акселя в Норвегии. До конца плавания они были неразлучны, обсуждая на все лады эту единственную тему.</p>
     <p>Джон Каланча был чужд родственных привязанностей. Но и плавать матросом ему надоело. Он тоже в портовые гостиницы больше ни ногой. Снимет, по примеру Виктора, комнату в тихой семье и поступит в морское училище учиться на шкипера. Остальные высказывались примерно в том же духе. Каждый божился, что наконец возьмется за ум и перестанет сорить деньгами. К черту ночлежки, портовые притоны, пьянство! Таков был общий девиз на баке.</p>
     <p>Матросы стали бережливы. Такого благоразумия за ними никогда не водилось. Они больше не покупали старой одежды у эконома. Обойдемся своим тряпьем, говорили они, накладывая заплату на заплату самых фантастических размеров. Эти заплаты так и назывались. «Обратный рейс». Люди экономили даже на спичках, дожидаясь, пока двое или трое не набьют трубку.</p>
     <p>Как только мы вошли в гавань Сан-Франциско и кончился врачебный осмотр, нашу шхуну окружили лодки с агентами портовых гостиниц. Они наводнили палубу, и каждый расхваливал свое заведение, и у каждого была за пазухой бесплатная бутылка виски. Но мы держались твердо и предложили им убраться подобру-поздорову, добавив на прощание несколько соленых словечек. Не желаем ни их гостиниц, ни их виски. Мы бережливые матросы-трезвенники и знаем, как лучше потратить свои денежки.</p>
     <p>Наконец, получив расчет, мы вышли из конторы на улицу с карманами, полными денег. Вокруг нас сразу завертелись портовые хищники. Наши ребята переглядывались. Мы пробыли вместе семь месяцев, и вот дороги наши расходятся. Остается выполнить последний, прощальный дружеский обряд (ничего не попишешь, так принято!).</p>
     <p>— Ну пошли, ребята! — сказал шкипер.</p>
     <p>Неизбежный кабак был рядом. Дальше — еще целая дюжина.</p>
     <p>Когда мы входили, хищники так и вились вокруг. Некоторые из них последовали за нами внутрь, но мы не пожелали иметь с ними дела.</p>
     <p>Мы выстроились в ряд у длинной стойки: шкипер, помощник, шестеро охотников, шестеро рулевых и пятеро гребцов. Одного гребца не хватало: близ мыса Джеримо во время снежной бури мы погребли его в море, привязав к его ногам мешок с углем. Нас было девятнадцать, собравшихся, чтобы отметить прощание. Семь месяцев тяжелой работы и в шторм и в затишье были позади, и мы в последний раз смотрели друг на друга. Вряд ли придется снова встретиться: судьба гоняет моряков по белу свету. Девятнадцать человек собрались для прощального тоста. Шкипер угостил, мы выпили. Потом помощник выразительно оглядел нас и потребовал еще девятнадцать рюмок. Мы любили и его и шкипера — оба славные люди, — так можно ли, выпив с одним, отказать другому?</p>
     <p>Следующим поставил угощение Пит Холт — охотник с моей лодки (он утонул через год, когда «Мери Томас» пошла ко дну вместе со всей командой). Время шло, рюмки то и дело наполнялись, кругом стоял веселый гул голосов, в голове у меня шумело.</p>
     <p>Каждый из шести охотников требовал, чтобы мы выпили с ним хотя бы рюмку во имя святой дружбы. Шестеро рулевых и пятеро гребцов настаивали на том же. Все были при деньгах, каждый считал, что его деньги не хуже, чем деньги другого, и хотел показать свою щедрую, независимую натуру.</p>
     <p>Рюмки наполнялись девятнадцать раз. Джон — Ячменное Зерно имел полное основание торжествовать победу. Куда девались все любовно выношенные планы? Команда вывалилась из кабака прямо в объятия портовых хищников. Матросских капиталов хватило ненадолго: кому на неделю, а кому на два дня. Когда все деньги были пропиты, хозяева гостиниц переправили гуляк на борт отплывающих судов. Красавец Виктор благодаря какому-то знакомству устроился в спасательную команду на пляже. Он так и не пошел учиться танцам и не напечатал объявления о том, что ищет комнату в рабочей семье. И Джон Каланча не поступил в морское училище. К концу недели ему посчастливилось наняться крючником <a l:href="#n_55" type="note">[55]</a> на речной пароход. Рыжий Джон и Аксель не послали ни гроша родственникам в Скандинавию. Их, как и других матросов с нашей шхуны, раскидало в разные стороны, точнее, их спровадили на суда содержатели портовых гостиниц, и они отправились бороздить моря, чтобы вернуть этим шакалам мифические авансы, которых и в глаза не видали.</p>
     <p>Меня спасло то обстоятельство, что у меня были родные и дом, куда я мог вернуться. Я переехал через залив в Окленд и, кстати, смог полюбоваться, как обстоят дела на дороге смерти.</p>
     <p>Нельсона уже не было в живых: его застрелили, когда он в пьяном виде пытался оказать сопротивление полиции. Соучастник его сидел в тюрьме. Виски Боб исчез. Исчезли неизвестно куда и Старый Коул, и Старый Смудж, и Боб Смит. Другой Смит, с «Энни», тот, что носил пистолеты за поясом, утонул. Француз Фрэнк, по слухам, скрывался где-то в верховьях реки, боясь показаться в городе из-за каких-то провинностей. Многие другие отбывали сроки наказания в Сан-Квентинской и Фолсомской тюрьмах. Алек Большой, которого называли Королем греков, мой приятель и собутыльник по Бенишии, совершил двойное убийство и бежал за границу. Фитцсиммонс, с которым я служил в рыбачьем патруле, долго болел и умер; ему всадили нож в спину, поранили легкое, и все это осложнилось туберкулезом. И так далее и тому подобное, — на дороге смерти было полно имен, полно знакомых, и, судя по тому, что я знал об этих людях, все они были жертвами Ячменного Зерна, за одним только исключением: гибель Смита с «Энни» произошла не по его вине.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Мое увлечение Оклендским портом совсем прошло. И быт и нравы, царившие там, перестали меня привлекать. Пить и околачиваться без цели мне больше не хотелось. Я снова стал посещать Оклендскую бесплатную библиотеку, кстати разбираясь теперь гораздо лучше в том, что читал. С другой стороны, мать часто напоминала мне, что хватит бездельничать, пора остепениться и найти постоянное занятие. Наша семья очень нуждалась.</p>
     <p>Поэтому я поступил на джутовую фабрику, где мне платили десять центов в час — доллар за десятичасовой рабочий день, то есть столько же, сколько на консервной фабрике несколько лет назад, хотя я стал сильнее да и работал лучше. Впрочем, мне обещали прибавку спустя некоторое время на двадцать пять центов в день.</p>
     <p>Так начался у меня период добродетельной жизни. За несколько месяцев я не попробовал ни капли спиртного. Но здоровому, мускулистому восемнадцатилетнему парню, которого еще не успел изуродовать однообразный физический труд, необходимы хороший отдых и интересные развлечения, помимо чтения книг.</p>
     <p>Однажды я забрел в Союз христианской молодежи. Там царил здоровый спортивный дух, но все это как-то отдавало детской. Мне было поздно включаться в такую жизнь. Я был не мальчик и не юноша, привык держать себя на равной ноге со взрослыми и, несмотря на юные годы, успел уже познакомиться со многими темными и страшными сторонами жизни. Молодые люди в Союзе христианской молодежи отнеслись ко мне как к человеку с другой планеты. Мы говорили на разных языках: благодаря жизненному опыту я чувствовал себя стариком по сравнению с ними (теперь, вспоминая это, я понимаю, что, в сущности, у меня никогда не было детства). Во всяком случае, ребята из Союза казались мне наивными младенцами. Но это было бы еще полбеды, если бы я чувствовал духовную поддержку со стороны моих новых знакомых. К сожалению, и этого не было: в книгах я тоже разбирался лучше, чем они. Их скудный практический багаж и столь же скудный интеллектуальный давали в сумме столь крупную отрицательную величину, что она перевешивала их моральные качества и успехи в области спорта.</p>
     <p>Одним словом, мне было неинтересно играть с приготовишками. Я был лишен возможности жить такой же чистой, правильной жизнью, как они, потому что моим наставником долгое время был Джон — Ячменное Зерно. Я слишком рано узнал много лишнего. И все же с наступлением лучших времен, когда Джон Ячменное Зерно будет изгнан из нашей жизни и люди перестанут испытывать в нем необходимость, Союзу христианской молодежи и, возможно, другим, более интересным и инициативным организациям выпадет честь развлекать тех, кто нынче находит свое призвание в пьянстве и спаивании других. Но пока что мы живем иначе, потому и будем говорить о современной жизни, которую знаем.</p>
     <p>Я работал на джутовой фабрике по десять часов в день. Работа была нудная, монотонная. А мне хотелось жить. Мне хотелось проявить себя в чем-нибудь ином, не только ловко работая у станка за десять центов в час. При этом пивные и кабаки, разумеется, исключались. Я повзрослел и стал ощущать в себе новые склонности, волнующие желания, которых прежде не замечал. К счастью, в это время мне повезло: я познакомился с Луисом Шаттоком. Мы стали друзьями.</p>
     <p>Луис был очень славный малый, ничуть не испорченный. Но он любил всякие безобидные шалости и мнил себя бог весть каким многоопытным городским ловеласом. А я себя к таковым не причислял. Луис был красив, очень обходителен и обожал женский пол. Свидания с девушками и романы поглощали его, как самый интересный спорт. Я же на этот счет был простаком. До сих пор я стремился проявлять мужество в других сферах. Любовная сторона жизни для меня не существовала. Посему, когда Луис однажды кинул мне: «Адье!» и, элегантно приподняв шляпу, поздоровался с какой-то знакомой девицей и тут же пошел ее провожать, меня кольнула зависть. Мне тоже захотелось участвовать в этой игре.</p>
     <p>— Что ж, — сказал Луис, — заведи себе барышню — и все!</p>
     <p>Но это было труднее, чем казалось. Разрешите мне сделать маленькое отступление, чтобы вам стало понятнее. Луис не встречался с девушками в семейной обстановке. Он не был вхож ни в какие дома, где имелись молоденькие дочки, а уж я-то и подавно.</p>
     <p>Ведь это был совершенно новый для меня мир! Ни я, ни Луис не могли посещать танцклассы и танцевальные вечера, где обычно знакомится молодежь. У нас на это не было денег. Луис работал подмастерьем кузнеца и получал чуть побольше, чем я. Оба мы Жили с родными и платили за свое содержание. Стол и квартира, сигареты и самые скромные обновки поглощали львиную долю нашего заработка; на личные расходы ежедневно оставалось центов семьдесят, от силы — доллар. Мы складывались и делили деньги поровну, а в тех случаях, когда одному из нас предстояло свидание с какой-нибудь молодой особой, весь наличный остаток вручался ему: на трамвай в Блэр-парк и обратно — двадцать центов, тридцать центов на две порции мороженого и в крайнем случае двадцать на мексиканское темали <a l:href="#n_56" type="note">[56]</a> в специальном ресторанчике — дешевле угощения уже не было.</p>
     <p>Безденежье меня не огорчало. Презрение к деньгам, которое я перенял от устричных пиратов, осталось у меня на всю жизнь.</p>
     <p>Скопидомство не доставляло мне никакой радости; моя философия нашла воплощение в жизни: я был так же равнодушен к деньгам, не имея десяти центов в кармане, как тогда, когда собирал возле стойки товарищей и целую ораву прихлебателей и прокучивал с ними десятки долларов.</p>
     <p>Но где все-таки найти барышню? В семействах, которые знал Луис, не было девушек. Собственных знакомых я еще не завел. А своих немногочисленных приятельниц Луис не собирался никому уступать, да так вообще не водится у молодежи. Впрочем, он иногда просил знакомых девушек привести для меня подружку, но ни одна из них мне не нравилась: все они казались какими-то замухрышками по сравнению с теми красотками, которых отбирал для себя Луис.</p>
     <p>— Придется тебе действовать но моему, — сказал мне он в конце концов… — Я если захочу познакомиться, то знакомлюсь. И тебе советую.</p>
     <p>Вот так он меня учил. Не забудьте, что с деньгами у нас было туго. Нам было нелегко платить за стол и квартиру и сохранять мало-мальски приличный вид. Встречались мы с ним по вечерам после работы на улице, изредка в маленькой табачной лавчонке в тихом переулке. Это было единственное место, куда мы позволяли себе заходить. Там мы покупали сигареты, а иногда на пятачок жгучих мятных леденцов (да, я забыл сказать: мы с ним питали одинаковую страсть к конфетам и готовы были поглощать их в неимоверном количестве. Ни он, ни я не пили и не посещали пивных).</p>
     <p>Итак, я заговорил о девушках. По совету Луиса я должен был прибегнуть к самому простому способу: выбрать ту, которая мне понравится, подойти и познакомиться. Мы с Луисом обычно прогуливались по улицам. Девушки тоже прогуливались парами.</p>
     <p>Если девушка заметит, что кто-то на нее смотрит, она и сама обязательно начнет постреливать в него глазками (я уже человек средних лет, но и поныне, в какой бы город или поселок я ни приезжал, мой наметанный глаз сразу подмечает милую, невинную игру взглядов мальчишек и девчонок, которым не сидится дома в весенние и летние вечера).</p>
     <p>Беда была в том, что я, столько повидавший за свои юные годы, в этот идиллический период жизни вдруг оказался скромен и застенчив, как дитя. Луис все время меня подбадривал. Но я был далек от девушек. Они мне казались какими-то неземными созданиями. В критический момент я трусливо пасовал.</p>
     <p>Тогда Луис приступал к практическим урокам: выразительный взгляд, улыбка, решительное движение, галантный поклон, удачное словцо, в ответ смущение, хихиканье, кокетливо потупленные глазки; глядишь, мой друг уже познакомился и кивает мне головой: иди, мол, сюда, представлю! Но как только мы разделялись на пары, я неизменно убеждался, что себе Луис выбрал хорошенькую, а мне оставил дурнушку.</p>
     <p>Со временем, после разных историй, в подробности которых сейчас не буду входить, я, конечно, приобрел некоторый опыт в таких делах, у меня появилось много знакомых девушек, я тоже научился вежливо снимать шляпу, и они благосклонно соглашались прогуляться со мной вечерком. Но завоевать девичье сердце мне удалось не сразу. Я нервничал и горячился. За все это время меня ни разу не потянуло в пивную. Позже, в зрелые годы, занимаясь социологическими обобщениями, я много размышлял насчет наших романтических авантюр. Все это было прекрасно, овеяно чистотой молодости, и мое обобщение может относиться скорее к сфере биологии, нежели социологии. Смысл ею примерно таков: если исключить различие в одежде, то «Знатная леди и Джуди О'Греди во всем остальном равны». <a l:href="#n_57" type="note">[57]</a></p>
     <p>Вскоре пришел и мой черед удостоиться любви девушки, и я узнал всю прелесть нежного чувства. Назовем это милое существо Хейди. Ей еще не исполнилось шестнадцати лет, и она носила юбочку, едва доходившую до краев ее высоких ботинок. Мы оказались рядом на собрании Армии Спасения, но Хейди не принадлежала к этой организации, и ее тетка, сидевшая рядом с ней по другую руку, тоже нет, — она заглянула сюда на полчаса из любопытства: она жила в деревне, а в ту пору у них там этого еще не было. Луис присутствовал тут же и наблюдал за нами, — мне кажется, что он ограничивался наблюдением по очень простой причине: Хейди не принадлежала к тому типу женщин, который ему нравился.</p>
     <p>Мы не разговаривали в эти незабываемые полчаса, а только робко переглядывались, сразу же отводя глаза в сторону, но все же несколько раз наши взгляды встретились. У нее было худенькое продолговатое лицо и прелестные карие глаза. А носик просто очаровательный и рот тоже, хоть и немножко капризный. На ней был шотландский беретик, из-под которого выбивались каштановые волосы, — такого красивого оттенка волос я никогда не видел. Эти полчаса убедили меня на всю жизнь, что любовь с первого взгляда не выдумка.</p>
     <p>Я не долго блаженствовал: Хейди и тетушка ушли, не дождавшись конца (это не возбраняется в Армии Спасения), после чего собрание утратило для меня всякий интерес, и, посидев для приличия еще две-три минуты, мы с Луисом тоже направились к выходу. Но тут из задних рядов поднялась одна женщина и устремилась вслед за мной. Я не стану ее здесь описывать. Она была из той компании, с которой я вел дружбу и порту, и, увидев, узнала меня. Нельсон умер у нее на руках, и она помнила, что я был его единственным другом. Ей хотелось рассказать мне, при каких обстоятельствах он был убит, и я сам хотел это знать. И вот я шагнул от зарождающейся юношеской любви к девушке в берете — назад, в мир изведанных диких чувств.</p>
     <p>Едва дослушав печальный рассказ, я побежал искать Луиса в страхе, что, даже не разглядев как следует свою первую любовь, я уже ее потерял. Но Луис был надежный малый. Он объявил мне, что ее зовут Хейди и ему известно, где она живет. Она ходит каждый день мимо его кузницы в школу Лафайета и обратно домой. Кроме того, он видел ее несколько раз с другой школьницей — Руфью и с третьей — Нитой, подружкой Руфи, у которой мы покупаем леденцы в табачной лавочке. Сделаем так: пойдем к Ните и попросим ее передать Руфи записочку для Хейди. Если это удастся, мне только останется написать записку.</p>
     <p>Маневр удался. Выкраивая время для получасовых встреч, я познал счастливое безумие юношеской любви. Принято считать, что это не самая сильная любовь на свете. Может быть! Но что она самая нежная, это я со всей смелостью утверждаю! О, как все было прелестно! Ни у одной девушки не было более робкого поклонника, чем я, хотя я был весьма основательно и не по возрасту испорчен. Но я совершенно не знал девушек. Король устричных пиратов, побывавший в дальних краях на правах взрослого, мае тер управлять судном в непогоду и шляться по самым гнусным портовым притонам, всегда готовый принять участие в кабацкой драке, а затем угощать у стойки всю команду, я терялся, не зная, как обращаться с этой тоненькой девушкой-подростком в короткой юбчонке, чья наивность была пропорциональна моей житейской мудрости, кладезем которой я себя мнил.</p>
     <p>Помню, мы сидели вдвоем на скамейке под звездным небом.</p>
     <p>Нас разделяло изрядное расстояние — наверно, фут. Мы сидели вполоборота друг к другу, положив локти на спинку скамейки, и только раз или два наши локти соприкоснулись. Млея от счастья, я что-то говорил, осторожно подбирая слова — как бы нечаянно не оскорбить ее нежный слух! И все это время я силился сообразить, что мне сейчас надо делать. Чего ждут девушки от влюбленных, которые сидят с ними рядом? Чего ждет от меня эта девушка? Чтобы я поцеловал ее? Может быть, попробовать? Если она этого ждет, а я ее не поцелую, что она обо мне подумает?</p>
     <p>Теперь я понимаю: она оказалась мудрее меня, эта маленькая девушка-подросток в коротенькой юбке. Она часто встречалась с мальчиками и сейчас кокетливо, по-женски как бы благословила меня. Она сняла перчатки и держала их в руке. Не помню, что я сболтнул, но этим ее прогневил, и она легонько похлопала меня своими перчатками по губам. Я чуть не задохнулся от восторга, У меня до сих пор сохранилось в памяти нежное благоухание духов, которые источали эти перчатки.</p>
     <p>И тут меня стали одолевать сомнения. Что же дальше? Схватить эту ручку, машущую перед моим носом душистыми перчатками? Поцеловать мою Хейди или раньше обнять? Или придвинуться к ней поближе?</p>
     <p>Я не сделал ни того, ни другого, ни третьего. Просто не отважился. Сидел, как пень, и томился от любви. И, прощаясь с ней, не поцеловал ее. Я помню наш первый поцелуй: это было в другой раз, тоже вечером, в минуту прощания. Я призвал себе тогда на помощь всю свою смелость — и отважился! Мы с ней встречались украдкой раз десять и целовались тоже раз десять, не больше, — как целуются мальчишки и девчонки: торопливо, безгрешно, словно удивляясь чему-то. Я никуда не мог ее пригласить, даже на дневной спектакль в театр. Только раз угостил леденцами за пять центов. Но мне кажется, что я ей нравился. О себе и не говорю: я был по уши влюблен и мечтал о ней больше года. Память об этой любви мне дорога до сих пор.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В присутствии непьющих людей я никогда не думал о выпивке. Луис не пил. Ни я, ни он не могли себе этого позволить, и — что еще более важно — ни я, ни он не испытывали подобных желаний. Мы были нормальные, здоровые, трезвые юноши. Если бы нас тянуло к алкоголю, мы, при всей нашей бедности, наверняка нашли бы к нему дорогу.</p>
     <p>Каждый вечер после работы мы шли домой ужинать. Потом, умытые и чисто одетые, встречались на углу или в табачной лавочке. Но теплая осень кончилась, а в стужу и в слякоть фланировать по улицам не так-то приятно! Табачная лавчонка не отапливалась. Нита или другой, кто был за прилавком, спешили удалиться в заднюю комнатку, где топилась печь. Нас туда не приглашали, а в лавке было холодно, как на дворе.</p>
     <p>Как быть? Единственный выход — отправиться в пивную, где собираются мужчины, где они водят дружбу с Ячменным Зерном.</p>
     <p>Я хорошо помню ветреный сырой вечер, когда мы, дрожа без пальто, потому что купить их было не на что, решили зайти в пивную.</p>
     <p>Там всегда тепло и уютно. Мы шли туда без всякого желания пить, хотя и знали, что это не благотворительное учреждение и там нельзя сидеть, ничего не заказывая.</p>
     <p>Денег у нас было очень мало. Мы не могли позволить себе истратить мелочь, которая была нужна на трамвай, если придется встретиться с девушками (одни мы никогда не ездили, а ходили только пешком). Но, попав в пивную, мы решили использовать свои деньги как можно лучше. Потребовали колоду карт, уселись за столик и целый час играли в экрю. Первый раз Луис заказал пиво, второй раз я: две кружки за десять центов — Дешевле ничего не было, но даже это мы уплатили скрепя сердце.</p>
     <p>Мы разглядывали посетителей. Это были почти все пожилые рабочие, главным образом немцы, встречавшиеся здесь со своими знакомыми и не обращавшие на нас внимания. Нам не понравилось в этой пивной, и мы ушли оттуда недовольные, потеряв вечер и выбросив двадцать центов на совершенно ненужное нам пиво.</p>
     <p>Потом, в другие вечера, мы заходили еще кое-куда и под конец попали в «Националь» — пивную на углу улиц Десятой и Франклина. Здесь собиралась более приятная публика. Луис встретил каких-то знакомых, я — прежних соучеников, с которыми ходил в школу, когда еще носил короткие штанишки. Мы вспоминали разных ребят, спрашивали, где тот, где этот, и, конечно, пили. Сперва они угощали нас. Потом, как водится, мы угощали их. Это было ужасно досадно, ибо уменьшило наши капиталы на сорок — пятьдесят центов.</p>
     <p>Мы хорошо провели вечерок, но и здорово обанкротились. Ухнули сразу все деньги, отложенные нами на неделю. Все-таки мы решили ходить в эту пивную, только быть поэкономнее. На ату же, предстоящую, неделю мы ввели жесточайший режим. Пришлось отменить свидание с двумя девушками из Западного района, с которыми мы собирались завести флирт. Мы должны были встретиться с ними на следующий вечер, но отказались от этого удовольствия: не осталось денег на трамвай, чтобы проводить девушек домой. Как многие люди, попавшие в финансовые затруднения, мы были вынуждены прервать свою «светскую жизнь» по крайней мере до субботней получки. Пришлось нам с Луисом назначать друг другу свидания в конюшне и до конца нашего добровольного отшельничества играть там вдвоем в экрю и казино, трясясь от стужи, несмотря на застегнутые по самое горло куртки.</p>
     <p>Мы частенько ходили в «Националь», но тратили лишь ту минимальную сумму, которая необходима, чтобы провести вечер в тепле. Иногда, впрочем, на нашу голову сваливалась нежданная беда: например, два раза подряд нас втягивали в игру в санчопедро на выпивку впятером. Такая трагедия могла влететь в целое состояние — от двадцати пяти до восьмидесяти центов, — иди знай, сколько партнеров потребуют пива по десять центов кружка! Правда, у нас теперь появилась возможность временно избежать краха: мы завели в этой пивной кредит. Но ясно, что такая ситуация лишь оттягивала роковой час расплаты и склоняла к большим тратам, чем если бы мы платили сразу. (Когда весной следующего года я внезапно покинул Окленд, я не успел уплатить владельцу пивной доллар семьдесят пять центов, а вернувшись в город через несколько лет, уже не нашел этого человека. Так и остался мой долг неоплаченным, и если моему кредитору случится прочесть эти строки, пусть он имеет в виду, что я готов расплатиться с ним по первому требованию!)</p>
     <p>Этот пример с «Националом» я привожу, чтобы еще раз показать, что Джон — Ячменное Зерно пользуется всеми средствами воздействия — от приманки до грубой силы — при таком общественном устройстве, когда кабаки торчат на каждом углу, на каждом перекрестке. Мы были здоровые, молодые парни. Нас вовсе не соблазняла выпивка, да и денег на нее у нас не хватало. Но в дождь и стужу нам некуда было деться, и мы поневоле шли в кабак и тратили последние гроши на пиво. Некоторые критики могут возразить мне, что мы могли с таким же успехом пойти в Союз христианской молодежи, в вечернюю школу, в какой-нибудь кружок или, наконец, к друзьям своего возраста. На это я им ничего толком не отвечу, знаю лишь, что мы не шли. Не шли, и дело с концом. И в настоящее время вы найдете сотни тысяч таких же юношей, как мы с Луисом, которых манит и зазывает Джон — Ячменное Зерно, хватает под руку и тащит в теплый, уютный кабак, где с присущим ему коварством понемногу превращает в пьяниц.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Хозяева джутовой фабрики не выполнили своего обещания прибавить мне двадцать пять центов в день, и, как свободный гражданин Соединенных Штатов, прямые предки которого сражались во всех американских войнах, начиная от самых первых битв колонистов с индейцами еще задолго до революции, я воспользовался своим правом на свободный труд и заявил, что порываю с ними всякие отношения.</p>
     <p>По-прежнему полный решимости найти себе постоянное занятие, я понимал, что быть неквалифицированным рабочим невыгодно. Надо овладеть какой-нибудь специальностью, скажем электротехникой. Спрос на электриков все время растет. Но как научиться этому делу? Поступить в техническую школу или в университет я не мог: денег но было, а главное, я не испытывал должного почтения к храмам науки. Я считал себя практичным человеком, какие нужны в этом практическом мире. К тому же я тогда еще верил в легенды, которые во времена моего детства в Америке всасывались с молоком матери.</p>
     <p>Мальчишка-лодочник сумел стать президентом. Любой подросток, поступивший на службу в торговую фирму, может подняться по служебной лестнице до положения младшего компаньона фирмы, если он предан делу и проявляет рвение, бережлив и не пьет спиртных напитков. А уж потом стать старшим компаньоном — всего лишь вопрос времени. Очень часто, если верить легенде, этот малый, доказав серьезность своих намерений, женится на Дочери хозяина. Теперь, обретя некоторый опыт по части обращения с прекрасным полом, я уверовал в свой успех. Я женюсь на Дочке хозяина! Какие могут быть сомнения? Все герои американских легенд добивались этого, едва отрастив усы!</p>
     <p>Поставив крест на всяких приключениях, я отправился на электрическую станцию, которая снабжала током одну из линий городского трамвая. Меня принял сам директор в своем кабинете, обставленном с такой роскошью, что я был буквально потрясен. Но я все-таки отважился и заговорил… Я сказал директору, что хочу стать электромонтером, никакая работа меня не страшит, — я привык к тяжелому труду, а что касается моей физической пригодности, то пусть он посмотрит на меня и убедится. Я сказал ему, что готов начать с самой маленькой должности и пробивать себе дорогу собственными усилиями, что я хочу целиком посвятить себя именно этой профессии и его почтенному учреждению.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_020.jpg"/>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_021.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Директор слушал меня с благосклонной улыбкой. С такими принципами я пойду далеко, заявил он. Его долг — поддерживать молодых американцев, которые стремятся самостоятельно пробивать себе дорогу. Предприниматели всегда ищут таких юношей, как я, но, к сожалению, находят их крайне редко. Мое желание достойно наивысшей похвалы, и он постарается дать мне возможность проявить себя в полной мере (я внимал ему с радостно бьющимся сердцем и думал: не его ли дочка станет моей женой?).</p>
     <p>— Прежде чем получить самостоятельный участок, где вы столкнетесь со всеми сложностями и тонкостями профессии, — предупредил он, — нужно будет еще поработать в депо, где производится ремонт и установка моторов. (Тут я окончательно решил, что это будет именно его дочка, и принялся гадать о другом: много ли у него акций трамвайной компании?)</p>
     <p>— Но имейте в виду, — продолжал директор, — что без подготовки никто вас не назначит помощником. Место в цехе надо еще заслужить. В депо надо начинать с более скромной роли — уборщика. Подметать пол, мыть окна, поддерживать порядок в помещении… Когда вы докажете, что справляетесь с этими обязанностями, тут уже вас могут назначить помощником электромонтера.</p>
     <p>Мне было не вполне ясно, каким образом подметание и уборка помещения служат подготовкой к профессии электромонтера, но в книжках, как правило, все начинали с черной работы и благодаря своему усердию под конец становились владельцами всего предприятия.</p>
     <p>— Когда выходить на работу? — спросил я, желая как можно скорее начать головокружительную карьеру.</p>
     <p>— Поскольку мы с вами оба понимаем, что начинать нужно с самой нижней ступеньки, — сказал директор, — имейте в виду, что депо — это уже гораздо выше. Надо еще поработать в машинном отделении смазчиком.</p>
     <p>У меня сердце екнуло: путь к хозяйской дочке становился все длиннее. Но в следующий миг я успокоился. Ничего, легче будет стать хорошим электротехником, если знать как следует паровые двигатели. Работая в громадном машинном зале смазчиком, я изучу каждый винтик, каждую гайку. Господи! Будущее снова сияло передо мной радужными красками.</p>
     <p>— Когда выходить на работу? — повторил я прочувствованным тоном.</p>
     <p>— Погодите. И машинное отделение еще не самая первая ступень, — сказал он. — Туда тоже нельзя поступить без предварительной подготовки. Начинать надо, естественно, с котельной.</p>
     <p>Я вижу, что вы толковый малый, значит, должны понимать, что даже засыпка угля — целая наука, а вовсе не пустяк, как кажется некоторым. Да будет вам известно, что весь уголь, предназначенный для топки, мы тщательно взвешиваем и, таким образом, изучаем тепловой коэффициент разных сортов. Мы точно знаем себестоимость нашей продукции и следим за кочегарами, чтобы они — по глупости или недобросовестности — не разбазаривали уголь. — Директор снова осклабился. — Видите, как много значит такой на первый взгляд незначительный вопрос? И чем больше знаний у вас будет в этой области, тем более ценным работником вы станете: приобретете уважение и в наших глазах и в своих собственных. Ну как, согласны?</p>
     <p>— Безусловно, — храбро ответил я. — Чем скорее, тем лучше.</p>
     <p>— Вот и отлично. Явитесь завтра в семь часов утра.</p>
     <p>Меня повели и показали, в чем будут заключаться мои обязанности. Сообщили условия: десять часов работы, не исключая праздников и воскресных дней, один выходной день в месяц. Жалованье тридцать долларов. Не очень-то жирно! Ведь я уже несколько лет назад получал на консервной фабрике тот же доллар за десять часов! Впрочем, утешал я себя, мне до сих пор никто не платил больше, потому что я не имею квалификации. Отныне все будет иначе. Я поступаю сюда, чтобы изучить ремесло, получить специальность и сделать карьеру, добиться богатства и руки директорской дочки.</p>
     <p>Начинаю же я, как полагается, с азов. По всем правилам. Я подаю уголь кочегарам, те засыпают его в топку, тепловая энергия превращается в пар, пар — в электричество, а там уже колдуют электромеханики. Без сомнения, с подачи угля начинается все, — если, конечно, директору не вздумается направить меня в шахту, где добывают уголь, чтобы я получил еще более полное представление об источниках электрической энергии, приводящей в движение трамвай.</p>
     <p>Работа! Мне приходилось уже работать бок о бок с мужчинами, но казалось, что то была просто игра. Какое там десять часов! Я подавал уголь для обеих смен и, даже не отдыхая в обеденный перерыв, ни разу не управился раньше восьми вечера. Я работал по двенадцать-тринадцать часов в день и не получал сверхурочных, — не то что на консервной фабрике.</p>
     <p>Почему? Открою вам секрет, не удивляйтесь! Я выполнял работу двух человек. До моего поступления дневную смену обслуживал один сильный взрослый рабочий, а ночную — другой, тоже, конечно, взрослый и сильный. Каждому платили сорок долларов в месяц. А директор, чтобы сэкономить, заставил меня работать за двоих и назначил мне тридцать долларов. Я-то думал, что он готовит меня в электромонтеры. А он просто хотел сберечь компании пятьдесят долларов в месяц.</p>
     <p>Но я не знал, что работаю за двоих Мне этого никто не сказал: директор предупредил всех, чтобы мне не смели говорить. В первый день я просто лез из кожи вон, так старался: с молниеносной быстротой наполнял углем железную тачку, бегом катил ее на весы, взвесив, мчался в котельную и вываливал уголь перед топкой.</p>
     <p>Работа! Я делал больше, чем те двое взрослых, вместо которых наняли меня. Каждый из них подвозил уголь к котлам и сваливал на чугунные плиты перед топкой. Я же мог это делать только для дневной смены, а для ночной должен был складывать уголь в кучу у стены котельной. Помещение было тесное, первоначально оно предназначалось для подсобных целей. Мне приходилось готовить на ночь целую гору и подпирать ее толстыми бревнами, а потом забрасывать уголь наверх лопатой.</p>
     <p>В это первое утро я весь взмок от пота, но не снижал темна, хотя чувствовал, что изнемогаю. К десяти часам утра я израсходовал столько энергии, что успел проголодаться. Я вытащил толстый ломоть хлеба с маслом, который принес на обед, и, весь в угольной пыли, жадно съел его стоя, хотя от усталости у меня подгибались колени. К одиннадцати часам мой обеденной, котелок был уже пуст.</p>
     <p>Ладно, не все ли равно! Зато я смогу теперь работать весь перерыв.</p>
     <p>Прошел перерыв и вторая половина дня. Наступил вечер, зажгли свет, а я еще работал. Ушел дневной кочегар, заступил на вахту ночной. А я все таскал и таскал уголь.</p>
     <p>В половине девятого, голодный и совершенно без сил, я смыл с себя грязь, переоделся и побрел к трамваю. До дома было три мили; мне выдали служебный трамвайный билет, предупредив, однако, что я могу сидеть только в том случае, если на мое место не найдется желающих из числа платных пассажиров. Я забился в уголок на задней площадке, моля Бога, чтобы никто не согнал меня с места. Вагон постепенно наполнялся. Я не успел проехать и полпути, как вошла женщина, для которой уже не оказалось места. Я сделал попытку встать и — о ужас! — не смог. Холодным ветром меня словно прижало к скамье. Всю дорогу я промучился, стараясь расправить ноющие суставы и мускулы, чтобы наконец вылезти и встать на подножку. Когда трамваи подошел к нашей остановке, я спрыгнул и только чудом не рухнул на землю.</p>
     <p>С трудом волоча ноги, я одолел два квартала до дома и, прихрамывая, ввалился в кухню. Пока мать готовила мне ужин, я на кинулся на хлеб с маслом, но, даже не успев утолить голод и не дождавшись, пока дожарится мясо, заснул как убитый. Сколько мать ни старалась меня растормошить, я так и не проснулся и m съел свою порцию мяса. Видя, что это дело гиблое, она позвал, на помощь отца, и вдвоем они потащили меня в комнату. Там и свалился на постель как подкошенный. Родители раздели меня и укрыли, а утром началась новая пытка: опять не могли добудиться! Я еле поднялся, а тут прибавилась еще беда: распухли кисти. Зато я наелся досыта, вознаградив себя за пропущенный накануне ужин, и взял с собой на работу вдвое больше еды, чем вчера.</p>
     <p>Да, работенка! Разве может восемнадцатилетний парень перелопатить больше угля, чем двое взрослых сильных рабочих? Ничего себе работа! Уже задолго до обеденного перерыва я съел все, что принес с собой, до крошки. Но я был исполнен желанием доказать этим людям, на что способен сильный парень, решивший пробить себе дорогу. Как на грех, руки распухали все больше и отказывались служить. Кто не знает, как больно ступить на ногу, когда растянешь сухожилие! Представьте же себе, какая пытка нагребать лопатой уголь и таскать тяжелую тачку, когда на обеих руках растянуты связки!</p>
     <p>М-да, это была работа! Я много раз присаживался то тут, то там в укромном уголке и плакал от унижения и злобы, усталости и отчаяния. Второй день был самым мучительным, и если я выдержал тринадцать часов, даже заготовив весь уголь для ночной смены, то только благодаря дневному кочегару, который перетянул мне кисти широкими ремешками. Он так крепко их замотал, что они оказались словно в гипсе. Эти ремешки просто спасли меня: сняли нагрузку с кистей и помешали опухоли распространиться.</p>
     <p>Так я учился на электромонтера. Что ни вечер, я с трудом добирался до дому и, не успев кончить ужин, засыпал за столом.</p>
     <p>Меня волокли в кровать и раздевали, как маленького. Каждое утро, набрав с собой кучу еды, словно отправляясь в голодный край, я шел, согнувшись в три погибели, на работу.</p>
     <p>Я больше не менял книги в библиотеке. Не назначал свиданий девушкам. Я превратился в рабочую скотину. Работал, ел и спал, а мозг мой все время находился в состоянии спячки. Это был какой-то кошмар. Я работал ежедневно, по воскресеньям тоже, задолго уже начав мечтать о том единственном свободном дне, который мне дадут в конце месяца, — вот когда я отосплюсь в свое удовольствие! Буду валяться целый день в постели и бездельничать!</p>
     <p>Но странная штука: за это время я ни разу не выпил и даже не вспомнил об алкоголе. А между тем мне было известно, Что от сильного переутомления люди запивают. Я видел такие случаи и даже испытал это на себе. Но я был предельно чужд Алкоголизма, и мне в голову не приходило, что, если выпить, станет легче. Зачем я привожу этот пример? Чтобы показать, что у меня не было потребности в алкоголе. Только со временем, спустя уже много лет, от частого общения с бутылкой я стал испытывать явную тягу к Ячменному Зерну.</p>
     <p>Я часто замечал, что дневной кочегар поглядывает на меня как-то странно. Наконец однажды он заговорил, предварительно взяв с меня клятву, что я никому ничего не скажу. Директор пригрозил, что, если он проболтается, ему несдобровать. Затем он рассказал мне о двух уволенных рабочих и о том, сколько они получали. Я один делаю за тридцать долларов то, что двое других делали за восемьдесят. Он бы мне и раньше рассказал, но был уверен, что я все равно не выдержу и уйду. Губишь себя, малый, а что толку-то? Сбиваешь цену на труд, лишил двоих работы — вот тебе и все!</p>
     <p>Бежать за расчетом? Нет, я американец, я человек гордый.</p>
     <p>Я доработаю до конца дня и докажу директору, что я силен и вынослив. Уволюсь потом, и пусть он знает, какого хорошего работника потерял.</p>
     <p>Так я по глупости и сделал: трудился, как вол, пока к шести часам не кончил заготовку угля для ночной смены. На этом кончилось мое обучение электротехнике, ради которого я пошел работать за жалкие тридцать долларов. Дома я завалился спать и проснулся лишь на вторые сутки.</p>
     <p>Счастье мое, что я поработал недолго и не успел надорваться. Впрочем, кожаные браслеты на руках я проносил потом целый год. Мой трудовой пыл сменился полным отвращением к физической работе. Я попросту не желал работать. Даже думать об этом мне было противно. Наплевать, если никогда не устроюсь прочно! К черту всякое ремесло и учение! Куда веселее бродячая жизнь! И вот, снова став искателем приключений, я взял курс на восток, путешествуя в товарных вагонах.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Однако стоило мне вернуться к поискам приключений, Джон — Ячменное Зерно опять оказался тут как тут. Я кочевал по чужим городам, и где, как не за кружкой пива или стаканом виски, можно было познакомиться с людьми и набраться впечатлений? Иногда это была встреча в кабаке с подвыпившими местными жителями, иногда разговор с приветливым железнодорожником, уже изрядно заложившим за воротник, но имевшим в карманах про запас еще пару фляжек, иногда выпивка с кучкой отпетых «алки» в каком-нибудь подозрительном притоне. Пили даже в тех штатах, где спиртные напитки были официально запрещены, например в Айове. Помню, я слонялся по главной улице Де-Мойна в 1894 году, и совершенно незнакомые люди зазывали меня в подпольные распивочные: парикмахерские, слесарные мастерские, мебельные магазины. И везде мы отдавали обильную дань Бахусу.</p>
     <p>Куда ни повернись, он был всюду. В те благословенные времена даже бродяги могли позволить себе раздавить рюмку довольно часто. Даже в тюрьме в Буффало мы умудрились устроить грандиозную попойку, а выйдя на свободу, опохмелились, выклянчив деньги на улице у прохожих.</p>
     <p>Меня не соблазняло пьянство, но там, где пили другие, не отставал и я. Всегда я подбирал себе в компанию живых, интересных людей, а эти-то как раз пили больше всех. Зато они были настоящие товарищи и по большей части темпераментные, своеобразные личности. Пожалуй, именно из-за своего темперамента они и пренебрегали обыденным, будничным, ища утехи в обществе Ячменного Зерна. Так или иначе, эти люди, дружившие с Ячменным Зерном, притягивали меня больше других.</p>
     <p>Мои скитания по Соединенным Штатам изменили во мне ряд былых представлений. Я был бродягой и, находясь за сценой или, вернее, под сценой, не играл никакой роли в жизни американского общества. Зато снизу было виднее, как действуют механизмы, приводящие в движение колеса общественной машины.</p>
     <p>В частности, я узнал, что физический труд вовсе не пользуется тем почетом, о котором разглагольствуют учителя, проповедники и политиканы. Люди без ремесла представляют собой жалкое, беззащитное стадо Даже владеющие ремеслом должны состоять в профсоюзе, чтобы оградить свое право зарабатывать кусок хлеба.</p>
     <p>Профсоюзы всеми средствами борются с предпринимательскими союзами за повышение заработной платы и уменьшение рабочего дня: когда не действуют угрозы, прибегают к пулям. Теми же методами пользуются их противники. Я не видел, чтобы рабочему оказывали почет. Когда он старел или с ним приключалась беда, его просто выкидывали на мусорную свалку, как негодную машину Я знал много таких, которые доживали свой век, отнюдь не окруженные почетом.</p>
     <p>Итак, мои новые представления сводились к тому, что физический труд не в почете и не стоит на него делать ставку. Не надо мне ни ремесла, ни директорской дочки! И подальше от преступлений: они до добра не доведут. Преступника ждет такой же несчастный конец, как и рабочего. Нынче в цене не физическая сила, а мозг. Не буду, решил я, продавать свои мускулы на невольничьем рынке. Буду продавать мозг, только мозг, и баста!</p>
     <p>Я вернулся в Калифорнию с твердым намерением получить образование. В свое время я окончил начальную школу, теперь пошел учиться в среднюю. Чтобы прокормить себя, я нанялся дворником. Мне немного помогала сестра, но я не брезгал никакой работой: готов был и газоны стричь, и ковры выбивать, если оказывалось свободное время. Я понимал весь глубокий смысл парадокса, что только труд может спасти от труда, и это поддерживало во мне соответствующее рвение.</p>
     <p>Юношеская любовь, Хейди, Луис Шатток, вечерние прогулки — все было в прошлом. На развлечения у меня не хватало времени. Я вступил в дискуссионный клуб имени Генри Клея <a l:href="#n_58" type="note">[58]</a>, бывал и гостях у некоторых его участников и познакомился с интеллигентными девушками, щеголявшими в длинных платьях. Посещал и другие маленькие сборища, где велись диспуты о поэзии, искусстве и тонкостях английской грамматики. Я вступил в Оклендское отделение социалистической партии — там мы штудировали политическую экономию и философию, обсуждали вопросы политики. Некоторое время я работал в библиотеке и прочел горы литературы, чтобы оправдать звание члена по меньшей мере полудюжины организаций.</p>
     <p>За полтора года я ни разу не пригубил рюмки, даже не вспоминал о спиртном. Не было ни времени, ни желания. Покончив с дневными обязанностями дворника, я перевоплощался в ученика, а редкие свободные минуты посвящал шахматам. Со всем пылом души я познавал новый мир, и до чего же отвратительным казался мне теперь старый мир Джона — Ячменное Зерно!</p>
     <p>Впрочем, однажды я все-таки посетил пивную. Зашел к Джонни Хейнхолду в «Последний шанс» занять у него денег. Вот вам еще одна черта Джона Ячменное Зерно. Кабатчики славятся добротой. Как правило, они куда щедрее, чем так называемые деловые люди. Мне требовалось до зарезу десять долларов, а обратиться было не к кому. И я пошел к Джонни Хейнхолду. Я несколько лет не посещал его заведение, так что он от меня не имел пользы, и на этот раз я тоже ничего не выпил. Однако он дал мне десятку, не спросив ни залога, ни процентов.</p>
     <p>После этого мне приходилось часто обращаться к Джонни Хейнхолду с подобными просьбами. Поступив в университет, я занял у него сорок долларов, тоже без поручительства и процентов, хотя не потратил в «Последнем шансе» даже десяти центов. Но я хочу отметить один обычай, так сказать, неписаное правило: когда через несколько лет фортуна улыбнулась мне, я специально ездил выпить на другой конец города к Джонни в «Последний шанс», это было как бы процентом за его ссуды. Он сам никогда об этом не просил и на это не рассчитывал. Я же действовал согласно хорошо изученным мною правилам, которые диктуются Ячменным Зерном. Когда человек попадает в беду и ему некуда податься, потому что без залога и поручительства ни один зверь ростовщик не даст ему ссуды, есть один выход, обратиться к знакомому кабатчику. А так как человеку свойственно чувство благодарности, можете быть уверены, что, оказавшись снова при деньгах, он пропьет их именно там, где ему помогли в трудную минуту.</p>
     <p>Не могу не вспомнить то время, когда я начинал литературную деятельность и вынужден был содержать большую семью: жену и детей, мать и племянника, не считая попавших в нужду кормилицу Дженни с ее суриком, — на очень скромный гонорар, который получал катастрофически нерегулярно от журнальных издательств. Существовало два места, где я пользовался кредитом: парикмахерская и кабак. Парикмахер брал с меня пять процентов в месяц с платой вперед. Иными словами, когда я занимал у него сто долларов, он давал мне девяносто пять. Пять долларов удерживалось в виде процентов за первый месяц. За второй я платил ему еще пять, и так до тех пор, пока, наконец, не удавалось одним рассчитанным ударом выколотить у издателей причитающийся мне гонорар и ликвидировать свой кабальный долг.</p>
     <p>Другой, кто выручал меня в трудную минуту, был соседний кабатчик. Несколько лет мы знали друг друга в лицо, но я ни разу у него не выпил, даже придя попросить взаймы. И все же он мне никогда не отказывал, какую бы сумму я ни просил. К сожалению, он переехал в другой город до того, как я разбогател. До сих пор жалею, что его нет. Согласно правилам, которые я изучил, мне полагалось бы заглядывать к нему и пропивать у него время от времени несколько долларов в знак благодарной памяти о прошлом.</p>
     <p>Я вовсе не собираюсь прославлять кабатчиков; это скорее ода Джону Ячменное Зерно. Я лишь добавляю еще один штрих ко множеству других, благодаря которым люди привыкают к пьянству и в конце концов убеждаются, что уже не в состоянии жить без алкоголя.</p>
     <p>Но возвращаюсь к моему рассказу. Охладев к былым авантюрам, уйдя с головой в учение и дорожа каждой минутой, я просто позабыл, что где-то существует кабак. Вокруг меня никто не пьянствовал. Найдись среди моих новых друзей любители выпить и позови они меня с собой, я наверняка не сумел бы устоять. А так в свободный час я садился за Шахматную доску, шел на прогулку с интеллигентными девушками из университета или ехал за город на велосипеде (если он не был в это время в ломбарде).</p>
     <p>Хочется снова подчеркнуть главное: несмотря на пройденную мною большую и жестокую школу Джона — Ячменное Зерно, я не чувствовал никакой тяги к алкоголю. Порвав с прошлым, я наслаждался обществом идиллически настроенных студентов и студенток. Я проник в волшебный чертог мысли и был духовно опьянен. (Увы! Довольно скоро я узнал, что и в этом случае не избежать похмелья!)</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Для прохождения курса средней школы нужно было три года.</p>
     <p>На такой срок у меня не хватало ни терпения, ни денег. При таких темпах мне было не вытянуть, а мне хотелось поступить потом в Калифорнийский университет. Вот почему, проучившись первый год, я стал искать пути покороче: занял деньги и поступил на старшее отделение подготовительных курсов, где натаскивали к экзаменам в высшие учебные заведения. Мне гарантировали, что Через четыре месяца я поступлю в университет и таким образом выгадаю два года.</p>
     <p>Ну и зубрил же я! Ведь надо было усвоить материал за два класса в четыре месяца. Я так зубрил квадратные уравнения и химические формулы, что через пять недель они уже не лезли мне в голову. И вдруг меня вызывает директор курсов. Очень жаль, говорит, но ему придется вернуть мне деньги и попросить меня покинуть стены его учебного заведения. Нет, дело не в успеваемости. Как слушатель, я на хорошем счету, и он уверен, что поступи я по окончании курсов в университет, я бы и там в грязь лицом не ударил. Но, к его прискорбию, начались неприятные разговоры.</p>
     <p>Как это — за четыре месяца пройти двухлетний курс? Может получиться скандал, в университетах и так стали строже относиться к подготовительным курсам. Он не может поставить под удар свою репутацию и просит меня оказать ему любезность и отчислиться.</p>
     <p>Я подчинился. Вернул долг и, стиснув зубы, засел за самостоятельную зубрежку. До вступительных экзаменов в университет оставалось еще три месяца. Мне предстояло осилить за эти три месяца в стенах своей комнаты, без лабораторий и учителей, весь курс за два класса и повторить пройденное за истекший год.</p>
     <p>Я долбил по девятнадцать часов в день все эти три месяца, лишь несколько раз позволив себе короткую передышку. Я был измотан до последней степени: тело мое ныло, голова раскалывалась на части, но я продолжал зубрить. У меня стали болеть глаза, подергиваться веки, еще немного — и пришлось бы бросить занятия! Под конец я, кажется, маленько свихнулся: мне представилось, что я решил квадратуру круга, но я нашел в себе твердость отложить выведение формулы. После испытаний — вот тогда я себя покажу!</p>
     <p>Сдавая экзамены, я несколько дней не отдыхал и не спал почти ни минуты, — только и делал, что зубрил да повторял. Зато когда я сдал последний письменный экзамен, мое переутомление достигло предела. Я не мог уже смотреть на книги. Не мог ни о чем думать; любой человек, способный мыслить, внушал мне ужас.</p>
     <p>При таком состоянии одно спасение было — тряхнуть стариной. Я не стал ждать результатов испытаний. Одолжив у знакомого яхту, я бросил в каюту сверток одеял и немного еды, поднял парус и рано утром с концом отлива вышел из Оклендской бухты.</p>
     <p>Меня подхватил прилив, и попутный ветер погнал в северном направлении, туда, где курился залив Сан-Пабло. Над Каркинезским проливом, у медеплавильного завода Селби, стоял туман, за кормой оставались старые береговые знаки <a l:href="#n_59" type="note">[59]</a>, которыми я научился пользоваться во время плавания на шхуне Нельсона, всегда ходившей под всеми парусами.</p>
     <p>Впереди показалась Бенишия. Я миновал Тернерскую верфь, обогнул пристань Солано и подошел вплотную к лежащим на песке рыбачьим шаландам здесь я когда-то жил, предаваясь пьянству.</p>
     <p>В этот момент что-то со мной произошло, но смысл случившегося я осознал лишь через много лет. У меня не было ни малейшего намерения высадиться в Бенишии. Я шел с попутным ветром, свистевшим мне в уши и надувавшим паруса, — лучшей погоды ни один моряк не пожелает! Впереди виднелись мысы Буллхед и Армипойнтс, — значит, скоро Сьюисанский залив, он тоже, наверно, сейчас в тумане. Но стоило мне завидеть эти рыбачьи шаланды Бенишии, как я, не раздумывая, принял решение: увалился под ветер <a l:href="#n_60" type="note">[60]</a>, раздернул шкоты <a l:href="#n_61" type="note">[61]</a> и направился к берегу. В этот миг мой усталый, измученный мозг подсказал мне чего я хочу. Выпить.</p>
     <p>Напиться.</p>
     <p>Да, я правильно понял это властное желание. Мой усталый мозг требовал забвения, и другого способа забыться я не знал.</p>
     <p>Вот в чем суть! Впервые в жизни я сознательно, намеренно пожелал напиться. Это было новое, незнакомое пока еще мне проявление власти Ячменного Зерна: не тело, а мозг на этот раз требовал алкоголя. Переутомленный, измученный, издерганный мозг.</p>
     <p>Тут я хочу поговорить о самом главном. При всем моем переутомлении мне и в голову не пришло бы напиться, если бы я прежде не увлекался пьянством. Преодолевая органическое отвращение к алкоголю, я приучился пить, потому что не хотел прослыть плохим товарищем, и еще потому, что без Джона Ячменное Зерно невозможно было обойтись, если ты стремился к интересной, богатой приключениями жизни. И вот я достиг такого состояния, когда мой мозг пожелал не просто выпить, а напиться мертвецки пьяным. Если бы я не пил столько лет подряд, я не вспомнил бы и сейчас о виски. Я пошел бы дальше мимо Буллхеда, в бурлящий Сьюисанский залив и в свите ветра, надувающего мой парус и пробирающего меня насквозь, забыл бы свою усталость и вернулся бы со свежей головой.</p>
     <p>Я пришвартовался и поспешил туда, где покачивались у причала рыбачьи шаланды. Мне на шею бросился Чарли Ле Грант.</p>
     <p>Его супруга Лиззи прижала меня к своей объемистой груди. Меня обступили Билл Мерфи, Джо Ллойд и другие товарищи по рыбачьему патрулю. Все обнимали меня наперебой. Чарли схватил бидон и побежал через железнодорожное полотно в кабак Йоргенсона.</p>
     <p>Это означало, что будет пиво. Но мне хотелось чего-нибудь покрепче, и я крикнул ему вдогонку, чтобы он прихватил и бутылку виски.</p>
     <p>Эта бутылка пропутешествовала много раз через рельсы — туда и обратно. Подошли другие рыбаки, старые приятели — греки, русские, французы. Каждый по очереди угощал, потом все начиналось сызнова. Люди приходили и уходили, а я оставался на месте и пил со всеми. Пил с ненасытной жадностью, виски обжигало нутро, а я блаженствовал, чувствуя, что в голове шумит все больше и больше.</p>
     <p>Пришел Рыба, плававший с Нельсоном до того, как я занял его место. Он был так же красив, как прежде, только еще более непутевый, почти совсем свихнувшийся от пьянства. У него только что произошла ссора с компаньоном, совладельцем шлюпа «Газель», и оба пустили в ход кулаки и ножи. Сейчас он старался поддержать в себе боевой дух, рассказывая об этой драке. Мы выпили с ним и помянули Нельсона, силача Нельсона, который спит вечным сном в этом городке, и оба прослезились, вспоминая о покойнике одно только хорошее, и по этому поводу еще несколько раз осушили стаканы.</p>
     <p>Меня просили остаться переночевать, но я видел через открытую дверцу, как ходят волны, и слышал, как воет ветер. И пока я старался забыть мои три месяца сплошной зубрежки, Чарли Ле Грант перенес мои вещи в большую шаланду, на каких промышляют лосося. Он дополнил снаряжение мешком угля, рыбацкой жаровней, кофейником и сковородкой, банкой кофе, мясом и только что пойманным морским окунем.</p>
     <p>Моим друзьям пришлось поддерживать меня, провожая по шатким мосткам причала, когда я шел садиться в шаланду. Они поднимали шпринтом верхний угол паруса до тех пор, пока он не натянулся, как доска. Кто-то из них высказал опасение по поводу шпринтов <a l:href="#n_62" type="note">[62]</a>, но я настаивал, и Чарли меня поддержал. Он никогда не сомневался в моем умении и знал, что, пока у меня есть глаза, я сумею управлять судном. Мне бросили фалинь. Я взялся за румпель, выбрал шкот и, хотя предо мной все ходило ходуном, отвалил от берега, помахав на прощание рукой.</p>
     <p>Сильнейший ветер, изменивший течение, вздымал высокие волны. Сьюисанский залив побелел от ярости. Но рыбачья шаланда — это крепкая посудина, и я умел ею управлять. Я гнал ее на гребни волн и наперерез волнам и громко посылал ко всем чертям книги и школы. Вздыбленные волны нахлестали мне воды на целый фут, но я только смеялся, когда у меня хлюпало под ногами, и распевал во весь голос. Море и ветер — чепуха! Я называл себя владыкой мира, оседлавшим разъяренную стихию, и Джон Ячменное Зерно не отступал от меня ни на шаг. Вперемешку с математическими и философскими формулами и изречениями великих ораторов я вспоминал старые песни тех лет, когда работал на консервной фабрике и был устричным пиратом: «Черная Лу», «Облако летит», «Не обижай мою дочку», «Бостонский вор», «Сюда, бродяги-игроки», «Если бы я была птичкой» и «Шенандоа».</p>
     <p>Так прошло несколько часов. Когда яркие лучи восхода за жгли небо, я был уже там, где мутные воды Сакраменто сливаются с мутными водами Сан-Хоакина. Наперерез течению я проскользнул по зеркальной поверхности закрытой гавани Блек Даймонд в устье Сан-Хоакина и дальше к Антиоху, где, несколько отрезвев и голодный, как волк, лег в дрейф <a l:href="#n_63" type="note">[63]</a> рядом с груженным картофелем баркасом, оснастка которого показалась мне знакомой.</p>
     <p>На нем действительно оказались мои старые приятели. Они зажарили в оливковом масле моего морского окуня и пригласили меня разделить с ними трапезу. Мы ели рагу, сильно приправленное чесноком, и итальянский хлеб с румяной корочкой, без масла, и за пивали еду крепким красным вином.</p>
     <p>Моя шаланда была полна воды, но в маленькой каюте баркаса одеяла и койки были сухие, и мы лежали, и курили, и вспоминали былые дни, прислушиваясь, как воет ветер в снастях и гудят на мачте туго натянутые фалы <a l:href="#n_64" type="note">[64]</a>.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Через неделю я вернулся домой освеженный и готовый приступить к занятиям в университете. В течение этой недели я не пил. Стараясь избежать возлияний, я избегал и встреч со старыми друзьями, ибо там, где были они, неизменно появлялся Джон — Ячменное Зерно. Я хорошо отдохнул, и мне захотелось выпить только в первый день, потом уже не тянуло. Не воображайте, что меня беспокоила совесть. Я не стыдился и не жалел, что принял участие в попойке в Бенишии, — просто вычеркнул ее из памяти и с удовольствием снова сел за учебники.</p>
     <p>Прошло много времени, прежде чем я вспомнил этот случай и оценил его по достоинству. Тогда, да и не только тогда, мне казалось, что все это только шутка. Но в зрелом возрасте в периоды наибольшего умственного напряжения и душевной неуравновешенности я вспоминал, что алкоголь обладает силой, помогающей забыться, и жаждал его всем своим существом.</p>
     <p>Но в то время случай в Бенишии не помешал мне вести вполне пристойный образ жизни. Во-первых, я не скучал по вину, а во-вторых, моими товарищами были студенты, народ непьющий. Вернись я к поискам приключений, волей-неволей пришлось бы пить.</p>
     <p>Ибо здесь и таится главная опасность: все дороги приключений облюбовал Джон — Ячменное Зерно.</p>
     <p>Я закончил первый семестр и в январе 1897 года перешел на второй. Но наша семья очень бедствовала, и мне стало казаться, что я трачу слишком много времени на университет. Я решил обойтись без высшего образования. Ничего, не такая уж большая потеря! Я учился два года, прочел уйму книг, и это ценил больше всего. Впрочем, была и другая польза: я стал лучше говорить и писать. Правда, я не отвык спрашивать «чего» вместо «что», зато правило, согласно которому в английском языке нельзя употреблять отрицательное местоимение с отрицательной формой глагола, усвоил твердо: при письме я уже не делал этой ошибки, а если она и проскальзывала иной раз в речи, так только когда я волновался.</p>
     <p>Я решил не откладывать в долгий ящик занятие творчеством.</p>
     <p>Меня привлекали четыре отрасли: музыка, поэзия, статьи по философским, экономическим и политическим вопросам и, наконец (хотя и меньше, чем все остальные), художественная проза.</p>
     <p>Впрочем, музыку я сразу же исключил, как бесперспективное дело. Засев у себя в комнатке, я начал писать сразу все: стихи, статьи и рассказы — и, Боже мой, с каким невообразимым рвением!</p>
     <p>Подобная лихорадка творчества могла окончиться лишь тяжелым психическим заболеванием. Результатом моей бешеной работы могло стать не что иное, как размягчение мозга, и я угодил бы в сумасшедший дом. Я строчил напыщенные очерки, рассказы на социальные и научные темы, юмористические стихи и разные другие — от триолетов и сонетов до трагедии, написанной белыми стихами, и тяжеловесной эпической поэмы в духе Спенсера <a l:href="#n_65" type="note">[65]</a>. Бывали периоды, когда я не вставал из-за письменного стола по пятнадцать часов, забывал даже поесть или ради столь скучного деля не хотел прерывать вдохновения.</p>
     <p>Затем начались муки с перепечаткой. У мужа моей сестры была пищущая машинка, на которой он работал днем. Мне разрешалось пользоваться ею ночью. Это была удивительная машинка.</p>
     <p>Я готов и сейчас заплакать, вспоминая свои поединки с ней. Она была, пожалуй, из самых первых пишущих машин: более допотопной конструкции я не встречал. Шрифт ее состоял из одних прописных букв. В этой машинке сидел какой-то дьявол. Она не подчинялась никаким известным физическим законам и опровергала древнюю аксиому, что одинаковые предметы, применяемые в одинаковых условиях, дают одинаковые результаты. Клянусь, ее нельзя было заставить работать одинаково два раза подряд. Она упрямо доказывала, что только разные условия приносят одинаковые результаты.</p>
     <p>Как у меня болела от нее спина! До знакомства с ней я был далеко не неженкой и выдерживал любое, самое сильное физическое напряжение, а тут она убедила меня, что я далеко не Геркулес. После каждой новой схватки с ней я испытывал такие боли в плечах, что заподозрил с ужасом у себя ревматизм. Стук от нее был невероятный: издали казалось, будто грохочет гром или раскалывают топором мебель, потому что клавиши работали лишь тогда, когда по ним колотили с огромной силой. У меня даже связки на больших пальцах растянулись, и руки болели по локоть, а на концах пальцев натерлись волдыри, которые лопались и возникали снова. Если бы это была моя собственная машинка, я работал бы на ней молотком.</p>
     <p>А ведь мне приходилось не просто бороться с машинкой, а перепечатывать рукописи! Выстукивание тысячи слов превращалось в подвиг, сопровождаемый тысячью проклятий. Но я-то писал в день куда больше, чем тысячу слов. Я стремился поскорее перепечатать мои творения и разослать но редакциям, уверенный, что там их ждут не дождутся.</p>
     <p>Ох и уставал же я! Но при всей усталости — и умственной и физической желание выпить ни разу не заявляло о себе. Я был полон возвышенных интересов и не нуждался в наркотиках. Все часы бодрствования, кроме тех, разумеется, когда приходилось воевать с проклятой машинкой, я посвящал вдохновенному труду И, кроме того, у меня еще были иллюзии, несовместимые с пьянством, например, что существует настоящая любовь и в нее верят все мужчины и женщины, что отцы не отрекаются от своих детей, что есть на свете справедливость, что людям необходимо искусство, и множество других наивных представлений, помогающих нам жить.</p>
     <p>Увы, оказывалось, что редакции не так уж хотели услышать голос молодого автора! Мои опусы совершали удивительнейшие путешествия от Тихого океана до Атлантического и оттуда ко мне обратно. Может быть, издателей поражал сумасшедший вид моих рукописей, и поэтому они не желали печатать ни одной строчки. Но, Господи, их мог с одинаковым успехом отпугнуть и бредовый текст, не только оформление! Я продал букинистам за бесценок учебники, в свое время приобретенные с величайшим трудом. Занимал понемногу деньги, где только удавалось, и все-таки сидел на шее у старика отца, который продолжал работать, несмотря на слабое здоровье.</p>
     <p>Все это длилось недолго — несколько недель. Потом мне пришлось сдаться и поступить на работу. Однако и на этот раз я не искал забвения в вине. Меня не огорчал такой оборот дела. Что ж, значит, откладывается начало литературной карьеры, вот и все. Может быть, у меня действительно не хватает подготовки? Чем больше я читал, тем яснее мне становилось, что я едва только успел коснуться источника знаний. Я все еще парил в облаках. День и большую часть ночи, когда людям полагается спать, я проводил за чтением.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я нашел работу за городом, в небольшой, прекрасно оборудованной механической прачечной при Бельмонтской академии.</p>
     <p>Всю работу там от сортировки и стирки до глажения белых сорочек, воротничков, манжет и даже нарядного белья профессорских жен выполняли два человека: я и еще один парень. Мы работали, как сто чертей, особенно с наступлением лета, когда ученики стали носить полотняные брюки. Гладить их — ужасная канитель, а их было пропасть сколько. Больше месяца стояла тропическая жара, и мы работали каждый день до седьмого пота, но никак не успевали все переделать. Даже ночью, когда все ученики спали мирным сном, мы с моим напарником при электрической лампочке катали и гладили белье.</p>
     <p>Рабочий день был томительно длинен, работа очень тяжела, хотя мы многое усовершенствовали и каждое движение у нас было Рассчитано. Мне платили тридцать долларов в месяц на всем готовом — это больше, чем на электростанции и на консервной фабрике, потому что я экономил двадцать долларов на еде; дирекции же такая щедрость ничего не стоила, ибо мы питались на кухне.</p>
     <p>Повзрослев, я стал более ловким, и, может быть, образование тоже учитывалось, потому-то, видимо, мне и перепали лишние двадцать долларов. При таких темпах, подшучивал я над собой, к концу жизни дослужишься до ночного сторожа с окладом в шестьдесят долларов или, чего доброго, до полисмена — там уж, поди, долларов сто, да и как-никак побочные доходы!</p>
     <p>Всю неделю мы трудились, не жалея сил. Поэтому в субботу вечером были измочалены до предела. Когда-то, еще на консервной фабрике, я возмущался, что меня заставляют работать как лошадь.</p>
     <p>Вот именно, рабочая лошадь! Кстати, моя интеллектуальная жизнь сейчас не многим отличалась от жизни лошади. Книги перестали для меня существовать. Хотя я привез с собой в прачечную сундучок, набитый книгами, читать я не мог. Едва раскрыв книгу, я тут же засыпал, а если и прочитывал несколько страниц, то все равно ничего не помнил. Я уже не пытался заниматься серьезными науками, такими, как политическая экономия, биология или право, а перешел на более легкий предмет — историю. Но все равно засыпал. Взялся было за литературу — тот же результат!</p>
     <p>Под конец, когда я стал клевать носом даже над увлекательными романами, я бросил чтение совсем. За все время работы в прачечной я не осилил ни одной книги.</p>
     <p>В субботу, получив свободу до понедельника, я ощущал только желание спать, да еще одно — напиться. Второй раз в жизни я явственно услышал призыв Джона — Ячменное Зерно! В первый раз я внял ему по причине умственного переутомления, но ведь теперь такого переутомления не было! Наоборот, голова была вялая, пустая, мозг пребывал в спячке. Но именно в этом-то и была беда. Мозг мой, активный и любознательный, оживший от чудес, которые раскрыл перед ним новый замечательный мир книг, страдал от бездеятельности и застоя.</p>
     <p>И, уже изведав дружбу с Джоном — Ячменное Зерно, я знал точно, что он сулит: пьяный бред, воображаемое могущество, забытье… Пусть! Лишь бы не думать про машины, в которых бушуют струи воды, про вращающиеся паровые катки и центробежные отжимы, крахмальные сорочки и нескончаемые полотняные брюки, от которых со свистом валит пар, когда по ним проносится мой раскаленный утюг. Вот кто клюет на Ячменное Зерно: слабые, неудачники, изверившиеся в себе и потерявшие силы. С Ячменным Зерном им сразу становится легко. Но он вечный обманщик. Он придает ложную силу и ложное воодушевление, он приукрашивает то, что на самом деле выглядит очень и очень скверно.</p>
     <p>Но надо помнить, что Джон — Ячменное Зерно многолик.</p>
     <p>Он привлекает не только слабых и изверившихся, но и пышущих здоровьем богатырей, и неистребимых жизнелюбов, и тех, кому ненавистно безделье. Он может подхватить под руку любого человека, как бы тот себя ни чувствовал. Он может опутать своими сетями каждого, лишив его воли к сопротивлению. Он дает людям новый светоч вместо старого и фейерверк иллюзий вместо скучной действительности, но в конце концов грубо обманывает всех, кто заключил с ним сделку.</p>
     <p>Однако почему я не запил тогда? По простой причине: до ближайшей пивной было полторы мили. По-видимому, я все-таки не ощущал слишком властного желания. Иначе я не поленился бы отмахать и в десять раз большее расстояние. Но скажу и другое: если бы пивная находилась за углом, я бы непременно напился. А так я волей-неволен валялся в тени, листая воскресные газеты. Но я был слишком утомлен, чтобы читать этот вздор. Еще куда ни шло юмористическое приложение, там хоть немного смешно. Поглядев на картинки, я скоро завалился спать.</p>
     <p>Хотя в период моей работы в прачечной Джон — Ячменное Зерно не победил меня, все же он добился известного успеха. Его призыв дошел до моего слуха. Я ощущал беспокойное желание и жаждал успокаивающего средства. Он приучал меня к мысли, что в будущем мне без него не обойтись.</p>
     <p>Но хочу пояснить, что желание это зрело только в мозгу. Мое тело не требовало алкоголя. Ведь не захотелось же мне ни разу выпить во время работы на электростанции, хотя там я очень сильно уставал; а вот устав от умственного труда, я сразу же после университетских экзаменов напился вдребезги. Работая в прачечной, я уставал физически, но все же не так сильно, как подтаскивая уголь. Я был другим во время работы на электростанции: мой мозг еще спал. Зато потом я успел уже побывать в чертоге мысли. Когда я таскал уголь для котлов, мозг спал, но когда я поступил в прачечную, он жаждал деятельности и признания, а его насильно умерщвляли.</p>
     <p>И все же, хоть я и не поддался алкогольному соблазну в прачечной, как поддался тогда в Бенишии, семена желания зрели у меня в мозгу.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>После прачечной сестра с мужем снарядили меня за свой счет в Клондайк. Было начало осени 1897 года. Золотая лихорадка в тех местах только еще начиналась. Мне был двадцать один год, я отличался отменным здоровьем. Помню, в конце двадцативосьмимильного перехода с поклажей через Чилкутский перевал от Дайи-Бича до озера Линдерман я не только шел в ногу с индейцами, но даже перегонял многих.</p>
     <p>Последний переход от стоянки до озера был три мили. Я ходил туда и обратно по четыре раза в день, каждый раз неся на себе по сто пятьдесят фунтов. Иными словами, я ежедневно проделывал пешком по труднопроходимым тропам двадцать четыре мили, из которых двенадцать были с поклажей в сто пятьдесят фунтов.</p>
     <p>К черту литературу! Я снова стал искателем приключений, на этот раз мечтая разбогатеть. И где же, как не здесь, должен был я встретить Джона Ячменное Зерно? Я вновь столкнулся со смельчаками, с бродягами и искателями приключений, которые легко терпели голод, но не могли обойтись без виски. Виски путешествовало с ними рядом, в то время как муку зарывали в укромном месте до возвращения.</p>
     <p>По счастью, в моей четверке остальные трое не пили. Поэтому я тоже не пил и совершал грехопадение лишь в тех редких случаях, когда попадал в пьющую компанию. У меня в походной аптечке хранилась кварта виски, но я шесть месяцев к ней не притрагивался. Только когда мы попали в уединенный лагерь, я откупорил свою бутылку для доктора, которому предстояло оперировать больного. Никаких обезболивающих средств не было.</p>
     <p>Врач и больной осушили сообща мою бутылку, после чего началась операция.</p>
     <p>Через год, заболев цингой, я вернулся в Калифорнию и узнал, что мой отец умер и я теперь глава семьи и ее единственный кормилец. Если сказать, что от Берингова моря до Британской Колумбии я ехал на пароходе кочегаром, а оттуда до Сан-Франциско путешествовал в трюме, станет ясно, что я не вывез из Клондайка ничего, кроме цинги.</p>
     <p>Времена были тяжелые. Даже чернорабочим устроиться было невозможно. Я был бы рад и этому, потому что по-прежнему не имел никакой специальности. О литературной деятельности я больше не помышлял. С этим покончено! Я должен добывать пропитание для нас троих, сделать все возможное, чтобы мы не остались без крова. Нужно купить зимнюю одежду, так как моя годится только для лета. Итак, немедленно найти работу! Будущее решится потом; пока есть более неотложные дела.</p>
     <p>Когда страна переживает тяжелые времена, первыми терпят бедствие неквалифицированные рабочие. У меня не было опыта, если не считать работы в прачечной и на судах. Как глава семьи, я теперь не осмеливался уйти в море, а в прачечную устроиться не мог. Я стал на учет в пяти конторах по найму. Поместил объявление в трех газетах. Обошел всех своих немногочисленных знакомых, прося их посодействовать в отношении работы, но сделать это они либо не хотели, либо не могли.</p>
     <p>Положение стало отчаянным. Я заложил часы, велосипед и непромокаемый плащ — гордость отца, завещанный им мне. Этот плащ был и остался единственным наследством за всю мою жизнь.</p>
     <p>Новый он стоил пятнадцать долларов, а ростовщик мне дал за него два. Да, забыл рассказать: как-то раз ко мне явился один из моих давнишних портовых дружков и принес фрачную пару, завернутую в газетную бумагу. Он не мог вразумительно объяснить мне, как попал к нему этот костюм, да я и не требовал подробностей. Я решил взять у него этот костюм. Не для того, чтобы носить. Боже упаси! Я дал ему взамен кучу ненужного старья, которое не брали в заклад. Он распродавал это старье по мелочам и кое-что за него выручил. А фрачную пару я заложил за пять долларов, небось она до сих пор висит у ростовщика на вешалке. Я и не собирался ее выкупать.</p>
     <p>Работы по-прежнему не было. А ведь на рынке труда я был выгодным товаром. Мне было двадцать два года, я весил сто шестьдесят пять фунтов, и каждый фунт был годен к работе; цинга моя почти прошла: я лечился тем, что жевал сырой картофель.</p>
     <p>Я обошел все места, где требовались рабочие, пробовал даже стать натурщиком, но художественные мастерские и без меня осаждало множество безработных парней с хорошим телосложением. Я писал по объявлениям, предлагал свои услуги для ухода за престарелыми калеками. Надумал было заняться продажей швейных машин на комиссионных началах, без жалованья, но, узнав, что в тяжелые времена бедняки не покупают швейных машин, отказался от роли агента.</p>
     <p>Конечно, наряду с такими легкомысленными затеями я готов был наняться чернорабочим или портовым грузчиком куда угодно!</p>
     <p>Надвигалась зима, и в армию городских безработных вливались еще и сельские батраки. А тут как на грех я не был членом профсоюза: не до того мне было, когда я гулял по свету или штурмовал высоты наук!</p>
     <p>Я брался за все, работал и поденно и почасно. Подстригал траву на газонах, подрезал живые изгороди, выбивал ковры. Пошел держать экзамен на почтальона и сдал лучше всех. Но, к сожалению, вакансий не было, и меня поставили на очередь. В ожидании, пока подойдет моя очередь, я подрабатывал по мелочи то тут, то там. Я начал писать газетный очерк о том, как пропутешествовал в лодке по Юкону, проделав 1900 миль <a l:href="#n_66" type="note">[66]</a> за девятнадцать Дней. Я надеялся получить за это десять долларов, хотя в жизни не писал для газет и не знаю, откуда у меня взялась уверенность, что мне заплатят.</p>
     <p>Увы! Первая сан-францисская газета, в которую я послал по почте свой очерк, даже не откликнулась, хотя материал не возвращала. Чем дольше он там лежал, тем крепче я верил, что очерк принят.</p>
     <p>И странная вещь! Одни рождаются счастливчиками, другим судьба преподносит неожиданные подарки. Моя же участь была иной: меня гнала к счастью горькая нужда. Я давно уже отказался от мысли стать писателем. Я писал свой очерк с одним желанием: заработать десять долларов, больше ничего я не хотел. Десять долларов помогут мне продержаться, пока я получу постоянную работу. Ох, если бы сейчас освободилась вакансия на почте, вот было бы счастье!</p>
     <p>Но вакансия на почте все не освобождалась, и никаких перспектив постоянной работы не было; я продолжал заниматься чем попало, а в дни вынужденного безделья начал писать повесть с продолжением страниц на сто для детского журнала «Юс компэнион». За неделю я все закончил и перепечатал на машинке. Видимо, из-за такой спешки мою повесть не приняли.</p>
     <p>Пока моя рукопись путешествовала туда и обратно, я взялся за рассказы. Один я продал за пять долларов журналу «Оверленд мансли». За другой получил сорок от журнала «Блэк кэт». «Оверленд мансли» предложил мне семь долларов пятьдесят центов за любой мой рассказ — плата по напечатании.</p>
     <p>И выкупил велосипед, часы и отцовский плащ и взял на прокат пишущую машинку. Заплатил долги в лавки, которые про доставляли мне небольшой кредит. Один португалец-бакалейщик никогда не разрешал мне набирать больше чем на четыре доллара, а другой, по фамилии Гопкинс, установил лимит в пять долларов.</p>
     <p>Как раз в это время меня вызвали в почтовое ведомство Я попал в чрезвычайно затруднительное положение. Постоянное жалованье в шестьдесят пять долларов было oгромным соблазном Я не знал, на что решиться. Никогда не смогу простить начальнику почтовой конторы Окленда его отношения ко мне. Я пошел к нему по вызову, надеясь поговорить с ним как с человеком. Я честно выложил ему, как обстоят дела: кажется, я нашел свое призвание, начал я хорошо, но уверенности все-таки не чувствую. Но мог бы он взять следующего кандидата из списка, а меня передвинуть на его место в очереди?</p>
     <p>Начальник грубо прервал меня:</p>
     <p>— Значит, вы не желаете занять это место?</p>
     <p>— Да нет же, — возразил я, — я только прошу вас, разрешите мне подождать!</p>
     <p>— Или поступайте сейчас же, или заявите, что вы отказываетесь, ответил он ледяным тоном.</p>
     <p>К счастью моему, грубость этого человека вывела меня из себя</p>
     <p>— Ладно, отказываюсь, — сказал я.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Так я сжег свои корабли и занялся литературной деятельностью. Боюсь, что я всегда был склонен к крайностям. Я просиживал за столом с рассвета до поздней ночи: писал и перепечатывал на машинке, штудировал грамматику, разбирал произведения и стили разных авторов, читал о жизни известных писателей, стараясь понять причины их успеха. Пяти часов сна мне было достаточно, остальные девятнадцать я работал почти без передышки. Свет в моей комнате не гас до двух-трех часов ночи; заметив это, одна наша добродетельная соседка стала строить догадки в духе Шерлока Холмса <a l:href="#n_67" type="note">[67]</a>: я картежник и поэтому никогда не бываю днем на улице, а лампу в окне выставляет моя мать, чтобы ее непутевый сын находил по ночам дорогу домой.</p>
     <p>Для начинающего писателя нет хуже проклятия, чем долгое безденежье, гонорара не шлют, а все, что только можно заложить, уже заложено. Я проходил почти всю зиму в легком костюме, но самый долгий и мучительный период нужды подстерегал меня на следующее лето. Было время отпусков, когда сотрудники редакций разъезжаются на отдых и никто не занимается рукописями.</p>
     <p>Я страдал оттого, что не с кем было посоветоваться. Я не знал ни одного литератора, даже начинающего, ни одного репортера.</p>
     <p>Между тем я чувствовал, что добиться литературного успеха можно лишь при том условии, если забыть все, чему нас учили в средней школе и университете. Тогда меня это возмущало, но теперь стало понятно: профессора и преподаватели не были способны научить нас писать так, чтобы увлечь читателей на пороге нового века. Они знали свою классику «Бредущие по снегу», «Сартор Резартус» <a l:href="#n_68" type="note">[68]</a>, но для американских издателей в 1899 году это был неходовой товар. Издатели искали произведений на современные темы и готовы были столь щедро платить за них авторам, что если бы университетские профессора умели писать как нужно, они бы бросили свои кафедры.</p>
     <p>Я держался кое-как, уломав бакалейщика и мясника подождать с уплатой долга, заложил опять часы, велосипед и отцовский плащ. Зато я работал вовсю, почти не оставляя себе времени для сна. Критики ставят мне на вид, что мой литературный герой Мартин Иден слишком быстро стал образованным человеком.</p>
     <p>Бывший матрос, окончивший лишь начальную школу, стал у меня за три года известным писателем. Критики говорят, что в жизни так не бывает. Но Мартин Иден — это я! К концу этих трех лет (из которых два я проучился в средней школе и университете, а третий посвятил литературной работе), усиленно и непрерывно занимаясь, я уже печатался в таких журналах, как «Атлантик мансли», держал корректуру своей первой книги, готовившейся к печати издательством Хафтона и Миффлина, заинтересовал своими статьями по вопросам социологии журналы «Космополитен» и «Мак-Клюрс», отказался от сделанного мне по телеграфу предложения стать редактором одного нью-йоркского издательства и помышлял о женитьбе.</p>
     <p>Все это требовало большого напряжения. Особенно тяжелым был третий год, когда я учился писательскому ремеслу. В течение этого времени, напрягая свой мозг до предела, систематически не досыпая, я не пил и не ощущал в этом потребности. Алкоголь для меня не существовал. По временам голова плохо работала, но ни разу не показалось, что виски может принести облегчение. Господи! Письмо от издательства, извещающее, что моя работа принята, было самое верное облегчение! Тоненький конверт, полученный с утренней почтой, вселял куда больше бодрости, нежели полдюжины коктейлей. А если в нем был еще и чек на приличную сумму, то это действовало сильнее самой грандиозной попойки!</p>
     <p>Да и вообще в тот период жизни я не знал, что такое коктейль.</p>
     <p>Помню, когда вышла моя первая книга, группа знакомых по Аляске устроила в мою честь встречу у себя в Богемском клубе в Сан-Франциско. Мы сидели, утопая в роскошных кожаных креслах, и заказывали напитки. Я понятия не имел, что существует столько разных ликеров и сортов виски. Я никогда не пробовал ликеров, и то, что виски разбавляют содовой водой и пьют со льдом из высоких бокалов, явилось для меня новостью. Я не знал, что название «Шотландское» тоже относится к виски. Мне были известны только напитки бедняков, которые пили вдоль границы и в портовых кабаках: дрянное пиво и еще более дрянное виски, без специальных названий. Я был сконфужен, не зная, что заказать, и лакей чуть не упал в обморок, когда я наконец велел подать красного вина, — это после обеда-то!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>По мере того как я становился признанным писателем, повышалось мое материальное благосостояние и шире становился кругозор. Я заставлял себя писать и перепечатывать тысячу слов ежедневно, включая воскресные и праздничные дни, и по-прежнему усиленно занимался, хотя, пожалуй, несколько меньше, чем прежде. Зато разрешал себе спать по пять с половиной часов — полчасика все-таки прибавил. С деньгами все обстояло благополучно, и я смог больше отдыхать. Я чаще ездил на велосипеде, благо он теперь всегда был дома, боксировал и фехтовал, ходил на руках, занимался прыжками в высоту и в длину, стрелял в цель, метал диск и плавал. Я заметил, что усталому телу требуется больше сна, чем усталой голове. Иной раз после сильного физического напряжения я спал шесть часов, а то и целых семь. Но такое роскошество позволял себе не часто. Столько еще предстояло узнать, столько сделать! Проснувшись после семи часов сна, я чувствовал себя преступником и благословлял того, кто придумал будильник.</p>
     <p>Как и прежде, я не испытывал желания пить. Я все время находился в приподнятом настроении, был преисполнен светлой веры. Я был социалистом, хотел спасти человечество, и никакое виски не могло бы вызвать во мне того душевного подъема, какой порождали социалистические идеалы. Литературные успехи придали более громкое звучание моему голосу — так мне по крайней мере казалось. Во всяком случае, моя репутация писателя собирала большую аудиторию, чем моя репутация оратора. Меня приглашали наперебой разные общества и клубы выступить с изложением своих идей. Я боролся за правое дело, одновременно занимаясь самообразованием и писательством, и был всецело этим поглощен.</p>
     <p>Прежде круг моих друзей был очень ограничен. Теперь я стал бывать в обществе. Отовсюду сыпались приглашения, особенно часто на званые обеды, и я завел знакомство и подружился со многими состоятельными людьми. Почти все они пили. Пили у себя дома и угощали меня. Алкоголиками никто из них не считался: они пили умеренно, и я следовал их примеру в знак своего расположения и благодарности за гостеприимство. Но мне не нравилось пить, я мог спокойно обойтись без этого, и если меня спросят, помню ли я свой первый коктейль или первый бокал виски с содовой, я чистосердечно отвечу: нет.</p>
     <p>Теперь у меня был свой дом. Когда ходишь в гости, надо приглашать и к себе. Видите, как изменился мой жизненный уровень!</p>
     <p>В гостях меня поили вином, значит, и я не должен ударить лицом в грязь. Поэтому я завел запасы пива, виски и столовых вин. С тех пор меня никогда нельзя застать врасплох.</p>
     <p>И все же в течение всего этого периода я ничуть не стремился к алкоголю. Я пил за компанию, когда пили другие. Мне было совершенно безразлично, какой напиток выбирать. Я слепо подражал другим. Если все пили виски, я пил то же, если все пили пиво или сарсапарель, я и здесь не отставал. Но без гостей я никогда не касался спиртного. В моем кабинете постоянно стоял графин виски, но я целые месяцы, если не годы, понятия не имел, что можно пить в одиночестве.</p>
     <p>Придя на званый обед, я замечал приветливо поблескивающий предобеденный коктейль, и не скажу, что не предвкушал удовольствия. Однако я прекрасно обходился и без него, зная, что источник необходимого внутреннего подъема — во мне самом, поэтому один у себя дома вовсе не почитал коктейль перед едой необходимым.</p>
     <p>Вместе с тем я помню, ко мне захаживал один очень интересный человек, постарше меня, большой любитель виски. Просиживая с ним вдвоем весь день в моем кабинете, мы опрокидывали рюмку за рюмкой, пока мой друг не приходил в приподнятоe настроение, а я тоже чувствовал, что хлебнул лишнего. Вы спросите: зачем я это делал? Не знаю. Вероятно, по старой привычке, по примеру тех дней и ночей, когда в компании взрослых мужчин подростку было стыдно сидеть с пустым стаканом.</p>
     <p>А вернее, еще потому, что теперь я перестал бояться Джона — Ячменное Зерно, вообразив, что он мой слуга, а не наоборот.</p>
     <p>В этом-то и крылась главная опасность. Я убедил себя, что я хозяин положения: ведь сумел же я сказать ему «нет», когда учился и работал! Хотел — пил, хотел — не пил, пьянеть — не пьянел; а главный мой аргумент был тот, что алкоголь мне совсем не по вкусу. В этот период я пил по той же причине, которая побудила меня пить со Скотти и гарпунщиком, а позднее — с устричными пиратами: я знал, что у мужчин так принято, и хотел выглядеть в их глазах мужчиной. Мои новые знакомые — тоже искатели приключений, но интеллектуального порядка — пьют. Отлично.</p>
     <p>Почему же не пить вместе с ними? Мне Джон — Ячменное Зерно не страшен!</p>
     <p>Такое представление сохранялось у меня не один год. Иногда я порядком выпивал, но это были исключительные случаи. Это мешало моей работе, а я к работе относился очень ревностно.</p>
     <p>Помню, собирая материал для книги о жизни лондонской бедноты, я поселился на Восточной стороне Лондона и, встречаясь с представителями «дна», несколько раз напивался. Потом я готов был себя убить за это. Однако и тут я уступил Джону — Ячменное зерно лишь потому, что забрел опять на путь приключений, где без него — ни шагу.</p>
     <p>Бывало, полагаясь на свой опыт и близкое знакомство с этим грешником Ячменным Зерном, я состязался с другими мужчинами, кто кого перепьет. В прошлом это тоже случалось на пути приключений в разных концах земли. Мне тогда казалось, что ставится на карту моя честь. Странная честь, которая заставляет человека пить! Но это нелепое представление не теория, оно воплощается в действиях.</p>
     <p>Как-то раз, например, группа молодых и пылких революционеров пригласила меня в качестве почетного гостя «на кружку нива». На подобных пирушках я никогда не бывал. Принимая приглашение, я не знал, в чем цель этой встречи. Завяжутся пылкие, взволнованные споры, думал я, кто-нибудь, возможно, выпьет лишнее, но что касается меня, то я буду свято соблюдать меру.</p>
     <p>Оказалось, что такие пирушки устраиваются, чтобы разогнать скуку: эти милые молодые люди искали случая потешиться за счет почетных гостей. Я узнал уже потом, что до меня «на кружке пива» у них был в качестве почетного гостя талантливый молодой радикал, человек, не искушенный в пьянстве, и они заставили его напиться, как говорят, в лежку.</p>
     <p>Очутившись в их компании и узнав цель приглашения, я почувствовал прилив глупой мужской гордости. Я им покажу, этим молокососам! Увидят, кто из нас здоровяк, кто крепче и выносливее, у кого луженый желудок и упрямая голова! Посмотрим, кто дойдет до скотского состояния, а кто и виду не подаст! Скажите, какие щенки — вообразили, что могут перепить меня!</p>
     <p>Пьянка была задумана как состязание на выносливость. А разве настоящий мужчина уступит лавры без боя? Бр-р, что за пиво!</p>
     <p>Я уже успел за это время привыкнуть к более дорогим сортам.</p>
     <p>Но ведь когда-то я пил и такое, и перепивал силачей! А уж этих юнцов наверняка сумею заткнуть за пояс! Итак, состязание началось! В нем приняли участие только сильнейшие. Но и они оставляли кружки недопитыми, и только почетный гость должен был пить до дна.</p>
     <p>Мои ночные бдения, книги, которые я прочел, мудрость, которую усвоил, все было вмиг забыто и подавлено чудовищной властью атавизма: во мне словно проснулась жадная обезьяна, поднял голову хищный тигр, и они подсказывали одно лишь низменное, скотское желание — перещеголять других скотов!</p>
     <p>Когда пирушка кончилась, я на твердых ногах спокойно вышел на улицу, чего нельзя было сказать о моих любезных хозяевах. Мне запомнился один из них: он стоял на углу и обиженно плакал, отчего я не пьян. Он и представить себе не мог, ценою каких невероятных усилий, порожденных тренировкой прошлых лет, я сохранял сознание, управляя мускулами и подавляя тошноту, говорил нормальным голосом и заставлял свой мозг мыслить логично и последовательно. А все же я тайно ликовал. Они остались в дураках, а не я! Как же не гордиться? Черт возьми, я и поныне горд! Вот что за нелепое существо — человек!</p>
     <p>Но на другое утро я уже не написал положенной тысячи слов. Я чувствовал себя больным, отравленным. Это был невыносимый день. После обеда мне предстояло выступление на митинге.</p>
     <p>Я выступил и, наверное, говорил отвратительно. Несколько давешних собутыльников сидели в передних рядах и внимательно следили за мной, стараясь, по-видимому, обнаружить во мне эффект нашей вчерашней оргии. Не знаю, что заметили они, но я в них действительно кое-что разглядел и утешал себя мыслью: им сейчас не лучше, чем мне!</p>
     <p>Я дал себе зарок больше не пить. И правда, с тех пор ни на какие «кружки пива» меня уже не могли затащить. Я больше не участвовал ни в каких соревнованиях по пьянству. Пить, конечно, приходилось и после, но я соблюдал осторожность и благоразумно отказывался состязаться с кем бы то ни было. Так опытный пьяница приобретает еще больше опыта.</p>
     <p>Приведу пример, который подтверждает, что в этот период я пил только ради компании. Я плыл на «Титанике» <a l:href="#n_69" type="note">[69]</a> в Европу.</p>
     <p>С самого начала путешествия я подружился с английским телеграфистом и молодым испанцем, младшим компаньоном одной транспортной фирмы. Они пили только «лошадиную шею» — так назывался безалкогольный прохладительный напиток с кусочком апельсиновой корки или яблочной кожуры. И в продолжение всего пути я тоже пил одну только «лошадиную шею». Если бы мои новые друзья предпочли виски, надо полагать, я пил бы с ними виски. Не вздумайте заключить из этого, что я был слабохарактерным. Нет, мне просто было безразлично. Нравственных уз я не ощущал. Я был молод, силен и бесстрашен, и алкоголь не играл в моей жизни решительно никакой роли.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но я еще не был готов назвать Джона — Ячменное Зерно своим другом. Чем старше я становился, тем заметнее был мой успех и выше заработок. Чем свободнее я мог путешествовать, тем более настойчиво вмешивался в мою жизнь Джон — Ячменное Зерно. И все же наше знакомство оставалось, если можно так выразиться, шапочным. Я пил, только чтобы поддержать компанию, а в одиночестве не прикасался к бутылке. Иногда я бывал слегка пьян, но считал, что это лишь дань обществу за его радушное отношение ко мне.</p>
     <p>Я был еще настолько далек от дружбы с Ячменным Зерном, что даже в приступе отчаяния не подумал воззвать к нему о помощи. У меня были тогда неприятности — житейские и сердечные, о которых здесь говорить не место. Но, кроме того, я переживал трагедию идейного свойства, она-то и сыграла в дальнейшем главную роль.</p>
     <p>Со мной случилась довольно обычная история. Я начитался позитивистской философии и слишком долго был позитивистом.</p>
     <p>Пыл молодости заставил меня совершить вечную ошибку молодых: очертя голову пуститься на поиски правды. Я сорвал с нее все покровы и отступил, потрясенный страшным ликом. Так я потерял прекрасную веру во все, кроме человечества, а оно в то время спало непробудным сном.</p>
     <p>Длительные приступы пессимизма хорошо знакомы большинству людей, и о них не стоит здесь распространяться. Достаточно сказать, что я тяжко страдал. Я думал о самоубийстве с хладнокровием греческого философа и жалел, что не могу уйти из жизни, у меня на руках была целая семья. Но то был вопрос чисто моральный. Спасла же меня единственная уцелевшая вера вера в народ.</p>
     <p>То, за что я боролся, ради чего просиживал бессонные ночи, обмануло меня. Успех я презирал. Слава казалась мне мертвым пеплом. Люди, принадлежавшие к более высоким слоям общества, чем портовые пьяницы и баковые матросы, оказались ужасающе убогими в умственном отношении. Женская любовь стоила не больше всего прочего. Оставались деньги, — но ведь спать-то можно лишь в одной постели, а сотню бифштексов не съешь зараз, хоть ты на них и заработал! Искусство и культура в свете незыблемых фактов биологии казались мне смешными, а те, кто их представлял, — и того потешнее.</p>
     <p>Из всего этого можно заключить, как далеко зашла моя болезнь. От природы я боец. Но цель оказалась недостойной борьбы. Оставался народ. Есть еще за что бороться — за народ!</p>
     <p>Но даже тогда, дойдя до предела отчаяния, блуждая во мраке и судорожно нащупывая последнюю нить, которая связывала меня с жизнью, я оставался глух к призывам Ячменного Зерна.</p>
     <p>В моем мозгу ни разу не мелькнула мысль, что алкоголь — лекарство. Лживыми посулами он не заставит меня жить! Пуля в лоб — вот единственный выход, говорил я себе, нажми курок — и погрузишься в вечную спасительную тьму. В доме всегда было много виски — для гостей. Сам я его не касался. Я стал бояться своего револьвера. Это совпало у меня с тем периодом, когда я обрел светлый и чистый идеал — народ — и подчинил ему свои желания и волю. Прежде я так мучительно жаждал смерти, что мог бы покончить с собой во сне; теперь, опасаясь этого, я отдал свой револьвер друзьям и просил спрятать его, чтобы мне, в моем бессознательном влечении, не удалось его найти.</p>
     <p>Но народ спас меня. Народ приковал меня к жизни. Есть еще за что бороться — вот она, моя цель! К чертям предосторожность! Смеясь над тем, что предрекали мне редакторы и издатели, являвшиеся источником моей ежедневной сотни бифштексов, дерзко, сам того не замечая, оскорбляя чувства инакомыслящих, я ринулся в бой за социализм. Более умеренные радикалы заявляли, что своим отчаянным, безумным пылом, своей опасной революционностью я на пять лет задержал развитие социалистического движения в Соединенных Штатах. Теперь, когда прошло столько времени, я выскажу, между прочим, свое глубокое убеждение, что я, наоборот, ускорил развитие социализма — по меньшей мере на пять минут!</p>
     <p>Народ, а не Джон — Ячменное Зерно спас меня от тяжелой болезни. В период выздоровления мне подарила свою любовь женщина, развеяв мой пессимизм, на который, впрочем, спустя некоторое время меня снова обрек Джон — Ячменное Зерно.</p>
     <p>Но теперь я искал правду уже менее ревностно. Мне было страшно сорвать с нее последние покровы даже тогда, когда я уже сжимал их в руке. Я не стремился больше видеть голую правду, наоборот, я подавлял в себе желание увидеть ее опять. А то, что повидал однажды, старался во что бы то ни стало вытравить из памяти.</p>
     <p>И я был очень счастлив. Все шло хорошо, я наслаждался мелочами, а важное старался не принимать всерьез. Читал по-прежнему, но без былого увлечения. Я и сейчас продолжаю читать, но ко мне уже не вернется то восторженное юношеское чувство, с которым я раскрывал книгу, надеясь, что она сообщит мне тайны жизни и секреты звезд.</p>
     <p>В этой главе я хотел рассказать, что тяжелую болезнь, которая по временам может постигнуть каждого, я сумел преодолеть без помощи Ячменного Зерна. Любовь, социализм, народ — эти здоровые побудители человеческого сознания вылечили меня и спасли. Пожалуй, нет на свете человека, более чуждого алкоголизму. И все же… Но об этом — в дальнейших главах. Из них станет ясно, какой ценой я заплатил за двадцать пять лет общения с вечнодоступным Джоном — Ячменное Зерно.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Вылечившись от тяжелой болезни, я продолжал пить, только когда бывал в компании. Пил, если пили другие и я бывал рядом.</p>
     <p>Но незаметно у меня стала расти потребность в алкоголе. Физическая потребность? Нет. Я занимался боксом, плавал, катался на яхте, ездил верхом, наслаждался здоровой жизнью на лоне природы. Медицинская комиссия, перед которой я предстал в связи с желанием застраховать жизнь, дала самую высокую оценку моему физическому состоянию. Теперь, обдумывая прошлое, я полагаю, что возбуждающее действие спиртных напитков было необходимо моим нервам и мозгу. Попытаюсь разъяснить.</p>
     <p>Дело обстояло примерно так: физиологически, с точки зрения желудка, виски было мне, как всегда, противно. Я находил в нем не больше вкуса, чем в пиве, которым отравился в пятилетнем возрасте, и в вине, от которого заболел, когда мне было семь лет.</p>
     <p>Работая или читая в одиночестве, я не чувствовал желания выпить. Но что-то со мной произошло: то ли сказывался возраст и житейская мудрость, а может быть, и то и другое; то ли появилась старческая вялость, но я перестал испытывать удовлетворение и возбуждение в обществе людей. Светские развлечения, которыми я прежде увлекался, вдруг потеряли свою прелесть, мне наскучило пошлое воркованье дам и напыщенные, высокомерные речи тупых невежд — мужчин. Поделом, нельзя знать так много! Или так мало? Впрочем, это неважно, что бы там ни было, я дорого расплачивался. Факты говорили сами за себя: общение с людьми все меньше радовало и согревало мою душу.</p>
     <p>Может быть, раньше я парил в облаках, а может быть, чего-то не разглядел. Но это не было ни истерикой, ни следствием нервного переутомления. Пульс мой был нормален, сердце в превосходном состоянии, легкие — тоже. Врачи страховой компании пришли от них в восторг. Я писал ежедневно свою тысячу слов. Был пунктуален в делах. С радостью занимался спортом. Спал как младенец. И все-таки…</p>
     <p>Стоило мне очутиться на людях, как на меня нападала ужасающая тоска, и я чувствовал, что начинают душить слезы. Меня не смешили глупые шутки, над которыми смеялись остальные, речи чопорных болванов не развлекали меня. Я перестал ухаживать за женщинами, под внешней мягкостью и наивностью которых скрывалась примитивная прямолинейность. В достижении своих биологических целей они не останавливались ни перед чем, как их праматери — самки обезьян; не важно, что потомки ходили уже не в собственной меховой шкуре, а кутались в меха других животных.</p>
     <p>Я не был пессимистом, честное слово, нет! Мне просто все надоело. Я слишком часто видел одно и то же, слышал слишком часто одни и те же песни и шутки. Я настолько хорошо знал подоплеку этого «парада муз», знал, как приводятся в движение закулисные механизмы, что никакая великолепная игра, звонкое пение и заразительный смех не могли заглушить в моих ушах назойливый скрип за сценой.</p>
     <p>Не следует заглядывать за кулисы: там можно нечаянно увидеть, как тенор — ваше божество — избивает свою жену. Я туда заглянул и платил за это. Может быть, я делал это по глупости.</p>
     <p>Причина не играет роли. Важны обстоятельства, а они были таковы, что общение с людьми становилось для меня все неприятнее и тягостнее. Вместе с тем иногда — признаться, в очень редких случаях — мне попадались люди замечательные (или, быть может, наивные, как я), и мы проводили вместе чудесные часы в мечтах, в этом рае глупцов. Таким замечательным — или наивным — человеком была моя жена. С ней никогда не было скучно, я видел в ней неиссякаемый источник удивления и восхищения. Но я не мог быть всегда только с ней. И было бы несправедливо и неразумно требовать, чтобы она проводила все время исключительно со мной. Кроме того, я выпустил уже ряд книг, пользовавшихся успехом, а общество требует, чтобы писатель уделял ему часть своего досуга. Да и вообще всякому нормальному человеку и для себя самого и для дела необходимо общение с людьми.</p>
     <p>Тут-то мы и добрались до сути. Как участвовать в жизни общества, если интерес к этой игре пропал? Звать на помощь Джона — Ячменное Зерно? Лет двадцать пять, если не больше, он терпеливо ждал, пока я его позову. Сотни прежних его уловок не достигли цели — меня спасало железное здоровье и моя счастливая звезда. Но у него было еще многое припрятано про запас.</p>
     <p>Я заметил, что несколько коктейлей делали меня снисходительным к пошлостям, изрекаемым глупцами. Два-три коктейля, а когда и один, перед обедом, помогали смеяться от души над тем, что было давно уже не смешно. Как хлыст, как шпоры коню, был нужен коктейль моему усталому мозгу и тоскующей душе.</p>
     <p>Он подстегивал меня, и мне становилось весело, я начинал петь, и смеяться, и болтать с хорошенькими женщинами, и повторять избитые истины, к полному удовольствию самонадеянных посредственностей, которые ничего иного не понимали.</p>
     <p>Без помощи коктейля я был неинтересным собеседником, но, выпив, сразу оживал. Подстегнув себя искусственно, одурманив мозг, я становился душою общества. Все началось так незаметно, что даже я, старый знакомый Джона Ячменное Зерно, не догадался, куда это ведет. Вначале мне захотелось вина и музыки, а очень скоро — бешеной музыки и очень много вина.</p>
     <p>В эту пору я и заметил, что с нетерпением жду предобеденного коктейля. Мне хотелось его, и я это понимал. Попав в качестве военного корреспондента на Дальний Восток, я зачастил в один дом: не только принимал все приглашения к обеду, но завел привычку регулярно заглядывать туда и среди дня. Хозяйка была очаровательная женщина, но не ради нее я ходил в этот дом. Истина была проще: моя знакомая, как никто в этом громадном городе, умела приготовлять коктейли, а честность требует сказать, что искусство приготовления алкогольных смесей среди иностранцев здесь было на высоте. Ни в клубе, ни в гостиницах, ни в частных домах таких напитков не подавали. Коктейли в этом доме отличались особенно тонким вкусом. Это были шедевры. Они даже не пахли ненавистным мне спиртом, но зато необыкновенно кружили голову. Однако пил я только ради хорошего настроения. Покинув этот город, я несколько месяцев сопровождал японскую армию на марше, проехав сотни миль мимо рисовых полей и через горные перевалы, пока мы не вступили в Маньчжурию. Но при этом я не пил. В моих вьюках всегда можно было найти несколько бутылок виски, но для себя я не открыл ни одной, даже не вспоминал о них. Разумеется, если в лагерь попадал белый человек, я откупоривал бутылку, и мы, по мужскому обычаю, распивали ее вместе.</p>
     <p>Ведь если бы я попал к нему, он сделал бы то же самое: угостил бы меня из своего запаса. Я возил с собой виски для гостей и потому записывал расход на счет газеты, которую представлял.</p>
     <p>Теперь, оглядываясь назад, я могу проследить постепенный рост моей тяги к алкоголю. Сигналы были уже тогда — незначительные эпизоды, серьезности которых я не подозревал.</p>
     <p>Приведу такой пример: за много лет у меня сложилась привычка проводить каждую зиму шесть или восемь недель в плавании по заливу Сан-Франциско. На моей ходкой яхте «Морская пена» была удобная каюта с печкой. Юноша-кореец готовил мне еду, и я обычно приглашал кого-нибудь из друзей, чтобы разделить с ними прелесть плавания. Пишущая машинка неизменно путешествовала со мной, свою обязательную тысячу слов я печатал ежедневно. В тот раз, о котором пойдет речь, я взял с собой Клаудсли и Тодди. Тодди был у меня на яхте впервые, Клаудсли уже плавал со мной раньше, и я знал его вкус. Он любил пиво, так что я обычно запасал пива, и мы пили с ним вместе.</p>
     <p>На этот раз было иначе. Моего второго друга недаром называли Тодди: он умел великолепно готовить пунш, или тодди. Зная это, я припас несколько галлонов виски. Увы, их не хватило!</p>
     <p>Пришлось многократно пополнять запасы, так как мы с Клаудсли пристрастились к обжигающему тодди, дьявольски приятному на вкус и чудесно поднимавшему настроение.</p>
     <p>Я полюбил этот напиток и стал уже ждать с нетерпением, когда наш друг начнет обычное священнодействие. Мы пили точно в определенное время: по стакану перед завтраком, обедом и ужином и последний стакан перед сном.</p>
     <p>Допьяна мы не напивались, но четыре раза в день нам было очень весело. Когда Тодди неожиданно вызвали по делам в Сан-Франциско, мы с Клаудсли заставили слугу-корейца готовить наш любимый напиток так же регулярно по рецепту, завещанному уехавшим другом.</p>
     <p>Но это продолжалось, только пока я был на яхте. Дома я никогда не пил перед завтраком и на сон грядущий. С тех пор я вообще больше не пил горячего тодди, а прошло уже много лет!</p>
     <p>И все-таки он мне очень нравился — после него становилось так хорошо и весело! С присущим ему коварством — исподволь и незаметно — тодди вербовал приверженцев в лагерь Джона — Ячменное Зерно. Пока я ощущал только легкий зуд, но ему суждено было перерасти в грозную, неутолимую страсть А я-то, прожив столько лет бок о бок с Ячменным Зерном и смеясь над всеми его тщетными попытками завоевать меня, ничего этого не знал и даже не подозревал!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>От тяжелой болезни мне помогла излечиться новая способность находить удовольствие в малом — в разных занятиях, не связанных с книгами и важными проблемами. Я забавлялся: играл в пятнашки в плавательном бассейне, пускал воздушных змеев, возился с лошадьми, решал головоломки. Мне перестала нравиться городская жизнь. Ферма в Лунной Долине показалась мне сущим раем. Больше я не вернусь жить в город! Теперь меня туда влекли лишь музыка, театр и турецкие бани.</p>
     <p>Жилось мне очень хорошо. Я много работал, но также много развлекался и был счастлив. Читал я по большей части романы и очень мало серьезных книг. Вообще занимался куда меньше, чем прежде. Меня все еще интересовали основные проблемы всего сущего, но это был, так сказать, интерес благоразумный. Я уже обжегся однажды, пытаясь сорвать покровы, чтобы увидеть голую правду. В моем новом отношении к жизни была чуточка лжи, чуточка лицемерия, но это была хитрость человека, желающего жить. Я сознательно закрывал глаза на то, что считал грубым проявлением биологических законов. В конце концов я лишь старался побороть дурную привычку, изменить неверное направление ума. Повторяю, я был счастлив. Перебирая в памяти свое прошлое и беспристрастно анализируя его, я понимаю, что это, несомненно, был самый счастливый период моей жизни.</p>
     <p>Но близилось время расплаты — непонятной, бессмысленной С меня взыскивалось за двадцать лет игры в прятки с Джоном — Ячменное Зерно. К нам на ферму часто приезжали друзья и оставались на несколько дней погостить. Некоторые из них не пили спиртного. Но тем, кто пил, было трудно обойтись несколько дней без алкоголя. Я не мог нарушить законы гостеприимства и лишить их привычного удовольствия. И я завел винный погреб — специально для гостей.</p>
     <p>Меня не настолько интересовали коктейли, чтобы я захотел узнать рецептуру этих смесей. Поэтому я договорился с владельцем пивной в Окленде, что он будет приготовлять для меня коктейли большими партиями и присылать их на ферму. Когда гостей не было, я не пил. Но я стал замечать, что, закончив утреннюю работу, радуюсь присутствию гостя, ибо это служит мне предлогом выпить коктейль за компанию.</p>
     <p>Впрочем, я был столь далек от алкоголизма, что даже один коктейль поднимал мое настроение. Одного бокала мне было достаточно, чтобы вызвать приятные мысли и смех в предвкушении восхитительного процесса еды. С другой стороны, мой желудок так стойко сопротивлялся алкоголю, что действие коктейля всегда было легким и кратковременным. Однажды кто-то из гостей, не церемонясь, попросил второй бокал. Пришлось и мне повторить.</p>
     <p>Вторая порция согрела меня еще пуще первой, смех стал громче и сердечнее. Такие впечатления не забываются. Иногда мне кажется, что я начал пить по-настоящему из-за того, что был очень счастлив.</p>
     <p>Помню, мы с Чармиан отправились верхом на прогулку в горы. Слуги были отпущены на весь день, и нам предстояло самим разогреть ужин, когда мы вернулись вечером домой. Мы с удовольствием возились на кухне. Я был наверху блаженства. Книги и высокие истины будто перестали существовать. Тело мое дышало здоровьем, я чувствовал приятную усталость после долгой езды.</p>
     <p>День выдался на диво. Вечер тоже. Со мной была любимая женщина, мой лучший друг, мы с ней пировали в веселом уединении. Никаких неприятностей. Все счета оплачены, и я не знаю, куда деть лишние деньги. Будущее все шире раскрывается передо мной. Как вкусно пахнет мясо на сковородке! Мы громко смеемся, нам весело. Я очень голоден, в предвкушении аппетитного ужина у меня текут слюнки.</p>
     <p>Мне было так хорошо, что в глубине сознания вдруг возникла потребность усилить это ощущение. Я был так счастлив, что мне захотелось стать еще счастливее. И я знал, как этого достичь. Меня научили этому тысячи встреч с Ячменным Зерном. Я несколько раз выходил из кухни, и каждый раз содержимое графина с коктейлем уменьшалось на одну порцию. Это дало отличный результат: я не был навеселе, не был пьян, но мне стало еще теплее, еще радостнее. Как ни прекрасна была моя жизнь раньше, сейчас она казалась мне еще прекраснее. Это был один из самых светлых моментов в моей жизни. Но много лет спустя мне пришлось, как вы скоро увидите, расплатиться за него. Такие минуты неповторимы, хотя человек создал неумную басню, будто одинаковые причины всегда вызывают одинаковые результаты. Это вовсе не так. Разве тысячная трубка опиума доставляет такое же наслаждение, как первая? Разве после года пьянства один коктейль так же согревает, как несколько?</p>
     <p>Однажды, окончив утреннюю работу, я выпил перед обедом коктейль в одиночестве. С того дня я стал всегда пить бокал перед обедом, даже когда не было гостей. Тут-то он меня и сцапал.</p>
     <p>Джон — Ячменное Зерно! Я начал пить регулярно, а главное — пить в одиночестве. Я пил уже не ради вкусовых ощущений, а ради действия, которое произведет на меня алкоголь.</p>
     <p>Теперь каждый день перед обедом меня тянуло выпить.</p>
     <p>И мне никогда не приходило в голову, что лучше бы воздержаться.</p>
     <p>Пью же я за свой счет! Денег хватит и на тысячу порций! Лишь бы захотелось! И что такое один коктейль для человека, который в течение нескольких лет пил куда более крепкие напитки в неограниченном количестве!</p>
     <p>У меня на ферме был следующий распорядок дня: с четырех или с пяти часов утра я работал в постели над корректурами, в половине девятого садился за письменный стол, до девяти разбирал почту и тому подобное, а ровно в девять неизменно начинал писать. К одиннадцати — иногда немного раньше или немного позже — моя тысяча слов была готова. Еще полчаса уходило на то, чтобы привести в порядок письменный стол, и на этом мой рабочий день кончался. В половине двенадцатого я ложился в гамак под деревьями и читал письма и газеты. В половине первого я обедал, после обеда плавал или катался верхом.</p>
     <p>Раз я выпил коктейль в неурочное время — в половине двенадцатого, перед тем как устроиться в гамаке. С тех пор я стал это проделывать и дальше, причем не отказываясь от обычного предобеденного коктейля. Прошло немного времени, и я заметил, что, сидя за письменным столом, в разгар работы я с нетерпением ожидаю этого коктейля, который можно будет выпить в половине двенадцатого.</p>
     <p>Тут-то я впервые понял совершенно ясно, что хочу спиртного. Ну и что за беда? Я не боюсь Джона — Ячменное Зерно! Я к нему давно привык. Я пью с умом и с осторожностью. И никогда больше не буду пить сверх меры. Мне известно, как опасен алкоголь и к чему он приводит. Я помню, как Джон Ячменное Зерно старался меня погубить. Но все это было давным-давно.</p>
     <p>Пить до одури? Доводить себя до бесчувствия? Нет! Я хочу, чтобы мне было тепло и радостно, чтобы мне хотелось смеяться, чтобы лучше работалось, — вот зачем, собственно говоря, я и пью! Я воображал, что властен и над самим собой, и над Ячменным Зерном.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Увы! Одно и то же возбуждающее средство быстро перестает оказывать прежнее действие. Постепенно я стал замечать, что один коктейль уже не производит на меня должного впечатления.</p>
     <p>После одного бокала я не ощущал никакой реакции — ни тепла, ни веселой приподнятости. Чтобы ощутить прежний результат, требовалось уже два или три. А я к этому результату стремился.</p>
     <p>Я выпивал первый бокал в половине двенадцатого, направляясь с письмами к гамаку, а через час, перед обедом, осушал второй. Потом я стал вылезать из гамака на десять минут раньше, чтобы успеть пропустить до обеда два коктейля. Итак, это вошло в привычку: три коктейля между работой и обедом. Нет ничего губительнее этой привычки — пить регулярно и наедине с самим собой.</p>
     <p>Я охотно пил с гостями, но когда никого не было, пил один.</p>
     <p>Затем я сделал следующий шаг. Если гость бывал человеком умеренным, я выпивал два бокала, пока он пил один: первый — с ним вместе, второй — от него тайком. Второй бокал я пил украдкой и, более того, пил один, даже если у меня в гостях был друг, товарищ, с которым можно было бы выпить вместе. Но Джон — Ячменное Зерно и тут поспешно находил оправдание: нехорошо навязывать гостеприимство и спаивать гостей. Начнешь уговаривать, он и напьется — много ли ему нужно! Что же остается делать, как не пить второй стакан украдкой: ведь я не виноват, что мне для приятного самочувствия требуется вдвое больше!</p>
     <p>Пожалуйста, не сделайте заключения, что я дурак или слабовольная тряпка. По общепринятым понятиям, я преуспел в жизни, и, если не будет нескромным сказать, преуспел необычайно, а для этого понадобилось немало ума и силы воли. Организм у меня железный: он вынес такое, от чего слабые гибнут, как мухи. Однако все, что я рассказываю, — правда, это случилось со мной и с моим хваленым организмом. Это не теория, не отвлеченные схемы, а сама жизнь, лишь подчеркивающая власть Ячменного Зерна. Это порождение варварства мертвой хваткой держит человечество со времен седой и дикой старины и собирает с него чудовищную дань, пожирая молодость, подрывая силы, подавляя энергию, губя лучших, цвет рода людского. А мы все не можем его уничтожить!</p>
     <p>Итак, возвращаюсь к своей исповеди. Во второй половине дня я долго и энергично плавал в бассейне, потом совершал великолепную прогулку верхом по горам или по Лунной Долине и возвращался домой в таком изумительном настроении, что жадно хотел еще полнее ощутить свое счастье. Я знал, что для этого надо: коктейль перед ужином. Но не один, а по меньшей мере два-три.</p>
     <p>Кстати, почему бы нет? Ведь только так и чувствуешь, что живешь, а я с малолетства горячий поклонник жизни! Вскоре эта вечерняя выпивка тоже вошла в привычку.</p>
     <p>Теперь я постоянно искал предлога выпить. Предлогом могло служить что угодно: милая компания, легкое раздражение, вызванное разговором с архитектором или с вороватым каменщиком, строившим сарай; гибель любимого коня, распоровшего брюхо о колючую проволоку, приятные вести из редакции, полученные с утренней почтой… На ловца и зверь бежит: повод находился всегда. Властное желание выпить определяло все. Так после двух десятков лет игры в прятки с Джоном — Ячменное Зерно, когда я бегал от него, а если пил, то нехотя, я стал ощущать к нему влечение. И слабость мою породила моя же собственная сила: если обычному человеку хватает одного бокала, то мне, чтобы почувствовать то, к чему я стремился, нужна в два, три, четыре раза большая порция.</p>
     <p>Одно правило я все же соблюдал: не касался спиртного, пока не кончена тысяча слов. Коктейль как бы отделял рабочую часть дня от предстоящего отдыха. Тогда уже работа исключалась из моего сознания. Ни одна мысль о ней не тревожила меня до утра, когда ровно в девять я усаживался за письменный стол и начинал дневное задание. Эту новую способность полностью переключаться я ценил. Стена, воздвигаемая алкоголем, позволяла мне сохранять творческую энергию. Не так уж страшен Джон — Ячменное Зерно, как его изображают! Он оказывает много полезных услуг, и это одна из них.</p>
     <p>Я продолжал создавать произведения, исполненные чистоты, здоровья, искренности. В них ни на йоту нет пессимизма. Болезнь указала мне путь жизни. Я понял, что без иллюзий не обойтись, и воспевал иллюзии. Я и сейчас пишу так же: чистые, бодрые, оптимистические произведения, внушающие любовь к жизни.</p>
     <p>И критики не устают уверять меня, что я полон богатырской жизнеутверждающей силы и сам нахожусь в плену иллюзий, положенных в основу моего творчества.</p>
     <p>Я отклонился от темы, но мне хочется еще раз спросить себя о том, о чем спрашивал уже много тысяч раз. Зачем я пил? С какой стати? Я был счастлив. Может быть, чересчур счастлив? Я был здоров. Может быть, слишком здоров? Действительно ли у меня было столько лишней энергии? Трудно сказать. Не знаю. Я могу лишь высказать одно предположение, которое кажется мне всего более вероятным: виновата моя длительная дружба с Джоном — Ячменное Зерно. Долго тренируясь, левша может научиться пользоваться правой рукой. Не случилось ли так же со мной? Не стал ли я пьяницей после долгой практики?</p>
     <p>Ведь я был так счастлив! Выздоровел, и ко мне пришла любовь. Я зарабатывал больше денег, затрачивая на это меньше усилий. Энергия била во мне ключом. Я спал, как младенец. Продолжал писать книги, имевшие успех, и в политических спорах убеждал моих противников фактами, которые ежедневно воспитывали во мне все больше уверенности в моей правоте. Грусть, печаль, разочарование ни на секунду не омрачали мою жизнь.</p>
     <p>Я был все время счастлив. Жизнь звенела, как радостный гимн.</p>
     <p>Жаль было даже тратить время на сон, ибо я тогда лишал себя того наслаждения, которое испытывал наяву. И все-таки я пил.</p>
     <p>Джон — Ячменное Зерно уже злорадно потирал руки.</p>
     <p>Чем больше я пил, тем больше мне требовалось для достижений моей цели. Приезжая из Лунной Долины в город и обедая в ресторане, я заказывал коктейль, но он не производил на меня никакого действия. Он не возбуждал меня. Уже по дороге в ресторан я был вынужден искать повода выпить. Иногда это были два-три коктейля, а если я встречал друзей, то четыре, пять, шесть — тут уже не приходилось считать. Однажды я куда-то спешил и не успел спокойно выпить несколько бокалов. Меня осенила блестящая мысль: заказать двойной коктейль. С тех пор если я торопился, то заказывал двойной коктейль. Это сберегало время.</p>
     <p>В результате обильных и регулярных возлияний я был все время под хмельком. Мой мозг так привык к искусственному подстегиванию, что без него становился вял и неактивен. Встречаясь с людьми, бывая в обществе, я все больше и больше нуждался в алкоголе. Я мог присоединиться к компании и чувствовать себя на равной ноге с остальными, только когда у меня шумело в голове, и оттого делалось тепло и весело, появлялся интерес и задор, а весь мир словно подергивался радужной пеленой.</p>
     <p>Был и другой результат. Оказалось, что Джон — Ячменное Зерно начинает затягивать сети все туже. Он угрожал мне старым недугом, подбивая опять пуститься на поиски правды, сорвать покровы с нее и взглянуть ей в лицо. Я снова начал задумываться о смысле жизни. Но на этот раз все происходило постепенно.</p>
     <p>Иногда мне на мгновение становилось страшно. К чему это ведет? Но Джон — Ячменное Зерно — мастер увиливать от ответа.</p>
     <p>Он говорит: «Пойдем выпьем, я тебе все объясню!» И он умеет убедить, умеет выбрать примера ради какой-нибудь случай и потом уже не устает о нем напоминать.</p>
     <p>Однажды со мной произошло несчастье: потребовалась сложная операция. Как-то утром, неделю спустя после операции, слабый, измученный, я лежал на больничной койке. Загар на моем лице, обросшем за время болезни бородой, превратился в нездоровую желтизну. Врач стоял у моей постели, собираясь уходить. Он посмотрел неодобрительно на сигарету, которую я держал во рту.</p>
     <p>— Это дело надо бросить, — сказал он назидательным тоном. — Вас это погубит. Взгляните на меня!</p>
     <p>Я взглянул. Он был примерно моего возраста, сильный, широкоплечий, с живыми глазами и здоровым румянцем во всю щеку. Мужественный, здоровый, превосходный экземпляр человеческой породы.</p>
     <p>— Прежде я курил, — продолжал он, — сигары. Но даже от них отказался. И вот результат, видите?</p>
     <p>Он говорил убежденно, имея на это полное основание. А через месяц он умер. И умер не от несчастного случая. Его погубили какие-то мудреные палочки, носящие длинное научное название?</p>
     <p>Он невыносимо страдал, и много дней мучительные крики этого здоровяка и красавца были слышны на весь квартал. С криком он и умер.</p>
     <p>— Видишь, — говорил мне Джон — Ячменное Зерно, — он следил за собой. Даже бросил курить сигары. И вот конец.</p>
     <p>Не слишком приятно, а? А такую заразу можно подхватить где угодно. От нее не убережешься. Твой доктор-здоровяк остерегался, как только мог, а все-таки подхватил! Когда зараза в воздухе, не знаешь, кого она сделает своей жертвой. Может быть, тебя. Подумай, сколько хорошего этот доктор потерял! Так неужели ты хочешь отвергнуть то, что предлагаю я? А вдруг и тебя подстерегает такая же участь? В жизни нет справедливости — это лотерея.</p>
     <p>А я скрашиваю жизнь лживой улыбкой и смеюсь над действительностью. Смейся и ты! Тебя ждет такой же конец, смейся, пока можешь. Мир довольно непригляден. Я преображаю его. Жизнь — дрянная штука, если с твоим доктором могло такое приключиться. Спасение лишь в одном: выпей еще стаканчик и забудь про все!</p>
     <p>И, разумеется, я пил еще стаканчик — скорее по привычке.</p>
     <p>Я пил каждый раз, когда Джон — Ячменное Зерно напоминал мне о происшествии с доктором. Но пил разумно, соблюдая осторожность. Всегда старался выбирать напитки лишь самого высшего качества, избегал скверного виски, которое валило с ног. Между прочим, надо заметить, что когда человек начинает пить разумно, не теряя рассудка, это значит, что он далеко зашел и дело плохо.</p>
     <p>Я продолжал придерживаться своего правила: не пить по утрам, пока не окончу свою тысячу слов. Впрочем, иногда я на день отрывался от работы. В таких случаях я не боялся выпить первый раз довольно рано: ведь я не нарушаю своего правила!</p>
     <p>А люди неискушенные еще спрашивают, как это можно привыкнуть пить!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Когда мой «Снарк» вышел из бухты Сан-Франциско в дальнее плавание, на нем не было спиртного (правда, месяцев через шесть мы случайно обнаружили, что это не так). Чтобы приструнить Джона — Ячменное Зерно, я ввел на судне сухой закон.</p>
     <p>Отсюда видно, что я все-таки прислушивался к голосу разума, который нашептывал мне слова предосторожности.</p>
     <p>Разумеется, я лукавил с собою и лебезил перед Ячменным Зерном. Я призывал на помощь науку, говорил себе, что буду пить только в порту. Во время плавания мой организм будет освобождаться от алкоголя, зато на стоянках выпивка доставит мне больше удовольствия. Виски будет сильнее подстегивать, возбуждать меня и покажется еще вкуснее.</p>
     <p>От Сан-Франциско до Гонолулу мы плыли двадцать семь дней.</p>
     <p>На второй день я уже не вспоминал Ячменное Зерно. Этим я хочу еще раз подчеркнуть, что по природе своей я не алкоголик.</p>
     <p>Иногда во время плавания, предвкушая обеды и ужины на Гавайских островах (мне уже приходилось там бывать несколько раз), я, разумеется, думал и о напитках, предшествующих трапезам.</p>
     <p>Я не скучал по выпивке, а просто подумывал о ней как о неотъемлемой части веселого и очень приятного времяпрепровождения.</p>
     <p>Таким образом, я опять убеждал себя, что сам распоряжаюсь Джоном Ячменное Зерно. Хочу — пью, хочу — нет. Все зависит от моего собственного желания.</p>
     <p>Около пяти месяцев кочевали мы по Гавайским островам.</p>
     <p>На суше я пил, и даже немного больше, чем перед отъездом из Калифорнии. Гавайцы вообще употребляют больше спиртного, чем жители умеренных широт (точнее, широт, удаленных от экватора). А ведь Гавайские острова — только субтропики! Чем дальше мы углублялись в тропики, тем больше пили вокруг, тем чаще пил и я.</p>
     <p>С Гавайских островов мы направились на Маркизские.</p>
     <p>Мы были в море шестьдесят дней и за все время ни разу не увидели не только земли, но даже паруса или пароходного дымка. Как-то случайно наш кок, наводя порядок в камбузе, нашел клад. На дне рундука <a l:href="#n_70" type="note">[70]</a> с провиантом лежала дюжина бутылок анжелики и мускателя. Попали они сюда, очевидно, с нашей фермы вместе с домашним вареньем и маринадами. Пролежав шесть месяцев в теплом камбузе, густое сладкое вино стало еще лучше.</p>
     <p>Я отхлебнул. Восхитительно! С тех пор раз в день, определив положение судна и заполнив лоцию, я выпивал полрюмки вина.</p>
     <p>Эффект был поразительный: я становился добрее, море — еще более прекрасным. Каждое утро, выстукивая в каюте свою тысячу слов, я с нетерпением ждал заветной минуты.</p>
     <p>К сожалению, приходилось делиться с другими, а срок нашего плавания оставался неясным. Какая жалость, что бутылок лишь дюжина! Когда все они были выпиты, я даже пожалел, что угощал своих спутников. Меня томила жажда. Скоро ли наконец Маркизские острова?</p>
     <p>Когда мы бросили якорь, я уже не владел собой. На островах мы обнаружили несколько белых, множество туземцев, довольно хилых на вид, и дивную природу. Рому было море разливанное, абсента — сколько душе угодно, но ни виски, ни джина. Я отведал рома. Огненное зелье! Ну что ж! Будем пить абсент. К сожалению, пить приходилось в большом количестве: иначе он на меня совершенно не действовал.</p>
     <p>С Маркизских островов мы увезли столько бутылок абсента, что хватило до Таити; а уж там я сделал солидный запас виски — шотландского и американского. Но, пожалуйста, не делайте неправильных выводов! Я не был пьяницей в общепринятом смысле: не шатался, не терял рассудка. Человек опытный, привычный, здоровый по природе не позволит себе пасть так низко.</p>
     <p>Он пьет для бодрости, для хорошего настроения, и только. Он тщательно остерегается тошноты и головной боли от перепоя, боится стать беспомощным и уронить свое достоинство в глазах окружающих.</p>
     <p>Человек привычный доводит себя до легкого опьянения, и у него все получается тихо, мило и прилично. Он пьет круглый год, и ему все сходит с рук. В Соединенных Штатах сотни людей пьют в клубах, в гостиницах, у себя дома, они никогда не бывают пьяными и в то же время всегда навеселе. Если им это сказать, они категорически запротестуют. Они думают, как когда-то думал я, что сами распоряжаются Джоном — Ячменное Зерно, а не наоборот.</p>
     <p>Во время плавания я сдерживался, зато вознаграждал себя на берегу. Но в тропиках я почувствовал усиленную потребность в алкоголе. То, что там белые очень много пьют, всем известно.</p>
     <p>Тропики вообще не подходящее место для белых. Светлая кожа не защищает их от ослепительно яркого солнца. Ультрафиолетовые и другие невидимые глазу лучи солнечного спектра сжигают и разрушают ее. Так сжигали и разрушали рентгеновские лучи кожу первых экспериментаторов, не догадывавшихся об опасности.</p>
     <p>У белых людей в тропиках резко портится характер. Они становятся жестокими, безжалостными, совершают чудовищные злодеяния, которых в жизни не совершили бы в привычном, умеренном климате. Они становятся нервными, раздражительными, безнравственными и пьют — пьют сверх всякой меры. Пьянство — одна из форм деградации, которой подвергаются белые, находящиеся слишком долго под действием раскаленного солнца. Потребность в алкоголе усиливается помимо их воли. Белым нельзя долго жить в тропиках. Там они обречены, и пьянство лишь ускоряет их гибель. Но никто об этом не думает. Все пьют.</p>
     <p>Я тоже заболел от солнца, хотя пробыл в тропиках сравнительно недолго. Я пил там вовсю, впрочем, хочу сразу оговориться, что заболел и прервал путешествие на «Снарке» не по этой причине. Я был силен как бык и много месяцев боролся с болезнью, которая разрушала мою кожу и нервные ткани. Плавая под тропическим солнцем вдоль Ново-Гебридских и Соломоновых островов, лавируя <a l:href="#n_71" type="note">[71]</a> между коралловыми атоллами Лайна, я работал за пятерых, несмотря на малярию и мелкие неприятности вроде библейской серебристой проказы. Вести судно сквозь рифы, мели и проливы, вдоль неизведанных берегов коралловых морей <a l:href="#n_72" type="note">[72]</a> — само по себе тяжелый труд. На яхте не было штурмана, кроме меня.</p>
     <p>Среди моей команды не нашлось никого, с кем я мог бы посоветоваться и проверить свои наблюдения, оказавшись в непроглядной мгле среди рифов и мелей, не нанесенных на карту. Я бессменно стоял на вахте <a l:href="#n_73" type="note">[73]</a>. Доверить судно было некому. Иногда приходилось выстаивать сутки напролет, а отдыхать уж потом, урывками.</p>
     <p>Я был капитаном и боцманом <a l:href="#n_74" type="note">[74]</a>. Третьей моей обязанностью было лечение больных, и, признаться, это занятие на «Снарке» тоже оказалось не из легких. На борту все болели малярией, настоящей тропической малярией, которая может убить человека в три месяца. Весь мой экипаж страдал от кожных язв и чесотки.</p>
     <p>Повар-японец от всех этих бед сошел с ума. Один из матросов-полинезийцев чуть не умер от черной лихорадки. Да, работы было по горло: я давал лекарства, перевязывал раны, рвал зубы и спасал от пустяков вроде пищевого отравления.</p>
     <p>Четвертой моей обязанностью было писать ежедневно свою тысячу слов. И ее я выполнял регулярно, за исключением тех дней, когда приступ малярии валил меня с ног или бурые шквалы налетали на «Снарк». Была у меня и пятая обязанность: как путешественник и писатель, стремившийся все повидать и запомнить, я должен был систематически вести дневник. Шестая, последняя, заключалась в том, что, как владелец яхты, я выполнял, так сказать, официальные функции, когда мы прибывали в незнакомые дальние места, где появление судна — целое событие. Мне приходилось принимать гостей у себя на яхте, посещать плантаторов, торговцев, губернаторов, капитанов военных судов, патлатых туземных вождей и премьер-министров, которые иногда оказывались счастливыми обладателями ситцевой набедренной повязки.</p>
     <p>Разумеется, я пил. Пил, принимая гостей, и пил, когда меня принимали. Пил наедине. Работая за пятерых, я считал себя вправе выпить. Алкоголь нужен человеку, работающему сверх сил. Я заметил, как он действует на мою команду. Поднимая якорь с глубины в сорок морских саженей <a l:href="#n_75" type="note">[75]</a>, люди уже через полчаса выбивались из сил и дрожали всем телом, стараясь отдышаться.</p>
     <p>Добрая порция рома вмиг восстанавливала их работоспособность.</p>
     <p>Весело крякнув, вытерев рот ладонью, человек вновь принимался за дело. Я убеждался в чудодейственной силе рома и в других случаях, например когда приходилось между приступами малярии работать по шею в воде, накренив яхту набок, чтобы устранить повреждение.</p>
     <p>Еще одна черта многоликого Джона! Внешне он будто бы тебя спас и ничего не потребовал взамен. Помог восстановить иссякшие силы, поднял на ноги, и ты опять готов работать.</p>
     <p>Некоторое время действительно ощущаешь приток свежих сил.</p>
     <p>Помню, я однажды нанялся грузить уголь на океанский пароход.</p>
     <p>Работа была адская, и восемь дней нас, грузчиков, поддерживали тем, что поили виски. Мы трудились полупьяные. Без виски мы бы не справились с этой работой.</p>
     <p>Сила, которую дает Джон — Ячменное Зерно, не мнимая, а подлинная. Извлекается она из обычных источников силы, и за нее в конечном счете нужно расплачиваться, да не как-нибудь, а с процентами. Но разве измученный трудом человек станет заглядывать вперед? Он принимает это чудесное превращение как нечто естественное. И усталый коммерсант, и работник умственного труда, и выбившийся из сил чернорабочий — все они, поверив лжи Ячменного Зерна, становятся на путь, ведущий к смерти.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я приехал в Австралию и лег в больницу, чтобы подлечиться, а потом продолжить путешествие. Пробыв там несколько недель, я ни разу не вспомнил об алкоголе: знал, что он никуда от меня не денется! Но, выписавшись из больницы, я убедился, что от главного меня не вылечили. Серебристая проказа так и осталась.</p>
     <p>Таинственная солнечная болезнь, которую австралийские врачи лечить не умели, по-прежнему разрушала кожу. Меня все еще трепала малярия; страшные приступы валили меня с ног в самые неожиданные моменты. Из-за нее пришлось отказаться от лекционной поездки по городам Австралии, на которую я было согласился.</p>
     <p>Итак, я отказался от плавания на «Снарке» и решил сменить климат на более прохладный. Выйдя из больницы, я в тот же день принялся пить как ни в чем не бывало. За едой пил вино, а перед едой — коктейли. Пил виски с содовой, если его предпочитали мои собутыльники. Я чувствовал себя полным властелином Ячменного Зерна: захочу — напьюсь, захочу — брошу — и гордо думал, что именно так будет всю жизнь. Некоторое время спустя я поехал на крайний юг Тасмании, к 43° южной широты: там было прохладнее. Спиртных напитков там не было, но это для меня не имело значения. Я не пил и нисколько не огорчался по этому поводу.</p>
     <p>Наслаждаясь прохладой, я ездил верхом и ежедневно писал свою тысячу слов, за исключением тех случаев, когда меня с утра выводил из строя жестокий приступ малярии.</p>
     <p>Пусть никто не подумает, что причиной моей болезни было злоупотребление алкоголем. Ведь и мой слуга, японец Наката (он и поныне живет у меня), болел тропической лихорадкой.</p>
     <p>Чармиан тоже, причем она заболела еще и тропической неврастенией, от которой избавилась лишь после нескольких лет лечения в умеренном климате. Однако ни она, ни Наката в рот не брали спиртного!</p>
     <p>Вернувшись в Хобарт-Таун, где можно было достать виски, я снова взялся за старое. В Австралии повторилась та же история.</p>
     <p>А вот возвращаясь на пароходе, капитан которого был трезвенником, я не притронулся к виски все сорок три дня пути. В Эквадоре, прямо под лучами экваториального солнца, где люди умирают от желтой лихорадки, оспы и чумы, я сразу же начал пить, и пил все, что попадалось под руку, лишь бы опьянеть. Я не заболел ни одной из местных болезней, Чармиан и Наката тоже, хотя они ничего не пили.</p>
     <p>Влюбленный в тропики, несмотря на все беды, которые они мне причинили, я по пути делал остановки в разных местах и не скоро еще добрался до родной Калифорнии с ее чудесным умеренным климатом. Но где бы ни заставало меня утро — в плавании или на суше, — я выполнял свое ежедневное задание: тысячу слов. Малярия теперь реже давала себя знать, кожные язвы рубцевались, и я пил вовсю, как положено здоровому, сильному мужчине.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Вернувшись к себе на ферму, в Лунную Долину, я продолжал систематически пить. Мой распорядок исключал алкоголь только утром: первый стакан я выпивал, лишь окончив свою тысячу слов. После этого и до обеда я уже не считал стаканов и был все время под хмельком. Перед ужином я снова подкреплялся.</p>
     <p>Пьяным меня никто не видел по очень простой причине: я и не был пьян. Но навеселе обязательно — дважды в день. Если бы другой, непривычный человек пил столько каждый день, он наверняка давно протянул бы ноги!</p>
     <p>Старая история! Чем больше я пил, тем больше мне было нужно для достижения желаемого действия. Вскоре меня уже перестали удовлетворять коктейли. Мне было некогда возиться с ними, да и желудок мой столько не вмещал. Виски действовало куда сильнее. Его требовалось меньше, а результат был ощутимее. Теперь мою предобеденную порцию составляло пшеничное или ржаное виски, смеси выдержанных вин, а в конце дня — виски с содовой.</p>
     <p>Прежде я всегда превосходно спал, теперь мой сон испортился. Бывало, если я проснусь среди ночи, то начну читать и снова засыпаю. Теперь это уже не помогало. Я мог читать два часа и даже три, но сон не приходил. Навевало его только виски, да и то рюмки три, не меньше.</p>
     <p>После этого до утра уже оставалось так мало времени, что алкоголь не успевал переработаться в организме, и я просыпался с ощущением сухой горечи во рту, с головной болью и спазмами в желудке — в общем, чувствовал себя прескверно. Похмелье, как у всех заядлых пьяниц! Для бодрости срочно требовалось что-нибудь выпить. И Джон — Ячменное Зерно, уже сумевший втереться ко мне в доверие, не медлил. Итак, выпивка перед завтраком — для аппетита. Я приобрел в это время еще одну привычку: держать возле постели кувшин с водой — и пил по ночам, чтобы умерить жжение и сухость во рту.</p>
     <p>Мой организм находился под непрерывным воздействием алкоголя. Я не разрешал себе передышки. Уезжая в какое-нибудь глухое место и не зная, смогу ли достать там виски, я брал с собой из дому кварту, а подчас и несколько кварт. Прежде меня поражало, когда это делали другие. Теперь я сам так поступал не краснея! Все мои мудрые правила летели к чертям, когда я оказывался в мужской компании. Я дружно пил со всеми вместе то же самое и в том же количестве, что и они.</p>
     <p>Во мне горел ненасытный огонь. Пламя поддерживалось изнутри и разгоралось все ярче. В течение дня не было ни минуты, когда бы мне не хотелось пить. Я начал отрываться от работы, чтобы осушить стакан, написав пятьсот слов. А вскоре и вовсе не приступал к работе, пока не выпью.</p>
     <p>Я очень хорошо понимал, чем все это грозит, и положил себе за правило не пить, пока не кончу писать. Но тут возникло неожиданное дьявольское осложнение. Без алкоголя работа уже не шла.</p>
     <p>Не выпив, я не мог писать. Я начал бороться с этим. Вот она, мучительная жажда, — которой я не знал раньше! Я сидел за письменным столом, брал в руки перо, вертел бумагу, но слова не шли.</p>
     <p>В мозгу была одна лишь мысль: против меня в буфете стоит Джон — Ячменное Зерно. Отчаявшись, я наливал себе виски, и тогда колесики в мозгу возобновляли работу, и я отстукивал тысячу слов на машинке.</p>
     <p>В своем городском доме в Окленде я прикончил все запасы и решил больше их не пополнять. Это не помогло, ибо, к сожалению, на нижней полке буфета еще оставался ящик пива. Тщетно пробовал я работать, уверяя себя, что пиво — жалкий заменитель сильнодействующих средств, что я не люблю его. Мысль об этом ящике не давала работать. И только когда я выпил полкварты, появились нужные слова. Но мне пришлось многократно повторить эту порцию, прежде чем тысяча слов легла на бумагу.</p>
     <p>Хуже всего было то, что от пива у меня делалась ужасная изжога, впрочем, несмотря на это, я довольно быстро разделался с ящиком.</p>
     <p>Теперь на полках было пусто. Я не пополнял запасов. Совершая героические усилия над собой, я все-таки вернулся к правилу писать свою ежедневную тысячу слов без помощи алкоголя. Но, пока я писал, жажда все больше и больше разгоралась. Едва поставив точку, я выскакивал из дома и мчался в город выпить.</p>
     <p>Господи! Если Джон — Ячменное Зерно мог так поработить меня, чуждого ему по природе, как же должен страдать настоящий алкоголик, который старается подавить свою органическую потребность в алкоголе и не находит никакого понимания и сочувствия у близких — те лишь презирают и высмеивают его!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но никуда не денешься от расплаты. Джон — Ячменное Зерно стал взыскивать с меня по старым счетам — и не столько с тела, сколько с души. Вернулась прежняя тяжелая болезнь — недуг чисто психического свойства. Давно забытые призраки прошлого снова подняли голову. Но теперь они были иными — гораздо более страшными. Прежде они были порождением ума, и я сумел их победить нормальной здоровой логикой. Теперь же их воскресила Белая Логика Джона — Ячменное Зерно, а уж он не позволит похоронить свои призраки! Заболев пессимизмом, алкоголик должен пить еще больше — другого лекарства Джон — Ячменное Зерно, несмотря на обещания, дать не может.</p>
     <p>Как описать Белую Логику тем, кто с ней не знаком? Пожалуй, прежде всего нужно сказать, что сделать это едва ли возможно. Возьмем для примера Страну Гашиша <a l:href="#n_76" type="note">[76]</a>, страну огромную и древнюю. В прошлом я совершил туда два незабываемых путешествия. Мне врезались в память все подробности моих странствий.</p>
     <p>Однако тщетными оказываются мои попытки описать свое паломничество, пусть даже самый мелкий эпизод, людям, которые там не побывали.</p>
     <p>Прибегая к самым гиперболическим ярким сравнениям, я говорю своим слушателям: целые века немыслимых страданий, бездны ужаса можно испытать в промежутке между двумя нотами джиги, исполняемой на рояле. Я бьюсь целый час, стараясь описать один только штрих из жизни этой Страны, но в конце концов вижу, что меня не поняли. А если я не способен передать слушателям даже впечатление об одной из всех виденных мною удивительных и страшных вещей, то, конечно, они не получат ни малейшего представления о Стране Гашиша в целом.</p>
     <p>Зато стоит мне заговорить с человеком, побывавшим в этих фантастических краях, и мы сразу поймем друг друга. Одна фраза, одно слово мгновенно вызовет в его мозгу те образы, о которых мне за несколько часов так и не удалось дать представление людям, которые там не были. Так же обстоит дело и с царством Джона — Ячменное Зерно, где правит Белая Логика. Тем, кто ни разу не ступал туда, рассказ странника покажется непонятным и фантастическим. Мне остается лишь попросить их принять мои слова на веру.</p>
     <p>Алкоголь вселяет в человека роковые предчувствия, и здесь трезвый уступает пьяному. Истины бывают в этом мире разные: одни более правдивы, другие — менее, а некоторые совершенно ложны, но именно они полезнее всех остальных, потому что все живое хочет жить. И ты, мой неискушенный читатель, сразу поймешь, как кощунственно и безумно царство Ячменного Зерна, о котором я пытаюсь рассказать языком его приверженцев. Я знаю, что этот язык тебе чужд, ибо все такие, как ты, трезвенники решительно избегают дорог, ведущих к смерти, признавая только дороги жизни. На свете много разных дорог и разных истин. Но будь терпелив Возможно, моя речь покажется тебе косноязычной, но, может статься, ты и уловишь очертания неведомых стран, поймешь хотя бы отдаленно людей иного склада.</p>
     <p>Да, алкоголь говорит правду, но эта правда далека от привычных норм. Нормально то, что способствует здоровью и, следовательно, жизни. Нормальная правда — это правда низшего порядка.</p>
     <p>Взгляните на рабочую лошадь. Как ни безотрадно ее существование, бедняга с первого до последнего дня, неизвестно почему, верит, что все на свете прекрасно, что ярмо полезно. Инстинктивный страх внушает ей, что нет ничего ужаснее смерти, что жизнь — это благо, что со временем, когда сил станет меньше, ее не заставят работать, не будут хлестать и понукать, что старость все почитают и ценят. На самом же деле водовоз запряжет костлявую старую клячу и заставит таскать непосильно тяжелую бочку, и страдалица прослужит покорно и безропотно до последнего вздоха. А потом? Потом ее свезут на живодерню, и тощая плоть, упругие кости, соки, нервы и ферменты пойдут на кожи, птичий корм, клей и удобрения. Пока же теплится жизнь, несчастная кляча должна принимать на веру правду низшего порядка — правду жизни, ибо без нее всякое существование стало бы невозможным.</p>
     <p>Эта лошадь, как и ее сестры и все прочие животные, включая человека, ослеплена и оболванена. Жить любой ценой! Жизнь хороша, несмотря на все страдания, несмотря на то, что впереди — неизбежный конец. Такого рода истина необходима не для природы, нет, но для живых существ, которым суждено пробыть на земле недолгий срок и погибнуть. Как ни ошибочна низшая правда, ее суть остается разумной и здоровой: если хочешь жить, сохраняй веру в жизнь!</p>
     <p>Из всех животных только человеку дано мыслить. Страшная способность! Силою ума человек проникает в суть вещей, видит лицом к лицу вселенную, нагло равнодушную к нему и его мечтам.</p>
     <p>Ему это доступно, но в то же время и опасно. Чтобы жить жадно, полно, трепетно, надо быть слепым и верить только чувствам. Что хорошо, то и правда. Только такая правда нужна, хотя она и низшего порядка, только ею должен руководствоваться человек, отвергая все остальное Он должен принимать за чистую монету обман ума и чувств, должен верить лживым признакам страсти.</p>
     <p>Так обычно человек и поступает. Опасно видеть темные стороны жизни, ее пустоту и бесплодие, пугаться собственной похоти и алчности. Многим удалось мельком взглянуть на правду иного порядка, на высшую правду, и они отступили в испуге. Очень многие переболели этой тяжкой болезнью, выжили и рассказали другим, а сами тут же забыли о ней навсегда. Они живут. Они поняли истину, потому что в них самих и заключается жизнь. Они правы.</p>
     <p>Как же действует Джон — Ячменное Зерно? Он приносит проклятие тем, кто одарен воображением, кто страстно и горячо любит жизнь. Ячменное Зерно шлет им Белую Логику, апостола высшей правды, врага жизни, жестокую и холодную, как межзвездные пространства, как труп, как лед неопровержимых доказательств и незабываемых фактов. Джон — Ячменное Зерно не хочет, чтобы мечтатель грезил, чтобы живущий жил. Он разит живых и превращает в ничто парадокс бытия, пока его жертва не возопит, как в «Городе страшной ночи»: «Наша жизнь — обман, наша смерть — темная бездна». И тот, кого Ячменное Зерно избрал своей жертвой, вступает на дорогу смерти.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но вернемся к рассказу о моей жизни и о том, какое влияние оказала на меня в прошлом Белая Логика Ячменного Зерна.</p>
     <p>На прелестной ферме в Лунной Долине, отравленный длительным пьянством, я одержим мировой скорбью — горьким наследием смертных. Тщетно стараюсь я понять причину своей тоски.</p>
     <p>Я сплю в теплой постели. Надо мною прочная кровля. В доме полный комфорт. Пища — любая, какую только душа пожелает.</p>
     <p>Физически я совершенно здоров. Машина, так сказать, работает отлично. Ни мозг, ни мускулы не переутомлены работой. Я владею землей, у меня есть деньги, я добился литературного успеха, пользуюсь влиянием и чувствую, что вношу свою лепту в дело служения ближним. Со мной рядом подруга, которую я люблю.</p>
     <p>У меня есть дети — плоть от моей плоти. Я честно выполняю свой долг гражданина. Я построил дом, и не один, а несколько, вспахал много сотен акров земли. А деревья, — не я ли посадил сто тысяч деревьев? Из любого окна в моем доме видны их стройные стволы и кроны, тянущиеся ввысь, к солнцу.</p>
     <p>Моя жизнь, безусловно, сложилась счастливо. Вряд ли из миллиона найдешь сотню таких, которым повезло, как мне. И все же, несмотря на все успехи, мне тоскливо. Я тоскую оттого, что со мной Ячменное Зерно, я не виноват, что родился в такое время, которое наши потомки, люди эпохи разума, будут называть темными веками варварства. Джон — Ячменное Зерно увязался за мною, когда я был молод и глуп. Он был доступен, он манил меня на каждом углу, на каждом перекрестке. Псевдоцивилизация, при которой я жил, разрешила и узаконила торговлю этим зельем, отравляющим душу. Жизнь была устроена так, что меня и миллионы таких, как я, влекло, тянуло, а подчас и поневоле гнало в кабак.</p>
     <p>Разделите со мной один из миллионов приступов тоски, которые нагоняет Джон — Ячменное Зерно! Я объезжаю свои прекрасные владения. Я сижу на великолепной лошади. Воздух пьянит, как вино. Виноградники на покатых холмах пылают осенними красками. Над горою Сонома собирается морской туман.</p>
     <p>В тихом небе догорает вечернее солнце. У меня есть все, чтобы считать себя счастливым. Я живу. Я полон грез и тайн. Я весь пропитан солнцем, воздухом и светом. Все во мне живучее, здоровое. Я двигаюсь, управляю движениями существа, на котором сижу верхом. Я горд оттого, что живу, оттого, что познал страсть и вдохновение. У меня есть еще тысячи других причин гордиться.</p>
     <p>Я властитель царства разума, я попираю все ничтожное копытами своего коня…</p>
     <p>А между тем, глядя на изумительную красоту, открывающуюся моему взору, я ощущаю горечь. Да, жалок ты, человек, среди этой природы, которая существовала до тебя и будет существовать, когда тебя не станет! Сколько людей хлебнули горя, трудясь здесь в поте лица, не щадя сил, прежде чем эта упрямая почва стала плодоносной. А теперь она перешла ко мне. Да разве вечное может быть достоянием смертных? Эти люди умерли. Умру и я. Они трудились, корчевали пни, копали и сеяли и, расправляя онемевшие спины, глядели, как я, на такой же закат, на те же осенние краски, позолотившие виноградные гроздья, на тот же клочковатый туман, выползающий из-за гор. Их нет. И я знаю, что мне тоже скоро конец.</p>
     <p>Конец? Он уже начался. У меня во рту хитроумное приспособление дантиста, заменяющее мне часть зубов. Кулаки мои тоже не те, какими были в молодости. Былые драки и потасовки лишили их силы. Правую руку я повредил, когда стукнул по голове какого-то парня, имя которого сейчас и не вспомню. Левую тяжело поранил, обороняясь в другой отчаянной драке. Никто сейчас не поверит, что у меня был поджарый живот спортсмена. Да и ноги не те: я не жалел их, когда бешено работал и по ночам устраивал безумные оргии, сказались теперь все кровоподтеки и растяжения. Никогда уже не смогу я раскачиваться на головокружительной высоте, уцепившись за канат среди кромешной тьмы и воя шторма. Никогда больше не буду гнать собачью упряжку по бескрайней снежной пустыне Арктики.</p>
     <p>Я знаю, что под моей распадающейся плотью, которая начала умирать с минуты, когда я появился на свет, — скелет, что под мясистым покровом, который называется лицом, — костлявый прообраз Курносой. Но я не боюсь. Бояться — значит быть здоровым. Страх смерти усиливает желание жить. А я болен — Белая Логика лишила меня этого страха. В том-то и суть проклятия Ячменного Зерна, что ты дерзко смотришь смерти в лицо и презираешь иллюзии жизни.</p>
     <p>Я озираюсь вокруг и всюду вижу одно и то же безжалостное непрерывное разрушение — результат естественного отбора. Белая Логика заставляет меня снова раскрыть заброшенные книги и — слово за словом, параграф за параграфом — педантично развенчивает поэзию и красоту жизни. Все суета и тлен! Вокруг меня все гудит и жужжит, но я знаю, что это копошится жалкая мошкара, старающаяся изо всех сил, чтобы ее писк был услышан., Я возвращаюсь домой. Надвигаются сумерки. Ночные хищники выходят на охоту, и повторяется душераздирающая трагедия жизни: сильный пожирает слабого. Мораль отсутствует. Она есть только у человека, это он придумал целый кодекс поведения для охраны жизненных порядков, то есть низшей правды. Для меня в этом нет ничего нового — я еще в пору своей мучительной болезни узнал эти высокие истины, но заставил себя их забыть.</p>
     <p>Они были так серьезны, что я отказывался принимать их всерьез, играл с ними боязливо и осторожно, словно то были злобные псы, которых опасно дразнить. Я лишь касался их и был достаточно умен и хитер, чтобы их не будить. Зато теперь Белая Логика их смело будит: она отчаянная, ей не страшны земные кошмары.</p>
     <p>«Пусть осуждают меня философы всех школ, — нашептывает она мне по дороге домой, — я не боюсь! Я истина. Ты это знаешь.</p>
     <p>Тебе не одолеть меня. Говорят, что я пособница смерти. Допустим.</p>
     <p>Жизнь лжет, чтобы люди хотели жить. Жизнь — непрерывная ложь, безумная пляска в царстве зыбких теней, где плавают, вздымаясь и опадая, призраки нездешних миров, прикованные колесами лун. Призраки. Тени. Жизнь — страна теней, тени меняются, растворяются во мгле, переходят одна в другую; вот они здесь, вот уже исчезли, они мерцают, бледнеют, гаснут и снова появляются, меняя свой облик. Ты сам такой же призрак, потомок бесчисленных призраков прошлого. Все твои знания — мираж, все желания тоже. Мириады безыменных призраков из поколения в поколение передавали эти желания, которые вселились в тебя, а от тебя перейдут к бесчисленным поколениям призраков будущего. Жизнь быстротечна, жизнь — лишь видение. Ты сам не что иное, как видение. Призраки прошлого, вселившего в тебя, помогли тебе, постепенно меняя формы, превратиться из амебы в то, что ты есть. Ты начал жизнь свою лепетом и с этим лепетом исчезнешь, растворишься в призраках, которые придут тебе на смену».</p>
     <p>Что возразить? Окутанный вечерней мглой, я продолжаю путь и презрительно думаю о жизни, которую Конт <a l:href="#n_77" type="note">[77]</a> назвал Великим Фетишем. Вспоминаю изречение другого великого пессимиста:</p>
     <p>«Все преходяще. Из земли ты вошел, и в землю сойдешь, и возрадуешься покою».</p>
     <p>Но вот человек, которому покой не сладок; из мглы вырисовывается фигура и движется в мою сторону. Это старик рабочий с моей фермы, выходец из Италии. Он раболепно снимает передо мною шапку, ибо в его глазах я поистине царь и Бог. Я даю ему хлеб и кров, от меня зависит вся его жизнь. Он работает как вол изо дня в день, а живет хуже, чем лошади в моей конюшне, где всегда постлана свежая солома. Труд искалечил его. Он ходит, едва волоча ноги, он кособок, у него узловатые руки и пальцы безобразно скрючены. Не очень-то красивый призрак! И мозг его так же изуродован, как тело.</p>
     <p>«По своей глупости он и не подозревает, что он призрак, — издевается Белая Логика. — Он верит лишь чувствам. Он раб обмана, именуемого жизнью. Его голова набита навязчивыми идеями. Он верит в загробную жизнь. Он наслушался поповских бредней, сулящих ему райское блаженство, неверное, как мыльный пузырь. Он хочет видеть себя бестелесным духом, витающим в межзвездном пространстве. Он непоколебимо убежден, что вселенная создана для него и что ему суждено остаться бессмертным в некоем сверхчувственном мире теней, воздвигнутом им же самим и ему подобными из обманов и иллюзий.</p>
     <p>Но ты, человек просвещенный, начитанный, ты, кому я доверила свои страшные тайны, ты-то знаешь, каков он на самом деле — этот твой земной брат — злая шутка природы, химический фокус, одетый в платье зверь, сумевший возвыситься над остальным звериным миром по той счастливой случайности, что задние лапы у него оказались более устойчивы. Он брат не только тебе, но горилле и шимпанзе. В гневе он колотит себя в грудь, дрожит и рычит в безудержной ярости. Им управляют чудовищные звериные побуждения, он весь состоит из обрывков неосознанных древних инстинктов».</p>
     <p>«Но он верит в бессмертие! — пытаюсь слабо возразить я. — Ведь это великолепно: такой болван, а, видишь, оседлал время, вообразил себя вечным!»</p>
     <p>«Ба, — прерывает меня Белая Логика. — Не хочешь ли ты захлопнуть книги и поменяться местами с этим рабом желудка и похоти?»</p>
     <p>Я стою на своем: «Но глупцы ведь счастливы!»</p>
     <p>«Значит, и твой идеал счастья такой же, как у медуз, которые всплывают во мгле на поверхность недвижного теплого моря?»</p>
     <p>Да уж, если Джон — Ячменное Зерно избрал тебя жертвой, ты его не переспоришь!</p>
     <p>«Один шаг — и ты у благословенной Нирваны буддистов, — заключает Белая Логика. — Ну, вот ты и дома. Полно, не унывай!</p>
     <p>Выпей! Мы с тобой люди просвещенные, мы знаем, что все суета сует!»</p>
     <p>В моем кабинете, уставленном шкафами с книгами, в этом мавзолее человеческой мысли, я наливаю себе виски, потом снова и снова, и вот из бездонных глубин моего сознания вырываются «разбуженные мною псы». Ату! и они перепрыгивают через барьеры закона и предрассудков, пробиваются сквозь лабиринты религии и суеверия.</p>
     <p>«Пей, — уговаривает Белая Логика. — Древние греки верили, что вино придумали боги, чтобы смертные нашли в нем забвение. Вспомни, что сказал Гейне».</p>
     <p>Да, я помню слова этого пылкого еврея: «Все кончается с последним вздохом: и радость, и горе, и любовь, макароны и театр, зеленые липы и малиновые леденцы, власть человеческих отношений, сплетни, собачий лай и шампанское».</p>
     <p>«Твой яркий свет — болезнь, — говорю я Белой Логике, — ты все лжешь».</p>
     <p>«Потому, что говорю жестокую правду?» — парирует она.</p>
     <p>«Увы, это так, в мире все перепутано и запутано», — печально соглашаюсь я.</p>
     <p>«Лиу Лин был мудрее тебя, — издевается Белая Логика. — Помнишь его?»</p>
     <p>Я киваю головой: да, я помню Лиу Лина, знаменитого пьяницу, одного из поэтов, которые жили в Китае много веков тому назад и называли себя «Семь мудрецов бамбуковой рощи».</p>
     <p>«Ему принадлежит высказывание, — шепчет Белая Логика, — что пьяному мирские тревоги — что водоросли на реке. Так выпей же еще и поверь: все эти иллюзии и обманы — такие же водоросли».</p>
     <p>Пока я прихлебываю новую порцию виски, мне вспоминается еще один китайский философ, Чан Цзы, который за 400 лет до Рождества Христова бросил вызов сонному миру: «Как мне знать, не жалеют ли мертвецы о том, что когда-то цеплялись за жизнь? Того, кому снится пир, наутро ждут горе и слезы; того, кому снятся горе и слезы, ждет веселье. Во сне они не знают, что спят. Иные пытаются разгадать свой сон и, лишь проснувшись, узнают, что все пригрезилось… Глупцу кажется, что он не спит, и он утешает себя лестной мыслью, будто знает, кто он: король или бедный крестьянин. И ты сон, и Конфуций <a l:href="#n_78" type="note">[78]</a> сон, и я, говорящий вам, что вы сны, — я тоже сон.</p>
     <p>Однажды мне приснилось, что я мотылек и порхаю по воздуху. Я забыл, кто я есть на самом деле. Вдруг я проснулся и снова стал самим собою. Но так и не узнал, был ли я тогда человеком, которому приснилось, что он мотылек, или мотыльком, которому снится, что он человек».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>«Хватит, — говорит Белая Логика, — забудь мечтателей-азиатов, которые жили в старину. Налей бокал, развернем пергаментные свитки, посмотрим, кто были мечтатели недавних времен, грезившие здесь, на теплых холмах твоей родины».</p>
     <p>Я начинаю читать список имен прежних владельцев моего токайского виноградника. Этот скорбный лист начинается с Мануэля Микельторено, бывшего когда-то «мексиканским губернатором, главнокомандующим и инспектором департамента обеих Калифорний»; он пожаловал десять квадратных лье земли, отнятой у индейцев, полковнику дону Мариано Гвадалупе Валлехо в награду за службу родине и за то, что тот в течение десяти лет содержал солдат за свой счет.</p>
     <p>Полуистлевшая пачка документов — свидетельство человеческой алчности похожа на летопись грозной битвы. Тут доверенности и закладные, передаточные и дарственные грамоты, судебные решения и постановления о потере права выкупа закладной, запреты и купчие, ордер на арест за неуплату налогов, прошения об опекунстве, указы о разделе имущества… Как не похожа с виду эта земля, мирно согретая теплым солнцем бабьего лета, на неподатливое, непокорное чудовище, пережившее всех, кто с ним боролся, раздирал его на части и канул в вечность.</p>
     <p>Кто был этот Джеймс Кинг из Уильяма? Даже самый старый житель Лунной Долины ничего о нем не расскажет. А ведь только шестьдесят лет тому назад он дал дону Мариано Валлехо восемнадцать тысяч долларов под залог каких-то земель, среди которых был и участок, ныне занятый моим виноградником Токай. Откуда явился и куда исчез Питер О'Коннор, после того как подписал документ о приобретении лесистого участка, ныне тоже занятого токайским виноградником? Далее появляется Луис Ксомортаньи — ну и фамилия! — она, кстати, занимает несколько страниц летописи этой многострадальной земли…</p>
     <p>Дальше — переселенцы, американское племя. Они ползут через безводные пространства Великой Американской пустыни, верхом на мулах перебираются через перешеек, огибают на парусниках мыс Горн, чтобы вписать свои, ныне забытые имена туда, где еще раньше канули в Лету десять тысяч поколений кочевых индейцев. Что говорят мне такие фамилии, как Халлек, Хейстингс, Свэт, Тэйт, Денмен, Трейси, Гримвуд, Карлтон, Темпл? Сегодня их не найти в Лунной Долине.</p>
     <p>Одно имя стремительно уступает место другому, но упрямая земля остается, и новые люди царапают на ней свои имена. А вот и такие, о которых я что-то смутно помню, хотя лично их не знал: Коулер и Фролинг, построившие большой винный завод на вершине холма. Увы! Виноградарям это показалось неудобным, они не стали возить виноград на такую кручу. Коулер и Фролинг разорились, потеряли участок, а землетрясение 1906 года довершило их беды, разрушив завод, — среди его каменных руин теперь живу я.</p>
     <p>Ла Мотт. Этот поднял целину, разбил виноградники и фруктовые сады, развел в искусственных водоемах рыбу, выстроил себе великолепный по тем временам особняк, но земля победила его, и он сгинул. Теперь на месте садов и виноградников, великолепного особняка и рыбных садков решил оставить о себе след и я, посадив сто тысяч эвкалиптовых деревьев.</p>
     <p>От Купера и Гринлоу на участке Хилл-Ренч остались две могилы: «Маленькая Лили» и «Маленький Дэвид», — крохотный квадратик, обнесенный грубо сколоченной оградой. Купер и Гринлоу в свое время выкорчевали девственный лес и расчистили три поля в сорок акров. Теперь эти поля засеяны канадским горохом, а весной я их перепашу под травы.</p>
     <p>Хаска — полузабытая легендарная личность, чья слава гремела лет тридцать тому назад. Он очистил за холмом шесть акров земли, заросшей кустарником, и маленькая долина носит теперь его имя. Он возделал почву, выстроил дом за каменным забором, посадил яблони. А теперь даже места, где стоял этот дом, не найти, а линию забора можно лишь угадать по еле заметным знакам.</p>
     <p>Борьбу бывшего владельца продолжил я, завел ангорских коз, чтобы они съели проклятый кустарник, который заглушил яблони Хаски. И вот я тоже скребу эту землю, вписав свое имя в ее летопись, но я тоже исчезну, и лист с моим именем истлеет.</p>
     <p>«Фантазеры и призраки!» — хихикает Белая Логика</p>
     <p>«Но ведь их борьба не прошла даром!» — возражаю я.</p>
     <p>«Она основывалась на иллюзии, значит, была ложью».</p>
     <p>Я настаиваю на своем:</p>
     <p>«Ложь во имя жизни!»</p>
     <p>«Скажи, пожалуйста, какая разница, — перебивает меня Белая Логика — Ну, довольно, налей свой бокал, давай посмотрим, что говорят апостолы лжи, стоящие на твоих книжных полках. Полистаем Уильяма Джеймса <a l:href="#n_79" type="note">[79]</a>».</p>
     <p>«Что ж, человек со здоровой психикой, — говорю я — Философского камня он не нашел, однако в его произведениях много здорового и оптимистического».</p>
     <p>«Рационализм, сведенный к сентиментальности! — усмехается Белая Логика — В конце концов он все-таки стал проповедовать бессмертие. Стал втискивать факты в рамки религии и свой зрелый ум использовал для высмеивания разума. С вершины разума Джеймс проповедует отказ от мышления и возврат к слепой вере. Все к лучшему в этом лучшем из миров! Старые жонглерские штучки метафизиков: подавить разум, чтобы спастись от пессимизма, который диктуется трезвым, суровым рассудком.</p>
     <p>Плоть твоя — это ты? Или нечто постороннее, чем ты владеешь? Что такое твое тело? Машина, преобразующая возбудители в чувства. Возбудители и чувства запоминаются. Из них кристаллизуется опыт. Значит, ты и есть опыт в твоем сознании. Сейчас, в этот момент, ты — это твои мысли. Твое «я» одновременно и субъект и объект. Оно утверждает вещь, и в то же время оно и есть вещь. Мыслитель — это мысль, знающий — это знание, обладатель — это то, чем владеешь.</p>
     <p>Наконец, ты должен знать, что в человеке слито множество изменчивых состояний сознания, целый поток сознания; каждая мысль — это новое «я», непрерывное изменение, но никогда не завершение; это — мелькание призраков, и все миллионы призраков никогда не переходят в реальность, а остаются светляками, призраками в царстве призраков. Но человек не согласен примириться с этим. Он отказывается признать, что он исчезнет Он не может исчезнуть. Если нужно умереть, он оживет опять!</p>
     <p>Эта необходимая ложь, которую люди бормочут как заклинание против сил Ночи, не новость Знахари и колдуны были отцами метафизики Люди всегда страшились Смерти, и, чтобы завоевать их души, метафизики были готовы лгать Им казался чересчур жестоким суровый закон Екклезиаста <a l:href="#n_80" type="note">[80]</a>, по которому участь чело века и животного одна как те, так и эти умирают превратив свои верования в планы, а религию и философию в средства достижения своих целей, метафизики стараются одолеть Смерть Призраки надежды заполняют твои книжные полки блуждающие огни, мистический туман, психологические полутона, душевные оргии, стоны среди могил, нелепый гностицизм, завуалированные мысли, путаный субъективизм, осторожное нащупывание, галлюцинации в грандиозных масштабах — вот что представляют собой твои книги! Погляди на них, на эти скорбные творения мрачных безумцев и страстных бунтовщиков — всех твоих Шопенгауэров <a l:href="#n_81" type="note">[81]</a>, Стриндбергов <a l:href="#n_82" type="note">[82]</a>, Толстых <a l:href="#n_83" type="note">[83]</a> и Ницше <a l:href="#n_84" type="note">[84]</a>!</p>
     <p>Ну хватит! Бокал пуст. Наполни его и забудь обо всем!»</p>
     <p>Я подчиняюсь, ибо теперь в голове шумит уже очень сильно. Я пью за печальных мыслителей, стоящих на моих книжных полках, и вспоминаю стихи Ричарда Хоуви <a l:href="#n_85" type="note">[85]</a>:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Живи! Любовь и Жизнь как свет и тьма</v>
       <v>Приходят не по нашей воле к нам,</v>
       <v>Скорей бери, что жизнь дает сама,</v>
       <v>Пока не станешь пищею червям.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>«Позволь я кончу за тебя!» — просит Белая Логика. «Не надо! — в пьяном гневе восклицаю я. Я вижу тебя насквозь, я не боюсь тебя! Под маской гедонизма ты все та же. Ты смерть, ты уводишь во мрак вечной ночи. Гедонизм <a l:href="#n_86" type="note">[86]</a> бессмыслица. Это тоже ложь, а в лучшем случае хитрый компромисс малодушных».</p>
     <p>«Позволь, я все таки докончу стихотворение!» — прерывает Белая Логика.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Но если ты не хочешь жизнь влачить</v>
       <v>Всегда ее ты волен прекратить</v>
       <v>Без страха пробуждения в гробу.<a l:href="#n_87" type="note">[87]</a></v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Но я вызывающе смеюсь, ибо сейчас, в эту минуту, я знаю, что Белая Логика, нашептывающая мне о смерти, — величайшая лгунья. Она сама сорвала с себя маску обратила против себя кажущееся добродушие, и во мне вдруг оживают забытые стремления молодости, и начинает казаться, что еще не поздно воспользоваться теми возможностями, которые книги и жизнь так упорно отрицают.</p>
     <p>Я успеваю еще опрокинуть в горло бокал в ту минуту, когда раздается обеденный гонг. Смеясь над Белой Логикой я выхожу в столовую, усаживаюсь с гостями за стол и с напускной серьезностью принимаюсь разглагольствовать по поводу новых журналов и пустяков, происходящих в мире, сыплю парадоксами и колкостями. А когда надоедает, начинаю дразнить собеседников, насмехаясь над фетишами трусливых буржуа, и сочинять эпиграммы, не щадя их маленьких идолов, высмеивая глупость их мудрецов.</p>
     <p>Нужно быть клоуном! Клоуном, и только! Если хочешь быть философом, подражай Аристофану <a l:href="#n_88" type="note">[88]</a>. Впрочем, никому из сидящих за столом не приходит в голову, что я пьян, — я просто в ударе Когда обед кончается, я продолжаю дурачиться, устраиваю игры, и все веселятся, как дети.</p>
     <p>Ночь; гости прощаются и расходятся по комнатам, а я через кабинет, уставленный книгами, прохожу на веранду, где обычно сплю, и снова остаюсь наедине с Белой Логикой, которая не покидает меня, ибо я не в силах ее переспорить. Я слышу, как плачет молодость, и, погружаясь в пьяный сон, вспоминаю стихи Гарри Кемпа:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мне Молодость в ночи рекла:</v>
       <v>«Отрада прежняя ушла,</v>
       <v>Нет отдыха в пути моем,</v>
       <v>Так утро делается днем,</v>
       <v>А дню, что людям дарит свет,</v>
       <v>До сумерек покоя нет.</v>
       <v>Недолговечней розы я,</v>
       <v>На небе радуга моя</v>
       <v>Недолго длит лучей игру…</v>
       <v>Я Молодость: ведь я умру!»</v>
      </stanza>
     </poem>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я рассказал о том, как борюсь в сумерках души с Белой Логикой. Я старался, как мог, раскрыть перед читателем хотя бы на мгновение тайники человеческого сознания, одурманенного Джоном — Ячменное Зерно. Но пусть читатель помнит, что то, о чем он узнал за эти четверть часа, навеяно прихотью Ячменного Зерна, который меняет настроения человека тысячи раз в течение дня и ночи.</p>
     <p>Мои воспоминания об алкоголе близятся к концу. Могу сказать, как человек, привыкший пить, что я до сих пор существую на свете лишь потому, что у меня здоровые легкие, сильные плечи и крепкий организм. Сомневаюсь, чтобы нашлось много юношей, которые могли бы вынести в возрасте пятнадцати — семнадцати лет физическое напряжение, равное тому, какое вынес я в эти годы, да и считанные мужчины, пережив подобное испытание, оказались бы способны написать об этом — книгу. Меня спасли не личные добродетели, а то, что я не был алкоголиком от природы и всеми силами боролся против Ячменного Зерна. И хотя сам я выжил, но на моих глазах многие погибли на его скорбной стезе.</p>
     <p>Только благодаря счастливой судьбе, удаче, случаю — называйте как угодно — я прошел сквозь пламя Ячменного Зерна.</p>
     <p>Ему не удалось растоптать мою жизнь, погубить мою карьеру, вытравить любовь к жизни. Он опалил эту любовь своим огнем, но она сумела чудом сохраниться, подобно тому как может уцелеть солдат на поле боя, хотя все товарищи пали.</p>
     <p>И как тот, кто пережил кровавую войну, восклицает: «Долой войну!» — так я кричу: «Долой алкоголь! Не отравляйте молодые жизни этим ядом!» Единственный способ прекратить войну — перестать воевать. Единственный способ прекратить пьянство — перестать продавать алкоголь. Китай прекратил всеобщее курение опиума, запретил выращивать его и ввозить в страну. Все философы, священники и врачи могли бы тысячу лет до хрипоты твердить о вреде опиума, но, пока яд был доступен, курение его продолжалось. Такова уж человеческая природа!</p>
     <p>Мы умеем оберегать детей от мышьяка и стрихнина, от тифозных и туберкулезных бацилл. Примените такие же меры к Ячменному Зерну! Запретите его! Не выдавайте патентов и разрешений на кабаки, пусть Ячменное Зерно не подстерегает молодежь на каждом шагу! Я пишу не об алкоголиках и не для алкоголиков, а для юношей, которые ищут интересной жизни и веселого общества, для тех, кого извращает наша варварская цивилизация, спаивающая их на каждом перекрестке. Я пишу эту книгу для здоровых, нормальных юношей настоящего и будущего.</p>
     <p>Вот почему в таком приподнятом настроении я спустился в Лунную Долину и отдал свой голос за предоставление женщинам избирательного права. Я знал, что они — жены и матери — заставят вычеркнуть из жизни Джона — Ячменное Зерно, это варварское наследие прошлого. Если у вас создастся впечатление, что я зол на Ячменное Зерно, вы недалеки от истины: вспомните, сколько я из-за него перестрадал! Мне искренне хочется оградить от него детей, моих и ваших.</p>
     <p>Женщины — подлинные хранительницы нации. Мужчины — прожигатели жизни, искатели приключений, игроки. Если бы не жены, они бы погибли в конце концов. Одним из первых химических опытов человека была перегонка спирта, и на протяжении многих столетий этот опыт продолжается. Не было дня, когда Женщины не протестовали против этого, но они были бесправны и не могли сказать решительное слово. Как только женщины получат право голоса, они первым делом потребуют уничтожения кабаков.</p>
     <p>Сами мужчины и через тысячу лет этого не сделают. Столь же нелепо было бы ждать, что морфинисты запретят продажу морфия.</p>
     <p>Женщины знают, что за пьянство мужчин им приходится платить слезами и кровавым потом. Оберегая здоровье нации, они проголосуют за закон, который обеспечит жизнь будущим поколениям.</p>
     <p>И ничего тут нет страшного. Пострадают от этого только неизлечимые алкоголики одного поколения. Я принадлежу к их числу и все же торжественно заверяю, основываясь на своем длительном знакомстве с Ячменным Зерном, что не так уж огорчусь, если придется бросить пить, — пусть только другие перестанут и негде будет достать спиртные напитки. Зато преобладающее число молодежи настолько чуждо пьянству, что, не видя спиртных напитков, они вообще не почувствуют утраты. Юноши будут узнавать из исторических книг, что когда-то в прошлом люди ходили в кабак, и это покажется им таким же диким обычаем, как бой быков и сожжение ведьм на кострах.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Конечно, автобиографическая повесть не может считаться законченной, если историю героя не довели до конца. Увы! Моя исповедь — не исповедь исправившегося алкоголика. Кстати, я и не был алкоголиком, стало быть, мне нечего исправляться.</p>
     <p>Некоторое время тому назад мне довелось совершить плавание на парусном судне вокруг мыса Горн. Я пробыл на воде сто сорок восемь дней. Спиртного я с собой не взял, и, хотя капитан с удовольствием угощал бы меня каждый день, я ни разу не воспользовался его гостеприимством. Никто на судне не пил, подходящей обстановки не было, а органической потребности в алкоголе я не испытывал.</p>
     <p>И тут я задал себе простой и четкий вопрос: если это так легко, почему же не придерживаться такого же правила на суше?</p>
     <p>Я обдумал это всесторонне: времени было достаточно — сто сорок восемь дней, причем алкогольный соблазн был полностью устранен. И на основе своего прежнего опыта я пришел к некоторым выводам.</p>
     <p>Прежде всего я убежден, что из тысячи и даже ста тысяч человек не найдется ни одного настоящего алкоголика. Я считаю, что употребление алкоголя — привычка. Она возникает в сознании.</p>
     <p>Это не похоже на пристрастие к табаку, кокаину, морфию и прочим наркотикам. Потребность в алкоголе создается исключительно в мозгу и возникает от общения с людьми. Из миллиона пьющих никто не начал пить в одиночестве. Все начинают в компании. Алкоголь связывает людей тысячами нитей, как показал я в начале своей книги. Общение с людьми — это основа, на которой по большей части зиждется привычка пить. Сам алкоголь не имеет большого значения, главное — обстановка, в которой пьют. Не многие в наши дни чувствуют неотразимую потребность в алкоголе, если этому не предшествует длительное общение с пьющими.</p>
     <p>Возможно, исключения бывают, но я их не встречал.</p>
     <p>В течение пятимесячного плавания на паруснике я обнаружил, что среди потребностей моего организма потребность в алкоголе отсутствует. Однако заметил я и другое интересное явление: мое желание пить диктуется только рассудком и коренится исключительно в общении с людьми. Когда я вспоминал о выпивке, я тут же вспоминал о компании, и наоборот. Компания и алкоголь сиамские близнецы. Они сроднились воедино.</p>
     <p>Отдыхая на палубе с книгой или беседуя с людьми, я заметил, что, какое бы место на земном шаре ни назвали, в моем мозгу мгновенно возникала ассоциация: выпивка и компания.</p>
     <p>Бурные ночи и веселые деньки, волнующие события, босяцкая вольница все это вспоминалось сразу. Вот на странице книги я вижу слово «Венеция» и тотчас вспоминаю столики кафе на тротуарах. «Битва при Сантьяго» <a l:href="#n_89" type="note">[89]</a>, говорит кто-то, и я отзываюсь: «Да, я бывал на месте битвы». Но пред мысленным взором встает не Кетл-Хилл, не Дерево Мира, а только кафе «Венера» на площади Сантьяго, где однажды знойным вечером я пил и беседовал с незнакомцем, умиравшим от чахотки.</p>
     <p>Или вот я читаю: «Восточная сторона Лондона», — и перед глазами ярко освещенный трактир. «Две кружки пива!», «Три виски!» Латинский квартал. Я в студенческом кабачке, вижу веселые лица, слышу смех. Мы пьем холодный абсент, темпераментные французы шумят, спорят о Боге, искусстве и демократии… Здесь все решается просто!</p>
     <p>Попав в полосу холодного ветра, памперо <a l:href="#n_90" type="note">[90]</a>, близ Ла-Платы, мы встревожены возможностью аварии и решаем зайти в Буэнос-Айрес, этот американский Париж. И в тот же миг я уже не вижу ничего, кроме залитых светом кафе; мне явственно слышится веселый звон стаканов, песни, смех и гул голосов. Спасаясь от северо-восточных штормов в Тихом океане, мы просим умирающего капитана зайти в Гонолулу, и, пока я горячо убеждаю его, предо мной возникает видение: прохладные террасы на берегу океана в Вайкики, где нам подают коктейли. Кто-то из спутников вспоминает, как жарят диких уток в Сан-Франциско, и я немедленно вижу зал ресторана, где переливаются блеском огни, стучат ножи, я с друзьями, и в руках у нас — наполненные рейнвейном высокие бокалы с золотой каемкой.</p>
     <p>Итак, я все думал над этой проблемой. И если бы мне пришлось посетить все эти прекрасные места снова, то лишь ради этого. Поднимем бокалы! Магическая фраза! Лучшей, пожалуй, не найдешь во всем нашем языке. Привычка пить укоренилась в моем сознании и осталась на всю жизнь. Я люблю остроумную беседу, задушевный смех, громкие голоса мужчин, люблю, когда друзья, подняв бокалы, гонят прочь однообразие и скуку.</p>
     <p>Итак, я решил: нет! Буду все-таки пить время от времени!</p>
     <p>Несмотря на все мои книги, несмотря на все философские мысли, нашедшие во мне особый отклик, я решил спокойно продолжать то, к чему привык. Буду пить, конечно, умереннее и осторожнее, чем раньше. Я уже не позволю себе превратиться в ходячий факел, не призову на помощь Белую Логику. Я понял, что звать ее нельзя.</p>
     <p>Белая Логика спокойно спит рядом с моим недугом. Они больше не станут меня тревожить. И все же скажу в заключение, что напрасно мои предки не уничтожили Ячменное Зерно прежде, чем я родился на свет. Очень жаль, что он процветал там, где я провел детство и молодость, иначе я бы не познакомился и не сблизился бы с ним.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод В. Лимановской</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Алая чума</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>I</p>
     </title>
     <p>Тропа шла по возвышению, которое когда-то было железнодорожной насыпью. Но уже много лет тут не проходил ни один поезд. С обеих сторон к насыпи подступал лес, деревья и кустарник поднимались по склонам, и зеленая волна захлестывала узкую, где не разойтись вдвоем, звериную тропу. Кое-где из земли торчали куски металла, свидетельствовавшие о том, что внизу, под слоем слежавшихся листьев и мха, были рельсы и шпалы. В одном месте молодое, дюймов десять толщиной, деревце разорвало стык и загнуло конец рельса кверху. Вместе с рельсом, повиснув на длинном костыле, причудливо вздыбилась полусгнившая шпала; то место, куда она была уложена, давно занесло песком и опавшими листьями. Угадывалось, что дорога была однорельсового типа, хотя и пришла в полный упадок.</p>
     <p>По тропе шли двое: старик и мальчик. Они шагали медленно, ибо старик был очень дряхл; он тяжело опирался на палку, руки и ноги у него дрожали. Грубая шапка из козлиной шкуры защищала его голову от солнца. Из-под шапки выбивались редкие пряди грязно-белых волос. Старик надвинул на глаза козырек, хитроумно сделанный из большого листа, и пристально вглядывался, куда ступать. Его борода, большими спутанными космами спадавшая на грудь, была бы белой как снег, если бы не дым костров и непогода.</p>
     <p>Облезлая козья шкура составляла все его одеяние. Тонкие, высохшие руки и ноги выдавали крайне преклонный возраст старика, равно как потемневшая от загара кожа, многочисленные шрамы и царапины говорили о том, что долгие годы ему пришлось провести под открытым небом.</p>
     <p>Мальчик шел впереди, с трудом приноравливаясь к медленным шажкам старика; одеждой ему также служил кусок обтрепанной шкуры с неровными краями и дырой посередине для головы. Ему было лет двенадцать, не больше. В волосы он кокетливо воткнул недавно отрезанный кабаний хвост. В руке он держал небольшой лук и стрелу, за спиной болтался колчан. Из ножен, висевших на ремне, перекинутом через шею, торчала щербатая рукоятка охотничьего ножа.</p>
     <p>Мальчишка был черен от загара и ступал мягко, по-кошачьи. Контрастом к его опаленному солнцем лицу были синие глаза, смотревшие пытливо и проницательно. Казалось, он сверлил взглядом каждый предмет, попадавшийся на пути. Кроме того, он чувствовал малейшие запахи, и вздрагивающие, раздувающиеся ноздри доносили в его мозг нескончаемый поток сигналов из внешнего мира. Он обладал острым, тренированным слухом. Не прилагая никаких усилий, он улавливал в кажущемся безмолвии легчайшие звуки, улавливал, различал и группировал их, будь то шелест листьев на ветру, жужжание пчелы или звон комара, гул далекого прибоя, слышимый только в минуту затишья, или возня суслика на тропе, совсем рядом, подтаскивающего землю к отверстию своей норы.</p>
     <p>Внезапно мальчик насторожился. Зрение, слух и обоняние одновременно предупредили его о какой-то опасности. Не оборачиваясь, он предостерегающе коснулся рукой старика, и оба замерли. Впереди, у самого края насыпи, захрустели ветки; мальчик устремил взгляд на закачавшуюся верхушку куста. Оттуда вывалился огромный серый медведь и, увидев людей, тоже остановился как вкопанный. Встреча, очевидно, была ему не по душе, и он угрожающе заворчал. Мальчик медленно приложил стрелу к луку и так же медленно натянул тетиву. Он не сводил глаз с медведя. Старик не шелохнулся и тоже уставился на медведя из-под своего козырька. Люди и зверь внимательно несколько секунд изучали друг друга; медведь начал обнаруживать признаки нетерпения, и мальчик кивком головы показал старику, чтобы тот сошел с тропы и спустился с насыпи. Сам он тоже стал пятиться назад, держа лук наготове. Они подождали немного, пока с другого склона насыпи не послышался треск ломаемых кустов, — зверь прошел. Когда они снова поднимались наверх, мальчик усмехнулся:</p>
     <p>— Крупный!</p>
     <p>Старик покачал головой.</p>
     <p>— Их все больше с каждым днем, — пожаловался он тоненьким, надтреснутым голоском. — Разве я думал, что доживу до такого времени, когда люди будут бояться ходить здесь! Помню, когда я был маленьким, в хороший день люди целыми семьями приезжали сюда из Сан-Франциско. И никаких медведей не было. Да, сэр, никаких. Так редко попадались медведи, что люди платили деньги, чтобы посмотреть на них в клетках.</p>
     <p>— А что такое деньги, дед?</p>
     <p>Прежде чем старик успел ответить, мальчик, вспомнив что-то, торжествующе сунул руку в сумку, которая свисала у него под шкурой, и вытащил тусклый, потертый серебряный доллар. Старик поднес монету к носу, глаза его заблестели.</p>
     <p>— Ничего не вижу, — пробормотал он. — Посмотри-ка, Эдвин, может быть, разберешь год чеканки.</p>
     <p>Мальчик засмеялся.</p>
     <p>— Ну и чудной же ты! Все врешь, будто эти крохотные черточки что-то значат.</p>
     <p>По лицу старика пробежала тень привычной грусти, и он снова поднес монету к глазам.</p>
     <p>— Две тысячи двенадцатый год! — взвизгнул он и залился полубезумным смешком. — Как раз тогда Правление Магнатов назначило Моргана Пятого Президентом Соединенных Штатов! Это, должно быть, одна из последних монет: ведь Алая Смерть пришла в 2013 году. Господи, подумать только! Минуло уже шестьдесят лет, и я единственный, кто остался в живых с тех времен. Эдвин, где ты нашел эту монету?</p>
     <p>Мальчик, слушавший старика с тем терпеливо-снисходительным видом, с каким слушают болтовню слабоумного, тут же ответил:</p>
     <p>— Мне дал ее Хоу-Хоу, а он нашел ее прошлой весной, когда пас коз у Сан-Хосе. Хоу-Хоу сказал, что это деньги. Дед, ты разве не хочешь есть?</p>
     <p>В глазах у старика мелькнул голодный огонек, и, покрепче ухватив свою палку, он заковылял по тропе.</p>
     <p>— Хорошо, если Заячья Губа поймал краба, а то и двух… — бормотал он. — У крабов вкусное мясо, очень вкусное, особенно когда нет зубов, но зато есть внуки, которые любят своего дедушку и стараются поймать ему краба. Когда я был мальчиком…</p>
     <p>Эдвин вдруг увидел что-то и остановился, натягивая лук. Он стоял как раз на краю овражка. Некогда здесь проходила дренажная труба, которая потом развалилась, и вздувшийся ручей размыл насыпь. На другом краю овражка, нависая над обрывом, торчал ржавый рельс, обвитый диким виноградом. Подальше, у куста, припал к земле кролик, испуганно поводя глазами. Расстояние было футов пятьдесят, но стрела, мелькнув в воздухе, настигла цель; раненый зверек, пискнув от испуга и боли, тяжело запрыгал в заросли. Тут же мелькнули загорелое тело и развевающаяся шкура: мальчик прыгнул с откоса и одним духом взобрался на противоположную сторону оврага. Молодые мускулы его играли, точно эластичные пружины. Футов через сто в кустарниковой чаще он настиг кролика, размахнувшись, ударил его головой о ближний ствол и отдал нести старику.</p>
     <p>— Мясо кролика очень вкусно, — начал старик дребезжащим голоском, — но уж если говорить о деликатесах, то я предпочитаю крабов. Когда я был мальчиком…</p>
     <p>— Отчего ты все время болтаешь какую-то чепуху? — досадливо прервал мальчик своего словоохотливого спутника.</p>
     <p>Он произнес отнюдь не эти слова, но какие-то лишь отдаленно напоминающие их, гортанные, взрывные звуки, составлявшиеся в короткие, отрывистые слова, почти не передающие оттенки смысла. В его речи угадывалось сходство с речью старика, похожей на дурной, испорченный английский язык.</p>
     <p>— Почему ты вместо «краб» говоришь «деликатес»? — продолжал мальчик. — Краб — это краб. Никогда не слышал такого смешного названия!</p>
     <p>Старик вздохнул, ничего не ответил, и дальше они шагали молча. Рокот прибоя стал слышнее, когда они вышли на опушку леса, к гряде песчаных дюн, подступавших к морю. Между дюнами бродили козы, пощипывая скудную травку; за козами присматривал одетый в шкуру подросток с большой, волчьего обличья, собакой, чем-то напоминавшей шотландскую овчарку. К шуму прибоя примешивался не то лай, не то какие-то всхлипы — низкие, нутряные, доносившиеся с больших остроконечных камней ярдах в ста от берега. Туда выползали огромные морские львы, грелись на солнце, дрались друг с другом. Поблизости вздымался дымок от костра, похожий на дикаря мальчишка подкладывал в огонь сучья. Рядом лежали несколько псов, совсем таких же, как тот, что сторожил коз. Старик ускорил шаги и. подходя к костру, стал жадно принюхиваться.</p>
     <p>— Мидии! — пробормотал он восторженно. — И, кажется, еще краб, Хоу-Хоу? Ну, мальчики, вы и в самом деле любите своего старого дедушку!</p>
     <p>Хоу-Хоу, паренек примерно того же возраста, что и Эдвин, засмеялся.</p>
     <p>— Тебе хватит, дед. Я поймал четырех крабов. Жалко было смотреть, как от жадного нетерпения у старика тряслись руки. Торопливо, насколько позволяли негнущиеся колени, он опустился на песок и палкой выкатил из углей крупную мидию. От жара створки раковины раскрылись, и розоватое мясо отлично запеклось. Старик задрожал, схватил кусок моллюска большим и указательным пальцами и поднес ко рту. Но кусок оказался чересчур горячим, и он в тот же миг выплюнул его. Старик захныкал от боли, на глазах выступили слезы и покатились по щекам.</p>
     <p>Мальчишки были настоящие дикари, и их юмор был весьма груб и примитивен. Происшедшее показалось им ужасно смешным, и они разразились громким смехом. Хоу-Хоу приплясывал у костра, а Эдвин в полнейшем восторге катался по земле. Прибежал мальчишка, стерегущий коз, чтобы тоже принять участие в веселье.</p>
     <p>— Эдвин, остуди их, пожалуйста! — умолял огорченный старик, не пытаясь даже вытереть слезы, бежавшие из глаз. — И достань также краба, Эдвин. Ты же знаешь, твой дедушка любит крабов.</p>
     <p>Раковины подсыхали на угольях и лопались от жара с громким шипением. Моллюски были большие, от трех до шести дюймов длиной. Мальчишки выгребали их из золы палками и, чтобы остудить, складывали на бревно, выброшенное на берег.</p>
     <p>— Когда я был мальчиком, мы не смеялись над старшими, мы почитали их.</p>
     <p>Поток бессвязных жалоб и упреков не прекращался, но внуки не обращали на деда никакого внимания. Все принялись за еду, действуя одними руками, громко чавкая и причмокивая. Старик ел осторожно, старался не спешить, чтобы снова не обжечься. Третий мальчишка, по прозвищу Заячья Губа, незаметно насыпал щепотку песка на кусок моллюска, который дед подносил ко рту; песчинки вонзились тому в небо и десны, и тут снова раздался оглушительный хохот. Бедняга не догадывался, что с ним сыграли злую шутку, он фыркал и отплевывался до тех пор, пока Эдвин, смилостивившись, не подал ему тыкву со свежей водой, чтобы прополоскать рот.</p>
     <p>— Где же крабы, Хоу-Хоу? — спросил Эдвин. — Дед хочет есть.</p>
     <p>В глазах старика опять зажегся голодный огонек, когда ему подали краба. Клешни, панцирь — все было цело, но мясо внутри давно высохло. Дрожащими пальцами, в предвкушении удовольствия, старик оторвал одну клешню и обнаружил, что внутри пусто.</p>
     <p>— Где же мясо, Хоу-Хоу? Где же мясо? — захныкал он.</p>
     <p>— Я пошутил, дед. Крабов нет. Я не поймал ни одного.</p>
     <p>По сморщенным щекам старика катились слезы бессильной обиды и разочарования, а мальчишки чуть не визжали от восторга. Потом Хоу-Хоу на место высохшего краба незаметно подложил другого, только что из золы. Клешни у него были уже оторваны, и от белого мяса шел ароматный пар. Почувствовав знакомый запах, старик удивленно посмотрел вниз. Уныние его тотчас сменилось радостью. Он жадно втянул воздух, чуть ли не воркуя от восторга, и накинулся на еду. Это привычное зрелище не останавливало внимания внуков. Не замечали они ни отрывочных восклицаний, которые, причмокивая и чавкая, издавал старик, ни его бессмысленных, как казалось им, фраз: «Ах, майонеза бы! Майонеза! Шестьдесят лет — два поколения! — не попробовать, даже не видеть майонеза. А ведь тогда его подавали к крабам в каждом ресторанчике».</p>
     <p>Наевшись до отвала, старик вздохнул, вытер руки о голые колени и задумчиво посмотрел на море. С ощущением сытости нахлынули воспоминания.</p>
     <p>— А ведь когда-то на этом самом берегу было полным-полно народу, особенно по воскресеньям! И никто не боялся медведей. А вон там, как раз на скале, стоял большой ресторан, кормили там преотлично и выбор был богатый. Четыре миллиона человек жили тогда в Сан-Франциско. Теперь в городе и во всем графстве и сорока человек, пожалуй, не наберется. По заливу беспрерывно плыли корабли: одни входили в Золотые Ворота, другие шли в открытое море. А в небе — воздушные корабли, дирижабли и аэропланы. Они делали по двести миль в час. Почтовая компания «Нью-Йорк энд Сан-Франциско лимитед» считала такую скорость минимальной. Был один француз, забыл его имя, — так ему удалось сделать триста миль. Но это было рискованно, слишком рискованно по мнению консервативной публики. Но он шел по верному пути и наверняка добился бы большего, если бы не Великий Мор. В детстве я знал стариков, которые видели появление первых аэропланов, а теперь мне самому довелось стать свидетелем того, как исчезли последние аэропланы, и это было шестьдесят лет назад.</p>
     <p>Внуки не слушали словоохотливого старика: они давно привыкли к его болтовне и большая часть слов к тому же была им непонятна. Случившийся тут наблюдатель мог бы заметить, что в бессвязных разговорах старика с самим собой речь его обретала в какой-то степени былую стройность и изящество слога. Но когда он обращался к внукам, то снова бессознательно подлаживался к их грубому, примитивному языку.</p>
     <p>— Тогда, правда, было мало крабов, — разглагольствовал старик. — Их повыловили. И они считались самым изысканным деликатесом. Да и сезон ловли длился какой-нибудь месяц. А теперь крабов можно раздобыть в любое время года. И что удивительно: их можно наловить тут же, в прибрежных камнях у скалы, где стоял ресторан!</p>
     <p>Пасущиеся неподалеку козы вдруг забеспокоились, сбились в кучу, и мальчишки вскочили на ноги. Собаки у костра кинулись к своему рычащему товарищу, который стерег стадо, а козы поскакали под защиту людей. С полдюжины серых отощавших волков пробирались среди дюн, готовые напасть на рычащих собак. Эдвин пустил стрелу, но она упала, не долетев до цели. Тогда Заячья Губа раскрутил пращу — вроде той, наверное, с какой Давид пошел на Голиафа, и так сильно метнул камень, что он просвистел в воздухе. Камень упал посреди стаи, и напуганные волки отступили в чащу эвкалиптового леса.</p>
     <p>Мальчишки засмеялись и снова улеглись на песок, а старик задумчиво вздохнул. Он явно переел и теперь, сплетя пальцы на животе, снова принялся разглагольствовать.</p>
     <p>— «Миры проходят словно дым», — продекламировал он, очевидно, строку из какого-нибудь автора. — Да, все быстротечно, как дым. И человеческая цивилизация на этой планете — тоже дым. Люди одомашнили животных, которых удалось приручить, уничтожили диких зверей, расчистили землю от буйной растительности. Но потом человечество умерло, планету захлестнул поток первобытной жизни, сметая на своем пути все, что сделали люди; леса и сорная трава надвинулись на поля, хищники растерзали стада, и вот по берегу, где стоял ресторан, бродят волки, — Старик ужаснулся собственным мыслям. — Там. где когда-то беспечно жили четыре миллиона людей, теперь рыщут голодные волки, и нашим одичавшим потомкам приходится защищаться доисторическим оружием от четвероногих грабителей. И все это из-за Алой Смерти…</p>
     <p>Слово «алый» остановило внимание Заячьей Губы.</p>
     <p>— Затвердил одно и то же! — сказал он Эдвину. — Что это такое — алая?</p>
     <p>— «Волнует так же нас кленовый алый лист, как звук охотничьего рога», — снова продекламировал старик.</p>
     <p>— Это значит «красный», — ответил Эдвин Заячьей Губе. — Ты не знаешь этого, потому что происходишь из племени Шофера. А они ничего не знают. «Алый» означает «красный», это точно.</p>
     <p>— «Красный» — это «красный», так ведь? Зачем же задаваться и говорить «алый»? — ворчал Заячья Губа — Дед, почему ты всегда говоришь такие слова, которые никто не понимает? — обратился он к старику. — «Алый» ничего не означает, но все знают, что такое «красный». Почему же ты не говоришь «красный»?</p>
     <p>— Потому что это неточно. Чума была алая. За какой-нибудь час все лицо и тело становились алыми. Уж кому-кому знать, как не мне! Все происходило на моих собственных глазах. И я утверждаю, что чума была алой, потому что… ну, потому что она на самом деле была алой, и все. Другого слова нет.</p>
     <p>— А по мне лучше «красная»! — упрямился Заячья Губа. — И отец у меня красное называет красным, а уж он-то знает. Он рассказывал, что все умерли от Красного Мора.</p>
     <p>— Твой отец — простолюдин, и предки его — простолюдины. Я ведь знаю, откуда пошло племя Шоферов. Твой дед был шофер, слуга. Он не имел никакого образования и служил у других людей. Правда, твоя бабка из хорошей семьи, но дети не пошли в нее. Отлично помню, как в первый раз встретил их: они ловили рыбу на озере Темескал.</p>
     <p>— А что такое образование? — спросил Эдвин.</p>
     <p>— Это когда красное называют алым, — насмешливо ввернул Заячья Губа и снова принялся за старика. — Отец говорил мне, что жена у тебя была из племени Сан-та-Роса и никакая не знатная. Это ему рассказывал его отец — до того, как загнулся. Он говорил, что перед Красным Мором она была подавальщицей в харчевне, хотя я не знаю, что это такое. А ты знаешь. Эдвин?</p>
     <p>Эдвин отрицательно помотал головой.</p>
     <p>— Да, она была официанткой, — признался старик. — Но она была хорошая женщина и мать твоей матери. После чумы мало осталось женщин. Она оказалась единственной женщиной, какую я мог взять в жены, хотя она и служила «подавальщицей в харчевне», как выражается твой отец. Однако нехорошо так говорить о своих предках.</p>
     <p>— А отец говорил, что жена первого Шофера была леди…</p>
     <p>— Что такое леди? — поинтересовался Хоу-Хоу.</p>
     <p>— Леди — это женщина Шофера, — быстро отозвался Заячья Губа.</p>
     <p>— Первого Шофера звали Билл, он был, как я уже сказал, простолюдин, — объяснил дед, — но жена у него была леди, знатная леди. До Алой Чумы она была женой Ван Уордена, президента Правления Промышленных Магнатов, одного из тех десяти человек, которые управляли Америкой. Ван Уорден стоил миллиард восемьсот миллионов долларов — таких монет, как у тебя в сумке, Эдвин. А когда пришла Алая Смерть, она стала женой Билла, основателя племени Шофера. Как он ее колотил! Я своими глазами видел.</p>
     <p>Хоу-Хоу, который, лежа на животе, разгребал от нечего делать ногами песок, вдруг вскрикнул и осмотрел сначала большой палец на ноге, а потом ямку, которую он вырыл. Двое других мальчишек тоже принялись быстро раскидывать песок руками и вскоре отрыли три скелета. Два из них были скелетами взрослых людей, третий — ребенка. Старик присел на корточки, всматриваясь в находку.</p>
     <p>— Жертвы Чумы, — объявил он. — Последние дни несчастные умирали всюду прямо так, на ходу. Это, должно быть, одна семья, которая спасалась бегством, чтобы не заразиться, и смерть настигла их здесь, на берегу. Они… Послушай, что ты делаешь, Эдвин?</p>
     <p>В голосе старика слышалось смятение: Эдвин, действуя тупой стороной охотничьего ножа, старательно выбивал зубы из челюстей одного из черепов.</p>
     <p>— Сделаю бусы! — ответил он.</p>
     <p>Мальчишки, принявшись за дело, подняли отчаянный стук и не слушали старика.</p>
     <p>— Да вы же настоящие дикари!.. Итак, уже вошли в моду бусы из человеческих зубов. Следующее поколение продырявит себе носы и нацепит украшения из костей и ракушек. Так оно и будет. Человеческий род обречен погрузиться во мрак первобытной ночи, прежде чем снова начнет кровавое восхождение к вершинам цивилизации. А когда мы чрезмерно расплодимся и на планете станет тесно, люди начнут убивать друг друга. И тогда, наверное, вы будете носить у пояса человеческие скальпы, как сейчас… как сейчас ты, Эдвин, носишь этот мерзкий кабаний хвост. И это самый мягкий из моих внуков! Выброси этот хвост, Эдвин, выброси его!</p>
     <p>— И чего он все бормочет, этот старикашка! — заметил Заячья Губа, когда мальчишки, собрав зубы, взялись за дележ добычи.</p>
     <p>Движения у них были быстрые и резкие, речь, особенно в минуту спора из-за какого-нибудь очень уж крупного или красивого зуба, несвязна и отрывиста. Они говорили односложными словами и короткими, рублеными фразами — скорее бессмысленная тарабарщина, нежели язык. И все же угадывались в них следы грамматических конструкций, некое отдаленное сходство с формами высокоразвитого языка. Даже речь старика была настолько испорчена, что читатель ничего не понял бы, если записать ее буквально. На этом подобии языка он обращался, правда, только к внукам. Когда же он входил во вкус и разговаривал сам с собой, речь его понемногу очищалась, приближалась к литературной. Предложения удлинялись, приобретали отчетливый ритм и легкость, которые свидетельствовали о былом навыке говорить с кафедры.</p>
     <p>— Расскажи нам о Красной Смерти! — попросил деда Заячья Губа после того, как мальчишки к общему согласию закончили дележ зубов.</p>
     <p>— Об Алой Смерти, — поправил Эдвин.</p>
     <p>— И давай без этих чудных слов, — продолжал Заячья Губа. — Говори понятно, дед, как говорят все Сан-та-Роса. Никто не говорит так, как ты.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>II</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Старику явно польстила эта просьба. Он откашлялся и начал:</p>
     <p>— Лет двадцать — тридцать тому назад очень многие просили меня рассказать об Алой Чуме. Теперь, к сожалению, никого, кажется, не интересует…</p>
     <p>— Ну вот, опять! — недовольно воскликнул Заячья Губа. — Неужели ты не можешь не молоть чепухи? Говори понятно. Что такое «интересует»? Лопочешь, как грудной младенец!</p>
     <p>— Не приставай ты к нему, — вмешался Эдвин, — а то он разозлится и совсем не будет рассказывать. Плюнь ты на чудные слова! Что-нибудь поймем — и ладно.</p>
     <p>— Давай, давай, дед! — поторопил Хоу-Хоу, так как старик тем временем начал уже распространяться о неуважении к старшим и о том, какими жестокими становятся люди, когда гибнет цивилизация и они попадают в первобытные условия.</p>
     <p>Старик начал свой рассказ:</p>
     <p>— На земле тогда жило очень много народу. В одном только Сан-Франциско было четыре миллиона…</p>
     <p>— А что такое «миллион»? — спросил Эдвин. Старик ласково взглянул на него.</p>
     <p>— Я знаю, что вы умеете считать только до десяти, поэтому сейчас я объясню. Покажи свои руки. Вот видишь, на обеих руках у тебя десять пальцев, так? Отлично. Теперь я беру песчинку… Держи ее, Хоу-Хоу. — Старик положил песчинку мальчику на ладонь. — Эта песчинка означает как бы десять пальцев Эдвина. Я добавляю еще одну песчинку — значит, еще десять пальцев. Потом я добавляю еще и еще, и еще., до тех пор, пока песчинок не будет столько, сколько у Эдвина на руках пальцев. Это составит «сто». Запомните это слово: «сто». Теперь я кладу в руку Заячьей Губе камешек. Он означает десять песчинок, или десять десятков пальцев, то есть сто пальцев. Затем я кладу десять камешков. Они означают тысячу пальцев. Далее я беру ракушку, которая будет означать десять камешков, или сто песчинок, или тысячу пальцев…</p>
     <p>Старик терпеливо, то и дело повторяя объяснения, старался постепенно внушить внукам самое общее представление о счислении. По мере увеличения чисел он давал им в руки предметы различных размеров. Предметы, означающие крупные величины, он складывал на бревне и оказался в затруднении, потому что для обозначения миллионов ему пришлось взять зубы, выбитые мальчишками из черепов, а для миллиардов- панцири от крабов. Потом он остановился, потому что заметил, что внуки устали от его объяснений.</p>
     <p>— Так вот, в Сан-Франциско было четыре миллиона человек — кладем четыре зуба.</p>
     <p>Мальчишки медленно перевели взгляд с зубов, уложенных в ряд на бревне, к себе на руки, затем на камешки, песчинки и, наконец, на пальцы Эдвина. Потом взгляд скользнул назад, в восходящем порядке — они силились охватить умом такое непостижимое количество.</p>
     <p>— Это очень много народу, дед, — неуверенно предположил наконец Эдвин.</p>
     <p>— Да, очень много народу — как песку на берегу, причем каждая песчинка — это взрослый или ребенок. Да, милый, и все эти люди жили здесь, в Сан-Франциско. И когда они приезжали сюда, на этот берег, их собиралось здесь больше, чем песчинок. Больше, гораздо больше! Сан-Франциско считался красивым городом. А там, за заливом, где в прошлом году находилось наше становище, жило еще больше народу. На всем протяжении от мыса Ричмонд до Сан-Леандро, на равнине и на холмах, раскинулся как бы один большой город с семи-миллионным населением. Понимаете? Семь зубов… вот они семь миллионов.</p>
     <p>И снова мальчишки перевели глаза с пальцев Эдвина на зубы, сложенные на бревне, и обратно.</p>
     <p>— Мир был переполнен людьми. Численность населения земли по переписи 2010 года составляла восемь миллиардов, да, да, восемь миллиардов — восемь панцирей от крабов. Не то что сегодня. Люди знали множество способов, как добывать пищу. Чем больше было еды, тем больше рождалось людей. В 1800 году только в одной Европе было сто семьдесят миллионов. Сто лет спустя — положи песчинку, Хоу-Хоу, — в 1900 году, там насчитывалось уже пятьсот миллионов, значит, к пяти песчинкам надо добавить один зуб. Это показывает, как легко стало добывать пищу и как быстро увеличивалось население. В 2000 году Европу населяло уже пятнадцать сотен миллионов. То же самое было повсюду. Вот эти восемь панцирей от крабов означают восемь миллиардов человек, которые населяли землю в то время, когда началась Алая Чума.</p>
     <p>Тогда я был молодым человеком, двадцати семи лет, и жил по ту сторону залива Сан-Франциско, в Беркли. Эдвин, ты помнишь те огромные каменные дома, которые мы видели, когда спустились с холмов Контра Коста? Вот там-то я и жил, в тех каменных домах. Я был профессор английской литературы.</p>
     <p>Многое из того, что рассказывал старик, было выше разумения его внуков, и все же они жадно слушали, стараясь понять события прошлого.</p>
     <p>— А зачем нужны эти каменные дома? — спросил Заячья Губа.</p>
     <p>— Помнишь, как отец учил тебя плавать? Заячья Губа кивнул.</p>
     <p>— Ну вот, в Калифорнийском университете — так назывались те каменные дома — мы учили юношей и девушек думать — точно так же, как я с помощью песчинок, камешков и крабьих панцирей растолковал вам, сколько людей жило в те времена. Учить приходилось многому. Юноши и девушки, которых мы учили, назывались студенты. Они собирались в больших комнатах, человек сорок, пятьдесят сразу, и я говорил им всякие вещи. Ну, так же, как сейчас рассказываю вам. Рассказывал о книгах, которые были написаны много лет назад, а иногда даже и в то самое время…</p>
     <p>— Так это все, что ты делал: говорил, говорил и говорил? — удивился Хоу-Хоу. — А кто же добывал мясо, кто доил коз, кто ловил рыбу?</p>
     <p>— Разумный вопрос, Хоу-Хоу, разумный вопрос! Как я уже сказал, добывать пищу в те времена было просто. Мы были очень умные. Несколько человек могли добывать пищу для многих. А остальные занимались другими делами. Вот я, как ты сказал, только говорил. Да, я говорил, говорил все время, и за это мне давали еду, много еды, отличной еды. Такой я не пробовал шестьдесят лет и вряд ли теперь попробую. Знаете, иногда я склонен думать, что самым удивительным достижением нашей гигантской цивилизации была еда — ее непостижимое обилие, бесконечное разнообразие и восхитительный вкус. Да, мальчики, то была настоящая жизнь — какие вкусные вещи мы ели!</p>
     <p>Внукам были непонятны эти восторги, но они решили, что дед по обыкновению заговаривается от старости.</p>
     <p>— Тех, кто добывал нам пищу, звали свободными людьми. Но это была шутка. Мы, принадлежащие к правящему классу, владели землей, машинами, всем на свете, а те люди были нашими рабами. Мы забирали себе почти всю пищу, которую они добывали, и оставляли им лишь самую малость, чтобы они были в состоянии работать и добывать для нас еще больше пищи.</p>
     <p>— А я пошел бы в лес и раздобыл бы себе еду, — заявил Заячья Губа. — И попытайся кто-нибудь отнять ее у меня, я убил бы его.</p>
     <p>Старик засмеялся.</p>
     <p>— Ведь я сказал, что мы, люди, принадлежащие к правящему классу, владели и землей, и лесами, и всем остальным. Тех, кто отказывался добывать для нас пищу, мы наказывали или обрекали на голодную смерть. Но таких попадалось немного. Большинство предпочитало все-таки добывать нам пищу, шить нам одежду и вообще делать для нас тысячу — положи ракушку, Хоу-Хоу, — тысячу всяких приятных вещей. Меня в те времена звали профессор Смит, профессор Джеймс Говард Смит. Мои лекции были очень популярны, иначе сказать, многие юноши и девушки любили слушать, как я рассказывал о книгах, которые написали другие люди. Я был счастлив и ел вдоволь всяких вкусных вещей. Руки у меня были мягкие, потому что я не работал ими, и тело чистое, и одежда самая изящная… — Старик с отвращением посмотрел на свою облезлую козью шкуру. — Такого мы не носили. Даже рабы одевались лучше. И кожа у нас всегда была чистая. Каждый день мы по много раз умывали лицо и руки. А вот вы никогда не умываетесь — разве что упадете в воду или вздумаете поплавать.</p>
     <p>— Но ведь и ты не умываешься, дед, — возразил Хоу-Хоу.</p>
     <p>— Куда уж там! Времена не те. Теперь я грязный старикашка. И никто не умывается, да и нечем. За шестьдесят лет я не видел ни одного куска мыла. Вы не знаете, что такое «мыло», и я не стану объяснять вам, потому что я рассказываю о другом — об Алой Смерти. Вот все вы знаете, что такое хворь. Прежде мы называли это болезнью. Очень многие болезни вызывались микробами. Запомните это слово — «ми-кро-бы». Микроб — это такое крохотное существо. Наподобие клещей, какие бывают на собаках весной, когда они убегают в лес. Только микроб еще меньше. Его даже не видно…</p>
     <p>Хоу-Хоу расхохотался.</p>
     <p>— Ну и чудной же ты, дед! Как же можно говорить о том, чего не видно? Если ты не видел эти штуки, откуда ты знаешь, что они есть? А ну-ка, объясни! Разве можно знать то, что не видишь?</p>
     <p>— Разумный вопрос, Хоу-Хоу, очень разумный. И все-таки нам удалось увидеть кое-каких микробов. Дело в том, что у нас были такие устройства — они назывались микроскопы и ультрамикроскопы. Мы приставляли их к глазу и смотрели через них, и тогда все вещи становились больше, чем они есть на самом деле, а многого мы вообще без микроскопов не видели. Лучшие наши ультрамикроскопы увеличивали микробов в сорок тысяч раз. Вы не забыли, что ракушка обозначает тысячу человеческих пальцев? Возьмите сорок ракушек — во столько же раз микроб выглядел больше, когда мы смотрели на него в микроскоп. Кроме того, у нас было еще одно устройство — киноэкран, с его помощью увеличенный в сорок тысяч раз микроб становился еще во много тысяч раз больше. Так мы разглядели все, что не видно простому глазу. Возьмите одну песчинку и разделите ее на десять частей. Потом одну из частей, в свою очередь, разломите на десять частей, потом еще на десять, еще и еще на десять и делайте это весь день, и тогда к закату, может быть, вы получите такую же маленькую крупицу, как микроб.</p>
     <p>Мальчишки смотрели на старика с нескрываемым недоверием. Заячья Губа презрительно фыркал, Хоу-Хоу тихонько хихикал, но Эдвин толкнул их локтем, чтобы они замолчали.</p>
     <p>— Клещ на собаке сосет из нее кровь, а микробы, будучи очень маленькими, сами попадают в кровь и там плодятся. В теле одного человека насчитывали до миллиарда микробов… Дайте, пожалуйста, крабий панцирь… Так вот, столько, сколько означает этот панцирь. Мы называли микробы микроорганизмами. Когда миллионы или миллиарды микроорганизмов попадали в тело человека, в его кровь, он начинал хворать. Микробы вызывали болезни. Было великое множество видов этим микробов — столько видов, сколько песчинок на берегу. Мы знали только некоторые из них. Мир микроорганизмов оставался невидимым для нас, мы редко могли туда проникнуть, и мы мало что знали о нем. И все-таки кое-какие микробы нам были известны. Вот, например, bacillus anthracis, micrococcus, потом Bacterium termo и Bacterium lactis — те самые, от которых даже теперь свертывается козье молоко, Заячья Губа. Знали мы и разные виды Schizomycetes и много других…</p>
     <p>Здесь старик ударился в рассуждения о свойствах различных микроорганизмов, причем настолько длинные и заумные, что мальчишки перемигнулись и уставились на пустынный океан, забыв о словоохотливом старике.</p>
     <p>— А как же Алая Смерть, дед? — напомнил наконец Эдвин.</p>
     <p>Старик вздрогнул и с усилием сошел с кафедры, откуда он читал каким-то иным слушателям лекцию о новейших, шестидесятилетней давности, теориях болезнетворных микробов.</p>
     <p>— Да, да, Эдвин, я отвлекся. Что делать, иногда воспоминания о прошлом так сильны, что забываешь, что теперь ты жалкий старик, облаченный в козью шкуру, который бродит вместе со своими внуками-дикарями, пасущими коз, в первобытной пустыне. «Миры проходят словно дым», — так и наша славная гигантская цивилизация прошла, сгинула, как дым. Теперь меня зовут дедом, я дряхлый старик и принадлежу к племени Санта-Росов, потому что женился на женщине из этого племени. Мои сыновья и дочери породнились с другими племенами — с племенем Шофера, Сакраменто, Палоальтов. Вот Заячья Губа из племени Шофера. Ты, Эдвин, из Сакраментов, а ты. Хоу-Хоу, принадлежишь к Палоальтам. Название этого племени идет от названия города, который находился поблизости от другого большого очага культуры, Стэнфордского университета. Ну вот, теперь я снова вспомнил, кто я и что я. Все встало на свои места. Итак, я рассказывал об Алой Смерти. На чем я остановился?</p>
     <p>— Ты говорил о микробах, которых не видно, но будто от них у человека начинается хворь.</p>
     <p>— Да, правильно. Так вот, человек сначала не замечал, что к нему в тело попадают микробы: их было мало. Но потом каждый микроб делился пополам, и становилось два микроба, те, в свою очередь, делились пополам и так далее, причем делились они с такой быстротой, что очень скоро в теле человека были уже миллионы микробов. Тогда человек хворал. У него начиналась болезнь, которая называлась по тому виду микроба, который попал ему в кровь. Это могла быть корь, инфлюэнца, желтая лихорадка или тысячи иных болезней.</p>
     <p>И вот странное дело: беспрестанно появлялись все новые и новые микробы. Давным-давно, когда на земле жило мало людей и болезней было наперечет. Но люди размножались, селились вместе в больших современных городах, и тогда начали появляться новые болезни — новые микробы попадали в тело человека. Миллионы людей умирали от болезней. Чем плотнее селились люди, тем страшнее становились болезни. Когда-то, еще в средние века — это задолго до моего рождения, — по Европе пронеслась Черная Чума. И потом она не раз опустошала ее. Затем туберкулез — им неизбежно заболевали там, где люди жили скученно. Лет за сто до моего рождения разразилась бубонная чума. А в Африке распространялась сонная болезнь. Бактериологи боролись с болезнями и побеждали их так же, как вы, например, убиваете волков, защищая от них коз, или давите садящихся на вас москитов. Бактериологи…</p>
     <p>— Дед, а что это… Как ты их называешь?</p>
     <p>— Как бы тебе объяснить? Ну, вот ты, Эдвин, пастух, твоя обязанность — стеречь коз. И ты много знаешь о козах. А бактериолог следит за микробами, это его работа, и он много знает о них. Так вот, бактериологи боролись с микробами и иногда уничтожали их. Одной из самых страшных болезней была проказа. За столетие до меня бактериологи обнаружили микроба проказы. Они досконально изучили его, сделали много снимков — я сам их видел. Но они так и не нашли способа уничтожить микроба проказы. Но вот в 1984 году случилась Повальная Чума. Она вспыхнула в стране, которая называлась Бразилия, и унесла миллионы людей. Бактериологи обнаружили микроба этой болезни и нашли способ уничтожить его так что Повальная Чума не распространилась дальше. Они сделали так называемую сыворотку, которую вводили в тело человека. Сыворотка убивала микроба, не принося вреда человеку. В 1910 году были пеллагра и анкилостома. Бактериологи быстро разделались с ними. Но в 1947 году появилась новая, совсем неизвестная до того болезнь. Ею заражались грудные дети, не старше десяти месяцев, — у них отнимались руки и ноги, они не могли ни двигаться, ни есть. Бактериологам потребовалось одиннадцать лет, чтобы найти способ уничтожить микроба этой болезни и спасти детей.</p>
     <p>Несмотря на все эти болезни и на новые, которые вспыхивали потом, в мире становилось все больше и больше людей, потому что было просто добывать пищу. Чем легче было добывать пищу, тем больше становилось людей. Чем больше становилось людей, тем теснее они селились. И чем теснее они селились, тем чаще появлялись новые болезни. Многие предупреждали об опасности. Еще в 1929 году Солдервецкий предупреждал бактериологов, что мир не гарантирован от появления какой-нибудь неведомой болезни, которая может оказаться в тысячу раз сильнее всех известных до сих пор и которая может привести к гибели сотни миллионов людей, а то и весь миллиард. Все-таки мир микроорганизмов оставался тайной. Ученые знали, что такой мир существует, что оттуда время от времени вырываются наружу полчища микробов и косят людей. Это почти единственное, что они знали. Они догадывались, что в этом невидимом мире столько различных видов микробов, сколько песчинок на берегу моря. Иные полагали, что в нем могут нарождаться новые виды микробов. Не исключена возможность, что именно там начиналась жизнь — «безграничная плодовитость», как называл это Солдервецкий, пользуясь выражением других людей, которые писали до него…</p>
     <p>Тут Заячья Губа поднялся на ноги, и на лице у него было написано крайнее презрение.</p>
     <p>— Дед, — заявил он, — мне надоела твоя болтовня. Почему ты не рассказываешь о Красной Смерти? Если не хочешь, так и скажи, тогда мы пойдем обратно в становище.</p>
     <p>Старик молча посмотрел на него и тихонько заплакал. Слезы беспомощности и обиды катились у него по щекам, словно все горести долгих восьмидесяти семи лет отразились на его опечаленном лице.</p>
     <p>— Садись-ка ты! — вмешался Эдвин. — Дед ведь рассказывает. Он как раз подходит к Алой Смерти, правда ведь, дед? Сейчас он обо всем расскажет. Садись, Заячья Губа! Продолжай, дед.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>III</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Старик утер слезы грязными кулаками и снова заговорил дрожащим, тоненьким голоском, который креп по мере того, как рассказчик входил во вкус.</p>
     <p>— Чума вспыхнула летом 2013 года. Мне тогда было двадцать семь лет, и я отлично все помню. Сообщения по беспроволочному телеграфу…</p>
     <p>Заячья Губа сплюнул от злости, и старик поспешил объяснить.</p>
     <p>— В те времена мы умели разговаривать по воздуху за тысячи миль. И вот пришло известие, что в Нью-Йорке разразилась неизвестная болезнь. В этом величественнейшем городе Америки жили тогда семнадцать миллионов. Поначалу никто не придал значения этому известию. Это была мелочь. Умерло несколько человек. Обращало внимание, однако, то, что они умерли слишком быстро и что первым признаком болезни было покраснение лица и всего тела. Через двадцать четыре часа пришло сообщение, что в Чикаго зарегистрирован такой же случай. В тот же день стало известно, что в Лондоне, самом крупном, уступающем лишь Чикаго городе, вот уже две недели тайно борются с чумой. Все сообщения подвергались цензуре, то есть запретили говорить остальному миру, что в Лондоне началась чума.</p>
     <p>Дело, по-видимому, принимало серьезный оборот, но мы в Калифорнии, как, впрочем, и всюду, нисколько пока не тревожились. Все были убеждены, что бактериологи найдут средство против этой болезни так же, как в прошлом они находили средства против других болезней. Но беда в том, что микробы, попавшие в человеческий организм, убивали человека с поразительной быстротой. Не было ни одного случая выздоровления. Это как азиатская холера: сегодня вы ужинаете с совершенно здоровым человеком, а завтра утром, если подниметесь пораньше, видите, как его везут на кладбище мимо вашего дома. Только эта неизвестная чума поражала еще быстрее, гораздо быстрее. Через час после появления первых признаков заболевания человек умирал. Иные протянули несколько часов, но многие умирали и через десять — пятнадцать минут.</p>
     <p>Сначала учащалось сердцебиение, поднимался жар, затем на лице и по всему телу мгновенно выступала алая сыпь. Мало кто замечал жар и сердцебиение: настораживала лишь сыпь. В это время обычно начинались судороги, но они длились недолго и были не очень сильными. После того как человек перенес судороги, он больше не мучился и единственно — чувствовал потом, как быстро, начиная с ног, немеет тело. Сначала ступни, затем колени, затем поясница, а когда онемение доходило до сердца, человек умирал. Он не бредил, не спал. Он до конца, пока не останавливалось сердце, находился в полном сознании. И еще странная вещь — до чего быстро разлагался труп! Как только человек умирал, тело его начинало распадаться на куски и словно таять прямо на глазах. Вот одна из причин, почему чума распространялась так быстро: миллиарды микробов, находившихся в трупе, немедленно попадали в воздух.</p>
     <p>Поэтому-то бактериологи и имели так мало шансов на успех в борьбе с этой болезнью. Они умирали в своих лабораториях во время исследований микробов Алой Смерти. Они показали себя героями. Место одних, умерших, тут же заступали другие. Впервые изолировать бациллы чумы удалось в Лондоне. Телеграф повсюду разнес эту весть. Этого ученого звали Траск, но через сутки с небольшим он умер. Ученые в своих лабораториях бились над тем, чтобы найти средство, поражающее чумные бациллы. Все известные лекарства не помогали. Найти средство, сыворотку, которая убивала бы микробов, но не причиняла вреда человеку, — вот в чем была загвоздка. Пытались даже применить других микробов, вводить в тело больного человека таких микробов, которые были врагами чумных микробов…</p>
     <p>— Но ведь их же не видно, эти штуки, микробы! — возразил Заячья Губа. — А ты мелешь всякий вздор, будто они есть на самом деле! Того, что не видно, нет вообще. Драться против того, чего нет, тем, чего нет, — скажешь же тоже! Дураки они все были в те времена! Потому и загнулись. Так я и поверил в эту чепуху!</p>
     <p>Дед снова заплакал, но Эдвин тут же взял его под защиту.</p>
     <p>— Послушай, Заячья Губа, ты ведь и сам веришь в то, чего не видишь.</p>
     <p>Заячья Губа замотал головой.</p>
     <p>— Ты вот веришь, что мертвецы встают из могил. А разве ты их видел?</p>
     <p>— Да, видел, я же говорил тебе. Прошлой зимой, когда мы с отцом охотились на волков.</p>
     <p>— Ну ладно! Но ты всегда сплевываешь через левое плечо, когда переходишь ручей, — наседал Эдвин.</p>
     <p>— А это от сглазу, — отбивался Заячья Губа.</p>
     <p>— Значит, ты веришь в сглаз?</p>
     <p>— Ну а как же!</p>
     <p>— А ведь ты ни разу его не видел! — торжествовал Эдвин. — Ты хуже деда с его микробами! Сам веришь в то, чего не видел. Давай рассказывай, дед, дальше!</p>
     <p>Заячья Губа, подавленный поражением в этом метафизическом споре, прикусил язык, и старик продолжал повествование.</p>
     <p>Не станем утяжелять рассказ излишними описаниями того, как то и дело пререкались внуки, перебивая старика, как, чуть понизив голос, обсуждали услышанное и строили всевозможные догадки, пытаясь постигнуть тот исчезнувший и неведомый мир.</p>
     <p>— …Наконец Алая Смерть вспыхнула и в Сан-Франциско. Первый человек умер утром в понедельник. К четвергу в Окленде и Сан-Франциско люди гибли, как мухи. Они умирали всюду: в постели, на работе, на улицах. Во вторник я сам увидел, как умирает человек от чумы. Это была мисс Колбрен, моя студентка. Она сидела прямо передо мной в аудитории, и вот, читая лекцию, я увидел, как лицо у нее внезапно стало алым. Я замолчал и только смотрел на нее: все мы были уже напуганы слухами о чуме. Девушки закричали и кинулись вон из комнаты. За ними последовали молодые люди — все, кроме двоих. У мисс Колбрен начались судороги, правда, несильные, и длились они всего минуту. Один из юношей принес ей воды. Она выпила совсем немного и вдруг воскликнула:</p>
     <p>— Я не чувствую своих ног! — Потом, через минуту:- Ноги совсем отнялись. Как будто их и нет. И колени холодные. Я едва чувствую их.</p>
     <p>Она лежала на полу, мы подложили ей под голову стопку тетрадей. Ничем другим мы не могли ей помочь. Тело ее холодело, онемение захватило поясницу, а когда оно достигло сердца, девушка умерла. Прошло каких-нибудь пятнадцать минут — я заметил по часам, — и она скончалась прямо в аудитории. Красивая, здоровая, полная сил женщина! С появления первых признаков болезни до момента смерти прошло всего четверть часа — вот как быстро поражала Алая Чума.</p>
     <p>За эти несколько минут, пока я оставался в аудитории с умирающей, паника охватила весь университет; студенты толпами покидали аудитории и лаборатории. Когда я вышел, чтобы доложить о случившемся декану факультета, то обнаружил, что университетский городок пуст. Лишь несколько человек, почему-то задержавшихся здесь, спешили к своим домам. Двое из них бежали.</p>
     <p>Декан Хоуг был один в своем кабинете, он словно сразу постарел, лицо его покрылось морщинами, которых я не замечал у него прежде. Увидев меня, он с трудом поднялся на ноги и заковылял во внутренний кабинет; захлопнув за собой дверь, он быстро запер ее на ключ. Он знал, что я мог заразиться, и испугался. Он крикнул мне через дверь, чтобы я уходил. Никогда не забуду, что я чувствовал, когда шагал по пустынным коридорам, через вымерший городок. Мне не было страшно. Да, я мог заразиться и считал себя уже мертвецом. Но угнетала меня не мысль о смерти, а чудовищность всего происходящего. Жизнь остановилась. Казалось, настал конец мира, моего мира. Ведь с самого рождения я дышал воздухом университета. Мой жизненный путь был предрешен. Мой отец был профессор этого университета и дед тоже. На протяжении полутораста лет университет работал, как хорошо смазанная машина. И вдруг в один миг эта машина остановилась. У меня было такое ощущение, будто на священном алтаре угасло священное пламя. Я был потрясен до глубины души.</p>
     <p>Когда я вошел к себе в дом, экономка вскрикнула и убежала. Я позвонил, но никто не отозвался, и я понял, что горничная тоже скрылась. Я обошел дом. В кухне я нашел кухарку, которая собиралась уходить. Увидев меня, она завизжала, выронила чемодан со своими вещами, выскочила за дверь и, не переставая визжать, побежала к воротам. До сих пор стоит у меня в ушах этот пронзительный визг. Ведь при обыкновенных болезнях мы никогда не вели себя так. Мы спокойно посылали за доктором и сиделками, которые отлично знали свое дело. Но теперь все обстояло иначе. Человек заболевал внезапно и тут же умирал. Чума не щадила никого. Алая сыпь на лице была словно печать смерти. Мне неизвестно ни одного случая выздоровления.</p>
     <p>Я остался один в своем огромном доме. Я уже сказал вам, что мы тогда умели разговаривать друг с другом по проводам или через воздух. Раздался телефонный звонок — это был мой брат. Он сказал, что не вернется домой, так как боится заразиться; он сообщил также, что две наших сестры будут жить пока в доме профессора Бэйкона. Брат посоветовал мне никуда не выходить до тех пор, пока не выяснится, что я не заболел.</p>
     <p>Я согласился на все это. остался дома и в первый раз в жизни попытался приготовить себе что-нибудь поесть. Признаков чумы не появилось. Я мог разговаривать по телефону с кем угодно и узнавать новости. Кроме того, мне приносили газеты — я распорядился оставлять их у входной двери. Таким образом, я знал, что происходит в мире.</p>
     <p>В Нью-Йорке и Чикаго царил полнейший хаос. То же самое творилось во всех крупных городах. Уже погибло около трети нью-йоркских полицейских. Умерли начальник полиции и мэр города. Никто не заботился о соблюдении закона и поддержании порядка. Трупы людей валялись на улицах, не погребенные. Перестали ходить поезда и пароходы, доставлявшие в крупные города продукты, и толпы голодных бедняков опустошали магазины и склады. Повсюду пьянствовали, грабили и убивали. Население бежало из города: сначала состоятельные люди на собственных автомобилях и дирижаблях, за ними огромные массы простого люда, пешком, разнося чуму, голодая и грабя на пути фермы, селения, города.</p>
     <p>Мы узнавали новости от человека, который засел со своим передающим аппаратом на самом верхнем этаже высокого здания. Оставшиеся в городе — он полагал, что таких несколько сотен тысяч, — буквально посходили с ума от страха и спиртных напитков. Повсюду полыхали пожары. Он геройски остался на своем посту до конца — наверное, какой-нибудь незаметный репортер.</p>
     <p>Он сообщил, что в течение последних двадцати четырех часов в город не прибыло ни одного трансатлантического воздушного корабля и не поступало никаких сообщений из Англии Ему удалось, правда, связаться с Берлином — это был город в Германии. Оттуда передали, что Гофмейер, бактериолог, последователь Мечникова, открыл противочумную сыворотку. Это было последнее сообщение из Европы: с тех пор мы, американцы, не получали оттуда вестей. Даже если Гофмейеру и посчастливилось открыть сыворотку, все равно было, очевидно, поздно, иначе сюда бы непременно прибыли европейские исследователи. Остается заключить, что в Европе произошло то же самое и лишь несколько десятков человек избежали Алой Смерти.</p>
     <p>С Нью-Йорком связь поддерживалась еще в течение суток. Потом она оборвалась. Тот человек, который передавал сообщения из высокого здания, верно, погиб от чумы или пожаров, бушевавших, по его описаниям, вокруг. Что случилось в Нью-Йорке, повторилось в других городах. Так было и в Сан-Франциско, и в Окленде, и в Беркли. К четвергу погибло уже столько людей, что некому было убирать трупы, и они валялись повсюду. В ночь на пятницу жители начали в панике покидать город. Вообразите огромные, миллионные толпы народа — точно косяки лосося на Сакраменто, которые вам доводилось видеть во время нереста, — хлынувшие за город в тщетном стремлении убежать от вездесущей смерти. Ведь они несли микробов в своей крови. Даже воздушные корабли, на которых состоятельные люди пытались спастись, укрывшись в неприступных горах и диких пустынях, являлись разносчиками чумы.</p>
     <p>Сотни воздушных кораблей взяли курс на Гавайи, неся туда чуму, однако болезнь уже свирепствовала на островах. Мы успели узнать об этом до того, как в Сан-Франциско воцарился хаос, и стало некому принимать и передавать сообщения. Потерять связь с внешним миром — это немыслимо, невероятно! Мир словно перестал существовать, исчез без следа. Шестьдесят лет прошло с тех пор. Я знаю, что должны быть на свете Нью-Йорк, Европа, Азия, Африка, но за все это время никто ни разу не слышал о них. С приходом Алой Смерти наш мир безвозвратно распался. Тысячи лет культуры исчезли в мгновение ока, «прошли, как дым».</p>
     <p>Я уже говорил вам, что состоятельные люди пытались спастись на воздушных кораблях, но в конце концов все они, куда бы ни скрывались, погибли, потому что микробы были даже на их кораблях. Я знаю лишь одного такого человека, который выжил, — это Мангерсон. Он потом стал Санта-Роса и женился на моей старшей дочери. Мангерсон пришел в племя через восемь лет после чумы. Был он тогда девятнадцатилетним юношей, и ему пришлось ждать двенадцать лет, прежде чем он смог взять себе жену, Дело в том, что все женщины в племени были замужем, а девочки постарше обручены. Так что он ждал, пока моей Мери не исполнилось шестнадцать. В прошлом году его сына, Кривую Ногу, задрал кугуар.</p>
     <p>Когда вспыхнула чума, Мангерсону было всего одиннадцать лет. Отец его, один из Промышленных Магнатов, считался очень богатым и могущественным человеком. Он увез свою семью на «Кондоре», собственном воздушном корабле, пытаясь спастись в каком-нибудь глухом уголке Британской Колумбии, — это далеко на север отсюда. Но с их кораблем что-то случилось, и они разбились у вершины Шаста. Вы слышали об этой горе — она тоже к северу. Среди них началась чума, и выжил только этот одиннадцатилетний мальчик. Восемь лет он бродил один по пустыням и дебрям в надежде встретить людей. Наконец, отправившись к югу, он наткнулся на нас, Санта-Росов.</p>
     <p>Я, однако, забегаю вперед. Так вот, когда из городов, расположенных вокруг залива Сан-Франциско, началось поголовное бегство, я позвонил брату: телефоны пока работали. Я сказал, что бежать куда-то — чистейшее безумие, что я, к счастью, кажется, не заразился и что нам вместе с близкими родственниками следует укрыться в каком-нибудь безопасном месте. Мы выбрали здание химического факультета в университетском городке, решили запастись продуктами и с оружием в руках отбиваться в нашем убежище от непрошеных гостей.</p>
     <p>После того как мы обо всем договорились, брат упросил меня не выходить из дому по крайней мере еще день, чтобы окончательно убедиться, что я не заразился. Я охотно согласился, и он обещал прийти ко мне на другой день. Мы подробно обсуждали, как лучше запастись продуктами и защищать здание, но как раз посередине нашего разговора телефон перестал работать. В тот вечер погасло электричество, и я сидел один в кромешной тьме. Газеты больше не выходили, и я не знал, что творится на улицах. Откуда-то доносились крики и револьверные выстрелы, а в окно я видел отблески огромного пожара, полыхавшего в той стороне, где Окленд. Ужасная была ночь! Я ни на минуту не сомкнул глаз. На тротуаре, как раз перед моим домом, застрелили человека — не знаю, что, собственно, там произошло. Я услышал только частые выстрелы из револьвера, а через несколько минут стоны и мольбы о помощи — раненый подполз к дверям моего дома. Вооружившись двумя револьверами, я вышел к нему. При свете спички я увидел, что он умирает от огнестрельных ран и что он заражен чумой. Я заперся в доме и еще в течение получаса слышал стоны и рыдания.</p>
     <p>Утром пришел мой брат. К тому времени я уже собрал в чемодан самые необходимые вещи. Но, посмотрев на него, я понял, что ему не суждено сопровождать меня в здание химического факультета. На лице у него появились признаки чумы. Он протянул было мне руку, но я отпрянул в смятении.</p>
     <p>— Посмотри на себя в зеркало! — приказал я. Он послушался и, увидев у себя на лице алую сыпь, которая темнела буквально с каждой секундой, бессильно упал в кресло.</p>
     <p>— Боже мой! — прошептал он. — Я, кажется, заразился. Не подходи ко мне! Это конец.</p>
     <p>Потом у него начались судороги. Он мучился два часа, причем до последней минуты находился в полном сознании и только жаловался на холод и на то, что отнялись ступни ног затем икры, бедра, пока онемение не подошло к сердцу и он не умер.</p>
     <p>Так поражала Алая Смерть. Я схватил чемодан и кинулся прочь. Улицы являли собой страшное зрелище. Я то и дело спотыкался о мертвых и умирающих. Люди, как подкошенные, падали на глазах. В Беркли пылали пожары, а Сан-Франциско и Окленд превратились в один гигантский костер. Небо застилал черный дым, так что в полдень было точно в серые сумерки, и лишь временами, когда налетал ветер, тускло просвечивал из мглы багровый солнечный диск. Настал, казалось, конец света.</p>
     <p>Всюду стояли автомашины: владельцы бросили их из-за того, что вышло горючее, а в гаражах ничего нельзя было найти. Помню один такой автомобиль — на сиденьях лежали мужчина и женщина, оба мертвые, а неподалеку на тротуаре, — еще две женщины и ребенок. Куда ни повернись — страшно смотреть! Крадучись, словно тени, куда-то спешили люди: бледные, как полотно, женщины, прижимающие младенцев к груди, отцы, ведущие за руки ребятишек… Шли поодиночке, парами, целыми семьями, стараясь поскорей выбраться из зачумленного города. Некоторые тащили за собой продукты, другие — одеяла и ценные вещи, но многие уходили совсем налегке.</p>
     <p>Я проходил мимо бакалейной лавки — это такое место, где продавали пищу. Владелец лавки — я его хорошо знал: спокойный и уравновешенный человек, но крайне недалекий и упрямый — защищал свое имущество от нескольких мужчин, которые ломились к нему. Двери были уже сорваны с петель, окна выбиты, но лавочник, укрывшись за прилавком, упорно палил из револьвера. У входа громоздились трупы тех, как я предполагаю, кого он убил раньше. Пока я наблюдал с приличного расстояния за схваткой, один из грабителей выбил раму в соседней лавке, где торговали башмаками, и поджег дом. Я не поспешил на помощь к бакалейщику. Пора благородных поступков миновала. Цивилизация рушилась, каждый спасал собственную шкуру.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>IV</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я быстро пошел прочь, и на первом перекрестке глазам моим открылась очередная трагедия. Двое каких-то гнусных субъектов грабили мужчину и женщину с двумя детьми. Я узнал этого человека, хотя мы не были знакомы: это был поэт, чьими стихами я давно восхищался. И все же я не бросился к нему на помощь: едва я приблизился, как раздался выстрел, и он тяжело опустился на землю. Женщина закричала, но один из негодяев тут же свалил ее ударом кулака. Я угрожающе крикнул что-то, но они стали стрелять, и мне пришлось быстро свернуть за угол. Здесь дорогу мне преградил пожар. Улица была окутана дымом: по обе ее стороны горели дома. Откуда-то сквозь чад доносился пронзительный крик женщины, взывающей о помощи. Я пошел дальше. В такие страшные минуты сердце у человека каменное, и, ко всему, слишком многие кричали о помощи.</p>
     <p>Возвратившись на перекресток, я увидел, что грабители скрылись. Поэт и его жена лежали мертвые на тротуаре. Я похолодел от ужаса. Дети исчезли неизвестно куда. Только теперь я понял, почему беглецы, которых я встречал, были так напуганы и поминутно оглядывались. Дело в том, что в самой гуще нашей цивилизации мы вырастили особую породу людей, породу дикарей и варваров, которые обитали в трущобах и рабочих гетто, и вот сейчас, во время всеобщего бедствия, они вырвались на волю и кинулись на нас, словно дикие звери. Именно звери, иначе их не назовешь! Они уничтожали и самих себя: напивались пьяными, затевали драки и, охваченные безумием, жестоко расправлялись друг с другом. Мне довелось наблюдать группу более приличных рабочих, которые силой пробивали себе дорогу; они шли в строгом порядке, поместив женщин и детей посередине и неся на носилках больных и престарелых. Лошади тащили автомобили с продовольствием. Я невольно загляделся на этих людей, двигавшихся по дымным улицам, хотя они чуть не подстрелили меня, когда я оказался у них на пути. Проходя мимо, один из их руководителей извинился передо мной. Он объяснил, что, единственно организовав отряд, можно защищаться от всяких бродяг и что, завидев грабителей и мародеров, они убивают их на месте.</p>
     <p>Вот тогда-то в первый раз я и оказался свидетелем зрелища, которое стало обычным впоследствии. У одного из шагавших вдруг обнаружились явные признаки чумы. Те, что шли рядом, немедленно расступились, и он, не говоря ни слова, вышел из рядов. Женщина, вероятно, его жена, хотела было последовать за ним. За руку она вела мальчугана. Но муж строго приказал ей не делать этого, а другие удержали ее на месте. Это произошло на моих глазах. Потом я видел, как этот человек с алой сыпью на лице вошел в подъезд дома на противоположной стороне улицы. Раздался выстрел, и он упал.</p>
     <p>Дважды сделав крюк из-за пожаров, я наконец добрался до университета. У входа в городок я встретил группу преподавателей, которые направлялись к зданию химического факультета. Все явились со своими семьями, прихватив даже слуг и нянь. Со мной поздоровался какой-то человек, и я с трудом узнал профессора Бадминтона. Он, очевидно, пробирался сквозь огонь, и ему спалило бороду. Голова у него была перевязана окровавленными бинтами, грязная одежда разодрана в клочья. Он рассказал, что на него напали грабители и жестоко избили и что брат его погиб вчера ночью, защищая их дом.</p>
     <p>На полпути к нашему убежищу профессор Бадминтон вдруг показал на лицо миссис Суинтон. Чумная сыпь! Остальные женщины закричали и бросились бежать. Двое ее детей с няней побежали за ними. Но доктор Суинтон остановился подле жены.</p>
     <p>— Не мешкайте, Смит, идите, — сказал он мне. — И присмотрите, пожалуйста, за детьми. Я останусь. Она умрет, я знаю, но я не могу бросить ее. Если не заражусь, то потом приду к вам. Тогда, пожалуйста, впустите меня.</p>
     <p>Он наклонился над женой, пытаясь облегчить ее последние минуты, а я быстро зашагал, чтобы догнать остальных. Мы оказались последними, кому позволили войти в здание. Потом мы выставили охрану с автоматическим оружием, чтобы не пускать никого.</p>
     <p>Первоначально было намечено, что здесь укроются человек шестьдесят, но каждый, естественно, привел родственников и друзей с семьями, так что набралось человек четыреста с лишним. Здание химического факультета было, правда, очень просторно и стояло отдельно, поэтому мы могли не опасаться пожаров, бушевавших в городе.</p>
     <p>Нам удалось сделать значительные запасы продуктов, и продовольственная комиссия установила дневные рационы и очередность их получения. Потом мы избрали еще несколько комиссий, и у нас получилась довольно работоспособная организация. Меня избрали членом комиссии по обороне, хотя в первый день к зданию не приблизился ни один грабитель. Однако мы видели их в отдалении и по кострам поняли, что несколько шаек разбили на другом краю городка свои лагеря. Они не переставая пили, кричали, горланили непристойные песни. Вокруг них рушился мир, стеной стоял черный дым, а эти подонки предавались животному разгулу, сквернословили, напивались, дрались и умирали. А впрочем, какая разница! Все гибли так или иначе: добродетельные и безнравственные, сильные и слабые, те, кто жаждал жизни, и те, кто устал от нее, — словом, все. Люди умирали. Умирал мир.</p>
     <p>Прошли сутки, ни у кого из нас не обнаруживались симптомы заболевания. Мы поздравили друг друга и принялись копать колодец. Вы, конечно, видели такие большие железные трубы, по которым в мое время в жилища поступала вода. Так вот, мы опасались, что от пожаров трубы полопаются и из водохранилищ уйдет вода. Мы пробили цементное покрытие на главном дворе перед зданием факультета и стали рыть землю. Среди нас было много молодежи, студентов, и мы трудились день и ночь. Наши опасения подтвердились. Часа за три до того, как мы достигли водоносного слоя, водопровод перестал работать.</p>
     <p>Прошли вторые сутки, никто не заболел. Мы были, казалось, спасены. Тогда мы еще не знали того, что выяснилось позднее: инкубационный период Алой Чумы длится несколько дней. Поскольку после появления первых симптомов человек умирал очень быстро, то мы предположили, что инкубационный период должен быть коротким. Оттого-то по прошествии двух суток мы и радовались, что никто из нас не заразился.</p>
     <p>Но третий день принес разочарование. Никогда не забуду ночь накануне. С восьми вечера до двенадцати ночи я был начальником караула и с крыши здания видел, как гибли великие плоды человеческих трудов. Кругом полыхали сильные пожары, небо озарялось багровыми отсветами, так что можно было разобрать мелкий шрифт. Казалось, весь мир объят пламенем. Сан-Франциско изрыгал огонь и дым, словно действующий вулкан. Горели Окленд, Сан-Леандро, Хейуард, а на севере, вплоть до мыса Ричмонд, повсюду занимались огромные пожары. Это было грандиозно и страшно. Да, мальчики, цивилизацию сметали языки пламени и дыхание смерти. В десять часов один за другим, через короткие промежутки времени, взорвались пороховые склады у мыса Пиноль. Толчки были такой силы, что наше здание содрогалось, как во время землетрясения, и стекла, конечно, все повыбивало. Я спустился с крыши и длинными коридорами прошел по факультету, заходя во все комнаты, успокаивая испуганных женщин и рассказывая, что случилось.</p>
     <p>Час спустя, когда я стоял у окна на нижнем этаже, в лагере грабителей началась адская суматоха. Оттуда неслись крики, плач, выстрелы. Мы предполагали, что драка возникла из-за того, что здоровые решили изгнать из лагеря больных. Как бы там ни было, несколько заболевших убежали оттуда и столпились у входа в наше здание. Мы приказали им не приближаться, но они осыпали нас проклятиями и дали залп из револьверов. Находившийся у окна профессор Мерривезер был убит на месте: пуля попала ему прямо в лоб. Мы тоже открыли огонь, и негодяи бросились врассыпную, все, кроме троих. Среди них одна женщина. Жить им осталось немного, и от них можно было ожидать самого отчаянного поступка. Они бранились, палили из револьверов. В багровом свете пожарищ, с пылающими от болезни лицами, они казались какими-то отвратительными фантастическими существами. Одного я пристрелил собственноручно. Другой мужчина и женщина, все еще проклиная нас, свалились под окнами здания, и нам пришлось стать свидетелями их смерти.</p>
     <p>Положение становилось критическим. Когда взорвались пороховые склады, окна факультета были выбиты, и мы могли заразиться, так как рядом валялись разлагающиеся трупы. Члены санитарной комиссии решили принять какие-то меры. Два человека должны были оттащить трупы подальше, а это означало идти на верную смерть, потому что после их не пустили бы обратно в наше убежище. Вызвались один профессор-холостяк и студент. Эти смельчаки попрощались с нами и вышли из здания. Они пожертвовали собой ради других, чтобы спасти четыреста человек. Оттащив трупы, они печально постояли, помахали нам на прощание и медленно побрели к горящему городу.</p>
     <p>Но все оказалось напрасно. На другое утро заболела молоденькая няня, служившая в семье профессора Стаута, — первый случай чумы среди нас. Мы не имели права сентиментальничать. Чтобы она не заразила других, мы выгнали ее из здания и приказали уходить. Девушка шла по городку, рыдая и ломая в отчаянии руки. Конечно, мы поступили жестоко, но что было делать? Нельзя подвергать опасности четыреста человек из-за одного.</p>
     <p>В одной из лабораторий, где поселились три семьи, мы в тот же день обнаружили четыре трупа и семь человек в разных стадиях заболевания.</p>
     <p>Тут и пошло самое страшное. Оставив мертвых на месте, мы изолировали больных в особых комнатах. Среди остальных тоже начались случаи заболевания. Как только у кого-нибудь появлялись симптомы чумы, его отправляли в те комнаты. Чтобы не прикасаться к ним, мы приказывали им перебираться самим. У нас разрывалось сердце от жалости. А чума продолжала свирепствовать, и помещения заполнялись мертвыми и умирающими. Здоровые переходили с этажа на этаж, отступая перед этой смертоносной волной, которая постепенно, комнату за комнатой захлестывала здание, поднимаясь с этажа на этаж.</p>
     <p>Факультет превратился в мертвецкую, и ночью те, кого пока не тронула болезнь, покинули здание, взяв с собой лишь оружие, патроны и порядочный запас консервированных продуктов. На противоположном от грабителей краю университетского городка мы разбили лагерь, выставили сторожевые посты и отправили в город разведчиков, чтобы раздобыть лошадей, автомобили, фургоны или подводы, — словом, что угодно, только бы погрузить наши припасы и начать пробиваться из города, как тот отряд рабочих, который я видел.</p>
     <p>Я был назначен одним из разведчиков. Доктор Хойл сказал мне, что его автомобиль остался в гараже при его доме. Мы отправились парами, меня сопровождал молоденький студент Домби. Чтобы добраться до дома доктора Хойла, нам нужно было пройти полмили по жилым кварталам города. Дома здесь стояли особняком на зеленых лужайках, скрытые за густыми деревьями. Огонь прошел тут прихотливо, спалив дотла целые кварталы и не тронув другие, порой обходя даже отдельные строения, Повсюду бесчинствовали грабители. Мы шагали, держа наготове автоматические пистолеты, чтобы заранее отбить охоту нападать на нас. И все-таки у дома доктора Хойла разыгралась трагедия</p>
     <p>Дом этот оказался цел, но едва мы приблизились к нему; как из окон вырвались языки пламени. Негодяй, который поджег его, пошатываясь, спустился с парадной лестницы и побрел прочь. Из карманов у него торчали бутылки виски — он был вдребезги пьян. Первым моим побуждением было пристрелить его на месте, и я до сих пор жалею, что не сделал этого. Он шел. покачиваясь из стороны в сторону, бормотал под нос что-то невнятное, глаза у него были налиты кровью, а на щеке под бакенбардой виднелась свежая рваная рана, Короче говоря, я никогда не думал, что человек может пасть так низко, как этот грязный тип. Однако я сдержался, и он прислонился к дереву, чтобы дать нам пройти. Но едва мы поравнялись с ним, как он неожиданно выхватил револьвер и выстрелил Домби в голову. Чудовищный по своей бессмысленности поступок! В ту же секунду я спустил курок. Но было уже поздно. Домби скончался сразу же, даже не вскрикнув. Думаю, что он не успел понять, что с ним произошло.</p>
     <p>Оставив обоих убитых, я поспешил мимо горящего дома в гараж, где стоял автомобиль доктора Хойла. Бак был залит доверху, машина оказалась на ходу. Я проехал к университету напрямик через разрушенный город. Остальные разведчики вернулись раньше меня, но они ничего не разыскали. Правда, профессор Фэрмид привел откуда-то шотландского пони, но бедное животное оставили привязанным в стойле без корма и оно за несколько дней так ослабело, что не могло нести тяжести. Кое-кто из нас хотел отпустить пони, но я настоял на том, чтобы взять его с собой: мы могли забить его, если выйдут продукты.</p>
     <p>Когда мы отправились в путь, нас было сорок семь человек, причем большинство женщины и дети. В автомобиль усадили декана факультета, старика, вконец подавленного событиями прошедшей недели, нескольких детишек и престарелую мать профессора Фэрмида. За руль сел молодой преподаватель английской филологии Уотроп, которого тяжело ранили в ногу. Остальные шли пешком. Профессор Фэрмид вел пони.</p>
     <p>Стоял яркий летний день, но дым от пожаров совершенно застлал небо, и лишь временами тускло просвечивал зловеще неподвижный багровый диск. Мы уже попривыкли к багровому солнцу. Но к дыму привыкнуть не могли. Он щипал ноздри, веки у всех воспалились. Мы взяли курс на юго-восток, двигаясь по бесконечным окраинным кварталам вдоль низких холмов, подступавших к равнине, где раскинулся город. Только этой дорогой могли мы выйти в сельскую местность.</p>
     <p>Подвигались мы вперед медленно. Женщины и дети не могли идти быстрее. Они не умели ходить так, как люди ходят теперь. Да, в сущности, мы совсем не умели ходить. Я и сам научился только после чумы. Поэтому всем приходилось равняться на самого слабого, а разбиться на группы мы не решались из-за грабителей. Их, правда, становилось меньше, этих зверей в человеческом облике: многих скосила чума, — но все же повсюду шныряли еще порядочные банды. По пути нам попадалось немало прекрасных особняков, но гораздо чаще глазу открывались дымящиеся руины. Впрочем, бандиты, казалось, утолили свою безумную жажду уничтожения и реже поджигали теперь дома.</p>
     <p>Мы осматривали частные гаражи в надежде найти исправный автомобиль или горючее. Поиски наши не увенчались успехом. Беженцы захватили все средства передвижения. Около одного такого гаража мы потеряли Калгэна, чудесного юношу: его подстрелили, когда он шел через лужайку. Это был единственный убитый среди нас, хотя в другой раз какой-то пьяный негодяй совершенно неожиданно открыл по нас огонь. К счастью, он палил, не целясь, и мы прикончили его, прежде чем он ранил кого-нибудь.</p>
     <p>Когда мы проходили Фрутвейл, район богатых особняков, чума снова задела нас. Жертвой оказался профессор Фэрмид. Сделав нам знак, чтобы мы молчали и ничего не говорили его матери, он свернул в сторону, во двор красивого дома. Там он опустился на ступеньку передней веранды, а я, задержавшись, помахал ему на прощание рукой. В ту ночь мы разбили лагерь за Фрутвейлом, хотя все еще в пределах города. У нас умерло несколько человек, и мы дважды меняли место стоянки, чтобы не находиться подле мертвецов. К утру осталось тридцать человек. Никогда не забуду, с каким мужеством вел себя декан факультета. Во время утреннего перехода у его жены, которая шла пешком, появились признаки рокового заболевания. Когда она отступила на обочину, чтобы дать нам пройти, он хотел выйти из машины и остаться с женой. Мы воспротивились, но он стал настаивать, и в конце концов мы уступили. Ибо кто из нас мог с уверенностью сказать, что ему самому удастся спастись!</p>
     <p>На вторую ночь нашего похода мы сделали привал за Хейуардом, как раз там, где кончался город. Наутро в живых осталось только одиннадцать человек. В довершение бед ночью сбежал на автомобиле Уотроп, преподаватель с раненой ногой. Он взял свою сестру, мать и прихватил изрядную долю консервов. И вот в тот день, отдыхая у дороги, я в последний раз увидел воздушный корабль. Дым здесь был гораздо реже, чем в городе, и в ту минуту, когда я увидел корабль на высоте примерно двух тысяч футов, он потерял управление, и его начало сносить в сторону. Не знаю, что там случилось, но буквально на наших глазах нос дирижабля стал рывками опускаться книзу. Затем, по-видимому, лопнули переборки газовых камер, корпус занял вертикальное положение, и дирижабль камнем пошел вниз. С тех пор я не видел ни одного воздушного корабля. Сколько раз впоследствии я подолгу вглядывался в небо в тщетной надежде увидеть аэроплан или дирижабль — знак того, что в мире где-то сохранилась цивилизация! Но увы, все напрасно. То, что случилось с нами, случилось, наверное, повсюду.</p>
     <p>На другой день, к тому времени, когда мы достигли Найлса, нас осталось всего трое. За Найлсом посреди шоссе мы увидели Уотропа. Автомобиль был разбит, на полости, разостланной на земле, лежали трупы Уотропа, его сестры и матери.</p>
     <p>Непривычный к ходьбе, я смертельно устал и уснул в ту ночь крепким сном. Утром я обнаружил, что остался один. Кэнфилд и Парсонс, мои последние спутники, умерли от чумы. Из четырехсот человек, которые искали убежища в здании химического факультета, и из сорока семи, которые вышли в поход, выжил я один, я и шотландский пони. Не знаю, почему так случилось, но факт остается фактом. Я не заразился чумой. Мой организм оказался невосприимчивым к ней. Просто-напросто мне повезло, мне, одному из миллиона, — ведь после чумы из миллиона, вернее, из нескольких миллионов, да, да, из нескольких миллионов человек, в живых остался только один!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>V</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В течение двух дней я укрывался в красивой рощице, которой не коснулось дыхание смерти. Несмотря на подавленное состояние, я был убежден, что в любой момент настанет мой черед, — я отдохнул за это время и набрался сил. Пони тоже окреп, так что на третий день я погрузил на него небольшой запас консервов, который у меня остался, и отправился в путь. Я не встретил ни одного живого человека, ни взрослого, ни ребенка, зато мертвые попадались на каждом шагу. Пищи, к счастью, было достаточно. Земля теперь не такая, как раньше. Тогда ее расчищали от деревьев и кустарника и возделывали. Вокруг меня росло, набиралось соков и пропадало то, чем можно было бы накормить миллионы ртов. На полях и в садах я собирал овощи, фрукты, ягоды. На опустевших фермах ловил кур и доставал яйца. В кладовых нередко находил консервы.</p>
     <p>Удивительные превращения происходили с домашними животными. Они постепенно дичали и начинали охотиться друг на друга. Хуже всего пришлось курам и уткам. Свиньи одичали первыми, а за ними кошки. Собаки тоже быстро приспособились к изменившимся условиям существования, и сколько их развелось! Они пожирали трупы, по ночам выли и лаяли, а днем шмыгали по укромным местам. Я замечал, как постепенно менялись их повадки. Поначалу собаки держались по отдельности — настороженные, готовые вот-вот вцепиться друг другу в глотку. Но скоро они стали сходиться в стаи. Ведь собака всегда была общественным животным — даже до того, как ее приручил человек. Перед чумой было очень много разных пород собак: короткошерстые и с густым, теплым мехом, совсем крохотные и огромные — точно кугуары, которые без труда могли проглотить их. Так вот, маленькие и слабые собаки гибли от клыков своих собратьев. Вывелись и очень крупные, не приспособленные к дикой жизни. Различия между породами исчезли, и теперь стаями водятся лишь те собаки, которых вы видите, — похожие на волков.</p>
     <p>— Но ведь кошки не водятся стаями? — возразил Хоу-Хоу.</p>
     <p>— Кошка никогда не была общественным животным. Кошка гуляет сама по себе, как писал один автор в девятнадцатом веке. Кошка всегда гуляла сама по себе: и тогда, когда ее приручил человек, и потом, когда веками одомашнивал ее, и теперь, когда она снова стала диким животным.</p>
     <p>Лошади тоже одичали, и все великолепные, выведенные человеком породы выродились в теперешних низкорослых мустангов. Одичали коровы, голуби, куры. Куры водятся и сейчас, но совсем не те, какие были прежде.</p>
     <p>…Я, кажется, отвлекся?.. Я брел словно по пустыне. Шло время, и я начал тосковать по людям. Но мне никто не попадался на пути, и я чувствовал себя все более и более одиноким. Я пересек долину Ливермор и горную цепь, которая отделяет ее от другой, очень большой долины Сан-Хоакин. Вы не бывали там, но это очень большая долина, где водятся дикие лошади. Они ходят огромными, тысячными табунами. Я сам видел их, когда побывал там еще раз, тридцать лет спустя. Вот вы считаете, что здесь, на побережье, много лошадей, но это ничто по сравнению с Сан-Хоакином. И еще одна любопытная вещь: одичавшие коровы перебрались на горные склоны. Там им, вероятно, было легче защищаться от врагов.</p>
     <p>В сельских местностях грабители и мародеры бесчинствовали меньше, чем в городах, ибо мне попалось много ферм и поселений, не тронутых пожарами. Но трупы, распространяющие заразу, виднелись повсюду, так что я шел, нигде не останавливаясь подолгу. Мне было так тоскливо, что около Лейтропа я подобрал двух шотландских овчарок; они настолько отвыкли быть свободными, что были рады снова подчиняться человеку. Эти овчарки на долгие годы стали моими верными спутниками, и капля их крови есть даже в ваших собаках, мальчики. Но самая порода эта за шестьдесят лет совсем вывелась. Эти псы — скорее одомашненные волки.</p>
     <p>Заячья Губа, уставший от долгого повествования, поднялся на ноги, посмотрел на стадо коз, потом прикинул положение солнца на небе. Эдвин попросил старика рассказывать поскорее, и тот продолжал:</p>
     <p>— Осталось совсем немного… Верхом на лошади, которую мне удалось поймать, и в сопровождении двух овчарок и пони я пересек Сан-Хоакин и направился к чудеснейшей Йосемитской долине в горах Сьерры-Невады. Там в огромном отеле я нашел большой запас консервов. Кроме того, всюду были тучные пастбища, множество дичи и в реке, что протекала через долину, полным-полно форели. Я прожил там в полнейшем одиночестве три года. Что это значит, может понять только цивилизованный человек. Потом я не выдержал. Я чувствовал, что сойду с ума. Человек, как и собака, — общественное животное, он не может существовать один. Если я выжил, то, значит, выжил кто-нибудь еще, рассуждал я. К тому же за три года чумные микробы наверняка погибли и земля очистилась от скверны.</p>
     <p>Верхом на лошади, прихватив овчарок и пони, я отправился в обратный путь. Снова пересек Сан-Хоакин, перевалил через кряж, спустился в долину Ливермор и поразился переменам. Я не узнал здешних мест: превосходно обработанные поля и сады сплошь поросли сорняками. Ведь люди так старательно выхаживали пшеницу, овощи и плодовые деревья, что они стали нежными и слабыми, а сорная трава и дикий кустарник были неприхотливыми и привыкли сопротивляться человеку. И вот когда люди перестали обрабатывать землю, они заглушили культурные растения. Во множестве расплодились койоты, и тут я впервые встретил волков — парами, по трое, небольшими стаями спускались они с холмов, где жили прежде.</p>
     <p>И вот у озера Темескал, недалеко от того места, где некогда стоял Окленд, я наконец встретил живых людей. Мальчики, как вам описать мое волнение, когда верхом на лошади, спускаясь с холма, к озеру, я увидел между деревьями дымок от костра! Сердце у меня замерло. Я думал, что сойду с ума от радости. Потом я услышал плач младенца, понимаете, живого младенца! Тут же залаяли собаки, и мои овчарки залаяли тоже. Я настолько привык к мысли, что я единственный, кто пережил чуму, что не мог поверить ни в дымок, ни в детский плач.</p>
     <p>И вдруг там, на берегу озера, футах в ста от себя, я увидел рослого мужчину. Он стоял на камне, торчавшем из воды, и удил рыбу. Я не мог побороть волнения. Я остановил лошадь и хотел крикнуть, но не сумел. Тогда я помахал рукой. Мне показалось, что человек посмотрел в мою сторону, но он не помахал мне в ответ. Не сходя с лошади, я опустил голову и зажмурился. Я боялся посмотреть туда снова, ибо знал, что это только мираж, что открой я глаза — и человек исчезнет. Но так дорого было мне это видение, что я не хотел, чтобы оно пропадало. И оно не пропадет, я знал это, пока я не открою глаза!</p>
     <p>И я сидел так, опустив голову, пока не услышал ворчание собак и мужской голос. Как вы думаете, что он произнес, этот голос? Я скажу вам. Он произнес: «Откуда вы взялись, черт вас побери?» Вот какими словами твой второй дед, Заячья Губа, приветствовал меня на берегу озера Темескал пятьдесят семь лет тому назад. Нет, это ни за что не передать! Я открыл глаза — передо мной стоял рослый, загорелый, обросший волосами человек с тяжелой челюстью, низким лбом и свирепыми глазами. Я не помню, как спешился. Знаю только, что в следующее же мгновение я схватил обеими руками его за руку и зарыдал. Я обнял бы его, если бы он не отодвинулся: он всегда был угрюмым, недоверчивым человеком. И тем не менее я рыдал и не отпускал его руку.</p>
     <p>Голос деда дрогнул и осекся от нахлынувших воспоминаний, а по щекам катились старческие слезы. Мальчишки смотрели на него и посмеивались.</p>
     <p>— Да, я рыдал и хотел обнять его, хотя Шофер был негодяем, бесчувственным животным. Я не встречал человека отвратительнее. Звали его… Постойте, как же его звали? Я, кажется, забыл, странно!.. Впрочем, все звали его Шофером. Так называлась его профессия, и эта кличка пристала к нему. Вот почему племя, которое он основал, до сих пор называется племенем Шофера.</p>
     <p>Он был крайне злой и бесчестный человек. Понять не могу, почему чума пощадила его. Несмотря на все наши метафизические представления об абсолютной справедливости, в мире, казалось, нет никакой справедливости. Почему выжил именно он, моральный урод, грязное пятно на лике природы и ко всему такой подлый мошенник, каких свет не видывал? Он способен был разговаривать только об автомобилях, моторах, бензине, гаражах; с особым удовольствием рассказывал он, как водил за нос и нагло обирал людей, у которых он служил перед тем, как вспыхнуть чуме. И вот, несмотря на все, ему суждено было уцелеть, тогда как погибли сотни миллионов, да нет, миллиарды людей, которые были лучше его!</p>
     <p>Мы отправились с Шофером в его становище. И вот там-то я увидел Весту, ту самую Весту. Это было великолепно и… горько до слез. Веста Ван Уорден, молодая жена Джона Вана Уордена, одетая в лохмотья, склонилась над костром и мозолистыми, покрытыми ссадинами руками размешивала какое-то варево — та самая Веста, которой от рождения было назначено владеть самым большим в истории человечества состоянием. Ее муж, Джон Ван Уорден, стоивший один миллиард восемьсот миллионов долларов, был Президентом Правления Промышленных Магнатов и правил Америкой. Кроме того, он бы членом Международного Комитета Контроля, то есть одним из семи человек, которые правили миром. Да и сама Веста — из такой же благородной семьи. Ее отец, Филипп Сэксон, был Президентом Правления Промышленных Магнатов вплоть до своей смерти. Этот пост сделался почти наследственным, и, будь у Филиппа Сэксона сын, он стал бы его преемником. Но у него был единственный ребенок, Веста, редчайший цветок, созданный веками самой высшей, какие знала наша планета, культуры. После того как было объявлено о помолвке Весты и Вана Уордена, Сэксон назначил будущего зятя своим преемником. То был, разумеется, сугубо политический брак. Наподобие тех, что практиковались среди венценосных особ до того, как их сменили у власти Магнаты. У меня есть основания полагать, что Веста никогда не любила своего мужа той безумной, страстной любовью, которую воспевали поэты.</p>
     <p>И вот эта самая Веста варит в закопченном чугунке какую-то рыбную похлебку, и прекрасные глаза ее воспалены от едкого дыма! Да, нелегко ей пришлось! Она была единственной, выжившей из миллиона, так же, как я и Шофер. В свое время над самым заливом Сан-Франциско, на живописнейшем холме близ Аламеды, Ван Уорден построил роскошную летнюю резиденцию. Дом окружал огромный, в тысячу акров, парк. Туда-то он и отправил свою жену, когда вспыхнула чума. Парк охранялся вооруженными стражниками, поэтому ничто, ни провизия, ни даже письма, не попадало в дом. не пройдя дезинфекцию. И все-таки зараза проникла в резиденцию, поражая стражников на посту, слуг за работой и великое множество приближенных, по крайней мере тех, кто не сбежал, — да и те, кто сбежал, все равно погибли. Веста осталась единственным живым человеком во всем дворце, который превратился в настоящий морг.</p>
     <p>Шофер был из тех, кто сбежал. Два месяца спустя он вернулся и обнаружил, что Веста укрылась в летнем павильоне, где находилась в полной безопасности. Шофер был точно дикий зверь. Веста спряталась среди деревьев и в ту же ночь ушла пешком в горы — она, чьи изящные ножки никогда не ступали по острым камням и чьей нежной кожи не касались колючки шиповника. Он кинулся за ней и настиг в ту же ночь. Этот негодяй ударил ее, можете себе представить? Избил своими здоровенными кулачищами и сделал рабыней. Той, что ни разу в жизни не запачкала рук, приходилось теперь собирать хворост, раскладывать костер, стряпать и вообще выполнять всю черную работу. Шофер заставлял ее трудиться в поте лица, а сам, как настоящий дикарь, валялся на траве и глазел на нее. Он не желал ничего делать, за исключением тех редких случаев, когда отправлялся на охоту или рыбную ловлю.</p>
     <p>— Ну и правильно! — заметил вполголоса Заячья Губа мальчишкам. — Я хорошо его помню. Дядька что надо! Все прибрал к рукам, и его отчаянно боялись. Отец женился на его дочери. И посмотрели бы, какие Шофер ему взбучки давал! Злой, как черт, был. Мы у него по струнке ходили. Даже когда умирал, приподнялся и в кровь расшиб мне голову своей длинной палкой — всегда ее при себе держал.</p>
     <p>Заячья Губа в задумчивости потер круглую голову, и мальчишки снова повернулись к старику, который восторженно расхваливал Весту, принадлежавшую основателю племени Шофера.</p>
     <p>— Вы даже представить себе не можете, до чего чудовищно все сложилось! Шофер был слуга, понимаете, простой слуга. Он пресмыкался перед людьми ее круга. А она — властительница как по рождению, так и по браку. В ее маленькой нежно-розовой ладони умещались судьбы миллионов таких, как он. В мои времена малейшее общение с людьми, подобными Шоферу, осквернило бы Весту. Я хорошо это знаю. Помню один случай. Миссис Голдвин, супруга одного из Магнатов, собираясь подняться по трапу в собственный дирижабль, уронила зонтик. Слуга совершил непростительный промах: он поднял зонтик и подал его самой миссис Голдвин, одной из самых знатных леди мира! Она отпрянула от слуги, как от прокаженного, и подала секретарю знак взять зонтик. Она тут же приказала, кроме того, узнать имя невежды и проследить, чтобы ему немедленно отказали от места. Такой же была и Веста Ван Уорден. А Шофер сделал ее своей рабыней и издевался над ней.</p>
     <p>…Вспомнил! Билл, Шофер Билл — вот как его звали! Грубое, тупое существо, лишенное какого бы то ни было благородства, не знающее великодушных побуждений, свойственных культурному человеку. Нет, абсолютной справедливости не существует, иначе не досталось бы такому негодяю то чудо из чудес, каким была Веста Ван Уорден. Мальчики, вам не понять трагизма положения, ведь вы и сами грубые маленькие дикари, не знающие ничего, помимо своей дикой жизни! Почему Веста не стала моей? Я человек утонченной культуры, профессор большого университета. И, несмотря на это, она не снизошла бы до знакомства со мной — такое высокое положение она тогда занимала! Так вообразите всю глубину унижения, которое она претерпела, попав в руки Шоферу. И если бы не крах цивилизации, никогда я не познакомился бы с ней, не смел бы смотреть ей в глаза, разговаривать с ней и касаться ее руки и.» любить, да, да, любить и знать, что она отвечает мне взаимностью. Я верю, знаю: она даже полюбила бы меня — ведь подле нее не было другого мужчины, кроме Шофера. Почему чума, погубив восемь миллиардов человек, не убила еще одного — Шофера?</p>
     <p>Однажды, когда Шофер ушел удить рыбу, она стала умолять меня убить его. Она молила меня со слезами на глазах. Но я боялся, боялся его ярости, силы. После, правда, у нас был разговор. Я предлагал ему свою лошадь, пони, овчарок, все, чем владел, лишь бы он отдал мне Весту. Но он только смеялся мне в лицо и мотал головой. Он оскорблял меня. Он заявил, что прежде был слугой, им помыкали мужчины вроде меня и такие женщины, как Веста, а теперь самая знатная дама на земле прислуживает ему, стряпает пищу и нянчит его ублюдков. «Ваше времечко было до чумы. А нынче мое времечко, и неплохое, вот так-то! Ни за какие деньги не соглашусь вернуть прошлое!» Так он сказал, хотя не этими в точности словами. С уст этого негодяя то и дело срывалась отвратительная брань.</p>
     <p>И еще он предупредил меня, что оторвет мне голову и задаст Весте взбучку, если заметит, что я заглядываюсь на нее. Что мне оставалось делать, я же боялся его! Он был как дикий зверь. В тот вечер, когда я набрел на их стоянку, мы с Вестой долго вспоминали о нашем исчезнувшем мире. Мы говорили об искусстве, книгах, стихах, а Шофер слушал и глупо ухмылялся. Его очень скоро утомил и разозлил наш разговор, в котором он не понимал ни слова, и тогда он встал и заявил: «Видите Весту Ван Уорден? Заносчивая была красавица и важная птица — жена магната Ван Уордена. А теперь она моя женщина. Да, профессор Смит, времена изменились, сильно изменились! Эй, женщина, сними-ка с меня мокасины, да поживей! Я хочу, чтобы профессор Смит знал, как я тебя вышколил!»</p>
     <p>Я видел, как Веста прикусила губу, а в ее глазах зажегся огонек ненависти. Он замахнулся своим узловатым кулачищем, и я испугался. Я не мог бы одолеть его. Поэтому я встал, чтобы уйти, не быть свидетелем подобного унижения. Но Шофер захохотал и пригрозил поколотить меня, если я не останусь. И я вынужден был сесть и смотреть, как у костра на берегу озера Темескал Веста Ван Уорден встала на колени и принялась стягивать мокасины с ног ухмыляющейся волосатой обезьяны.</p>
     <p>…Нет, мальчики, вам не понять этого! Вы ничего не видели и ничего не знаете. Вам не понять!</p>
     <p>«И к узде приучена и к седлу, — посмеивался Шофер, пока Веста выполняла его ужасное и унизительное приказание. — Иногда артачится, шалит, знаете ли. Но разок двинешь ей в морду, и снова, как ягненок».</p>
     <p>А в другой раз он сказал мне: «Нам надо начинать все сначала: плодиться и заселять землю. Вам просто не повезло, профессор. У вас нет женщины, а дело у нас тут обстоит так же, как в райских кущах. Но я не гордый, и вот что вам скажу. — Он показал на крохотную, чуть побольше годика, девчурку. — Вот вам жена! Конечно, придется подождать, пока она подрастет. Здорово, правда? Мы здесь все одинаковы, но сила-то у меня. И все-таки я не задаюсь: не по мне это. Профессор Смит, я оказываю вам честь, большую честь. Я согласен на помолвку нашей дочери, дочери Шофера и Весты Ван Уорден, с вами! Эх, дьявол побери, посмотрел бы Ван Уорден!»</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>VI</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Три недели промучился я в становище Шофера. То ли я просто-напросто надоел ему, то ли ему показалось, что я дурно влияю на Весту, но так или иначе однажды он рассказал, что год назад, пробираясь холмами Контра Коста к проливу Каркинез, он видел за проливом дымок. Это означало, что там обитали люди. А он три недели скрывал от меня это бесценное сведение. Я немедленно отправился в путь со своими лошадьми и овчарками и, пройдя холмы Контра Коста, вышел к заливу. Я не увидел на другом берегу никакого дыма, но в Косте обнаружил небольшую барку, куда погрузил своих животных. Из куска старой парусины я соорудил парус, и южный бриз погнал барку через залив к развалинам Валлехо. На окраине города мне попались следы недавней стоянки. По множеству раковин съедобных моллюсков я понял, почему эти люди пришли на побережье. Как выяснилось впоследствии, это было племя Санта-Роса. Я двинулся за ними в долину Сонома через соляные топи, вдоль железнодорожного пути. Там, у разрушенного кирпичного завода в Глен Эллен, я наткнулся на стоянку. Их было восемнадцать человек. Среди них — двое стариков: один — банкир Джонс, другой — удалившийся от дел владелец ломбарда Гаррисон. Последний взял себе в жены сестру-хозяйку психиатрической больницы в городе Нэпа. Из всего населения Напа и окрестных поселений и ферм в этой некогда многолюдной и плодородной долине выжила одна она. В племени были трое мужчин помоложе: Кардиф и Хейл — фермеры и Уэйнрайт — простой батрак. Каждый из них имел жену. Хейлу, простоватому и необразованному фермеру, досталась Исидора — самая прекрасная после Весты женщина, пережившая чуму. Она считалась одной из знаменитейших певиц в мире. Эпидемия застала ее в Сан-Франциско. Она часами рассказывала мне о своих странствиях и приключениях, которые кончились, когда в лесном заповеднике Мендосино ее подобрал Хейл, и ей не оставалось ничего иного, как стать его женой. Хейл, по счастью, оказался неплохим человеком, хотя и был необразованный фермер. Он обладал острым чувством справедливости и необыкновенной честностью. Исидоре было с ним несравненно лучше, чем Весте с Шофером.</p>
     <p>Жены у Кардифа и Уэйнрайта были женщины из народа, с крепким сложением, привыкшие к труду, — тип, наилучшим образом приспособленный к условиям дикой жизни, которую им приходилось вести. Кроме того, в племени были двое умалишенных из сумасшедшего дома в Элдредже и пять-шесть ребятишек и младенцев, появившихся на свет уже после образования племени. И была еще Берта, совсем неплохая женщина, — ты слышишь, Заячья Губа? — хотя твой отец и прохаживался на ее счет. Я взял ее в жены. Она мать твоего отца, Эдвин, и твоего тоже, Хоу-Хоу. А наша дочь Вера вышла замуж за отца Заячьей Губы, Сэндоу, который был старшим сыном Весты Ван Уорден и Шофера.</p>
     <p>Так я стал девятнадцатым членом племени Санта-Роса. После меня к племени пристали только двое чужаков. Один — Мангерсон, потомок Магнатов, восемь лет бродил по лесам Северной Калифорнии, прежде чем отправился на юг, и встретил нас. Это ему пришлось ждать двенадцать лет, пока подрастет моя дочь Мери, чтобы жениться на ней. Другого звали Джонсон — он основал племя Юта. Он ведь пришел к нам из Юты, страны, которая лежит очень далеко на востоке, за бескрайними пустынями. Он добрался до Калифорнии через двадцать семь лет после эпидемии. Он рассказывал, что в Юте выжило только трое, включая его самого, — и все мужчины. Много лет они охотились вместе и наконец впали в отчаяние, ибо боялись, что с их смертью прекратится на земле человеческий род. Поэтому они двинулись на запад в надежде найти в Калифорнии женщин. Только Джонсону удалось пробраться через великую пустыню: двое его спутников погибли в пути. Когда он встретил нас, ему было уже сорок шесть лет. Он женился на четвертой дочери Исидоры и Хейла, а старший сын его женился на твоей тетке, Заячья Губа, на третьей дочери Весты и Шофера. Джонсон был сильный, волевой человек. Поэтому он отделился от Санта-Росов и образовал в Сан-Хосе племя Юта. Совсем небольшое племя — всего девять человек. Джонсон умер, но благодаря его былому влиянию и здоровому потомству племя Юта станет сильным племенем и сыграет ведущую роль в возрождении цивилизации на земле.</p>
     <p>Нам известны еще только два племени: Лос-Анжелиты и Кармелиты. Кармелиты пошли от одного мужчины и одной женщины. Мужчину звали Лопес, кожа у него была смуглая, потому что дальние предки его были древние мексиканцы. Он был пастухом на скотоводческих ранчо за Кармелом, а его жена — горничная в большом отеле в Дель Монте. Семь лет мы ничего не знали о существовании Лос-Анжелитов. У них там хороший край, правда, слишком жарко. Я полагаю, что теперешнее население земли составляет триста пятьдесят — четыреста человек, если, разумеется, не обитают еще где-нибудь крохотные племена. Но мы о них, во всяком случае, не знаем. С тех пор, как Джонсон пришел к нам из Юты, мы не имеем никаких сведений ни с востока, ни из других мест. Тот огромный мир, который я знал во времена своего детства и молодости, исчез. Он перестал существовать. Я последний свидетель Алой Смерти, и только мне известны чудеса того давно ушедшего мира. Люди, которые были всемогущи, как боги, и владели землей, небесами и морями, ведут теперь первобытный образ жизни на берегах калифорнийских рек.</p>
     <p>У нас рождается много детей. Вот, к примеру, у твоей сестры, Заячья Губа, их уже четверо. Людей становится больше, и они снова готовятся к восхождению на вершины цивилизации. Настанет время, когда людям станет здесь тесно, и они начнут расселяться, и можно ожидать, что через несколько сотен поколений наши далекие потомки постепенно перевалят через Сьерра-Неваду и с каждым новым поколением будут продвигаться по нашему великому континенту на восток, заселяя все новые и новые земли. Опять начнутся великие переселения арийских народов.</p>
     <p>Но это будет происходить медленно, очень медленно: слишком много предстоит сделать. События отбросили нас далеко назад. Если бы остался в живых хоть один физик или химик! Но они погибли, а мы перезабыли все, что знали. Шофер начал, правда, обрабатывать железо. Он смастерил кузнечный горн, которым мы пользуемся до сего времени. Но он был ленив, и когда умер, унес с собой в могилу все, что знал о металлах и машинах. А мне откуда было знать о таких вещах? Мое дело — классическая философия, а не химия. Шофер научил нас только двум вещам: варить огненный напиток и выращивать табак. И однажды, напившись, он убил Весту. Я убежден, что он убил Весту в приступе пьяной жестокости, хотя он всегда утверждал, что она упала в озеро и утонула.</p>
     <p>Мальчики, я дам вам один совет: берегитесь знахарей. Они называют себя докторами, принижая благородную некогда профессию. На самом же деле они знахари, шаманы, играющие на предрассудках и невежестве. Обманщики и шарлатаны — вот кто они такие. А мы так опустились, что верим их выдумкам. Их становится все больше так же, как и нас, — они попытаются подчинить нас себе. Так что помните: они обманщики и шарлатаны. Посмотрите, например, на Косоглазого. Он хоть и молод, но уже называет себя доктором. Он продает снадобья от болезней, обещает удачную охоту и хорошую погоду — за мясо и шкуры, посылает людям черную палку, означающую смерть, и творит тысячу иных мерзостей. Он говорит, что все может, а я утверждаю, что он лжет. Я, профессор Джеймс Говард Смит, утверждаю, что он лжет. Я говорил это ему в глаза. Почему он не послал мне черную палку? Да потому, что на меня его заклинания не действуют, и он отлично знает это. А вот ты, Заячья Губа, настолько погряз в суевериях, что умрешь от страха, если, проснувшись вдруг ночью, найдешь подле себя такую палку. И ты умрешь не от каких-то особых свойств черной палки, а потому, что ты дикарь, невежественный, темный дикарь!</p>
     <p>Знахарей надо уничтожать и открывать заново те знания, которые люди утратили. Поэтому я снова повторяю вам то, что вы должны всегда помнить и передать своим детям. Вы должны рассказать им, что, когда огонь нагревает воду, в ней появляется удивительная вещь, которая называется паром. Пар сильнее, чем десять тысяч человек, и может делать за них всю работу. Во вспышке молнии таится такой же сильный слуга человека, издавна верный раб его, который снова должен стать его рабом.</p>
     <p>Совсем иная штука — алфавит. С помощью алфавита я знаю, что означают особые маленькие знаки, тогда как вы, мальчики, знаете только примитивное пиктографическое письмо. В сухой пещере на Телеграф Хилл, куда я захожу, когда наше племя спускается к морю, я спрятал много книг. В них великая мудрость. Там же есть и ключ к алфавиту, так что человек, знающий пиктографическое письмо, может научиться читать книги. Когда-нибудь люди снова будут уметь читать, и, если ничего не случится с пещерой, они узнают, что некогда жил профессор Джеймс Говард Смит, который сохранил для них мудрость древних.</p>
     <p>Еще существовало одно хитрое вещество, которое люди неизбежно откроют снова. Оно называется порохом. С помощью пороха мы убивали на больших расстояниях и наверняка. В земле имеются некоторые вещества, их смешивают в определенном соотношении, и тогда получается порох. Я забыл, что это за вещества, а может быть, никогда и не знал. И очень сожалею об этом. Если бы я знал, я сделал бы порох, и убил бы Косоглазого, и спас людей от суеверий…</p>
     <p>— Когда я вырасту, я отдам Косоглазому всех коз, и мясо, и шкуры, которые я добуду, чтобы он научил меня, как стать доктором! — заявил Хоу-Хоу. — И тогда все будут уважать меня и слушаться. Люди будут кланяться мне.</p>
     <p>Старик грустно кивнул головой и пробормотал:</p>
     <p>— Странно слышать остатки сложных форм арийской речи из уст грязного маленького дикаря, одетого в звериные шкуры! Мир опрокинулся вверх дном. И причиной всему чума.</p>
     <p>— А я не стану тебя слушаться, — гордо сказал Заячья Губа будущему знахарю. — Если я заплачу тебе, чтобы ты послал кому-нибудь черную палку, а он не умрет, я убью тебя; запомни это, Хоу-Хоу!</p>
     <p>— А я сделаю так, чтобы дед вспомнил вещества, из которых приготовляется порох, — сказал Эдвин негромко. — И тогда подчиню себе всех вас. Ты, Заячья Губа, будешь сражаться за меня и добывать мясо, а ты, Хоу-Хоу, по моему приказанию станешь посылать черную палку, чтобы меня боялись. Если Заячья Губа попробует убить меня, я прикончу его этим порохом. Нет, дед не такой глупец, как вы думаете, и я буду слушать его рассказы и когда-нибудь стану главным над вами!</p>
     <p>Старик печально покачал головой.</p>
     <p>— Снова изобретут порох. Это неизбежно: история повторяется. Люди будут плодиться и воевать. С помощью пороха они начнут убивать миллионы себе подобных, и только так, из огня и крови, когда-нибудь, в далеком будущем, возникнет новая цивилизация. Но что толку? Как погибла прежняя цивилизация, так погибнет и будущая. Потребуется, может быть, пятьсот тысяч лет, чтобы построить ее, но так или иначе она погибнет. Все погибает и проходит. Не исчезнут только космическая сила и материя — они вечно движутся, взаимодействуют и создают три непреходящих типа: священника, солдата и правителя. Устами младенцев глаголит истина веков. Одни будут сражаться, другие — молиться, третьи — править, а остальные — большинство — трудиться в поте лица и страдать, и на их кровоточащих трупах снова и снова будут воздвигать то необыкновенное, чудесной красоты здание, которое называется цивилизованным государством. Оно будет расти, несмотря ни на что; даже если не сохранятся спрятанные в пещере книги, люди все равно откроют старые истины и начнут поклоняться старой лжи и учить тому же своих детей. Что толку?..</p>
     <p>Заячья Губа вскочил на ноги и, быстро оглядев пасущихся коз, посмотрел на заходящее солнце.</p>
     <p>— Старик с каждым днем становится все болтливее, — сказал он Эдвину. — Пошли в становище.</p>
     <p>Хоу-Хоу и Заячья Губа позвали собак, сбили коз в стадо и погнали их к лесной тропе, а Эдвин остался со стариком и помог ему идти. Когда они добрались до железнодорожной насыпи, Эдвин остановился и посмотрел назад. Заячья Губа и Хоу-Хоу с козами и собаками пошли дальше. Эдвин смотрел на диких лошадей, спустившихся с холмов на песчаный берег. Табун был небольшой, десятка два голов — жеребята, годовики, взрослые кобылицы, а у самой воды в пене прибоя стоял великолепный жеребец — выгнув шею и поводя блестящими дикими глазами, он принюхивался к соленому запаху моря.</p>
     <p>— Что там? — спросил дед.</p>
     <p>— Лошади, — ответил мальчик. — В первый раз вижу их на берегу. В горах развелось много кугуаров, и лошади идут сюда.</p>
     <p>Солнце склонялось к горизонту, затянутому беспорядочной грядой облаков, и красные лучи его веером расходились по небу. А из белой пены разбивающихся о берег волн выползали на черные камни морские львы; они играли, дрались, любили и пели свою песнь, как и тысячи веков назад.</p>
     <p>— Пойдем, дед, — позвал Эдвин.</p>
     <p>И они зашагали вдоль полотна в лес вдогонку за стадом — одетые в шкуры старик и мальчишка.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Г. Злобина</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Кража</p>
     <p><emphasis>(пьеса)</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Действующие лица</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <p><emphasis><strong>Говард Нокс</strong></emphasis> — член конгресса от штата Орегон.</p>
     <p><emphasis><strong>Томас Чалмерс</strong></emphasis> — сенатор и миллионер.</p>
     <p><emphasis><strong>Маргарет Чалмерс</strong></emphasis> — его жена.</p>
     <p><emphasis><strong>Томас Чалмерс-младший</strong></emphasis> — сын Маргарет и Томаса Чалмерса, 6 лет.</p>
     <p><emphasis><strong>Эллери Джексон Хаббард</strong></emphasis> — журналист.</p>
     <p><emphasis><strong>Энтони Старкуэтер</strong></emphasis> — финансовый магнат, отец Маргарет Чалмерс.</p>
     <p><emphasis><strong>Миссис Старкуэтер</strong></emphasis> — его жена.</p>
     <p><emphasis><strong>Конни Старкуэтер</strong></emphasis> — их младшая дочь.</p>
     <p><emphasis><strong>Феликс Доблмен</strong></emphasis> — секретарь Энтони Старкуэтера.</p>
     <p><emphasis><strong>Линда Дэвис</strong></emphasis> — горничная Маргарет Чалмерс.</p>
     <p><emphasis><strong>Джулиус Ратленд</strong></emphasis> — священник епископальной церкви.<a l:href="#n_91" type="note">[91]</a></p>
     <p><emphasis><strong>Джон Джиффорд</strong></emphasis> — социалист, агитатор.</p>
     <p><emphasis><strong>Мацу Сакари</strong></emphasis> — секретарь японского посольства.</p>
     <p><emphasis><strong>Долорес Ортега</strong></emphasis> — жена перуанского посланника.</p>
     <p><emphasis><strong>Сенатор Даусет.</strong></emphasis></p>
     <p><emphasis><strong>Миссис Даусет.</strong></emphasis></p>
     <p><emphasis><strong>1-й и 2-й агенты.</strong></emphasis></p>
     <p><emphasis><strong>Экономка.</strong></emphasis></p>
     <p><emphasis><strong>1-я и 2-я горничные.</strong></emphasis></p>
     <p><emphasis><strong>Слуга.</strong></emphasis></p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Действие происходит в Вашингтоне, США, в 1910 году на протяжении двадцати часов.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Описание характеров действующих лиц</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Маргарет Чалмерс.</emphasis> В 27 лет это сильный, зрелый человек; она незаурядно умна и в то же время удивительно женственна, способна на внезапные проявления нежности, на вспышку страсти и неожиданные порывы. Продукт рафинированной культуры и светского воспитания, она, однако, сохранила душевное здоровье, жизнелюбие и чистоту, которые позволяют нам верить в прекрасное будущее человечества. У нее широко поставленные пытливые глаза и ослепительная улыбка, которой она при случае умеет пользоваться. Но она может также быть твердой, жесткой и даже циничной.</p>
     <p><emphasis>Говард Нокс</emphasis> мог бы стать поэтом, но судьба решила иначе, и он стал политическим деятелем. Ему 35 лет, он одержим любовью к людям. В жизни у него есть цель, и он неуклонно ей следует, несмотря на гонения, брань и насмешки. Внешне это хорошо сложенный, сильный человек. Лицо скорее волевое и выразительное, чем красивое. Глубокая, прямая натура. Несмотря на университетское образование, держится немного натянуто, особенно в светском обществе. Его выбрали в конгресс как сторонника социальных преобразований; в борьбе, которую он ведет, у него почти нет единомышленников. За ним в конгрессе не стоит какая-нибудь партия, и он может рассчитывать на поддержку лишь нескольких независимых депутатов, таких же бунтарей, как он сам.</p>
     <p><emphasis>Томас Чалмерс</emphasis>, 45–50 лет. Усы с проседью, грузноват. Не привык себе ни в чем отказывать, особенно в виски с содой. Зато ему отказывается служить сердце и грозит отправить его на тот свет в любую минуту. В области эмоциональной ленив и нетребователен. Принадлежит к числу сенаторов — ставленников крупного капитала и представляет в правительстве один из вырождающихся штатов Новой Англии,<a l:href="#n_92" type="note">[92]</a> являясь тем не менее опытным мастером в области политических махинаций. Совсем не дурак, — у него хватает и ума и выдержки для крупной политической игры. Самая характерная его черта — неумение ограничивать свою чувственность.</p>
     <p><emphasis>Томас Чалмерс-младший</emphasis>, крепкий, здоровый ребенок 6 лет, хотя бабушка и считает его слабеньким.</p>
     <p><emphasis>Эллери Джексон Хаббард</emphasis>, 38–40 лет. Журналист, известный всей стране. Гладко выбритый, дородный человек с крупной головой и большими руками; все у него внушительнее, чем у обычных людей. Его персона излучает благополучие, самодовольство и эгоизм. Понятия не имеет о нравственности. Убежденный индивидуалист, холодный, беспощадный к ближним; думает только о себе и верит только в себя.</p>
     <p><emphasis>Энтони Старкуэтер</emphasis>, пожилой, хорошо сохранившийся джентльмен. Худощав и, по всей видимости, в личной жизни человек умеренный до аскетизма. Плотские утехи ему всегда были чужды. Холодный, сдержанный пуританин, он одержим единой страстью — властвовать. В нем видна повадка крупного хищника: острый ум и воля помогли ему сколотить состояние в сотни миллионов долларов. Короче говоря, это образец промышленного и финансового магната в том наиболее чистом его виде, который можно сыскать в Америке. Он человек высоконравственный, хотя суровая пуританская мораль претерпела у него некую метаморфозу и превратилась в столь же жесткую и столь же бескомпромиссную мораль дельца — в иезуитскую мораль человека, который, творя зло, верит, что делает это с благими целями. Энтони Старкуэтер твердо уверен, что судьбы цивилизации и прогресса вверены ему и немногим ему подобным.</p>
     <p><emphasis>Миссис Старкуэтер</emphasis>, пухлая, пожилая и беспомощная дама. Она не поспела за своим мужем в его нравственном развитии и все так же привержена старым порядкам, старым предрассудкам, пуританской морали Новой Англии. Бешеные темпы современной жизни приводят ее в замешательство.</p>
     <p><emphasis>Конни Старкуэтер</emphasis>, младшая сестра Маргарет, 20 лет от роду, и полная ей противоположность во всех отношениях. Правда, она тоже лишена природной низости, но зато у нее нет и собственного мнения; она безнадежная раба условностей. Веселая хохотушка, здоровая, пышная — типичное дитя своей среды.</p>
     <p><emphasis>Феликс Доблмен</emphasis>, личный секретарь Энтони Старкуэтера. Молодой человек с безукоризненными манерами, вполне отвечающий требованиям, которые могут быть предъявлены личному секретарю такого человека, как его шеф. Характер слабый, робкий, почти женственный.</p>
     <p><emphasis>Линда Дэвис</emphasis>, горничная Маргарет, лет 25, светловолосая шведка, но родилась в Америке. Молодая женщина с лицом замкнутым, бесстрастным, как и положено прислуге, прошедшей многолетнюю дрессировку, но в глубине души любящая и преданная. Она привязана к Маргарет, которой не изменила бы даже под пыткой.</p>
     <p><emphasis>Джулиус Ратленд</emphasis>, священник; личность вполне ординарная. Типичный представитель своей профессии.</p>
     <p><emphasis>Джон Джиффорд</emphasis>, рабочий агитатор. Человек из народа, неотесанный, немножко прямолинейный, но зато прямодушный и твердый в своих убеждениях. Настоящий, образцовый тип рабочего вожака.</p>
     <p><emphasis>Мацу Сакари</emphasis>, секретарь японского посольства. Его изысканная вежливость не имеет себе равных. Речь у него книжная, слишком правильная. Часто кланяется.</p>
     <p><emphasis>Долорес Ортега</emphasis>, жена посланника Перу; яркая и живая брюнетка, много жестикулирует, как и все жители Латинской Америки.</p>
     <p><emphasis>Сенатор Даусет</emphasis>, 50 лет. Хорошо сохранился.</p>
     <p><emphasis>Миссис Даусет</emphasis>, толстая пожилая дама.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Действие первое</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <cite>
      <p>Гостиная в доме сенатора Чалмерса. Четыре часа пополудни. Комната обставлена по современной моде. На переднем плане, слева — стол, накрытый к чаю. Недостает только чайника. Вход в гостиную на заднем плане, справа.</p>
      <p>По бокам, справа и слева, — двери в другие комнаты.</p>
      <p>Справа, развалившись в креслах, сидят Чалмерс и Хаббард.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард </strong>(помолчав, в раздумье). Не понимаю, почему так взбунтовалась эта старая кляча Элсворт?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Рассердился. Считает, что его обделили и не дали выжать всего, чего ему хотелось, из Тарифной комиссии. Ведь это его последняя сессия. Он заявил, что уходит в отставку.</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(презрительно фыркнув, изображает речь надутого старика). «Резолюция о расследовании причин высокой стоимости жизни!» Подумать только, что ее предложил сенатор Элсворт! Ах, старый козел! И что же вы собираетесь предпринять, Чалмерс?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Все уже сделано.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Да ну?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(покручивая усы). Резолюцию передали в Комиссию по учету и контролю над расходами сената…</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(одобрительно осклабившись). …где председательствует сенатор Чалмерс! Лихо! Бедняга Элсворт. Ему каюк! И ничего не скажешь — проекту дан ход.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Когда до этого законопроекта дойдет очередь, Элсворта давно не будет в сенате. А выждав для приличия некоторое время, сенатор Ходж внесет другую резолюцию, с требованием расследовать причину высоких цен… Нечто вроде резолюции Элсворта, да не совсем…</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Ну да, и ее перешлют в Комиссию по финансам, откуда она тут же возвратится назад для исполнения…</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Кстати, журналу «Картрайтс», кажется, прискучило обнажать язвы нашего общества.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Когда же он занимался этим всерьез? Если он и разоблачал кого-нибудь, то разве что мелких предпринимателей, которые не хотели платить ему за объявления.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Да, журнал умеет скрывать свои отнюдь не либеральные симпатии!</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Теперь он их будет темнить еще больше. С тех пор, как я стал участником предприятия. Мне ведь сейчас принадлежит контрольный пакет акций.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> То-то я заметил, что за последнее время тон журнала несколько изменился.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Еще бы! Но мы продолжаем обнажать язвы. Дали великолепную серию статей о том, что престарелым нищим необходимо обеспечить лучшие санитарные условия. И непременно разоблачим преступные нравы правителей забытой богом Венесуэлы…</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(одобрительно кивает. Помолчав). Насчет Нокса… Я за этим вас сюда и пригласил. Завтра он собирается выступить в конгрессе. Наконец-то Нокс будет у нас в руках.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Я в курсе дела. Все пойдет, как по маслу. Мои ребята, хоть и не знают толком, что к чему, получили нужные указания. Завтра в это время телеграммы полетят, как птицы.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(резко). Нокса надо сделать посмешищем на всю страну, его надо убить смехом!</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> У нас в Америке любят посмеяться. Вот его дружки на Западе поерзают! Редакторы мелких газет молились на этого Нокса. Пускай теперь они же над ним погогочут.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> А вы сами что намерены делать?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Моя статья для «Картрайтса» написана. Типография наготове. Я протелеграфирую ее завтра по горячим следам. Послушайте…</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(не сразу). Ну?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> А не зря вы позволяете ему произнести речь?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> У нас нет выбора. Нам не за что зацепиться. Наши люди ходили за ним по пятам, днем и ночью. Ни в частной, ни в общественной жизни — ни единого пятнышка. Но вот наконец мы его поймаем! Сама судьба отдает Нокса нам в руки. Эта речь подорвет его репутацию больше, нежели…</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> …дюжина незаконных детей.</p>
     <cite>
      <p>Смеются.</p>
     </cite>
     <p>Не забудьте, Ноксу пальца в рот не клади! Вы уверены, что он никому не наставит синяков? Ему действительно нечем подкрепить свою речь?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Не беспокойтесь.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Факты ведь можно подобрать какие угодно… Стоит только захотеть.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(решительно). У Нокса нет ничего, кроме подозрений и беспочвенных сплетен желтой прессы.</p>
     <cite>
      <p>Входит Слуга, оглядывает стол, расставляет посуду.</p>
     </cite>
     <p>Все его обвинения обернутся против него же самого. Над ним будут смеяться. Его речь прозвучит, как газетная утка в воскресном приложении. (Поглядев на слугу.) Сейчас сюда придут пить чай. Давайте-ка сбежим отсюда, пока не поздно.</p>
     <cite>
      <p>Слуга выходит.</p>
     </cite>
     <p>Пойдем в библиотеку и пропустим по одной.</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(вставая, с тихим злорадством). И вот наконец Али-баба получит по заслугам.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Али-баба?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Так ваша жена зовет этого самого Нокса.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Вы правы, совсем забыл. Ну что ж, пускай лезет в петлю. Наше дело — ссудить его веревкой…</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(понизив голос, тоном дружеского упрека). Кстати, сенатор, маленькое предостережение… Потише ведите себя в Нью-Йорке. Некая дама, — не будем ее называть, — о ней болтают в редакциях… Мы, конечно, стараемся замять разговоры, но надо быть осторожнее. Если Херст об этом пронюхает, он раздует такой скандальчик, что вы целый год не отмоетесь. Газет у него достаточно…</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс слушает собеседника со все большим раздражением; он хочет ответить, но в комнату входят Миссис Старкуэтер и Конни. Миссис Старкуэтер в полуобморочном состоянии. Конни, напротив, свежа, весела, сияет.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Том! Господи…</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс берет ее за руку, покровительственно успокаивает.</p>
     </cite>
     <p><strong>Конни </strong>(у которой энергия, как всегда, бьет через край, оживленно). Том, вот ужас! Ты только подумай! Знаешь, почему мама волнуется? Мы наехали на детскую колясочку. Наш шофер совсем не виноват. Глупая женщина переходила улицу как раз тогда, когда мы выехали из-за угла. Но мы задели ее только крылом. Ребенок жив — его просто вышвырнуло на мостовую. Так было смешно! (Увидев Хаббарда.) А, это вы, мистер Хаббард. Как поживаете?</p>
     <cite>
      <p>Здороваются.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(беспомощно оглядывается в поисках стула. Чалмерс, успокаивая ее, сажает в кресло). Ужасно! Ребенок мог погибнуть! И еще говорят, что эти женщины любят своих детей!</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Папы еще нет? Мы ведь должны были сюда за ним заехать. А где Маргарет?</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(чуть слышно, заметив Хаббарда). Ах, и вы здесь, мистер Хаббард…</p>
     <cite>
      <p>Хаббард подходит к ней, пожимает руку.</p>
     </cite>
     <p>Никак не могу привыкнуть ко всей этой суматохе… Все так торопятся. Автомобили ведь тоже от нечистого! Когда я была молода, мы жили прилично, солидно. Было время вздохнуть, подумать. А нынче ни на что не хватает времени. Просто голову теряешь… Один Энтони никогда не теряет головы. Он исключительный человек!</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Я убежден, что за всю свою жизнь мистер Старкуэтер ни разу не потерял голову.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Разве что, когда он за вами ухаживал.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(с горечью). Ну, я бы и этого не сказала.</p>
     <p><strong>Конни </strong>(нарочито деловым тоном). Отец посовещался с компаньонами, затем передал дело на рассмотрение своим юристам; когда они доложили ему, что не нашли в маме ни малейшего изъяна, он сверился с записной книжкой и сделал предложение в первые же свободные полчаса.</p>
     <cite>
      <p>Смеются.</p>
     </cite>
     <p>И пока папа объяснялся в любви, он не меньше двух раз поглядел на часы.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Ну, тогда Энтони был еще не так занят.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Да, тогда он еще не правил Соединенными Штатами.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Уж не знаю, чем он там правит, но у него нет ни минуты свободного времени! Дела, политика — какое безумие! Безумие, дела и политика… (Замолкает, чтобы перевести дух, и видит накрытый к чаю стол.) Чай! Я бы тоже выпила чашечку. Конни, я выпью чаю, а если папа не приедет, мы отправимся домой. (Чалмерсу.) Где Томми?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Поехал покататься с Маргарет. (Взглянув на часы.) Они сейчас вернутся.</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Мама, вы не засиживайтесь. Мне еще надо переодеться.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Ах да, еще этот прием! (Зевает.) Как бы мне хотелось сегодня полентяйничать!</p>
     <p><strong>Конни </strong>(Хаббарду.) Турецкий поверенный в делах… Никак не запомню, как его зовут! Такой комичный, просто ужас! Он сегодня дает обед в честь британского посла.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(приподнимаясь со стула). Вот и Томми!</p>
     <cite>
      <p>Снаружи доносится смех Маргарет Чалмерс и ликующий голос Томми. Маргарет и Томми показываются на пороге, держась за руки и не замечая присутствующих. Они вернулись с прогулки и еще не сняли пальто.</p>
     </cite>
     <p><strong>Томми.</strong> Ну, мамочка! Ну, пожалуйста!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, нет. В другой раз. Беги к Линде, мальчик.</p>
     <cite>
      <p>Томми замечает, что в комнате посторонние. Выглянув из-за двери, он видит миссис Старкуэтер и бросается к ней.</p>
     </cite>
     <p><strong>Томми </strong>(он явно любит свою бабушку). Бабушка! (Обнимает ее. Они целуются.)</p>
     <cite>
      <p>Маргарет целует Конни, здоровается с матерью, холодно пожимает руку Хаббарду.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(Чалмерсу). Раз ты уже здесь, прошу тебя, никуда не убегай.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(озабоченно разглядывает Томми, повернув его лицо к свету). Маргарет, ребенок опять похудел… (Чалмерсу.) Ты не находишь, Том?</p>
     <p><strong>Конни </strong>(Хаббарду). Маме вечно кажется, что Томми чахнет.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Да ну? А по-моему, он вполне упитанный паренек.</p>
     <p><strong>Томми </strong>(отцу). Я настоящий индеец! Правда, папа?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(с убеждением). Самый храбрый индеец из всего племени!</p>
     <cite>
      <p>В дверях появляется Линда.</p>
     </cite>
     <p>Погляди, вояка, тебя ищет Линда.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Линда, отведите мальчика в детскую. Беги, Томми!</p>
     <p><strong>Томми.</strong> Идем, бабушка. Я тебе что-то покажу. (Тащит ее за руку к двери, на пороге оборачивается, протянув другую руку Линде.) Мама, когда они уйдут, мы поиграем в индейцев?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(подходит к Томми и, наклонившись, обнимает его). Нет, миленький. Мне сегодня нужно поехать на этот противный обед. А вот завтра мы с тобой непременно поиграем.</p>
     <cite>
      <p>Томми огорчен и вот-вот надует губы.</p>
     </cite>
     <p>Ты ли это, мой маленький индеец?..</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Индейцы никогда не капризничают.</p>
     <p><strong>Томми </strong>(забыв о своем огорчении). Ну, хорошо, мамочка. Давай будем играть завтра… если ты сегодня не можешь.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет его целует. Томми, ведя за руки миссис Старкуэтер и Линду, уходит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(делает знак Хаббарду и говорит ему тихо, направляясь к двери направо). Давайте все-таки выпьем.</p>
     <cite>
      <p>Хаббард отходит от Конни и собирается последовать за Чалмерсом.</p>
     </cite>
     <p><strong>Конни </strong>(с упреком). Ну-у, если вы намерены удрать, я тоже не останусь!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Не уходи, Том. Папа приедет с минуты на минуту.</p>
     <p><strong>Конни.</strong> И вся семья будет в сборе.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Нам с мистером Хаббардом надо кое-что обсудить. Мы скоро вернемся.</p>
     <cite>
      <p>Уходят.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(с неожиданным порывом обнимая Конни). Пойду и я переоденусь. Побудь здесь, дружок. Сейчас начнут собираться гости. (Хочет уйти.) Конни. Маргарет!</p>
     <cite>
      <p>Маргарет останавливается.</p>
     </cite>
     <p>Мне надо с тобой поговорить. Ты не рассердишься?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет, улыбаясь, качает головой.</p>
     </cite>
     <p>Конечно, никто не принимает этого всерьез, а все-таки… я хотела тебя предупредить…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(с некоторым раздражением). Если речь идет о моем муже, можешь не продолжать. Сама знаешь, что он часто ведет себя не так, как следовало бы… Его похождения меня давно не трогают.</p>
     <cite>
      <p>Конни молчит.</p>
     </cite>
     <p>Ну?..</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Том тут ни при чем… (Пауза.) Это касается тебя.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Меня?</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Не знаю, как начать…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> А ты начни сразу с самого главного.</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Конечно, все это ерунда, но мама нервничает. Ты знаешь, какая она старомодная. Да и наше положение в обществе… папино, Тома… Ты встречаешься с этим человеком, а он ведь враг папы, враг твоего мужа, он их ругает на всех перекрестках… Завтра он собирается произнести в конгрессе одну из своих ужасных речей. Об этом пишут все газеты. Он намерен бросить нам в лицо ужасные обвинения!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ты имеешь в виду мистера Нокса? Но он не может никому причинить зла! Поверь мне.</p>
     <p><strong>Конни </strong>(со злостью). Ты так думаешь? На днях он публично обозвал папу вором!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну? Не слыхала. Когда это было?</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Он заявил, что короли биржи потеряли всякую совесть и так низко пали, что готовы украсть у нищего последнюю корку хлеба!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Да, но при чем тут папа?</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Ну, конечно, он имел в виду папу.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Глупышка. Станет папа воровать корки хлеба! Он и пальцем не двинет меньше чем за сто или хотя бы за пятьдесят миллионов долларов.</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Ты всегда так носишься с ним, когда вы встречаетесь в обществе. Он не отходил от тебя целых полчаса на рауте у Дагделей. Ты принимаешь его у себя, у Тома, несмотря на то, что этот Нокс его ненавидит!</p>
     <cite>
      <p>Во время их разговора из задней двери появляется Энтони Старкуэтер. Лицо его сумрачно, лоб нахмурен, словно он и на ходу продолжает вершить государственные дела. Заметив своих дочерей, он останавливается и, незаметно для них, прислушивается к их разговору.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> С чего ты взяла? Он любит людей. Он самый правдивый и самый добрый, самый чистый человек из всех, кого я знаю!</p>
     <p><strong>Конни </strong>(не слушая). Такие люди всегда приносят несчастье. Они возмущают народ, пустозвоны и демагоги!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(с укором). Зачем ты повторяешь чужие слова? Кто это тебе наговорил? Наверно, отец? За что вы его так, бедного, милого Али-Бабу?</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(покашливает, давая знать о своем присутствии). Кхем…</p>
     <p><strong>Конни и Маргарет.</strong> Папа!</p>
     <cite>
      <p>Маргарет и за ней Конни подходят к отцу и здороваются.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(тоном делового человека, привыкшего экономить время). Спасибо, спасибо. Чувствую себя превосходно. Что это за Али-Баба? Кто такой Али-Баба?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет смотрит на Конни полуукоризненно, полушутливо.</p>
     </cite>
     <p><strong>Конни.</strong> Говард Нокс.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Почему Али-Баба?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я так его прозвала. Али-Баба в пещере сорока разбойников. Помнишь «Тысячу и одну ночь»?</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(строго). Я давно собираюсь поговорить с тобой. С тех пор как ты вышла замуж, я не вмешивался ни в твою личную жизнь, ни в твое хозяйство. Но история с Ноксом переходит всякие границы. Говорят, ты даже принимаешь его у себя…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Он будет здесь и сегодня. Я его жду.</p>
     <cite>
      <p>Конни делает недовольный жест.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(невозмутимо). Моей дочери и жене сенатора Чалмерса не пристало принимать этого проходимца. Повторяю: я не вмешивался в твою жизнь с тех пор, как ты вышла замуж. Но тут вопрос не личный, а политический. Нокс — поджигатель, откровенный враг нашего класса. Зачем он тебе нужен?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Он мне нравится. И я горжусь, что могу назвать такого человека своим другом. Жаль, что на свете мало таких, как он. В нем нет ни капли низости, он не способен даже на самую маленькую ложь. И потом, разве не забавно наблюдать, как один порядочный человек может разворошить весь ваш муравейник… Привести в замешательство всех вас — промышленных магнатов, вершителей человеческих судеб. Разве ты не теряешься перед ним, отец? Сознайся, ведь теряешься, а? Вот он сейчас придет, и тебе будет неловко. Почему? Вопрос не личный, а политический, не правда ли? И касается он не меня, а тебя.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Нокс — опасный тип, и я не желаю, чтобы члены моей семьи имели с ним дело. Он не джентльмен.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Конечно, если считать джентльменом только того, у кого есть деньги… Нокс — самородок, он пробил себе дорогу своими руками…</p>
     <p><strong>Конни </strong>(прерывая ее). Твой Нокс утверждает, что деньги — это воровство, особенно если деньги принадлежат богатым!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Он хам и невежда.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Насколько мне известно, Нокс окончил университет в Орегоне.<a l:href="#n_93" type="note">[93]</a></p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Университет для погонщиков скота… Но я говорю не об этом. Он демагог. Он разжигает низменные страсти толпы.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Какие низменные страсти? О чем ты говоришь? Он требует запрещения детского труда и не хочет, чтобы вы так хищнически грабили природные богатства страны.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(нетерпеливо). Ты ничего не понимаешь… Когда я говорю, что Нокс — опасный тип, я подразумеваю под этим, что он хочет расшатать все устои, он грозит нам — опоре страны, залогу ее благоденствия.</p>
     <cite>
      <p>Конни, чувствуя, что в воздухе пахнет грозой, отходит от них в другой конец комнаты.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Кому это вам: столпам индустрии, банкирам и монополистам?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Хотя бы и так. Называй, как хочешь. Если бы не мы, страна погибла бы, попав в лапы ко всяким мерзавцам, вроде твоего Нокса.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(с укором). Какое ты имеешь право называть его мерзавцем?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Он сентиментальный мечтатель, полоумный фантазер. Наслушавшись глупостей, которые болтают такие, как он, чернь хватается за ножи и за бомбы.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Если он и не согласен с тобой в политике, он все равно порядочный человек. Один только бог знает, как редко теперь встретишь хорошего человека!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Меня не интересует ни его нравственность, ни то, что им движет. Он безумец. Может, по природе своей он и не злодей. Какая разница? Тем больше он может причинить зла.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Когда я думаю о той нищете, которая нас окружает… Нокс хочет, чтобы ее не было, и поэтому творит не зло, а добро. Он посвятил свою жизнь другим. Поэтому он беден. Зато у тебя не счесть миллионов. Еще бы! Ты ведь всегда думал только о себе.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Я тоже посвятил свою жизнь обществу. Я даю людям хлеб и работу. И понимаю, какую ответственность накладывает на меня мое богатство.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> А дети, изнемогающие от труда на фабриках? Скажи мне, попечитель народных богатств, неужели и это необходимо? Как у меня болит за них душа! Как мне всегда хотелось что-нибудь для них сделать, изменить их жизнь, чтобы они могли играть, а не работать! Кто дал вам право красть у них детство? Вы перечеканили их детство в звонкую монету. Говард Нокс мне нравится за то, что он называет кражу кражей; он не хочет, чтобы дети были обездолены. А ты? Что для них делаешь ты?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Сантименты. Пустые сантименты. Что ты понимаешь? Вопрос слишком сложен для женского ума. Тебе доступны только сантименты. И твоему Ноксу — тоже. Нельзя управлять девяноста миллионами людей при помощи сантиментов или абстрактных понятий о праве и справедливости.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Но что же у нас останется, если вы откажетесь от права и справедливости?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Мы живем в практическом мире, и он управляется практическими людьми, а не пустомелями, у которых мозги набекрень от старомодных бредней французских энциклопедистов и бунтовщиков.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет начинает терять терпение. Ее не очень обескуражила схватка с отцом, и ей хочется поскорее переодеться к чаю.</p>
     </cite>
     <p>Не забудь, дорогая, что и я прочел не меньше книг, чем твой погонщик скота из Орегона. В студенческие годы я тоже увлекался теориями всеобщего благоденствия и у меня были свои мечты. Тогда я не знал, как слаба и ненадежна человеческая плоть. Теперь я более трезво смотрю на жизнь. Но есть люди, которые никогда не трезвеют. Опасные мечтатели! (После паузы, еще крепче сжав тонкие губы.) Однако на этот раз ему крышка.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> В каком смысле?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Завтра Нокс произнесет в конгрессе речь; ему предложат предъявить доказательства тех обвинений, которые он выдвигает против правительства и против нас, опекунов страны. А никаких доказательств у него, естественно, нет. Он будет ошельмован и растоптан. Так погибнет Али-Баба и его глупые мечты.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Красивые мечты… И если бы на свете было больше таких, как Нокс, его мечты бы осуществились. В конце концов все в мире создано мечтателями, и только они одни и бессмертны. Но, может быть, и ты когда-нибудь поймешь, что мечтателя не так-то легко погубить. Прости, я больше не могу продолжать наш спор, мне нужно наконец переодеться. (К Конни.) Прими, дорогая, гостей. Я сейчас вернусь.</p>
     <cite>
      <p>Входит Джулиус Ратленд. Маргарет здоровается с ним.</p>
     </cite>
     <p>Вам придется меня извинить, я вас ненадолго покину.</p>
     <p><strong>Ратленд </strong>(здороваясь со всеми). Здесь заседает семейный совет?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, спорят о мечтах и мечтателях. Замените меня в качестве их адвоката.</p>
     <p><strong>Ратленд </strong>(кланяясь). С удовольствием. Мечтатели — истинная опора жизни нашей. Но о какой мечте и о каком мечтателе шла речь?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(в дверях). О социальной справедливости и равенстве для всех. Мы говорили о мистере Ноксе.</p>
     <p><strong>Ратленд </strong>(он явно раздражен; Маргарет не без удовольствия наблюдает за ним). Нокс! Он кощунствует. Он оскорбляет церковь. Он…</p>
     <p><strong>Конни </strong>(прерывая его). Он утверждает, что священники обкрадывают бога. Я сама слышала, как он говорил, будто единственный настоящий христианин давно распят на кресте!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Он только повторял слова Ницше.<a l:href="#n_94" type="note">[94]</a></p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(Ратленду, с довольной усмешкой). Здорово он вас поддел!</p>
     <p><strong>Ратленд </strong>(сдерживая ярость). Ницше — богохульник, сэр. Всякий, кто читает Ницше или ссылается на него, — тоже богохульник. Плохи дела в Америке, если такая ересь у нас в моде.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(прерывает его, смеясь). Вижу, защита мечтателей в надежных руках! Не забудьте — вы обещали защищать и мечты, не одних только мечтателей! (Уходит.) Ратленд (качая головой). Не понимаю, что творится с нашей молодежью. Вот ваша старшая дочь, например… Раньше она служила мне верной помощницей во всех моих маленьких делах милосердия. А теперь…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Она забыла о милосердии?</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Она совсем помешалась на рабочих поселках и детских садах!</p>
     <p><strong>Ратленд </strong>(зловеще). Во всем виноваты философы. И те, кто их читает, — вроде Нокса.</p>
     <cite>
      <p>Входят сенатор Даусет и Миссис Даусет. Конни идет им навстречу, они здороваются. Тем временем Старкуэтер, не обращая ни на кого внимания, устраивается в кресле на переднем плане справа, вынимает записную книжку и погружается в нее. Даусет и Ратленд садятся слева в глубине, Конни и миссис Даусет — за чайным столом. Конни звонит в колокольчик.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Даусет </strong>(понизив голос и многозначительно указывая глазами на Старкуэтера). Это ваш отец? Я так давно мечтала с ним познакомиться…</p>
     <p><strong>Конни </strong>(вполголоса). У него свои странности. Не обижайтесь, что он с вами не поздоровался. Он может и уйти, не попрощавшись.</p>
     <p><strong>Миссис Даусет </strong>(восторженно). Еще бы, его голова полна великих замыслов! Он удивительный человек! Муж говорит, что он величайший человек наших дней, куда могущественнее дюжины президентов, английского короля и немецкого кайзера вместе взятых.</p>
     <cite>
      <p>Входит Слуга с чайником. Конни разливает чай. Слышатся стереотипные фразы: «Два куска?», «Один, пожалуйста», «С лимоном?» и т. д. Ратленд и Даусет подходят к чайному столу. Конни, взглянув на отца и слегка поколебавшись, наливает ему чашку чаю и кладет на тарелочку печенье; все это она передает Даусету, который не очень охотно берет у нее чашку и тарелочку.</p>
     </cite>
     <p><strong>Конни.</strong> Прошу вас, сенатор, отнесите это отцу.</p>
     <cite>
      <p>До конца акта Старкуэтер ведет себя — быть может, бессознательно — словно некое высшее существо или коронованная особа. Он посылает за нужными ему людьми; послушные его воле, они приходят и уходят. Где бы он ни находился, он всегда хозяин положения. Все это признают. Одна Маргарет его не боится, однако и она позволяет ему вести себя у нее в гостиной так, как он хочет. Даусет несет через сцену чашку и тарелочку с печеньем. Старкуэтер его сперва не замечает.</p>
     </cite>
     <p>(Наблюдая за ними). Папа, чаю…</p>
     <cite>
      <p>Во время последующей сцены между Старкуатером и Даусетом последний беспомощно держит в руках чашку чаю и тарелочку с печеньем. Ратленду в это время наливают чай за столом, и он беседует с дамами.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(посмотрев на Конни, потом заглянув в чашку, издает неопределенный звук, означающий отказ. Заметив Даусета, он закрывает записную книжку, заложив пальцем нужную страницу). Ах, это вы.</p>
     <p><strong>Даусет </strong>(стараясь не показать своего смущения). Я очень рад… мистер Старкуэтер. Вот не ожидал вас здесь встретить… Не думал, что вы такой любитель светских развлечений… от души рад…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(резко). Почему вы не явились сегодня утром?</p>
     <p><strong>Даусет.</strong> Расхворался… лежал в постели…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Это не оправдание. Когда вас вызывают, вы должны являться. Понятно?.. Законопроект был возвращен в комиссию. Зачем он был возвращен в комиссию? Мой секретарь передал вам мои распоряжения?</p>
     <p><strong>Даусет.</strong> Произошла ошибка…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ошибок быть не должно. Вы больше не пользуетесь влиянием в сенате? Скажите, я найду кого-нибудь другого.</p>
     <p><strong>Даусет </strong>(с возмущением). Мне не нравится, когда со мной так разговаривают, мистер Старкуэтер. У меня тоже есть самолюбие.</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер недоверчиво хрюкает.</p>
     </cite>
     <p>Я порядочный человек, мистер Старкуэтер…</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер снова хрюкает.</p>
     </cite>
     <p>Я занимаю определенное положение в моем штате… я уважаемое лицо в администрации моего штата…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(обрывает его). Молчать!</p>
     <cite>
      <p>Даусет роняет чашку.</p>
     </cite>
     <p>Администрация вашего штата принадлежит мне!</p>
     <cite>
      <p>Даусет этого не знал; пытаясь скрыть смятение, он нагибается, чтобы поднять черепки.</p>
     </cite>
     <p>Оставьте мусор в покое! Я с вами разговариваю.</p>
     <cite>
      <p>Даусет вытягивается. Конни звонит в колокольчик.</p>
     </cite>
     <p>Я купил администрацию вашего штата и заплатил за нее наличными. Вы — просто движимое имущество, приобретенное мною в придачу. Вы стали сенатором, потому что мне это было удобно. И вы так же легко перестанете им быть. Понятно?</p>
     <p><strong>Даусет </strong>(бормочет). Понятно…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Законопроект должен быть провален.</p>
     <p><strong>Даусет.</strong> Слушаюсь, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Он должен быть провален втихомолку, без газетной шумихи.</p>
     <cite>
      <p>Даусет кивает головой.</p>
     </cite>
     <p>Можете идти.</p>
     <cite>
      <p>С побитым видом Даусет идет к группе за чайным столом. Справа, смеясь, входят Чалмерс и Хаббард; при виде Старкуэтера они сразу трезвеют. Старкуэтер едва отвечает на поклон Хаббарда.</p>
     </cite>
     <p>Подойди сюда, Том.</p>
     <cite>
      <p>Входит Слуга. Конни указывает ему на разбитую чашку. Пока слуга ее убирает, Старкуэтер молчит, продолжая изучать записную книжку. Чалмерс стоит перед ним, чувствуя себя несколько неловко. Хаббард присоединяется к группе за чайным столом. Собрав осколки чашки, слуга уходит.</p>
     </cite>
     <p>(Закрывает записную книжку, заложив ее пальцем на нужной странице и бросив на Чалмерса пронзительный взгляд.) Том, твоя любовная связь в Нью-Йорке должна быть прекращена. Понятно?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(вздрогнув). Кто вам насплетничал? Хаббард?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Зачем мне твой Хаббард? Я получаю сведения из своих источников.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Стоит ли говорить о таких пустяках?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Пустяки? Я знаю все подробности. Если хочешь, могу их тебе сообщить. С этим пора покончить. И я не намерен вступать с тобой в споры.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Вот не думал… что я был так неосторожен.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> В твоем положении нельзя быть неосторожным. На нас лежит великий и священный долг — мы несем на своих плечах ответственность за девяносто миллионов человеческих судеб. Стоит нам поскользнуться, и они пропали. За их душами и так охотятся невежественные демагоги. Если они победят, страна погибнет, погибнет цивилизация.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Вот не думал, что мои невинные забавы…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(пожав плечами). Ты ведь только одно из колесиков в машине. Я и еще несколько человек — мы сама машина. Но ты нужное нам колесико, и мы не хотели бы тебя потерять.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Потерять? Меня?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Стоит мне пошевелить пальцем, и тебе конец. Понятно? Ты заправляешь своим штатом? Отлично. Но не забудь: если я захочу, я завтра же куплю весь твой штат. И тебе не на что будет опереться. Тебе трудно изменить свою натуру, но помни хотя бы о величии наших задач. И будь осторожен. Нам приходится пользоваться и слабыми людьми. Но ты только и делаешь, что ублажаешь плоть. Пьешь. А у тебя плохое сердце. Я получаю донесения от твоего врача. Не забудь — ты женат на моей дочери. Она женщина сильная и делает нам честь. Я не допущу, чтобы ты ее позорил.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Ладно. Буду осторожен. Но раз уж вы о ней заговорили, я хотел бы продолжить эту беседу.</p>
     <cite>
      <p>Пауза. Старкуэтер невозмутим.</p>
     </cite>
     <p>Маргарет дружна с Ноксом. Он приходит сюда, в мой дом. Их водой не разольешь.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Да?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(поспешно). Само собой разумеется, я ее ни в чем не подозреваю. Но, согласитесь, что вашей дочери и моей жене не пристало поддерживать знакомство с этим анархистом, который постоянно нападает на нас и на все, что мы представляем.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Я начал говорить с ней на эту тему, но нас прервали. (Хмурит брови, размышляет.) Ты ее муж. Почему ты не приберешь ее к рукам?</p>
     <p>Из двери в глубине выходит Миссис Старкуэтер. Она кланяется гостям и, найдя взглядом мужа, направляется к нему.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Приберешь ее, как же! У нее характер… вроде вашего. К тому же я боюсь, что она кое-что знает о моих… шалостях…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(ехидно). Невинных шалостях?</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(обиженным тоном). Ах, вот ты где, Энтони. Опять говоришь о политике. А я хочу чаю. Томми выглядит ужасно. И чего только смотрит Маргарет?</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер снова погружается в изучение записной книжки.</p>
     </cite>
     <p>Не знаю, чем все это кончится, если матери разучились воспитывать своих детей. Твоя дочь занимается всем чем угодно, кроме своего собственного сына. И хотя бы ходила в церковь прилежно! Мистер Ратленд очень ею огорчен. Я хотела с ней поговорить… но уж лучше сделай это ты, Энтони! Она со мной совсем не считается. Еще бы! Всю жизнь поступала, как ей нравится. Это она в тебя. В мое время дети слушались родителей. А все эта суматоха! Ни на что не хватает времени. Вот и мне надо выпить чаю и бежать. Конни едва успеет переодеться. (Идет к чайному столу; Конни наливает ей чай.) Старкуэтер (Чалмерсу, который продолжает ждать его указаний). Пока все.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс направляется к столу, но в это время снаружи доносятся голоса. Входит Маргарет в сопровождении жены перуанского посланника Долорес Ортега и секретаря японского посольства Мацу Сакари, которых она встретила в вестибюле. Чалмерс поворачивается и идет им навстречу. Он здоровается с Долорес Ортега, как со старой знакомой. Его представляют Сакари. Маргарет поочередно здоровается со всеми гостями и, заменив Конни за чайным столом, продолжает разливать чай. Сакари подходит к Маргарет. Остальные располагаются тремя группами: Чалмерс и Долорес; Ратленд, Даусет и миссис Старкуэтер; Конни, миссис Даусет и Хаббард. Чалмерс передает чай Долорес Ортега; Сакари в ожидании своей чашки чаю болтает с Маргарет.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(передавая чашку Сакари). Как-то неловко предлагать вам эту жидкость. Чай умеют готовить только на Востоке. Признайтесь, наш способ заварки чая вам кажется варварским?</p>
     <p><strong>Сакари </strong>(кланяясь). Да, ваш американский чай, так же как и чай у англичан, совсем не похож на наш чай. Но ко всему привыкаешь. Сначала, когда я учился в Йейле, меня поражали ваши обычаи… Но только сначала. Сейчас… как бы это выразиться… я притерпелся к вашему чаю.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вы очень снисходительны к нашим недостаткам.</p>
     <p><strong>Сакари </strong>(кланяясь). Наоборот. Я всеми силами стараюсь не видеть в вашей замечательной стране никаких недостатков.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(смеясь). И вам удается? Вы необыкновенно вежливы, мистер Сакари.</p>
     <cite>
      <p>Появляется Нокс. Мгновение он стоит на пороге в нерешительности, затем направляется к Маргарет. Его движения несколько угловаты; видно, что ему здесь не по себе.</p>
     </cite>
     <p><strong>Сакари </strong>(заметив появление Нокса, ищет, к какой бы группе гостей ему пристать). Если разрешите, я вас покину, чтобы отведать этот… как бы это выразиться?.. Чай… (Кланяется и присоединяется к группе Конни, миссис Даусет и Хаббарда.) Нокс (здороваясь с Маргарет и с теми, кто сидит с ней рядом). Не знаю, зачем я пришел. Мне здесь не место. Все у вас здесь так странно…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(беспечно). Почему? Если вы Али-Баба, где же ваше место, как не в пещере сорока разбойников? Но ваши часы и кошелек здесь в безопасности…</p>
     <cite>
      <p>Нокс делает недовольное движение: его покоробил не свойственный ей легкомысленный тон.</p>
     </cite>
     <p><strong>Ну, не хмурьтесь.</strong> Надо же и отдохнуть раз в кои веки. (Показывая на Старкуэтера.) Вот там сидит владыка тьмы, тот дракон, которого вы поклялись поразить насмерть…</p>
     <cite>
      <p>Нокс смотрит на Старкуэтера; речь Маргарет его явно удивила.</p>
     </cite>
     <p>…человек, который держит в руках страховые компании, тресты и банки, металлургические и сталелитейные монополии, угольные шахты и судостроительные верфи, человек, который могущественнее Ротшильдов,<a l:href="#n_95" type="note">[95]</a> человек, который провалил ваш законопроект о детском труде и душит всякий росток свободы, ненавидит все, что дорого вам… Короче говоря, мой отец.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(разглядывая Старкуэтера). Мне следовало его узнать, ведь его фотографии не сходят с газетных страниц. Но почему вы так о нем говорите?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Потому что это правда.</p>
     <cite>
      <p>Нокс молчит.</p>
     </cite>
     <p>Разве не так? (Смеется.) Можете не отвечать. Вы знаете, что это правда, горькая, но правда. Продолжая осматривать пещеру сорока разбойников, вы увидите вон там рыцаря пера Хаббарда — доверенное лицо наших богачей.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(с отвращением). Ну, этого кто не знает! Сперва он писал статьи против нефтепромышленников, делая вид, что разоблачает их мошенничества, а затем, сторговавшись с ними, стал их защитником. Теперь он — самый главный в «Картрайтсе», с тех пор как журнал стал откровенно реакционным. На нем пробу негде ставить… Ей-богу, я, наверно, и в самом деле Али-Баба и не пойму, зачем я здесь!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вы здесь, сэр, потому, что я так захотела.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Верно. Но что нас с вами связывает?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Будущее…</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(смотрит на нее горящими глазами). Порою мне становится страшно настоящего.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет чуточку испугана, но не может скрыть радости.</p>
     </cite>
     <p>Я боюсь не за себя.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(поспешно). Не смотрите на меня так. Ваши глаза блестят. Про нас подумают бог знает что…</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(смущенно). Извините… я даже не заметил, что я… смотрел на вас не так, как мне…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Знаете, почему вы здесь? Потому, что я за вами послала.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(горячо). И вы знали, что я приду. Вы знали, что я пойду за вами, куда…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Постойте, постойте… Насчет вашей завтрашней речи… О ней говорят повсюду — ворчат, шипят, пророчат недоброе… Я знаю, как вы заняты, и мне не следовало вас звать. Но у меня не было другого выхода, я очень беспокоилась…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Как странно, что вы, вот такая… живя среди них всех… и вас занимает судьба простых людей!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я кажусь изменницей в собственном стане? Наверно, это так и есть. У меня тоже были свои мечты. С детства я начиталась книг о справедливом устройстве мира: «Республика» Платона,<a l:href="#n_96" type="note">[96]</a> «Утопия» Мора…</p>
     <cite>
      <p>Нокс слушает ее с жадным вниманием, глаза его блестят.</p>
     </cite>
     <p>И мечтала, что и я смогу хоть чуточку приблизить время, когда все люди будут жить честно и по совести. Я решила всей душой посвятить себя борьбе за человеческое счастье. Моим героем был Линкольн,<a l:href="#n_97" type="note">[97]</a> он остался моим героем и теперь. Но что могла сделать я, женщина? Меня отгораживала от жизни тысяча условностей, запретов, предрассудков… Стоило мне открыть рот — надо мной все смеялись. Что мне было делать? У меня ведь не было права голоса, мне приходилось молчать. И сидеть сложа руки. Действовать могли только мужчины. Они голосовали, произносили речи, правили страной. Место женщины — у домашнего очага.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Значит, вы понимаете, почему я стою за равноправие женщин!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я смотрела вокруг и наблюдала жизнь, или, вернее, мне казалось, что я ее вижу. Я рано узнала, что такое власть. У моего отца была власть. Он ведь магнат — так, кажется, называют подобных людей? Мне тоже нужна была власть. Но как ее получить? Ведь я же только женщина. Я подумала: может быть, эту власть мне даст муж? Вот отсюда-то все и пошло. Я встретилась с человеком, который стал моим мужем. Это был отличный спортсмен, богач и политический деятель с большим будущим. Отец пообещал мне, что если я выйду за него замуж, он сделает его хозяином штата, губернатором, пошлет его в сенат. Вот и все.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Ну? Что было дальше?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Дальше? Я вышла за него замуж. И поняла, что власть — в руках куда более могущественных, чем я предполагала. Они отняли у меня мужа и обратили его в политического приспешника моего отца. А у меня по-прежнему не было ни сил, ни власти. Тогда я подумала: будущее принадлежит детям. Хоть тут-то мне поможет то, что я женщина! Я ведь мать и могу дать миру здорового хорошего сына, вырастить чистого и благородного человека. Если я этого достигну, может быть, он сможет осуществить мою мечту, он сделает мир чище и счастливее для всех людей на земле. Я решила по мере сил выполнять свой материнский долг: занялась устройством хороших жилищ для рабочих и детских садов, чтобы помочь другим беспомощным маленьким человечкам, которые и есть наше будущее.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вы замечательная женщина! Вот почему я так покорно прихожу, когда вы меня зовете.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> И наконец я встретила вас. Вы мне показались рыцарем, сражающимся с ветряными мельницами, безрассудным мечтателем, который ополчился против власть имущих и знати, веря, что можно вырвать счастье для будущего… Я не сомневалась, что вас погубят. Но вы все еще живы и боретесь! Правда, ваша завтрашняя речь…</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(который неслышно подошел к ним с чашкой Долорес). Как поживаете, мистер Нокс? Кстати, об этой речи…</p>
     <cite>
      <p>Они пожимают друг другу руки.</p>
     </cite>
     <p>Чашку чаю, Маргарет. Для миссис Ортега. Два куска сахару.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет наливает чай.</p>
     </cite>
     <p>Только и слышишь, что об этой речи. Кажется, вы собираетесь задать нам жару.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(улыбаясь). Не больше, чем вы заслуживаете.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Вы намерены сказать правду, всю правду и ничего, кроме правды?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вот именно.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(принимает чашку от Маргарет). Поверьте, не так уж мы плохи, как вам кажется. Ко всякому вопросу можно подойти с разных точек зрения. Ведь мы, так же, как и вы, хотим стране только добра. И все еще надеемся найти с вами общий язык.</p>
     <cite>
      <p>Нокс иронически улыбается.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Том, не надо лгать. Ты надеешься совсем на другое. Ты надеешься свернуть ему шею.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(с мрачной улыбкой). Ну, если мы не найдем общего языка… А жаль. Вы могли бы далеко пойти. В союзе с нами. А выступая против нас, вы не добьетесь ничего — ровным счетом ничего. (Отходит от них.) Маргарет (взволнованно). Видите! Вот почему я встревожилась… И послала за вами. Том, и тот не скрывает, что они сотрут в порошок всякого, кто им будет противиться. А ваша речь грозит им опасностью. Вы знаете, какой железной рукой они правят в конгрессе, как им легко заткнуть рот такому, как вы. И все же они дают вам возможность выступить. Почему? Зачем?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(с улыбкой). Все очень понятно. Они знают, в чем я их собираюсь обвинить, и думают, что я произнесу поджигательскую речь, не имея в руках никаких доказательств. Они постараются превратить меня в ходячий анекдот. Телеграфные агентства, корреспонденты газет — все наготове, чтобы сделать меня завтра посмешищем во всех уголках страны. Но они зря думают, что я так уж беспомощен, у меня есть…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Доказательства?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Да.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Они у вас?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Их принесут мне вечером — документы, фотографии с документов, справки…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Молчите! Будьте осторожны. Ради бога, будьте осторожны!..</p>
     <p><strong>Миссис Даусет.</strong> Спасите меня, миссис Чалмерс! Мистер Сакари надо мной смеется.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вот уж не поверю!</p>
     <p><strong>Миссис Даусет.</strong> Честное слово! Он имел дерзость…</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(поддразнивая миссис Даусет). Дерзость!.. Сакари, вы ли это?</p>
     <p><strong>Сакари.</strong> Почтенная леди изволит шутить.</p>
     <p><strong>Миссис Даусет.</strong> Он имел дерзость спросить у меня, почему у нас на все такие высокие цены. Даусет уверяет, что у нас жизнь стоит так дорого потому, что люди тратят слишком много денег.</p>
     <p><strong>Сакари.</strong> Какая необыкновенная страна! Люди здесь бедны, потому что у них слишком много денег…</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Разве цены поднялись не оттого, что в обращении слишком много золота?</p>
     <p><strong>Миссис Даусет.</strong> Мистер Сакари сам высказал такую мысль, но стоило мне согласиться, как он же стал против нее возражать. Мистер Сакари обращается со мной просто ужасно!</p>
     <p><strong>Ратленд </strong>(откашлявшись, елейно). Все зло — в пьянстве. Пьянство подрывает основы основ — веру, промышленность, словом, все на свете. С каждым годом рабочие пьют все больше и больше. Работоспособность понижается, стоимость производства повышается. Отсюда — рост цен.</p>
     <p><strong>Даусет.</strong> Отчасти, только отчасти. Скажем точнее. Цены высоки еще и потому, что рабочие недостаточно бережливы. Если бы рабочие копили деньги, как это делают крестьяне во Франции, мы бы смогли больше продавать за границу и получать больше барышей.</p>
     <p><strong>Сакари </strong>(кланяется). Спасибо. Значит, чем бережливее народ, тем больше вы сэкономите, а чем больше вы экономите, тем больше вы можете продать, а чем больше вы продаете, тем лучше вам живется?</p>
     <p><strong>Даусет.</strong> Совершенно правильно.</p>
     <p><strong>Сакари.</strong> А чем меньше вы продаете, тем хуже вам живется?</p>
     <p><strong>Даусет.</strong> Еще бы!</p>
     <p><strong>Сакари.</strong> А если народ станет совсем, совсем бережливым и перестанет покупать что бы то ни было, наступит нищета?</p>
     <p><strong>Даусет </strong>(явно озадачен). Кхм… э… видимо…</p>
     <p><strong>Сакари.</strong> Значит, людям живется плохо, потому что они бережливы, а не потому что они расточительны?</p>
     <cite>
      <p>Даусет окончательно сбит с толку и молчит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Даусет </strong>(в комическом отчаянии поднимает руки к небу). Может быть, мистер Нокс объяснит нам, почему все стоит так дорого.</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер захлопывает записную книжку и прислушивается.</p>
      <p>Нокс улыбается, но молчит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Долорес.</strong> Просим, просим, мистер Нокс! Я умираю от любопытства — почему цены все время повышаются? Сегодня утром, кажется, снова поднялись цены на мясо.</p>
     <cite>
      <p>Нокс колеблется и вопросительно смотрит на Маргарет.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Мистер Нокс прольет нам свет на этот вопрос.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Неужто вы, бесстрашный трибун в конгрессе, струсили здесь, среди друзей?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Не подозревал, что у вас любят поговорить на такие темы.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(властно). Какова, по-вашему, причина роста цен?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(также резко). Кража.</p>
     <cite>
      <p>Это слово производит на всех впечатление разорвавшейся бомбы; но, будучи людьми хорошо воспитанными, они отвечают на него вежливыми улыбками.</p>
     </cite>
     <p><strong>Долорес.</strong> Какая романтическая идея. Значит, если у вас что-нибудь есть, вы это украли?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вроде того. Возьмем, к примеру, автомобили. В нынешнем году на покупку автомобилей было истрачено пятьсот миллионов долларов. Но откуда взялись эти деньги? Их заработали рабочие заводов и рудников, швеи, слепнущие в потогонных мастерских, продавщицы, зарабатывающие по четыре-пять долларов в неделю, дети на ткацких фабриках. И все, что вы истратили на автомобили, вы украли у тех, кто трудится в поте лица своего!</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Я всегда говорила, что во всем виноваты автомобили!</p>
     <p><strong>Долорес.</strong> Но, мистер Нокс, у меня тоже есть автомобиль!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> На него пошло немало труда. Уж не вашего ли?</p>
     <p><strong>Долорес.</strong> Господи, конечно нет! Я его просто купила.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Тогда вы, наверно, трудились над чем-нибудь другим? А потом обменяли продукт своего труда на автомобиль?</p>
     <cite>
      <p>Молчание.</p>
     </cite>
     <p>Почему же вы молчите? Потому, что вы владеете автомобилем, который сделан чужими руками и за который вы не отдали ни крохи своего труда? Вот это-то я и называю кражей. Вы это зовете правом собственности. А ведь это самая обыкновенная кража.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(прерывая Долорес Ортега, которая собиралась заговорить). Неужели у вас не хватает ума, чтобы посмотреть на вопрос шире? При чем тут ворованные автомобили? Возьмем меня. Я деловой человек. Но автомобилей я не краду.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(улыбаясь). Еще бы! Автомобили для вас слишком мелкая добыча. Ваши операции куда крупнее.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Я краду?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(пожимая плечами). Еще как!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Докажите.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Постараюсь. Вы крупнейший финансист, монополист, финансовый туз. Разрешите привести несколько цифр?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Говорите.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вы контролируете девять миллиардов долларов, вложенных в железные дороги, два миллиарда — в промышленные предприятия, миллиард — в страховые компании, еще миллиард — в банки и миллиарда два — в другие кредитные учреждения. Я не говорю, что все эти деньги вам принадлежат, но вы ими распоряжаетесь самовластно! Больше вам ничего и не надо. Распоряжаясь львиной долей капитала Америки, вы знаете, что остальные капиталисты покорно пойдут за вами следом. За последние несколько лет основной капитал американской промышленности был обманом раздут на лишних семьдесят миллиардов долларов. Но ведь это просто дым, чистейший дым, фикция!<a l:href="#n_98" type="note">[98]</a> Вы, биржевики, отлично знаете, что такое дым. Я назвал цифру в семьдесят миллиардов. Их может быть сорок, восемьдесят… словом, много! А что означает для вас весь этот дым ценою в семьдесят миллиардов долларов? Из пяти процентов годовых — три с половиной миллиарда прибыли. С другой стороны, это значит, что ежегодно потребитель платит за товары на три с половиной миллиарда долларов больше, чем они стоят на самом деле. А потребитель — это рабочий. Вот почему я и называю то, что вы делаете, кражей. Зачем же спрашивать, отчего у нас растут цены. Кто пускает дым? Кто за него берет деньги? Я или вы?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Но разве за то, что я управляю сотнями предприятий, мне не полагается вознаграждение?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вы, конечно, можете называть это вознаграждением, суть не меняется.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Но разве я не делаю два доллара там, где раньше делали один? Разве это не повышает благосостояние людей?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> А разве это — ваша цель?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Вы — опасный мечтатель… (Возвращается к своей записной книжке.) Ратленд (бросаясь на выручку). А я? Я тоже краду, мистер Нокс?.. К вашему сведению, я получаю жалованье за то, что проповедую слово божье.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вам платят жалованье из краденых денег. Хотите знать, кто вам платит? Не ваши прихожане, нет! Вам платят дети, работающие на фабриках. Вам платят бедняки, изнывающие от непосильного труда, — рабы, прикованные к фабричному колесу. Вот кто вам платит ваше жалованье!</p>
     <p><strong>Ратленд.</strong> Но я его зарабатываю!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Но не они должны вам платить!</p>
     <p><strong>Миссис Даусет.</strong> Да вы просто анархист, мистер Нокс! Вы еще хуже мистера Сакари. (Делает вид, что дрожит от страха.) Чалмерс (Ноксу). Вероятно, вы все это повторите в завтрашней речи?</p>
     <p><strong>Долорес </strong>(хлопая в ладоши). Он репетирует! Он пробует свою речь на нас!</p>
     <p><strong>Сакари </strong>(Ноксу). Простите, а как, по-вашему, можно помочь делу?</p>
     <p>Старкуэтер снова захлопывает свой блокнот и прислушивается к словам Нокса.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Сменив государственную машину, которая управляет жизнью девяноста миллионов американцев.</p>
     <p><strong>Сакари.</strong> В Йейлском университете<a l:href="#n_99" type="note">[99]</a> меня уверяли, что ваша государственная машина превосходна, просто превосходна.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Она давно изжила себя. И годится только на слом. Вместо того чтобы быть слугой народа, она стала его тираном. А все мы — рабами. Ею завладела свора политических жуликов и лицемеров. Снизу доверху нами управляют мошенники. Мы живем в царстве кражи.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Каков народ, таково и его правительство. Каждый народ имеет то правительство, которого он заслуживает. Если бы народ был лучше, у него и правительство было бы лучше.</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер кивает в знак согласия.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс.</strong> Лживые слова! Народ Соединенных Штатов Америки заслуживает лучшего правительства. Наш народ стоит выше правителей, которые преследуют только свою выгоду и заботятся только о своих интересах. Говоря о наших правителях, поневоле вспомнишь анекдот о четырех тузах. Мистер Сакари, вы знаете этот анекдот?</p>
     <p><strong>Сакари.</strong> К сожалению, нет.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> А вы играете в покер?</p>
     <p><strong>Сакари.</strong> Как же, чудесная игра! Я изучил ее… все в том же Йейлском университете. Наука обошлась мне довольно дорого.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Этот анекдот напоминает мне о наших политических деятелях. О совести они давно забыли. Для них кража — вещь вполне законная. Они считают, что банкомет вправе сдавать себе лучшие карты. Черт с ним! Ведь не вечно же он будет сдавать! Когда-нибудь колода перейдет в руки к ним — они свое возьмут!</p>
     <p><strong>Долорес.</strong> Где же ваш анекдот, мистер Нокс? Я тоже играю в покер.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Дело было в Неваде,<a l:href="#n_100" type="note">[100]</a> в поселке золотоискателей. Какой-то новичок наблюдал за игрой в покер. Стоя за спиной банкомета, он увидел, как тот сдал самому себе четыре туза, вытянув их из рукава. Новичок подошел к игроку, сидевшему против банкомета. «Послушайте, — шепнул он, — я видел, как банкомет вытащил из рукава четыре туза». «Ну и что?» — спросил игрок. «Я хотел вас предупредить», — ответил новичок. «Послушай-ка, парень, — сказал игрок. — Не путайся не в свое дело. Ты в этой игре ни черта не смыслишь. Сейчас карты сдает он. Ну, а потом буду сдавать я…»</p>
     <cite>
      <p>Общий смех.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(вставая). Хватит говорить о политике! Долорес, расскажите нам лучше о вашем новом автомобиле.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Мне пора идти. (Тихо Маргарет.) Неужели я должен всем им подать руку?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(отрицательно качая головой, смеется). Милый вы мой Али-Баба!</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(вполголоса, угрюмо). Кажется, я свалял дурака.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Наоборот. Я горжусь вами.</p>
     <p><strong>Сакари </strong>(подходя к Маргарет). К сожалению, и я должен вас покинуть. Благодарю вас, миссис Чалмерс, за то редкое удовольствие, которое мне доставило посещение вашего дома.</p>
     <cite>
      <p>Уходит вслед за Ноксом. Появляется Слуга; он подает Старкуэтеру на подносе телеграмму. Маргарет садится подле Долорес Ортега и Чалмерса и продолжает с ними разговор об автомобилях.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(читает телеграмму). Ах, дьявол!</p>
     <p><strong>Слуга.</strong> Простите, сэр?..</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Позовите сенатора Чалмерса и мистера Хаббарда.</p>
     <p><strong>Слуга.</strong> Слушаюсь, сэр.</p>
     <cite>
      <p>Идет к Чалмерсу и Хаббарду. Те поспешно подходят к Старкуэтеру и стоя ждут, пока он перечитывает телеграмму. Тем временем Маргарет обходит гостей, собирает их в одну группу и сама садится так, чтобы иметь возможность наблюдать за отцом.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(вставая). Телеграмма из Нью-Йорка, от Мартина. Пропали секретные бумаги из моего личного архива. Подкуплена стенографистка. Помните, Том, такая дама неопределенного возраста? (Слуге, который собирается уйти.) Эй, вы!</p>
     <cite>
      <p>Слуга приближается.</p>
     </cite>
     <p>Позвоните Доблмену. Пусть явится немедленно.</p>
     <p><strong>Слуга.</strong> Простите, сэр?.. Кому?..</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(раздраженно). Моему секретарю. Домой. Доблмену. Немедленно.</p>
     <cite>
      <p>Слуга уходит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Кто совершил эту кражу?</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер пожимает плечами.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Какой-нибудь шантажист.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> А что, если…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(с нетерпением). Кто?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> …Нокс использует эти документы в своей завтрашней речи?</p>
     <cite>
      <p>Пауза. Старкуэтер и Хаббард молча смотрят друг на друга.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(поднимаясь). Энтони, ты едешь? Конни еще надо переодеться.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Я никуда не еду. Поезжайте с Конни.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Не забудь: мы приглашены на званый обед.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Я никогда ничего не забываю.</p>
     <cite>
      <p>Вошедший Слуга подходит к Старкуэтеру и ждет, пока миссис Старкуэтер кончит говорить. Старкуэтер бесстрастно и терпеливо выслушивает ее.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Подумать только, о чем здесь все время говорили? О воровстве… Когда я была молода, в обществе было не принято говорить о воровстве. Идем, Конни.</p>
     <p><strong>Миссис Даусет.</strong> Мне кажется, что пора и нам.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет прощается с гостями. Миссис Старкуэтер уходит с Конни, Даусет вместе с миссис Даусет. Старкуэтер, не обращая на них внимания, поворачивается и вопросительно смотрит на вошедшего слугу.</p>
     </cite>
     <p><strong>Слуга.</strong> Мистер Доблмен уже выехал сюда, сэр. Он будет с минуты на минуту.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Проведите его ко мне немедленно.</p>
     <p><strong>Слуга.</strong> Слушаюсь, сэр. (Уходит.)</p>
     <cite>
      <p>Маргарет, Долорес Ортега и Ратленд продолжают сидеть за чайным столом. Маргарет снова наливает чай Ратленду. Время от времени Маргарет поглядывает на встревоженную группу в другом конце комнаты.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Если бы я был уверен, что документы у Нокса, я выдрал бы их у него из глотки.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Не болтай глупостей. Положение слишком серьезное.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> У Нокса нет денег. А стенографистка мистера Старкуэтера стоит недешево.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> В этом деле замешан кто-то еще.</p>
     <cite>
      <p>Торопливо входит Доблмен. Он очень возбужден, но прекрасно держит себя в руках.</p>
     </cite>
     <p><strong>Доблмен </strong>(Старкуэтеру). Вы получили телеграмму?</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер кивает головой.</p>
     </cite>
     <p>Я связался с Нью-Йорком, переговорил с Мартином и тотчас выехал, чтобы доложить вам.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Что сказал Мартин?</p>
     <p>Ратленд и Долорес прощаются с Маргарет, которая провожает их и выходит вместе с ними.</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Осмотр ваших архивов показал, что они не тронуты.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Слава богу!</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Но, увы, на самом деле это не так. Стенографистка призналась. Она исподволь вынимала из папок письма и документы. Их фотографировали и возвращали обратно. Но наиболее важные документы заменены копиями. Сама стенографистка не знает, какие документы теперь подлинные, а какие — копии.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Нокс тут ни при чем.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> На кого она работала?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> На газетный концерн Херста.</p>
     <cite>
      <p>На лицах собеседников тревога.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Херст? (Размышляет.) Хаббард. Ну, это не страшно. Кто поверит очередной шумихе бульварной прессы!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> На этот раз он, кажется, собирается действовать умнее. Документы будут переданы члену конгресса Ноксу; он сошлется на них в завтрашней речи. Если Нокс огласит документы с трибуны конгресса, они приобретут совсем иной вес. И в тот же час Херст опубликует их в своих газетах. Ловкая собака! Знал, когда ударить по мне и по правительству. Как раз теперь, когда нам надо провести ряд важных законов. Думает этим заработать популярность у галерки. (Доблмену.) Мартин сообщил вам, какие документы украдены?</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(заглядывая в записную книжку). В точности ничего не известно… Но он говорил о переписке с компанией Гудьир, о каледонских письмах, о переписке «Черный всадник», он также упомянул (снова смотрит в записную книжку) письма Эстенбери и Глутса и немало других.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ужасно!.. (Взяв себя в руки.) Благодарю вас, Доблмен. Поезжайте обратно. Свяжитесь снова с Нью-Йорком. Пусть сообщат подробности. Я скоро буду дома. Машина вас ждет?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Такси, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Езжайте и никому ни слова.</p>
     <cite>
      <p>Доблмен уходит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Видно, дело серьезное?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Серьезное! История не знала подобного скандала. На карту поставлены сотни миллионов долларов. Но этого мало: под угрозой самое наше могущество. Толпа — темная масса людей с убогим сознанием — может восстать и разрушить то, над чем я трудился всю жизнь. Дурачье!</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Страшно подумать, какой поднимется вой, если Нокс произнесет речь и предъявит доказательства!</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Неприятная история! Народ и так возбужден. Его беспокойство разжигает левая пресса, подстегивают красные демагоги. Мы сидим на пороховом погребе.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> А Нокс, оказывается, не дурак, хоть и мечтатель. Хитрый негодяй. И умеет драться. Недаром он с Запада, потомок пионеров. Отец его пересек с запряжкой волов пустыню до Орегона. Этот тип знает, когда вовремя пойти с козыря, тем более, что судьба дала ему в руки целую колоду козырей.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Да, такого еще с вами не бывало!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Меня никогда не касались грязные руки. Я был для них недосягаем. Но ведь стоит только позволить до себя дотронуться, и кто знает, каков будет конец?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Дело, чего доброго, дойдет до смены правительства.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(яростно). И тогда к власти придет новая партия — партия демагогов. Она потребует национализации железных дорог и средств связи, прогрессивного налога, то есть фактической конфискации частного капитала!</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> А радикальные законопроекты? Они сразу посыпятся, как горох, — законы о запрещении детского труда, об ответственности предпринимателей, о государственном контроле над угольными месторождениями Аляски, о невмешательстве в дела Мексики… Под ударом и ваш энергетический концерн, который вы с таким трудом создавали!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Я этого не допущу! Задержать процесс капиталистического развития — это бедствие, которого нельзя позволить. Мы откатимся назад лет на десять. Нужно будет работать не покладая рук, чтобы наверстать упущенное. Дело не только в законопроектах, которые нам будут мешать. Нельзя допустить, чтобы грязные руки толпы дотрагивались до рычагов управления. Это ведь анархия! Гибель и разорение для всего этого быдла, которое своими же руками готово разрушить собственное благополучие.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Безусловно.</p>
     <cite>
      <p>Слева вбегает Томми. Он хочет пробежать через сцену, но, увидев посторонних, тихонько заползает под чайный стол. Следом за ним появляется Маргарет; она играла с Томми в пятнашки. Увидев беседующих мужчин, останавливается; те ее не замечают.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Значит, документы сейчас у Нокса.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Они должны быть возвращены.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Я беру это на себя.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Не теряйте времени. В вашем распоряжении меньше суток. Сперва попробуйте договориться… Предложите ему отступного, любую сумму. Ведь есть же на него цена…</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> А если нет?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Тогда добудьте документы другими средствами…</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Что вы имеете в виду?..</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Не мне вам объяснять. Но что бы ни случилось, мое имя не должно быть замешано. Понятно?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(делая вид, что только что вошла в комнату. Весело). Что тут происходит? Заговор?</p>
     <cite>
      <p>Все вздрагивают.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Да. Мы сговариваемся, как поднять цены еще выше.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> И как украсть побольше автомобилей.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(не обращая внимания на Маргарет, направляется к двери направо). Я ухожу, Хаббард, не теряйте времени. Том, пойдем со мной, ты мне нужен.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Домой?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Да.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Тогда я сперва переоденусь и выеду следом за вами. (К Маргарет.) Ты заедешь за мной по дороге на обед?</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер и Чалмерс уходят. Хаббард прощается с Маргарет. Маргарет продолжает стоять, прижав руку к груди. Огорченный Томми, напрасно ожидавший, что мать будет искать его, вылезает из-под стола и берет ее за руку. Она не обращает на него внимания.</p>
     </cite>
     <p><strong>Томми.</strong> Мамочка, ты не хочешь больше играть?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет не отвечает.</p>
     </cite>
     <p>Я был таким хорошим индейцем…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(приходит в себя и взволнованно прижимает к себе Томми). Томми!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Действие второе</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <cite>
      <p>Гостиная двухкомнатного номера Говарда Нокса в отеле. Восемь часов вечера, в комнате полутемно.</p>
      <p>Вход из холла — справа; там же, в глубине сцены, дверь в соседний номер. В центре задней стены книжный шкаф, по обе стороны окна, закрытые портьерами. В левой стене дверь в спальню. Ближе к авансцене камин. Рядом с ним квадратный стол, заваленный книгами, журналами, бумагами и пр. Справа, ближе к авансцене, письменный стол, на нем телефон, бумаги. У письменного стола винтовое кресло. Между дверью, ведущей в спальню, и камином низкие книжные полки, уставленные толстыми томами. В простенках книжные шкафы, конторские шкафчики для документов.</p>
      <p>При поднятии занавеса сцена пуста. За запертой дверью в соседний номер слышен легкий шум, затем дверь в комнату распахивается. Показывается чья-то голова, ч е л о в е к осторожно оглядывается, входит. Щелкает выключатель. Появляется другой человек. Оба они ловкие и решительные, прилично одетые люди, на них темные костюмы, крахмальные воротнички.</p>
      <p>Вслед за ними входит Хаббард. Оглядывает комнату, подходит к бюро, берет нераспечатанное письмо, читает адрес.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Правильно, это комната Нокса.</p>
     <p><strong>1-й агент.</strong> Да уж будьте покойны. Ошибки быть не может.</p>
     <p><strong>2-й агент.</strong> Вот повезло, что тот усатый тип сегодня выехал.</p>
     <p><strong>1-й агент.</strong> Коридорный еще не успел сдать ключ, а я уже снял соседний номер.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Ладно, приступайте к делу. Там у него, наверно, спальня. (Идет к двери в спальню, отворяет ее, заглядывает, зажигает свет, гасит, снова возвращается обратно к своим людям.) Вам говорили, что надо искать? В случае успеха каждый из нас заработает по пять сотенных. Сверх жалованья.</p>
     <cite>
      <p>Во время разговора все трое старательно обыскивают письменный стол, ящики, шкафы и т. д.</p>
     </cite>
     <p><strong>2-й агент.</strong> Видно, Старкуэтеру здорово приспичило.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Помалкивай! Не смей произносить его имя!</p>
     <p><strong>2-й агент.</strong> Уж и имени его назвать нельзя! Что и говорить, важная персона!</p>
     <p><strong>1-й агент.</strong> Сколько лет на него работаю, а он меня ни разу не удостоил хотя бы словечком!</p>
     <p><strong>2-й агент.</strong> Я прослужил у него два года, прежде чем узнал, кто у меня хозяин.</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(первому). Ты бы лучше вышел в холл и поглядел, не идет ли Нокс. Он может прийти с минуты на минуту.</p>
     <cite>
      <p>1-й агент вынимает отмычки, идет к двери направо. Отпирает ее и, оставив слегка приоткрытой, выходит. Звонит телефон. Хаббард вздрагивает.</p>
     </cite>
     <p><strong>2-й агент </strong>(ухмыляясь). Это только телефон.</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(продолжая обыск). Видно, вы немало поработали на старого…</p>
     <p><strong>2-й агент </strong>(передразнивая его). Помалкивайте! Не смейте произносить его имя!</p>
     <cite>
      <p>Телефон звонит снова и снова, настойчиво, беспокойно.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард </strong>(изменив голос). Алло! Слушаю… (На лице его удивление, он узнал голос и заулыбался.) Нет, это не Нокс… Вы ошиблись номером… (Вешает трубку. 2-му агенту.) Сразу повесила!</p>
     <p><strong>2-й агент.</strong> Знакомая?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Нет, показалось.</p>
     <cite>
      <p>Молча шарят по комнате.</p>
     </cite>
     <p><strong>2-й агент.</strong> Ни разу не перемолвился с его светлостью хотя бы словечком. А деньги он мне платит исправно.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Ну и слава богу. Чего тебе еще?</p>
     <p><strong>2-й агент.</strong> Обидно! Словно меня и нету.</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(выдвигая ящик и рассматривая его содержимое). Да ведь деньги-то тебе идут!</p>
     <p><strong>2-й агент.</strong> Идти-то они идут, а все равно обидно! Да и деньги он платит не зря.</p>
     <cite>
      <p>В дверь справа входит 1-й агент. Он двигается торопливо, стараясь не производить шума. Тихонько притворяет за собой дверь, забыв, однако, ее запереть.</p>
     </cite>
     <p><strong>1-й агент.</strong> Кто-то вышел из лифта и идет сюда.</p>
     <cite>
      <p>Хаббард и оба агента быстро идут к двери в глубине направо. 1-й агент оглядывает комнату, замечает выдвинутый Хаббардом ящик стола, возвращается, чтобы его задвинуть, гасит свет. Все трое выходят. Тишина. В дверь из холла стучат. Молчание. Дверь отворяется, и в комнату входит Джиффорд. Зажигает свет; побродив по комнате, смотрит на часы, усаживается в кресло возле камина. Слышно, как в замке поворачивается ключ, но дверь не заперта, и в комнату с ключом в руке входит Нокс.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс </strong>(пожимает руку Джиффорду). Как вы сюда попали?</p>
     <p><strong>Джиффорд.</strong> Обыкновенно. Дверь была не заперта…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Что-то у меня с памятью не того… Наверно, забыл запереть.</p>
     <p><strong>Джиффорд </strong>(вынимает из грудного кармана пачку документов и передает ее Ноксу). Вот они.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(листает их с волнением). Вы уверены, что они подлинные?</p>
     <cite>
      <p>Джиффорд кивает.</p>
     </cite>
     <p>Мне ведь нельзя рисковать. Херст в последнюю минуту может уйти в кусты. Ему это не впервой.</p>
     <p><strong>Джиффорд.</strong> Он долго со мной торговался, хотел дать копии, и я уж начал подумывать, что зря прокатился в Нью-Йорк. Но я стоял на своем, как скала. Либо, говорю, давайте Ноксу оригиналы, либо ничего не будет. В конце концов он уступил.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Не знаю, понимаете ли вы, что они для меня значат и как я вам благодарен…</p>
     <p><strong>Джиффорд.</strong> Бросьте! О чем тут говорить! У Херста с ними свои счеты, он вне себя от радости… А рабочим ваши разоблачения сулят настоящую победу. Да и вы сможете наконец высказаться. Как там дела с законом о возмещении за увечья?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(устало). Да все так же. Застрял в комиссии. Можете быть уверены, там он и погибнет. Да и чего ждать от Законодательной комиссии? Там сидят люди, прочно связанные с железнодорожными компаниями.</p>
     <p><strong>Джиффорд.</strong> Профсоюз железнодорожников очень заинтересован в этом законе.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вашим железнодорожникам не видать его, как своих ушей, покуда они не научатся голосовать за того, за кого следует. Когда наконец ваши профсоюзные лидеры поверят, что нужны не только стачки, но и политическая борьба?</p>
     <p><strong>Джиффорд </strong>(протягивая ему руку). Ладно. Мне пора, не то я объяснил бы вам, почему наши профсоюзы не занимаются политической борьбой.</p>
     <cite>
      <p>Нокс бросает пачку с документами на книжную полку между камином и дверью в спальню; прощается с Джиффордом.</p>
     </cite>
     <p>Поосторожнее с этими бумагами. Если бы я вам сказал, сколько за них заплатил Херст, вы бы их так не бросали.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Они здесь в безопасности.</p>
     <p><strong>Джиффорд.</strong> Вы эту шайку недооцениваете. Они ни перед чем не остановятся.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Никто, кроме нас с вами, не знает, что документы здесь. Ночью я их положу под подушку.</p>
     <p><strong>Джиффорд </strong>(направляясь к двери). Не хотел бы я быть в конторе Старкуэтера, когда откроется пропажа. Люди там хлебнут горя. (Задерживается у выхода.) Задайте этим господам завтра перцу как следует. Я буду на галерке. Прощайте. (Уходит.)</p>
     <cite>
      <p>Нокс подходит к окну, открывает его, возвращается к письменному столу, садится в кресло и начинает разбирать почту. Стук в дверь.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс.</strong> Войдите.</p>
     <cite>
      <p>Входит Хаббард, подходит к письменному столу. Не подав Ноксу руки, обменивается с ним поклоном и садится. Нокс, повернувшись в винтовом кресле лицом к посетителю, ждет.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард.</strong> С таким человеком, как вы, лучше вести дело начистоту. Мы с вами люди взрослые, давайте не играть в прятки. Вы знаете, что мое положение позволяет мне…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> О да, насчет вашего положения я все знаю.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Мы не хотим с вами ссориться.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Что ж, попробуйте уговорить ваших хозяев жить честно и не грабить народ.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Поберегите ваше красноречие до завтра. Нас все равно никто не слышит. Вам выгоднее с нами договориться…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вы что, хотите меня купить?</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(любезно). Что вы! С чего вы взяли? Дело совсем не в этом. Вы ведь член конгресса. А карьера всякого выборного лица зависит от того, в какой он заседает комиссии. Вас закопали в комиссию мер и весов, — мертвое дело! Скажите слово, и вас назначат в самую что ни на есть влиятельную комиссию…</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(прерывая его). А кто же раздает эти назначения? Вы?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Конечно. Не то зачем бы я к вам пришел?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(задумчиво). Я знал, что наше государство прогнило насквозь, но все-таки не подозревал, что правительственными постами торгуют оптом и в розницу.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Значит, вы согласны?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(с издевкой). А вы в этом сомневались?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Есть и другой выход. Вас интересуют социальные проблемы, а те, кого я представляю, питают самый горячий интерес к вам и к вашему будущему. Для того, чтобы вы могли углубить свои познания, они согласны послать вас в Европу. Вдали от бестолковой политической суеты вы сможете посвятить себя науке. Вам дадут возможность пробыть там, скажем, лет десять, и ежегодно будут выплачивать по десять тысяч долларов. В день, когда вы покинете Америку, вы получите сверх того кругленькую сумму в сто тысяч долларов.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Интересно. Вот, значит, как вы покупаете людей.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Поймите, мы печемся только о процветании социальных наук!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вы же сами сказали, что нам не к чему играть в прятки!</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(решительно). Вы правы! Сколько вы хотите?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> За что? Чтобы бросить политику? Вы решили купить меня всего, с потрохами?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Не только. Мы хотим купить известные вам документы.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(невольно вздрогнув). Какие документы?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Теперь вы собираетесь играть со мной в прятки? Порядочный человек не должен врать, даже…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Такому малопорядочному человеку, как вы?</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(улыбаясь). Даже такому, как я. Но вы себя выдали. Вы отлично знаете, о чем идет речь. О документах, выкраденных Херстом у Старкуэтера. Вы ведь, кажется, собирались их завтра огласить?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Да, я собираюсь их завтра огласить.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Вот именно. Сколько вы за них хотите? Назовите цену.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Я ничего не продаю. И вообще ничем не торгую.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Минуточку! Не горячитесь. Вы забыли, с кем имеете дело. Вам все равно не придется воспользоваться документами… Уж в этом вы мне поверьте. Куда выгоднее продать эти бумажки за большие деньги.</p>
     <cite>
      <p>Стук в дверь. Хаббард вздрагивает.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс.</strong> Войд…</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Тише! Меня не должны здесь видеть.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(смеясь). Боитесь скомпрометировать себя моим обществом?</p>
     <cite>
      <p>В дверь снова стучат, уже настойчивее.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард </strong>(вскакивает в испуге, не давая Ноксу ответить). Не пускайте! Я не хочу, чтобы нас видели вместе! Да и вам это может повредить.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(тоже встает и направляется к двери). Мне нечего скрывать. Я ни с кем не встречаюсь тайком, украдкой. (Идет к двери. Хаббард испуганно озирается и скрывается в спальне, прикрыв за собою дверь. На протяжении последующей сцены Хаббард время от времени приоткрывает дверь и наблюдает за происходящим в комнате. Нокс открывает дверь в холл и отступает в изумлении.) Маргарет! Миссис Чалмерс!..</p>
     <cite>
      <p>Входит Маргарет в сопровождении Томми и Линды. На Маргарет вечернее платье и бальная накидка.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Простите меня за вторжение, но мне нужно было вас срочно видеть. Я не могла дозвониться по телефону. Звонила, звонила и все попадала не туда.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(овладевая собой). Да? Я так рад… (Замечает Томми.) Здравствуй, Томми. (Протягивает ему руку, тот серьезно ее пожимает. Линда остается у двери.) Томми. Как поживаете?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> У меня не было другого выхода. Мне надо было вас предупредить. Как видите, я под надзором Томми и Линды. (Оглядывает комнату.) Здесь вы готовите лекарства от социальных болезней?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Ах, если бы у меня был к этому такой же талант, как у Эдисона к технике!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Он у вас есть. Вы и не представляете себе, как важно людям то, что вы делаете. Я знаю вас лучше, чем вы знаете себя сами.</p>
     <p><strong>Томми.</strong> Вы читаете все эти книжки?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Да, я их читаю. Я все еще учусь. А чему ты станешь учиться, когда вырастешь? Кем ты хочешь быть?</p>
     <cite>
      <p>Томми задумывается, но сразу не отвечает.</p>
     </cite>
     <p>Президентом Соединенных Штатов?</p>
     <p><strong>Томми.</strong> Папа говорит, что президенты ни черта не стоят!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Даже такой, как Линкольн?</p>
     <cite>
      <p>Томми в нерешительности.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Разве ты не помнишь, какой хороший человек был Линкольн? Мама ведь тебе рассказывала.</p>
     <p><strong>Томми.</strong> Но его убили! Я не хочу, чтобы меня убивали! Знаете что?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Ну?</p>
     <p><strong>Томми.</strong> Я хочу быть сенатором, как папа. Они все пляшут под его дудку.</p>
     <p>Маргарет явно обескуражена. Глаза Нокса смеются.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Кто?</p>
     <p><strong>Томми </strong>(растерянно). Не знаю. (Доверчиво.) Но они пляшут, он сам так сказал.</p>
     <cite>
      <p>По сигналу Маргарет Линда подходит к Томми и берет его за руку.</p>
     </cite>
     <p><strong>Линда </strong>(направляясь к окну). Пойдем, Томми, поглядим в окошко.</p>
     <p><strong>Томми.</strong> Я хочу поговорить с мистером Ноксом.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ступай с Линдой, мальчик. Мама сама хочет поговорить с мистером Ноксом.</p>
     <cite>
      <p>Томми покоряется, и Линда отводит его к окну.</p>
     </cite>
     <p>Вы не хотите предложить мне сесть?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Простите, бога ради. (Подвигает ей самое удобное кресло и садится в винтовое кресло напротив.) Маргарет. Я к вам на одну минутку. Мне нужно отвезти Томми домой, а потом заехать за мужем, чтобы отправиться с ним на званый обед.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> А ваша служанка, она не…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Линда? У нее каленым железом ничего не выпытаешь. Мне иногда стыдно, что она мне так предана, я этого не заслуживаю. (Торопливо.) Когда вы сегодня ушли, отец получил телеграмму. Важную телеграмму. Сразу же приехал его секретарь. Отец позвал Тома и мистера Хаббарда, и они вчетвером стали о чем-то совещаться. Насколько я поняла, пропали какие-то документы, и они думают, что документы у вас. Они не называли вашего имени, но я уверена, что речь шла о вас. У отца был такой встревоженный вид. Будьте осторожны! Умоляю вас, будьте осторожны!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Что вы, мне ничего не угрожает!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вы их не знаете. Вы их совсем не знаете. Они ни перед чем не остановятся, ни перед чем. Отец уверен, что ему все дозволено.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Да, в том-то и беда. Он убежден, что ему поручено устанавливать законы бытия. И править миром.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Он верит в себя, как в бога, — это его религия.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> И как у каждого фанатика, вера превращается у него в навязчивую идею.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ему кажется, что от него зависят судьбы цивилизации и что забота о ней — его священный долг.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Я знаю.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Но дело не в нем, а в вас. Я знаю, вам грозит опасность!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Нет. Я сегодня никуда не выйду. А завтра, при свете дня, они ни на что не решатся. Я пойду в конгресс и произнесу мою речь.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Господи! Если с вами что-нибудь случится…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вы… вас беспокоит моя судьба?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет кивает, опустив глаза.</p>
     </cite>
     <p>Судьба Говарда Нокса — общественного деятеля? Или просто судьба Говарда Нокса — человека?..</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(с внезапно прорвавшимся чувством). Почему мы, женщины, должны молчать? Почему я не могу сказать вам то, что вы и так знаете, чего вы не можете не знать. Да, меня тревожит ваша судьба, судьба борца и человека… (Замолкает, бросив взгляд на стоящего у окна Томми, инстинктивно понимая, что не должна поддаваться порыву чувства в присутствии сына.) Линда, отведите Томми вниз и подождите меня в машине…</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(тихо, с испугом). Что вы делаете?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(жестом принуждая его молчать). Я приду за вами следом.</p>
     <cite>
      <p>Линда и Томми направляются к выходу.</p>
     </cite>
     <p><strong>Томми </strong>(останавливается и серьезно протягивает Ноксу руку). Всего хорошего, мистер Нокс.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(неловко). Прощай, Томми. Пожалуй, все-таки стоит еще разок подумать, не стать ли тебе президентом. Таким, как Линкольн.</p>
     <p><strong>Томми.</strong> Хорошо. Я поговорю об этом с папой.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Линда, позаботьтесь, пожалуйста, чтобы никто ничего не узнал… Хорошо?</p>
     <p>Линда кивает, и они с Томми выходят. Маргарет и Нокс следят за ними.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(смотрит на Маргарет, которая движением плеч сбросила с себя накидку). Прошу вас, уйдите. Я не могу больше. Я схожу с ума…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(протягивая к нему руки). А я рада… Ну и что же? Я хочу, чтобы вы сходили с ума… Поглядите на меня.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(подходя к ней с протянутыми руками, шепчет). Маргарет, Маргарет… (Обнимает ее.)</p>
     <p>Хаббард, приоткрыв дверь, наблюдает за ними с выражением цинического удовольствия. Внезапно взгляд его падает на пачку документов на полке. Протянув руку, он берет их; удостоверившись в том, что это давно желанная добыча, снова проскальзывает в спальню и закрывает дверь.</p>
     <p>(Отодвинув от себя Маргарет и жадно глядя на нее.) Я люблю вас. Я так давно люблю вас. Но я решил, что вы никогда об этом не узнаете.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Смешной! Я давным-давно знаю, что вы меня любите. Вы сами без конца мне об этом рассказывали. Разве вы могли смотреть на меня, не говоря мне, как вы меня любите?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вы знали?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Как же я могла не знать? Ведь я женщина. Разве мне нужно было, чтобы вы сказали это словами? Мне так давно хотелось поглядеть на вас, не боясь чужих глаз. Столько, сколько я захочу.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Я люблю вас.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну не чудаки ли вы, мужчины? Сколько стоит земля, женщине приходилось искать путь к вашему сердцу через чувства, а не через разум. Будь я мудра, как Ипатия,<a l:href="#n_101" type="note">[101]</a> образованна, как мадам Кюри,<a l:href="#n_102" type="note">[102]</a> вас не проймешь, вы по-прежнему будете глушить голос вашего сердца. Но дайте мне на миг превратиться в Лилит,<a l:href="#n_103" type="note">[103]</a> и вы, забыв все на свете, уже расточаете слова любви.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Маргарет, вы несправедливы…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я люблю вас… а вы?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(горячо, с глубоким чувством). Вы знаете, как я люблю вас.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Помните, я рассказывала вам о моей юности? Я и тогда мечтала делать добро людям, как вы. Но мне не дали. Всю жизнь мне приходилось поступать так, как этого хотели другие. Я вышла замуж, думая, что это сулит мне свободу. Но мой муж — только тень моего отца, его правая рука во всех тех черных делах, против которых я хотела бороться. (Пауза.) В моей жизни одно поражение следовало за другим, одно разочарование за другим. Я так устала, Говард. Я никогда не любила мужа. Я продала себя во имя своего идеала. И часто теряла веру, веру во все — в бога, в человека, в конечную справедливость. И только вы вернули мне эту веру, вы разбудили меня. Я пришла к вам, не думая о себе. Пришла предупредить вас для того, чтобы восторжествовала справедливость. Но я осталась, слава богу, я осталась! Я поняла, что вы, вы один нужны мне больше всего на свете.</p>
     <cite>
      <p>Нокс подходит, садится на ручку кресла и привлекает ее к себе.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс.</strong> И я иногда чувствую смертельную усталость… Одиночество. Вот и сегодня мне было невмоготу, но вы пришли…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я не должна была приходить, правда? А я вот ничуть не жалею о том, что пришла. Я жалею только о том, что не сделала этого раньше. Что я раньше не знала ваших рук, ваших губ… Я ведь самая простая, обыкновенная женщина… (Встает и обнимает его.) Поцелуй меня, любимый мой. Ну, поцелуй меня…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Что нам делать? (Внезапно отстраняется от нее и опускается в кресло.) Нет. Невозможно. Почему мы не встретились раньше? Как мы могли быть счастливы! Вместе думать, вместе работать, всегда и во всем быть настоящими друзьями.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Но разве сейчас уже поздно?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Я не имею на вас права.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(не понимая его). Из-за мужа? Он много лет мне больше не муж. У него нет на меня никаких прав. Кто же, кроме вас, кого я люблю, может иметь на меня права?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Я не о том. Какое мне дело до вашего мужа? (Поддавшись внезапному отчаянию.) Если бы Говард Нокс был только человеком… самым обыкновенным человеком… и мог бы думать только о себе!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(подойдя сзади к его креслу, ласково проводит рукой по его волосам). Разве мы не можем бороться вместе? Вдвоем?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(делает резкое движение головой, словно желая стряхнуть ее руку). Не надо, не надо!</p>
     <cite>
      <p>Маргарет продолжает гладить его волосы и потом прижимается щекой к его щеке.</p>
     </cite>
     <p>Боже мой, за что я должен причинять себе такую боль! (Внезапно поднимается на ноги, нежно берет ее руки в свои, ведет к креслу, усаживает и возвращается к своему месту за столом.) Поймите, дело вовсе не в вашем муже. Но я не имею на вас права. И вы не имеете права на меня.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(ревниво). Кто же имеет на вас право?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(печально). Нет, опять не то. В моей жизни нет другой женщины, только вы. Но на меня имеет право множество людей. Двести тысяч граждан выбрали меня своим представителем в конгресс Соединенных Штатов. А есть еще и миллионы других… (Смолкает, жадно глядя на ее обнаженные плечи и руки.) Наденьте накидку, прошу вас.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет не двигается.</p>
     </cite>
     <p>На меня имеют право все те, чье дело я защищаю. Голодные, обездоленные, дети… Два миллиона детей заняты на потогонных предприятиях Америки. Я не могу их предать. Я не могу украсть у них мое счастье. Помните, сегодня мы говорили с вами о краже? Разве это не было бы кражей?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Говард! Что вы говорите! Вы теряете голову!</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(грустно). Я совсем было ее потерял… Не помню, говорил ли я вам когда-нибудь об одном ребенке, выросшем в трущобах. Когда его спросили, откуда он знает, что наступила весна, он ответил: «Как же, ведь в кабаке напротив выставили вторые рамы!»</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(тревожно). Но при чем тут мы — вы и я?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Представьте себе, что мы забыли все, кроме любви друг к другу. Как, по-вашему, что с нами будет? Вспомните Горького.<a l:href="#n_104" type="note">[104]</a> Он любил свою родину и приехал в Нью-Йорк, страстно желая помочь русской революции. Он приехал в нашу «свободную» страну, чтобы собрать средства на поддержку русской революции. Но брак его с женщиной, которую он любил, не был освящен законом, которому поклоняются лавочники. Газеты подняли шумиху, и поездка его окончилась крахом. Его ошельмовали в глазах американского народа. То же самое будет с нами. Наши имена вываляют в грязи. Моей политической деятельности будет положен конец.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну и что же? Пусть нас оскорбляют и над нами смеются. Ведь я буду с вами. И вы будете со мной. Другие поведут за собою народ, — ведь это не такая уж благодарная задача! Жизнь так коротка. Неужели мы не имеем права хотя бы на крупицу счастья…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Когда я гляжу вам в глаза, мне так легко забыть обо всем на свете… Но ведь это кража.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну и пусть! Мы обязаны ответом только друг другу. Только мы двое и существуем на всем белом свете. Больше никого.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Разве? А твой ребенок? Разве он не имеет на тебя прав?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(с мольбой и болью). Замолчи.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Не могу. Я должен спасти и себя и тебя. И Томми имеет на тебя право. И Томми — это тоже кража. Ты ведь хочешь украсть наше счастье и у него…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(опускает голову на руки и плачет). Я была так одинока… Всю мою жизнь совсем одна. И только теперь, когда узнала тебя, жизнь мне показалась удивительно прекрасной. Вот ты только что обнял меня и… словно в унылый, пасмурный день вдруг засветило солнце. Понимаешь, вдруг мне стало тепло. А ты хочешь снова отнять его у меня, это тепло. Счастье.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(ему стало еще труднее теперь, когда она на него не смотрит). Отнять? Неправда. Ты отдашь его сама. У меня не хватит сил это сделать без твоей помощи. Мне так трудно… Ты видишь, как мне трудно… Ты мне поможешь… Ты и твой ребенок… (Внезапно поднимается и подходит к ней с протянутыми руками.) Это безумие! Я схожу с ума…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(поднимает голову и отстраняет его). Погоди. Сядь, прошу тебя.</p>
     <cite>
      <p>Нокс садится. Пауза. Она на него смотрит.</p>
     </cite>
     <p>Милый, я так люблю тебя!</p>
     <cite>
      <p>Нокс порывается встать.</p>
     </cite>
     <p>Нет, не подходи! Наверно, ты прав. Нельзя воровать даже любовь. Для таких, как мы, краденый плод горек. Но я рада, что ты меня любишь, что ты обнимал меня. Этого у меня никто не украдет. (Набрасывает на плечи накидку. Встает.) Да, ты прав. Будущее принадлежит детям. В этом твой долг и мой. Я пойду. Нам, наверно, лучше не видеть друг друга. Что ж, будем работать и постараемся забыть… Помни только одно: где бы ты ни был, что бы с тобой ни случилось, мои мысли всегда с тобой… (Помолчав.) Милый, поцелуй меня, на прощанье.</p>
     <cite>
      <p>Нокс сдержанно целует Маргарет, как бы показывая, что он отказывается от своих прав на нее. Маргарет сама освобождается из его объятий. Нокс молча провожает ее до дверей.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс.</strong> Мне хотелось бы иметь от тебя что-нибудь на память. Фотографию. Помнишь, ту, маленькую, которая мне так нравилась. Но не посылай ее с нарочным. Пошли мне ее по почте.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Хорошо. Я сама опущу ее в ящик.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(целует ей руку). Прощай.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Помни, милый, я ни о чем не жалею. Я горжусь тем, что полюбила тебя. (Жестом просит Нокса отворить ей дверь.) Но ведь есть же бессмертие! Когда-нибудь мы все равно будем вместе. Прощай.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет уходит.</p>
     </cite>
     <p>Нокс смотрит на закрывшуюся за ней дверь, потом подходит к стулу, на котором сидела Маргарет, опускается на колени и осторожно притрагивается рукой к его спинке. Дверь в спальню медленно открывается, и оттуда осторожно выглядывает Хаббард. Он не видит Нокса.</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(выходит из спальни). Что за черт? Куда они делись?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(торопливо поднимается). Откуда вы взялись?</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(показывая на спальню). Оттуда. Я все время был там.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(холодно). Да ну? Совсем про вас забыл. Но теперь уж все равно — мои посетители ушли.</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(подходит к нему вплотную и смеется с плохо скрытым злорадством). Ничего нет глупее честного дурака, когда он вступает на стезю порока.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Дверь была закрыта. Неужели вы подслушивали?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Голос вашей дамы мне показался удивительно знакомым…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Что вы слышали?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Ничего, совсем ничего! До меня доносились только неясные звуки… голос какой-то женщины. Могу поклясться, что я его где-то слышал. Ну, что ж, прощайте. (Идет к выходу направо.) Вы не передумали?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Нет.</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(у двери, с циническим смешком). Помнится, вы совсем недавно утверждали, что вам нечего скрывать?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(с беспокойством). Что вы хотите сказать?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Ничего особенного. Прощайте. (Уходит.)</p>
     <cite>
      <p>Нокс подходит к столу, рассеянно листает письмо, которое он читал до появления Хаббарда, вдруг вспоминает о документах и идет за ними к книжной полке.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс </strong>(видя, что полка пуста). Украли!</p>
     <cite>
      <p>Дико озирается, потом как безумный кидается вдогонку за Хаббардом. Дверь открыта настежь. Сцена пуста.</p>
      <subtitle>Занавес</subtitle>
     </cite>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Действие третье</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <cite>
      <p>Библиотека, которая служит Энтони Старкуэтеру чем-то вроде кабинета, когда он приезжает в Вашингтон. Справа две двери, слева в глубине темная ниша. Вдоль левой стены окна. Между ними бюро. Подле него кресло. На бюро телефон и большой портфель. Вдоль задней стены массивные старомодные книжные шкафы со стеклянными дверцами и выступом, образующим карниз. Сзади в углу ширма. Между шкафами и нишей высоко на стене висит большой портрет Авраама Линкольна. Комната обставлена с суровой и старомодной простотой.</p>
      <p>Девять часов тридцать минут утра на следующий день после событий предыдущего действия.</p>
      <p>У бюро сидит Старкуэтер, рядом стоит Доблмен.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ладно, подпишусь. Хотя пользы от этого журнальчика — грош.</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(делая заметку в блокноте). Слушаю, сэр. Две тысячи. (Сверяя свои записи.) Подписка истекла и на журнал Вандеруотера.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Сколько?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> В прошлом году вы внесли пятнадцать тысяч.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Сколько стоит подписка для обыкновенных смертных?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Один доллар в год.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(решительно качает головой). За что же я плачу еще 14 999?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Лекции профессора Вандеруотера весьма полезны. Он постоянно читает на курсах, а его речь на конгрессе национальной гражданской федерации имела большой резонанс.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Понятно… (Вдруг вспомнив.) Не дам. В газетах писали об этом профессоре что-то нехорошее. Он, кажется, развелся с женой? Репутация его подмочена.</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Его оставила жена, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Какая разница? Важно, что теперь он мне не так уж полезен. Переведите ему только десять тысяч. В другой раз он будет осмотрительнее.</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Хорошо, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Не забудьте перевести двадцать тысяч «Картрайтсу». Как обычно.</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(смущенно). Они, сэр, обратились к нам с просьбой повысить сумму подписки… Увеличен объем журнала, изменен состав акционеров, редакционный аппарат и так далее.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Это журнал, в котором сотрудничает Хаббард?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Да, сэр. Ходят слухи, что он — один из основных владельцев….</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Способный человек. И весьма полезный. Сколько они просят?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Они утверждают, что заказанная вами серия статей, разоблачающих вашего конкурента Нетмана, обошлась им в двенадцать тысяч, и, учитывая те чрезвычайные усилия, которые они предпринимают, чтобы услужить вам, пятьдесят тысяч не покажутся вам слишком большой суммой…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(сухо). Переведите. Сколько я дал в этом году Ганноверскому университету?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Около девяти миллионов, включая новую библиотеку.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(вздохнув). Просвещение мне обходится недешево. Что еще?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Последний вопрос, сэр, — мистер Ратленд, то есть его церковь и семинария. Он, кажется, уже с вами говорил…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Да. Стоит ли он таких денег? Пятьдесят тысяч на церковь и сто тысяч на семинарию…</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Церковь оказывает могущественное воздействие на общественное мнение, сэр. Мистер Ратленд — златоуст, сэр. (Перелистывает блокнот и читает вклеенную в него выдержку.) Вот что он заявил в своей проповеди на прошлой неделе: «Господь бог одарил мистера Старкуэтера таким же талантом делать деньги, каким он наделяет других людей в области научного или художественного творчества».</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(довольным тоном). Недурно.</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(вытаскивая из блокнота газетную вырежу). А вот цитата из его воскресной проповеди: «Возблагодарим же создателя за то, что он вручил такие обширные богатства человеку, посвятившему себя усовершенствованию рода человеческого. Человек этот поистине живет, руководствуясь заветами церкви: „Любовь к господу указывает мне путь“».</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Так оно и есть. Намерения мои чисты. Я один из тех, кому мудрость господня доверила управление богатствами нашего народа. Бог оказал мне высокое доверие, и, несмотря на все поношения, я его оправдаю. (Меняя тон.) Переведите мистеру Ратленду сумму, которую он просит.</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Слушаю, сэр. Я позвоню ему, сэр. Не сомневаюсь, что ему не терпится узнать ваше решение. (Направляясь к двери.) Послать всем чеки, сэр?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Всем, кроме Ратленда. Ему я сам выпишу чек. Мы уезжаем в Нью-Йорк поездом два десять. Все готово?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Ваш портфель, сэр…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Я займусь им сам. (Доблмен направляется к двери, но Старкуэтер, заглянув в блокнот, окликает его.) Доблмен!</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Да, сэр?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Миссис Чалмерс здесь?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Она только что приехала с сыном, сэр. Они у миссис Старкуэтер.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Скажите ей, что она мне нужна.</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Слушаю, сэр. (Уходит.)</p>
     <cite>
      <p>Горничная приносит на подносе карточку.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Впустите.</p>
     <cite>
      <p>Горничная выходит и возвращается с Хаббардом.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(с несвойственным ему радушием пожимает руку Хаббарду и приглашает его сесть). Вы оказали мне большую услугу. Ваш вчерашний звонок меня очень обрадовал. Где они?</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(вынимая пачку документов из кармана и передавая ее Старкуэтеру). Вот, в целости и сохранности. Мне повезло.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(вскрывая конверт и просматривая документы). Не скромничайте. Тут понадобилось больше чем везение… Я бы назвал это скорее сноровкой… Времени было в обрез… Вы проявили первоклассные деловые качества.</p>
     <cite>
      <p>Хаббард отвешивает поклон.</p>
     </cite>
     <p>Нечего говорить, что я признателен вам за эту услугу. Я собираюсь увеличить подписку на ваш журнал до пятидесяти тысяч долларов и прикажу Доблмену вручить вам более ощутимый знак благодарности, нежели пустые слова.</p>
     <cite>
      <p>Хаббард кланяется.</p>
     </cite>
     <p>Вы… ознакомились с этими документами?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Мельком, сэр. Это дело весьма серьезное. Однако теперь мистеру Ноксу крышка. Без этих бумаг его сегодняшняя речь превратится в чистейший фарс. Берегите их, сэр. У Херста длинные руки.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> До меня они не дотянутся. К тому же я сегодня уезжаю в Нью-Йорк и беру документы с собой. Мистер Хаббард, вы меня извините… (Укладывает бумаги в портфель, оставляя документы, принесенные Хаббардом, напоследок.) У меня еще много дел…</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Понятно. Да и мне пора. У меня свидание в клубе.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(продолжая сортировать бумаги, он откладывает отдельной аккуратной стопкой некоторые папки и бухгалтерские книги). Заходите ко мне, когда будете в Нью-Йорке. Я подумываю, не купить ли мне журнал «Парфенон»? Мне не нравится, что там пишут. Не возьмете ли вы на себя переговоры о покупке? Есть у меня к вам и другие дела. Всего хорошего. Мы скоро увидимся.</p>
     <cite>
      <p>Пожимает ему руку. Хаббард направляется к выходу справа в глубине и в дверях сталкивается с Маргарет. На протяжении последующей сцены Старкуэтер продолжает укладывать бумаги в портфель.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Здравствуйте, очаровательная миссис Чалмерс!</p>
     <cite>
      <p>Протягивает руку, которую Маргарет холодно пожимает, едва приметно наклонив голову. Она хочет пройти мимо.</p>
     </cite>
     <p>У-у, принцесса-недотрога!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(смотрит на него с недоумением). Вы пьяны?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Нечего разыгрывать святошу. Вы и так меня слишком долго водили за нос. Довольно. Хорошенькими делишками вы занимаетесь! Где вы были вчера вечером? А? Не скажете?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Как вы смеете со мной так разговаривать?</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(упрямо). Я знаю, где вы были вчера вечером. И Нокс это знает. А вот ваш муж вряд ли!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Это шантаж? (Показывая на отца.) Вы ему уже сообщили?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Ему?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну да, вы же у него служите.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Успокойтесь, еще нет. Но советую вам обращаться со мной… любезнее.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет молча проходит в комнату. Хаббард, зло посмотрев ей вслед, уходит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(кладет документы в портфель и запирает его на ключ. На столе остается аккуратная стопка бухгалтерских книг и бумаг.) Доброе утро, Маргарет. Я послал за тобой потому, что мы не кончили вчерашнего разговора. Садись. У тебя всегда был слишком твердый характер для женщины. Я сделал для тебя все, что мог. Твой брак с Томом оказался весьма удачным союзом. У Тома хорошее будущее, он — джентльмен — отличная партия!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(прерывая его, с горечью). Вы думаете? Да разве вы когда-нибудь думали о своей дочери? Я знаю, как вы смотрите на нас, женщин. Разве вас когда-нибудь интересовало, что чувствуем мы: мама, Конни, я? Для вас существуют только деловые соображения. Вам, наверно, кажется, что только у вас, мужчин, есть душа. Что касается Тома, вы правы: он вам полезен. У него действительно есть все то, на что вы рассчитывали, когда выдавали меня за него замуж. Он покладист, вам нетрудно было превратить его в покорное орудие. Он с успехом заправляет всякими политическими махинациями и проводит нужные вам законы. Разве вы задумывались над тем, хорошим ли он будет мне мужем, мне, кого вы никогда по-настоящему не знали? Вы ведь выбирали мужа не для меня, а для себя. Вам он удобен, вам он полезен, вот вы и продали свою старшую дочь такому мужу, какой был нужен вам, вашим капиталам.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(резко). Маргарет! (Мягче.) Все такая же упрямица. Все так же стараешься проявить свой характер…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Господи, почему у меня вовремя не хватило характера, чтобы вас не послушаться!</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(жестко). Твои рассуждения меня не интересуют. Речь не об этом. Я послал за тобой для того, чтобы прекратить твое дальнейшее знакомство с этим Ноксом. Такой фантазер, шарлатан и проходимец не может…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> На вашем месте я бы не стала его оскорблять.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Я требую, чтобы ты перестала встречаться с этим типом. Слышишь? Раз и навсегда.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(спокойно). Мы с мистером Ноксом сами решили больше не встречаться. Боюсь, что я никогда больше его не увижу. В моем доме, во всяком случае. Вас это удовлетворяет?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Вполне. Я, конечно, никогда не подозревал тебя в чем-нибудь дурном…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(так же спокойно). Как плохо вы знаете женщин! Вам кажется, что мы куклы, что у нас нет ни сердца, ни желаний, ни права на собственные поступки, что мы целиком во власти вашей бездушной пуританской морали, которая закостенела в Новой Англии еще сто лет назад!</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(настороженно). Ты хочешь сказать, что этот негодяй и ты…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ничего подобного я сказать не хочу. Я хочу вам напомнить, что я жена Тома и мать маленького Томми. Все равно вы не в силах понять чувства женщины и никогда не поймете того, что я могла бы вам сказать!..</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(с облегчением). Ну и слава богу!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> А ведь дело обстоит так просто. Женщина — тоже человек. Вот и все. Но вам и это непонятно.</p>
     <cite>
      <p>Справа входит Доблмен с чеком в руке. Старкуэтер, увидев его, замолкает. Доблмен останавливается в нерешительности, но Старкуэтер подзывает его кивком.</p>
     </cite>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Чек мистеру Ратленду, сэр. (Подает Старкуэтеру ручку.) Старкуэтер. Нет, я подпишу своим пером. (Отпирает портфель и вынимает оттуда ручку, оставляя портфель открытым. Подписывает чек. Доблмен берет его и уходит.) Этот Нокс, — я вчера за ним наблюдал, — он умен и энергичен, но, к несчастью, беспочвенный мечтатель. Может, он и желает людям добра. Но витает в облаках. А такие люди приносят больше вреда нашей стране, чем все анархисты на свете. Твой Нокс уж больно непрактичен… Он думал нанести мне удар при помощи вот этих документов. (Берет их и подбрасывает на руке.) Их украл из моих архивов один из гангстеров желтой прессы. Но твой Али-Баба так увлечен своими воздушными замками, что вот бумаги снова здесь, у их законного владельца.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> А что же будет теперь с его речью в конгрессе?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Его речь превратится в чистейший блеф. И с ним поступят по заслугам. Меры уже приняты. Наши добрые обыватели осмеют его как шута горохового, — так, кажется, выразился Хаббард. Обожди минуту. Я уберу бумаги.</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер кладет документы на портфель. Собрав со стола пачку бухгалтерских книг и писем, он идет к нише слева и зажигает там свет. В нише помещается большой несгораемый шкаф. Старкуэтер набирает цифры замка, дверь шкафа со звоном отворяется, и он аккуратно укладывает туда бумаги, всецело погрузившись в это занятие.</p>
      <p>Маргарет смотрит на открытый портфель и, быстро окинув взглядом комнату, принимает решение. Схватив документы, она сначала думает убежать с ними, но потом решает спрятать их тут же. Взяв стул, ставит его возле книжного шкафа; взобравшись на стул, а оттуда на карниз шкафа, закидывает пакет с документами за портрет Линкольна.</p>
      <p>Спустившись со стула, вытирает носовым платком карниз и сиденье, ставит стул на место и садится в кресло возле бюро, где ее оставил Старкуэтер. Он выходит из ниши, гасит там свет и тоже возвращается на прежнее место. Собирается запереть портфель, но замечает пропажу бумаг. Не выказывая ни малейшей тревоги, внимательно осматривает содержимое портфеля.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(очень тихо). Кто-нибудь сюда входил?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Никто.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(смотрит на нее испытующе). Странно! Только что документы лежали здесь, на портфеле. В комнате не было ни души, кроме нас с тобой. Документы пропали. Отдай их.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я не выходила из комнаты.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Знаю. Отдай мне документы.</p>
     <cite>
      <p>Молчание.</p>
     </cite>
     <p>Они у тебя. Отдай их.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> У меня их нет.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ты лжешь. Отдай их.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(вставая). Говорю тебе, их у меня нет…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(вставая). Ложь!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(поворачиваясь и направляясь к двери). Ну что ж, если ты мне не веришь…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(прерывая ее). Куда ты?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Домой.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ну нет! Вернись.</p>
     <p>Маргарет возвращается.</p>
     <p><strong>Ты отсюда не выйдешь.</strong> Сядь.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я лучше буду стоять.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Садись!</p>
     <cite>
      <p>Она продолжает стоять, но он, схватив ее за руку, насильно усаживает в кресло.</p>
     </cite>
     <p>Сиди. Прежде чем уйти отсюда, ты вернешь мне документы. Ты не понимаешь, что ты наделала. Твой поступок может иметь куда более серьезные последствия, чем ты себе представляешь. Ты меня вынудишь принять жестокие меры. Я могу забыть, что ты мне дочь. Больше того, я могу забыть, что ты — женщина. Я получу эти бумаги, даже если мне придется вырвать их у тебя силой. Лучше отдай мне их сама.</p>
     <cite>
      <p>Молчание.</p>
     </cite>
     <p>Ну, что ты решила?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет пожимает плечами.</p>
     </cite>
     <p>Почему ты молчишь? Ну?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Мне нечего сказать.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(решает изменить тактику, спокойно). Давай обсудим вопрос здраво. Ты не имеешь на эти бумаги никакого права. Они мои и были украдены воришкой из моего секретного архива. Повторяю, они принадлежат мне. Отдай их.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> А я повторяю, что их у меня нет.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ты их где-то спрятала. Наверно, там, в лифе. Тебе это не поможет. Предупреждаю: не толкай меня на крайние меры. (Поднимается, но прежде чем нажать кнопку звонка, смотрит на нее испытующе.) Ну?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет молчит.</p>
     </cite>
     <p>(Нажимает кнопку два раза.) У тебя осталась последняя возможность одуматься. Верни мне бумаги.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Отпусти меня. Поверь, бумаг у меня нет. Если ты меня выпустишь, даю тебе слово, что я не унесу их с собой.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Хорошо, я тебе верю. Но если бумаги не у тебя, где они? Куда ты их спрятала? Скажи (внимательно оглядывает комнату), и я тебя отпущу.</p>
     <cite>
      <p>Входит Доблмен. Старкуэтер и Маргарет молчат.</p>
     </cite>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Вы звонили?</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(в последний раз вопросительно взглянул на Маргарет). Да. Вы все время были в соседней комнате?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Да, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Кто-нибудь проходил мимо?</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Нет, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Отлично. Посмотрим, что скажет горничная. (Звонит еще раз.) Маргарет, еще не поздно.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я уже сказала, что если я выйду отсюда, то никаких документов с собой не унесу.</p>
     <cite>
      <p>Входит горничная.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Кто-нибудь входил сюда из прихожей?</p>
     <p><strong>Горничная.</strong> Никто, после того как прошла миссис Чалмерс. Я кончала уборку и все время была там.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ступайте.</p>
     <cite>
      <p>Горничная уходит.</p>
     </cite>
     <p>Неприятная история, Доблмен. В комнате были только я и миссис Чалмерс. Документы, украденные Херстом, были несколько минут тому назад возвращены мне Хаббардом. Они лежали здесь на бюро, на портфеле. Стоило мне отвернуться, как они пропали.</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(смущенно). Да, сэр?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Их взяла миссис Чалмерс. Они у нее…</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(заикаясь). Д-д-да, сэр?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Они мне нужны. Что делать?</p>
     <cite>
      <p>Доблмен совершенно растерян.</p>
     </cite>
     <p>Ну?</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(торопливо). Пошлите за мистером Хаббардом. Он один раз вам их уже вернул…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Правильно. Позвоните ему. Он, наверно, в клубе.</p>
     <cite>
      <p>Доблмен направляется к двери.</p>
     </cite>
     <p>Не выходите из комнаты. Позвоните отсюда.</p>
     <cite>
      <p>Доблмен звонит по телефону.</p>
     </cite>
     <p>Никто не смеет выйти из комнаты. Если моя дочь была способна совершить кражу, я не могу верить ни одному человеку.</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(в трубку). Ред — 6-2-4. Прошу вас.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Вызовите заодно и сенатора Чалмерса. Пусть приедет немедленно. (Отходит на середину сцены. К Маргарет.) Подойди ко мне.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет послушно подходит, испуганная, но полная решимости.</p>
     </cite>
     <p>Зачем ты это сделала? Правда, что между тобой и Ноксом ничего нет?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Давайте не обсуждать таких вещей в присутствии… слуг.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Тебе следовало позаботиться о своем достоинстве, прежде чем ты решилась на воровство.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Тем не менее существуют приличия…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Не для воровок. (Настойчиво, не повышая голоса.) Маргарет, еще есть время. Отдай бумаги, и никто ничего не узнает.</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Мистер Хаббард будет здесь через три минуты. С ним сенатор Чалмерс.</p>
     <cite>
      <p>Пауза. Маргарет молчит в нерешительности. Задняя дверь слева отворяется, и оттуда входят Миссис Старкуэтер и Конни в пальто и шляпах.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(залпом). Мы уходим, Энтони. Не понимаю, к чему тебе понадобилось устраивать такую суматоху. Мы ни за что не поспеем на двухчасовой поезд. У меня уйма дел. Гораздо лучше, если… (Вдруг заметив напряженную атмосферу в комнате.) Что случилось?</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(явно раздосадованный появлением жены и младшей дочери. Доблмену). Заприте двери.</p>
     <cite>
      <p>Доблмен выполняет его приказание.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Господи! Энтони, что случилось?</p>
     <cite>
      <p>Молчание.</p>
     </cite>
     <p>Маргарет! Что здесь происходит?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ничего особенного. Тебе придется побыть здесь несколько минут.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Но у меня нет ни минуты времени! Я и так никуда не поспеваю. (Глядя на Доблмена, запирающего двери.) Что все это значит?</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(мрачно). Скоро узнаешь. Если моя дочь позволяет себе красть…</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Красть? Маргарет, кто из вас сошел с ума?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Где Томми?</p>
     <p>Миссис Старкуэтер не в состоянии произнести ни слова и лишь переводит глаза с одного лица на другое.</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Он ждет нас в машине. Ты ведь едешь с нами, правда?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Пусть Томми подождет в машине. Маргарет пойдет к нему, когда мы с ней договоримся.</p>
     <cite>
      <p>Стук в дверь. По знаку Старкуэтера Доблмен отпирает дверь справа и снова запирает ее после того, как входят Хаббард и Чалмерс, которые, сразу ощутив царящее в комнате напряжение, здороваются с присутствующими молчаливым кивком головы.</p>
     </cite>
     <p>(Не давая им опомниться.) Слушай, Том. Дело идет о документах, которые украл Херст и вернул мне утром Хаббард. Их снова украла у меня Маргарет, из-под самого носа. Она не выходила из комнаты. Они у нее. Надо их найти.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(тяжело дышит, прижав руку к сердцу и не решаясь обратиться к жене). Маргарет… Это правда?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я сказала отцу, что их у меня нет. Говорю тебе, их у меня нет.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Где же они?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет не отвечает.</p>
     </cite>
     <p>Если они здесь, в комнате, их нетрудно найти. Обыщите комнату. Их надо найти во что бы то ни стало.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс, Хаббард и Доблмен тщательно обыскивают комнату. Конни усаживает вконец расстроенную миссис Старкуэтер в кресло слева. Маргарет садится на свое прежнее место у бюро.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(прекращая поиски). Больше искать негде. В комнате документов нет. Вы уверены, что сами их куда-нибудь не засунули?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ерунда. Документы взяла Маргарет. Это толстая пачка, ее нелегко спрятать. Если их нет в комнате, значит они у нее.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Послушай, Мэдж, зачем тебе эти документы?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Их у меня нет.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс внезапно подходит к ней и начинает ощупывать ее одежду.</p>
     </cite>
     <p>(Вскочив, бьет его ладонью по лицу.) Как вы смеете!</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс отступает. У миссис Старкуэтер начинается истерика. Старкуэтер сурово наблюдает за тем, как Конни ее успокаивает.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард </strong>(прекращая поиски). Я вряд ли могу быть вам полезен. Мне, пожалуй, лучше уйти…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Нет, бумаги находятся здесь, в комнате. Если никто отсюда не выйдет, значит, их не вынесут. Что бы вы сделали на моем месте, Хаббард?</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(нерешительно). Принимая во внимание некоторые обстоятельства, мне трудно советовать вам…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Не стесняйтесь.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Прежде всего нужно удостовериться, взяла ли бумаги миссис Чалмерс…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> В этом нет никаких сомнений.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Для чего они ей понадобились?</p>
     <cite>
      <p>Хаббард многозначительно ухмыляется.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Вам что-нибудь известно? Что именно?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Мне бы не хотелось об этом говорить. (Бросает взгляд в сторону миссис Старкуэтер и Конни.) Дело слишком деликатное…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> При чем тут деликатности! Говорите!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Не надо!</p>
     <p>Чалмерс и Старкуэтер смотрят на нее с подозрением.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Говорите же, Хаббард!</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Я бы предпочел не говорить…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(в ярости). Говорите!</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(с деланной неохотой). Вчера вечером… я видел… когда я был в комнате Нокса…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(прерывая его). Подождите минутку. Он может говорить, что хочет, но прежде пусть уйдет Конни…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Никто не выйдет из комнаты, пока документы не будут найдены. Обещаю тебе, если ты их вернешь, Конни сможет уйти и Хаббард больше не скажет ни слова, что бы он там ни видел. Клянусь тебе!</p>
     <cite>
      <p>Пауза. В душе Маргарет идет жестокая борьба, но она молчит.</p>
     </cite>
     <p>Говорите, Хаббард.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(в ужасе). Нет, не смейте! Я отдам документы! (Все напряженно ждут. Она колеблется; наконец делает над собой усилие и произносит решительно.) Неправда, их у меня нет. Говорите, что вам заблагорассудится.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Видите, они у нее. Она сама в этом призналась. (Хаббарду.) Продолжайте.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Вчера вечером…</p>
     <p><strong>Конни </strong>(вскакивая). Я уйду! (Бросается к двери налево и тщетно пытается ее открыть.) Выпустите меня! Выпустите!</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(стонет, у нее истерика). Мне дурно! Я сейчас умру! Я сейчас же умру!</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(резко). Ступай к матери!</p>
     <p><strong>Конни </strong>(возвращается к матери, садится возле нее и затыкает пальцами уши). Я не буду слушать! Все равно я не буду слушать!</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(резко). Опусти руки!</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Черт побери, Чалмерс, мне вся эта история крайне неприятна! Поверьте, я не хочу, чтобы меня в нее впутывали.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Конни, опусти руки!</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Ей-богу, Чалмерс, я бы не хотел в это вмешиваться.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Опусти руки!</p>
     <cite>
      <p>Конни нехотя опускает руки.</p>
     </cite>
     <p>Продолжайте, Хаббард.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Простите, но я не хочу… Вы вынуждаете меня, сэр…</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Поздно. Вы должны объяснить ваши грязные намеки.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Ах, так? Ну что ж, пожалуйста. Дело в том… Она, то есть миссис Чалмерс, была вчера вечером у Нокса, в гостинице.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> А-а-а! Маргарет! Это ложь! Это ложь! (Колотит ногами по полу.) Чалмерс. Вам придется это доказать, Хаббард. Если это клевета, вы за нее дорого заплатите.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> А вы взгляните на нее. Вы у нее спросите.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(глядя Чалмерсу в глаза). Со мной была Линда. И Томми. Мне нужно было срочно повидать мистера Нокса.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Томми? Это меняет дело.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Да, если бы ваша жена сразу же не отослала прислугу и ребенка из комнаты… И не осталась с Ноксом наедине.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(прерывая его). На одну минуту!</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> На довольно долгое время. Я по крайней мере успел соскучиться, дожидаясь конца их свидания.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(с отчаянием). Неправда, я была там совсем недолго, всего несколько минут…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(Хаббарду). А где были вы?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> В соседней комнате. Этот болван так обрадовался своей посетительнице, что и думать обо мне забыл. Дверь была приотворена…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Что вы видели?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Неужели у вас нет ни капли стыда? Я была у Нокса всего несколько минут.</p>
     <cite>
      <p>Хаббард пожимает плечами.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Сейчас мы это проверим. Томми здесь и горничная тоже. Конни, она здесь?</p>
     <cite>
      <p>Конни молчит.</p>
     </cite>
     <p>Отвечай!</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Да.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Доблмен, попросите горничную миссис Чалмерс прийти сюда и привести ребенка.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Не надо! Не надо звать Томми!</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(внимательно поглядев на нее. Доблмену). Хорошо, вызовите только горничную.</p>
     <cite>
      <p>Доблмен отпирает дверь и дает распоряжение горничной.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(подходя к Маргарет). Где же ваша хваленая добродетель? Путаетесь с кем попало…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вы не имеете права так со мной разговаривать.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Извините, но я ваш муж.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вы давно перестали им быть.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> То есть как?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вы отлично понимаете, о чем идет речь…</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Но ведь это только ваши предположения! У вас нет никаких фактов…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я знаю все. И совсем не нужно, чтобы кто-нибудь открывал мне глаза. Я ведь женщина, и мы такие вещи чувствуем безошибочно. По запаху. Чутьем. Не сомневаюсь, что поймать вас было бы очень легко. Но зачем? Когда у меня родился сын, вы меня перестали интересовать. Да и я вас, по-видимому, тоже.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> И в отместку вы спутались с этим Ноксом?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, нет! Это неправда! Я сказала, что это неправда!</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Вы были у него в номере вчера вечером, одна… (Стук в дверь.) А теперь украли для вашего любовника у отца бумаги.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Он мне не любовник.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Но вы же признались, что бумаги у вас. Для кого же, кроме Нокса, вы могли их украсть?</p>
     <cite>
      <p>Входит Линда. Она бледна и напряженно смотрит на Маргарет, желая понять, что ей надо делать.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(Линде). Подойдите сюда. Где вы были вчера вечером? Не делайте вида, что вы не понимаете, о чем вас спрашивают.</p>
     <cite>
      <p>Линда молчит.</p>
     </cite>
     <p>Отвечайте.</p>
     <p><strong>Линда.</strong> Я не понимаю, о чем вы говорите, сэр. Может быть, о том, что…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Вот-вот. Продолжайте.</p>
     <p><strong>Линда.</strong> Но мне кажется, вас это не касается, сэр… Вы не имеете права меня допрашивать. Если я и пошла погулять с моим молодым человеком…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(к Маргарет). Она вам предана… (Резко.) От нее ничего не добьешься! Пошлите за Томми. Слышите, Доблмен!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Не надо! Только не вмешивайте Томми! Скажите им правду, Линда. (Ласково.) Не обращайте на меня внимания. Скажите им правду.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Всю правду.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Всю правду…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Отлично. Вы были вчера вечером с миссис Чалмерс в гостинице у мистера Нокса?</p>
     <p><strong>Линда.</strong> Да, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Миссис Чалмерс отослала вас с ребенком и осталась вдвоем с мистером Ноксом?</p>
     <p><strong>Линда.</strong> Да, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Сколько вам пришлось ее ждать?</p>
     <p>Линда, понимая, как много зависит от ее ответа, замолкает.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(с чувством полной безнадежности). Прекратите этот допрос! Я была там полчаса, час… столько, сколько подсказывает вам ваше грязное воображение. Ступайте, Линда, вы свободны.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Отнюдь. Отойдите в сторону. (Чалмерсу и Хаббарду.) Прежде всего нужно помнить, что документы здесь, в этой комнате.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Теперь вам понятен мотив ее поступка.</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Вы негодяй!</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Но вы еще не рассказали нам, что там происходило.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> О чем же тут рассказывать? Я наблюдал эту нежную сцену довольно долго. Потом заметил брошенные Ноксом документы, положил их в карман и… закрыл дверь.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> И сколько еще после этого они оставались вдвоем?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> О, достаточно долго…</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> И когда вы их видели, они?..</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Пребывали в объятиях друг друга. Увы, и получали от этого нескрываемое удовольствие!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Какой подлец! (Хаббард ухмыляется. Маргарет Старкуэтеру.) Когда вы уймете вашего пса?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Когда получу документы. Слушайте меня внимательно. Том, слушай и ты. Вы не отдаете себе отчета в важности этих документов. Если они не будут найдены, может произойти катастрофа, которая обойдется мне в миллионы долларов и, больше того, подорвет мое влияние в правительстве. Боюсь, что тебя, Том, могут не выбрать больше в сенат. Кстати, для твоей карьеры будет полезнее, если то, что происходит в этой комнате, умрет в ее стенах навсегда.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Но ведь она мне изменила!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Бывают такие слова, которые лучше не произносить. Советую тебе жить так, словно ничего не случилось. Понятно?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Понятно.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(к Маргарет). Видишь, Том согласен не подымать шума. Отдай документы. Они — моя собственность.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> А мне кажется, что они — собственность тех, кому вы лгали, перед кем вы заигрывали, кого вы обкрадывали. Народа.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ты его любишь, что ли, этого горлопана?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> При чем тут он? Я говорю вам о народе, о детях, о их будущем.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Не увиливай. Отвечай мне: ты его любишь?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(медленно). Трудно сказать… Сейчас мне трудно сказать… Стук в дверь. Доблмен отворяет ее, берет у горничной карточку.</p>
     <p><strong>Доблмен.</strong> Мистер Ратленд.</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(нетерпеливо машет рукой, но потом, передумав, мрачно). Пусть войдет. Я столько денег перевел на церковь, что теперь хочу поглядеть, не поможет ли она мне в трудную минуту.</p>
     <p><strong>Конни </strong>(взволнованно подбегает к Маргарет, плача). Ну, пожалуйста, пожалуйста, Мэдж, отдай ты им эти документы! Слышишь, что говорит папа? Ты подумай и обо мне! Вдруг этот скандал выйдет наружу! Что тогда будет со мной? А так папа замнет эту неприятную историю. Никто не посмеет сказать о нас ни слова! Отдай ему эти противные бумаги!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я не могу. Конни, дорогая, поверь… Все это неправда. Он… он мне не любовник. Поверь мне.</p>
     <p><strong>Конни </strong>(целует ее). Конечно, я тебе верю! Но верни же бумаги, верни их, хотя бы ради меня!</p>
     <cite>
      <p>Стук в дверь.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Не могу.</p>
     <cite>
      <p>Входит Ратленд. Конни возвращается к миссис Старкуатер.</p>
     </cite>
     <p><strong>Ратленд </strong>(с сияющей улыбкой идет к Старкуэтеру). Чудесно, чудесно! Все в сборе, какая милая семейная картина! Я торопился, мистер Старкуэтер, чтобы лично поблагодарить вас за вашу великодушную, да, вот именно, за вашу щедрую и великодушную лепту… (Замечает, что в комнате царит напряженная тишина, и застывает на полуслове с открытым ртом, беспомощно переводя взгляд с одного лица на другое.) Старкуэтер. Здесь была совершена кража, мистер Ратленд. Моя дочь украла у меня очень ценную вещь — пакет с секретными бумагами. Если ей удастся их обнародовать, мне будет нанесен большой материальный ущерб, и я не смогу больше делать щедрых и великодушных пожертвований. Я тщетно пытался уговорить ее вернуть мне эти бумаги. Теперь попробуйте вы. Объясните ей, что она совершает безумие.</p>
     <p><strong>Ратленд </strong>(бормочет в полной растерянности). Как ваш духовный наставник, миссис Чалмерс, — если, конечно, то, что я сейчас услышал, соответствует действительности… Я советую вам, я рекомендую… я искренне взываю к вам…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Не ставьте себя в смешное положение. Разве вы не видите, что отец спекулирует на моем мнимом уважении к вашему сану. Как бы я ни поступила, я считаю себя правой и готова отвечать за мой поступок сама. И не нуждаюсь в вашем вмешательстве. Народ обманывают и обкрадывают, а вы потворствуете этому бесчестию! Если вы и дальше будете так же старательно выполнять приказы — да, да, приказы — моего отца, вы заставите меня поверить, что вами движет не совесть, а только желание получать и впредь «щедрые и великодушные пожертвования»!</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер презрительно усмехается.</p>
     </cite>
     <p><strong>Ратленд </strong>(уже ровно ничего не понимая). Простите, мистер Старкуэтер, но… происшествие, о котором вы упомянули, носит, так сказать, настолько деликатный характер, что я не считаю себя вправе, так сказать, вмешиваться в семейные дела и просил бы у вас разрешения покинуть, так сказать…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(задумчиво). Как видно, меня подвела и церковь. (Ратленду.) Благоволите остаться здесь.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Отец, Томми один в машине внизу. Разреши мне пойти к нему.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Отдай бумаги.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(нетвердыми шагами подходит к Маргарет, всхлипывая). Мэдж, скажи им, что это неправда. Не знаю, кто сделал эту ужасную вещь… Но все равно я не верю, я никогда не поверю, чтобы моя дочь могла украсть… (Вдруг падает на колени и плача обнимает ноги Маргарет.) Скажи им, девочка…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Встань. (Передумав.) Хотя, пожалуй, побудь с ней. Может, она тебя послушает.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер.</strong> Я умоляю тебя на коленях! Отдай им эти бумаги, ну отдай же! Подумай обо мне, о нашей семье. Я не верю ни одному их слову. Но подумай, какой нам грозит позор! Пожалей свою мать, пожалей Конни. Неужели ты забыла о своем мальчике? Что будет с ним? А отец? Погляди, как он страдает. Нет, ты убьешь меня! (Стонет.) Мне дурно. Я знаю, что я умру!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Встань, мама, ты не понимаешь. Прошу тебя, замолчи. Ты не понимаешь… Не плачь. Они тебя обманывают, я совсем не такая, как они говорят… Слышишь, мама… (Ведет плачущую миссис Старкуэтер на место и усаживает ее.) Разве дело в нашей семье? (Показывая на Ратленда.) Или вот он говорит о боге… При чем тут бог? Ведь он позволяет, чтобы два миллиона таких, как Томми и Конни, работали на фабриках. Пожалей их. Все, что тут говорят обо мне, — ложь. Между мной и мистером Ноксом ничего не было. Мне нечего стыдиться.</p>
     <p><strong>Конни </strong>(с мольбой). Мэдж!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Поверь мне, девочка. Я поступаю правильно. Я знаю, что поступаю правильно.</p>
     <cite>
      <p>Конни ведет рыдающую миссис Старкуэтер назад, к ее креслу.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Маргарет, сознайся, когда ты сказала мне, что у тебя с этим человеком ничего не было, ты ведь солгала, правда? Ты ведь солгала мне, как может лгать только падшая женщина.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Разве вы можете поверить во что-нибудь хорошее?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Что же тут может быть хорошего? Но еще отвратительнее, чем твои отношения с этим человеком, то, что ты сделала здесь, в этой комнате, обокрав меня нагло и бесстыдно! Что ж, ты скрестила свою волю с моей в деле, которое выше твоего разумения. Ты вмешалась в мужскую игру, и с тобой поступят так, как ты того заслуживаешь. Том подаст прошение о разводе.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Эта угроза меня не пугает.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Но политической карьере Нокса будет положен конец. Наши добрые обыватели не прощают подобных вольностей. Мы раздуем такой скандал…</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(в ужасе). Энтони!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Более того. Ты уличена в прелюбодеянии, и суд признает, что, как существо аморальное, ты не достойна воспитывать ребенка. У тебя его отнимут.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет! Вы не посмеете! Я не сделала ничего дурного. Ни один суд, ни один судья на свете не поверит такому негодяю, как он! (Показывает на Хаббарда.) Хаббард. Вы думаете? К сожалению, в соседней комнате находились, кроме меня, еще двое. Я сам их туда привел. К тому же это были служащие вашего отца. Дверь, как вам известно, была приотворена… А они — не слепые.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> И засвидетельствуют все, что вы им подскажете.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Только правду, и ничего, кроме правды.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Отец, а если я верну бумаги?..</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Все будет забыто. Еще не поздно, отдай бумаги, и все будет забыто.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Значит, ты смиришься даже с моим «прелюбодеянием»? Позволишь такой безнравственной твари, как я, воспитывать твоего внука, калечить ребенка? Вот уж не думала, что твоя хваленая добродетель опустится до такой низости! И все это ради каких-то бумажек, ради денег, ради права обкрадывать других! Что же такое твоя мораль? Деньги и только деньги?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Не тебе меня учить, что такое мораль. И дело — не в деньгах. Мне вверены судьбы Америки, и я свято чту мой долг…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(прерывает его, с горькой иронией). …а кража, ложь и прочие мелкие грешки — ничто по сравнению с твоим высоким предназначением! Цель оправдывает средства?</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(сухо). Совершенно верно.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(Ратленду). А вы еще обличали иезуитов!<a l:href="#n_105" type="note">[105]</a> Как духовный наставник моего отца…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Довольно болтовни! Отдай мне бумаги.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> У меня их нет.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Что делать, Хаббард?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Если миссис Чалмерс не выходила из комнаты, а мы нигде их не нашли, документы должны быть у нее. Ведь она сама в этом призналась… Следовало бы просто обыскать ее…</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ничего другого нам не остается. Доблмен и Хаббард, ступайте с ней туда, за ширму. Разденьте ее и обыщите.</p>
     <p>Доблмен насмерть перепуган, зато Хаббард не скрывает своей готовности.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Не позволю! Хаббарду уж во всяком случае!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Поздно. Вы не вступились за меня, когда эти двое поливали меня грязью, стаскивали с меня последние покровы благопристойности. Какая разница, если они снимут с меня к тому же и одежду? И чем мистер Хаббард хуже других? Может быть, и мистер Ратленд захочет принять участие?</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Мэдж, уступи им!</p>
     <cite>
      <p>Маргарет качает головой.</p>
     </cite>
     <p>Папа, тогда дай мне обыскать ее!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Тебе? Что-то ты больно охотно за это берешься… Боюсь, что тебе так же нельзя верить, как и твоей сестре.</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Ну, тогда пусть это сделает мама!</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(с издевкой). Мама? У твоей мамы из-под носа можно вынести целый склад!</p>
     <p><strong>Конни.</strong> Но ведь нельзя же это поручать мужчинам! Ты только подумай — мужчинам!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Почему? У нее не осталось никакого стыда (Властно.) Доблмен!</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(чуть не плача). Д-д-да, сэр?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Позовите экономку и горничных.</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(протестующе). Энтони!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Может быть, предоставить это дело мужчинам?</p>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(хныча). Я умру, я умру, говорю вам — я умру!</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(Доблмену). Немедленно позовите миссис Миддлтон и горничных.</p>
     <cite>
      <p>Доблмен идет к двери и передает приказание Старкуэтера горничной.</p>
      <p>Линда бросается на помощь к Маргарет.</p>
     </cite>
     <p>Отойдите туда. В угол.</p>
     <cite>
      <p>Линда застывает в нерешительности, но Маргарет делает ей знак, и она через силу повинуется.</p>
     </cite>
     <p>Шутки кончены. И сейчас не время для дамских сентиментов. Верни бумаги, не то тебе будет плохо.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет не отвечает.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Ты слышала, что сказал отец? Он прав. Это мужская игра, и тебе в ней не место. Отдай бумаги.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет все так же молчит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард </strong>(вкрадчиво). Разрешите напомнить вам, дорогая миссис Чалмерс, что вы не только обокрали вашего отца. Вы изменили вашему классу.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> И нанесли ему непоправимый ущерб.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(в ярости, показывает на портрет Линкольна). И он нанес непоправимый ущерб своему классу, освободив рабов! Я предпочитаю изменить всем вам, но не изменю ему.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ерунда!</p>
     <cite>
      <p>Стук в дверь. Доблмен отворяет ее. Входит пожилая Экономка и две перепуганные горничные.</p>
     </cite>
     <p><strong>Экономка.</strong> Слушаю, сэр?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Миссис Миддлтон, отведите миссис Чалмерс туда, за ширму, и обыщите ее. Горничные вам помогут. Разденьте ее, если потребуется.</p>
     <cite>
      <p>Горничные в замешательстве.</p>
     </cite>
     <p><strong>Экономка </strong>(деловито). Понятно, сэр. Что прикажете искать?</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Бумаги, документы, все, что она прячет. Отдадите мне.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(в панике). Чудовищно! Чудовищно!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> А ваша кража разве не чудовищна?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(мужу, Ратленду и Доблмену). Трусы! Ах вы, трусы! Неужели вы допустите, чтобы этот позор совершился? Том, неужели в тебе не осталось ни капли мужской порядочности?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(упрямо). Верни бумаги.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Мистер Ратленд…</p>
     <p><strong>Ратленд </strong>(смущенно, елейным тоном). Дорогая моя миссис Чалмерс! Поверьте мне, я от души сожалею об этом неприятном инциденте… Но вы так очевидно неправы, ваша вина настолько явственна, что совесть мне не позволяет вмешаться…</p>
     <p><strong>Доблмен </strong>(внезапно взрываясь). Я больше не могу! Какое безобразие! Можете уволить меня, я у вас больше не служу. Я не стану участвовать в таких вещах! (Пытается отпереть двери.) Я уйду! Скоты! Какие скоты! (Разражается рыданиями.) Чалмерс. По-видимому, еще один воздыхатель.</p>
     <cite>
      <p>Доблмену наконец удалось открыть дверь.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Болван! Закройте дверь.</p>
     <cite>
      <p>Доблмен замер.</p>
     </cite>
     <p>Заприте ее!</p>
     <cite>
      <p>Доблмен повинуется, стоит с опущенной головой.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(грустно улыбаясь). Благодарю вас, мистер Доблмен. (Отцу.) Клянусь вам, что вы у меня ничего не найдете. Прошу вас, поверьте мне. Не допускайте этого ненужного оскорбления.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Вы мне солгали относительно Нокса. Я вам не верю.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Если вы это сделаете, вы мне больше не отец. Вы меня больше никогда не увидите. Клянусь вам!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> У тебя мой характер, тебе трудно будет забыть, от кого ты его унаследовала. Миссис Миддлтон, приступите к обыску.</p>
     <cite>
      <p>Экономна делает знак горничным и направляется к Маргарет.</p>
     </cite>
     <p><strong>Конни.</strong> Отец! Только сделай это, и я никогда не буду с тобой разговаривать! (Рыдает.)</p>
     <cite>
      <p>Миссис Старкуэтер в продолжение всей сцены бьет истерика.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(сухо, взглянув на часы). Я потерял достаточно времени. Миссис Миддлтон, не мешкайте.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(отстраняясь от экономки). Не позволю! Не позволю! Я буду сопротивляться!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Если понадобится, примените силу.</p>
     <cite>
      <p>Горничные останавливаются в нерешительности, но экономка жестом призывает их к повиновению. Маргарет отступает, пока они не прижимают ее к письменному столу.</p>
     </cite>
     <p><strong>Экономка.</strong> Ну же, миссис Чалмерс, будьте благоразумны… (кладет руку на плечо Маргарет.) Маргарет (яростно сбрасывает ее руку, властно). Назад!</p>
     <cite>
      <p>Экономка машинально отступает. За нею отодвигаются и горничные. Но только на секунду. Они снова подходят к Маргарет и хватают ее.</p>
     </cite>
     <p>Линда! Линда!</p>
     <cite>
      <p>Линда бросается на помощь хозяйке, но ее ловит на ходу и силой удерживает Чалмерс. Вырывающуюся Маргарет экономка и горничные втаскивают за ширму. Горничные, по-видимому, вошли во вкус своей работы. Одна из них выходит из-за ширмы, чтобы принести туда стул, на который они насильно сажают Маргарет. Ширма не очень высока, и во время борьбы над нею мелькают обнаженные руки Маргарет. Слышны заглушенные возгласы и вежливый голос экономки, уговаривающей Маргарет.</p>
     </cite>
     <p>Нет! Не надо!</p>
     <cite>
      <p>Борьба становится отчаянной, ширма опрокидывается и открывает сидящую на стуле полураздетую Маргарет. В руках у нее зажат конверт, который горничные тщетно пытаются у нее вырвать.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(кричит). Энтони! Они сняли с нее платье!</p>
     <cite>
      <p>Линда с удвоенной силой вырывается из рук Чалмерса. Старкуэтер при помощи Ратленда ставит на место ширму.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет! Нет!</p>
     <cite>
      <p>Экономка с торжеством передает конверт Хаббарду.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард </strong>(резко). Это совсем не то. (Взглянув на адрес и вздрогнув.) Письмо Ноксу.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Вскройте его. Прочтите.</p>
     <cite>
      <p>Борьба за ширмой стихает.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Это всего лишь фотография миссис Чалмерс. (Читает надпись.) «В залог будущего. Маргарет».</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(оттолкнув Линду, быстро подходит к Хаббарду). Отдайте! (Берет фотографию, читает надпись, рвет карточку на куски и топчет каблуком.) Старкуэтер. Это не то, что мы ищем, миссис Миддлтон. Продолжайте.</p>
     <cite>
      <p>Пауза. Все напряженно ждут.</p>
     </cite>
     <p><strong>Экономка </strong>(выходя из-за ширмы). Больше ничего нет, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Вы сняли все?</p>
     <p><strong>Экономка.</strong> Да, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> До нитки?</p>
     <cite>
      <p>Вместо ответа экономка снова скрывается за ширмой, видимо, чтобы снять последнюю «нитку», и выводит опять.</p>
     </cite>
     <p><strong>Экономка.</strong> Да, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Ничего нет?</p>
     <p><strong>Экономка.</strong> Ничего, сэр.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Выбросьте сюда ее платье, все, что на ней было.</p>
     <cite>
      <p>Из-за ширмы летит охапка женского платья, которое падает у ног смущенного Доблмена.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(перетряхивает одежду. Заглянув за ширму). Ничего.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс, Старкуэтер и Хаббард озадаченно переглядываются. Горничные выходят из-за ширмы и останавливаются у двери справа.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(не доверяя Чалмерсу, сам перетряхивает одежду Маргарет еще раз). Вы уверены, что их у нее нет?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Совершенно уверен.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Миссис Миддлтон, обыщите горничных.</p>
     <p><strong>Экономка </strong>(ощупывает горничных). У них ничего нет, сэр.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(из-за ширмы, тихо, без всякого выражения). Могу я теперь одеться?</p>
     <cite>
      <p>Молчание.</p>
     </cite>
     <p>Мне холодно.</p>
     <cite>
      <p>Молчание.</p>
     </cite>
     <p>Пустите ко мне, пожалуйста, Линду.</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер мрачно кивает Линде, разрешая ей подойти к Маргарет.</p>
      <p>Линда собирает одежду и уносит ее за ширму.</p>
     </cite>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(экономке). Ступайте.</p>
     <cite>
      <p>Экономка и горничные выходят.</p>
     </cite>
     <p><strong>Доблмен </strong>(нерешительно). Запереть дверь на ключ, сэр?</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер не отвечает, и дверь остается незапертой.</p>
     </cite>
     <p><strong>Конни </strong>(поднимаясь). Можно увести маму?</p>
     <cite>
      <p>Старкуэтер мрачно кивает.</p>
     </cite>
     <p><strong>Миссис Старкуэтер </strong>(тщетно пытаясь встать и снова падая в кресло). Дай мне передохнуть, Конни. Мне сейчас станет лучше. (Старкуэтеру, который по-прежнему не обращает на нее внимания.) Энтони, я лягу в постель. Я заболеваю. Ни о каком отьезде сегодня не может быть и речи. (Вздыхает и откидывается на спинку кресла, закрыв глаза.)</p>
     <cite>
      <p>Конни обмахивает ее веером и дает нюхательную соль.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(Хаббарду). Что теперь делать?</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(пожимает плечами). Понятия не имею. Не понимаю, куда она могла их деть.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Но зачем? Зачем она их взяла?</p>
     <p><strong>Хаббард </strong>(сухо, показывая на растоптанную фотографию на полу). Неужели вам еще не ясно?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Вы так думаете? Вы в этом уверены?</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Я рассказал вам о том, что произошло вчера в его комнате. Чего ж вам еще надо?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(в бешенстве). А он тоже хорош гусь! Кичится своим моральным превосходством, произносит патетические речи о краже, а сам — настоящий вор, вор, который крадет у нас самое святое…</p>
     <cite>
      <p>Из-за ширмы появляется Маргарет. Она одета, Линда на ходу поправляет ее платье и завязывает вуалетку на шляпе. Маргарет останавливается возле Ратленда, не замечая его.</p>
     </cite>
     <p><strong>Ратленд </strong>(неуверенно). Как все это неприятно! Кто бы мог подумать? Я глубоко сожалею… Не могу выразить, миссис Чалмерс, как я сожалею о том, что меня вынудили присутствовать при таком неприятном…</p>
     <cite>
      <p>Взгляд Маргарет заставляет его замолчать.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> После того, что случилось, отец, мне остается только…</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(прерывая ее). Пойти к своему любовнику?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(холодно). Вы можете думать обо мне все, что вам угодно.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> И отнести ему то, что вы для него украли…</p>
     <p><strong>Старкуэтер </strong>(приходя в себя). Но у нее ничего не нашли. Она не выходила из комнаты. Где же документы?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет идет к двери, которую ей отворяет Доблмен. Она пропускает вперед Линду и задерживается, чтобы дослушать.</p>
     </cite>
     <p><strong>Хаббард </strong>(быстро подбегает к окну и поднимает раму). Видите! Окно не заперто. И рама двигается бесшумно. Теперь все ясно. (Старкуэтеру.) Когда вы отошли к сейфу и повернулись к ней спиной, она отворила окно и выбросила бумаги своему сообщнику, который дожидался внизу… (Высовывается в окно, осматривает улицу.) Там их нет. Значит, их подобрали.</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Но откуда она могла знать, что бумаги у меня? Ведь вы их только что мне принесли.</p>
     <p><strong>Хаббард.</strong> Нокс еще вчера ночью узнал, что их взял я. Он выбежал за мной следом, но, услышав его шаги, я поехал на лифте вверх, а не вниз. Не сомневаюсь, что он тотчас же ей сообщил. Ведь только она одна могла добыть их обратно. Зачем она пришла сюда утром? Конечно, для того, чтобы украсть документы. А он ждал ее внизу. Она выбросила пакет и закрыла окно… (Закрывает окно.) Видите, ни малейшего шума!</p>
     <p><strong>Старкуэтер.</strong> Маргарет, это правда?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(взволнованно). Ну, конечно, я выбросила их в окно, как же вам сразу не пришло это в голову? Конечно, в окно. Он… ждал внизу. А теперь бумаги уже далеко. Так далеко, что вам их не достать. Они у него. Он покажет их сегодня в конгрессе. (Истерически смеется. Вдруг почти беззвучно.) Теперь я могу уйти? (Никто ей не отвечает, и она выходит.)</p>
     <cite>
      <p>Пауза. Старкуэтер, Чалмерс и Хаббард смотрят друг на друга в замешательстве.</p>
      <subtitle>Занавес</subtitle>
     </cite>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Действие четвертое</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <cite>
      <p>В тот же день двумя часами позже.</p>
      <p>Декорации первого действия. На переднем плане справа сидит Нокс.</p>
      <p>Входит Маргарет. Нокс неловко встает и пожимает ей руку.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(спокойно). Я знала, что вы придете. Странно, только вчера мы с вами расстались навсегда, а уж сегодня мне пришлось за вами послать… (Встревоженно.) Что случилось? Вы больны? У вас такие холодные руки. (Согревает обеими руками его руку.) Нокс. Видите, какой я человек — то лед, то пламень. (Улыбаясь.) Но лучше уж сгореть дотла, чем мерзнуть…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(заметив, что она все еще держит его руку). Садитесь и расскажите, что с вами стряслось. (Подводит его к креслу, усаживает и садится сама.) Нокс. Вчера вечером, после того как вы ушли, Хаббард украл у меня документы.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, он сделал это еще при мне: он прятался в вашей спальне.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(изумленно). Откуда вы знаете? Но он-то, во всяком случае, не знал, что рядом были вы.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, знал.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Неужели он посмел?..</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Да, каких-нибудь два часа тому назад он рассказал обо всем, что видел, моему мужу, отцу, матери, Конни, прислуге, словом, всем на свете.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(встает и ходит по комнате). Подлец!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Кажется, я его так и назвала. (С горькой улыбкой.) Это была премилая семейная картина. Мама кричала, что она не верит… но она была в истерике. Конечно, она поверила. И Конни тоже. И все…</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(останавливается и смотрит на нее с ужасом). И они вас обвинили…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, куда хуже. Они не стали меня ни в чем обвинять, они сочли мою вину заранее доказанной… в том, что вы мой любовник.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> На каком основании? Неужели они поверили этому типу?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> У него в соседнем номере было еще два свидетеля.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(с облегчением). Ну, тогда не страшно. Они будут вынуждены сказать правду. А в ней нет ничего предосудительного. Мы ведь отказались друг от друга…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вы не знаете этих людей. Поверьте, они прошли хорошую школу. И дадут присягу в чем угодно. Ведь это люди моего отца, его наемные ищейки.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(хватаясь за голову). Боже мой, что вам пришлось вынести! Могу себе представить… перед самыми близкими вам людьми… А я все думал, зачем вы меня позвали. Теперь я знаю…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, не знаете.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(не обращая внимания на ее слова и продолжая шагать по комнате). Какая разница! Все равно в политике я человек конченый. Их план удался на славу. Вы меня предупреждали, Джиффорд меня предупреждал, все меня предупреждали. А я вел себя, как безмозглый дурак. У меня ничего не осталось… кроме вас. (Пауза. Вдруг выражение его лица меняется.) Может, это и к лучшему. На мое место встанут другие, более достойные. Так или иначе, народ победит. А я… я зато нашел вас. Это — судьба. И я ей благодарен. (Подходит к ней и хочет ее обнять, но она отступает.) Маргарет (с печальной улыбкой). Кажется, мы поменялись ролями. Вчера — я, сегодня — вы… Хорошо, что страсть приходит к нам в разное время, не то мы бы уже сгорели в этом пламени!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Дорогая, ведь мы не виноваты, что так получилось. Это судьба. Надо смотреть ей прямо в лицо. Мы боролись и были побеждены. После того, что случилось сегодня утром, у вас одно прибежище — это я. Не бог весть какое, но я вас люблю. А что до меня — повторяю, я человек конченый. Документы украдены, и я не скажу своей речи, хоть о ней было столько шума.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, вы ее скажете.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Невозможно. Для этого надо быть дураком вдвойне. У меня нет доказательств.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Они у вас будут… В этом странном деле одна кража порождает другую. Мой отец обкрадывает народ. Документы, которые уличают его в воровстве, украдены Херстом. Хаббард крадет их у вас и возвращает моему отцу. А я краду их у отца и отдаю вам.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(потрясен). Вы?.. Вы?..</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну да, сегодня утром. Из-за этого-то и поднялась вся буря. Если бы я их не украла, ничего бы не было. Ведь Хаббард едва успел вернуть их отцу.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(с глубоким волнением). И вы… сделали это ради меня?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, не ради вас. Конечно, моя первая мысль была о вас. Но все было так ужасно… если б я это сделала только для вас, я бы не выдержала. Я бы сдалась. Но я вспомнила о том, что вы мне говорили. И поняла, что вы были правы. Я думаю о народе, о детях. И я стерпела ради них. Для того, чтобы вы могли замолвить за них слово. (Меняя тон, гневно.) Знаете, чего мне это стоило? Знаете, что они со мной сегодня сделали там, в доме моего отца? Они позвали прислугу, раздели меня и обыскали на глазах у всех — не только моих близких, но перед Хаббардом, священником, секретарем, — словом, перед всеми, кого они могли созвать!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Они… вас раздели?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Донага. Так приказал мой отец.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(внезапно представив себе эту сцену). Боже мой!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(овладев собой, глядит на его окаменевшее от ужаса лицо). Не волнуйтесь. Все было не так ужасно, как вы думаете. Они прикрыли меня ширмой. Правда, она чуть не упала как раз тогда, когда я…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Но почему… зачем они это сделали?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Искали документы. Они знали, что я их взяла. (Серьезно.) Вы видите, я их выстрадала. Я вправе ими распоряжаться. Я отдам их вам, а вы скажете вашу речь.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Мне они не нужны…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(звонит в колокольчик). Ну нет, неправда. Теперь они должны быть вам дороже всего на свете.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Мне жаль, что вы это сделали.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(подходит к нему, гладит его волосы). Что?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Мне жаль, что вы вернете мне документы… Я уже свыкся с мыслью об их утрате. Я примирился с мыслью, что, потеряв все, буду жить для вас. (Берет ее руку и прижимает к своим губам.) Отдайте их лучше обратно вашему отцу.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет резко от него отодвигается. Справа входит Слуга.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Пошлите ко мне Линду.</p>
     <cite>
      <p>Слуга выходит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс.</strong> Что вы хотите сделать?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я хочу послать за ними Линду. Они ведь все еще там, в кабинете отца; я спрятала их за портретом Авраама Линкольна. Он-то уж их не выдаст!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Маргарет! Бог с ними, с документами. Не посылайте за ними. Они мне больше не нужны. (Встает и взволнованно бросается к ней). Мне нужны только вы!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(отстраняя его, нежно и насмешливо). Хороший вы мой, как это мило с вашей стороны. Но это невозможно. (Тревожно оглядывается на дверь.) Нет, нет. Прощу вас, сядьте.</p>
     <cite>
      <p>Справа входит Линда. Она в пальто и шляпе.</p>
     </cite>
     <p>Куда вы собрались, Линда?</p>
     <p><strong>Линда.</strong> Томми и мы с няней думали сходить в город. Надо кое-что купить для детской.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ступайте. Но сперва зайдите к отцу. Линда, слушайте меня внимательно: помните портрет Линкольна на стене отцовской библиотеки? Поезжайте сейчас же туда и привезите мне связку бумаг, которую я спрятала за портретом. Постарайтесь сделать это незаметно. Возьмите с собой Томми, отведите его к бабушке. Она ведь скверно себя чувствует. Проберитесь в библиотеку, встаньте на стул, оттуда на книжную полку, и вам останется лишь протянуть руку. Пусть Томми побудет у бабушки, а вы возвращайтесь как можно скорее сюда. Встаньте на карниз книжного шкафа и достаньте бумаги из-за портрета. Вам должно хватить на все это пятнадцать минут. Возьмите машину.</p>
     <p><strong>Линда.</strong> Томми с няней уже ждут меня в машине.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Торопитесь. И будьте осторожны.</p>
     <cite>
      <p>Линда, молча кивнув головой, уходит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс </strong>(страстно). Это безумие! Вы жертвуете и мной и собой! Я ничего не хочу, кроме вас. Я устал. Теперь мне нужны только вы. Я слишком долго мечтал о недостижимом идеале…</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(серьезно). Вот оно что! Значит, теперь вы хотите ради меня поступиться вашим идеалом?</p>
     <cite>
      <p>Он пытается возразить.</p>
     </cite>
     <p>Нет, молчите, я ведь не кокетничаю и понимаю, что вы хотели сказать. Но я не хочу, чтобы вы себе изменяли, я хочу, чтобы вы были тем, кого я знаю. И шли вперед, а не сворачивали назад. Трусом быть легко; что может быть легче, чем признать себя побежденным? Но я не могла бы полюбить труса. Вчера нас спасла ваша сила. Разве вы могли быть мне так дороги, если бы проявили слабость? И чтобы удержать мою любовь…</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(прерывая ее, горько). Я должен отдать ее в обмен за недостижимые идеалы. Маргарет, признайтесь, разве есть на свете что-нибудь прекраснее любви?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Любви мужчины к женщине?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Какой же еще?</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(серьезно). Есть любовь еще прекраснее. Любовь к людям.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Теперь вы читаете мне проповедь! Ладно, я никогда больше не буду проповедовать. Отныне…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Отныне?..</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Я буду только любить.</p>
     <cite>
      <p>Входит Чалмерс, они его не замечают.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вы не помните себя. Это пройдет, и тогда вы увидите, что я права. Вы не можете убежать от борьбы.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Могу и хочу. Говорю вам, я не хочу ничего, кроме вас. Пойдемте со мной, сейчас, немедленно! Нельзя упускать своего счастья! (Подходит к ней и берет ее за руку. Она не сопротивляется.) Борьба будет продолжаться и без меня. Десятки других людей — лучше, сильнее меня — придут на мое место. Я люблю тебя, люблю… И на белом свете нет ничего, кроме моей любви к тебе.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс издает крик ярости и бросается на Нокса.</p>
      <p>Маргарет преграждает ему дорогу.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Пожалуйста, Том, без сцен. Ведь я же тебе безразлична. Ты просто отдаешь дань традициям, приличиям, воспитанию. Помни, у тебя больное сердце. Доктор Уэст предупреждал тебя…</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс шатается, схватившись за сердце. Его лицо искажено болью, Маргарет его подшучивает и усаживает на стул.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Сердце… Мое сердце…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Может быть, я могу помочь?..</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(спокойно). Сейчас ему станет лучше.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет считает пульс больного; неожиданно Чалмерс с силой отбрасывает ее руку.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс </strong>(нерешительно). Тогда я, пожалуй, уйду.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет. Подождите, пока вернется Линда. И потом, не можете же вы оставить меня сейчас одну.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(задет). Вы думаете, я боюсь?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(слабым голосом). Подождите, я хочу сказать вам несколько слов. (Оправившись, говорит обычным голосом.) Хорош проповедник! Вчера вы болтали здесь о краже… Благороднейший, добродетельнейший Али-Баба оказался обыкновенным вором. Украл жену у другого.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну, вряд ли это можно назвать кражей.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(с издевкой). Ах да, я позабыл. Ведь он берет только то, что ему уже принадлежит.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Не совсем… Но он не вор, если берет то, что ему предлагают по доброй воле.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Так вот до чего ты дошла! Ты предлагаешь ему себя сама…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Вот именно. Я предложила ему себя сама не далее как вчера вечером. Но мистер Нокс от меня отказался.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вы видите, Маргарет, у нас нет выбора…</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(передернувшись). Маргарет!..</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(не обращая на него внимания). …Это просто невыносимо.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Я с вами согласен: невыносимо. Вам остается только покинуть мой дом. Ваше присутствие его бесчестит.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Не тебе говорить о чести.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Не стану оправдываться. Но я по крайней мере не заводил шашней под собственной крышей.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(бросается к нему). Мерзавец!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(становится между ними). Не надо! У него больное сердце.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(передразнивая Маргарет). Пожалуйста, без сцен.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну, что мне с вами делать? Странный народ мужчины. Почему бы нам троим не поговорить, как разумным людям?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(иронически). В самом деле. Давайте сядем в кружок и побеседуем, как разумные люди. Ведь у нас не каменный век. Не волнуйтесь, мистер Нокс. Я не собираюсь накидываться на вас с дубинкой. Садитесь, Маргарет. (Указывает на стул.) Прошу вас, мистер Нокс.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет и Нокс садятся.</p>
     </cite>
     <p>Двое мужчин и одна женщина — извечный треугольник! Совсем как в пьесах и романах.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Так, да не так. Только один из присутствующих мужчин любит женщину.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Вы в этом уверены?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Вполне.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Что ж, может, вы и правы. Ну, а женщина?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Она тоже любит только одного из присутствующих мужчин.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> И как мы выйдем из этого положения?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(рассудительным тоном). Но она еще не сказала, какого именно.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет хочет ответить.</p>
     </cite>
     <p>Подумай, Маргарет. Вспомни, кто из нас отец Томми.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Подумай и ты. Неужели в последние годы ты мог думать, что я тебя люблю?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Боюсь, что я никогда… э… не пылал к тебе страстью.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ты и сам не знаешь, какую ты сейчас сказал правду! Когда я выходила за тебя замуж, я надеялась, что когда-нибудь тобой буду гордиться…</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Опять политика! Почему женщины никак не могут оставить политику в покое!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> …и надеялась, что ты меня полюбишь. Я знала, что ты меня не любишь, но надеялась, что любовь придет.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Прости мне нескромный вопрос: а ты-то меня любила?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет. Но я надеялась, что и это придет.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> А-а! Сколько утраченных иллюзий!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Мы собирались обсуждать не прошлое, а настоящее. Маргарет и я любим друг друга. Треугольник распался.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Кстати, у нас совсем и не треугольник. Вы забыли о четвертой стороне — о Томми.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Ну что ж, не стоит путаться и в четырех углах. Надо решить и эту задачу.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Но у нашей проблемы есть и пятая сторона… мы забыли о самом главном. Мы забыли об украденных Маргарет документах. Они имеют прямое отношение к делу. К какому бы соглашению мы ни пришли, документы играют решающую роль. (Другим тоном.) Послушайте, я, кажется, вел себя как болван. Давайте рассуждать, как взрослые люди. Нокс, вы хотите мою жену. Можете ее получить при одном условии. Маргарет, ты хочешь Нокса. Ты его получишь при одном условии, при том же самом условии. Отдайте документы — и мы все забудем.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Все?</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Все. Забудем и простим друг другу.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ты простишь мне даже мою… измену?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(упрямо). Да, если ты вернешь документы. В конце концов и я не был образцом супружеской верности. Верни документы — и ты можешь уйти к нему. Не будет никакого скандала. Я дам развод. А хочешь, оставайся здесь. Выбирай. Мне нужны документы, понятно?</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(с мольбой). Маргарет!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Ну, а Томми?</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(желчно). Разве я не отдаю вас друг другу? Чего тебе еще надо? Томми останется со мной. Можешь остаться и ты, но отдай документы.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Я не отдам документов. И я не отдам сына. Но я и не пойду с мистером Ноксом…</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Нокс меня не интересует. Мне нужны документы и мне нужен Томми. Если ты мне их не отдашь, тогда пеняй на себя. Я потребую развода. Закон будет на моей стороне. Ребенок останется у меня.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(спокойно и решительно). Послушай, Том, и вы тоже, Говард. Неужели вы думали, что я хотя бы секунду предполагала отдать документы? Я хотела испытать тебя, Том, хотела убедиться, как низко ты пал. Да и не ты один, а все вы… там, сегодня утром. Я многому научилась за сегодняшний день. Где твоя хваленая честь, Том, которую ты хотел тут недавно защищать кулаками? Ты ведь готов торговать даже честью… чтобы получить несколько клочков бумаги. И готов простить мне даже мнимую измену…</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс язвительно ухмыляется.</p>
     </cite>
     <p>Я знаю, что ты мне все равно не поверишь. Но документов я тебе не верну, хотя бы ты и отнял у меня сына. На карту поставлена судьба слишком многих детей, — я не вправе пожертвовать ими ради своего ребенка.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс, пожимая плечами, издевательски ухмыляется.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс.</strong> Но пойми, Маргарет, единственный выход для нас с тобой — это отдать документы. Разве эти бумажки стоят нашего счастья?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Но вы ведь мне сами сказали, что в этих бумажках — счастье миллионов людей! Неужели за него нельзя отдать наше маленькое счастье? Ведь у тех людей тоже есть сердце, они тоже любят и страдают, как и мы с вами.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Что может сделать один человек? Разве он властен изменить ход истории, жизнь вселенной? Убери сразу хотя бы всех вождей, разве что-нибудь изменится? Народ все равно добьется своего. Кража перестанет быть законом жизни. Будущее неотвратимо.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Но его можно задержать…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Кто мы с тобой? Песчинки. Разве песчинки могут задержать морской прилив?.. Зато друг для друга мы — целый мир.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(печально и нежно). Целый мир отныне и до века…</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Не находите ли вы, что я тут в странной роли? Сидеть и слушать, как посторонний мужчина с помощью научной терминологии признается в любви моей жене…</p>
     <cite>
      <p>Нокс и Маргарет не обращают на него внимания.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс.</strong> Ты мне так нужна.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Как мучительно трудно найти правильный путь…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Ты видишь, как ему необходимы эти документы. Он отдаст за них Томми.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Ну уж нет! Если ей нужен Томми, пусть остается со мной. Но документы ей все равно придется отдать. Если она не может жить без вас — пусть идет к вам. Но документы она отдаст.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(с мольбой). Маргарет!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Замолчи, не мучь меня, ты видишь, мне и так трудно…</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(вставая). Ладно, мне надоело. Решайте. Можете продолжать ваши признания, Нокс, но я не желаю больше при этом присутствовать. К тому же я, наверно, все-таки вам мешаю. Я покуда выпью глоток виски и успокоюсь. Решайте, я скоро вернусь. Она согласится, Нокс. Будьте настойчивы. (Останавливается в дверях.) Только не очень мешкайте. (Выходит.)</p>
     <cite>
      <p>Нокс в отчаянии опустил голову на руки. Маргарет печально на него смотрит.</p>
      <p>Пауза.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(подходит к Ноксу и гладит его волосы). Я знаю, как это трудно, милый. Мне ведь тоже нелегко.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Но все это ненужно, бессмысленно!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нужно. И ты сам это знаешь. Вспомни, что ты говорил вчера. Ты ведь был прав: мы не можем красть наше счастье у моего ребенка…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> А если он отдаст Томми?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> …и у других детей тоже, у всех детей всех женщин на земле. Ты был прав и в другом: мы не можем жить сами по себе. Мы живем среди людей. И наше счастье и наше несчастье связаны с судьбой всего человечества.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(берет ее руку и гладит). Ничего не понимаю. Я слышу твой голос и не понимаю ни одного сказанного тобой слова. Зато я слышу твой голос. Мне этого достаточно. Ведь это часть тебя, тебя, которую я так люблю. И во мне нет места ничему, кроме любви к тебе, которая еще вчера была такой далекой и недоступной… Ну, скажи одно слово, одно маленькое, короткое слово, и все будет хорошо. Скажи, скажи.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Если бы ты знал, как мне хочется его сказать. Но я не могу.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Ты должна.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Неужели ты все забыл? Неужели ты забыл то, о чем мне говорил сам? О самом главном для человека, о самом большом в нашей жизни, о том, что куда важнее моей или твоей судьбы?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Мне тебя не убедить… Но все равно я люблю тебя.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> И я люблю тебя.</p>
     <cite>
      <p>Справа входит Чалмерс и видит Маргарет около Нокса. Она все еще гладит его волосы.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(с легкой издевкой, но и не без удовольствия). Вижу, что вы меня послушались. Правильно!</p>
     <cite>
      <p>Маргарет молча отходит от Нокса и садится. Нокс продолжает сидеть, опустив голову на руки.</p>
     </cite>
     <p>Нет? Ладно, я передумал. Можешь уйти к нему и взять с собой Томми. Получишь развод, все будет в порядке. И Томми будет с тобой.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(поднимает голову, с мольбой). Маргарет!</p>
     <p>Маргарет колеблется, но продолжает молчать.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Мы никогда не ладили, но я не так уж плох, как ты думаешь. Я человек покладистый. Но пойми: и я попал в переплет. Ты любишь другого, а я непременно должен вернуть документы твоему отцу.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(со значением). Видно, они тебе очень нужны, эти документы…</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Отдай ему их, Маргарет.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Значит, они еще не у вас?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Нет, они у меня.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Отдай их ему.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Разве ты не видишь, что он готов променять их на юбку? Ну и борец!</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(гордо). Я ее люблю.</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(Чалмерсу). Это минутная слабость. Она пройдет. С кем этого не бывает? Но даже слабость его мне дорога, ведь это слабость любви. Видит бог, и я была слаба и не стыжусь этого. У меня отняла силу любовь, а ее нелегко задушить, даже мыслью о долге. О нравственном долге. (Торопливо.) Пойми меня правильно, Том. Речь идет совсем не о той морали, которую исповедуете вы. Что мне сплетни и грязная болтовня бульварных газет? Что мне мнение света? Для меня было бы счастьем уйти к Говарду. Пусть ты не дашь развода, — я с радостью ушла бы и без развода. И я гордилась бы своей любовью, даже если она и не освящена вашими законами. (Ноксу.) Я была бы счастлива, и в моем сердце пели бы птицы. Я была бы самой счастливой женщиной на свете. Но есть другая мораль. Мы не можем красть счастье у других. Ведь будущее принадлежит им, и мы не можем и не смеем пожертвовать этим будущим ради нашего личного счастья. Вчера вечером, когда я пришла к тебе, Говард, я была слаба и многого не понимала. Я тогда не знала всей подлости, всей низости того мира, в котором я живу. Сегодня у меня открылись глаза. Я узнала, что их мораль не стоит и гроша. Для них существует только один бог и один закон — это доллар. Отец, муж, вся семья готовы были закрыть глаза на то, что они считали моим прелюбодеянием. Зачем? Только затем, чтобы и дальше грабить и обворовывать народ. (Чалмерсу.) Ты был готов, Том, отдать меня человеку, которого ты считаешь моим любовником, отдать не только меня, но и своего собственного сына. Из-за чего? Из-за любви к другой женщине? Нет! Тебя толкала доброта, любовь к людям? Ни в коей мере! От тебя требовала этого твоя религия, вера в бога? Ничуть! Тобой владело желание и дальше грабить народ, красть у него все, что вы в состоянии у него украсть! Не гнушаясь ничем. (Ноксу.) Теперь я понимаю, Говард, в какую суровую борьбу мы вступили — ты и я. Я живу в пещере разбойников. Больше того, я дочь атамана разбойников. Вся моя семья — это разбойники. Всю мою жизнь я пользовалась плодами разбоя. С меня довольно! И ты должен помочь мне, Говард.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(тихо свистнув). Странно, что ты не стала суфражисткой…<a l:href="#n_106" type="note">[106]</a> С таким ораторским талантом тебе бы там цены не было…</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(печально). Хуже всего, Маргарет, что ты права, свое счастье нам действительно пришлось бы красть у других. Но разве мне легко отказаться от тебя?</p>
     <cite>
      <p>Маргарет смотрит на него признательным взглядом.</p>
     </cite>
     <p>Тяжело отказываться от счастья…</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(язвительно). Да, я вам верю, от нее не легко отказаться. Поглядите, она недурна. Любому на зависть…</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Том, я соглашусь на развод без всякого шума, выйду замуж за мистера Нокса и возьму с собой Томми. При одном условии.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Каком?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Документы остаются у меня. И будут использованы Ноксом в сегодняшней речи.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Ну, уж это извините!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Что бы ни случилось, что бы ты ни делал, а речь будет сегодня произнесена.</p>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Не вернешь документов, не будет тебе ни развода, ни сына. Ничего!</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Что ж, ты заставишь меня остаться здесь. Я не сделала ничего дурного, да ты ведь и не захочешь подымать скандал.</p>
     <cite>
      <p>Входит Линда.</p>
     </cite>
     <p>А вот и документы. (Линде.) Давайте их сюда.</p>
     <cite>
      <p>Линда вынимает пачку документов. Чалмерс пытается выхватить их у нее из рук.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс </strong>(отталкивает Чалмерса). Спокойно.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс шатается, держась за сердце.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(Чалмерсу). Вот видишь — тебе снова стало плохо.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс делает несколько неверных шагов к звонку.</p>
     </cite>
     <p>Говард! Останови его! Если он позвонит, слуги отнимут у нас документы.</p>
     <cite>
      <p>Нокс делает шаг вперед, но Чалмерс падает на стул, откинув голову и вытянув ноги.</p>
     </cite>
     <p>Линда, воды!</p>
     <cite>
      <p>Линда передает документы Маргарет и убегает в дверь направо.</p>
     </cite>
     <p><strong>Нокс </strong>(после паузы, трогает Маргарет за руку.) Дай их мне.</p>
     <cite>
      <p>Маргарет протягивает ему документы. Входит Линда со стаканом воды; она передает его Маргарет. Маргарет подносит стакан к губам Чалмерса.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(резким движением швыряет стакан об пол и говорит с усилием). Виски с содой!</p>
     <cite>
      <p>Линда вопросительно смотрит на Маргарет. Та колеблется, затем пожимает плечами. Линда поспешно уходит направо.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет </strong>(Ноксу). Теперь вы пойдете и скажете вашу речь.</p>
     <p><strong>Нокс </strong>(пряча документы). Да, я скажу мою речь.</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Пусть ваши слова приблизят будущее! Пусть в вашей речи звучит гнев людей, у которых крадут их счастье.</p>
     <cite>
      <p>Чалмерс смеется.</p>
     </cite>
     <p>Вы знаете — мое сердце принадлежит вам. Я верю, настанет день, и мы будем вместе… навсегда!</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> А пока?</p>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Мы должны ждать.</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Мы будем ждать.</p>
     <cite>
      <p>Линда приносит стакан виски с содой и подает Чалмерсу, тот пьет.</p>
      <p>Маргарет делает знак Линде; она уходит.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Моей смерти, а?</p>
     <p><strong>Нокс.</strong> Я, правда, об этом не думал, но что ж, то, что вы предлагаете, — тоже выход. Ваше сердце, видно, поизносилось. Вы рано растеряли и силы и совесть. Помните, как тот хозяин, который воровал сено у собственной лошади, покуда она не издохла. Мы терпеливы. Думаю, что вы не заставите нас ждать слишком долго.</p>
     <p><strong>Чалмерс </strong>(посмеиваясь, пьет небольшими глотками). Ну, Нокс, мы сыграли вничью. Вы не получили этой женщины. Я тоже. Она будет жить под моей крышей, вот и все. Развода я ей не дам. Ребенок связывает ее по рукам и ногам. Мы оба ее не получим. Но вам это обиднее, чем мне.</p>
     <cite>
      <p>Нокс, не обращая на него внимания, идет к двери в глубине. На пороге он поворачивается. Пауза.</p>
     </cite>
     <p><strong>Маргарет.</strong> Действуйте. Будьте храбрым. Ступайте.</p>
     <cite>
      <p>Нокс уходит. Маргарет неподвижно глядит ему вслед, отвернув лицо от публики.</p>
     </cite>
     <p><strong>Чалмерс.</strong> Маргарет!</p>
     <cite>
      <p>Она его не замечает.</p>
     </cite>
     <p>Послушай, Маргарет! (Поднимается со стаканом в руке и направляется к ней.) Его речь вызовет черт знает какой переполох. Но не так уж это страшно, как думает твой отец. Шум стихнет. Мало ли раскрывалось афер, а власть все равно оставалась у нас. Ведь все проходит. Вот и наша размолвка… Может, и у нас дело еще пойдет на лад, а?</p>
     <cite>
      <p>Она по-прежнему его не замечает.</p>
     </cite>
     <p>Почему ты молчишь? (Пауза. Дотрагивается до ее руки.) Маргарет!</p>
     <p><strong>Маргарет </strong>(поворачиваясь к нему, с ненавистью и отвращением). Не прикасайся ко мне!</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Е. Голышевой, Б. Изакова</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>РОМАНЫ</p>
    <empty-line/>
   </title>
   <section>
    <title>
     <p>Дочь снегов</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава I</p>
     </title>
     <p>— Все готово, мисс Уэлз. Но, к сожалению, у меня нет возможности дать вам пароходную шлюпку.</p>
     <p>Фрона Уэлз поспешно встала и подошла к старшему офицеру.</p>
     <p>— Мы очень заняты, — пояснил он, — а золотоискатели — чрезвычайно ненадежный груз, по крайней мере…</p>
     <p>— Я понимаю, — прервала она, — что веду себя назойливо. Мне очень неловко доставлять вам столько хлопот, но… но… — Она быстро повернулась и указала на берег. — Видите тот большой бревенчатый дом? Вон между соснами и рекой? Я родилась в этом доме.</p>
     <p>— В таком случае я, пожалуй, и сам бы очень торопился, — сочувственно пробормотал офицер, проводя ее через толпу, теснившуюся на палубе.</p>
     <p>Все мешали друг другу, и притом не было ни одного человека, который не объявил бы об этом во всеуслышание. Тысячи золотоискателей требовали немедленной выгрузки на берег своей поклажи. Из глубины зияющих люков пронзительно свистящие паровые подъемные краны беспрерывно выхватывали груз и сбрасывали на большие плоскодонные лодки, со всех сторон окружавшие пароход. На каждой из этих лодок толпа вспотевших людей судорожно хваталась за свешивающиеся стропы и разбрасывала кругом тюки и ящики в лихорадочных поисках своего добра. Иные, перегнувшись через поручни палубы, крича, размахивали багажными квитанциями. Иногда два или три человека сразу предъявляли права на один и тот же предмет, и тогда поднимался отчаянный спор. Вещи с клеймом «два круга» и «круг и точка» вызывали бесконечные пререкания, а на каждую ручную пилу находилась дюжина претендентов.</p>
     <p>— Ревизор<a l:href="#n_107" type="note">[107]</a> говорит, что он сойдет с ума, — сказал старший офицер, помогая Фроне Уэлз спуститься к трапу, — портовые чиновники вернули груз пассажирам и бросили работу. Но все-таки нам повезло больше, чем «Вифлеемской Звезде», — заверил он Фрону, указывая на пароход, бросивший якорь в четверти мили от них. — У половины его пассажиров есть вьючные лошади, чтобы добраться до Скагуэя и Белого Ущелья, а остальные направляются через Чилкут. Портовые чиновники подняли бунт, и теперь там абсолютное бездействие.</p>
     <p>— Эй, вы! — закричал он, подавая знак белому баркасу «Уайтхолл», который скромно качался на волнах за линией скучившихся лодок.</p>
     <p>Пытаясь проскочить, крошечный баркас храбро поплыл к огромной барже. Но лодочник неудачно бросил бечеву и попал в ворот. Баркас повернулся на месте и остановился.</p>
     <p>— Берегись! — крикнул старший офицер.</p>
     <p>Два семидесятифутовых каноэ, переполненных людьми и грузом, отчалили от кормы и понеслись на всех парусах. Одно из них сразу же направилось к пристани, а другое притиснуло баркас к барже. Лодочник успел вовремя поднять весла, но его маленькое суденышко затрещало и, казалось, вот-вот будет раздавлено. Вскочив на ноги, он в коротких, но сильных выражениях послал проклятие всем находившимся в каноэ и на барже. Какой-то человек свесился через борт баржи и ответил ему не менее красноречиво, между тем как находящиеся в каноэ белые и индейцы залились насмешливым хохотом.</p>
     <p>— Эй ты, маргаритка!<a l:href="#n_108" type="note">[108]</a> — закричал один из них. — Отчего ты не научился грести?</p>
     <p>Кулак лодочника попал насмешнику прямо в подбородок и, оглушив, отбросил его на кучу сваленных товаров. Не довольствуясь столь кратким ответом, лодочник собрался было действовать и дальше. Однако ближайший к нему старатель схватился за револьвер, который, к счастью, застрял в новой кожаной кобуре. Его товарищи-золотоискатели, смеясь, ожидали исхода стычки. Но каноэ двинулось вперед, и индеец-рулевой, ударив лодочника концом своего весла в грудь, опрокинул его на дно баркаса.</p>
     <p>Когда разразившаяся буря проклятий и богохульств, казалось, неминуемо приведет к жестокой драке или даже к убийству, старший офицер украдкой взглянул на девушку, стоявшую с ним рядом. Он ожидал увидеть на ее лице испуг и смятение и совсем не был подготовлен к тому, что представилось его глазам. Девушка была, по-видимому, возбуждена и глубоко заинтересована.</p>
     <p>— Прошу прощения, — начал он.</p>
     <p>Но она прервала его, как будто недовольная его вмешательством:</p>
     <p>— Нет, нет. Не за что. Мне очень весело. Все же я довольна, что револьвер этого человека застрял в кобуре. Если бы этого не произошло…</p>
     <p>— Наша высадка задержалась бы. — Старший офицер засмеялся, обнаруживая свою тактичность.</p>
     <p>— Этот человек — просто грабитель, — продолжал он, указывая на лодочника, направлявшегося в это время к ним. — Он взял двадцать долларов за то, чтобы доставить вас на берег. И сказал при этом, что, будь вы мужчиной, он взял бы двадцать пять. Он — пират, поверьте мне, и когда-нибудь ему не миновать виселицы. Двадцать долларов за получасовую работу! Подумайте только!</p>
     <p>— Эй, вы! Полегче на поворотах! — угрожающе крикнул тот, о ком шла речь, неуклюже причаливая и опуская в воду одно весло. — По какому праву вы ругаетесь? — добавил он вызывающе, выжимая мокрый рукав своей рубашки.</p>
     <p>— У вас недурной слух… — начал старший офицер.</p>
     <p>— И крепкий кулак, — перебил тот.</p>
     <p>— И язык у вас тоже хорошо подвешен.</p>
     <p>— В моем деле без этого не обойдешься. С вами, акулами, иначе пропадешь. Так это я, стало быть, пират? Кто же тогда вы с вашей гурьбой пассажиров, стиснутых, как селедки в бочке? Берете с них двойную цену первого класса, кормите той же пищей, что и палубных пассажиров, и сваливаете их в кучу, хуже чем свиней! Это я-то пират?!</p>
     <p>Какой-то краснолицый человек, свесив голову через перила верхней палубы, дико завопил:</p>
     <p>— Я требую, чтобы мой багаж был доставлен на берег! Поднимитесь сюда, мистер Терстон! Сейчас же! Немедленно! Пятьдесят моих пони перегрызут друг другу горло в этой вашей грязной конуре, и вам плохо придется, если вы моментально не переправите их на берег! Каждый день задержки обходится мне в тысячу долларов, и я не хочу больше терпеть это! Слышите? Не хочу! С тех пор, как мы вышли из Сиэтла, вы ободрали меня как липку. Клянусь адом, с меня довольно. Не будь я Тэд Фергюсон, если я не разнесу эту пароходную компанию! Слышите, что я говорю? Я — Тэд Фергюсон, и вам не поздоровится, если вы немедленно не явитесь сюда! Слышите?</p>
     <p>— Это я-то пират? — продолжал бормотать лодочник. — Кто пират? Я?</p>
     <p>Мистер Терстон успокаивающе помахал рукой краснолицему человеку и обернулся к девушке:</p>
     <p>— Мне бы очень хотелось самому доставить вас на берег и проводить до склада, но вы сами видите, сколько у нас хлопот. До свиданья, счастливого пути. Я отряжу сейчас двух человек, чтобы отвезти ваш багаж. Вы получите его на складе завтра рано утром.</p>
     <p>Фрона легко оперлась на его руку и спустилась в лодку. Под тяжестью ее тела утлое суденышко неожиданно накренилось и зачерпнуло воды, которая доверху залила ее ботинки; но она отнеслась к этому довольно спокойно и, усевшись на корме, подобрала под себя ноги.</p>
     <p>— Подождите! — крикнул офицер. — Так не годится, мисс Уэлз. Вернитесь обратно, и я постараюсь раздобыть для вас одну из наших шлюпок.</p>
     <p>— Сперва я увижу вас на небесах, — возразил лодочник, отчаливая… — Пустите! — крикнул он угрожающе.</p>
     <p>Мистер Терстон крепко ухватился за руль и в награду за свое рыцарство получил сильный удар веслом по пальцам. Забыв все правила приличия, а заодно и мисс Уэлз, он злобно выругался.</p>
     <p>— По-моему, мы могли бы проститься иначе! — крикнула Фрона и звонко расхохоталась.</p>
     <p>— О господи! — пробормотал он, вежливо снимая фуражку. — Вот это женщина! — И совершенно неожиданно его охватило неодолимое желание всегда смотреть в серые глаза Фроны Уэлз. Он не был способен к анализу и не понимал причины своего желания, но он знал, что мог бы пойти за ней на край света. Он почувствовал отвращение к своей профессии, и искушение бросить все и отправиться вслед за ней в Клондайк охватило его. Взглянув на борт парохода и увидев красную физиономию Тэда Фергюсона, он забыл о своей мимолетной мечте.</p>
     <p>«Фюйть!» — Брызги воды от весла лодочника, с усилием рассекавшего волны, попали на лицо Фроны.</p>
     <p>:— Надеюсь, вы не сердитесь, мисс, — извинился он, — я стараюсь изо всех сил, а это очень немного.</p>
     <p>— Похоже, что так, — ответила она добродушно.</p>
     <p>— Не могу сказать, чтобы я любил море, — огорченно заметил он, — но мне нужно каким-то честным путем сколотить немного денег, и мне кажется, что я выбрал наилучший способ. Я бы уже давно был в Клондайке, если бы мне хоть капельку везло. Я вам скажу, в чем тут дело. На полпути, у Пустого Рукава, я потерял свое снаряжение, когда уже было перетащил его через Ущелье…</p>
     <p>«Фюйть! Фюйть!» — Фрона вытерла лицо, дрожа от холодной струи, катившейся по ее спине.</p>
     <p>— Вы молодчина, — подбодрил он ее, — вполне подходите для жизни здесь. Направляетесь дальше?</p>
     <p>Она весело кивнула.</p>
     <p>— Ну что ж? Вам можно. Так вот, когда я потерял свое снаряжение, мне пришлось вернуться на берег; надо было торопиться приобрести новое. Потому-то я и запрашиваю так много. Надеюсь, что вас это не огорчит. Уверяю вас, мисс, я не хуже других. Мне пришлось отдать сотню за эту старую лохань, которой в Штатах красная цена десять долларов. Тут на все такие цены. Дальше, к Скагуэю, гвозди для подков стоят четверть доллара за штуку. Идешь в бар, заказываешь себе виски — тоже полдоллара. Ничего не поделаешь. Пьешь свое виски, бросаешь на стойку пару гвоздей для подков — и все в порядке. Никто не возражает. Гвозди для подков заменяют там разменную монету.</p>
     <p>— Вы смелый человек, если после такого урока снова решаетесь отправиться в путь. Как вас зовут? Мы можем встретиться в Клондайке.</p>
     <p>— Кого? Меня? О, мое имя — Дэл Бишоп, я — старатель! И если мы когда-нибудь встретимся, помните, что я поделюсь с вами последней рубашкой, то есть я хочу сказать, что отдам вам мой последний кусок хлеба.</p>
     <p>— Благодарю вас, — ответила она, ласково улыбаясь. Эта девушка ценила все, что шло от чистого сердца.</p>
     <p>Перестав грести, он нашел на дне лодки старый роговой черпак.</p>
     <p>— Не мешало бы вам немного вычерпать воду, — заметил он, перебрасывая ей черпак. — Лодка стала течь еще больше после того, как ее так сдавили.</p>
     <p>Улыбнувшись про себя, Фрона подоткнула юбки и принялась за работу. Каждый раз, как лодка ныряла в воду, на горизонте, подобно огромным волнам, поднимались и опускались покрытые ледниками горы. Время от времени давая отдых своей спине, она смотрела на кишащий людьми берег, к которому они приближались, и на врезающийся в землю морской канал, где стояло на якоре около двадцати больших пароходов. Между ними и берегом беспрестанно сновали большие плоскодонные лодки, баркасы, каноэ и еще множество других более мелких суденышек. Человек — неустанный труженик, вечный борец с враждебной средой, думала Фрона, вспоминая учителей, к чьей мудрости она приобщилась на лекциях и в часы ночных занятий. Она была дитя своего века и отлично понимала, что такое материальный мир и его проявления. И она любила этот мир и глубоко почитала его.</p>
     <p>Некоторое время их молчание нарушалось только плеском воды под веслами Дэла Бишопа; вдруг он что-то вспомнил.</p>
     <p>— Вы не сказали мне вашего имени, — заметил он со снисходительной деликатностью.</p>
     <p>— Мое имя — Уэлз! — ответила она. — Фрона Уэлз.</p>
     <p>Его лицо отразило глубочайшее благоговение.</p>
     <p>— Вы Фрона Уэлз? — медленно произнес он. — Ваш отец Джекоб Уэлз?</p>
     <p>— Да, я дочь Джекоба Уэлза, к вашим услугам.</p>
     <p>Он понимающе свистнул и перестал грести.</p>
     <p>— Ну, тогда отправляйтесь обратно на корму и подберите ноги, а то они у вас совсем промокнут, — распорядился он. — И бросьте мне этот черпак.</p>
     <p>— Разве я недостаточно хорошо черпаю воду? — возмущенно спросила она.</p>
     <p>— Что вы! Вы работаете превосходно! Но, но вы… вы…</p>
     <p>— Я ничуть не изменилась с того момента, как вы узнали, кто я. Продолжайте грести, это — ваше дело. А я позабочусь о своем.</p>
     <p>— Нет, вы определенно молодчина! — восхищенно пробормотал Бишоп и снова налег на весла. — Так Джекоб Уэлз — ваш отец? Мне бы следовало об этом догадаться.</p>
     <p>Как только они причалили к песчаной отмели, где лежали кипы самых разнообразных товаров и было полно людей, Фрона задержалась, чтобы пожать руку своему перевозчику. И хотя рукопожатие женщины, нанявшей лодочника на работу, было необычным явлением, все же этот поступок соответствовал тому факту, что она дочь Джекоба Уэлза.</p>
     <p>— Помните, что мой последний кусок хлеба принадлежит вам, — снова сказал он, не выпуская ее руки из своей.</p>
     <p>— И ваша последняя рубашка тоже! Не забудьте этого!</p>
     <p>— Однако вы молодец! — вырвалось у него с последним пожатием руки. — Будьте уверены!</p>
     <p>Ее короткая юбка не стесняла движений, и она с неожиданным удовольствием заметила, что мелкие шажки, столь обычные для городских улиц, уже сменились у нее широким, размашистым шагом ходока на дальние расстояния, шагом человека, привыкшего к труду и лишениям. Не один золотоискатель, окинув взглядом ее щиколотки и икры в серых гетрах, мысленно подтвердил мнение Дэла Бишопа. Взглянув же на ее лицо, многие взглядывали еще и еще раз; это было лицо прямодушного человека и доброго товарища; глаза ее чуть-чуть светились улыбкой, всегда готовой вспыхнуть, если ей навстречу улыбнутся другие глаза. И улыбка эта в зависимости от чувств, ее вызвавших, была то веселой, то грустной, то насмешливой. А иногда свет этой улыбки озарял все ее лицо, придавая ему выражение искренней заинтересованности и дружелюбия.</p>
     <p>У Фроны было много причин улыбаться, пока она, пересекая песчаную отмель, пробиралась сквозь толпу по направлению к бревенчатому зданию, о котором говорила мистеру Терстону. Казалось, время отступило здесь назад и транспорт вернулся в первобытное состояние. Люди, которые никогда в жизни не носили ничего, кроме маленьких свертков, превратились в носильщиков тяжестей. Никто из них не шел выпрямившись, с поднятой головой, — все двигались, согнувшись в три погибели. Спины этих людей превратились во вьючные седла, и на них уже начинали появляться ссадины от ремней. Одни спотыкались под непривычным грузом, ноги их скользили, как у пьяных, и разъезжались во все стороны, пока у несчастных не темнело в глазах и они вместе с грузом не сваливались на краю дороги. Другие с плохо скрываемой радостью грузили свое добро на двухколесные тележки и весело тащили их, но застревали на первом же повороте, где дорогу загромождали огромные круглые валуны. Тогда они начинали постигать законы путешествий по Аляске: бросали тележку или катили ее обратно на берег и продавали там за баснословную цену последнему сошедшему на берег приезжему. Новички, обвешанные кольтами, патронами и охотничьими ножами (все вместе не менее десяти фунтов веса), бодро шагали вперед по дороге, а потом медленно тащились обратно, с отчаянием бросая всю эту амуницию. Так, задыхаясь и обливаясь потом, искупали сыны Адама грех своего праотца.</p>
     <p>Фрона чувствовала какое-то неясное беспокойство среди этого бурного потока людей, обезумевших от жажды золота, и даже хорошо знакомая ей местность, где каждый шаг был связан для нее с воспоминаниями, показалась ей чужой из-за этих мечущихся, взбудораженных чужеземцев. Даже старые межевые столбы выглядели совсем незнакомыми. Все было, как прежде, и все было иным. Здесь, на этом зеленом берегу, где она играла ребенком, где эхо ее голоса, перекатывавшееся от глетчера к глетчеру, пугало ее, тысячи людей безостановочно шныряли взад и вперед, вытаптывая нежную траву и нарушая безмолвие скал. А там дальше, на дороге, были еще тысячи таких же, как они, и дальше за Чилкутом — еще тысячи. Вдоль всего побережья Аляски и до самого мыса Горн еще десятки тысяч властителей ветра и пара спешили сюда со всех концов земли. Дайя по-прежнему с шумом и грохотом катила в море свои воды; но ее древние берега были исхожены бесчисленным множеством ног, и люди, непрерывно шедшие друг за другом, тянули мокрую бечеву, а перегруженные лодки медленно плыли за ними вверх по реке. Воля людей боролась с волей реки, и люди смеялись над старой Дайей, все глубже вытаптывая на ее берегах дорогу для тех, кто придет вслед за ними.</p>
     <p>Дверь склада, некогда так хорошо знакомая Фроне, с порога которой она прежде со страхом наблюдала за необычным для нее зрелищем — заблудившимся охотником или торговцем мехами, — теперь была осаждена галдящей толпой. Где письмо «до востребования» было когда-то предметом удивления, там, заглянув в окошко, она увидела груду наваленных до потолка писем. Их-то и требовала с криками и воплями толпа. Перед складом, у весов, стояло множество людей. Индеец-носильщик бросал тюк на весы, владелец-белый что-то отмечал у себя в записной книжке, и наступала очередь следующего. Каждый тюк был обвязан ремнями и ждал носильщика для тяжелого перехода через Чилкут. Фрона пробралась вперед. Ее интересовал груз. Она вспомнила те дни, когда каждый тюк обходился старателю или торговцу в шесть центов, то есть сто двадцать долларов за тонну.</p>
     <p>Какой-то новичок, взвешивавший свою кладь, справился в своем путеводителе. «Восемь центов», — сказал он, обращаясь к индейцам. Индейцы презрительно расхохотались и хором ответили: «Сорок центов!» Лицо новичка вытянулось, и он с беспокойством посмотрел вокруг. Уловив сочувствие в глазах Фроны, он, казалось, смущенно уставился на нее. В действительности он вычислял, во что обойдется кладь в три тонны при оплате по сорок долларов за сто фунтов.</p>
     <p>— Две тысячи четыреста долларов за тридцать миль! — воскликнул он. — Что мне делать?</p>
     <p>Фрона пожала плечами.</p>
     <p>— Лучше платите по сорок центов, — посоветовала она, — а то они сейчас снимут ремни.</p>
     <p>Человек поблагодарил ее, но вместо того, чтобы послушаться совета, продолжал торговаться. Один из индейцев вышел вперед и начал снимать ремни. Новичок заколебался, и в тот момент, когда он уже готов был уступить, носильщики подняли цену до сорока пяти центов. Слабо улыбнувшись, он кивнул головой в знак согласия. В это время к ним подошел еще один индеец и стал что-то взволнованно шептать. Раздался радостный возглас, и, раньше чем новичок успел сообразить, в чем дело, индейцы отвязали свои ремни и ушли, распространяя радостную весть, что цена за доставку груза на озеро Линдерман стала пятьдесят центов.</p>
     <p>Толпа, стоявшая у склада, вдруг, заволновалась. Люди возбужденно перешептывались, глаза всех обратились на трех человек, приближавшихся к складу. Все трое ничем не отличались от прочих золотоискателей. Они были плохо одеты, даже обтрепаны. Где-нибудь в другом месте они немедленно были бы задержаны полицейским и арестованы за бродяжничество.</p>
     <p>— Француз Луи, — стало передаваться из уст в уста. — Имеет три заявки на Эльдорадо,<a l:href="#n_109" type="note">[109]</a> — сообщил Фроне ее ближайший сосед. — Они стоят по крайней мере десять миллионов.</p>
     <p>Вид француза Луи, шагавшего несколько впереди своих товарищей, совершенно не соответствовал этим словам. Где-то в дороге он потерял свою шапку и небрежно обвязал голову потертым шелковым платком. Несмотря на свои десять миллионов, он сам нес на широких плечах свой багаж.</p>
     <p>— А тот с бородой — Билл Свифтуотер, тоже король Эльдорадо.</p>
     <p>— Откуда вы это знаете? — недоверчиво спросила Фрона.</p>
     <p>— Откуда я знаю?! — воскликнул ее собеседник. — Да его портрет был помещен во всех газетах, вышедших за последние шесть недель. Смотрите! — Он развернул газету. — Очень похожий портрет. Я так часто смотрел на него, что узнаю его рожу из тысячи.</p>
     <p>— А третий кто? — спросила она, безмолвно подчиняясь его авторитету.</p>
     <p>Ее собеседник поднялся на цыпочки, чтобы лучше видеть.</p>
     <p>— Не знаю, — сознался он грустно и хлопнул по плечу своего соседа. — Кто этот худощавый, бритый, в синей рубашке и с заплатой на колене?</p>
     <p>В то же мгновение Фрона радостно вскрикнула и бросилась вперед.</p>
     <p>— Мэт! — позвала она. — Мэт Маккарти!</p>
     <p>Человек с заплатой сердечно пожал ей руку, хотя не узнал ее, и посмотрел на нее недоверчиво.</p>
     <p>— О, вы не узнаете меня! — растерялась она. — Нет, нет, не смейте говорить, что узнали. Если бы здесь не было столько зрителей, я обняла бы вас, старый медведь!</p>
     <p>— И вот Большой Медведь пошел домой к Маленьким Медвежатам, — размеренно начала она. — И Маленькие Медвежата были очень голодны! И Большой Медведь сказал: «Угадайте, что я вам принес, детки?» И один Маленький Медвежонок сказал, что это ягоды, а другой сказал, что это лосось, а третий сказал, что это дикобраз. Тогда Большой Медведь рассмеялся: «Уф! Уф! — и сказал: — Нет, это замечательный, большой, жирный человек!»</p>
     <p>По мере того как он слушал, его взгляд прояснялся. А когда Фрона кончила, лицо его сморщилось, и он засмеялся каким-то особенным тихим смехом.</p>
     <p>— Я вас определенно знаю, — сказал он, — но никак не могу вспомнить, кто вы такая.</p>
     <p>Она указала на склад и робко посмотрела на него.</p>
     <p>— Вспомнил! — Отступив на шаг, он осмотрел ее с головы до ног, и неожиданно на лице его отразилось разочарование. — Не может быть! Я ошибся. Вы никогда не могли бы жить в этой лачуге.</p>
     <p>И он ткнул пальцем в направлении склада.</p>
     <p>Фрона энергично закивала головой.</p>
     <p>— Так это все-таки вы? Маленькая сиротка с золотыми волосами, которые я так часто расчесывал? Маленькая чародейка, бегавшая босиком по этим самым камням?</p>
     <p>— Да, да! — радостно подтвердила она.</p>
     <p>— Маленький дьяволенок, стащивший упряжку и отправившийся в самый разгар зимы через Ущелье, чтобы посмотреть, где конец света. И всему виной были волшебные сказки старого Мэта Маккарти!</p>
     <p>— О, Мэт, милый старый Мэт! Помните, как я отправилась плавать с сивашскими девочками из индейского лагеря?</p>
     <p>— Я вытащил вас за волосы из воды?</p>
     <p>— И потерял новенький болотный сапог!</p>
     <p>— Ну, конечно, помню. Это был возмутительный, бесстыдный поступок! А сапоги стоили десять долларов в лавке вашего же отца!</p>
     <p>— А потом вы отправились через Ущелье в глубь страны, и мы больше ничего о вас не слышали. Все думали, что вы умерли.</p>
     <p>— Да, я помню этот день. И вы плакали на моих руках и не хотели поцеловать на прощание вашего старого Мэта. Но в конце концов вы все-таки поцеловали, — торжествующе добавил он. — Когда вы поняли, что я действительно ухожу. Какая вы были тогда крошка!</p>
     <p>— Мне было только восемь лет.</p>
     <p>— Двенадцать лет прошло. Двенадцать лет я провел в глубине страны, ни разу оттуда не выбравшись. Вам теперь должно быть двадцать лет?</p>
     <p>— И я почти с вас ростом, — прибавила Фрона.</p>
     <p>— Славная из вас получилась женщина — высокая, стройная… — Он критически осмотрел ее. — Не мешало бы вам только быть немного полнее, по-моему.</p>
     <p>— Ни в коем случае, — запротестовала она. — Не в двадцать лет, Мэт! Пощупайте мою руку и вы увидите… — Она согнула руку и показала ему, как вздулся ее бицепс.</p>
     <p>— Мускулы ничего себе, — с довольным видом согласился он, осмотрев. — Можно подумать, что вы зарабатывали себе кусок хлеба тяжелым трудом.</p>
     <p>— О, я умею метать копье, боксировать и фехтовать! — воскликнула она, встав в соответствующую позицию. — И плавать, и нырять, и прыгать через веревку двадцать раз подряд, и ходить на руках. Вот!</p>
     <p>— Это то, чему вас научили? А я-то думал, что вы уехали заниматься науками, — сухо заметил он.</p>
     <p>— Теперь существуют новые методы обучения, Мэт. И вас уже не отправляют домой, когда вы нахватаетесь одних лишь знаний…</p>
     <p>— И с такими слабыми ногами, что они не в состоянии поддержать вашу голову! Ладно, прощаю вам ваши мускулы.</p>
     <p>— А как ваши дела, Мэт? — спросила Фрона. — Что вам дали эти двенадцать лет?</p>
     <p>— Посмотрите на меня. — Он широко расставил ноги, закинул голову и выпятил грудь. — Перед вами стоит мистер Мэт Маккарти, один из королей благородной династии Эльдорадо. И всем этим он обязан своим собственным рукам. Мои богатства неисчислимы. У меня добывается в одну минуту больше золотого песку, чем я видел за всю свою жизнь прежде. Теперь я еду в Штаты, чтобы поискать своих наследников. Я твердо верю, что у меня таковые имеются. В Клондайке можно найти любое количество самородков, но хорошего виски вы тут не найдете. И я решил во что бы то ни стало выпить хоть раз настоящего виски до того, как я умру. А потом я вернусь в Клондайк, чтобы управлять своими владениями. Честное слово, я — один из королей Эльдорадо; и если вам когда-нибудь понадобится что-нибудь этакое, то я дам вам взаймы.</p>
     <p>— Все тот же старый Мэт! Никакой перемены! — рассмеялась Фрона.</p>
     <p>— А вы все та же настоящая Уэлз, хотя у вас мускулы призового борца и мозги философа. Ну, давайте догоним Луи и Свифтуотера. Говорят, Энди все еще заведует складом. Посмотрим, не забыл ли он меня.</p>
     <p>— И меня тоже. — Фрона схватила его за руку. У нее была дурная привычка хватать за руку тех, кто ей нравился. — Уже десять лет прошло с тех пор, как я уехала.</p>
     <p>Ирландец прокладывал себе дорогу сквозь толпу, точно машина для забивки свай, и Фрона легко пробиралась вслед за ним. Новички почтительно наблюдали за этими божествами Севера. В толпе снова поднялся гул.</p>
     <p>— Кто эта девушка? — спросил кто-то.</p>
     <p>И Фрона, переступая порог склада, услыхала первую часть фразы:</p>
     <p>— Это дочь Джекоба Уэлза. Ничего не знаете о Джекобе Уэлзе? Где же вы были все эти годы?..</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава II</p>
     </title>
     <p>Она вышла из березовой рощи, сверкающей своей белизной, и с первыми лучами солнца, позолотившими ее распущенные волосы, легко побежала по покрытому росой лугу. Земля, жирная от избытка влаги, казалась ей мягким ковром, а росистые травы били ее по коленям, рассыпая вокруг сверкающие брызги, похожие на жидкие бриллианты. На щеках ее играл утренний румянец, глаза сияли молодостью и любовью. Рано оставшись без матери, она выросла на лоне природы и любила страстною любовью старые деревья и ползучие зеленые растения. Глухой ропот пробуждающейся жизни радовал ее слух, и влажные запахи земли были для нее сладостны и желанны.</p>
     <p>В конце луга, где начиналась темная роща, среди одуванчиков с голыми стеблями и ярких лютиков она нашла пучок крупных аляскинских фиалок. Бросившись на землю, она зарылась лицом в пахучие прохладные цветы и руками прижала пурпурные венчики к своей голове. Ей не было стыдно. Она долго блуждала среди трудностей, грязи и лихорадочных страстей большого мира, а вернувшись обратно, осталась все такой же простой, чистой и здоровой. И она была рада этому, лежа здесь и вспоминая те дни, когда весь мир для нее ограничивался линией горизонта и когда, перебравшись через Ущелье, она надеялась увидеть «край света».</p>
     <p>Простая жизнь, окружавшая Фрону в детстве, зиждилась на немногих, но весьма суровых обычаях. Они заключались в словах, которые она где-то вычитала позже: «вера в пищу и кров». То была вера ее отца, думала она, вспоминая, с каким уважением произносилось его имя окружающими. Этой верой она прониклась, эту веру она унесла с собой в мир по ту сторону «края света», где люди отдалились от старых истин и создали себе эгоистические догмы, призвав на помощь казуистику. С этой верой она возвратилась обратно, по-прежнему чистая, молодая и радостная. «И все это так просто, — думала она, — Почему же эти люди, живущие в большом мире, не верят в то же, во что верит она, — в пищу и кров? Почему же им не дано обладать верой в долгие скитания и в охотничьи стоянки, той верой, с которой сильные, честные люди смотрели прямо в лицо внезапной опасности и смерти на море и на суше? Почему? Верой Джекоба Уэлза, Мэта Маккарти, индейских мальчиков, с которыми она играла, индейских девочек, с которыми она устраивала сражения, и верой волкодавов, тянувших сани и бегавших с ней по снегу. Это была здоровая вера, жизненная, хорошая вера», — думала она, чувствуя себя счастливой.</p>
     <p>Звонкое пение малиновки, раздавшееся из березовой рощи, вернуло Фрону к действительности. Где-то далеко в лесу кричала куропатка, белка, вереща, перепрыгивала с ветки на ветку и с дерева на дерево над ее головой. С реки доносились возгласы с трудом тащившихся искателей счастья, которые уже проснулись и прокладывали путь на Север.</p>
     <p>Фрона поднялась, откинула волосы и инстинктивно пошла по старой дороге между деревьями, по направлению к лагерю вождя племени Дайя — Джорджа. Она встретила голого, как бронзовый бог, мальчика, с куском материи на бедрах. Он собирал сучья и пристально окинул ее взглядом через плечо. Она весело пожелала ему доброго утра на языке Дайя. Но он замотал головой, оскорбительно рассмеялся и, прекратив свое занятие, бросил ей вслед непристойные слова. Она не поняла его поступка — в прежнее время этого не бывало, — и, проходя мимо рослого, мрачного парня из племени Ситха, она уже ничего не сказала.</p>
     <p>Поселок был расположен на опушке. Увидев его, она остановилась пораженная. Это был не прежний поселок с дюжиной хижин, как бы за компанию сбившихся в кучу на открытом месте. Это был внушительный городок. Он начинался у самого леса, растекался между разбросанными по равнине группами деревьев и тянулся вдоль берега реки, где в десять и двенадцать рядов были причалены длинные каноэ. Это было невиданное в прежние времена сборище племен. Берег был занят ими на протяжении тысячи миль. Тут были индейцы из незнакомых ей племен, с женами, имуществом и собаками. Ей попадались люди с островов у Джуно и Врангеля,<a l:href="#n_110" type="note">[110]</a> индейцы племени Стикс, жившие на той стороне Ущелья и глядевшие на нее недоумевающе, свирепые чилкеты и пришельцы с островов Королевы Шарлотты. Одни окидывали ее мрачными, угрожающими взглядами, другие — что было еще хуже — глядели на нее с веселым, вызывающим и покровительственным видом, смеялись и говорили гнусности.</p>
     <p>Их наглость не испугала, а раздосадовала, огорчила ее и отравила радость возвращения домой. Фрона быстро осознала положение вещей: старые, патриархальные нравы времен ее отца отошли в вечность, уступив место уничтожающему и пагубному влиянию цивилизации.</p>
     <p>Заглянув под поднятое полотнище одной из палаток, она увидела несколько молодцов свирепого вида, сидящих полукругом на корточках. У входа в палатку гора бутылок свидетельствовала о том, что они не спали всю ночь. Какой-то белый, с лицом, отмеченным печатью порока и хитрости, сдавал карты, а на одеяле, заменявшем стол, были навалены кучами золотые и серебряные монеты. Пройдя еще несколько шагов, она услышала шум вращающегося лотерейного колеса и увидела индейцев, мужчин и женщин, с увлечением рискующих своими в поте лица заработанными деньгами ради разноцветных безделушек. Из некоторых хижин раздавались надтреснутые и слабые звуки шарманки.</p>
     <p>Старуха, обдиравшая кору с ивового прута у входа в палатку, подняла голову и вскрикнула.</p>
     <p>— Хи-Хи! Тенас Хи-Хи! — бормотала она взволнованно, шамкая беззубыми деснами.</p>
     <p>Фрона вздрогнула от ее возгласа. Тенас Хи-Хи! Крошка-Смех! Ее собственное индейское прозвище былых времен! Она повернулась и подошла к старухе.</p>
     <p>— Неужели ты забыла меня, Тенас Хи-Хи? — пробормотала та. — А ведь у тебя молодые и быстрые глаза! Нипоза не забывает так скоро.</p>
     <p>— Так это ты, Нипоза? — воскликнула Фрона, с трудом подыскивая слова. Она так давно не говорила по-индейски!</p>
     <p>— Да, я — Нипоза, — ответила старуха, уводя ее внутрь палатки и отсылая быстроногого мальчугана с каким-то поручением. Обе женщины уселись на землю, и старуха любовно погладила руку Фроны, заглядывая ей в лицо тусклым, затуманенным взором.</p>
     <p>— Да, я — Нипоза. Я рано состарилась, как все наши женщины. Та самая Нипоза, которая нянчила тебя на своих руках, когда ты была маленьким ребенком. Та Нипоза, которая прозвала тебя Тенас Хи-Хи. Та Нипоза, которая боролась за твою жизнь, когда ты бывала больна, собирала в лесу растения и травы, заваривала их и давала тебе пить. Ты мало изменилась, и я сразу узнала тебя. Я подняла голову, как только увидела на земле твою тень. Хотя, может быть, кое-какая небольшая перемена в тебе и произошла. Ты — выросла большая и стройная, как ива, и солнце меньше целует твои щеки, чем раньше; но волосы у тебя все такие же непокорные, и цвет у них тот же — как у морской травы, несущейся по течению, — и тот же рот, всегда готовый улыбнуться и никогда не плачущий. И глаза твои такие же ясные, правдивые, как. в те дни, когда Нипоза бранила тебя за шалости, а твой язык не хотел произносить лживых слов. Ай! Ай! Другие женщины, которые теперь приезжают сюда, не такие, как ты.</p>
     <p>— Почему вы больше не уважаете белых женщин? — спросила Фрона. — Когда я шла по поселку, ваши мужчины говорили мне гадости, то же самое говорили и мальчики в лесу. Этого не было раньше, — в те давно прошедшие дни, когда я играла с ними.</p>
     <p>— Ай, ай! — ответила Нипоза. — Теперь это так. Но не осуждай их. Не сердись на них. Говорю тебе, в этом виноваты ваши женщины, которые приезжают сюда. Они не могут указать ни на одного мужчину и сказать: «Это мой муж». Это нехорошо, что женщины стали такими. Они смотрят на всех мужчин наглыми и бесстыдными глазами и произносят непристойные слова, и сердца у них нехорошие. Вот почему у нас не уважают ваших женщин. Что же до мальчиков, так ведь на то они и мальчики. А мужчины? Откуда же им знать?</p>
     <p>Полотнище палатки откинулось, и вошел старик. Он заворчал при виде Фроны и уселся на землю. Только какая-то нетерпеливая живость его движений указывала на радость, которую ему доставляло ее присутствие.</p>
     <p>— Так, значит, Тенас Хи-Хи вернулась к нам в эти скверные дни? — произнес он наконец резким, срывающимся голосом.</p>
     <p>— Почему скверные, Муским? — спросила Фрона. — Разве ваши женщины не лучше одеты теперь? Разве в желудках ваших теперь не больше муки, копченой грудинки и другой пищи белого человека? Разве ваша молодежь не богатеет от переноски клади и гребли? Разве прекратились жертвоприношения мясом, рыбой и шерстяными одеялами? Почему же ты говоришь, что настали плохие времена, Муским?</p>
     <p>— Все это верно, — ответил он торжественным тоном жреца, и в глазах его вспыхнуло пламя старых воспоминаний. — Все это совершенно верно. Наши женщины носят более яркую одежду. Но они обратили на себя внимание белых мужчин и уже не хотят смотреть на юношей из своего племени. И поэтому племя не увеличивается, а маленькие дети не бегают больше за нами по пятам. Вот как обстоит дело. Желудки наполнены пищей белого человека, но они также наполнены еще скверным виски. Конечно, юноши богатеют, но они проводят ночи за картами, и богатство уходит от них, и они говорят друг другу грубые слова, и в гневе осыпают друг друга ударами, и между ними случаются кровавые драки. А у старого Мускима теперь мало жертвоприношений мясом, рыбой и шерстяными одеялами, потому что молодые женщины избрали себе новые пути, и юноши больше не чтят старые обычаи и старых богов. Настали плохие времена, Тенас Хи-Хи, и старый Муским в тоске приближается к могиле.</p>
     <p>— Ай, ай! Это так! — всхлипывая, подтвердила Нипоза.</p>
     <p>— Безумие твоего народа заразило мой народ, — продолжал Муским. — Люди твоего племени идут из-за соленого моря, точно морские волны, и кто знает, куда они идут?</p>
     <p>— Ай! Кто знает, куда они идут? — причитала Нипоза, раскачиваясь взад и вперед.</p>
     <p>— Они идут все вперед, навстречу морозу и голоду; и они идут непрерывно, волна за волной!</p>
     <p>— Ай-ай! Навстречу морозу и голоду. Это длинный путь, во мраке и холоде. — Нипоза задрожала и неожиданно схватила Фрону за руку. — И ты идешь туда же?</p>
     <p>Фрона кивнула головой.</p>
     <p>— И Тенас Хи-Хи идет туда же! Ай-ай-ай!</p>
     <p>Полотнище палатки заколебалось, и Мэт Маккарти заглянул внутрь.</p>
     <p>— Так вот вы где, Фрона? А завтрак уже полчаса ждет вас. Энди, эта старая баба, весь кипит от негодования. Доброе утро, Нипоза. Доброе утро, Муским, — обратился он к собеседникам Фроны. — Впрочем, я не думаю, что вы запомнили мое лицо.</p>
     <p>Старики ответили на приветствие, но хранили тупое молчание.</p>
     <p>— Поспешите, девочка, — обратился он к Фроне. — Пароход отходит в полдень, и мне осталось немного времени видеть вас. Кроме того, и Энди и завтрак уже достаточно горячи.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава III</p>
     </title>
     <p>Фрона помахала рукой Энди и вышла на дорогу. Через плечо у нее висел фотографический аппарат, а за спиной был маленький дорожный мешок. В руке вместо альпенштока она держала ивовый прут Нипозы. На ней был скромный серый костюм, приспособленный для ходьбы по горам и дающий максимальную свободу движениям при наименьшем количестве материи.</p>
     <p>Ее багаж, взваленный на спины дюжины индейцев под надзором Дэла Бишопа, уже несколько часов как был отправлен. Вернувшись накануне с Мэтом Маккарти из лагеря сивашей, она встретила поджидавшего ее на складе Дэла Бишопа. Простое и несложное дело, которое привело его сюда, было решено очень быстро. Фрона направляется в глубь страны. Он намерен проделать то же самое. Ей нужен провожатый. Если она ни на ком еще не остановилась, то он самый подходящий для нее человек. Он забыл сказать ей, когда доставлял ее на берег, что несколько лет провел в этой стране и отлично знает ее. Правда, он ненавидит воду, а им предстоит ехать и в лодке, но он не боится этого. Он вообще ничего не боится. Кроме того, он готов драться ради нее с кем и когда угодно. Что касается платы, то пусть, когда они доберутся до Доусона, она замолвит за него словечко Джекобу Уэлзу, и он получит годовой запас снаряжения и продовольствия. Нет, нет, за это он не хочет отдавать долю в своем будущем участке и не берет на себя никаких обязательств! Он заплатит за все позднее, когда набьет свой мешок золотым песком. Так что же она думает о его предложении? Фрона действительно подумала, и, прежде чем она кончила завтракать, он уже отправился набирать для нее носильщиков.</p>
     <p>Она заметила, что шагает быстрее, чем большинство ее спутников. Все они были нагружены, и им приходилось отдыхать через каждые двести — триста ярдов. Однако она с трудом поспевала за группой скандинавов, шедших впереди нее. Каждый из этих стройных белокурых гигантов нес не менее сотни фунтов поклажи. Кроме того, все они были впряжены в телегу, где лежало еще верных шестьсот фунтов. Их лица сияли солнечной улыбкой, и радость жизни била в них ключом. Этот труд казался им детской игрой и давался им очень легко. Они шутили друг с другом и с прохожими на никому не понятном языке, и их громкий смех раздавался, точно эхо в пещере. Люди уступали им дорогу и глядели вслед с завистью. Скандинавы легко одолевали подъемы, встречавшиеся на пути, галопом спускались с откосов, и обшитые железом колеса их повозки грохотали по скалам. Наконец, они нырнули в густой, темный лес и вышли к броду через реку. На песчаной косе лежал утопленник, устремив на солнце немигающий взгляд. Какой-то человек в сотый раз повторял раздраженным тоном: «Где его компаньон? Разве у него нет компаньона?» Двое других, сбросив на землю свои тюки, хладнокровно рылись в имуществе мертвеца. Один громко называл различные предметы, а другой проверял их, раскладывая на куске грязной оберточной бумаги. Размокшие письма и квитанции валялись на песке. Небольшая кучка золотых монет была небрежно брошена на белый носовой платок. Люди, проплывавшие мимо в каноэ и яликах, не обращали на все это никакого внимания.</p>
     <p>Скандинавы взглянули на эту сцену, и лица их на мгновение омрачились. «Где его компаньон? Разве у него нет компаньона?» — раздраженно спросил их человек. Они покачали головами, так как не понимали по-английски. Потом они спустились к реке и вошли в воду. С противоположного берега им что-то предостерегающе крикнули. Они остановились и стали совещаться. Затем опять двинулись вперед. Оба человека, возившихся с вещами утопленника, обернулись и стали наблюдать. Вода едва доходила скандинавам до пояса, но течение было быстрым. Они спотыкались, а повозка временами сильно наклонялась. Но самое страшное было еще впереди, и Фрона почувствовала, что у нее захватывает дыхание. Двум первым вода доходила уже до колен, как вдруг у того, кто был ближе к повозке, соскочил ремень. Его поклажа сползла на бок, и он потерял равновесие. В то же мгновение поскользнулся его сосед, и оба свалились в воду. Следующие двое также были сбиты с ног, когда повозка перевернулась, и течение увлекло ее в более глубокую часть потока. Два скандинава, выходившие уже из воды, бросились обратно и стали тянуть за веревки. Но даже им, исполинам, было не под силу удержать телегу. Дюйм за дюймом всех начало затягивать в водоворот.</p>
     <p>Тюки тянули их на дно. Только один из них, тот, у которого оборвался ремень, выбрался и поплыл, но не к берегу, а вниз по течению, стремясь спасти своих товарищей. В двухстах футах ниже поток омывал зубчатую скалу, и тут-то минутой позже они всплыли на поверхность. Сначала появилась все еще нагруженная телега. Одно из ее колес разлетелось вдребезги. Перевернувшись несколько раз, она снова погрузилась в воду. Смешавшись в кучу, люди последовали за ней. Они ударялись о выступавшие из воды скалы, и поток уносил их все дальше. Всех, кроме одного. Из своего каноэ (около дюжины каноэ устремились к ним на помощь) Фрона видела, как окровавленными пальцами он вцепился в скалу. Она видела его бледное лицо и отчаянные усилия; ему не удалось удержаться, и его понесло дальше, как раз в тот момент, когда один из его товарищей, свободный от груза, подплыл к нему, чтобы схватить его. Оба снова погрузились в воду. Потом, все еще борясь с течением, они на мгновение показались в более мелком месте.</p>
     <p>Каноэ подобрало того из них, который плыл отдельно, а остальные исчезли в глубоком и быстром потоке. Около четверти часа безрезультатно искали утонувших. Наконец, трупы были найдены на мели за водоворотом. С плывущей вверх по реке лодки взяли веревку, на берегу раздобыли пару лошадей, и страшный груз был вытащен на сушу. Фрона посмотрела на пятерых юных гигантов, которые с переломанными костями безжизненно лежали на грязной земле. Теперь они уже никуда не спешили. Они все еще были впряжены в телегу, и уже ненужные им теперь роковые тюки все еще были укреплены на их спинах. Шестой сидел подле них, оглушенный катастрофой. Глаза его были сухи. На расстоянии десяти шагов от этой мрачной группы беспрерывно катился поток жизни. Фрона смешалась с ним и двинулась дальше.</p>
     <empty-line/>
     <p>Темные горы, покрытые еловым лесом, спускались прямо к руслу Дайи, где нога человека ступала по сырой, не знавшей солнечных лучей земле, превращая ее в грязное месиво. Люди искали новых троп, и их уже было много. В одном месте Фрона наткнулась на мужчину, беспечно растянувшегося в луже. Он лежал на боку, раскинув ноги. Одна рука его под тяжестью тела и поклажи была притиснута к земле. Щека покоилась в тине, на лице отражалось удовольствие. Увидев Фрону, он обрадовался, и в глазах его сверкнула улыбка.</p>
     <p>— Ну и замешкались же вы! — обратился он к ней. — Уже около часу, как я вас поджидаю.</p>
     <p>— Вот-вот, — продолжал он, когда Фрона наклонилась над ним. — Отстегните ремень. Проклятая пряжка! Я никак не мог добраться до нее.</p>
     <p>— Вы не ушиблись? — спросила она.</p>
     <p>Он сбросил ремни, встряхнул головой и потрогал затекшую руку.</p>
     <p>— Нет! Целехонек. Благодарю вас. Даже не ушибся. — Он потянулся и вытер грязные руки о ветви ближайшей ели. — Вечная моя неудача. Но зато я недурно отдохнул, так что стоит ли жаловаться? Видите ли, я споткнулся об этот небольшой корень и — трах! — оказался на земле, беспомощный, как младенец. Никак не мог добраться до этой вот пряжки. Я пролежал битый час, потому что все предпочитают идти нижней тропой.</p>
     <p>— А почему вы никого не позвали?</p>
     <p>— Чтобы заставить людей карабкаться ко мне? Они и так падают с ног от усталости! Нет уж, простите! Недостаточно серьезное было дело. Если бы кто-нибудь заставил меня карабкаться наверх только из-за того, что он поскользнулся, я бы, конечно, вытащил его из грязи, но потом обязательно окунул бы его еще несколько раз в эту же самую грязь. Кроме того, я был уверен, что в конце концов кто-нибудь набредет на меня.</p>
     <p>— Ого, вы молодец! — воскликнула Фрона, повторяя слова Дэла Бишопа. — В здешних краях вы пригодитесь.</p>
     <p>— Да, — ответил он, взвалив на спину свой тюк и бодро зашагав вперед. — И, как-никак, я хорошо отдохнул.</p>
     <empty-line/>
     <p>Тропа спускалась к реке по крутому обрыву. Стройная сосна, переброшенная через ревущий поток, почти касалась воды. Волны ударялись о ее гибкий ствол и приводили его в ритмическое вращательное движение, а ноги многочисленных носильщиков, прошедших здесь, отполировали ее отмытую водой поверхность. Фроне предстоял рискованный переход в восемьдесят футов. Она ступила на ствол и почувствовала, как он закачался. Услышав рев волн и увидев бешеный поток, она испугалась и отступила. Развязав шнурки своих ботинок, она сделала вид, будто затягивает их туже. Как раз в это время из лесу показалась группа индейцев. Впереди шли три или четыре парня, за ними следовало много женщин. Все они несли на голове огромные тюки. Позади них тащились дети, тоже нагруженные кладью, и замыкали шествие полдюжины собак, которые с высунутыми языками волокли свою поклажу.</p>
     <p>Мужчины искоса взглянули на Фрону, и один из них сказал что-то вполголоса. Она не расслышала его слов, но хихиканье, пронесшееся по рядам, было для нее понятнее слов. Лицо ее вспыхнуло, она почувствовала себя опозоренной в своих собственных глазах. Но виду она не подала. Предводитель отошел в сторону, и один за другим все индейцы совершили рискованный переход через поток. Когда кто-нибудь из них доходил до середины, ствол прогибался и исчезал под водой, а человек нащупывал путь ногой, идя по щиколотку в холодных бушующих волнах. Даже маленькие дети перебирались, не колеблясь. За ними, взвизгивая и упираясь, прошли понукаемые людьми собаки. Когда уже никого не осталось, предводитель обратился к Фроне.</p>
     <p>— Идите по проезжей дороге, — сказал он, указывая на гору. — Вам лучше идти по проезжей дороге. Она длиннее, но удобнее для вас.</p>
     <p>Фрона покачала головой и подождала, пока он достиг противоположного берега. В ней заговорил не только голос ее собственной гордости, но и голос гордости за свою расу; и последний был сильнее, поскольку раса значила гораздо больше, чем она сама. Она поставила ногу на бревно и под взглядами туземцев шагнула в белый пенистый водоворот.</p>
     <empty-line/>
     <p>На краю тропинки она набрела на плачущего человека. Его тюк, неуклюже обвязанный ремнями, валялся на земле. Он снял один сапог, его нога страшно распухла и была покрыта волдырями.</p>
     <p>— В чем дело? — спросила она, остановившись.</p>
     <p>Он взглянул сначала на нее, потом вниз, где во мраке, точно живое серебро, катилась Дайя. Слезы все еще застилали его глаза, и он продолжал всхлипывать.</p>
     <p>— В чем дело? — повторила она. — Не могу ли я вам помочь?</p>
     <p>— Нет, — ответил он. — Чем вы можете помочь мне? У меня стерты ноги, я чуть не сломал позвоночник и устал до смерти. Ну чем вы тут поможете?</p>
     <p>— Ну так что же! — рассудила она. — Могло быть и хуже. Подумайте о тех, кто еще только сошел на берег. Им понадобится около двух недель, чтобы дотащить свою кладь до того места, куда вы уже добрались.</p>
     <p>— Но мои компаньоны бросили меня и ушли вперед, — всхлипнул он, казалось, взывая к ее жалости. — Я совсем один и не могу сделать ни шага. Подумайте о моей жене и детях. Они остались в Штатах. О, если бы они сейчас видели меня! Я не могу вернуться к ним и идти вперед тоже не могу. Это для меня слишком тяжело. И работать, как лошадь, у меня тоже нет сил. Я не создан для этого. Уж лучше мне умереть, чем так работать. О, что мне делать? Что мне делать?</p>
     <p>— Почему ваши компаньоны покинули вас?</p>
     <p>— Ведь я не так силен, как они, и не мог нести такой же груз, как у них. Они издевались надо мной и в конце концов бросили меня.</p>
     <p>— Приходилось ли вам раньше испытывать лишения? — спросила Фрона.</p>
     <p>— Нет.</p>
     <p>— Вы выглядите здоровым и сильным человеком. Да и весите не меньше ста шестидесяти пяти фунтов?</p>
     <p>— Сто семьдесят, — поправил он.</p>
     <p>— У вас вид человека, никогда ничем не болевшего. Вы болели когда-нибудь?</p>
     <p>— Н-нет.</p>
     <p>— А кто ваши компаньоны? Старатели?</p>
     <p>— Никогда в жизни ими не были. Они работали в той же конторе, что и я. Вот это меня и огорчает. Разве вы не понимаете? Мы знаем друг друга уже несколько лет! И бросить меня только потому, что я не мог идти так же быстро, как они!..</p>
     <p>— Друг мой, — и Фрона почувствовала, что в ней говорит представительница белой расы, — вы не менее сильны, чем они. Вы можете работать так же, как они, и тащить столько же клади. Но вы слабы духом. Здесь не место таким. Вы не можете работать, как лошадь, так как вы этого не хотите. И потому эта страна в вас не нуждается. Северу требуются сильные люди, сильные духом, а не телом. Тело здесь ни при чем. Возвращайтесь в Штаты. Здесь вы нам не нужны. Если вы пойдете дальше, вы погибнете, и что тогда будет с вашей женой и малютками? Продайте ваше снаряжение и возвращайтесь домой. Через три недели вы будете дома. Прощайте.</p>
     <empty-line/>
     <p>Она миновала Овечий Лагерь. Где-то выше в горах под напором подземных вод рухнул огромный глетчер, и по узкому скалистому ущелью стремительно неслись вниз сотни тысяч тонн льда и воды. Тропа была еще скользкой от тины, и люди уныло копошились среди хлама опрокинутых палаток и в ямах, где хранилось продовольствие. Некоторые из них с лихорадочной поспешностью рыли землю, и окоченевшие трупы у края дороги без слов объясняли смысл этой работы. Несколькими ярдами ниже поток продолжал свое разрушительное дело. Люди спасались от него бегством, взваливая кладь на выступавшие кое-где камни, с трудом переводили дух и снова принимались за свою изнурительную работу.</p>
     <empty-line/>
     <p>Лучи полуденного солнца залили скалу Весы. Деревьев здесь уже не было, и от голых камней исходил головокружительный зной. С обеих сторон видны были полосы льда, чередовавшиеся с голой землей. А над всем этим возвышался обвеваемый ветрами Чилкут. По его голому неровному склону извивающейся лентой взбирались люди. Лента эта казалась бесконечной. Она начиналась внизу, где росли последние карликовые кусты, темной полосой тянулась через сверкающее ледяное пространство и ползла мимо Фроны, присевшей закусить на краю дороги. Она поднималась все выше по крутому скату, постепенно становясь едва различимой, и наконец скрывалась за гребнем горы.</p>
     <p>Пока Фрона смотрела на Чилкут, он начал заволакиваться туманом и облаками; и снежная буря обрушилась на ползущих пигмеев. Дневной свет погас, водворилась глубокая тьма, но Фрона знала, что где-то там, наверху, бесконечная цепь муравьев, изнемогая и задыхаясь, продолжает карабкаться в небо. Ее глубоко обрадовала мысль о вечности человеческого стремления к власти над природой, и она вступила в эту вереницу людей, выползавшую из мрака и исчезающую в вихре, который несся ей навстречу.</p>
     <p>В тумане, цепляясь руками и ногами за склоны, вскарабкалась она на вершину потухшего вулкана, могущественного предка Чилкута, и вышла к пустынному озеру, заполнившему его кратер. По озеру ходили злобные волны, увенчанные белыми гребнями. Берег был усеян сотнями ям, наполненных различной кладью, которая дожидалась переправы. Но на воде не было видно ни одной лодки. На скале стоял ветхий шалаш, покрытый засаленным парусиновым чехлом. Фрона разыскала его владельца, черноглазого парня с открытым лицом и энергичным подбородком. Да, он перевозчик, но сегодня он не работает. Озеро слишком бурно для переправы. Обычно он берет двадцать пять долларов с пассажира, но сегодня он никого перевозить не будет. Разве он не сказал, что сегодня слишком плохая погода? Все дело в этом.</p>
     <p>— Но меня-то вы, надеюсь, перевезете? — спросила Фрона.</p>
     <p>Он покачал головой и поглядел на озеро.</p>
     <p>— На той стороне волнение еще сильнее. Даже большим деревянным лодкам не пробраться. Одна с целой кучей пассажиров рискнула отправиться, так ее отнесло к западному берегу. Я сам это видел. А оттуда нет тропы, чтобы обойти озеро кругом. И им придется торчать там, пока не кончится буря.</p>
     <p>— И все-таки они в лучшем положении, чем я. Мое снаряжение находится в Счастливом Лагере, и я никак не могу остаться здесь. — Фрона обаятельно улыбнулась, но ее улыбка ни о чем не просила; в ней не было и следа женской беспомощности, взывающей к рыцарской поддержке мужчины. — Пожалуйста, подумайте еще раз и переправьте меня.</p>
     <p>— Нет.</p>
     <p>— Я заплачу вам пятьдесят долларов.</p>
     <p>— Я сказал — нет.</p>
     <p>— Уверяю вас, я ничуть не боюсь.</p>
     <p>Глаза молодого человека загорелись гневом. Он стремительно обернулся к ней, но, подумав, не произнес тех слов, которые уже были готовы сорваться с его языка. Она поняла, что неумышленно задела его, и хотела оправдаться. Но, подумав, так же, как и он, промолчала: ей показалось, что это был, пожалуй, единственный способ заставить его уступить. Они стояли против ветра, как моряки на палубе корабля, и упрямо смотрели друг на друга. Его волосы прилипли ко лбу, а длинные локоны Фроны разметались и хлестали ее по щекам.</p>
     <p>— Ну, идите, что ли! — Сердитым движением он столкнул в воду лодку и бросил в нее весла. — Лезьте! Я перевезу вас, но ваши пятьдесят долларов тут ни при чем. Я возьму с вас обычную цену, и ни гроша больше.</p>
     <p>Порыв ветра подхватил легкую скорлупку и отнес ее футов на двадцать в сторону. Брызги окатывали их непрерывным дождем, и Фрона сразу же взялась за черпак.</p>
     <p>— Нас, вероятно, отнесет к западному берегу! — закричал он, налегая на весла. — И вы здорово прогадаете. — Он свирепо посмотрел на нее.</p>
     <p>— Нет, — возразила она, — это будет печально для нас обоих: придется провести ночь под открытым небом без одеял и огня. Но, по-моему, этого не случится.</p>
     <empty-line/>
     <p>Фрона вышла из лодки на скользкие камни, помогла втащить ее на берег и вычерпать из нее воду. Со всех сторон их окружали голые скалы. Не переставая, сеял мокрый снег, сквозь пелену его в сгущающихся сумерках с трудом можно было разглядеть несколько ям, наполненных водой.</p>
     <p>— Вам надо торопиться, — сказал перевозчик, поблагодарив ее за помощь и сталкивая лодку в воду. — Отсюда до Счастливого Лагеря две мили ходьбы в гору. До самого места нет ни деревца. Отправляйтесь скорее. Прощайте.</p>
     <p>Фрона пожала ему руку и сказала:</p>
     <p>— Вы храбрый человек.</p>
     <p>— О, я не думаю. — Восхищенно посмотрев на нее, он ответил ей сильным рукопожатием…</p>
     <p>Дюжина безобразных палаток стояла у самой опушки леса. Это и был Счастливый Лагерь. Уставшая за день Фрона брела от палатки к палатке. Ее мокрое платье прилипло к телу, и ветер яростно швырял ее из стороны в сторону. В одном месте через парусиновый полог до нее донеслась отборная брань. Фрона была уверена, что это Дэл Бишоп. Но, заглянув внутрь, поняла, что ошиблась, и побрела дальше, пока не оказалась у последней палатки лагеря. Чуть приподняв край полотнища, она увидела при мигающем свете свечи лишь одного Мужчину. Он стоял на коленях и с увлечением раздувал огонь в закоптелой юконской печке.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IV</p>
     </title>
     <p>Фрона отстегнула низ палатки и вошла. Мужчина продолжал раздувать огонь, не замечая ее присутствия. Фрона кашлянула, и он поднял на нее покрасневшие от дыма глаза.</p>
     <p>— Так, — сказал он довольно небрежно. — Пристегните полотнище и устраивайтесь поудобнее.</p>
     <p>Затем он снова принялся за свое дело.</p>
     <p>«Он гостеприимен, этого нельзя отрицать», — мелькнуло у нее в голове. И, выполнив его распоряжение, она подошла к печке.</p>
     <p>Охапка карликовых елок, сучковатых и мокрых, лежала сбоку. Фрона хорошо знала эту ель, которая стелется и извивается в расселинах скал на скудных пластах наносной почвы и в отличие от других своих сестер редко поднимается более чем на фут от земли. Фрона заглянула в духовку; убедившись, что она пуста, наполнила ее мокрыми ветками. Мужчина поднялся с колен, кашляя от дыма, попавшего в его легкие, и одобрительно кивнул.</p>
     <p>Отдышавшись, он обратился к ней:</p>
     <p>— Садитесь и сушите ваши юбки. Я приготовлю ужин.</p>
     <p>Он поставил кофейник на край печки, выплеснул в него остатки воды и, взяв ведро, вышел из палатки. Как только он исчез, Фрона схватила свой дорожный мешок, и когда он через минуту вернулся, она была уже в сухой юбке и выжимала воду из мокрой. В то время как он рылся в ящике для провизии, доставая тарелки и прочие принадлежности для еды, она растянула веревку и повесила мокрую юбку. Тарелки оказались грязными, и когда он начал их мыть, она повернулась к нему спиной и быстро переменила чулки. Еще с детства она знала, что в дороге необходимо заботиться о своих ногах. Поставив мокрые ботинки на кучу дров за печкой, она обулась в мягкие изящные домашние мокасины индейского изготовления. Огонь к тому времени разгорелся, и она решила, что ее белье высохнет на ней.</p>
     <p>В продолжение всего этого времени оба не проронили ни слова. Мужчина молчал и с озабоченным видом занимался своим делом. Фрона решила, что он не хочет слушать ее объяснений. Казалось, для него не было ничего необыкновенного в том, чтобы в бурную ночь давать приют молодой женщине, постучавшей в его палатку. Ей даже это нравилось. Но она не понимала причины его странного поведения, и это беспокоило ее. Ее не покидало смутное ощущение, будто ему ясно что-то такое, чего она себе не уяснила. Несколько раз она собиралась заговорить, но он обращал так мало на нее внимания, что она решила не делать этого.</p>
     <p>Он вскрыл топором жестянку с мясными консервами, потом поджарил несколько кусков копченой грудинки и, отставив сковороду, вскипятил кофе. Из ящика для провизии он извлек кусок сырой холодной лепешки, осмотрел его с некоторым сомнением и, скользнув по Фроне быстрым взглядом, выбросил его из палатки. После этого он высыпал из мешка на клеенку морские сухари, которые давно уже превратились в крошки и так сильно намокли, что стали похожи на кашу грязно-белого цвета.</p>
     <p>— Это все, что у меня есть вместо хлеба, — пробормотал он. — Присаживайтесь и ешьте.</p>
     <p>— Подождите. — И, прежде чем он успел возразить, Фрона высыпала сухари на сковородку с копченой грудинкой и салом. Все это она залила двумя чашками воды и быстро размешала над огнем. Когда на сковородке зашипело, она добавила разрезанные на куски мясные консервы, густо посыпав все солью и черным перцем. От ее стряпни шел очень аппетитный запах.</p>
     <p>— Должен сознаться, что это чрезвычайно вкусно, — сказал он, держа тарелку на коленях и жадно поедая диковинную снедь. — Как это называется?</p>
     <p>— Тушеное мясо, — коротко ответила она, после чего трапеза продолжалась в молчании.</p>
     <p>Фрона налила ему чашку кофе, не переставая наблюдать за ним. Она нашла, что у него не только приятное, но и мужественное лицо. В нем чувствуется скрытая сила, подумала она. Он занимается науками, добавила она затем, потому что не раз встречала подобных людей и обращала внимание на напряженное выражение их глаз, которое появляется от долгих ночных занятий. Такими были и его глаза. Карие, красивые той красотой, которая приличествует мужчине, заключила она. Но, накладывая ему вторую порцию, Фрона с удивлением заметила, что глаза его были скорее цвета спелого ореха. При дневном свете и при хорошем самочувствии они должны быть серыми, пожалуй, даже иссиня-серыми. У ее единственной подруги по школе были именно такие глаза.</p>
     <p>Его каштановые, чуть вьющиеся волосы отливали золотом при свете свечи, а бурые усы мягко свисали вокруг рта. Что касается остального, то лицо его было гладко выбрито и красиво настоящей мужской красотой. Сначала ей не понравились впадины на его щеках, но, окинув взглядом его хорошо сложенную, стройную, мускулистую фигуру с широкой грудью и могучими плечами, она примирилась с ними; они, по-видимому, не имели ничего общего с плохим питанием. Его фигура свидетельствовала о противоположном. Впадины же только указывали на то, что он не страдает обжорством. Рост его был пять футов девять дюймов. Как гимнастка, она это определила точно, а возраст его колебался между двадцатью пятью и тридцатью годами, вероятно, ближе к двадцати пяти.</p>
     <p>— У меня очень мало шерстяных одеял, — отрывисто заявил он, допив свою чашку кофе и поставив ее на ящик с провизией. — Я не думаю, чтобы мои индейцы возвратились с озера Линдерман раньше завтрашнего утра, а здешние молодцы тоже уже все отправили, за исключением нескольких мешкав с мукой и самого необходимого снаряжения. Впрочем, у меня найдется несколько теплых пледов, которые отлично заменят одеяла.</p>
     <p>Он повернулся к ней спиной, как бы не ожидая ответа, и извлек из резинового чехла сверток одеял. Затем вытащил из другого мешка два пледа и бросил их на землю.</p>
     <p>— Опереточная артистка, я полагаю?</p>
     <p>Он спросил ее, видимо, безо всякого интереса, только для того, чтобы поддержать разговор, и заранее знал стереотипный ответ. Но для Фроны этот вопрос был равносилен пощечине. Она вспомнила филиппику Нипозы против белых женщин, приезжающих в эту страну, и, поняв ложность своего положения, посмотрела на себя его глазами.</p>
     <p>Но он продолжал, не дожидаясь ее ответа:</p>
     <p>— Вчера ночью здесь были две опереточные красотки, а позавчера — три. Но тогда у меня было больше постельных принадлежностей. Не правда ли, ужасна эта их несчастная способность вечно терять свой багаж? Но, как ни странно, я до сих пор еще ни разу не находил потерянного ими. И, по-видимому, все они примадонны. Среди них никогда не бывает артисток на вторые или третьи роли, никогда. Вы, вероятно, тоже примадонна?</p>
     <p>Кровь волной прилила к ее щекам, и это рассердило ее больше, чем его слова. Хотя она знала, что прекрасно умеет владеть собой, краска на ее лице как бы выдавала смущение, которого в действительности она не испытывала.</p>
     <p>— Нет, — холодно ответила она. — Я не опереточная артистка.</p>
     <p>Ничего не отвечая, он бросил на пол по одну сторону печки несколько мешков с мукой и устроил из них нечто вроде кровати. Ту же операцию он проделал и с остальными мешками, разложив их по другую сторону печки.</p>
     <p>— Вы тоже артистка в своем роде, — настойчиво повторил он, презрительно подчеркивая слово «артистка».</p>
     <p>— К сожалению, я совсем не артистка.</p>
     <p>Одеяло, которое он складывал, выпало у него из рук, и он выпрямился. До этого времени он едва обращал на нее внимание. Теперь же он внимательно осмотрел ее с головы до ног, изучая покрой платья и даже прическу. Так прошло несколько секунд.</p>
     <p>— O! Прошу прощения, — наконец изрек он и опять уставился на нее. — В таком случае вы очень неразумная женщина, мечтающая о богатстве и закрывающая глаза на все опасности подобного паломничества. Приезжают в эту страну либо достойные уважения жены и дочери, либо же те, кто недостоин его вовсе. Последние приличия ради называют себя опереточными звездами и артистками; и мы из вежливости делаем вид, что верим им. Да, да, я знаю, что вы хотите сказать. Но помните: здесь есть только такие женщины. Других нет, и те, которые пробуют найти третий путь, терпят неудачу. Так что вы очень, очень неразумная девушка, и, пока еще не поздно, вернитесь. Я одолжу вам денег на обратный путь в Штаты. Если вы взглянете на это просто как на заем у совершенно чужого человека, я завтра отправлю с вами индейца, и он вас проводит до Дайи.</p>
     <p>Раза два Фрона пробовала прервать его, но властным движением руки он принуждал ее к молчанию.</p>
     <p>— Благодарю вас, — начала она; но он перебил ее:</p>
     <p>— Не за что, не за что!</p>
     <p>— Благодарю вас, — повторила она, — но дело в том, что… вы ошибаетесь. Я только что проделала путь от Дайи и ожидала найти в Счастливом Лагере носильщиков с моей кладью. Они вышли за несколько часов до меня. Я не могу понять, каким образом мне удалось обогнать их. Впрочем, теперь я понимаю! Сегодня днем на озере Кратер к западному берегу ветром отнесло какую-то лодку. По всей вероятности, они находились в ней. Тут-то мы и разминулись, и я оказалась впереди. Что же до моего возвращения обратно, то я ценю ваше предложение, но мой отец живет в Доусоне, и мы с ним не виделись уже три года. Кроме того, я сегодня прошла слишком много и очень хочу отдохнуть. Если вы не откажете мне в вашем гостеприимстве, то разрешите мне лечь спать.</p>
     <p>— Это невозможно. — Он отбросил одеяла, уселся на мешки с мукой и бессмысленно посмотрел на нее.</p>
     <p>— Есть ли… Есть ли женщины в других палатках? — спросила она нерешительно. — Я не видела ни одной, но, может быть, я просто не заметила.</p>
     <p>— Были тут муж с женой, но сегодня утром они свернули свою палатку и ушли. Нет, здесь нет женщин, за исключением… за исключением двух или трех в одной палатке, но они… они вам не подходят.</p>
     <p>— Вы думаете, меня испугает их гостеприимство? — рассердилась Фрона. — Ведь они женщины, вы сами это сказали.</p>
     <p>— Но я сказал, что для вас это не подходит, — рассеянно ответил он, глядя на надувшуюся парусину и прислушиваясь к завыванию бури. — В такую ночь, как сегодня, без крова над головой можно умереть.</p>
     <p>А остальные палатки совершенно переполнены, — продолжал он размышлять вслух. — Я это знаю наверное. Они перенесли в них припасы из ям, опасаясь, что все промокнет. И там так тесно, что повернуться негде. Кроме того, буря загнала сюда еще дюжину путешественников. Двое или трое из них просили разрешения поместиться на ночь у меня, если они не найдут другого места. Вероятно, они нашли, но это еще не доказывает, что есть свободные места. И во всяком случае…</p>
     <p>Он беспомощно умолк. Невозможность изменить создавшееся положение была очевидна.</p>
     <p>— Могу я ночью добраться до Глубокого Озера? — спросила Фрона, забывая о себе и жалея его. Но, отдав себе отчет в этих словах, она расхохоталась.</p>
     <p>— Вы не сможете переправиться в темноте через реку. — Его рассердило ее легкомыслие. — И по дороге нет другого лагеря.</p>
     <p>— <emphasis>Вы</emphasis> боитесь? — спросила она чуть-чуть насмешливо.</p>
     <p>— Не за себя.</p>
     <p>— В таком случае я лягу спать.</p>
     <p>— Я могу сидеть всю ночь и присматривать за печкой, — предложил он после краткого молчания.</p>
     <p>— Ерунда! — воскликнула она. — Как будто таким образом вы соблюдете ваши глупые приличия! Мы не в цивилизованной стране, а недалеко от Северного полюса. Ложитесь спать!</p>
     <p>Он пожал плечами в знак того, что сдается.</p>
     <p>— Хорошо! Что же мне теперь надо делать?</p>
     <p>— Помочь мне устроить постель, разумеется. Мешки положены крест-накрест! Благодарю вас, но мне они не под силу. Вот… Подвиньте-ка их сюда.</p>
     <p>По ее указанию он положил мешки вдоль стен палатки в два ряда. Между ними образовался неудобный провал. Но она сровняла его, плашмя ударив несколько раз топором и таким образом уменьшив наклон мешков к стене. Потом сложила втрое одеяло и постелила его между мешками.</p>
     <p>— Гм! — буркнул он, как бы рассуждая сам с собой. — Теперь я понимаю, почему мне было так неудобно спать! Сделаю и я то же самое!</p>
     <p>И он быстро последовал ее примеру.</p>
     <p>— Я вижу, вы не привыкли путешествовать по здешним краям, — заметила она, расстилая сверху еще одно одеяло и усаживаясь на постель.</p>
     <p>— По всей видимости, да, — ответил он. — А что вы знаете о таких путешествиях? — проворчал он немного погодя.</p>
     <p>— Достаточно, чтобы делать то, что надо, — уклончиво ответила она, вытаскивая из духовки сухие ветки и заменяя их мокрыми.</p>
     <p>— Послушайте! Вот так буря! — воскликнул он. — На дворе становится все хуже и хуже, если это еще возможно.</p>
     <p>Палатка качалась под напором ветра, парусина надувалась и трещала при каждом его порыве, между тем как снег и дождь барабанили над головой, точно предварительная схватка уже перешла в настоящее сражение. В короткие мгновения затишья слышно было, как вода льется по боковым стенкам палатки, шумя словно маленький водопад. Он протянул руку и с любопытством дотронулся до мокрого потолка. И внезапно с этого места прямо на ящик с провизией хлынул поток воды.</p>
     <p>— Не делайте этого! — воскликнула Фрона, вскочив на ноги. Она прижала палец к тому же месту и быстро провела им по парусине до земли. Течь немедленно прекратилась. — Не надо этого делать, — укоризненно повторила она.</p>
     <p>— Господи! — послышался его ответ. — Вы сегодня прошли весь путь от Дайи! Неужели вы еще можете двигаться?</p>
     <p>— С большим трудом, — призналась она чистосердечно, — мне очень хочется спать. Спокойной ночи, — пожелала она ему несколько минут спустя, с наслаждением растягиваясь под теплым одеялом. Но спустя четверть часа окликнула его: — Послушайте! Вы не спите?</p>
     <p>— Нет. — Его голос с противоположной стороны печки звучал глухо. — В чем дело?</p>
     <p>— Вы накололи щепок?</p>
     <p>— Щепок? — сонно переспросил он. — Каких щепок?</p>
     <p>— Чтобы растопить печку завтра утром. Встаньте и наколите!</p>
     <p>Он молча повиновался. И не успел он кончить свою работу, как она уже спала.</p>
     <p>Когда Фрона открыла глаза, в воздухе пахло неизменной копченой грудинкой. Наступило утро, и буря прекратилась. Солнце весело освещало затопленную дождем местность и заглядывало в палатку сквозь поднятое полотнище. Люди уже занялись своими делами и шагали мимо палатки, нагруженные тяжелыми тюками. Фрона перевернулась на другой бок. Завтрак был готов. Ее хозяин только что поставил в духовку грудинку с жареным картофелем и теперь подпирал дверцу двумя лучинками.</p>
     <p>— Доброе утро! — приветствовала она его.</p>
     <p>— Здравствуйте, — ответил он, поднимаясь на ноги и беря в руки ведро. — Я не спрашиваю, хорошо ли вы спали. Я знаю, что хорошо.</p>
     <p>Фрона засмеялась.</p>
     <p>— Я иду за водой, — пояснил он. — И надеюсь по возвращении найти вас готовой к завтраку.</p>
     <p>Греясь после завтрака на солнце, Фрона заметила знакомую ей группу людей, взбиравшихся по леднику от озера Кратер. Она захлопала в ладоши.</p>
     <p>— Вот идут носильщики с моей кладью, и с ними Дэл Бишоп! Ему, вероятно, очень стыдно, что он потерял меня. — Она обернулась к приютившему ее человеку, одновременно вешая через плечо свой фотографический аппарат и дорожный мешок. — Итак, мне остается только проститься с вами и поблагодарить вас за вашу любезность.</p>
     <p>— О, совершенно не за что! Не стоит и говорить об этом. Я сделал бы то же самое для каждой.</p>
     <p>— Опереточной артистки!</p>
     <p>Он укоризненно посмотрел на нее и продолжал:</p>
     <p>— Я не знаю, кто вы, да и не желаю знать.</p>
     <p>— Ну, я не буду так жестока, потому что знаю ваше имя, мистер Вэнс Корлисс! Я ведь прочла его на пароходных ярлыках, — пояснила она. — И я прошу вас навестить меня, когда вы доберетесь до Доусона. Меня зовут Фрона Уэлз. До свидания!</p>
     <p>— Ваш отец Джекоб Уэлз? — крикнул он ей вслед, когда она легким шагом сбежала на тропу.</p>
     <p>Она обернулась и кивнула головой.</p>
     <p>Дэл Бишоп не только ничего не стыдился, но даже и не беспокоился.</p>
     <p>«Уэлзы нигде не пропадут», — утешал он себя, засыпая накануне вечером. Но он был зол, как тысяча чертей, по его собственному выражению.</p>
     <p>— Доброе утро, — приветствовал он Фрону. — По вашему лицу видно, что вы и без моей помощи хорошо провели ночь.</p>
     <p>— Надеюсь, вы не беспокоились? — спросила Фрона.</p>
     <p>— Беспокоился? О дочке Уэлза? Кто? Я? Совсем нет! Я был слишком занят, высказывая озеру Кратер все, что я о нем думаю. Я не люблю воды. Я уже говорил вам это. И хотя она всегда поступает со мной подло, я все-таки не боюсь ее. Эй, вы там! — обратился он к индейцам. — Поторапливайтесь! К полудню мы должны быть у озера Линдерман.</p>
     <p>«Фрона Уэлз?» — повторял про себя Вэнс Корлисс.</p>
     <p>Все случившееся показалось ему сном, и он пришел в себя, только когда обернулся и увидел ее удалявшуюся фигуру. Дэл Бишоп и индейцы уже исчезли за поворотом скалы, а Фрона как раз огибала ее подножие. Солнце ярко освещало ее, и она была подобна лучезарному видению на черном фоне скалы. Она помахала ему альпенштоком, и в то время, как он снимал свою фуражку, она уже скрылась из виду.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава V</p>
     </title>
     <p>Положение, которое занимал Джекоб Уэлз, без сомнения, было необычным. Этот богатейший торговец в стране, не имеющей никакой торговли, был зрелым продуктом девятнадцатого века и процветал в первобытном обществе, подобном обществу средиземноморских вандалов. Промышленный магнат и блестящий монополист, он господствовал над сборищем самых независимых людей, какие когда-либо сходились вместе со всех концов земли. Бережливый миссионер, апостол Павел от торговли, он проповедовал законы выгоды и силы. Веруя в естественные права человека, сам дитя демократии, он подчинял всех окружающих своей неограниченной власти. Правление Джекоба Уэлза для блага Джекоба Уэлза и народа — вот в чем заключалось его неписаное евангелие. Он создал свою власть единолично и простер ее над пространством, равным дюжине римских провинций. Он мог диктовать свою волю людям, жившим на территории в сто тысяч миль, по его указу вырастали и исчезали города.</p>
     <p>И все же он был обыкновенным человеком. Воздух земли впервые наполнил его легкие у берегов реки Платт, в бесконечных прериях. Над его головой простиралось небо, и его нагое нежное тельце было распростерто на зеленой траве. Первое, что увидели его глаза, были лошади, еще оседланные и с кротким удивлением взиравшие на совершившееся чудо; его отец был траппером<a l:href="#n_111" type="note">[111]</a> и только свернул с большой дороги, чтобы дать своей жене возможность разрешиться от бремени. Часом позже они — теперь их было уже трое — вновь уселись на коней и догоняли своих товарищей-охотников. Они никого не задержали; не было потеряно ни минуты времени. Наутро его мать приготовила на костре завтрак, и до захода солнца они проделали еще пятьдесят миль верхом.</p>
     <p>Отец Джекоба происходил из семьи крепких валийцев, перекочевавшей с многолюдного Востока в только что созданный штат Огайо, а мать его была дочерью ирландских эмигрантов, осевших в Онтарио. От родителей он унаследовал жажду скитаний, лихорадочную потребность к движению и стремление во всем испить чашу до дна. В первый же год своей жизни, едва научившись ходить, Джекоб Уэлз проехал верхом на лошади тысячу миль по дикой местности и провел зиму в охотничьей хижине у истоков Северной Ред-Ривер. Его первой обувью были мокасины, его первым лакомством — жир американского лося. Сначала он думал, что мир — это огромные пустыни и обширные снежные пространства, населенные индейцами и белыми охотниками, похожими на его отца. Несколько шалашей, покрытых оленьими шкурами, были для него городом. Почтовая контора казалась ему храмом цивилизации, а торговый агент самим господом богом. Реки и озера существовали только для того, чтобы передвигаться. С этой точки зрения горы приводили его в недоумение; они составляли для него часть необъяснимого, и он перестал размышлять о них. Иногда люди умирали. Но мясо их было несъедобным, и кожа не представляла никакой ценности, может быть, потому, что она не была покрыта мехом. Меховые шкуры очень ценились, и тот, кто имел их много, мог купить все на свете. Животные были созданы для того, чтобы человек мог их поймать и содрать с них шкуру. Для чего были созданы люди, он не знал, возможно, что для нужд торгового агента.</p>
     <p>С возрастом представления его об окружающих предметах менялись, но процесс этот сопровождался наивными опасениями и изумлением. Только тогда, когда он стал совсем взрослым и побывал уже в доброй половине городов Америки, из его глаз исчезло выражение детского недоумения, и они стали острыми и пытливыми. Еще мальчиком, впервые попав в город, он внес некоторые поправки в свой взгляд на вещи, но все еще был склонен к обобщению. Жители городов были изнеженными. В их головах не было стрелок компаса, и они легко сбивались с дороги. Вот почему они предпочитали жить в городах. Боясь простуды и темноты, они спали под крышей и запирали на ночь двери своих домов. Городские женщины были симпатичны и красивы, но они недалеко ушли бы за день по глубокому снегу. Все говорили слишком много… Вот почему они часто лгали и не могли много работать. В довершение всего в городах существовала новая могучая сила, которая называлась обманом. Тот, кто обманывает, должен быть абсолютно уверен в успехе либо должен уметь отвечать за последствия. Обман — это отличная штука, если ею умело пользоваться.</p>
     <p>Впоследствии, проводя большую часть жизни среди гор и лесов, он пришел к заключению, что в городе не все плохо, что там тоже можно жить и продолжать оставаться человеком. Привыкнув бороться с силами природы, он заинтересовался борьбой социальных сил на поприще коммерции. Владыки рынка и биржи прельщали его своим блеском, но не ослепляли, и он изучал их, стремясь узнать тайну их могущества. А позднее, в знак того, что и из Назарета может кое-что выйти хорошее,<a l:href="#n_112" type="note">[112]</a> он, в расцвете сил, женился на девушке, выросшей в городе. Но стремление к далеким странам все еще не покидало его, и голос крови побудил его уйти из города и поселиться на берегу реки Дайэ, где на опушке леса в большом бревенчатом доме он основал факторию. И здесь, в зрелые годы, он научился правильно смотреть на вещи и обобщать социальные явления так же, как раньше он обобщал явления природы… И в тех и в других было много общего. И те и другие подчинялись одинаковым законам; в них содержались одни и те же истины. Борьба — вот в чем заключалась тайна мироздания. Борьба — это закон и путь к прогрессу. Мир был создан для сильных, и только сильные владели миром. Все было проникнуто вечной справедливостью. Быть честным — значило быть сильным. Грех вел к слабостям. Обмануть честного человека считалось мошенничеством. Обмануть обманщика значило восстановить справедливость. Первобытная сила была в руках; современная сила — в голове. И хотя поле деятельности переместилось, борьба была все той же, что и прежде, когда люди боролись за власть над миром и за те наслаждения, которые эта власть приносила. Меч уступил место гроссбуху; закованный в броню рыцарь — одетому в изящный костюм промышленному магнату, а центр имперской политической власти был перенесен на биржу. Современная сила воли уничтожила грубые животные инстинкты. Упрямая земля поддавалась только силе. Мозг значил больше, чем тело. Человек, обладающий умом, мог скорее поработить первобытные силы.</p>
     <p>У него не было образования, вернее, того, что считается образованием. К тем двум или трем основным жизненным принципам, которые внушила ему мать при свете костра или свечи, он прибавил немного разношерстных знаний, почерпнутых из книг; но эта ноша не обременила его. Жизненные явления были ему ясны и понятны, потому что природа наградила его здравым смыслом и проницательностью.</p>
     <p>В один прекрасный день Джекоб Уэлз оставил позади себя Чилкут и исчез в бесконечной пустыне. Год спустя он появился в русских миссиях у самого впадения Юкона в Берингово море. Он проехал три тысячи миль вниз по реке, много видел и грезил о великом. Но он дер-жал язык за зубами и молча принялся за работу. И вот однажды пронзительный пароходный гудок приветствовал полунощное солнце у топких берегов Форт-Юкона. Это было изумительное достижение. А как он добился этого, мог рассказать только он сам. И хотя вся эта затея казалась невозможной, он приводил откуда-то все новые и новые пароходы и создавал одно предприятие за другим. Построенные им фактории и склады товаров встречались по реке и ее притокам на тысячи миль вокруг. Он силой вложил топор белого человека в руку туземца; и в каждом поселке и даже между ними четырехфутовые штабеля дров ждали его пароходов. На одном из островов Берингова моря, там, где река впадает в океан, он устроил большой распределительный пункт. В северной части Тихого океана плавали его огромные океанские пароходы. А в его конторах в Сиэтле и Сан-Франциско десятки клерков поддерживали порядок и систему в торговых делах.</p>
     <p>В страну хлынул людской поток. До этого времени голод выгонял оттуда людей, но теперь там был Джекоб Уэлз и его продовольственные склады. И люди зимовали там и копали мерзлую землю, ища золото. Он ободрял их, снабжал припасами, получая за это долю в их участках, и вносил в списки компании. Его пароходы перевозили людей вверх по Кьюкуку за Северный полярный круг. Как только где-нибудь появлялась возможность заработать деньги, он немедленно устраивал там товарные склады. И следом вырастал город. Джекоб Уэлз вел изыскания, спекулировал, расширял свое дело. Не знающий усталости, упрямый, со стальным блеском в темных глазах, он был вездесущ. У истоков только что открытой реки он был первым, и в устье ее он тоже был первым, торопясь доставить туда продовольствие. За пределами этой страны во внешнем мире он устраивал всевозможные торговые комбинации, объединялся с корпорациями всего света и принуждал большие транспортные компании брать с него особый, льготный тариф. Здесь же он торговал мукой, шерстяными одеялами и табаком, строил лесопильные заводы, намечал местоположение городов, искал медь, железо и уголь. Для того чтобы снабдить своих старателей всем необходимым, он рыскал по Арктике вплоть до Сибири, в поисках зимней одежды, сделанной туземцами.</p>
     <p>Уэлз вез на себе всю страну, следил за ее нуждами, делал ее работу. Каждая унция золотого песка, каждое открытое письмо, каждый аккредитив проходили через его руки. Он был ее банкиром и биржевым маклером. Он привозил и распределял почту. Его раздражали конкуренты, а хищников он безжалостно преследовал. Он угрожал пытающимся вступить с ним в борьбу синдикатам, и, если они не сдавались, разорял их. И при всем том он находил время и возможность заботиться о своей дочери, которая росла без матери, находил время выказывать ей свою любовь и готовить к тому положению, которое он ей создал.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VI</p>
     </title>
     <p>— Я думаю, капитан, вы согласитесь, что мы должны обратить особое внимание на серьезность создавшегося положения. — Джекоб Уэлз помог своему гостю надеть меховую шубу и продолжал: — Не потому, что оно недостаточно серьезно, но для того, чтобы оно не стало еще серьезнее. И вы и я уже пережили голод. Мы должны напугать их, и сделать это теперь же, пока еще не поздно. Если пять тысяч человек покинут Доусон, то остальным с избытком хватит припасов. Пусть только эти пять тысяч разнесут весть о голоде до Дайи и Скагуэя. Тогда еще пять тысяч не явятся к нам сюда.</p>
     <p>— Совершенно правильно! И вы можете рассчитывать на полную поддержку полиции. — Собеседник Уэлза, седой человек крепкого сложения, с энергичным лицом и манерами военного, поднял воротник шубы и взялся за ручку двери. — Благодаря вам я уже обратил внимание на то, что последние явившиеся сюда путешественники начинают распродавать свое снаряжение и покупать собак. Вы представляете, какая будет гонка по льду, как только река станет! И каждый, кто продаст тысячу фунтов съестных припасов и уйдет, уменьшит требования одного пустого желудка и наполнит другой из числа оставшихся здесь. Когда отправляется «Лора»?</p>
     <p>— Сегодня утром, с тремя сотнями пассажиров, не имеющих продовольствия. Я бы хотел, чтобы их было три тысячи!</p>
     <p>— Аминь! Между прочим, когда приедет ваша дочь?</p>
     <p>— Я жду ее со дня на день. — Глаза Джекоба Уэлза потеплели. — Приходите к обеду, когда она приедет, и приведите из казарм двух-трех молодых офицеров. Я не знаю их всех по имени, но вы можете передать им приглашение от меня лично. Я не часто бываю в обществе, мне некогда, но мне хочется, чтобы моя дочь весело проводила время. Ведь она долго жила в Лондоне и в Штатах, и здесь ей может показаться скучно. Вы согласны со мной?</p>
     <p>Джекоб Уэлз закрыл за посетителями дверь, подвинул свое кресло к камину и поставил ноги на решетку. На мгновение в мерцающем свете камина перед ним встал образ молодой девушки, вызвавший воспоминание о красивой женщине англосаксонского типа.</p>
     <p>Дверь открылась.</p>
     <p>— Мистер Уэлз, мистер Фостер послал меня справиться, выдавать ли ему продовольствие по ордерным чекам?</p>
     <p>— Конечно, мистер Смит. Но только вдвое меньше. Если у кого-нибудь имеется на руках чек на тысячу фунтов, выдавайте ему только пятьсот.</p>
     <p>Он закурил сигару и снова откинулся на спинку кресла.</p>
     <p>— Вас желает видеть капитан Макгрегор, сэр.</p>
     <p>— Просите!</p>
     <p>Капитан Макгрегор вошел и остановился возле кресла своего хозяина. Тяжелая рука Нового Света с детства легла на плечи шотландца. Но глубокая искренность, сквозившая в каждой черте его изборожденного горькими морщинами лица, и выступающий вперед подбородок говорили о том, что честность — лучшая политика по крайней мере для того, кто имел дело с обладателем этого подбородка. Это подтверждалось его кривым, сломанным носом и длинным шрамом, который тянулся через весь лоб и скрывался в седых волосах.</p>
     <p>— Мы снимаемся с якоря через час, сэр. Я пришел за последними распоряжениями.</p>
     <p>— Хорошо. — Джекоб Уэлз повернулся к нему. — Капитан Макгрегор!</p>
     <p>— Да! Я слушаю вас.</p>
     <p>— На эту зиму я имел в виду для вас другую работу. Но я передумал и назначил вас на «Лору». Вы догадываетесь, почему?</p>
     <p>Капитан Макгрегор переступил с ноги на ногу, и лукавая усмешка сверкнула в его глазах.</p>
     <p>— Предвидите затруднения, — проворчал он.</p>
     <p>— Я не мог найти более подходящего человека, чем вы. Перед тем, как отправиться, вы получите точные указания от мистера Белли. Я вам скажу только одно: если мы не сможем спугнуть отсюда достаточное количество людей, Форт-Юкон будет нуждаться в каждом фунте съестных припасов. Вы меня понимаете?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Не будьте расточительным. Вы везете с собой триста человек. Есть основания предполагать, что еще вдвое больше людей подойдет к вам по льду, как только станет река. Этой зимой вам придется кормить тысячу человек. Дайте им пайки, рабочие пайки, и следите за тем, чтобы они действительно работали. Пусть они заготавливают дрова, по шесть долларов за штабель, и складывают их на берегу в таком месте, где могут причаливать пароходы. Кто не будет работать, тот не должен получать пайка. Вы меня понимаете?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Тысяча человек могут натворить большие безобразия, если они будут бездельничать. Мало ли что может быть! Наблюдайте за тем, чтобы они не грабили ям с продовольствием. Если они это сделают, исполняйте ваш долг.</p>
     <p>Капитан мрачно кивнул. Его руки невольно сжались, а шрам на лбу побледнел.</p>
     <p>— Там, во льдах, стоит пять пароходов. Сохраните их в целости, когда весной тронется лед. И прежде всего снимите с них весь груз и сложите его в одну большую яму. Вам легче будет ее защищать; вы можете сделать ее вовсе неприступной. Отправьте человека в Форт-Бэрр и попросите мистера Картера прислать вам трех своих служащих. Он обойдется и без них. В Сёркле нет никаких важных дел. По дороге возьмите на борт половину служащих мистера Бердвелла. Они вам понадобятся. Среди них много хороших стрелков. Будьте непреклонны и бдительны. Помните, что тот, кто стреляет первым, чаще всего остается в выигрыше. И не спускайте глаз с продовольствия.</p>
     <p>— А заодно и с чужих револьверов, — пробурчал капитан Макгрегор, закрывая за собой дверь.</p>
     <p>— Джон Мелтон, мистер Мелтон, сэр. Вы можете принять его?</p>
     <p>— Слушайте, Уэлз, что это значит?</p>
     <p>Разгневанный Джон Мелтон вошел вслед за клерком и чуть не сбил его с ног, тыча какую-то бумагу прямо в лицо председателю компании.</p>
     <p>— Прочтите же! Что здесь написано?</p>
     <p>Джекоб Уэлз, взглянув, хладнокровно ответил:</p>
     <p>— Тысяча фунтов продовольствия.</p>
     <p>— То же самое и я говорю, но кладовщик отрицает это. Он утверждает, что мне следует получить только пятьсот фунтов.</p>
     <p>— Совершенно верно.</p>
     <p>— Но…</p>
     <p>— Документ выдан на тысячу фунтов, но на складе вы получите только пятьсот.</p>
     <p>— Это ваша подпись? — И Мелтон потряс документом перед самым носом собеседника.</p>
     <p>— Моя.</p>
     <p>— Так как же вы намерены поступить?</p>
     <p>— Дать вам пятьсот фунтов. А как вы намерены поступить?</p>
     <p>— Откажусь их взять.</p>
     <p>— Отлично. Больше нам не о чем говорить.</p>
     <p>— Напротив. Я намерен покончить все дела с вами. Я достаточно богат, чтобы самостоятельно доставлять свои грузы через ущелья, и я сделаю это в будущем году. Наши деловые отношения с этого момента покончены раз и навсегда.</p>
     <p>— Я не возражаю. Вы вложили в мое дело на триста тысяч долларов золотого песка. Идите к мистеру Этчелеру и попросите выдать вам их немедленно.</p>
     <p>Мелтон шагал взад и вперед в бессильной ярости.</p>
     <p>— Неужели я не могу получить остальные пятьсот фунтов? Великий боже! Я ведь заплатил за них! Уж не собираетесь ли вы уморить меня голодом?</p>
     <p>— Послушайте, Мелтон! — Джекоб Уэлз остановился и стряхнул пепел с сигары. — Чего вы в данный момент добиваетесь? Что вы хотите получить?</p>
     <p>— Тысячу фунтов продовольствия.</p>
     <p>— Для собственного потребления?</p>
     <p>Король Бонанцы<a l:href="#n_113" type="note">[113]</a> кивнул головой.</p>
     <p>— Я так и думал. — Морщины на лбу Джекоба Уэлза выступили резче. — Вы заботитесь только о собственном желудке. А я забочусь о желудках двадцати тысяч людей.</p>
     <p>— Но вы же выдали вчера Тиму Макреди тысячу фунтов.</p>
     <p>— Сократить выдачи было решено только сегодня.</p>
     <p>— Почему же мне первому пришлось пострадать?</p>
     <p>— А почему вы не пришли вчера, а Тим Макреди сегодня?</p>
     <p>Лицо Мелтона выразило полное недоумение, и Джекоб Уэлз пожатием плеч сам ответил на свой вопрос.</p>
     <p>— Вот как обстоят дела, Мелтон. Никаких исключений. Если вы считаете меня ответственным за Тима Макреди, то я буду считать вас ответственным за то, что вы не пришли вчера. Но пусть уже за все это отвечает провидение. Вы уже испытали голод на Сороковой Миле. Вы принадлежите к белой расе. То, что вы владеете Бонанцей или ее частью, не дает вам права ни на один фунт больше, чем получит старейший и беднейший из местных старожилов или только что родившийся ребенок. Верьте мне. До. тех пор, покуда у меня будет хоть фунт продовольствия, вы не умрете с голоду. Будьте тверды. Пожмите мне руку, улыбнитесь и постарайтесь примириться с обстоятельствами.</p>
     <p>Все еще сердясь, но уже начиная приходить в себя, король пожал руку Уэлзу и выбежал вон. Не успела за ним закрыться дверь, как в комнату неуклюжей походкой вошел неряшливый янки. Ногой, обутой в мокасин, он подвинул к себе стул и уселся.</p>
     <p>— Слушайте, — начал он таинственно, — люди, как мне кажется, начинают волноваться по поводу ограничения выдачи продовольствия.</p>
     <p>— Алло, Дэйв. Это вы?</p>
     <p>— Предположим, что это так. Вот я и говорю, будет дикое бегство отсюда, как только станет река.</p>
     <p>— Вы так думаете?</p>
     <p>— Угу!</p>
     <p>— Я очень рад это слышать. Это именно то, что здесь нужно. И вы двинетесь со всеми?</p>
     <p>— Ни за что в жизни, — Дэйв Харни запрокинул голову с видом полного самодовольства. — Вчера я отправил мою кладь на прииск. Думаю, что сделал это как раз вовремя. Но послушайте!.. У меня с сахаром вышло неладно. Он лежал на последних санях, и как раз в том месте, где дорога сворачивает от Клондайка на Бонанцу, сани провалились под лед! Больше я их не видел… Подумайте, последние сани, и на них весь мой сахар! Вот я и надумал зайти к вам сегодня и взять у вас фунтов сто. Белый или коричневый, мне безразлично.</p>
     <p>Джекоб Уэлз покачал головой и улыбнулся, но Харни придвинул свой стул ближе.</p>
     <p>— Ваш клерк сказал, что он ничего не знает. Не имело никакого смысла приставать к нему, и я сказал, что зайду к вам. Мне все равно, какой сахар вы дадите, дайте только сто фунтов, и я буду доволен.</p>
     <p>— Слушайте, — продолжал он, видя, что его собеседник отрицательно покачал головой. — Ведь вы знаете, что я — большой сластена. Помните леденцы, которые я стряпал на Причер-Крик? Подумайте только, как бежит время! Ведь это было шесть лет назад! Даже больше, пожалуй. Семь, будь я проклят! Так вот, я говорю, пусть лучше я останусь без жевательного табака, чем без сахара. Так как же будет? Я здесь с собаками. Не пойти ли нам на склад? Хорошая мысль!</p>
     <p>Тут он ясно увидел, что с губ Джекоба Уэлза готово сорваться «нет», и поспешил заговорить, прежде чем тот успел что-либо произнести.</p>
     <p>— Разумеется, я не хочу забрать себе все. Ни за что на свете не сделаю этого! Так что, если у вас мало сахара, я могу удовлетвориться и семьюдесятью пятью фунтами, — он пристально взглянул в лицо своего собеседника, — даже, пожалуй, достаточно будет и пятидесяти. Я вхожу в ваше положение, и я не такая низкая тварь, чтобы приставать…</p>
     <p>— Какой смысл сыпать словами, Дэйв? Мы не можем дать вам ни одного фунта сахара.</p>
     <p>— Ну, хорошо, ведь я и не хочу обирать других. А кроме того, принимая во внимание, что я имею дело с вами, Уэлз, я обойдусь и двадцатью пятью.</p>
     <p>— Ни одной унции!</p>
     <p>— Как? Совсем ни кусочка? Ну, ну, не сердитесь. Мы забудем, что я вас о чем-то просил, и я заверну к вам как-нибудь в другой раз. До свиданья! Ну и ну! — Он повернулся, склонил голову набок и, казалось, весь превратился в слух. — Ведь это свисток «Лоры». Она скоро отходит. Вы пойдете посмотреть, как она отчаливает? Пойдемте вместе.</p>
     <p>Джекоб Уэлз надел медвежью шубу и рукавицы, и они прошли через контору на главный склад. Он был так обширен, что двести покупателей, стоявших у прилавков, были почти незаметны. У многих были серьезные лица, и кое-кто даже мрачно смотрел на председателя компании, когда он проходил мимо. Приказчики продавали все что угодно, за исключением продовольствия, а именно на него и был спрос. «Припрятали на худой конец, чтобы вздуть цены», — брюзжал старатель с рыжей бородой. Джекоб Уэлз слышал его слова, но не обратил на них никакого внимания. Он знал, что пока не уляжется паника, он еще не раз услышит более неприятные вещи.</p>
     <p>Выйдя на боковую дорожку, он остановился, чтобы бегло просмотреть объявления, которые обычно вывешивались на стене здания. В них говорилось о пропаже, находке и продаже собак, но большую часть составляли объявления о продаже походного снаряжения. Наиболее робкие были уже напуганы. Снаряжение в пятьсот фунтов весом предлагалось по цене в один доллар за фунт, если в него не входила мука, снаряжение с мукой расценивалось по полтора доллара за фунт. Джекоб Уэлз увидел, что Мелтон беседует с вновь прибывшим человеком, лицо которого было весьма озабочено. Довольная усмешка короля Бонанцы свидетельствовала о том, что ему все-таки удалось пополнить запас продовольствия на зиму.</p>
     <p>— Дэйв, почему бы вам не поискать сахара таким путем? — спросил Джекоб Уэлз, указывая на объявления.</p>
     <p>Дэйв Харни с упреком посмотрел на него.</p>
     <p>— Напрасно вы думаете, что я не искал. Я вконец загнал своих собак, объехав всю округу от Клондайка до Госпиталя. И нигде ничего не нашел ни за деньги, ни даром.</p>
     <p>Они спустились по дорожке мимо дверей склада. Ряды саней стояли вдоль его стены, и заждавшиеся собаки, по-волчьи свернувшись клубком, лежали на снегу. Это был первый настоящий снегопад за всю осень. Наконец-то старатели дождались возможности начать перевозку клади.</p>
     <p>— Забавно, не правда ли? — еще раз закинул удочку Дэйв, когда они проходили по главной улице, ведущей на берег реки. — Очень забавно, что я владелец двух Эльдорадо в пятьсот с лишним футов каждый, человек, стоящий пять миллионов, как одна копейка, не имею чем подсластить себе кофе или кашу! Провались она к чертям, эта страна, пропади она пропадом! Я продам свои заявки! Я брошу все! Я… я… я уеду в Штаты!</p>
     <p>— О нет, вы этого не сделаете, — ответил Джекоб Уэлз. — Я и раньше от вас это слышал. Если память мне не изменяет, вы целый год питались исключительно мясом, когда торчали в верховьях реки Стюарт. И вы ели внутренности лососей и собак в верховьях реки Тананы, не говоря уже о том, что два раза вам пришлось пережить голод. И все-таки вы не уехали отсюда. И вы никогда не уедете. Вы здесь умрете, и это так же верно, как то, что сейчас «Лора» снимается с якоря. Я спокойно ожидаю того дня, когда увезу вас отсюда в свинцовом гробу и обременю Сан-Франциско заботами о ликвидации вашего имущества. Вы здесь увязли, и вы сами это знаете.</p>
     <p>Разговаривая, он все время отвечал на приветствия встречных. В основном это были старожилы, и он знал каждого из них по имени. Но не было также почти ни одного новичка, которому не было бы знакомо его лицо.</p>
     <p>— Я готов побиться об заклад, что в 1900 году я буду в Париже, — слабо протестовал король Эльдорадо.</p>
     <p>Но Джекоб Уэлз не слышал его. Раздались резкие звуки гонга, которыми Макгрегор приветствовал его, стоя на капитанском мостике, и «Лора» медленно отошла от берега. Провожающие огласили воздух пожеланиями счастливого пути и последними напутствиями, но триста неудачников, оставлявших на берегу свои золотые мечты, были безнадежно угрюмы и ни на что не отвечали. «Лора» миновала канал, проделанный в прибрежной полосе льда. Потом течение реки подхватило ее, и, дав последний свисток, она пошла на всех парах.</p>
     <p>Толпа разошлась. Джекоб Уэлз остался стоять, окруженный группой человек в двадцать. Разговор шел о голоде, и это был разговор мужчин. Даже Дэйв Харни перестал проклинать страну, где нельзя достать сахара, и весело издевался над новичками — <emphasis>чечако,</emphasis> как он называл их, позаимствовав это слово из языка сивашей. Внезапно его зоркие глаза различили черную точку, двигавшуюся по реке, среди похожего на кашу льда.</p>
     <p>— Взгляните-ка! — закричал он. — Сюда плывет каноэ!</p>
     <p>Искусно лавируя, то гребя, то отталкиваясь от плывущих льдин, двое людей, сидевших в лодке, старались пробраться к кромке льда, чтобы найти в ней проход. Попав в канал, проделанный пароходом, они налегли на весла и стрелой понеслись по спокойной глубокой воде. Ожидавшие встретили их с распростертыми объятиями, помогли им взобраться на берег и втащить туда их скорлупку. На дне ее лежали две кожаные почтовые сумки, пара одеял, кофейник, сковорода и маленький мешок со съестными припасами. Что же касается людей, то они так замерзли, что с трудом держались на ногах. Дэйв Харни предложил угостить их виски и хотел немедленно увести их. Но один из них задержался, чтобы застывшей рукой пожать руку Джекобу Уэлзу.</p>
     <p>— Ваша дочь близко, — сообщил он. — Мы обогнали ее лодку час тому назад. Каждую минуту она может показаться из-за поворота. У меня для вас есть депеши, но я принесу их немного погодя. Сначала я должен чего-нибудь выпить. — Повернувшись, чтобы идти с Харни, он вдруг остановился и указал на реку. — А вот и она. Только что показалась из-за утеса.</p>
     <p>— Ну, бегите, ребята, и пейте виски, — напомнил им Харни. — Скажите, чтобы записали на мой счет двойную порцию, и извините, что я не иду вместе с вами. Я останусь здесь.</p>
     <p>Густая ледяная каша, среди которой виднелись небольшие льдины, стремительно неслась по Клондайку, отбрасывая лодку на середину Юкона. С берега было ясно видно, как люди борются со стихией, — четыре человека, стоя, усердно работали баграми, пробираясь между скрежещущими льдинами. На борту была установлена юконская печка, и из ее трубы вился голубоватый дымок. Когда лодка приблизилась, все разглядели на ней фигуру женщины, орудовавшей на корме длинным рулевым веслом. Глаза Джекоба Уэлза сверкнули. Это было первое предзнаменование, и притом хорошее, подумал он. Она осталась дочерью Уэлза, не боящейся труда и борьбы. Годы, проведенные ею в цивилизованных странах, не сделали ее слабой. Она вкусила земных плодов, но не чуждалась и самой земли. Она с радостью возвращалась к ней.</p>
     <p>Так размышлял он, глядя, как приближается обледенелая лодка. Единственный в ней белый мужчина взял в руки фалинь и выскочил на кромку льда, чтобы замедлить ход и направить лодку в канал. Но береговой лед, образовавшийся только накануне вечером, провалился под его тяжестью. Человек упал в воду. Под напором большой льдины нос лодки круто повернулся, так что упавший выплыл за кормой. Женщина быстро нагнулась и схватила его рукой за воротник. В то же мгновение раздался громкий и властный голос, приказавший табанить<a l:href="#n_114" type="note">[114]</a> сидевшим на веслах индейцам. Продолжая держать над водой голову мужчины, она всем телом оперлась на рулевое весло и кормой вперед провела лодку в канал. Еще несколько взмахов весла — и лодка была у берега. Она передала щелкающего зубами человека Дэйву Харни. Тот вытащил его из воды и немедленно погнал вслед за теми, кто привез почту.</p>
     <p>Фрона поднялась. Щеки ее горели от быстрых движений. Джекоб Уэлз стоял, охваченный нерешительностью. Она была в двух шагах от него, но между ними лежала бездна в три года разлуки. Теперь ей двадцать лет, а было семнадцать, когда они расстались. И он совсем не ожидал, что разница между прежней и настоящей Фроной будет так велика. Он не знал, заключить ли это сияющее юное создание в свои могучие объятия или просто взять ее за руку и помочь сойти на берег. Его колебание прошло незамеченным. Она сама быстро скользнула к нему и обняла его. Стоявшие наверху, все, как один, отвернулись, пока они оба, держась за руки, поднимались наверх.</p>
     <p>— Джентльмены, моя дочь! — На его лице была написана величайшая гордость.</p>
     <p>Фрона посмотрела на всех окружающих с дружелюбной улыбкой, и каждому почудилось, что ее глаза глянули именно на него.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VII</p>
     </title>
     <p>Было совершенно понятно, что Вэнсу Корлиссу хотелось опять увидеть ту девушку, с которой он поделился своими одеялами. Правда, он не догадался привезти с собой на Аляску фотографический аппарат, но тем не менее в результате какого-то сложного процесса ее образ запечатлелся в его памяти. Это произошло моментально. Волна света и красок, молекулярная вибрация и интеграция, еле заметное, но тем не менее вполне определенное сокращение некоторых мозговых извилин — и изображение было готово! Ее стройная фигура в сиянии солнечных лучей резко выделялась на фоне крутой черной скалы. Прекрасная, как утренняя заря, улыбка сверкала в ореоле пламенеющего золота.</p>
     <p>Он вспоминал ее именно такой, и чем чаще это случалось, тем сильнее хотелось ему снова увидеть Фрону Уэлз. Это событие, которое он предвкушал с радостным волнением и трепетом восторга, часто бывает в жизни человека. Фрона представляла собой новый, неизвестный ему дотоле тип женщин, с которыми ему приходилось встречаться раньше. Из пленительной неизвестности ему улыбалась пара карих глаз, и руки, нежные, но сильные, манили его. Во всем этом был соблазн, равный соблазну греха.</p>
     <p>Не следует думать, что Вэнс Корлисс был глупее других или что он вел жизнь отшельника. Дело в том, что воспитание придало его образу жизни несколько пуританский характер. Пробуждающийся интеллект и жажда знаний ослабили влияние, которое имела на него в детстве суровая мать, но все же не смогли уничтожить его полностью. Оно было глубоко запрятано в нем, чуть заметно, но все-таки неотделимо от его существа. Избавиться от него окончательно он не мог. Незаметно оно извращало его взгляд на жизненные явления. Его представления возникали под неправильным углом зрения и особенно часто тогда, когда вопрос касался женщин. Он гордился широтой своих взглядов, потому что допускал существование трех категорий женщин, тогда как мать его допускала только две. Но он перерос свою мать. Было неоспоримо, что существуют три категории: хорошие женщины, плохие и наполовину хорошие, наполовину плохие. Что последние в конце концов становятся плохими, он верил твердо. По самому своему существу такое положение не могло продолжаться долго. Это была промежуточная стадия, переход от возвышенного к низменному, от лучшего к худшему.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_022.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Все это могло бы быть справедливым даже с его точки зрения, но ограниченность всегда приводит к догматизму. Что было <emphasis>хорошо</emphasis> и что <emphasis>плохо?</emphasis> В этом-то и заключался вопрос. Об этом шептала ему, умирая, мать. И не только она, но многие поколения скованных условностями предков, вплоть до того из них, кто первый стал смотреть на окружающих свысока. И хотя Вэнс Корлисс не подозревал об этом, но голос предков звал его к прошлому, даже если это угрожало ему гибелью.</p>
     <p>Он не приклеил ярлык на Фрону, согласно унаследованным им взглядам. Он вообще отказался классифицировать ее, не осмеливался сделать это. Он предпочитал вынести суждение о ней позже, когда у него будет больше данных. В этом был свой соблазн; тот критический момент, когда чистый человек мечтательно простирает руки к грязи и отказывается назвать ее грязью, пока сам не запачкается. Нет, Вэнс Корлисс не был трусом! А так как чистота есть понятие относительное, то он не был чист. То, что у него под ногтями не было грязи, происходило не оттого, что он прилежно занимался маникюром, а оттого, что он не сталкивался с грязью. Он был хорошим не потому, что желал этого, не потому, что его отталкивало зло, просто у него не было случая стать дурным. Но, с другой стороны, из сказанного не следует, что он непременно стал бы нечестным человеком при первом удобном случае.</p>
     <p>Вэнс до некоторой степени был тепличным растением. Всю жизнь он прожил в идеально чистом доме, со всеми удобствами. Воздух, которым он дышал, был в большинстве случаев искусственно выработанным озоном. Он принимал солнечные ванны, когда светило солнце, а если шел дождь, его прятали в закрытое помещение. И, когда он вырос и получил возможность выбирать, он оказался слишком занятым, чтобы сойти с того прямого пути, по которому мать учила его ползать и ковылять и по которому он теперь продолжал идти прямо, не задумываясь над тем, что лежит вокруг.</p>
     <p>Жизненная сила не может быть использована дважды. Если она израсходована на что-нибудь одно, то ее не хватит на другое. Так обстояло дело с Вэнсом Корлиссом. Ночные занятия в школе и физические упражнения потребовали всей энергии, которую его нормальный организм извлекал из обильной пищи. Если он чувствовал в себе несколько больший прилив энергии, то он расходовал ее в обществе своей матери и тех жеманных, связанных условностями людей, которые собирались у нее на чашку чая. В результате всего этого из него получился очень милый молодой человек, заслуживающий одобрения со стороны матерей молодых девушек; очень здоровый молодой человек, силы которого сохранились благодаря воздержанной жизни; очень образованный молодой человек, имевший диплом горного инженера и диплом бакалавра искусств; и наконец очень эгоцентричный и хладнокровный молодой человек.</p>
     <p>Самым большим его достоинством было то, что он все-таки не застыл в той форме, которая была свойственна его среде и в которой его удерживали руки матери. В нем говорил какой-то атавизм, голос того, кто первым стал смотреть свысока на других. До последнего времени эта сторона его наследственности ни в чем не проявлялась. Он просто приспособился к окружающему, и ничто не вызывало к жизни эту его способность. Но стоило ему услышать призыв к этому его свойству, как он по существу своему непременно должен был бы тотчас откликнуться на этот зов. Очень возможно, что принцип катящегося камня совершенно правилен. Но тем не менее самое большое достоинство в жизни — это способность менять направление. И хотя Вэнс Корлисс о том и не подозревал, это и было его крупнейшим достоинством.</p>
     <p>Но вернемся назад. Предвкушая большую радость, ждал он новой встречи с Фроной Уэлз, а покуда частенько видел ее такой, какой она запечатлелась в его памяти. Хотя он направился через Ущелье и плыл по рекам и озерам, располагая большими суммами (лондонские синдикаты никогда не бывают мелочными в таких делах), Фрона все же достигла Доусона на две недели раньше его. Он преодолевал препятствия только благодаря деньгам, а она пользовалась еще более могущественным талисманом — именем Уэлз. По прибытии в Доусон он потерял недели две на подыскание жилья, посещение тех, к кому у него имелись рекомендательные письма, и на устройство своей жизни. Но чему суждено сбыться, того не миновать, и поэтому в один прекрасный вечер, когда река уже стала, он направил свои стопы к дому Джекоба Уэлза. Жена приискового комиссара, миссис Шовилл, сопровождала его.</p>
     <empty-line/>
     <p>Корлиссу показалось, что он видит сон. Паровое отопление в Клондайке! Но холл остался позади, и через двери, завешенные тяжелыми портьерами, Вэнс вступил в гостиную. Это была настоящая гостиная. Его мокасины из лосиного меха утопали в роскошном пушистом ковре, а на противоположной стене ему бросился в глаза солнечный восход кисти Тернера.<a l:href="#n_115" type="note">[115]</a> В комнате было еще много картин и бронзы. В двух голландских каминах пылали огромные еловые поленья. Был там и рояль, и кто-то пел. Фрона вскочила с табуретки и пошла к нему навстречу, протягивая обе руки. До сих пор ему казалось, что его воображаемая солнечная фотография — верх совершенства. Но теперь при свете огня это юное создание, полное тепла и жизни, затмило бледную копию. Взяв ее руки в свои, он почувствовал, что у него закружилась голова. Это было одно из тех мгновений, когда какое-то непостижимое, властное ощущение волнует кровь и заволакивает мозг туманом. Первые слова смутно доходили до его сознания, но голос миссис Шовилл привел его в себя.</p>
     <p>— О! — воскликнула она. — Вы уже знакомы?</p>
     <p>И Фрона ответила:</p>
     <p>— Да, мы встретились на дороге от Дайи. А люди, которым довелось там встретиться, никогда не забывают друг друга.</p>
     <p>— Как романтично!</p>
     <p>Миссис Шовилл захлопала в ладоши. Несмотря на то, что она была толстой флегматичной женщиной под сорок лет, вся ее жизнь, когда она бодрствовала, проходила в восклицаниях и рукоплесканиях. Ее супруг под большим секретом уверял, что, если бы она встретилась лицом к лицу с господом богом, она непременно всплеснула бы своими пухлыми руками и закричала: «Как романтично!»</p>
     <p>— Как это произошло? — продолжала она. — Не спас ли он вас в горах или что-нибудь в этом роде? Пожалуйста, скажите, что так оно и было! И вы никогда об этом не говорили, мистер Корлисс! Пожалуйста, расскажите! Я умираю от любопытства!</p>
     <p>— О, ничего особенного, — поспешил он ответить. — Ничего романтичного. Я, то есть мы…</p>
     <p>Он почувствовал, что у него упало сердце, когда Фрона перебила его. Невозможно было предвидеть, что скажет эта удивительная Девушка.</p>
     <p>— Он оказал мне гостеприимство, вот и все, — сказала она. — Я могу похвалить его жареный картофель, а что до его кофе, то он превосходен для того, кто умирает от голода.</p>
     <p>— Неблагодарная! — отважился он произнести, получив в награду улыбку. Затем Корлисса познакомили с молодым стройным лейтенантом горной полиции, который стоял у камина и обсуждал вопрос о продовольственном кризисе с живым, небольшого роста человеком в крахмальной сорочке с очень высоким, тугим воротничком.</p>
     <p>Благодаря тому, что Корлисс по рождению принадлежал к известному общественному кругу, он непринужденно переходил от одной группы к другой, в чем ему завидовал Дэл Бишоп. Точно проглотив аршин, Бишоп сидел на первом попавшемся стуле и терпеливо дожидался, чтобы кто-нибудь из гостей простился и ушел. Он хотел посмотреть, как это делается. Мысленно он уже представлял себе эту сложную процедуру, он даже знал, сколько шагов нужно сделать до двери, и был совершенно уверен в том, что необходимо проститься с Фроной. Но он не знал, должен ли он пожать руку каждому из присутствующих. Он заглянул сюда на минутку, чтобы повидать Фрону, сказать ей «Как вы поживаете?», и неожиданно попал в большое общество.</p>
     <p>Корлисс, только что кончивший болтать с некоей мисс Мортимер о декадентстве французских символистов,<a l:href="#n_116" type="note">[116]</a> наткнулся на Бишопа. Старатель немедленно узнал его, хотя видел только раз, да и то мельком, у его палатки в Счастливом Лагере. Дэл немедленно сообщил Корлиссу, что он очень обязан ему за гостеприимство, оказанное мисс Фроне, в виду того, что он сам был задержан в пути; что всякая любезность в отношении мисс Фроны является любезностью и в отношении его и что он, Дэл, никогда в жизни этого не забудет, пока у него найдется хоть кусок одеяла, чтобы прикрыть им мистера Корлисса. Он надеется, что Корлисса это не очень стеснило. Мисс Фрона говорила, что постельных принадлежностей было очень мало, но ночь была ведь не слишком холодная (скорее бурная, чем морозная), поэтому он надеется, что Корлисс не слишком продрог. Весь этот монолог показался Корлиссу довольно неуместным, и он отошел от Дэла при первой возможности, предоставив тому изнывать от тоски.</p>
     <p>Но Дэйв Харни попал сюда отнюдь не случайно. Он и не думал прилипать к первому же стулу. Будучи королем Эльдорадо, он считал нужным занимать в обществе то положение, на которое ему давали право его миллионы. И хотя он не знал иных удовольствий, кроме болтовни с бесшабашными собутыльниками в трактире или на пороге хижины, тем не менее он был вполне удовлетворен своими рыцарскими успехами в светских гостиных. Быстрый на реплики, он переходил от одного гостя к другому и с апломбом, подчеркнутым его удивительным костюмом и манерой волочить ноги, обменивался отрывистыми, бессвязными фразами со всеми, кто попадался ему. Мисс Мортимер, говорившая по-французски, как парижанка, поставила его в тупик своими символистами. Но он расквитался с ней хорошей дозой жаргона канадских вояжеров и поверг ее в величайшее недоумение предложением продать ему двадцать пять фунтов сахару, безразлично белого или коричневого. Впрочем, не она одна удостоилась его откровенности. С кем бы он ни болтал, он ловко переводил разговор на продовольствие и затем переходил к своему неизбежному предложению. «Сахар, чтоб мне лопнуть», — весело говорил он в заключение и направлялся к следующей жертве. В конце концов он умолил Фрону спеть вместе с ним трогательную песенку «Я покинула для вас мой счастливый дом». Это было, пожалуй, хвачено через край, но Фрона тем не менее попросила его напеть мелодию, чтобы она могла подобрать аккомпанемент. У него был не столь приятный, сколь сильный голос. Дэл Бишоп, внезапно обнаруживший признаки жизни, начал подпевать ему хриплым басом. При этом он настолько осмелел, что решился покинуть свой стул. Когда наконец он вернулся в свою палатку, то пинком ноги разбудил заспанного сожителя, чтобы рассказать ему, как приятно он провел вечер в доме Уэлзов.</p>
     <p>Миссис Шовилл хихикала и находила все это неподражаемым, в особенности когда молодой лейтенант горной полиции и несколько его соотечественников громко пропели «Правь, Британия»<a l:href="#n_117" type="note">[117]</a> и «Боже, храни короля»,<a l:href="#n_118" type="note">[118]</a> а американцы ответили им, спев «Мою страну»<a l:href="#n_119" type="note">[119]</a> и «Джона Брауна».<a l:href="#n_120" type="note">[120]</a> Верзила Алек Бобьен, золотой король Сёркла, потребовал «Марсельезу»,<a l:href="#n_121" type="note">[121]</a> и общество разошлось, распевая на улице «Стражу на Рейне».<a l:href="#n_122" type="note">[122]</a></p>
     <p>— Не приходите в такие вечера, — прошептала Фрона, прощаясь с Корлиссом. — Мы не сказали друг другу и трех слов, а я знаю, что мы с вами будем большими друзьями. Скажите, удалось Дэйву Харни выклянчить у вас сахар?</p>
     <p>Они оба рассмеялись, и Корлисс пошел домой при свете северного сияния, стараясь разобраться в своих впечатлениях.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VIII</p>
     </title>
     <p>— А почему мне не гордиться моей расой?</p>
     <p>Щеки Фроны горели, глаза сверкали. Они оба только что вспоминали детство, и Фрона рассказала Корлиссу о своей матери, которую представляла весьма смутно. Белокурая красавица, ярко выраженного англосаксонского типа, — такой описала она ее, пользуясь своими воспоминаниями, дополненными рассказами отца и старого Энди из почтовой конторы на реке Дайе. Беседа коснулась расового вопроса, и Фрона в пылу энтузиазма высказала мысли, которые не согласовались с более консервативными взглядами Корлисса и казались ему рискованными и недостаточно обоснованными. Он считал себя выше расовых предрассудков и потому смеялся над ее незрелыми убеждениями.</p>
     <p>— Всем людям свойственно считать себя высшей расой, — продолжал он. — Наивный, естественный эгоизм, очень здоровый и очень полезный, но тем не менее в корне неправильный. Евреи смотрели и до сих пор продолжают смотреть на себя как на избранный богом народ…</p>
     <p>— Потому-то они и оставили такой глубокий след в истории, — перебила его Фрона.</p>
     <p>— Но время не подтвердило их убеждений. Обратите внимание и на оборотную сторону медали. Нация, считающая себя высшей, смотрит на все остальные нации как на низшие. Это вам понятно. Быть римлянином в свое время считалось более почетным, чем быть королем, и когда римляне встретились с вашими дикими предками в германских лесах, они только удивленно подняли брови и сказали: «Это низшая раса, варвары».</p>
     <p>— Но мы продолжаем существовать и. по сей день. Мы существуем, а римляне исчезли. Все проверяется временем. До сих пор мы выдерживали это испытание. Кое-какие благоприятные признаки говорят о том, что так будет и впредь. Мы приспособлены лучше других.</p>
     <p>— Самомнение.</p>
     <p>— Подождите. Сначала проверьте.</p>
     <p>Фрона порывисто сжала ему руку. Его сердце забилось, кровь бросилась в лицо, и в висках застучало. Смешно, но восхитительно, подумал он. Сейчас он готов был спорить с ней хоть всю ночь напролет.</p>
     <p>— О, я знаю, что слишком возбуждаюсь и дохожу до абсурда! — воскликнула Фрона. — Но в конце концов одна из причин того, что мы — соль земли, и кроется в том, что мы имеем смелость высказывать это.</p>
     <p>— И я уверен, что ваша горячность заразительна, — ответил он. — Вы видите, она начинает действовать на меня. Мы — народ, избранный не богом, а природой. Мы англы и саксы, норманны и викинги, и земля — наше наследие. Так идем же все дальше вперед!</p>
     <p>— Теперь вы издеваетесь надо мной! А кроме того, мы и так с вами оказались далеко впереди. Для чего же вы отправились на Север, как не для того, чтобы приложить руку к наследию вашей расы?</p>
     <p>Услышав шаги, она повернула голову и крикнула вместо приветствия:</p>
     <p>— Я взываю к вам, капитан Александер! Будьте свидетелем! — Как всегда, весело улыбаясь, капитан полиции поздоровался с Фроной и Корлиссом.</p>
     <p>— Приглашаете в свидетели? — переспросил он. — О, да!</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Команду не могли бы вы отыскать смелей:</v>
       <v>Веслу мы были слуги, но властители морей. —</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>торжественно процитировал он. Его слова и вся обстановка так увлекли Фрону, что она порывисто сжала его руки. При виде этого Корлисс вздрогнул. Ему стало как-то не по себе от такой несдержанности в выражении своих чувств. Неужели она так благосклонна ко всем, кто восхищается ее словами или поступками? Он ничего не имел против того, чтобы она сжала его руки, но по отношению к первому встречному это показалось ему непростительной вольностью.</p>
     <p>Мороз и вялость несовместимы. Север вызывает в человеке ту смелость и решительность, которые никак не проявляются в более теплом климате. Поэтому вполне естественно, что между Фроной и Корлиссом сразу возникла большая дружба. Они постоянно виделись в доме ее отца, а также посещали различные места. Их тянуло друг к другу. Их встречи доставляли им большое удовольствие, которое не могли испортить даже споры и разногласия. Фроне нравился этот человек, потому что он был настоящим мужчиной. При всей своей фантазии она не могла представить себе, что будет когда-нибудь связана с человеком, обладающим высоким интеллектом, но лишенным мужественности. Она с удовольствием смотрела на сильных мужчин, представителей ее расы, чьи тела были прекрасны, а мускулы выпуклы и приспособлены к борьбе и работе. В ее глазах мужчина прежде всего был борцом. Она верила в естественный и половой отбор и была убеждена, что если в результате этого отбора появляется сильный, мужественный человек, то он должен пользоваться всеми благами, которые может предоставить ему жизнь и его положение в ней. То же самое, по ее мнению, относилось и к инстинктам. Если ей нравился какой-нибудь человек или какая-нибудь вещь, то это было хорошо и могло принести ей только пользу. Если она радовалась при виде красивого тела и крепких мускулов, то зачем ей было отворачиваться? Почему она должна была стыдиться этого? История ее расы и вообще всех рас говорила о правильности подобной точки зрения. Во все времена слабые и изнеженные мужчины исчезали с арены жизни. Только сильные становились победителями. Она сама родилась сильной и твердо решила связать свою судьбу только с сильным мужчиной.</p>
     <p>Однако духовный мир человека интересовал ее не меньше. Она не только требовала, чтобы это был человек сильный духом. Никаких остановок и колебаний, никаких тревожных ожиданий и детских жалоб! Разум и душа, подобно телу, должны быть быстрыми, твердыми и уверенными в себе. Душа создана не только для вечных мечтаний. Подобно телу, она должна работать и бороться. У нее должны быть одинаково и рабочие дни и дни отдыха. Фрона могла понять существо, слабое телом, но обладающее возвышенной душой. Она могла бы даже полюбить его. Но ее любовь стала бы гораздо полнее, если бы это был человек сильный телом. Она была уверена в своей правоте, потому что отдавала должное и тому и другому. Но превыше всего был ее собственный выбор, ее собственный идеал. Она хотела, чтобы тело и дух гармонировали между собой. Светлый ум в сочетании с дурным пищеварением казался ей чем-то ужасным. Атлет-дикарь и хилый поэт! В одном она восхищалась мускулами, в другом — вдохновенными песнями. Но она предпочла бы соединить их в одном лице.</p>
     <p>Вернемся к Вэнсу Корлиссу. Во-первых, и это важнее всего, между ними существовала та физиологическая созвучность, благодаря которой прикосновение его руки доставляло ей удовольствие. Если души стремятся друг к другу, но одно тело не выносит прикосновения другого, то счастье окажется построенным на песке и возведенное здание всегда будет непрочным и шатким. Далее, Корлисс обладал физической силой героя, но без примеси животной грубости. Он был физически всесторонне развит, а в этом, как известно, заключается красота форм; Можно быть гигантом и не обладать совершенством форм; пропорциональные мускулы не должны быть массивными.</p>
     <p>И наконец, что не менее важно, Вэнс Корлисс не был ни духовно опустошенным человеком, ни декадентом. Он казался ей свежим, здоровым и сильным, он как бы возвышался над окружающим миром, но не презирал его. Конечно, эти мысли жили в ней подсознательно. Ее выводы были основаны на чувствах, а не на разуме.</p>
     <p>Хотя они ссорились и спорили почти беспрерывно, где-то в глубине их существ царило полное единение. Спасительная сила его юмора и какая-то суровая трезвость суждений покоряли ее. Подшучивание и серьезность отлично уживались в нем. Ей нравилась его учтивость, которая была частью его существа, а не только маской, и она с удовольствием вспоминала великодушие, побудившее его в Счастливом Лагере предложить ей индейца-проводника и деньги на обратный проезд в Соединенные Штаты. Слово у него не расходилось с делом. Ей нравилась его манера смотреть на вещи и широта его взглядов, которую она чувствовала, хотя он иногда и не умел высказать этого. По ее мнению, ум Корлисса, несколько академический и отмеченный печатью новейшей схоластики, ставил его в ряды высокоинтеллектуальных людей. Он твердо определял границу между порывом чувства и велением рассудка и, постоянно учитывая все факторы, умел не ошибаться. И вот в этом она находила его основной недостаток. Известная ограниченность исключала ту широту взглядов, которая, как она хорошо знала, была ему присуща. Ей стало ясно, что этот недостаток исправим и новый образ жизни может легко помочь ему а этом. Он был напичкан культурой, и чего ему явно не хватало, так это более близкого знакомства с реальной жизнью.</p>
     <p>Но он ей нравился таким, каким он был, несмотря на его недостатки. И это совсем не удивительно, ибо два слагаемых дают не только сумму их, но и нечто третье, чего не было в каждом из них в отдельности. Это относилось и к Корлиссу. Он ей нравился сам по себе за что-то такое, что нельзя было определить как одну черту или сумму черт, за то неуловимое, что является краеугольным камнем веры и что всегда побеждает философию и науку. И кроме того, нравиться Фроне Уэлз еще не значило быть ею любимым.</p>
     <p>Прежде всего Вэнса Корлисса толкал к Фроне Уэлз внутренний голос, звавший его обратно к земле. Ему не могли нравиться женщины, лишенные природной прелести и обаяния. Он встречал их не раз, и его сердце до сих пор оставалось спокойным. Хотя в нем и жило все время инстинктивное стремление к единению, то стремление, которое всегда предшествует любви между мужчиной и женщиной, ни одна из встреченных им до сих пор дочерей Евы не могла пленить его. Духовная созвучность, половая созвучность — словом, то необъяснимое, что зовется любовью, было еще ему незнакомо. Когда он встретил Фрону, голос любви властно заговорил в нем. Но он не понял того, что случилось, и счел это за притягательную силу нового и незнакомого ему явления.</p>
     <p>Много хорошо воспитанных и респектабельных людей уступают этому зову земли. И, заставляя близких сомневаться в их здравом рассудке и моральной устойчивости, такие мужчины иногда женятся на крестьянских девушках и трактирных служанках. Те, которых постигает неудача, склонны относиться с недоверием к чувству, толкнувшему их на подобный шаг. Они забывают, что природа всегда либо создает, либо разрушает. Во всех таких случаях импульс был здоровым, только время и место оказались неподходящими и сыграли роковую роль.</p>
     <empty-line/>
     <p>К счастью для Вэнса Корлисса, время и место благоприятствовали ему. Он нашел во Фроне культуру, без которой он не мог бы обойтись, и тот целомудренный и властный призыв земли, который был ему необходим. Что же до ее воспитания и образования, то в этом отношении она была прямо чудом. Он не раз встречал молодых женщин, поверхностно судящих обо всем, но с Фроной дело обстояло далеко не так. Она умела придавать новый смысл старым истинам, и ее толкование самых обыкновенных вещей отличалось ясностью, убедительностью и новизной. И хотя консерватор, сидевший в нем, зачастую пугался и протестовал, он все же не мог оставаться равнодушным к ее философским рассуждениям, в которых школьная наивность искупалась энтузиазмом.</p>
     <p>Не соглашаясь со многим из того, что она страстно проповедовала, он все же признавал обаяние ее неподдельной искренности и воодушевления.</p>
     <p>Ее главный недостаток, по его мнению, заключался в полном нежелании считаться с условностями. Женщина была для него божеством, и он совершенно не мог видеть, как оно вступает на сомнительный путь. Как бы ни была хороша женщина, но если она переступала рамки приличий и игнорировала общественное мнение, она казалась ему безрассудной. А подобное безрассудство было свойственно… право же, он не мог даже думать об этом, когда дело касалось Фроны. А между тем она часто огорчала его своими неразумными поступками. Положим, он испытывал огорчение только тогда, когда не видел ее. Если же они бывали вместе, в их глазах светилась взаимная симпатия. Когда же при встрече и расставании он пожимал ей руку, она отвечала таким же крепким пожатием, и для него становилось очевидным, что в ней нет ничего, кроме добра и правды.</p>
     <p>Она нравилась ему еще и за многое другое. Так, ее порывы и страстные увлечения всегда казались ему возвышенными. Подышав воздухом страны снегов, он оценил Фрону за ее товарищеское обращение со всеми; а между тем вначале это шокировало его. Ему пришлось по душе и отсутствие в ней жеманности, которое он раньше ошибочно принимал за недостаток скромности. Это было как раз накануне того дня, когда он неожиданно для себя поспорил с нею о «Даме с камелиями».<a l:href="#n_123" type="note">[123]</a> Она видела в этой роли Сару Бернар<a l:href="#n_124" type="note">[124]</a> и с восторгом вспоминала о ней. По дороге домой сердце его ныло от глухой боли, и он старался примирить Фрону с тем идеалом, который был ему внушен матерью, считавшей, что чистота и неведение — понятия равнозначные. Тем не менее к следующему утру, обдумав все это, он сделал еще один шаг к освобождению из-под влияния матери.</p>
     <p>Ему нравились ее пышные, волнистые волосы, горевшие в лучах солнца и отливавшие золотом при огне. Ему нравились ее изящно обутые ножки и сильные икры, обтянутые серыми гетрами, которые в Доусоне, к несчастью, были скрыты длинным платьем. Ему нравилась ее стройная, сильная фигура. Идти с ней рядом, соразмеряя свой шаг с ее шагом, или просто видеть ее на улице или в комнате было наслаждением. Радость жизни бурлила в ее крови и чувствовалась в каждом мускуле и в каждом изгибе ее тела. И все это нравилось ему, и больше всего изгиб ее шеи и рук, сильных, крепких и соблазнительных, наполовину скрытых широкими рукавами.</p>
     <p>Сочетание физической и духовной красоты действует неотразимо на нормального мужчину. Так было и с Вэнсом Корлиссом. Из того, что ему были по душе одни качества Фроны, совсем не следовало, что он высоко ценил другие. Она нравилась ему за все вместе, ради самой себя. А последнее значило, что он любил ее, хотя сам и не сознавал этого.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IX</p>
     </title>
     <p>Вэнс Корлисс постепенно приспосабливался к жизни на Севере, и оказалось, что многое далось ему без труда. Хотя сам он был неизменно корректен, он скоро привык к крепким выражениям других, даже в самом веселом разговоре. Керзи, маленький техасец, который иногда у него работал, начинал и кончал каждую фразу добродушным пожеланием: «Будь ты проклят!» Этим же восклицанием он выражал удивление, радость, огорчение и все прочие свои чувства. В зависимости от высоты тона, ударения и интонации это выражало всю гамму человеческих переживаний. Вначале это было для Корлисса постоянным источником раздражения и отвращения, но понемногу он не только примирился, но даже привык и ждал с нетерпением очередного проклятия. Однажды в схватке собака Керзи потеряла ухо, и когда юноша наклонился к ней, чтобы увидеть рану, то сочетание нежности и сочувствия в его «Будь ты проклят!» было прямо-таки откровением для Корлисса. Не все плохо, что исходит из Назарета, глубокомысленно решил он и, как некогда Джекоб Уэлз, в соответствии с этим пересмотрел свою жизненную философию.</p>
     <p>Жизнь общества в Доусоне протекала по-разному. Наверху, где поселились офицеры, у Уэлзов и в некоторых других местах, жены наиболее состоятельных людей устраивали приемы. Чаепития, обеды, танцы, благотворительные собрания были там обычным явлением. Однако мужчины не могли довольствоваться только этим. Внизу, в городе, все шло совсем по-иному и занимало мужчин ничуть не меньше. Клубы еще не успели появиться здесь, и мужская часть общества проявляла свойства своего пола, собираясь табунами в трактирах; только священники и миссионеры составляли исключение. Все сделки и договоры заключались в трактирах. Здесь же в товарищеском кругу обдумывались планы новых начинаний, велись переговоры о покупке, обсуждались последние новости. Золотые короли и погонщики собак, старожилы и <emphasis>чечако</emphasis> встречались здесь на равной ноге. Вероятно, это происходило еще и потому, что в Доусоне было немного больших помещений, а в трактирах стояли столы для карточной игры и полы были натерты для танцев. И ко всему этому, в силу необходимости, Корлисс приспособился очень быстро. Керзи, который весьма ценил его, высказался так: «Самое лучшее, что все это ему чертовски нравится, будь он проклят!»</p>
     <p>Но всякая необходимость приспосабливаться имеет свои неприятные стороны. И в то время как в целом перемена в Корлиссе проходила гладко, в отношении Фроны дело обстояло хуже. У нее были свои собственные представления о морали, не похожие на принятые в ее кругу, и она считала, что женщина может делать вещи, которые шокировали даже завсегдатаев трактиров. Это и явилось причиной первой ссоры между ней и Корлиссом.</p>
     <p>Фроне нравилось бегать с собаками в жестокий мороз. Щеки ее горели, кровь кипела, все тело как бы летело вперед, и ноги быстро поднимались и опускались в бешеном беге. В один ноябрьский день, когда был первый сильный мороз и термометр показывал шестьдесят пять ниже нуля, она запрягла в нарты собак и помчалась вниз по реке. Выехав за город, она пустилась бегом. И вот так, то на нартах, то бегом, она миновала индейскую деревню, дважды сделала по восемь миль вокруг Мусхайд-Крика, пересекла реку по льду и через несколько часов поднялась на западный берег Юкона прямо против города. Она хотела вернуться по накатанной нартами дороге, но за милю до нее попала в мягкий снег и заставила разгоряченных собак идти тише. Она двинулась по реке, под нависшими утесами; порой ей приходилось делать крюк, чтобы избежать скалистых выступов; порой, наоборот, крепко прижиматься к стенам, чтобы обойти попадавшиеся полыньи. Идя таким образом впереди своих собак, она вдруг наткнулась на женщину, которая сидела на снегу и смотрела через реку на окутанный дымом Доусон. Женщина плакала, и этого было вполне достаточно, чтобы заставить Фрону прервать свою прогулку. Слезы, струившиеся по щекам незнакомки, превращались в ледяные шарики, и в глазах ее, мокрых и затуманенных, было выражение неизмеримой и безнадежной скорби.</p>
     <p>— О! — воскликнула Фрона, оставляя собак и подходя к ней. — Вы ушиблись? Не могу ли я помочь вам?</p>
     <p>Незнакомка покачала головой.</p>
     <p>— Вы не должны сидеть здесь! Почти семьдесят ниже нуля, и вы замерзнете через несколько минут. У вас уже отморожены щеки. — Фрона крепко потерла побелевшие места снегом и увидела, как кровь снова прилила к ним.</p>
     <p>— Простите! — Женщина с упрямым видом поднялась на ноги. — Благодарю вас, мне совсем не холодно. — Она поправила свою меховую шапочку. — Я просто присела на одну минуту.</p>
     <p>Фрона заметила, что она очень красива. Ее женский глаз в одну минуту оценил великолепные меха, покрой платья и вышивку бисером на мокасинах. Оглядев незнакомку, она инстинктивно отступила назад.</p>
     <p>— Я не ушиблась, — продолжала женщина. — Просто испортилось настроение из-за бесконечной пустыни.</p>
     <p>— Я понимаю, — ответила Фрона, овладев собой. — Я вас понимаю. Этот ландшафт, должно быть, навевает тоску, хотя я лично никогда этого не чувствую. Угрюмость и суровость его производят на меня сильное впечатление, но тоски не вызывают.</p>
     <p>— Это потому, что у нас разная жизнь, — задумчиво возразила незнакомка. — Тут дело не в том, как выглядит ландшафт, а в том, как мы его воспринимаем. Если бы нас не было, то ландшафт остался бы тот же, что и раньше, но потерял бы всякое значение для людей. Важно то, чем мы его наделяем.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>В самих нас правда. Не берет начала</v>
       <v>Она во внешнем мире…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Глаза Фроны заблестели, и она продолжала:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>В нас средоточье есть, где обитает</v>
       <v>Доподлинная правда, а кругом…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Как дальше? Я забыла.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>— Сплошные стены грубой плоти…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Женщина внезапно остановилась и залилась серебряным смехом, в котором послышались нотки горечи. Фрона вздрогнула и сделала движение, как бы желая вернуться к своим собакам. Женщина приветливо дотронулась до нее, и это настолько напомнило Фроне самое себя, что тотчас же нашло отклик в ее сердце.</p>
     <p>— Подождите минутку, — сказала она с мольбой в голосе. — Поговорите со мной. Я давно уже не встречала женщины… — она остановилась и, казалось, искала слов, — …которая знает наизусть «Парацельса».<a l:href="#n_125" type="note">[125]</a> Вы видите, я угадала. Вы дочь Джекоба Уэлза, Фрона Уэлз, если не ошибаюсь.</p>
     <p>Фрона кивнула головой и внимательно посмотрела на нее. Она отдавала себе отчет в этом вполне простительном любопытстве, проистекавшем из откровенного желания узнать как можно больше. Это существо, похожее на нее и. в то же время такое отличное, с душевным миром, древним, как древнейшая раса, и юным, как новорожденный младенец, такое далекое, как костры наших предков, и вечное, как человечество, — в чем различие между этой женщиной и ею? Ее пять чувств говорили, что его нет. По всем законам природы они были равны, и только глубоко укоренившиеся предрассудки и мораль общества не. разрешали признавать это. Так думала Фрона, рассматривая незнакомку. Она испытывала возбуждающее чувство опасности, как бывает, когда откинешь вуаль и смотришь на таинственное божество. Ей вспомнилось: «Ее стопы опираются на ступени ада, ее жилище — дорога к могиле, к обители смерти». И в то же время перед ее глазами был глубоко понятный ей жест, с которым в немой мольбе обратилась к ней женщина. Фрона посмотрела на печальную белую пустыню, и день ей также показался тоскливым.</p>
     <p>Она невольно вздрогнула, но сказала довольно естественным тоном:</p>
     <p>— Пройдемтесь немного, чтобы согреться. Я никак не думала, что так холодно, пока сама не постояла на месте. — Она повернулась к собакам: — Эй, Кинг, Сэнди, вперед! — И опять обратилась к незнакомке: —Я совсем замерзла! А вы, должно быть…</p>
     <p>— О, мне не холодно. Вы бежали, и ваша мокрая одежда прилипла к телу, а я сохранила тепло. Я видела, как вы выскочили из саней за Госпиталем и понеслись вниз по реке, точно Диана среди снегов. Как я завидовала вам! Должно быть, вы получили удовольствие.</p>
     <p>— О да, — просто сказала Фрона. — Я с детства люблю собак.</p>
     <p>— Это напоминает мне Древнюю Грецию.</p>
     <p>Фрона не ответила, и они продолжали идти молча. Фрона не смела дать волю своему языку, но ей бы очень хотелось извлечь для себя из горького жизненного опыта незнакомки те сведения, которые ей были необходимы. Ее захлестнула волна жалости и скорби, и в то же время ей было неловко оттого, что она не знала, что сказать или как проявить свое участие. И, когда та начала говорить, Фрона почувствовала большое облегчение.</p>
     <p>— Расскажите мне, — произнесла женщина полу застенчиво, полуповелительно. — Расскажите мне о себе. Вы здесь новый человек. Где вы были до того, как приехали сюда? Говорите.</p>
     <p>Лед до известной степени был сломан, и Фрона начала говорить о себе с искусно подделанной девичьей наивностью, точно она не понимала плохо скрытого желания незнакомки узнать о том, чего она была лишена и чем обладала Фрона.</p>
     <p>— Вот дорога, к которой вы направлялись. — Они обогнули последний утес, и спутница Фроны указала на узкое ущелье, откуда на санях возили в город дрова. — Там я вас покину, — решила она.</p>
     <p>— Разве вы не возвращаетесь в Доусон? — осведомилась Фрона. — Становится поздно, и вам лучше не задерживаться здесь.</p>
     <p>— Нет… я…</p>
     <p>Мучительное колебание незнакомки заставило Фрону понять, что она совершила необдуманный поступок. Но Фрона уже сделала первый шаг и не могла теперь отступить.</p>
     <p>— Мы вернемся вместе, — храбро сказала она и прибавила, желая выразить свое искреннее сочувствие: — мне все равно.</p>
     <p>Кровь бросилась той в лицо, и рука ее потянулась к девушке знакомым жестом.</p>
     <p>— Нет, нет, прошу вас, — пролепетала она. — Прошу вас, я… я предпочитаю пройти еще немного дальше. Смотрите! Кто-то идет!</p>
     <p>В это время они подошли к дороге, по которой возили дрова. Лицо Фроны горело так же, как и лицо незнакомки. Легкие нарты, запряженные собаками, вылетели из ущелья и поравнялись с ними. Мужчина бежал рядом с упряжкой и махал рукой обеим женщинам.</p>
     <p>— Вэнс! — воскликнула Фрона, когда он бросил хлыст в снег и остановил сани. — Что вы здесь делаете? Разве синдикат хочет скупить и дрова?</p>
     <p>— Нет! Вы плохо о нас думаете. — Лицо Вэнса светилось счастливой улыбкой, когда он пожимал ей руку. — Керзи покидает меня. Он отправляется искать счастья, кажется, к Северному полюсу. Вот я и пошел поговорить с Дэлом Бишопом, не согласится ли он работать у меня.</p>
     <p>Он повернул голову, чтобы взглянуть на ее спутницу, и Фрона увидела, как улыбка на его лице сменилась выражением гнева. Фрона вдруг поняла, что в создавшемся положении она беспомощна, и хотя где-то в глубине ее души кипело возмущение против жестокости и несправедливости всего происходящего, ей оставалось только молча наблюдать за развязкой этой маленькой трагедии.</p>
     <p>Женщина встретила его взгляд, слегка отклонившись в сторону, точно избегая грозящего удара. Скорбное выражение ее лица возбуждало жалость. Окинув ее долгим холодным взором, он медленно повернулся к ней спиной. Фрона увидела, что лицо женщины сразу стало серым и грустным. Она рассмеялась громким презрительным смехом, но безысходная горечь, сверкнув, затаилась в ее глазах. Казалось, что такие же горькие, презрительные слова вот-вот готовы были сорваться с ее языка. Но она взглянула на Фрону, и на лице ее отразилась лишь бесконечная усталость. Тоскливо улыбнувшись девушке и не сказав ни слова, она повернулась и пошла по дороге. И также не сказав ни слова, Фрона прыгнула в нарты и помчалась прочь. Дорога была широкая, и Корлисс погнал своих собак рядом с ней. Сдерживаемое ею до сих пор возмущение вылилось наружу. Казалось, что незнакомка заразила ее своим презрением.</p>
     <p>— Вы животное!</p>
     <p>Слова эти, сказанные громко и резко, разорвали тишину, точно удар хлыста. Этот неожиданный возглас, в котором слышалось бешенство, поразил Корлисса. Он не знал, что делать, что сказать.</p>
     <p>— Вы трус, трус!</p>
     <p>— Фрона! Послушайте…</p>
     <p>Но она прервала его.</p>
     <p>— Нет. Молчите. Вам нечего мне сказать! Вы поступили подло! Я разочарована в вас. Это ужасно, ужасно!</p>
     <p>— Да, это было ужасно, — ужасно, что она шла с вами, говорила с вами, что ее могли увидеть с вами!</p>
     <p>— Я не желаю вас больше знать! — крикнула она.</p>
     <p>— Но есть правила приличия.</p>
     <p>— Правила приличия! — Она повернулась к нему и дала волю своему гневу. — Если она неприлична, то неужели же вы думаете, что вы приличны? Вы, который с видом святоши первым бросаете в нее камень?</p>
     <p>— Вы не должны так говорить со мной. Я не допущу этого.</p>
     <p>Он ухватился рукой за ее нарты, и, несмотря на свой гнев, она почувствовала при этом радость.</p>
     <p>— Не смею? Вы трус!</p>
     <p>Он сделал движение, точно хотел ее схватить, и она занесла свой хлыст, чтобы ударить его. Но, к счастью для него, он не отступил. Побледнев, он спокойно ожидал удара. Тогда она повернулась и хлестнула собак. Став на колени и размахивая хлыстом, она неистово закричала на животных. Ее упряжка была лучше, и она быстро оставила Корлисса позади. Погоняя собак все быстрее и быстрее, она хотела уйти не столько от него, сколько от самой себя. Поднявшись во весь опор по крутому берегу реки, она, как ветер, пролетела через город мимо своего дома. Никогда в жизни не была она в таком состоянии, никогда еще она не испытывала такого гнева. Ей было не только стыдно, она боялась самой себя.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава X</p>
     </title>
     <p>На следующее утро Бэш, один из индейцев Джекоба Уэлза, разбудил Корлисса довольно поздно. Он принес маленькую записку от Фроны, в которой она просила инженера при первой возможности навестить ее. Ничего больше в записке не было. Он долго раздумывал над нею. Что Фрона хочет сказать ему? Она всегда была для него загадкой, а после вчерашнего происшествия он просто не знал, что и думать. Не желает ли она прекратить с ним знакомство, имея к тому весьма веские причины? Или же, воспользовавшись преимуществами своего пола, еще больше его унизить? Холодно и обдуманно высказать ему свое мнение о нем? Или же она будет извиняться за необдуманную резкость, которую позволила себе? В ее записке не было ни раскаяния, ни гнева, ни намека — ничего, кроме официального приглашения.</p>
     <p>Он отправился к ней поздним утром в довольно неопределенном настроении. Но чувство собственного достоинства не покинуло его, и он решил держаться так, чтобы ничем не связывать себя. Он выжидал момента, когда она проявит свое отношение к происшедшему. Но она, не таясь, без обиняков, подошла к делу с той свойственной ей прямотой, которой он всегда восхищался. Стоило ему взглянуть ей в лицо и почувствовать ее руку в своей руке, чтобы понять, что все опять хорошо, хотя она еще не успела произнести ни одного слова.</p>
     <p>— Я рада, что вы пришли, — начала она. — Я не могла успокоиться, не увидев вас и не сказав, как мне стыдно за вчерашнее.</p>
     <p>— Ну, ну, совсем не так страшно! — Они все еще стояли. Он сделал шаг к ней. — Уверяю вас, я ценю ваше отношение к этому. Теоретически оно заслуживает всякой похвалы, но все же я откровенно должен сказать, что в вашем поведении было много… много такого… такого, против чего можно было бы возразить с точки зрения светских приличий. К сожалению, мы не можем их игнорировать. Но, по моему мнению, вы не сделали чего-либо, чтобы сердиться на себя.</p>
     <p>— Это очень мило с вашей стороны! — воскликнула она снисходительно. — Но это неправда, и вы сами знаете, что это так. Вы знаете, что вы поступили, как сочли нужным, вы знаете, что я обидела вас, оскорбила вас, вы знаете, что я вела себя, как уличная девчонка, и чувствовали ко мне отвращение…</p>
     <p>— Нет, нет. — Он поднял руку, как бы для того, чтобы защитить ее от тех ударов, которые она сама себе наносила.</p>
     <p>— Да, да. И у меня есть все основания стыдиться. В свое оправдание я могу сказать только следующее: мне было очень жаль эту женщину, так жаль, что я готова была расплакаться. Тогда появились вы, — вы знаете, что вы сделали, — и жалость к ней заставила меня возмутиться вашим поведением — и я разнервничалась, как никогда. Я думаю, что это была истерика. Во всяком случае, я была вне себя.</p>
     <p>— Мы оба были вне себя.</p>
     <p>— Нет, это неправда. Я поступила скверно, но вы были таким же, как сейчас. Но, пожалуйста, садитесь. Вы стоите так, точно ждете новой вспышки, чтобы убежать.</p>
     <p>— Ну, не такая уж вы страшная, — засмеялся он, поворачивая стул таким образом, чтобы свет падал ей в лицо.</p>
     <p>— А вы не такой уж трус. Впрочем, вчера я, по-видимому, была очень страшная. Я… ведь почти ударила вас. И вы вели себя очень мужественно, когда хлыст взвился над вами. Вы даже не подняли руки, чтобы защитить себя.</p>
     <p>— Я замечаю, что собаки, которых вы бьете, тем не менее лижут вам руки и хотят, чтобы вы их приласкали.</p>
     <p>— Значит? — смело спросила она.</p>
     <p>— Поживем — увидим, — вывернулся он.</p>
     <p>— И несмотря на все, вы меня прощаете?</p>
     <p>— Я надеюсь, что и вы меня простите.</p>
     <p>— Тогда я довольна, хотя вы не сделали ничего такого, за что нужно было бы вас прощать. Вы действовали, руководствуясь вашими взглядами, а я — своими, и они мне представляются более терпимыми. Теперь я Понимаю, — воскликнула она, радостно хлопая в ладоши. — Я совсем не сердилась на вас вчера и совсем не обращалась с вами грубо и не оскорбляла вас. Все это относилось не к вам лично. Вы просто представляли собою то общество, которое вызвало мое негодование и гнев, и, как представитель его, вы приняли на себя главный удар. Не так ли?</p>
     <p>— Понимаю. Все это очень умно. Тем самым вы избегаете обвинения в том, что вчера плохо обошлись со мной. Но сегодня вы это повторяете снова, несправедливо делая из меня ограниченного, низкого и презренного человека. Лишь несколько минут назад я сказал вам, что теоретически ваш поступок не заслуживает упрека. Но уж если мы заговорили о светских приличиях, то это не совсем так.</p>
     <p>— Вы не понимаете меня, Вэнс. Послушайте! — Ее рука легла на его руку, и он с удовлетворением стал слушать. — Я всегда полагала, что все существующее справедливо. И, хотя я и сожалею, в этом я подчиняюсь мудрости общества, потому что так уж устроен человек. Но это я делаю только в обществе. Вне его я смотрю на эти вещи иначе. И почему бы мне не смотреть на них иначе? Понимаете ли вы меня? Я нахожу, что вы виноваты. Вчера, когда мы встретились у реки, вы были не согласны со мной. Ваши предрассудки одержали верх, и вы поступили как достойный представитель общества.</p>
     <p>— Стало быть, вы проповедуете две истины? — сказал он. — Одну для избранных, другую для толпы? Вы хотите быть демократкой в теории и аристократкой на практике? Во всяком случае все, что вы говорите, звучит в высшей степени лицемерно.</p>
     <p>— Я думаю, что, вероятно, сейчас вы скажете, что все люди родились свободными и равными, с целой кучей природных прав. Вот вы собираетесь взять на работу Дэла Бишопа. Почему же он должен это делать? Как вы можете позволить это? Где тут. равенство и свобода?</p>
     <p>— Нет, — возразил он. — Мне придется внести некоторые поправки в вопросы равенства и свободы.</p>
     <p>— И если вы их внесете, то вы пропали! — воскликнула она. — Потому что тогда вы станете придерживаться моих взглядов и увидите, что я уж вовсе не такая лицемерка. Но не будем углубляться в дебри диалектики. Я хочу знать все. Расскажите мне про эту женщину.</p>
     <p>— Не особенно подходящая тема, — возразил Корлисс.</p>
     <p>— Но я хочу знать.</p>
     <p>— Вряд ли это вам будет полезно.</p>
     <p>Фрона нетерпеливо топнула ногой и посмотрела на него.</p>
     <p>— Она очень, очень красива, — сказала она. — Вы не находите?</p>
     <p>— Чертовски красива.</p>
     <p>— Да, красива, — настаивала она.</p>
     <p>— Пусть будет так. Но она столь же жестока, зла и неисправима, сколь прекрасна.</p>
     <p>— Однако, когда я встретила ее на дороге, у нее было мягкое выражение лица, и в глазах стояли слезы. Я думаю, что с женской прозорливостью увидела ту сторону ее характера, которая нам незнакома. Мне это было так ясно, что, когда вы подошли, я была слепа ко всему, что не относилось к ней. <emphasis>О, какая жалость! Какая жалость!</emphasis> Она ведь такая же женщина, как я, и можно не сомневаться, что между нами очень много общего. Она даже декламировала Браунинга!..</p>
     <p>— А на прошлой неделе, — прервал ее Вэнс, — она в один присест выиграла у Джека Дорси на тридцать тысяч золотого песка, у Дорси, чья заявка и так уже заложена и перезаложена! На следующее утро его нашли в снегу, и в барабане его револьвера одно гнездо было пусто.</p>
     <p>Не ответив, Фрона подошла к канделябру и сунула палец в огонь. Потом протянула его Корлиссу, чтобы он мог видеть опаленную кожу, и сказала, краснея от гнева:</p>
     <p>— Я отвечу иносказательно. Огонь — прекрасная вещь, но я злоупотребляю им, и я наказана.</p>
     <p>— Вы забываете, — возразил он, — что огонь слепо повинуется законам природы, а Люсиль свободна. Она сделала то, что хотела.</p>
     <p>— Не я забываю, а вы. Ведь Дорси тоже был свободен. Но вы сказали «Люсиль». Это ее имя? Я бы хотела узнать ее поближе.</p>
     <p>Корлисс вздрогнул.</p>
     <p>— Не надо! Мне тяжело, когда вы так говорите.</p>
     <p>— Но почему?</p>
     <p>— Потому что, потому что…</p>
     <p>— Ну?</p>
     <p>— Потому что я очень уважаю женщин. Фрона, вы всегда были откровенны, и я тоже буду откровенным с вами. Мне это тяжело, ибо я всегда уважал вас, ибо я не хочу, чтобы к вам приближалось что-либо нечистое. Когда я увидел вас и эту женщину рядом, я… вам не понять, что я почувствовал в тот момент!</p>
     <p>— Нечистое? — Ее губы сжались, но он этого не заметил. Едва уловимый победный огонек зажегся в ее глазах.</p>
     <p>— Да, нечистое, скверна, — повторил он. — Есть вещи, которые порядочная женщина не должна понимать. Нельзя копаться в грязи и остаться чистым.</p>
     <p>— Это открывает самые широкие возможности. — Она нервно сжимала и разжимала руки. — Вы сказали, что ее зовут Люсиль. Вы с ней знакомы. Вы рассказываете мне о ней, и, конечно, вы еще многое скрываете. Одним словом, если нельзя прикоснуться и остаться чистым, то как же обстоит дело с вами?</p>
     <p>— Но я…</p>
     <p>— Разумеется, вы — мужчина. Отлично! Так как вы мужчина, то вы можете прикасаться к скверне. Так как я женщина, то я не могу. Скверна оскверняет. Не так ли? Но тогда зачем же вы здесь, у меня? Уходите!</p>
     <p>Корлисс, смеясь, поднял руки.</p>
     <p>— Сдаюсь! Вы побеждаете меня вашей формальной логикой. Я могу только прибегнуть к более действенной логике, которой вы не признаете.</p>
     <p>— А именно?</p>
     <p>— К силе. Что мужчина хочет от женщины, то он и получает.</p>
     <p>— Тогда я буду бить вас вашим же оружием, — быстро сказала она. — Возьмем Люсиль. Что мужчина хочет, то он и получает. Так всегда ведут себя все мужчины. Это произошло и с Дорси. Вы не отвечаете? Тогда позвольте мне сказать еще два слова о вашей более действенной логике, которую вы называете силой. Я сталкивалась с ней и раньше. А вчера я увидела ее в вас.</p>
     <p>— Во мне?</p>
     <p>— В вас, когда вы хотели остановить мои нарты. Вы не могли победить свои первобытные инстинкты, и поэтому не отдавали отчета в своих поступках. У вас было лицо пещерного человека, похищающего женщину. Еще одна минута, и, я уверена, вы бы схватили меня.</p>
     <p>— Простите, я никак не думал…</p>
     <p>— Ну, вот, теперь вы все испортили! Как раз это мне в вас и понравилось. Разве вам не кажется, что я тоже вела себя как пещерная женщина, когда занесла над вами хлыст?</p>
     <p>Но я еще не расквиталась с вами, двуликий человек, несмотря на то, что вы покидаете поле битвы. — Ее глаза лукаво заблестели, и на щеках образовались ямочки. — Я хочу сорвать с вас маску.</p>
     <p>— Ну что ж, я в ваших руках! — покорно ответил он.</p>
     <p>— Тогда вы должны кое-что вспомнить. Сначала, когда я была очень смиренной и извинялась перед вами, вы облегчили мое положение, сказав, что только с точки зрения светских приличий считаете мой поступок неразумным. Не так ли?</p>
     <p>Корлисс кивнул головой.</p>
     <p>— После того как вы назвали меня лицемеркой, я перевела разговор на Люсиль и сказала, что хочу узнать все, что возможно.</p>
     <p>Он опять кивнул.</p>
     <p>— И, как я и думала, я кое-что узнала. Ибо вы сейчас же начали говорить о пороке, скверне и о соприкосновении с грязью, — и все это касалось меня. Вот два ваших утверждения, сударь. Вы можете придерживаться только одного из них, и я уверена, что вы предпочитаете последнее. Да, я права. Так оно и есть. Сознайтесь, вы были неискренни, когда нашли мое поведение неразумным только с точки зрения светских приличий. Я люблю искренность.</p>
     <p>— Да, — начал он. — Я был неискренен. Но я сам этого не понимал, пока ваш анализ не привел меня к этому. Говорите, что хотите, Фрона, но я считаю, что женщина должна быть незапятнанной.</p>
     <p>— Но разве мы не можем, как боги, отличать добро от зла?</p>
     <p>— Мы не боги. — Он грустно покачал головой.</p>
     <p>— Только мужчины — боги?</p>
     <p>— Это разговоры современной женщины, — нахмурился он. — Равноправие, право голоса и тому подобное.</p>
     <p>— О! Не надо! — запротестовала она. — Вы не хотите или не можете меня понять. Я не думаю бороться за женские права, и я ратую не за новую женщину, а за новую женственность. Потому что я искренна, желаю быть естественной, честной и правдивой, потому что я всегда верна себе, вы считаете за благо понимать меня неверно и критиковать мои поступки. Я стараюсь быть верной себе и думаю, что мне это удается. Но вы не видите логики в моих поступках, потому что вам понятнее тепличные растения — хорошенькие, беспомощные, упитанные маленькие пустышки, божественно невинные и преступно невежественные… Они слабы и беспомощны и не могут быть матерями жизнеспособных, сильных людей.</p>
     <p>Она резко оборвала свою речь. Кто-то вошел в холл и, тяжело ступая в мягких мокасинах, направлялся к ним.</p>
     <p>— Мы — друзья, — быстро добавила она и прочла ответ в глазах Корлисса.</p>
     <p>— Я не помешал? — Дэйв Харни многозначительно осклабился и важно осмотрелся вокруг, прежде чем пожать им руки.</p>
     <p>— Нет, нисколько, — ответил Корлисс. — Мы так надоели друг другу, что мечтали о том, чтобы кто-нибудь пришел. Если бы не вы, то мы, очевидно, поссорились бы. Не правда ли, мисс Уэлз?</p>
     <p>— Я думаю, что это не совсем так, — улыбнулась она. — Собственно говоря, мы уже начали ссориться.</p>
     <p>— Вы как будто немного взволнованны, — критически заметил Харни, небрежно развалившись на диване.</p>
     <p>— Ну, что слышно насчет голода? — спросил Корлисс. — Организована общественная помощь?</p>
     <p>— Не нужно никакой общественной помощи. Отец мисс Фроны все предусмотрел. Он напугал всех. Три тысячи людей пошли по льду в горы, а тысячи полторы спустились вниз к продовольственным ямам, так что опасность миновала. Как Уэлз и полагал, все хотели сделать побольше запасов и набрасывались на продовольствие. Теперь вся орава направилась в Соленые Воды и взяла с собой всех собак. Между прочим, весной, когда подвоз уменьшится, собаки очень повысятся в цене. Я уже набрал около ста штук. Хочу заработать долларов по сто с головы.</p>
     <p>— Вы думаете это возможно?</p>
     <p>— Даже уверен. Между нами говоря, я отправляю на будущей неделе двух парней в глубь страны. Они мне там купят пятьсот собак, каких только смогут найти. Я достаточно долго жил здесь, чтобы сесть с этим в калошу.</p>
     <p>Фрона рассмеялась.</p>
     <p>— А с сахаром кто попался?</p>
     <p>— Мало ли что бывает, — спокойно ответил он. — Да, кстати, о сахаре. Я достал «Сиэтл Пост Интеллидженсер» всего лишь месячной давности.</p>
     <p>— Ну, что слышно насчет Соединенных Штатов и Испании?<a l:href="#n_126" type="note">[126]</a></p>
     <p>— Не торопитесь, не торопитесь! — Долговязый янки замахал руками, призывая к молчанию Фрону и Корлисса.</p>
     <p>— Прочли вы газету? — спросили они оба в один голос.</p>
     <p>— Угу! От доски до доски, даже объявления.</p>
     <p>— Тогда расскажите, — начала Фрона. — Испания…</p>
     <p>— Молчите, мисс Фрона! Я начну по порядку. Эта газета обошлась мне в пятьдесят долларов. Я встретил по дороге в Клондайк человека с газетой и моментально купил ее. В городе этот дурень мог бы получить за нее и сотню.</p>
     <p>— Но что же в ней есть? Испания…</p>
     <p>— Как я уже сказал, газета стоила мне пятьдесят долларов. Это единственный экземпляр, который сюда дошел. Все умирают от желания узнать новости, и потому я пригласил на сегодняшний вечер избранных лиц. Ваша квартира — единственное подходящее место, где они могут читать ее вслух по очереди, покуда им не надоест. Конечно, если вы им разрешите.</p>
     <p>— О, пожалуйста! Я очень рада. Это страшно мило с вашей стороны.</p>
     <p>Он отмахнулся от ее комплимента.</p>
     <p>— Я так и думал! Слушайте же. Вы говорите, что я влопался с сахаром. Так вот, каждое лицо мужского или женского пола, которому захочется хоть одним глазком взглянуть на мою газету, должно принести мне пять чашек сахару. Поняли? Пять больших чашек сахару, безразлично какого, белого, коричневого или пиленого.</p>
     <p>Я возьму у всех долговые расписки и завтра пошлю мальчика собирать сахар.</p>
     <p>Сначала лицо Фроны выразило недоумение, потом она громко рассмеялась.</p>
     <p>— Это будет превесело! Я согласна предоставить свою квартиру, потому что это пахнет скандалом. Итак, сегодня вечером, Дэйв? Верно, что сегодня?</p>
     <p>— Конечно! И вы получите приглашение за то, что даете мне помещение.</p>
     <p>— И папа тоже заплатит свои пять чашек! Вы должны настоять на этом, Дэйв.</p>
     <p>Дэйв одобрительно посмотрел на нее.</p>
     <p>— Держу пари, что заставлю его заплатить.</p>
     <p>— А я заставлю его идти за колесницей Дэйва Харни.</p>
     <p>— Вернее, за возом с сахаром, — поправил Дэйв. Завтра же вечером я возьму газету в бар. Она уже не будет такой свежей, и там она достанется дешевле. Я думаю, что хватит и одной чашки. — Он выпрямился и хвастливо щелкнул пальцами.</p>
     <p>— Но я не собираюсь ничего разглашать раньше времени. И даже если они будут читать газету всю ночь, то все равно им не обойти Дэйва Харни — в сахарном ли деле или в каком другом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XI</p>
     </title>
     <p>Вэнс Корлисс стоял в углу, прислонившись к роялю. Он был поглощен разговором с полковником Трезвеем. Энергичный и крепкий полковник, несмотря на седые волосы, в шестьдесят лет выглядел так, точно ему было не более тридцати. Старый горный инженер, имевший многолетний опыт и стоявший во главе своих коллег, представлял здесь американские интересы, в то время как Корлисс — английские. Вскоре после знакомства между ними возникла искренняя дружба, но этим их близость не ограничилась: они и в деловом отношении много помогали друг другу. Этот союз был чрезвычайно удачной комбинацией: вдвоем они держали в руках и управляли всем огромным капиталом, который две нации вложили в разработку природных богатств страны, лежащей у Северного полюса.</p>
     <p>В переполненной комнате носились клубы табачного дыма. Сто с лишним человек, одетых в меха и теплую, шерстяную одежду, сидели вдоль стен, разглядывая друг друга. Гул их общего разговора придавал этому эффектному зрелищу вид некоего дружеского собрания. Несмотря на свой необычный вид, комната напоминала столовую, где после дневной работы собрались все члены семьи. Керосиновые лампы и сальные свечи тускло мерцали в дымном воздухе, а в огромных печах с треском ярко горели дрова.</p>
     <p>Несколько пар мерно кружились по комнате под звуки вальса. Здесь не было ни крахмальных рубашек, ни фраков. Мужчины были в волчьих и бобровых шапках с болтающимися наушниками, а на ногах у них были мокасины из американского лося либо моржовые «муклуки». Там и сям попадались женщины в мокасинах, но многие танцевали в легких шелковых и атласных туфельках. Большая открытая настежь дверь вела в другую комнату, где народу было еще больше. Здесь, заглушая музыку, звенели стаканы, щелкали пробки и как бы в тон им стучал шарик рулетки и позвякивали фишки.</p>
     <p>Маленькая дверь с улицы отворилась, и в комнату, внося с собой волну холодного воздуха, вошла женщина, закутанная в меха и платки. Волна эта опустилась к ногам танцующих и осела туманным облаком, которое свивалось и трепетало, пока тепло не победило его.</p>
     <p>— Вы настоящая королева мороза, Люсиль, — обратился к ней полковник Трезвей.</p>
     <p>Она вскинула голову и, рассмеявшись, весело заговорила с ним, снимая с себя меха и уличные мокасины. На Корлисса, который стоял тут же, она не обратила никакого внимания. Полдюжины кавалеров терпеливо ждали, стоя поодаль, пока она окончит разговор с полковником. Рояль и скрипка заиграли первые такты шотландской польки, и Люсиль повернулась, приготовившись танцевать. Но Корлисс внезапно подошел к ней. Все это произошло совсем непреднамеренно. Он сам и не предполагал, что сделает это.</p>
     <p>— Я очень сожалею, — сказал он.</p>
     <p>Она посмотрела на него, и в глазах ее зажегся злобный огонек.</p>
     <p>— Право же, я очень сожалею, — повторил он, протягивая руку. — Простите. Я вел себя, как хам, как трус! Можете ли вы простить меня?</p>
     <p>Умудренная долгим опытом, она колебалась, сомневаясь в его искренности. Потом лицо ее прояснилось, и она подала ему руку. Глаза ее затуманились.</p>
     <p>— Благодарю вас, — сказала она.</p>
     <p>Поджидавшие ее кавалеры потеряли терпение, какой-то красивый молодой человек в шапке из желтого сибирского волка подхватил ее и умчал в танце. Корлисс вернулся к своему другу, чувствуя себя удовлетворенным, изумляясь своему поступку.</p>
     <p>— Это ужасно! — Глаза полковника следили за Люсиль, и Вэнс понял его мысль. — Корлисс, я прожил шестьдесят лет, и прожил их хорошо. Но женщина, представьте себе, стала для меня за это время еще большей загадкой. Посмотрите на них, на всех! — Он обвел глазами комнату. — Бабочки, сотканные из солнечных лучей, пения и смеха, пляшущие, пляшущие даже на последней ступеньке ада. Не только Люсиль, но и остальные. Посмотрите на Мэй, у нее лоб мадонны и язык уличной девки. А Миртл? Ведь она вылитая английская красавица, сошедшая с полотна Гейнсборо,<a l:href="#n_127" type="note">[127]</a> чтобы прожигать жизнь в доусонской танцульке. А Лора? Разве из нее не получилась бы прекрасная мать? Разве вы не видите ребенка на ее руках? Я знаю, это лучшие из них — молодая страна всегда выбирает лучших, — и все-таки тут что-то неладно, Корлисс, что-то определенно неладно. Горячка жизни для меня прошла, и я смотрю на все трезво. Мне кажется, должен появиться новый Христос, чтобы проповедовать новое спасение — экономическое или социальное, — в наши дни не имеет значения, какое именно, лишь бы что-нибудь проповедовать. Мир нуждается в этом.</p>
     <p>Время от времени необходимо было подмести комнату, и тогда все направлялись через большую дверь в соседнее помещение, где щелкали пробки и звенели стаканы. Полковник Трезвей и Корлисс последовали за всеми в бар, где толпилось человек пятьдесят мужчин и женщин. Они очутились рядом с Люсиль и молодым человеком в желтой волчьей шапке. Он был, несомненно, красив, и красота его еще более выигрывала от яркого румянца и блестящих глаз. Он был не совсем пьян, так как внешне отлично владел собой. Выпитое вино делало его чрезмерно веселым. Он говорил громко и возбужденно, его речь не лишена была находчивости и остроумия. Словом, он был как раз в том состоянии, когда пороки и добродетели проявляются особенно резко.</p>
     <p>Когда он поднял стакан, человек, стоявший рядом с ним, нечаянно толкнул его под руку. Он стряхнул пролитое вино с рукава и выразил свое мнение о соседе. Это были не особенно лестные слова, специально рассчитанные на то, чтобы задеть. Так и случилось: тяжелый кулак опустился на волчью шапку с такой силой, что отшвырнул ее владельца на Корлисса. Оскорбленный продолжал наступать. Женщины разбежались, предоставив мужчинам драться. Часть присутствующих столпилась вокруг них, а некоторые вышли, чтобы освободить место для честного боя.</p>
     <p>Человек в волчьей шапке не захотел драться. Закрыв лицо руками, он пытался отступить. Толпа криками призывала его начать борьбу. Он заставил себя остановиться, но как только противник снова приблизился к нему, струсил и отскочил в сторону.</p>
     <p>— Оставьте его, он это заслужил! — закричал полковник, когда Вэнс попробовал вмешаться. — Он не будет драться. Если бы он подрался, я бы, кажется, все ему простил.</p>
     <p>— Но я не могу смотреть, как его избивают, — возразил Вэнс. — Если бы он отвечал тем же, это не было бы так ужасно.</p>
     <p>Кровь текла у незнакомца из носа и из небольшой царапины над глазом. Корлисс не выдержал и бросился к ним. Ему удалось расцепить их, но при этом он слишком сильно налег на оскорбленного старателя и повалил того на пол. У каждого из дерущихся в баре были друзья, и прежде чем Вэнс разобрал, в чем дело, он был оглушен страшным ударом. Его нанес друг опрокинутого им человека. Дэл Бишоп, который стоял в углу, вступился за своего хозяина. В одно мгновение толпа разделилась на два лагеря, и драка стала общей.</p>
     <p>Полковник Трезвей забыл, что горячка жизни для него прошла, и, размахивая колченогим стулом, кинулся в свалку. Несколько полицейских, которые были в числе присутствующих, бросились вслед за полковником и вместе с полдюжиной других гостей стали защищать человека в волчьей шапке.</p>
     <p>Хотя борьба была жестокой и шумной, жизнь в баре шла своим чередом. В дальнем его конце хозяин продолжал разносить напитки, а в соседней комнате вновь заиграла музыка и начались танцы. Игроки продолжали играть, и только те, что стояли поближе, проявили некоторый интерес к драке.</p>
     <p>— Бей, бей, не жалей! — гоготал Дэл Бишоп, размахивая кулаками рядом с Корлиссом.</p>
     <p>Корлисс засмеялся и, обхватив какого-то здоровенного погонщика собак, повалил его на пол, под ноги дерущихся. Он почувствовал, как погонщик вцепился ему зубами в ухо. На мгновение он представил себя с одним ухом, и сейчас же, точно его что-то осенило, он с силой надавил на глазные яблоки погонщика. Люди топтали его ногами и падали рядом. Но он не замечал этого. Он чувствовал только одно: в то время как он нажимал пальцами на глаза погонщика, зубы того разжимались. Он надавил сильнее (еще немного, и человек бы ослеп), зубы разжались окончательно и выпустили свою добычу.</p>
     <p>Наконец ему удалось выбраться из свалки и встать около стойки бара. Он совершенно забыл свое отвращение к драке. От его культуры не осталось и следа, едва он почувствовал опасность. Он был таким же, как все остальные. Он поднялся на ноги, держась за перила, и увидел человека в парке из беличьего меха, схватившего пивную кружку и собиравшегося швырнуть ее в Трезвея, который стоял в двух шагах от него. Пальцы его, привыкшие к пробиркам и акварельным краскам, сжались в кулак, и он с размаху ударил человека в парке по подбородку. Тот уронил кружку и упал на пол. Вэнс на мгновение смутился, но, поняв, что в пылу гнева ударил человека, первого человека в своей жизни, испытал неизведанное наслаждение.</p>
     <p>Полковник Трезвей поблагодарил его взглядом и закричал:</p>
     <p>— Отойдите в сторону! Пробивайтесь к двери, Корлисс! Пробивайтесь к двери!</p>
     <p>Прежде чем удалось открыть дверь, произошла еще одна стычка, но полковник, не выпускавший из рук колченогий стул, буквально разметал противников, и через минуту вся толпа вывалилась на улицу. И лишь когда озлобление улеглось, как это и бывает в подобных случаях, люди разошлись по домам. Двое полицейских, сопровождаемые несколькими добровольцами, вернулись в бар, чтобы окончательно восстановить порядок. Корлисс и полковник вместе с человеком в волчьей шапке и Дэлом Бишопом направились вверх по улице.</p>
     <p>— Ах, черт побери! — восклицал полковник Трезвей. — Вот тебе и шестьдесят лет! Вот тебе и конец горячке! Да я себя сегодня чувствую на двадцать лет моложе! Корлисс, вашу руку. Я поздравляю вас от всего сердца. Говоря откровенно, я не ожидал от вас этого. Вы удивили меня, сударь, очень удивили!</p>
     <p>— Я сам себе удивился, — ответил Корлисс. Сейчас, когда возбуждение улеглось, он чувствовал себя усталым. — И вы меня тоже удивили, когда схватили стул.</p>
     <p>— Да! Надеюсь, я хорошо орудовал им. Видели? Смотрите! — И, громко засмеявшись, полковник поднял это средство самозащиты, которое все еще крепко держал в руках. — Кого я должен благодарить, господа?</p>
     <p>Они остановились на углу, и человек, которого они спасли, протянул им руку.</p>
     <p>— Меня зовут Сент-Винсент, — проговорил он, — и…</p>
     <p>— Как вас зовут? — с внезапным интересом переспросил Бишоп.</p>
     <p>— Сент-Винсент, Грегори Сент-Винсент…</p>
     <p>Неожиданным ударом Бишоп повалил Сент-Винсента в снег. Полковник инстинктивно схватился за стул, потом помог Корлиссу удержать старателя.</p>
     <p>— Вы с ума сошли, что ли? — спросил Вэнс.</p>
     <p>— Негодяй! Я жалею, что не дал ему сильнее, — был ответ. Потом Бишоп прибавил: — Ну, теперь все в порядке. Пустите меня, я его больше не трону. Отпустите меня, я пойду домой. Спокойной ночи.</p>
     <p>Когда они помогали Сент-Винсенту подняться на ноги, Вэнс готов был поклясться, что полковник смеется. И впоследствии Трезвей сознался в этом. Уж больно все это было неожиданно и забавно, пояснил он. Теперь же, решив загладить свое поведение, он предложил Сент-Винсенту проводить его домой.</p>
     <p>— Почему вы его ударили? — тщетно в четвертый раз спрашивал Корлисс Бишопа, вернувшись к себе в хижину.</p>
     <p>— Подлый негодяй! — буркнул тот, кутаясь в одеяло. — И с какой стати вы меня удержали? Я жалею, что не ударил его сильнее.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XII</p>
     </title>
     <p>— Мистер Харни, я очень рад, что встретил вас. Я не ошибся, ведь вы Дэйв Харни? — Дэйв Харни кивнул головой, и Грегори Сент-Винсент обратился к Фроне. — Вы видите, мисс Уэлз, как тесен мир. Мы с мистером Харни знаем друг друга.</p>
     <p>Король Эльдорадо долго всматривался в Сент-Винсента, пока наконец слабый проблеск воспоминания не отразился на его лице.</p>
     <p>— Стойте! — вскричал он, когда Сент-Винсент хотел заговорить. — Я припоминаю вас. Тогда вы были моложе. Дай бог памяти. Восемьдесят шестой, осень восемьдесят седьмого, лето восемьдесят восьмого — вот когда! Летом восемьдесят восьмого я сплавлял на плотах с реки Стюарт лосиные туши и торопился попасть в Нижнюю Страну, прежде чем они испортятся.</p>
     <p>— Да, вы спускались по Юкону в лодке. И мы встретились. Я настаивал, что это случилось в среду, а мой компаньон — в пятницу, вы же помирили нас на воскресенье. Да, да, на воскресенье. Подумайте только! Девять лет прошло! И мы обменяли мясо на муку, на питьевую соду и на сахар! Клянусь богом, я рад вас видеть!</p>
     <p>И они снова пожали друг другу руку.</p>
     <p>— Заходите ко мне, — пригласил Харни, уходя. — У меня одна маленькая чистенькая хижина на холме и другая в Эльдорадо. Дверь всегда открыта. Заходите в любое время и не церемоньтесь. Мне очень жаль, что приходится так скоро уходить, но я должен тащиться в бар собирать сахар. Мисс Фрона вам все расскажет.</p>
     <p>— Вы удивительный человек, мистер Сент-Винсент, — вернулась Фрона к прерванному разговору, вкратце сообщив о сахарной эпопее Харни. — Девять лет тому назад эта страна, вероятно, была совсем дикой. Подумать только, что вы здесь бывали в те времена! Расскажите мне об этом!</p>
     <p>Грегори Сент-Винсент пожал плечами.</p>
     <p>— Рассказывать почти нечего. Все путешествие было сплошной неудачей. В нем множество неприятных подробностей и ничего такого, чем можно было бы гордиться.</p>
     <p>— Ну расскажите. Я обожаю такие вещи. Они более жизненны и правдивы, чем будничные происшествия. Раз была неудача, как вы ее называете, то, значит, было задумано какое-то предприятие. Какое же именно?</p>
     <p>Почувствовав ее искреннюю заинтересованность, он ответил:</p>
     <p>— Хорошо. Если уж вы так хотите, я в двух словах расскажу вам самое главное. В интересах науки и журналистики, главным образом последней, я вбил себе в голову сумасшедшую мысль найти новую дорогу вокруг света. Я решил пересечь Аляску, перейти по льду через Берингов пролив и попасть в Европу через северную часть Сибири. Это была блестящая идея, так как большая часть перечисленных стран была не исследована. Но мне не удалось выполнить задуманное. Я без труда пересек пролив, но пережил массу неприятностей в Восточной Сибири, и все из-за Тамерлана,<a l:href="#n_128" type="note">[128]</a> так я всегда объясняю свою неудачу.</p>
     <p>— Улисс!<a l:href="#n_129" type="note">[129]</a> — Подошедшая миссис Шовилл захлопала в ладоши. — Современный Улисс! Как романтично!</p>
     <p>— Но не Отелло, — заметила Фрона. — Удивительно ленивый рассказчик! Он останавливается на самом интересном месте, загадочно ссылаясь на героя прошедших веков. Вы очень нехорошо поступаете с нами, мистер Сент-Винсент, и мы не успокоимся до тех пор, пока вы не объясните, каким образом Тамерлан помешал вашему предприятию.</p>
     <p>Он рассмеялся и сделал над собой усилие, чтобы продолжать свой рассказ.</p>
     <p>— Когда Тамерлан с огнем и мечом подобно вихрю проносился по Восточной Азии, гибли государства, разрушались города, и племена рассеивались по миру, как звездная пыль. Множество людей разбежались по всему азиатскому материку. Спасаясь от неистовства победителей, эти беглецы пробрались далеко в Сибирь, двигаясь на север и восток, и осели на берегах полярного бассейна цепью монгольских племен… Вы не устали?</p>
     <p>— Нет, нет! — воскликнула миссис Шовилл. — Это захватывающе интересно! Вы так живо рассказываете! Это напоминает мне…</p>
     <p>— Маколея?<a l:href="#n_130" type="note">[130]</a> — добродушно рассмеялся Сент-Винсент. — Вы знаете, я ведь журналист, и Маколей имел влияние на мой стиль. Но я обещаю вам, что буду краток. Вернемся к теме. Если бы не эти монгольские племена, то я не задержался бы в пути. Вместо того, чтобы жениться на туземной принцессе и сделаться специалистом по части междоусобных драк и кражи оленей, я бы тихо и спокойно добрался до Санкт-Петербурга.</p>
     <p>— О, эти герои! Не правда ли, они удивительны, Фрона? Так как же насчет кражи оленей и туземной принцессы?</p>
     <p>Жена приискового комиссара не сводила с него восхищенных глаз, и, посмотрев на Фрону, он продолжал:</p>
     <p>— На побережье жили эскимосы. Это был веселый, счастливый и миролюбивый народ. Они называли себя укилионами, то есть людьми моря. Я купил у них собак и пищу, и они обошлись со мной приветливо. Но они подчинялись чоу-чуэнам, или людям оленя, которые жили внутри страны. Чоу-чуэны были дикими кочевниками и обладали свирепостью не тронутых цивилизацией монголов и еще большей жестокостью. Стоило мне немного продвинуться в глубь страны, как они напали на меня, отняли все мое имущество и сделали меня рабом.</p>
     <p>— А там не было русских? — спросила миссис Шовилл.</p>
     <p>— Русских? Среди чоу-чуэнов? — Он весело рассмеялся. — Географически это владения русского царя, но я сомневаюсь, слышали ли они когда-нибудь о нем. Вспомните, что внутренние области северо-восточной Сибири лежат в зоне полярной ночи. Это еще не исследованная страна, куда отправлялись многие, но не возвращался никто.</p>
     <p>— А вы?</p>
     <p>— К счастью, я являюсь исключением. Не знаю, почему они меня пощадили. Так оно во всяком случае было. Сначала со мной обращались очень плохо, женщины и дети били меня, моя меховая одежда кишела паразитами, питался я отбросами. Эти люди были удивительно безжалостны. Каким образом я остался жив, я и сам не понимаю. Знаю только, что вначале я думал о самоубийстве. Меня спасло лишь собственное бесчувствие и то животное состояние, в которое я впал, испытав эти страдания и унижения. Полузамерзший, почти умирая от голода, перенося несказанные муки и жесточайшие побои, очень часто кончавшиеся обмороком, я превратился в настоящее животное.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_023.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Теперь мне это кажется кошмарным сном. В моей памяти есть пробелы, которые я никак не могу заполнить. Я смутно помню, как меня привязывали к нартам и волокли от стоянки к стоянке, от племени к племени. Я думаю, что меня выставляли напоказ, как это мы делаем со львами, слонами и дикарями. Мне неизвестно, как долго это продолжалось. Думаю, что за это время я успел проделать несколько тысяч миль. Когда же рассудок вернулся ко мне, я был за тысячу миль на запад от того места, где меня взяли в плен.</p>
     <p>Была весна, и мне казалось, что, внезапно открыв глаза, я вернулся откуда-то из далекого прошлого. Оленьими ремнями я был крепко привязан к картам. Я схватился за них обеими руками, словно обезьяна шарманщика, потому что кожа на моей груди была стерта, мясо обнажено, и там, где ремни врезались в тело, зияли большие раны.</p>
     <p>Решив перехитрить дикарей, я старался угодить им. В ту ночь я пел, танцевал и делал все, чтобы доставить им удовольствие, так как твердо решил не накликать больше на себя дурного обращения. Люди оленя торговали с людьми моря, а люди моря — с белыми, главным образом с китоловами. Позднее я обнаружил у одной женщины колоду карт и поразил чоу-чуэнов несколькими простыми фокусами на картах. Кроме того, я с подобающей торжественностью показал им несколько салонных фокусов. Результатом было то, что меня стали лучше кормить и одевать.</p>
     <p>Чтобы скорее добраться до конца, я скажу, что сделался важным человеком. Старики, женщины, а потом и вожди стали обращаться ко мне за советами. Мои скромные познания в медицине очень помогли мне, и я стал им необходим. Бывший раб, я достиг равного положения с вождями. И, как только я начал разбираться в их делах, я стал незаменимым авторитетом как в военное, так и в мирное время. Их основным богатством были олени, и мы почти всегда были заняты набегами на стада соседей либо защитой наших стад от их набегов. Я учил их стратегии и тактике и вносил в их военные операции хитрость и многое такое, против чего не могли устоять соседние племена.</p>
     <p>Но, хотя я и стал могущественным, это не приблизило меня к свободе. Смешно сказать, но я перестарался и стал для них необходим. Они обращались со мной чрезвычайно любезно, но ревниво оберегали меня. Я мог приходить и уходить и приказывать сколько мне было угодно, но когда торговцы уезжали на побережье, мне не позволяли сопровождать их. Это было единственным ограничением моей свободы.</p>
     <p>В их высшем органе все было крайне неустойчиво, и когда я захотел изменить их политическое устройство, то снова чуть не пострадал. Когда я решил объединить двадцать или более соседних племен, чтобы положить конец их спорам, меня избрали главой этого объединения. Но старый Пи-Юн, который был одним из самых могущественных вождей, своего рода король, хотя и отказавшись уже от своих притязаний на главенство, не захотел лишиться почестей. Единственное, что мне оставалось делать, чтобы умиротворить его, это жениться на его дочери Ильсвунге. Он требовал этого. Я сказал, что готов отказаться от своего положения, но он и слышать не хотел об этом. И…</p>
     <p>— И? — в экстазе прошептала миссис Шовилл.</p>
     <p>— И я женился на Ильсвунге. Ее имя в переводе означает «Дикий Олень». Бедная Ильсвунга! Она была подобна Изольде Суинберна,<a l:href="#n_131" type="note">[131]</a> а я был Тристаном. Последний раз, когда я видел ее, она раскладывала пасьянс в иркутской миссии и отказывалась принять ванну.</p>
     <p>— О боже! Уже десять часов! — внезапно воскликнула миссис Шовилл, увидев взгляд своего мужа, стоявшего на другом конце комнаты. — Мне так жаль, мистер Сент-Винсент, что я не могу дослушать до конца ваш рассказ. Но вы должны навестить меня! Я просто умираю от любопытства!</p>
     <p>— А я считала вас новичком <emphasis>чечако,</emphasis> — мягко сказала Фрона, когда Сент-Винсент, завязав наушники и подняв воротник, приготовился уходить.</p>
     <p>— Терпеть не могу позы, — подделываясь ей в тон, ответил Сент-Винсент. — В этом так много неискренности. Посмотрите на старожилов, как гордо они называют себя «прокисшим тестом». Пробыв в стране несколько лет, они позволяют себе одичать, стать грубыми, считая, что это украшает их. Они, может быть, и не знают, что это тоже поза, но это так. Поскольку они искусственно развивают эти качества, они живут в мире фальши и обмана.</p>
     <p>— Я думаю, что вы не совсем правы, — сказала Фрона, защищая тех, к кому она всегда относилась с симпатией. — Мне нравится то, что вы говорите, и я сама ненавижу позу, но большинство старожилов были бы точно такими же в любой стране и при любых обстоятельствах. Это их неотъемлемое качество. И я думаю, это и заставляет их искать новые земли. Нормальные люди остаются дома.</p>
     <p>— О, я вполне согласен с вами, мисс Уэлз, — тотчас же согласился он. — Я не хотел обобщать. Я хотел только обратить ваше внимание на тех из них, которые являются позерами. В общем же и целом они честные, искренние парни и отнюдь не кривляки.</p>
     <p>— Тогда нам не о чем спорить. Одну минуту, мистер Винсент. Не зайдете ли вы к нам завтра вечером? Мы затеваем рождественский спектакль. Я уверена, что вы отлично смогли бы нам помочь. Мне кажется, что и вам это доставило бы удовольствие. Вся наша молодежь интересуется спектаклем: чиновники, офицеры полиции, горные инженеры, вояжеры, не говоря уже о хорошеньких женщинах. Они должны вам понравиться.</p>
     <p>— Я уверен в этом, — сказал он, беря ее за руку. — Итак, вы говорите, завтра?</p>
     <p>— Да, завтра вечером. Спокойной ночи. Отважный человек, — сказала она себе, возвращаясь в гостиную. — И великолепный представитель своей расы.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIII</p>
     </title>
     <p>Грегори Сент-Винсент вскоре стал видным членом общества в Доусоне. Как представитель Объединенной Ассоциации Печати, он имел самые широкие полномочия, какие только мог получить благодаря сильной протекции. Кроме того, он был снабжен множеством рекомендательных писем. Постепенно стало известно, что этот путешественник и исследователь повидал свет и знал жизнь, и он при этом был так скромен и молчалив, что никто не завидовал ему, даже мужчины. Случайно он встретил тут много старых знакомых. Джекоба Уэлза, например, он видел в Сент-Майкле осенью 88 года, как раз перед тем, как перешел по льду Берингов пролив. Месяцем позднее отец Барнум, приехавший с Нижней реки, чтобы вступить в управление госпиталем, встретил его на несколько сот миль севернее Сент-Майкла. Капитан Александер, служивший в полиции, сталкивался с ним в английском посольстве в Пекине. Еще один старожил, Бэттлс, видел его в Форт-Юконе девять лет тому назад.</p>
     <p>Таким образом, Доусон, который всегда относился подозрительно к случайным пришельцам, принял его с распростертыми объятиями. Особенно благоволили к нему женщины. Он снискал всеобщую признательность как вдохновитель и непременный участник всех увеселений. Он не только помогал ставить любительские спектакли, но незаметно и вполне естественно принял на себя руководство ими. Фрона, как говорили ее друзья, помешалась на Ибсене, и потому они выбрали «Кукольный дом», где она должна была играть роль Норы. Корлисс, руководивший постановкой спектакля, так как первый подал эту идею, должен был играть роль Торвальда. Однако у него пропал интерес к этой затее, и он попросил освободить его, ссылаясь на спешную работу. И Сент-Винсент без колебаний взял роль Торвальда. Корлисс однажды пришел на одну из репетиций. Может быть, оттого, что он устал после сорока миль езды на собаках, а может быть, оттого, что Торвальду несколько раз приходилось обнимать Нору и играть ее ушком, — так или иначе, но больше Корлисс на репетициях не появлялся.</p>
     <p>Правда, он был занят и обычно в свободное от поездок время запирался с Джекобом Уэлзом и полковником Трезвеем. Они, по-видимому, обсуждали немаловажные дела: порукой этому был тот факт, что Уэлз вложил в рудники несколько миллионов. Корлисс был прежде всего исполнителем, и, поняв, что при обширных теоретических познаниях он лишен практического опыта, с головой ушел в работу. Его поражала глупость людей, которые доверили ему такой ответственный пост только лишь по протекции, и он даже сказал об этом Трезвею. Но полковник, узнав недостатки Корлисса, полюбил его за чистосердечие и восхищался его энергией и способностью быстро схватывать все на лету.</p>
     <p>Дэл Бишоп, который заботился о собственной выгоде, поступил на службу к Корлиссу, так как именно здесь он мог добиться всего, что хотел. Он был свободен и в то же время имел большие возможности преуспеть. У него были отличное снаряжение и великолепная упряжка. Он должен был объезжать ручьи и овраги, держа глаза и уши открытыми. Убежденный старатель-одиночка, он все время выискивал залежи, что, конечно, нисколько не мешало ему исполнять свои прямые обязанности. С течением времени он начинил свой мозг разнообразными сведениями о рельефе местности, чтобы летом, когда растает снег и вскроются горные потоки, найти следы жилы.</p>
     <p>Корлисс был хорошим нанимателем, не жалел денег и считал себя вправе заставлять людей работать так, как работал сам. Те, кому приходилось служить у него, либо напрягали все силы и оставались, либо уходили и рассказывали про него невесть что. Джекоб Уэлз одобрял в нем эту черту и постоянно расхваливал горного инженера. Фрона слушала и была довольна, потому что она любила все, что любил ее отец, особенно когда дело касалось Корлисса. Но из-за его напряженной работы она видела его реже, чем раньше, тогда как Сент-Винсент проводил с ней все больше времени. Его здоровый оптимизм нравился ей, и в то же время он вполне соответствовал ее идеалу естественного человека и ее излюбленному расовому типу. Ее первоначальные сомнения в правдивости того, что он рассказывал, исчезли. Все подтверждалось. Люди, которые вначале не верили в его необыкновенные приключения, услышав его, начинали верить, Побывавшие в тех частях света, которые он описывал, должны были сознаться, что он хорошо знал все, о чем говорил. Молодой Соли, представитель Банукского синдиката новостей, и Холмс с Мыса Хорошей Погоды помнили его возвращение в 91-м году и вызванную этим сенсацию. А Сид Уинслоу, журналист с тихоокеанского побережья, познакомился с ним в «Клубе путешественников», вскоре после того, как Сент-Винсент сошел с американского сторожевого судна, на котором он прибыл с севера. Кроме того, Фрона заметила, что пережитое им не прошло для него бесследно, оно отразилось во всех его взглядах на жизнь. Ему были свойственны в большой мере простота и естественность, и он обладал тем же чувством расовой гордости, что и она. В отсутствие Корлисса они много времени проводили вместе, часто катались на собаках и хорошо узнали друг друга.</p>
     <p>Все это не нравилось Корлиссу. Особенно, когда те короткие мгновения, которые он мог посвятить Фроне, нарушались вторжением журналиста. Разумеется, после инцидента в баре Корлисс был не слишком расположен к нему, да и другие, слышавшие об этом происшествии, относились к нему недружелюбно. Раз или два Трезвей пробовал отозваться о нем неодобрительно, но поклонники защищали его так горячо, что полковник решил впредь держать язык за зубами, чтобы показать свое беспристрастие. Однажды Корлисс, выслушивая неумеренные похвалы, которыми награждала Винсента миссис Шовилл, позволил себе недоверчиво улыбнуться. Фрона при этом вспыхнула и нахмурила брови, что послужило Корлиссу предостережением.</p>
     <p>В другой раз он сделал еще большую глупость, когда напомнил о драке в баре. В пылу увлечения он готов был сказать то, что вряд ли пошло бы на пользу ему или Сент-Винсенту. Но Фрона совершенно неожиданно заставила его замолчать, прежде чем он успел произнести хоть слово.</p>
     <p>— Да, — сказала она. — Мистер Сент-Винсент рассказывал мне об этом. Он встретил вас тогда, кажется, в первый раз. Вы и полковник Трезвей мужественно защищали его. Он искренне восхищался вами.</p>
     <p>Корлисс пренебрежительно махнул рукой.</p>
     <p>— Нет! Нет! По его словам, вы вели себя замечательно. И я была рада это слышать. Должно быть, очень приятно и полезно время от времени давать волю тому зверю, который сидит в нас! Это особенно важно, потому что мы отошли от всего естественного, и наша зрелость носит болезненный характер. Нужно иногда стряхнуть с себя все искусственное и дать выход своей ярости, в то время как внутренний голос, спокойный и бесстрастный, говорит: «Это — мое второе „я“. Смотри! Сейчас я бессилен, но все же я существую и управляю человеком! Это мое второе „я“, мое древнее, сильное, старшее „я“. Оно неистовствует вслепую, точно животное, а я стою в стороне и разбираюсь во всем происходящем. Я волен приказать ему неистовствовать дальше или перестать». О, как хорошо быть мужчиной!</p>
     <p>Увидев насмешливую улыбку Корлисса, Фрона стала защищаться.</p>
     <p>— Скажите, Вэнс, что вы чувствовали? Разве я не верно это описала? Разве у вас всего этого не было? Разве вы не наблюдали сами себя во время взрыва вашей ярости?</p>
     <p>Он вспомнил, как удивился, ударив человека кулаком, и кивнул головой.</p>
     <p>— А гордость? — продолжала она неумолимо. — Или стыд?</p>
     <p>— Понемногу всего, и больше гордости, чем стыда, — сознался он. — Я думаю, что в тот момент я был в каком-то безумном экстазе. А потом пришел стыд, и я мучился всю ночь.</p>
     <p>— И что осталось?</p>
     <p>— Я думаю, гордость. Я ничего не мог поделать, ничего не мог изменить. Я проснулся утром с таким чувством, точно меня посвятили в рыцари. В глубине души я был страшно горд собой и иногда мысленно ловил себя на том, что снова участвую в драке. Потом снова появился стыд, и я старался вернуть себе свое уважение. И наконец победил гордость. Ведь борьба велась открыто и честно. Не я ее начал. Мной руководили самые лучшие побуждения. Я нисколько не огорчен, и если появится необходимость, я опять сделаю то же самое.</p>
     <p>— Это справедливо, — сказала Фрона, и глаза ее заблестели. — А как вел себя мистер Сент-Винсент?</p>
     <p>— Он?.. О, я думаю, что весьма похвально. Но я был слишком занят, чтобы интересоваться окружающим.</p>
     <p>— Но он вас видел.</p>
     <p>— Возможно. Признаюсь, я был невнимателен. Я поступил бы иначе, если бы предполагал, что это может вас интересовать. Простите меня. Ведь я новичок в таком деле и потому больше всего внимания обращал на самого себя и не наблюдал за моими соседями.</p>
     <p>Корлисс ушел очень довольный, что не сказал ничего лишнего. Он признался себе, что Сент-Винсент вел себя очень умно, рассказав о происшествии со свойственной ему скромностью.</p>
     <empty-line/>
     <p>Двое мужчин и одна женщина! В их отношениях — источник человеческих страданий и трагедий! Так было всегда, с тех пор, как наш далекий предок спустился с дерева и перестал ходить на четвереньках. Так было и в Доусоне. Имелись еще несколько менее значительных факторов, в том числе Дэл Бишоп, который со свойственной ему настойчивостью вмешивался в дела, ускоряя ход событий. Так и случилось в походном лагере по дороге к Ручью Миллера, где Корлисс принимал заявки на участки с низким содержанием золота, которые могли принести доход только в случае разработки их в крупном масштабе.</p>
     <p>— Если бы я только нашел настоящую жилу, следа моего вы бы здесь не увидели! — сквозь зубы пробормотал как-то вечером Дэл Бишоп, остужая кофе кусочком льда. — Ни за что в жизни.</p>
     <p>— Удрали бы? — поинтересовался Корлисс, подчищая масло на сковородке.</p>
     <p>— Взял бы я свои пожитки, посмотрел бы на солнышко, и поминай как звали. Скажите, как бы вам сейчас понравился сочный кусочек баранины с зеленым луком, жареным картофелем и прочим гарниром? Это — первое, против чего я не возражал бы. А потом все к черту! Махнуть на недельку в Сиэтл или Фриско. Мне все равно, а потом…</p>
     <p>— А потом ни гроша денег и опять за работу?</p>
     <p>— Ничего подобного! — воскликнул Бишоп. — Я набью свой мешок, прежде чем сняться с места, а уж потом отправлюсь в южную Калифорнию. Уже давненько я присмотрел там хорошую ферму. Она стоит сорок тысяч. Я куплю ее и перестану искать золото. Я уже все рассчитал. Найму людей, чтобы работали на ранчо, возьму управляющего, чтобы за всем следил, а сам буду стричь купоны. В конюшне всегда найдется пара лошадей на тот случай, если меня опять потянет искать золото. Там, к востоку пустыни, тоже неподалеку, есть богатые россыпи.</p>
     <p>— А дом на ранчо будет?</p>
     <p>— Конечно, будет! По бокам его будут клумбы с душистым горошком, а сзади огород: бобы, шпинат, редиска, огурцы, спаржа, репа, морковь, капуста и прочее. А в доме — баба, которая будет держать меня за фалды, когда меня потянет на золото. Скажите-ка, ведь вы специалист по горной части. Вы когда-нибудь вынюхивали золото? Нет? Тогда слушайте! Это хуже, чем виски, хуже, чем карты и лошади. Если даже позже появится баба, она не сможет вас удержать. Как только почувствуете, что вас тянет искать золото, сейчас же женитесь. Это единственное, что может вас спасти. Впрочем, случается, что даже и тогда бывает уже поздно. Мне бы давно следовало это сделать. Может быть, тогда из меня бы что-нибудь и вышло. Боже мой! Сколько хорошего я потерял из-за золота. Послушайте, Корлисс, женитесь как можно скорее. Я говорю вам откровенно. Посмотрите, к чему я пришел, и распрощайтесь с холостой жизнью.</p>
     <p>Корлисс рассмеялся.</p>
     <p>— Я говорю серьезно. Я старше вас и знаю, что говорю. В Доусоне есть один лакомый кусочек, который вы не должны упустить. Вы созданы друг для друга.</p>
     <p>Время, когда Корлисс считал вмешательство Бишопа в его личные дела дерзостью, давно прошло. Жизнь на Севере, где люди укрываются одним одеялом, как братья, уничтожает все сословные границы. Корлисс давно это понял и поэтому промолчал.</p>
     <p>— Почему вы не прогоните его? — настойчиво допрашивал Дэл. — Разве она вам не по душе? Я знаю, что по душе, ведь вы, возвращаясь от нее домой, ног под собой не чуете от радости. Торопитесь, пока у вас есть шансы. Знавал я когда-то некую Эмми, чудесная была бабенка, и мы сразу понравились друг другу. Но я все охотился да охотился за золотом и все откладывал да откладывал. И вдруг, представьте себе, явился огромный черномазый лесоруб из Канады и стал ее обхаживать. Тогда я решил поговорить с ней. Но сначала мне нужно было еще раз отправиться за золотом, всего разок. И когда я вернулся, она была уже миссис Игрек.</p>
     <p>Будьте осторожны. Там крутится этот писака, этот негодяй, которого я ударил после вечера в баре. Он идет прямым путем и старается изо всех сил, а вы вроде меня носитесь взад и вперед и упускаете возможность жениться. Запомните мои слова, Корлисс! В один прекрасный морозный день вы явитесь в Доусон и найдете их у семейного очага. Будьте уверены! И тогда вам только и останется, что охотиться за золотом.</p>
     <p>Перспектива была настолько неутешительная, что Корлисс внезапно повернулся и предложил Бишопу заткнуться.</p>
     <p>— Это чтобы я заткнулся? — произнес Бишоп таким огорченным тоном, что Корлисс невольно рассмеялся.</p>
     <p>— А вы бы что сделали на моем месте?</p>
     <p>— Что бы я сделал, я вам сейчас скажу. Как только вы вернетесь, идите к ней. Сговоритесь с ней, когда вы будете встречаться, и запишите все даты на бумаге. Проводите с ней все ее свободное время и отшейте таким образом другого. Не унижайтесь перед ней — она не такая, — но и не заноситесь слишком. Надо помаленьку, понимаете? И потом, когда вы увидите, что она хорошо настроена и улыбается вам, — уж вы знаете, как она улыбается, — идите и просите ее руки. Конечно, я не могу сказать, какой будет результат. Это уж вы сами увидите. Но не откладывайте этого дела в долгий ящик. Лучше жениться рано, чем вовсе не жениться. И если этот писака будет приставать, ткните его хорошенько в пузо, да покрепче! Этого с него будет достаточно. А еще лучше отведите его потихоньку в сторону и поговорите с ним. Скажите ему, что с вами не так легко справиться, что вы пришли первый и что, если он не оставит это дело, вы ему оторвете голову.</p>
     <p>Бишоп поднялся, потянулся и вышел, чтобы покормить собак.</p>
     <p>— Не забудьте оторвать ему голову! — крикнул он, выходя. — А если вам будет противно, позовите меня, и я не заставлю его долго ждать.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIV</p>
     </title>
     <p>— О, соленая вода, мисс Уэлз! Масса соленой воды, огромные волны и тяжелые суда в затишье и в бурю — это мне знакомо. А пресная вода, маленькие каноэ, похожие на яичную скорлупу или мыльные пузыри, — одно дуновение, пуф! — и ничего от них не осталось! Нет, с этим я незнаком. — Барон Курбертен печально улыбнулся, точно жался себя, и продолжал: — Но тем не менее, это восхитительно, великолепно! Я наблюдал и завидовал. Когда-нибудь и я этому научусь.</p>
     <p>— Это совсем не трудно, — сказал Сент-Винсент. — Не правда ли, мисс Уэлз? Просто нужно не терять равновесия и ничего не бояться.</p>
     <p>— Как канатный плясун?</p>
     <p>— О, вы неисправимы, — рассмеялась Фрона. — Я уверена, что вы умеете управлять каноэ не хуже нас.</p>
     <p>— А вы умеете? Вы? Женщина? — Хотя француз и был космополитом, но самостоятельность и ловкость американских женщин всегда поражали его. — Как и когда вы научились?</p>
     <p>— Когда я была еще совсем маленькой и жила на берегу Дайэ, среди индейцев. Весной, когда вскроется река, мы дадим вам первые уроки, мистер Сент-Винсент и я. И вы вернетесь в цивилизованные страны, обладая еще одним новым талантом. Вам это понравится, я уверена!</p>
     <p>— При наличии такой очаровательной наставницы, безусловно, — пробормотал он галантно. — А вы как думаете, мистер Сент-Винсент, понравится это мне или нет? А вам нравится? Вы всегда держитесь в тени и так скупы на слова и загадочны, точно можете, но не хотите поделиться с нами плодами вашего многолетнего опыта.</p>
     <p>Барон быстро повернулся к Фроне.</p>
     <p>— Ведь мы старые друзья. Разве я вам не рассказывал? Потому я и позволяю себе подшучивать над ним. Не так ли, мистер Сент-Винсент?</p>
     <p>Грегори кивнул головой.</p>
     <p>— Я уверена, что вы встречались где-нибудь на краю света, — сказала Фрона.</p>
     <p>— В Йокогаме, — коротко сказал Сент-Винсент. — Одиннадцать лет назад, в пору цветения вишен. Но барон Курбертен ко мне несправедлив, и это меня обижает. Я боюсь, что если начну рассказывать, то буду очень много говорить о себе.</p>
     <p>— И падете жертвой ваших друзей, — заметила Фрона. — Вы такой хороший рассказчик, что ваши друзья должны быть вам только благодарны.</p>
     <p>— Тогда расскажите нам какую-нибудь историю о том, как вы путешествовали в каноэ, — попросил барон. — Только хорошую, такую, чтобы, как говорят янки, «волосы встали дыбом»!</p>
     <p>Они подвинулись к большой печке в гостиной миссис Шовилл, и Сент-Винсент начал рассказывать о страшном водовороте в Бокс-Кэньоне, об ужасных быстринах Юкона в районе Белой Лошади и о своем спутнике, презренном трусе, который пошел в обход и бросил его на произвол судьбы. Это было девять лет назад, когда Юкон был еще не исследован.</p>
     <p>Получасом позднее в комнату влетела миссис Шовилл в сопровождении Корлисса.</p>
     <p>— Ах, этот холм! Я положительно задыхаюсь! — воскликнула она, снимая перчатки. — Ну и везет же мне! — сердито прибавила она. — Этот спектакль, кажется, никогда не состоится! Я никогда не буду миссис Линден! Как я могу ею быть? Крогстад в панике отправился на Индейскую Реку, и никто не знает, когда он вернется! Крогстада (обращаясь к Корлиссу) играет мистер Мейбрик, вы его знаете. А у миссис Александер невралгия, и она не может двинуться. Словом, сегодня репетиции не будет, это ясно. — И, приняв театральную позу, она продекламировала: — «Да, то был первый момент испуга! Но прошел день, и я увидела, что в этом доме творятся невероятные вещи! Хельмер должен все узнать! Пора положить конец этой проклятой тайне! О Крогстад, я вам нужна, и вы нужны мне… а вы удрали на Индейскую Реку и там печете лепешки из кислого теста, и я вас, кажется, никогда больше не увижу!»</p>
     <p>Все зааплодировали.</p>
     <p>— Единственная награда за то, что я ушла из дому и заставила вас всех ждать, — это то, что я привела с собой вот этого смешного малого. — Она подтолкнула Корлисса вперед. — Вы незнакомы? Барон Курбертен, мистер Корлисс. Если вам удастся найти много золота, барон, то мой совет вам: продайте его мистеру Корлиссу. Он богат, как Крез, и купит все, лишь бы бумаги были в порядке. А если не найдете, тогда обманите его, и он заплатит. Это профессиональный благотворитель.</p>
     <p>Представьте себе (обращаясь ко всем присутствующим, этот смешной человек предложил помочь мне взобраться на холм и болтал всю дорогу, но решительно отказался войти и присутствовать на репетиции. А когда он узнал, что репетиции не будет, моментально согласился. Этакий флюгер! А теперь он плачется, что должен быть на Ручье Миллера. Но, между нами, всем ясно, какие темные дела…</p>
     <p>— Темные дела! Взгляните-ка! — перебила ее Фрона, показывая на кончик янтарного мундштука, торчавшего из его бокового кармана. — Трубка! Поздравляю вас!</p>
     <p>Фрона протянула ему руку, и он добродушно пожал ее.</p>
     <p>— Это вина Дэла, — засмеялся Вэнс. — Когда я предстану перед престолом всевышнего, ему придется отвечать за этот мой грех.</p>
     <p>— Невероятно, но вы делаете успехи, — сказала она. — Теперь вам только недостает крепкого словца на некоторые случаи жизни.</p>
     <p>— О, уверяю вас, я не такой уж неуч, — ответил он. — Иначе я не мог бы управлять собаками. Я умею клясться адом, надгробными рыданиями, кровью и потом и, с вашего разрешения, тремя гробами. На собак, например, очень хорошо действуют «фараоновы кости» и «иудина кровь». Но самое лучшее из того, что слушают мои собаки, женщины, к сожалению, не могут выслушать. Однако я вам обещаю, несмотря на ад, кровь, гроб…</p>
     <p>— Ой! Ой! — вскричала миссис Шовилл, затыкая пальцами уши.</p>
     <p>— Мадам, — торжественно сказал барон Курбертен. — К сожалению, это факт, что северные собаки больше, чем кто-либо другой, ответственны за мужскую душу. Не так ли? Я предоставляю решение мужчинам.</p>
     <p>Корлисс и Сент-Винсент согласились с серьезным видом и стали наперебой рассказывать страшные истории о собаках.</p>
     <empty-line/>
     <p>Сент-Винсент и барон остались, чтобы позавтракать у жены приискового комиссара, а Фрона и Корлисс стали вместе спускаться с холма. По взаимному молчаливому соглашению они свернули вправо, чтобы удлинить путь, минуя все тропинки и нартовые пути, которые вели в город. Была середина декабря. Стоял ясный холодный день. Неверное полуденное солнце, едва показавшись над горизонтом, начало стыдливо клониться к закату. Его косые лучи, преломляясь в мельчайших частицах морозной пыли, делали ее похожей на сверкающие бриллианты.</p>
     <p>Они прошли сквозь это волшебное сияние; их мокасины мерно поскрипывали по снегу, а пар, вырывавшийся при дыхании, казался легким опаловым облачком. Никто из них не хотел говорить: так чудесно было вокруг. У их ног, под огромным куполом неба, точно пятно на белой скатерти, беспорядочно сгрудился этот процветающий, но маленький и грязный городок, казавшийся жалким в этой безбрежной пустыне, где человек бросил вызов бесконечности.</p>
     <p>До них донеслись выкрики людей и понукание. Они остановились. Послышался громкий лай, царапанье, и упряжка заиндевевших волкодавов с высунутыми языками выехала на тропинку впереди них. В санях находился длинный узкий ящик, сколоченный из неотесанных еловых досок. Его назначение было понятно без слов. Два погонщика, женщина, шедшая, как слепая, и священник в черном составляли весь траурный кортеж. Собаки взобрались на холм, и под жалобный вой, крики и шум бренные останки были сняты с саней и опущены в ледяную келью.</p>
     <p>— Завоеватель Севера, — проронила Фрона.</p>
     <p>Увидев, что их мысли совпали, Корлисс ответил:</p>
     <p>— О, эти борцы с холодом и голодом! Теперь я понимаю, почему раса, подчинившая себе земной шар, пришла с севера. Она была смелой и выносливой, полной бесконечного терпения и неиссякаемой веры. Что же тут удивительного?</p>
     <p>Фрона посмотрела на него, и ее молчание было красноречивее слов.</p>
     <p>— «Мы разили нашими мечами,<a l:href="#n_132" type="note">[132]</a> — процитировал он, — и для меня это было такой же радостью, как обнимать на ложе юную жену. Я прошел по миру с моим окровавленным мечом, и воронье летело за мной. Мы сражались неистово. Пламя проносилось над человеческими жилищами. Мы спали в крови тех, кто охранял ворота».</p>
     <p>— Чувствуете ли вы это, Вэнс? — сказала она, хватая его за руку.</p>
     <p>— Кажется, начинаю чувствовать. Север научил меня да еще и сейчас учит, что старые истины обретают новый смысл. Но, несмотря на это, я ничего не знаю. Все это кажется мне каким-то чудовищным преувеличением, фантазией.</p>
     <p>— Но ведь вы же не утратили ощущения современности? Или вы чувствуете себя монгольским победителем?..</p>
     <p>— Фрона, — ответил он, — это не так легко передать. Конечно, мы не то, чем были наши предки. Но мы многое унаследовали от них, иначе я не радовался бы, видя эти похороны. Умер человек, но человечество сделало еще один шаг вперед, оно стало еще могущественнее, чем было вчера… Умер завоеватель Севера, но его место займут другие, сильные и мужественные люди, покоряющие всю землю… Я сын моего отца и продолжаю его дело. Север научил меня понимать это. Древние конунги<a l:href="#n_133" type="note">[133]</a> никогда не спали в дымной хижине и не осушали кубка у семейного очага. Я точно вижу их морские кони,<a l:href="#n_134" type="note">[134]</a> бороздящие моря. Они побывали здесь на тысячу лет раньше нас, норманны, белокурые исполины, кровь которых течет в нас и ведет нас опять сюда, в северные пустыни, чтобы тяжелейшим трудом, изумительной выдержкой и настойчивостью отвоевать у льда дары земли… И вы, Фрона, вы…</p>
     <p>Фрона стояла перед ним, точно валькирия, закутанная в меха, в последней битве богов и людей, будя его воображение и волнуя кровь.</p>
     <p>— «Каменные горы сбились в кучу, великанши шатаются. Люди идут по адской тропе, и небо раскололось. Солнце гаснет, земля погружается в океан, огромные звезды падают с неба, дыхание пламени палит великое дерево, к самому небу вздымается веселый огонь».</p>
     <p>Силуэт Фроны четко выделялся на фоне ясного неба; ее брови и ресницы были белыми от мороза, а снежный ореол вокруг ее лица сверкал и искрился в лучах северного солнца. Она показалась ему олицетворением всего лучшего, что было в ее расе. Кровь предков заговорила в нем, и он вдруг почувствовал себя белокожим желтоволосым гигантом прошедших веков, шум и крики забытых сражений воскресили перед ним удивительное прошлое. В завывании ветра, в грохоте северных волн он увидел остроносые боевые галеры и на них — повелителей стихии — северных людей с крепкими мускулами и широкой грудью, — огнем и мечом разоряющих теплые южные страны. Битвы двадцати веков гремели в его ушах, и жажда первобытного горела в нем. Он страстно схватил ее руку.</p>
     <p>— Фрона, будьте моей женой, моей юной женой!</p>
     <p>Она вздрогнула и, не поняв, взглянула ему в глаза. Затем, вникнув в смысл его слов, невольно подалась назад. Солнце бросило последний луч на землю и ушло за горизонт. Сияние в воздухе угасло, все вокруг потемнело. Где-то далеко жалобно выли собаки, привезшие мертвеца.</p>
     <p>— Нет! — крикнул он, когда она попыталась заговорить. — Не говорите! Я знаю мой ответ, ваш ответ… теперь… Я был сумасшедшим. Идемте!</p>
     <p>Они молча спустились с горы и, перейдя поляну, вышли около мельницы к реке. Близость человеческого жилья, казалось, развязала им языки. Корлисс, подавленный, шагал, глядя себе под ноги, а Фрона шла с высоко поднятой головой, осматривалась по сторонам и иногда как бы случайно взглядывала на него. Там, где тропинка пересекала деревянный настил, ведущий к мельнице, было скользко, и Корлисс поддержал Фрону. Глаза их встретились.</p>
     <p>— …Я очень огорчена, — сказала она нерешительно и вдруг, точно желая оправдаться, добавила: — Это было так… Я никак не ожидала…</p>
     <p>— Иначе бы вы предупредили это — подсказал он с горечью.</p>
     <p>— Да, пожалуй. Я не хотела сделать вам больно.</p>
     <p>— Значит, вы этого все-таки ожидали?</p>
     <p>— Да, я боялась. Но я надеялась… Я… Вэнс, я приехала в Клондайк не для того, чтобы выйти замуж. Вы мне понравились с самого начала и нравились все больше и больше, особенно сегодня, но…</p>
     <p>— Но вы никогда не смотрели на меня как на будущего мужа? Вы это хотите сказать?</p>
     <p>Он пристально посмотрел на нее, и, когда взгляды их встретились, он нашел в ее глазах прежнюю искренность. И мысль потерять ее сводила его с ума.</p>
     <p>— Нет, смотрела, — сказала она вдруг. — Смотрела на вас как на будущего мужа. Но это было как-то неубедительно. Почему, я и сама не знаю. Мне многое нравилось в вас, очень многое…</p>
     <p>Он попробовал остановить ее, но она продолжала:</p>
     <p>— И многое восхищало. У меня к вам было дружеское чувство, настоящее, теплое, дружеское чувство, и оно все росло. Вы были мне товарищем, но не больше. Правда, я не хотела большего, но была бы рада, если бы оно пришло.</p>
     <p>— Как радуются непрошеному гостю?</p>
     <p>— Почему вы не хотите помочь мне, Вэнс, вместо того чтобы делать этот разговор еще тяжелее для меня? Вам он тоже кажется тяжелым, но неужели же вы думаете, что меня он радует? Я чувствую, как вам больно, и знаю, что если я откажусь сделать из моего друга возлюбленного, то потеряю друга. А мне очень нелегко расставаться с друзьями.</p>
     <p>— Значит, я банкрот вдвойне: как друг и как возлюбленный. Но им нетрудно найти замену. Я знал заранее, что меня ждет неудача. Но если бы я молчал, то вышло бы то же самое. Время все залечит. Новые знакомые, новые мысли и лица. Мужчины, переживающие замечательные приключения…</p>
     <p>Она прервала его:</p>
     <p>— Это ни к чему, Вэнс! Что бы вы ни говорили, я не буду с вами ссориться. Я понимаю, что вы испытываете.</p>
     <p>— Если я придираюсь к вам, то нам лучше расстаться. — Он внезапно остановился, остановилась и Фрона. — Вон идет Дэйв Харни. Он проводит вас. Вам осталось всего несколько шагов.</p>
     <p>— Вы поступаете нехорошо по отношению к нам обоим, — сказала она твердо. — Я не считаю это концом. Мы сейчас слишком взволнованы, чтобы трезво разобраться в случившемся. Вы придете ко мне, когда мы оба немного успокоимся. Я не хочу, чтобы со мной так обращались. Это — мальчишество. — Она бросила быстрый взгляд на приближавшегося короля Эльдорадо. — Мне кажется, что я не заслужила этого. Я не хочу потерять в вас друга. Я настаиваю на том, чтобы вы пришли ко мне и чтобы все осталось по-прежнему.</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Алло! — Дэйв Харни дотронулся до своей шапки и подошел к ним развинченной походкой. — Очень жаль, что вы меня не послушались. Со вчерашнего дня цена на собак поднялась и будет подниматься еще. Добрый день, мисс Фрона. Добрый день, мистер Корлисс. Нам по дороге?</p>
     <p>— Мисс Уэлз по дороге. — Корлисс притронулся к козырьку своей шапки и повернулся на каблуках.</p>
     <p>— А вы куда? — спросил Дэйв.</p>
     <p>— У меня свидание, — солгал он.</p>
     <p>— Помните, — крикнула ему Фрона, — вы должны прийти ко мне!</p>
     <p>— Боюсь, что я буду слишком занят. До свидания. Всего хорошего, Дэйв!</p>
     <p>— Господи! — заметил Дэйв, глядя ему вслед. — Вечно у него какие-то серьезные дела. Не понимаю, почему он не занялся собаками?</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XV</p>
     </title>
     <p>Но Корлисс все же пошел к ней, и даже в тот же самый день. После недолгих, но горьких размышлений он понял, что вел себя, как мальчишка. Потерять ее было для него очень тяжело, но сознавать это, думать, что он произвел на нее скверное впечатление, было еще тяжелее. И, помимо всего этого, ему было стыдно. В сущности, он мог бы принять ее отказ мужественней, тем более, что он с самого начала не был уверен в успехе.</p>
     <p>Итак, они встретились и отправились гулять по дороге к казармам. С ее помощью он старался сгладить впечатление, произведенное утренним разговором. Он говорил умно и спокойно, и она сочувственно слушала его. Пожалуй, он бы в конце концов попросту извинился, если бы она не предупредила его.</p>
     <p>— Вы ни в чем не виноваты, — сказала Фрона. — Если бы я была на вашем месте, я, наверное, поступила бы точно так же и даже разозлилась бы еще больше, чем вы. Ведь вы очень разозлились?</p>
     <p>— Но если бы вы были на моем месте, а я на вашем, — попробовал он сострить, — то в этом не было бы необходимости.</p>
     <p>Она улыбнулась, радуясь, что он стал проще смотреть на вещи.</p>
     <p>— Но, к сожалению, наше общество не позволит этого, — прибавил он из желания сказать что-нибудь.</p>
     <p>— Да, — рассмеялась она. — И вот тут-то мне помогло бы мое лицемерие. Я могу не посчитаться с мнением общества.</p>
     <p>— Уж не хотите ли вы сказать, что…?</p>
     <p>— Вы опять шокированы! Нет, конечно, я бы не высказала это прямо, но зато я могла бы действовать в обход. Это привело бы к тому же результату, лишь с большей деликатностью. Было бы только кажущееся различие.</p>
     <p>— И вы бы могли так вести себя? — спросил Вэнс.</p>
     <p>— Конечно, если бы того потребовали обстоятельства. Я не позволила бы тому, что называют счастьем жизни, пройти мимо меня без борьбы. Это встречается только в книгах и у сентиментальных людей. Мой отец всегда говорит, что я принадлежу к тем, кто борется. За то, что для меня свято и дорого, я стала бы сражаться с самим небом.</p>
     <p>— Вы меня очень обрадовали, Вэнс, — сказала она, расставаясь с ним у казарм. — Теперь все пойдет по-старому. И не думайте о себе хуже, чем раньше, а, наоборот, даже лучше.</p>
     <empty-line/>
     <p>И все-таки Корлисс после нескольких посещений забыл дорогу к дому Джекоба Уэлза и всецело посвятил себя работе. Иногда его притворство, перед самим собой доходило до того, что он радовался своему избавлению от опасности и рисовал себе мрачные перспективы семейной жизни с Фроной. Но это случалось редко. Обычно же мысль о ней заставляла его испытывать почти физический голод, и он находил забвение только в работе. Наяву он еще мог справиться со своими переживаниями, но во сне они побеждали его. Дэл Бишоп, живший с ним под одной крышей, заметил его беспокойство и подслушал его сонное бормотание.</p>
     <p>Старатель сообразил что к чему и сделал правильный вывод из своих наблюдений. Впрочем, особой проницательности для этого и не требовалось. Тот простой факт, что Корлисс больше не навещал Фрону, объяснял все. Но Дэл пошел еще дальше и решил, что всему виной Сент-Винсент. Он несколько раз встречал Фрону с журналистом и был возмущен до глубины души.</p>
     <p>— Я еще покажу ему! — проворчал он однажды вечером, сидя в лагере неподалеку от Золотого Дна.</p>
     <p>— Кому? — спросил Корлисс.</p>
     <p>— Кому? Этому газетному писаке, вот кому.</p>
     <p>— За что?</p>
     <p>— За многое. Почему вы не позволили мне избить его в баре?</p>
     <p>Корлисс рассмеялся при этом воспоминании.</p>
     <p>— А почему вы ударили его, Дэл?</p>
     <p>— Стоило! — огрызнулся Дэл и замолчал.</p>
     <p>Но Дэл Бишоп был злопамятен и не хотел упустить случая. Возвращаясь домой, он остановился там, где скрещивались дороги в Эльдорадо и Бонанцу.</p>
     <p>— Скажите, Корлисс, — начал он, — вам знакомы предчувствия?</p>
     <p>Его хозяин кивнул головой.</p>
     <p>— Так вот, я кое-что предчувствую. Я никогда ни о чем не просил вас, а теперь прошу остаться здесь со мною до завтра. Мне кажется, что я уже вижу мою фруктовую ферму. Честное слово, я даже чую запах свежих апельсинов!</p>
     <p>— Ладно, — сказал Корлисс, — но не лучше ли мне вернуться в Доусон, а вы приедете, когда избавитесь от своих предчувствий?</p>
     <p>— Слушайте, — возразил Дэл, — я вам сказал, что я кое-что предчувствую и хочу, чтобы вы остались, поняли? Вы парень хоть куда и прочли на своем веку чертову уйму книг. Вы тратите бездну денег, когда дело касается лабораторий. Но вам надо научиться читать книгу природы без очков. Так вот, есть у меня кое-какие предположения…</p>
     <p>Корлисс в деланном ужасе воздел руки к небу.</p>
     <p>Старатель начал сердиться:</p>
     <p>— Ладно, ладно! Смейтесь! Но все мои предположения основаны на вашей собственной теории об эрозии и меняющихся речных руслах. И я недаром два года искал золото вместе с мексиканцами. Как вы думаете, откуда появилось золото в Эльдорадо? Сырое и без всяких следов промывки? Ага, вот тут-то вам и нужны ваши очки! Книги испортили вам зрение. Правда, ничего определенного я еще не могу сказать, но я многое предчувствую. Ведь не отдыхать же я сюда притащился! Я в одну минуту могу рассказать вам о руде в Эльдорадо больше, чем вы вычитаете из ваших книг за целый месяц. Ну ладно, не обижайтесь. Если вы останетесь со мной до завтра, то, наверное, сможете купить ферму рядом с моей.</p>
     <p>— Хорошо, я останусь и буду просматривать свои заметки, а вы себе ищите ваше старое речное русло.</p>
     <p>— Не говорил ли я вам, что я кое-что предчувствую? — спросил Дэл с упреком.</p>
     <p>— И не согласился ли я остаться? Чего же вы еще хотите?</p>
     <p>— Подарить вам фруктовую ферму! Чтобы вы там гуляли и наслаждались ароматом цветущих деревьев.</p>
     <p>— Не нужна мне ваша фруктовая ферма! Я устал, и у меня плохое настроение. Вы можете оставить меня в покое? Я и так делаю вам большое одолжение, что задерживаюсь здесь с вами. Вы можете терять время, чтобы разнюхивать все вокруг, но я останусь в палатке. Поняли?</p>
     <p>— Ну и благодарный же вы человек, будь я проклят! Клянусь Мафусаилом, я уйду от вас, если вы сами меня не уволите. Я ночей не спал, все обмозговывал, а теперь, когда я решил взять вас в долю, вы сидите и хнычете: Фрона то, да Фрона се!</p>
     <p>— Довольно, замолчите!</p>
     <p>— К черту! Если бы я знал столько о золоте, сколько вы об ухаживании…</p>
     <p>Корлисс бросился на него, но Дэл отскочил в сторону и выставил кулаки. Потом он нырнул вправо, затем влево и побежал вниз по тропинке на дорогу, где ему легче было защищаться.</p>
     <p>— Подождите! — закричал он, когда Корлисс хотел броситься за ним. — Одну секунду. Если я вас побью, вы подниметесь со мной на холм?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— А если нет, то вы можете уволить меня. Это будет честно. Начнем.</p>
     <p>У Вэнса не было никакого желания драться, и Дэл это хорошо знал. Он разыгрывал Корлисса, притворяясь, что атакует его, или отступал, дразня и стараясь вывести из себя. Как вскоре показалось Вэнсу, Дэл плохо рассчитывал свои движения. Однако неожиданно он обнаружил себя лежащим на снегу. Сознание понемногу возвращалось к нему.</p>
     <p>— Как вы это сделали? — запинаясь, произнес он, глядя на старателя, который держал его голову на своих коленях и натирал ему лоб снегом.</p>
     <p>— Ничего, ничего, — засмеялся Дэл, помогая ему встать на ноги. — Из вас выйдет толк. Когда-нибудь я вам скажу. Вам еще надо поучиться многому такому, чего вы не найдете в книгах. Только не теперь. Мы еще должны сначала устроиться на ночь, а потом поднимемся на холм.</p>
     <p>— Хи-хи! — фыркнул он немного позже, когда они приспособили трубку к юконской печке. — Вы близоруки и медлительны. Не хотели идти со мной? Когда-нибудь я научу вас… Уж будьте спокойны. Когда-нибудь я научу вас!..</p>
     <p>— Возьмите топор и идемте! — приказал он, когда ночлег был устроен.</p>
     <p>Они пошли по дороге в Эльдорадо, заняли в какой-то хижине кирку, лопату и таз, затем направились по уступам к устью Французского Ручья. Вэнс, несмотря на плохое настроение, посмеивался над собой и радовался приключению. Он преувеличивал покорность, с которой следовал за своим победителем. И необыкновенное послушание, которое он проявлял по отношению к своему служащему, заставляло последнего улыбаться.</p>
     <p>— Из вас выйдет толк! В вас что-то есть! — Дэл бросил инструменты и внимательно осмотрел занесенный снегом ручей. — Возьмите топор, взберитесь на холм и добудьте мне хороших сухих дров.</p>
     <p>Когда Корлисс принес последнюю вязанку дров, Дэл уже очистил от снега и мха две полоски земли, которые пересекались в виде креста.</p>
     <p>— Надо копать в этих двух направлениях, — пояснил Дэл. — Может быть, я найду жилу где-нибудь поблизости, но если у меня есть хоть какой-нибудь нюх, то она должна быть как раз здесь. Возможно, что в русле реки она богаче. Но там она находится глубже под землей и там гораздо больше работы. Во всяком случае, она начинается на берегу, и до нее тут не больше двух-трех футов. Только бы напасть на след, а там мы уж будем знать, что делать!</p>
     <p>Продолжая болтать, он раскладывал костры на всем протяжении обнаженной земли.</p>
     <p>— Слушайте, Корлисс, я хочу, чтобы вы знали, что это еще не поиски жилы. Это просто предварительная работа, а поиски жилы, — он выпрямился, и голос его исполнился благоговения, — это великая наука и сложнейшее искусство. Тут все должно быть точно, волосок к волоску. Глаз должен быть зорким и рука твердой. Когда вы два раза в день добела накалите таз и из целой лопаты песку намываете капельку золота, то это промывка, вот что это такое. Я вам прямо скажу: я лучше неделю не буду есть, чем перестану искать золото.</p>
     <p>— И все-таки вы ни на что не променяете хорошую драку.</p>
     <p>Бишоп задумался. Он размышлял, может ли хорошая драка сравниться с тем ощущением, которое испытываешь, держа в руке маленький кусочек золота.</p>
     <p>— Нет, нет. Я предпочел бы искать золото. Это как дурман, Корлисс. Если вы хоть раз узнали, что это такое, вы пропали. Вы уж никогда не сможете от этого избавиться. Посмотрите на меня! Вот говорят о несбыточных мечтах. Но они ничего не стоят по сравнению с этим наваждением.</p>
     <p>Он подошел к одному из костров и отодвинул горящие головни. Потом взял кирку и вогнал ее в землю. Раздался металлический звук, точно кирка ударилась о твердый цемент.</p>
     <p>— Растаяло на два дюйма, — сказал Дэл, запуская пальцы в мокрую грязь. Стебли прошлогодней травы сгорели, и ему удалось вытащить горсть корней.</p>
     <p>— Ах, черт!</p>
     <p>— Что случилось? — спросил Корлисс.</p>
     <p>— Ах, черт! — бесстрастно повторил тот, бросая покрытые грязью корешки в таз.</p>
     <p>Корлисс подошел к нему и наклонился, чтобы внимательно рассмотреть их.</p>
     <p>— Подождите! — крикнул он, захватив два или три кусочка грязи и растирая их между пальцами. Показалось что-то желтое.</p>
     <p>— Ах, черт! — в третий раз прошептал Дэл. — Первая ласточка. Жила начинается у корней травы и идет вниз.</p>
     <p>Склонив голову набок, закрыв глаза и раздув ноздри, он внезапно встал на ноги и понюхал воздух.</p>
     <p>Корлисс удивленно посмотрел на него.</p>
     <p>— Ух! — глубоко вздохнул старатель. — Слышите, как пахнет апельсинами?</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVI</p>
     </title>
     <p>Поход на Французский Холм состоялся в начале рождества. Корлисс и Бишоп не торопились сделать заявку и решили прежде как следует изучить золотоносный участок. Пока они посвятили в свой секрет только нескольких друзей: Харни, Уэлза, Трезвея, одного голландского <emphasis>чечако, у</emphasis> которого были отморожены обе ноги, двух человек из горной полиции, одного старого приятеля, с которым Дэл искал золото в Черных Холмах, прачку из Форкса и наконец Люсиль. Корлисс взял на себя ответственность за привлечение ее к делу и сам отметил ее участок; полковнику осталось только передать ей приглашение прийти и разбогатеть.</p>
     <p>Согласно обычаям страны, участники, привлеченные таким путем, отдавали половину прибыли изыскателям. Но Корлисс на это не согласился. Дэл был того же мнения, хотя руководствовался отнюдь не этическими соображениями. С него и так было довольно.</p>
     <p>— У меня есть чем заплатить за мою фруктовую ферму, и даже вдвое больше, чем я рассчитывал, — объяснил он. — Если у меня будет еще больше, то я не буду знать, что делать с деньгами.</p>
     <p>После того как они напали на жилу, Корлисс решил подыскать себе другого работника. Но, когда он привел в лагерь некоего разбитного калифорнийца, Дэл возмутился.</p>
     <p>— Ни за что на свете! — заявил он.</p>
     <p>— Но ведь вы теперь богаты, — сказал Вэнс. — Вам не к чему работать.</p>
     <p>— Богат, черт возьми, — ответил Бишоп, — но по контракту вы не можете рассчитать меня, и я буду работать, пока хватит сил. Поняли?</p>
     <p>В пятницу рано утром все заинтересованные лица явились к приисковому комиссару, чтобы утвердиться в правах. После этого новость моментально распространилась по городу. Через пять минут несколько человек уже отправились в путь, а еще через полчаса весь город был на ногах. Чтобы избежать путаницы в установке заявочных столбов, Вэнс и Дэл, зарегистрировав участки, немедленно поехали туда же. Имея документы, скрепленные государственной печатью, они не торопились, пропуская мимо себя поток золотоискателей. На полпути Дэл случайно оглянулся и увидел Сент-Винсента. Журналист быстро шагал, неся на спине необходимое снаряжение. В этом месте тропинка делала крутой поворот, и, кроме них троих, никого не было видно.</p>
     <p>— Не говорите со мной. Делайте вид, что не знаете меня, — пробормотал Дэл, закрывая лицо носовым платком. — Вон там яма с питьевой водой, лягте на живот и притворитесь, будто пьете. А потом идите на участок один. У меня есть кое-какое дельце, с которым я должен покончить. Заклинаю вас памятью вашей матери, не говорите ни со мной, ни с этим негодяем и не показывайте ему вашего лица.</p>
     <p>Корлисс удивленно пожал плечами, но послушался, отошел в сторону, лег на снег и стал черпать воду банкой из-под сгущенного молока. Бишоп опустился на одно колено и сделал вид, будто завязывает мокасины. Когда Сент-Винсент подошел к нему, он как раз кончил завязывать узел и бросился вперед с видом человека, который спешит наверстать потерянное время.</p>
     <p>— Подождите! — закричал ему журналист.</p>
     <p>Бишоп бросил на него быстрый взгляд, но не остановился.</p>
     <p>Сент-Винсент, пустившись бежать, наконец поравнялся с ним.</p>
     <p>— Эта дорога…</p>
     <p>— На Французский Холм, — коротко ответил Дэл. — Я иду туда. Будьте здоровы.</p>
     <p>Он устремился вперед, и журналист последовал за ним почти бегом, очевидно, желая идти вместе с ним. Корлисс, все еще лежавший в стороне, поднял голову и увидел их удалявшиеся фигуры. Когда же он заметил, что Дэл свернул направо, к Адамову Ручью, он вдруг все понял и рассмеялся.</p>
     <p>Поздно ночью Дэл вернулся в лагерь Эльдорадо совершенно разбитый, но довольный.</p>
     <p>— Я ничего ему не сделал! — крикнул он, не успев еще войти в палатку. — Дайте мне чего-нибудь поесть! (Схватив чайник, он стал лить себе в горло горячую жидкость.) Жир, остатки масла, старые мокасины, свечные огарки, все что угодно!</p>
     <p>Затем он повалился на койку и стал растирать себе ноги, пока Корлисс поджаривал копченую грудинку и бобы.</p>
     <p>— Вас интересует, что с ним? — бормотал Дэл с полным ртом. — Можете держать пари на вашу заявку, что он не дошел до Французского Холма. <emphasis>«Скажите, далеко ли туда?»</emphasis> — сказал Дэл (прекрасно имитируя покровительственный тон Сент-Винсента). — <emphasis>«Далеко ли еще?»</emphasis> (Уже совсем не покровительственно.) <emphasis>«Далеко ли до Французского Холма?»</emphasis> (Слабым голосом.) <emphasis>«Далеко ли, как вы думаете?»</emphasis> (Дрожащим от слез голосом.) <emphasis>«Как далеко?</emphasis>..»</p>
     <p>Бишоп громко расхохотался и при этом захлебнулся чаем. Он стал откашливаться и на минуту замолчал.</p>
     <p>— Где я его оставил? — проговорил он, придя в себя. — На спуске к Индейской Реке, задыхающегося, разбитого, изможденного. У него, вероятно, только и хватило сил, что доползти до ближайшего лагеря, ни капельки больше. Я сам прошел ровно пятьдесят миль и адски хочу спать. Спокойной ночи. Не будите меня утром.</p>
     <p>Он завернулся в одеяло и, засыпая, все еще бормотал: <emphasis>«Как далеко туда?», «Как далеко, я вас спрашиваю?»</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <p>Корлисс был очень раздосадован поведением Люсиль.</p>
     <p>— Признаюсь, я не понимаю ее, — говорил он Трезвею. — Я думал, что эта заявка даст ей возможность разделаться с баром.</p>
     <p>— Нельзя же вылезти из этого болота за один день, — отвечал полковник.</p>
     <p>— Да, но с такими перспективами, как у нее, она уже может начать выкарабкиваться. Я принял это во внимание и предложил ей беспроцентный заем в несколько тысяч, но она не захотела. Сказала, что не нуждается. Правда, она была очень признательна, поблагодарила меня и просила заходить к ней, когда мне вздумается.</p>
     <p>Трезвей улыбался и играл часовой цепочкой.</p>
     <p>— Что вы хотите? Даже здесь мы с вами требуем от жизни не только еду, теплое одеяло и юконскую печку. А Люсиль — такое же общественное животное, как и мы, и даже больше. Ну, представьте, покинет она бар. Что же дальше? Будет ли она принята там, наверху, в обществе офицерских жен, сможет ли наносить визиты миссис Шовилл и дружить с Фроной?.. А вы согласитесь пройти с ней днем по людной улице?</p>
     <p>— А вы? — спросил Вэнс.</p>
     <p>— Разумеется, с удовольствием, — ответил полковник, не колеблясь.</p>
     <p>— И я тоже, но… — Вэнс запнулся и грустно посмотрел в огонь. — Но вы забываете о ее отношениях с Сент-Винсентом. Они закадычные друзья и повсюду бывают вместе.</p>
     <p>— Да, это меня поражает, — согласился Трезвей. — Я понимаю Сент-Винсента. Он ничего не хочет упустить. Не забывайте, что. у Люсиль заявка на Французском Холме. А что до Фроны, то я могу точно указать день, когда она согласится выйти за него замуж, если только она вообще когда-нибудь это сделает.</p>
     <p>— Когда же это произойдет?</p>
     <p>— В тот день, когда Сент-Винсент порвет с Люсиль.</p>
     <p>Корлисс задумался, а полковник продолжал:</p>
     <p>— Но я не понимаю Люсиль. Что она находит в Сент-Винсенте?</p>
     <p>— У нее вкус не хуже, чем… чем… у других женщин. Я уверен, что… — поспешно сказал Вэнс.</p>
     <p>— Вы, по-видимому, не допускаете, что у Фроны может быть дурной вкус?</p>
     <p>Корлисс повернулся на каблуках и вышел. Полковник Трезвей мрачно улыбнулся.</p>
     <p>Вэнс Корлисс и не подозревал, сколько людей на рождественской неделе были прямо или косвенно заинтересованы в его судьбе. Особенно старались два человека — один за него, другой за Фрону. Пит Уипл, старожил, владевший заявкой как раз у подножия Французского Холма, был женат на туземной женщине, и притом не слишком красивой. Мать ее была индианкой и вышла замуж за русского торговца мехами тридцать лет тому назад в Кутлике на Большой Дельте. Как-то в воскресенье утром Бишоп зашел к Уиплу поболтать с ним часок, но застал только его жену. Она говорила на ломаном английском языке, от которого положительно вяли уши. Бишоп решил выкурить трубку и удалиться. Но язык у нее развязался, и она начала рассказывать такое, что он забыл о своем намерении уйти. Он курил трубку за трубкой и, когда она замолкала, просил ее продолжать. Он ворчал, хохотал и ругался, прерывая ее рассказ бесчисленными «ах, черт», что в зависимости от тона выражало испытываемые им чувства.</p>
     <p>Посреди разговора женщина достала из ветхого сундука старую, засаленную книгу в кожаном переплете и положила на стол перед собой. Хотя книга оставалась закрытой, она все время ссылалась на нее взглядами и жестами, и каждый раз, как она это делала, в глазах Бишопа вспыхивал жадный огонек. В конце концов рассказ был не только закончен, но и повторен от двух до шести раз, и лишь тогда Дэл открыл свой мешок. Миссис Уипл поставила на стол весы для золота, положила на них гири, а Дэл уравновесил их золотым песком на сто долларов. Затем он поднялся к себе на холм, крепко прижимая к груди покупку, вошел в палатку и подошел к Корлиссу, который чинил мокасины, сидя на одеяле.</p>
     <p>— Теперь я его поймал! — небрежно проговорил Дэл и, погладив книгу, бросил ее на кровать.</p>
     <p>Корлисс вопросительно посмотрел на него и открыл книгу. Она была на русском языке, страницы ее от времени пожелтели, а кое-где даже истлели.</p>
     <p>— А я и не знал, что вы изучаете русский язык, Дэл, — пошутил Корлисс. — Я не могу прочесть тут ни строчки.</p>
     <p>— Я, к сожалению, тоже, да и жена Уипла умеет лишь еле-еле говорить на непонятном жаргоне. Я достал эту книгу у нее. Но ее отец, вы помните, он был русский, читал ей книгу вслух. И она знает то, что знал ее отец и что теперь знаю я.</p>
     <p>— И что ж вы все трое знаете?</p>
     <p>— Вот в этом-то и вся штука, — ухмыльнулся Бишоп. — Вы себе сидите спокойно и ждите. Там видно будет!</p>
     <p>Мэт Маккарти пришел по льду в начале рождественской недели и, разузнав все, что касалось Фроны и Сент-Винсента, остался очень недоволен. Дэйв Харни не только снабдил его подробной информацией, но прибавил еще то, что узнал от Люсиль, с которой был в хороших отношениях. После этого Мэт немедленно соглашался со всеми, кто скверно отзывался о журналисте. Никто не мог сказать, в чем тут дело, но мужчины не очень-то любили Сент-Винсента. Возможно, это объяснялось его слишком большим успехом у женщин, которые в его присутствии не обращали на других никакого внимания. Это было единственное резонное объяснение, так как в общем он держался с мужчинами прекрасно. В нем не чувствовалось никакого желания выказать свое превосходство, и со всеми он был на равной ноге.</p>
     <p>Выслушав Люсиль и Харни, Мэт Маккарти воздержался от выводов. Он лишь захотел понаблюдать часок за Сент-Винсентом в доме Джекоба Уэлза. Мэт решил это сделать, несмотря на то, что слова Люсиль расходились с тем, что он знал о ее близости с этим человеком. Преданный друг и горячая голова, Мэт не привык тратить время попусту.</p>
     <p>— Я сам займусь этим делом, как подобает представителю благородной династии Эльдорадо, — заявил он и пошел на холм к Дэйву Харни сыграть партию в вист. Про себя же он добавил: «Если сатана не желает присматривать за своим отродьем, то этого щелкопера я возьму на себя».</p>
     <p>Однако в течение вечера он несколько раз изменял свои планы. Несмотря на хитрость, прикрытую личиной простака, Мэт временами чувствовал, что у него ускользает почва из-под ног. Сент-Винсент вел себя прекрасно. Он казался простым, веселым, искренним парнем. Он любил посмеяться и добродушно переносил насмешки других, был вполне демократичен, и Мэт Маккарти не мог уловить ни одной фальшивой нотки в его поведении.</p>
     <p>«Ах, пес тебя заешь! — думал Мэт, рассматривая свои карты, среди которых было много козырей. — Неужели годы дают себя знать и моя кровь уже не греет меня? Он кажется славным парнем. Почему же я должен плохо относиться к нему, если он нравится женщинам, если эти создания рады видеть его? Смелость и красивые глаза — вот что привлекает их в мужчинах больше всего. Дамы дрожат и взвизгивают, слушая рассказы о войне, и в кого же они влюбляются с первого взгляда, как не в мясника и солдата? Этот парень совершил много отчаянных поступков, и поэтому женщины так мило улыбаются ему. Но это еще ничего не значит. Для меня он прежде всего отродье сатаны. Ты старый хрыч, Мэт Маккарти! Твое лето больше уж не вернется. Ты скоро совсем окостенеешь! Но подожди немного, Мэт, подожди, — добавил он, — пока ты не почуешь вкус его мяса».</p>
     <empty-line/>
     <p>Случай представился скоро, когда Сент-Винсент и сидящая против него Фрона взяли все тринадцать взяток.</p>
     <p>— Ах, грабитель! — закричал Мэт. — Винсент, мой мальчик! Вашу руку, дорогой мой!</p>
     <p>Это было крепкое пожатие, но Мэт не почувствовал в нем сердечности и с сомнением покачал головой.</p>
     <p>— Чего тут думать, — бормотал он, тасуя карты. — Ты старый дурак! Сначала узнай, как обстоит дело с Фроной. И если она влюблена, то действуй!</p>
     <p>— О, Маккарти всегда такой, — уверял Дэйв Харни, приходя на помощь Сент-Винсенту, который был не в восторге от грубых острот ирландца.</p>
     <p>Было уже поздно, и все надевали шубы и рукавицы.</p>
     <p>— Не говорил ли он вам, как он раз посетил собор, когда был в Штатах? Дело было так. Он сам рассказывал мне. Он вошел в собор во время службы, застал священников и певчих в полном облачении — в <emphasis>кухлянках,</emphasis> как он выразился, — и смотрел, как они кадят. И знаете, Дэйв, говорил он мне, они напустили дыма, черт его знает сколько, а там не было ни одного самого паршивенького москита.</p>
     <p>— Верно. Так оно и было, — без тени смущения подтвердил Мэт. — А вот вам никто не рассказывал, как мы с Дэйвом опьянели от сгущенного молока?</p>
     <p>— Боже, какой ужас! — воскликнула миссис Шовилл. — Расскажите.</p>
     <p>— Это было во время свечного голода, на Сороковой Миле. В страшный мороз Дэйв прибежал ко мне убить время. При виде моего сгущенного молока у него разгорелись глаза. «Что вы скажете насчет глотка хорошей водки, той, что продает Моран?» — сказал он, рассматривая ящик с молоком. Должен сознаться, что при одной мысли о водке у меня потекли слюнки. «Что тут говорить, — отвечаю я, — когда мой мешок пуст». «Свечи стоят двенадцать долларов дюжина, — говорит он, — по доллару за штуку. Даете шесть банок молока за бутылку горяченькой?» «А как вы это устроите?» — спрашиваю я. «Будьте спокойны, — говорит он. — Давайте банки. На дворе холодно, и у меня есть несколько форм для свечей».</p>
     <p>То, что я вам рассказываю, — святая истина. И если вы встретите Билла Морана, то он вам подтвердит мои слова. Что же делает Дэйв Харни? Он берет мои шесть банок, замораживает их в своих формах для свечей и продает Биллу Морану за бутылку виски.</p>
     <p>Когда смех немного затих, раздался голос Харни:</p>
     <p>— Все, что рассказывает Маккарти, верно. Но это только половина. Угадайте, Мэт, чем это кончилось?</p>
     <p>Мэт покачал головой.</p>
     <p>— Так как у меня не было ни молока, ни сахара, то в три банки я подлил воды и сделал свечи, а потом целый месяц пил кофе с молоком.</p>
     <p>— На сей раз я вас прощаю, Дэйв, — сказал Маккарти, — и только потому, что я у вас в гостях и не хочу шокировать дам. Идите провожайте гостей, нам надо уходить.</p>
     <p>— Нет, нет, дамский угодник, — сказал он, заметив, что Сент-Винсент подбирается к Фроне. — Сегодня она пойдет со своим приемным отцом.</p>
     <p>Маккарти тихо рассмеялся и предложил Фроне руку. А Сент-Винсент под общий смех присоединился к миссис Мортимер и барону Курбертену.</p>
     <p>— Что это я слышал относительно вас и Винсента? — прямо начал Мэт, как только они остались вместе.</p>
     <p>Его сверлящие серые глаза так и впились в лицо Фроны, но она спокойно выдержала его взгляд.</p>
     <p>— Как я могу знать, что вы слышали? — отпарировала она.</p>
     <p>— Когда речь идет о мужчине и женщине, и когда женщина красива, а мужчина тоже не урод, и оба они не женаты, то может быть только один разговор.</p>
     <p>— А именно?</p>
     <p>— Разговор о самом важном, что может быть в жизни.</p>
     <p>— Так о чем же? — Фрона немного злилась и не хотела пойти ему навстречу.</p>
     <p>— О браке, разумеется, — выпалил Мэт. — Говорят, что у вас к этому идет дело.</p>
     <p>— А о том, что к этому придет, ничего не говорят?</p>
     <p>— Разве на это похоже?</p>
     <p>— Отнюдь нет! И вы достаточно пожили на свете, чтобы это знать. Мистер Сент-Винсент и я — большие друзья, вот и все. А если бы даже было так, как вы говорите? Ну и что тогда?</p>
     <p>— Ладно, — осторожно сказал Мэт. — Говорят, что Винсент путается с одной городской девкой. Ее зовут Люсиль.</p>
     <p>— Что же это доказывает?</p>
     <p>Она ждала, а Маккарти наблюдал за ней.</p>
     <p>— Я знаю Люсиль, и она нравится мне, — продолжала Фрона, с вызывающим видом прерывая молчание. — Ведь вы тоже ее знаете. Разве она вам не нравится?</p>
     <p>Мэт хотел заговорить, откашлялся, но остановился. Наконец он выпалил в совершенном отчаянии.</p>
     <p>— Знаете, Фрона, я готов вас выпороть.</p>
     <p>Она рассмеялась.</p>
     <p>— Не посмеете. Я больше не девчонка и не бегаю босиком по Дайе.</p>
     <p>— Не дразните меня, — пригрозил он ей.</p>
     <p>— И не думаю. Так вам не нравится Люсиль?</p>
     <p>— А вам-то что? — спросил он вызывающим тоном.</p>
     <p>— Я тоже спрашиваю: «Вам-то что?»</p>
     <p>— Ну, ладно. Тогда я вам скажу напрямик. Я старик и гожусь вам в отцы. Со стороны порядочного мужчины неприлично, дьявольски неприлично водить знакомство с молодой девушкой, когда он…</p>
     <p>— Спасибо, — засмеялась она, делая реверанс. Потом прибавила с горечью: — Были и другие…</p>
     <p>— Кто именно? — быстро спросил он.</p>
     <p>— Ничего, ничего. Продолжайте. Итак, вы сказали…</p>
     <p>— Что очень стыдно мужчине бывать у вас и в то же время путаться с такой женщиной, как она.</p>
     <p>— Но почему же?</p>
     <p>— Якшаться с подонками, а потом приходить к чистой девушке! И вы еще спрашиваете, почему?</p>
     <p>— Но подождите, Мэт, подождите, минутку. Допуская ваше предположение…</p>
     <p>— Я и понятия не имею о предположениях, — проворчал он. — Факты налицо.</p>
     <p>Фрона закусила губу.</p>
     <p>— Все равно. Пусть будет по-вашему, но я тоже располагаю фактами. Когда вы в последний раз видели Люсиль?</p>
     <p>— А почему вас это интересует? — подозрительно спросил он.</p>
     <p>— Неважно, почему. Выкладывайте факты.</p>
     <p>— Пожалуйста. Вчера вечером, если вам так хочется знать.</p>
     <p>— И вы танцевали с ней?</p>
     <p>— Виргинский рил<a l:href="#n_135" type="note">[135]</a> и парочку кадрилей. Я только эти танцы и люблю.</p>
     <p>Фрона шла, делая вид, что сердится. Оба не говорили ни слова. Слышен был только скрип снега под их мокасинами.</p>
     <p>— Ну, так в чем же дело? — спросил он беспокойно.</p>
     <p>— О, ни в чем, — ответила она. — Я просто думаю, кто из нас хуже — мистер Сент-Винсент, вы или я, с которой вы оба дружите.</p>
     <p>Мэт не был искушен в светских премудростях. И хотя он чувствовал что-то не то в поведении Фроны, он не мог выразить это словами и потому попытался незаметно увильнуть от опасной темы.</p>
     <p>— Вы сердитесь на старого Мэта, а он только и думает о вашем благе и делает из-за вас тысячу глупостей, — заискивающе сказал он.</p>
     <p>— Я вовсе на сержусь.</p>
     <p>— Нет, сердитесь.</p>
     <p>— Так вот же вам! — Она быстро наклонилась и поцеловала его. — Как я могу сердиться на вас, когда я помню Дайю!</p>
     <p>— Ах, Фрона, дорогая, как хорошо, что вы это говорите. Лучше топчите ногами, только не смейтесь надо мной. Я готов умереть за вас или быть повешенным, только бы вы были счастливы. Я способен убить человека, который причинит вам хоть малейшее огорчение. Я готов пойти за вас в ад с улыбкой на лице и с радостью в сердце.</p>
     <p>Они остановились у дверей ее дома, и она благодарно пожала ему руку.</p>
     <p>— Я не сержусь, Мэт. За исключением моего отца, вы единственный человек, которому я позволяю говорить со мной в таком тоне. И хотя я люблю вас теперь больше, чем когда-либо, я все же очень рассержусь, если вы еще упомянете об этом. Вы не имеете на это права. Это касается меня одной, и вы поступили нехорошо.</p>
     <p>— Что предупредил вас об опасности?</p>
     <p>— Да, если хотите.</p>
     <p>Он глубоко вздохнул.</p>
     <p>— Что вы хотите сказать? — спросила она.</p>
     <p>— Что вы можете заткнуть мне рот, но не можете связать мне руки.</p>
     <p>— Но, Мэт, дорогой мой, вы не должны!</p>
     <p>Он пробормотал что-то невнятное.</p>
     <p>— Вы должны обещать мне, что не будете ни словом, ни делом вмешиваться в мою жизнь.</p>
     <p>— Не обещаю.</p>
     <p>— Но вы должны.</p>
     <p>— Нет. И, кроме того, становится холодно, и вы отморозите себе ваши маленькие розовые пальчики, помните, я вынимал из них занозы, когда вы жили у Дайи? Ну, марш домой. Фрона, девочка моя, спокойной ночи.</p>
     <p>Мэт довел ее до порога и ушел. Дойдя до угла, он внезапно остановился и уставился на свою тень на снегу.</p>
     <p>— Мэт Маккарти, ты дурак, каких свет не рожал! Слыханное ли это дело, чтобы кто-нибудь из Уэлзов не знал, что ему нужно? Разве ты не знаешь эту породу упрямцев? Эх ты, несчастный нытик!</p>
     <p>И он двинулся дальше, продолжая ворчать себе под нос. Каждый раз, как его воркотня доносилась до волкодава, бежавшего за ним по пятам, собака настораживалась и показывала клыки.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVII</p>
     </title>
     <p>— Устала?</p>
     <p>Джекоб Уэлз положил руки Фроне на плечи, и в глазах его отразилась вся любовь, которую не умел передать его скупой язык. Елка и шумное веселье, связанное с ней, были окончены. Приглашенные на праздник ребятишки вернулись домой, замерзшие и счастливые, последний гость ушел, и на смену сочельнику приходил первый день рождества.</p>
     <p>Фрона радостно посмотрела на отца, и они уселись в широкие удобные кресла по обеим сторонам камина, где догорали дрова.</p>
     <p>— Что случится через год в этот самый день? — как бы обратился он к пылающему полену; оно ярко вспыхнуло и рассыпалось миллионами искр. Это было похоже на зловещее предзнаменование.</p>
     <p>— Удивительно, — продолжал он, отгоняя от себя мысль о будущем и стараясь не поддаваться дурному настроению. Эти последние месяцы, которые ты провела со мной, кажутся мне сплошным чудом. Ты ведь знаешь, со времени твоего детства мы редко бывали вместе. Когда я думаю об этом серьезно, мне трудно представить, что ты действительно моя дочь, плоть от плоти моей. Пока ты была растрепанной маленькой дикаркой с Дайи, здоровым нормальным зверенышем и только, мне не требовалось большого воображения, чтобы видеть в тебе отпрыск Уэлзов. Но Фрону, женщину, какой ты была сегодня вечером, какой я вижу тебя с минуты твоего приезда, — это трудно… я не могу себе представить… я… — он запнулся и беспомощно развел руками. — Я почти жалею, что дал тебе образование, а не оставил тебя при себе, чтобы ты сопровождала меня в моих путешествиях и приключениях, деля со мной все мои радости и неудачи. Тогда бы, сидя у камина, я узнал в тебе мою дочь. А теперь не узнаю. К тому, что было мне знакомо, прибавилось… не знаю, как это назвать… какая-то утонченность, сложность — это твои любимые выражения, — нечто недоступное мне. Нет. — Движением руки он остановил ее. Она подошла ближе и, опустившись на колени, горячо сжала его руку. — Нет, совсем не так. Я не могу подобрать слова. Не нахожу их. Я не умею высказывать то, что чувствую, но попытаюсь еще раз. Несмотря ни на что, в тебе сохранилась печать нашей породы. Я знал, что ты можешь измениться, и шел на риск, отсылая тебя, но я верил, что в твоих жилах течет кровь Уэлзов. Я боялся и сомневался, пока ты была вдали от меня; ждал, молился без слов и начинал терять надежду. А затем наступил день, великий день! Когда мне сказали, что твоя лодка уже близко, я увидел около себя с одной стороны смерть, а с другой — вечную жизнь… Либо пан, либо пропал. Эти слова звучали в моей голове, доводя меня до безумия. Сохранилась ли в ней порода Уэлзов? Течет ли еще в пей наша кровь? Увижу ли я молодой росток прямым и высоким, полным жизненных сил? Или же он опустился, вялый и безжизненный, погубленный зноем другого мира, непохожего на простой, естественный мирок Дайи?</p>
     <p>Да, то был великий день, и все же что-то похожее на трагедию скрывалось в этом напряженном, томительном ожидании. Ты ведь знаешь, как я прожил эти годы, борясь в одиночестве, а ты, единственный близкий мне человек, была далеко. Если бы этот опыт не удался… Когда твоя лодка вынырнула из-за льдин, я боялся взглянуть на нее. Меня никто еще не называл трусом, но здесь я впервые почувствовал себя малодушным. Да, в ту минуту я охотнее принял бы смерть. В этом было безумие, нелепость. Как мог я знать, радоваться мне или нет, когда твоя лодка виднелась лишь точкой, на реке? Но я все же смотрел, и чудо пришло. Я это понял. Ты правила веслом, ты была дочерью Уэлза. Это может показаться пустяком, но для меня это было очень важно. Такого нельзя было ожидать от обыкновенной женщины, а только от дочери Уэлза. И когда Бишоп соскочил на лед, ты быстро сообразила, что нужно делать: налегла на весло и заставила сивашей подчиниться своей команде. Тогда наступил великий день.</p>
     <p>— Я всегда старалась и помнила, — шепнула Фрона. Она тихо приподнялась, обвила руками шею отца и припала головой к его груди. Он слегка обнял ее одной рукой, а другой стал играть блестящими волнами ее волос.</p>
     <p>— Повторяю, печать породы не стерлась. Но разница все же была и есть. Я проследил ее, изучил, старался ее понять. Я сидел рядом с тобой за столом, гордился гобой, но чувствовал себя подавленным. Когда ты говорила о мелочах, я мог следить за твоей мыслью, но в серьезных вопросах чувствовал свое ничтожество. Я понимал тебя, умел заинтересовать, и вдруг… ты отдалялась и исчезала, и я терял почву. Только дурак не сознает своего невежества; у меня хватило ума увидеть это. Искусство, поэзия, музыка — что я в них смыслю? А для тебя это — главное в жизни и важнее тех мелочей, которые я в состоянии понять. А я-то слепо надеялся, что мы будем так же родственны духом, как и плотью. Это было горько, но я понял и примирился с этим. Но видеть, как моя собственная дочь отдаляется от меня, избегает меня, перерастает меня! Это действует ошеломляюще. Боже! Я слышал, как ты читала твоего Браунинга — нет, нет, молчи, — я наблюдал за игрой твоего лица, за твоим страстным воодушевлением, и в то же время все эти слова казались мне бессмысленными, монотонными, раздражающими. А миссис Шовилл сидела тут же, с выражением идиотского экстаза, понимая не больше меня. Право, мне хотелось ее задушить.</p>
     <p>Ну и что же. Я ночью прокрался к себе с твоим Браунингом и заперся, дрожа точно вор. Слова показались мне бессмысленными. Я колотил себя по голове кулаком, как дикарь, стараясь вбить в нее хоть искру понимания. Моя жизнь — узкая, глубокая колея. Я делал то, что было необходимо, и делал это хорошо; но время ушло, и я уже не могу повернуть обратно. Меня, сильного и властного, смело игравшего судьбой, меня, который в состоянии купить душу и тело тысячи поэтов и художников, поставили в тупик несколько грошовых печатных страниц!</p>
     <p>Он молча погладил ее волосы.</p>
     <p>— Вернемся к сути. Я хотел достигнуть невозможного, бороться с неизбежным. Я отослал тебя, чтобы ты могла научиться тому, чего не хватает мне, мечтая, что наши души останутся близкими. Как будто можно к двойке прибавить двойку и получить в результате тоже двойку. Итак, в конечном итоге порода сохранилась, но ты научилась чужому языку. Когда ты говоришь на нем, я глух. Больнее всего мне сознавать, что этот язык богаче и культурнее моего языка. Не знаю, зачем я все это говорю, зачем сознаюсь в своей слабости…</p>
     <p>— О, отец мой! Самый великий из людей! — Она подняла голову, рассмеялась и откинула назад густые пепельные волосы, падавшие ему на лоб. — Ты сильнее, ты совершил больше, чем все эти художники и поэты.</p>
     <p>Ты так хорошо знаешь изменчивые законы жизни. Разве та же жалоба не вырвалась бы у твоего отца, если бы он сейчас сидел рядом с тобой и видел тебя и твои дела?</p>
     <p>— Да, да. Я сказал, что все понимаю. Не будем говорить об этом… минута слабости. Мой отец был великий человек.</p>
     <p>— Мой тоже.</p>
     <p>— Он боролся до конца своих дней. Он всецело отдался великой борьбе в одиночку.</p>
     <p>— Мой тоже.</p>
     <p>— И умер в борьбе.</p>
     <p>— Это участь моего отца и всех нас, Уэлзов.</p>
     <p>Он шутливо потряс ее за плечи в знак того, что к нему вернулось хорошее настроение.</p>
     <p>— Но я решил разделаться с рудниками, компанией и всем остальным и приняться за изучение Браунинга.</p>
     <p>— Опять борьба. Ты не можешь отречься от самого себя, отец.</p>
     <p>— Почему ты не мальчик? — внезапно спросил он. — Ты была бы чудесным мальчишкой. А теперь, как женщина, созданная для того, чтобы составить счастье какого-нибудь мужчины, ты уйдешь от меня — завтра, через день, через год, — кто знает, когда именно? Ах, теперь я понимаю, к чему клонилась моя мысль. Зная тебя, я считаю это правильным и неизбежным. Но этот человек, Фрона, этот человек?</p>
     <p>— Не надо, — прошептала Фрона. — Расскажи мне о последней битве твоего отца, о великой, одинокой борьбе в Городе Сокровищ. Их было десять против него одного, но он боролся. Расскажи мне.</p>
     <p>— Нет, Фрона. Сознаешь ли ты, что мы первый раз в жизни говорим с тобой серьезно, как отец с дочерью? У тебя не было матери, чтобы руководить тобой; не было отца, так как я понадеялся на кровь Уэлзов и отпустил тебя далеко. Как выяснилось, я не ошибся. Но приходит время, когда совет матери необходим, а ты никогда не знала своей матери.</p>
     <p>Фрона сразу затихла и выжидала дальнейшего, крепко прижавшись к отцу.</p>
     <p>— Этот человек, Сент-Винсент… Как обстоит дело между вами?</p>
     <p>— Я… я… не знаю. Что ты хочешь сказать?</p>
     <p>— Помни, Фрона, ты свободна в своем выборе; последнее слово всегда за тобой. Но все-таки я хотел бы знать. Я, может быть… мог бы посоветовать… Ничего больше…</p>
     <p>Во всем этом было что-то необъяснимо священное. Она не находила слов, и в голове ее носился вихрь бессвязных мыслей. Поймет ли он ее? Ведь между ними была разница, которая могла помешать ему признать мотивы, обязательные для нее. Она всегда ценила его природный здравый ум и любовь к правде. Но согласится ли он с тем, чему она научилась вдали от него? Она мысленно посмотрела на себя со стороны и почувствовала, что любые подозрения излишни.</p>
     <p>— Между нами ничего нет, отец! — решительно сказала она. — Мистер Сент-Винсент ничего не говорил мне, ничего. Мы добрые друзья, мы симпатичны друг другу, мы очень хорошие друзья. Кажется, это все.</p>
     <p>— Но вы нравитесь друг другу, он тебе нравится. Но как? Так ли, как нравится женщине мужчина, с которым она может честно разделить жизнь, отдав ему себя? Чувствуешь ли ты то же, что и Руфь?<a l:href="#n_136" type="note">[136]</a> Сможешь ли ты сказать, когда придет время: «Твой народ будет моим народом, твой бог — моим богом»?</p>
     <p>— Нет. Но я не могу, не смею задать себе этот вопрос, как не могу не говорить и не думать об этом. Это — великое чувство. Никто не знает, как и почему оно приходит. Все это похоже на сверкание белой молнии, и в нем — откровение, озаряющее все на свете. Так я по крайней мере это себе представляю.</p>
     <p>Джекоб Уэлз медленно, словно раздумывая, покачал головой. Он все понимал, но хотел еще раз обдумать и взвесить.</p>
     <p>— Но почему ты спросил о нем, отец? О Сент-Винсенте? У меня есть и другие друзья.</p>
     <p>— Они не вызывают у меня того чувства, что он. Будем откровенны, Фрона, и простим друг другу те огорчения, которые можем невольно причинить. Мое мнение не ценнее всякого другого. Каждому свойственно ошибаться. И я не могу объяснить своего чувства. Вероятно, я испытываю нечто вроде того, что будет с тобой, когда сверкание молнии ослепит твои глаза. Словом, мне не нравится Сент-Винсент.</p>
     <p>— Это мнение почти всех мужчин, — заметила Фрона, испытывая неудержимое желание встать на защиту Сент-Винсента.</p>
     <p>— Такое совладение во взглядах только подтверждает мое мнение, — возразил он мягко. — Но я принимаю во внимание эту чисто мужскую точку зрения. Его популярность среди женщин, вероятно, объясняется тем, что у них свое особое мнение, которое отличается от мужского в такой же степени, в какой женщина отличается от мужчины физически и духовно. Это слишком сложно, и я не умею это объяснить. Я только слушаюсь своего внутреннего голоса и стараюсь быть справедливым.</p>
     <p>— Ты не можешь высказаться более определенно? — спросила она, стараясь понять его. — Объясни мне хоть частицу того, что ты чувствуешь.</p>
     <p>— Я не решаюсь. Интуиция не поддается определению. Впрочем, попытаюсь. Мы, Уэлзы, никогда не имели дела с трусами. Там, где налицо трусость, ничто не устоит. Это равносильно постройке здания на песке или скверной болезни, которая сидит внутри человека, и никто не знает, когда она наконец проявится.</p>
     <p>— Мне кажется, что мистера Сент-Винсента никак нельзя заподозрить в трусости. Я не могу себе этого представить.</p>
     <p>Уэлза огорчило расстроенное лицо дочери.</p>
     <p>— Я не знаю ничего определенного про Сент-Винсента. У меня нет доказательств, что он не то, за что хочет сойти. Но все же я это чувствую, хотя мне, как и всякому человеку, свойственно ошибаться. Я кое-что слышал о грязном скандале в баре. Пойми, Фрона, я не осуждаю драки — мужчины остаются мужчинами, — но, говорят, в эту ночь он вел себя не так, как подобает мужчине.</p>
     <p>— Но, как ты сказал, отец, мужчины остаются мужчинами. Мы хотели бы их видеть другими, и мир от этого стал бы, несомненно, лучше. Но все же нам приходится принимать их такими, каковы они есть. Люсиль…</p>
     <p>— Нет, нет, ты не поняла меня. Я не ее имел в виду, а драку. Он не хотел… Он струсил.</p>
     <p>— Ведь ты сам сказал, что об этом только <emphasis>говорят.</emphasis> Он рассказывал мне об этом происшествии. Вряд ли он решился бы на это, если бы здесь было что-нибудь такое…</p>
     <p>— Я ни в чем не обвиняю его, — поспешно вставил Джекоб Уэлз. — Это только слухи, и предубеждение мужчин против него служит достаточным объяснением этой истории. Все это, во всяком случае, не имеет значения. Мне не следовало говорить об этом, потому что я знавал в свое время прекрасных людей, которые внезапно поддавались страху. А теперь выбросим все это из головы. Я хотел только дать тебе совет и, кажется, сделал промах. Но пойми одно, Фрона, — прибавил он, поворачивая к себе ее лицо. — Прежде всего ты моя дочь и можешь распоряжаться собой как найдешь нужным. Ты вольна хорошо устроить свою жизнь или испортить ее. В своих поступках ты должна быть самостоятельной, и мое влияние тут ничего не может изменить. Иначе ты не была бы моей дочерью. Никто из Уэлзов не подчинялся приказу. Они предпочитали умереть, либо уходили на край света строить новую жизнь.</p>
     <p>Если бы ты считала, что танцевальные вечера — подходящее место для проявления твоих способностей, то я, возможно бы, и огорчился, но на другой же день разрешил тебе посещать их. Было бы неразумно препятствовать тебе, и, кроме того, у нас это не принято. Уэлзы не раз единодушно поддерживали безнадежное дело. Обычаи не для таких, как мы. Они нужны черни, которая без них опустилась бы еще ниже. Слабые должны повиноваться, иначе их раздавят; но это не относится к сильным. Масса — ничто; личность — все; индивидуум всегда управляет массой и диктует ей свои законы. Я плюю на мнение света! Если бы кто-нибудь из Уэлзов произвел на свет незаконного ребенка — что ж, значит, такова его воля. Ты осталась бы дочерью Уэлза, и мы держались бы вместе, перед лицом ада и неба, перед лицом самого бога. В тебе течет моя кровь, Фрона.</p>
     <p>— Ты лучше меня, — прошептала она, целуя его в лоб, и ее ласка показалась ему нежным прикосновением листа, падающего в тихом осеннем воздухе.</p>
     <p>И при догорающем огне он начал рассказывать ей об их предке — отважном Уэлзе, который вел одинокую великую борьбу и умер, сражаясь в Городе Сокровищ.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVIII</p>
     </title>
     <p>«Кукольный дом» имел большой успех. Миссис Шовилл изливала свой восторг в таких неумеренных и неподходящих выражениях, что Джекоб Уэлз, стоявший рядом, уставился сверкающим взглядом на ее полную белую шею, а рука его сделала бессознательное движение; словно сжимая невидимое дыхательное горло. Дэйв Харни много распространялся о совершенстве драмы, хотя выразил сомнение в правильности философии Норы, и клялся всеми пуританскими богами, что Торвальд — самый длинноухий осел обоих полушарий. Миссис Мортимер, противница этой литературной школы,<a l:href="#n_137" type="note">[137]</a> признала, что артисты сгладили недостатки пьесы. Маккарти заявил, что он нисколько не осуждает душечку Нору, но в частной беседе сообщил приисковому комиссару, что какая-нибудь песенка или танец не испортили бы спектакля.</p>
     <p>— Понятно, Нора была права, — убеждал он Харни, идя вместе с ним вслед за Фроной и Сент-Винсентом. — Я бы…</p>
     <p>— Резина…</p>
     <p>— К черту резину! — раздраженно воскликнул Мэт.</p>
     <p>— Как я уже говорил, — невозмутимо продолжал Харни, — резиновая обувь сильно подорожает к весне. Три унции за пару, на этом можно будет хорошо заработать. Если мы теперь наберем их побольше, по унции за пару, то наживемся на каждой сделке вдвое. Чудное дельце, Мэт!</p>
     <p>— Ступайте к черту со своим дельцем! У меня сейчас на уме Нора.</p>
     <p>Они простились с Фроной и Сент-Винсентом и пошли по направлению к бару, пререкаясь под звездным небом.</p>
     <p>Грегори Сент-Винсент громко вздохнул.</p>
     <p>— Наконец-то.</p>
     <p>— Что наконец-то? — равнодушно спросила Фрона.</p>
     <p>— Наконец-то мне представляется случай сказать вам, как вы прекрасно играли. Вы поразительно провели заключительную сцену, так хорошо, что мне казалось, будто вы действительно навсегда уходите из моей жизни.</p>
     <p>— Какое несчастье!</p>
     <p>— Это было ужасно.</p>
     <p>— Неужели?</p>
     <p>— Да. Я все это применил к себе. Вы были не Норой, а Фроной, а я не Торвальдом, а Грегори. Когда вы вошли в пальто и шляпе, с дорожным чемоданом в руке, мне показалось, что я не в силах буду остаться и довести свою роль до конца. А когда дверь за вами захлопнулась и вы ушли, меня спас только занавес. Благодаря ему я пришел в себя, а то я чуть было не кинулся вслед за вами на глазах у всей публики.</p>
     <p>— Странно, что заученная роль может так подействовать на человека, — заметила Фрона.</p>
     <p>— Или, скорее, скорее, человек на роль, — заметал Сент-Винсент.</p>
     <p>Фрона ничего не ответила, и они молча пошли дальше. Она все еще находилась под обаянием вечера, и приподнятое настроение, овладевшее ею на сцене, не покидало ее. Кроме того, она угадывала скрытый смысл слов Сент-Винсента, и ею овладела та робость, которая сковывает женщину перед решительным объяснением с мужчиной.</p>
     <p>Стояла светлая, холодная ночь, не слишком холодная — не более сорока градусов мороза, — и вся окрестность была залита мягким, рассеянным светом, который шел не от звезд и не от луны, а, казалось, откуда-то с противоположной стороны земного шара. С юго-востока до северо-запада край неба был окаймлен бледно-зеленой полосой, — от нее-то и исходило это матовое сияние.</p>
     <p>Внезапно, словно вспыхнул факел, небо перерезала белая полоса света. В одно мгновение ночь преобразилась в феерический день, а затем спустился еще более глубокий мрак. Но на юго-востоке было заметно какое-то бесшумное движение. Мерцающая зеленоватая дымка клубилась и бурлила, то поднимаясь, то опускаясь, и, словно нащупывая что-то, по небу метались огромные призрачные руки. Еще раз гигантский сноп света извилистой огненной линией перерезал небо и, как молния, скрылся за горизонтом. И опять наступила темная ночь. Но вот, становясь все шире и ярче, щедро разбрасывая вокруг себя потоки света, это сияние вспыхнуло вновь над головой и помчалось дальше на край неба, оставив позади себя светящийся мост, и теперь мост удержался!</p>
     <p>Вслед за этим полыханием молчание земли было нарушено протяжным воем десяти тысяч волкодавов, которые излили в нем свой страх и тоску. Фрона вздрогнула, и Сент-Винсент обнял ее за талию. С легким трепетом смутного восторга проснувшаяся в ней женщина почувствовала прикосновение мужчины, но она не противилась. И в то время, как вокруг жалобно выли волкодавы, а северное сияние играло над головой, он заключил ее в свои объятия.</p>
     <p>— Продолжать ли мне мой рассказ? — прошептал он.</p>
     <p>Она положила усталую голову на его плечо, и они вместе залюбовались пылающим сводом, где тускнели и гасли звезды. То ослабевая, то сгущаясь, пульсируя в каком-то бешеном ритме, все краски спектра разлились по небу. Затем небо приняло очертания гигантского свода, где царственный пурпур переходил в зеленые переливы цвета морской волны; огненные нити свивались и переплетались с пылающими волнами, пока нежнейшая кисея, красочная и неповторимая, не упала легкой воздушной вуалью на лицо изумленной ночи.</p>
     <p>Без всякого предупреждения дерзкая черная рука разъединила светящийся мост, и он растаял, покраснев от смущения. Клочья темноты надвинулись со всех сторон. Тут и там массы рассеянных красок и угасающего огня робко прокрадывались к горизонту. А затем величественная ночь снова вернулась в свои владения, и звезды одна за другой высыпали на небе, и волкодавы начали выть снова.</p>
     <p>— Я могу предложить вам так мало, дорогая, — сказал мужчина с едва заметной горечью. — Неверную судьбу бродяги-цыгана.</p>
     <p>А женщина, взяв его руку и прижимая ее к сердцу, повторила то, что до нее сказала когда-то одна великая женщина:</p>
     <p>— «Шалаш и корка хлеба с вами, Ричард».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIX</p>
     </title>
     <p>Хау-Хэ была простой индианкой, многочисленные предки которой питались сырой рыбой и разрывали мясо зубами. Поэтому мораль ее была груба и примитивна. Но долгая жизнь среди белых сроднила ее с их нравами и обычаями, несмотря на то, что в глубине души она все еще продолжала презрительно фыркать на эти обычаи. Прослужив десять лет кухаркой в доме Джекоба Уэлза, она с тех пор всегда занимала здесь ту или иную должность. И когда в одно пасмурное январское утро в ответ на громкий стук она открыла дверь и увидела посетительницу, то даже от ее невозмутимости не осталось и следа. Обыкновенные мужчины или женщины не могли бы так скоро узнать гостью. Но способность Хау-Хэ наблюдать и запоминать мелкие подробности развилась в суровой школе, где смерть подстерегала ротозеев, а жизнь приветствовала бдительных.</p>
     <p>Хау-Хэ смерила взглядом стоявшую перед ней женщину. Сквозь густую вуаль она с трудом различила блеск ее глаз. Расшитая кухлянка с поднятым капюшоном скрывала волосы и очертания ее фигуры. Хау-Хэ в замешательстве продолжала смотреть на гостью. Было что-то знакомое в этом смутном облике. Она еще раз взглянула на голову, закрытую капюшоном, и узнала характерную посадку. Глаза Хау-Хэ затуманились, когда в ее нехитром сознании возникли аккуратно разложенные по полочкам скудные впечатления всей ее жизни. В них не было ни путаницы, ни беспорядка, не было противоречий и постоянного воздействия сложных эмоций, запутанных теорий, ошеломляющих абстракций, — были только простые факты, тщательно классифицированные и систематически подобранные. Из всех тайников прошлого она безошибочно отобрала и сопоставила только то, что помогло ей оценить настоящий момент. Тогда мрак, окружавший женщину, рассеялся, и Хау-Хэ разгадала ее всю до конца, со всеми ее словами, делами, обликом и биографией.</p>
     <p>— Твоя лучше убираться быстро-быстро, — заявила Хау-Хэ.</p>
     <p>— Мисс Уэлз… Мне нужно ее видеть.</p>
     <p>Незнакомка говорила спокойным, решительным тоном, в котором чувствовалась упрямая воля. Но это не подействовало на Хау-Хэ.</p>
     <p>— Твоя лучше уйти, — упрямо повторила она.</p>
     <p>— Вот, передайте это, пожалуйста, Фроне Уэлз и, — она придержала коленом дверь, — оставьте дверь открытой.</p>
     <p>Хау-Хэ нахмурилась, но записку взяла; она не могла сбросить с себя ярмо десятилетнего служения высшей расе.</p>
     <cite>
      <p>«Можно мне вас видеть?</p>
      <text-author>Люсиль.»</text-author>
     </cite>
     <p>Так гласила записка. Фрона выжидающе посмотрела на индианку.</p>
     <p>— Она прет ногой вперед, — объяснила Хау-Хэ, — моя говорит ей убирайся подобру-поздорову. А? Как скажешь? Она нехороший. Она…</p>
     <p>— Нет. — Фрона на минуту задумалась. — Приведи ее сюда.</p>
     <p>— А лучше бы…</p>
     <p>— Ступай!</p>
     <p>Хау-Хэ, ворча, повиновалась, она не могла не повиноваться. Но когда она спускалась по лестнице к входной двери, в ее голове смутно промелькнула мысль о случайности происхождения белой или темной кожи, создающей господ и рабов.</p>
     <p>Одним взглядом Люсиль охватила Фрону, которая стояла на переднем плане и, улыбаясь, протягивала ей руку, изящный туалетный столик, простую, но изысканную обстановку, тысячу мелочей девичьей комнаты; и вся эта дышащая чистотой и свежестью атмосфера заставила ее с болью вспомнить о своей юности. Но это продолжалось недолго. Затем она вновь приняла свой обычный сдержанный вид.</p>
     <p>— Я рада, что вы пришли, — сказала Фрона. — Я очень хотела вас видеть и… но снимите, пожалуйста, эту тяжелую кухлянку. Какая она толстая! И что за чудесный мех! И какая отделка!</p>
     <p>— Это из Сибири. — Люсиль хотелось еще прибавить, что это подарок Сент-Винсента, но вместо этого она заметила: — Там еще не научились работать кое-как.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_024.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Она опустилась в низкую качалку с прирожденной грацией, которая не ускользнула от Фроны, любящей красоту, и, молча, с гордо откинутой головой слушала Фрону, весело наблюдая за ее мучительными попытками поддержать разговор.</p>
     <p>«Зачем она пришла?» — думала Фрона, говоря о мехах, погоде и других безразличных вещах.</p>
     <p>— Если вы ничего не скажете, Люсиль, я начну нервничать, — сказала наконец она в отчаянии. — Что-нибудь случилось?</p>
     <p>Люсиль подошла к зеркалу и извлекла из-под разбросанных безделушек миниатюрный портрет Фроны.</p>
     <p>— Это вы? Сколько вам здесь лет?</p>
     <p>— Шестнадцать.</p>
     <p>— Сильфида, но холодная, северная.</p>
     <p>— У нас кровь поздно согревается, — заметила Фрона, — но…</p>
     <p>— Но от этого она не менее горяча, — засмеялась Люсиль. — А теперь сколько вам лет?</p>
     <p>— Двадцать.</p>
     <p>— Двадцать, — медленно повторила Люсиль. — Двадцать. — Она вернулась на свое место. — Вам двадцать, а мне двадцать четыре.</p>
     <p>— Такая маленькая разница.</p>
     <p>— Но <emphasis>наша</emphasis> кровь рано согревается. — Люсиль бросила это замечание как бы через бездонную пропасть, которую не могли заполнить четыре года.</p>
     <p>Фрона с трудом скрывала свою досаду. Люсиль снова подошла к туалетному столу, посмотрела на миниатюру и вернулась на место.</p>
     <p>— Что вы думаете о любви? — неожиданно спросила она; в ее улыбке было слишком много откровенности.</p>
     <p>— О любви? — смутилась Фрона.</p>
     <p>— Да, о любви. Что вы знаете о ней? Что вы о ней думаете?</p>
     <p>Поток определений, сияющих и красочных, промелькнул в уме Фроны, но она отказалась от них и ответила:</p>
     <p>— Любовь — это самопожертвование.</p>
     <p>— Отлично. Жертва. И что же, она окупается?</p>
     <p>— Да. Окупается. Конечно, окупается. Кто может сомневаться в этом?</p>
     <p>Глаза Люсиль сверкнули насмешкой.</p>
     <p>— Чему вы улыбаетесь? — спросила Фрона.</p>
     <p>— Посмотрите на меня, Фрона! — Люсиль поднялась с пылающим лицом. — Мне двадцать четыре года. Я не пугало и не дура. У меня есть сердце. Во мне течет здоровая, горячая, красная кровь. И я любила. Но я не помню, чтобы это окупалось. Я знаю только, что расплачивалась всегда я.</p>
     <p>— Это и было ваше вознаграждение, — горячо сказала Фрона. — В вашей жертве была ваша награда. Если любовь и обманчива, то вы все-таки любили, вы узнали, что это такое, вы жертвовали собой. Чего еще можно желать?</p>
     <p>— Любовь собаки, — усмехнулась Люсиль.</p>
     <p>— О! Вы несправедливы.</p>
     <p>— Я отдаю вам должное, — решительно ответила Люсиль. — Вы скажете мне, что вы все знаете, что вы смотрели на мир открытыми глазами и, коснувшись губами краев чаши, распознали приятный вкус напитка. Эх, вы! Собачья любовь! Я знаю, Фрона, вы настоящая женщина, с широкими взглядами и совсем не мелочная, но, — она ударила себя тонким пальцем по лбу, — у вас все это здесь. Это одурманивающий напиток, и вы слишком сильно надышались его парами. Осушите чашу до дна, переверните ее, а затем скажите, что этот напиток хорош. Нет, боже сохрани! — страстно воскликнула она. — Существует настоящая любовь. И вы должны найти не подделку, а прекрасное, светлое чувство.</p>
     <p>Фрона поняла эту старую уловку, общую для всех женщин. Ее рука соскользнула с плеча Люсиль и сжала ее руку.</p>
     <p>— То, что вы говорите, неверно, но я не знаю, как вам ответить. Я могу, но не решаюсь, не решаюсь противопоставить мои мысли вашим фактам. Я пережила слишком мало, чтобы спорить с вами, вы так хорошо знаете жизнь.</p>
     <p>— Тот, кто переживает несколько жизней, умирает много раз.</p>
     <p>Люсиль вложила в эти слова всю свою боль, и Фрона, обняв ее, вдруг зарыдала у нее на груди. Легкие складки между бровями Люсиль разгладились, и она тихо и незаметно прикоснулась к волосам Фроны материнским поцелуем. Это продолжалось минуту, потом она снова нахмурила брови, сжала губы и отстранила от себя Фрону.</p>
     <p>— Вы выходите замуж за Грегори Сент-Винсента?</p>
     <p>Фрона была поражена. С ее помолвки, которая держалась в секрете, прошло только две недели, и ни одна душа не знала об этом.</p>
     <p>— Откуда вы знаете?</p>
     <p>— Вы мне ответили. — Люсиль вглядывалась в открытое лицо Фроны, не умевшей быть лживой, и чувствовала себя, как искусный фехтовальщик перед слабым новичком. — Откуда я знаю? — Она неприятно рассмеялась. — Когда человек внезапно покидает объятия женщины с губами, еще влажными от последних поцелуев, и ртом, полным бесстыдной лжи…</p>
     <p>— Дальше…</p>
     <p>— Забывает эти объятия…</p>
     <p>— Так? — Кровь Уэлзов закипела и точно горячими лучами солнца высушила влажные глаза Фроны, которые вдруг засверкали. — Вот для чего вы пришли! Я догадалась бы сразу, если бы обращала внимание на доусонские сплетни.</p>
     <p>— Еще не поздно, — сказала Люсиль с презрительной усмешкой.</p>
     <p>— Я вас слушаю. В чем дело? Вы хотите сообщить мне, что он сделал, и рассказать, чем он был для вас? Уверяю вас, это бесполезно! Он мужчина, а мы с вами женщины.</p>
     <p>— Нет, — солгала Люсиль, скрывая свое удивление. — Я не предполагала, что его поступки могут повлиять на вас. Я знаю, что вы выше этого. Но вы подумали обо мне?</p>
     <p>Фрона перевела дыхание. Потом протянула руки, словно для того, чтобы вырвать Грегори из объятий Люсиль.</p>
     <p>— Вылитый отец! — воскликнула Люсиль. — Ах вы, Уэлзы, Уэлзы! Но он не стоит вас, Фрона Уэлз, — продолжала она. — Мы же подходим друг к другу. Он нехороший человек, в нем нет ни величия, ни доброты. Его любовь нельзя сравнить с вашей. Что здесь скажешь? Чувство любви ему недоступно, мелкие страстишки — вот все, на что он способен. Вам это не нужно. А это все, что он в лучшем случае может вам дать. А вы, что вы можете ему дать? Самое себя? Ненужная щедрость. Но золото вашего отца…</p>
     <p>— Довольно! Я не хочу вас слушать! Это нечестно. — Фрона заставила ее замолчать, а потом вдруг дерзко спросила: — А что может дать ему женщина, Люсиль?</p>
     <p>— Несколько безумных мгновений, — последовал быстрый ответ. — Огненное наслаждение и адские муки раскаяния, которые потом выпадут ему на долю так же, как и мне. Таким образом сохраняется равновесие, и все кончается благополучно.</p>
     <p>— Но… но…</p>
     <p>— В нем живет бес, — продолжала Люсиль, — бес-соблазнитель, который дает мне наслаждение, он действует на мою душу. Не дай вам бог, Фрона, его узнать. В вас нет беса. А его бес под стать моему. Я откровенно признаюсь вам, что нас связывает только взаимная страсть. В нем нет ничего устойчивого, и во мне также. И в этом красота. Вот как сохраняется равновесие.</p>
     <p>Фрона откинулась в кресле и лениво смотрела на свою гостью. Люсиль ждала, чтобы она высказалась. Было очень тихо.</p>
     <p>— Ну? — спросила наконец Люсиль тихим, странным голосом, вставая, чтобы надеть кухлянку.</p>
     <p>— Ничего. Я жду.</p>
     <p>— Я кончила.</p>
     <p>— Тогда позвольте вам сказать, что я не понимаю вас, — холодно произнесла Фрона. — Я не вижу цели вашего прихода. Ваши слова звучат фальшиво. Но я уверена в одном: по какой-то непонятной причине вы сегодня изменили самой себе. Не спрашивайте меня, — я не знаю, в чем именно и почему. Но мое убеждение непоколебимо. Я знаю, что вы не та Люсиль, которую я встретила на лесной дороге по ту сторону реки. То была настоящая Люсиль, хоть я и видела ее мало. Женщина, которая пришла сегодня ко мне, совершенно чужая мне. Я не знаю ее. Моментами мне казалось, что это Люсиль, но это было очень редко… Эта женщина лгала, лгала мне о самой себе. А то, что она сказала о том человеке, — в лучшем случае только ее мнение. Может быть, она оклеветала его. Это весьма вероятно. Что вы скажете?</p>
     <p>— Что вы очень умная девушка, Фрона. Вы угадываете иногда вернее, чем сами предполагаете. Но вы бываете слепы, и вы не поверите, как вы иногда слепы!</p>
     <p>— В вас есть что-то, из-за чего я могла бы вас полюбить, но вы это так далеко запрятали, что мне не найти.</p>
     <p>Губы Люсиль дрогнули, словно она собиралась что-то сказать. Но она только плотнее закуталась в кухлянку и повернулась, чтобы уйти.</p>
     <p>Фрона проводила ее до дверей, и Хау-Хэ долго размышляла о белых, которые создают законы и сами преступают их.</p>
     <p>Когда дверь захлопнулась, Люсиль плюнула на мостовую.</p>
     <p>— Тьфу! Сент-Винсент! Я осквернила свой рот твоим именем! — И она плюнула еще раз.</p>
     <empty-line/>
     <p>— Войдите!</p>
     <p>В ответ на приглашение Мэт Маккарти дернул за шнурок, открыл дверь и осторожно притворил ее за собой.</p>
     <p>— А, это вы! — Сент-Винсент с угрюмой рассеянностью взглянул на гостя, потом овладел собой и протянул ему руку. — Алло, Мэт, старина. Мои мысли были за тысячу миль отсюда, когда вы вошли. Садитесь и будьте как дома. Табак у вас под рукой. Попробуйте его и скажите свое мнение.</p>
     <p>«Понятно, почему его мысли были за тысячу миль отсюда», — подумал Мэт: идя сюда, он встретил женщину, и в темноте ему показалось, что она удивительно похожа на Люсиль. Но вслух он сказал:</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что замечтались? Это не удивительно.</p>
     <p>— Почему? — весело спросил журналист.</p>
     <p>— А потому, что по дороге сюда я встретил Люсиль, и следы от ее мокасинов вели к вашей лачуге. У нее иногда бывает острый язычок.</p>
     <p>— И это хуже всего, — ответил Сент-Винсент совершенно искренне. — Стоит мужчине бросить на женщину благосклонный взгляд, как ей уже хочется претворить эту минуту в вечность.</p>
     <p>— Трудненько разделаться со старой любовью, а?</p>
     <p>— Да уж, можно сказать. И вы поймете меня. Сразу видно, Мэт, что вы были в свое время мастером по этой части.</p>
     <p>— В свое время? Я и теперь еще не так стар.</p>
     <p>— Конечно, конечно. Это видно по вашим глазам. Горячее сердце и острый глаз, Мэт! — Он ударил гостя по плечу и дружелюбно рассмеялся.</p>
     <p>— Да и вы парень не промах, Винсент. Где мне до вас! Вы умеете обхаживать женщин. Это ясно, как апельсин. Много вы роздали поцелуев и много разбили сердец. Но, Винсент, было ли у вас когда-нибудь настоящее?</p>
     <p>— Что вы хотите этим сказать?</p>
     <p>— Настоящее… настоящее… то есть… ну, вы были когда-нибудь отцом?</p>
     <p>Сент-Винсент отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— И я не был. Но вам знакомо отцовское чувство?</p>
     <p>— Не знаю. Не думаю.</p>
     <p>— А мне оно знакомо. И это самое настоящее, могу вас уверить. Если есть на свете мужчина, который когда-либо вынянчил ребенка, так это я, или почти что я. Это была девочка, теперь она выросла, и я люблю ее больше, чем родной отец, если только это возможно. Мне не повезло: кроме нее, я любил только одну женщину, но она слишком рано вышла замуж за другого. Я никому не говорил об этом ни словечка, верьте мне, даже ей самой. Но она умерла, да помилует бог ее душу.</p>
     <p>Он опустил голову на грудь и задумался о белокурой саксонке, которая однажды, словно солнечный луч, нечаянно заглянула в бревенчатый склад на берегу реки Дайи. Вдруг он заметил, что Сент-Винсент уставился глазами в пол, размышляя о чем-то другом.</p>
     <p>— Довольно глупостей, Винсент!</p>
     <p>Журналист с усилием оторвался от своих мыслей и обнаружил, что маленькие голубые глазки ирландца просто впились в него.</p>
     <p>— Вы храбрый человек, Винсент?</p>
     <p>Секунду они как будто старались заглянуть друг другу в душу. И Мэт мог поклясться, что увидел чуть заметный трепет и колебание в глазах собеседника.</p>
     <p>Он торжествующе ударил кулаком по столу.</p>
     <p>— Честное слово, нет!</p>
     <p>Журналист подвинул жестянку с табаком и начал скручивать сигарету. Он тщательно делал это; тонкая рисовая бумага хрустела в его твердых, ни разу не дрогнувших руках, и густой румянец, выступивший над воротом рубашки, постепенно покрыл впадины щек и, бледнея на скулах, залил все его лицо.</p>
     <p>— Это хорошо, потому что избавит мои руки от грязной работы. Винсент, послушайте. Девочка, ставшая взрослой, спит сейчас в Доусоне. Помоги нам бог, но мы с вами никогда уже не коснемся головой подушки такими невинными и чистыми, как она! Винсент, примите это к сведению: руки прочь от нее!</p>
     <p>Бес, о котором говорила Люсиль, насторожился, злобный, раздражительный, безрассудный бес.</p>
     <p>— Вы мне не нравитесь. К этому у меня есть основания. И хватит. Запомните твердо: если у вас хватит безумия жениться на этой девушке, то вы не дождетесь конца этого проклятого дня, вы не увидите брачной постели. Подумайте, мой милый. Я мог бы вас уложить на месте вот этими двумя кулаками. Но я надеюсь, что найду более правильный способ разделаться с вами. Будьте спокойны. Обещаю вам это.</p>
     <p>— Свинья ирландская!</p>
     <p>Бес вырвался наружу совершенно неожиданно, и Мэт увидел перед глазами дуло кольта.</p>
     <p>— Он заряжен? — спросил он. — Я вам верю. Чего же вы медлите? Взведите курок, ну?</p>
     <p>Палец журналиста взвел курок. Раздался предостерегающий треск.</p>
     <p>— Ну, нажимайте! Нажимайте, говорю я вам! Да разве вы способны на это, когда глаза так и бегают у вас?</p>
     <p>Сент-Винсент попытался отвернуться в сторону.</p>
     <p>— Смотрите на меня, вы! — приказал Маккарти. — Не отводите глаз, когда будете стрелять!</p>
     <p>Сент-Винсент неохотно повернул голову и посмотрел на ирландца.</p>
     <p>— Ну?</p>
     <p>Сент-Винсент стиснул зубы и спустил курок. По крайней мере ему показалось это, как часто бывает во сне. Он сделал над собой усилив, отдал себе мысленно приказ, но душевная растерянность помешала ему.</p>
     <p>— Да что он, парализован, что ли, ваш нежный пальчик? — Мэт усмехнулся прямо в лицо измученному противнику. — Теперь отведите его в сторону, так, и опустите его… осторожней… осторожней… осторожней…</p>
     <p>Он постепенно понизил голос до успокоительного шепота.</p>
     <p>Когда курок занял исходное положение, Сент-Винсент уронил револьвер на пол и с едва слышным стоном бессильно опустился на стул. Он попытался выпрямиться, но вместо этого уронил голову на стол и закрыл лицо дрожащими руками. Мэт надел рукавицы, посмотрел на него с сожалением и ушел, тихо прикрыв за собой дверь.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава ХХ</p>
     </title>
     <p>Суровая природа делает и людей суровыми. Приятные стороны жизни проявляются только в теплых странах, где жаркое солнце и тучная земля. Сырой и влажный климат Британии побуждает англичан к пьянству. Благоухающий Восток влечет к сказочным сновидениям. Рослый северянин с белой кожей, грубый и жестокий, ревет от гнева и ударяет врага прямо в лицо тяжелым кулаком. Гибкий южанин с вкрадчивой улыбкой и ленивыми движениями выжидает и действует тайком, укрывшись от посторонних глаз, грациозно и деликатно. У всех них одна цель, разница только в образе действий. И здесь решающим фактором является климат и его влияние. И тот и другой — грешники, как все существа, рожденные женщиной; но один грешит явно, не скрываясь перед богом, а другой, точно бог его не может видеть, обряжает порок в блестящие одежды, пряча его, словно дивную тайну.</p>
     <p>Таковы обычаи людей, зависящие от солнечного света, от порывов ветра, от природы, от семени отца и молока матери. Каждый человек является продуктом воздействия множества сил, которые могущественнее его, и они-то отливают его в заранее предназначенную форму. Но, если у него здоровые ноги, он может убежать и подвергнуться давлению иных сил. Он может бежать дальше и дальше, встречая на своем пути все новые силы. И так, пока он не умрет, и конечный образ его жизни будет зависеть от множества сил, которые он встретил на своем пути. Если подменить двух младенцев в колыбели, то раб будет с царственным величием носить пурпур, а царский сын так же подобострастно просить милостыню и униженно раболепствовать под кнутом, как самый жалкий из его подданных. Какой-нибудь Честерфилд<a l:href="#n_138" type="note">[138]</a> с пустым желудком, случайно напав на хорошую пищу, будет так же жадно объедаться, как свинья в ближайшем хлеву. А Эпикуру<a l:href="#n_139" type="note">[139]</a> в грязной хижине эскимосов пришлось бы либо наслаждаться китовым жиром и ворванью моржа, либо умереть.</p>
     <p>Люди, попав на юный Север, морозный, негостеприимный и полный опасностей, сбрасывали с себя южную лень и боролись, не щадя своих сил. Они соскабливали с себя налет цивилизации: всю ее нелепость, большинство ее недостатков, а возможно, и часть ее добродетелей. Возможно. Но они сохраняли великие традиции и по крайней мере жили честно, искренне смеялись и смело смотрели друг другу в глаза.</p>
     <p>Поэтому женщине, рожденной на юге и изнеженной воспитанием, не следует блуждать по северным странам, если она не сильна духом. Она может быть кроткой, нежной, чувствительной, она может обладать глазами, не утратившими блеска и наивного выражения, и слухом, привыкшим только к сладким звукам. Но, если у нее здоровые и устойчивые воззрения, к тому же достаточно широкие, с ней не случится ничего дурного, и она сможет все понять и простить. Если же нет, — она увидит и услышит многое такое, что оскорбит ее; она будет глубоко страдать и потеряет веру в человека, а это будет для нее самым страшным несчастьем. Такую женщину следует тщательно оберегать, отдавать под опеку ближайшим родственникам мужского пола. Очень разумно было бы поселить ее в хижине на холме, высящемся над Доусоном, или, лучше всего, на западном берегу Юкона, запретить ей выходить без провожатых и защитников. Склон холма за хижиной может служить подходящим местом для прогулок на свежем воздухе, где слух не будет осквернен крепкими словечками мужчин, стремящихся к великим достижениям.</p>
     <empty-line/>
     <p>Вэнс Корлисс вытер последнюю оловянную тарелку, убрал ее на полку и, закурив трубку, развалился на койке. Он принялся рассматривать законопаченные мхом щели на потолке своей хижины. Эта хижина стояла у подножия Французского Холма на берегу ручья Эльдорадо, недалеко от главной проезжей дороги; единственное окно ее приветливо подмигивало ночью запоздалым путникам.</p>
     <p>Дэл Бишоп, открыв дверь пинком ноги, ввалился в хижину с вязанкой дров. Лицо его так заиндевело, что он едва мог говорить. Это обстоятельство было для него всегда крайне тягостным, и он прежде всего подставил свое лицо горячему воздуху, шедшему от плиты. Иней растаял в один миг, и капли бешено запрыгали по раскаленной поверхности плиты. Небольшие льдинки, срываясь с его бороды, шумно ударялись о заслонки, со злобным шипением превращаясь в пар.</p>
     <p>— Вы видите перед собой явление природы, объясняющее три вида материи, — рассмеялся Вэнс, подражая монотонному голосу лектора. — Твердое тело, жидкость и пар. Еще минута — и вы увидите газ.</p>
     <p>— В-в-все это очень хорошо, — бормотал Бишоп, сражаясь с непокорной льдинкой. Наконец ему удалось оторвать ее от верхней губы и бросить на плиту.</p>
     <p>— Сколько, по-вашему, градусов мороза, Дэл? Пятьдесят будет?</p>
     <p>— Пятьдесят? — переспросил старатель с невыразимым презрением и вытер свое лицо. — Ртуть уже несколько часов как замерзла, а с тех пор становится все холоднее и холоднее. Пятьдесят? Я готов поставить свои новые рукавицы против ваших стертых мокасин, что сейчас никак не меньше семидесяти градусов.</p>
     <p>— Вы думаете?</p>
     <p>— Хотите пари?</p>
     <p>Вэнс, смеясь, кивнул головой.</p>
     <p>— По Цельсию или по Фаренгейту? — спросил Бишоп, внезапно насторожившись.</p>
     <p>— О, если вам так нужны мои старые мокасины, — возразил Вэнс, притворяясь, что оскорблен недоверием Дэла, — то забирайте их без всякого пари!</p>
     <p>Дэл фыркнул и бросился на противоположную койку.</p>
     <p>— Вы думаете, это остроумно? — Не получив ответа, он счел свое возражение исчерпывающим, перевернулся на другой бок и начал изучать щели на потолке.</p>
     <p>Этого развлечения хватило на пятнадцать минут.</p>
     <p>— Не сыграть ли нам партию в криб на сон грядущий? — обратился он к другой койке.</p>
     <p>— Идет! — Корлисс встал, потянулся и переставил керосиновую лампу с полки на стол. — Вы думаете, хватит? — спросил он, рассматривая уровень керосина сквозь дешевое стекло.</p>
     <p>Бишоп бросил на стол доску для игры, потом смерил глазами содержимое лампы.</p>
     <p>— Забыл налить керосину. Теперь уже поздно. Завтра налью. На один-то роббер<a l:href="#n_140" type="note">[140]</a> хватит наверняка.</p>
     <p>Корлисс, тасовавший карты, остановился.</p>
     <p>— Через месяц нам предстоит длинный путь, приблизительно в середине марта, как только удастся собраться. Мы поедем вверх по реке Стюарт к Макквестчену; потом по Макквестчену и назад по Мао; потом наперерез к Мэйзи Мэй, заворачивая у ручья Гендерсона.</p>
     <p>— По Индейской Реке?</p>
     <p>— Нет, — ответил Корлисс, сдавая карты. — Ниже. Там, где Стюарт подходит к Юкону. А потом вернемся в Доусон до вскрытия льда.</p>
     <p>Глаза старателя засверкали.</p>
     <p>— Надо торопиться! Вот это поездка! Чувствуете?</p>
     <p>— Я получил извещение от группы Паркера, работающей на Мао, а Макферсон не дремлет на Гендерсоне… Вы его не знаете. Они там сидят тихо, и, конечно, трудно сказать, но…</p>
     <p>Бишоп глубокомысленно кивнул головой, в то время как Корлисс перевернул побитый козырь. Перед старателем мелькнуло ослепительное видение двадцати четырех очков, когда снаружи послышался гул голосов и дверь задрожала от сильного стука.</p>
     <p>— Войдите! — крикнул он. — И нельзя ли потише? Посмотрите, — обратился он к Корлиссу, разглядывая свои карты, — пятнадцать — восемь, пятнадцать — шестнадцать и восемь составляют двадцать четыре. Мне повезло!</p>
     <p>Корлисс быстро вскочил, а Бишоп повернул голову. Две женщины и мужчина неуклюже ввалились в хижину и остановились, на минуту ослепленные светом.</p>
     <p>— Силы небесные! Да это Корнелл! — Старатель потряс мужчине руку и провел его вперед.</p>
     <p>— Вы помните Корнелла, Корлисс? Джек Корнелл. Тридцать седьмая миля на полпути к Эльдорадо.</p>
     <p>— Ну как же не помнить! — сердечно отозвался инженер, пожимая ему руку.</p>
     <p>— Ужасная была ночь прошлой осенью, когда вы приютили нас, ужасная ночь, но зато бифштексы из лося, которыми вы угостили нас за завтраком, были великолепны.</p>
     <p>Джек Корнелл, волосатый человек с мертвенно-бледным лицом, выразительно тряхнул головой и поставил на стол объемистую бутылку. Затем он снова кивнул головой и свирепо посмотрел вокруг. Он заметил плиту, подошел к ней, поднял конфорку и сплюнул комок желтоватой жидкости. Еще шаг — и он вернулся на прежнее место.</p>
     <p>— Понятно, я помню эту ночь, — прогремел он, в то время как льдинки со звоном падали с его волосатых челюстей. — И я чертовски рад вас видеть. Факт! — Он неожиданно опомнился и прибавил довольно робко: — Факт! Мы все чертовски рады вас видеть, правда, девочки? — Он повертел головой и одобряюще кивнул своим спутницам. — Бланш, дорогая, мистер Корлисс. Я рад э… хм… рад… случаю вас… хм… познакомить. Карибу Бланш, сэр, Карибу Бланш.</p>
     <p>— Очень рада. — Карибу Бланш дружески протянула руку Корлиссу и внимательно осмотрела его. Это была нежная блондинка, должно быть, когда-то довольно миловидная. Но теперь черты ее лица огрубели, морщины стали глубже, как на сильно обветренных лицах мужчин.</p>
     <p>Джек Корнелл, восхищенный своей светскостью, прочистил горло и вывел вперед другую женщину.</p>
     <p>— Мистер Корлисс, Дева, будьте знакомы. Хм! — прибавил он, отвечая на вопросительный взгляд Вэнса: — Ну да, Дева. Точно, Дева.</p>
     <p>Женщина улыбнулась и поклонилась, но не подала руки. «Аристократ», — втайне определила она инженера, и ее ограниченный опыт подсказал ей, что среди «аристократов» рукопожатие не принято.</p>
     <p>Корлисс нерешительно повертел рукой, затем поклонился и с любопытством посмотрел на нее. Это была хорошенькая смуглянка с низким лбом, прекрасно сложенная. Несмотря на вульгарность ее типа, Корлисс невольно поддался очарованию ее бьющей через край жизнерадостности, которая как бы сочилась из всех пор ее тела. Каждое движение Девы, быстрое и непринужденное, казалось, было вызвано избытком горячей крови и энергии.</p>
     <p>— Недурной экземплярчик, а? — спросил Джек Корнелл, одобрительно следя за взглядом хозяина дома.</p>
     <p>— Бросьте ваши шутки, Джек, — резко возразила Дева и презрительно скривила губы, чтобы произвести впечатление на Вэнса. — Мне кажется, вам следует позаботиться о бедняжке Бланш.</p>
     <p>— Дело в том, что мы порядочно прозябли, — сказал Джек. — А Бланш провалилась под лед у самой дороги и отморозила себе ноги.</p>
     <p>Бланш улыбнулась, когда Корлисс провел ее к табуретке у плиты, но с ее строгих губ не слетело ни слова, несмотря на боль, которую она испытывала. Он отвернулся, когда Дева начала снимать с нее мокрую обувь. Бишоп сразу же принялся искать чистые носки и мокасины.</p>
     <p>— Она провалилась только до лодыжек, — конфиденциально заявил ему Корнелл, — но этого довольно в такую ночь.</p>
     <p>Корлисс утвердительно кивнул головой.</p>
     <p>— Мы увидели свет у вас в окне, ну и пришли. Вы ничего не имеете против?</p>
     <p>— Конечно, нет!</p>
     <p>— Мы вам помешали?</p>
     <p>Корлисс успокоил его, положив руку ему на плечо и дружелюбно заставив его сесть. Бланш с наслаждением вздохнула. От ее мокрых чулок, повешенных над плитой, уже шел пар, а ноги ее нежились в теплых сивашских носках Бишопа. Вэнс придвинул гостям жестянку с табаком, но Корнелл вытащил из кармана пачку сигар и предложил их всем присутствующим.</p>
     <p>— Исключительно плохая дорога на этом повороте, — заявил он громовым голосом, бросая красноречивые взгляды на бутылку. — Там, где бьют ключи, лед стал непрочным, но этого не замечаешь, пока не угодишь туда ногой. — Он повернулся к женщине у плиты. — Как вы себя чувствуете, Бланш?</p>
     <p>— Шикарно, — ответила она, лениво потягиваясь всем телом и шевеля ступнями. — Хотя мои ноги менее гибки, чем были, когда мы пустились в путь.</p>
     <p>Взглядом попросив разрешения хозяина, Корнелл откупорил бутылку и почти доверху наполнил четыре жестяные кружки и банку из-под варенья.</p>
     <p>— А как насчет грога? — вмешалась Дева. — Или пунша? У вас найдется лимонный сок? — обратилась она к Корлиссу. — Есть? Замечательно! — Она устремила свои черные глаза на Дэла. — Эй вы, кухарь! Доставайте вашу миску и тащите сюда котел для горячей воды. Живей! Все за дело! Джек угощает, но без меня ничего не выйдет! Сахар есть, мистер Корлисс? А мускатный орех? Ну, хоть корица? Ладно! Годится! Живее, кухарь!</p>
     <p>— Ну, разве она не милашка? — шепнул Корнелл Вэнсу, следя осоловевшими глазами, как она размешивала кипящую смесь.</p>
     <p>Но Дева обращала внимание только на инженера.</p>
     <p>— Плюньте на него, сэр, — посоветовала она, — он уже почти готов. Он прикладывался к бутылке на каждой остановке.</p>
     <p>— Но, дорогая… — запротестовал Джек.</p>
     <p>— Я вам не дорогая! — фыркнула она. — Вы мне совсем не нравитесь.</p>
     <p>— Почему?</p>
     <p>— Потому… — Она осторожно разлила пунш по кружкам и задумалась. — Потому что вы жуете табак. Потому что у вас все лицо заросло бородой. Мне нравятся только молодые люди с бритыми лицами.</p>
     <p>— Не придавайте значения ее болтовне, — сказал Корнелл. — Она говорит все это нарочно, чтобы разозлить меня.</p>
     <p>— Ну, теперь займитесь лучше вашим пуншем! — резко приказала она. — Это вернее будет!</p>
     <p>— За — кого мы выпьем? — крикнула Бланш, все еще сидевшая у плиты.</p>
     <p>Все подняли кружки и на мгновение замерли.</p>
     <p>— За здоровье Королевы! — быстро произнесла Дева первый тост.</p>
     <p>— И Билла! — добавил Дэл Бишоп.</p>
     <p>Опять произошла непредвиденная задержка.</p>
     <p>— Какого Билла? — подозрительно спросила Дева.</p>
     <p>— Маккинли.</p>
     <p>Она наградила его улыбкой.</p>
     <p>— Спасибо, кухарь. Вы молодец. Ну, валяйте, джентльмены!</p>
     <p>— Выпьем стоя за здоровье Королевы и Билла Маккинли!</p>
     <p>— До дна! — прогремел Джек Корнелл, и кружки звонко ударились о стол.</p>
     <p>Вэнс Корлисс развеселился и почувствовал, что ему становится интересно. Согласно теории Фроны, подумал он с иронией, это называется изучать жизнь и пополнять запас своих знаний о людях. Это была ее фраза, и он несколько раз мысленно повторил ее. Затем он снова вспомнил о ее помолвке с Сент-Винсентом и привел Деву в восторг, попросив ее спеть что-нибудь. Однако она стеснялась и согласилась лишь после того, как Бишоп исполнил несколько куплетов из «Летучего облака». Ее слабенький голосок охватывал не более чем полторы октавы, ниже этого он подвергался странным изменениям, а выше дрожал и срывался. Все же она пропела «Возьмите прочь ваше золото» с трогательным воодушевлением, вызвавшим жгучие слезы у Корнелла, который жадно слушал ее и, по-видимому, испытывал в эту минуту незнакомое ему чувство тоски.</p>
     <p>Деву наградили шумными аплодисментами, после чего Бишоп провозгласил тост в честь певицы, назвав ее «Царицей волшебных колокольчиков», а Джек Корнелл без устали гремел: «Пьем до дна!»</p>
     <empty-line/>
     <p>Двумя часами позже Фрона Уэлз постучалась в хижину. Это был настойчивый стук, который перекрыл наконец шум, царивший в хижине. Корлисс поспешил к дверям.</p>
     <p>Она радостно вскрикнула при виде его.</p>
     <p>— Ой! Это вы, Вэнс! Я не знала, что вы здесь живете.</p>
     <p>Он пожал ей руку и заслонил дверь своим телом. За его спиной хохотала Дева, и Джек Корнелл ревел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>«Пусть вести об этом летят,</v>
       <v>Прод с Запада едет назад;</v>
       <v>Зажарьте побольше телят,</v>
       <v>Тру-ла-ла, ла-ла, ла-ла!»</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— В чем дело? — спросил Вэнс. — Что-нибудь случилось?</p>
     <p>— Мне кажется, вы могли бы пригласить меня войти. — В ее голосе слышались упрек и нетерпение. — Я провалилась в лужу и отморозила себе ноги.</p>
     <p>— Батюшки! — зазвенел за спиной Вэнса голос Девы. Вслед за этим раздался дружный смех Бланш и Бишопа и громкие протестующие крики Корнелла. Корлиссу показалось, что вся его кровь прилила к лицу. — Вам нельзя войти, Фрона. Разве вы не слышите?</p>
     <p>— Но это необходимо! — настаивала она. — У меня замерзают ноги.</p>
     <p>Он покорно отступил и закрыл за ней дверь. Войдя в освещенную хижину, она на секунду остановилась. Но вскоре она освоилась с ярким светом и сразу поняла, что здесь происходит. Воздух был насыщен табачным дымом, от которого в закрытом помещении мутило человека, пришедшего с улицы. Над огромной миской, стоявшей на столе, клубился пар. Дева отбивалась от Корнелла длинной ложкой для горчицы. Ускользая, она успевала выбрать удобную минуту и усердно мазала его нос и щеки желтой кашицей. Бланш отвернулась от плиты и наблюдала за потехой, а Дэл Бишоп, с кружкой в руках, аплодировал каждому удачному мазку. У всех были разгоряченные лица.</p>
     <p>Вэнс бессильно прислонился к двери. Создавшееся положение казалось ему совершенно немыслимым. У него появилось дикое желание рассмеяться, разрешившееся припадком кашля. Но Фрона, чувствуя, как все больше мертвеют ее ноги, шагнула вперед.</p>
     <p>— Алло, Дэл! — окликнула она Бишопа.</p>
     <p>При звуке знакомого голоса веселье застыло на лице Дэла, и он медленно и неохотно повернул голову. Фрона откинула капюшон своей кухлянки, и лицо ее, свежее и румяное от мороза, показалось на фоне темного меха лучом света в грязном кабаке. Они все знали ее. Кто же не знал дочери Джекоба Уэлза? Дева с испуганным криком выронила ложку, а Корнелл, растерявшись, еще больше размазал по лицу желтые пятна и в замешательстве опустился на ближайшую табуретку. Одна Карибу Бланш сохраняла самообладание и тихо смеялась.</p>
     <p>Бишоп заставил себя сказать: «Алло!» — но не нарушил этим воцарившегося молчания.</p>
     <p>Фрона подождала минуту, затем произнесла:</p>
     <p>— Добрый вечер, господа.</p>
     <p>— Сюда! — Вэнс пришел в себя и усадил ее у плиты, напротив Бланш. — Поскорей снимайте вашу обувь и остерегайтесь жары. Постараюсь что-нибудь найти для вас.</p>
     <p>— Холодной воды, пожалуйста, — попросила она. — Это лучше всего при отмораживании. Дэл принесет мне воду.</p>
     <p>— Надеюсь, это не серьезно?</p>
     <p>— Нет. — Она покачала головой и улыбнулась ему, стараясь снять обледенелые мокасины. — Успела промерзнуть только поверхность. В худшем случае сойдет кожа.</p>
     <p>В хижине воцарилось гробовое молчание. Было слышно только, как Бишоп наливает воду из кадки в таз да Корлисс роется в своих вещах, стараясь найти самые маленькие и изящные мокасины и самые теплые носки.</p>
     <p>Фрона, энергично растиравшая себе ноги, сделала передышку и подняла глаза.</p>
     <p>— Я не хочу замораживать ваше веселье из-за того, что сама замерзла, — улыбнулась она. — Пожалуйста, продолжайте.</p>
     <p>Джек Корнелл выпрямился и крякнул, а Дева приняла величественный вид; но Бланш подошла к Фроне и взяла у нее полотенце.</p>
     <p>— Я промочила ноги в том же месте, — сказала она и, став на колени, начала растирать замерзшие ступни Фроны.</p>
     <p>— Думаю, что вы как-нибудь приладите это. Вот! — И Вэнс бросил им домашние мокасины и шерстяные носки, которые обе женщины начали осматривать, тихо смеясь и перешептываясь.</p>
     <p>— Но что вы делали ночью одна на дороге? — спросил Вэнс. В глубине души он был поражен тем, как спокойно и смело Фрона справлялась с затруднительным положением.</p>
     <p>— Я знаю заранее, что вы будете меня ругать, — ответила она, помогая Бланш подвешивать мокрую обувь над огнем. — Я была у миссис Стентон. Дело в том, что мы с миссис Мортимер неделю гостили у Пентли. Словом, я начну сначала. Я думала уйти от миссис Стентон засветло, но ее ребенок облил себя керосином, а муж ее был в Доусоне, и мы только полчаса тому назад убедились, что ребенок вне опасности. Она ни за что не хотела отпустить меня одну, хотя бояться было нечего. Я только не ожидала, что в такой мороз можно попасть в лужу.</p>
     <p>— Чем же вы помогли ребенку? — спросил Дэл, желая поддержать начатый разговор.</p>
     <p>— Жевательным табаком. — И, когда смех утих, она продолжала: —Там не было горчицы, и я не могла придумать ничего лучшего. К тому же Мэт Маккарти спас мне однажды жизнь этим же средством, когда у меня в детстве был круп. Но вы пели, когда я вошла. Продолжайте, пожалуйста, — попросила она.</p>
     <p>Джек Корнелл нерешительно произнес:</p>
     <p>— Я уже кончил.</p>
     <p>— Тогда вы, Дэл, спойте «Летучее облако», как вы когда-то пели на реке.</p>
     <p>— Он уже пел это, — сказала Дева.</p>
     <p>— Тогда спойте вы. Я уверена, что вы поете.</p>
     <p>Она ласково улыбнулась Деве, и последняя исполнила какую-то балладу с большим искусством, чем сама от себя ожидала. Холодок, внесенный появлением Фроны, быстро растаял, и снова начались песни, тосты и веселье. Фрона из чувства товарищества не отказалась поднести к губам банку из-под варенья и, в свою очередь, спела «Анну Лори» и «Бена Болта». Она втайне наблюдала за действием вина на Корнелла и Деву. В этом было что-то новое для нее, и она была довольна, хотя ей было жаль Корлисса, неохотно исполнявшего роль хозяина.</p>
     <p>Впрочем, он не нуждался в жалости. Любая другая женщина… — повторял он про себя двадцатый раз, смотря на Фрону и представляя себе, что было бы, если бы в его дверь постучалась и вошла любая из многочисленных женщин, виденных им за чайным столом его матери. Не далее как вчера ему было бы неприятно видеть Бланш, растиравшую ноги Фроны. Но сегодня он восхищался тем, что Фрона позволила ей это сделать, и почувствовал большую симпатию к Бланш. Его приподнятое настроение, может быть, объяснялось пуншем, но так или иначе он находил признаки каких-то доселе неведомых ему достоинств на огрубевшем лице Бланш.</p>
     <p>Фрона надела высохшие мокасины и стояла, терпеливо слушая Джека Корнелла, произносившего, заикаясь, последний бессвязный тост.</p>
     <p>— За… за… че… человека, — бормотал он хриплым голосом, спотыкаясь на каждом слоге, — который создал… создал…</p>
     <p>— Эту благословенную страну, — подсказала Дева.</p>
     <p>— Правильно, дорогая… За… че… че… человека, который создал эту благословенную страну… За… э… э… Джекоба Уэлза!</p>
     <p>— И добавьте, — крикнула Бланш, — за дочь Джекоба Уэлза!</p>
     <p>— Браво! Почтить вставанием! Пьем до дна!</p>
     <p>— О, она замечательный товарищ! — заявил Дэл, раскрасневшийся от пунша.</p>
     <p>— Я хотела бы хоть один раз пожать вам руку, — тихо сказала Бланш, в то время как другие галдели хором.</p>
     <p>Фрона сняла рукавицу, которую уже успела надеть, и они обменялись крепким рукопожатием.</p>
     <p>— Нет, — сказала Фрона Корлиссу, видя, что он надел шапку и завязывает наушники. — Бланш говорит, что Пентли живут всего в полумиле отсюда, и дорога идет все прямо. Я не хочу, чтобы меня провожали. Нет! — Она сказала это таким повелительным тоном, что Вэнс швырнул шапку на койку. — Спокойной ночи, господа! — крикнула она, наградив пирующих улыбкой.</p>
     <p>Корлисс проводил ее до двери и вышел из хижины. Она посмотрела на него. Ее капюшон был наполовину откинут, и лицо обольстительно сияло при свете звезд.</p>
     <p>— Я… Фрона… я хотел бы…</p>
     <p>— Не беспокойтесь, — прошептала она. — Я не выдам вас, Вэнс.</p>
     <p>Он заметил насмешливый блеск в ее глазах, но все-таки пытался продолжать.</p>
     <p>— Я только хочу вам объяснить…</p>
     <p>— Не нужно. Я все поняла. Не могу, однако, сказать, что одобряю ваш вкус.</p>
     <p>— Фрона! — Страдание в его голосе тронуло ее.</p>
     <p>— Ах, какой глупый! — засмеялась она. — Разве я не знаю? Ведь Бланш мне сказала, что она промочила ноги.</p>
     <p>Корлисс опустил голову.</p>
     <p>— Право, Фрона, вы самая последовательная женщина, какую я встречал. К тому же, — он выпрямился во весь рост, и в его голосе зазвучали повелительные нотки, — ведь между нами не все кончено.</p>
     <p>Она пыталась остановить его, но он продолжал.</p>
     <p>— Я знаю, я чувствую, что все выйдет по-иному. Говоря вашими же словами, не все факты были приняты во внимание. А что касается Сент-Винсента… Вы еще будете моей. Но, возможно, это будет не так скоро!</p>
     <p>Он протянул к ней жадные руки, но она успела предупредить его движение, засмеялась и, быстро повернувшись, легко побежала по дороге.</p>
     <p>— Вернитесь, Фрона! Вернитесь! — кричал он ей вслед. — Простите меня!</p>
     <p>— Не надо, — донесся ответ. — А то я буду огорчена. Спокойной ночи!</p>
     <p>Он подождал, пока она не исчезла во мраке, потом вернулся в хижину. Он совершенно забыл о том, что там происходило, и в первую минуту его поразило это зрелище. Карибу Бланш тихо плакала в стороне. У нее были блестящие влажные глаза, и когда он на нее взглянул, одинокая слеза катилась по ее щеке. Лицо Бишопа стало серьезным. Дева легла головой на стол, среди опрокинутых кружек и пролитой жидкости. Корнелл наклонился над ней и, икая, бессмысленно повторял: «Вы молодец, дорогая! Вы молодец!»</p>
     <p>Но Дева была безутешна.</p>
     <p>— О, боже! Когда я подумаю, что есть и что было… и не по моей вине. Не по моей вине, говорю вам! — крикнула она в порыве злобы. — Где я- родилась, спрашиваю я вас? Кто был мой старик? Горький пьяница. А моя старуха? Ее знал весь Уайтчепел!<a l:href="#n_141" type="note">[141]</a> Кто истратил на меня хоть грош? Кто воспитывал меня? Кто заботился обо мне? Хоть чуточку! Хоть чуточку!</p>
     <p>Корлиссом овладело внезапное отвращение.</p>
     <p>— Замолчите! — приказал он.</p>
     <p>Дева подняла голову, растрепанные волосы делали ее похожей на фурию.</p>
     <p>— Кто она? — язвительно спросила она. — Ваша возлюбленная?</p>
     <p>Корлисс повернулся к ней с бледным от ярости лицом, его голос дрожал от гнева.</p>
     <p>Дева вся съежилась и инстинктивно защитила лицо руками.</p>
     <p>— Не бейте меня, сэр! — захныкала она. — Не бейте меня!</p>
     <p>Корлисс испугался своего порыва и постарался овладеть собой.</p>
     <p>— Теперь, — спокойно сказал он, — одевайтесь и уходите. Все. Проваливайте!</p>
     <p>— Это недостойно мужчины, — проворчала Дева, видя, что ей не угрожают побои.</p>
     <p>Но Корлисс сам проводил ее до двери, оставив сказанное без внимания.</p>
     <p>— Выгнать дам! — фыркнула она, споткнувшись о порог.</p>
     <p>— Прошу прощения, — бормотал Джек Корнелл успокаивающе, — прошу прощения.</p>
     <p>— Спокойной ночи. Мне очень жаль, — сказал Корлисс, обращаясь к выходящей Бланш с извиняющейся улыбкой.</p>
     <p>— Вы франтик! Вот что вы такое! Проклятый франтик! — кинула ему Дева, закрывая дверь.</p>
     <p>Корлисс тупо посмотрел на Дэла Бишопа, затем увидел беспорядок на столе и, подойдя к своей койке, бросился на нее. Бишоп оперся локтями о стол и стал возиться со своей шипящей трубкой. Лампа начала дымить, замигала и потухла. Но Бишоп не сходил с места, все снова набивая свою трубку и бесконечно чиркая спичками.</p>
     <p>— Дэл! Вы не спите? — окликнул его наконец Корлисс.</p>
     <p>Дэл что-то проворчал.</p>
     <p>— Я поступил по-хамски, выгнав их в метель. Мне стыдно самого себя.</p>
     <p>— Понятно, — ответил Дэл.</p>
     <p>Последовало продолжительное молчание. Дэл выбил пепел из трубки и встал.</p>
     <p>— Спите? — спросил он.</p>
     <p>Не получив ответа, Дэл тихо подошел к койке и накрыл инженера одеялом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXI</p>
     </title>
     <p>— Да что все это значит? — Корлисс лениво потянулся и положил ноги на стол. Он не проявлял особого интереса к тому серьезному разговору, который затеял полковник Трезвей.</p>
     <p>— То-то и оно! Старый и вечно новый вопрос, который человек задает миру.</p>
     <p>Полковник уткнулся носом в свою записную книжку.</p>
     <p>— Вот, — сказал он, протягивая грязный листок бумаги. — Я списал это много лет тому назад. Послушайте. «Что за чудовищное создание человек; это нездоровый комок склеенных частиц пыли. Он либо переставляет ноги, либо лежит в бесчувственном сне. Он убивает, питается, растет, создает себе подобных, покрытый волосами, как травой, с блестящими глазами. Он может испугать ребенка. Бедняга, его ждет недолгий век, и на каждом шагу его подстерегают невзгоды. Он полон непомерных и противоречивых желаний. Окруженный дикарями, от которых он происходит, он безжалостно осужден нападать на себе подобных. Вечный ребенок, зачастую поразительно храбрый, зачастую трогательно добрый, он спокойно сидит, разглагольствуя о добре и зле и о свойствах божества, и вдруг вскакивает на ноги, чтобы сражаться из-за выеденного яйца или умереть за идею!»</p>
     <p>— И к чему все приведет?.. — с жаром спросил Трезвей, отбрасывая листок. — Этот нездоровый комок склеенных частиц?</p>
     <p>Корлисс зевнул в ответ. Он весь день был в пути, и ему хотелось спать.</p>
     <p>— Вот, например, я, полковник Трезвей. Мне немало лет, но я довольно хорошо сохранился, занимаю приличное положение в обществе, у меня кое-что лежит в банке, и мне незачем больше утруждать себя. А между тем я в течение всей своей жизни и даже сейчас напряженно работаю с рвением, достойным человека вдвое моложе меня. Ради чего? Я могу съесть, выкурить и проспать только свою долю, а этот клочок земли, который люди называют Аляской, — самое худшее место в мире в смысле пищи, табака и одеял.</p>
     <p>— Но эта напряженная жизнь поддерживает вас, — возразил Корлисс.</p>
     <p>— Философия Фроны, — насмешливо сказал полковник.</p>
     <p>— И ваша и моя…</p>
     <p>— И нездорового комка склеенных частиц пыли.</p>
     <p>— Оживленного страстями, с которыми вы не считаетесь, — чувством долга, расы, верой.</p>
     <p>— А вознаграждение? — спросил Трезвей.</p>
     <p>— Каждый ваш вздох! Майская муха живет всего один час.</p>
     <p>— Не понимаю.</p>
     <p>— «Кровь и пот! Кровь и пот!». Вы крикнули это после суматохи и потасовки в баре, и вы могли бы расписаться под этими словами.</p>
     <p>— Философия Фроны.</p>
     <p>— И ваша и моя…</p>
     <p>Полковник пожал плечами, но, помолчав, признался:</p>
     <p>— Видите ли, мне никак не удается стать пессимистом, сколько бы я ни старался. Мы все получаем награду, и я больше многих других. Ради чего? — спросил я себя и получил следующий ответ: поскольку конечный итог не в сфере наших достижений, займемся ближайшим. Побольше компенсации, здесь и сию же минуту.</p>
     <p>— Чистейший гедонизм!<a l:href="#n_142" type="note">[142]</a></p>
     <p>— Вполне разумная точка зрения. Я сейчас же примусь за ее осуществление. Я могу купить продовольствие и одеяла для двадцати человек, но в состоянии есть и спать только за себя. Следовательно, отчего бы мне не заботиться о двоих?</p>
     <p>Корлисс спустил ноги и уселся на койке.</p>
     <p>— Иными словами?</p>
     <p>— Я женюсь и шокирую общество. Око ведь любит, чтобы его шокировали. Это одна из форм вознаграждения за то, что я нездоровый комок склеенных частиц.</p>
     <p>— Я могу представить себе только одну женщину… — неуверенно сказал Корлисс, протягивая руку.</p>
     <p>Полковник медленно пожал ее.</p>
     <p>— Это она.</p>
     <p>Корлисс выпустил его руку, и лицо его отразило тревогу.</p>
     <p>— Но Сент-Винсент?</p>
     <p>— Пусть это заботит вас, а не меня.</p>
     <p>— Значит, Люсиль?..</p>
     <p>— Ну, разумеется! Она чуть уподобилась Дон-Кихоту и провела свою роль блестяще.</p>
     <p>— Я… я не понимаю. — Корлисс растерянно потер себе лоб.</p>
     <p>Трезвей посмотрел на него с улыбкой превосходства.</p>
     <p>— И понимать нечего. Весь вопрос в том, будете ли вы моим шафером?</p>
     <p>— Конечно. Но долго же вы крутились вокруг да около! Это не в вашем духе.</p>
     <p>— С ней я действовал иначе, — заявил полковник, гордо покручивая ус.</p>
     <empty-line/>
     <p>Начальник Северо-западной горной полиции может в экстренных случаях совершать брачный обряд, так же как и творить суд. Поэтому капитан Александер удостоился визита полковника Трезвея, а после его ухода отчеркнул в своей записной книжке завтрашний день. Затем жених пошел к Фроне. Люсиль не просила его об этом, поспешил он объяснить, но у нее нет других знакомых женщин, а главное, он (полковник) знает, кого бы Люсиль хотела пригласить, если бы посмела. Поэтому он берет это на свою ответственность. И он знает, что такой сюрприз доставит ей большую радость.</p>
     <p>Внезапность этого приглашения смутила Фрону. Только третьего дня Люсиль обратилась к ней с просьбой по поводу Сент-Винсента, а теперь… При чем же тут полковник Трезвей? Здесь и раньше была какая-то фальшь, но теперь это чувствовалось вдвойне. Возможно ли, что Люсиль притворялась? Эта мысль промелькнула у нее в то время, как полковник тревожно следил за ее лицом. Она знала, что должна немедленно дать ответ, но ее отвлекало невольное восхищение его смелостью. Она волей-неволей послушалась голоса сердца и согласилась.</p>
     <p>И все же чувствовалась какая-то натянутость, когда они на следующий день сошлись вчетвером в кабинете капитана Александера. Здесь было холодно и неприветливо. Люсиль едва удерживалась от слез и выказывала волнение, несвойственное ей, а Фрона, несмотря на все старания пробудить в себе прежнюю симпатию к Люсиль, не могла победить холодность, которая незаметно возникла между ними. Это, в свою очередь, повлияло на Вэнса. В его манерах появилась отчужденность, отдалявшая его даже от полковника.</p>
     <p>Полковник Трезвей словно скинул двадцать лет со своих прямых плеч, и то несоответствие возрастов, которое видела Фрона в этом браке, сглаживалось, когда она смотрела на него. «Он хорошо прожил свою жизнь», — подумала она и, следуя какому-то таинственному инстинкту, почти с тревогой перевела взгляд на Корлисса. Но, хотя полковник помолодел на двадцать лет, Вэнс ничуть не отставал от него. После их последней встречи он принес в жертву морозу свои каштановые усы, и его чистое лицо, дышавшее здоровьем и энергией, казалось совсем мальчишеским; обнажившаяся верхняя губа говорила об упорстве и решительности. Кроме того, черты его лица свидетельствовали о духовном росте, и во взгляде его, выражавшем прежде мягкую настойчивость, теперь чувствовалась твердость с примесью резкости или суровости, которые развивает в человеке борьба с трудностями и привычка к быстрым решениям. Все это как бы наложило на него печать энергии, присущую всем людям дела, независимо от того, погонщики ли они собак, мореплаватели или вершители судеб государства.</p>
     <p>По окончании несложного обряда Фрона поцеловала Люсиль. Но Люсиль почувствовала, что в этом поцелуе чего-то не хватает, и глаза ее наполнились слезами. Трезвей, с самого начала уловивший эту отчужденность, улучил минуту, чтобы переговорить с Фроной, пока капитан Александер и Корлисс любезничали с миссис Трезвей.</p>
     <p>— В чем дело, Фрона? — спросил полковник без обиняков. — Я надеюсь, что вы пришли сюда не против своей воли. Мне было бы это очень неприятно, не ради вас, так как неискренность ничего лучшего не заслуживает, но ради Люсиль. Это нехорошо по отношению к ней.</p>
     <p>— Здесь от начала до конца все неискренне, — сказала она дрогнувшим голосом. — Я старалась, как могла, я надеялась, что мне это удастся лучше. Но я не умею притворяться. Мне очень жаль… но… я… я огорчена. Нет, я не могу объяснить это, в особенности вам.</p>
     <p>— Будем говорить прямо, Фрона. Тут замешан Сент-Винсент?</p>
     <p>Она кивнула головой.</p>
     <p>— Я попал в точку. Во-первых, — и он перехватил тревожный взгляд Люсиль, — она только третьего дня напела вам о Сент-Винсенте. Во-вторых, на этом основании вы считаете, что ее сердце не участвует в сегодняшней церемонии, словом, что она выходит за меня ради положения и денег. Не так ли?</p>
     <p>— Разве этого недостаточно? Ах, дорогой полковник, я страшно разочаровалась в ней, в вас, в себе самой!</p>
     <p>— Не глупите! Я слишком хорошо к вам отношусь, чтобы видеть вас в дурацком положении. Игра развивалась слишком быстро. Ваши глаза не уследили за ней. Послушайте. Мы держим это в тайне, но Люсиль — пайщик Французского Холма. Ее паи считаются самыми крупными в деле. Они сейчас стоят по меньшей мере полмиллиона. С ее именем не связано никаких обязательств. Разве она не могла забрать эти деньги, уехать и начать жить заново где угодно? Вы теперь можете вообразить, что я женюсь на ней по расчету. Фрона, она любит меня, и скажу вам по секрету, я не стою ее. Надеюсь, что в будущем я сумею это загладить. Но не в этом сейчас дело. Вы считаете ее чувство слишком скороспелым. Да будет вам известно, что наше сближение происходило постепенно. Оно началось, когда я впервые приехал сюда. И мы ни на что не закрывали глаза. Сент-Винсент? Тьфу! Мне все было известно с самого начала. Она вбила себе в голову, что он не стоит вашего мизинца, и сделала попытку расстроить ваши отношения. Вы никогда не узнаете, как она относилась к Сент-Винсенту. Я предупреждал ее, что она не знает Уэлзов, и она потом согласилась со мной. Вот как все было. Теперь решайте, как знаете.</p>
     <p>— Что вы думаете о Сент-Винсенте?</p>
     <p>— Что я думаю, это неважно, но скажу вам по совести: я согласен с мнением Люсиль. И не в этом суть. Как вы теперь относитесь к этому… к ней?..</p>
     <p>Фрона, не отвечая, подошла к поджидавшей их группе. Люсиль издали следила за выражением ее лица.</p>
     <p>— Он вам сказал?..</p>
     <p>— Что я идиотка, — ответила Фрона. — И мне кажется, что так оно и есть. Принимаю это пока на веру, — прибавила она с улыбкой. — Я еще плохо соображаю, но…</p>
     <p>Капитан Александер только что вспомнил какой-то свадебный анекдот и повел полковника к печке, чтобы поделиться с ним. Вэнс пошел за ними.</p>
     <p>— Это в первый раз, — говорила Люсиль, — и это для меня имеет такое огромное значение! Гораздо более серьезное, чем… чем для большинства женщин. Я боюсь. Мне страшно. Но я люблю его, люблю…</p>
     <p>И, когда мужчины, основательно переварив анекдот, вернулись, Люсиль рыдала: милая, милая Фрона…</p>
     <p>Как раз в этот удачный момент в комнату без стука вошел Джекоб Уэлз в шапке и рукавицах.</p>
     <p>— Незваный гость, — сказал он вместо приветствия. — Все кончено? Так? — И прямо в медвежьей шубе он обнял Люсиль. — Полковник, вашу руку. Прошу извинения за свою навязчивость и жду ваших сожалений за то, что вы меня не известили. Ну, скорее кончайте с ними! Алло, Корлисс! Капитан Александер, здравствуйте!</p>
     <p>— Что я натворила? — застонала Фрона. Она также удостоилась медвежьего объятия и сама крепко, почти до боли пожала руку отца.</p>
     <p>— Мне пришлось поддержать твою затею, — прошептал он, и его рукопожатие действительно сделало ей больно.</p>
     <p>— Ну, полковник, я не имею чести знать, каковы ваши планы, и не интересуюсь ими. Отложите их. У меня в доме предполагается маленькое пиршество, причем имеется единственный ящик самого лучшего во всей округе шампанского. Конечно, вы составите нам компанию, Корлисс, и… — Его взгляд, почти не останавливаясь, скользнул мимо капитана Александера.</p>
     <p>— С удовольствием, — последовал молниеносный ответ, хотя главное должностное лицо Северо-западной горной полиции успело уже взвесить возможные результаты этих неофициальных действий. — У вас есть экипаж?</p>
     <p>Джекоб Уэлз расхохотался, выставив вперед ногу в мокасине.</p>
     <p>— К черту пешее хождение! — Капитан порывисто кинулся к дверям. — Я вызову сани, прежде чем вы успеете оглянуться. Трое саней и упряжь с бубенчиками!</p>
     <p>Все, что предвидел Трезвей, оправдалось. Потрясенный Доусон протирал кулаками глаза, когда по главной улице промчались трое саней с тремя полицейскими в красных мундирах, размахивающими кнутами; и Доусон снова протер глаза, узнав седоков в этих санях.</p>
     <p>— Мы будем жить замкнуто, — сказала Люсиль Фроне. — Клондайк еще не весь мир, и все лучшее у нас впереди.</p>
     <p>Но Джекоб Уэлз держался другого мнения.</p>
     <p>— Мы должны наладить это дело, — сказал он- капитану Александеру, и капитан Александер заявил, что он не привык отступать.</p>
     <p>Миссис Шовилл метала громы и молнии, особенно в женском обществе, часто доходя до безумия.</p>
     <p>Люсиль бывала только у Фроны. Но Джекоб Уэлз, редко посещавший соседей, частенько сидел у камина полковника Трезвея; обычно он приходил не один, а захватывал еще кого-нибудь с собой.</p>
     <p>— Вы заняты сегодня вечером? — говорил он, встречаясь с кем-либо из знакомых. — Нет? Так идемте со мной!</p>
     <p>Порой он говорил это с видом невинного ягненка, иногда вызывающе сверкая глазами из-под густых бровей. Так или иначе, ему почти всегда удавалось привести с собой гостя. У всех таких гостей были жены, и этими посещениями в ряды оппозиции вносилось разложение.</p>
     <p>Кроме того, у полковника Трезвея можно было найти нечто лучшее, чем слабый чай и болтовню; журналисты, инженеры и праздношатающиеся джентльмены заботились о том, чтобы тропа к жилищу полковника не зарастала, хотя ее и проложили самые влиятельные в Доусоне люди. Таким образом, дом Трезвея стал понемногу центром местной жизни, и, встретив коммерческую, финансовую и официальную поддержку, он не мог не приобрести значения в обществе.</p>
     <p>Единственная скверная сторона всего этого заключалась в том, что жизнь миссис Шовилл и подобных ей женщин стала более скучной, потому что они потеряли веру в некоторые устарелые и нелогичные правила поведения. Кроме того, капитан Александер, как высшее должностное лицо, имел большое влияние в округе, и Джекоб Уэлз олицетворял Компанию, а в обществе считалось неблагоразумным держаться в стороне от Компании. Так в самом скором времени осталось не более полудюжины семейств, сохранивших свою отчужденность; на них махнули рукой.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXII</p>
     </title>
     <p>Весной из Доусона начался массовый отъезд. Одни — те, что сделали заявки, другие — те, что их не сделали, скупили всех пригодных собак и отправились к Дайе по последнему льду. Случайно выяснилось, что Дэйв Харни — обладатель большинства собак.</p>
     <p>— Уезжаете? — спросил его Джекоб Уэлз в один прекрасный день, когда полярное солнце впервые начало пригревать землю.</p>
     <p>— Полагаю, что нет. Я зарабатываю по три доллара на каждой паре мокасин, которые я захватил, не говоря уже о сапогах. Знаете, Уэлз, вы здорово провели меня на сахаре, хоть я и не могу сказать, чтобы я был окончательно выбит из седла. Не так ли?</p>
     <p>Джекоб Уэлз улыбнулся.</p>
     <p>— Мне помогла хитрость! Послушайте, у вас есть резиновые сапоги?</p>
     <p>— Нет, все проданы еще в начале зимы.</p>
     <p>Дэйв тихо хихикнул:</p>
     <p>— И я та самая компания, которая это сделала.</p>
     <p>— Нет. Я дал особое предписание приказчикам. Их не продавали оптом.</p>
     <p>— Так оно и было. По человеку на пару и по паре на человека, а всего-то их было пар двести. Но ваши приказчики клали в кассу мои деньги, только мои, других там не было. «Не хотите ли выпить чего-нибудь?» — спрашивал я. Они не возражали. Пожалуйста! Но за это я получал то, что мне нужно. Называйте это своего рода уступкой. Мне это было по карману. Так вы говорите — уехать? Нет, в этом году я не уеду.</p>
     <p>Стачка на Гендерсон-Крике в середине апреля, обещавшая быть сенсационной, привела Сент-Винсента на реку Стюарт. Немного позже Джекоб Уэлз, заинтересовавшись ущельем Галлахера, а также медными залежами у реки Белой, прибыл в тот же район вместе с Фроной, так как эта поездка была скорее увеселительной, чем деловой. Тем временем Корлисс и Бишоп, объехавшие в течение месяца с лишним районы Мао и Макквестчен, свернули на левый приток Гендерсона, где надо было разобрать множество заявок.</p>
     <p>В мае установилась настоящая весна, и путешествовать по речному льду стало опасно. Старатели по остаткам талых льдин пробрались к группе островов ниже устья Стюарт, где одни из них устроили себе временное жилище, а другие воспользовались гостеприимством владельцев хижин. Корлисс и Бишоп поселились на Острове Распутья (получившем свое название из-за того, что партии старателей с материка обыкновенно делились здесь на группы, расходившиеся в разные стороны), где Томми Макферсон уже раньше устроился довольно уютно. Двумя днями позже Джекоб Уэлз и Фрона подъехали сюда после опасного путешествия по реке Белой и расположились на возвышенности в верхнем конце острова. Несколько измученных <emphasis>чечако</emphasis>, первых ласточек золотой лихорадки по этой весне, разбили лагерь на берегу реки. Здесь же были какие-то молчаливые люди, которым преградил путь тающий лед; они выходили на берег и строили плоты, выжидая, когда река станет судоходной, либо скупали лодки у местных жителей. Среди них особенно выделялся барон Курбертен.</p>
     <p>— О! Сногсшибательно! Великолепно! Не правда ли?</p>
     <p>Фрона первая столкнулась с ним на следующий день.</p>
     <p>— Что именно? — спросила она, подавая ему руку.</p>
     <p>— Вы! Вы!.. — Он сиял шляпу. — Какая прелесть!</p>
     <p>— Я уверена… — начала она.</p>
     <p>— Нет! Нет! — тряхнул он кудрявой головой. — Нет, вы посмотрите! — Он повернулся к очень знакомой рыбачьей лодке: только что его надул Макферсон, взяв за перевоз тройную цену. — Вот это каноэ! Прелестное каноэ, ведь, кажется, так говорят янки?</p>
     <p>— А! Вы про лодку, — сказала она с легким оттенком грусти.</p>
     <p>— Да нет же! Извините… — Он раздраженно топнул ногой. — Дело не в вас и не в лодке. Ага! Дело в вашем обещании. Вы помните, мы как-то разговорились у мадам Шовилл о лодке и о моем неумении с ней обращаться, и вы обещали, вы сказали…</p>
     <p>— Что я дам вам первый урок?</p>
     <p>— Ну разве это не чудесно? Послушайте! Слышите? Журчание! О, журчание, глубоко, в самом сердце реки! Вода скоро сбросит оковы. Вот лодка! Здесь мы встретились! Первый урок! Чудесно? Чудесно!</p>
     <p>Ближайший к Распутью остров носил название Острова Рубо и был отделен от первого узким проливом. Сюда, когда от дороги почти ничего уже не осталось и собакам приходилось передвигаться вплавь, прибыл Сент-Винсент, последний, кто осмелился ехать по зимнему пути. Он поселился в хижине Джона Борга, угрюмого, мрачного субъекта, мизантропа. Роковая случайность заставила Сент-Винсента выбрать во время ледохода именно хижину Борга в качестве убежища.</p>
     <p>— Ладно, — ответил Борг, когда Сент-Винсент пришел к нему. — Бросьте ваши одеяла в угол. Бэлла уберет свое барахло с койки.</p>
     <p>Вторично он заговорил только вечером.</p>
     <p>— Вы можете сами себе стряпать. Когда баба освободит плиту, будет ваш черед.</p>
     <p>Его «баба», иначе Бэлла, была молодая, хорошенькая индианка, красивее всех виденных Сент-Винсентом. Она вовсе не была грязновато-смуглой, как многие ее подруги; ее чистая кожа отливала светлой бронзой, и черты ее лица были вовсе не так резко очерчены, как у иных ее соплеменниц.</p>
     <p>После ужина Борг положил оба локтя на стол и, поддерживая подбородок и челюсти уродливыми руками, сидел неподвижно, уставившись перед собой, покуривая вонючий сивашский табак. Его взгляд мог бы показаться задумчивым, если бы глаза его щурились или мигали. Но теперь лицо его точно застыло в трансе.</p>
     <p>— Вы давно в этой местности? — спросил Сент-Винсент, стараясь завести разговор.</p>
     <p>Борг мрачно взглянул на него своими черными глазами, не то видя его насквозь, не то глядя куда-то мимо. Казалось, он забыл о существовании Сент-Винсента. Должно быть, обдумывает какие-то важные проблемы, вероятнее всего, собственные грехи, решил журналист, нервно скручивая себе папиросу. Когда растаяли клубы желтого дыма и Сент-Винсент собирался скрутить себе вторую папиросу, Борг внезапно заговорил.</p>
     <p>— Пятнадцать лет, — вымолвил он и снова мрачно задумался.</p>
     <p>Словно зачарованный, Сент-Винсент с полчаса изучал его непроницаемую физиономию. Прежде всего бросалась в глаза массивная, неправильной формы голова с сильно развитой верхней частью. Ее поддерживала толстая, бычья шея. Она была вылеплена с расточительностью, свойственной первобытным формам, и все относящееся к ней носило печать той же первобытной асимметричной необработанности. Волосы, растущие целым лесом, густые и лохматые, местами переплетались в причудливые седые пряди, а кое-где, как бы издеваясь над старостью своего обладателя, свивались тусклыми черными кудрями необычайной густоты, похожими на толстые скрюченные пальцы. Жесткая борода местами совершенно вылезла, а местами торчала седоватыми пучками, напоминая кустарник. Она разрослась по всему лицу и спускалась космами на грудь, не закрывая, однако, впалых щек и кривого рта. Его тонкие губы были бесстрастно жестоки. И больше всего обращал на себя внимание его лоб, служивший необходимым дополнением к неправильности всего лица. Это был великолепный лоб, крутой и широкий; в нем было что-то величественное. Он казался вместилищем великого ума; за ним могла скрываться мудрость.</p>
     <p>Бэлла, мывшая посуду и расставлявшая ее на полке за спиной Борга, уронила тяжелую оловянную чашку. В хижине было очень тихо, и резкий звон прозвучал неожиданно. В ту же минуту раздался звериный рев, и Борг, опрокинув стул, вскочил со сверкающими глазами и искаженным лицом. Бэлла издала нечленораздельный, животный крик ужаса и припала к его ногам. Сент-Винсент почувствовал, что волосы у него встают дыбом, и жуткий холодок, словно струя ледяного воздуха, пробежал по спине. Вдруг Борг, придвинув стул, опять принял прежнюю позу и, подперев подбородок руками, глубоко о чем-то задумался. Никто не проронил ни слова. Бэлла как ни в чем не бывало продолжала убирать посуду, а Сент-Винсент крутил папиросу дрожащей рукой и спрашивал себя, не было ли все это сном.</p>
     <p>Джекоб Уэлз рассмеялся, когда журналист рассказал ему об этой сцене.</p>
     <p>— Это его манера вести себя, — сказал Уэлз, — такая же необычная, как вся его внешность. Он антиобщественное животное. Он прожил в этой стране много лет, но знакомых так и не приобрел. По правде говоря, у него вряд ли найдется приятель во всей Аляске, даже среди индейцев, а он не раз жил среди них. «Джонни-ворчун», называют они его, но ему больше подошла бы кличка «Джонни-головорез»: у него вспыльчивый нрав и тяжелая рука. Как-то между ним и агентом из Сёркла возникло маленькое недоразумение. Он был прав, ошибался агент, но он немедленно решил, что будет бойкотировать Компанию, и целый год питался одним мясом. Затем я случайно встретился с ним в Танане, и, выслушав мои объяснения, он наконец согласился опять покупать у нас продукты.</p>
     <p>— Он добыл эту женщину у истоков реки Белой, — сообщил Сент-Винсенту Билл Браун. — Уэлз считает себя пионером на этом пути, но Борг мог бы дать ему много очков вперед. Он уже бывал там несколько лет тому назад. Да, странный тип этот Борг. Мне бы не хотелось быть его постояльцем.</p>
     <p>Но Сент-Винсенту не мешали эксцентричные выходки старика, так как большую часть времени он проводил на Острове Распутья с Фроной и бароном. Впрочем, как-то раз Сент-Винсент невольно вызвал гнев Борга. Два шведа, которые охотились на белок по всему острову, остановились у хижины Борга, чтобы попросить спичек и поболтать под теплыми солнечными лучами на просеке. Сент-Винсент и Борг разговорились с ними, причем последний по большей части задумчиво мычал. За их спиной у дверей хижины Бэлла стирала белье. Чан, громоздкая, домашнего изготовления вещь, до половины наполненный водой, был слишком тяжел для женщины. Журналист заметил, что Бэлле не поднять его, и поспешил на помощь.</p>
     <p>Они вместе понесли чан в сторону, чтобы слить воду в канаву. Сент-Винсент поскользнулся на талом снегу, и мыльная вода пролилась. Потом поскользнулась Бэлла, потом оба вместе. Бэлла хихикала и смеялась, а Сент-Винсент вторил ей. Весна трепетала в воздухе и у них в крови, и жизнь казалась прекрасной. Только обледенелое сердце могло не радоваться такому дню. Бэлла снова поскользнулась, постаралась удержать равновесие, поскользнулась другой ногой и внезапно уселась на землю. Они оба весело засмеялись, и журналист взял ее за руки, чтобы помочь ей подняться. Борг, дико рыча, одним прыжком оказался возле них. Он резко разъединил их руки и грубо отшвырнул Сент-Винсента. Тот покачнулся и чуть не упал. Затем повторилась сцена, имевшая место в хижине. Бэлла ползала по земле на коленях, а ее повелитель в гневе стоял над ней.</p>
     <p>— Смотрите, вы! — сказал он Сент-Винсенту хриплым, гортанным голосом. — Можете спать в моей хижине и готовить в моей кухне. Но мою бабу оставьте в покое.</p>
     <p>После этого все пошло обычным порядком, как будто ничего не случилось. Сент-Винсент держался в стороне от Бэллы и, по-видимому, забыл о ее существовании. Но шведы вернулись на свой конец острова, посмеиваясь над пустячным инцидентом, которому суждено было сыграть в будущем большую роль.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIII</p>
     </title>
     <p>Лаская землю нежными теплыми лучами, явилась чудесная весна и, уже готовясь превратиться в цветущее лето, как бы предавалась томным мечтам. В ущельях и долинах снега уже не осталось, он держался только на северных склонах обледенелых гор. Вот-вот должно было начаться таяние ледников, и каждый ручеек грозил внезапно выйти из берегов. Солнце вставало все раньше и заходило все позже. В три часа теперь начинался холодный рассвет, а в девять вечера наступали мягкие сумерки. Скоро золотой шар будет непрестанно кружить по небу, и глубокая полночь превратится в светлый, яркий полдень. Ивы и осины давно покрылись почками и уже наряжались в новый зеленый убор, а на стволах сосен выступила смола.</p>
     <p>Природа-мать, пробудившись от сна, торопливо принялась за работу. Сверчки пели по ночам в тихих хижинах, и северные насекомые, привлеченные солнечным светом, выползали из расщелин и трещин в скалах; эти большие, шумные, безобидные создания, родившиеся в прошлом году и пролежавшие зиму в спячке, теперь ожили, чтобы, чуть пожужжав в воздухе, умереть снова. Все ползающие, пресмыкающиеся и порхающие существа вылезли на свет божий и торопились вырасти, размножиться и погибнуть. Только раз вдохнуть ароматный воздух, а там опять бесконечные морозы! Они знали это слишком хорошо и не теряли времени. Береговые ласточки отрывали свои старые ходы в мягких глиняных берегах, и малиновки пели на лесистых островах. Над головой настойчиво стучал дятел, а в глубине чащи кричала куропатка, словно гордясь, что пришло и ее время…</p>
     <p>Юкон не принимал участия во всей этой лихорадочной суете. Он тянулся на протяжении тысяч миль, холодный, неподвижный, мертвый. Шумные косяки диких птиц, принесенные южным ветром, тщетно искали открытой воды и неустрашимо мчались дальше к северу. От берега до берега тянулся сплошной лед. Кое-где сквозь трещины просачивалась вода. Но в холодные ночи все. замерзало снова. Легенда говорит, что в старину бывали времена, когда Юкон оставался подо льдом в течение трех лет. Глядя на него, можно было поверить и в менее правдоподобные вещи.</p>
     <p>Так лето проходило в ожидании вскрытия реки, и медлительный Юкон со дня на день откладывал свое освобождение, лишь потрескивая своими крепкими оковами. Иногда на поверхности реки образовывались полыньи и трещины, которые все увеличивались и уже больше не замерзали. Тогда оторвавшийся от берегов лед проплывал по воде какой-нибудь ярд. Но река все еще не хотела освободиться от его власти. Это был тяжкий, медленный труд, и человек, привыкший украшать природу с искусством пигмея, сумевший обуздать смерчи и водопады, ничего не мог поделать с миллиардами тонн замерзшей воды, которые отказывались катиться вниз к Беринговому морю.</p>
     <p>На Острове Распутья все ожидали вскрытия реки. Водные пути были издавна первыми проезжими дорогами, а Юкон оставался единственным из них во всей стране. Лодочники с верховьев реки сбивали плоты, скрепляя их железом. Лодочники с нижнего течения конопатили лодки и баржи и топором и стругом выкраивали запасные весла. Джекоб Уэлз бездельничал и радовался полному затишью в работе, и Фрона радовалась вместе с ним. Барон Курбертен сильно нервничал из-за отсрочки. Его горячая кровь бурлила после долгой зимы, и весеннее солнце возбуждало в нем пылкие фантазии.</p>
     <p>— О! О! Река никогда не вскроется! Никогда! — Он смотрел на неподвижный лед, осыпая его учтивыми проклятиями. — Это заговор, бедная моя «Бижу», настоящий заговор!</p>
     <p>И он нежно поглаживал «Бижу», как окрестил он свое сверкающее каноэ, точно это была лошадь.</p>
     <p>Фрона и Сент-Винсент смеялись и толковали ему о терпении, которое он упорно посылал ко всем чертям, пока однажды Джекоб Уэлз не сказал ему:</p>
     <p>— Смотрите, Курбертен! Вон там, к югу от утеса. Можете разглядеть? Что-то движется!</p>
     <p>— Будто бы собака.</p>
     <p>— Слишком медленно для собаки. Фрона, принеси бинокль.</p>
     <p>Курбертен и Сент-Винсент вместе кинулись за биноклем, но последний знал, где он хранится, и вернулся победителем. Джекоб Уэлз приставил бинокль к глазам и смотрел, не отрываясь, на противоположный берег. До острова была добрая миля, и солнечный блеск на льду сильно мешал ему.</p>
     <p>— Человек! — Он передал бинокль и напряженно уставился на реку. — Что-то там неладно.</p>
     <p>— Он ползет! — воскликнул барон. — Этот человек ползет на четвереньках! Смотрите! Вы видите? — Его рука вздрагивала, когда передавала бинокль Фроне.</p>
     <p>По ту сторону искрящегося белого пространства почти невозможно было различить небольшой темный предмет, смутно выступавший на таком же темном фоне земли и кустов. Но Фрона ясно увидела человека и, сузив глаза, уже могла следить за каждым его движением, в особенности когда он добрался до поваленной ветром сосны. С трудом она продолжала наблюдать. Человек дважды тщетно пытался, карабкаясь и извиваясь, переползти через огромный ствол и лишь после третьей попытки почти на исходе сил одолел его только для того, чтобы беспомощно свалиться в густой кустарник.</p>
     <p>— Да, человек. — Фрона передала бинокль Сент-Винсенту. — Он едва двигается. Только что упал по ту сторону ствола.</p>
     <p>— Шевелится? — спросил Джекоб Уэлз. И, когда Сент-Винсент покачал головой, старик принес из палатки свою винтовку и выстрелил в воздух шесть раз подряд.</p>
     <p>— Шевелится! — Журналист напряженно следил за ним. — Он ползет к берегу. Ах!.. Нет, подождите секунду. Да! Теперь он лежит на земле и поднимает шляпу или что-то другое на палку. Машет… (Джекоб Уэлз сделал еще шесть выстрелов.) Снова машет. Все. Уронил палку и лежит без движения.</p>
     <p>Все трое вопросительно посмотрели на Джекоба Уэлза.</p>
     <p>Он пожал плечами.</p>
     <p>— Откуда мне знать? Белый или индеец? Наверно, изголодался или ранен…</p>
     <p>— Но ведь, может быть, он умирает? — умоляюще сказала Фрона, как будто для ее отца, совершившего в жизни так много, не существовало ничего невыполнимого.</p>
     <p>— Мы ничего не можем сделать.</p>
     <p>— Ах! Ужас! Ужас! — ломал руки барон. — На наших глазах! И мы ничего не можем сделать! Нет! — воскликнул он, внезапно решившись. — Нельзя! Перейду по льду.</p>
     <p>Он побежал было вниз, но Джекоб Уэлз схватил его за руку.</p>
     <p>— Не торопитесь, барон! Не теряйте головы.</p>
     <p>— Но…</p>
     <p>— Никаких «но». Что нужно этому человеку — пища, лекарства, что еще? Подождите минутку. Пойдем вместе.</p>
     <p>— Считайте, что я иду с вами, — немедленно вызвался Сент-Винсент, и глаза Фроны заблестели.</p>
     <p>Пока она в палатке готовила сверток с провизией, мужчины достали шестьдесят или семьдесят футов легкой веревки. Джекоб Уэлз и Сент-Винсент привязали себя к обоим концам ее, а барона посередине. Барон заявил, что о провизии будет заботиться он, и навьючил сверток на свои широкие плечи. Фрона следила за ними с берега. Первые сто ярдов они прошли без труда, но она сразу заметила перемену, когда они перешли границу сравнительно плотного прибрежного льда. Ее отец уверенно вел их вперед, нащупывая путь палкой и постоянно меняя направление.</p>
     <p>Сент-Винсент, шедший последним, прежде всех провалился под лед. Но голова его не окунулась в воду, несмотря на сильное течение, и спутники вытащили его, сильно дернув за веревку. Фрона видела, как они посовещались минуту и барон все показывал на что-то и жестикулировал, после чего Сент-Винсент отвязал себя и пошел обратно к берегу.</p>
     <p>— Бр-р-р… — поежился он, приближаясь к Фроне. — Это невозможно.</p>
     <p>— Так отчего же они не вернулись? — спросила она с легким оттенком неудовольствия в голосе.</p>
     <p>— Они сказали, что сделают еще одну попытку. Этот Курбертен — горячая голова, вы же знаете.</p>
     <p>— И отец мой — упрямец, — улыбнулась она. — Не хотите ли переодеться? В палатке есть запасная смена.</p>
     <p>— О, нет! — Он прилег на землю рядом с ней. — На солнце тепло.</p>
     <p>Целый час они следили за обоими мужчинами, которые тем временем превратились в черные точки. Им удалось пробраться на середину реки и продвинуться на милю вверх по течению. Фрона внимательно следила за ними в бинокль, но они часто исчезали за ледяными глыбами.</p>
     <p>— Это нечестно с их стороны, — жаловался ей Сент-Винсент, — они сказали, что сделают только еще одну попытку. Иначе я бы не вернулся. Но им это все равно не удастся. Это совершенно невозможно.</p>
     <p>— Да… Нет… Да! Они возвращаются, — заявила она. — Но слушайте! Что это?</p>
     <p>Глухой гул, словно отдаленный гром, шел с середины реки. Фрона испуганно вскочила.</p>
     <p>— Грегори, неужели река вскрывается?</p>
     <p>— Нет, конечно, нет! Видите, как все стихло.</p>
     <p>Гул, поднявшийся сверху, замер где-то внизу реки.</p>
     <p>— Вот! Опять!</p>
     <p>Второй раскат, более глухой и зловещий, спугнул малиновок и белок. Он прозвучал, словно грохот поезда, мчащегося по эстакаде. Третий раскат, перешедший в продолжительный рев, начался сверху и пронесся мимо них.</p>
     <p>— О, чего они медлят!</p>
     <p>Обе точки остановились: по-видимому, путники совещались. Фрона поспешно навела бинокль на реку. Снова раздался гул, но она не видела никаких изменений. Лед оставался по-прежнему спокойным и неподвижным. Малиновки снова запели, а белки начали верещать, казалось, с некоторым злорадством.</p>
     <p>— Не бойтесь, Фрона! — Сент-Винсент покровительственно обнял ее. — Если есть опасность, то они понимают ее лучше нас и выжидают.</p>
     <p>— Я никогда не видела, как вскрывается большая река, — сказала она, примиряясь с необходимостью ждать.</p>
     <p>Гул то раздавался вновь, то затихал, но других признаков начала ледохода не было, и двое мужчин, бредя по воде, постепенно продвигались к берегу. Они промокли насквозь и дрожали от холода, поднимаясь наверх.</p>
     <p>— Наконец-то! — Фрона схватила отца за руки. — Я боялась, что вы никогда не вернетесь.</p>
     <p>— Хорошо, хорошо. Давай скорее обедать. — Джекоб Уэлз засмеялся. — Опасности не было никакой.</p>
     <p>Но что же это было?</p>
     <p>— Река Стюарт вскрылась, и ее лед заплыл под ледяную корку Юкона. Мы там ясно слышали треск ломающихся глыб.</p>
     <p>— О, это было ужасно! Ужасно! — воскликнул барон. — И тот несчастный! Мы не можем его спасти!</p>
     <p>— Нет, можем. Мы еще раз попытаемся после обеда. Отправим собак. Поторапливайся, Фрона.</p>
     <p>Но и собаки потерпели неудачу. Джекоб Уэлз выбрал самых умных вожаков, привязал к их спинам пакеты с провизией и хотел заставить их спуститься с берега. Но собаки не могли понять, что от них требуется. При каждой попытке вернуться их снова гнали к реке палками, камнями и криками. Это только сбивало их с толку, и, отойдя на почтительное расстояние, они поднимали свои мокрые холодные лапы и жалобно выли, глядя на берег.</p>
     <p>— Если бы удалось согнать вниз хоть одну, они поняли бы, что мне от них нужно, и дело пошло бы как часы. А ну, вперед, Мириам! Вперед! Вся суть в том, чтобы хоть одна из них спустилась на лед.</p>
     <p>Джекоб Уэлз наконец заставил Мириам, вожака упряжки Фроны, пойти по следу, проложенному им и бароном. Собака храбро поднималась вперед, карабкалась и барахталась, иногда пускаясь вплавь. Но, добравшись до того места, откуда они повернули назад, Мириам беспомощно села на задние лапы. Потом она бросилась наперерез к берегу, выбралась на пустынный остров, расположенный выше, и через час вернулась домой без пакета с провизией. Тогда две собаки, притаившиеся в сторонке, окончательно испортили дело, пожрав друг у друга продовольствие. После этого пришлось отказаться от дальнейших попыток, и собак позвали домой.</p>
     <p>В течение дня гул все учащался, а ночью стал непрерывным. К утру он, однако, совершенно прекратился. Река поднялась на восемь футов, и во многих местах вода просочилась сквозь ледяной покров. Всюду слышался треск и хруст, и трещины разбегались по всем направлениям.</p>
     <p>— Лед с реки Стюарт застрял ниже между островами, — пояснил Джекоб Уэлз. — Это вызвало подъем Юкона. А в самом устье реки Стюарт образовался затор, и теперь лед идет обратно. Когда же он прорвется назад, то пойдет к нижнему затору у островов.</p>
     <p>— И тогда? Тогда? — ликовал барон.</p>
     <p>— «Бижу» поплывет.</p>
     <p>Когда рассвело, они принялись высматривать человека на той стороне реки. Он не сдвинулся с места, но в ответ на ружейные выстрелы слабо шевелился.</p>
     <p>— Ничего нельзя сделать, пока не вскроется река, барон. Но скоро мы махнем на «Бижу». Сент-Винсент, вам лучше принести ваши одеяла и переночевать здесь. Нам понадобятся трое гребцов, и я думаю взять Макферсона.</p>
     <p>— У меня нет необходимости оставаться здесь, — поспешил ответить журналист. — Лед тверд, как алмаз, и я поднимусь с зарей.</p>
     <p>— А я? Обо мне забыли? — спросил барон Курбертен.</p>
     <p>Фрона засмеялась.</p>
     <p>— Вспомните, что вы еще не взяли первого урока.</p>
     <p>— И что для него завтра едва ли найдется время, — прибавил Джекоб Уэлз. — Мы должны спешить. Боюсь, что команда будет состоять из Сент-Винсента, Макферсона и меня. Очень сожалею, барон. Поживите с нами еще год, и тогда мы от вас не откажемся.</p>
     <p>Но барон Курбертен никак не мог утешиться и дулся еще целых полчаса.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIV</p>
     </title>
     <p>— Проснитесь! Эй вы, сони! Проснитесь!</p>
     <p>Едва услышав голос Дэла Бишопа, Фрона сбросила меховые одеяла, которыми укрывалась, но прежде чем она успела накинуть юбку и сунуть босые ноги в мокасины, ее отец, спавший за занавеской, откинул полы палатки и вышел.</p>
     <p>Река вздулась. В холодной предрассветной дымке Фрона увидела, как лед мягко терся о высокий берег, местами покрывая его. Огромные глыбы колыхались на расстоянии многих футов от них. Вдали ледяное поле сливалось с тусклым, серым утренним небом. До Фроны донеслись легкий плеск, журчание и едва заметный скрип.</p>
     <p>— Когда река тронется? — спросила она Дэла.</p>
     <p>— Мы и так уже заждались. Смотрите!</p>
     <p>Он указал на воду, которая пробивалась сквозь лед и жадно подползала к ним. Каждые десять минут она поднималась на несколько футов.</p>
     <p>— Опасно? — усмехнулся он. — Ничего подобного. Все будет хорошо. Те острова, — он неопределенно махнул в сторону реки — не смогут выдержать более сильный напор. Если они задержат лед, то он вообще сметет их с лица земли. Наверняка! Но мне надо бежать домой. Наша стоянка расположена ниже. Вода залила пол в хижине дюймов на пятнадцать, и Макферсон с Корлиссом прячут провизию на койки.</p>
     <p>— Скажите Макферсону, чтобы он был готов, когда мы пошлем за ним! — крикнул вслед ему Джекоб Уэлз.</p>
     <p>Потом он обратился к Фроне:</p>
     <p>— Теперь Сент-Винсент как раз должен переходить пролив.</p>
     <p>Барон, продрогший, босоногий, вынул часы.</p>
     <p>— Без десяти минут три, — стуча зубами, оказал, он.</p>
     <p>— Идите домой и наденьте мокасины, — сказала Фрона. — Вы еще успеете.</p>
     <p>— И пропущу все это великолепие? Слушайте!</p>
     <p>Неизвестно откуда раздался сильный треск, постепенно замерший вдали, лед тронулся и медленно, очень медленно поплыл вниз по течению. Не было ни шума, ни оглушительного грома, ни грандиозной борьбы стихий — уплывал безмолвный белый поток, чинная процессия плотного льда, настолько плотного, что не было видно ни одной капли воды. Она притаилась где-то под ледяной коркой, но это приходилось принимать на веру. Слышался не то неясный гул, не то тихий скрип, такой слабый, что ухо едва улавливало его.</p>
     <p>— А где же великолепие? Это обман!</p>
     <p>Барон сердито погрозил кулаками реке, и густые брови Джекоба Уэлза поползли вниз, словно для того, чтоб скрыть насмешливо улыбающиеся глаза.</p>
     <p>— Ха-ха-ха! Просто смешно. Плевать я хотел на этот лед! Черт с ним!</p>
     <p>И, сказав это, барон Курбертен наступил на льдину, которая медленно скользила мимо его ног. Это случилось так неожиданно, что, когда Джекоб Уэлз попытался удержать его, он уже уплыл.</p>
     <p>Лед двигался все быстрее, а гул становился все более громким и угрожающим. Грациозно раскачиваясь, точно цирковой наездник, француз скользил вдоль берега. Он сделал около пятидесяти футов, причем с каждой минутой его рысак казался все ненадежнее, а затем ловко прыгнул на сушу. Он вернулся, смеясь, и получил в награду за свои подвиги несколько самых отборных словечек, которые Джекоб Уэлз извлек из своего особого лексикона, предназначенного только для мужчин.</p>
     <p>— За что? — спросил Курбертен, сильно задетый.</p>
     <p>— За что? — раздраженно передразнил его Джекоб Уэлз, указывая на вязкий поток, скользивший мимо них.</p>
     <p>На тридцать футов ниже громадная льдина врезалась в русло реки и стремилась перевернуться. Вся полоса льда за ней дрожала и выгибалась, точно лист бумаги. Затем застрявшая льдина перевернулась, показав свое тинистое острие. Но, казалось, здесь было тесно, льдины наскакивали на нее, пока наконец вся глыба льда и ила в пятьдесят футов вышины не взлетела на воздух. Она с треском упала на движущуюся массу льда, и куски ее отскочили к ногам наблюдателей. Втянутая в этот хаос, она была стерта в порошок и исчезла.</p>
     <p>— Боже! — произнес барон с благоговением и страхом.</p>
     <p>Фрона схватилась одной рукой за него, а другой за отца. Теперь лед двигался быстрыми скачками. Где-то внизу тяжелая льдина ударилась о берег, и земля задрожала под ногами зрителей. Потом появилась другая, ближе к поверхности, и они едва успели отскочить, как льдину с силой подбросило вверх. Неся добрую тонну ила на широкой спине, она дерзко пронеслась дальше. Затем еще одна, зацепившись за берег огромной рукой, вырвала с корнем три беспечных сосны и увлекла их за собой.</p>
     <p>К восходу белый поток загромоздил Юкон от берега до берега. Под напором двигающейся воды лед несся с головокружительной быстротой. Льдины, не переставая, врезались в берег, и остров дрожал и колебался до самого основания.</p>
     <p>— О, это замечательно, замечательно! — обращалась Фрона к мужчинам. — Ну, где тут обман, барон?</p>
     <p>— Ах! — Он покачал головой. — Ах! Я был неправ. Я раскаиваюсь. Но это величественно! Смотрите!</p>
     <p>Он указал на группу островов, загромождавших излучину реки. Здесь течение в милю шириной разделялось на несколько рукавов, труднопроходимых для плотного льда. Ударяясь о верхушки заливаемых холодным потоком деревьев, льдины отскакивали и взлетали высоко в воздух. Они напирали друг на друга, вылезали из воды, скользили, скрипели, поднимались все выше, на них нагромождались новые льдины, пока между деревьями не образовались ледяные холмы и горы.</p>
     <p>— Здесь, вероятно, и будет затор, — сказал Джекоб Уэлз. — Достань бинокль, Фрона. — Он долго и пристально смотрел в него. — Ледяной поток растет и ширится. Стоит какой-нибудь льдине попасть вовремя в подходящее место.</p>
     <p>— Но вода спадает! — воскликнула Фрона.</p>
     <p>Действительно, уровень воды стал на шесть футов ниже самого высокого места на берегу, и барон Курбертен измерил разницу своей палкой.</p>
     <p>— Тот человек все еще лежит на месте, но он уже не шевелится.</p>
     <p>Совсем рассвело, и солнце сияло на северо-востоке. Они поочередно смотрели в бинокль через реку.</p>
     <p>— Обратите внимание! Разве это не поразительно? — Курбертен указал на сделанную им отметку. Вода упала еще на один фут. — Ах, какая неприятность! Затора не будет!</p>
     <p>Джекоб Уэлз внимательно посмотрел на него.</p>
     <p>— Что будет? — спросил барон с воскресшей надеждой.</p>
     <p>Фрона вопросительно взглянула на отца.</p>
     <p>— Заторы не всегда приятны, — сказал он с отрывистым смехом. — Все зависит от того, в каком месте они происходят и где вы в это время находитесь.</p>
     <p>— Но вода! Посмотрите! Она спадает буквально на глазах!</p>
     <p>— Еще не поздно! — Джекоб Уэлз скользнул взглядом по излучине реки и увидел, что ледяные горы все растут, громоздясь одна на другую. — Идите в палатку, Курбертен, и наденьте мокасины, которые стоят у плиты. Ступайте! Вы ничего не пропустите. А ты, Фрона, разведи огонь и приготовь нам кофе.</p>
     <p>Через полчаса они увидели, что лед все еще медленно продвигается вперед, хотя уровень воды упал на двадцать футов.</p>
     <p>— Теперь начнется потеха! Ну, посмотрите чуть в сторону, нетерпеливый француз. Пролив налево, дружище! Ну вот! Она сворачивает.</p>
     <p>Курбертен увидел, как закрылся вход в пролив налево, а затем поднялась белая громада и начала странствовать от острова к острову. Лед, плывший мимо них, замедлил свой ход и остановился. После этого вода сразу же стала прибывать. Это происходило с такой быстротой, как будто ничто, кроме неба, не могло ее остановить. И как бы пробужденные льдины сталкивались между собой и плыли к берегу, гоня перед собой тинистую воду, указывавшую им путь.</p>
     <p>— Боже мой! Это уж совсем не так приятно.</p>
     <p>— Зато великолепно, барон, — поддразнила его Фрона. — Все-таки вы напрасно мочите себе ноги.</p>
     <p>Он отошел как раз вовремя. Снежная лавина с грохотом обрушилась на то место, где он только что стоял. Под напором воды лед поднимался все выше, пока не встал над островом сплошной стеной.</p>
     <p>— Но он быстро опустится, когда затор прорвется. Смотрите, лед уже почти стоит на месте. Затор прорвался.</p>
     <p>Фрона следила за белой громадой у островов.</p>
     <p>— Нет, — сказала она.</p>
     <p>— Но вода уже не прибывает так стремительно.</p>
     <p>— Но она все-таки прибывает.</p>
     <p>Барон притворился смущенным. Затем его лицо просияло.</p>
     <p>— О! Теперь я знаю! Где-нибудь выше есть еще один затор. А вдруг он еще больше, чем этот?</p>
     <p>Она схватила его трепещущую руку и задержала в своей.</p>
     <p>— Подумайте, что будет, если верхний затор прорвется, а нижний еще удержится?</p>
     <p>Барон спокойно смотрел на нее, пока не понял значения ее слов. Его лицо вспыхнуло, он порывисто задышал, выпрямился и откинул голову назад. Потом сделал широкий жест рукой, указывая на остров, и произнес:</p>
     <p>— Тогда вы и я, палатка, лодки, хижины, деревья — все и даже «Бижу» полетит к черту.</p>
     <p>Фрона покачала головой.</p>
     <p>— Ужасно досадно!</p>
     <p>— Досадно? Нет. Великолепно!</p>
     <p>— Нет-нет, барон. Я не то хочу сказать. Досадно, что вы не англосакс. Вы были бы гордостью науки.</p>
     <p>— А вы, Фрона, могли стать украшением Франции.</p>
     <p>— Опять говорите друг другу комплименты, — ухмыльнулся Дэл Бишоп, собираясь так же быстро исчезнуть, как и появился. — Закругляйтесь скорей. В хижине есть несколько больных. Идите туда. Вы им нужны. Не теряйте времени! — крикнул он через плечо, скрываясь за деревьями.</p>
     <p>Вода все еще прибывала, но уже медленно. Как только они покинули высокое место, им пришлось шлепать по воде, доходящей до лодыжек. Пробираясь между деревьями, они набрели на лодку, оставшуюся здесь с прошлой весны. Трое <emphasis>чечако,</emphasis> которым удалось добраться до острова по льду, влезли в нее вместе с палаткой, санями и собаками. Но лодка находилась в опасной близости от ледяного потока, который выл, извивался и вздымался всего в нескольких футах от нее.</p>
     <p>— Уходите! Выбирайтесь отсюда, дурачье! — крикнул Джекоб Уэлз мимоходом.</p>
     <p>Дэл Бишоп, пробегая, посоветовал им:</p>
     <p>— Убирайтесь отсюда ко всем чертям.</p>
     <p>Но <emphasis>чечако</emphasis> не услышали их. Один из них поднял недоумевающее, перепуганное лицо. Другой, не обращая ни на что внимания, лежал ничком поперек лодки, совершенно обессиленный, а третий, с физиономией клерка, раскачиваясь взад и вперед, монотонно стонал:</p>
     <p>— О господи! О господи!</p>
     <p>Барон остановился, чтобы дать ему встряску.</p>
     <p>— Черт возьми! — воскликнул он. — Действуйте ногами, приятель! Не призывайте бога, а действуйте ногами. Ну! Ну, бодрее! Ну! Пошевеливайтесь! Отойдите от берега! Спрячьтесь где-нибудь в лесу или где угодно!</p>
     <p>Он сделал попытку вытащить его из лодки, но человек яростно отбивался и в конце концов остался на месте.</p>
     <p>— Мой лексикон пополняется, — с гордостью сказал барон Фроне, спешившей вместе с ним вперед. — Пошевеливайтесь! Это крепкое словцо и вполне уместное.</p>
     <p>— Вам следовало бы путешествовать с Дэлом! — рассмеялась она. — Он моментально увеличил бы ваш запас слов.</p>
     <p>— Неужели?</p>
     <p>— Конечно!</p>
     <p>— Ох, уж этот ваш язык! Я никогда не научусь говорить на нем. — И он с отчаянием схватился за голову руками.</p>
     <p>Они вышли на просеку, где у самой реки стояла хижина. На ее плоской земляной крыше лежали двое больных, завернутых в одеяла, а Бишоп, Корлисс и Джекоб Уэлз разыскивали узлы с платьем и прочую поклажу, ступая по колено в воде. В самом низком месте уровень воды равнялся двум футам, но пол хижины был углублен для сохранения тепла, и вода здесь доходила до пояса.</p>
     <p>— Не дайте табаку промокнуть! — сказал слабым голосом один из больных, лежавших на крыше.</p>
     <p>— К черту табак! — заявил его товарищ. — Позаботьтесь о муке и сахаре, — добавил он, подумав.</p>
     <p>— Это потому, что Билл не курит, мисс, — объяснил первый. — Присмотрите за табаком, будьте добры, — умолял он.</p>
     <p>— Вот, и заткнись! — Дэл бросил ему жестянку с табаком, в которую больной вцепился, точно это был мешок с самородками золота.</p>
     <p>— Нужна ли моя помощь? — спросила Фрона, посмотрев наверх.</p>
     <p>— Нет. У них цинга. Им могут помочь только царство небесное и сырой картофель. — Старатель минуту разглядывал ее. — Что, собственно говоря, вы здесь делаете? Возвращайтесь на более высокое место.</p>
     <p>Но тут со страшным грохотом обрушилась ледяная стена. Огромная глыба в пятьдесят тонн рассыпалась на мелкие куски у самой двери хижины, обрызгав их грязной водой. Льдина поменьше ударилась о выступающие угловые бревна, и хижина покачнулась. В ней находились Курбертен и Джекоб Уэлз.</p>
     <p>— После вас, — услышала Фрона голос барона, за которым последовал отрывистый смешок отца, и галантный француз вышел последним, протискиваясь между льдиной и бревнами.</p>
     <p>— Послушай, Билл! Если этот нижний затор удержится, мы покойники! — крикнул человек с жестянкой своему товарищу.</p>
     <p>— Определенно! — последовал ответ. — Я видел ниже Нулато, как остров Биксби был начисто выметен — не хуже, чем пол в кухне моей старухи-матери.</p>
     <p>Мужчины торопливо окружили Фрону.</p>
     <p>— Так не годится. Их нужно перенести в вашу хибарку, Корлисс.</p>
     <p>С этими словами Джекоб Уэлз ловко взобрался на крышу хижины и посмотрел вниз на огромную преграду.</p>
     <p>— Где Макферсон? — спросил он.</p>
     <p>— Он окаменел от страха и сидит верхом на распорке палатки.</p>
     <p>Джекоб Уэлз помахал рукой.</p>
     <p>— Пролом. Река тронулась.</p>
     <p>— К черту пол в кухне, Билл, при всем уважении к твоей старухе! — закричал любитель табака.</p>
     <p>— Верно, — ответил невозмутимый Билл.</p>
     <p>Вся река словно пришла в движение и покатила вниз свой тяжелый груз. Под его возрастающим напором ледяная стена рухнула во многих местах. Скрип и треск вырываемых с корнем деревьев был слышен вдоль всего берега.</p>
     <p>Корлисс и Бишоп подняли Билла и направились к хижине Макферсона. А Джекоб Уэлз и барон только что начали спускать с крыши его товарища, как надвинулась огромная льдина, которая накрыла хижину. Фрона видела это и криком предостерегла их, но в то же мгновение плохо сколоченные бревна рассыпались, как карточный домик. Она видела, как Курбертен и больной были сметены лавиной, а ее отец погрузился в воду вместе с обломками. Она кинулась к нему, но он не мог выплыть. Тогда она постаралась приподнять его голову так, чтобы его рот был над уровнем воды, но, несмотря на ее усилия, голова Джекоба Уэлза едва показалась на поверхности. Она отпустила его и внимательно обследовала воду, пока не убедилась, что правая рука отца застряла между бревнами. Фрона не могла их сдвинуть, но просунула между ними стропило, видневшееся из-под грязного мха, грубый и малопригодный для этой цели рычаг. Под тяжестью ее тела он начал сгибаться и трещать. Это послужило ей предостережением. Она отошла на несколько футов и принялась в виде опыта осторожно раскачивать стропило, пока бревна не поддались и не показалось лицо Джекоба Уэлза, перепачканное тиной.</p>
     <p>Он несколько раз глубоко вздохнул и воскликнул:</p>
     <p>— Ничего! Все годится!</p>
     <p>А затем, быстро оглянувшись, добавил:</p>
     <p>— Фрона, Дэлу Бишопу можно верить.</p>
     <p>— А в чем дело? — спросила она с недоумением.</p>
     <p>— Он сказал, что ты молодец.</p>
     <p>Джекоб Уэлз поцеловал ее, и они оба, смеясь, стерли тину с губ.</p>
     <p>Курбертен показался из-за развалин.</p>
     <p>— В жизни не встречал подобного человека! — весело воскликнул он. — Он просто сумасшедший! Неугомонный какой-то! У него при падении треснул череп, и табак пропал. Но его больше огорчает не череп, а табак!</p>
     <p>Впрочем, череп был цел, только на коже зияла рана дюймов в пять длиною.</p>
     <p>— Вам придется подождать, пока не вернутся другие. Я не могу нести. — Джекоб Уэлз показал на свою правую руку, которая висела, как плеть.</p>
     <p>— Только вывих, — пояснил он. — Кости не сломаны.</p>
     <p>Барон театральным жестом указал на ноги Фроны.</p>
     <p>— О, вода отхлынула, но здесь осталось сокровище, бесценная жемчужина!</p>
     <p>Поношенные мокасины Фроны разлезлись от воды, и маленький белый палец выглядывал наружу.</p>
     <p>— Значит, я очень богатая, барон. Ведь у меня их еще девять.</p>
     <p>— Кто с этим не согласится! Кто с этим не согласится! — пылко воскликнул он.</p>
     <p>— Какой вы потешный, сумасбродный, славный парень!</p>
     <p>— Припадаю к вашим перстам! — И он галантно опустился на колени в грязь.</p>
     <p>Она, запустив обе руки в его гриву, шутя оттаскала его за волосы.</p>
     <p>— Что мне делать с ним, папа?</p>
     <p>Джекоб Уэлз пожал плечами и засмеялся.</p>
     <p>Фрона приподняла лицо Курбертена и поцеловала его в губы. И Джекоб Уэлз понял, что на долю барона пришлась самая большая радость.</p>
     <empty-line/>
     <p>Уровень реки опустился до зимнего уровня, и она помчала дальше свой ледяной груз. Но вдоль берега осталась двадцатифутовая ограда льдин. Огромные глыбы, словно исполинские останки какого-то полярного чудовища, были разбросаны по острову среди сваленных деревьев и покрытых илом цветов и трав. Солнце светило вовсю, смывая грязь и тину с ледяных гор, пока они не засверкали под его лучами, точно груды алмазов молочно-голубоватого отлива. Они напоминали небрежно нагроможденные друг на друга сверкающие башни и радужные минареты, которые то и дело с грохотом обваливались в реку. У образовавшейся таким образом ямы стояла «Бижу», окруженная обитателями Острова Распутья, спасавшими <emphasis>чечако</emphasis> и больных.</p>
     <p>— Нет, нет! Двоих за глаза хватит! — Томми Макферсон оглядывался, ища помощников. — Троих в лодке девать некуда.</p>
     <p>— Нам надо слетать одним духом, либо вовсе не браться за это дело, — сказал Корлисс. — Поэтому и требуется три человека, Томми, и вы это прекрасно знаете.</p>
     <p>— Нет, нет, двоих хватит, говорю я вам.</p>
     <p>— К сожалению, нам действительно придется удовольствоваться двумя.</p>
     <p>Канадский шотландец громко выразил свое удовольствие.</p>
     <p>— Третий только помешал бы. Я не сомневаюсь, что вы справитесь, приятель.</p>
     <p>— Но вы будете одним ив двух, Томми, — настаивал неумолимый Корлисс.</p>
     <p>— Зачем? И без меня найдутся люди!</p>
     <p>— Нет. Не найдутся, Курбертен не знает самых простых вещей. Сент-Винсент, по-видимому, не может перебраться через пролив. Мистер Уэлз вывихнул руку. Только мы с вами и остались, Томми.</p>
     <p>— Я не хочу вмешиваться, но Дэл Бишоп — самый подходящий человек. Он хорошо гребет.</p>
     <p>Шотландец не питал большой привязанности к суровому старателю, но хорошо знал его твердый характер и ухватился за возможность спасти самого себя, утопив другого.</p>
     <p>Дэл Бишоп вышел на середину маленького кружка и, прежде чем заговорить, посмотрел в глаза каждому из присутствующих.</p>
     <p>— Есть тут человек, который решится назвать меня трусом? — спросил он без обиняков. Он снова посмотрел всем в глаза. — Или, может быть, кто-нибудь посмеет сказать, что я поступил когда-либо подло? — Он еще раз оглянулся кругом. — Ладно. Я терпеть не могу воды, но я ее никогда не боялся. Я не умею плавать, но я все же прыгал за борт, и лучше уж не вспоминать, сколько раз. Я не могу двинуть веслом, чтобы не хлопнуться на дно лодки. Что касается того, чтобы править рулем, то знатоки утверждают, что в компасе тридцать два румба. Но когда я берусь за дело, приходится накинуть еще тридцать. Я ни черта не понимаю в гребле, это факт. Я опрокидываю любое каноэ, едва вступив в него ногой. Я пробил дно у двух лодок. В Ущелье я пошел на дно, а недалеко от Уайтхорса меня вытащили из воды. Я могу грести в такт только с одним человеком, и этот человек — ваш покорный слуга. Но, джентльмены, я по первому призыву готов занять место на «Бижу» и вести ее хоть в ад, если она не перевернется по дороге.</p>
     <p>Барон Курбертен сжал его в своих объятиях.</p>
     <p>— Вы настоящий мужчина! Это факт!</p>
     <p>Томми побледнел и поспешил прервать воцарившееся молчание:</p>
     <p>— Конечно, я умею обращаться с веслом, а в спину мне всегда дует попутный ветер. Но если мы пустимся в путь, то попадем в следующий затор. Я считаю, что торопиться нечего. Подождем, пока река не очистится от льда.</p>
     <p>— Этот номер не пройдет, Томми, — заметил Джекоб Уэлз. — Здесь не может быть оправданий.</p>
     <p>— Но помилуйте! Совершенно ясно, что…</p>
     <p>— Довольно! — сказал Корлисс. — Вы отправитесь со мной.</p>
     <p>— Ничего подобного. Я…</p>
     <p>— Заткнитесь! — Дэл родился на свет с кожаными легкими и медной гортанью. Его окрик заставил шотландца присмиреть.</p>
     <p>— Смотрите! Смотрите! — Серебристый голосок Фроны, прозвучавший по острову между деревьями, пришел на смену трубному реву Дэла. — Смотрите! Смотрите! Открытая вода! Подождите минуту! Я поеду с вами!</p>
     <p>В трех милях вверх по течению, там, где Юкон делал резкий поворот на восток, показалась полоска воды. Как-то не верилось в это чудо после долгой, суровой зимы. Макферсон, лишенный воображения, начал решительно отступать.</p>
     <p>— Подождите немножко! Подождите немножко! — протестовал он, когда старатель схватил его за шиворот. — Я забыл свою трубку.</p>
     <p>— Что ж, подождем вместе, Томми, — издевался Дэл. — Я угостил бы вас моей трубкой, если бы ваша не торчала у вас из кармана.</p>
     <p>— Но ведь я забыл табак.</p>
     <p>— Прошу вас! — Дэл сунул свой кисет в дрожащую руку Макферсона.</p>
     <p>— Вам лучше снять куртку. Я вам помогу. И между нами, Томми, если вы не будете вести себя как мужчина, я вам покажу, где раки зимуют. Честное слово!</p>
     <p>Корлисс снял свою толстую фланелевую рубашку, чтобы легче было двигаться, и, когда Фрона подошла к ним, оказалось, что она также последовала его примеру. На ней не было ни жакета, ни верхней юбки, а нижняя юбка из темной материи спускалась немного ниже колен.</p>
     <p>— Вы подходите к нашей компании, — заметил Дэл.</p>
     <p>Джекоб Уэлз тревожно посмотрел на дочь и зашел с другой стороны лодки в то время, как она ощупывала рукоятки нескольких весел.</p>
     <p>— Неужели ты?.. — начал он.</p>
     <p>Она кивнула головой.</p>
     <p>— Вы добрая девушка, — вмешался Макферсон. — У меня дома жена, не говоря уже о трех малютках…</p>
     <p>— Готово! — Корлисс оглянулся, приподнимая нос «Бижу».</p>
     <p>Мутные ручьи сбегали в реку с крутого берега. Курбертен поддерживал корму, а Дэл подгонял упиравшегося Томми. Плоская льдина, спущенная с горы, стала причальными мостками.</p>
     <p>— Ступайте на нос, Томми.</p>
     <p>Шотландец застонал, но, услышав за собой тяжелое дыхание Бишопа, повиновался. Фрона села на корму, чтобы удержать равновесие.</p>
     <p>— Я умею править, — уверяла она Корлисса, только теперь сообразившего, что она едет с ними.</p>
     <p>Он поднял глаза на Джекоба Уэлза, словно спрашивая разрешения, и получил утвердительный ответ.</p>
     <p>— Скорей! Двигайтесь! — нетерпеливо понукал их Дэл. — Не теряйте времени!</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXV</p>
     </title>
     <p>«Бижу» была совершеннейшим воплощением всего изящного и тонкого, что таится в душе судостроителя. Легкая и хрупкая, как яичная скорлупа, обшивка ее в три восьмых дюйма толщиной была плохой защитой от льдин величиной даже в человеческую голову. Несмотря на то, что вода уже была чистой, «Бижу» мешали плавучие льдины, оторвавшиеся от береговой кромки.</p>
     <p>Сидя на корме и искусно управляя рулем, Фрона сразу же внушила Корлиссу доверие к себе.</p>
     <p>Картина была величественная: черная река катила свои волны между хрустальными берегами; а там, дальше, зеленые леса поднимались к летнему небу, усеянному облаками; и над всем этим знойное солнце дышало жаром, точно раскаленная печь. Величественная картина! Но мысли Корлисса почему-то обратились к его матери и ее обязательному чаепитию, к мягким коврам, чопорным горничным из Новой Англии, канарейкам, поющим на широких окнах, и он задумался над тем, могла ли бы она все это понять. И когда он подумал о девушке, сидевшей позади него, и прислушался к плеску ее опускавшегося и поднимавшегося весла, перед ним прошла вереница женщин, знакомых его матери. Бледные, мерцающие призраки, подумал он, и карикатуры на тех, кто некогда населял землю и будет населять ее впредь.</p>
     <p>«Бижу» обогнула крутящуюся льдину и через узкий пролив выскочила в открытое место. Ледяная стена со скрежетом сомкнулась за ними. Томми застонал.</p>
     <p>— Ловко! — одобрительно сказал Корлисс.</p>
     <p>— Сумасшедшая женщина! — раздалось ворчание за их спиной. — Что ей стоило немного подождать?</p>
     <p>Услышав его слова, Фрона ответила на них вызывающим смехом. Взглянув на нее через плечо, Вэнс был околдован ее улыбкой. Небрежно надетая шапочка соскользнула с головы, и распущенные волосы, сверкающие на солнце, обрамляли ее лицо, как тогда, по дороге от Дайи.</p>
     <p>— Мне хочется запеть, но надо беречь силы. «Песню о мече», например, или «Песню о якоре». Или «Первую матросскую песню», — сказал Корлисс. — «Моей была женщина смуглая», — промурлыкал он многозначительно.</p>
     <p>Она погрузила весло в воду с другой стороны лодки, чтобы обогнуть небольшую льдину, и, по-видимому, не расслышала.</p>
     <p>— Я могла бы так плыть без конца, — сказала она.</p>
     <p>— И я тоже, — горячо поддержал ее Корлисс.</p>
     <p>Но она добавила только:</p>
     <p>— Вэнс, я очень рада, что мы с вами друзья.</p>
     <p>— Не я виноват в том, что мы только друзья.</p>
     <p>— Вы не гребете, сударь, — заметила она, и он молча склонился над веслами.</p>
     <p>«Бижу» плыла под углом в сорок пять градусов к течению. Это помогало ей достигнуть западного берега как раз против точки отправления и отсюда повернуть вверх, в более спокойную часть реки. Им предстояло сделать милю вдоль скалистого берега. И тогда их будет отделять от погибающего сотня ярдов бушующего потока.</p>
     <p>— Теперь можно ослабить ход, — предложил Корлисс, когда они попали в водоворот и были отнесены встречным течением к огромной стене берегового льда.</p>
     <p>— Кто бы подумал, что сейчас середина мая? — Фрона посмотрела на плывущие льдины. — Вам все это кажется реальным, Вэнс?</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Мне тоже нет. Я знаю, что это я, Фрона, нахожусь здесь в рыбачьей лодке и вместе с двумя мужчинами гребу для спасения жизни другого человека. Год по нашему летосчислению тысяча восемьсот девяносто восьмой, место действия Аляска, река Юкон; я вижу воду и плавающие в ней льдины; мои руки устали, мое сердце учащенно бьется, я покрыта испариной, и все же это кажется сном. Подумайте только! Лишь год назад я была в Париже!</p>
     <p>Она глубоко вздохнула и посмотрела через реку на противоположный берег, где на фоне темной зелени леса белела палатка Джекоба Уэлза.</p>
     <p>— Просто не верится, что на свете существует город, — прибавила она. — Парижа нет.</p>
     <p>— А я год тому назад был в Лондоне, — задумчиво сказал Корлисс. — Но с тех пор я стал другим. Лондон? Теперь нет Лондона. Это невозможно. Откуда на свете столько людей? Мир — это то, что нас сейчас окружает, в нем очень мало людей, а то иначе где бы были все эти льды, море и небо. Вот Томми, я знаю, он с любовью вспоминает о месте, которое называет Торонто.<a l:href="#n_143" type="note">[143]</a> Но он ошибается. Оно существует только в его воображении, это — воспоминание о его прежней жизни. Вряд ли, конечно, подозревает он об этом. И к чему ему подозревать? Ведь он не философ, и не заботится о…</p>
     <p>— Заткнитесь! — злобно прошептал Томми. — Ваша болтовня нас погубит.</p>
     <p>На Севере жизнь коротка, и пророчества там сбываются молниеносно. Предостерегающий трепет пронесся по воздуху, и радужная стена над ними покачнулась. Все три весла дружно зачерпнули воду. «Бижу» понеслась вперед. Раздался оглушительный треск, и тысячи тонн льда с грохотом обрушились позади них. Взбаламученная вода пенилась и бурлила. «Бижу», отчаянно барахтаясь, вынырнула из-под нависшей над ней льдины и, зачерпнув бортом воду, стала лавировать между валами.</p>
     <p>— Я предупреждал вас, болтливые идиоты!</p>
     <p>— Сидите смирно и гребите, — резко прервал его Корлисс. — Или вам больше не придется раскрыть рта.</p>
     <p>Он покачал головой, глядя на Фрону, и она подмигнула ему в ответ; и они оба, как дети, начали смеяться над приключением, которое сперва казалось катастрофическим, но неожиданно приняло благоприятный оборот.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_025.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Робко продвигаясь под сенью нависших льдин, «Бижу» бесшумно миновала последний водоворот. Край скалы грозно выступал из реки — чудовищная масса голого камня, изъеденного и разрушенного столетиями, ненавидящая реку, которая ее подтачивала, ненавидящая дождь, избороздивший ее мрачный лик незаметными морщинами, ненавидящая солнце, не желавшее подарить ей новый зеленый ковер, который помог бы скрыть ее безобразие. Река обрушивала на нее всю свою силу, но, ударившись о зубчатые края, спешила вернуться в прежнее русло. Вокруг скалы каскадами вздымались бушующие волны, а из ее расщелин и источенных водой пещер доносился шум невидимой борьбы.</p>
     <p>— Ну! Налегайте на весла! Покрепче!</p>
     <p>Это был последний приказ, который мог отдать Корлисс, ибо в том диком гуле, который несся им навстречу, человеческий голос звучал, как удар крокетного молотка во время землетрясения. «Бижу» метнулась вперед и одним взмахом обогнула водоворот, глубоко погрузившись в воду. <emphasis>Вниз — вверх, вниз — вверх.</emphasis> Весла работали сильно и ритмично. Волны бурлили и увлекали лодку, крутя ее во все стороны; и хрупкая скорлупка дрожала и трепетала, противясь напору волн. Она лихорадочно металась из стороны в сторону, но Фрона сдерживала ее железной рукой. На расстоянии ярда перед ними в скале зияла расщелина. «Бижу» взметнулась и понеслась вперед, но вода, ускользавшая из-под нее, удерживала ее на одном месте. Лодка то удалялась от расщелины, то приближалась к ней; и расщелина как будто издевалась над усилиями гребцов.</p>
     <p>Пять минут, из которых каждая казалась вечностью, — и они миновали расщелину. Еще десять минут, и она уже была в ста футах за кормой. <emphasis>Вниз — вверх, вниз — вверх.</emphasis> Небо, земля, река — все слилось перед их глазами. Сознание сосредоточилось на одной тонкой полоске пены, которой разъяренные волны окаймляли зловещую скалу. В этой полоске было все. Она была границей между жизнью и смертью. Их влекло туда.</p>
     <p>Фрона все еще сдерживала яичную скорлупку железной рукой. Они сохраняли то, что приобрели, и продолжали бороться, отвоевывая каждый дюйм. <emphasis>Вниз — вверх.</emphasis> Все сошло бы хорошо, если бы не страх, закравшийся в душу Томми. Обломок льдины, втянутый течением вниз, весь в пене всплыл под его веслом и, показав зубчатые края, снова опустился в глубину. Это зрелище вызвало у Томми представление о нем самом, с прилипшими волосами и руками, судорожно хватающими пустоту; ему казалось, что он уходит все глубже и глубже в воду ногами вперед. Широко открытыми глазами уставился он на предвестника гибели, и его поднятое весло застыло в воздухе. Еще минута — и расщелина глянула им прямо в лицо. Они очутились под скалой, медленно погружаясь в водоворот.</p>
     <p>Фрона лежала с откинутой головой и всхлипывала, глядя на солнце. Корлисс с сильно бьющимся сердцем растянулся в лодке, а на корме шотландец, еле переводя дух и совершенно обессилев, опустил голову на колени. «Бижу» мягко потерлась о льдины и остановилась. Радужная стена висела над ними, как сказочная громада; солнце, отражаясь в бесчисленных гранях, разукрасило ее роскошными драгоценными камнями. Серебристые струи стекали по ее хрустальным уступам, а светлая глубина, казалось, сбрасывала один покров за другим, открывая тайны жизни, смерти и человеческих стремлений, — бледно-лазурные видения, похожие на сон, сулившие здесь, в холодной глубине, вечный покой и вечный отдых.</p>
     <p>Самая верхняя башня высотой в двадцать футов, изящная и в то же время массивная, тихо покачивалась над их головами: казалось, то колышется пшеница при легком летнем ветерке. Корлисс смотрел на нее, ничего не замечая. Ему хотелось только одного: лежать здесь, на границе тайны, лежать здесь и жадно глотать воздух — больше ничего. Дервиш, который вертится на одном каблуке, пока все окружающее не сливается перед его глазами, может схватить сущность вселенной и познать невидимое божество. И точно так же человек, который работает веслом, гребет и гребет, может отрешиться от всего земного и подняться над временем и пространством. Так было с Корлиссом.</p>
     <p>Но постепенно его кровь перестала бешено пульсировать, воздух утратил сладость нектара, и к нему вернулось сознание действительности и грозящей опасности.</p>
     <p>— Мы должны выбраться отсюда, — сказал он хриплым, точно с перепоя, голосом. Он сам испугался этого хриплого голоса, но быстро поднял дрожащее весло и оттолкнулся от льдины.</p>
     <p>— Да, давайте пробиваться во что бы то ни стало, — произнесла Фрона чуть слышно; казалось, ее голос звучал издали.</p>
     <p>Томми поднял голову и оглянулся.</p>
     <p>— Я думаю, надо бросить это дело.</p>
     <p>— Налегайте!</p>
     <p>— Попытаться еще раз?</p>
     <p>— Налегайте! — повторил Корлисс.</p>
     <p>— Пока у вас не разорвется сердце, Томми, — добавила Фрона.</p>
     <p>Они еще раз вступили в борьбу с течением, продвигаясь вдоль узкой полосы пены. Весь мир исчез, кроме этой полоски, бушующих волн и зияющей расщелины. Но они мало-помалу оставили ее позади, устремляясь к широкому изгибу реки впереди; только скала, беспощадная и враждебная, у подножия которой ревели злые волны, преграждала им путь. «Бижу» поднялась на гребень, рванулась вперед, покачнулась, но встречное течение отнесло ее на прежнее место. <emphasis>Вниз — вверх, вниз — вверх</emphasis>. Казалось, не будет конца усилиям и мукам, и даже полоска пены постепенно растаяла и исчезла, и борьба потеряла смысл. Их души растворились в ритме гребли; непрерывно поднимая и опуская весла, они как бы превратились в огромные маятники. Впереди них и за ними мерцала вечность, и между одной вечностью и другой они непрерывно, широкими движениями поднимали и опускали весла. Они уже больше не были людьми, а лишь воплощенным ритмом. Они плыли по течению, пока их весла не коснулись зловещей скалы, но они не заметили этого, несясь вперед, невредимые по прихоти судьбы, через зубчатый лед. Они не чувствовали ни ударов весел по волнам, ни ветерка, освежающего их лица…</p>
     <p>«Бижу» сделала поворот, и их весла, механически взметнувшиеся в лучах солнца, удержали ее под прямым углом к реке. Когда к ним вернулось чувство времени и действительности и Остров Распутья вновь замаячил перед их глазами, точно берег нового мира, они начали грести длинными свободными ударами, чтобы отдышаться и восстановить силы.</p>
     <p>— Третья попытка была бы бесполезной, — сказал Корлисс глухим, прерывистым шепотом.</p>
     <p>И Фрона ответила:</p>
     <p>— Да, у нас, наверно, был бы разрыв сердца.</p>
     <p>Жизнь, приветливый костер в лагере, мирный отдых, полуденная тень — все это представилось воображению Томми, когда лодка стала приближаться к берегу. И прежде всего он вспомнил благословенный Торонто, его дома, которые никогда не качаются, и людные улицы. Каждый раз, когда его голова наклонялась вперед и он делал взмах веслом, улицы расширялись, словно он смотрел на них в телескоп, постепенно наводя на фокус. И каждый раз, когда весло было в воде и его голова поднималась, остров вырастал все больше. Его голова опускалась, и перед ним возникали улицы. Он поднимал голову, и Джекоб Уэлз и еще двое мужчин стояли на берегу в нескольких ярдах от него.</p>
     <p>— Что я вам говорил? — крикнул им Томми с торжеством.</p>
     <p>Но Фрона неожиданным толчком направила лодку параллельно берегу, и он вдруг с изумлением взглянул вверх по течению. Остановив весло на полпути, он бросил его на дно лодки.</p>
     <p>— Поднимите весло! — резко и безжалостно приказал Корлисс.</p>
     <p>— И не подумаю! — Томми возмущенно посмотрел на своего мучителя и заскрипел зубами от гнева и разочарования.</p>
     <p>Лодка плыла по течению, и Фрона только сохраняла направление. Корлисс на коленях подполз к Макферсону.</p>
     <p>— Я не хочу прибегать к насилию, Томми, — сказал он тихим от напряжения голосом. — Поднимите весло… Ну, по-хорошему!</p>
     <p>— Нет!</p>
     <p>— Тогда я убью вас, — продолжал Корлисс тем же спокойным, бесстрастным тоном, вынимая из ножен охотничий нож.</p>
     <p>— А если я не послушаюсь? — упрямо спросил шотландец, но все же отодвинулся в сторону.</p>
     <p>Корлисс осторожно притронулся к нему ножом, лезвие коснулось спины Томми прямо против сердца, медленно прошло сквозь рубашку и вонзилось в кожу. Но оно не остановилось и все так же, не ускоряя движения, медленно продолжало свой путь. Томми, вздрогнув, оглянулся назад.</p>
     <p>— Эй, вы! Уберите нож! — закричал он. — Я буду грести.</p>
     <p>Фрона страшно побледнела, но в глазах ее не было ни капли жалости, и она одобрительно кивнула головой.</p>
     <p>— Мы попытаемся пройти с другой стороны и начнем повыше! — крикнула она отцу. — Что? Я не слышу! Томми? У него слабое сердце? Ничего серьезного. — Она приветствовала его взмахом весла. — Мы слетаем в минуту, папочка. В одну минуту.</p>
     <p>Река Стюарт была совершенно свободна от льда, и они проплыли по ней четверть мили, прежде чем достигли ее устья и повернули дальше по Юкону. Но, когда они приблизились к человеку на противоположном берегу, то наткнулись на новое препятствие. Милей выше размытый остров отчаянно цеплялся за дно реки. Он заканчивался песчаной косой, которая, перерезая реку, упиралась в непроходимые скалы. Сотни тысяч тонн льда громоздились здесь, ослепительно сверкая на солнце.</p>
     <p>— Вот тут мы и переправимся волоком, — сказал Корлисс, когда Фрона повернула лодку прочь от берега.</p>
     <p>«Бижу» через узкий пролив пронеслась к песчаной косе и оказалась в маленьком ущелье, где стены были менее круты. Они причалили к ледяному выступу, который без всякой опоры возвышался на добрых тридцать футов над водой. Их очень интересовало, как глубоко он уходит вниз. Они вскарабкались на его вершину, таща за собой лодку, и оглянулись вокруг. Льдины громоздились друг на друга в хаотическом беспорядке. Колоссальные глыбы служили пьедесталом белым махинам, которые горели и сверкали на солнце, как чудовищные алмазы.</p>
     <p>— Приятное местечко для прогулки, — издевался Томми. — Тем более, что новый затор может образоваться каждую минуту. — Он решительно уселся на снег. — Покорно благодарю, с меня хватит…</p>
     <p>Фрона и Корлисс карабкались выше, неся лодку.</p>
     <p>— Персы бичами гнали своих рабов в бой, — заметила она, посмотрев назад. — Я раньше не могла этого понять. Не вернуться ли вам за ним?</p>
     <p>Корлисс пинком ноги заставил хнычущего Томми подняться и идти вперед. Лодка весила очень немного, но все же им приходилось трудно на крутых подъемах и поворотах. Солнце палило немилосердно. Глазам было больно от его раскаленных лучей. Они обливались потом и задыхались.</p>
     <p>— О Вэнс! Знаете ли…</p>
     <p>— Что? — Быстрым движением руки он вытер со лба пот.</p>
     <p>— Я жалею, что не позавтракала более плотно.</p>
     <p>Вэнс сочувственно промычал что-то. Они дошли до середины косы, откуда открывался вид на реку, и ясно разглядели за ней незнакомца, который подавал сигналы бедствия. Ниже лежал живописный в своей зелени Остров Распутья. Они обвели глазами широкий изгиб Юкона. Река лениво нежилась под лучами солнца, и трудно было поверить, что в любую минуту она может превратиться в смертоносный поток. Лед у их ног образовал миниатюрное ущелье, пересеченное широкой тенью, падавшей от солнца.</p>
     <p>— Идите вперед, Томми, — приказала Фрона. — Мы прошли полпути, и под нами еще вода.</p>
     <p>— Вы только и думаете о воде, — огрызнулся он, — а сами ведете человека на смерть.</p>
     <p>— Я боюсь, что у вас на душе есть какой-то большой грех, Томми, — сказала Фрона, укоризненно качая головой. — Отчего вы так боитесь смерти? — Она вздохнула и ухватилась за свой конец лодки. — Хотя, я думаю, это естественно. Вы не умеете умирать…</p>
     <p>— Я вовсе и не желаю умирать, — яростно перебил ее Томми.</p>
     <p>— Но для всех настает время, когда приходится умереть, когда ничего другого не остается. И мы, может быть, переживаем этот момент сейчас.</p>
     <p>Томми осторожно скользнул на сверкающий уступ и растянулся во весь рост.</p>
     <p>— Все это очень хорошо, — ухмыльнулся он, — но не думаете ли вы, что у меня не хватит здравого смысла судить самому? Я хочу сам решать за себя.</p>
     <p>— Но вы не умеете этого делать самостоятельно. Сильные всегда задавали тон таким, как вы. Они указывали им, как и где надо умирать, и бичами гнали их на смерть.</p>
     <p>— Вы здорово говорите, — возразил Томми. — Мне даже жаловаться не пристало, так у вас все отлично получается.</p>
     <p>— Вы правильно поступаете! — рассмеялся Корлисс, когда Томми скрылся, расположившись в глубине ущелья. — Несговорчивая скотина! Он будет спорить даже в день страшного суда.</p>
     <p>— Где вы научились грести? — спросила она.</p>
     <p>— Гимнастика… В колледже, — кратко ответил он. — Но разве это не прекрасно? Смотрите!</p>
     <p>Тающий снег образовал пруд на дне ущелья. Наклонившись, Фрона коснулась прохладной воды пылающим ртом. Она легла ничком, показав подошвы разорванных мокасин или, вернее, подошвы ног (так как мокасины и чулки были изорваны в клочья). Они были очень белы и все изранены от хождения по льдинам. Местами на них выступила кровь, а из одного пальца даже текла струей.</p>
     <p>— Такие крошечные, красивые, нежные! — язвил Томми. — Никто бы не подумал, что они способны повести сильного человека в ад.</p>
     <p>— Судя по вашему ворчанию, вы быстро окажетесь там, — раздраженно ответил Корлисс.</p>
     <p>— Сорок миль в час, — отпарировал Томми и отошел, радуясь, что за ним осталось последнее слово.</p>
     <p>— Постойте минутку. У вас две рубашки. Дайте мне одну.</p>
     <p>На лице шотландца отразилось любопытство. Наконец он сообразил, что от него требуется, покачал головой и пошел дальше.</p>
     <p>Фрона встала на ноги.</p>
     <p>— В чем дело?</p>
     <p>— Ничего. Сидите.</p>
     <p>— Но в чем же дело?</p>
     <p>Корлисс положил ей руки на плечи и заставил ее сесть.</p>
     <p>— Ваши ноги. Их нельзя оставить в таком виде. Они изранены. Посмотрите! — Он провел рукой по одной из подошв и показал ей окровавленную ладонь. — Отчего вы мне не сказали?</p>
     <p>— Они меня не очень беспокоили.</p>
     <p>— Дайте мне одну из ваших юбок, — попросил он.</p>
     <p>— У меня… — Она запнулась. — У меня всего одна.</p>
     <p>Он оглянулся вокруг. Томми исчез среди льдин.</p>
     <p>— Нам надо двигаться дальше, — сказала Фрона, пытаясь встать. Но он удержал ее.</p>
     <p>— Ни шагу дальше, пока я не перевяжу вам ноги. Закройте глаза.</p>
     <p>Она повиновалась, и когда открыла глаза, то он был обнажен до пояса и перевязывал ей ноги своей рубашкой, разорванной на полосы.</p>
     <p>— Вы сидели спиной, и я не знал…</p>
     <p>— Пожалуйста, не извиняйтесь, — перебила она его. — Я сама могла бы сказать вам.</p>
     <p>— Я не извиняюсь. Наоборот, я упрекаю вас. Ну, теперь другую. Приподнимите ее!</p>
     <p>Близость Фроны сводила Корлисса с ума, и он слегка коснулся губами того маленького пальца, из-за которого барону достался поцелуй.</p>
     <p>Она не отшатнулась, но лицо ее вспыхнуло, и она затрепетала, как трепетала всего один раз в жизни.</p>
     <p>— Вы пользуетесь вашей собственной добротой, — упрекнула она его.</p>
     <p>— Ну, так я вознагражу себя вдвойне.</p>
     <p>— Не делайте этого, — попросила она.</p>
     <p>— Почему? На море существует обычай выпивать все вино, когда корабль идет ко дну. И так как мое положение безнадежно, то я имею право…</p>
     <p>— Но…</p>
     <p>— Но что, госпожа Недотрога?</p>
     <p>— О, вы ведь знаете, несмотря ни на что, я не заслуживаю этого прозвища! Если бы мне не о ком было вспоминать, то при сложившихся обстоятельствах…</p>
     <p>Он затянул последний узел и опустил ее ногу.</p>
     <p>— Будь он проклят — Сент-Винсент! Идем!</p>
     <p>— Я на вашем месте поступила бы так же, — засмеялась она, поднимая свой конец лодки. — Но как вы изменились, Вэнс. Вы совсем не тот человек, которого я встретила по дороге от Дайи. Вы тогда, между прочим, не умели ругаться.</p>
     <p>— Я не тот, что был. И за это я должен благодарить бога и вас. Но мне кажется, что я честнее вас. Я живу согласно своим убеждениям.</p>
     <p>— Сознайтесь, что вы несправедливы. Вы хотите слишком многого в этих условиях…</p>
     <p>— Только крошечный пальчик.</p>
     <p>— Или же вы любите меня только как старший брат? В таком случае вы можете, если действительно желаете…</p>
     <p>— Замолчите! — грубо прервал он ее. — Или я сделаю глупость.</p>
     <p>— И перецелую все ваши пальцы, — докончила она.</p>
     <p>Он что-то буркнул, но не удостоил ее ответом. Крутой подъем не давал им возможности разговаривать, пока они не спустились с последнего уступа к реке, где ждал их Макферсон.</p>
     <p>— Дэл ненавидит Сент-Винсента, — смело сказала Фрона. — За что?</p>
     <p>— Да, по-видимому. — Он испытующе посмотрел на нее. — И куда бы Дэл ни отправился, он повсюду таскает с собой старую книгу на русском языке, которую не может прочесть, но почему-то считает, что в ней заключено возмездие Сент-Винсента. И знаете, Фрона, он так твердо верит в это, что почти заражает меня своей верой. Не знаю, вы ли придете ко мне, или я к вам, но…</p>
     <p>Она опустила свой конец лодки и рассмеялась. Это задело его, и он сильно покраснел от обиды.</p>
     <p>— Если я… — начал он.</p>
     <p>— Вздор! — сказала она. — Не глупите! И, главное, не напускайте на себя важности — это вам сейчас не к лицу. Волосы у вас всклокочены, сбоку торчит смертоносный нож, сами вы обнажены до пояса, точно пират, готовый к бою. Приходите в ярость, хмурьте брови, ругайтесь, все что угодно, только, пожалуйста, не напускайте на себя важности. Я жалею, что у меня нет с собой фотографического аппарата. Много лет спустя я могла бы сказать: «Это, друзья мои, Корлисс, знаменитый исследователь Севера. Так он выглядел по окончании своего прославленного путешествия по неизведанным местам Аляски».</p>
     <p>Он укоризненно ткнул в нее пальцем и строго спросил:</p>
     <p>— Где ваша юбка?</p>
     <p>Она невольно посмотрела вниз. Вид висевших на ней лохмотьев успокоил ее, но все-таки она зарделась.</p>
     <p>— Как вам не стыдно!</p>
     <p>— Пожалуйста, не напускайте на себя важности! — засмеялся он. — По правде говоря, это вам сейчас не к лицу. Если бы у меня был фотографический аппарат…</p>
     <p>— Замолчите! Пойдем дальше, — сказала она. — Томми ждет. Я надеюсь, что солнце сдерет с вас всю кожу, — злорадно шепнула она, когда они, спустив лодку с последнего уступа, сталкивали ее в воду.</p>
     <p>Десять минут спустя они взбирались по ледяному откосу, где впервые был замечен сигнал бедствия. Они увидели человека, распростертого на земле. Он лежал так спокойно, что они испугались, не пришла ли помощь слишком поздно. Вдруг он слегка шевельнул головой и застонал. Его грубая одежда была изорвана в клочья, и смуглые израненные ноги торчали из рваных мокасин. В его исхудалом теле не было ни жира, ни мускулов, а кости, казалось, сейчас прорвут туго натянутую кожу. Когда Корлисс пощупал его пульс, он открыл глаза и уставился на него стеклянным взором. Фрона содрогнулась.</p>
     <p>— Здорово жутко, — пробормотал Макферсон, поглаживая иссохшую руку больного.</p>
     <p>— Идите к лодке, Фрона, — сказал Корлисс. — Мы с Томми понесем его.</p>
     <p>Но она сжала губы и заставила их принять ее помощь, чтобы облегчить спуск. И все-таки по дороге к лодке больного так растрясло, что у него появились проблески сознания. Он открыл глаза и хрипло прошептал:</p>
     <p>— Джекоб Уэлз… депеша… из большого мира… — Он слабо рванул расстегнутую рубашку, и они увидели, что его исхудалую грудь перерезал ремень, к которому была привязана почтовая сумка.</p>
     <p>На обоих концах лодки было много свободного места, но Корлиссу приходилось грести, поддерживая коленями больного. «Бижу» весело отчалила от берега. Теперь они плыли вниз по течению и могли не напрягаться.</p>
     <p>Вдруг Фрона заметила, что руки, плечи и спина Вэнса стали ярко-пунцовыми.</p>
     <p>— Мое желание исполнилось, — ликовала она и, протянув руку, мягко погладила его обнаженное предплечье. — Придется смазать вашу кожу кольдкремом, когда мы вернемся.</p>
     <p>— Продолжайте! — поощрял он ее. — Это страшно приятно.</p>
     <p>Она обрызгала его пылающую спину ледяной водой из реки. У него захватило дыхание, и он вздрогнул. Томми оглянулся на них.</p>
     <p>— Мы сегодня неплохо потрудились, — благодушно заметил он. — Помочь погибающему — богоугодное дело.</p>
     <p>— А кто боялся? — засмеялась Фрона.</p>
     <p>— Что ж, — задумчиво сказал он, — мне, понятно, было страшновато, но…</p>
     <p>Он не окончил фразы и вдруг словно окаменел. Его глаза с ужасом уставились куда-то поверх плеча Фроны. А затем медленно, точно во сне, с торжественностью, точно при обращении к божеству, он прошептал:</p>
     <p>— Боже милостивый!</p>
     <p>Они оглянулись. Ледяная стена скользила по излучине реки, и на их глазах ее правый угол, не успевший обогнуть берег, ударился об него, подбросив вверх целую груду ледяных гор.</p>
     <p>— Боже милостивый! Боже милостивый! Попали в ловушку, как крысы. — Томми бессильно уронил весло в воду.</p>
     <p>— Гребите! — прошипел ему в ухо Корлисс, и «Бижу» понеслась дальше.</p>
     <p>Фрона правила наперерез течению, под прямым углом к Острову Распутья. Но, когда песчаная коса, по которой они волокли лодку, дрогнула под напором миллионов тонн льда, Корлисс тревожно посмотрел на Фрону. Она улыбнулась и покачала головой, замедляя ход.</p>
     <p>— Нам с ними не совладать, — прошептала она, оглядываясь на льдины, которые неслись на расстоянии двухсот футов за ними. — Единственное спасение — плыть впереди них, постепенно ускоряя ход.</p>
     <p>Она ревниво сберегала каждый дюйм, стараясь, чтобы лодка не сбивалась с курса и была все время на одинаковом расстоянии от льдин.</p>
     <p>— Я не выдержу этой скорости, — захныкал Томми, но молчание Корлисса и Фроны показалось ему зловещим, и он продолжал грести.</p>
     <p>Ближе остальных плыла льдина толщиной в пять или шесть футов и в два акра площадью. Перегнав подруг, она мчалась, рассекая волны, пока с каждой стороны ее не образовалось вытянутое углубление, как при быстром течении в узком канале. Увидев эту льдину, Томми лишился бы чувств, если бы Корлисс между двумя взмахами не ударил его концом весла.</p>
     <p>— Нам удастся удержаться впереди, — сказала Фрона, задыхаясь, — но мы должны выиграть время, чтобы причалить.</p>
     <p>— Улучите момент и поверните «Бижу» носом вперед, — посоветовал Корлисс. — А когда она ударится о берег, прыгайте из нее и бегите.</p>
     <p>— Мне придется карабкаться. Хорошо, что у меня короткая юбка.</p>
     <p>Оттолкнувшись от утесов левого берега, льдины свернули направо. Огромная глыба, опередившая остальные, направлялась прямо на Остров Распутья.</p>
     <p>— Если вы оглянетесь, я размозжу вам веслом голову! — пригрозил Корлисс.</p>
     <p>— Ох! — застонал Томми.</p>
     <p>Корлисс и Фрона оглянулись. Огромная льдина со страшным грохотом ударилась о берег и на протяжении пятидесяти футов совершенно разрушила остров. Несколько сосен испуганно закачались и упали, а над ними выросла колышущаяся ледяная гора. Немного ниже стоял выбежавший вперед Дэл Бишоп, и они едва могли расслышать среди шума его крик: «Гоните! Гоните!» Затем прибрежная кромка льда сморщилась, и он отскочил назад.</p>
     <p>— К открытому месту! — прохрипел Корлисс.</p>
     <p>Фрона открыла рот, но не могла ничего сказать и только понимающе кивнула головой. Они понеслись вдоль радужной стены, лихорадочно отыскивая место, где бы можно было быстро обогнуть ее. Но напрасно объехав вокруг всего Острова Распутья, они лишь слышали, как трещит берег за их спиной.</p>
     <p>Пролетая мимо входа в пролив, ведущий к Острову Рубо, они увидели перед собою открытое место среди прибрежного льда. «Бижу» устремилась туда полным ходом и, наполовину высунувшись из воды, врезалась в ледяной уступ. Все трое выскочили из лодки. Фрона и Корлисс попытались вытащить ее на берег. Томми, бежавший впереди, думал только о себе. Ему бы удалось спастись, но он поскользнулся и упал как раз на полпути. Приподнявшись, он снова упал. Корлисс, волочивший лодку за нос, перешагнул через него. Томми быстро ухватился за планшир.<a l:href="#n_144" type="note">[144]</a> Корлисс и Фрона были уже почти без сил, и этот новый груз заставил их остановиться. Корлисс оглянулся и крикнул: «Отпустите лодку!» Но Томми жалобно, словно утопающий, посмотрел на него и вцепился еще крепче. Громыхающие позади льды грозили им гибелью. Корлисс и Фрона делали отчаянные усилия, пытаясь втащить лодку на берег, но добавочный груз заставил их упасть на колени. Больной вдруг приподнялся в лодке и безумно захохотал. «Вот черт!» — воскликнул он.</p>
     <p>Остров Рубо дрогнул от первого толчка, и льдины закачались у них под ногами. Фрона схватила весло, ударила шотландца по пальцам, и как только он разжал руки, Корлисс мгновенно втащил лодку наверх с помощью Фроны, подталкивавшей ее сзади. Радужная стена свернулась, как свиток бумаги, и Томми исчез в ее складках, точно пчела в лепестках громадной орхидеи.</p>
     <p>Они упали на землю совершенно обессиленные. Чудовищная льдина, оторвавшаяся от остальной массы, качаясь, повисла над ними. Фрона пыталась встать, но не могла и опустилась на колени. Корлиссу пришлось подхватить ее вместе с лодкой. Они снова упали, на этот раз под деревьями. Солнце светило на них сквозь зеленые иглы сосен, малиновки пели где-то высоко, и целая колония кузнечиков стрекотала, радуясь теплу.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVI</p>
     </title>
     <p>Фрона медленно очнулась, как после долгого сна. Она лежала в том положении, как упала: поперек ног Корлисса. Он же, вытянувшись неподвижно на спине, обратил лицо к жгучему солнцу. Она подползла к нему. Он дышал ровно, глаза его были закрыты. Почувствовав на себе ее взгляд, он открыл их и улыбнулся. Она снова опустилась на землю. Потом он повернулся на бок, и они посмотрели друг на друга.</p>
     <p>— Вэнс?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>Она протянула руку, он сжал ее. Их веки дрогнули и опустились. Река все еще бурлила где-то в бесконечной дали, и ее шум напомнил им шепот забытого мира. Приятная нега овладела ими. Золотые лучи падали на них сквозь трепетавшую зелень, и все живое на теплой земле, казалось, пело. Наслаждаясь покоем, они задремали еще на пятнадцать минут, потом проснулись снова.</p>
     <p>Фрона приподнялась.</p>
     <p>— Я… я… трусила, — сказала она.</p>
     <p>— Нет, не вы.</p>
     <p>— Боялась, что мне может стать страшно, — разъяснила она, поправляя волосы.</p>
     <p>— Оставьте их распущенными. Сегодняшний день достоин этого.</p>
     <p>Она повиновалась, тряхнув головой, вокруг которой заплясал ореол золотых кудрей.</p>
     <p>— Томми погиб, — задумчиво сказал Корлисс, вспоминая состязание со льдинами.</p>
     <p>— Да, — ответила она. — Я ударила его по пальцам. Это было ужасно. Но будем надеяться, что у нас в лодке лежит более достойный человек. Кстати, нам надо сейчас же о нем позаботиться. Алло! Посмотрите.</p>
     <p>На расстоянии не более двадцати футов сквозь деревья она увидела стену большой хижины.</p>
     <p>— Никого не видно. Должно быть, там никто не живет, или же хозяева ушли в гости. Вы присмотрите за нашим больным, Вэнс, а я пойду на разведку. У меня более приличный вид.</p>
     <p>Фрона обогнула хижину, довольно большую для здешних мест, и подошла к ней со стороны реки. Дверь была открыта, и, когда она остановилась, чтобы постучать, ее глазам представилась необычайная картина. Сначала она увидела толпу мужчин, занятых решением какого-то серьезного вопроса. Услышав стук, они инстинктивно раздвинулись, и между двумя рядами стоявших плечом к плечу людей образовался проход. В глубине на длинных койках сидели два ряда мужчин со строгими лицами. Их разделял стол, одним концом упиравшийся в стену. Этот стол, по-видимому, являлся центром внимания. После ослепительного солнечного света комната показалась Фроне тусклой и мрачной, но она все же разглядела бородатого американца, сидевшего за столом и ударившего по нему деревянным молотком. А с противоположной стороны сидел Сент-Винсент. Она успела заметить его усталое, измученное лицо, прежде чем к столу проковылял человек скандинавского типа.</p>
     <p>Человек с молотком медленно поднял правую руку и бойко произнес.</p>
     <p>— Вы должны поклясться, что все, что вы доложите суду… — Он внезапно остановился и воззрился на стоявшего перед ним человека. — Снимите шапку! — заревел он, и в толпе послышалось хихиканье, когда тот повиновался.</p>
     <p>Затем человек с молотком начал снова:</p>
     <p>— Вы должны торжественно поклясться, что все, что вы доложите суду, будет правдой, и да поможет вам бог.</p>
     <p>Скандинав кивнул головой и опустил руку.</p>
     <p>— Одну минутку, господа. — Фрона вошла в проход, который сомкнулся за ней.</p>
     <p>Сент-Винсент вскочил с места и протянул к ней руки.</p>
     <p>— Фрона! — воскликнул он. — Фрона, я невиновен!</p>
     <p>Эта неожиданная фраза подействовала на нее, как удар, и мгновение она ничего не видела, кроме круга бледных лиц с горящими в полутьме глазами.</p>
     <p>«Виновен? В чем?» — подумала она и, взглянув на Сент-Винсента, все еще стоявшего с протянутыми руками, смутно почувствовала, что произошло что-то неприятное. — «Виновен. В чем? Он мог бы проявить больше выдержки. Он мог бы дождаться обвинения». — Она не знала, в чем его обвиняют.</p>
     <p>— Знакомая подсудимого, — авторитетно сказал человек с молотком. — Предложите ей стул, вы, там!</p>
     <p>— Одну минуту… — Она подошла к столу и оперлась на него рукой. — Я ничего не понимаю. Все это так неожиданно… — Она случайно взглянула на свои ноги, обернутые в грязные лохмотья, и вспомнила, что на ней короткая, рваная юбка, локоть вылезает из прорехи в рукаве, а волосы растрепаны. Ее щеки и шея были запачканы какой-то липкой массой. Она провела по ним рукой, и кусок грязи упал на пол.</p>
     <p>— Ладно, — сказал председатель довольно мягко. — Садитесь. Мы в таком же положении, как вы. Мы тоже ничего не понимаем. Но, верьте моему слову, мы собрались сюда, чтобы выяснить правду. Садитесь.</p>
     <p>Она подняла руку.</p>
     <p>— Одну минуту!</p>
     <p>— Садитесь! — закричал он громовым голосом. — Не прерывайте заседания суда.</p>
     <p>В толпе послышался ропот, раздались протесты, и председатель ударил молотком по столу, призывая к тишине. Но Фрона решительно продолжала стоять.</p>
     <p>Когда шум затих, она обратилась к человеку за столом:</p>
     <p>— Господин председатель, я полагаю, что это собрание старателей? (Он кивнул головой.) — У меня равный со всеми голос при решении дел нашей общины, и поэтому я прошу слова. Необходимо, чтобы меня выслушали.</p>
     <p>— Но вы нарушаете порядок, мисс… э… э…</p>
     <p>— Уэлз! — подсказал десяток голосов.</p>
     <p>— Мисс Уэлз, — продолжал председатель более почтительным тоном. — Я, к сожалению, должен заметить вам, что вы нарушаете порядок. Соблаговолите сесть.</p>
     <p>— Не хочу! — ответила она. — Я должна сделать важное сообщение, и, если вы откажетесь выслушать меня, я буду апеллировать к собранию.</p>
     <p>Она скользнула взглядом по толпе.</p>
     <p>— Дайте ей высказаться! — раздались крики.</p>
     <p>Председатель вынужден был подчиниться и жестом разрешил ей продолжать.</p>
     <p>— Господин председатель, господа. Я не знаю, какое дело вам предстоит рассмотреть, но я знаю, что займу ваше внимание более важным делом. За дверью этой хижины лежит человек, который, по-видимому, умирает с голоду. Мы привезли его с того берега реки. Мы не стали бы вас беспокоить, но нам не удалось вернуться на наш остров. Человеку, о котором я говорю, нужна немедленная помощь.</p>
     <p>— Двое из тех, что поближе к дверям, выйдут и займутся им, — сказал председатель. — Вы, док Холидэй, тоже пойдете с ними и сделаете все, что возможно!</p>
     <p>— Попросите сделать перерыв, — прошептал Сент-Винсент.</p>
     <p>Фрона кивнула головой.</p>
     <p>— Господин председатель, я прошу объявить перерыв, пока не устроят этого человека.</p>
     <p>Крики: «Не надо перерыва!», «Продолжайте разбор дела!» — встретили ее слова. Предложение Фроны было отклонено.</p>
     <p>— Ну, Грегори, — сказала она с улыбкой, садясь рядом с ним. — В чем дело?</p>
     <p>Он крепко сжал ее руку.</p>
     <p>— Не верьте им, Фрона… Они хотят, — у него что-то застряло в горле, — убить меня.</p>
     <p>— Почему? Успокойтесь и расскажите мне все.</p>
     <p>— Прошлой ночью… — поспешно начал он, но умолк, чтобы выслушать скандинава, который только что кончил присягать и теперь давал показания, обдумывая каждое слово.</p>
     <p>— Я быстро проснулся, — говорил он, — подошел к двери и услышал еще выстрел.</p>
     <p>Его прервал румяный человек в старом клетчатом пальто.</p>
     <p>— Что вы подумали? — спросил он.</p>
     <p>— А? — переспросил свидетель, и лицо его побагровело от смущения.</p>
     <p>— Когда вы подошли к дверям, какая мысль пришла вам прежде всего в голову?</p>
     <p>— А-а! — Человек облегченно вздохнул, и лицо его просветлело. — У меня нет мокасин, и я подумал, что чертовски холодно. — Довольное выражение его лица сменилось наивным удивлением, когда последовал взрыв смеха. Но с тем же тупым видом он продолжал: —Я услыхал еще выстрел и побежал по дороге.</p>
     <p>В эту минуту Корлисс протиснулся к Фроне через толпу, и она уже не слушала дальше.</p>
     <p>— Что случилось? — спросил инженер. — Что-нибудь серьезное? Не могу ли я вам помочь?</p>
     <p>— Да, да! — Фрона благодарно пожала ему руку. Постарайтесь как-нибудь перебраться через пролив и попросите моего отца приехать сюда. Скажите ему, что с Грегори Сент-Винсентом случилась беда, что его обвиняют… В чем вас обвиняют, Грегори?</p>
     <p>— В убийстве.</p>
     <p>— В убийстве? — удивился Корлисс.</p>
     <p>— Да, да! Скажите, что его обвиняют в убийстве, что я здесь, что он мне нужен. И пусть он привезет мне во что одеться. И, Вэнс, — она пожала ему руку, быстро подняв на него глаза, — не слишком рискуйте, только постарайтесь это устроить.</p>
     <p>— Я все сделаю. — Он уверенно тряхнул головой и начал проталкиваться к дверям.</p>
     <p>— Кто защищает вас? — спросила Фрона Сент-Винсента.</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Никто. Они хотели назначить какого-то Билла Брауна, лишенного прав адвоката из Штатов, но я отказался. Он теперь среди тех, кто меня обвиняет. Это самосуд. Они заранее сговорились погубить меня.</p>
     <p>— Я хотела бы все узнать от вас.</p>
     <p>— Но, Фрона, я невиновен… Я…</p>
     <p>— Тише! — Она положила руку ему на плечо, чтобы заставить его замолчать, и сосредоточила свое внимание на свидетеле.</p>
     <p>— Так вот, журналист отбивался как мог, но мы с Пьером заперли его в хижине. Он плакал и не двигался с места…</p>
     <p>— Кто плакал? — прервал его прокурор.</p>
     <p>— Он. Вот этот парень. — Скандинав указал на Сент-Винсента. — Я зажег свет. Коптилка была опрокинута, но у меня в кармане была свеча. Очень хорошая привычка носить свечу в кармане, — серьезно прибавил он. — А Борг, он лежал на полу мертвый. А женщина сказала, что он это сделал, и тут же умерла.</p>
     <p>— Кто же именно?</p>
     <p>Он снова ткнул пальцем в сторону Сент-Винсента.</p>
     <p>— Вот этот парень.</p>
     <p>— Она это сказала? — шепотом спросила Фрона.</p>
     <p>— Да, — . также шепотом ответил Сент-Винсент, — она это сказала. Но я не могу себе представить, что заставило ее так поступить. Она, по всей вероятности, была не в своем уме.</p>
     <p>Румяный человек в поношенном клетчатом пальто подробно допросил свидетеля. Фрона внимательно следила за допросом. Однако ничего нового выяснить не удалось.</p>
     <p>— Вы имеете право подвергнуть свидетеля перекрестному допросу, — заявил председатель Сент-Винсенту. — Вы хотите что-нибудь спросить?</p>
     <p>Журналист покачал головой.</p>
     <p>— Попытайтесь, — настаивала Фрона.</p>
     <p>— Какой смысл? — сказал он безнадежно. — Я обречен заранее. Приговор был известен до начала суда.</p>
     <p>— Одну минуту, пожалуйста. — Резкий голос Фроны остановил уходившего свидетеля. — Вы лично не знаете, кто совершил убийство?</p>
     <p>Скандинав тупо уставился на нее, словно выжидая, пока ее вопрос проникнет в его сознание.</p>
     <p>— Вы не видели, кто совершил убийство? — еще раз спросила она.</p>
     <p>— О, да. Этот парень. — Он снова указал пальцем в том же направлении. — Женщина сказала, что он убийца.</p>
     <p>Все кругом улыбнулись.</p>
     <p>— Но вы этого не видели?</p>
     <p>— Я слышал выстрелы.</p>
     <p>— Но вы не видели, кто стрелял?</p>
     <p>— А! Нет, но она сказала…</p>
     <p>— Довольно, благодарю вас, — любезно сказала Фрона, и свидетель удалился.</p>
     <p>Обвинитель посмотрел свои заметки.</p>
     <p>— Пьер Ла-Флитч! — провозгласил он.</p>
     <p>Стройный смуглый человек с тонкой, гибкой фигурой вышел на свободное место перед столом. Это был красивый брюнет с быстрыми, выразительными глазами, которые на минуту остановились на Фроне, полные открытого и неподдельного восхищения. Она улыбнулась и слегка кивнула головой, потому что он ей понравился с первого взгляда и показался давно знакомым. Он тоже улыбнулся ей, и его гладкая верхняя губа приподнялась, обнажив ряд великолепных зубов безупречной белизны.</p>
     <p>В ответ на стереотипные вопросы он сообщил, что носит имя отца, потомка канадских французов-охотников. Его мать — он пожал плечами и сверкнул зубами — была метиской. Он родился где-то в Баррен-Граундзе, во время охоты; он не знает точно где. Его считают старожилом. Он прибыл в страну во времена Джека Макквестчена, через Скалистые горы с Большого Невольничьего озера.</p>
     <p>Когда ему предложили изложить все, что он знал о данном деле, он на минуту замолчал, как бы обдумывая, с чего начать.</p>
     <p>— Весной принято спать с открытой дверью, — произнес он мелодичным голосом, звучащим, как флейта, в нем чувствовался заметный акцент, напоминавший о его происхождении. — Так и я спал прошлой ночью. Но я сплю, как кошка. Лист ли упадет, ветерок ли подует, я всю ночь слышу какой-то шепот. При первом выстреле — он щелкнул пальцами — я проснулся и кинулся к дверям.</p>
     <p>Сент-Винсент нагнулся к Фроне:</p>
     <p>— Это был не первый выстрел.</p>
     <p>Она кивнула головой, не спуская глаз с Ла-Флитча, который галантно прервал свой рассказ.</p>
     <p>— Раздалось еще два выстрела — продолжал он, — один за другим — бум-бум, вот так. Это в хижине Борга, — сказал я себе и побежал туда. Я решил, что это Борг убивает Бэллу, что было нехорошо. Ведь Бэлла — красивая женщина, — пояснил он с неотразимой улыбкой. — Мне нравилась Бэлла. Я побежал туда. А Джон выбежал из своей хижины со страшным шумом, точно неповоротливая корова. «Что случилось?» — спрашивает он, а я говорю: «Не знаю». Тут кто-то выскочил из темноты — вот так — и сбил Джона с ног и сбил меня с ног. Мы вцепились в него. Это был мужчина. Раздетый. Борется. Кричит: «О! O! О!» — вот так. Мы крепко держим его, и он понемногу перестает кричать. Тогда мы встаем и говорим ему: «Пошли назад».</p>
     <p>— Кто был этот человек?</p>
     <p>Ла-Флитч, чуть повернувшись, посмотрел на Сент-Винсента.</p>
     <p>— Продолжайте.</p>
     <p>— Так? Человек, он не хотел возвращаться, но мы с Джоном настояли, и ему пришлось идти.</p>
     <p>— Он что-нибудь говорил?</p>
     <p>— Я спросил его, что случилось, но он только плакал… он… он… всхлипывал… вот так.</p>
     <p>— Вы не заметили в нем ничего особенного?</p>
     <p>Ла-Флитч вопросительно поднял брови.</p>
     <p>— Ничего необычного, ничего из ряда вон выходящего?</p>
     <p>— Ах, да, у него были руки в крови.</p>
     <p>Не обращая внимания на глухой ропот в толпе, он продолжал говорить, и его выразительная мимика придавала драматизм всему рассказу.</p>
     <p>— Джон зажег свет, Бэлла стонала, как тюлень, когда пуля попадет ему под ласт. А Борг лежал в углу. Я посмотрел на него. Он больше не дышал. Тут Бэлла открыла глаза, и я взглянул ей в глаза и понял, что она узнала меня, Ла-Флитча. «Кто сделал это, Бэлла?» — спросил я. А она билась головой об пол, а потом тихо шепнула: «Он умер?» Я понял, что она спрашивает про Борга, и сказал: «Да». Тогда она приподнялась на локте, быстро оглянулась кругом, страшно торопясь, и когда увидела Винсента, то так и уставилась на него и больше не сводила с него глаз. Затем она указала на него, вот так. — Ла-Флитч обернулся и ткнул дрожащим пальцем в сторону подсудимого. — И она сказала: «Он, он, он!» А я спросил: «Бэлла, кто это сделал?» И она сказала: «Он, он, он! Сент-Винча, он это сделал». И потом, — голова Ла-Флитча бессильно свесилась на грудь, но вновь откинулась назад, когда он, сверкнув зубами, закончил свою повесть, — умерла.</p>
     <p>Румяный человек, Билл Браун, подверг метиса обычному допросу, который только подтвердил его показания и выяснил, что во время убийства Борга происходила, должно быть, ужасная борьба. Тяжелый стол был сломан, стул и койка превратились в щепки, а печка опрокинута.</p>
     <p>— Я никогда не видел ничего подобного, — закончил Ла-Флитч. — Нет, никогда.</p>
     <p>Браун с поклоном передал его в распоряжение Фроны, за что был вознагражден улыбкой. Она считала благоразумным выказывать любезность обвинителю. Ей нужно было выиграть время до приезда отца и получить возможность поговорить наедине с Сент-Винсентом, чтобы выяснить подробности происшествия. Поэтому она задавала Ла-Флитчу бесконечный ряд вопросов. Но только два раза ей удалось узнать кое-что, заслуживающее внимания.</p>
     <p>— Вы говорите о первом выстреле, мистер Ла-Флитч. Но стены деревянной хижины обычно довольно толстые. Если дверь была закрыта, могли ли вы услышать первый выстрел?</p>
     <p>Он покачал головой, и его черные глаза сказали ей, что он понимает, какой факт она старается установить.</p>
     <p>— Если бы дверь хижины Борга была закрыта, вы бы слышали выстрел?</p>
     <p>Он снова покачал головой.</p>
     <p>— Значит, мистер Ла-Флитч, когда вы говорите о первом выстреле, вы подразумеваете первый выстрел, услышанный вами?</p>
     <p>Он кивнул головой, но, выиграв очко, она все-таки не могла извлечь из этого никакой практической пользы.</p>
     <p>Она снова стала доискиваться более веских доказательств, хотя все время чувствовала, что Ла-Флитч угадывает ее тактику.</p>
     <p>— Вы говорите, что было очень темно, мистер Ла-Флитч?</p>
     <p>— Да, очень темно.</p>
     <p>— Каким же образом вы узнали Джона?</p>
     <p>— Джон страшно топочет, когда бежит. Я узнаю его топот.</p>
     <p>— Могли ли вы видеть его достаточно ясно, чтобы узнать?</p>
     <p>— Нет.</p>
     <p>— Тогда, мистер Ла-Флитч, — сказала она с торжеством, — объясните, пожалуйста, как вы узнали, что у мистера Сент-Винсента руки в крови?</p>
     <p>Губы его раскрылись в ослепительной улыбке, и он на минуту замолчал.</p>
     <p>— Как? Я почувствовал теплую кровь на его руках. А мое обоняние. О! Дым охотничьего костра вдали, яма, в которой прячутся кролики, след пробежавшего лося, разве мое обоняние не указывает мне на все это? — Он откинул голову. На его напряженном лице с закрытыми глазами и дрожащими расширенными ноздрями не осталось никаких чувств, кроме одного, на котором как бы сосредоточилось все его существо. Затем глаза его приоткрылись, и он точно во сне посмотрел на Фрону.</p>
     <p>— Я почувствовал запах крови на его руках — запах теплой, горячей крови на его руках.</p>
     <p>— Ей-богу, он способен на это! — крикнул кто-то в толпе.</p>
     <p>И это так убедило Фрону, что она невольно посмотрела на руки Сент-Винсента и увидела ржавые пятна на манжетах его фланелевой рубашки.</p>
     <p>Когда Ла-Флитч покинул свидетельское место, Билл Браун подошел к ней пожать руку.</p>
     <p>— Мне необходимо познакомиться с защитником, — добродушно сказал он, просматривая свои заметки перед допросом следующего свидетеля.</p>
     <p>— Вы не находите, что это несправедливо по отношению ко мне? — быстро спросила она. — У меня не было времени приготовиться к защите. Я ничего не знаю о деле, кроме того, что услышала от ваших свидетелей. Не думаете ли вы, мистер Браун, — и в голосе ее зазвучали убедительные нотки, — не думаете ли вы, что дело следовало бы отложить до завтра?</p>
     <p>— Хм, — задумчиво сказал он, глядя на часы. — Это неплохая мысль. Теперь как-никак пять часов, и всем пора готовить ужин.</p>
     <p>Она поблагодарила его без слов, как это умеют делать некоторые женщины. Увидев ее лицо и глаза, он почувствовал гораздо большее удовлетворение, чем если бы она заговорила.</p>
     <p>Он вернулся на свое место и обратился к присутствующим:</p>
     <p>— В результате совещания обвинения и защиты, принимая во внимание поздний час и невозможность разобрать дело в спешном порядке, я — хм! — предлагаю объявить перерыв до восьми часов утра завтрашнего дня.</p>
     <p>— Большинство за, — объявил председатель и, покинув свое место, начал разводить огонь, так как был совладельцем этой хижины и стряпал для всей компании.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVII</p>
     </title>
     <p>Едва последний старатель покинул хижину, Фрона обернулась к Сент-Винсенту. Точно утопающий, он судорожно сжал ее руки.</p>
     <p>— Верьте мне, Фрона! Обещайте мне это!</p>
     <p>Она вспыхнула.</p>
     <p>— Вы возбуждены, — сказала она, — иначе вы бы так не говорили. Но я не виню вас, — прибавила она мягко. — Я понимаю, что подобная история может взволновать человека.</p>
     <p>— Да, чего уж хуже, — ответил он горько. — Я веду себя, как дурак, но иначе не могу. Потрясение было слишком велико. Как будто мне мало было того ужаса, который я испытал при виде смерти Борга, но быть еще вдобавок обвиненным в убийстве и отданным на суд толпы!.. Простите меня, Фрона. Но я сам не свой. Конечно, я знаю, что вы мне поверите.</p>
     <p>— Расскажите мне все, Грегори.</p>
     <p>— Во-первых, эта женщина, Бэлла, лгала. Она, должно быть, лишилась рассудка, если могла сказать такое перед смертью, после того, как я с опасностью для жизни защищал ее и Борга. Это — единственное объяснение…</p>
     <p>— Начните с начала, — перебила его Фрона. — Помните, что я ничего не знаю.</p>
     <p>Он уселся поудобнее на табурете и, скручивая папиросу, стал передавать события минувшей ночи.</p>
     <p>— Было, должно быть, около часа ночи, когда меня кто-то разбудил тем, что зажег коптилку. Я подумал, что это Борг, удивился, зачем он здесь бродит, и готов был снова заснуть, когда какое-то чувство, сам не знаю какое, побудило меня открыть глаза. Двое чужих людей были в хижине. На них были маски и меховые шапки с опущенными наушниками, так что я не мог разглядеть их лица и видел только сверкающие глаза сквозь прорезы в масках.</p>
     <p>Я сразу понял, что нам грозит опасность. Секунду я лежал спокойно и размышлял. Борг одолжил у меня револьвер, так что я был безоружен. Моя винтовка висела у двери. Я решил броситься к ней. Но едва я успел коснуться пола, как один из незнакомцев повернулся ко мне и выстрелил из револьвера. Эго был первый выстрел, которого Ла-Флитч не слышал. Лишь позже, во время борьбы, дверь распахнулась, и поэтому он услышал следующие три выстрела.</p>
     <p>Я находился так близко к злоумышленнику и так неожиданно соскочил с койки, что он промахнулся. Через минуту мы схватились, покатившись по полу. Конечно, Борг проснулся, и второй злоумышленник занялся им и Бэллой. Этот второй и совершил убийство, так как мой противник был занят борьбой со мной. Вы слышали показание. По тому, какой беспорядок был в хижине, вы можете представить себе картину борьбы. Мы катались по полу, метались и дрались, пока стулья, стол, полки — все кругом не было изломано.</p>
     <p>О Фрона, это было ужасно! Борг боролся за свою жизнь, Бэлла, раненная и стонущая, помогала ему, а я не мог оказать им поддержки. Но в конце концов я сравнительно быстро начал одолевать своего противника. Я уложил его на обе лопатки, придавил его руки коленями и медленно сжимал ему горло. Но за это время второй злоумышленник окончил свое дело и направился ко мне. Что я мог сделать? Двое на одного! К тому же я едва переводил дух! Они оттеснили меня в угол и скрылись. Сознаюсь, я был уже настолько вне себя, что едва мне удалось перевести дух, я кинулся за ними в погоню без оружия. Тут я и столкнулся с Ла-Флитчем и Джоном… остальное вам уже известно. Только… — Он в недоумении нахмурил брови. — Только я не могу понять, что побудило Бэллу обвинить меня.</p>
     <p>Он умоляюще посмотрел на Фрону, но она, хоть и сжала сочувственно его руку, хранила молчание, мысленно взвешивая все «за» и «против».</p>
     <p>Она медленно покачала головой.</p>
     <p>— Тяжелый случай. Все дело в том, чтобы убедить их…</p>
     <p>— Но, клянусь богом, Фрона, я не виноват. Я не святой, возможно. Но мои руки не запятнаны кровью.</p>
     <p>— Не забывайте, Грегори, — мягко сказала она, — что не я буду судить вас. К сожалению, этим займется собрание старателей, и весь вопрос в том, как убедить их в вашей невиновности. Главные пункты обвинения против вас — это предсмертные слова Бэллы и кровь на вашем рукаве.</p>
     <p>— Вся хижина была залита кровью! — горячо воскликнул Сент-Винсент, вскочив на ноги. — Уверяю вас, она вся была залита кровью! Как я мог не запачкаться ею, когда боролся не на живот, а на смерть. Неужели вы не верите моему слову?..</p>
     <p>— Успокойтесь, Грегори. Сядьте, вы действительно сам не свой. Если бы приговор зависел от меня, то, можете быть уверены, вы были бы оправданы. Но эти люди, — вы знаете, что такое власть толпы. Как нам убедить их, чтобы они вас отпустили? Разве вы не понимаете? Ведь у вас нет свидетелей. Слова умирающей женщины более святы, чем клятва живого мужчины. Можете ли вы сказать, что заставило эту женщину умереть с ложью на устах? Имела ли она основание ненавидеть вас? Причинили ли вы зло ей или ее мужу?</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Безусловно, многое для нас необъяснимо, старателям это и не нужно. Для них все очевидно само собой. Наша задача опровергнуть очевидность. Можем ли мы это сделать?</p>
     <p>Журналист бессильно опустился на стул и поник головой.</p>
     <p>— Значит, я погиб.</p>
     <p>— Нет, положение не так уж безнадежно. Вас не повесят. Положитесь на меня.</p>
     <p>— Но как вы поможете? — спросил он с отчаянием. — Они захватили власть, они сами себе закон.</p>
     <p>Во-первых, река вскрылась. Это важнее всего. Губернатор и территориальный суд ожидаются с минуты на минуту в сопровождении отряда полиции. И они, безусловно, остановятся здесь. И, кроме того, мы сами можем кое-что предпринять. Река почти очистилась ото льда, и на худой конец нам можно бежать. Им в голову не придет, что мы решимся на это.</p>
     <p>— Нет, нет! Невозможно! Что значим мы с вами против такого большинства?</p>
     <p>— Но с нами будет мой отец и барон Курбертен. Четверо решительных людей, действующих сообща, могут совершить чудеса, Грегори, дорогой. Верьте мне, все будет хорошо.</p>
     <p>Поцеловав его, она провела рукой по его волосам. Но беспокойное выражение не сходило с лица Сент-Винсента.</p>
     <p>Джекоб Уэлз засветло переехал пролив, и с ним вместе прибыли Дэл, барон и Корлисс. Пока Фрона переодевалась в одной из маленьких хижин, охотно предоставленной владельцами, ее отец пошел справиться о здоровье почтальона. Известия были крайне важными, настолько важными, что лицо Джекоба Уэлза оставалось озабоченным и мрачным еще долго после того, как он их перечитал по нескольку раз. Но его беспокойство как рукой смахнуло, когда он вернулся к Фроне. Сент-Винсенту, заключенному в соседней хижине, разрешили свидание с ними.</p>
     <p>— Дело обстоит неважно, — сказал Джекоб Уэлз, прощаясь с ним. — Но не волнуйтесь, Сент-Винсент. Как бы то ни было, вас не вздернут, покуда я тут кое-что еще значу. Я уверен, что не вы убили Борга. Положитесь на меня.</p>
     <p>— Сегодня был длинный день, — заметил Корлисс, провожая Фрону к ее хижине.</p>
     <p>— А завтрашний день покажется еще длиннее, — сказала она устало. — Мне так хочется спать.</p>
     <p>— Вы храбрая маленькая женщина, и я горжусь вами. — Было десять часов. В неясных сумерках он увидел похожие на привидения льдины, непрерывно проплывавшие мимо. — В этом деле вы можете полностью рассчитывать на меня, — продолжал он.</p>
     <p>— Полностью? — переспросила она дрогнувшим голосом.</p>
     <p>— Если бы я был героем мелодрамы, то сказал бы «по гроб жизни»! Но, как простой смертный, я только повторяю — полностью.</p>
     <p>— Вы очень добры ко мне, Вэнс. Я никогда не смогу вам отплатить…</p>
     <p>— Ну, ну! Я не торгуюсь. Любовь — служение, так мне кажется.</p>
     <p>Она долго смотрела на него. И в то время как на лице ее отражалось удивление, она почувствовала в глубине души какое-то неясное смущение. Она сама не понимала, чем это было вызвано. События сегодняшнего дня и всех дней с тех пор, как она познакомилась с ним, промелькнули перед ней.</p>
     <p>— Вы верите в чистую дружбу? — спросила она наконец. — Я надеюсь, что такие узы будут всегда связывать нас. Светлая, чистая дружба добрых товарищей? — И, говоря так, она сознавала, что эта фраза не совсем точно передает ее чувства и желания. И когда он покачал головой, она почувствовала какой-то легкий, радостный и необъяснимый трепет.</p>
     <p>— Добрый товарищ? — спросил он. — Вы ведь знаете, что я вас люблю.</p>
     <p>— Да, — тихо сказала она.</p>
     <p>— Боюсь, что вы недостаточно хорошо знаете мужчин. Поверьте мне, мы сделаны из другого теста. Добрые товарищи? Приходить с холода к вам на огонек? Отлично. Но приходить, когда у этого очага будет сидеть другой мужчина? Нет. Дружба требует, чтобы я радовался вашей радости, а можете ли вы представить на минуту, что я был бы в силах видеть вас с ребенком другого человека на руках, с ребенком, который мог бы быть моим, а теперь смотрит на меня глазами того, другого, и улыбается мне его улыбкой? Как вы думаете, мог бы я радоваться вашей радости? Нет, нет! Любовь не уживается с чистой дружбой.</p>
     <p>Фрона положила ему руку на плечо.</p>
     <p>— Вы считаете, что я не прав? — спросил он, пораженный странным выражением ее лица.</p>
     <p>Она тихо плакала.</p>
     <p>— Вы измучены и переутомлены. Спокойной ночи. Ложитесь спать.</p>
     <p>— Нет, не уходите еще, — остановила она его. — Нет, нет, я говорю глупости. Ведь вы же знаете, что я устала. Но послушайте, Вэнс! Впереди много дел. Мы должны составить план на завтра. Зайдите к нам. Папа и барон Курбертен сейчас вместе, и, если случится самое худшее, мы должны вчетвером совершить великое дело.</p>
     <p>— Захватывающе, — заметил Джекоб Уэлз, когда Фрона коротко набросала план действий и распределила между ними роли. — Но во внезапности — залог успеха!</p>
     <p>— Государственный переворот! — провозгласил барон. — Великолепно! О! Меня в жар бросает при этой мысли! Руки вверх! — ору я диким голосом.</p>
     <p>— А что, если они не поднимут рук? — спросил он вдруг Джекоба Уэлза.</p>
     <p>— Тогда стреляйте. Никогда не давайте себя запугивать, если у вас в руках ружье, Курбертен. Авторитетные люди утверждают, что это не ведет к добру.</p>
     <p>— А вы должны сторожить «Бижу», Вэнс, — сказала Фрона. — Папа думает, что завтра на реке будет мало льда, если ночью не случится затор. Ваша обязанность ждать с лодкой у берега, как раз перед дверью. Вы, конечно, не будете знать, что происходит, пока не увидите бегущего Сент-Винсента. Тогда скорей с ним в лодку и прямо в Доусон! Поэтому я попрощаюсь с вами теперь, ведь завтра утром у нас, вероятно, не будет времени.</p>
     <p>— Держитесь левого пролива, пока не минуете поворот, — посоветовал Джекоб Уэлз, — а потом сверните направо и плывите по течению. Так, а теперь уходите и живо в постель. До Доусона семьдесят миль, а вы должны туда слетать одним махом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVIII</p>
     </title>
     <p>Собрание старателей внимательно выслушало Джекоба Уэлза. Это заседание незаконно, заявил он, оно не облечено судебной властью. Те времена, когда в стране не существовало закона и подобные собрания считались в порядке вещей, давно миновали. Теперь установлены законы, и притом справедливые. Правительство королевы доказало, что оно на высоте положения и узурпирование его власти является шагом назад, во тьму прошлого. Такой образ действий следует признать не больше, не меньше, как «преступным». В случае же серьезных последствий он твердо и решительно пообещал, что примет активное участие в привлечении каждого из них к ответственности. Закончил он свою речь тем, что предложил отложить дело и передать арестованного территориальному суду. Все это было единогласно отклонено.</p>
     <p>— Разве вы не видите? — сказал Сент-Винсент Фроне. — Надежды нет.</p>
     <p>— Есть. Послушайте! — И она в общих чертах посвятила его в план, разработанный прошлой ночью.</p>
     <p>Он слушал ее неохотно, слишком подавленный, чтобы разделять её энтузиазм.</p>
     <p>— Это безумная попытка, — возразил он, когда, она кончила.</p>
     <p>Отказаться от нее — значит предпочесть виселицу, — ответила она с легким раздражением. — Вы, я думаю, хотите бороться до конца?</p>
     <p>— Конечно, — ответил он глухим голосом.</p>
     <p>Первыми свидетелями были два шведа, которые припомнили случай с корытом, когда Борг разразился страшным гневом. Несмотря на свою ничтожность, случай этот в свете последующих событий сразу же приобрел серьезное значение. Он давал простор воображению. Главную роль играло, конечно, не то, что было сказано, а то, что осталось недосказанным. Люди, рожденные женщиной, самые грубые из них, достаточно хорошо знали жизнь, чтобы разобраться в этом обыденном, пошлом происшествии, для которого существовало только одно объяснение. Во время показаний зрители понимающе качали головами, и по рядам шепотом передавались различные комментарии.</p>
     <p>Челочек шесть свидетелей быстро сменили друг друга. Все они тщательно обследовали место происшествия и внимательно осмотрели остров; все они подтвердили, что нигде не нашли ни малейших следов тех двух людей, о которых упоминал подсудимый в своем предварительном показании.</p>
     <p>К удивлению Фроны, Дэл Бишоп занял свидетельское место. Она знала, что он не любит Сент-Винсента, но не могла себе представить, что он знает об этом деле.</p>
     <p>Когда он присягнул и был установлен его возраст и национальность, Билл Браун спросил, какова его профессия.</p>
     <p>— Старатель-одиночка, — вызывающе ответил он, бросив мрачный взгляд на собрание.</p>
     <p>Дело в том, что среди золотоискателей очень мало одиночек, и большинство их совершенно не, признает этого способа добывания золота.</p>
     <p>— Одиночка! — хихикнул какой-то человек почтенного вида, одетый в красную рубашку. Свой первый лоток с песком он промыл в Калифорнии еще в начале пятидесятых годов.</p>
     <p>— Вот именно, — подтвердил Дэл.</p>
     <p>— Скажите, молодой человек, — продолжал собеседник, — вы хотите нас уверить, что вы всегда были одиночкой?</p>
     <p>— Вот именно.</p>
     <p>— Не верю. — Старик презрительно пожал плечами.</p>
     <p>Дэл поперхнулся и порывисто вскинул голову.</p>
     <p>— Господин председатель, я хочу сделать заявление. Я не сомневаюсь в законности суда, я только заявляю коротко и ясно, что после конца заседания набью морду всякому, кто позволит себе смеяться надо мной. Поняли?</p>
     <p>— Вы нарушаете порядок, — ответил председатель, постучав по столу своим молотком.</p>
     <p>— И вам тоже! — вдруг закричал ему Дэл. — Хороший порядок вы поддерживаете! Одиночка я или нет, это не имеет никакого отношения к делу. Почему вы разрешаете задавать дурацкие вопросы? Уж я с вами разделаюсь, дубина вы эдакая!</p>
     <p>— Это мы увидим! — Председатель покраснел, ударил молотком по столу и вскочил с места.</p>
     <p>Дэл сделал шаг ему навстречу, но Билл Браун кинулся разнимать их.</p>
     <p>— К порядку, джентльмены, к порядку! — взмолился он. — Теперь не время для таких недостойных выходок. Вспомните, что здесь присутствуют дамы.</p>
     <p>Оба противника, ворча, повиновались, и Билл Браун приступил к допросу.</p>
     <p>— Мистер Бишоп, нам известно, что вы хорошо знакомы с подсудимым. Мы просим вас сообщить суду, что вы знаете о его характере.</p>
     <p>Лицо Дэла расплылось в широкую улыбку.</p>
     <p>— Во-первых, он очень вздорный человек…</p>
     <p>— Постойте! Я не могу этого допустить! — Подсудимый вскочил, дрожа от гнева. — Вы не должны подобным образом ставить на карту мою жизнь! Позволять какому-то сумасшедшему, которого я видел всего раз в жизни, свидетельствовать о моем характере…</p>
     <p>Старатель повернулся к нему.</p>
     <p>— Значит, вы не знаете меня, Грегори Сент-Винсент?</p>
     <p>— Нет, — холодно ответил Сент-Винсент. — Я не знаю вас, любезный.</p>
     <p>— Не смейте называть меня любезным! — яростно крикнул Дэл.</p>
     <p>Но Сент-Винсент, игнорируя его, обратился к толпе:</p>
     <p>— Я видел этого человека всего раз в жизни и затем случайно встретился с ним в Доусоне.</p>
     <p>— Вы вспомните меня раньше, чем я кончу говорить, — насмешливо сказал Дэл. — Придержите язык и дайте мне высказаться. Я приехал сюда с ним вместе в восемьдесят четвертом году.</p>
     <p>Сент-Винсент стал всматриваться в него с пробудившимся интересом.</p>
     <p>— Да, мистер Грегори Сент-Винсент. Вы как будто начинаете вспоминать. Я в те дни носил усы, и звали меня Браун. Джо Браун.</p>
     <p>Он злорадно усмехнулся, но журналист, по-видимому, потерял всякий интерес к его словам.</p>
     <p>— Это правда, Грегори? — воскликнула Фрона.</p>
     <p>— Вспоминаю, — медленно пробормотал он. — Не знаю… Нет. Что за чепуха! Тот человек умер.</p>
     <p>— Вы сказали, в восемьдесят четвертом году, мистер Бишоп? — напомнил ему Билл Браун.</p>
     <p>— Да, в восемьдесят четвертом году. Он был газетным писакой, командированным в кругосветное путешествие через Аляску и Сибирь. А я в Ситхе<a l:href="#n_145" type="note">[145]</a> сбежал с китобойного судна, вот отчего и назывался Брауном, и нанялся к нему за сорок монет в месяц. Плюс стол и квартира. А он поссорился со мной…</p>
     <p>Неизвестно откуда начавшееся и постепенно разраставшееся хихиканье встретило его заявление. Даже Фрона и сам Дэл Бишоп невольно улыбнулись. И только один подсудимый сохранял серьезный вид.</p>
     <p>— Кроме меня, он поссорился со стариком Энди на реке Дайе, и с Джорджем, вождем чилкетов, и с торговым агентом на реке Пелли, и со многими другими. Он втягивал нас в бесконечные истории, в особенности из-за баб. Он постоянно перемигивался с ними…</p>
     <p>— Господин председатель, я протестую, — сказала Фрона, поднимаясь. Лицо ее было спокойно. Она, по-видимому, вполне владела собой. — Совершенно излишне касаться любовных похождений мистера Сент-Винсента. Они нам не помогут. И, кроме того, в этом собрании вряд ли найдется человек настолько честный, чтобы руководствоваться правильными побуждениями в подобном вопросе. Поэтому я требую показаний, относящихся к делу.</p>
     <p>Билл Браун, самодовольно улыбаясь, встал с места.</p>
     <p>— Господин председатель, мы охотно выслушали заявление защиты. Все, что мы здесь рассматривали, было очень существенно и имело отношение к делу. Все, что мы будем рассматривать, будет удовлетворять этому требованию. Мистер Бишоп — наш главный свидетель, и его показания имеют прямое отношение к делу. Следует принять во внимание, что у нас нет прямых улик против обвиняемого. Мы не можем представить суду очевидца убийства Джона Борга. В нашем распоряжении лишь косвенные улики. И наш долг — выяснить побудительные мотивы, для чего необходимо хорошо знать характер обвиняемого. Это и входит в нашу задачу. Мы намерены показать его натуру прелюбодея и сладострастника, которая довела его до столь низкого преступления и заставила рисковать головой. Мы намерены доказать, что он далек от правды, что он первостатейный лгун; что суд равных ему не должен верить ни единому слову, сказанному им на скамье подсудимых. Мы намерены все это выяснить, нить за нитью, пока мы не совьем достаточно толстой веревки, чтобы повесить его до окончания сегодняшнего дня. Поэтому я настоятельнейше прошу, господин председатель, чтобы свидетелю была дана возможность продолжать.</p>
     <p>Председатель решил вопрос не в пользу Фроны. Апелляция ее к собранию была отклонена большинством голосов, и Билл Браун кивнул Дэлу, чтобы он продолжал.</p>
     <p>— Как я уже говорил, он доставлял нам много неприятностей. Например, всю свою жизнь я имел дело с водой. По-видимому, мне от этого никогда не уйти, и чем дальше, тем меньше я в ней смыслю. Это было известно Сент-Винсенту. Он хорошо владел веслом и все же заставил меня одного переплыть Бокс-Кэньон, а сам пошел в обход. Результат: лодку перевернуло, я потерял половину снаряжения и весь табак, и в довершение всего он взвалил всю вину на меня. Вскоре после этого он впутался в историю со стиксами с озера Ла-Барт, и мы оба чуть не отдали концы.</p>
     <p>— Как это произошло? — перебил его Билл Браун.</p>
     <p>— Все из-за хорошенькой индианки, которая слишком ласково на него посмотрела. После того, как все кончилось, я прочел ему лекцию о женщинах вообще и индианках в частности, и он обещал мне остепениться. Затем он попал в переделку с племенем Молодого Лосося. На этот раз он был хитрее, и я ничего не знал, но я догадался. Он сказал, что поссорился со знахарем. Надо вам сказать, никто так быстро не выводит знахарей из равновесия, как бабы. И это подтвердилось. Когда я с ним заговорил об этом по-отечески, он пришел в ярость, и мне пришлось пригласить его на берег и задать ему трепку. Затем он впал в уныние и повеселел только тогда, когда мы приплыли к устью Оленьей Реки, где сиваши ловили лососей. Он все время злился на меня, хоть я не знал этого, и каждую минуту готов был надуть меня.</p>
     <p>Нельзя отрицать, он умеет обращаться с женщинами. Стоит только ему свистнуть, и они бегут за ним, как собаки. У него на этот счет удивительный дар. Там была одна очень подлая и красивая индианка. Я в жизни не встречал красивей, разве только Бэллу. Так вот, я думаю, он свистнул ей, так как он замешкался в лагере дольше, чем было нужно. Питая пристрастие к бабам…</p>
     <p>— Довольно, мистер Бишоп, — прервал его председатель. Он отказался от безрезультатного наблюдения за каменным лицом Фроны и перевел взгляд на ее руку, которая, нервно подергиваясь, выдавала то, что скрывало лицо. — Довольно, мистер Бишоп. С нас хватит индианок.</p>
     <p>— Подождите, дайте ему кончить показание, — мягко сказала Фрона. — Оно, по-видимому, очень существенно.</p>
     <p>— А вы знаете, что я собираюсь сказать? — запальчиво спросил Дэл председателя. — Не знаете? Ну так заткнитесь! Я хочу сообщить дополнительные сведения.</p>
     <p>Билл Браун вскочил с места, чтобы предотвратить стычку, но председатель сдержался, и Бишоп продолжал:</p>
     <p>— Я давно бы покончил с ухаживаниями за индианками и тому подобным, если бы вы не прерывали меня. Как я уже говорил, он имел против меня зуб, и не успел я опомниться, как он треснул меня прикладом по голове, усадил индианку в лодку и был таков. Вы все знаете, что представляли собой берега Юкона в восемьдесят четвертом году. И вот я остался один-одинешенек, без снаряжения, за тысячи миль от человеческого жилья. Я благополучно выбрался оттуда, не стоит рассказывать, как именно, и он также. Вы все слышали о его приключениях в Сибири. Так вот. — Дэл сделал многозначительную паузу. — Я случайно кое-что знаю об этом.</p>
     <p>Он сунул руку в обширный карман своей клетчатой куртки и извлек оттуда грязную книжку в кожаном переплете, очень старую на вид.</p>
     <p>— Я получил это от старухи Пита Уипла, Уипла из Эльдорадо. Это имеет отношение к ее двоюродному деду или прадеду, уж я не знаю, к которому из них. И если здесь кто-нибудь умеет читать по-русски, то мы узнаем подробности этого путешествия по Сибири. Но так как здесь никто не может…</p>
     <p>— Курбертен! Он может ее прочесть! — крикнул кто-то в толпе.</p>
     <p>Все расступились, давая дорогу упиравшемуся французу, которого, несмотря на протесты, насильно подтолкнули вперед.</p>
     <p>— Знаете русский язык? — спросил его Дэл.</p>
     <p>— Да, но из рук вон плохо, — смущенно ответил Курбертен. — Я его знал очень давно, а теперь забыл.</p>
     <p>— Валяйте! Мы критиковать не станем.</p>
     <p>— Нет, но…</p>
     <p>— Читайте! — скомандовал председатель.</p>
     <p>Дэл сунул ему в руки книгу, открытую на пожелтевшем заглавном листе.</p>
     <p>— Я черт знает как давно хотел поймать парня вроде вас! — восторженно заявил он барону. — Так что теперь, когда вы мне попались, вам от меня не отделаться. Жарьте!</p>
     <p>Курбертен начал, запинаясь:</p>
     <cite>
      <p>— Дневник отца Яконского, заключающий в себе краткое описание его жизни в монастыре бенедиктинцев в Обдорске и подробное изложение его чудесных приключений в Восточной Сибири среди Людей Оленя.</p>
     </cite>
     <p>Барон поднял глаза, ожидая дальнейших инструкций.</p>
     <p>— Скажите, когда это было напечатано? — спросил его Дэл.</p>
     <p>— В Варшаве, в тысяча восемьсот седьмом году.</p>
     <p>Рудокоп с торжеством оглядел собрание.</p>
     <p>— Вы слышали? Не упускайте этого из виду! Тысяча восемьсот седьмой год. Запомните!</p>
     <p>Барон открыл первую страницу:</p>
     <p>— <emphasis>Это следует приписать Тамерлану, </emphasis>— начал он, бессознательно придавая переводу знакомый оборот речи.</p>
     <p>При первых его словах Фрона побледнела и уже больше не могла оправиться за все время чтения. Один раз она украдкой взглянула на отца и обрадовалась, увидев, что он смотрит прямо перед собой: она чувствовала, что не в силах сейчас встретиться с ним глазами. На Сент-Винсента она не обращала никакого внимания, хотя знала, что он внимательно наблюдает за ней. Он видел только ее бледное лицо, совершенно лишенное выражения.</p>
     <cite>
      <p>— Когда Тамерлан прошел с огнем и мечом по Восточной Азии, — медленно читал Курбертен, — государства рушились, города сметались с лица земли, и племена рассеивались, как… как… звездная пыль. Спасаясь от победителей… нет… нет, от разнузданности победителей, эти беглецы забрались в самую глубь Сибири, распространяясь к северу и востоку и оседая на берегах полярного бассейна цепью монгольских племен.</p>
     </cite>
     <p>— Переверните несколько страниц, — посоветовал Билл Браун, — и читайте отдельные отрывки. Мы не можем просидеть над этим до утра.</p>
     <p>Курбертен так и сделал.</p>
     <cite>
      <p>— Прибрежные жители из племени эскимосов по природе своей безобидны и жизнерадостны. Они называют себя укилионами, или Людьми Моря. Я купил у них собак и провизию. Они подвластны чоу-чуэнам, живущим внутри страны, которые известны под именем Людей Оленя. Чоу-чуэны — злобное и дикое племя. Когда я отдалился от берега, они напали на меня, отобрали все мое имущество и обратили меня в рабство. — Он перелистал несколько страниц. — Я добился того, что мне разрешили участвовать в собрании вождей, но это не приблизило меня к свободе. Они так ценили мою мудрость, что ни за что не хотели расстаться со мной… Старый Пи-Юн был великим вождем. Было решено, что я женюсь на его дочери Ильсвунге. Эта Ильсвунга была грязным существом. Она никогда не мылась и отличалась дурным нравом… Я женился на Ильсвунге, но она лишь называлась моей женой. Она пожаловалась на это своему отцу, старому Пи-Юну, и он страшно разгневался. Между племенами начался раздор. Но в конце концов я стал еще могущественнее, чем был прежде, благодаря моей изворотливости и находчивости. И Ильсвунга больше не жаловалась, потому что я научил ее раскладывать пасьянс и еще многим другим вещам.</p>
     </cite>
     <p>— Довольно? — спросил Курбертен.</p>
     <p>— Да, достаточно, — ответил Билл Браун. — Но подождите минуту. Будьте любезны, назовите еще раз год издания книги.</p>
     <p>— Тысяча восемьсот седьмой, Варшава.</p>
     <p>— Постойте, барон, — сказал Дэл Бишоп. — Теперь, когда вы стоите перед судом в качестве свидетеля, мне нужно вам задать еще вопрос. — Он обернулся к собранию: — Джентльмены, вы все кое-что слышали о приключениях подсудимого в Сибири. Вы, наверное, заметили их поразительное сходство с тем, что описал отец Яконский около ста лет тому назад. И вы решили, что тут имеет место полное заимствование. Но я докажу вам, что здесь не только заимствование. Подсудимый бросил меня на Оленьей Реке в восемьдесят восьмом году. Осенью этого же года он был в Сент-Майкле на пути в Сибирь. В восемьдесят девятом и девяностом годах он, по его словам, переживал разные чудеса в Сибири. В девяносто первом году он вернулся и строил из себя героя-победителя во Фриско.<a l:href="#n_146" type="note">[146]</a> Теперь посмотрим, не поможет ли нам француз.</p>
     <p>— Вы были в Японии? — спросил Дэл.</p>
     <p>Курбертен, следивший за датами, сделав быстрый подсчет в уме, не сумел скрыть своего удивления. Он умоляюще посмотрел на Фрону, но она ничем не помогла ему.</p>
     <p>— Да, — сказал он наконец.</p>
     <p>— Вы там встречали подсудимого?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— В каком году это было?</p>
     <p>Все подались вперед, чтобы услышать ответ.</p>
     <p>— В тысяча восемьсот восемьдесят девятом году, — неохотно сказал барон.</p>
     <p>— Но как же это может быть, барон? — спросил Дэл, прикидываясь простачком. — Ведь подсудимый был в это время в Сибири.</p>
     <p>Курбертен пожал плечами, как бы говоря, что это его не касается, и сошел со свидетельского места.</p>
     <p>Неожиданно был объявлен перерыв на несколько минут, во время которого старатели перешептывались и покачивали головами.</p>
     <p>— Все это ложь. — Сент-Винсент наклонился к самому уху Фроны, но она не слушала его.</p>
     <p>— Обстоятельства против меня, но я могу все это объяснить.</p>
     <p>Ни один мускул не дрогнул на ее лице. Председатель предложил Сент-Винсенту занять его место. Фрона обернулась к отцу, и глаза ее наполнились слезами, когда он коснулся ее руки.</p>
     <p>— Может быть, ты хочешь бросить все это дело? — спросил он после минутного колебания.</p>
     <p>Она покачала головой. Сент-Винсент начал говорить. Это была та же история, которую он рассказывал ей, но несколько дополненная; и она нисколько не противоречила показаниям Ла-Флитча и Джона. Он признал случай с чаном, вызванный, по его словам, простым актом вежливости с его стороны и бессмысленным гневом Джона Борга. Он признал, что Бэлла была убита из его револьвера, но заявил, что этот револьвер был взят у него Боргом несколько дней тому назад и не возвращен. Что касается обвинения Бэллы, то тут он ничего не может сказать. Он не в силах понять, почему она решилась умереть с ложью на устах. Он никогда ничем не вызывал ее неудовольствия, даже в мелочах, и не может объяснить ее ложь местью. Что же касается показаний Бишопа, то он не желает их обсуждать. Это сплошная клевета, ловко разбавленная правдой. Этот человек действительно поехал с ним на Аляску в тысяча восемьсот восемьдесят восьмом году, но его версия относительно происшествий, имевших там место, является беспардонным вымыслом. Что касается барона, то здесь произошла маленькая ошибка в числах, только и всего.</p>
     <p>Допрашивая его, Билл Браун обнаружил неожиданный факт. По словам подсудимого, он отчаянно боролся с таинственными незнакомцами. «Если это действительно так, — спросил Браун, — то чем вы объясняете тот факт, что вы вышли из драки совершенно невредимым? При осмотре тела Борга было обнаружено множество ушибов и ссадин. Как же вы во время такой потасовки остались целы?»</p>
     <p>Сент-Винсент не мог этого объяснить, но сознался, что чувствует ломоту и боль во всем теле. Кроме того, не в этом вовсе дело. Факт тот, что он не убивал ни Борга, ни его жены, он это твердо знает.</p>
     <p>Фрона обратилась к собранию с прочувствованной речью, где прежде всего напомнила о неприкосновенности человеческой жизни и связанной с риском опасности косвенных улик, а также о правах обвиняемого в тех случаях, когда возникает сомнение. Затем она рассмотрела показания, отбрасывая все лишнее и стараясь придерживаться голых фактов. Она решительно отрицала, что причина убийства обнаружена. А если это так, то использование связанных с ним улик является оскорбительным для умственных способностей присутствующих. Но она достаточно верит в их человечность и проницательность, чтобы знать, что такие мелочи не повлияют на их решение.</p>
     <p>С другой стороны, разбираясь в отдельных пунктах обвинения, она отрицает, что близость между Сент-Винсентом и Бэллой является доказанной; точно так же не доказано, что Сент-Винсент делал попытки к какому-либо сближению. Если судить беспристрастно, то инцидент с чаном — единственная улика, на которую ссылались свидетели обвинения, — был только смешным эпизодом, доказывающим, как простая любезность джентльмена может быть ложно истолкована бешеным дикарем мужем. Она полагается на здравый смысл присутствующих. Дураков тут нет.</p>
     <p>Здесь пытались утверждать, что у подсудимого дурной нрав. Ей не приходится доказывать это в отношении Борга. Всем известны его страшные припадки гнева. Его вспыльчивость вошла в поговорку в округе; она оттолкнула от него друзей и создала много врагов. Поэтому весьма вероятно, что незнакомцы в масках и были из числа их. Не так ли? Какими мотивами руководствовались эти люди, она не может сказать; она предоставляет судьям решать, могут ли найтись во всей Аляске двое людей, которым Джон Борг насолил так, что у них могла возникнуть мысль об убийстве.</p>
     <p>Свидетели заявили, что следов этих двух людей они не нашли нигде. Но они не упомянули о том, что следов Сент-Винсента, Пьера Ла-Флитча и Джона Шведа тоже не оказалось. Да это и было бы излишне. Все и так знают, что нигде не сохранилось следов Сент-Винсента, когда он выбежал из хижины на дорогу и вернулся с Ла-Флитчем и другим человеком, потому что на утрамбованной тропинке мягкие мокасины не делают отпечатка. Если бы лед не спустился вниз по течению, то убийцы точно так же не оставили бы на нем своих следов.</p>
     <p>При этих словах Ла-Флитч одобрительно кивнул головой, и она продолжала:</p>
     <p>— Обвинение построено на том, что у Сент-Винсента были руки в крови. Если бы в ту минуту осмотрели мокасины на ногах мистера Ла-Флитча, то на них также оказалась бы кровь. Это, однако, не говорит о том, что он замешан в пролитии крови.</p>
     <p>Мистер Браун обратил внимание на то, что подсудимый в жестокой схватке не получил ни одной ссадины или царапины. Она благодарит его за это. Осмотр тела Джона Борга доказал, что ему были нанесены тяжелые повреждения. Он был крупнее, сильнее, тяжелее Сент-Винсента. Если Сент-Винсент действительно совершил убийство и вследствие этого, естественно, принимал участие в тяжелой борьбе, изувечившей Джона Борга, то как же он вышел из нее невредимым? Этот факт заслуживает серьезного внимания.</p>
     <p>Возникает второй вопрос: зачем он побежал вниз по дороге? Совершенно невероятно, чтобы он, совершив убийство, побежал бы, не одеваясь и не приготовившись к бегству, по направлению к другим хижинам. С другой стороны, легко предположить, что он стал преследовать настоящих убийц, и, измученный, запыхавшийся и, разумеется, возбужденный, помчался в темноте прямо вниз по дороге.</p>
     <p>Все ее выводы были строго последовательны; когда она кончила, ее проводили дружными аплодисментами. Тем не менее она была недовольна и даже оскорблена, так как понимала, что это относится скорее к ней лично, чем к ее делу и к потраченному ею труду.</p>
     <p>Билл Браун, как стряпчий по темным делам, всегда прислушивался к разговорам в толпе, извлекая даже пользу для себя, в противном же случае он искусно прибегал к собственному авторитету. В этом ему сильно помогал прирожденный юмор. Он быстро покончил с таинственными незнакомцами в масках, назвав их мифическими фигурами.</p>
     <p>Они не могли покинуть остров. Состояние льда за три или четыре часа до вскрытия не разрешило бы этого. Подсудимый не обвиняет никого из жителей острова, потому что они все, кроме него самого, могут доказать свое алиби. Возможно, что подсудимый был сильно возбужден, когда бежал по дороге, где столкнулся с Ла-Флитчем и Джоном Шведом. Хотя, казалось бы, можно предположить, что он привык к подобным передрягам за время своего путешествия по Сибири. Но это несущественно; факты говорят, что он, несомненно, был в состоянии ненормального, даже истерического возбуждения. А убийца в таких случаях не думает о том, куда бежит. Подобное происходило не раз. Преступники часто сами спешат навстречу возмездию.</p>
     <p>Коснувшись вопроса об отношениях между Боргом, Бэллой и Сент-Винсентом, он ловко сыграл на инстинктивном предубеждении своих слушателей и на время перешел от прозаических рассуждений к всемогущим сентиментальным общим местам. Он признал, что косвенные улики никогда не дают неопровержимых доказательств. Но этого от них не требуется. Они только не должны оставлять места сомнениям. Вот все, что от них требуется. Он докажет, что эта цель достигнута, еще раз пересмотрев показания.</p>
     <p>— И наконец, — сказал он, — вы не можете не учитывать последних слов Бэллы. Мы ничего не знали непосредственно. Мы нащупывали путь в темноте, цеплялись за мелочи, стараясь представить себе всю картину. Но, джентльмены, — он сделал паузу, посмотрев на лица слушателей, — Бэлла знала правду. И это не косвенная улика. Тяжело и прерывисто дыша, обливаясь кровью и глядя перед собой остекленелым взором, она сказала правду. На пороге вечной ночи, издавая предсмертные хрипы, она чуть приподнялась и, указав дрожащим пальцем на подсудимого, произнесла: «Он, он, он! Сент-Винча, он это сделал».</p>
     <p>Палец Билла Брауна все еще был нацелен на Сент-Винсента, когда последний, пошатываясь, встал. Его лицо казалось серым и постаревшим. Он оглядывался кругом, не в силах заговорить. «Трус! Трус!» — шептали кругом достаточно громко, чтобы он мог расслышать. Он несколько раз провел языком по сухим губам, пытаясь вымолвить хоть слово.</p>
     <p>— Как я уже сказал, — удалось ему наконец прохрипеть, — я не виновен. Клянусь богом, я не виновен! — С трудом соображая, он уставился на Джона Шведа. — Я не виновен. Я… я не виновен… не виновен…</p>
     <p>Казалось, он был погружен в какое-то глубокое раздумье, в котором Джон Швед играл немаловажную роль. И когда Фрона схватила его за руку и мягко заставила сесть, в толпе кто-то закричал:</p>
     <p>— Тайное голосование!</p>
     <p>Но Билл Браун моментально вскочил на ноги.</p>
     <p>— Нет! Я говорю, нет!.. Открытое голосование! Мы мужчины и не должны бояться своего мнения.</p>
     <p>Его заявление было встречено хором сочувственных голосов, и открытое голосование началось. Друг за другом вызванные по имени люди говорили всего одно слово: «Виновен».</p>
     <p>Барон Курбертен протиснулся вперед и пошептался с Фроной. Она кивнула головой и улыбнулась, и он, вернувшись назад, занял место у дверей. Когда пришла его очередь, он сказал: «Нет, не виновен», — так же, как Фрона и Джекоб Уэлз. Пьер Ла-Флитч поколебался с минуту, пристально посмотрел на Фрону и Сент-Винсента, затем сказал своим мелодичным, словно флейта, голосом: «Виновен».</p>
     <p>Когда председатель встал, Джекоб Уэлз точно случайно подошел к противоположному концу стола и прислонился к печке. Курбертен, внимательно следивший за всем, откатил от стены бочонок из-под солонины и встал на него.</p>
     <p>Председатель откашлялся и ударил молотком по столу, призывая к порядку.</p>
     <p>— Джентльмены! — объявил он. — Подсудимый…</p>
     <p>— Руки вверх! — властно скомандовал Джекоб Уэлз, и за ним моментально последовал пронзительный крик Курбертена:</p>
     <p>— Руки вверх, джентльмены!..</p>
     <p>Они держали толпу под прицелом своих револьверов. Все подняли руки. Председатель последовал общему примеру, все еще крепко держа молоток. Не было никакой паники. Каждый остался стоять или сидеть в том положении, в каком его застигло приказание. Взгляды присутствовавших, перебегая с одной фигуры на другую, неизменно возвращались к Джекобу Уэлзу.</p>
     <p>Сент-Винсент сидел как оглушенный. Фрона сунула ему в руку револьвер, но его ослабевшие пальцы отказывались повиноваться.</p>
     <p>— Идем, Грегори! — молила она. — Скорее! Корлисс ждет с лодкой. Идем!</p>
     <p>Фрона расшевелила его, и он с усилием взял оружие. Тогда она стала толкать и трясти его, точно человека, охваченного тяжелым сном, пока ей не удалось поставить его на ноги. Его лицо было мертвенно бледно, а взгляд как у лунатика, и весь он, казалось, находился в состоянии полной беспомощности. Все еще поддерживая его, она отступила на шаг, чтобы дать ему возможность пройти вперед. Он попытался это сделать; колени его дрожали. Кругом не было слышно ни звука, кроме тяжелого дыхания толпы людей. Кто-то откашлялся. Этот звук нарушил тишину, и глаза всех укоризненно обратились на виновника шума. Последний смутился и стал неловко переминаться с ноги на ногу. Затем снова воцарилось молчание, прерываемое тяжелым дыханием.</p>
     <p>Сент-Винсент сделал еще шаг вперед, но его пальцы разжались, и револьвер с грохотом упал на пол. Он даже не пытался поднять его. Фрона быстро нагнулась, но Пьер Ла-Флитч наступил на револьвер ногой. Она взглянула на Пьера и увидела, что он стоит с поднятыми руками, рассеянно уставившись на Джекоба Уэлза. Она толкнула ногу, но мускулы оказались напряженными и твердыми, что никак не вязалось с безучастным выражением его лица. Сент-Винсент, ничего не соображая, беспомощно смотрел вниз.</p>
     <p>Заминка привлекла внимание Джекоба Уэлза, и, пока он пытался выяснить ее причину, председатель воспользовался случаем. Его правая рука, не сгибаясь, метнулась вперед, и тяжелый молоток вылетел из его пальцев. Пролетев короткое расстояние, он ударил Джекоба Уэлза ниже уха. Револьвер выпал из руки Уэлза, выстрелив при падении, и Джон Швед с рычанием схватился за бедро.</p>
     <p>Одновременно был побежден и барон. Дэл Бишоп, все еще с поднятыми руками и невинным выражением лица, просто-напросто пинком выбил из-под француза бочонок, заставив того упасть. Пуля Курбертена пробила крышу, никого не задев. Ла-Флитч схватил Фрону за руку. Сент-Винсент, внезапно пробудившись, кинулся к дверям, но метис быстро подставил ему ногу.</p>
     <p>Председатель ударил кулаком по столу и закончил прерванную фразу:</p>
     <p>— Джентльмены, подсудимый признан виновным!</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIX</p>
     </title>
     <p>Фрона тотчас же бросилась к отцу, но он уже приходил в себя. Курбертена вывели вперед. Лицо его было исцарапано, запястье на одной руке растянуто, но язык отличался все той же непокорностью. Чтобы предотвратить споры и сберечь время, Билл Браун попросил слова.</p>
     <p>— Господин председатель, осуждая попытку Джекоба Уэлза, Фроны Уэлз и барона Курбертена спасти подсудимого и помешать исполнению правосудия, мы при данных обстоятельствах не можем отказать им в сочувствии. Излишне углубляться в этот вопрос. Вы все, конечно, понимаете, что на их месте поступили бы точно так же. Поэтому, чтобы покончить быстро с этим делом, я вношу предложение обезоружить трех задержанных и отпустить их на свободу.</p>
     <p>Предложение было принято, и обоих мужчин обыскали, чтобы отнять у них оружие. Фрона под честное слово была избавлена от этого. Затем собрание избрало комитет повешения, и толпа начала расходиться.</p>
     <p>— Мне очень жаль, но я не мог поступить иначе, — сказал председатель полуизвиняющимся, полувызывающим тоном.</p>
     <p>Джекоб Уэлз улыбнулся.</p>
     <p>— Вам помог случай, — ответил он, — и я не виню вас. Я только жалею, что не попал в вас.</p>
     <p>Возбужденные голоса раздались в хижине:</p>
     <p>— Эй ты, длинноногий!</p>
     <p>— Наступи ему на пальцы, Тим! Разожми руку! Ишь как вцепился! Ай! Ой!</p>
     <p>— Открой ему глотку!</p>
     <p>Фрона увидела группу людей, боровшихся с Сент-Винсентом, и поспешила к нему. Он бросился на пол, пустив в ход зубы и ногти, отбивался как сумасшедший. Тим Дуган, дюжий кельт, вступил с ним врукопашную, и зубы Сент-Винсента вцепились ему в плечо.</p>
     <p>— Ударь его, Тим! Ударь его!</p>
     <p>— Как же я могу, болваны? Разожмите ему рот! Слышите?</p>
     <p>— Подождите-ка минутку!</p>
     <p>Мужчины посторонились, чтобы дать возможность Фроне подойти, освободив место вокруг Сент-Винсента и Тима.</p>
     <p>Фрона опустилась перед ним на колени.</p>
     <p>— Оставьте его, Грегори! Оставьте!</p>
     <p>Он взглянул на нее. В глазах его не было ничего человеческого. Он прерывисто дышал, в горле его слышались странные, сдавленные звуки.</p>
     <p>— Это я, Грегори. — Она успокоительно провела рукой по его лбу. — Вы не узнаете? Это я, Фрона. Отпустите его.</p>
     <p>Тело Сент-Винсента медленно ослабло, лицо стало более спокойным. Наконец его челюсти разжались, и Тим отдернул руку.</p>
     <p>— Послушайте, Грегори! Хоть вам и придется умереть…</p>
     <p>— Но я не могу! Не могу! — застонал он. — Вы говорили, что я могу на вас положиться, что все сойдет благополучно!</p>
     <p>Она подумала о возможности, которую предоставила ему, но промолчала.</p>
     <p>— О Фрона! Фрона! — рыдал он, пряча голову в ее коленях.</p>
     <p>— Будьте по крайней мере мужчиной! Это все, что вам остается.</p>
     <p>— Идем! — приказал Тим Дуган. — Мне очень жаль, что приходится потревожить вас, мисс, но мы должны отвести его. Тащите его, ребята! Хватай его за ноги, Блэк, и ты, Джонсон.</p>
     <p>При этих словах тело Сент-Винсента напряглось, разум во взгляде угас, а пальцы судорожно сжали руку Фроны. Она умоляюще посмотрела на старателей, и они остановились в нерешительности.</p>
     <p>— Оставьте меня с ним на минуту, — попросила она, — только на минуту.</p>
     <p>— Он не стоит этого, — усмехнулся Дуган, когда они отошли. — Посмотрите только на него!</p>
     <p>— Черт знает что такое! — согласился Блэк, искоса поглядывая на Фрону, которая что-то шептала Сент-Винсенту на ухо, нежно гладя его по волосам.</p>
     <p>Они не слыхали слов Фроны, но увидели, что она заставила Сент-Винсента встать на ноги и повела за собой. Он шел точно мертвец и, выйдя из помещения, с удивлением уставился на мутный поток Юкона. Вокруг сосны на берегу собралась толпа. Мальчик, которому поручено было перекинуть веревку через одну из ветвей, выполнив задачу, соскользнул на землю. Он посмотрел на свои ладони и подул на них. Это вызвало смех окружающих. На опушке леса два ощетинившихся волкодава скалили клыки. Люди натравливали их друг на друга. Сцепившись, собаки покатились по земле, но их пинками оттолкнули в сторону, чтобы очистить место для Сент-Винсента.</p>
     <p>Корлисс подошел к Фроне.</p>
     <p>— Что случилось? — спросил он. — Сорвалось?</p>
     <p>Она попыталась что-то сказать, но судорога сжала ей горло, и она только кивнула головой.</p>
     <p>— Сюда, Грегори. — Она дотронулась до его плеча и подвела к ящику, стоявшему под веревкой.</p>
     <p>Идя с ними рядом, Корлисс задумчиво оглядел толпу и нащупал карман своей куртки.</p>
     <p>— Могу я чем-нибудь помочь? — спросил он, нетерпеливо кусая нижнюю губу. — Все, что вы прикажете, будет исполнено, Фрона. Я могу отстоять его.</p>
     <p>Она посмотрела на него, и то, что она прочла в его глазах, доставило ей радость. Она знала, что он решится на все, но находила это несправедливым. Сент-Винсенту была предоставлена возможность спастись; было бы нечестно приносить дальнейшие жертвы.</p>
     <p>— Нет, Вэнс. Теперь уже поздно. Ничего нельзя сделать.</p>
     <p>— По крайней мере позвольте мне попытаться, — настаивал он.</p>
     <p>— Нет. Наш план расстроился не по нашей вине, и… и… — Ее глаза наполнились слезами. — Пожалуйста, не просите меня об этом.</p>
     <p>— Тогда разрешите увести вас. Вам нельзя здесь оставаться.</p>
     <p>— Я должна, — просто ответила она и повернулась к Сент-Винсенту, который был словно во сне.</p>
     <p>Блэк прилаживал петлю на конце веревки, готовясь накинуть ее на шею Сент-Винсента.</p>
     <p>— Поцелуйте меня, Грегори, — сказала Фрона, положив руку ему на плечо.</p>
     <p>Он вздрогнул при этом прикосновении, увидел сотню жадных глаз, устремленных на него, и только что свитую желтую петлю в руках палача. Он протянул руки, словно отстраняя ее, и громко закричал:</p>
     <p>— Нет! Нет! Позвольте мне признаться во всем! Тогда вы мне поверите!</p>
     <p>Билл Браун и председатель отпихнули Блэка, и толпа сдвинулась теснее. Раздались крики и протесты.</p>
     <p>— Не смейте! — визгливо закричал мальчик. — Я не уйду. Я влез на дерево и привязал веревку. Я имею право присутствовать.</p>
     <p>— Ты еще ребенок, — возразил какой-то мужчина. — Это зрелище не для тебя.</p>
     <p>— Подумаешь, я вовсе не ребенок! Я… я привык к таким вещам. Как-никак я лазил на дерево. Посмотрите на мои руки.</p>
     <p>— Конечно, он может остаться, — поддержали его другие.</p>
     <p>— Не трогай его, Кэрли! Не тебя ведь вешают!</p>
     <p>Последнее замечание было встречено смехом, после чего все успокоились.</p>
     <p>— Тише! — крикнул председатель и затем обратился к Сент-Винсенту: — Ну, вы! Начинайте, только не тратьте лишних слов.</p>
     <p>— Дайте нам послушать! — снова вмешалась толпа. — Поставьте его на ящик.</p>
     <p>Сент-Винсенту помогли влезть на ящик, и он начал говорить с лихорадочным жаром:</p>
     <p>— Я не совершил убийства, но я был свидетелем преступления. Их было не двое, а один человек. Он убил Борга, и Бэлла помогла ему.</p>
     <p>Взрыв смеха заглушил его слова.</p>
     <p>— Не торопитесь, — предостерег его Билл Браун. — Будьте добры объяснить, как Бэлла помогла этому человеку убить ее. Начните сначала.</p>
     <p>— В ту ночь Борг перед тем, как лечь спать, установил свой обычный сигнал против воров…</p>
     <p>— Сигнал против воров?</p>
     <p>— Я так называл его. Это была оловянная кастрюля, прикрепленная к задвижке так, что дверь, открываясь, опрокидывала ее на пол. Он устанавливал свой сигнал каждую ночь, точно опасался того, что действительно случилось. В ночь убийства я проснулся с таким чувством, словно кто-то бродит по хижине. Коптилка была прикручена. Бэлла стояла у дверей. Борг храпел; я это ясно слышал. Бэлла осторожно убрала кастрюлю. Затем она открыла дверь, и в комнату тихо вошел какой-то индеец. На нем не было маски, и я узнал бы его, если бы встретился с ним. На лице его был шрам, который шел по лбу и пересекал глаз.</p>
     <p>— Вы, конечно, вскочили и подняли тревогу?</p>
     <p>— Нет, — ответил Сент-Винсент, вызывающе тряхнул головой, словно сразу хотел отделаться от самого худшего. — Я лежал и выжидал.</p>
     <p>— Что вы подумали?</p>
     <p>— Что Бэлла в сговоре с индейцем и что они собираются убить Борга. Мне это сразу пришло в голову.</p>
     <p>— И вы ничего не сделали?</p>
     <p>— Ничего. — Он понизил голос, и взгляд его упал на Фрону. Она прислонилась к ящику, на котором стоял он, поддерживая его. Казалось, она совсем не была взволнована. — Бэлла подошла ко мне, но я закрыл глаза и начал ровно дышать. Она поднесла к моему лицу коптилку, но я так хорошо притворился спящим, что обманул ее. Затем я услышал пыхтение внезапно проснувшегося и встревоженного человека и крик. Я выглянул из-под одеяла. Индеец бросился на Борга с ножом, а Борг оборонялся руками, пытаясь схватить его. Когда они сцепились, Бэлла подкралась сзади и стала душить мужа руками. Она уперлась коленями ему в поясницу, наклонила его назад и с помощью индейца повалила на пол.</p>
     <p>— А что делали вы?</p>
     <p>— Я наблюдал.</p>
     <p>— У вас был при себе револьвер?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Тот самый, который вы будто бы одолжили Боргу?</p>
     <p>— Да. Но я наблюдал.</p>
     <p>— Джон Борг звал на помощь?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Что же он говорил?</p>
     <p>— Он кричал: «Сент-Винсент! Сент-Винсент! О боже! Сент-Винсент! Помогите мне!» — Сент-Винсент вздрогнул при этом воспоминании и добавил: — Это было ужасно.</p>
     <p>— Я тоже так думаю! — проворчал Браун. — А вы?</p>
     <p>— Я наблюдал, — последовал упрямый ответ.</p>
     <p>Ропот пробежал по толпе.</p>
     <p>— Борг все же отбился от них и вскочил на ноги. Взмахом руки он отшвырнул Бэллу в противоположный конец хижины и обернулся к индейцу. Они начали бороться. Индеец выронил нож. От ударов Борга меня мутило. Я думал, что он изобьет индейца насмерть. Тогда-то и была сломана мебель. Они катались по полу, рычали и дрались, как дикие звери. Я удивился, как Борг не проломил индейцу грудь. Бэлла подняла нож и несколько раз предательски ударила им мужа. Индеец сцепился с ним так, что руки Борга оказались заняты и он мог только лягнуть ее. Он, вероятно, сломал ей ноги, потому что она, громко вскрикнув, упала и больше уже не могла подняться, как ни старалась. После этого Борг повалился прямо на плиту, подмяв под себя индейца.</p>
     <p>— Он еще звал на помощь?</p>
     <p>— Он умолял меня подойти к нему.</p>
     <p>— И?..</p>
     <p>— Я наблюдал. Ему удалось оттолкнуть от себя индейца, и он, шатаясь, подошел ко мне. Я видел, что он обливался кровью и совсем ослабел. «Дайте мне ваше ружье, — сказал он, — скорее!» И ощупью поискал его. Затем, немного придя в себя, он через мою голову протянул руку к кобуре, висевшей на стене, и вынул револьвер. Индеец снова подскочил к нему с ножом, но Борг уже не защищался. Он направился к Бэлле, а индеец все висел на нем и рубил его ножом. По-видимому, он мешал Боргу, и Борг отшвырнул его. Потом Борг опустился на колени и повернул лицо Бэллы к свету. Но лицо его самого было залито кровью, и он ничего не видел. Тогда он долго вытирал кровь, застилавшую ему глаза. Казалось, он смотрит на Бэллу, чтобы удостовериться, она ли это. Затем он приложил револьвер к ее груди и выстрелил.</p>
     <p>При виде этого индеец обезумел и кинулся на Борга с ножом, выбив у него из рук револьвер. Тогда была опрокинута полка с коптилкой. Они продолжали бороться в темноте. Раздались еще выстрелы, но я не знаю, кто стрелял. Я сполз с койки. В пылу борьбы кто-то ударил меня, и я упал на Бэллу. Вот тогда-то мои руки были выпачканы кровью. Когда я выбежал из хижины, раздалось еще несколько выстрелов. Тут я встретил Ла-Флитча и Джона… И остальное вам известно. Клянусь, я сказал вам всю правду.</p>
     <p>Сент-Винсент посмотрел на Фрону. Она поддерживала ящик, и лицо ее было спокойно. Он бросил взгляд на толпу и прочитал на лицах недоверие. Многие смеялись.</p>
     <p>— Почему вы сразу не рассказали это? — спросил Билл Браун.</p>
     <p>— Потому что… потому что…</p>
     <p>— Ну?</p>
     <p>— Потому что я мог помочь.</p>
     <p>Смех усилился, и Билл Браун отвернулся от него.</p>
     <p>— Джентльмены, вы слышали его бред. Это еще более фантастическая сказка, чем первая. В начале процесса мы обещали доказать, что подсудимый далек от правды. Ваш приговор исчерпывающе подтвердил, что мы этого достигли. Но мы не ожидали, что он так блестяще оправдает наши предположения. Надеюсь, в этом не приходится сомневаться. Что вы думаете о нем? Он громоздит одну ложь на другую. Доказано, что он бессовестный лжец. Неужели вы поверите этому последнему чудовищному вымыслу? Джентльмены, я прошу вас только об одном — подтвердите ваш приговор. А те, которые усомнятся в его обмане, наверное, будут в меньшинстве. Я позволю себе заметить следующее. Если допустить, что его история правдива и он, пользовавшийся гостеприимством Джона Борга, лежал под одеялом, когда совершалось убийство, и равнодушно слушал, как несчастный взывает к нему о помощи, и если, глядя на эту кровавую баню, в нем не проснулось достоинство мужчины, тогда позвольте вам сказать, он все равно достоин виселицы. Ошибки не будет. Как вы решаете?</p>
     <p>— Смерть! Вздернуть его! Повесить! — раздались крики.</p>
     <p>Внезапно взоры всех присутствующих обратились к реке; даже Блэк на мгновение отвлекся от исполнения своих официальных обязанностей. Широкий плот с длинными веслами на концах скользил мимо косы Острова Распутья, держась у самого берега. Подойдя совсем близко, он зарылся носом в песок, и в тот же миг веревка, брошенная с него, обвилась вокруг дерева, под которым стоял Сент-Винсент. Разрубленные лосиные туши выглядывали из-под еловых веток. Два человека, стоявшие на плоту, гордо посмотрели на толпу, усеявшую берег. Причиной их гордости был, по-видимому, этот груз.</p>
     <p>— Хотим добраться с ним до Доусона, — объяснил один из них, — только вот солнце чертовски печет.</p>
     <p>— Нет, — сказал его товарищ, отвечая на вопрос, — здесь не стоит останавливаться и торговать. Там, внизу, фунт стоит полтора доллара, и мы спешим туда. Но с нами человек, которого мы охотно вам оставим. — Он обернулся и указал на груду одеял, под которыми смутно угадывались очертания человеческого тела.</p>
     <p>— Мы подобрали его сегодня утром милях в тридцати вверх по реке Стюарт.</p>
     <p>— Его нужно лечить, — сказал второй, — а у нас мясо портится, и мы не можем терять время. — Нищим сказать нечего, кроме того, что они вьючные животные.</p>
     <p>— Этот парень как будто боролся с медведем, он весь избит и изранен. По-видимому, у него внутренние повреждения. Куда его положить?</p>
     <p>Стоя рядом с Сент-Винсентом, Фрона видела, как раненого понесли по холмистому берегу мимо толпы. Из-под одеяла свесилась бронзовая рука и выглянуло бронзовое лицо. Носильщики остановились, ожидая, пока решится вопрос, куда им направиться. Внезапно Фрона почувствовала, что Сент-Винсент яростно вцепился в ее руку.</p>
     <p>— Смотрите! Смотрите! — Сент-Винсент нагнулся вперед и нетерпеливо указывал на раненого. — Смотрите! Этот шрам!</p>
     <p>Индеец открыл глаза и, узнав Сент-Винсента, злобно усмехнулся.</p>
     <p>— Это он! Это он! — Дрожа от возбуждения, Сент-Винсент повернулся к толпе. — Я призываю всех вас в свидетели! Это человек, убивший Джона Борга!</p>
     <p>Его заявление не было встречено смехом, так как во всех жестах Сент-Винсента сквозила жуткая искренность. Билл Браун и председатель пытались вызвать индейца на разговор, но это им не удалось. Старатель из Британской Колумбии был привлечен к делу, но его чинукский язык не произвел никакого впечатления на индейца. Тогда вызвали Ла-Флитча. Красавец-метис склонился к индейцу и заговорил с ним на каком-то гортанном языке, которому он, по-видимому, научился у своей матери. Одинаково безуспешно он попробовал еще несколько наречий. Не добившись ответа, он замолчал, обескураженный. Вдруг, словно что-то вспомнив, он сделал еще одну попытку. В глазах индейца сразу промелькнула искра сознания, и из его горла вырвались такие же звуки.</p>
     <p>— Это наречие стиков с верховья реки Белой, — пояснил Ла-Флитч.</p>
     <p>Затем, наморщив лоб, временами запинаясь и подыскивая полузабытые слова, он засыпал индейца вопросами. Остальным их разговор казался пантомимой — бессмысленное мычание, жестикуляция и выражение недоумения, удивления и непонимания на лицах обоих. Моментами индейцем овладевало сильное душевное волнение, и тогда Ла-Флитч сочувственно кивал головой. Их взгляды и жесты вновь обратили внимание толпы на Сент-Винсента, а один раз уста обоих даже искривил зловещий, невеселый смех.</p>
     <p>— Так? Ладно, — сказал Ла-Флитч, когда голова индейца откинулась назад. — Этот человек говорит правду. Он прибыл с реки Белой. Он вас не понимает. Он очень удивлен, что здесь так много белых людей. Он не подозревал, что на свете так много белых людей. Он скоро умрет. Его зовут Гоу.</p>
     <p>— Давно, три года тому назад, тот человек, Джон Борг, явился в страну этого Гоу. Он охотился, приносил в лагерь много мяса, и его любили на реке Белой. У Гоу была жена Писк-Ку. Джон Борг готовился к отъезду. Он пошел к Гоу и сказал ему: «Отдай мне твою жену. Мы сторгуемся. Я дам тебе за нее много вещей». Но Гоу сказал «нет». Писк-Ку хорошая жена. Ни одна женщина так хорошо не шьет мокасины. Она лучше всех выделывает лосиную шкуру, превращая ее в мягкую кожу. Он любит Писк-Ку. Тогда Джон Борг сказал, что ему до этого нет дела, что ему нужна Писк-Ку. Тут у них была страшная драка, и Писк-Ку ушла с Джоном Боргом. Она не хотела уходить, но все же ушла. Борг назвал ее Бэллой и дарил ей много хороших вещей, но она все время любила Гоу. — Ла-Флитч указал на шрам, перерезавший лоб и глаз индейца. — Это сделал Джон Борг.</p>
     <p>Гоу долго болел, он чуть не умер. Потом поправился, но с головой у него было плохо. Он никого не узнавал, даже отца и мать, точно новорожденный младенец. Потом как-то раз что-то щелк, щелк! И в голове его сразу прояснилось. Он узнал отца и мать, вспомнил Писк-Ку, вспомнил все. Его отец сказал, что Джон Борг спустился вниз по реке. Гоу тоже поплыл вниз. Весной очень трудно: идет лед. Ему было страшно, и столько белых людей, и когда он прибыл сюда, то передвигался ночью. Его никто не видел, а он видел всех. Он видит в темноте, как кошка. Каким-то образом он пришел прямо к хижине Джона Борга. Он не знал, как это случилось, знал только, что ему предстоит великое дело.</p>
     <p>Сент-Винсент стиснул руку Фроны, но она отдернула ее и отступила на шаг.</p>
     <p>— Гоу видел, как Писк-Ку кормила собак, и они поговорили. Ночью он пришел, и она открыла ему дверь. Что было дальше, вы знаете. Сент-Винсент не помог ничем. Борг убил Бэллу. Гоу убил Борга. Борг убил Гоу, потому Гоу скоро умрет. У Борга тяжелая рука. У Гоу болит внутри. Все перебито. Теперь Гоу все равно: Писк-Ку умерла.</p>
     <p>После этого он перешел по льду на берег. Я ему сказал, что все наши говорят, будто это невозможно. Никто в это время не может перейти по льду. Он смеется и говорит, что он перешел, а что сделано, то возможно. Ему было очень трудно, но он все-таки перешел. У него все болит внутри. Он уже не может ходить, а только ползает. Он долго добирался до реки Стюарт. Он больше не мог идти и лег, чтобы умереть. Двое белых людей нашли его и принесли сюда. Ему все равно. Он умрет.</p>
     <p>Ла-Флитч внезапно замолчал, но никто не сказал ни слова. Потом он добавил:</p>
     <p>— Мне кажется, что Гоу — чертовски хороший парень.</p>
     <p>Фрона подошла к Джекобу Уэлзу.</p>
     <p>— Уведи меня отсюда, папа, — сказала она. — Я очень устала.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава ХХХ</p>
     </title>
     <p>На следующее утро Джекоб Уэлз, обладатель многих миллионов, самолично наколол дневную порцию дров и, закурив сигару, отправился в глубь острова искать барона Курбертена. Фрона после завтрака развесила проветриваться одежду и накормила собак. Затем, достав из чемодана растрепанный томик Уордсворта,<a l:href="#n_147" type="note">[147]</a> она устроилась поближе к берегу на двух вырванных с корнем соснах. Но она только открыла книгу, а не читала ее. Глаза Фроны вновь и вновь обращались к Юкону, задерживаясь при виде водоворота под утесами, пристально вглядываясь в излучину реки и песчаную отмель на ее середине. Дикая гонка на лодке и чудесное спасение все еще были свежи в ее памяти. Но не все оставило столь яркий след. Борьба у расщелины казалась ей бесконечной, она не могла бы определить, как долго все это продолжалось, а гонка от Острова Распутья до Острова Рубо окончательно стерлась из ее памяти, хотя разум не переставал твердить о ней.</p>
     <p>Фроне пришла фантазия вспомнить все, что делал Корлисс в эти три знаменательных дня. Образ же другого человека, которого ей даже не хотелось называть по имени, она умышленно отстранила от себя. С ним было связано нечто страшное, что ей рано или поздно предстояло пережить. Она всячески отдаляла эту минуту. Она была надломлена духовно, все тело ее ныло, и любое напряжение воли казалось ей сейчас чем-то ужасным. Приятнее было думать даже о Томми, о Томми с языком змеи и сердцем зайца. И она дала себе слово, что вдова и дети в Торонто не останутся забытыми, когда Север будет выплачивать дивиденды Уэлзам.</p>
     <p>Сухая ветка ивы треснула под чьей-то ногой. Глаза Фроны встретились с глазами Сент-Винсента.</p>
     <p>— Вы не поздравили меня с чудесным спасением, — начал он весело. — Но вчера вечером вы, вероятно, чувствовали себя смертельно усталой; Я знаю это по себе. А вы еще, кроме того, перенесли это ужасное путешествие в лодке.</p>
     <p>Он украдкой наблюдал за ней, стараясь угадать ее настроение и отношение к нему.</p>
     <p>— Вы героиня, Фрона! — пылко сказал он. — Вы спасли не только почтальона, но и меня, добившись перерыва в заседании суда. Если бы в первый день был допрошен еще один свидетель, я был бы повешен задолго до появления Гоу. Славный малый, этот Гоу! Жаль, что он умрет.</p>
     <p>— Я очень рада, что могла вам помочь, — ответила она, раздумывая над тем, что бы еще сказать.</p>
     <p>— И меня, конечно, следует поздравить…</p>
     <p>— С этой историей вас вряд ли стоит поздравлять, — быстро сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Я рада, что это так кончилось. Но неужели же вы ждете от меня поздравлений?</p>
     <p>— А-а! — протяжно оказал он. — Я вижу, куда вы клоните. — Он добродушно улыбнулся и приготовился сесть рядом с ней, но она не подвинулась, чтобы уступить ему место, и он остался стоять. — Я все могу объяснить. Если вы насчет женщин…</p>
     <p>Фрона, нервно сжимавшая свои руки, при этих словах расхохоталась.</p>
     <p>— Женщин? — спросила она. — Женщин? Не будьте смешным, Грегори!</p>
     <p>— По тому, как вы защищали меня на суде, — начал он с упреком, — я думал…</p>
     <p>— Ах, вы ничего не понимаете! — сказала она безнадежным тоном. — Вы ничего не понимаете. Посмотрите на меня, Грегори. Может быть, вы поймете. Ваше присутствие тяготит меня. Ваши поцелуи меня оскорбляют. Память о них заставляет меня краснеть, и мои губы кажутся мне нечистыми. Почему? Вы думаете, из-за женщин, о которых говорилось на суде? Как вы меня плохо знаете! Сказать вам, почему?</p>
     <p>С берега донеслись мужские голоса и плеск воды. Она быстро взглянула туда и увидела, что Дэл Бишоп ведет плот против течения, а Корлисс на берегу трудится над буксирным канатом.</p>
     <p>— Сказать вам, почему, Грегори Сент-Винсент? — повторила она. — Сказать вам, почему ваши поцелуи унизили меня? Потому что вы нарушили веру в пищу и кров. Потому что вы пользовались гостеприимством человека, а потом смотрели, как он погибает в неравной борьбе, и не шевельнули пальцем. Я предпочла бы, чтобы вы умерли, защищая его; тогда о вас осталась бы добрая память. Я даже предпочла бы, чтобы вы сами убили его. Это было бы доказательством того, что в ваших жилах течет кровь.</p>
     <p>— И это вы называете любовью? — воскликнул он насмешливо; в нем начал пробуждаться его бес. — Хороша любовь! Нечего сказать! Боже, чему только нам, мужчинам, не приходится учиться!</p>
     <p>— А я думала, что вы уже научились всему, — ответила она, — что вас научили другие женщины.</p>
     <p>— Что вы собираетесь делать? — спросил он, не обращая внимания на ее слова. — Вам придется считаться со мной. Я не позволю вам безнаказанно бросить меня. Я этого не допущу, предупреждаю вас. Вы совершили несколько очень смелых поступков, которые погубят вашу репутацию, если они станут известны. У меня есть уши. Я не спал. Вам нелегко будет объяснить факты, которые вы считаете невинными.</p>
     <p>Она посмотрела на него с холодной улыбкой, в которой были жалость и насмешка. Это окончательно взбесило его.</p>
     <p>— Я лежу на обеих лопатках, надо мной можно глумиться, меня можно жалеть! Но я обещаю вам, что потяну вас за собой. Мои поцелуи вас унизили, да? А что же вы тогда испытали в Счастливом Лагере, по дороге от реки Дайи?</p>
     <p>Как бы в ответ на его слова к ним подошел Корлисс, размахивая буксирным канатом.</p>
     <p>Фрона приветственно протянула ему руку.</p>
     <p>— Вэнс, — сказала она, — почтальон доставил отцу важные известия, настолько важные, что он должен уехать обратно. Он отплывает после обеда с бароном Курбертеном на «Бижу». Не отвезете ли вы и меня в Доусон? Я хочу уехать туда немедленно, сегодня же.</p>
     <p>— Он… он… навел меня на мысль о вас… — робко добавила она, указывая на Сент-Винсента.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод В. Сметанича</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Морской волк</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <p>Не знаю, право, с чего начать, хотя иногда, в шутку, я сваливаю всю вину на Чарли Фэрасета. У него была дача в Милл-Вэлли, под сенью горы Тамальпайс, но он жил там только зимой, когда ему хотелось отдохнуть и почитать на досуге Ницше или Шопенгауэра. С наступлением лета он предпочитал изнывать от жары и пыли в городе и работать не покладая рук. Не будь у меня привычки навещать его каждую субботу и оставаться до понедельника, мне не пришлось бы пересекать бухту Сан-Франциско в это памятное январское утро.</p>
     <p>Нельзя сказать, чтобы «Мартинес», на котором я плыл, был ненадежным судном; этот новый пароход совершал уже свой четвертый или пятый рейс на переправе между Саусалито и Сан-Франциско. Опасность таилась в густом тумане, окутавшем бухту, но я, ничего не смысля в мореходстве, и не догадывался об этом. Хорошо помню, как спокойно и весело расположился я на носу парохода, на верхней палубе, под самой рулевой рубкой, и таинственность нависшей над морем туманной пелены мало-помалу завладела моим воображением. Дул свежий бриз, и некоторое время я был один среди сырой мглы — впрочем, и не совсем один, так как я смутно ощущал присутствие рулевого и еще кого-то, по-видимому, капитана, в застекленной рубке у меня над головой.</p>
     <p>Помнится, я размышлял о том, как хорошо, что существует разделение труда и я не обязан изучать туманы, ветры, приливы и всю морскую науку, если хочу навестить друга, живущего по ту сторону залива. Хорошо, что существуют специалисты — рулевой и капитан, думал я, и их профессиональные знания служат тысячам людей, осведомленным о море и мореплавании не больше моего. Зато я не трачу своей энергии на изучение множества предметов, а могу сосредоточить ее на некоторых специальных вопросах, например — на роли Эдгара По в истории американской литературы, чему, кстати сказать, была посвящена моя статья, напечатанная в последнем номере «Атлантика». Поднявшись на пароход и заглянув в салон, я не без удовлетворения отметил, что номер «Атлантика» в руках у какого-то дородного джентльмена раскрыт как раз на моей статье. В этом опять сказывались выгоды разделения труда: специальные знания рулевого и капитана давали дородному джентльмену возможность — в то время как его благополучно переправляют на пароходе из Саусалито в Сан-Франциско — ознакомиться с плодами моих специальных знаний о По.</p>
     <p>У меня за спиной хлопнула дверь салона, и какой-то краснолицый человек затопал по палубе, прервав мои размышления. А я только что успел мысленно наметить тему моей будущей статьи, которую решил назвать «Необходимость свободы. Слово в защиту художника». Краснолицый бросил взгляд на рулевую рубку, посмотрел на окружавший нас туман, проковылял взад и вперед по палубе — очевидно, у него были протезы — и остановился возле меня, широко расставив ноги; на лице его было написано блаженство. Я не ошибся, предположив, что он провел всю свою жизнь на море.</p>
     <p>— От такой мерзкой погоды недолго и поседеть! — проворчал он, кивая в сторону рулевой рубки.</p>
     <p>— Разве это создает какие-то особые трудности? — отозвался я. — Ведь задача проста, как дважды два — четыре. Компас указывает направление, расстояние и скорость также известны. Остается простой арифметический подсчет.</p>
     <p>— Особые трудности! — фыркнул собеседник. — Просто, как дважды два — четыре! Арифметический подсчет!</p>
     <p>Слегка откинувшись назад, он смерил меня взглядом.</p>
     <p>— А что вы скажете об отливе, который рвется в Золотые Ворота? — спросил или, вернее, пролаял он. — Какова скорость течения? А как относит? А это что — прислушайтесь-ка! Колокол? Мы лезем прямо на буй с колоколом! Видите — меняем курс.</p>
     <p>Из тумана доносился заунывный звон, и я увидел, как рулевой быстро завертел штурвал. Колокол звучал теперь не впереди, а сбоку. Слышен был хриплый гудок нашего парохода, и время от времени на него откликались другие гудки.</p>
     <p>— Какой-то еще пароходишко! — заметил краснолицый, кивая вправо, откуда доносились гудки. — А это! Слышите? Просто гудят в рожок. Верно, какая-нибудь шаланда. Эй, вы, там, на шаланде, не зевайте! Ну, я так и знал. Сейчас кто-то хлебнет лиха!</p>
     <p>Невидимый пароход давал гудок за гудком, и рожок вторил ему, казалось, в страшном смятении.</p>
     <p>— Вот теперь они обменялись любезностями и стараются разойтись, — продолжал краснолицый, когда тревожные гудки стихли.</p>
     <p>Он разъяснял мне, о чем кричат друг другу сирены и рожки, а щеки у него горели и глаза сверкали.</p>
     <p>— Слева пароходная сирена, а вон там, слышите, какой хрипун, — это, должно быть, паровая шхуна; она ползет от входа в бухту навстречу отливу.</p>
     <p>Пронзительный свисток неистовствовал как одержимый где-то совсем близко впереди. На «Мартинесе» ему ответили ударами гонга. Колеса нашего парохода остановились, их пульсирующие удары по воде замерли, а затем возобновились. Пронзительный свисток, напоминавший стрекотание сверчка среди рева диких зверей, долетал теперь из тумана, откуда-то сбоку, и звучал все слабее и слабее. Я вопросительно посмотрел на своего спутника.</p>
     <p>— Какой-то отчаянный катерок, — пояснил он. — Прямо стоило бы потопить его! От них бывает много бед, а кому они нужны? Какой-нибудь осел заберется на этакую посудину и носится по морю, сам не зная зачем, да свистит как полоумный. А все должны сторониться, потому что, видите ли, он идет и сам-то уж никак посторониться не умеет! Прет вперед, а вы смотрите в оба! Обязанность уступать дорогу! Элементарная вежливость! Да они об этом никакого представления не имеют.</p>
     <p>Этот необъяснимый гнев немало меня позабавил; пока мой собеседник возмущенно ковылял взад и вперед, я снова поддался романтическому обаянию тумана. Да, в этом тумане, несомненно, была своя романтика. Словно серый, исполненный таинственности призрак, навис он над крошечным земным шаром, кружащимся в мировом пространстве. А люди, эти искорки или пылинки, гонимые ненасытной жаждой деятельности, мчались на своих деревянных и стальных конях сквозь самое сердце тайны, ощупью прокладывая себе путь в Незримом, и шумели, и кричали самонадеянно, в то время как их души замирали от неуверенности и страха!</p>
     <p>Голос моего спутника вернул меня к действительности и заставил усмехнуться. Разве я сам не блуждаю ощупью, думая, что мчусь уверенно сквозь тайну?</p>
     <p>— Эге! Кто-то идет нам навстречу, — сказал краснолицый. — Слышите, слышите? Идет быстро и прямо на нас. Должно быть, он нас еще не слышит. Ветер относит.</p>
     <p>Свежий бриз дул нам в лицо, и я отчетливо различил гудок сбоку и немного впереди.</p>
     <p>— Тоже пассажирский? — спросил я.</p>
     <p>Краснолицый кивнул.</p>
     <p>— Да, иначе он не летел бы так, сломя голову. Наши там забеспокоились! — хмыкнул он.</p>
     <p>Я посмотрел вверх. Капитан высунулся по грудь из рулевой рубки и напряженно вглядывался в туман, словно стараясь силой воли проникнуть сквозь него. Лицо его выражало тревогу. И на лице моего спутника, который проковылял к поручням и пристально смотрел в сторону незримой опасности, тоже была написана тревога.</p>
     <p>Все произошло с непостижимой быстротой. Туман раздался в стороны, как разрезанный ножом, и перед нами возник нос парохода, тащивший за собой клочья тумана, словно Левиафан — морские водоросли. Я разглядел рулевую рубку и белобородого старика, высунувшегося из нее. Он был одет в синюю форму, очень ловко сидевшую на нем, и, я помню, меня поразило, с каким хладнокровием он держался. Его спокойствие при этих обстоятельствах казалось страшным. Он подчинился судьбе, шел ей навстречу и с полным самообладанием ждал удара. Холодно и как бы задумчиво смотрел он на нас, словно прикидывая, где должно произойти столкновение, и не обратил никакого внимания на яростный крик нашего рулевого: «Отличились!»</p>
     <p>Оглядываясь в прошлое, я понимаю, что восклицание рулевого и не требовало ответа.</p>
     <p>— Цепляйтесь за что-нибудь и держитесь крепче, — сказал мне краснолицый.</p>
     <p>Весь его задор слетел с него, и он, казалось, заразился тем же сверхъестественным спокойствием.</p>
     <p>— Ну, сейчас женщины поднимут визг! — сердито, почти злобно проворчал он, словно ему уже приходилось когда-то все это испытывать.</p>
     <p>Суда столкнулись прежде, чем я успел воспользоваться его советом. Должно быть, встречный пароход ударил нас в середину борта, но это произошло вне поля моего зрения, и я ничего не видел. «Мартинес» сильно накренился, послышался треск ломающейся обшивки. Я упал плашмя на мокрую палубу и не успел еще подняться на ноги, как услышал крик женщин. Это был неописуемый, душераздирающий вопль, и тут меня объял ужас. Я вспомнил, что спасательные пояса хранятся в салоне, кинулся туда, но у дверей столкнулся с толпой обезумевших пассажиров, которая отбросила меня назад. Не помню, что затем произошло, — в памяти моей сохранилось только воспоминание о том, как я стаскивал спасательные пояса с полок над головой, а краснолицый человек надевал их на бившихся в истерике женщин. Это я помню отчетливо, и вся картина стоит у меня перед глазами. Как сейчас вижу я зазубренные края пробоины в стене салона и вползавший в это отверстие клубящийся серый туман; пустые мягкие диваны с разбросанными на них пакетами, саквояжами, зонтами и пледами, оставленными во время внезапного бегства; полного джентльмена, не так давно мирно читавшего мою статью, а теперь напялившего на себя пробковый пояс и с монотонной настойчивостью вопрошавшего меня (журнал с моей статьей все еще был у него в руке), есть ли опасность; краснолицего человека, который бодро ковылял на своих искусственных ногах и надевал пояса на всех, кто появлялся в каюте… Помню дикий визг женщин.</p>
     <p>Да, этот визг женщин больше всего действовал мне на нервы. По-видимому, страдал от него и краснолицый, ибо еще одна картина навсегда осталась у меня в памяти: плотный джентльмен засовывает журнал в карман пальто и с любопытством озирается кругом; сбившиеся в кучу женщины, с бледными, искаженными страхом лицами, пронзительно кричат, словно хор погибших душ, а краснолицый человек, теперь уже совсем багровый от гнева, стоит в позе громовержца, потрясая над головой кулаками, и орет:</p>
     <p>— Замолчите! Да замолчите же!</p>
     <p>Помню, как, глядя на это, я вдруг почувствовал, что меня душит смех, и понял, что и я впадаю в истерику; ведь предо мною были женщины, такие же, как моя мать или сестры, — женщины, охваченные страхом смерти и не желавшие умирать. Их крики напомнили мне визг свиней под ножом мясника, и это потрясло меня. Эти женщины, способные на самые высокие чувства, на самую нежную привязанность, вопили, разинув рты. Они хотели жить, но были беспомощны, как крысы в крысоловке, и визжали, не помня себя.</p>
     <p>Это было ужасно, и я опрометью бросился на палубу. Почувствовав дурноту, я опустился на скамью. Смутно видел я метавшихся людей, слышал их крики, — кто-то пытался спустить шлюпки… Все происходило так, как описывается в книгах. Тали заедало. Все было неисправно. Одну шлюпку спустили, забыв вставить пробки; когда женщины и дети сели в нее, она наполнилась водой и перевернулась. Другую шлюпку удалось спустить только одним концом: другим она повисла на талях, и ее бросили. А парохода, который был причиной бедствия, и след простыл, но кругом говорили, что он, несомненно, вышлет нам спасательные шлюпки.</p>
     <p>Я спустился на нижнюю палубу. «Мартинес» быстро погружался, вода подступала к краю борта. Многие пассажиры стали прыгать за борт. Другие, уже барахтаясь в воде, кричали, чтобы их подняли обратно на палубу. Никто не слушал их. Все покрыл общий крик: «Тонем!» Поддавшись охватившей всех панике, я вместе с другими бросился за борт. Я не отдавал себе отчета в том, что делаю, но, очутившись в воде, мгновенно понял, почему люди кругом молили, чтобы их подняли обратно на пароход. Вода была холодная, нестерпимо холодная. Когда я погрузился в нее, меня обожгло, как огнем. Холод проникал до костей; казалось, смерть уже заключает меня в свои ледяные объятия. Я захлебнулся от неожиданности и страха и успел набрать в легкие воды прежде, чем спасательный пояс снова поднял меня на поверхность. Во рту у меня было солоно от морской воды, и я задыхался от ощущения чего-то едкого, проникшего мне в горло и в легкие.</p>
     <p>Но особенно ужасен был холод. Мне казалось, что я этого не выдержу, что минуты мои сочтены. Вокруг меня в воде барахтались люди. Они что-то кричали друг другу. Я слышал также плеск весел. Очевидно, потопивший нас пароход выслал за нами шлюпки. Время шло, и меня изумляло, что я все еще жив. Но мои ноги уже утратили чувствительность, и онемение распространялось дальше, подступало к самому сердцу. Мелкие сердитые волны с пенистыми хребтами перекатывались через меня; я захлебывался и задыхался.</p>
     <p>Шум и крики становились все глуше; последний отчаянный вопль донесся до меня издали, и я понял, что «Мартинес» пошел ко дну. Потом — сколько прошло времени, не знаю, — я очнулся, и ужас снова овладел мной. Я был один. Я не слышал больше голосов, криков о помощи— только шум волн, которому туман придавал какую-то таинственную, вибрирующую гулкость. Паника, охватывающая человека, когда он в толпе и разделяет общую участь, не так ужасна, как страх, переживаемый в одиночестве. Куда несли меня волны? Краснолицый говорил, что отлив уходит через Золотые Ворота. Неужели меня унесет в открытое море? А ведь мой спасательный пояс может развалиться в любую минуту! Я слышал, что эти пояса делают иногда из картона и тростника, и тогда, намокнув, они быстро теряют плавучесть. А я совсем не умел плавать. Я был один, и меня несло неведомо куда, среди извечной серой безбрежности. Признаюсь, мной овладело безумие, и я кричал, как кричали женщины, и бил по воде окоченевшими руками.</p>
     <p>Не знаю, как долго это тянулось. Потом я впал в забытье, и вспоминаю об этом только, как о тревожном, мучительном сне. Когда я очнулся, казалось, прошли века. Почти над самой головой я увидел выступавший из тумана нос судна и три треугольных паруса, заходящие один за другой и наполненные ветром. Вода пенилась и клокотала там, где ее разрезал нос корабля, а я был как раз на его пути. Я хотел крикнуть, но у меня не хватило сил. Нос судна скользнул вниз, едва не задев меня, и волна перекатилась над моей головой. Затем мимо меня начал скользить длинный черный борт судна — так близко, что я мог бы коснуться его рукой. Я сделал попытку ухватиться за него, я готов был впиться в дерево ногтями, но руки мои были тяжелы и безжизненны. Я снова попытался крикнуть, но голос изменил мне.</p>
     <p>Промелькнула мимо корма, нырнув в пучину между волнами, и я мельком увидел человека у штурвала и еще одного, спокойно курившего сигару. Я видел дымок, поднимавшийся от его сигары, когда он медленно повернул голову и скользнул взглядом по воде в мою сторону. Это был случайный, рассеянный взгляд, случайный поворот головы, одно из тех движений, которые люди делают машинально, когда они ничем не заняты, — просто из потребности в движении.</p>
     <p>Но для меня в этом взгляде была жизнь или смерть. Я видел, как туман уже снова поглощает судно. Я видел спину рулевого и голову того, другого, когда он медленно, очень медленно обернулся и его взгляд скользнул по воде. Это был отсутствующий взгляд человека, погруженного в думу, и я с ужасом подумал, что он все равно не заметит меня, даже если я попаду в поле его зрения. Но вот его взгляд упал на меня, и его глаза встретились с моими глазами. Он увидел меня. Прыгнув к штурвалу, он оттолкнул рулевого и сам быстро завертел колесо, выкрикивая в то же время какую-то команду. Судно начало отклоняться в сторону и почти в тот же миг скрылось в тумане.</p>
     <p>Я почувствовал, что снова впадаю в беспамятство, и напряг все силы, чтобы не поддаться пустоте и мраку, стремившимся поглотить меня. Вскоре я услышал быстро приближавшийся плеск весел и чей-то голос. Потом, уже совсем близко, раздался сердитый окрик:</p>
     <p>— Какого черта вы не откликаетесь?</p>
     <p>«Это мне кричат», — подумал я и тут же провалился в пустоту и мрак.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <p>Мне казалось, что какая-то сила качает и несет меня в мировом пространстве, подчинив мощному ритму. Мерцающие искорки вспыхивали и пролетали мимо. Я догадывался, что это звезды и огненные кометы, сопровождающие мой полет среди светил. Когда в своем качании я снова достиг вершины амплитуды и уже готов был пуститься в обратный путь, где-то ударил и загудел громадный гонг. Неисчислимо долго, целые столетия, безмятежно канувшие в вечность, наслаждался я своим исполинским полетом.</p>
     <p>Но сон мой начал меняться, — а я уже понимал, что это сон. Амплитуда моего полета становилась все короче и короче. Меня начало бросать из стороны в сторону с раздражающей быстротой. Я едва успевал перевести дух: с такой стремительностью мчался я в небесном пространстве. Гонг грохотал все чаще и яростнее. Я ждал каждого его удара с невыразимым ужасом. Потом мне показалось, что меня тащат по хрустящему, белому, раскаленному солнцем песку. Это причиняло мне невыносимые муки. Мою кожу опалял огонь. Гонг гудел, как похоронный колокол. Сверкающие точки мчались мимо нескончаемым потоком, словно вся звездная система проваливалась в пустоту. Я вздохнул, с трудом перевел дыхание и открыл глаза. Два человека, стоя на коленях, хлопотали надо мной. То, что качало меня в мощном ритме и несло куда-то, оказалось качкой судна на волнах океана, а вместо ужасного гонга я увидел висевшую на стене сковороду, которая бренчала и дребезжала при каждом наклоне судна. Хрустящий, опалявший меня огнем песок превратился в жесткие ладони какого-то человека, растиравшего мою обнаженную грудь. Я застонал от боли, приподнял голову и посмотрел на свое красное, воспаленное тело, покрытое капельками крови, проступившими сквозь расцарапанную кожу.</p>
     <p>— Хватит, Ионсон, — сказал второй. — Не видишь, что ли, совсем содрал с джентльмена кожу!</p>
     <p>Тот, кого назвали Ионсоном, — человек могучего скандинавского типа, — перестал растирать меня и неуклюже поднялся на ноги. У второго — судя по выговору, типичного кокни<a l:href="#n_148" type="note">[148]</a> — были мелкие, почти женственные черты лица; внешность его позволяла предположить, что он с молоком матери впитал в себя перезвон лондонских церковных колоколов. Грязный полотняный колпак на голове и грубый засаленный передник на узких бедрах изобличали в нем кока того чрезвычайно грязного камбуза, в котором я находился.</p>
     <p>— Ну, как вы себя чувствуете, сэр? — спросил он с угодливой улыбкой, которая является наследием многих поколений, привыкших получать на чай.</p>
     <p>Вместо ответа я с усилием приподнялся и сел, а затем с помощью Ионсона встал на ноги. Дребезжание сковороды ужасно действовало мне на нервы. Я не мог собраться с мыслями. Ухватившись, чтобы не упасть, за деревянную переборку, оказавшуюся настолько сальной и грязной, что я невольно стиснул зубы от отвращения, я потянулся к несносной посудине, висевшей над топившейся плитой, снял ее с гвоздя и швырнул в ящик с углем.</p>
     <p>Кок ухмыльнулся при таком проявлении нервозности. Он сунул мне в руку дымящуюся кружку с какой-то бурдой и сказал:</p>
     <p>— Хлебните-ка, это пойдет вам на пользу!</p>
     <p>В кружке было отвратительное пойло — корабельный кофе, — но оно все же согрело и оживило меня. Прихлебывая этот напиток, я рассматривал свою разодранную, окровавленную грудь, а затем обратился к скандинаву.</p>
     <p>— Благодарю вас, мистер Ионсон, — сказал я. — Но не кажется ли вам, что вы применили ко мне слишком уж героические меры?</p>
     <p>Не знаю, почувствовал ли он упрек в моих словах, но во всяком случае взгляд, который я бросил на свою грудь, был достаточно выразителен. В ответ он молча показал мне свою ладонь. Это была необыкновенно мозолистая ладонь. Я провел пальцами по ее роговым затвердениям, и у меня заныли зубы от неприятного ощущения шероховатой поверхности.</p>
     <p>— Меня зовут Джонсон, а не Ионсон, — сказал он на правильном английском языке, медленно, но почти без акцента.</p>
     <p>В его бледно-голубых глазах я прочел кроткий протест; вместе с тем в них была какая-то застенчивая прямота и мужественность, которые сразу расположили меня к нему.</p>
     <p>— Благодарю вас, мистер Джонсон, — поспешил я исправить свою ошибку и протянул ему руку.</p>
     <p>Он медлил, смущенно и неуклюже переминаясь с ноги на ногу; потом решительно схватил мою руку и с чувством пожал ее.</p>
     <p>— Не найдется ли у вас чего-нибудь, чтобы я мог переодеться? — спросил я кока, оглядывая свою мокрую одежду.</p>
     <p>— Найдем, сэр! — живо отозвался тот. — Если вы не побрезгуете надеть мои вещи, я сбегаю вниз и притащу.</p>
     <p>Он вышел, вернее выскользнул, из дверей с проворством, в котором мне почудилось что-то кошачье или даже змеиное. Эта его способность скользить ужом была, как я убедился впоследствии, весьма для него характерна.</p>
     <p>— Где я нахожусь? — спросил я Джонсона, которого не без основания принял за одного из матросов. — Что это за судно и куда оно идет?</p>
     <p>— Мы около Фараллонских островов, на юго-запад от них, — неторопливо промолвил он, методично отвечая на мои вопросы и стараясь, по-видимому, как можно правильнее говорить по-английски. — Это шхуна «Призрак». Идем к берегам Японии бить котиков.</p>
     <p>— А кто капитан шхуны? Мне нужно повидаться с ним, как только я переоденусь.</p>
     <p>На лице Джонсона неожиданно отразилось крайнее смущение и замешательство. Он ответил не сразу; видно было, что он тщательно подбирает слова и мысленно составляет исчерпывающий ответ.</p>
     <p>— Капитан — Волк Ларсен, так его все называют. Я никогда не слыхал его настоящего имени. Но говорите с ним поосторожнее. Он сегодня бешеный. Его помощник…</p>
     <p>Он не докончил: в камбуз нырнул кок.</p>
     <p>— Убирайся-ка лучше отсюда, Ионсон! — сказал тот. — Старик хватится тебя на палубе, а нынче, если ему не угодишь, — беда.</p>
     <p>Джонсон послушно направился к двери, подмигнув мне из-за спины кока с необычайно торжественным и значительным видом, словно желая выразить этим то, чего он не договорил, и внушить мне еще раз, что с капитаном надо разговаривать поосторожнее.</p>
     <p>Через руку у кока было перекинуто какое-то грязное, мятое тряпье, от которого довольно скверно пахло.</p>
     <p>— Оно было сырое, сэр, когда я его снял и спрятал, — счел он нужным объяснить мне. — Но вам придется пока обойтись этим, а потом я высушу ваше платье.</p>
     <p>Цепляясь за переборки, так как судно сильно качало, я с помощью кока кое-как натянул на себя грубую фуфайку и невольно поежился от прикосновения колючей шерсти. Заметив, должно быть, гримасу на моем лице, кок осклабился.</p>
     <p>— Ну, вам не навек привыкать к такой одежде. Кожа-то у вас нежная, словно у какой-нибудь леди. Я как увидал вас, так сразу понял, что вы — джентльмен.</p>
     <p>Этот человек не понравился мне с первого взгляда, а когда он помогал мне одеваться, моя неприязнь к нему возросла еще больше. Его прикосновения вызывали во мне гадливость. Я сторонился его рук и вздрагивал, когда он дотрагивался до меня. Это неприятное чувство и запах, исходивший от кипевших и бурливших на плите кастрюль, заставили меня поспешить с переодеванием, чтобы поскорее выбраться на свежий воздух. К тому же мне нужно было еще договориться с капитаном относительно доставки меня на берег.</p>
     <p>Дешевая сатиновая рубашка с обтрепанным воротом и подозрительными, похожими на кровяные, пятнами на груди была надета на меня под аккомпанемент неумолчных пояснений и извинений. Туалет мой завершила пара грубых башмаков и синий выцветший комбинезон, у которого одна штанина оказалась дюймов на десять короче другой. Можно было подумать, что дьявол пытался цапнуть через нее душу лондонца, но, не обнаружив таковой, оторвал со злости кусок оболочки.</p>
     <p>— Но я не знаю, кого же мне благодарить? — спросил я, облачившись в это тряпье. На голове у меня красовалась фуражка, которая была мне мала, а поверх рубашки я натянул еще грязную полосатую бумазейную куртку; она едва доходила мне до талии, а рукава чуть прикрывали локти.</p>
     <p>Кок самодовольно выпрямился, и заискивающая улыбка расплылась по его лицу. У меня был некоторый опыт: я знал, как ведет себя прислуга на атлантических пароходах, когда рейс подходит к концу, и мог поклясться, что кок ожидает подачки. Однако мое дальнейшее знакомство с этим субъектом показало, что поза была бессознательной. Это была врожденная угодливость.</p>
     <p>— Магридж, сэр, — пробормотал он с елейной улыбкой на своем женственном лице. — Томас Магридж, сэр. К вашим услугам!</p>
     <p>— Ладно, Томас, — сказал я. — Я не забуду вас, когда высохнет мое платье.</p>
     <p>Его лицо просияло, глаза заблестели; казалось, голоса предков зазвучали в его душе, рождая смутные воспоминания о чаевых, полученных ими во время их пребывания на земле.</p>
     <p>— Благодарю вас, сэр! — произнес он с чувством и почти искренним смирением.</p>
     <p>Я отодвинул дверь, и кок, тоже как на роликах, скользнул в сторону; я вышел на палубу. Меня все еще пошатывало от слабости после долгого пребывания в воде. Порыв ветра налетел на меня, и я, сделав несколько нетвердых шагов по качающейся палубе до угла рубки, поспешил ухватиться за него, чтобы не упасть. Сильно накренившись, шхуна скользила вверх и вниз по длинной тихоокеанской волне. Если, как сказал Джонсон, судно шло на юго-запад, то ветер, по моим расчетам, дул примерно с юга. Туман рассеялся, и поверхность воды искрилась на солнце. Я повернулся к востоку, где должна была находиться Калифорния, но не увидел ничего, кроме низко стлавшихся пластов тумана, того самого тумана, который вызвал катастрофу «Мартинеса» и был причиной моего бедственного положения. К северу, неподалеку от нас, из моря торчала группа голых скал, и на одной из них я различил маяк. К юго-западу, там, куда мы держали курс, я увидел пирамидальные очертания парусов какого-то корабля.</p>
     <p>Оглядев море, я перевел взгляд на более близкие предметы. Моей первой мыслью было, что человек, потерпевший кораблекрушение и бывший на волосок от смерти, заслуживает, пожалуй, большего внимания, чем то, которое было мне оказано. Никто, как видно, не интересовался моей особой, кроме матроса у штурвала, с любопытством поглядывавшего на меня поверх рубки.</p>
     <p>Все, казалось, были заняты тем, что происходило посреди палубы. Там, на крышке люка, лежал какой-то грузный мужчина. Он лежал на спине; рубашка на его груди, поросшей густыми черными, похожими на шерсть волосами, была разодрана. Черная с проседью борода покрывала всю нижнюю часть его лица и шею. Борода, вероятно, была жесткая и пышная, но обвисла и слиплась, и с нее струйками стекала вода. Глаза его были закрыты — он, очевидно, находился без сознания, — но грудь тяжело вздымалась; он с шумом вбирал в себя воздух, широко раскрыв рот, борясь с удушьем. Один из матросов спокойно и методично, словно выполняя привычную обязанность, спускал за борт на веревке брезентовое ведро, вытягивал его, перехватывая веревку руками, и окатывал водой лежавшего без движения человека.</p>
     <p>Возле люка расхаживал взад и вперед, сердито жуя сигару, тот самый человек, случайному взгляду которого я был обязан своим спасением. Ростом он был, вероятно, пяти футов и десяти дюймов, быть может, десяти с половиной, но не это бросилось мне прежде всего в глаза, — я сразу почувствовал его силу. Это был человек атлетического сложения, с широкими плечами и грудью, но я не назвал бы его тяжеловесным. В нем была какая-то жилистая, упругая сила, обычно свойственная нервным и худощавым людям, и она придавала этому огромному человеку некоторое сходство с большой гориллой. Я вовсе не хочу сказать, что он походил на гориллу. Я говорю только, что заключенная в нем сила, независимо от его внешности, вызывала у вас такие ассоциации. Подобного рода сила обычно связывается в нашем представлении с первобытными существами, с дикими зверями, с нашими предполагаемыми предками, жившими на деревьях. Это сила дикая, свирепая, заключающая в самой себе жизненное начало — самую сущность жизни, как потенции движения и первозданной материи, претворяющихся в различных видах живых существ; короче говоря, это та живучесть, которая заставляет змею извиваться, когда у нее отрубят голову, и которая теплится в бесформенном комке мяса убитой черепахи, содрогающемся при прикосновении к нему пальцем.</p>
     <p>Таково было впечатление, которое производил этот человек, шагавший по палубе. Он крепко стоял на ногах, ступал твердо и уверенно; каждое движение его мускулов— то, как он пожимал плечами или стискивал в зубах сигару, — все было полно решимости и казалось проявлением избыточной, бьющей через край силы. Но эта внешняя сила, пронизывавшая его движения, казалась лишь отголоском другой, еще более грозной силы, которая притаилась и дремала в нем, но могла в любой миг пробудиться, подобно ярости льва или бешеному порыву урагана.</p>
     <p>Кок высунул голову из двери камбуза и ободряюще улыбнулся мне, указывая большим пальцем на человека, прохаживавшегося около люка. Я понял, что это и есть капитан шхуны, или — на языке кока — «старик», то есть тот, к кому я должен обратиться, дабы потревожить его просьбой доставить меня каким-нибудь способом на берег. Я двинулся было вперед, предчувствуя, что мне предстоит бурное объяснение, но в эту минуту новый страшный приступ удушья овладел несчастным, лежавшим на палубе. Его стали корчить судороги. Спина его выгнулась дугой, голова совсем запрокинулась назад, а грудь расширилась в бессознательном усилии набрать побольше воздуха. Я не видел его лица, только мокрую черную бороду, но почувствовал, как багровеет его кожа.</p>
     <p>Капитан — Волк Ларсен, как его называли, — остановился и посмотрел на умирающего. Жестокой и отчаянной была эта последняя схватка со смертью; охваченный любопытством матрос перестал лить воду, брезентовое ведро накренилось, и из него тонкой струйкой стекала вода. Умирающий судорожно бил каблуками по крышке люка; потом его ноги вытянулись и застыли в последнем страшном напряжении, в то время как голова еще продолжала метаться из стороны в сторону. Но вот мышцы ослабли, голова перестала двигаться, и вздох как бы глубокого облегчения слетел с его губ. Челюсть у него отвисла, верхняя губа приподнялась, и обнажились два ряда пожелтевших от табака зубов. Казалось, его черты застыли в дьявольской усмешке, словно он издевался над миром, который ему удалось перехитрить, покинув его.</p>
     <p>И тут произошло нечто неожиданное. Капитан внезапно, подобно удару грома, обрушился на мертвеца. Поток ругани хлынул из его уст. И это не были обычные ругательства или непристойности. В каждом слове было богохульство, а слова так и сыпались. Они гремели и трещали, словно электрические разряды. Я в жизни не слыхал, да и не мог бы вообразить себе ничего подобного. Обладая сам литературной жилкой и питая пристрастие к сочным словцам и оборотам, я, пожалуй, лучше всех присутствующих мог оценить своеобразную живость, красочность и в то же время неслыханную кощунственность его метафор. Насколько я мог понять, причиной этой вспышки было то, что умерший — помощник капитана— загулял перед уходом из Сан-Франциско, а потом имел неделикатность умереть в самом начале плавания и оставить Волка Ларсена без его, так сказать, правой руки.</p>
     <p>Излишне упоминать, — во всяком случае мои друзья поймут это и так, — что я был шокирован. Брань и сквернословие всегда были мне противны. У меня засосало под ложечкой, заныло сердце, мне стало невыразимо тошно. Смерть в моем представлении всегда была сопряжена с чем-то торжественным и возвышенным. Она приходила мирно и священнодействовала у ложа своей жертвы. Смерть в таком мрачном, отталкивающем обличье явилась для меня чем-то невиданным и неслыханным. Отдавая, как я уже сказал, должное выразительности изрыгаемых Волком Ларсеном проклятий, я был ими чрезвычайно возмущен. Мне казалось, что их огненный поток должен испепелить лицо трупа, и я не удивился бы, если бы мокрая черная борода вдруг начала завиваться колечками и вспыхнула дымным пламенем. Но мертвецу уже не было до этого никакого дела. Он продолжал сардонически усмехаться — с вызовом, с цинической издевкой. Он был хозяином положения.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <p>Волк Ларсен оборвал свою брань так же внезапно, как начал. Он раскурил потухшую сигару и огляделся вокруг. Взор его упал на Магриджа.</p>
     <p>— А, любезный кок? — начал он ласково, но в голосе его чувствовались холод и твердость стали.</p>
     <p>— Есть, сэр! — угодливо и виновато, с преувеличенной готовностью отозвался тот.</p>
     <p>— Ты не боишься растянуть себе шею? Это, знаешь ли, не особенно полезно. Помощник умер, и мне не хотелось бы потерять еще и тебя. Ты должен очень беречь свое здоровье, кок. Понятно?</p>
     <p>Последнее слово, в полном контрасте с мягкостью всей речи, прозвучало резко, как удар бича. Кок съежился.</p>
     <p>— Есть, сэр! — послышался испуганный ответ, и голова провинившегося кока исчезла в камбузе.</p>
     <p>При этом разносе, выпавшем на долю одного кока, остальной экипаж перестал глазеть на мертвеца и вернулся к своим делам. Но несколько человек остались в проходе между камбузом и люком и продолжали переговариваться вполголоса. Я понял, что это не матросы, и потом узнал, что это охотники на котиков, занимавшие несколько привилегированное положение по сравнению с простыми матросами.</p>
     <p>— Иогансен! — позвал Волк Ларсен. Матрос тотчас приблизился. — Возьми иглу и гардаман и зашей этого бродягу. Старую парусину найдешь в кладовой. Ступай!</p>
     <p>— А что привязать к ногам, сэр? — спросил матрос после обычного «есть, сэр».</p>
     <p>— Сейчас устроим, — ответил Волк Ларсен и кликнул кока.</p>
     <p>Томас Магридж выскочил из своего камбуза, как игрушечный чертик из коробки.</p>
     <p>— Спустись в трюм и принеси мешок угля.</p>
     <p>— Нет ли у кого-нибудь из вас, ребята, библии или молитвенника? — послышалось новое требование, обращенное на этот раз к охотникам.</p>
     <p>Они покачали головой, и один отпустил какую-то шутку, которой я не расслышал; она была встречена общим смехом.</p>
     <p>Капитан обратился с тем же вопросом к матросам. Библия и молитвенник были здесь, по-видимому, редкими предметами, но один из матросов вызвался спросить у подвахтенных. Однако минуты через две он вернулся ни с чем.</p>
     <p>Капитан пожал плечами.</p>
     <p>— Тогда придется бросить его за борт без лишней болтовни. Впрочем, может быть, выловленный нами молодчик знает морскую похоронную службу наизусть? Он что-то смахивает на попа.</p>
     <p>При этих словах Волк Ларсен внезапно повернулся ко мне.</p>
     <p>— Вы, верно, пастор? — спросил он.</p>
     <p>Охотники — их было шестеро — все, как один, тоже повернулись в мою сторону, и я болезненно ощутил свое сходство с вороньим пугалом. Мой вид вызвал хохот. Присутствие покойника, распростертого на палубе и тоже, казалось, скалившего зубы, никого не остановило. Это был хохот грубый, резкий и беспощадный, как само море, хохот, отражавший грубые чувства людей, которым незнакомы чуткость и деликатность.</p>
     <p>Волк Ларсен не смеялся, хотя в его серых глазах мелькали искорки удовольствия, и только тут, подойдя к нему ближе, я получил более полное впечатление от этого человека, — до сих пор я воспринимал его скорее как шагающую по палубе фигуру, изрыгающую поток ругательств. У него было несколько угловатое лицо с крупными и резкими, но правильными чертами, казавшееся на первый взгляд массивным. Но это первое впечатление от его лица, так же как и от его фигуры, быстро отступало на задний план, и оставалось только ощущение скрытой в этом человеке внутренней силы, дремлющей где-то в недрах его существа. Скулы, подбородок, высокий лоб с выпуклыми надбровными дугами, могучие, даже необычайно могучие сами по себе, казалось, говорили об огромной, скрытой от глаз жизненной энергии или мощи духа, — эту мощь было трудно измерить или определить ее границы, и невозможно было отнести ее ни под какую установленную рубрику.</p>
     <p>Глаза — мне довелось хорошо узнать их — были большие и красивые, осененные густыми черными бровями и широко расставленные, что говорило о недюжинности натуры. Цвет их, изменчиво-серый, поражал бесчисленным множеством оттенков, как переливчатый шелк в лучах солнца. Они были то серыми — темными или светлыми, — то серовато-зелеными, то принимали лазурную окраску моря. Эти изменчивые глаза, казалось, скрывали его душу, словно непрестанно менявшиеся маски, и лишь в редкие мгновения она как бы проглядывала из них, точно рвалась наружу, навстречу какому-то заманчивому приключению. Эти глаза могли быть мрачными, как хмурое свинцовое небо; могли метать искры, отливая стальным блеском обнаженного меча; могли становиться холодными, как полярные просторы, или теплыми и нежными. И в них мог вспыхивать любовный огонь, обжигающий и властный, который притягивает и покоряет женщин, заставляя их сдаваться восторженно, радостно и самозабвенно.</p>
     <p>Но вернемся к рассказу. Я ответил капитану, что я не пастор и, к сожалению, не умею служить панихиду, но он бесцеремонно перебил меня:</p>
     <p>— А чем вы зарабатываете на жизнь?</p>
     <p>Признаюсь, ко мне никогда еще не обращались с подобным вопросом, да и сам я никогда над этим не задумывался. Я опешил и довольно глупо пробормотал:</p>
     <p>— Я… я — джентльмен.</p>
     <p>По губам капитана скользнула усмешка.</p>
     <p>— У меня есть занятие, я работаю, — торопливо воскликнул я, словно стоял перед судьей и нуждался в оправдании, отчетливо сознавая в то же время, как нелепо с моей стороны пускаться в какие бы то ни было объяснения по этому поводу.</p>
     <p>— Это дает вам средства к жизни?</p>
     <p>Вопрос прозвучал так властно, что я был озадачен, — сбит с панталыку, как сказал бы Чарли Фэрасет, — и молчал, словно школьник перед строгим учителем.</p>
     <p>— Кто вас кормит? — последовал новый вопрос.</p>
     <p>— У меня есть постоянный доход, — с достоинством ответил я и в ту же секунду готов был откусить себе язык. — Но все это, простите, не имеет отношения к тому, о чем я хотел поговорить с вами.</p>
     <p>Однако капитан не обратил никакого внимания на мой протест.</p>
     <p>— Кто заработал эти средства? А?.. Ну, я так и думал: ваш отец. Вы не стоите на своих ногах — кормитесь за счет мертвецов. Вы не могли бы прожить самостоятельно и суток, не сумели бы три раза в день набить себе брюхо. Покажите руку!</p>
     <p>Страшная сила, скрытая в этом человеке, внезапно пришла в действие, и, прежде чем я успел опомниться, он шагнул ко мне, схватил мою правую руку и поднес к глазам. Я попытался освободиться, но его пальцы без всякого видимого усилия крепче охватили мою руку, и мне показалось, что у меня сейчас затрещат кости. Трудно при таких обстоятельствах сохранять достоинство. Я не мог извиваться или брыкаться, как мальчишка, однако не мог и вступить в единоборство с этим чудовищем, угрожавшим одним движением сломать мне руку. Приходилось стоять смирно и переносить это унижение.</p>
     <p>Тем временем у покойника, как я успел заметить, уже обшарили карманы, и все, что там сыскалось, сложили на палубе, а труп, на лице которого застыла сардоническая усмешка, обернули в парусину, и Иогансен принялся сшивать ее толстой белой ниткой, втыкая иглу ладонью с помощью особого приспособления, называемого гардаманом и сделанного из куска кожи.</p>
     <p>Волк Ларсен с презрительной гримасой отпустил мою руку.</p>
     <p>— Изнеженная рука — за счет тех же мертвецов. Такие руки ни на что, кроме мытья посуды и стряпни, не годны.</p>
     <p>— Мне хотелось бы сойти на берег, — решительно заявил я, овладев наконец собой. — Я уплачу вам, сколько вы потребуете за хлопоты и задержку в пути.</p>
     <p>Он с любопытством поглядел на меня. Глаза его светились насмешкой.</p>
     <p>— У меня другое предложение — для вашего же блага. Мой помощник умер, и мне придется сделать кое-какие перемещения. Один из матросов займет место помощника, юнга отправится на бак — на место матроса, а вы замените юнгу. Подпишете условие на этот рейс — двадцать долларов в месяц и харчи. Ну, что скажете? Заметьте — это для вашего же блага! Я сделаю вас человеком. Вы со временем научитесь стоять на своих ногах и, быть может, даже ковылять немного.</p>
     <p>Я не придал значения этим словам. Замеченные мною на юго-западе паруса росли; они вырисовывались все отчетливее и, видимо, принадлежали такой же шхуне, как и «Призрак», хотя корпус судна, насколько я мог его разглядеть, был меньше. Шхуна, покачиваясь, скользила лам навстречу, и это было очень красивое зрелище. Я видел, что она должна пройти совсем близко. Ветер быстро крепчал. Солнце, послав нам несколько тусклых лучей, скрылось. Море приняло мрачный свинцово-серый оттенок, забурлило, и к небу полетели клочья белой пены. Наша шхуна прибавила ходу и дала большой крен. Пронесся порыв ветра, поручни исчезли под водой, и волна хлынула на палубу, заставив охотников, сидевших на закраине люка, поспешно поджать ноги.</p>
     <p>— Это судно скоро пройдет мимо нас, — сказал я, помолчав. — Оно идет в обратном направлении, быть может, в Сан-Франциско.</p>
     <p>— Весьма возможно, — отозвался Ларсен и, отвернувшись от меня, крикнул: — Кок! Эй, кок!</p>
     <p>Томас Магридж вынырнул из камбуза.</p>
     <p>— Где этот юнга? Скажи ему, что я его зову.</p>
     <p>— Есть, сэр.</p>
     <p>Томас Магридж бросился на корму и исчез в другом люке около штурвала. Через секунду он снова показался на палубе, а за ним шагал коренастый парень лет восемнадцати-девятнадцати, с лицом хмурым и злобным.</p>
     <p>— Вот он, сэр, — сказал кок.</p>
     <p>Но Ларсен, не обращая на него больше внимания, повернулся к юнге.</p>
     <p>— Как тебя зовут?</p>
     <p>— Джордж Лич, сэр, — последовал угрюмый ответ; видно было, что юнга догадывается, зачем его позвали.</p>
     <p>— Фамилия не ирландская, — буркнул капитан. — О’Тул или Мак-Карти куда больше подошло бы к твоей роже. Верно, какой-нибудь ирландец прятался у твоей мамаши за поленницей.</p>
     <p>Я видел, как у парня от этого оскорбления сжались кулаки и побагровела шея.</p>
     <p>— Ну, ладно, — продолжал Волк Ларсен. — У тебя могут быть веские причины забыть свою фамилию, — мне на это наплевать, пока ты делаешь свое дело. Ты, конечно, с Телеграфной горы.<a l:href="#n_149" type="note">[149]</a> Это у тебя на лбу написано. Я вашего брата знаю. Вы там все упрямы, как ослы, и злы, как черти. Но можешь быть спокоен, мы тебя здесь живо обломаем. Понял? Кстати, через кого ты нанимался?</p>
     <p>— Агентство Мак-Криди и Свенсон.</p>
     <p>— Сэр! — загремел капитан.</p>
     <p>— Мак-Криди и Свенсон, сэр, — поправился юнга, и глаза его злобно сверкнули.</p>
     <p>— Кто получил аванс?</p>
     <p>— Они, сэр.</p>
     <p>— Я так и думал. И ты, небось, был до черта рад. Спешил, знал, что за тобой кое-кто охотится.</p>
     <p>Во мгновение ока юнга преобразился в дикаря. Он пригнулся, словно для прыжка, ярость исказила его лицо.</p>
     <p>— Вот что… — выкрикнул было он.</p>
     <p>— Что? — почти вкрадчиво спросил Ларсен, словно его одолевало любопытство.</p>
     <p>Но юнга уже взял себя в руки.</p>
     <p>— Ничего, сэр. Я беру свои слова назад.</p>
     <p>— И тем доказываешь, что я прав, — удовлетворенно улыбнулся капитан. — Сколько тебе лет?</p>
     <p>— Только что исполнилось шестнадцать, сэр.</p>
     <p>— Врешь! Тебе больше восемнадцати. И ты еще велик для своих лет, и мускулы у тебя, как у жеребца. Собери свои пожитки и переходи в кубрик на бак. Будешь матросом, гребцом. Это повышение, понял?</p>
     <p>Не ожидая ответа, капитан повернулся к матросу, который зашивал труп в парусину и только что закончил свое мрачное занятие.</p>
     <p>— Иогансен, ты что-нибудь смыслишь в навигации?</p>
     <p>— Нет, сэр.</p>
     <p>— Ну, не беда! Все равно будешь теперь помощником. Перенеси свои вещи в каюту, на его койку.</p>
     <p>— Есть сэр! — весело ответил Иогансен и тут же направился на бак.</p>
     <p>Но бывший юнга все еще не трогался с места.</p>
     <p>— А ты чего ждешь? — спросил капитан.</p>
     <p>— Я не нанимался матросом, сэр, — был ответ. — Я нанимался юнгой. Я не хочу служить матросом.</p>
     <p>— Собирай вещи и ступай на бак!</p>
     <p>На этот раз приказ звучал властно и грозно. Но парень угрюмо насупился и не двинулся с места.</p>
     <p>Тут Волк Ларсен снова показал свою чудовищную силу. Все произошло неожиданно, с быстротой молнии. Одним прыжком — футов в шесть, не меньше — он кинулся на юнгу и ударил его кулаком в живот. В тот же миг я почувствовал острую боль под ложечкой, словно он ударил меня. Я упоминаю об этом, чтобы показать, как чувствительны были в то время мои нервы и как подобные грубые сцены были мне непривычны. Юнга — а он, кстати сказать, весил никак не менее ста шестидесяти пяти фунтов, — согнулся пополам. Его тело безжизненно повисло на кулаке Ларсена, словно мокрая тряпка на палке. Затем я увидел, как он взлетел на воздух, описал дугу и рухнул на палубу рядом с трупом, ударившись о доски головой и плечами. Так он и остался лежать, корчась от боли.</p>
     <p>— Ну как? — повернулся вдруг Ларсен ко мне. — Вы обдумали?</p>
     <p>Я поглядел на приближавшуюся шхуну, которая уже почти поравнялась с нами; ее отделяло от нас не более двухсот ярдов. Это было стройное, изящное суденышко. Я различил крупный черный номер на одном из парусов и, припомнив виденные мною раньше изображения судов, сообразил, что это лоцманский бот.</p>
     <p>— Что это за судно? — спросил я.</p>
     <p>— Лоцманский бот «Леди Майн», — ответил Ларсен. — Доставил своих лоцманов и возвращается в Сан-Франциско. При таком ветре будет там через пять-шесть часов.</p>
     <p>— Будьте добры дать им сигнал, чтобы они переправили меня на берег.</p>
     <p>— Очень сожалею, но я уронил свою сигнальную книгу за борт, — ответил капитан, и в группе охотников послышался смех.</p>
     <p>Секунду я колебался, глядя ему прямо в глаза. Я видел, как жестоко разделался он с юнгой, и знал, что меня, быть может, ожидает то же самое, если что-нибудь еще не хуже. Повторяю, я колебался, а потом сделал то, что до сих пор считаю самым смелым поступком в моей жизни. Я бросился к борту и, размахивая руками, крикнул:</p>
     <p>— «Леди Майн», эй! Свезите меня на берег. Тысячу долларов за доставку на берег!</p>
     <p>Я впился взглядом в двоих людей, стоявших у штурвала. Один из них правил, другой поднес к губам рупор. Я не поворачивал головы и каждую секунду ждал, что человек-зверь, стоявший за моей спиной, одним ударом уложит меня на месте. Наконец — мне показалось, что прошли века, — я не выдержал и оглянулся. Ларсен не тронулся с места. Он стоял в той же позе, слегка покачиваясь на расставленных ногах, и раскуривал новую сигару.</p>
     <p>— В чем дело? Случилось что-нибудь? — раздалось с «Леди Майн».</p>
     <p>— Да! Да! — благим матом заорал я. — Спасите, спасите! Тысячу долларов за доставку на берег!</p>
     <p>— Ребята хватили лишнего в Фриско! — раздался голос Ларсена. — Этот вот, — он указал на меня, — допился уже до зеленого змия!</p>
     <p>На «Леди Майн» расхохотались в рупор, и судно прошло мимо.</p>
     <p>— Всыпьте ему как следует от нашего имени! — долетели напутственные слова, и стоявшие у штурвала помахали руками в знак приветствия.</p>
     <p>В отчаянии я облокотился о поручни, глядя, как быстро ширится полоса холодной морской воды, отделяющая нас от стройного маленького судна. Оно будет в Сан-Франциско через пять или шесть часов! У меня голова пошла кругом, сердце отчаянно заколотилось и к горлу подкатил комок. Пенистая волна ударила о борт, и мне брызнуло в лицо соленой влагой. Ветер налетал порывами, и «Призрак», сильно кренясь, зарывался в воду подветренным бортом. Я слышал, как вода с шипением взбегала на палубу.</p>
     <p>Оглянувшись, я увидел юнгу, который с трудом поднимался на ноги. Лицо его было мертвенно бледно и искажено от боли. Я понял, что ему очень плохо.</p>
     <p>— Ну, Лич, идешь на бак? — спросил капитан.</p>
     <p>— Есть, сэр, — последовал покорный ответ.</p>
     <p>— А ты? — повернулся капитан ко мне.</p>
     <p>— Я дам вам тысячу… — начал я, но он прервал меня:</p>
     <p>— Брось это! Ты согласен приступить к обязанностям юнги? Или мне придется взяться за тебя?</p>
     <p>Что мне было делать? Дать зверски избить себя, может быть, даже убить — какой от этого прок? Я твердо посмотрел в жесткие серые глаза. Они походили на гранитные глаза изваяния — так мало было в них человеческого тепла. Обычно в глазах людей отражаются их душевные движения, но эти глаза были бесстрастны и холодны, как свинцово-серое море.</p>
     <p>— Ну, что?</p>
     <p>— Да, — сказал я.</p>
     <p>— Скажи: да, сэр.</p>
     <p>— Да, сэр, — поправился я.</p>
     <p>— Как тебя зовут?</p>
     <p>— Ван-Вейден, сэр.</p>
     <p>— Имя?</p>
     <p>— Хэмфри, сэр. Хэмфри Ван-Вейден.</p>
     <p>— Возраст?</p>
     <p>— Тридцать пять, сэр.</p>
     <p>— Ладно. Пойди к коку, он тебе покажет, что ты должен делать.</p>
     <p>Так случилось, что я помимо моей воли попал в рабство к Волку Ларсену. Он был сильнее меня, вот и все. Но в то время это казалось мне каким-то наваждением. Да и сейчас, когда я оглядываюсь на прошлое, все, что приключилось тогда со мной, представляется мне совершенно невероятным. Таким будет это представляться мне и впредь — чем-то чудовищным и непостижимым, каким-то ужасным кошмаром.</p>
     <p>— Подожди!</p>
     <p>Я послушно остановился, не дойдя до камбуза.</p>
     <p>— Иогансен, вызови всех наверх! Теперь все как будто стало на свое место и можно заняться похоронами и очистить палубу от ненужного хлама.</p>
     <p>Пока Иогансен собирал команду, двое матросов, по указанию капитана, положили зашитый в парусину труп на лючину. У обоих бортов на палубе, днищами кверху, были принайтовлены маленькие шлюпки. Несколько матросов подняли доску с ее страшным грузом и положили на эти шлюпки с подветренной стороны, повернув труп ногами к морю. К ногам привязали принесенный коком мешок с углем.</p>
     <p>Похороны на море представлялись мне всегда торжественным, внушающим благоговение обрядом, но то, чему я стал свидетелем, мгновенно развеяло все мои иллюзии. Один из охотников, невысокий темноглазый парень, — я слышал, как товарищи называли его Смоком, — рассказывал анекдоты, щедро сдобренные бранными и непристойными словами. В группе охотников поминутно раздавались взрывы хохота, которые напоминали мне не то вой волков, не то лай псов в преисподней. Матросы, стуча сапогами, собирались на корме. Некоторые из подвахтенных протирали заспанные глаза и переговаривались вполголоса. На лицах матросов застыло мрачное, озабоченное выражение. Очевидно, им мало улыбалось путешествие с этим капитаном, начавшееся к тому же при столь печальных предзнаменованиях. Время от времени они украдкой поглядывали на Волка Ларсена, и я видел, что они его побаиваются.</p>
     <p>Капитан подошел к доске; все обнажили головы. Я присматривался к людям, собравшимся на палубе, — их было двадцать человек; значит, всего на борту шхуны, если считать рулевого и меня, находилось двадцать два человека. Мое любопытство было простительно, так как мне предстояло, по-видимому, не одну неделю, а быть может, и не один месяц, провести вместе с этими людьми в этом крошечном плавучем мирке. Большинство матросов были англичане или скандинавы, с тяжелыми, малоподвижными лицами. Лица охотников, изборожденные резкими морщинами, были более энергичны и интересны, и на них лежала печать необузданной игры страстей. Странно сказать, но, как я сразу же отметил, в чертах Волка Ларсена не было ничего порочного. Его лицо тоже избороздили глубокие морщины, но они говорили лишь о решимости и силе воли. Выражение лица было скорее даже прямодушное, открытое, и впечатление это усиливалось благодаря тому, что он был гладко выбрит. Не верилось — до следующего столкновения, — что это тот самый человек, который так жестоко обошелся с юнгой.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_026.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Вот он открыл рот, собираясь что-то сказать, но в этот миг резкий порыв ветра налетел на шхуну, сильно ее накренив. Ветер дико свистел и завывал в снастях. Некоторые из охотников тревожно поглядывали на небо. Подветренный борт, у которого лежал покойник, зарылся в воду, и, когда шхуна выпрямилась, волна перекатилась через палубу, захлестнув нам ноги выше щиколотки. Внезапно хлынул ливень; тяжелые крупные капли били, как градины. Когда шквал пронесся, капитан заговорил, и все слушали его, обнажив головы, покачиваясь в такт с ходившей под ногами палубой.</p>
     <p>— Я помню только часть похоронной службы, — сказал Ларсен. — Она гласит: «И тело да будет предано морю». Так вот и бросьте его туда.</p>
     <p>Он умолк. Люди, державшие лючину, были смущены; краткость церемонии, видимо, озадачила их. Но капитан яростно на них накинулся:</p>
     <p>— Поднимайте этот конец, черт бы вас подрал! Какого дьявола вы канителитесь?</p>
     <p>Кто-то торопливо подхватил конец доски, и мертвец, выброшенный за борт, словно собака, соскользнул в море ногами вперед. Мешок с углем, привязанный к ногам, потянул его вниз. Он исчез.</p>
     <p>— Иогансен! — резко крикнул капитан своему новому помощнику, — оставь всех наверху, раз уж они здесь. Убрать топселя и кливера, да поживей! Надо ждать зюйд-оста. Заодно возьми рифы у грота! И у стакселя!</p>
     <p>Вмиг все на палубе пришло в движение. Иогансен зычно выкрикивал слова команды, матросы выбирали и травили различные снасти, а мне, человеку сугубо сухопутному, все это, конечно, представлялось сплошной неразберихой. Но больше всего поразило меня проявленное этими людьми бессердечие. Смерть человека была для них мелким эпизодом, который канул в вечность вместе с зашитым в парусину трупом и мешком угля, и корабль все так же продолжал свой путь, и работа шла своим чередом. Никто не был взволнован. Охотники уже опять смеялись какому-то непристойному анекдоту Смока. Команда выбирала и травила снасти, двое матросов полезли на мачту. Волк Ларсен всматривался в облачное небо с наветренной стороны. А человек, так жалко окончивший свои дни и так недостойно погребенный, опускался все глубже и глубже на дно.</p>
     <p>Ощущение жестокости и неумолимости морской стихии вдруг нахлынуло на меня, и жизнь показалась мне чем-то дешевым и мишурным, чем-то диким и бессмысленным— каким-то нелепым барахтаньем в грязной тине. Я держался за фальшборт у самых вант и смотрел на угрюмые, пенистые волны и низко нависшую гряду тумана, скрывавшую от нас Сан-Франциско и калифорнийский берег. Временами налетал шквал с дождем, и тогда и самый туман исчезал из глаз за плотной завесой дождя. А наше странное судно, с его чудовищным экипажем, ныряло по волнам, устремляясь на юго-запад, в широкие, пустынные просторы Тихого океана.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <p>Все мои старания приспособиться к новой для меня обстановке зверобойной шхуны «Призрак» приносили мне лишь бесконечные страдания и унижения. Магридж, которого команда называла «доктором», охотники— «Томми», а капитан — «коком», изменился, как по волшебству. Перемена в моем положении резко повлияла на его обращение со мной. От прежней угодливости не осталось и следа: теперь он только покрикивал да бранился. Ведь я не был больше изящным джентльменом, с кожей «нежной, как у леди», а превратился в обыкновенного и довольно бестолкового юнгу.</p>
     <p>Кок требовал, как это ни смешно, чтобы я называл его «мистер Магридж», а сам, объясняя мне мои обязанности, был невыносимо груб. Помимо обслуживания кают-компании с выходившими в нее четырьмя маленькими каютами, я должен был помогать ему в камбузе, и мое полное невежество по части мытья кастрюль и чистки картофеля служило для него неиссякаемым источником изумления и насмешек. Он не желал принимать во внимание мое прежнее положение, вернее, жизнь, которую я привык вести. Ему не было до этого никакого дела, и признаюсь, что уже к концу первого дня я ненавидел его сильнее, чем кого бы то ни было в жизни.</p>
     <p>Этот первый день был для меня тем труднее, что «Призрак», под зарифленными парусами (с подобными терминами я познакомился лишь впоследствии), нырял в волнах, которые насылал на нас «ревущий», как выразился мистер Магридж, зюйд-ост. В половине шестого я, по указанию кока, накрыл стол в кают-компании, предварительно установив на нем решетку на случай бурной погоды, а затем начал подавать еду и чай. В связи с этим не могу не рассказать о своем первом близком знакомстве с сильной морской качкой.</p>
     <p>— Гляди в оба, не то окатит! — напутствовал меня мистер Магридж, когда я выходил из камбуза с большим чайником в руке и с несколькими караваями свежеиспеченного хлеба под мышкой. Один из охотников, долговязый парень по имени Гендерсон, направлялся в это время из «четвертого класса» (так называли они в шутку свой кубрик) в кают-компанию. Волк Ларсен курил на юте свою неизменную сигару.</p>
     <p>— Идет, идет! Держись! — закричал кок.</p>
     <p>Я остановился, так как не понял, что, собственно, «идет». Дверь камбуза с треском затворилась за мной, а Гендерсон опрометью бросился к вантам и проворно полез по ним вверх, пока не очутился у меня над головой. И только тут я заметил гигантскую волну с пенистым гребнем, высоко взмывшую над бортом. Она шла прямо на меня. Мой мозг работал медленно, потому что все здесь было для меня еще ново и необычно. Я понял только, что мне грозит опасность, и застыл на месте, оцепенев от ужаса. Тут Ларсен крикнул мне с юта:</p>
     <p>— Держись за что-нибудь, эй, ты… Хэмп!<a l:href="#n_150" type="note">[150]</a></p>
     <p>Но было уже поздно. Я прыгнул к вантам, чтобы уцепиться за них, и в этот миг стена воды обрушилась на меня, и все смешалось. Я был под водой, задыхался и тонул. Палуба ушла из-под ног, и я куда-то полетел, перевернувшись несколько раз через голову. Меня швыряло из стороны в сторону, ударяло о какие-то твердые предметы, и я сильно ушиб правое колено. Потом волна отхлынула, и мне удалось наконец перевести дух. Я увидел, что меня отнесло с наветренного борта за камбуз мимо люка в кубрик, к шпигатам подветренного борта. Я чувствовал острую боль в колене и не мог ступить на эту ногу, или так по крайней мере мне казалось. Я был уверен, что нога сломана. Но кок уже кричал мне из камбуза:</p>
     <p>— Эй, ты! Долго ты будешь там валандаться? Где чайник? Уронил за борт? Жаль, что ты не сломал себе шею!</p>
     <p>Я кое-как поднялся на ноги и заковылял к камбузу. Огромный чайник все еще был у меня в руке, и я отдал его коку. Но Магридж задыхался от негодования — то ли настоящего, то ли притворного.</p>
     <p>— Ну и растяпа же ты! Куда ты годишься, хотел бы я знать? А? Куда ты годишься? Не можешь чай донести! А я теперь изволь заваривать снова!</p>
     <p>— Да чего ты хнычешь? — с новой яростью набросился он на меня через минуту. — Ножку зашиб? Ах ты, маменькино сокровище!</p>
     <p>Я не хныкал, но лицо у меня, вероятно, кривилось от боли. Собравшись с силами, я стиснул зубы и проковылял от камбуза до кают-компании и обратно без дальнейших злоключений. Этот случай имел для меня двоякие последствия: прежде всего я сильно ушиб коленную чашечку и страдал от этого много месяцев — ни о каком лечении, конечно, не могло быть и речи, — а кроме того, за мной утвердилась кличка «Хэмп», которой наградил меня с юта Волк Ларсен. С тех пор никто на шхуне меня иначе и не называл, и я мало-помалу настолько к этому привык, что уже и сам мысленно называл себя «Хэмп», словно получил это имя от рождения.</p>
     <p>Нелегко было прислуживать за столом кают-компании, где восседал Волк Ларсен с Иогансеном и шестерыми охотниками. В этой маленькой, тесной каюте двигаться было чрезвычайно трудно, особенно когда шхуну качало и кидало из стороны в сторону. Но тяжелее всего было для меня полное равнодушие людей, которым я прислуживал. Время от времени я ощупывал сквозь одежду колено, чувствовал, что оно пухнет все сильнее и сильнее, и от боли у меня кружилась голова. В зеркале на стене кают-компании временами мелькало мое бледное, страшное, искаженное болью лицо. Сидевшие за столом не могли не заметить моего состояния, но никто из них не выказал мне сочувствия. Поэтому я почти проникся благодарностью к Ларсену, когда он бросил мне после обеда (я в это время уже мыл тарелки):</p>
     <p>— Не обращай внимания на эти пустяки! Привыкнешь со временем. Немного, может, и покалечишься, но зато научишься ходить. Это, кажется, называется парадоксом, не так ли? — добавил он.</p>
     <p>По-видимому, он остался доволен, когда я, утвердительно кивнув, ответил как полагалось: «Есть, сэр».</p>
     <p>— Ты, должно быть, смыслишь кое-что в литературе? Ладно. Я как-нибудь побеседую с тобой.</p>
     <p>Он повернулся и, не обращая на меня больше внимания, вышел на палубу.</p>
     <p>Вечером, когда я справился наконец с бесчисленным множеством дел, меня послали спать в кубрик к охотникам, где нашлась свободная койка. Я рад был лечь, дать отдых ногам и хоть на время избавиться от несносного кока. Одежда успела высохнуть на мне, и я, к моему удивлению, не ощущал ни малейших признаков простуды ни от последнего морского купания, ни от более продолжительного пребывания в воде, когда затонул «Мартинес». При обычных обстоятельствах я после подобных испытаний лежал бы, конечно, в постели и около меня хлопотала бы сиделка.</p>
     <p>Но боль в колене была мучительная. Насколько я мог понять — так как колено страшно распухло, — у меня была смещена коленная чашечка. Я сидел на своей койке и рассматривал колено (все шесть охотников находились тут же, — они курили и громко разговаривали), когда мимо прошел Гендерсон и мельком глянул на меня.</p>
     <p>— Скверная штука, — заметил он. — Обвяжи потуже тряпкой, пройдет.</p>
     <p>Вот и все; а случись это со мной на суше, меня лечил бы хирург и, несомненно, прописал бы полный покой. Но следует отдать справедливость этим людям. Так же равнодушно относились они и к своим собственным страданиям. Я объясняю это привычкой и тем, что чувствительность у них притупилась. Я убежден, что человек с более тонкой нервной организацией, с более острой восприимчивостью страдал бы на их месте куда сильнее.</p>
     <p>Я страшно устал, вернее, совершенно изнемог, и все же боль в колене не давала мне уснуть. С трудом удерживался я от стонов. Дома я, конечно, дал бы себе волю, но эта новая, грубая, примитивная обстановка невольно внушала мне суровую сдержанность. Окружавшие меня люди, подобно дикарям, стоически относились к важным вещам, а в мелочах напоминали детей. Впоследствии мне пришлось наблюдать, как Керфуту, одному из охотников, размозжило палец. Керфут не только не издал ни звука, но даже не изменился в лице. И вместе с тем я много раз видел, как тот же Керфут приходил в бешенство из-за сущих пустяков.</p>
     <p>Вот и теперь он орал, размахивал руками и отчаянно бранился — и все только потому, что другой охотник не соглашался с ним, что тюлений белек от рождения умеет плавать. Керфут утверждал, что этим умением новорожденный тюлень обладает с первой минуты своего появления на свет, а другой охотник, Лэтимер, тощий янки с хитрыми, похожими на щелочки глазами, утверждал, что тюлень именно потому и рождается на суше, что не умеет плавать, и мать обучает его этой премудрости совершенно так же, как птицы учат своих птенцов летать.</p>
     <p>Остальные четыре охотника с большим интересом прислушивались к спору, — кто лежа на койке, кто приподнявшись и облокотясь на стол, — и временами подавали реплики. Иногда они начинали говорить все сразу, и тогда в тесном кубрике голоса их звучали подобно раскатам бутафорского грома. Они спорили о пустяках, как дети, и доводы их были крайне наивны. Собственно говоря, они даже не приводили никаких доводов, а ограничивались голословными утверждениями или отрицаниями. Умение или неумение новорожденного тюленя плавать они пытались доказать просто тем, что высказывали свое мнение с воинственным видом и сопровождали его выпадами против национальности, здравого смысла или прошлого своего противника. Я рассказываю об этом, чтобы показать умственный уровень людей, с которыми принужден был общаться. Интеллектуально они были детьми, хотя и в обличье взрослых мужчин.</p>
     <p>Они беспрерывно курили — курили дешевый зловонный табак. В кубрике нельзя было продохнуть от дыма. Этот дым и сильная качка боровшегося с бурей судна, несомненно, довели бы меня до морской болезни, будь я ей подвержен. Я и так уже испытывал дурноту, хотя, быть может, причиной ее были боль в ноге и переутомление.</p>
     <p>Лежа на койке и предаваясь своим мыслям, я, естественно, прежде всего задумывался над положением, в которое попал. Это же было невероятно, неслыханно! Я, Хэмфри Ван-Вейден, ученый и, с вашего позволения, любитель искусства и литературы, принужден валяться здесь, на какой-то шхуне, направляющейся в Берингово море бить котиков! Юнга! Никогда в жизни я не делал грубой физической, а тем более кухонной работы. Я всегда вел тихий, монотонный, сидячий образ жизни. Это была жизнь ученого, затворника, существующего на приличный и обеспеченный доход. Бурная деятельность и спорт никогда не привлекали меня. Я был книжным червем, так сестры и отец с детства и называли меня. Только раз в жизни я принял участие в туристском походе, да и то сбежал в самом начале и вернулся к комфорту и удобствам оседлой жизни. И вот теперь передо мной открывалась безрадостная перспектива бесконечной чистки картофеля, мытья посуды и прислуживания за столом. А ведь физически я совсем не был силен. Врачи, положим, утверждали, что у меня великолепное телосложение, но я никогда не развивал своих мускулов упражнениями, и они были слабы и вялы, как у женщины. По крайней мере те же врачи постоянно отмечали это, пытаясь убедить меня заняться гимнастикой. Но я предпочитал упражнять свою голову, а не тело, и теперь был, конечно, совершенно не подготовлен к предстоящей мне тяжелой жизни.</p>
     <p>Я рассказываю лишь немногое из того, что передумал тогда, и делаю это, чтобы заранее оправдаться, ибо жалкой и беспомощной была та роль, которую мне предстояло сыграть.</p>
     <p>Думал я также о моей матери и сестрах и ясно представлял себе их горе. Ведь я значился в числе погибших на «Мартинесе», одним из пропавших без вести. Передо мной мелькали заголовки газет, я видел, как мои приятели в университетском клубе покачивают головой и вздыхают: «Вот бедняга!» Видел я и Чарли Фэрасета в минуту прощания, в то роковое утро, когда он в халате на мягком диванчике под окном изрекал, словно оракул, свои скептические афоризмы.</p>
     <p>А тем временем шхуна «Призрак», покачиваясь, ныряя, взбираясь на движущиеся водяные валы и скатываясь в бурлящие пропасти, прокладывала себе путь все дальше и дальше — к самому сердцу Тихого океана… и уносила меня с собой. Я слышал, как над морем бушует ветер. Его приглушенный вой долетал и сюда. Иногда над головой раздавался топот ног по палубе. Кругом все стонало и скрипело, деревянные крепления трещали, кряхтели, визжали и жаловались на тысячу ладов. Охотники все еще спорили и рычали друг на друга, словно какие-то человекоподобные земноводные. Ругань висела в воздухе. Я. видел их разгоряченные лица в искажающем, тускло-желтом свете ламп, раскачивавшихся вместе с кораблем. В облаках дыма койки казались логовищами диких зверей. На стенах висели клеенчатые штаны и куртки и морские сапоги; на полках кое-где лежали дробовики и винтовки. Все это напоминало картину из жизни пиратов и морских разбойников былых времен. Мое воображение разыгралось и не давало мне уснуть. Это была долгая, долгая, томительная и тоскливая, очень долгая ночь.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <p>Первая ночь, проведенная мною в кубрике охотников, оказалась также и последней. На другой день новый помощник Иогансен был изгнан капитаном из его каюты и переселен в кубрик к охотникам. А мне велено было перебраться в крохотную каютку, в которой до меня в первый же день плавания сменилось уже два хозяина. Охотники скоро узнали причину этих перемещений и остались ею очень недовольны. Выяснилось, что Иогансен каждую ночь вслух переживает во сне все свои дневные впечатления. Волк Ларсен не пожелал слушать, как он непрестанно что-то бормочет и выкрикивает слова команды, и предпочел переложить эту неприятность на охотников.</p>
     <p>После бессонной ночи я встал слабый и измученный. Так начался второй день моего пребывания на шхуне «Призрак». Томас Магридж растолкал меня в половине шестого не менее грубо, чем Билл Сайкс<a l:href="#n_151" type="note">[151]</a> будил свою собаку. Но за эту грубость ему тут же отплатили с лихвой. Поднятый им без всякой надобности шум — я за всю ночь так и не сомкнул глаз, — потревожил кого-то из охотников. Тяжелый башмак просвистел в полутьме, и мистер Магридж, взвыв от боли, начал униженно рассыпаться в извинениях. Потом в камбузе я увидел его окровавленное и распухшее ухо. Оно никогда уже больше не приобрело своего нормального вида, и матросы стали называть его после этого «капустным листом».</p>
     <p>Этот день был полон для меня самых разнообразных неприятностей. Уже с вечера я взял из камбуза свое высохшее платье и теперь первым делом поспешил сбросить с себя вещи кока, а затем стал искать свой кошелек. Кроме мелочи (у меня на этот счет хорошая память), там лежало сто восемьдесят пять долларов золотом и бумажками. Кошелек я нашел, но все его содержимое, за исключением мелких серебряных монет, исчезло. Я заявил об этом коку, как только поднялся на палубу, чтобы приступить к своей работе в камбузе, и хотя и ожидал от него грубого ответа, однако свирепая отповедь, с которой он на меня обрушился, совершенно меня ошеломила.</p>
     <p>— Вот что, Хэмп, — захрипел он, злобно сверкая глазами. — Ты что, хочешь, чтобы тебе пустили из носу кровь? Если ты считаешь меня вором, держи это про себя, а не то крепко пожалеешь о своей ошибке, черт тебя подери! Вот она, твоя благодарность, чтоб я пропал! Я тебя пригрел, когда ты совсем подыхал, взял к себе в камбуз, возился с тобой, а ты так мне отплатил? Проваливай ко всем чертям, вот что! У меня руки чешутся показать тебе дорогу.</p>
     <p>Сжав кулаки и продолжая кричать, он двинулся на меня. К стыду своему должен признаться, что я, увернувшись от удара, выскочил из камбуза. Что мне было делать? Сила, грубая сила, царила на этом подлом судне. Читать мораль было здесь не в ходу. Вообразите себе человека среднего роста, худощавого, со слабыми, неразвитыми мускулами, привыкшего к тихой, мирной жизни, незнакомого с насилием… Что такой человек мог тут поделать? Вступать в драку с озверевшим коком было так же бессмысленно, как сражаться с разъяренным быком.</p>
     <p>Так думал я в то время, испытывая потребность в самооправдании и желая успокоить свое самолюбие. Но такое оправдание не удовлетворило меня, да и сейчас, вспоминая этот случай, я не могу полностью себя обелить. Положение, в которое я попал, не укладывалось в обычные рамки и не допускало рациональных поступков — тут надо было действовать не рассуждая. И хотя логически мне, казалось, абсолютно нечего было стыдиться, я тем не менее всякий раз испытываю стыд при воспоминании об этом эпизоде, ибо чувствую, что моя мужская гордость была попрана и оскорблена.</p>
     <p>Однако все это не относится к делу. Я удирал из камбуза с такой поспешностью, что почувствовал острую боль в колене и в изнеможении опустился на палубу у переборки юта. Но кок не стал преследовать меня.</p>
     <p>— Гляньте на него! Ишь как улепетывает! — услышал я его насмешливые возгласы. — А еще с больной ногой! Иди назад, бедняжка, маменькин сынок! Не трону, не бойся!</p>
     <p>Я вернулся и принялся за работу. На этом дело пока и кончилось, однако оно имело свои последствия. Я накрыл стол в кают-компании и в семь часов подал завтрак. Буря за ночь улеглась, но волнение было все еще сильное и дул свежий ветер. «Призрак» мчался под всеми парусами, кроме обоих топселей и бом-кливера. Паруса были поставлены в первую вахту, и, как я понял из разговора, остальные три паруса тоже решено было поднять сейчас же после завтрака. Я узнал также, что Волк Ларсен старается использовать этот шторм, который гнал нас на юго-запад, в ту часть океана, где мы могли встретить северо-восточный пассат. Под этим постоянным ветром Ларсен рассчитывал пройти большую часть пути до Японии, спуститься затем на юг к тропикам, а потом у берегов Азии повернуть опять на север.</p>
     <p>После завтрака меня ожидало новое и также довольно незавидное приключение. Покончив с мытьем посуды, я выгреб из печки в кают-компании золу и вынес ее на палубу, чтобы выбросить за борт. Волк Ларсен и Гендерсон оживленно беседовали у штурвала. На руле стоял матрос Джонсон. Когда я двинулся к наветренному борту, он мотнул головой, и я принял это за утреннее приветствие. А он пытался предостеречь меня, чтобы я не выбрасывал золу против ветра. Ничего не подозревая, я прошел мимо Волка Ларсена и охотника и высыпал золу за борт. Ветер подхватил ее, и не только я сам, но и капитан с Гендерсоном оказались осыпанными золой. В тот же миг Ларсен ударил меня ногой, как щенка. Я никогда не представлял себе, что пинок ногой может быть так ужасен. Я отлетел назад и, шатаясь, прислонился к рубке, едва не лишившись сознания от боли. Все поплыло у меня перед глазами, к горлу подступила тошнота. Я сделал над собой усилие и подполз к борту. Но Волк Ларсен уже забыл про меня. Стряхнув с платья золу, он возобновил разговор с Гендерсоном. Иогансен, наблюдавший все это с юта, послал двух матросов прибрать палубу.</p>
     <p>Несколько позже в то же утро я столкнулся с неожиданностью совсем другого свойства. Следуя указаниям кока, я отправился в капитанскую каюту, чтобы прибрать ее и застелить койку. На стене, у изголовья койки, висела полка с книгами. С изумлением прочел я на корешках имена Шекспира, Теннисона, Эдгара По и Де-Куинси. Были там и научные сочинения, среди которых я заметил труды Тиндаля, Проктора и Дарвина, а также книги по астрономии и физике. Кроме того, я увидел «Мифический век» Булфинча, «Историю английской и американской литературы» Шоу, «Естественную историю» Джонсона в двух больших томах и несколько грамматик — Меткалфа, Гида и Келлога. Я не мог не улыбнуться, когда на глаза мне попался экземпляр «Английского языка для проповедников».</p>
     <p>Наличие этих книг никак не вязалось с обликом их владельца, и я не мог не усомниться в том, что он способен читать их. Но, застилая койку, я обнаружил под одеялом томик Браунинга<a l:href="#n_152" type="note">[152]</a> в кембриджском издании — очевидно, Ларсен читал его перед сном. Он был открыт на стихотворении «На балконе», и я заметил, что некоторые места подчеркнуты карандашом. Шхуну качнуло, я выронил книгу, и из нее выпал листок бумаги, испещренный геометрическими фигурами и какими-то выкладками.</p>
     <p>Значит, этот ужасный человек совсем не такой уж неуч, как можно было предположить, наблюдая его звериные выходки. И он сразу стал для меня загадкой. Обе стороны его натуры в отдельности были вполне понятны, но их сочетание казалось непостижимым. Я уже успел заметить, что Ларсен говорит превосходным языком, в котором лишь изредка проскальзывают не совсем правильные обороты. Если в разговоре с матросами и охотниками он и позволял себе жаргонные выражения, то в тех редких случаях, когда он обращался ко мне, его речь была точна и правильна.</p>
     <p>Узнав его теперь случайно с другой стороны, я несколько осмелел и решился сказать ему, что у меня пропали деньги.</p>
     <p>— Меня обокрали, — обратился я к нему, увидав, что он в одиночестве расхаживает по палубе.</p>
     <p>— Сэр, — поправил он меня не грубо, но внушительно.</p>
     <p>— Меня обокрали, сэр, — повторил я.</p>
     <p>— Как это случилось? — спросил он.</p>
     <p>Я рассказал ему, что оставил свое платье сушиться в камбузе, а потом кок чуть не избил меня, когда я заикнулся ему о пропаже.</p>
     <p>Волк Ларсен выслушал меня и усмехнулся.</p>
     <p>— Кок поживился, — решил он. — Но не кажется ли вам, что ваша жалкая жизнь стоит все же этих денег? Кроме того, это для вас урок. Научитесь в конце концов сами заботиться о своих деньгах. До сих пор, вероятно, это делал за вас ваш поверенный или управляющий.</p>
     <p>Я почувствовал насмешку в его словах, но все же спросил:</p>
     <p>— Как мне получить их назад?</p>
     <p>— Это ваше дело. Здесь у вас нет ни поверенного, ни управляющего, остается полагаться только на самого себя. Если вам перепадет доллар, держите его крепче. Тот, у кого деньги валяются где попало, заслуживает, чтобы его обокрали. К тому же вы еще и согрешили. Вы не имеете права искушать ближних. А вы соблазнили кока, и он пал. Вы подвергли опасности его бессмертную душу. Кстати, верите ли вы в бессмертие души?</p>
     <p>При этом вопросе веки его лениво приподнялись, и мне показалось, что отдернулась какая-то завеса и я на мгновение заглянул в его душу. Но это была иллюзия. Я уверен, что ни одному человеку не удавалось проникнуть взглядом в душу Волка Ларсена. Это была одинокая душа, как мне довелось впоследствии убедиться. Волк Ларсен никогда не снимал маски, хотя порой любил играть в откровенность.</p>
     <p>— Я читаю бессмертие в ваших глазах, — отвечал я и для опыта пропустил «сэр»; известная интимность нашего разговора, казалось мне, допускала это.</p>
     <p>Ларсен действительно не придал этому значения.</p>
     <p>— Вы, я полагаю, хотите сказать, что видите в них нечто живое. Но это живое не будет жить вечно.</p>
     <p>— Я читаю в них значительно больше, — смело продолжал я.</p>
     <p>— Ну да — сознание. Сознание, постижение жизни. Но не больше, не бесконечность жизни.</p>
     <p>Он мыслил ясно и хорошо выражал свои мысли. Не без любопытства оглядев меня, он отвернулся и устремил взор на свинцовое море. Глаза его потемнели, и у рта обозначились резкие, суровые линии. Он явно был мрачно настроен.</p>
     <p>— А какой в этом смысл? — отрывисто спросил он, снова повернувшись ко мне. — Если я наделен бессмертием, то зачем?</p>
     <p>Я молчал. Как мог я объяснить этому человеку свой идеализм? Как передать словами что-то неопределенное, похожее на музыку, которую слышишь во сне? Нечто вполне убедительное для меня, но не поддающееся определению.</p>
     <p>— Во что же вы тогда верите? — в свою очередь, спросил я.</p>
     <p>— Я верю, что жизнь — нелепая суета, — быстро ответил он. — Она похожа на закваску, которая бродит минуты, часы, годы или столетия, но рано или поздно перестает бродить. Большие пожирают малых, чтобы поддержать свое брожение. Сильные пожирают слабых, чтобы сохранить свою силу. Кому везет, тот ест больше и бродит дольше других, — вот и все! Вон поглядите — что вы скажете об этом?</p>
     <p>Нетерпеливым жестом он показал на группу матросов, которые возились с тросами посреди палубы.</p>
     <p>— Они копошатся, движутся, но ведь и медузы движутся. Движутся для того, чтобы есть, и едят для того, чтобы продолжать двигаться. Вот и вся штука! Они живут для своего брюха, а брюхо поддерживает в них жизнь. Это замкнутый круг; двигаясь по нему, никуда не придешь. Так с ними и происходит. Рано или поздно движение прекращается. Они больше не копошатся. Они мертвы.</p>
     <p>— У них есть мечты, — прервал я, — сверкающие, лучезарные мечты о…</p>
     <p>— О жратве, — решительно прервал он меня.</p>
     <p>— Нет, и еще…</p>
     <p>— И еще о жратве. О большой удаче — как бы побольше и послаще пожрать. — Голос его звучал резко. В нем не было и тени шутки. — Будьте уверены, они мечтают об удачных плаваниях, которые дадут им больше денег; о том, чтобы стать капитанами кораблей или найти клад, — короче говоря, о том, чтобы устроиться получше и иметь возможность высасывать соки из своих ближних, о том, чтобы самим всю ночь спать под крышей и хорошо питаться, а всю грязную работу переложить на других. И мы с вами такие же. Разницы нет никакой, если не считать того, что мы едим больше и лучше. Сейчас я пожираю их и вас тоже. Но в прошлом вы ели больше моего. Вы спали в мягких постелях, носили хорошую одежду и ели вкусные блюда. А кто сделал эти постели, и эту одежду, и эти блюда? Не вы. Вы никогда ничего не делали в поте лица своего. Вы живете с доходов, оставленных вам отцом. Вы, как птица фрегат, бросаетесь с высоты на бакланов и похищаете у них пойманную ими рыбешку. Вы «одно целое с кучкой людей, создавших то, что они называют государством», и властвующих над всеми остальными людьми и пожирающих пищу, которую те добывают и сами не прочь были бы съесть. Вы носите теплую одежду, а те, кто сделал эту одежду, дрожат от холода в лохмотьях и еще должны вымаливать у вас работу — у вас или у вашего поверенного или управляющего, — словом, у тех, кто распоряжается вашими деньгами.</p>
     <p>— Но это совсем другой вопрос! — воскликнул я.</p>
     <p>— Вовсе нет! — Капитан говорил быстро, и глаза его сверкали. — Это свинство и это… жизнь. Какой же смысл в бессмертии свинства? К чему все это ведет? Зачем все это нужно? Вы не создаете пищи, а между тем пища, съеденная или выброшенная вами, могла бы спасти жизнь десяткам несчастных, которые эту пищу создают, но не едят. Какого бессмертия заслужили вы? Или они? Возьмите нас с вами. Чего стоит ваше хваленое бессмертие, когда ваша жизнь столкнулась с моей? Вам хочется назад, на сушу, так как там раздолье для привычного вам свинства. По своему капризу я держу вас на этой шхуне, где процветает мое свинство. И буду держать. Я или сломаю вас, или переделаю. Вы можете умереть здесь сегодня, через неделю, через месяц. Я мог бы одним ударом кулака убить вас, — ведь вы жалкий червяк. Но если мы бессмертны, то какой во всем этом смысл? Вести себя всю жизнь по-свински, как мы с вами, — неужели это к лицу бессмертным? Так для чего же это все? Почему я держу вас тут?</p>
     <p>— Потому, что вы сильнее, — выпалил я.</p>
     <p>— Но почему я сильнее? — не унимался он. — Потому что во мне больше этой закваски, чем в вас. Неужели вы не понимаете? Неужели не понимаете?</p>
     <p>— Но жить так — это же безнадежность! — воскликнул я.</p>
     <p>— Согласен с вами, — ответил он. — И зачем оно нужно вообще, это брожение, которое и есть сущность жизни? Не двигаться, не быть частицей жизненной закваски, — тогда не будет и безнадежности. Но в этом-то все и дело: мы хотим жить и двигаться, несмотря на всю бессмысленность этого, хотим, потому что это заложено в нас природой, — стремление жить и двигаться, бродить. Без этого жизнь остановилась бы. Вот эта жизнь внутри вас и заставляет вас мечтать о бессмертии. Жизнь внутри вас стремится быть вечной. Эх! Вечность свинства!</p>
     <p>Он круто повернулся на каблуках и пошел на корму, но, не дойдя до края юта, остановился и подозвал меня.</p>
     <p>— Кстати, на какую сумму обчистил вас кок? — спросил он.</p>
     <p>— На сто восемьдесят пять долларов, сэр, — отвечал я.</p>
     <p>Он молча кивнул. Минутой позже, когда я спускался по трапу накрывать на стол к обеду, я слышал, как он уже разносит кого-то из матросов.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <p>Наутро шторм, обессилев, стих, и «Призрак» тихо покачивался на безбрежной глади океана. Лишь изредка в воздухе чувствовалось легкое дуновение, и капитан не покидал палубы и все поглядывал на северо-восток, откуда должен был прийти пассат.</p>
     <p>Весь экипаж тоже был на палубе — готовил шлюпки к предстоящему охотничьему сезону. На шхуне имелось семь шлюпок: шесть охотничьих и капитанский тузик. Команда каждой шлюпки состояла из охотника, гребца и рулевого. На борту шхуны в команду входили только гребцы и рулевые, но вахтенную службу должны были нести и охотники, которые тоже находились в распоряжении капитана.</p>
     <p>Все это я узнавал мало-помалу, — это и многое другое. «Призрак» считался самой быстроходной шхуной в промысловых флотилиях Сан-Франциско и Виктории. Когда-то это была частная яхта, построенная с расчетом на быстроходность. Ее обводы и оснастка — хотя я и мало смыслил в этих вещах — сами говорили за себя. Вчера, во время второй вечерней полувахты, мы с Джонсоном немного поболтали, и он рассказал мне все, что ему был известно о нашей шхуне. Он говорил восторженно, с такой любовью к хорошим кораблям, с какой иные говорят о лошадях. Но от плавания он не ждал добра и дал мне понять, что Волк Ларсен пользуется очень скверной репутацией среди прочих капитанов промысловых судов. Только желание поплавать на «Призраке» соблазнило Джонсона подписать контракт, но он уж начинал жалеть об этом.</p>
     <p>Джонсон сказал мне, что «Призрак» — восьмидесятитонная шхуна превосходной конструкции. Наибольшая ширина ее — двадцать три фута, а длина превышает девяносто. Необычайно тяжелый свинцовый фальш-киль (вес его точно неизвестен) придает ей большую остойчивость и позволяет нести огромную площадь парусов. От палубы до клотика грот-стеньги больше ста футов, тогда как фок-мачта вместе со стеньгой футов на десять короче. Я привожу все эти подробности для того, чтобы можно было представить себе размеры этого плавучего мирка, носившего по океану двадцать два человека. Это был крошечный мирок, пятнышко, точка, и я дивился тому, как люди осмеливаются пускаться в море на таком маленьком, хрупком сооружении.</p>
     <p>Волк Ларсен славился своей безрассудной смелостью в плавании под парусами. Я слышал, как Гендерсон и еще один охотник — калифорниец Стэндиш — толковали об этом. Два года назад Ларсен потерял мачты на «Призраке», попав в шторм в Беринговом море, после чего и были поставлены теперешние, более прочные и тяжелые. Когда их устанавливали, Ларсен заявил, что предпочитает перевернуться, нежели снова потерять мачты.</p>
     <p>За исключением Иогансена, упоенного своим повышением, на борту не было ни одного человека, который не подыскивал бы оправдания своему поступлению на «Призрак». Половина команды состояла из моряков дальнего плавания, и они утверждали, что ничего не знали ни о шхуне, ни о капитане; а те, кто был знаком с положением вещей, потихоньку говорили, что охотники — прекрасные стрелки, но такая буйная и продувная компания, что ни одно приличное судно не взяло бы их в плавание.</p>
     <p>Я познакомился еще с одним матросом, по имени Луис, круглолицым веселым ирландцем из Новой Шотландии, который всегда был рад поболтать, лишь бы его слушали. После обеда, когда кок спал внизу, а я чистил свою неизменную картошку, Луис зашел в камбуз «почесать языком». Этот малый объяснял свое пребывание на судне тем, что был пьян, когда подписывал контракт; он без конца уверял меня, что ни за что на свете не сделал бы этого в трезвом виде. Как я понял, он уже лет десять каждый сезон выезжает бить котиков и считается одним из лучших шлюпочных рулевых в обеих флотилиях.</p>
     <p>— Эх, дружище, — сказал он, мрачно покачав головой, — хуже этой шхуны не сыскать, а ведь ты не был пьян, как я, когда попал сюда! Охота на котиков — это рай для моряка, но только не на этом судне. Помощник положил начало, но, помяни мое слово, у нас будут и еще покойники до конца плавания. Между нами говоря, этот Волк Ларсен сущий дьявол, и «Призрак» тоже стал адовой посудиной, с тех пор как попал к этому капитану. Что я, не знаю, что ли! Не помню я разве, как два года назад в Хакодате у него взбунтовалась команда и он застрелил четырех матросов. Я-то в то время плавал на «Эмме Л.», мы стояли на якоре в трехстах ярдах от «Призрака». И еще в том же году он убил человека одним ударом кулака. Да, да, так и уложил на месте! Хватил по голове, и она треснула, как яичная скорлупа. А что он выкинул с губернатором острова Кура и с начальником тамошней полиции! Эти два японских джентльмена явились к нему на «Призрак» в гости, и с ними были их жены, хорошенькие, словно куколки. Ну, точь-в-точь, как рисуют на веерах. А когда пришло время сниматься с якоря, он спустил мужей в их сампан и будто случайно не успел спустить жен. Через неделю этих бедняжек высадили на берег по другую сторону острова, и ничего им не оставалось, как брести домой через горы в своих игрушечных соломенных сандалиях, которых не могло хватить и на одну милю. Что я, не знаю, что ли! Зверь он, этот Волк Ларсен, вот что! Зверь, о котором еще в Апокалипсисе сказано. И добром он не кончит… Только помни, я тебе ничего не говорил! И словечка не шепнул. Потому что старый толстый Луис поклялся вернуться живым из этого плавания, даже если все остальные пойдут на корм рыбам.</p>
     <p>— Волк Ларсен! — помолчав, заворчал он снова. — Даром, что ли, его так зовут! Да, он волк, настоящий волк! Бывает, что у человека каменное сердце, а у этого и вовсе сердца нет. Волк, просто волк, и всё тут! Верно ведь, эта кличка здорово ему пристала?</p>
     <p>— Но если его так хорошо знают, — возразил я, — как же ему удается набирать себе экипаж?</p>
     <p>— А как это всегда находят людей на какую угодно работу, хоть на земле, хоть на море? — с кельтской горячностью возразил Луис. — Разве ты увидел бы меня на борту этой шхуны, если бы я не был пьян, как свинья, когда подмахнул контракт?</p>
     <p>Кое-кто здесь такой народ, что им не попасть на порядочное судно. Взять хоть наших охотников. А другие, бедняги, матросня с бака, сами не знали, куда они нанимаются. Ну да они еще узнают! Узнают и проклянут тот день, когда родились на свет! Жаль мне их, но я должен прежде всего думать о толстом старом Луисе и о том, что его ждет. Только, смотри, молчок! Я тебе ни слова не говорил.</p>
     <p>Эти охотники — порядочная дрянь, — через минуту начал он снова, так как отличался необычайной словоохотливостью. — Дай срок, они еще разойдутся и покажут себя. Ну да Ларсен живо их скрутит. Только он и может нагнать на них страху. Вот, возьми хоть моего охотника Хорнера. Уж такой тихоня с виду, спокойный да вежливый, прямо как барышня, воды, кажется, не замутит. А ведь в прошлом году укокошил своего рулевого. Несчастный случай, и все. Но я встретил потом в Иокогаме гребца, и он рассказал мне, как было дело. А этот маленький чернявый проходимец Смок — ведь он отбыл три года на сибирских соляных копях за браконьерство: охотился в русском заповеднике на Медном острове. Его там сковали нога с ногой и рука с рукой с другим каторжником. Так вот на работе между ними что-то вышло, и Смок отправил своего товарища из шахты наверх в бадьях с солью. Только отправлял он его по частям: сегодня — ногу, завтра — руку, послезавтра — голову…</p>
     <p>— Что вы такое говорите! — в ужасе вскричал я.</p>
     <p>— Что я говорю? — резко прервал он меня. — Ничего я не говорю. Я глух и нем и другим советую помалкивать, если им жизнь дорога. Что я говорил? Да только, что все они замечательные ребята и он тоже, чтоб его черт побрал, чтоб ему гнить в чистилище десять тысяч лет, а потом провалиться в самую преисподнюю!</p>
     <p>Джонсон, матрос, который чуть не содрал с меня кожу, когда я впервые попал на борт, казался мне наиболее прямодушным из всей команды. Это была простая, открытая натура. Его честность и мужественность бросались в глаза, и в то же время он был очень скромен, почти робок. Однако робким его все же нельзя было назвать. Чувствовалось, что он способен отстаивать свои взгляды и обладает чувством собственного достоинства. Мне запомнилась моя первая встреча с ним и то, как он не пожелал, чтобы коверкали его фамилию. О нем и об этих его особенностях Луис высказался так (слова его звучали пророчеством):</p>
     <p>— Славный малый этот швед Джонсон, лучший матрос на баке. Он гребцом у нас на шлюпке. Но с Волком Ларсеном у него дойдет до беды, это как пить дать. Уж я-то знаю! Я вижу, как надвигается буря. Я говорил с Джонсоном по-братски, но он не желает тушить огни и вывешивать фальшивые сигналы. Чуть что не по нем, начинает ворчать, а на судне всегда найдется гад, который донесет на него. Волк силен, а эта волчья порода не терпит силы в других. Он видит, что и Джонсон силен и его не согнуть, — этот не станет благодарить и кланяться, если его обложат или влепят по морде. Эх, быть беде! Быть беде! И бог весть где я возьму тогда другого гребца! Вы знаете, что сделал этот дурак, когда старик назвал его «Ионсон». «Меня зовут Джонсон, сэр», — поправляет он капитана да еще начинает выговаривать это буква за буквой. Вы бы поглядели на старика!</p>
     <p>Я думал, он пристукнет его на месте. Ну, на этот раз он его не убил, но он еще обломает этого шведа, или я мало смыслю в том, что бывает у нас на море.</p>
     <p>Томас Магридж становится невыносим. Я должен величать его «мистер» и «сэр», прибавлять это к каждому слову. Обнаглел он так отчасти потому, что Волк Ларсен, по-видимому, к нему благоволит. Вообще это неслыханная вещь, на мой взгляд; чтобы капитан водил дружбу с коком, но таков каприз Волка Ларсена. Уже два или три раза случалось, что он просовывал голову в камбуз и принимался благодушно поддразнивать кока. А сегодня после обеда минут пятнадцать болтал с ним на юте. После этой беседы Магридж вернулся в камбуз, сияя и гадко ухмыляясь во весь рот, и за работой все время напевал себе под нос какие-то уличные песенки чудовищно гнусавым фальцетом.</p>
     <p>— Я умею ладить с начальством, — разоткровенничался он со мной. — Знаю, как себя с ним вести, и меня всюду ценят. Вот хотя бы с последним шкипером — я, когда хотел, запросто заходил к нему в каюту поболтать и пропустить стаканчик. «Магридж, — говорил он мне, — Магридж, а ведь ты ошибся в своем призвании!» «А что это за призвание?» — спрашиваю. «Ты должен был родиться джентльменом, чтобы тебе никогда не пришлось своим трудом зарабатывать на жизнь». Убей меня бог, Хэмп, если он не сказал так — слово в слово! А я слушаю его и сижу у него в каюте, как у себя дома, курю его сигары и пью его ром!</p>
     <p>Эта болтовня доводила меня до исступления. Никогда еще ничей голос не был мне так ненавистен. Масляный, вкрадчивый тон кока, его гаденькая улыбочка, его невероятное самомнение так действовали мне на нервы, что меня бросало в дрожь. Это была, безусловно, самая омерзительная личность, какую я когда-либо встречал. К тому же он был неописуемо нечистоплотен, а так как вся пища проходила через его руки, то я, мучимый брезгливостью, старался есть то, к чему он меньше прикасался.</p>
     <p>Мои руки, не привыкшие к грубой работе, доставляли мне много мучений. Грязь так въелась в кожу, что я не мог отмыть ее даже щеткой. Ногти почернели и обломались, на ладонях вскочили волдыри, а однажды, потеряв равновесие во время качки и привалившись к плите, я сильно обжег себе локоть. Колено тоже продолжало болеть. Опухоль держалась, и коленная чашечка все еще не стала на место. С утра до ночи я должен был ковылять по кораблю, и это отнюдь не приносило пользы моей искалеченной ноге. Я знал, что ей необходим отдых.</p>
     <p>Отдых! Раньше я не понимал по-настоящему значения этого слова. Ведь я всю свою жизнь отдыхал, сам того не сознавая. А теперь, если бы мне удалось посидеть полчасика, ничего не делая, не думая ни о чем, — это показалось бы мне величайшим блаженством на свете. Зато все это явилось для меня как бы откровением. Да, теперь я знаю, каково приходится трудовому люду! Мне и не снилось, что работа может быть так чудовищно тяжела. С половины шестого утра и до десяти вечера я раб всех и каждого и не имею ни минуты для себя, кроме тех кратких мгновений, которые удается урвать в конце вечерней вахты. Стоит мне залюбоваться на миг сверкающим на солнце морем или заглядеться, как один матрос бежит по бушприту, а другой карабкается наверх по вантам, и тотчас за моей спиной раздается ненавистный голос: «Эй, Хэмп! Ты что там рот разинул! Думаешь, не вижу?»</p>
     <p>В кубрике у охотников заметно растет недовольство, и я слышал, что Смок и Гендерсон подрались. Гендерсон самый опытный из охотников. Это флегматичный парень, и его трудно раскачать, но, верно, уж его раскачали, потому что Смок ходит с подбитым глазом и сегодня за ужином смотрел зверем.</p>
     <p>Перед ужином я был свидетелем жестокого зрелища, изобличающего грубость и черствость этих людей. В нашей команде есть новичок, по имени Гаррисон, неуклюжий деревенский парень, которого, должно быть, толкнула на это первое плавание жажда приключений. При слабом и часто меняющемся противном ветре шхуне приходится много лавировать. В таких случаях паруса переносят с одного борта на другой, а наверх посылают матроса — перенести фор-топсель. Гаррисон был наверху, когда шкот заело в блоке, через который он проходит на ноке гафеля. Насколько я понимаю, было два способа очистить шкот: либо спустить фок, что было сравнительно легко и не сопряжено с опасностью, либо добраться по дирик-фалу до нока гафеля — предприятие весьма рискованное.</p>
     <p>Иогансен приказал Гаррисону лезть по фалу. Всякому было ясно, что мальчишка трусит. Да и не мудрено — ведь ему предстояло подняться на восемьдесят футов над палубой, доверив свою жизнь тонким, колеблющимся снастям. При более ровном ветре опасность была бы не так велика, но «Призрак» качало на длинной волне, как скорлупку, и при каждом крене судна паруса хлопали и полоскались, а фалы то ослабевали, то вдруг натягивались рывком. Они могли стряхнуть с себя человека, как возница стряхивает муху с кнута.</p>
     <p>Гаррисон слышал приказ и понял, чего от него требуют, но все еще мешкал. Быть может, ему первый раз в жизни приходилось работать на мачте. Иогансен, который успел уже перенять манеру Волка Ларсена, разразился градом ругательств.</p>
     <p>— Будет, Иогансен! — оборвал его капитан. — На этом судне ругаюсь я, пора бы вам это понять. Если мне понадобится ваша помощь, я вам скажу.</p>
     <p>— Есть, сэр, — покорно отозвался помощник.</p>
     <p>В это время Гаррисон уже лез по фалам. Я смотрел на него из двери камбуза и видел, что он весь дрожит, словно в лихорадке. Он подвигался вперед очень медленно и осторожно. Его фигура четко вырисовывалась на яркой синеве неба и напоминала огромного паука, ползущего по тонкой нити паутины.</p>
     <p>Гаррисону приходилось взбираться вверх под небольшим уклоном, и дирик-фал, пропущенный через разные блоки на гафеле и на мачте, кое-где давал опору для рук и ног. Но беда была в том, что слабый и непостоянный ветер плохо наполнял паруса. Когда Гаррисон был уже на полпути к ноку гафеля, «Призрак» сильно качнуло, сначала в наветренную сторону, а потом обратно в ложбину между двумя валами. Гаррисон замер, крепко уцепившись за фал. Стоя внизу, на расстоянии восьмидесяти футов от него, я видел, как напряглись его мускулы в отчаянной борьбе за жизнь. Парус повис пустой, гафель закинуло, фал ослабел, и хотя все произошло мгновенно, я видел, как он прогнулся под тяжестью матроса. Потом гафель внезапно вернулся в прежнее положение, огромный парус, надуваясь, хлопнул так, словно выстрелили из пушки, а три ряда риф-штертов защелкали по парусине, создавая впечатление ружейной пальбы. Гаррисон, уцепившийся за фал, совершил головокружительный полет. Но полет этот внезапно прекратился. Фал натянулся, и это и был удар кнута, стряхивающий муху. Гаррисон не удержался. Одна рука его отпустила фал, другая секунду еще цеплялась, но только секунду. Однако в момент падения матрос каким-то чудом ухитрился зацепиться за снасти ногами и повис вниз головой. Изогнувшись, он снова ухватился руками за фал. Мало-помалу ему удалось восстановить прежнее положение, и он жалким комочком прилип к снастям.</p>
     <p>— Пожалуй, это отобьет у него аппетит к ужину, — услышал я голос Волка Ларсена, который появился из-за угла камбуза. — Полундра, Иогансен! Берегитесь! Сейчас начнется!</p>
     <p>И действительно, Гаррисону было дурно, как при морской болезни. Он висел, уцепившись за снасти, и не решался двинуться дальше. Но Иогансен не переставал яростно понукать его, требуя, чтобы он выполнил приказание.</p>
     <p>— Стыд и позор! — проворчал Джонсон медленно и с трудом, но правильно выговаривая английские слова. Он стоял у грот-вант в нескольких шагах от меня. — Малый и так старается. Научился бы понемногу. А это…</p>
     <p>Он умолк, прежде чем слово «убийство» сорвалось у него с языка.</p>
     <p>— Тише ты! — шепнул ему Луис. — Помалкивай, коли тебе жизнь не надоела!</p>
     <p>Но Джонсон не унимался и продолжал ворчать.</p>
     <p>— Послушайте, — сказал один из охотников, Стэндиш, обращаясь к капитану, — это мой гребец, я не хочу потерять его.</p>
     <p>— Ладно, Стэндиш, — последовал ответ. — Он гребец, когда он у вас на шлюпке, но на шхуне — он мой матрос, и я могу распоряжаться им, как мне заблагорассудится, черт подери!</p>
     <p>— Это еще не значит… — начал было снова Стэндиш.</p>
     <p>— Хватит! — огрызнулся Ларсен. — Я сказал, и точка. Это мой матрос, и я могу сварить из него суп и съесть, если пожелаю.</p>
     <p>Злой огонек сверкнул в глазах охотника, но он смолчал и направился к кубрику; остановившись на трапе, он взглянул вверх. Все матросы столпились теперь на палубе, все глаза были обращены туда, где шла борьба жизни со смертью. Черствость, бессердечие тех людей, которым современный промышленный строй предоставил власть над жизнью других, ужаснули меня. Мне, стоявшему всегда в стороне от житейского водоворота, даже на ум не приходило, что труд человека может быть сопряжен с такой опасностью. Человеческая жизнь всегда представлялась мне чем-то высоко священным, а здесь ее не ставили ни во что, здесь она была не больше как цифрой в коммерческих расчетах. Должен оговориться: матросы сочувствовали своему товарищу, взять к примеру того же Джонсона, но начальство — капитан и охотники — проявляли полное бессердечие и равнодушие. Ведь и Стэндиш вступился за матроса лишь потому, что не хотел потерять гребца. Будь это гребец с другой шлюпки, он отнесся бы к происшествию так же, как остальные, оно только позабавило бы его.</p>
     <p>Но вернемся к Гаррисону. Минут десять Иогансен всячески понукал и поносил несчастного и заставил его наконец двинуться с места. Матрос добрался все же до кока гафеля. Там он уселся на гафель верхом, и ему стало легче держаться. Он очистил шкот и мог теперь вернуться, спустившись по фалу к мачте. Но у него уже, как видно, не хватало духу. Он не решался променять свое опасное положение на еще более опасный спуск.</p>
     <p>Расширенными от страха глазами он поглядывал на тот путь, который ему предстояло совершить высоко в воздухе, потом переводил взгляд на палубу. Его трясло, как в лихорадке. Мне никогда еще не случалось видеть выражения такого смертельного испуга на человеческом лице. Тщетно Иогансен кричал ему, чтобы он спускался. Каждую минуту его могло сбросить с гафеля, но он прилип к нему, оцепенев от ужаса. Волк Ларсен прогуливался по палубе, беседуя со Смоком, и не обращал больше никакого внимания на Гаррисона, только раз резко окрикнул рулевого:</p>
     <p>— Ты сошел с курса, приятель. Смотри, получишь у меня!</p>
     <p>— Есть, сэр, — отвечал рулевой и немного повернул штурвал.</p>
     <p>Его провинность состояла в том, что он слегка отклонил шхуну от курса, чтобы слабый ветер мог хоть немного надуть паруса и удерживать их в одном положении. Этим он пытался помочь злополучному Гаррисону, рискуя навлечь на себя гнев Волка Ларсена.</p>
     <p>Время шло, и напряжение становилось невыносимым. Однако Томас Магридж находил это происшествие чрезвычайно забавным. Каждую минуту он высовывал голову из камбуза и отпускал шуточки. Как я ненавидел его! Моя ненависть к нему выросла за эти страшные минуты до исполинских размеров. Первый раз в жизни я испытывал желание убить человека. Я «жаждал крови», как выражаются некоторые наши писатели и любители пышных оборотов. Жизнь вообще, быть может, священна, но жизнь Томаса Магриджа представлялась мне чем-то презренным и нечестивым. Почувствовав жажду убийства, я испугался, и у меня мелькнула мысль: неужели грубость окружающей среды так на меня повлияла? Ведь не я ли всегда утверждал, что смертная казнь несправедлива и недопустима даже для самых закоренелых преступников?</p>
     <p>Прошло не меньше получаса, а затем я заметил, что Джонсон и Луис горячо о чем-то спорят. Спор кончился тем, что Джонсон отмахнулся от Луиса, который пытался его удержать, и направился куда-то. Он пересек палубу, прыгнул на фор-ванты и полез вверх. Это не ускользнуло от острого взора Волка Ларсена.</p>
     <p>— Эй, ты! Куда? — крикнул он.</p>
     <p>Джонсон остановился. Глядя в упор на капитана, он неторопливо ответил:</p>
     <p>— Хочу снять парня.</p>
     <p>— Спустись сию же минуту вниз, черт тебя дери! Слышишь? Вниз!</p>
     <p>Джонсон медлил, но многолетняя привычка подчиняться приказу пересилила, и, спустившись с мрачным видом на палубу, он ушел на бак.</p>
     <p>В половине шестого я направился в кают-компанию накрывать на стол, но почти не сознавал, что делаю. Я видел только раскачивающийся гафель и прилепившегося к нему бледного, дрожащего от страха матроса, похожего снизу на какую-то смешную козявку.</p>
     <p>В шесть часов, подавая обед и пробегая по палубе в камбуз, я видел Гаррисона все в том же положении. Разговор за столом шел о чем-то постороннем. Никого, по-видимому, не интересовала жизнь этого человека, подвергнутая смертельной опасности потехи ради. Однако немного позже, лишний раз сбегав в камбуз, я, к своей великой радости, увидел Гаррисона, который, шатаясь, брел от вант к люку на баке. Он наконец собрался с духом и спустился.</p>
     <p>Чтобы покончить с этим случаем, я должен вкратце передать свой разговор с Волком Ларсеном, — он заговорил со мной в кают-компании, когда я убирал посуду.</p>
     <p>— Что это у вас сегодня такой жалкий вид? — начал он. — В чем дело?</p>
     <p>Я видел, что он отлично понимает, почему я чувствую себя почти так же худо, как Гаррисон, но хочет вызвать меня на откровенность, и отвечал:</p>
     <p>— Меня расстроило жестокое обращение с этим малым.</p>
     <p>Он усмехнулся.</p>
     <p>— Это у вас нечто вроде морской болезни. Одни подвержены ей, другие — нет.</p>
     <p>— Что же тут общего? — возразил я.</p>
     <p>— Очень много общего, — продолжал он. — Земля так же полна жестокостью, как море — движением. Иные не переносят первой, другие — второго. Вот и вся причина.</p>
     <p>— Вы так издеваетесь над человеческой жизнью, неужели вы не придаете ей никакой цены? — спросил я.</p>
     <p>— Цены? Какой цены? — он посмотрел на меня, и я прочел циничную усмешку в его суровом пристальном взгляде. — О какой цене вы говорите? Как вы ее определите? Кто ценит жизнь?</p>
     <p>— Я ценю, — ответил я.</p>
     <p>— Как же вы ее цените? Я имею в виду чужую жизнь. Сколько она, по-вашему, стоит?</p>
     <p>Цена жизни! Как мог я определить ее? Привыкший ясно и свободно излагать свои мысли, я в присутствии Ларсена почему-то не находил нужных слов. Отчасти я объяснял себе это тем, что его личность подавляла меня, но главная причина крылась все же в полной противоположности наших воззрений. В спорах с другими материалистами я всегда мог хоть в чем-то найти общий язык, найти какую-то отправную точку, но с Волком Ларсеном у меня не было ни единой точки соприкосновения. Быть может, меня сбивала с толку примитивность его мышления: он сразу приступал к тому, что считал существом вопроса, отбрасывая все, казавшееся ему мелким и незначительным, и говорил так безапелляционно, что я терял почву под ногами. Цена жизни! Как мог я сразу, не задумываясь, ответить на такой вопрос? Жизнь священна — это я принимал за аксиому. Ценность ее в ней самой — это было столь очевидной истиной, что мне никогда не приходило в голову подвергать ее сомнению. Но когда Ларсен потребовал, чтобы я нашел подтверждение этой общеизвестной истине, я растерялся.</p>
     <p>— Мы с вами беседовали об этом вчера, — сказал он. — Я сравнивал жизнь с закваской, с дрожжевым грибком, который пожирает жизнь, чтобы жить самому, и утверждал, что жизнь — это просто торжествующее свинство. С точки зрения спроса и предложения жизнь самая дешевая вещь на свете. Количество воды, земли и воздуха ограничено, но жизнь, которая порождает жизнь, безгранична. Природа расточительна. Возьмите рыб с миллионами икринок. И возьмите себя или меня! В наших чреслах тоже заложены миллионы жизней. Имей мы возможность даровать жизнь каждой крупице заложенной в нас нерожденной жизни, мы могли бы стать отцами народов и населить целые материки. Жизнь? Пустое! Она ничего не стоит. Из всех дешевых вещей она самая дешевая. Она стучится во все двери. Природа рассыпает ее щедрой рукой. Где есть место для одной жизни, там она сеет тысячи, и везде жизнь пожирает жизнь, пока не остается лишь самая сильная и самая свинская.</p>
     <p>— Вы читали Дарвина, — заметил я. — Но вы превратно толкуете его, если думаете, что борьба за существование оправдывает произвольное разрушение вами чужих жизней.</p>
     <p>Он пожал плечами.</p>
     <p>— Вы, очевидно, имеете в виду лишь человеческую жизнь, так как зверей, и птиц, и рыб вы уничтожаете не меньше, чем я или любой другой человек. Но человеческая жизнь ничем не отличается от всякой прочей жизни, хотя вам и кажется, что это не так, и вы якобы видите какую-то разницу. Почему я должен беречь эту жизнь, раз она так дешево стоит и не имеет ценности? Для матросов не хватает кораблей на море, так же как для рабочих на суше не хватает фабрик и машин. Вы, живущие на суше, отлично знаете, что, сколько бы вы ни вытесняли бедняков на окраины, в городские трущобы, отдавая их во власть голода и эпидемий, и сколько бы их ни мерло из-за отсутствия корки хлеба и куска мяса (то есть той же разрушенной жизни), их еще остается слишком много, и вы не знаете, что с ними делать. Видели вы когда-нибудь, как лондонские грузчики дерутся, словно дикие звери, из-за возможности получить работу?</p>
     <p>Он направился к трапу, но обернулся, чтобы сказать еще что-то напоследок.</p>
     <p>— Видите ли, жизнь не имеет никакой цены, кроме той, какую она сама себе придает. И, конечно, она себя переоценивает, так как неизбежно пристрастна к себе. Возьмите хоть этого матроса, которого я сегодня держал на мачте. Он цеплялся за жизнь так, будто это невесть какое сокровище, драгоценнее всяких бриллиантов или рубинов. Имеет ли она для вас такую ценность? Нет. Для меня? Нисколько. Для него самого? Несомненно. Но я не согласен с его оценкой, он чрезмерно переоценивает себя. Бесчисленные новые жизни ждут своего рождения. Если бы он упал и разбрызгал свои мозги по палубе, словно мед из сотов, мир ничего не потерял бы от этого. Он не представляет для мира никакой ценности. Предложение слишком велико. Только в своих собственных глазах имеет он цену, и заметьте, насколько эта ценность обманчива, — ведь мертвый, он уже не сознавал бы этой потери. Только он один и ценит себя дороже бриллиантов и рубинов. И вот бриллианты и рубины пропадут, рассыплются по палубе, их смоют в океан ведром воды, а он даже не будет знать об их исчезновении. Он ничего не потеряет, так как с потерей самого себя утратит и сознание потери. Ну? Что вы скажете?</p>
     <p>— Что вы по крайней мере последовательны, — ответил я.</p>
     <p>Это было все, что я мог сказать, и я снова занялся мытьем тарелок.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <p>Наконец после трех дней переменных ветров мы поймали северо-восточный пассат. Я вышел на палубу, хорошо выспавшись, несмотря на боль в колене, и увидел, что «Призрак», пеня волны, летит, как на крыльях, под всеми парусами, кроме кливеров. В корму дул свежий ветер. Какое чудо эти мощные пассаты! Весь день мы шли вперед и всю ночь и так изо дня в день, а ровный и сильный ветер все время дул нам в корму. Шхуна сама летела вперед, и не нужно было выбирать и травить всевозможные снасти или переносить топселя, и матросам оставалось только нести вахту у штурвала. Вечерами, после захода солнца, шкоты немного потравливали, а по утрам, дав им просохнуть после росы, снова добирали, — и это было все.</p>
     <p>Наша скорость — десять, одиннадцать, иной раз двенадцать узлов. А попутный ветер все дует и дует с северо-востока, и мы за сутки покрываем двести пятьдесят миль. Меня и печалит и радует эта скорость, с которой мы удаляемся от Сан-Франциско и приближаемся к тропикам. С каждым днем становится все теплее. Во время второй вечерней полувахты матросы выходят на палубу, раздеваются и окатывают друг друга морской водой. Начинают появляться летучие рыбы, и ночью вахтенные ползают по палубе, ловя тех, что падают к нам на шхуну. А утром, если удается подкупить Магриджа, из камбуза несется приятный запах жареной рыбы. Порой все лакомятся мясом дельфина, когда Джонсону посчастливится поймать с бушприта одного из этих красавцев.</p>
     <p>Джонсон проводит там все свое свободное время или же заберется на салинг и смотрит, как «Призрак», гонимый пассатом, рассекает воду. Страсть и упоение светятся в его взгляде, он ходит, как в трансе, восхищенно поглядывая на раздувающиеся паруса, на пенистый след корабля, на его свободный бег по высоким волнам, которые движутся вместе с нами величавой процессией.</p>
     <p>Дни и ночи — «чудо и неистовый восторг», и хотя нудная работа поглощает все мое время, я все же стараюсь улучить минутку, чтобы полюбоваться этой бесконечной торжествующей красотой, о существовании которой никогда прежде и не подозревал. Над нами синее, безоблачное небо, повторяющее оттенки моря, которое под форштевнем блестит и отливает, как голубой атлас. По горизонту протянулись легкие, перистые облачка, неизменные, неподвижные, точно серебряная оправа яркого бирюзового свода.</p>
     <p>Надолго запомнилась мне одна ночь, когда; забыв про сон, лежал я на полубаке и смотрел на переливчатую игру пены, бурлившей у форштевня. До меня долетали звуки, напоминавшие журчание ручейка по мшистым камням в тихом, уединенном ущелье. Они убаюкивали, уносили куда-то далеко, заставляя забыть, что я — юнга «Хэмп», бывший некогда Хэмфри Ван-Вейденом, который тридцать пять лет своей жизни просидел над книгами. Меня вернул к действительности голос Волка Ларсена, как всегда сильный и уверенный, но с необычайной мягкостью и затаенным восторгом произносивший такие слова:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Южных звезд искристый свет,<a l:href="#n_153" type="note">[153]</a> за кормой сребристый след,</v>
       <v>Как дорога в небосвод.</v>
       <v>Киль взрезает пену воли, парус ровным ветром поли.</v>
       <v>Кит дробит сверканье вод.</v>
       <v>Снасти блещут росой по утрам,</v>
       <v>Солнце сушит обшивку бортов.</v>
       <v>Перед нами путь, путь, знакомый нам, —</v>
       <v>Путь на юг, старый друг, он для нас вечно нов!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Ну как, Хэмп? Нравится вам это? — спросил он меня, помолчав, как того требовали стихи и обстановка.</p>
     <p>Я взглянул на него. Лицо его было озарено светом, как само море, и глаза сверкали.</p>
     <p>— Меня поражает, что вы способны на такой энтузиазм, — холодно отвечал я.</p>
     <p>— Почему же? Это говорит во мне жизнь! — воскликнул он.</p>
     <p>— Дешевая вещь, не имеющая никакой цены, — напомнил я ему его слова.</p>
     <p>Он рассмеялся, и я впервые услышал в его голосе искреннее веселье.</p>
     <p>— Эх, никак не заставишь вас понять, никак не втолкуешь вам, что это за штука — жизнь! Конечно, она имеет цену только для себя самой. И могу сказать вам, что моя жизнь сейчас весьма ценна… для меня. Ей прямо нет цены, хотя вы скажете, что я очень ее переоцениваю. Но что поделаешь, моя жизнь сама определяет себе цену.</p>
     <p>Он помолчал — казалось, он подыскивает слова, чтобы высказать какую-то мысль, — потом заговорил снова:</p>
     <p>— Видите ли, я испытываю сейчас удивительный подъем духа. Словно все времена звучат во мне и все силы принадлежат мне. Словно мне открылась истина, и я могу отличить добро от зла, правду от лжи и взором проникнуть в даль. Я почти готов поверить в бога. Но, — голос его изменился и лицо потемнело, — почему я в таком состоянии? Откуда эта радость жизни? Это упоение жизнью? Этот — назовем его так — подъем? Все это бывает просто от хорошего пищеварения, когда у человека желудок в порядке, аппетит исправный и весь организм хорошо работает. Это — брожение закваски, шампанское в крови, это обман, подачка, которую бросает нам жизнь, внушая одним высокие мысли, а других заставляя видеть бога или создавать его, если они не могут его видеть. Вот и все: опьянение жизни, бурление закваски, бессмысленная радость жизни, одурманенной сознанием, что она бродит, что она жива. Но увы! Завтра я буду расплачиваться за это, завтра для меня, как для запойного пьяницы, наступит похмелье. Завтра я буду помнить, что я должен умереть и, вероятнее всего, умру в плавании; что я перестану бродить в самом себе, стану частью брожения моря; что я буду гнить; что я сделаюсь падалью; что сила моих мускулов перейдет в плавники и чешую рыб. Увы! Шампанское выдохлось. Вся игра ушла из него, и оно потеряло свой вкус.</p>
     <p>Он покинул меня так же внезапно, как и появился, спрыгнув на палубу мягко и бесшумно, словно тигр.</p>
     <p>«Призрак» продолжал идти своим путем. Пена бурлила у форштевня, но мне чудились теперь звуки, похожие на сдавленный хрип. Я прислушивался к ним, и мало-помалу впечатление, которое произвел на меня внезапный переход Ларсена от экстаза к отчаянию, ослабело.</p>
     <p>Вдруг какой-то матрос на палубе звучным тенором затянул «Песнь пассата»:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Я ветр, любезный морякам,</v>
       <v>Я свеж, могуч.</v>
       <v>Они следят по небесам</v>
       <v>Мой лет средь туч.</v>
       <v>И я бегу за кораблем</v>
       <v>Вернее пса.</v>
       <v>Вздуваю ночью я и днем</v>
       <v>Все паруса.</v>
      </stanza>
     </poem>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <p>Иногда Волк Ларсен кажется мне просто сумасшедшим или во всяком случае не вполне нормальным— столько у него странностей и диких причуд. Иногда же я вижу в нем задатки великого человека, гения, оставшиеся в зародыше. И наконец, в чем я совершенно убежден, так это в том, что он ярчайший тип первобытного человека, опоздавшего родиться на тысячу лет или поколений, живой анахронизм в наш век высокой цивилизации. Бесспорно, он законченный индивидуалист и, конечно, очень одинок. Между ним и всем экипажем нет ничего общего. Его необычайная физическая сила и сила его личности отгораживают его от других. Он смотрит на них, как на детей — не делает исключения даже для охотников, — и обращается с ними, как с детьми, заставляя себя спускаться до их уровня и порой играя с ними, словно со щенками. Иногда же он исследует их суровой рукой вивисектора и копается в их душах, как бы желая понять, из какого теста они слеплены.</p>
     <p>За столом я десятки раз наблюдал, как он, холодно и пристально глядя на кого-нибудь из охотников, принимался оскорблять его, а затем с таким любопытством ждал от него ответа, вернее вспышки бессильного гнева, что мне, стороннему наблюдателю, понимавшему, в чем тут дело, становилось смешно. Когда же он сам впадает в ярость, она кажется мне напускной. Я уверен, что это только манера держаться, сознательно усвоенная им по отношению к окружающим, и он просто пользуется ею для своих экспериментов. После смерти его помощника я в сущности ни разу больше не видел Ларсена по-настоящему разгневанным да, признаться, и не желал бы увидеть, как вырвется наружу вся его чудовищная сила.</p>
     <p>Раз уж зашла речь о его прихотях, я расскажу о том, что случилось с Томасом Магриджем в кают-компании, а заодно покончу и с тем происшествием, о котором уже как-то упоминал.</p>
     <p>Однажды после обеда я заканчивал уборку кают-компании, как вдруг по трапу спустились Волк Ларсен и Томас Магридж. Хотя конура кока примыкала к кают-компании, он никогда не смел задерживаться здесь и робкой тенью поспешно проскальзывал мимо два-три раза в день.</p>
     <p>— Так, значит, ты играешь в «наполеон»? — довольным тоном произнес Волк Ларсен. — Ну, разумеется, ты же англичанин. Я сам научился этой игре на английских кораблях.</p>
     <p>Этот жалкий червяк, Томас Магридж, был на седьмом небе оттого, что капитан разговаривает с ним по-приятельски, но все его ужимки и мучительные старания держаться с достоинством и разыгрывать из себя человека, рожденного для лучшей жизни, могли вызвать только омерзение и смех. Мое присутствие он совершенно игнорировал, впрочем, ему и на самом деле было не до меня. Его водянистые, выцветшие глаза сияли, и у меня не хватает фантазии вообразить себе, какие блаженные видения носились перед его взором.</p>
     <p>— Подай карты, Хэмп, — приказал мне Волк Ларсен, когда они уселись за стол. — И принеси виски и сигары— достань из ящика у меня под койкой.</p>
     <p>Когда я вернулся в кают-компанию, кок уже туманно распространялся о какой-то тайне, связанной с его рождением, намекая что он — сбившийся с пути сын благородных родителей или что-то в этом роде и его удалили из Англии и даже платят ему деньги за то, чтобы он не возвращался. «Хорошие деньги платят, — пояснил он, — лишь бы там моим духом не пахло».</p>
     <p>Я принес было рюмки, но Волк Ларсен нахмурился, покачал головой и жестом показал, чтобы я подал стаканы. Он наполнил их на две трети неразбавленным виски — «джентльменским напитком», как заметил Томас Магридж, — и, чокнувшись во славу великолепной игры «нап», они закурили сигары и принялись тасовать и сдавать карты.</p>
     <p>Они играли на деньги, все время увеличивая ставки, и пили виски, а когда выпили все, капитан велел принести еще. Я не знаю, передергивал ли Волк Ларсен — он был вполне способен на это, — но, так или иначе, он неизменно выигрывал. Кок снова и снова отправлялся к своей койке за деньгами. При этом он страшно фанфаронил, но никогда не приносил больше нескольких долларов зараз. Он осовел, стал фамильярен, плохо разбирал карты и едва не падал со стула. Собираясь в очередной раз отправиться к себе в каморку, он грязным указательным пальцем зацепил Волка Ларсена за петлю куртки и тупо забубнил:</p>
     <p>— У меня есть денежки, есть! Говорю вам: я сын джентльмена.</p>
     <p>Волк Ларсен не пьянел, хотя пил стакан за стаканом; он наливал себе виски ничуть не меньше, чем коку, и все же я не замечал в нем ни малейшей перемены. Выходки Магриджа, по-видимому, даже не забавляли его.</p>
     <p>В конце концов, торжественно заявив, что и проигрывать он умеет, как джентльмен, кок поставил последние деньги и проиграл. После этого он заплакал, уронив голову на руки. Волк Ларсен с любопытством поглядел на него, словно собираясь одним ударом скальпеля вскрыть и исследовать его душу, но, как видно, раздумал, сообразив, что здесь и исследовать-то, собственно говоря, нечего.</p>
     <p>— Хэмп, — с подчеркнутой вежливостью обратился он ко мне, — будьте добры, возьмите мистера Магриджа под руку и отведите на палубу. Он себя неважно чувствует. И скажите Джонсону, чтобы они там угостили его двумя-тремя ведрами морской воды, — добавил он, понизив голос.</p>
     <p>Я оставил кока на палубе в руках нескольких ухмыляющихся матросов, которых Джонсон позвал на подмогу. Мистер Магридж сонно бормотал, что он «сын джентльмена». Спускаясь по трапу убрать в кают-компании со стола, я услыхал, как он завопил от первого ведра.</p>
     <p>Волк Ларсен подсчитывал свой выигрыш.</p>
     <p>— Ровно сто восемьдесят пять долларов, — произнес он вслух. — Так я и думал. Бродяга явился на борт без гроша в кармане.</p>
     <p>— И то, что вы выиграли, принадлежит мне, сэр, — смело заявил я.</p>
     <p>Он удостоил меня насмешливой улыбкой.</p>
     <p>— Я ведь тоже изучал когда-то грамматику, Хэмп, и мне кажется, что вы путаете времена глагола. Вы должны были сказать «принадлежало».</p>
     <p>— Это вопрос не грамматики, а этики, — возразил я.</p>
     <p>— Знаете ли вы, Хэмп, — медленно и серьезно начал он с едва уловимой грустью в голосе, — что я первый раз в жизни слышу слово «этика» из чьих-то уст? Вы и я — единственные люди на этом корабле, знающие смысл этого слова.</p>
     <p>— В моей жизни была пора, — продолжал он после новой паузы, — когда я мечтал беседовать с людьми, говорящими таким языком, мечтал, что когда-нибудь я поднимусь над той средой, из которой вышел, и буду общаться с людьми, умеющими рассуждать о таких вещах, как этика. И вот теперь я в первый раз услышал это слово. Но это все между прочим. А по существу вы не правы. Это вопрос не грамматики и не этики, а факта.</p>
     <p>— Понимаю, — сказал я, — факт тот, что деньги у вас.</p>
     <p>Его лицо просветлело. По-видимому, он остался доволен моей сообразительностью.</p>
     <p>— Но вы обходите основной вопрос, — продолжал я, — который лежит в области права.</p>
     <p>— Вот как! — отозвался он, презрительно скривив губы. — Я вижу, вы все еще верите в такие вещи, как «право» и «бесправие», «добро» и «зло».</p>
     <p>— А вы не верите? Совсем?</p>
     <p>— Ни на йоту. Сила всегда права. И к этому все сводится. А слабость всегда виновата. Или лучше сказать так: быть сильным — это добро, а быть слабым — зло. И еще лучше даже так: сильным быть приятно потому, что это выгодно, а слабым быть неприятно, так как это невыгодно. Вот, например: владеть этими деньгами приятно. Владеть ими — добро. И потому, имея возможность владеть ими, я буду несправедлив к себе и к жизни во мне, если отдам их вам и откажусь от удовольствия обладать ими.</p>
     <p>— Но вы причиняете мне зло, удерживая их у себя, — возразил я.</p>
     <p>— Ничего подобного! Человек не может причинить другому зло. Он может причинить зло только себе самому. Я убежден, что поступаю дурно всякий раз, когда соблюдаю чужие интересы. Как вы не понимаете? Могут ли две частицы дрожжей обидеть одна другую при взаимном пожирании? Стремление пожирать и стремление не дать себя пожрать заложено в них природой. Нарушая этот закон, они впадают в грех.</p>
     <p>— Так вы не верите в альтруизм? — спросил я.</p>
     <p>Слово это, по-видимому, показалось ему знакомым, но заставило задуматься.</p>
     <p>— Погодите, это, кажется, что-то относительно содействия друг другу?</p>
     <p>— Пожалуй, некоторая связь между этими понятиями существует, — ответил я, не удивляясь пробелу в его словаре, так как своими познаниями он был обязан только чтению и самообразованию. Никто не руководил его занятиями. Он много размышлял, но ему мало приходилось беседовать. — Альтруистическим поступком мы называем такой, который совершается для блага других. Это бескорыстный поступок в противоположность эгоистическому.</p>
     <p>Он кивнул головой.</p>
     <p>— Так, так! Теперь я припоминаю. Это слово попадалось мне у Спенсера.</p>
     <p>— У Спенсера?! — воскликнул я. — Неужели вы читали его?</p>
     <p>— Читал немного, — ответил он. — Я, кажется, неплохо разобрался в «Основных началах», но на «Основаниях биологии» мои паруса повисли, а на «Психологии» я и совсем попал в мертвый штиль. Сказать по правде, я не понял, куда он там гнет. Я приписал это своему скудоумию, но теперь знаю, что мне просто не хватало подготовки. У меня не было соответствующего фундамента. Только один Спенсер да я знаем, как я бился над этими книгами. Но из «Показателей этики» я кое-что извлек. Там-то я и встретился с этим самым «альтруизмом» и теперь припоминаю, в каком смысле это было сказано.</p>
     <p>«Что мог извлечь этот человек из работ Спенсера?»— подумал я. Достаточно хорошо помня учение этого философа, я знал, что альтруизм лежит в основе его идеала человеческого поведения. Очевидно, Волк Ларсен брал из его учения то. что отвечало его собственным потребностям и желаниям, отбрасывая все, что казалось ему лишним.</p>
     <p>— Что же еще вы там вычитали? — спросил я.</p>
     <p>Он сдвинул брови, видимо, подбирая слова для выражения своих мыслей, остававшихся до сих пор не высказанными. Я чувствовал себя приподнято. Теперь я старался проникнуть в его душу, подобно тому как он привык проникать в души других. Я исследовал девственную область. И странное — странное и пугающее — зрелище открывалось моему взору.</p>
     <p>— Коротко говоря, — начал он, — Спенсер рассуждает так: прежде всего человек должен заботиться о собственном благе. Поступать так — нравственно и хорошо. Затем, он должен действовать на благо своих детей. И, в-третьих, он должен заботиться о благе человечества.</p>
     <p>— Но наивысшим, самым разумным и правильным образом действий, — вставил я, — будет такой, когда человек заботится одновременно и о себе, и о своих детях, и обо всем человечестве.</p>
     <p>— Этого я не сказал бы, — отвечал он. — Не вижу в этом ни необходимости, ни здравого смысла. Я исключаю человечество и детей. Ради них я ничем не поступился бы. Это все слюнявые бредни — во всяком случае для того, кто не верит в загробную жизнь, — и вы сами должны это понимать. Верь я в бессмертие, альтруизм был бы для меня выгодным занятием. Я мог бы черт знает как возвысить свою душу. Но, не видя впереди ничего вечного, кроме смерти, и имея в своем распоряжении лишь короткий срок, пока во мне шевелятся и бродят дрожжи, именуемые жизнью, я поступал бы безнравственно, принося какую бы то ни было жертву. Всякая жертва, которая лишила бы меня хоть мига брожения, была бы не только глупа, но и безнравственна по отношению к самому себе. Я не должен терять ничего, обязан как можно лучше использовать свою закваску. Буду ли я приносить жертвы или стану заботиться только о себе в тот отмеренный мне срок, пока я составляю частицу дрожжей и ползаю по земле, — от этого ожидающая меня вечная неподвижность не будет для меня ни легче, ни тяжелее.</p>
     <p>— В таком случае вы индивидуалист, материалист и, естественно, гедонист.</p>
     <p>— Громкие слова! — улыбнулся он. — Но что такое «гедонист»?</p>
     <p>Выслушав мое определение, он одобрительно кивнул головой.</p>
     <p>— А кроме того, — продолжал я, — вы такой человек, которому нельзя доверять даже в мелочах, как только к делу примешиваются личные интересы.</p>
     <p>— Вот теперь вы начинаете понимать меня, — обрадованно сказал он.</p>
     <p>— Так вы человек, совершенно лишенный того, что принято называть моралью?</p>
     <p>— Совершенно.</p>
     <p>— Человек, которого всегда надо бояться?</p>
     <p>— Вот это правильно.</p>
     <p>— Бояться, как боятся змеи, тигра или акулы?</p>
     <p>— Теперь вы знаете меня, — сказал он. — Знаете меня таким, каким меня знают все. Ведь меня называют Волком.</p>
     <p>— Вы — чудовище, — бесстрашно заявил я, — Калибан,<a l:href="#n_154" type="note">[154]</a> который размышлял о Сетебосе<a l:href="#n_155" type="note">[155]</a> и поступал, подобно вам, под влиянием минутного каприза.</p>
     <p>Он не понял этого сравнения и нахмурился; я увидел, что он, должно быть, не читал этой поэмы.</p>
     <p>— Я сейчас как раз читаю Браунинга, — признался Ларсен, — да что-то туго подвигается. Еще недалеко ушел, а уже изрядно запутался.</p>
     <p>Ну, короче, я сбегал к нему в каюту за книжкой и прочел ему «Калибана» вслух. Он был восхищен. Этот упрощенный взгляд на вещи и примитивный способ рассуждения был вполне доступен его пониманию. Время от времени он вставлял замечания и критиковал недостатки поэмы. Когда я кончил, он заставил меня перечесть ему поэму во второй и в третий раз, после чего мы углубились в спор — о философии, науке, эволюции, религии. Его рассуждения отличались неточностью, свойственной самоучке, и безапелляционной прямолинейностью, присущей первобытному уму. Но в. самой примитивности его суждений была сила, и его примитивный материализм был куда убедительнее тонких и замысловатых материалистических построений Чарли Фэрасета. Этим я не хочу сказать, что он переубедил меня, закоренелого или, как выражался Фэрасет, «прирожденного» идеалиста.</p>
     <p>Но Волк Ларсен штурмовал устои моей веры с такой силой, которая невольно внушала уважение, хотя и не могла меня поколебать.</p>
     <p>Время шло. Пора было ужинать, а стол еще не был накрыт. Я начал проявлять беспокойство, и когда Томас Магридж, злой и хмурый, как туча, заглянул в кают-компанию, я встал, собираясь приступить к своим обязанностям. Но Волк Ларсен крикнул Магриджу:</p>
     <p>— Кок, сегодня тебе придется похлопотать самому, Хэмп нужен мне. Обойдись без него.</p>
     <p>И снова произошло нечто неслыханное. В этот вечер я сидел за столом с капитаном и охотниками, а Томас Магридж прислуживал нам, а потом мыл посуду. Это была калибановская прихоть Волка Ларсена, и она сулила мне много неприятностей. Но пока что мы с ним говорили и говорили без конца, к великому неудовольствию охотников, не понимавших ни слова.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <p>Три дня, три блаженных дня, отдыхал я, проводя все свое время в обществе Волка Ларсена. Я ел за столом в кают-компании и только и делал, что беседовал с капитаном о жизни, литературе и законах мироздания. Томас Магридж рвал и метал, но исполнял за меня всю работу.</p>
     <p>— Берегись шквала! Больше я тебе ничего не скажу, — предостерег меня Луис, когда мы на полчаса остались с ним вдвоем на палубе. Волк Ларсен улаживал в это время очередную ссору между охотниками. — Никогда нельзя сказать наперед, что может случиться, — продолжал Луис в ответ на мой недоуменный вопрос. — Старик изменчив, как ветры и морские течения. Никогда не угадаешь, что он может выкинуть. Тебе кажется, что ты уже знаешь его, что ты хорошо с ним ладишь, а он тут-то как раз и повернет, кинется на тебя и разнесет в клочья твои паруса, которые ты поставил в расчете на хорошую погоду.</p>
     <p>Поэтому я не был особенно удивлен, когда предсказанный Луисом шквал налетел на меня. Между мной и капитаном произошел горячий спор — о жизни, конечно; и, не в меру расхрабрившись, я начал осуждать самого Волка Ларсена и его поступки. Должен сказать, что я вскрывал и выворачивал наизнанку его душу так же основательно, как он привык проделывать это с другими. Признаюсь, речь моя вообще резка. А тут я отбросил всякую сдержанность, колол и хлестал Ларсена, пока он не рассвирепел. Бронзовое лицо его потемнело от гнева, глаза сверкнули. В них уже не было ни проблеска сознания — ничего, кроме слепой, безумной ярости. Я видел перед собой волка, и притом волка бешеного.</p>
     <p>С глухим возгласом, похожим на рев, он прыгнул ко мне и схватил меня за руку. Я собрался с духом и взглянул ему прямо в глаза, хотя меня пробирала дрожь. Но чудовищная сила этого человека сломила мою волю. Он держал меня за руку выше локтя, и, когда он сжал пальцы, я пошатнулся и вскрикнул от боли. Ноги у меня подкосились, я не в силах был терпеть эту пытку. Мне казалось, что рука моя будет сейчас раздавлена.</p>
     <p>Внезапно Ларсен пришел в себя, в глазах его снова засветилось сознание, и он отпустил мою руку с коротким смешком, напоминавшим рычание. Сразу обессилев, я повалился на пол, а он сел, закурил сигару и стал наблюдать за мной, как кошка, стерегущая мышь. Корчась на полу от боли, я уловил в его глазах любопытство, которое не раз уже подмечал в них, — любопытство, удивление и вопрос: к чему все это?</p>
     <p>Кое-как встав на ноги, я поднялся по трапу. Пришел конец хорошей погоде, и не оставалось ничего другого, как вернуться в камбуз. Левая рука у меня онемела, словно парализованная, и в течение нескольких дней я почти ею не владел, а скованность и боль чувствовались в ней еще много недель спустя. Между тем Ларсен просто схватил ее и сжал. Он не ломал и не вывертывал мне руку. Он только стиснул ее пальцами.</p>
     <p>Что мне грозило, я понял лишь на другой день, когда он просунул голову в камбуз и, в знак возобновления дружбы, осведомился, не болит ли у меня рука.</p>
     <p>— Могло кончиться хуже! — усмехнулся он.</p>
     <p>Я чистил картофель. Ларсен взял в руку картофелину. Она была большая, твердая, неочищенная. Он сжал кулак, и жидкая кашица потекла у него между пальцами. Он бросил в чан то, что осталось у него в кулаке, повернулся и ушел. А мне стало ясно, во что превратилась бы моя рука, если бы это чудовище применило всю свою силу.</p>
     <p>Однако трехдневный покой как-никак пошел мне на пользу. Колено мое получило наконец необходимый отдых, и опухоль заметно спала, а коленная чашечка стала на место. Однако эти три дня отдыха принесли мне и неприятности, которые я предвидел. Томас Магридж явно старался заставить меня расплатиться за полученный отдых сполна. Он злобствовал, бранился на чем свет стоит и взваливал на меня свою работу. Раз даже он замахнулся на меня кулаком. Но я уже и сам озверел и огрызнулся так свирепо, что он струсил и отступил. Мало привлекательную, должно быть, картину представлял я, Хэмфри Ван-Вейден, в эту минуту. Я сидел в углу вонючего камбуза, скорчившись над своей работой, а этот негодяй стоял передо мной и угрожал мне кулаком. Я глядел на него, ощерившись, как собака, сверкая глазами, в которых беспомощность и страх смешивались с мужеством отчаяния. Не нравится мне эта картина. Боюсь, что я был очень похож на затравленную крысу. Но кое-чего я все же достиг — занесенный кулак не опустился на меня.</p>
     <p>Томас Магридж попятился. В глазах его светилась такая же ненависть и злоба, как и в моих. Мы были словно два зверя, запертые в одной клетке и злобно скалящие друг на друга зубы. Магридж был трус и боялся ударить меня потому, что я не слишком оробел перед ним. Тогда он придумал другой способ застращать меня. В кухне был всего один более или менее исправный нож. От долгого употребления лезвие его стало узким и тонким. Этот нож имел необычайно зловещий вид, и первое время я всегда с содроганием брал его в руки. Кок взял у Иогансена оселок и принялся с подчеркнутым рвением точить этот нож, многозначительно поглядывая на меня. Он точил его весь день. Чуть у него выдавалась свободная минутка, он хватал нож и принимался точить его. Лезвие ножа приобрело остроту бритвы. Он пробовал его на пальце и ногтем. Он сбривал волоски у себя с руки, прищурив глаз, глядел вдоль лезвия и снова и снова делал вид, что находит в нем какой-то изъян. И опять доставал оселок и точил, точил, точил…</p>
     <p>В конце концов меня начал разбирать смех — все это было слишком нелепо.</p>
     <p>Но дело могло принять серьезный оборот. Кок и в самом деле готов был пустить этот нож в ход. Я понимал, что он, подобно мне, способен совершить отчаянный поступок, именно в силу своей трусости и вместе с тем вопреки ей.</p>
     <p>«Магридж точит нож на Хэмпа», — переговаривались между собой матросы, а некоторые стали поднимать кока на смех. Он сносил насмешки спокойно и только покачивал головой с таинственным и даже довольным видом, пока бывший юнга Джордж Лич не позволил себе какую-то грубую шутку на его счет.</p>
     <p>Надо сказать, что Лич был в числе тех матросов, которые получили приказание окатить Магриджа водой после его игры в карты с капитаном. Очевидно, кок не забыл, с каким рвением исполнил Лич свою задачу. Когда Лич задел кока, тот ответил грубой бранью, прошелся насчет предков матроса и пригрозил ему ножом, отточенным для расправы со мной. Лич не остался в долгу, и, прежде чем мы успели опомниться, его правая рука окрасилась кровью от локтя до кисти. Кок отскочил с сатанинским выражением лица, выставив перед собой нож для защиты. Но Лич отнесся к происшедшему невозмутимо, хотя из его рассеченной руки хлестала кровь.</p>
     <p>— Я посчитаюсь с тобой, кок, — сказал он, — и крепко посчитаюсь. Спешить не стану. Я разделаюсь с тобой, когда ты будешь без ножа.</p>
     <p>С этими словами он повернулся и ушел. Лицо Магриджа помертвело от страха перед содеянным им и перед неминуемой местью со стороны Лича. Но на меня он с этой минуты озлобился пуще прежнего. Несмотря на весь его страх перед грозившей ему расплатой, он понимал, что для меня это был наглядный урок, и совсем обнаглел. К тому же при виде пролитой им крови в нем проснулась жажда убийства, граничившая с безумием. Как ни сложны подобные психические переживания, все побуждения этого человека были для меня ясны, — я читал в его душе, как в раскрытой книге.</p>
     <p>Шли дни. «Призрак» по-прежнему пенил воду, подгоняемый попутным пассатом, а я наблюдал, как безумие зреет в глазах Томаса Магриджа. Признаюсь, мной овладевал страх, отчаянный страх. Целыми днями кок все точил и точил свой нож. Пробуя пальцем лезвие ножа, он посматривал на меня, и глаза его сверкали, как у хищного зверя. Я боялся повернуться к нему спиной и, пятясь, выходил из камбуза, что чрезвычайно забавляло матросов и охотников, нарочно собиравшихся поглядеть на этот спектакль. Постоянное, невыносимое напряжение измучило меня; порой мне казалось, что рассудок мой мутится. Да и не мудрено было сойти с ума на этом корабле, среди безумных и озверелых людей. Каждый час, каждую минуту моя жизнь подвергалась опасности. Моя душа вечно была в смятении, но на всем судне не нашлось никого, кто выказал бы мне сочувствие и пришел бы на помощь. Порой я подумывал обратиться к заступничеству Волка Ларсена, но мысль о дьявольской усмешке в его глазах, выражавших презрение к жизни, останавливала меня. Временами меня посещала мысль о самоубийстве, и мне понадобилась вся сила моей оптимистической философии, чтобы как-нибудь темной ночью не прыгнуть за борт.</p>
     <p>Волк Ларсен несколько раз пытался втянуть меня в спор, но я отделывался лаконическими ответами и старался избегать его. Наконец он приказал мне снова занять место за столом в кают-компании и предоставить коку исполнять за меня мою работу. Тут я высказал ему все начистоту, рассказал, что пришлось мне вытерпеть от Томаса Магриджа в отместку за те три дня, когда я ходил в фаворитах.</p>
     <p>Волк Ларсен посмотрел на меня с усмешкой.</p>
     <p>— Так вы боитесь его? — спросил он.</p>
     <p>— Да, — честно признался я, — мне страшно.</p>
     <p>— Вот и все вы такие, — с досадой воскликнул он, — разводите всякие антимонии насчет ваших бессмертных душ, а сами боитесь умереть! При виде острого ножа в руках труса вы судорожно цепляетесь за жизнь, и весь этот вздор вылетает у вас из головы. Как же так, милейший, ведь вы будете жить вечно? Вы — бог, а бога нельзя убить. Кок не может причинить вам зла — вы же уверены, что вам предстоит воскреснуть. Чего же вы боитесь?</p>
     <p>Ведь перед вами вечная жизнь. Вы же миллионер в смысле бессмертия, притом миллионер, которому не грозит потерять свое состояние, так как оно долговечнее звезд и безгранично, как пространство и время. Вы не можете растратить свой основной капитал. Бессмертие не имеет ни начала, ни конца. Вечность есть вечность, и, умирая здесь, вы будете жить и впредь в другом месте. И как это прекрасно — освобождение от плоти и свободный взлет духа! Кок не может причинить вам зла. Он может только подтолкнуть вас на тот путь, по которому вам суждено идти вечно.</p>
     <p>А если у вас нет пока охоты отправляться на небеса, почему бы вам не отправить туда кока? Согласно вашим воззрениям, он тоже миллионер бессмертия. Вы не можете довести его до банкротства. Его акции всегда будут котироваться аль-пари. Убив его, вы не сократите срока его жизни, так как эта жизнь не имеет ни начала, ни конца. Где-то, как-то, но этот человек должен жить вечно. Так отправьте его на небо! Пырните его ножом и выпустите его дух на свободу. Этот дух томится в отвратительной тюрьме, и вы только окажете ему любезность, взломав ее двери. И, кто знает, быть может, прекраснейший дух воспарит в лазурь из этой уродливой оболочки. Так всадите в кока нож, и я назначу вас на его место, а ведь он получает сорок пять долларов в месяц!</p>
     <p>Нет! От Волка Ларсена не приходилось ждать ни помощи, ни сочувствия! Я мог надеяться только на себя, и отвага отчаяния подсказала мне план действий: я решил бороться с Томасом Магриджем его же оружием и занял у Иогансена точило.</p>
     <p>Луис, рулевой одной из шлюпок, как-то просил меня достать ему сгущенного молока и сахару. Кладовая, где хранились эти деликатесы, была расположена под полом кают-компании. Улучив минуту, я стянул пять банок молока и ночью, когда Луис стоял на вахте, выменял у него на это молоко тесак, такой же длинный и страшный, как кухонный нож Томаса Магриджа. Тесак был заржавленный и тупой, но мы с Луисом привели его в порядок: я вертел точило, а Луис правил лезвие. В эту ночь я спал крепче и спокойнее, чем обычно.</p>
     <p>Утром, после завтрака, Томас Магридж опять принялся за свое: чирк, чирк, чирк. Я с опаской глянул на него, так как стоял в это время на коленях, выгребая из плиты золу. Выбросив ее за борт, я вернулся в камбуз; кок разговаривал с Гаррисоном, — открытое, простодушное лицо матроса выражало изумление.</p>
     <p>— Да! — рассказывал Магридж. — И что же сделал судья? Засадил меня на два года в Рэдингскую тюрьму. А мне было наплевать, я зато хорошо разукрасил рожу этому подлецу. Посмотрел бы ты на него! Нож был вот такой самый. Вошел, как в масло. А тот как взвоет! Ей-богу, лучше всякого представления! — Кок бросил взгляд в мою сторону, желая убедиться, что я все это слышал, и продолжал: — «Я не хотел тебя обидеть, Томми, — захныкал он, — убей меня бог, если я вру!» — «Я тебя еще мало проучил», — сказал я и кинулся на него. Я исполосовал ему всю рожу, а он только визжал, как свинья. Раз ухватился рукой за нож — хотел отвести его, а я как дерну — и разрезал ему пальцы до кости. Ну и вид у него был, доложу я тебе!</p>
     <p>Голос помощника прервал этот кровавый рассказ, и Гаррисон отправился на корму, а Магридж уселся на высоком пороге камбуза и снова принялся точить свой нож. Я бросил совок и спокойно расположился на угольном ящике лицом к моему врагу. Он злобно покосился на меня. Сохраняя внешнее спокойствие, хотя сердце отчаянно колотилось у меня в груди, я вытащил тесак Луиса и принялся точить его о камень. Я ожидал какой-нибудь бешеной выходки со стороны кока, но, к моему удивлению, он будто и не замечал, что я делаю. Он точил свой нож, я — свой. Часа два сидели мы так, лицом к лицу, и точили, точили, точили, пока слух об этом не облетел всю шхуну и добрая половина экипажа не столпилась у дверей камбуза полюбоваться таким невиданным зрелищем.</p>
     <p>Со всех сторон стали раздаваться подбадривающие возгласы и советы. Даже Джок Хорнер, спокойный и молчаливый охотник, с виду неспособный обидеть и муху, советовал мне пырнуть кока не под ребра, а в живот и применить при этом так называемый «испанский поворот». Лич, выставив напоказ свою перевязанную руку, просил меня оставить ему хоть кусочек кока для расправы, а Волк Ларсен раза два останавливался на краю полуюта и с любопытством поглядывал на то, что он называл брожением жизненной закваски.</p>
     <p>Не скрою, что в это время жизнь имела весьма сомнительную ценность в моих глазах. Да, в ней не было ничего привлекательного, ничего божественного — просто два трусливых двуногих существа сидели друг против друга и точили сталь о камень, а кучка других более или менее трусливых существ толпилась кругом и глазела. Я уверен, что половина зрителей с нетерпением ждала, когда мы начнем полосовать друг друга. Это было бы неплохой потехой. И я думаю, что ни один из них не бросился бы нас разнимать, если бы мы схватились не на жизнь, а на смерть.</p>
     <p>С другой стороны, во всем этом было много смешного и ребяческого. Чирк, чирк, чирк! Хэмфри Ван-Вейден точит тесак в камбузе и пробует большим пальцем его острие, — можно ли выдумать что-нибудь более невероятное! Никто из знавших меня никогда бы этому не поверил. Ведь меня всю жизнь называли «неженка Ван-Вейден», и то, что «неженка Ван-Вейден» оказался способен на такие вещи, было откровением для Хэмфри Ван-Вейдена, который не знал, радоваться ему или стыдиться.</p>
     <p>Однако дело кончилось ничем. Часа через два Томас Магридж отложил в сторону нож и точило и протянул мне руку.</p>
     <p>— К чему нам потешать этих скотов? — сказал он. — Они будут только рады, если мы перережем друг другу глотки. Ты не такая уж дрянь, Хэмп! В тебе есть огонек, как говорите вы, янки. Ей-ей, ты не плохой парень. Ну, иди сюда, давай руку!</p>
     <p>Каким бы я ни был трусом, он в этом отношении перещеголял меня. Это была явная победа, и я не хотел умалить ее, пожав его мерзкую лапу.</p>
     <p>— Ну ладно, — необидчиво заметил кок, — не хочешь, не надо. Все равно, ты славный парень! — И, чтобы скрыть смущение, он яростно накинулся на зрителей — Вон отсюда, пошли вон!</p>
     <p>Чтобы приказ возымел лучшее действие, кок схватил кастрюлю кипятку, и матросы поспешно отступили. Таким образом Томас Магридж одержал победу, которая смягчила ему тяжесть нанесенного мною поражения. Впрочем, он был достаточно осторожен, чтобы, прогнав матросов, не тронуть охотников.</p>
     <p>— Ну, коку пришел конец, — поделился Смок своими соображениями с Хорнером.</p>
     <p>— Верно, — ответил тот. — Теперь Хэмп — хозяин в камбузе, а коку придется поджать хвост.</p>
     <p>Магридж услыхал это и метнул на меня быстрый взгляд, но я и ухом не повел, будто разговор этот не долетел до моих ушей. Я не считал свою победу окончательной и полной, но решил не уступать ничего из своих завоеваний. Впрочем, пророчество Смока сбылось. Кок с той поры стал держаться со мной даже более заискивающе и подобострастно, чем с самим Волком Ларсеном. А я больше не величал его ни «мистером», ни «сэром», не мыл грязных кастрюль и не чистил картошки. Я исполнял свою работу, и только. И делал ее, как сам находил нужным. Тесак я носил в ножнах у бедра, на манер кортика, а в обращении с Томасом Магриджем придерживался властного, грубого и презрительного тона.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <p>Моя близость с Волком Ларсеном возрастает, если только слово «близость» применимо к отношениям между господином и слугой или, еще лучше, между королем и шутом. Я для него не более как забава, и ценит он меня не больше, чем ребенок игрушку. Моя обязанность — развлекать его, и пока ему весело, все идет хорошо. Но стоит только ему соскучиться в моем обществе или впасть в мрачное настроение, как я мигом оказываюсь изгнанным из кают-компании в камбуз, и хорошо еще, что мне удается пока уходить целым и невредимым.</p>
     <p>Я начинаю понимать, насколько он одинок. На всей шхуне нет человека, который не боялся бы его и не испытывал бы к нему ненависти. И точно так же нет ни одного, которого бы он, в свою очередь, не презирал. Его словно пожирает заключенная в нем неукротимая сила, не находящая себе применения. Таким был бы Люцифер, если бы этот гордый дух был изгнан в мир бездушных призраков, подобных Томлинсону.<a l:href="#n_156" type="note">[156]</a></p>
     <p>Такое одиночество тягостно само по себе, у Ларсена же оно усугубляется исконной меланхоличностью его расы. Узнав его, я начал лучше понимать древние скандинавские мифы. Белолицые, светловолосые дикари, создавшие этот ужасный Мир богов, были сотканы из той же ткани, что и этот человек. В нем нет ни капли легкомыслия представителей латинской расы. Его смех — порождение свирепого юмора. Но смеется он редко. Чаще он печален. И печаль эта уходит корнями к истокам его расы. Она досталась ему в наследство от предков. Эта задумчивая меланхолия выработала в его народе трезвый ум, привычку к опрятной жизни и фанатическую нравственность, которая у англичан нашла впоследствии свое завершение в пуританизме и в миссис Грэнди.<a l:href="#n_157" type="note">[157]</a></p>
     <p>Но, в сущности, главный выход эта меланхолия находила в религии, в ее наиболее изуверских формах. Однако Волку Ларсену не дано и этого утешения. Оно несовместимо с его грубым материализмом. Поэтому, когда черная тоска одолевает его, она находит исход только в диких выходках. Будь этот человек не так ужасен, я мог бы порой проникнуться жалостью к нему. Так, например, три дня назад я зашел налить ему воды в графин и застал его в каюте. Он не видел меня. Он сидел, обхватив голову руками, и плечи его судорожно вздрагивали от сдержанных рыданий. Казалось, какое-то острое горе терзает его. Я тихонько вышел, но успел услыхать, как он простонал: «Господи, господи!» Он, конечно, не призывал бога, — это восклицание вырвалось у него бессознательно.</p>
     <p>За обедом он спрашивал охотников, нет ли у них чего-нибудь от головной боли, а вечером этот сильный человек, с помутившимся взором, метался из угла в угол по кают-компании.</p>
     <p>— Я никогда не хворал, Хэмп, — сказал он мне, когда я отвел его в каюту. — Даже головной боли прежде не испытывал, раз только, когда мне раскроили череп вымбовкой и рана начала заживать.</p>
     <p>Три дня мучили его эти нестерпимые головные боли, и он страдал безропотно и одиноко, как страдают дикие звери и как, по-видимому, принято страдать на корабле.</p>
     <p>Но, войдя сегодня утром в его каюту, чтобы прибрать ее, я застал его здоровым и погруженным в работу. Стол и койка были завалены расчетами и чертежами. С циркулем и угольником в руках он наносил на большой лист кальки какой-то чертеж.</p>
     <p>— А, Хэмп! — приветствовал он меня. — Я как раз заканчиваю эту штуку. Хотите посмотреть, как получается?</p>
     <p>— А что это такое?</p>
     <p>— Это приспособление, сберегающее морякам труд и упрощающее кораблевождение до детской игры, — весело отвечал он. — Отныне и ребенок сможет вести корабль. Долой бесконечные вычисления! Даже в туманную ночь достаточно одной звезды в небе, чтобы сразу определить, где вы находитесь. Вот поглядите! Я накладываю эту штуку на карту звездного неба и, совместив полюса, вращаю ее вокруг Северного полюса. На кальке обозначены круги высот и линии пеленгов. Я устанавливаю кальку по звезде и поворачиваю ее, пока она не окажется против цифр, нанесенных на краю карты. И готово! Вот вам точное место корабля!</p>
     <p>В его голосе звучало торжество, глаза — голубые в это утро, как море, — искрились.</p>
     <p>— Вы, должно быть, сильны в математике, — заметил я. — Где вы учились?</p>
     <p>— К сожалению, нигде, — ответил он. — Мне до всего пришлось доходить самому.</p>
     <p>— А как вы думаете, для чего я изобрел это? — неожиданно спросил он. — Хотел оставить «след свой на песке времен»? — Он насмешливо расхохотался. — Ничего подобного! Просто хочу взять патент, получить за него деньги и предаваться всякому свинству, пока другие трудятся. Вот моя цель. Кроме того, сама работа над этой штукой доставляла мне радость.</p>
     <p>— Радость творчества, — вставил я.</p>
     <p>— Вероятно, так это называется. Еще один из способов проявления радости жизни, торжества движения над материей, живого над мертвым, гордость закваски, чувствующей, что она бродит.</p>
     <p>Я всплеснул руками, беспомощно протестуя против его закоренелого материализма, и принялся застилать койку. Он продолжал наносить линии и цифры на чертеж. Это требовало чрезвычайной осторожности и точности, и я поражался, как ему удается умерять свою силищу при исполнении столь тонкой работы.</p>
     <p>Кончив заправлять койку, я невольно засмотрелся на него. Он был, несомненно, красив, — настоящей мужской красотой. Снова я с удивлением отметил, что в его лице нет ничего злобного или порочного. Можно было поклясться, что человек этот не способен на зло. Но я боюсь быть превратно понятым. Я хочу сказать только, что это было лицо человека, никогда не идущего вразрез со своей совестью, или же человека, вовсе лишенного совести. И я склоняюсь к последнему предположению. Это был великолепный образчик атавизма — человек настолько примитивный, что в нем как бы воскрес его первобытный предок, живший на земле задолго до развития нравственного начала в людях. Он не был аморален, — к нему было просто неприменимо понятие морали.</p>
     <p>Как я уже сказал, его лицо отличалось мужественной красотой. Оно было гладко выбрито, и каждая черта выделялась четко, как у камеи. От солнца и соленой морской воды кожа его потемнела и стала бронзовой, и это придавало его красоте дикарский вид, напоминая о долгой и упорной борьбе со стихиями. Полные губы были очерчены твердо и даже резко, что характерно скорее для тонких губ. В таких же твердых и резких линиях подбородка, носа и скул чувствовалась свирепая неукротимость самца. Нос напоминал орлиный клюв, — в нем было что-то хищное и властное. Его нельзя было назвать греческим — для этого он был слишком массивен, а для римского — слишком тонок. Все лицо в целом производило впечатление свирепости и силы, но тень извечной меланхолии, лежавшая на нем, углубляла складки вокруг рта и морщины на лбу и придавала ему какое-то величие и законченность.</p>
     <p>Итак, я поймал себя на том, что стоял и праздно изучал Ларсена. Трудно передать, как глубоко интересовал меня этот человек. Кто он? Что он за существо? Как сложился этот характер? Казалось, в нем были заложены неисчерпаемые возможности. Почему же оставался он безвестным капитаном какой-то зверобойной шхуны, прославившимся среди охотников только своей необычайной жестокостью?</p>
     <p>Мое любопытство прорвалось наружу целым потоком слов.</p>
     <p>— Почему вы не совершили ничего значительного? Заложенная в вас сила могла бы поднять такого, как вы, на любую высоту. Лишенный совести и нравственных устоев, вы могли бы положить себе под ноги мир. А я вижу вас здесь, в расцвете сил, которые скоро пойдут на убыль. Вы ведете безвестное и отвратительное существование, охотитесь на морских животных, которые нужны только для удовлетворения тщеславия женщин, погрязших в свинстве, по вашим же собственным словам. Вы ведете жизнь, в которой нет абсолютно ничего высокого. Почему же при всей вашей удивительной силе вы ничего не совершили? Ничто не могло остановить вас или помешать вам. В чем же дело? У вас не было честолюбия? Или вы пали жертвой какого-то соблазна? В чем дело? В чем дело?</p>
     <p>Когда я заговорил, он поднял на меня глаза и спокойно ждал конца моей вспышки. Наконец я умолк, запыхавшийся и смущенный. Помолчав минуту, словно собираясь с мыслями, он сказал:</p>
     <p>— Хэмп, знаете ли вы притчу о сеятеле, который вышел на ниву? Ну-ка, припомните: «Иное упало на места каменистые, где немного было земли, и скоро взошло, потому что земля была неглубока. Когда же взошло солнце, его обожгло, и, не имея корня, оно засохло; иное упало в терние, и выросло терние и заглушило его».</p>
     <p>— Ну, и что же? — сказал я.</p>
     <p>— Что же? — насмешливо переспросил он. — Да ничего хорошего. Я был одним из этих семян.</p>
     <p>Он наклонился над чертежом и снова принялся за работу. Я закончил уборку и взялся уже за ручку двери, но он вдруг окликнул меня:</p>
     <p>— Хэмп, если вы посмотрите на карту западного берега Норвегии, вы найдете там залив, называемый Ромсдаль-фьорд. Я родился в ста милях оттуда. Но я не норвежец. Я датчанин. Мои родители оба были датчане, и я до сих пор не знаю, как они попали в это унылое место на западном берегу Норвегии. Они никогда не говорили об этом. Во всем остальном в их жизни не было никаких тайн. Это были бедные неграмотные люди, и их отцы и деды были такие же простые неграмотные люди, пахари моря, посылавшие своих сыновей из поколения в поколение бороздить волны морские, как повелось с незапамятных времен. Вот и все, больше мне нечего рассказать.</p>
     <p>— Нет, не все, — возразил я. — Ваша история все еще темна для меня.</p>
     <p>— Что же еще я могу рассказать вам? — сказал он мрачно и со злобой. — О перенесенных в детстве лишениях? О скудной жизни, когда нечего есть, кроме рыбы? О том, как я, едва научившись ползать, выходил с рыбаками в море? О моих братьях, которые один за другим уходили в море и больше не возвращались? О том, как я, не умея ни читать, ни писать, десятилетним юнгою плавал на старых каботажных судах? О грубой пище и еще более грубом обращении, когда пинки и побои с утра и на сон грядущий заменяют слова, а страх, ненависть и боль — единственное, что питает душу? Я не люблю вспоминать об этом! Эти воспоминания и сейчас приводят меня в бешенство. Я мог бы убить кое-кого из этих каботажных шкиперов, когда стал взрослым, да только судьба закинула меня в другие края. Не так давно я побывал там, но, к сожалению, все шкиперы поумирали, кроме одного. Он был штурманом, когда я был юнгою, и стал капитаном к тому времени, когда мы встретились вновь. Я оставил его калекой; он никогда уже больше не сможет ходить.</p>
     <p>— Вы не посещали школы, а между тем прочли Спенсера и Дарвина. Как же вы научились читать и писать?</p>
     <p>— На английских торговых судах. В двенадцать лет я был кают-юнгой, в четырнадцать — юнгой, в шестнадцать — матросом, в семнадцать — старшим матросом и первым забиякой на баке. Беспредельные надежды и беспредельное одиночество, никакой помощи, никакого сочувствия, — я до всего дошел сам: сам учился навигации и математике, естественным наукам и литературе. А к чему все это? Чтобы в расцвете сил, как вы изволили выразиться, когда жизнь моя начинает понемногу клониться к закату, стать хозяином шхуны? Жалкое достижение, не правда ли? И когда солнце встало — меня обожгло, и я засох, так как рос без корней.</p>
     <p>— Но история знает рабов, достигших порфиры, — заметил я.</p>
     <p>— История отмечает также благоприятные обстоятельства, способствовавшие такому возвышению, — мрачно возразил он. — Никто не создает эти обстоятельства сам. Все великие люди просто умели ловить счастье за хвост. Так было и с Корсиканцем. И я носился с не менее великими мечтами. И не упустил бы благоприятной возможности, но она мне так и не представилась. Терние выросло и задушило меня. Могу вам сказать, Хэмп, что ни одна душа на свете, кроме моего братца, не знает обо мне того, что знаете теперь вы.</p>
     <p>— А где ваш брат? Что он делает?</p>
     <p>— Он хозяин промыслового парохода «Македония» и охотится на котиков. Мы, вероятно, встретимся с ним у берегов Японии. Его называют Смерть Ларсен.</p>
     <p>— Смерть Ларсен? — невольно вырвалось у меня. — Он похож на вас?</p>
     <p>— Не очень. Он просто тупая скотина. В нем, как и во мне, много… много…</p>
     <p>— Зверского? — подсказал я.</p>
     <p>— Вот именно, благодарю вас. В нем не меньше зверского, чем во мне, но он едва умеет читать и писать.</p>
     <p>— И никогда не философствует о жизни? — добавил я.</p>
     <p>— О нет, — ответил Волк Ларсен с горечью. — И в этом его счастье. Он слишком занят жизнью, чтобы думать о ней. Я сделал ошибку, когда впервые открыл книгу.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
     </title>
     <p>«Призрак» достиг самой южной точки той дуги, которую он описывает по Тихому океану, и уже начинает забирать к северо-западу, держа курс, как говорят, на какой-то уединенный островок, где мы должны запастись пресной водой, прежде чем направиться бить котиков к берегам Японии. Охотники упражняются в стрельбе из винтовок и дробовиков, а матросы готовят паруса для шлюпок, обивают весла кожей и обматывают уключины плетенкой, чтобы бесшумно подкрадываться к котикам, — вообще «наводят глянец», по выражению Лича.</p>
     <p>Рука у Лича, кстати сказать, заживает, но шрам, как видно, останется на всю жизнь. Томас Магридж боится этого парня до смерти и, как стемнеет, не решается носа высунуть на палубу. На баке то и дело вспыхивают ссоры. Луис говорит, что кто-то наушничает капитану на матросов, и двоим доносчикам уже здорово накостыляли шею. Луис боится, что Джонсону, гребцу из одной с ним шлюпки, несдобровать. Джонсон говорит все слишком уж напрямик, и раза два у него уже были столкновения с Волком Ларсеном из-за того, что тот неправильно произносит его фамилию. А Иогансена он как-то вечером изрядно поколотил, и с тех пор помощник не коверкает больше его фамилии. Но смешно думать, чтобы Джонсон мог поколотить Волка Ларсена.</p>
     <p>Услышал я от Луиса кое-что и о другом Ларсене, прозванном Смерть. Рассказ Луиса вполне совпадает с краткой характеристикой, данной капитаном своему брату. Мы, вероятно, встретимся с ним у берегов Японии. «Ждите шквала, — предрекает Луис, — они ненавидят друг друга, как настоящие волки».</p>
     <p>Смерть Ларсен командует «Македонией», единственным пароходом во всей промысловой флотилии; на пароходе четырнадцать шлюпок, тогда как на шхунах их бывает всего шесть. Поговаривают даже о пушках на борту и о странных экспедициях этого судна, начиная от контрабандного ввоза опиума в Соединенные Штаты и оружия в Китай и кончая торговлей рабами и открытым пиратством. Я не могу не верить Луису, он как будто не любит привирать, и к тому же этот малый— ходячая энциклопедия по части котикового промысла и всех, кто им занимается.</p>
     <p>Такие же стычки, как в матросском кубрике и в камбузе, происходят и в кубрике охотников этого поистине дьявольского корабля. Там тоже драки и все готовы перегрызть друг другу глотку. Охотники ежеминутно ждут, что Смок и Гендерсон, которые до сих пор не уладили своей старой ссоры, сцепятся снова, а Волк Ларсен заявил, что убьет того, кто выйдет живым из этой схватки. Он не скрывает, что им руководят отнюдь не моральные соображения. Ему совершенно наплевать, хоть бы все охотники перестреляли друг друга, но они нужны ему для дела, и поэтому он обещает им царскую потеху, если они воздержатся от драк до конца промысла: они смогут тогда свести все свои счеты, выбросить трупы за борт и потом придумать какие угодно объяснения гибели этих людей. Мне кажется, что даже охотники изумлены его хладнокровной жестокостью. Несмотря на всю свою свирепость, они все-таки боятся его.</p>
     <p>Томас Магридж пресмыкается передо мной, как собачонка, а я, в глубине души, побаиваюсь его. Ему свойственно мужество страха — как это бывает, я хорошо знаю по себе, — и в любую минуту оно может взять в нем верх и заставить его покуситься на мою жизнь. Состояние моего колена заметно улучшилось, хотя временами нога сильно ноет. Онемение в руке, которую сдавил мне Волк Ларсен, понемногу проходит тоже. Вообще же здоровье мое не оставляет желать лучшего. Мускулы увеличились и стали тверже. Вот только руки являют самое жалкое зрелище. У них такой вид, словно их ошпарили кипятком, а ногти все поломаны и черны от грязи, на пальцах — заусеницы, на ладонях — мозоли. Кроме того, у меня появились фурункулы, что я приписываю корабельной пище, так как никогда раньше этим не страдал.</p>
     <p>На днях Волк Ларсен позабавил меня: я застал его вечером за чтением библии, которая после бесплодных поисков, уже описанных мною в начале плавания, отыскалась в сундуке покойного помощника. Я недоумевал, что Волк Ларсен может в ней для себя найти, и он прочел мне вслух из Экклезиаста. При этом мне казалось, что он не читает, а высказывает собственные мысли, и голос его, гулко и мрачно раздававшийся в каюте, зачаровывал меня и держал в оцепенении. Хоть он и необразован, а читает хорошо. Я как сейчас слышу его меланхолический голос:</p>
     <p>«Собрал себе серебра и золота и драгоценностей от царей и областей; завел у себя певцов и певиц и услаждения сынов человеческих — разные музыкальные орудия.</p>
     <p>И сделался я великим и богатым больше всех, бывших прежде меня в Иерусалиме; и мудрость моя пребыла со мною…</p>
     <p>И оглянулся я на все дела мои, которые сделали руки мои, и на труд, которым трудился я, делая их: и вот, все — суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем!..</p>
     <p>Всему и всем — одно: одна участь праведнику и нечестивому, доброму и злому, чистому и нечистому, приносящему жертву и не приносящему жертвы; как добродетельному, так и грешнику; как клянущемуся, так и боящемуся клятвы.</p>
     <p>Это-то и худо во всем, что делается под солнцем, что одна участь всем, и сердце сынов человеческих исполнено зла, и безумие в сердце их, в жизни их; а после того они отходят к умершим.</p>
     <p>Кто находится между живыми, тому есть еще надежда, так как и псу живому лучше, нежели мертвому льву.</p>
     <p>Живые знают, что умрут, а мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, потому что и память о них предана забвению.</p>
     <p>И любовь их и ненависть их и ревность их уже исчезли, и нет им более доли вовеки ни в чем, что делается под солнцем».</p>
     <p>— Так-то, Хэмп, — сказал он, заложив пальцем книгу и взглянув на меня. — Мудрец, который царил над народом Израиля в Иерусалиме, мыслил так же, как я. Вы называете меня пессимистом. Разве это не самый черный пессимизм? «Все — суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем!», «Всему и всем — одно» — глупому и умному, чистому и нечистому, грешнику и святому. Эта участь — смерть, и она зло, по его словам. Этот мудрец любил жизнь и, видно, не хотел умирать, если говорил: «…так как и псу живому лучше, нежели мертвому льву». Он предпочитал суету сует тишине и неподвижности могилы. Так же и я. Ползать по земле — это свинство. Но не ползать, быть неподвижным, как прах или камень, — об этом гнусно и подумать. Это противоречит жизни во мне, сама сущность которой есть движение, сила движения, сознание силы движения. Жизнь полна неудовлетворенности, но еще меньше может удовлетворить нас мысль о предстоящей смерти.</p>
     <p>— Вам еще хуже, чем Омару Хайяму, — заметил я. — Он по крайней мере после обычных сомнений юности нашел какое-то удовлетворение и сделал свой материализм источником радости.</p>
     <p>— Кто это — Омар Хайям? — спросил Волк Ларсен, и ни в этот день, ни в следующие я уже не работал.</p>
     <p>В своем беспорядочном чтении Ларсену не довелось напасть на «Рубайят», и теперь это было для него драгоценной находкой. Большую часть стихов я знал на память и без труда припомнил остальные. Часами обсуждали мы отдельные четверостишия, и он усматривал в них проявления скорбного и мятежного духа, который сам я совершенно не мог уловить. Возможно, что я вносил в мою декламацию несвойственную этим стихам жизнерадостность, а он, обладая прекрасной памятью и запомнив многие строфы при первом же чтении, вкладывал в них страстность и тревогу, убеждавшие слушателя.</p>
     <p>Меня интересовало, какое четверостишие понравится ему больше других, и я не был удивлен, когда он остановил свой выбор на том, где отразилось случайное раздражение поэта, шедшее вразрез с его спокойной философией и благодушным взглядом на жизнь:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Влетел вопрос: «Зачем на свете ты?»</v>
       <v>За ним другой: «К чему твои мечты?».</v>
       <v>О, дайте мне запретного вина —</v>
       <v>Забыть назойливость их суеты!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Замечательно! — воскликнул Волк Ларсен. — Замечательно! Этим сказано все. Назойливость! Он не мог употребить лучшего слова.</p>
     <p>Напрасно я отрицал и протестовал. Он подавил меня своими аргументами.</p>
     <p>— Жизнь, по своей природе, не может быть иной. Жизнь, предвидя свой конец, всегда восстает. Она не может иначе. Библейский мудрец нашел, что жизнь и дела житейские — суета сует, сплошное зло. Но смерть, прекращение суеты, он находил еще большим злом. От стиха к стиху он скорбит, оплакивает участь, которая одинаково ожидает всех. Так же смотрит на это и Омар Хайям, и я, и вы, даже вы — ведь возмутились же вы против смерти, когда кок начал точить на вас нож. Вы боялись умереть. Жизнь внутри вас, которая составляет вас и которая больше вас, не желала умирать. Вы толковали мне об инстинкте бессмертия. А я говорю об инстинкте жизни, которая хочет жить, и, когда ей грозит смерть, инстинкт жизни побеждает то, что вы называете инстинктом бессмертия. Он победил и в вас — вы не станете этого отрицать, — победил, когда какой-то сумасшедший кок стал точить на вас нож.</p>
     <p>Вы и теперь боитесь кока. И этого вы тоже не станете отрицать. Если я схвачу вас за горло, вот так, — рука его внезапно сжала мне горло, и дыхание мое прервалось, — и начну выжимать из вас жизнь, вот так, вот так! — то ваш инстинкт бессмертия съежится, а инстинкт жизни вспыхнет и вы будете бороться, чтобы спастись.</p>
     <p>Ну что? Я читаю страх смерти в ваших глазах. Вы бьете руками по воздуху. В борьбе за жизнь вы напрягаете все ваши жалкие силенки. Вы вцепились в мою руку, а для меня это то же самое, как если бы на нее села бабочка. Ваша грудь судорожно вздымается, язык высунулся наружу, лицо побагровело, глаза мутнеют… «Жить! Жить! Жить!» — вопите вы. И вы хотите жить здесь и сейчас, а не потом. Теперь вы уже сомневаетесь в своем бессмертии? Вот как! Вы уже не уверены в нем. Вы не хотите рисковать. Только эта жизнь, в которой вы уверены, реальна. А в глазах у вас все темнеет и темнеет. Это мрак смерти, прекращение бытия, ощущений, дыхания. Он сгущается вокруг, надвигается на вас, стеной вырастает кругом. Ваши глаза остановились, они остекленели. Мой голос доносится к вам слабо, будто издалека. Вы не видите моего лица. И все-таки вы барахтаетесь в моей руке. Вы брыкаетесь. Извиваетесь ужом. Ваша грудь содрогается, вы задыхаетесь. Жить! Жить! Жить!..</p>
     <p>Больше я ничего не слышал. Сознание вытеснил мрак, который он так живо описал. Очнулся я на полу. Ларсен курил сигару, задумчиво глядя на меня, с уже знакомым мне огоньком любопытства в глазах.</p>
     <p>— Ну что, убедил я вас? — спросил он. — Нате, выпейте вот это. Я хочу спросить вас кое о чем.</p>
     <p>Я отрицательно помотал головой, не поднимая ее с пола.</p>
     <p>— Ваши доводы слишком… сильны, — с трудом пробормотал я, так как мне было больно говорить.</p>
     <p>— Через полчаса все пройдет, — успокоил он меня. — Обещаю в дальнейшем воздерживаться от практических экспериментов. Теперь вставайте. Садитесь на стул.</p>
     <p>И так как я был игрушкой в руках этого чудовища, беседа об Омаре Хайяме и Экклезиасте возобновилась, и мы засиделись до глубокой ночи.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
     </title>
     <p>Целые сутки на шхуне царила какая-то вакханалия зверства; она вспыхнула сразу от кают-компании до бака, словно эпидемия. Не знаю, с чего и начать. Истинным виновником всего был Волк Ларсен. Отношения между людьми, напряженные, насыщенные враждой, перемежавшиеся непрестанными стычками и ссорами, находились в состоянии неустойчивого равновесия, и злые страсти заполыхали пламенем, как трава в прериях.</p>
     <p>Томас Магридж — проныра, шпион, доносчик. Он пытался снова втереться в милость к капитану, наушничая на матросов. Я уверен, что это он передал капитану неосторожные слова Джонсона. Тот взял в корабельной лавке клеенчатую робу. Роба оказалась никуда не годной, и Джонсон не скрывал своего неудовольствия. Корабельные лавки существуют на всех промысловых шхунах — в них матросы могут купить то, что им необходимо в плавании. Стоимость взятого в лавке вычитается впоследствии из заработка на промыслах, так как гребцы и рулевые, наравне с охотниками, получают вместо жалованья известную долю доходов — по числу шкур, добытых той или иной шлюпкой.</p>
     <p>Я не слыхал, как Джонсон ворчал по поводу своей неудачной покупки, и все последующее явилось для меня полной неожиданностью. Я только что кончил подметать пол в кают-компании и был вовлечен Волком Ларсеном в разговор о Гамлете, его любимом шекспировском герое, как вдруг по трапу спустился Иогансен в сопровождении Джонсона. Последний, по морскому обычаю, снял шапку и скромно остановился посреди каюты, покачиваясь в такт качке судна и глядя капитану в лицо.</p>
     <p>— Закрой дверь на задвижку, — сказал мне Волк Ларсен.</p>
     <p>Исполняя приказание, я заметил выражение тревоги в глазах Джонсона, но не понял, в чем дело. Мне и в голову ничего не приходило, пока все это не разыгралось у меня на глазах. Джонсон же, по-видимому, знал, что ему предстоит, и покорно ждал своей участи. В том, как он держался, я вижу полное опровержение грубого материализма Волка Ларсена. Матроса Джонсона одушевляла идея, принцип, убежденность в своей правоте. Он был прав, он знал, что прав, и не боялся. Он готов был умереть за истину, но остался бы верен себе и ни на минуту не дрогнул. Здесь воплотились победы духа над плотью, неустрашимость и моральное величие души, которая не знает преград и в своем бессмертии уверенно и непобедимо возвышается над временем, пространством и материей.</p>
     <p>Однако вернемся к рассказу. Я заметил тревогу в глазах Джонсона, но принял ее за врожденную робость и смущение. Помощник Иогансен стоял сбоку в нескольких шагах от матроса, а прямо перед Джонсоном, ярдах в трех, восседал на вращающемся каютном стуле сам Волк Ларсен. Когда я запер дверь, наступило молчание, длившееся целую минуту. Его нарушил Волк Ларсен.</p>
     <p>— Ионсон, — начал он.</p>
     <p>— Меня зовут Джонсон, сэр, — смело поправил матрос.</p>
     <p>— Ладно. Пусть будет Джонсон, черт побери! Ты знаешь, зачем я тебя позвал?</p>
     <p>— И да и нет, сэр, — последовал неторопливый ответ. — Свою работу я исполняю исправно. Помощник знает это, да и вы знаете, сэр. Тут не может быть жалоб.</p>
     <p>— И это все? — спросил Волк Ларсен негромко и вкрадчиво.</p>
     <p>— Я знаю, что вы имеете что-то против меня, — с той же тяжеловесной медлительностью продолжал Джонсон. — Я вам не по душе. Вы… вы…</p>
     <p>— Ну, дальше, — подстегнул его Ларсен. — Не бойся задеть мои чувства.</p>
     <p>— Я и не боюсь, — возразил матрос, и краска досады проступила сквозь загар на его щеках. — Я покинул родину не так давно, как вы, потому и говорю медленно. А вам я не по душе, потому что уважаю себя. Вот в чем дело, сэр!</p>
     <p>— Ты хочешь сказать, что слишком уважаешь себя, чтобы уважать судовую дисциплину, так, что ли? Тебе понятно, что я говорю?</p>
     <p>— Я ведь тоже говорю по-английски и понимаю ваши слова, сэр, — ответил Джонсон, краснея еще гуще при этом намеке на плохое знание им языка.</p>
     <p>— Джонсон, — продолжал Волк Ларсен, считая, по-видимому, предисловие оконченным и переходя к делу, — я слышал, ты взял робу и, кажется, не совсем ею доволен?</p>
     <p>— Да, недоволен. Плохая роба, сэр.</p>
     <p>— И ты все время кричишь об этом?</p>
     <p>— Я говорю то, что думаю, сэр, — храбро возразил матрос, не забывая вместе с тем прибавлять, как положено, «сэр» после каждой фразы.</p>
     <p>В этот миг я случайно взглянул на Иогансена. Он то сжимал, то разжимал свои огромные кулачищи и с дьявольской злобой посматривал на Джонсона. Я заметил синяк у него под глазом — это Джонсон разукрасил его на днях. И только тут предчувствие чего-то ужасного закралось мне в душу, но что это будет — я не мог себе вообразить.</p>
     <p>— Ты знаешь, что ждет того, кто говорит такие вещи про мою лавку и про меня? — спросил Волк Ларсен.</p>
     <p>— Знаю, сэр, — последовал ответ.</p>
     <p>— А что именно? — вопрос прозвучал резко и повелительно.</p>
     <p>— Да то, что вы и помощник собираетесь сделать со мной, сэр.</p>
     <p>— Погляди на него, Хэмп, — обратился Волк Ларсен ко мне. — Погляди на эту частицу живого праха, на это скопление материи, которое движется и дышит, и осмеливается оскорблять меня, и даже искренне уверено, что оно представляет собой какую-то ценность. Руководствуясь ложными понятиями права и чести, оно готово отстаивать их, невзирая на грозящие ему неприятности. Что ты думаешь о нем, Хэмп? Что ты думаешь о нем?</p>
     <p>— Я думаю, что он лучше вас, — ответил я, охваченный бессознательным желанием хоть отчасти отвлечь на себя гнев, готовый обрушиться на голову Джонсона. — Его «ложные понятия», как вы их называете, говорят о его благородстве и мужестве. У вас же нет ни морали, ни иллюзий, ни идеалов. Вы нищий!</p>
     <p>Он кивнул головой со свирепым удовольствием.</p>
     <p>— Совершенно верно, Хэмп, совершенно верно! У меня нет иллюзий, свидетельствующих о благородстве и мужестве. Живая собака лучше мертвого льва, — говорю я вместе с Экклезиастом. Моя единственная доктрина — это целесообразность. Она помогает выжить. Когда эта частица жизненной закваски, которую мы называем «Джонсон», перестанет быть частицей закваски и обратится в прах и тлен, в ней будет не больше благородства, чем во всяком прахе и тлене, а я по-прежнему буду жить и бушевать.</p>
     <p>Он помолчал и спросил:</p>
     <p>— Ты знаешь, что я сейчас сделаю?</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Я использую свою возможность бушевать и покажу тебе, что происходит с благородством. Смотри!</p>
     <p>Он находился в трех ярдах от Джонсона, то есть в девяти футах! И он сидел; и одним гигантским прыжком, даже не вставая на ноги, покрыл это расстояние. Он прыгнул, как тигр, и Джонсон, прикрывая одной рукой живот, а другой — голову, напрасно пытался защититься от обрушившейся на него лавины ярости. Волк Ларсен свой первый сокрушительный удар направил прямо в грудь матросу. Дыхание Джонсона внезапно пресеклось, и изо рта у него вырвался хриплый звук, словно он с силой взмахнул топором. Он зашатался и чуть не опрокинулся навзничь.</p>
     <p>Не могу передать подробности последовавшей затем гнусной сцены. Это было нечто чудовищное; даже сейчас меня начинает мутить, стоит мне вспомнить об этом. Джонсон мужественно защищался, но где же ему было устоять против Волка Ларсена, а тем более против Волка Ларсена и помощника! Зрелище этой борьбы было ужасно. Я не представлял себе, что человеческое существо может столько вытерпеть и все же продолжать жить и бороться. А Джонсон боролся. У него не было ни малейшей надежды справиться с ними, и он знал это не хуже меня, но он был человек мужественный и не мог сдаться без борьбы.</p>
     <p>Я не в состоянии был смотреть на это. Я чувствовал, что схожу с ума, и бросился к трапу, чтобы убежать на палубу. Но Волк Ларсен, оставив на миг свою жертву, одним могучим прыжком догнал меня и отшвырнул в противоположный угол каюты.</p>
     <p>— Это одно из проявлений жизни, — с усмешкой бросил он мне. — Оставайся и наблюдай. Вот тебе случай собрать данные о бессмертии души. Кроме того, ты ведь знаешь, что душе Джонсона мы не можем причинить вреда. Мы можем разрушить только ее бренную оболочку.</p>
     <p>Мне казалось, что прошли века, хотя на самом деле избиение продолжалось не дольше десяти минут. Волк Ларсен и помощник смертным боем избивали беднягу. Они молотили его кулаками и пинали своими тяжелыми башмаками, сшибали с ног и поднимали, чтобы повалить снова. Джонсон уже ничего не видел, кровь хлестала у него из ушей, из носа и изо рта, превращая каюту в лавку мясника. Когда он уже не мог подняться, они продолжали избивать лежачего.</p>
     <p>— Легче, Иогансен, малый ход! — произнес наконец Волк Ларсен.</p>
     <p>Но в помощнике проснулся зверь, и он не хотел отпустить своей добычи. Волку Ларсену пришлось оттолкнуть его локтем. От этого, казалось бы, легкого толчка Иогансен отлетел в сторону, как пробка, и голова его с треском ударилась о переборку. Оглушенный, он свалился на пол, тяжело дыша и очумело моргая глазами.</p>
     <p>— Отвори дверь, Хэмп! — услышал я приказ.</p>
     <p>Я повиновался, и эти звери подняли бесчувственное тело и, словно мешок с тряпьем, поволокли его по узкому трапу на палубу. У штурвала стоял Луис, товарищ Джонсона по шлюпке, и кровь алой струей брызнула ему на сапоги. Но Луис невозмутимо вертел штурвал, не отрывая глаз от компаса.</p>
     <p>Совсем иначе повел себя бывший юнга Джордж Лич. Вся шхуна от бака до юта была изумлена его поведением. Он самовольно отправился на корму и перетащил Джонсона на бак, где принялся, как умел, перевязывать его раны и хлопотать около него. Джонсон был изуродован до неузнаваемости. За несколько минут лицо его так посинело и распухло, что потеряло всякий человеческий облик.</p>
     <p>Но я хотел рассказать о Личе. К тому времени, как я закончил уборку каюты, Лич уже сделал для Джонсона все, что мог. Я поднялся на палубу, чтобы подышать свежим воздухом и хоть немного успокоиться. Волк Ларсен курил сигару и осматривал механический лаг, который обычно был опущен за кормой, а теперь для какой-то цели поднят на борт. Вдруг до меня долетел голос Лича — хриплый, дрожащий от сдерживаемой ярости.</p>
     <p>Я повернулся и увидел, что Лич стоит на палубе перед самым ютом. Лицо его было бледно и перекошено от бешенства, глаза сверкали, он потрясал сжатыми кулаками над головой.</p>
     <p>— Пусть господь бог пошлет твою душу в ад, Волк Ларсен! Да и ад еще слишком хорош для тебя! Трус, вот ты кто! Убийца! Свинья! — так поносил матрос Лич капитана.</p>
     <p>Я стоял, словно громом пораженный. Я думал, что Лич будет сейчас же убит на месте. Но у Волка Ларсена в эту минуту не было, как видно, охоты убивать его. Он не спеша подошел к краю юта и, прислонившись к углу рубки, с задумчивым любопытством поглядел на взбешенного парня.</p>
     <p>А тот бросал капитану в лицо обвинения, каких никто еще не решался ему предъявить. Матросы боязливо жались у бака, прислушиваясь к происходящему. Охотники, балагуря, высыпали на палубу, но я заметил, что веселость слетела с их лиц, когда они услышали выкрики Лича. Даже они были испуганы необычайной смелостью матроса. Казалось невероятным, чтобы кто-нибудь мог бросить Волку Ларсену подобные оскорбления. Должен сказать, что я сам был удивлен и восхищен поступком Лича и видел в нем блестящее доказательство непобедимости бессмертного духа, который выше плоти и ее страха смерти. Этот юноша напомнил мне древних пророков, обличавших людские грехи.</p>
     <p>И как он обличал Волка Ларсена! Он обнажал его душу и выставлял напоказ всю ее низость. Он призывал на его голову проклятия бога и небес и делал это с жаром, напоминавшим сцены отлучения от церкви в средние века. В своем гневе он то поднимался до грозных высот, то опускался до грязной площадной брани.</p>
     <p>Ярость Лича граничила с безумием. На губах его выступила пена, он задыхался, в горле у него клокотало, и временами речь становилась нечленораздельной. А Волк Ларсен все так же холодно и спокойно слушал его, прислонившись к углу рубки, и, казалось, был охвачен любопытством. Это дикое проявление жизненного брожения, этот буйный мятеж и вызов, брошенный ему движущейся материей, поразили и заинтересовали его.</p>
     <p>Каждый миг и я и все присутствующие ждали, что он бросится на молодого матроса и одним ударом прикончит его. Но по какому-то странному капризу он этого не делал. Его сигара потухла, а он все смотрел вниз с безмолвным любопытством.</p>
     <p>Лич в своем неистовстве дошел до предела.</p>
     <p>— Свинья! Свинья! Свинья! — выкрикивал он, не помня себя. — Почему же ты не сойдешь вниз и не прикончишь меня, убийца? Ты легко можешь сделать это! Никто не остановит тебя! Но я тебя не боюсь! В тысячу раз лучше быть мертвым и избавиться от тебя, чем остаться живым в твоих когтях! Иди же, трус! Убей меня! Убей! Убей!</p>
     <p>Как раз в эту минуту грешная душа Томаса Магриджа вытолкнула его на сцену. Он все время слушал, стоя у двери камбуза, но теперь высунулся вперед, как бы для того, чтобы выбросить за борт какие-то очистки, на самом же Деле, чтобы не прозевать убийства, которое, по его мнению, неминуемо должно было сейчас произойти. Он заискивающе улыбнулся Волку Ларсену, но тот, казалось, даже не заметил его. Однако это не смутило кока. Он тоже был как бы не в себе; повернувшись к Личу, он крикнул:</p>
     <p>— Что ты ругаешься! Постыдился бы!</p>
     <p>Бессильная ярость Лича наконец нашла себе выход. В первый раз после их стычки кок вышел из камбуза без ножа. И не успели слова слететь с его губ, как кулак Лича сбил его с ног. Трижды поднимался кок на ноги, стараясь удрать в камбуз, и всякий раз молодой матрос одним ударом валил его на палубу.</p>
     <p>— Помогите! — завопил Магридж. — Помогите! Помогите! Уберите его! Что вы глядите, уберите его!</p>
     <p>Охотники только смеялись с чувством облегчения. Трагедия кончилась, начинался фарс. Матросы осмелели и, ухмыляясь, пододвинулись ближе, чтобы лучше видеть, как исколошматят ненавистного кока. И даже я возликовал в душе. Признаюсь, я испытывал удовлетворение, глядя, как Лич избивает Магриджа, хотя это было почти столь же ужасное избиение, как то, которое только что, по вине самого Магриджа, выпало на долю Джонсона. Но лицо Волка Ларсена оставалось невозмутимым. Он даже не переменил позы и с тем же любопытством следил за избиением. Казалось, он, несмотря на свой отъявленный прагматизм, наблюдает за игрой и движением жизни в надежде узнать о ней что-нибудь новое, различить в ее безумных корчах что-то ускользавшее до сих пор от его внимания — ключ к тайне жизни, который поможет ему эту тайну раскрыть.</p>
     <p>Ну и досталось же коку! Да, это избиение мало чем отличалось от виденного мною в каюте. Магридж напрасно старался спастись от разъяренного матроса. Напрасно пытался он укрыться в каюту. Когда Лич сбивал его с ног, Магридж делал попытки докатиться до нее, добраться до нее ползком, старался падать в сторону каюты, но удар следовал за ударом с непостижимой быстротой. Лич швырял кока, как мяч, пока наконец Магридж не растянулся недвижимый на палубе. Но и после этого он еще продолжал получать удары и пинки. Никто не заступился за него. Лич мог бы убить кока, но, очевидно, гнев его иссяк. Он повернулся и ушел, оставив своего врага распростертым на палубе; кок лежал и повизгивал, как щенок.</p>
     <p>Но эти два происшествия послужили только прелюдией к другим событиям того же дня. Под вечер произошла стычка между Смоком и Гендерсоном. В кубрике внезапно раздались выстрелы, и остальные четверо охотников выскочили на палубу. Столб густого, едкого дыма — какой всегда бывает от черного пороха — поднялся из открытого люка. Волк Ларсен бросился туда и исчез в этом дыму. До нас долетели звуки ударов. Смок и Гендерсон — оба были ранены, а капитан вдобавок еще избил их за то, что они ослушались его приказа и изувечили друг друга перед началом охоты. Раны оказались серьезными, и, отколотив охотников, Волк Ларсен тут же принялся лечить их, как умел, и делать перевязки. Я помогал ему, когда он зондировал и промывал раны, и оба молодца стоически переносили эту грубую хирургию без всякого наркоза, подкрепляя свои силы только добрым стаканом виски.</p>
     <p>Затем во время первой вечерней полувахты поднялась драка на баке. Причиной ее послужили сплетни и наушничество, из-за которых был избит Джонсон. Шум, доносившийся с бака, и синяки, изукрасившие физиономии матросов, свидетельствовали о том, что одна половина команды изрядно отделала другую.</p>
     <p>Вторая вечерняя полувахта ознаменовалась новой дракой — на этот раз между Иогансеном и тощим, похожим на янки охотником Лэтимером. Повод к ней подало замечание Лэтимера, что помощник, дескать, храпит и разговаривает во сне. В результате последний получил изрядную трепку, после чего снова не давал никому спать, без конца переживая во сне все подробности драки.</p>
     <p>Меня тоже всю ночь мучили кошмары. Этот день был похож на страшный сон. Одна зверская сцена сменялась другой, разбушевавшиеся страсти и хладнокровная жестокость заставляли людей покушаться на жизнь своих ближних, бить, калечить, уничтожать. Нервы мои были потрясены. Ум возмущался. До этой поры жизнь моя протекала в относительном неведении зверской, стороны человеческой природы. Ведь я всегда жил чисто интеллектуальной жизнью. Я сталкивался с жестокостью, но только с жестокостью духовной — с колким сарказмом Чарли Фэрасета, с безжалостными эпиграммами и остротами приятелей по клубу и ядовитыми замечаниями некоторых профессоров в мои студенческие годы.</p>
     <p>Вот и все. Но чтобы люди могли вымещать свой гнев на ближних, проливая кровь и калеча друг друга, — это было для меня внове и повергало в ужас. Не напрасно называли меня «неженка Ван-Вейден», думал я и беспокойно ворочался на койке, терзаемый кошмарами. Я дивился своему полному незнанию жизни и горько смеялся над собой; казалось, я уже готов был признать, что отталкивающая философия Волка Ларсена дает более правильное объяснение жизни, чем моя.</p>
     <p>Такое направление мыслей испугало меня. Я чувствовал, что окружающее зверство оказывает на меня развращающее влияние, омрачая все, что есть хорошего и светлого на свете. Я отдавал себе отчет в том, что избиение Томаса Магриджа — скверное, злое дело, и тем не менее не мог не ликовать при мысли об этом происшествии. И, сознавая, что я грешу, что такие мысли чудовищны, я все же захлебывался от бессмысленного злорадства. Я больше не был Хэмфри Ван-Вейденом. Я был Хэмпом, юнгой на шхуне «Призрак». Волк Ларсен был моим капитаном, Томас Магридж и остальные — моими товарищами, и печать, которой они были отмечены, уже начинала проступать и на моей шкуре.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
     </title>
     <p>Три дня я работал и за себя и за Томаса Магриджа и могу с гордостью сказать, что справлялся с делами неплохо. Я знаю, что заслужил одобрение Волка Ларсена, да и матросы были довольны мною во время моего краткого правления в камбузе.</p>
     <p>— В первый раз ем чистую пищу, с тех пор как попал на борт, — сказал мне Гаррисон, просунув в дверь камбуза обеденную посуду с бака. — Стряпня Томми почему-то всегда отдавала тухлым жиром, и сдается мне, что он ни разу не сменил рубашки, как отплыл из Фриско.</p>
     <p>— Так оно и есть, — подтвердил я.</p>
     <p>— Небось, и спит в ней? — продолжал Гаррисон.</p>
     <p>— Будь уверен, — сказал я. — На нем все та же рубашка, и он ее ни разу не снимал.</p>
     <p>Но только три дня дал капитан коку на поправку после нанесенных ему побоев. На четвертый день его за шиворот стащили с койки, и он, хромая и шатаясь от слабости, приступил к исполнению своих обязанностей. Глаза у него так отекли, что он почти ничего не видел. Он хныкал и вздыхал, но Волк Ларсен был неумолим.</p>
     <p>— Смотри, чтоб не было помоев! — напутствовал он кока. — И грязи я больше не потерплю! Изволь также иногда менять рубашку, не то я тебя выкупаю. Понял?</p>
     <p>Томас Магридж с трудом ковылял по камбузу, и первый же резкий крен «Призрака» чуть не свалил его с ног. Стараясь сохранить равновесие, он хотел схватиться за железные прутья, предохраняющие кастрюли от падения, но промахнулся и оперся рукой о раскаленную плиту. Раздалось шипение, потянуло запахом горелого мяса, и кок взвыл от боли.</p>
     <p>— Господи, господи, вот еще беда-то! — причитал он, усевшись на угольный ящик и размахивая обожженной рукой. — Что ж это за напасть такая! Прямо тошно становится! И за что мне это? Уж я ли не стараюсь жить со всеми в ладу!</p>
     <p>Слезы струились по его опухшим, покрытым кровоподтеками щекам, лицо было перекошено от боли, но сквозь боль проглядывала затаенная злоба.</p>
     <p>— Как я ненавижу его! Как ненавижу! — пробормотал он, скрипнув зубами.</p>
     <p>— Кого это? — спросил я, но бедняга уже опять начал оплакивать свои невзгоды. Впрочем, угадать, кого он ненавидит, было нетрудно, — труднее было бы предположить, что он кого-нибудь любит. В этом человеке сидел какой-то бес, заставлявший его ненавидеть весь мир. Мне казалось порой, что Магридж ненавидит даже самого себя, — так нелепо и уродливо сложилась его жизнь. В такие минуты во мне пробуждалось горячее сочувствие к нему и становилось стыдно, что я мог радоваться его страданиям и бедам. Жизнь подло обошлась с Томасом Магриджем. Она сыграла с ним скверную штуку, вылепив из него то, чем он был, и не переставала издеваться над ним. Мог ли он быть иным? И, будто в ответ на мои невысказанные мысли, кок прохныкал:</p>
     <p>— Мне всегда, всегда не везло. Некому было послать меня в школу, некому было меня покормить или вытереть мне разбитый нос, когда я был мальчонкой! Разве кто-нибудь заботился обо мне? Кто, когда, спрашиваю я?</p>
     <p>— Не огорчайся, Томми, — сказал я, успокаивающе кладя ему руку на плечо. — Не унывай! Все наладится. У тебя еще много впереди, ты всего можешь добиться.</p>
     <p>— Вранье! Подлое вранье! — заорал он мне в лицо, стряхивая мою руку. — Вранье, сам знаешь. Меня не переделать! Меня уже сделали — из всяких отбросов! Такие рассуждения хороши для тебя, Хэмп. Ты родился джентльменом. Ты никогда не знал, что значит ходить голодным и засыпать в слезах оттого, что голод грызет твое пустое брюхо, точно крыса. Нет, мое дело пропащее. Да если даже я проснусь завтра президентом Соединенных Штатов, разве я отъемся за то время, когда бегал по улицам голодным щенком? Разве это исправишь?</p>
     <p>Не в добрый час я родился, вот на мою долю и выпало столько бед, что хватило бы на десятерых. Пол-жизни я провалялся по больницам. Хворал лихорадкой в Аспинвале, в Гаване, в Нью-Орлеане. На Барбадосе полгода мучился от цинги и чуть не сдох. В Гонолулу — оспа. В Шанхае — перелом обеих ног. В Уналашке — воспаление легких. Три сломанных ребра во Фриско. А теперь! Взгляни на меня! Взгляни! Ведь опять все ребра переломали! И посмотришь — буду харкать кровью. Кто же мне возместит все это, спрашиваю я? Кто? Бог, что ли? Видно, он здорово невзлюбил меня, когда отправил в плавание по этому проклятому свету!</p>
     <p>Это возмущение против судьбы продолжалось больше часа, после чего кок снова принялся за работу, хромая, охая и дыша ненавистью ко всему живущему. Его диагноз оказался правильным, так как время от времени ему становилось дурно, он начинал харкать кровью и очень страдал. Но бог, казалось, и вправду возненавидел его и не хотел прибрать. Мало-помалу кок оправился и стал еще злее прежнего.</p>
     <p>Прошло несколько дней, и Джонсон тоже выполз на палубу и кое-как принялся за работу. Но ему было еще далеко до поправки, и я нередко наблюдал украдкой, как он с трудом взбирается по вантам или устало склоняется над штурвалом. А хуже всего было то, что он совсем пал духом. Он пресмыкался перед Волком Ларсеном и перед помощником. Вот Лич — тот держался совсем иначе. Расхаживал по палубе, как молодой тигр, и не скрывал своей ненависти к капитану и к Иогансену.</p>
     <p>— Я еще разделаюсь с тобой, косолапый швед! — услышал я какого ночью на палубе его слова, обращенные к помощнику.</p>
     <p>Иогансен выбранился в темноте, и в тот же миг что-то с силой ударилось о переборку камбуза. Снова послышалась ругань, потом насмешливый хохот, а когда все стихло, я вышел на палубу и увидел тяжелый нож, вонзившийся в переборку на целый дюйм. Почти тогда же появился помощник и принялся искать нож, но я уже завладел им и на следующее утро тайком вернул его Личу. Матрос только осклабился при этом, но в его улыбке было больше искренней благодарности, чем в многословных излияниях, присущих представителям моего класса.</p>
     <p>В противоположность остальным членам команды, я теперь ни с кем не был в ссоре, более того, отлично ладил со всеми. Охотники относились ко мне, должно быть, со снисходительным презрением, но во всяком случае не враждебно. Смок и Гендерсон, которые понемногу залечивали свои раны и целыми днями качались в подвесных койках под тентом, уверяли, что я ухаживаю за ними лучше всякой сиделки и что они не забудут меня в конце плавания, когда получат расчет. (Как будто мне нужны были их деньги! Я мог купить их со всеми их пожитками, мог купить всю шхуну, даже двадцать таких шхун!) Но на меня выпала задача ухаживать за ними, перевязывать их раны, и я делал все, что мог.</p>
     <p>У Волка Ларсена снова был приступ головной боли, длившийся два дня. Должно быть, он жестоко страдал, так как позвал меня и подчинялся моим указаниям, как больной ребенок. Но ничто не помогает ему. По моему совету он бросил курить и пить. Мне казалось просто невероятным, что это великолепное животное может страдать такими головными болями.</p>
     <p>— Это божья кара, уверяю вас, — высказался по этому поводу Луис. — Кара за его черные дела. И это еще не все, иначе…</p>
     <p>— Иначе что? — спросил я.</p>
     <p>— Иначе, бог, видать, только грозится, а дела не делает. Эх, вот слетит с языка…</p>
     <p>Нет, зря я сказал, что нахожусь в добрых отношениях со всеми. Томас Магридж не только по-прежнему ненавидит меня, но даже нашел для своей ненависти новый повод. Я долго не понимал, в чем дело, но наконец догадался: он не мог простить мне, что я родился «джентльменом», как он выражается, то есть под более счастливой звездой, нежели он.</p>
     <p>— А покойников что-то не видать! — поддразнил я Луиса, когда Смок и Гендерсон, дружески беседуя, прогуливались рядом по палубе в первый раз после выздоровления.</p>
     <p>Луис поднял на меня хитрые серые глазки и зловеще покачал головой.</p>
     <p>— Шквал налетит, говорю вам, и тогда берите все рифы и держитесь крепче. Я чую, давно чую — быть буре. Я ее вижу — вот как такелаж над головой в темную ночь. Она уже близко, близко!</p>
     <p>— И кто же будет первой жертвой? — спросил я.</p>
     <p>— Только не старый толстый Луис, за это я поручусь, — рассмеялся он. — Я чую нутром, что через год буду глядеть в глаза моей старой матушке; ведь она заждалась своих сыновей — все пятеро ушли в море.</p>
     <p>— Что он говорил тебе? — спросил меня потом Томас Магридж.</p>
     <p>— Что он когда-нибудь съездит домой повидаться с матерью, — осторожно отвечал я.</p>
     <p>— У меня никогда не было матери, — заявил кок, уставив на меня унылый взгляд своих тусклых, бесцветных глаз.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
     </title>
     <p>Я думаю о том, что никогда не умел по-настоящему ценить женское общество, хотя почти всю свою жизнь провел в окружении женщин. Я жил с матерью и сестрами и всегда старался освободиться от их опеки. Они доводили меня до отчаяния своими заботами о моем здоровье и вторжениями в мою комнату, где неизменно нарушали тот систематизированный хаос, который был предметом моей гордости и в котором я отлично разбирался, и учиняли еще больший, с моей точки зрения, хаос, хотя комната и приобретала более опрятный вид. После их ухода я никогда ничего не мог найти. Но, увы, как рад был бы я теперь ощутить возле себя их присутствие, услышать шелест их юбок, который так докучал мне подчас! Я уверен, что никогда не буду ссориться с ними, если только мне удастся попасть домой. Пусть с утра до ночи пичкают меня, чем хотят, пусть весь день вытирают пыль в моем кабинете и подметают пол — я буду спокойно взирать на все это и благодарить судьбу за то, что у меня есть мать и сестры.</p>
     <p>Подобные воспоминания заставляют меня задуматься о другом. Где матери всех этих людей, плавающих на «Призраке»? И противоестественно и нездорово, что все эти мужчины совершенно оторваны от женщин и одни скитаются по белу свету. Грубость и дикость только неизбежный результат этого. Всем этим людям следовало бы тоже иметь жен, сестер, дочерей. Тогда они были бы мягче, человечнее, были бы способны на сочувствие. А ведь никто из них даже не женат. Годами никому из них не приходится испытывать на себе влияния хорошей женщины, ее смягчающего воздействия. Жизнь их однобока. Их мужественность, в которой есть нечто животное, чрезмерно развилась в них за счет духовной стороны, притупившейся, почти атрофированной.</p>
     <p>Это компания холостых мужчин. Жизнь их протекает в грубых стычках, от которых они еще более черствеют. Порой мне просто не верится, что их породили на свет женщины. Кажется, что это какая-то полузвериная, получеловеческая порода, особый вид живых существ, не имеющих пола, что они вылупились, как черепахи, из согретых солнцем яиц или получили жизнь каким-нибудь другим необычным способом. Дни они проводят среди грубости и зла и в конце концов умирают столь же скверно, как и жили.</p>
     <p>Под влиянием таких мыслей я разговорился вчера вечером с Иогансеном. Это была первая неофициальная беседа, которой он удостоил меня с начала путешествия. Иогансен покинул Швецию, когда ему было восемнадцать лет; теперь ему тридцать восемь, и за все это время он ни разу не был дома. Года два назад в Чили он встретил в каком-то портовом трактире земляка и узнал от него, что его мать еще жива.</p>
     <p>— Верно, уж порядком состарилась теперь, — сказал он, задумчиво глянув на компас и тотчас метнув колючий взгляд на Гаррисона, отклонившегося на один румб от курса.</p>
     <p>— Когда вы в последний раз писали ей?</p>
     <p>Он принялся высчитывать вслух.</p>
     <p>— В восемьдесят первом… нет, в восемьдесят втором, кажется. Или в восемьдесят третьем? Да, в восемьдесят третьем. Десять лет назад. Из какого-то маленького порта на Мадагаскаре. Я служил тогда на торговом судне. Видишь ты, — продолжал он, будто обращаясь через океан к своей забытой матери, — ведь каждый год собирался домой. Так стоило ли писать? Через год, думаю, попаду. Да всякий раз что-нибудь мешало. Теперь вот стал помощником, так дело пойдет по-другому. Как получу расчет во Фриско — может, набежит долларов пятьсот, — так наймусь на какое-нибудь парусное судно, махну вокруг мыса Горн в Ливерпуль и зашибу еще. А оттуда уж поеду домой на свои денежки. Вот тогда моей старушке не придется больше работать!</p>
     <p>— Неужто она еще работает? Сколько же ей лет?</p>
     <p>— Под семьдесят, — ответил он. И добавил хвастливо: — У нас на родине работают с рождения и до самой смерти, поэтому мы и живем так долго. Я дотяну до ста.</p>
     <p>Никогда не забуду я этого разговора. То были последние слова, которые я от него слышал, и, быть может, вообще последние его слова.</p>
     <p>В тот вечер, спустившись в каюту, я решил, что там слишком душно спать. Ночь была тихая. Мы вышли из полосы пассатов, и «Призрак» еле полз вперед, со скоростью не больше одного узла. Захватив под мышку подушку и одеяло, я поднялся на палубу.</p>
     <p>Проходя мимо Гаррисона, я взглянул на компас, установленный на палубе рубки, и заметил, что на этот раз рулевой отклонился от курса на целых три румба. Думая, что он заснул, и желая спасти его от взбучки, а то и от чего-нибудь похуже, я заговорил с ним. Но он не спал, глаза его были широко раскрыты и устремлены вдаль. Казалось, он был так чем-то взволнован, что не мог ответить мне.</p>
     <p>— В чем дело? — спросил я. — Ты болен?</p>
     <p>Он покачал головой и глубоко вздохнул, словно пробуждаясь от сна.</p>
     <p>— Так держи курс получше, — посоветовал я.</p>
     <p>Он перехватил ручки штурвала; стрелка компаса медленно поползла к северо-западу и установилась там после нескольких отклонений.</p>
     <p>Я уже собрался пойти дальше и поднял свои вещи, как вдруг что-то необычное за бортом привлекло мое внимание. Чья-то жилистая мокрая рука ухватилась за планшир. Потом из темноты появилась другая. Я смотрел, разинув рот. Что это за гость из морской глубины? Кто бы это ни был, я знал, что он взбирается на борт, держась за лаглинь. Появилась голова с мокрыми взъерошенными волосами, и я увидел лицо Волка Ларсена. Его правая щека была в крови, струившейся из раны на голове. Сильным рывком он перекинул тело через фальшборт, и, очутившись на палубе, метнул быстрый взгляд на рулевого, словно проверяя, кто стоит у штурвала и не грозит ли с этой стороны опасность. Вода ручьями стекала с его одежды, и я бессознательно прислушивался к ее журчанию. Когда он двинулся ко мне, я невольно отступил: я отчетливо прочел слово «смерть» в его взгляде.</p>
     <p>— Стой, Хэмп, — тихо сказал он. — Где помощник?</p>
     <p>Я с недоумением покачал головой.</p>
     <p>— Иогансен! — негромко позвал капитан. — Иогансен! Где помощник? — спросил он у Гаррисона.</p>
     <p>Молодой матрос уже успел прийти в себя и довольно спокойно ответил:</p>
     <p>— Не знаю, сэр. Недавно он прошел на бак.</p>
     <p>— Я тоже шел на бак, но ты, верно, заметил, что вернулся я с противоположной стороны. Как это могло получиться, а?</p>
     <p>— Вы, верно, были за бортом, сэр.</p>
     <p>— Посмотреть: нет ли его в кубрике, сэр? — предложил я.</p>
     <p>Ларсен покачал головой.</p>
     <p>— Ты не найдешь его там, Хэмп. Идем, ты мне нужен! Оставь вещи здесь.</p>
     <p>Я последовал за ним. На палубе было тихо.</p>
     <p>— Проклятые охотники, — проворчал он. — Так разленились, что не могут выстоять четыре часа на вахте!</p>
     <p>На полубаке мы нашли трех спящих матросов! Капитан перевернул их на спину и заглянул им в лицо. Они несли вахту на палубе, а по корабельным правилам все, за исключением старшего вахтенного, рулевого и сигнальщика, в хорошую погоду имели право спать.</p>
     <p>— Кто сигнальщик? — спросил капитан.</p>
     <p>— Я, сэр, — с легкой дрожью в голосе ответил Холиок, один из старых матросов. — Я только на минуту задремал, сэр. Простите, сэр! Больше этого не будет.</p>
     <p>— Ты ничего не заметил на палубе?</p>
     <p>— Нет, сэр, я…</p>
     <p>Но Волк Ларсен уже отвернулся, презрительно буркнув что-то, и оставил матроса с раскрытым ртом, — кто мог думать, что он так дешево отделается!</p>
     <p>— Тише теперь, — шепотом предупредил меня Волк Ларсен, спускаясь по трапу в кубрик.</p>
     <p>С бьющимся сердцем я последовал за ним. Я не знал, что нас ожидает, как не знал и того, что уже произошло. Но я видел, что была пролита кровь. И уж, конечно, не по своей воле Волк Ларсен очутился за бортом. Странно было и отсутствие Иогансена.</p>
     <p>Я впервые спускался в матросский кубрик и не скоро забуду то зрелище, которое предстало предо мной, когда я остановился внизу у трапа. Кубрик занимал треугольное помещение на самом носу шхуны и был не больше обыкновенной дешевой каморки на Граб-стрит. Вдоль трех его стен в два яруса тянулись койки. Их было двенадцать. Двенадцать человек ютились в этой тесноте — и спали и ели здесь. Моя спальня дома была невелика, но все же она могла вместить дюжину таких кубриков, а если принять во внимание высоту потолка, то и все двадцать.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_027.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Тут пахло плесенью и чем-то кислым, и при свете качающейся лампы я разглядел переборки, сплошь увешанные морскими сапогами, клеенчатой одеждой и всевозможным тряпьем — чистым и грязным вперемешку. Все это раскачивалось взад и вперед с шуршащим звуком, напоминавшим стук веток о стену дома или о крышу. Время от времени какой-нибудь сапог глухо ударялся о переборку. И хотя море было тихое, балки и доски скрипели неумолчным хором, а из-под настила неслись какие-то странные звуки.</p>
     <p>Все это нисколько не мешало спящим. Их было восемь человек — две свободные от вахты смены, — и спертый воздух был согрет их дыханием; слышались вздохи, храп, невнятное бормотание — звуки, сопровождавшие сон этих людей, спящих в своей берлоге. Но в самом ли деле все они спали? И давно ли? Вот что, по-видимому, интересовало Волка Ларсена. И, чтобы разрешить свои сомнения, он прибег к приему, напомнившему мне одну из новелл Боккаччо.</p>
     <p>Ларсен вынул лампу из ее качающейся оправы и подал мне. Свой обход он начал с первой койки по правому борту. Наверху лежал канак,<a l:href="#n_158" type="note">[158]</a> красавец матрос, которого товарищи называли Уфти-Уфти. Он спал, лежа на спине, и дышал тихо, как женщина. Одну руку он подложил под голову, другая покоилась поверх одеяла. Волк Ларсен взял его за руку и начал считать пульс. Это разбудило матроса. Он проснулся так же спокойно, как спал, и даже не пошевельнулся при этом. Он только широко открыл свои огромные черные глаза и, не мигая, уставился на нас. Волк Ларсен приложил палец к губам, требуя молчания, и глаза снова закрылись.</p>
     <p>На нижней койке лежал Луис, толстый, распаренный. Он спал непритворным, тяжелым сном. Когда Волк Ларсен взял его за руку, он беспокойно заерзал и вдруг изогнулся так, что тело его какую-то секунду опиралось только на плечи и пятки. Губы его зашевелились, и он изрек следующую загадочную фразу:</p>
     <p>— Кварта — шиллинг. Но гляди в оба, не то трактирщик мигом всучит тебе трехпенсовую за твои шесть пенсов.</p>
     <p>Затем он повернулся набок и с тяжелым вздохом произнес:</p>
     <p>— Шесть пенсов — «теннер», а шиллинг — «боб». А вот что такое «пони»<a l:href="#n_159" type="note">[159]</a> — я не знаю.</p>
     <p>Удостоверившись, что Луис и канак не прикидываются спящими, Волк Ларсен перешел к следующим двум койкам по правому борту, занятым — как мы увидели, осветив их лампой, — Личем и Джонсоном.</p>
     <p>Когда капитан нагнулся над нижней койкой, чтобы прощупать пульс Джонсону, я, стоя с лампой в руках, заметил, что Лич на верхней койке приподнял голову и осторожно глянул вниз. Должно быть, он разгадал хитрость капитана и понял, что сейчас будет уличен, так как лампа внезапно была выбита у меня из рук, и кубрик погрузился в темноту. В тот же миг Лич спрыгнул вниз, прямо на Волка Ларсена.</p>
     <p>Звуки, доносившиеся из мрака, напоминали схватку волка с быком. Ларсен взревел, как разъяренный зверь, и Лич зарычал тоже. От этих звуков кровь стыла в жилах. Джонсон, должно быть, тотчас вмешался в драку. Я понял, что его униженное поведение все последние дни было лишь хорошо обдуманным притворством.</p>
     <p>Эта схватка в темноте казалась столь ужасной, что я, весь дрожа, прислонился к трапу, не в силах сдвинуться с места. Я снова испытал знакомое сосущее ощущение под ложечкой, всегда появлявшееся у меня при виде физического насилия. Правда, в этот миг я ничего не мог видеть, но до меня долетали звуки ударов и глухой стук сталкивающихся тел. Койки трещали, слышно было тяжелое дыхание, короткие возгласы боли.</p>
     <p>Должно быть, в покушении на жизнь капитана и помощника участвовало несколько человек, так как по возросшему шуму я догадался, что Лич и Джонсон уже получили подкрепление со стороны своих товарищей.</p>
     <p>— Эй, кто-нибудь, дайте нож! — кричал Лич.</p>
     <p>— Двинь его по башке! Вышиби из него мозги! — орал Джонсон.</p>
     <p>Но Волк Ларсен больше не издал ни звука. Он молча и свирепо боролся за свою жизнь. Ему приходилось туго. Сразу же сбитый с ног, он не мог подняться, и мне казалось, что, несмотря на его чудовищную силу, положение его безнадежно. О ярости этой борьбы я получил весьма наглядное представление, так как сам был сбит с ног сцепившимися телами и, падая, сильно ушибся. Однако среди общей свалки мне как-то удалось заползти на одну из нижних коек и таким образом убраться с дороги.</p>
     <p>— Все сюда! Мы держим его! Попался! — слышал я выкрики Лича.</p>
     <p>— Кого? — спрашивал кто-то, разбуженный шумом, не понимая, что происходит.</p>
     <p>— Кровопийцу помощника! — хитро ответил Лич, с трудом выговаривая слова.</p>
     <p>Его сообщение было встречено восторженными возгласами, и с этой минуты Волку Ларсену пришлось отбиваться от семерых дюжих матросов, наседавших на него. Луис, я полагаю, не принимал участия в драке. Кубрик гудел, как потревоженный улей.</p>
     <p>— Эй, вы, что там у вас такое? — донесся с палубы крик Лэтимера. Он был слишком осторожен, чтобы спуститься в этот ад кипевших во мраке страстей.</p>
     <p>— У кого есть нож? Дайте нож! — снова услышал я голос Лича, когда шум на мгновение затих.</p>
     <p>Многочисленность нападавших повредила им. Они мешали друг другу, а у Волка Ларсена была только одна цель — пробраться ползком к трапу, — и он в конце концов достиг своего. Несмотря на полный мрак, я следил за его передвижением по звукам. И только такой силач мог сделать то, что сделал он, когда дополз все же до трапа. Хватаясь за ступеньки руками, он мало-помалу выпрямился во весь рост и начал взбираться наверх, невзирая на то, что целая куча людей старалась стащить его вниз.</p>
     <p>Конец этой сцены я не только слышал, но и видел, так как Лэтимер принес фонарь и осветил им люк. Волк Ларсен — его едва можно было разглядеть под уцепившимися за него матросами — уже почти добрался до верха трапа. Этот клубок сплетенных тел напоминал огромного многолапого паука и раскачивался взад и вперед в такт ритмичной качке шхуны. И медленно, с большими остановками, вся эта копошащаяся масса тел неуклонно ползла кверху. Раз она дрогнула, застыла на месте и чуть не покатилась вниз, но равновесие восстановилось. и она снова поползла по трапу.</p>
     <p>— Что тут такое? — крикнул Лэтимер.</p>
     <p>При свете фонаря я увидел его склоненное над люком испуганное лицо.</p>
     <p>— Это я, Ларсен, — донесся приглушенный голос.</p>
     <p>Лэтимер протянул руку. Снизу быстро высунулась рука Ларсена. Лэтимер схватил ее и стал тянуть кверху, и следующие две ступеньки были пройдены быстро. Показалась другая рука Ларсена и ухватилась за комингс люка. Клубок тел отделился от трапа, но матросы все еще цеплялись за своего ускользавшего врага. Однако один за другим они начали скатываться вниз. Ларсен сбрасывал их, ударяя о закраину люка, пиная ногами. Последним был Лич: он свалился с самого верха вниз головой прямо на своих товарищей. Волк Ларсен и фонарь исчезли, и мы остались в темноте.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
     </title>
     <p>Со стонами, с ругательствами матросы стали подниматься на ноги.</p>
     <p>— Зажгите лампу, я вывихнул большой палец, — крикнул Парсонс, смуглый, мрачный парень, рулевой из шлюпки Стэндиша, где Гаррисон был гребцом.</p>
     <p>— Лампа где-то тут, на полу, — сказал Лич, опускаясь на край койки, на которой притаился я.</p>
     <p>Послышался шорох, чирканье спички, потом тускло вспыхнула коптящая лампа, и при ее неверном свете босоногие матросы принялись обследовать свои ушибы и раны. Уфти-Уфти завладел пальцем Парсонса, сильно дернул его и вправил сустав. В то же время я заметил, что у самого канака суставы пальцев разбиты в кровь. Он показывал их всем, скаля свои великолепные белые зубы, и хвалился, что своротил скулу Волку Ларсену.</p>
     <p>— Так это ты, черное пугало, постарался? — воинственно вскричал Келли, американец ирландского происхождения, бывший грузчик, первый раз выходивший в море и состоявший гребцом при Керфуте.</p>
     <p>Он выплюнул выбитые зубы и с перекошенным от бешенства лицом двинулся на Уфти-Уфти. Канак отпрыгнул к своей койке и выхватил длинный нож.</p>
     <p>— А, брось! Надоело! — вмешался Лич. Очевидно, при всей своей молодости и неопытности он был коноводом в кубрике. — Ступай прочь, Келли, оставь Уфти в покое! Как, черт подери, мог он узнать тебя в темноте?</p>
     <p>Келли нехотя повиновался, а Уфти-Уфти благодарно сверкнул своими белыми зубами. Он был красив. В линиях его фигуры была какая-то женственная мягкость, а большие глаза смотрели мечтательно, что странно противоречило его репутации драчуна и забияки.</p>
     <p>— Как ему удалось уйти? — спросил Джонсон.</p>
     <p>Все еще тяжело дыша, он сидел на краю своей койки; вся его фигура выражала крайнее разочарование и уныние. Во время борьбы с него сорвали рубашку; кровь из раны на щеке капала на обнаженную грудь и красной струйкой стекала на пол.</p>
     <p>— Удалось, потому что он дьявол. Я ведь говорил вам, — отозвался Лич, вскочив с койки; в глазах у него блеснули слезы отчаяния. — И ни у кого из вас вовремя не нашлось ножа! — простонал он.</p>
     <p>Но никто не слушал его; в матросах уже проснулся страх перед ожидавшей их карой.</p>
     <p>— А как он узнает, кто с ним дрался? — спросил Келли и, свирепо оглянувшись кругом, добавил: — Если, конечно, никто не донесет.</p>
     <p>— Да стоит ему только поглядеть на нас… — пробормотал Парсонс. — Взглянет хоть на тебя, и все!</p>
     <p>— Скажи ему, что палуба встала дыбом и дала тебе по зубам, — усмехнулся Луис.</p>
     <p>Он один не слезал во время драки с койки и торжествовал, что у него нет ни ран, ни синяков — никаких следов участия в ночном побоище.</p>
     <p>— Ну и достанется вам завтра, когда Волк увидит ваши рожи! — хмыкнул он.</p>
     <p>— Скажем, что приняли его за помощника, — пробормотал кто-то.</p>
     <p>А другой добавил:</p>
     <p>— А я скажу, что услышал шум, соскочил с койки и сразу же получил по морде за любопытство. Ну и, понятно, не остался в долгу. А кто там был — я и не разобрал в этой темнотище.</p>
     <p>— И съездил мне в зубы! — дополнил Келли и даже просиял на миг.</p>
     <p>Лич и Джонсон не принимали участия в этом разговоре, и было ясно, что товарищи смотрят на них, как на обреченных. Лич некоторое время молчал, но наконец его взорвало.</p>
     <p>— Тошно слушать! Слюнтяи! Если бы вы поменьше мололи языком да побольше работали руками, ему бы уже была крышка. Почему ни один из вас не дал мне ножа, когда я просил? Черт бы вас побрал! И чего вы нюни распустили — убьет он вас, что ли? Сами знаете, что не убьет. Он не может себе этого позволить. Здесь нет корабельных агентов, чтобы подыскать других бродяг на ваше место. Кто без вас будет грести, и править на шлюпках, и работать на его чертовой шхуне? А теперь нам с Джонсоном придется расплачиваться за все. Ну, лезьте на койки и заткнитесь. Я хочу спать.</p>
     <p>— Что верно, то верно! — отозвался Парсонс. — Убить он нас, пожалуй, не убьет. Но уж житья нам теперь тоже не будет на этой шхуне!</p>
     <p>А я все это время с тревогой думал о своем собственном незавидном положении. Что произойдет, когда они заметят меня? Мне-то не пробиться наверх, как Волку Ларсену. И в эту минуту Лэтимер крикнул с палубы:</p>
     <p>— Хэмп! Капитан зовет!</p>
     <p>— Его здесь нет! — отозвался Парсонс.</p>
     <p>— Нет, я здесь! — крикнул я, спрыгивая с койки и стараясь придать своему голосу твердость.</p>
     <p>Матросы ошеломленно уставились на меня. Я читал на их лицах страх. Страх и злобу, порождаемую страхом.</p>
     <p>— Иду! — крикнул я Лэтимеру.</p>
     <p>— Нет, врешь! — заорал Келли, становясь между мной и трапом и пытаясь схватить меня за горло. — Ах ты, подлая гадина! Я тебе заткну глотку!</p>
     <p>— Пусти его! — приказал Лич.</p>
     <p>— Черта с два! — последовал сердитый ответ.</p>
     <p>Лич, сидевший на краю койки, даже не шевельнулся.</p>
     <p>— Пусти его, говорю я! — повторил он, но на этот раз голос его прозвучал решительно и жестко.</p>
     <p>Ирландец колебался. Я шагнул к нему, и он отступил в сторону. Дойдя до трапа, я повернулся и обвел глазами круг свирепых и озлобленных лиц, глядевших на меня из полумрака. Внезапно глубокое сочувствие пробудилось во мне. Я вспомнил слова кока. Как бог должен ненавидеть их, если обрекает на такие муки!</p>
     <p>— Будьте покойны, я ничего не видел и не слышал, — негромко произнес я.</p>
     <p>— Говорю вам, он не выдаст, — услышал я, поднимаясь по трапу, голос Лича. — Он любит капитана не больше, чем мы с вами.</p>
     <p>Я нашел Волка Ларсена в его каюте. Обнаженный, весь в крови, он ждал меня и приветствовал обычной иронической усмешкой:</p>
     <p>— Приступайте к работе, доктор! По-видимому, в этом плавании вам предстоит обширная практика. Не знаю, как «Призрак» обошелся бы без вас. Будь я способен на. столь благородные чувства, я бы. сказал, что его хозяин глубоко вам признателен.</p>
     <p>Я уже был хорошо знаком с нашей нехитрой судовой аптечкой и, пока кипятилась на печке вода, стал приготовлять все нужное для перевязок. Ларсен тем временем, смеясь и болтая, расхаживал по каюте и хладнокровно рассматривал свои раны. Я впервые увидел его обнаженным и был поражен. Культ тела никогда не был моей слабостью, но я обладал все же достаточным художественным чутьем, чтобы оценить великолепие этого тела.</p>
     <p>Должен признаться, что я был зачарован совершенством этих линий, этой, я бы сказал, свирепой красотой. Я видел матросов на баке. Многие из них поражали своими могучими мускулами, но у всех имелся какой-нибудь недостаток: одна часть тела была слишком сильно развита, другая слишком слабо, или же какое-нибудь искривление нарушало симметрию; у одних были слишком длинные ноги, у других — слишком короткие; одних портила излишняя жилистость, других — костлявость. Только Уфти-Уфти отличался безупречным сложением, однако в красоте его было что-то женственное.</p>
     <p>Но Волк Ларсен являлся воплощением мужественности и сложен был почти как бог. Когда он ходил или поднимал руки, мощные мускулы напрягались и играли под атласной кожей. Я забыл сказать, что бронзовым загаром были покрыты только его лицо и шея. Кожа у него была белой, как у женщины, что напомнило мне о его скандинавском происхождении. Когда он поднял руку, чтобы пощупать рану на голове, бицепсы, как живые, заходили под этим белым покровом. Эти самые бицепсы на моих глазах наносили столько страшных ударов и не так давно чуть не отправили меня на тот свет. Я не мог оторвать от Ларсена глаз и стоял, как пригвожденный к месту. Бинт выпал у меня из рук и, разматываясь, покатился по полу.</p>
     <p>Капитан заметил, что я смотрю на него.</p>
     <p>— Бог хорошо слепил вас, — сказал я.</p>
     <p>— Вы находите? — отозвался он. — Я сам так считаю и часто думаю, к чему это?</p>
     <p>— Предназначение… — начал было я.</p>
     <p>— Приспособленность! — прервал он меня. — Все в этом теле приспособлено для дела. Эти мускулы созданы для того, чтобы хватать и рвать, уничтожать все живое, что станет на моем пути. Но подумали ли вы о других живых существах? У них тоже как-никак есть мускулы, также предназначенные для того, чтобы хватать, рвать, уничтожать. И когда они становятся на моем жизненном пути, я хватаю лучше их, рву лучше, уничтожаю лучше. В чем же тут предназначение? Приспособленность — больше ничего.</p>
     <p>— Это некрасиво, — возразил я.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что жизнь некрасива? — улыбнулся он. — Однако вы говорите, что я неплохо сложен. А теперь поглядите.</p>
     <p>Он широко расставил ноги, будто прирос к полу, вцепившись в него пальцами, как когтями. Узлы, клубки, бугры мускулов забегали под кожей.</p>
     <p>— Пощупайте! — приказал он.</p>
     <p>Мускулы были тверды, как сталь, и я заметил, что все тело у него подобралось и напряглось. Мускулы мягко округлились на бедрах, на спине, вдоль плеч. Он слегка приподнял руки, мышцы сократились, пальцы согнулись, напоминая когти. Даже глаза изменили выражение — в них появилась настороженность, расчет и хищный огонек.</p>
     <p>— Устойчивость, равновесие, — сказал он и, вмиг расслабив мышцы, принял более спокойную позу. — Ноги для того, чтобы упираться в землю, а руки, зубы и ногти, чтобы бороться и убивать, стараясь не быть убитым. Предназначение? Приспособленность — самое верное слово.</p>
     <p>Я не спорил. Предо мной был организм хищника, первобытного хищника, и это произвело на меня столь сильное впечатление, как если бы я увидел машины огромного броненосца или трансатлантического парохода.</p>
     <p>Вспоминая жестокую схватку в кубрике, я дивился тому, как это Ларсену удалось так легко отделаться. Могу не без гордости сказать, что перевязку я, кажется, сделал ему неплохо. Впрочем, серьезных повреждений было немного, остальное — просто кровоподтеки и ссадины. Первый полученный им удар, тот, от которого он упал за борт, рассек ему кожу на голове. Эту рану — длиной в несколько дюймов — я, по его указаниям, промыл и зашил, предварительно выбрив вокруг нее волосы. Помимо этого, одна икра у него была разодрана, словно ее искусал бульдог. Ларсен объяснил мне, что какой-то матрос вцепился в нее зубами еще в начале схватки, да так и висел на ней. Лишь на верху трапа Ларсену удалось стряхнуть его с себя.</p>
     <p>— Кстати, Хэмп, я заметил, что вы толковый малый, — сказал Волк Ларсен, когда я кончил перевязки. — Как вы знаете, я остался без помощника. Отныне вы будете стоять на вахте, получать семьдесят пять долларов в месяц, и всем будет приказано называть вас «мистер Ван-Вейден».</p>
     <p>— Но я же ничего не смыслю в навигации, — изумился я.</p>
     <p>— Этого и не требуется.</p>
     <p>— И я вовсе не стремлюсь к такому высокому посту, — продолжал я протестовать. — Жизнь моя и в теперешнем моем скромном положении достаточно подвержена всяким превратностям, к тому же у меня нет никакого опыта. Посредственность, знаете ли, тоже имеет свои преимущества.</p>
     <p>Но он только улыбнулся, словно вопрос уже был решен.</p>
     <p>— Да не хочу я быть помощником на этом дьявольском корабле! — с возмущением вскричал я.</p>
     <p>Его лицо сразу стало жестким, глаза холодно блеснули. Он подошел к двери каюты и сказал:</p>
     <p>— Ну, мистер Ван-Вейден, доброй ночи!</p>
     <p>— Доброй ночи, мистер Ларсен, — чуть слышно пробормотал я.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
     </title>
     <p>Не могу сказать, чтобы положение помощника было мне хоть сколько-нибудь приятно, хотя я и избавился от мытья посуды. Я не знал самых элементарных обязанностей штурмана, и мне пришлось бы туго, не будь матросы расположены ко мне. Я ничего не смыслил в оснастке судна и не понимал, как надо ставить паруса. Но матросы старались подучить меня, и особенно хорошим учителем оказался Луис. Столкновений с моими подчиненными у меня не было.</p>
     <p>Другое дело — охотники. Все они были более или менее знакомы с морем и смотрели на мое назначение, как на шутку. Мне и самому было смешно, что я, сухопутная крыса, исполнял обязанности помощника, однако быть посмешищем в глазах других мне вовсе не хотелось. Я не жаловался, но Волк Ларсен сам требовал по отношению ко мне соблюдения самого строгого морского этикета, чего никогда не удостаивался бедный Иогансен. Ценою неоднократных стычек и угроз он привел недовольных охотников к повиновению. От носа до кормы меня титуловали «мистер Ван-Вейден», и только в неофициальных беседах Волк Ларсен называл меня Хэмпом.</p>
     <p>Это было забавно. Иной раз, пока мы обедали, ветер менял направление на несколько румбов, и когда я вставал из-за стола, капитан говорил: «Мистер Ван-Вейден, будьте добры лечь на левый галс». Я выходил на палубу, подзывал Луиса и спрашивал у него, что нужно делать. Через несколько минут, усвоив его указания и уяснив себе сущность маневра, я начинал отдавать распоряжения. Помнится, однажды Волк Ларсен появился на палубе как раз в ту минуту, когда я отдавал команду. Он остановился с сигарой в зубах и принялся спокойно наблюдать за выполнением маневра. Затем поднялся ко мне на ют.</p>
     <p>— Хэмп, — сказал он. — Виноват, мистер Ван-Вейден. Поздравляю вас! Сдается мне, что отцовские ноги вам теперь больше не понадобятся. Вы, кажется, уже научились стоять на своих собственных. Немного практики в такелажных работах и с парусами, небольшой шторм, и к концу плавания вы сумеете наняться на любую каботажную шхуну.</p>
     <p>В этот период моего плавания на «Призраке» — после смерти Иогансена и вплоть до прибытия к месту охоты — я чувствовал себя не так уж плохо. Волк Ларсен был ко мне не слишком строг, матросы мне помогали, и я был избавлен от неприятного общества Томаса Магриджа. Должен признаться, что мало-помалу я начал даже втайне гордиться собой. Как ни фантастично было мое положение — я, сухопутная крыса, вдруг занял второе по рангу место на судне! — однако справлялся я с делом неплохо. И я был доволен собой и даже полюбил плавное покачивание под ногами палубы «Призрака», который все так же держал курс от тропиков на северо-запад, к тому островку, где нам предстояло пополнить запас пресной воды.</p>
     <p>Но это было лишь время сравнительного благополучия. Такие же муки, какие я испытал вначале, ждали меня и впереди. А для команды, особенно для матросов, «Призрак» по-прежнему оставался ужасным, сатанинским кораблем. Никто не знал на нем ни минуты покоя. Волк Ларсен не простил матросам покушения на его жизнь и трепки, которую они задали ему в кубрике. И днем и ночью он всячески старался отравить им существование.</p>
     <p>Он хорошо понимал психологическое значение мелочей и умел мелкими придирками доводить матросов до исступления. Я видел, как он поднял Гаррисона с койки, чтобы тот убрал валявшуюся не на месте малярную кисть. Но и этого ему показалось мало, и он разбудил еще всех подвахтенных и велел им пойти за Гаррисоном и поглядеть, как он будет это делать. Это был, конечно, пустяк, но его изобретательный ум придумывал их тысячи, и легко можно себе представить, какое настроение царило на баке.</p>
     <p>Понятно, что команда роптала, и отдельные столкновения повторялись снова и снова. Капитан продолжал избивать матросов, и ежедневно двое-трое из них врачевали, как могли, нанесенные им увечья. Однако на решительное выступление они не отваживались, так как в кубрике у охотников и в кают-компании хранился большой запас оружия. Больше всего доставалось от Волка Ларсена Личу и Джонсону: на них он вымещал свою дьявольскую злобу, и глубокая тоска, которую я читал в глазах Джонсона, заставляла сжиматься мое сердце.</p>
     <p>Лич относился к своему положению иначе. Он был затравлен, но не сдавался. Он весь горел неукротимой яростью, не оставлявшей места для скорби. На его губах застыла злобная усмешка, и при виде Волка Ларсена с них всякий раз — как видно, бессознательно — срывалось угрожающее ворчание. Он следил глазами за капитаном, как зверь следит из клетки за своим стражем, и злоба, клокотавшая в его груди, рвалась наружу сквозь стиснутые зубы.</p>
     <p>Помню, как однажды на палубе я средь бела дня тронул его за плечо, собираясь отдать какое-то приказание. Он стоял ко мне спиной и, когда моя рука коснулась его, отпрянул с диким возгласом. Он принял меня за ненавистного ему человека.</p>
     <p>Лич и Джонсон убили бы Волка Ларсена при первой возможности, только она им никогда не представлялась, — Волк Ларсен был слишком хитер. К тому же у них не было сподручного оружия. На одни кулаки им никак не приходилось рассчитывать. Время от времени капитан показывал свою силу Личу, и тот всегда давал сдачи и кидался на него, как дикая кошка, пуская в ход и зубы, и ногти, и кулаки, но в конце концов всякий раз падал на палубу без сил и часто даже без сознания. И все же он никогда не старался избежать схватки. Дьявол, сидевший в нем, бросал вызов дьяволу в Волке Ларсене. Стоило им только столкнуться на палубе, и поднималась драка. Мне случалось видеть, как Лич кидался на Волка Ларсена без всякого предупреждения или внешнего повода. Однажды он метнул в капитана тяжелый кортик и промахнулся всего на какой-нибудь дюйм, а еще как-то уронил на него с салинга стальную свайку. Не простая это была задача — попасть в цель при качке, с высоты семидесяти пяти футов, но острие инструмента, просвистав в воздухе, мелькнуло почти у самой головы Волка Ларсена, когда тот показался из люка, и вонзилось на целых два дюйма в толстые доски палубы. В другой раз Лич пробрался в кубрик охотников, завладел чьим-то заряженным дробовиком и уже хотел выскочить с ним на палубу, но тут его перехватил и обезоружил Керфут.</p>
     <p>Я часто задавал себе вопрос, почему Волк Ларсен не убьет Лича и не положит этому конец. Но он только смеялся и, казалось, наслаждался опасностью. В этой игре была для него особая прелесть; быть может, он чувствовал себя в роли укротителя диких зверей.</p>
     <p>— Жизнь получает особую остроту, — объяснял он мне, — когда висит на волоске. Человек по природе игрок, а жизнь — самая крупная его ставка. Чем больше риск, тем острее ощущение. Зачем мне отказывать себе в удовольствии доводить Лича до белого каления? Этим я ему же оказываю услугу. Мы оба испытываем весьма сильные ощущения. Его жизнь богаче, чем у любого матроса на баке, хотя он этого и не сознает. Он имеет то, чего нет у них, — цель, поглощающую его: он стремится убить меня и не теряет надежды, что это ему удастся. Право, Хэмп, он живет полной, насыщенной жизнью. Я сомневаюсь, чтобы когда-либо его жизнь протекала так напряженно и остро, и порой искренне завидую ему, когда вижу его на вершине страсти и исступления.</p>
     <p>— Но ведь это низость! Низость! — воскликнул я. — Все преимущества на вашей стороне.</p>
     <p>— Кто из нас двоих, вы или я, более низок? — нахмурившись, спросил он. — Попадая в неприятное положение, вы вступаете в компромисс с вашей совестью. Если бы вы действительно были на высоте и оставались верны себе, вы должны были бы объединиться с Личем и Джонсоном. Но вы боитесь, боитесь! Вы хотите жить. Жизнь в вас кричит, что она хочет жить, чего бы это ни стоило. Вы влачите презренное существование, изменяете вашим идеалам, грешите против своей жалкой морали и, если есть ад, прямым путем ведете туда свою душу. Я выбрал себе более достойную роль. Я не грешу, так как остаюсь верен велениям жизни во мне. Я по крайней мере не поступаю против совести, чего вы не можете сказать о себе.</p>
     <p>В том, что он говорил, была неприятная правда.</p>
     <p>Быть может, я и в самом деле праздновал труса. Чем больше я размышлял об этом, тем яснее сознавал, что мой долг перед самим собой — сделать то, к чему Ларсен подстрекает меня, то есть примкнуть к Джонсону и Личу и вместе с ними постараться убить его. В этом, мне кажется, сказалось наследие моих суровых предков пуритан, оправдывавших даже убийство, если оно совершается для благой цели. Я не мог отделаться от этих мыслей. Освободить мир от такого чудовища казалось мне актом высшей морали. Человечество станет от этого только лучше и счастливее, а жизнь чище и приятнее.</p>
     <p>Я раздумывал об этом, ворочаясь на своей койке в долгие бессонные ночи, и снова и снова перебирал в уме все события. Во время ночных вахт, когда Волк Ларсен был внизу, я беседовал с Джонсоном и Личем. Оба они потеряли всякую надежду: Джонсон — по мрачному складу своего характера, а Лич — потому, что истощил силы в тщетной борьбе. Однажды он взволнованно схватил мою руку и сказал:</p>
     <p>— Вы честный человек, мистер Ван-Вейден! Но оставайтесь на своем месте и помалкивайте. Наша песенка спета, я знаю. И все-таки в трудную минуту вы, может, сумеете помочь нам.</p>
     <p>На следующий день, когда на траверзе у нас с наветренной стороны вырос остров Уэнрайт, Волк Ларсен изрек пророческие слова. Он только что поколотил Джонсона, а заодно и Лича, который пришел товарищу на подмогу.</p>
     <p>— Лич, — сказал он, — ты знаешь, что я когда-нибудь убью тебя?</p>
     <p>Матрос в ответ только зарычал.</p>
     <p>— А тебе, Джонсон, так в конце концов осточертеет жизнь, что ты сам бросишься за борт, не ожидая, чтобы я тебя прикончил. Помяни мое слово!</p>
     <p>— Это — внушение, — добавил он, обращаясь ко мне. — Держу пари на ваше месячное жалованье, что он так и сделает.</p>
     <p>Я питал надежду, что его жертвы найдут случай бежать, когда мы будем наполнять водой бочонки, но Волк Ларсен хорошо выбрал место, где бросить якорь. «Призрак» лег в дрейф в полумиле за линией прибоя, окаймлявшей пустынный берег. Здесь открывалось глубокое ущелье, окруженное отвесными скалами вулканического происхождения, по которым невозможно было вскарабкаться наверх. И здесь, под непосредственным наблюдением самого капитана, съехавшего на берег, Лич и Джонсон наполняли пресной водой бочонки и скатывали их к берегу. Удрать на шлюпке у них не было никакой возможности.</p>
     <p>Но Гаррисон и Келли сделали такую попытку. На их обязанности лежало курсировать на своей шлюпке между шхуной и берегом, перевозя каждый раз по одному бочонку. Перед самым обедом, двинувшись с пустым бочонком к берегу, они внезапно изменили курс и отклонились влево, стремясь обогнуть мыс, далеко выступавший в море и отделявший их от свободы. Там, за белыми пенистыми бурунами, раскинулись живописные деревушки японских колонистов и приветливые долины, уходящие в глубь острова. Если бы матросам удалось скрыться туда, Волк Ларсен был бы им уже не страшен.</p>
     <p>Однако Гендерсон и Смок все утро бродили по палубе: и теперь я понял, с какой целью. Достав винтовки, они неторопливо открыли огонь по беглецам. Это была хладнокровная демонстрация меткой стрельбы. Сначала их пули, не нанося вреда, шлепались в воду по обеим сторонам шлюпки. Но матросы продолжали грести изо всех сил, и тогда пули начали ложиться все ближе и ближе.</p>
     <p>— Смотрите, сейчас я прострелю правое весло Келли, — сказал Смок и прицелился более тщательно.</p>
     <p>Я увидел в бинокль, как лопасть весла разлетелась в щепы. Гендерсон проделал то же самое с правым веслом Гаррисона. Шлюпку завертело на месте. Два остальных весла быстро подверглись той же участи. Матросы пытались грести обломками, но и те были выбиты у них из рук. Тогда Келли оторвал доску от дна шлюпки и начал было грести этой доской, но тут же выронил ее, вскрикнув от боли: пуля расщепила доску, и заноза вонзилась ему в руку. Тогда беглецы покорились своей доле, и шлюпку носило по волнам, пока вторая шлюпка, посланная Волком Ларсеном, не взяла ее на буксир и не доставила беглецов на борт.</p>
     <p>К вечеру мы снялись с якоря. Теперь нам предстояло целых три или четыре месяца охотиться на котиков.</p>
     <p>Мрачная перспектива, и я с тяжелым сердцем занимался своим делом. На «Призраке» царило похоронное настроение. Волк Ларсен валялся на койке: у него опять был один из этих странных мучительных приступов головной боли. Гаррисон с унылым видом стоял у штурвала, навалившись на него всем телом, словно ноги не держали его. Остальные хранили угрюмое молчание. Я наткнулся на Келли: он сидел с подветренной стороны у люка матросского кубрика в позе безысходного отчаяния, уронив голову в колени и охватив ее руками.</p>
     <p>Джонсон растянулся на самом носу и следил, как пенятся волны у форштевня. Я с ужасом вспомнил пророчество Волка Ларсена, и у меня мелькнула мысль, что его внушение начинает действовать. Мне захотелось отвлечь Джонсона от его дум, и я окликнул его, но он только грустно улыбнулся мне и не тронулся с места.</p>
     <p>На корме ко мне подошел Лич.</p>
     <p>— Я хочу попросить вас кое о чем, мистер Ван-Вейден, — сказал он. — Если вам повезет и вы вернетесь во Фриско, не откажите разыскать Матта Мак-Карти. Это мой старик. Он сапожник, живет на горе, за пекарней Мейфера. Его там все знают, и вам не трудно будет его найти. Скажите старику, что не хотел огорчать его и жалею о том, что я наделал, и… и скажите ему еще так от меня: «Да хранит тебя бог».</p>
     <p>Я кивнул и прибавил:</p>
     <p>— Мы все вернемся в Сан-Франциско, Лич, и я вместе с вами пойду повидать Матта Мак-Карти.</p>
     <p>— Хорошо, кабы так, — отвечал он, пожимая мне руку. — Да не верю я в это. Волк Ларсен прикончит меня, я знаю. Да пусть бы уж поскорее!</p>
     <p>Он ушел, а я почувствовал, что и сам желаю того же. Пусть неизбежное случится поскорее. Общая подавленность передалась и мне. Гибель казалась неотвратимой. И час за часом шагая по палубе, я чувствовал все отчетливее, что начинаю поддаваться отвратительным идеям Волка Ларсена. К чему ведет все на свете? Где величие жизни, раз она допускает такое разрушение человеческих душ по какому-то бессмысленному капризу? Жизнь— дешевая и скверная штука, и чем скорее придет ей конец, тем лучше. Покончить с ней, и баста! По примеру Джонсона я перегнулся через борт и не отрывал глаз от моря, испытывая глубокую уверенность в том, что рано или поздно буду опускаться вниз, вниз, вниз, в холодные зеленые пучины забвения.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
     </title>
     <p>Как ни странно, но, несмотря на мрачные предчувствия, овладевшие всеми, на «Призраке» пока никаких особенных событий еще не произошло. Мы плыли на северо-запад, пока не достигли берегов Японии и не наткнулись на большое стадо котиков. Явившись сюда откуда-то из безграничных просторов Тихого океана, они совершали свое ежегодное переселение на север, к лежбищам у берегов Берингова моря. Повернули за ними к северу и мы, свирепствуя и истребляя, бросая ободранные туши акулам и засаливая шкуры, которые впоследствии должны были украсить прелестные плечи горожанок.</p>
     <p>Это было безжалостное избиение, совершавшееся во славу женщин. Мяса и жира никто не ел. После дня успешной охоты наши палубы были завалены тушами и шкурами, скользкими от жира и крови, и в шпигаты стекали алые ручейки. Мачты, снасти и борта — все было забрызгано кровью. А люди с обнаженными окровавленными руками, словно мясники, усердно работали ножами, сдирая шкуры с убитых ими красивых морских животных.</p>
     <p>На моей обязанности лежало считать шкуры, поступавшие на борт со шлюпок, и наблюдать за тем, как ведется свежеванье и последующая уборка палуб. Невеселое занятие! Все во мне возмущалось против него. Но вместе с тем мне еще никогда не приходилось распоряжаться столькими людьми, и это развивало мои довольно слабые административные способности. Я чувствовал, что становлюсь тверже и решительнее, и это не могло не пойти на пользу «неженке Ван-Вейдену».</p>
     <p>Я начинал понимать, что мне никогда уже не стать прежним Хэмфри Ван-Вейденом. Хотя моя вера в человека и в жизнь все еще противилась разрушительной критике Волка Ларсена, кое в чем он все же успел сильно повлиять на меня. Он открыл мне реальный мир, с которым я практически не был знаком, так как всегда стоял от него в стороне. Теперь я научился ближе присматриваться к окружающему, спустился из мира отвлеченностей в мир фактов.</p>
     <p>С тех пор как началась охота, мне больше чем когда-либо приходилось проводить время в обществе Волка Ларсена. Когда погода бывала хороша и мы оказывались посреди стада, весь экипаж был занят в шлюпках, а на борту оставались только мы с ним да Томас Магридж, который в счет не шел. Впрочем, мы тоже не сидели без дела. Шесть шлюпок веером расходились от шхуны, пока расстояние между первой наветренной и последней подветренной шлюпками не достигало десяти, а то и двадцати миль. Потом они плыли прямым курсом, и только ночь или плохая погода загоняли их обратно. Мы же должны были направлять «Призрак» в подветренную сторону, к крайней шлюпке, для того чтобы остальные могли с попутным ветром подойти к нам в случае шквала или угрозы шторма.</p>
     <p>Нелегкая это задача для двух человек, особенно при свежем ветре, справляться с таким судном, как «Призрак»: управлять рулем, следить за шлюпками, ставить или убирать паруса. Я должен был овладеть всем этим, и овладеть быстро. Управление рулем далось мне легко. Но взбираться наверх на салинг и подтягиваться на руках, когда нужно было лезть еще выше, уже без выбленок, оказалось потруднее. Однако я скоро научился и этому, так как чувствовал какое-то необъяснимое желание поднять себя в глазах Волка Ларсена, доказать свое право на жизнь и доказать не путем одних только рассуждений. И настало время, когда мне даже доставляло радость взбираться на самую верхушку мачты и, охватив ее ногами, осматривать с этой жуткой высоты море в бинокль, разыскивая шлюпки.</p>
     <p>Помню, как в один ясный тихий день охотники выехали спозаранку и звуки выстрелов постепенно удалялись и замерли: шлюпки рассеялись по безграничному простору океана. С запада дунул чуть приметный ветерок. Мы едва успели выполнить наш обычный маневр в подветренную сторону, как ветер упал совсем. С верхушки мачты я следил за шлюпками: все шесть, одна за другой, исчезли за горизонтом, преследуя плывших на запад котиков. Мы стояли, чуть покачиваясь на водной глади. Ларсен начал беспокоиться. Барометр упал, и небо на востоке не предвещало ничего хорошего. Ларсен неотступно всматривался вдаль.</p>
     <p>— Если нагрянет оттуда, — сказал он, — и отнесет нас от шлюпок, много коек опустеет в обоих кубриках.</p>
     <p>К одиннадцати часам море стало гладким, как зеркало. К полудню жара сделалась невыносимой, хотя мы находились уже довольно далеко в северных широтах. В воздухе — ни малейшего дуновения. Душная, гнетущая атмосфера; в Калифорнии в таких случаях говорят: «как перед землетрясением». Во всем этом было что-то зловещее, и возникало ощущение приближающейся опасности. Понемногу все небо на востоке затянуло тучами; они надвигались на нас, словно чудовищные черные горы, и так ясно можно было различить в них ущелья, пещеры и пропасти, где сгустились черные тени, что глаз невольно искал там белую линию прибоя, с ревом бьющего о берег. А шхуна все так же плавно покачивалась на мертвой зыби, и ветра не было.</p>
     <p>— Это не шквал, — сказал Волк Ларсен. — Природа собирается встать на дыбы, и когда буря заревет во всю глотку, придется нам поплясать. Боюсь, Хэмп, что мы не увидим половины наших шлюпок. Полезайте-ка наверх и отдайте топселя!</p>
     <p>— Но что же мы будем делать, если и в самом деле «заревет»? Ведь нас только двое! — ответил я с нотой протеста в голосе.</p>
     <p>— Мы должны воспользоваться первыми порывами ветра и добраться до наших шлюпок прежде, чем у нас сорвет паруса. А там будь что будет. Мачты выдержат, и нам с вами тоже придется выдержать, хотя будет не сладко!</p>
     <p>Штиль продолжался. Мы пообедали на скорую руку. Меня тревожила судьба восемнадцати человек, скрывавшихся где-то за горизонтом, в то время как на нас медленно надвигались черные громады туч. Но Волка Ларсена это, по-видимому, не особенно беспокоило, хотя, когда мы вышли на палубу, я заметил, что у него слегка раздуваются ноздри и движения стали быстрее. Лицо его было сурово и жестко, но глаза — ясно-голубые в тот день — как-то особенно поблескивали. Меня поразило, что Ларсен был весел — свирепо весел, словно он радовался предстоящей борьбе, ликовал в предвкушении великой минуты, когда стихии обрушатся на него.</p>
     <p>Не заметив меня, он презрительно и, должно быть, бессознательно расхохотался, словно бросая вызов приближающемуся шторму. И сейчас еще вижу я, как он стоял, словно пигмей из «Тысячи и одной ночи» перед исполинским злым гением. Да, он бросал вызов судьбе и ничего не боялся.</p>
     <p>Потом он прошел в камбуз.</p>
     <p>— Кок, ты можешь понадобиться на палубе. Когда покончишь со своими кастрюлями и сковородками, будь наготове — тебя позовут!</p>
     <p>— Хэмп, — сказал он, заметив, что я смотрю на него во все глаза, — это получше виски, хотя ваш Омар Хайам этого не понимал. В конце концов он не так уж умел пользоваться жизнью!</p>
     <p>Теперь и западная половина неба нахмурилась. Солнце померкло и скрылось во мгле. Было два часа дня, а вокруг нас сгустился призрачный полумрак, прорезываемый беглыми багровыми лучами. В этом призрачном свете лицо Волка Ларсена пылало, и моему растревоженному воображению мерещилось как бы некое сияние вокруг его головы. Стояла необычайная, сверхъестественная тишина, и в то же время все вокруг предвещало приближение шума и движения. Духота и зной становились невыносимы. Пот выступил у меня на лбу, и я почувствовал, как он каплями стекает по лицу. Мне казалось, что я теряю сознание, и я ухватился за поручни.</p>
     <p>В эту минуту пронесся еле заметный вздох ветерка. Будто легкий шепот, прилетел он с востока и растаял. Нависшие паруса не шелохнулись, но лицо мое ощутило это дуновение, как приятную свежесть.</p>
     <p>— Кок, — негромко позвал Волк Ларсен.</p>
     <p>Показалось жалкое, все в шрамах, лицо Томаса Магриджа.</p>
     <p>— Отдай тали фока-гика и переложи гик. Когда фок начнет наполняться, потрави шкот и опять заложи тали. Если напутаешь, это будет последней ошибкой в твоей жизни. Понял?</p>
     <p>— Мистер Ван-Вейден, будьте готовы перенести передние паруса. Потом поставьте топселя, и как можно скорее; чем быстрее вы это сделаете, тем легче вам будет справиться с ними. Если кок замешкается, дайте ему в зубы.</p>
     <p>Я почувствовал в этих словах скрытую похвалу и был доволен, что отданное мне приказание не сопровождалось угрозой. Нос шхуны был обращен к северо-западу, и капитан хотел сделать поворот фордевинд при первом же порыве ветра.</p>
     <p>— Ветер будет дуть нам в корму, — объяснил он мне. — Судя по последним выстрелам, шлюпки отклонились немного к югу.</p>
     <p>Он повернулся и пошел к штурвалу. Я же направился на бак и занял свое место у кливеров. Снова и снова пронеслось дыхание ветерка. Паруса лениво заполоскали.</p>
     <p>— Наше счастье, что буря налетела не сразу, мистер Ван-Вейден! — возбужденно крикнул мне кок.</p>
     <p>Я тоже был этому рад, так как знал уже достаточно, чтобы понимать, какое несчастье грозило нам — ведь все паруса были поставлены. Ветер дул сильными порывами, паруса наполнились, и «Призрак» двинулся вперед. Волк Ларсен круто положил руля под ветер, и мы пошли быстрее. Теперь ветер дул нам прямо в корму; он завывал все громче, и передние паруса оглушительно хлопали. Я не мог видеть, что делается на остальной палубе, но почувствовал, как шхуна внезапно накренилась, когда фок и грот наполнились ветром. Я возился с кливером, бом-кливером и стакселем, и когда справился наконец со своей задачей, «Призрак» уже мчался на юго-запад под всеми парусами, вынесенными на правый борт. Не успев перевести дух, с бешено бьющимся сердцем, я бросился к топселям и успел вовремя убрать их. Затем отправился на корму за новыми приказаниями.</p>
     <p>Волк Ларсен одобрительно кивнул и передал мне штурвал. Ветер крепчал, волнение усиливалось. Я стоял у штурвала около часу, и с каждой минутой править становилось все труднее. У меня не было достаточно опыта, чтобы вести шхуну бакштаг при таком ветре.</p>
     <p>— Теперь поднимитесь с биноклем наверх и поищите шлюпки. Мы прошли не меньше десяти миль, а сейчас делаем по крайней мере двенадцать или тринадцать узлов. Моя старушка быстра на ходу!</p>
     <p>Я ограничился тем, что взобрался на салинг, в семидесяти футах над палубой, и выше не полез. Осматривая пустынное пространство океана, я понял, что нам необходимо очень спешить, если мы хотим подобрать наших людей. Меня охватывало сомнение, могут ли шлюпки уцелеть среди этих бушующих волн. Казалось невероятным, чтобы такие хрупкие суденышки устояли против двойного напора ветра и волн.</p>
     <p>Я не ощущал всей силы ветра, так как мы мчались вместе с ним. Но я смотрел с высоты вниз, и порой мне казалось, что я нахожусь не на судне, а смотрю на него как бы со стороны. Контуры мчащейся шхуны резко выделялись на фоне пенистых вод. Порой, накренившись правым бортом, она взлетала на огромную волну, и тогда палубу до самых люков заливало водой. В такие мгновения, когда шхуна переваливалась с одного борта на другой, я с головокружительной быстротой описывал в воздухе дугу, и мне казалось, что я нахожусь на конце огромного перевернутого маятника, амплитуда колебаний которого достигает семидесяти футов. Ужас охватил меня от этой бешеной качки. Дрожащий и обессиленный, я руками и ногами уцепился за мачту и уже не мог искать в море пропавшие шлюпки, — взор мой был в страхе прикован к бушевавшей подо мной разъяренной стихии, грозившей поглотить «Призрак».</p>
     <p>Но мысль о погибавших людях заставила меня опомниться, и я в тревоге принялся искать глазами шлюпки, забыв о себе. Целый час я не видел ничего, кроме пустынных кипящих волн. Но вот вдали, там, где одинокий луч солнца, прорвавшись сквозь тучи, превратил мутную поверхность океана в расплавленное серебро, я заметил маленькое черное пятнышко. Оно то взлетало на гребень волны, то скрывалось из виду. Я стал терпеливо выжидать. Снова крошечная черная точка мелькнула среди свирепых валов, слева по носу от нас. Кричать было бы бесполезно, но я жестами сообщил Волку Ларсену о своем открытии. Он изменил курс, и когда пятнышко мелькнуло прямо впереди нас, я утвердительно махнул рукой.</p>
     <p>Пятнышко росло так быстро, что только тут я впервые вполне оценил скорость нашего бега по волнам. Волк Ларсен дал мне знак спуститься вниз и, когда я подошел к штурвалу, велел положить шхуну в дрейф и растолковал, что я должен для этого предпринять.</p>
     <p>— Теперь весь ад обрушится на вас, — предостерег он меня, — но вы не робейте. Делайте свое дело и смотрите, чтобы кок стоял у фока-шкота.</p>
     <p>Мне удалось кое-как пробраться на бак, хотя то с одного, то с другого борта палубу заливало водой. Отдав распоряжения Томасу Магриджу, я взобрался на несколько футов по фор-вантам. Шлюпка была теперь очень близко и дрейфовала против ветра на своей мачте и парусе, выброшенных за борт и служивших плавучим якорем. В шлюпке было трое, все они вычерпывали воду. Каждый водяной вал скрывал их из виду, и я с замиранием сердца ждал, что вот-вот они исчезнут совсем. Но внезапно шлюпка стрелой вылетала из пенистых волн, становясь при этом почти вертикально и опираясь только на корму, так что обнажался весь ее мокрый черный киль. Потом нос опускался, корма оказывалась высоко над ним, и на мгновение становилось видно, как все трое в безумной спешке вычерпывают воду. И шлюпка снова низвергалась в зияющую пучину. Каждое новое ее появление воспринималось как чудо.</p>
     <p>«Призрак» вдруг изменил курс и уклонился в сторону. Я с содроганием подумал, что Волк Ларсен считает спасение шлюпки невозможным, но тут же сообразил, что он просто готовится лечь в дрейф. Я поспешил спуститься на палубу, чтобы быть наготове. Мы шли теперь прямо фордевинд, а шлюпка была у нас на траверзе, и довольно далеко.</p>
     <p>Внезапно я почувствовал, как шхуна пошла ровнее и скорость ее заметно возросла. Она почти на месте разворачивалась носом к ветру.</p>
     <p>Когда шхуна стала под прямым углом к волнам, ветер, от которого мы до сих пор убегали, со всей силой обрушился на нас. По неопытности я повернулся лицом к ветру. Он надвинулся на меня плотной стеной, воздух стремительно ворвался в мои легкие, и я не мог его выдохнуть. Я задыхался, и когда «Призрак», сильно накренившись на наветренный борт, вдруг словно замер на месте, я увидел огромную волну прямо у себя над головой. Я повернулся спиной к ветру, перевел дух и взглянул снова. Волна нависла над судном. Луч солнца играл на ее молочно-белом пенистом гребне, и я смотрел прямо в ее зеленовато-прозрачную глубь.</p>
     <p>И вот волна обрушилась на шхуну, и началось светопреставление. Все произошло в единый миг. Сокрушительный удар, который я ощутил всем телом, сбил меня с ног, и я очутился под водой. Промелькнула страшная мысль, что сейчас совершится то, о чем мне пока приходилось только слышать, — я буду смыт в море. Меня перевернуло, ударило о палубу и понесло куда-то. Я был не в силах больше задерживать дыхание, вздохнул и набрал в легкие жгуче-соленой воды. Однако все это время я ни на минуту не забывал, что должен вынести кливер на ветер. Страха смерти я не ощущал. Почему-то я был уверен, что как-нибудь спасусь. Настойчивая мысль о необходимости выполнить приказание Волка Ларсена не покидала меня, и мне казалось, что я вижу, как он стоит у штурвала, среди дикого разгула стихий, и бросает буре дерзкий вызов, противопоставляя ей свою волю.</p>
     <p>Меня с силой ударило обо что-то, должно быть, о планшир. Я вздохнул и почувствовал, что вдыхаю спасительный воздух. Я попытался встать, но снова ударился обо что-то головой и снова очутился на четвереньках. Оказалось, что меня отнесло волной под полубак. Ползком выбираясь оттуда, я наткнулся на Томаса Магриджа, который, скорчившись, лежал на палубе и стонал. Но у меня не было времени возиться с ним. Я должен был перенести кливер.</p>
     <p>Когда я выбрался на палубу, мне показалось, что нам приходит конец. Кругом стоял треск ломающегося дерева, рвущейся парусины, лязг железа. Буря швыряла шхуну, стремясь разнести ее в щепы. Фок и фор-топсель, повиснув без ветра, благодаря нашему маневру хлопали и рвались, так как некому было вовремя выбрать шкот; тяжелый гик с треском перебрасывало с борта на борт. В воздухе со свистом проносились обломки; обрывки снастей трепались на ветру, извиваясь, как змеи; и вдруг в довершение всего с треском рухнул на палубу фок-гафель.</p>
     <p>Он упал всего в нескольких дюймах от меня, и это напомнило мне, что надо спешить. Быть может, не все еще было потеряно. Я вспомнил слова Волка Ларсена. Он ведь предупреждал, что «на нас обрушится ад». Но где же он сам? И вдруг я увидел его перед собой. Пустив в ход всю свою чудовищную силу, он выбирал грота-шкот. В это время корма шхуны поднялась высоко в воздух, и фигура капитана четко вырисовывалась на фоне мчавшихся на нас белых от пены валов. Все это и еще больше — целый мир хаоса и разрушения — я воспринял зрением и слухом меньше чем за четверть минуты.</p>
     <p>У меня не было времени поглядеть, что сталось со шлюпкой, — я бросился к кливер-шкоту. Кливер хлопал, то наполняясь ветром, то обвисая. Напрягая все силы, я начал постепенно обтягивать шкот. Я делал все, что мог. Я тянул шкот так, что в кровь ободрал себе пальцы. В это время бом-кливер и стаксель лопнули по всей длине, и их унесло в море.</p>
     <p>Но я продолжал тянуть, закрепляя двумя оборотами каждую выбранную часть шкота, и как только снасть ослабевала, выбирал ее снова. Потом шкот пошел легче, — ко мне подоспел Волк Ларсен. Он тянул шкот, а я подбирал слабину.</p>
     <p>— Закрепляйте! — крикнул он. — А потом идите сюда!</p>
     <p>Я последовал за ним и увидел, что, несмотря на разрушения, на шхуне восстановился некоторый порядок. «Призрак» лег в дрейф. Он был еще в состоянии бороться. Хотя почти все паруса сорвало, но кливер, вынесенный на наветренный борт, и выбранный до конца грот уцелели и удерживали шхуну носом к разъяренным волнам.</p>
     <p>Пока Волк Ларсен готовил шлюпочные тали, я стал искать глазами шлюпку и увидел ее на вершине большой волны футах в двадцати от нас, с подветренной стороны. Капитан так ловко рассчитал свой маневр, что мы дрейфовали прямо на нее, и нам оставалось только заложить на ней тали и поднять ее на борт. Но сделать это было не так-то просто.</p>
     <p>На носу шлюпки находился Керфут; Уфти-Уфти си-дел у руля, а Келли посредине. Когда нас поднесло ближе, лодку вскинуло на волну, а мы провалились куда-то в бездну, и я увидел почти прямо над собой троих людей, смотревших на нас из-за борта шлюпки. В следующий миг наверх взлетели мы, они же провалились в пропасть между двумя волнами. Так повторялось снова и снова, и всякий раз мне казалось, что «Призрак» неминуемо раздавит эту хрупкую скорлупку.</p>
     <p>Но в нужную минуту я бросил свой конец Уфти-Уфти, а Волк Ларсен — Керфуту. Концы были тотчас закреплены, после чего все трое, улучив момент, одновременно перепрыгнули на борт шхуны. Когда «Призрак» поднялся из воды, шлюпку прижало к нему, и, воспользовавшись этим, мы успели втянуть ее на борт, а затем перевернули вверх днищем. Я заметил, что левая рука Керфута в крови. Он размозжил себе палец. Однако, не обращая на это внимания, он правой рукой помогал нам принайтовливать шлюпку.</p>
     <p>— Приготовься перенести кливер, Уфти! — скомандовал Волк Ларсен, как только мы покончили со шлюпкой. — Келли, иди на корму, потрави грота-шкот! А вы, Керфут, ступайте на нос и посмотрите, что там с коком! Мистер Ван-Вейден, полезайте наверх и по пути обрубите все лишнее!</p>
     <p>Отдав распоряжения, он, как тигр, прыгнул к штурвалу. Пока я взбирался на передние ванты, «Призрак» медленно уваливался под ветер. Однако на этот раз, когда шхуна нырнула между валами и ее стало накрывать волной, у нас не оставалось ни одного паруса, который мог бы быть сорван ветром. Шхуна дала чудовищный крен, и мачты ее легли почти горизонтально над водой. Я еще не добрался до салинга, как был прижат ветром к вантам с такой силой, что, казалось, даже при желании не мог бы упасть. Я видел перед собой палубу, но не внизу, а почти под прямым углом к поверхности моря. И видел я, собственно, даже не палубу, а захлестнувший ее поток воды, из которого торчали две мачты. И это было все. В этот миг вся шхуна была под водой. Но мало-помалу, все больше уваливаясь под ветер, «Призрак» выпрямился и высунул свою палубу из-под воды, как кит высовывает спину, поднимаясь на поверхность.</p>
     <p>А потом нас понесло дальше по бушующему морю, а я висел на салинге, прилипнув к нему, как муха, и высматривал остальные шлюпки. Через полчаса я завидел еще одну: она плавала днищем кверху, вместе с уцепившимся за нее Джоком Хорнером, толстым Луисом и Джонсоном. На этот раз я остался наверху. Волку Ларсену удалось благополучно лечь в дрейф, и опять нас стало сносить к шлюпке. Приготовлены были тали. Людям бросили концы, и спасенные, как обезьяны, вскарабкались по ним на борт. Шлюпку же сильно побило о корпус шхуны, когда ее поднимали на борт, но мы все же принайтовили ее на палубе, рассчитывая починить.</p>
     <p>И снова «Призрак» помчался вперед, гонимый бурей, порой так зарываясь в воду, что бывали минуты, когда я уже не надеялся на спасение. Даже штурвал, расположенный значительно выше шкафута, то и дело исчезал под водой. В такие мгновения мною овладевало странное чувство: мне казалось, что я здесь наедине с богом и один наблюдаю ярость его гнева. Но штурвал появлялся снова, показывались широкие плечи Волка Ларсена и его руки, вертевшие колесо и подчинявшие бег шхуны воле капитана. Словно некий бог, повелитель бури, стоял он, рассекая своим судном волны и заставляя ее служить себе. Поистине, разве это было не чудо? Ничтожные букашки — люди жили, дышали, делали свое дело и наперекор разбушевавшейся стихии управляли утлой посудиной из дерева и парусины!</p>
     <p>И «Призрак» опять взлетал на волну, палуба поднималась над водой, и он устремлялся вперед. Часов около шести, когда дневной свет уже померк и над морем сгустились тусклые зловещие сумерки, я заметил третью шлюпку. Она тоже плавала вверх днищем, но людей не было видно. Волк Ларсен повторил свой манёвр: отошел и затем повернул к ветру и дал волнам отнести шхуну к шлюпке. Однако на этот раз он ошибся футов на сорок, и шлюпка прошла у нас за кормой.</p>
     <p>— Шлюпка номер четыре! — крикнул Уфти-Уфти, зоркие глаза которого успели различить надпись, когда шлюпка на миг вынырнула из пены.</p>
     <p>Это была шлюпка Гендерсона, и вместе с ним на ней погибли Холиок и Вильямс. В том, что они погибли, не могло быть сомнений, но шлюпка уцелела, и Волк Ларсен сделал еще одну отчаянную попытку завладеть ею. Я в это время уже спустился на палубу и слышал, как Хорнер и Керфут тщетно протестовали против этого намерения.</p>
     <p>— Я не брошу шлюпку, провались все к дьяволу! — орал Ларсен, и хотя мы стояли близко, голос его доносился до нас, словно из неизмеримой дали.</p>
     <p>— Мистер Ван-Вейден! — крикнул он мне, и в реве бури его слова прозвучали как шепот. — Станьте на кливер вместе с Джонсоном и Уфти! Остальные — на грот! Живо, а не то я всем вам шею сверну! Поняли?</p>
     <p>И когда он положил руль на борт и начал поворачивать нос шхуны, охотникам ничего не оставалось, как повиноваться и принять участие в этом рискованном предприятии. Насколько велика была опасность, я понял лишь после того, как снова очутился под водой, затопившей палубу, и едва успел уцепиться за планку у фок-мачты. Но пальцы мои почти тотчас оторвало от планки, меня смыло за борт и понесло в море. Плавать я не умел, однако волна, не дав мне погрузиться, швырнула меня обратно на палубу. Тут чья-то сильная рука подхватила меня, и когда «Призрак» вынырнул из воды, я увидел, что обязан своим спасением Джонсону. Но тот тревожно оглядывался кругом, и я заметил, что Келли, который минуту назад пришел на бак, теперь исчез.</p>
     <p>Снова проскочив мимо шлюпки, мы находились по отношению к ней в ином положении, чем прежде, и Волк Ларсен вынужден был прибегнуть к другому маневру. Идя фордевинд, он привел шхуну к ветру и подошел к шлюпке круто бейдевинд левым галсом.</p>
     <p>— Здорово! — прокричал у меня над ухом Джонсон, когда мы, сманеврировав, благополучно выдержали очередной потоп. Я знал, что его похвала относится не к морскому искусству Волка Ларсена, а к самой шхуне.</p>
     <p>Стемнело, и шлюпки уже не было видно, но Волк Ларсен вел шхуну, словно руководимый каким-то безошибочным инстинктом. На этот раз, хотя нас снова и снова захлестывало волной, мы не отклонились в сторону. Нас понесло прямо на шлюпку, и мы порядком побили ее, поднимая на борт.</p>
     <p>После этого мы еще часа два работали до одурения. Все — двое охотников, три матроса, Волк Ларсен и я — брали рифы на кливере и гроте. При уменьшенной парусности палубу уже не так заливало водой, и «Призрак» Прыгал и нырял среди волн, как пробка.</p>
     <p>Я, еще выбирая кливер, в кровь ободрал себе пальцы, и от боли слезы все время катились у меня по щекам. Когда же все было кончено, я не выдержал и в полном изнеможении повалился на палубу.</p>
     <p>Томаса Магриджа вытащили из-под полубака, куда он в страхе забился, словно крыса в наводнение. Я увидел, как его поволокли на корму в кают-компанию, и лишь тогда с изумлением заметил, что камбуз исчез. Там, где он раньше стоял, теперь на палубе ничего не было.</p>
     <p>Все, не исключая матросов, собрались в кают-компании, и пока на печурке варился кофе, мы пили виски и грызли галеты. Никогда в жизни не ел я с таким аппетитом. Я пил горячий кофе, и он казался мне вкуснее всего на свете. «Призрак» так кидало и швыряло, что даже моряки не могли ходить, не придерживаясь за что-нибудь, и часто с криком «берегись!» мы кучей валились на переборки, принимавшие почти горизонтальное положение.</p>
     <p>— К черту сигнальщика! — заявил Волк Ларсен, когда мы наелись и напились. — На палубе нечего делать. Если кому-нибудь придет охота налететь на нас, так мы все равно не сможем свернуть в сторону. Ступайте все спать!</p>
     <p>Матросы пробрались на бак, по дороге выставив отличительные огни, а двое охотников остались спать в кают-компании, так как не стоило рисковать, открывая люк, ведущий в их кубрик. Мы с Волком Ларсеном отрезали Керфуту его изувеченный палец и зашили рану. Магридж, стряпая, подавая нам кофе и поддерживая огонь в печке, все время жаловался на боль в боку и клялся, что у него сломано одно или два ребра. Осмотрев его, мы убедились, что у него сломано целых три. Однако мы отложили его лечение до следующего дня главным образом потому, что я ровно ничего не смыслил в этом деле и хотел сначала прочитать что-нибудь о переломах ребер.</p>
     <p>— Не стоило, пожалуй, жертвовать жизнью Келли из-за разбитой лодки, — сказал я Волку Ларсену.</p>
     <p>— Ну и сам Келли тоже немногого стоил, — последовал ответ. — Спокойной ночи!</p>
     <p>Мне казалось, что после перенесенных испытаний я не смогу уснуть. Меня невыносимо мучила боль в пальцах, тревожила судьба трех пропавших шлюпок, а шхуну все так же неистово швыряло по волнам. Но глаза мои сомкнулись, едва голова коснулась подушки, и в полном изнеможении я проспал до утра, в то время как «Призрак», никем не управляемый, один на один боролся с бурей.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
     </title>
     <p>На следующий день, пока шторм понемногу утихал, мы с Волком Ларсеном почитали кое-что по части анатомии и хирургии и принялись лечить Магриджу его переломы, а когда волнение несколько улеглось, Волк Ларсен начал крейсировать к западу от того места, где нас настигла буря. Тем временем команда чинила шлюпки и шила для них новые паруса. Нам все чаще и чаще стали попадаться промысловые шхуны. Почти все они тоже искали свои потерянные шлюпки, а заодно подбирали и чужие, если встречались с ними в море. Большинство судов промысловой флотилии находилось к западу от нас, и рассеянные в океане шлюпки искали спасения на первой встреченной ими шхуне.</p>
     <p>Мы сняли две наши лодки со всем экипажем с «Сиско», а на другой шхуне — «Сан-Диего» — обнаружили, к великой радости Волка Ларсена и к моему немалому огорчению, Смока с Нилсоном и Личем. Таким образом, к концу пятого дня мы не досчитывались только четверых— Гендерсона, Холиока, Вильямса и Келли, — и решено было возобновить охоту.</p>
     <p>Следуя за стадом котиков на север, мы начали встречать опасные морские туманы. Мгла проглатывала спущенные шлюпки, как только они касались воды. На борту шхуны через равномерные промежутки трубили в рог и каждые четверть часа стреляла сигнальная пушка. Шлюпки все время то терялись, то находились вновь; согласно морским обычаям, их принимала на борт любая шхуна, с тем чтобы потом возвратить хозяину. Но Волк Ларсен, у которого не хватало одной шлюпки, поступил так, как и следовало от него ожидать: завладел первой отбившейся от своей шхуны шлюпкой, заставил ее экипаж охотиться вместе с нашим и не позволил ему вернуться к себе на шхуну, когда она показалась вдали. Помню, как охотника и обоих матросов, наставив на них ружья, загнали вниз, когда их шхуна проходила мимо и капитан справлялся о них.</p>
     <p>Томас Магридж, с таким удивительным упорством цеплявшийся за жизнь, вскоре начал опять ковылять по палубе и исполнять свои двойные обязанности кока и юнги. Джонсон и Лич больше прежнего подвергались побоям и знали, что по окончании охотничьего сезона им не сносить головы. Остальным тоже жилось, по милости капитана, как собакам, причем этот безжалостный человек заставлял их работать до полного изнурения. Что же касается меня, то мы с Волком Ларсеном кое-как ладили, хотя я не мог отделаться от мысли, что мне следовало бы убить его. Он необъяснимо притягивал меня к себе и вместе с тем нагонял на меня неописуемый страх. И все же я не мог представить его себе распростертым на смертном одре. Это слишком не вязалось с его обликом. Я мог думать о нем только как о живом, всегда живом, властвующем, борющемся и разрушающем.</p>
     <p>Когда мы попадали в самую середину котикового стада и волнение было слишком сильно, чтобы спускать шлюпки, Ларсен любил выезжать на охоту сам, с двумя гребцами и рулевым. Он был хорошим стрелком и привозил на борт много шкур в такую погоду, когда охотники считали промысел невозможным. Казалось, ему лишь тогда дышалось легко, когда он, рискуя жизнью, вел борьбу с грозным противником.</p>
     <p>Я все больше осваивался с морским делом, и однажды, в ясный денек, какие редко выпадали теперь на нашу долю, мне, к моему немалому удовлетворению, привелось самостоятельно управлять шхуной и убирать наши шлюпки. Волк Ларсен опять валялся у себя в каюте с головной болью, а я дотемна стоял у штурвала. Обойдя крайнюю шлюпку, я положил шхуну в дрейф и одну за другой поднял все шесть шлюпок без каких-либо указаний со стороны капитана.</p>
     <p>Время от времени на нас налетали бури — мы находились в штормовой полосе, — а в середине июня нас настиг тайфун; это было памятное для меня событие, так как оно внесло большую перемену в мою жизнь. По-видимому, мы попали почти в самый центр тайфуна, но Волку Ларсену удалось удрать от него на юг — сначала под кливером с двумя рифами, а потом и вовсе с голыми мачтами. Никогда еще не видал я таких волн. Все штормы, испытанные мною раньше, казались по сравнению с этим легкой рябью. От гребня до гребня было не меньше полумили, и эти валы вздымались выше наших мачт. Даже Волк Ларсен не осмелился лечь в дрейф, хотя нас и относило все дальше к югу от котикового стада.</p>
     <p>Когда тайфун утих, мы оказались на пути океанских пароходов. И здесь, к изумлению охотников, мы повстречались со вторым стадом котиков, составлявшим как бы арьергард первого. Это было чрезвычайно редкое явление. Раздалась команда: «Спустить шлюпки!», затрещали выстрелы, и жестокая бойня продолжалась весь день.</p>
     <p>В этот вечер ко мне в темноте подошел Лич. Я только что кончил подсчитывать шкуры с последней поднятой на борт шлюпки; молодой матрос остановился возле меня и тихо спросил:</p>
     <p>— Мистер Ван-Вейден, на каком мы расстоянии от берега и в какой стороне Иокогама?</p>
     <p>Мое сердце радостно забилось. Я понял, что у него на уме, и дал ему нужные указания: к запад-северо-западу, расстояние пятьсот миль.</p>
     <p>— Благодарю вас, сэр, — ответил он и скрылся во мраке.</p>
     <p>Утром исчезла лодка номер три, а с нею — Джонсон и Лич. Одновременно исчезли анкерки с водой и ящики с провизией со всех остальных шлюпок, а также постельные принадлежности и сундучки обоих беглецов. Волк Ларсен неистовствовал. Он поставил паруса и помчался на запад-северо-запад. Двое охотников не сходили с салинга, осматривая море в бинокль, а сам он, как разъяренный лев, метался по палубе. Он слишком хорошо знал мою симпатию к беглецам, чтобы послать наблюдающим меня.</p>
     <p>Ветер был свежий, но не ровный, и легче было бы найти иголку в стоге сена, чем крошечную шлюпку в. беспредельном синем просторе. Но капитан старался выжать из «Призрака» все, что мог, и отрезать беглецов от суши. Когда, по его расчетам, ему это удалось, он стал крейсировать поперек их предполагаемого пути.</p>
     <p>На утро третьего дня, едва пробило восемь склянок, Смок крикнул с салинга, что видна шлюпка. Все столпились у борта. Резкий ветер дул с запада и крепчал, предвещая шторм. И вот, с подветренной стороны, на фоне волн, позолоченных первыми лучами солнца, начала появляться и исчезать черная точка.</p>
     <p>Мы изменили курс и помчались к ней. У меня было тяжело на душе. Я видел торжествующий блеск в глазах Волка Ларсена и, внезапно охваченный мрачным предчувствием, ощутил непреодолимое желание кинуться на этого человека. Мысль о судьбе Лича и Джонсона так взволновала меня, что разум мой помутился. Фигура Ларсена поплыла у меня перед глазами, и, не помня себя, я бросился в кубрик охотников и готов уже был выскочить на палубу с заряженным ружьем в руках, как вдруг услыхал чей-то изумленный возглас:</p>
     <p>— На шлюпке пять человек!</p>
     <p>Я задрожал и ухватился за трап, прислушиваясь к голосам на палубе, подтверждавшим сделанное кем-то открытие. Затем страшная слабость вдруг охватила меня, колени подогнулись, я опустился на ступеньки и только тут окончательно пришел в себя и содрогнулся при мысли о том, что я готов был совершить. Возблагодарив судьбу, я положил ружье на место и поднялся на палубу.</p>
     <p>Никто не заметил моего отсутствия. Шлюпка была теперь уже близко, и я увидел, что она крупнее охотничьей и построена иначе. Когда она почти совсем приблизилась к нам, на ней убрали парус и сняли мачту. Вставив весла в уключины, люди в лодке ждали, пока мы ляжем в дрейф и возьмем их на борт.</p>
     <p>Смок уже спустился на палубу и стоял теперь рядом со мной; он многозначительно ухмыльнулся. Я вопросительно взглянул на него.</p>
     <p>— Ну и заварится каша! — хмыкнул он.</p>
     <p>— В чем дело? — спросил я.</p>
     <p>Он снова хмыкнул.</p>
     <p>— Разве не видите, кто там на корме? Чтоб мне не убить больше ни одного котика, если это не женщина!</p>
     <p>Я вгляделся, но не сразу смог что-нибудь различить. Однако все вокруг говорили, что в лодке четверо мужчин, а на корме, по-видимому, — женщина. Это открытие взволновало всех, за исключением Волка Ларсена, который был явно разочарован тем, что это не его шлюпка и ему не на кого обрушить свою злобу.</p>
     <p>Мы спустили бом-кливер, выбрали кливер-шкот на наветренный борт, добрали грота-шкот и легли в дрейф. Весла опустились в воду, и после нескольких взмахов шлюпка подошла к борту шхуны. Теперь я уже мог лучше разглядеть женщину. Она куталась в длинное широкое пальто, так как утро было холодное. Я увидел ее лицо и светло-каштановые волосы, выбившиеся из-под морской фуражки. У нее были большие карие блестящие глаза, нежный, приятно очерченный рот и правильный овал лица, обветренного и обожженного солнцем.</p>
     <p>Она показалась мне существом из другого мира. Меня потянуло к ней, как голодного к хлебу. Ведь я так давно не видел женщин! Всецело поглощенный этим чудесным видением, я совершенно забыл о своих обязанностях помощника и даже не помогал поднять спасенных на борт. Когда один из матросов подхватил женщину на руки и передал ее Волку Ларсену, она взглянула на наши исполненные любопытства лица и улыбнулась так приветливо и мило, как может улыбаться только женщина. Как давно не видел я подобной улыбки! Казалось, я уже забыл, что на свете есть люди, которые умеют так улыбаться!</p>
     <p>— Мистер Ван-Вейден!</p>
     <p>Голос Ларсена вернул меня к действительности.</p>
     <p>— Будьте добры, проводите эту даму вниз и устройте ее поудобнее. Прикажите приготовить свободную каюту на левом борту. Поручите это коку. И подумайте, чем вы можете помочь даме, — у нее сильно обожжено лицо.</p>
     <p>С этими словами он отвернулся от нас и принялся расспрашивать мужчин. Шлюпка была брошена на произвол судьбы, хотя один из спасенных возмущался этим, так как Иокогама была совсем близко.</p>
     <p>Сопровождая незнакомку в каюту, я странно робел и был неловок. Мне как бы впервые открылось, какое хрупкое, нежное создание женщина. Помогая ей спуститься по трапу, я взял ее за руку, и меня поразило, какая это маленькая, нежная ручка. Да и сама она была удивительно тоненькая и хрупкая и казалась мне такой воздушной, что я боялся раздавить ее руку в своей ручище. Вот что чувствовал я, так долго лишенный женского общества, когда увидел Мод Брустер — первую женщину, встретившуюся на моем пути с тех пор, как я попал на шхуну.</p>
     <p>— Вы напрасно так беспокоитесь обо мне, — запротестовала она, когда я усадил ее в кресло Волка Ларсена, которое поспешил притащить из его каюты. — Сегодня утром мы каждую минуту ожидали увидеть землю и к вечеру, вероятно, будем уже в порту. Не правда ли?</p>
     <p>Ее спокойная уверенность смутила меня. Как мог я объяснить ей положение вещей и страшный характер нашего капитана, который, подобно злому року, скитался по морям, — словом, все то, что открылось мне за эти месяцы? Но я ответил ей напрямик:</p>
     <p>— Будь у нас другой капитан, я сказал бы, что завтра утром вас доставят в Иокогаму. Но Ларсен человек со странностями, и я прошу вас быть готовой ко всему. Вы понимаете, — ко всему!</p>
     <p>— Нет, признаюсь, я не совсем понимаю вас, — ответила она. В глазах ее промелькнуло недоумение, но не испуг. — Быть может, я ошибаюсь, но мне казалось, что потерпевшим кораблекрушение всегда оказывают внимание. Да и в сущности это такой пустяк: ведь мы совсем близко от берега.</p>
     <p>— Правду сказать, я сам ничего не знаю, — поспешил я успокоить ее. — Мне хотелось только на всякий случай подготовить вас к худшему. Наш капитан — грубая скотина, не человек, а дьявол. Никто не знает, что может вдруг взбрести ему на ум.</p>
     <p>Я начинал волноваться, но она устало прервала меня:</p>
     <p>— Да, да, понимаю! — Ей, по-видимому, трудно было сейчас собраться с мыслями. Я видел, что она вот-вот лишится чувств от изнеможения.</p>
     <p>Больше она ни о чем не спрашивала, и я, воздержавшись от дальнейших замечаний, приступил к исполнению распоряжений Волка Ларсена и постарался устроить ее поудобнее. Я хлопотал вокруг нее, как заботливая хозяйка: достал из аптечки мазь от ожогов, велел Томасу Магриджу убрать свободную каюту и, совершив налет на личные запасы Волка Ларсена, извлек оттуда бутылку портвейна.</p>
     <p>Ветер быстро крепчал, крен увеличился, и к тому времени, когда каюта была готова, «Призрак» уже стрелой летел по волнам. Я совершенно забыл о существовании Лича и Джонсона и был как громом поражен, когда через открытый люк донесся возглас: «Шлюпка впереди!» Сомнений быть не могло — это кричал Смок с мачты. Я бросил взгляд на женщину: она сидела смертельно усталая, откинувшись на спинку кресла, закрыв глаза. Я сомневался даже, слышала ли она крик Смока, и решил, что не допущу, чтобы она стала свидетельницей зверств, которые неминуемо должны были последовать за поимкой беглецов. Она устала — и отлично! Пусть спит!</p>
     <p>На палубе раздались резкие слова команды, послышался топот ног, захлопали риф-штерты, и «Призрак» лег на другой галс. При внезапном повороте шхуна накренилась, кресло начало скользить по полу, и я едва успел подхватить задремавшую женщину, чтобы не дать ей свалиться на пол.</p>
     <p>Она приоткрыла глаза и сонно и недоуменно взглянула на меня. Я повел ее в приготовленную ей каюту. Она еле передвигала ноги и спотыкалась на каждом шагу. Магридж гадко осклабился, когда я выпроводил его из каюты и приказал ему вернуться к своим обязанностям. Он расквитался со мной, расписав охотникам, какой прекрасной камеристкой я оказался.</p>
     <p>Наша новая пассажирка, когда я вел ее, тяжело опиралась на мою руку и, кажется, начала засыпать, еще не дойдя до своей каюты. Да, конечно, она спала на ходу, и когда шхуну резко качнуло, не устояла на ногах и упала на койку. Потом приподняла голову, улыбнулась и снова погрузилась в сон. Я оставил ее спящей под двумя толстыми матросскими одеялами; голова ее покоилась на подушке, которую я взял с койки Волка Ларсена.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
     </title>
     <p>Поднявшись на палубу, я увидел, что «Призрак» догоняет с наветренной стороны знакомую мне парусную шлюпку, идущую против ветра тем же галсом, что и мы, но чуть правее. Вся команда была на палубе, все ждали, что произойдет, когда Лича и Джонсона поднимут на борт.</p>
     <p>Пробило четыре склянки. Луис пришел на корму сменить рулевого. Воздух был влажен, и я заметил, что Луис надел клеенчатую куртку и штаны.</p>
     <p>— Что нас ожидает на этот раз? — спросил я его.</p>
     <p>— Судя по всему, сэр, — отвечал он, — небольшой шторм с дождичком — как раз хватит, чтобы промочить нам жабры.</p>
     <p>— Какая досада, что у нас заметили шлюпку! — сказал я.</p>
     <p>Большая волна, ударив в нос шхуны, повернула ее примерно на румб, и шлюпка на миг мелькнула между кливерами.</p>
     <p>Луис перехватил ручки штурвала и, помолчав, сказал:</p>
     <p>— А мне думается, они все равно не добрались бы до берега, сэр.</p>
     <p>— Не добрались бы? — переспросил я.</p>
     <p>— Нет, сэр. Видали? — Порыв ветра накренил шхуну и заставил Луиса быстро завертеть штурвал. — Через час начнется такое, — продолжал он, — что им на своей скорлупе несдобровать. Им еще повезло, что мы подоспели вовремя и можем их подобрать.</p>
     <p>Волк Ларсен разговаривал на палубе со спасенными моряками, потом поднялся на ют. В его походке больше обычного чувствовалось что-то кошачье, а в глазах вспыхивали холодные огоньки.</p>
     <p>— Три смазчика и механик, — сказал он вместо приветствия. — Но мы из них сделаем матросов или хотя бы гребцов. Ну, а как там эта особа?</p>
     <p>Не знаю почему, но когда Ларсен заговорил о спасенной женщине, его слова полоснули меня, словно ножом. Сознавая, как глупо быть таким сентиментальным, я все же не мог избавиться от тяжелого ощущения и в ответ только пожал плечами.</p>
     <p>Волк Ларсен протяжно и насмешливо свистнул.</p>
     <p>— Как ее зовут? — резко спросил он.</p>
     <p>— Не знаю, — ответил я. — Она спит. Очень утомлена. По правде говоря, я рассчитывал узнать что-нибудь от вас. С какого они судна?</p>
     <p>— С почтового пароходишка «Город Токио», — буркнул он. — Шел из Фриско в Иокогаму. Тайфун доконал это старое корыто — потекло, как решето. Их носило по волнам четверо суток. Так вы не знаете, кто она — девица, замужняя дама или вдова? Ну, ну…</p>
     <p>Он смотрел на меня, насмешливо прищурившись и покачивая головой.</p>
     <p>— А вы… — начал я. У меня чуть не сорвался с языка вопрос, собирается ли он доставить потерпевших кораблекрушение в Иокогаму.</p>
     <p>— А я?.. — переспросил он.</p>
     <p>— Как вы намерены поступить с Личем и Джонсоном?</p>
     <p>— Не знаю, Хэмп, не знаю. Видите ли, с этими четырьмя у меня теперь достаточно людей.</p>
     <p>— А Джонсон и Лич достаточно натерпелись при попытке бежать, — сказал я. — Отчего бы вам не изменить свое отношение к ним? Возьмите их на борт и попробуйте обходиться с ними мягче. Что бы там они ни сделали, их до этого довели.</p>
     <p>— Кто? Я?</p>
     <p>— Да, вы, — отвечал я, не колеблясь. — И предупреждаю вас, Ларсен, если вы будете по-прежнему издеваться над этими беднягами, я могу забыть все, даже свою любовь к жизни, и убить вас.</p>
     <p>— Браво! — воскликнул он. — Я горжусь вами, Хэмп. Вы превосходно научились стоять на ногах. Я вижу перед собой вполне самостоятельную личность! До сих пор вам не везло: жизнь ваша протекала слишком легко, — но теперь вы подаете надежды. Таким вы мне нравитесь куда больше.</p>
     <p>Внезапно тон его изменился, лицо стало серьезным.</p>
     <p>— Верите ли вы людям на слово? — спросил он. — Считаете ли, что слово священно?</p>
     <p>— Конечно, — подтвердил я.</p>
     <p>— Так вот, предлагаю вам соглашение, — продолжал этот неподражаемый актер. — Если я дам слово не притронуться пальцем к Личу и Джонсону, обещаете ли вы, в свою очередь, отказаться от попыток убить меня? Только не подумайте, что я боюсь вас, нет, нет, не воображайте! — поспешно добавил он.</p>
     <p>Я едва мог поверить своим ушам, — что это вдруг на него нашло?</p>
     <p>— Идет? — нетерпеливо спросил он.</p>
     <p>— Идет, — отвечал я.</p>
     <p>Он протянул мне руку, и я с жаром пожал ее, но в глазах у него — я мог бы поклясться — промелькнула издевка.</p>
     <p>Мы перешли на подветренную сторону юта. Шлюпка была совсем близко, и я увидел, что положение ее поистине отчаянное. Джонсон сидел на руле, Лич вычерпывал воду. Мы шли вдвое быстрее их. Волк Ларсен подал Луису знак отклониться немного в сторону, и мы пронеслись в каких-нибудь двадцати футах от шлюпки с наветренной стороны. На мгновение «Призрак» закрыл ее от ветра. Парус на шлюпке захлопал, она потеряла скорость и стала прямо, что заставило матросов поспешно отодвинуться от борта. Тут нас подхватила огромная волна, а шлюпка скользнула вниз.</p>
     <p>В это мгновение Лич и Джонсон взглянули в лица своим товарищам, столпившимся у борта. Но никто со шхуны не послал им приветствия. В глазах команды те двое были уже мертвецами, пространство воды, отделявшее их от нас, было как бы рубежом между жизнью и смертью.</p>
     <p>Через миг они очутились против юта, где стояли мы с Волком Ларсеном. Теперь уже шхуна скользнула вниз, а шлюпка взлетела на гребень волны. Джонсон посмотрел на меня, и я увидел его измученное, осунувшееся лицо. Я помахал ему рукой, и он ответил мне, но в этом жесте было глубокое отчаяние. Он словно прощался со мной. Мне не удалось встретиться глазами с Личем, — он смотрел на Волка Ларсена, и лицо его, как и следовало ожидать, было перекошено от ненависти.</p>
     <p>Еще мгновение, и шлюпка оказалась уже за кормой. Парус тотчас наполнился ветром и так накренил утлое суденышко, что оно чуть не перевернулось. Гребень огромной волны навис над шлюпкой и обрушил на нее шапку белоснежной пены. Потом полузатопленная шлюпка вынырнула: Лич поспешно вычерпывал воду, а Джонсон с бледным, испуганным лицом судорожно сжимал в руке кормовое весло.</p>
     <p>Волк Ларсен резко расхохотался, словно пролаял над самым моим ухом, и перешел на наветренную сторону юта. Я ожидал, что он велит лечь в дрейф, но шхуна продолжала идти вперед, а он не подавал никакой команды. Луис невозмутимо стоял у штурвала, но я заметил, что столпившиеся на носу матросы с беспокойством поглядывают в нашу сторону. «Призрак» мчался все вперед и вперед, и шлюпка превратилась уже в еле заметную точку, когда раздался голос Волка Ларсена — матросы получили приказание сделать поворот на правый галс.</p>
     <p>Мы пошли назад по ветру навстречу боровшейся с волнами шлюпке, но милях в двух от нее была отдана новая команда спустить бом-кливер и лечь в дрейф. Промысловые лодки не приспособлены лавировать против ветра. Весь расчет строится на том, что в море они находятся с наветренной стороны, и когда ветер крепчает, он гонит их прямо к шхуне. Но теперь, среди разгулявшейся стихии, у Лича и Джонсона не было иного выхода, как искать убежища на «Призраке», и они вступили в отчаянную борьбу, направив шлюпку против ветра. При такой волне они с трудом пробивались вперед. Каждую минуту им грозила гибель среди разъяренных валов. Снова и снова видели мы, как лодка зарывается носом в белопенные гребни и ее, словно щепку, отбрасывает назад.</p>
     <p>Но Джонсон был превосходным моряком и со шлюпкой умел управляться не хуже, чем со шхуной. Часа через полтора он почти поравнялся с нами и прошел у нас за кормой, рассчитывая следующим галсом подойти к шхуне.</p>
     <p>— Значит, вы передумали? — услышал я голос Волка Ларсена и не понял, то ли он бормочет про себя, то ли обращается к людям в шлюпке, словно они могут его услышать. — Вы не прочь вернуться на шхуну, а? Ну что ж, попытайтесь, попытайтесь!</p>
     <p>— Руль под ветер! — скомандовал он Уфти-Уфти, который тем временем сменил Луиса.</p>
     <p>Команда следовала за командой. Потравили фока и грота-шкоты, и шхуна, прыгая по волнам, быстро рванулась вперед с сильным попутным ветром, как раз в ту минуту, когда Джонсон, пренебрегая опасностью, потравил шкот и прошел у нас за кормой футах в ста. Волк Ларсен снова громко рассмеялся и помахал рукою, приглашая шлюпку следовать за нами. Его намерение было очевидно: он решил поиграть с ними, думал я, дать им хороший урок вместо побоев. Но это был очень опасный урок, так как шлюпку в любую минуту могло захлестнуть волной.</p>
     <p>Джонсон быстро повернул шлюпку и погнался за нами. Ему больше ничего не оставалось. Смерть подстерегала их со всех сторон. Рано или поздно одна из этих огромных волн обрушится на шлюпку, перекатится через нее и все будет кончено.</p>
     <p>— То-то им сейчас, поди, тошно у смерти-то в лапах, — шепнул мне Луис, когда я проходил мимо, чтобы отдать приказ убрать бом-кливер и стаксель.</p>
     <p>— Ну, он скоро ляжет в дрейф и подберет их, — бодро сказал я. — Решил, как видно, проучить их.</p>
     <p>Луис многозначительно посмотрел на меня.</p>
     <p>— Вы так думаете? — спросил он.</p>
     <p>— Конечно, — отвечал я. — А вы?</p>
     <p>— Я теперь думаю только об одном — о собственной шкуре, — был его ответ. — И не перестаю дивиться, как все складывается. В хорошую историю попал я из-за лишнего стаканчика в Фриско. Но вы-то влопались и того хуже — из-за этой дамочки. Будто я вас не знаю! Видали мы таких простаков!</p>
     <p>— Что вы хотите этим сказать? — поспешно спросил я, так как, выпустив этот заряд, он уже двинулся прочь.</p>
     <p>— Что я хочу сказать? — воскликнул он. — Не вам бы об этом спрашивать! Неважно, что хочу сказать я, важно, что скажет Волк. Волк, да, да, Волк!</p>
     <p>— Если заварится каша, вы будете на моей стороне? — невольно вырвалось у меня, ибо он выразил то, чего в душе боялся я сам.</p>
     <p>— На вашей стороне? Я буду на стороне старого толстого Луиса. Это еще все пустяки, только начало, говорю вам.</p>
     <p>— Не думал я, что вы такой трус, — укорил я его.</p>
     <p>Он окинул меня презрительным взглядом.</p>
     <p>— Если я пальцем не пошевельнул, чтобы помочь этому дурню, — он кивнул в сторону крошечного паруса где-то там за кормой, — так неужто вы думаете, что я дам проломить себе башку из-за какой-то дамочки, которой и в глаза-то не видал?</p>
     <p>Я отвернулся, возмущенный, и пошел на корму.</p>
     <p>— Уберите топселя, мистер Ван-Вейден, — сказал мне Волк Ларсен, когда я поднялся на ют.</p>
     <p>Услышав это приказание, я несколько успокоился за судьбу беглецов. Было ясно, что капитан не имеет намерения слишком удаляться от них. Эта мысль приободрила меня, и я быстро исполнил его распоряжение. Едва успел я отдать команду, как одни матросы уже бросились к фалам и ниралам, а другие полезли вверх по вантам. Волк Ларсен заметил их усердие и мрачно улыбнулся.</p>
     <p>И все же расстояние между шхуной и шлюпкой продолжало увеличиваться, и только когда шлюпка отстала на несколько миль, мы легли в дрейф и стали поджидать ее. Все с тревогой следили за ее приближением. Один Волк Ларсен оставался невозмутим. Даже у Луиса, пристально вглядывавшегося в даль, отразилось на лице беспокойство, которого он не сумел скрыть.</p>
     <p>Шлюпка подходила все ближе и ближе, точно живое существо, рывками пробираясь среди зеленых бурлящих волн. Она то раскачивалась на гребнях огромных валов, то скрывалась из глаз, чтобы через секунду снова взлететь на гребень. Казалось непостижимым, что она еще цела, и всякий раз ее появление, сопровождавшееся очередным головокружительным взлетом, воспринималось, как чудо. Налетел шквал с дождем, и из-за колышущейся водяной завесы вдруг вынырнула шлюпка — почти вровень с нами.</p>
     <p>— Руль на борт! — заорал Волк Ларсен и, бросившись к штурвалу, сам резко повернул его.</p>
     <p>И снова «Призрак» рванулся вперед и помчался по ветру, и еще в продолжение двух часов Джонсон и Лич гнались за нами. А мы опять ложились в дрейф и потом вновь уносились вперед, и все это время лоскут паруса метался где-то за кормой, то взлетая к небу, то проваливаясь в пучину. Он был от нас всего в четверти мили, когда налетел новый шквал и за пеленой дождя парус совсем скрылся из глаз. Больше мы его не видели. Ветер разогнал облака, но уже нигде среди волн не маячил жалкий обрывок паруса. На миг мне показалось, что на высоком гребне мелькнуло черное днище шлюпки. И это было все. Земные труды Джонсона и Лича пришли к концу.</p>
     <p>Команда продолжала толпиться на палубе. Никто не спускался вниз, никто не произносил ни слова. Люди не осмеливались взглянуть друг другу в глаза. Все, казалось, были так ошеломлены случившимся, что не могли еще прийти в себя, осознать до конца то, что произошло. Но Волк Ларсен не оставил им времени на размышления. Он сразу же приказал положить шхуну на курс — и не на Иокогаму, а на котиковые лежбища. Теперь, натягивая снасти, матросы работали вяло, угрюмо, и я слышал, как с губ их срывались проклятия, такие же угрюмые и вялые. Другое дело охотники. Неунывающий Смок уже принялся рассказывать какую-то историю, и они спустились в свой кубрик, дружно гогоча.</p>
     <p>Направляясь на корму, я увидел спасенного нами механика. Он шагнул ко мне; лицо его было бледно, губы дрожали.</p>
     <p>— Помилуй бог, сэр! На какое судно мы попали? — воскликнул он.</p>
     <p>— Вы не слепой, сами все видели, — ответил я почти грубо, так как сердце у меня сжималось от боли и страха.</p>
     <p>— Где же ваше обещание? — обратился я к Волку Ларсену.</p>
     <p>— Я ведь не обещал взять их на борт, я вовсе не имел этого в виду, — отозвался он. — И как-никак вы должны признать, что я «и пальцем к ним не притронулся».</p>
     <p>И, рассмеявшись, он повторил:</p>
     <p>— Нет, нет, я и пальцем к ним не притронулся!</p>
     <p>Я промолчал. Я был слишком ошеломлен и не мог вымолвить ни слова. Мне надо было собраться с мыслями. Я чувствовал на себе ответственность за женщину, которая спала сейчас там, внизу в каюте, и отчетливо сознавал только одно: нельзя действовать опрометчиво, если я хочу хоть чем-нибудь быть ей полезен.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
     </title>
     <p>День закончился без новых происшествий. Небольшой шторм, «промочив нам жабры», начал затихать. Механик и трое смазчиков после горячей перепалки с Волком Ларсеном были все же распределены по шлюпкам под начало охотников и назначены на вахты на шхуне, для чего их экипировали в разное старье, отыскавшееся на складе. После этого, продолжая протестовать, хотя и не очень громко, они спустились в кубрик на баке. Они были уже основательно напуганы тем, что им привелось наблюдать, и характер Волка Ларсена становился им в какой-то мере ясен, а то, что они услышали здесь о капитане от матросов, окончательно отбило у них охоту бунтовать.</p>
     <p>Мисс Брустер — имя ее мы узнали от механика — все еще спала. За ужином я попросил охотников говорить тише, чтобы не потревожить ее. Она вышла из своей каюты лишь на следующее утро. Я было распорядился, чтобы ей подавали отдельно, но Волк Ларсен тотчас наложил на это запрет.</p>
     <p>— Кто она такая, — заявил он, — чтобы гнушаться кают-компанией?</p>
     <p>Появление нашей пассажирки за столом привело к довольно комичным результатам. Охотники тотчас примолкли, точно воды в рот набрали. Только Джок Хорнер и Смок не проявляли смущения: они украдкой поглядывали на пассажирку и даже пытались принять участие в разговоре. Остальные четверо уткнулись в свои тарелки и жевали задумчиво и не торопясь; уши их двигались в такт с челюстями, как у животных.</p>
     <p>Вначале Волк Ларсен говорил мало, разве что отвечал на вопросы. Нельзя сказать, чтобы он был смущен, — отнюдь нет. Но в мисс Брустер он видел женщину нового для него типа, незнакомой ему породы, и его любопытство было задето. Он внимательно изучал ее — почти не отрывал глаз от ее лица или следил за движениями ее рук и плеч. Сам я тоже наблюдал за нею, и хотя разговор, в сущности, поддерживал один я, мне трудно было избавиться от некоторого чувства робости и растерянности. Волк Ларсен, напротив, держался совершенно непринужденно. Он был исполнен такой уверенности в себе, которую ничто не могло поколебать. Женщин он боялся ничуть не больше, чем шторма или драки.</p>
     <p>— Когда же мы будем в Иокогаме? — спросила она вдруг, повернувшись к капитану и взглянув ему прямо в глаза.</p>
     <p>Вопрос был задан без обиняков. Все челюсти сразу перестали жевать, уши перестали шевелиться, и хотя глаза у всех по-прежнему были устремлены в тарелки, каждый ждал ответа с напряженным и жадным вниманием.</p>
     <p>— Месяца через четыре, а может, и через три, если сезон окончится рано, — ответил Волк Ларсен.</p>
     <p>Она нервно глотнула и неуверенно проговорила:</p>
     <p>— А я считала… мне сказали, что до Иокогамы всего одни сутки пути. Вы… — Она запнулась, и глаза ее обежали круг ничего не выражавших лиц, склоненных над тарелками. — Вы не имеете права так поступать, — закончила она.</p>
     <p>— Этот вопрос вам лучше обсудить с мистером Ван-Вейденом, — промолвил капитан, насмешливо кивнув в мою сторону. — Он у нас специалист по вопросам права. А я простой моряк и смотрю на дело иначе. Вам, быть может, покажется несчастьем то, что вы должны остаться с нами, но для нас это, несомненно, большое счастье.</p>
     <p>Он, улыбаясь, глядел на нее, и она опустила глаза, но тут же снова подняла их и с вызовом посмотрела на меня. Я прочел в ее взгляде немой вопрос: прав ли он? Но я уже заранее решил, что должен для виду занимать нейтральную позицию, и промолчал.</p>
     <p>— Каково ваше мнение? — спросила она.</p>
     <p>— Вам не повезло, особенно если вас ждут сейчас неотложные дела. Но раз вы говорите, что предприняли путешествие в Японию с целью поправить здоровье, то, смею вас уверить, на борту «Призрака» вы окрепнете, как нигде.</p>
     <p>В ее взгляде вспыхнуло негодование, и на этот раз потупиться пришлось мне; я чувствовал, что у меня горят щеки. Я вел себя, как трус, но другого выхода не было.</p>
     <p>— Ну, тут мистеру Ван-Вейдену и карты в руки, — рассмеялся Волк Ларсен.</p>
     <p>Я кивнул, а мисс Брустер уже овладела собой и молча ждала, что последует дальше.</p>
     <p>— Нельзя сказать, чтобы он стал здоровяком, — продолжал Волк Ларсен, — но он изменился к лучшему, поразительно изменился. Посмотрели бы вы на него, когда он только появился на шхуне. Жалкий, щупленький человечишко — смотреть не на что. Верно, Керфут?</p>
     <p>Керфут был так захвачен врасплох этим неожиданным обращением к нему, что уронил на пол нож и промычал в знак согласия что-то маловразумительное.</p>
     <p>— Чистка картофеля и мытье посуды пошли ему впрок. Так, что ли, Керфут?</p>
     <p>Сей достойный муж снова что-то промычал.</p>
     <p>— Поглядите на него сейчас. Силачом его, правда, не назовешь, но все же у него появились мускулы, чего раньше и в помине не было. И теперь он довольно твердо стоит на ногах. А вначале, поверите ли, совершенно не мог обходиться без посторонней помощи.</p>
     <p>Охотники посмеивались, но сочувственный взгляд девушки вознаградил меня с лихвой за все издевательства Волка Ларсена. По правде говоря, я так давно не встречал ни в ком участия, что теперь оно глубоко тронуло меня, и я сразу стал ее добровольным рабом. Но на Волка Ларсена я был зол. Своими оскорблениями он бросал вызов моему мужскому достоинству, как бы подстрекая меня доказать, насколько твердо я стою на ногах, — ведь этим, по его словам, я был обязан ему.</p>
     <p>— Возможно, что стоять на ногах я уже научился, — отпарировал я, — а вот попирать людей ногами — к этому еще не привык.</p>
     <p>Он пренебрежительно поглядел на меня.</p>
     <p>— Значит, ваше перевоспитание еще далеко не закончено, — сухо обронил он и повернулся к мисс Брустер — Мы здесь на «Призраке» очень гостеприимны. Мистер Ван-Вейден уже убедился в этом. Мы идем на все, лишь бы наши гости чувствовали себя как дома. Не так ли, мистер Ван-Вейден?</p>
     <p>— Даже разрешаете им чистить картофель и мыть посуду, не говоря уже о том, что порой хватаете их за горло в знак особого дружеского расположения.</p>
     <p>— Боюсь, что со слов мистера Ван-Вейдена вы можете составить себе превратное представление о нас, — с притворным беспокойством перебил меня Волк Ларсен. — Заметьте, мисс Брустер, что он носит на поясе тесак, а это, гм, вещь довольно необычная для помощника капитана. Вообще мистер Ван-Вейден человек, достойный всяческого уважения, но иногда он, как бы это сказать, бывает довольно неуживчив, и тогда приходится прибегать к крутым мерам. Впрочем, в спокойные минуты он достаточно рассудителен и справедлив, как, например, сейчас, и, вероятно, не станет отрицать, что лишь вчера грозил убить меня.</p>
     <p>Я чуть не задохнулся от возмущения, и глаза мои, верно, пылали. Ларсен указал на меня.</p>
     <p>— Вот, посмотрите на него! Он еле сдерживается, даже в вашем присутствии. Конечно, он не привык к женскому обществу! Придется и мне вооружиться, иначе я не рискну выйти вместе с ним на палубу.</p>
     <p>— Прискорбно, прискорбно, — помолчав, пробормотал он, в то время как охотники покатывались со смеху.</p>
     <p>Осипшие от морского ветра голоса этих людей и раскаты их грубого хохота звучали зловеще и дико. Да и все кругом было диким. И, глядя на эту женщину, такую далекую и чуждую всем нам, я впервые осознал, насколько сам я сжился с этой средой. Я успел хорошо узнать этих людей, узнать их мысли и чувства; я стал одним из них, жил их жизнью — жизнью морских промыслов, питался, как все на морских промыслах, и был погружен в те же заботы. И это уже не казалось мне странным, как не казалась странной эта грубая одежда и грубые лица, дикий смех, ходившие ходуном переборки каюты и раскачивающиеся лампы.</p>
     <p>Намазывая маслом ломоть хлеба, я случайно остановил взгляд на своих руках. Суставы были ободраны в кровь и воспалены, пальцы распухли, под ногтями грязь. Я знал, что оброс густой щетинистой бородой, что рукав моей куртки лопнул по шву, что у ворота грубой синей рубахи не хватает пуговицы. Тесак, о котором упомянул Волк Ларсен, висел в ножнах у пояса. До сих пор это казалось мне вполне естественным, и только сейчас, взглянув на все глазами Мод Брустер, я понял, насколько дикий, должно быть, у меня вид — и у меня, и у всех окружающих.</p>
     <p>Она почувствовала насмешку в словах Волка Ларсена и снова бросила мне сочувственный взгляд. Но я заметил, что она смущена. Ироническое отношение ко мне Волка Ларсена заставило ее еще больше встревожиться за свою судьбу.</p>
     <p>— Быть может, меня возьмет на борт какое-нибудь встречное судно? — промолвила она.</p>
     <p>— Никаких судов, кроме охотничьих шхун, вы здесь не встретите, — возразил Волк Ларсен.</p>
     <p>— Но у меня нет одежды, нет ничего необходимого, — сказала она. — Вы, верно, забываете, сэр, что я не мужчина и не привыкла к той кочевой жизни, которую, по-видимому, ведете вы и ваши люди.</p>
     <p>— Чем скорее вы привыкнете к ней, тем лучше, — отвечал Волк Ларсен. — Я дам вам материю, иголку и нитки, — помолчав, добавил он. — Надеюсь, для вас не составит слишком большого труда сшить себе одно-два платья.</p>
     <p>Она криво усмехнулась, давая понять, что не искушена в швейном искусстве. Мне было ясно, что она испугана и сбита с толку, но отчаянно старается не подать виду.</p>
     <p>— Надо полагать, вы, вроде нашего мистера Ван-Вейдена, привыкли, чтобы за вас все делали другие. Думаю все же, что ваше здоровье не пострадает, если вы будете кое-что делать для себя сами. Кстати, чем вы зарабатываете на жизнь?</p>
     <p>Она поглядела на него с нескрываемым изумлением.</p>
     <p>— Не в обиду вам будь сказано, но людям ведь надо есть и они должны как-то добывать себе пропитание. Эти вот бьют котиков, тем и живут, я управляю своей шхуной, а мистер Ван-Вейден, по крайней мере сейчас, добывает свой харч, помогая мне. А вы чем занимаетесь?</p>
     <p>Она пожала плечами.</p>
     <p>— Вы сами кормите себя? Или это делает за вас кто-то другой?</p>
     <p>— Боюсь, что большую часть жизни меня кормили другие, — засмеялась она, мужественно стараясь попасть ему в тон, но я видел, как в ее глазах, которые она не сводила с него, растет страх.</p>
     <p>— Верно, и постель вам стлали другие?</p>
     <p>— Мне случалось и самой делать это.</p>
     <p>— Часто?</p>
     <p>Она покачала головой с шутливым раскаянием.</p>
     <p>— А вы знаете, как поступают в Соединенных Штатах с бедняками, которые, подобно вам, не зарабатывают себе на хлеб?</p>
     <p>— Я очень невежественна, — жалобно проговорила она. — Что же там делают с такими, как я?</p>
     <p>— Сажают в тюрьму. Их преступление заключается в том, что они не зарабатывают на пропитание, и это называется бродяжничеством. Будь я мистером Ван-Вейденом, который вечно рассуждает о том, что справедливо и что нет, я бы спросил вас: по какому праву вы живете на свете, если вы не делаете ничего, чтобы оправдать свое существование?</p>
     <p>— Но вы не мистер Ван-Вейден, и я не обязана отвечать вам, не так ли?</p>
     <p>Она насмешливо улыбнулась, хотя в глазах у нее по-прежнему стоял страх, и у меня сжалось сердце — так это было трогательно. Я чувствовал, что должен вмешаться и направить разговор в другое русло.</p>
     <p>— Заработали вы хоть доллар собственным трудом? — тоном торжествующего обличителя спросил капитан, заранее уверенный в ее ответе.</p>
     <p>— Да, заработала, — отвечала она не спеша, и я чуть не расхохотался, увидев, как вытянулось лицо Волка Ларсена. — Помнится, когда я была совсем маленькой, отец дал мне доллар за то, что я целых пять минут просидела смирно.</p>
     <p>Он снисходительно улыбнулся.</p>
     <p>— Но это было давно, — продолжала она, — и навряд ли вы станете требовать, чтобы девятилетняя девочка зарабатывала себе на хлеб.</p>
     <p>И, немного помедлив, она добавила:</p>
     <p>— А сейчас я зарабатываю около тысячи восьмисот долларов в год.</p>
     <p>Все, как по команде, оторвали глаза от тарелок и уставились на нее. На женщину, зарабатывающую тысячу восемьсот долларов в год, стоило посмотреть! Волк Ларсен не скрывал своего восхищения.</p>
     <p>— Это жалованье или сдельно? — спросил он.</p>
     <p>— Сдельно, — тотчас ответила она.</p>
     <p>— Тысяча восемьсот. Полтораста долларов в месяц, — подсчитал он. — Ну что ж, мисс Брустер. У нас здесь на «Призраке» широкий размах. Считайте себя на жалованье все время, пока вы остаетесь с нами.</p>
     <p>Она ничего не ответила. Неожиданные выверты этого человека были для нее еще внове, и она не знала, как к ним отнестись.</p>
     <p>— Я забыл спросить о вашей профессии, — вкрадчиво продолжал он. — Какие предметы вы изготовляете? Какие вам потребуются материалы и инструменты?</p>
     <p>— Бумага и чернила, — рассмеялась она. — Ну и, разумеется, пишущая машинка!</p>
     <p>— Так вы — Мод Брустер! — медленно и уверенно проговорил я, словно обвиняя ее в преступлении.</p>
     <p>Она с любопытством взглянула на меня.</p>
     <p>— Почему вы так думаете?</p>
     <p>— Ведь я не ошибся? — настаивал я.</p>
     <p>Она кивнула. Теперь уже Волк Ларсен был озадачен. Это магическое имя ничего не говорило ему. Я же гордился тем, что мне оно говорило очень много, и впервые за время этой томительной беседы почувствовал свое превосходство.</p>
     <p>— Помнится, мне как-то пришлось писать рецензию на маленький томик… — начал я небрежно, но она перебила меня.</p>
     <p>— Вы? — воскликнула она. — Так вы…</p>
     <p>Она смотрела на меня во все глаза.</p>
     <p>Я кивком подтвердил ее догадку.</p>
     <p>— Хэмфри Ван-Вейден! — закончила она со вздохом облегчения и, бросив невольный взгляд в сторону Волка Ларсена, воскликнула: — Как я рада!..</p>
     <p>Ощутив некоторую неловкость, когда эти слова сорвались у нее с губ, она поспешила добавить:</p>
     <p>— Я помню эту чересчур лестную для меня рецензию…</p>
     <p>— Вы не правы, — галантно возразил я. — Говоря так, вы сводите на нет мою беспристрастную оценку и ставите под сомнение мои критерии. А ведь все наши критики были согласны со мной. Разве Лэнг не отнес ваш «Вынужденный поцелуй» к числу четырех лучших английских сонетов, вышедших из-под пера женщины?</p>
     <p>— Но вы сами при этом назвали меня американской миссис Мейнелл!<a l:href="#n_160" type="note">[160]</a></p>
     <p>— А разве это неверно?</p>
     <p>— Не в том дело, — ответила она. — Просто мне было обидно.</p>
     <p>— Неизвестное измеримо только через известное, — пояснил я в наилучшей академической манере. — Я, как критик, обязан был тогда определить ваше место в литературе. А теперь вы сами стали мерой вещей. Семь ваших гомиков стоят у меня на полке, а рядом с ними две книги потолще — очерки, о которых я, если позволите, скажу, что они не уступают вашим стихам, причем я, пожалуй, не возьмусь определить, для каких ваших произведений это сопоставление более лестно. Недалеко то время, когда в Англии появится никому не известная поэтесса и критики назовут ее английской Мод Брустер.</p>
     <p>— Вы, право, слишком любезны, — мягко проговорила она, и сама условность этого оборота и манера, с которой она произнесла эти слова, пробудили во мне множество ассоциаций, связанных с моей прежней жизнью далеко, далеко отсюда. Я был глубоко взволнован. И в этом волнении была не только сладость воспоминаний, но и внезапная острая тоска по дому.</p>
     <p>— Итак, вы — Мод Брустер! — торжественно произнес я, глядя на нее через стол.</p>
     <p>— Итак, вы — Хэмфри Ван-Вейден! — отозвалась она, глядя на меня столь же торжественно и с уважением. — Как все это странно! Ничего не понимаю. Может быть, надо ожидать, что из-под вашего трезвого пера выйдет какая-нибудь безудержно романтическая морская история?</p>
     <p>— О нет, уверяю вас, я здесь не занимаюсь собиранием материала, — отвечал я. — У меня нет ни способностей, ни склонности к беллетристике.</p>
     <p>— Скажите, почему вы погребли себя в Калифорнии? — спросила она, помолчав. — Это, право, нелюбезно с вашей стороны. Вас, нашего второго «наставника американской литературы»,<a l:href="#n_161" type="note">[161]</a> почти не было видно у нас на Востоке.</p>
     <p>Я ответил на ее комплимент поклоном, но тут же возразил:</p>
     <p>— Тем не менее я однажды чуть не встретился с вами в Филадельфии. Там отмечали какой-то юбилей Браунинга, и вы выступали с докладом. Но мой поезд опоздал на четыре часа.</p>
     <p>Мы так увлеклись, что совсем забыли окружающее, забыли о Волке Ларсене, безмолвно внимавшем нашей беседе. Охотники поднялись из-за стола и ушли на палубу, а мы всё сидели и разговаривали. Один Волк Ларсен остался с нами. Внезапно я снова ощутил его присутствие: откинувшись на стуле, он с любопытством прислушивался к чужому языку неведомого ему мира.</p>
     <p>Я оборвал незаконченную фразу на полуслове. Настоящее, со всеми его опасностями и тревогами, грозно встало предо мной. Мисс Брустер, видимо, почувствовала то же, что и я: она взглянула на Волка Ларсена, и я снова прочел затаенный ужас в ее глазах. Ларсен встал и деланно рассмеялся. Смех его звучал холодно и безжизненно.</p>
     <p>— О, не обращайте на меня внимания! — сказал он, с притворным самоуничижением махнув рукой. — Я в счет не иду. Продолжайте, продолжайте, прошу вас!</p>
     <p>Но поток нашего красноречия сразу иссяк, и мы тоже натянуто рассмеялись и встали из-за стола.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
     </title>
     <p>Волк Ларсен был чрезвычайно раздосадован тем, что мы с Мод Брустер не обращали на него внимания во время нашей застольной беседы, и ему нужно было сорвать на ком-то злобу. Жертвой ее пал Томас Магридж. Кок не изменил своим привычкам, как не сменил он и своей рубашки. Насчет рубашки он, впрочем, утверждал обратное, но вид ее опровергал его слова. Засаленные же кастрюли и сковородки и грязная плита также отнюдь не свидетельствовали о том, что камбуз содержится в чистоте.</p>
     <p>— Я тебя предупреждал, — сказал ему Волк Ларсен. — Теперь пеняй на себя.</p>
     <p>Лицо Магриджа побледнело под слоем сажи, а когда Волк Ларсен позвал двух матросов и велел принести конец, злополучный кок выскочил, как ошпаренный, из камбуза и заметался по палубе, увиливая от матросов, с хохотом пустившихся за ним в погоню. Вряд ли что-нибудь могло доставить им большее удовольствие. У всех чесались руки выкупать его в море, ведь именно в матросский кубрик посылал он самую омерзительную свою стряпню. Погода благоприятствовала затее. «Призрак» скользил по тихой морской глади со скоростью не более трех миль в час. Но Магридж был не из храброго десятка, и купание ему не улыбалось. Возможно, ему уже доводилось видеть, как провинившихся тащат за кормой на буксире. К тому же вода была холодна, как лед, а кок не мог похвалиться крепким здоровьем.</p>
     <p>Как всегда в таких случаях, подвахтенные и охотники высыпали на палубу, предвкушая потеху. Магридж, должно быть, смертельно боялся воды и проявил такую юркость и проворство, каких никто от него не ожидал. Загнанный в угол между камбузом и ютом, он, как кошка, вскочил на палубу рубки и побежал к корме. Матросы бросились ему наперерез, но он повернул, промчался по крыше рубки, перескочил на камбуз и спрыгнул на палубу. Тут он понесся на бак, преследуемый по пятам гребцом Гаррисоном. Тот уже почти настиг его, как вдруг Магридж подпрыгнул, ухватился за снасти, повис на них и, выбросив вперед обе ноги, угодил подбежавшему Гаррисону в живот. Матрос глухо охнул, согнулся пополам и повалился на палубу.</p>
     <p>Охотники приветствовали подвиг кока аплодисментами и взрывом хохота, а Магридж, увернувшись у фок-мачты от доброй половины своих преследователей, опять побежал к корме, проскальзывая между остальными матросами, как нападающий между игроками на футбольном поле. Кок стремительно мчался по юту к корме. Он удирал с такой поспешностью, что, заворачивая за угол рубки, поскользнулся и упал. У штурвала стоял Нилсон, и кок, падая, сшиб его с ног. Оба покатились по палубе, но встал один Магридж. По странной игре случая, его тщедушное тело не пострадало, а здоровенный матрос при этом столкновении сломал себе ногу.</p>
     <p>К штурвалу стал Парсонс, и преследование продолжалось. Магридж, обезумев от страха, носился по всему судну — с носа на корму и обратно. Матросы с криками, с улюлюканьем гонялись за ним, а охотники гоготали и подбадривали кока. У носового люка на Магриджа навалились было трое матросов, но он тут же, как угорь, выскользнул из-под этой кучи тел и с окровавленной губой и разодранной в клочья рубахой — виновницей всех его бед — прыгнул на грот-ванты. Он карабкался все выше и выше, на самую верхушку мачты.</p>
     <p>Человек шесть матросов преследовали его до салинга, где часть их и осталась, выжидая, а дальше, по тонким стальным штагам, полезли, подтягиваясь на руках, только двое — Уфти-Уфти и Блэк, гребец Лэтимера.</p>
     <p>Это было рискованное предприятие: они висели в воздухе в ста футах над палубой, и в таком положении им трудно было защищаться от ног Магриджа. А тот лягался, и весьма свирепо. Наконец Уфти-Уфти, держась одной рукой, изловчился и схватил кока за ногу; почти тотчас Блэк схватил его за другую ногу, и все трое, сплетясь в один качающийся клубок и продолжая бороться, начали скользить вниз, пока не свалились прямо на руки поджидавших их на салинге товарищей.</p>
     <p>Борьба в воздухе окончилась, и Томаса Магриджа спустили на палубу. Он визжал и выкрикивал что-то невнятное, на губах у него выступила кровавая пена. Волк Ларсен завязал петлю на конце троса и продел ее под мышки коку. Затем Магриджа потащили на корму и швырнули за борт. Трос начали травить: сорок, пятьдесят, шестьдесят футов, — и только тогда Волк Ларсен крикнул:</p>
     <p>— Довольно!</p>
     <p>Уфти-Уфти закрепил трос. «Призрак» качнуло носом вниз, трос натянулся и вытащил кока на поверхность.</p>
     <p>Нельзя было не пожалеть беднягу. Пусть он и не мог утонуть, пусть даже у него, как у кошки, было «девять жизней», но он испытывал все муки утопающего. «Призрак» шел медленно; когда волна поднимала корму и судно скользило носом вниз, трос вытаскивал несчастного на поверхность и он мог немного отдышаться; но затем судно начинало лениво взбираться на другую волну, корма опускалась, трос ослабевал, и кок. снова погружался в воду.</p>
     <p>Я совсем забыл о существовании Мод Брустер и вспомнил о ней лишь в ту минуту, когда она внезапно появилась рядом со мной. Она подошла так неслышно, что я вздрогнул от неожиданности, увидев ее. Она впервые показывалась на палубе, и команда встретила ее гробовым молчанием.</p>
     <p>— Что тут за веселье? — спросила она.</p>
     <p>— Спросите капитана Ларсена, — холодно ответил я, стараясь сохранить самообладание, хотя вся кровь во мне закипела при мысли, что женщине предстоит стать свидетельницей этой жестокой потехи.</p>
     <p>Мод Брустер повернулась, чтобы последовать моему совету, и взгляд ее упал на Уфти-Уфти. Он стоял в двух шагах от нее, держа в руке конец троса, вся его подобранная, настороженная фигура дышала природным изяществом.</p>
     <p>— Вы ловите рыбу? — спросила она матроса.</p>
     <p>Он не отвечал. Глаза его, внимательно оглядывавшие море за кормой, внезапно расширились.</p>
     <p>— Акула, сэр! — крикнул он.</p>
     <p>— Тащи! Живо! Берись все разом! — скомандовал Волк Ларсен и сам, опередив других, подскочил к тросу.</p>
     <p>Магридж услыхал предостерегающий крик Уфти-Уфти и дико заорал. Я уже мог разглядеть черный плавник, рассекавший воду и настигавший кока быстрее, чем мы успевали подтаскивать его к шхуне. У нас и у акулы шансы были равны — вопрос решали доли секунды. Когда Магридж был уже под самой кормой, нос шхуны взмыл на гребень волны. Корма опустилась, и это дало преимущество акуле. Плавник скрылся, в воде мелькнуло белое брюхо. Волк Ларсен действовал почти столь же стремительно. Всю свою силу он вложил в один могучий рывок. Тело кока взвилось над водой, а за ним высунулась голова хищника. Магридж поджал ноги. Акула, казалось, едва коснулась одной из них и тут же с всплеском ушла под воду. Но в этот миг Томас Магридж издал пронзительный вопль. В следующую секунду он, как пойманная на удочку рыба, перелетел через борт, упал на четвереньки и перекувырнулся раза два.</p>
     <p>На палубу брызнул фонтан крови. Правой ступни Магриджа как не бывало: акула отхватила ее по самую щиколотку. Я взглянул на Мод Брустер. Ее лицо побелело, глаза расширились от ужаса. Но она смотрела не на Томаса Магриджа, а на Волка Ларсена. Он заметил это и сказал с обычным коротким смешком:</p>
     <p>— У мужчин свои развлечения, мисс Брустер. Может, они грубее, чем те, к которым вы привыкли, но это наши, мужские развлечения. Акула не входила в расчет. Она…</p>
     <p>В этот миг Магридж приподнял голову и, оценив размеры своей потери, переполз по палубе и со всей мочи впился зубами в ногу капитана. Ларсен спокойно нагнулся и большим и указательным пальцами сдавил ему шею чуть пониже ушей. Челюсти кока медленно разжались, и Ларсен высвободил ногу.</p>
     <p>— Как я уже сказал, — продолжал он, будто ничего не произошло, — акула не входила в расчет. То была… ну, скажем, воля провидения!</p>
     <p>Мод Брустер словно не слышала его слов, но в глазах у нее появилось новое выражение — гнева и отвращения. Она хотела уйти, сделала шага два, пошатнулась и протянула ко мне руку. Я подхватил ее и усадил на палубу рубки. Я боялся, что она лишится чувств, но она овладела собой.</p>
     <p>— Принесите турникет, мистер Ван-Вейден, — крикнул мне Волк Ларсен.</p>
     <p>Я колебался. Губы мисс Брустер зашевелились, и, хотя она не могла вымолвить ни слова, ее глаза ясно приказывали мне прийти на помощь пострадавшему.</p>
     <p>— Прошу вас! — собравшись с силами, пробормотала она, и я не мог ослушаться.</p>
     <p>Я уже приобрел некоторый навык в хирургии, и Волк Ларсен, дав мне в помощь двоих матросов и сделав несколько указаний, тут же занялся другим делом — он решил отомстить акуле. За борт бросили на тросе массивный крюк, насадив на него в качестве приманки жирный кусок солонины. Я едва успел зажать Магриджу все поврежденные вены и артерии, как матросы, помогая себе песней, уже вытаскивали провинившегося хищника из воды.</p>
     <p>Я не видел, что происходило у грот-мачты, но мои «ассистенты» поочередно бегали туда поглядеть. Шестнадцатифутовую акулу подтянули к грот-вантам. Рычагами ей до предела раздвинули челюсти, вставили в пасть заостренный с обоих концов крепкий кол, и челюсти уже не могли сомкнуться. После этого, вытащив из пасти засевший там крюк, акулу бросили в море. Все еще полная сил, но совершенно беспомощная, она была обречена на медленную голодную смерть, которой заслуживала куда меньше, чем человек, придумавший для нее эту кару.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
     </title>
     <p>Когда Мод Брустер направилась ко мне, я уже знал, о чем пойдет речь. Минут десять я наблюдал, как она толкует о чем-то с механиком, и теперь молча поманил ее в сторону, подальше от рулевого. Лицо ее было бледно и решительно, глаза, расширившиеся от волнения, казались особенно большими и смотрели на меня испытующе. Я почувствовал какую-то робость и даже страх, так как знал, что она хочет заглянуть в душу Хэмфри Ван-Вейдена, а Хэмфри Ван-Вейден едва ли мог особенно гордиться собой, с тех пор как ступил на борт «Призрака».</p>
     <p>Мы подошли к краю юта, и девушка повернулась и взглянула на меня в упор. Я осмотрелся: не подслушивают ли нас.</p>
     <p>— В чем дело? — участливо спросил я, но лицо ее оставалось все таким же решительным и суровым.</p>
     <p>— Я готова допустить, — начала она, — что утреннее происшествие было просто несчастным случаем. Но я только что говорила с мистером Хэскинсом. Он рассказал мне, что в тот день, когда нас спасли, в то самое время, когда я спала в каюте, двух человек утопили, преднамеренно утопили, попросту говоря — убили.</p>
     <p>В голосе ее звучал вопрос, и она все так же смотрела на меня в упор, словно обвиняя в этом преступлении или по крайней мере в соучастии в нем.</p>
     <p>— Вам сказали правду, — ответил я. — Их действительно убили.</p>
     <p>— И вы допустили это! — воскликнула она.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что я не мог этого предотвратить? — мягко возразил я.</p>
     <p>— Но вы пытались? — Она сделала ударение на «пытались»; в голосе ее звучала надежда. — Да нет, вы и не пытались! — тут же добавила она, предвосхитив мой ответ. — Но почему же?</p>
     <p>Я пожал плечами.</p>
     <p>— Не забывайте, мисс Брустер, что вы еще совсем недавно попали сюда и не знаете, какие тут царят законы. Вы принесли с собой некие высокие понятия о гуманности, чести, благородстве и тому подобных вещах. Но вы скоро убедитесь, что здесь им нет места. — И, помолчав, я добавил с невольным вздохом: — Мне уже пришлось убедиться в этом.</p>
     <p>Она недоверчиво покачала головой.</p>
     <p>— Чего же вы хотите? — спросил я. — Чтобы я взял нож, ружье или топор и убил этого человека?</p>
     <p>Она испуганно отшатнулась.</p>
     <p>— Нет, только не это!</p>
     <p>— Так что же? Убить себя?</p>
     <p>— Почему вы все говорите только о физическом воздействии? — возразила она. — Ведь существует еще духовное мужество, и оно всегда оказывало свое влияние.</p>
     <p>— Так, — улыбнулся я. — Вы не хотите, чтобы я убивал его или себя, но хотите, чтобы я позволил ему убить меня.</p>
     <p>И, не дав ей возразить, я продолжал:</p>
     <p>— Духовное мужество — бесполезная добродетель в этом крохотном плавучем мирке, куда мы с вами попали. У одного из убитых, Лича, это мужество было развито необычайно сильно. Да и у второго, у Джонсона, — тоже. И это не принесло им добра — наоборот, погубило их.</p>
     <p>Такая же судьба ждет и меня, если я вздумаю проявить то небольшое мужество, которое еще во мне осталось.</p>
     <p>Вы должны понять, мисс Брустер, понять раз и навсегда, что Ларсен — это не человек, а чудовище. Он лишен совести. Для него нет ничего святого. Он не останавливается ни перед чем. По его прихоти меня насильно задержали на этой шхуне, и только по его прихоти я пока еще цел. Я ничего не предпринимаю и не могу предпринять, потому что я раб этого чудовища, как и вы теперь его рабыня, потому что я хочу жить, как и вы хотите жить, и еще потому, что я не в состоянии бороться и победить его, как и вы этого не можете.</p>
     <p>Она молчала, ожидая, что я скажу еще.</p>
     <p>— Что же остается? Я в положении слабого. Я молчу и терплю унижения, как и вам придется молчать и терпеть. И это разумно. Это лучшее, что мы можем сделать, если хотим жить. Победа не всегда достается сильному. У нас не хватит сил, чтобы открыто бороться с ним. Значит, мы должны действовать иначе и постараться победить его хитростью. И вы, если захотите последовать моему совету, должны будете поступать так. Я знаю, что мое положение опасно, но ваше, скажу вам откровенно, — еще опаснее. И мы должны стоять друг за друга и действовать сообща, но хранить наш союз в тайне. Может случиться, что я не смогу открыто поддержать вас; точно так же и вы должны молчать при любых оскорблениях, которые могут выпасть на мою долю. Нельзя перечить этому человеку и раздражать его. Как бы это нам ни претило, мы должны улыбаться и быть любезны с ним.</p>
     <p>— Все же я не понимаю… — сказала она и с растерянным видом провела рукой по лбу.</p>
     <p>— Послушайтесь меня, — решительно произнес я, заметив, что Волк Ларсен, который расхаживал по палубе, разговаривая с Лэтимером, начал поглядывать в нашу сторону. — Послушайтесь меня, и вы очень скоро убедитесь, насколько я прав.</p>
     <p>— Так что же мне все-таки делать? — спросила она, заметив тревожный взгляд, брошенный мною на Волка Ларсена, и, по-видимому, поддавшись силе моих убеждений, что не могло не польстить мне.</p>
     <p>— Прежде всего оставьте мысль о духовном мужестве, — поспешно сказал я. — Не восстанавливайте этого зверя против себя. Держитесь с ним приветливо, беседуйте о литературе и искусстве — такие темы он очень любит. Вы увидите, что он внимательный слушатель и отнюдь не дурак. И ради самой себя старайтесь не присутствовать при всевозможных зверствах, которые частенько повторяются на этом судне. Тогда вам легче будет играть свою роль.</p>
     <p>— Так я должна лгать? — с возмущением произнесла она. — Лгать словами и поступками?</p>
     <p>Волк Ларсен отошел от Лэтимера и направлялся к нам. Я был в отчаянии.</p>
     <p>— Умоляю вас, поймите меня, — торопливо проговорил я, понизив голос. — Весь ваш жизненный опыт здесь ничего не стоит. Вы должны все начинать сызнова. — Да, я знаю, я вижу, что вы привыкли взглядом подчинять себе людей. Я читаю в ваших глазах большое духовное мужество, и вы уже подчиняли себе меня, повелевали мной. Но не. пытайтесь воздействовать таким путем на Волка Ларсена, — он только посмеется над вами. Скорее вам удалось бы укротить льва. Он станет… Я всегда гордился тем, что открыл этот талант, — поспешно свернул я разговор на другое, заметив, что Ларсен уже поднялся на ют и приближается к нам. — Редакторы побаивались его, издатели слышать о нем не хотели. Но я оценил его сразу и не ошибся: его гений показал себя в полном блеске, когда он выступил со своей «Кузницей».</p>
     <p>— И подумать только, что это газетные стихи! — ловко подхватила мисс Брустер.</p>
     <p>— Да, они действительно впервые увидели свет в газете, — подтвердил я, — но отнюдь не потому, что редакторам журналов не удалось заранее познакомиться с ними.</p>
     <p>— Мы толковали о Гаррисе, — пояснил я, обращаясь к Волку Ларсену.</p>
     <p>— А! — проронил он. — Помню я эту «Кузницу». Всякие красивые чувства и несокрушимая вера в иллюзии. Кстати, мистер Ван-Вейден, заглянули бы вы к нашему коку. Он воет от боли и мечется на койке.</p>
     <p>Так меня бесцеремонно спровадили с юта к Магриджу; Магридж лежал, погруженный в крепкий сон после хорошей дозы морфия, которую я сам же ему дал. Но я не стал торопиться обратно на. палубу, а когда поднялся, то почувствовал некоторое удовлетворение, увидев, что мисс Брустер оживленно беседует с капитаном. Значит, она все-таки последовала моему совету. Повторяю, я был доволен. И вместе с тем несколько огорчен и уязвлен: итак, она оказалась способной на то, о чем я ее просил и что так явно претило ей!</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать третья</p>
     </title>
     <p>Крепкий попутный ветер дул ровно и гнал «Призрак» к северу, прямо на стада котиков. Мы встретились с ними почти у самой сорок четвертой параллели, в бурных холодных водах, над которыми ветер вечно терзает и рвет густую пелену тумана. Иногда мы целыми днями не видели солнца и не могли делать наблюдений. Потом ветер разгонял туман, вокруг нас снова искрились и сверкали волны, и мы могли определять свои координаты. Но после двух-трех дней ясной погоды туман опять стлался над морем и, казалось, еще более густой, чем прежде.</p>
     <p>Охота была опасной. Но каждое утро шлюпки спускались на воду, туман тут же поглощал их, и мы уже не видели их до самого вечера, а то и до ночи, когда они, одна за другой, появлялись наконец из серой мглы, словно вереница морских призраков. Уэйнрайт — охотник, захваченный Волком Ларсеном вместе со шлюпкой и двумя матросами, — воспользовался туманом и бежал. Как-то утром он скрылся за плотной пеленой тумана вместе со своими людьми, и больше мы их не видели. Вскоре мы узнали, что они, переходя со шхуны на шхуну, благополучно добрались до своего судна.</p>
     <p>Я твердо решил последовать их примеру, но удобного случая все не представлялось. Помощнику капитана не положено выходить на шлюпке, и, хотя я всячески пытался обойти это правило, Волк Ларсен не изменил заведенного порядка. Если бы этот план мне удался, я так или иначе сумел бы увезти с собой и мисс Брустер. Ее положение на шхуне все более усложнялось, и я со страхом думал о том, к чему это может привести. Как ни старался я гнать от себя эти мысли, они неотступно преследовали меня.</p>
     <p>В свое время я перечитал немало морских романов, в которых неизменно фигурировала женщина — одна на корабле среди матросов, — но только теперь я понял, что никогда, в сущности, не вдумывался в эту ситуацию, хотя авторы и обыгрывали ее со всех сторон. И вот я сам столкнулся с таким же положением лицом к лицу и переживал его чрезвычайно остро. Ведь героиней была Мод Брустер — та самая Мод Брустер, чьи книги уже давно очаровывали меня, а теперь я испытывал на себе и всю силу ее личного обаяния.</p>
     <p>Трудно было представить себе существо, более чуждое этой грубой среде. Это было нежное, эфирное создание. Тоненькая и гибкая, как тростинка, она отличалась удивительной легкостью и грацией движений. Мне чудилось, что эта девушка совсем не ступает по земле, — такой она казалась невесомой. Когда Мод Брустер приближалась ко мне, у меня всякий раз создавалось впечатление, что она не идет, а скользит по воздуху, как пушинка, или парит бесшумно, как птица.</p>
     <p>Нежная и хрупкая, она походила на дрезденскую фарфоровую статуэтку, и было в этом что-то необычайно трогательное. С той минуты, когда я, поддерживая ее под локоть, помог ей спуститься в каюту, мне постоянно казалось, что одно грубое прикосновение — и ее не станет. Никогда я не видел более полной гармонии тела и духа. Ее стихи называли утонченными и одухотворенными, но то же самое можно было сказать и о ее внешности. Казалось, ее тело переняло свойства ее души, приобрело те же качества и служило лишь тончайшей нитью, связующей ее с реальной жизнью. Воистину легки были ее шаги по земле и мало было в ней от сосуда скудельного.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_028.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Она являла разительный контраст Волку Ларсену. Между ними не только не было ничего общего, но они во всем были резко противоположны друг другу. Как-то утром, когда они гуляли вдвоем по палубе, я, глядя на них, подумал, что они стоят на крайних ступенях эволюции человеческого общества. Ларсен воплощал в себе первобытную дикость, Мод Брустер — всю утонченность современной цивилизации. Правда, Ларсен обладал необычайно развитым для дикаря интеллектом, но этот интеллект был целиком направлен на удовлетворение его звериных инстинктов и делал его еще более страшным дикарем. У него была великолепная мускулатура, мощное тело, но, несмотря на его грузность, шагал он легко и уверенно. В том, как он поднимал и ставил ногу, было что-то напоминавшее хищника в джунглях. Все его движения отличались кошачьей мягкостью и упругостью, но превыше всего в нем чувствовалась сила. Я сравнивал этого человека с огромным тигром, бесстрашным и хищным зверем. Да, он, несомненно, походил на тигра, и в глазах у него часто вспыхивали такие же свирепые огоньки, какие мне доводилось видеть в глазах у леопардов и других хищников, посаженных в клетку.</p>
     <p>Сегодня, наблюдая за Ларсеном и мисс Брустер, когда они прохаживались взад и вперед по палубе, я заметил, что не он, а она положила конец прогулке. Они прошли мимо меня, направляясь к трапу в кают-компанию, и я сразу почувствовал, что мисс Брустер чем-то крайне встревожена, хотя и не подает виду. Взглянув на меня, она произнесла несколько ничего не значащих слов и рассмеялась довольно непринужденно, но глаза ее, словно помимо воли, обратились на Волка Ларсена, и, хотя она тотчас опустила их, я успел заметить промелькнувший в них ужас.</p>
     <p>Разгадку этого я прочел в его глазах. Серые, холодные, жестокие, глаза эти теплились сейчас мягким, золотистым светом. Казалось, в них пляшут крохотные искорки, которые то меркнут и затухают, то разгораются так, что весь зрачок полнится лучистым сиянием. Оттого, быть может, в них и был этот золотистый свет. Они манили и повелевали, говорили о волнении в крови. В них горело желание — какая женщина могла бы этого не понять! Только не Мод Брустер!</p>
     <p>Ее испуг передался мне, и в этот миг самого отчаянного страха, какой может испытать мужчина, я понял, как она мне дорога. И вместе с нахлынувшим на меня страхом росло сознание, что я люблю ее. Страх и любовь терзали мое сердце, заставляли кровь то леденеть, то бурно кипеть в жилах, и в то же время какая-то сила, над которой я был не властен, приковывала мой взгляд к Волку Ларсену. Но он уже овладел собой. Золотистый свет и пляшущие искорки погасли в его глазах, взгляд снова стал холодным и жестким. Он сухо поклонился и ушел.</p>
     <p>— Мне страшно, — прошептала Мод Брустер, и по телу ее пробежала дрожь. — Как мне страшно!</p>
     <p>Мне тоже было страшно, и я был в полном смятении, поняв, как много она для меня значит. Все же, сделав над собой усилие, я ответил спокойно:</p>
     <p>— Все обойдется, мисс Брустер! Все обойдется, поверьте!</p>
     <p>Она взглянула на меня с благодарной улыбкой, от которой сердце мое затрепетало, и начала спускаться по трапу.</p>
     <p>А я долго стоял там, где она оставила меня. Я должен был разобраться в происшедшем, понять значение совершившейся в моей жизни перемены. Итак, любовь наконец пришла ко мне, пришла, когда я менее всего ее ждал, когда все запрещало мне даже помышлять о ней. Раздумывая над жизнью, я, разумеется, всегда признавал, что любовь рано или поздно постучится и ко мне. Но долгие годы, проведенные в одиночестве, среди книг, не могли подготовить меня к встрече с нею.</p>
     <p>И вот любовь пришла! Мод Брустер! Память мгновенно перенесла меня к тому дню, когда первый тоненький томик ее стихов появился на моем письменном столе. Как наяву, встал предо мной и весь ряд таких же томиков, выстроившихся на моей книжной полке. Как я приветствовал появление каждого из них! Они выходили по одному в год и как бы знаменовали для меня наступление нового года. Я находил в них родственные мне мысли и чувства, и они стали постоянными спутниками моей духовной жизни. А теперь заняли место и в моем сердце.</p>
     <p>В сердце? Внезапно мои мысли приняли другое направление. Я словно взглянул на себя со стороны и усомнился в себе. Мод Брустер… Я — Хэмфри Ван-Вейден, которого Чарли Фэрасет окрестил «рыбой», «бесчувственным чудовищем», «демоном анализа», — влюблен! И тут же, без всякой видимой связи, мне пришла на память маленькая заметка в биографическом справочнике, и я сказал себе: «Она родилась в Кембридже, ей двадцать семь лет». И мысленно воскликнул: «Двадцать семь лет, и она все еще свободна и не влюблена!» Но откуда я мог знать, что она не влюблена? Боль от внезапно вспыхнувшей ревности подавила остатки сомнений. В чем тут еще сомневаться! Я ревную — значит, люблю. И женщина, которую я люблю, — Мод Брустер!</p>
     <p>Как? Я, Хэмфри Ван-Вейден, влюблен? Сомнения снова овладели мной. Не то чтобы я боялся любви или был ей не рад. Напротив, убежденный идеалист, я всегда восхвалял любовь, считал ее величайшим благом на земле, целью и венцом существования, самой яркой радостью и самым большим счастьем, которое следует призывать и встречать с открытой душой. Но когда любовь пришла, я не мог этому поверить. Такое счастье не для меня. Это слишком невероятно. Мне невольно припомнились стихи Саймонса:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Средь сонма женщин много долгих лет</v>
       <v>Блуждал я, но искал тебя одну.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>А я давно перестал искать, решив, что «величайшее благо», как видно, не для меня и Фэрасет прав: я не такой, как все нормальные люди, я — «бесчувственное чудовище», книжный червь, живущий только разумом и только в этом способный находить усладу. И хотя всю жизнь я был окружен женщинами, но воспринимал их чисто эстетически. По временам мне и самому начинало казаться, что я из другого теста, нежели все. и обречен жить монахом, и не дано мне испытать те вечные или преходящие страсти, которые я наблюдал и так хорошо понимал в других. И вот страсть пришла. Пришла нежданно-негаданно.</p>
     <p>В каком-то экстазе я побрел по палубе, бормоча про себя прелестные стихи Элизабет Браунинг:<a l:href="#n_162" type="note">[162]</a></p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Когда-то я покинул мир людей</v>
       <v>И жил один среди моих видений.</v>
       <v>Я не знавал товарищей милей</v>
       <v>И музыки нежней их песнопений.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Но еще более нежная музыка звучала теперь в моих ушах, и я был глух и слеп ко всему окружающему. Резкий окрик Волка Ларсена заставил меня очнуться.</p>
     <p>— Какого черта вам тут нужно? — рявкнул он.</p>
     <p>Я набрел на матросов, красивших борт шхуны, и чуть не опрокинул ведро с краской.</p>
     <p>— Вы что, очумели? Может, у вас солнечный удар? — продолжал он бушевать.</p>
     <p>— Нет, расстройство желудка, — отрезал я и как ни в чем не бывало зашагал дальше.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать четвертая</p>
     </title>
     <p>События, разыгравшиеся на «Призраке» вскоре после того, как я сделал открытие, что влюблен в Мод Брустер, останутся навсегда одним из самых волнующих воспоминаний моей жизни. Все произошло на протяжении каких-нибудь сорока часов. Прожив тридцать пять лет в тиши и уединении, я неожиданно попал в полосу самых невероятных приключений. Никогда не доводилось мне испытывать столько треволнений за какие-нибудь сорок часов. И если какой-то голос нашептывает мне порой, что при сложившихся обстоятельствах я держался не так уж плохо, — я не очень-то плотно затыкаю уши…</p>
     <p>Все началось с того, что в полдень, за обедом, Волк Ларсен предложил охотникам питаться впредь в своем кубрике. Это было неслыханным нарушением обычая, установившегося на промысловых шхунах, где охотники неофициально приравниваются к офицерам. Ларсен не пожелал пускаться в объяснения, но все было ясно без слов. Хорнер и Смок начали оказывать Мод Брустер знаки внимания. Это было только смешно и нисколько не задевало ее, но капитану явно пришлось не по вкусу.</p>
     <p>Распоряжение капитана было встречено гробовым молчанием; остальные четверо охотников многозначительно покосились на виновников изгнания. Джок Хорнер, малый выдержанный, и глазом не моргнул, но Смок побагровел и уже готов был что-то возразить. Однако Волк Ларсен следил за ним и ждал, глаза его холодно поблескивали, и Смок так и не проронил ни слова.</p>
     <p>— Вы, кажется, хотели что-то сказать? — вызывающе спросил его Волк Ларсен.</p>
     <p>Но Смок не принял вызова.</p>
     <p>— Это насчет чего? — в свою очередь, спросил он и при этом с таким невинным видом, что Волк Ларсен не сразу нашелся, что сказать, а все присутствующие усмехнулись.</p>
     <p>— Не знаю, — протянул Волк Ларсен. — Мне, откровенно говоря, показалось, что вам не терпится получить пинка.</p>
     <p>— Это за что же? — все так же невозмутимо возразил Смок.</p>
     <p>Охотники уже откровенно улыбались во весь рот. Капитан готов был убить Смока, и я убежден, что только присутствие Мод Брустер удержало его от кровопролития. Впрочем, не будь ее здесь, Смок и не вел бы себя так. Он был слишком осторожен, чтобы раздражать Волка Ларсена в такую минуту, когда тот беспрепятственно мог пустить в ход кулаки. Все же я очень боялся, что дело дойдет до драки, но крик рулевого разрядил напряжение.</p>
     <p>— Дым на горизонте! — донеслось с палубы через открытый люк трапа.</p>
     <p>— Направление? — крикнул в ответ Волк Ларсен.</p>
     <p>— Прямо за кормой, сэр.</p>
     <p>— Не русские ли? — высказал предположение Лэтимер.</p>
     <p>При этих словах лица охотников помрачнели. Русский пароход мог быть только крейсером, и хотя охотники имели лишь смутное представление о координатах шхуны, но они все же знали, что находятся вблизи границ запретных вод, а браконьерские подвиги Волка Ларсена были общеизвестны. Все глаза устремились на него.</p>
     <p>— Вздор! — со смехом отозвался он. — На этот раз, Смок, вы еще не попадете на соляные копи. Но вот что я вам скажу: ставлю пять против одного, что это «Македония».</p>
     <p>Никто не принял его пари, и он продолжал:</p>
     <p>— А если это «Македония», так держу десять против одного, что не миновать нам стычки.</p>
     <p>— Нет уж, покорно благодарю, — проворчал Лэтимер. — Можно, конечно, и рискнуть, когда есть какой-нибудь шанс. Но разве у вас с вашим братцем дело хоть раз обошлось без стычки? Ставлю двадцать против одного, что и теперь будет то же.</p>
     <p>Все засмеялись, в том числе и сам Ларсен, и обед прошел сравнительно гладко — главным образом благодаря моему долготерпению, так как капитан взялся после этого изводить меня, то вышучивая, то принимая покровительственный тон, и довел дело до того, что меня уже трясло от бешенства и я еле сдерживался. Но я знал, что должен держать себя в руках ради Мод Брустер, и был вознагражден, когда глаза ее на миг встретились с моими и сказали мне яснее слов: «Крепитесь, крепитесь!»</p>
     <p>Встав из-за стола, мы поднялись на палубу. Встреча с пароходом сулила какое-то разнообразие в монотонном морском плавании, а предположение, что это Смерть Ларсен на своей «Македонии», особенно взволновало всех. Свежий ветер, поднявший накануне сильную волну, уже с утра начал стихать, и теперь можно было спускать лодки; охота обещала быть удачной. С рассвета мы шли по совершенно пустынному морю, а сейчас перед нами было большое стадо котиков.</p>
     <p>Дымок парохода по-прежнему виднелся вдали за кормой и, пока мы спускали лодки, стал заметно приближаться к нам. Наши шлюпки рассеялись по океану и взяли курс на север. Время от времени на какой-нибудь из них спускали парус, после чего оттуда доносились звуки выстрелов, а затем парус взвивался снова. Котики шли густо, ветер совсем стих, все благоприятствовало охоте. Выйдя на подветренную сторону от крайней шлюпки, мы обнаружили, что море здесь буквально усеяно телами спящих котиков. Я никогда еще не видел ничего подобного: котики окружали нас со всех сторон и, растянувшись на воде по двое, по трое или небольшими группами, мирно спали, как ленивые щенки.</p>
     <p>Дым все приближался, и уже начали вырисовываться корпус парохода и его палубные надстройки. Это была «Македония». Я прочел название судна в бинокль, когда оно проходило справа, всего в какой-нибудь миле от нас. Волк Ларсен бросил злобный взгляд в его сторону, а Мод Брустер с любопытством посмотрела на капитана.</p>
     <p>— Где же стычка, которую вы предрекали, капитан Ларсен? — весело спросила она.</p>
     <p>Он взглянул на нее с усмешкой, и лицо его на миг смягчилось.</p>
     <p>— А вы чего ждали? Что они возьмут нас на абордаж и перережут нам глотки?</p>
     <p>— Да, чего-нибудь в этом роде, — призналась она. Я ведь так мало знаю нравы морских охотников, что готова ожидать чего угодно.</p>
     <p>Он кивнул.</p>
     <p>— Правильно, правильно! Ваша ошибка лишь в том, что вы могли ожидать чего-нибудь и похуже.</p>
     <p>— Как? Что же еще может быть хуже, чем если нам перережут глотки? — наивно удивилась она.</p>
     <p>— Хуже, если у нас взрежут кошелек, — ответил он. — В наше время человек устроен так, что его жизнеспособность определяется содержанием его кошелька.</p>
     <p>— «Горсть мусора получит тот, кто кошелек мой украдет», — процитировала она.</p>
     <p>— Но кто крадет мой кошелек, крадет мое право на жизнь, — последовал ответ. — Старая поговорка наизнанку… Ведь он крадет мой хлеб, и мой кусок мяса, и мою постель и тем самым ставит под угрозу и мою жизнь. Вы же знаете, что того супа и хлеба, которые бесплатно раздают беднякам, хватает далеко не на всех голодных, и когда у человека пуст кошелек, ему ничего не остается, как умереть собачьей смертью… если он не изловчится тем или иным способом быстро свой кошелек пополнить.</p>
     <p>— Но я не вижу, чтобы этот пароход покушался на ваш кошелек.</p>
     <p>— Подождите, еще увидите, — мрачно промолвил он.</p>
     <p>Ждать нам пришлось недолго. Пройдя на несколько миль вперед за наши шлюпки, «Македония» спустила свои. Мы знали, что на ней четырнадцать шлюпок, а у нас было только пять, после того как на одной удрал Уэйнрайт. «Македония» сначала спустила несколько шлюпок с подветренной стороны и довольно далеко от нашей крайней шлюпки, потом стала спускать их поперек нашего курса и последнюю спустила далеко с наветренной стороны от нашей ближайшей шлюпки. Маневр «Македонии» испортил нам охоту. Позади нас котиков не было, а впереди бороздили море четырнадцать чужих шлюпок и, словно огромная метла, сметали перед собою стадо.</p>
     <p>Закончив отстрел зверя на узкой полосе в три-четыре мили, — это было все, что оставила нам для охоты «Македония», — наши шлюпки вынуждены были вернуться на шхуну. Ветер улегся, еле заметное дуновение проносилось над притихшим океаном. Такая погода при встрече с огромным стадом котиков могла бы обеспечить отличную охоту. Даже в удачный сезон таких дней выпадает немного, и все наши матросы — и гребцы и рулевые, не говоря уже об охотниках, — поднимаясь на борт, кипели злобой. Каждый чувствовал себя ограбленным. Пока втаскивали шлюпки, проклятия так и сыпались на голову Смерти Ларсена, и если бы крепкие слова могли убивать, он, верно, был бы обречен на погибель.</p>
     <p>— Провалиться бы ему в преисподнюю на веки вечные! — проворчал Луис, бросая мне многозначительный взгляд и присаживаясь отдохнуть, после того как он принайтовил свою шлюпку.</p>
     <p>— Вот прислушайтесь-ка к их словам и скажите, что еще могло бы так их взволновать, — заговорил Волк Ларсен. — Вера? Любовь? Высокие идеалы? Добро? Красота? Истина?</p>
     <p>— В них оскорблено врожденное чувство справедливости, — заметила Мод Брустер.</p>
     <p>Она стояла шагах в десяти от нас, придерживаясь одной рукой за грот-ванты и чуть покачиваясь в такт легкой качке шхуны. Она сказала это негромко, но я вздрогнул — голос ее прозвенел, как чистый колокольчик. Как он ласкал мой слух! Я едва осмелился взглянуть на нее, боясь выдать себя. Светло-каштановые волосы ее, выбиваясь из-под морской фуражки, золотились на солнце и словно ореолом окружали нежный овал лица. Она была очаровательна и полна соблазна, и вместе с тем необычайная одухотворенность ее облика придавала ей что-то неземное! Все мое прежнее восторженное преклонение перед жизнью воскресло во мне перед столь дивным ее воплощением, и холодные рассуждения Волка Ларсена о смысле жизни показались нелепыми и смешными.</p>
     <p>— Вы сентиментальны, как мистер Ван-Вейден, — язвительно произнес Ларсен. — Почему эти люди чертыхаются? Да потому, что кто-то помешал исполнению их желаний. А каковы их желания? Пожрать повкусней да поваляться на мягкой постели, сойдя на берег, после того как им выплатят кругленькую сумму. Женщины и вино, животный разгул — вот и все их желания, все, чем полны их души — их высшие стремления, их идеалы, если хотите. То, как они проявляют свои чувства, зрелище малопривлекательное, зато сейчас очень ясно видно, что они задеты за живое. Растревожить их душу можно сильнее всего, если залезть к ним в карман.</p>
     <p>— Однако по вашему поведению не видно, чтобы к вам залезли в карман, — сказала она смеясь.</p>
     <p>— Видимо, я просто веду себя иначе, а мне тоже залезли в карман и, следовательно, растревожили и мою душу. Если подсчитать примерно, сколько шкур украла у нас сегодня «Македония», то, учитывая последние цены на котиковые шкуры на лондонском рынке, «Призрак» потерял тысячи полторы долларов, никак не меньше.</p>
     <p>— Вы говорите об этом так спокойно… — начала она.</p>
     <p>— Но я совсем не спокоен, — перебил он. — Я мог бы убить того, кто меня ограбил. Да, да, я знаю — он мой брат! Вздор! Сентименты!</p>
     <p>Внезапно выражение его лица изменилось, и он проговорил менее резко и с ноткой искренности в голосе:</p>
     <p>— Вы, люди сентиментальные, должны быть счастливы, поистине счастливы, мечтая о чем-то своем и находя в жизни что-то хорошее. Найдете что-нибудь хорошее и, глядишь, сами себя чувствуете хорошими. А вот скажите-ка мне, вы оба, есть что-нибудь хорошее во мне?</p>
     <p>— Внешне вы, по-своему, совсем неплохи, — определил я.</p>
     <p>— В вас заложено все, чтобы творить добро, — отвечала Мод Брустер.</p>
     <p>— Так я и знал! — сердито воскликнул он. — Ваши слова для меня пустой звук. В том, как вы выразили свою мысль, нет ничего ясного, четкого, определенного. Ее нельзя взять в руки и рассмотреть. Собственно говоря, это даже не мысль. Это впечатление, сентимент, выросший из иллюзии, но вовсе не плод разума.</p>
     <p>Понемногу его голос смягчился, и в нем снова прозвучала искренняя нотка.</p>
     <p>— Видите ли, я тоже порой ловлю себя на желании быть слепым к фактам жизни и жить иллюзиями и вымыслами. Они лживы, насквозь лживы, они противоречат здравому смыслу. И, несмотря на это, мой разум подсказывает мне, что высшее наслаждение в том и состоит, чтобы мечтать и жить иллюзиями, хоть они и лживы. А ведь в конце-то концов наслаждение — единственная наша награда в жизни. Не будь наслаждения — не стоило бы и жить. Взять на себя труд жить и ничего от жизни не получать — да это же хуже, чем быть трупом. Кто больше наслаждается, тот и живет полнее, а вас все ваши вымыслы и фантазии огорчают меньше, а тешат больше, чем меня — мои факты.</p>
     <p>Он медленно, задумчиво покачал головой.</p>
     <p>— Часто, очень часто я сомневаюсь в ценности человеческого разума. Мечты, вероятно, дают нам больше, чем разум, приносят больше удовлетворения. Эмоциональное наслаждение полнее и длительнее интеллектуального, не говоря уж о том, что за мгновения интеллектуальной радости потом расплачиваешься черной меланхолией. А эмоциональное удовлетворение влечет за собой лишь легкое притупление чувств, которое скоро проходит. Я завидую вам, завидую вам!</p>
     <p>Он внезапно оборвал свою речь, и по губам его скользнула знакомая мне странная усмешка.</p>
     <p>— Но я завидую вам умом, а не сердцем, заметьте. Зависть— продукт мозга, ее диктует мне мой разум. Так трезвый человек, которому надоела его трезвость, жалеет, глядя на пьяных, что он сам не пьян.</p>
     <p>— Вы хотите сказать: так умник глядит на дураков и жалеет, что он сам не дурак, — засмеялся я.</p>
     <p>— Вот именно, — отвечал он. — Вы пара блаженных, обанкротившихся дураков. У вас нет ни одного факта за душой.</p>
     <p>— Однако мы живем на свои ценности не хуже вас, — возразила Мод Брустер.</p>
     <p>— Даже лучше, потому что вам это ничего не стоит.</p>
     <p>— И еще потому, что мы берем в долг у вечности.</p>
     <p>— Так ли это, или вы только воображаете, что это так, — не имеет значения. Все равно вы тратите то, чего у вас нет, а взамен приобретаете большие ценности, чем я, тратящий то, что у меня есть и что я добыл в поте лица своего.</p>
     <p>— Почему же вы не переведете свой капитал в другую валюту? — насмешливо спросила она.</p>
     <p>Он быстро, с тенью надежды, взглянул на нее и, помолчав, ответил со вздохом:</p>
     <p>— Поздно. Я бы и рад, пожалуй, да не могу. Весь мой капитал — в валюте старого выпуска, и мне от нее не избавиться. Я не могу заставить себя признать ценность какой-либо другой валюты, кроме моей.</p>
     <p>Он умолк. Взгляд его, рассеянно скользнув по ее лицу, затерялся где-то в синей морской дали. Звериная тоска снова овладевала им; по телу его пробежала дрожь. Своими рассуждениями он довел себя до приступа хандры, и можно было ждать, что часа через два она найдет себе разрядку в какой-нибудь дьявольской выходке. Мне вспомнился Чарли Фэрасет, и я подумал, что эта тоска — кара, которая постигает каждого материалиста.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать пятая</p>
     </title>
     <p>Утром во время завтрака Волк Ларсен обратился ко мне с вопросом:</p>
     <p>— Вы уже поднимались на палубу, мистер Ван-Вейден? Какая сегодня погода?</p>
     <p>— Довольно ясно, — ответил я, бросая взгляд на солнечный луч, играющий на ступеньке трапа. — Ветер западный, свежий и, кажется, будет еще крепчать, если верить прогнозу Луиса.</p>
     <p>Капитан кивнул с довольным видом.</p>
     <p>— Туман не предвидится?</p>
     <p>— На севере и на северо-западе густая пелена.</p>
     <p>Он снова кивнул и, казалось, остался еще более доволен, услышав это.</p>
     <p>— А что «Македония»?</p>
     <p>— Ее нигде не видно, — отвечал я.</p>
     <p>Я мог бы поклясться, что при этом сообщении лицо у него вытянулось, но почему это так его разочаровало, было мне непонятно.</p>
     <p>Вскоре все разъяснилось.</p>
     <p>— Дым впереди! — донеслось с палубы, и лицо Ларсена снова оживилось.</p>
     <p>— Превосходно! — воскликнул он. Вскочив из-за стола, он поднялся на палубу и направился к изгнанным из кают-компании охотникам, которые вкушали свой первый завтрак у себя в кубрике.</p>
     <p>Ни Мод Брустер, ни я почти не притронулись к еде. Мы переглянулись тревожно, в полном молчании прислушиваясь к голосу капитана, доносившемуся сквозь переборку. Говорил он долго, и конец его речи был встречен одобрительным ревом. Переборка была толстая, и мы не могли разобрать слов, но они явно произвели большое впечатление на охотников. Рев стих и перешел в оживленный говор и веселые возгласы.</p>
     <p>Вскоре на палубе поднялись шум и возня, и я понял, что матросы вызваны наверх и готовятся спускать шлюпки. Мод Брустер вышла вместе со мной на палубу, и я покинул ее у края юта, откуда она могла видеть все и в то же время оставаться в стороне. Матросы, должно быть, тоже были посвящены в замыслы капитана, так как работали с необыкновенным рвением. Охотники, прихватив дробовики, ящики с патронами и — что было совсем необычно— винтовки, высыпали на палубу. Они почти никогда не брали с собой винтовок, так как котики, убитые пулей с дальнего расстояния, неизменно тонули, прежде чем подоспеет шлюпка. Но сегодня каждый охотник взял с собой винтовку и большой запас патронов. Я заметил, как они довольно ухмылялись, поглядывая на дымок «Македонии», который поднимался все выше и выше, по мере того как пароход приближался к нам с запада.</p>
     <p>Все пять шлюпок были быстро спущены на воду. Как и накануне, они разошлись веером в северном направлении. Мы следовали поодаль. Я с любопытством наблюдал за ними, но все шло, как обычно. Охотники спускали паруса, били зверя, снова ставили паруса и продолжали свой путь, как делалось это изо дня в день. «Македония» повторила свой вчерашний маневр — начала спускать свои шлюпки впереди, поперек нашего курса, с целью «подмести» море. Четырнадцать шлюпок «Македонии» для успешной охоты должны были рассеяться на довольно обширном пространстве, и пароход, перерезав нам путь, продолжал двигаться на северо-восток, спуская шлюпки.</p>
     <p>— Что вы будете делать? — спросил я Волка Ларсена, снедаемый любопытством.</p>
     <p>— Вас это не касается, — грубо ответил он. — Узнаете в свое время. А пока что молитесь о хорошем ветре.</p>
     <p>— Впрочем, могу сказать, — добавил он, помолчав. — Я намерен угостить братца по его же рецепту. Короче говоря, «подметать» море теперь буду я, и не один день, а до конца сезона, если нам повезет.</p>
     <p>— А если нет?</p>
     <p>— Это исключается, — рассмеялся он. — Нам должно повезти, иначе мы пропали.</p>
     <p>Он стоял на руле, а я пошел в матросский кубрик проведать своих пациентов — Нилсона и Магриджа. У Нилсона переломанная нога хорошо срасталась, и он был довольно бодр и весел, но кок пребывал в черной меланхолии, и мне невольно стало искренне жаль этого горемыку. Казалось поразительным, что после всего перенесенного он все еще жив и продолжает цепляться за жизнь. Судьба не щадила беднягу: калеча его из года в год, она превратила его тщедушное тело в какой-то обломок кораблекрушения, но искорка жизни упрямо тлела в нем.</p>
     <p>— С хорошим протезом, какие теперь делают, ты сможешь топтаться в камбузах до скончания века, — подбодрил я его.</p>
     <p>Он ответил мне очень серьезно, даже торжественно:</p>
     <p>— Не знаю, о каких вы там протезах толкуете, мистер Ван-Вейден, только я не умру спокойно, пока не увижу, что эта скотина издохла, будь он проклят! Ему не пережить меня, нет! Он не имеет права жить и, как сказано в священном писании: «И окончит дни свои в муках». А я добавлю: аминь, и чтоб он сдох поскорей!</p>
     <p>Вернувшись на палубу, я увидел, что Волк Ларсен одной рукой вертит штурвал, а в другой держит морской бинокль, изучая расположение шлюпок и внимательно следя за движением «Македонии». Я заметил, что наши шлюпки привалились к ветру и взяли курс на северо-запад, но смысл этого маневра был мне неясен, так как впереди их находилось пять шлюпок «Македонии», которые, в свою очередь, тоже взяли круче к ветру. Таким образом, они все более уклонялись на запад, постепенно удаляясь от остальных шлюпок. Наши шлюпки шли и под парусами и на веслах. Подгоняемая каждая тремя парами весел — даже охотники гребли, — они быстро догоняли «неприятеля». Дым парохода таял вдали, превращаясь в едва различимое пятнышко на северо-востоке. Самого судна уже не было видно.</p>
     <p>До сих пор мы еле-еле продвигались вперед, и паруса почти все время полоскались на ветру; раза два мы даже ненадолго ложились в дрейф. Но теперь все изменилось. Шкоты были выбраны, и Волк Ларсен повел «Призрак» полным ходом. Мы промчались мимо наших шлюпок и стали приближаться к ближайшей шлюпке с «Македонии».</p>
     <p>— Отдайте бом-кливер, мистер Ван-Вейден, — скомандовал Волк Ларсен, — и приготовьтесь выбрать кливер и стаксель!</p>
     <p>Я побежал исполнять команду, и когда мы медленно скользили мимо шлюпки в каких-нибудь ста футах от нее с подветренной стороны, нирал бом-кливера был уже выбран и закреплен. Трое людей на шлюпке подозрительно поглядывали в нашу сторону. Они не могли не знать Волка Ларсена, хотя бы понаслышке, а ведь они только что «подметали» море перед нашими шлюпками. Я обратил внимание на то, что охотник — здоровенный малый скандинавского типа, сидевший на носу, — держит на коленях винтовку, что, казалось, было сейчас совсем ни к чему, — винтовка могла бы лежать на месте. Когда мы поравнялись с ними, Волк Ларсен помахал им рукой и крикнул:</p>
     <p>— Поднимайтесь к нам «подрейфовать»!</p>
     <p>Слово «подрейфовать» на языке промысловых шхун заменяет сразу два глагола: «навестить» и «поболтать». Оно отражает общительность моряков и сулит приятное разнообразие в их монотонной жизни.</p>
     <p>«Призрак» привелся к ветру, и я, закончив свою работу на баке, побежал на корму помочь матросам управиться с гротом.</p>
     <p>— Прошу вас оставаться на палубе, мисс Брустер, — сказал Волк Ларсен, направляясь встречать гостей. — И вас тоже, мистер Ван-Вейден.</p>
     <p>Матросы на шлюпке, спустив парус, подвели ее к борту шхуны. Охотник, похожий на золотобородого викинга, перелез через планшир и спрыгнул на палубу. Я заметил, что этот богатырь держится настороженно. Сомнение и недоверие были ясно написаны на его лице. Это было открытое лицо, хотя густая борода и придавала ему несколько свирепый вид. Однако когда охотник перевел взгляд с капитана на меня и увидел, что нас только двое, а потом поглядел на своих двух матросов, которые поднялись на борт следом за ним, лицо его просветлело. Бояться не было причины. Он, как Голиаф, возвышался над Волком Ларсеном. Ростом он был никак не меньше шести футов и восьми дюймов, а весил — это я узнал впоследствии — двести сорок фунтов. И притом ни капли жира, только кости и мышцы.</p>
     <p>Но тревога снова промелькнула в его глазах, когда Волк Ларсен, остановившись у трапа, пригласил его спуститься в кают-компанию. Впрочем, он тут же приободрился, еще раз окинув взглядом капитана: Волк Ларсен был крупный мужчина, но рядом с ним казался карликом. Это положило конец колебаниям гостя, и он начал спускаться по трапу. Ларсен последовал за ним. Тем временем оба гребца направились, согласно обычаю, на бак — в гости к матросам.</p>
     <p>Внезапно из кают-компании донеслись страшные звуки, подобные рычанию льва, и шум яростной схватки. Это сцепились лев с леопардом. Волк Ларсен — леопард — напал на льва, и лев рычал.</p>
     <p>— Вот вам святость нашего гостеприимства! — с горечью обратился я к Мод Брустер.</p>
     <p>Она утвердительно кивнула; мучительное отвращение исказило ее лицо, и я вспомнил, как я сам страдал при виде физического насилия, когда впервые попал на «Призрак».</p>
     <p>— Не лучше ли вам уйти подальше, ну хотя бы на бак, пока все это не кончится? — предложил я.</p>
     <p>Но она отрицательно покачала головой, глядя на меня жалобными глазами. И в них не было страха, хотя я видел, что она потрясена этим новым проявлением зверства.</p>
     <p>— Прошу вас, поймите, — сказал я, воспользовавшись случаем, — какую бы роль ни приходилось мне играть в том, что здесь происходит или может еще произойти, я не могу поступать иначе… если только мы хотим выбраться отсюда живыми. Мне тоже нелегко, — добавил я.</p>
     <p>— Я понимаю, — отозвалась она. Голос ее звучал слабо, словно доносился издалека, но взгляд подтвердил, что она понимает меня.</p>
     <p>Внизу все стихло, и Волк Ларсен поднялся на палубу. Лицо его под бронзовым загаром слегка покраснело, но других следов борьбы не было заметно.</p>
     <p>— Пришлите сюда тех двоих, мистер Ван-Вейден! — сказал он.</p>
     <p>Я повиновался, и через минуту они стояли перед ним.</p>
     <p>— Поднимите шлюпку, — обратился он к матросам. — Ваш охотник решил немного задержаться и не хочет, чтоб ее зря колотило о борт. Поднять шлюпку, говорю я! — повторил он более резко, заметив, что они колеблются. — Почем знать, может, вам придется некоторое время поплавать со мной, — продолжал он, в то время как матросы нерешительно принялись выполнять приказание. Он говорил, не повышая голоса, но в тоне его слышалась угроза. — Так что лучше уж начнем по-хорошему. А ну живей! У Смерти Ларсена, небось, проворнее поворачивались, сами знаете!</p>
     <p>Его окрик заставил матросов поторопиться. В то время как шлюпку заваливали на палубу, я получил приказание отдать кливера. Став к штурвалу, Волк Ларсен направил «Призрак» ко второй с наветренной стороны шлюпке «Македонии».</p>
     <p>Покончив с парусами, я стал высматривать шлюпки. Третья шлюпка была атакована двумя нашими, четвертая — остальными тремя, а пятая, повернув, шла на выручку соседней. Перестрелка завязалась с дальнего расстояния, и до нас доносилась беспрерывная трескотня винтовок. Порывистый ветер, поднявший короткую волну, мешал точному прицеливанию, и, подойдя ближе, мы увидели, как пули то тут, то там прыгают рикошетом с волны на волну.</p>
     <p>Шлюпка, за которой мы гнались, спустилась под ветер и сделала попытку ускользнуть от нас и прийти на помощь своим.</p>
     <p>Я не мог следить за тем, что происходило дальше, пока возился с парусами, а вернувшись на ют, услышал, как Ларсен приказывает матросам «Македонии» отправиться в кубрик на баке. Они угрюмо подчинились. Затем капитан предложил мисс Брустер спуститься в кают-компанию и улыбнулся, заметив промелькнувший в ее глазах ужас.</p>
     <p>— Ничего страшного там нет, — сказал он. — Человек этот цел и невредим и связан по рукам и ногам. Сюда же могут залететь пули, а мне совсем не хочется потерять вас.</p>
     <p>И почти в ту же минуту шальная пуля царапнула медную ручку штурвала, которую держал Ларсен, и рикошетом отскочила в сторону.</p>
     <p>— Вот видите, — сказал он и повернулся ко мне: — Мистер Ван-Вейден, станьте-ка на руль.</p>
     <p>Мод Брустер спустилась по трапу всего на несколько ступенек. Волк Ларсен взял винтовку и дослал патрон в ствол. Я глазами молил мисс Брустер уйти, но она только улыбнулась и сказала:</p>
     <p>— Может, мы и не умеем стоять на ногах, но мы покажем капитану Ларсену, что хилые сухопутные людишки не трусливее его.</p>
     <p>Ларсен бросил на нее восхищенный взгляд.</p>
     <p>— Вы нравитесь мне все больше, — сказал он. — Ум, талант, отвага! Неплохое сочетание! Такой синий чулок, как вы, мог бы стать женой предводителя пиратов… Но придется нам продолжить разговор в другой раз, — усмехнулся он, когда еще одна пуля вонзилась в стенку рубки.</p>
     <p>И я снова увидел золотистые искорки в его глазах и ужас в глазах Мод Брустер.</p>
     <p>— Мы даже храбрее его, — поспешно проговорил я. — По крайней мере про себя могу сказать, что я храбрее капитана Ларсена.</p>
     <p>Тот резко обернулся ко мне — уж не смеюсь ли я над ним? Я немного переложил штурвал, чтобы не дать шхуне привестись к ветру, а затем снова лег на курс, и, видя, что Волк Ларсен все еще ждет объяснения, показал на свои колени.</p>
     <p>— Вглядитесь-ка, — сказал я, — и вы заметите легкую дрожь. Это значит, что я боюсь, плоть моя боится. Я боюсь разумом, потому что не хочу умирать. Но дух мой одолевает дрожащую плоть и напуганное сознание. Это больше, чем храбрость. Это мужество. Ваша же плоть ничего не боится, и вы ничего не боитесь. Значит, вам и нетрудно встречаться с опасностью лицом к лицу. Вам это даже доставляет удовольствие, вы упиваетесь опасностью. Вы можете быть бесстрашны, мистер Ларсен, но согласитесь, что из нас двоих по-настоящему храбр — я.</p>
     <p>— Вы правы, — сразу признал он. — В таком свете мне это еще не представлялось. Но тогда верно и обратное. Если вы храбрее меня, значит, я трусливее вас?</p>
     <p>Мы оба рассмеялись над этим странным выводом, и Ларсен, опустившись на одно колено, опер ствол винтовки о планшир. В начале перестрелки мы находились от шлюпок примерно в одной миле, но сейчас это расстояние уже сократилось вдвое. Ларсен выстрелил три раза, тщательно прицеливаясь. Первая пуля пролетела в пятидесяти футах от шлюпки, вторая — у самого борта, третья угодила в рулевого, и он, выпустив из рук кормовое весло, свалился на дно шлюпки.</p>
     <p>— Хватит с них, — сказал Волк Ларсен, поднимаясь на ноги. — Охотником пожертвовать нельзя, да он никак и не сможет одновременно и править и стрелять, а гребец, надеюсь, править не умеет.</p>
     <p>Его расчет полностью оправдался. Шлюпку завертело на волнах, и охотник бросился на корму сменить рулевого. С этой шлюпки больше не стреляли, но на остальных винтовки продолжали трещать.</p>
     <p>Охотнику удалось снова увалить шлюпку под ветер, но мы шли в два раза быстрее и догоняли ее. Когда мы были от нее примерно в ста ярдах, я увидел, как гребец передал охотнику винтовку. Волк Ларсен отошел на середину палубы и взял бухту гафель-гардели. Потом, снова утвердив винтовку на планшире, прицелился в шлюпку. Раза два охотник хотел было бросить кормовое весло и схватить винтовку, но все не решался. Мы были уже борт о борт со шлюпкой и обгоняли ее.</p>
     <p>— Эй, ты! — неожиданно крикнул Волк Ларсен гребцу. — Возьми конец за банку!</p>
     <p>И в ту же секунду он бросил конец. Он попал прямо в матроса, чуть не сбив его с банки, но матрос не послушался. Он вопросительно посмотрел на охотника, а тот, как видно, сам не знал, что делать. Винтовка была зажата у него между колен, но стоило ему выпустить руль, и шлюпка, повернувшись, могла столкнуться со шхуной. Кроме того, он видел направленную на него винтовку Волка Ларсена и понимал, что тот выстрелит раньше, чем он успеет прицелиться.</p>
     <p>— Прими, — тихо сказал он матросу.</p>
     <p>Гребец повиновался и захлестнул конец за переднюю банку, а когда конец натянулся, стал его травить. Шлюпку быстро отвело от борта шхуны, после чего охотник положил ее на курс параллельно «Призраку», футах в двадцати от него.</p>
     <p>— Убирайте парус и подходите к борту, — скомандовал Волк Ларсен.</p>
     <p>Держа одной рукой винтовку, он начал спускать шлюпочные тали. Когда тали были заложены на носу и на корме шлюпки и оба моряка уже готовились подняться на борт, охотник взял в руку винтовку, как бы желая положить ее на стойку.</p>
     <p>— Брось! — крикнул Волк Ларсен, и охотник выронил винтовку, словно она обожгла ему руку.</p>
     <p>Поднявшись на палубу вместе со своим раненым товарищем, охотник и гребец, по приказу Волка Ларсена, втащили на борт шлюпку, а затем отнесли рулевого в матросский кубрик.</p>
     <p>— Если все наши пять шлюпок справятся со своим делом не хуже нас, экипаж шхуны будет укомплектован полностью, — сказал мне Волк Ларсен.</p>
     <p>— А человек, в которого вы стреляли… он… я надеюсь… — голос Мод Брустер дрогнул.</p>
     <p>— Ранен в плечо, — отвечал капитан. — Ничего серьезного. Мистер Ван-Вейден приведет его в порядок в две-три недели. Вот для тех парней ему навряд ли удастся что-нибудь сделать, — добавил он, указывая на третью шлюпку «Македонии», к которой я направлял в это время шхуну. — Тут поработали Хорнер и Смок. Говорил ведь я им, что нам нужны живые люди, а не трупы. Но стоит человеку научиться стрелять, его так и тянет бить прямо в цель. Вы когда-нибудь испытывали это чувство, мистер Ван-Вейден?</p>
     <p>Я покачал головой и посмотрел на «работу» наших охотников. Они действительно «били в цель» и теперь, покинув жертвы этой кровавой стычки, присоединились к остальным нашим шлюпкам и уже атаковали последние две шлюпки «Македонии». Оставленная шлюпка беспомощно качалась на волнах; никем не управляемый парус торчал вбок под прямым углом и хлопал на ветру. Охотник и гребец лежали в неестественных позах на дне лодки, а рулевой — поперек планшира, наполовину свесившись за борт. Руки его бороздили воду, а голова моталась из стороны в сторону.</p>
     <p>— Не глядите туда, мисс Брустер, прошу вас, — взмолился я; к моей радости, она послушно отвернулась и была избавлена от этого страшного зрелища.</p>
     <p>— Держите прямо туда, мистер Ван-Вейден, — распорядился Волк Ларсен, указывая на сбившиеся в кучу шлюпки.</p>
     <p>Когда мы приблизились к ним, стрельба стихла. Бой был окончен. Последние две шлюпки уже сдались нашим пяти, и теперь все семь шлюпок ждали, чтобы их взяли на борт.</p>
     <p>— Посмотрите! — невольно вскрикнул я, показывая на северо-восток.</p>
     <p>На горизонте снова появилось темное пятнышко — дымок «Македонии».</p>
     <p>— Да, я слежу за ней, — хладнокровно отозвался Волк Ларсен. Он измерил взглядом расстояние до пелены тумана, потом подставил щеку ветру, проверяя его силу. — Думаю, что доберемся вовремя. Но можете не сомневаться, что мой драгоценный братец раскусил нашу игру и прет сюда во весь дух. Ага, что я вам говорил!</p>
     <p>Пятно дыма быстро росло, становясь густо-черным.</p>
     <p>— Все равно я тебя обставлю, о брат мой! — усмехнулся Волк Ларсен. — Непременно обставлю! И надеюсь, что твоя старая машина развалится на части!..</p>
     <p>Мы легли в дрейф, после чего на шхуне поднялась изрядная суматоха, в которой вместе с тем был свой порядок. Шлюпки поднимали одновременно с обоих бортов. Как только пленники ступали на палубу, наши охотники отводили их на бак, а матросы втаскивали шлюпки на палубу и оставляли их где попало, не теряя времени на то, чтобы принайтовить. Едва последняя шлюпка отделилась от воды и закачалась на талях, как мы уже понеслись вперед на всех парусах с потравленными шкотами.</p>
     <p>Да, нам надо было спешить. Извергая из трубы клубы черного дыма, «Македония» мчалась к нам с северо-востока. Не обращая внимания на свои оставшиеся шлюпки, она изменила курс, надеясь перехватить нас. Она шла не прямо на нас, а туда, где наши пути должны были сойтись, как стороны угла, у края тумана. Только там «Македония» могла бы еще поймать «Призрак». А для «Призрака» спасение заключалось в том, чтобы достигнуть этой точки раньше «Македонии».</p>
     <p>Волк Ларсен сам стоял у штурвала, горящими глазами следя за всем, от чего зависел исход этого состязания. Он то оборачивался и оглядывал море, проверяя, слабеет или крепнет ветер, то присматривался к «Македонии», то окидывал взором паруса и приказывал выбрать один шкот или потравить другой и выжимал из «Призрака» все, на что тот был способен. Ненависть и озлобление были на время забыты, и я дивился тому, с какой готовностью бросались исполнять приказания капитана те самые матросы, которые столько натерпелись от него. И вот, когда мы стремительно неслись вперед, ныряя по волнам, я вдруг вспомнил беднягу Джонсона и пожалел, что его нет среди нас: он так любил эту шхуну и так восхищался всегда ее быстроходностью.</p>
     <p>— Приготовьте-ка на всякий случай винтовки, ребята! — крикнул Волк Ларсен охотникам, и тотчас все пятеро, с винтовками в руках, стали у подветренного борта.</p>
     <p>«Македония» была теперь всего в миле от нас. Она мчалась с такой скоростью, что черный дым из ее трубы стлался совершенно горизонтально; она делала не меньше семнадцати узлов. «Сквозь хляби мчит, взывая к небу», — продекламировал Волк Ларсен, бросив взгляд в ее сторону. Мы делали не больше девяти узлов, но стена тумана была уже близко.</p>
     <p>Вдруг над палубой «Македонии» поднялось облачко дыма. Выстрел прокатился над морем, и в нашем гроте образовалась круглая дыра. Они палили из маленькой пушки, — мы уже слышали, что таких пушек там было несколько. Наши матросы, толпившиеся у грот-мачты, ответили на это насмешливыми криками. Снова над «Македонией» показался дымок, и снова прогремел выстрел. На этот раз ядро упало всего в двадцати футах за кормой и перескочило с волны на волну, прежде чем затонуть.</p>
     <p>Из винтовок с «Македонии» не палили, — все ее охотники находились либо у нас на борту, либо далеко в море на своих шлюпках. Когда расстояние между двумя судами сократилось до полумили, третьим выстрелом пробило еще одну дыру в нашем гроте. Но тут шхуна вошла в полосу тумана. Мы вдруг погрузились в него, и он скрыл нас, окутав своей влажной, плотной завесой.</p>
     <p>Внезапность перемены была поразительна. Секунду назад мы мчались в ярких солнечных лучах, над нами было ясное небо, и далеко-далеко, до самого горизонта, море шумело и катило свои волны, а за нами бешено гнался корабль, изрыгая дым, пламя и чугунные ядра. И вдруг, в мгновение ока, солнце точно загасили, небо исчезло, даже верхушки мачт пропали из виду, и на глаза наши, словно их заволокло слезами, опустилась серая пелена. Сырая мгла стояла вокруг нас, как стена дождя. Волосы, одежда — все покрылось алмазными блестками. С намокших вант и снастей вода стекала на палубу. Под гиками капельки воды висели длинными гирляндами, и когда шхуна взмывала на гребень волны, ветер сдувал их и они летели нам в лицо. Грудь моя стеснилась, мне было трудно дышать. Туман глушил звуки, притуплял чувства, и сознание отказывалось признать, что где-то за этой влажной серой стеной, надвинувшейся на нас со всех сторон, существует другой мир. Весь мир, вся вселенная как бы замкнулись здесь, и границы их так сузились, что невольно хотелось упереться в эти стены руками и раздвинуть их. И то, что осталось там, за ними, казалось, было лишь сном, вернее — воспоминанием сна.</p>
     <p>В наступившей перемене было нечто таинственное и колдовское. Я посмотрел на Мод Брустер и убедился, что она испытывает то же, что и я. Потом я перевел взгляд на Волка Ларсена, но он ничем не проявлял своих ощущений. Он все так же стоял у штурвала и, казалось, был всецело поглощен своей задачей. Я почувствовал, что он измеряет ход времени, отсчитывает секунды, всякий раз как «Призрак» то стремительно взлетит на гребень волны, то накренится от бортовой качки.</p>
     <p>— Ступайте на бак и приготовьтесь к повороту, — сказал он мне, понизив голос. — Прежде всего возьмите топселя на гитовы. Поставьте людей на все шкоты. Но чтобы ни один блок не загремел и чтобы никто ни звука. Понимаете — ни звука!</p>
     <p>Когда все стали по местам, команда была передана от человека к человеку, и «Призрак» почти бесшумно сделал поворот. Если где-нибудь и хлопнул риф-штерт или скрипнул блок, звуки эти казались какими-то странными, призрачными, и обступивший нас туман тотчас поглощал их.</p>
     <p>Но как только мы легли на другой галс, туман начал редеть, и вскоре «Призрак» снова летел вперед под ярким солнцем, и снова до самого горизонта бурлили и пенились волны. Но океан был пуст. Разгневанная «Македония» нигде не бороздила больше его поверхности и не пятнала небо своим черным дымом.</p>
     <p>Волк Ларсен тут же спустился под ветер и повел шхуну по самому краю тумана. Его уловка была ясна. Он вошел в туман с наветренной стороны от парохода и, когда «Македония» вслепую ринулась вослед, еще надеясь поймать шхуну, сделал поворот, вышел из своего укрытия и теперь намеревался войти в туман с подветренной стороны. Если бы ему это удалось, его брату было бы так же трудно найти нас в тумане, как — по старой поговорке — иголку в стоге сена.</p>
     <p>Мы недолго шли по краю тумана. Перекинув фок и грот и снова поставив топселя, мы опять нырнули в туман, и в этот миг я был готов поклясться, что видел смутные очертания парохода, выходившего из полосы тумана с наветренной стороны. Я быстро взглянул на Волка Ларсена. Он кивнул головой. Да, он тоже видел — это была «Македония». На ней, вероятно, разгадали наш маневр, но не успели нас перехитрить. Не было сомнений в том, что мы ускользнули незамеченными.</p>
     <p>— Он не может долго продолжать эту игру, — сказал Волк Ларсен. — Ему придется вернуться за своими шлюпками. Поставьте кого-нибудь на руль, мистер Ван-Вейден, — курс держать тот же, — и назначьте вахты: мы будем идти под всеми парусами до утра.</p>
     <p>— Эх, не пожалел бы я и полтысячи долларов, — добавил он, — чтобы хоть на минуту попасть на «Македонию» и послушать, как там чертыхается мой братец!</p>
     <p>— Теперь, мистер Ван-Вейден, — сказал он, когда его сменили у штурвала, — нам следует оказать гостеприимство нашему пополнению. Выставьте охотникам вдоволь виски и пошлите несколько бутылочек на бак. Держу пари, что завтра наши гости все до единого выйдут в море и будут охотиться для Волка Ларсена не хуже, чем для Смерти Ларсена.</p>
     <p>— А они не сбегут, как Уэйнрайт? — спросил я.</p>
     <p>Он усмехнулся.</p>
     <p>— Не сбегут, потому что наши старые охотники этого не допустят. Я уже пообещал им по доллару с каждой шкуры, добытой новыми. Отчасти поэтому они так и старались сегодня. О нет, они не дадут им сбежать! А теперь вам не мешает наведаться в свой лазарет. Там, надо полагать, полным-полно пациентов.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать шестая</p>
     </title>
     <p>Волк Ларсен освободил меня от обязанности раздавать виски и принялся за дело сам. Пока я возился в матросском кубрике с новой партией раненых, бутылки уже заходили по рукам. Мне, конечно, доводилось видеть, как пьют виски, например, в клубах, где принято пить виски с содовой, но чтобы пить так, как пили здесь, — этого я еще не видывал. Пили из кружек, из мисок и прямо из бутылок; наливали до краев и осушали залпом; одной такой порции было достаточно, чтобы захмелеть, но им все казалось мало. Они пили и пили, и новые бутылки все прибывали в кубрик, и этому не было конца.</p>
     <p>Пили все. Пили раненые. Пил Уфти-Уфти, помогавший мне делать перевязки. Один Луис воздерживался: раза два отхлебнул немного — и все; зато и шумел и буянил он не меньше других. Это была настоящая сатурналия. Все галдели, орали, обсуждали минувшее сражение, спорили. А потом вдруг, размякнув, начинали брататься со своими недавними врагами. Победители и побежденные икали друг у друга на плече и торжественно клялись в вечной дружбе и уважении. Они оплакивали невзгоды, перенесенные ими в прошлом и ожидавшие их в будущем в железных тисках Волка Ларсена, и, хором проклиная его, рассказывали всякие ужасы о его жестокости.</p>
     <p>Это было дикое и страшное зрелище: тесный кубрик, загроможденный койками, качающиеся переборки, вздымающийся пол, тусклый свет лампы, колеблющиеся тени, то чудовищно вырастающие, то съеживающиеся, разгоряченные лица, потерявшие человеческий облик… И над всем этим — дым, испарения тел, запах йодоформа… Я наблюдал за Уфти-Уфти, — он держал в руках конец бинта и взирал на эту сцену своими красивыми, бархатистыми, как у оленя, глазами, в которых играли отблески света от раскачивающейся лампы. Я знал, что, несмотря на всю мягкость и даже женственность его лица и фигуры, в нем дремлют грубые инстинкты дикаря. Мне бросилось в глаза мальчишеское лицо Гаррисона, всегда такое доброе и открытое, теперь искаженное яростью, похожее на дьявольскую маску; он рассказывал захваченным в плен матросам, на какой адский корабль они попали, и истошным голосом обрушивал проклятия на голову Волка Ларсена.</p>
     <p>Волк Ларсен! Снова и снова Волк Ларсен! Поработитель и мучитель, Цирцея в мужском облике. А они — стадо его свиней, замученные скоты, придавленные к земле, способные бунтовать только исподтишка да в пьяном виде. «А я? Тоже один из его стада? — подумалось мне. — А Мод Брустер? Нет!» Гнев закипел во мне, я скрипнул зубами и, забывшись, видимо, причинил боль матросу, которому делал перевязку, так как он передернулся, а Уфти-Уфти посмотрел на меня с любопытством. Я почувствовал внезапный прилив сил. Любовь делала меня могучим гигантом. Я ничего не боялся. Моя воля победит все препятствия — вопреки Волку Ларсену, вопреки тридцати пяти годам, проведенным среди книг. Все будет хорошо. Я добьюсь этого. И, воодушевленный сознанием своей силы, я повернулся спиной к этому разбушевавшемуся аду и поднялся на палубу, где туман серыми призрачными тенями лежал во мраке, а воздух был чист, ароматен и тих.</p>
     <p>В кубрике у охотников тоже было двое раненых, и там шла такая же оргия, как и у матросов, — только здесь не проклинали Волка Ларсена. Очутившись снова на палубе, я облегченно вздохнул и отправился на корму, в кают-компанию. Ужин был готов; Волк Ларсен и Мод поджидали меня.</p>
     <p>Пока весь экипаж спешил напиться, сам капитан оставался трезв. Он не выпил ни капли вина. Он не мог себе этого позволить, ведь, кроме меня и Луиса, ему ни на кого нельзя было положиться, а Луис к тому же стоял у штурвала. Мы шли в тумане наудачу, без сигнальщика, без огней. Меня очень удивило сперва, что Волк Ларсен разрешил матросам и охотникам эту пьяную оргию, но он, очевидно, хорошо знал их нрав и умел спаять дружбой то, что началось с кровопролития.</p>
     <p>Победа над Смертью Ларсеном, казалось, необычайно благотворно подействовала на него. Вчера вечером он своими рассуждениями довел себя до хандры, и я каждый миг ждал очередной вспышки ярости. Но пока все шло гладко, Ларсен был в великолепном настроении. Быть может, обычную реакцию предотвратило то, что он захватил так много охотников и шлюпок. Во всяком случае хандру как рукой сняло, и дьявол в нем не просыпался. Так мне казалось тогда, но — увы! — как мало я его знал. Не в ту ли самую минуту он уже замышлял самое черное свое дело!</p>
     <p>Итак, войдя в кают-компанию, я застал капитана в прекрасном расположении духа. Приступы головной боли уже давно не мучили его, и глаза его были ясны, как голубое небо. Жизнь мощным потоком бурлила в его жилах, и от бронзового лица веяло цветущим здоровьем. В ожидании меня он занимал Мод Брустер беседой. Темой этой беседы был соблазн, и из нескольких слов, брошенных Ларсеном, я понял, что он признает истинным соблазном лишь тот, перед которым человек не смог устоять и пал.</p>
     <p>— Ну, посудите сами, — говорил он. — Ведь человек действует, повинуясь своим желаниям. Желаний у него много. Он может желать избегнуть боли или насладиться удовольствием. Но что бы он ни делал, его поступки продиктованы желанием.</p>
     <p>— А если, предположим, у него возникли два взаимно исключающих друг друга желания? — прервала его Мод Брустер.</p>
     <p>— Вот к этому-то я и веду, — ответил капитан, но она продолжала:</p>
     <p>— Душа человека как раз и проявляет себя в борьбе этих двух желаний. И, если душа благородна, она последует доброму побуждению и заставит человека совершить доброе дело; если же она порочна — он поступит дурно. И в том и в другом случае решает душа.</p>
     <p>— Чушь и бессмыслица! — нетерпеливо воскликнул Волк Ларсен. — Решает желание. Вот, скажем, человек, которому хочется напиться. И вместе с тем он не хочет напиваться. Что же он делает, как он поступает? Он марионетка, раб своих желаний и просто повинуется более сильному из этих двух желаний, вот и все. Душа тут ни при чем. Если у него появилось искушение напиться, то как он может устоять против него? Для этого должно возобладать желание остаться трезвым. Но, значит, это желание было более сильным, только и всего, соблазн не играет никакой роли, если, конечно… — он остановился, обдумывая мелькнувшую у него мысль, и вдруг расхохотался, — если это не соблазн остаться трезвым! Что вы на это скажете, мистер Ван-Вейден?</p>
     <p>— Скажу, что вы оба спорите совершенно напрасно. Душа человека — это его желание. Или, если хотите, совокупность желаний — это и есть его душа. Поэтому вы оба не правы. Вы, Ларсен, ставите во главу угла желание, отметая в сторону душу. Мисс Брустер ставит во главу угла душу, отметая желания. А в сущности, душа и желания — одно и то же.</p>
     <p>— Однако, — продолжал я, — мисс Брустер права, утверждая, что соблазн остается соблазном, независимо от того, устоял человек или нет. Ветер раздувает огонь, и он вспыхивает жарким пламенем. Желание подобно огню. Созерцание предмета желания, новое заманчивое описание его, новое постижение этого предмета разжигает желание, подобно тому как ветер раздувает огонь. И в этом заключен соблазн. Это ветер, который раздувает желание, пока оно не разгорится в пламя и не поглотит человека. Вот что такое соблазн! Иногда он недостаточно силен, чтобы сделать желание всепожирающим, но если он хоть в какой-то мере разжигает желание, это все равно соблазн. И, как вы сами говорите, он может толкнуть человека на добро, так же как и на зло.</p>
     <p>Я был горд собой. Мои доводы решили спор или по крайней мере положили ему конец, и мы сели за стол.</p>
     <p>Но Волк Ларсен был в этот день необычайно словоохотлив, — я еще не видал его таким. Казалось, накопившаяся в нем энергия ищет выхода. Почти сразу же он затеял спор о любви. Как и всегда, он подходил к вопросу грубо материалистически, а Мод Брустер отстаивала идеалистическую точку зрения. Прислушиваясь к их спору, я лишь изредка высказывал какое-нибудь соображение или вносил поправку, но больше молчал.</p>
     <p>Ларсен говорил с подъемом; Мод Брустер тоже воодушевилась. По временам я терял нить разговора, изучая ее лицо. Ее щеки редко покрывались румянцем, но сегодня они порозовели, лицо оживилось. Она дала волю своему остроумию и спорила с жаром, а Волк Ларсен прямо упивался спором.</p>
     <p>По какому-то поводу — о чем шла речь, не припомню, так как был увлечен в это время созерцанием каштанового локона, выбившегося из прически Мод, — Ларсен процитировал слова Изольды, которые она произносит, будучи в Тинтагеле:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Средь смертных жен я взыскана судьбой.</v>
       <v>Так согрешить, как я, им не дано,</v>
       <v>И грех прекрасен мой…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Если раньше, читая Омара Хайама, он вкладывал в его стихи пессимистическое звучание, то сейчас, читая Суинберна, он заставил его строки звучать восторженно, даже ликующе. Читал он правильно и хорошо. Едва он умолк, как Луис просунул голову в люк и сказал негромко:</p>
     <p>— Нельзя ли потише? Туман поднялся, а пароход, будь он неладен, пересекает сейчас наш курс по носу. Виден левый бортовой огонь!</p>
     <p>Волк Ларсен так стремительно выскочил на палубу, что, когда мы присоединились к нему, он уже успел, задвинув крышку люка, заглушить пьяный рев, несшийся из кубрика охотников, и спешил на бак, чтобы закрыть люк там. Туман рассеялся не вполне — он поднялся выше, закрыв собою звезды, и сделал мрак совсем непроницаемым. И прямо впереди из мрака на меня глянули два огня, красный и белый, и я услышал мерное постукивание машины парохода. Несомненно, это была «Македония».</p>
     <p>Волк Ларсен вернулся на ют, и мы стояли в полном молчании, следя за быстро скользившими мимо нас огнями.</p>
     <p>— На мое счастье, у него нет прожектора, — промолвил Волк Ларсен.</p>
     <p>— А что, если я закричу? — шепотом спросил я.</p>
     <p>— Тогда все пропало, — отвечал он. — Но вы подумали о том, что сразу же за этим последует?</p>
     <p>Прежде чем я успел выразить какое-либо любопытство по этому поводу, он уже держал меня за горло своей обезьяньей лапой. Его мускулы едва заметно напряглись, и это был весьма выразительный намек на то, что ему ничего не стоит свернуть мне шею. Впрочем, он тут же отпустил меня, и мы снова стали следить за огнями «Македонии».</p>
     <p>— А если бы крикнула я? — спросила Мод.</p>
     <p>— Я слишком расположен к вам, чтобы причинить вам боль, — мягко сказал он, и в его голосе прозвучали такая нежность и ласка, что меня передернуло. — Но лучше не делайте этого, потому что я тут же сверну шею мистеру Ван-Вейдену, — добавил он.</p>
     <p>— В таком случае я разрешаю ей крикнуть, — вызывающе сказал я.</p>
     <p>— Навряд ли мисс Брустер захочет пожертвовать жизнью «наставника американской литературы номер два», — с издевкой проговорил Волк Ларсен.</p>
     <p>Больше мы не обменялись ни словом; впрочем, мы уже настолько привыкли друг к другу, что не испытывали неловкости от наступившего молчания. Когда красный и белый огни исчезли вдали, мы вернулись в кают-компанию, чтобы закончить прерванный ужин.</p>
     <p>Ларсен снова процитировал какие-то стихи, а Мод прочла «Impenitentia Ultima» Даусона. Она читала превосходно, но я наблюдал не за нею, а за Волком Ларсеном. Я не мог оторвать от него глаз, так поразил меня его взгляд, прикованный к ее лицу. Я видел, что он совершенно поглощен ею; губы его бессознательно шевелились, неслышно повторяя за ней слова:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>…И когда погаснет солнце,</v>
       <v>Пусть ее глаза мне светят,</v>
       <v>Скрипки в голосе любимой</v>
       <v>Пусть поют в последний час…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— В вашем голосе поют скрипки! — неожиданно произнес он, и в глазах его опять сверкнули золотые искорки.</p>
     <p>Я готов был громко возликовать при виде проявленного ею самообладания. Она без запинки дочитала заключительную строфу, а затем постепенно перевела разговор в более безопасное русло. Я был как в дурмане. Сквозь переборку кубрика доносились звуки пьяного разгула, а мужчина, который внушал мне ужас, и женщина, которую я любил, сидели передо мной и говорили, говорили… Никто не убирал со стола. Матрос, заменявший Магриджа, очевидно, присоединился к своим товарищам в кубрике.</p>
     <p>Если Волк Ларсен был когда-либо всецело упоен минутой, так это сейчас. Временами я отвлекался от своих мыслей, с изумлением прислушиваясь к его словам, поражаясь незаурядности его ума и силе страсти, с которой он отдавался проповеди мятежа. Разговор коснулся Люцифера из поэмы Мильтона, и острота анализа, который давал этому образу Волк Ларсен, и красочность некоторых его описаний показывали, что он загубил в себе несомненный талант. Мне невольно пришел на память Тэн, хотя я и знал, что Ларсен никогда не читал этого блестящего, но опасного мыслителя.</p>
     <p>— Он возглавил борьбу за дело, обреченное на неудачу, и не устрашился громов небесных, — говорил Ларсен. — Низвергнутый в ад, он не был сломлен. Он увел за собой треть ангелов, взбунтовал человека против бога и целые поколения людей привлек на свою сторону и обрек аду. Почему был он изгнан из рая? Был ли он менее отважен, менее горд, менее велик в своих замыслах, чем господь бог? Нет! Тысячу раз нет! Но бог был могущественнее. Как это сказано? «Он возвеличился лишь силою громов». Но Люцифер — свободный дух. Для него служить было равносильно гибели. Он предпочел страдания и свободу беспечальной жизни и рабству. Он не хотел служить богу. Он ничему не хотел служить. Он не был безногой фигурой, вроде той, что украшает нос моей шхуны. Он стоял на своих ногах. Это была личность!</p>
     <p>— Он был первым анархистом, — рассмеялась Мод, вставая и направляясь к себе в каюту.</p>
     <p>— Значит, быть анархистом хорошо! — воскликнул Волк Ларсен.</p>
     <p>Он тоже поднялся и, стоя перед ней у двери в ее каюту, продекламировал:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>…По крайней мере здесь</v>
       <v>Свободны будем. Нам здесь бог не станет</v>
       <v>Завидовать и нас он не изгонит.</v>
       <v>Здесь будем править мы. И хоть в аду,</v>
       <v>Но все же править стоит, ибо лучше</v>
       <v>Царить в аду, чем быть рабом на небе.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Это был гордый вызов могучего духа. Когда он умолк, голос его, казалось, продолжал звучать в стенах каюты, а он стоял, слегка покачиваясь, откинув назад голову, бронзовое лицо его сияло, в глазах плясали золотые искорки, и он смотрел на Мод, как смотрит на женщину мужчина, — зовущим, ласковым и властным взглядом.</p>
     <p>И снова я отчетливо прочел в ее глазах безотчетный ужас, когда она почти шепотом произнесла:</p>
     <p>— Вы сами Люцифер!</p>
     <p>Дверь за нею закрылась. Несколько секунд Волк Ларсен продолжал стоять, глядя ей вслед, потом, как бы очнувшись, обернулся ко мне.</p>
     <p>— Я сменю Луиса у штурвала и в полночь разбужу вас. А пока ложитесь и постарайтесь выспаться.</p>
     <p>Он натянул рукавицы, надел фуражку и поднялся по трапу, а я последовал его совету и лег. Не знаю почему, словно повинуясь какому-то тайному побуждению, я лег не раздеваясь. Некоторое время я еще прислушивался к шуму в кубрике охотников и с восторгом и изумлением размышлял о своей неожиданной любви. Но на «Призраке» я научился спать крепким, здоровым сном, и постепенно пение и крики стали уплывать куда-то, веки мои смежились, и глубокий сон погрузил меня в небытие.</p>
     <empty-line/>
     <p>Не знаю, что разбудило меня и подняло с койки, но очнулся я уже на ногах. Сон как рукой сняло; я весь трепетал от ощущения неведомой опасности — настойчивого, словно громкий зов трубы. Я распахнул дверь. Лампа в кают-компании была притушена. Я увидел Мод, мою Мод, бьющуюся в железных объятиях Волка Ларсена. Она тщетно старалась вырваться, руками и головой упираясь ему в грудь. Я бросился к ним.</p>
     <p>Волк Ларсен поднял голову, и я ударил его кулаком в лицо. Но это был слабый удар. Зарычав, как зверь, Ларсен оттолкнул меня. Этим толчком, легким взмахом его чудовищной руки, я был отброшен в сторону с такой силой, что врезался в дверь бывшей каюты Магриджа, и она разлетелась в щепы. С трудом выкарабкавшись из-под обломков, я вскочил и, не чувствуя боли — ничего, кроме овладевшей мной бешеной ярости, — снова бросился на Ларсена. Помнится, я тоже зарычал и выхватил висевший у бедра нож.</p>
     <p>Но случилось что-то непонятное. Капитан и Мод Брустер стояли теперь поодаль друг от друга. Я уже занес нож, но рука моя застыла в воздухе. Меня поразила эта неожиданная и странная перемена. Мод стояла, прислонившись к переборке, придерживаясь за нее откинутой в сторону рукой, а Волк Ларсен, шатаясь, прикрыв левой рукой глаза, правой неуверенно, как слепой, шарил вокруг себя. Наконец он нащупал переборку и, казалось, испытал огромное физическое облегчение, словно не только нашел опору, но и понял, где находится.</p>
     <p>А затем ярость вновь овладела мной. Все перенесенные мною унижения и издевательства, все, что выстрадали от Волка Ларсена я и другие, нахлынуло на меня, и я внезапно с необыкновенной отчетливостью осознал, сколь чудовищен самый факт существования этого человека на земле. Не помня себя, я кинулся на него и вонзил ему нож в плечо. Я сразу понял, что ранил его легко — нож только скользнул по лопатке, — и я снова занес его, чтобы поразить Ларсена насмерть.</p>
     <p>Но Мод, которая видела все, с криком бросилась ко мне:</p>
     <p>— Не надо! Умоляю вас, не надо!</p>
     <p>Я опустил руку, но только на миг. Я замахнулся еще раз и, вероятно, убил бы Ларсена, если бы Мод не встала между нами. Ее руки обвились вокруг меня, я ощутил ее волосы на моем лице. Кровь закипела во мне, но и ярость вспыхнула с удесятеренной силой. Мод заглянула мне в глаза.</p>
     <p>— Ради меня! — взмолилась она.</p>
     <p>— Ради вас? Ради вас я и убью его! — крикнул я, пытаясь высвободить руку и боясь вместе с тем сделать девушке больно.</p>
     <p>— Успокойтесь! — шепнула она, закрывая мне рот рукой.</p>
     <p>Прикосновение ее пальцев к моим губам было так сладостно, так необычайно сладостно, что, несмотря на владевшее мною бешенство, я готов был расцеловать их, но не посмел.</p>
     <p>— Пожалуйста, прошу вас! — молила она, и я почувствовал, что слова ее обезоруживают меня и что так будет отныне всегда.</p>
     <p>Я отступил, вложил свой тесак в ножны и взглянул на Волка Ларсена. Он все еще стоял, прижав левую руку ко лбу, прикрывая ею глаза. Голова его свесилась на грудь. Он весь как-то обмяк, могучие плечи ссутулились, спина согнулась.</p>
     <p>— Ван-Вейден! — хрипло, с оттенком страха в голосе позвал он. — Эй, Ван-Вейден! Где вы?</p>
     <p>Я взглянул на Мод. Она молча кивнула мне.</p>
     <p>— Я здесь, — ответил я и подошел к нему. — Что с вами?</p>
     <p>— Помогите мне сесть, — сказал он тем же хриплым, испуганным голосом.</p>
     <p>— Я болен, очень болен, Хэмп! — добавил он, опускаясь на стул, к которому я подвел его.</p>
     <p>Он уронил голову на стол, обхватил ее руками и мотал ею из стороны в сторону, словно от боли. Когда он приподнял ее, я увидел крупные капли пота, выступившие у него на лбу у корней волос.</p>
     <p>— Я болен, очень болен, — повторил он несколько раз.</p>
     <p>— Да что с вами такое? — спросил я, кладя ему руку на плечо. — Чем я могу помочь вам?</p>
     <p>Но он раздраженно сбросил мою руку, и я долго молча стоял возле него. Мод, испуганная, растерянная, смотрела на нас. Она тоже не могла понять, что с ним случилось.</p>
     <p>— Хэмп, — сказал он наконец, — мне надо добраться до койки. Дайте мне руку. Скоро все пройдет. Верно, опять эта проклятая головная боль. Я всегда боялся ее. У меня было предчувствие… Да нет, вздор, я сам не знаю, что говорю. Помогите мне добраться до койки.</p>
     <p>Но когда я уложил его, он опять прикрыл глаза рукой, и, уходя, я слышал, как он пробормотал:</p>
     <p>— Я болен, очень болен!</p>
     <p>Я вернулся к Мод; она встретила меня вопросительным взглядом. Я в недоумении пожал плечами.</p>
     <p>— Что-то с ним стряслось, а что — не знаю. Он совершенно беспомощен и, должно быть, впервые в жизни по-настоящему напуган. Случилось это, конечно, еще до того, как я ударил его ножом, да это и не рана, а царапина. Вы, верно, видели, как это с ним началось?</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Я ничего не видела. Для меня это такая же загадка. Он вдруг выпустил меня и пошатнулся. Но что нам теперь делать? Что я должна делать?</p>
     <p>— Пожалуйста, подождите меня здесь. Я скоро вернусь, — отвечал я и вышел на палубу. Луис стоял у штурвала.</p>
     <p>— Можешь идти спать, — сказал я ему, становясь на его место.</p>
     <p>Он охотно исполнил приказание, и я остался на палубе один. Стараясь производить как можно меньше шума, я взял топселя на гитовы, спустил бом-кливер и стаксель, вынес кливер на подветренный борт и выбрал грот. Затем я вернулся к Мод. Сделав ей знак молчать, я прошел в каюту Волка Ларсена. Он лежал в том же положении, в каком я его оставил, и голова его все так же перекатывалась из стороны в сторону по подушке.</p>
     <p>— Могу я чем-нибудь помочь вам? — спросил я.</p>
     <p>Он сперва ничего не ответил, но, когда я повторил вопрос, сказал:</p>
     <p>— Нет, нет, мне ничего не надо! Оставьте меня одного до утра.</p>
     <p>Но, выходя из каюты, я заметил, что он опять мечется по подушке. Мод терпеливо ждала меня, и когда я увидел ее горделивую головку, ее ясные, лучистые глаза, радость охватила меня. Глаза ее были так же ясны и невозмутимы, как ее душа.</p>
     <p>— Готовы ли вы доверить мне свою жизнь и отважиться на путешествие примерно в шестьсот миль?</p>
     <p>— Вы хотите сказать… — проговорила Мод, и я понял, что она угадала мое намерение.</p>
     <p>— Да, — подтвердил я, — я хочу сказать, что нам ничего другого не остается, как пуститься в море на парусной шлюпке.</p>
     <p>— Вернее — мне? Вам-то здесь по-прежнему ничто не грозит.</p>
     <p>— Нет, это единственное спасение для нас обоих, — твердо повторил я. — Оденьтесь, пожалуйста, как можно теплее и быстро соберите все, что вы хотите взять с собой. Поспешите! — добавил я, когда она направилась в свою каюту.</p>
     <p>Кладовая находилась непосредственно под кают-компанией. Открыв люк, я спрыгнул вниз, зажег свечу и принялся отбирать из судовых запасов самое для нас необходимое, главным образом консервы. А когда дело подошло к концу, вверх ко мне протянулись две руки, и я начал передавать все Мод.</p>
     <p>Мы работали молча. Я запасся также одеялами, рукавицами, клеенчатой одеждой, зюйдвестками… Нам предстояло тяжелое испытание — пуститься в плавание по бурному, суровому океану в открытой шлюпке, и, чтобы выдержать его, нужно было как можно лучше защитить себя от холода, дождя и морских брызг.</p>
     <p>Мы работали с лихорадочной поспешностью. Вынесли всю нашу добычу на палубу и уложили ее возле одной из шлюпок. Мод так устала, что вскоре совсем обессилела и в изнеможении присела на ступеньки юта. Но и это не принесло ей облегчения, и тогда она легла прямо на голые доски палубы, раскинув руки, чтобы дать полный отдых всему телу. Я вспомнил, что моя сестра всегда отдыхала точно так же, и знал, что силы Мод скоро восстановятся. Необходимо было запастись также оружием, и я спустился в каюту Волка Ларсена за его винтовкой и дробовиком. Я заговорил с ним, но он не ответил мне ни слова, хотя голова его по-прежнему перекатывалась по подушке и он, по-видимому, не спал.</p>
     <p>— Прощай, Люцифер! — прошептал я и тихонько прикрыл за собой дверь.</p>
     <p>Теперь предстояло раздобыть еще патроны, что было нетрудно, хотя и пришлось спуститься для этого в кубрик охотников. Там у них хранились ящики с патронами, которые они брали с собой в шлюпки, когда шли на охоту. Взяв два ящика, я унес их из-под самого носа разгулявшихся кутил.</p>
     <p>Оставалось спустить шлюпку — нелегкая задача для одного человека. Отдав найтовы, я налег сперва на носовые тали, потом на кормовые, чтобы вывалить шлюпку за борт, а затем, потравливая по очереди те и другие тали, спустил ее на два-три фута, так что она повисла над водой, прижимаясь к борту шхуны. Я проверил, на месте ли парус, весла и уключины. Запастись пресной водой было, пожалуй, важнее всего, и я забрал бочонки со всех шлюпок. На борту находилось теперь уже девять шлюпок, и нам должно было хватить этой воды, а кстати, и балласта. Впрочем, я столько запас всего, что даже побаивался — не перегрузил ли я шлюпку.</p>
     <p>Когда Мод начала передавать мне в шлюпку провизию, из кубрика вышел на палубу матрос. Он постоял у наветренного борта (шлюпку мы спускали с подветренного), потом медленно побрел на середину палубы и еще немного постоял, повернувшись лицом к ветру и спиной к нам. Я притаился на дне шлюпки; сердце у меня бешено колотилось. Мод лежала совершенно неподвижно, вытянувшись в тени фальшборта. Но матрос так и не взглянул в нашу сторону. Закинув руки за голову, он потянулся, громко зевнул и снова ушел на бак, где и исчез, нырнув в люк.</p>
     <p>Через несколько минут я погрузил все в шлюпку и спустил ее на воду. Помогая Мод перелезть через планшир, я на мгновение ощутил ее совсем близко возле себя, и слова: «Я люблю вас! Люблю!» — чуть не слетели с моих губ. «Да, Хэмфри Ван-Вейден, вот ты и влюблен наконец!» — подумал я. Ее пальцы переплелись с моими, и я, одной рукой держась за планшир, другой поддерживал ее и благополучно спустил в шлюпку. При этом я невольно испытал чувство гордости — я почувствовал в себе силу, какой совсем не обладал еще несколько месяцев назад, в тот день, когда, простившись с Чарли Фэрасетом, отправился в Сан-Франциско на злополучном «Мартинесе».</p>
     <p>Набежавшая волна подхватила шлюпку, ноги Мод коснулись банки, и я отпустил ее руку. Затем я отдал тали и сам спрыгнул в шлюпку. Мне еще никогда в жизни не приходилось грести, но я вставил весла в уключины и ценою больших усилий отвел шлюпку от «Призрака». Затем я стал поднимать парус. Мне не раз приходилось видеть, как ставят парус матросы и охотники, но сам я брался за это дело впервые. Если им достаточно было двух минут, то у меня ушло на это по крайней мере минут двадцать, но в конце концов я сумел поставить и натянуть парус, после чего, взявшись за рулевое весло, привел шлюпку к ветру.</p>
     <p>— Вон там, прямо перед нами, Япония, — сказал я.</p>
     <p>— Хэмфри Ван-Вейден, вы храбрый человек, — сказала Мод.</p>
     <p>— Нет, — отвечал я. — Это вы храбрая женщина.</p>
     <p>Точно сговорившись, мы одновременно обернулись, чтобы взглянуть в последний раз на «Призрак». Невысокий корпус шхуны покачивался на волнах с наветренной стороны от нас, паруса смутно выступали из темноты, а подвязанное колесо штурвала скрипело, когда в руль ударяла волна. Потом очертания шхуны и эти звуки постепенно растаяли вдали, и мы остались одни среди волн и мрака.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать седьмая</p>
     </title>
     <p>Забрезжило утро, серое, промозглое. Дул свежий бриз, и шлюпка шла бейдевинд. Компас показывал, что мы держим курс прямо на Японию. Теплые рукавицы все же не спасали от холода, и пальцы у меня стыли на кормовом весле. Ноги тоже ломило от холода, и я с нетерпением ждал, когда встанет солнце.</p>
     <p>Передо мной на дне шлюпки спала Мод. Я надеялся, что ей тепло, так как она была укутана в толстые одеяла. Краем одеяла я прикрыл ей лицо от ночного холода, и мне были видны лишь смутные очертания ее фигуры да прядь светло-каштановых волос, сверкавшая капельками осевшей на них росы.</p>
     <p>Я долго, не отрываясь, смотрел на эту тоненькую прядку волос, как смотрят на драгоценнейшее из сокровищ. Под моим пристальным взглядом Мод зашевелилась, отбросила край одеяла и улыбнулась мне, приподняв тяжелые от сна веки.</p>
     <p>— Доброе утро, мистер Ван-Вейден, — сказала она. — Земли еще не видно?</p>
     <p>— Нет, — отвечал я. — Но мы приближаемся к ней со скоростью шести миль в час.</p>
     <p>Она сделала разочарованную гримаску.</p>
     <p>— Но это сто сорок четыре мили в сутки, — постарался я приободрить ее.</p>
     <p>Лицо Мод просветлело.</p>
     <p>— А как далеко нам еще плыть?</p>
     <p>— Вон там — Сибирь, — указал я на запад. — И примерно в шестистах милях отсюда на юго-запад — Япония. При этом ветре мы доберемся туда за пять дней.</p>
     <p>— А если поднимется буря? Шлюпка не выдержит?</p>
     <p>Мод умела требовать правды, глядя вам прямо в глаза, и, наши взгляды встретились.</p>
     <p>— Только при очень сильной буре, — уклончиво сказал я.</p>
     <p>— А если будет очень сильная буря?</p>
     <p>Я молча наклонил голову.</p>
     <p>— Но нас в любой момент может подобрать какая-нибудь промысловая шхуна. Их много сейчас в этой части океана.</p>
     <p>— Да вы совсем продрогли! — вдруг воскликнула она. — Смотрите, вас трясет! Не спорьте, я же вижу. А я-то греюсь под одеялами!</p>
     <p>— Не знаю, какая была бы польза, если бы вы тоже сидели и мерзли, — рассмеялся я.</p>
     <p>— Польза будет, если я научусь управлять шлюпкой, а я непременно научусь!</p>
     <p>Сидя на дне шлюпки, Мод занялась своим нехитрым туалетом. Она распустила волосы, и они пушистым облаком закрыли ей лицо и плечи. Как хотелось мне зарыться в них лицом, целовать эти милые влажные каштановые пряди, играть ими, пропускать их между пальцами! Очарованный, я не сводил с нее глаз. Но вот шлюпка повернулась боком к ветру, парус захлопал и напомнил мне о моих обязанностях. Идеалист и романтик, я до этой поры, несмотря на свой аналитический склад ума, имел лишь смутные представления о физической стороне любви. Любовь между мужчиной и женщиной я воспринимал как чисто духовную связь, как некие возвышенные узы, соединяющие две родственные души. Плотским же отношениям в моем представлении о любви отводилась лишь самая незначительная роль. Однако теперь полученный мною сладостный урок открыл мне, что душа выражает себя через свою телесную оболочку и что вид, запах, прикосновение волос любимой — совершенно так же, как свет ее глаз или слова, слетающие с ее губ, — являются голосом, дыханием, сутью ее души. Ведь дух в чистом виде — нечто неощутимое, непостижимое и лишь угадываемое и не может выражать себя через себя самого. Антропоморфизм Иеговы выразился в том, что он мог являться иудеям только в доступном для их восприятия виде. И в представлении израильтян он вставал как образ и подобие их самих, как облако, как огненный столп, как нечто осязаемое, физически реальное, доступное их сознанию.</p>
     <p>Так и я, глядя на светло-каштановые волосы Мод и любуясь ими, познавал смысл любви глубже, чем могли меня этому научить песни и сонеты всех певцов и поэтов. Вдруг Мод, тряхнув головой, откинула волосы назад, и я увидел ее улыбающееся лицо.</p>
     <p>— Почему женщины подбирают волосы, почему они не носят их распущенными? — сказал я. — Так красивее.</p>
     <p>— Но они же страшно путаются! — рассмеялась Мод. — Ну вот, потеряла одну из моих драгоценных шпилек!</p>
     <p>И снова парус захлопал на ветру, а я, забыв о шлюпке, любовался каждым движением Мод, пока она разыскивала затерявшуюся в одеялах шпильку. Она делала это чисто по-женски, и я испытывал изумление и восторг: мне вдруг открылось, что она истая женщина, женщина до мозга костей.</p>
     <p>До сих пор я слишком возносил ее в своем представлении, ставил ее на недосягаемую высоту над всеми смертными и над самим собой. Я создал из нее богоподобное, неземное существо. И теперь я радовался каждой мелочи, в которой она проявляла себя как обыкновенная женщина, радовался тому, как она откидывает назад волосы или ищет шпильку. Да, она была просто женщиной, так же как я — мужчиной, она была таким же земным существом, как я, и я мог обрести с нею эту восхитительную близость двух родственных друг другу существ — близость мужчины и женщины, — навсегда сохранив (в этом я был убежден наперед) чувство преклонения и восторга перед нею.</p>
     <p>С радостным возгласом, пленительным для моего слуха, она нашла, наконец, шпильку, и я сосредоточил свое внимание на управлении шлюпкой. Я сделал опыт — подвязал и закрепил рулевое весло — и добился того, что шлюпка без моей помощи шла бейдевинд. По временам она приводилась к ветру или, наоборот, уваливалась, но, в общем, недурно держалась на курсе.</p>
     <p>— А теперь давайте завтракать! — сказал я. — Но сперва вам необходимо одеться потеплее.</p>
     <p>Я достал толстую фуфайку, совсем новую, сшитую из теплой ткани, из которой шьют одеяла; ткань была очень плотная, и я знал, что она не скоро промокнет под дождем. Когда Мод натянула фуфайку, я дал ей вместо ее фуражки зюйдвестку, которая, если отогнуть вниз поля, закрывала не только волосы и уши, но даже шею. Мод в этом уборе выглядела очаровательно. У нее было одно из тех лиц, которые ни при каких обстоятельствах не теряют привлекательности. Ничто не могло испортить прелесть этого лица — его изысканный овал, правильные, почти классические черты, тонко очерченные брови и большие карие глаза, проницательные и ясные, удивительно ясные.</p>
     <p>Внезапно резкий порыв ветра подхватил шлюпку, когда она наискось пересекала гребень волны. Сильно накренившись, она зарылась по самый планшир во встречную волну и черпнула бортом воду. Я вскрывал в это время банку консервов и, бросившись к шкоту, едва успел отдать его. Парус захлопал, затрепетал, и шлюпка увалилась под ветер. Провозившись еще несколько минут с парусом, я снова положил шлюпку на курс и возобновил приготовления к завтраку.</p>
     <p>— Действует как будто неплохо, — сказала Мод, одобрительно кивнув головой в сторону моего рулевого приспособления. — Впрочем, я ведь ничего не смыслю в мореходстве.</p>
     <p>— Это устройство будет служить, только пока мы идем бейдевинд, — объяснил я. — При более благоприятном ветре — с кормы, галфвинд или бакштаг — мне придется править самому.</p>
     <p>— Я, признаться, не понимаю всех этих терминов, но вывод ясен, и он мне не очень-то нравится. Не можете же вы круглые сутки бессменно сидеть на руле! После завтрака извольте дать мне первый урок. А потом вам нужно будет лечь поспать. Мы установим вахты, как на корабле.</p>
     <p>— Ну как я буду учить вас, — запротестовал я, — когда я сам еще только учусь! Вы доверились мне и, верно, не подумали, что у меня нет никакого опыта в управлении парусной шлюпкой. Я впервые в жизни попал на нее.</p>
     <p>— В таком случае, сэр, мы будем учиться вместе. И так как вы на целую ночь опередили меня, вам придется поделиться со мной всем, что вы уже успели постичь. А теперь завтракать! На воздухе разыгрывается аппетит!</p>
     <p>— Да, но кофе не будет! — с сокрушением сказал я передавая ей намазанные маслом галеты с ломтиками языка. — Не будет ни чая, ни супа — никакой горячей еды, пока мы где-нибудь и когда-нибудь не пристанем к берегу.</p>
     <p>После нашего незамысловатого завтрака, завершившегося чашкой холодной воды, я дал Мод урок вождения шлюпки. Обучая ее, я учился сам, хотя кое-какие познания у меня уже были, — я приобрел их, управляя «Призраком» и наблюдая за действиями рулевых на шлюпках. Мод оказалась способной ученицей и быстро научилась держать курс, приводиться к ветру и отдавать, когда нужно, шкот.</p>
     <p>Потом, устав, как видно, она передала мне весло и принялась расстилать на дне шлюпки одеяла, которые я успел свернуть. Устроив все как можно удобнее, она сказала:</p>
     <p>— Ну, сэр, постель готова! И спать вы должны до второго завтрака. То есть до обеда, — поправилась она, вспомнив распорядок дня на «Призраке».</p>
     <p>Что мне оставалось делать? Она так настойчиво повторяла: «Пожалуйста, прошу вас», что я в конце концов подчинился и отдал ей кормовое весло. Забираясь в постель, постланную ее руками, я испытал необычайное наслаждение. Казалось, в этих одеялах было что-то успокаивающее и умиротворяющее, словно это передалось им от нее самой, и чувство покоя сразу охватило меня. Сквозь сладкую дрему я видел нежный овал ее лица и большие карие глаза… Обрамленное зюйдвесткой лицо ее колыхалось передо мной, вырисовываясь то на фоне серого моря, то на фоне таких же серых облаков… и я уснул.</p>
     <p>Я понял, что крепко спал, когда, внезапно очнувшись, взглянул на часы. Был час дня. Я проспал целых семь часов! И целых семь часов она одна правила шлюпкой! Принимая от нее весло, я должен был помочь ей разогнуть окоченевшие пальцы. Она исчерпала весь небольшой запас своих сил и теперь не могла даже приподняться. Я вынужден был бросить парус, чтобы помочь ей добраться до постели, и, уложив ее, принялся растирать ей руки.</p>
     <p>— Как я устала! — произнесла она с глубоким вздохом и бессильно поникла головой.</p>
     <p>Но через секунду она встрепенулась.</p>
     <p>— Только не вздумайте браниться, не смейте, слышите! — с шутливым вызовом сказала она.</p>
     <p>— Разве у меня такой сердитый вид? — отозвался я без улыбки. — Уверяю вас, я не сержусь.</p>
     <p>— Да-а… — протянула она. — Не сердитый, но укоризненный.</p>
     <p>— Значит, мое лицо только честно выражает то, что я чувствую. А вот вы поступили нечестно — и по отношению к себе и ко мне. Как теперь прикажете доверять вам?</p>
     <p>Она виновато взглянула на меня.</p>
     <p>— Я буду паинькой, — сказала она, как напроказивший ребенок. — Обещаю вам…</p>
     <p>— Повиноваться, как матрос повинуется капитану?</p>
     <p>— Да, — ответила она. — Я знаю: это было глупо.</p>
     <p>— Раз так, обещайте мне еще кое-что.</p>
     <p>— Охотно!</p>
     <p>— Обещайте мне не так часто говорить: «Пожалуйста прошу вас». А то вы быстро сведете власть капитана на нет.</p>
     <p>Она рассмеялась, и я почувствовал, что моя просьба не только позабавила ее, но и польстила ей. Она уже сама заметила, какую власть имеют надо мной эти слова.</p>
     <p>— Пожалуйста — хорошее слово… — начал я.</p>
     <p>— …Но я не должна злоупотреблять им, — докончила она за меня. Она снова рассмеялась, но уже чуть слышно, и уронила голову. Я оставил весло, чтобы закутать одеялом ее ноги и прикрыть ей лицо. Увы, у нее было так мало сил! С недобрым предчувствием посмотрел я на юго-запад и подумал о шестистах милях, отделявших нас от берега, и о всех предстоявших нам испытаниях. Да и бог весть, что еще ждало нас впереди! В этой части океана в любую минуту мог разыграться гибельный для нас шторм. И все же я не испытывал страха. Я не был спокоен за будущее, о нет, — самые тяжкие сомнения грызли меня, — но за всем этим не было страха. «Все обойдется, — твердил я себе, — все обойдется!»</p>
     <p>После полудня ветер посвежел и поднял большие волны, которые основательно трепали шлюпку и задавали мне работу. Впрочем, запасенная нами провизия и девять бочонков воды придавали шлюпке достаточную остойчивость, и я шел под парусом, пока это не стало слишком опасным. Тогда я убрал шпринт, туго притянул и закрепил верхний угол паруса, превратив его в треугольный, и мы поплыли дальше.</p>
     <p>Под вечер я заметил на горизонте с подветренной стороны дымок парохода. Это мог быть либо русский крейсер, либо скорее всего «Македония», все еще разыскивающая шхуну.</p>
     <p>Солнце за весь день ни разу не выглянуло из-за облаков, и было очень холодно. К ночи облака сгустились еще больше, ветер окреп, и нам пришлось ужинать, не снимая рукавиц, причем я не мог выпустить из рук рулевого весла и ухитрялся отправлять в рот кусочки пищи только в промежутках между порывами ветра.</p>
     <p>Когда стемнело, шлюпку стало так швырять на волнах, что я вынужден был убрать парус и принялся мастерить плавучий якорь. Это была нехитрая штука, о которой я знал из рассказов охотников. Сняв мачту, я завернул ее вместе с шпринтом, гиком и двумя парами запасных весел в парус, накрепко обвязал веревкой и бросил за борт. Конец веревки я закрепил на носу, и плавучий якорь был готов. Мало выступая из воды и почти не испытывая влияния ветра, он тормозил шлюпку и удерживал ее носом к ветру. Когда море покрывается белыми барашками, это наилучший способ, чтобы шлюпку не захлестнуло волной.</p>
     <p>— А теперь что? — весело спросила Мод, когда я справился со своей задачей и снова натянул рукавицы.</p>
     <p>— А теперь мы уже не плывем к Японии, — сказал я. — Мы дрейфуем на юго-восток или на юго-юго-восток со скоростью по крайней мере двух миль в час.</p>
     <p>— До утра это составит всего двадцать четыре мили, — заметила она, — да и то, если ветер не утихнет.</p>
     <p>— Верно. А всего сто сорок миль, если этот ветер продержится трое суток.</p>
     <p>— Не продержится! — бодро заявила Мод. — Он непременно повернет и будет дуть как следует.</p>
     <p>— Море — великий предатель.</p>
     <p>— А ветер? — возразила она. — Я ведь слышала, как вы пели дифирамбы «бравым пассатам».</p>
     <p>— Жаль, что я не захватил секстант и хронометр Ларсена, — мрачно произнес я. — Когда мы сами плывём в одном направлении, ветер сносит нас в другом, а течение, быть может, — в третьем, и равнодействующая не поддается точному исчислению. Скоро мы не сможем определить, где находимся, не сделав ошибки в пятьсот миль.</p>
     <p>После этого я попросил у Мод прощения и обещал больше не падать духом. Уступив ее уговорам, я ровно в девять оставил ее на вахте до полуночи, но, прежде чем лечь спать, хорошенько закутал в одеяла, а поверх них — в непромокаемый плащ. Спал я лишь урывками. Шлюпку швыряло с гребня на гребень, волны гулко ударялись о дно. Я слышал, как они ревут за бортом, и брызги ежеминутно обдавали мне лицо. И все же, размышлял я, не такая уж это скверная ночь — ничто по сравнению с тем, что мне ночь за ночью приходилось переживать на «Призраке», и с тем, что нам, быть может, предстоит еще пережить, пока нас будет носить по океану на этом утлом суденышке. Я знал, что обшивка у него всего в три четверти дюйма толщиной. Слой дерева тоньше дюйма отделял нас от морской пучины.</p>
     <p>И тем не менее, готов утверждать это снова и снова, я не боялся. Я больше уже не испытывал того страха смерти, который когда-то нагонял на меня Волк Ларсен и даже Томас Магридж. Появление в моей жизни Мод Брустер, как видно, переродило меня. Любить, думал я, — ведь это еще лучше и прекраснее, чем быть любимым! Это чувство дает человеку то, ради чего стоит жить и ради чего он готов умереть. В силу любви к другому существу я забывал о себе, и вместе с тем — странный парадокс! — мне никогда так не хотелось жить, как теперь, когда я меньше всего дорожил своей жизнью. Ведь никогда еще жизнь моя не была наполнена таким смыслом, думал я. Пока дремота подкрадывалась ко мне, я лежал и с чувством неизъяснимого довольства вглядывался в темноту, зная, что там, на корме, приютилась Мод, что она зорко несет свою вахту среди бушующих волн и готова каждую минуту позвать меня на помощь.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать восьмая</p>
     </title>
     <p>Стоит ли рассказывать о всех страданиях, перенесенных нами на нашей маленькой шлюпке, когда нас долгие дни носило и мотало по океанским просторам? Сильный северо-западный ветер дул целые сутки. Потом наступило затишье, но к ночи поднялся ветер с юго-запада, то есть прямо нам в лоб. Тем не менее я втянул плавучий якорь, поставил парус и направил лодку круто к ветру с курсом на юго-юго-восток. Ветер позволял выбирать лишь между этим курсом и курсом на запад-северо-запад, но теплое дыхание юга влекло меня в более теплые моря, и это определило мое решение.</p>
     <p>Однако через три часа, — как сейчас помню, ровно в полночь, — когда нас окружал непроницаемый мрак, этот юго-западный ветер так разбушевался, что я вновь был принужден выбросить плавучий якорь.</p>
     <p>Рассвет застал меня на корме. Воспаленными от напряжения глазами я всматривался в побелевший вспененный океан, среди которого наша лодка беспомощно взлетала и ныряла, держась на своем плавучем якоре. Мы находились на краю гибели — каждую секунду нас могло захлестнуть волной. Брызги и пена низвергались на нас нескончаемым водопадом, и я должен был безостановочно вычерпывать воду. Одеяла промокли насквозь. Промокло все, и только Мод, в своем плаще, резиновых сапогах и зюйдвестке, была хорошо защищена, хотя руки, лицо и выбившаяся из-под зюйдвестки прядь волос были у нее совершенно мокрые. Время от времени она брала у меня черпак и, не страшась шторма, принималась энергично вычерпывать воду. Все на свете относительно: в сущности, это был просто свежий ветер, но для нас, боровшихся за жизнь на нашем жалком суденышке, это был настоящий шторм.</p>
     <p>Продрогшие, измученные, весь день сражались мы с разбушевавшимся океаном и свирепым ветром, хлеставшим нам в лицо. Настала ночь, но мы не спали. Опять рассвело, и по-прежнему ветер бил нам в лицо и пенистые валы с ревом неслись навстречу.</p>
     <p>На вторую ночь Мод начала засыпать от изнеможения. Я укутал ее плащом и брезентом. Одежда на ней не очень промокла, но девушка закоченела от холода. Я боялся за ее жизнь. И снова занялся день, такой же холодный и безрадостный, с таким же сумрачным небом, яростным ветром и грозным ревом волн.</p>
     <p>Двое суток я не смыкал глаз. Я весь промок, продрог до костей и был полумертв от усталости. Все тело у меня ныло от холода и напряжения, и при малейшем движении натруженные мускулы давали себя знать, — двигаться же мне приходилось беспрестанно. А нас тем временем все несло и несло на северо-восток — все дальше от берегов Японии, в сторону холодного Берингова моря.</p>
     <p>Но мы держались, и шлюпка держалась, хотя ветер дул с неослабевающей силой. К концу третьего дня он еще окреп. Один раз шлюпка так зарылась носом в волну, что ее на четверть залило водой. Я работал черпаком, как одержимый. Вода, заполнившая шлюпку, тянула ее книзу, уменьшала ее плавучесть. Еще одна такая волна — и нас ждала неминуемая гибель. Вычерпав воду, я вынужден был снять с Мод брезент и затянуть им носовую часть шлюпки. Он закрыл собою шлюпку на треть и сослужил нам хорошую службу, трижды спасая нас, когда лодка врезалась носом в волну.</p>
     <p>На Мод было жалко смотреть. Она съежилась в комочек на дне лодки, губы ее посинели, на бескровном лице отчетливо были написаны испытываемые ею муки. Но ее глаза, обращенные на меня, все так же светились мужеством, и губы произносили ободряющие слова.</p>
     <p>В эту ночь шторм, должно быть, бушевал с особенной яростью, но я уже почти ничего не сознавал, усталость одолела меня, и я заснул на корме.</p>
     <p>К утру четвертого дня ветер упал до едва приметного дуновения, волны улеглись, и над нами ярко засияло солнце. О, благодатное солнце! Мы нежили свои измученные тела в его ласковых лучах и оживали, как букашки после бури. Мы снова начали улыбаться, шутить и бодро смотреть на будущее. А ведь в сущности положение наше было плачевнее прежнего. Мы теперь были еще дальше от Японии, чем в ту ночь, когда покинули «Призрак»; а о том, на какой широте и долготе мы находимся, я мог только гадать, и притом весьма приблизительно. Если мы в течение семидесяти с лишним часов дрейфовали со скоростью двух миль в час, нас должно было снести по крайней мере на сто пятьдесят миль к северо-востоку. Но были ли верны мои подсчеты? А если мы дрейфовали со скоростью четырех миль в час? Тогда нас снесло еще на сто пятьдесят миль дальше от цели.</p>
     <p>Итак, где мы находимся, я не знал и не удивился бы, если бы мы вдруг снова увидели «Призрак». Вокруг плавали котики, и я все время ждал, что на горизонте появится промысловая шхуна. Во второй половине дня, когда снова поднялся свежий северо-западный ветер, мы действительно увидели вдали какую-то шхуну, но она тут же скрылась из глаз, и опять мы остались одни среди пустынного моря.</p>
     <p>Были дни непроницаемого тумана, когда даже Мод падала духом и с ее губ уже не слетали веселые слова; были дни штиля, когда мы плыли по безмолвному, безграничному простору, подавленные величием океана, и дивились тому, что все еще живы и боремся за жизнь, несмотря на всю нашу беспомощность; были дни пурги и снежных шквалов, когда мы промерзали до костей, и были дождливые дни, когда мы наполняли наши бочонки стекавшей с паруса водой.</p>
     <p>И все эти дни моя любовь к Мод непрестанно росла. Эта девушка была такой многогранной, такой богатой настроениями — «протеевой», как я называл ее, — натурой. У меня были для нее и другие, еще более ласковые имена, но я ни разу не произнес их вслух. Слова любви трепетали у меня на губах, но я знал, что сейчас не время для признаний. Можно ли, взяв на себя задачу спасти и защитить женщину, просить ее любви? Но сколь ни сложно было — в силу этого и в силу многих других обстоятельств — мое положение, я, думается мне, умел держать себя как должно. Ни взглядом, ни жестом не выдал я своих чувств. Мы с Мод были добрыми товарищами, и с каждым днем наша дружба крепла.</p>
     <p>Больше всего поражало меня в Мод полное отсутствие робости и страха. Ни грозное море, ни утлая лодка, ни штормы, ни страдания, ни наше одиночество, то есть все то, что могло бы устрашить даже физически закаленную женщину, не производило, казалось, никакого впечатления на нее. А ведь она знала жизнь только в ее наиболее изнеживающих, искусственно облегченных формах. Эта девушка представлялась мне всегда как бы сотканной из звездного сияния, росы и туманной дымки. Она казалась мне духом, принявшим телесную оболочку, и воплощением всего, что есть самого нежного, ласкового, доверчивого в женщине. Однако я был не вполне прав. Мод и робела и боялась, но она обладала мужеством. Плоть и муки были и ее уделом, как и всякой женщины, но дух ее был выше плоти, и страдала только ее плоть. Она была как бы духом жизни, ее духовной сутью, — всегда безмятежная с безмятежным взглядом, исполненная веры в высший порядок среди неустойчивого порядка вселенной.</p>
     <p>Опять наступила полоса штормов. Дни и ночи ревела буря, рукой титана швыряя наше суденышко по волнам, и океан щерился на нас своей пенистой пастью. Все дальше и дальше относило нас на северо-восток. И вот однажды, когда шторм свирепствовал вовсю, я бросил усталый взгляд в подветренную сторону. Я уже ничего не искал, а скорее, измученный борьбой со стихией, как бы безмолвно молил разъяренные хляби морские унять свой гнев и пощадить нас. Но, взглянув, я не поверил своим глазам. У меня мелькнула мысль, что дни и ночи, проведенные без сна, в непрестанной тревоге, помрачили мой разум. Я перевел взгляд на Мод, и вид ее ясных карих глаз, ее милых мокрых щек и развевающихся волос сказал мне, что рассудок мой цел. Повернувшись снова в подветренную сторону, я снова увидел выступающий далеко в море мыс — черный, высокий и голый, увидел бурный прибой, разбивающийся у его подножия фонтаном белых брызг, и мрачный, неприветливый берег, уходящий на юго-восток и окаймленный грозной полосой бурунов.</p>
     <p>— Мод, — воскликнул я, — Мод!</p>
     <p>Она повернула голову и тоже увидела землю.</p>
     <p>— Неужели это Аляска? — вскричала она.</p>
     <p>— Увы, нет! — ответил я и тут же спросил: — Вы умеете плавать?</p>
     <p>Она отрицательно покачала головой.</p>
     <p>— И я не умею, — сказал я. — Значит, добираться до берега придется не вплавь, а на шлюпке, придется найти какой-нибудь проход между прибрежными скалами. Но время терять нельзя… и присутствия духа тоже.</p>
     <p>Я говорил уверенно, но на душе у меня было далеко не спокойно. Мод поняла это и, пристально посмотрев на меня, сказала:</p>
     <p>— Я еще не поблагодарила вас за все, что вы сделали для меня, и…</p>
     <p>Она запнулась, как бы подбирая слова, чтобы лучше выразить свою благодарность.</p>
     <p>— И что же дальше? — спросил я довольно грубо, так как мне совсем не понравилось, что она вдруг вздумала благодарить меня.</p>
     <p>— Помогите же мне! — улыбнулась она.</p>
     <p>— Помочь вам высказать мне свою признательность перед смертью? И не подумаю. Мы не умрем. Мы высадимся на этот остров и устроимся на нем наилучшим образом еще до темноты.</p>
     <p>Однако, несмотря на всю решительность моего тона, я сам не верил ни единому своему слову. Но не страх заставлял меня лгать. Страха за себя я не испытывал, хотя и ждал, что найду смерть в кипящем прибое среди скал, которые быстро надвигались на нас. Нечего было и думать о том, чтобы поднять парус и попытаться отойти от берега; ветер мгновенно опрокинул бы шлюпку и волны захлестнули бы ее; да к тому же и парус вместе с запасными веслами был у нас спущен за корму.</p>
     <p>Как я уже сказал, сам я не страшился смерти, которая подстерегала нас где-то там, в каких-нибудь сотнях ярдов, но мысль о том, что должна умереть Мод, приводила меня в ужас. Проклятое воображение уже рисовало мне ее изуродованное тело в кипящем водовороте среди прибрежных скал, и я не мог этого вынести: я заставлял себя думать, что мы благополучно высадимся на берег, и говорил не то, чему верил, а то, чему хотел бы верить.</p>
     <p>Вставшая перед моими глазами картина столь страшной гибели ужаснула меня, и на миг мелькнула безумная мысль: схватить Мод в объятия и прыгнуть с нею за борт. Эту мысль сменила другая: когда шлюпка достигнет полосы бурунов, обнять Мод, сказать ей о своей любви и, подхватив ее на руки, броситься в последнюю отчаянную схватку со смертью.</p>
     <p>Мы инстинктивно придвинулись друг к другу. Рука Мод в рукавице потянулась к моей. И так, без слов, мы ждали конца. Мы были уже близко от полосы прибоя у западного края мыса, и я напряженно смотрел вперед в слабой надежде, что случайное течение или Сильная волна подхватит и пронесет нас мимо бурунов.</p>
     <p>— Мы проскочим! — заявил я с напускной уверенностью, которая не обманула ни Мод, ни меня самого. Но через несколько минут я снова воскликнул:</p>
     <p>— Мы проскочим, черт побери!</p>
     <p>Я был так взволнован, что выбранился — чуть ли не впервые в жизни.</p>
     <p>— Прошу прощения… — пробормотал я.</p>
     <p>— Вот теперь вы убедили меня! — с улыбкой сказала Мод. — Теперь и я верю, что мы проскочим.</p>
     <p>За краем мыса уже виден был вдали высокий берег, и нашим глазам постепенно открывалась глубокая бухта. Одновременно с этим до нас долетел какой-то глухой, неумолчный рев. Он перекатывался, как отдаленный гром, и доносился с подветренной стороны сквозь грохот прибоя и вой бури. Мы обогнули мыс, и вся бухта сразу открылась нам — белый, изогнутый полумесяцем песчаный берег, о который разбивался мощный прибой и который был сплошь усеян мириадами котиков. От них-то и исходил долетавший до нас рев.</p>
     <p>— Лежбище! — воскликнул я. — Теперь мы и вправду спасены. Тут должна быть охрана и сторожевые суда для защиты животных от охотников. Быть может, на берегу есть даже пост.</p>
     <p>Однако, продолжая всматриваться в линию прибоя, разбивавшегося о берег, я вынужден был заметить:</p>
     <p>— Не так-то все это просто, конечно, ну да ничего. Если боги смилостивятся над нами, мы обогнем еще один мыс и, может быть, найдем хорошо защищенную бухту, где сможем выйти из шлюпки, даже не замочив ног.</p>
     <p>И боги смилостивились. Чуть не врезавшись во второй мыс, мы все же обогнули его, гонимые юго-восточным ветром, и увидели третий, почти на одной линии с первыми двумя. Но какая бухта открылась нам здесь! Она глубоко вдавалась в сушу, и прилив сразу подхватил нашу шлюпку и отнес под укрытие второго мыса. Здесь море было почти спокойно, крупная, но ровная зыбь качала шлюпку, и я втянул плавучий якорь и сел на весла. Берег загибался все дальше на юго-запад, и вдруг внутри этой большой бухты нам открылась еще одна небольшая, хорошо закрытая естественная гавань, где вода стояла тихо, как в пруду, лишь изредка подергиваемая рябью, когда из-за нависшей над песчаным берегом отвесной гряды скал, футах в ста от воды, налетали слабые порывы ветра — отголоски бушевавшего в океане шторма.</p>
     <p>Котиков здесь совсем не было видно. Киль лодки врезался в твердую гальку. Я выскочил, протянул Мод руку, и секунду спустя она уже стояла рядом со мною. Но, как только я отпустил ее руку, она поспешно ухватилась за меня. В тот же миг я сам пошатнулся и чуть не упал на песок. Так повлияло на нас прекращение качки. Слишком долго носило нас по морю и швыряло на волнах, и теперь, став на твердую почву, мы были ошеломлены. Нам казалось, что берег тоже должен опускаться и подниматься у нас под ногами, а скалы — качаться, как борта судна. И когда мы по привычке приготовились противостоять этим движениям, отсутствие их совершенно нарушило наше чувство равновесия.</p>
     <p>— Нет, я должна присесть, — сказала Мод, нервно рассмеявшись и, взмахнув руками, как пьяная, опустилась на песок.</p>
     <p>Втащив лодку повыше, я присоединился к Мод. Так произошла высадка на «Остров Усилий» двух людей, отвыкших от земли и после долгого пребывания на море испытавших «качку» на суше.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать девятая</p>
     </title>
     <p>— Дурак! — воскликнул я, давая выход своей досаде.</p>
     <p>Я только что разгрузил шлюпку и перенес все наши вещи туда, где думал устроить стоянку, — подальше от воды. На берегу валялись выброшенные морем обломки дерева, и вид банки кофе, которую я прихватил из кладовой «Призрака», сразу навел меня на мысль разжечь костер.</p>
     <p>— Жалкий идиот! — продолжал я.</p>
     <p>— Что вы, что вы!.. — проговорила Мод тоном мягкого упрека и пожелала узнать, почему я жалкий идиот.</p>
     <p>— Спичек-то нет! — простонал я. — Я не припас ни одной спички, и теперь у нас не будет ни горячего кофе, ни супа, ни чая — вообще ничего горячего!</p>
     <p>— А ведь, кажется, Робинзон Крузо добывал огонь трением одной палки о другую? — заметила она.</p>
     <p>— Ну да! Я раз двадцать читал рассказы потерпевших кораблекрушение, — они тоже пытались это делать, но без малейшего успеха, — сказал я. — Знал я еще некоего Винтерса, газетного репортера, — он побывал на Аляске и в Сибири. Мы как-то встретились с ним, и он рассказал мне о своей попытке развести костер с помощью двух палок. Забавная история, и рассказывал он ее неподражаемо. Но его попытка тоже кончилась неудачей. Я помню, как в заключение он изрек, сверкнув своими черными глазами: «Джентльмены! Быть может, жителям тихоокеанских островов это и удается, быть может, малайцам это удается, но даю вам слово, что белому человеку это недоступно».</p>
     <p>— Ну что ж, мы ведь до сих пор обходились без огня, — бодро сказала Мод. — И теперь как-нибудь обойдемся, надо полагать.</p>
     <p>— Но подумайте, у нас есть кофе! — воскликнул я. — И превосходный кофе! Я же знаю, — я взял его из личных запасов Волка Ларсена. И есть отличные дрова!</p>
     <p>Признаюсь, мне ужасно хотелось кофе, а вскоре я узнал, что и Мод питает слабость к этому напитку. К тому же мы так долго были лишены горячей пищи, что, казалось, окоченели изнутри не меньше, чем снаружи. Глоток чего-нибудь горячего пришелся бы нам очень кстати. Но я перестал сетовать и принялся сооружать из паруса палатку для Мод.</p>
     <p>Имея в своем распоряжении весла, мачту, шпринт и гик да еще изрядный запас веревок, я считал, что легко справлюсь с этой задачей. Но у меня не было опыта, и мне до всего приходилось доходить своим умом и все время что-то изобретать, так что палатка была готова лишь к вечеру. А ночью пошел дождь, палатку затопило, и Мод перебралась обратно в шлюпку.</p>
     <p>На следующее утро я окопал палатку неглубокой канавой, а часом позже внезапным порывом ветра, налетевшим из-за высокой гряды скал, палатку сорвало и швырнуло на песок в тридцати шагах от нас.</p>
     <p>Мод рассмеялась, увидав мое огорченное лицо, а я сказал:</p>
     <p>— Как только ветер спадет, я сяду на шлюпку и обследую берег. Тут, верно, есть какой-нибудь пост, а значит, и люди. И корабли не могут не заходить сюда. Эти котики, несомненно, охраняются правительством какой-нибудь страны. Но прежде я хочу все-таки устроить вас поудобнее.</p>
     <p>— Я бы предпочла поехать с вами, — сказала Мод.</p>
     <p>— Нет, вам лучше остаться. Вы и так уж намучились. Просто чудо, что вы еще живы. А идти на веслах и ставить парус под этим дождем — небольшое удовольствие. Вам нужно отдохнуть, и я прошу вас остаться.</p>
     <p>Мне показалось, что чудесные глаза Мод затуманились; она потупилась и отвернулась.</p>
     <p>— Я предпочла бы поехать с вами, — повторила она тихо и с мольбой. — Я могла бы… — голос ее дрогнул, — помочь вам, хоть немного. А если с вами что-нибудь случится— подумайте, — я останусь здесь совсем одна!</p>
     <p>— Я буду осторожен, — отвечал я. — Далеко не поеду и вернусь к вечеру. Нет, нет, я считаю, что вам следует остаться, отдохнуть как следует и выспаться.</p>
     <p>Она подняла голову и заглянула мне в глаза мягким молящим взглядом.</p>
     <p>— Пожалуйста, прошу вас! — проговорила она кротко. О, так кротко…</p>
     <p>Я призвал на помощь всю свою стойкость и отрицательно покачал головой. Но она продолжала молча заглядывать мне в глаза. Я пытался повторить свой отказ и не нашел слов. Радость вспыхнула в ее взоре, и я понял, что проиграл. Теперь я уже не мог сказать «нет».</p>
     <p>После полудня ветер утих, и мы стали готовиться к поездке, решив отправиться в путь на следующее утро. Проникнуть в глубь острова из нашей бухточки было невозможно, так как скалы окружали отлогий песчаный берег отвесной стеной, а по краям бухты поднимались прямо из воды.</p>
     <p>С утра день обещал быть пасмурным, но тихим. Встав пораньше, я принялся готовить шлюпку.</p>
     <p>— Дурак! Болван. Йэху!<a l:href="#n_163" type="note">[163]</a> — закричал я, решив, что настало время будить Мод. На этот раз, однако, я кричал в притворном отчаянии, а сам без шапки весело приплясывал на берегу.</p>
     <p>Откинув край палатки, выглянула Мод.</p>
     <p>— Что еще случилось? — спросила она сонно, но не без любопытства.</p>
     <p>— Кофе! — крикнул я. — Что вы скажете насчет чашки кофе? Горячего, дымящегося кофе?</p>
     <p>— Боже мой, — пробормотала она, — как вы напугали меня! И как это жестоко! Я уже приучила себя к мысли, что придется обходиться без кофе, а вы опять дразните меня.</p>
     <p>— А вот поглядите, что сейчас произойдет! — возразил я.</p>
     <p>У подножия нависших скал я собрал немного сухих веточек и щепок и приготовил из них растопку, настругав тоненьких лучинок. Затем вырвал листок из своей записной книжки и достал охотничий патрон. Выковырнув ножом пыжи, я высыпал порох на большой плоский камень. Потом осторожно извлек из патрона капсюль и положил его на кучку пороха. Все было готово. Мод внимательно следила за мной, высунувшись из палатки. Подняв с земли камень и держа бумагу наготове, я с силой ударил камнем по капсюлю. Поднялось облачко белого дыма, вспыхнул огонек, и край бумаги загорелся.</p>
     <p>Мод восторженно захлопала в ладоши.</p>
     <p>— Прометей! — воскликнула она.</p>
     <p>Но в эту минуту мне было не до ликования. Чтобы сохранить слабый огонек и придать ему силы, его нужно было всячески беречь и лелеять. Стружку за стружкой, лучинку за лучинкой давал я пожирать огню, пока не затрещали охваченные огнем веточки и щепки. У нас не было ни чайника, ни сковородки — ведь я никак не предполагал, что шлюпку может прибить к какому-то безлюдному острову, — и в ход пошел черпак из шлюпки. Впоследствии, когда мы съели часть консервов, пустые банки недурно заменили нам кухонную утварь.</p>
     <p>Я вскипятил воду, а Мод взялась за приготовление кофе. И какой же это был вкусный кофе! Я подал к столу говяжью тушенку, разогрев ее с размоченными в воде галетами, и завтрак удался на славу. Прихлебывая горячий черный кофе и обсуждая наши дела, мы засиделись у костра куда дольше, чем могли позволить себе это предприимчивые исследователи необжитых земель.</p>
     <p>Я знал, что лежбища в Беринговом море обычно находятся под охраной, и надеялся обнаружить в одной из бухт сторожевой пост. Но Мод, желая, по-видимому, подготовить меня к возможному разочарованию, высказала предположение, что мы открыли новое лежбище. Тем не менее она была в отличном настроении и говорила о нашем довольно плачевном положении в самом веселом тоне.</p>
     <p>— Если вы правы, — сказал я, — нужно готовиться к зимовке. Наших запасов нам, конечно, не хватит, но тут выручат котики. Однако осенью они откочуют, так что надо уже сейчас начать запасаться мясом. Кроме того, нужно будет построить хижины и насобирать побольше дров. Для освещения попытаемся использовать котиковый жир. Словом, если остров окажется необитаемым, хлопот у нас будет по горло. Впрочем, не думаю, чтобы здесь не было людей.</p>
     <p>Но она оказалась права. В полветра мы обходили на шлюпке остров, рассматривали в бинокль каждую бухточку и кое-где приставали к берегу, но нигде не обнаружили человеческого жилья. Правда, мы убедились, что люди уже побывали на Острове Усилий. Во второй от нас бухте мы нашли разбитую шлюпку, выброшенную волной на берег. Это была промысловая шлюпка: уключины у нее были оплетены, на носу правого борта имелась стойка для ружья, а на корме я разобрал полустершуюся надпись, выведенную белой масляной краской: «Газель. № 2». Шлюпка лежала здесь давно, так как ее наполовину занесло песком, а растрескавшиеся доски почернели от непогоды. В кормовой части я нашел заржавленный дробовик десятого калибра и матросский нож. Лезвие ножа было обломано почти у рукоятки и тоже изъедено ржавчиной.</p>
     <p>— Им удалось выбраться отсюда! — бодро сказал я, хотя сердце у меня сжалось при мысли, что где-нибудь на берегу мы можем наткнуться на побелевшие человеческие кости.</p>
     <p>Мне не хотелось, чтобы настроение Мод было омрачено подобной находкой, поэтому я поспешил оттолкнуть нашу шлюпку от берега и направил ее вокруг северо-восточной оконечности острова. На южном берегу отлогих спусков не было совсем, и, обогнув выступавший в море черный мыс, мы вскоре после полудня закончили объезд острова. Я прикинул, что окружность его составляет примерно двадцать пять миль, а диаметр — от двух до пяти миль. И по самым скромным подсчетам на нем было не меньше двухсот тысяч котиков. Возвышенная часть острова находилась у его юго-западной оконечности и постепенно понижалась к северо-востоку, где суша лишь на несколько футов выдавалась из воды. Во всех бухтах, кроме нашей, песчаный берег поднимался полого, переходя на расстоянии полумили от моря в каменистые площадки, кое-где поросшие мхом и другой растительностью, напоминавшей тундру. Сюда и выходили стада котиков; старые самцы стерегли свои гаремы, молодые держались особняком.</p>
     <p>Остров Усилий навряд ли заслуживает более подробного описания. Местами скалистый, местами болотистый, повсюду открытый штормовым ветрам, омываемый бурным прибоем и вечно потрясаемый ревом двухсот тысяч морских животных, он представлял собой весьма унылое, безрадостное прибежище. Мод, которая сама готовила меня к возможному разочарованию и весь день сохраняла бодрое, жизнерадостное настроение, теперь, когда мы вернулись в свою бухточку, пала духом. Она мужественно старалась скрыть это от меня, но, разжигая костер, я слышал приглушенные рыдания и знал, что она плачет, уткнувшись в одеяла в своей палатке.</p>
     <p>Настал мой черед проявить бодрость. Я старался играть свою роль как можно лучше, и мне это, по-видимому, удалось, так как вскоре Мод уже снова смеялась и даже распевала. Она рано легла спать, но перед сном спела для меня. Я впервые слышал ее пение и с упоением внимал ему, лежа у костра. Во всем, что она делала, сказывалась артистичность ее натуры, а голос ее, хотя и не сильный, был удивительно нежен и выразителен.</p>
     <p>Я по-прежнему спал в лодке и в эту ночь долго лежал без сна. Я глядел на звезды, которых так давно не было видно, и размышлял. Я понимал, что на мне лежит огромная ответственность, а это было совершенно для меня непривычно. Волк Ларсен оказался прав: прежде я не стоял на своих ногах. Мои адвокаты и поверенные управляли за меня состоянием, доставшимся мне от отца, сам же я не знал никаких забот. Только на «Призраке» научился я отвечать за себя. А теперь, впервые в жизни, должен был нести ответственность за другого человека. И это была величайшая ответственность, какая может выпасть на долю мужчины, ведь я отвечал за судьбу женщины, которая была для меня единственной в мире, — за судьбу «моей малышки», как я любовно называл ее в своих мечтах.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцатая</p>
     </title>
     <p>Не мудрено, что мы назвали наш остров Островом Усилий. Две недели трудились мы над возведением хижины. Мод непременно хотела помогать мне, и я чуть не плакал, глядя на ее исцарапанные в кровь руки. Вместе с тем я не мог не гордиться ею. Было поистине что-то героическое в том, как эта изнеженная женщина переносила столь тяжкие лишения и невзгоды и напрягала все свои слабые силы, стараясь выполнять тяжелую работу. Она таскала камни, помогая мне строить хижину, и слушать не хотела, когда я молил ее предоставить это дело мне. Еле-еле удалось мне уговорить ее взять на себя более легкие обязанности — готовить пищу и собирать дрова и мох на зиму.</p>
     <p>Стены хижины росли довольно быстро, и все шло как по маслу, пока передо мной не встал вопрос: из чего делать крышу? Без крыши и стены ни к чему! У нас, правда, были запасные весла, и они могли послужить стропилами, но чем их покрыть? Трава для этого не годилась, мох тоже, парус необходимо было сохранить для шлюпки, а брезент уже прохудился.</p>
     <p>— Винтерс пользовался шкурами моржей, — заметил я.</p>
     <p>— А у нас есть котики, — подсказала Мод.</p>
     <p>И на следующий день началась охота. Стрелять я не умел — пришлось учиться. Однако, изведя тридцать патронов на трех котиков, я решил, что наши боеприпасы иссякнут, прежде чем я постигну это искусство. К тому же я уже потратил восемь патронов на разжигание костра, прежде чем догадался сберегать огонь, прикрывая тлеющие угли сырым мхом. Теперь в ящике оставалось не больше сотни патронов.</p>
     <p>— Придется бить зверя дубинкой, — заявил я, окончательно убедившись, что стрелок из меня не получится. Я слышал от охотников, что так делают.</p>
     <p>— Как это можно! — запротестовала Мод. — Эти животные так красивы! Это же просто зверство. Стрелять еще куда ни шло…</p>
     <p>— Нам нужна крыша, — сурово возразил я. — Зима уже на носу. Или мы, или они — другого выбора нет. Жаль, конечно, что у нас мало патронов, но я думаю, что от удара дубинкой они будут даже меньше страдать, чем от пуль. И уж, конечно, бить их я пойду один.</p>
     <p>— Вот в том-то и дело, — взволнованно начала она и вдруг смутилась и замолчала.</p>
     <p>— Конечно, — сказал я, — если вы предпочитаете…</p>
     <p>— Ну, а чем я буду заниматься? — спросила она мягко, что, как я знал по опыту, означало настойчивость.</p>
     <p>— Вы будете собирать дрова и варить обед, — не раздумывая долго, отвечал я.</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Нет, вам нельзя идти одному, это слишком опасно. Знаю, знаю, — поспешно продолжала она, заметив, что я собираюсь возражать. — Я слабая женщина, пусть так. Но может статься, что именно моя маленькая помощь и спасет вас от беды.</p>
     <p>— Помощь? Ведь их надо бить дубинкой, — напомнил я.</p>
     <p>— Конечно, это будете делать вы. А я, верно, буду визжать и отворачиваться, как только…</p>
     <p>— Как только появится опасность? — пошутил я.</p>
     <p>— Это уж позвольте мне решать самой, когда отворачиваться, а когда нет, — с величественным видом отрезала она.</p>
     <p>Разумеется, дело кончилось тем, что на следующее утро Мод отправилась со мной. Сев на весла, я привел шлюпку в соседнюю бухту. Вода вокруг нас кишела котиками, и на берегу их были тысячи; они ревели так, что нам приходилось кричать, чтобы услышать друг друга.</p>
     <p>— Я знаю, что их бьют дубинками, — сказал я, стараясь приободриться и с сомнением поглядывая на огромного самца, приподнявшегося на ластах примерно в тридцати футах от берега и смотревшего прямо на меня. — Весь вопрос в том, как это делается?</p>
     <p>— Давайте лучше наберем для крыши травы, — сказала Мод.</p>
     <p>Она была напугана не меньше меня, да и не мудрено было испугаться, увидав вблизи эти сверкающие клыки и пасти, похожие на собачьи.</p>
     <p>— А я всегда думал, что они боятся людей, — заметил я. — Впрочем, с чего я взял, что они не боятся? — добавил я, продолжая грести вдоль пляжа. — Быть может, стоит мне только смело выйти на берег, как они обратятся в бегство и покажут такую прыть, что я еще, пожалуй, и не догоню их.</p>
     <p>И все ж я медлил.</p>
     <p>— Мне рассказывали, как один человек забрел на гнездовье диких гусей, — сказала Мод. — Они заклевали его.</p>
     <p>— Гуси?</p>
     <p>— Да, гуси. Я слышала об этом от своего брата, когда была маленькой.</p>
     <p>— Но я же знаю, что котиков бьют дубинками! — настаивал я.</p>
     <p>— А я думаю, что из травы крыша получится ничуть не хуже, — сказала Мод.</p>
     <p>Сама того не желая, она только подзадорила меня. Не мог же я показать себя трусом.</p>
     <p>— Была не была! — воскликнул я и, табаня одним веслом, начал причаливать к берегу.</p>
     <p>Выпрыгнув из шлюпки, я смело пошел на гривастого секача, окруженного своими многочисленными самками. Я прихватил с собой обыкновенную дубинку, какою гребцы добивают раненых котиков, вытащенных из воды охотниками. Она была всего в полтора фута длиной, и я в своем неведении даже не подозревал, что при набегах на лежбища применяются дубинки длиною в четыре-пять футов. Самки расползались при моем приближении; расстояние между мной и секачом все уменьшалось. Он сердито приподнялся на ластах. Я был от него уже футах в двенадцати и продолжал идти вперед, ожидая, что он вот-вот пустится от меня наутек.</p>
     <p>Сделав еще несколько шагов, я испугался: а вдруг он не побежит? Ну что ж, тогда я стукну его дубинкой, — решил я. Со страху я даже позабыл, что моя цель — убить зверя, а не обратить его в бегство. Но в эту минуту он фыркнул, взревел и бросился на меня. Глаза его сверкали, пасть была широко разинута, и в ней зловеще белели клыки. Без ложного стыда должен признаться, что в бегство обратился не он, а я. Он преследовал меня неуклюже, но весьма проворно и был всего в двух шагах, когда я прыгнул в шлюпку. Я оттолкнулся от берега веслом, но он успел вцепиться в него зубами. Крепкое дерево хрустнуло и раскололось, как яичная скорлупа. Мы с Мод были ошеломлены. А секач нырнул под шлюпку и принялся с силой трясти ее, ухватившись зубами за киль.</p>
     <p>— Боже мой! — вскричала Мод. — Лучше вернемся.</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— То, что делают другие, могу сделать и я, а я знаю наверное, что котиков бьют дубинками. Но секачей придется оставить в покое.</p>
     <p>— Лучше бы вам их всех оставить в покое! — сказала Мод.</p>
     <p>— Только не вздумайте говорить: «Пожалуйста, прошу вас!» — воскликнул я и, боюсь, довольно сердито.</p>
     <p>Она промолчала, но я понял, что мой тон задел ее.</p>
     <p>— Простите! — сказал или, вернее, прокричал я, чтобы покрыть стоявший над лежбищем рев. — Если вы будете настаивать, мы, конечно, вернемся, но, честно говоря, я бы этого не хотел.</p>
     <p>— Только не вздумайте говорить: «Вот что значит брать с собою женщину!» — сказала она с обворожительной лукавой улыбкой, и я понял, что прощен.</p>
     <p>Проплыв еще немного вдоль берега, чтобы собраться с духом, я снова причалил и вышел из шлюпки.</p>
     <p>— Будьте осторожны! — крикнула мне вслед Мод.</p>
     <p>Я кивнул ей и предпринял фланговую атаку на ближайший гарем. Все шло хорошо, пока я, подобравшись к одной из самок, лежавшей в стороне, не сделал попытку ударить ее по голове. Я промахнулся, а она зафыркала и проворно поползла прочь. Я подбежал ближе, замахнулся вторично, но угодил не в голову, а в плечо.</p>
     <p>— Берегитесь! — услышал я отчаянный крик Мод.</p>
     <p>Увлеченный охотой, я не глядел по сторонам и, обернувшись, увидел, что меня атакует сам владыка гарема. Преследуемый по пятам, я снова бросился к шлюпке. Но на этот раз Мод уже не предлагала мне отказаться от моей затеи.</p>
     <p>— Я думаю, вам лучше не трогать гаремы, а заняться одинокими котиками, — сказала она. — Эти как-то безобиднее. Помните, я даже где-то читала про это. У доктора Джордана как будто. Это молодые самцы, недостаточно возмужавшие, чтобы иметь свои гаремы. Джордан, кажется, называет их «холостяками». Нужно только найти, где у них лежбище, и тогда…</p>
     <p>— В вас, я вижу, пробудился охотничий инстинкт! — рассмеялся я.</p>
     <p>Она мило вспыхнула.</p>
     <p>— Я, так же как и вы, не люблю признавать себя побежденной, хотя мне и очень не по душе, что вы будете убивать этих красивых безобидных созданий.</p>
     <p>— Красивых! — усмехнулся я. — Что-то я не заметил ничего красивого в этих чудовищах, которые гнались за мной, оскалив клыки.</p>
     <p>— Все зависит от точки зрения, — рассмеялась она. — Вам не хватает перспективы. К наблюдаемому предмету не рекомендуется подходить слишком близко…</p>
     <p>— Вот именно! — воскликнул я. — Что мне нужно — так это дубинку подлиннее. Кстати, можно воспользоваться сломанным веслом.</p>
     <p>— Я припоминаю… — сказала она. — Капитан Ларсен рассказывал, как охотятся на лежбищах. Загоняют небольшую часть стада подальше от берега и там убивают.</p>
     <p>— Ну, у меня нет особого желания загонять «небольшую часть стада», — возразил я.</p>
     <p>— Есть еще «холостяки», — сказала она. — Они держатся особняком. Доктор Джордан говорит, что между гаремами остаются дорожки, и, пока «холостяки» не сходят с этих дорожек, повелители гаремов не трогают их.</p>
     <p>— Вот как раз плывет один из них, — указал я на молодого «холостяка», подплывавшего к берегу. — Будем наблюдать за ним, и, если он выйдет из воды, я пойду следом.</p>
     <p>Котик выбрался на берег в свободном пространстве между двумя гаремами, повелители которых грозно заворчали, но не тронули его, и стал медленно удаляться, пробираясь по «дорожке».</p>
     <p>— Ну попытаемся! — бодро сказал я, выскакивая из шлюпки, но, признаюсь, сердце у меня ушло в пятки при мысли о том, что мне придется пройти сквозь все это громадное стадо.</p>
     <p>— Не мешало бы закрепить шлюпку, — сказала Мод.</p>
     <p>Она уже стояла на берегу рядом со мной, и я с изумлением посмотрел на нее.</p>
     <p>Она решительно кивнула.</p>
     <p>— Ну да, я пойду с вами. Втащите шлюпку повыше на берег и вооружите меня какой-нибудь дубинкой.</p>
     <p>— Давайте лучше вернемся назад, — уныло проговорил я. — Обойдемся в конце концов и травой.</p>
     <p>— Вы же знаете, что трава не годится, — последовал ответ. — Может быть, мне пойти вперед?</p>
     <p>Я пожал плечами, но в глубине души был восхищен ее смелостью и горд за нее. Я дал ей сломанное весло, а сам взял другое. Не без страха двинулись мы вперед. Мод испуганно вскрикнула, когда какая-то любопытная самка потянулась носом к ее ноге, да и я не раз ускорял шаги по той же причине. Из обоих гаремов доносилось предостерегающее ворчание, но других признаков враждебности мы не замечали. Это лежбище еще не видало охотников, и поэтому котики здесь были не напуганы и довольно добродушны.</p>
     <p>В гуще стада шум стоял неимоверный. От него голова шла кругом. Я приостановился и ободряюще улыбнулся Мод. Мне удалось быстрее преодолеть свою боязнь, она же все еще не могла побороть страха и, подойдя ко мне ближе, крикнула:</p>
     <p>— Я боюсь, ужасно боюсь!</p>
     <p>А я не боялся. Мне еще было не по себе, однако мирное поведение котиков значительно умерило мою тревогу. Но Мод вся дрожала.</p>
     <p>— Я боюсь и не боюсь, — лепетала она трясущимися губами. — Это мое жалкое тело боится, а не я.</p>
     <p>— Ничего, ничего! — ободрял я ее, инстинктивно обняв за плечи в стремлении защитить.</p>
     <p>Никогда не забуду, какой прилив мужества я тогда ощутил. Изначальные инстинкты заговорили во мне, и я почувствовал себя мужчиной, защитником слабых, борющимся самцом. Но драгоценнее всего было сознание, что я защищаю любимое существо. Мод опиралась на меня, нежная и хрупкая, как цветок, и дрожь ее утихала, а я чувствовал, как крепнут мои силы. Я готов был сразиться с самым свирепым самцом из стада, и если бы в ту минуту он набросился на меня, я встретил бы его бестрепетно и наверняка одолел бы.</p>
     <p>— Все в порядке, — проговорила Мод, с благодарностью подняв на меня глаза. — Пойдемте дальше!</p>
     <p>И сознание, что она почерпнула силы во мне и полагается на меня, наполнило мое сердце ликованием. Сквозь все наслоения цивилизации во мне все отчетливее звучало что-то унаследованное от моих далеких и забытых предков, живших на заре человечества, бивших зверя и спавших под открытым небом. А ведь мне, пожалуй, следует благодарить за это Волка Ларсена, подумал я, пробираясь вместе с Мод по дорожке между гаремами.</p>
     <p>Углубившись на четверть мили от берега, мы дошли до лежбища «холостяков» — молодых самцов с гладкой лоснящейся шерстью, — которые в одиночестве копили здесь силы в ожидании того дня, когда они с боем проложат себе дорогу в ряды счастливцев.</p>
     <p>Теперь у меня все сразу пошло на лад. Можно было подумать, что я всю жизнь только тем и занимался, что бил котиков. Крича, угрожающе размахивая дубинкой и даже подталкивая ею более медлительных, я быстро отогнал в сторону десятка два «холостяков». Когда какой-либо из них пытался прорваться назад к морю, я преграждал ему путь. Мод принимала в этом самое деятельное участие и помогала мне, крича и размахивая сломанным веслом. Я заметил, однако, что наиболее тщедушным и неповоротливым она позволяла ускользнуть. Но я видел также, что, когда какой-нибудь особенно воинственно настроенный зверь делал попытку прорваться, глаза у нее вспыхивали и она ловко ударяла его дубинкой.</p>
     <p>— А ведь это увлекает! — воскликнула она, останавливаясь в изнеможении, чтобы передохнуть. — Но я, кажется, должна присесть.</p>
     <p>Пока она отдыхала, я отогнал маленькое стадо, в котором, по мягкосердечию Мод, осталось около двенадцати голов, шагов на сто дальше. Когда она присоединилась ко мне, я уже кончил бой и начал свежевать туши. Час спустя, нагруженные шкурами, мы гордо шествовали назад по дорожке между гаремами и дважды еще спускались к морю, сгибаясь под тяжестью своей ноши, после чего я решил, что на крышу нам теперь шкур хватит. Я поднял парус, вывел шлюпку из бухты, лег на другой галс и ввел судно в нашу бухточку.</p>
     <p>— Точно в родной дом возвращаемся! — проговорила Мод, когда шлюпка врезалась в берег.</p>
     <p>Ее слова взволновали меня — они прозвучали так естественно и вместе с тем интимно, — и я сказал:</p>
     <p>— А мне уже кажется, что я никогда и не жил другой жизнью. Мир книг и книжников припоминается мне сейчас так смутно, словно это был сон, а на самом деле я всю жизнь только и делал, что охотился и совершал набеги на лежбища зверей. И словно вы тоже всегда участвовали в этой жизни. Вы… — я чуть не произнес: «моя жена, моя подруга», но вовремя спохватился и закончил: — отлично переносите трудности.</p>
     <p>Но чуткое ухо Мод уловило фальшь в моем голосе. Она поняла, что я думал о чем-то другом, и бросила на меня быстрый взгляд.</p>
     <p>— Это не то. Вы хотели сказать…</p>
     <p>— …что американская миссис Мейнелл ведет жизнь дикарки, и притом довольно успешно, — непринужденно произнес я.</p>
     <p>— О! — протянула она, но я мог бы поклясться, что вид у нее был разочарованный.</p>
     <p>Слова эти — «моя жена, моя подруга» — звучали в моей душе весь день и еще много дней. Но никогда не звучали они так настойчиво, как в тот вечер, когда я, сидя у очага, наблюдал, как Мод снимает мох с углей, раздувает огонь и готовит ужин. Верно, крепка была моя связь с моим первобытным предком, если эти древние слова, прозвучавшие впервые в глубине веков, так захватили и взволновали меня. А они звучали во мне все громче и громче, и, засыпая, я повторял их про себя.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать первая</p>
     </title>
     <p>— Да, от шкур будет попахивать, — сказал я, — зато они сохранят в хижине тепло и укроют вас от дождя и снега.</p>
     <p>Мы стояли и рассматривали крышу из котиковых шкур, которая наконец была готова.</p>
     <p>— Она неказиста, но своей цели послужит, а это главное, — продолжал я, жаждая услышать похвалу из уст Мод.</p>
     <p>Она захлопала в ладоши и объявила, что страшно довольна.</p>
     <p>— Но ведь внутри совсем темно, — добавила она секунду спустя и невольно передернула плечами.</p>
     <p>— Почему же вы не предложили сделать окно, когда мы складывали стены? — сказал я. — Хижина строилась для вас, и вы могли бы подумать о том, что вам нужен свет.</p>
     <p>— Но я как-то не привыкла задумываться над тем, что кажется очевидным, — засмеялась она в ответ. — А кроме того, в стене ведь можно пробить дыру в любое время.</p>
     <p>— Совершенно верно. Вот об этом я не подумал, — отозвался я, глубокомысленно покачивая головой. — Ну, а вы позаботились уже заказать оконные стекла? Позвоните в магазин — Рэд-44-51, если не ошибаюсь, — и скажите, какой сорт и размер вам нужен.</p>
     <p>— Это значит?.. — начала она.</p>
     <p>— Это значит, что окна не будет.</p>
     <p>Темно и неприглядно было в этой хижине. В цивилизованных условиях такое сооружение могло бы послужить разве лишь свиным хлевом, но нам, познавшим все тяготы скитаний на шлюпке, оно казалось весьма уютным пристанищем. Отпраздновав новоселье при свете пенькового фитиля, плававшего в вытопленном котиковом жире, мы занялись заготовлением мяса на зиму и постройкой второй хижины. Охота казалась нам теперь простым делом. С утра мы выезжали на шлюпке, а к полудню возвращались с грузом котиковых туш. Затем, пока я трудился над постройкой хижины, Мод вытапливала жир и поддерживала огонь в очаге, над которым коптилось мясо. Я слышал о том, как коптят говядину в центральных штатах, и мы делали так же: нарезали мясо котиков длинными тонкими ломтями, подвешивали их над костром, и они превосходно коптились.</p>
     <p>Складывать вторую хижину было легче, так как я пристраивал ее к первой и для нее требовалось только три стены. Но и на это надо было употребить много упорного, тяжелого труда. Мы с Мод работали весь день дотемна, не щадя сил, а с наступлением ночи еле добирались до своих постелей и засыпали как убитые. И все же Мод уверяла меня, что никогда в жизни не чувствовала себя такой здоровой и сильной. Про себя я мог сказать то же самое, но Мод была хрупкая, как цветок, и я все время боялся, что ее здоровье не выдержит такого напряжения. Сколько раз видел я, как она в полном изнеможении ложилась навзничь на песок, раскинув руки, чтобы лучше отдохнуть, а потом вскакивала и трудилась с прежним упорством, и не переставал дивиться, откуда только берутся у нее силы.</p>
     <p>— Ну, нам еще надоест отдыхать зимой, — отвечала она на все мои уговоры поберечь себя. — Да мы будем изнывать от безделья и радоваться любой работе!</p>
     <p>В тот вечер, когда и над моей хижиной появилась крыша, мы вторично отпраздновали новоселье. Третий день яростно бушевал шторм; он шел с юго-востока, постепенно перемещаясь к северо-западу, и сейчас дул на нас прямо с моря. Прибой грохотал на отлогом берегу внешней бухты, и даже в нашем маленьком глубоком заливчике гуляли изрядные волны. Скалистый хребет острова не защищал нас от ветра, который так ревел и завывал вокруг хижины, что я опасался за ее стены. Крыша, натянутая, казалось мне, туго, как барабан, прогибалась и ходила ходуном при каждом порыве ветра; в стенах, плотно, как полагала Мод, проконопаченных мхом, открылись бесчисленные щели. Но внутри ярко горела плошка с котиковым жиром, и нам было тепло и уютно.</p>
     <p>Это был удивительно приятный вечер, и мы с Мод единогласно решили, что ни одно из наших светских мероприятий на Острове Усилий еще не проходило столь успешно. На душе у нас было спокойно. Мы не только примирились с мыслью о предстоявшей нам суровой зиме, но и подготовились к ней. Котики могли теперь в любой день отправляться в свое таинственное путешествие на юг — что нам до того! Да и бури нас не страшили. Мы не сомневались, что нам будет сухо и тепло под нашим кровом, а у нас к тому же имелись еще роскошные, мягкие тюфяки, изготовленные из мха. Это было изобретение Мод, и она сама ревностно собирала для них мох. Мне предстояло сегодня впервые за много ночей спать на тюфяке, и я знал, что сон мой будет еще слаще оттого, что тюфяк этот сделан руками Мод.</p>
     <p>Направляясь к себе в хижину, Мод обернулась ко мне и неожиданно произнесла следующие загадочные слова:</p>
     <p>— Что-то должно произойти! Вернее, уже происходит. Я чувствую. Что-то приближается сюда, к нам. Вот в эту самую минуту. Я не знаю, что это, но оно идет сюда.</p>
     <p>— Хорошее или плохое? — спросил я.</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Не знаю, но оно где-то там.</p>
     <p>И она указала в ту сторону, откуда ветер рвался к нам с моря.</p>
     <p>— Там море и шторм, — рассмеялся я, — и не позавидуешь тому, кто вздумает высадиться на этот берег в такую ночь.</p>
     <p>— Вы не боитесь? — спросил я, провожая ее до двери.</p>
     <p>Вместо ответа она смело и прямо посмотрела мне в глаза.</p>
     <p>— А как вы себя чувствуете? Вполне хорошо?</p>
     <p>— Никогда не чувствовала себя лучше, — отвечала она.</p>
     <p>Мы поговорили еще немного, и она ушла.</p>
     <p>— Спокойной ночи, Мод! — крикнул я ей вслед.</p>
     <p>— Спокойной ночи, Хэмфри! — откликнулась она.</p>
     <p>Не сговариваясь, мы назвали друг друга по имени, и это вышло совсем просто и естественно. Я знал, что в эту минуту я мог бы обнять ее и привлечь к себе. В привычной для нас обоих обстановке я бы, несомненно, так и поступил. Но здесь наши отношения не могли перейти известной грани, и я остался один в своей маленькой хижине, согретый сознанием, что между мною и Мод возникли какие-то новые узы, какое-то новое молчаливое взаимопонимание.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать вторая</p>
     </title>
     <p>Мое пробуждение сопровождалось странным гнетущим ощущением беспокойства. Словно мне чего-то недоставало, словно исчезло что-то привычное. Но это ощущение скоро прошло, и я понял, что ничто не изменилось, — не было только ветра. Когда я засыпал, нервы у меня были напряжены, как бывает всегда при длительном воздействии на них звука или движения, и, пробудясь, я в первое мгновение все еще находился в этом состоянии напряжения, стараясь противостоять силе, которая уже перестала действовать.</p>
     <p>Впервые за долгие месяцы я провел ночь под кровлей, и мне хотелось понежиться еще под сухими одеялами, не ощущая на лице ни тумана, ни морских брызг. Я лежал, размышляя над тем, как странно подействовало на меня прекращение ветра, и испытывая блаженство от сознания, что я покоюсь на тюфяке, сделанном руками Мод. Одевшись и выглянув наружу, я услышал шум прибоя, который все еще бился о берег и свидетельствовал о недавно пронесшемся шторме. День был яркий и солнечный. Я изрядно заспался и теперь с внезапным приливом энергии шагнул за порог. Я был исполнен решимости наверстать упущенное время, как и подобало обитателю Острова Усилий.</p>
     <p>Но, выйдя из хижины, я остановился как вкопанный. Я не мог поверить своим глазам; то, что я увидел, ошеломило меня. На берегу, в каких-нибудь пятидесяти футах от хижины, уткнувшись носом в песок, лежал лишенный мачт черный корпус судна. Мачты и гики, перепутавшись с вантами и разодранными парусами, свисали с его борта. Я был поражен и глядел во все глаза. Вот он, камбуз, который мы сами построили, а вот и знакомый уступ юта и невысокая палуба рубки, едва возвышающаяся над бортом. Это был «Призрак».</p>
     <p>Какой каприз судьбы занес его именно сюда, в этот крохотный уголок земли? Что за чудовищное совпадение? Я оглянулся на неприступную каменную стену за моей спиной, и безысходное отчаяние охватило меня. Бежать было некуда, абсолютно некуда. Я подумал о Мод, спящей в хижине, построенной нашими руками, вспомнил, как она сказала: «Спокойной ночи, Хэмфри», и слова «моя жена, моя подруга» вновь зазвенели в моем мозгу, но теперь — увы! — они звучали погребальным звоном. У меня потемнело в глазах. Быть может, это продолжалось лишь долю секунды — не знаю. Когда я очнулся, передо мною по-прежнему чернел корпус шхуны; ее расколотый бушприт торчал над песчаным берегом, а обломанные части рангоута со скрипом терлись о борт при каждом всплеске волны. Я понял, что надо что-то предпринять. Надо было немедленно что-то предпринять!</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_029.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Внезапно меня поразило, что на шхуне незаметно никаких признаков жизни. Это было странно. Видимо, команда, измученная борьбой со штормом и перенесенным кораблекрушением, все еще спит. У меня мелькнула мысль, что мы с Мод можем спастись, если успеем сесть на шлюпку и обогнуть мыс, прежде чем на шхуне кто-нибудь проснется. Надо разбудить Мод и тотчас двинуться в путь! Я уже готов был постучаться к ней, но тут же вспомнил, как ничтожно мал наш островок. Нам негде будет укрыться на нем. Нет, у нас не было выбора — только безбрежный, суровый океан. Я подумал о наших уютных маленьких хижинах, о наших запасах мяса и жира, мха и дров и понял, что мы не выдержим путешествия по океану зимой в бурную штормовую погоду.</p>
     <p>В нерешительности, с поднятой рукой, я застыл у двери Мод. Нет, это невозможно, совершенно невозможно! Безумная мысль пронеслась в моем мозгу — ворваться к Мод и убить ее во сне. И сейчас же возникла другая: на шхуне все спят; что мешает мне проникнуть туда — прямо в каюту к Волку Ларсену — и убить его? А там… Там видно будет. Главное — убрать его с дороги, после чего можно будет подумать и об остальном. Все равно, что бы ни случилось потом, хуже, чем сейчас, не будет.</p>
     <p>Нож висел у меня на поясе. Я вернулся в хижину за дробовиком, проверил, заряжен ли он, и направился к шхуне. Не без труда, промокнув по пояс, взобрался я на борт. Люк матросского кубрика был открыт. Я прислушался, но снизу не доносилось ни звука — я не услышал даже дыхания спящих людей. Неожиданная мысль поразила меня: неужели команда бросила корабль? Я снова напряженно прислушался. Нет, ни звука. Я начал осторожно спускаться по трапу. Кубрик был пуст, и в нем стоял затхлый запах покинутого жилья. Кругом в беспорядке валялась рваная одежда, старые резиновые сапоги, дырявые клеенчатые куртки — весь тот негодный хлам, который скопляется в кубриках за долгое плавание.</p>
     <p>Я поднялся на палубу, не сомневаясь больше в том, что команда покинула шхуну второпях. Надежда вновь ожила в моей груди, и я уже спокойнее огляделся кругом. Я заметил, что на борту нет ни одной шлюпки. В кубрике охотников моим глазам предстала та же картина, что и у матросов. Охотники, по-видимому, собирали свои вещи в такой же спешке. «Призрак» был брошен. Теперь он принадлежал Мод и мне. Я подумал о судовых запасах, о кладовой под кают-компанией, и у меня явилась мысль сделать Мод сюрприз — раздобыть что-нибудь вкусное к завтраку.</p>
     <p>После пережитого волнения я ощутил вдруг необычайный прилив сил, а при мысли о том, что страшное дело, которое привело меня сюда, стало теперь ненужным, развеселился, как мальчишка. Перепрыгивая через ступеньку, я поднялся по трапу, думая только о том, что нужно успеть приготовить завтрак, пока Мод спит, если я хочу, чтобы мой сюрприз удался на славу. Огибая камбуз, я с удовлетворением вспомнил о замечательной кухонной посуде, которую я там найду. Я взбежал на ют и увидел… Волка Ларсена! От неожиданности я пробежал с разгона еще несколько шагов, грохоча башмаками, прежде чем смог остановиться. Ларсен стоял на трапе кают-компании, — над дверцей возвышались только его голова и плечи, — и в упор смотрел на меня. Обеими руками он упирался в полуоткрытую дверцу и стоял совершенно неподвижно. Стоял и смотрел на меня.</p>
     <p>Я задрожал. Снова, как прежде, томительно засосало под ложечкой. Я ухватился рукой за край рубки, ища опоры. Губы у меня сразу пересохли, и я несколько раз провел по ним языком. Я не сводил глаз с Волка Ларсена, и оба мы не произносили- ни слова. Что-то зловещее было в его молчании и в этой полной неподвижности. Весь мой прежний страх перед ним вернулся ко мне с удесятеренной силой. И так мы стояли и смотрели друг на друга.</p>
     <p>Я чувствовал, что надо действовать, но прежняя беспомощность овладела мной, и я ждал, что сделает он. Секунды летели, и вдруг все происходящее напомнило мне о том, как я, подойдя к гривастому секачу, позабыл от страха, что должен убить его, и только помышлял, как бы обратить его в бегство. Но ведь и сюда я пришел не за тем, чтобы ждать, что предпримет Волк Ларсен, а действовать.</p>
     <p>Я взвел оба курка двустволки и вскинул ее к плечу. Если б он попытался спуститься вниз, если бы он только шелохнулся, я, без сомнения, застрелил бы его. Но он стоял совершенно неподвижно и смотрел на меня. Дрожащими руками сжимая двустволку и целясь в него, я успел заметить, как осунулось его лицо. Какие-то тяжелые потрясения оставили на нем свой след. Щеки впали, на лбу залегли морщины, а глаза производили странное впечатление. Казалось, его глазные нервы и мышцы были не в порядке и глаза смотрели напряженно и слегка косили. И выражение их было тоже какое-то странное.</p>
     <p>Я глядел на него, и мозг мой лихорадочно работал. Тысячи мыслей проносились у меня в голове, но я не мог нажать на спусковой крючок. Я опустил двустволку и двинулся к углу рубки, стараясь собраться с духом и снова — с более близкого расстояния — попытаться выстрелить в него. Я вскинул двустволку к плечу. Я находился теперь в каких-нибудь двух шагах от Волка Ларсена. Ему не было спасения. Я больше не колебался.</p>
     <p>Промахнуться я не мог, как бы плохо я ни стрелял; Но я не мог заставить себя спустить курок.</p>
     <p>— Ну? — нетерпеливо промолвил он.</p>
     <p>Тщетно пытался я нажать на спуск, тщетно пытался что-нибудь сказать.</p>
     <p>— Почему вы не стреляете? — спросил он.</p>
     <p>Я откашлялся, но не смог выговорить ни слова.</p>
     <p>— Хэмп, — медленно произнес Ларсен, — ничего у вас не выйдет! Не потому, чтобы вы боялись, но вы бессильны. Ваша насквозь условная мораль сильнее вас. Вы — раб предрассудков, которыми напичканы люди вашего круга и ваши книги. Вам вбивали их в голову чуть ли не с колыбели, и вопреки всей вашей философии и моим урокам они не позволяют вам убить безоружного человека, который не оказывает вам сопротивления.</p>
     <p>— Знаю, — хрипло отозвался я.</p>
     <p>— А мне, — и это вы тоже знаете, — убить безоружного так же просто, как выкурить сигару, — продолжал он. — Вы знаете меня и знаете, чего я стою, если подходить ко мне с вашей меркой. Вы называли меня змеей, тигром, акулой, чудовищем, Калибаном. Но вы — жалкая марионетка, механически повторяющая чужие слова, и вы не можете убить меня, как убили бы змею или акулу, не можете только потому, что у меня есть руки и ноги и тело мое имеет некоторое сходство с вашим. Эх! Я ожидал от вас большего, Хэмп!</p>
     <p>Он поднялся по трапу и подошел ко мне.</p>
     <p>— Опустите ружье. Я хочу задать вам несколько вопросов. Я еще не успел осмотреться. Что это за место? Как стоит «Призрак»? Почему вы так вымокли? Где Мод?.. Виноват, мисс Брустер… Или, быть может, следует спросить — где миссис Ван-Вейден?</p>
     <p>Я пятился от него, чуть не плача от своего бессилия, оттого что не мог застрелить его, но все же был не настолько глуп, чтобы опустить ружье. Мне отчаянно хотелось, чтобы он сделал попытку напасть на меня — попытался ударить меня или схватить за горло, — тогда я нашел бы в себе силы выстрелить в него.</p>
     <p>— Это Остров Усилий, — ответил я на его вопрос.</p>
     <p>— Никогда не слыхал о таком острове.</p>
     <p>— По крайней мере мы так называем его.</p>
     <p>— Мы? — переспросил он. — Кто это мы?</p>
     <p>— Мисс Брустер и я. А «Призрак», как вы сами видите, лежит, зарывшись носом в песок.</p>
     <p>— Здесь есть котики, — сказал он. — Они разбудили меня своим ревом, а то я бы еще спал. Я слышал их и вчера, когда нас прибило сюда. Я сразу понял тогда, что попал на подветренный берег. Здесь лежбище — как раз то, что я ищу уже много лет. Спасибо моему братцу, благодаря ему я наткнулся на это богатство. Это же клад! Каковы координаты острова?</p>
     <p>— Не имею ни малейшего представления, — ответил я. — Но вы сами должны знать их достаточно точно. Какие координаты вы определяли в последний раз?</p>
     <p>Он как-то странно улыбнулся и ничего не ответил.</p>
     <p>— А где же команда? — спросил я. — Как это случилось, что вы остались один?</p>
     <p>Я ожидал, что он отклонит и этот вопрос, но, к моему удивлению, он сразу ответил:</p>
     <p>— Мой брат поймал меня меньше чем через двое суток, впрочем, не по моей вине. Взял меня на абордаж, когда на палубе не было никого, кроме вахтенных. Охотники тут же предали меня. Он предложил им большую долю в доходах по окончании охоты, чем они имели на «Призраке». Я слышал, как он предлагал им это — при мне, без малейшего стеснения. Словом, вся команда перешла к нему, чего и следовало ожидать. В один миг спустили шлюпки и махнули за борт, а я остался на своей шхуне один, как на необитаемом острове. На этот раз Смерть Ларсен взял верх, ну, да это — дело семейное.</p>
     <p>— Но как же вы потеряли мачты?</p>
     <p>— Подойдите и осмотрите вон те талрепы, — сказал он, указывая туда, где должны были находиться грот-ванты.</p>
     <p>— Перерезаны ножом! — воскликнул я.</p>
     <p>— Но не до конца, — усмехнулся он. — Тут тонкая работа! Посмотрите-ка внимательнее.</p>
     <p>Я осмотрел талрепы еще раз. Они были надрезаны так, чтобы держать ванты лишь до первого сильного напряжения.</p>
     <p>— Это дело рук кока! — со смехом сказал Волк Ларсен. — Знаю наверняка, хотя и не накрыл его. Все-таки ему удалось немного поквитаться со мной.</p>
     <p>— Молодец Магридж! — воскликнул я.</p>
     <p>— Примерно то же самое сказал и я, когда мачты полетели за борт, но, разумеется, мне было не так весело, как вам.</p>
     <p>— Что же вы предпринимали, когда все это происходило? — спросил я.</p>
     <p>— Все, что от меня зависело, можете быть уверены. Но при сложившихся обстоятельствах — не очень-то много…</p>
     <p>Я снова стал рассматривать работу Томаса Магриджа.</p>
     <p>— Я, пожалуй, присяду, погреюсь на солнышке, — услышал я голос Волка Ларсена.</p>
     <p>Едва уловимая нотка физической слабости прозвучала в этих словах, и это было так странно, что я быстро обернулся к нему. Он нервно проводил рукой по лицу, словно сметая с него паутину. Я был озадачен. Все это так мало вязалось с его обликом.</p>
     <p>— Как ваши головные боли? — спросил я.</p>
     <p>— Мучают по временам, — отвечал он. — Кажется, и сейчас начинается.</p>
     <p>Он прилег на палубу. Повернувшись на бок, он подложил руку под голову, а другой рукой прикрыл глаза от солнца. Я стоял и с недоумением смотрел на него.</p>
     <p>— Вот вам удобный случай, Хэмп! — сказал он.</p>
     <p>— Не понимаю, — солгал я, хотя прекрасно понял, что он хотел сказать.</p>
     <p>— Ну ладно, — тихо, словно сквозь дремоту, проговорил он. — Я ведь сейчас в ваших руках, что вам, собственно, и нужно.</p>
     <p>— Ничего подобного, — возразил я. — Мне нужно, чтобы вы были не в моих руках, а за тысячу миль отсюда.</p>
     <p>Ларсен усмехнулся и больше не прибавил ни слова. Он даже не шелохнулся, когда я прошел мимо него и спустился в кают-компанию. Подняв крышку люка, я остановился в нерешительности, глядя в глубь темной кладовой. Я колебался — спускаться ли? А что если Ларсен только притворяется? Попадешься здесь, как крыса в ловушку! Я тихонько поднялся по трапу и выглянул на палубу. Ларсен лежал все в том же положении, в каком я его оставил. Я снова спустился в кают-компанию, но, прежде чем спрыгнуть в кладовую, сбросил туда крышку люка. По крайней мере ловушка не захлопнется. Но это была излишняя предосторожность. Захватив с собой джема, галет, мясных консервов — словом, все, что можно было сразу унести, — я выбрался назад в кают-компанию и закрыл за собою люк.</p>
     <p>Выйдя на палубу, я увидел, что Волк Ларсен так и не пошевельнулся. Внезапно меня озарила новая мысль. Я прокрался в каюту и завладел его револьверами. Другого оружия я нигде не нашел, хотя тщательно обшарил и остальные три каюты и спустился еще раз в кубрик охотников и в матросский кубрик. Я даже забрал из камбуза все кухонные ножи. Потом я вспомнил о большом складном ноже, который капитан всегда носил при себе. Я подошел к Ларсену и заговорил с ним — сперва вполголоса, потом громко. Он не шелохнулся. Тогда я осторожно вытащил нож у него из кармана, после чего вздохнул с облегчением. У него не оставалось теперь никакого оружия, и он не мог напасть на меня с расстояния, я же был хорошо вооружен и сумел бы оказать ему сопротивление, если бы он попытался схватить меня за горло своими страшными ручищами.</p>
     <p>Присоединив к моей добыче кофейник и сковороду и захватив из буфета кают-компании кое-какую посуду, я оставил Волка Ларсена на залитой солнцем палубе и спустился на берег.</p>
     <p>Мод еще спала. Кухню на зиму мы не успели построить, и я поспешил разжечь костер и принялся готовить завтрак. Дело у меня подходило к концу, когда я услышал, что Мод встала и ходит по хижине, занимаясь своим туалетом. Когда же она. появилась на пороге, у меня уже все было готово, и я наливал кофе в чашки.</p>
     <p>— Это нечестно! — приветствовала она меня. — Мы же договорились, что стряпать буду я…</p>
     <p>— Один раз не в счет, — оправдывался я.</p>
     <p>— Но обещайте, что это не повторится! — улыбнулась она. — Конечно, если вам не надоела моя жалкая стряпня.</p>
     <p>К моему удовольствию, Мод ни разу не взглянула на берег, а я так удачно отвлекал ее внимание своей болтовней, что она машинально ела сушеный картофель, который я размочил и поджарил на сковородке, прихлебывала кофе из фарфоровой чашки и намазывала джемом галеты. Но долго это продолжаться не могло. Я увидел, как на лице ее внезапно изобразилось удивление. Фарфоровая тарелка, с которой она ела, бросилась ей в глаза. Она окинула взглядом все, что было приготовлено к завтраку, глаза ее перебегали с предмета на предмет. Потом она посмотрела на меня и медленно обернулась к берегу.</p>
     <p>— Хэмфри! — с трудом произнесла она.</p>
     <p>Невыразимый ужас снова, как прежде, отразился в ее глазах.</p>
     <p>— Неужели… он?.. — упавшим голосом проговорила она.</p>
     <p>Я кивнул головой.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать третья</p>
     </title>
     <p>Весь день мы ждали, что Волк Ларсен спустится на берег. Это были тревожные, мучительные часы. Мы с Мод поминутно бросали взгляды в сторону «Призрака». Но Волка Ларсена не было видно. Он даже ни разу не показался на палубе.</p>
     <p>— Верно, у него опять приступ головной боли, — сказал я. — Когда я уходил оттуда, он лежал на юте. Он может пролежать так всю ночь. Пойду взгляну.</p>
     <p>Она умоляюще посмотрела на меня.</p>
     <p>— Не бойтесь ничего, — заверил я ее. — Я возьму с собой револьверы. Я ведь говорил вам, что забрал все оружие, какое только было на борту.</p>
     <p>— А его руки! Его страшные, чудовищные руки! О Хэмфри, — воскликнула она, — я так боюсь его! Не ходите, пожалуйста, не ходите!</p>
     <p>Она с мольбой положила свою руку на мою, и сердце у меня забилось. Думаю, что все мои чувства можно было в этот миг прочесть в моих глазах. Милая, любимая моя! Как чисто по-женски уговаривала она меня и льнула ко мне!.. Она была для меня солнечным лучом и живительной росой, источником, из которого я черпал мужество и силы. Неудержимое желание обнять ее, — как я уже сделал однажды посреди стада котиков, — охватило меня, но я сдержался.</p>
     <p>— Я не буду рисковать, — сказал я. — Только загляну на палубу и посмотрю, что он там делает.</p>
     <p>Она взволнованно сжала мою руку и отпустила меня.</p>
     <p>Но на палубе, где я оставил Волка Ларсена, его не оказалось. Он, очевидно, спустился к себе в каюту. В эту ночь мы с Мод установили дежурства, так как нельзя было предвидеть, что может выкинуть Волк Ларсен. Он был способен на все.</p>
     <p>Мы прождали день и другой, но Ларсен не показывался.</p>
     <p>— Эти головные боли… припадки… — сказала Мод на четвертый день. — Быть может, он болен, тяжело болен. Быть может, умер.</p>
     <p>Она ждала от меня ответа, но я молчал, и она добавила:</p>
     <p>— Или умирает…</p>
     <p>— Тем лучше, — сказал я.</p>
     <p>— Но подумайте, Хэмфри. Ведь он тоже человек. И умирает совсем один.</p>
     <p>— Очень возможно… — проворчал я.</p>
     <p>— Да, возможно, — продолжала она. — Конечно, мы ничего не знаем наверное. Но если он действительно умирает, ужасно бросить его так. Я бы никогда этого не простила себе. Мы должны что-то сделать.</p>
     <p>— Да, возможно, — повторил я.</p>
     <p>Я ждал, улыбаясь про себя, и думал: как это по-женски — проявлять беспокойство даже о Волке Ларсене! Куда девалось ее беспокойство за меня! А ведь еще недавно она так испугалась, когда я хотел только заглянуть на палубу.</p>
     <p>Мод разгадала смысл моего молчания — она была достаточно умна и чутка. А прямота ее равнялась ее уму.</p>
     <p>— Вы должны подняться на борт, Хэмфри, и узнать, в чем там дело, — сказала она. — А если вам хочется посмеяться надо мной, что ж, вы имеете на это право. Я заранее прощаю вас.</p>
     <p>Я послушно встал и направился к берегу.</p>
     <p>— Только будьте осторожны! — крикнула она мне вслед.</p>
     <p>Я помахал ей рукой с полубака и соскочил на палубу. Подойдя к трапу в кают-компанию, я окликнул Волка Ларсена. Он ответил мне. Когда он начал подниматься по трапу, я взвел курок револьвера, и все время, пока мы разговаривали, открыто держал револьвер в руке, но Ларсен не обращал на это никакого внимания. Внешне он не изменился за эти дни, но был мрачен и молчалив. Вряд ли можно назвать беседой те несколько слов, которыми мы обменялись. Я не спросил его, почему он не сходит на берег, и он не спросил, почему я не показывался на шхуне. Он сказал, что головная боль у него прошла, и я, не вступая в дальнейшие разговоры, ушел.</p>
     <p>Мод выслушала мое сообщение и облегченно вздохнула, а когда над камбузом показался дымок, это, видимо, окончательно ее успокоило. Дымок вился над камбузом и последующие дни, а порой и сам Волк Ларсен ненадолго появлялся на юте. Но это было все. Он не делал попыток спуститься на берег, — нам это было известно, так как мы следили за ним и продолжали дежурить по ночам. Мы ждали, что он что-нибудь предпримет, откроет, так сказать, свою игру. Его бездействие сбивало нас с толку и вызывало тревогу.</p>
     <p>Так прошла неделя. Все наши мысли были теперь сосредоточены на Волке Ларсене. Его присутствие угнетало нас и мешало нам заниматься нашими обычными делами.</p>
     <p>Но к концу недели дымок перестал виться над камбузом, и Волк Ларсен больше не появлялся на юте. Я видел, что Мод снова начинает беспокоиться, но из робости, а может быть, и из гордости не повторяет своей просьбы. А в чем, в сущности, мог я упрекнуть ее? Она была женщиной и к тому же глубоко альтруистической натурой. Признаться, мне самому было как-то не по себе, когда я думал о том, что этот человек, которого я пытался убить, быть может, умирает здесь, возле нас, брошенный всеми. Он оказался прав. Нравственные правила, привитые мне в моем кругу, были сильнее меня. То, что у него такие же руки и ноги, как у меня, и тело имеет некоторое сходство с моим, накладывало на меня обязательства, которыми я не мог пренебречь.</p>
     <p>Поэтому я не стал ждать, когда Мод вторично пошлет меня на шхуну. «У нас осталось мало сгущенного молока и джема, — заявил я, — надо подняться на борт». Я видел, что Мод колеблется. Она даже пробормотала, что все это не так уж нам необходимо и мне незачем ходить туда. Однако подобно тому, как раньше она сумела разгадать, что таится за моим молчанием, так и теперь она сразу поняла истинный смысл моих слов, поняла, что я иду туда не за молоком и джемом, а ради нее, — иду, чтобы избавить ее от беспокойства, которое она не сумела от меня скрыть.</p>
     <p>Поднявшись на судно, я снял башмаки и в одних носках бесшумно прокрался на корму. На этот раз я не стал окликать Волка Ларсена. Осторожно спустившись по трапу, я обнаружил, что в кают-компании никого нет. Дверь в каюту капитана была закрыта. Я уже хотел было постучать, но передумал, решив сперва заняться тем, что якобы и привело меня сюда. Стараясь поменьше шуметь, я поднял крышку люка и отставил ее в сторону. Товары судовой лавки находились в той же кладовой, и мне захотелось заодно запастись и бельем.</p>
     <p>Когда я выбрался из кладовой, в каюте Волка Ларсена раздался шум. Я замер и прислушался. Звякнула дверная ручка. Я инстинктивно отпрянул в сторону. Притаившись за столом, я выхватил револьвер и взвел курок. Дверь распахнулась, и показался Волк Ларсен. Никогда не видел я такого отчаяния, какое было написано на его лице — на лице сильного, неукротимого Волка Ларсена, Он стонал, как женщина, и потрясал сжатыми кулаками над головой. Потом провел ладонью по глазам, словно сметая с них невидимую паутину.</p>
     <p>— Господи, господи! — хрипло простонал он и в беспредельном отчаянии снова потряс кулаками.</p>
     <p>Это было страшно. Я задрожал, по спине у меня пробежали мурашки, и холодный пот выступил на лбу. Вряд ли есть на свете зрелище более ужасное, чем вид сильного человека в минуту крайней слабости и упадка духа.</p>
     <p>Но огромным усилием воли Волк Ларсен взял себя в руки. Поистине это стоило ему колоссального усилия. Все тело его сотрясалось от напряжения. Казалось, его вот-вот хватит удар. Лицо его страшно-исказилось — видно было, как он старается овладеть собой. Потом силы снова оставили его. Вновь сжатые кулаки поднялись над головой, он застонал, судорожно вздохнул раз, другой, и из груди его вырвались рыдания. Наконец- ему удалось овладеть собой. Я опять увидел прежнего Волка Ларсена, хотя какая-то слабость и нерешительность все еще проскальзывали в его движениях. Энергично, как всегда, он шагнул к трапу, но все же в его походке чувствовалась эта слабость и нерешительность.</p>
     <p>Признаться, тут уж я испугался — незакрытый люк находился как раз на его пути и выдавал мое присутствие. Но вместе с тем мне стало досадно, что он может поймать меня в такой трусливой позе — скорчившимся позади стола, — и я решил, пока не поздно, появиться перед ним, что тут же и сделал, бессознательно приняв вызывающую позу. Но Волк Ларсен не замечал ни меня, ни открытого люка. Прежде чем я успел понять, в чем дело, и что-либо предпринять, он уже занес ногу над люком и готов был ступить в пустоту. Однако, не ощутив под ногой твердой опоры, он мгновенно преобразился. Да, это был уже прежний Волк Ларсен. Вторая нога его еще не успела оторваться от пола, как он одним могучим прыжком перенес свое начавшее падать тело через люк. Широко раскинув руки, он плашмя — грудью и животом — упал на пол по ту сторону люка и тут же, подтянув ноги, откатился в сторону, прямо в сложенные мною около крышки люка продукты и белье.</p>
     <p>Я увидел по его лицу, что он все понял. Но прежде, чем я успел что-нибудь сообразить, он уже надвинул на люк крышку. Тут наконец понял все и я. Он думал, что поймал меня в кладовой. Он был слеп — слеп, как летучая мышь! Я следил за ним, затаив дыхание, страшась, как бы он не услышал меня. Он быстро подошел к своей каюте. Я видел, что он не сразу нащупал дверную ручку. Надо было пользоваться случаем, и я быстро, на цыпочках, проскользнул через кают-компанию и поднялся по трапу. Ларсен вернулся, таща за собой тяжелый морской сундук, и надвинул его на крышку люка. Не удовольствовавшись этим, он приволок второй сундук и взгромоздил его на первый. Затем подобрал с пола мой джем и белье и положил на стол. Когда он направился к трапу, я отступил в сторону и тихонько перекатился через палубу рубки.</p>
     <p>Ларсен остановился на трапе, опираясь руками о раздвижную дверцу. Он стоял неподвижно и пристально, не мигая, смотрел куда-то в одну точку. Я находился прямо перед ним, футах в пяти, не больше. Мне стало жутко. Я чувствовал себя каким-то призраком-невидимкой. Я помахал рукой, но не привлек его внимания. Однако, когда тень от моей руки упала на его лицо, я сразу заметил, что он это почувствовал. Лицо его напряглось; он явно пытался понять и проанализировать неожиданно возникшее ощущение. Он понимал, что это какое-то воздействие извне, какое-то изменение в окружающей среде, воспринятое его чувствами. Я замер с поднятой рукой; тень остановилась. Ларсен начал медленно поворачивать голову то в одну сторону, то в другую, наклонять и поднимать ее, заставляя тень двигаться по его лицу и проверяя свои ощущения.</p>
     <p>Я следил за ним и был, в свою очередь, поглощен желанием выяснить, каким образом удается ему ощутить такую невесомую вещь, как тень. Если б у него были повреждены только глазные яблоки или если б его зрительные нервы были поражены не полностью, все объяснялось бы просто. Но он явно был слеп. Значит, он ощущал разницу в температуре, когда тень падала на его лицо. Или — почем знать — это было пресловутое шестое чувство, сообщавшее ему о присутствии постороннего предмета?</p>
     <p>Отказавшись, как видно, от попыток определить, откуда падает тень, он поднялся на палубу и пошел на бак, поразительно уверенно и быстро. И все же было заметно, что идет слепой. Теперь-то я это ясно видел.</p>
     <p>Он нашел на палубе мои башмаки и унес их с собою в камбуз; мне было и смешно и досадно. Я еще остался посмотреть, как он разводит огонь и варит себе пищу. Потом снова прокрался в кают-компанию, забрал джем и белье, проскользнул мимо камбуза, спустился на берег и босиком отправился к Мод — дать отчет о своей вылазке.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать четвертая</p>
     </title>
     <p>— Какое несчастье, что «Призрак» потерял мачты. А то мы могли бы уплыть на нем отсюда. Как вы думаете, Хэмфри?</p>
     <p>Я взволнованно вскочил на ноги.</p>
     <p>— Надо подумать, надо подумать! — вскричал я и зашагал взад и вперед.</p>
     <p>Глаза Мод расширились, она с надеждой следила за мной. Она так верила в меня! Мысль об этом придавала мне силы. Я вспомнил слова Мишле: «Для мужчины женщина то же, чем была Земля для своего легендарного сына: стоило ему пасть ниц и прикоснуться губами к ее груди, как силы возвращались к нему». Только теперь по-настоящему понял я глубокий смысл этих слов. Нет, мало сказать «понял» — я ощутил это всем своим существом! Мод для меня была тем, о чем говорил Мишле: неисчерпаемым источником силы и мужества. Взглянуть на нее, подумать о ней было для меня достаточно, чтобы почувствовать новый прилив сил.</p>
     <p>— Надо попытаться, надо попытаться, — рассуждал я вслух. — То, что делали другие, могу сделать и я. А если даже никто этого раньше не делал, все равно я сделаю.</p>
     <p>— Что именно? Ради бога, не томите меня, — потребовала объяснения Мод. — Что вы можете сделать?</p>
     <p>— Не я, а мы, — поправился я. — Как что? Ясно — установить на «Призраке» мачты и уплыть отсюда.</p>
     <p>— Хэмфри! — воскликнула она.</p>
     <p>Я был так горд своим замыслом, словно уже привел его в исполнение.</p>
     <p>— Но как же это осуществить? — спросила она.</p>
     <p>— Пока не знаю, — сказал я. — Знаю только одно — я сейчас способен совершить все, что захочу.</p>
     <p>Я горделиво улыбнулся ей, чрезмерно горделиво, должно быть, потому что она опустила глаза и некоторое время молчала.</p>
     <p>— Но вы забываете, что существует еще капитан Ларсен, — сказала она.</p>
     <p>— Слепой и беспомощный! — не задумываясь, отвечал я, отметая его в сторону, как нечто совсем несущественное.</p>
     <p>— А его страшные руки! А как он прыгнул через люк — вы же сами рассказывали!</p>
     <p>— Но я рассказывал еще и о том, как мне удалось выбраться из кают-компании и удрать от него, — весело возразил я.</p>
     <p>— Босиком, без башмаков!</p>
     <p>— Ну да, башмакам не удалось удрать от него без помощи моих ног!</p>
     <p>Мы рассмеялись, а потом стали уже всерьез обсуждать план установки мачт на «Призраке» и возвращения в цивилизованный мир. У меня еще со школьной скамьи сохранились кое-какие, правда, довольно смутные, познания по части физики, а за последние месяцы я приобрел некоторый практический опыт в использовании механических приспособлений для подъема тяжестей. Однако когда мы подошли к «Призраку», чтобы основательно осмотреть его, то один вид этих огромных мачт, покачивавшихся на волнах, признаюсь, чуть не поверг меня в отчаяние. С чего начать? Если бы держалась хоть одна мачта, чтобы мы могли прикрепить к ней блоки! Так ведь нет! У меня было такое ощущение, словно я задумал поднять сам себя за волосы. Я понимал законы рычагов, но где же было взять точку опоры?</p>
     <p>Грот-мачта была длиной футов в шестьдесят — шесть-десять пять и у основания, там, где она обломилась, имела пятнадцать дюймов в диаметре. Весила она, по моим примерным подсчетам, никак не менее трех тысяч фунтов. Фок-мачта была еще толще и весила верных три с половиной тысячи фунтов. Как же подступиться к этому делу?</p>
     <p>Мод безмолвно стояла возле меня, а я уже разрабатывал в уме приспособление, которое моряки называют «временной стрелой». Но хотя стрела давно известна морякам, я изобрел ее заново на Острове Усилий. Связав концы двух стеньг, подняв и укрепив их на палубе наподобие перевернутой буквы «V» и привязав к ним блок, я мог получить необходимую мне точку опоры. А к первому блоку можно будет, если потребуется, присоединить и второй. Кроме того, в нашем распоряжении был еще брашпиль!</p>
     <p>Мод видела, что я уже нашел решение, и с горячим одобрением взглянула на меня.</p>
     <p>— Что вы собираетесь делать? — спросила она.</p>
     <p>— Обрубать снасти! — ответил я, указывая на перепутавшиеся снасти, висевшие за бортом.</p>
     <p>Мне самому понравились эти слова — такие звучные и решительные. «Обрубать снасти!» Ну кто бы мог еще полгода назад услышать такую подлинно матросскую фразу из уст Хэмфри Ван-Вейдена!</p>
     <p>Вероятно, и в голосе моем и в позе было нечто мелодраматическое, так как Мод улыбнулась. Она мгновенно подмечала все нелепое и смешное, безошибочно улавливала малейший оттенок фальши, преувеличения или бахвальства. Это находило отражение и в ее творчестве и придавало ему особую ценность. Серьезный критик, обладающий чувством юмора и силой выражения, всегда заставит себя слушать. И она умела это делать. Ее способность подмечать смешное была не чем иным, как свойственным всякому художнику чувством меры.</p>
     <p>— Я припоминаю это выражение, оно попадалось мне в книгах, — с улыбкой обронила она.</p>
     <p>Но чувство меры достаточно развито и у меня, и я сконфузился. У горделивого повелителя стихий вид в эту минуту был, вероятно, самый жалкий.</p>
     <p>Мод с живостью протянула мне руку.</p>
     <p>— Не обижайтесь! — сказала она.</p>
     <p>— Нет, вы правы, — не без усилия промолвил я. — Это хороший урок. Слишком много во мне мальчишеского. Но это все пустяки. А только нам придется все же обрубать снасти. Если вы сядете вместе со мной в шлюпку, мы подойдем к шхуне и попытаемся распутать этот клубок.</p>
     <p>— «В зубы нож — и марсовые лезут снасти обрубать», — процитировала Мод, и до конца дня мы весело трудились.</p>
     <p>Ее задача заключалась в том, чтобы удерживать шлюпку на месте, пока я возился с перепутавшимися снастями. И что там творилось! Фалы, ванты, шкоты, ниралы, леера, штаги — все это полоскалось в воде, и волны все больше и больше переплетали и перепутывали их. Я старался обрубать не больше, чем было необходимо, и мне приходилось то протаскивать длинные концы между гиками и мачтами, то отвязывать фалы и ванты и укладывать их бухтой на дне лодки, то, наоборот, разматывать их, чтобы пропустить сквозь обнаружившийся узел. От этой работы я скоро промок до нитки.</p>
     <p>Паруса тоже пришлось кое-где разрезать; я с великим трудом справлялся с тяжелой намокшей парусиной, но все же до наступления ночи сумел вытащить все паруса из воды и разложить их на берегу для просушки. Когда пришло время кончать работу и идти ужинать, мы с Мод уже совершенно выбились из сил, но успели сделать немало, хотя с виду это и не было заметно.</p>
     <p>На следующее утро мы спустились в трюм шхуны, чтобы очистить степсы от шпоров мачт. Мод очень ловко принялась помогать мне. Но лишь только взялись мы за дело, как на стук моего топора отозвался Волк Ларсен.</p>
     <p>— Эй там, в трюме! — долетело к нам с палубы через открытый люк.</p>
     <p>При звуке этого голоса Мод инстинктивно придвинулась ко мне, как бы ища защиты, и, пока мы с Ларсеном переговаривались, она стояла рядом, держа меня за руку.</p>
     <p>— Эй там, на палубе! — крикнул я в ответ. — Доброе утро!</p>
     <p>— Что вы делаете в трюме? — спросил Волк Ларсен. — Хотите затопить мою шхуну?</p>
     <p>— Напротив, хочу привести ее в порядок, — отвечал я.</p>
     <p>— Какого дьявола вы там приводите в порядок? — озадаченно спросил он.</p>
     <p>— Подготавливаю кое-что для установки мачт, — пояснил я как ни в чем не бывало, словно поставить мачты было для меня сущим пустяком.</p>
     <p>— Похоже, что вы и впрямь твердо стали на ноги, Хэмп! — услышали мы его голос, после чего он некоторое время молчал.</p>
     <p>— Но послушайте, Хэмп, — окликнул он меня снова. — Вы не можете этого сделать.</p>
     <p>— Почему же не могу? — возразил я. — Не только могу, но уже делаю.</p>
     <p>— Но это моя шхуна, моя частная собственность. Что, если я не разрешу вам?</p>
     <p>— Вы забываете, — возразил я, — что вы теперь уже не самый большой кусок закваски. Это было раньше, тогда вы могли, по вашему выражению, сожрать меня. Но за последнее время вы сократились в размерах, и сейчас я могу сожрать вас. Закваска перестоялась.</p>
     <p>Он рассмеялся резким, неприятным смехом.</p>
     <p>— Ловко вы обратили против меня мою философию! Но смотрите, не ошибитесь, недооценив меня. Предупреждаю вас для вашего же блага!</p>
     <p>— С каких это пор вы стали филантропом? — осведомился я. — Согласитесь, что, предупреждая меня для моего же блага, вы проявляете непоследовательность.</p>
     <p>Он будто и не заметил моего сарказма и сказал:</p>
     <p>— А если я возьму да захлопну люк? Сейчас вы уж меня не проведете, как в тот раз, в кладовой.</p>
     <p>— Волк Ларсен, — решительно сказал я, впервые называя его так, как привык называть за глаза. — Я не способен застрелить человека, если он беспомощен и не оказывает сопротивления. Вы сами убедили меня в этом — к нашему взаимному удовлетворению. Но предупреждаю вас, и не столько для вашего блага, сколько для своего собственного, что при первой вашей попытке чем-нибудь повредить мне я застрелю вас. Я и сейчас могу сделать это. А теперь, если вам так хочется, можете попробовать закрыть люк.</p>
     <p>— Так или иначе, я запрещаю вам, решительно запрещаю хозяйничать на моей шхуне!</p>
     <p>— Да что с вами! — укорил я его. — Вы все твердите, что это ваш корабль, так, словно это дает вам какие-то моральные права. Однако вы никогда не считались с правами других. Почему же вы думаете, что я буду считаться с вашими?</p>
     <p>Я подошел к люку, чтобы увидеть его лицо. Это было совсем не то лицо, которое я видел в последний раз, когда втайне наблюдал за ним: сейчас оно было лишено всякого выражения, и вызываемое им неприятное ощущение еще усиливалось устремленным в одну точку взглядом широко открытых, немигающих глаз.</p>
     <p>— И даже жалкий червь, как Хэмп, его корит с презреньем!.. — насмешливо произнес он, но лицо его оставалось бесстрастным.</p>
     <p>— Как поживаете, мисс Брустер? — помолчав, неожиданно проговорил он.</p>
     <p>Я вздрогнул. Мод не издала ни звука, даже не шевельнулась. Неужели у него еще сохранились остатки зрения? Или оно снова возвращалось к нему?</p>
     <p>— Здравствуйте, капитан Ларсен, — ответила Мод. — Как вы узнали, что я здесь?</p>
     <p>— Услышал ваше дыхание. А Хэмп делает успехи, как вы считаете?</p>
     <p>— Не могу судить, — промолвила она, улыбнувшись мне, — я никогда не знала его другим.</p>
     <p>— Жаль, что вы не видали его раньше!</p>
     <p>— Я принимал лекарство под названием «Волк Ларсен», и в довольно больших дозах, — пробормотал я. — До и после еды.</p>
     <p>— Я еще раз повторяю, Хэмп, — угрожающе проговорил он, — оставьте мою шхуну в покое!</p>
     <p>— Да разве вам самому не хочется выбраться отсюда? — удивленно спросил я.</p>
     <p>— Нет, — ответил он, — я хочу умереть здесь.</p>
     <p>— Ну, а мы не хотим! — решительно заявил я и снова застучал топором.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать пятая</p>
     </title>
     <p>На другой день, расчистив степсы и подготовив все необходимое, мы принялись втаскивать на борт обе стеньги, из которых я намеревался соорудить временную стрелу. Грот-стеньга имела в длину более тридцати футов, фор-стеньга была немного короче. Задача предстояла нелегкая. Взяв ходовой конец тяжелых талей на брашпиль, а другим концом прикрепив их к основанию грот-стеньги, я начал вращать рукоятку брашпиля. Мод следила за тем, чтобы трос ровно ложился на барабан, а сходящий конец укладывала в бухту.</p>
     <p>Нас поразило, с какой легкостью пошла вверх стеньга. Брашпиль был усовершенствованной системы и давал огромный выигрыш в силе. Но, разумеется, выигрывая в силе, мы теряли в расстоянии. Во сколько раз брашпиль увеличивал мои силы, во столько же раз увеличивалась и длина троса, который я должен был выбрать. Тали медленно ползли через борт, и чем выше поднималась из воды стеньга, тем труднее становилось вертеть рукоятку.</p>
     <p>Но когда шпор стеньги поравнялся с планширом, дело застопорилось.</p>
     <p>— Как я об этом не подумал! — вырвалось у меня. — Теперь придется начинать все сызнова.</p>
     <p>— А почему не прикрепить тали поближе к середине стеньги? — спросила Мод.</p>
     <p>— С этого мне и следовало начать! — сказал я, крайне недовольный собой.</p>
     <p>Потравив тали, я спустил стеньгу обратно. Потом прикрепил тали, примерно на расстоянии трети ее длины от шпора. Проработав час, с небольшими перерывами на отдых, я снова поднял стеньгу, но она опять застряла на полдороге. Шпор стеньги на восемь футов торчал над планширом, но вытащить ее всю на борт по-прежнему было невозможно. Я сел и стал размышлять над этой задачей. Впрочем, довольно скоро я с торжествующим видом вскочил на ноги.</p>
     <p>— Знаю теперь, что делать! — воскликнул я. — Надо было прикрепить тали у центра тяжести. Ну ничего! Это послужит нам наукой, когда мы будем поднимать на борт все остальное.</p>
     <p>Снова пришлось спустить стеньгу в воду и начать все сначала Но на этот раз я неправильно рассчитал положение центра тяжести, и когда стал тянуть наверх, вместо шпора стеньги пошла ее верхушка. Мод была в отчаянии, но я засмеялся и сказал, что сойдет и так.</p>
     <p>Показав ей, как держать рукоятку и как по команде потравить тали, я ухватился обеими руками за стеньгу и попытался перевалить ее через борт. Мне показалось, что цель уже достигнута, и я велел Мод травить, но тут стеньга вдруг перевесилась и — как ни старался я ее удержать — свалилась за борт. Тогда я снова взялся за рукоятку и вернул стеньгу в прежнее положение. У меня появилась новая мысль. Я вспомнил о хват-талях — небольшом подъемном приспособлении с двушкивиым и одношкивным блоками.</p>
     <p>В ту минуту, когда я уже наладил хват-тали, на палубе у противоположного борта появился Волк Ларсен. Мы поздоровались и больше не обменялись ни словом. Он не мог видеть, что мы делаем, но, усевшись в стороне, на слух следил за ходом работы.</p>
     <p>Еще раз напомнив Мод, чтобы она потравила трос брашпилем, как только я подам команду, я взялся за хват-тали и принялся тянуть. Стеньга начала медленно наклоняться и скоро легла, покачиваясь, поперек планшира. И тут к своему удивлению я обнаружил, что травить незачем, в сущности, требовалось совершенно обратное. Закрепив хват-тали, я перешел к брашпилю и начал вытягивать стеньгу дюйм за дюймом, пока она вся не перевалилась через планшир и не упала на палубу.</p>
     <p>Я посмотрел на часы. Был уже полдень.</p>
     <p>У меня ломило спину, и я чувствовал себя смертельно усталым и голодным. И за целое утро нам удалось поднять на палубу одну только стеньгу.</p>
     <p>Только тут я по-настоящему понял, как огромна предстоявшая нам работа. Зато я уже кое-чему научился. После обеда дело будет лучше спориться, решил я. И не ошибся.</p>
     <p>В час дня, отдохнув и основательно подкрепившись, мы вернулись на шхуну. Меньше чем через час грот-стеньга уже лежала на палубе, и я взялся за сооружение стрелы. Связав верхушки обеих стеньг так, что более длинная выступала несколько дальше, я прикрепил в месте соединения двушкивный блок гафель-гарделя. В сочетании с одношкивным блоком и самим гафель-гарделем это дало мне подъемные тали. Чтобы шпоры стрелы не разъехались в стороны, я прибил к палубе толстые планки. Когда все было готово, я привязал к верхушке стрелы трос и взял его на брашпиль. Я все больше и больше проникался верой в этот брашпиль — ведь благодаря ему мои силы неизмеримо возрастали. Как уже повелось, Мод следила за тросом, а я вертел рукоятку. Стрела поднялась.</p>
     <p>Но тут я обнаружил, что забыл закрепить стрелу оттяжками. Пришлось взбираться на верхушку стрелы, что я и проделал дважды. Наконец оттяжки были прикреплены и стрела расчалена к носу, к корме и к бортам. Начинало смеркаться. Волк Ларсен, который все время сидел в отдалении и в полном молчании прислушивался к нашей работе, ушел в камбуз и занялся приготовлением ужина. У меня так разломило поясницу, что я не мог ни согнуться, ни разогнуться, но зато с гордостью смотрел на дело своих рук. Результаты были налицо. Как ребенок, получивший новую игрушку, я сгорал от нетерпения — мне до смерти хотелось поднять что-нибудь своей стрелой.</p>
     <p>— Жаль, что темнеет, — сказал я. — Уж очень хочется поглядеть, как она будет действовать.</p>
     <p>— Не будьте таким ненасытным, Хэмфри! — пожурила меня Мод. — Не забудьте, завтра опять предстоит работа. А ведь вы еле стоите на ногах.</p>
     <p>— А вы? — с участием поспешил спросить я. — Вы, должно быть, страшно устали, Мод! Как вы работали! Это же поистине геройство. Я горжусь вами.</p>
     <p>— А я вами и подавно. И с большим основанием, — отозвалась она и посмотрела мне прямо в глаза. Сердце у меня сладко защемило — ее глаза так ласково лучились, и я уловил в них какое-то новое выражение. Я не понял его. но необъяснимый восторг охватил меня. Мод опустила глаза. А когда она снова подняла их — они смеялись.</p>
     <p>— Если б только наши знакомые могли видеть нас сейчас! — сказала она. — Посмотрите, на что мы стали похожи! Вы когда-нибудь задумывались над этим?</p>
     <p>— О да, и не раз, я же вижу вас перед собой, — отвечал я, думая о том, что мог означать этот огонек в ее глазах и почему она так внезапно перевела разговор на другую тему.</p>
     <p>— Помилуйте! — воскликнула она. — На что ж я похожа?</p>
     <p>— Боюсь, что на огородное пугало, — сказал я. — Посмотрите только на свою юбку: подол в грязи, повсюду дыры! А блузка-то вся в пятнах! Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы сказать, что вы готовили пищу над костром и вытапливали котиковый жир. А головной убор один чего стоит! И это та самая женщина, которая написала «Вынужденный поцелуй»!</p>
     <p>Она сделала мне глубокий, церемонный реверанс и начала в свою очередь:</p>
     <p>— Что касается вас, сэр…</p>
     <p>Минут пять мы поддразнивали друг друга, но под этими шутками чувствовалось что-то другое, серьезное, и я невольно связывал это с новым выражением, промелькнувшим в глазах Мод. Что это было? Неужели наши глаза говорили помимо воли? Я знал, что мои глаза уже выдавали меня не раз, хотя я и приказывал им молчать. Неужели Мод все же прочла в них призыв? И неужели ее глаза отозвались на него? Что значил этот теплый мерцающий огонек и то неуловимое, что я почувствовал в них и что нельзя определить словами? Но нет, это было невозможно, этого не могло быть! Я ведь не был искушен в толковании красноречивых взглядов, я — Хэмфри Ван-Вейден, книгочий и затворник, влюбившийся нежданно-негаданно. И для меня любить и ждать, стараться заслужить любовь было уже блаженством.</p>
     <p>Мы сошли на берег, продолжая подшучивать друг над другом, а я все думал свою думу, пока очередные дела не отвлекли меня.</p>
     <p>— Какая, право, досада! Работаешь целый день не покладая рук, а потом нельзя даже спокойно поспать ночью! — посетовал я после ужина.</p>
     <p>— Но ведь он же слеп. Какая опасность может нам грозить?</p>
     <p>— Я боюсь его и не верю ему. А теперь, когда он ослеп, — и подавно. Беспомощность только сильнее озлобляет его. Впрочем, я знаю, что надо делать, завтра с утра завезу небольшой якорь и стяну шхуну с берега. Вечером мы будем возвращаться на шлюпке домой, а мистера Ларсена оставлять пленником на шхуне. Сегодня уж отдежурим еще одну ночь — в последний раз всегда как-то легче.</p>
     <p>Наутро мы поднялись спозаранок, и, когда рассвело, наш завтрак уж подходил к концу.</p>
     <p>— Ой, Хэмфри! — с отчаянием воскликнула вдруг Мод.</p>
     <p>Я взглянул на нее. Она смотрела на «Призрак». Поглядев туда же, я не заметил ничего необычного. Мод перевела глаза на меня, и я ответил ей недоумевающим взглядом.</p>
     <p>— Стрела!.. — дрожащим голосом проговорила Мод.</p>
     <p>О стреле-то я и позабыл! Я взглянул снова — и не увидел ее на прежнем месте.</p>
     <p>— Если только он… — свирепо пробормотал я.</p>
     <p>Она успокаивающе коснулась моей руки.</p>
     <p>— Вам придется начать сызнова.</p>
     <p>— О, не беспокойтесь, я, конечно, бешусь понапрасну! Я ведь и мухи не обижу, — с горечью улыбнулся я. — И хуже всего то, что он это знает. Вы правы, если он уничтожил стрелу, я ничего ему не сделаю и начну все сызнова.</p>
     <p>— Но теперь уж я буду дежурить на шхуне, — вырвалось у меня минуту спустя, — и если только он еще раз попытается что-нибудь сделать…</p>
     <p>— Но я боюсь оставаться одна ночью на берегу! — очнувшись от своих безрадостных мыслей, услышал я голос Мод. — Если б можно было уговорить его помочь нам… Мы могли бы тогда тоже жить на шхуне — ведь это куда удобнее.</p>
     <p>— Так оно и будет, — довольно свирепо заявил я, вне себя от того, что моя драгоценная стрела уничтожена. — Я хочу сказать, что мы с вами будем жить на шхуне, а понравится это Ларсену или нет, мне все равно.</p>
     <p>Успокоившись, я рассмеялся:</p>
     <p>— Ведь это же сущее ребячество с его стороны. И глупо, конечно, что я злюсь.</p>
     <p>Но, когда мы взобрались на борт шхуны и увидели учиненный Волком Ларсеном разгром, сердце у меня заныло. Стрела исчезла бесследно. Правая и левая оттяжки были перерублены, гафель-гардели разрезаны на куски. Ларсен знал, что я не умею сплеснивать концы. Недоброе предчувствие охватило меня. Я бросился к брашпилю. Да, он был выведен из строя. Волк Ларсен сломал его. Мы с Мод обменялись унылым взглядом. Потом я подбежал к борту. Освобожденные мною от обрывков снастей мачты, гики и гафели исчезли. Ларсен нащупал удерживавшие их тросы и отвязал их, чтобы течение унесло весь рангоут в море.</p>
     <p>Слезы стояли на глазах у Мод, и я понял, что она плачет от огорчения за меня. Я и сам готов был заплакать. Прощай мечта об оснащении «Призрака»! Волк Ларсен потрудился на славу! Я сел на комингс люка и, подперев голову руками, предался черной меланхолии.</p>
     <p>— Он заслуживает смерти! — воскликнул я. — Но, да простит мне бог, у меня не хватит мужества стать его палачом!</p>
     <p>Мод подошла ко мне и, погладив меня по голове, словно ребенка, сказала:</p>
     <p>— Успокойтесь, успокойтесь! Все будет хорошо. Мы взялись за правое дело и своего добьемся.</p>
     <p>Я вспомнил Мишле и прижался к Мод головой. И в самом деле, через минуту силы вернулись ко мне. Эта женщина была для меня неиссякаемым источником силы. В конце концов стоит ли придавать значение тому, что произошло? Простая задержка, отсрочка. Отлив не мог унести мачты далеко, а ветра не было. Придется только еще повозиться, чтобы найти их и отбуксировать обратно. Но это было для нас уроком. Теперь я знал, чего ожидать от Волка Ларсена. А ведь он мог нанести нам еще больший урон, уничтожив нашу работу, когда она была бы ближе к концу.</p>
     <p>— Вон он идет! — шепнула мне Мод.</p>
     <p>Я поднял голову. Волк Ларсен медленно шел по юту вдоль левого борта.</p>
     <p>— Не обращайте на него внимания! — шепнул я. — Он вышел посмотреть, как все это на нас подействовало. Делайте вид, будто ничего не произошло. Откажем ему хоть в этом удовольствии! Снимите туфли и возьмите их в руки.</p>
     <p>И вот у нас началась игра в жмурки со слепым. Когда он пошел к нам вдоль левого борта, мы проскользнули у правого и стали наблюдать за ним с юта: он повернул и пошел следом за нами на корму.</p>
     <p>Но он все же обнаружил наше присутствие, потому что уверенно произнес: «Доброе утро!» и стал ждать ответа. Затем он направился на корму, а мы перебрались на нос.</p>
     <p>— Да ведь я же знаю, что вы на борту! — крикнул он, и я видел, как он напряженно прислушивается.</p>
     <p>Он напоминал мне огромного филина, который, испустив свой зловещий крик, слушает, не зашевелится ли вспугнутая добыча. Но мы не шевелились и двигались только тогда, когда двигался он. Так мы и бегали по палубе, взявшись за руки, — словно двое детей, за которыми гонится великан-людоед, — пока Волк Ларсен, явно раздосадованный, не скрылся у себя в каюте. Мы давились со смеху и весело переглядывались, обуваясь и перелезая через борт в шлюпку. И, глядя в ясные карие глаза Мод, я забыл все причиненное нам зло и знал одно: что я люблю ее и что с нею найду в себе силы пробиться обратно в мир.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать шестая</p>
     </title>
     <p>Два дня мы с Мод бороздили на шлюпке море, объезжая остров в поисках пропавшего рангоута. Только на третий день мы нашли его— весь целиком и даже нашу стрелу. Но увы, в самом опасном месте — там, где волны с бешеным ревом разбивались о суровый юго-западный мыс. И как же мы работали! Уже смеркалось, когда мы, совершенно обессиленные, причалили в нашей бухточке, таща на буксире грот-мачту. Стоял мертвый штиль, и нам пришлось грести весь долгий путь.</p>
     <p>Еще день изнурительной и опасной работы — и к грот-мачте прибавились обе стеньги. На третий день я, доведенный до отчаяния такой проволочкой, связал вместе фок-мачту, оба гика и оба гафеля наподобие плота. Ветер был попутный, и я надеялся отбуксировать груз под парусом. Но вскоре ветер повернул, а затем и вовсе стих, и мы шли на веслах со скоростью черепахи. Поневоле можно было пасть духом: я что было мочи налегал на весла, но шлюпка почти не двигалась с места из-за тяжелого груза за кормой.</p>
     <p>Спускалась ночь, и, в довершение всех бед, подул ветер с берега. Мы уже не только не продвигались вперед, но нас стало сносить в открытое море. Я греб из последних сил, пока не выдохся. Бедняжка Мод, которая тоже выбивалась из сил, стараясь мне помочь и не слушая моих уговоров, в изнеможении прилегла на корму. Я больше не мог грести. Натруженные, распухшие руки уже не держали весла. Плечи ломило, и, хотя в полдень я основательно поел, после такой работы у меня голова кружилась от голода.</p>
     <p>Я убрал весла и нагнулся над буксирным тросом. Но Мод схватила меня за руку.</p>
     <p>— Что вы задумали? — спросила она с тревогой.</p>
     <p>— Отдать буксир, — ответил я, отвязывая трос.</p>
     <p>Ее пальцы сжали мою руку.</p>
     <p>— Нет, нет, не надо! — воскликнула она.</p>
     <p>— Да ведь мы все равно ничего не можем сделать! — сказал я. — Уже ночь, и нас относит от берега.</p>
     <p>— Но подумайте, Хэмфри! Если мы не уплывем на «Призраке», нам на долгие годы, быть может, на всю жизнь, придется остаться на этом острове. Раз его до сих пор не открыли, значит, может быть, никогда и не откроют.</p>
     <p>— Вы забыли о лодке, которую мы нашли на берегу, — напомнил я.</p>
     <p>— Это промысловая шлюпка, — отвечала она, — и вы, конечно, понимаете, Хэмфри, что если бы люди с нее спаслись, они вернулись бы, чтобы составить себе состояние на этом лежбище. Они погибли, вы сами это знаете.</p>
     <p>Я молчал, все еще колеблясь.</p>
     <p>— А кроме того, — запинаясь, добавила она, — это был ваш план, и я хочу, чтобы вам удалось его осуществить.</p>
     <p>Это придало мне решимости. То, что она сказала, было очень лестно для меня, но из великодушия я все еще упрямился.</p>
     <p>— Лучше уж прожить несколько лет на этом острове, чем погибнуть в океане этой ночью или завтра, — сказал я. — Мы не подготовлены к плаванию в открытом море. У нас нет ни пищи, ни воды, ни одеял — ничего! Да вы и одной ночи не выдержите без одеяла. Я знаю ваши силы. Вы и так уже дрожите.</p>
     <p>— Это нервы, — ответила она. — Я боюсь, что вы не послушаетесь меня и отвяжете мачты.</p>
     <p>— О, пожалуйста, прошу вас, Хэмфри, не надо! — взмолилась она через минуту.</p>
     <p>Это решило дело. Она знала, какую власть имеют надо мной эти слова. Мы мучительно дрогли всю ночь. Порой я начинал дремать, но холод был так жесток, что я тут же просыпался. Как Мод могла это вынести, было выше моего понимания. Я так устал, что у меня уже не хватало сил двигаться, чтобы хоть немного согреться, но все же время от времени я растирал Мод руки и ноги, стараясь восстановить в них кровообращение. Под утро у нее начались судороги от холода. Я снова принялся растирать ей руки и ноги; судороги прошли, но я увидел, что она совсем окоченела. Я испугался. Посадив ее на весла, я заставил ее грести, но она так ослабела, что после каждого взмаха веслами едва не теряла сознание.</p>
     <p>Забрезжило, и в предрассветной дымке мы долго искали глазами наш остров. Наконец, мы увидели его — крошечное темное пятнышко, милях в пятнадцати от нас, на самом горизонте. Я осмотрел море в бинокль. Вдали, на юго-западе, я заметил на воде темную полосу; она явно придвигалась к нам.</p>
     <p>— Попутный ветер! — закричал я хрипло, и мой голос показался мне чужим.</p>
     <p>Мод хотела что-то сказать и не могла вымолвить ни слова. Губы ее посинели от холода, глаза ввалились, но как мужественно смотрели на меня эти ясные карие глаза! Как жалобно и все же мужественно!</p>
     <p>Снова принялся я растирать ей руки, поднимать и опускать их, пока она не почувствовала, что может двигать ими. Потом я заставил ее встать и сделать несколько шагов между средней банкой и кормой, хотя она, верно, упала бы, если бы я не поддерживал ее. Я заставил ее даже попрыгать.</p>
     <p>— Ах вы, храбрая маленькая женщина! — сказал я, увидев, что лицо ее снова оживает. — Знаете ли вы, какая вы храбрая?</p>
     <p>— Никогда я не была храброй, — промолвила она, — пока не узнала вас. Это вы сделали меня храброй!</p>
     <p>— Ну, и я не был храбр, пока не узнал вас, — сказал я.</p>
     <p>Она бросила на меня быстрый взгляд, и я снова уловил этот теплый трепетный огонек в ее глазах… и еще что-то. Но это длилось всего одно мгновение. Мод улыбнулась.</p>
     <p>— Вас-то просто обстоятельства изменили, — сказала она.</p>
     <p>Но я знал, что это не так, и, быть может, она сама это понимала.</p>
     <p>Тут налетел ветер, попутный и свежий, и скоро шлюпка уже прокладывала себе дорогу по высокой волне прямо к острову.</p>
     <p>После полудня мы миновали юго-западный мыс. Теперь уже не только голод мучил нас — мы изнемогали от жажды. Губы у нас пересохли и потрескались, и мы тщетно пытались смочить их языком. А затем ветер начал спадать и к ночи стих совсем. Я снова сел на весла, но едва мог грести. В два часа утра нос шлюпки врезался в прибрежный песок нашей маленькой бухточки, и я, шатаясь, выбрался на берег и привязал шлюпку. Мод не стояла на ногах от усталости. Я хотел понести ее, но у меня не хватило сил. Я упал вместе с нею на песок, а когда отдышался, взял ее под мышки и волоком потащил к хижине.</p>
     <p>На следующий день мы не работали. Мы проспали до трех часов дня, по крайней мере я. Когда я проснулся, Мод уже стряпала обед. Ее способность быстро восстанавливать силы была поразительна. Это хрупкое, как стебелек цветка, тело обладало изумительной выносливостью. Как ни мало было у нее сил, она цепко держалась за жизнь.</p>
     <p>— Вы ведь знаете, что я предприняла путешествие в Японию для укрепления здоровья, — сказала она, когда мы, пообедав, сидели у костра, наслаждаясь покоем. — Я никогда не отличалась крепким здоровьем. Врачи рекомендовали мне путешествие по морю, ну я и выбрала самое продолжительное.</p>
     <p>— Не знали вы, что выбирали! — рассмеялся я.</p>
     <p>— Что ж, это очень изменило меня, и, надеюсь, — к лучшему, — заметила она. — Я теперь стала крепче, сильнее. И во всяком случае больше знаю жизнь.</p>
     <p>Короткий осенний день быстро шел на убыль. Мы разговорились о страшной, необъяснимой слепоте, поразившей Волка Ларсена. Я сказал, что, видимо, дело его плохо, если он заявил, что хочет остаться и умереть на Острове Усилий. Когда такой сильный, так любящий жизнь человек готовится к смерти, ясно, что тут кроется нечто большее, чем слепота. А эти ужасные головные боли! Потолковав, мы решили, что он, очевидно, страдает какой-то болезнью мозговых сосудов и во время приступов испытывает нечеловеческую боль.</p>
     <p>Я заметил, что, чем больше говорили мы о тяжелом состоянии Волка Ларсена, тем сильнее прорывалось у Мод сострадание к нему, но это было так трогательно и так по-женски, что лишь сильнее привлекало меня к ней. К тому же всякая фальшивая сентиментальность была ей совершенно чужда. Мод вполне соглашалась со мной, что нам необходимо применить к Волку Ларсену самые суровые меры, если мы хотим уплыть с этого острова, и только мысль о том, что я могу оказаться вынужденным лишить его жизни, чтобы спасти свою (она сказала «нашу») жизнь, пугала ее.</p>
     <p>На следующий день мы позавтракали на рассвете и сразу же принялись за работу. В носовом трюме, где хранился судовой инвентарь, я нашел верп и ценой больших усилий вытащил его на палубу и спустил в шлюпку. Сложив бухтой на корме шлюпки длинный трос, я завез якорь подальше от берега и бросил его. Ветра не было, стоял высокий прилив, и шхуна была на плаву. Отдав швартовы, я начал верповать вручную, так как брашпиль был испорчен. Скоро шхуна подошла почти к самому верпу. Он, конечно, был слишком мал, чтобы удержать судно даже при легком бризе, поэтому я отдал большой якорь правого борта, дав побольше слабины. После обеда я взялся восстанавливать брашпиль.</p>
     <p>Целых три дня провозился я с этим брашпилем, хотя любой механик, вероятно, исправил бы его за три часа. Но я в этом ровно ничего не смыслил, и мне приходилось овладевать знаниями, которые являются азбукой для специалиста; да к тому же я должен был еще учиться пользоваться инструментами. Однако к концу третьего дня брашпиль с грехом пополам начал действовать. Он работал далеко не так хорошо, как до поломки, но все же делал свое дело, а без него моя задача была бы невыполнима.</p>
     <p>Полдня ушло у меня на то, чтобы поднять на борт обе стеньги, поставить стрелу и закрепить ее оттяжками, как и в первый раз. В эту ночь я улегся спать прямо на палубе около стрелы. Мод отказалась ночевать одна на берегу и устроилась в матросском кубрике. Днем Волк Ларсен опять сидел на палубе, прислушиваясь к тому, что мы делаем, и беседовал с нами на посторонние темы. Никто из нас ни словом не обмолвился о произведенных им разрушениях, и он больше не требовал, чтобы я оставил его шхуну в покое. Но я по-прежнему боялся его — слепого, беспомощного и все время настороженно прислушивающегося. Работая, я старался держаться подальше, чтобы он не мог вцепиться в меня своей мертвой хваткой.</p>
     <p>В эту ночь, заснув возле нашей драгоценной стрелы, я очнулся от звука шагов. Была звездная ночь, и я увидел темную фигуру Волка Ларсена, движущуюся по палубе. Я вылез из-под одеяла и неслышно подкрался к нему. Вооружившись плотничьим скобелем, взятым из ящика с инструментами, он собирался перерезать им гафель-гардели, которыми я снова оснастил стрелу. Нащупав веревки, он убедился, что я оставил их ненатянутыми. Тут скобелем ничего нельзя было сделать, и он натянул гафель-гардели и закрепил их. Он уже готов был перепилить их скобелем, когда я произнес негромко:</p>
     <p>— На вашем месте я бы не стал этого делать.</p>
     <p>Он услышал, как я взвел курок револьвера, и засмеялся.</p>
     <p>— Хэлло, Хэмп! — сказал он. — Я ведь все время знал, что вы здесь. Моих ушей вы не обманете.</p>
     <p>— Лжете, Волк Ларсен, — сказал я, не повышая голоса. — Но у меня руки чешутся пристрелить вас, так что делайте свое дело, режьте.</p>
     <p>— У вас всегда есть эта возможность, — насмешливо сказал он.</p>
     <p>— Делайте свое дело! — угрожающе повторил я.</p>
     <p>— Предпочитаю доставить вам разочарование, — со смехом пробормотал он, повернулся на каблуках и ушел на корму.</p>
     <p>Наутро я рассказал Мод об этом ночном происшествии, и она заявила:</p>
     <p>— Что-то нужно предпринять, Хэмфри! Оставаясь на свободе, он может сделать все что угодно. Он способен затопить шхуну, поджечь ее. Неизвестно, что он выкинет. Его нужно посадить под замок.</p>
     <p>— Но как? — спросил я, беспомощно пожав плечами. — Подойти к нему близко я не решаюсь и в то же время не могу заставить себя выстрелить в него, пока его сопротивление остается пассивным. И он это знает.</p>
     <p>— Должен же быть какой-то способ, — возразила Мод. — Дайте мне подумать.</p>
     <p>— Способ есть, — мрачно заявил я.</p>
     <p>Она с надеждой поглядела на меня.</p>
     <p>Я поднял охотничью дубинку.</p>
     <p>— Убить его она не убьет, — сказал я, — а прежде чем он придет в себя, я успею связать его по рукам и ногам.</p>
     <p>Но Мод с содроганием покачала головой.</p>
     <p>— Нет, только не это! Нужно найти какой-нибудь менее зверский способ. Подождем еще.</p>
     <p>Ждать нам пришлось недолго — дело решилось само собой. Утром после нескольких неудачных попыток я наконец определил центр тяжести фок-мачты и закрепил несколько выше его подъемные тали. Мод направляла трос на брашпиле и складывала в бухту сбегавший конец. Будь брашпиль в исправности, наша задача была бы несложной, а так мне приходилось со всей силой налегать на рукоятку, чтобы поднять мачту хотя бы на один дюйм. То и дело я присаживался отдохнуть. По правде говоря, я больше отдыхал, чем работал. Когда, невзирая на все мои усилия, рукоятка не подавалась, Мод, держа конец одной рукой, ухитрялась еще помогать мне, налегая на рукоятку своим хрупким телом.</p>
     <p>Через час оба блока сошлись у вершины стрелы. Дальше поднимать было некуда, а мачта все еще не перевалилась через борт. Основанием своим она легла на планшир левого борта, в то время как верхушка ее нависала над водой далеко за правым бортом. Стрела оказалась коротка, и вся моя работа свелась к нулю. Но я уже не приходил в отчаяние, как прежде. Я начинал обретать все большую веру в себя и в потенциальную силу брашпилей, стрел и подъемных талей. Способ поднять мачту, несомненно, существовал, и мне оставалось только найти его.</p>
     <p>Пока я размышлял над этой задачей, на ют вышел Волк Ларсен.</p>
     <p>Нам сразу бросилось в глаза, что с ним творится что-то неладное. Во всех его движениях еще сильнее чувствовалась какая-то нерешительность, расслабленность. Проходя вдоль рубки, он несколько раз споткнулся, а поравнявшись с краем юта, сильно пошатнулся, поднял руку уже знакомым мне жестом, — словно смахивая паутину с лица, — и вдруг загремел по ступенькам вниз. Широко расставив руки в поисках опоры, он, шатаясь, пошел по палубе и остановился, покачиваясь из стороны в сторону, у люка кубрика охотников. Потом ноги у него подкосились, и он рухнул на палубу.</p>
     <p>— Припадок! — шепнул я Мод.</p>
     <p>Она кивнула мне, и я снова прочел сострадание в ее взгляде.</p>
     <p>Мы подошли к Волку Ларсену. Он, казалось, был без памяти и дышал судорожно, прерывисто. Мод сейчас же взялась за дело — приподняла ему голову, чтобы предотвратить прилив крови, и послала меня в каюту за подушкой. Я прихватил и одеяла, и мы постарались устроить больного поудобнее. Я нащупал его пульс. Он бился ровно — не часто и не слишком слабо, словом, совершенно нормально. Это удивило меня и показалось мне подозрительным.</p>
     <p>— А что, если он притворяется? — спросил я, не выпуская его руки.</p>
     <p>Мод покачала головой и посмотрела на меня с упреком. И в ту же секунду рука Волка Ларсена выскользнула из-под моих пальцев и словно в стальных тисках сдавила мое запястье. Я дико вскрикнул от неожиданности и испуга. Злорадная гримаса исказила его лицо, и больше я уже ничего не видел, — другой рукой он обхватил меня и притянул к себе.</p>
     <p>Он отпустил мое запястье, но при этом так сдавил меня, обхватив за спину, что я не мог шевельнуться. Свободной рукой он схватил меня за горло, и в это мгновение я испытал весь ужас и всю горечь ожидания смерти — смерти по собственной вине. Как мог я подойти так близко к его страшным ручищам? Вдруг я ощутил прикосновение других рук — Мод тщетно пыталась оторвать от моего горла душившую меня лапу. Поняв, что это бесполезно, она отчаянно закричала, и у меня похолодело сердце. Мне был знаком этот душераздирающий вопль, полный ужаса и отчаяния. Так кричали женщины, когда шел ко дну «Мартинес».</p>
     <p>Лицо мое было прижато к груди Волка Ларсена, и я ничего не мог видеть, но слышал, как Мод побежала куда-то по палубе. Все произошло с молниеносной быстротой, но мне показалось, что протекла вечность. Сознание мое еще не успело померкнуть, когда я услышал, что Мод бегом возвращается обратно, и в то же мгновение почувствовал, как тело Волка Ларсена подалось назад и обмякло. Дыхание с шумом вырывалось из его груди, на которую я налегал всей своей тяжестью. Раздался сдавленны стон; был ли то возглас бессилия, или его просто исторгло удушье — не знаю, но пальцы, вцепившиеся мне в горло, разжались. Я глотнул воздух. Пальцы дрогнули и снова сдавили мне горло. Но даже его чудовищная сила воли уже не могла преодолеть упадка сил. Воля сдавала. Ларсен терял сознание.</p>
     <p>Шаги Мод звучали у меня над самым ухом. Пальцы Ларсена в последний раз стиснули мое горло и разжались совсем. Я откатился в сторону. Лежа на спине, я хватал воздух ртом и моргал от солнечного света, бившего мне прямо в лицо. Я отыскал глазами Мод; она была бледна, но внешне спокойна и смотрела на меня со смешанным выражением тревоги и облегчения. Я увидел у нее в руке тяжелую охотничью дубинку. Заметив мой взгляд, Мод выронила дубинку, словно она жгла ей руку, у меня же сердце исполнилось ликованием. Вот она — моя подруга, готовая биться вместе со мной и за меня, как бились бок о бок со своими мужчинами женщины каменного века! Условности, которым она подчинялась всю жизнь, были забыты, и голос инстинкта, не заглушенный до конца изнеживающим влиянием цивилизации, властно заговорил в ней.</p>
     <p>— Родная моя! — воскликнул я, с трудом поднимаясь на ноги.</p>
     <p>В следующую секунду она была в моих объятиях и судорожно всхлипывала, припав к моему плечу. Прижимая ее к себе, я смотрел на ее пышные каштановые волосы; они сверкали на солнце, словно драгоценные камни, и затмевали в моих глазах все сокровища земных царей. Я нагнулся и нежно поцеловал их, так нежно, что она и не заметила.</p>
     <p>Но я тут же заставил себя трезво взглянуть на вещи. Естественно, что Мод, как истая женщина, после пережитой опасности проливала слезы облегчения в объятиях своего защитника, чья жизнь, в свою очередь, была под угрозой. Будь я ей отцом или братом, положение ничуть бы не изменилось. К тому же сейчас было не время и не место для любовных признаний, и я хотел прежде заслужить право говорить ей о своей любви. Поэтому я только нежно поцеловал еще раз ее волосы, чувствуя, что она высвобождается из моих объятий.</p>
     <p>— Вот теперь припадок непритворный, — сказал я. — После одного из таких припадков он и потерял зрение. Сегодня он сперва притворялся и, быть может, этим и вызвал приступ.</p>
     <p>Мод уже начала поправлять ему подушку.</p>
     <p>— Постойте, — сказал я. — Сейчас он беспомощен и таким должен оставаться и впредь. Теперь мы займем кают-компанию, а Волка Ларсена поместим в кубрике охотников.</p>
     <p>Я взял его под мышки и потащил к трапу, а Мод по моей просьбе принесла веревку. Обвязав его веревкой под мышками, я спустил его по ступенькам в кубрик. У меня не хватало сил положить его на койку, но с помощью Мод мне удалось сперва приподнять верхнюю часть его туловища, а потом я закинул на койку и его ноги.</p>
     <p>Но этим нельзя было ограничиться. Я вспомнил, что у Волка Ларсена в каюте хранятся наручники, которыми он пользовался вместо старинных тяжелых судовых кандалов, когда ему нужно было заковать провинившегося матроса. Мы разыскали эти наручники и сковали Ларсена по рукам и ногам. После этого, впервые за много дней, я вздохнул свободно. Выйдя на палубу, я испытал чувство необычайного облегчения — у меня словно гора с плеч свалилась. Я чувствовал также, что все пережитое нами нынче еще больше сблизило меня с Мод, и, направляясь вместе с ней к стреле, на которой теперь уже висела фок-мачта, мысленно спрашивал себя, ощущает ли Мод эту близость так, как я.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать седьмая</p>
     </title>
     <p>Мы тут же перебрались на шхуну и заняли свои прежние каюты. Пищу мы теперь готовили себе в камбузе. Волк Ларсен попал в заточение как нельзя более вовремя. Последние дни в этих широтах стояло, как видно, бабье лето, и теперь оно внезапно пришло к концу, сменившись дождливой и бурной погодой. Но мы на шхуне чувствовали себя вполне уютно, а стрела с подвешенной к ней фок-мачтой придавала всему деловой вид и окрыляла нас надеждой на отплытие.</p>
     <p>Теперь, когда нам удалось заковать Волка Ларсена в в наручники, это оказалось уже ненужным. Второй припадок, подобно первому, вызвал серьезное нарушение жизненных функций. Мод обратила на это внимание, когда пошла под вечер накормить нашего пленника. Он был в сознании, и она заговорила с ним, но не добилась ответа. Он лежал на левом боку и, казалось, очень страдал от боли. Левое ухо его было прижато к подушке. Потом беспокойным движением он повернул голову вправо, и левое ухо его открылось. Только тут он услышал слова Мод, что-то ответил ей, а она бросилась ко мне рассказать о своем наблюдении.</p>
     <p>Прижав подушку к левому уху Ларсена, я спросил его, слышит ли он меня, но ответа не получил. Убрав подушку, я повторил свой вопрос, и он тотчас ответил.</p>
     <p>— А вы знаете, что вы оглохли на правое ухо? — спросил я.</p>
     <p>— Да, — отвечал он тихо, но твердо. — Хуже того, у меня поражена вся правая сторона тела. Она словно уснула. Не могу пошевелить ни рукой, ни ногой.</p>
     <p>— Опять притворяетесь? — сердито спросил я.</p>
     <p>Он отрицательно покачал головой, и странная, кривая усмешка перекосила его рот. Усмешка была кривой потому, что двигалась только левая сторона рта, — правая оставалась совершенно неподвижной.</p>
     <p>— Это был последний выход Волка на охоту, — сказал он. — У меня паралич, я больше не встану на ноги… О, поражена, только та нога, не обе, — добавил он, словно догадавшись, что я бросил подозрительный взгляд на его левую ногу, которую он в эту минуту согнул в колене, приподняв одеяло.</p>
     <p>— Да, не повезло мне! — продолжал он. — Я хотел сперва разделаться с вами, Хэмп. Думал, что на это у меня еще хватит пороху.</p>
     <p>— Но почему? — спросил я, охваченный ужасом и любопытством.</p>
     <p>Его жесткий рот опять покривился в усмешке, и он сказал:</p>
     <p>— Да просто, чтобы чувствовать, что я живу и действую, чтобы до конца быть самым большим куском закваски и сожрать вас!.. Но умереть так…</p>
     <p>Он пожал плечами, вернее хотел это сделать, — и двинул одним только левым плечом. Как и его усмешка, это движение получилось странно однобоким.</p>
     <p>— Но чем же вы сами объясняете то, что случилось с вами? Где гнездится болезнь?</p>
     <p>— В мозгу, — тотчас ответил он. — Это все от моих проклятых головных болей.</p>
     <p>— Они были только симптомом болезни, — сказал я.</p>
     <p>Он кивнул.</p>
     <p>— Все это непонятно. Я ни разу в жизни не болел. Но вот какая-то дрянь завелась в мозгу. Рак или другая какая-нибудь опухоль, но она пожирает и разрушает все, поражает нервные центры и поедает их — клетку за клеткой… судя по боли, которую я терплю.</p>
     <p>— И двигательные центры поражены тоже, — заметил я.</p>
     <p>— По-видимому. И все проклятье в том, что я обречен лежать вот так, в полном сознании, с неповрежденным умом, и отдавать концы — один за другим, постепенно порывая всякую связь с миром. Я уже потерял зрение; слух и осязание покидают меня, и если так пойдет дальше, скоро я лишусь речи. И все равно буду пребывать здесь, на этой земле, живой, полный жажды действия, но бессильный.</p>
     <p>— Когда вы говорите, что будете пребывать здесь, то подразумеваете, надо полагать, вашу душу, — сказал я.</p>
     <p>— Чушь! — возмутился он. — Я подразумеваю только, что высшие нервные центры еще не поражены болезнью. У меня сохранилась память, я могу мыслить и рассуждать. Когда это исчезнет, исчезну и я. Меня не будет. Душа?!</p>
     <p>Он насмешливо рассмеялся и лег левым ухом на подушку, давая понять, что не желает продолжать разговор.</p>
     <p>Мы с Мод принялись за работу, подавленные страшной судьбой, постигшей этого человека. Насколько тяжкой была его участь, нам еще предстояло вскоре убедиться. Казалось, это было грозным возмездием за его дела. Мы были настроены торжественно и серьезно и переговаривались друг с другом вполголоса.</p>
     <p>— Можете снять наручники, — сказал нам Волк Ларсен вечером, когда мы стояли у его койки, обсуждая, как нам с ним быть. — Это совершенно безопасно — я ведь паралитик. Теперь остается только ждать пролежней.</p>
     <p>Он опять криво усмехнулся, и глаза Мод расширились от ужаса; она невольно отвернулась.</p>
     <p>— А вы знаете, что улыбка у вас кривая? — спросил я его, думая о том, что ей придется ухаживать за ним, и желая избавить ее от этого неприятного зрелища.</p>
     <p>— В таком случае я перестану улыбаться, — хладнокровно заявил он. — Я и сам думал сегодня, что не все ладно. Правая щека словно окаменела. Да, уже три дня, как начали появляться эти признаки, — правая сторона временами как бы засыпала — то нога, то рука.</p>
     <p>— Значит, улыбка у меня кривая? — спросил он, помолчав. — Ну что ж, отныне прошу считать, что я улыбаюсь внутренне, — в душе, если вам угодно, в душе! Учтите, что я и сейчас улыбаюсь.</p>
     <p>И несколько минут он лежал молча, довольный своей мрачной выдумкой.</p>
     <p>Характер его ничуть не изменился. Это был все тот же неукротимый, страшный Волк Ларсен, заключенный как в темнице, в своей омертвевшей плоти, которая была когда-то такой великолепной и несокрушимой. Теперь она превратилась в оковы и замкнула его душу в молчание и мрак, отгородив его от мира, который был для него ареной столь бурной деятельности. Никогда больше не придется ему спрягать на все лады глагол «делать». «Быть» — вот все, что ему осталось. А ведь именно так он и определял понятие «смерти» — «быть», то есть существовать, но вне движения; замышлять, но не исполнять; думать, рассуждать и в этом оставаться таким же живым, как вчера, но плотью — мертвым, безнадежно мертвым.</p>
     <p>А мы с Мод, хоть я и снял с него наручники, никак не могли привыкнуть к его новому состоянию. Наше сознание отказывалось принять его. Для нас он оставался полным скрытых возможностей. Нам казалось, что в любую минуту он может вырваться из оков плоти, подняться над нею и сотворить что-то ужасное. Столько натерпелись мы от этого человека, что даже теперь ни на секунду не могли избавиться от внутреннего беспокойства.</p>
     <p>Мне удалось разрешить задачу, вставшую передо мной, когда стрела оказалась слишком короткой. Изготовив новые хват-тали, я перетянул нижний конец фок-мачты через планшир, а затем опустил мачту на палубу, после чего при помощи стрелы поднял на борт грота-гик. Он был длиной в сорок футов, и этого оказалось достаточно, чтобы поднять и установить мачту. При помощи вспомогательных талей, которые я прикрепил к стреле, я поднял гик почти в вертикальное положение, а потом упер его пяткой в палубу и закрепил толстыми колодками. Обыкновенный блок, который был у меня на стреле, я прикрепил к ноку гика. Таким образом, взяв ходовой конец талей на брашпиль, я мог по желанию поднимать и опускать нок гика, причем пятка его оставалась неподвижной, и при помощи оттяжек придавать ему наклон вправо или влево. К ноку гика я прикрепил также и подъемные тали, а когда все приспособление было закончено, поразился сам, как много оно мне дало.</p>
     <p>Два дня ушло у меня на то, чтобы справиться с этим делом, и только на третий день утром я смог приподнять фок-мачту над палубой и принялся обтесывать ее нижний конец, чтобы придать ему нужную форму — соответственно степсу в трюме. Плотником я оказался и вовсе никудышным. Я пилил, рубил и обтесывал неподатливое дерево, пока в конце концов оно не приобрело такой вид, словно его обгрызла какая-то гигантская крыса. Но того, что мне было нужно, я все же достиг.</p>
     <p>— Годится, я уверен, что годится! — воскликнул я.</p>
     <p>— Вы знаете, что доктор Джордан считает пробным камнем для всякой истины? — спросила Мод.</p>
     <p>Я покачал головой и перестал извлекать залетевшие мне за ворот стружки.</p>
     <p>— Пробным камнем является вопрос: «Можем ли мы заставить эту истину служить нам? Можем ли мы доверить ей свою жизнь?»</p>
     <p>— Он ваш любимец, — заметил я.</p>
     <p>— Когда я разрушила свой старый пантеон, выбросила из него Наполеона, Цезаря и еще кое-кого и принялась создавать себе новый, — серьезно промолвила она, — то первое место занял в нем доктор Джордан.</p>
     <p>— Герой вполне современный!</p>
     <p>— То, что он принадлежит современности, только делает его более великим, — сказала она. — Разве могут герои старого мира сравниться с нашими?</p>
     <p>Я кивнул. У нас с Мод было так много общего, что между нами редко возникали споры. Мы с ней сходились в главном — в нашем мировоззрении, в отношении к жизни.</p>
     <p>— Для двух критиков мы поразительно легко находим общий язык, — рассмеялся я.</p>
     <p>— Для корабельного мастера и подмастерья — тоже, — пошутила она.</p>
     <p>Мы не часто шутили и смеялись в те дни — слишком были мы поглощены нашим тяжелым, упорным трудом и пришиблены страшным зрелищем постепенного умирания Волка Ларсена.</p>
     <p>У него повторился удар. Он потерял речь, вернее, начал терять ее. Теперь он владел ею лишь по временам. По его собственному выражению, у него, как на фондовой бирже, «телеграфный аппарат» был то включен, то выключен. Когда «аппарат» был включен, Ларсен разговаривал, как обычно, только более медленно и как-то затрудненно. А потом речь внезапно покидала его, — порой прежде, чем он успевал закончить фразу, — и ему часами приходилось ждать, пока прерванный контакт не восстановится. Он жаловался на сильную головную боль и заранее придумал особую форму связи на случай, если совершенно лишится речи: один нажим пальцев обозначал «да», а два нажима — «нет». И сказал он нам об этом как раз вовремя, так как в тот же вечер окончательно потерял речь. С тех пор на наши вопросы он отвечал нажимом пальцев, а когда ему самому хотелось что-нибудь сказать, довольно разборчиво царапал левой рукой на листке бумаги.</p>
     <p>Наступила жестокая зима. Шторм следовал за штормом— со снегом, с дождем, с ледяной крупой. Котики отправились в свое дальнее путешествие на юг, и. лежбище опустело. Я работал не покладая рук. В любую непогоду, невзирая на ветер, который особенно мешал работе, я оставался на палубе с рассвета и дотемна, и дело заметно шло на лад.</p>
     <p>В свое время я допустил ошибку, когда установил стрелу, не прикрепив к ней оттяжки, и тогда мне пришлось взбираться на нее. Теперь я извлек из этого урок и заранее прикрепил снасти — штаги, гафель-гардель и дирикфал — к верхушке фок-мачты. Но, как всегда, я потратил на эту работу больше времени, чем предполагал, — у меня ушло на нее целых два дня. А ведь еще столько дела было впереди! Паруса, например, в сущности, необходимо было изготовить заново.</p>
     <p>Пока я трудился над оснасткой фок-мачты, Мод сшивала паруса, причем в любую минуту с готовностью бросала свое занятие и спешила мне на помощь, если я не мог справиться один. Парусина была твердая и тяжелая, и Мод пользовалась настоящим матросским гардаманом и трехгранной парусной иглой. Руки у нее очень скоро покрылись волдырями, но она стойко продолжала свою работу, — а ведь ей приходилось еще стряпать и ухаживать за больным!</p>
     <p>— Долой суеверия! — сказал я в пятницу утром. — Будем ставить мачту сегодня!</p>
     <p>Все подготовительные работы были закончены. Взяв тали гика на брашпиль, я поднял мачту так, что она отделилась от палубы. Затем, закрепив эти тали, я взял на брашпиль тали стрелы, прикрепленные к ноку гика, и несколькими поворотами рукоятки привел мачту в вертикальное положение над палубой.</p>
     <p>Мод — как только я освободил ее от обязанности держать сходящий с барабана конец — захлопала в ладоши и закричала:</p>
     <p>— Годится! Годится! Мы доверим ей свою жизнь!</p>
     <p>Но лицо ее тут же омрачилось.</p>
     <p>— А ведь мачта не над отверстием, — сказала она. — Неужели вам придется опять начинать все сызнова?</p>
     <p>Я снисходительно улыбнулся и, подправив одну из оттяжек гика и подтянув другую, подвел мачту к центру палубы. И все-таки она висела еще не точно над отверстием. Лицо Мод опять вытянулось, а я снова снисходительно улыбнулся и, маневрируя талями гика и стрелы, подтянул мачту прямо к отверстию в палубе. После этого я подробно объяснил Мод, как опускать мачту, а сам спустился в трюм к степсу, установленному на дне шхуны.</p>
     <p>Я крикнул Мод, чтобы она начинала травить. Мачта пошла вниз легко и точно — прямо к четырехугольному отверстию степса. Однако при спуске она немного повернулась вокруг своей оси, и стороны четырехугольного шпора перестали совпадать со сторонами степса. Но я тут же сообразил, что надо сделать. Крикнув Мод, чтобы она перестала травить, я поднялся на палубу и стопорным узлом прикрепил к мачте хват-тали. Потом снова спустился в трюм, сказав Мод, чтобы она по моей команде тянула хват-тали. При свете фонаря я увидел, как мачта медленно поворачивается и стороны шпора становятся параллельно сторонам степса. Мод закрепила тали и вернулась к брашпилю. Медленно опускаясь, мачта проходила последние несколько дюймов, но тут снова начала поворачиваться. Однако Мод опять выправила ее хват-талями и продолжала травить брашпилем. Квадраты совпали, мачта вошла в степс.</p>
     <p>Я громко закричал, и Мод бросилась ко мне. При желтом свете фонаря мы жадно любовались плодами своих трудов. Потом взглянули друг на друга, и руки наши невольно сплелись. Боюсь, что на глазах у нас выступили слезы радости.</p>
     <p>— В конце концов это было не так уж трудно, — заметил я. — Вся трудность заключалась в подготовке.</p>
     <p>— А все чудо — в осуществлении, — подхватила Мод. — Мне даже не верится, что эта огромная мачта поднята и стоит на своем месте, что вы вытянули ее из воды, пронесли по воздуху и опустили здесь, в ее гнездо. Труд титана!</p>
     <p>— «И многое другое изобрели они», — весело начал я, но тут же умолк и втянул носом воздух.</p>
     <p>Я бросил взгляд на фонарь. Нет, он не коптил. Я снова понюхал воздух.</p>
     <p>— Что-то горит! — уверенно сказала Мод.</p>
     <p>Мы оба бросились к трапу, но я обогнал ее и первым выскочил на палубу. Из люка кубрика валил густой дым.</p>
     <p>— Волк еще жив! — пробормотал я и прыгнул вниз.</p>
     <p>В тесном помещении дым стоял плотной стеной, и я мог продвигаться только ощупью. Образ прежнего Волка Ларсена все еще так действовал на мое воображение, что я бы, кажется, не удивился, если бы этот беспомощный великан вдруг схватил меня за горло и начал душить. Желание броситься обратно вверх по трапу чуть не возобладало во мне, но я тут же вспомнил о Мод. На мгновение я увидел ее перед собой — такой, какою только что видел в трюме при тусклом свете фонаря, — увидел ее карие глаза, в которых сверкали слезы радости, и понял, что не могу обратиться в бегство. Задыхаясь от дыма, я добрался до койки Волка Ларсена и нащупал его руку. Он лежал неподвижно, но слегка пошевелился, когда я прикоснулся к нему. Я ощупал его одеяло снаружи и изнутри, но ничего не обнаружил. Откуда же этот дым, который слепит меня, душит, заставляет кашлять и ловить воздух ртом? На мгновение я совсем потерял голову и, как безумный, заметался по кубрику. Налетев с размаху на стол, я пришел в себя и немного успокоился. Я сообразил, что если парализованный человек и мог устроить пожар, то только в непосредственной близости от себя.</p>
     <p>Я вернулся к койке Волка Ларсена и столкнулся с Мод. Не знаю, сколько времени она пробыла в этом дыму.</p>
     <p>— Ступайте наверх! — решительно приказал я.</p>
     <p>— Но, Хэмфри… — возразила было она каким-то чужим, сиплым голосом.</p>
     <p>— Нет, уж пожалуйста, прошу вас! — резко крикнул я.</p>
     <p>Она послушно отошла от койки, но тут я испугался: а вдруг она не найдет выхода. Я бросился за ней — у трапа ее не было. Может быть, она уже поднялась? Я стоял в нерешительности и внезапно услышал ее слабый возглас:</p>
     <p>— О Хэмфри, я заблудилась!</p>
     <p>Я нашел Мод у задней переборки, по которой она беспомощно шарила руками, и вытащил ее наверх. Чистый воздух показался мне нектаром. Мод была в полуобморочном состоянии, но я оставил ее на палубе, а сам опять кинулся вниз.</p>
     <p>Источник дыма надо было искать возле Волка Ларсена — в этом я был убежден и потому направился прямо к его койке. Когда я снова стал ощупывать одеяло, что-то горячее упало сверху мне на руку и обожгло ее. Я быстро отдернул руку, и мне все стало ясно. Сквозь щель в досках верхней койки Волк Ларсен поджег лежавший на ней тюфяк, — для этого он еще достаточно владел левой рукой. Подожженная снизу и лишенная доступа воздуха, волглая солома матраца медленно тлела.</p>
     <p>Я стал стаскивать матрац с койки, и он распался у меня в руках на куски. Солома вспыхнула ярким пламенем. Я затушил остатки соломы, тлевшие на койке, и бросился на палубу глотнуть свежего воздуха.</p>
     <p>Притащив несколько ведер воды, я загасил тюфяк, горевший на полу кубрика. Минут через десять дым почти рассеялся, и я позволил Мод сойти вниз. Волк Ларсен лежал без сознания, но свежий воздух быстро привел его в чувство. Мы все еще хлопотали возле него, как вдруг он знаком попросил дать ему карандаш и бумагу.</p>
     <p>«Прошу не мешать мне, — написал он. — Я улыбаюсь».</p>
     <p>«Как видите, я все еще кусок закваски!» — приписал он немного погодя.</p>
     <p>— Могу только радоваться, что кусок этот не слишком велик, — сказал я вслух.</p>
     <p>«Благодарю, — написал он. — Но вы подумали о том, что, прежде чем исчезнуть совсем, он должен еще значительно уменьшиться?»</p>
     <p>«А я еще здесь, Хэмп, — написал он в заключение. — И мысли у меня работают так ясно, как никогда. Ничто не отвлекает их. Полная сосредоточенность. Я весь здесь, даже мало сказать — здесь…»</p>
     <p>Слова эти показались мне вестью из могильного мрака, ибо тело этого человека стало его усыпальницей. И где-то в этом страшном склепе все еще трепетал и жил его дух. И так предстояло ему жить и трепетать, пока не оборвется последняя нить, связующая его с внешним миром. А там, кто знает, как долго суждено ему было еще жить и трепетать?</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать восьмая</p>
     </title>
     <p>«Кажется, левая сторона тоже отнимается, — написал Волк Ларсен на другое утро после своей попытки поджечь корабль. — Онемение усиливается. Едва шевелю рукой. И говорите теперь погромче. Отдаю последние концы».</p>
     <p>— Вы чувствуете боль? — спросил я.</p>
     <p>Мне пришлось повторить вопрос более громко, и только тогда он ответил:</p>
     <p>«Временами».</p>
     <p>Его левая рука медленно, с трудом царапала по бумаге, и разобрать его каракули было нелегко. Они напоминали ответы духов, которые преподносят вам на спиритических сеансах, где вы платите доллар за вход.</p>
     <p>«Но я еще здесь, я еще весь здесь», — все медленнее и неразборчивее выводила его рука.</p>
     <p>Карандаш выпал у него из пальцев, и пришлось вложить его снова.</p>
     <p>«Когда боли нет, я наслаждаюсь тишиной и покоем. Никогда еще мои мысли не были так ясны. Я могу размышлять о жизни и смерти, как йог».</p>
     <p>— И о бессмертии? — громко спросила Мод, наклоняясь к его уху.</p>
     <p>Три раза он безуспешно пытался нацарапать что-то, но карандаш вываливался из его руки. Напрасно пробовали мы вложить его обратно, — пальцы уже не могли удержать карандаша. Тогда Мод сама прижала его пальцы к карандашу и держала так, пока его рука медленно, столь медленно, что на каждую букву уходила минута, вывела крупными буквами:</p>
     <cite>
      <p>«Ч-У-Ш-Ь».</p>
     </cite>
     <p>Это было последнее слово Волка Ларсена, оставшегося неисправимым скептиком до конца дней своих. «Чушь!» Пальцы перестали двигаться. Тело чуть дрогнуло и замерло. Мод выпустила его руку, отчего пальцы его слегка разжались и карандаш выпал.</p>
     <p>— Вы слышите меня? — крикнул я, взяв его за руку и ожидая утвердительного нажима пальцев. Но они не двигались. Рука была мертва.</p>
     <p>— Он пошевелил губами, — сказала Мод.</p>
     <p>Я повторил вопрос. Губы шевельнулись снова. Мод коснулась их кончиками пальцев, и я еще раз повторил вопрос.</p>
     <p>— «Да», — объявила Мод.</p>
     <p>Мы вопросительно посмотрели друг на друга.</p>
     <p>— Какая от этого польза? — пробормотал я. — Что мы можем сказать ему?</p>
     <p>— О, спросите его…</p>
     <p>Она остановилась в нерешительности.</p>
     <p>— Спросите его о чем-нибудь, на что он должен ответить «нет», — подсказал я. — Тогда мы будем знать наверняка.</p>
     <p>— Вы хотите есть? — крикнула она.</p>
     <p>Губы шевельнулись, и Мод объявила:</p>
     <p>— «Да».</p>
     <p>— Хотите мяса? — спросила она затем.</p>
     <p>— «Нет», — прочла она по его губам.</p>
     <p>— А бульона?</p>
     <p>— Да, он хочет бульона, — тихо сказала она, подняв на меня глаза. — Пока у него сохраняется слух, мы можем общаться с ним. А потом…</p>
     <p>Она посмотрела на меня каким-то странным взглядом. Губы у нее задрожали, и на глазах навернулись слезы. Она вдруг покачнулась, и я едва успел подхватить ее.</p>
     <p>— О Хэмфри! — воскликнула она. — Когда все это кончится? Я так измучена, так измучена!</p>
     <p>Она уткнулась лицом мне в плечо, рыдания сотрясали ее тело. Она была как перышко в моих объятиях, такая тоненькая, хрупкая. «Нервы не выдержали, — подумал я. — А что я буду делать без ее помощи?»</p>
     <p>Но я успокаивал и ободрял ее, пока она мужественным усилием воли не взяла себя в руки; крепость ее духа была под стать ее физической выносливости.</p>
     <p>— Как мне только не совестно! — сказала она. И через минуту добавила с лукавой улыбкой, которую я так обожал: —Но я ведь всего-навсего малышка!</p>
     <p>Услышав это слово, я вздрогнул, как от электрического тока. Ведь это было то дорогое мне, заветное слово, которым выражал я втайне мою нежность и любовь к ней.</p>
     <p>— Почему вы назвали себя так? — взволнованно вырвалось у меня. Она взглянула на меня с удивлением.</p>
     <p>— Как «так»? — спросила она.</p>
     <p>— «Малышка».</p>
     <p>— А вы не называли меня так?</p>
     <p>— Да, — ответил я. — Называл про себя. Это мое собственное словечко.</p>
     <p>— Значит, вы разговаривали во сне, — улыбнулась она.</p>
     <p>И снова я уловил в ее глазах этот теплый, трепетный огонек. О, я знаю, что мои глаза говорили в эту минуту красноречивее всяких слов. Меня неудержимо влекло к ней. Помимо воли, я склонился к ней, как дерево под ветром. Как близки были мы в эту минуту! Но она тряхнула головой, словно отгоняя какую-то мысль или грезу, и сказала:</p>
     <p>— Я помню это слово с тех пор, как помню себя. Так мой отец называл мою маму.</p>
     <p>— Все равно оно мое, — упрямо повторил я.</p>
     <p>— Вы, может быть, тоже называли так свою маму?</p>
     <p>— Нет, — сказал я; и больше она не задавала вопросов, но я готов был поклясться, что в ее глазах, когда она смотрела на меня, вспыхивали насмешливые и задорные искорки.</p>
     <p>После того как фок-мачта стала на свое место, работа наша быстро пошла на лад. Я сам удивился тому, как легко и просто удалось нам установить грот-мачту в степс. Мы сделали это при помощи подъемной стрелы, укрепленной на фок-мачте. Еще через несколько дней все штаги и ванты были на месте и обтянуты. Для команды из двух человек топселя представляют только лишнюю обузу и даже опасность, и поэтому я уложил стеньги на палубу и крепко принайтовил их.</p>
     <p>Еще два дня провозились мы с парусами. Их было всего три: кливер, фок и грот. Залатанные, укороченные, неправильной формы, они казались уродливым убранством на такой стройной шхуне, как «Призрак».</p>
     <p>— Но они будут служить! — радостно воскликнула Мод.</p>
     <p>— Мы заставим их служить нам и доверим им свою жизнь!</p>
     <p>Прямо скажу: из всех новых профессий, которыми я понемногу овладевал, меньше всего удалось мне блеснуть в роли парусника. Управлять парусами, казалось, было мне куда легче, нежели сшивать их, — во всяком случае, я не сомневался, что сумею привести шхуну в какой-нибудь из северных портов Японии. Я уже давно начал изучать кораблевождение с помощью учебников, которые отыскались на шхуне, а кроме того, в моем распоряжении был звездный планшет Волка Ларсена, — а ведь, по его словам, им мог пользоваться даже ребенок.</p>
     <p>Что касается самого изобретателя планшета, то состояние его всю эту неделю оставалось почти без перемен, только глухота усилилась да еще слабее стали движения губ. Но в тот день, когда мачты «Призрака» оделись в паруса, Ларсен последний раз уловил какой-то звук извне и в последний раз пошевелил губами. Я спросил его: «Вы еще здесь?» — и губы его ответили: «Да».</p>
     <p>Порвалась последняя нить. Его плоть стала для него могилой, ибо в этом полумертвом теле все еще обитала душа. Да, этот свирепый дух, который мы успели так хорошо узнать, продолжал гореть среди окружающего его безмолвия и мрака. Его плоть уже не принадлежала ему — он не мог ее ощущать. Его телесная оболочка уже не существовала для него, как не существовал для него и внешний мир. Он сознавал теперь лишь себя и бездонную глубину покоя и мрака.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать девятая</p>
     </title>
     <p>Настал день отплытия. Больше ничего не задерживало нас на Острове Усилий. Куцые мачты «Призрака» стояли на местах, неся на себе уродливые паруса. Все, что выходило из моих рук, не отличалось красотой, но держалось крепко. Я знал, что эти мачты и паруса еще послужат нам, и поглядывал на них с безотчетным сознанием своей силы.</p>
     <p>«Я сам сделал это! Сам! Своими руками!» — хотелось крикнуть мне.</p>
     <p>Не раз уже случалось, что Мод высказывала вслух мои мысли или я угадывал, о чем думает она; на этот раз, когда мы готовились поднять грот, она сказала:</p>
     <p>— Подумать только, Хэмфри, что все это сделали вы, своими руками!</p>
     <p>— Здесь, мне кажется, потрудилась еще пара рук, — ответил я. — Две крошечные ручки. Только не говорите, пожалуйста, что это выражение вашего отца!</p>
     <p>Она рассмеялась, покачала головой и принялась разглядывать свои руки.</p>
     <p>— Мне ни за что не отмыть их теперь, — жалобно проговорила она. — И кожа так обветрилась и загрубела — уже, должно быть, навеки.</p>
     <p>— В таком случае эта обветренная кожа и въевшаяся во все поры грязь всегда будут делать вам честь, — сказал я, взяв ее руки в свои. Я, верно, не удержался бы и, несмотря на все мои торжественные решения, расцеловал эти дорогие руки, если бы она поспешно не отняла их.</p>
     <p>Наши товарищеские отношения теперь все чаще находились под угрозой. Я долго и успешно смирял свою любовь, но она начинала брать надо мной верх. Она сломила мою волю и своенравно подчинила себе мои глаза и отчасти мой язык и даже губы, ибо в эту самую минуту мне неудержимо хотелось расцеловать эти маленькие ручки, которые трудились вместе со мной так преданно и упорно. Я терял голову. Все мое существо рвалось к Мод, и все во мне громко кричало о моей любви. Любовь налетела, подобно урагану, и я уже не в силах был ей противиться. И Мод видела это. Она не могла не видеть этого, потому так поспешно и выдернула она свои руки из моих. И все же что-то заставило ее — прежде чем она отвела глаза — бросить на меня быстрый, пытливый взгляд…</p>
     <p>При помощи хват-талей я взял гардель и дирик-фал на брашпиль и теперь мог одновременно поднять передний и задний углы грота. Парус полз вверх довольно неуклюже, но быстро, а вскоре и фок расправился и затрепетал на ветру.</p>
     <p>— В такой маленькой бухточке мы ни за что не успеем поднять якорь, — сказал я. — Прежде чем нам это удастся, шхуну разобьет о скалы.</p>
     <p>— Что же делать? — спросила Мод.</p>
     <p>— Вытравить цепь совсем, — отвечал я. — Пока я буду травить, вам придется стать к брашпилю. А как только я покончу с якорем, так побегу к штурвалу, а вы поднимете кливер.</p>
     <p>Десятки раз я изучал и подробно разрабатывал этот маневр снятия с якоря. Я знал, что при помощи брашпиля Мод сумеет поднять кливер — самый необходимый сейчас парус. Свежий ветер задувал в бухту, и, хотя волнение еще не поднялось, нужно было действовать быстро, чтобы благополучно вывести шхуну в море.</p>
     <p>Я выбил болт из скобы, и якорная цепь загрохотала в клюзе, падая в воду. Я бросился на ют и положил руль под ветер. Паруса затрепетали, наполнились ветром, шхуна накренилась и ожила. Кливер пополз вверх. Когда и он забрал ветер, нос «Призрака» стало сносить, и мне пришлось еще положить руля, чтобы удержаться на курсе.</p>
     <p>Я придумал особый автоматический кливер-шкот, который сам переносил кливер, когда это требовалось, так что Мод не надо было заботиться об этом. Но я уже положил руль круто на ветер, прежде чем Мод закончила поднимать кливер. Момент был напряженный: шхуну несло прямо к берегу, который находился от нас на расстоянии броска камня. Но, сильно накренившись, «Призрак» повернул и послушно привелся к ветру. Я услышал столь приятное для моего слуха громкое хлопанье и трепетанье парусов и риф-штертов, и шхуна забрала ветер уже на другом галсе.</p>
     <p>Мод закончила свое дело и, поднявшись на ют, стала рядом со мной. Щеки ее разрумянились от работы, ветер развевал светло-каштановые волосы, выбившиеся из-под зюйдвестки, широко раскрытые глаза горели от волнения, а ноздри вздрагивали, жадно вбирая рвавшийся нам навстречу соленый морской ветер. Ее карие глаза были как у испуганной лани. Затаив дыхание, она встревоженно и зорко смотрела вперед. Губы ее приоткрылись. «Призрак» несся прямо на отвесную скалу у выхода из внутренней бухты, но в последнюю минуту привелся к ветру и вышел на безопасное место.</p>
     <p>Моя работа старшим помощником во время промыслового плавания пошла мне впрок. Я благополучно обогнул мыс первой бухты и направил шхуну вдоль берега второй. Еще один поворот на другой галс, и «Призрак» взял курс в открытое море. Мощное дыхание океана овеяло шхуну, и она плавно закачалась на высокой волне. С утра погода была пасмурная и облачная, но тут солнце проглянуло сквозь тучи, как бы в предзнаменование нашего счастливого плавания, и осветило изогнутый дугою берег, где мы воевали с владыками гаремов и били «холостяков». Весь Остров Усилий ярко засиял в лучах солнца. Даже мрачный юго-западный мыс уже не казался таким мрачным; на влажных от прибоя прибрежных скалах играли солнечные блики.</p>
     <p>— Я всегда буду испытывать гордость, вспоминая о нем, — сказал я Мод.</p>
     <p>Она откинула назад голову, — что-то царственное было в этом движении.</p>
     <p>— Милый, милый Остров Усилий, — сказала она. — Я всегда буду любить его!</p>
     <p>— И я тоже, — быстро проговорил я.</p>
     <p>Мы читали в душе друг у друга, как в раскрытой книге. Еще миг — и взгляды наши должны были встретиться, но, сделав над собой усилие, мы отвели глаза.</p>
     <p>Наступило неловкое молчание; я первым прервал его.</p>
     <p>— Поглядите, какие тучи собираются на горизонте с наветренной стороны. Помните, еще вчера вечером я говорил вам, что барометр падает.</p>
     <p>— И солнце скрылось… — сказала она. Глаза ее были устремлены на наш остров, где мы доказали судьбе, что умеем постоять за себя, и где прекраснейшие узы дружбы и товарищества накрепко связали нас друг с другом.</p>
     <p>— Ну что ж: потравим шкоты, и курс на Японию! — весело крикнул я. — Как это: «Попутный ветер, потравленный шкот!..»</p>
     <p>Закрепив штурвал, я спрыгнул с юта, дал слабину на фока- и грота-шкоты, выбрал тали гиков и поставил паруса так, чтобы принять добрый попутный ветер.</p>
     <p>Ветер был свежий, даже слишком свежий, но я решил идти под всеми парусами, пока это не станет опасно. К сожалению, при попутном ветре нельзя закрепить штурвал, и поэтому мне предстояла бессменная вахта до утра. Мод требовала, чтобы я позволил ей сменить меня, но вскоре сама убедилась, что ей будет не под силу держать курс при такой высокой волне, даже если б она и сумела в столь короткий срок овладеть этой премудростью. Открытие это чрезвычайно огорчило ее, но вскоре она утешилась, свертывая в бухты тали, фалы и подбирая концы, валявшиеся на палубе. Да к тому же ей ведь нужно было еще готовить еду, стелить постели, ухаживать за Волком Ларсеном. Свой трудовой день она закончила генеральной уборкой кают-компании и кубрика.</p>
     <p>Всю ночь я бессменно простоял у штурвала. Ветер понемногу крепчал, и волнение усиливалось. В пять утра Мод принесла мне горячего кофе и лепешку, которую испекла сама, а в семь часов плотный горячий завтрак придал мне новые силы.</p>
     <p>Целый день ветер крепчал и крепчал. Казалось, он был преисполнен упрямой решимости дуть и дуть безостановочно и все сильнее и сильнее. «Призрак» мчался вперед, пеня волны и глотая мили, и я был уверен, что теперь мы делаем не меньше одиннадцати узлов. Мне до смерти жаль было терять такой ход, но к вечеру я изнемог. Хоть я и очень закалился и окреп, но тридцатичасовая вахта за рулем была пределом моей выносливости. Мод уговаривала меня положить шхуну в дрейф, да я и сам понимал, что, если ветер и волнение за ночь еще усилятся, мне будет уже не под силу сделать это. Поэтому, когда на море пали сумерки, я с чувством досады и вместе с тем облегчения начал приводить «Призрак» к ветру.</p>
     <p>Однако я никак не предполагал, что взять рифы у трех парусов столь неимоверно трудное дело для одною человека. Пока шхуна шла бакштаг, я не мог ощутить всей силы ветра и, только начав приводиться, почувствовал с испугом, если не сказать с отчаянием, всю его свирепую мощь. Ветер парализовал каждое мое усилие, рвал парус у меня из рук и мгновенно сводил на нет все, чего мне удавалось достигнуть ценою упорной, ожесточенной борьбы с ним. К восьми часам я успел взять лишь второй риф у фока. К одиннадцати часам дело не подвинулось ни на йоту. Я только в кровь ободрал себе пальцы и обломал ногти до самого мяса. От боли и изнеможения я тихонько плакал в темноте, прячась от Мод.</p>
     <p>Совсем придя в отчаяние, я отказался от попыток взять рифы у грота и решил попробовать лечь в дрейф под одним зарифленным фоком. Три часа ушло у меня на то, чтобы закрепить спущенный грот и кливер, а в два часа ночи, еле живой, едва не теряя сознания от усталости, я понял, что попытка удалась, и с трудом поверил своим глазам. Зарифленный фок делал свое дело, и шхуна держалась круто к ветру, не проявляя стремления повернуть бортом к волне.</p>
     <p>Я был страшно голоден, но Мод тщетно старалась заставить меня что-нибудь съесть: я засыпал с куском во рту, а не то так даже не успев донести его до рта. Потом вдруг вздрагивал и просыпался в смятении и видел, что рука моя с вилкой еще висит в воздухе. Я был так беспомощен и слаб, что Мод приходилось поддерживать меня, чтобы я не свалился со стула при первом же крене судна.</p>
     <p>Не помню, как добрался я из камбуза до своей каюты. Верно, я был похож на лунатика, когда Мод вела меня туда. Очнулся я уже на своей койке и заметил, что башмаки с меня сняты. Сколько прошло времени, я не знал. В каюте было темно. Все тело у меня ломило, и я с трудом мог пошевелиться, а прикосновение одеяла к моим израненным пальцам причиняло нестерпимую боль.</p>
     <p>Я решил, что утро еще не настало, и, закрыв глаза, мгновенно снова погрузился в сон. Я не знал, что проспал почти сутки и что уже опять наступил вечер.</p>
     <p>Я проснулся вторично, оттого что сон мой стал неспокоен. Чиркнув спичкой, я посмотрел на часы. Они показывали полночь. А я ушел с палубы в три часа ночи. В первую минуту это меня озадачило, но я тут же сообразил, в чем дело. Не мудрено, что сон мой стал беспокоен, ведь я проспал двадцать один час! Я еще полежал, прислушиваясь, как завывает ветер и волны бьют о борт, а потом повернулся на бок и мирно проспал до утра.</p>
     <p>Я встал в семь часов и, не обнаружив Мод в кают-компании, решил, что она в камбузе готовит завтрак. Выйдя на палубу, я убедился, что «Призрак» отлично держится под своим маленьким парусом. В камбузе топилась плита и кипел чайник, но Мод не было и там.</p>
     <p>Я нашел ее в кубрике у койки Волка Ларсена. Я вгляделся в него и подумал: вот человек, который в полном расцвете сил потерпел крушение и оказался погребенным заживо. Что-то новое почудилось мне в смягчившихся чертах его застывшего тела. Мод посмотрела на меня, и я понял.</p>
     <p>— Его жизнь угасла во время шторма, — сказал я.</p>
     <p>— Но она не окончена для него, — промолвила с глубоким убеждением Мод.</p>
     <p>— Сила его была чрезмерна.</p>
     <p>— Да, — сказала Мод. — Но теперь она уже не обременяет его. Дух его свободен.</p>
     <p>— Да, теперь дух его свободен, — повторил я и, взяв ее за руку, увел на палубу.</p>
     <p>За ночь шторм заметно утих. Но он затихал так же постепенно, как и нарастал, и утром, когда я поднял на палубу приготовленное к погребению тело Волка Ларсена, был еще довольно сильный ветер и большие волны. Вода поминутно заливала палубу и стекала в шпигаты. Внезапный порыв ветра накренил шхуну, и она зарылась в воду по планшир подветренного борта. Ветер истошно выл в снастях. Мы с Мод стояли по колено в воде. Я обнажил голову.</p>
     <p>— Я помню только часть похоронной службы, — сказал я. — Она гласит: «И тело да будет предано морю».</p>
     <p>Мод взглянула на меня удивленно и негодующе. Но передо мною воскресла сцена, свидетелем которой я был когда-то, и это воспоминание властно побуждало меня отдать последний долг Волку Ларсену именно так, как он отдал его в тот памятный день своему помощнику. Я приподнял крышку люка, и завернутое в брезент тело соскользнуло ногами вперед в море. Привязанный к нему груз потянул его вниз. Оно исчезло.</p>
     <p>— Прощай, Люцифер, гордый дух! — прошептала Мод так тихо, что ее слова затонули в реве ветра, и я разгадал их лишь по движению ее губ.</p>
     <p>Держась за планшир, мы пробирались на ют, и я случайно бросил взгляд в подветренную сторону. В эту минуту «Призрак» взмыл на высокую волну, и я совершенно отчетливо увидел милях в двух-трех от нас небольшой пароход. Ныряя и снова взлетая на гребни волн, он шел прямо на нас. Он был окрашен в черный цвет, и мне сразу припомнились рассказы охотников об их браконьерских похождениях. Я понял, что это таможенное судно Соединенных Штатов. Я показал на него Мод и поспешил проводить ее на ют, где меньше заливало водой. Оставив Мод там, я кинулся было вниз к сигнальному шкафу, но тут же вспомнил, что при оснащении «Призрака» не позаботился о сигнальном фале.</p>
     <p>— Нам незачем поднимать сигнал бедствия, — сказала Мод. — Они все поймут, увидев нас!</p>
     <p>— Мы спасены, — спокойно и торжественно сказал я. Я ликовал, радость меня душила… И вдруг я прибавил — Мы спасены — и вот я не знаю, радоваться мне или нет?</p>
     <p>Я посмотрел на Мод. Теперь мы больше не боялись встретиться взглядами. Нас властно толкнуло друг к другу, и уже не помню как, но Мод очутилась в моих объятиях.</p>
     <p>— Нужно ли говорить? — спросил я.</p>
     <p>Она ответила:</p>
     <p>— Не нужно… Но услышать это было бы так приятно…</p>
     <p>Губы ее слились с моими. Не знаю почему, но перед моими глазами вдруг встала кают-компания «Призрака» и мне вспомнилось, как Мод однажды прикоснулась кончиками пальцев к моим губам, шепча: «Успокойтесь, успокойтесь!»</p>
     <p>— Жена моя, моя единственная! — сказал я, нежно гладя ее плечо, как делают это все влюбленные, хотя никто их этому не учил. — Моя малышка!</p>
     <p>— Муж мой! — сказала она, на мгновение подняв на меня глаза, и, тут же опустив затрепетавшие ресницы, с тихим счастливым вздохом прильнула к моей груди.</p>
     <p>Я посмотрел на таможенный пароход. Он был совсем близко. С него уже спускали шлюпку.</p>
     <p>— Еще поцелуй, любовь моя! — прошептал я. — Еще один поцелуй, прежде чем они подойдут…</p>
     <p>— И спасут нас от нас самих, — докончила она с пленительной улыбкой, исполненной нового, еще не знакомого мне лукавства — лукавства любви.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Д. Горфинкеля и Л. Хвостенко</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Железная пята</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Предисловие</p>
     </title>
     <p>Записки Эвис Эвергард нельзя считать надежным историческим документом. Историк обнаружит в них много ошибок, если не в передаче фактов, то в их истолковании. Прошло семьсот лет, и события того времени и их взаимосвязь — все то, в чем автору этих мемуаров было еще трудно разобраться, — для нас уже не представляет загадки. У Эвис Эвергард не было необходимой исторической перспективы. То, о чем она писала, слишком близко ее касалось. Мало того, она находилась в самой гуще описываемых событий.</p>
     <p>И все же, как человеческий документ, «Эвергардовский манускрипт» исполнен для нас огромного интереса, хотя и здесь дело не обходится без односторонних суждений и оценок, рожденных пристрастием любви. Мы с улыбкой проходим мимо этих заблуждений и прощаем Эвис Эвергард ту восторженность, с какой она говорит о муже. Нам теперь известно, что он не был такой исполинской фигурой и не играл в событиях того времени столь исключительной роли, как утверждает автор мемуаров.</p>
     <p>Эрнест Эвергард был человек выдающийся, но все же не в той мере, как считала его жена. Он принадлежал к многочисленной армии героев, самоотверженно служивших делу мировой революции. Правда, у Эвергарда были свои особые заслуги в разработке философии рабочего класса и ее пропаганды. Он называл ее «пролетарская наука», «пролетарская философия», проявляя известную узость взглядов, которой в то время невозможно было избежать.</p>
     <p>Но вернемся к мемуарам. Величайшее их достоинство в том, что они воскрешают для нас атмосферу той страшной эпохи. Нигде мы не найдем такого яркого изображения психологии людей, живших в бурное двадцатилетие 1912–1932 гг., их ограниченности и слепоты, их страхов и сомнений, их моральных заблуждений, их неистовых страстей и нечистых помыслов, их чудовищного эгоизма. Нам, в наш разумный век, трудно это понять. История утверждает, что так было, а биология и психология объясняют нам — почему. Но ни история, ни биология, ни психология не в силах воскресить для нас этот мир. Мы допускаем его существование в прошлом, но он остается нам чужд, мы не понимаем его.</p>
     <p>Понимание это возникает у нас при чтении «Эвергардовского манускрипта». Мы как бы сливаемся с действующими лицами этой отзвучавшей мировой драмы, живем их мыслями и чувствами. И нам не только понятна любовь Эвис Эвергард к ее героическому спутнику — мы ощущаем вместе с самим Эвергардом угрозу олигархии, страшной тенью нависшей над миром. Мы видим, как власть Железной пяты (не правда ли, удачное название!) надвигается на человечество, грозя его раздавить.</p>
     <p>Кстати, мы узнаем, что создателем утвердившегося в литературе термина «Железная пята» явился в свое время Эрнест Эвергард — небезынтересное открытие, проливающее свет на вопрос, который долго оставался спорным. Считалось, что название «Железная пята» впервые встречается у малоизвестного журналиста Джорджа Милфорда в памфлете «Вы — рабы!», опубликованном в декабре 1912 года. Никаких других сведений о Джордже Милфорде до нас не дошло, и только в «Эвергардовском манускрипте» бегло упоминается, что он погиб во время чикагской резни. По всей вероятности, Милфорд слышал это выражение из уст Эрнеста Эвергарда — скорее всего во время одного из выступлений последнего в предвыборную кампанию осенью 1912 года. Сам же Эвергард, как сообщает нам манускрипт, впервые употребил его на обеде у одного частного лица еще весной 1912 года. Эта дата и должна быть признана исходной.</p>
     <p>Для историка и философа победа олигархии навсегда останется неразрешимой загадкой. Чередование исторических эпох обусловлено законами социальной эволюции. Эти эпохи были исторически неизбежны. Их приход мог быть предсказан с такой же уверенностью, с какой астроном исчисляет движение звезд. Это правомерные этапы эволюции. Первобытный коммунизм, рабовладельческое общество, крепостное право и наемный труд были необходимыми ступенями общественного развития. Но смешно было бы утверждать, что такой же необходимой ступенью явилось господство Железной пяты. Мы в настоящее время склонны считать этот период случайным отклонением или отступлением к жестоким временам тиранического социального самовластия, которое на заре истории было так же закономерно, как неправомерно стало впоследствии торжество Железной пяты.</p>
     <p>Недобрую память оставил по себе феодализм, но и эта система была исторически необходима. После крушения такого мощного централизованного государства, как Римская империя, наступление эпохи феодализма было неизбежно. Но этого нельзя сказать о Железной пяте. В закономерном течении социальной эволюции ей нет места. Ее приход к власти не был исторически оправдан и необходим. Он навсегда останется в истории чудовищной аномалией, историческим курьезом, случайностью, наваждением, чем-то неожиданным и немыслимым. Пусть же это послужит предостережением для тех опрометчивых политиков, которые так уверенно рассуждают о социальных процессах.</p>
     <p>Капитализм почитался социологами тех времен кульминационной точкой буржуазного государства, созревшим плодом буржуазной революции, и мы в наше время можем только присоединиться к этому определению. Следом за капитализмом должен был прийти социализм; это утверждали даже такие выдающиеся представители враждебного лагеря, как Герберт Спенсер. Ожидали, что на развалинах своекорыстного капитализма вырастет цветок, взлелеянный столетиями, — братство людей. А вместо этого, к нашему удивлению и ужасу, а тем более к удивлению и ужасу современников этих событий, капитализм, созревший для распада, дал еще один чудовищный побег — олигархию.</p>
     <p>Социалисты начала двадцатого века слишком поздно обнаружили приход олигархии. Когда же они спохватились, олигархия была уже налицо — как факт, запечатленный кровью, как жестокая, кошмарная действительность. Но в то время, по свидетельству «Эвергардовского манускрипта», никто не верил в долговечность Железной пяты. Революционеры считали, что низвергнуть ее — дело нескольких лет. Они понимали, что Крестьянское восстание возникло наперекор их планам, а Первое вспыхнуло преждевременно. Но никто не ожидал, что и Второе восстание, хорошо подготовленное и вполне созревшее, обречено на такую же неудачу и еще более жестокий разгром.</p>
     <p>Очевидно, Эвис Эвергард писала свои записки в дни, предшествовавшие Второму восстанию, в них ни слова нет о его злополучном исходе. Несомненно также, она надеялась опубликовать их сразу же после свержения Железной пяты, чтобы воздать должное памяти погибшего мужа. Но тут наступила катастрофа, и, готовясь бежать или в предвидении ареста, она спрятала записки в дупле старого дуба в Уэйк-Робинлодже.</p>
     <p>Дальнейшая судьба Эвис Эвергард неизвестна. По всей вероятности, ее казнили наемники, а во времена Железной пяты никто не вел учета жертвам многочисленных казней. Одно можно сказать с уверенностью: пряча рукопись в тайник и готовясь к бегству, Эвис Эвергард не подозревала, какой страшный разгром потерпело Второе восстание. Она не могла предвидеть, что извилистый и трудный путь общественного развития потребует в ближайшие триста лет еще и Третьего и Четвертого восстаний и много других революций, потопленных в море крови, — пока рабочее движение не одержит, наконец, победы во всем мире. Ей и в голову не приходило, что ее записки, дань любви к Эрнесту Эвергарду, семь долгих столетий пролежат в дупле векового дуба в Уэйк-Робинлодже, не потревоженные ничьей рукой.</p>
     <p><emphasis>А н т о н и М е р е д и т</emphasis><a l:href="#n_164" type="note">[164]</a></p>
     <p><emphasis>Ардис. 27 ноября 419 г. эры Братства людей.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
      <p>Мой орел</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Земной Театр! Нам стыд и горе —</p>
      <p>Картин знакомых карусель…</p>
      <p>Но потерпи, узнаешь вскоре</p>
      <p>Безумной Драмы смысл и цель!</p>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>Легкий летний ветерок шелестит в могучих секвойях, шаловливая Дикарка неумолчно журчит между мшистых камней. В ярких лучах солнца мелькают бабочки; воздух напоен дремотным гудением пчел. Тишина и спокойствие вокруг, и только меня гнетут думы, гложет тревога. Безмятежная тишина надрывает мне душу. Как она обманчива! Все притаилось и молчит, но это — затишье перед грозой. Я напрягаю слух и всем существом ловлю ее приближение. Только б она не разразилась слишком рано. Горе, горе, если она разразится слишком рано!<a l:href="#n_165" type="note">[165]</a></p>
     <p>У меня немало причин для тревоги. Мысли, неотвязные мысли не покидают меня. Я так долго жила кипучей, деятельной жизнью, что тишина и покой кажутся мне тяжким сном, и я не могу забыть о том яростном шквале смерти и разрушения, который вот-вот пролетит над миром. В моих ушах звенят вопли поверженных, а перед глазами все те же призраки прошлого<a l:href="#n_166" type="note">[166]</a>. Я вижу поруганную, истерзанную человеческую плоть, вижу, как насилие исторгает душу из прекрасного, гордого тела, чтобы в злобном неистовстве швырнуть ее к престолу творца. Так мы, люди, через кровь и разрушение идем к своей цели, стремясь навсегда установить мир и радость на земле.</p>
     <p>И одиночество… Когда я не думаю о том, что будет, мысли мои обращаются к тому, что было и не возвратится вновь, — к тебе, мой орел, парящий на мощных крыльях, устремленный ввысь, к солнцу, ибо солнцем был для тебя светлый идеал свободы. Я не в силах сидеть и ждать сложа руки прихода великих событий, которые вызваны к жизни моим мужем, хоть ему и не суждено было увидеть их рождение. Он отдал нашему делу свои лучшие годы и умер за него. Это плоды его трудов, его создание<a l:href="#n_167" type="note">[167]</a>.</p>
     <p>Итак, эти томительные дни я хочу посвятить воспоминаниям о моем муже. Есть многое, о чем из всех живущих могу рассказать лишь я одна, а ведь о таком человеке, как Эрнест, сколько ни рассказывай, все мало. В Эрнесте жила великая душа, и когда в моей любви умолкает все личное, я больше всего скорблю при мысли, что его не будет здесь завтра, чтобы встретить зарю нового дня. В том, что мы победим, не может быть сомнений. Он строил так прочно, так надежно, что здание устоит. Смерть Железной пяте! Близок день, когда поверженный человек поднимет голову. Как только эта весть разнесется по всему миру, повсюду восстанут армии труда. Свершится то, чего еще не знала история. Солидарность рабочих обеспечена, а это значит, что международная революция впервые развернется во всю свою необъятную ширь<a l:href="#n_168" type="note">[168]</a>.</p>
     <p>Как видите, я вся во власти надвигающихся событий. Я жила этим день и ночь — так долго, что ни о чем другом не в силах думать. А тем более, говоря о моем муже, могу ли я не говорить о его деле! Он был душой этого великого начинания, и для меня они нераздельны.</p>
     <p>Как я уже сказала, есть многое, что только я одна могу рассказать об Эрнесте. Все знают, что он, не щадя себя, работал для революции и немало перенес. Но как он работал и сколько перенес, знаю я одна. Двадцать грозных лет мы были с ним неразлучны, и мне больше, чем кому-либо, известно его терпение, его неистощимая энергия и безграничная преданность делу революции, за которое он два месяца назад сложил голову.</p>
     <p>Постараюсь просто и по порядку рассказать, как Эрнест вошел в мою жизнь, — о нашей первой встрече, о том, как он постепенно овладел моей душой и перевернул весь мой мир. И тогда вы увидите его моими глазами, узнаете таким, каким знала я, — кроме самого заветного и дорогого, что слова бессильны передать.</p>
     <p>Мы познакомились в феврале 1912 года, когда Эвергард по приглашению моего отца<a l:href="#n_169" type="note">[169]</a> явился к нам, в наш особняк в городе Беркли, на званый обед. Не могу сказать, чтоб он понравился мне с первого взгляда, — скорее наоборот. В гостиной, где собралось все общество, Эрнест производил странное, чтобы не сказать дикое, впечатление. Среди почтенных служителей церкви на этом обеде, который отец шутя назвал «синедрионом», Эвергард казался человеком с другой планеты.</p>
     <p>Прежде всего одет он был ужасно. Костюм из дешевого темного сукна, купленный в магазине готового платья, сидел на нем убийственно. Да Эрнесту, при его сложении, и нельзя было покупать ничего готового. Его богатырские мускулы выпирали из-под жиденького сукна, на атлетических плечах набегали складки. Глядя на его шею, массивную и мускулистую, как у профессиовального боксера<a l:href="#n_170" type="note">[170]</a>, я невольно подумала: так вот оно, последнее увлечение папы — философ-социолог, в недавнем прошлом кузнечный подмастерье. Он и сейчас напоминает кузнеца — достаточно взглянуть на эти мускулы и бычий загривок; должно быть, из этих самородков, «Слепой Том» <a l:href="#n_171" type="note">[171]</a> рабочего класса.</p>
     <p>А его рукопожатие! Оно было крепким и властным, и взгляд его черных глаз слишком пытливо, как мне показалось, задержался на моем лице. Так рассуждала я, дитя своей среды, девушка с классовыми предрассудками. Человеку моего круга я не простила бы такой смелости. Помню, я невольно опустила глаза и с чувством облегчения поспешила навстречу епископу Морхаузу, нашему старому другу, — это был обаятельный человек средних лет, лицом и кротким нравом напоминавший Христа, к тому же очень начитанный и образованный.</p>
     <p>Между тем оскорбившая меня смелость составляла, пожалуй, основную черту Эрнеста Эвергарда. Человек прямой и открытой души, он ничего не боялся и презирал условности. «Ты мне понравилась, — объяснял он мне впоследствии. — Разве не естественно смотреть на то, что нравится?»</p>
     <p>Как я уже говорила, Эрнест ничего не боялся. Это был аристократ по натуре, несмотря на свою принадлежность к совершенно противоположному общественному лагерю. Ницше<a l:href="#n_172" type="note">[172]</a> узнал бы в нем своего сверхчеловека, или, как он выражался, «белокурую бестию», — с той существенной разницей, что Эрнест отдал сердце демократии.</p>
     <p>Занятая гостями, я и думать забыла о неприятном философе из рабочих, но, когда мы сели за стол, мое внимание раз-другой привлекли искорки смеха в его глазах, очевидно, вызванные беседой их преподобий. «Он не лишен юмора», — подумала я и почти простила гостю его нескладный костюм. Но время шло, обед близился к концу, а Эвергард так и не сказал ничего в ответ на бесконечные речи священников о церкви и рабочем классе, о том, что церковь сделала и что она собирается сделать для блага рабочих. Я заметила, что папа огорчен упорным молчанием своего протеже. Воспользовавшись небольшой заминкой в разговоре, он прямо обратился к Эрнесту и предложил ему высказать свои соображения. Тот только пожал плечами и равнодушно бросил: «У меня нет никаких соображений», — и после чего с удвоенным усердием занялся соленым миндалем.</p>
     <p>Но от папы не так-то легко было отделаться. Немного погодя он заявил:</p>
     <p>— Среди нас присутствует представитель рабочего класса. Не сомневаюсь, что мы можем услышать от него много нового и поучительного. Попросим же мистера Эвергарда высказаться.</p>
     <p>Все любезно поддержали это предложение. Их преподобия с таким снисходительным видом приготовились слушать молодого оратора, что только-только не хлопали его по плечу. Я заметила, что Эрнест это чувствует и потешается в душе. Он медленно обвел глазами весь стол, и я опять уловила в них искорки смеха.</p>
     <p>— Я не искушен в учтивостях церковных словопрений, — начал он и замялся, по-видимому, борясь с робостью и смущением.</p>
     <p>— Просим, просим! — раздалось со всех сторон, а доктор Гаммерфилд сказал:</p>
     <p>— Мы приветствуем слово истины, от кого бы оно ни исходило. — И прибавил: — Если оно сказано от чистого сердца.</p>
     <p>— Так, по-вашему, истина может исходить и не от чистого сердца? — усмехнулся Эрнест.</p>
     <p>Доктор Гаммерфилд оторопел, однако вышел из положения:</p>
     <p>— Даже лучшие из нас ошибаются, молодой человек, даже лучшие…</p>
     <p>Тон Эрнеста мгновенно изменился. Сейчас это был совсем другой человек.</p>
     <p>— Отлично, — сказал он резко. — Тогда начну с того, что все вы жестоко ошибаетесь. Никто из вас понятия не имеет о рабочем классе. Мало того, вы на него клевещете. Ваша социология так же порочна и бесплодна, как и весь ваш метод мышления.</p>
     <p>Поражали не столько слова, сколько тон, каким они были сказаны. При звуках этого голоса я встрепенулась. В нем было столько же смелости, сколько и во взгляде Эрнеста. Он звучал как призывный горн и отозвался во мне глубоким волнением. Да и все за столом оживились. Безразличие и сонливость как рукой сняло.</p>
     <p>— В чем же, молодой человек, выражается бесплодность и вопиющая порочность нашего метода мышления? — вскинулся Гаммерфилд; ни в его голосе, ни в тоне не осталось и следа прежнего добродушия.</p>
     <p>— Вы, господа, метафизики! С помощью метафизики вы можете доказать все, что вашей душе угодно. А доказав, вывести черным по белому, что все остальные метафизики ошибаются, после чего вам останется только почить на лаврах. В сфере мысли вы совершеннейшие анархисты. Вы рехнувшиеся изобретатели космогонических систем. Каждый из вас обитает в собственной вселенной, оборудованной по его собственному вкусу и разумению. Вы плохо представляете себе окружающий мир, вашим измышлениям нет места в реальном мире, разве что в качестве примера умственной аберрации.</p>
     <p>Знаете ли вы, о чем я думал, сидя за этим столом и слушая ваши бесконечные разговоры? Вы мне напомнили средневековых схоластов, которые самым серьезным образом исследовали и обсуждали животрепещущий вопрос о том, сколько ангелов может уместиться на острие иглы. Вы, дражайшие сэры, так же далеки от интеллектуальной жизни двадцатого столетия, как индеец-шаман, десять тысяч лет назад творивший заклинания в глуши девственного леса.</p>
     <p>Казалось, Эрнест охвачен негодованием. Лицо его пылало, глаза метали молнии, в губах и подбородке чувствовалась сосредоточенная ярость. Но такова была его манера спорить — он старался разжечь противника, вывести его из себя. Его размашистые, разящие удары, сокрушительные, как удары кузнечного молота, лишали собеседника самообладания. Это и случилось с нашими гостями. Епископ Морхауз наклонился вперед и ловил каждое слово Эрнеста. Лицо доктора Гаммерфилда побагровело от возмущения и гнева. Возмущение овладело всеми, хотя кое-кто улыбался иронически, с видом насмешливого превосходства. Что касается меня, то я наслаждалась общим смятением. Искоса поглядывая на отца, я видела, что он от души радуется действию бомбы, которая его стараниями попала в нашу столовую.</p>
     <p>— Вы выражаетесь крайне туманно, — прервал оратора доктор Гаммерфилд. — Что, собственно, вы хотите сказать, называя нас метафизиками?</p>
     <p>— Я называю вас метафизиками потому, что вы рассуждаете, как метафизики, — отвечал Эрнест. — Весь ход ваших рассуждений противоречит научному мышлению. Ваши выводы взяты с потолка. Вы можете доказать все, что вам угодно, и это совершенно впустую, так как каждый из вас всегда остается при особом мнении. Вы ищете объяснения вселенной и самих себя в собственном сознании. Но скорее вы оторветесь от земли, ухватив себя за уши, чем объясните сознание сознанием.</p>
     <p>— Я не совсем понимаю, — отозвался епископ Морхауз. — Ведь если говорить о явлениях духовного мира, то все они относятся к области метафизики. Самая точная и убедительная из наук — математика — тоже чистейшая метафизика. Мысль ученого всегда воспаряет в метафизику. С этим-то вы согласны?</p>
     <p>— Я согласен, что вы не понимаете, как сами вы сказали, — возразил Эрнест. — Метафизик в своих рассуждениях пользуется дедуктивным методом, он исходит из ложных предпосылок. Ученый же пользуется индуктивным методом, он исходит из данных опыта. Метафизик от теории идет к фактам, ученый от фактов — к теории. Метафизик, отправляясь от себя, хочет объяснить весь мир. Ученый, познавая мир, познает самого себя.</p>
     <p>— Хвала создателю, мы не ученые, — самодовольно осклабился доктор Гаммерфилд.</p>
     <p>— Кто же вы? — обратился к нему Эрнест.</p>
     <p>— Философы.</p>
     <p>— Вот именно, — рассмеялся Эрнест. — Вы оторвались от твердой, устойчивой земли и витаете в облаках, а между тем ваш летательный аппарат — это одна словесность. Но, может быть, вы спуститесь на землю и скажете мне, только поточнее, что вы называете философией?</p>
     <p>— Философия — это… — доктор Гаммерфилд откашлялся, — это нечто, что не поддается объяснению и доступно только людям того склада ума, который можно назвать философским. Ограниченный ученый, уткнувшийся в свою пробирку, никогда не поймет, что такое философия.</p>
     <p>Но Эрнест презрел этот выпад. Его обычным приемом было бить противника его же оружием, что он теперь и сделал с видом самого братского расположения.</p>
     <p>— В таком случае, надеюсь, вы поймете то определение философии, которое я намерен вам предложить. Но только предупреждаю, вам придется либо его опровергнуть, либо сложить оружие и отныне оставаться метафизиком про себя. Философия — это всего лишь наиболее объемлющая из наук. По своему методу она нисколько не отличается от любой точной науки, равно как и от всех наук, вместе взятых. Пользуясь этим методом, а именно методом индуктивным, философия объединяет все знания в одну великую науку. По словам Спенсера, данные каждой отдельной науки представляют собой частицу единого знания. Философия же объединяет те познания, которые составляют вклад отдельных наук. Философия есть, таким образом, наука наук, наука в точном смысле слова, если хотите. Ну, что вы скажете о моем определении?</p>
     <p>— Похвально, весьма похвально, — промямлил доктор Гаммерфилд.</p>
     <p>Но Эрнест был неумолим.</p>
     <p>— Не забывайте, — предостерег он, — что от этого определения не поздоровится вашей метафизике; раз вы его не опровергаете, значит, вы побитый метафизик и вам больше не подобает выступать на этом поприще. Придется вам теперь перейти на положение метафизика в отставке или искать изъяна в моих рассуждениях, до тех пор пока вас не осенит счастливая догадка.</p>
     <p>Эрнест ждал ответа. Наступило тягостное молчание, особенно томительное для доктора Гаммерфилда. Он, видимо, был даже не столько задет, сколько озадачен. Аргументы Эрнеста, увесистые, как удары кузнечного молота, оглушили его. Прямые и открытые методы спора были ему, очевидно, в новинку. Почтенный доктор жалобно оглядел своих сотрапезников, но ни один не пришел ему на помощь. Я заметила, что папа смеется, закрывшись салфеткой.</p>
     <p>— Существует и другой метод дискредитации метафизиков, — продолжал Эрнест, когда поражение доктора Гаммерфилда стало для всех очевидным. — Это судить о них по их делам. Что сделали для человечества метафизики, кроме того, что пичкали его всякими бреднями и выдавали ему свои собственные тени за богов? Развлекали его на все лады? Согласен. Но какую они принесли ощутимую пользу? Они разводили философию — да простится мне неправильное употребление этого слова — по поводу того, что сердце есть вместилище страстей, в то время как ученые исследовали законы кровообращения. Они провозглашали, что голод и чума — это кары небесные, между тем как ученые строили элеваторы и проводили в городах канализацию. Они создавали богов по своему образу и подобию, в то время как ученые строили мосты и прокладывали дороги. Они заявляли, что земля — пуп Вселенной, а ученые в это время открывали Америку и исследовали пространство в поисках новых звезд и законов, управляющих движением звезд. Словом, метафизики ничего — ровным счетом ничего — не сделали для человечества. По мере того как наука двигалась вперед, метафизики шаг за шагом сдавали свои позиции. Но как только новые научные данные опрокидывали их субъективные теории, они выдумывали новые субъективные теории, предусмотрительно расчистив в них местечко для новооткрытых данных. Этим они и будут пробавляться до скончания века. Метафизики, господа, это шаманы. Разница между вами и эскимосами, чей бог носит оленью шкуру и питается ворванью, — это тысячелетиями накопленный опыт, и только.</p>
     <p>— Мысль Аристотеля владычествовала в Европе двенадцать столетий, — напыщенно провозгласил доктор Боллингфорд. — Хотя Аристотель был метафизиком.</p>
     <p>Сказав это, он обвел глазами присутствующих, с удовлетворением отмечая сочувственные улыбки и одобрительные кивки.</p>
     <p>— Ваш пример неудачен, — возразил Эрнест. — Вы ссылаетесь на самый темный период истории. Он так и называется: «темное средневековье». Это был период, когда метафизика подавила науку. Физику она свела к поискам философского камня, химию — к алхимии, астрономию — к астрологии. Ваше «владычество аристотелевой мысли» — битая карта!</p>
     <p>Доктор Боллингфорд явно приуныл. Затем лицо его прояснилось.</p>
     <p>— Да, все ужасы, которые вы нам изобразили, бесспорно, имели место. Но согласитесь, что та же метафизика заключала в себе и силы, которые вывели человечество из мрака средневековья к свету последующих столетий.</p>
     <p>— Метафизика тут ни при чем, — отрезал Эрнест.</p>
     <p>— Как? — вскричал доктор Гаммерфилд. — Разве умозрительная философия и спекулятивное мышление не породили эру кругосветных путешествий и великих открытий?</p>
     <p>Эрнест с улыбкой повернулся к нему.</p>
     <p>— Дражайший сэр, вас, помнится, лишили права публичных выступлений. Ведь вы так и не опровергли мое определение философии. Вы теперь у нас на птичьих правах, но так как это участь всех метафизиков, я, так и быть, прощаю вас. Повторяю: не метафизика породила эру великих открытий. Хлеб насущный, шелка, драгоценности, золото, наконец, закрытие сухопутных путей в Индию — вот то, что заставило человека пуститься в плавание к далеким берегам. После падения Константинополя в 1453 году турки закрыли караванные пути, по которым европейские купцы ездили в Индию. Пришлось искать новых путей. Вот чем было вызвано развитие мореплавания. Вот чем было вызвано и путешествие Колумба. Вы найдете это в любом учебнике истории. А заодно были добыты новые данные о размерах, форме и строении Земли, в результате чего система Птолемея полетела вверх тормашками.</p>
     <p>Доктор Гаммерфилд фыркнул.</p>
     <p>— Вы не согласны? — обратился к нему Эрнест. — В чем же, скажите, я не прав?</p>
     <p>— Я не согласен, вот и все, — огрызнулся доктор Гаммерфилд. — Эта тема завела бы нас слишком далеко в дебри философии.</p>
     <p>— Науке не страшны никакие дебри и никакие дали, — кротко отвечал Эрнест. — Потому-то она и добилась кой-чего. Потому-то она и открыла Америку.</p>
     <p>Я не стану описывать весь вечер, хотя для меня нет большей радости, чем вспоминать каждую подробность моего первого знакомства с Эрнестом Эвергардом.</p>
     <p>Битва продолжалась все с тем же ожесточением, и наши гости все больше багровели и кипятились, особенно когда Эрнест стал честить их такими словами, как «горе-философы», «очковтиратели» и т. п. И все время он отсылал их к фактам. «Факт, сударь, неопровержимый факт!» — восклицал он торжествующе, уложив противника на обе лопатки. Факты были его оружием. И он засыпал ими противника, загонял в ловушки и ямы, обрушивал на него смертоносный огонь фактов.</p>
     <p>— Вы, очевидно, молитесь фактам, — съязвил доктор Гаммерфилд.</p>
     <p>— Нет бога, кроме факта, и мистер Эвергард — пророк его, — вторил ему доктор Боллингфорд.</p>
     <p>Эрнест весело кивнул в знак согласия.</p>
     <p>— Я как тот техасец, — сказал он и, заметив, что от него ждут разъяснений, продолжал: — Уроженец штата Миссури всегда скажет вам: «Не поверю, пока сам не увижу»; техасец же скажет: «Не поверю, пока не подержу в руках». Из чего следует, что он отнюдь не метафизик.</p>
     <p>Другой раз, когда Эрнест сказал, что метафизиками утрачен критерий истины, на него насел доктор Гаммерфилд.</p>
     <p>— Так что же является критерием истины, молодой человек? Может быть, вы нам скажете? Кстати, на этот вопрос не могли ответить и более мудрые головы.</p>
     <p>— Вот то-то и есть, что не могли! — подхватил Эрнест. Его несокрушимая самоуверенность бесила их больше всего. — Эти мудрецы потому не нашли критерия истины, что искали его где-то в эмпиреях. Если бы они держались твердой земли, они не только нашли бы его без труда, но и увидели бы, что каждое их действие, каждая мысль является проверкой истины.</p>
     <p>— К делу, к делу! — кипятился доктор Гаммерфилд. — Мы обойдемся без предисловий. Вы обещали возвестить нам критерий истины, который мы так долго искали. Просветите же нас, дабы мы уподобились богам.</p>
     <p>Открытый вызов и глумление в его словах и тоне, по-видимому, находили отклик в сердцах слушателей, и только епископу Морхаузу было явно не по себе.</p>
     <p>— Доктор Джордан<a l:href="#n_173" type="note">[173]</a> определил критерий истины очень точно, — сказал Эрнест. — Он учил: «Проверяйте его в действии. Годится только то, чему вы без страха доверили бы свою жизнь!»</p>
     <p>— Пффа! — Доктор Гаммерфилд насмешливо улыбался. — А епископ Беркли?<a l:href="#n_174" type="note">[174]</a> Его еще никто не опроверг!</p>
     <p>— Король метафизиков! — рассмеялся Эрнест. — Ваш пример неудачен. Беркли и сам не доверял своей метафизике.</p>
     <p>Доктор Гаммерфилд пришел в негодование, в священное негодование. Можно было подумать, что он изобличил Эрнеста в воровстве или во лжи.</p>
     <p>— Молодой человек, — загремел он. — Ваше утверждение так же возмутительно, как и все, что нам пришлось здесь выслушать. Это низкое и необоснованное утверждение.</p>
     <p>— Я уничтожен, убит! — покорно отозвался Эрнест. — Но я хотел бы знать, какой кирпич свалился мне на голову. Нельзя ли подержать его в руках, доктор Гаммерфилд?</p>
     <p>— Извольте, извольте! — Доктор Гаммерфилд отчаянно брызгал слюной. — Откуда вы это взяли? Где это сказано, будто бы епископ Беркли сам признавал, что его метафизика порочна? Какие у вас доказательства? Молодой человек, метафизика епископа Беркли живет в веках!</p>
     <p>— Доказательство того, что Беркли не доверял своей метафизике, я усматриваю в следующем: Беркли, входя в комнату, всегда и неизменно пользовался дверью, а не лез напролом через стену. Беркли, дорожа своей жизнью и предпочитая действовать наверняка, налегал на хлеб и на масло, не говоря уже о ростбифе. Когда Беркли брился, он обращался к помощи бритвы, ибо на опыте убедился, что она начисто снимает щетину с его лица.</p>
     <p>— Но это дела житейские! — воскликнул доктор Гаммерфилд. — Метафизика же ведает сверхчувственным миром.</p>
     <p>— Так, значит, метафизика надежный кормчий в сверхчувственном мире? — вкрадчиво спросил Эрнест.</p>
     <p>Доктор Гаммерфилд усиленно закивал головой.</p>
     <p>— Что же, и сонмы ангелов могут отплясывать на острие иголки — в сверхчувственном мире, — вслух размышлял Эрнест. — И питающийся ворванью, одетый в моржовую шкуру эскимосский божок имеет все права на существование — в сверхчувственном мире. Там это, пожалуй, не встретит никаких возражений. А сами вы, доктор, тоже живете в сверхчувственном мире?</p>
     <p>— «Мой разум — мир, где я живу», — ответствовал доктор.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что вы чужды всему земному, но к обеду вы, разумеется, не забываете спуститься на землю. И от землетрясения тоже не ищете укрытия в облаках. Кстати, вы не боитесь, доктор, что, случись у нас землетрясение, вас может основательно хватить по вашей нематериальной макушке этаким увесистым нематериальным кирпичом?</p>
     <p>Доктор Гаммерфилд невольно поднес руку к затылку, где еще можно было разглядеть заросший волосами шрам. Эрнест неожиданно попал в точку. Во время Великого землетрясения<a l:href="#n_175" type="note">[175]</a> доктора Гаммерфилда чуть не убило кирпичной трубой. За столом поднялся дружный хохот.</p>
     <p>— Так как же? — продолжал Эрнест, когда оживление улеглось. — Я жду ваших возражений.</p>
     <p>Все молчали, и он снова сказал:</p>
     <p>— Я жду. — А затем добавил: — Что ж, и это аргумент, но только не в вашу пользу.</p>
     <p>Доктор Гаммерфилд временно выбыл из строя, и вскоре спор перекинулся в другую область. Пункт за пунктом Эрнест разбивал доводы церковников. Когда они заявляли, что знают рабочих, Эрнест доказывал, что им не знакомы простейшие, азбучные истины о положении рабочего класса, и требовал, чтобы они его опровергли. И все время он забрасывал их фактами, напоминал о фактах, возвращал к фактам и реальной действительности.</p>
     <p>Эта сцена неизгладимо живет в моей памяти. Голос Эрнеста с его столь знакомыми мне металлическими нотками и сейчас еще звучит в моих ушах, и каждый факт, которым он разит своих противников, кажется мне метким ударом гибкого, жалящего бича. Эрнест был безжалостен. Он не просил пощады<a l:href="#n_176" type="note">[176]</a> и сам никого не щадил. Особенно памятна мне взбучка, которую он задал нашим гостям под самый конец.</p>
     <p>— Сегодня вы не раз доказали, что не знаете рабочих; некоторые из вас заявляли это прямо, за других говорило невежество их ответов. Впрочем, вас трудно и винить, — где уж вам знать рабочих! Вы не живете с ними, вы предпочитаете селиться в кварталах богачей. Да почему бы и нет? Ведь богачи и содержат, и кормят вас, и обряжают вот в эту самую добротную одежду, в которой вы сегодня пожаловали сюда. Ну, и вы, чтобы не остаться в долгу, расхваливаете ту марку метафизики, которая им всего более по душе. А известно, какая марка философии и религии по душе капиталистам: та, которая не угрожает существующему строю.</p>
     <p>Ответом на эти слова был ропот возмущения.</p>
     <p>— Я не обвиняю вас в двоедушии, — продолжал Эрнест. — Вы и в самом деле так чувствуете. Вы проповедуете то, во что верите. Этим-то вы и дороги капиталистам, в этом ваша сила. Но стоит вам изменить свой образ мыслей и выступить против существующих порядков, как вам немедленно укажут на дверь: такие проповеди неприемлемы для ваших хозяев. Признайтесь, ведь подобные случаи бывали<a l:href="#n_177" type="note">[177]</a>. Не правда ли?</p>
     <p>На этот раз никто не спорил. Все молчаливо согласились с оратором, и только доктор Гаммерфилд сказал:</p>
     <p>— Указывают на дверь тем, кто сбился с пути истинного.</p>
     <p>— Называйте, как хотите. Сбиться с пути истинного — это и значит проповедовать то, что не показано, — возразил Эрнест и продолжал: — Так вот что я вам скажу. Проповедуйте, что вам положено, и получайте, что вам причитается. Но, только бога ради, оставьте в покое рабочих. Ваше место — в стане их врагов. У вас с рабочими не может быть ничего общего. Ваши руки изнежены оттого, что за вас работают другие. Вон вы какие телеса нагуляли, это от сытой, привольной жизни. (Доктор Боллингфорд невольно поежился, чувствуя, что все взгляды устремлены на его солидное брюшко, которое, как говорили злые языки, давно уже мешало ему видеть собственные ноги.) Ваши головы набиты доктринами, полезными для поддержания существующего строя. Вы такие же наемники (преданные наемники, допустим), какими была в свое время швейцарская гвардия<a l:href="#n_178" type="note">[178]</a>. Служите же своим хозяевам верой и правдой, стойте на страже их интересов; но не сбивайте с толку рабочих, не обманывайте их своими лжеучениями. Нельзя быть воином двух станов: это прежде всего нечестно. До сих пор рабочий класс обходился без ваших услуг. Поверьте, они ему не понадобятся и в дальнейшем. Напротив, вы не принесете ему ничего, кроме вреда.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
      <p>Мне и епископу Морхаузу брошен вызов</p>
     </title>
     <p>Когда гости разошлись, отец упал в кресло и от души расхохотался. С тех пор, как мы схоронили матушку, я не видела его таким веселым.</p>
     <p>— Ручаюсь, что доктору Гаммерфилду не приходилось еще бывать в такой переделке, — потешался он. — Вот тебе и «учтивости церковных словопрений»! Ты заметила, как этот Эвергард сначала прикинулся овечкой и вдруг обернулся львом рыкающим. А какой дисциплинированный ум! Он мог бы стать прекрасным ученым, только интересы у него направлены не в ту сторону.</p>
     <p>Нечего и говорить, что и меня взволновала встреча с Эрнестом Эвергардом. И не только смысл и своеобразная форма его речей, — меня заинтересовал сам человек. В нашем кругу не встречались такие люди. Может быть, поэтому я все еще не помышляла серьезно о замужестве, несмотря на свои двадцать четыре года. Эрнест мне нравился, я должна была себе в этом сознаться. И это говорил мне не ум, не рассудок. Невзирая на его атлетическое сложение и шею боксера, я угадывала в нем детски-наивную душу. В неукротимом бунтаре скрывалась нежная, чувствительная натура. Трудно сказать, что внушило мне эти мысли, — вернее всего, их подсказало сердце.</p>
     <p>Голос Эрнеста, в котором слышался чистый звон металла, проникал мне в душу. Интонации этого голоса все еще звучали в моих ушах, и мне хотелось снова слышать его, ловить искорки смеха в глазах этого человека, лицо которого, казалось, выражало одну лишь решительность и суровость. Встреча эта пробудила во мне и другие, еще смутные и неопределенные, желания и ощущения. Я, может быть, уже тогда полюбила Эрнеста, хотя эти неясные чувства, вероятно, угасли бы без следа, если бы нам не довелось больше встретиться.</p>
     <p>Судьба не допустила этого. Этого не допустило новое увлечение моего отца социологией и задуманная им серия обедов. Отец не был социологом по образованию. Его брак с моей матерью был счастливым союзом, а работа в любимой области — физике — давала ему огромное удовлетворение. Но со смертью матушки в жизни его образовалась пустота, которую старые, привычные занятия не могли заполнить. Отец заинтересовался философией — скорее как любитель, а потом серьезно увлекся социологией и политической экономией. В нем всегда было сильно чувство справедливости, а теперь оно стало его главной страстью: он мечтал об уничтожении несправедливости на земле. Я радовалась его возвращению к деятельной жизни, не подозревая, чем это может для него кончиться. С энтузиазмом юноши окунулся он в новую для него сферу, нимало не задумываясь над тем, куда это может его привести.</p>
     <p>Лабораторные занятия были для отца привычной стихией, и теперь он превратил нашу столовую в своего рода социологическую лабораторию. На его обедах бывали люди всех рангов и сословий — ученые, политики, банкиры, коммерсанты, профессора, профсоюзные деятели, социалисты и анархисты. Отец вызывал своих гостей на беседы и споры, а потом анализировал их взгляды на жизнь и общество.</p>
     <p>С Эрнестом он познакомился незадолго до нашего «синедриона». В тот вечер, после ухода гостей, отец рассказал мне, как недавно, проходя по улице, он остановился послушать агитатора, обращавшегося к толпе рабочих. Это и был Эрнест. Впрочем, Эрнест был не только агитатором; он занимал видное положение в социалистической партии, его считали авторитетом в вопросах социалистической философии. Он умел ясно излагать самые сложные вещи и, будучи прирожденным учителем и пропагандистом, не пренебрегал и уличной трибуной, стремясь к распространению среди рабочих экономических знаний.</p>
     <p>Заинтересовавшись молодым оратором, отец тут же условился с ним о новой встрече, а затем, как знакомого, пригласил на обед с представителями церкви. И только после обеда он рассказал мне то немногое, что успел узнать о новом приятеле.</p>
     <p>Эрнест родился в рабочей среде, несмотря на то, что род его, восходивший к американским пионерам, уже двести с лишним лет как поселился в Америке<a l:href="#n_179" type="note">[179]</a>. Десятилетним мальчуганом Эрнест поступил на фабрику, выучился кузнечному делу и работал кузнецом. Он не получил систематического образования, но, занимаясь самостоятельно, изучил даже французский и немецкий языки и теперь перебивался переводами научных и философских книг для небольшого чикагского социалистического издательства. Кое-какие крохи приносили ему его собственные брошюры по вопросам философии и экономики, весьма туго распродававшиеся.</p>
     <p>Все это я узнала в тот самый вечер и потом долго не могла уснуть, взволнованная новыми впечатлениями, прислушиваясь к мощному голосу, который не переставал звучать в моих ушах. Я непрестанно думала об Эрнесте и сама пугалась своих мыслей. Этот человек был так непохож на тех, кого я знала, от него веяло незнакомой, суровой силой. Его властность и привлекала и страшила меня, так как, отдавшись вольной игре воображения, я уже рисовала его себе своим возлюбленным, своим мужем. Я часто слышала, что сила в мужчине неотразимо привлекает женщин. Но этот человек был слишком силен. «Нет, нет, — восклицала я, — немыслимо, невозможно!» Но утром я уже опять мечтала о новой встрече с Эрнестом. Я жаждала вновь увидеть его в горячей схватке с противниками, услышать звон металла в его голосе, наблюдать, с какой уверенностью и силой он расправляется со своими оппонентами, выколачивая из них спесь и самодовольство, как расшатывает их привычные верования и убеждения. Пусть он не знает удержу. Говоря его собственными словами, это «действует», дает результаты. Его стремительность увлекала за собой, она волновала, словно звуки трубы перед атакой.</p>
     <p>Прошло несколько дней. За это время я познакомилась с теми книжками Эрнеста, которые нашлись у папы. Писал он так же, как говорил, — ясно и убедительно. Вы могли не соглашаться с ним, но вас невольно восхищала простота и прозрачность его слога. Мысль его работала необыкновенно четко. Это был популяризатор по призванию. Но, несмотря на все достоинства изложения, со многим в его писаниях я не могла согласиться. Он слишком подчеркивал то, что называл классовой борьбой, антагонизмом между трудом и капиталом, столкновением интересов.</p>
     <p>Папа сообщил мне, посмеиваясь, что доктор Гаммерфилд отозвался об Эрнесте как о «дерзком щенке, который возомнил о себе, начитавшись плохих книжек». Почтенный пастырь наотрез отказался от дальнейших встреч с Эрнестом.</p>
     <p>Зато епископ Морхауз проявлял интерес к молодому агитатору и очень хотел еще раз встретиться с ним. «Энергичный юноша, — сказал он отцу, — в нем много жизни, много сил. Но только очень уж он себе верит».</p>
     <p>Как-то вечером отец опять привел к нам Эрнеста. Пришел и епископ, и нам подали чай на веранде. Здесь уместно пояснить, что затянувшееся пребывание Эрнеста в нашем городе было вызвано тем, что он слушал в университете специальный курс биологии, а кроме того, прилежно работал над своей книгой «Философия и революция» <a l:href="#n_180" type="note">[180]</a>.</p>
     <p>До чего же тесной показалась мне наша веранда с появлением на ней Эрнеста! Собственно, он был не такой уж высокий — пять футов девять дюймов, — но все как-то тускнело и терялось рядом с ним. Здороваясь со мной, он заметно смутился, и меня удивила застенчивая неуклюжесть его поклона, не вязавшаяся ни с его решительным взглядом, ни с крепким рукопожатием. И опять его глаза смело и уверенно заглянули в мои. На этот раз я прочла в них вопрос, и снова он слишком пристально смотрел на меня.</p>
     <p>— Я прочла вашу «Философию рабочего класса», — сказала я.</p>
     <p>Глаза Эрнеста потеплели.</p>
     <p>— Надеюсь, вы приняли во внимание, что эта книжка рассчитана на определенную аудиторию? — сказал он.</p>
     <p>— Да, и как раз поэтому я хочу с вами поспорить, — продолжала я отважно.</p>
     <p>— Я тоже хочу с вами поспорить, мистер Эвергард, — вставил епископ Морхауз.</p>
     <p>Эрнест слегка пожал плечами и принял из моих рук чашку чая.</p>
     <p>Епископ легким поклоном в мою сторону дал понять, что просит меня говорить первой.</p>
     <p>— Вы разжигаете классовую ненависть, — начала я. — Я считаю недостойным и даже преступным такое обращение к самым темным инстинктам рабочего класса, к его ограниченности и жестокости. Классовая ненависть — это чувство антисоциальное, что общего может быть между ней и социализмом?</p>
     <p>— Не виновен ни словом, ни помышлением, — возразил Эрнест. — Ни в одной из моих книг нет ни строчки о классовой ненависти.</p>
     <p>— Полноте! — воскликнула я с упреком и, достав брошюру, принялась перелистывать ее.</p>
     <p>Он спокойно пил чай и с улыбкой поглядывал на меня.</p>
     <p>— Вот, страница сто тридцать вторая, — приступила я к чтению. — «На современном этапе общественного развития отношения между классом, покупающим рабочую силу, и классом, продающим ее, принимают характер классовой борьбы».</p>
     <p>Я посмотрела на Эрнеста с торжеством.</p>
     <p>— Тут ни слова нет о классовой ненависти, — сказал он, улыбаясь.</p>
     <p>— Но разве здесь не сказано: классовая борьба?</p>
     <p>— Так это же разные вещи, — возразил Эрнест. — Поверьте, мы не разжигаем ненависти. Мы говорим, что классовая борьба — это закон общественного развития. Не мы несем за нее ответственность, не мы ее породили. Мы только исследуем ее законы, как Ньютон исследовал законы земного притяжения. Мы объясняем, в чем существо противоречивых интересов, столкновение которых приводит к классовой борьбе.</p>
     <p>— Но никаких противоречий быть не должно! — воскликнула я.</p>
     <p>— Согласен, — ответил Эрнест. — Мы, социалисты, и добиваемся устранения этих противоречий. Разрешите мне прочитать вам небольшой отрывок. — Он взял книжку и полистал ее. — Страница сто двадцать шестая: «Период классовой борьбы, возникающий с распадом первобытного коммунизма и переходом к периоду накопления частной собственности, должен завершиться обобществлением частной собственности…»</p>
     <p>— Позвольте мне все же с вами не согласиться, — вмешался епископ. Легкий румянец на его бледном аскетическом лице казался отблеском внутреннего огня. — Я отвергаю ваше исходное положение. Между интересами капитала и труда нет противоречий, — во всяком случае, их не должно быть.</p>
     <p>— Покорнейше благодарю, — отвечал Эрнест, на этот раз с величайшей серьезностью. — Ваши последние слова только подкрепляют мое исходное положение.</p>
     <p>— Да и откуда бы взяться этому противоречию? — допытывался епископ.</p>
     <p>Эрнест развел руками:</p>
     <p>— Вероятно, люди так устроены.</p>
     <p>— Нет, люди не так устроены! — горячился епископ.</p>
     <p>— Кого же вы имеете в виду? — спросил Эрнест. — Быть может, вам мерещатся какие-то идеальные натуры, чуждые корысти и мирских интересов? Но ведь это столь редкостные явления, что о них и говорить не стоит. Или вы имеете в виду обыкновенного, рядового человека?</p>
     <p>— Я имею в виду обыкновенного, рядового человека, — последовал ответ.</p>
     <p>— Наделенного слабостями, склонного к ошибкам и заблуждениям?</p>
     <p>Епископ кивнул.</p>
     <p>— Мелочного, эгоистичного?</p>
     <p>Епископ снова кивнул.</p>
     <p>— Берегитесь! — воскликнул Эрнест. — Я сказал «эгоистичного».</p>
     <p>— Средний человек эгоистичен, — храбро подтвердил епископ.</p>
     <p>— Ему сколько ни дай, все мало!..</p>
     <p>— Да, ему сколько ни дай, все мало… Как это ни прискорбно, я согласен с вами.</p>
     <p>— Ну, тогда вы попались! — Челюсти Эрнеста грозно сомкнулись, точно захлопнулась ловушка. — Смотрите сами. Возьмем человека, работающего, скажем, в трамвайной компании.</p>
     <p>— Эту работу предоставил ему капитал, — ввернул епископ.</p>
     <p>— Правильно, но капитал не мог бы существовать без рабочих, обеспечивающих ему дивиденды.</p>
     <p>Епископ промолчал.</p>
     <p>— Согласны?</p>
     <p>Епископ кивнул.</p>
     <p>— В таком случае мы квиты и можем начать сначала. — Тон у Эрнеста был самый деловой. — Итак, трамвайные рабочие дают свой труд. Акционеры дают капитал. Совместными усилиями труда и капитала создается новая стоимость<a l:href="#n_181" type="note">[181]</a>. Она делится между рабочими и предпринимателями. Доля капитала называется «дивидендами», доля труда — «заработной платой».</p>
     <p>— Совершенно верно, — сказал епископ. — Но почему же этот дележ не может быть полюбовным?</p>
     <p>— Вы забыли, с чего мы начали, — возразил Эрнест. — Мы установили, что средний человек — эгоист. Нас ведь интересуют настоящие, живые люди. Вы же опять вознеслись в эмпиреи и говорите о бескорыстных существах, достойных всякой похвалы, но не существующих в природе. Спустившись на землю, мы должны сказать, что рабочий, будучи обыкновенным смертным, хочет получить при дележе возможно большую долю. Капиталист тоже норовит получить возможно больше. Но там, где разделу подлежат точно определенные, реальные ценности и где та и другая сторона хочет получить большую долю, неминуемо возникает столкновение интересов. Вот вам и конфликт между трудом и капиталом. И, надо сказать, конфликт неразрешимый. До тех пор, пока существуют труд и капитал, будут существовать разногласия между ними в вопросе о разделе материальных благ. Если бы вы сегодня оказались в Сан-Франциско, вам пришлось бы передвигаться пешком. Сегодня на линию не вышел ни один вагон.</p>
     <p>— Опять забастовка?<a l:href="#n_182" type="note">[182]</a> — горестно воскликнул епископ.</p>
     <p>— Да. Очередные разногласия у рабочих и трамвайной компании по вопросу о заработной плате.</p>
     <p>Епископ Морхауз был вне себя от огорчения.</p>
     <p>— Какая пагубная ошибка!.. — воскликнул он. — Как это недальновидно со стороны рабочих. Разве могут они цадеяться на сочувствие, если…</p>
     <p>— Если заставляют нас ходить пешком, — лукаво подсказал ему Эрнест.</p>
     <p>Но епископ пропустил мимо ушей его замечание.</p>
     <p>— Это непростительная ограниченность и узость. Человек не должен становиться диким зверем. Опять насилие, убийство! Сколько безутешных вдов, бесприютных сирот! Рабочим и предпринимателям следовало бы быть верными союзниками. Они должны работать дружно, это выгодней и для тех и для других.</p>
     <p>— Опять вы парите в небесах, — холодно остановил его Эрнест. — Вернитесь на землю. Вспомните: человек эгоистичен.</p>
     <p>— Но этого не должно быть! — воскликнул епископ.</p>
     <p>— Согласен, — последовал ответ. — Человек не должен быть эгоистом, но он останется им при социальной системе, основанной на неприкрытом свинстве.</p>
     <p>У епископа перехватило дыхание. Папа втихомолку смеялся.</p>
     <p>— Да, неприкрытое свинство, — продолжал неумолимо Эрнест, — вот истинная сущность капиталистической системы. И вот за что ратует ваша церковь, вот что и сами вы проповедуете, всходя на кафедру. Свинство! Другого названия не подберешь.</p>
     <p>Епископ жалобно посмотрел на отца, но тот, все так же смеясь, энергично закивал головой.</p>
     <p>— Боюсь, что мистер Эвергард прав, — сказал он. — У нас господствует принцип «Laissez faire», иначе говоря — «каждый за себя, черт за всех». Как мистер Эвергард говорил в прошлый раз, церковь стоит на страже существующего порядка, а основа этого порядка именно такова.</p>
     <p>— Христос не этому учил нас! — воскликнул епископ.</p>
     <p>— Нынешней церкви нет дела до учения Христа, — вмешался Эрнест. — Потому-то она и растеряла своих приверженцев среди рабочих. В наши дни церковь поддерживает ту чудовищную, зверскую систему эксплуатации, которую установил класс капиталистов.</p>
     <p>— Нет, церковь ее не поддерживает, — настаивал епископ.</p>
     <p>— Но она и не восстает против нее. А раз так, значит, она эту систему поддерживает. Да оно и естественно, ведь церковь существует на средства капиталистов.</p>
     <p>— Мне это никогда не приходило в голову, — простодушно возразил епископ. — Думаю, что вы не правы. Я знаю, в этом мире немало тяжелого и несправедливого. Знаю, что церковь утратила часть своих сынов — так называемый пролетариат…<a l:href="#n_183" type="note">[183]</a></p>
     <p>— Пролетариат никогда не был вашим, — загремел Эрнест. — Он рос вне церкви, церковь меньше всего им занималась.</p>
     <p>— Я вас не понимаю, — пролепетал епископ.</p>
     <p>— А не понимаете, так я объясню вам. Вам, конечно, известно, что с появлением машин и возникновением фабрик во второй половине восемнадцатого века огромное большинство трудящегося населения было оторвано от земли. Условия труда в корне изменились. Бросив родные деревни, рабочий люд вынужден был селиться в тесных, скученных кварталах больших городов. Не только мужчины, но и матери семейств и дети были приставлены к машинам. Рабочий не имел семьи. Его жизнь была ужасна. Эти страницы истории залиты кровью.</p>
     <p>— Знаю, знаю, — перебил его епископ, страдальчески морщась. — Все это ужасно. Но это было полтора века тому назад.</p>
     <p>— Полтора века назад и возник современный пролетариат, — подхватил Эрнест. — А где была тогда церковь? Капитал погнал на бойню чуть ли не целый народ, а как отнеслась к этому церковь? Церковь молчала. Она не протестовала, как и сейчас не протестует. Вспомните, что говорит по этому поводу Остин Льюис<a l:href="#n_184" type="note">[184]</a>: «Те, кому было заповедано: „Пасите овец моих“, спокойно смотрели, как их овец продавали в рабство и замучивали до смерти тяжелой работой» <a l:href="#n_185" type="note">[185]</a>. В эти страшные годы церковь безмолвствовала. Но прежде чем продолжать, я хочу, чтобы вы мне ответили: согласны вы со мной или не согласны? Так это или не так?</p>
     <p>Епископ колебался: он не привык к тактике «лобовой атаки», как называл ее Эрнест.</p>
     <p>— История восемнадцатого века уже написана, — настаивал Эрнест. — Если бы церковь что-нибудь сделала в те времена, об этом можно было бы прочитать в книгах.</p>
     <p>— Боюсь, что церковь действительно молчала, — вынужден был признать епископ.</p>
     <p>— Сегодня она также молчит.</p>
     <p>— Нет, с этим я не могу согласиться, — возразил епископ.</p>
     <p>Эрнест не сразу ответил. Он испытующе посмотрел на своего собеседника, потом, видно, принял решение.</p>
     <p>— Ладно, — сказал он, — посмотрим. В чикагских швейных мастерских женщины за целую неделю работы получают девяносто центов. Протестовала против этого церковь?</p>
     <p>— Для меня это новость. Девяносто центов! Неслыханно, ужасно!</p>
     <p>— Протестовала церковь? — повторил Эрнест.</p>
     <p>— Церкви это неизвестно, — отчаянно защищался епископ.</p>
     <p>— А разве не церкви было заповедано: «Пасите овец моих»? — издевался Эрнест. И тут же спохватился: — Простите, епископ, но с вами всякое терпение теряешь. А протестовали вы, обращаясь к своим богатым прихожанам, против применения детского труда на текстильных фабриках Юга?<a l:href="#n_186" type="note">[186]</a> Знаете ли вы, что шести-семилетние дети работают там в ночной смене, и это сплошь и рядом — при двенадцатичасовом рабочем дне? Они никогда не видят солнца. Они мрут, как мухи. Дивиденды выплачиваются их кровью. Зато потом где-нибудь в Новой Англии на эти самые дивиденды вам выстроят роскошные церкви, чтобы ваш брат священник лепетал с амвона этим держателям дивидендов, гладким и толстопузым, всякие умильные пошлости!</p>
     <p>— Я ничего этого не знал, — чуть слышно прошептал епископ. Он побледнел и, казалось, боролся с тошнотой.</p>
     <p>— Стало быть, вы не протестовали?</p>
     <p>Епископ отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Стало быть, церковь и ныне безмолвствует, как в восемнадцатом веке?</p>
     <p>Епископ опять промолчал, но Эрнест и не настаивал на ответе.</p>
     <p>— Кстати, не забудьте, что, если бы священник и осмелился протестовать, ему пришлось бы немедленно распроститься со своей кафедрой и приходом.</p>
     <p>— По-моему, вы преувеличиваете, — кротко заметил епископ.</p>
     <p>— И вы решились бы протестовать? — спросил Эрнест.</p>
     <p>— Укажите мне подобные факты в нашей общине, и я буду протестовать.</p>
     <p>— Я покажу их вам, — спокойно сказал Эрнест. — Можете располагать мной. Я проведу вас через ад.</p>
     <p>— Хорошо. И тогда я буду протестовать. — Епископ выпрямился в своем кресле, его кроткое лицо выражало решимость воина. — Церковь больше не будет безмолвствовать?</p>
     <p>— Вас лишат сана, — предостерег Эрнест.</p>
     <p>— Я докажу вам обратное, — ответил епископ. — Если все, что вы говорите, правда, я докажу вам, что церковь заблуждалась по неведению. Мало того, я уверен, что все ужасы нашего промышленного века объясняются полным неведением, в коем пребывает и класс капиталистов. Увидите, как все изменится, едва до него дойдет эта весть. А долг принести ему эту весть лежит на церкви.</p>
     <p>Эрнест рассмеялся. Грубая беспощадность этого смеха заставила меня вступиться за епископа.</p>
     <p>— Не забывайте, — сказала я, — что вам знакома только одна сторона медали. В нас тоже много хорошего, хоть мы и кажемся вам закоренелыми злодеями. Епископ прав. Те ужасы, которые вы здесь рисовали, мало кому известны. Вся беда в том, что пропасть, разделяющая общественные классы, слишком уж велика.</p>
     <p>— Дикари индейцы не так жестоки и кровожадны, как ваши капиталисты, — отвечал Эрнест.</p>
     <p>В эту минуту я ненавидела его.</p>
     <p>— Вы нас не знаете. Совсем мы не жестоки и не кровожадны!</p>
     <p>— Докажите! — В голосе его звучал вызов.</p>
     <p>— Как могу я доказать это… вам? — Я не на шутку рассердилась.</p>
     <p>Эрнест покачал головой.</p>
     <p>— Мне вы можете не доказывать; докажите себе.</p>
     <p>— Я и без того знаю.</p>
     <p>— Ничего вы не знаете, — отрезал он грубо.</p>
     <p>— Дети, дети, не ссорьтесь, — попробовал успокоить нас папа.</p>
     <p>— Мне дела нет… — начала я возмущенно, но Эрнест прервал меня:</p>
     <p>— Насколько мне известно, вы или ваш отец, что одно и то же, состоите акционерами Сьеррской компании.</p>
     <p>— Какое это имеет отношение к нашему спору? — негодовала я.</p>
     <p>— Ровно никакого, если не считать того, что платье, которое вы носите, забрызгано кровью. Пища, которую вы едите, приправлена кровью. Кровь малых детей и сильных мужчин стекает вот с этого потолка. Стоит мне закрыть глаза, и я явственно слышу, как она капля за каплей заливает все вокруг.</p>
     <p>Он и в самом деле закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Слезы обиды и оскорбленного тщеславия брызнули из моих глаз. Никто еще не обращался со мной так грубо. Поведение Эрнеста смутило даже папу, не говоря уж о добряке епископе. Они тактично старались перевести разговор в другое русло, но не тут-то было. Эрнест открыл глаза, посмотрел на меня в упор и жестом попросил их замолчать. В углах его рта залегла суровая складка, в глазах — ни искорки смеха. Что он хотел сказать, какую готовил мне казнь, я так и не узнала, ибо в эту самую минуту кто-то внизу, на тротуаре, остановился у нашего дома и посмотрел на нас. Это был рослый мужчина, бедно одетый; он тащил на спине гору плетеной мебели — стульев, этажерок, ширм. Он оглядывал наш дом, видимо, раздумывая, стоит или не стоит предлагать здесь свой товар.</p>
     <p>— Этого человека зовут Джексон, — сказал Эрнест.</p>
     <p>— Такому здоровяку следовало бы работать, а не торговать вразнос<a l:href="#n_187" type="note">[187]</a>, — раздраженно отозвалась я.</p>
     <p>— Взгляните на его левый рукав, — мягко сказал Эрнест.</p>
     <p>Я взглянула — рукав был пустой.</p>
     <p>— За кровь этого человека вы тоже в ответе, — все так же миролюбиво продолжал Эрнест. — Джексон потерял руку на работе, он старый рабочий Сьеррской компании, однако вы, не задумываясь, выбросили его на улицу, как гонят со двора разбитую клячу. Когда я говорю «вы», я имею в виду вашу администрацию, всех тех, кому акционеры Сьеррской компании поручили управлять своим предприятием, кому они платят жалованье. Джексон — жертва несчастного случая. Его погубило желание сберечь Компании несколько долларов. Ему бы оставить без внимания кусочек кремня, попавший в зубья барабана, — поломались бы два ряда спиц, зато рука была бы цела. А Джексон потянулся за кремнем; вот ему и размозжило руку по самое плечо. Дело было ночью. Работали сверхурочно. Те месяцы принесли акционерам особенно жирные прибыли. Джексон простоял у машины много часов, мускулы его потеряли упругость и гибкость, движения замедлились. Тут-то его и зацапала машина. А ведь у него жена и трое детей.</p>
     <p>— Что же сделала для него Компания? — спросила я.</p>
     <p>— Ничего. Виноват! Кое-что сделала: она опротестовала иск Джексона о возмещении за увечье, предъявленный им после выхода из больницы. К услугам Компании, как вам известно, опытнейшие юристы.</p>
     <p>— Вы освещаете дело односторонне, — уверенно сказала я. — Может, вам не все известно. Человек этот, должно быть, дерзко вел себя.</p>
     <p>— Дерзко вел себя? Ха-ха-ха! — саркастически рассмеялся Эрнест. — Человек с начисто отхваченной рукой осмелился кому-то дерзить! Нет, Джексон смирный, безответный малый. Таких художеств за ним не водится.</p>
     <p>— А суд? — не сдавалась я. — Если бы все было так, как вы говорите, дело не решилось бы против Джексона.</p>
     <p>— Главный юрисконсульт Компании, полковник Ингрэм, весьма искушенный юрист. — С минуту Эрнест пристально смотрел на меня, потом сказал: — Вот, мисс Каннингхем, вам бы заняться делом Джексона. Расследуйте этот судебный казус.</p>
     <p>— Я и без вашего совета собиралась это сделать, — холодно ответила я.</p>
     <p>— Прекрасно. — Он смотрел на меня с подкупающим добродушием. — Я расскажу, где его найти. Но только мне страшно подумать, что раскроет вам рука Джексона.</p>
     <p>Так мы с епископом Морхаузом оба приняли вызов Эрнеста. Вскоре гости ушли, оставив меня с щемящим чувством обиды: мне и моему классу было нанесено незаслуженное оскорбление. Я решила, что человек этот просто чудовище. Я ненавидела его всей душой, но утешала себя тем, что такое поведение естественно для бывшего рабочего.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
      <p>Рука Джексона</p>
     </title>
     <p>Могла ли я думать, отправляясь на поиски Джексона, что рука его сыграет в моей жизни такую огромную роль?</p>
     <p>Сам Джексон не произвел на меня большого впечатления. Он ютился с семьей в покосившейся хибарке<a l:href="#n_188" type="note">[188]</a>, на окраине города, у самого залива, в тесном соседстве с болотом. Вокруг домика, в огромных лужах, затянутых густой зеленоватой пеной, гнила стоячая вода, распространяя невыносимую вонь.</p>
     <p>Джексон оказался именно тем тихим, безответным малым, каким описал его Эрнест. Он что-то мастерил во время нашего разговора и ни на минуту не отрывался от своей работы. Но как он ни был кроток и забит, мне все же почудились нотки озлобления в его голосе, когда он сказал:</p>
     <p>— Уж местечко сторожа<a l:href="#n_189" type="note">[189]</a> они могли бы мне дать.</p>
     <p>Он разговаривал неохотно и показался бы мне тупицей, если бы не та ловкость, с какой он работал, управляясь одной рукой. Наблюдая за его проворными движениями, я с удивлением спросила:</p>
     <p>— Как же это вы так оплошали, Джексон, что ухитрились потерять руку?</p>
     <p>Он задумчиво посмотрел на меня и покачал головой.</p>
     <p>— Сам не знаю. Так уж получилось.</p>
     <p>— Неосторожность? — не отставала я.</p>
     <p>— Нет, — отвечал он. — Я бы не сказал. Нас тогда замучили сверхурочной работой, и я, видно, устал. Я ведь семнадцать лет оттрубил на этой фабрике и скажу вам, что большинство несчастных случаев бывает как раз перед гудком<a l:href="#n_190" type="note">[190]</a>. За весь рабочий день их не наберется столько. Когда много часов простоишь у машины, всякое соображение теряешь. На моей памяти сколько народу перекалечило! Иной раз так изувечит человека, что родная мать не узнает.</p>
     <p>— И много вы знаете таких случаев?</p>
     <p>— Сотни. С ребятишками тоже бывает.</p>
     <p>За исключением этих страшных подробностей рассказ Джексона не дал мне ничего нового. На мой вопрос, не погрешил ли он против правил обращения с машиной, Джексон отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Я правой рукой сбросил привод, а левой думал выхватить кремень. Мне бы, конечно, надо проверить, точно ли я освободил колесо. А я понадеялся на себя, вот в чем моя ошибка. Ремень соскочил только наполовину, и мне втянуло левую руку по самое плечо.</p>
     <p>— Больно было? — посочувствовала я.</p>
     <p>— Да уж что хорошего, когда машина дробит тебе кости.</p>
     <p>Джексон плохо представлял себе, что было на суде, и только повторял, что суд «ничего ему не присудил». Он считал, что ему повредили показания мастеров и главного управляющего. «Не по совести они показывали», — повторял он. Я решила допросить этих свидетелей.</p>
     <p>Одно не подлежало сомнению: положение Джексона самое бедственное. Жена у него постоянно хворает, а сам он своей торговлей не может прокормить семью. Они много задолжали за квартиру, и старший мальчуган, лет одиннадцати, недавно поступил на фабрику.</p>
     <p>— Уж местечко сторожа они могли бы для меня найти, — сказал мне Джексон, прощаясь.</p>
     <p>Последующие свидания с адвокатом Джексона, который так неудачно защищал его интересы, а также с мастерами и управляющим, выступавшими свидетелями на суде, убедили меня, что Эрнест не далек от истины в своих предположениях.</p>
     <p>Адвокат, щуплое, загнанное существо, производил впечатление законченного неудачника. Глядя на него, я не удивилась, что он проиграл дело Джексона, и подумала: ведь надо же было выбрать себе такого адвоката. Но мне вспомнились два замечания Эрнеста: «К услугам Компании, как вам известно, опытнейшие юристы» и «Полковник Ингрэм — весьма искушенный юрист». Я только сейчас поняла, что Компании легче заручиться содействием юридических светил, чем бедняку рабочему. Но все это, как я догадывалась, играло второстепенную роль. Существовали гораздо более серьезные причины, чтобы Джексону было отказано в иске.</p>
     <p>— Почему вы проиграли дело? — спросила я адвоката.</p>
     <p>Первое мгновение он как-то съежился и растерялся; во мне пробудилось даже что-то вроде жалости к этому тщедушному созданию. Потом начал ныть. Нытье, вероятно, было его естественным состоянием. Казалось, невезение преследовало этого человека с колыбели. Он пожаловался на свидетелей. Все их показания были на руку ответчику. Он не мог вытянуть из них ни одного слова в пользу своего клиента. Это народ ученый, они знают, что к чему. Джексон — болван. Полковнику Ингрэму ничего не стоило запугать его и сбить с толку. С полковником Ингрэмом не потягаешься, он — король перекрестного допроса. Ему удалось добиться от Джексона убийственных для дела показаний.</p>
     <p>— Как мог Джексон дать убийственные для себя показания? Ведь прав-то был он?</p>
     <p>— Что значит прав? — ответил он вопросом на вопрос. — Видите эти книги? — И он показал на ряды полок, тянувшиеся вдоль стен его крошечной конторы. — Все это мной изучено от корки до корки. Зато я теперь знаю, что одно дело — правда, а другое — закон. Спросите любого юриста. Что такое правда, вам расскажут в воскресной школе; а закон — он здесь, в этих книгах.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что Джексон был прав, но что это не помешало ему проиграть дело? Вы хотите сказать, что судья Колдуэлл судит не по правде?</p>
     <p>Адвокат вызывающе уставился на меня, но постепенно воинственный задор потух в его глазах.</p>
     <p>— Поймите и меня тоже, — опять захныкал он. Ведь они разыграли не только Джексона, они и меня оставили в дураках. Поймите, в каком я оказался положении. Полковник Ингрэм — светило юридического мира. Если б он не был светилом, думаете, Сьеррская компания поручала бы ему свои дела? И не только Сьеррская, а и Эрстоновский земельный синдикат, Берклийское акционерное общество и три электрокомпании — Окленд, Сан-Леандро и Плезантонская. Он поверенный корпораций, а поверенные корпораций получают большие оклады не для того, чтобы проваливать дела в суде<a l:href="#n_191" type="note">[191]</a>. Как вы думаете, почему одна только Сьеррская компания платит полковнику Ингрэму двадцать тысяч в год? Потому что он стоит этих денег! Я не стою таких денег. Если бы я стоил хотя бы половину, я не промышлял бы чем бог пошлет и не брался бы за такие дела, как иск Джексона. Как вы думаете, много бы я заработал, выиграв это дело?</p>
     <p>— Очевидно, вы обокрали бы Джексона, — ответила я.</p>
     <p>— Можете не сомневаться, — рассердился адвокат. — Жить-то мне надо, как вы полагаете?<a l:href="#n_192" type="note">[192]</a></p>
     <p>— Но у него жена и дети, — пожурила я его.</p>
     <p>— А у меня, думаете, нет жены и детей? И ни одна душа, кроме меня, не заботится о том, есть ли у них кусок хлеба.</p>
     <p>Лицо его внезапно посветлело, он достал часы и показал мне на внутренней стороне крышки карточку женщины с двумя девочками.</p>
     <p>— Вот они. Взгляните. Нелегко им живется, бедняжкам. Я мечтал отправить их на дачу, если бы удалось выиграть дело Джексона. Они у нас все хворают. Но какая там дача! На это нужны средства.</p>
     <p>Когда я собралась уходить, он опять заныл:</p>
     <p>— Ничего бы у меня не вышло, так или иначе. Полковник Ингрэм и судья Колдуэлл — добрые друзья. Конечно, этим еще не все сказано: если бы мне удалось на перекрестном допросе вытянуть из свидетелей благоприятные показания, не дружба их решила бы дело. Но судья Колдуэлл не пожалел сил, чтобы не допустить таких показаний. Да и неудивительно. Судья Колдуэлл и полковник Ингрэм — члены одной ложи и одного клуба; да и живут они рядом. Мне было бы не по карману поселиться с ними по соседству. И жены их бывают друг у друга. Постоянно званые вечера, вист и все такое — то у одной, то у другой.</p>
     <p>— Так Джексон все-таки был прав? — спросила я уже с порога.</p>
     <p>— Еще бы! Сначала я даже верил, что можно выиграть это дело. Но жене не говорил, — из осторожности, знаете, чтобы зря не волновать ее. Очень уж ей, бедняжке, хотелось на дачу.</p>
     <p>— Почему вы не сказали суду, что Джексон старался спасти машину? — спросила я Питера Донелли, одного из мастеров, дававших показания на суде.</p>
     <p>Он долго думал, прежде чем ответить. Потом боязливо огляделся и сказал:</p>
     <p>— Потому что у меня славная жена и трое ребятишек — таких ребят поискать надо, — вот почему!</p>
     <p>— Я вас не понимаю, — сказала я.</p>
     <p>— Проще говоря, мне бы не поздоровилось…</p>
     <p>— Вы хотите сказать…</p>
     <p>Но он прервал меня с ожесточением:</p>
     <p>— Я хочу сказать то, что сказал. Я не первый год работаю на фабрике. Вот таким мальчишкой стал за машину и достиг кое-чего. Нелегко мне это далось. Сейчас я мастер, заметьте; и если я буду тонуть, ни одна душа на фабрике не окажет мне помощи. Когда-то и я был членом союза, но во время последних двух забастовок соблюдал интересы Компании. Меня и ославили штрейкбрехером. И теперь ни один рабочий не согласился бы со мной выпить, если бы я ему предложил. Видите, как меня разукрасили? Это неведомо откуда на голову мне сыплются кирпичи. Нет мальчишки у прядильной машины, который не бранил бы меня последними словами, стоит мне отвернуться. Один друг у меня на свете — Компания. Тут не то что мой долг, тут и хлеб мой и жизнь моих детей… Вот почему я и шагу не сделаю против Компании.</p>
     <p>— Ну, а Джексон? Правильно, что его лишили компенсации?</p>
     <p>— Нет, неправильно. Он работал добросовестно. И человек он смирный, мы за ним ничего плохого не знаем.</p>
     <p>— Значит, вы не сказали на суде правду, как присягали?</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Правду, всю правду и одну только правду? — торжественно произнесла я.</p>
     <p>Что-то исступленное мелькнуло в его взгляде. Он поднял глаза — не на меня, на небо.</p>
     <p>— Пусть мою душу и тело терзает вечный огонь — я все вытерплю ради моих детей! — сказал он.</p>
     <p>Управляющий Генри Даллес, господинчик с лисьей физиономией, смерил меня наглым взглядом и наотрез отказался отвечать. Я так и не добилась от него ни одного слова в объяснение его поведения на суде. Больше посчастливилось мне с другим мастером, Джемсом Смитом. На первый взгляд его угрюмое лицо не сулило ничего хорошего. Вскоре выяснилось, что и он не волен в своих словах и поступках, но по развитию этот человек показался мне выше простого рабочего. Также, как и Питер Донелли, он подтвердил, что Джексону полагалась компенсация. Он даже сказал, что недобросовестно и жестоко было выбросить на улицу беспомощного калеку, пострадавшего на производстве, и добавил, что случай с Джексоном не единственный: Компания на все пойдет, чтобы не дать рабочему компенсации за увечье.</p>
     <p>— Это стоило бы акционерам не одну сотню тысяч в год, — сказал он.</p>
     <p>Я вспомнила дивиденды, выплаченные нам последний раз, — мое нарядное платье, книги, купленные для отца; вспомнила слова Эрнеста о том, что платье у меня залито кровью рабочих, — и внутренне поежилась.</p>
     <p>— В своих показаниях вы умолчали о том, что Джексон пострадал, желая спасти машину от поломки, — сказала я.</p>
     <p>— Да, умолчал. — Смит сурово стиснул губы. — Я сказал, что Джексон поплатился за собственную небрежность и что Компания тут ни при чем.</p>
     <p>— Он действительно проявил небрежность?</p>
     <p>— Называйте, как хотите. Человек не в силах выдержать такую работу. У него сдают нервы.</p>
     <p>Я невольно заинтересовалась Смитом. Он и в самом деле не был похож на простого рабочего.</p>
     <p>— Вы, по-видимому, образованнее многих рабочих, — сказала я.</p>
     <p>— Я получил среднее образование, — ответил Смит. — Пока учился, работал дворником. Собирался и в университет. Но после смерти отца пришлось все бросить и пойти работать. Моей мечтой было стать натуралистом, — смущенно прибавил он, словно признаваясь в непозволительной слабости. — Я очень люблю животных. А вот пришлось поступить на фабрику. Потом стал мастером, женился, пошли дети, то да се — словом, я уже себе не хозяин.</p>
     <p>— Что вы этим хотите сказать? — спросила я.</p>
     <p>— Я объясняю, чем вызвано мое поведение на суде, почему я согласился дать требуемые показания.</p>
     <p>— Кто их от вас потребовал?</p>
     <p>— Полковник Ингрэм. Он научил меня, как отвечать на суде.</p>
     <p>— И это погубило Джексона?</p>
     <p>Смит кивнул. По лицу его расползался темный румянец.</p>
     <p>— У Джексона жена и двое детей, он их единственный кормилец.</p>
     <p>— Знаю, — спокойно подтвердил Смит, хотя лицо его все больше багровело.</p>
     <p>— Скажите, — продолжала я. — Трудно вам было из человека, каким вы были, скажем, в старших классах, превратиться в такого, который способен так держаться на суде?</p>
     <p>Внезапность последовавшего взрыва ошеломила меня и испугала. Смит, выйдя из себя, чертыхнулся<a l:href="#n_193" type="note">[193]</a> и стиснул кулаки, словно готов был меня избить.</p>
     <p>— Простите, — сказал он, опомнившись. — Да, это было трудновато. А теперь пора вам уходить. Вы из меня вытянули все, что хотели, но предупреждаю, вы просчитаетесь, если вздумаете где-нибудь на меня сослаться. Я вам ничего не сказал, так и знайте; тем более что свидетелей у вас нет. Я буду отрицать каждое ваше слово, — если понадобится, под присягой.</p>
     <p>После разговора со Смитом я зашла к отцу на химический факультет и неожиданно застала в его кабинете Эрнеста. Он поздоровался со мной как ни в чем не бывало, и меня опять поразила его непринужденная и вместе с тем застенчивая манера. Казалось, он не помнит нашего недавнего бурного спора, но я отнюдь не собиралась предавать его забвению.</p>
     <p>— Я тут занялась делом Джексона, — сразу начала я.</p>
     <p>Эрнест насторожился и, по-видимому, с интересом ждал рассказа. В глазах его я читала уверенность, что прежние мои взгляды уже поколеблены.</p>
     <p>— С ним и правда обошлись бесчеловечно, — призналась я. — Я… я даже думаю, что кровь его в самом деле стекает с нашей крыши.</p>
     <p>— Разумеется, — сказал Эрнест. — Если бы с Джексоном и его товарищами по несчастью поступали как должно, не видать бы вам таких дивидендов.</p>
     <p>— Боюсь, что у меня навсегда пропал вкус к красивым платьям, — сказала я.</p>
     <p>Было отрадно виниться перед Эрнестом, довериться ему, как своему исповеднику. Его сильная натура и впоследствии была мне опорой, его присутствие успокаивало меня и согревало ощущением безопасности.</p>
     <p>— В мешковине вы будете чувствовать себя не лучше, — совершенно серьезно заметил Эрнест. — На джутовых фабриках такие же порядки. Да и везде то же самое. Вся наша хваленая цивилизация воздвигнута на крови и полита кровью, и ни мне, ни вам, и никому другому не стереть со лба кровавого клейма. С кем же вам удалось поговорить?</p>
     <p>Я рассказала ему все.</p>
     <p>— Да, никто из этих людей в себе не волен, — заметил Эрнест. — Все они пленники промышленной машины. И самое страшное то, что путы, привязывающие их к этой машине, впиваются им в сердце. Дети, хрупкая, юная поросль, взывают к их нежности — и этот инстинкт повелительнее догматов морали. Мой отец был не лучше. Он обманывал, воровал, готов был на любой бесчестный поступок, только бы накормить меня и моих братьев и сестер. Он тоже был невольником промышленной машины, — она искалечила его жизнь, преждевременно состарила его и убила.</p>
     <p>— Ну, а вы? — прервала я его. — Ведь вы же сами себе хозяин?</p>
     <p>— Не совсем, — возразил он. — Но по крайней мере сердце у меня не на привязи. Я часто благословляю судьбу за то, что нет у меня семьи, хотя нежно люблю детей. Если бы я женился, я не позволил бы себе иметь детей.</p>
     <p>— Ну, это никуда не годная точка зрения! — воскликнула я.</p>
     <p>— Знаю, — сказал он печально, — но она не лишена смысла. Я — революционер, а это опасная профессия.</p>
     <p>Я недоверчиво рассмеялась.</p>
     <p>— Если бы я ночью забрался к вам в дом, чтоб украсть у вашего отца его дивиденды, что бы он сделал? Как вы думаете?</p>
     <p>— У папы на ночном столике всегда лежит револьвер. Вероятно, он застрелил бы вас.</p>
     <p>— А если бы я и мои товарищи ввели в жилища богачей полуторамиллионную армию<a l:href="#n_194" type="note">[194]</a>, — представляете, какая началась бы пальба?</p>
     <p>— Но вы этого не делаете, — возразила я.</p>
     <p>— Ошибаетесь, я именно это и делаю. И мы намерены забрать у богачей не только сокровища, припрятанные у них в домах, но также и источники этих богатств — рудники, железные дороги, заводы, банки, магазины. Вот что такое революция. Это действительно опасное занятие. Боюсь, пальба начнется такая, что она превзойдет даже и мои ожидания. Но, как я уже говорил, все мы в той или иной мере рабы промышленной машины. Каждый из нас так или иначе захвачен ее колесами. Вы убедились в этом относительно себя и тех людей, с кем вам пришлось беседовать. Поговорите с другими, с тем же полковником Ингрэмом. Поговорите с репортерами, которые предпочли умолчать о деле Джексона, поговорите с редакторами газет. Вы убедитесь, что все они — рабы этой машины.</p>
     <p>В течение дальнейшей беседы я спросила Эрнеста, чем объясняется огромное число несчастных случаев на производстве. В ответ на этот простой вопрос я услышала целую лекцию с массой статистических данных.</p>
     <p>— На эту тему написано немало исследований, — говорил Эрнест. — Установлено, что в первые часы рабочего дня несчастных случаев почти не бывает, зато по мере истощения у рабочего мускульной и нервной энергии число их быстро растет.</p>
     <p>Знаете ли вы, что у вашего отца в три раза больше шансов сохранить здоровье и жизнь, чем у простого рабочего? Это как нельзя лучше известно страховым обществам<a l:href="#n_195" type="note">[195]</a>. За тысячедолларовый полис, страхующий от несчастного случая, ваш отец должен платить в год четыре доллара двадцать центов, а рабочему за такой же полис приходится платить пятнадцать долларов в год.</p>
     <p>— А каковы ваши шансы? — спросила я и тут же почувствовала, что мой вопрос выдает слишком большое участие.</p>
     <p>— У революционера по сравнению с рабочим в восемь раз больше шансов быть убитым или искалеченным, — ответил он беспечно. — Страховые общества берут с химиков, работающих со взрывчатыми веществами, в восемь раз больше, чем с рабочих. А я для них, пожалуй, и вовсе не приемлемый клиент. Но почему вы спрашиваете?</p>
     <p>Я не знала, куда смотреть, чувствуя, как горячий румянец заливает мне щеки. И не потому, что сердце мое открылось Эрнесту, а потому, что оно открылось мне самой — в его присутствии.</p>
     <p>Вошел папа и начал собираться домой. Эрнест вернул ему взятые у него книжки и попрощался. На пороге он обернулся и сказал:</p>
     <p>— Кстати, раз вы уж заняты тем, что губите свое душевное спокойствие, как я занят тем, что гублю душевное спокойствие епископа, хорошо бы вам навестить миссис Уиксон и миссис Пертонуэйт. Мужья их, как вы знаете, главные акционеры Сьеррской компании. Как и все мы, грешные, обе эти дамы привязаны к промышленной машине, с той лишь разницей, что они забрались на самую вышку.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
      <p>Рабы машины</p>
     </title>
     <p>Рука Джексона не давала мне покоя. Впервые я столкнулась с действительностью, впервые увидела жизнь. Мои университетские занятия, наука, цивилизация — все оказалось миражем. До сих пор жизнь и общество были известны мне по книгам, но то, что казалось убедительным и разумным на бумаге, рухнуло при первом же соприкосновении с действительностью. Рука Джексона была фактом живой действительности. «Факт, сударь, неопровержимый факт!» — эти слова Эрнеста не переставали звучать в моих ушах.</p>
     <p>Чудовищным, немыслимым казалось мне утверждение, будто все наше общество воздвигнуто на крови. Но как же Джексон? Я не могла от него отмахнуться. Мысль моя возвращалась к нему, подобно компасной стрелке, всегда указывающей на север. С Джексоном поступили ужасно. Ему отказались заплатить за его кровь, чтобы отсчитать акционерам тем большие дивиденды. Я знала множество беспечно-благодушных семейств, которые получили эти дивиденды, а с ними и малую толику крови Джексона. Но если так поступили с одним человеком, и общество равнодушно проходит мимо, та же участь, должно быть, постигает многих. Я вспомнила рассказы Эрнеста о женщинах Чикаго, гнущих спину за девяносто центов в неделю, и о малолетних тружениках на текстильных фабриках Юга. Это их худенькие, восковые ручки сработали ткань, из которой сшито мое платье. А наше участие в прибылях Сьеррской компании разве не говорит о том, что кровь Джексона брызнула и на мое платье. Джексон неотступно преследовал меня. Каждая моя мысль приводила к Джексону.</p>
     <p>Какой-то тайный голос говорил мне, что я стою на краю пропасти. Вот-вот упадет завеса, и моим глазам откроется страшная неведомая действительность. И не только моим глазам. Весь наш маленький мирок был в смятении. Прежде всего мой отец, — я не могла не видеть, какое влияние оказывает на него Эрнест. А епископ? Последний раз он произвел на меня впечатление больного. Весь он как натянутая струна, в глазах застыл невыразимый ужас. По некоторым намекам я догадывалась, что Эрнест сдержал свое обещание провести его через преисподнюю. Но какие картины ада открылись глазам епископа, оставалось для меня тайной, — бедняга был так ошеломлен, что не мог говорить об этом.</p>
     <p>Однажды, когда ощущение, что все рушится, охватило меня с особенной силой, я стала мысленно обвинять Эрнеста. «Если бы не он, мы жили бы так счастливо и спокойно…» И тут же испугалась этой мысли, как отступничества, и Эрнест предстал мне преображенным. С светлым, сияющим челом, словно ангел господень, не ведающий страха, он явился мне глашатаем правды, борющимся с ложью и несправедливостью за лучшую жизнь для бедных, сирых и угнетенных. Я подумала о Христе. Ведь и он был заступником смиренных и обездоленных — против установленной власти священников и фарисеев. И, вспомнив кончину распятого, я испугалась за Эрнеста. Неужели и он обречен на гибель, этот юноша с прекрасным, сильным телом, юноша, чей голос звучит как призыв горна и звон оружия!</p>
     <p>В эту минуту я поняла, что люблю Эрнеста, что горю желанием внести в его жизнь тепло и ласку. Какая угрюмая, суровая, бесприютная жизнь! Отец его, чтобы прокормить семью, вынужден был изворачиваться и воровать, пока непосильная борьба не свела его в могилу. Сам Эрнест десятилетним мальчиком пошел работать на фабрику. Я жаждала обнять его, прижать к груди эту голову, отягченную суровыми думами, дать ему, хотя бы на короткий миг, покой, — только покой и светлое забвение.</p>
     <p>С полковником Ингрэмом мне довелось встретиться на церковном собрании. На правах давнишней знакомой я увлекла его в укромный уголок, весь заставленный фикусами и пальмами. Полковник, не подозревая, что попал в западню, приветствовал меня с обычной своей галантностью и непринужденностью. Это был приятный, обходительный человек, тактичный и любезный собеседник. Среди наших мужчин он выделялся своей аристократической внешностью. Рядом с ним даже почтенный ректор университета выглядел незначительным и простоватым.</p>
     <p>Как выяснилось, полковник Ингрэм был не в лучшем положении, чем малограмотный рабочий. Он тоже не был в себе волен. Он тоже был рабом промышленной машины. Никогда не забуду, какую перемену в нем вызвал первый же мой вопрос о Джексоне. Куда девалось его ласковое добродушие! Ни следа благовоспитанности на холеном лице, искаженном гримасой злобы. Я испугалась, вспомнив ярость, овладевшую мистером Смитом. Правда, полковник Ингрэм не стал браниться — единственное, что отличало его от фабричного рабочего, — но даже обычная находчивость — полковник слыл остряком — на этот раз изменила ему. Озираясь по сторонам, он, казалось, искал, куда бы улизнуть. Но пальмы и фикусы держали его в западне.</p>
     <p>Господи, опять этот Джексон! Что за фантазия докучать ему этим человеком? Подобные шутки не делают чести ни уму моему, ни такту. Разве я не понимаю, что человеку его профессии приходится забывать о личных чувствах? Отправляясь в суд, он оставляет их дома. В суде он чувствует и действует только как профессионал.</p>
     <p>Я спросила, полагалась ли Джексону компенсация.</p>
     <p>— Разумеется, — сказал он. — Вернее, таково мое личное мнение. Но формально он был неправ.</p>
     <p>Очевидно, полковник вновь обретал свою обычную находчивость.</p>
     <p>— Разве сила закона не в том, что он служит справедливости? — спросила я.</p>
     <p>— Сила закона в том, что он служит силе, — улыбаясь, отпарировал полковник.</p>
     <p>— А где же наше хваленое правосудие?</p>
     <p>— Что ж, сильный всегда прав, — тут нет никакого противоречия.</p>
     <p>— И это тоже — суждение профессионала?</p>
     <p>Как ни странно, на лице у полковника Ингрэма проступила краска стыда. Глаза его снова забегали по сторонам, но я решительно загораживала ему единственный выход.</p>
     <p>— Скажите, а разве подчинение своих личных взглядов профессиональным не является нравственным самокалечением, своего рода умышленным членовредительством?</p>
     <p>Ответа не последовало. Полковник пустился наутек, повалив в своем бесславном бегстве кадку с пальмой.</p>
     <p>Я решила обратиться в газеты и написала спокойную, сдержанную, вполне объективную заметку о случае с Джексоном. Никого не обвиняя, ни словом не касаясь тех, с кем мне пришлось беседовать, я ограничилась одними лишь фактами; рассказала, сколько лет Джексон проработал на фабрике, как, желая спасти машину от поломки, он пострадал сам и в каком отчаянном положении оказались и он и его семья. Моей заметки не напечатала ни одна из трех местных газет и ни один из журналов.</p>
     <p>Тогда я разыскала Перси Лейтона. Он только недавно окончил университет и стажировал в качестве репортера в самой влиятельной нашей газете. Когда я спросила его, почему вся наша пресса так боится дела Джексона, он рассмеялся.</p>
     <p>— Такова наша издательская политика. Мы, мелкая сошка, тут ни при чем. Это дело редакций.</p>
     <p>— Какая политика? — спросила я.</p>
     <p>— А такая, что мы всегда заодно с корпорациями. Никто не поместит такой заметки, хоть бы вы заплатили за это, как за объявление. Всякий, кто помог бы вам протащить ее в печать, слетел бы в два счета. Заплатите, как за десять объявлений, все равно никто ее у вас не возьмет.</p>
     <p>— Какова же ваша роль в этой политике? — спросила я. — Вы, верно, часто поступаетесь правдой — в угоду начальству, как начальство жертвует ею в угоду корпорациям?</p>
     <p>— Меня это не касается. — Лейтон смутился, но ненадолго. — Мне не приходится писать неправду, и совесть у меня чиста. Но, конечно, в нашем деле нельзя иначе. Такая уж это работа, — закончил он с мальчишеской лихостью.</p>
     <p>— Но когда-нибудь ведь и вы станете редактором и будете проводить эту политику?</p>
     <p>— К тому времени я уже буду прожженным журналистом, — усмехнулся он.</p>
     <p>— Но пока вы не прожженный журналист, скажите, что вы лично думаете о газетной политике?</p>
     <p>— Ничего не думаю, — отвечал он без запинки. — Выше лба уши не растут — вот золотое правило для всякого журналиста, если он хочет преуспеть в жизни.</p>
     <p>И Лейтон преважно тряхнул головой.</p>
     <p>— А хорошо это? — настаивала я.</p>
     <p>— Хорошо все, что хорошо кончается, не правда ли? Не мы установили правила этой игры, и нам остается только им подчиниться. По-моему, это ясно.</p>
     <p>— Да уж чего ясней, — пробормотала я. Но мне больно было за его молодость, и я не знала — возмущаться или плакать.</p>
     <p>Я начинала понимать, что скрывает в себе общество, в котором я жила, и за внешним благообразием угадывала ужасную действительность. Казалось, против Джексона существовал молчаливый заговор, и я уже с сочувствием думала о плаксивом адвокатишке, который так неудачно вел его дело. Но молчаливый заговор был много шире и касался не только Джексона. Участь Джексона разделяли и другие рабочие, искалеченные машиной, и не только на фабриках Сьеррской компании, но и на других заводах и фабриках, да и во всей промышленности.</p>
     <p>А если так, значит, все наше общество зиждется на лжи! В ужасе останавливалась я перед этим заключением. Но передо мной живым укором стоял Джексон, рука Джексона, кровь, обагрившая мое платье и каплями стекающая с нашей крыши. Передо мной было много Джексонов, — разве Джексон не рассказывал, что видел их сотни? Никуда не денешься от Джексона.</p>
     <p>Я побывала также у мистера Уиксона и мистера Пертонуэйта, крупнейших акционеров Сьеррской компании. На них мои рассказы о Джексоне не произвели никакого впечатления; их люди оказались куда отзывчивее. С удивлением увидела я, что эти джентльмены не считаются с общепринятой моралью, что у них в обиходе своя, аристократическая мораль, мораль господ<a l:href="#n_196" type="note">[196]</a>. Они напыщенно рассуждали о своей особой «политике», утверждая, что то, что для них полезно, то и справедливо. Со мной они говорили по-отечески наставительно, снисходя к моей молодости и неопытности. Среди тех, с кем столкнули меня мои расследования, эти оказались самыми бесчувственными и зачерствелыми. Оба были абсолютно уверены в своей правоте. Оба смотрели на себя, как на спасителей человечества, считая, что только от них зависит благополучие масс. И они самыми мрачными красками рисовали страдания, на которые были бы обречены рабочие, если бы не мудрость богачей, обеспечивающих им работу.</p>
     <p>При первой же встрече с Эрнестом я изложила ему все.</p>
     <p>Он просиял от удовольствия:</p>
     <p>— Да вы, оказывается, молодчина. Решили самостоятельно доискиваться правды! Ну что ж, ваши обобщения основаны на опыте, и они верны. Ни один человек, прикованный к промышленной машине, не волен в своих мыслях и поступках, кроме крупных капиталистов, а те и подавно не вольны, — простите мне этот ирландизм<a l:href="#n_197" type="note">[197]</a>. Как видите, наши властелины настаивают на своей правоте. Ну, разве это не верх комизма? В них так еще сильна человеческая природа, что они и шагу не ступят, не спросясь собственной совести. Им, видите ли, нужна моральная санкция для их многообразных дел.</p>
     <p>Всякий раз, как они затевают что-нибудь новенькое, — в области бизнеса, конечно, — они норовят опереться на соответствующую доктрину — религиозную, нравственную, научную или философскую, — подтверждающую их правоту. А там — за дело; неважно, что ум человеческий слаб и желание свое нередко принимает за объективную истину. Что бы они ни задумали, за санкцией дело не станет. Это — беспардонные казуисты. К тому же они и иезуиты, так как пускаются на любые злодеяния, уверяя, что из этого воспоследует добро. Одна из их любимейших аксиом — что они цвет нации, квинтэссенция ее мудрости и энергии. Это дает им право держать на пайке все остальное человечество и каждому устанавливать его рацион. Они даже возродили учение о божественном происхождении королевской власти — разумея королей финансовых и промышленных<a l:href="#n_198" type="note">[198]</a>.</p>
     <p>Слабость их положения в том, что они дельцы и только, и никакие не философы, биологи или социологи. Если бы они были тем, или другим, или третьим, это бы еще куда ни шло. Делец, который был бы в то же время биологом и социологом, представлял бы себе в какой-то мере нужды человечества. Но нет, вне своей области они круглые невежды. Они знают только свой бизнес. Ничего другого у них нет за душой. Интересы общества и человечества — для них книга за семью печатями. И эти-то самозванцы берутся вершить судьбы миллионов голодных людей да и всего остального человечества в придачу! Когда-нибудь история зло посмеется над ними!</p>
     <p>Разговор с миссис Уиксон и миссис Пертонуэйт уже не мог принести мне ничего нового. Обе они были дамы из общества<a l:href="#n_199" type="note">[199]</a>. У каждой был свой пышный дворец в нашем городе и множество других пышных дворцов — в горах, на взморье, на берегах живописных озер. В их распоряжении были целые полчища слуг. Обе дамы были видные патронессы, оказывавшие покровительство университету и нескольким храмам в городе, — священники особенно ценили их благодеяния и пресмыкались перед ними<a l:href="#n_200" type="note">[200]</a>. Словом, это были влиятельные дамы, дамы с весом, причем вес им давали деньги, а влияние заключалось в том, что они успешно пускали эти деньги в оборот для идейного подкупа своих сограждан. Все это я вскоре узнала от Эрнеста.</p>
     <p>Подобно своим мужьям, они напыщенно рассуждали о «политике» богачей, об их ответственности и обязанностях. Подобно им, верили в свое право руководствоваться особой моралью, составляющей прерогативу их класса; обе много и пространно рассуждали, причем смысл их громких фраз был темен и для них самих.</p>
     <p>Обе дамы разгневались, когда я рассказала им о тяжелом положении семьи Джексона, а особенно, когда выразила удивление, как это они ничего не сделали для бедного калеки по собственному почину. Мне было заявлено, что они не нуждаются в непрошеных советах и указаниях. Когда же я прямо попросила их помочь Джексону, обе дамы категорически отказались. Меня особенно удивило, что отказ их прозвучал одинаково, хоть я и говорила с каждой в отдельности и ни та, ни другая не знали, что я навестила или собираюсь навестить ее подругу. Каждая из них была рада случаю подчеркнуть, что не в ее правилах награждать рабочих за небрежность; к тому же это значило бы вводить в соблазн бедняков, все они, пожалуй, так и начнут себя калечить<a l:href="#n_201" type="note">[201]</a>.</p>
     <p>Обе дамы и в самом деле так думали. Они упивались сознанием своего классового и личного превосходства. Каждый их поступок был освящен классовой моралью. Покидая пышный дворец Пертонуэйтов, я невольно оглянулась назад, вспоминая слова Эрнеста, что эти богачки тоже прикованы к промышленной машине, но только они сидят наверху.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
      <p>Клуб филоматов<a l:href="#n_202" type="note">[202]</a></p>
     </title>
     <p>Эрнест часто бывал у нас, и не только общество отца и наши обеды с традиционными дискуссиями привлекали его к нам. Я втайне лелеяла надежду, что без меня наш дом не обладал бы для него такой притягательной силой, и вскоре это подтвердилось. Эрнест нисколько не походил на обычного воздыхателя. Его рукопожатие становилось все крепче, все настойчивее, а глаза, в которых я с первых же дней улавливала какой-то вопрос, вопрошали все повелительнее.</p>
     <p>Я уже говорила, что сначала Эрнест не понравился мне. Потом меня повлекло к нему, но вскоре оттолкнули его яростные нападки на меня и на мой класс. Затем, убедившись, что он не злопыхательствует и даже не сгущает краски, я стала искать его дружбы. Он сделался моим учителем. Он обнажил передо мной подлинную сущность окружающего общества и научил под масками и личинами распознавать жестокую правду.</p>
     <p>Как я уже сказала, Эрнест не был похож на обычного воздыхателя. Нет девушки в университетском городе, которая в двадцать четыре года не имела бы кое-какого опыта в сердечных делах. Наряду с атлетами из спортклуба и коренастыми футболистами мне объяснялись в любви и безусые первокурсники и почтенные профессора. Но ни один из них не выражал своих чувств так, как Эрнест. Сама не знаю, как я впервые очутилась в его объятиях. Не успела я опомниться, как губы его завладели моими. Перед его простотой и искренностью казалась бы смешной чопорность оскорбленной девы. Он вихрем ворвался в мою жизнь и увлек за собой со всей порывистостью своей натуры. Он так и не сделал мне предложения. Его поцелуи и объятия сказали мне яснее всяких слов, что мы поженимся. И никаких разговоров, объяснений. Если и были разговоры, то значительно позднее, и только о том, когда мы поженимся.</p>
     <p>Все это было так изумительно, что казалось каким-то сном. Но, подобно тому, что Эрнест говорил об истине, это выдержало испытание, я доверила этому свою жизнь. Благословенна будь моя вера! И все же в первые дни нашей любви я не раз с тревогой думала о горячности Эрнеста. Напрасные опасения! Ни одной женщине не был дарован такой нежный, преданный супруг. Нежность и неудержимая порывистость так же чудесно сочетались в его натуре, как в его внешнем облике угловатость и непринужденность движений. Милая мальчишеская угловатость! Эрнест так и не преодолел ее, меня же она всегда умиляла. В нашей гостиной он казался вежливым слоном, попавшим в посудную лавку<a l:href="#n_203" type="note">[203]</a>.</p>
     <p>Если у меня еще оставались какие-то неясные сомнения в моих собственных чувствах, то вскоре и они рассеялись. Это произошло на вечере в клубе филоматов, на котором Эрнест дал нашим городским тузам форменный бой, напав на них в их собственном логове. Клуб филоматов считался самым изысканным на Тихоокеанском побережье, в него допускали только избранных. Он был созданием мисс Брентвуд, богатейшей старой девы, которая только им и дышала и которой он заменял и мужа, и детей, и комнатную собачку. Членами клуба состояли первейшие богачи города, причем главным образом оголтелые реакционеры; для придания клубным сборищам некоторой видимости духовных интересов в члены принимали и кое-кого из наших ученых.</p>
     <p>У филоматов не было постоянного помещения. Это был клуб особого рода. Раз в месяц собирались у кого-нибудь из постоянных членов послушать доклад или лекцию. Лекторы обычно бывали платные. Если в Нью-Йорке какому-нибудь химику удавалось открыть что-то новое, скажем в области радия, клуб не только оплачивал ему дорожные расходы в оба конца, но щедро вознаграждал за потраченное время. Точно так же приглашался и знаменитый путешественник, вернувшийся из полярной экспедиции, писатель или художник, стяжавший шумную славу. Посторонние на эти вечера не допускались, и дискуссии филоматов не подлежали оглашению в прессе. Благодаря этому видные государственные деятели имели возможность — и это не раз бывало — высказываться здесь без стеснения.</p>
     <p>Я достаю пожелтевшее от времени смятое письмо Эрнеста, написанное двадцать лет назад, бережно расправляю его и выписываю следующие строки:</p>
     <p>«Твой отец — член клуба филоматов, воспользуйся этим и приходи на их очередное собрание в будущий вторник. Ручаюсь, что не пожалеешь. Во время твоих недавних встреч с нашими властителями тебе не удалось задать им встряску. Приходи, и я сделаю это за тебя. Увидишь, какой они поднимут вой. Ты взывала к их совести, но на это они отвечают лишь надменным презрением. Я же буду угрожать их карману. Тут-то они и покажут свое звериное естество. Приходи, и ты увидишь, как пещерный человек во фраке, лязгая зубами и огрызаясь, рычит над костью. Обещаю тебе грандиозный кошачий концерт и поучительную демонстрацию нравов и повадок хищных зверей.</p>
     <p>Меня зовут, чтобы растерзать на части. Эта счастливая мысль принадлежит мисс Брентвуд. Она сама проговорилась мне, приглашая на вечер. Оказывается, ей не впервой угощать своих клубменов таким пикантным блюдом. Им, видишь ли, нравится, когда ручные радикалы преданно смотрят им в глаза. Мисс Брентвуд полагает, что я ласков, как теленок, и туп и флегматичен, как вол. Не скрою, я помог ей утвердиться в этом мнении. Она долго пытала меня на все лады, пока не убедилась в полной моей безобидности. Мне обещан завидный гонорар — двести пятьдесят долларов, какой и подобает человеку, который, будучи радикалом, баллотировался однажды в губернаторы. Приказано явиться во фраке. Это обязательно! Я в жизни не облачался во фрак. Придется, видно, взять напрокат. Но я пошел бы и на большее, чтобы добраться до филоматов».</p>
     <p>Собрание по случайному совпадению происходило во дворце Пертонуэйтов. Огромная гостиная была заставлена стульями: послушать Эрнеста собралось человек двести. Все это были наши столпы. Я развлекалась тем, что мысленно подсчитывала общую сумму представленных здесь состояний, и скоро насчитала несколько сот миллионов. Владельцы всех этих миллионов не были праздными богачами, из тех, что стригут купоны. Это были дельцы, игравшие видную роль в промышленности и политике.</p>
     <p>Слушатели уже заняли свои места, когда мисс Брентвуд ввела Эрнеста. Войдя, они сразу же прошли туда, где было приготовлено место для оратора. Эрнест был великолепен в черном фраке, хорошо оттенявшем его мужественную фигуру и благородную посадку головы. Чуть заметная неловкость движений нисколько не портила его. А я, кажется, за одну эту мальчишескую неуклюжесть влюбилась бы в Эрнеста. При взгляде на него здесь, в этом зале, меня охватило чувство огромной радости. Я снова держала его руку в своей, снова ощущала его поцелуи и готова была с гордостью встать и прокричать на весь зал: «Он мой! Меня он сжимал в своих объятиях и ради меня забывал о высоких мыслях, что безраздельно владеют его душой».</p>
     <p>Мисс Брентвуд представила Эрнеста полковнику Ван-Гилберту, и я поняла, что это он будет вести собрание. Среди юристов корпораций Ван-Гилберт считался знаменитостью. К тому же он был неимоверно богат. Говорили, что он не берется за дело, если оно не сулит ему по меньшей мере стотысячного гонорара. В своей области это был виртуоз. Закон становился в его руках игрушкой, с которой он делал, что вздумается. Он мял его, как глину, ломал, корежил, кроил, выворачивал наизнанку. В одежде и приемах красноречия полковник следовал старой моде, зато догадкой, изворотливостью и находчивостью был молод, как новоиспеченный закон. Известность пришла к нему после того, как он добился пересмотра шардуэлловского завещания<a l:href="#n_204" type="note">[204]</a>.</p>
     <p>Этот процесс принес ему полумиллионный гонорар, и с тех пор полковник Ван-Гилберт сделал головокружительную карьеру. Его часто называли первым адвокатом страны, имея в виду, разумеется, адвокатов корпораций. А уж к тройке лучших адвокатов Америки его причисляли все.</p>
     <p>Полковник поднялся с места и произнес несколько затейливых вступительных фраз, не без скрытой иронии представляя оратора собравшимся. Его заявление, что они видят перед собой борца за рабочее дело, к тому же рабочего по происхождению, прозвучало даже игриво и вызвало веселые улыбки. Возмущенная, я взглянула на Эрнеста и тут окончательно рассердилась. Он, казалось, не придавал значения этим намекам, более того — видимо, не понимал их. Он сидел полусонный и вялый, с видом благодушного увальня и совершенного простака. Я подумала: «А что, если Эрнест и вправду ошеломлен этой выставкой учености и власти?» И тут же рассмеялась. Нет, Эрнесту не удастся провести меня. Зато других он действительно обманул, как раньше обманул мисс Брентвуд. Почтенная дева сидела в первом ряду, и, сияя улыбкой, переговаривалась с соседями.</p>
     <p>Когда полковник Ван-Гилберт кончил, слово было предоставлено Эрнесту. Он заговорил тихо и скромно, слегка запинаясь от видимого смущения. Начал с того, что сам он вышел из рабочей среды и провел свое детство в нищете, среди грязи и невежества, которые равно калечат душу и тело рабочего человека. Он описал честолюбивые стремления своей юности, которые влекли его в тот рай, каким по его представлению была жизнь привилегированных классов. Он говорил:</p>
     <p>— Я верил, что там, наверху, можно встретить подлинное бескорыстие, мысль ясную и благородную, ум бесстрашный и пытливый. Я почерпнул эти сведения из многочисленных романов серии «Сисайд» <a l:href="#n_205" type="note">[205]</a>, где все герои, исключая злодеев и интриганок, красиво мыслят и чувствуют, возвышенно декламируют и состязаются друг с другом в делах бескорыстия и доблести. Короче говоря, я скорее усомнился бы в том, что солнце завтра снова взойдет на небе, чем в том, что в светлом мире надо мной сосредоточено все чистое, прекрасное, благородное, все то, что оправдывает и украшает жизнь и вознаграждает человека за труд и лишения.</p>
     <p>Затем Эрнест описал свою жизнь на заводе, годы ученичества в кузнечном цеху и встречи с социалистами. Среди них, рассказывал он, было немало талантливых, выдающихся людей: священники, чье понимание христианства оказалось слишком широким для почитателей маммоны, и бывшие профессора, не сумевшие ужиться в университете, где насаждается угодничество и раболепие перед правящими классами. Социалисты, говорил Эрнест, — это революционеры, стремящиеся разрушить современное, неразумное общество, чтобы на его развалинах построить новое, разумное. Он рассказывал еще многое, всего не перечесть, но особенно памятно мне, как он описывал жизнь революционеров. В голосе его зазвучала уверенность и сила, и слова жгли, как огонь его души, как сверкающая лава его мыслей. Он говорил:</p>
     <p>— У революционеров я встретил возвышенную веру в человека, беззаветную преданность идеалам, радость бескорыстия, самоотречения и мученичества — все то, что окрыляет душу и устремляет ее к новым подвигам. Жизнь здесь была чистой, благородной, живой. Я общался с людьми горячего сердца, для которых человек, его душа и тело дороже долларов и центов и которых плач голодного ребенка волнует больше, нежели шумиха по поводу торговой экспансии и мирового владычества. Я видел вокруг себя благородные порывы и героические устремления, и мои дни были солнечным сиянием, а ночи — сиянием звезд. В их чистом пламени сверкала предо мной чаша святого Грааля — символ страждущего, угнетенного человечества, обретающего спасение и избавление от мук.</p>
     <p>Если раньше я в мечтах видела Эрнеста преображенным, то теперь мечты мои стали явью. Лицо его горело вдохновением, глаза сверкали, радужное сияние окутывало его словно плащом. Но так как никто, кроме меня, не видел этого сияния, я вынуждена была сказать себе, что это слезы любви и радости застилают мне глаза. Во всяком случае, мистер Уиксон, сидевший позади, не проявлял никаких признаков волнения, и я слышала, как он насмешливо процедил сквозь зубы: «Несбыточный бред! Утопия!» <a l:href="#n_206" type="note">[206]</a>.</p>
     <p>Эрнест рассказывал, как, получив доступ в привилегированные круги, он впервые столкнулся с представителями господствующего класса, с людьми, занимающими видное общественное положение. Но тут для него началась пора разочарований, — и об этой поре он говорил в выражениях, весьма нелестных для аудитории. Он возмущался ничтожеством человека, жизнью, лишенной красоты и смысла. Его ужасал эгоизм этих людей, удивляло полное отсутствие у них духовных интересов. После встреч с революционерами он не мог надивиться тупости и ограниченности представителей правящих классов. Сколько бы они ни возводили пышных церквей и какие бы оклады ни платили своим проповедникам, — все они, как мужчины, так и женщины, были грубыми материалистами. Хоть у них имелись про запас их грошовые идеалы и ханжеские сентенции, главным стимулом их поведения был грубый расчет. Заветы любви были им чужды — в том числе и те, которые преподал нам Христос и которые были теперь окончательно забыты.</p>
     <p>— Я знал людей, — рассказывал Эрнест, — которые на словах ратовали за мир, а на деле раздавали оружие пинкертонам<a l:href="#n_207" type="note">[207]</a> и посылали их убивать бастующих рабочих; людей, которые с пеной у рта кричали о варварстве бокса, а сами были повинны в фальсификации продуктов, отчего ежегодно умирает младенцев больше, чем их было на совести кровавого Ирода.</p>
     <p>Вот утонченный джентльмен с аристократической внешностью, он зовется директором фирмы, на деле же он пешка, орудие фирмы в ограблении вдов и сирот. А этот видный покровитель искусств, коллекционер редких изданий, радеющий о литературе, — им вертит скуластый, звероподобный шантажист, босс муниципальной машины. Вот издатель, рекламирующий в своей газете патентованные средства<a l:href="#n_208" type="note">[208]</a>, — когда я предложил ему статью, разоблачающую эти знахарские снадобья, он назвал меня подлым демагогом. Этот коммерсант, благочестиво рассуждающий о бескорыстии и всеблагом провидении, только что бессовестно обманул своих компаньонов. Вот видный столп церкви, щедрой рукой поддерживающий миссионеров, — он принуждает своих работниц трудиться по десяти часов в день, платя им гроши, и таким образом толкает их на проституцию. Вот филантроп, на чьи пожертвования основаны новые кафедры в университете и воздвигнуты пышные храмы, — он дает ложные показания на суде, чтобы выгадать возможно больше долларов и центов. Вот железнодорожный магнат, нарушающий слово джентльмена, гражданина и христианина тем, что он тайно входит со своими клиентами в соглашения о льготных тарифах и делает это часто. Вот почтенный сенатор, послушное орудие, раб, безответная марионетка грубого, невежественного босса и его политической машины<a l:href="#n_209" type="note">[209]</a>, равно как и присутствующий здесь губернатор и член верховного суда, — всем троим открыт бесплатный проезд по железной дороге. А вон тому холеному господину принадлежат и босс, и его политическая машина, и железные дороги, отпускающие бесплатные проездные билеты.</p>
     <p>Так случилось, что вместо рая я попал в бесплодную пустыню, где процветала только купля и продажа. Во всем, что не касалось торгашеских сделок, здесь царили невежество и бездарность. Ничего чистого, благородного, живого, — зато какое приволье для всякой гнили и разложения! Повсюду я наталкивался на чудовищное бессердечие и эгоизм да на грубое, плотоядное, черствое и очерствляющее делячество.</p>
     <p>Эрнест еще много говорил своим слушателям о них самих и о постигшем его разочаровании. Интеллектуально они жалки, морально и духовно — отвратительны; он с радостью возвратился в стан революционеров, где люди боролись за чистое, благородное и живое дело, где можно было найти все то, чего не знали капиталисты.</p>
     <p>— А теперь, — продолжал Эрнест, — я расскажу вам, что такое революция.</p>
     <p>Но прежде чем перейти к дальнейшему, я должна заметить, что яростные нападки Эрнеста нисколько не затронули слушателей. Оглядевшись вокруг, я увидела на всех лицах выражение каменного равнодушия и самодовольства. Я вспомнила замечание Эрнеста о том, что доводы морального порядка не оказывают на капиталистов никакого действия. Одна только мисс Брентвуд была встревожена несдержанностью и резкостью своего протеже и поглядывала на него растерянно, с опаской.</p>
     <p>Эрнест начал с описания того, что представляет собой армия революции, и когда он стал называть цифры, характеризующие ее боевую мощь в каждой стране (количество голосов, поданных на выборах), собрание начало проявлять признаки беспокойства. Лица слушателей теперь выражали тревогу, губы были плотно сжаты. Но вот Эрнест бросил им вызов. Он заговорил об интернациональной организации социалистов и о том, что полтора миллиона американских рабочих она объединяет с двадцатью тремя с половиной миллионами рабочих всего мира.</p>
     <p>— Двадцатипятимиллионная армия революционеров, — говорил Эрнест, — это такая грозная сила, что правителям и правящим классам есть над чем призадуматься. Клич этой армии: «Пощады не будет! Мы требуем всего, чем вы владеете. Меньшим вы не отделаетесь. В наши руки всю власть и попечение о судьбах человечества! Вот наши руки! Это сильные руки! Настанет день, и мы отнимем у вас вашу власть, ваши хоромы и раззолоченную роскошь, и вам придется так же гнуть спину, чтобы заработать кусок хлеба, как гнет ее крестьянин в поле или щуплый, голодный клерк в ваших городах. Вот наши руки! Это сильные руки!»</p>
     <p>Говоря это, Эрнест простер вперед свои могучие руки, и его кулаки кузнеца яростно сжимались, хватая воздух, словно когти орла. В этой позе, сильный, плечистый, с грозно поднятыми руками, он казался символом победившего пролетариата, готового разить и крушить своих врагов. Еле заметное движение пробежало по залу, словно слушатели содрогнулись перед этим мощным, грозным и таким ощутимым видением революции. Вернее, содрогнулись женщины, на их лицах был написан страх. Мужчины не испугались: здесь собрались не беспечные лежебоки, а энергичные, деятельные люди, бойцы по натуре. Глухой гортанный ропот пронесся по рядам и тут же затих. Это был предвестник злобного ворчания, которое в тот вечер не раз поднималось в зале, указывая на пробуждение зверя в человеке, изобличая первобытную силу его страстей. Они сами не знали, что ворчат. Это бесновалась вся свора, — вся свора глухо рычала, сама того не замечая. Наблюдая растущее ожесточение на их лицах и воинственный блеск в глазах, я поняла, что нелегко будет вырвать из их лап господство над миром.</p>
     <p>Атака продолжалась. В Соединенных Штатах потому полтора миллиона революционеров, заявил Эрнест, что капитализм обанкротился, власть его оказалось пагубной для общества. Эрнест обрисовал те условия, в которых когда-то жил пещерный человек, а ныне живут дикари. Они не знали употребления орудий и машин и в борьбе за существование опирались только на свои природные способности и силу — с коэффициентом производительности, который он условно приравнял к единице. Проследив постепенное развитие техники и общественных отношений, Эрнест указал, что производительность труда современного человека увеличилась по сравнению с производительностью дикаря в тысячу раз.</p>
     <p>— Пятеро рабочих, — говорил он, — выпекают хлеб для тысячи человек. Один рабочий изготовляет хлопчатобумажной ткани на двести пятьдесят, шерстяной ткани на триста, обуви на тысячу человек. Естественно было бы думать, что в правильно организованном обществе современному цивилизованному человеку живется в тысячу раз лучше, нежели его предку, пещерному человеку. Но так ли это? Давайте посмотрим! Сегодня пятнадцать миллионов<a l:href="#n_210" type="note">[210]</a> граждан Соединенных Штатов живет в нищете, то есть в таких условиях, когда вследствие недостатка пищи и отсутствия нормального жилья силы человека не восстанавливаются и работоспособность снижается. Сегодня в Соединенных Штатах, несмотря на пресловутое рабочее законодательство, насчитывается три миллиона малолетних рабочих<a l:href="#n_211" type="note">[211]</a>. За двенадцать лет число их возросло вдвое. Кстати, разрешите спросить вас, хозяева страны, почему не опубликованы данные переписи тысяча девятьсот десятого года? Впрочем, можете не беспокоиться, я отвечу за вас: вы боитесь, как бы эти цифры, показатели человеческого злополучия, не ускорили революцию, которая собирается над вашей головой.</p>
     <p>Но вернемся к моему обвинению. Если производительность труда человека наших дней по сравнению с временами пещерного человека возросла тысячекратно, почему же сегодня в Соединенных Штатах пятнадцать миллионов американцев голодны и не имеют жилья? Почему в Соединенных Штатах три миллиона детей работают на фабрике? Капиталисты оказались плохими хозяевами, этого обвинения нельзя опровергнуть. Убедившись, что современный человек живет хуже своего пещерного предка, хотя его производительность труда возросла тысячекратно, мы с неизбежностью приходим к выводу, что капитализм обанкротился, что вы, господа, ваши преступные, хищнические методы хозяйничанья ввергли человечество в нищету. И здесь, на этой очной ставке, вы также не в состоянии ответить на мое обвинение, как весь класс капиталистов не в состоянии на него ответить полутора миллионам американских революционеров. Вы мне не ответите, хоть я и призываю вас к ответу. Мало того, вы постараетесь не заметить брошенного вам обвинения. Вы предпочтете молчать, хотя каждый из вас будет бесконечно распространяться на другие темы.</p>
     <p>Вы обанкротились. Цивилизацию вы превратили в бойню. Вот что сделала ваша слепота и жадность! Потеряв всякий стыд, всходите вы на трибуну в ваших законодательных собраниях, заявляя, что только труд младенцев и детей может спасти ваши прибыли. Это не голословное обвинение, против вас говорят ваши же официальные отчеты. Вы убаюкиваете свою совесть, болтая о каких-то грошовых идеалах и ханжеской морали. Распираемые властью и богатством, опьяненные могуществом, вы напоминаете праздных трутней, которые роями вьются над медовыми сотами; но настанет день, и работницы-пчелы налетят со всех сторон, чтобы избавить мир от разъевшихся лодырей. Ваша власть оказалась пагубной для общества, значит, нужно отнять у вас власть! Полтора миллиона американских рабочих заявляют, что они объединят вокруг себя весь рабочий люд и отнимут у вас власть… Это, господа, и есть революция! Попробуйте остановить ее!</p>
     <p>Когда Эрнест умолк, раскаты его голоса еще долго отдавались в притихшей гостиной. Но вот в рядах поднялось то характерное гортанное ворчание, которое я уже слышала раньше, и полтора десятка человек вскочило с места, требуя внимания председателя. Заметив, что у мисс Брентвуд, сидевшей впереди, судорожно прыгают плечи, я вообразила, что она смеется над Эрнестом. Но оказалось, что это истерика. Бедняжка считала себя в ответе за бомбу, взорвавшуюся среди ее возлюбленных филоматов.</p>
     <p>Полковник Ван-Гилберт, видимо, не замечал, что десятка полтора человек с перекошенными злобой лицами требуют у него слова. Его лицо тоже было перекошено злобой. Вскочив с места и отчаянно размахивая руками, он силился что-то сказать, но из горла его вырывалось только мычание. Наконец он заговорил. Однако на сей раз речь полковника не была блестящим образчиком его стотысячедолларового искусства, не блистала она и старосветской риторикой.</p>
     <p>— Вздор и софистика! — заорал он во все горло. — Слыхано ли дело! Битый час вы заставили нас сидеть здесь и выслушивать вздор и софистику. Знайте же, молодой человек, что за весь вечер вы не сказали ни одного нового слова. Меня пичкали всем этим еще в колледже, когда вас и на свете не было. Жан Жак Руссо опередил всю вашу братию ни много, ни мало на двести лет, это ему принадлежит честь открытия ваших социалистических теорий! Клич «Назад к земле!» — нашли чем удивить! Возвращение к первобытному состоянию! Биология учит нас, что даже природа не знает движения вспять. Вот уж, действительно, ничего нет страшнее недоучки, в этом вы сегодня лишний раз убедили нас своими сумасшедшими теориями. Вздор и софистика! Сыт по горло! Вот и все, что я имею сказать в ответ на ваши скороспелые обобщения и ребяческие доказательства.</p>
     <p>Полковник презрительно щелкнул пальцами и уселся на свое председательское место. Послышались восторженные возгласы женщин и одобрительное мычание мужчин. Половина ораторов, давно уже требовавших слова, заговорила разом. Началось невообразимое смятение и шум. Никогда еще просторная гостиная миссис Пертонуэйт не видела в своих стенах ничего подобного. С удивлением узнавала я наших надменных промышленных королей, наших столпов общества в этих хрипящих, ревущих дикарях, облаченных во фраки. Эрнесту удалось-таки расшевелить их тем, что он потянулся к их бумажнику руками, за которыми им виделись руки полутора миллионов революционных американских рабочих.</p>
     <p>Но Эрнест никогда не терял присутствия духа. Едва полковник Ван-Гилберт опустился на свое место, как Эрнест вскочил и рванулся вперед.</p>
     <p>— Не все сразу! — загремел он во всю силу своих легких.</p>
     <p>Раскаты этого зычного голоса покрыли шум в зале. Одним лишь властным воздействием своей личности Эрнест добился тишины.</p>
     <p>— Поодиночке. Не все сразу, — повторил он уже обычным голосом. — Дайте мне ответить полковнику Ван-Гилберту, а потом выходите, кто хочет. Но только по одному, помните! Это вам не массовые игры. Мы с вами не на футбольной площадке.</p>
     <p>— Что касается вас, — обратился он к полковнику, — должен заметить, что вы не ответили ни на один мой вопрос. Вы отпустили по моему адресу несколько пристрастных и раздраженных замечаний и этим ограничились. Может, на суде такие вещи и помогают, но со мной это не выйдет. Я не рабочий, с непокрытой головой просящий прибавки или защиты от машины, которая его убивает. Разговаривая со мной, будьте добры придерживаться истины. А эти повадки приберегите для своих наемных рабов. Они не посмеют вам возражать — ведь их хлеб, вся их жизнь в ваших руках.</p>
     <p>Что до возвращения к природе, о котором, по вашим словам, вы слышали в колледже, когда меня еще и на свете не было, могу вам сказать одно: с тех пор вы больше ничему и не научились. Между социализмом и возвращением в естественное состояние столько же общего, сколько между дифференциальным исчислением и библией. Я уже говорил вам, что вне деловых отношений ваш класс отличается феноменальной глупостью. Вы, сэр, блестяще подтвердили мою мысль!</p>
     <p>Слабые нервы мисс Брентвуд не выдержали зрелища публичного посрамления, которому подвергся ее стотысячедолларовый юрист. То плача, то смеясь, она билась в истерике, пока соседи, подхватив с двух сторон, не вывели ее из зала. И, надо сказать, вовремя, потому что дальше пошло еще хуже.</p>
     <p>— И это не голословное обвинение, — продолжал Эрнест, как только мисс Брентвуд благополучно скрылась за дверью. — Ваши же собственные авторитеты не замедлят упрекнуть вас в глупости. Ваши высокооплачиваемые поставщики науки скажут вам, что вы не правы. Обратитесь к самому смирному и забитому доцентику при кафедре социологии и спросите его, какая разница между учением Руссо о возврате к природе и учением социализма; обратитесь к своим знаменитейшим правоверно-буржуазным политико-экономам и социологам; перелистайте любую книжку на эту тему в субсидируемой вами библиотеке — повсюду вас ждет один ответ: учение о возврате к природе ничего общего не имеет с социализмом. Наоборот, все ваши источники вам скажут, что учения эти исключают друг друга. Повторяю, я не хочу быть голословным. Но любая книжка из тех, что вы покупаете, чтобы поставить на полку не читая, скажет вам, что вы невежественны и глупы. И в этом вы достойный сын своего класса.</p>
     <p>Вы сведущий законник и бизнесмен, полковник Ван-Гилберт. Ваше дело — угождать корпорациям и пригонять закон к интересам и требованиям ваших работодателей. Это занятие вам как раз по плечу. Держитесь же за него. Ведь вы, можно сказать, фигура! Но, будучи хорошим юристом, вы тем не менее никуда не годный историк и такой же социолог, а ваша биология — ровесница Плинию.</p>
     <p>Полковник Ван-Гилберт беспокойно ерзал на стуле. В зале царила полная тишина. Каждый сидел, затаив дыхание, каждый слушал как завороженный. Казалось странным, немыслимым, диким, что кто-то обошелся так с полковником Ван-Гилбертом, чье появление в зале суда ввергало судей в трепет. Но Эрнест не щадил врагов.</p>
     <p>— Все это нисколько не порочит вас, полковник, — продолжал он. — У каждого свое ремесло — у вас свое, у меня свое. Вы мастер своего дела. Когда вопрос коснется того, чтобы обойти старый закон или придумать новый в угоду нашим вороватым корпорациям, тут я мизинца вашего не стою. Но если речь идет о социологии, то уж это по моей части, полковник, и тут вам приличествует скромность. Запомните же это. И не забывайте, что ваши познания ненадежны, ибо законы живут недолго. То, что не укладывается в сегодняшний день, не входит в вашу компетенцию. А потому все ваши решительные утверждения и скороспелые выводы по части истории и социологии — пустая трата времени и слов.</p>
     <p>Остановившись на минуту, чтобы перевести дыхание, Эрнест задержался взглядом на своем противнике. Шея у полковника налилась кровью, лицо злобно подергивалось, белые тонкие пальцы сжимались и разжимались; он нетерпеливо вертелся на стуле, словно готовый вот-вот вскочить.</p>
     <p>— Но вы, очевидно, еще не истратили весь свой порох. Что ж, милости просим, для него найдется применение. Я предъявил вашему классу обвинение и жду, что вы его опровергнете. Я указал вам на тяготы, от которых страдает современный человек, я упомянул о трех миллионах детей-рабов, которые гарантируют американским капиталистам их высокие прибыли, и о пятнадцати миллионах голодных, раздетых и по существу бесприютных бедняков. И поскольку производительность труда современного человека при новых производственных отношениях и новой технике в тысячу раз выше, чем производительность пещерного человека, я сделал вывод, что капитализм обанкротился. В этом и заключается мое обвинение, и я обратился к вам с убедительнейшей просьбой опровергнуть его. Больше того. Я позволил себе предсказать, что вы оставите мой вопрос без ответа. Вот вам прекрасный случай дать выход вашей избыточной энергии! Вы назвали мое выступление софистикой. Докажите это, полковник Ван-Гилберт! Дайте ответ на обвинение, которое я и полтора миллиона моих товарищей сегодня бросаем вам и вашему классу.</p>
     <p>Полковник Ван-Гилберт, очевидно, забыл о своих председательских функциях, которые давно обязывали его дать слово другим желающим. Он вскочил и, яростно жестикулируя (куда делось его самообладание, его прекраснодушная риторика!), стал изливать свой гнев то на Эрнеста, называя его молокососом и демагогом, то на рабочий класс, который будто бы сам ни на что не способен, и от него нечего ждать.</p>
     <p>— Для юриста вы, право же, недостаточно сильны в логике, — отвечал Эрнест на эту тираду. — Ведь речь у нас шла не о моей молодости и не о способностях рабочего класса. Я обвинил капитализм в том, что он обанкротился. Вы не ответили мне. Вы даже не пытались ответить. Почему же? Потому, что у вас нет ответа. Здесь на этом собрании, вы, можно сказать, первое лицо. Все присутствующие, кроме меня, конечно, с нетерпением ждут, что вы ответите за них, поскольку сами они не в силах ничего ответить. Я-то знаю, что вы не только не ответите мне, но и не сделаете ни малейшей попытки в этом направлении…</p>
     <p>— Довольно! — загремел полковник Ван-Гилберт. — Кто дал вам право оскорблять меня? Это возмутительно!</p>
     <p>— Возмутительно то, что вы уклоняетесь от ответа, — серьезно возразил Эрнест. — Я ничем не оскорбил вас. Если люди расходятся во мнениях — это вовсе не основание, чтобы кричать о своих оскорбленных чувствах. Призовите же себя к порядку и дайте разумный ответ на мое разумное обвинение в том, что капитализм обанкротился.</p>
     <p>Полковник Ван-Гилберт молчал с видом уничтожающего презрения, ясно говорившим, что он намерен впредь игнорировать выпады этого грубияна.</p>
     <p>— Ничего, не огорчайтесь, — сказал ему Эрнест. — Черпайте утешение в том, что ни один представитель вашего класса еще не дал ответа на этот вопрос. А теперь ваша очередь, — обратился он к ораторам, давно уже рвавшимся в бой. — Валяйте! Но прежде всего я прошу вас ответить на вопрос, перед которым спасовал полковник Ван-Гилберт.</p>
     <p>Немыслимо хотя бы вкратце пересказать здесь все, что говорилось на дискуссии. Трудно себе представить, чего только не могут нагородить разгоряченные спорщики за какие-нибудь три часа! Я веселилась от души. Чем больше входили в азарт оппоненты, тем спокойнее и увереннее разжигал их Эрнест. Пользуясь своими обширными познаниями, он — где смелым словом, где удачно ввернутой фразой — расправлялся со своими противниками, поражая их легчайшими, но убийственными уколами, словно прокалывая резиновую шину. Он ловил их на логических ошибках: то это было порочное умозаключение, то вывод, не вытекающий из предпосылки, то ложная предпосылка, скрывающая в себе искомый вывод. Здесь он находил ошибку, там — произвольное допущение или же безграмотное утверждение, противоречащее всякой очевидности.</p>
     <p>Бой не утихал ни на миг. Иногда Эрнест заменял рапиру дубинкой и бил ею наотмашь, разя врагов направо и налево. И от каждого он требовал фактов, отказываясь входить в обсуждение всяких домыслов и теорий. Факты стали для них новым Ватерлоо. Когда они нападали на рабочий класс, он говорил: «Зачем кивать на других? От этого ваши руки не станут чище». И каждому задавал вопрос: «А как же обвинение в том, что капитализм обанкротился? Вы не ответили на него. Или у вас нет ответа?»</p>
     <p>Только к концу дискуссии слово взял мистер Уиксон.</p>
     <p>Он единственный из собравшихся сохранял хладнокровие и единственный заслужил уважение Эрнеста.</p>
     <p>— Никакого ответа и не нужно, — медленно и веско произнес мистер Уиксон. — Я следил за всей этой перепалкой и не знаю, удивляться или негодовать. Я отказываюсь понять вас, джентльмены, мои коллеги и соратники. Вы ведете себя как глупые школьники. Вы унизились до таких доводов, как соображения морали, и до такой ажитации, какая свойственна только вульгарным политикам. Вы позволили противнику обойти вас и одержать верх. Вы говорили много, но не сказали ничего. Вы, словно комары, жужжали вокруг медведя. Джентльмены, вот он перед вами, ваш медведь (он указал на Эрнеста), он цел и невредим, вы только позабавили его своим комариным писком.</p>
     <p>А между тем, поверьте, положение весьма серьезно. Медведь сегодня занес лапу, угрожая нам. Он говорил, что в Соединенных Штатах насчитывается полтора миллиона революционеров. И это правда. Он говорил, что они намерены отнять у нас нашу власть, наши дворцы и раззолоченную роскошь. И это тоже правда. Перемена, великая перемена назревает в обществе. Но, по счастью, не та перемена, которой ждет медведь. Медведь грозит, что нас раздавит. На самом деле как бы мы его не раздавили!</p>
     <p>Опять по залу пронеслось глухое рычание, люди переглядывались и кивали друг другу со спокойной уверенностью. Лица их выражали энергию и решимость. Чувствовалось, что это враг, твердый, непоколебимый.</p>
     <p>— Медведя не испугаешь комариным писком, — холодно и бесстрастно продолжал мистер Уиксон. — Мы его затравим. И отвечать медведю будем не словами, а свинцом. Власть принадлежит нам, этого никто не отрицает. Силою этой власти мы и удержим власть.</p>
     <p>Он внезапно повернулся к Эрнесту. Весь зал затаил дыхание.</p>
     <p>— Итак, вот наш ответ. Нам не о чем с вами разговаривать. Но как только вы протянете руки, ваши хваленые руки силачей, к нашим дворцам и нашей роскоши, — мы вам покажем, где сила. В грохоте снарядов, в визге картечи и стрекоте пулеметов вы услышите наш ответ<a l:href="#n_212" type="note">[212]</a>. Вас же, революционеров, мы раздавим своею пятой, мы втопчем вас в землю.</p>
     <p>Мир принадлежит нам, мы его хозяева, и никому другому им не владеть! С тех пор как существует история, ваше рабочее воинство всегда копошилось в грязи (как видите, мы тоже кое-что смыслим в истории) и будет и дальше копошиться в грязи, пока мне и тем, кто со мной, и тем, кто придет после нас, будет принадлежать вся полнота власти. Власть! — вот слово, равного которому нет в мире. Не бог, не богатство — власть! Вдумайтесь в это слово, проникнитесь им, чтобы оно дрожью отдалось во всем вашем существе. Власть!</p>
     <p>— Что ж, я удовлетворен, — спокойно ответил Эрнест. — Это и есть тот единственный ответ, какой вы могли нам дать. Власть — как раз то, чего добивается рабочий класс. Наученные горьким опытом, мы знаем, что никакие призывы к справедливости, человечности, законности на вас не действуют. Сердца ваши равнодушны, как пята, которой вы топчете бедняков. Поэтому мы и добиваемся захвата власти. И мы завоюем ее на выборах, мы заставим вас отдать нам власть…</p>
     <p>— Если бы вам и удалось одержать победу, и даже решающую победу, — прервал его Уиксон, — уж не думаете ли вы, что мы добровольно откажемся от власти, после того как она достанется вам на выборах?</p>
     <p>— И к этому мы готовы, — возразил Эрнест. — И мы вам ответим не словами, а свинцом. Власть — идол, которому вы поклоняетесь! Пусть будет так. Если в день, когда мы добьемся победы на выборах, вы откажетесь передать нам власть, завоеванную мирным конституционным путем, мы, повторяю, сумеем вам ответить. В грохоте снарядов, в визге картечи, в стрекоте пулеметов вы услышите наш ответ.</p>
     <p>Вам не уйти от нашего суда! Это верно, что вы кое-что смыслите в истории. Это верно, что рабочий люд с незапамятных времен копошится в грязи, — как верно, что он так и будет копошиться в грязи, пока вы и те, кто с вами, и те, кто будет после вас, стоите у власти. Тут я с вами согласен, как согласен и в другом: решать между нами будет сила, как и всегда она решала. Это — война классов. Но как ваш класс низверг старую феодальную знать, так и мы, рабочий класс, низвергнем ваше господство. Если бы наряду с уроками истории вы не гнушались уроками биологии и социологии, для вас была бы очевидна неизбежность предстоящей вам гибели. Через год, через десять, ну пусть через тысячу лет ваш класс будет низвергнут. Мы добьемся этого силой, силой проложим себе дорогу к власти. Мы, рабочее воинство, хорошо затвердили это слово, и оно звенит во всем нашем существе. Власть! Это великое слово.</p>
     <p>Так кончился вечер у филоматов.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
      <p>Тени будущего</p>
     </title>
     <p>Тем временем над головой у нас сгущались грозовые тучи. Эрнест не раз выражал опасение, как бы моему отцу не пришлось пострадать из-за того, что он принимает у себя рабочих лидеров и социалистов и сам бывает на их собраниях. Но отец только смеялся над его тревогами. Я же, как губка, впитывала то, что давали мне встречи с руководителями рабочего класса и его теоретиками. Впервые видела я перед собой людей другого общественного лагеря. И меня увлекало их бескорыстие, их пламенная вера, хотя, признаться, немало страшила обширная философская и научная литература, которая теперь открылась передо мной. В общем я делала быстрые успехи, — хотя и недостаточно быстрые для того, чтобы оценить всю опасность нашего положения.</p>
     <p>А между тем тревожных признаков было много, только я не обращала на них внимания. Миссис Уиксон и миссис Пертонуэйт — мнение этих дам было законом в наших университетских кругах — отзывались обо мне как о развязной и самоуверенной молодой особе с вредным направлением ума: я будто бы вечно что-то из себя корчу и вмешиваюсь в то, что меня не касается. Памятуя о своем расследовании дела Джексона, я нисколько не удивлялась этому и не задумывалась над тем, какое впечатление произведет на наше общество приговор столь высоких судей.</p>
     <p>Правда, от меня не скрылось, что старые друзья стали ко мне заметно холоднее, но я приписывала эту перемену недовольству, с которым было встречено известие о моей помолвке с Эрнестом. Впоследствии он объяснил мне, что за этой видимостью словно бы естественного классового недовольства скрывалось нечто более серьезное. «Ты осмелилась приютить у себя классового врага, — говорил он. — Мало того, ты отдала ему свою любовь. Это будет сочтено предательством, изменой. Берегись, тебе не избежать кары».</p>
     <p>Но еще до этого разговора отец как-то вечером вернулся домой, охваченный возмущением — философическим возмущением! Папа редко сердился, но некоторую долю возмущения разрешал себе, считая его прекрасным тоническим средством. И вот, как только он появился перед нами в тот вечер, мы с Эрнестом почувствовали, что он возмущен, приятно возмущен.</p>
     <p>— Ну, что вы скажете, — обратился он к нам. — Я нынче завтракал с самим Уилкоксом.</p>
     <p>Престарелый ректор университета Уилкокс считался у нас музейной древностью, так как сохранил в полной неприкосновенности идеи и взгляды семидесятых годов.</p>
     <p>— Я получил приглашение. За мной было послано! — продолжал папа.</p>
     <p>Он выдержал паузу, мы с интересом ждали дальнейшего.</p>
     <p>— Все было мило, чинно — не придерешься. Но меня отчитали, как мальчишку. Меня! И кто же? Это ископаемое!</p>
     <p>— Нетрудно догадаться, за что, — сказал Эрнест.</p>
     <p>— Ручаюсь, что и с трех раз не угадаете, — смеялся папа.</p>
     <p>— Угадаю с первого же. Тут и смекалки особой не требуется, а только самое обыкновенное умозаключение. Вам поставили на вид вашу частную жизнь.</p>
     <p>— Верно! — воскликнул отец. — Как вы догадались?</p>
     <p>— Этого надо было ожидать. Я не раз говорил вам.</p>
     <p>— Говорили, правда, — подтвердил папа. — Но мне что-то не верилось. Зато какой материал для моей книги!</p>
     <p>— Погодите, то ли еще будет, — продолжал Эрнест, — если вы не раззнакомитесь со всякими радикалами и социалистами, включая и меня…</p>
     <p>— То же самое говорил мне и старикашка Уилкокс. Нес бог знает что! Эти-де знакомства обличают дурной вкус, они ничего не дают ни уму, ни сердцу, а главное, никак не вяжутся с нашими университетскими традициями и правилами, и все в том же туманном роде, — мне так и не удалось из него вытянуть, что за этим кроется. Я, признаться, не пожалел старика, — бедняга уж и так и этак вилял, расписывал, как и он и весь мир чтят мои научные заслуги. Он, видимо, был и сам не рад, что впутался в это дело, и сидел как на угольях.</p>
     <p>— Уилкокс действовал не по своей воле, — сказал Эрнест. — Не всякому дано с грацией носить кандалы<a l:href="#n_213" type="note">[213]</a>.</p>
     <p>— В этом-то он и сам сознался. В университете предвидятся расходы, значительно превышающие сумму, отпущенную правительством штата. Придется обратиться за помощью к городским тузам, и, значит, нельзя их раздражать: университет должен остаться верен высоким идеалам аполитичного преподавания аполитичной науки. Когда же я прямо спросил, какое отношение ко всему этому имеет моя частная жизнь, Уилкокс предложил мне двухгодичную командировку в Европу — для отдыха и научных изысканий! — с полным сохранением оклада. Разумеется, я ее не принял.</p>
     <p>— А не мешало бы, — серьезно заметил Эрнест.</p>
     <p>— Так ведь это же взятка! — запротестовал отец. Эрнест только молча кивнул в ответ. — Негодяй плел что-то насчет пересудов, предметом которых служит моя дочь — ее повсюду видят с вами, а ведь известно, что вы за человек; будто это несовместимо с университетскими представлениями о достоинстве и приличии. Он клялся, что это не его личное мнение — боже упаси! Но идут всякие разговоры, — сами, мол, понимаете…</p>
     <p>Эрнест с минуту размышлял, а потом сказал с мрачным спокойствием, за которым таился сдержанный гнев:</p>
     <p>— За этим кроется что-то посерьезнее университетских идеалов. Кто-то, видно, нажал на Уилкокса.</p>
     <p>— Вы думаете? — спросил отец; по его лицу было видно, что он скорее заинтригован, чем испуган.</p>
     <p>— К сожалению, мне трудно с достаточной ясностью рассказать вам об одной догадке, которая с недавних пор беспокоит меня, — сказал Эрнест. — Никогда в истории человеческое общество не находилось в таком неустойчивом состоянии, как сейчас. Бурные перемены в экономике вызывают такие же бурные перемены в религиозной и политической жизни и в структуре общества. Где-то в недрах общества происходит невидимый глазу, но грандиозный переворот. Эти процессы скорее угадываешь, воспринимаешь каким-то шестым чувством. Но это носится в воздухе — здесь, сегодня, у нас. Что-то надвигается — огромное, неясное, грозное. Ум мой в страхе отступает перед предположениями, во что это может вылиться. Вы слышали, что тогда говорил Уиксон? За его словами стояла та же безымянная, смутная угроза. Он тоже скорее догадывается, чем знает что-либо определенное.</p>
     <p>— Вы ждете?.. — спросил отец и остановился.</p>
     <p>— Я жду прихода каких-то гигантских и грозных событий, тени которых уже сегодня омрачают горизонт. Назовем это угрозой олигархии — дальше я не смею идти в своих предположениях. Трудно даже представить себе ее характер и природу<a l:href="#n_214" type="note">[214]</a>. Мне хотелось сказать только следующее: вам угрожает опасность, которой я тем больше страшусь, что у меня нет возможности судить о ее размерах. Послушайтесь моего совета и поезжайте в отпуск.</p>
     <p>— Но это значило бы струсить!</p>
     <p>— Никоим образом. Вы человек уже немолодой. Вы свое дело сделали, и это немало. Предоставьте же борьбу тем, кто молод и силен. Это наша жизненная задача. Эвис будет со мной. Смотрите на нее как на своего представителя в наших рядах.</p>
     <p>— Ничего они мне не сделают, — возразил отец. — Я, слава создателю, от них не завишу. Мне хорошо известно, какие гонения они могут обрушить на профессора, всецело зависящего от университетской службы. Но мне это не страшно. Я преподаю не ради жалованья. С меня достаточно моих доходов, пусть лишают меня профессорского оклада.</p>
     <p>— Вы меня не понимаете, — возразил Эрнест. — Если свершится то, чего я страшусь, вас лишат не только профессорского места. С такой же легкостью у вас могут отнять все ваши доходы да и все, чем вы владеете.</p>
     <p>Некоторое время прошло в молчании. Отец напряженно думал; наконец глаза его загорелись решимостью, он сказал:</p>
     <p>— Никуда я не поеду. — И после небольшой паузы: — Я предпочитаю писать мою книгу<a l:href="#n_215" type="note">[215]</a>. Вы, возможно, еще ошибаетесь, но, если даже вы и правы, у меня свои принципы. И я от них не отступлю.</p>
     <p>— Как хотите, — сказал Эрнест. — Боюсь, вы идете по той же дорожке, что епископ Морхауз, и так же, как он, плохо кончите. Первым делом у вас отнимут все до нитки, будете оба тогда пролетариями.</p>
     <p>Разговор перешел на епископа, мы попросили Эрнеста рассказать нам, что претерпел наш друг по его милости.</p>
     <p>— Епископ совсем потерял душевный покой после своего нисхождения в ад под моим руководством. Я повел его к нескольким рабочим, познакомил с калеками, выброшенными на улицу промышленностью, он потолковал с ними, послушал их рассказы. Я показал ему трущобы Сан-Франциско, и он понял, что пьянство, проституция и преступления — это порождения куда более страшного зла, чем природная порочность человека. Он болен, но, что хуже всего, совершенно выбит из колеи. У него гипертрофия совести, он жестоко потрясен, к тому же, как всегда, далек от жизни. Сейчас он носится со всякими моральными иллюзиями и рвется к миссионерской деятельности среди культурных слоев общества. Он считает себя призванным воскресить первоначальный дух христианской церкви и думает обратиться с проповедью к правящим классам. Бедняга взвинчен до крайности. Не сегодня-завтра наступит кризис — и тогда жди беды! Трудно сказать, что он может выкинуть. Это чистая, восторженная душа, но он совершенно не знает жизни! Я ничего не могу с ним поделать. Мне не удается удержать его на земле, он рвется к своему Гефсиманскому саду. Как бы не кончилось распятием — ведь таков удел возвышенных душ.</p>
     <p>— И твой удел? — спросил я.</p>
     <p>Я улыбалась, но в моем вопросе таилась вся глубина, вся жгучая тревога любви.</p>
     <p>— Ну нет, — рассмеялся Эрнест. — Меня могут казнить или убить из-за угла, но только не распять. Я слишком крепко стою на земле.</p>
     <p>— Зачем же было доводить до этого? Ведь ты не станешь отрицать, что сам втянул епископа в беду.</p>
     <p>— Зачем оставлять счастливца в его блаженном неведении, когда миллионы обречены на труд и горе?</p>
     <p>— Но папе ты советуешь уйти в отпуск?</p>
     <p>— Так я ведь не чистая, восторженная душа, как твой епископ. Я практик и расчетливый эгоист. А кроме того, я люблю тебя и, подобно библейской Руфи, считаю твоих родных моими. У епископа же, как известно, нет дочки. Кроме того, сколь ни бессильны его вопли, свое маленькое дело они сделают, а революция не отказывается ни от какой помощи, даже самой незначительной.</p>
     <p>Я не могла согласиться с Эрнестом. Я слишком хорошо знала благородную душу епископа Морхауза и не хотела верить, что его голос, поднятый за правду, окажется бессильным воплем. Изнанка жизни не была мне так знакома, как Эрнесту. Он ясно видел обреченность этого прекраснодушного мечтателя, и дальнейшие события убедили в том же и меня.</p>
     <p>Вскоре Эрнест рассказал мне то, что он назвал забавным анекдотом: ему была предложена правительственная должность уполномоченного Штатов по вопросам труда. Я обрадовалась. Это место сулило моему будущему мужу хороший оклад и обещало нам обеспеченное существование. Кроме того, я считала, что такая работа будет Эрнесту по душе, не говоря уже о том, что моя ревнивая гордость видела в этом лестном предложении признание его блестящих способностей.</p>
     <p>Но тут я заметила ироническую искорку в его глазах. Эрнест явно надо мной смеялся.</p>
     <p>— Уж не думаешь ли ты отказаться? — спросила я дрогнувшим голосом.</p>
     <p>— А разве ты не понимаешь, что это взятка? Я вижу за этим руку Уиксона, а за Уиксоном стоит кто-то и поважнее. Это старый прием! Старый, как классовая борьба: у пролетариата стараются похитить его руководителей. Бедный рабочий класс! Если б ты знала, скольких вождей он лишился таким образом. Ведь гораздо дешевле купить генерала, чем сражаться с ним и с его армией. Вот, например… нет, не буду называть имена. Зачем бередить старые раны! Дорогая, я один из полководцев армии пролетариата. Я не могу продаться его врагам. Но если бы даже ничто другое меня не удерживало, я не сделал бы этого уже ради памяти отца, ради его тяжелой, загубленной жизни.</p>
     <p>В глазах моего сильного, мужественного героя блистали слезы. Он всегда с горечью вспоминал, как надругалась жизнь над его отцом: необходимость прокормить много голодных ртов заставляла его изворачиваться, лгать, пускаться на мелкое воровство.</p>
     <p>— Отец у меня был хороший человек, — рассказывал мне Эрнест, — но страшная, уродливая жизнь исковеркала его и пришибла. Хозяева, эти архискоты, заездили его, как рабочую клячу. Он и сейчас мог бы жить, ведь он ровесник твоему отцу. Он был богатырского сложения, но и его сгубила фабрика, и он погиб ради хозяйских барышей. Подумай только! Это значит, что кровь его понадобилась кому-то на веселый ужин с вином, или на дорогую побрякушку, или какую-нибудь другую пошлую забаву этих гнусных паразитов, этих архискотов.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
      <p>Видение епископа</p>
     </title>
     <p>«С нашим епископом просто сладу не стало, — писал мне Эрнест. — Он витает в облаках. Нынче вечером он начинает свой поход за восстановление справедливости в нашем злополучном мире. Он принесет людям благую весть. Все это епископ доложил мне сам, но я не в силах его удержать. Он председательствует на съезде ИПГ<a l:href="#n_216" type="note">[216]</a> и собирается вместо вступительного слова обратиться к съезду с воззванием.</p>
     <p>Не хочешь ли послушать его вместе со мной? Беднягу ожидает жестокий провал. Представляю, каким это будет ударом для тебя и для него, но тебе это послужит превосходным уроком. Ты ведь знаешь, голубка, как я горжусь твоей любовью. Я хочу, чтобы ты ценила все, что есть во мне хорошего, а потому не удивляйся моему желанию рассеять у тебя малейшее облачко сомнения. Гордость моя требует, чтобы ты поняла, как правильны и разумны мои взгляды. Тебе известна их суровость. Но бессилие прекраснодушного епископа, быть может, покажет тебе всю неизбежность такой суровости. А потому едем со мной сегодня вечером. Мы переживем горькие минуты, но я чувствую, что они нас еще больше сблизят».</p>
     <p>Съезд ИПГ происходил на сей раз в Сан-Франциско<a l:href="#n_217" type="note">[217]</a>. На повестке дня стоял вопрос об упадке морали в современном обществе и мерах борьбы с этим злом. Председательствовал епископ Морхауз. Видно было, что он волнуется, — я на расстоянии чувствовала, как напряжены у него нервы. Рядом с ним в президиуме сидели: епископ Диккинсон; профессор Г. Г. Джонс, возглавлявший кафедру этических учений на философском факультете Калифорнийского университета; миссис У. У. Херд, видная деятельница в области общественного призрения; Филипп Уорд, известный филантроп, и еще несколько менее видных деятелей из той же сферы морального воспитания и благотворительности. Епископ Морхауз встал и начал без предисловий:</p>
     <p>— Как-то я проезжал по городу в своей карете. Дело было вечером, я рассеянно наблюдал в окно привычные картины городской жизни, как вдруг глаза мои отверзлись — и действительность предстала предо мной во всей своей наготе. Сначала я закрыл лицо руками, чтобы не видеть всех этих ужасов, и тогда во тьме предо мной встал вопрос: что же делать? Что делать? Потом возник другой вопрос: что сделал бы Учитель на моем месте? И великий свет пролился вокруг, и долг мой открылся мне словно в ярком сиянии солнца, как открылся он Савлу на пути его в Дамаск.</p>
     <p>Я приказал остановить лошадей, вышел на тротуар и, обратившись к двум уличным женщинам, убедил их занять место в карете рядом со мной. Если то, чему учил нас Иисус, — истина, эти несчастные были мне сестрами, и только моя преданная любовь могла очистить их.</p>
     <p>Я живу в одном из лучших кварталов Сан-Франциско. Мой дом оценен в сто тысяч долларов, а обстановка, книги и картины стоят и того больше. Это огромный особняк, вернее, дворец; целый штат слуг заботится о нем. До сих пор я не знал, в чем истинное назначение такого дворца, и думал, что мне и подобает жить в нем. Теперь я знаю. Я взял к себе этих женщин и приютил их. Я намерен все комнаты в своем дворце заселить такими же женщинами, моими сестрами.</p>
     <p>Весь зал насторожился, у сидевших в президиуме лица выражали ужас и смятение. Епископ Диккинсон встал и демонстративно покинул собрание. Но епископ Морхауз, поглощенный своим видением, продолжал словно в каком-то забытьи:</p>
     <p>— О сестры и братья, в этом вижу я единственный выход. Я не знал, зачем нужны кареты, а теперь знаю: для того, чтобы перевозить больных, немощных и престарелых; для того, чтобы оказывать почет тем, в ком угасло даже естественное чувство стыда.</p>
     <p>Я не знал, зачем нужны дворцы, а теперь нашел, что с ними делать. Дворцы, принадлежащие церкви, должны быть превращены в больницы и убежища для тех, кто без сил свалился на краю дороги и погибает.</p>
     <p>Епископ умолк, по-видимому, не справляясь со своими мыслями и силясь подыскать для них простые, выразительные слова.</p>
     <p>— Не мне, дорогие братья, учить вас праведной жизни, — снова начал он. — Я слишком долго коснел во лжи и лицемерии, чтобы советовать другим. Но принятое мною решение касательно тех женщин, сестер моих, показывает, что всякий из нас может вступить на праведный путь. Для тех, кто верит в Иисуса и его святое Евангелие, не может быть иного чувства к ближнему, кроме чувства любви. Только любовь сильнее греха, сильнее смерти. А потому я взываю к тем из вас, кто богат: делайте то же, что делаю я. Возьмите к себе в дом вора и обращайтесь с ним, как с братом; приютите у себя блудницу и назовите ее сестрой, и тогда в Сан-Франциско минует надобность в суде и полиции. Тюрьмы будут обращены в больницы, и вместе с преступлением исчезнет и преступник.</p>
     <p>Но не только деньги — надо отдать ближним и самого себя. Будем же во всем следовать примеру Христа — вот в чем заключается ныне послание церкви. Мы отступились от заветов Учителя. Мы убиваем душу, потворствуя плоти. На место Христа мы поставили маммону. Я захватил с собой стихотворение, где все это прекрасно сказано. Разрешите прочитать его. Оно написано великим грешником, который, однако, много видел и понимал<a l:href="#n_218" type="note">[218]</a>. И не думайте, что он упрекает здесь только католическую церковь. Нет, он бичует все церкви, клеймит роскошь и хвастливое великолепие всех церквей, что сбились с истинного пути, указанного нам Учителем, и отгородились от овец его. Слушайте же:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Орган гремел. Все пали ниц, и жег</v>
       <v>Сердца людей благоговейный страх, —</v>
       <v>То плыл по храму на людских плечах</v>
       <v>Первосвященник Рима, словно бог.</v>
       <v> </v>
       <v>Как жрец — в одеждах пены волн белей,</v>
       <v>Как властелин — в сиянье трех корон</v>
       <v>И в пурпуре, — свой путь направил он</v>
       <v>К святилищу — надменный царь царей.</v>
       <v> </v>
       <v>И вихрь сквозь тьму веков меня унес</v>
       <v>К тому, кто у пустынних вод бродил,</v>
       <v>Не находя пристанища для сна…</v>
       <v> </v>
       <v>«Птенцу — гнездо, нора лисе дана, —</v>
       <v>Лишь я, лишь я один бреду без сил</v>
       <v>И пью вино, соленое от слез» <a l:href="#n_219" type="note">[219]</a>.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Слушатели волновались, но не потому, что речь епископа встретила в них сочувственный отклик. Однако епископ не замечал этого. Он продолжал:</p>
     <p>— И я говорю тем из вас, кто богат, а также и всем прочим богатым людям в мире: тяжко притесняете вы тех, кого Учитель назвал своими овцами. Вы ожесточили сердца свои. Вы зажали уши, дабы не слышать, как вопиет и стонет вся страна. То вопли горя, то стоны страдания. И если вы не захотите их услышать — придет день, и они будут услышаны. И еще говорю вам…</p>
     <p>Но тут Г. Г. Джонс и Филипп Уорд, давно уже стоявшие наготове, подхватили епископа под руки и свели его с помоста, провожаемые потрясенным молчанием зала.</p>
     <p>Выйдя вместе со мной на улицу, Эрнест злобно захохотал. Смех этот резанул меня по сердцу. Я с трудом сдерживала слезы.</p>
     <p>— Вот он и принес людям благую весть! — воскликнул Эрнест. — Он открыл им свое мужественное и нежное сердце, а его верные почитатели-христиане решили, что он сошел с ума. Ты заметила, как заботливо они свели его с помоста? Воображаю, как веселился при этом зрелище весь ад!</p>
     <p>— И все же слова епископа и его поступки оставят свой след в сознании людей, — сказала я.</p>
     <p>— Ты думаешь? — иронически отозвался Эрнест.</p>
     <p>— Увидишь, какую это произведет сенсацию. Ты заметил? Пока он говорил, репортеры строчили напропалую.</p>
     <p>— А завтра ни строчки об этом не появится в газетах.</p>
     <p>— Не может быть! — горячо воскликнула я.</p>
     <p>— Вот увидишь! Ни строчки, ни единого намека на то, что он говорил. Разве ты не знаешь нашу печать? Ее дело — изымать и запрещать.</p>
     <p>— А репортеры? Ведь я сама их видела.</p>
     <p>— Ни одно слово епископа не появится в печати. Ты забыла о редакторах. Они знают, за что им платят деньги. Их задача в том и состоит, чтобы не пропустить в печать ни одной строчки, представляющей угрозу существующему порядку. Сегодняшнее выступление епископа было лобовым ударом по установленной морали, призывом еретика. Его и увели с трибуны, чтобы прекратить соблазн. Но газеты очистят скверну, они вытравят ее молчанием. Разве ты не знаешь, что такое пресса в Соединенных Штатах? Это паразитический нарост на теле капитализма. Ее дело — обработка общественного мнения для поддержания существующего порядка, чем она и занимается с похвальным усердием.</p>
     <p>Хочешь, я предскажу тебе дальнейший ход событий. Завтра в газетах будет сказано вскользь, что вследствие переутомления здоровье епископа пошатнулось и на вчерашнем собрании ему стало дурно. Пройдет несколько дней, и будет объявлено, что нервное истощение заставило епископа временно покинуть свою паству и уйти в длительный отпуск. А затем возможны два варианта: либо епископ поймет свою ошибку и вернется из отпуска здоровым человеком, не знающим, что такое видения среди бела дня; либо он утвердится в своем безумии, и тогда в газетах промелькнет участливое сообщение о его помешательстве, после чего ему останется только лепетать о своих видениях звуконепроницаемым стенам сумасшедшего дома.</p>
     <p>— Ну, ты уж слишком, — запротестовала я.</p>
     <p>— Но ведь в глазах общества он и будет сумасшедшим. Какой порядочный и нормальный человек возьмет к себе в дом воров и падших женщин и станет обращаться с ними, как со своими близкими? Правда, Христос был распят между двумя разбойниками, но ведь это же совсем не из той оперы. Да и что такое безумие? Мысли, с которыми мы не можем согласиться, всегда кажутся нам неверными, — и мы говорим, что у человека ум за разум зашел. А там недолго сказать, что он просто сошел с ума! Все мы склонны считать сумасшедшим того, кто не согласен с общепризнанными истинами.</p>
     <p>Вот тебе прекрасный пример в сегодняшней вечерней газете. Мери Мак-Кенна проживает южнее Маркет-стрит. Это бедная, но честная женщина, к тому же патриотка. По своей наивности она поверила, что американский флаг — прибежище американских граждан. И вот что с ней случилось. Муж ее пострадал от несчастного случая и три месяца пролежал в больнице. Мери стала брать на дом стирку, что, однако, не помешало ей задолжать хозяину за квартиру. Вчера ее пришли выселять. Тогда она выставила у порога американский флаг, завернулась в его полотнище и заявила, что пусть ее посмеют выбросить на улицу: она под защитой американского флага! Ну, и знаешь, что с ней сделали? Арестовали и отправили на медицинское обследование. Сегодня ее подвергли экспертизе, признали душевнобольной и засадили в сумасшедший дом.</p>
     <p>— Ну, уж это извини, — заспорила я. — Предположим, у меня свое мнение о том, как написана такая-то книга, и это мнение не совпадает с общепринятым. Не посадят же меня в сумасшедший дом!</p>
     <p>— Нет, не посадят, — согласился Эрнест. — Но такое расхождение с общепринятым мнением не угрожает общественному порядку. В этом вся разница. Еретические же заявления Мери Мак-Кенна и епископа угрожают. А что, если все бедняки станут под защиту американского флага и откажутся платить за квартиру? Ведь это покушение на права домовладельцев. Взгляды епископа тоже опасны для общества. А потому пусть он посидит в сумасшедшем доме.</p>
     <p>Я все еще не верила.</p>
     <p>— Ладно, увидишь, — сказал Эрнест. Тем наш спор и кончился.</p>
     <p>На другое утро я послала купить все выходящие в городе газеты. Эрнест оказался прав. Нигде ни одной строчки по существу речи епископа. Две-три газеты глухо упоминали, что епископ Морхауз произнес взволнованную речь, а между тем плоские разглагольствования последующих ораторов комментировались весьма пространно.</p>
     <p>Несколько дней спустя появилась краткая заметка о том, что в связи с сильным переутомлением епископ уходит в отпуск. Однако ни слова о нервном расстройстве, не говоря уже о душевном заболевании. Мне тогда и в голову не приходило, как близок наш друг к своему Гефсиманскому саду и Голгофе, о которых говорил Эрнест.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
      <p>Разрушители машин</p>
     </title>
     <p>Незадолго до выборов в конгресс, на которых Эрнест выступал кандидатом по социалистическому списку, отец устроил обед, который у нас в домашнем кругу именовался «обедом лабазников». Эрнест называл его обедом «разрушителей машин». На этот раз были приглашены бизнесмены — не из самых преуспевающих, конечно. Думается, среди наших гостей не нашлось бы ни одного владельца или совладельца предприятия стоимостью свыше двухсот тысяч долларов. Это были подлинные представители средних классов — разумеется, их деловой части.</p>
     <p>Среди гостей присутствовал Оуэн, представитель фирмы «Силверберг, Оуэн и К°», большой бакалейной торговли с несколькими филиалами. Мы были их постоянными покупателями. Присутствовали оба компаньона фирмы «Коуолт и Уошборн» и мистер Асмунсен, владелец каменоломни в округе Контра-Коста, а также много других владельцев и совладельцев небольших фабрик и предприятий. Словом, собрались капиталисты средней руки.</p>
     <p>Это были дельцы с неглупыми, характерными физиономиями, с ясной и простой речью. Все они в один голос жаловались на корпорации и тресты. Их общим девизом было: «Долой тресты!» Все они вопили, что им житья нет от трестов и что в их бедах виноваты тресты. Наши гости были сторонниками передачи государству таких предприятий, как телеграф и железные дороги, и стояли за самое жестокое прогрессивное обложение доходов, направленное против крупного капитала. Спасение от местных трудностей и неустройств они видели в передаче городу коммунальных предприятий, таких, как вода, газ, телефон и трамвай.</p>
     <p>Особенно заинтересовала нас иеремиада мистера Асмунсена, поведавшего о своих мытарствах в качестве владельца каменоломни. Он уверял, что каменоломня не дает ему никакой прибыли, несмотря на благоприятные условия, созданные недавним землетрясением. За те шесть лет, что Сан-Франциско отстраивается, предприятие его расширилось в восемь раз, а между тем он сейчас не богаче прежнего.</p>
     <p>— Железнодорожная компания знает мои дела лучше, чем я сам, — жаловался он. — От нее ничего не укроется: ни мои эксплуатационные расходы, ни условия контрактов. Кто им обо всем докладывает — ума не приложу. Не иначе, как кто-то из моих же служащих для них шпионит; а кроме того, у них теснейшая связь с моими контрагентами. Посудите сами: едва только мне удается получить большой заказ на выгодных условиях, как железнодорожная компания непременно повышает тарифы на мой груз; они не входят ни в какие объяснения, а просто слизывают у меня всю прибыль. Характерно, что мне не удается добиться от них ни малейшей скидки. А ведь бывает, что в случае какой-либо неудачи — или больших расходов, или если контракт невыгодный — они идут мне навстречу. Но, так или иначе, всю мою прибыль, какова бы она ни была, кладет себе в карман железнодорожная компания.</p>
     <p>— То, что вам остается, — прервал его Эрнест, — это примерно жалованье, которое компания платила бы, если бы каменоломня принадлежала ей, а вы были бы ее управляющим. Не правда ли?</p>
     <p>— Вот именно. Недавно мы просмотрели все книги за последние десять лет. И представляете? Я убедился, что вся моя прибыль за это время равна примерно жалованью управляющего. Компания могла бы с таким же успехом владеть моей каменоломней и платить мне за труды.</p>
     <p>— С той лишь разницей, — подхватил Эрнест смеясь, — что в этом случае весь риск несла бы компания, тогда как сейчас вы любезно берете его на себя.</p>
     <p>— Совершенно верно, — сокрушенно вздохнул мистер Асмунсен.</p>
     <p>После того как гости высказались, Эрнест начал задавать им вопросы. Он обратился к мистеру Оуэну:</p>
     <p>— Вы, кажется, полгода назад открыли новый филиал в Беркли?</p>
     <p>— Как же, как же, — ответил мистер Оуэн.</p>
     <p>— И с тех пор, как я заметил, три маленьких лавочки здесь по соседству вынуждены были закрыться одна за другой.</p>
     <p>Мистер Оуэн самодовольно улыбнулся.</p>
     <p>— Им трудно тягаться с нами.</p>
     <p>— Почему же?</p>
     <p>— Мы располагаем большим капиталом и, значит, работаем гораздо производительнее при меньших издержках.</p>
     <p>— Стало быть, ваш филиал поглотил прибыли, которые раньше принадлежали трем коммерсантам? Понятно… А куда девались эти люди?</p>
     <p>— Один из них служит у нас возчиком. Что сталось с другими — не знаю.</p>
     <p>Эрнест повернулся к мистеру Коуолту.</p>
     <p>— Вы часто устраиваете у себя в аптеке дешевые распродажи<a l:href="#n_220" type="note">[220]</a>. Скажите, не знаете ли вы что-либо об участи мелких аптекарей, которым оказалось не под силу конкурировать с вами?</p>
     <p>— Один из них, мистер Хазфуртер, заведует у нас рецептурным отделом.</p>
     <p>— Стало быть, все их прибыли отошли к вам?</p>
     <p>— А как же! Для того и стараемся.</p>
     <p>— Ну вот вы, — неожиданно повернулся Эрнест к мистеру Асмунсену, — вы возмущены тем, что все ваши прибыли поглощает железная дорога…</p>
     <p>Асмунсен кивнул.</p>
     <p>— В то время как вы предпочитали бы наживаться сами?..</p>
     <p>Асмунсен снова кивнул.</p>
     <p>— За счет других?..</p>
     <p>Асмунсен промолчал.</p>
     <p>— Я говорю: за счет других? — настаивал Эрнест.</p>
     <p>— Иначе и не бывает, — сухо ответил мистер Асмунсен.</p>
     <p>— Стало быть, правила игры в том, чтобы наживаться за счет других и не давать другим наживаться за ваш счет? Ведь так?</p>
     <p>Эрнесту пришлось повторить свой вопрос, прежде чем мистер Асмунсен на него ответил.</p>
     <p>— Так-то оно так, — сказал он, — но мы не мешаем и другим наживаться, мы только против грабительских прибылей.</p>
     <p>— Грабительские прибыли — это большие прибыли. Но ведь вы, верно, и сами не отказались бы от больших прибылей?</p>
     <p>Мистер Асмунсен добродушно подтвердил, что не отказался бы. Тут Эрнест обратился к мистеру Кэлвину, в прошлом владельцу большой молочной фермы.</p>
     <p>— Вы, как я слышал, не так давно воевали с молочным трестом, а теперь ударились в политику и вошли в фермерскую партию<a l:href="#n_221" type="note">[221]</a>. Как это понять?</p>
     <p>— Не думайте, что я сложил оружие, — воинственно воскликнул мистер Кэлвин. — Напротив, я борюсь с трестом в той единственной области, какая еще остается, — политической. Разрешите, я поясню свою мысль. Еще недавно у нас, в молочном деле, не было засилья трестов.</p>
     <p>— А конкуренция была? — прервал его Эрнест.</p>
     <p>— Да, и конкуренция снижала прибыли. Пробовали мы сорганизоваться, но неорганизованные фермеры срывали все попытки. А потом на сцену явился молочный трест.</p>
     <p>— Финансируемый свободными капиталами «Стандард Ойл» <a l:href="#n_222" type="note">[222]</a>.</p>
     <p>— Да, но мы еще не знали этого. Агенты треста прямо-таки хватали нас за горло: «Идите к нам, с нами не пропадете, — говорили они, — а не то наплачетесь». Ну, большинство и пошло; а кто не пошел, тому и в самом деле худо пришлось. Поначалу нам даже выгодно показалось… Трест поднял цену на цент за кварту: четверть цента получали мы, три четверти — трест. Потом, смотрим, молоко вздорожало еще на цент, но нам на этот раз ничего не уделили. Мы, конечно, стали требовать свою долю, да никто и ухом не повел. Ведь хозяин-то — трест! Тут только мы хватились, что влипли, что трест может из нас веревки вить. Скоро перестали нам давать и эту четверть цента. Дальше — больше! А что мы могли поделать? В конце концов выжали нас досуха, и теперь самостоятельных молочных совсем не стало, есть только молочный трест.</p>
     <p>— Но когда молоко подорожало на два цента, почему вы не вступили в борьбу с трестом? — коварно спросил Эрнест.</p>
     <p>— Пробовали. — Мистер Кэлвин выдержал паузу. — Это-то нас и прикончило. Трест мог продавать молоко дешевле, чем мы. Когда мы торговали в убыток, он все еще получал небольшую прибыль. Я на этом потерял пятьдесят тысяч. Многие обанкротились<a l:href="#n_223" type="note">[223]</a>. В общем, от самостоятельных молочных предприятий осталось одно воспоминание.</p>
     <p>— Значит, трест отнял у вас ваши прибыли, и вы обратились к политике, надеясь покончить с ним в законодательном порядке и вернуть свои доходы?</p>
     <p>Мистер Кэлвин просиял:</p>
     <p>— Вот это самое я и объясняю нашим фермерам. Вся наша программа тут как в капле воды.</p>
     <p>— Но тресту молоко обходится дешевле, чем организованному фермеру? — продолжал допрашивать Эрнест.</p>
     <p>— Еще бы! При таком-то капитале да при новейшем оборудовании нетрудно поставить дело как следует.</p>
     <p>— Бесспорно. Я и говорю, что оно поставлено как следует.</p>
     <p>Тут мистер Кэлвин разразился пространной речью в защиту своей программы. Все горячо его поддержали, все единодушно требовали уничтожения трестов.</p>
     <p>Эрнест сказал мне вполголоса:</p>
     <p>— Вот простаки! Кажется, и неглупые люди, а ни один дальше своего носа не видит.</p>
     <p>Потом Эрнест опять овладел разговором и, как всегда, руководил им весь остаток вечера.</p>
     <p>— Я внимательно слушал вас, — сказал он, — и убедился, что вы желаете играть в игру, именуемую бизнесом, по старинке. Смысл жизни вы видите только в наживе. Каждый из вас уверен, что родился на свет с единственной целью — наживаться. И вдруг — заминка! В самом разгаре погони за наживой появляется трест и похищает у вас ваши прибыли. Для вас это катастрофа, нарушающая гармонию мироздания, и, по-вашему, существует один только выход — уничтожить то, что мешает вам наживаться.</p>
     <p>Повторяю, я внимательно вас слушал и нахожу, что есть название, которое очень вам подходит. Вы — разрушители машин. Знаете, что это такое?</p>
     <p>Позвольте, я расскажу вам. В Англии, в восемнадцатом веке, когда не были еще изобретены машины, рабочие и работницы ткали сукно у себя дома на ручных станках. Это был кропотливый и трудоемкий способ производства, к тому же и дорогой. Но вот появилась паровая машина, а с нею механические станки. Сотни таких станков, собранные в одном месте, при одной машине, производили сукно и быстрее и дешевле, чем это могли делать вольные ткачи на своих ручных станках. Концентрация производства убивала всякую конкуренцию. Мужчины и женщины, раньше работавшие на дому, каждый для себя, теперь стали работать на фабрике, на хозяина-капиталиста. В дальнейшем к ткацким станкам были приставлены дети — им можно было платить дешевле, чем взрослым, и постепенно детский труд начал вытеснять труд взрослых ткачей. Для рабочих настали тяжелые времена. Им жилось все хуже и хуже, они голодали. А так как причину зла они видели в машинах, то и начали уничтожать машины. Это ни к чему не привело, да и вообще было неразумно.</p>
     <p>Этот урок истории ничему вас не научил. Спустя сто пятьдесят лет после английских разрушителей машин появляетесь вы и тоже хотите ломать машины. Сами же вы признаете, что трестовская машина работает и дешевле и производительнее вашего; конкурировать с ней вам не под силу, — вот вы и жаждете ее уничтожить. Вы ничуть не умнее отсталых английских рабочих. А пока вы тщитесь вернуть век конкуренции, тресты преспокойно расправляются с вами.</p>
     <p>Все вы говорили здесь, в сущности, одно и то же: уходит век конкуренции, и на смену ему идет век концентрации производства. Вы, мистер Оуэн, убили конкуренцию в Беркли, открыв у нас один из своих филиалов, — ваша фирма оказалась сильнее торговавших здесь мелких лавочников. Но есть объединения и посильнее вашего — это тресты. Стоит вам почувствовать их давление, как вы кричите: «Караул, грабят!» Однако это только потому, что сами вы не трест. Будь вы единственный бакалейщик-монополист на все Соединенные Штаты, вы бы не так рассуждали, вы кричали бы: «Да здравствуют тресты!» Но ваш небольшой синдикат не только не может сравняться с трестом, он и сам-то по себе еле дышит. Вы чувствуете, что долго не протянете. Вы понимаете, что вы и ваши филиалы только пешки в большой игре. Вы видите, как вырастают вокруг могущественные силы, как они крепнут день ото дня — и неуязвимые, закованные в броню руки тянутся к вашим прибылям, вырывая клок то тут, то там. Железнодорожный трест, угольный, нефтяной, стальной. Вы знаете, что вам несдобровать, что они отнимут у вас ваши прибыли — все, до последнего цента.</p>
     <p>Как видите, сэр, вы незадачливый игрок. Когда вам удалось раздавить своих мелких конкурентов здесь, в Беркли, в силу преимуществ вашего синдиката, — успех вскружил вам голову. Вы только и говорили что о предприимчивости и деловитости и, поживившись за счет своих конкурентов, отправили жену прокатиться в Европу. Так уж водится, что хищник пожирает хищника, — вот и вы слопали своих предшественников. Но, на вашу беду, есть хищники и покрупнее, — и вам предстоит попасть им на завтрак. Потому-то вы и вопите. А с вами вопят все сидящие здесь. Они в таком же положении. У всех у вас на руках плохая карта, вот вы и жалуетесь.</p>
     <p>Но, жалуясь, вы отказываетесь смотреть правде в глаза и называть вещи своими именами. Вы не говорите, что сами заритесь на чужие прибыли и только не хотите, чтобы кто-то зарился на ваши. Нет, для этого вы слишком хитры. Вы говорите другое. Вы произносите политические речи в защиту мелких капиталистов, вроде той, какую мы сегодня выслушали от мистера Кэлвина. Но что он здесь говорил? Кое-что я могу повторить по памяти: «Наши исконные принципы были правильны», «Единственно, что Америке нужно, — это возвращение к ее основному принципу: равные возможности для всех», «У колыбели этой нации стоял дух свободы», «Вернемся к заветам наших предков…»</p>
     <p>Под равными возможностями для всех мистер Кэлвин подразумевает возможность загребать побольше прибылей, в чем он сейчас встречает помеху со стороны трестов. Но вы столько раз повторяли эти громкие слова, что, как ни странно, сами в них уверовали. Все, что вам нужно, — это грабить ближнего в меру своих сил — полегоньку да потихоньку, и вы на этом основании вообразили себя борцами за свободу. Вы самые обыкновенные плуты и стяжатели, но под магическим действием красивых фраз готовы возомнить себя патриотами. Свою жажду прибылей, проистекающую из чистейшего эгоизма, вы выдаете за бескорыстную заботу о страдающем человечестве. Так давайте же хоть здесь, среди своих, — дерзните быть самим собой. Не бойтесь смотреть правде в лицо и называйте вещи своими именами.</p>
     <p>Я видела кругом неприязненные, побагровевшие лица и затаенный страх. Казалось, наши гости трепетали перед этим юнцом, перед спокойствием и силой его речей и его ужасающей, непозволительной манерой называть черное черным. Мистер Кэлвин, однако, не растерялся.</p>
     <p>— А почему бы и нет? — заявил он. — Почему бы нам не вернуться к обычаям и нравам наших предков, основателей нашей республики? Вы сказали нам немало правды, мистер Эвергард, — пусть жестокой и горькой правды. Но, поскольку мы здесь и в самом деле в своей среде, не будем этим смущаться. Давайте сбросим маски и примем те обвинения, которые мистер Эвергард так прямолинейно нам предъявляет. Верно, что мы, мелкие капиталисты, гонимся за прибылями и что тресты отнимают их у нас. Верно, что мы хотим избавиться от трестов, чтобы сохранить наши прибыли. Но почему бы нам и не добиваться этого? Почему? Я вас спрашиваю.</p>
     <p>— Вот тут-то мы и дошли до главного, — сказал Эрнест с довольной улыбкой. — Я объясню вам, почему, хоть это и не так-то легко. Все вы в какой-то мере учились коммерции, но никому из вас не приходилось изучать законы социального развития. А между тем вы находитесь сейчас в переходной стадии экономического развития; сами вы этого не видите и не понимаете, — отсюда и все недоразумения. Почему вам нельзя возвратиться назад? Да потому, что это невозможно. Вы так же бессильны повернуть вспять поток экономического развития, как заставить ручей течь в гору. Иисус Навин приказал солнцу остановиться над Гаваоном, а вы намерены перещеголять Иисуса Навина! Вы хотите заставить солнце катиться по небу вспять. Вы хотите вернуть время от полудня к утру.</p>
     <p>Презрев усовершенствованные машины, презрев возросшую производительность труда и все преимущества концентрации, вы хотите вернуть экономику назад на целое поколение — к тому времени, когда не было еще крупного капитала и развитой техники, не было железных дорог, когда мелкие капиталисты пожирали друг друга в обстановке экономической анархии, когда производство было примитивным, расточительным, неорганизованным, непомерно дорогим. Поверьте, Иисусу Навину было легче остановить солнце, не говоря уж о том, что ему помогал сам бог Саваоф. Но от вас, мелких капиталистов, бог отвернулся. Ваше солнце клонится к закату. Больше ему не взойти в небе. И вам не изменить предначертанного ему пути. Вы уходите с исторической арены, и вскоре в истории затеряется и след ваш.</p>
     <p>Таков закон эволюции. Так повелел господь бог. Концентрация сильнее, чем конкуренция. Первобытный человек был жалким существом, прятавшимся в расщелинах скал. Но он объединился с себе подобными и пошел войной на своих плотоядных врагов. Эти хищники охотились в одиночку, так сказать, на началах конкуренции. Первобытный же человек был хищник, тяготевший к объединению, потому-то он и поднялся над прочими тварями. С тех пор люди вступали во все более обширные объединения. Концентрация против конкуренции — таков смысл общественной борьбы, которая заполняет многие тысячелетия. И всегда конкуренция терпит поражение. Тот, кто становится под знамя конкуренции, неизменно гибнет.</p>
     <p>— Но ведь и тресты — порождение конкуренции, — прервал Эрнеста мистер Кэлвин.</p>
     <p>— Совершенно верно, — отвечал Эрнест. — Но тресты и уничтожают конкуренцию. Вы, например, сами рассказали нам, как вам пришлось распроститься с вашим молочным хозяйством.</p>
     <p>Впервые за столом раздался смех, и мистер Кэлвин невольно к нему присоединился.</p>
     <p>— Но раз мы снова заговорили о трестах, давайте условимся кое о чем, — продолжал Эрнест. — Я выскажу здесь несколько положений, и всех, кто с ними не согласен, прошу мне возражать. Ваше молчание будет для меня знаком согласия. Разве механический станок не дает больше сукна и по более дешевой цене, нежели ручной? — Эрнест подождал ответа и, не дождавшись, продолжал: — Разве, следовательно, не безумие сломать машины и возвратиться к более трудоемким и дорогим методам кустарной работы? — Несколько человек кивнуло в знак согласия. — Разве не верно, что объединение, именуемое трестом, может производить товары и лучше и дешевле, чем тысячи маленьких, конкурирующих между собой предприятий? — Возражений снова не было. — Разве, следовательно, не безумие отказываться от этой более дешевой и рациональной формы производственной организации?</p>
     <p>Все долго молчали. Наконец заговорил мистер Коуолт.</p>
     <p>— Так что же вы нам-то прикажете делать? — спросил он. — В уничтожении трестов мы видим единственный способ избавиться от их владычества.</p>
     <p>Эрнест так и загорелся.</p>
     <p>— Я покажу вам другой способ! — воскликнул он. — Предлагаю не разрушать эти великолепные машины, работающие и хорошо и дешево. Давайте возьмем их себе. Пусть они радуют нас своей производительностью и дешевизной. Будем сами управлять ими. Спустим с лестницы хозяев этих чудесных машин и сами станем их хозяевами. Это, господа, и есть социализм, еще более обширное объединение, чем тресты, — самое обширное экономическое и социальное объединение из всех, какие знает наша планета. Социализм — в ладу с законами экономического развития. Мы противопоставим трестовским объединениям более мощную организацию. А это значит, что будущее за нами. Переходите к нам, социалистам, ставьте на верную карту!</p>
     <p>Этот призыв не встретил поддержки. Послышался недовольный ропот, многие покачивали головой.</p>
     <p>— Ладно! — рассмеялся Эрнест. — Вам, видно, нравится быть ходячим анахронизмом. Вы предпочитаете играть в обществе роль атавистического придатка. Что ж, с богом, но только помните, что, как и всякий атавизм, вы обречены на гибель. Спрашивали вы себя, что будет с вами, когда появятся объединения покрупнее нынешних трестов? Где вы окажетесь, когда наши огромные тресты начнут сливаться в такие организации, какие нынешним и не снились, — пока над вами не воздвигнется единый социальный, экономический и политический трест?</p>
     <p>Эрнест неожиданно повернулся к мистеру Кэлвину.</p>
     <p>— Скажите, прав я или нет? Разве вам и вашим единомышленникам не приходится сколачивать новую политическую партию, потому что старые в руках у трестов? И разве ваша пропаганда не встречает с их стороны упорного сопротивления? За каждым провалом, за каждым препятствием на вашем пути, за каждым ударом, нанесенным вам из-за угла, разве не чувствуете вы руку трестов? Скажите, верно это или нет?</p>
     <p>Мистер Кэлвин сидел, понурив голову.</p>
     <p>— Говорите, не стесняйтесь, — не отставал Эрнест.</p>
     <p>— Что верно, то верно, — согласился мистер Кэлвин. — Нам удалось добиться большинства в законодательном собрании штата Орегон; но когда мы провели ряд прекрасных законопроектов, охраняющих права мелких промышленников, губернатор, ставленник трестов, наложил на них вето. Когда же мы в Колорадо избрали своего губернатора, палата не утвердила его. Дважды нам удавалось провести подоходный налог в федеральном масштабе, и всякий раз верховный суд отвергал его как не соответствующий конституции. Все суды в руках у трестов. Мы, народ, не можем платить судьям высокие оклады. Но придет время, когда…</p>
     <p>— …когда объединение трестов будет контролировать все наше законодательство. Когда оно, это объединение, и будет нашим правительством, — прервал его Эрнест.</p>
     <p>— Никогда этого не будет! — послышались со всех сторон воинственные крики. Всеми овладело возмущение.</p>
     <p>— Скажите, — настаивал Эрнест. — Что вы предпримете, когда такие времена наступят?</p>
     <p>— Мы подымемся все, как один! Мы двинем в бой все свои силы! — воскликнул мистер Асмунсен, и множество голосов поддержало его.</p>
     <p>— Но это означает гражданскую войну, — предостерег Эрнест.</p>
     <p>— Мы не остановимся и перед гражданской войной! — провозгласил мистер Асмунсен под дружное одобрение всех присутствующих. — Мы не забыли славных дел наших предков. Если нужно будет, мы постоим и умрем за наши свободы.</p>
     <p>Эрнест усмехнулся.</p>
     <p>— Не забудьте, господа, мы согласились на том, что свобода в вашем понимании — это свобода беспрепятственно грабить конкурента.</p>
     <p>Атмосфера за обеденным столом накалилась. Всеми овладел воинственный пыл. Но голос Эрнеста перекрыл поднявшийся шум.</p>
     <p>— Еще один вопрос. Не забывайте, что когда вы двинете в бой все свои силы, — вы двинете их против трестов, захвативших в свои руки правительство Соединенных Штатов. А это означает, что тресты двинут против вас регулярную армию, флот, национальную гвардию, полицию — словом, всю военную машину США. Какое значение будут тогда иметь ваши силы?</p>
     <p>Слушатели растерялись. Не давая им опомниться, Эрнест нанес им следующий удар:</p>
     <p>— Как вам известно, еще недавно наша армия исчислялась в пятьдесят тысяч человек. Год за годом ее увеличивали, и в настоящее время она насчитывает триста тысяч.</p>
     <p>И дальше — следующий удар:</p>
     <p>— Но это еще не все. В то время как вы очертя голову гнались за призраком наживы и сокрушались о своем излюбленном детище — конкуренции, произошли события еще более знаменательные. Национальная гвардия…</p>
     <p>— Национальная гвардия и есть наша сила! — воскликнул мистер Коуолт. — С ней мы отразим натиск регулярных войск.</p>
     <p>— Вы сами будете призваны в национальную гвардию, — возразил ему Эрнест, — и вас пошлют в штат Мэн, во Флориду или на Филиппины, а то и еще бог весть куда, чтобы потопить в крови восстание, которое подняли ваши же товарищи, борющиеся за свои гражданские права. А ваши товарищи из Канзаса, Висконсина или любого другого штата, вступив в национальную гвардию, будут посланы сюда, в Калифорнию, чтобы потопить в крови ваше восстание здесь.</p>
     <p>На сей раз слушатели Эрнеста были действительно подавлены. Все молчали. Наконец мистер Оуэн пробормотал:</p>
     <p>— Так мы не вступим в национальную гвардию — только и всего. Ищите дураков в другом месте!</p>
     <p>Эрнест расхохотался.</p>
     <p>— Вы не в курсе происшедших перемен. Вас не спросят. Вы пойдете служить в принудительном порядке.</p>
     <p>— Существуют гражданские права, — не унимался мистер Оуэн.</p>
     <p>— Они существуют до тех пор, пока правительство не сочтет нужным их отменить. В тот день, когда вы вознамеритесь обрушить на правительство свои силы, эти силы обратятся против вас. В национальную гвардию вам придется вступить — хотите вы того или не хотите. Кто-то из вас сослался сейчас на «хабеас корпус» <a l:href="#n_224" type="note">[224]</a>. Берегитесь, как бы вам вместо этого не прописали «со святыми упокой». Если вы откажетесь вступить в войска национальной гвардии или, по зачислении туда, вздумаете бунтовать, вас предадут военно-полевому суду и пристрелят, как собак. Таков закон.</p>
     <p>— Такого закона нет! — решительно заявил мистер Кэлвин. — Такого закона нет и в помине. Все это одно ваше воображение, молодой человек. Вы здесь говорили, что войска национальной гвардии можно угнать чуть ли не на Филиппины. Но это противоречит конституции. Особый пункт конституции говорит о том, что территориальные войска не могут быть посланы за пределы страны.</p>
     <p>— Бросьте ссылаться на конституцию, — возразил Эрнест. — Толкованием конституции, как известно, занимаются суды, а наши судьи, по справедливому замечанию мистера Асмунсена, холопы трестов. К тому же, как я сказал, такой закон существует. К вашему сведению, господа, он существует уже девять лет.</p>
     <p>— О том, что нас могут призвать в национальную гвардию, — недоверчиво спросил мистер Кэлвин, — и что, в случае отказа, будут судить военно-полевым судом?..</p>
     <p>— Да, именно так.</p>
     <p>— Как же мы ничего не слышали? — удивился и мой отец. Он тоже с недоумением глядел на Эрнеста.</p>
     <p>— Вы не слыхали о нем по двум причинам, — отвечал Эрнест. — Во-первых, до сих пор еще ни разу не представилась необходимость применить его на деле. Если бы такая необходимость явилась, вы не замедлили бы о нем услышать. Во-вторых, закон этот был проведен через конгресс и сенат втихомолку, почти без обсуждения. Газеты, разумеется, не обмолвились о нем ни словом. Мы, социалисты, знали об этом и писали, но вы не читаете наших газет.</p>
     <p>— А я все-таки полагаю, что это — одно только ваше воображение, — упрямо настаивал мистер Кэлвин. — Страна никогда не позволила бы…</p>
     <p>— Представьте, позволила, — возразил Эрнест. — А что касается моего воображения, — и он достал из кармана какую-то брошюру, — вот, судите сами, похоже ли это на игру воображения.</p>
     <p>Он нашел нужное место и начал читать вслух:</p>
     <p>— «С т а т ь я п е р в а я. Во всех штатах, территориях и в округе Колумбия вменяется в обязанность лицам мужского пола от восемнадцати до сорока пяти лет, признанным годными по состоянию здоровья, вступать в войска национальной гвардии.</p>
     <p>С т а т ь я с е д ь м а я. Всякий военнообязанный…» — напоминаю вам, господа, по статье первой все вы военнообязанные, — «…не явившийся без уважительных причин к своему воинскому начальнику, предается военно-полевому суду и несет должное наказание.</p>
     <p>С т а т ь я в о с ь м а я. Военно-полевые суды, коим подсудны и офицеры и нижние чины, комплектуются только из офицеров национальной гвардии.</p>
     <p>С т а т ь я д е в я т а я. Солдаты и офицеры национальной гвардии, будучи призваны на действительную службу, подчиняются тому же воинскому уставу, а также законам и постановлениям, что и регулярные войска Соединенных Штатов».</p>
     <p>С чем и поздравляю вас, господа американские граждане и дражайшие сослуживцы по национальной гвардии! Девять лет тому назад мы, социалисты, полагали, что этот закон направлен против рабочих. Оказывается, он имел в виду также и вас. Во время дозволенного свыше краткого обсуждения в конгрессе депутат Уайли сказал, что «новый закон создает необходимые резервы для расправы с чернью (под „чернью“ разумеетесь вы, господа) и в защиту от ее покушений на жизнь, свободу и собственность…». А потому, когда вы вознамеритесь восстать, помните, что это будет равносильно покушению на собственность трестов и на охраняемую законом свободу трестов присваивать себе ваши прибыли. Так-то, господа! Вам выбили зубы, вам сломали хребет, — а следовательно, в день, когда вы вознамеритесь двинуть в бой свои силы, вы, армия беззубых, бесхребетных воинов, будете представлять не большую опасность, чем армия моллюсков.</p>
     <p>— Не может быть! — повторял свое мистер Коуолт. — Нет такого закона! Это утка, пущенная вами, социалистами!</p>
     <p>— Законопроект был внесен в палату тридцатого июля тысяча девятьсот второго года депутатом Диком из штата Огайо, — продолжал Эрнест. — Был принят палатой почти без обсуждения, в обстановке крайней спешки. Четырнадцатого января тысяча девятьсот третьего года он получил единодушную поддержку сената, а ровно неделю спустя его утвердил президент Соединенных Штатов<a l:href="#n_225" type="note">[225]</a>.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
      <p>Математическая непреложность мечты</p>
     </title>
     <p>Пользуясь растерянностью, воцарившейся за столом после этого неожиданного сообщения, Эрнест продолжал:</p>
     <p>— Многие из вас говорили, что социализм — несбыточная мечта. Вы кричите о невозможности, так позвольте мне показать вам неизбежное. Неизбежное же не только в том, что все ваше племя мелких капиталистов обречено на вымирание, — к такой же вымирающей породе относятся и крупные капиталисты вместе с трестами. Помните: поток развития нельзя повернуть вспять. Он течет все дальше и дальше — от конкуренции к концентрации, от малых объединений к большим, а от больших к еще большим и большим, устремляясь к социализму, объединению всемирного масштаба.</p>
     <p>Вы скажете, что это мечта. Не спорю. Но я берусь доказать вам математическую непреложность этой мечты. Вас же я попрошу, чтобы вы, следя за ходом моих рассуждений, сразу же указывали мне, где я допустил ошибку. Сперва я докажу вам, что капиталистическая система обречена на гибель, докажу с математической непреложностью. И прошу вас не сердиться, если вам покажется, что я начал несколько издалека.</p>
     <p>Прежде всего разберемте с вами конкретный пример из области промышленности, и как только вам что-нибудь покажется спорным, прошу меня остановить. Возьмем обувную фабрику. Кожа здесь перерабатывается в обувь. Предположим, фабрика закупила кожи на сто долларов. Пройдя через фабричный процесс, кожа эта превращается в обувь стоимостью, скажем, в двести долларов. Что же случилось? К стоимости кожи прибавилось сто долларов. Как это произошло? Давайте рассудим.</p>
     <p>Вновь произведенную стоимость создали капитал и труд. Капитал предоставил для промышленного процесса фабрику и машины и оплатил все расходы. Труд дал труд. Совместными усилиями капитала и труда была создана новая стоимость в размере ста долларов. Пока нет возражений?</p>
     <p>Все отрицательно покачали головой.</p>
     <p>— Создав эту новую стоимость, капитал и труд делят ее между собой. Отвлечемся от сложных соотношений, какие дает статистика, и возьмем для удобства круглые цифры. Положим, капитал берет себе пятьдесят долларов и столько же отдает рабочим в виде заработной платы. Мы не станем вникать в те конфликты, которые при этом возникают<a l:href="#n_226" type="note">[226]</a>. Каковы бы они ни были и к чему бы ни приводили, дележ — так или иначе, в том или другом процентном соотношении — производится. Но то же самое верно и для других отраслей промышленности. Согласны?</p>
     <p>И снова все согласились с Эрнестом.</p>
     <p>— Допустим теперь, что рабочие, получив свои пятьдесят долларов, захотели бы купить на них обувь. Им удалось бы купить только часть всей изготовленной обуви, не правда ли?</p>
     <p>Разобрав этот конкретный случай, обратимся ко всей американской промышленности, которая занята переработкой не только кожи, но и всякого другого сырья, а также включает в себя транспорт, торговлю и прочее. Опять-таки для круглого счета скажем, что Соединенные Штаты в общей сложности производят в год товаров на четыре миллиарда долларов. За этот период рабочие получат два миллиарда долларов заработной платы. Всего же произведено промышленных товаров на четыре миллиарда долларов. Какую же часть этих товаров могут купить рабочие? Ясно, что не больше половины. Об этом спорить не приходится. И я беру, конечно, наиболее благоприятный случай. Капитал всеми правдами и неправдами старается урезать долю рабочих, в действительности же им не выкупить и половины товарной продукции в стране.</p>
     <p>Итак, повторяю. Рабочие могут приобрести и потребить товаров на два миллиарда. А это значит, что останется еще излишек товаров стоимостью в два миллиарда, которых рабочие не в состоянии купить и употребить.</p>
     <p>— Рабочие не проживают даже и своих двух миллиардов, — отозвался мистер Коуолт. — Иначе у них не было бы вкладов в сберегательные кассы.</p>
     <p>— Вклады рабочих в сберегательные кассы — это не более как подвижной резервный фонд, который тут же и расходуется по мере накопления. Это деньги про черный день, на случай болезни или инвалидности, это сбережения на старость и похороны. Вклады в сберегательную кассу — все равно что краюха хлеба, отложенная на полку, чтоб было чем встретить завтрашний день. Нет, рабочие потребляют весь товар, какой они в состоянии купить на свои заработки.</p>
     <p>На долю капитала тоже приходится два миллиарда долларов. Он оплатит из них все свои издержки, ну, а там — израсходует ли он остальную сумму на приобретение товаров? Иначе говоря, проживет ли он целиком свои два миллиарда?</p>
     <p>Вопрос был поставлен в упор группе гостей, сидевших против Эрнеста. Все они отрицательно покачали головой. И только один откровенно признался:</p>
     <p>— Не знаю.</p>
     <p>— Ну как не знаете? — возразил Эрнест. — Рассудите сами. Если бы предприниматели проживали свою долю прибылей, не было бы никакого накопления капитала. Он так и оставался бы на точке замерзания. А между тем история американской экономики показывает, что общая сумма капитала в стране неуклонно растет. Стало быть, капиталисты не проживают своей доли. Вы помните время, когда Англия владела львиной долей наших железнодорожных облигаций? Постепенно Америка выкупила эти облигации. Что это означает? Да то, что часть свободных капиталов пошла на выкуп облигаций. А как объяснить, что капиталисты США приобрели на сотни миллиардов мексиканских, русских, итальянских и греческих облигаций? Ясно, что на эту покупку капитал выделил часть свободных средств. С тех пор как существует капиталистическая система, капиталисты никогда не проживали своей доли прибылей.</p>
     <p>Но тут-то мы и подходим вплотную к интересующему нас вопросу. Ежегодно в Соединенных Штатах производится товаров на четыре миллиарда. Рабочие потребляют товаров на два миллиарда. Капитал не покупает товаров на всю причитающуюся ему долю прибыли. Остается свободный резерв товаров. Что делать с этим резервом? Куда его девать? Рабочие не могут его раскупить. Они уже истратили свою зарплату. Капитал купил все, что способен потребить. И все же остается излишек. Куда его девать? Что с ним обычно делают?</p>
     <p>— Вывозят за границу, — догадался мистер Коуолт.</p>
     <p>— Вот именно, — подтвердил Эрнест. — Наличие товарных излишков приводит к поискам иностранных рынков. Их вывозят за границу, другого применения им нет. И эти-то товарные излишки, вывезенные за границу, и составляют то, что называется активным торговым балансом. Пока нет возражений?</p>
     <p>— Не стоило тратить время на преподавание нам этих азов коммерции, — съязвил мистер Коуолт. — Они каждому из нас известны.</p>
     <p>— А между тем этими азами я и собираюсь вас доконать, — отпарировал Эрнест. — Чем проще доказательства, тем они убедительнее. И доконать я вас собираюсь нимало не медля. Итак, внимание!</p>
     <p>Соединенные Штаты — капиталистическая страна с высокоразвитой промышленностью. При ее капиталистическом методе производства у нее постоянно остается избыток промышленных товаров, от которого ей необходимо избавиться путем вывоза их за границу<a l:href="#n_227" type="note">[227]</a>. Но то, что верно относительно Соединенных Штатов, применимо и ко всякой другой стране с высокоразвитой промышленностью. Каждая такая страна имеет свой излишек товаров. Я говорю о том положении, когда обычный обмен уже состоялся и налицо товарные излишки в чистом виде. Рабочие во всех странах израсходовали свою зарплату и не в состоянии ничего купить; капитал полностью удовлетворил свои нужды и не намерен покупать ничего больше. А между тем у этих стран имеются товарные излишки. Передать их одна другой они не могут. Что же им делать? Как избавиться от свободных товаров?</p>
     <p>— Продать их странам с менее развитой промышленностью, — подсказал мистер Коуолт.</p>
     <p>— Правильно! Видите, мои рассуждения так ясны и элементарны, что каждый из вас может продолжить их сам. А теперь дальше. Предположим, Соединенные Штаты избавятся от своих излишков, вывезя их в страну с неразвитой промышленностью, например, в Бразилию. Заметим, что это происходит, когда внутренний рынок насыщен до отказа и не может поглотить излишков производства. Итак, что же получат Соединенные Штаты от Бразилии за эти товарные излишки?</p>
     <p>— Золото, — ответил мистер Коуолт.</p>
     <p>— Ну, на золото не шибко расторгуешься, не так уж его много, — возразил Эрнест.</p>
     <p>— Золото в виде облигаций и всяких других ценных бумаг, — поправился мистер Коуолт.</p>
     <p>— Совершенно верно, — сказал Эрнест. — Соединенные Штаты получат от Бразилии облигации и другие ценные бумаги. А что это означает? Это означает, что железные дороги Бразилии, а также фабрики, рудники и земельные владения перейдут в собственность Соединенных Штатов. А что это означает, в свою очередь?</p>
     <p>Мистер Коуолт подумал и покачал головой.</p>
     <p>— Я скажу вам, — продолжал Эрнест. — Это означает, что и Бразилия начнет разрабатывать свои ресурсы, а стало быть, и у нее появится свободный излишек товаров. Может ли Бразилия сбыть его Соединенным Штатам? Нет, Соединенные Штаты сами заинтересованы в вывозе товаров. А могут ли Соединенные Штаты, как раньше, сбывать свои товары в Бразилию? Нет, потому что и у Бразилии теперь такое же положение.</p>
     <p>Что же тогда произойдет? И Соединенные Штаты и Бразилия вынуждены будут заняться поисками стран с неразвитой промышленностью, куда они могли бы сплавлять свои товарные излишки. Но так как законы сбыта остаются все теми же, то вскоре и эти страны начнут развивать свои ресурсы. И у них также появится избыточный продукт, и они также начнут искать рынков, чтобы его реализовать. А теперь, господа, прошу вашего внимания. Наша планета не безгранична. Существует лишь определенное число стран. Что же будет, когда и последняя, самая отсталая страна станет на ноги и включится в число стран, не знающих, куда девать свой избыточный продукт?</p>
     <p>Эрнест остановился и обвел взглядом слушателей. Лица их выражали забавное недоумение. За недоумением, однако, сквозил страх. Эрнесту удалось, несмотря на сухость его выкладок, вызвать перед ними яркое видение кризиса, и все они сидели как завороженные, со страхом заглядывая в будущее.</p>
     <p>— Я начал с азов, мистер Кэлвин, — лукаво продолжал Эрнест, — но только для того, чтобы познакомить вас со всеми буквами алфавита, до самой последней. Как видите — все это очень просто. Но чем проще, тем убедительней, не так ли? Я уверен, что каждый из вас додумался до ответа. Так как же? Если каждая страна в мире будет иметь свой избыточный продукт, что будет со всей капиталистической системой?</p>
     <p>Но мистер Кэлвин только озабоченно покачал головой. Он, видимо, мысленно проверял аргументы Эрнеста, ища в них скрытую ошибку.</p>
     <p>— Давайте проверим еще раз ход моих мыслей, — сказал Эрнест. — Мы начали с конкретного, частного случая, с обувной фабрики. Мы установили, что дележ вновь произведенной стоимости между рабочими и предпринимателем обувной фабрики не отличается принципиально от дележа ее во всей промышленности в целом. Мы также установили, что рабочие могут выкупить лишь часть полученного продукта и что капитал не может потребить всей причитающейся ему доли. Мы обнаружили к тому же, что, когда рабочие накупят товаров на все заработанные деньги, а капиталисты возьмут столько, сколько им требуется, останутся свободные товарные излишки. Мы пришли к заключению, что единственный способ сбыть с рук эти излишки — это вывезти их за границу. Мы увидели, что страны, куда вывозятся товарные излишки, также приступают к развитию своих естественных ресурсов и что в скором времени у них оказывается свой избыточный продукт. Распространив этот процесс на все страны мира, мы пришли к выводу, что настанет день, когда все страны будут ежегодно, ежечасно производить излишки товаров, которые им некуда будет девать. Спрашивается, что нам делать с этими излишками?</p>
     <p>Снова никакого ответа.</p>
     <p>— Мистер Кэлвин!</p>
     <p>Мистер Кэлвин развел руками.</p>
     <p>— Признаюсь, я смущен.</p>
     <p>— Вот уж не думал, — сказал мистер Асмунсен. — И ведь все как будто верно, ничего не скажешь.</p>
     <p>Мне еще не приходилось слышать о Марксовой теории прибавочной стоимости, но Эрнест изложил ее так просто, что я была поражена не менее других.</p>
     <p>— Я скажу вам, как можно избавиться от этих излишков, — заявил наконец Эрнест. — Выбросьте их в море! Выбрасывайте ежегодно на сотни миллионов долларов обуви, платья, пшеницы и всяких других товаров. Разве это не выход?</p>
     <p>— Выход, конечно, — отвечал мистер Кэлвин. — Но только нелепый выход. Странные вы даете советы.</p>
     <p>Эрнест вихрем налетел на него.</p>
     <p>— Поверьте, не более странные, чем даете вы, разрушители машин, зовущие человечество к допотопным порядкам наших предков. А вы что предлагаете, чтоб избавиться от товарных излишков? Вы предпочли бы вовсе их не производить? Но как же вы надеетесь этого добиться? Не возвратом ли к примитивной системе производства, столь несовершенной, хаотичной, расточительной и дорогой, что ни о каких излишках уже не пришлось бы и мечтать?</p>
     <p>Мистер Кэлвин пожевал губами. Удар Эрнеста попал в цель. Он снова пожевал губами, потом откашлялся.</p>
     <p>— Ваша правда, — сказал он. — Вы убедили меня. Конечно, это в высшей степени нелепо. Но ведь что-то нам нужно делать. Для нас, представителей средних классов, это вопрос жизни и смерти. Мы не хотим своей гибели. Нет, уж чем погибнуть, лучше возвратиться к кустарным и расточительным методам наших предков. Мы вернем промышленность к дотрестовским временам! Мы сломаем машины! Кто может запретить нам?</p>
     <p>— Нет, вы не сломаете машины, — возразил Эрнест. — Вы не повернете жизнь вспять. Вам противостоят две великие силы, и каждая из них превосходит мощью вас, средние классы. Крупный капитал — иначе говоря, тресты — не позволит вам повернуть историю назад. Уничтожение машин не в его интересах. Но еще более великая, могучая сила — рабочий класс. Он не допустит уничтожения машин. Между трестами и рабочим классом идет борьба за овладение миром, а следовательно, и машинами. Такова военная диспозиция. Ни одна из сторон не заинтересована в уничтожении машин, но каждая стремится владеть ими. В этой борьбе нет места среднему классу. Средний класс — это пигмей между двумя великанами. Разве не видите вы, злополучный, обреченный средний класс, что вы зажаты между двумя жерновами и рано или поздно вас раздавят!</p>
     <p>Я доказал вам, как дважды два — четыре, что гибель капиталистической системы неизбежна. Настанет время, когда у каждой страны в мире окажется избыток товаров, который нельзя будет ни употребить, ни продать, и капиталистический строй рухнет, раздавленный системой головокружительных прибылей, которую он же и породил. Но и тогда никто не станет уничтожать машины. Борьба будет вестись за то, кому ими владеть. Если победит рабочий класс, вам нечего бояться. Соединенные Штаты, да и весь остальной мир вступят в новую великую эру. Машины, вместо того чтобы истреблять жизнь, сделают ее прекраснее, счастливее, благороднее. И вы, обломки уничтоженного среднего класса, вместе с трудящимися, — так как в мире не останется никого, кроме трудящихся, — будете участвовать в справедливом распределении благ, созданных чудесными машинами. Потому что мы будем изобретать все новые и новые машины, одна другой чудеснее. С уничтожением системы прибылей сам собой отпадет вопрос о товарных излишках.</p>
     <p>— А если битву за овладение машинами и всем миром выиграете не вы, а тресты? — спросил мистер Коуолт.</p>
     <p>— Тогда, — отвечал Эрнест, — и вы, и мы, и весь рабочий класс будем раздавлены железной пятой деспотизма, не ведающего удержу и жалости, — деспотизма, какого не знала доселе ни одна, даже самая темная эпоха в жизни человечества. Вот имя для него — Железная пята!<a l:href="#n_228" type="note">[228]</a></p>
     <p>Наступило долгое молчание. Каждый погрузился в глубокие, непривычные думы.</p>
     <p>— И все же ваш социализм — мечта, несбыточная мечта! — сказал мистер Коуолт.</p>
     <p>— В таком случае я покажу вам то, что отнюдь не мечта, — отвечал Эрнест, — олигархию, или, употребляя более привычное вам слово, плутократию. В обоих случаях имеется в виду владычество крупного капитала или трестов. Разберемся, кому в наши дни принадлежит власть. А для этого рассмотрим, на какие классы делится наше общество.</p>
     <p>Общество состоит из трех крупных классов. Это плутократия — богатейшие банкиры, железнодорожные магнаты, заправилы корпораций и трестов; далее идете вы, господа, средние классы — фермеры, коммерсанты, мелкие промышленники, люди свободных профессий; и, наконец, мой класс — пролетариат, представители наемного труда<a l:href="#n_229" type="note">[229]</a>.</p>
     <p>Вы не станете отрицать, что в наши дни в Соединенных Штатах власть является прерогативой богатства. Но как же распределяются национальные богатства между этими тремя классами? Вот цифры: владения плутократии оцениваются в шестьдесят семь миллиардов. Плутократия составляет всего лишь девять десятых процента взрослого населения США, а между тем семьдесят процентов национального достояния принадлежит ей. Средний класс владеет имуществом стоимостью в двадцать четыре миллиарда. Средний класс представляет двадцать девять процентов взрослого населения США, при этом он владеет двадцатью пятью процентами национального достояния. Остается пролетариат. Пролетариату принадлежит имущество стоимостью в четыре миллиарда. По численности он составляет семьдесят процентов взрослого населения США, а между тем на его долю падает только четыре процента общенационального достояния. Какому же классу принадлежит власть, господа?</p>
     <p>— Уже ваши цифры говорят о том, что мы, средний класс, сильнее пролетариата, — сказал мистер Асмунсен.</p>
     <p>— То, что вы называете нашей слабостью, не прибавит вам силы по сравнению с той силищей, какую представляет плутократия, — возразил Эрнест. — А кроме того, я не кончил: есть еще и другая сила, превышающая силу богатства, потому что ее нельзя отнять. Наша мощь, мощь пролетариата, — это его мускулы, это руки, опускающие в урну избирательный бюллетень, это пальцы, спускающие курок. Нашу мощь никто у нас не отнимет. Это первозданная сила, присущая всему живому. Она могущественнее богатства, потому что богатству ее у нас не отнять.</p>
     <p>Ваша же сила мнимая. Вы можете в любую минуту ее лишиться. Уже сейчас плутократы понемногу теснят вас. Пройдет время — и ее как не бывало. И тогда вы перестанете быть средним классом. Вы опуститесь до нас, сделаетесь пролетариями. И — что самое забавное — умножите наше число, укрепите наши ряды. Мы будем с вами плечом к плечу бороться за светлое будущее.</p>
     <p>С рабочих, как видите, ничего не возьмешь. Их доля в общенациональном достоянии состоит из кое-какой одежды и мебелишки да, в отдельных редких случаях, из очищенного от долга домика. Вы же самые настоящие, заправские богачи, у вас двадцать четыре миллиарда, — есть чем поживиться! Плутократия и экспроприирует их, если только — что вполне возможно — ее не опередит пролетариат! Итак, господа, уразумели вы свое положение? Средний класс — это тщедушный ягненок между львом и тигром. Ушел от одного — как раз попадешь в пасть другому. И если с вами расправится плутократия, рано или поздно с плутократией расправится пролетариат.</p>
     <p>Даже и сейчас ваша власть уже несоизмерима с вашим богатством. Могущество, на которое вы притязаете, — пустой мираж. Вот почему вы и провозгласили свой смехотворный клич: «Назад к предкам!» Вы страдаете бессилием и сами это знаете. Сейчас я покажу вам, что ваша пресловутая сила — мыльный пузырь.</p>
     <p>Возьмите фермеров. Какая же это сила? Большая их часть рабы, рабы аренды или закладной. И все они вместе — рабы трестов, которым принадлежат или под чьим контролем находятся (что почти равнозначно) средства вывоза и сбыта урожая: холодильники, железные дороги, элеваторы, пароходы. Мало того, тресты контролируют и рынки сбыта. Во всем этом фермеры — пешки. Что же касается их политического или государственного веса, то этим вопросом мы займемся, говоря о среднем классе в целом.</p>
     <p>Тресты систематически разоряют фермеров, так же как они разорили мистера Кэлвина и многих других. Они разоряют и торговцев. Помните, как табачный трест в течение полугода в одном только Нью-Йорке заставил закрыться четыреста табачных лавок? Где прежние владельцы угольных копей? Вы знаете не хуже моего, что железнодорожный трест захватил в свои руки всю добычу антрацита и битуминозного угля. А разве «Стандард Ойл» <a l:href="#n_230" type="note">[230]</a> не владеет десятками пароходных компаний? И разве он не контролирует всю медную промышленность, не говоря уже о такой мелочишке, как литейный трест, его побочное детище? Осветительная сеть десятков тысяч наших городов также принадлежит «Стандард Ойл» или контролируемым им компаниям, равно как и электротранспорт — городской, пригородный и междугородный. Бесчисленных дельцов, когда-то владевших этими предприятиями, нет уже и в помине. Вы это знаете. И вам выходит та же дорога.</p>
     <p>Мелкие промышленники недалеко ушли от фермеров. И те и другие сведены на положение феодальных держателей. Да и так называемые представители свободных профессий свободны только по названию, — это холопы. А политики разве не послушные клевреты? Почему вы, мистер Кэлвин, столь ревностно стараетесь организовать фермеров и других представителей средних классов в новую партию? Да потому, что деятели старых партий и слышать не хотят о ваших допотопных идеях, — это лакеи, прислужники плутократии.</p>
     <p>Я назвал представителей свободных профессий и искусства холопами. Как же их еще назвать? Все, все они — профессора, проповедники, журналисты — на службе у плутократии; служба же их в том, чтобы проповедовать идеи либо вовсе безвредные, либо угодные правящему классу. Стоит им выступить в защиту идей, неугодных властителям, как их лишают работы. Если они ничего не припасли себе про черный день, им одна дорога — вниз, к пролетариату; а там они либо гибнут, либо становятся рабочими агитаторами. Не забудьте, что печать, церковь и университет определяют общественное мнение страны, задают тон ее умственной жизни. Что же до людей искусства, то они приноравливаются к вульгарным вкусам плутократии.</p>
     <p>Однако само по себе богатство еще не власть, это лишь средство к власти, — власть принадлежит правительству. Но кто же в наше время контролирует правительство? Двадцать миллионов американских рабочих? Видите, вам смешно при одной этой мысли. Или восемь миллионов представителей среднего класса? Нет, они так же тут ни при чем, как и пролетариат. Тогда кто же контролирует правительство? Плутократия численностью в каких-то жалких четверть миллиона? Нет, и эта четверть миллиона не контролирует правительство, она только служит ему не за страх, а за совесть. Контролирует правительство мозг плутократии — семь небольших, но чрезвычайно влиятельных групп<a l:href="#n_231" type="note">[231]</a>. И не забудьте, что эти группы фактически действуют сейчас заодно.</p>
     <p>Разрешите охарактеризовать вам аппарат власти хотя бы одной из этих групп, а именно железнодорожных магнатов. Сорок тысяч юристов защищают ее интересы в суде против интересов трудового народа. Она выпускает тысячи бесплатных проездных билетов для подкупа судей, банкиров, журналистов, министров, профессоров, членов конгресса и законодательных собраний. Она держит на хлебах — и весьма привольных хлебах — лоббистские шайки<a l:href="#n_232" type="note">[232]</a> в столице каждого штата, не говоря уже о Вашингтоне. И во всех городах и поселках страны она содержит целую армию крючков и мелких политиканов, на чьей обязанности лежит укомплектование своими политическими единомышленниками предвыборных собраний и съездов; их дело также подбирать присяжных, подкупать судей и всеми возможными средствами наблюдать интересы компании<a l:href="#n_233" type="note">[233]</a>.</p>
     <p>Господа, я только бегло охарактеризовал здесь аппарат власти одной из семи правящих групп, представляющих мозг плутократии<a l:href="#n_234" type="note">[234]</a>. Ваши двадцать четыре миллиарда не дают вам и на двадцать пять центов политической власти. Ваша власть — пустая видимость, детская погремушка, которую скоро у вас отнимут. Вся политическая власть в наши дни в руках у плутократии. Это она издает законы: сенат, конгресс, суды и законодательные палаты штатов отданы ей на откуп. Но этим дело не ограничивается. Закон должен опираться на силу. И плутократия не только издает законы, она и обеспечивает их выполнение — к ее услугам полиция, армия, флот и, наконец, национальная гвардия; иначе говоря, и вы, и я, и все мы, вместе взятые.</p>
     <p>После этого спор уже не возобновлялся, обед подходил к концу. Все присмирели и приуныли; прощались тихо, приглушенными голосами. Казалось, гости напуганы видениями грядущих лет.</p>
     <p>— Положение действительно серьезное, — сказал Эрнесту мистер Кэлвин. — И вы в общем правильно его изобразили. Я расхожусь с вами в одном. Очень уж вы мрачно смотрите на судьбы среднего класса. Увидите, мы еще себя покажем, мы еще свалим тресты!</p>
     <p>— И вернетесь к временам предков, — досказал за него Эрнест.</p>
     <p>— А хоть бы и так, — серьезно возразил ему мистер Коуолт. — Я понимаю, вам это кажется чем-то вроде разрушения машин — словом, совершеннейшим абсурдом. Что поделаешь, такова сейчас жизнь; вспомните хотя бы все эти махинации плутократии, о которых вы здесь рассказывали. Во всяком случае, наша политика разрушения ставит себе трезвые, практические цели, чего нельзя сказать о вас, мечтателях. Ваши мечты о социализме не более как мечты. Нет, нам не по пути с вами!</p>
     <p>— Если бы вы, господа, хоть мало-мальски разбирались в законах эволюции и социологии, — говорил Эрнест, пожимая ему руку на прощание, — от скольких бед это избавило бы всех нас!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
      <p>Водоворот</p>
     </title>
     <p>Вскоре после обеда дельцов ударами грома разразились события одно другого ужаснее. И я, скромная профессорская дочка, все свои годы прожившая в тиши университетского мирка, оказалась ввергнутой в мировую катастрофу. Трудно сказать, любовь ли к Эрнесту, или же ясное понимание законов общественного развития, — понимание, которым я была обязана тому же Эрнесту, — сделали меня революционеркой, но, став ею, я была подхвачена вихрем событий, которые еще три месяца назад казались бы невозможными.</p>
     <p>С грандиозными переменами в жизни общества совпал и перелом в моей личной жизни. Началось с того, что отца уволили из университета. Разумеется, не буквально уволили — ему было предложено уйти в отставку, только и всего. Само по себе это не имело для нас большого значения. Напротив, папа был в восторге. Его забавляло, что терпение университетских властей окончательно истощилось после выхода его книги «Экономика и образование». «Еще один аргумент в мою пользу», — говорил он, торжествуя. Да и трудно было найти более убедительное доказательство того, что класс капиталистов наложил лапу на всю нашу образовательную систему.</p>
     <p>Но «доказательство» повисло в воздухе. Никто так и не узнал, что отец ушел из университета не по своей воле. Если бы это событие вместе с привходящими обстоятельствами получило огласку, это могло бы стать своего рода сенсацией, принимая во внимание известность, которую папа снискал себе как ученый. Но нет, газеты расшаркивались перед ним, поздравляя с тем, что он решил отказаться от черной лекторской работы и целиком посвятить себя научным изысканиям.</p>
     <p>Вначале папа смеялся. Потом им овладел гнев — «живительный» гнев. А вскоре был наложен запрет на его книгу. Это было сделано потихоньку, мы ни о чем и не догадывались. Появление книги не прошло в стране незамеченным. В капиталистической прессе она была вежливо обругана: критики с убийственной учтивостью заявляли, что такому большому ученому не следовало бы жертвовать своей работой и забираться в дебри социологии, где он сразу же и заплутался. Так продолжалось с неделю; отец посмеивался и говорил, что книга, по-видимому, задела господ капиталистов за живое. И вдруг как отрезало — газеты и журналы перестали о ней писать. Из продажи она исчезла. В книжных лавках нельзя было найти ни одного экземпляра. Отец запросил издателей, и ему сообщили, что матрицы случайно повреждены. Наконец после длительной и бесплодной переписки отцу было сообщено, что книга вторично набираться не будет и что издательство отказывается от всяких прав на нее.</p>
     <p>— Ни один издатель в Америке не захочет взять ее теперь, — предупредил папу Эрнест. — И вот что я скажу вам: на вашем месте я бы уже сейчас подыскал себе какое-нибудь укромное местечко и укрылся в нем до лучших времен. Хватит с вас этого первого знакомства с Железной пятой, не советую вам идти дальше.</p>
     <p>Как истинный ученый, отец никогда ничего не принимал на веру; каждое лабораторное исследование он доводил до конца, добиваясь исчерпывающей полноты и ясности. Так и сейчас, запасшись терпением, он стал обращаться во все издательства подряд. Но всюду находились какие-то отговорки, и ни один издатель так и не взял книги.</p>
     <p>Когда отец убедился, что книга его под запретом, он попробовал обратиться в прессу, но его жалобы нигде не встретили отклика. И вот однажды, на социалистическом митинге, где присутствовало много репортеров, он решил выступить с открытым заявлением. Взяв слово, он рассказал всю историю своих мытарств и на следующий день с интересом схватился за газеты, заранее радуясь тому, что там прочтет. Но постепенно лицо его принимало все более возмущенное выражение, — по правде сказать, гнев его на этот раз перешел уже в ту стадию, когда это чувство теряет свое тонирующее действие. Ни одна газета ни словом не упомянула о его книге; зато сам он был повсюду изображен каким-то извергом; слова его безбожно перевирались или же произвольно выхватывались из контекста; умеренные и сдержанные выражения были представлены анархистскими выкриками. Это было сделано не без искусства. Мне запомнился следующий пример: отец употребил термин «социальная революция», репортер же просто-напросто выкинул слово «социальная». Неудивительно, что когда стараниями Ассошиэйтед Пресс сообщение о митинге пошло гулять по всей Америке, отовсюду посыпались ожесточенные протесты. Отца ославили нигилистом и анархистом, а в одной популярной карикатуре он был изображен с красным флагом, во главе целой орды косматых людей с дикими глазами, потрясающих ножами, бомбами и зажженными факелами.</p>
     <p>Пространные и злобные газетные статьи изобличали отца в анархизме, попутно намекая, что он выжил из ума. По словам Эрнеста, капиталистическая печать так всегда и поступала. Газеты нарочно засылали репортеров на социалистические митинги, чтобы потом изобразить все в искаженном, карикатурном виде. Это делалось с целью внушить среднему классу ужас перед пролетариатом и помешать им между собой сговориться. Эрнест снова и снова убеждал отца отказаться от борьбы и заблаговременно скрыться от своих преследователей.</p>
     <p>Социалистическая пресса, разумеется, не стала молчать: ее подписчикам, рабочим, вскоре стало известно, что такая-то книга запрещена. Но широкая публика этого не знала. Вскоре большое социалистическое издательство «Знамя разума» предложило отцу выпустить его труд. Папа торжествовал, а Эрнест еще больше встревожился.</p>
     <p>— Говорю вам, мы на пороге неведомых событий, — настаивал он. — Что-то готовится вокруг нас в глубочайшей тайне. Мы не знаем, какие нас ждут перемены, и только предчувствуем их приход. Все общество потрясено до основания. Не спрашивайте меня ни о чем, я и сам ничего не знаю. Но наше общество сейчас — это насыщенный раствор, из которого что-то должно выкристаллизоваться. Процесс уже начался. Конфискация вашей книги — знамение времени. Сколько еще таких книг запрещено, мы понятия не имеем. Мы бродим в потемках. Никто нам ничего не расскажет. На очереди запрещение социалистических газет и издательств. Боюсь, это уже не за горами. Нас хотят задушить.</p>
     <p>Эрнест необычайно чутко улавливал пульс своего времени и в этом отношении выделялся даже среди социалистов. Не прошло и двух дней после его разговора с папой, как был нанесен первый удар. Издательство «Знамя разума» выпускало еженедельник того же названия тиражом в семьдесят пять тысяч экземпляров, который полностью расходился среди рабочих. Отдельные, специальные, номера журнала выходили массовым тиражом от двух до пяти миллионов. Это издание субсидировалось и распространялось друзьями журнала, которые вокруг него группировались. Первый сокрушительный удар был нанесен массовой серии. Почтовое ведомство запретило принимать ее к пересылке под тем предлогом, что она не соответствует установленному типу журнала. Неделю спустя запрещен был и еженедельник — как якобы «призывающий к мятежу». Делу социалистической пропаганды был нанесен большой урон. Издательство оказалось в отчаянном положении. Попытка организовать доставку журнала подписчикам через посредство железнодорожных или транспортных контор ни к чему не привела, все они наотрез отказались. Дни издательства были сочтены, однако оно не сдавалось и решило продолжать издание книг. Двадцать тысяч экземпляров «Экономики и образования» находились в переплетном цеху, а остальные печатались, когда однажды ночью к типографии подошла толпа громил с американским флагом. Толпа ворвалась в здание с пением патриотических песен и сожгла его дотла.</p>
     <p>А между тем Джирард в штате Канзас, где это произошло, тихий, мирный городок, в нем за всю его историю никогда не бывало рабочих беспорядков. «Знамя разума» платило положенные ставки. Типография была главным промышленным предприятием во всей округе, кормившим сотни семейств. Толпу громил составляли, по-видимому, не жители Джирарда. Казалось, они вышли из-под земли и, сделав свое гнусное дело, опять провалились сквозь землю. Эрнест считал это событие зловещим симптомом.</p>
     <p>— В Соединенных Штатах, очевидно, организованы «черные сотни» <a l:href="#n_235" type="note">[235]</a>, — говорил он. — Но это только начало. Самое худшее впереди. Железная пята наглеет с каждым днем.</p>
     <p>Так книга отца и погибла в огне. В дальнейшем нам все чаще приходилось слышать о выступлениях черных сотен. Список запрещенных социалистических изданий все увеличивался, немало было случаев, когда банды громил добирались и до типографских станков и предавали их уничтожению. Капиталистическая печать, разумеется, преданно служила реакции. Послушная своим хозяевам, она чернила и поносила удушенную социалистическую прессу, а черносотенцев выставляла патриотами и спасителями общества. Кампания велась так успешно, что много честных священников, поддавшись пропаганде, благословляли с кафедры зверства черносотенцев, не переставая сокрушаться о прискорбной неизбежности насилия.</p>
     <p>События назревали. Приближались осенние выборы в конгресс, на которых Эрнест должен был баллотироваться от социалистической партии. Его шансы были очень высоки. После срыва стачки трамвайных служащих в Сан-Франциско такая же неудача постигла стачку возчиков. Оба провала нанесли рабочему движению чувствительный удар. Забастовку возчиков поддерживала федерация портовых рабочих, а также союзы строителей, — все эти организации потерпели тяжелое поражение. Немало тут пролилось рабочей крови. Увесистые полицейские дубинки работали без отказа, но особенно жестоко косил забастовщиков пулемет, установленный на крыше склада Марсденовской компании срочных доставок.</p>
     <p>Среди рабочих царило угрюмое, озлобленное настроение. Они жаждали мести, кровавой расплаты. Потерпев неудачу в экономических боях, они стремились свести счеты со своими противниками на политической арене. У них все еще были их профсоюзы, и это составляло их силу в приближающейся политической борьбе. Шансы Эрнеста на избрание подымались. С каждым днем все больше профсоюзов заявляло о поддержке социалистического кандидата, и Эрнест немало смеялся, когда в ряды его избирателей влились факельщики и массажисты. Рабочие закусили удила. Восторженными толпами валили они на социалистические митинги, не обращая внимания на заигрывания и посулы других партий. Ораторы буржуазных партий выступали перед пустыми скамьями или же встречали такой прием, что приходилось вызывать полицию.</p>
     <p>События стремительно развивались, они надвигались грозой. Страна была на грани кризиса<a l:href="#n_236" type="note">[236]</a>. После ряда лет усиленного промышленного развития наступил период перепроизводства. Заводы работали неполный день, многие гигантские предприятия закрылись на время, пока страна не разгрузится от избытка товаров. Рабочим то и дело урезали заработную плату.</p>
     <p>Следующей была сломлена забастовка механиков. Двести тысяч механиков вместе с полумиллионной армией рабочих-металлистов — своей союзницей — потерпели поражение к тяжелых классовых боях, быть может, самых кровопролитных в истории Соединенных Штатов. Рабочие вступали в форменные сражения с отрядами вооруженных штрейкбрехеров<a l:href="#n_237" type="note">[237]</a>, которых выставила против них ассоциация нанимателей. Черные сотни, появляясь то тут, то там, учиняли погромы и поджоги, и для расправы с рабочими вызваны были регулярные войска. Часть руководителей забастовки была приговорена к смертной казни, остальных засадили в тюрьму; рядовых рабочих толпами загоняли на скотобойни<a l:href="#n_238" type="note">[238]</a> и беспощадно избивали.</p>
     <p>Народу приходилось расплачиваться за годы процветания. Все рынки были забиты товарами, на бирже царила паника, на фоне общего катастрофического падения цен самым катастрофическим было падение цен на труд. В стране не утихала классовая борьба. Повсюду вспыхивали забастовки, а там, где рабочие не бастовали, их пачками увольняли с заводов. Газеты были испещрены сообщениями о погромах и беспорядках, и ко всем этим злодеяниям приложили руку черные сотни<a l:href="#n_239" type="note">[239]</a>. Разбой, произвол и бесцельное уничтожение имущества были делом их рук. Все силы регулярной армии были двинуты против забастовщиков, и каждый раз появление военных отрядов провоцировалось черными сотнями. Города и поселки были превращены в вооруженные лагеря, на рабочих охотились, как на зверей. Ряды штрейкбрехеров пополнялись за счет армии безработных, а когда союзы пытались бороться со штрейкбрехерами, на выручку спешили войска и расправлялись с союзами. В подавлении беспорядков принимала участие и национальная гвардия. Закон, о котором говорил Эрнест, не был еще приведен в действие, и власти обходились регулярными войсками, но на этот период террора число их было увеличено на сто тысяч человек.</p>
     <p>Никогда еще пролетариат не терпел такого поражения. Короли промышленности, олигархи, впервые боролись плечом к плечу с ассоциациями нанимателей — организациями среднего класса. Напуганные кризисом и катастрофическим падением цен, поддерживаемые промышленными королями, предприниматели нанесли организованному пролетариату жестокое поражение. Это был могущественный союз, но по существу — союз льва с ягненком; и средний класс скоро в этом убедился.</p>
     <p>Рабочие затаили жажду мести, но пока что они были раздавлены. Однако разгромить рабочих еще не означало покончить с кризисом. Банки, представлявшие одну из важнейших сил олигархии, повсеместно требовали возвращения взятых ссуд. Биржа превратилась в чудовищный водоворот; здесь финансовые магнаты Уолл-стрита<a l:href="#n_240" type="note">[240]</a> ежечасно пускали ко дну национальные богатства Америки. И над этими развалинами и обломками вставало грозное видение нарождающейся олигархии, безучастной, невозмутимой, уверенной в себе. Ее равнодушие и цинизм среди всеобщего крушения и хаоса были поистине ужасны. К услугам олигархии, для выполнения ее планов, были не только ее огромные средства, но также и средства государственной казны.</p>
     <p>Нанеся поражение пролетариату, промышленные короли взялись за средний класс. Ассоциации предпринимателей, которые еще недавно помогли олигархии расправиться с рабочими организациями, теперь сами оказались ее жертвой. Среди крушения и гибели, постигшей мелких дельцов и промышленников, уцелели только тресты, — и не только уцелели, но и развили кипучую деятельность. Они сеяли ветер, чтобы пожать бурю, — ведь буря сулила им неисчислимые богатства. И какие богатства! Чудовищные! Чувствуя себя достаточно крепкими и устойчивыми, чтобы выдержать натиск стихий, которые сами же они выпустили на волю, они шныряли среди обломков кораблекрушения, вылавливая из пучины все, что могло им пригодиться, беззастенчиво грабя свои жертвы. Акции американских предприятий продавались за бесценок, и тресты скупали все, что ни попадется, прибирая к рукам все новые и новые отрасли промышленности, наживаясь на разорении средних классов.</p>
     <p>И вот летом 1912 года среднему классу был нанесен решающий удар. Даже Эрнест был поражен тем, как быстро это совершилось. С опасением смотрел он в будущее, не ожидая от осенних выборов ничего хорошего.</p>
     <p>— Ничего не выйдет, — говорил он. — Мы разбиты. Железная пята у власти. Еще недавно я возлагал надежды на выборы, на то, что нам удастся завоевать власть мирным путем, — и оказался неправ. Прав был Уиксон. Скоро мы лишимся и последних жалких свобод. Железная пята втопчет нас в землю. Остается одно: решительное, кровопролитное восстание рабочего класса. Конечно, мы победим, но я содрогаюсь при мысли, во что обойдется нам победа.</p>
     <p>С тех пор Эрнест все надежды возложил на революцию. В этом отношении он намного опередил своих единомышленников. Его товарищи-социалисты не соглашались с ним. Они все еще верили, что победы можно добиться на выборах. Они не то чтобы растерялись — это были люди большой выдержки и мужества, — но все еще не понимали того, что происходило на их глазах. Опасность, о которой твердил Эрнест, предвидевший приход к власти олигархии, не казалась им серьезной. Он призывал их к бдительности, но они слишком верили в свои силы. В их теории социальной эволюции не было места для олигархии, и они отказывались ее видеть.</p>
     <p>— Вот пошлем тебя в конгресс, и все устроится, — говорили они Эрнесту на одном из наших конспиративных собраний.</p>
     <p>— А если меня выкинут из конгресса, — холодно спрашивал Эрнест, — а потом поставят к стенке и разнесут мне череп? Как это вам понравится?</p>
     <p>— Тогда мы подымемся все как один! — сразу откликнулось несколько голосов. — Мы двинем против них все свои силы!</p>
     <p>— И захлебнетесь в собственной крови, — ответил Эрнест. — То же самое утверждал и средний класс, а где сейчас его хваленые силы?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
      <p>На переломе</p>
     </title>
     <p>Мистер Уиксон не посылал за папой, они встретились неожиданно — на пароме, шедшем в Сан-Франциско, и, следовательно, предостережение, с которым он обратился к папе, было делом случая. Если бы не эта встреча, никакого предостережения не было бы. Правда, это ничего не изменило. Отец вел свой род от пассажиров «Мейфлауера» <a l:href="#n_241" type="note">[241]</a>, и его не так-то легко было сломить.</p>
     <p>— Эрнест был совершенно прав! — сообщил он мне уже с порога. — Твой Эрнест — умница! Я бы такого зятя не променял ни на Рокфеллера, ни на короля английского.</p>
     <p>— Что случилось? — испуганно спросила я.</p>
     <p>— Олигархия и в самом деле точит зубы — на нас с тобой во всяком случае. Мне сообщил об этом Уиксон чуть ли не этими самыми словами. Собственно для олигарха он проявил величайшую любезность — предложил мне вернуться в университет. Как это тебе нравится? Грязный обирала Уиксон решает вопрос, быть или не быть мне профессором Калифорнийского университета! Впрочем, он осчастливил меня и еще более лестным предложением: возглавить грандиозный институт физических наук — это новый проект наших олигархов: ведь им нужно куда-то девать свои прибыли.</p>
     <p>«Помните, что я сказал этому социалисту, приятелю вашей дочери? — спросил он меня. — Я заявил ему, что мы раздавим рабочий класс. И так оно и будет. Перед вами я преклоняюсь, как перед ученым. Но если вы свяжете свою судьбу с судьбой рабочего класса, вам тоже солоно придется. Вот и все, что я вам хотел сказать». И он повернулся и пошел прочь.</p>
     <p>— Значит, нам нужно поторапливаться со свадьбой, — сказал Эрнест, узнав об этом.</p>
     <p>Тогда я не поняла, что он имеет в виду, но вскоре мне это стало ясно. Мы как раз ждали квартальной выплаты сьеррских дивидендов, однако все сроки прошли, а отец не получил обычного извещения. Повременив несколько дней, он написал в контору. Оттуда немедленно ответили, что имя отца не значится в книгах Компании, — более того, у него вежливо попросили объяснений.</p>
     <p>— За объяснениями дело не станет, черт бы их побрал совсем! — сказал папа и отправился в банк взять из сейфа свои акции.</p>
     <p>— Твой Эрнест просто гений, — заявил он мне, возвратясь, когда я помогала ему снять пальто в прихожей. — Слышишь, дочка, твой будущий муж — гений!</p>
     <p>Такие преувеличенные похвалы, я знала по опыту, не предвещали ничего хорошего.</p>
     <p>— Со мной эта публика уже расправилась, — продолжал папа. — Представь себе, акций как не бывало! В сейфе одни только голые стенки. Видно, вам с Эрнестом действительно придется поторапливаться со свадьбой.</p>
     <p>Отец и на этот раз остался верен своим лабораторным методам. Он предъявил Сьеррской компании иск, но, к сожалению, не мог представить суду ее конторских книг. К тому же с Компанией в суде считались, а с папой нет. Словом, все вышло как по писаному. Отец потерпел полнейшее поражение, и открытый грабеж восторжествовал.</p>
     <p>Сейчас мне и грустно и смешно вспомнить, что после этого свалилось на голову бедного папы. Повстречав мистера Уиксона на улице в Сан-Франциско, он позволил себе назвать этого джентльмена отъявленным негодяем. Папу тут же арестовали, предъявив ему обвинение в оскорблении действием, приговорили к штрафу и обязали впредь не нарушать общественной тишины. Это было так нелепо, что он сам хохотал, вернувшись домой после всей этой эпопеи. Но какой шум подняли местные газеты! Они самым серьезным образом кричали о «микробе насилия», который поражает всякого, кто соприкасается с социалистами. Тихое, мирное житие моего отца выставлялось примером тлетворного действия этого ужасного микроба. Некоторые газеты утверждали, что престарелый профессор не выдержал умственного напряжения и сошел с ума и что самое целесообразное — отвести ему палату в соответствующем казенном заведении. И это было не пустой угрозой. Такая опасность действительно существовала, папа убедился в этом на примере епископа Морхауза, — и он так хорошо усвоил этот урок, что никакие преследования не могли уже вывести его из равновесия; мне думается, даже его враги становились в тупик перед такой сверхъестественной кротостью.</p>
     <p>Следующим на очереди оказался наш дом, где прошло мое детство. Папе была предъявлена неведомо откуда взявшаяся просроченная закладная и предложено немедленно выехать. На самом деле ни о какой закладной не могло быть и речи: за участок было полностью заплачено при покупке, а дом строился на наличные деньги; и участок и дом были свободны от долгов. Но это не помешало нашим гонителям составить закладную по всей форме, со всеми полагающимися подписями и даже с отметками об уплате процентов за много лет. На сей раз папа и не пикнул: раз у него забрали все деньги — значит, могли забрать и дом. Искать защиты было негде. У власти были те, кто решил его уничтожить. Папа был истинный философ — он даже не сердился больше.</p>
     <p>— Меня решено раздавить, — говорил он, — но отсюда еще не следует, что я должен сам рыть себе могилу. Нет, уж пощажу свои старые кости. Достаточно меня били. Не хватает мне еще на старости лет угодить в сумасшедший дом!</p>
     <p>Кстати, это возвращает меня к нашему епископу Морхаузу, о котором я давно не упоминала. Но сначала расскажу о нашей с Эрнестом свадьбе. Я понимаю, что по сравнению с описываемыми здесь событиями все личное должно отступить на второй план, и расскажу об этом коротко.</p>
     <p>— Вот мы и настоящие пролетарии, — сказал мне отец, когда мы покидали свой дом. — Я часто завидовал твоему жениху: очень уж хорошо он знает пролетариат. Ну, а теперь и мне представляется возможность узнать и изучить его.</p>
     <p>Очевидно, в папе заговорила романтическая жилка. Он и наши бедствия склонен был рассматривать как своего рода приключение. В душе его не было места ни злобе, ни обиде. Простодушный мудрец, он неспособен был к мстительным чувствам, а широкие духовные интересы позволяли ему легко мириться с утратой привычных житейских удобств. Когда мы переехали в плохонькую четырехкомнатную квартирку в пролетарском районе Сан-Франциско, южнее Маркет-стрит, папа радовался этой перемене, как ребенок. С этой свежестью восприятия он соединял зрелость и безошибочную ясность мысли, свойственную выдающемуся ученому. Ум его и в преклонном возрасте не утратил своей гибкости. Он не был рабом предубеждений, условное, привычное не имело над ним власти. Только научные и математические истины были для него обязательны, только с ними он считался. Мой отец был великий ученый. У него была душа и ум выдающегося человека. В некоторых отношениях он превосходил даже Эрнеста, а выше Эрнеста для меня не было никого.</p>
     <p>Меня тоже отчасти радовала перемена в нашей жизни. Она спасала нас от организованного остракизма, которому мы подвергались в родном городе, с тех пор как навлекли на себя немилость нарождающейся олигархии. К тому же «приключение» это и для меня было исполнено романтики, тем более волнующей, что то была романтика любви. Изменение наших жизненных обстоятельств ускорило мой брак, и в четырехкомнатную квартирку на Пелл-стрит, в одной из трущоб Сан-Франциско, я въехала уже как жена Эрнеста.</p>
     <p>А самое главное — я дала Эрнесту счастье! Я вошла в его бурную жизнь не как новая, беспокойная сила, но как сила, проливающая мир и радость. Со мной Эрнест отдыхал. Это было для меня лучшей наградой, а также свидетельством того, что я выполняю свой долг. Зажечь улыбку светлой радости и забвения в этих милых, усталых глазах — разве не было для меня величайшим счастьем?!</p>
     <p>Милые, усталые глаза! Эрнест работал, как редко кто работает, и всю жизнь трудился для других, — это лучшее мерило его мужества, его высокого сознания. А сколько было в нем человечности и нежности! Бесстрашный борец, с телом гладиатора и душою орла, он был чуток и ласков со мной, как поэт. Да он и был поэтом. Дело его было для него песней. Всю жизнь пел он песнь о человеке. Душу Эрнеста переполняла любовь к человеку, и этой любви он отдал жизнь, ради нее принял мученический венец.</p>
     <p>И это — без всякой надежды на воздаяние. В мировоззрении Эрнеста не было места вере в загробную жизнь. Весь устремленный в бессмертное, он отрицал бессмертие. Не правда ли, какой парадокс! Пламенный дух, он обрек себя холодной и суровой философии — материалистическому монизму. Я спорила с ним, говоря, что залогом бессмертия служит мне его крылатая душа и что мне, видно, придется прожить не одну вечность, чтобы измерить величие ее полета. И Эрнест обнимал меня и шутя называл своим маленьким метафизиком; усталости в глазах как не бывало, из них струился свет любви, который уже сам по себе был вернейшим доказательством его бессмертия.</p>
     <p>И еще он называл меня своей милой дуалисткой и объяснял, что Кант, создавший учение о чистом разуме, предал разум во имя служения богу. Он приводил мне этот пример, уверяя, что я способна сделать то же самое! И когда я, приняв это обвинение, храбро заявляла, что никакой вины тут не вижу, он еще крепче прижимал меня к себе и смеялся, как может смеяться только душа, возлюбившая бога. Я утверждала, что наследственность и среда так же бессильны объяснить своеобразие и одаренность его натуры, как неуклюжие холодные пальцы науки не способны нащупать, отделить и препарировать то неуловимое, что является основой всякой жизни.</p>
     <p>Я считала пространство атрибутом божества и видела в человеческой душе отражение божественной сущности. И когда Эрнест называл меня своим неисправимым метафизиком, я называла его моим бессмертным материалистом. Так мы любили друг друга и были счастливы. Я прощала ему материализм ради его высокого служения, к которому не примешивалось и тени корысти, ради его безграничной скромности, исключавшей всякое самодовольство и самолюбование.</p>
     <p>Но гордость была ему присуща. Какой же орел не знает гордости! Эрнест говорил: куда больше величия в том, чтобы слабый огонек жизни почитал себя богоподобным, чем чтобы божество почитало себя божеством. И он прославлял в человеке все то, что мнил земным и смертным. Он любил читать мне вслух один поэтический отрывок. Всего стихотворения он не знал и не мог доискаться, кто его автор<a l:href="#n_242" type="note">[242]</a>. Я привожу здесь эти строки не только потому, что Эрнест любил их, но и потому, что вижу в них отражение той же противоречивости, что жила в моем муже, узнаю ту же силу духа и то же отрицание его. Ибо как может человек, с восторгом, страстью и пламенным вдохновением повторяющий эти строки, быть только прахом земным, мимолетной тенью, зыбким, ускользающим облачком!</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мой по праву рожденья удел — торжество</v>
       <v>И удача в суровой борьбе.</v>
       <v>Жизнь я славлю свою, всей земле я пою</v>
       <v>О моей высокой судьбе.</v>
       <v> </v>
       <v>Узнай не одну я — мильоны смертей,</v>
       <v>Что нас ждут до конца времен, —</v>
       <v>Все ж, как чашу вина, пью я счастье до дна</v>
       <v>Всех стран, веков и племен.</v>
       <v> </v>
       <v>О пенная Гордость, о терпкая Власть,</v>
       <v>О сладкая Женственность! — я</v>
       <v>На коленях пью, славя чашу мою,</v>
       <v>Золотой нектар бытия.</v>
       <v> </v>
       <v>Я пью за Жизнь, я пью за Смерть,</v>
       <v>Воспевая и эту и ту.</v>
       <v>Пусть умру я — другой бокал круговой</v>
       <v>Подхватит, как я, на лету.</v>
       <v> </v>
       <v>Я тот, кого ты в мир труда и мечты</v>
       <v>Из рая изгнал, мой творец.</v>
       <v>Здесь я прожил века, здесь пребуду, пока</v>
       <v>Не придет вселенной конец.</v>
       <v> </v>
       <v>Ведь это мой мир, мой прекрасный мир,</v>
       <v>Мир страданий, душе дорогих:</v>
       <v>Здесь я сердцем постиг и младенческий крик</v>
       <v>И пытку мук родовых.</v>
       <v> </v>
       <v>Пульс грядущих веков в юной алой крови!</v>
       <v>Страсти целого мира вместив,</v>
       <v>Этот дикий поток все сметает с дорог,</v>
       <v>Самый ад на пути загасив.</v>
       <v> </v>
       <v>От плоти до праха — я человек,</v>
       <v>От трепетной плоти земной,</v>
       <v>От сладостной тьмы нашей первой тюрьмы</v>
       <v>До сиянья души нагой.</v>
       <v> </v>
       <v>Кость от кости моей и от плоти плоть,</v>
       <v>Мир покорен веленьям моим,</v>
       <v>И к Эдему пути он стремится найти,</v>
       <v>И порыв его непобедим.</v>
       <v> </v>
       <v>Дай мне выпить, господь, кубок жизни до дна,</v>
       <v>Весь в радуге красок живых,</v>
       <v>И вечную ночь я смогу превозмочь</v>
       <v>Виденьями снов золотых.</v>
       <v> </v>
       <v>Я тот, кого ты в мир труда и мечты</v>
       <v>Из рая изгнал, мой творец.</v>
       <v>Здесь я прожил века, здесь пребуду, пока</v>
       <v>Не придет вселенной конец.</v>
       <v> </v>
       <v>Ведь это мой мир, мой прекрасный мир,</v>
       <v>Царство радости светлой моей —</v>
       <v>От сверкающих льдов заполярных краев</v>
       <v>До тьмы любовных ночей<a l:href="#n_243" type="note">[243]</a>.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Эрнест работал, выбиваясь из сил. Выносливый организм многое дозволял ему, но глаза его говорили об утомлении. Милые, усталые глаза! Эрнест спал всего каких-нибудь четыре-пять часов в сутки и все же не успевал переделать все свои ежедневные дела. Он продолжал пропагандистскую работу, и его лекции в рабочих аудиториях были расписаны на недели вперед. Много времени отнимала избирательная кампания: возни было столько, что другому хватило бы на целый рабочий день. С разгромом социалистических издательств его скудные авторские доходы прекратились, и надо было думать о новом заработке; не только революционная работа, но и жизнь предъявляла свои требования. Эрнест переводил для журналов научные и философские статьи и, придя домой поздно вечером, утомленный сутолокой избирательной кампании, садился за стол и работал далеко за полночь. Ко всему прочему он еще и учился, учился до самой смерти, и умудрялся делать большие успехи.</p>
     <p>И он еще находил время дарить мне любовь и счастье. Разумеется, это было возможно только потому, что я всецело жила его жизнью. Я научилась стенографировать и писать на машинке и стала его секретарем. Эрнест уверял, что этим я наполовину его разгружаю. Во всяком случае, это позволяло мне целиком войти в его работу. Мы жили одними интересами, вместе трудились и вместе отдыхали.</p>
     <p>А сколько драгоценных минут мы урывали для себя, похищая их у работы, пусть это было только слово, короткий поцелуй, мгновенная вспышка любви… Взятые у жизни украдкой, эти минуты были тем сладостней. Ибо мы жили на сверкающих высотах, где воздух был прозрачен и чист, где труд был обращен на пользу человечества и куда низменным, эгоистическим побуждениям не было доступа. Мы любили нашу любовь и никогда ничем ее не осквернили. И самое главное: я выполняла свой долг. Я давала отдых и покой тому, кто самоотверженно работал для других, — моему милому материалисту с усталыми глазами.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
      <p>Епископ</p>
     </title>
     <p>Когда мы поженились, случай опять свел меня с епископом Морхаузом. Но расскажу по порядку. После своего ошеломляющего выступления на съезде ИПГ епископ, добрая душа, не устоял перед уговорами заботливых друзей и взял отпуск. Однако вернулся он, еще более утвердившись в своем решении проповедовать веру истинную. Первая же его проповедь повергла в ужас всех прихожан, так как она была почти дословным повторением того, что епископ говорил съезду. Снова и снова твердил он, что церковь отринула учение Христа и на место спасителя поставила маммону.</p>
     <p>В результате беднягу отправили, уже не спросясь, в частную психиатрическую лечебницу, меж тем как газеты скорбели о его душевном заболевании и умилялись его кротости и голубиной чистоте. В лечебнице епископа держали на положении узника. Я несколько раз пыталась навестить его, но не была допущена. Меня глубоко волновала трагедия разумного, нормального, чистого душой человека, раздавленного жестоким насилием общества, так как мне были хорошо знакомы и здравый ум и благородные побуждения епископа. Эрнест говорил, что его погубило незнание законов биологии и социологии, оно-то и помешало ему стать на правильный путь в борьбе с торжествующим злом.</p>
     <p>Меня страшила беспомощность нашего друга. Если он не отступится от своих убеждений, его ждет смирительная рубашка. И ничто не спасет его — ни деньги, ни высокое положение, ни образование. Его взгляды казались обществу опасными, и общество не допускало, что их может исповедовать нормальный человек. Так по крайней мере дело рисовалось мне.</p>
     <p>Но голубиная кротость не помешала епископу проявить на этот раз мудрость змия. Он понял грозящую ему опасность и, увидев себя в сетях, сделал попытку освободиться. Он вынужден был один бороться за свое спасение, не рассчитывая на помощь таких друзей, как папа, Эрнест или я. Принудительное затворничество его отрезвило. Вскоре душевное здоровье вернулось к епископу Морхаузу: видения не посещали его больше, он окончательно излечился от мании, будто долг общества — пасти Христову паству.</p>
     <p>Короче говоря, он выздоровел, совсем выздоровел, и газеты, а также церковники радостно приветствовали его возвращение. Я однажды зашла в храм, где он служил. Его проповедь ничем не отличалась от тех, какие он произносил, когда ему еще не являлись видения. Разочарование, возмущение овладели мной. Неужели нашего епископа все-таки удалось сломить? Так, значит, он трус? И отречение вырвали у него угрозами? А может быть, этот подвиг оказался ему не под силу, и он вынужден был сдаться перед тиранией установленного?</p>
     <p>Я побывала у епископа в его роскошном особняке. Как ужасно он изменился! Исхудал, лицо избороздили морщины, которых я раньше не замечала. Чувствовалось, что он смущен и не рад моему приходу. Во время нашего разговора он все теребил рукав, глаза его бегали по сторонам, не решаясь встретиться с моими. Видно было, что мысли его где-то блуждают, он то умолкал, то говорил бессвязно, перескакивая с одного на другое. Ничто не напоминало в нем знакомого мне спокойного человека с благостным лицом Христа, с ясными, прозрачными глазами, со взором светлым и безбоязненным, как его душа. Беднягу, конечно, истязали, решила я, побоями привели к смирению. Он не устоял перед этой волчьей стаей.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_030.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_031.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Мне было грустно, бесконечно грустно. Речи епископа звучали уклончиво, и он так настораживался при каждом моем слове, что я не решалась ни о чем расспрашивать. Туманно упомянул он о своей болезни, а потом мы толковали о вопросах, касающихся его храма, о недавно отремонтированном органе и всяких благотворительных делах. Когда я собралась уходить, епископ так откровенно обрадовался, что я, наверно, не сдержала бы смеха, когда бы сердце мне не жгли слезы.</p>
     <p>Бедный подвижник! Если бы только я знала! Он сражался, как титан, а я и не подозревала. Один, совсем один среди миллионов своих ближних, он продолжал борьбу. Колеблясь между страхом и верностью долгу и правде, он не предал долга и правды. И так глубоко было его одиночество, что даже мне он не доверился. Горе научило его осторожности.</p>
     <p>Вскоре все это открылось мне. Однажды епископ исчез. Он никого не предупредил о своем уходе. Так как дни проходили за днями, а он все не появлялся, в городе возникли слухи, что в припадке внезапного помешательства он наложил на себя руки. Но эти предположения рассеялись, когда стало известно, что епископ распродал все свое имущество: городской дом и загородную виллу в Менло-парке, все картины, коллекции и даже заветное свое сокровище — библиотеку. Словом, готовясь к решительному шагу, епископ втихомолку разделался со всем своим земным достоянием.</p>
     <p>Все это произошло в то время, когда мы были заняты собственными горестями. И только после переезда на новую квартиру, когда для нас началась новая жизнь, мы стали думать и гадать о том, что случилось с епископом.</p>
     <p>Разгадка не заставила себя долго ждать. Однажды, в сумерки, я спустилась вниз, в мясную, чтобы купить к ужину отбивные котлеты. (Теперь, в нашем новом положении, мы последнюю дневную трапезу называли не обедом, а ужином.)</p>
     <p>Когда я выходила из мясной, кто-то вынырнул из дверей зеленной лавки, тут же рядом. Что-то знакомое в этой нахохленной фигуре заставило меня обернуться. Но заинтересовавший меня человек свернул за угол и быстро удалился. Я вгляделась. Сутулые плечи незнакомца и седая бахромка волос между воротником и полями шляпы безусловно кого-то мне напоминали. Вместо того чтобы вернуться домой, я бросилась за ним следом, стараясь отогнать мысли, невольно приходившие мне в голову. Не может быть, говорила я себе. В этом выцветшем комбинезоне, обтрепавшемся и не по росту длинном — нет, ни за что не поверю!</p>
     <p>Я остановилась, смеясь над собой, готовая прекратить нелепую погоню. Но эти плечи и седые кудри… И я снова побежала следом. Обгоняя незнакомца, я бросила на него испытующий взгляд, а потом круто повернулась. Да, никаких сомнений, это и в самом деле был епископ Морхауз.</p>
     <p>Епископ остановился. От неожиданности у него пресеклось дыхание, большой бумажный пакет выскользнул из рук и упал на тротуар. Из разорванной бумаги нам под ноги покатилась картошка. Епископ смотрел на меня с удивлением и испугом. Он весь как-то поник, плечи еще больше ссутулились.</p>
     <p>Я протянула ему руку. Он пожал ее — его рука была холодная и влажная, — смущенно откашлялся, и я заметила у него на лбу капли пота. Видно было, что он не может прийти в себя от испуга.</p>
     <p>— Картошка, — чуть слышно пробормотал он. — Какая жалость!</p>
     <p>Мы оба нагнулись и начали подбирать картошку и укладывать в рваный пакет. Епископ бережно, локтем прижал его к себе. Между тем я выразила радость по поводу нашей нечаянной встречи и начала упрашивать его сейчас же идти к нам.</p>
     <p>— Папа так обрадуется, — уговаривала я. — И живем мы совсем рядом.</p>
     <p>— Нет, нет, — отвечал он. — Мне нельзя. Прощайте.</p>
     <p>Он боязливо огляделся, словно опасаясь, что за ним следят, и вдруг пошел прочь.</p>
     <p>— Дайте мне ваш адрес, я как-нибудь зайду, — предложил он, видя, что я упорно следую за ним с явным намерением не упускать из виду, после того как я так счастливо на него набрела.</p>
     <p>— Нет, — твердо сказала я. — Я не отпущу вас.</p>
     <p>Он посмотрел на картошку, вываливавшуюся из пакета, и на сверток в другой руке.</p>
     <p>— Поверьте, это невозможно. Простите меня. Если бы вы только знали…</p>
     <p>Казалось, он был готов разрыдаться, но уже в следующую минуту овладел собой, и голос его зазвучал уверенно.</p>
     <p>— Видите, у меня провизия, — продолжал он. — Это очень печальная история. Ужасная история, я бы сказал. Есть тут одна старушка. Она голодает. Надо ей сейчас же это отнести. Позвольте же мне. Вы сами понимаете… А потом я вернусь. Обещаю вам.</p>
     <p>— Ну что ж, пойдемте вместе, — предложила я. — Это далеко?</p>
     <p>Он снова вздохнул, но подчинился.</p>
     <p>— В квартале отсюда… Но только, пожалуйста, скорее.</p>
     <p>В этот вечер благодаря епископу я кое-что узнала о том, что непосредственно меня окружало. До сих пор я и не догадывалась, какая ужасная, беспросветная нужда ютится со мною рядом. Я не занималась благотворительностью. Эрнест не раз говорил мне, что облегчать нужду делами милосердия — все равно, что лечить язву примочками. Ее надо удалить, говорил он. Дайте рабочему его полный заработок. Назначьте пенсию тому, кто честно потрудился в жизни, и вам не придется заниматься благотворительностью. Убежденная его доводами, я все силы отдавала нашему делу и не растрачивала их на облегчение тех страданий, которые на каждом шагу порождает несправедливый общественный строй.</p>
     <p>Я последовала за моим спутником, который вскоре привел меня в тесную каморку во дворовом флигеле. Здесь жила старушка — немка лет шестидесяти, как сообщил мне епископ. Она удивленно вскинула на меня глаза, но, приветливо поздоровавшись, опять повернулась к своей работе. На коленях у нее лежали мужские брюки. Рядом на полу высилась кипа таких же брюк. Увидев, что в комнате нет ни угля, ни растопки, епископ снова куда-то ушел.</p>
     <p>Заинтересовавшись ее работой, я подняла с полу пару брюк.</p>
     <p>— Шесть центов, — сказала старушка, ласково кивая головою, но не поднимая на меня глаз.</p>
     <p>Она не слишком проворно управлялась со своим делом, зато ни на минуту не отрывалась от него. Видно было, что все ее существо подчинено одному только импульсу — шить и шить, класть стежок за стежком.</p>
     <p>— Только и всего? — удивилась я. — За такую работу? Сколько же времени берет одна пара?</p>
     <p>— Да, да, — сказала она. — Так они платят. Шесть центов за отделку брюк. На каждую пару у меня уходит два часа. Хозяин этого не знает, — добавила она, видимо, боясь, как бы не повредить своему работодателю. — Он не виноват, что я так долго копаюсь. Ревматизм совсем замучил. Молодые, пожалуй, вдвое быстрее справляются. На хозяина грех жаловаться. Видите, он дает мне работу на дом — знает, как на меня действует шум машины. Кабы не его доброе сердце, пришлось бы с голоду помирать.</p>
     <p>Да, швеям в мастерской он платит восемь центов с пары. Но что поделаешь!.. Теперь и молодым не хватает работы. А уж старуха пропадай совсем. Бывает, что домой принесешь одну только пару. Ну, а сегодня до вечера с восемью нужно справиться.</p>
     <p>Я спросила, сколько часов она проводит за работой. Она сказала, что это зависит от сезона.</p>
     <p>— Летом, когда срочные заказы, работаю с пяти утра до девяти вечера. А зимой холод не позволяет. Бывает, руки так сведет, что пальцы не гнутся. Пока их еще разогреешь. Зато уж потом засиживаюсь за полночь.</p>
     <p>Да, последнее лето было трудное. Кризис, сами знаете. Прогневили мы, видно, бога. На этой неделе у меня первый раз работа. А известно, когда работы нет, туговато приходится. Я всю жизнь с иглой. И дома, в Германии, и здесь, в Сан-Франциско, вот уже тридцать три года. Главное, было бы чем уплатить за квартиру. Домохозяин у нас добрый, но насчет квартирной платы строг. Что ж, это его право. Хорошо хоть за квартиру недорого берет. Три доллара за эту вот комнату. Разве это много? Но только попробуй наскреби каждый месяц эти три доллара!</p>
     <p>Она умолкла и, все так же покачивая головой, склонилась над шитьем.</p>
     <p>— У вас, должно быть, каждый цент на счету? — снова вызвала я ее на разговор.</p>
     <p>Она закивала головой.</p>
     <p>— Только бы за квартиру отдать, а там уж как-нибудь. Конечно, мяса не купишь. И кофе пустой попьешь, забелить-то его нечем. Но уж раз-то в день обязательно покушаешь, а когда и два.</p>
     <p>Старушка сказала это не без гордости, с тем оттенком удовлетворения, какое дает жизненный успех. Она продолжала шить молча, и я заметила, как внезапно набежавшая грусть затуманила ее добрые глаза и залегла у рта горькими складками. Взгляд ее устремился куда-то далеко. Старушка быстро отерла непрошеную слезу. Она мешала ей шить.</p>
     <p>— Нет, это не с голоду сердце ноет, — пояснила она. — К голоду нам не привыкать стать. Дочку мне схоронить пришлось — машина ее сгубила. Нелегко ей жилось, бедняжке, — всегда в работе да в заботе. А все же я никак не пойму — уж такая была крепкая, ей, бывало, все нипочем. И совсем молодая: сорок лет — небольшие года. Работала всего-то каких-нибудь тридцать лет. Правда, сызмальства ей начать пришлось. Муж у меня рано помер: котел у них разорвался на заводе. Что было делать? Ей как раз одиннадцатый годок пошел, но большая была девочка, крепкая. Это ее машина извела. Нет, нет, не говорите, я знаю, что машина. Проворнее моей дочки не было работницы на фабрике. Уж я сколько передумала — а теперь знаю… Потому-то и не могу работать в мастерской: машина на меня действует. Все мне чудится, будто она твердит: «Да-да, я-я». И так весь день-деньской. Поневоле вспомнишь дочку и уж с работой никак не сообразишь.</p>
     <p>На старые ее глаза опять навернулись слезы. Старушка утерла их ладонью и низко склонилась над шитьем.</p>
     <p>Я услышала, как епископ, спотыкаясь, подымается вверх по лестнице, и поспешила открыть ему. Боже, какое это было зрелище! Он тащил на спине полмешка угля, сверху лежала растопка. Все лицо у него было черное, пот струйками сбегал по щекам. Он сбросил свою ношу у печки и, достав из кармана пестрый платок, принялся вытирать им лицо. Я не верила своим глазам. Трудно было узнать нашего епископа в этом чумазом, как угольщик, рабочем, одетом в расстегнутую у ворота дешевую блузу (пуговицу он где-то потерял), а главное — в комбинезон. Особенно неприглядным казался мне его комбинезон: сильно потертые брюки спускались на самые пятки, а в поясе стянуты были ремешком, как у поденщика.</p>
     <p>Епископу было жарко от натуги, но у бедной старушки коченели пальцы, и, прежде чем уйти, он растопил печку. Я начистила картошки и поставила ее на огонь. Впоследствии мне не раз приходилось слышать о еще более тяжких горестях, погребенных в мрачных колодцах окрестных домов.</p>
     <p>Наконец, мы явились домой, где Эрнест уже ждал меня с беспокойством. Когда первая радость и волнение, вызванные нашим приходом, улеглись, епископ с наслаждением откинулся на спинку кресла, вытянул ноги в обвисающих штанах и облегченно вздохнул. Он сказал, что впервые со дня своего исчезновения встречается с друзьями. Очевидно, он сильно истосковался за эти недели одиночества. Он многое порассказал нам, но больше всего говорил о том, какое для него счастье выполнять заветы Учителя.</p>
     <p>— Теперь я поистине пасу его овец. Мне преподан великий урок. Нельзя насыщать душу, пока голодно тело. Накормите их сперва хлебом, маслом и картофелем — только тогда они возжаждут пищи духовной.</p>
     <p>Он с удовольствием ел мои котлеты. Никогда в прежнее время я не замечала у него такого аппетита. Когда мы заговорили об этом, епископ сказал, что чувствует себя превосходно, как никогда в жизни.</p>
     <p>— Я теперь все пешком хожу, — сказал он и залился краской при мысли о том времени, когда разъезжал в карете, как будто это бог весть какой грех.</p>
     <p>— Вот и здоровье мое поправилось, — прибавил он поспешно, — а главное, я счастлив, трудно сказать, как счастлив. Наконец-то я в самом деле принял посвящение.</p>
     <p>И все же на лице его была печать скорби, — то была вся скорбь мира, которую он взвалил себе на плечи. Теперь он видел жизнь во всей ее неприглядности, и это была не та жизнь, о которой ему говорили убористые тома его библиотеки.</p>
     <p>— И всем этим я обязан вам, молодой человек, — обратился он к Эрнесту.</p>
     <p>Тот смутился.</p>
     <p>— Я предупреждал вас, — сказал он неловко.</p>
     <p>— Вы не поняли меня, — возразил епископ. — Я говорю не в упрек вам, а в благодарность. Вам я обязан тем, что вышел на путь истинный. От теорий вы привели меня к подлинной жизни. Вы раскрыли мне глаза на обман, царящий в обществе. Вы были светом, светившим во тьме, а ныне и я узрел свет. И я был бы счастлив, если бы не… — голос его болезненно дрогнул, глаза расширились от страха, — если бы не мои гонители. Я никому не причиняю зла. Почему они не оставят меня в покое? Хотя дело не в этом. Такова природа всякого гонения. Но лучше бы они меня исполосовали бичами или сожгли на костре, лучше бы распяли вниз головой. Самое страшное для меня — смирительный дом. Каково это — быть брошену в узилище бесноватых! Все во мне содрогается при этой мысли. В лечебнице я насмотрелся на них. Они неистовствуют. Кровь леденеет в жилах при одном воспоминании. И провести остаток дней среди воплей мятущегося безумия! О, только бы не это! Только не это!</p>
     <p>Больно было смотреть на бедного епископа. Руки у него тряслись, тело дрожало, как в ознобе, — казалось, всем существом он стремится отогнать страшные видения, встающие в памяти… Но он так же внезапно успокоился.</p>
     <p>— Простите, — сказал он кротко. — Это все нервы. Если путь мой и приведет меня в бездну ужаса, да свершится воля его. Мне ли роптать на пославшего меня в мир?</p>
     <p>Рыдания подступили мне к горлу. Великий епископ! Воин! Воин во имя божие!</p>
     <p>За этот вечер он многое рассказал нам.</p>
     <p>— Я продал свой дом, вернее — дома, и все мое достояние, и сделал это тайно, иначе мне ничего не оставили бы. Это было бы ужасно. Я просто надивиться не могу, сколько картофеля, хлеба, мяса и топлива можно купить на двести — триста тысяч долларов. — Епископ повернулся к Эрнесту. — Вы были правы, молодой человек. Труд оплачивается ужасающе низко. Я никогда не трудился и только велеречиво взывал к фарисеям, думая, что проповедую слово божие, а между тем у меня у самого было полумиллионное состояние. Я представления не имел, что значат полмиллиона, пока не научился исчислять деньги стоимостью картофеля, хлеба, масла, мяса. А тогда я понял и другое. Я понял, что мне принадлежат горы картофеля, хлеба и мяса и что я и пальцем не пошевелил, чтобы добыть их. И мне стало ясно, что кто-то другой трудился, добывал — и был потом ограблен. А столкнувшись с бедняками, я воочию увидел тех, кто ограблен, кто голодает и нуждается, потому что их всего лишили.</p>
     <p>По нашей просьбе он опять вернулся к рассказу о себе.</p>
     <p>— Деньги? Я открыл счета на несколько вымышленных имен в различных банках. Никогда их не отнимут у меня — хотя бы потому, что не найдут. И я так рад этим деньгам! Сколько на них можно купить всякой провизии! Никогда я не знал, на что нужны деньги.</p>
     <p>— Деньги нужны, между прочим, и нам — на пропагандистскую работу, — сокрушенно вздохнул Эрнест. — Большая была бы польза.</p>
     <p>— Вы думаете? Не знаю… Я не поклонник политики. Боюсь, что тут я совершеннейший профан…</p>
     <p>Эрнест, со свойственной ему в этих вопросах деликатностью, промолчал, хотя ему лучше, чем кому-либо, было известно, как нуждается в средствах социалистическая партия.</p>
     <p>— Живу я в меблированных комнатах, — продолжал епископ, — и нигде не засиживаюсь подолгу — боюсь. Снимаю еще две каморки в рабочих семьях, в разных концах города. Это непростительное мотовство с моей стороны, но оно вызвано необходимостью. Экономлю деньги тем, что сам стряпаю, хотя время от времени позволяю себе роскошь зайти в дешевое кафе. Кстати, я сделал открытие. Раньше я только слышал о тамала<a l:href="#n_244" type="note">[244]</a>, — представьте, это превосходное блюдо, особенно вечером, когда вас до костей пробирает ветер и сырость. Дорогое оно, конечно, но я знаю один ресторанчик, где вам за десять центов отпустят тройную порцию; качеством оно несколько хуже, но согревает замечательно.</p>
     <p>Итак, молодой человек, с вашей помощью я обрел свое призвание. Тружусь на ниве господней, — он посмотрел на меня с улыбкой. — Вы застигли меня на работе. Но никто из вас, разумеется, меня не выдаст.</p>
     <p>Епископ сказал это с видимой беспечностью, но чувствовалось, что на душе у него неспокойно. Он обещал вскоре зайти опять, но неделю спустя мы прочитали о трагической судьбе епископа Морхауза, которого пришлось свезти в городскую больницу для умалишенных. Как говорили газеты, он был в тяжелом, но не безнадежном состоянии. Тщетно добивались мы свидания с узником, а также врачебной экспертизы. На все наши вопросы мы не получали никакого ответа, за исключением все той же стереотипной фразы: состояние тяжелое, но не безнадежное…</p>
     <p>— Христос велел богатому юноше продать свое имущество и деньги раздать нищим, — говорил Эрнест с горечью. — Епископ последовал его завету — и угодил в сумасшедший дом. Сейчас другое время, другие порядки: богача, раздающего свое имущество беднякам, объявляют сумасшедшим. Вопрос не подлежит обсуждению! Общество высказалось — и баста!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
      <p>Всеобщая стачка</p>
     </title>
     <p>Эрнест был избран в конгресс осенью 1912 года, когда политическая обстановка в стране сложилась для социалистов благоприятно. Этому немало способствовало падение Херста<a l:href="#n_245" type="note">[245]</a>. Плутократия справилась с ним шутя. Издание многочисленных газет обходилось Херсту в восемнадцать миллионов долларов ежегодно, причем издержки эти с лихвой покрывала плата за печатаемые им объявления. Таким образом, источником финансового могущества Херста был средний класс. Тресты не нуждались в рекламе<a l:href="#n_246" type="note">[246]</a>. Для того, чтобы свалить Херста, достаточно было лишить его объявлений.</p>
     <p>Уничтожен был пока что не весь средний класс — наиболее стойкая его часть все еще цеплялась за жизнь. Но те мелкие фабриканты и дельцы, которые еще кое-как тянули, были всецело отданы на милость плутократии. Их лишили всякой самостоятельности, как экономической, так и политической. Достаточно было хозяйского окрика, чтобы они отняли у Херста свои объявления.</p>
     <p>Херст отчаянно сопротивлялся. Он продолжал выпускать свои газеты, терпя ежемесячный убыток в полтора миллиона долларов; мало того, продолжал печатать объявления, за которые ему никто не платил. Новый хозяйский окрик — и мелкие дельцы и фабриканты забросали его письмами, требуя, чтобы он прекратил печатание их старых объявлений. Но Херст гнул свою линию. Со всех сторон сыпались на него судебные предостережения. Херст пропускал эти угрозы мимо ушей. В конце концов его засадили на полгода под арест за ослушание и неуважение к суду и вдобавок разорили многочисленными исками. Это решило его судьбу. Плутократия вынесла Херсту приговор, подвластный ей суд привел его в исполнение. Вместе с Херстом рухнула демократическая партия, которую он только недавно возглавил.</p>
     <p>С разгромом демократической партии и падением ее лидера у последователей Херста оставалось только два пути: либо к социалистам, либо к республиканцам. Большинство повернуло к социалистам. Неожиданно нам, социалистам, пришлось воспользоваться плодами демагогической пропаганды Херста.</p>
     <p>Усилившееся разорение фермеров тоже прибавило бы нам голосов, если бы не кратковременный дутый успех фермерской партии. Эрнест и другие социалистические лидеры настойчиво боролись за голоса фермеров, но разгром социалистической прессы и издательств нанес нашей партии слишком большой урон, который не могла возместить молодая, еще не оперившаяся изустная пропаганда. Поэтому политики вроде мистера Кэлвина, сами в прошлом разоренные фермеры, смогли вовлечь фермерские массы в бесплодную и безнадежную кампанию.</p>
     <p>— Вот уж горе-политики, — говорил о них Эрнест, — тресты и вознесут и разжалуют их в один миг.</p>
     <p>Так оно и случилось. Семь спевшихся между собой крупнейших трестов страны организовали «пул»: сложив свои огромные прибыли, они создали единый сельскохозяйственный трест. Железнодорожные компании, контролировавшие тарифы, и биржевые спекулянты, контролировавшие цены, давно уже обрекли фермерское население на кабальную задолженность. К тому же оно задолжало колоссальные суммы банкам и трестам. Фермерство билось в захлестнувшей его петле. Оставалось только затянуть ее, что и сделал новый трест.</p>
     <p>Кризис 1912 года и без того вызвал ужасающее падение цен на сельскохозяйственном рынке. Но новый трест продолжал умышленно снижать цены, доводя фермеров до полного разорения, а железнодорожные компании все повышали тарифы, чтобы совсем их доконать. Фермеры входили в новые долги, не успев разделаться со старыми. Наконец грянул гром. Было объявлено о полном прекращении выдачи ссуд под земельную собственность и об административно-судебном взыскании по старым закладным. Что оставалось делать фермерам, как не отдать тресту свою землю, а отдав, наняться на службу в тот же самый трест — управляющими, инспекторами, десятниками и простыми рабочими? Теперь они работали на жалованье. Из мелких собственников они превратились в прикрепленных к земле рабов, вынужденных довольствоваться жалкими крохами. Им нельзя было переменить хозяина, потому что хозяин всюду был один — плутократия; нельзя было уйти в город — и там хозяйничала плутократия. Оставался еще один выход — махнуть на все рукой и превратиться в бродяг, обреченных на бездомное, голодное существование. Но новые, более суровые законы против бродяжничества закрыли для них и эту возможность.</p>
     <p>На первых порах отдельным фермерам, а местами и целым общинам, находившимся в особенно благоприятных условиях, удалось избежать этой судьбы. Но то были лишь счастливые исключения, которые не могли идти в счет: не прошло и года, как и их смело начисто<a l:href="#n_247" type="note">[247]</a>.</p>
     <p>Все это и заставило социалистических лидеров — всех, за исключением Эрнеста, — уже осенью 1912 года заговорить о близком крушении капитализма. Такие симптомы, как нарастающий кризис и увеличение армии безработных, уничтожение фермерского сословия и среднего класса, разгром рабочих организаций, оправдывали, казалось, самые смелые чаяния и побуждали социалистов перейти в наступление на плутократию.</p>
     <p>Увы, мы недооценивали силы противника! Социалисты уже трубили о своей близкой победе на выборах, выступая с широковещательными декларациями. Плутократия приняла вызов. Трезво взвесив и подсчитав все шансы, она нанесла нам поражение, расколов наши ряды. Это агенты плутократии, действуя исподтишка, вопили о том, что социалисты безбожники, для них нет ничего святого. Это плутократия натравила на социалистов церковь, в первую очередь католическую, похитив у нас значительную часть рабочих голосов. Это плутократия, действуя через подставных лиц, возродила фермерскую партию, распространив ее влияние на города, где к ней примкнули остатки среднего класса.</p>
     <p>Тем не менее социалисты добились больших успехов. Однако это не было решающей победой, которая закрепила бы за нами руководящие посты и подавляющее большинство в законодательных собраниях. Повсюду мы оставались в меньшинстве. Правда, мы послали в конгресс пятьдесят наших товарищей, но, когда весной 1913 года они заняли свои места в капитолии, им пришлось вскоре убедиться в полном своем бессилии. И мы еще оказались в лучшем положении, чем фермерская партия, которая добилась в ряде штатов руководящих административных постов; когда весной 1913 года ее представители явились, чтобы занять эти посты, их и на порог не пустили; отставленные сановники продолжали править как ни в чем не бывало, в судах распоряжались прислужники олигархов. Но не буду забегать вперед. Мне еще предстоит рассказать о знаменательных событиях зимы 1912 года.</p>
     <p>Экономический кризис привел к резкому сокращению потребления товаров. Рабочие не имели заработка и ничего не покупали. У плутократов оставалось на руках огромное количество товарных излишков, которые необходимо было вывезти за границу, тем более что они нуждались в средствах для своих обширных планов. В своей борьбе за внешние рынки американская плутократия столкнулась с Германией. Экономические конфликты, как правило, приводят к войне, и данный случай не явился исключением. Усиленно готовился кайзер — готовились и Соединенные Штаты.</p>
     <p>Черные, зловещие тучи надвигающейся войны сгущались. Все предвещало мировую катастрофу. Повсюду свирепствовал кризис и восставали рабочие, повсюду исчезал средний класс и множились армии безработных, во всем мире шла борьба за внешние рынки и слышалось подземное клокотание и гул приближающейся социалистической революции<a l:href="#n_248" type="note">[248]</a>.</p>
     <p>Олигархия стремилась к войне с Германией. У нее были на это десятки причин. В калейдоскопической смене событий, порожденных войной, в перетасовке международных связей, в заключении новых договоров и союзов она видела возможность богатой поживы. Кроме того, война должна была поглотить излишки во многих странах, сократить армии безработных, наконец, дать олигархам передышку для подготовки и выполнения их планов. Война позволила бы им завладеть мировым рынком. Она позволила бы создать в Соединенных Штатах большую постоянную армию, а популярный в народе лозунг «Социализм против олигархии» можно было бы подменить лозунгом «Америка против Германии».</p>
     <p>Олигархии не просчитались бы в своих надеждах, если бы не социалисты. В наших четырех комнатушках на Пелл-стрит состоялось тайное совещание социалистических лидеров Западных штатов. Здесь было выработано и определено наше отношение к войне. Не первый раз социалистам приходилось выступать против военной угрозы<a l:href="#n_249" type="note">[249]</a>, но впервые в истории это было сделано в Соединенных Штатах. После совещания мы обратились в наш национальный комитет, а затем и в Европу, в Бюро Интернационала, и к нам, в Америку, и обратно полетели шифрованные телеграммы.</p>
     <p>Немецкие социал-демократы выразили готовность нас поддержать. Эта партия, насчитывавшая в своих рядах свыше пяти миллионов членов, из которых многие служили в регулярных войсках, пользовалась большим влиянием на профсоюзы. Американские и немецкие социалисты выступили с резкими антивоенными декларациями, угрожая всеобщей забастовкой. Приготовления к ней были начаты немедленно. Кроме того, революционные партии всех стран открыто заявили о своей готовности поддержать социалистический лозунг мира всеми средствами — вплоть до восстания и революции в своей собственной стране. Мы, американские социалисты, смотрим на последовавшую за этим всеобщую забастовку как на величайшую нашу победу.</p>
     <p>4 декабря правительство Соединенных Штатов отозвало из Берлина своего посла. В ту же ночь немецкая эскадра, подойдя к Гонолулу, потопила три американских крейсера и таможенный катер и обстреляла город. На следующий день Германия и США объявили друг другу войну. Социалисты обеих стран ответили на это призывом к всеобщей забастовке.</p>
     <p>Это было первое столкновение кайзера с теми людьми, на которых держалась вся его страна. Он мог править только с их согласия. Новизна положения заключалась в полнейшей пассивности восстания. Ни волнений, ни беспорядков, рабочие просто бездействовали. Но своим бездействием они сковывали правительству руки. Кайзер только и ждал случая, чтобы спустить на восставших рабочих свою свору кровавых псов, — но не тут-то было. Он не мог мобилизовать армию и начать войну, ни даже покарать непокорных подданных. Во всей его империи не вертелось ни одно колесо. Поезда стояли, телеграф безмолвствовал, — телеграфисты и железнодорожники бросили работу вместе со всем прочим населением.</p>
     <p>То же самое происходило в Соединенных Штатах. Наконец-то организованный пролетариат сделал правильный вывод из полученных им суровых уроков. Потерпев поражение в экономической борьбе, он примкнул к борьбе политической и пошел за социалистами, — ибо всеобщая забастовка носила политический характер. Пролетариат был так основательно побит, что ему нечего было терять: им владела решимость отчаяния. Рабочие, побросав инструменты, миллионами покидали фабрики и расходились по домам. Повсюду на первом месте были механики. Их раны еще кровоточили, их организации были разгромлены, но они без колебаний присоединялись к забастовке, увлекая за собой своих верных союзников, металлистов.</p>
     <p>Чернорабочие и неорганизованные массы трудящихся тоже присоединились к забастовщикам. Забастовка сковала все в стране. Особенно непримиримо были настроены женщины. Они грудью стали за мир, они не желали отпускать своих мужчин на бессмысленную гибель. Идея всеобщей забастовки была популярна, она всем пришлась по вкусу, она восхищала народ, удовлетворяя присущее ему чувство юмора. Она пленяла воображение. Даже школьники бастовали, не желали отставать от взрослых, и учителя, наведывавшиеся в школу, бежали из гулких, пустынных классов. Всеобщая забастовка приобрела характер всенародного гулянья. Столь очевидное торжество рабочей солидарности возбуждало в народе ликование. К тому же этот взрыв могучего веселья, казалось, не таил в себе никакой опасности. Попробуй, накажи кого-нибудь, когда все одинаково виноваты!</p>
     <p>Жизнь в Соединенных Штатах остановилась. Никто не знал, что творится в мире. Не было ни газет, ни писем, ни официальных телеграмм. Каждая община, каждая населенная местность была так изолирована, словно непроходимые дебри, простираясь на тысячи миль, отделяли их от внешнего мира. Все кругом, казалось, перестало существовать. И такое состояние страна переживала целую неделю.</p>
     <p>В Сан-Франциско не знали, что творится в Окленде или Беркли, по ту сторону залива. Это рождало странное, гнетущее чувство, словно вы присутствовали при издыхании какого-то исполинского космического существа.</p>
     <p>Пульс страны перестал биться. Нация в полном смысле слова умерла. На улице — ни громыхания подвод, ни фабричных гудков, ни жужжания проводов, ни трамвайного дребезжания, ни крика газетчиков… Лишь изредка боязливой тенью мелькнет случайный прохожий, подавленный своей нереальностью на фоне мертвой тишины.</p>
     <p>Эта неделя тишины многому научила олигархию, и она хорошо усвоила преподанный ей урок. Всеобщая стачка была для нее предостережением. Больше это не должно было повториться. Олигархия намерена была об этом позаботиться.</p>
     <p>По истечении недели, как и было решено заранее, немецкие и американские телеграфисты вернулись к своим аппаратам, и социалистические лидеры обеих стран предъявили своим правительствам ультиматум: конец войне или продолжение всеобщей забастовки. Переговоры тянулись недолго. Обе стороны заявили о ликвидации военного конфликта, и население вернулось к обычным занятиям.</p>
     <p>Возобновление мирных отношений положило начало союзу между Германией и США. В сущности, это был союз между кайзером и олигархией против их общего врага — революционного пролетариата обеих стран. Но когда впоследствии немецкие рабочие восстали и сбросили кайзера, олигархия вероломно отказалась от своих обязательств союзной державы. Американским олигархам был на руку уход с мирового рынка их ненавистного конкурента, они только этого и добивались. С падением империи Германия не была больше заинтересована в вывозе своих товаров. Создав у себя социалистическое государство, германский народ отныне мог сам потреблять все, что он производил. Разумеется, это не мешало ему обменивать некоторые свои товары на такое заграничное сырье или изделия, в которых он нуждался. Но между подобным обменом и вывозом товарных излишков нет ничего общего.</p>
     <p>— Держу пари, что олигархия опять окажется права, — сказал Эрнест, когда о ее вероломстве стало известно. — Она уж найдет себе оправдание.</p>
     <p>И действительно, олигархи не замедлили разблаговестить, что в своем решении они руководились кровными интересами американского народа. Разве Америка не избавилась от ненавистного конкурента на мировом рынке? Теперь никто не помешает ей сбывать свои излишки за границу.</p>
     <p>— Самое страшное — это наше бессилие, — говорил Эрнест. — Мы фактически передоверили этим кретинам интересы нации. Мы, видите ли, будем теперь больше вывозить за границу, а следовательно — меньше оставлять себе для собственного потребления!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
      <p>Начало конца</p>
     </title>
     <p>Уже в январе 1913 года Эрнест видел, куда ведет ход истории, но он был не в силах открыть своим соратникам глаза на ту опасность, которая рисовалась ему грозным призраком Железной пяты. Ничто не могло поколебать их благодушного спокойствия. События развивались слишком стремительно, — они не поспевали за ними.</p>
     <p>Все в мире перевернулось. Американские олигархи почти единовластно хозяйничали на мировом рынке, вытеснив оттуда десятки стран, которые теперь не знали, как распорядиться своими товарными излишками. Этим странам оставалось одно — в корне перестроить свое хозяйство. Система производства излишков завела их в тупик. Капиталистический способ производства, по крайней мере на их опыте, обнаружил свою полную несостоятельность.</p>
     <p>Перестройка в этих странах вылилась в революцию. Повсюду царили хаос и насилие. Рушились правительства, низвергались вековые устои. Капиталисты, за исключением двух-трех стран, оказывали повсюду отчаянное сопротивление, но воинствующий пролетариат отнял у них власть. Наконец-то сбылось гениальное предсказание Карла Маркса: «Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют». А по мере низвержения капиталистических правительств на их месте возникали правительства народного сотрудничества.</p>
     <p>«Почему отстают Соединенные Штаты?», «Пошевеливайтесь, американские революционеры!», «Что такое с Америкой?» — спрашивали наши товарищи в тех странах, где революция победила. Но мы безнадежно плелись в хвосте. Олигархия давила на нас. Она, подобно гигантскому чудовищу, всей своей тяжестью преграждала нам путь.</p>
     <p>— Погодите, вот весной займем свои места в правительстве, — отвечали мы. — Тогда увидите.</p>
     <p>Дело в том, что у нас был свой секрет: нам удалось договориться с фермерской партией. В результате прошедших выборов фермерам предстояло этой весной получить руководящие посты в двенадцати штатах, а это значило, что в двенадцати штатах придут к власти правительства народного сотрудничества. Остальное нам представлялось уже сравнительно легким.</p>
     <p>— А что если ваших фермеров спустят с лестницы? — спрашивал Эрнест, но товарищи называли его маловером и нытиком.</p>
     <p>Эрнеста беспокоили не только возможные неудачи фермеров. Он боялся измены со стороны ведущих профсоюзов и возникновения замкнутых каст среди рабочих.</p>
     <p>— Гент научил олигархов, как это делается, — говорил Эрнест. — Не сомневаюсь, что они составили себе памятку по его книге «Благодетельный феодализм» <a l:href="#n_250" type="note">[250]</a>.</p>
     <p>Никогда не забуду я вечер, когда Эрнест, в пылу спора с несколькими профсоюзными вожаками, повернулся ко мне и сказал вполголоса:</p>
     <p>— Ну, значит, пиши пропало! Железная пята победила. Дело идет к развязке.</p>
     <p>Это небольшое собрание у нас дома не носило официального характера. Эрнесту и его товарищам важно было удостовериться, призовут ли рабочие лидеры свои массы к всеобщей забастовке, если снова появится необходимость. О'Коннор, председатель союза механиков, первым забил отбой.</p>
     <p>— Мало, что ли, вас колотили? — спрашивал Эрнест. — Или вам еще не надоела ваша тактика экономических стачек и бойкотов?</p>
     <p>Его собеседники молчаливо кивнули в знак согласия.</p>
     <p>— Ведь вы видели, чего можно добиться всеобщей стачкой, — продолжал Эрнест. — Разве мы не сорвали войну с Германией? Никогда еще не видел мир такой демонстрации солидарности и могущества рабочих. Пролетариат может править миром — и он будет им править! Вместе с вами мы положим конец владычеству капитализма. Это ваша единственная надежда, и вы сами это знаете. У рабочих нет и не может быть другого пути. Как вы там ни вертитесь, а ваша старая тактика обрекает вас на поражение, хотя бы уже потому, что суд в руках у капиталистов<a l:href="#n_251" type="note">[251]</a>.</p>
     <p>— Не горячись, — отвечал ему О'Коннор. — Свет не клином сошелся. Есть и другие пути. Мы знаем, что делаем. Забастовками мы и сами сыты по горло. Нас так исколошматили, что живого места не осталось. Но я думаю, что нам уже больше не придется призывать своих людей к забастовке.</p>
     <p>— Какой же это у вас новый путь? — спросил его Эрнест в упор.</p>
     <p>О'Коннор рассмеялся и покачал головой.</p>
     <p>— Что ж, если хочешь знать, мы это время не дремали. И сейчас не во сне разговариваем.</p>
     <p>— Вы что же, боитесь сказать? Или стыдно стало? — спросил Эрнест с вызовом.</p>
     <p>— А ты нас не учи. В своих делах мы сами как-нибудь разберемся, — последовал ответ.</p>
     <p>— Дела-то у вас, видно, темные. Что-то вы все прячетесь, как я посмотрю, — сказал Эрнест с нарастающим гневом.</p>
     <p>— Кто-кто, а уж мы не жалели ни пота своего, ни крови, — последовал ответ. — Пора нам и вздохнуть. Пора и о себе подумать.</p>
     <p>— Если ты боишься сказать, какой у вас выискался новый путь, так я сам скажу тебе, — ответил Эрнест. Он уже не скрывал своего гнева. — Вы занялись шкурничеством. С капиталистами договариваетесь, вот вы что делаете. Вы продали интересы рабочего класса, всего рабочего класса в целом. Трусы и дезертиры, вот вы кто!</p>
     <p>— Я тебе не обязан докладывать, — хмуро отвечал О'Коннор. — А только, думается, нам видней, что для нас хорошо, а что плохо.</p>
     <p>— А что хорошо и что плохо для рабочего класса, на это вы плюете? Вам все равно, что вы ему яму роете?</p>
     <p>— Я тебе не обязан докладывать, — повторил О'Коннор. — А только ты учти, что я председатель союза механиков и что моя обязанность в первую голову заботиться об интересах тех, кто оказал мне доверие. Вот и все.</p>
     <p>Когда наши гости ушли, Эрнест со спокойствием отчаяния нарисовал мне, как, по его мнению, развернутся дальше события.</p>
     <p>— Наши учителя, воодушевленные надеждой, предсказывали, что настанет час, когда организованный пролетариат, изверившись в экономической борьбе, перенесет всю свою инициативу в область борьбы политической. Так оно и случилось. После того как Железная пята нанесла профсоюзам ряд тяжелых поражений, они переменили род оружия и вышли на арену политической борьбы. Но вместо того, чтобы окрылить нас надеждой, это грозит нам новыми разочарованиями. Всеобщая забастовка показала нашу силу. Для Железной пяты этот урок не прошел даром. Вот она и приняла меры к тому, чтобы это никогда больше не повторилось.</p>
     <p>— Но какие меры? — спросила я.</p>
     <p>— Очень простые. Она подкупила влиятельные профсоюзы. Следующий раз они откажутся бастовать. А это значит, что у нас больше не будет всеобщей стачки.</p>
     <p>— Но ведь для Железной пяты это окажется слишком дорогим удовольствием. Надолго ли ее хватит?</p>
     <p>— Им не придется подкупать все профсоюзы. Они ограничатся немногими. Вот примерно что произойдет. Сокращение рабочего дня и увеличение заработной платы будет проведено у железнодорожников, механиков, токарей, литейщиков и других квалифицированных рабочих металлургической промышленности. Эти союзы будут поставлены в привилегированные условия. Стать членом такого союза будет все равно, что получить пропуск в рай.</p>
     <p>— Как же так? — недоумевала я. — А другие профсоюзы? Ведь огромное большинство не входит в эту группу.</p>
     <p>— Другие союзы все до одного будут стерты с лица земли. Разве ты не понимаешь? Железнодорожники, механики, токари, рабочие стальной и чугунолитейной промышленности — это те, кто в наш век машин выполняет работу первейшей важности. Заручившись их преданностью, Железная пята может не церемониться с остальными. Железо, сталь, уголь, машины и транспорт — основа промышленности.</p>
     <p>— А горняки? — спросила я. — У нас около миллиона углекопов.</p>
     <p>— Это неквалифицированные рабочие. С ними не станут считаться. Им снизят заработную плату и увеличат рабочий день. Они будут такими же рабами, как и все мы, но только их окончательно втопчут в грязь. Они обречены на такой же подневольный труд, как и ограбленные капиталистами фермеры. От всех союзов, не принадлежащих к избранной группе, не останется и следа, и рабочие поневоле полезут в петлю, когда их доймут нужда и голод.</p>
     <p>А знаешь, чем займется Фарли<a l:href="#n_252" type="note">[252]</a> и его штрейкбрехеры? Сейчас скажу тебе. Штрейкбрехерство как профессия отомрет. Никаких стачек больше не будет, их заменят бунты рабов. Фарли со своей бандой получит повышение. Их произведут в надсмотрщики над рабами. Конечно, так именовать их никто не станет. Они будут считаться блюстителями закона — закона о подневольном труде. Предательство влиятельных союзов далеко отбросит нас назад. Одному богу известно, когда и где теперь можно рассчитывать на победу революции.</p>
     <p>— А разве при таком мощном блоке, как олигархия и привилегированные союзы, можно еще рассчитывать на победу революции? — спросила я. — Что если этот блок окажется непобедимым?</p>
     <p>Эрнест покачал головой.</p>
     <p>— Одно из наших основных положений состоит в том, что всякое общество, разделяющееся на классы, несет в себе зачатки собственного разложения. Там, где существуют классы, неизбежно возникают привилегированные касты. Это-то и приведет Железную пяту к гибели. Сами олигархи уже представляют собой такую замкнутую касту. Но в касты превратятся в конце концов и привилегированные профсоюзы. Железная пята попытается с этим бороться, но ничего у нее не выйдет.</p>
     <p>В избранных союзах сейчас цвет американского рабочего класса. Это энергичные, одаренные люди. Они проникли в эти союзы в результате известного отбора. Но теперь всякий американский рабочий захочет попасть в один из привилегированных союзов. Олигархия будет поощрять это стремление и поддерживать конкуренцию. Ведь таким образом сильные люди, которые могли бы стать революционерами, будут переходить на сторону олигархии, содействуя ее укреплению.</p>
     <p>С другой стороны, члены избранных профсоюзов постараются превратить свои организации в замкнутые касты. И они преуспеют в этом. Право стать членом союза превратится в узкосемейную прерогативу. Сыновья будут наследовать отцам, прекратится приток живых сил из того неисчерпаемого резервуара, каким является простой народ. Это поведет к вырождению рабочих каст и постепенному их ослаблению. Вместе с тем как корпорация они некоторое время будут всесильны. Они станут чем-то вроде преторианцев, когда-то охранявших дворец римского императора. Затем наступит период дворцовых переворотов, когда рабочие касты будут временно приходить к власти. Олигархи ответят на это контрпереворотами, и некоторое время власть будет переходить из рук в руки. Между тем будет продолжаться вырождение каст, и в конце концов народ восторжествует.</p>
     <p>Эту схему постепенного социального развития Эрнест набросал, находясь в крайне подавленном душевном состоянии, под впечатлением измены профсоюзов. Я никогда не была с ней согласна и в особенности не согласна теперь, когда пишу эти строки. Ведь именно сейчас, хотя Эрнеста уже нет с нами, мы стоим на пороге революции, которая покончит со всеми олигархиями в мире. Теорию Эрнеста я привожу здесь только потому, что это его теория. Не надо, однако, забывать, что сам создатель этой теории боролся против нее, как титан. Больше чем кто-либо, он содействовал подготовке той революции, которая только ждет сигнала, чтобы разразиться<a l:href="#n_253" type="note">[253]</a>.</p>
     <p>— Но если олигархия еще долго просуществует, — спросила я Эрнеста в тот вечер, — что станет она делать с огромными прибылями, которые будут плыть в ее карманы?</p>
     <p>— Они не залежатся, — отвечал Эрнест. — Не беспокойся, олигархи найдут им применение. Будут сооружены великолепные дороги. Начнется небывалый расцвет наук и искусств. Когда олигархи приведут народ к полному послушанию, у них появятся и другие цели и интересы. Они станут покровителями искусств, поклонниками красоты. Деньги потекут рекой, и художники будут трудиться, поощряемые столь щедрым вниманием. Возникнут великие творения, так как искусство не будет больше стеснено мещанскими вкусами буржуа. Повторяю, родится монументальное искусство. Будут построены чудо-города, по сравнению с которыми наше современное градостроительство покажется жалким и безвкусным. И в этих городах будут жить олигархи и поклоняться красоте<a l:href="#n_254" type="note">[254]</a>.</p>
     <p>Таким образом, прибылям олигархов будет найдено применение, тогда как вся черная работа падет на плечи рабочих. Строительство грандиозных городов и сооружений даст нищенское пропитание миллионам чернорабочих и строителей. Чудовищные прибыли потребуют чудовищных вкладов и затрат, и сооружения олигархов будут рассчитаны на тысячелетия, а может быть, и на десятки тысяч лет. Их будут строить так, как древнему Вавилону и Египту и не снилось, а когда олигархи падут, их великолепные сооружения достанутся братству труда, и народ будет пользоваться их дорогами и селиться в их городах<a l:href="#n_255" type="note">[255]</a>.</p>
     <p>Вот какие дела предстоят олигархам. Грандиозное строительство станет для них одним из видов помещения прибылей; точно так же правящие классы Египта вкладывали богатства, награбленные у трудового народа, в строительство храмов и пирамид. Но благоденствовать при олигархах будут не жрецы, а художники, тогда как место привилегированного торгового сословия займут рабочие касты. А под их ногами, в черной ямине, будет копошиться, голодать и гнить заживо, неизменно возрождаясь к новой жизни, трудовой народ, огромное большинство населения. Но настанет некий еще скрытый от нас день, и народ выйдет из черной ямины. Рабочие касты и олигархия падут. И тогда наконец после многовековой борьбы придет день простого человека. Я мечтал увидеть его, но теперь знаю, что не увижу.</p>
     <p>Эрнест остановился, посмотрел на меня и прибавил:</p>
     <p>— Социальное развитие — это убийственно затяжной процесс. Не правда ли, дружок?</p>
     <p>Я обняла Эрнеста, прижала его голову к своей груди.</p>
     <p>— Спой мне песню, родная, — попросил он по-детски жалобно. — Мне приснился дурной сон, и я хочу забыть его.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
      <p>Последние дни</p>
     </title>
     <p>К концу января 1913 года сведения о новой политике олигархов в отношении ведущих профсоюзов просочились в печать. Газеты сообщали о неслыханном повышении заработной платы и сокращении рабочего дня для определенной категории рабочих стальной и чугунолитейной промышленности, для железнодорожников, механиков, токарей и так далее. Однако всей правды олигархи не решались открыть. На самом деле заработная плата поднялась еще больше, а соответственно возросли и другие привилегии. Но шила в мешке не утаишь. Счастливчики рассказали о своей удаче женам, те разнесли эту весть по знакомым, и вскоре о совершившемся предательстве узнал весь рабочий мир.</p>
     <p>Новый маневр олигархов логически вытекал из той практики, которая в XIX веке получила название «участия в грабеже». В нескончаемых промышленных войнах того времени капиталисты пытались умиротворить рабочих, заинтересовав их в своих прибылях. Но превращать это в систему было бы чистейшим абсурдом и не достигало бы цели. В условиях ожесточенной экономической борьбы участие рабочих в прибылях оправдывало себя лишь применительно к отдельным случаям. Распространение этой льготы на всех не давало бы капиталистам никаких преимуществ.</p>
     <p>Впоследствии из не оправдавшей себя системы участия в прибылях возникла система «участия в грабеже». Привилегированные союзы выдвинули лозунг: «Платите нам больше и берите лишнее с потребителя». Кое-где эта шкурническая система получила применение и привилась. Но брать лишнее с потребителя — значило брать лишнее в первую очередь с огромной массы неорганизованных рабочих и членов рядовых союзов, они-то и вынуждены были выплачивать прибавку своим более счастливым собратьям, членам союзов-монополистов. Эта система, повторяю, доведенная до своего логического завершения, и была применена в широком масштабе при создании блока между олигархами и привилегированными союзами<a l:href="#n_256" type="note">[256]</a>.</p>
     <p>Как только предательство было обнаружено, среди рабочих поднялся ропот. Вскоре отпавшие союзы заявили о своем выходе из интернациональных рабочих организаций. Тогда начались расправы и беспорядки. Месть рабочих, возмущенных подлой изменой своих бывших товарищей, настигала их в кабачках и публичных домах, на работе и дома.</p>
     <p>Было много жертв, среди них немало убитых. Ни один член союза, предавшегося олигархам, не чувствовал себя в безопасности. Направляясь на работу и расходясь по домам, они предпочитали собираться группами и идти посередине мостовой. Смельчаку, отважившемуся пойти по тротуару, мог свалиться на голову кирпич или булыжник, брошенный из окна или с крыши. Фаворитам было разрешено носить оружие; власти всегда и во всем оказывали им содействие. Их преследователей бросали в тюрьмы, где с ними обращались, как со скотом. Никому, кроме членов привилегированных союзов, не разрешалось иметь при себе оружие, и за нарушение этого правила налагались жестокие кары.</p>
     <p>Но гнев рабочих не утихал, расправы с предателями не прекращались. Соответственно с этим все резче обозначалось кастовое размежевание. Рабочая детвора преследовала детей из лагеря фаворитов, и тем уже нельзя было показываться на улице и посещать школу. Такому же остракизму подвергались жены и семьи предателей, и даже лавочникам, отпускавшим им провизию, объявлялся бойкот.</p>
     <p>Преследуемые общей ненавистью, изменники и их близкие все больше замыкались в своей среде. Из рабочих кварталов, где жизнь становилась для них невыносимой, они переселялись в новые отведенные им районы. Олигархи всячески шли навстречу своим фаворитам. Для них были выстроены новые дома со светлыми и удобными квартирами и просторными дворами, для них разбивались парки и скверы, устраивались спортивные площадки. Дети их посещали особые школы, где большое внимание уделялось технике и ручному труду. Так, на основе внутреннего расслоения пролетариата, вырастала кастовая обособленность. Члены привилегированных союзов становились рабочей аристократией. Теперь они решительно во всем отличались от пролетарских масс. Они жили в благоустроенных домах, хорошо одевались и питались, с ними и разговаривали по-иному. Словом, предательство их было вознаграждено с лихвой.</p>
     <p>Зато остальным рабочим жилось все хуже. Их заработок падал, жизненный уровень снижался: постепенно, одно за другим теряли они свои исконные мелкие права. Их школы пустели. Обязательное обучение было постепенно отменено, и число неграмотных увеличивалось с ужасающей быстротой.</p>
     <p>Захват американцами внешних рынков привел в смятение весь остальной мир. Повсюду низвергались правительства, рушились старые устои и общество перестраивалось. В Германии, Италии и Франции, в Австралии и Новой Зеландии были созданы правительства народного сотрудничества. Британская империя распадалась; у английского правительства было хлопот по горло — поднялись народы Индии. В Азии раздавался клич: «Азия для азиатов!» Этот лозунг был выкинут Японией, натравливавшей желтокожие и темнокожие народы на белую расу. Стремясь к владычеству на континенте, Япония подавила у себя пролетарскую революцию. В стране шла открытая война классов — кули против самураев, и социалистов-кули казнили десятками тысяч. В одном только Токио было сорок тысяч убитых; люди гибли в уличных боях. Особенно больших жертв стоил неудавшийся штурм дворца микадо. В Кобе была организована бойня, восставших ткачей косили пулеметами; эта расправа получила печальную известность как классический пример массового истребления мирных жителей силой оружия. В результате гражданской войны в Японии утвердилась олигархия, правившая с неслыханной жестокостью. Японцы подчинили себе Восток и завладели всеми восточными рынками, за исключением одной только Индии.</p>
     <p>Англии удалось подавить у себя пролетарскую революцию и удержать под своим скипетром народы Индии. Но это потребовало всех ее сил, и ей пришлось распроститься с остальными заморскими владениями. В Австралии и Новой Зеландии социалистами были созданы правительства народного сотрудничества. Отделилась и Канада, но здесь социалистическая революция была раздавлена при содействии Железной пяты. Точно так же и в Мексике и на Кубе Железная пята помогла раздавить восстание. Таким образом, Железная пята утвердилась в Америке, спаяв в единое целое всю северную ее половину, от Панамского канала до Ледовитого океана.</p>
     <p>Как уже сказано, Англии — ценой потери всех колоний — удалось удержать Индию. Но это было лишь временной отсрочкой. Борьба Японии и всей Азии за Индию только откладывалась на неопределенный срок. Англии предстояло вскоре потерять Индию, а в перспективе вставала война между объединившейся Азией и остальным миром.</p>
     <p>В то время как весь земной шар сотрясали войны и революции, мы в Соединенных Штатах тоже не знали спокойствия и мира. Измена ведущих профсоюзов парализовала нашу, пролетарскую, революцию, но повсюду происходили мятежи и беспорядки. К рабочим волнениям, к ропоту фермеров и доживавших свой век остатков среднего класса присоединилось вспыхнувшее с необычайной силой религиозное движение, причем на первый план выдвинулась одна из сект «Адвентистов седьмого дня», предсказывавшая близкий конец мира.</p>
     <p>— Черт бы побрал всю эту кутерьму! — негодовал Эрнест. — Какая может быть солидарность при всем этом разладе и разброде!</p>
     <p>И действительно, религиозный фанатизм получил небывалое распространение. Измученные, затравленные люди, изверившиеся в целях земного существования, мечтали о небесах, куда капиталистическим тиранам было бы так же трудно попасть, как верблюду пролезть в игольное ушко. Бродячие проповедники с глубоко запавшими горящими глазами наводнили всю страну. Их проповеди под открытым небом, привлекавшие толпы слушателей, раздували религиозное безумие, и никакие запрещения и кары не в силах были потушить этот пожар.</p>
     <p>Наступают последние дни мира, утверждали они, начало конца. Четыре апокалиптических ветра ниспосланы на землю. Господь посеял вражду между народами. То была пора видений и чудес, повсюду появлялись провидцы и прорицательницы. Сотни тысяч людей бросали работу и бежали в горы, чтобы там дождаться второго пришествия, когда сто сорок четыре тысячи праведников будут вознесены на небеса. Но господь мешкал, а между тем тысячи людей умирали с голоду. С отчаяния многие принялись шарить по окрестным фермам; анархия и беспорядок, охватившие всю страну, еще усиливали бедствия обездоленных фермеров.</p>
     <p>Однако фермы и житницы принадлежали Железной пяте. Целые армии были двинуты против фанатиков, и солдаты штыками загоняли беглецов обратно в город, возвращая их к обычным занятиям. Но там они присоединялись к то и дело вспыхивавшим бунтам и восстаниям. Вожаков казнили и сажали в сумасшедший дом, но на казнь они шли, как на праздник. Это была пора всеобщего безумия. Эпидемия распространялась с быстротой пожара. На болотах, в пустынях, на затерянных пустошах от Флориды до Аляски уцелевшие еще кое-где племена индейцев предавались ночным бдениям и магическим пляскам в ожидании пришествия своего собственного мессии.</p>
     <p>И над всем этим смятением с ужасающей уверенностью и спокойствием царила олигархия, железною пятою она растоптала бунтарей, железною рукою взнуздала восставшие многомиллионные массы, из хаоса сотворила порядок и воздвигла свою собственную твердыню, в самом хаосе почерпнув ее основу и строй.</p>
     <p>— Погодите, вот мы придем к власти, — говорили наши фермеры, Кэлвин говорил это у нас на Пелл-стрит. — Посмотрите, в скольких штатах мы получили большинство! Если вы, социалисты, поддержите нас, мы призовем эту публику к порядку.</p>
     <p>— Миллионы недовольных, обездоленных людей идут к нам, — говорили социалисты. — С нами теперь и фермеры, и средний класс, и сельскохозяйственные рабочие. Последний час капитализма пробил. Еще месяц — и пятьдесят наших представителей войдут в конгресс, а через два года в наших руках будут все административные посты, от президента до городского собачника.</p>
     <p>Эрнест слушал все это и качал головой.</p>
     <p>— Скажите лучше, — говорил он, — много ли у вас винтовок? И как вы обеспечите себя патронами? Когда в воздухе запахнет порохом, помните, что химические соединения лучше механических. Они надежнее.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
      <p>Конец</p>
     </title>
     <p>Когда нам с Эрнестом пришла пора отправляться в Вашингтон, папа отказался ехать, так увлекло его изучение жизни пролетариата. Наши трущобы представлялись ему огромной лабораторией, и он с головой ушел в исследование, которому, казалось, не предвиделось конца. Он нашел себе друзей среди простых рабочих и был вхож во многие дома, да и сам охотно брался за случайную работу, поскольку она служила ему забавой и расширяла круг его наблюдений, и в эти дни возвращался домой особенно оживленный, с целым ворохом записей и смешных рассказов. Это был ученый в подлинном смысле слова.</p>
     <p>Папины трудовые подвиги были чистейшим любительством, так как заработка Эрнеста хватало на всю нашу небольшую семью. Но невозможно было отговорить его от этой увлекательной игры, которая, кстати сказать, была игрой со многими переодеваниями, смотря по тому, за какую работу он брался. Никогда не забуду, как он явился домой, нагруженный лотком с богатейшим ассортиментом помочей, шнурков для ботинок, или же, как в бакалейной лавке, куда я зашла за покупками, он предстал передо мной в роли приказчика, отпускавшего товар. После этого я уже не удивлялась, когда он целую неделю заменял буфетчика в соседней пивной. Он работал ночным сторожем, продавал с лотка картошку, наклеивал ярлыки на консервном складе, был на посылках при картонажной фабрике, носил воду рабочим, прокладывавшим трамвайную линию, и даже записался в союз судомоев незадолго до его роспуска.</p>
     <p>Очевидно, костюм епископа произвел на папу неотразимое впечатление, потому что он приобрел себе точно такую же рубашку поденщика и комбинезон, перехваченный у пояса ремешком. Но одному обычаю папа все же остался верен: он всегда переодевался к обеду, или, как это у нас теперь называлось, к ужину.</p>
     <p>С Эрнестом я нашла бы счастье повсюду; и то, что папа радовался изменению наших жизненных обстоятельств, довершало мое счастье.</p>
     <p>— Я еще мальчишкой был ужасно любопытен, — говаривал он. — Все мне хотелось знать, отчего да почему. Недаром я стал физиком. И до сих пор во мне живет это неугомонное любопытство, а ведь в любопытстве-то главная прелесть жизни.</p>
     <p>Иногда он отваживался на вылазки в ту часть города, где находились театры и дорогие магазины. Здесь он продавал газеты, бегал с поручениями, как рассыльный, отворял дверцы экипажей. И вот однажды, захлопнув дверцы отъезжавшей кареты, он увидел в ней мистера Уиксона. Папа с наслаждением описал нам эту сцену.</p>
     <p>— Уиксон вытаращил на меня глаза и только и сказал: «Какого черта!» Представляете? «Какого черта!» Покраснел до ушей и так растерялся, что забыл сунуть мне чаевые. Но, по-видимому, тут же опомнился, потому что, как только его карета отъехала шагов на пятьдесят, смотрю, опять ко мне заворачивает. Уиксон высунулся в окошко.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_032.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_033.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>«Послушайте, профессор, — крикнул он. — Это, знаете ли, уж слишком. Не могу ли я что-нибудь для вас сделать?»</p>
     <p>«Я захлопнул дверцу вашей кареты, — сказал я. — С вас полагается десять центов».</p>
     <p>«Бросьте дурака валять! Я в самом деле хотел бы вам помочь».</p>
     <p>Он сказал это вполне серьезно, — очевидно, в нем заговорила его атрофированная совесть. Я сделал вид, что размышляю.</p>
     <p>«Пожалуй, вы могли бы вернуть мне мой дом, — предложил я. — А заодно и сьеррские акции».</p>
     <p>Папа остановился.</p>
     <p>— Ну и что же он? — не вытерпела я. — Что он тебе сказал?</p>
     <p>— Что он мог сказать? Ничего, разумеется. Зато я сказал ему: «Ну, Уиксон, как ваше драгоценное?» Он как-то странно посмотрел на меня. А я повторил: «Хорошо вы себя чувствуете?»</p>
     <p>Тут он приказал кучеру гнать во всю прыть и уехал, ругаясь на чем свет стоит. И мои десять центов не отдал мне, какой уж там дом и акции! Так что видишь, дорогая, карьера уличного попрошайки чревата немалыми разочарованиями.</p>
     <p>Так папа и остался жить в нашей квартире на Пелл-стрит, когда мы с Эрнестом переехали в Вашингтон. Старая жизнь кончилась, и, как вскоре выяснилось, кончилась бесповоротно.</p>
     <p>Вопреки нашим ожиданиям, никто не помешал социалистам занять свои места в конгрессе. Все сошло благополучно. И я подсмеивалась над Эрнестом, которому даже и это благополучие внушало опасения.</p>
     <p>Наши товарищи социалисты были преисполнены надежд. Они верили в свои силы и в предстоявшее им дело. Несколько депутатов от фермерской партии примкнули к нам, и мы выработали общую программу действий. Во всем этом Эрнест принимал самое деятельное участие и только нет-нет да и повторит, как будто некстати, свою излюбленную фразу: «Когда в воздухе запахнет порохом, помните, что химические соединения лучше механических. Они надежнее…»</p>
     <p>Началось с затруднений у фермерской партии, которая в результате последних выборов завоевала руководящие посты в двенадцати штатах. Представителей ее не допустили к исполнению своих обязанностей. Отставленные администраторы просто-напросто отказались сдавать дела. Они обжаловали выборы, и пошла обычная волокита. Фермерская партия была бессильна что-либо сделать. Последней инстанцией был суд, а в суде командовали ее враги.</p>
     <p>Положение было критическое. Стоило нашим обманутым союзникам забить тревогу, как в стране начался бы переполох и на всех наших завоеваниях можно было бы поставить крест. Мы, социалисты, сдерживали их изо всех сил. Эрнест сутками не ложился. Руководители фермерской партии видели опасность и были всецело с нами. Но ничто не помогло. Олигархии нужны были беспорядки, и она прибегла к услугам провокаторов. Теперь можно считать установленным, что так называемое Крестьянское восстание было грандиозной провокацией.</p>
     <p>Восстание вспыхнуло в двенадцати штатах, и власть там захватили экспроприированные фермеры. Разумеется, это было противозаконно, и правительство двинуло на мятежников войска. Повсюду шныряли провокаторы, вызывая народ на эксцессы. Агенты Железной пяты скрывались под маской фермеров, ремесленников и сельскохозяйственных рабочих. В столице Калифорнии, Сакраменто, фермерской партии удалось сохранить порядок. И вот тысячи тайных агентов были направлены в этот город. Шатаясь по улицам толпами, они палили в окна и грабили магазины и фабрики, втягивая в свои бесчинства городскую чернь, которую усиленно спаивали. Когда же все было подготовлено, в город нагрянули правительственные войска, вернее — войска Железной пяты, и началась кровавая расправа. На улицах Сакраменто и в домах было перебито одиннадцать тысяч жителей. Власть в штате захватило федеральное правительство, и судьба Калифорнии была решена.</p>
     <p>То же самое повторилось в каждом из двадцати штатов, отдавших голоса фермерской партии. Повсюду свирепствовало насилие, и кровь лилась рекой. Сначала тайными агентами и черными сотнями провоцировались беспорядки, а затем появлялись войска. По всей сельской Америке буйствовали и бесчинствовали толпы громил. Над горящими городами и селами, над усадьбами и амбарами день и ночь стояли столбы дыма. В ход пошел и динамит. Какие-то неизвестные взрывали железнодорожные туннели и мосты и пускали под откос поезда. Фермеров вешали и расстреливали без числа. Народ восставал против своих мучителей, и множество офицеров и плутократов пало жертвой террористических актов. Злоба и ненависть владели людьми. Солдаты расправлялись с фермерами, словно с враждебными индейскими племенами, — и недаром в штате Орегон две тысячи восемьсот солдат были уничтожены взрывами страшной силы, следовавшими один за другим. Многие погибали в железнодорожных катастрофах. Солдаты в не меньшей мере, чем фермеры, дрались за свою жизнь.</p>
     <p>Что касается национальной гвардии, то был приведен в действие закон 1903 года, и рабочие одного штата должны были под страхом смерти стрелять в рабочих другого штата, своих товарищей. Закон этот на первых порах вызвал сопротивление. Немало офицеров национальной гвардии было убито из-за угла, немало рядовых подверглось расстрелу по приговору военно-полевых судов. То, что в свое время предсказывал Эрнест, нашло разительное подтверждение в судьбе мистеров Асмунсена и Коуолта. Оба они были призваны в национальную гвардию и направлены с карательным отрядом из Калифорнии в штат Миссури. Мистер Асмунсен и мистер Коуолт отказались выполнить распоряжение командования. Расправа с ними была короткая. Военно-полевой суд приговорил смельчаков к расстрелу, и приговор был приведен в исполнение солдатами, которые стреляли им в спину.</p>
     <p>Немало молодых людей бежало от мобилизации в горы. Их объявили вне закона, но особенно не тревожили до тех пор, пока в стране не наступило сравнительное успокоение. Но тут были приняты крутые меры. Правительство обратилось к беглецам с предложением явиться с повинной, для чего был дан трехмесячный срок. По истечении этого срока в горные округа было направлено до полумиллиона солдат с приказом выловить дезертиров. Расправлялись без суда и следствия, пристреливая людей на месте. Каратели действовали согласно инструкции, по которой все скрывавшиеся в горах считались злостными дезертирами, и всякий был волен в их жизни и смерти. Кое-где в защищенных местах отдельные отряды мужественно сопротивлялись, но в конце концов их выловили всех до единого и предали смерти.</p>
     <p>Еще более внушительный урок был дан населению на примере расправы с канзасской национальной гвардией. Великое Канзасское восстание вспыхнуло в самом начале военного похода против фермеров. Взбунтовалось шесть тысяч национальных гвардейцев. Частям этим не доверяли и, ввиду царившей в них угрюмой озлобленности, держали их на лагерном положении. К открытому мятежу они перешли, разумеется, не без пособничества провокаторов.</p>
     <p>В ночь на 22 апреля гвардейцы восстали и перебили своих офицеров, только немногим удалось скрыться. Убийство командного состава, разумеется, не входило в планы Железной пяты, — агенты на сей раз перестарались. Однако Железной пяте и это пошло на пользу. К репрессиям подготовились заранее, а убийство офицеров давало достаточный для них повод. Сорок тысяч солдат внезапно окружили мятежников. Злополучные гвардейцы попали в ловушку. Слишком поздно хватились они, что из их пулеметов вынуты замки, а патроны не подходят к винтовкам. Они выкинули белый флаг, но никто не обратил на это внимания. Враг не знал пощады. Все шесть тысяч человек полегли на месте. Сначала по ним били гранатами и шрапнелью, а затем, когда отчаяние подняло их в атаку, косили пулеметным огнем. По словам очевидцев, ни один гвардеец не успел подбежать к неприятельским цепям ближе, чем на полтораста метров. Земля была усеяна трупами. Заключительная атака кавалеристов добила раненых, а тех, кого не прикончила сабля или пуля, растоптали конские копыта.</p>
     <p>Не успело закончиться усмирение фермеров, как восстали горняки. Это была последняя вспышка борьбы организованного пролетариата. Всего бастовало семьсот пятьдесят тысяч углекопов, но силы их были распылены по всей стране. Каждый угольный округ был оцеплен правительственными войсками, и с каждым расправлялись в отдельности. Это была первая грандиозная облава на невольников, и Покок<a l:href="#n_257" type="note">[257]</a> стяжал себе на этом деле славу укротителя рабов и вечную ненависть пролетариата. На него неоднократно производились покушения, но, казалось, он был заколдован. Это он ввел для горняков паспортную систему, наподобие той, какая существовала в царской России, и по его инициативе им было запрещено свободно передвигаться по стране.</p>
     <p>Социалисты держались крепко. В то время как партия фермеров погибала в огне и крови, а профсоюзы разгонялись, социалисты воздерживались от всяких выступлений и готовились к уходу в подполье. Напрасно наши друзья из фермерской партии взывали к нам. Мы правильно возражали им, что всякое наше вмешательство грозило бы гибелью делу революции. Железная пята, не решавшаяся сперва выступить против всего пролетариата в целом, теперь, приободренная легкой победой, только и мечтала свернуть нам шею. Но мы сохраняли полное самообладание, несмотря на усилия провокаторов, которыми кишели наши ряды. В те времена агенты Железной пяты действовали неумело — им еще только предстояло пройти серьезную школу, — и наши боевые группы вылавливали их одного за другим. Это была тягостная, грязная работа, но мы боролись за жизнь и за революцию, и нам приходилось сражаться с врагом его же оружием. Все же мы придерживались справедливости. Ни один агент Железной пяты не был казнен без суда и следствия. Если и случались ошибки, то лишь как исключение. В боевые группы шли самые храбрые, самые энергичные и преданные революции товарищи. Спустя десять лет, на основании сведений, сообщенных ему начальниками боевых групп, Эрнест занялся статистикой. Оказалось, что вступавшие туда мужчины и женщины могли рассчитывать в среднем не больше чем на пять лет жизни. Это были герои. Принципиальные противники убийства, они шли на убийство, стиснув зубы, считая, что великое дело свободы требует великих жертв<a l:href="#n_258" type="note">[258]</a>.</p>
     <p>Мы ставили себе тройную задачу: во-первых, вылавливание подосланных к нам агентов олигархии; во-вторых, организацию боевых групп и всего революционного подполья; в-третьих, засылку наших агентов во все организации олигархии, а также в армию и рабочие касты. Они проникали туда под видом секретарей и конторщиков, телеграфистов, надсмотрщиков над рабочими и провокаторов. Это была работа, требовавшая времени и сопряженная с величайшей опасностью. Все наши усилия зачастую приводили только к неудачам и тяжелым потерям…</p>
     <p>Железная пята победила в открытой войне. Но мы объявили ей другую, еще неведомую, странную и страшную подпольную войну. Мы воевали в потемках, наугад, слепые со слепыми, — однако в этой борьбе был свой порядок, дисциплина, единодушие. Наши агенты проникали во все организации Железной пяты, а в наших организациях гнездились ее агенты. Это была война втемную, коварная и увертливая, обе стороны изощрялись в интригах и конспирации, заговорах и контрзаговорах. А за всем этим постоянной угрозой маячила смерть, жестокая, насильственная смерть. Мужчины и женщины, наши лучшие, любимейшие товарищи, исчезали без следа. Сегодня мы еще видели друзей в своих рядах, а завтра уже не досчитывались их и знали, что это — навсегда, что они сложили голову в борьбе.</p>
     <p>Никому нельзя было довериться, ни на кого нельзя было положиться. Человек, который работал рядом с вами, был, возможно, агентом Железной пяты. Мы минировали ее организации своими агентами, а она своими контрминировала наши организации. И хотя мы не имели права кому-либо довериться или на кого-нибудь положиться, каждый шаг поневоле основывался на доверии. То и дело мы сталкивались с изменой. Были среди нас и слабые люди. Железная пята располагала приманками в виде денег, праздности и удовольствий, которые ждали предателей в чудо-городах. Нашей же единственной наградой было чувство удовлетворения от сознания исполненного долга. В остальном воздаянием за верность была вечная опасность, нескончаемые муки и смерть.</p>
     <p>Повторяю, попадались среди нас и слабые люди. И за слабость мы могли отплатить им только смертью. Необходимость заставляла нас карать предателей. По следам каждого обнаруженного изменника мы немедленно направляли от одного до десяти мстителей. Иногда нам не удавалось привести в исполнение приговор над врагом, как это было, например, с Пококами; но в наказании предателей мы не имели права на неудачу. Товарищи по нашему решению под видом перебежчиков проникали в чудо-города и там приводили приговор в исполнение. В конце концов мы стали для предателей такой грозой, что безопаснее было верно служить нам, чем изменять.</p>
     <p>Революция приобрела характер религиозного движения. Мы приносили жертвы на алтарь революции, на алтарь свободы. Нас сжигал ее божественный огонь. Мужчины и женщины отдавали жизни Великому Делу, и новорожденные младенцы посвящались ему, как некогда посвящались богу. Мы поклонялись Человечеству.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
      <p>Ливрейные лакеи</p>
     </title>
     <p>После усмирения фермеров их представителей больше не видели в конгрессе. Всем им было предъявлено обвинение в государственной измене, и места их заняли ставленники Железной пяты. Социалисты оказались теперь в ничтожном меньшинстве; каждый из них понимал, что конец близок. Заседания сената и палаты превратились в фарс, в пустую проформу. Там все еще обсуждались и решались какие-то вопросы, но теперь это нужно было только для того, чтобы придать мандатам олигархов некую видимость законности.</p>
     <p>Эрнест оказался в самой гуще борьбы, когда настал неизбежный конец. В конгрессе обсуждался законопроект о помощи безработным. Кризис прошлого года снизил жизненный уровень пролетарских масс до голодного существования, а охватившие страну неурядицы довершили дело. Миллионы людей нуждались в хлебе, между тем как олигархи и их приспешники не знали, куда девать свои несметные богатства<a l:href="#n_259" type="note">[259]</a>. Для облегчения участи этих бедняков, которых мы называли «обитателями бездны» <a l:href="#n_260" type="note">[260]</a>, социалисты внесли в конгресс законопроект о безработных. Естественно, это не нравилось Железной пяте. Она собиралась на свой лад использовать труд голодных миллионов, и участь нашего проекта была предрешена. Эрнест и его товарищи понимали, что хлопочут напрасно, однако их томила неопределенность положения. Они хотели, чтобы кончилось наконец это напряженное ожидание, и, не видя в своей деятельности никакого проку, считали, что лучше разделаться с постыдным фарсом, в котором им приходилось быть невольными участниками. Никто из них не представлял себе, каков будет конец, — во всяком случае, он превзошел самые худшие их опасения.</p>
     <p>В тот день я сидела на галерее, в местах для публики. Все мы были охвачены ожиданием чего-то ужасного. Угроза носилась в воздухе, мы видели ее воплощение в шеренгах солдат, заполнявших коридоры, и в офицерах, кучками толпившихся у всех выходов. По всему чувствовалось, что олигархи готовят удар. Трибуну занимал Эрнест. Он говорил об ужасах безработицы с таким жаром, как будто и вправду был одержим безумной надеждой тронуть сердца своих слушателей. Но республиканцы и демократы только издевались над ним. В зале стоял невообразимый шум.</p>
     <p>Внезапно Эрнест переменил тон и перешел в открытое наступление.</p>
     <p>— Я знаю, что не в силах убедить вас, — сказал он. — Убедить можно только того, у кого есть ум и сердце, но не вас, бесхребетная, бездушная слякоть! Вы преважно именуете себя демократами и республиканцами. Ложь все это! Нет никаких демократов и нет никаких республиканцев, и прежде всего их нет в этом зале. Вы блюдолизы и сводники, холопы плутократии! Бия себя в грудь, вы разглагольствуете о свободе. Но кто же не видит на ваших плечах багряной ливреи Железной пяты?</p>
     <p>В зале поднялись крики: «Долой!», «К порядку!», и голос Эрнеста потонул в общем реве. Он с презрительной усмешкой ждал, пока шум немного утихнет, потом повел рукой на сидевших в зале и, повернувшись к своим товарищам, сказал:</p>
     <p>— Послушайте, как лают эти раскормленные псы!</p>
     <p>В зале снова воцарился ад. Председатель изо всех сил стучал молотком, вопросительно посматривая на офицеров в проходах. Отовсюду неслись крики: «Измена!», а дюжий бочкообразный депутат от Нью-Йорка, повернувшись к трибуне, орал во всю глотку: «Анархист!» На Эрнеста страшно было смотреть. Каждый его мускул был напряжен, глаза налились кровью. И все же он владел собой и ничем не выдавал душившего его бешенства.</p>
     <p>— Помните! — крикнул он громовым голосом, перекрывшим шум в зале. — Как вы теперь расправляетесь с пролетариатом, так он когда-нибудь расправится с вами.</p>
     <p>Возгласы «Измена!» и «Анархист!» усилились.</p>
     <p>— Я знаю, вы собираетесь провалить наш законопроект, — продолжал Эрнест. — Вам приказано его провалить. А вы еще меня зовете анархистом! Вы, отнявшие власть у народа, вы, бесстыдно щеголяющие в лакейской ливрее, зовете меня анархистом! Я не верю в вечный огонь и кипящую серу преисподней, но иногда я готов пожалеть о своем неверии. В такие минуты, как сейчас, я готов в них верить. Ад должен существовать, потому что ни в каком другом месте вам не воздастся в полной мере за ваши преступления. Нет, пока такие, как вы, не перевелись на свете, вселенной, видимо, не обойтись без адского огня.</p>
     <p>У входа возникло какое-то движение. Эрнест, председатель и все депутаты повернули голову к дверям.</p>
     <p>— Господин председатель, что же вы не зовете ваших солдат? — спросил Эрнест. — Они здесь и только ждут сигнала, чтобы привести в исполнение ваши тайные замыслы.</p>
     <p>— Меня больше беспокоят другие тайные замыслы, — отвечал председатель. — И солдаты здесь для того, чтобы помешать им.</p>
     <p>— Это уж не наши ли козни вы имеете в виду? — издевался Эрнест. — Бомбы или что-нибудь в этом роде?</p>
     <p>При слове «бомбы» атмосфера в зале снова накалилась. Эрнест не мог перекричать весь этот шум и стоял, выжидая. И тут произошло нечто неожиданное. Со своего места на галерее я заметила только вспышку огня. Затем меня оглушил взрыв, и сквозь завесу дыма я увидела, как Эрнест покачнулся и как по всем проходам к трибуне ринулись солдаты. Наши товарищи повскакали с мест, не владея собой от возмущения. Но Эрнест, сделав над собой величайшее усилие, остановил их движением руки.</p>
     <p>— Это провокация! — загремел он. — Спокойствие, вы только себя погубите!</p>
     <p>Он медленно опустился на пол, и подоспевшие солдаты окружили его стеной. Другие солдаты очищали галерею от публики. Поневоле пришлось уйти и мне, и больше я ничего не видела.</p>
     <p>Я объявила, что я жена Эрнеста, в надежде, что буду к нему допущена, но вместо этого меня арестовали. Одновременно был произведен арест всех социалистических депутатов, включая и беднягу Симпсона, он заболел тифом и лежал у себя в гостинице.</p>
     <p>Суд не стал с нами долго возиться. Все приговоры были предрешены заранее. Удивительно, что Эрнесту сохранили жизнь. Это была величайшая ошибка олигархии, и она ей дорого стала. Сказывалось опьянение собственными успехами, в котором пребывали победители. Им и в голову не приходило, что эта горсточка героев способна потрясти их власть до самого основания. Завтра, когда начнется великая революция и весь мир услышит мерный шаг восставших миллионов, олигархия с удивлением увидит, в какую могучую силу превратился скромный отряд героев<a l:href="#n_261" type="note">[261]</a>.</p>
     <p>Как член революционной организации, посвященный во все ее тайные планы и деливший с ней горе и радость, я принадлежу к тем немногим, кто более других может судить, были ли наши депутаты причастны к взрыву в конгрессе. Могу сказать без малейших колебаний, что никто из социалистов, как бывших в этот день в конгрессе, так и не бывших там, не имел к этому делу никакого касательства. Мы не знаем, кто бросил бомбу, но знаем достаточно достоверно, что это сделали не мы.</p>
     <p>С другой стороны, много данных за то, что взрыв был устроен по велению свыше. Пусть это всего лишь предположение, но вот какие серьезнейшие доводы говорят в его пользу. Председатель конгресса был извещен тайной полицией, что депутаты-социалисты собираются перейти к террористическим методам борьбы. Назначен будто бы даже день — тот самый, когда и произошел взрыв. Поэтому в Капитолий были заранее введены войска. Но поскольку мы ничего не знали о предполагающемся взрыве, а власти знали и заблаговременно к нему готовились, и взрыв действительно произошел, естественно заключить, что Железная пята была обо всем осведомлена. Более того, мы, социалисты, утверждаем, что преступление это и совершено было Железной пятой, — она задумала его и привела в исполнение, чтобы потом возложить вину на нас и таким образом способствовать нашей гибели.</p>
     <p>Через председателя палаты весть о готовящемся террористическом акте достигла его коллег, холопов, облаченных в багряную ливрею. Во время выступления Эрнеста все они только и ждали, когда это произойдет. Надо отдать им справедливость, они и в самом деле верили, что социалисты что-то готовят. На процессе многие искренне утверждали, что видели в руках у Эрнеста бомбу и что она преждевременно разорвалась. Разумеется, ничего подобного они не видели, и картину эту нарисовало им разгоряченное воображение.</p>
     <p>На суде Эрнест сказал:</p>
     <p>— Неужели вы не понимаете, что если бы мне понадобилось бросить бомбу, я не удовлетворился бы какой-то хлопушкой. Ведь в ней и пороху-то почти не было. Только что надымила, а ранила одного меня. Посудите сами, что это за бомба, если, разорвавшись у моих ног, она даже меня не убила. Поверьте, если я начну швырять бомбы, это вам дешево не пройдет. Вы не отделаетесь испугом.</p>
     <p>Обвинение, со своей стороны, утверждало, что социалисты просчитались: слабое действие бомбы было для них так же неожиданно, как и преждевременный взрыв, вызванный растерянностью Эрнеста. Последнее, кстати, совпало с показаниями свидетелей, будто бы видевших бомбу в руках Эрнеста.</p>
     <p>Никто из нас не знал, кто бросил бомбу. Эрнест впоследствии рассказывал мне, что за какую-то долю секунды до взрыва он видел и слышал, как бомба ударилась у его ног. То же самое он говорил на суде, но ему, конечно, не поверили. Весь этот инцидент, попросту говоря, «состряпала» Железная пята, желая с нами разделаться, и бороться с ее тайными замыслами было бесполезно.</p>
     <p>По известному речению, нет ничего тайного, что не стало бы явным. Данный случай это опровергает. Прошло девятнадцать лет, а мы, несмотря на все наши старания, так и не обнаружили человека, бросившего в Капитолии бомбу. Это, несомненно, был пособник Железной пяты, но так тщательно законспирированный, что ни один из наших агентов ни разу не наткнулся на его след. И теперь, когда все сроки прошли, остается лишь поставить крест на этой тайне и сдать ее в архив неразрешимых исторических загадок<a l:href="#n_262" type="note">[262]</a>.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
      <p>В горах Сономы</p>
     </title>
     <p>О себе за этот период могу рассказать лишь очень немногое. Полгода меня продержали в тюрьме, не предъявляя никакого обвинения. Я была «на подозрении» — термин, с которым вскоре пришлось познакомиться многим революционерам. Но наша новорожденная тайная агентура уже становилась на ноги. К концу второго месяца моего заключения один из стражей открылся мне в том, что он революционер, близко связанный с нашей организацией; а несколько недель спустя я узнала, что недавно назначенный к нам тюремный врач Джозеф Паркхерст — член одной из боевых групп.</p>
     <p>Так наша организация, незаметно проникая в поры вражеской организации, оплетала ее невидимой паутиной. Сидя в тюрьме, я знала все, что творится во внешнем мире. Да и каждый из депутатов, отбывавших заключение, был связан таким образом с мужественными товарищами, которые скрывались под личиной лакеев Железной пяты. И хотя Эрнеста содержали в военной крепости на Тихоокеанском побережье и нас разделяли три тысячи миль, мы постоянно сносились друг с другом, и наши письма безошибочно находили дорогу через всю страну.</p>
     <p>Социалистическим лидерам в тюрьме и на воле удавалось обсуждать между собой все главнейшие вопросы и таким образом руководить движением. Уже через несколько месяцев появилась возможность кое-кому устроить побег. Но поскольку заключение не совсем отрывало их от организации, решено было временно воздержаться от всяких скороспелых мероприятий. Кроме пятидесяти депутатов, по разным штатам сидело еще триста видных работников. Предполагалось освободить всех разом. Если бы какая-то часть опередила другую, олигархия была бы начеку и это помешало бы побегу остальных. Считалось также, что одновременное освобождение наших узников по всей стране произведет впечатление на пролетариат и это свидетельство нашей моральной силы заставит его поднять голову.</p>
     <p>Было решено, что, отбыв свой срок, я должна скрыться от властей и приготовить для Эрнеста надежное убежище. Но даже скрыться оказалось нелегкой задачей. Как только я вышла на волю, для наблюдения за мной была наряжена целая свора ищеек. Для того, чтобы беспрепятственно пробраться в Калифорнию, надо было прежде всего сбить их со следа. Это создало забавную ситуацию.</p>
     <p>В то время начала действовать паспортная система, подобная той, какая существовала в царской России. О том, чтобы под своим именем пуститься в путь через все штаты, нечего было и думать. Прежде чем помышлять о встрече с Эрнестом, мне надо было исчезнуть, иначе, выследив меня, наши гонители могли бы после его побега добраться до него. С другой стороны, при существующих условиях мне было бы небезопасно пускаться в далекое путешествие под видом простой работницы. Оставалось одно — выдать себя за привилегированную особу из лагеря властителей. Помимо горсточки сверхолигархов, существовали сонмы олигархов помельче, с состоянием в несколько миллионов, вроде мистера Уиксона, — они-то и составляли преданную сверхолигархам когорту. У микроолигархов были, разумеется, жены и дочери, легион влиятельных дам, за одну из которых я и должна была сойти. Несколько лет спустя, при более изощренной паспортной системе, охватившей всех жителей США от мала до велика и регистрировавшей каждое их движение, такая затея была бы уже невозможна.</p>
     <p>Когда все приготовления были закончены, ищейки потеряли мой след: Эвис Эвергард как сквозь землю провалилась. Вместо нее некая мисс Фелиция Ван-Вердиган, в сопровождении двух камеристок, болонки и горничной при болонке<a l:href="#n_263" type="note">[263]</a>, величественно прошествовала в роскошный пульмановский<a l:href="#n_264" type="note">[264]</a> салон-вагон, который уже спустя несколько минут на всех парах умчал ее на запад.</p>
     <p>Под видом свиты богатой дамы я увозила с собой трех революционерок. Две из них были членами боевых групп, третья, Грейс Холбрук, вступила в группу на следующий же год и спустя несколько месяцев была казнена Железной пятой. Это на ней лежала обязанность ухаживать за болонкой. Что же касается прочих моих спутниц, то одна из них, Берта Стоул, двенадцать лет спустя пропала без вести, в то время как Анна Ройлстон и поныне здравствует, и ее роль в революционном движении все растет<a l:href="#n_265" type="note">[265]</a>.</p>
     <p>Без особых приключений в пути добрались мы до Калифорнии. Когда поезд по прибытии в Окленд подошел к дебаркадеру на 16 — й улице, мы благополучно выгрузились на перрон — и владетельной мисс Фелиции Ван-Вердиган, камеристок, болонки и горничной при болонке как не бывало. Прислужниц богатой дамы сразу же встретили и увели надежные товарищи. Другие занялись мной. Через полчаса после моего приезда в Окленд я уже была на борту небольшого рыбачьего баркаса, бороздившего воды залива Сан-Франциско. Дул противный ветер, и мы большую часть ночи пролежали в дрейфе. Но я видела издали огоньки Алькатраса, где Эрнест томился в крепостном каземате, и утешалась тем, что мы так близко друг от друга.</p>
     <p>На рассвете мы на веслах подошли к Мариновым островам и весь день простояли в укрытии, а как только спустилась ночь, за два часа, при попутном ветре, пересекли залив Сан-Пабло и вошли в устье реки Петалумы. Здесь меня ждала лошадь и новый провожатый; ни минуты не медля, мы сели в седла и поскакали при свете звезд.</p>
     <p>На севере перед нами высился мощный хребет Сономы — цель нашего путешествия. Объехав стороной город Соному, мы углубились в ущелье, пролегавшее в отрогах скал. Проезжая дорога сменилась проселком, проселок — козьей тропкой, а затем и она затерялась среди горных пастбищ. Теперь мы поднимались прямиком по круче. Это был самый надежный путь — здесь мы никого не рисковали встретить.</p>
     <p>Заря застала нас уже на северном склоне, и в серых сумерках утра мы сквозь заросли вечнозеленых кустарников спустились в уютную лощину, где густо росли секвойи. Здесь сладко благоухало позднее лето. Это была моя родина — знакомые, милые мне места, отсюда я могла бы взять на себя роль провожатого. Укрытие для Эрнеста было выбрано по моему совету. Уже не прячась, пустились мы через широкую луговину, а там по узкому кряжу, поросшему дубняком, перебрались на другой луг, поменьше. Здесь нам опять предстояло вскарабкаться на горный кряж, на этот раз увенчанный рощей земляничных деревьев, одетых ярко-красной корой, и пурпурных мансанит. Позади вставало солнце. Стайка перепелов, вспорхнув, шарахнулась в сторону и скрылась в лесной чаще. Крупный заяц бесшумно, как олень, перемахнул через дорогу. А вот и сам олень с ветвистыми рогами на мгновение показался на высокой круче, и солнце облило золотом его бока и шею.</p>
     <p>Мы поскакали за ним следом, а потом извилистой тропкой, которой он пренебрег, спустились в рощу секвой, обступивших небольшое озеро, вода которого казалась темной от гальки, усеявшей дно. Здесь мне был знаком каждый кустик. Владельцем этого ранчо был когда-то писатель, мой большой друг. Он также стал революционером, но оказался несчастливее меня, ибо его уже не было в живых, и никто не знал, когда и как он погиб. Ему одному было известно то место, куда мы направили теперь своих коней. Мой друг купил это ранчо, привлеченный его живописным положением, и, к великому негодованию окрестных фермеров, заплатил за него кругленькую сумму. Он любил рассказывать, как, погруженные в нехитрые арифметические выкладки, они с сокрушением качали головой и недоуменно разводили руками, говоря: «Да тут и шести процентов не выколотишь!»</p>
     <p>А теперь, когда он ушел из жизни, даже наследникам его не пришлось попользоваться этим живописным владением. Оно досталось не кому иному, как мистеру Уиксону; с недавних пор он завладел всей обширной территорией по северному и восточному склонам Сономы, от имения Спреклсов до Бенетской долины. Он превратил ее в олений заповедник, и здесь, на пространстве многих тысяч акров, на широком раздолье холмов, долин и ущелий, в почти первобытной глуши разгуливали олени. Все население было согнано с насиженных мест. Калифорнийский приют для слабоумных тоже вынужден был освободить место для оленей — от него камня на камне не оставили.</p>
     <p>Охотничий домик Уиксона находился всего лишь в четверти мили от избранного мной убежища. Я видела в этом не опасность, а скорее некоторое добавочное преимущество: мы будем как бы под крылом одного из микроолигархов — положение как нельзя более выигрышное. Шпионам Железной пяты и в голову не придет искать меня или Эрнеста, когда он ко мне присоединится, в оленьем заповеднике Уиксона.</p>
     <p>Мы привязали лошадей в роще секвой на берегу озера. Из тайника, скрытого гниющим дуплистым стволом, мой спутник извлек на свет множество разнообразных предметов: пятидесятифунтовый мешок муки, консервы, кухонную посуду, одеяла, просмоленный брезент, книги и письменные принадлежности, пятигалонный керосиновый бидон и — самое важное — большой моток крепкой веревки. Припасов было так много, что за ними пришлось возвращаться несколько раз.</p>
     <p>Хорошо еще, что до убежища было рукой подать. Захватив с собой веревку, я пустилась вперед по прогалине, тянувшейся меж двух лесистых холмов и густо заросшей кустарником и диким виноградом. Прогалина вела к обрывистому берегу ручья, который питался родниками и не пересыхал даже в знойное лето. Кругом в живописном беспорядке высились такие же лесистые холмы, — казалось, они были разбросаны здесь по прихоти какого-то титана. В строении этих холмов, достигавших нескольких сот футов высоты, не было каменистого подзема. Они сплошь состояли из вулканической лавы — знаменитого сономского краснозема. Ручеек пробил себе в их склонах глубокое извилистое ложе.</p>
     <p>Мы чуть ли не скатились с крутого склона, а потом шагов сто прошли по руслу ручья. И тут очутились перед широким оврагом, вернее, балкой. Снаружи ничто не указывало на ее существование, да она и не была похожа на обычную балку. Пробравшись через заросли шиповника, вы оказывались на самом ее краю и, выглянув из-за густой завесы зелени, видели под собой такую же колеблющуюся изумрудную завесу. Длина и ширина балки достигала нескольких сот футов, а глубина была вдвое меньше. Возникнув здесь, быть может, по той же прихоти природы, которая раскидала вокруг шапки холмов, она веками подтачивалась и вымывалась протекавшим в ней ручейком. Нигде не проглядывало ни клочка голой земли. Стены были сплошным ковром зелени, где венерины волосы и золотистый папоротник соседствовали с гигантскими секвойями и дугласиями. Много могучих деревьев вырастало прямо из стен. Некоторые нависали под углом в сорок пять градусов, но большинство тянулось вверх, уходя корнями в почти отвесную кручу.</p>
     <p>Трудно было бы сыскать более укромное убежище. Сюда не забирались даже мальчишки из Глен-Эллена. Если бы наша балка находилась в ущелье хотя бы в милю длиной, она была бы известна многим. Но речушка от истока до самого устья насчитывала каких-нибудь пятьсот ярдов. Она брала свое начало из горного источника, отстоявшего от балки на триста ярдов, и уже в сотне ярдов ниже, у подножия холма, выбегала на волю и вливалась в реку, протекавшую по открытой холмистой местности.</p>
     <p>Обвязав веревку вокруг дерева и опоясав меня другим концом, мой спутник стал осторожно спускать меня вниз. Через мгновение я была уже на дне балки. Вскоре тем же путем последовали за мной все вещи и припасы, которые он постепенно приносил из тайника. Когда все было водворено на место, мой спутник втащил веревку наверх, спрятал в надежном месте, крикнул мне на прощание несколько дружеских слов и ушел, оставив меня одну.</p>
     <p>Прежде чем продолжать, скажу несколько слов об этом своем спутнике Джоне Карлсоне, преданном и верном товарище, скромном рядовом великой армии революции. Он служил конюхом у Уиксона и жил тут же неподалеку. На лошадях Уиксона мы и совершили свое путешествие в олений заповедник. В течение последующих двадцати лет Карлсон был сторожем и хранителем нашего убежища, и за все это время, я твердо уверена, ни разу у него не шевельнулась мысль о предательстве. Это был человек слова, и вы могли положиться на него до конца. Внешне он производил впечатление флегматика и увальня, — казалось бы, что может быть у такого медведя общего с революцией? А между тем любовь к свободе ровным, немеркнущим пламенем горела в его сумрачной душе. Отсутствие воображения и неповоротливый ум делали его в нашем кругу в некотором роде незаменимым. Он никогда не терял голову, каждый приказ выполнял молча, без лишних разговоров и вопросов. Однажды я спросила Карлсона, что сделало его революционером.</p>
     <p>— В молодости я служил в солдатах, — рассказал он мне. — Давно это было, еще в Германии. Там все служат, пришлось и мне. Подружился я в полку с одним человеком, моим ровесником. Отец у него агитировал против кайзера — значит, правду народу говорил; ну его, конечно, схватили — и в тюрьму. А этот парень — сын его, значит — все толковал мне про народ, и про труд, и про капиталистов, как они простой народ обирают. Он и обратил меня в свою веру, стал и я социалистом. Очень уж он правильно и хорошо про это говорил, мне на всю жизнь в память врезалось. И как только я сюда приехал, сразу стал социалистов искать. Приняли меня в одну районную организацию, тогда еще была у нас социалистическая рабочая партия, а после раскола перешел я в социалистическую партию. Работал тогда в Сан-Франциско, в извозчичьем дворе, — это еще до землетрясения было. Я двадцать два года членские взносы плачу. И сейчас состою членом и плачу взносы, хотя теперь за это по головке не погладят. И всегда буду платить, что бы там ни было. Хотелось бы мне дожить до народной власти…</p>
     <p>Оставшись одна, я приготовила на керосинке завтрак и занялась приведением в порядок моего нового жилища. Нередко на рассвете или после захода солнца ко мне украдкой приходил Карлсон, и несколько часов мы работали вместе. Сначала я жила под натянутым брезентом. Потом сооружена была палатка. И, наконец, когда мы убедились в своей безопасности. Карлсон приступил к сооружению маленького домика. Сверху, за густым пологом зелени, он был незаметен. Домик мы поставили у отвесной стены балки и в самой земле вырыли, укрепив подпорками стены и потолок, две каморки, сухие и хорошо проветриваемые. О, поверьте, у нас было чудесно! Впоследствии, когда к нам в убежище приехал знаменитый немецкий террорист Биденбах, он соорудил нам дымоуловители, и в холодные зимние вечера обитатели балки могли греться возле уютного камелька.</p>
     <p>Здесь я позволю себе вступиться за честь этого товарища-террориста, человека прекрасной и чистой души, в отношении которого была совершена неслыханная в анналах нашей революции несправедливость. Неверно, будто Биденбах оказался предателем. Неверно, будто с ним, как утверждают, расправились его же товарищи. Это утка, пущенная клевретами Железной пяты. Биденбах был подвержен приступам необычайной рассеянности и забывчивости. По трагическому недоразумению его подстрелили наши же часовые, охранявшие убежище в Кармеле, так как он умудрился позабыть пароль и условные знаки. Чистейшая ложь, будто Биденбах предал свою боевую группу. В его лице мы потеряли одного из лучших и преданнейших революционеров<a l:href="#n_266" type="note">[266]</a>.</p>
     <p>Вот уже девятнадцать лет, как основанное мною убежище служит надежным укрытием для наших товарищей. Оно никогда не пустует и, кроме одного только случая, не было обнаружено никем из врагов. При всем этом оно находится чуть ли не рядом с охотничьим домиком Уиксона и в неполной миле от деревни Глен-Эллен. Каждое утро и вечер я слышала шум приходивших и уходивших поездов и проверяла часы по гудку, доносившемуся ко мне с кирпичного завода<a l:href="#n_267" type="note">[267]</a>.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
      <p>Искусство перевоплощения</p>
     </title>
     <p>«Ты должна перевоплотиться, — писал мне Эрнест. — Пусть Эвис Эвергард исчезнет. Постарайся стать совершенно другим человеком; но чтобы перемена была не только внешней — впитай в себя это новое всеми порами своего существа. Перевоплотись так, чтобы даже я не узнал тебя; измени свой голос, жестикуляцию, движения, мимику, походку — одним словом, преобразись с головы до ног».</p>
     <p>Я послушалась его приказа. Каждый день я часами упражнялась в том, чтобы освободиться от Эвис Эвергард и похоронить ее глубоко-глубоко под личиной другой женщины, которая должна была стать моим новым «я». Такое перевоплощение требует большой и постоянной работы. Например, голос, интонация… Я старалась добиться их окончательного закрепления, чтобы они жили независимо от моего желания. Только такой автоматизм в исполнении заученной роли мог обеспечить полный успех. Надо было настолько войти в роль, чтобы совершенно забыть себя. Это как усвоение чужого языка — скажем, французского. Сначала это для вас сознательный процесс, требующий вмешательства и напряжения воли. Вы думаете по-английски и переводите свои мысли на французский язык или читаете французскую книгу и переводите на английский, чтобы уловить смысл, пока, наконец, после основательной подготовки, вы не начинаете читать, писать, а главное — думать без помощи родного языка.</p>
     <p>То же было и с нашей маскировкой. Приходилось работать над ролью, вживаться в нее так, чтобы вернуться к себе самой было уже трудно, требовало бы внимания и напряжения воли. Сначала, разумеется, все делалось наобум, и немало было путаницы и ошибок. Ведь мы создавали новое искусство, многое надо было впервые найти и многому научиться. Но такие поиски шли повсюду. Появлялись мастера этого нового искусства, накапливался целый арсенал приемов и рецептов, создавалось своего рода неписаное руководство, которое впоследствии вошло в программу обучения каждого новичка в школе революции<a l:href="#n_268" type="note">[268]</a>.</p>
     <p>К этому времени относится исчезновение моего отца. Регулярно приходившие письма внезапно прекратились. В квартиру на Пелл-стрит он давно уже не заходил. Товарищи искали его повсюду. Наши тайные агенты обшарили все тюрьмы в Америке и нигде его не нашли. Он исчез бесследно, словно его поглотила земля, и поныне не обнаружено никаких его следов<a l:href="#n_269" type="note">[269]</a>.</p>
     <p>Шесть долгих месяцев я провела в одиночестве, но это не были месяцы праздности. Наша организация развивалась, и дела было по горло. Эрнест и другие узники, поддерживавшие между собой постоянную связь, руководили работой. Надо было организовать устную пропаганду, работать над улучшением и расширением сети тайной агентуры, создать ряд подпольных типографий, наладить так называемую подпольную железную дорогу, иначе говоря — установить связь между тысячами тайных убежищ и устроить новые там, где их недоставало.</p>
     <p>Словом, работы было уйма. По истечении полугода мое одиночество было нарушено приездом двух товарищей. Это были молодые девушки, самоотверженные и пламенные борцы за свободу: Лора Питерсен, исчезнувшая в 1922 году, и Кэйт Бирс, позднее вышедшая замуж за Дюбуа<a l:href="#n_270" type="note">[270]</a>, Последняя и сейчас с нами; как и все мы, она призывает зарю того дня, который откроет новую эру в жизни человечества.</p>
     <p>Обе девушки были страшно взволнованы. Чего только они не пережили в пути: страх, смятение, близкую опасность — смерть коснулась их своим крылом. Среди экипажа рыбачьего баркаса в заливе Сен-Пабло оказался шпик. Агент олигархии, он втерся в наши ряды под маской революционера и во многое был посвящен. Очевидно, он охотился за мной, — еще раньше доходили слухи, что олигархи крайне озабочены моим бегством. К счастью, он, как потом выяснилось, никому не успел сообщить о своих догадках. Он, видимо, рассчитывал вот-вот открыть мое убежище и добраться до меня и со дня на день откладывал свое донесение. Так оно и умерло вместе с ним. Когда обе путницы высадились в устье Петалумы и пересели на лошадей, он под каким-то предлогом отпросился на берег. Карлсону поведение матроса показалось подозрительным. Проводив девушек на гору и проехав с ними часть пути, он оставил им свою лошадь и вернулся обратно пешком. Каким-то образом ему удалось изловить шпика, а что случилось вслед за этим, пусть лучше расскажет он сам.</p>
     <p>— Убрал я его, — сказал нам Карлсон со свойственной ему краткостью. — Убрал… — Глаза Карлсона мрачно поблескивали, корявые, огрубевшие пальцы сжимались и разжимались. — Он даже и не вскрикнул. Я спрятал его там. Как стемнеет, поеду закопаю поглубже.</p>
     <p>В то время я немало дивилась происшедшей во мне перемене. Вспоминая безмятежные годы моей юности в замкнутом, тихом университетском мирке, я сравнивала их со всей теперешней жизнью революционерки, бестрепетно взирающей на смерть и насилие. Не верилось, чтобы и то и другое было действительностью. Но где же сон и где явь? Быть может, жизнь революционерки, скрывающейся в какой-то норе, — тяжелый кошмар, который рассеется при свете дня? Или же я действительно революционерка, и мне только пригрезились далекие годы, когда я мирно жила в городе Беркли и самыми волнующими событиями моей жизни были танцы и вечера, публичные лекции и споры за чайным столом? Впрочем, мне думается, так чувствовали все, кто сплотился под красными знаменами всемирного братства людей.</p>
     <p>Иногда я вспоминала тех, кого знала в былые годы. Как ни странно, они время от времени возникали на моем горизонте, чтобы тут же исчезнуть без следа. Например, епископ Морхауз. Мы тщетно разыскивали его, когда наша организация окрепла. Его переводили из одного сумасшедшего дома в другой. Стало известно о его временном пребывании в Стоктоне и Санта-Кларе, а потом след его затерялся. Сведений о смерти тоже не было. Видимо, ему удалось бежать. В то время я и представить себе не могла нашей будущей страшной встречи в черные дни разгрома Чикагского восстания.</p>
     <p>Джексона, который лишился руки на сьеррской фабрике, — человека, чья судьба так круто изменила мою судьбу, я больше никогда не встречала. Но сведения о нем мне удалось собрать. Джексон не примкнул к социалистам. Озлобленный своими несчастьями и горькой обидой, он сделался анархистом. Не последователем какой-либо теории, нет: в нем пробудился зверь, обуреваемый ненавистью и жаждущий мести. И он достиг своего. Обманув бдительность стражей, в глухую ночь, когда все уже спали, он взорвал дворец Пертонуэйтов вместе со всеми его обитателями, включая и сторожей. В следственной тюрьме он удавился.</p>
     <p>Зато весьма утешительным образом сложилась судьба доктора Гаммерфилда и доктора Боллингфорда. Оба продолжали верно служить своим хозяевам и дождались щедрой награды. Каждому из них было отведено в качестве резиденции по великолепному епископскому дворцу, где они продолжают жить и поныне, в ладу с миром и собственной совестью. Оба ярые защитники олигархии. Оба страдают ожирением. Эрнест сказал о них однажды: «Доктор Гаммерфилд отлично приспособил свою метафизику и ныне именем божиим благословляет на царство Железную пяту. Будучи поклонником красивости в богослужении, он благополучно свел на нет то „газообразное позвоночное“, о котором говорил Геккель, и в этом его отличие от доктора Боллингфорда. У того бог — один газ и ни намека на позвоночное».</p>
     <p>Питер Донелли, мастер сьеррской фабрики, штрейкбрехер, знакомый мне по делу Джексона, удивил нас всех. В 1918 году в Сан-Франциско мне довелось присутствовать на собрании группы террористов, именовавших себя «Красные из Фриско», самой грозной и беспощадной из всех. Члены этой группы не входили в нашу организацию. Это были фанатики, безумцы. Такие настроения были нам чужды, и мы их не поощряли. Но отношения у нас были вполне добрососедские. В тот вечер меня привело к ним дело большой важности. В доме, где мы собрались, я оказалась единственной женщиной среди двух десятков мужчин, причем все они были в масках. Когда наши переговоры закончились, один из присутствующих вызвался проводить меня к выходу. В темной прихожей он неожиданно остановился, зажег спичку и, поднеся ее к лицу, сбросил маску. Я увидела искаженное от волнения лицо Питера Донелли. Спичка погасла.</p>
     <p>— Я только хотел, чтобы вы меня узнали, — сказал он мне в темноте. — Помните инспектора Даллеса?</p>
     <p>Я сказала, что помню; передо мной встала лисья физиономия инспектора сьеррской фабрики.</p>
     <p>— С ним я свел счеты в первую очередь, — горделиво пояснил Донелли. — Потом уже примкнул к «Красным из Фриско».</p>
     <p>— Как же это вы решились? А ваша жена, дети?</p>
     <p>— У меня никого не осталось. Нет, не думайте, — прибавил он торопливо. — Это я не за них мщу. Они умерли дома, в постели. Всех унесла болезнь, одного за другим. Вот и развязали мне руки. А мщу я за свою искалеченную жизнь. Когда-то меня знали как штрейкбрехера Донелли. А сегодня — сегодня я номер двадцать седьмой в группе «Красные из Фриско»! Ну пойдемте, я выведу вас отсюда.</p>
     <p>Вскоре мне пришлось узнать о нем больше. По-своему Донелли был прав, говоря, что лишился всех своих детей. Однако сын его Тимоти был жив, и отец знать его не хотел, с тех пор как тот поступил в наемные войска<a l:href="#n_271" type="note">[271]</a> Железной пяты.</p>
     <p>В группе «Красные из Фриско» было правило, что каждый ее член должен совершить в год не меньше двенадцати террористических актов. Неудача каралась смертью. Невыполнение установленного минимума обязывало провинившегося к самоубийству. Совершение террористических актов не было оставлено на волю случая. Время от времени эти маньяки собирались и выносили массовые смертные приговоры особо ненавистным олигархам или их прислужникам. Распределение казней между членами группы производилось по жребию.</p>
     <p>Причиной моего прихода к ним послужило следующее обстоятельство. Один из наших товарищей, который под видом духовного лица много лет работал в тайной полиции Железной пяты, был приговорен к смерти «Красными из Фриско». Как раз в тот вечер разбиралось его дело. Сам он, разумеется, на суде не присутствовал, и судьи не знали, что он наш товарищ. Мне было поручено рассеять это недоразумение. Может показаться странным, что мы узнали о планах этой группы, но все объяснялось очень просто. Один из наших тайных агентов входил в это сообщество. Мы обязаны были знать, что происходит не только среди наших врагов, но и среди друзей, и уж эту группу безумцев нам, во всяком случае, нельзя было выпускать из виду.</p>
     <p>Но вернемся к Питеру Донелли и его сыну. Бывший мастер исправно служил своей группе, пока однажды в списке доставшихся ему приговоров не прочел имя Тимоти Донелли. Тут в нем заговорили отцовские чувства. Чтобы спасти сына, он предал своих единомышленников, — правда, не всех, однако человек двенадцать было казнено, и группа оказалась фактически разгромленной. Остальные вынесли предателю смертный приговор.</p>
     <p>Тимоти Донелли ненамного пережил отца. «Красные из Фриско» поклялись предать его смерти. Олигархия делала все для спасения своего агента. Его перебрасывали с места на место. Трое террористов поплатились жизнью за попытку до него добраться. Как я уже говорила, их организация состояла из одних мужчин. С отчаяния они обратились к женщине. Это была не кто иная, как Анна Ройлстон. Наш центр запретил ей всякое вмешательство в это дело, но с Анной нелегко было сладить, — дисциплина у нее всегда хромала. Необычайная одаренность и личное обаяние сделали ее популярной, и ей многое прощали. Трудно было подвести ее под общий ранжир и мерить обычной меркой.</p>
     <p>Несмотря на категорическое запрещение руководства, она взялась за это дело. Надо сказать, что Анна была пленительной женщиной, пользовавшейся успехом у мужчин. Все наши молодые люди были в нее влюблены, и красота ее привела к нам немало новых членов. Но Анна и думать не хотела о замужестве. Она нежно любила детей, но считала, что это не для нее: она посвятила себя целиком нашему делу, а дети и семья стали бы для нее помехой.</p>
     <p>Анне не стоило большого труда повергнуть к своим стопам Тимоти Донелли. Совесть ее при этом оставалась спокойной. Как раз в это время произошла пресловутая нэшивилльская резня: наемники во главе с Донелли перебили восемьсот ткачей. Анне не пришлось самой сводить с ним счеты, она только сдала его с рук на руки членам группы «Фриско» <a l:href="#n_272" type="note">[272]</a>. Это случилось в прошлом году, и с тех пор Анну Ройлстон зовут у нас «Красной девой».</p>
     <p>С полковником Ингрэмом и полковником Ван-Гилбертом, моими старыми знакомыми, мне тоже пришлось еще свидеться.</p>
     <p>Полковник Ингрэм достиг при олигархах высоких должностей и в конце концов был назначен послом в Германию. Его одинаково презирали рабочие обеих стран. Я встретилась с ним в Берлине, куда приезжала как доверенное лицо Железной пяты по делам международного шпионажа. Полковник оказывал мне всяческое содействие. Кстати, в этой двойной роли мне удалось сделать для революции много полезного.</p>
     <p>Полковник Ван-Гилберт получил прозвище «Цепной пес». Он сыграл видную роль в создании нового кодекса законов после Чикагского восстания. Но еще до этого ему был вынесен приговор за его судебную деятельность. Я была среди тех, кто судил и приговорил его к смертной казни. Приговор привела в исполнение все та же Анна Ройлстон.</p>
     <p>И еще одна знакомая тень встает передо мной — Джозеф Герд, адвокатишка Джексона. Меньше всего я могла предполагать, что еще раз встречу этого человека. И какая же это была встреча! Спустя два года после Чикагского восстания мы с Эрнестом заехали в Бентхарборское убежище<a l:href="#n_273" type="note">[273]</a>, на берегу озера Мичиган, против Чикаго. Войдя, мы застали знакомую картину: судили какого-то шпика. После вынесения смертного приговора его вели к выходу, и мы встретились с ним у порога. Завидев меня, несчастный вырвался из рук своих конвоиров, бросился к моим ногам, судорожно обхватил мои колени и стал молить о пощаде. Когда он поднял вверх искаженное страхом лицо, я узнала Джозефа Герда. Мне немало пришлось видеть в жизни тяжелого, но задыхающиеся вопли этого жалкого существа потрясли меня, как ничто другое. В нем говорила вся исступленная жажда жизни. Это была страшная, душераздирающая сцена. Десятки рук оттаскивали его прочь, но он не отпускал меня. Когда же его наконец подхватили и унесли, отбивающегося и кричащего, я без чувств упала на пол. Тяжко взирать на гибель храбрецов, но нет ужасней зрелища, нежели трус, молящий о пощаде.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
      <p>Исчезновение олигарха</p>
     </title>
     <p>Но воспоминания о старой жизни увлекли меня слишком далеко вперед, в новую жизнь. Массовое освобождение наших узников из тюрьмы произошло только в первой половине 1915 года. Сложнейшую операцию по устройству одновременных побегов удалось провести сверх ожидания удачно, и этот большой успех придал нам уверенности и силы для дальнейшей работы. За одну только ночь на пространстве от Кубы до Калифорнии нам удалось освободить из тюрем, крепостей и военных узилищ всех наших депутатов, а также свыше трехсот других видных деятелей. У нас не было ни единого провала. Все узники не только бежали, но и благополучно достигли назначенных им убежищ. И только Артуру Симпсону не удалось увидеть свободу, он скончался в Кабаньясской тюрьме после жестоких пыток.</p>
     <p>Следующие полтора года были для нас с Эрнестом счастливейшей порой нашей жизни. Все это время мы были неразлучны. Впоследствии, когда мы вышли из нашего убежища, нам уже редко выпадало такое счастье. Я ждала в ту ночь Эрнеста с таким же нетерпением, с каким сейчас жду завтрашнего восстания. Мы бог весть как давно не видались, и мысли о возможной задержке, об ошибке, грозящей какими-нибудь осложнениями, доводили меня до безумия. Часы тянулись бесконечно. Я ждала одна. Биденбах и трое молодых товарищей, укрывавшихся в убежище, ушли, вооруженные с головы до ног, в горы встречать Эрнеста. В ту ночь убежища, наверно, пустовали по всей стране.</p>
     <p>Как только небо осветилось первым проблеском зари, раздался условный сигнал. Я ответила. В темноте я чуть не бросилась на шею Биденбаху, спустившемуся вниз первым. Но в следующее мгновение Эрнест уже сжимал меня в своих объятиях. И тут я почувствовала, что только усилием воли могу стать прежней Эвис Эвергард, воскресить ее улыбку, интонации, голос. Я уже не могла оставаться сама собой без постоянного напряжения памяти и воли, так прочно завладело мной новое существо, в которое мне удалось перевоплотиться.</p>
     <p>В уединении нашей маленькой комнатки, при свете керосиновой лампы я хорошенько вгляделась в Эрнеста. Не считая бледности, он почти не изменился. Это был он, мой возлюбленный муж, мой герой. Правда, черты его стали резче и суровее, но это скорее даже шло ему, это придавало отпечаток благородства и утонченности его лицу, дышавшему избытком энергии. В нем чувствовалась новая сосредоточенность, хотя в глазах по-прежнему поблескивали искорки смеха. Он потерял двадцать фунтов в весе, однако чувствовал себя превосходно. Усиленные занятия гимнастикой укрепили его мускулы, и они были как стальные. Он, пожалуй, казался даже здоровее, чем до тюрьмы.</p>
     <p>Прошло много часов, прежде чем Эрнест согласился лечь отдохнуть. Я же, взволнованная и счастливая, и думать не могла о сне. Мне ведь не пришлось бежать из тюрьмы и долгие часы скакать на коне.</p>
     <p>Пока Эрнест спал, я переоделась и изменила прическу, готовясь снова вернуться к той роли, которая стала моим вторым «я». Как только Биденбах и наша молодежь проснулись, мы составили против Эрнеста маленький заговор. Мы обо всем уговорились и сидели в кухне, служившей нам и столовой, когда дверь отворилась и вошел мой муж. Биденбах, как было условлено, обратился ко мне с каким-то вопросом, называя меня Мери, и я ответила ему, в то же время поглядывая на Эрнеста с интересом, естественным для молодой особы, впервые увидевшей перед собой такую знаменитость. Эрнест бегло взглянул на меня и нетерпеливо огляделся. Я была представлена ему как Мери Холмс.</p>
     <p>На стол был поставлен лишний прибор, и когда все расселись по местам, один стул оказался свободен. Увидев, что мой муж недоволен и еле сдерживает нетерпение, я готова была закричать от радости. Наконец Эрнест не выдержал.</p>
     <p>— Где моя жена? — спросил он напрямик.</p>
     <p>— Спит еще, — отозвалась я.</p>
     <p>Это была критическая минута, но я говорила измененным голосом, и Эрнест меня не узнал. Завтрак продолжался. Я болтала без умолку, изображая из себя экспансивную молодую особу, увлекающуюся знаменитостями и не стесняющуюся навязывать им свое поклонение.</p>
     <p>Наконец, как бы не в силах совладать со своими чувствами, я вскочила с места, обняла Эрнеста и чмокнула его в губы. Надо было видеть при этом моего мужа. Опасливо отодвинув меня на расстояние вытянутой руки, он оглядывался по сторонам с видом величайшего недовольства и недоумения. Наши мужчины не выдержали и покатились со смеху. Начались объяснения, но Эрнест не сразу им поверил. Он долго всматривался и то узнавал, то окончательно отказывался узнать меня. И только когда я стала прежней Эвис Эвергард и принялась нашептывать ему на ухо ласковые прозвища, которые знали на всем свете только я да он, Эрнест согласился признать меня своей милой женушкой.</p>
     <p>Забавно, что в этот день он все как-то меня дичился и наконец, решившись обнять, признался с великим смущением, что чувствует себя чем-то вроде двоеженца.</p>
     <p>— Ты для меня теперь и Эвис и какая-то еще неведомая мне женщина, — говорил он смеясь. — Выходит, что у меня не одна, а две жены, — можно сказать, целый гарем. Что ж, тем лучше. Если придется удирать из штатов, запишемся с тобой в турецкое подданство. Мы теперь для турок самая подходящая компания<a l:href="#n_274" type="note">[274]</a>.</p>
     <p>Для меня началась пора безоблачного счастья. Правда, работа отнимала целые дни, но это были дни, прожитые вместе с Эрнестом. Полтора года мы безраздельно принадлежали друг другу, не зная к тому же тягостного уединения, видя перед собой все новых и новых людей, рядовых революционеров и знаменитых деятелей, наблюдая причудливую перекличку голосов со всех участков фронта, слушая рассказы о еще более причудливых событиях — из мира революции и подпольной войны. Немало было даровано нам смеха и веселья. Мы были не сумрачными заговорщиками, отчужденными от мира. Нам выпало на долю много работать и много страдать и, сменяя павших в бою товарищей, неуклонно идти вперед, но и труд, и борьба, и жизнь в непосредственной близости от смерти таили для нас немало светлых минут беспечного смеха и любви. К нам приезжали художники, ученые, музыканты и поэты. И в нашей балке мы наслаждались культурой, куда более утонченной и высокой, чем та, которой кичились олигархи в своих пышных хоромах и чудо-городах. Кстати, многие из приезжавших к нам участвовали в созидании всего этого великолепия<a l:href="#n_275" type="note">[275]</a>.</p>
     <p>Мы не сидели взаперти. Часто по вечерам вся наша ватага отправлялась в горы на уиксоновских скакунах. Знал бы их владелец, сколько революционеров мчалось на спинах его лошадей! Мы даже отваживались устраивать пикники в уединенных местах и, выехав до рассвета, возвращались домой поздно вечером. К нашим услугам были уиксоновские сливки и масло<a l:href="#n_276" type="note">[276]</a>. Эрнест не отказывал себе в удовольствии пострелять уиксоновских зайцев и перепелов, а при случае не гнушался и молодым оленем.</p>
     <p>Мы чувствовали себя в полной безопасности. Как уже упоминалось, только однажды к нам в убежище вторгся посторонний. Кстати, мой рассказ об этом впервые прольет свет на таинственное исчезновение молодого Уиксона, наделавшее в свое время столько шума. Теперь, когда его уже нет в живых, запрет с этой тайны может быть снят.</p>
     <p>В нашей балке было одно местечко, куда несколько часов в течение дня падали солнечные лучи. Мы натаскали туда речного гравия и устроили нечто вроде пляжика, где можно было полежать и погреться. Как-то я прикорнула здесь с томиком Менденхолла<a l:href="#n_277" type="note">[277]</a> и незаметно задремала. Мне было так уютно и спокойно на моем ложе, что даже пламенные строфы этого вдохновенного поэта не могли развеять мою дремоту.</p>
     <p>Разбудил меня ком земли, упавший мне на ноги. Очнувшись, я услыхала, что кто-то спускается вниз. Минута — и какой-то юноша, съехав с отвесной кручи, очутился передо мной. Это был молодой Филипп Уиксон — тогда я, конечно, этого не знала. Увидев меня, он не растерялся и только присвистнул от удивления.</p>
     <p>— Однако, — пробормотал он и, сняв шляпу, вежливо добавил: — Простите, я не рассчитывал кого-нибудь здесь найти.</p>
     <p>Я не так спокойно, как он, отнеслась к этой встрече. Мой опыт конспиратора был еще невелик, и я легко терялась в трудных обстоятельствах. Позднее, в присвоенной мне роли международной шпионки, я, разумеется, не ударила бы в грязь лицом. Но тут я сразу вскочила и выкрикнула условный сигнал, предупреждающий об опасности.</p>
     <p>— Что это значит? — Уиксон посмотрел на меня испытующе. Видно было, что, спускаясь, он и не подозревал о нашем существовании, и я свободно вздохнула.</p>
     <p>— А вы как полагаете? — спросила я в ответ. Находчивостью я, как видите, не отличалась.</p>
     <p>— Кто вас знает, — пробурчал он, покачивая головой. — Может, у вас тут сообщники. Но придется вам ответить за это. Мне эта история определенно не нравится. Вы забрались в чужие владения. Это поместье моего отца и…</p>
     <p>В эту минуту голос Биденбаха, как всегда вежливый и спокойный, негромко произнес за его спиной:</p>
     <p>— Руки вверх, молодой человек!</p>
     <p>Уиксон послушно поднял руки и повернулся к Биденбаху, который направил на него в упор тяжелый маузер.</p>
     <p>Уиксон был не робкого десятка.</p>
     <p>— Ого! — сказал он. — Да вас тут шайка революционеров. Осиное гнездо, как я погляжу. Ну, долго вы здесь не засидитесь, смею вас уверить.</p>
     <p>— Как бы вам, молодой человек, не пришлось здесь засидеться, — спокойно возразил Биденбах. — А пока прошу вас следовать за мной.</p>
     <p>— Это куда же еще? — удивился Уиксон. — Что у вас тут, катакомбы? Мне приходилось слышать о таких вещах…</p>
     <p>— А вот пойдемте, увидите, — сказал Биденбах.</p>
     <p>— Вы не имеете права… — вскипел пленник.</p>
     <p>— С вашей точки зрения, — многозначительно возразил террорист. — А с нашей — имеем. Придется вам привыкнуть к тому, что здесь на все смотрят иначе, чем в мире насилия и жестокости, где вы жили до сих пор.</p>
     <p>— Ну, это спорный вопрос, — пробормотал Уиксон.</p>
     <p>— Вот мы и поспорим с вами, время у нас найдется.</p>
     <p>Молодой человек рассмеялся и последовал за своим конвоиром в дом. Мы оставили его под наблюдением в одной из маленьких комнат, а сами собрались в кухне для совещания.</p>
     <p>Биденбах со слезами на глазах заявил, что молодого Уиксона придется убрать, и был очень рад, когда мы большинством голосов провалили это жестокое предложение. С другой стороны, отпустить молодого олигарха на все четыре стороны мы тоже не могли.</p>
     <p>— Давайте оставим малого у себя и займемся его воспитанием, — предложил Эрнест.</p>
     <p>— В таком случае, с вашего разрешения, я хотел бы стать его наставником в вопросах юриспруденции, — воскликнул Биденбах.</p>
     <p>Так, смеясь, мы и приняли это решение. Филипп Уиксон должен был остаться у нас для прохождения курса социологии и социалистической морали. А между тем нас ждала другая, более неотложная задача: надо было уничтожить следы неудачного путешествия молодого олигарха на дно балки — одна стена была сильно изрыта обвалом. Эта работа досталась Биденбаху. Обвязавшись веревкой, он целый день ровнял и выглаживал почву скребком. Так же тщательно были уничтожены все следы, ведущие к нам по тропинке. И, наконец, явился Карлсон и потребовал у нас башмаки Уиксона.</p>
     <p>Молодой олигарх не пожелал разуваться и чуть было в драку не полез, но при ближайшем знакомстве с железными пальцами Эрнеста — пальцами кузнеца — сменил гнев на милость. Карлсон натер на ногах волдыри и содрал себе кожу тесной обувью своего молодого хозяина, но зато поработал на славу. Шагая в башмаках Уиксона от того места, где обрывались следы, он свернул налево и, то обходя холмы, то поднимаясь на кручи и спускаясь в лощины, прошел несколько миль, пока не скрыл следы в водах бурного ручья. Здесь он снял башмаки и большую часть обратного пути проделал босиком. Только неделю спустя мы вернули Уиксону его башмаки.</p>
     <p>К вечеру в парке были спущены собаки-ищейки, и нам уже не пришлось спать в эту ночь. На следующий день собаки то и дело рыскали по нашему ущелью, но, сбитые с толку следами Карлсона, убегали влево, и лай их постепенно удалялся и замирал высоко в горах. Все это время наши мужчины стояли наготове в полном вооружении, с револьверами и винтовками; нечего и говорить, что мобилизованы были все адские машины, изготовленные Биденбахом. Можно себе представить, как изумился бы спасательный отряд, если бы он все-таки попал в нашу пещеру.</p>
     <p>Я рассказала здесь о подлинных обстоятельствах исчезновения Филиппа Уиксона, некогда принадлежавшего к классу олигархов, впоследствии верного сына революции, потому что мы в конце концов перевоспитали его. Это был юноша с восприимчивым, гибким умом и неиспорченной душой. Несколько месяцев спустя, сев на лошадей из конюшни его отца, мы вместе с ним перевалили через Соному и спустились к устью Петалумы, где нас принял на борт небольшой рыбачий баркас. С величайшими предосторожностями переезжая с одной стоянки на другую, мы перебрались в Кармел, в тамошнее убежище.</p>
     <p>Здесь Уиксон прожил с нами еще восемь месяцев, а потом и сам не захотел с нами расстаться. На это у него были две причины. Во-первых, он, как и следовало ожидать, влюбился в Анну Ройлстон; во-вторых, стал социалистом. И только окончательно удостоверясь в безнадежности своей любви, он исполнил наше желание и вернулся в отчий дом.</p>
     <p>Продолжая считаться для внешнего мира олигархом, Филипп Уиксон на самом деле был одним из ценнейших наших агентов во вражеском лагере. Недаром олигархи так часто становились в тупик перед неожиданным крушением своих замыслов и планов. Если бы они знали, как велико число наших сторонников в их рядах, им не пришлось бы удивляться. Всю свою жизнь Филипп Уиксон был свято верен великому делу революции. Эта преданность стоила ему жизни. В 1927 году, во время ужаснейшей бури, он отправился на собрание социалистических руководителей, простудился и заболел воспалением легких, которое и свело его в могилу<a l:href="#n_278" type="note">[278]</a>.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
      <p>Ревущий зверь из бездны</p>
     </title>
     <p>За время долгого пребывания в убежище мы не отрывались от внешнего мира и достаточно ясно представляли себе всю мощь режима, с которым находились в состоянии войны. Кончился период ломки и перехода на новые рельсы, и теперь, оформившись и окрепнув, новые учреждения Железной пяты приобрели все признаки устойчивости и постоянства. Олигархии удалось создать всеобъемлющий, разветвленный государственный аппарат, и машина эта исправно работала, несмотря на все наши попытки затормозить, нарушить ее ход.</p>
     <p>Для многих наших товарищей это было полнейшей неожиданностью. Они не представляли себе такой возможности. И тем не менее жизнь в стране шла своим чередом. Люди продолжали трудиться на полях и в недрах земли. Но теперь они были рабами. Ведущие отрасли промышленности процветали. Рабочие, члены привилегированной касты, жили припеваючи, усердно трудились. Впервые после неурядиц промышленной войны они вкусили мир. Кончился вечный страх перед безработицей, кончились стачки, локауты, гонения на профсоюзы. Они жили в удобных домах, в специально для них построенных уютных поселках, которые казались им сущим раем по сравнению с трущобами и грязными гетто, где они раньше ютились. Теперь они лучше питались, меньше работали, чаще отдыхали, в их обиходе появились новые интересы и развлечения. О своих братьях и сестрах, гонимых париях, злосчастных обитателях бездны, они и думать забыли. В человеческом обществе начиналась новая эра — эра эгоизма. И все же это было верно лишь до известной степени. Рабочие касты были густо прослоены нашими сторонниками, людьми, для которых шкурнические интересы не заслоняли идеалов свободы и братства.</p>
     <p>Другим важным учреждением, принявшим устойчивую форму и работавшим без заминки, была армия наемников. Она возникла из старой регулярной армии и насчитывала миллион солдат, помимо колониальных войск. Наемники были особым сословием. Они жили в специально отведенных им городах, которыми сами управляли, и пользовались множеством других привилегий. Немалая доля чудовищных прибылей Железной пяты уходила на их содержание. Утрачивая постепенно всякую связь с народом, они вырабатывали свое классовое самосознание, свою классовую мораль. Но и среди них было множество наших приверженцев<a l:href="#n_279" type="note">[279]</a>.</p>
     <p>Надо сказать, что и олигархи прошли некий путь развития, столь же примечательный, сколь и неожиданный. Они создали у себя жесткую классовую дисциплину. У всех у них были общественные обязанности, которые строго выполнялись. Вывелась порода богатых бездельников. Каждый олигарх по мере своих сил содействовал укреплению объединенной мощи олигархии. Они занимали командные посты в армии и промышленности, овладевали техническими знаниями и становились дельными, а подчас и выдающимися инженерами. Они заполняли многочисленные государственные должности, служили в колониях, десятками тысяч работали в тайной полиции. Их в обязательном порядке обучали богословию, естествознанию и другим наукам, прививали им вкус к литературе и искусствам. И во всех этих областях они выполняли важнейшую для себя задачу — внушать всей нации идеи, способствующие увековечению олигархии.</p>
     <p>Их учили, а впоследствии и сами они учили, что правда и добро на их стороне. С детства им прививали аристократические представления о своей классовой исключительности, они всасывали их с молоком матери. Олигархи смотрели на себя как на укротителей зверей, как на пастырей человеческого стада. Подземные толчки народного возмущения сотрясали почву под их ногами. Призрак насильственной смерти гнался за ними по пятам. Бомбы, ножи и пули были для них клыками и когтями ревущего зверя из бездны, которого необходимо укротить для спасения человечества. Они и полагали себя спасителями человечества, самоотверженно ведущими его к высокой цели.</p>
     <p>Они считали себя как класс единственными носителями цивилизации. Они верили, что стоит им ослабить узду, как их поглотит разверстая слюнявая пасть первобытного зверя, а вместе с ними погибнет вся красота, и радость, и благо жизни. Без них водворится анархия и человек вернется в первобытную ночь, из которой он с таким трудом выбрался. С детских лет их пугали этой картиной грядущей анархии, и, одержимые страхом, они и сами пугали ею своих детей: вот зверь, которому должно наступить на загривок, и высшая миссия аристократии в том, чтобы держать его под пятой. Только они, по их представлениям, ценой неустанных трудов и жертв способны были защитить род людской от всепожирающего зверя; и они верили этому, верили непоколебимо.</p>
     <p>О присущей классу олигархов уверенности в своей правоте надо очень и очень помнить. В этом-то и сила Железной пяты, чего некоторые наши товарищи не пожелали или не сумели увидеть. Многие усматривали силу Железной пяты в ее системе подкупа и наказаний. Но это ошибка. Небо и ад могут быть решающими стимулами в религиозном рвении фанатиков; для огромного же большинства верующих небо и ад — лишь производные их представлений о добре и зле. Любовь к добру, стремление к добру, неприятие лжи и зла — короче говоря, служение добру и правде всеми делами и помыслами — вот движущий стимул всякой религии. Нечто подобное видим мы и на примере олигархии. Тюрьмы, изгнание и поношение, почести, дворцы и чудо-города — в их системе лишь производное. Основная сила олигархов — уверенность в своей правоте. Разумеется, существуют исключения; ясно также, что власть Железной пяты основана на угнетении и лжи. Все это так. Но для нас важно то, что ныне сила Железной пяты заключается в самодовольном утверждении собственной правоты<a l:href="#n_280" type="note">[280]</a>.</p>
     <p>Но разве революция за последние страшные двадцать лет не черпала силы единственно лишь в сознании своей правоты? Чем иначе объясните вы наш нескончаемый мартиролог! Разве не этой верой проникнут подвиг Рудольфа Менденхолла, погибшего за революцию и посвятившего ей свою лебединую песнь? Разве не она побудила Гулберта предпочесть предательству смерть под пыткой? Не она ли заставила Анну Ройлстон отказаться от радостей материнства? Не она ли подвигла Джона Карлсона на его верное, бескорыстное служение скромным сторожем при глен-алленском убежище? Да и к кому бы вы ни обратились из тех, кто предан революции, будь то юноша или старик, женщина или мужчина, мудрец или невежда, вождь или скромный рядовой, — все они воодушевлены одной только силой — возвышенным, неугасимым стремлением к истине и добру.</p>
     <p>Однако я отклонилась от своего рассказа. Мы с Эрнестом еще до выхода из подполья понимали, в чем заключается сила Железной пяты. С одной стороны, рабочие касты, наемники, полчища тайных агентов, полиция всех видов и оттенков — все это преданно служило Железной пяте; об утерянной свободе они не горевали, и жилось им в общем лучше, чем раньше. С другой стороны, огромнейшие массы населения — обитатели бездны — все больше погружались в скотскую апатию смирения и безнадежности. Когда среди них появлялись сильные натуры, выделявшиеся из общей массы, олигархи переманивали их и включали в ряды привилегированных рабочих или наемников. Так заранее приглушался всякий протест, и пролетариат терял тех, кто мог стать его вождями.</p>
     <p>Положение обитателей бездны было крайне тяжелым. Обязательное школьное обучение на них не распространялось. Они жили, как скот, в обширных грязных рабочих гетто, обреченные на нищету и вырождение. Все их старинные привилегии были у них отняты. Труд стал для них рабской повинностью. Они лишены были права выбирать себе работу, свободно передвигаться по стране, хранить или носить оружие. Если фермеры превратились в невольников, прикрепленных к земле, то рабочие прикреплялись к машинам, к производству. Когда в наемной силе появлялась особая надобность, как это бывает при строительстве шоссейных дорог и авиационных линий, каналов, туннелей, метро и военных укреплений, в рабочих гетто производили насильственный набор, и десятки тысяч пролетариев — хочешь не хочешь — следовали к месту назначения. Вот и сейчас целые армии согнаны на строительство Ардиса. Их разместили в общих бараках, где семейная жизнь невозможна, где быстро отмирает всякое представление о приличии и царят скотские нравы. Поистине, в рабочих гетто притаился ревущий зверь из бездны — зверь, которого олигархи так страшатся. Но они сами его создали, сами разбудили и поддерживают в нем инстинкты тигра и обезьяны.</p>
     <p>Ныне объявлено, что предстоит новый набор для строительства Эсгарда — чудо-города, который должен намного превзойти Ардис, когда последний будет окончательно завершен<a l:href="#n_281" type="note">[281]</a>. Мы, революционеры, намерены продолжать это строительство, но оно будет выполняться не руками угрюмых, измученных рабов. Стены, башни и колонны прекрасного города вознесутся ввысь под звуки радостных песен, и его блеск и красота будут напоминать не о стонах и проклятиях, а о музыке и веселии.</p>
     <p>Эрнест рвался в широкий мир, чтобы принять участие в подготовке нашего злополучного Первого восстания, которое было впоследствии разгромлено в Чикаго. Приготовления к нему шли полным ходом. Однако Эрнесту пришлось вооружиться терпением, и пока Хедли, специально для этой цели привезенный из штата Иллинойс, производил над ним свои манипуляции, долженствовавшие превратить его в другого человека<a l:href="#n_282" type="note">[282]</a>, Эрнест на тот случай, если восстание закончится неудачей, вынашивал грандиозные планы пропаганды революционных идей среди сознательных рабочих, а также планы распространения среди обитателей бездны хотя бы начатков образования.</p>
     <p>Только в январе 1917 года удалось нам оставить убежище. Друзья заранее обеспечили мне и Эрнесту возможность легального существования. Мы были зачислены на службу к Железной пяте в качестве тайных агентов. Я считалась сестрой Эрнеста. Товарищи, занимавшие влиятельные посты среди олигархов, достали нам необходимые бумаги. С помощью властей предержащих сделать это было нетрудно, ибо в зыбком, двойственном мире разведки человек становился неуловимой тенью. Тайные агенты появлялись и исчезали, подобно призракам: они выполняли свои обязанности, повиновались распоряжениям, выслеживали, выпытывали и отчитывались перед начальством, хотя никогда, быть может, в глаза его не видели, и сотрудничали с другими агентами, которых видели, быть может, первый и последний раз.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
      <p>Чикагское восстание</p>
     </title>
     <p>Работа провокаторов была связана с разъездами. Кроме того, по своему характеру она требовала постоянного общения с революционерами и рабочими. Это позволяло нам находиться одновременно в двух лагерях и, числясь агентами Железной пяты, отдавать все силы служению революции. Так было не только с нами. Чуть ли не повсюду в тайной полиции Железной пяты сидели наши люди, и никакими перетрясками и перестройками нельзя было окончательно от нас избавиться.</p>
     <p>Первое восстание, назначенное на весну 1918 года, было задумано Эрнестом чрезвычайно широко. Осенью 1917 года подготовка была в самом разгаре. Многое еще оставалось сделать, и начать восстание до срока — значило бы обречь его на неудачу. Наши планы, естественно, отличались большой сложностью, и всякая поспешность могла оказаться для нас роковой. Это понимали и олигархи, и сообразно с этим они и действовали.</p>
     <p>Мы рассчитывали первым ударом поразить нервные центры противника. После всеобщей забастовки Железная пята не доверяла телеграфу, и по всей стране были возведены станции беспроволочного телеграфа, порученные охране наемников. Мы со своей стороны парировали этот ход. По данному сигналу самые надежные товарищи в городах, поселках и казармах, а также в многочисленных убежищах должны были начать революционные действия повсеместным взрывом станций беспроволочного телеграфа. Этим мы надеялись сковать Железную пяту, обречь ее на вынужденное бездействие.</p>
     <p>В это же время другие группы должны были приступить к взрыву туннелей и мостов и разбору рельсовых путей, чтобы привести в расстройство всю железнодорожную сеть. По тому же сигналу должны были начаться аресты офицеров наемных войск и полиции, а также видных деятелей олигархии и их прислужников. Этим мы рассчитывали обезглавить противника в боях, которые должны были разгореться по всей стране.</p>
     <p>Многое должно было произойти по тому же сигналу. Канадские и мексиканские патриоты, чьи силы, кстати сказать, недооценивались Железной пятой, должны были то же самое проделать у себя. Предполагалось, что часть товарищей (женщины по преимуществу, у мужчин найдутся другие задачи) займется расклейкой прокламаций, заготовленных в подпольных типографиях. Наши агенты, занимающие высокие посты в аппарате Железной пяты, посеют анархию и беспорядок в своих ведомствах. Засланные в ряды наемной армии тысячи социалистов взорвут склады боеприпасов и дезорганизуют военную машину. Беспорядок и анархия перебросятся и на города наемников и рабочих каст.</p>
     <p>Словом, олигархию ждал внезапный и ошеломляющий удар. Предполагалось, что он окажет такое действие, от которого она уже не опомнится. Разумеется, предстояли бедствия и лишения; мы знали, что будет пролито много крови. Но может ли это остановить революционеров! В своих планах мы отводили место и стихийному восстанию обитателей бездны: пусть гнев их обрушится на города и дворцы олигархов. Не беда, если это приведет к человеческим жертвам и уничтожению ценного имущества! Пусть ярится зверь из бездны, и пусть свирепствуют полицейские и наемники. Зверь из бездны все равно будет яриться, полицейские и наемники все равно будут свирепствовать. И те и другие опасны для революции, лучше им обратиться друг против друга. А мы тем временем займемся своим делом — захватом и освоением государственной машины.</p>
     <p>Таков был план, тайно разработанный во всех деталях и по мере приближения срока сообщаемый все большему числу участников. Мы понимали, насколько расширение круга посвященных для нас опасно. На самом деле опасность угрожала нам с другой стороны. Через свою сеть подосланных шпионов Железная пята узнала о готовящемся восстании, и нам решили преподать еще один кровавый урок. Местом расправы был избран Чикаго, и урок мы получили основательный.</p>
     <p>Из американских городов Чикаго<a l:href="#n_283" type="note">[283]</a> наиболее созрел для революции. Если его и раньше именовали «городом на крови», то теперь ему вновь предстояло заслужить это название. В жителях Чикаго сильна революционная закваска. Здесь было подавлено столько забастовок, что пролетариат не мог этого ни забыть, ни простить. Даже рабочие касты Чикаго еще не растеряли революционных традиций. Слишком много было пролито крови и разнесено черепов во время последних забастовок. Как ни изменились к лучшему условия их жизни, ненависть к господствующему классу все еще тлела в их сердцах. Духом возмущения были охвачены даже наемники. Три полка в полном составе ждали только сигнала, чтобы перейти на нашу сторону.</p>
     <p>Чикаго всегда был горнилом революции, полем битвы между трудом и капиталом. Это был город уличных боев, где насильственная смерть была частой гостьей, где классово сознательным организациям капиталистов противостояли классово сознательные организации рабочих, где даже школьные учителя были давно объединены в профсоюзы и наравне с малярами и каменщиками входили в Американскую федерацию труда. И вот Чикаго стал ареной преждевременно разразившегося восстания.</p>
     <p>Беспорядки были спровоцированы Железной пятой. Тут действовал хитрый расчет. С некоторых пор олигархи стали вести себя с населением вызывающе, не делая исключения даже для привилегированных рабочих каст. Обещания и соглашения открыто нарушались, за ничтожные провинности налагались суровые взыскания. Все усилия были направлены на то, чтобы раздразнить зверя из бездны, вывести его из обычного состояния апатии. Железной пяте явно не терпелось услышать его рев. А о мерах для охраны города почему-то забывали, — в этом отношении Железная пята стала вдруг проявлять несвойственное ей легкомыслие. Среди наемников заметно упала дисциплина, и много полков было выведено из Чикаго и отправлено на новые квартиры во все концы страны.</p>
     <p>Вся эта программа была выполнена за короткий срок — всего несколько недель. До нас, революционеров, доходили кое-какие слухи, ничего толком не объяснявшие. Мы видели в чикагских неурядицах скорее проявление стихийного протеста, который до поры до времени следовало придержать. Никому и в голову не приходило, что кто-то втихомолку разжигает эти настроения в городе, — все делалось в строжайшей тайне и по указанию таких высоких инстанций, что к нам не просочилось ни единого намека. Словом, встречный маневр Железной пяты был умело подготовлен и умело выполнен.</p>
     <p>Я находилась в Нью-Йорке, когда получила приказ немедленно выезжать в Чикаго. Человек, говоривший со мной, — я не знаю его имени и не видела его лица, — судя по голосу и тону, был олигархом. Приказ был настолько ясен, что не оставлял места ни для каких сомнений: наш заговор раскрыт, и под нас подводится контрмина. Остается лишь поднести запал, — целая армия агентов Железной пяты, как местных, так и присланных издалека, вкупе со мной должна заняться этим и произвести взрыв. Смею думать, что под испытующим взором олигарха я ничем себя не выдала, а между тем сердце у меня готово было выскочить из груди. Я еле удерживалась, чтобы не броситься на этого сатрапа и не вцепиться ему в горло, пока он хладнокровно отдавал мне свои напутственные распоряжения.</p>
     <p>Оказавшись, наконец, одна, я рассчитала время. До отхода поезда у меня оставались буквально минуты, чтобы повидаться, если посчастливится, с кем-нибудь из здешних лидеров. Убедившись, что за мной не следят, я помчалась в больницу неотложной помощи. По счастью, главный врач Гелвин оказался на месте и немедленно меня принял. Я только что начала, задыхаясь, свой рассказ, как он прервал меня.</p>
     <p>— Знаю, — сказал он спокойно, хотя в его выразительных глазах ирландца вспыхивали молнии. — И догадываюсь, зачем вы пришли. Мне рассказали все четверть часа назад, и я уже доложил кому следует. Всеми силами постараемся хоть здесь удержать товарищей от выступления. Чикаго придется пожертвовать. Хорошо еще, если дело обойдется одним Чикаго.</p>
     <p>— А вы пробовали телеграфировать? — спросила я.</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Всякая связь прервана. Город полностью отрезан. Там будет ад кромешный…</p>
     <p>Он замолчал, его тонкие белые пальцы судорожно сжимались и разжимались.</p>
     <p>— Клянусь жизнью, я дорого бы дал, чтобы быть там! — вырвалось у него со вздохом.</p>
     <p>— А может, не поздно и еще удастся что-то сделать? — сказала я. — Если с поездом ничего не случится, я могу оказаться там вовремя. А нет, так подоспеет другой товарищ, посланный за тем же…</p>
     <p>— Как же вы все прозевали это? — укоризненно спросил Гелвин.</p>
     <p>Я опустила голову.</p>
     <p>— Все держалось в строжайшем секрете, — виновато сказала я. — До сегодняшнего дня знали только наверху, а у нас там еще нет никого, вот и прохлопали. Конечно, если бы Эрнест был здесь… Впрочем, возможно, он в Чикаго, и тогда все будет в порядке.</p>
     <p>Доктор Гелвин с сомнением покачал головой.</p>
     <p>— Насколько я слышал, его услали не то в Бостон, не то в Нью-Хэвен. Секретная служба, как я понимаю, страшно связывает его. Но это все же лучше, чем торчать в убежище.</p>
     <p>Я заторопилась, и Гелвин крепко пожал мне руку на прощание.</p>
     <p>— Не падайте духом, — напутствовал он меня, — если наше восстание и кончится неудачей. После первого будет второе. И уж в следующий раз мы не ошибемся. Прощайте, желаю удачи. Кто знает, придется ли нам еще свидеться. Там будет ад кромешный. Но я отдал бы десять лет жизни, чтобы оказаться на вашем месте.</p>
     <p>«Двадцатый век» <a l:href="#n_284" type="note">[284]</a> отходил из Нью-Йорка в шесть часов вечера и прибывал в Чикаго на другой день в семь утра. Но в эту ночь он запаздывал. Перед нами все время шел какой-то состав. Моим соседом в пульмановском вагоне оказался товарищ Хартмен, работавший в разведке Железной пяты на одном со мной положении. Он и рассказал мне о поезде, идущем впереди. Это был такой же состав, как у нас, но он шел порожняком, без пассажиров. Очевидно, боялись, что на «Двадцатый век», готовится покушение, и в этом случае пострадать должен был пустой состав. Возможностью катастрофы объяснялось и то, что в поезде было не много пассажиров, по крайней мере в нашем вагоне их было раз, два — и обчелся.</p>
     <p>— С нами едут какие-то важные особы, — сообщил мне Хартмен. — Вы заметили? Сзади прицепили салон-вагон.</p>
     <p>Был уже вечер, когда мы прибыли на какую-то большую станцию, где впервые поменялся паровоз. Я вышла на перрон подышать свежим воздухом и осмотреться и, проходя мимо салон-вагона, заглянула в открытое окно. Хартмен был прав. Мне сразу же бросился в глаза генерал Альтендорф, а с ним еще две знакомые фигуры: Мэзон и Вандерболд, члены главного штаба разведывательной службы Железной пяты.</p>
     <p>Ночь выдалась тихая, лунная, но на душе у меня было неспокойно, и я ни на минуту не сомкнула глаз. Наконец в пять утра я оделась и вышла в коридор.</p>
     <p>Горничная в туалетной на мой вопрос сообщила, что мы опаздываем на два часа. Это была мулатка с измученным лицом и ввалившимися глазами. Взгляд их выражал растерянность и затаенный страх.</p>
     <p>— Что с вами? — спросила я.</p>
     <p>— Ничего, мисс. Это от бессонной ночи, — ответила она.</p>
     <p>Я посмотрела на нее внимательно и подала условный сигнал. Ответ не замедлил последовать, и после обычных вопросов я убедилась, что она своя.</p>
     <p>— В Чикаго готовится что-то ужасное, — рассказала она мне. — Вы знаете, что впереди совершенно пустой поезд? Из-за него да из-за воинских эшелонов мы опаздываем.</p>
     <p>— Воинские эшелоны? — переспросила я.</p>
     <p>Она утвердительно кивнула головой.</p>
     <p>— Все пути забиты ими. А сколько мы обогнали ночью! И подумать только, что все они направляются в Чикаго. Говорят, войска доставляются даже по воздуху. Значит, дело нешуточное.</p>
     <p>— У меня жених в наемных войсках, — добавила она, точно оправдываясь. — Он там от наших, и я очень боюсь…</p>
     <p>Бедная девушка! Ее жених служил в одном из полков, готовившихся перейти на нашу сторону.</p>
     <p>Мы с Хартменом отправились в вагон-ресторан завтракать, и я с трудом заставила себя сделать хоть несколько глотков. Теперь небо хмурилось, и поезд с грохотом несся вперед, разрывая седую пелену утреннего тумана. Хартмен в это утро склонен был видеть все в черном свете.</p>
     <p>— Ну что тут можно сделать? — повторял он в двадцатый раз, угрюмо пожимая плечами. Он показал на окно. — Видите, все наготове. Могу вас уверить, то же самое у них по всем дорогам, ведущим в Чикаго, на расстоянии тридцати — сорока миль от города.</p>
     <p>Он говорил о воинских эшелонах, стоявших на всех запасных путях. Вдоль насыпи, вокруг костров, расположились солдаты, готовившие себе завтрак. Они с любопытством поднимали голову, провожая глазами грохочущий поезд, проносившийся мимо с бешеной скоростью.</p>
     <p>Когда мы въезжали в Чикаго, там царило полное спокойствие. Видимо, в городе еще ничего не произошло. На пригородных станциях появились в вагоне утренние газеты. В них не было ничего тревожного; и все же тому, кто умеет читать между строк, было над чем призадуматься. Чуть ли не за каждым словом скрывались тайные происки Железной пяты. Повсюду были рассеяны намеки, наводившие на мысль о слабости и растерянности в рядах олигархов. Разумеется, нигде это не было сказано открыто, но читатель волей-неволей проникался этой мыслью. Это была тонкая работа. Утренние газеты от 27 октября можно было бы назвать шедевром мистификации.</p>
     <p>Местная хроника отсутствовала — это тоже было весьма ловким ходом. Жизнь города как бы окутывалась тайной, — можно было подумать, что олигархия не решается сказать правду жителям Чикаго. Зато отсутствие городских вестей восполнялось туманными сообщениями о беспорядках, якобы вспыхнувших по всей стране, причем лживые сведения эти, для отвода глаз, сопровождались успокоительными заверениями властей, что повсюду приняты меры для усмирения бунтовщиков. Говорилось о взрывах многочисленных станций беспроволочного телеграфа; мало того, за поимку виновников предлагались крупные награды. На самом деле ни одна станция не была взорвана. Сообщалось и о других случаях того же характера, предусмотренных нашими тайными планами. Словом, газеты были составлены с таким расчетом, чтобы навести наших чикагских товарищей на мысль, будто восстание уже началось, хотя и не повсюду оно протекает благоприятно. Трудно было, не зная всей подоплеки дела, уберечься от ловушки, трудно было не вообразить — мало того, не поверить, что в стране назрела революция и восстание идет полным ходом.</p>
     <p>Далее в газетах сообщалось, будто бы волнения среди наемников в Калифорнии настолько серьезны, что пришлось расформировать с полдюжины полков и перевезти мятежников вместе с их семьями в рабочие гетто. А между тем калифорнийские полки были самыми лояльными. Но могли ли это знать отрезанные от всей страны жители Чикаго? Паническая телеграмма из Нью-Йорка сообщала, что там к восставшему населению примкнули рабочие касты. Впрочем, конец телеграммы был сформулирован в успокоительных тонах (очевидно, в надежде, что это будет принято за надувательство): войска якобы овладели положением и в городе водворяется порядок.</p>
     <p>Эта тактика проводилась олигархами не только в печати. Как мы узнали впоследствии, провокационные слухи распространялись и другими путями. Так, первую половину ночи олигархи отправляли по различным адресам секретные телеграммы того же содержания с явным расчетом, что они станут известны в революционном лагере.</p>
     <p>— По-видимому, тут и без нас обошлись, — сказал Хартмен, складывая газету, когда поезд подошел к главному вокзалу. — Не понимаю, зачем мы им понадобились. У Железной пяты дела идут блестяще. В городе вот-вот начнется резня.</p>
     <p>Выходя из вагона, он оглянулся на хвост поезда.</p>
     <p>— Так и есть, — пробормотал он себе под нос. — Вагон отцепили, как только были получены утренние газеты.</p>
     <p>У Хартмена был такой убитый вид, что я невольно старалась его подбодрить. Но он не обращал на меня внимания, а когда мы проходили через вокзал, вдруг торопливо заговорил, понизив голос.</p>
     <p>— У меня давно были подозрения, — начал он довольно бессвязно, — но ничего определенного, и я молчал. Я уже больше месяца бьюсь над этим, и пока все в том же положении — ничего определенного. Берегитесь Ноултона! Я ему не верю! Ноултону известны десятки убежищ, жизнь сотен товарищей в его руках, — а между тем он, по-видимому, предатель. По крайней мере у меня такое чувство, хотя доказательств нет никаких. С некоторых пор с ним что-то произошло — какая-то перемена. Боюсь, что он собирается совершить предательство, если уже не совершил. Я почти убежден… Не следовало бы говорить на авось, но у меня чувство, что живым из Чикаго мне не выбраться. Выследите Ноултона… выведите его на чистую воду. Больше я ничего не знаю. Это простое подозрение. Фактов у меня никаких.</p>
     <p>Мы вышли на вокзальную площадь.</p>
     <p>— Помните, — сказал мне Хартмен в заключение. — Надо установить за Ноултоном слежку.</p>
     <p>Хартмен оказался прав. Не прошло и месяца, как Ноултон заплатил жизнью за предательство. Приговор был вынесен и приведен в исполнение революционерами города Милуоки.</p>
     <p>Повсюду царила тишина, зловещая тишина. Казалось, город вымер. На улице не было обычной сутолоки и движения. Даже извозчики не показывались. Трамваи не шли, не действовала и надземная железная дорога. Лишь изредка попадались одинокие прохожие, но и они не задерживались на пути. Все шли торопливо, спеша поскорее добраться до дому, и вместе с тем неуверенно, словно боясь, что дома вот-вот упадут и придавят их своей тяжестью или тротуар провалится у них под ногами, а то еще, пожалуй, взлетит на воздух. Я все же заметила нескольких мальчишек, возбужденно шнырявших по улице, по-видимому, в ожидании каких-то интересных, увлекательных событий.</p>
     <p>Откуда-то из южной части города донеслось глухое уханье взрыва, и опять все смолкло. Мальчишки замерли на месте и долго стояли не шелохнувшись, тревожно вслушиваясь в тишину, словно молодые олени. Подъезды домов были заперты, окна магазинов наглухо закрыты тяжелыми ставнями. Некоторое оживление вносили полицейские и дворники, во множестве торчавшие на углах и в подворотнях, да проносившиеся по мостовой автомобили с отрядами наемников.</p>
     <p>Мы с Хартменом решили, что нет никакого смысла являться в местное отделение разведки. Это служебное упущение можно будет потом объяснить беспорядками в городе. Мы направились к обширному рабочему гетто, расположенному в южной части города, рассчитывая найти там кого-либо из товарищей. Слишком поздно! Мы это прекрасно понимали. Но нельзя же было бесцельно бродить по пустынным, молчаливым улицам. «Где-то теперь Эрнест? — проносилось у меня в голове. — И что творится в поселках рабочих каст и наемников? А чикагская крепость?..» Словно в ответ, послышался страшный воющий грохот. Приглушенный расстоянием, он долго стоял в ушах, рассыпаясь раскатами отдельных взрывов.</p>
     <p>— Это в крепости, — сказал Хартмен. — Пропали наши три полка.</p>
     <p>На перекрестке нам бросился в глаза гигантский столб дыма над районом боен. На следующем перекрестке такие же столбы дыма мы увидели над западной частью города. Над поселком наемников качался в небе огромный привязной аэростат. Пока мы смотрели на него, он загорелся и, объятый пламенем, рухнул наземь. Что за трагедия разыгралась над нами в воздухе? Кто погиб в этих горящих обломках — друзья или враги? Теперь ветер доносил к нам какой-то отдаленный гул, напоминавший бульканье гигантского котла. Хартмен сказал, что это оружейный и пулеметный огонь.</p>
     <p>Мы по-прежнему шли пустынными, притихшими улицами. В этой части города царило полное спокойствие. Все так же мчались мимо грузовики с полицейскими и военными патрулями да проехало несколько пожарных машин, возвращавшихся в депо. Какой-то офицер, проезжавший мимо в автомобиле, спросил о чем-то пожарных, и мы услышали, как один из них крикнул:</p>
     <p>— Нет воды! Взорваны магистрали!</p>
     <p>— Мы разрушили водопровод! — в волнении воскликнул Хартмен. — Если нам удаются такие дела при одинокой, преждевременной попытке, обреченной на неудачу, чего же мы достигнем, действуя единым фронтом по всей стране!</p>
     <p>Автомобиль с офицером, спрашивавшим о пожаре, двинулся дальше. И вдруг — оглушительный грохот, и машина со всем своим живым грузом взлетела на воздух в густых облаках дыма и грудой обломков и исковерканных тел ударилась о землю.</p>
     <p>Хартмен ликовал.</p>
     <p>— Хорошо, отлично! — повторял он взволнованным шепотом. — Сегодня пролетариат получает суровый урок, но и сам он тоже как следует проучит своих учителей.</p>
     <p>К месту взрыва бежала со всех сторон полиция. Остановился военный грузовик. Я стояла оглушенная, не в силах понять, что произошло. Ведь я глаз не спускала с той машины, и вдруг… Я была так ошеломлена, что не заметила, как нас задержал полицейский патруль, и очнулась, только увидя револьверное дуло, поднятое в уровень с лицом моего спутника. Но Хартмен не растерялся и спокойно сказал пароль. Револьвер нерешительно качнулся в воздухе и опустился вниз. Державший его полицейский возмущенно ворчал себе под нос, на чем свет стоит кляня разведку. Вечно эти агенты путаются под ногами, говорил он, между тем как Хартмен с апломбом заправского шпика отчитывал полицию за ее бездарность.</p>
     <p>Уже в следующую минуту я поняла, как произошел взрыв. Вокруг места катастрофы собралась толпа, и я увидела, как двое мужчин подняли офицера и понесли его к остановившемуся грузовику. И вдруг всех стоявших на улице охватила паника. Толпа дрогнула и рассыпалась в слепом страхе, бросив на дороге раненого офицера. Побежал и наш сердитый полицейский, и мы с Хартменом, сами не зная почему, тоже помчались со всех ног, охваченные паническим страхом.</p>
     <p>Однако ничего не произошло, но зато все разъяснилось. Беглецы сконфуженно возвращались назад, опасливо поглядывая вверх, на высокие фасады зданий, поднимавшиеся по обеим сторонам улицы, подобно стенам глубокого ущелья. Значит, бомба была сброшена из окна, — но из какого? Второй бомбы не было — был только страх.</p>
     <p>Мы в раздумье поглядывали на окна: в каждом из них притаилась смерть. Каждое здание могло оказаться засадой. Такова была война в современных джунглях — в большом городе. Улицы были глубокими теснинами, каждый дом — скалой. Мы недалеко ушли от первобытных дикарей, хотя по асфальту и мчались автомобили.</p>
     <p>Повернув за угол, мы наткнулись на труп женщины, плававший в луже крови. Хартмен наклонился посмотреть, мне же сделалось дурно, я еле держалась на ногах. В этот день мне предстояло увидеть сотни смертей, но самым страшным было это впечатление от валявшегося на тротуаре всеми брошенного и забытого тела.</p>
     <p>— Убита наповал выстрелом в грудь, — констатировал Хартмен.</p>
     <p>Окостенелой рукой женщина, словно ребенка, прижимала к груди пачку печатных листков. И в смерти хранила она то, что принесло ей смерть: когда Хартмену удалось вытащить пачку из цепких объятий трупа, листки оказались революционными прокламациями.</p>
     <p>— Наш товарищ… — сказала я.</p>
     <p>Хартмен только яростно выругался, и мы пошли дальше. Нас то и дело останавливали патрули и полицейские заставы, но пароль служил нам надежным пропуском. Из окон не бросали больше бомб, прохожие окончательно исчезли с безлюдных улиц, окружающая тишина стала бездонной. А вдали все так же булькал невидимый котел, со всех сторон грохотали взрывы, и повсюду, куда ни глянь, уходили в небо зловещие столбы дыма.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать третья</p>
      <p>Обитатели бездны</p>
     </title>
     <p>И вдруг все изменилось. Улица ожила, чувствовалось приближение чего-то нового. Мимо пронеслись машины — две, три, десять, двенадцать. Нам кричали оттуда какие-то слова предостережения. Одна из машин, полукварталом ниже, на полной скорости шарахнулась в сторону, а в следующую секунду, когда она уже уносилась вдаль, посреди мостовой зияла черная воронка. Мы увидели, как полицейские бросились в боковые улицы, и поняли: сейчас начнется что-то страшное. Нарастающий рев говорил о том, что оно приближается.</p>
     <p>— Идут наши славные товарищи, — сказал Хартмен.</p>
     <p>Когда показалась головная часть колонны, заполнявшей улицу от края до края, последний удирающий воинский грузовик на минуту задержался. Оттуда выскочил солдат, осторожно неся что-то перед собой. Он подбежал к сточной канаве и опустил в нее ношу, потом поспешно вернулся к своим. Машина снялась с места и, завернув за угол, мгновенно скрылась из виду. Хартмен бросился к канаве и низко нагнулся над ней.</p>
     <p>— Не подходите! — крикнул он.</p>
     <p>Я видела, как с лихорадочной быстротой делают что-то его руки. Когда он вернулся, пот лил с него градом.</p>
     <p>— В порядке, — сказал он. — Только-только успел разъединить. Солдат, видно, неопытный. Он готовил ее для наших товарищей, но она разорвалась бы раньше. Теперь не разорвется!</p>
     <p>События быстро следовали одно за другим. Полукварталом ниже, на противоположной стороне улицы, из окна высунулись чьи-то головы. Я едва успела показать на них Хартмену, как по фасаду здания, где они только что мелькнули, полоснуло огнем и дымом, и воздух сотрясся от взрыва, с шумом посыпалась штукатурка, местами обнажая металлический каркас здания. В следующее мгновение такое же полотнище огня и дыма скользнуло по фасаду дома на нашей стороне. Между взрывами слышалась трескотня винтовок и маузеров. Эта дуэль в воздухе длилась несколько минут, потом все затихло. Очевидно, в одном здании засели наши товарищи, в другом — наемники, но кто где, мы не знали.</p>
     <p>К этому времени головной отряд колонны приблизился. Едва он поравнялся с домами, обстреливавшими друг друга, как между ними снова завязался бой. Из одного здания вниз полетели бомбы, из другого в упор палили по бросавшим, и те тоже начали отстреливаться. Тогда нам стало ясно, где наши товарищи: они привлекали на себя огонь, мешая неприятелю забрасывать колонну бомбами.</p>
     <p>Тут Хартмен схватил меня за руку и увлек в ближайший подъезд.</p>
     <p>— Это не наши идут! — крикнул он мне на ухо.</p>
     <p>Ворота во двор были заперты на замки и крепкие засовы. Бежать было некуда. Первые ряды уже проходили мимо. Это не было организованное шествие. Разнузданная толпа, многоводной рекой затоплявшая улицу, состояла из обитателей бездны. Одурманенные вином и жаждой мести, они восстали наконец и с ревом требовали крови своих хозяев. Мне и раньше приходилось встречать обитателей бездны. Я бывала в их гетто и думала, что знаю их. Но нет, такими я их еще не видела. Куда девалась их обычная тупая апатия! Вся толпа была охвачена бешеной яростью. Она проносилась мимо клокочущей лавиной гнева, ворча и храпя, опьянев от вина из разграбленных складов, обезумев от ненависти и жажды крови. Передо мной проходили мужчины, женщины и дети в тряпье и лохмотьях, свирепые существа с затуманенным мозгом и чертами, в которых печать божественного сменилась каиновой печатью. Обезьяны — рядом с тиграми; обреченные смерти чахоточные — рядом с грузными, заросшими шерстью вьючными животными; болезненные восковые лица людей, из которых общество-вампир высосало всю кровь, — рядом с чудовищными мускулами и опухшими образинами, раздутыми развратом и пьянством; иссохшие ведьмы, скалящиеся, убеленные сединами черепа, гниющая заживо юность и разлагающаяся старость, видения из преисподней, скрюченные, изуродованные, искалеченные чудовища, изъеденные болезнями и голодом, — отбросы и подонки, рычащие, воющие, визжащие, беснующиеся орды.</p>
     <p>Да, обитателям бездны нечего было терять, кроме своей проклятой, окаянной жизни. А выиграть? Нет, выиграть они тоже ничего не могли, кроме этого последнего судорожного глотка утоляющей мести. Глядя на эту бушующую лавину, я подумала, что среди толпы немало подвижников, наших товарищей, героев, которым выпал жребий разбудить зверя из бездны, чтобы отвлечь на него внимание противника.</p>
     <p>И тогда я ощутила в себе странную, удивительную перемену. Страх смерти — страх за себя, за других — внезапно оставил меня. Мною овладел странный экстаз, я чувствовала себя новым существом в новом, небывалом мире. Ничто больше не тревожило меня. Пусть наше дело сегодня проиграно — завтра оно восстанет из пепла, живое, вечно юное. С этой минуты я со спокойным интересом следила за кровавой оргией, которая разыгрывалась передо мной. И жизнь и смерть ничего уже для меня не значили. Казалось, дух мой поднялся на головокружительную высоту, с которой глядят на землю равнодушные звезды, готовый все заново взвесить и переоценить. Если бы не это, я наверняка не выдержала бы.</p>
     <p>С четверть часа уже валила мимо толпа, а мы все еще не были обнаружены. Как вдруг женщина, одетая в лохмотья, с испитым лицом и узенькими щелками глаз, со зрачками, как раскаленные буравчики, увидела нас в подъезде и с пронзительными воплями кинулась к нам, увлекая за собой часть толпы. Сейчас, набрасывая эти строки, я снова вижу пред собой простоволосую старуху со взъерошенными седыми космами, с лицом, залитым кровью, стекающей с рассеченного лба. Зажав в правой руке топорик, а левой, сморщенной и желтой, как птичья лапа, судорожно хватая воздух, неслась она на меня, опередив остальных. Хартмен бросился вперед и заслонил меня собой. Вступать в какие-либо объяснения не приходилось. Мы были хорошо одеты, этого было довольно. Выбросив руку вперед, Хартмен кулаком ударил старуху в переносицу. Она отшатнулась, но наступавшая сзади людская стена снова бросила ее на нас, и топорик, занесенный над головой Хартмена, слабо скользнул по его плечу.</p>
     <p>В следующую минуту я уже ничего не сознавала. Толпа ринулась на меня и сбила с ног. Маленький подъезд наполнился криком, визгом, неистовыми проклятиями. На меня обрушился град ударов. Чьи-то руки хватали меня, цеплялись, срывали платье. Смятая толпой, я чувствовала, что задыхаюсь под грузом навалившихся сверху тел. В этой страшной свалке чья-то крепкая рука вцепилась мне в плечо и тянула к себе изо всех сил. От боли, от духоты я лишилась сознания. Хартмен так и не вышел больше из этой западни. Заградив меня, он принял на себя первый стремительный натиск. Это спасло мне жизнь. В последовавшей затем давке толпа могла только неистово топтаться на месте и в бешенстве дергать меня и теребить.</p>
     <p>Очнулась я уже на ногах. Куда-то я двигалась, но двигалась не только я. Меня непреодолимо увлекал вперед стремительный поток и, словно щепку, уносил по течению неведомо куда. Свежий воздух овевал мне лицо, живительной струей вливался в легкие. Еще не придя в себя, чувствуя слабость и головокружение, я смутно сознавала, что чья-то сильная рука, обхватив за плечи, увлекает вперед, почти несет меня. Без этой помощи я не могла бы идти. Перед глазами у меня мерно колыхалось пальто шедшего впереди мужчины. Кто-то распорол его по шву сверху донизу, и обе половинки сходились и расходились на спине хозяина в такт его шагам. Завороженная этим странным зрелищем, я ни о чем не думала, а между тем сознание и жизнь постепенно возвращались ко мне. Вскоре по острой, саднящей боли я догадалась, что у меня ободраны нос и щеки, с лица стекает кровь. Шляпа куда-то исчезла, волосы в беспорядке рассыпались по плечам. Жгучая боль в темени напоминала о том, как в подъезде кто-то ожесточенно дергал меня за волосы. Плечи и грудь ломило, жгло от ссадин и кровоподтеков.</p>
     <p>Окончательно придя в себя, я оглянулась на поддерживавшего меня человека, — это он вытащил меня из свалки и спас мне жизнь. Мой спутник заметил, что я смотрю на него.</p>
     <p>— Все в порядке! — крикнул он хриплым голосом. — Я сразу увидел вас в толпе.</p>
     <p>Я все еще не узнавала его, но ничего не ответила. Мысли мои были заняты другим: я задела ногами что-то мягкое, копошившееся на земле. Задние ряды напирали, и я не могла остановиться взглянуть, но понимала, что это женщина, упавшая и смятая толпой, и что тысячи ног сейчас втопчут ее в землю.</p>
     <p>— Все в порядке! — продолжал мой спутник. — Не узнаете? Я Гартуэйт.</p>
     <p>Он оброс бородой, исхудал и был неимоверно грязен, но я все же признала в нем славного юношу, который три года назад жил у нас в Глен-Эллене. Он сделал мне знак, говоривший, что он так же, как и я, работает в тайной полиции Железной пяты.</p>
     <p>— Я вас вытащу из этой каши, как только представится возможность, — заверил он меня. — Но, ради бога, будьте осторожны. Главное — не оступиться и не упасть.</p>
     <p>Все в этот день происходило с какой-то пугающей внезапностью, — так и сейчас, с внезапностью, от которой у меня похолодело сердце, толпа остановилась. Я налетела на грузную женщину, шедшую впереди (распоротое пальто куда-то успело скрыться), задние налетели на меня. Началось столпотворение — крики, проклятия, предсмертные вопли, заглушаемые дробной стукотней пулеметов и отчетливым ра-та-та-та винтовок. Я долго ничего не понимала. Рядом со мной мешком валились на землю люди. Грузная женщина впереди вдруг согнулась пополам и присела, обхватив руками живот. У моих ног бился в предсмертных судорогах какой-то мужчина.</p>
     <p>Тут я поняла, что мы очутились в первых рядах толпы. Куда делась вся головная часть колонны, растянувшаяся на полмили, я так никогда и не узнала. Была ли она сметена каким-то чудовищным орудием войны, или же ее рассеяли и перебили постепенно? А может, ей удалось спастись? Трудно сказать, но только наша часть колонны оказалась впереди, под смертоносным ураганом визжащего свинца.</p>
     <p>Как только смерть разделила толпу, Гартуэйт, все еще не выпуская моей руки, ринулся вместе с десятком других бегущих в подъезд какого-то здания. И тотчас же нас настигла и притиснула к дверям груда задыхающихся, лезущих друг на друга тел. Долгое время мы не могли сдвинуться с места.</p>
     <p>— Ну и удружил же я вам! — горевал Гартуэйт. — Опять затащил в западню. На улице нам бы наверняка не поздоровилось, но и здесь не лучше. Единственное, что остается, это кричать: «Vive la Revolution!» <a l:href="#n_285" type="note">[285]</a>.</p>
     <p>И вот началось то, чего он опасался. Наемники расправлялись с бунтовщиками, без жалости пристреливая и прикалывая всех подряд. Мы только что задыхались в давке, а теперь натиск толпы значительно уменьшился, — мертвые и умирающие валились на землю, освобождая место для живых. Гартуэйт, пригнувшись к моему уху, кричал что-то изо всех сил, но голос его тонул в окружающем шуме, и я ничего не могла разобрать. Тогда он схватил меня за плечи и заставил лечь на землю, потом подтащил тело умирающей женщины и, навалив его на меня, сам с трудом примостился рядом, отчасти прикрывая меня сверху. Едва мы легли, как над нами начала расти гора тел, а поверх этой горы, стеная и судорожно хватаясь за трупы, ползали те, в ком еще не угасла жизнь. Но вскоре и они замерли, и наступило нечто вроде тишины, прерываемой стонами, криками и хрипением умирающих.</p>
     <p>Если бы не Гартуэйт, меня бы наверняка раздавили. Я до сих пор не понимаю, что дало мне силы выдержать это испытание и остаться жить. Помню, я изнемогала от боли, задыхаясь под грудой тел, но находила в себе одно только чувство — любопытство. Что будет дальше? Какая кончина меня ждет? В чикагской резне я получила свое революционное крещение. До сих пор смерть была для меня чем-то туманным, далеким. С этих же пор я смотрю на смерть, как на простое, обыденное явление. Ведь это так легко может случиться с каждым!</p>
     <p>Наемники все еще не оставляли нас в покое. Сгрудившись в нашем подъезде, они принялись расшвыривать тела убитых в поисках тех, кто был еще жив, или, как и мы, притворился мертвым. Помню, какой-то мужчина униженно просил пощады, и его рабьи мольбы до тех пор не умолкали, пока их не оборвал выстрел. Помню женщину, которая бросилась на солдат с поднятым револьвером. Пока ее схватили, она успела выпустить шесть зарядов, — не знаю, с каким успехом. Лишь звуки рассказывали нам о совершавшихся рядом трагедиях. Поминутно возникало какое-то движение, возня, и каждый раз это кончалось выстрелами. А в перерывах слышались разговоры и ругань солдат, они разбирали груды тел под нетерпеливыми окриками офицеров, приказывавших им торопиться.</p>
     <p>Наконец они добрались до нас. Я почувствовала, как постепенно уменьшается давившая меня тяжесть. Гартуэйт сразу же начал выкрикивать пароль. Сначала его не слышали. Тогда он закричал громче.</p>
     <p>— Кричит кто-то, — сказал один из солдат.</p>
     <p>И тотчас же отозвался офицер:</p>
     <p>— Эй, вы там, полегче!</p>
     <p>О, первый спасительный глоток воздуха, когда мы оказались на ногах! Все переговоры вел Гартуэйт, но и меня подвергли краткому допросу для выяснения моей личности.</p>
     <p>— Верно! Это наши агенты, — решил наконец допрашивавший нас офицер. Это был безбородый юнец, очевидно, сынок какого-то видного олигарха.</p>
     <p>— Собачья должность! — ворчал Гартуэйт. — Я не я буду, если не попрошусь в армию. Вам, ребята, можно позавидовать.</p>
     <p>— Вы заслужили перевода в армию, — благосклонно ответил молодой офицер. — Постараюсь вам помочь, у меня есть кое-какие связи. Я охотно засвидетельствую, что вам пришлось пережить.</p>
     <p>Он записал имя и номер Гартуэйта и обратился ко мне:</p>
     <p>— А вы?</p>
     <p>— О, я выхожу замуж и скоро развяжусь со всем этим, — небрежно объявила я.</p>
     <p>Пока мы разговаривали, солдаты добивали раненых. Сейчас все это кажется сном, но тогда я уже ничему не удивлялась. Гартуэйт и молодой офицер оживленно болтали, сравнивая методы современной войны с тактикой уличных сражений и дуэлями небоскребов, которые происходили сегодня по всему городу. Я прислушивалась к их разговору, поправляя волосы и кое-как скалывая прорехи на платье. И все время вокруг добивали раненых. Иногда гром револьверных выстрелов заглушал вопросы и ответы, и собеседникам приходилось повторять сказанное.</p>
     <p>Я провела три дня в восставшем Чикаго и, чтобы дать представление о масштабах расправы и ее жестокости, могу только сказать, что все эти три дня я не видела ничего, кроме беспощадного уничтожения обитателей бездны да еще дуэлей небоскребов. Мне не пришлось быть свидетелем геройских подвигов наших товарищей, я видела только действие их бомб и мин, видела зарево зажженных ими пожарищ — вот и все. Но одно славное их дело частично протекало у меня на глазах — это предпринятая ими воздушная атака на военную крепость противника.</p>
     <p>Был второй день восстания. Все три полка, перешедшие на сторону революции, были уничтожены до единого человека. Крепость занял новый гарнизон. Дул благоприятный ветер, и вот с крыши одного из небоскребов в центральной части города поднялись наши аэростаты.</p>
     <p>После отъезда из Глен-Эллена Биденбах изобрел взрывчатое вещество необычайной силы, названное им «экспедитом». Этим-то экспедитом и были вооружены наши аэростаты. Это были воздушные шары, наполненные горячим воздухом, — неуклюжая самодельщина; но свою задачу они выполнили. Мне довелось наблюдать это зрелище с крыши одного небоскреба. Первый аэростат отнесло в сторону, и он скрылся за чертой города. Впоследствии мы узнали его судьбу. На нем находились Бертон и О'Салливен. При спуске они оказались над железнодорожным полотном, по которому мчался воинский эшелон, направляясь в Чикаго. Наши аэронавты сбросили весь свой запас взрывчатки на паровоз. Причиненные взрывом разрушения надолго вывели дорогу из строя. По счастью, освободившись от груза, аэростат взмыл вверх, и оба героя опустились на землю милях в шести от места катастрофы.</p>
     <p>Второй аэростат постигла неудача. Он летел слишком низко, и пули изрешетили его прежде, чем он успел добраться до крепости. На его борту были Хартфорд и Гиннес. Оба они погибли при страшном взрыве, разворотившем все поле, на которое рухнул аэростат.</p>
     <p>Биденбах был в отчаянии, как нам потом рассказывали, и на третьем аэростате поднялся он один. Шар и на этот раз летел низко, но, по счастью, ни одна пуля не причинила ему серьезного повреждения. Я и сейчас вижу, как видела тогда с высоты небоскреба, неуклюжий раздутый мешок и под ним еле заметную точечку — прицепившегося в корзинке человека. Мне так и не удалось разглядеть крепость среди множества других зданий, но товарищи, бывшие со мной на крыше, говорили, что шар находится как раз над ней. Я не видела также, как смертоносный груз полетел вниз, как только перерезан был прикреплявший его канат. Но зато я увидела, как аэростат сильно тряхнуло в воздухе, после чего он стремительно взмыл кверху. Почти тотчас же огромный черный столб дыма поднялся в небо, застилая горизонт, а следом раздался оглушительный взрыв. Милый, душевный Биденбах один разрушил мощную крепость! Два последних аэростата поднялись вместе. На одном преждевременно взорвался экспедит, и его разнесло в клочья, другой от сотрясения воздуха лопнул и упал на уцелевшие строения крепости. Это была неожиданная удача, хоть она и стоила жизни двум товарищам.</p>
     <p>Что касается обитателей бездны, которых мне пришлось наблюдать вблизи, то они свирепствовали и сметали все на своем пути и сами подвергались повальному истреблению, — но только в деловых кварталах города. К западной окраине, где стояли дворцы олигархов, их и не подпустили. Олигархи сумели защитить себя там, где это было им нужно. Отдав на разгром центр города, они позаботились о том, чтобы ни один волос не упал с их собственной головы или с головы их жен и детей. Мне рассказывали потом, что в дни побоища их дети беззаботно играли в парках: подражая старшим, усмиряли пролетариат.</p>
     <p>На долю наемников выпала нелегкая задача: им приходилось наряду с подавлением восставших толп отражать удары социалистов. Чикаго остался верен своим традициям, и хотя здесь с лица земли было стерто целое поколение революционеров, они погибли, унося с собой целое поколение своих врагов. Железная пята, разумеется, не допустила опубликования цифры своих потерь, но, даже по самому скромному подсчету, число убитых наемников достигло ста тридцати тысяч. Но наших товарищей в Чикаго постигла трагическая неудача. Они рассчитывали бороться вместе со всей страной, а оказались предоставлены сами себе, олигархи могли при желании обрушить на них всю свою военную мощь. И действительно, день за днем и час за часом в Чикаго прибывали бесконечные поезда, доставляя все новые сотни тысяч солдат.</p>
     <p>Ибо конца не видно было бушующим толпам! Устав от избиений, наемники предприняли обширную операцию, целью которой было загнать людей, переполнявших улицы, в озеро Мичиган. Мы с Гартуэйтом как раз и присутствовали при самом начале этой грандиозной облавы, когда повстречались с молодым офицером. Однако самоотверженными стараниями наших товарищей эти планы были сорваны. Вместо многих сотен тысяч наемникам удалось потопить в озере не более сорока тысяч чикагцев. Каждый раз, как солдатам удавалось загнать большое скопище людей на улицы в районе набережной, революционеры устраивали диверсию, отвлекавшую внимание карателей и позволявшую хоть бы части затравленных толп вырваться из ловушки и бежать.</p>
     <p>Вскоре после встречи с молодым офицером мы оказались свидетелями такого маневра. Толпа, которая только что уносила с собой и нас, теперь, под натиском наемников, отступала в беспорядке. Густые цепи солдат мешали ей свернуть на юг и на восток; на запад ей не давали растекаться те отряды, к которым присоединились и мы с Гартуэйтом. Оставалось одно — уходить на север, к озеру, тем более что наемники открыли со всех сторон беглый огонь из винтовок и пулеметов. Трудно сказать, спасительная ли догадка или слепой инстинкт руководили толпой, но у самой набережной она шарахнулась в переулок и, выйдя на параллельную улицу, повернула на юг, стремясь назад, в свое гетто.</p>
     <p>Мы пробирались на запад, стараясь выйти из района уличных боев, как вдруг на повороте увидели толпу, которая с ревом неслась нам навстречу. Гартуэйт схватил меня за руку, чтобы броситься ей наперерез, но тут же потащил обратно. И вовремя: мы еле-еле увернулись от колес военных грузовиков с пулеметами, которые мчались прямо на нас. Позади следовали солдаты с винтовками. Казалось, толпа вот-вот сомнет их, прежде чем они успеют построиться.</p>
     <p>То тут, то там раздавались отдельные выстрелы, но они были бессильны остановить чернь, которая с гиканьем и свистом неслась вперед. У пулеметчиков что-то не ладилось, и они не открывали стрельбу. Машины, на которых они прибыли, загородили мостовую, и солдаты протискивались между машинами, взбирались на них и заполняли тротуары. Солдат подходило все больше, и нам уже нечего было думать ускользнуть в этой давке; нас прижали к стене какого-то здания.</p>
     <p>Когда пулеметы заговорили, толпа находилась уже в десяти шагах. Но перед этой огненной завесой пролегла зона смерти. Толпа все прибывала, не делая ни шагу дальше. Вскоре здесь выросли курганы трупов, курганы слились в насыпь, насыпь превратилась во все растущий вал, в котором умирающие перемешались с мертвецами. Задние напирали — и передние ряды от края и до края улицы громоздились друг на друга. Раненые мужчины и женщины, выброшенные клокочущей пучиной на этот страшный вал, скатывались с его гребня в мучительных корчах и образовали кровавое месиво, в котором вязли колеса и люди. Солдаты приканчивали раненых прикладами и штыками, но я видела, как один из поверженных вскочил и зубами вцепился в горло врагу. И оба они, солдат и раб, исчезли в страшном водовороте.</p>
     <p>Но вот огонь прекратился. Дело было сделано. Обезумевшая толпа, стремившаяся во что бы то ни стало прорваться сквозь преграду, отхлынула назад. Последовал приказ очистить колеса. Всю улицу запрудили мертвые тела, и машины могли только свернуть в переулок. Солдаты принялись освобождать от трупов колеса машин, как вдруг началось что-то непонятное. Потом нам рассказали, что и как произошло. Оказалось, что кварталом дальше в одном из домов засела сотня наших товарищей. Перебираясь по крышам и переходя из здания в здание, они сумели занять удобную позицию над сгрудившимися внизу солдатами. И тогда началось контризбиение.</p>
     <p>С крыши градом посыпались бомбы. Высоко в воздух взлетели обломки машин и клочья растерзанных тел. Солдаты, оставшиеся в живых, бросились бежать вместе с нами. Полукварталом дальше нас встретил новый огненный шквал. Если раньше солдаты устилали улицу телами рабов, то теперь они устилали ее собственными телами. Мы с Гартуэйтом только чудом уцелели. Как и раньше, мы укрылись в нише подъезда. Но на этот раз мой спутник решил, что его уже не застанут врасплох: как только затихли выстрелы, он выглянул наружу.</p>
     <p>— Толпа возвращается! — крикнул он мне. — Бежим!</p>
     <p>Мы побежали на угол, скользя и спотыкаясь на залитом кровью тротуаре. В глубине переулка видны были фигуры бегущих солдат. Никто не стрелял по ним, путь был свободен. На минуту мы остановились и оглянулись назад. Толпа медленно приближалась. Она приканчивала раненых наемников и вооружалась оружием, взятым у мертвецов. И тут мы стали свидетелями смерти спасшего нас молодого офицера. С трудом приподнявшись на локте, он стрелял в толпу из пистолета.</p>
     <p>— Прощайте все мои надежды на перевод в армию, — рассмеялся Гартуэйт, увидев, как какая-то женщина, размахивая ножом мясника, бросилась к офицеру. — Ну, бежимте. К сожалению, нам нужно в обратную сторону. Да уж ладно, как-нибудь выберемся.</p>
     <p>Мы устремились на восток по притихшим улицам, ожидая нападения на каждом повороте. Вся южная сторона неба была охвачена заревом грандиозного пожара. Горело рабочее гетто. Чувствуя, что я не в силах ступить ни шагу дальше, я в изнеможении опустилась на тротуар. Все мои ссадины и кровоподтеки болели, тело ныло от усталости. И все же я не могла не рассмеяться, когда Гартуэйт, свертывая папиросу, разразился следующей тирадой:</p>
     <p>— Эх, болван я, болван! А еще взялся вас выручать, когда тут такой кавардак, что сам черт ногу сломит. Безобразие, беспорядок! Только выберешься из одной беды, как попадешь в другую, похуже. Ведь мы сейчас в каких-нибудь двух-трех кварталах от того подъезда, откуда я вас вытащил. И попробуй — разберись в этой суматохе, кто тебе друг, а кто враг! Все перепуталось. Не угадаешь, кто сидит за этими треклятыми стенами. Сунься-ка только, попробуй — как получишь бомбой по макушке! Ведь, кажется, никого не трогаешь, идешь себе тихонько по своим делам, — так нет же: либо на тебя набежит толпа, и с ней как раз угодишь под пулеметы, либо набегут солдаты, и тогда твои собственные товарищи станут поливать тебя с крыши огнем. А потом все равно налетит толпа, и тут тебе и каюк!</p>
     <p>Он горестно покачал головой и, закурив, опустился рядом со мной на тротуар.</p>
     <p>— Я так есть хочу, — сумрачно добавил он, — что готов камни грызть. — И сразу же вскочил и, сойдя на мостовую, в самом деле принялся выковыривать булыжник. Потом, вернувшись, стал разбивать им витрину соседней лавки.</p>
     <p>— Первый этаж и, значит, никуда не годится, — философствовал он, подсаживая меня в пролом разбитого окна. — Но ничего лучше сейчас не придумаешь. Попробуйте здесь соснуть, а я пойду на разведку. Похоже, что мне все-таки удастся вас спасти, но только на это потребуется время, много времени, и… хоть немного еды.</p>
     <p>Мы, оказывается, забрались в лавку шорника. Пройдя в заднюю комнату, окнами во двор, Гартуэйт перенес туда груду конских попон и устроил в углу удобное ложе. У меня, помимо страшной усталости, разболелась голова, и я рада была возможности закрыть глаза и вытянуть усталые ноги.</p>
     <p>— Ждите меня назад в самом скором времени, — сказал Гартуэйт, уходя. — Не обещаю возвратиться с машиной, но чего-нибудь поесть обязательно принесу.</p>
     <p>Мы свиделись с Гартуэйтом только через три года. Вместо того чтобы вернуться, как обещал, он с простреленным легким и раной в шею попал в больницу.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать четвертая</p>
      <p>Кошмар</p>
     </title>
     <p>После бессонной ночи в вагоне, после волнений и усталости страшного дня я крепко заснула, а когда проснулась, стояла глубокая ночь. Гартуэйт еще не вернулся. В давке я потеряла часы и не имела представления о времени. Лежа с закрытыми глазами, я прислушивалась к отдаленному гулу взрывов. Там по-прежнему клокотал ад. Я ползком добралась до витрины. Зарево гигантских пожаров освещало улицу, как днем. При этом свете можно было бы читать газету. В нескольких кварталах от меня рвались гранаты и стучали пулеметы, издали доносился тяжелый грохот взрывов, непрерывно следовавших друг за другом. Я поползла обратно, к своему ложу из конских попон, и снова крепко уснула.</p>
     <p>Когда я проснулась, в комнату сочился мутно-желтый свет зари. Наступали вторые сутки чикагской резни. Я опять ползком добралась до витрины. Густая пелена дыма, местами прорезанная багровыми вспышками огня, застилала небо. По противоположному тротуару брел, спотыкаясь, какой-то несчастный раб; одну руку он крепко прижимал к боку, по тротуару вился за ним кровавый след. Глазами, в которых застыл ужас, он боязливо водил по сторонам. На мгновение взгляд его встретился с моим, и я прочла в нем немую жалобу раненного и загнанного животного. Он увидел меня, но между нами не протянулась нить взаимного понимания, верно, ничто во мне не сулило ему дружеского участия. Он еще больше съежился и заковылял прочь. Ему неоткуда было ждать помощи во всем божьем мире. В грандиозной облаве на рабов, которую устроили его хозяева, он был презренным илотом, не больше. Все, на что он надеялся и чего искал, была нора, куда, подобно раненому животному, он мог бы забиться. Резкие звонки кареты скорой помощи, показавшейся из-за угла, заставили его вздрогнуть. Кареты были не для таких, как он. Со страдальческим стоном поспешил он в ближайший подъезд, потом снова вышел и понуро поплелся дальше.</p>
     <p>Я опять прилегла на попоны и еще с час провела в ожидании Гартуэйта. Головная боль не проходила, напротив — она усиливалась с каждой минутой. Только с трудом могла я открыть глаза и сосредоточиться на каком-нибудь предмете. Но и открыть их и смотреть было невыразимо мучительно. В висках стучало. Шатаясь от слабости, я вылезла в витрину и побрела наугад, бессознательно стремясь выбраться из района кровавой бойни. С этой минуты я воспринимала все как в кошмарном сне, и те воспоминания, которые сохранились у меня о дальнейших событиях, подобны воспоминаниям о кошмаре. Многое навсегда врезалось мне в память, но это только отрывочные картины на фоне густой тьмы. Что происходило в эти минуты полного забвения, я не знаю — и не узнаю никогда.</p>
     <p>Помню, на углу я упала, споткнувшись о чьи-то ноги. Это было то самое загнанное существо, которое недавно, изнемогая, тащилось мимо моего убежища. Как сейчас вижу раскинутые на тротуаре бескровные узловатые руки, скорее похожие на лапы или копыта какого-то животного, — искривленные, изуродованные трудом целой жизни, с мозолистыми наростами на ладонях, чуть ли не в полдюйма толщиной. Поднимаясь, я заглянула в лицо этого парии и поняла, что он еще жив. В тусклом взоре бедняги теплилось сознание, и я видела, что он смотрит на меня и видит меня.</p>
     <p>После этого я впала в благодетельное забытье. Машинально брела я по улицам, ни о чем не думая, ничего не сознавая, инстинктивно ища спасения. Следующим видением в моем кошмаре была безгласная улица мертвых. Я наткнулась на нее неожиданно, как странник, заблудившийся среди полей и рощ, натыкается на стремительно бегущий ручей. Но только этот ручей был недвижим, он застыл в оцепенении смерти. Заливая всю ширину мостовой и выплескиваясь на тротуары, он простирался почти ровной гладью, над которой здесь и там вздымались островки и бугры тесно переплетенных человеческих тел. Бедные затравленные илоты полегли здесь, словно калифорнийские кролики после грандиозной облавы<a l:href="#n_286" type="note">[286]</a>. Я посмотрела направо, налево — нигде ни движения, ни звука. Многоглазые дома молчаливо взирали на это зрелище. И вдруг из мертвых вод поднялась рука. Клянусь, я видела, как она судорожно задвигалась в воздухе; а вместе с рукой поднялась страшная, вся в запекшейся крови голова, пролепетала мне что-то невнятное и запрокинулась, чтобы не подняться больше.</p>
     <p>Помню и другую улицу в рамке молчаливых домов и нарастающий прибой толпы, зрелище которой снова ввергло меня в ужас и вернуло к действительности. Но, вглядевшись, я успокоилась. Толпа с трудом подвигалась вперед, оглашая воздух стонами и рыданиями, бессильными проклятиями, бессмысленным бормотанием старости, истерическими воплями неистовства и безумия. Ибо здесь собрались дети и старики, расслабленные и больные, беспомощные и отчаявшиеся, все человеческие обломки и вся заваль гетто. Пожар выгнал их на улицу, в кромешный ад уличных боев. Куда они направились и что с ними сталось, я так никогда и не узнала<a l:href="#n_287" type="note">[287]</a>.</p>
     <p>Смутно припоминаю, как, выломав окно, я пряталась в лавке от толпы, преследуемой солдатами. На другой тихой улице, где, кроме меня, не было, по-видимому, ни одного человеческого существа, рядом со мной разорвалась бомба. Следующая вспышка сознания: я слышу щелканье ружейного затвора и внезапно отдаю себе отчет в том, что солдат в остановившейся передо мной машине целится прямо в меня. Пуля просвистела мимо, и я поторопилась сказать пароль и подать условный знак. Не помню, как меня посадили в машину и как долго я ехала в ней, но и эта поездка озарена мгновенной вспышкой сознания. Мой сосед солдат снова щелкает затвором. Я машинально открываю глаза и вижу, как на тротуаре покачнулся и медленно опускается наземь Джордж Милфорд — наш с Эрнестом знакомый со времен Пелл-стрит. Пока он падал, солдат вторично выстрелил. Милфорд перегнулся пополам, потом выпрямился во весь рост и ничком рухнул на мостовую. Солдат усмехнулся и повел машину дальше.</p>
     <p>Далее я вижу себя после крепкого, освежающего сна. Меня разбудил человек, беспрерывно расхаживающий взад и вперед по комнате. У него утомленное, измученное лицо, пот градом катится с его лба и стекает по переносице. Рукой он крепко прижимает к груди раненую руку, из которой каплями сочится кровь. Он в форме наемника. Снаружи, сквозь стены, доносится приглушенный грохот рвущихся бомб. Я нахожусь в здании, которое обстреливается из другого здания.</p>
     <p>Вошел врач — сделать раненому перевязку, и я узнаю, что уже два часа пополудни. Голова все еще болит, и врач дает мне сильнодействующее средство, чтобы успокоить сердце и облегчить головную боль. Я снова засыпаю и затем помню себя уже на крыше небоскреба. Перестрелка кончилась. Я наблюдаю налеты аэростатов на крепость. Кто-то держит меня за талию, я крепко прильнула к его плечу, у меня отрадное чувство, что Эрнест опять со мной, я только не могу понять, почему у него опалены волосы и брови.</p>
     <p>Счастливый случай свел нас в этом страшном городе. Эрнест не знал, что я уехала из Нью-Йорка, и, проходя по комнате, где я крепко спала, сперва глазам своим не поверил. Больше мне уже не пришлось наблюдать усмирение Чикагского восстания. С крыши, где мы следили за атакой на крепость, Эрнест проводил меня в одну из комнат обширного здания, и здесь я проспала остаток дня и ночь. Третий день мы провели в стенах того же здания, а на четвертый Эрнест, получив у властей разрешение и машину, вывез меня из Чикаго.</p>
     <p>Головная боль прошла, но я была страшно измучена душевно и физически. Прислонившись к Эрнесту, я безучастно следила за тем, как солдат-шофер и его помощник искусно маневрируют, стараясь вывести машину из города. Кое-где еще не утихло сражение, но теперь это были уже отдельные очаги. Районы, где еще удерживались наши товарищи, были сплошь оцеплены войсками. Революционеры оказались заперты в сотнях ловушек, и солдаты теснили их шаг за шагом. Поражение для наших бойцов было равносильно смерти, и все они геройски боролись до конца<a l:href="#n_288" type="note">[288]</a>.</p>
     <p>Едва мы приближались к таким кварталам, патрули преграждали нам дорогу и приказывали ехать в обход. В одном случае нас направили по совершенно выгоревшей улице, где справа и слева находились укрепленные позиции революционеров. Пробираясь мимо тлеющих пожарищ и шатких обгорелых стен, мы слышали по обе стороны гром и грохот войны. Часто путь нам преграждали горы развалин, приходилось поворачивать и пускаться в обход. Так мы кружили по нескончаемому лабиринту развалин и еле-еле подвигались вперед.</p>
     <p>Чикагские бойни вместе с прилегающим рабочим гетто сгорели дотла. Далеко направо — там, где дымное облако застилало горизонт, — был пульмановский рабочий городок, вернее, то, что от него осталось, наемники разорили его дотла. Наш шофер побывал там накануне с поручением. По его словам, таких тяжелых боев не было нигде в городе; все улицы завалены мертвецами.</p>
     <p>Огибая полуразрушенные стены какого-то строения в районе боен, мы наткнулись на гору трупов, напоминавшую океанский вал. Нетрудно было себе представить, что здесь произошло. Выйдя на перекресток, толпа оказалась под обстрелом пулеметов, косивших ее под прямым углом и в упор. Но и солдатам пришлось не сладко. Очевидно, среди них разорвалась случайная бомба, расстроившая их ряды, и толпа, перехлестнув через вал из трупов, залила неприятельские позиции живым потоком отчаянно дерущихся людей. Солдаты и рабы лежали вперемешку, растерзанные и порубанные, среди обломков машин и брошенных винтовок.</p>
     <p>Эрнест выскочил из автомобиля. В груде трупов внимание его привлекла сутулая спина в ситцевой рубашке и венчик серебряных волос. Я ни о чем не спрашивала, и уже потом, когда мы опять сидели рядом и машина увозила нас дальше, он сказал мне:</p>
     <p>— Это был епископ Морхауз…</p>
     <p>Вскоре мы выехали на зеленое раздолье полей и лугов, и я бросила последний, прощальный взгляд на дымное небо. Ветер донес до нас слабый гул отдаленного взрыва. Тогда я припала к груди Эрнеста и беззвучно зарыдала, оплакивая гибель нашего великого дела. Рука Эрнеста, обнимавшая мои плечи, говорила мне о его любви красноречивее всяких слов.</p>
     <p>— Сегодня, голубка, мы потерпели поражение, — сказал он. — Но это ненадолго. Мы многому научились. Завтра, обогатившись новой мудростью и опытом, великое дело возродится вновь.</p>
     <p>Машина подвезла нас к тихому полустанку. Здесь нам предстояло сесть на поезд, идущий в Нью-Йорк. Пока мы дожидались на перроне, прошли три состава, они направлялись на запад, в Чикаго. Все вагоны были набиты чернорабочими в рваной одежде — обитателями бездны.</p>
     <p>— Новые партии рабов для восстановления Чикаго! — с горечью воскликнул Эрнест. — Ведь в Чикаго не осталось больше рабов… Все они перебиты…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать пятая</p>
      <p>Террористы</p>
     </title>
     <p>Только спустя много недель после возвращения в Нью-Йорк удалось нам уяснить себе грандиозность постигшей нас катастрофы. В стране не утихали вражда и кровопролитие. Во многих местах вспыхнули восстания рабов, давшие повод к неслыханно жестоким расправам. Список жертв возрастал. Повсюду происходили бесчисленные казни. Люди, преследуемые властями, убегали в горы и пустыни, и за ними шла систематическая охота. Наши убежища были переполнены революционерами, за поимку которых правительство назначило большие суммы. Целый ряд убежищ был выслежен агентами Железной пяты и разгромлен ее солдатами.</p>
     <p>Многие из наших товарищей под действием охватившего их разочарования обратились к террору. Крушение всех надежд, отчаяние толкали их на отчаянные средства борьбы. Возникшие повсюду независимо от нас террористические группы причиняли нам немало хлопот<a l:href="#n_289" type="note">[289]</a>. Эти изуверы и фанатики, напрасно жертвовавшие собой, часто срывали наши планы и тормозили разумную организаторскую работу.</p>
     <p>И среди всего этого хаоса Железная пята с обычным хладнокровием и уверенностью шла к своей цели. Она обшарила всю страну в поисках укрывающихся революционеров, перетряхнула сверху донизу всю армию, все рабочие касты, органы шпионажа и тайной полиции, карая жестоко, но бесстрастно, молчаливо снося ответные удары, снова пополняя свои ряды, едва они приходили в расстройство.</p>
     <p>А между тем Эрнест и другие социалистические лидеры работали не покладая рук над реорганизацией революционных сил. Нетрудно представить себе огромность их задачи, если вспомнить…<a l:href="#n_290" type="note">[290]</a>.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Р. Гальпериной</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Мартин Иден</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <p>Тот, что шел впереди, отпер дверь французским ключом. Молодой парень, шагавший следом, прежде чем переступить порог, неловко сдернул кепку с головы. На нем была простая, грубая одежда, пахнувшая морем; в просторном холле он как-то сразу оказался не на месте. Он не знал, что делать со своей кепкой, и собрался уже запихнуть ее в карман, но в это время спутник взял кепку у него из рук и сделал это так просто и естественно, что парень был тронут. «Он понимает, — пронеслось у него в голове, — он меня не выдаст».</p>
     <p>Раскачиваясь на ходу, широко расставляя ноги, словно пол под ним опускался и поднимался на морской волне, он шел за своим спутником. Огромные комнаты, казалось, были слишком тесны для его размашистой походки, — он все время боялся зацепить плечом за дверной косяк или смахнуть какую-нибудь безделушку с камина. Он шарахался из стороны в сторону и тем увеличивал опасность, существовавшую больше в его воображении. Между роялем и столом, заваленным книгами, могли свободно пройти шесть человек, но он отважился на это лишь с замиранием сердца. Его большие руки беспомощно болтались, он не знал, куда их деть. И когда вдруг ему показалось, что он вот-вот заденет книги на столе, он отпрянул, как испуганный конь, и едва не повалил табурет у рояля. Он взглянул на своего уверенно шагавшего спутника и впервые в жизни подумал о том, как неуклюжа его собственная походка и как она отличается от походки других людей. На мгновение его обожгло стыдом от этой мысли. Капли пота выступили у него на лбу, и, остановившись, он вытер свое бронзовое лицо носовым платком.</p>
     <p>— Артур, дружище, погодите немножко, — сказал он, пытаясь шутливым тоном замаскировать свое смущение. — Слишком уж для меня много на первый раз. Дайте собраться с духом. Вы ведь знаете, что я не хотел идти, да и вашим-то едва ли так уж не терпится посмотреть на меня.</p>
     <p>— Пустяки! — последовал успокоительный ответ. — Вам нечего бояться нас. Мы люди простые… Эге! Кажется, мне письмо!</p>
     <p>Артур подошел к столу, вскрыл конверт и стал читать, предоставляя гостю возможность прийти в себя. И гость это понял и оценил. Он был от природы чуток и отзывчив и, несмотря на внешнюю растерянность, не утратил этих чувств и сейчас. Он снова вытер лоб и обвел комнату сосредоточенным взглядом, но в этом взгляде все еще была тревога, как у дикого животного, опасающегося западни. Он был окружен неведомым, он боялся того, что его ожидало, он не знал, что ему делать, и понимал, что держится нескладно и что, вероятно, нескладность эта проявляется не только в походке и жестах. Чувствительность его была обострена, смущение дошло до предела, и лукавый взгляд, который украдкой бросил на него Артур поверх письма, поразил его, как удар ножом: Он поймал этот взгляд, но не подал виду, так как многому уже успел научиться, и прежде всего дисциплине. Однако его гордость была ранена. Он выругал себя за то, что пришел, но тут же решил: будь что будет, но раз уж он здесь, то выдержит все до конца. Лицо его приняло суровое выражение, и в глазах сверкнул сердитый огонь. Он снова огляделся, теперь уже более уверенно, стараясь запечатлеть в своем мозгу все детали окружающей обстановки. Ничто не ускользнуло от его широко раскрытых глаз: и по мере того как он глядел на эти красивые вещи, сердитый огонь в его глазах угасал, сменяясь теплым блеском. Он всегда живо откликался на красоту, а здесь было на что откликнуться.</p>
     <p>Его внимание привлекла картина на стене, писанная маслом. Могучий вал разбивался о прибрежную скалу; низкие, грозовые облака покрывали небо, а по бушующим волнам, освещенная закатными лучами, неслась маленькая шхуна, сильно накренившись, так, что вся ее палуба была открыта взгляду. Это было красиво, а красота неодолимо влекла его. Он забыл о своей неуклюжей походке и подошел к картине вплотную. Красоты как не бывало. Он с недоумением взирал на то, что теперь казалось грубой мазней. Затем он отошел. И тотчас же картина снова стала прекрасной. «Картина с фокусом», — решил он, отворачиваясь, и среди новых нахлынувших впечатлений успел с негодованием подумать о том, что столько красоты принесено в жертву ради глупого фокуса. Он не имел понятия о живописи. До сих пор он знал лишь хромолитографии, которые были одинаково гладки и отчетливы издали и вблизи. Правда, в витринах магазинов он видал картины, написанные красками, но стекло не позволяло разглядеть их как следует.</p>
     <p>Он оглянулся на своего друга, читавшего письмо, и взгляд его упал на лежавшие на столе книги. Его глаза загорелись жадностью, как у голодного при виде пищи. Он невольно шагнул к столу и начал с волнением перебирать книги. Он глядел на заглавия и имена авторов, читал отдельные фразы в тексте, ласкал книги взглядом, любовно поглаживал и вдруг узнал книгу, которую недавно прочел. Но все другие книги были ему совершенно неизвестны, так же как и их авторы. Ему попался томик Суинберна <a l:href="#n_291" type="note">[291]</a>, он стал читать и забыл, где находится; лицо его разгорелось. Дважды он закрывал книгу, чтоб посмотреть имя автора, указательным пальцем заложив страницу. Суинберн! Он запомнит имя. У этого Суинберна был, видно, наметанный взгляд, он умел видеть очертания и краски. Но кто он такой? Умер он лет сто тому назад, как большинство поэтов, или жив и еще пишет? Он перевернул заглавную страницу. Да, этот Суинберн написал и другие книги. Ладно, завтра же утром он пойдет в публичную библиотеку и попробует достать что-нибудь из его сочинений.</p>
     <p>Он так увлекся чтением, что не заметил, как в комнату вошла молодая девушка. Его заставил опомниться голос Артура:</p>
     <p>— Руфь! Это мистер Иден.</p>
     <p>Книга захлопнулась, и сразу же его пронизало новое, еще незнакомое ощущение, вызванное, однако, не появлением девушки, а словами ее брата. В этом мускулистом теле жила обостренная чувствительность. Под малейшим воздействием внешнего мира его чувства и мысли вспыхивали и играли, как пламя. Он был необычайно восприимчив и впечатлителен, а его пылкое воображение все время работало, устанавливая связь между вещами, их сходство и различие. Слова «мистер Иден» — вот что заставило его вздрогнуть. Он, которого всю жизнь звали «Иден», или «Мартин Иден», или просто «Мартин», — вдруг «мистер». «Это уже кое-чего стоит», — отметил он про себя. Его сознание вдруг словно превратилось в огромную камеру-обскуру, и перед ним, обгоняя друг друга, замелькали знакомые картины: кочегарки, трюмы, доки, пристани, тюрьмы и трактиры, больницы и мрачные трущобы; все это нанизалось на один стержень — форму обращения, к которой он привык в жизни.</p>
     <p>Но тут он обернулся и увидел девушку. Беспорядочные видения, роившиеся в его памяти, сразу исчезли. Перед ним было бледное, воздушное существо с большими одухотворенными голубыми глазами, с массой золотых волос. Он не знал, как она одета, — знал лишь, что наряд на ней такой же чудесный, как и она сама. Он мысленно сравнил ее с бледно-золотым цветком на тонком стебле. Нет, скорей она дух, божество, богиня, — такая возвышенная красота не может быть земной. Или в самом деле правду говорят книги, и в других, высших кругах общества много таких, как она? Вот ее бы воспеть этому Суинберну. Может быть, он и думал о ком-нибудь, похожем на нее, когда описывал Изольду в книге, которая лежит там, на столе. Вся эта смена мыслей, образов и чувств заняла одно мгновение. А внешне события шли своей непрерывной чередой. Руфь протянула ему руку, и он заметил, как прямо смотрела она ему в глаза во время крепкого, совсем мужского рукопожатия. Женщины, которых он знавал, не так пожимали руку. Они вообще редко здоровались за руку. Его снова захлестнул поток пестрых картин, воспоминаний о встречах и знакомствах с разными женщинами. Но он отогнал все эти воспоминания и смотрел на нее. Такой он никогда не видел. Женщины, которых он знавал… Немедленно рядом с нею выстроились «те» женщины. В течение секунды, показавшейся вечностью, он словно стоял посреди портретной галереи, в которой она занимала центральное место, а вокруг теснилось множество женщин, и каждую надо было оценить беглым взглядом, сравнить с нею. Он увидел худые, болезненные лица фабричных работниц и задорных девчонок городской улицы; увидел батрачек с огромных скотоводческих ранчо и смуглых жительниц Мексики с неизменной сигаретой в зубах. Потом замелькали похожие на кукол японки, семенящие на деревянных подошвах; женщины Евразии с тонкими чертами лица, уже отмеченные признаками вырождения; за ними пышнотелые женщины островов Тихого океана, в венках из цветов, оттеняющих их темную кожу. И, наконец, всех оттеснила чудовищная, кошмарная толпа — растрепанные потаскухи с панелей Уайтчепела, пропитанные джином ведьмы из темных притонов, целая вереница исчадий ада, грязных и развратных, жалкие подобия женщин, подстерегающие моряков на стоянках, отбросы гаваней, пена и накипь людского котла.</p>
     <p>— Садитесь, мистер Иден, — сказала девушка. — Мне так хотелось познакомиться с вами, после того что нам рассказал Артур. Это был такой смелый поступок.</p>
     <p>Он остановил ее движением руки и пробормотал, что все это сущий вздор, что всякий поступил бы так же на его месте. Она заметила, что рука, которую он поднял, покрыта свежими, заживающими ссадинами; посмотрела на другую руку и увидела то же самое. Потом, скользнув быстрым испытующим взглядом по его лицу, она заметила шрам на щеке, другой на лбу, под самыми волосами, и, наконец, третий, исчезавший за крахмальным воротничком. Она подавила улыбку, увидав красную полоску, натертую воротничком на его бронзовой шее. Он, видимо, не привык носить воротнички. Ее женский глаз отметил и дурной, мешковатый покрой его костюма, складки у плеч, морщины на рукавах, под которыми обрисовывались могучие бицепсы.</p>
     <p>Повторяя, что в его поступке нет ничего особенного, он послушно шагнул к креслу. При этом он успел полюбоваться той непринужденной грацией, с которой села она, и смутился еще больше, представив себе свою нескладную фигуру. Это было ново для него. Ни разу в жизни не задумывался он над тем, ловок он или неуклюж. Ему никогда в голову не приходило смотреть на себя с такой точки зрения. Он осторожно присел на край кресла, не зная, куда деть свои руки. Как он их ни клал, они все время мешали ему. А тут еще Артур вышел из комнаты, и Мартин Иден с невольной тоской посмотрел ему вслед. Оставшись в комнате наедине с этим бледным духом в женском облике, он окончательно растерялся. Тут не было ни стойки, где можно спросить джину, ни мальчишки, которого можно послать за пивом, чтобы дружеская беседа потекла свободно, смоченная этими располагающими к общению напитками.</p>
     <p>— У вас шрам на шее, мистер Иден, — сказала девушка. — Откуда он? Наверно, это след какого-нибудь необычайного приключения?</p>
     <p>— Мексиканец меня хватил ножом, мисс, — отвечал он, проведя языком по губам и кашлянув, чтобы прочистить горло. — Была потасовка. А потом, когда я вырвал у него нож из рук, он хотел откусить мне нос.</p>
     <p>Он оказал это совершенно просто, а перед его глазами возникла картина той душной звездной ночи в Салина-Круц: белая полоска берега, огни груженных сахаром пароходов, голоса пьяных матросов в отдалении, толкотня грузчиков, искаженное яростью лицо мексиканца, звериный блеск его глаз при звездном свете, холод стали на шее, струя крови, толпа и крики, два тела, сплетенные вместе и катающиеся на песке, и мелодичный звон гитары где-то вдали. Так это было, и, вздрогнув при одном воспоминании, он подумал о том, сумел ли бы изобразить все это красками тот, кто написал картину, висевшую на стене? Белый берег, звезды, огни грузовых пароходов — все это должно бы здорово получиться, — а посередине, на песке, темная толпа вокруг дерущихся. Он решил, что и нож следовало изобразить на картине, — сталь так красиво блестела бы при свете звезд.</p>
     <p>Но обо всем этом он не сказал ни слова.</p>
     <p>— Да, он хотел откусить мне нос, — повторил он только.</p>
     <p>— О! — воскликнула девушка, и в тоне ее голоса и в выражении лица он почувствовал замешательство. Он и сам смешался, легкая краска разлилась по его загорелым щекам, но ему показалось, что они пылают, как будто он целый час провел у открытой топки котла. О таких неприглядных предметах, как поножовщина, едва ли удобно беседовать со светской дамой. В книгах люди ее круга никогда таких разговоров не вели, — может быть, они даже не знали о подобных вещах.</p>
     <p>Произошла легкая заминка в едва успевшей завязаться беседе. Тогда Руфь снова задала вопрос, на этот раз о шраме у него на щеке. Когда она сделала это, он понял, что она старается говорить с ним о том, что ему близко, и тут же решил, ответив, перевести затем разговор на то, что близко ей.</p>
     <p>— Случай такой вышел, — сказал он, проводя рукой по щеке. — Однажды ночью, в большую волну, сорвало грот со всеми снастями. Трос-то был проволочный, он и стал хлестать кругом, как змея. Вся вахта старалась его поймать. Ну, я бросился и закрепил его, только при этом меня звездануло по щеке.</p>
     <p>— О! — воскликнула она опять, на этот раз с некоторым участием, хотя все эти «гроты» и «тросы» были для нее настоящей китайской грамотой.</p>
     <p>— Этот… Свайнберн, — начал он, осуществляя свой план, но при этом делая ошибку в произношении.</p>
     <p>— Кто?</p>
     <p>— Свайнберн, — повторил он, — поэт.</p>
     <p>— Суинберн, — поправила она его.</p>
     <p>— Да, он самый, — проговорил он, снова покраснев. — Давно он умер?</p>
     <p>— Я не слыхала, чтобы он умер. — Она посмотрела на него с любопытством. — А где вы с ним познакомились?</p>
     <p>— Да я его и в глаза не видал, — отвечал он. — Я прочитал кое-что из его стишков вон в той книжке на столе, как раз перед тем, как вы пришли. Вам его стихи нравятся?</p>
     <p>Она заговорила свободно и легко об интересовавшем его предмете. Он почувствовал себя лучше и даже поудобнее уселся, продолжая, однако, крепко держаться за ручки кресла, словно опасался, что оно уйдет из-под него и он шлепнется на пол. Ему удалось подсказать тему, ей близкую, и теперь он напряженно слушал, удивляясь тому, как много знаний укладывается в ее хорошенькой головке, и наслаждаясь созерцанием ее хрупкой красоты. Он старался понять то, что слышал, хотя незнакомые слова, так просто слетавшие с ее губ, повергали его в недоумение, да и весь ход ее мысли был ему совершенно чужд. Однако все это заставляло работать его мозг. Вот где умственная жизнь, думал он, вот где красота, яркая и чудесная, какая даже не снилась ему. Он забыл все окружающее и жадными глазами впился в девушку. Да, вот это — то, для чего стоит жить, чего стоит добиваться, из-за чего стоит бороться и ради чего стоит умереть. Книги говорили правду. Бывают на свете такие женщины. Вот одна из них. Она окрылила его воображение, и огромные яркие полотна возникали перед ним, и на них роились таинственные, романтические образы, сцены любви и героических подвигов во имя женщины — бледной женщины, золотого цветка. И сквозь эти зыбкие, трепетные видения, как чудесный мираж, он видел живую женщину, говорившую ему об искусстве и литературе. Он слушал и смотрел, не подозревая, что в его глазах, в устремленном на нее пристальном взгляде отражается вся мужская сущность его натуры. Но она, мало знавшая о жизни и о мужчинах, вдруг по-женски насторожилась, поймав его пылающий взгляд. Еще ни один мужчина не смотрел на нее так, и этот взгляд смутил ее. Она запнулась и умолкла, потеряв нить рассуждений. Этот человек пугал ее, и в то же время ей почему-то было приятно, что он так на нее смотрит. Привитые воспитанием навыки предостерегали ее против опасности и силы этого таинственного, коварного обаяния; но инстинкт звенел в крови, требуя чтобы она забыла, кто она и что она, и устремилась навстречу этому гостю из другого мира, этому неуклюжему юноше с израненными руками и красной полоской на непривычной к воротничку шее, — юноше, носившему на себе явный и неприглядный отпечаток грубой жизни среди грубых людей. Она была чиста, и вся чистота ее возмущалась; но она была женщина, и к тому же только что начавшая познавать удивительный парадокс женской природы.</p>
     <p>— Значит, как я говорила… А что я говорила? — вдруг воскликнула она, оборвав фразу, и сама весело рассмеялась.</p>
     <p>— Вы говорили, что этот Суинберн не сделался великим поэтом, потому что… да… вот на этом вы как раз и остановились, мисс…</p>
     <p>Он сказал это и почувствовал точно приступ внезапного голода. От ее смеха приятные мурашки забегали у него по спине. Точно серебро, подумал он, точно маленькие серебряные колокольчики; и в то же мгновение, и только на одно мгновение, он перенесся в далекую страну — сидел там под вишней, осыпанной розовым цветом, курил и слушал звон колокольчиков остроконечной пагоды, призывающий на молитву богомольцев в соломенных сандалиях.</p>
     <p>— Да, да… благодарю вас, — отвечала она. — Суинберн потому не сделался великим поэтом, что, по правде говоря, он иногда бывает грубоват. У него есть такие стихотворения, которые просто не стоит читать. У настоящего поэта каждая строчка исполнена прекрасной истины и взывает к самому высокому и благородному в человеке. У великого поэта нельзя выкинуть ни одной строчки. Это было бы огромной потерей для мира.</p>
     <p>— А мне это показалось очень хорошо, — сказал он нерешительно, — то, что я вот тут прочел… Мне и в голову не приходило, что он такой… такой дурной. Должно быть, это по другим его книгам видно.</p>
     <p>— Ив той книге, которую вы читали, есть много строк, которые можно было бы выкинуть без всякого ущерба, — заявила она твердым и безапелляционным тоном.</p>
     <p>— Мне они, верно, не попались, — сказал он. — То, что я читал, было уж очень здорово. Точно свет какой-то тебе в душу светит, вроде солнца или прожектора. Так мне показалось, мисс; да ведь я, должно быть, ни черта в стихах не смыслю.</p>
     <p>Он вдруг умолк, мучительно сознавая свое косноязычие. В том, что он только что прочел, он почувствовал силу и теплое дыхание жизни, но ему не хватало слов, чтобы рассказать об этом. Он чувствовал себя, точно матрос на чужом судне, который темной ночью путается в незнакомой оснастке. Хорошо, решил он, значит, нужно во что бы то ни стало освоиться в этом чужом мире. Еще никогда не бывало, чтобы он не смог достигнуть того, чего хотел, а сейчас он страстно хотел научиться выражать свои чувства и мысли так, чтобы она его понимала. Она уже затмила для него весь горизонт.</p>
     <p>— Вот, например, Лонгфелло… — начала она.</p>
     <p>— Да, да. Я его читал, — живо перебил он, желая поскорей проявить все свои хоть и малые познания в области литературы. Пусть она убедится, что он не такой уж круглый невежда. — Я читал «Псалом жизни», «Эксцельсиор»… Да вот, кажется, и все.</p>
     <p>Она улыбнулась, кивнула головой, и он почувствовал в ее улыбке снисходительность, жалостливую снисходительность. Он сглупил, вздумав похваляться своими убогими познаниями. Ведь этот Лонгфелло написал, наверно, несчетное множество книг.</p>
     <p>— Простите меня, мисс, что я к вам полез с разговорами, — сказал он. — Правду сказать, я мало смыслю в таких вещах. Это не моего ума дело… Но я добьюсь того, что это будет моего ума дело.</p>
     <p>Последние слова прозвучали как угроза. Голос его звенел, глаза сверкали, складки в углах рта обозначились резче. Ей даже показалось, что челюсть у него выдвинулась вперед, отчего все лицо приняло какое-то неприятное, вызывающее выражение. И в то же время мощная волна мужественности, исходящая от него, захлестнула ее.</p>
     <p>— Я верю, вы добьетесь того, чтобы… чтобы это стало вашего ума дело, — подтвердила она, смеясь. — Вы такой сильный!</p>
     <p>Ее взгляд на миг остановился на его мускулистой, почти бычьей шее, бронзовой от солнца, пышущей здоровьем и силой. И хотя он сидел перед ней такой смущенный и робкий, ее снова потянуло к нему. У нее вдруг мелькнула сумасбродная мысль. Ей представилось, что если б она обняла эту шею, вся его сила и мощь передались бы ей. Эта мысль устыдила ее. Точно вдруг проявилась какая-то скрытая порочность ее натуры. Кроме того, физическая сила всегда казалась ей чем-то низменным и грубым. Ее идеалом мужской красоты была до сих пор элегантная стройность. Однако странная мысль не оставляла ее. Она не понимала, как могло у нее явиться желание обнять эту загорелую шею. А между тем все было просто. Она была хрупка от природы и потому телом и душой тянулась к силе, которой ей не хватало. Но она не сознавала этого, она знала лишь, что ни один мужчина еще не затрагивал ее так сильно, как этот парень, чья неправильная речь то и дело резала ее слух.</p>
     <p>— Да, я вообще здоров, как бык, — сказал он, — ежели понадобится, могу переварить ржавое железо. Но сейчас вот у меня что-то вроде несварения. Многое из того, что вы говорите, мне не переварить. Меня, видите ли, никогда ничему такому не обучали. Я люблю книги и стихи и читаю их, как только выдастся время. Но только я никогда про них так не думаю, как вы. Оттого мне и говорить о них трудновато. Я вроде моряка в незнакомом море, без карты и без компаса. А мне хочется сообразить, что тут к чему. Может, вы мне поможете? Откуда вы сами столько знаете?</p>
     <p>— Я училась, ходила в школу, — отвечала она.</p>
     <p>— В школу и я ходил, когда был мальчишкой, — возразил он.</p>
     <p>— Да, но я окончила среднюю школу, а потом ходила в университет, слушала лекции.</p>
     <p>— Вы учились в университете? — переспросил он с неприкрытым изумлением. И сразу между ними легло пространство в миллионы миль.</p>
     <p>— Я и сейчас там учусь. Я слушаю специальный курс по английской филологии.</p>
     <p>Он не знал, что значит «филология», и, отметив свое невежество в этом пункте, спросил:</p>
     <p>— А сколько времени нужно было бы мне учиться, чтобы попасть в университет?</p>
     <p>Она решила ободрить его в этом стремлении к знанию.</p>
     <p>— Зависит от того, сколько вы учились раньше. Вы совсем не были в средней школе? Ну, да, конечно, нет… Но начальную школу вы окончили?</p>
     <p>— Мне оставалось до конца всего два года, — отвечал он, — да я ушел… Но учился я всегда с наградами.</p>
     <p>И тотчас же, браня себя за это хвастовство, он так вцепился в ручки кресла, что у него заныли пальцы. В то же мгновение он увидел, что в комнату вошла какая-то дама. Девушка тотчас же встала и пошла ей навстречу. Они поцеловались и, обнявшись, вместе направились к нему. Наверно, ее мать, решил он. Это была высокая белокурая женщина, стройная, величественная и красивая, одетая нарядно, как и подобает хозяйке такого дома. Изящные линии ее платья радовали глаз. Весь ее облик напомнил Мартину Идену женщин, виденных им на сцене. Потом он вспомнил, что таких же важных дам, так же одетых, он видел в вестибюлях лондонских театров, где, бывало, пялил на них глаза, пока полисмен не выгонит его на улицу под дождь. Вслед за этим воображение перенесло его в Иокогаму, к Гранд-Отелю, где ему тоже случалось видеть издали подобных дам. И тотчас же замелькали перед ним сотни картин Иокогамы — города и гавани. Но он принудил себя закрыть калейдоскоп памяти и сосредоточить все внимание на настоящем. Он догадался, что должен встать, чтоб быть ей представленным, и с трудом поднялся с кресла, чувствуя, как безобразно пузырятся у него брюки на коленях. Руки его беспомощно повисли, а лицо при мысли о предстоящем испытании приняло мрачное выражение.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <p>Переход в столовую был сплошным кошмаром. Продвигаясь среди всех этих предметов, на которые можно было ежесекундно натолкнуться, он медлил, спотыкался, останавливался, и подчас ему казалось, что он никогда не доберется до цели. Но в конце концов он проделал опасный путь и теперь сидел рядом с нею. Обилие ножей и вилок испугало его. Они грозили неведомыми опасностями, и он, как зачарованный, смотрел на них, пока в глазах у него не зарябило от блеска, и на этом сверкающем фоне всплыла знакомая картина матросского кубрика, где он и его товарищи ели солонину, действуя складными ножами, а то и просто пальцами, или хлебали густой гороховый суп из общей миски помятыми железными ложками. В ноздрях у него стоял запах тухлого мяса, в ушах раздавалось громкое чавканье матросов, которому аккомпанировал скрип снастей. Он решил, что они ели, как свиньи. Ладно, тут уж он последит за собой. Постарается жевать без шума, все время будет помнить об этом.</p>
     <p>Он окинул взглядом стол. Против него сидели Артур и второй брат, Норман. Ее братья, сказал он себе, и почувствовал к ним искреннее расположение. Как они любят друг друга, члены этой семьи! Ему вспомнилось, как Руфь встретила свою мать, как они поцеловались, как, обнявшись, направились к нему. В том мире, из которого он вышел, не в обычае были подобные нежности между родителями и детьми. Для него это послужило своего рода откровением, доказательством той утонченности чувств, которой достигли высшие классы. Из всего, что ему пришлось увидеть в этом новом для него мире, это было самое прекрасное. Он был глубоко тронут, и сердце его исполнилось нежностью. Всю свою жизнь Мартин искал любви. Его натура жаждала любви. Это было органическою потребностью его существа.</p>
     <p>Но жил он без любви, и душа его все больше и больше ожесточалась в одиночестве. Впрочем, сам он никогда не сознавал, что нуждается в любви. Не сознавал он этого и теперь. Он только видел перед собой проявления любви, и они волновали его, казались ему благородными, возвышенными, прекрасными.</p>
     <p>Он был рад, что за столом нет мистера Морза. Достаточно с него знакомства с Руфью, с ее матерью и братом Норманом, — Артура он уже немного знал. Знакомиться еще и с отцом — это было бы слишком. Ему казалось, что еще никогда он так не трудился. Самая тяжелая работа была детской игрой по сравнению с тем, что приходилось делать сейчас. На лбу у него выступили мелкие капли пота, а рубашка взмокла от усилий, которых требовало решение стольких непривычных задач сразу. Надо было есть так, как он никогда прежде не ел, пользоваться предметами, с назначением которых он не был знаком, украдкой поглядывать на других, чтобы понять, как все это делается, и в то же время вбирать в себя непрерывный поток новых впечатлений, — он едва успевал классифицировать их в своем сознании; и при этом он еще испытывал неодолимое влечение к Руфи, наполнявшее его смутной и болезненной тревогой; томился страстным желанием подняться до той жизни, которой жила она, и напряженно и непрестанно размышлял о том, как достичь этого. Искоса посматривая на Нормана, сидевшего напротив, или еще на кого-нибудь из обедающих, чтобы узнать, какой нож или вилку надо брать в том или ином случае, он старался в то же время ясно запечатлеть в своем сознании черты каждого и определить его место по отношению к Руфи. Кроме того, он должен был говорить, слушать то, что говорили ему, или то, что говорилось вокруг, отвечать, когда это было нужно, заботясь о том, чтобы язык, привыкший к распущенным речам, не сболтнул чего-нибудь неподходящего. В довершение всего существовала еще постоянная угроза в виде слуги, который бесшумно появлялся за его стулом и, подобно некоему сфинксу, задавал загадки, требуя немедленного ответа. И все время Мартину не давала покоя мысль о чашках для ополаскивания пальцев. Против воли он то и дело вспоминал об этих чашках, думал о том, какие они из себя и когда их подадут. До сих пор он знал о них только понаслышке, и вот теперь, может быть, через минуту-две, он их увидит, — ведь он сидит за одним столом с высшими существами, которые привыкли ополаскивать пальцы после еды, и должен будет сам — да, сам — это проделать. Но больше всего его занимала неотступная мысль: как ему держаться с этими людьми? Как себя вести? Он мучительно и напряженно старался разрешить эту проблему. Иногда его соблазняло желание притвориться не тем, что он есть на самом деле, но тотчас являлась опасливая мысль, что ничего у него не выйдет, что он не привык к притворству и легко может оказаться в дураках.</p>
     <p>Занятый этими размышлениями, Мартин первую половину обеда просидел очень тихо. Он не знал, что тем самым опровергает слова Артура, предупредившего родных, что приведет обедать дикаря, но чтобы они не пугались, так как дикарь этот очень интересный. Мартину никогда не пришло бы в голову, что брат Руфи может быть способен на такое предательство, в особенности после того, как он этого брата выручил из беды. И он сидел за столом, угнетенный сознанием собственного ничтожества и очарованный всем, что свершалось вокруг него.</p>
     <p>Впервые он понял, что еда не просто удовлетворение физической потребности. Раньше он никогда не замечал того, что ел. Это была пища, и только. Здесь же, за этим столом, он находил удовлетворение своему чувству прекрасного, потому что еда здесь являлась эстетической функцией. И не только эстетической, но и интеллектуальной. Ум его усиленно работал. Вокруг него произносили слова, непонятные ему или же такие, которые он встречал только в книгах и которые никто из людей его мира не мог бы даже выговорить. И слушая, как легко перебрасываются подобными словами члены этой удивительной семьи, ее семьи, он дрожал от восторга. Все увлекательное, высокое и прекрасное, о чем он читал в книгах, оказалось правдой. Он находился в блаженном состоянии человека, мечты которого вдруг перестали быть мечтами и воплотились в жизнь.</p>
     <p>Никогда еще не поднимался он на такие жизненные высоты и потому старался поменьше обращать на себя общее внимание, наблюдая и слушая, отвечая односложно: «да, мисс» и «нет, мисс», если к нему обращалась она; «да, мэм» и «нет, мэм», если к нему обращалась ее мать. Он едва удерживался, чтобы не говорить ее братьям: «слушаю, сэр», как полагалось по правилам морской дисциплины. Он чувствовал, что тем самым поставил бы себя в приниженное положение, а этого не должно быть, если он хочет завоевать ее. Да и гордость его восставала против этого. Ей-богу, думал он, я не хуже их; и если они знают многое, чего я не знаю, то и я их тоже мог бы кой-чему научить. Но в следующий миг, когда она или ее мать говорили ему: «мистер Иден», — он забывал свою строптивую гордость и сиял от восторга. Он был сейчас цивилизованным человеком — да, да, вот именно — и обедал в обществе людей, о которых раньше только читал в книжках. Он словно сам попал в книгу и странствовал по страницам переплетенного тома.</p>
     <p>Но, сидя за столом и уподобляясь скорее кроткому ягненку, чем изображенному Артуром дикарю, Мартин не переставал ломать голову над тем, как ему быть. Он вовсе не был кротким ягненком, и его властная натура не мирилась со второстепенной ролью. Он говорил только тогда, когда это было необходимо, и речь его очень напоминала его переход из гостиной в столовую — он так же поминутно спотыкался и останавливался, роясь в своем многоязычном лексиконе и опасаясь, что нужные слова он не сумеет произнести как следует, а иные, знакомые ему, окажутся грубыми или непонятными. Все время его угнетала мысль, что эта скованность речи вредит ему, мешает выразить то, что он на самом деле чувствует и думает. Кроме того, словесная узда стесняла его независимый дух точно так же, как крахмальный воротничок давил его шею. Он знал, что долго не выдержит. Чувства и мысли, обуревавшие его, настоятельно стремились вылиться наружу и принять определенную форму; и в конце концов он забыл, где находится, и старое, знакомое слово, одно из тех, которыми он привык пользоваться, сорвалось с его языка.</p>
     <p>Мартин отстранил блюдо, которое назойливо предлагал ему лакей, торчавший у него за спиной, и сказал кратко и выразительно:</p>
     <p>— Пау.</p>
     <p>Все за столом мгновенно застыли в ожидании, слуга с трудом сдержал злорадную ухмылку, а сам Мартин оцепенел, объятый ужасом. Но он быстро овладел собою.</p>
     <p>— Это канакское слово, — сказал он, — означает: «хватит», «довольно». Так уж у меня вырвалось, нечаянно.</p>
     <p>Он поймал любопытный взгляд Руфи, устремленный на его руки, и, придя в разговорчивое настроение, продолжал:</p>
     <p>— Я недавно приплыл на одном из пароходов тихоокеанской почтовой линии. Он опаздывал, и нам пришлось здорово поработать на погрузке в портах залива Пюджет. Вот я и поободрал себе шкуру.</p>
     <p>— А я вовсе не на то смотрела, — поспешно сказала она. — У вас очень маленькие руки для такого крупного мужчины.</p>
     <p>Он покраснел, словно ему указали еще на один его недостаток.</p>
     <p>— Да, — сказал он огорченно, — кулаки у меня маловаты, это верно. Но бицепсы здоровые и удар что надо. Как заеду кому-нибудь в зубы, так непременно руки в кровь расшибу.</p>
     <p>Мартин был недоволен тем, что сказал. Он почувствовал отвращение к себе: перестал следить за собой и сразу наболтал лишнего о вещах не очень красивых.</p>
     <p>— Как смело было с вашей стороны прийти на помощь Артуру, тем более что он вам совсем чужой, — сказала Руфь деликатно, заметив его смущение, но не поняв причины.</p>
     <p>Он же вполне понял и оценил ее тактичность и, увлеченный порывом благодарности, опять дал волю своему языку.</p>
     <p>— Ерунда, — сказал он, — каждый сделал бы то же на моем месте. Эта шайка мерзавцев просто лезла на скандал. Артур их и не трогал. Они набросились на него, а я на них, — ну и отдул их порядком. Правда, руки у меня пострадали, ну да зато кое-кто из них не досчитался зубов. Я очень рад, что так вышло. Я когда вижу…</p>
     <p>Он вдруг умолк, с раскрытым ртом, потрясенный собственным ничтожеством, чувствуя, что недостоин даже дышать одним воздухом с нею. И в то время как Артур, подхватив разговор, в двадцатый раз стал рассказывать о приключении на пароме, — как на него напали какие-то пьяные хулиганы и как Мартин Иден бросился на них и спас его, — герой этого приключения, насупив брови, молча думал о том, что выставил себя болваном, и еще больше прежнего терзался вопросом, как же нужно вести себя в обществе этих людей. Он явно делал все время не то, что надо. Он был не их породы и не умел говорить их языком. Это для него было несомненно. Подделываться под них? Но из этого ничего бы не вышло, да и вообще притворство было не в его натуре. В нем не было места для обмана и фальши. Будь что будет, но он должен оставаться самим собою. Сейчас он не может говорить так, как говорят они, но со временем сможет: это он решил твердо. А пока — не молчать же ему! — он будет говорить своим языком, разумеется, смягчая выражения, чтобы его речь не шокировала их и была им понятна. Больше того, он не хочет своим молчанием дать повод думать, будто ему ясно то, что на самом деле ему совершенно неясно. Поэтому, когда братья, говоря об университетских делах, несколько раз употребили слово «триг», Мартин Иден, следуя своему решению, спросил их:</p>
     <p>— Что такое «триг»?</p>
     <p>— Тригонометрия, — отвечал Норман. — Часть высшей «матики».</p>
     <p>— А «матика» что такое? — был следующий вопрос, и на этот раз почему-то все засмеялись, глядя на Нормана.</p>
     <p>— Математика — ну, арифметика, — отвечал тот.</p>
     <p>Мартин Иден кивнул головой. Он заглянул в бесконечные, на первый взгляд, дали мудрости. Но то, что он увидел, приняло для него осязаемые формы. Необычайная сила его воображения воплощала абстрактные понятия в конкретные образы. В алхимическом приборе его мозга тригонометрия и математика и вся область знания, обозначением которой служили эти слова, превратилась в яркий ландшафт. Он видел, как на картине, зеленую листву, лесные прогалины, то ярко освещенные, то лишь пронизанные золотистыми лучами. Издалека все казалось окутанным легкой пурпурной дымкой, но за этой дымкой, он знал твердо, лежала страна неведомого, страна романтических чудес. Все это пьянило его, как вино. Тут была почва для подвига, простор для мыслей и дел, мир, который можно было завоевать, — и тотчас же из глубины сознания всплыла мысль: завоевать ради нее, бледной, как лилия, девушки, сидящей рядом с ним.</p>
     <p>Сверкающее видение было разрушено Артуром, который прилагал все старания, чтобы в Мартине Идене проявился наконец дикарь. Мартин помнил свое решение. Впервые за весь вечер он стал самим собою и сначала с усилием, а потом свободно, увлекшись радостью творчества, стал рассказывать, стараясь представить жизнь такой, какою он ее знал. Он был матросом на контрабандистской шхуне «Алкион», когда ее захватил таможенный катер. Мартин умел видеть и вдобавок умел рассказать о том, что видел. Он описывал бурное море, корабли и людей команды и силой своего воображения заставлял слушателей смотреть его глазами. С чутьем настоящего художника он выбирал из множества подробностей самое яркое и разительное, создавал картины, полные света, красок и движения, увлекая слушателей своим самобытным красноречием, вдохновением и силой. Иногда их шокировала реальность описаний или отдельные обороты речи, но грубое в его рассказе неизменно чередовалось с прекрасным, а трагизм смягчался юмором, причудливыми и веселыми образцами остроумия моряков.</p>
     <p>И пока Мартин Иден говорил, Руфь смотрела на него с восхищением. Его огонь согревал ее. Она впервые почувствовала, что все эти годы жила, не зная тепла. Ей хотелось прильнуть к этому могучему, пылкому человеку, в котором клокотал вулкан силы и здоровья. Желание это было так сильно, что она с трудом сдерживала себя. Но в то же время что-то и отталкивало ее от Мартина. Отталкивали эти израненные мозолистые руки, в кожу которых словно въелась житейская грязь, эти вздувшиеся мускулы, эта шея, натертая воротничком. Его грубость пугала ее. Каждое грубое слово оскорбляло ее слух, каждая грубая подробность его жизни оскорбляла ее чувства. И все-таки ее влекла к нему какая-то, как ей казалось, сатанинская сила. Все, что так твердо устоялось в ее сознании, вдруг стало колебаться. Его жизнь, полная романтики и приключений, опрокидывала все привычные ей условные представления. Она слушала его смех, его веселые рассказы об опасностях, и жизнь уже не казалась ей чем-то серьезным и трудным, а скорее игрушкой, которой приятно поиграть, повертеть во все стороны, но которую можно и отдать без особого сожаления. «Вот и ты играй, — говорил ей внутренний голос, — прижмись к нему, если тебе так хочется, обними его за шею». Ее ужаснула легкомысленность этих побуждений, но напрасно заставляла она себя думать о своей чистоте, своей культуре — обо всем том, что отличало ее от него. Посмотрев кругом, Руфь увидела, что и остальные слушают его, как завороженные, но в глазах своей матери она прочла тот же ужас, — восторженный, но все-таки ужас, — и это придало ей силы. Да, этот человек, пришедший из мрака, — порождение зла. Ее мать также видит это, — значит, так и есть. Руфь была готова положиться на суждение матери, как привыкла полагаться всегда. Пламя Мартина перестало жечь ее, и страх, который он ей внушал, потерял свою остроту.</p>
     <p>После обеда она играла ему на рояле, с тайным вызовом, с неосознанным желанием еще увеличить пропасть, их разделявшую. Ее музыка ошеломила Мартина, подействовала на него, как жестокий удар по голове, но, ошеломив и сокрушив, в то же время всколыхнула его душу. Он смотрел на Руфь с благоговением. Как и она, он почувствовал, что пропасть между ними еще увеличилась, но тем сильнее хотелось ему перешагнуть через нее. Он был слишком полон жизни и энергии, чтобы целый вечер покорно созерцать эту пропасть, в особенности когда еще при этом звучала музыка. Музыка на него всегда сильно действовала. Она, точно крепкое вино, горячила его чувства, опьяняла воображение и уносила в заоблачную высь. У него словно вырастали крылья. Неприглядная действительность переставала существовать, уступая место прекрасному и необычайному. Он, конечно, не понимал того, что играла Руфь. Это было совсем не похоже на звуки разбитого пианино, которые он слышал на матросских танцульках, или на оглушительную медь духового оркестра. Но в книгах ему случалось читать о такой музыке, и он принимал на веру игру Руфи, не находя в ней простого и четкого ритма, к которому привыкло его ухо. Иногда ему казалось, что он уловил ритмический рисунок, и он уже готов был подчинить ему строй образов, встававших перед ним, но тотчас же снова терялся в хаосе звуков, и его воображение беспомощно низвергалось на землю, как лишенная опоры тяжесть.</p>
     <p>Один раз Мартину даже пришло в голову, — уж не смеется ли она над ним. В ее игре ему чудилось нечто враждебное, и он старался угадать, что хотели сказать ее руки, ударявшие по клавишам. Но он поспешно отогнал эту недостойную мысль и постарался свободно отдаться музыке. Прежнее очарование постепенно опять овладело им. Его ноги словно отделились от земли, плоть стала духом, лучезарное сияние разлилось перед глазами. Все, что было вокруг, исчезло, он парил над каким-то неведомым миром, мечту о котором лелеял давно. Знакомое и незнакомое смешалось в ярком и неотступном видении. Он входил в гавани неведомых жарких стран, блуждал по людным площадям в селениях никому не известных диких племен. Он снова чувствовал пряный аромат южных островов, который привык вдыхать в знойные ночи на море, снова долгие тропические дни боролся с пассатным ветром среди увенчанных пальмами коралловых рифов, то исчезавших, то вновь появлявшихся на бирюзовой поверхности океана. Картины возникали и исчезали быстро, как мысли. То он скакал на коне по выжженной солнцем пустыне Аризоны, то, в следующее мгновение, сквозь радужную дымку раскаленного воздуха заглядывал в белую гробницу калифорнийской Долины Смерти или ударял веслами по волнам Ледовитого океана, где сверкали на солнце ледяные громады. То лежал на коралловом острове под кокосовой пальмой, прислушиваясь к мерному шуму прибоя. Остов старого, потерпевшего крушение судна пылал синеватым пламенем, и при этом таинственном свете танцоры плясали «гулу» под страстные завывания певцов, под звон гавайской гитары и грохот тамтама. Стояла полная истомы тропическая ночь. Вдали, на фоне звездного неба, вырисовывался силуэт вулкана. Вверху над головой медленно плыл бледный месяц, и низко над горизонтом сияли звезды Южного Креста. Он словно превратился в эолову арфу. То, что он пережил и изведал на своем веку, было струнами, а музыка — ветром, который колебал эти струны, и они вибрировали, порождая воспоминания и мечты. Он не просто чувствовал. Каждое ощущение принимало у него форму и окраску и претворялось в образы каким-то чудесным и таинственным путем. Прошедшее, настоящее и будущее сливалось в одно; он уносился в огромный, жаркий, прекрасный мир, совершал великие подвиги, добиваясь Ее. И вот он с ней, он владеет ею, заключает ее в свои объятия, увлекает в царство своих грез.</p>
     <p>Руфь, взглянув на Мартина через плечо, прочла на его лице то, что он чувствовал. Это было совсем другое лицо, с большими сверкающими глазами, взгляд которых будто проникал за пелену звуков и там ловил биение живой жизни и исполинские призраки фантазии. Она была потрясена. Грубый, неуклюжий парень исчез. Плохо сшитый костюм, израненные руки и обожженное солнцем лицо по-прежнему были перед ней, но теперь все это казалось ей лишь тюремной решеткой, сквозь которую она видела великую душу, беспомощную и немую, ибо не было слов, которые могли выразить волновавшие ее чувства. Но все это Руфь видела лишь один миг; неуклюжий парень появился снова, и она рассмеялась своей фантазии. Однако впечатление от этого мига сохранилось, и когда Мартин неловко подошел к ней, чтобы проститься, она дала ему томик Суинберна и еще томик Браунинга <a l:href="#n_292" type="note">[292]</a>, — как раз сейчас она изучала Браунинга в курсе английской литературы. Мартин вдруг показался ей совсем мальчиком, когда стоял перед нею и бормотал слова благодарности, и она невольно почувствовала к нему почти материнскую нежность и жалость. Она забыла и грубого парня, и пленную душу, и мужчину, который так по-мужски смотрел на нее, волнуя и в то же время пугая своим взглядом. Она видела перед собой лишь мальчика, и этот мальчик, пожимая ее руку своей рукой, такой жесткой и огрубевшей, что она царапала кожу, говорил ей, запинаясь:</p>
     <p>— Самый замечательный день в моей жизни. Видите ли, я не очень привык ко всему этому, — он растерянно оглянулся, — к таким людям и к таким домам. Это все совсем ново для меня… и это мне нравится.</p>
     <p>— Надеюсь, вы к нам еще придете, — сказала она, когда он прощался с ее братьями.</p>
     <p>Он напялил кепку, неловко споткнулся о порог и вышел.</p>
     <p>— Ну, как он тебе понравился? — спросил Артур.</p>
     <p>— Очень занятный. Для нас это — словно струя свежего воздуха, — ответила она. — Сколько ему лет?</p>
     <p>— Двадцать, скоро двадцать один. Я спрашивал его сегодня. Никак не предполагал, что он так молод.</p>
     <p>«Значит, я на целых три года старше его», — подумала Руфь, целуя братьев и желая им спокойной ночи.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <p>Сойдя с лестницы, Мартин Иден запустил руку в карман и, вытащив лоскуток коричневой рисовой бумаги и щепотку мексиканского табаку, скрутил папироску. Он с наслаждением затянулся и медленно выпустил дым.</p>
     <p>— Черт побери! — воскликнул он, и в этом возгласе было и удивление и благоговейный восторг. — Черт побери! — повторил он и, помолчав, пробормотал еще раз: — Черт побери! — Потом он отстегнул воротничок и сунул его в карман. Моросил холодный дождь, но Мартин шел с непокрытой головой и в расстегнутом пиджаке, ничего не замечая вокруг. Лишь смутно до его сознания доходило, что идет дождь. Он был в каком-то экстазе, грезил наяву, мысленно переживая снова все, что только что с ним произошло.</p>
     <p>Наконец-то он встретил ту самую женщину, о которой он, правда, думал редко, — задумываться о женщинах ему было несвойственно, — но которую всегда смутно надеялся встретить на своем пути. Он сидел с нею рядом за столом, пожимал ее руку, смотрел ей в глаза и видел в них красоту ее души, равную красоте этих глаз, в которых она светилась, этого тела, в котором она обитала. Но о теле ее Мартин не думал, — и это было ново для него, потому что до сих пор он о женщинах думал только так. Ее тело было чем-то особым; казалось даже, что оно не подвержено обыкновенным телесным недугам и слабостям. Оно было не только обиталищем ее души, — оно было эманацией духа, чистейшим и прекраснейшим воплощением ее божественной сущности. Это впечатление божественности поразило Мартина и, рассеяв мечты, обратило его к более трезвым мыслям. До сих пор ни одно слово, ни одно указание, ни один намек на божественное не задевали его сознания. Мартин никогда не верил в божественное. Он всегда был человеком без религии и добродушно посмеивался над священниками, толкующими о бессмертии души. Никакой жизни «там», говорил он себе, нет и быть не может; вся жизнь здесь, а дальше — вечный мрак. Но то, что он увидел в ее глазах, была именно душа; бессмертная душа, которая не может умереть. Ни один мужчина, ни одна женщина не внушали ему прежде мыслей о бессмертии. А она вызвала! Она безмолвно подсказала ему эту мысль сразу, как только взглянула на него. Ее лицо и теперь сияло перед ним, бледное и серьезное, ласковое и выразительное, улыбающееся так нежно и сострадательно, как могут улыбаться только ангелы, и озаренное светом такой чистоты, о какой он и не подозревал никогда. Чистота ее ошеломила его и потрясла. Он знал, что существуют добро и зло, но мысль о чистоте, как об одном из атрибутов живой жизни, никогда не приходила ему в голову. А теперь — в ней — он видел эту чистоту, высшую степень доброты и непорочности, в сочетании которых и есть вечная жизнь.</p>
     <p>И его вдруг охватило честолюбивое желание приобщиться к этой вечной жизни. Он отлично знал, что не достоин и воду таскать для такой девушки, как Руфь; уже то, что он весь вечер сидел с нею и беседовал, было неожиданной и фантастической удачей. Конечно, это была только случайность. Его заслуги тут не было. Он не был достоин такого счастья. Религиозное настроение овладело им. Он стал кротким и смиренным, готовым к самоотречению и самоунижению. В таком состоянии идет грешник к исповеди. Он был обличен во грехе. Но как всякий грешник, каясь и скорбя о своих прегрешениях, прозревает будущее блаженство, так и он видел впереди то счастье, которое даст ему обладание ею. Но мысль об этом обладании была окутана каким-то туманом и совсем не похожа на те мысли, которые возникали обычно. Честолюбивые мечты окрыляли его, ему представлялось, что он парит вместе с нею на высотах духа, наслаждается всем прекрасным и возвышенным, делит с нею ее мысли. Это было какое-то духовное обладание, освобожденное от всего грубого, вольное содружество душ, которое он никак не мог осмыслить до конца. Да он и не думал об этом. Он вообще ни о чем не думал. Ощущения в нем взяли верх над рассудком, и он отдался эмоциям, которых никогда прежде не испытывал, плыл по течению в океане чувств, возвышенных и утонченных, уносясь за пределы действительной жизни. Он шел шатаясь, как пьяный, и бормотал вполголоса:</p>
     <p>— Черт побери! О, черт побери!</p>
     <p>Полисмен на углу посмотрел на него подозрительно и по походке признал в нем матроса.</p>
     <p>— Где это ты нагрузился? — спросил полисмен. Мартин Иден возвратился на землю. Он был от природы наделен внутренней гибкостью, умением быстро приспособляться к обстоятельствам. Как только полисмен окликнул его, он тотчас же опомнился.</p>
     <p>— Здорово! — воскликнул он со смехом. — А я и не заметил, что разговариваю вслух.</p>
     <p>— Еще немножко, и ты начнешь петь, — определил его состояние полисмен.</p>
     <p>— А вот не начну. Дайте-ка мне спичку, я сейчас сяду в трамвай и поеду домой.</p>
     <p>Он закурил папироску, пожелал полисмену доброй ночи и зашагал дальше.</p>
     <p>— Как вам это нравится, — пробормотал он себе под нос, — этот олух принял меня за пьяного! — Он усмехнулся про себя и подумал: «А ведь я вправду пьян, вот не думал, что могу опьянеть от женского лица».</p>
     <p>На Телеграф-авеню он вскочил в трамвай, шедший в Беркли. Вагон был набит молодыми людьми, распевавшими студенческие песни. Он с любопытством наблюдал их. То были студенты университета. Они посещали те же лекции, которые посещала она, принадлежали к тому же обществу, могли водить с ней знакомство, могли видеть ее каждый день, если бы захотели. Он удивлялся, что они этого не хотят, что они прошатались где-то весь вечер, вместо того чтобы провести этот вечер с нею, беседовать с нею, любоваться ею восхищенно и почтительно. Он заметил одного юношу с узенькими глазками и отвислой губой. Дрянной, порочный мальчишка, решил он. На корабле это был бы трус, слюнтяй и доносчик. Мысль, что он, Мартин, куда лучше этого юнца, чрезвычайно обрадовала его. Она как будто приблизила его к ней. Он стал сравнивать себя с этими студентами. Он подумал о своем крепком, мускулистом теле и решил, что в физическом отношении всем им далеко до него. Но их головы были наполнены знаниями, которые позволяли им говорить одним языком с нею, и вот эта-то мысль угнетала его. Но для чего же мне дан мозг, с горячностью подумал он. В самом деле, разве не мог он достичь того, чего достигли они? Они изучали жизнь по книгам, в то время как он был занят тем, что жил. Его голова тоже была наполнена знаниями, только это были знания иного рода. Кто из них сумел бы натянуть парус, править рулем, отстоять вахту? Его жизнь пронеслась перед ним, полная опасностей, отваги, лишений и трудов. Он вспомнил все, что ему пришлось пережить, когда он проходил школу жизни. Что ж, а все-таки он не в проигрыше. Когда-нибудь и им придется столкнуться с живою жизнью и испытать все, что испытал он. И прекрасно. Пока они будут узнавать то, что ему уже давно известно, он станет по книгам изучать другую сторону жизни.</p>
     <p>Трамвай шел мимо пустырей, которых много между Оклендом и Беркли, и Мартин Иден ждал, когда он поравняется с хорошо знакомым двухэтажным домом, украшенным горделивой вывеской: «Розничная торговля Хиггинботама». Возле этого дома он соскочил с трамвая и с минуту смотрел на вывеску. Она говорила ему больше, чем можно было на ней прочесть. Мелочностью, себялюбием и ничтожеством веяло, казалось, от самих букв. Бернард Хиггинботам был мужем сестры Мартина, и Мартин достаточно хорошо успел изучить его. Он отпер дверь своим ключом и поднялся по лестнице во второй этаж. Тут жил его зять. Лавка находилась внизу, но запах гнилых овощей проникал и сюда. Пробираясь по темной прихожей, он споткнулся об игрушечную тележку, забытую кем-то из его многочисленных племянников и племянниц, и с грохотом налетел на дверь. «Скряга, — подумал он, — жалеет уплатить два лишних цента за газ, чтобы жильцы не разбивали себе носов».</p>
     <p>Нащупав ручку, он открыл дверь и вошел в освещенную комнату, где сидели его сестра и Бернард Хиггинботам. Она чинила его брюки, а он читал газету, расположившись на двух стульях и вытянув костлявые ноги в стоптанных ковровых туфлях. Когда Мартин вошел в комнату, он взглянул на него поверх газеты темными, пронзительными, хитрыми глазками. В Мартине Идене Бернард всегда вызывал инстинктивное отвращение. Что могло привлечь сестру в этом человеке? Он ему казался каким-то гадом и вызывал непреодолимое желание раздавить его каблуком. «Когда-нибудь я набью ему морду», — утешал он себя, и только эта мысль помогала ему терпеть присутствие зятя. Сейчас злые и хищные глазки смотрели на Мартина неодобрительно.</p>
     <p>— Ну, — спросил Мартин, — в чем дело?</p>
     <p>— Эту дверь только на прошлой неделе окрасили, — произнес мистер Хиггинботам не то жалобно, не то злобно, — а ты знаешь, какую плату теперь дерут союзы. Можно было бы поосторожнее!</p>
     <p>Мартин хотел было ответить, но раздумал, решив, что это все равно бесполезно. Чтобы отделаться от гадливого чувства, он посмотрел на хромолитографию, висевшую на стене. Он удивился. Всегда эта картина нравилась ему, но теперь он словно впервые ее заметил. Это была дешевка, третий сорт, как и все в этой лачуге. Ему вдруг представился тот дом, который он только что покинул, и он увидел сначала картины на стенах, а потом Ее, с ласковой улыбкой пожимающую ему руку на прощание. Он забыл, где находится, забыл о существовании Бернарда Хиггинботама и опомнился только, когда названный джентльмен спросил его:</p>
     <p>— Привидение ты увидел, что ли?</p>
     <p>Мартин пришел в себя и, взглянув в злые, хитрые глазки зятя, вдруг вспомнил, какие они бывают, когда обладатель их отпускает товар в лавке, — масленые, слащавые, с заискивающим, рабски-угодливым выражением.</p>
     <p>— Да, — отвечал Мартин, — я увидел привидение. Покойной ночи! Покойной ночи, Гертруда!</p>
     <p>Он направился к двери и по дороге опять споткнулся и чуть не упал, зацепившись за складку пыльного ковра.</p>
     <p>— Не хлопай дверью, — предостерегающе окликнул мистер Хиггинботам.</p>
     <p>Мартину кровь бросилась в голову, но он сдержался и осторожно затворил за собою дверь.</p>
     <p>Мистер Хиггинботам торжествующе поглядел на жену.</p>
     <p>— Пьян, — объявил он хриплым шепотом. — Я тебе говорил, что он налижется!</p>
     <p>Жена покорно кивнула головой.</p>
     <p>— У него, правда, глаза блестят, — признала она, — и воротничок куда-то девался, а пошел он из дому в воротничке. Но, может, он не так уж много выпил.</p>
     <p>— Он еле на ногах держится, — возразил ее супруг, — я наблюдал за ним. Шагу не мог ступить, чтобы не споткнуться. Ты слышала, как он чуть не свалился в передней?</p>
     <p>— Верно, наскочил на тележку Алисы, — отвечала она, — не заметил ее в темноте.</p>
     <p>Мистер Хиггинботам повысил голос, давая волю нарастающему раздражению. Весь день он скромно стушевывался перед покупателями в ожидании вечера, когда в кругу семьи сможет наконец позволить себе стать самим собою.</p>
     <p>— Я тебе говорю, что твой прекрасный братец пьян! Он говорил резким, холодным, решительным тоном, чеканя слова, точно штампуя их на станке. Жена грустно умолкла. Это была толстая, рыхлая женщина, всегда небрежно одетая, всегда изнемогающая под бременем своего тела, своей работы и вздорного характера своего супруга.</p>
     <p>— Это у него наследственное, от папаши, — продолжал тот прокурорским тоном. — Тоже кончит где-нибудь под забором. Так и знай!</p>
     <p>Она опять кивнула и со вздохом принялась шить. Оба были убеждены, что Мартин пришел домой пьяный. Их души были глухи ко всему прекрасному, иначе они бы поняли, что эти сверкающие глаза и сияющее лицо были отражением первой юношеской любви.</p>
     <p>— Хорош пример для детей! — закричал вдруг мистер Хиггинботам, раздраженный молчанием жены. Иногда ему хотелось, чтобы она почаще возражала ему. — Если это случится еще раз, пусть убирается вон. Поняла? Я не желаю, чтобы невинные дети развращались, глядя на его пьяную харю! — Мистер Хиггинботам любил употреблять слова, только что вычитанные в газете. — Да, развращались. Иначе не скажешь.</p>
     <p>Но жена по-прежнему только вздыхала, качала головой и продолжала шить. Мистер Хиггинботам снова взял газету.</p>
     <p>— А он заплатил за прошлую неделю? — спросил он вдруг, выглядывая из-за газетного листа.</p>
     <p>Она утвердительно наклонила голову.</p>
     <p>— У него еще есть деньги.</p>
     <p>— А скоро он опять отправится в плавание?</p>
     <p>— Должно быть, как все истратит, — отвечала она. — Он уж вчера ездил в Сан-Франциско — посмотреть, нет ли подходящего судна. Но пока у него деньги есть, он, конечно, не наймется на первое попавшееся. Он очень разборчив.</p>
     <p>— Еще чего! Палубной швабре не пристало задаваться! — Мистер Хиггинботам усмехнулся. — Разборчив! Подумаешь!</p>
     <p>— Он тут рассказывал про одну шхуну, которая отправляется в далекие края какой-то клад искать. Вот он на ней хочет идти, если только хватит денег ее дождаться.</p>
     <p>— Если бы он хотел устроиться здесь, я бы его взял к себе возчиком, — сказал муж, без тени доброжелательства впрочем. — Том взял расчет.</p>
     <p>Жена посмотрела на него тревожно и вопросительно.</p>
     <p>— Сегодня взял расчет. Он переходит к Каррузерсам. Они платят больше. Я столько не могу платить.</p>
     <p>— Вот видишь! — вскричала она. — Я тебе говорила, ты ему платил слишком мало по его работе.</p>
     <p>— Вот что, старуха, — огрызнулся мистер Хиггинботам. — Я тебе тысячу раз говорил, чтобы ты не совала нос не в свое дело. Больше повторять не буду.</p>
     <p>— Мне-то все равно, — проворчала она. — А только Том был хороший малый.</p>
     <p>Супруг метнул на нее яростный взгляд. С ее стороны это было большой дерзостью.</p>
     <p>— Если бы твой братец не был лодырем, он мог бы ездить с подводой.</p>
     <p>— Он платит исправно за стол и квартиру, — возразила жена. — Он мой брат, и покуда он тебе ничего не должен, нечего придираться к нему. Я ведь еще тоже человек, даром что прожила с тобою целых семь лет.</p>
     <p>— А ты заявила ему, что он должен платить за газ, если будет читать по ночам? — спросил он.</p>
     <p>Миссис Хиггинботам ничего не ответила. Ее негодование уже остыло, ее дух снова забился в недра утомленного тела. Супруг торжествовал. Он одержал верх. И его бусинки-глазки сверкнули злобной радостью. Ему доставляло большое удовольствие смирять ее; и, по правде говоря, теперь это было совсем нетрудно, не то что в первые годы их супружеской жизни, когда ежегодные роды и его постоянные придирки еще не подорвали ее сил.</p>
     <p>— Так вот, заяви завтра, — сказал он. — И еще, чтоб не забыть: пошли с утра за Мэриен, пусть присмотрит за детьми. А то теперь, раз Том ушел, мне самому придется ездить за товаром, а ты будешь торговать в лавке вместо меня.</p>
     <p>— Завтра у меня стирка, — возразила она нерешительно.</p>
     <p>— Встань пораньше, только и всего… Я раньше десяти не выберусь.</p>
     <p>Он сердито перевернул газетный лист и снова погрузился в чтение.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <p>Мартин Иден, все еще содрогаясь после столкновения с зятем, ощупью пробрался через темную переднюю и вошел в свою комнату — тесную каморку, где помещалась только кровать, умывальник и один стул. Мистер Хиггинботам был слишком скуп, чтобы держать служанку, раз жена его могла работать. К тому же лишняя комната позволяла иметь двух жильцов вместо одного. Мартин положил Суинберна и Браунинга на стул, снял пиджак и сел на кровать. Пружины жалобно застонали под тяжестью его тела, но он не обратил на это внимания. Нагнувшись, чтобы снять башмаки, он вдруг уставился на противоположную стену, где на белой штукатурке виднелись темные полосы от просочившегося сквозь крышу дождя, и замер. На этом грязном фоне стали возникать и таять разные видения. Он забыл про башмаки и долго смотрел на стену, потом у него зашевелились губы, и он прошептал: «Руфь!»</p>
     <p>«Руфь!» Мартин никогда и не думал, что простой звук может быть так прекрасен. Этот звук ласкал его слух, и он повторял с упоением: «Руфь, Руфь». Ее имя было талисманом, магическим заклинанием; и каждый раз, когда он произносил его, ее лицо являлось перед ним, озаряя стену золотым сиянием. И не только стену — оно уходило в бесконечность, и где-то там, в золотом просторе, его душа искала ее душу. Все лучшее, что было заложено в нем, хлынуло наружу могучим потоком. Самая мысль о ней облагораживала и возвышала его, делала лучше и вызывала желание стать еще лучше. Это было для него внове. Мартин никогда еще не встречал женщин, с которыми он становился бы лучше. Напротив, все они обычно превращали его в грубое животное. Он не знал, что многие из них все же отдавали ему свое самое лучшее, как ни убого это лучшее было. Он никогда не задумывался о себе и не подозревал, что в нем есть нечто, вызывающее в сердцах любовь, и что именно потому многие женщины так упорно добивались его внимания. Он их никогда не искал, они сами его искали; и ему не приходило в голову, что некоторые из них становились лучше благодаря ему. До сих пор он относился к женщинам с беспечной небрежностью и теперь был убежден, что это они всегда хватали его и старались удержать своими нечистыми руками. Он был несправедлив к ним, несправедлив и к самому себе. Но этого он не мог понять, потому что не привык еще задумываться о себе, и только сгорал от стыда, вспоминая то, что теперь казалось ему позорным.</p>
     <p>Он вдруг встал и заглянул в засиженное мухами зеркало над умывальником. Он тщательно протер его полотенцем и смотрел на себя долго и внимательно. В сущности, он рассматривал себя впервые в жизни. У него был зоркий и наблюдательный взгляд, но до сих пор он слишком был поглощен пестрым разнообразием внешнего мира, и у него не оставалось времени взглянуть на себя. Теперь он видел перед собой лицо молодого, двадцатилетнего парня, но никак не мог решить, красиво оно или нет, так как у него не было критерия для подобной оценки. Он увидел копну каштановых волос, вьющихся над высоким крутым лбом. Его кудри нравились женщинам, они любили перебирать их и гладить. Но он не стал приглядываться к волосам, считая, что для Нее они не могут иметь никакого значения, и сосредоточенно и вдумчиво смотрел на свой лоб, точно пытаясь просверлить его взглядом, узнать, что за ним скрывается. Он настойчиво спрашивал себя: какой у него мозг? Что может этот мозг дать ему? Чего он добьется с его помощью? Добьется ли он Ее?</p>
     <p>Он спрашивал себя, видна ли душа в этих серых глазах, которые часто становились совсем голубыми, точно вбирали в себя синеву морской глади, озаренной солнцем. Он гадал, могут ли его глаза понравиться ей. Он попытался взглянуть на них со стороны, ее взглядом, но из этого ничего не вышло. Он обычно легко проникал в мысли других людей, но то были люди, жизнь которых он хорошо знал. А ее жизни он не знал совсем. Она была тайна и чудо, — где ж ему было угадать хоть одну ее мысль? Ну что ж, решил он, наконец, это честные глаза, ни подлости, ни коварства в них нет. Его удивил темный цвет его лица; никогда он не думал, что так черен. Он засучил рукава рубашки и сравнил белую кожу повыше локтя с кожей лица. Нет, он все-таки белый. Но руки тоже были покрыты загаром. Тогда он согнул руку и постарался разглядеть те части рук, которых вовсе не касалось солнце. Они были очень белы. Он рассмеялся при мысли, что и это бронзовое лицо в зеркале было некогда таким же белым; ему не приходило в голову, что не так уж много на свете женщин, которые могут похвастать такой же белой кожей, как у него, — там, где она не обожжена солнцем.</p>
     <p>Рот у него был бы совсем как у херувима, если бы он не имел обыкновения, когда сердился, крепко сжимать свои чувственные губы, что придавало ему какую-то суровость, строгость почти аскетическую. Это были губы воина и любовника. Они знали всю полноту наслаждения жизнью, но умели при случае и принять властный изгиб. Подбородок и чуть тяжеловатая нижняя челюсть подчеркивали это властное выражение. Сила уравновешивала в нем чувственность, и потому он любил здоровую красоту и откликался на здоровые чувства. А между губами блестели зубы, которые ни разу еще не нуждались в услугах дантиста. Они были белые, крепкие и ровные, — так он решил, рассмотрев их. Но тотчас же он почувствовал смущение. Где-то в его памяти шевельнулось смутное представление о том, что некоторые люди ежедневно чистят зубы. То были люди высшего круга, ее круга. Она, вероятно, тоже чистит зубы каждый день. Что она подумала бы о нем, если бы узнала, что он ни разу в жизни не чистил зубов. Он решил завтра же купить зубную щетку и ввести это в обычай. Одними подвигами ее не завоюешь. Он должен произвести изменения во всем, что касалось его внешности, начиная с чистки зубов и кончая ношением воротничка, хотя, надевая крахмальный воротничок, он всегда чувствовал себя так, будто его лишили свободы.</p>
     <p>Мартин поднял руку и поскреб пальцем мозолистую ладонь, где грязь, казалось, настолько въелась в кожу, что ее не соскоблишь и щеткой. Какая ладонь у нее! Даже вспомнить и то было приятно. Нежная, точно лепесток розы; прохладная и легкая, как снежинка. Он никогда и не подозревал, что женская рука может быть такой мягкой и нежной. Он подумал о том, как чудесна должна быть ласка такой руки, и, поймав себя на этой мысли, покраснел и смутился. Эта мысль была слишком дерзкой и оскорбляла ее духовную красоту. Ведь она — бледный дух, бесплотный призрак, парящий где-то далеко от всего земного. И все же он не мог отогнать воспоминания о ее мягкой ладони. Он привык к жестким, огрубевшим в труде рукам фабричных работниц и женщин, измученных домашней работой. Да, конечно, он понимал, почему так грубы их руки. Ее рука… она была нежной и мягкой потому, что ей был незнаком труд. Пропасть снова разверзлась между ними, как только он подумал о том, что есть люди, которым не нужно работать для того, чтобы жить. Он вдруг увидел перед собою образ аристократии, людей, не знающих труда. Этот образ возник на грязно-белой стене в виде бронзовой статуи, надменной и величавой. Мартин работал всю жизнь, с тех пор как он себя помнил; и вся его семья трудом добывала себе пропитание. Взять хоть Гертруду. Ее натруженные руки от стирки распухали и делались красными, как вареное мясо. Или другая его сестра, Мэриен. Она работала на консервном заводе, и ее маленькие, хорошенькие ручки были сплошь в ссадинах от ножей, которыми резали помидоры. Кроме того, прошлой зимой, когда она работала на картонажной фабрике, ей машиной отхватило суставы двух пальцев на руке. Он вспомнил шершавые руки своей матери, сложенные крест-накрест в гробу. Отец его тоже работал до конца дней, и на его ладонях наросли мозоли чуть не в полдюйма толщиною. А у Руфи руки были нежные, и не только у нее, но и у ее матери и братьев. Последнее особенно поразило его; это был красноречивый знак касты, доказательство огромности расстояния, их разделявшего.</p>
     <p>Мартин с горькой усмешкой опять сел на кровать и снял наконец башмаки. С ума он сошел — опьянел от женского лица, от нежных женских рук. И вдруг перед его глазами всплыло новое видение. Он стоит перед огромным мрачным домом в лондонском Ист-Энде, ночью, а рядом с ним Марджи, девчонка-работница лет пятнадцати. Он провожал ее домой после гулянья. Она жила в этом грязном доме, похожем на большой хлев. Прощаясь, Мартин протянул ей руку. Она подставила губы для поцелуя, но ему не хотелось целовать ее. Что-то в ней его отпугивало. Тогда она с лихорадочным трепетом сжала ему руку. Мартин почувствовал мозоли на ее маленькой ладони, и его вдруг захлестнула волна жалости. Он видел ее молящие, голодные глаза, ее тщедушное, полудетское тело, в котором уже проснулся несмелый, но жадный инстинкт женщины. Тогда, в порыве сострадания, он обнял ее и поцеловал в губы. Он услыхал ее радостный возглас и почувствовал, как она, словно кошка, прижалась к нему. Бедный маленький заморыш! Мартин смотрел на эту картину далекого прошлого. У него побежали мурашки по телу, как тогда, в ту минуту, когда она прильнула к нему, и сердце его сжалось от сострадания. Это была серая картина: небо в тот день было серо, и серый дождь моросил над грязными плитами мостовой. Но вдруг яркий свет озарил стену, и, затмевая все образы и видения, перед ним снова засияло Ее бледное лицо в короне золотых волос, далекое и недостижимое, как звезда.</p>
     <p>Он взял со стула томики Суинберна и Браунинга и поцеловал их. А все-таки она звала меня приходить, подумал он. Потом снова взглянул на себя в зеркало и сказал громко и торжественно:</p>
     <p>— Мартин Иден, первое, что ты сделаешь завтра утром, — это пойдешь в бесплатную читальню и почитаешь что-нибудь о правилах хорошего тона. Понял?</p>
     <p>После этого он погасил свет, и пружины заскрипели, приняв груз его тела.</p>
     <p>— А главное, Мартин, ты должен поменьше чертыхаться. Слышишь, старина! Заруби это себе на носу!</p>
     <p>С этими словами он заснул, и сны его по смелости и необычайности могли сравниться с грезами курильщика опиума.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <p>Проснувшись на другое утро, он почувствовал запах мыла и грязного белья и забыл свои розовые сны. Уши сразу наполнил нестройный шум тяжелой, безрадостной жизни. Выйдя из своей комнаты, он услыхал сердитый окрик и звук затрещины, которой его сестра наградила кого-то из детей, чтобы дать выход своему раздражению. Визг ребенка резанул его, словно ножом. Все здесь казалось ему отвратительным, даже самый воздух, которым он дышал. Как не похоже на покой и гармонию, царившие в доме, где жила Руфь! Там все было возвышенно и духовно; здесь — материально, грубо материально.</p>
     <p>— Иди сюда, Альфред! — крикнул он плачущему ребенку и опустил руку в карман, где у него лежали деньги. К деньгам он относился небрежно, в этом сказывалась его широкая натура. Он сунул мальчугану двадцатипятицентовую монету и взял его на руки, чтобы успокоить.</p>
     <p>— Ну, а теперь беги купи себе леденцов да поделись с братьями и сестрами. Выбери такие, чтоб подольше не таяли во рту.</p>
     <p>Его сестра на миг распрямилась над лоханью и посмотрела на него.</p>
     <p>— Довольно было бы и десяти центов, — сказала она, — ты не знаешь цены деньгам. Мальчишка теперь объестся.</p>
     <p>— Ничего, — ответил он весело, — мои денежки сами знают себе цену. Доброе утро, сестренка, если бы ты не была так занята, ей-богу, поцеловал бы тебя.</p>
     <p>Ему хотелось быть поласковее с сестрой; сердце у нее было доброе, и она по-своему — он это знал — любила его. Правда, с годами она все больше и больше теряла свой прежний облик, становилась сварливой и раздражительной. Он решил, что эта перемена объясняется тяжелым трудом, большой семьей и нудным характером супруга. И вдруг ему пришло в голову, что за это время она словно вся пропиталась запахом гнилых овощей, грязного белья и захватанных медяков, которые она считала за прилавком.</p>
     <p>— Ступай-ка лучше завтракать, — сказала она внешне сурово, но в глубине души довольная; из всех ее странствующих по миру братьев Мартин всегда был самым любимым.</p>
     <p>— Ну, иди ко мне, я тебя поцелую, — прибавила она, поддавшись неожиданному порыву.</p>
     <p>Она обобрала пальцами пену сначала с одной руки, потом с другой. Мартин обнял ее тяжеловесный стан и поцеловал влажные, распаренные губы. Слезы навернулись у нее на глазах, не столько от полноты чувства, сколько от слабости, вызванной постоянным переутомлением. Она оттолкнула его, но он все-таки успел заметить ее слезы.</p>
     <p>— Завтрак в печке, — торопливо проговорила она. — Джим, наверное, уже встал. Я сегодня из-за стирки поднялась ни свет ни заря. Иди скорей поешь, да и уходи из дому; у нас сегодня тяжелый денек. Том ушел, стало быть, Бернарду самому придется ехать с подводой.</p>
     <p>Мартин с тяжелым сердцем отправился на кухню. Красное лицо сестры и весь ее неряшливый облик стояли у него перед глазами. Она бы любила меня, если бы у нее нашлось время, подумал Мартин. Но она надрывается от работы. Скотина этот Бернард Хиггинботам, что заставляет ее так работать. И в то же время Мартин никак не мог отделаться от мысли, что в поцелуе сестры не было ничего красивого. Правда, этот поцелуй сам по себе был необычен. Уже много лет она целовала его лишь, когда провожала в плавание или встречала по возвращении домой. Но в этом поцелуе чувствовался вкус мыльной пены, а губы ее были дряблы. Они не прижимались быстро и упруго к его губам, как должно быть в поцелуе. Это был поцелуй женщины настолько усталой, что она забыла даже, как целуются. Он невольно вспомнил, как до замужества она могла плясать всю ночь напролет после дня тяжелой работы и как ни в чем не бывало прямо с танцев отправлялась опять в свою прачечную. Тут Мартин снова подумал о Руфи и о том, что губы у нее, должно быть, такие же свежие, как и вся она. Она целует, вероятно, так же, как смотрит, как жмет руку: крепко и искренне. Он даже дерзнул представить себе, как ее губы прикасаются к его губам, и представил это так живо, что у него закружилась голова. Ему казалось, что он медленно плывет в облаке из розовых лепестков, опьяняющих его своим ароматом.</p>
     <p>В кухне он нашел Джима, второго жильца, который не спеша ел овсяную кашу, уставясь в пространство тупым, отсутствующим взглядом. Он был подмастерьем слесаря, и его вялый нрав и безвольный подбородок в сочетании с некоторой умственной отсталостью не сулили ему удачи в борьбе за существование.</p>
     <p>— Ты почему не ешь? — спросил он, видя, как неохотно ковыряет Мартин свою остывшую недоваренную овсянку. — Опять, что ли, напился вчера?</p>
     <p>Мартин отрицательно покачал головой. Он был подавлен убожеством всего, что его окружало. Руфь Морз казалась теперь еще дальше.</p>
     <p>— А я напился, — сказал Джим с нервным смешком, — нализался в доску. Эх, хороша же была девочка! Билл приволок меня домой.</p>
     <p>Мартин кивнул головой в знак того, что слушает, — у него была бессознательная привычка проявлять таким образом внимание к собеседнику, к любому собеседнику. Потом он налил себе чашку едва теплого кофе.</p>
     <p>— Пойдем сегодня потанцевать в «Лотос»? — спросил Джим. — Будет пиво. А если явится компания из Темескаля, то без драки не обойдется. Мне, конечно, начхать. Я все равно притащу туда свою девчонку. Фу!.. Ну и вкус у меня во рту. Черт знает что такое!</p>
     <p>Он скорчил гримасу и поспешил прополоскать рот глотком кофе.</p>
     <p>— Ты Джулию знаешь? Мартин покачал головой.</p>
     <p>— Она теперь со мной, — объяснил Джим. — Конфетка, а не девочка! Я бы тебя познакомил, да ты отобьешь. Ей-богу, я не понимаю, из-за чего девчонки так вешаются тебе на шею. Даже зло берет, когда видишь, как тебе ничего не стоит отбить любую.</p>
     <p>— У тебя я еще ни одной не отбил, — заметил Мартин равнодушно. — Пока не кончишь завтрак, все равно не уйдешь.</p>
     <p>— Как же так, — возразил тот, — а Мэгги?</p>
     <p>— Да у меня с ней не было ничего. Я даже и не танцевал с нею после того раза.</p>
     <p>— Вот то-то и оно, — вскричал Джим, — ты только потанцевал с нею да глянул на нее разок-другой — и готово дело! Ты, может, ничего такого и не думал. А она после на меня и смотреть не стала. Все время только про тебя и спрашивала. Если бы ты захотел, она бы тебе сразу же назначила свидание.</p>
     <p>— Но я ведь не захотел.</p>
     <p>— Неважно. Я все равно получил отставку. — Джим посмотрел на него с восхищением. — И как это тебе удается, Март?</p>
     <p>— Мало ими интересуюсь, вот и все.</p>
     <p>— Ты, стало быть, делаешь вид, что тебе на них наплевать? — допытывался Джим.</p>
     <p>Мартин с минуту раздумывал над ответом.</p>
     <p>— Может, и это подействовало бы. Но мне-то в самом деле на них наплевать. А ты попробуй сделать вид, может, что и выйдет.</p>
     <p>— Жаль, тебя вчера не было у Райли, — объявил вдруг Джим без всякой логики и связи, — там был один красавчик из Западного Окленда, по прозванию Крыса. Ох, и увертлив в драке! Никому из наших ребят не удалось свалить его. Все жалели, что тебя нет! Где ты вчера шатался?</p>
     <p>— Был в Окленде, — отвечал Мартин. — В театре, что ли?</p>
     <p>Мартин отодвинул свою тарелку и пошел к двери.</p>
     <p>— Так что ж, придешь на танцульку? — крикнул Джим ему вслед.</p>
     <p>— Да нет, едва ли, — ответил Мартин.</p>
     <p>Он обежал с лестницы и вышел на улицу, чувствуя потребность в свежем воздухе. Он и так задыхался в атмосфере этого дома, а болтовня Джима окончательно привела его в ярость. Было мгновение, когда он чуть-чуть не вскочил и не ткнул его носом в тарелку с кашей. Чем больше болтал Джим, тем дальше уходила Руфь. Разве, живя среди таких скотов, он может надеяться стать когда-нибудь с нею рядом? Его приводила в отчаяние трудность стоящей перед ним задачи, он чувствовал безвыходность своего положения, положения человека из рабочего класса. Казалось, все кругом висело на нем мертвым грузом и не давало подняться — сестра, ее дом, ее семья, слесарь Джим, — все, к чему он привык, куда уходили корни его существования. Жизнь для него утратила вкус. До сих пор он принимал жизнь, как она есть. Он никогда не задумывался над вопросом, хороша она или плоха, разве лишь когда читал книги. Но ведь то были только книги, прекрасные сказки о прекрасном несуществующем мире. А теперь он увидел этот мир существующим в действительности и в центре его — женщину-цветок по имени Руфь. И отныне он обречен на тоску и безнадежность, особенно мучительную оттого, что надежда питает ее.</p>
     <p>Мартин долго решал, куда пойти: в Берклейскую общедоступную читальню или в Оклендскую, и остановился на Оклендской, потому что в Окленде жила Руфь. Как знать! Читальня — самое подходящее для нее место, и вполне возможно, что он встретит ее там. Он совершенно не был знаком с расположением отделов и скитался среди бесконечных полок беллетристики, пока, наконец, худенькая, похожая на француженку девушка не сказала ему, что справочная библиотека находится наверху. Он не догадался обратиться к человеку, сидевшему за столом, и, двинувшись наугад, попал в отдел философии. Он слыхал о существовании философских книг, но никак не подозревал, что об этой науке столько написано. Вид высоких шкафов, набитых толстыми томами, подавлял его и в то же время распалял его воображение. Здесь было над чем поработать мозгу. В математическом отделе он нашел книги по тригонометрии и долго рассматривал казавшиеся ему бессмысленными формулы и чертежи. Он читал английские слова, но значение их от него ускользало. Это был какой-то особенный язык. Норман и Артур знали этот язык. Он слышал, как они говорили на нем. А они были ее братья. Мартин ушел из отдела философии с чувством безнадежности. Книги, казалось, надвигались со всех сторон и хотели задавить его. Он никогда не подозревал, что человеческие знания так огромны. Его охватил страх: сумеет ли он одолеть все это? Но тут же он вспомнил, что были люди — и много людей, — которые одолели. И он горячо поклялся, что сумеет постичь все то, что постигли другие.</p>
     <p>Так он блуждал, переходя от отчаяния к восторгу, среди полок, уставленных сокровищами мудрости. В общем отделе он нашел «Конспективный курс» Норри. С благоговением он перелистал его. Здесь по крайней мере было что-то родное. Автор, как и он, был моряком. Потом он нашел «Навигационный справочник» Боудича и сочинения Лекки <a l:href="#n_293" type="note">[293]</a> и Маршала <a l:href="#n_294" type="note">[294]</a>. Вот, отлично. Он займется изучением навигации. Бросит пить, начнет усиленно работать и станет капитаном. В этот миг Руфь казалась ему совсем близкой. Капитаном он уже может жениться на ней, если она захочет. А если не захочет — что ж, благодаря ей он будет жить хорошей, достойной жизнью, а пить, во всяком случае, бросит. Потом он вспомнил о страховщике и судовладельце, этих двух хозяевах капитана, интересы которых никогда не совпадают, и подумал о том, что каждый из них может погубить его, и наверняка погубит. Оглядев комнату, он даже зажмурился перед внушительным зрелищем десяти тысяч томов. Нет, с морем покончено. Здесь, в этом множестве книг, заключена огромная сила, и если он хочет совершать великие дела, то должен совершать их на суше! А кроме того, капитанам не разрешается брать с собою в плавание жен.</p>
     <p>Наступил полдень. Время шло. Мартин забыл о еде и все рассматривал заглавия книг, отыскивая руководство по правилам хорошего тона. Его ум, помимо мыслей о карьере, был занят решением простой задачи: если молодая леди, прощаясь с вами, просит зайти еще раз, то как скоро можно это сделать? Но когда он набрел наконец на нужную книгу, он все же не получил ответа. Он пришел в ужас от сложности и многообразия правил этикета, запутался во всех этих наставлениях о порядке обмена визитными карточками, принятом в светском обществе, и отошел с грустью. Он не нашел того, что искал, но зато понял, что соблюдение всех форм вежливости требует огромного количества времени и для усвоения всех этих форм ему пришлось бы предварительно прожить целую жизнь.</p>
     <p>— Ну что же, нашли вы, что вам нужно? — спросил его при выходе человек, сидевший за столом.</p>
     <p>— Да, сэр, у вас отличная библиотека, — отвечал Мартин.</p>
     <p>Человек кивнул головой.</p>
     <p>— Приходите к нам почаще. Вы моряк?</p>
     <p>— Да, сэр. Я приду еще как-нибудь.</p>
     <p>«Как он узнал, что я моряк?» — спрашивал он себя, спустившись с лестницы.</p>
     <p>И, выйдя на улицу, он постарался идти прямо, без неуклюжего раскачивания. Он помнил об этом, пока не задумался, а тогда зашагал своей обычной походкой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <p>Беспокойное томление, похожее на муки голода, овладело Мартином. Он изнывал от желания увидеть вновь девушку, чьи нежные руки с неожиданной цепкостью захватили всю его жизнь. Пойти к ней он не решался. Он боялся, что это будет слишком скоро и он таким образом нарушит страшный свод правил, именуемый хорошим тоном. Он проводил долгие часы в Оклендской и Берклейской библиотеках, где записался на свое имя, на имя Гертруды, Мэриен и даже Джима, который дал согласие после того, как Мартин щедро угостил его пивом. На все четыре абонемента он набрал книг, и в его каморке теперь почти всю ночь горел газ, за что мистер Хиггинботам брал с него лишних пятьдесят центов в неделю.</p>
     <p>Но книги, которые он читал, только усиливали его беспокойство. Каждая страница в новой книге казалась ему лазейкой в сады знаний. Его голод становился еще острее от чтения этих книг. К тому же он не знал, с чего следовало начинать, и, конечно, ему очень мешало отсутствие подготовки. Он не знал даже самых простых вещей, которые, очевидно, должен был знать всякий берущийся за Книгу. Это относилось и к поэзии, которую Мартин читал с необычайным увлечением. Из Суинберна он прочел не только то, что было в томике, данном ему Руфью. Он прочел и «Долорес» и отлично понял все. Руфь, вероятно, не понимала этого произведения, решил он. Как могла она понять, живя такой утонченной жизнью? Потом ему попались под руку стихотворения Киплинга, и он был заворожен музыкой, ритмом, волшебной образностью строк, говоривших о таких знакомых ему вещах. Его поразила та любовь к жизни, та тонкость психологии, которая отличала все стихи Киплинга. «Психология» была новым словом в лексиконе Мартина Идена. Он приобрел толковый словарь, чем подорвал свои финансы и сократил срок пребывания на суше, а кроме того, привел в ярость мистера Хиггинботама, который предпочел бы получить эти деньги в уплату за комнату.</p>
     <p>Днем он не решался даже приближаться к обиталищу Руфи, но по ночам, словно вор, бродил вокруг дома Морзов, украдкой глядя на освещенные окна и испытывая нежность к самим стенам, которые ее окружали. Несколько раз он чуть не наткнулся на ее братьев, а однажды долго шел за мистером Морзом, на поворотах изучая его лицо при свете уличных фонарей и страстно желая, чтобы почтенный джентльмен подвергся какой-нибудь смертельной опасности и предоставил Мартину случай спасти его жизнь. В другой раз он вдруг увидел Руфь в окне второго этажа. Видна была лишь ее голова, плечи и руки, по движениям которых он решил, что она причесывается. Это длилось одно мгновение, но и мгновения было достаточно, чтобы вся кровь заклокотала в нем и превратилась в пьянящее вино. Она, правда, тотчас же опустила штору, но он узнал, где ее комната, и после этого уже часами простаивал под деревом на противоположном тротуаре, выкуривая бесчисленное количество папирос. Однажды он увидел, как ее мать выходила из банка, и лишний раз убедился в неизмеримости расстояния, их разделяющего. Руфь принадлежала к тем, кто держит деньги в банке! Он за всю свою жизнь ни разу не переступил порога банка и был убежден, что подобные учреждения посещаются лишь очень богатыми и очень могущественными людьми.</p>
     <p>В известном смысле он переживал целую бытовую революцию. Чистота и непорочность Руфи произвели на него такое впечатление, что он теперь был положительно одержим потребностью в чистоте. Он должен стать чистым, если хочет быть достойным дышать одним с нею воздухом. Он чистил зубы и беспрестанно скреб руки кухонной щеткой, пока в окне магазина не увидел щеточку для ногтей и не угадал ее назначения. Приказчик, взглянув на его ногти, предложил ему еще и ногтечистку, и, таким образом, его набор туалетных принадлежностей обогатился еще одним предметом. Он достал в библиотеке книгу о личной гигиене и вычитал в ней совет каждое утро обливаться холодной водой — что и стал делать, к большому восторгу Джима и смущению мистера Хиггинботама, который, не сочувствуя подобным причудам, всерьез призадумался, не следует ли брать с Мартина особую плату за воду. Следующим шагом по пути прогресса была забота о брюках. Начав интересоваться этим вопросом, Мартин скоро заметил разницу между мешковатыми штанами рабочих и брюками людей высшего класса, с прямою складкою от колена до ступни. Догадавшись, в чем тут секрет, Мартин отправился на кухню за утюгом и гладильной доской; но первая попытка окончилась неудачей, он только прожег свои брюки и должен был купить новые, чем еще больше приблизил день ухода в плавание.</p>
     <p>Но внешними реформами дело не ограничилось. Курить он все еще продолжал, однако пить бросил. До сих пор он считал выпивку самым подходящим занятием для мужчины и даже очень гордился тем, что у него крепкая голова и он может продолжать пить, когда большинство собутыльников давно уже валяется под столом. В Сан-Франциско у него было много товарищей по прежним плаваниям, и при встречах он по-прежнему ставил им угощение, но себе заказывал только кружку легкого пива или имбирного лимонада и добродушно сносил все насмешки. Он с любопытством наблюдал за тем, как они, напиваясь, постепенно доходили до скотского состояния, и радовался, что сам он уже не таков. У каждого из них были свои горести, и вино помогало им забыть действительность и перенестись в страну грез и фантазий. Но Мартину уже не нужен был алкоголь. Он изведал опьянение более глубокое, — он был пьян Руфью, которая зажгла в нем любовь и стремление к новой, лучшей жизни; пьян книгами, которые пробудили в нем мириады неиспытанных желаний; пьян своей вновь обретенной чистотой, которая дала ему еще более полное, чем раньше, ощущение здоровья и заставила все его тело трепетать от физической радости существования.</p>
     <p>Однажды Мартин отправился в театр в смутной надежде увидеть Руфь, и с балкона второго яруса он и в самом деле увидел ее. Она прошла по партеру в сопровождении Артура и еще какого-то незнакомого, стриженного бобриком молодого человека в очках, который тотчас возбудил в Мартине тревогу и ревность. Она села в первом ряду, и он уже почти ничего не видал в течение всего вечера, кроме ее стройных плеч и золотых волос, издали словно подернутых дымкой. Но все же раз или два он оглянулся по сторонам и успел заметить двух девушек, сидевших через несколько мест от него; девушки эти улыбались и строили ему глазки. Он всегда был общителен, и не в его привычках было оставлять без ответа подобные проявления благосклонности. Еще недавно он непременно улыбнулся бы, в свою очередь, а затем пошел бы и дальше. Но теперь все переменилось. Он, правда, ответил улыбкой, но тотчас же после этого отвернулся и старался больше не смотреть в ту сторону. Однако не один еще раз, совсем позабыв об этих девушках, он случайно ловил их улыбки. Трудно измениться за один день, да к тому же он от природы был ласков и приветлив и поэтому невольно улыбался девушкам в ответ, улыбался просто, по-приятельски. Все это было не ново для него. Он знал, что они ведут с ним обычную женскую игру. Но для него теперь все стало иным. Там, далеко, в первом ряду, сидела женщина, единственная на свете, столь не похожая, столь бесконечно не похожая на этих двух девушек его класса, что к ним он уже не мог чувствовать ничего, кроме жалости. Он от души желал им обладать хоть крохотной долей ее красоты и душевного величия. Ни за что на свете он не бросил бы им упрека в слишком смелом заигрывании. Но оно не льстило ему: напротив, оно как бы подчеркивало его низкое положение, и это было неприятно. Он отлично понимал, что, принадлежит он к миру Руфи, эти девушки не посмели бы заигрывать с ним. И при каждом их взгляде он чувствовал, как сжимаются вокруг него цепкие щупальца его мира и тянут его вниз.</p>
     <p>Мартин покинул свое место незадолго до конца представления, надеясь увидеть Руфь, когда она будет выходить. У театрального подъезда всегда толпилось множество ротозеев, и легко можно было остаться незамеченным, если пониже надвинуть кепку на лоб и спрятаться за чьей-нибудь спиной. Он вышел одним из первых и смешался с толпой, но едва он занял удобное место на краю тротуара, — появились те две девушки. Он знал, что они ищут его, и проклинал ту силу, которая притягивала к нему женщин. Сначала они как будто не заметили его, но он понимал, что это только маневр. Подходя ближе, они замедлили шаг, и наконец одна из них, проходя мимо, задела его плечом и оглянулась, делая вид, словно только сейчас его узнала. Это была стройная брюнетка с черными лукавыми глазами. Обе девушки опять улыбнулись ему, и он тоже улыбнулся им в ответ.</p>
     <p>— Мое почтение, — сказал он.</p>
     <p>Это было сказано совершенно машинально, — так часто случалось ему начинать знакомство подобным образом. Впрочем, природная общительность и добродушие не позволили бы ему поступить иначе. Черноглазая девушка улыбнулась весело и вызывающе и, взяв под руку свою подругу, выразила желание остановиться; подруга хихикнула в знак согласия. Мартин испугался, что вот сейчас выйдет Руфь и увидит его разговаривающим с этими девушками. Нужно было помешать этому. Он просто, как будто так и нужно было, шагнул к черноглазой и пошел рядом с нею. В этом обществе он не чувствовал себя ни скованным, ни косноязычным. Здесь он был в своей стихии, мог и проявить остроумие и щегольнуть жаргонными словечками, мог смеяться и болтать о чем угодно, как это водится на первой стадии быстрого и случайного знакомства. Дойдя до угла, он сделал попытку отстать и свернуть в переулок. Но черноглазая девушка схватила его за локоть, не выпуская руки своей подруги, и крикнула:</p>
     <p>— Постой, Билл. Что за спешка? Уж не хочешь ли ты удрать от нас?</p>
     <p>Мартин остановился и, смеясь, повернулся к ним лицом. Позади них, под ярким светом уличных фонарей, струился людской поток. Там, где он стоял, было сравнительно темно, и он мог, оставаясь незамеченным, увидеть Ее, если бы она прошла мимо. А пройти она должна была непременно, потому что эта дорога вела к ее дому.</p>
     <p>— Как ее зовут? — спросил он, указывая на черноглазую и обращаясь к ее хихикающей подруге.</p>
     <p>— Это уж вы ее спросите, — отвечала та, фыркнув.</p>
     <p>— Ну, как же? — спросил он, оборачиваясь к черноглазой.</p>
     <p>— А вы мне сказали, как вас зовут? — возразила она.</p>
     <p>— Да вы и не спрашивали, — улыбнулся он, — впрочем, вы угадали. Меня и в самом деле зовут Билл. Верно, верно!</p>
     <p>— Да ну вас! — Она посмотрела на него долгим взглядом, зовущим и откровенно страстным. — Нет, правда? Скажите!</p>
     <p>И посмотрела снова. Вся женская сущность, неизменная от века, отражалась в ее взгляде. И Мартин уже знал, что будет дальше: теперь она начнет отступать смиренно и робко, готовая в любой миг перейти в наступление, как только почувствует, что в нем остывает пыл погони. Как-никак он был мужчина, не мог не оценить ее привлекательности, и ее страстные взоры льстили его самолюбию. О, он прекрасно знал этих девчонок, знал их насквозь! Славные, хорошие девушки — насколько могли быть хорошими девушки этого класса. Привыкшие добывать себе пропитание тяжелым трудом и слишком гордые, чтобы продавать свои ласки, они искали хоть немножко счастья в житейской пустыне, стараясь не заглядывать в будущее и отсрочить выбор между безысходной рутиной труда и бездной падения, куда вела хотя и лучше оплачиваемая, но страшная дорога.</p>
     <p>— Билл, — отвечал он снова. — Ей-богу! Билл и никак не иначе.</p>
     <p>— Шутите? — переспросила она.</p>
     <p>— И вовсе не Билл, — вмешалась другая.</p>
     <p>— А вы почем знаете? Вы меня никогда и в глаза не видали.</p>
     <p>— Ну и что ж, что не видала! И так знаю, что врете!</p>
     <p>— Ну, как же — Билл? — спрашивала первая.</p>
     <p>— Пусть будет Билл, — дружелюбно сказал он. Она ухватила его за плечо и весело тряхнула.</p>
     <p>— Так и знала, что врете. А все-таки вы ничего себе.</p>
     <p>Он пожал ее ищущую руку и на ладони нащупал знакомые царапины и шрамы.</p>
     <p>— Давно ушли с консервного завода? — спросил он.</p>
     <p>— Вы почем знаете? Уж не ясновидящий ли вы? — вскричали обе девушки.</p>
     <p>И, обмениваясь с ними убогими, плоскими шутками, он вдруг мысленно увидел перед собой многоярусные библиотечные полки, хранящие мудрость веков. Он с горечью улыбнулся неуместному сейчас видению, и опять сомнения охватили его. Но за всем этим — болтовней и раздумьем — он не упускал из виду потока уличной толпы. И вот в ярком свете фонарей он увидел Ее; она шла между братом и незнакомым юношей в очках. Сердце его замерло. Он долго ждал этого мгновения. Он успел разглядеть что-то легкое и воздушное вокруг ее царственной головы, стройные контуры фигуры, изящество походки, грациозное движение, которым она подобрала юбку, когда переходила через улицу. И вот она прошла, а он остался с этими двумя фабричными работницами, стоял и смотрел на их платья, носившие следы жалких и отчаянных попыток принарядиться, их дешевые ботинки, дешевые ленточки, дешевые колечки на грубых пальцах. Кто-то тронул его за руку, и он услыхал голос, говоривший:</p>
     <p>— Проснитесь, Билл. Что такое с вами?</p>
     <p>— Вы что-то сказали? — переспросил он.</p>
     <p>— Да так, ничего особенного, — отвечала черноглазая, тряхнув головой, — просто мне пришло в голову…</p>
     <p>— Что?</p>
     <p>— Было бы недурно, если бы вы подыскали кавалера для нее, — она указала на подругу, — и мы бы пошли куда-нибудь выпить кофе или поесть мороженого.</p>
     <p>Он вдруг почувствовал приступ какой-то духовной тошноты. Уж очень груб был переход от Руфи ко всему этому. Рядом с дерзкими, откровенно зовущими глазами этой девушки Мартин увидел вдруг лучезарные, ясные глаза Руфи, глаза святой, взиравшие на него с недосягаемых высот чистоты. И он почувствовал в себе могучую силу. Он выше всего этого. Жизнь для него нечто большее, чем для этих девушек, мечты которых не идут дальше кавалеров и мороженого. В сущности, он ведь и раньше жил в своих мыслях особой, тайной жизнью. Он пробовал иногда поверять эти мысли другим, но до сих пор не встретил ни одной женщины, способной их понять, да и ни одного мужчины тоже. Когда он высказывал их вслух, слушатели смотрели на него с недоумением. Что ж, если его мысли им недоступны — значит, и сам он выше их. Ощущение силы радовало его; он сжал кулаки. Если жизнь для него нечто большее, то он вправе и требовать от нее большего, но только, конечно, не здесь, не в общении с этими людьми. Эти черные глаза ничего не могли дать ему. Он знал, какие мечты отражены в их взгляде, — о мороженом и еще, пожалуй, кое о чем. Тогда как Ее неземной взор обещал ему все, к чему он стремился, и еще бесконечно многое. Книги, картины, красоту и гармонию, изящество возвышенной и утонченной жизни — вот что обещал этот взор. Та работа мысли, которая отражалась в черных глазах, смотревших на него, была известна ему во всех подробностях. Это был как бы часовой механизм, и он мог наблюдать в нем каждое колесико. Эти глаза звали к пошлым, низменным утехам, ведущим к пресыщению, в конце которых зияла могила. А тот, неземной взор звал к проникновению в непостижимую тайну, в чудо вечной жизни. В нем он видел отражение ее души и отражение своей души также.</p>
     <p>— В программе одна ошибка, — сказал он громко, — я сегодня занят.</p>
     <p>Девушка не пыталась скрыть свое разочарование.</p>
     <p>— Вздумали навестить больного друга? — съязвила она.</p>
     <p>— Нет, зачем… У меня свидание… — он запнулся, — с одной девушкой.</p>
     <p>— Не врете? — спросила она строго. Он поглядел ей в глаза и ответил:</p>
     <p>— Честное слово, правда. Но мы можем встретиться в другой раз. Как все-таки вас зовут? Где вы живете?</p>
     <p>— Меня зовут Лиззи, — отвечала она, взяв его под руку и всем телом прижимаясь к нему. — Лиззи Конолли. Я живу на углу Маркет-стрит и пятой.</p>
     <p>Они еще поболтали несколько минут, прежде чем проститься. Мартин не хотел сразу идти домой. Он пошел к знакомому дереву, встал на привычное место под Ее окном и прошептал взволнованно:</p>
     <p>— У меня свидание с вами, Руфь. Я не хочу других свиданий.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <p>Прошла неделя с того дня, как Мартин познакомился с Руфью, а он все еще не решался пойти к ней. Иногда он уже совсем готов был решиться, но всякий раз сомнения одерживали верх. Он не знал, спустя какой срок прилично повторить посещение, и не было никого, кто бы мог ему сказать это, а он боялся совершить непоправимый промах. Он отошел от всех своих прежних товарищей и порвал с прежними привычками, а новых друзей у него не было, и ему оставались только книги. Читал он столько, что обыкновенные человеческие глаза давно уже не выдержали бы такой нагрузки. Но у него были выносливые глаза и крепкий, выносливый организм. Кроме того, до сих пор он жил, не зная абстрактных книжных мыслей, и мозг его представлял собой нетронутую целину, благодатную почву для посева. Он не был утомлен науками и теперь мертвой хваткой вцеплялся в книжную премудрость.</p>
     <p>К концу недели Мартину показалось, что он прожил целые столетия, — так далека была прежняя жизнь и прежнее отношение к миру. Но ему все время мешал недостаток подготовки. Он брался за книги, которые требовали многих лет предварительных специальных занятий. Сегодня он читал книги по античной, завтра — по новейшей философии, так что в голове у него царила постоянная путаница. То же самое было и с экономическими учениями. На одной и той же полке в библиотеке он нашел Карла Маркса, Рикардо <a l:href="#n_295" type="note">[295]</a>, Адама Смита <a l:href="#n_296" type="note">[296]</a> и Милля <a l:href="#n_297" type="note">[297]</a>, и непонятные ему формулы одного не опровергали утверждений другого. Он совершенно растерялся и все-таки хотел все знать. Он увлекся вопросами экономики, промышленности и политики. Однажды, проходя через Сити-Холл-парк, он увидел толпу, окружившую человек пять или шесть, которые, по всей видимости, были заняты каким-то горячим спором. Он подошел поближе и тут в первый раз услыхал еще незнакомый ему язык народных философов. Один из споривших был бродяга, другой — профсоюзный агитатор, третий — студент-юрист, а остальные — просто любители дискуссий из рабочих. Впервые он услыхал об анархизме, социализме, о едином налоге, узнал, что существуют различные, враждебные друг другу системы социальной философии. Он услыхал сотни совершенно новых для него терминов из таких областей науки, которые еще не вошли в его скудный запас знаний. В силу этого он не мог следить за развитием спора и лишь чутьем угадывал идеи, выраженные в этих странных словах. Был среди спорщиков черноглазый лакей из ресторана — теософ, член профсоюза пекарей — агностик, какой-то старик, сразивший всех своей удивительной философией, основанной на утверждении, что все сущее справедливо, и еще один старик, пространно рассуждавший о космосе, об атоме-отце и об атоме-матери.</p>
     <p>У Мартина Идена голова распухла от всех этих рассуждений, и он поспешил в библиотеку посмотреть значение десятка врезавшихся в его память слов. Уходя из библиотеки, он нес под мышкой четыре толстых тома: «Тайная доктрина» госпожи Блаватской <a l:href="#n_298" type="note">[298]</a>, «Прогресс и нищета», «Квинтэссенция социализма», «Война религии и науки». К несчастью, он начал с «Тайной доктрины». Каждая строчка в этой книге изобиловала многосложными словами, которых он не понимал. Он сидел на кровати и чаще смотрел в словарь, чем в книгу. Слов было так много, что, запоминая одни, он забывал другие и должен был снова искать в словаре. Он решил записывать слова в особую тетрадку и в короткий срок исписал десятка два страниц. И все-таки он ничего не мог понять. Он читал до трех часов утра; у него уже ум за разум зашел, а все же он не сумел ухватить в прочитанном ни одной существенной мысли. Он поднял голову, и ему показалось, что стены и потолок ходят ходуном, как на корабле во время качки. Тогда он выругался, отшвырнул «Тайную доктрину», погасил свет и решил заснуть. Не лучше пошло дело и с остальными тремя книгами. И не то чтобы мозг его был слаб или невосприимчив — он мог бы усвоить все, о чем шла речь в этих книгах, — но ему недоставало привычки мыслить и не хватало словесного запаса. Он, наконец, понял это и одно время носился даже с мыслью читать один только словарь, пока он не выучит наизусть все незнакомые слова.</p>
     <p>Единственным утешением была для Мартина поэзия; он с восторгом читал тех поэтов, у которых каждая строчка была ему понятна. Он любил красоту, а здесь он находил ее в изобилии. Поэзия действовала на него так же сильно, как и музыка, и незаметным образом подготовляла его ум к будущей, более трудной работе. Страницы его памяти были чисты, и он без всякого усилия запоминал строфу за строфой, так что скоро мог уже декламировать наизусть целые стихотворения, наслаждаясь гармоническим звучанием оживших печатных строк. Однажды он случайно наткнулся на «Классические мифы» Гейли и «Мифический век» Булфинча. Словно луч яркого света прорезал вдруг мрак его невежества, и его еще больше потянуло к поэзии.</p>
     <p>Человек за столом уже знал Мартина, был очень приветлив с ним и дружелюбно кивал головой, когда Мартин приходил в библиотеку. Поэтому Мартин решился однажды на смелый поступок. Он взял несколько книг и, когда библиотекарь штемпелевал его карточки, пробормотал:</p>
     <p>— Послушайте, можно вас спросить кой о чем?</p>
     <p>Библиотекарь улыбнулся и ободряюще кивнул головой.</p>
     <p>— Если вы познакомились с молодой леди и она пригласила вас зайти… так вот… когда можно это сделать?</p>
     <p>Мартин почувствовал, что рубашка прилипла к его спине, вспотевшей от волнения.</p>
     <p>— Да когда угодно, по-моему, — отвечал библиотекарь.</p>
     <p>— Нет, вы не понимаете, — возразил Мартин. — Она… видите ли, в чем штука: ее может не быть дома. Она учится в университете.</p>
     <p>— Ну, другой раз зайдете.</p>
     <p>— Собственно, дело даже не в этом, — признался Мартин, решившись, наконец, отдаться на милость собеседника, — я, видите ли, простой матрос и не очень-то привык к светскому обществу. Эта девушка совсем не то, что я, а я совсем не то, что она… Вы не подумайте, что я дурака ломаю, — перебил он вдруг сам себя.</p>
     <p>— Нет, нет, что вы, — успокоил его библиотекарь. — Правда, ваш запрос не в компетенции справочного отдела, но я с удовольствием постараюсь помочь вам.</p>
     <p>Мартин посмотрел на него с восхищением.</p>
     <p>— Эх, если бы я умел так шпарить, вот это было бы дело, — сказал он.</p>
     <p>— Виноват…</p>
     <p>— Я хочу сказать, что было бы хорошо, если бы я умел так складно и вежливо говорить, как вы.</p>
     <p>— А! — сочувственно отозвался библиотекарь.</p>
     <p>— Когда лучше прийти? Днем? Только так, чтобы не угодить к обеду, да? Или вечером? А может, в воскресенье?</p>
     <p>— Знаете, что я вам посоветую, — сказал, улыбаясь, библиотекарь, — вы ей позвоните по телефону и спросите.</p>
     <p>— А ведь верно! — вскричал Мартин, собрал книги и пошел к выходу.</p>
     <p>На пороге он обернулся и спросил:</p>
     <p>— Когда вы разговариваете с молодой леди — ну, скажем, мисс Лиззи Смит, — как надо говорить: мисс Лиззи или мисс Смит?</p>
     <p>— Говорите «мисс Смит», — сказал библиотекарь авторитетным тоном, — говорите «мисс Смит», пока не познакомитесь с ней поближе.</p>
     <p>Итак, проблема была разрешена.</p>
     <p>— Приходите когда угодно. Я всегда дома после обеда, — отвечала по телефону Руфь на его робкий вопрос, когда можно возвратить взятые у нее книги.</p>
     <p>Она сама встретила его у двери, и ее женский глаз сразу отметил и отутюженную складку брюк и какую-то общую неуловимую перемену к лучшему. Но удивительнее всего было выражение его лица. Казалось, здоровая сила переливалась через край в этом юноше и волною захлестывала ее, Руфь. Снова она почувствовала желание прижаться к нему, ощутить теплоту его тела и снова поразилась тому, как действовало на нее его присутствие. А он, в свою очередь, вновь ощутил блаженный трепет, когда пожимал ей руку. Разница между ними была в том, что она внешне ничем не обнаруживала своего волнения, в то время как он покраснел до корней волос.</p>
     <p>Он последовал за нею, по-старому неуклюже раскачиваясь на ходу. Но когда они уселись в гостиной, Мартин, против ожидания, почувствовал себя довольно непринужденно. Она всячески старалась создать у него это ощущение непринужденности и делала это так деликатно и бережно, что стала ему еще во сто крат милее. Сначала они поговорили о книгах, о Суинберне, которым он восхищался, и о Браунинге, который был ему непонятен. Руфь направляла разговор, а сама все думала о том, как бы ему помочь. Она часто думала об этом после их первой встречи. Ей непременно хотелось помочь ему. Она чувствовала к нему нежность и жалость, но в этой жалости не заключалось ничего обидного: это было никогда не испытанное ею прежде, почти материнское чувство. Да и могла ли это быть простая, обычная жалость, если в человеке, ее вызывавшем, было столько мужественной силы, что одна его близость порождала в ней безотчетный девический страх и заставляла сердце биться от странных мыслей и чувств. Опять возникло у нее желание обнять его за шею или положить руки ему на плечи. И по-прежнему это желание смущало ее, но она уже к нему привыкла. Ей не приходило в голову, что зарождающаяся любовь может принимать такие формы. Но ей не приходило в голову также и то, что чувство, охватившее ее, можно назвать любовью. Ей казалось, что Мартин просто заинтересовал ее как личность незаурядная, с огромными скрытыми возможностями и что ею руководит лишь обыкновенное человеколюбие.</p>
     <p>Она не понимала, что желает его; но с ним дело обстояло иначе. Мартин знал, что любит Руфь; и знал, что желает ее так, как никогда ничего не желал в своей жизни. Он прежде любил поэзию, как любил все прекрасное, но после встречи с нею перед ним открылись ворота в огромный мир любовной лирики. Она дала ему гораздо больше, чем Булфинч и Гэйли. Неделю тому назад он не стал бы задумываться над такой, например, строчкой: «Блаженный юноша, он одержим любовью и в поцелуе умереть готов», — но теперь слова эти не выходили у него из головы. Он восхищался ими, как величайшим откровением; он смотрел на Руфь и думал, что с радостью умер бы в поцелуе. Он чувствовал себя тем самым блаженным юношей, который «одержим любовью», гордился этим больше, чем мог бы гордиться возведением в рыцарское достоинство. Он постиг наконец смысл жизни и цель своего существования на земле.</p>
     <p>Когда он смотрел на нее и слушал ее, его мысли становились смелее. Он вспоминал наслаждение, испытанное при пожатии ее руки, и жаждал почувствовать его снова. Порою он с жадным томлением смотрел на ее губы. Но ничего грубого и земного в этом томлении не было. Ему доставляло невыразимое наслаждение ловить каждое движение ее губ в то время, как она говорила; это не были обычные губы, какие бывают у всех женщин и мужчин. Они были не из плоти и крови. Это были уста бесплотного духа, и желание их поцеловать совершенно не было похоже на желание, которое пробуждали в нем губы других женщин. Он, конечно, охотно прижал бы к этим небесным устам свои губы, но это было бы все равно, как если бы он приложился к святыне. Он не мог разобраться в той своеобразной переоценке ценностей, которая в нем происходила, и не понимал, что, когда он смотрит на нее, глаза его горят тем самым огнем, которым горят глаза всякого мужчины, жаждущего любви. Он не подозревал, как пылок и мужествен его взгляд, как сильно он волнует ее душу. Ее девственная непорочность облагораживала его собственные чувства и возносила их на высоту холодного целомудрия звезд. Он был бы поражен, узнав, что его глаза излучают таинственное тепло, которое проникает в глубину ее существа и там зажигает ответный огонь. Смущенная, встревоженная его взглядом, она несколько раз теряла нить разговора и с немалым трудом вновь собирала обрывки мыслей. Обычно она не затруднялась в разговоре и теперь, не понимая, что с ней, решила, что просто ей никогда не приходилось иметь дело с таким своеобразным собеседником. Она очень впечатлительна по натуре, и нет ничего странного, если этот пришелец из другого мира смущает ее.</p>
     <p>Она думала, как помочь ему, и хотела повернуть разговор в этом направлении, но Мартин опередил ее.</p>
     <p>— Хочется мне попросить у вас совета, — начал он и едва не задохнулся от радости, когда она выразила готовность сделать для него все, что будет в ее силах. — Помните, я в тот раз говорил, что не умею говорить о книгах, о всяких таких вещах, ничего у меня из этого не получается. Ну вот, я с тех пор много передумал. Стал ходить в библиотеку, набрал там всяких книг, но только все они не моего ума дело. Может, лучше начать с самого начала? Я ведь по-настоящему и не учился никогда. Мне пришлось работать с самого детства, а вот теперь я пошел в библиотеку, посмотрел на книги, почитал — и вижу, что раньше читал я совсем не то, что нужно. Понимаете, где-нибудь на ферме или в пароходном кубрике таких книг не найдешь, как, скажем, у вас в доме. Там чтение другое, и вот к такому-то чтению я как раз и привык. А между тем, скажу, не хвастаясь, я не такой, как те, с кем я водил компанию. Не то чтобы я был лучше других матросов и ковбоев, — я и ковбоем тоже был, — но я, видите ли, всегда любил книги и всегда читал все, что попадалось мне под руку, и мне кажется, у меня голова работает на иной манер, чем у моих товарищей. Но дело-то еще не в этом. Дело вот в чем. Я никогда не бывал в таких домах, как ваш. Когда я к вам пришел на той неделе и увидел вас, и вашу мать, и ваших братьев, и как тут у вас все, — мне очень понравилось. Я раньше только в книжках читал про такое, но тут вот оказалось, что книги не врут. И мне понравилось. Мне захотелось всего этого, да и теперь хочется. Я хотел бы дышать таким воздухом, как у вас в доме, чтобы кругом были книги, картины и всякие Красивые вещи, и чтобы люди говорили спокойно и тихо и были чисто одеты, и мысли чтоб у них были чистые. Тот воздух, которым я всю жизнь дышал, пропитан запахом кухни, спиртным духом, руганью и разговорами о квартирной плате. Когда вы подошли к своей матери и поцеловали ее, мне это показалось так красиво, — ничего красивее, кажется, на свете не видел. А я повидал немало и могу сказать — всегда видел больше, чем другие. Я очень люблю смотреть, и мне всегда хочется увидеть что-нибудь еще и еще.</p>
     <p>Но это все не то. Самое главное вот: мне бы хотелось подняться до такой жизни, какою живете вы здесь, в этом доме. Жизнь — это ведь не только пьянство, драка, тяжелая работа. Теперь вот вопрос: как это сделать? С чего мне начать? Работы я не боюсь; если уж говорить об этом, то я в работе любого заткну за пояс. Мне бы только начать, а там буду работать день и ночь. Вам, может, смешно, что я с вами об этом говорю? Я знаю, не следует докучать вам своими расспросами, но мне больше некого спросить-вот разве что Артура? Может, мне к нему и надо было пойти? Если я был…</p>
     <p>Он вдруг замолчал. Его испугала мысль, что надо было в самом деле спросить Артура и что он выставил себя дураком. Руфь ответила не сразу. Она была поглощена тем, что пыталась связать воедино его нескладную речь и примитивные мысли с тем, что она читала в его глазах. Она никогда не видала глаз, в которых отражалась бы такая несокрушимая сила. Этот человек все может — вот о чем говорил его взгляд, и это плохо вязалось с его неумением распоряжаться словами. К тому же ее собственный ум был так изощрен и сложен, что она не могла по-настоящему оценить простоту и непосредственность. И все же даже в этом косноязычии мысли угадывалась сила. Мартин представлялся ей великаном, силящимся сорвать с себя оковы. Ее лицо дышало лаской, когда она заговорила.</p>
     <p>— Вы сами знаете, чего вам не хватает, — сказала она, — вам не хватает образования. Вам бы следовало начать сначала — кончить школу, а потом пройти курс в университете.</p>
     <p>— Для этого нужны деньги, — прервал он ее.</p>
     <p>— О, — воскликнула она, — я не подумала об этой стороне дела! Но разве никто из ваших родных не мог бы поддержать вас?</p>
     <p>Он отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Отец и мать мои умерли. У меня две сестры: одна замужняя, другая, вероятно, скоро выйдет замуж. Братьев целая куча, я младший, но они никому никогда не помогали. И все давно уже разбрелись по свету, искать счастье, каждый сам по себе. Старший умер в Индии. Двое сейчас в Южной Африке, третий плавает на китобойном судне, а четвертый разъезжает с бродячим цирком — он акробат. Вот и я такой же. С одиннадцати лет живу своим трудом, с тех пор как умерла мать. Так что придется мне самому, без школы, доходить до всего. Я только хочу знать, с чего начать.</p>
     <p>— Вам, во-первых, надо бы обратить внимание на свою речь. Вы иногда выражаетесь (она хотела сказать «ужасно», но удержалась) не совсем правильно.</p>
     <p>Лоб его покрылся испариной.</p>
     <p>— Я знаю, что иногда отпускаю такие словечки, которых вам не понять. Но эти-то я хоть знаю, как выговаривать. Я держу в голове кое-какие слова из книг, но я не знаю, как они произносятся, потому-то и не говорю их.</p>
     <p>— Дело тут не только в словах, а в общем строе речи. Можно говорить с вами откровенно? Вы не обидитесь на меня?</p>
     <p>— Нет, нет! — воскликнул он, благословляя в душе ее доброту. — Жарьте! Уж лучше мне узнать все это от вас, чем от кого-нибудь другого!</p>
     <p>— Так вот. Вы очень часто неправильно строите фразу. Употребляете обороты, не принятые в литературной речи. Я многое отметила в вашем разговоре, от чего вам надо отвыкать. Но лучше всего вам начать с грамматики. Я вам сейчас принесу учебник.</p>
     <p>Когда Руфь встала, Мартину вспомнилось одно правило, вычитанное им из руководства по хорошему тону, и он неуклюже вскочил со своего места, но тут же испугался — не подумала бы она, что он собирается уходить.</p>
     <p>Руфь принесла учебник грамматики, придвинула свой стул к его стулу, — он тут же подумал, что, вероятно, нужно было помочь ей. Она раскрыла книгу, и головы их сблизились. Ему трудно было следить за ее объяснениями — так волновала его эта близость. Но когда она начала объяснять тайны спряжений, он забыл все на свете. Он никогда не слыхал о спряжениях, и это первое проникновение в таинственные законы речи заворожило его. Он ниже пригнулся к книге, и вдруг ее волосы коснулись его щеки.</p>
     <p>Только раз в жизни Мартин Иден терял сознание, но тут он подумал, что сейчас это случится снова. У него перехватило дыхание, а сердце забилось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит. Никогда она не казалась ему столь доступной. На одно мгновение через бездну, их разделявшую, был перекинут мост. Но его чувства не стали от этого более низменными. Это не она опустилась до него. Это он поднялся за облака и приблизился к ней. Его любовь, как и прежде, была полна почти религиозного благоговения. Ему почудилось, что он вторгся в святая святых некоего храма, и он осторожно отвел голову, чтобы избежать этого прикосновения, действовавшего на него, как электрический ток. Но Руфь ничего не заметила.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <p>Много недель прошло, а Мартин Иден все учил грамматику, штудировал руководства по хорошему тону и пожирал каждую книгу, которая увлекала его воображение. От своего прежнего круга он отошел совершенно. Девушки из «Лотоса» не понимали, что с ним приключилось, и забрасывали Джима вопросами, а многие молодые люди были рады, что он больше не появляется на состязаниях у Райли. Он сделал еще одну драгоценную находку в сокровищнице библиотеки. Как грамматика открыла ему основы языка, так эта новая книга указала на правила, лежащие в основе поэзии. Он начал изучать размеры, формы и законы стихосложения и понял, как создается восхищающая его красота. Один новейший трактат рассматривал поэзию как изобразительное искусство, причем теория в нем была подкреплена многими ссылками на лучшие литературные образцы. Ни одного романа Мартин не читал с таким увлечением. И его свежий, нетронутый двадцатилетний ум, подстрекаемый жаждой знания, усваивал все с активностью и энергией, несвойственной восприятию студента.</p>
     <p>Когда Мартин оглядывался на прежний свой мир — мир далеких стран, морей, кораблей, матросов и уличных женщин, — этот мир представлялся ему очень маленьким; и все-таки какими-то своими гранями он соприкасался с большим, вновь открывшимся Мартину миром. Ум его инстинктивно искал во всем единства; однако он был удивлен, когда впервые обнаружил, что эти два мира связаны между собой. Возвышенные мысли и чувства, почерпнутые из книг, облагораживали его. Он был теперь уверен, что в том высшем круге, к которому принадлежит Руфь и ее семья, все мужчины и все женщины думают и чувствуют именно так. До сих пор он жил в каком-то грязном болоте и теперь хотел очиститься и подняться в высшую сферу. Уже в детстве и юности какая-то смутная тревога постоянно томила его; он гнался за чем-то, но сам не понимал, за чем гонится, пока не встретил Руфи. И теперь его томление сделалось острым и болезненным, он понял ясно и твердо, что искал красоты, ума и любви.</p>
     <p>За эти недели он несколько раз встречался с Руфью, и каждый раз свидание с нею вдохновляло его. Она исправляла его язык и произношение, занималась с ним арифметикой. Но их беседы не ограничивались одними учебными занятиями. Он слишком много видел в жизни, его ум был слишком зрелым, чтобы удовлетвориться дробями, кубическими корнями, грамматическим разбором и спряжениями. Бывали минуты, когда их разговор касался совсем других тем, — они говорили о стихах, которые он только что прочел, о поэте, которого она теперь изучала. И когда она читала ему вслух свои любимые строчки, он испытывал несказанное блаженство. Никогда, ни у одной женщины на свете он не слыхал такого голоса. От одного звука ее речи расцветала его любовь, каждое слово заставляло его трепетать. Пленительной была музыкальность этого голоса, его гибкие, богатые интонации — качества, которые даются культурой и душевным благородством. Слушая ее, он невольно вспоминал гортанные голоса женщин из диких племен, крикливую речь портовых потаскух, неблагозвучный говор фабричных работниц, женщин и девушек его класса. Тотчас же его воображение начинало работать, вереницы женских образов возникали в мозгу, и от сравнения с ними ореол, окружавший Руфь, сверкал еще ослепительнее. Но он не только любил слушать ее голос, ему бесконечно приятно было сознавать, что Руфь глубоко проникает в сущность читаемого и живо откликается на красоту поэтической мысли. Она много читала ему из «Принцессы», и часто он видел при этом слезы у нее на глазах, — так тонко чувствовала она красоту. В такие минуты ему казалось, что он поднимается до божественного всевидения; глядя на нее и слушая ее голос, он словно созерцал самое жизнь и читал ее сокровеннейшие тайны. И, достигнув этих вершин чувства, он начинал понимать, что это и есть любовь и что любовь — самое великое в мире. Перед его внутренним взором проходили все радости, испытанные им некогда, — опьянение, ласки женщин, игра, задор физической борьбы, — и все это казалось невыносимо пошлым и низким по сравнению с чувствами, овладевшими им теперь.</p>
     <p>Руфь не отдавала себе отчета в происходившем. У нее не было еще никакого опыта в сердечных делах. Все, что она знала, она почерпнула из книг, где творческая фантазия автора всегда преображала события обыденной жизни в нечто нереальное и прекрасное; ей не приходило в голову, что этот грубый матрос заронил в ее сердце искру, которая в один прекрасный день разгорится ярким, испепеляющим пламенем. До сих пор это пламя еще ни разу не опалило ее. Ее представления о любви были чисто умозрительными, и самое слово «любовь» напоминало ей о кротком сиянии звезд, легкой зыби, колеблющей морскую гладь, прохладной росе на исходе бархатной летней ночи. Любовь представлялась ей как нежная привязанность, служение любимому в сумеречной тишине, напоенной ароматом цветов и исполненной благостного покоя. Она и не подозревала о вулканических бурях любви, о ее страшном зное, превращающем сердце в пустыню горячего пепла. Она не знала ничего о силах, сокрытых в мире, сокрытых в ней самой; глубины жизни терялись за дымкой иллюзий. Супружеская привязанность отца и матери была для нее идеалом любовного единения, и она спокойно ждала, где-то в будущем, дня, когда без всяких волнений и потрясений войдет в такую же мирную совместную жизнь с любимым человеком.</p>
     <p>Таким образом, на Мартина Идена она смотрела, как на что-то новое для нее, как на странное, исключительное существо, и этой новизне и исключительности приписывала те необыкновенные ощущения, которые он в ней вызывал. Это было естественно. Того же порядка чувства испытывала она, когда смотрела в зверинце на диких зверей или когда видела, как гнутся деревья в бурю, и вздрагивала от вспышек молнии. Было что-то космическое в подобного рода явлениях, и было, несомненно, что-то космическое и в нем. Он ей принес дыхание моря, бесконечность земных просторов. Блеск тропического солнца запечатлелся на его лице, а в его железных мускулах была первобытная жизненная сила. Он весь был в рубцах и шрамах, полученных в том неведомом мире жестоких людей и жестоких деяний, который начинался за пределами ее кругозора. Это был дикарь, еще не прирученный, и втайне она чувствовала себя польщенной его покорностью. И у нее возникло естественное желание приручить дикаря. Желание это было бессознательно, и ей не приходило в голову, что она хочет сделать из Мартина подобие своего отца, который ей казался образцом совершенства. В своем неведении она не могла понять, что космическое чувство, которое он в ней вызывал, есть любовь, та непреодолимая сила, что влечет мужчину и женщину друг к другу через целый мир, заставляет оленей в период течки убивать друг друга и все живое побуждает стремиться к соединению.</p>
     <p>Быстрые успехи Мартина чрезвычайно удивляли и занимали ее. Она встретила в нем способности, о которых не могла и подозревать; и они раскрывались полнее день ото дня, как цветы на благодатной почве. Она читала ему вслух Браунинга, и сплошь да рядом он изумлял ее неожиданными истолкованиями неясных мест. Она не понимала, что его истолкования, основанные на знании жизни и людей, были часто гораздо правильнее, чем ее. Ей казалось, что он рассуждает наивно, хотя иногда ее увлекал смелый полет его мысли, уносившей его в такие надзвездные дали, куда она не могла следовать за ним и только трепетала от столкновения с какою-то непонятной силой. Иногда она играла ему на рояле, и музыка проникала в глубины его существа, которых ей было не измерить. Он весь раскрывался навстречу звукам, как цветок раскрывается навстречу солнечным лучам; он очень скоро позабыл дробные ритмы и резкие созвучия музыки матросских танцулек и научился ценить излюбленный Руфью классический репертуар.</p>
     <p>Но все же он испытывал какое-то демократическое пристрастие к Вагнеру <a l:href="#n_299" type="note">[299]</a>, и увертюра к «Тангейзеру», особенно после объяснений Руфи, ему нравилась больше всего. Увертюра эта как бы служила иллюстрацией к его жизни. Его прошлое было для него олицетворено в лейтмотиве Венерина грота, а Руфь он связывал с хором пилигримов; и, казалось, вагнеровские мелодии уносили его в призрачное царство духа, где добро и зло ведут извечную борьбу.</p>
     <p>Иногда он задавал вопросы, и ей вдруг начинало казаться, что она сама неправильно понимает музыку. Зато, когда она пела, он ни о чем не спрашивал. В благоговейном молчании прислушивался он к ее высокому чистому сопрано, и ему казалось, что он слышит ее душу. И снова по контрасту он вспоминал визгливые песенки фабричных девушек и хриплые завывания пьяных мегер в портовых кабачках. Ей нравилось играть и петь ему. В сущности, она в первый раз имела дело с живой человеческой душой, и такой податливой и гибкой, что формировать ее было одно наслаждение, — Руфи казалось, что она формирует душу Мартина, и она делала это с самыми лучшими намерениями. А кроме того, ей просто было приятно его общество. Он больше не пугал ее. Сначала она действительно испытывала смутный страх — не перед ним, а перед чем-то, вдруг шевельнувшимся в ее собственной душе, — но теперь этот страх улегся. Сама того не подозревая, она уже предъявляла какие-то права на него. С другой стороны, он оказывал на нее живительное действие. Она очень много времени отдавала университетским занятиям, и ей, очевидно, было полезно иногда отвернуться от книжной пыли и вдохнуть свежую струю морского ветра, которым он был пропитан. Сила! Да, ей нужна была сила, и он великодушно делился с нею своим неисчерпаемым запасом. Быть с ним в одной комнате, встречать его в дверях — уже значило дышать полной грудью. И когда он уходил, она бралась за свои книги с удвоенной энергией.</p>
     <p>Руфь прекрасно знала Браунинга, но ей никогда не приходило в голову, что игра с человеческой душой опасна. Чем больше она интересовалась Мартином, тем сильнее хотелось ей переделать его жизнь.</p>
     <p>— Вот возьмите мистера Бэтлера, — сказала она однажды, после того как они отдали должное и грамматике, и арифметике, и поэзии, — ему сначала ни в чем не было удачи. Его отец был банковским кассиром, но, прохворав несколько лет, умер от чахотки в Аризоне, так что мистер Бэтлер — тогда еще он был просто Чарльз Бэтлер — остался совершенно один. Его отец был выходцем из Австралии, и родных у него в Калифорнии нет. Он поступил в типографию — он мне несколько раз об этом рассказывал — и на первых порах зарабатывал три доллара в неделю. А теперь у него тридцать тысяч годового дохода. Как он достиг этого? Он был честен, трудолюбив и бережлив. Он отказывал себе в удовольствиях, которые обычно так любят молодые люди. Он положил себе за правило откладывать сколько-нибудь каждую неделю, ценою любых лишений. Конечно, скоро он стал получать больше трех долларов, и по мере того, как увеличивался его заработок, росли и сбережения. Днем он работал, а после работы ходил в вечернюю школу. Он постоянно думал о будущем. Потом он стал посещать вечерние курсы. Семнадцати лет он уже был наборщиком и получал хорошее жалованье, но он был честолюбив. Он хотел сделать карьеру, а не просто иметь обеспеченный кусок хлеба, и готов был на всякие жертвы ради будущего. Он решил стать адвокатом и поступил в контору моего отца рассыльным — подумайте! — на четыре доллара в неделю. Но он научился быть экономным и даже из этих четырех долларов ухитрялся откладывать.</p>
     <p>Руфь остановилась на мгновение, чтобы перевести дыхание и посмотреть, как Мартин, воспринимает рассказ. На его лице отражался живой интерес к судьбе мистера Бэтлера, но брови были слегка нахмурены.</p>
     <p>— Верно, туговато ему приходилось, — сказал он. — Четыре доллара в неделю! С этого не разгуляешься. Я вот плачу пять долларов в неделю за квартиру и стол и, ей-богу, ничего хорошего не имею. Он, вероятно, жил, как собака. Питался, должно быть…</p>
     <p>— Он сам себе готовил на керосинке, — прервала она его.</p>
     <p>— Питался, должно быть, так же скверно, как матросы на рыболовных судах, а это уж значит — хуже нельзя.</p>
     <p>— Но подумайте, чего он достиг теперь! — вскричала она с воодушевлением. — Ведь он с лихвой может вознаградить себя за все лишения юности!</p>
     <p>Мартин посмотрел на нее испытующе.</p>
     <p>— А вы знаете, что я вам скажу, — возразил он. — Едва ли вашему мистеру Бэтлеру так уж весело жить теперь. Он настолько плохо питался все прошлые годы, что желудок у него, надо думать, ни к черту не годится.</p>
     <p>Она отвела глаза, не выдержав его взгляда.</p>
     <p>— Пари держу, что у него катар.</p>
     <p>— Да, — согласилась она, — но…</p>
     <p>— И, наверно, — продолжал Мартин, — он теперь сердитый и скучный, как старый филин, и никакой радости нет ему от его тридцати тысяч. И, наверно, он не любит смотреть, когда вокруг него веселятся. Так или не так?</p>
     <p>Она кивнула утвердительно и поторопилась объяснить:</p>
     <p>— Но ему это и не нужно. Он по натуре человек замкнутый и серьезный. Он всегда был таким.</p>
     <p>— Еще бы ему не быть! — воскликнул Мартин. — На три да на четыре доллара в неделю! Молодой парень сам стряпает, чтобы отложить деньги! Днем работает, ночью учится, только и знает, что трудиться, и никогда не поразвлечется, никогда не погуляет даже и понятия, должно быть, ни о чем таком не имеет. Хо! Слишком поздно пришли эти его тридцать тысяч.</p>
     <p>Услужливое воображение тотчас же нарисовало ему во всех подробностях жизнь этого бережливого юноши и ту узенькую дорожку, которая в конечном счете привела его к тридцатитысячному годовому доходу. Все мысли и поступки Чарльза Бэтлера прошли перед ним, словно на экране.</p>
     <p>— Знаете, — прибавил он, — мне жалко его, вашего мистера Бэтлера. Он тогда был слишком молод и не понимал, что сам украл у себя всю жизнь ради этих тридцати тысяч, от которых ему теперь никакой радости. Сейчас уж он на эти тридцать тысяч не купит того, что мог бы тогда купить на свои отложенные десять центов, — ну, там леденцов каких-нибудь, когда был мальчишкой, или орехов, или билет на галерку!</p>
     <p>Такой ход мыслей ошеломлял Руфь. Это было не только ново для нее и не соответствовало ее взглядам, но она смутно угадывала здесь долю правды, которая грозила опрокинуть или в корне изменить все ее представление о мире. Будь ей не двадцать четыре года, а четырнадцать, она, может быть, изменила бы свои взгляды под влиянием Мартина. Но ей было двадцать четыре, и вдобавок по натуре она была консервативна и слишком привыкла к образу жизни и мыслей той среды, в которой родилась и выросла. Правда, своеобразные суждения Мартина иногда смущали ее во время разговора, но она объясняла их оригинальностью его личности и судьбы и старалась поскорее выбросить из памяти. И все-таки, хотя она и не соглашалась с ним, убедительность его тона, блеск глаз и серьезное выражение лица всегда волновали ее и влекли к нему. Ей и в голову не приходило, что этот человек, пришедший из чуждого ей мира, высказывал очень часто мысли, слишком глубокие для нее и выходящие за пределы ее кругозора. Мир для нее исчерпывался пределами этого кругозора, но ограниченные умы замечают ограниченность только в других. Таким образом, она считала свой кругозор очень широким и в каждом своем разногласии с Мартином видела доказательство его ограниченности и мечтала научить его смотреть на вещи ее глазами и расширить его кругозор до пределов своего.</p>
     <p>— Погодите, я еще не докончила рассказа, — сказала она. — Мистер Бэтлер работал, по словам отца, с редкостным рвением и усердием. Он всегда отличался необычайной работоспособностью, никогда не опаздывал на службу, наоборот — очень часто являлся раньше, чем было нужно. И все-таки он ухитрялся экономить время. Каждую свободную минуту он посвящал учению. Он изучал бухгалтерию, научился писать на машинке, брал уроки стенографии и в уплату за них диктовал по ночам своему преподавателю, судебному репортеру, нуждавшемуся в практике. Он скоро из рассыльного сделался клерком и сумел стать в своем роде незаменимым. Отец мой вполне оценил его и увидал, что это человек с большим будущим. По совету отца он поступил в юридическую школу, сделался адвокатом и вернулся в контору уже в качестве младшего компаньона. Это выдающийся человек. Он уже несколько раз отказывался от места в сенате Соединенных Штатов и мог бы стать, если бы захотел, членом Верховного суда. Такой пример должен всех нас вдохновлять. Он доказывает, что человек с упорством и с волей может высоко подняться над своим окружением.</p>
     <p>— Да, он выдающийся человек, — согласился Мартин совершенно искренне.</p>
     <p>И все же что-то в этом рассказе плохо вязалось с его представлениями о жизни и о красоте. Он никак не мог найти достаточного оправдания для всех тех лишений и тягот, которые претерпел мистер Бэтлер. Если бы он это делал из-за любви к женщине или из-за влечения к прекрасному — Мартин бы его понял. Юноша, одержимый любовью, мог умереть за поцелуй, но не за тридцать тысяч долларов в год! Было что-то жалкое, мелкотравчатое в карьере мистера Бэтлера. Тридцать тысяч долларов — это, конечно, неплохо, но катар и неспособность радоваться жизни уничтожали их ценность.</p>
     <p>Многие из этих соображений Мартин высказал Руфи, чем лишний раз убедил ее, что необходимо заняться его перевоспитанием. Ей была свойственна та характерная узость мысли, которая заставляет людей думать, что только их раса, религия и политические убеждения хороши и правильны и что все остальные человеческие существа, рассеянные по миру, стоят гораздо ниже их. Это была та же узость мысли, которая заставляла древнего еврея благодарить бога за то, что он не родился женщиной, а теперь заставляет миссионеров путешествовать по земному шару, чтобы навязать всем своего бога. И она же внушала Руфи желание взять этого человека, выросшего в совершенно иных условиях жизни, и перекроить его по образцу людей ее круга.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <p>Мартин Иден возвращался из плавания, спеша в Калифорнию с нетерпением влюбленного. Восемь месяцев назад, истратив все свои деньги, он нанялся на судно, отправлявшееся на поиски клада, зарытого где-то на Соломоновых островах. После долгих и безуспешных поисков предприятие было признано неудавшимся. В Австралии экипаж получил расчет, и Мартин немедленно нанялся на судно, идущее в Сан-Франциско. За эти восемь месяцев он не только заработал достаточно денег, чтобы подольше продержаться на суше, но, кроме того, значительно подвинулся в своих занятиях, для которых всегда умел выкраивать время.</p>
     <p>У него был восприимчивый ум, к тому же ему помогали природное упорство и любовь к Руфи. Он несколько раз проштудировал полученный от Руфи учебник грамматики и в конце концов основательно овладел предметом. Он теперь замечал неправильности речи матросов и мысленно исправлял их ошибки в произношении и построении фраз. С радостью он замечал, что его ухо стало очень чувствительно к слову и что у него развилось особое грамматическое чутье. Всякая неправильность речи резала его слух, как фальшивый аккорд, хотя с непривычки бывало еще, что и у него самого срывались с языка неправильные обороты. Видимо, нужно было время для того, чтобы освободиться от них навсегда.</p>
     <p>Покончив с грамматикой, он принялся за словарь и взял за правило каждый день прибавлять двадцать слов к своему лексикону. Это была нелегкая задача. Стоя на вахте или у штурвала, он повторял выученные слова и старался произносить их как следует. Он вспоминал все наставления Руфи и, к своему изумлению, скоро обнаружил, что начал говорить по-английски чище и правильнее самих офицеров и тех сидевших в каютах джентльменов, которые финансировали всю авантюру.</p>
     <p>У капитана, норвежца с рыбьими глазами, нашлось случайно полное собрание сочинений Шекспира, в которое он, конечно, никогда не заглядывал, и Мартин получил разрешение пользоваться драгоценными книгами за то, что взялся стирать белье их владельцу. Отдельные, особенно полюбившиеся ему места трагедий он без всякого труда запоминал наизусть и некоторое время был одержим Шекспиром так, что весь мир представлялся ему в образах и формах елизаветинского театра, а мысли сами собой укладывались в белые стихи. Это послужило полезной тренировкой для его слуха и научило его ценить благородство английского языка, хотя в то же время внесло в его речь много устаревших и редких оборотов.</p>
     <p>Мартин хорошо провел эти восемь месяцев. Он обогатил свой словарь и свой умственный багаж и лучше узнал самого себя. С одной стороны, он смиренно сознавал свое невежество, с другой — чувствовал в себе великие силы. Он видел огромную разницу между собою и своими товарищами и понимал, что разница эта не столько в достигнутом, сколько в возможном. То, что он делал, могли делать и они, но какое-то внутреннее чувство говорило ему, что он способен на большее. Он мучительно остро воспринимал красоту мира, и ему хотелось, чтобы Руфь могла любоваться этой красотою вместе с ним. Он решил описать ей величие Тихого океана. Эта мысль пробудила в нем творческий импульс, ему захотелось передать красоту мира не одной только Руфи. И вот ослепительная идея осенила его: он будет писать. Он будет одним из тех людей, чьими глазами мир видит, чьими ушами слышит, чьим сердцем чувствует. Он будет писать все: поэзию и прозу, романы и очерки, и пьесы, как Шекспир. Это настоящая карьера, и это — путь к сердцу Руфи. Ведь писатели — гиганты мира, куда до них какому-нибудь мистеру Бэтлеру, который имеет тридцать тысяч годового дохода и мог бы стать членом Верховного суда, если б захотел.</p>
     <p>Едва возникнув, эта идея всецело овладела им, и весь обратный путь в Сан-Франциско он проделал как во сне. Он был опьянен сознанием своей силы и ощущением, что может все. На пустынных просторах Великого океана вещи приобрели перспективу. Впервые он ясно увидел и Руфь и мир, в котором она жила. Этот мир стал для него чем-то осязаемым, конкретным, он словно мог взять его в руки, повертывать во все стороны и рассматривать. Много было непонятного и туманного в этом мире, но он глядел на целое, а не на детали, и в то же время видел способ овладеть всем этим. Писать! Эта мысль жгла его, как огонь. Он начнет писать немедленно по возвращении. Прежде всего он опишет экспедицию искателей клада. Он пошлет рассказ в какой-нибудь журнал в Сан-Франциско, ничего не сказав об этом Руфи, и она будет удивлена и обрадована, увидев его имя в печати. Он может одновременно и писать и учиться. Ведь в сутках двадцать четыре часа. Он непобедим, потому что умеет работать, и все твердыни рушатся перед ним. Ему уже не нужно будет плавать по морю простым матросом; в воображении он вдруг увидел собственную яхту. Есть же писатели, которые имеют собственные яхты! Конечно, останавливал он себя, успех приходит не сразу, хорошо если на первых порах он заработает своим писанием столько, сколько надо, чтоб продолжать учение. А потом, через некоторое время — очень неопределенное время, — когда он выучится и подготовится, он напишет великие произведения, и его имя будет у всех на устах. Но важнее этого, бесконечно важнее всего самого важного, — что тогда он станет наконец достойным Руфи. Слава хороша, но не ради славы, а ради Руфи лелеял он эти мечты. Он был не искатель славы, а только юноша, одержимый любовью.</p>
     <p>Явившись в Окленд с туго набитым карманом, Мартин опять водворился в своей каморке в доме Бернарда Хиггинботама и засел за работу. Он не сообщил Руфи о своем возвращении. Он решил, что пойдет к ней, лишь окончив свой очерк об искателях сокровищ. Творческая лихорадка, охватившая его, помогала переносить эту отсрочку. Кроме того, каждая написанная им фраза приближала ее к нему. Он не знал, какой длины должен быть его очерк, но сосчитал количество слов в очерке, занимавшем две страницы в воскресном приложении к «Обозревателю Сан-Франциско», и решил этим руководствоваться. В три дня, работая без передышки, закончил Мартин свой очерк, потом тщательно переписал его крупными буквами, чтоб легче было читать, — и тут вдруг узнал из взятого в библиотеке учебника словесности, что существуют абзацы и кавычки. А он и не подумал об этом! Мартин тотчас снова сел за переписку очерка, то и дело справляясь с учебником, и в один день приобрел столько сведений о том, как писать сочинение, сколько обыкновенный школьник не приобретает и за год. Переписав вторично очерк и осторожно свернув его трубкой, он вдруг прочел в одной газете правила для начинающих авторов, гласившие, что рукопись нельзя свертывать трубкой и что писать надо на одной стороне листа. Он нарушил оба правила. Но он прочел еще, что в лучших журналах платят не менее десяти долларов за столбец. Переписывая в третий раз, Мартин утешался тем, что без конца помножал десять столбцов на десять долларов. Результат получался всегда один и тот же, — сто долларов, — и он решил, что это куда выгоднее матросской службы. Если бы он дважды не дал маху, рассказ за три дня был бы готов. Сто долларов в три дня!</p>
     <p>Ему пришлось бы три месяца скитаться по морям, чтобы заработать такую сумму. Надо быть дураком, чтобы тянуть матросскую лямку, если можешь писать. Впрочем, деньги сами по себе не представляли для Мартина особенной ценности. Их значение было только в том, что они давали досуг, возможность купить приличный костюм, а все это, вместе взятое, должно было приблизить его к стройной бледной девушке, которая перевернула всю его жизнь и наполнила ее вдохновением.</p>
     <p>Мартин вложил рукопись в большой конверт, запечатал и адресовал редактору «Обозревателя Сан-Франциско». Он представлял себе, что все присылаемое в редакцию немедленно печатается, и так как послал очерк в пятницу, то ожидал его появления в воскресенье. Приятно будет таким способом известить Руфь о своем возвращении. В это же воскресенье он и пойдет к ней. Между тем его уже захватила новая идея, которая казалась ему необыкновенно удачной, правильной, здравой и в то же время непритязательной: написать приключенческий рассказ для мальчиков и послать его в «Спутник юношества». Он пошел в читальню и просмотрел несколько комплектов «Спутника юношества». Выяснилось, что большие рассказы и повести печатаются в еженедельнике частями, примерно по три тысячи слов. Каждая повесть тянулась в пяти номерах, а некоторые даже в семи, и он решил исходить из этого расчета.</p>
     <p>Мартин однажды плавал в Арктику на китобойном судне; плавание было рассчитано на три года, но закончилось через полгода, потому что корабль потерпел крушение. Хотя он и обладал пылкой фантазией, в нем была сильна любовь к правде, и ему хотелось писать лишь о вещах ему известных. Он отлично знал китобойный промысел и, основываясь на фактическом материале, решил повествовать о вымышленных приключениях двух мальчиков-подростков. Это было нетрудно, и в субботу вечером он уже написал первую часть в три тысячи слов, чем доставил великое удовольствие Джиму и вызвал со стороны мистера Хиггинботама немало насмешек по поводу объявившегося в их семье «писаки».</p>
     <p>Мартин молчал и только с наслаждением представлял, как удивится зять, когда, развернув воскресный номер «Обозревателя», прочтет очерк об искателях сокровищ. В воскресенье он рано утром сам спустился к парадной двери за газетой.</p>
     <p>Просмотрев номер внимательно несколько раз, он свернул его и положил на место, радуясь, что никому не сказал о своей попытке. Потом, поразмыслив, решил, что ошибся относительно срока появления рассказов в печати. К тому же в его очерке не было ничего злободневного, и возможно, что редактор решил предварительно написать ему свои соображения.</p>
     <p>После завтрака он снова занялся повестью. Слова так и текли из-под его пера, хотя он часто прерывал работу, чтобы справиться со словарем или с учебником словесности. Иногда во время таких пауз он читал и перечитывал написанную главу, утешая себя тем, что, отвлекаясь от великого дела творчества, он зато усваивает правила сочинения и учится выражать и излагать свои мысли. Он писал до темноты, затем шел в читальню и рылся в еженедельных и ежемесячных журналах до десяти часов вечера, то есть до самого закрытия. Такова была его программа на эту неделю. Каждый день он писал три тысячи слов и каждый вечер шел в читальню, листал журналы, стараясь уяснить себе, какие стихи, повести, рассказы нравятся издателям. Одно было несомненно, он бы мог написать все, что написали эти бесчисленные писатели, и более того: дайте срок, и он напишет много такого, чего им не написать. Ему было приятно прочитать в «Книжном бюллетене» статью о гонорарах, где между прочим было сказано, что Киплинг получает доллар за слово, а для начинающих писателей — что особенно заинтересовало его — минимальная ставка в первоклассных журналах два цента. «Спутник юношества» был, несомненно, первоклассным журналом, и, таким образом, за каждые три тысячи слов, которые он писал в день, он должен был получить по шестьдесят долларов — заработок за два месяца плавания.</p>
     <p>В пятницу вечером Мартин закончил свою повесть. В ней было ровно двадцать одна тысяча слов. По два цента за слово — и то это уже даст ему четыреста двадцать долларов. Недурная плата за недельную работу. У него еще никогда в жизни не было столько денег сразу. Он даже не понимал, на что можно истратить так много. Ведь это же золотое дно! Неиссякаемый источник благополучия! Он решил приодеться, выписать кучу газет и журналов, купить все необходимые справочники, за которыми теперь приходилось бегать в библиотеку. И все же от четырехсот двадцати долларов оставалась еще довольно крупная сумма, и он ломал голову, как использовать ее, пока наконец не решил нанять служанку для Гертруды и купить велосипед Мэриен.</p>
     <p>Мартин отослал объемистую рукопись в «Спутник юношества» и в субботу вечером, обдумав план очерка о ловцах жемчуга, отправился к Руфи. Он предварительно позвонил ей по телефону, и она сама вышла встретить его. И сразу же ее обдало знакомым, исходящим от него ощущением силы и здоровья. Казалось, эта сила передавалась и ей, горячей волной разливалась по ее жилам и заставляла трепетать от волнения. Он вспыхнул, коснувшись ее руки и взглянув в ее голубые глаза, но она не заметила этого под темным загаром, покрывшим его лицо за восемь месяцев плавания под солнцем. Но полосу, натертую воротничком на шее, не скрыл и загар, и, заметив ее, Руфь едва удержалась от улыбки. Впрочем, у нее прошла охота улыбаться, когда она взглянула на его костюм. Брюки на этот раз сидели отлично, — это был его первый костюм, сшитый на заказ, и Мартин казался в нем стройнее и тоньше. Вдобавок вместо кепки он держал в руке мягкую шляпу, которую она тут же велела ему примерить и похвалила его внешний вид. Руфь была счастлива, как никогда. Эта перемена в Мартине была делом ее рук, ее гордостью, и она уже мечтала о том, как будет и дальше направлять его.</p>
     <p>Но в особенности радовало ее одно обстоятельство, казавшееся самым важным: перемена в его речи. Он теперь говорил не только правильнее, но гораздо свободнее, и его лексикон значительно обогатился. Правда, в моменты увлечения он забывался и опять начинал употреблять жаргонные словечки и комкать окончания; иногда он запинался, произнося слово, которое только недавно выучил. Но дело было не только в правильности выражений. В разговоре его появилась легкость, живое остроумие, чрезвычайно обрадовавшее Руфь. Это сказывался природный юмор, за который его всегда любили товарищи, но который он раньше не мог проявить при ней за недостатком подходящих слов. Теперь он понемногу осваивался и уже не чувствовал себя чужаком в ее мире. Но все же он был преувеличенно осторожен и, предоставив Руфи вести беседу в веселом, непринужденном тоне, старался, правда, не отставать от нее, но ни разу не брал на себя инициативу.</p>
     <p>Он рассказал ей о своем сочинительстве, изложил свой план — писать для заработка и продолжать учиться. Но его ждало разочарование: Руфь отнеслась к этому плану скептически.</p>
     <p>— Видите ли, — откровенно сказала она, — литература такое же ремесло, как и всякое другое. Я не знаток, конечно, я просто высказываю общеизвестные истины. Ведь нельзя же стать кузнецом, не проучившись предварительно года три, а то, пожалуй, и все пять. Но писатели зарабатывают лучше кузнецов, и потому, вероятно, очень многие хотели бы стать писателями и даже пробуют писать.</p>
     <p>— А почему вы не допускаете мысли, что у меня есть к этому способности? — спросил Мартин, радуясь втайне, что так складно выразился; и тотчас же заработало его воображение, и он как бы со стороны увидел этот разговор в гостиной, а рядом сотни картин его прежней жизни, грубых и отвратительных.</p>
     <p>Но все эти пестрые видения пронеслись перед ним в один миг, не прерывая течения его мыслей, не замедляя темпа разговора. На экране своей фантазии видел Мартин эту прелестную, милую девушку и себя самого, беседующих на хорошем английском языке, среди книг и картин, в уютной комнате, где на всем лежала печать культуры и хорошего воспитания. Эта сцена, озаренная ровным, ясным светом, как бы занимала середину экрана. А кругом, по краям экрана, возникали и исчезали совсем иные сцены, и он, как зритель, мог смотреть на любую из них по выбору. Они сменялись перед ним, выхватываемые лучами яркого красноватого света из зыбкой сумеречной пены тумана. Он видел ковбоев, пивших в кабаке огненное виски, кругом раздавалась грубая речь, пересыпанная непристойностями, а сам он тоже стоял у стойки, пил и бранился, не отставая от самых отъявленных забулдыг и буянов, или сидел с ними за столом под коптящей керосиновой лампой, сдавая карты и звеня фишками. Потом видел себя обнаженным до пояса со сжатыми кулаками, перед началом знаменитой схватки с рыжим ливерпульцем на баке «Сасквеганны»; потом он увидел окровавленную палубу «Джона Роджерса» в то серое утро, когда вспыхнул мятеж, увидел старшего помощника, корчившегося в предсмертных судорогах, дымящийся револьвер в руках капитана, толпу матросов вокруг, с искаженными от ярости лицами, раненых, изрыгающих проклятья, — и от этих картин он вновь вернулся к центральной сцене, спокойной и тихой, озаренной ярким светом, вновь увидел Руфь, беседующую с ним среди книг и Картин; увидел большой рояль, на котором она позже будет играть ему; услышал свою собственную правильно построенную и произнесенную фразу: «А почему вы не допускаете мысли, что у меня есть к этому способности?»</p>
     <p>— Даже если у человека есть способности к кузнечному ремеслу, — возразила она со смехом, — разве этого достаточно? Я никогда не слыхала, чтобы кто-нибудь стал кузнецом, не побывав сначала в обучении.</p>
     <p>— Что же вы мне посоветуете? — спросил он. — Но только помните, я действительно чувствую, что могу писать. Это трудно объяснить, но это так.</p>
     <p>— Вам надо учиться, — последовал ответ, — независимо от того, станете вы писателем или нет. Образование необходимо вам, какую бы карьеру вы ни избрали, и. оно должно быть систематическим, а не случайным. Вам надо пойти в школу.</p>
     <p>— Да… — начал он, но она прервала его:</p>
     <p>— Вы можете и тогда продолжать писать.</p>
     <p>— Поневоле придется, — отвечал он грубо.</p>
     <p>— Почему же?</p>
     <p>Она посмотрела на него почти недовольно: ей не нравилось упорство, с которым он стоял на своем.</p>
     <p>— Потому что без этого не будет и ученья. Ведь нужно же мне есть, покупать книги, одеваться.</p>
     <p>— Я все забываю об этом, — сказала она смеясь. — Почему вы не родились с готовым доходом!</p>
     <p>— Предпочитаю иметь здоровье и воображение, — отвечал он, — а доходы придут. Я бы много делов наделал ради… — и он чуть не сказал «ради вас», — ради… другого чего-нибудь.</p>
     <p>— Не говорите «делов»! — воскликнула она с шутливым ужасом. — Это ужасно вульгарно.</p>
     <p>Мартин смутился.</p>
     <p>— Вы правы, — сказал он, — поправляйте меня, пожалуйста, всегда.</p>
     <p>— Я… я с удовольствием, — отвечала Руфь неуверенно. — В вас очень много хорошего, и мне бы хотелось, чтобы этого стало еще больше.</p>
     <p>Он тотчас опять превратился в глину в ее руках и страстно желал, чтобы она лепила из него что ей угодно, а она так же страстно желала вылепить из него мужчину по тому образцу, который ей представлялся идеалом. Когда она сказала ему, что приемные экзамены в среднюю школу начнутся в понедельник, он тут же объявил, что пойдет экзаменоваться.</p>
     <p>После этого она уселась за рояль и долго играла и пела ему, а он смотрел на нее жадными глазами, восторгаясь ею и удивляясь, почему вокруг нее не толпятся сотни обожателей, внимая ей и томясь по ней так же, как внимал и томился он.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <p>В этот вечер Мартин остался обедать у Морзов и, к великому удовольствию Руфи, произвел очень благоприятное впечатление на ее отца. Разговор шел о профессии моряка — предмете, который Мартин знал как свои пять пальцев; и мистер Морз отозвался о нем после как об очень сообразительном и здравомыслящем молодом человеке. Мартин старался избегать грубых слов и неправильных выражений и поэтому говорил медленно и лучше формулировал свои мысли. Он держался за обедом гораздо непринужденнее, чем в первый раз, почти год тому назад, но сохранил скромность и некоторую застенчивость, что очень понравилось миссис Морз, которая была приятно поражена происшедшей в нем переменой.</p>
     <p>— Это первый мужчина, который удостоился внимания Руфи, — говорила она потом мужу. — Она всегда так равнодушно относилась к мужчинам, что меня это даже начало тревожить.</p>
     <p>Мистер Морз взглянул на нее с удивлением.</p>
     <p>— Ты хочешь, чтобы этот молодой матрос пробудил в ней женщину? — спросил он.</p>
     <p>— Я не хочу, чтобы она умерла старой девой. Если благодаря Мартину Идену она заинтересуется мужчинами вообще, это будет очень хорошо.</p>
     <p>— Очень хорошо! — согласился мистер Морз. — Но предположим — а иногда, моя дорогая, приходится заниматься предположениями, — предположим, что она заинтересуется не вообще, а в частности?</p>
     <p>— Это невозможно, — смеясь, сказала миссис Морз. — Он на три года моложе ее, и потом это просто невозможно! Ничего плохого не будет. Положись на меня.</p>
     <p>Таким образом, роль Мартина Идена была определена вполне точно. Между тем сам он обдумывал одну довольно экстравагантную затею, на которую его натолкнули Артур и Норман. Речь шла о воскресной загородной прогулке на велосипедах, которая, конечно, едва ли заинтересовала бы Мартина, если бы он не узнал, что и Руфь тоже собирается ехать. Он никогда не ездил на велосипеде, но раз Руфь ездит, для него не оставалось уже сомнений в том, что и он должен научиться. Поэтому по дороге домой он зашел в магазин и купил за сорок долларов велосипед. Эту сумму он и в месяц не мог бы заработать самым тяжелым трудом, и такой расход был весьма чувствителен для его кармана. Но, прибавив к ста долларам, которые он должен был получить с «Обозревателя», те четыреста двадцать, которые ему заплатит «Спутник юношества», он даже обрадовался, что нашел разумное применение хотя бы для части этих денег. Не смутило его и то обстоятельство, что при первой попытке научиться ездить на велосипеде он порвал брюки и пиджак. Он тут же позвонил портному по телефону из лавки Хиггинботама и заказал себе новый костюм. Потом он втащил велосипед по узенькой наружной лестнице к себе в каморку, и когда отодвинул кровать от стены, то в комнате осталось место только для него и для велосипеда.</p>
     <p>Воскресенье он решил посвятить подготовке к приемным экзаменам, но рассказ о ловцах жемчуга так увлек его, что он провел весь день в лихорадке творчества, пытаясь передать на бумаге красоту картин, которые горели в его мозгу. В это воскресенье «Обозреватель» опять не напечатал его рассказа об искателях сокровищ, но это нисколько его не смутило. Он слишком высоко взлетел на крыльях своего воображения и даже не слыхал, как его два раза звали обедать. Так ему и не пришлось попробовать изысканного обеда, которым мистер Хиггинботам имел обыкновение отмечать воскресные дни. Для мистера Хиггинботама такие обеды были вещественным доказательством его жизненного успеха, и он всегда сопровождал их пошлейшими разглагольствованиями о мудрости американского уклада жизни и тех богатых возможностях, которые этот уклад предоставляет людям: например, возможности возвыситься — он это особенно подчеркивал — от приказчика овощной лавки до хозяина торгового предприятия.</p>
     <p>В понедельник утром Мартин Иден печально поглядел на свой неоконченный очерк о ловцах жемчуга и отправился в оклендскую школу. Когда он несколько дней спустя явился, чтобы узнать результаты, ему сообщили, что он провалился по всем предметам, за исключением грамматики.</p>
     <p>— Ваши познания по грамматике превосходны, — сообщил ему профессор Хилтон, глядя на него сквозь толстые очки, — но по другим предметам вы ничего не знаете, положительно ничего не знаете, а ваши ответы по истории Соединенных Штатов чудовищны — именно чудовищны, другого слова не придумаешь. Я бы вам посоветовал…</p>
     <p>Профессор Хилтон умолк и посмотрел на него неприязненно и равнодушно, как на одну из своих пробирок. Он преподавал в школе физику, имел большую семью, получал маленькое жалованье и обладал запасом знаний, затверженных, как затверживает слова попугай.</p>
     <p>— Да, сэр? — смиренно сказал Мартин, жалея, что вместо профессора Хилтона с ним не беседует библиотекарь из справочного отдела.</p>
     <p>— Я бы вам посоветовал еще года два поучиться в начальной школе. Всего хорошего!</p>
     <p>Мартин довольно легко отнесся к этой неудаче, но он был поражен, увидав, как огорчилась Руфь, когда он передал ей слова профессора Хилтона. Огорчение Руфи было так очевидно, что и он пожалел о своем провале — не из-за себя, а из-за нее.</p>
     <p>— Вот видите, — сказала она, — я была права. Вы знаете гораздо больше иных студентов, а экзамена выдержать не можете. Это потому, что вы учились урывками и без всякой системы. Вам нужно систематическое обучение, а это невозможно без хорошего учителя. Знания должны быть основательными. Профессор Хилтон прав, и на вашем месте я бы поступила в вечернюю начальную школу. Вы пройдете курс года в полтора и сэкономите шесть месяцев. Кроме того, днем у вас будет время для писания или другой работы, если вам не удастся зарабатывать деньги своим пером.</p>
     <p>«Но если днем я буду работать, а по вечерам ходить в школу, то когда же я буду видеться с вами?» — была первая мысль Мартина, которую он, впрочем, побоялся высказать. Вместо этого он сказал:</p>
     <p>— Уж очень это детское занятие — ходить в вечернюю школу. Я бы, конечно, на это не посмотрел, если бы знал, что дело стоит того. Но только, по-моему, не стоит. Я сам могу изучить все гораздо быстрее, чем со школьными учителями. Это было бы пустой тратой времени (он думал о ней, о своем желании добиться ее), а я не могу тратить время! У меня его нет!</p>
     <p>— Но ведь вам так много нужно сделать.</p>
     <p>Она ласково посмотрела на него. И Мартин мысленно назвал себя грубой скотиной за то, что решился противоречить ей.</p>
     <p>— Для физики и химии нужны лаборатории, — сказала она. — С алгеброй и геометрией вам никогда не справиться самостоятельно. Вам необходим руководитель, опытные педагоги-специалисты.</p>
     <p>Он молчал с минуту, обдумывая тщательно, как бы получше ответить ей.</p>
     <p>— Не думайте, что я хвастаюсь, — сказал он, — дело совсем не в этом. Но у меня есть чувство, что я могу легко всему научиться. Я сам могу всему научиться. Меня тянет к учению, как утку к воде. Вы видели, как я одолел грамматику. И я изучил еще много других вещей, вы себе и представить не можете, как много… А ведь я только начал учиться. Мне еще не хватает… — Он запнулся на мгновение и потом твердо выговорил: — Инерции. Я ведь только начинаю становиться на линию.</p>
     <p>— Что значит становиться на линию? — прервала она его.</p>
     <p>— Ну, разбираться, что к чему, — проговорил он.</p>
     <p>— Эта фраза ничего не означает, — опять сказала Руфь.</p>
     <p>Он решил тогда выразиться иначе:</p>
     <p>— Я только теперь начинаю в себе понимать направление.</p>
     <p>На этот раз она из жалости промолчала, и он продолжал:</p>
     <p>— Наука представляется мне штурманской рубкой, где хранятся морские карты. Когда я прихожу в библиотеку, я об этом всегда думаю. Дело учителя — познакомить ученика со всеми картами по порядку. Вот и все. Он вроде проводника. Он ничего не может выдумать из головы. Он ничего нового не создает. На картах все есть, и он только должен показать новичку, где что лежит, чтобы тот не заплутался. А я не заплутаюсь. Я умею распознавать местность. И обычно соображаю, чего делать. Опять не так что-нибудь?</p>
     <p>— Не «чего делать», а «что делать», — сказала Руфь.</p>
     <p>— Верно, что делать, — повторил он с благодарностью. — О чем это я? Да, о морских картах. Ну, так вот: иным людя´м…</p>
     <p>— Лю`дям, — поправила она опять.</p>
     <p>— Иным людям нужны проводники. Это так. А мне вот кажется, что я могу обойтись и без них. Я уже довольно повертелся возле этих карт и знаю, которые мне нужны, и какие берега мне исследовать, я тоже знаю. Один я гораздо скорее исследую их. Скорость флота меряется всегда по скорости самого тихоходного судна. Ну вот, то же самое и со школой. Учителя должны равняться по отстающим ученикам, а я один могу идти быстрее.</p>
     <p>— «Тот всех быстрей идет вперед, кто в путь идет один», — процитировала она.</p>
     <p>«Но я бы желал идти не один, а с вами», — чуть не выпалил он в ответ. Перед ним возникла величественная картина безграничных, озаренных солнцем пространств и звездных путей по которым он летит рука об руку с нею, и ее бледно-золотые волосы, развеваясь, касаются его щеки. И тотчас же он почувствовал все свое словесное бессилие. Боже правый! Если бы он мог рассказать ей обо всем так, чтобы и она увидела то, что сейчас видел он! Как острая боль, пронзило его страстное, непреодолимое желание нарисовать ей те видения, которые возникли так неожиданно в зеркале его мысли. И вдруг он понял! Так вот ключ к тайне! Ведь именно это и делают великие мастера поэты и писатели! В этом их величие. Они умеют передать словами все то, что видят, думают и чувствуют. Собака, дремлющая на солнце, часто повизгивает и лает во сне, но она не может объяснить, что заставляло ее визжать и лаять! Вот и он — собака, уснувшая на солнцепеке; он тоже видит чудесные, сказочные сны, но бессилен передать их Руфи. Но теперь довольно спать. Он будет учиться, будет работать до тех пор, пока у него не откроются глаза и не развяжется язык, пока он не сможет поделиться с ней сказочным сокровищем своих видений. Есть же люди, которые владеют тайной выражения мыслей, умеют делать слова своими послушными рабами, сочетать их так, что возникает нечто новое, и это новое больше, чем простая сумма отдельных значений. Он был глубоко потрясен мыслью, что проник на мгновение в тайну, давно его мучившую, и опять перед ним засияли солнечные и звездные пространства. Наконец он пришел в себя, пораженный наступившей тишиной, и увидел, что Руфь смотрит на него с веселой улыбкой.</p>
     <p>— Я только что грезил наяву, — сказал Мартин, и при этих словах его сердце сильно забилось.</p>
     <p>Как нашел он такие слова? Они правильно объяснили, почему он замолчал. Это было чудо! Никогда он так прекрасно не выражал прекрасных мыслей. Но ведь он никогда и не пробовал. Ну, конечно. Теперь все ясно. Он не пробовал. Суинберн, Теннисон <a l:href="#n_300" type="note">[300]</a>, Киплинг и другие великие поэты — они пробовали, и у них выходило. Ему вспомнились его «Ловцы жемчуга». Он ведь никогда не пытался изобразить словами ту красоту, которая жила в нем. Если бы он сделал это, рассказ был бы совершенно иным. Ему стало почти страшно при мысли о том, сколько прекрасного он мог бы описать; а воображение несло его дальше, и он вдруг подумал: почему бы ему не выразить всю волновавшую его красоту в стихах, звучных, благородных стихах, как это делают великие поэты? Выразить хотя бы его любовь к Руфи, таинственную прелесть и высокую духовность этой любви. Почему он не может сделать то, что делают поэты? Они поют о любви. И он будет петь! Черт побери!..</p>
     <p>Эти слова, как удар грома, прозвучали в его ушах. Увлеченный мечтами, он произнес их вслух. Кровь бросилась ему в лицо, и он покраснел до корней волос под бронзовым загаром.</p>
     <p>— Я… я… простите, пожалуйста, — прошептал он, — я задумался…</p>
     <p>— Вы сказали это таким тоном, как говорят: «Я молился», — храбро попробовала она пошутить, но внутри у нее все дрожало.</p>
     <p>В первый раз в жизни Руфь услышала брань в устах знакомого ей человека и была глубоко потрясена, не только потому, что это оскорбило ее слух и чувство благопристойности, — ее испугал резкий порыв ветра, ворвавшийся вдруг в заботливо укрытую теплицу ее девичества.</p>
     <p>И все же она простила его и сама удивилась своей снисходительности. Его почему-то было нетрудно прощать. Жизнь не дала ему многого, что давала другим, но он старался наверстать упущенное и уже достиг больших успехов. Ей не приходило в голову, что есть и другие причины, еще проще объясняющие ее снисходительность. Она испытывала к нему настоящую нежность, но сама не догадывалась об этом. Да она и не могла догадаться. Она спокойно прожила свои двадцать четыре года, ни разу не испытав даже легкого любовного увлечения, не умела разбираться в своих чувствах и, до сих пор ни разу не согретая любовью, не понимала, что это любовь согревает ее теперь.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
     </title>
     <p>Мартин снова принялся за своих «Ловцов жемчуга» и, вероятно, очень скоро кончил бы их, если бы его не отвлекало желание писать стихи. Это были любовные стихи, вдохновительницей которых являлась Руфь. Но ни одного стихотворения он не мог закончить. Нельзя овладеть в такой короткий срок благородным искусством поэзии. Ритм, метр, общая структура стиха сами по себе представляли достаточные сложности, но, помимо всего этого, было еще нечто неуловимое, что он находил в стихах великих поэтов, но чего никак не мог вложить в свои собственные. То был дух поэзии, который никак не давался ему. Мартину он представлялся каким-то сиянием, вьющейся радужной дымкой, которая всегда разлеталась у него под руками, и в лучшем случае ему удавалось поймать лишь клочья, сложить отдельные красивые строки, которые звучали в мозгу, как музыка, или проносились перед глазами призрачными видениями. Это было мучительно. Прекрасные чувства просились на язык, а выходили прозаические, обыденные фразы. Мартин вслух читал себе свои стихи. Размер был выдержан по всем правилам, с рифмами и с ритмом дело тоже обстояло благополучно, но не было, увы, ни огня, ни истинного вдохновения. Он никак не мог понять, отчего это происходит, и, временами приходя в отчаяние, возвращался к своему очерку. Проза была более послушным инструментом.</p>
     <p>После очерка о ловцах жемчуга Мартин написал еще несколько — о профессии моряка, о ловле черепах, о северо-восточном пассате. Затем, в виде опыта, он попробовал написать небольшой сюжетный рассказ и, увлекшись, написал вместо одного целых шесть и разослал их в различные журналы. Он работал напряженно и плодотворно с утра до вечера и даже до глубокой ночи, за исключением тех часов, когда ходил в библиотеку или навещал Руфь. Мартин был в эти дни необычайно счастлив, его жизнь была полна и прекрасна, творческая лихорадка никогда не оставляла его. Радость созидания, которую прежде он считал привилегией богов, теперь и ему была доступна. Все окружавшее его — запах прелых овощей и мыльной воды, расплывшаяся фигура сестры и ехидная физиономия мистера Хиггинботама — все это представлялось каким-то сном. Реальный мир существовал только в его мозгу, и те рассказы, которые он писал, были частицами этого мира.</p>
     <p>Дни казались слишком короткими, — уж очень многое ему хотелось узнать. Он сократил время сна до пяти часов и нашел, что этого вполне достаточно. Он даже пробовал спать только четыре с половиной часа, но все же с сожалением должен был вернуться к пятичасовой норме. Все остальное время он с восторгом посвящал своим занятиям, неохотно прерывал писание, чтобы сесть за учебники, откладывал учебники, чтобы пойти в библиотеку, с сожалением покидал штурманскую рубку науки или отрывался от чтения журналов, наполненных рассказами тех писателей, которые каким-то образом сумели пристроить свои произведения. Когда Мартин бывал у Руфи, то всякий раз, чтобы подняться и уйти, ему приходилось словно отрывать ее от своего сердца; а уйдя, он опрометью бежал по темным улицам, чтобы как можно скорее вернуться к книгам. Но труднее всего было закрыть учебник алгебры или физики, отложить в сторону перо и тетрадь и решиться сомкнуть усталые глаза. Выбыть из жизни хотя бы на такой короткий срок казалось Мартину невыносимым, и его утешало лишь сознание, что через пять часов будильник снова разбудит его. Он потеряет только пять часов, а там пронзительный трезвон вырвет его из бесплодного забытья, и перед ним будет снова целых девятнадцать часов работы.</p>
     <p>Между тем время шло, деньги у Мартина были на исходе, а гонорары пока что не поступали. Рукопись, отправленную в «Спутник юношества», он через месяц получил обратно. Отказ был написан в очень деликатной форме, так что Мартин даже почувствовал расположение к издателю. Но не то было с «Обозревателем Сан-Франциско». Прождав две недели, Мартин написал туда; еще через неделю написал снова. В конце концов он отправился в редакцию, чтобы лично побеседовать с редактором. Но цербер в образе рыжеволосого юнца, охранявший двери, не допустил его до лицезрения столь значительной особы. В конце пятой недели рукопись была возвращена по почте без всяких объяснений. Не было ни отказа, ни объяснительного письма — ничего. Так же были вскоре возвращены и другие рукописи, посланные им в крупные газеты Сан-Франциско. Тогда Мартин отправил свои творения в журналы восточных штатов, но не успел оглянуться, как получил их все обратно, — правда, каждый раз с печатным уведомлением о невозможности использовать.</p>
     <p>Та же судьба постигла и рассказы. Мартин перечел их несколько раз подряд, и они ему так понравились, что он никак не мог понять, почему журналы столь решительно отклоняют их, пока не прочел в одной газете, что рукописи должны быть непременно переписаны на машинке. Все объяснилось. Редакторы, несомненно, были так заняты, что не могли тратить время на изучение неразборчивых почерков. Мартин взял напрокат пишущую машинку и целый день учился писать на ней. Теперь он каждый вечер перепечатывал все, что написал за день, и, кроме того, постепенно перепечатал все свои прежние произведения. Каково же было его изумление, когда и перепечатанное стало возвращаться обратно. Лицо Мартина приняло упрямое выражение, челюсть воинственно выдвинулась вперед, и он упорно продолжал рассылать рукописи все по новым и новым адресам.</p>
     <p>Наконец, ему пришло в голову, что самому очень трудно судить о своих произведениях. Он решил испытать их на Гертруде и прочитал ей некоторые свои рассказы. У нее заблестели глаза, и она сказала, с гордостью посмотрев на него:</p>
     <p>— А ведь здорово, что ты пишешь такие штуки.</p>
     <p>— Да. да, — нетерпеливо перебил он. — Но ты скажи, тебе нравится?</p>
     <p>— Господи помилуй! — воскликнула она. — Еще бы не нравилось. Меня так разобрало, что просто страсть!</p>
     <p>Но Мартин видел, что не все в его рассказе вполне ясно сестре. Ее добродушное лицо выражало недоумение. Он ждал.</p>
     <p>— А скажи-ка, Март, — промолвила она после долгой паузы, — чем же у них дело кончилось? Что ж этот парень, который так ловко чешет языком… что ж — он женился на ней?</p>
     <p>И после того как Мартин объяснил ей конец, казавшийся ему вполне понятным из развития сюжета, она промолвила:</p>
     <p>— Ну то-то же. Почему ж ты так прямо не написал? Прочтя Гертруде с десяток рассказов, он понял, что ей нравятся только счастливые концы.</p>
     <p>— Рассказ хорош, что и говорить, — объявила она, выпрямляясь над корытом и со вздохом вытирая лоб красной, распаренной рукой, — только уж очень от него мне тяжело стало. Плакать захотелось. А кругом и так грустного много. Когда я слушаю про хорошее, мне и самой становится лучше. Вот если бы они поженились, да… Ты не сердишься на меня, Март? — спросила она с тревогой. — Может быть, мне это кажется, потому что я очень устала. А так рассказ — прелесть, ну просто прелесть. Куда ты думаешь пристроить его?</p>
     <p>— Это уж другой вопрос, — усмехнулся он.</p>
     <p>— Но если б удалось пристроить, сколько бы ты за него получил?</p>
     <p>— Да уж сотню долларов, не меньше.</p>
     <p>— Ого! Хоть бы ты его в самом деле пристроил!</p>
     <p>— Не плохие денежки, а? — И он прибавил с гордостью: — Заметь, я это накатал в два дня. Пятьдесят долларов в день!</p>
     <p>Мартину страстно хотелось прочесть свои рассказы Руфи, но он не отважился. Он решил подождать, пока что-нибудь будет напечатано, — по крайней мере тогда она лучше оценит его старания. Тем временем он продолжал учиться. Ни одно приключение не казалось ему таким заманчивым, как это путешествие по неисследованным дебрям знаний. Он купил учебники физики и химии и наряду с алгеброй изучал физические законы и их доказательства. Экспериментальную часть приходилось принимать на веру, но могучее воображение помогало ему видеть как бы воочию всякие химические реакции, и он понимал их лучше, чем студенты, присутствующие при опытах. Сквозь страницы учебников Мартин начинал постепенно проникать в тайны природы и мира. Раньше он воспринимал мир как нечто данное, теперь он начал понимать его устройство, взаимодействие и соотношение энергии и материи. Его ум постоянно находил теперь объяснение давно знакомым вещам. Рычаги и блоки сразу привели на память лебедки и подъемные краны, с которыми ему приходилось иметь дело на море. Теория навигации, дающая возможность судам не сбиваться с пути в открытом море, стала вдруг простой и понятной; он постиг тайну бурь, дождей, приливов, узнал причину возникновения пассатных ветров и даже подумал, не поторопился ли он со своим очерком о северо-восточном пассате. Во всяком случае, он чувствовал, что теперь мог бы написать его лучше. Однажды он отправился с Артуром в университет и, затаив дух, с чувством религиозного благоговения смотрел на производившиеся в лаборатории опыты и слушал лекцию профессора физики.</p>
     <p>Но он не забросил и своих литературных занятий. Очерки и рассказы так и текли из-под его пера, и он еще находил время писать простенькие стихотворения — вроде тех, которые печатались в журналах; потом вдруг закусил удила и в две недели написал белым стихом трагедию, которую, к его изумлению, немедленно забраковали с полдюжины издателей. Однажды, начитавшись Гэнли, он написал цикл стихов о море по образцу «Поэм с больничной койки». Это были простые стихи, светлые и красочные, полные романтики и боевого духа. Мартин назвал их «Песни моря» и решил, что это самое лучшее из всего им написанного. Цикл состоял из тридцати стихотворений; он написал их за месяц по одному в вечер, после целого дня работы над прозой — работы, на которую любой модный писатель затратил бы не меньше недели. Но Мартину такой труд был нипочем. Он даже и не считал это за труд. Просто он обрел дар речи, и все мечты, все мысли о прекрасном, которые долгие годы безгласно жили в нем, хлынули наружу неудержимым, мощным, звенящим потоком. Мартин никому не показал своих «Песен моря» и никуда не послал их. Он потерял доверие к редакторам. Впрочем, не из недоверия воздержался он на этот раз от посылки своего творения. Оно радовало его заключенной в нем красотой, и этой радостью ему хотелось поделиться с одной только Руфью в тот блаженный миг, когда он осмелится наконец прочесть ей свои произведения. А до тех пор он решил держать их при себе, читал и перечитывал вслух, пока наконец не выучил наизусть.</p>
     <p>Он интенсивно жил каждое мгновение, когда бодрствовал, и продолжал жить даже во сне; его сознание, протестуя против вынужденного пятичасового бездействия, цеплялось за все передуманное и пережитое в течение дня, рождая невероятные и нелепые грезы. Таким образом, он никогда не отдыхал, и на его месте другой, менее крепкий телом и менее здоровый духом, давно бы свалился с ног. Его свидания с Руфью становились все реже и реже: приближался июнь, а с ним экзамены, которые должны были дать ей университетский диплом. Бакалавр искусств! Когда Мартин думал об этом звании, ему казалось, что Руфь улетает от него на такие высоты, где ему уже не достичь ее.</p>
     <p>Один день в неделю Руфь все же посвящала Мартину, и он обычно в этот день оставался у Морзов обедать и после обеда слушал музыку. Это были его праздники. Вся атмосфера дома Морзов была так не похожа на ту, в которой жил Мартин, и близость Руфи так окрыляла его, что всякий раз, возвращаясь домой, он мысленно давал себе клятву достичь этих высот во что бы то ни стало. Несмотря на неуемный пыл творчества и жажду красоты, томившую его, он в конце концов трудился только ради Руфи. Он прежде всего был влюбленным и все остальное подчинял своей любви. Мечта о любви была для него важнее мечты о знании. Мир казался удивительным вовсе не потому, что состоял из молекул и атомов, подчинявшихся действию каких-то таинственных законов, — мир казался удивительным потому, что в нем жила Руфь. Она была чудом, какое никогда раньше не являлось ему даже в мечтах.</p>
     <p>Но Мартина все время приводила в уныние мысль о расстоянии между ними. Руфь была бесконечно далека, и он никак не мог придумать, что сделать, чтобы приблизиться к ней. Он всегда пользовался успехом у женщин и девушек своего класса. Но ни одной из них он не любил, а ее полюбил. Дело было не в том, что Руфь принадлежала к другому классу. Его любовь вознесла ее превыше всяких классов. Она была особым существом, настолько отличным от всех, что он не знал даже, как подойти к ней со своей любовью. Правда, теперь, когда он больше знал и лучше умел говорить, она как будто стала ближе, у них появился общий язык, общие темы, вкусы и интересы, но любовная жажда этим не удовлетворялась. Его воображение влюбленного наделило ее такой святостью, такой бесплотной чистотой, что исключило всякую мысль о телесной близости. Сама любовь отнимала у него то, чего он так страстно желал.</p>
     <p>И вот в один прекрасный день через бездну, их разделявшую, на мгновение был перекинут мост, и после этого мгновения бездна уже не казалась такой непреодолимой. Они сидели и ели вишни, большие черные вишни, сок которых напоминал терпкое вино. И после, когда она стала читать ему «Принцессу», он заметил следы вишневого сока у нее на губах. На мгновение она перестала быть божеством. Она была созданием из плоти и крови, ее тело было подчинено тем же законам, что и его собственное и тело всякого человека. Ее губы были так же телесны, как и его, и вишни оставляли на них такие же следы. А если таковы были ее губы, то такова была она вся. Она была женщина — женщина, как и всякая другая. Эта мысль поразила его, точно удар грома. Это было для него настоящим откровением. Он словно увидел, как солнце падает с неба, или присутствовал при кощунственном осквернении божества.</p>
     <p>Когда Мартин вполне уяснил себе смысл этого открытия, сердце бурно заколотилось у него в груди, побуждая его домогаться любви этой женщины, которая вовсе не была духом, слетевшим с неба, а обыкновенной женщиной, с губами, запачканными вишневым соком. Он содрогнулся от этих дерзких мыслей, но голос разума и голос сердца, сливаясь в победном гимне, твердили ему, что он прав. Должно быть, Руфь почувствовала эту внезапную перемену в настроении Мартина, так как вдруг перестала читать, взглянула на него и улыбнулась. Его взгляд скользнул по ее лицу от голубых глаз к губам, где виднелся след вишневого сока — небольшое пятнышко, сводившее его с ума. Его руки готовы были протянуться к ней, как часто тянулись к другим женщинам в дни его прежней беспутной жизни. А она как будто ждала, слегка склонясь к нему, и Мартину пришлось напрячь всю свою волю, чтобы сдержаться.</p>
     <p>— Вы не слышали ни одного слова, — сказала она обиженно.</p>
     <p>И тут же улыбнулась ему, наслаждаясь его смущением. Мартин взглянул в ее ясные глаза и понял, что она ничуть не догадывалась о том, что в нем происходило, и ему стало стыдно. В мыслях он посмел слишком далеко зайти. Всякая другая женщина догадалась бы — всякая, кроме Руфи. А она не догадалась. Вот тут-то и заключалась разница! Она была не такая, как все! Мартин смотрел не нее, совершенно уничтоженный сознанием своей грубости и ее невинности, и снова между ними разверзлась бездна. Мост был разрушен.</p>
     <p>И все-таки этот случай приблизил его к ней. Воспоминание о нем не исчезло и утешало Мартина в моменты разочарований и сомнений. Бездна уже не была так непреодолима, как прежде. Он проделал путь куда больший, чем тот, что давал право на звание бакалавра искусств. Правда, она была чиста, так чиста, что раньше он даже и не знал о существовании такой чистоты. Но вишни оставляли пятна у нее на губах. Она была подчинена физическим законам, как и все в мире, она должна была есть, чтобы жить, и могла простуживаться и хворать. Но не это было важно. Важно было то, что она могла испытывать голод и жажду, страдать от зноя и холода, а стало быть — могла чувствовать и любовь, любовь к мужчине. А он был мужчина! Почему бы в таком случае ему не стать ее избранником? «Я добьюсь счастья, — шептал он лихорадочно. — Я стану им! Сумею стать. Я добьюсь счастья!»</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
     </title>
     <p>Однажды вечером, когда Мартин мучился над сонетом, в который тщетно старался вложить прекрасные, но туманные образы, теснившиеся в его мозгу, его вызвали к телефону.</p>
     <p>— Тебя дама спрашивает. По голосу слышно, что настоящая дама, — сказал насмешливо мистер Хиггинботам.</p>
     <p>Мартин подошел к телефону, находившемуся в углу, и горячая волна словно захлестнула его, когда он услышал голос Руфи. Возясь со своим сонетом, он забыл о ее существовании, но при звуке знакомого голоса любовь пронзила его с новой силой, сокрушительной, как удар молнии. Какой это был голос! Нежный и мелодичный, словно далекая музыка, словно звон серебряных колокольчиков кристальной чистоты! Нет! Не могла обыкновенная, смертная женщина обладать таким голосом. В нем было что-то небесное, что-то не от мира сего. Поддавшись наплыву чувств, Мартин едва мог разобрать, что Руфь ему говорила, хотя старался внешне сохранить спокойствие, зная, что мышиные глазки мистера Хиггинботама так и впиваются в него.</p>
     <p>Никакого дела к нему у Руфи не было; просто она собиралась сегодня вечером на публичную лекцию с Норманом, но у Нормана — такая досада! — началась мигрень, а поскольку билеты уже взяты, то не хочет ли Мартин пойти с нею, если он не занят.</p>
     <p>Если он не занят! Мартин едва мог скрыть дрожь в голосе. Он не верил своим ушам! До сих пор он встречался с Руфью только у них дома и ни разу не осмеливался пригласить ее куда-нибудь! Стоя с телефонной трубкой в руке, он вдруг почувствовал непреоборимое желание умереть за нее, и перед его мысленным взором возникли героические образы, сцены самопожертвования во имя любви. Он любил ее так сильно, так страшно, так безнадежно. Его охватила такая сумасшедшая радость при мысли, что она пойдет на лекцию с ним, с Мартином Иденом, что ему захотелось тут же умереть за нее. Ничего лучшего он не мог придумать. Это было единственное, чем он мог доказать свое безграничное и бескорыстное чувство. Это был великий порыв самоотречения, знакомый каждому истинно влюбленному, и он подхватил Мартина, точно огненный вихрь, во время короткого разговора по телефону. Умереть за нее, думал он, это значило бы, что он жил и любил по-настоящему. А ему было всего двадцать один год, и это была его первая любовь!</p>
     <p>Дрожащей рукой Мартин повесил трубку, обессилев после только что пережитого потрясения. Глаза у него сияли каким-то ангельским светом, лицо преобразилось, точно он очистился от земной скверны и стал святым и безгрешным.</p>
     <p>— Свидание на стороне, а? — ехидно прошипел зять. — А знаешь, чем это кончается? Как раз угодишь в полицейский суд, голубчик мой.</p>
     <p>Но Мартин не мог сразу спуститься с высот. Даже эти гнусные намеки не могли вернуть его на землю. Он был выше и гнева и раздражения. Он еще весь был во власти прекрасного видения и, точно божество, не мог испытывать к ничтожным созданиям, вроде зятя, ничего, кроме жалости. Он и не замечал мистера Хиггинботама, его глаза смотрели сквозь него, и, как во сне, он вышел из комнаты, чтобы переодеться. Только когда он уже завязывал галстук перед своим зеркальцем, до его сознания дошел какой-то раздражающий звук. Это было застрявшее у него в ушах глупое гоготание Бернарда Хиггинботама, которое он словно сейчас только услыхал.</p>
     <p>Когда дверь дома Морзов закрылась за ними и Мартин стал спускаться со ступенек крыльца вместе с Руфью, он вдруг почувствовал замешательство. Радость этой прогулки омрачилась непредвиденными сомнениями. Он не знал, как держать себя. Он не раз видал, что люди ее круга, выходя на улицу, берут даму под руку. Но это бывало не всегда, и он не знал, принято ли ходить под руку только по вечерам или, быть может, так ходят лишь мужья с женами или братья с сестрами.</p>
     <p>Ставя ногу на последнюю ступеньку, он вдруг вспомнил Минни. Минни была большая модница, и при второй встрече она сделала ему выговор за то, что он шел с внутренней стороны тротуара, тогда как истинный джентльмен, прогуливаясь с дамой, должен идти всегда с внешней стороны. И Минни завела манеру наступать ему на ноги, когда они переходили улицу, чтобы он не забывал держаться внешней стороны. Но он не знал, откуда она выкопала такое правило и в самом ли деле так принято в высшем обществе.</p>
     <p>В конце концов Мартин решил, что беды от этого, во всяком случае, не будет, и, выйдя на улицу, он пропустил Руфь вперед, а сам пошел рядом, с внешней стороны тротуара. Но тут возникла вторая проблема: нужно ли предложить ей руку? До сих пор он никогда не предлагал руку спутнице. Девушки, с которыми он привык иметь дело, не гуляли с кавалерами под руку. В начале знакомства девушка обычно просто ходила рядом, а позже старалась выбирать темные переулки и шла, положив голову на плечо спутника, который при этом обнимал ее за талию. Но здесь дело обстояло иначе. Руфь была совсем не такая, как те девушки. И Мартин не знал, как ему быть.</p>
     <p>Ему пришло в голову слегка согнуть свою правую руку, как будто случайно, по привычке. И тут произошло чудо. Мартин почувствовал, как ее рука легла на его руку. Сладостная дрожь пронизала его, и несколько мгновений ему казалось, что ноги его отделились от земли, а за спиной выросли крылья. Но новое осложнение вернуло его к действительности. Они перешли улицу, и теперь он очутился не с внешней, а с внутренней стороны тротуара. Что же теперь делать? Выпустить ее руку и переменить место? А что делать, когда им придется переходить улицу вторично? И в третий раз? Что-то было тут не совсем ясно, и Мартин решил, что не будет валять дурака, прыгая взад и вперед. Но такое решение не вполне удовлетворяло его, и, очутившись с внутренней стороны, он начал быстро и с увлечением говорить о чем-то. Пусть в случае чего она думает, что в пылу беседы он просто забыл перейти на другую сторону.</p>
     <p>На Бродвее Мартина ожидало новое испытание. При свете уличных фонарей он вдруг увидел Лиззи Конолли и ее смешливую подругу. На одно, только одно мгновение он заколебался, но тотчас же снял шляпу и поклонился. Он не намерен был стыдиться своей среды, и его поклон относился не только к Лиззи Конолли. Девушка кивнула в ответ, быстро глянув на него красивыми, задорно блестящими глазами, так не похожими на светлые и ясные глаза Руфи. Она оглядела Руфь и сразу, по-видимому, оценила ее наружность и платье и угадала ее положение в обществе. Мартин заметил, что и Руфь бросила на девушку ответный взгляд, и этот взгляд, мимолетный и исполненный голубиной кротости, все же успел отметить дешевый наряд и затейливую шляпку, какими любили щеголять молодые работницы.</p>
     <p>— Какая красивая девушка, — сказала Руфь минуту спустя.</p>
     <p>Мартин готов был благословить ее за эту фразу, но сказал только:</p>
     <p>— Не знаю. Дело вкуса, должно быть; я не нахожу ее особенно красивой.</p>
     <p>— Ну, что вы! Такие правильные черты встречаются один раз на тысячу. У нее лицо, точно камея. И глаза чудесные!</p>
     <p>— Вы находите? — равнодушно сказал Мартин, ибо для него существовала на свете только одна красивая женщина, и она шла рядом с ним, опираясь на его руку.</p>
     <p>— Если б эту девушку одеть как следует и научить ее держаться, уверяю вас, она покорила бы всех мужчин и вас в том числе, мистер Иден.</p>
     <p>— Прежде всего нужно было бы научить ее правильно говорить, — отвечал он, — а то большинство мужчин и не поняли бы ее. Я уверен, что вы и половины не поняли бы из ее речи, если б она говорила так, как привыкла.</p>
     <p>— Глупости! Вы так же упрямы, как Артур, когда хотите доказать что-нибудь.</p>
     <p>— А вы забыли, как я говорил, когда мы встретились первый раз? Сейчас я говорю совсем иначе. Я тогда говорил так же, как эта девушка. Но за это время я кое-чему выучился и могу утверждать понятным для вас языком, что ее язык для вас не понятен. Вот вы обратили внимание, что она некрасиво держится. А знаете, почему? Я ведь теперь все время думаю о таких вещах, которые раньше мне и в голову не приходили, — и я многое начинаю понимать.</p>
     <p>— Почему же она так держится?</p>
     <p>— Она уже несколько лет работает на фабрике. Молодое тело податливо, как воск, и тяжелый труд формирует его; оно невольно привыкает к положению, удобному для данной работы. Я с одного взгляда могу определить, чем занимается рабочий, которого я встретил на улице. Посмотрите на меня. Почему я так раскачиваюсь при ходьбе? Да потому, что я почти всю жизнь провел на море. Если бы все эти годы я был не матросом, а ковбоем, я бы не ходил враскачку, но у меня были бы кривые ноги. Вот и с этой девушкой так. Вы заметили, какой у нее, если можно так выразиться, жесткий взгляд? Ведь она никогда не жила под чьим-нибудь крылышком. Она все время сама должна думать о себе, а когда девушке приходится самой о себе думать и заботиться, у нее не может быть такого нежного, кроткого взгляда, как… как у вас, например.</p>
     <p>— Вы, пожалуй, правы, — тихо сказала Руфь. — Как это ужасно! Она такая красивая…</p>
     <p>Мартин, взглянув на нее, увидел, что в ее глазах светится сострадание. И тут же он подумал о том, как он любит ее и какое необычайное счастье выпало ему — любить ее и идти с нею вдвоем, под руку, направляясь на лекцию.</p>
     <p>«Кто ты такой, Мартин Иден? — спрашивал он себя в этот вечер, вернувшись домой и глядя на себя в зеркало. Он глядел долго и с любопытством. — Кто ты и что ты? Где твое место? Твое место подле такой девушки, как Лиззи Конолли. Твое место среди миллионов людей труда — там, где все вульгарно, грубо и некрасиво. Твое место в хлеву, на конюшне, среди грязи и навоза. Чувствуешь запах прели? Это гниет картофель. Нюхай же, черт тебя побери, нюхай хорошенько! А ты смеешь совать нос в книги, слушать красивую музыку, любоваться прекрасными картинами, заботиться о своем языке, думать о том, о чем не думает никто из твоих товарищей, отмахиваться от Лиззи Конолли и любить девушку, которая неизмеримо далека от тебя и живет среди звезд! Кто ты и что ты, черт тебя возьми! Добьешься ли ты того, к чему стремишься?»</p>
     <p>Он погрозил себе в зеркале кулаком и сел на край кровати, глядя перед собой широко открытыми, невидящими глазами. Потом немного спустя достал свою тетрадку, учебник алгебры и углубился в квадратные уравнения. А часы летели, меркли звезды, и за окном серели уже предрассветные сумерки.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
     </title>
     <p>Кружок словоохотливых социалистов и философов из рабочих, который собирался в Сити-Холл-парке в жаркие дни, случайно натолкнул Мартина на одно великое открытие. Раза два в месяц, проезжая через парк по пути в библиотеку, Мартин слезал с велосипеда, прислушивался к спорам, и всякий раз ему стоило труда оторваться от них. Общий тон этих дискуссий был иной, чем за столом мистера Морза. Спорщики не были важными и преисполненными достоинства. Они давали волю своему темпераменту и осыпали друг друга обидными прозвищами, ругательствами и ядовитыми намеками. Раза два дело доходило до потасовки. И все же, не отдавая себе ясного отчета — почему, Мартин чувствовал какую-то живую основу во всех этих словопрениях; они сильнее действовали на него, чем спокойный и уравновешенный догматизм мистера Морза. В этих людях, которые немилосердно коверкали английский язык, жестикулировали, как помешанные, и с первобытной яростью нападали на своих противников, — в них, казалось ему, было куда больше жизни, чем в мистере Морзе и его друге мистере Бэтлере.</p>
     <p>На сборищах в парке Мартин несколько раз слышал имя Герберта Спенсера <a l:href="#n_301" type="note">[301]</a>, но вот однажды появился там его ученик и последователь, жалкий бродяга в рваной куртке, застегнутой наглухо, чтобы скрыть отсутствие рубашки. Началось генеральное сражение в дыму бесконечных папирос, среди беспрестанно сплевываемой табачной жвачки, причем бродяга ловко парировал все удары, даже когда один из рабочих-социалистов крикнул насмешливо: «Нет бога, кроме Непознаваемого, и Герберт Спенсер пророк его!» Мартин не мог уяснить себе, о чем идет спор, но он заинтересовался Гербертом Спенсером и, явившись в библиотеку, спросил «Основные начала», так как бродяга в разгаре спора часто упоминал это сочинение.</p>
     <p>И это было начало великого открытия. Мартин уже однажды пытался читать Спенсера, но он выбрал «Основы психологии» и потерпел фиаско, так же как и с госпожой Блаватской. Он ничего не мог понять в этой книге я вернул ее непрочитанной. Но в этот вечер, после алгебры и физики и долгой борьбы с сонетом, он лег в постель и раскрыл «Основные начала». Утро застало его еще за чтением. Спать он не мог. В этот день он даже не писал. Он лежал и читал до тех пор, пока у него не заболели бока; тогда он слез с постели, улегся на голый пол и продолжал читать, держа книгу над головой или облокотясь на руку. Следующую ночь он все-таки уснул и утром уселся писать, но соблазн был так велик, что вскоре он снова принялся за чтение, позабыв все на свете, даже то, что в этот вечер он должен был пойти к Руфи. Он опомнился только тогда, когда Бернард Хиггинботам распахнул дверь и спросил, не думает ли он, что у них тут ресторан.</p>
     <p>Мартин Иден всегда отличался любознательностью. Он хотел все знать и отчасти из-за этого увлекся профессией всесветного бродяги-моряка. Но теперь, читая Спенсера, он понял, что не знает ничего, что никогда ничего и не узнал бы, сколько бы ни странствовал по морям. Он лишь скользил по поверхности вещей, наблюдая разрозненные явления, накопляя отдельные факты, делая иногда небольшие частные обобщения, — все это без всякой попытки установить связь, привести в систему мир, который представлялся ему прихотливым сцеплением случайностей. Наблюдая летящих птиц, он часто размышлял над механизмом их полета; но ни разу он не задумался о том процессе развития, который привел к появлению живых летающих существ. Он даже и не подозревал о существовании такого процесса. Что птицы могли «появиться», не приходило ему в голову. Они «были» — вот и все, были всегда.</p>
     <p>И как обстояло дело с птицами, так обстояло и со всем остальным. Все его попытки философских умозаключений были обречены на неудачу из-за отсутствия знаний и навыка мысли. Средневековая метафизика Канта ничего не открыла ему, а лишь заставила усомниться в своих умственных силах. Такую же неудачу он потерпел, начав изучать теорию эволюции по слишком специальной книге Роменса <a l:href="#n_302" type="note">[302]</a>. Единственное, что он вынес из этого чтения, — это представление об эволюции как о беспочвенной теоретической выдумке сухих педантов, изъясняющихся тарабарским языком. А теперь он увидал, что это вовсе не голая теория, но общепризнанный закон развития; что если между учеными и возникают еще по этому поводу споры, то лишь по частным вопросам о формах эволюции.</p>
     <p>И вот явился человек — Спенсер, который привел все это в систему, объединил, сделал выводы и представил изумленному взору Мартина конкретный и упорядоченный мир во всех деталях и с полной наглядностью, как те маленькие модели кораблей в стеклянных банках, которые мастерят на досуге матросы. Не было тут ни неожиданностей, ни случайностей. Во всем был закон. Подчиняясь этому закону, птица летала; подчиняясь тому же закону, бесформенная плазма стала двигаться, извиваться, у нее выросли крылья и лапки — и появилась на свет птица.</p>
     <p>Мартин в своей умственной жизни шел от одной вершины к другой и теперь достиг самой высокой. Он вдруг проник в тайную сущность вещей, и познание опьянило его. Ночью, во сне, он жил среди богов, преследуемый величественными видениями. Днем бродил, как лунатик, и перед его блуждающим взором был только тот мир, который открыл ему Спенсер. За столом во время обеда он не слышал разговоров и споров о разных житейских мелочах, так как ум его все время напряженно работал, вскрывая причинную связь во всем, что он видел. В мясе, лежащем на тарелке, он прозревал энергию солнечных лучей, и в обратном порядке, через все превращения, прослеживал их путь до первоисточника, отстоящего на миллионы миль, или же мысленно продолжал этот путь и думал о той силе, которая движет мускулы его руки, заставляя ее резать мясо, и о мозге, посылающем приказание мускулам, так что в конечном счете находил в своем мозге ту же энергию солнечных лучей. Мартин настолько ушел в свои мысли, что не слыхал, как Джим пробормотал: «Спятил парень», — не замечал тревожных взглядов сестры и не обращал внимания на Бернарда Хиггинботама, который уже несколько раз выразительно покрутил пальцем около своего лба.</p>
     <p>Больше всего поразила Мартина взаимосвязь между науками — всеми науками. Он всегда был жаден до знаний, но те знания, которые ему удавалось приобрести, откладывались у него как бы в отдельные клетки памяти. Так, в одной клетке скопилось много отрывочных сведений о мореплавании, в другой — о женщинах. Но эти две клетки никак не сообщались между собой. Мысль, что можно установить связь между женщиной в истерике и судном, подхваченным бурей, показалась бы Мартину нелепой и невозможной. Но Герберт Спенсер доказал ему не только, что в этом нет ничего нелепого, но что, напротив, между этими двумя явлениями не может не быть связи. Все связано в мире, от самой далекой звезды в небесных просторах и до мельчайшего атома в песчинке под ногой человека.</p>
     <p>Для Мартина это было постоянным источником изумления, и он теперь все время был занят тем, что старался устанавливать связь вещей и явлений на этой планете — да и не только на этой. Он составлял целые списки самых разнородных вещей и не успокаивался до тех пор, пока не находил между ними связи. Так, оказалось, что существует связь между любовью, поэзией, землетрясениями, огнем, гремучими змеями, радугой, драгоценными камнями, уродством, солнечными закатами, львиным рыком, светильным газом, каннибализмом, красотою, убийством, рычагами, точкой опоры и табаком. Теперь вселенная предстала перед ним как единое целое, и он странствовал по ее закоулкам, тупикам и дебрям не как заблудившийся путник, сквозь таинственную чащу продирающийся к неведомой цели, а как опытный путешественник-наблюдатель, старающийся ничего не упустить из виду и все заносящий на карту. И чем больше он узнавал, тем больше восхищался миром и собственной жизнью в этом мире.</p>
     <p>— Эх ты болван! — кричал он своему изображению в зеркале. — Тебе хотелось писать, и ты писал, а писать-то было не о чем! Ну что у тебя было? Детские понятия, недозрелые чувства, смутное представление о красоте, огромная черная масса невежества, сердце, готовое разорваться от любви, да самолюбие, такое же огромное, как твоя любовь, и такое же безнадежное, как твое невежество. И ты хотел писать? Но ведь только теперь ты начинаешь находить, о чем писать. Ты хотел создавать красоту, а сам ничего не знал о природе красоты. Ты хотел писать о жизни, а сам не имел понятия о ее сущности. Ты хотел писать о мире, а мир был для тебя китайской головоломкой; и что бы ты ни писал, ты бы только лишний раз расписался в своем невежестве. Но не падай духом, Мартин, мой мальчик! Ты еще будешь писать. Ты уже кое-что знаешь; правда, еще очень мало, но ты теперь держишь правильный курс и скоро будешь знать больше. Если тебе повезет, то когда-нибудь ты узнаешь почти все, что можно узнать. И вот тогда ты будешь писать!</p>
     <p>Он сообщил Руфи о своем великом открытии, чувствуя потребность поделиться с ней своей радостью и удивлением. Но она отнеслась к этому очень спокойно, так как, по-видимому, знала все это раньше. И его не удивило такое бесстрастное отношение к тому, что так взбудоражило все его существо, — он понимал, что для нее тут нет ничего нового. Артур и Норман, как удалось ему выяснить, были сторонниками эволюционной теории, и оба читали Герберта Спенсера, хотя на них он, по-видимому, не произвел такого ошеломляющего впечатления; а лохматый молодой человек в очках, которого звали Вилл Олни, язвительно засмеялся при упоминании имени Спенсера и повторил уже слышанную Мартином остроту: «Нет бога, кроме Непознаваемого, и Герберт Спенсер пророк его».</p>
     <p>Но Мартин простил ему эту насмешку, так как уже начал догадываться, что Олни вовсе не влюблен в Руфь. Впоследствии по разным мелким фактам он убедился, что Олни не только не влюблен в нее, но относится к ней с явною неприязнью. Мартину это казалось непонятным. Это был феномен, который он никак не мог связать с прочими явлениями вселенной. Ему даже стало жаль этого юношу, которому, очевидно, какой-то природный недостаток мешал оценить прелесть и красоту Руфи. Они очень часто по воскресеньям все вместе катались на велосипедах, и Мартин убедился во время этих поездок, что Руфь и Олни находятся в состоянии вооруженного мира. Олни больше дружил с Норманом, предоставляя Руфь, Артура и Мартина обществу друг друга, за что Мартин был ему очень благодарен.</p>
     <p>Эти воскресенья были для Мартина праздниками вдвойне, потому что они давали ему возможность встречаться с Руфью, а кроме того, ставили его в один ряд с молодыми людьми ее класса. Хотя эти люди и получили систематическое образование, Мартин видел, что в умственном отношении он не уступает им; разговор же с ними был для него, Мартина, прекрасной практикой устной речи. Он давно перестал читать руководства по правилам поведения в обществе, решив положиться на свою наблюдательность. За исключением тех случаев, когда он забывал обо всем, увлекшись предметом разговора, он всегда внимательно следил за поведением своих спутников, стараясь запомнить разные мелочи в их обращении друг с другом.</p>
     <p>То обстоятельство, что Спенсера вообще очень мало читали, изумляло Мартина. «Герберт Спенсер, — сказал библиотекарь в справочном отделе, — о, это великий ум». Но, по-видимому, сам библиотекарь очень мало знал о творениях великого ума. Однажды за обедом у Морзов, в присутствии мистера Бэтлера, Мартин завел разговор о Спенсере. Мистер Морз резко осудил агностицизм английского философа, сознавшись, впрочем, что не читал «Основных начал», а мистер Бэтлер объявил, что Спенсер нагоняет на него тоску, что он не прочел ни строчки из его сочинений и отлично обходится без этого. Мартина стали одолевать сомнения, и не будь он так резко самобытен, он, пожалуй, подчинился бы общему мнению и отказался от дальнейшего знакомства со Спенсером. Но взгляды Спенсера на мир казались ему необычайно убедительными, и отказаться от них было для него все равно, что для мореплавателя выбросить за борт компас и карты. Поэтому Мартин продолжал изучать теорию эволюции, все более и более овладевая предметом и находя подтверждение взглядов Спенсера у тысячи других писателей. Чем дальше он шел в своих занятиях, тем больше открывалось перед ним неисследованных областей знания, и он все чаще сожалел, что в сутках всего двадцать четыре часа.</p>
     <p>Однажды, в погоне за временем, он решил бросить алгебру и геометрию. К тригонометрии он даже и не приступал. Потом он вычеркнул из своего расписания и химию, оставив лишь физику.</p>
     <p>— Я же не специалист, — сказал он Руфи в свое оправдание, — и я не собираюсь стать специалистом. Ведь наук так много, что одному человеку не хватит жизни изучить их все. Я хочу получить общее образование. Когда мне понадобятся специальные знания, я могу обратиться к книгам.</p>
     <p>— Но это совсем не то, что самому обладать этими знаниями, — возразила она.</p>
     <p>— А зачем нужно ими обладать? Мы всегда пользуемся трудами специалистов. Для того они и существуют. Вот сегодня, входя к вам в дом, я видел, что у вас работают трубочисты. Они тоже специалисты, и когда они сделают свое дело, вы будете пользоваться вычищенными трубами, даже и не зная ничего о строении печей.</p>
     <p>— Ну, это явная натяжка!</p>
     <p>Она посмотрела на него неодобрительно, и он прочел упрек в ее взгляде и тоне. Но он был убежден в своей правоте.</p>
     <p>— Все мыслители, задумывавшиеся над общими проблемами, все величайшие умы фактически всегда полагались в отдельных вопросах на суждения специалистов. И Герберт Спенсер поступал точно так же. Он обобщал открытия многих тысяч исследователей. Ему надо было бы прожить тысячи жизней, чтобы дойти до всего самому. То же самое было с Дарвином. Он использовал то, что было изучено садовниками и скотоводами.</p>
     <p>— Вы правы, Мартин, — сказал Олни, — вы знаете, что вам нужно, а Руфь не знает. Она не знает даже, что ей самой нужно. Да, да, — продолжал он, не давая Руфи времени возразить. — Я знаю, вы называете это общей культурой. Но если добиваться этой общей культуры, то не все ли равно, что изучать? Вы можете изучать французский язык, можете изучать немецкий или эсперанто, — вы все равно приобретете так называемую «общую культуру». Или займитесь латынью и греческим, — правда, ни тот, ни другой язык вам никогда не пригодится, но культуру это вам, несомненно, даст. Изучала же Руфь два года назад староанглийский язык, и даже очень успешно, а теперь ничего не помнит, кроме одной строчки: «Когда апрель обильными дождями». Так, кажется? И это дало вам «общую культуру», — засмеялся он, опять не давая ей возможности возразить, — знаю, знаю. Мы ведь с вами были на одном курсе.</p>
     <p>— Вы так говорите о культуре, как будто это средство, а не цель! — воскликнула Руфь. Глаза ее засверкали, а на щеках выступили два красных пятна. — Культура самоценна!</p>
     <p>— Но Мартину не это нужно.</p>
     <p>— А вы откуда знаете?</p>
     <p>— Что вам нужно, Мартин? — спросил Олни, круто поворачиваясь к нему.</p>
     <p>Мартин почувствовал себя крайне неловко и умоляюще поглядел на Руфь.</p>
     <p>— Да, скажите, что вам нужно, — сказала Руфь. — Это разрешит наш спор.</p>
     <p>— Конечно, мне нужна культура, — сказал Мартин нерешительно. — Я люблю красоту, а культура дает мне возможность лучше понять и оценить ее.</p>
     <p>Руфь кивнула головой с торжествующим видом.</p>
     <p>— Чепуха! И вы сами это прекрасно знаете, — объявил Олни. — Мартин добивается карьеры, а не культуры. То, что в его случае карьера связана с культурой, — простое совпадение. Если бы он хотел стать химиком, культура была бы ему ни к чему. Мартин хочет стать писателем, но боится сказать это, чтобы вы не потерпели фиаско в нашем споре. А почему Мартин хочет стать писателем? — продолжал он. — Потому что у него нет денег. Почему вы забивали себе голову староанглийским языком и всей этой вашей «общей культурой»? Да потому, что вам не надо пробивать себе дороги. Об этом заботится ваш отец. Он платит за ваши наряды, он сделает для вас и все остальное. Что проку в том образовании, которое мы все получили — и вы, и я, и Артур, и Норман? Мы напичканы «общей культурой», а разорись завтра наши отцы — нам только и осталось бы, пожалуй, что держать экзамен на школьного учителя. Самое большее, на что Руфь могла бы тогда рассчитывать, — это стать сельской учительницей или преподавательницей музыки в женском пансионе.</p>
     <p>— А вы бы что делали? — спросила Руфь.</p>
     <p>— Ничего путного. Пошел бы на черную работу доллара за полтора в день или рискнул бы наняться репетитором в заведении Хэнли, натаскивать тупиц к экзаменам; говорю: «рискнул бы», потому что через неделю меня бы, вероятно, выгнали за полной негодностью.</p>
     <p>Мартин молча прислушивался к разговору; он чувствовал, что Олни прав, но в то же время осуждал его за бесцеремонность по отношению к Руфи. В его голове во время этого спора складывались новые взгляды на любовь. Разум не должен вмешиваться в любовные дела. Правильно рассуждает любимая женщина или неправильно — это безразлично. Любовь выше разума. Руфь, очевидно, не понимала, как важна для него карьера, но от этого она, разумеется, не стала менее прелестной. Она была прелестна, и то, что она думала, не имело никакого отношения к ее прелести.</p>
     <p>— Что вы сказали? — переспросил он Олни, который неожиданным вопросом прервал течение его мыслей.</p>
     <p>— Я спросил, неужели у вас хватит глупости взяться за изучение латыни.</p>
     <p>— Латынь не только дает культуру, — прервала Руфь, — это тренировка ума.</p>
     <p>— Ну, так как же, Мартин, будете вы изучать латынь? — настаивал Олни.</p>
     <p>Мартин был прижат к стене. Он видел, что Руфь с нетерпением ждет его ответа.</p>
     <p>— Боюсь, что у меня не хватит времени, — ответил он наконец. — Я бы стал изучать, но у меня не хватит времени.</p>
     <p>— Видите, Мартину вовсе не нужна ваша «общая культура»! — торжествовал Олни. — Он хочет чего-то добиться в жизни, выйти в люди.</p>
     <p>— Да, но ведь это же тренировка ума, это дисциплина! Латынь дисциплинирует ум! — При этих словах Руфь посмотрела на Мартина, словно прося его переменить свое суждение. — Вы видели, как футболисты тренируются перед игрою? То же самое латынь для мыслителей. Это тренировка.</p>
     <p>— Какой вздор! Это нам в детстве вбивали в голову! Но есть одна истина, которую забыли нам внушить своевременно. Пришлось доходить до нее своим умом. — Олни сделал паузу для вящего эффекта и сказал торжественно: — Джентльмену следует изучать латынь, но джентльмену не следует ее знать.</p>
     <p>— Это нечестно! — вскричала Руфь. — Я так и знала, что вы сведете весь разговор к шутке.</p>
     <p>— Но согласитесь, что шутка остроумна! — возразил он. — И к тому же это верно. Единственные люди, которые знают латынь, — это аптекари, адвокаты и преподаватели латыни. Если Мартин хочет стать аптекарем или адвокатом, я умолкаю. Но тогда при чем тут Герберт Спенсер? Мартин только что открыл Спенсера и пришел от него в дикий восторг. Почему? Потому что Спенсер дает ему что-то. Вам Спенсер ничего не может дать и мне тоже. Да нам ничего и не нужно. Вы в один прекрасный день выйдете замуж, а мне вообще нечего будет делать, так как все за меня будут делать разные поверенные и управляющие, которые позаботятся о капитале, который я получу от отца.</p>
     <p>Олни направился было к двери, но, остановившись, выпустил свой последний заряд:</p>
     <p>— Оставьте Мартина в покое, Руфь. Он сам прекрасно знает, что ему нужно. Посмотрите, как многого он уже сумел добиться. Иногда я краснею и стыжусь за себя. Он и сейчас знает о жизни и о назначении человека куда больше, чем Артур, Норман, я или вы, несмотря на всю нашу латынь, французский и староанглийский, несмотря на всю нашу так называемую культуру.</p>
     <p>— Но Руфь моя учительница, — рыцарски возразил Мартин, — если я и знаю что-нибудь, то только благодаря ей.</p>
     <p>— Чепуха! — Олни посмотрел на Руфь с каким-то недоброжелательством. — Вы еще скажете, что стали читать Спенсера по ее совету. Так я и поверил! Руфь знает о Дарвине и об эволюции столько же, сколько я об алмазных копях царя Соломона <a l:href="#n_303" type="note">[303]</a>. Помните, несколько дней тому назад вы огорошили нас своим толкованием одного места у Спенсера — относительно неопределенного, неуловимого и однородного. Попробуйте растолковать ей это — и посмотрите, поймёт она вас или нет. Это, видите ли, не «культура»! Словом, Мартин, если вы начнете зубрить латынь, я просто потеряю к вам уважение.</p>
     <p>С интересом прислушиваясь к этому разговору, Мартин в то же время чувствовал какой-то неприятный осадок. Речь шла об учении и уроках, о начатках знания, и общий школьнический тон спора не соответствовал тем большим вопросам, которые волновали Мартина, заставляли его цепко ухватывать все жизненные явления и трепетать каким-то космическим трепетом от сознания своей пробуждающейся силы. Он мысленно сравнивал себя с поэтом, выброшенным на берег неведомой страны, который потрясен окружающей красотою и тщетно старается воспеть ее на чуждом ему языке диких туземцев. Так было и с ним. Он чувствовал в себе мучительное стремление познать великие мировые истины, — а вместо этого должен был слушать детские пререкания о том, нужно изучать латынь или не нужно.</p>
     <p>— На кой дьявол тут припуталась эта латынь! — говорил он себе в этот вечер, стоя перед зеркалом. — Пусть мертвецы остаются мертвецами. Какое имею я отношение к этим мертвецам? Красота вечна и всегда жива. Языки создаются и исчезают. Они прах мертвецов.</p>
     <p>Он тут же подумал, что научился хорошо формулировать свои мысли, и, ложась в постель, старался понять, почему он теряет эту способность в присутствии Руфи. При ней он превращался в школьника и говорил языком школьника.</p>
     <p>— Дайте мне время, — сказал он вслух. — Дайте мне только время.</p>
     <p>Время! Время! Это была его вечная мольба.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
     </title>
     <p>Несмотря на свою любовь к Руфи, Мартин не стал изучать латынь. Советы Олни были тут ни при чем. Время было для него все равно что деньги, а многие науки, куда важнее латыни, повелительно требовали его внимания. К тому же он должен был писать. Ему нужно было зарабатывать деньги. Но, увы, его нигде не печатали. Рукописи грустно странствовали по редакциям. Почему же печатали других писателей? Мартин, подолгу просиживая в читальне, читал чужие произведения, изучал их внимательно и критически, сравнивая со своими собственными и тщетно стараясь раскрыть секрет, помогавший этим писателям пристраивать свои творения.</p>
     <p>Он удивлялся надуманности большей части того, что попадало на страницы печати. Ни света, ни красок не было в этих рассказах. От них не веяло дыханием жизни, а между тем они оплачивались по два цента за слово, по двадцати долларов за тысячу слов — так было сказано в статье, которую он вырезал из газеты. С недоумением он читал и перечитывал бесчисленные рассказы, написанные (он не мог не признать этого) легко и остроумно, но далекие от того, что составляет существо жизни. Ведь жизнь сама по себе так удивительна, так чудесна, так много в ней нерешенных задач, грез, героических поступков, а эти рассказы касались только житейской обыденщины. Мартин чувствовал силу и величие жизни, ее жар и трепет, ее мятежный дух — вот о чем стоило писать! Ему хотелось воспеть смельчаков, стремящихся навстречу опасности, юношей, одержимых любовью, гигантов, борющихся среди ужасов и страданий, заставляющих жизнь трещать под их могучим напором. А между тем в журнальных рассказах прославлялись всевозможные мистеры Бэтлеры, жалкие охотники за долларами, изображались мелкие любовные треволнения мелких, ничтожных людишек. «Быть может, это потому, что сами редакторы — мелкие людишки? — спрашивал он себя. — Или же все эти редакторы, писатели и читатели просто-напросто боятся жизни?»</p>
     <p>Больше всего его смущало то, что он не был знаком ни с редакторами, ни с писателями. Он не только не знал ни одного писателя, но даже не знал никого, кто бы когда-нибудь пытался писать. Некому было поговорить с ним, направить его, дать ему хороший совет. Он даже начал сомневаться в том, что редакторы — живые люди. Они стали представляться ему винтиками или рычажками какой-то машины. Да, да, именно так. В рассказах, очерках и поэмах он изливал свою душу, и эти излияния отдавал на суд машине. Он запечатывал рукопись в большой конверт, вкладывал в него марку для ответа и опускал в почтовый ящик. Пространствовав известное число дней по континенту, рукопись возвращалась к нему, причем была уже запечатана в другой конверт, а марка, вложенная им внутрь, была наклеена снаружи. По всей вероятности, никакого редактора не существовало, а был просто хитро устроенный механизм, который перекладывал рукопись из одного конверта в другой и наклеивал марку. Нечто вроде тех автоматов, в которые опускают монетку, — оттуда тотчас выскакивает кусок жевательной резины или плитка шоколада. Опустишь монетку в одно отверстие — получишь резину, опустишь в другое — получишь шоколад. И точно так же обстояло дело здесь. Из одного отверстия выскакивают чеки на гонорар, из другого — письма с отказом. До сих пор он все время попадал во второе отверстие.</p>
     <p>Пресловутые письма дополняли сходство с машиной. Это были стандартные печатные бланки, на которых проставлялись только имена и названия. Мартин их получил уже сотни — штук по десяти на каждую рукопись. Если бы он получил хоть одну живую строчку, написанную от руки, обращенную лично к нему, он был бы счастлив. Но ни один редактор не подавал признаков жизни. Оставалось только предположить, что никаких живых редакторов на свете не бывает, а есть только хорошо смазанные и исправно действующие автоматы.</p>
     <p>Мартин был прирожденным борцом, смелым и выносливым, и у него хватило бы упорства в течение долгих лет питать эти бездушные машины. Но он истекал кровью, и не годы, а недели должны были решить исход борьбы. Еженедельная плата за содержание приближала миг банкротства, а почтовые расходы еще больше способствовали этому. Он уже не мог покупать книги и решил экономить на мелочах, чтобы отдалить роковой конец; но он не умел экономить и на целую неделю ускорил развязку, подарив своей сестре Мэриен пять долларов на платье.</p>
     <p>Мартин боролся во мраке, без совета, без поощрения; все кругом словно сговорились подтачивать его мужество. Даже Гертруда стала коситься на него; сначала она, как добрая сестра, смотрела сквозь пальцы на то, что ей казалось ребяческой дурью; но потом, опять-таки как добрая сестра, начала беспокоиться. Ей казалось, что ребяческая дурь уже переходит в сумасшествие. Мартин замечал ее тревожные взгляды и страдал от них больше, чем от бесцеремонных и наглых насмешек мистера Хиггинботама. Он верил в себя, но он был одинок в этом. Даже Руфь не разделяла его веры. Ей хотелось, чтобы он занимался только самообразованием, и хотя она никогда открыто не осуждала его литературных увлечений, но никогда и не поощряла их.</p>
     <p>Мартин ни разу не показывал ей того, что писал. Какая-то особая щепетильность удерживала его; кроме того, зная, как она занята в университете, он стеснялся отнимать у нее время. Но когда все экзамены были сданы, Руфь сама сказала, что хочет почитать что-нибудь из его произведений. Мартин и обрадовался и оробел. Руфь — настоящий судья. Она бакалавр искусств. Она изучала литературу под руководством профессоров. Может быть, и редакторы — опытные судьи, но она по-другому отнесется к его произведениям. Она не пошлет ему печатного бланка с отказом, не сообщит, что при всех своих достоинствах его рассказы, к сожалению, не подходят для напечатания в данном издании. Она выскажет ему свое мнение в живых, человеческих словах, и, что всего важнее, она узнает наконец подлинного Мартина Идена. В его творениях она почувствует его душу и сердце и хоть немного, хоть чуть-чуть поймет, о чем он мечтает и на что он способен.</p>
     <p>Мартин отобрал несколько рассказов и присоединил к ним, после некоторого колебания, «Песни моря».</p>
     <p>В один из жарких июньских дней он и Руфь на велосипедах поехали за город, к ее любимым холмам. Это была их вторая прогулка вдвоем, и, когда они мчались по дороге, овеваемые морским ветерком, умерявшим дневную жару, он глубоко, всем своим существом ощущал, что мир прекрасен и что хорошо жить и любить. Они оставили велосипеды у дороги, а сами взобрались на бурую вершину холма, где от выжженной солнцем травы шел сухой и пряный запах свежего сена.</p>
     <p>— Она сделала свое дело, — сказал Мартин, когда они уселись — Руфь на его куртке, а он сам прямо на теплой земле.</p>
     <p>Вдыхая сладкий, дурманящий аромат, он тотчас, по привычке, начал размышлять, переходя от частного к общему и основному.</p>
     <p>— Она исполнила свое жизненное назначение, — продолжал он, ласково гладя сухую траву, — питалась влагою зимних ливней, боролась с первыми весенними ураганами, цвела и привлекала насекомых и пчел, разбрасывала свои семена, а теперь, свершив свой долг перед миром…</p>
     <p>— Почему вы смотрите на все с такой противной практической точки зрения? — прервала его Руфь.</p>
     <p>— Вероятно, потому, что я изучаю теорию эволюции. Говоря по правде, я только недавно начал видеть все в настоящем свете.</p>
     <p>— Но мне кажется, что вы перестаете понимать красоту из-за этого практического подхода. Вы разрушаете красоту, как мальчик уничтожает бабочек, стирая пыльцу с их красивых крылышек.</p>
     <p>Он отрицательно покачал головой:</p>
     <p>— У красоты есть свое значение, но я до сих пор не ощущал этого значения. Мне нравилось красивое просто потому, что оно красиво, вот и все. Я не понимал сущности красоты. А теперь понимаю или, вернее, начинаю понимать. Эта трава для меня гораздо прекраснее теперь, когда я знаю, почему она такая, знаю все то сложное воздействие солнца, дождей и соков земли, которое понадобилось, чтобы она выросла на этом холме. Есть много романтического в истории каждой травинки; она пережила немало приключений. Одна эта мысль вдохновляет меня. Когда я думаю об игре энергии и материи, обо всей великой жизненной борьбе, я чувствую, что я мог бы написать про эту траву целую поэму, и не одну.</p>
     <p>— Как хорошо вы говорите, — сказала Руфь рассеянно, и Мартин вдруг поймал на себе ее странный, испытующий взгляд. Он сразу смутился, даже растерялся, и румянец залил его щеки.</p>
     <p>— Ох, если бы я в самом деле умел хорошо говорить, — начал он, запинаясь. — Столько во мне всяких мыслей и так хочется их высказать. Но все это такое большое, что я не могу найти подходящих слов. Иногда мне кажется, что весь мир, все живые существа взывают ко мне и требуют, чтобы я говорил за них. Я чувствую — ну как бы мне выразить это? — я чувствую величие всего; но, когда я начинаю говорить, получается детский лепет. Это огромная задача — суметь воплотить свои мысли и чувства в слова и написать или сказать эти слова так, чтобы слушатель или читатель понял их, чтобы в нем они снова перевоплотились в те же мысли и в те же чувства. Это задача, которая ни с чем не может сравниться. Вот смотрите, я зарываюсь лицом в траву, и этот запах, который я вдыхаю, рождает во мне тысячи мыслей и образов. Ведь я вдохнул запах вселенной. Я слышу песни и смех, вижу счастье и горе, борьбу, смерть. Бесконечные видения возникают в моем мозгу, и мне бы хотелось поведать о них вам, всему миру! Но как это сделать? Язык мой скован. Вот я хотел словами передать вам все, что я чувствовал сейчас, вдыхая аромат травы. И ничего у меня не вышло. Получились неуклюжие, бледные намеки. Какой-то бессвязный набор слов… а между тем мне так хочется высказаться. О… — он с отчаянием заломил руки, — это невозможно! Нельзя рассказать! Нельзя передать!</p>
     <p>— Но вы отлично говорите, — утверждала Руфь, — просто удивительно, как вы научились говорить за это короткое время. Мистер Бэтлер — всеми признанный оратор. Комитет штата всегда приглашает его выступать с речами во время предвыборной компании. А тогда, за обедом, вы говорили не хуже его. Только у него больше выдержки. Вы слишком горячитесь; но это постепенно пройдет. Из вас может выработаться отличный оратор. Вы далеко пойдете… если захотите. В вас есть какая-то сила. И вы способны вести людей за собой, я уверена в этом. Вы можете одолеть любые трудности на пути, так же как вы одолели грамматику. Можете стать известным адвокатом. Или политическим деятелем. Ничто не мешает вам добиться такого же успеха, как мистер Бэтлер. И притом без катара, — прибавила она с улыбкой.</p>
     <p>Они продолжали беседовать; Руфь, по своему обыкновению, ласково, но настойчиво говорила о необходимости учиться, указывала на латынь, как на один из краеугольных камней в любой области знания. Она нарисовала ему свой идеал человека и мужчины, который был целиком списан с ее отца и дополнен кое-какими черточками, явно заимствованными у мистера Бэтлера. Мартин слушал ее, лежа на спине и наслаждаясь каждым движением ее губ, но то, что она говорила, не находило в нем отклика. Нарисованные ею перспективы не влекли его, и он чувствовал глухую горечь разочарования, соединенную с острым томлением любви. Она ни словом не упомянула о его литературной работе, и рукописи, которые он захватил с собой, лежали забытые на земле.</p>
     <p>Наконец, во время одной паузы, он взглянул на солнце, прикинул его высоту над горизонтом и стал собирать свои рукописи, тем самым напомнив о них.</p>
     <p>— Ах, я и забыла, — живо сказала Руфь, — а мне так хочется послушать!</p>
     <p>Мартин прочел ей рассказ, казавшийся ему одним из лучших. Он назвал его «Вино жизни»; и это вино, опьянявшее Мартина, когда он писал рассказ, снова бросилось ему в голову теперь, во время чтения. Было своеобразное очарование в оригинальном замысле рассказа, а он еще постарался усилить это очарование яркими словами и оборотами. Вдохновенный огонь, горевший в нем во время писания, охватил его снова, и он читал самозабвенно, не замечая недостатков. Но не то было с Руфью. Ее изощренное ухо сразу заметило все слабые стороны, все преувеличения, чрезмерный пафос, характерный для новичка, частые нарушения ритмического строя фразы. Она вообще не улавливала ритма в его рассказе, за исключением тех мест, которые звучали претенциозно-размеренно, и это неприятно поразило ее, как дурной дилетантизм. «Дилетантизм» — таков был ее окончательный приговор, но она не произнесла его. Напротив, она сделала всего несколько мелких замечаний, сказав, что в общем рассказ ей нравится.</p>
     <p>Но Мартин был разочарован. Ее критика была справедлива, он не мог не признать этого, но ведь не для школьных поправок он читал ей свое произведение. Дело не в деталях. Это все поправимо. Рано или поздно он, конечно, сам научится замечать мелкие погрешности, даже вовсе избегать их. Но ведь он постарался вместить в свой рассказ кусок большой, живой жизни. Этот кусок жизни он хотел показать ей, а вовсе не ряд фраз, разделенных точками и запятыми. Он хотел, чтобы она почувствовала то большое и важное, что он видел своими глазами, охватил своим разумом и своими руками вложил вот в эти напечатанные на машинке строки. Очевидно, это не удалось, подумал он. Может быть, редакторы и правы в конце концов. Он видел большое и важное, но не умел выразить это в словах. И, скрыв свое разочарование, Мартин так легко согласился с ее критикой, что ей и в голову не пришло, какую бурю протеста она в нем подняла.</p>
     <p>— Вот эту вещицу я назвал «Котел», — сказал он, развертывая другую рукопись. — Ее отвергли четыре или пять журналов, а мне рассказ все-таки нравится. Конечно, самому судить трудно, но, по-моему, в нем кое-что есть. Может быть, вас это не захватит так, как захватило меня, но рассказ коротенький, всего две тысячи слов.</p>
     <p>— Какой ужас! — вскричала она, когда он кончил читать. — Это просто страшно!</p>
     <p>Мартин с тайным удовлетворением смотрел на ее бледное лицо, блестящие глаза и судорожно сцепленные руки. Он достиг своей цели. Он сумел передать ей чувства и образы, владевшие им. Все равно, понравился ей рассказ или нет, — важно, что он произвел на нее впечатление, заставил ее слушать внимательно, так, что она даже не заметила мелочей.</p>
     <p>— Это жизнь, — возразил он, — а жизнь не всегда привлекательна. А впрочем, может быть, я очень странно устроен, но я и здесь нахожу красоту. Она мне даже кажется еще в десять раз более ценной в таком…</p>
     <p>— Но почему же эта несчастная женщина не могла… — прервала его Руфь и, не договорив, снова воскликнула с возмущением: — О! Это безобразно! Это гадко! Это грязно!</p>
     <p>На мгновение ему показалось, что у него остановилось сердце. Грязно! Он никогда не думал этого, никогда не предполагал. Весь рассказ горел перед ним огненными буквами, и, ослепленный сиянием, он не замечал в нем никакой грязи. Но вот сердце снова забилось у него в груди. Совесть его была спокойна.</p>
     <p>— Почему вы не взяли более красивого сюжета? — говорила она. — Мы знаем, что в мире много грязи, но это вовсе не значит…</p>
     <p>Руфь продолжала говорить что-то с негодованием в голосе, но он ее не слушал. Он смотрел на ее девичье личико, озаренное такой трогательной невинностью, что, казалось, невинность эта проникла в самое сердце Мартина, очищая и омывая его эфирным сиянием, прохладным, нежным и ласковым, как сияние звезд. «Мы знаем, что в мире много грязи». Он подумал о том, что она могла «знать», и улыбнулся про себя радостно, словно она шутила с ним. В мгновенной вспышке перед ним возникло видение бесконечного океана житейской грязи, который он избороздил вдоль и поперек, и он простил ей, что она не поняла его рассказа. Она была не виновата, что не поняла его. Слава богу, что она родилась и выросла в стороне от всего этого. Но он — он знал жизнь, знал в ней все низкое и все великое, знал, что она прекрасна, несмотря на всю грязь, ее покрывающую, и — черт побери! — он скажет об этом свое слово миру. Не удивительно, что святые на небесах чисты и непорочны. Тут нет заслуги. Но святые среди грязи — вот это чудо! И ради этого чуда стоит жить! Видеть высокий нравственный идеал, вырастающий из клоаки несправедливости; расти самому и глазами, еще залепленными грязью, ловить первые проблески красоты; видеть, как из слабости, порочности, ничтожества и скотской грубости рождается сила, и правда, и благородство духа.</p>
     <p>До слуха Мартина вдруг донесся голос Руфи:</p>
     <p>— Весь тон какой-то низменный! А есть так много прекрасного и высокого: вспомните «In Memoriam <a l:href="#n_304" type="note">[304]</a>».</p>
     <p>Он хотел сказать ей: «А Локсли Холл?» — и сказал бы, если бы снова его не отвлекли видения. Он глядел на нее и думал, какими сложными путями, взбираясь в течение сотен тысяч веков по лестнице жизни, достигла наконец женщина высшей ступени совершенства и стала Руфью, образцом творенья, чистым и прекрасным, одаренным божественной силой, и сумела вдохнуть в него любовь и стремление к чистоте и желание изведать эту божественную силу — в него, Мартина Идена, который тоже непостижимым образом поднялся из глубин первобытной жизни, из хаоса бесчисленных ошибок и неудач вечного процесса созидания. Вот где и романтика, и красота, и чудо! Вот о чем надо писать; только бы найти слова. Святые на небесах — они всего только святые. А он человек.</p>
     <p>— В вас очень много силы, — услышал он голос Руфи, — но эта сила какая-то необузданная.</p>
     <p>— Похож на бегемота в посудной лавке, — пошутил он и был награжден улыбкой.</p>
     <p>— Нельзя так — писать обо всем, без разбора. Вы должны выработать в себе вкус, изящество, стиль.</p>
     <p>— Я, должно быть, слишком много на себя беру, — пробормотал он.</p>
     <p>Руфь ответила ему ободряющей улыбкой и приготовилась слушать следующий рассказ.</p>
     <p>— Не знаю, как вам понравится, — сказал Мартин, словно оправдываясь. — Это странный рассказ! Может быть, я тут слишком размахнулся, но, право, замысел у меня был хороший. Постарайтесь не обращать внимания на мелочи. Главное, чтобы вам удалось уловить основную мысль. Это важная мысль и верная, не знаю только, сумел ли я сделать ее понятной.</p>
     <p>Он начал читать; читая, поглядывал на Руфь. Наконец ему показалось, что рассказ захватил ее. Она сидела неподвижно, не сводя с него глаз, затаив дыхание, точно зачарованная созданными им образами. Он назвал рассказ «Приключение», и это был в самом деле апофеоз приключения — не книжного, а настоящего, Приключения с большой буквы, грозного повелителя, одинаково щедрого на взыскания и награды, прихотливого и вероломного, требующего рабской покорности и неуставного труда, который то выводит на ослепительные солнечные просторы, то обрекает мукам жажды, голода, томительного долгого пути или жестокой лихорадки, несущей смерть, и через пот, кровь, укусы ядовитых насекомых, через длинную цепь мелких и неприглядных событий приводит к великолепному, победному финалу.</p>
     <p>Все это и еще многое другое изобразил Мартин в своем рассказе; все это, казалось ему, заставляло Руфь слушать его с горящими глазами; щеки ее разрумянились, и к концу чтения он испугался, что она вот-вот упадет в обморок. Она действительно была взволнована, но не рассказом, а самим Мартином. Дело было не в рассказе; она снова испытала на себе действие той знакомой уже ей силы, которая исходила от Мартина и захватывала ее всю. Но странным образом, рассказ тоже был насыщен этой силой, и Руфь сейчас воспринимала ее именно через рассказ. Она ощущала лишь эту силу, почти не замечая того, что служило посредником; и хотя ее как будто увлекло услышанное, на самом деле она была увлечена совсем посторонней, страшной, невероятной мыслью, внезапно возникшей в ее мозгу. Она вдруг задумалась о замужестве, и прихотливая настойчивость этой мысли испугала ее. Это было нескромно. Это было так чуждо ей. Ее еще никогда не мучила пробуждающаяся женственность, и до сих пор она жила в мире снов, навеянных поэзией Теннисона, оставаясь глухой даже к деликатным намекам этого деликатнейшего поэта относительно истинных взаимоотношений рыцарей и королев. Она спала, — и вдруг жизнь властно постучалась у ее двери. Объятая ужасом, она хотела было запереться на все запоры, но пробуждающийся инстинкт требовал, чтобы она широко распахнула дверь перед странным и прекрасным гостем.</p>
     <p>Мартин ждал ее приговора с чувством удовлетворения, Он не сомневался в том, каков будет этот приговор, и был ошеломлен, когда Руфь сказала только:</p>
     <p>— Это красиво.</p>
     <p>После маленькой паузы она с жаром повторила:</p>
     <p>— Очень красиво!</p>
     <p>Конечно, это было красиво; но в рассказе было нечто большее, нечто такое, чему красота лишь служила и подчинялась. Мартин лежал, растянувшись на земле, и зловещая туча сомнения надвигалась на него… Опять не удалось. Он не владеет словом. Он видит величайшие чудеса мира, но не в силах описать их.</p>
     <p>— А что вы скажете о… — он помедлил, не решаясь произнести новое слово, — об идее?</p>
     <p>— Она недостаточно ясна, — отвечала она, — таково мое общее впечатление. Я старалась следить за основной линией сюжета, но это трудно. Вы слишком многословны. Вы затемняете действие введением совершенно постороннего материала.</p>
     <p>— Но ведь все это подчинено основной идее, — поторопился он объяснить. — Центральная идея — космического, мирового значения. Я хотел насытить ею весь рассказ. Он для нее только внешняя оболочка. Я шел по верному пути, но, видно, плохо справился с задачей. Мне не удалось высказать то, что я хотел. Может быть, со временем я научусь.</p>
     <p>Руфь не могла уследить за ходом его мыслей. Они были недоступны ей, хотя она и была бакалавром искусств. Она не понимала их и свое непонимание приписывала его неумению выразить желаемое.</p>
     <p>— Вы слишком многословны, — повторила она, — но местами это прекрасно.</p>
     <p>Ее голос доносился до Мартина как будто издалека, ибо он в это время раздумывал, читать ли ей «Песни моря». Он лежал молча, чувствуя тоску и отчаяние, а она смотрела на него, и в голове ее носились все те же незваные и упорные мысли о замужестве.</p>
     <p>— Вы хотите стать знаменитым? — вдруг спросила она.</p>
     <p>— Да, пожалуй, — согласился он, — но это не главное. Меня занимает не столько слава, сколько путь к ней. А кроме того, слава мне помогла бы в другом. Я очень хочу стать знаменитым, если на то пошло, ради одной причины.</p>
     <p>Он хотел прибавить «ради вас», и, вероятно, прибавил бы, если бы Руфь более горячо отнеслась к его произведениям.</p>
     <p>Но она слишком была занята в этот миг мыслями о какой-либо мало-мальски приемлемой карьере для него и потому не спросила даже, на что он намекает. Что писателя из него не выйдет, Руфь была твердо уверена. Он только что доказал это своими дилетантскими, наивными сочинениями. Он научился хорошо говорить, но совершенно не владел литературным слогом. Она сравнивала его с Теннисоном, Браунингом и с любимейшими своими писателями-прозаиками, и сравнение оказывалось для него более чем невыгодным. Но она не стала говорить ему все, что думала. Странное чувство, которое тянуло к нему, умеряло ее взыскательность. В конце концов его стремление писать было маленькой слабостью, которая со временем, вероятно, исчезнет. Тогда он, несомненно, попробует свои силы на каком-нибудь другом, более серьезном жизненном поприще и добьется успеха. В этом Руфь была уверена. Он так силен, что, наверное, добьется всего… лишь бы он скорей бросил писать.</p>
     <p>— Я хочу, чтобы вы читали мне все, что вы пишете, мистер Иден, — сказала она.</p>
     <p>Мартин вспыхнул от радости. Она заинтересовалась, — это несомненно. В конце концов она ведь не забраковала его произведений. Она даже нашла отдельные места прекрасными, от нее первой он услыхал ободряющие слова.</p>
     <p>— Хорошо, — пылко сказал он, — и вот вам мое слово, мисс Морз, я стану хорошим писателем. Я пришел издалека, я знаю, и мне еще предстоит долгий путь, но я пройду его, хотя бы пришлось ползти на четвереньках. — Он протянул ей пачку отпечатанных на машинке листков: — Вот это «Песни моря». Я вам дам их, а вы прочитаете дома, когда будет время. Но только потом скажите откровенно свое мнение. Мне так нужна критика! Пожалуйста, скажите всю правду!</p>
     <p>— Я ничего не утаю, — обещала она, чувствуя, однако, в глубине души, что не была с ним откровенна сегодня, и не зная, сможет ли быть откровенной и впоследствии.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
     </title>
     <p>— Первая схватка состоялась, — говорил Мартин своему изображению в зеркале дней десять спустя, — но будет вторая, третья, и так до тех пор, пока…</p>
     <p>Не докончив фразы, он оглядел свою жалкую комнатенку, и взгляд его с грустью остановился на ворохе длинных конвертов, валявшихся в углу. Все это были возвращенные рукописи. Ему не на что было купить марок для отправки их по новым адресам, и вот за неделю набралась целая груда. Они будут приходить и завтра и послезавтра, пока все не вернутся к своему владельцу. И он уже не в состоянии рассылать их дальше. Он целый месяц не платил за прокат машинки и не мог заплатить, потому что у него едва хватало денег для недельной платы за свое содержание и взноса в посредническую контору, через которую он рассчитывал получить работу. Он сел и задумчиво посмотрел на свой стол. На нем виднелись чернильные пятна, и Мартин вдруг почувствовал к нему нежность.</p>
     <p>— Милый старый стол, — сказал он, — много счастливых часов я провел за тобой, и ты был всегда верным другом. Ты никогда не отталкивал меня, никогда не обижал незаслуженными отказами, никогда не сетовал на тяжесть работы.</p>
     <p>Он облокотился на стол и закрыл лицо руками. Что-то подступило к горлу, хотелось заплакать. Ему вспомнилась его первая драка, когда он, шестилетний мальчуган, весь в слезах, отбивался от другого мальчика, на два года старше, который бил его кулаками что есть силы. Он видел тесный круг мальчишек, поднявших дикий вой, когда он наконец упал, глотая кровь, которая текла из носа и смешивалась со слезами, лившимися из глаз.</p>
     <p>— Бедный малыш, — бормотал он, — и теперь тебя снова побили! Так побили, что и не встать.</p>
     <p>Воспоминание об этой первой битве исчезло не сразу. За нею последовало тогда много других битв, и все они постепенно всплывали в памяти Мартина. Полгода спустя Масляная Рожа (это было прозвище того самого мальчишки) опять напал на него. Но на этот раз и Мартин посадил ему синяк под глазом. Это чего-нибудь да стоило! Он вспомнил все их схватки, одну за другой. Масляная Рожа всегда побеждал. Но Мартин ни разу не обратился в бегство. Он почувствовал гордость при мысли об этом. Он всегда стойко держался до конца, хотя ему и приходилось туго. Масляная Рожа был подлым противником и никому не давал пощады. Но Мартин держался. Он всегда держался до конца!</p>
     <p>Потом Мартин увидал узкий переулок между рядами ветхих каркасных домов. В конце переулка находилось одноэтажное кирпичное здание, из которого доносился глухой ритмичный шум машин, печатающих дневной выпуск газеты «Вестник». Мартину было тогда одиннадцать лет, а Масляной Роже тринадцать; оба они продавали газеты. Потому-то они и стояли в ожидании у ворот типографии. Масляная Рожа, разумеется, тотчас придрался к Мартину, и завязался бой, исход которого остался нерешенным, так как без четверти четыре ворота типографии распахнулись и вся толпа мальчишек устремилась за газетами.</p>
     <p>— Я тебя вздую завтра, — пообещал ему Масляная Рожа, и Мартин дрожащим от слез голосом заявил, что завтра будет на месте.</p>
     <p>На следующий день, удрав из школы, он прибежал на место битвы за две минуты до Масляной Рожи. Другие мальчишки хвалили Мартина и давали ему советы, следуя которым он непременно должен был побить противника. Но те же мальчишки давали такие же советы и Масляной Роже. Как наслаждались эти бесплатные зрители! Сейчас Мартин даже позавидовал им, вспоминая о том, сколько удовольствия они тогда получили. Битва началась и продолжалась целых полчаса, пока не открылись ворота типографии. Снова и снова Мартин видел себя мальчишкой, каждый день торопящимся из школы к воротам типографии. Бегать он не мог. Он горбился, он прихрамывал от постоянных драк. Тело у него было сплошь в синяках, руки исцарапаны, и некоторые царапины начинали гноиться. У него болели бока, болела спина, болели плечи; в голове, точно налитой свинцом, стоял туман. В школе он не мог играть, забросил учение. Для него было мукой сидеть целый день за партой. Казалось, прошли века с тех пор, как начались эти ежедневные драки, и время тянулось, как кошмар, в непрестанном ожидании новой стычки. «Почему нельзя побить Масляную Рожу?» — думал Мартин. Это сразу избавило бы его от всех мучений. Но никогда ему не приходило в голову сдаться и признать, что Масляная Рожа сильнее его.</p>
     <p>Так он день за днем таскался к воротам типографии, истерзанный душой и телом, учась великой науке долготерпения, и там встречал своего вечного врага — Масляную Рожу, который был истерзан так же, как и он, и охотно прекратил бы эти побоища, если бы не подстрекательства мальчишек-газетчиков, перед которыми ему не хотелось срамиться. Однажды, после двадцатиминутной отчаянной схватки с соблюдением всех правил борьбы (не драться ногами, не давать подножек и не бить лежачего), Масляная Рожа, шатаясь, едва переводя дух, предложил кончить дело вничью. Мартин вздрогнул от сладости этого воспоминания, задыхаясь и давясь кровью, бегущей из его разбитой губы, он кинулся к Масляной Роже, выплюнул кровь, мешавшую ему говорить, и крикнул, что на ничью он не согласен, и если Масляная Рожа выдохся, пусть сдается. Но Масляная Рожа сдаться не захотел, и драка продолжалась.</p>
     <p>На следующий день драка возобновилась и возобновлялась по-прежнему изо дня в день. Каждый раз в начале побоища Мартин сильно страдал от боли, но потом боль притуплялась, и он дрался, ослепленный яростью, как во сне, видя перед собою лишь широкие скулы Масляной Рожи и горящие, как у зверя, глаза. Он сосредоточил все свое внимание на этой роже, все остальное перестало существовать. В мире не было ничего, кроме этой рожи, и Мартин знал, что успокоится он лишь тогда, когда превратит ее в кровавое месиво или когда в кровавое месиво превратится его собственная физиономия. Тогда можно будет прекратить состязание. Но согласиться ему, Мартину, на ничью — это было невозможно!</p>
     <p>И вот настал день, когда, придя к воротам типографии в обычное время, Мартин не нашел Масляной Рожи. Он так и не пришел. Мальчишки поздравляли Мартина, утверждая, что Масляная Рожа сдался. Но Мартин не был удовлетворен таким исходом. Он не победил Масляную Рожу, и Масляная Рожа не победил его. Спор не был решен. Впоследствии выяснилось, что в тот самый день у Масляной Рожи внезапно умер отец.</p>
     <p>Мартин мысленно перескочил через несколько лет и увидел себя сидящим на галерке в театре. Он только что вернулся из плавания, ему уже шел семнадцатый год. Среди зрителей вспыхнула ссора. Кто-то кого-то толкнул. Мартин вмешался и встретился со сверкающими глазами своего старинного врага — Масляной Рожи.</p>
     <p>— После спектакля я тебе всыплю, — прошипел Мартину его враг.</p>
     <p>Мартин кивнул головой. К месту скандала спешил блюститель порядка.</p>
     <p>— Встретимся у выхода после конца, — шепнул Мартин, делая вид, что поглощен происходящим на сцене.</p>
     <p>Блюститель порядка посмотрел на них и отошел.</p>
     <p>— Ты с компанией? — спросил Мартин Масляную Рожу по окончании действия.</p>
     <p>— Конечно!</p>
     <p>— Тогда я тоже кое-кого позову, — объявил Мартин. Во время антракта он навербовал себе партию: трех приятелей с гвоздильного завода, одного пожарного, полдюжины матросов и столько же молодцов из знаменитой шайки с Маркет-стрит.</p>
     <p>По окончании спектакля обе партии пошли по разным сторонам улицы. В тихом переулке неподалеку они сошлись и устроили военный совет.</p>
     <p>— Самое подходящее место — это мост Восьмой улицы, — сказал рыжий парень из шайки Масляной Рожи, — драться будете посередке, под электрическим фонарем, а мы будем смотреть, не идут ли фараоны. Если с одной стороны покажутся, мы удерем в другую сторону.</p>
     <p>— Ладно. Идет, — сказал Мартин, посоветовавшись со своими.</p>
     <p>Мост Восьмой улицы, перекинутый через рукав устья Сан-Антонио, по длине равен трем городским кварталам. Посредине моста и на обоих концах его горели электрические фонари. Ни один полисмен не мог подойти незамеченным. Перед закрытыми глазами Мартина возникло во всех подробностях это удобное для боя место. Он увидел обе шайки, хмурые и враждебные, стоявшие друг против друга, каждая позади своего бойца. Мартин и Масляная Рожа разделись до пояса. Дозорные заняли свои наблюдательные посты на концах моста. Один из матросов взял у Мартина куртку, рубашку и шапку, чтобы в случае появления полиции удрать с ними в безопасное место. Мартин ясно увидел самого себя: как он выходит на середину круга, смотрит прямо в глаза Масляной Роже и говорит, подняв кулак:</p>
     <p>— Никаких церемоний разводить не будем! Понял? Драться до конца! Без уверток. У нас с тобой старые счеты, и надо свести их вчистую! Понял?</p>
     <p>Противник заколебался — Мартин заметил это, — но Масляная Рожа был самолюбив и не хотел ударить лицом в грязь перед столькими зрителями.</p>
     <p>— Ну что же, выходи, — крикнул он, — чего разболтался! До конца так до конца!</p>
     <p>И тут, сжав кулаки, они бросились друг на друга. как два молодых бычка, со всем пылом юности, охваченные желанием бить, ломать, калечить. Все, что было достигнуто человечеством на его тысячелетнем трудном пути к совершенству, рухнуло в один миг. Только электрический фонарь торчал, как забытая веха прогресса. Мартин и Масляная Рожа были дикарями каменного века, обитающими в пещерах и на деревьях. Они все глубже и глубже погружались в трясину первобытного существования, сталкивались слепо, непроизвольно, как осколки небесных тел, как атомы, вечно притягивающие и вечно отталкивающие друг друга.</p>
     <p>— Боже! Что за скоты мы были! Что за дикие звери! — простонал Мартин, вспоминая подробности этого боя. Благодаря необычайной силе своего воображения он видел все так живо, словно сидел в кинематографе. Он был одновременно и участником и зрителем. Все, чему он научился за эти долгие месяцы, заставляло его содрогаться от этого зрелища; но вскоре прошлое вытеснило настоящее из его сознания, и он снова стал былым Мартином Иденом и, только что вернувшись из плавания, дрался с Масляной Рожей посреди моста на Восьмой улице. Он напрягал силы, потел, обливался кровью, ликовал, когда кулаки его попадали в цель.</p>
     <p>Казалось, то были не люди, а два буйных вихря, налетевшие друг на друга. Время шло, и обе партии стояли, присмирев и затаив дыхание. Подобной ярости они не видели, и она внушала им страх. Перед ними боролись два зверя, более свирепые, чем они сами.</p>
     <p>Когда остыл первый порыв, противники стали драться осторожнее и обдуманнее. Ни один не брал верх.</p>
     <p>— Ничья будет, — долетели до Мартина слова.</p>
     <p>Он сделал нечаянно обманное движение, но в тот же миг получил страшный удар в щеку, рассекший ее до кости. Голый кулак не мог нанести такой раны. Мартин услыхал возгласы изумления и почувствовал, что из щеки у него хлещет кровь. Но он не подал и виду. Он тотчас же насторожился, так как хорошо знал, с кем имел дело, и мог ожидать всякой низости. Он стал внимательно следить за противником и, уловив блеск металла, сделал ловкий маневр и поймал его за руку.</p>
     <p>— Разожми кулак! — гаркнул он. — Ты меня хватил кастетом!</p>
     <p>Обе партии с ревом и руганью бросились друг на друга; еще секунда — и произошла бы общая свалка и Мартин не утолил бы своей жажды мести. Он был вне себя.</p>
     <p>— А ну назад! — загремел он. — Все назад! Понятно?</p>
     <p>Они расступились. Они были звери, но он был сверх зверь, внушавший ужас, и этот ужас заставил их подчиниться.</p>
     <p>— Это мое дело, и никто пусть не мешается. Эй, ты! Давай сюда кастет.</p>
     <p>Масляная Рожа повиновался, немного испуганный, и отдал предательское оружие.</p>
     <p>— Это ты ему дал железку, рыжая сволочь, — продолжал Мартин, швырнув кастет в воду, — я видел, как ты тут терся, не догадался только, что тебе нужно. Если ты еще раз сунешься, я изобью тебя до смерти. Понял?</p>
     <p>Бой возобновился, и хотя оба противника дошли до полного изнеможения, они все же продолжали осыпать друг друга ударами, пока, наконец, окружавшая их звериная стая, насытив свою жажду крови, не почувствовала страха и не начала уговаривать их прекратить драку. Масляная Рожа, едва державшийся на ногах, избитый до потери человеческого облика и превратившийся в какое-то страшное чудовище, остановился в нерешительности, но Мартин кинулся на него, снова и снова осыпая ударами.</p>
     <p>Казалось, они боролись уже целую вечность, и Масляная Рожа заметно стал сдавать, как вдруг послышался громкий хруст, и правая рука Мартина беспомощно повисла. Кость была сломана. Все слышали, и все поняли. Понял и Масляная Рожа и, как тигр, набросился на раненого противника, колотя изо всех сил. Партия Мартина бросилась на выручку. Но Мартин, одурев от сыпавшихся на него ударов, не переставая изрыгать проклятия вперемежку со стонами боли и злобы, крикнул, чтобы они не вмешивались, и все бил одной левой рукой, ничего не сознавая, колотил и колотил. Словно издалека доносились до него испуганные перешептывания, потом он услышал, как кто-то сказал дрожащим голосом: «Ребята, это не драка! Это убийство! Надо растащить их!»</p>
     <p>Но ни один не решился подступиться, а он все бил и бил своей левой рукой, попадая каждый раз во что-то мягкое, кровавое, отвратительное и не имеющее ничего общего с человеческим лицом, и это что-то не поддавалось и продолжало маячить перед его помутившимся взором. И он все бил и бил, все слабее и слабее, постепенно теряя последние остатки жизненной энергии, бил, казалось, целые века, целые тысячелетия, пока, наконец, бесформенная кровавая масса не рухнула на доски моста. И тогда он стал над ней, шатаясь, как пьяный, ища опоры в воздухе и спрашивая изменившимся голосом:</p>
     <p>— Еще хочешь? Говори… Еще хочешь?</p>
     <p>Он все спрашивал, настойчиво требуя ответа, и вдруг почувствовал, что товарищи хватают его, тащат, пытаются надеть на него куртку. И тут внезапно сознание покинуло его.</p>
     <p>Будильник на столе зазвонил, но Мартин не слыхал его и продолжал сидеть, закрыв лицо руками. Он ничего не слышал. Он ни о чем не думал. Так живо он пережил все опять, что вновь потерял сознание, как в ту ночь, на мосту Восьмой улицы. Мрак и пустота окутывали его в течение нескольких минут. Потом, точно оживший мертвец, он вскочил, сверкая глазами, весь взмокший от пота.</p>
     <p>— Я все-таки побил тебя, Масляная Рожа! — вскричал он. — Мне понадобилось для этого одиннадцать лет, но я побил тебя!</p>
     <p>Ноги у него дрожали, голова кружилась, и, пошатнувшись, он должен был сесть на постель. Он все еще был во власти прошлого. Он недоуменно озирался по сторонам, словно не понимая, где он находится, пока, наконец, он увидел груду рукописей в углу. Тогда колеса его памяти завертелись быстрее, промчали его через четырехлетний промежуток, и он вспомнил книги, вспомнил мир, который они открыли ему, вспомнил свои гордые мечты и свою любовь к бледной девушке, впечатлительной и нежной, которая умерла бы от ужаса, если бы хоть на миг стала свидетельницей того, что он только что заново пережил, хоть на миг увидала бы ту грязь жизни, через которую он прошел!</p>
     <p>Он поднялся и поглядел на себя в зеркало.</p>
     <p>— Теперь ты выкарабкался из этой грязи, Мартин, — торжественно сказал он себе, — в глазах у тебя прояснилось, ты касаешься звезд плечами, живешь полной жизнью и отвоевываешь ценнейшее наследие веков у тех, кто им владеет.</p>
     <p>Он внимательно поглядел на себя и рассмеялся.</p>
     <p>— Немножко истерики и мелодрамы? Ну что ж! Это не страшно. Ты когда-то одолел Масляную Рожу, — так же ты одолеешь и Издателей, даже если придется потратить и больше, чем одиннадцать лет! Только не вздумай останавливаться, иди вперед. Бороться так бороться до конца!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
     </title>
     <p>Будильник разбудил Мартина так внезапно, что у человека с менее здоровым организмом это наверняка вызвало бы головную боль. Хотя он спал очень крепко, но проснулся мгновенно, как кошка, радуясь, что миновали пять часов забытья. Он ненавидел сон. Так много нужно было сделать, так много испытать в жизни! Он жалел о каждом миге, похищенном у него оном; будильник не перестал еще трещать, а Мартин окунул голову в таз с водой, наслаждаясь ощущением холода.</p>
     <p>Но день не пошел по обычной программе. Не было начатого рассказа, который ждал бы окончания, не было нового замысла, который просился бы на бумагу. Мартин очень поздно кончил заниматься накануне, и теперь время уже приближалось к завтраку. Он хотел было прочитать главу из Фиска <a l:href="#n_305" type="note">[305]</a>, но голова его была занята другим, и книгу пришлось отложить. Сегодня ему предстояло вступить в новую схватку с жизнью, и на некоторое время он решил прервать свое писание. Ему было грустно, как бывает грустно человеку при расставании с семьей и с родным домом. Он поглядел на рукописи в углу. Да, он должен покинуть своих бедных, опозоренных детей, которым никто не хотел дать приют. Он наклонился и начал разбирать рукописи, перечитывал свои любимые места. «Котел» и «Приключение» он удостоил даже чтения вслух. Особенно он остался доволен рассказом «Радость», написанным накануне и брошенным в угол за отсутствием марки.</p>
     <p>— Не понимаю, — бормотал он, — а может быть, это редакторы не понимают. Чего им еще нужно? Они печатают вещи куда хуже. Да все, что они печатают, гораздо хуже этого… почти все.</p>
     <p>После завтрака он уложил в футляр пишущую машинку и отвез ее в Окленд.</p>
     <p>— Я задолжал за месяц, — сказал он приказчику. — Скажите хозяину, что я уезжаю на работу и расплачусь по возвращении. Через месяц или около того.</p>
     <p>Он переправился на пароме в Сан-Франциско и пошел в посредническую контору.</p>
     <p>— Любую работу, все равно какую, — начал он, но его прервал приход нового посетителя, одетого с тем дешевым шиком, с каким одеваются рабочие, имеющие склонность к «изящной жизни».</p>
     <p>Человек, сидевший за столом, безнадежно покачал головой.</p>
     <p>— Неужели никого? — спросил вновь пришедший. — Но мне до зарезу необходимо найти кого-нибудь сегодня.</p>
     <p>Он повернулся и посмотрел на Мартина, а Мартин посмотрел на него и увидел довольно красивое лицо, но бледное и помятое, как бывает после бурно проведенной ночи.</p>
     <p>— Ищешь работы? — спросил он у Мартина. — Что умеешь делать?</p>
     <p>— Любую тяжелую работу, знаю морское дело, пишу на машинке, стенографии не знаю; могу ездить верхом — вообще могу делать все, что угодно.</p>
     <p>Тот кивнул головой.</p>
     <p>— Ну что ж, подходит. Меня зовут Доусон, Джо Доусон, и я ищу себе помощника в прачечную.</p>
     <p>— В прачечную? — Мысль, что он будет гладить всякие там женские кружевные финтифлюшки, показалась Мартину забавной. Но наниматель чем-то понравился ему, и потому он прибавил: — Стирать я вообще-то умею. Научился в плавании.</p>
     <p>Джо Доусон на минуту призадумался. — Слушай, мы, пожалуй, можем столковаться. Хочешь узнать, о чем речь идет?</p>
     <p>Мартин утвердительно кивнул головой.</p>
     <p>— Есть такая маленькая прачечная при гостинице в курортном местечке «Горячие Ключи». Для работы нужны двое: старший и помощник. Я старший. Каждый делает свое дело, но ты мне подчиняешься. Как, согласен?</p>
     <p>Мартин задумался. Перспектива была заманчива. Несколько месяцев работы — и у него появится опять время для занятий. А он умел и работать и учиться на совесть.</p>
     <p>— Хорошие харчи и отдельная комната, — сказал Джо.</p>
     <p>Это решило вопрос. Отдельная комната, где никто не будет мешать жечь лампу по ночам.</p>
     <p>— Но работа адова, — прибавил Джо.</p>
     <p>Мартин погладил свои мускулы, вздувавшиеся под рукавом.</p>
     <p>— Мне к работе не привыкать.</p>
     <p>— Так по рукам! Джо пощупал свой лоб.</p>
     <p>— Фу, черт! До сих пор перед глазами круги идут. Уж больно я вчера перехватил… Да, так условия такие: на двоих полагается сотня долларов и квартира. Я получал шестьдесят, а помощник — сорок. Но тот парень знал дело, а ты новичок. На первых порах мне придется много работать за тебя. Положим, ты начнешь с тридцати и постепенно дойдешь до сорока. Я не надую. Как только ты приладишься и начнешь работать по-настоящему, станешь получать свои сорок.</p>
     <p>— Согласен, — заявил Мартин и протянул руку, которую тот пожал. — Только хорошо бы задаток. На дорогу и другие расходы.</p>
     <p>— Все просадил, — грустно отвечал Джо, снова потирая лоб, — только и осталось, что обратный билет.</p>
     <p>— А я все до последнего цента должен отдать за квартиру.</p>
     <p>— А ты плюнь, — посоветовал Джо.</p>
     <p>— Не могу. Родной сестре должен.</p>
     <p>Джо сочувственно присвистнул и принял глубокомысленный вид.</p>
     <p>— У меня на полбутылки наберется. Пойдем. Может, что и придумаем.</p>
     <p>Мартин отклонил это предложение.</p>
     <p>— Не употребляешь? — спросил Джо.</p>
     <p>Мартин качнул головой, и Джо тут же заметил унылым голосом:</p>
     <p>— Завидую, у меня вот не выходит. Проработаешь целую неделю как черт, поневоле пойдешь в кабак. Если бы я не напивался, то давно перерезал бы себе глотку или подпалил все заведение. Но я рад, что ты из непьющих. Продолжай в том же духе.</p>
     <p>Мартин видел, какая огромная пропасть лежит между ним и этим человеком — пропасть, созданная книгами; но ему нетрудно было вновь перешагнуть через нее. Всю жизнь он прожил среди людей рабочего класса, и чувство трудового товарищества было его второй натурой. Мартин быстро разрешил вопрос о переезде — задачу, чересчур затруднительную для одурманенной головы Джо. Он пошлет свой чемодан багажом по билету Джо, а сам приедет в «Горячие Ключи» на велосипеде. Семьдесят миль вполне можно осилить за воскресенье, чтобы уже с понедельника стать на работу. А теперь он пойдет домой и уложит вещи. Прощаться ему было не с кем. Руфь и вся ее семья уехали на лето в Сиерру, к озеру Тэхо.</p>
     <p>Мартин явился в «Горячие Ключи» в воскресенье вечером, усталый и весь в пыли. Джо восторженно встретил его. Голова Джо была обвязана мокрым полотенцем, так как он проработал целый день.</p>
     <p>— Часть белья оставалась еще с прошлой недели, — пояснил он, — когда я ездил нанимать тебя. Твой багаж прибыл в сохранности. Он у тебя в комнате. Ну, скажу тебе, и тяжесть же. Что там напихано? Слитки золота?</p>
     <p>Пока Мартин распаковывал чемодан, Джо присел на его кровать. Это был, собственно говоря, не чемодан, а просто ящик из-под консервов, за который мистер Хиггинботам взял с Мартина полдоллара. Приколотив к ящику две веревочные ручки, Мартин преобразил его в некоторое подобие чемодана. Джо вытаращил глаза, когда после нескольких смен белья из ящика начали появляться книги, книги и книги.</p>
     <p>— Как! До самого дна все книги? — спросил он.</p>
     <p>Мартин утвердительно кивнул и продолжал выкладывать том за томом на кухонный стол, заменявший умывальник.</p>
     <p>— Ну и ну!</p>
     <p>Отведя душу этим восклицанием, Джо замолчал, и в его мозгу начала, по-видимому, складываться какая-то мысль. Наконец он спросил:</p>
     <p>— Скажи, ты как насчет девочек? Слаб? — спросил он.</p>
     <p>— Нет, — ответил Мартин, — раньше случалось, пока я не начал читать книги. А теперь у меня нет времени.</p>
     <p>— Ну, здесь у тебя не будет времени и на книги — только работать и спать.</p>
     <p>Мартин вспомнил о своей пятичасовой норме сна и улыбнулся. Его комната была расположена над прачечной, и в этом же здании помещался мотор, который качал воду, подавал свет и приводил в движение машины в прачечной. Механик, живший в соседней комнате, зашел познакомиться с новым работником и помог Мартину приспособить электрическую лампочку на длинном проводе, так что ее можно было переносить от стола к постели.</p>
     <p>На следующее утро Мартин встал в четверть седьмого — ему сказали, что завтрак подается без четверти семь. В доме оказалась ванная для служащих, и Мартин, к великому изумлению Джо, принял холодную ванну.</p>
     <p>— Ну и чудило же ты! — воскликнул Джо, когда они уселись завтракать на кухне.</p>
     <p>С ними завтракали механик, садовник, помощник садовника и два или три конюха. Все они ели мрачно и торопливо, изредка перекидываясь отдельными словами, и Мартин, прислушиваясь к этому несложному разговору, думал о том, как далеко он ушел от таких людей. Убожество их кругозора казалось ему невыносимым, и хотелось поскорее избавиться от их общества. Поэтому он так же торопливо, как и они, проглотил свою порцию жидкой безвкусной каши и вздохнул свободно, лишь выйдя за кухонную дверь.</p>
     <p>Маленькая паровая прачечная была превосходно оборудована новейшими машинами, которые делали все, что только могли делать машины. Получив краткие наставления, Мартин стал разбирать и сортировать огромные груды грязного белья, а Джо тем временем запускал машины и разводил жидкое мыло, составленное из едких химикалий, так что он принужден был закутать полотенцем глаза, нос и рот и стал похож на мумию. Покончив с разборкой, Мартин приступил к выжиманию уже выстиранного белья. Для этого белье закладывалось в особый вращающийся барабан, делавший несколько тысяч оборотов в минуту и удалявший из белья влагу с помощью центробежной силы. Мартину то и дело приходилось бегать от сушки к выжималке, а в промежутках еще отбирать чулки и носки. После обеда, пока нагревались утюги, они занялись катаньем носков и чулок. Потом гладили нижнее белье до шести часов, но когда пробило шесть, Джо с сомнением покачал головой.</p>
     <p>— Не управились! — сказал он. — Придется работать и после ужина.</p>
     <p>И после ужина они работали до десяти при слепящем электрическом свете, пока последняя пара нижнего белья не была выглажена и приготовлена к выдаче. Была знойная калифорнийская ночь, и, несмотря на распахнутые настежь окна, в комнате от раскаленной плиты и утюгов стояла невыносимая жара. Мартин и Джо, в одних рубашках, с засученными рукавами, обливались потом и задыхались.</p>
     <p>— Точно на погрузке в тропическом порту! — сказал Мартин, когда они поднимались по лестнице.</p>
     <p>— У тебя дело пойдет, — говорил Джо. — Ты работаешь молодцом. Если и дальше так будет, ты только первый месяц просидишь на тридцати долларах. В следующий месяц получишь уже все сорок. Но не может быть, чтобы ты раньше никогда не гладил. Меня не проведешь.</p>
     <p>— Ей-богу, не выгладил за всю свою жизнь ни одной тряпки!</p>
     <p>Мартин чувствовал сильную усталость и удивлялся этому, позабыв, что проработал, стоя на ногах, четырнадцать часов подряд! Он поставил будильник на шесть и, отсчитав пять часов, решил читать до часу. Сняв башмаки, чтобы дать отдохнуть ногам, он сел за стол и обложился книгами. Он раскрыл Фиска на том самом месте, на котором прервал чтение два дня назад. Но голова работала плохо, и ему пришлось два раза прочесть один и тот же абзац. Потом он вдруг проснулся от боли в затекших мышцах и от холодного ветра, который дул с гор в открытое окно. Часы показывали два. Он проспал четыре часа. Тогда он разделся, лег в постель и заснул, едва коснувшись головой подушки.</p>
     <p>Вторник прошел в такой же напряженной работе. Быстрота, с которой работал Джо, приводила Мартина в восторг. Сам черт не мог бы за ним угнаться. Он не терял ни одного мгновения в течение всего долгого дня, сосредоточивал на работе все свое внимание и то и дело указывал Мартину, где вместо пяти движений можно сделать три и вместо трех — два. Мартин смотрел и старался подражать ему. Он и сам был прекрасным работником, ловким, сообразительным и всегда гордился тем, что никто не мог превзойти его в работе. Теперь он тоже решил полностью сосредоточиться на работе и следовать всем наставлениям Джо. Он так ловко растирал крахмал на воротничках и манжетах, чтобы на них не образовались пузыри во время глажения, что Джо даже похвалил его.</p>
     <p>Работа шла без всяких перерывов. Кончив одно дело, Джо тотчас же переходил к другому, ничего не дожидаясь, ничего не откладывая. Они накрахмалили двести белых сорочек, правой рукой погружая в горячий крахмал воротничок, грудь и манжеты, а левой придерживая рубашку, чтобы другие части ее не касались крахмала, а крахмал был такой горячий, что, отжимая его, им каждый раз приходилось опускать руку в холодную воду. В этот вечер они работали до половины одиннадцатого, подкрахмаливая оборки на тонком женском белье.</p>
     <p>— В тропиках и то легче, — со смехом сказал Мартин.</p>
     <p>— Только не для меня, — серьезно возразил Джо, — я ничего не умею делать, кроме этого.</p>
     <p>— Но это ты делаешь здорово.</p>
     <p>— Еще бы. Я начал работать одиннадцати лет, в Окленде. Стоял у парового катка. С тех пор прошло восемнадцать лет, и все время я только этим и занимался. Но такой каторжной работы, как тут, мне еще не попадалось. Сюда надо бы по крайней мере троих. Завтра придется работать ночью. По средам всегда приходится работать ночью: воротнички и манжеты.</p>
     <p>Мартин опять завел будильник, сел за стол и раскрыл Фиска. Но он не мог прочитать и одного абзаца. Строчки плясали перед глазами, и он клевал носом. Он стал расхаживать из угла в угол, колотя себя кулаками по голове, чтобы разогнать сон, но все было напрасно. Потом он положил книгу перед собой и попробовал читать, придерживая веки пальцами, но тотчас же заснул с раскрытыми глазами. Тогда, не в силах больше бороться с усталостью, он разделся, едва сознавая, что делает, и бросился на кровать. Он проспал семь часов тяжелым животным сном и проснулся от звона будильника с ощущением, что все еще не выспался.</p>
     <p>— Много прочитал? — спросил его Джо. Мартин отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Ничего! — утешил его Джо. — Мы сегодня пустим каток ночью, зато завтра кончим в шесть. У тебя будет тогда время для чтения.</p>
     <p>Мартин в этот день полоскал шерстяные вещи в большой лохани, наполненной раствором едкого мыла, причем полоскание производилось с помощью особого приспособления, состоявшего из колесной втулки и поршня, укрепленных на перекладине над лоханью.</p>
     <p>— Мое изобретение, — с гордостью сказал Джо. — Заменяет и валек и руки и сберегает к тому же по крайней мере пятнадцать минут в неделю! А ты знаешь, чего стоит каждая минута в этом чертовом пекле!</p>
     <p>Пропускание через каток воротничков и манжет было тоже его выдумкой, и вечером, когда они продолжали работу при электрическом свете, Джо объяснил:</p>
     <p>— В других прачечных еще не додумались до этого. А я таким образом получаю возможность в субботу кончать работу в три часа. Только надо умело это делать — вот и все. Нужна особая температура, особое давление, и пропускать надо три раза. Посмотри-ка.</p>
     <p>Он взял манжету.</p>
     <p>— Так и вручную не сделаешь, верно?</p>
     <p>В четверг Джо пришел в ярость: был прислан целый узел тонкого крахмального белья сверх нормы.</p>
     <p>— К черту, — заорал он, — к дьяволу! Не хочу больше. Я работал, как скотина, целую неделю, экономил каждую минуту, и вдруг, извольте радоваться, узел крахмального белья сверх нормы! Я живу в свободной стране, и я скажу этому голландскому борову все, что я о нем думаю! Я не стану с ним изъясняться по-французски. Найдутся и на языке Соединенных Штатов подходящие словечки. Целый узел сверх нормы!</p>
     <p>— Придется опять работать до полуночи, — сказал он через минуту, забыв свою вспышку и покоряясь судьбе.</p>
     <p>И в эту мочь Мартину опять не пришлось читать. Уже неделю он не видал газеты и, к собственному удивлению, не чувствовал охоты ее увидеть. Новости его не интересовали. Он был слишком утомлен, чтобы чем-нибудь интересоваться, но все-таки решил в субботу, если они действительно кончат в три, съездить на велосипеде в Окленд. Семьдесят миль туда и семьдесят миль обратно — это значило, что ему не придется вовсе отдохнуть и запастись силами на предстоящую неделю. Было бы лучше поехать поездом, но это обошлось бы в два с половиной доллара, а Мартин твердо решил копить деньги.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
     </title>
     <p>Мартин приобрел много новых познаний. На первой неделе был один день, когда они с Джо пропустили двести белых рубашек. Джо управлял машиной, к перекладине которой был привешен утюг на стальной пружине, регулирующей давление. Так он разглаживал накрахмаленные части рубашки, потом кидал ее Мартину. Тот на доске доглаживал все остальное.</p>
     <p>Это была тяжелая, изнурительная работа, продолжавшаяся к тому же беспрерывно, час за часом. На открытых верандах гостиницы мужчины и дамы, одетые в белое, прогуливались для моциона или сидели за столиками и пили прохладительные напитки. Но в прачечной стояла нестерпимая духота. Раскаленная докрасна плита полыхала жаром, а из-под утюгов, прикасавшихся к сырому белью, клубился пар. Утюги нагревались гораздо сильнее, чем их обычно нагревают домашние хозяйки. Утюг, который пробуют, послюнив палец, показался бы Мартину и Джо холодным. Они определяли степень нагретости утюга, просто поднося его к щеке, и угадывали температуру каким-то особым чутьем, которое казалось Мартину совершенно необъяснимым. Если утюг был слишком горячим, его погружали в холодную воду. Это тоже требовало большого навыка и ловкости. Довольно было продержать утюг в воде лишнюю секунду, чтобы остудить его больше, чем нужно; и Мартин сам изумлялся своей точности — безупречной точности автомата, с которой он выполнял этот трудный маневр.</p>
     <p>Впрочем, изумляться было некогда. Все внимание Мартин сосредоточил на работе. Не останавливаясь, работал он головой и руками, как живая машина, и работа поглощала все, что в нем было человеческого. В голове не оставалось места для размышлений о мире и его загадках. Все широкие, просторные помещения в его мозгу были заперты и опечатаны. Сознание его поселилось в тесной комнатке, в штурманской рубке, из которой оно посылало указания его рукам и пальцам — как водить утюгом по дымящейся ткани, как в строгой последовательности размеренных движений разглаживать бесконечные рукава, спины, полы, бока, не уклоняясь ни на один дюйм, как отбрасывать выглаженную рубашку, не измяв ее. И тут же его внимание переключалось на следующую рубашку. Так шли долгие часы. Снаружи вся жизнь замирала под жарким солнцем Калифорнии, но в душной прачечной она не замирала ни на мгновение. Тем, кто прохлаждался на верандах гостиницы, постоянно требовалось чистое белье.</p>
     <p>Пот градом катился с Мартина. Он пил неимоверное количество воды, но зной был так велик, что влага не задерживалась в теле и выступала изо всех пор. Во время плаваний самая тяжкая работа не мешала ему отдаваться своим мыслям. Владелец судна был только господином его времени; а хозяин гостиницы был еще и господином его мыслей. Мартин не мог думать ни о чем, кроме труда, равно изнурительного и для ума и для тела. Других мыслей у него не было. Он даже не знал, любит ли он Руфь. Она как бы перестала существовать, потому что измученному работой Мартину было не до воспоминаний, и только вечером, когда он ложился в постель, или утром, за завтраком, она мелькала перед ним туманным видением.</p>
     <p>— Хуже, чем в аду, верно? — спросил однажды Джо.</p>
     <p>Мартин кивнул, но почувствовал вдруг приступ раздражения. Это было ясно и без напоминаний. Они обычно не разговаривали во время работы. Разговор выбивал из ритма, вот и теперь, отвлеченный вопросом Джо, Мартин сделал утюгом два лишних движения.</p>
     <p>В пятницу утром запустили стиральную машину. Два раза в неделю приходилось стирать белье гостиницы: скатерти, салфетки, простыни и наволочки. Покончив со всем этим, они принимались за тонкое белье. Это была работа чрезвычайно кропотливая и утомительная, требующая большой осторожности, и у Мартина дело шло медленнее; к тому же он боялся промахов, в данном случае пагубных.</p>
     <p>— Видишь эту штуку? — сказал Джо, показывая лифчик, такой тонкий, что его можно было спрятать в кулаке. — Спали его — и с тебя вычтут двадцать долларов.</p>
     <p>Но Мартин ничего не спалил; он сумел ослабить напряжение мускулов за счет еще большего напряжения нервов и, работая, с удовольствием слушал ругань, которой Джо осыпал дам, носящих тонкое белье, — конечно, только потому, что им не приходится самим стирать его. Тонкое белье было проклятием для Мартина, да и для Джо тоже. Это тонкое белье похищало у них драгоценные минуты. Они возились с ним целый день. В семь часов они прервали стирку, чтобы прокатать простыни, скатерти и салфетки, а в десять, когда все в гостинице уже спали, снова взялись за тонкое белье и потели над ним до полуночи, до часу, до двух! Они кончили в половине третьего.</p>
     <p>В субботу с утра опять было тонкое белье и всякие мелочи, и, наконец, в три часа недельная работа была кончена.</p>
     <p>— На этот раз, надеюсь, ты не поедешь в Окленд? — спросил Джо, когда они уселись на ступеньках и с наслаждением закурили.</p>
     <p>— Нет, поеду, — ответил Мартин.</p>
     <p>— За каким чертом ты туда таскаешься? К девчонке, что ли?</p>
     <p>— Нет, мне нужно обменять книги в библиотеке. А чтобы сэкономить два с половиной доллара, я езжу на велосипеде.</p>
     <p>— Пошли книги по почте. Это обойдется в четверть доллара.</p>
     <p>Мартин задумался.</p>
     <p>— Ты лучше отдохни завтра, — продолжал Джо, — тебе это необходимо. Я по себе сужу. Я совсем разбит.</p>
     <p>Это было видно. Неутомимый борец за секунды и минуты, враг промедлений и сокрушитель препятствий, неиссякаемый источник энергии, человеческий мотор предельной мощности, сущий дьявол на работе — теперь, окончив свою трудовую неделю, он находился в состоянии полнейшего изнеможения. Он был угрюм и измучен, красивое лицо его осунулось. Он рассеянно курил папироску, и голос его звучал тускло и монотонно. Не было уже в нем ни огня, ни энергии, и даже заслуженный отдых не радовал его.</p>
     <p>— А с понедельника опять все сначала, — уныло сказал он. — И на кой черт это в конце концов! А? Иногда я, право, завидую бродягам. Они не работают, а ведь как-то живут. Ох, ох! Я бы с удовольствием выпил стаканчик пива, но ведь для этого надо тащиться в деревню. А ты дурака не ломай. Пошли свои книги по почте, а сам оставайся здесь.</p>
     <p>— А что я буду делать тут целый день? — спросил Мартин.</p>
     <p>— Отдыхать. Ты сам не понимаешь, как ты устал. Я, например, так устаю к воскресенью, что даже газету прочесть не могу. Я однажды тифом болел. Пролежал в больнице два с половиной месяца — и ни черта не делал все это время. Вот здорово было!</p>
     <p>— Да, это было здорово! — повторил он мечтательно минуту спустя.</p>
     <p>Мартин пошел принимать ванну, а по возвращении обнаружил, что Джо куда-то исчез. Мартин решил, что он, наверное, отправился выпить стаканчик пива, но пойти в деревню, чтобы разыскать его, у Мартина не хватило духу. Он улегся на кровать, не снимая башмаков, и попробовал собраться с мыслями. До книг он так и не дотронулся. Он был слишком утомлен и лежал в полузабытьи, ни о чем не думая, пока не пришло время ужинать. Джо и тут не явился. На вопрос Мартина садовник заметил, что Джо, наверное, пустил корни у стойки бара. После ужина Мартин пошел спать и проснулся на другое утро, как ему показалось, вполне отдохнувшим. Джо все еще не было. Мартин, развернув воскресную газету, лег в тени под деревьями. Он и не заметил, как прошло утро. Никто ему не мешал, он не спал и тем не менее не мог дочитать газеты. После обеда он снова принялся было за чтение, но очень скоро так и заснул над газетой.</p>
     <p>Так прошло воскресенье, а в понедельник утром он уже сортировал белье, в то время как Джо, обвязав голову полотенцем, с проклятиями разводил мыло и запускал стиральную машину.</p>
     <p>— Ничего не могу поделать, — объяснил он, — как наступит субботний вечер, меня так и тянет напиться.</p>
     <p>Прошла еще неделя беспрерывного труда, причем опять работали до глубокой ночи, при ярком электрическом свете, а в субботу, не успев даже как следует порадоваться тому, что удалось закончить работу к трем часам дня, Джо снова отправился в деревню, чтобы забыться. Мартин провел это воскресенье так же, как и предыдущее. Он немного поспал в тени деревьев, потом рассеянно просмотрел газету, потом несколько часов лежал, ничего не делая, ни о чем не думая. Он был слишком утомлен, чтобы думать, и чувствовал к самому себе отвращение, как будто чем-то унизил и непоправимо осквернил себя. Все возвышенное было в нем подавлено, честолюбие притупилось, а жизненная сила настолько ослабела, что он уже не испытывал никаких стремлений. Он был мертв. Его душа была мертва. Он стал просто скотиной, рабочей скотиной. Он больше не замечал никакой красоты в солнечном сиянии, пронизывавшем зеленую листву, и глубина небесной лазури больше не волновала его и не вызывала мыслей о космосе, исполненном таинственных загадок, которые так хотелось разгадать. Жизнь была нестерпимо скучна и бессмысленна, и казалось, только набивала оскомину. Черное покрывало было накинуто на экран его воображения, а фантазия томилась, загнанная в темную каморку, куда не проникал ни один луч света. Он уже начал завидовать Джо, который регулярно напивался в деревне каждую субботу и в пьяной одури забывал о предстоящей неделе мучительного труда.</p>
     <p>Потянулась четвертая неделя; Мартин проклинал себя, проклинал жизнь. С тоской сознавал он свое поражение. Редакторы были правы, отвергая его рассказы. Он теперь ясно понимал это и сам, смеялся над собой и над своими недавними мечтаниями. Руфь по почте вернула ему «Песни моря». Он равнодушно прочел ее письмо. Она, по-видимому, приложила все усилия, чтобы выразить свое восхищение его стихами. Но Руфь не умела лгать, а скрывать правду от самой себя ей тоже было трудно. Стихи ей не понравились, и это сквозило в каждой строчке ее натянутых, вымученных похвал. И она, конечно, была права. Мартин убедился в этом, перечитав стихи; он больше не находил в них красоты и никак не мог понять теперь, что побудило его написать их. Смелые обороты речи теперь показались ему смешными, сравнения чудовищными и нелепыми, все в целом было глупо и неправдоподобно. Он бы охотно тотчас сжег «Песни моря», но от одного его желания они не воспламенились бы, а сойти в машинное отделение у него не было сил: все его силы уходили на стирку чужого белья, и для своих личных дел их уже не оставалось.</p>
     <p>Мартин решил в воскресенье во что бы то ни стало написать Руфи письмо. Но в субботу вечером, окончив работу и приняв ванну, он почувствовал непреодолимое желание забыться. «Пойду посмотрю, как там Джо развлекается», — сказал он себе и тотчас понял, что лжет; но у него не хватило сил задуматься об этом, — да и все равно он не стал бы изобличать себя во лжи, потому что больше всего ему хотелось именно забыться. Не спеша, как бы прогуливаясь, он направился в деревню, но, приближаясь к кабачку, невольно ускорил шаги.</p>
     <p>— А я думал, ты одну водицу употребляешь! — встретил его Джо.</p>
     <p>Мартин не удостоил его объяснением, а заказал виски, налил себе полный стакан и передал бутылку Джо.</p>
     <p>— Только пошевеливайся, — грубо сказал он.</p>
     <p>Но так как Джо мешкал, Мартин не стал его дожидаться, залпом выпил стакан и налил второй.</p>
     <p>— Теперь я могу подождать, — угрюмо произнес он, — но ты все-таки поживее.</p>
     <p>Джо не заставил себя уговаривать, и они выпили вместе.</p>
     <p>— Доконало-таки? — сказал Джо.</p>
     <p>Но Мартин не пожелал вступать в обсуждение этого вопроса.</p>
     <p>— Я же тебе говорил, что это ад, а не работа, — продолжал Джо. — Мне, по правде сказать, не нравится, что ты сдал позиции, Март. А в общем к черту! Выпьем.</p>
     <p>Мартин пил молча, отрывисто заказывал еще и еще, приводя в трепет буфетчика — деревенского паренька, похожего на девушку, с голубыми глазами и волосами, расчесанными на прямой ряд.</p>
     <p>— Это прямо свинство, так загонять людей на работе, — говорил Джо. — Если бы я не напивался, я уже давно подпалил бы ихнее заведение. Их счастье, что я пью, ей-богу.</p>
     <p>Но Мартин ничего не ответил. Еще два-три стакана, и пьяный угар начал обволакивать его мозг. А, наконец-то он почувствовал дыхание жизни — впервые за эти недели. Его мечты вернулись к нему. Фантазия вырвалась из темной каморки и манила его к сверкающим высотам. Экран его воображения стал вновь светлым и серебристым, и яркие видения замелькали, обгоняя друг друга. Прекрасное и необычайное шло с ним рука об руку, он снова все знал и все мог. Он хотел объяснить это Джо, но у Джо были свои мечты — о том, как он перестанет тянуть лямку и станет сам хозяином большой паровой прачечной.</p>
     <p>— Да, Март, и ребятишки у меня работать не будут, это уж можешь мне поверить. Ни под каким видом. И после шести часов вечера — ни живой души во всей прачечной. Слышишь? Машин будет много, и людей тоже будет много, так чтобы рабочий день кончался, когда положено. А тебя, Март, я сделаю своим помощником. План у меня вот какой. Бросаю пить, начинаю копить деньги и через два года…</p>
     <p>Но Мартин не слушал, предоставив Джо излагать свои мечты буфетчику, пока того не отозвали новые посетители — два местных фермера. Мартин с королевской щедростью угостил и их и всех, кто был в трактире, — нескольких батраков, помощника садовника и конюха из гостиницы, самого буфетчика и еще какого-то бродягу, который проскользнул в кабачок как тень и маячил у дальнего конца стойки.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
     </title>
     <p>В понедельник утром Джо с руганью загрузил первую партию белья в стиральную машину. — Вот я и говорю… — начал он.</p>
     <p>— Отстань! — зарычал на него Мартин.</p>
     <p>— Прости, Джо, — сказал он позже, когда они сели обедать.</p>
     <p>У Джо слезы навернулись на глаза.</p>
     <p>— Ладно, старина, — отвечал он, — мы живем в аду, так мудрено ли иной раз окрыситься. А только я тебя за это время полюбил, ей-богу. Оттого-то мне и было немножко обидно. Я как-то сразу привязался к тебе.</p>
     <p>Мартин пожал ему руку.</p>
     <p>— Бросим все к черту, — предложил Джо, — пойдем бродяжничать. Я никогда не пробовал, но это, должно быть, здорово. Подумай только: ничего не делать! Я раз в тифу провалялся в больнице, так даже вспомнить приятно. Хоть бы опять заболеть!</p>
     <p>Шли недели. Гостиница была полна, и тонкого белья поступало все больше и больше. Они проявляли чудеса мужества, работали до полуночи при электрическом свете, сократили время еды, начинали работать еще до завтрака. Мартин больше не брал холодных ванн: не хватало времени. Джо заботливо распоряжался минутами, никогда не терял ни одной, считал их, как скряга считает золото; работал яростно, неистово, как машина, в постоянном контакте с другой машиной, которая некогда была человеком по имени Мартин Иден.</p>
     <p>Мартину редко приходилось думать. Обитель мысли была заперта, окна заколочены, а сам он был лишь призрачным стражем у ворот этой обители. Да, он стал призраком. Джо был прав. Они оба были призраками в царстве нескончаемого труда. А может быть, все это был только сон? Иногда, водя тяжелыми утюгами по белоснежной ткани, утопая в клубах горячего пара, Мартин убеждал себя, что все это в самом деле только сон. Быть может, очень скоро, а быть может, через тысячу лет он проснется снова в своей маленькой комнатке за столом, запачканным чернилами, и возобновит прерванную накануне работу. А может быть, все его сочинительство было сном, и он проснется, чтобы заступить на вахту, и, соскочив со своей койки, выйдет на палубу и встанет к штурвалу под усеянным звездами тропическим небом, и свежее дыхание пассата будет холодить ему кожу.</p>
     <p>Опять наступила суббота, и в три часа работа была кончена.</p>
     <p>— Не пойти ли выпить стаканчик пива? — спросил Джо равнодушным голосом, потому что им уже овладела обычная субботняя апатия.</p>
     <p>Но Мартин как будто проснулся. Он привел в порядок велосипед, смазал колеса, проверил руль и вычистил передачу. Джо сидел в салуне, когда Мартин промчался мимо, низко пригнувшись к рулю, ритмически нажимая ногами на педали, глядя вперед, на пыльную дорогу, по которой ему предстояло проехать семьдесят миль. Он переночевал в Окленде, а в воскресенье приехал обратно и принялся в понедельник за работу, усталый, но зато с приятным сознанием, что на этот раз не был пьян.</p>
     <p>Прошла пятая неделя, за нею шестая, а Мартин все жил и работал, как машина, и только в глубине его души сохранялась какая-то маленькая искорка, заставлявшая его в конце каждой недели совершать на велосипеде стосорокамильный путь. Но это не было отдыхом. Это было таким же механическим напряжением, и в конце концов в душе Мартина погасла даже эта последняя искорка — все, что оставалось от его былой жизни. В конце седьмой недели, не пытаясь даже сопротивляться, он отправился в деревню вместе с Джо и опять вернул себе ощущение жизни и жил до понедельника.</p>
     <p>Однако в следующую субботу он снова проехал семьдесят миль, прогоняя оцепенение, вызванное усталостью, другим оцепенением, вызванным усталостью еще большей. И только в конце третьего месяца он в третий раз отправился в деревню вместе с Джо. Забывшись, он снова ожил, а ожив, увидал, словно при внезапной вспышке молнии, каким он стал животным, — не потому, что пил, а потому, что так работал. Пьянство было следствием, а не причиной. Оно следовало за работой с такою же закономерностью, с какою ночь следует за днем. Став вьючной скотиной, никогда не достигнешь светлых высот: виски подсказало ему эту мысль, и он согласился с нею. Виски проявило великую мудрость. Оно открыло ему важную истину.</p>
     <p>Мартин велел подать себе бумагу и карандаш, заказал виски для всей компании, и, пока все пили за его здоровье, он, прислонясь к стойке, написал что-то на бумаге.</p>
     <p>— Телеграмма, Джо, — сказал он. — Прочти-ка. Джо стал читать с глупой, пьяной усмешкой. Но то, что он прочел, вдруг отрезвило его. Он с упреком посмотрел на Мартина, и слезы заблестели у него на глазах.</p>
     <p>— Ты меня бросаешь, Март? — спросил он печально.</p>
     <p>Мартин утвердительно кивнул головой и, подозвав какого-то мальчишку, велел ему сбегать на телеграф.</p>
     <p>— Стой! — заплетающимся языком выговорил Джо. — Я хочу обмозговать кое-что.</p>
     <p>Он ухватился за стойку, чтобы не упасть, а Мартин обнял его за плечи и поддерживал, пока он не собрался с мыслями.</p>
     <p>— Напиши, что оба работника уходят, — внезапно выпалил Джо. — Пиши.</p>
     <p>— Но почему же ты-то уходишь? — спросил Мартин.</p>
     <p>— Потому же, почему и ты.</p>
     <p>— Я отправляюсь в плавание, а ты не можешь.</p>
     <p>— Верно, — отвечал Джо, — но я стану бродягой. Очень даже отлично.</p>
     <p>Мартин с минуту испытующе смотрел на него и наконец воскликнул:</p>
     <p>— Ей-богу, ты прав! Лучше быть бродягой, чем вьючным животным. По крайней мере будешь жить. А до сих пор у тебя жизни не было.</p>
     <p>— Была, — запротестовал Джо, — я раз лежал в больнице. Тифом болел, я тебе, кажется, говорил. Эх, и здорово было!</p>
     <p>И пока Мартин исправлял в тексте телеграммы «второй рабочий» на «оба рабочих прачечной», Джо продолжал:</p>
     <p>— Пока я лежал в больнице, мне совсем не хотелось пить. Чудно, а? Но когда я всю неделю работаю, как лошадь, я должен напиться под конец. Все знают, что повара пьют, как черти… и пекари тоже… Работа такая. Стой! Я плачу половину за телеграмму.</p>
     <p>— Ладно, сочтемся, — сказал Мартин.</p>
     <p>— Эй, все сюда, я угощаю! — крикнул Джо, высыпая на стойку деньги.</p>
     <p>В понедельник утром Джо был сам не свой от волнения. Он не обращал внимания на головную боль и не интересовался работой. Немало было потеряно драгоценных минут, пока он сидел и беспечно глазел в окна, любуясь солнцем и деревьями.</p>
     <p>— Посмотрите! — кричал он. — Ведь это все мое. Это свобода! Я могу лежать под деревьями и проспать хоть тысячу лет, если захочу! Пошли, Март. Плюнем на все. Ну их к черту! Чего нам ждать? Впереди страна безделья, и туда я теперь возьму билет, — только не обратный.</p>
     <p>Несколько минут спустя, закладывая белье в стиральную машину, Джо увидел рубашку хозяина гостиницы, — он знал его метку. В упоении вновь обретенной свободы он кинул рубашку на пол и начал топтать ее ногами.</p>
     <p>— Я бы хотел, чтобы это была твоя морда, голландский боров! — кричал он. — На тебе! Получай! Вот! Вот тебе! Пусть-ка кто-нибудь удержит меня! Пусть попробует!..</p>
     <p>Мартин, смеясь, пытался его образумить. Во вторник вечером явились два новых работника, и до конца недели Джо и Мартин были заняты тем, что приучали их ко всем порядкам. Джо сидел и давал наставления, но сам ничего не делал.</p>
     <p>— Дудки! — объявил он. — Я и пальцем не пошевелю. Пускай увольняют раньше срока, а я все-таки не пошевелю пальцем. Я работать кончил. Буду разъезжать в товарных вагонах и спать в тени, под деревьями. Эй вы, работнички! Нажимайте! Потейте! Потейте, черт вас возьми! А когда вы околеете, то сгниете так же, как и я сгнию, — и не все ли равно, как вы жили? А? Ну, скажите мне на милость, не все ли равно в конце концов?</p>
     <p>В субботу они получили расчет и вместе дошли до перекрестка.</p>
     <p>— Ты, конечно, со мной не пойдешь, не стоит и уговаривать? — спросил Джо с видом полной безнадежности.</p>
     <p>Мартин отрицательно покачал головой. Он приготовился уже сесть на велосипед. Они пожали друг другу руки, и Джо, удержав на мгновение руку Мартина, сказал:</p>
     <p>— Мы с тобой еще увидимся на этом свете, Март. Такое у меня предчувствие. Прощай, Март, будь счастлив. Я тебя люблю, ей-богу люблю!</p>
     <p>Он беспомощно стоял посреди дороги, глядя вслед Мартину, пока тот не скрылся за поворотом.</p>
     <p>— Славный малый, — пробормотал он, — очень славный.</p>
     <p>Потом он побрел вдоль дороги к водокачке, где на запасном пути стояло с полдюжины пустых товарных вагонов в ожидании, когда их прицепят к поезду.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
     </title>
     <p>Руфь со всей своей семьей вернулась в Окленд, и Мартин снова стал встречаться с нею. Окончив курс и получив степень, она уже не отдавала все время учению, а он, израсходовав на работе свои душевные и физические силы, уже не писал. Это давало им возможность чаще видеться, и они сближались все больше и больше.</p>
     <p>Сначала Мартин только отдыхал и ничего не делал. Он много спал, много думал, вообще жил как человек, постепенно приходящий в себя после сильного потрясения. Но вот постепенно у него появился интерес к газете, которую последние недели он только лениво пробегал глазами, — и это послужило первым признаком пробуждения. Потом он начал снова читать, сначала стихи и беллетристику, но прошло еще несколько дней, и он с головой погрузился в давно забытого Фиска. Его изумительное здоровье помогло ему восстановить утраченную было жизненную энергию, и он вновь обрел весь свой юношеский пыл и задор.</p>
     <p>Руфь была явно огорчена, когда Мартин сообщил ей, что отправится в плавание, как только вполне отдохнет.</p>
     <p>— Зачем? — спросила она.</p>
     <p>— Деньги нужны, — отвечал он, — мне нужны деньги для новой атаки на издателей. Деньги и выдержка — лучшее оружие в этой борьбе.</p>
     <p>— Но если вам нужны только деньги, почему же вы не остались в прачечной?</p>
     <p>— Потому что в прачечной я превращаюсь в животное. Когда так работаешь, недолго и спиться.</p>
     <p>Она посмотрела на него с ужасом.</p>
     <p>— Вы хотите сказать… — начала она.</p>
     <p>Мартин мог бы легко уклониться от ответа, но его натура не терпела лжи, да к тому же ему вспомнилось давнее решение всегда говорить правду, к чему бы это ни вело.</p>
     <p>— Да, — отвечал он, — несколько раз случалось. Руфь вздрогнула и отодвинулась от него.</p>
     <p>— Ни с кем из моих знакомых этого не случается.</p>
     <p>— Вероятно, никто из них не работал в прачечной «Горячих Ключей», — возразил он с горьким смехом. — Труд — дело хорошее, он даже полезен человеку — это говорят проповедники; и, видит бог, я никогда не боялся труда. Но все хорошо в меру. А в прачечной этой меры не было. Потому-то я и решил отправиться в плавание. Это будет мой последний рейс. А вернувшись, я сумею пробиться на страницы журналов. Я уверен в этом.</p>
     <p>Руфь молчала, грустная и недовольная, и Мартин чувствовал, что ей не понять того, что он пережил.</p>
     <p>— Когда-нибудь я опишу все это в книге, которая будет называться «Унижение труда», или «Психология пьянства в рабочем классе», или что-нибудь в этом роде.</p>
     <p>Никогда еще, если не считать первого дня знакомства, они не были так далеки друг от друга. Его откровенная исповедь, за которой таился дух возмущения, оттолкнула Руфь. Но самое это отдаление поразило ее куда больше, чем причина, его вызвавшая. Оно показало, как близки они стали друг другу, и ей захотелось еще большей близости. Кроме того, ей было жаль Мартина, и в душе ее возникали наивные мечты об его исправлении. Она хотела спасти этого юношу, сбившегося с дороги, спасти от окружающей среды, спасти от него самого, хотя бы против его воли. Ей казалось, что ею руководят отвлеченные и благородные побуждения, и она не подозревала, что за всем этим таится лишь ревность и желание любви.</p>
     <p>В ясные осенние дни они часто ездили на велосипедах далеко за город и там, на холмах, поочередно читали вслух благородные, вдохновенные поэтические произведения, располагавшие к возвышенным мыслям. Самопожертвование, терпение, трудолюбие — вот принципы, которые косвенным образом старалась внушить ему Руфь, видя воплощение этих принципов в своем отце, мистере Бэтлере и Эндрю Карнеги, который из бедного мальчика-иммигранта превратился в «короля книг», снабжающего ими весь мир.</p>
     <p>Старания Руфи были оценены Мартином. Он теперь гораздо лучше понимал ее мысли, и ее душа не была уже для него книгой за семью печатями. Они беседовали и делились мыслями, как равный с равным. Возникавшие при этом разногласия не влияли на любовь Мартина. Его любовь становилась все глубже и сильнее, потому что он любил Руфь такою, какой она была, и даже физическая хрупкость придавала ей в его глазах особое очарование. Он читал о болезненной Элизабет Баррет, которая много лет не касалась ногами земли, пока наконец не наступил тот памятный день, когда она бежала с Браунингом и твердо встала на землю под открытым небом. Мартин решил, что он может сделать для Руфи то, что Браунинг сделал для своей возлюбленной. Но прежде всего Руфь должна его полюбить. Все остальное уже просто. Он даст ей здоровье и силу. Ему часто рисовалась в мечтах их будущая совместная жизнь. Он видел себя и Руфь среди комфорта и благосостояния, созданного трудом. Они читают и говорят о поэзии. Она полулежит на груде пестрых подушек и читает ему вслух. Всегда ему виделась одна и та же картина — символ всей их жизни. Иногда не она, а он читал, обняв ее за талию, причем ее головка покоилась у него на плече, иногда они вдвоем читали одну и ту же книгу молча, одними глазами вбирая в себя всю красоту, которой дышали печатные строчки. Руфь любила природу, и щедрое воображение Мартина позволяло ему менять декорацию, на фоне которой происходила эта излюбленная им сцена. То они находились в долине, окруженной высокими отвесными скалами, то это была зеленая лужайка где-то в горах или же серые песчаные дюны, у подножия которых плещутся морские волны; порою он видел себя вместе с нею где-нибудь на вулканическом острове, под тропиками, где с грохотом низвергаются водопады и брызги их долетают до моря, подхваченные порывами ветра. Но на первом плане всегда были они, Мартин и Руфь, властители прекрасной мечты, вместе склонившиеся над книгой, — красоты природы лишь служили им фоном, а где-то в глубине картины, словно в тумане, рисовались образы труда и успеха и нажитого трудом богатства, позволявшего им наслаждаться всеми сокровищами мира.</p>
     <p>— Я бы советовала моей девочке быть поосторожней, — сказала однажды мать Руфи предостерегающим тоном.</p>
     <p>— Я знаю, о чем ты говоришь, но это невозможно. Он не…</p>
     <p>Руфь смутилась и покраснела: это было смущение девушки, впервые заговорившей о священных тайнах жизни с матерью, которая тоже для нее священна.</p>
     <p>— Он не ровня тебе, — докончила мать ее фразу. Руфь кивнула головой.</p>
     <p>— Я не хотела этого сказать, но это так. Он груб, неотесан, в нем много силы… слишком много. Он жил не…</p>
     <p>Она запнулась. Слишком ново было для нее говорить с матерью о подобных вещах. И снова мать договорила за нее:</p>
     <p>— Он жил не вполне добродетельной жизнью. Ты это хотела сказать?</p>
     <p>Руфь опять кивнула, и румянец залил ее щеки.</p>
     <p>— Да, я как раз это хотела сказать. Это, конечно, не его вина, но он слишком много соприкасался с…</p>
     <p>— С житейской грязью?</p>
     <p>— Да. И что-то в нем отпугивает меня. Мне иногда просто страшно слышать, как он спокойно говорит о своих поступках. Как будто в этом нет ничего особенного. Но ведь так нельзя. Правда?</p>
     <p>Они сидели обнявшись, и когда Руфь умолкла, мать ласково погладила ее руку, ожидая, чтобы дочь снова заговорила.</p>
     <p>— Но мне с ним интересно, — продолжала Руфь, — во-первых, он в некотором роде мой подопечный. А потом… у меня никогда не было друзей-мужчин, хотя он не совсем друг. Он и друг и подопечный одновременно. Иногда он пугает меня, мне тогда кажется, что я словно играю с бульдогом, большим таким бульдогом, который рычит и скалит зубы и вот-вот готов сорваться с цепи.</p>
     <p>Опять Руфь умолкла, а мать ждала.</p>
     <p>— У меня и интерес к нему, как… как к бульдогу. Но в нем очень много хорошего, а много и такого, что мне мешало бы… ну, относиться к нему иначе. Ты видишь, я думала обо всем этом. Он ругается, курит, пьет, он дерется на кулаках, он сам рассказывал мне об этом и даже говорил, что любит драться. Это совсем не такой человек, какого я бы хотела иметь… — Ее голос осекся, и она докончила тихо: — своим мужем. А кроме того, в нем слишком уж много грубой силы. Мой возлюбленный должен быть похож на волшебного принца — тонкий, стройный, изящный, с темными волосами. Нет, не бойся, я не влюблюсь в Мартина Идена, это было бы для меня самым большим несчастьем.</p>
     <p>— Я не об этом говорю, — уклончиво сказала мать, — но думала ли ты о нем? Такой человек, во всех отношениях для тебя неподходящий… что, если он полюбит тебя?</p>
     <p>— Но он… он давно меня любит! — вскричала Руфь.</p>
     <p>— Этого надо было ожидать, — ласково сказала миссис Морз. — Разве тот, кто тебя знает, может не полюбить тебя?</p>
     <p>— Вот Олни меня ненавидит! — пылко воскликнула Руфь. — И я ненавижу Олни. Когда он подходит ко мне, мне хочется царапаться, как кошке, я знаю, что противна ему, — и уж, во всяком случае, он противен мне. А с Мартином Иденом мне хорошо. Меня еще никто не любил, «так» не любил. А ведь приятно быть любимой «так». Ты понимаешь, милая мама, что я хочу сказать? Приятно чувствовать себя настоящей женщиной… — Руфь спрятала лицо на груди у матери. — Я знаю, я ужасно дурная, но я не хочу кривить душой и откровенно говорю тебе то, что чувствую.</p>
     <p>Миссис Морз была огорчена и обрадована. Дочь-девочка с университетским дипломом исчезла; рядом с ней была дочь-женщина. Опыт удался. Странный пробел в характере Руфи был заполнен, и заполнен безопасно и безболезненно. Этот неуклюжий матрос выполнил свою функцию, и хотя Руфь не любила его, он все же пробудил в ней женщину.</p>
     <p>— У него руки дрожат, — говорила Руфь, стыдливо пряча лицо, — это смешно и нелепо, и мне даже жаль его. А когда руки его дрожат слишком сильно, а глаза сверкают слишком ярко, я читаю ему наставления и указываю на все его ошибки. Он боготворит меня, я знаю, его руки и глаза не лгут. И оттого я сама становлюсь взрослой — уже от одной мысли об этом. Я начинаю чувствовать, что во мне есть что-то, присущее моей природе, и я похожа на других девушек… и… и… молодых женщин. Я знаю, что раньше я не была на них похожа, и это тревожило тебя. То есть ты не подавала виду, но я замечала… и я хотела «встать на линию», как говорит Мартин Иден.</p>
     <p>Это были святые минуты и для матери и для дочери, и глаза их были влажны в вечерних сумерках. Руфь — невинная, откровенная и неопытная; мать — любящая, понимающая и поучающая.</p>
     <p>— Он на три года моложе тебя, — сказала миссис Морз, — у него нет положения в свете. Он нигде не служит и не получает жалованья. Он очень непрактичен. Если он тебя любит, он должен был бы подумать о каком-то занятии, которое дало бы ему возможность и право жениться на тебе, а не забавляться писанием рассказов и детскими мечтами. Боюсь, он никогда и не сделается взрослым. У него нет чувства ответственности, нет стремления найти себе настоящее дело, подобающее мужчине, — как было у твоего отца, у мистера Бэтлера и вообще у всех людей нашего круга. Мартин Иден, мне кажется, никогда не будет зарабатывать деньги. А мир так устроен, что деньги необходимы: без них не бывает счастья, — я не говорю о каком-нибудь огромном состоянии, но просто о твердом доходе, дающем возможность прилично существовать. Он тебе никогда не говорил о своих чувствах?</p>
     <p>— Ни одного слова. Даже не пытался; да я бы и не стала слушать. Ведь я-то его не люблю.</p>
     <p>— Я рада этому. Я бы не хотела, чтобы моя дочь, моя чистая девочка, полюбила такого человека. Ведь есть на свете много настоящих мужчин, благородных и чистых. Подожди немного. В один прекрасный день ты встретишь такого человека и полюбишь его, и он тебя полюбит. И ты будешь счастлива с ним так, как я была счастлива с твоим отцом. Об одном ты должна всегда помнить…</p>
     <p>— Да, мама?</p>
     <p>Голос миссис Морз сделался тихим и нежным:</p>
     <p>— О детях.</p>
     <p>— Я… я думала об этом, — призналась Руфь, вспомнив непрошеные мечты, овладевавшие ею подчас, и снова покраснела от стыда.</p>
     <p>— Мистер Иден не может быть твоим мужем именно из-за детей, — многозначительно произнесла миссис Морз. — Они должны унаследовать чистую кровь, а это он едва ли сможет дать им. Твой отец рассказывал мне о жизни матросов, и… и ты понимаешь?</p>
     <p>Руфь с волнением сжала руку матери, чувствуя, что все понимает, хотя то страшное и смутное, что ей представлялось, никак не могло принять форму четкой и определенной мысли.</p>
     <p>— Ты знаешь, мама, я тебе всегда все говорю, — начала она, — только иногда ты должна сама спрашивать меня — ну, вот так, как сегодня. Я давно уже хотела рассказать тебе об этом, а как начать — не знала. Это, конечно, ложный стыд, но тебе ведь так легко помочь мне! Иногда ты должна расспрашивать меня, давать мне возможность высказаться. Ты тоже ведь женщина, мама! — вскричала вдруг Руфь, схватив мать за руку и радостно ощущая это новое, еще незнакомое равенство между ними. — Я бы никогда не думала об этом, если б ты не начала такого разговора. Нужно было мне сперва почувствовать себя женщиной, чтобы понять, что и ты женщина тоже.</p>
     <p>— Мы обе женщины, — сказала мать, обнимая и целуя ее. — Мы обе женщины, — повторила она, когда они, обнявшись, выходили из комнаты, взволнованные вновь возникшим ощущением общности своих судеб.</p>
     <p>— Наша маленькая девочка стала, наконец, женщиной, — час спустя с гордостью объявила миссис Морз своему мужу.</p>
     <p>— То есть ты хочешь сказать, что она влюблена? — спросил тот, вопросительно посмотрев на жену.</p>
     <p>— Нет, я хочу сказать, что она любима, — отвечала та с улыбкой. — Опыт удался. В ней проснулась женщина.</p>
     <p>— Тогда надо отвадить Идена, — кратко, деловым тоном заключил мистер Морз.</p>
     <p>Но его жена покачала головой:</p>
     <p>— Нет надобности: через несколько дней он отправляется в плавание. А когда он вернется, Руфи здесь не будет. Мы пошлем ее к тете Кларе. Ей будет полезно провести год на востоке страны, повидать других людей, другую жизнь, переменить климат, обстановку.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
     </title>
     <p>Желание писать снова охватило Мартина. Замыслы рассказов, стихотворений беспрестанно рождались у него в мозгу, и он делал беглые наброски, чтобы когда-нибудь, в будущем, вернуться к ним. Но писать не писал. Это были его каникулы, и он решил посвятить их любви и отдыху, что удалось вполне. Жизнь снова била в нем ключом, и каждый раз при встрече с ним Руфь, как прежде, поддавалась могучему обаянию его здоровья и силы.</p>
     <p>— Будь осторожна, — предостерегающе сказала ей однажды мать, — не слишком ли ты часто видишься с Мартином Иденом?</p>
     <p>Но Руфь лишь улыбнулась в ответ. Она была слишком уверена в себе, к тому же через несколько дней ему предстояло уйти в плавание. А когда он вернется, она будет уже далеко на Востоке. И все-таки в силе и здоровье Мартина таилась для нее неотразимая привлекательность.</p>
     <p>Мартин знал о ее предполагаемой поездке на Восток и понимал, что надо торопиться. Но он совершенно не представлял себе, как подойти к девушке, подобной Руфи. Весь его прежний опыт только затруднял положение. Женщины и девушки, с которыми он привык иметь дело, были совсем другие. Они знали жизнь, хорошо понимали, что такое любовь, ухаживание, флирт, а Руфь ничего этого не знала. Ее удивительная невинность ошеломляла его, лишала дара речи, невольно внушала мысль о том, что он ее недостоин. Было и еще одно обстоятельство, осложнявшее дело. Он сам еще ни разу не любил до сих пор. Бывало, что женщины нравились ему, иными он даже увлекался, но те увлечения отнюдь нельзя было назвать любовью. Просто ему стоило небрежно, по-хозяйски свистнуть — и женщина сдавалась. Это было для него минутной забавой, случайностью, элементом сложной игры, из которой состоит жизнь мужчины, и притом второстепенным элементом. А теперь в первый раз он был робок, смущен, застенчив. Он не знал, как приступить, что говорить, теряясь перед безмятежной чистотой своей возлюбленной.</p>
     <p>В своих скитаниях по пестрому, изменчивому миру Мартин научился одному мудрому правилу: играя в незнакомую игру, никогда не делать первого хода. Это правило тысячу раз оправдало себя на деле; к тому же оно развивало наблюдательность Мартин научился ориентироваться, соразмерять свои силы, выжидать, пока обнаружится слабое место противника. Так и в кулачном бою он всегда старался нащупать у противника слабое место. А тогда уже опыт помогал ему, и он бил наверняка.</p>
     <p>И теперь, с Руфью, он тоже выжидал, желая и не решаясь заговорить о своей любви. Он боялся оскорбить ее и не был уверен в себе. Но, сам того не подозревая, он выбрал правильный путь. Любовь явилась в мир раньше членораздельной речи, и на заре существования она усвоила приемы и способы, которых никогда уже не забывала. Именно этими первобытными способами Мартин добивался благосклонности Руфи. Сначала он делал это бессознательно, и лишь впоследствии истина открылась ему. Прикосновение его руки к ее руке было красноречивее любых слов, непосредственное ощущение его силы оказывалось могущественнее, чем строчки и рифмы, чем пламенные излияния сотен поколений влюбленных. Словесные объяснения затронули бы прежде всего разум Руфи, тогда как прикосновение руки, мимолетная близость действовали непосредственно на таившийся в ней инстинкт женщины. Разум ее был юным, как она сама. Но инстинкт был стар, как человечество, и даже старше. Он родился в те давние времена, когда родилась сама любовь, и силе этой древней мудрости уступали все тонкости и условности позднейших веков. Разум Руфи молчал. Мартин не обращался к нему; он взывал без слов к той стороне ее существа, которая томилась о любви, и Руфь еще не осознала всей властной силы этого призыва. Что Мартин любит ее, было ясно, как день, и она наслаждалась проявлениями его любви — блеском глаз, дрожанием рук, краской, то и дело заливавшей его щеки под загаром. Иногда Руфь даже как будто разжигала Мартина, но делала это так робко и так наивно, что ни он, ни она сама не замечали этого.</p>
     <p>Она замирала от радостного сознания своей женской силы и, подобно Еве, наслаждалась, играя с ним и дразня его.</p>
     <p>А Мартин молчал, потому что не знал, как заговорить, и потому что чувства, переполнявшие его, были слишком сильны, молчал и продолжал искать выход в несмелых и безыскусных попытках сближения. Прикосновение его руки доставляло ей удовольствие, и даже нечто большее, чем простое удовольствие. Мартин не знал этого, но он чувствовал, что не противен ей. Правда, они пожимали друг другу руки только здороваясь и прощаясь, но очень часто пальцы их сталкивались, когда они брались за велосипеды, передавали друг другу книжку или вместе листали ее. Случалось, что ее волосы касались его щеки или она на миг прижималась к нему плечом, склоняясь над понравившимся местом в книге. Руфь застенчиво улыбалась про себя тем странным чувствам, которые при этом охватывали ее: иногда, например, ей хотелось потрепать его волосы; а он, в свою очередь, страстно желал, устав от чтения, положить голову к ней на колени и с закрытыми глазами мечтать о будущем — их общем будущем. Сколько раз, бывало, во время воскресных пикников Мартин клал свою голову на колени какой-нибудь девушке и спокойно засыпал, предоставляя ей защищать его от солнца и влюбленно глядеть на него, удивляясь его величественному равнодушию к любви. Положить голову девушке на колени всегда представлялось Мартину самым простым делом в мире, а теперь, глядя на Руфь, он сознавал, что это невозможно, немыслимо. Но именно сдержанность незаметно для самого Мартина вела его к цели. Благодаря своей сдержанности он ни разу не возбудил в Руфи тревоги. Неопытная и застенчивая, она не понимала, какой опасный оборот начинают принимать их встречи. Ее бессознательно влекло к нему, а он, чувствуя растущую близость, хотел и не решался быть смелее.</p>
     <p>Но однажды Мартин проявил смелость. Придя к Руфи, он застал ее в комнате со спущенными шторами; она пожаловалась на сильную головную боль.</p>
     <p>— Ничего не помогает, — сказала она в ответ на его расспросы. — А порошки мне доктор Холл запретил принимать.</p>
     <p>— Я вас вылечу без всякого лекарства, — отвечал Мартин. — Не уверен, конечно, но, если хотите, можно попробовать. Мое средство — самый простой массаж. Меня научили ему в Японии. Ведь японцы — первоклассные массажисты. А потом я видел, как то же самое, только с некоторыми изменениями, делают и гавайцы. Они называют этот массаж «ломи-ломи». Он иногда действует гораздо лучше всякого лекарства.</p>
     <p>Едва его руки коснулись ее лба, Руфь сказала со вздохом:</p>
     <p>— Как хорошо!</p>
     <p>Через полчаса она спросила его:</p>
     <p>— А вы не устали?</p>
     <p>Вопрос был излишний, ибо она знала, какой последует ответ. И Руфь, впав в полудремотное состояние, подчинилась ему. Целительная сила истекала из его пальцев, отгоняя боль, — так по крайней мере ей казалось. Наконец боль настолько утихла, что Руфь спокойно уснула, и Мартин потихоньку удалился.</p>
     <p>Вечером она позвонила ему по телефону.</p>
     <p>— Я спала до ужина, — сказала она, — вы меня совершенно исцелили, мистер Иден; не знаю, как и благодарить вас.</p>
     <p>Мартин от радости и смущения едва нашел слова для ответа, а в его мозгу все время плясало воспоминание о Браунинге и Элизабет Баррет. Что сделал Браунинг для своей возлюбленной, может сделать и он, Мартин Иден, для Руфи Морз. Вернувшись в свою комнату, он лег на постель и принялся за спенсерову «Социологию». Но чтение не шло на ум. Любовь всецело владела его мыслями, и вскоре, сам не заметив как, он очутился у своего столика, испачканного чернилами. И сонет, написанный им в этот вечер, был первым из цикла пятидесяти «Сонетов о любви», который он завершил через два месяца. Идея цикла была навеяна «Сонетами с португальского» Элизабет Баррет. Он писал при самых благоприятных для создания великого произведения обстоятельствах, — писал, одержимый любовью.</p>
     <p>То время, в которое он не виделся с Руфью, Мартин посвящал «Сонетам о любви» и чтению у себя дома или в читальне, где внимательно изучал текущие номера журналов, стараясь проникнуть в тайну издательских вкусов. В те часы, которые Мартин проводил с Руфью, надежды чередовались с неопределенностью, и то и другое было одинаково мучительно. Через неделю после того как Мартин вылечил Руфь от головной боли, Норман предложил прокатиться в лунную ночь на лодке по озеру Меррит, а Артур и Олни охотно поддержали этот план. Никто, кроме Мартина, не умел управлять парусной лодкой, а потому его и попросили взять на себя обязанности капитана. Руфь села рядом с ним на корме, а трое молодых людей, разместившись на средних скамьях, завели нескончаемый спор о каких-то своих студенческих делах.</p>
     <p>Луна еще не взошла, и Руфь, молча смотревшая в звездное небо, вдруг почувствовала себя одинокой. Она взглянула на Мартина. Порыв ветра слегка накренил лодку, и Мартин, держа одной рукой румпель, а другой гроташкот, слегка изменил курс, стараясь обогнуть выступ берега. Он не замечал ее взгляда, а она внимательно смотрела на него, размышляя о странной прихоти, которая побуждает его, юношу незаурядных способностей, тратить время на писание посредственных рассказов и стихов, заведомо обреченных на неуспех.</p>
     <p>Взгляд Руфи скользнул по его красиво посаженной голове, по могучей шее, смутно обрисовывавшейся при свете звезд, и знакомое желание — обвить руками эту шею — снова овладело ею. Та присущая ему сила, которая казалась ей неприятной, в то же время влекла ее. Чувство одиночества усилилось, и Руфь ощутила усталость. Качание лодки раздражало ее. Она вспомнила, как Мартин вылечил ее от головной боли одним своим прикосновением. Он сидел рядом с нею, совсем рядом, и лодка, накренясь, как бы подталкивала ее к нему. И Руфи вдруг захотелось прислониться к Мартину, найти в нем опору — и, не успев еще осознать это желание, она уже клонилась, подчиняясь ему. А может быть, в этом была виновата качка? Руфь не знала. Она и не узнала никогда. Она знала лишь, что прислонилась к нему, что ей теперь хорошо и спокойно. Пусть даже все дело было в качке, но Руфь не хотела отодвинуться от Мартина. Она оперлась на его плечо, оперлась очень легко, но не отодвинулась даже тогда, когда он переменил позу, чтобы ей было удобнее сидеть.</p>
     <p>Это было безумием, но ей не хотелось ни о чём думать. Она уже не была прежней Руфью, она была женщиной, и женская потребность опоры говорила в ней; правда, она только слегка прислонилась к Мартину, но потребность была удовлетворена. Ее усталости как не бывало. Мартин молчал. Он боялся рассеять чары. Благодаря его сдержанности и робости очарование длилось, но у него кружилась голова и путались мысли. Он никак не мог понять, что случилось. Это было слишком чудесно, это не могло случиться наяву. Он с трудом преодолевал желание выпустить шкот и румпель и сжать ее в объятиях. Но он инстинктивно чувствовал, что это испортило бы дело, и мысленно благодарил судьбу за то, что у него заняты руки. Однако он сознательно замедлил ход лодки, без зазрения совести отпуская парус, чтобы подольше затянуть галс. Он знал, что при перемене галса ему придется пересесть, и их близость будет нарушена. Все это он проделывал опытной рукой, не возбуждая в спорщиках ни малейшего подозрения. Он благословлял всю свою трудную матросскую жизнь за то, что она дала ему умение подчинять своей воле море, лодку и ветер и теперь позволяла продлить эту драгоценную близость с любимой в чудесную лунную ночь.</p>
     <p>Когда первый луч луны озарил их жемчужным сиянием, Руфь отодвинулась от Мартина и, отодвигаясь, почувствовала, что и он сделал то же. Им обоим хотелось скрыть все от других. Это должно было остаться их тайной. Руфь сидела теперь в стороне, с пылающими щеками, только сейчас осознав, что произошло. Она сделала что-то такое, чего не хотела обнаружить ни перед братьями, ни перед Олни. Как могла она решиться? Никогда еще этого с ней не случалось, хотя она много раз каталась в лунные ночи на лодке с молодыми людьми. У нее даже желаний таких не появлялось. Она стыдилась и страшилась этой побуждающейся женственности. Она поглядела украдкой на Мартина, который в этот момент был занят переменой галса, и готова была возненавидеть его за то, что он вызвал ее на такой необдуманный и бесстыдный поступок. И именно он — Мартин Иден! Быть может, ее мать в самом деле права, и они слишком часто видятся. Руфь тут же твердо решила, что это никогда не повторится, а в дальнейшем она постарается реже встречаться с ним. У нее даже явилась нелепая мысль солгать ему, вскользь сказать как-нибудь при случае, что ее укачало в лодке и она почувствовала себя нехорошо как раз перед тем, как взошла луна. Но тут она вспомнила, как они отодвинулись друг от друга перед лицом обличительницы-луны, и поняла, что Мартин ей не поверит.</p>
     <p>Все последующие дни Руфь была сама не своя; она не хотела анализировать свои чувства, перестала думать о том, что с нею происходит и что ее ждет; точно в лихорадке прислушивалась она к тайному зову природы, то страшному, то чарующему. Но одно она решила твердо, и это решение придавало ей уверенности: не дать Мартину заговорить о любви. Пока он молчит, все обстоит благополучно. Через несколько дней он уйдет в плавание. А впрочем, если он и заговорит, все равно ничего не случится. Ведь она-то не любит его. Конечно, это будут мучительные полчаса для него и довольно затруднительные для нее, так как ей впервые придется выслушать объяснение в любви. От одной этой мысли сердце ее сладко забилось. Она стала настоящей женщиной, и мужчина добивается ее руки. Все женское в ней готово было откликнуться на зов. Трепет охватил все ее существо, одна и та же мысль назойливо клубилась в голове, как мотылек над огнем. Она зашла так далеко, что уже представляла себе, как Мартин делает ей формальное предложение: она вкладывала слова в его уста, а сама по нескольку раз повторяла свой отказ, стараясь по возможности смягчить его, взывая к присущему Мартину благородному мужеству. Прежде всего он должен бросить курить. На этом она будет особенно настаивать. Но нет, нет, она совсем не разрешит ему говорить о любви. Это в ее власти, и она обещала это своей матери. Краснея и вся дрожа, Руфь с сожалением отгоняла недозволенные мечты. Придется отложить ее первое любовное объяснение до более подходящего времени и до встречи с более достойным претендентом.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
     </title>
     <p>Наступили чудесные дни, теплые и полные неги, какие часто бывают в Калифорнии в пору бабьего лета, когда солнце словно окутано дымкой и слабый ветерок едва колеблет дремотный воздух. Легкий лиловатый туман, словно сотканный из цветных нитей, прятался в складках холмов, а по ту сторону залива дымным пятном раскинулся город Сан-Франциско. Залив блестел, словно полоса расплавленного металла, и на нем кое-где белели паруса судов, то неподвижных, то лениво скользящих по течению. Вдалеке, в серебристом тумане, высился Тамальпайс; Золотые Ворота и в самом деле золотились в лучах заходящего солнца, а за ними открывались безмерные просторы Тихого океана, окаймленные на горизонте густыми облаками — первыми предвестниками надвигающейся зимы.</p>
     <p>Лету пора было уходить. Но оно все еще медлило здесь, среди холмов, сгущая лиловые тени в долинах, и под дымчатым саваном удовлетворенности и утомления умирало спокойно и тихо, радуясь, что жило и что жизнь его была плодотворна. На склоне своего любимого холма сидели Мартин и Руфь, совсем рядом, склонив головы над страницами книги; он читал ей вслух стихи любви, написанные женщиной, которая любила Браунинга так, как умеют любить лишь немногие женщины.</p>
     <p>Но чтение подвигалось плохо. Слишком сильны были чары угасающей красоты в природе. Золотая пора года умирала так, как жила, — прекрасной и нераскаянной грешницей, и, казалось, самый воздух вокруг был напоен истомой сладких воспоминаний. Эта истома проникала в кровь Мартина и Руфи, лишала их воли, радужным туманом обволакивала мысли и решения. Мартин поддавался разнеживающей слабости, и временами его словно окатывало теплой волной. Их головы совсем сблизились, и когда от случайного порыва ветра волосы Руфи касались его щеки, печатные строчки плыли у него перед глазами.</p>
     <p>— По-моему, вы не слушаете того, что читаете, — сказала Руфь, когда он вдруг сбился, потеряв место, которое читал.</p>
     <p>Мартин поглядел на нее горящими глазами, но, не выдав себя, ответил:</p>
     <p>— И вы тоже не слушаете. О чем говорилось в последнем сонете?</p>
     <p>— Не знаю, — засмеялась она. — Я уже забыла. Не стоит больше читать. Уж очень хорош день.</p>
     <p>— Нам теперь долго не придется гулять, — сказал он серьезно, — вон там, на горизонте, собирается буря.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_034.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_035.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Книга выскользнула из его рук, и они молча сидели, глядя на дремлющий залив мечтательными, невидящими глазами. Руфь мельком взглянула на шею Мартина. Какая-то сила, более властная, чем закон тяготения, могучая, как судьба, вдруг повлекла ее. Всего на один дюйм ей надо было склониться, чтобы коснуться плечом его плеча, и это случилось помимо ее воли. Она коснулась его так легко, как бабочка касается цветка, и тут же почувствовала ответное прикосновение, такое же легкое, почувствовала, как при этом прикосновении дрожь прошла у него по телу. Ей надо было отодвинуться в эту минуту. Но она уже не могла совладать с собой. Все, что она делала, делалось автоматически, без участия ее воли, да она и не заботилась уже ни о чем, охваченная радостным безумием.</p>
     <p>Рука Мартина нерешительно протянулась и обняла талию Руфи. Она ждала с мучительным наслаждением, ждала, сама не зная чего; губы ее пересохли, сердце стучало, кровь горела в ней. Объятие Мартина стало крепче, он медленно и нежно привлекал ее к себе. Она не могла больше ждать. Она судорожно вздохнула и безотчетным движением уронила голову к нему на грудь. Мартин быстро наклонился, и губы их встретились.</p>
     <p>Это, должно быть, любовь, подумала Руфь, когда на один миг к ней вернулось сознание. Если это не любовь, это слишком постыдно. Конечно, это могла быть только любовь. Она любила этого человека, руки которого обнимали ее, а губы прижимались к ее губам. Она прильнула к нему еще крепче инстинктивным, прилаживающимся движением, и вдруг, почти вырвавшись из его объятий, решительно и самозабвенно обхватила руками загорелую шею Мартина Идена. И так сильна, так остра была радость удовлетворенного желания, что в следующее мгновение она с тихим стоном разжала руки и почти без чувств поникла в его объятиях.</p>
     <p>Еще долго не было сказано ни одного слова. Дважды он наклонялся и целовал ее, и каждый раз ее губы робко тянулись навстречу и тело инстинктивно искало уютной, покойной позы. Она была не в силах оторваться от него, и Мартин молча сидел, держа ее в объятиях и устремив невидящий взгляд на огромный город по ту сторону залива. На этот раз никакие видения не возникали перед ним. Он видел только краски и яркие лучи, жаркие, как этот чудесный день, горячие, как его любовь. Он склонился к ней; она заговорила.</p>
     <p>— Когда вы полюбили меня? — спросила она шепотом.</p>
     <p>— С первого дня, с самой первой минуты, как только я вас увидел. Еще тогда полюбил и с тех пор с каждым днем любил все сильнее. А теперь еще сильнее люблю, дорогая. Я совсем сошел с ума. У меня голова кружится от счастья.</p>
     <p>— Мартин… дорогой! Как хорошо быть женщиной, — сказала она, глубоко вздохнув.</p>
     <p>Он снова крепко сжал ее в объятиях, потом тихо спросил:</p>
     <p>— А вы, когда вы поняли впервые?</p>
     <p>— О, я поняла это давно, почти сразу!</p>
     <p>— Значит, я был слеп, как летучая мышь! — вскричал Мартин, и в его голосе прозвучала досада. — Я догадался об этом только теперь, когда поцеловал вас.</p>
     <p>— Я не то хотела сказать. — Она слегка отодвинулась и взглянула на него. — Я поняла уже давно, что вы меня любите.</p>
     <p>— А вы? — спросил он.</p>
     <p>— Мне это открылось как-то вдруг. — Она говорила очень тихо, взгляд ее потеплел и затуманился, щеки порозовели. — Я не понимала до тех пор, пока… пока вы не обняли меня. И я никогда до этой минуты не думала, что могу стать вашей женой, Мартин. Чем вы приворожили меня?</p>
     <p>— Не знаю, — улыбнулся он. — Разве только своей любовью. Моя любовь могла бы растопить камень, не то что сердце живой женщины.</p>
     <p>— Это так все не похоже на любовь, как я ее себе представляла, — растерянно произнесла она.</p>
     <p>— Как же вы себе ее представляли?</p>
     <p>— Я не думала, что она такая.</p>
     <p>Она секунду смотрела в его глаза и потом сказала, потупившись:</p>
     <p>— Я совсем ничего не понимала.</p>
     <p>Ему снова захотелось привлечь Руфь к себе, но он медлил, боясь испугать ее, и только рука, обнимавшая ее, невольно чуть дрогнула. Тогда она сама потянулась к нему, и губы их опять слились в долгом поцелуе.</p>
     <p>— Что скажут мои родители? — спросила она вдруг с внезапной тревогой.</p>
     <p>— Не знаю. Но это нетрудно узнать, как только мы пожелаем.</p>
     <p>— А если мама не согласится? Я ни за что не решусь сказать ей.</p>
     <p>— Давайте я скажу, — храбро предложил он. — Мне почему-то кажется, что ваша мать меня недолюбливает, но это ничего, я сумею покорить ее. Тот, кто покорил вас, может покорить кого угодно. А если это не удастся…</p>
     <p>— Что тогда?</p>
     <p>— Мы все равно не расстанемся. Но только я уверен, что ваша мать согласится. Она слишком сильно вас любит.</p>
     <p>— Я боюсь разбить ее сердце, — задумчиво сказала Руфь.</p>
     <p>Мартин хотел сказать, что материнские сердца не так-то легко разбиваются, но вместо этого произнес:</p>
     <p>— Ведь любовь — самое великое, что есть в мире!</p>
     <p>— Вы знаете, Мартин, я иногда боюсь вас. Я и теперь боюсь, когда думаю о том, кто вы и кем вы были раньше. Вы должны быть очень, очень хорошим со мной. Помните, что я, в сущности, еще дитя! Я ведь еще никого не любила!</p>
     <p>— И я тоже. Мы оба дети. И мы очень счастливы. Ведь наша первая любовь оказалась взаимной!</p>
     <p>— Но этого не может быть, — вскричала она вдруг, высвобождаясь из его рук быстрым, порывистым движением, — не может быть, чтобы вы… Ведь вы были матросом, а матросы, я знаю…</p>
     <p>Голос ее осекся.</p>
     <p>— Привыкли иметь жен в каждом порту, — закончил он за нее. — Вы это хотели сказать?</p>
     <p>— Да, — тихо отвечала она.</p>
     <p>— Но ведь это не любовь, — возразил он авторитетным тоном. — Я побывал во многих портах, но я никогда не испытывал ничего похожего на любовь, пока не встретился с вами. Знаете, когда я возвращался от вас в первый раз, меня чуть-чуть не забрали.</p>
     <p>— Как забрали?</p>
     <p>— Очень просто. Полисмен подумал, что я пьян. Я был и в самом деле пьян… от любви!</p>
     <p>— Но мы уклоняемся. Вы сказали, что мы оба дети, а я сказала, что этого не может быть. Вот о чем шла речь.</p>
     <p>— Я же вам ответил, что никого раньше не любил, — возразил он, — вы моя первая, моя самая первая любовь.</p>
     <p>— А все-таки вы были матросом, — настаивала она.</p>
     <p>— И тем не менее полюбил я вас первую.</p>
     <p>— Да, но ведь были женщины… другие женщины… О! — И, к великому удивлению Мартина, Руфь вдруг залилась слезами, так что понадобилось немало поцелуев, чтобы успокоить ее.</p>
     <p>Мартину невольно пришли на память слова Киплинга: «Но знатная леди и Джуди О'Греди во всем остальном равны». Он подумал, как, в сущности, это верно, хотя романы, читанные им, заставляли его думать иначе. По этим романам он составил себе представление, что в высшем обществе единственный путь к женщине — формальное предложение руки и сердца. В том кругу, из которого он вышел, для девушек и юношей объятия и поцелуи были обыкновенным делом. Но среди утонченных представителей высшего класса подобные способы выражения любви казались ему невозможными. Значит, романы лгали. Он только что получил этому доказательство. Одни и те же безмолвные ласки производят одинаковое впечатление и на бедных работниц и на девушек высшего общества. Несмотря на несходство положений, они «во всем остальном равны». Он мог бы и сам додуматься до этого, если бы вспомнил Герберта Спенсера. И, утешая Руфь ласками и поцелуями, Мартин с удовольствием возвращался к мысли о том, что знатная леди и Джуди О'Греди, в сущности, равны во всем. Эта мысль приближала к нему Руфь, делала ее доступнее. Ее прекрасное тело было таким же, как и у всех людей. Ничего невозможного не было в их браке. Классовое различие оставалось единственным различием между ними, но и оно было в конце концов чисто внешним. Им можно было пренебречь. Читал же Mapтин об одном римском рабе, который возвысился до пурпурной тоги. Почему же бы и ему не возвыситься до Руфи? При всей своей чистоте, непорочности, образованности и душевном изяществе она была самой настоящей женщиной, такой же, как Лиззи Конолли и все Лиззи Конолли на свете. Все, что было свойственно им, было свойственно и ей. Она могла любить, ненавидеть; быть может, ей даже случалось биться в истерике; наконец, она могла ревновать, уже ревновала, думая о его недавних портовых любовницах.</p>
     <p>— А кроме того, я старше вас, — вдруг сказала она, взглянув ему в глаза, — я старше вас на три года.</p>
     <p>— И все-таки вы дитя. По житейскому опыту я старше вас на тридцать три года, — возразил Мартин.</p>
     <p>В действительности оба они были детьми во всем, что касалось любви; и по-детски неумело и наивно выражали свои чувства, несмотря на ее университетский диплом и ученую степень и несмотря на его философские познания и суровый жизненный опыт.</p>
     <p>Они сидели, озаренные сиянием меркнущего дня, разговаривая так, как обычно разговаривают влюбленные; дивились могучему чуду любви и судьбе, которая свела их, и твердо верили, что любят так, как никто еще не любил на свете. Они беспрестанно вспоминали свою первую встречу, стараясь воскресить свои впечатления друг от друга, стараясь точно восстановить, что они тогда подумали и почувствовали.</p>
     <p>Облака на западе поглотили заходящее солнце. Небо над горизонтом стало розовым, все кругом потонуло в этом розовом свете, и Руфь тихонько запела «Прощай, счастливый день». Она пела, положив голову ему на плечо, и руки ее были в его руках, и каждый из них в этот миг держал в своей руке сердце другого.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
     </title>
     <p>Даже если бы миссис Морз не обладала материнской чуткостью, она и тогда бы легко догадалась обо всем, только взглянув на Руфь. Достаточно было взглянуть на румянец, заливавший ее щеки, и блестящие глаза, в которых светилась радость и победное ликование.</p>
     <p>— Что случилось? — спросила миссис Морз, дождавшись, когда Руфь легла в постель.</p>
     <p>— Ты догадалась? — спросила, в свою очередь, Руфь дрожащим голосом.</p>
     <p>Вместо ответа мать нежно обняла ее и провела рукой по ее волосам.</p>
     <p>— Он ничего не сказал! — воскликнула Руфь. — Я совсем не хотела, чтобы это случилось, и я бы ни за что не позволила ему говорить, — но он ничего не сказал.</p>
     <p>— Но если он ничего не сказал, то ничего и не могло случиться.</p>
     <p>— И все-таки случилось.</p>
     <p>— Ради бога, дитя мое, что ты болтаешь! — произнесла миссис Морз. — В чем дело? Что такое случилось?</p>
     <p>Руфь с изумлением посмотрела на мать.</p>
     <p>— Я думала, что ты уже догадалась, — сказала она. — Мы с Мартином жених и невеста.</p>
     <p>Миссис Морз разразилась смехом, в котором слышались недоверие и досада.</p>
     <p>— Но он ничего не сказал, — продолжала Руфь. — Он просто любит меня, вот и все. Для меня это было так же неожиданно, как для тебя. Он не сказал ни слова. Он просто обнял меня, и я… я совсем потеряла голову. Он поцеловал меня, и я его поцеловала… Я не могла иначе. Я должна была его поцеловать. И тут я поняла, что люблю его.</p>
     <p>Руфь умолкла, ожидая, что мать ее приласкает, но миссис Морз хранила зловещее молчание.</p>
     <p>— Конечно, это ужасно, я понимаю, — снова начала Руфь упавшим голосом. — Не знаю, сможешь ли ты простить меня. Но я не могла иначе. Я до той минуты не подозревала, что люблю его. Только ты сама скажи об этом отцу.</p>
     <p>— А может быть, лучше ничего не говорить отцу? Я сама поговорю с Мартином Иденом и объясню ему все. Он поймет и освободит тебя от данного слова.</p>
     <p>— Нет, нет! — вскричала Руфь с живостью. — Я не хочу, чтобы он освобождал меня. Я люблю его, а любить так хорошо. Я выйду за него замуж, конечно, если вы мне позволите.</p>
     <p>— У нас с твоим отцом несколько другие планы, Руфь, милая… нет, нет, нет, ты не думай, что мы тебе кого-нибудь навязываем. Мы просто хотим, чтобы ты вышла за человека нашего круга, за настоящего джентльмена, почтенного и уважаемого, которого ты сама выберешь и полюбишь.</p>
     <p>— Но ведь я уже люблю Мартина, — жалобно возразила Руфь.</p>
     <p>— Мы вовсе не хотим влиять на твой выбор; но ты наша дочь, и мы не можем позволить тебе выйти замуж за такого человека. Ничем, кроме грубости и невоспитанности, он не может ответить на всю твою нежность и деликатность. Он тебе не пара ни в каком отношении. Ему не на что даже содержать тебя. Мы не гонимся за богатством, но комфорт и известное благосостояние муж обязан дать жене; и наша дочь должна выйти замуж за человека, который может ей это обеспечить, а не за нищего авантюриста, матроса, ковбоя, контрабандиста и бог знает, кто он там еще. К тому же это необыкновенно легкомысленный человек, совершенно лишенный чувства ответственности.</p>
     <p>Руфь молчала, сознавая, что мать говорит правду.</p>
     <p>— Он тратит время на свои писания и хочет достигнуть того, чего редко достигают даже особо одаренные и высокообразованные люди. Человек, думающий о женитьбе, должен как-то подготовиться к такому шагу. А у него этого и в мыслях нет. Я уже сказала — и я знаю, ты согласишься со мной, — что у него нет чувства ответственности. Да и откуда оно возьмется? Все матросы таковы. Он никогда не старался быть бережливым и воздержанным. Привык тратить не считая, и это уже вошло у него в плоть и кровь. Конечно, тут не его вина, но это не меняет дела. А подумала ли ты о его прежней жизни, разгульной и распущенной, — она не могла быть иной. А ты знаешь, моя девочка, что такое брак?</p>
     <p>Руфь вздрогнула и прижалась к матери.</p>
     <p>— Я думала… — Руфь надолго замолчала, подыскивая слова. — Это, конечно, ужасно. Мне так тяжело об этом думать. Я сознаю, что моя любовь — большое несчастье, но я ничего не могу поделать с собою. Могла ты не полюбить папу? Вот и со мной то же самое. Что-то есть такое в нем и во мне — до сегодняшнего дня я не понимала этого, но что-то есть, что заставляет меня любить его. Я никак не думала, что полюблю его, а вот полюбила, — заключила она с оттенком торжества в голосе.</p>
     <p>Еще долго тянулся этот бесплодный разговор, и в конце концов они решили подождать некоторое время, ничего не предпринимая.</p>
     <p>С этим решением согласился час спустя и мистер Морз, после того, как жена рассказала ему о неожиданном результате, к которому привела ее хитрость.</p>
     <p>— Иначе и быть не могло, — заявил мистер Морз, — ведь, кроме этого матроса, она не знала близко ни одного мужчины. Рано или поздно женщина должна была проснуться в ней. Она проснулась, и, извольте радоваться, рядом оказался этот малый… Ясно, что она немедленно влюбилась в него или по крайней мере вбила это себе в голову, что в конце концов одно и то же.</p>
     <p>Миссис Морз сказала, что попробует воздействовать на Руфь косвенным путем, вместо того чтобы прямо противиться ее желанию. Времени для этого достаточно, так как Мартин в данный момент не может и думать о женитьбе.</p>
     <p>— Пусть себе видится с ним, сколько хочет, — решил мистер Морз. — Чем ближе она его узнает, тем вернее разлюбит. Надо дать ей возможность сравнить его с кем-нибудь. Надо собирать у нас в доме побольше молодежи, девушек и молодых людей нашего круга, культурных и воспитанных, настоящих джентльменов. Рядом с ними он будет выглядеть иначе. Она увидит его в настоящем свете. А потом в конце концов он просто мальчишка. Ведь ему всего двадцать один год. Руфь тоже совершенный ребенок. Это просто детская влюбленность, и со временем она пройдет.</p>
     <p>На том и порешили. В семейном кругу признали, что Мартин и Руфь помолвлены, но оглашения не делали. Родители втайне считали, что это и не понадобится. Само собою разумелось, что помолвка будет весьма продолжительной. Мартину ничего не говорили о необходимости изменить образ жизни и приняться за серьезную работу; ему никто не советовал прекратить писать. В планы семьи не входило способствовать его жизненным успехам. А сам Мартин только лил воду на мельницу своих недоброжелателей, так как меньше всего думал о приискании солидного занятия.</p>
     <p>— Не знаю, одобрите ли вы мои начинания, — сказал Мартин Руфи несколько дней спустя. — Я решил, что жить у сестры мне не по карману, и хочу устроиться самостоятельно. Я уже снял комнату в Северном Окленде, в очень тихом доме, и купил керосинку — буду сам себе стряпать.</p>
     <p>Руфь пришла в восторг. Особенно ей понравилась керосинка.</p>
     <p>— Вот и мистер Бэтлер с этого начал, — сказала она.</p>
     <p>Мартин слегка нахмурился при упоминании имени достопочтенного джентльмена и продолжал:</p>
     <p>— Я наклеил марки на все свои рукописи и разослал их опять по редакциям. Сегодня перееду на новую квартиру, а с завтрашнего дня начинаю работать.</p>
     <p>— Вы поступили на службу! — вскричала она, всем своим существом откликаясь на радостную весть, придвигаясь ближе, улыбаясь, сжимая его руку. — Что же вы мне ничего не сказали! Что это за служба?</p>
     <p>Но Мартин отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Я хотел сказать, что с завтрашнего дня опять начну писать. — Ее лицо вытянулось, и он торопливо продолжал: — Поймите меня правильно. На этот раз я не буду предаваться радужным мечтам. Мною руководит холодный, прозаический, чисто деловой расчет. Это лучше, чем снова отправляться в плавание, и я уверен, что заработаю гораздо больше, чем рядовой оклендский служащий. За последние месяцы у меня было время многое обдумать. Я не работал, как ломовая лошадь, и я почти ничего не писал, а если и писал, то не для печати. Все свое время я отдавал любви к вам и размышлениям о разных вещах. Кое-что, правда, читал, но это было непосредственно связано с моими размышлениями — читал главным образом журналы. Я думал о себе, о мире, о своем месте в нем и о том, какие у меня есть шансы добиться положения, которое я мог бы предложить вам. Кроме того, я прочел «Философию стиля» Спенсера и нашел там очень много интересного, имеющего прямое отношение ко мне, вернее, к моим писаниям, а также и к той литературе, которая каждый месяц печатается в журналах. И вот к чему я пришел в результате всего этого — размышлений, чтения и любви к вам: я решил сделаться литературным ремесленником. На время забуду о шедеврах и буду писать всякий вздор: фельетоны, анекдоты, стишки на злобу дня, юмористику, — вообще все, на что есть спрос. Ведь существуют же литературные агентства, которые поставляют материал для газет, для страниц юмора, для воскресных приложений. Я буду мастерить то, что им требуется, и, уверяю вас, начну неплохо зарабатывать. Есть молодчики, которые выгоняют в месяц четыреста, а то и пятьсот долларов. Я не собираюсь уподобляться им; но, во всяком случае, я заработаю на жизнь, и у меня еще будет время для своей работы и для учения, чего никакая служба не даст. Понемногу я начну пробовать свои силы на настоящих вещах и буду учиться и готовиться к настоящей работе. Знаете, я сам изумляюсь, как сильно я подвинулся. Когда я в первый раз взялся за перо, мне, в сущности, и писать было не о чем. Я просто описывал разные происшествия, не умея даже понять их по-настоящему. Никаких идей, никаких мыслей у меня не было. У меня не было даже слов, которыми я бы мог мыслить. Все, что я пережил, рисовалось мне в виде ряда картин, лишенных всякого значения. Но когда я начал учиться и пополнил свой словарь, я стал прозревать во всех этих картинах многое такое, чего раньше не замечал. Вот тогда-то я начал писать настоящие вещи: я написал «Приключение», «Радость», «Котел», «Вино жизни», «Веселую улицу», «Сонеты о любви» и «Песни моря». Я напишу еще очень многое в таком роде, и даже гораздо лучше, но я буду заниматься этим лишь в свободное время. Я теперь больше не витаю в облаках. Сначала черная работа для заработка, а уж потом шедевры. Вчера вечером, специально чтобы доказать вам, что я прав, я написал с полдюжины мелочей для юмористических еженедельников, а когда уже ложился спать, мне пришло в голову попробовать силы на шуточных куплетах, и в какой-нибудь час я написал целых четыре штуки. Можно получить по доллару за каждый. Заработать четыре доллара между делом, укладываясь спать, — право, это не так уж плохо. Конечно, такая работа сама по себе не имеет никакой ценности. Это скучно и однообразно, но не скучнее, чем всю жизнь вести конторские книги и складывать бесконечные столбцы цифр за шестьдесят долларов в месяц. Притом эта работа все-таки имеет отношение к литературе и даст мне возможность писать настоящие вещи.</p>
     <p>— Но какой смысл писать эти настоящие вещи, эти шедевры? — спросила Руфь. — Ведь вы же не можете продать их?</p>
     <p>— Не скажите… — начал он. Она перебила его:</p>
     <p>— Из всего того, что вы перечислили и что вам так нравится самому, вы до сих пор не продали ни одной строчки. Мы не можем пожениться в расчете на шедевры, которых никто не покупает.</p>
     <p>— Ну, так мы поженимся в расчете на куплеты, которые будут покупать все, — упрямо сказал Мартин и обнял ее. Но Руфь на этот раз не была расположена к ласкам. — Вот, послушайте, — намеренно весело сказал он, — это не искусство, но это доллар:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Меня не было дома.</v>
       <v>Когда мой знакомый</v>
       <v>Зашел ко мне денег занять.</v>
       <v>Меня не было дома,</v>
       <v>И мой знакомый</v>
       <v>Стал тут же меня ругать,</v>
       <v>Но раз меня не было дома,</v>
       <v>Я об этом не мог узнать.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Веселый, приплясывающий ритм стихов не вязался с обескураженным выражением, которое постепенно принимало его лицо. Руфь не улыбнулась. Она смотрела на него сумрачно.</p>
     <p>— Может быть, за это и дадут доллар, — сказала она, — но это доллар рыжего в цирке. Как вы не понимаете, Мартин, что это унизительно для вас! Мне бы хотелось, чтобы любимый и уважаемый мною человек был занят более серьезным и достойным делом, чем сочинение рифмованного вздора.</p>
     <p>— Вы бы хотели, чтобы он был похож на мистера Бэтлера? — спросил Мартин.</p>
     <p>— Я знаю, что вы не любите мистера Бэтлера, — начала она.</p>
     <p>— Мистер Бэтлер — прекрасный человек, — перебил он. — В нем все хорошо, кроме несварения желудка. Но, право, я не понимаю, почему сочинять куплеты хуже, чем стучать на машинке или потеть над конторскими книгами? И то и другое лишь средство для достижения цели. Вы хотите, чтобы я начал с корпенья над книгами и в конце концов сделался каким-нибудь адвокатом или коммерсантом. А я хочу начать с мелкой газетной работы и стать впоследствии большим писателем.</p>
     <p>— Тут есть разница, — настаивала Руфь.</p>
     <p>— В чем же?</p>
     <p>— Да хотя бы в том, что вы никак не можете продать те свои произведения, которые считаете удачными. Вы ведь пробовали неоднократно, а редакторы не покупают у вас ничего.</p>
     <p>— Дайте мне время, дорогая, — сказал Мартин умоляюще. — Эта работа — только пока, и я ее всерьез не принимаю. Дайте мне года два. За эти два года я достигну успеха, и мои произведения будут нарасхват. Я знаю, что говорю. Я верю в себя, и мне известно, на что я способен. Я знаю, что такое литература, я знаю, какой дрянью ничтожные писаки наводняют газеты и журналы. И я уверен, что через два года я буду на пути к успеху и к славе. А деловой карьеры я никогда не сделаю. У меня к ней не лежит сердце. Она представляется мне чем-то скучным, мелочным, тупым и бессмысленным. Во всяком случае, я для нее не гожусь. Мне никогда не пойти дальше простого клерка, а разве мы можем быть счастливы, живя на жалкое конторское жалованье? Я хочу добиться для вас самого лучшего, что только есть на свете, и добьюсь во что бы то ни стало. Добьюсь! Знаменитый писатель своими заработками даст десять очков вперед всякому мистеру Бэтлеру. Знаете ли вы, что книга, которая «пошла», может дать автору пятьдесят тысяч долларов, а то и все сто. Иногда немножко больше, иногда немножко меньше, но в среднем около этого.</p>
     <p>Руфь молчала. Она была очень огорчена и не скрывала своего огорчения.</p>
     <p>— Плохо ли? — спросил он.</p>
     <p>— У меня были совсем другие надежды и планы. Я считала и сейчас считаю, что вам всего лучше было бы научиться стенографии — писать на машинке вы умеете — и поступить в папину контору. У вас большие способности, и я уверена, что вы могли бы стать хорошим юристом.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать третья</p>
     </title>
     <p>Мартин не стал меньше любить и уважать Руфь от того, что она проявляла такое недоверие к его писательскому дару. За время своих «каникул» Мартин очень много думал о себе и анализировал свои чувства. Он окончательно убедился, что красота ему дороже славы и что прославиться ему хотелось лишь для Руфи. Ради нее он так настойчиво стремился к славе. Он мечтал возвеличиться в глазах мира, чтобы любимая женщина могла гордиться им и счесть его достойным.</p>
     <p>Мартин настолько любил красоту, что находил удовлетворение в служении ей. И еще больше он любил Руфь.</p>
     <p>Любовь казалась ему прекраснее всего в мире. Не она ли произвела в его душе этот великий переворот, превратив его из неотесанного матроса в мыслителя и художника? Что же удивительного, что любовь представлялась ему выше и наук и искусств. Мартин начинал уже сознавать, что в области мысли он сильней Руфи, сильней ее братьев и отца. Несмотря на преимущества университетского образования, несмотря на звание бакалавра искусств, Руфь не могла и мечтать о таком понимании мира, искусства, жизни, каким обладал Мартин, самоучка, еще с год назад не знавший ничего.</p>
     <p>Все это он понимал, но это никак не влияло ни на его любовь к ней, ни на ее любовь к нему. Любовь была слишком прекрасным, слишком благородным чувством, и Мартин, как истый влюбленный, считал невозможным оскорблять его критикой. Какое дело любви до взглядов Руфи на искусство, на французскую революцию или на всеобщее избирательное право? Все это относится к области рассудка, а любовь выше рассудка. Мартин не мог унижать любовь, потому что боготворил ее. Любовь обитала на недосягаемых вершинах, высоко над долинами разума. Она была квинтэссенцией жизни, высшей формой существования и не всякому выпадала на долю. Научная философия его любимых авторов раскрыла ему биологическое значение любви; но, продолжая развивать для себя их основные положения, он пришел к выводу, что именно в любви человеческий организм вполне оправдывает свое назначение, а потому любовь должна приниматься без всяких оговорок, как высшее благо жизни. Влюбленный представлялся Мартину существом, отмеченным благодатью, и ему приятен был образ «юноши, одержимого любовью», для которого не имеют цены земные блага — богатство, знания, успех, — не имеет цены сама жизнь, ибо он в «поцелуе умереть готов».</p>
     <p>Мысли подобного рода приходили Мартину в голову и раньше, до многого же он додумался лишь потом. А пока что он не переставал работать, ведя спартанский образ жизни и позволяя себе отвлекаться от занятий лишь для того, чтобы повидаться с Руфью. За комнату, которую он снимал у португалки по имени Мария Сильва, он платил два с половиной доллара в месяц. Португалка, особа довольно сварливого нрава, была вдовой и неустанно трудилась, чтобы прокормить многочисленных детишек, заливая подчас горе бутылкой кислого вина, купленного в соседнем погребке за пятнадцать центов. Сначала Мартин возненавидел эту женщину, в особенности его раздражал ее язык, но потом он начал восхищаться мужеством и упорством, с каким она вела тяжкую борьбу за существование. В домике было всего четыре маленьких комнатки, и одну из них занял Мартин. Другая комната служила гостиной, ей придавал веселый вид пестрый половик, покрывавший пол, но фотография одного из умерших малюток в гробу вносила скорбную ноту. Гостиная предназначалась только для гостей, ставни в ней всегда были затворены, и босоногая команда допускалась туда лишь в особо торжественных случаях. Мария стряпала на кухне, там же все семейство ело, и там же она стирала, гладила, трудилась не покладая рук изо дня в день, кроме воскресенья. Она стирала на соседей, и это служило главным источником ее дохода. Спальня была так же мала, как и комната, занимаемая Мартином, и в ней ютилась сама Мария и семеро ребятишек. Мартину казалось совершенно необъяснимым, как они там все размещались; по вечерам он слышал за тонкой перегородкой возню, визг и писк, напоминавший чириканье птенцов. Другим источником дохода Марии были две коровы, которых она доила утром и вечером и которые паслись на пустыре или контрабандой пощипывали травку, растущую по обочинам дороги. Два оборванных мальчугана, дети хозяйки, пасли коров — иначе говоря, зорко смотрели, чтобы они не попались на глаза полисменам.</p>
     <p>В своей тесной каморке Мартин спал, учился, писал, думал, занимался хозяйством. Перед единственным окном, выходящим на крыльцо, стоял кухонный стол, который служил и письменным столом, и библиотекой, и подставкой для пишущей машинки. Кровать, поставленная у задней стены, занимала две трети комнаты. Со столом соседствовал шкафчик для белья, который, видно, изготовляли, заботясь больше о прибыли, чем об удобствах потребителя; покрывающий его тонкий слой фанеры весь покоробился. Шкафчик этот помещался в одном углу, а в другом была кухня — ящик из-под мыла, на котором стояла керосинка, а внутри хранились посуда и кухонные принадлежности, над ним полка для провизии и рядом ведро с водой; в комнате не было водопроводного крана, за водою нужно было ходить на кухню. Дни большой стряпни, когда горячий пар наполнял комнату, особенно болезненно отзывались на поверхности шкафчика. Над кроватью Мартин повесил велосипед. Сначала его оставлял внизу, но ребятишки Сильвы отвинчивали педали и прокалывали шины. Тогда он попробовал пристроить его на крылечке, но крылечко было крошечное и не могло служить надежной защитой от дождя, а потому в конце концов Мартину пришлось перетащить велосипед в комнату и подвесить под потолком.</p>
     <p>В узеньком стенном шкафу висела одежда и лежали книги, которые не помещались уже ни на столе, ни под столом. Читая, Мартин имел обыкновение делать заметки, и их накопилось так много, что пришлось протянуть через всю комнату веревки и развесить на них тетрадки наподобие сохнущего белья. Вследствие этого передвигаться по комнате стало довольно затруднительно. Он не мог отворить двери, не затворив прежде дверцу стенного шкафа, и наоборот. Пройти через комнату по прямой линии было невозможно. Чтобы от двери дойти до и. воловья кровати, надо было совершить сложный, зигзагообразный путь, и в темноте Мартин всегда на что-нибудь натыкался. После маневра с входной дверью и дверцей шкафа приходилось круто забрать вправо, чтобы не наткнуться на кухонный ящик; потом повернуть влево, огибая кровать, причем малейшее отклонение от курса грозило столкновением со столом. Искусно лавируя, можно было войти в канал, одним берегом которого являлся стол, а другим кровать. Но когда единственный стул стоял на своем месте, перед столом, этот канал становился несудоходным. Когда стул не был в употреблении, он стоял на кровати; впрочем, Мартин нередко стряпал сидя, так как, пока кипела вода или жарилось мясо, он успевал прочесть две-три страницы. Угол, занимаемый кухней, был так мал, что Мартин мог, не вставая со стула, достать все необходимое. Стряпать сидя было даже удобнее: стоя, Мартин загораживал себе свет.</p>
     <p>Мартин знал несколько блюд, питательных и дешевых в одно и то же время, да кроме того его могучий желудок переваривал что угодно. Основой его питания был гороховый суп, картофель и крупные коричневые бобы, приготовленные по мексиканскому способу. Рис, сваренный так, как не сумела бы сварить ни одна американская хозяйка, появлялся на столе непременно хоть раз в день. Вместо масла Мартин варил и ел с хлебом сушеные фрукты, которые были вдвое дешевле свежих. Иногда он разнообразил меню куском мяса или супом из костей. Два раза в день он пил кофе без сливок или молока, а вечером пил чай; но и тот и другой напиток был приготовлен артистически.</p>
     <p>Мартину поневоле приходилось быть расчетливым. Его каникулы поглотили почти все, что он заработал в прачечной, а свои «ремесленные» произведения он отправил так далеко, что ответ мог прийти лишь через несколько недель. Он жил затворником и нарушал свое уединение лишь для того, чтобы навестить сестру или повидаться с Руфью. Работал он за троих. Спал по-прежнему всего пять часов, и только железное здоровье давало ему возможность выносить ежедневное девятнадцатичасовое напряжение труда. Мартин не терял ни одной минуты. За рамку зеркала он затыкал листочки с объяснениями некоторых слов и с обозначением их произношения: когда он брился или причесывался, он повторял эти слова. Такие же листочки висели над керосинкой, и он заучивал их, когда стряпал или мыл посуду. Листки все время сменялись. Встретив при чтении непонятное слово, он немедленно лез в словарь и выписывал слово на листочек, который вывешивал на стене или на зеркале. Листочки со словами Мартин носил и в кармане и заглядывал в них на улице или дожидаясь очереди в лавке.</p>
     <p>Эту систему Мартин применял не только к словам. Читая произведения авторов, достигших известности, он отмечал особенности их стиля, изложения, построения сюжета, характерные выражения, сравнения, остроты — одним словом, все, что могло способствовать успеху. И все это он выписывал и изучал. Он не стремился подражать. Он только искал каких-то общих принципов. Он составлял длинные списки литературных приемов, подмеченных у разных писателей, что позволяло ему делать общие выводы о природе литературного приема, и, отталкиваясь от них, он вырабатывал собственные, новые и оригинальные приемы и учился применять их с тактом и мерой. Точно так же он собирал и записывал удачные и красочные выражения из живой речи — выражения, которые жгли, как огонь, или, напротив, нежно ласкали слух, яркими пятнами выделяясь среди унылой пустыни обывательской болтовни. Мартин всегда и везде искал принципов, лежащих в основе явления. Он старался понять, как явление создается, чтобы иметь возможность самому создавать его. Он не довольствовался созерцанием дивного лика красоты; в своей тесной каморке, наполненной кухонным чадом и криками хозяйских ребятишек, он, как химик в лаборатории, старался разложить красоту на составные части, понять ее строение. Это должно было помочь ему творить красоту.</p>
     <p>Мартин мог работать только сознательно. Такова была его натура; он не мог работать вслепую, не зная, что выходит из-под его рук, полагаясь только на случай и на звезду своего таланта. Случайные удачи не удовлетворяли его. Он хотел знать, «как» и «почему». Его творчество было творчеством осмысленным, и, принимаясь за рассказ или стихи, Мартин держал в голове план всего произведения, ясно представлял себе и свою цель и те художественные средства, которыми он располагает для достижения этой цели. Он был убежден, что без этого его попытки обречены на неудачу. С другой стороны, он воздавал должное и тем случайным словам и сочетаниям слов, которые вдруг ярко вспыхивали в его мозгу и впоследствии с честью выдерживали испытание, не только не вредя, но даже способствуя красоте и цельности произведения. Перед подобными находками Мартин благоговел, видя в них нечто большее, чем результат сознательного творческого усилия. Но, исследуя красоту и стараясь доискаться до законов прекрасного, Мартин чувствовал, что есть в ней что-то сокровенное, куда ему не удастся проникнуть и куда не проникал еще ни один человек. Он твердо усвоил из сочинений Спенсера, что конечной сущности вещей человеку не дано познать, и тайна красоты столь же непостижима, как и тайна жизни, может быть, даже еще непостижимее; что красота и жизнь сплетаются между собою, а сам человек — частица этого удивительного сплетения звездной пыли, солнечных лучей и еще чего-то неведомого.</p>
     <p>Под влиянием этих мыслей Мартин написал однажды статью, озаглавленную «Звездная пыль», в которой он нападал не на критику, а на критиков. Это было блестящее, глубокомысленное произведение, исполненное изящества и юмора. Впрочем, и оно было немедленно отклонено всеми журналами, куда он послал его. Но Maртин, освободившись от волновавших его мыслей, продолжал идти своей дорогой. Он давно уже приучил себя хорошенько вынашивать, додумывать до конца каждую рождавшуюся у него мысль и затем излагать ее на бумаге. Его не слишком огорчало, что ни одна его строчка до сих пор не была напечатана. Писание было для него заключительным звеном сложного умственного процесса, последним узлом, которым связывались отдельные, разрозненные мысли, подытоживанием накопившихся фактов и положений. Написав статью, он освобождал в своем мозгу место для новых идей и проблем. В конце концов это было нечто вроде присущей многим привычки время от времени «облегчать свою душу словами» — привычки, которая помогает иногда людям переносить и забывать подлинные или вымышленные страдания.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать четвертая</p>
     </title>
     <p>Шли недели. Деньги у Мартина были на исходе, а издательские чеки все не появлялись. Серьезные рассказы неизменно возвращались обратно, не лучше обстояло дело и с произведениями «ремесленными». Разнообразные кушанья уже не готовились в его маленькой кухне, так как у него оставалось всего с полмешочка рису и немного сушеных абрикосов. Этим он и питался в течение пяти дней. Потом он решил прибегнуть к кредиту. Лавочник-португалец перестал отпускать провизию, как только долг Мартина достиг внушительной суммы в три доллара и восемьдесят пять центов.</p>
     <p>— Потому что, — сказал лавочник, — у вас нэт работа. Как вы мнэ будет заплатить?</p>
     <p>Мартин ничего не мог возразить на это. Рассуждения лавочника были вполне логичны. Как можно открывать кредит молодому здоровому малому из рабочих, по лени не желающему искать работы.</p>
     <p>— Заработаешь дэньга — будет обэд, — говорил лавочник. — Нэт монэт — нэт обэд. Такая дэла…</p>
     <p>И чтобы доказать Мартину, что тут нет личного предубеждения, португалец прибавил:</p>
     <p>— Давай выпэй. Одна стакана. Я угощай. Ты друг, я друг.</p>
     <p>И Мартин выпил стаканчик в подтверждение дружбы и лег спать, не поужинав.</p>
     <p>Овощи Мартин покупал в другой лавке, и хозяин американец, будучи менее тверд в своих коммерческих принципах, довел кредит Мартина до пяти долларов, после чего тоже прекратил отпуск товара в долг. Булочник остановился на двух долларах, а мясник — на четырех. Сложив все свои долги, Мартин определил их общую сумму в четырнадцать долларов и восемьдесят пять пенсов. Подошел и срок платежа за пишущую машинку, но Мартин решил, что два месяца вполне сможет пользоваться ею в долг, что составит еще восемь долларов. Когда пройдет и этот срок, все кредитные возможности будут исчерпаны.</p>
     <p>Последней его покупкой в овощной лавке был мешок картофеля, и целую неделю Мартин ел одну картошку по три раза в день. Время от времени он обедал у Морзов и этим поддерживал немного свои силы, хотя, глядя на множество расставленных на столе яств и из вежливости отказываясь от лишнего куска, он испытывал танталовы муки. Иногда, поборов стыд, Мартин отправлялся в обеденное время к своей сестре и там ел столько, сколько осмеливался, — впрочем, все-таки больше, чем у Морзов.</p>
     <p>День за днем продолжал он все так же упорно работать, и день за днем почтальон приносил ему отвергнутые рукописи. Денег на марки не было, и возвращенные рукописи грудой валялись под столом. Однажды случилось так, что у него почти двое суток не было куска во рту. На обед у Морзов он не мог рассчитывать, так как Руфь на две недели уехала гостить в Сан-Рафаэль, а пойти к сестре ему мешал стыд. В довершение бед почтальон принес ему пять рукописей сразу. Тогда Мартин взял свое пальто, поехал в Окленд и через некоторое время вернулся домой уже без пальто, но с пятью долларами в кармане. Каждому из лавочников он уплатил по доллару, и в кухне у него опять зашипело поджариваемое с луком мясо, закипел кофе и появился большой горшок вареного чернослива. Пообедав, Мартин сел за стол, и в полночь у него была готова статья под названием «Сила ростовщичества». Кончив писать, он швырнул рукопись под стол, потому что от пяти долларов уже ничего не оставалось: купить марок было не на что.</p>
     <p>Несколько дней спустя Мартин заложил часы, а потом и велосипед; сэкономив на провизии, он накупил марок и снова разослал все свои рукописи. «Доходные» произведения обманули ожидания Мартина. Никто не покупал их. Сравнивая их с тем, что печаталось в газетах и дешевых еженедельных журнальчиках, он по-прежнему находил, что сам пишет гораздо лучше. Однако все-таки он не мог продать ни одной строчки. Узнав, что большинство газет получает готовый материал из специальных агентств — «синдикатов», он отправил несколько заметок в одно такое агентство, но очень скоро получил их обратно вместе с печатным бланком, в котором говорилось, что синдикат организует материал силами своих штатных сотрудников.</p>
     <p>В одном журнале для юношества он увидел целые столбцы анекдотов и маленьких рассказиков, то, что называется «смесью». Вот еще способ заработать деньги! Но и тут Мартин потерпел полную неудачу: все ему было, по обыкновению, возвращено. Впоследствии, когда это уже не имело для него значения, он узнал, что обычно сотрудники редакции пишут такие мелочи сами, ради дополнительного заработка. Юмористические еженедельники возвращали все его шутки и стишки; не находили сбыта и стихотворные фельетоны, которые Мартин посылал в крупные журналы. Оставался еще газетный фельетон. Мартин прекрасно знал, что может написать гораздо лучше, чем то, что печатается, и, узнав адрес двух литературных агентств, буквально завалил их очерками и небольшими рассказами. Но, написав двадцать и не пристроив ни одного, Мартин перестал писать. А между тем изо дня в день он читал десятки рассказов и фельетонов, которые не выдерживали никакого сравнения с его попытками в этом жанре. Доведенный до отчаяния, он решил, наконец, что, загипнотизированный своими произведениями, потерял всякое критическое чутье и способность здраво судить о своем творчестве.</p>
     <p>Бесчеловечная издательская машина продолжала свою работу. Мартин вкладывал рукопись в пакет вместе с маркой для ответа и опускал ее в почтовый ящик, а недели три-четыре спустя почтальон звонил у дверей и возвращал ему рукопись. Очевидно, никаких живых людей по указанным адресам не было. Были просто хорошо слаженные, смазанные маслом автоматы. Впав в полное отчаяние, Мартин начал вообще сомневаться в существовании редакторов. Ни один еще не подал признака жизни, а то обстоятельство, что все им написанное неизменно отвергалось без объяснений, как будто подтверждало ту мысль, что редактор — миф, созданный и поддерживаемый усилиями наборщиков, метранпажей и редакционных курьеров.</p>
     <p>Часы, которые Мартин проводил в обществе Руфи, были единственными счастливыми часами в его жизни, да и то не всегда. Тревога, постоянно владевшая им, стала еще мучительнее после того, как Руфь открыла ему свою любовь, потому что сама Руфь оставалась такой же недостижимой, как и прежде. Мартин просил ее подождать два года, но время шло, а он ничего еще не добился. Кроме того, он постоянно чувствовал, что Руфь не одобряет его занятий. Она, правда, не говорила этого прямо, зато косвенно давала понять достаточно определенно. Она не возмущалась, она именно не одобряла, хотя женщина менее кроткого нрава наверняка возмутилась бы тем, что ей доставляло только огорчение. Ее огорчало, что человек, которого она решила перевоспитать, не поддается перевоспитанию. Вначале он показался ей довольно податливым, но потом вдруг заупрямился и не пожелал походить ни на мистера Морза, ни на мистера Бэтлера.</p>
     <p>Самого достойного и значительного в Мартине она не замечала или, что еще хуже, не понимала. Этого человека, настолько гибкого, что он мог приспособляться к любым формам человеческого существования, Руфь считала упрямым и своенравным, потому что не умела перекроить его по своей мерке — единственной, которую знала. Она не могла следовать за полетом его мысли, и когда он достигал высот, ей недоступных, она просто считала, что он заблуждается. Рассуждения отца, матери, братьев и даже Олни ей всегда были понятны, — и потому, не понимая Мартина, она считала, что в этом его вина. Повторялась исконная трагедия одиночки, пытающегося внушить истину миру.</p>
     <p>— Вы привыкли преклоняться перед всем, что пользуется признанием, — сказал однажды Мартин, поспорив с Руфью о Прапсе и Вандеруотере. — Я согласен, что это надежные и устойчивые авторитеты, их считают лучшими литературными критиками Соединенных Штатов.</p>
     <p>Каждый школьный учитель видит в Вандеруотере вождя американской критики. Но я его прочел, и мне он показался типичным образцом блестящего пустословия. Одни банальности, прикрытые высокопарными фразами. И Прапс не лучше. Его «Лесные мхи», например, написаны превосходно. Ни одной запятой нельзя выкинуть, а общий тон — ах, какой торжественный тон! Он самый высокооплачиваемый критик в Соединенных Штатах. Но, да простит мне господь эту дерзость, он, собственно, вообще не критик. В Англии искусство критики стоит выше. Дело в том, что подобные критики все время повторяют избитые истины, которые звучат у них и благородно, и высоконравственно, и возвышенно. Рупор ходячих мнений — вот что они такое. Их критические статьи напоминают воскресные проповеди. Они всячески поддерживают преподавателей английской филологии, а те, в свою очередь, поддерживают их. И ни у тех, ни у других не гнездится под черепной коробкой ни одной оригинальной идеи. Они знают только то, что общепризнано, — да, собственно, общепризнанное — это они и есть. Все утвердившиеся идеи приклеиваются к ним так же легко, как этикетки к пивным бутылкам. И главная их обязанность состоит в том, чтобы вытравить из университетской молодежи всякую оригинальность мышления и заставить мыслить по определенному трафарету.</p>
     <p>— Мне кажется, — возразила Руфь, — что я ближе к истине, придерживаясь общепризнанного, чем вы, нападая на авторитеты, как дикарь на священные изображения.</p>
     <p>— Священные изображения низвергают не дикари, а миссионеры, — засмеялся Мартин, — но, к сожалению, все миссионеры разъехались по языческим странам, и у нас не осталось ни одного, который помог бы низвергнуть мистера Вандеруотера и мистера Прапса.</p>
     <p>— А заодно и всех университетских профессоров, — прибавила она.</p>
     <p>Он энергично закачал головой.</p>
     <p>— Нет. Преподаватели естественных наук пусть остаются. Они действительно делают дело. Но из преподавателей английской филологии — этих попугайчиков с микроскопическими мозгами — девять десятых не вредно было бы выгнать вон.</p>
     <p>Столь суровое отношение к филологам казалось Руфи просто кощунственным. Она невольно сравнивала степенных, элегантно одетых университетских преподавателей, говорящих размеренным голосом, проникнутых утонченной культурой, с этим невозможным человеком, которого она почему-то полюбила, вчерашним матросом в дурно сшитом костюме, со стальными мускулами чернорабочего — человеком, который ни о чем не умеет говорить спокойно, горячится, вместо того чтобы тактично изложить свою точку зрения, и кричит, когда нужно проявлять достоинство и выдержку. Преподаватели по крайней мере получали хорошее жалованье и были — да, этого нельзя было не признать — настоящими джентльменами, тогда как Мартин не мог заработать ни одного пенса и на джентльмена походил очень мало.</p>
     <p>Руфь даже не считала нужным вникать в аргументы Мартина. Что они были ошибочны, в этом ее убеждало положение вещей. Преподаватели, несомненно, были правы в своих суждениях о литературе, ибо они добились успеха в жизни, а Мартин ошибался уже потому, что не мог продать ни одного своего произведения. Говоря его языком, у них «вышло», а у него не выходило. И разве мог он судить правильно о литературе, — он, который еще так недавно стоял посреди этой самой комнаты, красный от смущения, неуклюжий, озираясь в страхе, как бы не уронить какой-нибудь безделушки, спрашивая, давно ли умер «Свайнберн», и глупо хвастаясь, что читал «Все выше и выше» и «Псалом жизни».</p>
     <p>Таким образом, Руфь сама подтверждала свое преклонение перед общепризнанным. Мартин отлично понимал ее мысли, но не желал придавать этому значения. Он любил ее независимо от того, как она относилась к Прапсу, Вандеруотеру и преподавателям английской филологии, но все больше убеждался, что сумел проникнуть в области мышления, для нее совершенно недоступные, о существовании которых она даже и не подозревает.</p>
     <p>Руфь, в свою очередь, считала, что Мартин ничего не понимает в музыке, а суждения его об опере она находила не только неверными, но намеренно парадоксальными.</p>
     <p>— Вам понравилось? — спросила однажды Руфь, когда они возвращались из оперы.</p>
     <p>В этот вечер, ценою целого месяца суровой экономии на еде, он смог пригласить ее в театр. Тщетно прождав, что Мартин сам заговорит о спектакле, который на нее произвел сильное впечатление, она, наконец, решила спросить его.</p>
     <p>— Мне очень понравилась увертюра, — отвечал он, — это было превосходно.</p>
     <p>— Ну, а сама опера?</p>
     <p>— Опера тоже, то есть оркестр, разумеется. Но было бы еще лучше, если бы эти шуты гороховые поменьше ломались или вовсе бы ушли со сцены.</p>
     <p>Руфь была ошеломлена.</p>
     <p>— Вы говорите о Тетралани и Барильо? — спросила она.</p>
     <p>— Да, и о них и обо всех других тоже.</p>
     <p>— Но ведь это же великие артисты!</p>
     <p>— Все равно. Они своим глупым кривляньем только портили музыку.</p>
     <p>— Так неужели вам не нравится голос Барильо?! — воскликнула Руфь. — Ведь он считается вторым после Карузо.</p>
     <p>— Нет, отчего же, нравится, а Тетралани нравится еще больше. У нее исключительный голос, насколько я могу судить.</p>
     <p>— Но… но… — Руфь не находила слов. — Я тогда ничего не понимаю. Вы восхищаетесь их голосами, а говорите, что они портили музыку.</p>
     <p>— Вот именно. Я бы много дал, чтобы послушать их в концерте, и дал бы еще больше, чтобы не слышать их, когда играет оркестр. Видно, я безнадежный реалист. Великие певцы не всегда великие актеры. Конечно, прекрасно, когда Барильо ангельским голосом поет любовную арию, а Тетралани вторит ему голосом, еще более ангельским, и все это на фоне яркой, сверкающей всеми красками оркестровой музыки. Не спорю, это огромное наслаждение. Но все впечатление мгновенно разбивается, как только я взгляну на сцену и увижу даму гренадерского роста, весом фунтов в двести, и рядом маленького квадратного человечка, с обрюзгшей физиономией и грудной клеткой кузнеца, которые становятся в позы, хватаются за сердце и размахивают руками, словно обитатели сумасшедшего дома. А я должен верить, что это любовная сцена между юным принцем и прекрасной принцессой. Нет, я не верю. Это чушь, глупость. Это неестественно. Вот в чем все дело: это совершенно неестественно. Неужели хоть кто-нибудь объясняется в любви таким образом? Да если бы я вздумал вам так объясняться, вы надавали бы мне пощечин!</p>
     <p>— Вы не понимаете, — негодовала Руфь, — каждый вид искусства имеет свои ограничения. (Она вспомнила лекцию об условности искусства, слышанную недавно в университете.) Вот живопись двухмерна. Однако вы принимаете иллюзию трех измерений, которую художник создает силой своего таланта. В литературе автор всемогущ и всезнающ. Ведь вы признаете за ним право сообщать о тайных помыслах героини, хотя, когда эта героиня думала, никто не мог подслушать ее мысли? То же самое в театре, в скульптуре, в опере — всюду. С некоторыми противоречиями приходится мириться.</p>
     <p>— Да, я понимаю, — отвечал Мартин, — всякое искусство условно, (Руфь изумилась, как правильно он выразился: как будто это был человек с университетским образованием, а не самоучка, читавший в библиотеке все, что попадалось под руку.) Но и в условности должна быть реальность. Деревья, намалеванные на картоне и стоящие по бокам сцены, мы считаем лесом. Это условность, но достаточно реальная. Но ведь изображение моря мы не будем принимать за лес. Мы не можем этого сделать. Это значило бы насиловать свои чувства. И потому-то все ужимки и гримасы двух сумасшедших, которых мы только что видели, никак нельзя принять за выражение любовных чувств и настроений.</p>
     <p>— Неужели вы и в музыке считаете себя выше авторитетов? — возмущенно сказала Руфь.</p>
     <p>— О нет, нет. Просто я позволяю себе иметь собственное мнение. Я говорю все это для того, чтобы объяснить вам, почему слоновая грация госпожи Тетралани испортила мне все впечатление от оркестра. Может быть, музыкальные авторитеты совершенно правы. Но у меня есть свое мнение, и я не подчиню его приговору всех авторитетов на свете, вместе взятых. Что мне не нравится, то не нравится, и с какой стати я должен делать вид, что не это понравилось! Только потому, что это нравится, ли будто бы нравится, большинству? Я не желаю подчинять свои вкусы моде.</p>
     <p>— Но музыка требует подготовки, — возразила Руфь, — а опера требует особой подготовки. Может быть…</p>
     <p>— …я еще недостаточно подготовлен, чтобы слушать оперу?.. — договорил Мартин.</p>
     <p>Ока кивнула.</p>
     <p>— Возможно, — согласился он, — но я даже рад этому. Если бы меня смолоду приучили к опере, я, вероятно, сегодня проливал бы слезы умиления, глядя на эту парочку, и от ее ужимок пение и музыка казались бы мне еще прекраснее. Но вы правы. Это все — дело воспитания, а меня уже воспитывать поздно. Мне нужно или нечто реальное, или совсем ничего. Иллюзия, в которой нет и намека на правду, не трогает меня, и опера кажется мне сплошной фальшью, в особенности когда я вижу, как маленький Барильо судорожно хватает в объятия огромную Тетралани и говорит ей о том, как он ее любит.</p>
     <p>Но Руфь, как всегда, судила о взглядах Мартина, исходя из внешних признаков и из своего преклонения перед общепризнанным. Кто он такой, в конце концов, чтобы считать правым только себя, а весь культурный мир обвинять в непонимании? Высказывания Мартина не произвели на нее никакого впечатления. Руфь слишком привыкла ко всему общепризнанному и не сочувствовала мятежным мыслям; к тому же музыкой она занималась с детства, с детства любила оперу, так же как и все люди ее круга. По какому же праву этот Мартин Иден, еще вчера не слышавший ничего, кроме рэгтаймов и уличных песенок, берется судить о мировых сокровищах музыки? Руфь была задета в своем самолюбии и, продолжая идти рядом с Мартином, испытывала смутное чувство обиды. В лучшем случае его суждения можно было великодушно признать капризом или нелепой шуткой. Но когда, прощаясь с ней у дверей дома, Мартин обнял ее и нежно поцеловал, Руфь забыла все, вновь охваченная любовью. После, лежа в постели без сна, Руфь все раздумывала, как могло случиться, что она полюбила такого странного человека, полюбила вопреки желанию всей своей семьи.</p>
     <p>На следующий день Мартин Иден отложил в сторону свои «доходные» литературные поделки и одним духом написал статью под названием «Философия иллюзий». Украшенный маркой конверт с рукописью отправился в путешествие, но бедной «Философии» суждено было переменить еще очень много марок и совершить очень много длительных путешествий.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать пятая</p>
     </title>
     <p>Мария Сильва была бедна и хорошо знала, что такое бедность. Для Руфи слово «бедность» означало просто известные неудобства существования. Этим исчерпывалось ее представление о бедности. Она знала, что Мартин Иден беден, и мысленно сравнивала его жизнь с жизнью юного Авраама Линкольна или мистера Бэтлера — вообще всех тех, кто, начав с лишений, достиг под конец успеха и благополучия. Признавая, что быть бедным неприятно, Руфь в то же время разделяла утешительное буржуазное представление о том, что бедность — превосходный стимул для карьеры, сулящей успех всякому, кто не лишен ума и способностей. Поэтому Руфь не слишком огорчилась, узнав, что Мартину пришлось заложить часы и пальто. Наоборот, она даже была довольна, надеясь, что тем скорее он образумится и бросит свои литературные начинания.</p>
     <p>Видя худое и осунувшееся лицо Мартина, Руфь не подозревала, что он голодает. Она даже радовалась перемене в нем, находя, что его облик стал одухотвореннее, тоньше, утратил ту мощь здорового животного, которая одновременно и влекла и отталкивала ее. Иногда Руфь восхищалась каким-то особенным блеском его глаз, делавшим его похожим на поэта или ученого, то есть на того, кем он хотел бы быть и кем она хотела его видеть. Но Марии Сильве ввалившиеся щеки и горящие глаза Мартина говорили совсем другое, и по этим признакам она изо дня в день отмечала перемены в благосостоянии своего жильца. Она видела, как он однажды вышел из дому в пальто, а вернулся без пальто, хотя день был холодный и дождливый. Потом на некоторое время щеки его слегка округлились и голодный огонь в глазах погас. Мария заметила также исчезновение часов и велосипеда, повлекшие за собой снова некоторый прилив жизненных сил. Кроме того, Мария знала, как много Мартин трудится, так как ей было точно известно, сколько керосина он сжигает за ночь. Работа! Мария отлично понимала, что Мартин работает не меньше ее, хотя его работа совсем иного свойства. Ее очень удивляло, что чем меньше он ест, тем усерднее трудится. Иной раз, когда ей казалось, что Мартин голодает особенно сильно, она посылала ему с одним из ребятишек свежий хлебец, под нехитрым предлогом, что ему самому не испечь такого вкусного. Иногда она посылала и миску горячего супа, мучаясь в то же время сомнением, имеет ли она право отнимать этот суп у детей, у своей плоти и крови. И Мартин был полон самой горячей благодарности, ибо умел ценить милосердие бедняков.</p>
     <p>Однажды, накормив свое многочисленное потомство остатками запасов, имевшихся в доме, Мария истратила последние пятнадцать центов на галлон дешевого вина и угостила Мартина, зашедшего в кухню за водой. Он выпил за ее здоровье, а она — за его. Потом она выпила за благополучие в его делах, а он за то, чтобы Джемс Грант поскорее явился и заплатил за стирку. Джемс Грант был плотничий подмастерье, который неаккуратно платил и задолжал Марии целых три доллара.</p>
     <p>И Мартин и Мария пили на пустой желудок, и обоим кислое молодое вино сразу бросилось в голову. При всем своем несходстве, они оба были нищи и одиноки, и эта нищета, о которой всегда умалчивалось, связывала их прочными узами. Мария обрадовалась, узнав, что Мартин бывал на Азорских островах, где она прожила до одиннадцати лет. Еще больше она обрадовалась, услыхав, что он бывал и на Гавайских островах, куда потом перебрались ее родители. Но ее восторг перешел всякие границы, когда Мартин сообщил ей, что бывал на острове Мауйи, где она вышла замуж. А на Кагулуи, где она впервые познакомилась со своим будущим мужем, Мартин был два раза. Еще бы ей не помнить груженных сахаром судов! Так он плавал на них? Ну скажите, пожалуйста, до чего же тесен мир! А Вайлуку? Мартин и там побывал! Знавал ли он главного надсмотрщика плантации? Ну как же, он даже пропустил за его здоровье стаканчик.</p>
     <p>Так, предаваясь воспоминаниям, они топили свой голод в кислом вине. Впрочем, Мартину будущее не представлялось слишком мрачным. Рано или поздно он добьется успеха и славы. Он уже чувствует их дыхание рядом. Еще немножко — и он сможет схватить их рукой. Тут он стал пытливо вглядываться в изможденное лицо женщины, сидящей перед ним, вспомнил хлеб и суп, которые она ему присылала, и ощутил порыв великой благодарности, желание облагодетельствовать ее.</p>
     <p>— Мария, — вскричал он вдруг, — чего бы вы больше всего хотели?</p>
     <p>Она с недоумением посмотрела на него.</p>
     <p>— Ну, чего бы вы больше всего хотели именно сейчас?</p>
     <p>— Семь пара башмака — для рэбята.</p>
     <p>— Вы их получите, — объявил он, и она торжественно кивнула головой. — Ну, а еще чего-нибудь, поважнее?</p>
     <p>В глазах Марии мелькнула добродушная радость. Мартин шутил с ней — с ней, с которой уже давно никто не шутил.</p>
     <p>— Подумайте, не спешите, — сказал он предостерегающе, когда она открыла было рот, чтобы заговорить.</p>
     <p>— Корошо, — сказала она, — я подумала. Минэ надо дом, своя дом, — бесплатна жить. Нэ платить семь доллара на месяц.</p>
     <p>— Вы его получите, — пообещал он, — и очень скоро. Ну, а самое ваше большое желание? Вообразите, что я бог и что я все могу исполнить. Ну, говорите, я слушаю.</p>
     <p>Мария сосредоточенно помолчала минуту.</p>
     <p>— Вы будэтэ пугацца.</p>
     <p>— Нет, нет, — засмеялся он, — я не испугаюсь. Ну, говорите?</p>
     <p>— Большой вещь, ах, большой, — предупредила она.</p>
     <p>— Ладно, ладно. Говорите.</p>
     <p>— Корошо. — Она глубоко, по-детски вздохнула, готовясь высказать свое самое заветное, сокровенное желание. — Минэ хочется фэрма — молочна фэрма. Много корова, много луг, много трава. Около Сан-Лиана. В Сан-Лиана живет мой сестра. Буду продавать молоко в Окленд. Много дэньга. Джо и Ник нэ будэт пасти коров. Они пойдет в короша школа. Будэт важный инженер, строить дорога. Да, хочется молочна фэрма.</p>
     <p>Мария умолкла и блестящими глазами поглядела на Мартина.</p>
     <p>— Вы ее получите, — быстро отвечал он.</p>
     <p>Она кивнула и выпила за великодушного дарителя, Хотя и прекрасно знала, что никогда не получит обещанных даров. Но она была благодарна Мартину за его доброе сердце и умела ценить обещание, как ценила бы самый дар.</p>
     <p>— Да, да, Мария, — продолжал Мартин. — Нику и Джо не придется пасти коров. Ребята будут учиться в школе весь год, ходить в хороших, крепких башмаках. У вас будет первоклассная ферма с домом, с конюшней, с хлевом. У вас будут свиньи, куры, огород, фруктовый сад — одним словом, все, что нужно; у вас хватит средств, чтобы нанять работника, даже двух работников. И вам не придется ничего делать, кроме как воспитывать детей. А если подвернется хороший человек, вы выйдете за него замуж, и он станет хозяйничать на ферме, а вы будете отдыхать.</p>
     <p>И, щедрой рукой отмерив ей долю из своих будущих благ, Мартин встал и пошел закладывать свой единственный выходной костюм. Ему было не легко решиться на это, потому что таким образом он лишал себя возможности видеться с Руфью. Другого приличного костюма у Мартина не было, а в матросской заплатанной куртке он мог заходить к булочнику и мяснику, мог наведываться к сестре, но о том, чтобы являться в таком виде к Морзам, разумеется, нечего было и думать.</p>
     <p>Мартин продолжал трудиться, испытывая тоску, близкую к полному отчаянию. Все чаще ему приходило на ум, что и второе сражение проиграно и что в самом деле нужно снова идти работать. Все были бы довольны этим: лавочники, сестра, Руфь и даже Мария, которой он задолжал за целый месяц. Он уже два месяца не платил за прокат пишущей машинки, и магазин требовал, чтобы он или уплатил, или вернул машинку. Готовый покориться и отложить борьбу до более подходящего времени, Мартин отправился держать экзамен на железнодорожного почтальона. К своему изумлению, он выдержал первым. Правда, неизвестно было, когда откроется вакансия.</p>
     <p>И вот в эту особенно тяжелую пору издательская машина вдруг нарушила свой обычный ход. То ли в ней соскользнуло какое-нибудь колесико, то ли она была просто плохо смазана, но в одно прекрасное утро почтальон принес маленький запечатанный конверт. В углу конверта Мартин увидел штамп «Трансконтинентального ежемесячника». Сердце у него рванулось и замерло, он почувствовал слабость во всем теле, колени как-то странно задрожали. Пройдя к себе в комнату, он уселся на кровать с нераспечатанным конвертом в руке и в этот миг ясно понял, как люди умирают от радостного известия.</p>
     <p>Конечно, это было радостное известие. В таком маленьком конверте не могла бы поместиться рукопись. Мартин помнил, что в «Трансконтинентальный ежемесячник» он послал «Колокольный звон», «страшный» рассказ, в котором было пять тысяч слов. А так как лучшие журналы всегда платят по приеме рукописи, то в конверте, очевидно, таился чек. Два цента за слово — стало быть, двадцать долларов за тысячу слов; чек, значит, должен быть на сто долларов. Сто долларов! Разрывая конверт, он уже подсчитал мысленно все свои долги: 3 доллара 85 центов в бакалейную лавку; 4.00 — мяснику; 2.00 — булочнику; за овощи — 5.00; всего 14.85. Далее, за комнату — 2.50, за месяц вперед — 2.50; за двухмесячный прокат машинки — 8.00, за месяц вперед — 4.00; всего 31.85. Кроме того, надо выкупить вещи из заклада: часы — 5.50; пальто — 5.50; велосипед — 7.75; костюм — 5.50 (60 % ростовщику — но не все ли равно!). Общий итог — 56.10. Эта сумма словно была выписана перед ним в воздухе светящимися цифрами. Остаток в 43 доллара 90 центов представлял необычайное богатство, принимая во внимание, что будет уплачено вперед и за комнату и за машинку.</p>
     <p>Тем временем он наконец вскрыл конверт и вынул отпечатанное на машинке письмо. Чека не было. Он потряс конверт, поглядел его на свет, не доверяя глазам, разорвал. Чека не было. Тогда он начал читать письмо, стараясь сквозь похвалы редактора добраться до сути дела, найти объяснение, почему не прислан чек. Объяснения он не нашел, но зато прочел нечто такое, что поразило его, как удар грома. Письмо выпало у него из рук. В глазах помутилось, он упал головой на подушку и судорожно потянул на себя одеяло.</p>
     <p>Пять долларов за «Колокольный звон». Пять долларов за пять тысяч слов! Вместо двух центов за слово — один цент за десять слов! А издатель еще расточает ему похвалы, сообщая, что чек будет выслан немедленно по напечатании рассказа! Значит, все это было вранье — и то, что минимальная ставка два цента за слово, и то, что платят по приеме рукописи. Все было вранье, и он просто-напросто попался на удочку. Знай он это раньше, он не стал бы писать. Он пошел бы работать — работать ради Руфи. Он ужаснулся, подумав о том, сколько времени было потрачено на писание. Ради того, чтобы в конце концов получить по центу за десять слов! И другие блага и почести, которые, по словам газет, сыпались на писателей, вероятно, тоже существовали лишь в воображении газетчиков. Все его полученные из вторых рук представления о писательской карьере были неверны: доказательство налицо. «Трансконтинентальный ежемесячник» стоит двадцать пять центов номер, и красивая обложка указывает на его принадлежность к первоклассным журналам. Это старый, почтенный журнал, начавший издаваться задолго до того, как Мартин Иден появился на свет. На его обложке неизменно печатается изречение одного всемирно известного писателя, указывающее на высокие задачи «Трансконтинентального ежемесячника», на страницах которого начало свою карьеру упомянутое литературное светило. И вот этот-то вдохновляемый высокими задачами журнал платит пять долларов за пять тысяч слов! Тут Мартин вспомнил, что автор изречения недавно умер на чужбине в страшной нищете, — и решил, что ничего удивительного в этом не было.</p>
     <p>Да. Он попался на удочку. Газеты наврали ему с три короба про писательские гонорары, а он из-за этого потерял целых два года! Но теперь довольно. Больше он не напишет ни одной строчки! Он сделает то, чего хочет Руфь, чего хотят все кругом, — и поступит на службу. Мартин вдруг вспомнил Джо — Джо, который где-то там колесит по дорогам страны безделья. Мартин вздохнул с завистью. Ежедневная девятнадцатичасовая работа внезапно дала себя почувствовать Но Джо не был влюблен, не знал ответственности, которую налагает любовь, и, следовательно, имел право шататься по миру и бездельничать. А у него, у Мартина, есть ради чего работать, и потому он будет работать. Завтра же с раннего утра он начнет искать службу и завтра же известит Руфь о том, что намерен переменить образ жизни и готов поступить в контору к ее отцу.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_036.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_037.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Пять долларов за пять тысяч слов, за десять слов один цент — вот рыночная цена искусства! Несправедливость, ложь, подлость, таившиеся в этом, не давали ему покоя. А сквозь закрытые веки глаза его жгла цифра 3.85 — сумма его долга бакалейщику. Мартина знобило, и все кости у него ныли. В особенности ломило поясницу. Голова болела — темя болело, затылок болел, самый мозг, казалось, болел под черепною коробкой; особенно невыносима была боль над бровями. А перед глазами по-прежнему сверкала беспощадная, терзающая цифра 3.85. Чтобы избавиться от этого назойливого видения, Мартин открыл глаза, но яркий дневной свет причинил ему нестерпимое страдание; пришлось снова закрыть глаза, и цифра 3.85 вспыхнула с прежней силой.</p>
     <p>Пять долларов за пять тысяч слов, за десять слов — один цент! — эта мысль сверлила мозг, и он не мог от нее избавиться, так же как не мог избавиться от цифры 3.85, горевшей перед глазами. Наконец, в цифре начались какие-то изменения, за которыми Мартин наблюдал с любопытством, и постепенно она превратилась в 2.00. А, догадался он, это долг булочнику! Следующая цифра была 2.50. Эта цифра так заинтриговала его, словно решала для него вопрос жизни и смерти. Кому-то он, в самом деле, должен два с половиной доллара, но кому? Ему необходимо было решить эту задачу, решить во что бы то ни стало, и он бродил по длинным темным коридорам памяти, шарил в ее углах и закоулках, загроможденных обрывками ненужных сведений и воспоминаний, отчаянно стараясь найти ответ. Казалось, прошли целые столетия, прежде чем он вспомнил, что должен эти деньги Марии. С чувством огромного облегчения Мартин подумал, что теперь может отдохнуть, решив эту сложную задачу. Но не тут-то было. Исчезла цифра 2.50, а вместо нее зажглась другая — 8.00. Кому он должен восемь долларов? Опять нужно было пускаться в утомительные скитания по лабиринтам памяти.</p>
     <p>Сколько длились эти скитания, Мартин не знал (ему казалось, что бесконечно долго), но вдруг он пришел в себя от стука в дверь и услыхал голос Марии, спрашивавшей, не болен ли он. Глухим, незнакомым голосом Мартин ответил, что просто вздремнул. Его удивила темнота в комнате. Письмо пришло в два часа дня, а теперь был уже вечер. Видно, он заболел.</p>
     <p>Тут опять перед ним появилась цифра 8.00, и он снова начал напряженно думать. Впрочем, теперь он стал хитрее. Вовсе незачем блуждать среди хаоса воспоминаний. Как он был глуп! Нужно просто повернуть наудачу огромное колесо памяти; оно повернулось — и вдруг, завертевшись с необычайной скоростью, втянуло его в свое движение и понесло в черную пустоту.</p>
     <p>Мартин нисколько не удивился, увидав себя в прачечной подкладывающим крахмальные манжеты под каток. На манжетах были напечатаны какие-то цифры. Должно быть, новый способ метить белье, подумал Мартин и вгляделся в метку: на манжете стояла цифра 3.85. Он вспомнил, что это счет бакалейщика и что счета необходимо пропускать через каток. Коварная мысль пришла ему в голову. Он побросает все счета на пол и не станет платить по ним. Сказано — сделано. И вот он бесцеремонно мнет манжеты и швыряет на необыкновенно грязный пол. Куча неимоверно растет, каждый счет удвоился, удесятерился, разбился на тысячи таких же счетов, и только счет Марии в два с половиною доллара не множился. Это означало, что Мария не станет притеснять его, и Мартин великодушно решил, что уплатит только по ее счету. Решив так, он начал разыскивать этот счет в груде на полу; он искал его много веков, но тут дверь вдруг отворилась и в комнату вошел хозяин гостиницы — толстый голландец. Лицо его пылало гневом, и громовым голосом он заорал на весь мир: «Я вычту стоимость манжет из вашего жалованья!» Груда сразу превратилась в целую гору, и Мартин понял, что ему придется работать тысячу лет, чтобы заплатить за эти манжеты. Ничего не оставалось, как только убить хозяина гостиницы и поджечь прачечную. Но толстый голландец схватил его за шиворот и стал трясти. Потом перебросил его через стол с утюгами, через плиту, каток, стиральную машину, выжималку. Мартин так кувыркался на лету, что у него стучали зубы и звенело в голове, и все удивлялся силе голландца.</p>
     <p>Затем он опять очутился перед катком, на этот раз принимая выстиранные и выкатанные манжеты, которые подкладывал с другой стороны издатель ежемесячного журнала. Каждая манжета превращалась в чек, и Мартин с тревожным любопытством рассматривал их, но чеки были пустые. Он стоял у катка миллионы лет и все вынимал чеки, боясь пропустить хоть один, — а вдруг именно этот будет заполнен на его имя? Наконец такой чек появился. Дрожащею рукою Мартин взял его и поднес к свету. Чек был на пять долларов. «Ха-ха-ха», — хохотал издатель, прячась за каток. «Ладно, я тебя сейчас убью», — сказал Мартин. Он пошел в соседнюю комнату за топором и увидал там Джо, который крахмалил рукописи. Мартин, желая спасти рукописи, швырнул в Джо топором, но топор повис в воздухе. Мартин побежал назад к катку и увидел, что там свирепствует снежная буря. Нет, это был не снег, а бесконечное количество чеков, каждый не меньше чем на тысячу долларов. Он начал собирать их и раскладывать пачками по сто штук, и каждую сотню заботливо перевязывал ленточкой.</p>
     <p>Вдруг перед Мартином появился Джо. Джо стоял и жонглировал утюгами, сорочками, рукописями. Иногда он хватал пачки чеков и подбрасывал их вверх, так что они, пробив крышу, исчезали в пространстве. Мартин кинулся на Джо, но тот вырвал у него топор и тоже подбросил вверх. За топором он подбросил и самого Мартина. Мартин пролетел сквозь крышу и успел поймать много рукописей, так что упал на землю с целой охапкой в руках. Но его снова понесло вверх, и он помчался по воздуху, описывая бесконечные круги. А в отдалении детский голосок напевал: «Протанцуй со мною, Вилли, протанцуй еще разок!»</p>
     <p>Топор торчал среди Млечного Пути чеков, крахмальных сорочек и рукописей, и Мартин, взяв его, решил убить Джо немедленно по возвращении на землю. Но он так и не возвратился на землю. В два часа ночи Мария, услыхав из-за перегородки его стоны, вошла к нему в комнату, обложила его горячими утюгами, а воспаленные глаза накрыла мокрым полотенцем.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать шестая</p>
     </title>
     <p>Мартин Иден не пошел на следующее утро искать работы. Было уже за полдень, когда он очнулся от забытья и оглядел комнату. Восьмилетняя Мэри, одна из дочерей Сильвы, дежурила подле него и, как только он очнулся, с визгом побежала за матерью. Мария пришла из кухни, где занималась стряпней. Она дотронулась мозолистой рукой до его горячего лба и пощупала пульс.</p>
     <p>— Кушать будэт? — спросила она.</p>
     <p>Мартин отрицательно покачал головой. Меньше всего ему хотелось есть, и он даже удивился, что когда-то испытывал чувство голода.</p>
     <p>— Я болен, Мария, — сказал он слабым голосом. — Что со мной? Не знаете?</p>
     <p>— Грипп, — отвечала она, — три дня, и будэт хорошо. Лучше без еда. Потом кушать. Завтра.</p>
     <p>Мартин не привык хворать, и когда Мария и ее дочка вышли, он попытался одеться. Глаза его так болели, что он то и дело должен был опускать веки. Крайним напряжением воли он заставил себя встать с кровати и сел за стол, но тут силы изменили ему, он уронил на стол голову и долго не мог подняться. Через полчаса он кое-как добрался опять до постели и лежал неподвижно, закрыв глаза и пытаясь разобраться в своих болезненных ощущениях. Мария несколько раз входила к нему и меняла холодный компресс на лбу. Но заговаривать с ним не пыталась, мудро решив не надоедать ему болтовней. Исполненный благодарности, он пробормотал:</p>
     <p>— Мария, у вас будет молочна ферма, хороша молочна ферма.</p>
     <p>Затем ему вспомнился вчерашний день, уже отошедший в далекое прошлое. Казалось, целый век миновал с тех пор, как он получил письмо из «Трансконтинентального ежемесячника», — с тех пор, как он понял свое заблуждение и решил покончить с этим делом и перевернул страницу книги жизни. Он слишком сильно натягивал тетиву, и она в конце концов лопнула. Если б он не изнурял себя так голодом и лишениями, болезнь не одолела бы его. У него недостало силы бороться с микробом, проникшим в организм. И вот теперь он лежит и не может подняться.</p>
     <p>«Какой смысл, если бы я написал даже целую библиотеку книг, раз за это надо расплачиваться жизнью? — спрашивал он себя. — Нет, это не для меня. К черту литературу! Моя судьба — вести конторские книги, получать ежемесячно жалованье и жить в маленьком домике вдвоем с Руфью».</p>
     <p>Через два дня Мартин съел яйцо с двумя ломтиками хлеба и, выпив чашку чаю, попросил принести ему полученную за это время почту. Но глаза у него все еще болели, и читать было трудно.</p>
     <p>— Прочитайте мне письма, Мария, — сказал он. — Большие, толстые конверты не вскрывайте. Швыряйте их под стол. Прочтите те письма, что в маленьких конвертах.</p>
     <p>— Не умей, — отвечала она. — Тереза умей, она ходит в школа.</p>
     <p>Тереза Сильва — девочка лет девяти — вскрыла конверты и принялась читать. Мартин рассеянно слушал настойчивые требования уплаты за прокат пишущей машинки, — голова у него была занята мыслями о приискании работы. Внезапно до его слуха долетели следующие слова:</p>
     <p>— «Мы предлагаем вам сорок долларов за исключительное право публикации вашего рассказа, — читала по складам Тереза, — если вы согласитесь на предлагаемые сокращения и изменения…»</p>
     <p>— Откуда это, из какого журнала? — вскричал Мартин — Дай сюда письмо.</p>
     <p>Он сразу забыл о боли в глазах и с жадностью стал читать. «Белая мышь» предлагала ему сорок долларов за «Водоворот» — один из его ранних «страшных» рассказов. Мартин несколько раз перечитал письмо. Редактор прямо и откровенно говорил ему, что замысел рассказа разработан недостаточно четко, но самый этот замысел понравился им своей оригинальностью, и они готовы напечатать рассказ. Если он разрешит сократить «Водоворот» на одну треть, ему немедленно будет выслан чек на сорок долларов.</p>
     <p>Мартин взял перо и написал редактору, что разрешает сократить рассказ хоть на три четверти, но чтобы чек выслали как можно скорее.</p>
     <p>Тереза побежала опускать письмо, а Мартин откинулся на подушку и задумался. Значит, все-таки это не ложь. «Белая мышь» готова платить по принятии рукописи. В рассказе «Водоворот» было три тысячи слов. Если отбросить треть, останется две тысячи. Выходит как раз два цента за слово. Оплата по принятии рукописи и два цента за слово, — газеты говорили правду! А он-то считал «Белую мышь» третьесортным журнальчиком. Очевидно, он просто не имел о журналах никакого понятия. Он считал первоклассным «Трансконтинентальный ежемесячник», а там платят цент за десять слов! Он относился к «Белой мыши» с пренебрежением, а там платят в двадцать раз дороже, и притом не дожидаясь выхода из печати!</p>
     <p>Одно было ясно; когда он поправится, ему незачем бегать в поисках работы. В голове у него целая сотня рассказов не хуже «Водоворота», и если считать по сорок долларов за штуку, он может заработать на них гораздо больше, чем ему даст любая служба. Он выиграл сражение в тот самый миг, когда оно казалось проигранным. Его выбор оправдал себя. Дорога перед ним открыта. После «Белой мыши» список журналов, готовых его печатать, будет все расти и расти. Писание «доходных» мелочей можно теперь бросить. Все равно они не принесут ему и доллара. Он займется работой, настоящей работой, и будет вкладывать в нее все, что в нем есть действительно ценного. Мартину захотелось, чтобы Руфь была тут и могла разделить его радость. Вдруг среди писем, разбросанных на постели, он нашел одно от нее. Руфь нежно упрекала его за то, что он вдруг пропал и уже который день не дает о себе знать. Мартин с восторгом перечитывал письмо, рассматривал почерк, любовался каждой буквой, нежно целовал подпись.</p>
     <p>В ответ он написал ей откровенно, что заложил свой единственный хороший костюм и потому не мог прийти. Он сообщил о своей болезни, которая, впрочем, уже почти прошла, и прибавил, что недели через две (время, достаточное для получения чека из Нью-Йорка) он выкупит костюм и в тот же день будет у нее.</p>
     <p>Но Руфь не собиралась ждать две недели. Ведь ее возлюбленный был болен. На другой же день она приехала к нему вместе с Артуром в коляске, к великому удовольствию ребятишек Сильвы и всей окрестной детворы и к полному ужасу Марии. Мария надавала пощечин детям, обступившим необыкновенных посетителей, и, немилосердно коверкая язык, стала извиняться за свой неряшливый вид. На руках у нее засохла мыльная пена, а мокрая рогожа, подвязанная вместо передника, ясно говорила гостям, за какой работой они ее застали. Появление нарядных молодых людей в коляске, спрашивавших ее жильца, до того потрясло Марию, что она даже не догадалась пригласить их в свою крошечную гостиную. Чтобы добраться до комнаты Мартина, им пришлось пройти через жаркую кухню, наполненную паром по случаю большой стирки. От волнения Мария никак не могла осуществить сложный маневр с дверью комнаты и дверцей шкафа, и в комнату больного ворвались облака пара, запах мыльной воды и грязного белья.</p>
     <p>Руфь ловко повернула направо, потом налево, потом опять направо и прошла по узкому каналу между столом Мартина и его кроватью. Артур не проявил достаточной осторожности и с грохотом опрокинул горшки и сковородки в кухонном углу. Впрочем, Артур недолго оставался в комнате. Единственный стул заняла Руфь, и ее брат, считая свои обязанности исполненными, вышел на крыльцо, где его немедленно обступило многочисленное потомство Сильвы, крайне заинтересованное его особой. Вокруг экипажа толпились ребятишки со всего квартала, ожидая какой-нибудь страшной, драматической развязки. Коляски появлялись в округе только в дни свадеб или похорон; но в данном случае никто не женился и не умер — следовательно, должно было произойти нечто из ряда вон выходящее, на что стоило посмотреть.</p>
     <p>Все эти дни Мартин изнывал от желания видеть Руфь. Обладая горячо любящим сердцем, он больше чем кто-либо нуждался в сочувствии, и не в простом сочувствии, а в глубоком и чутком понимании; но он еще не знал, что сочувствие Руфи основывается не на понимании его, Мартина Идена, стремлений, а просто на ее природной, несколько сентиментальной нежности. Пока Мартин говорил с нею, держа ее за руку, Руфь, в порыве любви, отвечала ему ласковым пожатием и со слезами на глазах глядела на его осунувшееся лицо, думая о том, какой он несчастный и беспомощный.</p>
     <p>Мартин поспешил рассказать Руфи о том, в какое отчаяние он пришел, получив письмо «Трансконтинентального ежемесячника», и как обрадовался предложению «Белой мыши», но Руфь отнеслась к этому безучастно. Она слышала слова, им произносимые, и понимала смысл, но не разделяла ни его радости, ни его отчаяния. Она оставалась верна себе. Ее очень мало интересовали рассказы, журналы и редакторы. Она думала только об одном: когда им с Мартином можно будет пожениться. Правда, сама она этого не понимала, как не понимала и того, что ее желание заставить Мартина «устроиться» вызывалось подсознательным материнским инстинктом. Конечно, если бы Руфи сказали об этом прямо, она бы, во-первых, смутилась, во-вторых, вознегодовала и стала бы уверять, что ею руководит лишь забота о благе любимого человека. Но, так или иначе, пока Мартин, взволнованный первым успехом на избранном пути, изливал перед Руфью свою душу, она, слушая и не слыша, оглядывалась по сторонам, пораженная тем, что видела.</p>
     <p>В первый раз Руфь лицом к лицу столкнулась с нищетой. Ей всегда казалось, что любовь и голод — очень романтическое сочетание, но она совершенно не представляла себе, как выглядит эта романтика в жизни. Такой картины она во всяком случае не ожидала. Ее тошнило от запаха грязного белья, который проникал сюда из кухни. Мартин, должно быть, весь пропитался этим запахом, думала Руфь, если эта ужасная женщина часто стирает. Нищета заразительна. Руфи начинало казаться, что к Мартину пристала грязь окружающей обстановки. Его небритое лицо (Руфь в первый раз видела Мартина небритым) вызывало в ней неприязнь. От щетины на подбородке и щеках оно казалось таким же мрачным и грязным, как все жилище Сильвы, и это еще подчеркивало в нем ненавистное Руфи выражение животной силы. И надо же было, чтобы два рассказа Мартина приняли к напечатанию! Теперь он еще больше утвердится в своих безумных планах. Еще немного — и он бы сдался и поступил на службу. А сейчас он с новым усердием примется за свое сочинительство, продолжая голодать и жить в этом ужасном доме.</p>
     <p>— Чем это пахнет? — вдруг спросила Руфь.</p>
     <p>— Вероятно, бельем. Мария стирает, — отвечал он. — Я уже привык к этому запаху.</p>
     <p>— Нет, нет. Еще какой-то противный, застоявшийся запах!</p>
     <p>Мартин, прежде чем ответить, понюхал воздух.</p>
     <p>— Я ничего не чувствую, кроме запаха табака, — объявил он.</p>
     <p>— Вот именно. Какая гадость! Зачем вы так много курите, Мартин?</p>
     <p>— Сам не знаю. Когда у меня тоскливо на душе, я и курю больше. А вообще это старая привычка. Я начал курить еще мальчишкой.</p>
     <p>— Нехорошая привычка, — укоризненно сказала Руфь. — Здесь просто дышать невозможно.</p>
     <p>— Это уж табак виноват. Я курю самый дешевый. Вот подождите, получу чек на сорок долларов, тогда куплю такого табаку, что его можно будет курить даже в обществе ангелов. А ведь это недурно! За три дня две принятых рукописи! Этими сорока пятью долларами я покрою почти все свои долги.</p>
     <p>— Это за два года работы? — спросила Руфь.</p>
     <p>— Нет, меньше чем за неделю. Пожалуйста, дайте мне ту книжечку в сером переплете. Вон лежит, на углу стола.</p>
     <p>Мартин открыл книжку и быстро перелистал ее.</p>
     <p>— Да, совершенно верно. Четыре дня «Колокольный звон», два дня «Водоворот». Сорок пять долларов за недельную работу. Сто восемьдесят долларов в месяц! Где бы я мог получить такое жалованье? А ведь это только начало. Мне понадобится не меньше тысячи долларов, чтобы как следует обставить вашу жизнь. Жалованье в пятьсот долларов меня бы никак не удовлетворило. Но для начала хорошо и сорок пять долларов. Дайте мне выйти на дорогу. Вот тогда задымим изо всех труб.</p>
     <p>Руфи это выражение напомнило о прежнем разговоре.</p>
     <p>— Вы и теперь слишком много дымите, — сказала она. — Дело не в качестве табака. Курение само по себе — дурная привычка, независимо от того, что вы курите. Вы точно ходячая дымовая труба или живой вулкан. Это ужасно! Милый Мартин, ведь вы знаете, что это ужасно!</p>
     <p>Взгляд Руфи был полон любви и ласки, и Мартин, смотря в ее чистые голубые глаза и нежное лицо, опять, как встарь, почувствовал, что недостоин ее.</p>
     <p>— Я хочу, чтобы вы бросили курить, — прошептала она, — сделайте это ради меня.</p>
     <p>— Хорошо, — воскликнул он, — я брошу курить! Я сделаю для вас все, что вы пожелаете, милая моя, дорогая!</p>
     <p>Руфью вдруг овладело искушение. Увидев, как легко покорно он идет на уступки, она подумала: если сейчас потребовать, чтобы он бросил писать, он не откажет ей. Но слова замерли у нее на устах. Она не смогла их выговорить. Не решалась. Вместо этого она склонилась ниже и, положив голову ему на грудь, прошептала:</p>
     <p>— Мартин, милый, ведь это я не ради себя, а ради вас. Вам, наверно, вредно курить, и потом — нехорошо быть рабом, даже рабом привычки.</p>
     <p>— Я буду вашим рабом, — улыбнулся он.</p>
     <p>— Ну, в таком случае я буду повелевать.</p>
     <p>Руфь коварно посмотрела на него, в глубине души сожалея уже, что не высказала своего главного желания.</p>
     <p>— Готов повиноваться вашему величеству.</p>
     <p>— Хорошо. Вот вам моя первая заповедь: не забывайте ежедневно бриться. Посмотрите, как вы исцарапали мне щеку.</p>
     <p>Таким образом, все закончилось ласками и веселым смехом. Но кой-чего она все же добилась, а за один раз нельзя было рассчитывать на большее. Руфь чисто по-женски гордилась тем, что заставила Мартина отказаться от курения. В следующий раз она убедит его поступить на службу: ведь он обещал исполнять все ее желания.</p>
     <p>Руфь встала и занялась осмотром комнаты. Она обратила внимание на заметки, развешанные на бельевых веревках, ознакомилась с таинственным приспособлением, на котором подвешивался велосипед, с огорчением увидела груду рукописей под столом: как много времени потрачено зря! Керосинка привела ее в восторг, но при дальнейшем осмотре обнаружилось, что полки для провизии пусты.</p>
     <p>— У вас тут нет ничего съестного! Ах, бедняжка, — воскликнула она с состраданием, — вы, наверно, голодаете!</p>
     <p>— Я держу свою провизию у Марии, — солгал Мартин, — там удобнее. Не бойтесь, я не голодаю. Посмотрите-ка!</p>
     <p>Руфь подошла к нему и увидела, как Мартин согнул руку в локте, и твердые, как железо, мускулы вздулись под рубашкой. Это зрелище вызвало в ней отвращение Ее чувства были оскорблены им. Но сердце, кровь, каждый фибр ее существа стремились к этим могучим мышцам, и, повинуясь знакомой непонятной силе, она, вместо того чтобы отшатнуться от Мартина, склонилась к нему. И когда Мартин сжал ее в объятиях, ее рассудок, знающий лишь внешние проявления жизни, негодовал и возмущался, зато сердце, женское сердце, которого коснулась сама жизнь, победно ликовало. В такие мгновения Руфь начинала понимать всю силу своей любви к Мартину, потому что, когда его могучие руки смыкались вокруг нее, до боли сжимая ее в неудержимом страстном порыве, у нее начинала кружиться голова от счастья. В такие мгновения все казалось ей оправданным: нарушение правил, измена идеалам, даже молчаливое неповиновение отцу и матери. Они не хотели, чтобы она вышла замуж за этого человека. Ее любовь к нему казалась им чем-то постыдным. Эта любовь порой казалась постыдной и ей самой, когда, вдали от него, она снова превращалась в холодную и рассудительную Руфь. Но когда Мартин был рядом, она любила его; правда, временами любовь была полна огорчений, но все-таки это была любовь — властная и непобедимая.</p>
     <p>— Этот грипп пустяки, — говорил Мартин, — правда, немного болит голова и знобит, но в сравнении с тропической лихорадкой это сущие пустяки.</p>
     <p>— А вы болели тропической лихорадкой? — спросила Руфь рассеянно, стараясь продлить блаженное чувство забвения, которое она испытывала в его объятиях.</p>
     <p>Она почти не прислушивалась к тому, что он отвечал, но вдруг одна фраза привлекла ее внимание. Мартин упомянул, что перенес тропическую лихорадку в тайной колонии прокаженных на одном из Гавайских островов.</p>
     <p>— А каким образом вы туда попали? — спросила Руфь. Такое царственное равнодушие к себе казалось ей преступным.</p>
     <p>— Случайно, — отвечал Мартин, — я и не думал ни о каких прокаженных. Однажды я сбежал со шхуны, доплыл до берега и отправился в глубь острова, чтобы найти себе безопасное убежище. Три дня я питался плодами гуавы, дикими яблоками и бананами — вообще всем, что растет в джунглях. На четвертый день я вышел на тропинку. Она вела в гору, и на ней были свежие человеческие следы. В одном месте тропинка проходила по гребню горы, острому, как лезвие ножа. Ширина там была не более трех футов, а с обеих сторон зияли пропасти глубиною в несколько сот футов. Один хорошо вооруженный человек мог бы тут сдержать наступление стотысячной армии. Это был единственный путь в глубь острова. Часа через три я очутился в маленькой долине, среди нагромождений застывшей лавы. В ней росли фруктовые деревья и стояло семь или восемь тростниковых хижин. Как только я увидел жителей, я понял, куда попал. Довольно было одного взгляда.</p>
     <p>— Что же вы сделали? — спросила Руфь, слушая, как Дездемона, испуганная, но завороженная.</p>
     <p>— А что же я мог сделать? Старшим у них был добродушный старикашка, весь изъеденный проказой, который правил, как полновластный король. Он открыл эту долину и основал в ней колонию, что было, разумеется, противозаконно. Но у них имелись ружья и патроны к ним, кстати, канаки дьявольски метко стреляют. Привыкли охотиться на кабанов и диких кошек. Так что бежать нечего было и думать. Пришлось Мартину Идену остаться и прожить там три месяца.</p>
     <p>— Но как же вам удалось спастись?</p>
     <p>— Я бы сидел там и сейчас, если бы не одна девушка, наполовину китаянка, на четверть белая и на четверть гавайянка. Она была очень красива, бедняжка, и притом образованна. У ее матери в Гонолулу было состояние по меньшей мере в миллион. Вот эта девушка меня в конце концов и выручила. Понимаете, ее мать давала деньги на содержание колонии, и девушка, стало быть, не боялась, что ее накажут. Но она взяла с меня клятву никому не открывать убежища. И я сдержал эту клятву. Сейчас я впервые заговорил об этом. У бедной девушки тогда появились только первые признаки проказы. Пальцы правой руки у нее были сведены, и выше локтя виднелось маленькое пятнышко. Больше ничего. Теперь уж она, наверное, умерла.</p>
     <p>— Но как же вы не боялись? И какое счастье, что вы не заразились этой ужасной болезнью!</p>
     <p>— Вначале мне было порядком не по себе, — признался он. — Но потом я привык. К тому же мне очень было жаль эту несчастную девушку, и я забывал о том, что нужно быть осторожным. Она была так хороша и душой и телом, болезнь еще едва-едва коснулась ее. И она знала, что обречена никогда больше не видеть людей, вести жизнь первобытного дикаря и постепенно заживо разлагаться. Вы даже вообразить не можете, до чего ужасна проказа.</p>
     <p>— Бедная девушка! — прошептала Руфь. — Все-таки странно, что она вас так отпустила.</p>
     <p>— Почему странно? — спросил Мартин, не поняв.</p>
     <p>— Да потому что она, наверно, любила вас, — продолжала Руфь так же тихо. — Ну скажите прямо: любила?</p>
     <p>Загар давно сошел с лица Мартина из-за работы в прачечной и затворнической жизни, а в последнее время он еще побледнел от голода и болезни; теперь сквозь эту бледность стал медленно проступать румянец. Он открыл рот и хотел заговорить, но Руфь перебила его.</p>
     <p>— О, не отвечайте, пожалуйста! В этом нет необходимости! — воскликнула она, смеясь.</p>
     <p>Но Мартину показалось, что в смехе ее прозвучали какие-то металлические нотки, а глаза блеснули ледяным блеском. И ему вспомнилась буря, которая однажды застигла его в северной части Тихого океана. На мгновение перед его глазами возникло видение грозных валов, озаренных холодным лунным светом. Вслед за тем он увидел девушку из колонии прокаженных и подумал, что она дала ему возможность бежать именно потому, что любила его.</p>
     <p>— Она была благородна, — сказал он просто, — она спасла мне жизнь.</p>
     <p>Казалось, этим инцидент был исчерпан, но Мартин вдруг услышал подавленное рыдание и увидел, что Руфь, отвернувшись от него, глядит в окно. Когда она снова взглянула Мартину в глаза, в ее лице ничто уже не напоминало о морской буре.</p>
     <p>— Я такая дурная, — жалобно сказала Руфь, — но я ничего не могу с собой поделать. Я так люблю вас, Мартин, так люблю. Может быть, я привыкну постепенно, но теперь я невольно ревную вас ко всем призракам прошлого. А ваше прошлое полно призраков!.. Да, да, иначе и быть не может, — быстро продолжала она, не давая ему возразить. — Ну, Артур уже делает мне знаки. Ему, бедному, надоело ждать. Прощайте, мой дорогой. Есть какой-то порошок, который помогает отвыкнуть от курения, — сказала Руфь уже в дверях, — я вам его пришлю.</p>
     <p>Руфь затворила за собой дверь и затем снова приоткрыла ее.</p>
     <p>— Люблю, люблю, — шепнула она и только после этого ушла.</p>
     <p>Мария почтительно проводила Руфь к экипажу, стараясь по дороге разглядеть все детали ее костюма. (Мария никогда не видела такого покроя, и он ей казался необыкновенно красивым.) Толпа ребятишек разочарованно смотрела вслед коляске, пока та не скрылась за поворотом. В следующий миг все внимание сосредоточилось на Марии, которая сразу стала самым важным лицом в квартале. Но кто-то из ее собственных отпрысков испортил дело, объявив, что знатные гости приезжали вовсе не к Марии, а к ее жильцу. После этого Мария вновь впала в ничтожество; зато Мартин стал замечать преувеличенное почтение к своей особе со стороны всех соседей.</p>
     <p>В глазах Марии он возвысился безмерно, а если бы лавочник тоже видел ту чудесную коляску, он, несомненно, открыл бы Мартину кредит еще на три доллара и восемьдесят пять центов.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать седьмая</p>
     </title>
     <p>Солнце удачи взошло для Мартина. На другой же день после посещения Руфи он получил чек на три доллара из бульварного нью-йоркского журнальчика в уплату за три триолета. Еще через два дня одна чикагская газета приняла «Искателей сокровищ», обещая уплатить десять долларов по напечатании. Цена была невелика, но ведь это было его первое произведение — первая попытка выразить на бумаге волновавшие его мысли. В довершение успеха и приключенческая повесть для юношества была принята ежемесячным журналом «Юность и зрелость». Правда, в повести была двадцать одна тысяча слов, а ему предложили за нее всего шестнадцать долларов, что составляло примерно семьдесят пять центов за тысячу слов, да и то по напечатании, — но ведь это была только вторая его литературная попытка, и Мартин сам теперь отлично видел, сколько в ней недостатков.</p>
     <p>Впрочем, даже в самых ранних его произведениях не было ничего от посредственности. В них скорее было слишком много силы — избыточной силы новичка, готового стрелять из пушек по воробьям. Мартин был рад, что ему удалось хоть по дешевке продать свои ранние произведения. Он знал им цену, и не так уж много времени ему понадобилось, чтобы это узнать. Все надежды он возлагал на свои последние произведения. Ему хотелось стать чем-то большим, чем автор журнальных рассказов и повестей. Он стремился вооружиться всеми приемами настоящего художника. Но силой жертвовать он не хотел. Напротив, он старался достигнуть еще большей силы, научившись обуздывать ее проявления. И любви к реализму он тоже не утратил. Во всех своих произведениях он стремился сочетать реализм с вымыслом и красотами, созданными фантазией. Он добивался вдохновенного реализма, проникнутого верой в человека и его стремления. Он хотел показать жизнь, как она есть, со всеми исканиями мятущегося духа.</p>
     <p>Читая книги, Мартин обнаружил, что существуют две литературные школы. Одна изображала человека каким-то божеством, совершенно игнорируя его земную природу; другая, напротив, видела в человеке только зверя и не хотела признавать его духовных устремлений и великих возможностей. Мартин не разделял установок ни той, ни другой школы, считая их слишком односторонними. По его мнению, истина находилась где-то посредине, и как ни далека была от этой истины школа «божества», школа «зверя», с ее животной грубостью, оказывалась не ближе.</p>
     <p>В рассказе «Приключение», не вызвавшем когда-то восхищения у Руфи, Мартин попытался осуществить свой идеал художественной правды, а в статье «Бог и зверь» он изложил свои теоретические взгляды на этот предмет.</p>
     <p>Но «Приключение» и другие рассказы, которые он считал лучшими, продолжали странствовать из одной редакции в другую, а своим ранним вещам Мартин не придавал никакого значения и радовался лишь получаемому за них гонорару; не слишком высоко он расценивал и «страшные» рассказы, из которых два были только что приняты журналами. Рассказы эти представляли чистейшую выдумку, которой была придана видимость реального, — в этом и заключалась их сила. Правдоподобное изображение нелепого и невероятного Мартин считал ловким трюком, и только. Такие произведения нельзя было причислять к большой литературе. Их художественная выразительность могла быть велика, но Мартин невысоко ставил художественную выразительность, если она расходилась с жизненной правдой. Трюк заключался в том, чтобы облечь выдумку в маску живой жизни, и к этому приему Мартин прибегнул в полдюжине «страшных» рассказов, которые писал до того, как достиг высот «Приключения», «Радости», «Котла» и «Вина жизни».</p>
     <p>На три доллара, полученные за триолеты, можно было кое-как протянуть до получения чека из «Белой мыши». Мартин разменял трехдолларовый чек у недоверчивого португальца, уплатив ему один доллар в счет долга, и разделил два других доллара между булочником и торговцем овощами. Он был еще не настолько богат, чтобы есть мясо, и питался довольно скудно, как вдруг пришел долгожданный чек «Белой мыши». Мартин не знал, как ему быть. Он ни разу в жизни не бывал в банке, а тем более по денежным делам, и теперь им овладело детское желание во что бы то ни стало пойти в один из больших оклендских банков и небрежно бросить в окошечко свой чек на сорок долларов. Но здравый смысл советовал ему разменять чек у бакалейщика и таким образом поддержать свою репутацию на тот случай, если снова придется брать в кредит. Скрепя сердце отправился Мартин к бакалейщику и, разменяв чек, расплатился с ним сполна. Он вышел от него с карманом, набитым деньгами, и пошел рассчитываться с другими долгами: расплатился с булочником и мясником, уплатил Марии за прошлый месяц и за месяц вперед, выкупил велосипед, заплатил за пишущую машинку. После всех этих платежей у него осталось в кармане всего три доллара.</p>
     <p>Но и эта маленькая сумма казалась Мартину целым состоянием. Выкупив костюм, он тотчас же отправился к Руфи и по дороге не мог удержаться от удовольствия время от времени позвякивать в кармане пригоршнею серебра. Как голодный человек не может отвести взоров от пищи, так и Мартин, у которого давно не было ни цента в кармане, не мог выпустить монеты из рук. Он не был ни жаден, ни скуп, но деньги для него означали нечто большее, чем известное количество долларов и центов. Они означали успех, и чеканные орлы на монетах казались Мартину крылатыми вестниками победы.</p>
     <p>Незаметно к Мартину вернулось убеждение в том, что мир прекрасен. Он даже казался ему теперь еще прекраснее. В течение долгих недель это был темный и унылый мир; но теперь, когда все долги были выплачены, в кармане еще звенели три доллара, а в сердце крепла вера в успех, солнце снова показалось Мартину горячим и ярким и даже ливень, хлынувший внезапно, вызвал у него только веселую улыбку. В голодные дни Мартин все время думал о тысячах голодных, разбросанных по всему миру, но теперь, когда он был сыт, мысль о них уже не тревожила его, — теперь, полный своей любовью, он стал думать о бесчисленных влюбленных, живущих на земле. В его мозгу смутно зашевелились строчки любовных стихов, и, увлеченный творческим порывом, он не заметил, как проехал на трамвае два лишних квартала.</p>
     <p>В доме Морзов Мартин застал многочисленное общество. Из Сан-Рафаэля приехали к Руфи гостить две ее двоюродные сестры, и под предлогом развлечения гостей миссис Морз решила привести в исполнение свой план — окружить Руфь молодежью. Она развернула кампанию во время вынужденного отсутствия Мартина, и теперь военные действия были в полном разгаре. Миссис Морз задалась целью приглашать в свой дом людей преуспевших или преуспевавших. Таким образом, кроме кузин, Дороти и Флоренс, в гостиной находились два университетских преподавателя: один — латинист, а другой — специалист по английской филологии; молодой армейский офицер, школьный товарищ Руфи, только что вернувшийся с Филиппин; молодой человек по фамилии Мелвилл, личный секретарь Джозефа Перкинса, главы кредитного общества Сан-Франциско; наконец, главный бухгалтер одного банка, Чарльз Хэпгуд, элегантный мужчина тридцати пяти лет, воспитанник Стэнфордского университета, член Нильского и Соединенного клубов, присяжный оратор республиканской партии во время выборных кампаний — словом, молодой человек, многообещающий во всех отношениях. Из дам одна была художница-портретистка, другая — профессиональная музыкантша и третья — со степенью доктора социологических наук, прославившаяся своей благотворительной деятельностью в трущобах Сан-Франциско. Впрочем, в плане миссис Морз женщины не играли особенной роли. Они являлись чем-то вроде необходимого аксессуара. Ведь нужно же было чем-нибудь привлекать в дом преуспевающих мужчин.</p>
     <p>— Не горячитесь во время разговора, — шепнула Мартину Руфь, прежде чем познакомить его с присутствующими.</p>
     <p>Мартин вначале чувствовал себя очень неловко: к нему вернулся давнишний его страх зацепить при движении что-нибудь из мебели или безделушек. Кроме того, его стесняло общество. Он никогда раньше не сталкивался со столькими выдающимися личностями сразу. Особенно сильное впечатление произвел на него главный бухгалтер Хэпгуд, и Мартин решил при случае познакомиться с ним поближе. Под внешней робостью в Мартине было все так же действенно его могучее «я», и ему не терпелось помериться силами с этими мужчинами и женщинами и узнать, что почерпнули они из книг и из жизни такого, чего еще не успел почерпнуть он.</p>
     <p>Руфь посматривала на Мартина и была очень удивлена и обрадована той непринужденностью, с какой он беседовал с ее кузинами. Он в самом деле чувствовал себя непринужденно, но только пока сидел, ибо тогда мог не опасаться разрушений. Руфь знала, что обе ее кузины — умные и не лишенные блеска собеседницы, и ночью, ложась спать, удивлялась, слыша, как они расхваливали Мартина. А он, привыкнув в своем кругу быть завзятым остряком и душою общества на всех вечеринках и воскресных пикниках, неожиданно обнаружил, что и здесь тоже можно быть веселым и отпускать меткие словечки. Успех словно уже стоял у него за спиной и одобрительно похлопывал по плечу; вот почему Мартин, нисколько не смущаясь, смеялся сам и заставлял смеяться других.</p>
     <p>Под конец вечера опасения Руфи все-таки оправдались. Мартин вступил в беседу с профессором Колдуэллом и хотя руками не размахивал, но Руфь придирчиво отметила особый блеск в его глазах, отметила, что голос его постепенно начинает повышаться и краска приливает к щекам. Не умея владеть собою и укрощать свой пыл, Мартин представлял резкий контраст с выдержанным молодым профессором.</p>
     <p>Но Мартин меньше всего думал сейчас о внешних приличиях! Он сразу увидел, с каким сведущим и широко образованным собеседником имеет дело. Профессор Колдуэлл к тому же вовсе не соответствовал отвлеченным представлениям Мартина о преподавателях английской филологии. Мартин непременно хотел заставить профессора заговорить о своей специальности, и, хотя тот сначала от этого уклонялся, Мартину в конце концов удалось добиться своего. Мартин не понимал, почему в обществе не принято говорить на профессиональные темы.</p>
     <p>— Ведь это же нелепо, — говорил он Руфи еще задолго до этого вечера, — почему нельзя говорить на профессиональные темы? Для чего же тогда и собираются вместе, как не для того, чтобы каждый проявлял себя с самой сильной стороны. А сильней всего человек всегда в том, чем он больше всего интересуется, что составляет его основное занятие, чему он посвятил жизнь, о чем думает и даже мечтает днем и ночью. Вообразите, что мистер Бэтлер, подчиняясь светским правилам, вдруг бы начал излагать свои взгляды на Поля Верлэна, на немецкую драму или на романы д'Аннунцио. Все бы со скуки умерли. Я, например, если уж мне слушать мистера Бэтлера, предпочту, чтоб он говорил о своей юриспруденции. В этой сфере он лучше всего, а жизнь коротка, и мне всегда хочется взять от человека все самое лучшее, что в нем есть.</p>
     <p>— Однако, — возражала Руфь, — есть такие темы, которые одинаково интересны для всех.</p>
     <p>— Нет, в этом вы ошибаетесь, — в свою очередь, возразил Мартин, — почти каждый человек и каждая группа общества подражают тем, кто выше их по положению. А кто занимает самое высокое положение в обществе? Бездельники, богатые бездельники. Они обычно и понятия не имеют о вещах, которые хорошо известны людям, занятым каким-нибудь делом. Им попросту скучно слушать разговоры о таких вещах, и вот они объявляют, что это профессиональный разговор, который в обществе вести неприлично. И они же устанавливают, о чем можно беседовать в обществе. О новой опере, новых романах, картах, бильярдах, коктейлях, автомобилях, яхтах, конских выставках, охоте, ловле форелей и так далее, — то есть, заметьте, обо всем, что хорошо известно бездельникам. В сущности говоря, это профессиональный разговор бездельников. Смешнее всего, что люди умные или претендующие на то, чтобы их считали таковыми, подчиняются в данном случае мнению глупцов и лентяев. Что до меня, то я непременно хочу взять от человека то, что в нем самое лучшее. Называйте это профессиональным разговором, вульгарностью или как вам будет угодно.</p>
     <p>Но Руфь не понимала Мартина. Его нападки на общепринятое она объясняла своенравием и упрямством.</p>
     <p>Так или иначе, Мартин заразил профессора Колдуэлла своей серьезностью, и заставил его заговорить на темы, ему близкие. Руфь, подойдя к ним, услыхала, как Мартин сказал:</p>
     <p>— Но в Калифорнийском университете вы, вероятно, не решаетесь высказывать подобную ересь!</p>
     <p>Профессор Колдуэлл пожал плечами.</p>
     <p>— Каждый честный налогоплательщик должен быть немного политиком. Сакраменто <a l:href="#n_306" type="note">[306]</a> ассигнует средства, и приходится считаться с Сакраменто, считаться с правлением университета, с партийной прессой, точнее сказать — с прессой обеих партий.</p>
     <p>— Это ясно, но вам-то каково! — воскликнул Мартин. — Вы должны чувствовать себя, как рыба, выброшенная на берег!</p>
     <p>— У нас в университетском пруду не много наберется таких, как я. Иногда мне кажется, что я в самом деле рыба, выброшенная на сушу, и я начинаю думать, что мне было бы лучше и вольнее где-нибудь в Париже, в среде писак-строчкогонов или буйных завсегдатаев Латинского квартала. Я бы обедал в дешевых ресторанчиках; пил кларет и высказывал отчаянно смелые взгляды на мироздание. Мне иногда кажется, что по натуре я радикал. Но, увы, так много вопросов, в которых я не чувствую себя уверенным! Я просто робею, когда вижу свою человеческую ограниченность, мешающую мне охватывать все стороны проблемы, в особенности когда речь идет о коренных проблемах жизни.</p>
     <p>Слушая его, Мартин невольно вспомнил «Песнь пассата»:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Вздуваю ночью я и днем</v>
       <v>Все паруса.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Мартин чуть не произнес этих слов вслух. Он глядел на профессора и находил в нем что-то общее с северо-восточным пассатом, упорным, холодным и сильным. Он был так же ровен и надежен, и, однако, в нем было что-то смущающее. Мартин подумал, что профессор, вероятно, никогда не высказывается до конца, так же как и северо-восточный пассат никогда не дует в полную силу, а оставляет себе резервы, которыми, однако, никогда не пользуется. Мартин не утратил своей способности к образному видению. Его мозг был как бы огромным складом воспоминаний и вымыслов, куда доступ был всегда открыт. Что бы ни произошло, воображение Мартина мгновенно извлекало из этого склада что-либо сходное или, наоборот, противоположное и воплощало это в ярких образах. Делалось это совершенно непроизвольно, и каждому событию реальной жизни неизменно сопутствовали картины, создаваемые фантазией. Как тогда ревнивый блеск в глазах Руфи напомнил ему бурю при лунном свете, так теперь профессор Колдуэлл вызвал перед ним картину багряного в закатных лучах моря, по которому северо-восточный пассат гонит белые барашки волн. Так ежеминутно возникали перед ним различные видения и не только не нарушали хода его мыслей, но, напротив, делали его стройнее. Эти видения были отголоском всего того, что пережил некогда Мартин, всего, что он видел и вычитал из книг, и они постоянно, наяву и во сне, теснились в его мозгу.</p>
     <p>И вот теперь, слушая плавную речь профессора Колдуэлла — речь умного и образованного человека, — Мартин невольно вспоминал свое прошлое. Он видел себя на заре своей юности, гулякой-парнем с размашистой походкой, в лихо заломленной стетсоновской шляпе и двубортной куртке, идеалом которого было бесшабашное озорство, насколько оно дозволялось полицией. Мартин и не пытался что-либо смягчать или сглаживать в этих воспоминаниях. Да, в известный период своей жизни он был самым обыкновенным забиякой, предводителем шайки, которая вечно воевала с полицией и терроризировала честных жителей рабочего квартала. Но теперь его идеалы изменились. Он поглядывал вокруг себя, на благовоспитанных и хорошо одетых мужчин и дам, вдыхал атмосферу утонченной культуры, а в это время призрак его юности в широкополой шляпе и двубортной куртке враскачку шел к нему по ковру гостиной. Ведь это он, озорной предводитель уличной шайки, превратился в того Мартина Идена, который сидит теперь в мягком кресле и мирно беседует с профессором университета.</p>
     <p>В сущности говоря, Мартин так до сих пор и не нашел своего настоящего места в жизни. Он легко и быстро осваивался всюду, был всегда общим любимцем, потому что не отставал ни в работе, ни в игре, умел постоять за себя и внушить к себе уважение. Но никогда и нигде он не пускал корней. Вполне удовлетворяя своих сотоварищей, сам он никогда не был удовлетворен. Его все время томила какая-то тревога, ему все время слышался голос, звавший куда-то, и он странствовал по жизни, не зная покоя, пока не нашел наконец книги, искусство и любовь. И вот теперь он сидит в этой светской гостиной — единственный из всего своего прежнего круга, кто запросто мог прийти в гости к таким людям, как Морзы.</p>
     <p>Все эти размышления отнюдь не мешали Мартину внимательно слушать. Он видел, насколько обширны познания его собеседника, и время от времени чувствовал недостатки и пробелы в своем образовании, хотя благодаря Спенсеру ему все же были известны общие основы знания. Нужно было только время, чтобы заполнить пробелы. «Вот тогда потягаемся!» — думал он. Но пока он как бы сидел у ног профессора, благоговейно внимая всему, что тот изрекал. Однако постепенно Мартин начал замечать и слабую сторону суждений своего собеседника, которая чувствовалась при любом повороте разговора, хотя определить ее было и не так легко. И когда Мартин понял наконец, в чем заключается эта слабая сторона, у него сразу исчезло чувство неравенства.</p>
     <p>Руфь подошла к ним вторично как раз в тот момент, когда Мартин начал говорить.</p>
     <p>— Я скажу вам, в чем вы заблуждаетесь или, вернее, в чем слабость ваших суждений, — сказал он. — Вы пренебрегаете биологией. Она отсутствует в ваших концепциях. То есть, я разумею подлинную, всепроникающую научную биологию, начиная с лабораторных опытов по оживлению неорганического вещества и кончая самыми широкими социологическими и эстетическими обобщениями.</p>
     <p>Руфь была совершенно ошеломлена. Она в продолжение двух лет слушала лекции профессора Колдуэлла, и он казался ей живым кладезем мудрости.</p>
     <p>— Я не совсем понимаю вас, — нерешительно сказал профессор.</p>
     <p>— Попытаюсь объяснить, — произнес Мартин. — Помнится, я читал в истории Египта, что нельзя понять египетское искусство, не изучив предварительно характер страны.</p>
     <p>— Совершенно верно, — согласился профессор.</p>
     <p>— И вот мне кажется, — продолжал Мартин, — что, в свою очередь, характер страны нельзя изучать, если не знаешь прежде всего, из чего и как создавалась жизнь. Как мы можем понять законы, учреждения, нравы и религию, не зная людей, их создавших, не зная даже природы этих людей? А разве литература не такое же создание человека, как египетские храмы и статуи? Разве во вселенной существует что-нибудь, не подчиняющееся всемирному закону эволюции? Я знаю, что история эволюции отдельных искусств разработана, но мне кажется, что она разработана чисто механически. Человек остается при этом в стороне. Великолепно разработана эволюция инструментов — арфы, скрипки, эволюция музыки, танца, песни. Но что можно сказать об эволюции самого человека, о тех органах, которые развивались в нем, прежде чем он смастерил первый инструмент или пропел первую песню? Вот об этом-то вы забываете, а это именно я и называю биологией. Это биология в самом широком смысле слова. Я говорю довольно бессвязно, но мне хочется, чтобы вы поняли мою мысль. Она пришла мне в голову, пока вы говорили, и мне трудно сразу найти ей четкое выражение. Вы упомянули об ограниченности человека, мешающей ему охватить все стороны проблемы — все факторы. Вот вы как раз — по крайней мере мне так кажется — упускаете биологический фактор, то есть именно то, на чем строится в конечном счете всякое искусство, основу основ всех человеческих дел и свершений.</p>
     <p>К изумлению Руфи, Мартин не был мгновенно уничтожен, и профессор Колдуэлл даже отнесся внимательно к его словам, очевидно, считаясь с молодостью собеседника. После недолгого молчания профессор начал говорить, поигрывая золотой цепочкой от часов.</p>
     <p>— Вы знаете, — сказал он, — мне уже делал однажды подобные упреки один великий человек, ученый-эволюционист Жозеф Леконт. Но он умер, и я думал, что некому больше обличать меня, а вот теперь вижу в вашем лице нового обвинителя. Вероятно, — не могу не признать этого, — в ваших обвинениях есть доля истины, и даже очень большая доля. Я слишком ушел в классику и недостаточно следил за развитием естественных наук; быть может, это объясняется просто недостатком энергии и работоспособности. Вы, вероятно, очень удивитесь, если узнаете, что я никогда не был ни в одной физической или химической лаборатории. Однако это факт. Леконт был прав, так же как и вы, мистер Иден, хоть я и не знаю, насколько.</p>
     <p>Под каким-то предлогом Руфь отвела Мартина в сторону и шепнула ему:</p>
     <p>— Вы совсем завладели профессором Колдуэллом. Может быть, еще кто-нибудь хочет побеседовать с ним.</p>
     <p>— Простите, — смущенно пробормотал Мартин, — я заставил его разговориться, и это оказалось настолько интересно, что я забыл о других. Просто мне до сих пор не приходилось встречать такого умного и образованного собеседника. И, между прочим, знаете что? Я прежде думал, что все, кто окончил университет или занимает важное общественное положение, так же умны и образованны…</p>
     <p>— Он человек исключительный, — возразила Руфь.</p>
     <p>— Очевидно. С кем же вы хотите, чтобы я поговорил теперь? Вот что, сведите меня с этим Хэпгудом.</p>
     <p>Мартин беседовал с главным бухгалтером минут пятнадцать, и Руфь не могла нарадоваться на своего возлюбленного. Его глаза ни разу не засверкали, щеки ни разу не вспыхнули, и Руфь изумлялась спокойствию, с каким он вел беседу. Но зато в глазах Мартина сословие банковских деятелей потеряло всякий престиж, и под конец вечера у него сложилось убеждение, что банковский деятель — синоним пошляка. Армейский офицер оказался очень добродушным, здоровым и уравновешенным человеком, вполне довольным своей судьбой. Узнав, что он тоже учился в университете целых два года, Мартин был очень удивлен и никак не мог понять, куда же делись все его познания. Но все же офицер понравился Мартину гораздо больше, чем Чарльз Хэпгуд.</p>
     <p>— Меня не пошлости его возмущают, — говорил потом Мартин Руфи, — меня злит тот напыщенный, самодовольный, снисходительный тон, которым эти пошлости изрекаются. А сколько времени на это уходит! Я мог бы изложить всю историю Реформации, пока этот делец объяснял мне, что рабочая партия слилась с демократической. Слова для него все равно, что карты для профессионального игрока в покер. Когда-нибудь я вам покажу это на примере.</p>
     <p>— Мне очень жаль, что он вам не понравился, — отвечала Руфь. — Он любимец мистера Бэтлера. Мистер Бэтлер говорит, что это самый честный и надежный человек; он называет его скалой, камнем, который может служить надежной опорой для любого банковского учреждения.</p>
     <p>— Я в этом и не сомневаюсь, даже судя по тому немногому, что я от него слышал. Но я утратил теперь всякое уважение к банкам. Вы не сердитесь, дорогая, что я так прямо высказываю свое мнение?</p>
     <p>— Нисколько! Это очень интересно.</p>
     <p>— Да, — подтвердил Мартин, — ведь я варвар, получающий первые впечатления от цивилизации. Цивилизованному человеку эти мои впечатления должны, несомненно, показаться очень любопытными.</p>
     <p>— А что вы скажете о моих кузинах? — спросила Руфь.</p>
     <p>— Они мне понравились больше других женщин. Очень веселые и держатся просто, без претензий.</p>
     <p>— Значит, другие женщины вам тоже понравились? Мартин покачал головой.</p>
     <p>— Эта общественная деятельница — просто попугай, болтающий о социальных проблемах. Готов поклясться, что если б выпотрошить ее мозг, в нем не нашлось бы ни одной самостоятельной идеи. Портретистка невыносимо скучна. Вот была бы отличная пара для Хэпгуда. А уж музыкантша! Не знаю, может быть, у нее великолепная техника, и беглость, и туше, — но только в музыке она ничего не смыслит.</p>
     <p>— Но ведь она превосходно играет, — попробовала протестовать Руфь.</p>
     <p>— Да, играет она как будто виртуозно, но истинная сущность музыки ей совершенно не доступна. Я спросил, какой внутренний смысл находит она в музыке, — вы знаете, меня всегда интересует этот вопрос, — и она ничего не могла ответить, кроме того, что она обожает музыку, что музыка — величайшее из всех искусств, что музыка для нее дороже жизни.</p>
     <p>— Вы всех заставили говорить на профессиональные темы, — сказала Руфь с упреком.</p>
     <p>— Не отрицаю. Но уж если они и тут не могли сказать ничего путного, то вообразите мои мучения, если бы они стали разговаривать на какие-нибудь общие темы. А я-то думал, что здесь, где люди пользуются всеми преимуществами культуры… — Мартин на секунду умолк: он снова увидел, как в комнату раскачивающейся походкой вошел парень в стетсоне и двубортной куртке. — Да, а я-то думал раньше, что здесь все так и блещут умом и знаниями. Но из своего недолгого общения с ними я уже могу сделать вывод: большинство этих людей — круглые невежды, а девяносто процентов остальных невыносимо скучны. Вот профессор Колдуэлл — это совсем другое дело. Он настоящий человек, весь до последней клеточки своего мозгового вещества.</p>
     <p>Руфь просияла.</p>
     <p>— Расскажите мне о нем, — сказала она, — не об его блестящих качествах, — я и так их прекрасно знаю, — а о том, что вам в нем не понравилось. Мне очень интересно знать.</p>
     <p>— А вдруг я попаду впросак, — шутливо протестов вал Мартин, — расскажите сначала вы. Или вы в нем видите только одно хорошее?</p>
     <p>— Я прослушала у него два курса лекций и знаю его больше двух лет, потому-то мне и интересно ваше впечатление.</p>
     <p>— В особенности — отрицательное? Ну что же, извольте! Я думаю, что он вполне заслуживает вашего восхищения и уважения. Это самый умный и развитой человек, которого я когда-либо встречал, но у него не спокойна совесть. О, не подумайте чего-нибудь дурного! — воскликнул Мартин. — Я хочу сказать, что он производит впечатление человека, который заглянул в глубь вещей и так напугался, что самого себя хочет уверить в том, что ничего не видел. Может быть, я не ясно выразил свою мысль? Попытаюсь объяснить иначе. Вообразите себе человека, который нашел тропу к скрытому в чаще храму и не пошел по ней. Он, может быть, даже видел мельком и самый храм, но потом убедил себя, что это был просто мираж. Или вот еще. Человек мог бы совершить прекрасный поступок, но не счел это нужным и теперь все время жалеет, что не сделал того, что мог сделать. В глубине души он смеется над наградой, которую мог получить за свои деяния, но где-то еще глубже тоскует по этой награде и по великой радости свершения.</p>
     <p>— Я его таким не воспринимаю, — сказала Руфь, — и, откровенно говоря, я все-таки не совсем понимаю, что вы хотите сказать.</p>
     <p>— Потому что я сам еще до конца не разобрался, — говорил Мартин, как бы оправдываясь, — и не могу обосновать логически. Это только чувство, и очень может быть, оно меня обманывает. Вы, наверное, знаете профессора Колдуэлла лучше меня.</p>
     <p>Из этого вечера у Морзов Мартин вынес странные и противоречивые чувства. Он несколько разочаровался в своих намерениях, разочаровался в людях, до уровня которых хотел подняться. С другой стороны, успех ободрил его. Подняться оказалось легче, чем он думал. Мартин не только преодолел трудности подъема, но (он не старался из ложной скромности скрыть это от себя) оказался выше тех, с кем старался сравняться, исключая, разумеется, профессора Колдуэлла. И жизнь и книги он знал гораздо лучше, чем все эти люди, и мог только недоумевать, в какие углы и подвалы запрятали они свое образование. Ему пока не приходило в голову, что он наделен исключительным умом, не знал он и того, что истинных и глубоких мыслителей нужно искать никак не в гостиных Морзов; что эти мыслители подобны орлам, одиноко парящим в небесной лазури, высоко над землею, вдали от суеты и пошлости обыденной жизни.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать восьмая</p>
     </title>
     <p>Удача потеряла адрес Мартина Идена, и посланцы ее больше не стучались к нему в дверь. Двадцать пять дней, не отдыхая даже по воскресеньям и праздникам, Мартин работал над «Позором солнца» — большой статьей, почти в тридцать тысяч слов. Это была хорошо продуманная атака на мистицизм школы Метерлинка <a l:href="#n_307" type="note">[307]</a>,- вылазка из цитадели позитивных знаний, направленная против фантазеров, мечтающих о чудесах; правда, и в самой статье содержались элементы чудесного, но только такого, что не противоречило фактам. К этой большой статье Мартин немного позже присоединил две небольших: «Жрецы чудесного» и «Мерило нашего «я». И все три отправились путешествовать по редакциям на его счет.</p>
     <p>За двадцать пять дней, потраченных на «Позор солнца», Мартину удалось продать на шесть с половиной долларов своих «доходных» произведений. За одну вещицу он получил пятьдесят центов, за другую, посланную в юмористический еженедельник, — целый доллар. Кроме того, были проданы еще два юмористических стихотворения, одно за два, другое за три доллара. В конце концов, исчерпав свой кредит (хотя бакалейщик увеличил его до пяти долларов), Мартин опять вынужден был снести в заклад велосипед и пальто. За прокат пишущей машинки снова требовали денег, напоминая Мартину, что по условию он обязан платить за месяц вперед.</p>
     <p>Ободренный сбытом нескольких мелочей, Мартин решил вновь заняться «ремесленничеством». Может быть, на это все-таки удастся жить. У него под столом было сложено десятка два небольших рассказов, отвергнутых литературными агентствами. Мартин перечитал их, чтобы уяснить себе, как не надо писать газетные рассказы, и, таким образом, выработать идеальную формулу. Он установил, что газетный рассказ не должен содержать трагического элемента, не должен иметь плохой конец и не должен отличаться ни красотой слога, ни оригинальностью мысли, ни утонченностью чувств. Но чувства в нем должны быть непременно, даже в избытке и притом самые возвышенные и благородные, вроде тех, которые заставляли его некогда аплодировать с галерки ура-патриотическим мелодрамам и пьесам на тему «хоть беден, да честен».</p>
     <p>Уяснив себе это, Мартин принялся за изготовление рассказов по выработанной им формуле. Формула была трехчленная: 1) двум влюбленным приходится разлучиться; 2) благодаря какому-то событию они соединяются снова; 3) звон свадебных колоколов. Третий член был постоянной величиной, но первый и второй могли варьироваться бесконечно. Разлучить влюбленных могло роковое недоразумение, стечение обстоятельств, ревнивые соперники, жестокие родители, хитрые опекуны и т. д. и т. п.; соединить их мог какой-нибудь доблестный поступок влюбленного или влюбленной, вынужденное либо добровольное согласие опекуна, родителей или соперников, неожиданное разоблачение какой-нибудь тайны, самопожертвование влюбленного — и так далее, до бесконечности. Очень эффектно было заставить девушку сделать первый шаг, и еще много других эффектных приемов и ловких трюков придумал Мартин, разрабатывая эту тему. Одним только не мог он распоряжаться по своему усмотрению: в конце каждого рассказа непременно должны были звонить свадебные колокола, хотя бы небеса рухнули или земля разверзлась. Дозировка была также совершенно точная: максимум — полторы тысячи слов, и минимум — тысяча двести.</p>
     <p>Прежде чем окончательно овладеть искусством сочинения подобных рассказов, Мартину пришлось выработать пять или шесть схем, и с ними он всегда сообразовывался в процессе писания. Это было вроде тех математических таблиц, которые можно читать сверху, снизу, справа налево, слева направо и с помощью которых можно без всякого умственного напряжения получать какие угодно решения, всегда одинаково правильные и точные. По этим схемам Мартин в полчаса набрасывал штук десять сюжетов, которые откладывал и затем в свободное время обрабатывал. Обычно он делал это перед сном, после целого дня серьезной работы. Впоследствии он признавался Руфи, что мог сочинять такие рассказы даже во сне. Главная работа — составить схему, остальное все делалось чисто механически.</p>
     <p>Мартин Иден не сомневался в действенности своей формулы и, посылая первые два рассказа, был уверен, что они принесут ему деньги. И в самом деле, дней через десять Мартин получил два чека, на четыре доллара каждый.</p>
     <p>Тем временем он сделал новые печальные открытия, касающиеся журналов. «Трансконтинентальный ежемесячник» напечатал его «Колокольный звон», но чека не прислал. Мартин очень нуждался в деньгах и написал в редакцию. Вместо чека он получил уклончивый ответ и просьбу прислать еще что-нибудь. Проголодав два дня, Мартин принужден был опять заложить велосипед. Регулярно два раза в неделю он напоминал «Ежемесячнику» о своих пяти долларах, но, по-видимому, первый ответ был получен по чистой случайности. Мартин не знал, что «Ежемесячник» уже в течение нескольких лет едва сводит концы с концами, что он не имеет ни подписчиков, ни покупателей и существует только объявлениями, которые ему даются скорее всего из чисто благотворительских соображений. Не знал он и того, что «Ежемесячник» является единственным источником дохода для издателя и редактора и что этот доход они ухитряются извлекать лишь благодаря тому, что систематически не платят авторам. Разве мог Мартин подозревать, что на его пять долларов издатель выкрасил свой дом в Аламеде, и выкрасил его сам, так как ему была не по карману плата, установленная союзом маляров, а первый же нанятый им штрейкбрехер свалился с лестницы, которую кто-то нарочно подтолкнул, и его отвезли в больницу со сломанной ногой.</p>
     <p>Не получил Мартин и десяти долларов за очерк «Искатели сокровищ», принятый чикагской газетой. Очерк был напечатан, в этом он убедился, просмотрев комплект газеты в городской читальне, но никакого ответа от издателя он добиться не смог. Его письма оставляли без внимания. Желая быть уверенным в том, что они доходят по назначению, Мартин отправлял их заказными. Это грабеж, решил он, хладнокровный грабеж среди белого дня, — он голодает, а у него крадут его товар, его единственную возможность заработать на кусок хлеба.</p>
     <p>Еженедельник «Юность и зрелость» напечатал две трети его повести в двадцать одну тысячу слов, после чего вдруг перестал выходить. Таким образом, пропала всякая надежда на получение шестнадцати долларов.</p>
     <p>В довершение всего «Котел», который он считал своим лучшим рассказом, пропал зря. В отчаянии, перебрав множество журналов, Мартин послал его в Сан-Франциско, в журнал «Волна». Выбрал он этот журнал лишь потому, что можно было быстро получить ответ: редакция была близко, на другом берегу залива. Недели через две он с радостью увидел свой рассказ напечатанным на видном месте да еще с иллюстрациями. Вернувшись домой со сладко бьющимся сердцем, Мартин старался угадать, сколько заплатят ему за этот лучший его рассказ. Его радовала та быстрота, с которой рассказ был принят и напечатан. Правда, издатель не уведомил его о принятии рукописи, но тем приятнее был неожиданный сюрприз. Прождав неделю, две и еще несколько дней, Мартин, поборов ложный стыд, написал редактору «Волны», высказывая предположение, что его маленький счет был забыт по недосмотру управляющего делами.</p>
     <p>«Даже если мне заплатят всего пять долларов, — размышлял Мартин, — и то я смогу купить на эти деньги бобов и гороху и напишу еще с полдюжины таких же рассказов».</p>
     <p>Наконец, пришел ответ, который привел Мартина в восторг своей великолепной наглостью:</p>
     <p>«Мы очень благодарны вам за ваш прекрасный рассказ. Мы все в редакции с наслаждением читали его и, как видите, напечатали на почетном месте. Надеемся, что вам понравились иллюстрации.</p>
     <p>Как видно из вашего письма, вы рассчитываете на авторский гонорар. К сожалению, у нас не принято платить за произведения, написанные не по нашему заказу, а ваш рассказ заказан не был. Принимая его к печати, мы, разумеется, полагали, что это условие вам известно. Нам остается только пожалеть, что произошло такое печальное недоразумение. Еще раз благодарим вас и надеемся получить от вас еще что-нибудь. Примите и проч.».</p>
     <p>В постскриптуме было сказано, что хотя, как правило, «Волна» никому бесплатно не высылается, тем не менее редакция считает для себя за честь включить Мартина Идена в число подписчиков на следующий год.</p>
     <p>После этого печального опыта Мартин всегда подписывал на первом листе каждой рукописи: «Оплата по вашей обычной ставке».</p>
     <p>«Когда-нибудь, — утешал он себя, — они будут мне платить по моей обычной ставке!»</p>
     <p>Мартина в этот период времени охватила горячка самосовершенствования, и он без конца исправлял и переделывал «Веселую улицу», «Вино жизни», «Радость», «Песни моря» и другие свои ранние произведения. Ему по-прежнему не хватало девятнадцатичасового рабочего дня, он усердно писал и читал, стараясь трудом заглушить муки курильщика, отказавшегося от долгой привычки. Средство, присланное Руфью, он засунул в самый дальний угол ящика письменного стола. Особенно трудно было обходиться без табака во время голодовок; как он ни старался подавить желание курить, оно не проходило. Мартин считал это своим величайшим подвигом, а Руфь находила, что он поступает правильно, и только. Она купила ему обещанное средство из денег, которые получала на булавки, и через несколько дней совершенно забыла об этом.</p>
     <p>Мартин ненавидел свои написанные по схеме рассказы, смеялся над ними, но как раз они-то неизменно находили сбыт. Благодаря им он расплатился с долгами и даже купил новые велосипедные шины. Эти рассказы кормили и поили его, и у него еще оставалось время для серьезной работы. Кроме того, Мартина постоянно окрыляло воспоминание о сорока долларах, полученных от «Белой мыши». Как знать, может быть, и другие первоклассные журналы платят неизвестным авторам столько же, а может быть, и еще больше. Но задача состояла в том, чтобы проникнуть в эти первоклассные журналы. Они последовательно отвергали все его лучшие рассказы и стихи, а между тем из номера в номер печатали десятки безвкусных и пошлых вещей.</p>
     <p>«Если бы кто-нибудь из этих важных издателей, — думал иногда Мартин, — снизошел и написал мне хоть одну ободряющую строчку! Может быть, мое творчество слишком необычно, может быть, оно им не подходит по различным соображениям, но неужели нет в моих произведениях ничего, что могло бы хоть вызвать желание ответить!»</p>
     <p>И вот Мартин снова брал «Приключение» или другой такой же рассказ и в сотый раз перечитывал его, стараясь угадать причину молчания издателей.</p>
     <p>С наступлением теплой калифорнийской весны для Мартина кончился период благоденствия. В течение нескольких недель его тревожило непонятное молчание литературного агентства. Наконец, в один прекрасный день ему вернули сразу десять его сделанных по схеме рассказов. При них было сопроводительное письмо, оповещавшее Мартина о том, что агентство завалено материалом и раньше чем через несколько месяцев не может принять ни одной новой рукописи. А Мартин, рассчитывая на эти десять рассказов, был в последнее время даже расточителен. Агентство обычно платило ему по пять долларов за рассказ и до сих пор не отвергло ни одного; поэтому Мартин вел себя так, как если бы у него на текущем счету уже лежало пятьдесят долларов. Таким образом, для него сразу наступил период тяжелых испытаний, и он снова начал с отчаянием рассылать свои старые рассказы по мелким изданиям, которые их печатали, но не платили, а новые отправлял в солидные журналы, которые и не платили и не печатали. Он возобновил посещения закладной лавки. Несколько шуточных стихотворений, принятые нью-йоркскими еженедельниками, дали ему возможность кое-как перебиться. Тогда он решился и написал во все крупные журналы: почему не печатают его произведения? Ему ответили, что рукописи, поступающие самотеком, обычно не рассматриваются, что большая часть публикуемого материала пишется по заказу журналов авторами, которые уже имеют имя и опыт.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать девятая</p>
     </title>
     <p>Это было тяжелое лето для Мартина Идена. Редакторы и рецензенты разъехались на отдых, и рукописи, возвращавшиеся обычно через три недели, теперь валялись в редакциях по три месяца. Единственным утешением было то, что не приходилось тратиться на марки. Только пиратские журнальчики продолжали жить интенсивной жизнью. И Мартин послал им все свои ранние произведения: «Ловцов жемчуга», «Профессию моряка», «Ловлю черепах», «Северо-восточный пассат». Ни за одну из этих рукописей ему не было уплачено. Правда, после шестимесячной переписки Мартин получил в качестве гонорара за «Ловлю черепах» безопасную бритву, а за «Северо-восточный пассат» «Акрополь» обещал ему пять долларов и пять годовых подписок, но исполнил лишь вторую часть обещания.</p>
     <p>За сонет о Стивенсоне Мартину удалось выжать два доллара из тощего кошелька одного бостонского издателя с утонченным вкусом, но ограниченными возможностями. «Пери и жемчуг», остроумная сатирическая поэма в двести строк, только что законченная Мартином, очень понравилась редактору одного журнала в Сан-Франциско, издававшегося на средства крупной железнодорожной компании. Редактор предложил Мартину в уплату за поэму даровой проезд по железной дороге. Мартин запросил, может ли он передать это право другому лицу. Узнав, что передавать право на даровой проезд нельзя и, следовательно, нет надежды заработать на этом, Мартин потребовал возврата рукописи. Он ее вскоре получил вместе с письменными сожалениями редактора по поводу того, что поэму не пришлось напечатать. Мартин снова отправил ее в Сан-Франциско, на этот раз в журнал под названием «Шершень», когда-то основанный блестящим журналистом, сумевшим быстро раздуть его популярность. К несчастью, звезда «Шершня» начала меркнуть еще задолго до рождения Мартина. Редактор предложил Мартину за поэму пятнадцать долларов, но когда поэма была напечатана, по-видимому, забыл о своем обещании. Не получив ответа на многие запросы, Мартин написал, наконец, резкое письмо и получил от нового редактора холодное извещение, что он не отвечает за ошибки своего предшественника и что сам он весьма невысокого мнения о поэме «Пери и жемчуг».</p>
     <p>Но хуже всего поступил с Мартином чикагский журчал «Глобус». После долгих колебаний Мартин все-таки решил напечатать «Песни моря», чтобы не умереть с голоду. Отвергнутые десятком журналов, стихи эти обрели наконец тихую пристань в редакции «Глобуса». В цикле было тридцать стихотворений, и Мартин должен был получить по доллару за каждое. В первый же месяц были напечатаны четыре стихотворения, и Мартин незамедлительно получил чек на четыре доллара; но, заглянув в журнал, он ужаснулся. Заглавия стихотворений были изменены: вместо «Finis» было напечатано «Финиш» <a l:href="#n_308" type="note">[308]</a> вместо «Песня одинокого утеса» стояло «Песня кораллового утеса». Одно заглавие было просто заменено другим, совершенно неподходящим: вместо «Свет медузы» редактор написал «Обратный путь». Самые стихи подверглись еще большим искажениям. Мартин скрежетал зубами и рвал на себе волосы. Фразы, строчки, целые строфы были выпущены, спутаны, переставлены так, что иногда ничего нельзя было понять. Иные строчки были просто заменены чужими. Мартин не мог представить себе, что здравомыслящий редактор может быть повинен в подобных злодействах, и решил, что это проделки какого-либо типографского курьера или переписчика. Мартин немедленно потребовал прекратить печатание и вернуть ему рукопись, он писал письмо за письмом, умоляя, требуя, угрожая. Но все его письма были оставлены без внимания. Ежемесячно появлялись эти исковерканные стихи, и ежемесячно Мартин получал чек.</p>
     <p>Во всех этих неудачах Мартина утешало воспоминание о сорока долларах «Белой мыши», но он все больше и больше времени отдавал сочинению доходных мелочей. Он неожиданно нашел «хлебное место» в сельскохозяйственных и торговых журналах, попробовал даже иметь дело с религиозным еженедельником, но понял, что тут ему обеспечена голодная смерть.</p>
     <p>В самый критический момент, когда снова был заложен черный костюм, Мартину вдруг повезло на конкурсе, объявленном окружным комитетом республиканской партии. Собственно, это был даже не один конкурс, а три, и Мартин во всех трех оказался победителем. Он горько смеялся над самим собою, над тем, что ему приходится выкручиваться подобными способами. Его поэма удостоилась первой премии в десять долларов, его агитационная песня получила вторую премию в пять долларов и, наконец, статья о задачах республиканской партии получила опять-таки первую премию в двадцать пять долларов. Он радовался, пока не пришло время получать деньги. Что-то, видно, случилось в комитете, и хотя среди его членов был один банкир и один сенатор, денег у комитета не оказалось. Пока продолжалась волокита, Мартин доказал, что не хуже разбирается в задачах демократической партии, получив первую премию за статью, написанную для такого же конкурса. Мало того, здесь он даже получил свои двадцать пять долларов. Сорока долларов, следуемых по республиканскому конкурсу, он так и не увидел.</p>
     <p>Чтобы встречаться с Руфью, Мартин вынужден был пуститься на хитрость. Так как путь пешком от Северного Окленда до дома Морзов и обратно отнимал слишком много времени, то Мартин решил выкупить велосипед, а черный костюм оставить в закладе. Поездки к Руфи на велосипеде сберегали время и служили прекрасным физическим упражнением. Кроме того, короткие парусиновые брюки и старый свитер могли отлично сойти за велосипедный костюм. Мартин стал снова совершать послеобеденные прогулки вдвоем с Руфью. У них дома ему теперь почти не удавалось перемолвиться с нею словом, ибо миссис Морз продолжала осуществлять свой план светских развлечений. Избранное общество, которое Мартин встречал в гостиной Морзов и на представителей которого он еще недавно смотрел с уважением, теперь раздражало его. Оно уже не казалось ему избранным. Тяжелая жизнь, напряженная работа и постоянные неудачи сделали Мартина нервным и раздражительным, и болтовня этих людей приводила его в бешенство. Это не было чрезмерное самомнение. Людей он судил, сравнивая их с великими мыслителями, чьи книги читал с таким благоговением. В доме Руфи он не встретил пока ни одного по-настоящему умного человека, за исключением профессора Колдуэлла, который, впрочем, больше там не показывался. Все остальные были жалкие догматики, ничтожные людишки с ничтожными мыслями. Их невежество поражало Мартина. Почему они все так невежественны? Где они растеряли свои знания? Ведь они читали те же книги, что и он. Как могло случиться, что эти книги ничему не научили их?</p>
     <p>Мартин знал, что великие умы, настоящие, глубокие мыслители существуют. Лучшим тому доказательством были книги, которые помогли ему возвыситься над средою Морзов. И он знал, что даже в так называемом «обществе» можно встретить людей умней и куда интересней всех тех, которые заполняли гостиную Морзов. Мартин читал английские романы, персонажи которых спорили в светских гостиных на политические и философские темы. Он знал, что в больших городах, не только английских, но даже американских, существуют салоны, где сходятся представители искусства и научной мысли. Раньше он по глупости воображал, что каждый хорошо одетый человек, не принадлежавший к рабочему сословию, обладает тонким умом и чувством прекрасного. Крахмальный воротничок казался ему признаком культуры, и он не знал, что университетский диплом и истинное образование далеко не одно и то же.</p>
     <p>Ну что ж! Он будет прокладывать себе дорогу наверх. И Руфь он поведет за собою. Мартин горячо любил ее и был уверен, что она повсюду будет блистать. Он теперь понимал, что среда, в которой Руфь выросла, во многом мешала ей, так же как ему, Мартину, мешала в свое время его среда. До сих пор у нее не было возможности по-настоящему расширить свой кругозор. Книги в кабинете ее отца, картины на стенах, ноты на рояле — все это было лишь показное, внешнее. К настоящей литературе, настоящей живописи, настоящей музыке Морзы и все их знакомые были слепы и глухи. Но еще важнее была жизнь, о которой они и вовсе не имели никакого представления. Они называли себя унитариями, носили маску умеренного вольнодумства и при всем том отстали по крайней мере на два века от позитивной науки; они мыслили по-средневековому, а их взгляды на мироздание и на происхождение жизни представляли собой чистейшую метафизику, столь же древнюю, как пещерный век, и даже древнее. Это была та самая метафизика, которая заставляла первого, обезьяноподобного человека бояться темноты, первых иудеев привела к мысли о происхождении Евы из Адамова ребра, Декарту внушила идеалистическое представление о мире, как проекции его собственного ничтожного «я», а одного знаменитого английского священника побудила осмеять эволюцию в уничтожающей сатире, которая вызвала бури восторга и запечатлела его имя в виде жирной каракули на страницах истории.</p>
     <p>Чем больше Мартин размышлял, тем сильнее крепло в нем убеждение, что вся разница между этими адвокатами, офицерами, дельцами, банкирами, с одной стороны, и людьми рабочего сословия — с другой, основана на том, что они по-разному едят, живут и одеваются. Им одинаково не хватало того самого главного, что он находил в книгах и чувствовал в себе. Морзы показали Мартину сливки своего общества, и он не пришел от них в восхищение. Нищий раб ростовщика, он все же был на голову выше тех, кого встречал в гостиной у Морзов. А когда Мартин выкупил из заклада свой единственный костюм, в обществе этих людей он стал неизменно испытывать чувство оскорбленного достоинства, точно принц, вынужденный жить среди пастухов.</p>
     <p>— Вы ненавидите и боитесь социалистов, — сказал он однажды за обедом мистеру Морзу, — но почему? Вы ведь не знаете ни их самих, ни их взглядов.</p>
     <p>Разговор о социализме возник после того, как миссис Морз пропела очередной дифирамб мистеру Хэпгуду. Мартин не выносил этого самодовольного пошляка, и всякое упоминание о нем выводило его из равновесия.</p>
     <p>— Да, — сказал Мартин, — Чарли Хэпгуд подает большие надежды, об этом все говорят, и это правда, я думаю, что он еще задолго до смерти сядет в губернаторское кресло, а то и сенатором Соединенных Штатов сделается.</p>
     <p>— Почему вы так думаете? — спросила миссис Морз.</p>
     <p>— Я слушал его речь во время предвыборной кампании. Она была так умно-глупа и банальна и в то же время так убедительна, что лидеры должны считать его абсолютно надежным и безопасным человеком, а пошлости, которые он говорит, вполне соответствуют пошлости рядового избирателя. Всякому лестно услышать с трибуны свои собственные мысли, приглаженные и приукрашенные.</p>
     <p>— Мне положительно кажется, что вы завидуете мистеру Хэпгуду, — сказала Руфь.</p>
     <p>— Боже меня упаси!</p>
     <p>На лице у Мартина был написан такой ужас, что миссис Морз настроилась на воинственный лад.</p>
     <p>— Не хотите же вы сказать, что мистер Хэпгуд глуп? — спросила она ледяным тоном.</p>
     <p>— Не глупее рядового республиканца, — возразил Мартин, — или рядового демократа. Они все или хитры, или глупы, причем хитрых меньшинство. Единственные умные республиканцы — это миллионеры и их сознательные прислужники. Эти-то отлично знают, где жареным пахнет.</p>
     <p>— Вот я республиканец, — сказал с улыбкой мистер Морз, — интересно, как вы меня классифицируете?</p>
     <p>— Вы бессознательный прислужник.</p>
     <p>— Прислужник?!</p>
     <p>— Ну, разумеется. Вы ведь работаете на корпорацию. У вас нет клиентуры среди рабочих, и уголовных дел вы тоже не ведете. Ваш доход не зависит от мужей, избивающих своих жен, или от карманных воров. Вы питаетесь за счет людей, играющих главную роль в обществе; а всякий человек служит тому, кто его кормит. Конечно, вы прислужник! Вы заинтересованы в защите интересов тех капиталистических организаций, которым вы служите.</p>
     <p>Мистер Морз слегка покраснел.</p>
     <p>— Должен вам заметить, сэр, — сказал он, — что вы говорите, как самый заядлый социалист.</p>
     <p>Вот тогда-то Мартин и сделал свое замечание по поводу социализма.</p>
     <p>— Вы ненавидите и боитесь социалистов. Почему? Ведь вы не знаете ни их самих, ни их взглядов.</p>
     <p>— Ну, ваши взгляды во всяком случае совпадают со взглядами социалистов, — возразил мистер Морз.</p>
     <p>Руфь с тревогой поглядывала на собеседников, а миссис Морз радовалась в душе, что Мартин навлекает на себя немилость главы дома.</p>
     <p>— Если я называю республиканцев глупыми и говорю, что свобода, равенство и братство — лопнувшие мыльные пузыри, то из этого еще не следует, что я социалист, — сказал Мартин, улыбаясь. — Если я не согласен с Джефферсоном <a l:href="#n_309" type="note">[309]</a> и с тем ненаучно мыслившим французом, который влиял на его мировоззрение, то опять-таки этого недостаточно, чтобы называться социалистом. Уверяю вас, мистер Морз, что вы гораздо ближе меня к социализму; я ему, в сущности, заклятый враг.</p>
     <p>— Вы, конечно, изволите шутить? — холодно спросил мистер Морз.</p>
     <p>— Ничуть. Я говорю совершенно серьезно. Вы верите в равенство, а сами служите капиталистическим корпорациям, которые только и думают о том, как бы похоронить это равенство. А меня вы называете социалистом только потому, что я отрицаю равенство и утверждаю как раз тот принцип, который вы, в сущности говоря, доказываете всей своей деятельностью. Республиканцы — самые лютые враги равенства, хотя они и провозглашают его где только возможно. Во имя равенства они уничтожают равенство. Поэтому-то я говорю, что они глупы. А я индивидуалист. Я верю, что в беге побеждает быстрейший, а в борьбе сильнейший. Эту истину я почерпнул из биологии, или по крайней мере мне так кажется. Повторяю, что я индивидуалист, а индивидуалисты — вечные, исконные враги социалистов.</p>
     <p>— Однако вы бываете на социалистических митингах, — раздраженно произнес мистер Морз.</p>
     <p>— Конечно. Так же, как лазутчик бывает во вражеском лагере. Как же иначе изучить противника. А кроме того, мне очень весело на этих митингах. Социалисты — прекрасные спорщики, и хорошо ли, плохо ли, но они многое читали. Любой из них знает о социологии и о всяких других «логиях» гораздо больше, чем рядовой капиталист. Да, я раз десять бывал на социалистических митингах, но от этого не стал социалистом, так же как от разглагольствований Чарли Хэпгуда не стал республиканцем.</p>
     <p>— Не знаю, не знаю, — нерешительно сказал мистер Морз, — но мне почему-то кажется, что вы все-таки склоняетесь к социализму.</p>
     <p>«Черт побери, — подумал Мартин, — он не понял ни одного слова! Точно я говорил с каменной стеной! Куда же делось все его образование?»</p>
     <p>Так на своем пути Мартин столкнулся лицом к лицу с моралью, основанной на экономике, — классовой моралью; и вскоре она сделалась для него настоящим пугалом. Его собственная мораль опиралась на интеллект, и моральный кодекс окружающих его людей раздражал его даже больше, чем их напыщенная пошлость; это была какая-то удивительная смесь экономики, метафизики, сентиментальности и подражательности.</p>
     <p>Образчик этой курьезной смеси Мартину неожиданно пришлось встретить в поведении своих близких. Его сестра Мэриен познакомилась с одним трудолюбивым молодым немцем, механиком, который, основательно изучив свое ремесло, открыл велосипедную мастерскую; кроме того, он взял представительство по продаже дешевых велосипедов и зажил очень недурно. Мэриен, зайдя к Мартину, сообщила ему о своей помолвке, а потом шутя взяла его за руку и стала по линиям ладони предсказывать его судьбу.</p>
     <p>В следующий раз она привела с собою и Германа Шмидта. Мартин поздравил обоих в самых изысканных выражениях, что, по-видимому, не слишком понравилось туповатому жениху. Дурное впечатление еще усилилось, когда Мартин прочел стихи, написанные им после прошлого посещения Мэриен. Это было изящное стихотворение, посвященное сестре и названное «Гадалка». Прочтя его вслух, Мартин был очень удивлен, что гости не выразили никакого удовольствия. Напротив, глаза сестры с тревогой устремились на жениха, на топорной физиономии которого были ясно написаны досада и раздражение. Инцидент, впрочем, был этим исчерпан, гости скоро ушли, и Мартин забыл о нем, хотя ему было непонятно, как могла женщина, хотя бы и из рабочего сословия, не почувствовать себя польщенной, что в ее честь написаны стихи.</p>
     <p>Через несколько дней Мэриен снова зашла к Мартину, на этот раз одна. Едва успела она войти, как начала горько упрекать его за неуместный поступок.</p>
     <p>— В чем дело, Мэриен? — спросил Мартин с удивлением. — Ты говоришь таким тоном, словно стыдишься своих родных или по крайней мере своего брата!</p>
     <p>— Конечно, стыжусь, — объявила она.</p>
     <p>Мартин был окончательно сбит с толку, увидев слезы обиды в ее глазах. Обида, во всяком случае, была искренняя.</p>
     <p>— Неужели твой Герман ревнует из-за того, что брат написал о сестре стихи?</p>
     <p>— Он вовсе не ревнует, — всхлипнула она, — он говорит, что это неприлично, непри… непристойно.</p>
     <p>Мартин недоверчиво свистнул, полез в ящик и достал экземпляр «Гадалки».</p>
     <p>— Не понимаю, — сказал он, передавая листок сестре, — прочти сама и скажи, что тут непристойного? Ведь ты так сказала?</p>
     <p>— Раз он говорит, значит есть, — возразила Мэриен, с отвращением отстраняя бумагу. — Он требует, чтобы ты разорвал это. Он не хочет, чтобы про его жену писали подобные вещи, и так, чтоб всякий мог прочитать. Он говорит, что это срам… и он этого не потерпит.</p>
     <p>— Но послушай, Мэриен, это же просто глупо, — начал было Мартин, но передумал.</p>
     <p>Перед ним сидела несчастная девушка, которую невозможно было переубедить так же, как и ее жениха. Сознавая всю нелепость случившегося, Мартин тем не менее решил покориться.</p>
     <p>— Ладно, — сказал он и, разорвав рукопись на мелкие кусочки, бросил их в корзинку.</p>
     <p>Его утешала мысль, что оригинал «Гадалки» уже лежит в редакции одного из нью-йоркских журналов. Мэриен и ее супруг никогда не узнают этого, и ни они, ни он, ни мир не пострадают от того, что невинное маленькое стихотворение будет напечатано.</p>
     <p>Мэриен нерешительно потянулась к корзине.</p>
     <p>— Можно? — спросила она.</p>
     <p>Мартин кивнул головой и молча глядел, как сестра собирала и прятала в карман кусочки разорванной рукописи — вещественное доказательство удачно выполненной миссии. Мэриен чем-то напоминала Мартину Лиззи Конолли, хотя ей не хватало того огня и жизненного задора, которыми полна была молоденькая работница, встреченная им в театре. Но у них было много общего — в одежде, в манерах, в поведении. Мартин не мог удержаться от улыбки, представив себе вдруг этих девушек в гостиной Морзов. Но забавная картина исчезла, и чувство бесконечного одиночества охватило Мартина. И его сестра и гостиная Морзов были только вехами на его пути. Все это уже осталось позади. Мартин с любовью поглядел на свои книги. Это были его единственные, всегда верные товарищи.</p>
     <p>— Как? Что ты сказала? — вдруг переспросил он в изумлении.</p>
     <p>Мэриен повторила свой вопрос.</p>
     <p>— Почему я не работаю? — Мартин засмеялся, но смех его звучал не слишком искренне. — Это твой Герман велел спросить?</p>
     <p>Мэриен отрицательно покачала головой.</p>
     <p>— Не лги, — строго сказал Мартин, и она смущенно опустила голову. — Так скажи своему Герману, чтобы он не лез не в свои дела. Еще когда я пишу стихи, посвященные его невесте, это, пожалуй, его касается, но дальше пусть он не сует своего носа. Поняла? Ты думаешь, стало быть, что из меня не выйдет писателя? — продолжал он. — Ты считаешь, что я сбился с пути, что я позорю свою семью? Да?</p>
     <p>— Я считаю, что тебе бы лучше подыскать себе какую-нибудь работу, — твердо сказала Мэриен, и Мартин видел, что она говорит искренне. — Герман находит…</p>
     <p>— К черту Германа! — добродушно прервал ее Мартин. — Ты мне лучше скажи, когда ваша свадьба. И спроси своего Германа, соблаговолит ли он разрешить тебе принять от меня свадебный подарок.</p>
     <p>После ее ухода Мартин долго думал об этом инциденте, горько усмехаясь. Да, все они — его сестра и ее жених, люди его круга и люди, окружающие Руфь, — все они одинаково приспособляются к общим меркам, все строят свою убогую жизнь по готовому, убогому образцу. И постоянно оглядываясь друг на друга, подражая друг другу, эти жалкие существа готовы стереть свои индивидуальные особенности, отказаться от живой жизни, чтоб только не нарушить нелепых правил, у которых они с детства в плену. Вереница знакомых образов потянулась перед мысленным взором Мартина: Бернард Хиггинботам под руку с мистером Бэтлером. Герман Шмидт, обнявшись с Чарли Хэпгудом. Всех их попарно и поодиночке внимательно оглядел Мартин, всех меряя той мерой интеллектуальной и моральной ценности, которую почерпнул из книг, и ни один не выдержал испытания. Напрасно спрашивал он: где же великие сердца, великие умы? Их не было видно среди толпы пошлых, тупых и вульгарных призраков, заполнивших его тесную каморку. А к этой толпе он чувствовал такое же презрение, какое, вероятно, чувствовала Цирцея <a l:href="#n_310" type="note">[310]</a> к своим свиньям.</p>
     <p>Когда последний из призраков исчез, явился вдруг еще один, нежданный и незванный, — гуляка-парень в шляпе с огромными полями, в двубортной куртке, раскачивающийся на ходу — Мартин Иден далекого прошлого.</p>
     <p>— И ты был не лучше, приятель, — насмешливо сказал ему Мартин. — У тебя были такие же моральные представления, и знал ты не больше остальных. Ты ни о чем не задумывался и не заботился. Взгляды ты приобретал готовыми, как и платья. Ты делал то, что одобряли другие. Ты стал коноводом своей шайки, потому что тебя сочли подходящим для этого. Ты дрался и командовал шайкой не потому, что тебе так нравилось, — на самом деле тебе это было противно, — а потому, что другие поощрительно похлопывали тебя по плечу. Ты побил Масляную Рожу потому, что не хотел уступить ему, а уступить не хотел потому, что в тебе сидел первобытный зверь и вдобавок тебе прожужжали уши, что мужчина должен быть свиреп, кровожаден и безжалостен, что бить и калечить — достойно мужчины. А зачем ты, щенок, отбивал подружек у своих товарищей? Вовсе не потому, что они тебе нравились, а просто потому, что в тех, кто тебя окружал, определял твое поведение, сильней всего были инстинкты жеребца и дикого козла! Ну вот, с тех пор прошло немало времени. Что же ты теперь обо всем этом думаешь?</p>
     <p>И, как бы в ответ на это, в видении стала совершаться быстрая перемена. Грубая куртка и широкополая шляпа исчезли, их заменил простой скромный костюм; лицо утратило жестокое выражение и озарилось внутренним светом, одухотворенное общением с истиной и красотой. Видение теперь было очень похоже на нынешнего Мартина; оно стояло у стола, склонясь над раскрытой книгой, на которую падал свет лампы. Мартин взглянул на заголовок. Это были «Основы эстетики». И тотчас же Мартин вошел в видение, слился с ним и, сев за стол, погрузился в чтение.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцатая</p>
     </title>
     <p>В солнечный осенний день, такой же прекрасный день бабьего лета, как год назад, когда они впервые признались, что любят друг друга, Мартин читал Руфи свои «Сонеты о любви». Так же, как и тогда, они сидели на своем любимом месте, среди холмов. Руфь то и дело прерывала чтение восторженными возгласами, и Мартин, отложив последний лист рукописи, с волнением ждал, что она скажет.</p>
     <p>Руфь долго молчала, потом наконец начала с запинкой, словно не решаясь облечь в слова то, что решила сказать.</p>
     <p>— Эти стихи прекрасны, — сказала она, — да, конечно, они прекрасны. Но ведь вы не можете получить за них деньги. То есть, вы понимаете, что я хочу сказать, — она произнесла это почти умоляюще, — все, что вы пишете, не имеет практической ценности. Я не знаю, в чем тут причина, — вероятно, виноваты условия спроса, — но вы не можете заработать на жизнь своими произведениями. Поймите меня правильно, дорогой мой, я очень горжусь — иначе я не была бы женщиной, — я горжусь и радуюсь, что эти чудесные стихи посвящены мне. Но ведь дня нашей свадьбы они не приближают, правда, Мартин? Не сочтите меня корыстолюбивой. Я вас люблю и постоянно думаю о нашем будущем. Ведь целый год прошел с тех пор, как мы поведали друг другу о нашей любви, а до свадьбы так же далеко, как и раньше. Пусть вам не покажется нескромным этот разговор: вспомните, что речь идет о моем сердце, обо всей моей жизни. Уж если вам непременно хочется писать — ну, найдите работу в какой-нибудь газете. Почему бы вам не сделаться репортером? Хотя бы ненадолго?</p>
     <p>— Я испорчу свой стиль, — глухо отвечал Мартин, — вы не представляете, сколько труда я положил, чтобы выработать этот стиль.</p>
     <p>— Но писали же вы газетные фельетоны ради денег? Они вам не испортили стиля?</p>
     <p>— Это совсем другое дело. Я их вымучивал, выжимал из себя после целого дня серьезной работы. А стать репортером — это значит заниматься ремесленничеством с утра до ночи, отдать ему всего себя! Жизнь превратится в какой-то вихрь, придется жить минутой, без прошлого и без будущего. Репортеру и думать некогда ни о каком стиле, кроме репортерского. А это не литература. Сделаться репортером именно теперь, когда стиль у меня только что начал складываться, — да это было бы литературным самоубийством. И сейчас каждый фельетон, каждое слово там для меня мука, насилие над собой, над чувством прекрасного. Вы не представляете, как мне тяжело. Я чувствовал себя преступником. Я даже радовался втайне, когда мои «ремесленные» рассказы перестали покупать, хотя из-за этого мне пришлось заложить костюм. Но зато какое наслаждение я испытал, когда писал «Сонеты о любви»! Ведь радость творчества — благороднейшая радость на земле. Она меня вознаградила за все лишения.</p>
     <p>Мартин не знал, что для Руфи «радость творчества» пустой звук. Она, правда, часто употребляла эти слова в беседе, и впервые Мартин услыхал о радости творчества из ее уст. Она читала об этом, слышала на лекциях университетских профессоров, даже упоминала, сдавая экзамен на степень бакалавра искусств. Но сама она была лишена всякой оригинальности мысли, всякого творческого порыва и могла лишь повторять то, что заучила с чужих слов.</p>
     <p>— А может быть, редактор был прав, исправляя ваши «Песни моря»? — спросила Руфь. — Если бы редактор не умел правильно оценивать литературное произведение, он не был бы редактором.</p>
     <p>— Вот еще одно доказательство устойчивости общепринятых мнений, — запальчиво возразил Мартин, раздраженный упоминанием о ненавистном ему племени редакторов. — То, что существует, считается не только правильным, но и лучшим. Самый факт какого-нибудь явления рассматривается как доказательство правомерности этого явления, и заметьте, не только при данных условиях, а на веки вечные. Конечно, рядовой человек верит в эту чепуху только из-за своего закоснелого невежества. Мыслительный процесс таких людей превосходно описал Вейнингер. Не умеющие мыслить воображают, что они мыслят, и распоряжаются судьбами тех, которые мыслят на самом деле.</p>
     <p>Мартин вдруг остановился, испуганный догадкой, что Руфь еще не доросла до всего этого.</p>
     <p>— Я не знаю, кто такой Вейнингер, — возразила она, — вы так ужасно склонны все обобщать, что я перестаю понимать ваши мысли. Я говорю, что если редактор…</p>
     <p>— А я вам говорю, — перебил он, — что по крайней мере девяносто девять процентов редакторов — это просто неудачники. Неудавшиеся писатели. Не думайте, что им приятнее тянуть лямку в редакции и сознавать свою рабскую зависимость от распространения журнала и от оборотливости издателя, чем предаваться радостям творчества. Они пробовали писать, но потерпели неудачу. И вот тут-то и получается нелепейший парадокс: все двери к литературному успеху охраняются этими сторожевыми собаками, литературными неудачниками. Редакторы, их помощники, рецензенты, вообще все те, кто читает рукописи, — это люди, которые некогда сами хотели стать писателями, но не смогли. И вот они-то, казалось бы, последние, кто имеет право вершить судьбы литературы, решают, что нужно и что не нужно печатать. Они, заурядные и бесталанные, судят об оригинальности и таланте. А за ними следуют критики, обычно такие же неудачники. Не говорите мне, что они никогда не мечтали и не пробовали писать стихи или прозу, — пробовали, только у них ни черта не вышло. От журнальных критических статей тошнит, как от рыбьего жира. Впрочем, вы знаете мою точку зрения на всех этих рецензентов и так называемых критиков. Есть, конечно, великие критики, но они редки, как кометы. Если из меня не выйдет писателя, пойду в редакторы. В конце концов это кусок хлеба. И даже с маслом.</p>
     <p>Однако быстрый ум Руфи тотчас подметил противоречие в рассуждениях ее возлюбленного.</p>
     <p>— Ну, хорошо, Мартин, если это так, и для талантливых людей все двери закрыты, то как же выдвинулись великие писатели?</p>
     <p>— Они совершили невозможное, — ответил он, — они создали такие пламенные, блестящие произведения, что их враги были испепелены и уничтожены. Они достигли успеха благодаря чуду, выпадающему на долю одного из тысячи. Они вроде гигантов Карлейля, которых нельзя одолеть. И я сделаю то же. Я добьюсь невозможного.</p>
     <p>— А если вы потерпите неудачу? Вы должны подумать и обо мне, Мартин!</p>
     <p>— Если я потерплю неудачу? — Он поглядел на нее с минуту, словно она сказала нечто немыслимое. Затем глаза его лукаво блеснули. — Тогда я стану редактором, и вы будете редакторской женой!</p>
     <p>Руфь состроила недовольную, очаровательную гримасу, которую Мартин тут же согнал поцелуями.</p>
     <p>— Ну, ну, довольно, — протестовала Руфь, стараясь напряжением воли освободиться от обаяния его силы. — Я говорила с папой и с мамой. Я никогда так с ними не воевала. Я требовала, я была непочтительна и непослушна. Они оба настроены против вас, но я так твердо говорила им о моей любви к вам, что папа наконец согласился принять вас к себе в контору. Он даже решил положить вам сразу приличное жалованье, чтобы мы могли пожениться и жить самостоятельно где-нибудь в маленьком коттедже. Это очень великодушно с его стороны, не правда ли, Мартин?</p>
     <p>Мартин почувствовал, как тупое отчаяние сдавило ему сердце. Он машинально полез в карман за табаком и бумагой (которых давно уже не носил при себе) и пробормотал что-то невнятное.</p>
     <p>Руфь продолжала:</p>
     <p>— Откровенно говоря, — только, пожалуйста, не обижайтесь, я просто хочу, чтобы вы знали, как обстоит дело, — папе очень не нравятся ваши радикальные взгляды, и, кроме того, он считает вас лентяем. Я-то знаю, конечно, что вы не лентяй. Я знаю, как вы много работаете.</p>
     <p>«Нет, этого даже и она не знает», — подумал Мартин, но вслух спросил:</p>
     <p>— Ну, а вы как думаете? Вам тоже мои взгляды кажутся чересчур радикальными? — Он смотрел ей прямо в глаза и ждал ответа.</p>
     <p>— Мне они кажутся… сомнительными, — ответила она наконец.</p>
     <p>Этим было все сказано, и жизнь вдруг показалась Мартину такой унылой, что он совсем забыл об осторожно сделанном Руфью предложении — поступить на службу в контору ее отца. А она, чувствуя, что не надо пока настаивать, готова была терпеливо ждать удобного случая, чтобы вернуться к этому вопросу.</p>
     <p>Но ждать пришлось недолго: Мартин, в свою очередь, решил кое-что спросить у Руфи. Ему хотелось испытать, насколько сильна ее вера в него. И через неделю каждый получил ответ на свой вопрос.</p>
     <p>Мартин ускорил дело, прочтя Руфи «Позор солнца».</p>
     <p>— Почему вы не хотите заняться репортерской работой? — воскликнула Руфь, когда Мартин кончил читать. — Вы так любите писать, и вы, наверное, добились бы успеха, могли бы выдвинуться, стать журналистом с именем, специальным корреспондентом какой-нибудь газеты. Ведь некоторые специальные корреспонденты зарабатывают огромные деньги, и, кроме того, они ездят по всему миру. Их посылают в Африку, — вот как Стэнли, — они интервьюируют папу в Ватикане, исследуют таинственные уголки Тибета.</p>
     <p>— Значит, вам не нравится моя статья? — спросил Мартин. — Вы, стало быть, предполагаете, что я мог бы стать журналистом, но никак не писателем?</p>
     <p>— О, нет! Мне очень понравилась ваша статья. Она прекрасно написана. Но только я боюсь, что все это не по плечу публике. По крайней мере для меня это слишком трудно. Звучит очень хорошо, но я почти ничего не поняла. Слишком много специальной научной терминологии прежде всего. Вы любите крайности, дорогой мой, и то, что вам кажется понятным, совершенно непонятно для всех нас.</p>
     <p>— Да, в статье много философских терминов, — пробормотал Мартин.</p>
     <p>Он еще был взволнован — ведь он только что читал вслух самые свои зрелые мысли, — и ее суждение ошеломило его.</p>
     <p>— Ну, пусть это неудачно по форме, — пытался настаивать Мартин, — но неужели сами мысли в вас не встречают сочувствия?</p>
     <p>Руфь покачала головой.</p>
     <p>— Нет. Это так не похоже на все, что я читала раньше… Я читала Метерлинка, и он был мне вполне понятен.</p>
     <p>— Вам понятен его мистицизм? — вскричал Мартин.</p>
     <p>— Да. А вот ваша статья, где вы на него нападаете, мне совершенно непонятна. Конечно, если говорить об оригинальности…</p>
     <p>Мартин сделал нетерпеливое движение, но промолчал. Потом вдруг до его сознания дошли слова Руфи.</p>
     <p>— В конце концов творчество было для вас игрушкой, — говорила она, — вы достаточно долго забавлялись ею. Пора теперь отнестись серьезно к жизни, к нашей жизни, Мартин. До сих пор вы жили только для себя.</p>
     <p>— Вы хотите, чтобы я поступил на службу?</p>
     <p>— Да. Папа предлагает вам…</p>
     <p>— Знаю, знаю, — прервал он резко, — но скажите мне прямо: вы в меня больше не верите?</p>
     <p>Руфь молча сжала ему руку. Глаза ее затуманились.</p>
     <p>— Не в вас… в ваше сочинительство, мой милый, — почти шепотом сказала она.</p>
     <p>— Вы прочли почти все мои произведения, — с той же беспощадной прямотой продолжал Мартин, — что вы о них думаете? Вам кажется, что это очень плохо? Хуже того, что пишут другие?</p>
     <p>— Другие получают деньги за свои произведения.</p>
     <p>— Это не ответ. Итак, вы считаете, что литература не мое призвание?</p>
     <p>— Ну, хорошо, я вам отвечу. — Руфь сделала над собой усилие. — Я не думаю, что вы можете стать писателем. Не сердитесь на меня, дорогой! Вы же сами меня спросили. Вы знаете, что я больше вашего понимаю в литературе.</p>
     <p>— Да, вы бакалавр искусств, — проговорил Мартин задумчиво, — вы должны понимать… Но это еще не все, — продолжал он после мучительной для обоих паузы. — Я знаю, в чем моя сила. Никто не может знать этого лучше меня. Я знаю, что добьюсь успеха. Я преодолею все препятствия. Во мне так и кипит все то, что должно найти отражение в стихах, статьях, рассказах. Но я вас не прошу верить в это. Не верьте ни в меня, ни в мой литературный талант. Единственное, о чем я вас прошу, — это верить в мою любовь и любить меня по-прежнему. Год тому назад я умолял дать мне два года сроку. Один год уже прошел, но я твердо верю, что, прежде чем пройдет второй год, я добьюсь успеха. Помните, когда-то вы сказали мне: чтобы стать писателем, нужно пройти ученичество. Что же, я прошел его. Я спешил, я уложился в короткий срок. Вы были конечной целью всех моих стремлений, и мысль о вас поддерживала мою энергию. Знаете ли вы, что я давно забыл, что значит уснуть спокойно и безмятежно? Мне иногда кажется, что миллионы лет прошли с той поры, когда я спал столько, сколько мне нужно, и просыпался просто оттого, что выспался. Теперь меня поднимает будильник. Я ставлю его на определенный час, в зависимости от того, когда я разрешаю себе уснуть. Это — последнее сознательное усилие, которое я делаю перед сном: завожу будильник и гашу свет. Когда я чувствую, что меня клонит ко сну, я заменяю трудную книгу более легкой. А если я и над этой книгой начинаю клевать носом, то бью себя кулаком по голове, чтобы прогнать сон. Помните, у Киплинга — о человеке, который боялся спать? Он пристраивал в постели шпору так, что, если он засыпал, стальной шип вонзался ему в тело. Я делал то же самое. Я решал, что не должен заснуть до полуночи, до часу, до двух… И шпора не давала мне засыпать до положенного времени. Я не расставался с этой шпорой в течение многих месяцев. Я дошел до того, что сон в пять с половиной часов стал уже для меня недопустимой роскошью. Теперь я сплю всего четыре часа. Я весь извелся от постоянного недосыпания. Иногда у меня кружится голова и путаются мысли — до такой степени хочется мне уснуть; могильный покой кажется мне иногда блаженством. Мне вспоминаются стихи Лонгфелло:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>В морской холодной глубине</v>
       <v>Все спит в спокойном, тихом сне.</v>
       <v>Один лишь шаг — плеснет вода,</v>
       <v>И все исчезнет навсегда.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Конечно, это вздор. Это от усталости, от нервного переутомления. Но вот вопрос: ради чего я старался? Ради вас. Чтобы сократить срок ученичества, чтобы поторопить Успех. И теперь мое ученичество позади. Я знаю, на что я способен. Уверяю вас, ни один студент в год не выучит того, что я выучиваю в один месяц. Я знаю. Вы уж мне поверьте. Я бы не стал говорить об этом, если бы мне так страстно не хотелось, чтобы вы меня поняли. Тут нет хвастовства. Я сужу по книгам, которые я прочел. Ваши братья — невежественные дикари в сравнении со мной, со всем тем, что я узнал из книг в те часы, когда они мирно спали. Когда-то я хотел прославиться. Теперь слава для меня ничего не значит. Я хочу только вас. Вы мне нужны больше пищи, больше одежды, больше признания. Я мечтаю только о том, чтоб уснуть наконец, положив голову к вам на грудь. Не пройдет и года, как мечта эта сбудется.</p>
     <p>Опять ощущение его силы захлестнуло Руфь; и чем упорнее она противилась, тем больше ее влекло к Мартину. Эта покорявшая ее сила теперь сверкала в его взгляде, слышалась в его страстной речи, бурлила и клокотала во всем его существе. И вот на один миг, на один только миг, прочный, устойчивый мир Руфи заколебался, и она вдруг увидела перед собой настоящего Мартина Идена, великолепного и непобедимого! И как на укротителей зверей минутами находит сомнение, так и она усомнилась в возможности смирить непокорный дух этого человека.</p>
     <p>— И вот ведь еще что, — продолжал он. — Вы меня любите. Но почему вы меня любите? Ведь именно то, что заставляет меня писать, заставляет вас любить меня. Вы любите меня потому, что я не похож на людей, которые вас окружают и одному из которых вы могли бы подарить свою любовь. Я не создан для конторы, для бухгалтерских книг, для мелкого крючкотворства. Заставьте меня делать то же, что делают все эти люди, дышать одним с ними воздухом, разделять их взгляды, — и вы уничтожите разницу между мною и ими, уничтожите меня, уничтожите то, что вы любите. Самое живое, что только есть во мне, — это страсть к творчеству. Будь я какой-нибудь заурядный олух, я не мечтал бы стать писателем, но и вы вряд ли захотели бы стать моей женой.</p>
     <p>— Но почему же, — прервала его Руфь, поверхностный, но живой ум которой сразу усмотрел возможность параллели. — Ведь бывали и раньше чудаки, которые всю жизнь бились над изобретением какого-нибудь вечного двигателя, обрекая свою семью на нужду и лишения. Их жены, разумеется, любили их и страдали вместе с ними, но не за их чудачества, а скорее несмотря на эти чудачества.</p>
     <p>— Верно, — возразил он. — Но ведь были и другие изобретатели, не чудаки, те, что всю жизнь бились над изобретением вполне реальных и полезных вещей и в конце концов добивались своего. Я ведь не хочу ничего невозможного.</p>
     <p>— Вы сами сказали, что хотите «добиться невозможного».</p>
     <p>— Я выразился фигурально. Я стремлюсь, в сущности говоря, достичь того, чего достигли до меня очень и очень многие: писать и жить литературным трудом.</p>
     <p>Молчание Руфи раздражало Мартина.</p>
     <p>— Стало быть, вы считаете, что это такая же химера, как вечный двигатель? — спросил он.</p>
     <p>Ответом послужило пожатие ее руки, нежное материнское пожатие, словно мать успокаивала капризного ребенка. Для нее Мартин и в самом деле был только капризный ребенок, чудак, желающий добиться невозможного.</p>
     <p>Руфь еще раз напомнила Мартину о том, как враждебно относятся к нему ее родители.</p>
     <p>— Но ведь вы-то меня любите? — спросил он.</p>
     <p>— Люблю, люблю! — воскликнула она.</p>
     <p>— И я вас люблю, и ничего они мне не могут сделать. — Голос его звучал торжествующе. — Раз я верю в вашу любовь, то мне нет дела до их ненависти. Все в мире непрочно, кроме любви. Любовь не может сбиться с пути, если только это настоящая любовь, а не хилый уродец, спотыкающийся и падающий на каждом шагу.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать первая</p>
     </title>
     <p>Как-то раз случай свел Мартина на Бродвее с его сестрой Гертрудой — случай, несомненно, счастливый, несмотря на возникшую при этом неловкость. Ожидая на углу трамвая, Гертруда первая увидела Мартина, и ей сразу бросилось в глаза мрачное выражение его изможденного, осунувшегося лица. Мартин и в самом деле был мрачен. Он возвращался после неудачной беседы с ростовщиком, у которого хотел выторговать добавочную ссуду под велосипед. Наступила осенняя распутица, и поэтому Мартин давно уже заложил велосипед, но черный костюм он непременно хотел сохранить.</p>
     <p>— Ведь у вас есть черный костюм, — сказал ростовщик, знавший наперечет все имущество Мартина. — Уж не заложили ли вы его у этого еврея Липке? Ну, если только…</p>
     <p>Он так грозно посмотрел на Мартина, что тот поспешил воскликнуть:</p>
     <p>— Нет, нет! Я не закладывал костюма. Просто я не могу без него обойтись.</p>
     <p>— Отлично, — сказал ростовщик, смягчившись немного. — Но я тоже не могу без него обойтись, если вы хотите, чтобы я дал вам еще денег. Ведь я занимаюсь этим делом не ради развлечения.</p>
     <p>— Мой велосипед стоит по крайней мере сорок долларов, и к тому же он в полной исправности, — возразил Мартин. — А вы мне дали за него только семь долларов! И даже не семь! Шесть с четвертью! Ведь вы берете вперед проценты!</p>
     <p>— Хотите получить еще денег, так принесите костюм, — последовал хладнокровный ответ, и Мартин в полном отчаянии выбежал из душной, тесной лавчонки. Вот откуда взялось мрачное выражение его лица, которое так огорчило Гертруду.</p>
     <p>Не успели они поздороваться, как подошел трамвай, идущий на Телеграф-авеню. Мартин поддержал сестру под локоть, чтобы помочь ей сесть, и та поняла, что сам он хочет идти пешком. Стоя на ступеньке, Гертруда обернулась к нему, и сердце ее сжалось, когда она увидела его ввалившиеся глаза.</p>
     <p>— А ты разве не поедешь? — спросила она.</p>
     <p>И тотчас же сошла с трамвая и очутилась рядом с ним.</p>
     <p>— Я всегда хожу пешком, для моциона, — объяснил он.</p>
     <p>— Ну что ж, я тоже пройдусь немножко, — сказала Гертруда, — мне это полезно. Я что-то себя плохо чувствую последнее время.</p>
     <p>Мартин взглянул на сестру, и только сейчас заметил происшедшую в ней перемену. Вид у нее был утомленный и какой-то неряшливый, лицо безобразили отечные складки, и вся она как-то обрюзгла, расплылась, а тяжелая, неуклюжая походка была словно карикатурой на эластичную, бодрую поступь здоровой и веселой женщины.</p>
     <p>— Уж лучше подожди трамвая, — сказал Мартин, когда они дошли до следующей остановки. Он заметил, что Гертруда начала задыхаться.</p>
     <p>— Господи помилуй! И верно, ведь я устала, — сказала она. — Но и тебе тоже не мешало бы сесть на трамвай. Подошвы у твоих башмаков такие, что, пожалуй, протрутся, прежде чем ты дойдешь до Северного Окленда.</p>
     <p>— У меня дома есть еще одна пара башмаков, — отвечал Мартин.</p>
     <p>— Приходи завтра обедать, — сказала Гертруда неожиданно. — Бернарда не будет, он едет по делам в Сан-Леандро.</p>
     <p>Мартин отрицательно покачал головой, но не сумел скрыть жадный огонек, сверкнувший у него в глазах при упоминании об обеде.</p>
     <p>— У тебя нет ни пенса, Март, вот отчего ты ходишь пешком. Моцион, как же!</p>
     <p>Она хотела презрительно фыркнуть, но из этого ничего не вышло.</p>
     <p>— Погоди-ка…</p>
     <p>И, порывшись в сумочке, Гертруда сунула Мартину в руку пятидолларовую монету.</p>
     <p>— Я забыла, что на днях было твое рождение, — пробормотала она.</p>
     <p>Мартин инстинктивно зажал в руке монету и тут же понял, что не должен принимать этого подарка, но заколебался. Ведь этот золотой кружочек означал пищу, жизнь, возвращение сил духовных и телесных, новый прилив творческой энергии, и — как знать! — может быть, он напишет что-нибудь такое, что принесет ему много таких же золотых монет. Ему ясно представились две его последние статьи, которые валялись под столом среди груды рукописей, так как не на что было купить марок. Печатные заголовки так и горели у него перед глазами. Статьи назывались «Жрецы чудесного» и «Колыбель красоты». Он еще никуда не посылал их, но знал, что это — лучшее из всего написанного им в этом роде. Только бы купить марки. Уверенность в успехе вдруг возникла в нем и довершила то, что начал голод: быстрым движением он сунул в карман монету.</p>
     <p>— Я тебе верну в сто раз больше, Гертруда, — проговорил он с трудом, потому что судорога сдавила ему горло, и на глазах у него блеснули слезы. — Запомни мои слова! — воскликнул он твердо и убежденно. — Не пройдет года, как я принесу тебе ровно сотню таких золотых кругляков. Я не прошу тебя верить мне. Ты должна только ждать. А там увидишь!</p>
     <p>Она и не верила. Но ей самой почему-то стало неловко от этого, и, не зная, как выйти из положения, она сказала:</p>
     <p>— Я знаю, что ты голодаешь, Март. У тебя на лице написано. Приходи обедать в любое время. Когда Хиггинботам уйдет из дому по делам, я сумею известить тебя. Кто-нибудь из ребят всегда может сбегать. А что, Март…</p>
     <p>Мартин наперед знал, что скажет сестра, так как ход ее мыслей был достаточно ясен.</p>
     <p>— Не пора ли тебе поступить на какое-нибудь место?</p>
     <p>— Ты думаешь, что я ничего не добьюсь? — спросил он.</p>
     <p>Гертруда покачала головой.</p>
     <p>— Никто в меня не верит, Гертруда, кроме меня самого. — Он сказал это с каким-то страстным задором. — Я написал уже очень много хороших вещей и рано или поздно получу за них деньги.</p>
     <p>— А почему ты знаешь, что они хороши?</p>
     <p>— Да потому, что… — Все его познания по литературе, по истории литературы вдруг ожили в его мозгу, и он понял, что сестре не объяснишь, на чем основывается его вера в себя. — Да потому, что мои рассказы лучше, чем девяносто девять процентов всего того, что печатается в журналах.</p>
     <p>— А все-таки послушай разумного совета, — сказала Гертруда, твердо уверенная в своей правоте. — Да, послушай разумного совета, — повторила она, — а завтра приходи обедать.</p>
     <p>Мартин усадил ее в трамвай, а сам побежал на почту и на три доллара из пяти накупил марок. Позднее, по дороге к Морзам, он зашел в почтовое отделение и отправил множество толстых пакетов, на что ушли все его марки, за исключением трех двухцентовых.</p>
     <p>Это был памятный вечер для Мартина, ибо он познакомился с Рэссом Бриссенденом. Как Бриссенден попал к Морзам, кто его привел туда, Мартин так и не узнал. Он даже не полюбопытствовал спросить об этом Руфь, так как Бриссенден показался ему человеком бледным и неинтересным. Час спустя Мартин решил, что он еще и невежа: уж очень бесцеремонно слонялся он из одной комнаты в другую, глазел на картины и совал нос в книги и журналы, лежавшие на столах или стоявшие на полках. Наконец, не обращая внимания на прочее общество, он, точно у себя дома, удобно устроился в моррисовском кресле, вытащил из кармана какую-то книжку и принялся читать. Читая, он то и дело рассеянно проводил рукою по волосам. Потом Мартин забыл о нем и вспомнил только в конце вечера, когда увидел его в кружке молодых женщин, которые явно наслаждались беседой с ним.</p>
     <p>По дороге домой Мартин случайно нагнал Бриссендена.</p>
     <p>— А, это вы, — окликнул он.</p>
     <p>Тот что-то не очень любезно проворчал в ответ, но все же пошел рядом. Мартин больше не делал попыток завязать беседу, и так они, молча, прошли несколько кварталов.</p>
     <p>— Старый самодовольный осел!</p>
     <p>Неожиданность и энергичность этого возгласа поразила Мартина. Ему стало смешно, но в то же время он почувствовал растущую неприязнь к Бриссендену.</p>
     <p>— Какого черта вы туда таскаетесь? — услышал Мартин, после того как они прошли еще квартал в молчании.</p>
     <p>— А вы? — спросил Мартин, в свою очередь.</p>
     <p>— Убейте меня, если я знаю, — отвечал Бриссенден. — Впрочем, это я там был в первый раз. В конце концов в сутках двадцать четыре часа. Надо же их как-нибудь проводить. Пойдемте выпьем.</p>
     <p>— Пойдемте, — отвечал Мартин.</p>
     <p>Он тут же мысленно выругал себя за свою сговорчивость. Дома его ждала «ремесленная» работа: кроме того, на ночь он решил почитать томик Вейсмана <a l:href="#n_311" type="note">[311]</a>, не говоря уже об автобиографии Герберта Спенсера, которая для него была увлекательнее любого романа. Зачем тратить время на этого вовсе не симпатичного человека, думал Мартин. Но его привлек не спутник и не выпивка, а все то, что было связано с этим: яркий свет, зеркала, звон и блеск бокалов, разгоряченные лица и громкие голоса. Да, да, голоса людей веселых и беззаботных, которые добились жизненного успеха и могли с легким сердцем пропивать свои деньги. Мартин был одинок — вот в чем заключалась его беда. Потому-то он и принял с такой охотой приглашение Бриссендена. С тех пор как Мартин покинул «Горячие Ключи» и расстался с Джо, он ни разу не был в питейном заведении, за исключением того случая, когда его угостил португалец лавочник. Умственное утомление не вызывает такой тяги к алкоголю, как физическая усталость, и Мартина не тянуло к вину. Но сейчас ему захотелось выпить, вернее, очутиться в шумном кабачке, где пьют, кричат и хохочут. Таким именно кабачком оказалась «Пещера». Бриссенден и Мартин, развалившись в удобных кожаных креслах, принялись потягивать шотландское виски с содовой.</p>
     <p>Они разговорились: говорили о разных вещах и прерывали беседу для того, чтобы по очереди заказывать новые порции. Мартин, обладавший необычайно крепкой головой, все же не мог не удивляться выносливости своего собутыльника. Но еще больше он удивлялся мыслям, которые тот высказывал. Вскоре Мартин пришел к убеждению, что Бриссенден все знает и что это вообще второй настоящий интеллигент, повстречавшийся ему на пути.</p>
     <p>Но Бриссенден к тому же обладал тем, чего не хватало профессору Колдуэллу. В нем был огонь, необычайная проницательность и восприимчивость, какая-то особая свобода полета мысли. Говорил он превосходно. С его тонких губ срывались острые, словно на станке отточенные слова. Они кололи и резали. А в следующий миг их сменяли плавные, льющиеся фразы, расцвеченные яркими пленительными образами, словно бы таившими в себе отблеск непостижимой красоты бытия. Иногда его речь звучала, как боевой рог, зовущий к буре и грохоту космической борьбы, звенела, как серебро, сверкала холодным блеском звездных пространств. В ней кратко и четко формулировались последние завоевания науки. И в то же время это была речь поэта, проникнутая тем высоким и неуловимым, чего нельзя выразить словами, но можно только дать почувствовать в тех тонких и сложных ассоциациях, которые эти слова порождают. Его умственный взор проникал словно чудом в какие-то далекие, недоступные человеческому опыту области, о которых, казалось, нельзя было рассказывать обыкновенным языком. Но поистине магическое искусство речи помогало ему вкладывать в обычные слова необычные значения, которых не уловил бы заурядный ум, но которые, однако, были близки и понятны Мартину.</p>
     <p>Мартин быстро забыл о своей неприязни к Бриссендену. Перед ним было то, о чем до сих пор он только читал в книгах. Перед ним был воплощенный идеал мыслителя, человек, достойный поклонения. «Я должен повергнуться в прах перед ним», — повторял он самому себе, с восторгом слушая своего собеседника.</p>
     <p>— Вы, очевидно, изучали биологию! — воскликнул наконец Мартин, многозначительно намекая, что и он кое в чем разбирается.</p>
     <p>К его удивлению, Бриссенден отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Но ведь вы высказываете положения, к которым немыслимо прийти без знания биологии, — продолжал Мартин, заметив удивленный взгляд Бриссендена. — Ваши выводы совпадают со всем ходом рассуждения великих ученых. Не может быть, чтобы вы не читали их трудов!</p>
     <p>— Очень рад это слышать, — отвечал тот, — очень рад, что мои поверхностные познания открыли мне кратчайший путь к постижению истины. Но мне в конце концов безразлично, прав я или нет. Это не имеет никакого значения. Ведь абсолютной истины человек никогда не постигнет.</p>
     <p>— Вы ученик и последователь Спенсера! — с торжеством воскликнул Мартин.</p>
     <p>— Я с юных лет не заглядывал в Спенсера. Да и тогда-то читал только «Воспитание».</p>
     <p>— Хотел бы я приобретать знания с такой же легкостью, — говорил Мартин полчаса спустя, подвергнув тщательному анализу весь умственный багаж Бриссендена. — Вы не допускаете возражений — вот что самое удивительное. Вы категорически утверждаете то, что наука могла установить только a posteriori <a l:href="#n_312" type="note">[312]</a>. Вы как-то сразу делаете правильные выводы. Вам и в самом деле посчастливилось найти кратчайший путь к истине, и вы пролетаете этот путь со скоростью света. Это какая-то сверхъестественная способность.</p>
     <p>— Да, это всегда смущало моих учителей, отца Джозефа и брата Дэттона, — заметил Бриссенден. — Но тут никаких чудес нет. Благодаря счастливой случайности я попал с ранних лет в католический колледж. А вы-то сами где получили образование?</p>
     <p>Рассказывая ему о себе, Мартин в то же время внимательно рассматривал Бриссендена, аристократически тонкие черты его лица, покатые плечи, брошенное им на соседний стул пальто, из карманов которого торчали книги. Лицо Бриссендена и тонкие руки были покрыты темным загаром, и это удивило Мартина. Едва ли Бриссенден любитель прогулок на свежем воздухе. Где же он так загорел? Что-то болезненное, противоестественное чудилось Мартину в его загаре, и он все время думал об этом, вглядываясь в лицо Бриссендена — узкое, худощавое лицо, со впалыми щеками и красивым орлиным носом. В разрезе его глаз не было ничего замечательного. Они были не слишком велики и не слишком малы, карие, неопределенного оттенка; но в них горел затаенный огонь, и выражение было какое-то странное, двойственное и противоречивое. Они смотрели гордо, вызывающе, подчас даже сердито и в то же время почему-то вызывали жалость. Мартину было безотчетно жаль Бриссендена, и он скоро понял, откуда возникло это чувство.</p>
     <p>— Ведь у меня чахотка, — объявил Бриссенден, после того как сказал, что недавно приехал из Аризоны. — Я жил там около двух лет; провел курс климатического лечения.</p>
     <p>— А вам не боязно возвращаться теперь в наш климат?</p>
     <p>— Боязно?</p>
     <p>Он просто повторил слово, сказанное Мартином, но тот сразу понял, что Бриссенден ничего на свете не боится. Глаза его сузились, ноздри раздулись, в лице появилось что-то орлиное, гордое и решительное. У Мартина сердце забилось от восхищения этим человеком. «До чего хорош», — подумал он и затем вслух продекламировал:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Под гнетом яростного рока</v>
       <v>Окровавленного я не склоню чела.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Вы любите Гэнли? — спросил Бриссенден, и выражение его глаз сразу сделалось нежным и ласковым. — Ну, конечно, разве можно не любить его. Ах, Гэнли!</p>
     <p>Великий дух! Он высится среди современных журнальных рифмоплетов, как гладиатор среди евнухов.</p>
     <p>— Вам не нравится то, что печатают в журналах? — осторожно спросил Мартин.</p>
     <p>— А вам нравится? — рявкнул Бриссенден, так что Мартин даже вздрогнул.</p>
     <p>— Я… я пишу, или, вернее, пробую писать для журналов, — пробормотал Мартин.</p>
     <p>— Ну, это еще туда-сюда, — более миролюбиво сказал Бриссенден. — Вы пробуете писать, но вам это не удается. Я ценю и уважаю ваши неудачи. Я представляю себе, что вы пишете. Для этого мне не нужно даже читать ваши произведения. В них есть один недостаток, который закрывает перед вами все двери. В них есть глубина, а это не требуется журналам. Журналам нужен всякий хлам, и они его получают в изобилии — только не от вас, конечно.</p>
     <p>— Я не чуждаюсь ремесленной работы, — возразил Мартин.</p>
     <p>— Напротив… — Бриссенден замолчал на мгновение и дерзко оглядел Мартина, его поношенный галстук, лоснящиеся рукава, обтрепанные манжеты — красноречивые свидетельства нищеты; затем долго созерцал его впалые, худые щеки. — Напротив, ремесленная работа чуждается вас, и так упорно, что вам ни за что не преуспеть в этой области. Слушайте, дорогой мой, вы, наверно, обиделись бы, если б я предложил вам поесть?</p>
     <p>Мартин почувствовал, что неудержимо краснеет, а Бриссенден торжествующе расхохотался.</p>
     <p>— Сытый человек не обижается на такие предложения, — заявил он.</p>
     <p>— Вы дьявол! — раздраженно вскричал Мартин.</p>
     <p>— Да ведь я вам и не предлагал!</p>
     <p>— Еще бы вы посмели!</p>
     <p>— Вот как? В таком случае приглашаю вас поужинать со мною.</p>
     <p>Бриссенден, говоря это, привстал, как бы намереваясь тотчас же идти в ресторан.</p>
     <p>Мартин сжал кулаки, кровь застучала у него в висках.</p>
     <p>— Знаменитый пожиратель змей! Глотает их живьем! Глотает их живьем! — воскликнул Бриссенден, подражая зазывале в ярмарочном балагане.</p>
     <p>— Вас я и в самом деле мог бы проглотить живьем, — сказал Мартин, в свою очередь, дерзко оглядев истощенного болезнью Бриссендена.</p>
     <p>— Только я того не стою.</p>
     <p>— Не вы, а дело того не стоит, — произнес Мартин и тут же рассмеялся от всего сердца. — Признаюсь, Бриссенден, вы оставили меня в дураках. То, что я голоден, явление естественное, и ничего тут для меня постыдного нет. Вот видите — я презираю мелкие условности и предрассудки, но стоило вам сказать самые простые слова, назвать вещи своими именами, и я мгновенно превратился в раба этих самых предрассудков.</p>
     <p>— Да, вы обиделись, — подтвердил Бриссенден.</p>
     <p>— Обиделся, сознаюсь. Есть предрассудки, впитанные с детства. Хоть я многому успел научиться, а все-таки иногда срываюсь. У каждого свое слабое место — свой, как говорится, скелет в шкафу.</p>
     <p>— Но сейчас вы уже заперли дверцы шкафа?</p>
     <p>— Ну, конечно.</p>
     <p>— Наверное?</p>
     <p>— Наверное.</p>
     <p>— Тогда идемте ужинать.</p>
     <p>— Идемте.</p>
     <p>Мартин хотел заплатить за виски и вытащил свои последние два доллара, но Бриссенден не позволил официанту взять их и заплатил сам.</p>
     <p>Мартин состроил было недовольную гримасу, но Бриссенден мягко и дружелюбно положил ему руку на плечо, и он покорно положил деньги в карман.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать вторая</p>
     </title>
     <p>На следующий день Марии пришлось испытать новое потрясение: к Мартину опять явился необычайный гость. Но на этот раз она настолько сохранила самообладание, что даже чинно пригласила гостя подождать в гостиной.</p>
     <p>— Вы не возражаете, что я вторгся к вам? — спросил Бриссенден.</p>
     <p>— Нет, нет, что вы! — воскликнул Мартин, крепко пожимая ему руку, и, подвинув гостю единственный стул, сам сел на кровать. — Но как вы узнали мой адрес?</p>
     <p>— Позвонил к Морзам. Мисс Морз сама подошла к телефону. И вот я здесь.</p>
     <p>Бриссенден запустил руку в карман пальто и вытащил небольшой томик.</p>
     <p>— Вот вам книжка стихов одного поэта, — сказал он, кладя книгу на стол, — прочтите и оставьте себе. Берите! — вскричал он в ответ на протестующий жест Мартина. — На что мне книги? У меня сегодня утром опять шла горлом кровь. Есть у вас виски? Ну, конечно, нет! Подождите минутку.</p>
     <p>Он быстро встал и вышел. Мартин посмотрел ему вслед и с грустью увидел, как сутулятся над впалой грудью его когда-то, должно быть, могучие плечи. Достав два стакана, Мартин углубился в подаренную книгу. Это был последний сборник стихов Генри Вогана Марлоу.</p>
     <p>— Шотландского нет, — объявил вернувшийся Бриссенден, — каналья торгует только американским. Но я все-таки взял бутылку.</p>
     <p>— Я сейчас пошлю кого-нибудь из ребятишек за лимонами, и мы сделаем грог, — предложил Мартин. — Интересно, сколько получает Марлоу за такую книгу?</p>
     <p>— Долларов пятьдесят, — отвечал Бриссенден, — и это еще хорошо. Пусть скажет спасибо, что ему удалось найти издателя, который захотел рискнуть.</p>
     <p>— Значит, поэзией нельзя прожить?</p>
     <p>В голосе Мартина прозвучало глубокое огорчение.</p>
     <p>— Конечно, нет! Какой же дурак на это рассчитывает? Рифмоплетство — другое дело. Вот такие, как Брюс, Виржиния Спринг или Седжвик, делают хорошие дела. Но настоящие поэты… Вы знаете, чем живет Марлоу? Преподает в Пенсильвании, в школе для отсталых учеников, а из всех филиалов ада на земле это, несомненно, самый мрачный. Я бы не поменялся с ним, даже если бы он предложил мне за это пятьдесят лет жизни. А ведь его стихи блещут среди виршей современных стихотворцев, как рубины среди стекляшек. А что о нем пишут критики! Черт бы побрал этих критиков, эти надутые ничтожества!</p>
     <p>— Вообще люди, неспособные сами стать писателями, слишком много судят о настоящих писателях, — воскликнул Мартин. — Чего, например, не плели про Стивенсона!</p>
     <p>— Болотные ехидны! — проговорил Бриссенден, с презрением стиснув зубы. — Я знаю эту породу. Всю жизнь они клевали Стивенсона за его письмо в защиту отца Дамьена, разбирали его по косточкам, и взвешивали, и…</p>
     <p>— И мерили его меркой собственного жалкого «я», — вставил Мартин.</p>
     <p>— Хорошо сказано. Ну, конечно! Трепали и поганили все прекрасное, истинное и доброе в нем, а потом поощрительно похлопывали его по плечу и говорили: «Хороший пес Фидо!» Тьфу! «Жалкие сороки человеческого рода», — сказал про них на смертном одре Ричард Рилф.</p>
     <p>— Они клюют звездную пыль, — страстно подхватил Мартин, — хотят ухватить мысль гения в ее метеорическом полете. Я как-то написал статью о критиках, — вернее, о рецензентах.</p>
     <p>— Давайте ее сюда! — быстро сказал Бриссенден. Мартин вытащил из-под стола экземпляр «Звездной пыли», и Бриссенден тотчас начал читать, то и дело фыркая, потирая руки и забыв даже про свой грог.</p>
     <p>— Да ведь вы сами частица звездной пыли, залетевшая в страну слепых карликов! — закричал Бриссенден, дочитав статью. — Разумеется, в первом же журнале ухватились за это руками и ногами?</p>
     <p>Мартин заглянул в свою записную книжку.</p>
     <p>— Эту статью отвергли двадцать семь журналов. Бриссенден начал было хохотать, но тотчас закашлялся.</p>
     <p>— А скажите, — прохрипел он наконец, — вы, наверное, пишете стихи? Дайте мне почитать.</p>
     <p>— Только не читайте здесь, — попросил его Мартин, мне хочется поговорить с вами. А стихи я вам дам, и вы их прочтете дома.</p>
     <p>Бриссенден ушел, захватив с собою «Сонеты о любви» и «Пери и жемчуг». На следующий день он снова пришел к Мартину и сказал только:</p>
     <p>— Давайте еще.</p>
     <p>Прочтя все, он заявил, что Мартин настоящий поэт. Оказалось, что он и сам пишет стихи.</p>
     <p>Мартин пришел в восторг от стихов Бриссендена и очень удивился, узнав, что тот ни разу не сделал даже попытки напечатать их.</p>
     <p>— Чума на все ваши журналы! — сказал Бриссенден в ответ на предложение Мартина послать стихи в какую-нибудь редакцию. — Любите красоту ради самой красоты, а о журналах бросьте думать. Ах, Мартин Иден! Возвращайтесь-ка вы снова к кораблям, к морю — вот вам мой совет. Чего вам здесь нужно, в этой городской клоаке? Ведь вы каждый день совершаете самоубийство, проституируя красоту на потребу журналам! Как это вы на днях сказали? Да… «Человек — последняя из эфемерид». Ведь слава для вас яд. Вы слишком самобытны, слишком непосредственны и слишком умны, чтобы питаться манной кашкой похвал. Надеюсь, что вы никогда не продадите журналам ни одной строчки. Нужно служить только Красоте. Служите ей — и к черту толпу! Успех? Какого вам еще надо успеха! Ведь вы же достигли его и в вашем сонете о Стивенсоне, — который, кстати сказать, много выше гэнлиевского «Видения», — и в «Сонетах о любви», и в морских стихах! Радость поэта в самом творчестве, а не в достигнутом успехе. Не спорьте со мной. Я знаю, что говорю. Вы и сами это понимаете. Вы ранены красотой. Это незаживающая рана, неизлечимая болезнь, раскаленный нож в сердце. К чему заигрывать с журналами? Пусть вашей целью будет только одна Красота. Зачем вы стараетесь чеканить из нее монету? Впрочем, все равно из этого ничего не выйдет. Можно не беспокоиться. Прочитайте журналы хоть за тысячу лет, и вы не найдете в них ничего равного хотя бы одной строке Китса <a l:href="#n_313" type="note">[313]</a>. Забудьте о славе и золоте и завтра же отправляйтесь в плавание.</p>
     <p>— Я тружусь не ради славы, а ради любви, — засмеялся Мартин. — В вашем мироздании любовь не имеет, как видно, места. А в моем красота — прислужница любви.</p>
     <p>Бриссенден посмотрел на него с восторгом и жалостью.</p>
     <p>— Как вы еще молоды, Мартин! Ах, как вы еще молоды! Вы высоко залетите, но смотрите — крылья у вас уж очень нежные. Не опалите их. Впрочем, вы их уже опалили. И эти «Сонеты о любви» воспевают какую-то юбчонку… Позор!</p>
     <p>— Они воспевают любовь, а не просто юбчонку, — возразил Мартин и опять засмеялся.</p>
     <p>— Философия безумия! — горячился Бриссенден. — Я убедился в этом, когда предавался грезам после хорошей дозы гашиша. Берегитесь! Эти буржуазные города погубят вас. Возьмите для примера тот притон торгашей, где мы с вами познакомились. Ей-богу, это хуже мусорной ямы. В такой атмосфере нельзя оставаться здоровым. Там невольно задохнешься. И ведь никто — ни один мужчина, ни одна женщина — не возвышается над всей этой мерзостью. Все это ходячие утробы, утробы с идейными и художественными запросами моллюсков…</p>
     <p>Он вдруг остановился и взглянул на Мартина. Внезапная догадка, как молния, озарила его. И лицо выразило ужас и удивление.</p>
     <p>— И вы написали свои изумительные «Сонеты о любви» в честь этой бледной и ничтожной самочки?</p>
     <p>В ту же минуту правой рукой Мартин схватил Бриссендена за горло и встряхнул так, что у того застучали зубы. Однако в глазах его Мартин не увидел страха: только какое-то любопытство и дьявольскую насмешку. И тогда, опомнившись, Мартин разжал пальцы и швырнул Бриссендена на постель.</p>
     <p>Бриссенден долго не мог отдышаться. Отдышавшись, он засмеялся.</p>
     <p>— Вы бы сделали меня своим вечным должником, если бы вытряхнули из меня остатки жизни, — сказал он.</p>
     <p>— У меня последнее время что-то нервы не в порядке, — оправдывался Мартин, — надеюсь, я не сделал вам очень больно? Сейчас приготовлю свежий грог.</p>
     <p>— Ах вы, юный эллин! — воскликнул Бриссенден. — Вы недостаточно цените свое тело. Вы невероятно сильны. Прямо молодая пантера! Львенок! Ну, ну! Это вам дорого обойдется в жизни.</p>
     <p>— Как так? — с любопытством спросил Мартин, подавая ему стакан. — Выпейте и не сердитесь.</p>
     <p>— А очень просто, — Бриссенден стал потягивать грог, одобрительно улыбаясь, — все из-за женщин. Они вам не дадут покоя до самой смерти, как не дают и сейчас. Я ведь не вчера родился. И не вздумайте опять душить меня. Я все равно выскажусь до конца. Понимаю, что это ваша первая любовь, но ради Красоты будьте в следующий раз разборчивее. Ну, на кой черт вам эти буржуазные девицы? Бросьте, не путайтесь с ними. Найдите себе настоящую женщину, пылкую, страстную, — знаете, из тех, что «над жизнью и смертью смеются и любят, пока есть любовь». Есть на свете подобные женщины, и они, поверьте, полюбят вас так же охотно, как и эта убогая душонка, порождение сытой буржуазной жизни.</p>
     <p>— Убогая душонка? — вскричал Мартин с негодованием.</p>
     <p>— Именно, убогая душонка! Она будет лепетать вам прописные истины, которые ей вдолбили с детства, и будет бояться настоящей жизни. Она будет по-своему любить вас, Мартин, но свою жалкую мораль она будет любить еще больше. А вам нужна великая, самозабвенная любовь, вам нужна свободная душа, сверкающий красками мотылек, а не серая моль. А впрочем, в конце концов вам все женщины наскучат, если только, на свое несчастье, вы заживетесь на этом свете. Но вы не заживетесь! Вы ведь не захотите вернуться к морю! Будете таскаться по этим гнилым городам, пока не сгниете сами.</p>
     <p>— Говорите, что хотите, — сказал Мартин, — вам все равно не удастся меня переубедить! В конце концов у вас своя жизненная мудрость, а у меня своя, и каждый из нас по-своему прав.</p>
     <p>Они не сходились во взглядах на любовь, на журналы и на многое другое, но тем не менее их влекло друг к другу, и Мартин чувствовал к Бриссендену нечто большее, нежели простую привязанность. Они стали видеться ежедневно, хотя Бриссенден не мог и часа высидеть в душной комнате Мартина.</p>
     <p>Бриссенден никогда не забывал захватить с собою бутылку виски, а когда они обедали в каком-нибудь ресторанчике, он заказывал шотландское виски с содовой водой. Он неизменно платил за обоих, и благодаря ему Мартин познакомился со многими тонкими блюдами, впервые изведал прелесть шампанского и букет рейнвейна.</p>
     <p>И все же Бриссенден оставался загадкой для Мартина. Аскет с виду, он, несмотря на свою болезнь, знал цену жизненным наслаждениям. Он не боялся смерти, с горькой насмешкой относился ко всем формам человеческого существования, но в то же время страстно любил жизнь до самых мельчайших ее проявлений. Он был одержим жаждой жизни, стремлением ощущать ее трепет, «шевелиться крохотным комочком среди космической пыли, из которой я возник», — сказал он однажды. Бриссенден пробовал на себе действие наркотиков и проделывал странные вещи только ради того, чтобы изведать новые ощущения. Он рассказал Мартину, как три дня подряд не пил воды, чтобы на четвертый насладиться утолением жажды. Мартин так никогда и не узнал, кто он и откуда. Это был человек без прошлого, его будущее обрывалось близкой могилой, а в настоящем его сжигала горячка жизни.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать третья</p>
     </title>
     <p>Мартину приходилось туго. Как ни старался он экономить, заработка от его литературных поделок не хватало даже на насущные расходы. В конце концов он вынужден был заложить черный костюм, тем самым лишив себя возможности принять приглашение Морзов к обеду в День благодарения. Руфь очень огорчилась, узнав причину отказа, и это толкнуло его на отчаянный шаг. Он пообещал ей прийти, сказав, что сам отправится в редакцию «Трансконтинентального ежемесячника» за своими пятью долларами и выкупит костюм.</p>
     <p>Утром он занял у Марии десять центов. Он предпочел бы занять у Бриссендена, но этот чудак внезапно куда-то исчез: уже две недели он не появлялся у Мартина, и тот тщетно ломал голову, стараясь припомнить, не дал ли он ему повода для обиды. Десять центов нужны были Мартину, чтобы переправиться на пароме через залив, и вскоре он уже шагал по Маркет-стрит, раздумывая, как быть, если не удастся получить деньги. Даже возвращение в Окленд грозило стать проблемой в этом случае, так как в Сан-Франциско ему не у кого было занять десять центов на переправу.</p>
     <p>Дверь редакции «Трансконтинентального ежемесячника» была приотворена, и Мартин невольно остановился, услыхав следующий разговор:</p>
     <p>— Да не в этом дело, мистер Форд. (Мартин знал, что Форд — фамилия редактора.) Дело в том, в состоянии ли вы мне уплатить? То есть, разумеется, уплатить наличными деньгами. Мне наплевать, какие виды у вашего журнала на будущий год. Я требую, чтобы вы мне заплатили за мою работу, и ничего больше. Предупреждаю, что, пока вы мне не заплатите все до цента, рождественский номер не будет спущен в машину. До свидания! Когда у вас появятся деньги, заходите.</p>
     <p>Дверь распахнулась, и мимо Мартина промчался какой-то человек, сжимая кулаки и бормоча ругательства. Мартин почел за благо выждать минут пятнадцать. Побродив немного по улице, он вернулся, толкнул дверь и первый раз в жизни переступил порог редакционного помещения. Визитных карточек здесь явно не требовалось — мальчик просто-напросто пошел за перегородку и сказал, что кто-то спрашивает мистера Форда. Вернувшись, он провел Мартина в кабинет редактора. Первое, что поразило Мартина, был необыкновенный беспорядок, царивший в комнате. Затем он увидел сидевшего за столом моложавого господина с бакенбардами, который смотрел на него с любопытством. Мартин был поражен невозмутимым выражением его лица. Ссора с типографом, очевидно, нисколько не повлияла на его настроение.</p>
     <p>— Я… я — Мартин Иден, — начал Мартин («и я пришел получить свои пять долларов», — хотел он сказать).</p>
     <p>Но это был первый редактор, с которым ему довелось столкнуться лицом к лицу, и он решил, что не стоит начинать с резкостей. К его изумлению, мистер Форд вскочил с возгласом:</p>
     <p>— Да что вы говорите! — ив следующий миг уже восторженно тряс его руку. — Если вы бы знали, как я рад с вами познакомиться, мистер Иден. Я так часто о вас думал, старался вообразить себе, какой вы.</p>
     <p>Отступив немного, мистер Форд с восхищением оглядел будничный и в данное время единственный костюм Мартина, который уже явно не поддавался штопке и чинке, — правда, складка на брюках была старательно отглажена утюгами Марии Сильвы.</p>
     <p>— Я полагал, что вы много старше. Ваш рассказ полон таких зрелых мыслей и так крепко написан. Это настоящий шедевр, — я понял это, прочтя первые три-четыре строчки. Хотите, я расскажу вам, как я прочел в первый раз ваш рассказ? Нет! Я хочу сначала познакомить вас с нашими сотрудниками.</p>
     <p>Продолжая говорить, мистер Форд провел его в общую комнату, где представил своему заместителю, мистеру Уайту, маленькому, худенькому человечку с ледяными руками, имевшему такой вид, словно его трясла лихорадка.</p>
     <p>— А это мистер Эндс. Мистер Эндс — наш управляющий делами.</p>
     <p>Мартин пожал руку плешивому господину с блуждающим взглядом, еще не старому, хотя лицо его было украшено белоснежной бородою, которую его супруга аккуратно подстригала по воскресеньям, а заодно и брила ему затылок.</p>
     <p>Все трое обступили Мартина и затараторили наперебой, осыпая его похвалами, так что в конце концов у него явилась мысль, что они просто стараются заговорить ему зубы.</p>
     <p>— Мы часто удивлялись, почему вы не показываетесь в редакции! — воскликнул мистер Уайт.</p>
     <p>— У меня не было денег на паром, — отвечал Мартин, решив таким образом дать им понять, насколько остро он нуждается в деньгах.</p>
     <p>«Мой «парадный» костюм, — подумал он при этом, — достаточно красноречиво свидетельствует о моей нужде».</p>
     <p>Во время дальнейшего разговора он то и дело намекал на цель своего посещения. Но почитатели его таланта оказались глухи ко всем намекам. Они продолжали рассказывать ему о том, как они восхищались рассказом, как восхищались их жены и родственники. Но ни один из троих не выказал ни малейшего намерения заплатить ему причитающиеся деньги.</p>
     <p>— Я так и не рассказал вам, при каких обстоятельствах я впервые прочел ваш рассказ? — говорил мистер Форд. — Я ехал из Нью-Йорка, и когда поезд остановился в Огдене, в вагон вошел газетчик, и у него оказался последний номер «Трансконтинентального ежемесячника».</p>
     <p>«Боже мой, — подумал Мартин, — эта каналья разъезжает в пульмановских вагонах, а я голодаю и не могу выудить у него своих кровных пяти долларов!» Ярость охватила его. Обида, нанесенная «Трансконтинентальным ежемесячником», вдруг выросла до чудовищных размеров; он вспомнил долгие месяцы томительного ожидания, лишений и голодовок, вспомнил, что и вчера он лег полуголодным, а сегодня и вовсе крошки во рту не было. Гнев ударил ему в голову. Это даже не разбойники; просто мелкие жулики! Они выманили у него рассказ лживыми обещаниями и прямым надувательством. Ну, хорошо! Он им покажет!</p>
     <p>И Мартин мысленно поклялся не выходить из редакции, пока не получит все, что ему причитается. Тем более что ему все равно не на что вернуться в Окленд. Мартин все еще сдерживался, но в его лице появилось хищное выражение, которое смутило и даже испугало собеседников.</p>
     <p>Они стали расточать похвалы с еще большим рвением. Мистер Форд опять начал рассказывать о том, как он впервые прочел «Колокольный звон», а мистер Эндс сообщил, что его племянница без ума от этого рассказа, а его племянница не кто-нибудь, — школьная учительница в Аламеде!</p>
     <p>— Я пришел получить с вас деньги, — вдруг выпалил Мартин, — за этот рассказ, который вам всем так нравится, вы должны были заплатить мне по напечатании пять долларов.</p>
     <p>Мистер Форд изобразил на своем лице полную готовность уплатить немедленно, ощупал карманы и, повернувшись к мистеру Эндсу, объявил, что забыл деньги дома. Мистер Эндс с досадой взглянул на него, и по тому, как он инстинктивно защитил рукою карман брюк, Мартин понял, что там лежат деньги.</p>
     <p>— Очень сожалею, — произнес мистер Эндс, — но я только что расплатился с типографией, и на это ушла вся моя наличность. Конечно, было очень необдуманно с моей стороны захватить с собой так мало денег, но…вы понимаете, вдруг пришел типограф и попросил в виде одолжения выдать ему аванс, хотя срок уплаты еще не наступил.</p>
     <p>Оба посмотрели на мистера Уайта, но тот рассмеялся и пожал плечами. Его совесть, во всяком случае, чиста. Он поступил в «Трансконтинентальный ежемесячник», чтобы изучить журнальное дело, а изучать ему приходилось преимущественно финансовую политику. «Ежемесячник» четыре месяца не платил ему жалованья, но он успел узнать, что важнее умиротворить типографию, чем расплатиться с заместителем редактора.</p>
     <p>— Досадно, что так получилось, — развязно сказал мистер Форд. — Вы, мистер Иден, застали нас врасплох. Но мы вот что сделаем. Завтра же утром пошлем чек по почте. Мистер Эндс, у вас записан адрес мистера Идена?</p>
     <p>О, разумеется, адрес мистера Идена был записан, и чек будет выслан завтра утром. Мартин плохо разбирался в финансовых и банковских делах, но он решил, что если они собираются дать ему чек завтра, то отлично могут сделать это и сегодня.</p>
     <p>— Итак, решено, мистер Иден, завтра вам будет выслан чек.</p>
     <p>— Деньги мне нужны сегодня, а не завтра, — твердо сказал Мартин.</p>
     <p>— Несчастное стечение обстоятельств! Если бы вы попали к нам в любой другой день… — начал было мистер Форд, но мистер Эндс, обладавший, по-видимому, более нетерпеливым характером, внезапно прервал его.</p>
     <p>— Мистер Форд уже объяснил вам, как обстоит дело, — резко сказал он, — и я тоже. Чек будет вам выслан завтра.</p>
     <p>— Я тоже объяснил вам, — сказал Мартин, — что деньги нужны мне сегодня.</p>
     <p>Грубый тон управляющего делами задел Мартина за живое; он решил не спускать с него глаз, тем более что касса «Ежемесячника», несомненно, находилась у него в кармане.</p>
     <p>— Я в отчаянии… — начал было опять мистер Форд. Мистер Эндс нетерпеливым движением повернулся на каблуках и, по-видимому, возымел намерение уйти из комнаты. В то же мгновение Мартин бросился на него и схватил за горло, так что белоснежная борода, не теряя своей безукоризненной формы, задралась кверху под углом в сорок пять градусов. Мистер Форд и мистер Уайт, онемев от ужаса, глядели, как Мартин трясет управляющего делами, точно персидский ковер.</p>
     <p>— Эй вы, почтенный эксплуататор молодых талантов, — орал Мартин, — раскошеливайтесь, а не то я сам из вас повытрясу все до последнего цента!</p>
     <p>Затем, обращаясь к испуганным зрителям, он прибавил:</p>
     <p>— А вы лучше не суйтесь… не то и вам влетит так, что своих не узнаете.</p>
     <p>Мистер Эндс задыхался, и Мартину пришлось слегка разжать пальцы, чтобы дать ему возможность изъявить согласие на предложенные условия. После исследования собственного кармана управляющий делами извлек, наконец, четыре доллара и пятнадцать центов.</p>
     <p>— Выворачивайте карман! — приказал ему Мартин. Появились еще десять центов, Мартин для верности дважды пересчитал добычу.</p>
     <p>— Теперь за вами дело! — крикнул он мистеру Форду. — Мне следует еще семьдесят пять центов!</p>
     <p>Мистер Форд с готовностью выложил содержимое своих карманов, но у него набралось лишь шестьдесят центов.</p>
     <p>— Ищите лучше, — сказал ему Мартин с угрозой, — что у вас там торчит из жилетного кармана?</p>
     <p>В доказательство своей добросовестности мистер Форд вывернул оба кармана наизнанку. Из одного выпал картонный квадратик. Мистер Форд поднял его и хотел сунуть обратно в карман, но Мартин воскликнул:</p>
     <p>— Что это? Билет на паром? Давайте сюда. Он стоит десять центов. Значит, теперь у меня, если считать вместе с билетом, четыре доллара девяносто пять центов. Ну, еще пять центов!</p>
     <p>Он так посмотрел на мистера Уайта, что этот субтильный джентльмен мгновенно извлек из кармана никелевую монетку.</p>
     <p>— Благодарю вас, — произнес Мартин, обращаясь ко всей компании, — всего хорошего!</p>
     <p>— Грабитель! — прошипел ему вслед мистер Эндс.</p>
     <p>— Жулик! — ответил Мартин, захлопывая за собою дверь.</p>
     <p>Мартин был упоен своей победой, до такой степени упоен, что, вспомнив о пятнадцати долларах, которые ему должен был «Шершень» за «Пери и жемчуг», решил незамедлительно взыскать и этот долг. Но в редакции «Шершня» сидели какие-то гладко выбритые молодые люди, сущие разбойники, которые, видно, привыкли грабить всех и каждого, в том числе и друг друга. Мартин, правда, успел поломать кое-что из мебели, но в конце концов редактор (в студенческие годы бравший призы по атлетике) с помощью управляющего делами, агента по сбору объявлений и швейцара выставил Мартина за дверь и даже помог ему очень быстро спуститься с лестницы.</p>
     <p>— Заходите, мистер Иден, всегда рады вас видеть! — весело кричали ему вдогонку.</p>
     <p>Мартин поднялся с земли, тоже улыбаясь.</p>
     <p>— Фу, — пробормотал он, — ну и молодцы ребята! Не то что эти трансконтинентальные гниды!</p>
     <p>В ответ снова послышался хохот.</p>
     <p>— Нужно вам сказать, мистер Иден, — сказал редактор «Шершня», — что для поэта вы недурно умеете постоять за себя. Где это вы научились этому бра руле?</p>
     <p>— Там же, где вы научились двойному нельсону, — отвечал Мартин. — Во всяком случае, синяк под глазом вам обеспечен!</p>
     <p>— Надеюсь, что и у вас почешется шея, — любезно возразил редактор. — А знаете что, не выпить ли нам в честь этого? Разумеется, не в честь поврежденной шеи, а в честь нашего знакомства.</p>
     <p>— Я побежден — стало быть, надо соглашаться, — ответил Мартин.</p>
     <p>И все вместе, грабители и ограбленный, распили бутылочку, дружески согласившись, что битва выиграна сильнейшими, а потому пятнадцать долларов за «Пери и жемчуг» по праву принадлежат «Шершню».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать четвертая</p>
     </title>
     <p>Артур остался у калитки, а Руфь быстро взбежала по ступенькам крыльца Марии Сильвы. Она услышала торопливый стрекот пишущей машинки и, войдя, застала Мартина дописывающим последнюю страницу какой-то рукописи. Руфь специально приехала узнать, придет ли Мартин к обеду в День благодарения, но Мартин, в творческом порыве, не дал ей рта раскрыть.</p>
     <p>— Позвольте прочесть вам это! — воскликнул он, вынимая из машинки страницу и откладывая копии. — Это мой последний рассказ. Он до того не похож на все другие, что мне даже страшно немного, но почему-то мне кажется, что это хорошо. Вот судите сами. Рассказ из гавайской жизни. Я назвал его «Вики-Вики».</p>
     <p>Лицо Мартина пылало от возбуждения, хотя Руфь дрожала в его холодной каморке и у него самого руки были ледяные.</p>
     <p>Руфь внимательно слушала, но на лице ее все время было написано явное неодобрение. Кончив читать, Мартин спросил ее:</p>
     <p>— Скажите откровенно, нравится вам или нет?</p>
     <p>— Н-не знаю, — отвечала она, — по-вашему, это можно будет пристроить?</p>
     <p>— Думаю, что нет, — сознался он. — Это не по плечу журналам. Но зато это чистая правда.</p>
     <p>— Зачем же вы упорно пишете такие вещи, которые невозможно продать? — безжалостно настаивала Руфь. — Ведь вы же пишете ради того, чтобы зарабатывать на жизнь?</p>
     <p>— Да, конечно. Но мой герой оказался сильнее меня. Я ничего не мог поделать. Он требовал, чтобы история кончилась так, а не иначе.</p>
     <p>— Но почему ваш Вики-Вики так ужасно выражается? Ведь всякий, кто прочтет это, будет шокирован его лексиконом, и, конечно, редакторы будут правы, если отвергнут рассказ.</p>
     <p>— Потому, что настоящий Вики-Вики говорил бы именно так.</p>
     <p>— Это дурной вкус.</p>
     <p>— Это жизнь! — воскликнул Мартин. — Это реально. Это правда. Я должен описывать жизнь такой, как я ее вижу.</p>
     <p>Руфь ничего не ответила, и на секунду воцарилось неловкое молчание. Мартин слишком любил ее и потому не понимал, а она не понимала его потому, что он не умещался в ограниченном круге ее представлений о людях.</p>
     <p>— А вы знаете, я получил деньги с «Трансконтинентального ежемесячника», — сказал Мартин, желая перевести разговор на более безобидную тему, и весело расхохотался, вспомнив о том, как он изъял у редакционного трио четыре доллара девяносто центов и билет на паром.</p>
     <p>— Чудесно! Значит, вы придете? — радостно воскликнула Руфь. — Я ведь это и хотела узнать.</p>
     <p>— Приду? — переспросил он недоуменно. — Куда?</p>
     <p>— К нам на обед завтра. Вы ведь сказали, что выкупите костюм, как только получите деньги.</p>
     <p>— Я совсем забыл об этом, — смущенно проговорил Мартин. — Видите ли, в чем дело… Сегодня утром полисмен забрал двух коров Марии и теленка за потраву, а у нее как раз не было денег на уплату штрафа… Ну, я за нее и заплатил. Так что весь мой гонорар за «Колокольный звон» ушел на выкуп коров Марии.</p>
     <p>— Значит, вы не придете?</p>
     <p>Мартин оглядел свою поношенную одежду.</p>
     <p>— Не могу.</p>
     <p>Голубые глаза Руфи наполнились слезами, она укоризненно посмотрела на него, но ничего не сказала.</p>
     <p>— На будущий год мы с вами отпразднуем День благодарения у Дальмонико, или в Лондоне, или в Париже, или где вам захочется. Я в этом уверен.</p>
     <p>— Я читала на днях в газетах, — заметила Руфь вместо ответа, — что в почтовом ведомстве открываются вакансии. Ведь вы у них числились первым на очереди?</p>
     <p>Мартин принужден был сознаться, что получил повестку, но не пошел.</p>
     <p>— Я так уверен в себе, в своем успехе, — оправдывался он. — Через год я буду зарабатывать в десять раз больше, чем любой почтовик. Вот увидите.</p>
     <p>— Ах! — только и сказала Руфь. Она встала и принялась натягивать перчатки. — Мне пора уходить, Мартин. Артур ждет меня.</p>
     <p>Мартин крепко обнял ее и поцеловал, но Руфь безучастно приняла его ласку. Дрожь не прошла по ее телу, как обычно, она не обхватила руками его шею и не прижалась губами к его губам.</p>
     <p>«Рассердилась, — подумал Мартин, проводив ее и возвращаясь домой. — Но почему? Конечно, жаль, что полисмен именно сегодня поймал коров, но ведь это просто досадная случайность. Никто не виноват в этом». Мартину не пришло в голову, что он мог бы поступить иначе, чем поступил. «Ну, конечно, — решил он, наконец, — я в ее глазах немножко виноват и в том, что отказался от места на почте. И потом ей не понравился «Вики-Вики».</p>
     <p>Сзади послышались шаги. Мартин обернулся и увидел подходившего к крыльцу почтальона. С привычным волнением Мартин принял от него стопку больших, продолговатых конвертов. Среди них был один маленький. На нем стоял штамп «Нью-йоркского обозрения». Мартин немного помедлил, прежде чем решился распечатать его. Это не могло быть извещение о принятии материала. Он не посылал ни одной рукописи в этот журнал. «Может быть, — он весь замер при этой мысли, — они хотят заказать мне статью?» Но тотчас отогнал от себя эту дерзкую, несбыточную надежду.</p>
     <p>В конверте было коротенькое официальное письмо редактора, извещавшее его о получении прилагаемого анонимного письма, причем редактор просил Мартина не беспокоиться, ибо никаким анонимным письмам редакция не придает значения.</p>
     <p>Прилагаемое анонимное письмо было написано от руки печатными буквами. Это был нелепый, безграмотный донос, где говорилось, что «так называемый Мартин Иден», посылающий в журналы свои рассказы и стихи, вовсе не писатель, что он просто крадет рассказы из старых журналов, перепечатывает на машинке и отправляет от своего имени. На конверте был штемпель «Сан-Леандро». Мартин сразу угадал автора. Грамматика Хиггинботама, словечки Хиггинботама, мысли Хиггинботама сквозили в каждой строчке. Письмо явно было сработано грубыми руками его любезного свойственника.</p>
     <p>Но зачем это ему понадобилось? — спрашивал он себя. Что сделал он дурного Бернарду Хиггинботаму? Это было так нелепо, так бессмысленно. Нельзя было найти этому никакого здравого объяснения. В течение недели пришло еще с десяток подобных же писем из разных журналов восточных штатов. Очень благородно со стороны редакторов, решил Мартин. Совершенно его не зная, многие из них даже выражали ему сочувствие. Было очевидно, что к анонимным доносам они относятся с отвращением. Глупая попытка повредить ему явно не удалась. Напротив, это могло даже пойти на пользу, так как привлекло внимание редакторов к его имени. Иной из них, читая теперь его рассказ, вспомнит, что это написал тот самый Мартин Иден, о котором говорилось в анонимном письме. И — как знать — может быть, это благоприятно повлияет на судьбу его произведений!</p>
     <p>Приблизительно тогда же произошел случай, после которого Мартин значительно упал в глазах Марии Сильвы. Однажды он застал ее на кухне в слезах, стонущую от боли; она была не в силах ворочать тяжелыми утюгами. Он тотчас же решил, что у нее грипп, дал ей хлебнуть виски, оставшегося на дне одной из бутылок, принесенных Бриссенденом, и велел лечь в постель. Но Мария ни за что не соглашалась. Она упрямо твердила, что ей необходимо догладить белье и сдать его сегодня же вечером, иначе завтра ее семерым ребятишкам нечего будет есть.</p>
     <p>К своему великому удивлению (она не переставала рассказывать об этом до самой своей смерти), она увидела, как Мартин схватил утюг и швырнул на гладильную доску тонкую батистовую кофточку. Это была лучшая праздничная кофточка Кэт Фленаган, самой большой франтихи в квартале. Мисс Фленаган требовала, чтобы кофточка во что бы то ни стало была доставлена к вечеру. Все знали, что она водит дружбу с кузнецом Джоном Коллинзом, и, по частным сведениям Марии, они собирались завтра на прогулку в парк Золотых Ворот. Напрасно хотела Мария спасти кофточку. Мартин силою усадил ее на стул, и Мария, выпучив глаза от ужаса, следила за тем, как он яростно работает утюгами… Через десять минут Мартин подал Марии кофточку, выглаженную так, как самой Марии никогда не выгладить, — в этом Мартин заставил ее признаться.</p>
     <p>— Я бы мог справиться еще быстрее, если бы утюги были погорячей, — объяснил он.</p>
     <p>Но, по мнению Марии, он и так уже раскалил утюги до последней возможности.</p>
     <p>— Вы неправильно сбрызгиваете, — сказал он ей в довершение всего, — давайте-ка я вам покажу, как это делается. Если хотите гладить быстро, надо держать сбрызнутое белье под прессом.</p>
     <p>Мартин притащил из погреба ящик, приладил к нему крышку и запасся кусками железного лома, который ребятишки собирали для сдачи. Сбрызнутое белье было уложено в ящик и накрыто крышкой с грузом железа. На этом приготовления закончились.</p>
     <p>— А теперь смотрите, — воскликнул Мартин, раздевшись до пояса, и схватил утюг, накаленный чуть не докрасна.</p>
     <p>Мария потом всем рассказывала, как, кончив гладить, Мартин учил ее стирать шерстяные вещи.</p>
     <p>— Он говорит: «Мария, больша дура, я буду учити вас». И он учил. В дэсят минута он строил уна машина. Бочка, два палка и колесна ступица. Вот!</p>
     <p>Это приспособление Мартин заимствовал у Джо, в прачечной «Горячих Ключей». Ступица от старого колеса, приделанная к палке, служила поршнем. К другому концу была привязана веревка, пропущенная через стропило кухонного потолка, что давало возможность приводить поршень в движение одной рукой; шерстяные вещи, положенные в бочку, прекрасно выколачивались с помощью этого устройства. Мария даже приспособила одного из мальчиков дергать веревку и только удивлялась хитроумию Мартина Идена.</p>
     <p>Тем не менее, показав свое искусство и облегчив своими усовершенствованиями труд Марии, Мартин сильно упал в ее мнении. Романтический ореол, окружавший его, развеялся, как дым, после того как выяснилось, что он бывший прачечник. Его книги, важные посетители, являвшиеся в колясках или оставлявшие после себя бутылки из-под виски, — все сразу потеряло в глазах Марии всякое очарование. Он оказывается, был простой рабочий, такой же рабочий, как и она сама, и они оба принадлежали к одному классу. От этого Мартин стал ей ближе, понятнее, но обаяние тайны рассеялось.</p>
     <p>От своих родных Мартин отходил все дальше и дальше. После неудачного выступления мистера Хиггинботама показал себя и будущий зять — Герман Шмидт. Мартину удалось однажды пристроить несколько стишков и рассказиков и отчасти восстановить свое благосостояние. Он расплатился кое с кем из кредиторов, выкупил костюм и велосипед. Убедившись, что велосипед нуждается в починке, Мартин решил в знак дружелюбного отношения к будущему родственнику отправить его в мастерскую Германа Шмидта.</p>
     <p>В тот же вечер Мартин, к своему удивлению и удовольствию, получил велосипед обратно. Очевидно, Шмидт решил проявить такое же дружеское расположение и починил велосипед вне очереди, да вдобавок еще прислал его на дом, чего обычно не делает ни одна мастерская. Но, осмотрев велосипед, Мартин убедился, что никакой починки произведено не было. Он позвонил в мастерскую по телефону и узнал, что Герман Шмидт «не желает с ним иметь никакого дела».</p>
     <p>— Господин Герман Шмидт, — спокойно сказал Мартин, — я, пожалуй, зайду к вам, чтобы разочек дернуть вас хорошенько за нос.</p>
     <p>— Если вы придете ко мне в мастерскую, — был ответ, — я пошлю за полицией! Я вам покажу! Не беспокойтесь, вам со мной не удастся затеять драку. С такими, как вы, мне не по дороге. Вы лодырь, вот вы кто, но только меня вы не проведете. Если я женюсь на вашей сестре, то из этого еще не следует, что вы можете обдирать меня. Почему вы не хотите заняться делом и честно зарабатывать себе на хлеб? А? Ну-ка, ответьте!</p>
     <p>Мартин, как истинный философ, сдержал свой гнев и повесил трубку, только свистнув в ответ. Сначала ему было смешно, но постепенно чувство одиночества больно сдавило ему сердце.</p>
     <p>Никто не понимал его, никому не был он нужен, кроме разве только Бриссендена, но и Бриссенден исчез бог знает куда.</p>
     <p>Уже смеркалось, когда Мартин вышел из овощной лавки с покупками в руках. На углу остановился трамвай, и знакомая долговязая фигура соскочила с подножки. Сердце Мартина встрепенулось от радости. Это был Бриссенден собственной персоной, и при свете, падавшем из освещенных окон, Мартин успел разглядеть оттопыренные карманы его пальто. В одном были книги, а в другом бутылка.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать пятая</p>
     </title>
     <p>Бриссенден не дал Мартину никаких объяснений по поводу своего долгого отсутствия, да Мартин и не расспрашивал его. Сквозь пар, клубившийся над стаканами с грогом, он с удовольствием созерцал бледное и худое лицо своего друга.</p>
     <p>— Я тоже не сидел сложа руки, — объявил Бриссенден, после того как Мартин рассказал ему о своих последних работах.</p>
     <p>Он вынул из кармана рукопись и передал ее Мартину, который, прочтя заглавие, вопросительно взглянул на Бриссендена.</p>
     <p>— Да, да, — усмехнулся Бриссенден, — недурное заглавие, не правда ли? «Эфемерида»… лучше не скажешь. А слово это ваше, — помните, как вы говорили о человеке как о «последней из эфемерид», ожившей материи, теплом комочке, борющемся за свое место под солнцем. Мне это засело в голову, и я должен был написать целую поэму, чтобы наконец освободиться! Ну-ка, прочтите и скажите, что вы об этом думаете!</p>
     <p>Читая, Мартин то краснел, то бледнел от волнения. Это было совершеннейшее художественное произведение.</p>
     <p>Здесь форма торжествовала над содержанием, если можно было говорить о торжестве там, где каждый тончайший оттенок мысли находил словесное выражение, настолько совершенное, что у Мартина перехватывало дыхание от восторга и слезы закипали на глазах. Это была длинная поэма в шестьсот или семьсот стихов. Поэма странная, фантастическая, пугающая. Казалось, невозможно, немыслимо создать нечто подобное, и все же это существовало и было написано черным по белому. В этой поэме изображался человек со всеми его исканиями, с его неутолимым стремлением преодолеть бесконечное пространство, приблизиться к сферам отдаленнейших солнц. Это был сумасшедший разгул фантазии в черепе умирающего, который еще жил и сердце которого билось последними слабеющими ударами. В торжественном ритме поэмы слышался гул планет, треск сталкивающихся метеоров, шум битвы звездных ратей среди мрачных пространств, озаряемых светом огневых облаков, а сквозь все это слышался слабый человеческий голос, как неумолчная тихая жалоба в грозном грохоте рушащихся миров.</p>
     <p>— Ничего подобного еще не было написано, — вымолвил Мартин, когда наконец в состоянии был заговорить. — Это изумительно! Изумительно! Я ошеломлен! Этот великий вечный вопрос не выходит у меня из головы. В моих ушах всегда будет звучать этот слабый, незатихающий голос человека, пытающегося постичь непостижимое! Точно предсмертный писк комара среди мощного рева слонов и рыканья львов. Но в этом писке звучит ненасытная страсть. Я, вероятно, говорю глупости, но эта вещь совершенно завладела мною. Вы… Я не знаю, что сказать, вы просто гениальны. Но как вы это создали? Как могли вы это создать?</p>
     <p>Мартин прервал свой панегирик только для того, чтобы перевести дух.</p>
     <p>— Я больше не пишу. Я просто жалкий пачкун. Вы мне показали, что такое настоящее мастерство. Вы гений! Нет, больше, чем гений! Это истина, рожденная безумием. Это истина в самой своей сокровенной сущности. Вы, догматик, понимаете ли вы это? Даже наука не может опровергнуть вас. Это истина провидца, выкованная из черноты космоса мощным ритмом стиха, превращенная в чудо красоты и величия. Больше я ничего не скажу! Я подавлен, уничтожен! Нет, я все-таки скажу еще кое-что: позвольте мне устроить поэму в какой-нибудь журнал.</p>
     <p>Бриссенден расхохотался.</p>
     <p>— Да ведь во всем христианском мире не найдется журнала, который решится напечатать такую штуку! Вы сами прекрасно это знаете!</p>
     <p>— Нет, не знаю! Я убежден, что во всем мире не найдется журнала, который бы не ухватился за это. Ведь такие произведения рождаются раз в сто лет. Это поэма не на день и не на год. Это поэма века.</p>
     <p>— Вот именно — века!</p>
     <p>— Не разыгрывайте циника! — возразил Мартин. — Редакторы не совсем уж кретины. Я знаю это. Хотите держать пари, что «Эфемериду» возьмут если не в первом же, то во втором месте, куда я ее предложу?</p>
     <p>— Есть одно обстоятельство, мешающее мне принять ваше пари, — произнес Бриссенден и, немного помолчав, добавил: — Это лучшее из всего, что я написал. Я отлично это знаю. Это моя лебединая песня. Я чрезвычайно горжусь этой поэмой. Я преклоняюсь перед ней. Она мне милее виски. Это то совершенное творение, о котором я мечтал в дни своей юности, когда человек еще стремится к идеалам и строит иллюзии. И вот я осуществил свою мечту, осуществил ее на краю могилы. Так неужели я отдам ее на поругание свиньям! Я не стану с вами держать пари! Это мое! Я создал это и делюсь им только с вами.</p>
     <p>— Но подумайте об остальном мире! — воскликнул Мартин. — Ведь цель красоты — радовать и услаждать!</p>
     <p>— Вот пусть это радует и услаждает меня.</p>
     <p>— Не будьте эгоистом!</p>
     <p>— Я вовсе не эгоист! — Бриссенден усмехнулся, словно заранее смакуя то, что он собирался сказать. — Я альтруистичен, как голодная свинья.</p>
     <p>Напрасно Мартин пытался поколебать его в принятом решении. Мартин уверял Бриссендена, что его ненависть к журналам нелепа и фанатична и что он поступает в тысячу раз бессмысленнее Герострата, сжегшего храм Дианы Эфесской. Бриссенден слушал, попивая грог, кивал головой и даже соглашался, что его собеседник прав во всем — за исключением того, что касалось журналов. Его ненависть к редакторам не знала границ, и он ругал их гораздо ожесточеннее, чем Мартин.</p>
     <p>— Пожалуйста, перепечатайте мне поэму, — сказал он, — вы сделаете это в тысячу раз лучше любой машинистки. А теперь я хочу дать вам один полезный совет. — Бриссенден вытащил из кармана объемистую рукопись. — Вот ваш «Позор солнца». Я три раза перечитывал его! Это самая большая похвала, на которую я способен. После того, что вы наговорили про «Эфемериду», я, разумеется, должен молчать. Но вот что я вам скажу: если «Позор солнца» будет напечатан, он наделает невероятного шуму. Из-за него поднимется жесточайшая полемика, и это будет для вас лучше всякой рекламы.</p>
     <p>Мартин расхохотался.</p>
     <p>— Уж не посоветуете ли вы мне послать эту статью в какой-нибудь журнал?</p>
     <p>— Ни в коем случае, если только хотите, чтобы ее напечатали. Предложите ее одному из крупных издательств. Может быть, ее прочтет там какой-нибудь сумасшедший или основательно пьяный рецензент и даст о ней благоприятный отзыв. Да, видно, что вы читали книги! Все они переварились в мозгу Мартина Идена и излились в «Позоре солнца». Когда-нибудь Мартин Иден станет знаменит, и немалая доля его славы будет создана этой вещью. Ищите издателя, и чем скорее вы его найдете, тем лучше!</p>
     <p>Бриссенден поздно засиделся у Мартина в этот вечер. Мартин проводил его до трамвая, и когда Бриссенден садился в вагон, то неожиданно сунул своему другу измятую бумажку.</p>
     <p>— Возьмите это, — сказал он, — мне сегодня повезло на скачках!</p>
     <p>Прозвенел звонок, и трамвай тронулся, оставив Мартина в полном недоумении, с измятой бумажкой в руках. Возвратившись к себе в комнату, он развернул бумажку — это был банковый билет в сто долларов.</p>
     <p>Мартин воспользовался им без всякого стеснения. Он отлично знал, что у его друга много денег, а кроме того, был уверен, что сможет отдать долг в очень скором времени. На следующее утро он расплатился с долгами, заплатил Марии вперед за три месяца и выкупил из заклада все свои вещи. Он купил свадебный подарок для Мэриен, рождественские подарки для Руфи и Гертруды. В довершение всего он отправился со всем семейством Сильва в Окленд и, во исполнение своего обещания (правда, опоздав на год), купил башмаки и Марии и всем ее ребятишкам. Мало того, он накупил им игрушек и сластей, так что свертки едва помещались в детских ручонках.</p>
     <p>Входя в кондитерскую во главе этой необыкновенной процессии, Мартин случайно повстречал Руфь и ее мать. Миссис Морз была чрезвычайно шокирована, и даже Руфь смутилась. Она придавала большое значение внешним приличиям, и ей было не очень приятно видеть своего возлюбленного в обществе целой оравы португальских оборвышей. Такое отсутствие гордости и самоуважения задело ее. И что самое скверное — Руфь увидела в этом инциденте лишнее доказательство того, что Мартин не в состоянии подняться над своей средою. Это было достаточно неприятно само по себе, и совсем уж не следовало хвастать этим перед всем миром — ее миром. Хотя помолвка Руфи с Мартином до сих пор держалась в тайне, их отношения ни для кого не составляли секрета, а в кондитерской, как нарочно, было много знакомых, и все они с любопытством поглядывали на удивительное окружение нареченного мисс Морз. Руфь, верная дочь своей среды, не умела понять широкую натуру Мартина. Со свойственной ей чувствительностью она воспринимала этот случай как нечто позорное. Мартин, придя к Морзам в этот день, застал Руфь в таком волнении, что даже не решился вытащить из кармана свой подарок. Он в первый раз видел ее в слезах — слезах гнева и обиды, и зрелище это так потрясло его, что он мысленно назвал себя скотиной, хотя не вполне ясно понимал, в чем его вина. Мартину и в голову не приходило стыдиться людей своего круга, и он не видел ничего унизительного для Руфи в том, что ходил покупать рождественские подарки детям Марии Сильвы. Но он готов был понять обиду Руфи, выслушав ее объяснения и истолковав весь эпизод как проявление женской слабости, которая, очевидно, свойственна даже самым лучшим женщинам.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать шестая</p>
     </title>
     <p>— Пойдемте, я покажу вам «настоящих людей», — сказал Мартину Бриссенден в один январский вечер.</p>
     <p>Они пообедали в Сан-Франциско и собирались уже садиться на оклендский паром, когда Бриссендену пришла фантазия показать Мартину «настоящих людей». Он повернул назад и зашагал от пристани, похожий на тень в своем развевающемся плаще; Мартин едва поспевал за ним. По дороге Бриссенден купил два галлона старого портвейна в оплетенных флягах и, держа их в руках, вскочил в трамвай, идущий по Мишен-стрит; то же сделал и Мартин, нагруженный несколькими бутылками виски. «Что бы сказала Руфь, если бы увидела меня сейчас», — на мгновение мелькнуло у Мартина в голове, но мысли его были заняты иным: что же это за «настоящие люди»?</p>
     <p>— Может быть, сегодня там никого не будет, — оказал Бриссенден, когда они сошли с трамвая и нырнули в темный переулок рабочего квартала к югу от Маркет-стрит. — Тогда вам не придется увидеть то, что вы давно ищете!</p>
     <p>— А что же это такое? — спросил Мартин.</p>
     <p>— Люди, настоящие умные люди, а не болтуны вроде тех, которые толкутся в торгашеском логове, где я вас встретил. Вы читали книги и страдали от одиночества! Ну вот, я познакомлю вас с людьми, которые тоже кое-что читали, и вы больше не будете так одиноки.</p>
     <p>— Я не очень интересуюсь их бесконечными спорами, — прибавил Бриссенден, пройдя один квартал, — я вообще терпеть не могу книжной философии, но зато это, несомненно, настоящие интеллигенты, а не буржуазные свиньи! Но смотрите, они вас заговорят насмерть, о чем бы ни зашла речь!</p>
     <p>— Надеюсь, мы застанем Нортона, — продолжал он немного спустя, задыхаясь от ходьбы, но не позволяя Мартину взять у него из рук фляги с портвейном. — Нортон — идеалист. Он кончил Гарвардский университет! Изумительная память! Идеализм привел его к философскому анархизму, и семья отреклась от него. Его папаша — президент железнодорожной компании, сверхмиллионер, а сын влачит во Фриско полуголодное существование, редактируя анархический журнальчик за двадцать пять долларов в месяц.</p>
     <p>Мартин плохо знал Сан-Франциско, в особенности эту часть города, а потому никак не мог сообразить, куда, собственно, Бриссенден ведет его.</p>
     <p>— Расскажите мне о них еще, — говорил он, — я хочу знать, что это за люди. Чем они живут? Как сюда попали?</p>
     <p>— Хорошо бы застать и Гамильтона, — сказал Бриссенден, останавливаясь, чтобы перевести дух. — Собственно, у него двойная фамилия: Страун-Гамильтон; он из старинной семьи южан, но по характеру бродяга и лентяй, каких свет не видел, хоть и служит — вернее, пытается служить — в каком-то кооперативе за шесть долларов в неделю. Неисправимый бродяга! Он и в Сан-Франциско-то попал бродяжничая. Как-то раз он целый день просидел на скамье в парке, причем у него с утра куска во рту не было, а когда я предложил ему пойти пообедать в ресторан, который находился за два квартала, — знаете, что он на это ответил? «Слишком много беспокойства, старина. Купите мне лучше пачку папирос!» Он был спенсерианец, как и вы, пока Крейс не обратил его на стезю материалистического монизма. Надо попытаться вызвать его на разговор о монизме. Нортон тоже монист, но его монизм идеалистический. У него вечные схватки с Гамильтоном и с Крейсом.</p>
     <p>— А кто такой Крейс? — спросил Мартин.</p>
     <p>— А вот к нему мы и идем. Бывший профессор… выгнали из университета, — самая обычная история. Ум острый, как бритва. Зарабатывает себе пропитание чем придется. Был даже уличным разносчиком. Абсолютно без предрассудков. Без зазрения совести снимет саван с покойника. Разница между ним и буржуа та, что он ворует, не занимаясь при этом самообманом. Он может говорить о Ницше, о Шопенгауэре, о Канте, о чем угодно, но интересуется он, в сущности говоря, только монизмом. Даже о своей Мэри он думает гораздо меньше, чем о монизме. Геккель для него божество. Единственный способ оскорбить его — это задеть Геккеля. Ну, вот мы и пришли.</p>
     <p>Бриссенден поставил фляги на ступеньку лестницы, чтобы отдышаться перед подъемом. Дом был самый обыкновенный, угловой двухэтажный дом с салуном и бакалейной лавкой в первом этаже.</p>
     <p>— Вся компания здесь и живет, занимает весь второй этаж, — сказал Бриссенден, — но только один Крейс имеет две комнаты. Идемте!</p>
     <p>Наверху не горела лампочка, но Бриссенден ориентировался в темноте, словно домовой. Он остановился, чтобы сказать Мартину:</p>
     <p>— Есть тут еще Стивенс, теософ. Когда разойдется, так кого хочешь собьет с толку. Недавно устроился мыть посуду в ресторане. Любитель хороших сигар, может пообедать в обжорке за десять центов, а потом купить сигару за пятьдесят. Я на всякий случай захватил для него парочку. А еще есть австралиец по фамилии Парри, — это статистик и ходячая спортивная энциклопедия. Спросите его, какой был урожай зерна в Парагвае в тысяча девятьсот третьем году, или сколько английского холста ввезено в Китай в тысяча восемьсот девяностом году, или сколько весил Джимми Брайт, когда побил Баттлинга-Нельсона, или кто был чемпион Соединенных Штатов в среднем весе в тысяча восемьсот шестьдесят восьмом году, он на все вам ответит с быстротой и точностью автомата. Есть некий Энди, каменщик, — имеет на все свои взгляды и прекрасно играет в шахматы; затем — Гарри, пекарь, ярый социалист и профсоюзный деятель. Кстати, помните стачку поваров и официантов? Ее устроил Гамильтон. Он организовал союз и выработал план стачки, сидя здесь, в комнате Крейса. Сделал это для собственного развлечения и больше не принимал никакого участия в делах союза из-за лени. Если бы он хотел, он бы давно занимал видный пост. В этом человеке заложены бесконечные возможности, но ленив он невообразимо.</p>
     <p>Бриссенден продолжал продвигаться в темноте, пока не показалась полоска света из-под двери. Стук, ответное «войдите!» — и Мартин уже пожимал руку Крейсу, красивому, белозубому брюнету с черными усами и большими, выразительными черными глазами. Мэри, степенная молодая блондинка, мыла посуду в небольшой комнатке, служившей одновременно кухней и столовой. Первая комната была спальней и гостиной. Через всю комнату протянуты были веревки с выстиранным бельем, так что Мартин в первую минуту не заметил двух людей, о чем-то беседовавших в углу. Бриссендена и его фляги они встретили радостными восклицаниями, и Мартин, знакомясь с ними, узнал, что это Энди и Парри. Мартин с любопытством стал слушать рассказ Парри о вчерашнем боксе. А Бриссенден с азартом занялся раскупориванием бутылок и приготовлением пунша. По его команде «собрать всех сюда» Энди отправился по комнатам созывать жильцов.</p>
     <p>— Нам повезло, почти все в сборе, — шепнул Бриссенден Мартину. — Вот Нортон и Гамильтон. Пойдемте, я вас познакомлю. Стивенса, к сожалению, пока нет. Я попробую затеять разговор о монизме. Нужно только дать им немного разойтись.</p>
     <p>Сначала разговор не вязался, но Мартин сразу же мог оценить своеобразие и живость ума этих людей. У каждого были свои определенные взгляды, иногда противоречивые, и, несмотря на юмор и остроумие, эти люди отнюдь не были поверхностны. Мартин заметил, что они (о чем бы ни шла беседа) обнаруживали большие научные познания и имели свои твердые и ясные воззрения на мир и на общество. Они не заимствовали готовых мнений: это были настоящие мятежники духа, и им чужда была всякая пошлость. Никогда у Морзов не встречался Мартин с таким разнообразием тем и интересов. Казалось, не было в мире вещи, о которой здесь не могли бы рассуждать без конца. Разговор перескакивал с последней книги миссис Хэмфри Уорд на новую комедию Шоу, с будущего драмы на воспоминания о Мэнсфилде. Они хвалили или высмеивали утренние передовицы, говорили о положении рабочих в Новой Зеландии, о Генри Джеймсе <a l:href="#n_314" type="note">[314]</a> и Брэндере Мэтьюзе, рассуждали о политике Германии на Дальнем Востоке и экономических последствиях Желтой Опасности, спорили о выборах в Германии и о последней речи Бебеля, толковали о местной политике, о последних разногласиях в руководстве социалистической партии и о том, что послужило поводом к забастовке портовых грузчиков.</p>
     <p>Мартин был поражен их необыкновенной осведомленностью во всех делах. Им было известно то, что никогда не печаталось в газетах, они знали все тайные пружины, все нити. К удивлению Мартина, Мэри тоже принимала участие в этих беседах и при этом показала такой ум и знания, каких Мартин не встречал ни у одной знакомой ему женщины.</p>
     <p>Они поговорили о Суинберне и Россетти <a l:href="#n_315" type="note">[315]</a>, после чего перешли на французскую литературу. И Мэри завела его сразу в такие дебри, где он оказался профаном. Зато Мартин, узнав, что она любит Метерлинка, двинул против нее продуманную аргументацию, послужившую основой «Позора солнца».</p>
     <p>Пришло еще несколько человек, и в комнате было уже темно от табачного дыма, когда Бриссенден решил наконец начать битву.</p>
     <p>— Тут есть свежий материал для обработки, Крейс, — сказал он, — зеленый юноша, со всем пылом молодости влюбленный в Герберта Спенсера. Ну-ка, попробуйте сделать из него геккельянца!</p>
     <p>Крейс внезапно встрепенулся, словно сквозь него пропустили электрический ток, а Нортон сочувственно посмотрел на Мартина и ободряюще улыбнулся ему, как бы обещая свою защиту.</p>
     <p>Крейс сразу напустился на Мартина, но постепенно и Нортон начал вставлять словечки, и, наконец, разговор превратился в настоящее единоборство между ним и Крейсом. Мартин слушал, не веря своим ушам, ему казалось просто немыслимым, что все это происходит наяву, да еще где — в рабочем квартале, к югу от Маркет-стрит. В этих людях словно ожили все книги, которые он читал. Они говорили с жаром и увлечением, игра ума возбуждала их так, как других возбуждает гнев или спиртное. Это не была сухая философия печатного слова, созданная мифическими полубогами вроде Канта и Спенсера. Это была живая философия, она вошла в плоть и кровь спорщиков, кипела и бушевала в их речах. Постепенно и другие втянулись в спор и следили за ним с напряженным вниманием, дымя папиросами.</p>
     <p>Мартин никогда не увлекался идеализмом, но в изложении Нортона он явился для него откровением. Однако Крейса и Гамильтона не убеждала та логика, которая Мартину казалась неопровержимой, они смеялись над Нортоном, называя его метафизиком, а тот, в свою очередь, называл метафизиками их самих.</p>
     <p>«Феномены» и «ноумены» так и носились в воздухе. Крейс и Гамильтон обвиняли Нортона в попытках объяснить сознание из самого сознания. А тот, в свою очередь, обвинял их в том, что они жонглируют словами и строят обобщения не на основе фактов, а на основе понятий. Это их бесило. Их основной принцип к тому и сводился, что следует начинать с фактов и фактам давать наименование.</p>
     <p>Когда Нортон углубился в сложные построения Канта, Крейс сказал, что всякий добропорядочный немецкий философ старой школы после смерти попадает в Оксфорд. Когда Нортон упомянул о гамильтоновском законе условного, его противники немедленно объявили, что именно они основываются на этом законе. А Мартин слушал, обхватив колени руками и дрожа от восторга. Нортон не был истинным сторонником Спенсера, и потому он часто в разгаре спора обращался к Мартину, полемизируя с ним так же, как и с другими противниками.</p>
     <p>— Вы знаете, что Беркли еще никто по-настоящему не ответил, — говорил он, обращаясь к Мартину. — Герберт Спенсер подошел ближе других, но и он, в сущности говоря, не дал исчерпывающего ответа. Самые смелые из его последователей не могут пойти дальше. Я читал статью Салиби о Спенсере. Даже он говорит, что Спенсеру «почти» удалось ответить Беркли <a l:href="#n_316" type="note">[316]</a>.</p>
     <p>— А вы помните, что сказал Юм <a l:href="#n_317" type="note">[317]</a>?! — воскликнул Гамильтон.</p>
     <p>Нортон кивнул головой, но Гамильтон счел нужным пояснить остальным:</p>
     <p>— Юм сказал, что аргументы Беркли не допускают никакого ответа и совершенно неубедительны.</p>
     <p>— Неубедительны для Юма, — возразил Нортон. — А Юм мыслил точно так же, как и вы, с одной только разницей: у него хватало ума признать, что Беркли ответить невозможно.</p>
     <p>Нортон был очень горяч и вспыльчив, хотя не терял самообладания, а Крейс и Гамильтон напоминали хладнокровных дикарей, которые спокойно и неторопливо изучают слабые места противника. Под конец вечера Нортон, обозленный непрестанными упреками в том, что он метафизик, вцепился обеими руками в стул, чтобы не вскочить на ноги в пылу спора, и, сверкая глазами, предпринял решительный натиск на своих противников.</p>
     <p>— Ладно, геккельянцы, — закричал он, — может быть, я рассуждаю, как колдун и знахарь, но хотел бы я знать, вы-то как рассуждаете? Ведь вам же не на что опереться, хотя вы и кричите о позитивной науке где надо и где не надо. Вы невежественные догматики! Ведь еще задолго до возникновения школы материалистического монизма вся почва была до того перерыта, что никакого фундамента уже нельзя было заложить. Локк <a l:href="#n_318" type="note">[318]</a> — вот кто сделал это! Джон Локк! Двести лет назад, даже больше, он в своем «Опыте о человеческом разуме» доказал нелепость понятия врожденной идеи. А вы этим занимаетесь до сих пор. Доказываете мне сегодня в продолжение целого вечера, что никаких врожденных идей не существует. А что это значит? Это значит, что человек не может постичь высшей реальности. Когда вы рождаетесь, у вас в мозгу нет ничего. Все дальнейшее познание зиждется только на феноменах, на восприятиях, получаемых вами с помощью пяти чувств. Ноумены, которых не было у вас в мозгу при рождении, не могут никак попасть туда и после.</p>
     <p>— Неверно… — перебил его Крейс.</p>
     <p>— Дайте мне договорить! — воскликнул Нортон. — Вашему познанию доступны только те проявления взаимодействия силы и материи, которые так или иначе влияют на ваши чувства. Видите, ради удобства спора я готов даже признать, что материя существует! Но я вас сейчас уничтожу вашим же собственным аргументом. Другого пути у меня нет, так как, к сожалению, вам обоим недоступно абстрактное мышление. Так вот, скажите, исходя из положений высшей позитивной науки, что вы знаете о материи? Вы знаете только то, что воспринимаете, то есть опять-таки только феномены. Вам доступны только изменения материи, вернее даже только то, что воспринимается вами как ее изменение. Позитивная наука имеет дело только с феноменами, а вы, безумцы, воображаете, что имеете дело с ноуменами, и считаете себя онтологами. Да, позитивная наука оперирует только с внешними явлениями. Кто-то уже сказал однажды, что наука о явлениях не может возвыситься над явлениями. Вы не можете ответить Беркли, даже если сумеете опровергнуть Канта; однако вы утверждаете, что Беркли неправ, ибо ваша наука, отрицая существование бога, не сомневается в существовании материи. Я признал сейчас существование материи только для того, чтобы вы поняли ход моих мыслей. Сделайте одолжение, будьте позитивистами, но онтологии нет места среди позитивных наук. Стало быть, оставьте ее в покое. Спенсер прав, как агностик, но если Спенсер…</p>
     <p>Однако приближалось время отхода последнего оклендского парома, и Бриссенден с Мартином вынуждены были уйти. Они выскользнули незамеченными, пока Нортон продолжал говорить, а Крейс и Гамильтон ждали случая, чтобы наброситься на него, как пара разъяренных гончих.</p>
     <p>— Вы открыли мне волшебную страну, — сказал Мартин Бриссендену, когда они оба взошли на паром. — Поговорив с такими людьми, чувствуешь, что жить стоит! У меня голова идет кругом! Я до сих пор не понимал толком, что такое идеализм. Я и теперь не могу принять его. Я знаю, что всегда останусь реалистом, — так уж создан, должно быть. Но я охотно поспорил бы с Крейсом и Гамильтоном, и для Нортона у меня тоже нашлось бы два-три словечка. Не вижу, чтобы Спенсеру были сделаны серьезные возражения. Я взволнован, как ребенок, впервые побывавший в цирке. Теперь я вижу, что мне еще очень многое нужно прочитать. Надо будет достать книгу Салиби! Я убежден, что Спенсер неуязвим. В следующий раз я тоже приму участие в споре…</p>
     <p>Но Бриссенден дремал, тяжело дыша, уткнувшись худым подбородком в теплый шарф, и его тощее тело вздрагивало при каждом обороте винта.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать седьмая</p>
     </title>
     <p>На следующее утро Мартин, вопреки советам Бриссендена, отправил в «Акрополь» «Позор солнца». Он не терял надежды на то, что какой-нибудь журнал напечатает статью, а добившись успеха в журналах, ему легче будет пробивать себе дорогу в книгоиздательства. «Эфемериду» он также переписал на машинке и отправил. Несмотря на почти маниакальную ненависть Бриссендена к редакторам и журналам, Мартин твердо решил, что поэма должна увидеть свет. Он, конечно, не предполагал печатать ее без разрешения автора. Ему хотелось, чтобы какой-нибудь крупный журнал принял ее, а тогда, думал Мартин, можно будет добиться согласия Бриссендена.</p>
     <p>И в то же утро Мартин начал писать повесть, которую задумал уже недели три тому назад и которая с тех самых пор настойчиво просилась на бумагу. Это должна была быть повесть из морской жизни, образец романтики двадцатого века, с увлекательным сюжетом, с реальными характерами и реальной обстановкой. Но под занимательной фабулой должно было скрываться нечто такое, чего поверхностный читатель не мог заметить, но что, впрочем, не мешало бы и такому читателю получать удовольствие при чтении. Именно это «что-то», а не перипетии сюжета было для Мартина самым главным в повести. Его всегда увлекала в произведении идея, и сюжет зависел от нее. Определив для себя эту идею, он искал такие образы и такие ситуации, в которых она могла получить наиболее яркое выражение. Повесть должна была называться «Запоздалый» и по объему не превышать шестидесяти тысяч слов, — а при работоспособности и творческой энергии Мартина это были, разумеется, сущие пустяки. В первый же день, начав писать, он испытал глубокое наслаждение мастера. Он уже не опасался, что неловкость, беспомощность литературной формы обеднит его мысль. Долгие месяцы упорного, напряженного труда принесли, наконец, желанные плоды. Теперь он мог идти твердо и неуклонно к своей цели, и, самозабвенно отдаваясь работе, он чувствовал, как никогда прежде, что правильно понимает жизнь и умеет показать ее. В «Запоздалом» Мартину хотелось изобразить действительные происшествия и вывести реальных людей, реально мыслящих и чувствующих. Но, кроме того, в повести должен был заключаться великий тайный смысл, идея, равно справедливая для всех стран, всех времен и народов. «И все это благодаря Герберту Спенсеру, — подумал Мартин, откинувшись на спинку стула. — Да, благодаря Герберту Спенсеру и тому великому ключу к мирозданию, который он дал мне в руки и который зовется эволюцией!»</p>
     <p>Мартин отчетливо сознавал значительность того, что он создавал сейчас. «Дело пойдет! Пойдет!» — мысленно твердил он себе. Да, дело пошло. Наконец-то он напишет такую вещь, за которую тотчас же ухватится любой журнал. Вся повесть целиком словно горела перед ним огненными буквами. Мартин оторвался от работы и набросал в записной книжке заключительный отрывок. Вся композиция вещи была настолько ясна ему, что он вполне мог написать конец задолго до того, как подошло время его написания. Он сравнивал свою еще не законченную повесть с морскими рассказами других писателей и пришел к убеждению, что его произведение неизмеримо выше.</p>
     <p>— Только один человек мог бы написать нечто подобное, — пробормотал Мартин, — это Конрад <a l:href="#n_319" type="note">[319]</a>. Но и Конрад вполне бы мог пожать мне руку за эту повесть и сказать: «Хорошо сработано, Мартин, дружище!»</p>
     <p>Проработав почти весь день, Мартин вдруг вспомнил, что приглашен обедать к Морзам. Благодаря Бриссендену его черный костюм был выкуплен из заклада, и Мартин мог теперь снова появляться в обществе. По дороге он забежал в библиотеку и взял там книгу Салиби «Цикл жизни». Он решил еще в трамвае прочесть ту статью, о которой упоминал Нортон. Читая, Мартин пришел в ярость. Лицо его пылало, глаза сверкали, он бессознательно сжимал кулаки, словно угрожая кому-то. Выйдя из трамвая, он зашагал по улице торопливым шагом человека, доведенного до последней степени неистовства, и с такой злостью надавил звонок у двери Морзов, что тут же опомнился и добродушно расхохотался. Но как только он вошел в дом, его тотчас охватила глубокая тоска. У него словно подломились крылья, и он сразу упал с тех высот, на которые занесло его вдохновение.</p>
     <p>«Буржуа! Торгаши!» — вспомнил он любимые выражения Бриссендена. «Ну и что же? — сердито перебил он сам себя. — Ведь я женюсь на Руфи, а не на ее семье!»</p>
     <p>Казалось, Руфь никогда еще не была такой прекрасной, такой одухотворенной и в то же время такой здоровой и свежей. Ее щеки слегка зарумянились, и Мартин не мог отвести взгляда от ее глаз — синих глаз, в которых он впервые увидел отблеск бессмертия. Правда, за последнее время он забыл о бессмертии, увлеченный чтением научной литературы, но теперь в глазах Руфи он прочел безмолвный аргумент, который был убедительнее всех словесных аргументов. Мартин прочел в них любовь. Та же любовь сияла и в его глазах, а любовь бесспорна. Таково было его глубочайшее пламенное убеждение.</p>
     <p>Те полчаса, которые он провел с Руфью перед обедом, сделали его опять счастливым и довольным жизнью. Но во время обеда Мартин почувствовал необычайное утомление, — оно явилось как естественная реакция после дня напряженной работы. Глаза у него устали и болели, все вызывало раздражение. Мартину вспомнилось, как за этим самым столом, где теперь ему не раз бывало смешно и скучно, он впервые оказался в обществе цивилизованных людей, в атмосфере высокой, как ему представлялось, и утонченной культуры. Должно быть, он являл тогда собой забавное и трогательное зрелище. Полудикарь, обливающийся потом от страха и смущения, сбитый с толку сложностью обеденного ритуала, угнетаемый величественным лакеем, мучительно старающийся оказаться на высоте того положения, в которое его поставил случай, пока, наконец, он не пришел к отчаянному решению: быть самим собой, не пытаясь блеснуть ни знаниями, ни изысканностью манер, которых у него не было.</p>
     <p>Мартин бросил на Руфь мимолетный взгляд; таким взглядом пассажир на судне при мысли о возможной опасности проверяет, на месте ли спасательный круг. Да! Только это и выдержало испытание временем: любовь и Руфь. Все остальное развеялось, как мираж, едва он начал читать книги. Но Руфь и любовь не были миражем. Для них он нашел биологическое оправдание. Любовь была высшим проявлением жизни. Природа предписывала ему любить и готовила его для этого, как и всякого нормального человека. Десятки тысяч, сотни тысяч — нет! — миллионы веков она билась над совершенствованием человеческой породы для этой цели, и он, Мартин, несомненно, явился венцом ее творения. Она вдохнула в Мартина любовь, в мириады раз увеличила ее силу, наделив его даром фантазии, и послала его в мир, чтобы он изведал волнение, и трепет, и радость свершений. Он пожал под столом руку Руфи. Ответом было такое же жаркое пожатие. Они быстро переглянулись, и ее глаза блеснули любовно и ласково. Глаза Мартина тоже блестели, и он даже не подозревал, что блеск в глазах Руфи был, в сущности говоря, лишь отражением того огня, который горел в его взоре.</p>
     <p>Наискосок от него, по правую руку мистера Морза, сидел судья Блоунт, член верховного суда штата. Мартин уже не раз встречался с ним и, по правде говоря, не чувствовал к нему особенного расположения. Судья беседовал с отцом Руфи о профсоюзах, о политическом положении и о социализме. Мистер Морз, стараясь втянуть Мартина в разговор, назвал его сторонником социалистического учения. Судья Блоунт посмотрел на него с отеческим состраданием. Мартин усмехнулся про себя.</p>
     <p>— Это у вас пройдет, молодой человек, — сказал судья ласково, — детские болезни лучше всего излечиваются временем! (Говоря так, судья повернулся к мистеру Морзу.) Я никогда не спорю в таких случаях: это только возбуждает в пациенте упрямство.</p>
     <p>— Совершенно справедливо, — важно ответил мистер Морз, — но иногда все же полезно бывает предупредить пациента о возможных последствиях болезни.</p>
     <p>Мартин засмеялся, хотя не без некоторого усилия. День был таким долгим, работа такой напряженной, что усталость давала себя знать.</p>
     <p>— Несомненно, вы превосходные доктора, — сказал он, — но, если вы хоть немножко интересуетесь мнением пациента, позвольте ему сказать, что вы ошиблись в диагнозе. На самом деле это вы оба страдаете той болезнью, которую приписываете мне. Я же совершенно невосприимчив к ней. Социалистическая философия, которая вас так волнует, меня ничуть не затронула.</p>
     <p>— Ловко, ловко, — пробормотал судья, — прекрасный прием в споре — обращать обвинение против обвинителя.</p>
     <p>— А я говорю на основании ваших слов! — сказал Мартин. Глаза его сверкнули, но он пока сдерживался. — Видите ли, господин судья, я слышал ваши предвыборные речи. Благодаря особой мыслительной передержке, — это мое любимое выражение, хотя оно не всем понятно, — вы убедили себя в том, что вы сторонник принципов конкуренции и выживания сильнейшего, но в то же время вы принимаете все меры к тому, чтобы обессилить сильного.</p>
     <p>— Молодой человек!..</p>
     <p>— Не забудьте, что я слышал ваши речи! — перебил Мартин. — Ваша позиция в вопросе о регламентации торговли между штатами, об урегулировании деятельности компании «Стандарт Ойл» и железнодорожного треста, о планомерной эксплуатации лесов и так далее и тому подобное сводится к требованию ограничительных мер, то есть по существу совпадает с позицией социалистов.</p>
     <p>— Но разве, по-вашему, не следует обуздывать все эти непомерные притязания на власть?</p>
     <p>— Не о том речь. Я хочу только доказать вам, что вы ошиблись в диагнозе и что я нисколько не заражен бактерией социализма. Я хочу доказать вам, что вы сами, именно вы, заражены этой вредоносной бактерией! Что касается меня, то я исконный враг социализма так же, впрочем, как и вашей ублюдочной демократии, которая, в сущности говоря, есть псевдосоциализм, только прячущийся под сложной игрой пустых слов. Я реакционер, настолько убежденный реакционер, что вам, живущим под колпаком фальшивых общественных отношений, никогда не понять моих взглядов, ибо вы слишком близоруки, чтобы разглядеть что-нибудь сквозь этот колпак. Вы делаете вид, что вы верите в победу сильнейшего, а я действительно в это верю. Вот в чем разница. Когда я был чуть моложе — всего несколько месяцев тому назад, — я думал так же, как и вы. Понимаете, в свое время ваши идеи произвели на меня известное впечатление. Но торгаши и лавочники — трусливые правители; их стремления не идут дальше наживы, и мне оказалась больше по душе аристократия, если уж на то пошло. В этой комнате я единственный индивидуалист. Я ничего не жду от государства. Только сильная личность, всадник на коне может спасти государство от неизбежного разложения. Ницше был прав. Я не буду терять время и объяснять вам, кто такой Ницше, но он был прав! Мир принадлежит сильным, которые так же благородны, как и могучи, и они не барахтаются в болоте купли и продажи. Мир принадлежит истинным аристократам, белокурым бестиям, тем, кто не идет ни на какие компромиссы и всегда говорит жизни только «да». И они поглотят вас — вас, социалистов, боящихся социализма и воображающих себя индивидуалистами. Ваша рабья мораль золотой середины не спасет вас! Ну, конечно, все это для вас китайская грамота, и я не буду больше надоедать вам. Но помните одно! В Окленде не наберется и полдюжины настоящих индивидуалистов, но один из них — ваш покорный слуга Мартин Иден.</p>
     <p>И Мартин повернулся к Руфи, как бы давая понять, что он считает спор законченным.</p>
     <p>— Я сегодня устал, — сказал он, — мне хочется любви, а не разговоров.</p>
     <p>Он оставил без ответа замечание мистера Морза, который сказал:</p>
     <p>— Вы меня не убедили. Все социалисты — иезуиты. Это их отличительный признак.</p>
     <p>— Ничего! Мы еще сделаем из вас доброго республиканца, — сказал судья Блоунт.</p>
     <p>— Всадник на коне явится раньше, чем это случится, — добродушно возразил Мартин и опять повернулся к Руфи.</p>
     <p>Но мистер Морз был недоволен. Ему не нравились леность и презрение к нормальным, разумным видам деятельности, проявляемые его будущим зятем, образ мыслей которого был ему чужд, а натура непонятна. И мистер Морз решил направить беседу на учение Герберта Спенсера. Мистер Блоунт поддержал этот разговор, и Мартин, навостривший уши, как только было произнесено имя философа, услыхал, что судья с самодовольной важностью критикует идеи Спенсера. Мистер Морз временами поглядывал на Мартина, словно желая оказать: «Слышите, дитя мое?»</p>
     <p>— Болтливая сорока, — проворчал Мартин и продолжал говорить с Руфью и Артуром.</p>
     <p>Но дневная усталость и вчерашние споры с «настоящими людьми» взяли свое; к тому же он еще не излил вполне раздражения, которое вызвала в нем статья, прочитанная в трамвае.</p>
     <p>— В чем дело? — встревоженно опросила Руфь, заметив, с каким усилием Мартин пытается сдержать себя.</p>
     <p>— «Нет бога, кроме Непознаваемого, и Герберт Спенсер пророк его», — произнес судья.</p>
     <p>Мартин тотчас же повернулся к нему.</p>
     <p>— Дешевая острота, — заметил он спокойно, — впервые я услыхал ее в Сити-Холл-парке из уст одного рабочего, которому следовало, пожалуй, быть умнее. С тех пор я часто слышал эти слова, и всякий раз меня тошнило от их пошлости. Как вам не стыдно! Имя великого и благородного человека среди ваших словоизлияний — словно капля росы в стоячей луже. Вы внушаете мне отвращение!</p>
     <p>Слова Мартина поразили присутствующих, точно удар грома. Судья Блоунт побагровел, и за столом воцарилось зловещее молчание. Мистер Морз втайне радовался. Он видел, что его дочь шокирована. Он добился своего: вызвал вспышку природной грубости у этого ненавистного ему человека.</p>
     <p>Руфь с мольбой сжала под столом руку Мартина, но в нем уже закипела кровь. Его возмущали самомнение и тупость людей, занимающих высокое положение. Член верховного суда! Подумать только, каких-нибудь два-три года назад он готов был преклоняться перед такими людьми, видя в них существа чуть ли не божественной породы.</p>
     <p>Судья Блоунт пришел в себя и даже попытался продолжать разговор, обращаясь к Мартину с нарочитой вежливостью, но тот понял, что это делается исключительно ради присутствующих дам. Это окончательно взбесило Мартина. Неужели в мире вовсе нет честности?</p>
     <p>— Не вам спорить со мною о Спенсере! — крикнул он. — Вы так же мало знаете Спенсера, как и его соотечественники. Я знаю, это не ваша вина! В этом виновато всеобщее современное невежество. С образчиком такого невежества я имел случай познакомиться только что, когда ехал сюда! Я читал статью Салиби о Герберте Спенсере. Вам бы следовало это прочесть. Книга доступна для всех. Вы можете найти ее в любом магазине и в любой библиотеке. Когда вы прочтете то, что написал Салиби про этого великого человека, даже вам, я уверен, станет неловко. Это такой рекорд пошлости, перед которым ваша пошлость бледнеет. Академический философ, недостойный дышать одним воздухом со Спенсером, называет его «философом недоучек». Я уверен, что вы не прочли и десяти страниц из сочинений Спенсера, но были критики и поумнее вас, которые читали не больше, однако имели наглость во всеуслышание указывать последователям Спенсера на ложность его идей! Понимаете? Идей человека, гений которого охватил все стороны научного познания; он был отцом психологии; он произвел целый переворот в области педагогики, так что деревенские ребята где-нибудь во Франции теперь учатся читать, писать и считать по методам, предложенным Спенсером. Жалкие людишки, оскорбляющие его память, добывают себе в то же время кусок хлеба практическим применением его идей. Ведь если у них есть хоть что-нибудь в голове, то этим они обязаны ему! Ведь если бы его не было, они не имели бы и тех ничтожных знаний, которые они затвердили, как попугаи. А какой-нибудь господин вроде оксфордского ректора Фэрбэнкса, который занимает место повыше вашего, судья Блоунт, смеет говорить, что потомство назовет Спенсера скорее поэтом и мечтателем, нежели мыслителем. Тявкающие шавки — вот это кто! Один изрек, что «Основные начала» не лишены литературных красот». Другие кричат, что он труженик ума, но не оригинальный мыслитель. Тявкающие шавки! Свора тявкающих шавок!</p>
     <p>Мартин умолк среди гробовой тишины. В семье Руфи уважали судью Блоунта как человека почтенного и заслуженного, и выходка Мартина повергла всех в ужас. Конец обеда прошел в самом погребальном настроении. Судья и мистер Морз вполголоса беседовали между собой; у других разговор вовсе не клеился.</p>
     <p>Когда Мартин и Руфь после обеда остались вдвоем, произошла бурная сцена.</p>
     <p>— Вы невозможный человек, — говорила Руфь, вся в слезах.</p>
     <p>Но его гнев еще не утих, и он грозно бормотал:</p>
     <p>— Скоты! Какие скоты!..</p>
     <p>Когда Руфь сказала, что Мартин оскорбил судью, он возразил:</p>
     <p>— Чем же я его, по-вашему, оскорбил? Тем, что сказал правду?</p>
     <p>— Мне все равно, правда это или нет, — продолжала Руфь, — есть известные границы приличий, и вам никто не давал права оскорблять людей!</p>
     <p>— А кто дал судье Блоунту право оскорблять истину? — воскликнул Мартин. — Оскорбить истину гораздо хуже, чем оскорбить какого-то жалкого человечишку. Но он сделал еще хуже! Он очернил имя величайшего и благороднейшего мыслителя, которого уже нет в живых. Ах, скоты! Ах, скоты!</p>
     <p>Ярость Мартина испугала Руфь. Она впервые видела его в таком неистовстве и не могла понять причины этого безрассудного, с ее точки зрения, гнева. И в то же время Руфь по-прежнему неотразимо влекло к нему, так что она не удержалась и в самый неожиданный момент обхватила руками его шею. Она была оскорблена и возмущена всем, что случилось, и тем не менее голова ее лежала у него на груди, и, прижимаясь к нему, она слушала, как он бормотал:</p>
     <p>— Скоты, ах, скоты!</p>
     <p>И не подняла головы, даже когда он сказал:</p>
     <p>— Я больше не буду портить вам званых обедов, дорогая. Ваши друзья не любят меня, и я не хочу им навязываться. Они так же противны мне, как я им. Фу! Они просто отвратительны! Подумать только, что я когда-то смотрел снизу вверх на людей, которые занимают важные посты, живут в роскошных домах, имеют университетский диплом и банковский счет! Я по своей наивности воображал, что они в самом деле достойны уважения.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать восьмая</p>
     </title>
     <p>— Пойдемте в социалистический клуб! — сказал Бриссенден, едва оправившись после кровохарканья, которое случилось у него полчаса назад — второе за последние три дня. В дрожащих руках он держал неизменный стакан виски.</p>
     <p>— А что мне там делать? — спросил Мартин.</p>
     <p>— Посторонним разрешается брать слово на пять минут, — сказал больной, — вот вы и выступите. Скажите им, почему вы против социализма. Скажите им, что вы думаете о них и об их трущобной этике. Бросьте им в лицо Ницше, пусть заварится каша. Им полезны такие споры, да и вам тоже! Мне бы очень хотелось, чтобы вы стали социалистом, прежде чем я умру. Это придаст смысл вашей жизни и спасет в час разочарования, который, несомненно, наступит.</p>
     <p>— Не понимаю, как вы, именно вы, можете быть социалистом, — заметил Мартин, — ведь вы ненавидите толпу. И правда, какое дело вам, эстету, до ее интересов и стремлений? — Мартин с укоризной показал на виски: — Вас, по-видимому, социализм не спасает.</p>
     <p>— Я очень болен, — отвечал Бриссенден. — Вы другое дело. Вы человек здоровый, у вас все впереди, и вам надо иметь какую-нибудь цель в жизни. Вы удивляетесь, почему я социалист? Ну что ж, скажу. Потому что социализм неизбежен; потому что современный строй прогнил и не может продержаться долго; потому что время вашего всадника на коне прошло. Рабы не пойдут за ним. Рабов слишком много, и они стащат его на землю, едва он успеет занести ногу в стремя. От этого не уйти, вам придется проглотить их мораль. Конечно, это не очень сладко. Но тут уже ничего не поделаешь. Вы с вашими ницшеанскими идеями просто троглодит, Мартин. Что прошло — прошло, и тот, кто говорит, что история повторяется, лжет. Вы правы, я не люблю толпу, но как же быть? Всадника на коне не дождаться, а я предпочту что угодно, только не власть трусливых буржуазных свиней. Идемте. Если я останусь здесь хоть ненадолго, я напьюсь вдребезги! А вы знаете, что говорит доктор? Впрочем, к черту доктора! Мне ужасно хочется оставить его в дураках.</p>
     <p>Был воскресный вечер, и небольшой зал оклендского социалистического клуба был битком набит, главным образом рабочими. Оратор, умный еврей, понравился Мартину, хоть своими речами сразу вызвал в нем чувство протеста. Узкие плечи и впалая грудь оратора изобличали истинного сына гетто, и, глядя на него, Мартин ясно представил себе вечную войну жалких и слабых рабов против горсточки сильных мира сего, которые правили ими искони и всегда будут править. Для Мартина в этом тщедушном человеке заключался символ. Он был воплощением массы хилых и неприспособленных людей, гибнущих по неизбежному биологическому закону на тернистых путях жизни. Они были обречены. Несмотря на хитроумную философию и муравьиную склонность к коллективизму, природа отвергла их ради могучих и сильных людей. Природа отбирала лучшие свои создания, и люди стали подражать ей, разводя сортовые овощи и породистых лошадей. Конечно, творец мира мог придумать кое-что получше, но людям приходится считаться с принятым порядком вещей. Разумеется, перед гибелью они могут извиваться и корчиться, как это делают социалисты, могут собираться и толковать о том, как уменьшить тяготы земного существования и перехитрить вселенную.</p>
     <p>Так думал Мартин, и эти свои соображения он высказал, когда Бриссенден наконец убедил его выступить и задать жару присутствующим. Он взошел на трибуну и, как полагалось, обратился к председателю. Он заговорил сначала очень тихо, слегка запинаясь, стараясь привести в порядок мысли, которые нахлынули на него во время речи того еврея. Каждому оратору на таких митингах предоставлялось пять минут. Но когда истекли положенные пять минут, Мартин только еще успел войти во вкус своей речи, только развертывал критику социалистических доктрин, а так как он возбудил в слушателях большой интерес, то они единогласно потребовали у председателя продлить время. Они увидели в этом неизвестном молодом человеке достойного противника и напряженно следили за каждым его словом. Мартин говорил с необычайным увлечением, не прибегая к околичностям, и, нападая на рабскую мораль, прямо указывал, что под рабами он разумеет именно своих слушателей. Он цитировал Спенсера и Мальтуса и прославлял биологический закон мирового развития.</p>
     <p>— Итак, — резюмировал он свою речь, — не может существовать государство, состоящее только из рабов! Основной закон эволюции действует и здесь! В борьбе за существование, как я уже показал, выживает сильный и потомство сильного, а слабый и его потомство обречены на гибель. И в результате этого процесса сила сильных увеличивается с каждым поколением. Вот что такое эволюция! А вы, рабы, — сознавать себя рабом неприятно, согласен, — вы, рабы, мечтаете об обществе, не подчиняющемся великому закону эволюции. Вы хотите, чтобы хилые и неприспособленные не погибали. Вы хотите, чтобы слабые ели так же, как и сильные, и столько, сколько им хочется. Вы хотите, чтобы слабые наравне с сильными вступали в брак и производили потомство. Каков же будет результат? Сила и жизнеспособность человечества не будет возрастать с каждым поколением. Напротив. Она будет уменьшаться. Вот Немезида вашей «рабской философии». Ваше общество — общество, созданное рабами, для рабов, именем рабов, — начнет постепенно слабеть и разрушаться, пока наконец совсем не погибнет. Помните, я исхожу из биологических законов, а не сентиментальной морали. Государство рабов существовать не может.</p>
     <p>— Ну, а Соединенные Штаты? — крикнул кто-то.</p>
     <p>— Соединенные Штаты? — возразил Мартин. — Тринадцать колоний изгнали своих правителей и образовали так называемую республику. Рабы стали сами себе господами. Господ, правящих с помощью меча, больше не было. Но рабы не могли оставаться без господ, и вот возник новый вид правителей — не смелые, благородные и сильные люди, а жалкие пауки, торгаши и ростовщики! И они поработили вас снова, но не открыто, по праву сильного, а незаметно, разными махинациями, хитростью, обманом и ложью. Они подкупили ваших судей, извратили ваши законы и держат ваших сыновей и дочерей под гнетом, перед которым побледнели все ужасы узаконенного рабства. Два миллиона ваших детей трудятся сейчас под игом промышленной олигархии Соединенных Штатов. Десять миллионов рабов живут, не имея ни крова, ни хлеба. Нет, государство рабов не может существовать, ибо это противоречит биологическому закону эволюции. Как только организуется общество рабов, немедленно наступает упадок и вырождение. Вы отрицаете законы эволюции? Хорошо! Где же тот новый, другой закон, на который вы рассчитываете опереться?</p>
     <p>Формулируйте его. Или это уже сделано? Ну, тогда скажите мне его.</p>
     <p>Мартин сел на свое место под оглушительный шум всей аудитории. Человек двадцать повскакало с мест, требуя слова. Один за другим, с жаром и воодушевлением, усиленно жестикулируя, они под аплодисменты отражали атаку Мартина. Это было настоящее побоище, ожесточенная схватка идей. Многие из ораторов сбивались на общие темы, но большинство непосредственно возражало Мартину. Они кидали ему новые для него мысли; открывали перед ним новые возможности применения старых биологических законов. Они слишком были увлечены, чтобы помнить о вежливости, и председателю несколько раз пришлось призывать их к порядку.</p>
     <p>Случилось, что на собрании присутствовал молодой репортер из начинающих, истомившийся в погоне за сенсацией. Он не обладал ни умом, ни опытом. Он обладал только развязностью газетчика. Он был слишком невежествен, чтобы следить за смыслом спора. Но в нем жила приятная уверенность, что он гораздо выше всех этих болтливых маньяков из рабочего класса. К тому же он весьма уважал сильных мира сего, занимающих высокие посты и определяющих политику наций и газет. У него был даже свой идеал: он мечтал стать первоклассным репортером, таким, который умеет из ничего создавать очень многое.</p>
     <p>Он так и не понял, о чем, в сущности, шел разговор. Да ему и не нужно было знать этого. Он руководствовался отдельными словами, вроде «революция». Как палеонтолог по одной найденной кости восстанавливает целый скелет, так и этот репортер надеялся воспроизвести целую речь по одному только запомнившемуся слову «революция». Этим он и занялся в тот же вечер, и занялся весьма успешно, а так как выступление Мартина вызвало больше всего шума, то репортер решил вложить эту речь ему в уста, изобразив его анархистом, а его реакционный индивидуализм превратив в самый крайний красный социализм. Молодой репортер был не лишен литературного дара и очень живописно изобразил свирепых длинноволосых людей, неврастеников и дегенератов, потрясающих кулаками и издающих злобные возгласы под нестройный гул разъяренной толпы.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать девятая</p>
     </title>
     <p>На следующий день, за утренним кофе, Мартин по обыкновению читал газету. В первый раз в жизни увидал он свое имя, напечатанное крупным шрифтом на первой странице. С изумлением он узнал, что является одним из виднейших лидеров оклендских социалистов. Он пробежал глазами пламенную речь, сочиненную за него молодым репортером, и сначала был возмущен этим бесстыдным измышлением, но в конце концов со смехом отшвырнул газету.</p>
     <p>— Или это писал пьяный, или за этим скрывается какой-то преступный умысел, — казал он Бриссендену, который пришел к нему после обеда и устало опустился на единственный стул. Сам Мартин по обыкновению сидел на кровати.</p>
     <p>— А вам не все ли равно? — сказал Бриссенден. — Неужели вы придаете значение мнению буржуазных свиней, которые читают газеты?</p>
     <p>Мартин на минуту задумался.</p>
     <p>— Конечно, мне нет до них никакого дела. Я только боюсь, как бы это не осложнило моих отношений с семьею Руфи. Ее отец уверен, что я социалист, а эта писанина послужит подтверждением. Мне наплевать, что он думает, но все-таки… А впрочем, какая разница? Я хочу прочесть вам то, что я сегодня написал. Все тот же «Запоздалый», конечно. Уже около половины готово.</p>
     <p>Мартин только что начал читать, как вдруг Мария отворила дверь и впустила прилично одетого молодого человека, который быстро огляделся по сторонам, задержал взгляд на керосинке и кухонном ящике и наконец обратил его на Мартина.</p>
     <p>— Садитесь! — сказал Бриссенден.</p>
     <p>Мартин подвинулся, чтобы дать гостю место, и вопросительно посмотрел на него.</p>
     <p>— Я слышал вашу вчерашнюю речь, мистер Иден, — начал молодой человек после непродолжительного молчания. — Я бы хотел проинтервьюировать вас.</p>
     <p>Бриссенден разразился хохотом.</p>
     <p>— Собрат-социалист? — спросил репортер, кидая быстрый взгляд на Бриссендена и словно мысленно прикидывая, какой эффект будет иметь описание этого живого мертвеца.</p>
     <p>— И он написал этот отчет, — задумчиво произнес Мартин, — такой мальчишка?</p>
     <p>— Почему бы вам не вздуть его? — спросил Бриссенден. — Я бы отдал сейчас тысячу долларов за то, чтобы на пять минут вернуть себе здоровые легкие.</p>
     <p>Юный журналист был несколько ошеломлен этим разговором, который велся так, будто его тут не было. Но он только что удостоился похвалы редактора за блестящий отчет о социалистическом митинге и получил задание проинтервьюировать Мартина Идена, лидера организованных врагов существующего порядка.</p>
     <p>— Вы не возражаете, если мы вас сфотографируем, мистер Иден? — спросил он. — Я захватил с собой фотографа, и он говорит, что нужно поторопиться. А то солнце сядет. Мы можем побеседовать с вами после.</p>
     <p>— Фотограф? — протянул Бриссенден. — Ну, что же вы, Мартин? Вздуйте его!</p>
     <p>— Старею я, видно, — отвечал Мартин. — Вот знаю, что его нужно вздуть, но как-то энергии не хватает. Да и ради чего?</p>
     <p>— Ради его бедной матери, — возразил Бриссенден.</p>
     <p>— Пожалуй, это веское соображение, — согласился Мартин, — но все равно оно не вызывает у меня прилива энергии. Ведь для того, чтобы вздуть кого-нибудь, необходимо затратить энергию. Да и стоит ли?</p>
     <p>— Вот именно, не стоит, — веселым тоном подхватил репортер, хотя опасливо оглянулся на дверь.</p>
     <p>— Конечно, в том, что он написал, не было ни слова правды, — продолжал Мартин, обращаясь к Бриссендену.</p>
     <p>— Видите ли, это было как бы описание в общих чертах… — рискнул объяснить юноша. — Но для вас это, между прочим, великолепная реклама… Согласитесь сами.</p>
     <p>— Учтите, Мартин, это для вас реклама! — торжественно провозгласил Бриссенден.</p>
     <p>— Да, да!.. И я должен с этим согласиться.</p>
     <p>— Разрешите узнать, мистер Иден, где вы родились? — спросил репортер, изображая на своем лице напряженное внимание.</p>
     <p>— Заметьте, он ничего не записывает, — ввернул Бриссенден, — он все запоминает.</p>
     <p>— Для меня этого вполне достаточно. — Юноша всячески старался скрыть свою тревогу. — Опытный репортер обходится без всяких записей.</p>
     <p>— Это сразу видно… по вашему вчерашнему отчету. Бриссенден не был сторонником идеи непротивления злу, а потому вскричал вдруг, сразу переменив тон:</p>
     <p>— Мартин! Если вы не изобьете его, то я изобью! Умру, но изобью!</p>
     <p>— Отшлепать, пожалуй, будет достаточно? — спросил Мартин.</p>
     <p>Бриссенден подумал, затем кивнул головой. В следующий миг репортер уже лежал лицом вниз на коленях у Мартина.</p>
     <p>— Только не кусаться, — предупредил Мартин, — не то я должен буду разбить вашу симпатичную мордочку. А это будет жаль.</p>
     <p>Его правая рука стала мерно подниматься и опускаться. Юноша визжал, вырывался, ругался, но кусаться не смел. Бриссенден спокойно наблюдал эту сцену. Только дин раз он не выдержал, схватил пустую бутылку и воскликнул:</p>
     <p>— Дайте мне тоже разок ударить!</p>
     <p>— К сожалению, я больше не в состоянии, — сказал наконец Мартин. — Рука совсем онемела.</p>
     <p>Он схватил репортера за шиворот, встряхнул и посадил на кровать.</p>
     <p>— Я заявлю в полицию! Вас арестуют! — кричал тот. Слезы негодования текли по его горящим щекам. — Вы ответите за это. Берегитесь!</p>
     <p>— Вот тебе и раз, — сказал Мартин, — он так и не понимает, что пошел по скользкой дорожке. Он почему-то не понимает, что нечестно, неприлично, недостойно мужчины лгать про своего ближнего так, как он это сделал.</p>
     <p>— Ну что ж, вот он и пришел, чтобы вы ему это объяснили, — вставил Бриссенден.</p>
     <p>— Да, он пришел ко мне, оклеветав и осрамив меня предварительно. Теперь мой лавочник наверняка откажет мне в кредите. Но хуже всего, что бедный мальчик никогда уже не сойдет с этого пути, пока из него не выработается первоклассный журналист и первоклассный негодяй.</p>
     <p>— Еще есть время, — возразил Бриссенден. — Может быть, именно вам, суждено обратить его на путь истинный. Ах, почему вы мне не дали ударить его хоть разочек. Мне так хотелось принять участие в этом добром деле!</p>
     <p>— Вас обоих посадят в тюрьму! — всхлипывала заблудшая душа. — С-с-скоты!</p>
     <p>— У него слишком смазливая рожица, — произнес Мартин, покачав головой, — боюсь, что я зря натрудил себе руку. Этого молодого человека не исправишь. Он, несомненно, станет первоклассным журналистом. У него совершенно нет совести! Одно это поможет ему выдвинуться.</p>
     <p>Тут молодой человек стремительно вылетел из комнаты, со страхом прошмыгнув мимо Бриссендена, который продолжал держать в руке бутылку.</p>
     <p>На следующий день Мартин узнал о себе много нового и интересного. «Да, мы враги общества, — оказывается, сказал он в беседе с представителем прессы, — но мы не анархисты! Мы социалисты!» Когда репортер заметил ему, что между двумя этими школами нет особенной разницы, Мартин пожал плечами в знак молчаливого согласия. Выяснилось, что лицо у него резко асимметричное и носит все признаки вырождения. Особенно характерны узловатые руки и кровожадно сверкающие глаза.</p>
     <p>Мартин прочел также, что почти каждый вечер он выступает на рабочих митингах в Сити-Холл-парке и из всех анархистов и агитаторов, отравляющих там умы народа, пользуется наибольшим успехом и произносит наиболее революционные речи. Репортер подробно живописал его каморку, не забыл упомянуть о керосинке, об единственном стуле и изобразил также в ярких красках его приятеля — бродягу с лицом мертвеца, весь вид которого наводил на мысль, что его только что выпустили из тюрьмы после двадцатилетнего заключения.</p>
     <p>Молодой репортер проявил большую расторопность. Он разнюхал всю семейную историю Мартина Идена и сумел добыть фотографию лавки мистера Хиггинботама и самого мистера Бернарда Хиггинботама, стоящего у дверей. Упомянутый джентльмен был описан как почтенный и здравомыслящий коммерсант, который не только не разделяет социалистических взглядов своего шурина, но и вообще не желает иметь с этим шурином ничего общего. По его словам, Мартин Иден был просто лентяй, бездельник, который не хотел работать, хотя ему не раз делали выгодные предложения, и, без сомнения, должен был рано или поздно угодить в тюрьму. Был проинтервьюирован и Герман фон Шмидт. Он назвал Мартина «уродом в семье» и тоже отказался от всякой родственной связи с ним. «Он хотел было сесть мне на шею, — сказал между прочим Герман фон Шмидт, — но этот номер не прошел. Я отучил его шляться сюда. От такого бездельника нельзя ожидать ничего путного!»</p>
     <p>На этот раз Мартин рассердился всерьез. Бриссенден смотрел на происшествие как а забавную шутку, но не мог успокоить Мартина. Мартин знал, что объяснение с Руфью будет нелегким делом. Что же до ее отца, так тот, наверное, постарается воспользоваться этой нелепой выдумкой, чтобы расстроить помолвку. Мрачные предположения Мартина не замедлили подтвердиться. На другой день почтальон принес письмо от Руфи. Мартин, предчувствуя недоброе, тут же вскрыл конверт и начал читать, даже не затворив дверь за почтальоном.</p>
     <p>Читая, Мартин машинально шарил рукою в кармане, ища табак и курительную бумагу, которые прежде всегда носил при себе. Он не сознавал, что карман его давно уже пуст, не отдавал себе даже отчета в том, чего он там ищет.</p>
     <p>Письмо было выдержано в спокойном тоне. Никаких следов гнева в нем не было, но от первой до последней строчки оно дышало обидой и разочарованием. Он не оправдал ее надежд, писала Руфь. Она думала, что он покончит со своими ужасными замашками, что ради любви к ней он в самом деле готов зажить скромной и благопристойной жизнью. А теперь папа и мама решительно потребовали, чтобы помолвка была расторгнута. И она не могла не признать их доводов основательными. Ничего хорошего из их отношений не получится. Это с самого начала было ошибкой. В письме был только один упрек, и он показался Мартину особенно горьким. «Если бы вы захотели поступить на службу, постарались найти себе какое-то место в жизни! — писала Руфь. — Но это невозможно. Вы слишком привыкли к разгульной и беспорядочной жизни. Я понимаю, что вы не виноваты. Вы действовали согласно своей природе и своему воспитанию. Я и не виню вас, Мартин, помните это. Папа и мама оказались правы: мы не подходим друг к другу, и надо радоваться, что это обнаружилось не слишком поздно… Не пытайтесь увидеться со мной, — заканчивала она, — это свидание было бы тяжело и для нас обоих и для моей мамы. Я и так чувствую, что причинила ей немало огорчений, и не скоро удастся мне загладить свою вину».</p>
     <p>Мартин дочитал письмо до конца, внимательно перечел еще раз. Затем он сел и стал писать ответ. Он изложил все то, что говорил на социалистическом митинге, обвиняя газету в самой бессовестной клевете. В конце письма объяснения и оправдания переходили в страстную речь влюбленного, молящего о любви. «Ответьте мне непременно, — писал он, — напишите только одно — любите вы меня или нет? Это — самое главное».</p>
     <p>Но прошел день, другой, ответа не было. «Запоздалый» лежал раскрытым все на той же странице, а груда возвращенных рукописей под столом продолжала расти. Впервые за всю свою жизнь испытал Мартин муки бессонницы. Три раза приходил он к Морзам, но все три раза лакей не пускал его дальше двери. Бриссенден лежал больной, и Мартин, навещая его, не решался посвятить его в свои горести.</p>
     <p>А горестей у Мартина было немало. Последствия репортерской проделки превзошли се его ожидания. Португалец-бакалейщик отказал ему в кредите, а зеленщик, любивший похваляться своим чисто американским происхождением, объявил Мартина изменником родины и в припадке патриотизма даже уничтожил его счет, запретив ему являться для уплаты долга. Соседи были настроены против Мартина, и негодование их с каждым днем возрастало. Никто не желал поддерживать отношения с предателем-социалистом. Бедную Марию терзали страхи и сомнения, но она оставалась верна Мартину. Соседские ребятишки, у которых уже изгладилось впечатление от роскошной коляски, некогда привозившей гостей к Мартину, теперь кричали ему издали «Лодырь!» и «Бродяга!». Только детвора Марии держалась твердо, защищала Мартина, не раз вступала в битвы из-за него, а Мария, видя синяки и разбитые носы своих детишек, приходила в еще большее отчаяние.</p>
     <p>Встретив однажды на улице Гертруду, Мартин узнал от нее то, в чем и раньше не сомневался: что Бернард Хиггинботам вне себя от возмущения, считает, что Мартин опозорил всю семью, и запретил ему бывать у них в доме.</p>
     <p>— Уехал бы ты куда-нибудь, Мартин, — просила Гертруда. — Уезжай и постарайся строиться на какое-нибудь приличное место. А там, когда все уляжется, можешь и вернуться.</p>
     <p>Мартин покачал головой и не стал вдаваться в объяснения. Да и как мог он объяснить! Между ним и его родными зияла пропасть. Он уже не способен перескочить через нее! Смешно объяснять Гертруде свое отношение к социализму — отношение ницшеанца! Не было таких слов в языке, которыми он мог бы растолковать этим людям свои взгляды и свои поступки. Все их рассуждения сводились к одному: найти себе место. Это было первое и последнее слово. Этим исчерпывался их кругозор. Найди себе место! Поступи на службу! Бедные, тупые рабы, думал Мартин, слушая Гертруду. Не удивительно, что сильные завладели миром! Рабы не могли вырваться из круга своих рабских представлений. «Служба» была для них золотым фетишем, предметом обожествления, перед которым они смиренно повергались ниц.</p>
     <p>Гертруда предложила ему денег, но Мартин отрицательно покачал головою, хотя знал, что через несколько дней ему опять придется закладывать костюм.</p>
     <p>— Бернарду ты пока на глаза не попадайся, — наставляла его Гертруда. — Пройдет месяц-другой, он успокоится, и тогда можешь даже попроситься к нему возчиком, если захочешь. А если я тебе понадоблюсь, присылай за мной в любое время, и я к тебе приду. Слышишь?</p>
     <p>Гертруда расплакалась и пошла прочь, а Мартин, видя ее тяжелую, усталую походку, чувствовал, как сжалось у него сердце от невыносимой тоски. И когда он глядел вслед сестре, здание ницшеанства вдруг дрогнуло и зашаталось. Хорошо было рассуждать о какой-то абстрактной категории рабов, но не так-то легко оказалось прилагать теории к своим близким. А между тем, если нужен пример слабого, угнетаемого сильным существа, то лучше Гертруды не найти. Мартин даже угрюмо усмехнулся этому парадоксу. Хорош же он ницшеанец, если начинает колебаться в своих взглядах, как только у него дрогнет сердце; да в конце концов разве в данную минуту не та же рабская мораль сказывается в нем, разве его жалость к сестре не рабское чувство? Настоящий сильный человек должен быть выше жалости и сострадания. Эти чувства родились в подземельях, где обитали рабы, и были лишь жалким уделом слабых и несчастных.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава сороковая</p>
     </title>
     <p>Работа над «Запоздалым» не двигалась. Рукописи, которые Мартин посылал в редакции, валялись под столом. Только одна рукопись еще продолжала странствовать. То была «Эфемерида» Бриссендена. Велосипед и черный костюм Мартина снова отправились в заклад, а за пишущую машинку, по обыкновению, был просрочен платеж. Но это уже нисколько не тревожило Мартина. Он должен был найти себе новую цель в жизни, и пока эта опора не была найдена, жизнь как будто остановилась.</p>
     <p>Прошло несколько недель, и вот однажды случилось то, чего Мартин давно ожидал. Он встретил на улице Руфь. Правда, она шла не одна, а со своим братом Норманом; правда, они оба сделали вид, что не узнали Мартина, а когда он хотел подойти, Норман попытался не подпустить его.</p>
     <p>— Если вы осмелитесь приставать к моей сестре, — сказал он, — я позову полисмена; она не желает с вами разговаривать, и ваша навязчивость оскорбительна.</p>
     <p>— Лучше не затевайте спора, — мрачно ответил Мартин, — не то вам в самом деле придется звать полисмена, и тогда ваше имя попадет в газеты. Посторонитесь и не мешайте. Мне нужно поговорить с Руфью.</p>
     <p>— Я хочу слышать это из ваших уст, — сказал он ей. Она побледнела и задрожала, но остановилась и взглянула на него вопросительно.</p>
     <p>— Ответьте мне на вопрос, который я задал вам в письме, — настаивал он.</p>
     <p>Норман сделал было нетерпеливое движение, но Мартин взглядом смирил его. Руфь покачала головой.</p>
     <p>— Вы действовали по доброй воле? — спросил Мартин.</p>
     <p>— Да, — проговорила она тихо, но твердо, — действовала по доброй воле. Вы опозорили меня, мне стыдно встречаться со знакомыми. Все теперь толкуют обо мне. Вот все, что я могу вам сказать. Вы сделали меня несчастной, и я больше не хочу вас видеть.</p>
     <p>— Знакомые! Сплетни! Газетное вранье! Такие вещи не могут оказаться сильнее любви! Значит, вы никогда не любили меня.</p>
     <p>Бледное лицо Руфи вспыхнуло.</p>
     <p>— После всего того, что произошло? — произнесла она. — Мартин, вы сами не знаете, что говорите! За кого вы меня принимаете?</p>
     <p>— Вы видите, она не хочет с вами разговаривать! — воскликнул Норман, взяв сестру под руку, чтобы увести ее.</p>
     <p>Мартин поглядел им вслед и машинально полез в карман за папиросной бумагой и табаком, которых там не было.</p>
     <p>До Северного Окленда путь был не близок; но Мартин не заметил, как прошел этот путь. Опомнился он в своей комнате на кровати и огляделся растерянно, как проснувшийся лунатик. В глаза бросилась рукопись «Запоздалого», лежавшая на столе; он придвинул стул и взялся за перо. Его натуре свойственно было стремление доводить начатое до конца. А тут перед ним была неоконченная работа. В свое время он отложил ее, чтобы заняться другим делом. Теперь это другое дело было кончено, и надо было опять вернуться к «Запоздалому». Что будет он делать потом, Мартин не знал. Он знал только одно: какой-то этап в его жизни пришел к концу и нужно было закруглить фразу, прежде чем поставить точку. Будущее не интересовало его. Вероятно, он скоро узнает, что ждет его. Но это было не так уж важно. Все было неважно.</p>
     <p>Пять дней Мартин работал над «Запоздалым», никуда не выходя, никого не видя и едва отрываясь, чтобы кое-как поесть. На шестой день утром почтальон принес ему письмо от редактора «Парфенона». Вскрыв конверт, он сразу увидел, что «Эфемерида» принята.</p>
     <p>«Мы дали поэму для прочтения мистеру Картрайту Брюсу, — писал редактор, — и он так благоприятно отозвался о ней, что мы сочтем за удовольствие напечатать ее в нашем журнале. Если мы откладываем печатание поэмы до августовского номера, то только потому, что июльский уже набран. Передайте мистеру Бриссендену нашу глубочайшую признательность и наше восхищение. Не откажите прислать его портрет и биографические данные. Если предлагаемый нами гонорар покажется недостаточным, благоволите телеграфировать, какие условия вы сочли бы приемлемыми».</p>
     <p>Так как предложенный гонорар составлял триста пятьдесят долларов, то Мартин решил, что телеграфировать не стоит. Оставалось лишь добиться согласия Бриссендена. В конце концов Мартин оказался прав. Нашелся редактор, который понимал кое-что в истинной поэзии. И гонорар был блестящий, даже для «поэмы века». Кроме того, Мартин знал, что Бриссенден считал Картрайта Брюса единственным из всех критиков, заслуживающим уважения.</p>
     <p>Мартин вышел из дому, сел в трамвай и, глядя на мелькавшие мимо дома и перекрестки, с грустью думал о том, что его не волнует ни успех друга, ни держанная победа. Лучший критик в Соединенных Штатах оценил поэму по достоинству, и, следовательно, Мартин не ошибался, утверждая, что настоящее произведение искусства в конечном счете пробьет себе дорогу в печать. Но прежнего энтузиазма не было, и Мартин отлично сознавал, что ему скорее хотелось просто повидать Бриссендена, чем сообщить радостную новость. Только теперь Мартину пришло в голову, что за все пять дней, проведенных в работе над «Запоздалым», он не имел от Бриссендена никаких известий и даже ни разу не вспомнил о нем. Мартин понял, что находится в состоянии какого-то духовного оцепенения, и ему стало стыдно перед другом. Но и стыд он ощущал как-то вяло. Ничто не волновало его, кроме творческого подъема, который он испытывал над рукописью «Запоздалого». Все остальное было ему безразлично. Он находился словно в каком-то трансе. Жизнь, кипевшая на улицах, по которым бежал трамвай, казалась ему далекой и призрачной, и он не очень бы удивился, если бы церковная колокольня вдруг рассыпалась у него на глазах.</p>
     <p>Войдя в гостиницу, он торопливо поднялся в номер Бриссендена и через минуту так же торопливо спустился вниз. Комната была пуста. Все вещи были вынесены.</p>
     <p>— Разве мистер Бриссенден уехал? — спросил Мартин у портье. — Он не оставил своего адреса?</p>
     <p>Тот как-то странно посмотрел на него.</p>
     <p>— Да разве вы ничего не слыхали? — сказал он. Мартин отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Все газеты писали об этом. Его нашли мертвым в постели. Самоубийство! Выстрелил себе в голову.</p>
     <p>— Его уже похоронили?</p>
     <p>Мартину показалось, что этот вопрос задал чей-то чужой, незнакомый голос.</p>
     <p>— Нет. После следствия тело было отправлено на Восток. Адвокаты, приглашенные его родными, уладили все это дело.</p>
     <p>— А почему они так спешили? — проговорил Мартин.</p>
     <p>— Как спешили? Да ведь это произошло пять дней тому назад!</p>
     <p>— Пять дней тому назад?</p>
     <p>— Да, пять дней.</p>
     <p>— Ах, вот оно что! — пробормотал Мартин и вышел из гостиницы.</p>
     <p>По дороге он зашел на телеграф и известил издателя «Парфенона», что он может печатать поэму. Телеграмму он послал наложенным платежом, потому что в кармане у него оставалось всего пять центов на обратный проезд.</p>
     <p>Вернувшись к себе, Мартин опять принялся за работу. Шли дни и ночи, а он все сидел за столом и писал. Он почти не выходил из дому, равнодушно ел, если было из чего сварить похлебку или кашу, и так же равнодушно обходился без еды, когда варить было нечего. Хотя вся повесть была заранее продумана во всех подробностях, он решил по-иному строить экспозицию, что удлинило ее на двадцать тысяч слов. Не было, казалось, никакой необходимости так тщательно отделывать рукопись, но иначе он работать уже не мог. Он писал, словно в оцепенении, перестав воспринимать окружающий мир, он обращался к творческим навыкам своей прошлой жизни, подобно тому как привидение бродит среди знакомых мест. Ему вспомнились чьи-то слова о том, что привидение — это дух человека, который умер, хотя сам не сознает этого. И на какое-то мгновение Мартин задумался: не происходит ли и с ним нечто подобное?</p>
     <p>Наконец пришел день, когда «Запоздалый» был окончен. Агент прокатной конторы пришел за пишущей машинкой и, сидя на кровати Мартина, дожидался, когда он допишет последнюю страницу. «Конец» — выстукал на машинке Мартин, и для него это был в самом деле конец. С чувством некоторого облегчения он смотрел, как агент взял машинку и унес ее. После этого он упал на кровать. Он совершенно ослаб от голода. Он не ел уже тридцать шесть часов и даже ни разу не вспомнил о пище. Он лежал на спине, закрыв глаза, и какой-то туман постепенно заволакивал его сознание. В полусне он бормотал какое-то стихотворение, которое часто читал Бриссенден. Мария, стоя за дверью, с тревогой прислушивалась к монотонному бормотанию своего жильца. Слова стихотворения не имели для нее никакого смысла, но ее пугало, что Мартин говорит сам с собой.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Лира, прочь!</v>
       <v>Я песню спел!</v>
       <v>Тихо песни отзвучали,</v>
       <v>Словно призраки печали,</v>
       <v>Утонули в светлой дали.</v>
       <v>Лира, прочь!</v>
       <v>Я песню спел!</v>
       <v>Я когда-то пел под кленом,</v>
       <v>Пел в лесу темно-зеленом,</v>
       <v>Я был счастлив, юн и смел.</v>
       <v>А теперь я петь бессилен,</v>
       <v>Слезы горло мне сдавили.</v>
       <v>Молча я бреду к могиле.</v>
       <v>Лира, прочь!</v>
       <v>Я песню спел!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Мария не выдержала; она кинулась к печке, налила полную миску супа, щедро зачерпнув со дна кастрюли крошеного мяса и овощей, и побежала к Мартину. Приподнявшись на локте, он начал есть, уверяя ее, что вовсе не бредит и что совершенно здоров.</p>
     <p>Когда Мария ушла, Мартин сел на кровать и долго сидел так, сгорбившись и бессмысленно глядя в одну точку, пока не заметил, что перед ним лежит номер журнала, присланный с утренней почтой. «Это «Парфенон», — подумал он, — августовский «Парфенон», и в нем должна быть напечатана «Эфемерида». Ах, если бы Бриссенден был жив!»</p>
     <p>Он стал перелистывать страницы журнала и вдруг остолбенел: «Эфемерида» была украшена пышным заголовком и заставками в стиле Бердсли; с одной стороны заголовка находился портрет Бриссендена, а с другой — сэра Джона Вэлью, британского посла. В предисловии от редакции сообщалось, что сэр Джон Вэлью недавно сказал, будто в Америке нет поэтов, и, печатая «Эфемериду», «Парфенон» как бы отвечает ему: «Нате-ка, получите, сэр Джон Вэлью!» О Картрайте Брюсе говорилось как о величайшем американском критике и приводились его слова: «Эфемерида» — величайшее произведение американской поэзии». Заканчивалось предисловие так: «Мы еще не можем оценить все красоты «Эфемериды»; быть может, нам никогда не удастся вполне оценить ее. Но, читая и перечитывая поэму, мы изумлялись необычайному словесному богатству мистера Бриссендена и не раз спрашивали себя, как и откуда мог мистер Бриссенден почерпнуть такое сокровище слов и так искусно скомпоновать их».</p>
     <p>Затем следовала сама поэма.</p>
     <p>«Хорошо, что ты умер, бедный Брис!» — подумал Мартин, уронив журнал на пол.</p>
     <p>Все было пошло и мерзко до тошноты, но настоящего омерзения Мартин не почувствовал. Ему хотелось рассердиться, но не хватало энергии. Он словно отупел. Кровь застыла в его жилах и не могла бурлить от возмущения. В конце концов что тут особенного? Вполне в духе буржуазного общества, которое так глубоко ненавидел Бриссенден.</p>
     <p>— Бедный Брис! — пробормотал Мартин. — Он никогда бы не простил мне этого!</p>
     <p>С усилием поднявшись, Мартин выдвинул ящик, где прежде у него хранилась бумага для машинки. Порывшись в нем, он извлек одиннадцать стихотворений, написанных его другом. Он медленно разорвал их одно за другим и бросил в корзинку. Потом опять сел на кровать и невидящим взглядом уставился в пустоту.</p>
     <p>Сколько времени просидел он так, он не знал; наконец из туманного пространства возникла перед ним длинная ярко-белая полоса. Это было очень странно. Но, вглядевшись, Мартин увидел, что это линия прибоя у кораллового рифа где-то в Тихом океане. Мгновение спустя он разглядел в белой пене челнок, маленький, утлый челнок. Молодой бронзовокожий бог, опоясанный пурпурной тканью, сидел на корме, погружая в волны сверкающее весло. Мартин узнал его. Это был Моти, младший сын вождя Тами, — стало быть, это происходило у берегов Таити, и за коралловым рифом лежала чудесная страна Папара, где возле самого устья реки стояла тростниковая хижина вождя.</p>
     <p>Наступил вечер, и Моти возвращался с рыбной ловли. Он ждал большой волны, которая перенесла бы его через риф. Мартин увидел и самого себя сидящим в челноке, как бывало не раз, и готовым, по сигналу Моти, бешено заработать веслами, как только встанет над ними бирюзовая громада волны. В следующий миг он перестал быть зрителем; он на самом деле сидел в челноке и с ожесточением греб под дикие возгласы Моти. Они пронеслись вперед, среди грохота и шипения, обдаваемые брызгами, и вдруг очутились в тихой, неподвижной лагуне. Моти, смеясь, протирал глаза, залитые соленой водой, а челнок скользил к коралловому берегу, где среди стройных кокосовых пальм видна была хижина Тами, вся золотая в лучах заходящего солнца.</p>
     <p>Но видение вдруг затуманилось, и перед глазами Мартина возник опять беспорядок его тесной каморки. Напрасно силился он снова увидеть Таити. Он знал, что теперь в пальмовой роще звучат песни и девушки пляшут при лунном свете. Но он ничего не видел больше, кроме стола, заваленного бумагами, и тусклого, давно не мытого окна. Он со стоном закрыл глаза и погрузился в сонное забытье.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава сорок первая</p>
     </title>
     <p>Всю ночь Мартин проспал тяжелым сном, а утром его разбудил стук почтальона. Усталый и безучастный ко всему Мартин вскрывал полученные письма. В одном из них, со штампом известного «пиратского» журнала на конверте, оказался чек на двадцать два доллара. Этих денег он добивался почти полтора года. Но теперь, получив их, он остался равнодушным. Он уже неспособен был замирать от восторга при виде издательских чеков. Прежде чеки казались ему залогом будущих великих успехов, а сейчас перед ним лежали просто двадцать два доллара, на которые можно было купить чего-нибудь поесть. Вот и все.</p>
     <p>С этой же почтой пришел еще чек на десять долларов — от одного нью-йоркского журнала за юмористические стишки, принятые уже давно. Мартину пришла в голову идея, которую он тут же хладнокровно обдумал. Он не знал, что будет делать дальше, и не испытывал желания что-нибудь делать. А между тем надо было жить, надо было платить долги. Не выгоднее ли истратить эти десять долларов на марки и вновь отправить в путешествие валявшуюся под столом груду рукописей? Может быть, одну или две где-нибудь примут. А это даст ему возможность просуществовать. Мартин так и сделал. Получив по чекам в оклендском банке, он купил марок. Но мысль вернуться в свою каморку и приняться за стряпню показалась ему невыносимой. В первый раз он решил пренебречь долгами. Он отлично знал, что дома можно сытно пообедать за пятнадцать — двадцать центов. Но вместо этого отправился в кафе «Форум» и заказал обед, обошедшийся в два доллара. Он дал двадцать пять центов на чай и пятьдесят истратил на египетские папиросы. Он не курил с тех пор, как Руфь запретила ему. Но теперь у него не было никаких причин отказывать себе в удовольствии, а курить очень хотелось. И стоит ли беречь деньги? Конечно, за пять центов он мог купить табаку и бумаги на сорок самокруток, но какой смысл? Деньги не имели для него никакого значения, кроме того, что на них сейчас, сегодня можно было что-то купить! Он остался без руля и без компаса, и торопиться ему было некуда. Плывя по течению, он меньше ощущал жизнь; а ощущение жизни причиняло боль.</p>
     <p>Дни проходили за днями, похожие один на другой; спал Мартин теперь по восьми часов в сутки. Хотя в ожидании новых чеков он кормился в японских ресторанчиках, где можно поесть за десять центов, он даже пополнел. Щеки его округлились, потому что он не изнурял себя недосыпанием и напряженной работой. Он ничего не писал, его книги мирно отдыхали на полке. Мартин часто уходил за город на холмы, долгие часы проводил в парке. У него не было ни друзей, ни знакомых, да и не хотелось их заводить. К чему? Он безотчетно ожидал какого-нибудь толчка извне, который вновь привел бы в движение его остановившуюся жизнь.</p>
     <p>А пока существование оставалось томительным, однообразным, пустым и лишенным всякого смысла.</p>
     <p>Однажды он вздумал съездить в Сан-Франциско, повидаться с «настоящими людьми». Но у самых дверей он вдруг круто повернулся и торопливо пошел назад по людным улицам гетто. Мысль, что он услышит сейчас философские споры, так испугала его, что он почти бежал, боясь, как бы не повстречался ему кто-нибудь из «настоящих людей» и не признал его.</p>
     <p>Иногда он просматривал журналы и газеты, чтобы осведомиться, что пишут об «Эфемериде». Поэма наделала шуму. Но какого шуму! Все прочли, и все спорили о том, поэзия это или нет. Местные газеты были полны ученых статей, иронических рецензий, взволнованных читательских писем — все по поводу этой поэмы. Элен Делла Дельмар (под звуки труб и бой барабанов провозглашенная величайшей поэтессой Соединенных Штатов) не пожелала освободить для Бриссендена место рядом с собой на Пегасе и писала многословные письма к читающей публике, доказывая, что он вовсе не поэт.</p>
     <p>«Парфенон» в очередном номере самодовольно пожинал плоды поднятого им шума, издевался над сэром Джоном Вэлью и бессовестно использовал смерть Бриссендена в целях рекламы. Одна газета, имевшая будто бы больше полумиллиона подписчиков, напечатала поэму Элен Деллы Дельмар, где высмеивался Бриссенден. Не успокоившись на этом, поэтесса написала еще и пародию на «Эфемериду».</p>
     <p>Мартин не раз радовался, что друг его не дожил до этого часа. Он ненавидел толпу, а теперь толпе было брошено на поругание самое для него святое и сокровенное. Сотворенная им красота ежедневно подвергалась вивисекции. Каждый ничтожный щелкопер радовался случаю покрасоваться перед публикой в лучах величия Бриссендена. Одна газета писала: «Мы получили письмо от одного джентльмена, который сообщает, что сочинил в точности такую же поэму, только лучше, уже несколько лет тому назад». Другая газета совершенно серьезно замечала, упрекая Элен Деллу Дельмар за ее пародию: «Мисс Дельмар, написав эту пародию, очевидно, забыла о том, что великий поэт всегда должен уважать другого, быть может, еще более великого. Но несомненно одно: хотя мисс Дельмар несколько ревниво относится к успеху «Эфемериды», она, как и все, находится под впечатлением этого произведения, и, быть может, настанет день, когда она сама попробует написать нечто подобное».</p>
     <p>Проповедники избрали «Эфемериду» темою для своих проповедей, и один из них, пытавшийся защищать ее, был обвинен в ереси. Великая поэма послужила увеселению почтеннейшей публики. Поставщики комических стишков и карикатуристы наперебой старались рассмешить читателей, фельетонисты тоже упражнялись в остроумии, рассказывая, как некий Чарли Френшэм по секрету сказал Арчи Дженнингсу, что от пяти строк из «Эфемериды» человек способен прибить калеку, а от десяти — броситься в реку вниз головой.</p>
     <p>Мартин не смеялся, но и не скрежетал зубами от ярости. Ему было лишь невыносимо грустно. После того как рухнул его мир, увенчанный любовью, крушение веры в печать и в публику уже не казалось катастрофой. Бриссенден был прав в своем мнении о журналах, и Мартин зря потратил столько времени, чтобы убедиться в его правоте. Журналы не только подтвердили опасения Бриссендена, они их превзошли. Ну что ж, это конец, мрачно утешал себя Мартин. Он хотел взлететь в заоблачную высь, а свалился в зловонное болото.</p>
     <p>И опять перед ним возникли прекрасные, светлые картины далекого Таити! Вот равнинные Паумоту, вот гористые Маркизские острова. Мартину часто казалось, что он стоит на палубе торговой шхуны или на маленьком, хрупком катере, плывущем мимо рифов Папеэты или вдоль жемчужных отмелей Нукухивы к бухте Тайо-хаэ, где, он знал, Тамари заколет кабана в честь его прибытия, а дочери Тамари окружат его со смехом и песнями и украсят цветочными гирляндами. Тихий океан настойчиво звал его, и Мартин знал, что рано или поздно он откликнется на этот зов. А пока он продолжал плыть по течению, отдыхая после своего долгого утомительного путешествия по великому царству знания.</p>
     <p>Получив от «Парфенона» чек на триста пятьдесят долларов, Мартин передал его под расписку душеприказчику Бриссендена и, в свою очередь, дал ему расписку в том, что остался должен Бриссендену сто долларов.</p>
     <p>Однако время японских ресторанчиков уже кончалось для Мартина. Как раз в тот миг, когда он прекратил борьбу, колесо фортуны повернулось. Но оно повернулось слишком поздно. Без всякого волнения он вскрыл конверт «Миллениума», из которого выпал чек на триста долларов. Это был гонорар за «Приключение». Долги Мартина, включая ссуду под заклад со всеми процентами, не достигали и ста долларов. Уплатив их и переслав сто долларов душеприказчику Бриссендена, Мартин оказался обладателем огромной для него суммы в сто долларов. Он заказал себе хороший костюм и начал обедать в лучших кафе города. Жил он в той же маленькой комнатке у Марии, но его новый костюм произвел на соседей столь сильное впечатление, что мальчишки больше не решались кричать ему с крыш и заборов, что он бродяга и лодырь.</p>
     <p>«Вики-Вики», его «гавайский» рассказ, был куплен «Ежемесячником Уоррена» за двести пятьдесят долларов. «Северное обозрение» напечатало «Колыбель красоты», а «Журнал Макинтоша» принял «Гадалку» — стихотворение, написанное им в честь Мэриен. Редакторы и рецензенты вернулись после летнего отдыха, и рукописи оборачивались необыкновенно быстро. Мартин никак не мог понять, почему все то, что так упорно отвергалось в продолжение двух лет, теперь принималось почти без разбора. Ведь ни одна из его вещей еще не успела пока увидеть света. Он по-прежнему не был известен за пределами Окленда, а те немногие жители Окленда, которые о нем слыхали, считали его ярым социалистом из «красных». Ничем нельзя было объяснить такую внезапную перемену. Это была просто прихоть судьбы.</p>
     <p>После того как несколько журналов подряд отвергли «Позор солнца», Мартин, памятуя совет своего покойного друга, решил предложить его какому-нибудь книгоиздательству. После нескольких неудач рукопись была наконец принята к изданию одной из крупнейших фирм — «Синглтри, Дарнлей и К°». В ответ на просьбу Мартина об авансе издатель написал ему, что это у них не принято, что подобного рода книги обычно не окупаются и вряд ли удастся продать более тысячи экземпляров. Мартин вычислил, что если книга будет продаваться по цене один доллар, то, считая из пятнадцати процентов, он получит сто пятьдесят долларов. После этого он решил, что если будет когда-нибудь писать, то только беллетристику. «Приключение» было в четыре раза короче «Позора солнца» а принесло ему вдвое больше. В конце концов вычитанные когда-то из газет сведения о писательских гонорарах оказались верными. Первоклассные журналы действительно платили по принятии рукописи, и платили очень хорошо. «Миллениум» заплатил ему даже не по два, а по четыре цента за слово. А кроме того, настоящая литература все-таки находила сбыт — ведь купили же его произведения. При этой мысли Мартин печально усмехнулся.</p>
     <p>Он написал «Синглтри, Дарнлею и К°», что согласен продать им «Позор солнца» в полную собственность за сто долларов, но издательство не пожелало рискнуть. Впрочем, Мартин не нуждался в деньгах, так как за последнее время были приняты к печати и оплачены еще пять или шесть его рассказов. Мартин даже открыл в банке текущий счет на несколько сот долларов. «Запоздалый» после недолгого путешествия обрел пристанище в издательстве Мередит-Лоуэл. Вспомнив о своем обещании возвратить Гертруде пять долларов сторицею, Мартин написал в издательство письмо с просьбой выслать аванс в размере пятисот долларов. К его удивлению, чек на эту сумму был немедленно выслан. Мартин разменял его на золото и позвонил Гертруде, что хотел бы повидать ее.</p>
     <p>Гертруда пришла запыхавшись, так как очень торопилась. Предчувствуя недоброе, она положила в сумочку весь свой скудный наличный капитал; она была настолько уверена, что с Мартином стряслась беда, что сразу же расплакалась у него на груди и стала совать ему в руку принесенные деньги.</p>
     <p>— Я бы сам пришел к тебе, — сказал Мартин, — но я не хотел ругаться с мистером Хиггинботамом! А без ссоры, наверное, не обошлось бы!</p>
     <p>— Ничего, он скоро успокоится, — уверяла его сестра, стараясь угадать, что именно случилось с Мартином. — Но только ты поскорей поступай на службу. Бернард любит, чтобы люди занимались честным трудом. Эта статья в газете совсем взбесила его. Я никогда не видела его в таком остервенении.</p>
     <p>— Я не хочу поступать на службу, — с улыбкой сказал ей Мартин, — можешь передать ему это от моего имени. Мне никакая служба не нужна. Вот тебе доказательство.</p>
     <p>И он высыпал ей на колени сто сверкающих и звенящих золотых пятидолларовых монет.</p>
     <p>— Помнишь, ты мне дала пять долларов, когда у меня не было на трамвай? Вот тебе эти пять долларов и еще девяносто девять братьев, разного возраста, но одинакового достоинства.</p>
     <p>Если Гертруда спешила к Мартину в тревоге, то теперь ею овладел панический ужас. Сомнениям не оставалось места. Она не подозревала, она была уверена. В страхе она смотрела на Мартина, дрожа всем телом, словно эти золотые кружочки жгли ее адским огнем.</p>
     <p>— Это все твое! — сказал Мартин со смехом. Гертруда разразилась громкими рыданиями.</p>
     <p>— Бедный мой мальчик! Бедный мой мальчик! — запричитала она.</p>
     <p>На мгновение Мартин опешил. Но тут же он понял причину волнения сестры и показал ей письмо книгоиздательства. Гертруда с трудом прочла его, вытерла глаза и наконец неуверенно спросила:</p>
     <p>— Значит, ты получил эти деньги честным путем?</p>
     <p>— Еще бы! Я даже не выиграл их, а заработал.</p>
     <p>Сестрин взгляд понемногу прояснился, и она внимательно перечла письмо. Мартин не без труда объяснил ей, за что он получил такую большую сумму денег. Еще трудней было объяснить, что деньги эти принадлежат ей, что он в них не нуждается.</p>
     <p>— Я положу их в банк на твое имя, — решила Гертруда.</p>
     <p>— Нет! Если ты не возьмешь их, я отдам их Марии. Она сумеет их использовать. Я требую, чтобы ты наняла служанку и отдохнула как следует.</p>
     <p>— Пойду расскажу Бернарду, — сказала Гертруда, вставая.</p>
     <p>Мартин слегка нахмурился, но тотчас же рассмеялся.</p>
     <p>— Расскажи, расскажи, — сказал он. — Может быть, теперь он пригласит меня обедать.</p>
     <p>— Конечно, пригласит! То есть я просто уверена в этом! — с жаром воскликнула сестра, бросаясь ему на шею.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава сорок вторая</p>
     </title>
     <p>Прошло некоторое время, и Мартин затосковал. Он был здоровый и сильный мужчина, а делать ему было решительно нечего. После того как он перестал писать и забросил книги, после смерти Бриссендена и разрыва с Руфью в жизни его образовалась зияющая пустота. Напрасно пытался он заполнить эту пустоту ресторанами и египетскими папиросами. Правда, его неодолимо влекли к себе южные моря, но ему казалось, что здесь, в Соединенных Штатах, игра еще не закончена. Скоро будут напечатаны две его книги, может быть, и другие найдут себе издателей. А это означало — деньги; стоило подождать, чтобы отправиться в южные моря с полным мешком золота. Он знал на Маркизских островах одну прелестную долину, которую можно было купить за тысячу чилийских долларов. Долина тянулась от подковообразного заливчика до высоких гор, вершинами уткнувшихся в облака. Там цвели тропические цветы, в диких зарослях водились куропатки и кабаны, а на горах паслись стада диких коз, преследуемые стаями диких собак. Это был уголок девственной природы. Ни единая человеческая душа не обитала там, И все — долину вместе с заливом — можно было купить за тысячу чилийских долларов.</p>
     <p>Залив, помнилось ему, был хорошо защищен от ветров и глубоководен, в нем могли бросать якорь большие океанские суда, и Тихоокеанский маршрутный справочник рекомендовал его как лучшую гавань в той части океана. Мартин купит шхуну, быстроходное суденышко типа яхты, и будет заниматься ловлей жемчуга и торговать копрой. В долине будет его база. Там он построит себе тростниковую хижину, вроде той, в которой жил вождь Тами, и наймет к себе на службу черных туземцев. Он будет принимать у себя факторов из Тайо-хаэ, капитанов торговых судов, контрабандистов и благородных морских бродяг. Он будет жить открыто и по-королевски принимать гостей. И, быть может, там он забудет читанные когда-то книги и мир, который оказался сплошной иллюзией.</p>
     <p>Но для этого нужно было сидеть в Калифорнии и ждать, пока мешок наполнится золотом. Деньги уже начали стекаться к нему. Если пойдет хотя бы одна книга, то он легко продаст остальные рукописи. Можно составить сборники из мелких рассказов и стихов, чтобы скорей стали доступными и долина, и залив, и шхуна. Писать он больше никогда не будет. Это Мартин решил твердо и бесповоротно. Но пока книги печатаются, надо что-нибудь придумать. Нельзя жить в таком оцепенении и равнодушии.</p>
     <p>Как-то раз он узнал, что в воскресенье должно состояться в Шелл-Моунд-парке гулянье каменщиков, и решил отправиться туда. В прежние годы он частенько бывал на подобных гуляньях, отлично знал, что они собой представляют, и теперь, войдя в парк, почувствовал, как проснулись в нем давно забытые ощущения. В конце концов он был своим среди рабочего люда. Он родился и вырос в этой среде и был рад после недолгого отчуждения снова в нее вернуться.</p>
     <p>— Да ведь это Март! — услыхал он вдруг, и чья-то рука дружески легла ему на плечо. — Где тебя носило, старина? В плаванье ты был, что ли? Ну, садись, разопьем бутылочку!</p>
     <p>Тут оказалась вся его старая компания, только кое-где мелькали новые лица да кой-кого из прежних не хватало. К каменщикам они не имели никакого отношения, но, как и встарь, не пропускали ни одного воскресного гулянья, где можно было потанцевать, погалдеть и помериться силами. Мартин выпил с ними и сразу ожил. Дурак он был, что отстал от них! Он твердо верил в эту минуту, что был бы гораздо счастливее, если б не уходил из своей среды, не гнался бы за книжными знаниями и обществом людей, которые считали себя выше него. Однако пиво было не так вкусно, как в былые годы! Вкус был совсем не тот. Видно, Бриссенден отучил его от простого пива; может быть, книги отучили его от дружбы с веселыми товарищами его юности? Решив доказать самому себе, что это не так, он отправился танцевать в павильон. Тут он наткнулся на жильца своей сестры, водопроводчика Джимми, в обществе какой-то высокой блондинки, которая не замедлила оказать предпочтение Мартину.</p>
     <p>— А с ним всегда так! — сказал Джим в ответ на поддразнивания приятелей, когда Мартин и блондинка закружились в вальсе. — Я даже и не сержусь. Уж очень рад опять его повидать! Ну и ловко же танцует, черт его побери! Тут никакая девчонка не устоит!</p>
     <p>Но Мартин честно возвратил блондинку Джимми, и все трое продолжали хохотать и веселиться вместе с полдюжиной друзей. Все были рады возвращению Мартина. Еще ни одна его книга не вышла в свет, и, стало быть, он еще не имел в их глазах никакой ложной ценности. Они любили его ради него самого. Он чувствовал себя, словно принц, вернувшийся из изгнания, и его одинокое сердце отогревалось среди этого искреннего и непосредственного веселья. Он разошелся вовсю. В карманах у него звенели доллары, и он тратил их щедрой рукой, совсем как в прежние времена, вернувшись из плавания.</p>
     <p>Вдруг среди танцующих Мартин заметил Лиззи Конолли: она кружилась в объятиях какого-то рабочего парня. Несколько позже, бродя по павильону, он увидел ее за столиком, где пили прохладительные напитки, и подошел. Лиззи Конолли очень удивилась и обрадовалась встрече. После первых приветствий они пошли в парк, где можно было поговорить, не стараясь перекричать музыку. С первой же минуты Мартин понял, что она вся в его власти. Об этом можно было догадаться и по влажному блеску ее глаз, и по горделивой покорности движений, и по тому, как жадно ловила она каждое его слово. Перед Мартином была не та молоденькая девчонка, которую он когда-то повстречал в театре. Лиззи Конолли стала женщиной, и Мартин сразу отметил, как расцвела ее живая, задорная красота; живость была все та же, но задор она, видимо, научилась умерять.</p>
     <p>— Красавица, настоящая красавица, — про себя шептал Мартин с невольным восхищением. И он знал, что стоит ему только позвать и она пойдет с ним хоть на край света.</p>
     <p>В этот самый миг он получил вдруг такой удар по голове, что едва устоял на месте. Удар был нанесен кулаком, и человек целил, должно быть, в челюсть, но в спешке и ярости промахнулся. Мартин повернулся как раз в то время, когда нападавший занес кулак для второго удара. Он ловко уклонился, удар не попал в цель, и Мартин левой сбил противника с ног. Но тот сейчас же вскочил. Мартин увидел перед собой перекошенное от бешенства лицо и удивился: чем он мог так рассердить этого человека? Однако удивление не помешало ему снова отразить атаку и сильным ударом свалить нападавшего на землю. Джим и другие уже бежали к месту драки.</p>
     <p>Мартин дрожал от упоения. Вернулись былые счастливые деньки: танцы, веселье, драки! Не теряя из виду своего противника, он кинул быстрый взгляд на Лиззи Конолли. Обычно девушки принимались визжать, когда случались подобные схватки, но эта не завизжала. Она смотрела, затаив дыхание, наклонившись вперед всем телом, прижав руку к груди, щеки ее горели и в глазах светилось восхищение.</p>
     <p>Человек, напавший на Мартина, между тем вскочил на ноги и старался вырваться из рук Джима и его приятелей.</p>
     <p>— Она дожидалась меня! — кричал он гневно. — Она дожидалась меня, а этот нахал увел ее! Пустите! Я покажу ему, где раки зимуют!</p>
     <p>— Да ты спятил! — говорил Джимми, удерживая юношу. — Ведь это же Март Иден! Ты лучше с ним не связывайся. Он тебе так всыплет, что от тебя мокрое место останется.</p>
     <p>— А зачем он увел ее? — кричал тот.</p>
     <p>— Он побил Летучего Голландца, а ты помнишь, что это был за парень! И он побил его на пятом раунде! Ты и минуты не выстоишь против него. Понял?</p>
     <p>Это сообщение, по-видимому, немного утихомирило парня; он смерил Мартина внимательным взглядом и произнес, все еще хорохорясь, но уже без прежней запальчивости:</p>
     <p>— Что-то не верится.</p>
     <p>— Вот и Летучему Голландцу не верилось, — возразил Джимми. — Пойдем! Брось это дело! Что, других девчонок здесь нет, что ли?</p>
     <p>Тот наконец послушался, и вся компания двинулась по направлению к павильону.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_038.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_039.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Кто это? — спросил Мартин у Лиззи. — И чего он разбушевался?</p>
     <p>Пыл драки не в пример прежним дням уже остывал в нем, и он с грустью убеждался, что привычка к самоанализу лишила его непосредственности и чувства и мыслей.</p>
     <p>Лиззи тряхнула головой.</p>
     <p>— Да так, один парень, — сказала она, — я с ним гуляла последнее время.</p>
     <p>Помолчав немного, она прибавила:</p>
     <p>— Просто мне скучно было… но я никогда не забывала… — Она понизила голос и устремила взгляд в пространство. — Я бы на него и не взглянула при вас!..</p>
     <p>Мартин смотрел на нее и понимал, что ему сейчас нужно только протянуть руку; но, слушая ее простые слова, он задумался над тем, стоит ли придавать такое большое значение изысканной книжной речи, и… забыл ей ответить.</p>
     <p>— Вы здорово отделали его, — сказала она со смехом.</p>
     <p>— Он парень крепкий, — великодушно возразил Мартин. — Если бы его не увели, мне бы, пожалуй, пришлось с ним повозиться.</p>
     <p>— Кто была та молодая дама, с которой я вас встретила? — спросила вдруг Лиззи.</p>
     <p>— Так, одна знакомая, — ответил он.</p>
     <p>— Давно это было, — задумчиво произнесла девушка, — как будто тысячу лет тому назад!</p>
     <p>Мартин ничего не ответил и переменил тему разговора. Они пошли в ресторан, Мартин заказал вина и дорогих закусок, потом он танцевал с ней, только с ней- до тех пор, пока она, наконец, не устала. Мартин был прекрасный танцор, и девушка кружилась, не чуя под собой ног от блаженства; она склонила голову к нему на плечо, и ей хотелось, чтобы так продолжалось вечно. Потом они пошли снова в парк, где, по старому доброму обычаю, она села на траву, а Мартин лег и положил голову ей на колени. Он скоро задремал, а она нежно поглаживала его волосы, всей душой отдаваясь охватившему ее чувству.</p>
     <p>Мартин вдруг открыл глаза и прочел в ее взгляде нежное признание. Она было смутилась, но тотчас оправилась и посмотрела на него решительно и смело.</p>
     <p>— Я ждала все эти годы, — сказала она чуть слышно.</p>
     <p>И Мартин почувствовал, что это правда, удивительная, чудесная правда. Великое искушение овладело им; в его власти было сделать эту девушку счастливой. Если самому ему не суждено счастье, почему не дать счастье другому человеку? Он мог бы жениться на ней и увезти ее с собою на Маркизские острова. Ему очень хотелось поддаться искушению, но какой-то внутренний голос приказывал не делать этого. Наперекор самому себе, он оставался верен своей Любви. Дни вольностей и легкомыслия миновали. Вернуть их было невозможно. Он изменился и только сейчас понял, насколько он изменился.</p>
     <p>— Я не гожусь в мужья, Лиззи, — сказал он, улыбаясь.</p>
     <p>Ее рука на мгновение остановилась, но потом пальцы ее снова стали нежно перебирать его волосы. Мартин заметил, что ее лицо вдруг приняло суровое, решительное выражение, которое, впрочем, быстро исчезло, и опять щеки ее нежно зарумянились, а глаза смотрели мягко и ласково.</p>
     <p>— Я не то хотела сказать… — начала она и запнулась. — Во всяком случае, мне это все равно. Да, да, мне все равно, — повторила она. — Я горжусь вашей дружбой. Я на все готова для вас. Такая уж я, верно, уродилась.</p>
     <p>Мартин сел. Он взял ее руку и тепло пожал ее, но в его пожатии не было страсти, — от этого тепла на Лиззи повеяло холодом.</p>
     <p>— Не будем говорить об этом, — сказала она.</p>
     <p>— Вы хорошая, благородная девушка, — произнес Мартин, — это я должен гордиться вашей дружбой. Я и горжусь, да, да! Вы для меня точно луч света в темном и мрачном мире, и я буду с вами так же честен, как и вы были со мною.</p>
     <p>— Мне все равно, честны вы со мной или нет. Вы можете делать со мной, что хотите. Можете швырнуть меня в грязь и растоптать, если хотите. Но это можете только вы, — сказала она, гордо вскинув голову, — недаром я с детских лет привыкла сама собой распоряжаться!</p>
     <p>— Вот потому-то я и должен быть честен с вами, — ласково сказал он. — Вы такая славная и благородная, что и я должен поступить с вами благородно. Я не могу жениться и не могу… ну да, и не могу любить просто так, хотя прежде это со мной бывало. Я очень жалею, что повстречал вас сегодня. Но теперь ничего не поделаешь. Не думал я, что все так получится. Я ведь к вам очень хорошо отношусь, Лиззи, вы даже не представляете, как хорошо. Больше того, я восхищаюсь и преклоняюсь перед вами. Вы замечательная, поистине замечательная девушка! Но что пользы говорить вам об этом? Мне бы хотелось сделать только одно. Ваша жизнь была тяжела. Позвольте мне облегчить ее! — Радостный блеск вспыхнул в ее глазах и тотчас же угас. — Я скоро получу много денег! Очень много!</p>
     <p>И в этот миг он забыл о долине и о заливе, о тростниковой хижине и о белой яхте. В конце концов зачем все это? Ведь он отлично может отправиться в плавание на любом судне и куда ему вздумается.</p>
     <p>— Мне бы хотелось отдать эти деньги вам. Вы можете поступить на курсы, изучить какую-нибудь профессию. Можете стать стенографисткой. Я помогу вам в этом. А может быть, у вас еще живы родители? Я бы мог, например, купить им бакалейную лавку. Скажите только, чего вы хотите, и я все для вас сделаю.</p>
     <p>Лиззи сидела неподвижно, глядя перед собой сухими глазами, и ничего не отвечала. Какой-то ком в горле мешал ей дышать, и Мартин вдруг ясно понял, что она чувствует, и у него самого болезненно сдавило горло. Не надо было заводить этот разговор. То, что он предлагал ей, было ничтожно в сравнении с тем, что она готова была отдать ему. Он предлагал ей то, что у него было лишним, без чего он мог обойтись, — а она отдавала ему всю себя, не боясь ни позора, ни греха, ни вечных мук.</p>
     <p>— Не будем говорить об этом, — сказала она и кашлянула, словно стараясь освободиться от этого мешавшего ей комка в горле. — Пора идти! Я устала!</p>
     <p>Гулянье кончилось, и публика почти уже разошлась. Но когда Мартин и Лиззи вышли из-за деревьев, то они увидели поджидавшую их кучку людей. Мартин сразу понял, в чем дело. Готовилась потасовка. Это были их телохранители. Все вместе они пошли к воротам парка, а в некотором отдалении двигалась туда же другая компания — это незадачливый поклонник Лиззи, готовясь отомстить за обиду, уже успел собрать своих сторонников. Несколько полисменов, предвидя столкновение, проводили обе компании до поезда, идущего в Сан-Франциско. Мартин предупредил Джимми, что сойдет на остановке Шестнадцатой улицы и пересядет в оклендский трамвай. Лиззи оставалась безучастной к происходящему.</p>
     <p>Поезд остановился у Шестнадцатой улицы. Кондуктор трамвая, дожидавшегося на остановке, нетерпеливо бил в гонг.</p>
     <p>— Ну, бери ее и давай ходу! — крикнул Джимми. — Живо! А мы тут их задержим.</p>
     <p>Враждебная партия была в первую минуту озадачена этим маневром, но тотчас, выскочив из вагона, пустилась вдогонку убегавшим.</p>
     <p>Сидевшие в трамвае пассажиры не обратили особого внимания на молодого человека и девушку, которые быстро подбежали к трамваю и заняли два свободных места в углу. Никто не подозревал, что эта парочка имела какое-то отношение к Джимми, который, вскочив на ступеньку, закричал вагоновожатому:</p>
     <p>— Давай, давай, приятель, жарь вовсю!</p>
     <p>В следующий момент Джимми уже отбивался кулаками от первого преследователя, пытавшегося вскочить в трамвай. Кулаки заработали вовсю: товарищи Джимми заняли длинную ступеньку открытого вагона и геройски отбивали атаку. Трамвай тронулся под громкие удары гонга, и друзья Джимми соскочили со ступеньки. Поле сражения осталось далеко позади, и пассажирам даже в голову не пришло, что сидевшие в уголке элегантный молодой человек и хорошенькая работница были причиной происшедшего скандала.</p>
     <p>Стычка взволновала Мартина, в нем проснулся былой воинственный задор. Но вскоре им снова овладела привычная тоска. Он был стар, на целые века старше беззаботных товарищей своей беззаботной юности. Слишком большой путь он прошел, и о возвращении назад нельзя было и думать. Его не привлекал тот образ жизни, который он некогда вел. Прежние друзья стали чужими. Их жизнь была ему противна, как вкус дешевого пива, от которого он отвык. Он слишком далеко ушел. Тысячи прочитанных книг, как стена, разделяли их. Он добровольно обрек себя на изгнание. Его увлекло путешествие по безграничным просторам разума, откуда не было возврата к тому, что осталось позади. Однако человеком он не перестал быть, и его по-прежнему тянуло к людям.</p>
     <p>Но новой родины он пока еще не обрел. Ни друзья, ни родные, ни новые знакомые из буржуазного круга, ни даже эта девушка, которую он высоко ценил и уважал, не могли понять его. Он думал об этом с грустью и с горечью.</p>
     <p>— Помиритесь с ним, — посоветовал Мартин на прощание Лиззи, проводив ее до рабочего квартала, где она жила, между Шестой и Маркет-стрит.</p>
     <p>Он имел в виду того молодого парня, чье место он сегодня невольно занял.</p>
     <p>— Не могу… теперь, — отвечала она.</p>
     <p>— Пустяки! — весело воскликнул он. — Вам стоит только свистнуть, и он прибежит.</p>
     <p>— Не в этом дело, — просто сказала она. И Мартин понял, что хотела она сказать.</p>
     <p>Лиззи вдруг потянулась к нему. В этом движении не было ничего властного и вызывающего. Оно было робко и смиренно и тронуло Мартина до глубины души. Природная доброта заговорила в нем. Он обнял Лиззи и крепко поцеловал, и не было в мире поцелуя чище и целомудреннее, чем тот, которым ответили ее губы.</p>
     <p>— Боже мой, — всхлипнула она. — Я с радостью умерла бы за вас!.. Умерла бы за вас!</p>
     <p>Она вдруг вырвалась от него и исчезла в воротах. Слезы выступили у него на глазах.</p>
     <p>— Мартин Иден, — пробормотал он, — ты никакой не зверь и никудышный ницшеанец. Ты бы должен жениться на этой девушке и дать ей то счастье, к которому она так рвется. Но ты не можешь. И это стыд и позор! «Старик бродяга жалуется горько», — пробормотал он, вспоминая Гэнли: — «Вся наша жизнь — ошибка и позор!» Да, наша жизнь — ошибка и позор!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава сорок третья</p>
     </title>
     <p>«Позор солнца» вышел в октябре. Когда Мартин вскрывал почтовую бандероль с шестью авторскими экземплярами, присланными ему издателем, на душе у него было тяжело и грустно. Он думал о том, какой огромной радостью явилось бы для него это событие несколько месяцев назад и как не похоже на ту радость холодное равнодушие, которое он испытывал сейчас. Его книга, его первая книга, лежала перед ним на столе, сердце его билось ровно, и он не чувствовал ничего, кроме тоски. Теперь это уже не имело значения. В лучшем случае это означало, что он получит деньги, но зачем ему теперь деньги?..</p>
     <p>Взяв один экземпляр, он вышел на кухню и преподнес его Марии.</p>
     <p>— Эту книгу сочинил я, — объяснил он, видя ее изумление. — Я написал ее вот в этой каморке и думаю, что ваш суп сыграл тут немаловажную роль. Возьмите ее и сохраните. Будете смотреть на нее и вспоминать меня.</p>
     <p>У Мартина и в мыслях не было хвастаться перед Марией. Ему просто хотелось доставить ей удовольствие, оправдать ее долголетнюю веру в него. Мария положила книгу в гостиной рядом с семейной библией. Эта книга, написанная ее жильцом, была для нее священной реликвией, символом дружбы. Теперь Мария примирилась даже с тем, что Мартин прежде был простым рабочим в прачечной. Хотя она не могла понять в книге ни одной строчки, она была твердо убеждена, что каждая строчка в ней замечательна. Простая, неискушенная, привыкшая к тяжелому труду женщина обладала одной драгоценной способностью — верить.</p>
     <p>Так же равнодушно, как и к авторским экземплярам, относился Мартин к отзывам, которые ему каждую неделю присылали из бюро вырезок. Книга наделала много шуму, это было очевидно. Ну что ж, значит, его мешок с золотом наполнится быстрее. Можно будет устроить Лиззи, исполнить все обещания и поселиться наконец в тростниковом дворце.</p>
     <p>Издательство «Синглтри, Дарнлей и К°» из осторожности напечатало всего тысячу пятьсот экземпляров, но первые же рецензии побудили его выпустить второй тираж — в три тысячи; а вскоре последовал и третий, — на этот раз в пять тысяч. Одна лондонская фирма начала переговоры об английском издании, а из Франции, Германии и Скандинавских стран приходили запросы об условиях перевода. Критика школы Метерлинка оказалась как нельзя более своевременной. Началась ожесточенная полемика. Салиби и Геккель поддерживали и защищали «Позор солнца», впервые оказавшись единомышленниками. Крукс и Уоллес выступили против, а сэр Оливер Лодж пытался найти компромисс в пользу собственной космической философии. Сторонники Метерлинка сплотились под знаменем мистицизма. Честертон заставил смеяться весь мир серией статей, якобы беспристрастно трактовавших модную тему, а Бернард Шоу обрушил на публику лавину своего остроумия, которая едва не погребла под собой и споривших и самый предмет спора. Нечего и говорить, что, кроме этих великих светил, на сцену выступили и менее крупные звезды, — словом, шум принял грандиозные размеры.</p>
     <p>«Это совершенно небывалое событие, — писала Мартину фирма «Синглтри, Дарнлей и К°», — критико-философская книга расходится, как роман. Трудно было удачнее выбрать тему, к тому же успеху способствует необычайно благоприятное стечение обстоятельств. Можете быть уверены, что мы стараемся как можно лучше использовать момент. В Соединенных Штатах и Канаде разошлось сорок тысяч экземпляров вашей книги, и в настоящее время уже печатается новое издание, тиражом в двадцать тысяч. Мы едва успеваем удовлетворить спрос. С другой стороны, мы немало способствовали увеличению этого спроса. Мы истратили на рекламу более пяти тысяч долларов. Книга эта побьет все рекорды.</p>
     <p>При сем имеем честь препроводить проект договора на вашу следующую книгу. Заметьте, что мы увеличили ваш гонорар до двадцати процентов, — это высшая ставка, возможная для такой солидной фирмы, как наша. Если вы находите условия подходящими, благоволите проставить на бланке договора заглавие книги. Мы не выдвигаем никаких условий относительно ее содержания. Любая книга, на любую тему. Если у вас уже есть что-либо готовое, тем лучше. Не следует медлить. «Куй железо, пока горячо».</p>
     <p>Тотчас же по получении подписанного вами договора вам будет выслан аванс в размере пяти тысяч долларов. Как видите, мы верим в вас и не боимся риска. Может быть, мы договорились бы с вами относительно исключительного права издания всех ваших сочинений на известный срок — ну, скажем, на десять лет. Впрочем, к этому вопросу мы еще вернемся».</p>
     <p>Отложив письмо, Мартин занялся арифметикой и, помножив пятнадцать центов на шестьдесят тысяч, получил результат — девять тысяч долларов. Он подписал договор, проставив заглавие новой книги — «Дым радости», и отправил его издателю вместе с двадцатью небольшими рассказами, написанными еще до того, как он нашел рецепт сочинения газетных фельетонов. И со всей быстротой, на которую только способна американская почта, пришел чек на пять тысяч долларов.</p>
     <p>— Я бы хотел, чтобы вы сегодня пошли со мною в город, Мария, часа в два, — сказал Мартин, получив чек, — или лучше так: встретимся с вами ровно в два часа на углу Четырнадцатой улицы и Бродвея.</p>
     <p>Мария явилась в назначенное время; она была очень заинтересована, но ее догадки дальше новых башмаков не шли. Поэтому она испытала даже некоторое разочарование, когда Мартин, миновав обувной магазин, привел ее в какую-то контору.</p>
     <p>То, что случилось потом, навсегда осталось у нее в памяти, как чудесный сон. Элегантные джентльмены, вежливо улыбаясь ей, беседовали с Мартином и друг с другом. Стучала машинка. Была подписана какая-то важная на вид бумага. Тут же был и домохозяин Марии, и он тоже поставил свою подпись.</p>
     <p>Когда они вышли на улицу, домохозяин сказал ей:</p>
     <p>— Ну, Мария, в этом месяце вам уж не придется платить мне семь с половиной долларов.</p>
     <p>Мария онемела от удивления.</p>
     <p>— Да и в следующие месяцы тоже, — продолжал он. Мария стала благодарить его, словно он оказал ей милость. И только вернувшись домой и потолковав с соседями, в первую очередь с лавочником-португальцем, она поняла, что этот маленький домик, в котором она прожила столько лет, платя за наем, отныне стал ее собственностью.</p>
     <p>— Почему вы теперь ничего не покупаете у меня? — дружелюбно окликнул португалец Мартина, когда тот, сойдя с трамвая, шел домой.</p>
     <p>Мартин объяснил ему, что он уже не стряпает сам, и тогда лавочник пригласил его распить с ним бутылочку. Он угостил его самым лучшим вином, какое только нашлось в лавке.</p>
     <p>— Мария, — объявил Мартин в тот же вечер, — я уезжаю от вас. Да вы и сами скоро отсюда уедете. Можете теперь сдать кому-нибудь дом и получать за него помесячную плату. У вас, кажется, есть брат в Сан-Леандро или Хэйуордсе, который занимается молочным хозяйством? Так вот, верните клиентам белье нестираным — понимаете? нестираным! — и поезжайте в Сан-Леандро или в Хэйуордс, — одним словом, к вашему брату… Скажите ему, что мне надо поговорить с ним. Я буду жить в Окленде, в «Метрополе». Может быть, у него есть на примете подходящая молочная ферма.</p>
     <p>И вот Мария сделалась домовладелицей и хозяйкой фермы; у нее было два работника, исполнявшие тяжелую работу, а ее текущий счет в банке все возрастал, несмотря на то, что дети были теперь обуты и ходили в школу. Редко кому удается встретить в жизни сказочного принца. Но Мария, отупевшая от тяжкой работы и никогда не мечтавшая ни о каких принцах, встретила такого принца в лице бывшего рабочего из прачечной.</p>
     <p>Между тем публика начала интересоваться, кто же такой этот Мартин Иден. Он отказался дать издателям биографические сведения о себе, но от газет было не так-то легко отделаться. Он был уроженцем Окленда, и репортеры разыскали достаточно людей, знавших Мартина Идена с детства. Таким образом, в газетах появились подробные описания, кем он был и кем он не был, чем он занимался и чем не занимался. Статьи иллюстрированы рисунками и фотографиями — нашелся предприимчивый фотограф, у которого Мартин когда-то снимался, и теперь он бойко вел торговлю его карточками. Сначала Мартин боролся с этой шумихой: в нем еще сильна была неприязнь к журналам и к буржуазному обществу. Но в конце концов он примирился — так было спокойнее. Ему неловко было отказывать в интервью корреспондентам, специально приехавшим издалека. Кроме того, с тех пор, как он перестал писать и забросил книги, дни стали тянуться невыносимо медленно и надо было чем-нибудь заполнить время. Поэтому он разрешил себе эту маленькую прихоть: беседовал с журналистами, излагал свои литературные и философские взгляды и даже принимал приглашения в богатые буржуазные дома. Он обрел вдруг необычайное спокойствие. Ничто не трогало его. Он простил всем и все — простил даже молодому репортеру, некогда изобразившему его в виде опасного социалиста, и дал ему интервью на целую полосу с приложением фотографического снимка.</p>
     <p>Время от времени Мартин виделся с Лиззи и понимал, что она жалеет о его возвеличении. Пропасть между ними теперь стала еще больше. Может быть, в надежде перебросить мостик через эту пропасть, Лиззи согласилась на его уговоры, стала посещать вечернюю школу и курсы стенографии и сшила платье у лучшей портнихи, содравшей огромные деньги. Ее быстрые успехи заставили наконец Мартина призадуматься над тем, правильно ли он поступает. Все, что делала Лиззи, она делала ради него, и он знал это. И ей хотелось подняться в его глазах, приобрести те качества, которые, как ей казалось, он особенно ценит. А он между тем не давал ей никакой надежды, виделся с ней редко и обращался всегда только как брат с сестрой.</p>
     <p>«Запоздалый» был выпущен издательством Мередит-Лоуэл, когда Мартин находился в зените славы, а так как это была беллетристика, то повесть имела даже больший успех, чем «Позор солнца». Обе книги Мартина занимали первое место в списке бестселлеров — факт почти небывалый. И любители занимательного чтения и серьезные читатели, поклонники «Позора солнца», зачитывались повестью, восхищались ее силою и необычайным мастерством автора. Мартин Иден только что с успехом атаковал мистицизм теоретически; теперь он и на практике доказал, что такое настоящая литература. В нем, таким образом, счастливо сочетался талант критический с талантом художественным.</p>
     <p>Мартин, словно комета, проносился по горизонтам большой литературы. Деньги так и текли к нему, слава росла непомерно, но это скорее забавляло его, нежели радовало. Один ничтожный факт привел его в полное недоумение, и факт этот, наверное, немало удивил бы и публику. Впрочем, публика удивилась бы не самому факту, а скорее тому, что он привел Мартина в недоумение… Судья Блоунт пригласил Мартина к себе обедать! Это событие, само по себе ничтожное, должно было вскоре приобрести для Мартина огромное значение. Ведь он оскорбил судью Блоунта, разговаривал с ним непозволительным образом, а теперь судья Блоунт, встретившись с ним на улице, пригласил его обедать. Мартин вспомнил, как часто встречался он с судьею в доме Морзов и тот ни разу не подумал пригласить его обедать. «Почему же он тогда не приглашал меня?» — спрашивал себя Мартин. Ведь он ничуть не изменился. Он все тот же Мартин Иден. В чем же дело? Только в том, что его произведения теперь напечатаны? Но ведь написал он их давно. С тех пор ничего не написал. Все лучшее было создано им именно тогда, когда судья Блоунт, присоединяясь к общему мнению, высмеивал его взгляды и его увлечения Спенсером. Значит, судья Блоунт пригласил его не ради настоящих его заслуг, а ради того, что было, в сущности, только их отражением.</p>
     <p>Мартин с улыбкой принял приглашение, сам изумляясь своей сговорчивости. За обедом, где присутствовало шесть или семь важных особ с женами и дочерьми, Мартин сразу же почувствовал себя центром внимания. Судья Блоунт, которого горячо поддержал судья Хэнуэл, просил у Мартина разрешения записать его в члены своего клуба «Стикс»: доступ туда был открыт только людям не просто богатым, но чем-либо выдающимся.</p>
     <p>Мартин еще больше удивился, но предложение отклонил.</p>
     <p>Он по-прежнему был занят распределением своих рукописей. Издатели положительно осаждали его письмами. Все единогласно решили, что он превосходный стилист и что под красотою формы у него скрывается богатое содержание. «Северное обозрение», напечатав «Колыбель красоты», обратилось к нему с просьбой прислать еще несколько подобных статей, и Мартин собирался уже исполнить эту просьбу, переворошив свой запас, как тут «Журнал Бэртона», войдя в азарт, предложил напечатать пять его статей с оплатой по пятьсот долларов за каждую.</p>
     <p>Мартин написал, что согласен, но не по пятьсот, а по тысяче. Он очень хорошо помнил, что рукописи были в свое время отвергнуты теми самыми журналами, которые теперь спорили из-за них. Он помнил их равнодушные, стандартные отказы. Они немало помучили его, и теперь ему хотелось помучить их. «Журнал Бэртонг» уплатил ему назначенную цену за пять статей, а оставшиеся четыре были подхвачены на тех же условиях «Ежемесячником Макинтоша». «Северное обозрение» было слишком бедно и не могло тягаться с ними. Так увидели свет: «Жрецы чудесного», «Мечтатели», «Мерило нашего «я», «Философия иллюзий», «Бог и зверь», «Искусство и биология», «Критика и пробирки», «Звездная пыль», «Сила ростовщичества». Все эти вещи вызвали надолго шум.</p>
     <p>Издатели просили Мартина самого назначать условия, что он охотно делал. Но печатал он только то, что было написано раньше. От всякой новой работы он категорически отказывался. Мысль снова взяться за перо казалась ему невыносимой. Он слишком хорошо помнил Бриссендена, который пал жертвой толпы, и потому он продолжал презирать и ненавидеть толпу, хотя она и рукоплескала ему. Даже популярность Мартин считал оскорблением памяти Бриссендена. Он морщился, но не отступал, твердо решив наполнить свой мешок золотом.</p>
     <p>Неоднократно приходилось Мартину получать от издателей письма такого содержания:</p>
     <cite>
      <p>«Около года тому назад мы имели несчастье отказаться от цикла ваших лирических стихотворений. Они и тогда произвели на нас огромное впечатление, но некоторые обстоятельства помешали нам в то время их использовать. Если стихи эти еще не напечатаны и вы будете настолько добры, что согласитесь прислать их нам, то мы немедленно напечатаем весь цикл, уплатив вам гонорар, который вы сами соблаговолите назначить. Мы согласны были бы издать их и отдельной книгой на выгоднейших для вас условиях».</p>
     </cite>
     <p>Мартин вспомнил про свою стихотворную трагедию и послал ее вместо стихов. Перечитав это произведение перед отправкой, он был поражен его слабостью и напыщенностью. Однако он все-таки послал трагедию, а журнал напечатал, в чем потом немало раскаивался. Публика была возмущена и отказывалась верить, что прославленный Мартин Иден написал такую чушь. Стали кричать, что это грубая подделка или же Мартин Иден, подражая Дюма-отцу, поручает другим писать за себя. Но когда Мартин разъяснил, что произведение это было, что называется, грехом его литературной юности и появилось в печати только потому, что к нему очень уж приставали, поднялся общий хохот, и журналу пришлось переменить редактора. Трагедия не вышла отдельным изданием, но Мартин Иден, без всякого сострадания к издателю, оставил у себя полученный аванс.</p>
     <p>«Еженедельник Колмэна» прислал Мартину длиннейшую телеграмму, которая обошлась по меньшей мере в триста долларов, предлагая написать двадцать очерков, по тысяче долларов за каждый. Для этого Мартин должен был за счет издательства совершить путешествие по Соединенным Штатам и выбрать темы, которые покажутся ему интересными. В телеграмме было перечислено несколько примерных тем, чтобы показать наглядно, насколько широки и разнообразны замыслы издательства. Единственное условие, которое ставилось Мартину, — писать на материале Соединенных Штатов.</p>
     <p>Мартин в телеграмме, посланной наложенным платежом, выразил свое глубокое сожаление, что не может воспользоваться этим лестным предложением.</p>
     <p>Повесть «Вики-Вики», напечатанная в «Ежемесячнике Уоррена», имела необычайный успех. Выпущенная вскоре отдельным роскошным изданием, она разошлась чуть ли не в несколько дней. Все критики единогласно признали, что это произведение может стать в ряд с такими классическими шедеврами, как «Дух в бутылке» и «Шагреневая кожа».</p>
     <p>Однако сборник «Дым радости» был встречен с некоторым недоумением и даже холодком. Буржуазное общество было шокировано слишком смелой моралью и полным пренебрежением к предрассудкам. Но когда Париж положительно сошел с ума по только что выпущенному французскому переводу книги, то Англия и Америка тоже набросились на сборник, и Мартин потребовал с издательства «Синглтри, Дарнлей и К°» за третью книгу двадцать пять, а за четвертую — тридцать процентов. В эти две книги вошли все рассказы Мартина, напечатанные в различных журналах. «Колокольный звон» и все «страшные» рассказы составили первый том. Во второй том вошли: «Приключение», «Котел», «Вино жизни», «Водоворот», «Веселая улица» и еще несколько рассказов. Кроме того, вышел сборник всех его статей, а также том стихотворений, куда вошли «Песни моря» и «Сонеты о любви», — последние были предварительно напечатаны в «Спутнике женщин», заплатившем Мартину неслыханный гонорар.</p>
     <p>Мартин вздохнул с облегчением, когда последняя рукопись была, наконец, пристроена. И тростниковый дворец и белая шхуна стали вполне досягаемы. В конце концов он все-таки опроверг мнение Бриссендена, будто ни одно истинно художественное произведение не попадает в журналы. Его собственный пример блестяще доказал, что Бриссенден ошибался. И все-таки втайне Мартин чувствовал, что друг его был прав. Ведь главной причиной его успехов был «Позор солнца», остальное пошло в ход чисто случайно. Ведь эти самые вещи много лет подряд отвергались всеми журналами. Но появление «Позора солнца» вызвало сенсацию и оживленную полемику, что создало ему имя. Не появись «Позор солнца», не возникла бы полемика; успех книги был, в сущности говоря, чудом. Это признавали даже «Синглтри, Дарнлей и К°». Они не решились на первый раз выпустить больше тысячи пятисот экземпляров; опытные издатели, они сами были изумлены успехом книги. Им этот успех действительно казался чудом. Они и впоследствии не могли отделаться от этого ощущения, и в каждом их письме сквозило благоговейное удивление перед таинственной удачей. Они и не пытались объяснить ее себе. Объяснения тут быть не могло. Уж так случилось, вот и все. Случилось вопреки всем вероятиям и расчетам.</p>
     <p>Мартин не слишком обольщался своей популярностью. Книги его читала буржуазия, и это она набивала его мешок золотом, а Мартин знал буржуазию и не понимал, что может ее привлекать в его произведениях. Для тех сотен тысяч, которые прославляли его и нарасхват покупали его книги, красота их и смысл не имели решительно никакой ценности. Он был просто баловнем судьбы, выскочкой, который вторгся на Парнас, воспользовавшись тем, что боги зазевались. Эти сотни тысяч читают его и восхищаются им с тем же скотским непониманием, с каким они накинулись на «Эфемериду» Бриссендена и растерзали ее в клочки, — подлая стая волков, которые перед одним виляют хвостом, а другому вонзают клыки в горло. Все дело случая! Мартин по-прежнему был твердо уверен, что «Эфемерида» неизмеримо выше всего созданного им. Она была выше всего того, что он мог создать, — это была поэма, делающая эпоху. Так многого ли стоило преклонение толпы, той самой толпы, которая еще так недавно втоптала в грязь «Эфемериду»? Мартин вздохнул с облегчением и удовлетворением. Последняя рукопись продана, и скоро можно будет покончить со всем этим.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава сорок четвертая</p>
     </title>
     <p>Мистер Морз повстречался с Мартином в вестибюле гостиницы «Метрополь». Случайно ли он пришел туда, или он втайне надеялся встретить Мартина Идена, — Мартин склонялся в пользу второго предположения, — но, как бы то ни было, мистер Морз пригласил его обедать — мистер Морз, отец Руфи, который отказал ему от дома и расстроил его помолвку!</p>
     <p>Мартин не рассердился. Он даже не чувствовал себя задетым. Он терпеливо выслушал мистера Морза, думая, что тому не сладко, должно быть, идти на такое унижение. Он не отклонил приглашения, но ограничился тем, что поблагодарил довольно неопределенно и справился о здоровье всей семьи, в первую очередь миссис Морз и Руфи. Мартин произнес это имя спокойно, без запинки и втайне изумился, что кровь не бросилась ему в голову, а сердце не забилось быстрее.</p>
     <p>Приглашения сыпались со всех сторон. Искали случая познакомиться с Мартином только для того, чтобы пригласить его к обеду. И Мартин продолжал недоумевать по поводу этого ничтожного обстоятельства, которое постепенно приобретало, казалось, огромное значение. Даже Бернард Хиггинботам вдруг пригласил его. Это озадачило Мартина еще больше. Он вспоминал то время, когда он едва не умирал с голоду и никто не приглашал его обедать. А тогда ему так пригодилось бы такое приглашение, ведь он с каждым днем худел, бледнел, терял последние силы от голода! Тут был какой-то глупейший парадокс. Когда он неделями сидел без обеда, никому в голову не приходило приглашать его, а теперь, когда у него хватило бы денег на сто тысяч обедов и к тому же он вовсе потерял аппетит, его звали обедать направо и налево. Почему? В том не было ни справедливости, ни его заслуги. Он остался тем же Мартином Иденом. Все его произведения были написаны давным-давно, в те голодные дни, когда мистер и миссис Морз называли его лентяем и бездельником и через Руфь предлагали ему поступить клерком в контору. А ведь они и тогда знали о его работе. Руфь показывала им каждую рукопись, которую он давал ей читать. И они сами читали эти рукописи. А теперь благодаря тем же самым произведениям его имя попало в газеты, и благодаря тому, что его имя попало в газеты, он стал для них желанным гостем.</p>
     <p>Одно было совершенно очевидно: Морзам не было никакого дела ни до самого Мартина Идена, ни до его творчества. И если они искали его общества, то не ради него самого и не ради его произведений, а ради славы, которая теперь окружила ореолом его имя, — а может быть, и ради тех ста тысяч долларов, которые лежали у него на текущем счету в банке. Что ж, это была обычная оценка человека в буржуазном обществе, и странно было бы ожидать от этих людей другого. Но Мартин был горд. Ему не нужно было такой оценки. Он хотел, чтобы ценили его самого или его творчество, что было, в сущности, одно и то же. Так именно ценила его Лиззи. Даже его произведения не имели для нее особого значения; все дело было в нем самом. Так же относился к нему и Джимми и вся его старая компания. Они не раз доказывали ему свою бескорыстную преданность в былые дни, доказали ее и теперь, на воскресном гулянье в Шелл-Моунд-парке. На все его писания им было наплевать. Они любили его, Марта Идена, славного малого и своего парня, и за него были готовы пойти в огонь и в воду.</p>
     <p>Иное дело — Руфь. Она полюбила его ради него самого, это было вне всякого сомнения. Но как ни дорог был он ей, буржуазные, предрассудки оказались сильнее. Она не одобряла его занятий главным образом потому, что они не приносили ему дохода. С этой точки зрения она оценила его «Сонеты о любви». И она тоже требовала, чтобы он поступил на службу. Правда, на ее языке это называлось «занять положение», но ведь сущность от этого не меняется, а слово «служба» было для Мартина более привычным. Мартин читал ей все свои вещи: читал поэмы, рассказы, статьи, «Вики-Вики», «Позор солнца», — все. А она с неизменным упорством советовала ему поступить на службу, найти себе работу. Всемогущий боже! Как будто он не работал, как вол, лишая себя сна, перенапрягая силы только для того, чтобы стать, наконец, достойным ее!</p>
     <p>Так ничтожное обстоятельство превращалось в большое и значительное. Мартин чувствовал себя здоровым и бодрым, ел вовремя, спал вволю, но ничтожное обстоятельство не давало ему покоя. Давным давно! Эта мысль сверлила его мозг. Сидя напротив Бернарда Хиггинботама за одним из воскресных обедов, Мартин едва удерживался, чтобы не закричать:</p>
     <p>«Ведь все это было написано давным-давно! Вот ты теперь угощаешь меня, а когда- то предоставлял мне умирать с голоду, отказывал от дома, знать меня не хотел только за то, что я не шел служить. А все мои вещи уже тогда были написаны. Теперь, когда я говорю, ты почтительно молчишь, не спускаешь с меня благоговейного взора, ловишь каждое мое слово. Я говорю тебе, что твоя партия состоит из взяточников и проходимцев, а ты, вместо того чтобы возмутиться, сочувственно киваешь головой и чуть ли не поддакиваешь мне. А почему? Потому что я знаменит! Потому что у меня много денег! А вовсе не потому, что я Мартин Иден, славный малый и не совсем дурак! Если бы я сказал, что луна сделана из зеленого сыра, ты немедленно согласился бы с этим, во всяком случае, не стал бы противоречить, потому что у меня есть груда золота. А ведь работа, за которую я их получил, была сделана давным-давно, в те самые дни, когда ты не ставил меня ни в грош и плевал на меня».</p>
     <p>Но Мартин не выкрикнул этого. Тоска грызла его, но с губ не сходила терпеливая улыбка. Видя, что он молчит, Хиггинботам заговорил. Он, Бернард Хиггинботам, добился всего сам и гордится этим. Никто не помогал ему, и он никому не обязан. Он добропорядочный гражданин, содержит большую семью. А эта лавка, «Розничная торговля Хиггинботама» — венец его усилий и добродетелей. Он любил «Розничную торговлю Хиггинботама», как иной муж любит свою жену. Он разоткровенничался с Мартином, стал рассказывать, чего ему стоило оборудовать лавку и поставить дело. А кроме того, у него есть планы, широкие планы. Население в квартале увеличивается. Лавка не может обслуживать всех. Будь у него побольше помещение, он мог бы ввести некоторые новшества и увеличить доход. И он это сделает, но прежде всего ему необходимо купить соседний участок и построить еще один двухэтажный дом. Верхний этаж он будет сдавать, а нижний присоединит к лавке. Даже глаза у него заблестели, когда он заговорил о новой вывеске, которая протянется по фасаду обоих домов.</p>
     <p>Мартин почти не слушал. Слова «давным-давно» продолжали звенеть у него в ушах. Этот припев положительно сводил его с ума, необходимо было от него отделаться</p>
     <p>— Сколько, ты сказал, это должно стоить? — спросил он вдруг.</p>
     <p>Зять прервал свои разглагольствования о коммерческих перспективах квартала и выпучил на него глаза. Он вовсе и не говорил о том, сколько это будет стоить, но если Мартину интересно, он может сказать. У него все высчитано.</p>
     <p>— По теперешним ценам, — сказал он, — это обошлось бы тысячи в четыре.</p>
     <p>— Включая вывеску?</p>
     <p>— Вывески я не считал. Был бы дом, а вывеска будет!</p>
     <p>— А земля?</p>
     <p>— Еще тысячи три.</p>
     <p>Облизывая пересохшие губы и нервно шевеля пальцами, смотрел Бернард Хиггинботам, как Мартин писал чек. Написав, Мартин передал его Хиггинботаму. Чек был на семь тысяч долларов.</p>
     <p>— Я… я могу предложить тебе не более шести процентов, — пробормотал Хиггинботам хриплым от волнения голосом.</p>
     <p>Мартин хотел рассмеяться, но вместо этого спросил:</p>
     <p>— А сколько это будет?</p>
     <p>— А вот сейчас подсчитаем. Шесть процентов… Шестью семь — четыреста двадцать.</p>
     <p>— Значит, в месяц придется тридцать пять долларов?</p>
     <p>Хиггинботам кивнул утвердительно.</p>
     <p>— Ну-с, если ты не возражаешь, то мы сделаем так. — Мартин при этих словах взглянул на Гертруду. — Можешь оставить себе основную сумму безвозвратно, но с условием тратить тридцать пять долларов в месяц на кухарку и прачку. Одним словом, семь тысяч твои, если ты гарантируешь мне, что Гертруда не будет больше делать всю грязную работу в доме. Согласен?</p>
     <p>Мистер Хиггинботам с шумом перевел дух. Требование, чтобы его жена не занималась черным трудом, показалось ему оскорбительным. Великолепный подарок был только средством позолотить пилюлю, и горькую пилюлю! Чтобы жена не работала! Это его взбесило.</p>
     <p>— Как хочешь, — сказал Мартин. — Тогда эти тридцать пять долларов в месяц буду платить я, но…</p>
     <p>Он потянулся за чеком, но Бернард Хиггинботам поспешно накрыл его рукой и воскликнул:</p>
     <p>— Я согласен! Согласен!</p>
     <p>Садясь в трамвай, Мартин чувствовал усталость и отвращение. Он оглянулся на крикливую вывеску. «Свинья, — пробормотал он, — какая свинья!»</p>
     <p>Когда в «Журнале Макинтоша» появилась «Гадалка», украшенная рисунками первоклассных художников, то Герман Шмидт вдруг забыл, что он назвал некогда это стихотворение непристойным. Он рассказывал всем и каждому, что стихотворение было написано в честь его жены, и постарался, чтобы слух этот не миновал ушей газетного репортера. Репортер не замедлил явиться в сопровождении фотографа и зарисовщика. В результате на одной из страниц воскресного приложения появился значительно приукрашенный портрет Мэриен, множество интимных подробностей из жизни Мартина Идена и его семьи и с полным текстом «Гадалки», перепечатанным с особого разрешения журнала. Это произвело фурор во всей округе, и окрестные домохозяйки гордились знакомством с сестрой великого писателя, а те, которые до сих пор не удостоились такого знакомства, торопились восполнить этот пробел. Герман Шмидт довольно потирал руки и даже заказал новый станок для мастерской.</p>
     <p>— Это лучше всякой рекламы, — говорил он, — и денег не стоит.</p>
     <p>— Надо бы пригласить его обедать, — предложила Мэриен.</p>
     <p>Мартин пришел к обеду и старался быть любезным с жирным мясоторговцем-оптовиком и с его еще более жирной супругой, — это были важные люди и могли оказаться очень полезными молодому человеку, пробивающему себе дорогу, каким был, например, Герман Шмидт. Конечно, они бы никогда не удостоили последнего визитом, если бы им не обещали, что на обеде будет присутствовать знаменитый писатель. На ту же приманку попался и главный управляющий агентством Тихоокеанской велосипедной компании. Герман Шмидт заискивал перед ним, так как надеялся получить от него представительство в Окленде. Одним словом, Герман готов был занести родство с Мартином Иденом в свой жизненный актив, но в глубине души он решительно не понимал, как все это случилось. Очень часто середь ночи он вставал и, стараясь не разбудить жену, читал сочинения Мартина, и всякий раз убеждался, что только дураки могут платить за них деньги.</p>
     <p>Мартин отлично понимал, что думал о нем свойственник; откинувшись на спинку стула и рассматривая Германа Шмидта, он мысленно награждал его здоровыми подзатыльниками — ах, самодовольная немецкая рожа! И все-таки кое-что Мартину в нем нравилось. Как он ни был беден, как ни хотел поскорее разбогатеть, он все же нанимал служанку, чтобы облегчить Мэриен домашнюю работу. Переговорив после обеда с управляющим велосипедной компании, Мартин отозвал Германа в сторону и предложил финансировать оборудование лучшего в Окленде магазина по продаже велосипедов и принадлежностей к ним. Он до того расщедрился, что велел Герману присмотреть заодно гараж и автомобильную мастерскую, так как Герман, несомненно, отлично справится и с двумя предприятиями.</p>
     <p>Обняв Мартина со слезами на глазах, Мэриен на прощание шепнула ему о том, как она его любит и как всегда любила. Правда, при последних словах она слегка запнулась, слезы и поцелуи стали обильнее, и Мартин понял, что она просит прощения за то, что когда-то сомневалась в нем и убеждала поступить на службу.</p>
     <p>— Ну, у него деньги долго не удержатся, — сказал вечером жене Герман Шмидт. — Он так и вскипел, когда я заговорил о процентах! Знаешь, что он мне сказал? Ему и капитала не нужно, не то что процентов. И если я еще раз заговорю об этом, он расшибет мою немецкую башку. Так и сказал: «немецкую башку». Но он все-таки молодец, хотя и не деловой человек. А главное — он здорово выручил меня!</p>
     <p>Приглашения к обеду сыпались со всех сторон, и чем больше их было, тем больше недоумевал Мартин. Он был почетным гостем на банкете одного старейшего клуба, сидел в окружении людей, о которых слыхал и читал почти всю свою жизнь. Эти люди говорили ему, что, прочитав в «Трансконтинентальном ежемесячнике» «Колокольный звон», а в «Шершне» «Пери и жемчуг», они сразу поняли, что появился великий писатель. «Боже мой, — думал Мартин, — а я голодал и ходил оборванцем! Почему они меня в то время ни разу не пригласили обедать? Тогда это пришлось бы кстати. Ведь обе вещи написаны давным-давно. Если вы теперь кормите меня обедами за то, что я сделал прежде, то почему вы не кормили меня тогда, когда я действительно в этом нуждался? Ведь ни в «Колокольном звоне», ни в «Пери и жемчуге» я не изменил ни одного слова. Нет, вы меня угощаете вовсе не за мою работу, а потому, что меня угощают все, и потому, что угощать меня почитается теперь за честь. Вы меня угощаете потому, что вы животные, стадные животные! Потому, что вы повинуетесь слепому и тупому стадному чувству, а это чувство сейчас подсказывает одно: надо угостить обедом Мартина Идена. Но никому из вас нет дела ни до самого Мартина Идена, ни до его работы», — печально говорил он себе и вставал, чтобы остроумно и эффектно ответить на остроумный и эффектный тост.</p>
     <p>И так было везде. Где бы он ни был: в фешенебельных клубах, в светских гостиных и на литературных вечерах, — всюду ему говорили одно и то же, когда вышли из печати «Колокольный звон» и «Пери и жемчуг», сразу стало ясно, что появился великий писатель. И всегда в глубине души Мартина копошился все тот же неотвязный вопрос: «Почему же вы меня тогда не кормили обедами? Ведь эти вещи написаны давным-давно. «Колокольный звон», «Пери и жемчуг» не изменились ни на йоту. Они тогда были так же хороши, так же мастерски написаны, как и теперь. Но вы угощаете меня не за эти и не за другие мои произведения. Вы меня угощаете потому, что это теперь в моде, потому что все стадо помешалось на одном: угощать Мартина Идена».</p>
     <p>И часто в такие минуты среди блестящего общества перед ним вдруг вырастал гуляка-парень в двубортной куртке и надвинутом стетсоне. Так случилось однажды в Окленде, на литературном утреннике в дамском клубе. Выходя на эстраду, Мартин вдруг увидел вдали, в глубине зала, гуляку-парня в знакомой куртке и шляпе. Пятьсот разодетых дам разом оглянулись, чтобы посмотреть, на что устремил свой пристальный взгляд Мартин Иден. Но они ничего не увидели в пустом проходе. А Мартин смотрел и думал, догадается ли парень снять шляпу, которая словно приросла к его голове. Призрак направился к эстраде и взошел на нее. Мартин чуть не расплакался от тоски, глядя на тень своей юности, думая о том, чем он мог стать и чем стал. Призрак прошел по эстраде, подошел вплотную к Мартину и исчез, словно растворился в нем. Все пятьсот дам зааплодировали своими изящными, затянутыми в перчатки ручками. Они хотели подбодрить знаменитого гостя, вдруг проявившего такую застенчивость. Мартин усилием воли отогнал от себя видение, улыбнулся и начал говорить.</p>
     <p>Директор школы, почтенный добродушный человек, встретив однажды Мартина на улице, напомнил ему, какие сцены происходили в его канцелярии, когда Мартина выгнали из школы за буйство и драки.</p>
     <p>— Я читал ваш «Колокольный звон», — сказал он, — еще когда он первый раз был напечатан. Прекрасно! Это не хуже Эдгара По! Я тогда, прочтя, сказал: прекрасно!</p>
     <p>«Да? А вы в ту пору два раза встретились со мною на улице и даже не узнали меня, — чуть-чуть не сказал Мартин. — Оба раза я, голодный, бежал закладывать свой единственный костюм! Вы меня не узнавали! А все мои вещи были написаны уже тогда. Почему же вы теперь узнали меня?»</p>
     <p>— Я как раз на днях говорил жене, что было бы очень хорошо, если бы вы пришли к нам обедать, — продолжал директор, — и она очень просила меня пригласить вас. Да, очень, очень просила.</p>
     <p>— Обедать! — неожиданно резко выкрикнул Мартин.</p>
     <p>— Да… да… обедать, — забормотал тот растерянно, — запросто, знаете… со старым учителем… Ах вы плут этакий! — Он похлопал Мартина по плечу, стараясь скрыть робость под шутливой фамильярностью.</p>
     <p>Мартин сделал несколько шагов, остановился и поглядел вслед старику.</p>
     <p>— Черт знает что! — пробормотал он. — Я, кажется, здорово напугал его!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава сорок пятая</p>
     </title>
     <p>Однажды к Мартину пришел Крейс — тот самый Крейс, из числа «настоящих людей». Мартин искренне обрадовался ему и выслушал проект необычайного по фантастичности предприятия, которое могло заинтересовать его как писателя, но отнюдь не как финансиста. Посреди изложения проекта Крейс вдруг заговорил о «Позоре солнца» и сказал, что это бред сумасшедшего.</p>
     <p>— Впрочем, я пришел сюда не философствовать, — прервал он сам себя. — Все, что я хочу знать, это — вложите вы тысячу долларов в мое предприятие или нет?</p>
     <p>— Нет, для этого я недостаточно сумасшедший, — сказал Мартин, — но я сделаю другое. Вы дали мне возможность провести интереснейший вечер в моей жизни. Вы дали мне то, чего нельзя купить ни за какие деньги. Теперь деньги для меня ничего не значат. Я с удовольствием дам вам тысячу долларов просто так, в благодарность за тот незабываемый вечер. Вам нужны деньги, а у меня их слишком много. Вы хотите их получить? Не нужно никаких ухищрений. Получайте!</p>
     <p>Крейс не проявил ни малейшего удивления. Он взял чек и сунул в карман.</p>
     <p>— На таких условиях я готов вам устраивать подобные вечера каждую неделю.</p>
     <p>— Слишком поздно, — покачал головой Мартин, — это был для меня первый и последний такой вечер. Я словно очутился в другом мире. Для вас там не было ничего особенного, я знаю. Но для меня все было особенное, это уже не повторится. Я покончил с философией. Я больше не желаю о ней слышать.</p>
     <p>— Первый раз в жизни я нажил деньги на философии, — заметил Крейс, направляясь к двери, — и то акции сразу упали.</p>
     <p>Однажды на улице мимо Мартина проехала в коляске миссис Морз и с улыбкой кивнула ему. Он тоже улыбнулся и снял шляпу. Случай этот не произвел на него никакого впечатления. Еще месяц тому назад ему стало бы неприятно, а может быть, смешно, и он постарался бы представить, что чувствовала при этом миссис Морз. Но теперь эта встреча прошла мимо его сознания. Он сейчас же забыл о ней, как забыл бы, например, о том, что проходил мимо здания центрального банка или ратуши. А между тем в его мозгу шла непрерывная сверхнапряженная работа. Все та же неотступная мысль сверлила его: «давным-давно». С этой мыслью Мартин просыпался по утрам, эта мысль преследовала его во сне.</p>
     <p>Все, что он видел, слышал, чувствовал, тотчас же связывалось в его сознании с этим «давным-давно». Логически рассуждая, Мартин пришел к беспощадному выводу, что теперь он никто, ничто. Март Иден-гуляка и Март Иден-моряк были реальными лицами, они существовали на самом деле. Но Мартин Иден — великий писатель никогда не существовал. Мартин Иден — великий писатель был измышлением толпы, и толпа воплотила его в телесной оболочке Марта Идена, гуляки и моряка. Но он-то знал, что это все обман. Он совсем не был тем легендарным героем, перед которым преклонялась толпа, изощряясь в служении его желудку. Ему-то было виднее.</p>
     <p>Мартин читал о себе в журналах, рассматривал свои портреты, которые постоянно печатались в них, и не узнавал себя. Это он вырос в рабочем предместье, жил, любил и радовался жизни. Это он хорошо относился к людям и с легким сердцем встречал превратности судьбы. Это он странствовал по чужим краям, стоял на вахте в любую погоду и предводительствовал шайкой таких же, как он, сорванцов. Это он был ошеломлен и подавлен бесконечными рядами книг, когда впервые пришел в библиотеку, а потом прочел эти книги и научился понимать их. Это он до глубокой ночи не гасил лампы, клал гвозди в постель, чтобы не спать, и сам писал книги. Но тот ненасытный обжора, которого люди наперерыв спешили теперь накормить, был не он.</p>
     <p>Некоторые вещи все же забавляли его. Все журналы оспаривали честь открытия Мартина Идена. «Ежемесячник Уоррена» уверял своих подписчиков, что, постоянно ища новых талантов, он первый набрел на Мартина Идена. «Белая мышь» приписывала эту заслугу себе; то же делали «Северное обозрение» и «Журнал Макинтоша», пока, наконец, не выступил «Глобус» и не указал с торжеством на изувеченные «Песни моря», которые впервые были напечатаны на его страницах. Журнал «Юность и зрелость», который, ухитрившись отделаться от кредиторов, снова начал выходить, тоже предъявил свои права на Мартина Идена. Впрочем, кроме фермерских ребятишек, никто этого журнала не читал. «Трансконтинентальный ежемесячник» опубликовал статью, в которой рассказывалось, как журнал открыл знаменитого автора. Редакция «Шершня» выступила с горячим опровержением, ссылаясь на то, что именно она напечатала «Пери и жемчуг». Скромный голос «Синглтри, Дарнлея и К°» вовсе не был слышен за шумом. У издательства не было своего журнала, в котором оно могло бы громко заявить о своих правах.</p>
     <p>Газеты подсчитывали гонорары Мартина. Каким-то образом щедрые условия, предложенные ему некоторыми журналами, сделались достоянием гласности; оклендские проповедники взывали к его милосердию, а разные мелкие вымогатели осаждали его устными и письменными просьбами. Но хуже всего были женщины. Фотографии Мартина Идена расходились по всей стране, а репортеры старались поярче расписать его «бронзовое лицо», «могучие плечи», «ясный, спокойный взгляд», «впалые щеки аскета». Эти «щеки аскета» особенно рассмешили Мартина, когда он припомнил бурные годы своей юности. Очень часто, бывая в обществе женщин, он ловил их красноречивые, оценивающие, одобряющие взгляды. Мартин смеялся, вспоминая предостережения Бриссендена. Нет, женщины не причинят ему страданий. С этим покончено.</p>
     <p>Однажды, когда Мартин провожал Лиззи в вечернюю школу, Лиззи перехватила взгляд, брошенный на него проходившей мимо красивой, хорошо одетой дамой. Этот взгляд был чуть-чуть более пристальным, чуть-чуть дольше на нем задержался, чем положено, и Лиззи затрепетала от гнева, так как сразу поняла, что значит этот взгляд. Мартин, узнав причину ее гнева, сказал ей, что он давно привык уже к таким взглядам и они его не трогают.</p>
     <p>— Этого быть не может! — вскричала она, сверкнув глазами. — Значит, вы больны!</p>
     <p>— Я здоров, как никогда. Даже прибавился в весе на пять фунтов.</p>
     <p>— Я не говорю, что вы телом больны; я говорю про вашу душу. У вас внутри что-то неладно! Я и то вижу! А что я такое!</p>
     <p>Мартин задумчиво шел рядом.</p>
     <p>— Я бы очень хотела, чтобы это у вас поскорее прошло! — воскликнула она вдруг. — Не может этого быть, чтобы такого мужчину, как вы, не трогало, когда женщины на него так смотрят. Это неестественно. Вы ведь не маленький мальчик. Честное слово, я была бы рада, если бы явилась наконец женщина, которая расшевелила бы вас.</p>
     <p>Проводив Лиззи, Мартин вернулся в «Метрополь».</p>
     <p>Он сидел в кресле, уставясь перед собой, не двигаясь и ни о чем не думая. Только время от времени в памяти вдруг возникали какие-то видения далекого прошлого. Он созерцал эти видения без участия мысли, как бывает во сне. Но он не спал. Вдруг он встрепенулся и посмотрел на часы. Было ровно восемь. Делать было нечего, а ложиться спать рано. И опять мысли его смешались, и видения опять поплыли перед ним, сменяя друг друга. Ничего примечательного в этих видениях не было. Постоянно повторялся один образ: густая листва, пронизанная солнечными лучами.</p>
     <p>Стук в дверь заставил его очнуться. Он не спал, и стук тотчас вызвал в его мозгу представление о телеграмме, письме, слуге, принесшем белье из прачечной. Ему почему-то вспомнился Джо, и, спрашивая себя, где сейчас может быть Джо, Мартин крикнул:</p>
     <p>— Войдите!</p>
     <p>Продолжая думать о Джо, он даже не оглянулся на дверь. Она тихо отворилась, но Мартин словно забыл о стуке и по-прежнему смотрел в пространство невидящим взглядом. Вдруг сзади явственно послышалось короткое подавленное женское рыдание. Мартин мгновенно вскочил на ноги.</p>
     <p>— Руфь! — воскликнул он с удивлением и почти с испугом.</p>
     <p>Лицо ее было бледно и печально. Она стояла на пороге, одной рукой держалась за дверь, а другую прижимала к груди. Потом она с мольбой протянула обе руки к нему и шагнула вперед. Усаживая Руфь в кресло, Мартин заметил, как холодны ее пальцы. Себе он подвинул другое кресло и присел на ручку. От смятения он не мог говорить. Роман с Руфью был давно уже похоронен в его сердце. Он испытывал такое же чувство, как если бы вдруг на месте отеля «Метрополь» оказалась прачечная «Горячих Ключей» с кучей белья, скопившегося за неделю. Несколько раз он хотел заговорить, но никак не мог решиться.</p>
     <p>— Никто не знает, что я здесь, — сказала Руфь тихо, с молящей улыбкой.</p>
     <p>— Что вы сказали? — спросил он.</p>
     <p>Его удивил звук собственного голоса. Руфь повторила свои слова.</p>
     <p>— О! — сказал он; это было все, что он нашелся сказать.</p>
     <p>— Я видела, как вы вошли в гостиницу; я подождала немного и вошла тоже.</p>
     <p>— О! — повторил он.</p>
     <p>Никогда еще язык его не был таким скованным. Положительно все мысли сразу выскочили у него из головы. Он чувствовал, что молчание начинает становиться неловким, но даже под угрозой смерти он не мог придумать, с чего начать разговор. Уж лучше бы в самом деле он очутился в прачечной «Горячих Ключей», — он бы молча засучил рукава и принялся за работу.</p>
     <p>— Значит, немного подождали и вошли, — наконец проговорил он.</p>
     <p>Руфь кивнула головой с некоторым лукавством и развязала на груди шарф.</p>
     <p>— Я сначала видела вас на улице с той девушкой…</p>
     <p>— Да, — сказал он просто, — я провожал ее в вечернюю школу.</p>
     <p>— Разве вы не рады меня видеть? — спросила она после новой паузы.</p>
     <p>— Рад, конечно, рад, — отвечал он поспешно, — но благоразумно ли, что вы пришли сюда одна?</p>
     <p>— Я проскользнула незаметно. Никто не знает, что я здесь. Мне очень хотелось вас видеть. Я пришла сказать вам, что понимаю, как я была глупа. Я пришла, потому что я не могла больше, потому что мое сердце приказывало мне прийти… потому что я хотела прийти!</p>
     <p>Руфь встала и подошла к Мартину. Она положила ему руку на плечо и мгновение стояла так, глубоко и часто дыша, потом быстрым движением склонилась к нему. Добрый и отзывчивый по природе, Мартин понял, что оттолкнуть ее невозможно, что, не ответив на ее порыв, он оскорбит ее так глубоко, как только может мужчина оскорбить женщину. Он обнял ее, но в его объятиях не было ни теплоты, ни ласки. Он просто обхватил ее руками, и все. Она торопливо прижалась к нему, и ладони ее легли ему на шею, но от этого прикосновения горячая волна не прошла по его телу, как бывало прежде, и ему было неловко и стыдно.</p>
     <p>— Почему вы так дрожите? — спросил он. — Вам холодно? Не затопить ли камин?</p>
     <p>Мартин сделал движение, как бы желая освободиться, но она еще крепче прильнула к нему.</p>
     <p>— Это нервное, — отвечала она, стуча зубами, — сейчас все пройдет. Мне уже лучше.</p>
     <p>Ее дрожь мало-помалу унялась. Он продолжал держать ее в объятиях, но больше не удивлялся. Он уже знал, для чего она пришла.</p>
     <p>— Мама хотела, чтобы я вышла за Чарли Хэпгуда, — объявила она.</p>
     <p>— Чарли Хэпгуд? Это тот молодой человек, который всегда говорит пошлости? — пробормотал Мартин. Помолчав, он прибавил: — А теперь ваша мама хочет, чтобы вы вышли за меня.</p>
     <p>Он сказал это без вопросительной интонации. Он сказал это совершенно уверенно, и перед его глазами заплясали многозначные цифры полученных им гонораров.</p>
     <p>— Мама не будет теперь противиться, — сказала Руфь.</p>
     <p>— Она считает меня подходящим мужем для вас? Руфь наклонила голову.</p>
     <p>— А ведь я не стал лучше с тех пор, как она расторгла нашу помолвку, — задумчиво проговорил он. — Я не переменился. Я все тот же Мартин Иден. Я даже стал хуже, я теперь опять курю. Вы чувствуете, как от меня пахнет дымом?</p>
     <p>Вместо ответа она кокетливо приложила ладонь к его губам, ожидая привычного поцелуя. Но губы Мартина не шевелились. Он подождал, пока Руфь опустила руку, и потом продолжал:</p>
     <p>— Я не переменился. Я не поступил на службу. Я и не ищу службы и даже не намерен ее искать. И я по-прежнему утверждаю, что Герберт Спенсер — великий и благородный человек, а судья Блоунт — пошлый осел. Я вчера обедал у него, так что имел случай убедиться еще раз.</p>
     <p>— А почему вы не приняли папиного приглашения? — укоризненно спросила Руфь.</p>
     <p>— Откуда вы знаете? Кто подослал его? Ваша мать?</p>
     <p>Руфь молчала.</p>
     <p>— Ну, конечно, она! Я так и думал. Да и вы теперь, наверно, пришли по ее настоянию.</p>
     <p>— Никто не знает, что я здесь, — горячо возразила Руфь. — Неужели вы думаете, что моя мать позволила бы мне такую вещь?</p>
     <p>— Ну, что она позволила бы вам выйти за меня замуж, в этом я не сомневаюсь.</p>
     <p>Руфь жалобно вскрикнула:</p>
     <p>— О Мартин, не будьте жестоким! Вы даже ни разу не поцеловали меня. Вы точно камень. Только подумайте, на что я решилась! — Она оглянулась со страхом, но в то же время с любопытством. — Подумайте, куда я пришла!</p>
     <p>«Я с радостью умерла бы за вас! Умерла бы за вас!» — вспомнились ему слова Лиззи.</p>
     <p>— Отчего же вы раньше на это не решились? — спросил он сурово. — Когда я жил в каморке. Когда я голодал. Ведь тогда я был тем же самым Мартином Иденом — и как человек и как писатель. Этот вопрос я очень часто задаю себе последнее время, и не только по отношению к вам, но и по отношению ко всем. Вы видите, я не переменился, хотя мое внезапное возвышение заставляет подчас меня самого сомневаться в этом. Но я тот же! У меня та же голова, плечи, те же десять пальцев на руках и на ногах. Никакими новыми талантами или добродетелями я не могу похвалиться. Мой мозг остался таким же, как был. У меня даже не появилось никаких новых литературных или философских взглядов. Ценность моей личности не увеличилась с тех пор, как я жил безвестным и одиноким. Так почему же теперь я вдруг стал всюду желанным гостем? Несомненно, что нужен людям не я сам по себе, — потому что я тот же Мартин Иден, которого они прежде знать не хотели, значит, они ценят во мне нечто другое, что вовсе не относится к моим личным качествам, что не имеет со мной ничего общего. Сказать вам, что во мне ценится? То, что я получил всеобщее признание. Но ведь это признание вне меня. Оно существует в чужих умах. Кроме того, меня уважают за деньги, которые у меня теперь есть. Но и деньги эти тоже вне меня. Они лежат в банках, в карманах всяких Джонов, Томов и Джеков. Так что же, вам я тоже стал нужен из-за этого, из-за славы и денег?</p>
     <p>— Вы разбиваете мне сердце, — простонала Руфь. — Вы знаете, что я люблю вас, что я пришла сюда только потому, что люблю вас!</p>
     <p>— Я боюсь, что вы меня не совсем поняли, — мягко заметил Мартин. — Скажите мне вот что: почему вы любите меня теперь сильнее, чем в те дни, когда у вас хватило решимости от меня отказаться?</p>
     <p>— Простите и забудьте! — пылко вскричала она. — Я все время любила вас! Слышите: все время! Вот почему я здесь, в ваших объятиях.</p>
     <p>— Я теперь стал очень недоверчив, все словно взвешиваю на весах. Вот и вашу любовь я хочу взвесить и узнать, что это такое.</p>
     <p>Руфь освободилась из его объятий, выпрямилась и внимательно посмотрела на него. Она хотела что-то сказать, но промолчала.</p>
     <p>— Хотите знать, что я об этом думаю? — продолжал он. — Когда я уже стал тем, что я есть теперь, никто не хотел знать меня, кроме людей моего класса. Когда книги мои были уже написаны, никто из читавших рукописи не сказал мне ни единого слова одобрения. Наоборот, меня бранили за то, что я вообще пишу, как будто я занимался чем-то постыдным по меньшей мере. Все твердили только одно: «Иди работать».</p>
     <p>Руфь сделала протестующее движение.</p>
     <p>— Да, да, — продолжал он, — только вы говорили не о работе, а о положении в обществе. Слово «работа», так же как и то, что я писал, не нравилось вам. Оно, правда, грубовато! Но, уверяю вас, еще грубее было, с моей точки зрения, то, что все убеждали меня идти работать, словно хотели наставить на путь истинный какого-то закоренелого преступника. И что же? Появление моих книг в печати и признание публики вызвали перемену в ваших чувствах. Тогда вы отказались выйти замуж за Мартина Идена, хотя все его произведения уже были написаны. Ваша любовь к нему была недостаточно сильна, и вы не решились стать его женой! А теперь ваша любовь оказалась достаточно сильна, и, очевидно, объяснения этому удивительному факту надо искать именно в пришедшей ко мне славе. О моих доходах в данном случае я не говорю, вы, может быть, не думали о них, хотя для ваших родителей, вероятно, это главное.</p>
     <p>Все это не слишком для меня лестно! Но хуже всего, что это заставляет меня усомниться в любви, в священной любви! Неужели любовь должна питаться славой и признанием толпы? Очевидно, да! Я так много думал об этом, что у меня наконец голова закружилась.</p>
     <p>— Бедная голова! — Руфь нежно провела рукой по его волосам. — Пусть она больше не кружится. Начнем сначала, Мартин! Я знаю, что проявила слабость, уступив настояниям мамы. Я не должна была уступать. Но ведь вы так часто говорили о снисхождении к человеческим слабостям. Будьте же ко мне снисходительны. Я совершила ошибку. Простите меня!</p>
     <p>— О, я прощаю! — воскликнул он нетерпеливо. — Легко простить, когда нечего прощать! Ваш поступок не нуждается в прощении. Каждый поступает, как ему кажется лучше. Ведь не стану же я просить у вас прощения за то, что не захотел поступать на службу.</p>
     <p>— Я ведь желала вам добра, — возразила она с живостью. — Я не могла не желать вам добра, раз я любила вас!</p>
     <p>— Верно, но вы чуть не погубили меня, желая мне добра. Да, да! Чуть не погубили мое творчество, мое будущее! Я по натуре реалист, а буржуазная культура не выносит реализма. Буржуазия труслива. Она боится жизни. И вы хотели и меня заставить бояться жизни. Вы стремились запереть меня в тесную клетку, навязать мне неверный, ограниченный, пошлый взгляд на жизнь. — Она хотела возразить, но он остановил ее жестом. — Пошлость — пусть вполне искренняя, но все же пошлость есть основа буржуазной культуры, буржуазной утонченной цивилизации. А вы хотели вытравить из меня живую душу, сделать меня одним из своих, внушить мне ваши классовые идеалы, классовую мораль, классовые предрассудки.</p>
     <p>Он печально покачал головой.</p>
     <p>— Вы и теперь меня не понимаете. Вы придаете моим словам совсем не тот смысл, который я в них вкладываю. Для вас все, что я говорю, — чистая фантазия. А для меня это реальность. В лучшем случае вас забавляет и изумляет, что вот неотесанный малый, вылезший из грязи, из низов, осмеливается критиковать ваш класс и называть его пошлым.</p>
     <p>Руфь устало прислонилась головой к его плечу, и ее опять охватила нервная дрожь. Он выждал минуту, не заговорит ли она, и затем продолжал:</p>
     <p>— А теперь вы хотите возродить нашу любовь! Вы хотите, чтобы мы стали мужем и женой. Вы хотите меня! А ведь могло случиться так — постарайтесь понять меня, — могло случиться, что мои книги не увидели бы света и не заслужили бы признания, и тем не менее я был бы тем, что я есть! Но вы бы никогда не пришли ко мне! Только эти книги… чтоб их черт…</p>
     <p>— Не бранитесь, — прервала она его. Мартин язвительно рассмеялся.</p>
     <p>— Вот, вот! — сказал он. — В тот миг, когда на карту поставлено все счастье вашей жизни, вы боитесь услышать грубое слово. Вы по-прежнему боитесь жизни.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_040.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_041.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Руфь вздрогнула при этих словах, как бы обесценивавших ее решимость прийти сюда; ей казалось, что Мартин несправедлив к ней, и она почувствовала обиду.</p>
     <p>Некоторое время они сидели молча: она — мучительно соображая, что ей делать; а он — раздумывая о своей ушедшей любви. Он теперь ясно понял, что никогда не любил Руфь на самом деле. Он любил некую идеальную Руфь, небесное существо, созданное его воображением, светлый и лучезарный образ, вдохновлявший его поэзию. Настоящую Руфь, буржуазную девушку с буржуазной психологией и ограниченным буржуазным кругозором, он не любил никогда.</p>
     <p>Внезапно она заговорила:</p>
     <p>— Я признаю, что многое из того, что вы говорите, верно. Я действительно боялась жизни. Я недостаточно сильно любила вас. Но теперь я научилась сильнее любить. Я люблю вас за то, что вы есть, за то, чем вы были, за то, что вас сделало таким, какой вы есть. Я люблю вас за все то, чем вы отличаетесь от людей моего класса. Пусть ваши взгляды иногда непонятны мне. Я научусь их понимать. Я сделаю все, чтобы научиться их понимать! Ваше курение, ваша брань — все это часть вашего существа, и я люблю вас и за это. Я многому научусь. За последние десять минут я уже многому научилась. Разве когда-нибудь раньше я решилась бы прийти сюда к вам? О Мартин!</p>
     <p>Руфь заплакала, спрятав лицо у него на груди. Он ласково обнял ее, первый раз за весь вечер. Она почувствовала это и подняла на него просиявшие глаза.</p>
     <p>— Слишком поздно, — сказал он. Он вспомнил слова Лиззи. — Я болен, Руфь… Нет, не телом. Душа у меня больна, мозг. Все для меня потеряло ценность. Я ничего не хочу. Если бы вы пришли полгода тому назад, все могло быть по-другому. Но теперь уже поздно, слишком поздно</p>
     <p>— Нет, не поздно! — вскричала она. — Я докажу вам это. Я докажу, что моя любовь теперь крепка, что она мне дороже всего, что мне до сих пор было дорого в жизни. Я готова отречься от всего, чему поклоняется буржуазия. Я больше не боюсь жизни. Я покину отца и мать, отдам свое имя на поношение. Я готова остаться с вами здесь, сейчас же, и пусть это будет свободный союз любви, если вы хотите, и я сумею найти в этом гордость и радость. Если я раньше изменила своей любви, сейчас я готова ради любви изменить всему, что тогда толкнуло меня на измену.</p>
     <p>Руфь стояла перед Мартином, глаза ее сверкали.</p>
     <p>— Я жду! — прошептала она. — Я жду, Мартин, чтобы вы сказали «да». Взгляните на меня.</p>
     <p>«Как это прекрасно, — думал он, глядя на нее, — она искупила свои прежние ошибки, она сделалась настоящей женщиной, сорвала с себя наконец железные цепи буржуазных условностей. Все это прекрасно, великолепно, благородно… Но что же такое со мной?»</p>
     <p>Ее решимость не взволновала, не потрясла его. Он только умом отдавал ей должное. Вместо пожара — холодное одобрение. Сердце его не забилось сильнее, желание не загорелось в крови. Ему снова вспомнились слова Лиззи.</p>
     <p>— Я болен, очень болен, — сказал Мартин, безнадежно махнув рукой. — Я даже не подозревал до сих пор, что так сильно болен. Что-то во мне ушло. Я никогда не боялся жизни, но не мог себе представить, что потеряю вкус к ней. А теперь я оказался пресыщен жизнью. У меня не осталось никаких желаний. Я даже вас не хочу! Видите, как я болен.</p>
     <p>Он откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза; и подобно тому, как плачущий ребенок сразу забывает все свои горести, глядя на солнце сквозь радужную завесу слез, так забыл Мартин и болезнь, и присутствие Руфи, и все на свете, созерцая внезапно возникшее видение — густую листву, пронизанную солнечными лучами. Она была слишком зелена и слепила глаза, эта листва. Ему было больно смотреть на нее, но он, сам не зная почему, смотрел.</p>
     <p>Скрип дверной ручки заставил его опомниться. Руфь стояла у двери.</p>
     <p>— Как мне выйти отсюда? — жалобно спросила она. — Я боюсь.</p>
     <p>— О, простите меня! — вскричал он, вскакивая. — Я сам не знаю, что со мною! Я забыл, что вы здесь.</p>
     <p>Он провел рукою по лбу.</p>
     <p>— Вы видите, я совсем нездоров. Я вас провожу домой. Мы можем пройти черным ходом. Никто не заметит. Только опустите вуаль.</p>
     <p>Руфь крепко держалась за его руку, пока они шли по узким коридорам и полутемным лестницам.</p>
     <p>— Ну, теперь я в безопасности, — сказала она, выйдя на улицу, и хотела высвободить руку.</p>
     <p>— Я провожу вас до дому, — сказал он.</p>
     <p>— Нет, нет, — возразила она, — не нужно.</p>
     <p>Она снова сделала попытку высвободить руку. Это сразу возбудило его любопытство. Казалось, она боится чего-то именно теперь, когда всякая опасность миновала. Ей словно хотелось поскорее отделаться от него, и Мартин приписывал это прост расстроенным нервам. Поэтому он удержал ее руку и повернул по направлению к ее дому. Когда они подходили к углу, Мартин вдруг увидел какого-то человека в длинном пальто, который поспешно нырнул в подъезд. Проходя мимо, Мартин загляну туда и, несмотря на то, что воротник у незнакомца был поднят, узнал брата Руфи — Нормана.</p>
     <p>По дороге Мартин и Руфь почти не разговаривали. Она была грустна, а он безучастен ко всему. Он сказал ей, что уезжает на острова Тихого океана, а она попросила у него прощения за свой неожиданный приход. Вот и все. Они расстались у дверей ее дома, как будто ничего не произошло. Пожали друг другу руки, пожелали спокойной ночи, причем он церемонно приподнял шляпу. Дверь захлопнулась. Мартин закурил папиросу и пошел обратно в гостиницу. Проходя мимо того подъезда, в котором прятался Норман, Мартин остановился и с минуту постоял в раздумье.</p>
     <p>— Она солгала, — сказал он вслух. — Она хотела уверить меня, что поступил решительно и смело, а между тем брат все время ожидал ее, чтобы отвести обратно домой. — Он расхохотался. — Ах, эти буржуа! Когда я был беден, я не смел даже приблизиться к его сестре. А когда у меня завелся текущий счет в банке, он сам приводит ее ко мне.</p>
     <p>Мартин хотел продолжать свой путь, как вдруг какой-то бродяга, поравнявшись с ним, тронул его за локоть.</p>
     <p>— Одолжите четвертак, хозяин! За ночлег заплатить, — сказал он.</p>
     <p>Голос заставил Мартина мгновенно оглянуться. В следующий миг он уже крепко пожимал руку Джо.</p>
     <p>— Помнишь, я тебе сказал, что мы встретимся, — говорил Джо. — Я предчувствовал это. Вот мы и встретились!</p>
     <p>— Ты смотришь молодцом! — сказал Мартин с восхищением. — Даже как будто пополнел.</p>
     <p>— Так оно и есть, — подтвердил Джо, сияя. — С тех пор как я стал бродягой, я понял, что значит жить! Тридцать фунтов прибавил и чувствую себя великолепно! Ведь в прежние времена я до того доработался, что кожа да кости остались. Видно, бродячая жизнь по мне!</p>
     <p>— Однако ты просишь на ночлег, — поддразнил его Мартин, — а ночь не очень теплая.</p>
     <p>— Гм! Прошу на ночлег! — Джо вытащил из кармана горсть мелочи. — Мне бы этого хватило, — признался он, — да у тебя был очень уж располагающий вид. Вот я тебя и взял на прицел.</p>
     <p>Мартин расхохотался.</p>
     <p>— Да тут у тебя еще и на выпивку хватит, — заметил он.</p>
     <p>Джо важно спрятал деньги в карман.</p>
     <p>— Не по моей части! — объявил он. — Я теперь не пью. Нет охоты. Я только раз напился после того, как мы с тобой расстались, да и то потому, что сдуру хлебнул на пустой желудок. Когда я зверски работал, я и пил зверски. Теперь, когда живу по-человечески, то и пью по-человечески! Иногда перехвачу стаканчик — и баста!</p>
     <p>Мартин условился встретиться с ним на другой день и пошел в гостиницу. В вестибюле он взглянул на расписание пароходов. Через пять дней на Таити отправлялась «Марипоза».</p>
     <p>— Закажите мне по телефону каюту, — сказал он портье, — но не наверху, а внизу, с левого борта. Запомните. Вы лучше запишите: с левого борта.</p>
     <p>Придя к себе в комнату, он лег в постель и заснул мгновенно, как ребенок. События вечера не оставили в нем никакого следа. Его мозг уже не воспринимал впечатлений. Даже порыв радости, вызванный встречей с Джо, оказался мимолетным. Он продолжался один миг, а в следующий миг Мартин уже сожалел, что встретил своего бывшего товарища, так как ему не хотелось даже разговаривать. То, что через пять дней он уплывет в свой милый океан, тоже не радовало его. Он с наслаждением сомкнул глаза и спокойно спал восемь часов. Он не метался, не видел снов. Сон помогал забыться, и, просыпаясь, Мартин неизменно испытывал сожаление. Жизнь томила и угнетала его, а время стало настоящей пыткой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава сорок шестая</p>
     </title>
     <p>— Так вот какое дело, Джо, — начал Мартин разговор на следующий день, — есть тут один француз на Двадцать восьмой улице. Он сколотил деньжонок и собирается возвращаться во Францию. У него маленькая отлично оборудованная паровая прачечная. Для тебя это просто находка, если только ты хочешь вернуться к оседлому образу жизни. Вот тебе деньги; купи себе приличный костюм и ступай вот по этому адресу. Это комиссионер, которому я поручил подыскать для тебя что- нибудь подходящее. Он с тобой пойдет и все покажет. Если прачечная тебе понравится и ты найдешь, что она стоит того, что за нее просят, — двенадцать тысяч, — скажи мне, и она твоя. А теперь проваливай! Я занят. Мы с тобой после потолкуем.</p>
     <p>— Вот что, Март, — медленно проговорил Джо, сдерживая закипавший в нем гнев, — я пришел сюда для того, чтобы с тобой повидаться. Понял? А вовсе не затем, чтобы получать от тебя в подарок прачечную! Я к тебе как к другу, по старой памяти, а ты мне прачечную суешь! Я тебе на это вот что скажу. Возьми свою прачечную и катись вместе с ней к дьяволу!</p>
     <p>Он встал и хотел выйти, но Мартин схватил его за плечи и повернул лицом к себе.</p>
     <p>— Вот что, Джо, — сказал он, — если ты мне будешь откалывать такие штуки, я тебя так вздую по старой памяти, что своих не узнаешь! Понял? Ну! Хочешь?</p>
     <p>Джо рванулся и хотел оттолкнуть Мартина, но руки, схватившие его, были слишком сильны. Вцепившись друг в друга, они закружили по комнате, сломали по дороге стул, обрушившись на него всей тяжестью, и свалились наконец на пол. Джо лежал на спине, а Мартин сидел на нем, упираясь ему в грудь коленом. Он едва отдышался, когда Мартин отпустил его.</p>
     <p>— Ну вот, теперь можно разговаривать, — сказал Мартин. — Как видишь, со мной лучше не связываться. Я хочу в первую голову покончить с прачечной. А потом уж придешь, и мы поговорим о чем-нибудь другом, по старой памяти. Я же тебе сказал, сейчас я занят. Посмотри сам.</p>
     <p>Как раз в этот миг лакей принес утреннюю почту: целую кипу писем и журналов.</p>
     <p>— Разве можно читать все это и разговаривать? Пойди выясни дело с прачечной и возвращайся сюда.</p>
     <p>— Ладно, — неохотно согласился Джо. — Я думал, что ты просто от меня откупиться хочешь, но теперь вижу, что ошибся. Только в боксе тебе меня не побить, Март. Ставлю что угодно.</p>
     <p>— Хорошо, мы потом наденем перчатки и попробуем, — со смехом сказал Мартин.</p>
     <p>— Непременно! Как только я куплю прачечную. — Джо протянул кулак. — Видал? Я тебя уложу в два счета.</p>
     <p>Когда он наконец ушел, Мартин вздохнул с облегчением. Он становился нелюдим. Ему с каждым днем было все труднее и труднее общаться с людьми. Присутствие их тяготило, а необходимость поддерживать разговор раздражала его. Люди действовали ему на нервы, и, не успев встретиться с человеком, он уже искал предлога от него отделаться.</p>
     <p>После ухода Джо Мартин не сразу принялся за почту. Около получаса сидел он в кресле, ничего не делая, и в голове у него лишь изредка проносились какие-то обрывки мыслей, короткие проблески погруженного в сон ума.</p>
     <p>Наконец он встал и начал разбирать почту. Около дюжины писем заключали в себе просьбы о присылке автографа, — он узнавал такие письма с первого взгляда; далее шли стандартные просьбы о вспомоществовании, письма разных чудаков и прожектеров, начиная от изобретателя, построившего модель вечного двигателя, и математика, доказывавшего, что земная поверхность есть внутренняя часть полого шара, и кончая человеком, просившим финансовой поддержки на предмет приобретения полуострова Калифорния в Мексике, где он хотел устроить коммунистическую колонию. Были письма от женщин, желавших с ним познакомиться; одно из писем вызвало улыбку: корреспондентка, желая доказать свою добропорядочность и благочестие, приложила к письму квитанцию об уплате за постоянное место в церкви.</p>
     <p>Издатели и редакторы заваливали его письмами: журналы выпрашивали у него статьи, книгоиздательства молили о новых книгах, — все жаждали его рукописей, бедных рукописей, для рассылки которых он некогда закладывал все свои пожитки. Были тут неожиданные чеки — плата за английские издания, авансы от заграничных издательств. Его английский агент сообщал ему, что в Германии приобретено право перевода на три его книги: его произведения переводились и в Швеции, но Швеция не участвовала в Бернской конвенции, и за эти переводы ничего нельзя было получить. Был запрос и из России, тоже чисто формальный, так как и эта страна не участвовала в Бернской конвенции.</p>
     <p>Мартин вскрыл кучу пакетов, доставленных из бюро газетных вырезок, и стал читать то, что говорилось о нем и о его славе, возраставшей с непомерной быстротой. Великолепным жестом он выбросил толпе сразу все свои сочинения. Очевидно, этим и объяснялась такая внезапная слава. Он взял толпу натиском, как было с Киплингом, когда тот лежал при смерти и толпа, повинуясь стадному чувству, вдруг начала запоем читать его книги. Тут Мартин вспомнил, что та же толпа полгода спустя, не поняв ничего из прочитанного, втоптала Киплинга в грязь. Он усмехнулся этой мысли. Как знать! Может быть, и его через полгода ждет такая же участь. Но он перехитрит толпу. Он будет тогда далеко в южных морях, будет строить свою тростниковую хижину, торговать жемчугом и копрой, перелетать на волне через подводные рифы, ловить акул, охотиться на диких коз в долине, что лежит рядом с долиной Тайохаэ.</p>
     <p>И в эту минуту вся безнадежность его положения ясно открылась ему. Он вдруг понял, что находится в Долине Теней, теней смерти. Жизнь его прошла: она угасала, меркла и склонялась к закату. Он подумал о том, как много он теперь спит и как хочется ему все время спать. А недавно еще он ненавидел сон. Сон похищал у него драгоценнейшие часы жизни. Спать четыре часа из двадцати четырех значило на четыре часа меньше жить. Как он тогда тяготился сном! И как он теперь тяготится жизнью! Жизнь была томительна и горька. Вот где таилась его гибель. Человек, не стремящийся к жизни, ищет путей к смерти. Старый инстинкт самосохранения пробудился в Мартине. Да, ему надо поторопиться с отъездом. Он оглядел комнату и расстроился от мысли, что нужно укладывать вещи. А впрочем, это не к спеху. Пока можно заняться покупками.</p>
     <p>Надев шляпу, он вышел и все утро провел в оружейном магазине, выбирая ружья, патроны и рыболовную снасть. Что касается товаров для торговли, то он решил выписать их по приезде на Таити, так как спрос на товары часто меняется. Их можно будет выписать также из Австралии. Эта мысль обрадовала его. Сознание, что нужно что-то делать и предпринимать, было теперь нестерпимо. Возвращаясь в гостиницу, он с наслаждением думал о своем покойном кресле, готовом принять его, и чуть не завыл от злости, увидев, что в этом кресле расположился Джо.</p>
     <p>Джо был в восторге от прачечной. Обо всем было договорено, и с завтрашнего дня он становился ее полноправным владельцем. Мартин лег на кровать и с полузакрытыми глазами слушал Джо. Мысли Мартина витали далеко, почти за пределами сознания. Время от времени он делал над собой усилие, чтобы хоть что-нибудь ответить Джо. А ведь он любил Джо. Но Джо был слишком полон жизни, и это болезненно действовало на Мартина, чересчур большим грузом ложилось на его усталую душу. Когда Джо сказал, что когда-нибудь они еще наденут перчатки и побоксируют, Мартин чуть не вскрикнул от боли.</p>
     <p>— Помни, Джо! Ты должен завести в своей прачечной такие порядки, о которых говорил в «Горячих Ключах», — сказал он. — Никаких сверхурочных. Никакой работы по ночам. Приличная плата. И ни в коем случае не нанимай детей! Ни под каким видом!</p>
     <p>Джо кивнул головой и вынул записную книжку.</p>
     <p>— Я сегодня перед завтраком набросал правила. Вот, слушай.</p>
     <p>Он стал читать, а Мартин одобрительно мычал, все время думая об одном: когда наконец Джо уберется?</p>
     <p>Было уже довольно поздно, когда Мартин проснулся. Постепенно его сознание вернулось к фактам действительной жизни. Комната была пуста. Очевидно, Джо ушел незаметно, увидав, что Мартин уснул. «Очень деликатно с его стороны», — подумал Мартин. Потом он закрыл глаза и снова заснул.</p>
     <p>В следующие дни Джо был занят устройством своих дел и не слишком надоедал ему. Накануне отъезда в газетах появилось сообщение, что Мартин Иден отплывает на «Марипозе». Повинуясь все тому же инстинкту самосохранения, он отправился к доктору, и тот тщательно осмотрел его. Все оказалось в полном порядке. Легкие и сердце были великолепны. С медицинской точки зрения все органы были совершенно здоровы и функционировали вполне нормально.</p>
     <p>— У вас нет никакой болезни, мистер Иден, — сказал врач, — положительно никакой. Ваш организм изумителен. Я вам просто завидую. У вас великолепное здоровье. Какая грудная клетка! При вашем могучем желудке — это залог несокрушимого здоровья и силы. Такой человеческий экземпляр попадается один на тысячу, даже на десять тысяч. Вы можете прожить до ста лет, если не какой-нибудь несчастный случай.</p>
     <p>Мартин убедился, что диагноз Лиззи был правилен. Физически он совершенно здоров. Но внутри у него что-то неладно, и только в южных морях он мог надеяться обрести исцеление. Хуже всего было то, что теперь, перед самым отъездом, у Мартина вдруг пропала всякая охота ехать. Тихий океан казался ему ничуть не лучше буржуазной цивилизации. Никакого подъема при мысли о путешествии он не испытывал, — напротив, его угнетал предстоящий отъезд, и он предпочел бы уже находиться на судне и ни о чем более не хлопотать и не думать.</p>
     <p>Последний день был поистине мучением для Мартина. Прочтя в газетах о его отъезде, Бернард Хиггинботам и Гертруда со всем семейством, а также Герман Шмидт и Мэриен пришли с ним проститься. Потом пришлось закончить некоторые дела, уплатить по счетам, удовлетворить назойливых репортеров. С Лиззи Конолли он коротко простился у дверей вечерней школы. Вернувшись в гостиницу, он застал там Джо, который весь день возился в прачечной и только к вечеру освободился и забежал к нему. Это переполнило чашу терпения, но Мартин все же заставил себя полчаса слушать болтовню приятеля, нервно стискивая ручки кресла.</p>
     <p>— Имей в виду, Джо, — сказал он, между прочим, — тебя ничто не привязывает к этой прачечной. В любой момент можешь продать ее и развеять деньги по ветру. Как только тебе все это надоест и захочется опять бродяжничать, собирайся и уходи. Старайся жить так, как тебе нравится!</p>
     <p>Джо покачал головой:</p>
     <p>— Нет уж, больше я не стану колесить по большим дорогам. Бродягой быть хорошо во всех отношениях, за исключением одного — это я насчет девушек. Не могу без них! Что хочешь, то и делай. А бродить, сам понимаешь, надо одному. Иногда проходишь мимо дома, где играет музыка; заглянешь в окошко — барышни танцуют, хорошенькие, в белых платьях, улыбаются! Ах, чтоб тебе! Прямо жизнь не мила становится. Я ведь люблю пикники, танцы, прогулки под луной и все прочее. То ли дело прачечная, приличный костюм, горсточка долларов в кармане на всякий случай! Я тут повстречал вчера одну девицу. Вот, кажется, так бы сейчас и женился, честное слово. Целый день, как вспомню, на душе веселей становится. Глаза такие ласковые, а голос — просто музыка. Ах, Март, ну какого черта ты не женишься? С такими-то деньгами — да ты можешь жениться на первейшей красавице!</p>
     <p>Мартин усмехнулся и в глубине души удивился, почему вообще человеку приходит желание жениться? Это казалось ему странным и непонятным.</p>
     <p>Стоя на палубе «Марипозы» перед самым отплытием, Мартин заметил в толпе провожающих Лиззи Конолли. «Возьми ее с собою», — шептал ему внутренний голос. «Ведь так легко быть великодушным, а она была бы безмерно счастлива». На секунду он почувствовал искушение, но тотчас оно сменилось паническим ужасом. Усталая душа громко протестовала. Он отошел от борта парохода и прошептал: «Нет, мой милый, ты слишком тяжко болен».</p>
     <p>Мартин заперся в своей каюте и сидел там, пока пароход не вышел в открытое море. За обедом в кают-компании ему отвели почетное место, по правую руку от капитана; и он тут же убедился, что все пассажиры «Марипозы» смотрят на него, как полагается смотреть на путешествующую знаменитость. Но ни одна знаменитость так не разочаровывала окружающую публику. Большую часть времени великий человек лежал на палубе с полузакрытыми глазами, а вечером первый уходил спать.</p>
     <p>Дня через два пассажиры оправились от морской болезни и с утра до вечера толкались в салонах и на палубе. Чем больше времени Мартин проводил в их обществе, тем больше они раздражали его. Впрочем, он понимал, что несправедлив. В конце концов это были милые и добродушные люди, он заставлял себя признать это и все-таки мысленно прибавлял: как и вся буржуазия с ее душевной ограниченностью и интеллектуальным убожеством. Мартину становилось скучно от разговоров с этими людьми, — они казались глупыми и пустыми. А шумное веселье молодежи действовало ему на нервы. Молодые люди не могли сидеть спокойно: они носились по палубе, играли в серсо, восхищались дельфинами, приветствовали восторженными кликами стаи летучих рыб.</p>
     <p>Мартин много спал. После утреннего завтрака он устраивался в шезлонге с журналом, которого никак не мог дочитать до конца. Печатные строки утомляли его. Он удивлялся, как это люди находят, о чем писать, и, удивляясь, мирно засыпал в своем кресле. Гонг, звавший ко второму завтраку, будил его, и он сердился, что нужно просыпаться.</p>
     <p>Однажды, пытаясь стряхнуть с себя это сонное оцепенение, Мартин пошел в кубрик к матросам. Но и матросы, казалось, изменились с тех времен, когда он сам спал на матросской койке. Он не мог найти в себе ничего общего с этими тупыми, скучными, скотоподобными людьми. Он был в отчаянии. Там, наверху, Мартин Иден сам по себе никому не был нужен, а вернуться к людям своего класса, которых он знал и которых некогда любил, он тоже не мог. Они были не нужны ему. Они раздражали его так же, как и безмозглые пассажиры первого класса!</p>
     <p>Жизнь стала мучительна, как яркий свет для человека с больными глазами. Она сверкала перед ним и переливалась всеми цветами радуги, и ему было больно. Нестерпимо больно.</p>
     <p>В первый раз за всю свою жизнь Мартин Иден путешествовал в первом классе. Прежде во время плаваний на таких судах он или стоял на вахте, или обливался потом в кочегарке. В те дни он нередко высовывал голову из люка и смотрел на толпу разодетых пассажиров, которые гуляли по палубе, смеялись, разговаривали, бездельничали; натянутый над палубой тент защищал их от солнца и ветра, а малейшее их желание мгновенно исполнялось расторопными стюардами. Ему, вылезавшему из душной угольной ямы, все это представлялось каким-то раем. А вот теперь он сам в качестве почетного пассажира сидит за столом по правую руку от капитана, все смотрят на него с благоговением, а между тем он тоскует о кубрике и кочегарке, как о потерянном рае. Нового рая он не нашел, а старый был безвозвратно утрачен.</p>
     <p>В поисках чего-нибудь, что хоть немного заинтересовало бы его, Мартин решил попытать счастья в среде пароходных служащих. Он заговорил с помощником механика, интеллигентным человеком, который сразу накинулся на него с социалистической пропагандой и набил ему карманы памфлетами и листовками. Мартин лениво слушал его рассуждения о рабской морали и вспоминал ницшеанскую философию, которую когда-то сам исповедовал. В конце концов какой во всем этом толк? Он вспомнил одно из безумнейших положений безумца Ницше, которым тот подвергал сомнению все, даже саму истину. Что ж, может быть, Ницше и прав. Может быть, самое понятие истины нелепо. Но его мозг быстро утомился, и он рад был снова улечься в кресло и подремать.</p>
     <p>Как ни тягостно было его существование на пароходе, впереди ожидали еще большие тяготы. Что будет, когда пароход придет на Таити? Сколько хлопот, сколько усилий воли! Надо будет позаботиться о товарах, найти шхуну, идущую на Маркизские острова, проделать тысячу разных необходимых и утомительных вещей. И каждый раз, заставляя себя думать о делах, он начинал ясно понимать, что ему угрожает. Да, он уже находился в Долине Теней, и самое ужасное было, что он не чувствовал страха. Если бы он хоть немного боялся, он мог бы вернуться к жизни, но он не боялся и потому все глубже погружался во мрак. Ничто уже не радовало его, даже то, что он так любил когда-то. Вот навстречу «Марипозе» подул давно знакомый северо-восточный пассат, но этот ветер, некогда пьянивший его, как вино, теперь только раздражал. Он велел передвинуть свое кресло, чтобы избежать непрошеных ласк этого доброго товарища былых дней и ночей.</p>
     <p>Но особенно несчастным почувствовал себя Мартин в тот день, когда «Марипоза» вступила в тропики. Сон покинул его. Он слишком много спал и теперь поневоле должен был бодрствовать, глядеть на жизнь и жмуриться от ее невыносимого блеска. Он беспокойно метался по палубе. Воздух был влажен и горяч, и частые ливни не освежали. Мартину было больно жить. Иногда в изнеможении он падал в кресло, но, отдохнув немного, вставал и снова начинал бродить взад и вперед. Он заставил себя дочитать наконец журнал и взял в библиотеке несколько томиков стихов. Но не мог сосредоточиться и предпочел продолжать свои прогулки.</p>
     <p>Вечером Мартин спустился к себе в каюту последним, но, несмотря на поздний час, не мог уснуть. Единственное средство отдохнуть от жизни перестало действовать. Это было уж слишком! Он зажег свет и взял книгу. То был томик стихотворений Суинберна. Мартин некоторое время перелистывал страницы и вдруг заметил, что читает с интересом. Он дочитал стихотворение, начал читать дальше, но опять вернулся к прочитанному. Уронив наконец книгу к себе на грудь, он задумался. Да! Вот оно! То самое! Как странно, что он сразу не подумал об этом раньше. Это был ключ ко всему: он все время бессознательно плутал, а теперь Суинберн указал ему самый лучший выход. Ему нужен покой, а покой был здесь, рядом. Мартин взглянул на иллюминатор. Да, он достаточно широк. В первый раз за много-много дней сердце его радостно забилось. Наконец-то он нашел средство от своего недуга. Он поднял книжку и медленно прочел вслух:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Устав от вечных упований,</v>
       <v>Устав от радостных пиров,</v>
       <v>Не зная страхов и желаний,</v>
       <v>Благословляем мы богов</v>
       <v>За то, что сердце в человеке</v>
       <v>Не вечно будет трепетать,</v>
       <v>За то, что все вольются реки</v>
       <v>Когда-нибудь в морскую гладь.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Мартин снова поглядел на иллюминатор. Суинберн указал ему выход. Жизнь томительна, вернее, она стала невыносимо томительна и скучна.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>За то, что сердце в человеке</v>
       <v>Не вечно будет трепетать!..</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Да, за это стоит поблагодарить богов. Это их единственное благодеяние в мире. Когда жизнь стала мучительной и невыносимой, как просто избавиться от нее, забывшись в вечном сне.</p>
     <p>Чего он ждет? Пора.</p>
     <p>Высунув голову из иллюминатора, Мартин посмотрел вниз на молочно-белую пену. «Марипоза» сидела очень глубоко, и, повиснув на руках, он может ногами коснуться воды. Всплеска не будет. Никто не услышит. Водяные брызги смочили ему лицо. Он с удовольствием почувствовал на губах соленый привкус. Он даже подумал, не написать ли свою лебединую песню! Но тут же высмеял себя за это. Да и времени не было. Так хотелось покончить поскорее.</p>
     <p>Погасив свет в каюте для большей безопасности, Мартин пролез в иллюминатор ногами вперед. Плечи его застряли было, и ему пришлось протискиваться, плотно прижав одну руку к телу. Внезапный толчок парохода помог ему, он выскользнул и повис на руках. В тот миг, когда ноги его коснулись воды, он разжал руки. Белая теплая вода подхватила его. «Марипоза» прошла мимо, как огромная черная стена, кое-где прорезанная освещенными дисками иллюминаторов. Пароход шел быстро. И едва Мартин успел опомниться, как очутился далеко за кормой и спокойно поплыл по вспененной поверхности океана.</p>
     <p>Бонита, привлеченная белизной, его тела, кольнула его, и Мартин рассмеялся. Боль напомнила ему, зачем он в воде. В своих стараниях выбраться он совсем было забыл о главной цели. Огни «Марипозы» уже терялись вдали, а он все плыл и плыл, словно хотел доплыть до ближайшего берега, который был за сотни миль отсюда.</p>
     <p>Это был бессознательный инстинкт жизни. Мартин перестал плыть, но, как только вода стала заливать рот, он снова заработал руками. «Воля к жизни», — подумал он и презрительно усмехнулся. Да, у него есть воля, и воля достаточно твердая, чтобы последним усилием пресечь свое бытие.</p>
     <p>Мартин принял вертикальное положение. Он взглянул на тихие звезды и в то же время выдохнул из легких весь воздух. Быстрым, могучим движением ног и рук он наполовину высунулся из воды, чтобы сильнее и быстрее погрузиться. Он должен скользнуть в глубину без единого движения, как белая статуя. Погрузившись, он начал вдыхать воду, как больной вдыхает наркотическое средство, чтобы скорей забыться. Но когда вода хлынула в горло и стала душить его, он непроизвольно, инстинктивным усилием вынырнул на поверхность и снова увидел над собой яркие звезды.</p>
     <p>«Воля к жизни», — думал он с презрением, тщетно стараясь не вдыхать свежий ночной воздух наболевшими легкими. Хорошо, он попробует по-другому! Он глубоко вздохнул несколько раз. Набрав как можно больше воздуха, он нырнул, нырнул головою вниз, со всею силою, на какую был только способен. Он плыл ко дну, погружаясь все глубже и глубже. Он видел голубоватый фосфорический свет. Бониты, как привидения, проносились мимо. Он надеялся, что они не тронут его, потому что это могло разрядить напряжение его воли. Они не тронули, и он мысленно поблагодарил жизнь за эту последнюю милость.</p>
     <p>Все глубже и глубже погружался он, чувствуя, как немеют руки и ноги. Он понимал, что находится на большой глубине. Давление на барабанные перепонки становилось нестерпимым, и голова, казалось, раскалывалась на части. Невероятным усилием воли он заставил себя погрузиться еще глубже, но тут остатки воздуха вырвались вдруг из его легких. Пузырьки скользнули у него по щекам и по глазам и быстро помчались кверху. Начались муки удушья. Но своим угасающим сознанием он понял, что эти муки еще не смерть. Смерть не причиняет боли. Это была еще жизнь, последнее содрогание, последние муки жизни. Это был последний удар, который наносила ему жизнь.</p>
     <p>Его руки и ноги начали делать судорожные, слабые движения. Поздно! Он перехитрил волю к жизни! Он был слишком глубоко. Ему уже не выплыть на поверхность. Казалось, он спокойно и мерно скользит по безбрежному морю каких-то видений. А это что? Словно маяк! И он горел в его мозгу — яркий, белый свет. Он сверкал ярче и ярче. Где-то страшный гул прокатился, и Мартину показалось, что он летит стремглав с крутой гигантской лестницы вниз, в темную бездну. Это он ясно понял! Он летит в темную бездну, и в тот самый миг, когда он понял это, сознание навсегда покинуло его.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Е. Калашниковой</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Время-не-ждет</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Часть первая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
      </title>
      <epigraph>
       <p>Человек наделен способностью рассуждать,</p>
       <p>поэтому он смотрит вперед и назад.</p>
      </epigraph>
      <empty-line/>
      <p>Скучно было в тот вечер в салуне Тиволи. У длинной стойки, тянувшейся вдоль бревенчатой стены просторного помещения, сидело всего пять-шесть посетителей; двое из них спорили о том, какое средство вернее предохраняет от цинги: настой хвои или лимонный сок. Спорили они нехотя, лениво цедя слова. Остальные едва слушали их. У противоположной стены выстроился ряд столов для азартных игр. Никто не бросал кости. За карточным столом одинокий игрок сам с собой играл в «фараон». Колесо рулетки даже не вертелось, а хозяин ее стоял возле громко гудящей, докрасна раскаленной печки и разговаривал с черноглазой миловидной женщиной, известной от Джуно до Форт-Юкона под прозвищем Мадонна. За одним из столиков шла вялая партия в покер — играли втроем, по маленькой, и никто не толпился вокруг и не следил за игрой. В соседней комнате, отведенной для танцев, под рояль и скрипку уныло вальсировали три пары.</p>
      <p>Приисковый поселок Сёркл не обезлюдел, и денег у его жителей было вволю. Здесь собрались золотоискатели, проработавшие лето на Лосиной реке и других месторождениях к западу от Сёркла; они вернулись с богатой добычей — кожаные мешочки, висевшие у них на поясе, были полны самородков и золотого песку. Месторождения на Клондайке еще не были открыты, и старатели Юкона еще не знали способа глубоких разработок и не умели прогревать промерзлую землю при помощи костров. Поэтому с наступлением морозов все прекращали поиски, уходили на зимовку в такие крупные поселки, как Сёркл, и там пережидали долгую полярную ночь. Делать им было нечего, денег — девать некуда, а развлечений никаких, кроме кабаков и трактиров. Но в тот вечер салун Тиволи почти пустовал, и Мадонна, гревшаяся у печки, зевнула, не прикрывая рта, а потом сказала стоявшему рядом с ней Чарли Бэйтсу:</p>
      <p>— Если здесь веселей не станет, я лучше спать пойду. Что случилось? Весь город вымер, что ли?</p>
      <p>Байте даже не ответил и молча продолжал скручивать цигарку. Дэн Макдональд, один из первых кабатчиков и содержателей игорных домов на Юконе, владелец Тиволи и всех его азартных игр, побродил, как неприкаянный, между столами и опять подошел к печке.</p>
      <p>— Кто-нибудь умер? — спросила Мадонна.</p>
      <p>— Похоже на то, — ответил хозяин.</p>
      <p>— Должно быть, все умерли, — заключила Мадонна и опять зевнула.</p>
      <p>Макдональд, усмехаясь, кивнул головой и уже открыл было рот, чтобы ответить, как вдруг входная дверь распахнулась настежь и на пороге показалась человеческая фигура. Струя морозного воздуха, ворвавшаяся вместе с пришельцем в теплую комнату и мгновенно превратившаяся в пар, заклубилась вокруг его колен, потом протянулась по полу, все утончаясь, и в трех шагах от печки рассеялась. Вошедший снял веник, висевший на гвозде возле двери, и принялся сметать снег со своих мокасин и длинных шерстяных носков. Роста он был немалого, но сейчас казался невысоким по сравнению с огромным канадцем, который подскочил к нему и потряс за руку.</p>
      <p>— Здорово, друг! — кричал он. — Рад видеть тебя!</p>
      <p>— Здорово, Луи! — ответил новый посетитель. — Давно ли явился? Идем, идем, выпьем. И расскажешь нам, как там, на Костяном ручье. Ну, давай лапу еще раз, черт тебя возьми! А где же твой товарищ? Я что-то его не вижу.</p>
      <p>Другой старатель, тоже огромного роста, отделился от стойки и подошел поздороваться. Вторых таких великанов, как Гендерсон и Луи-француз — совладельцы участка на Костяном ручье, — не нашлось бы во всей округе, и хотя они были только на полголовы выше нового гостя, рядом с ними он казался низкорослым.</p>
      <p>— Здорово, Олаф, тебя-то мне и нужно, — сказал он. — Завтра мой день рождения, и я хочу положить тебя на обе лопатки. Понял? И тебя, Луи. Я могу всех вас повалить, недаром завтра мой день рождения. Понятно? Идем выпьем, Олаф, я тебе сейчас все объясню.</p>
      <p>С приходом нового посетителя по салуну словно живое тепло разлилось.</p>
      <p>— Да это Время-не-ждет! — воскликнула Мадонна, первой узнавшая его, когда он вышел на середину комнаты.</p>
      <p>Чарли Бэйтс уже не хмурился, а Макдональд поспешил к стойке, где расположились трое приятелей. От одного присутствия нового гостя все сразу повеселели и оживились. Забегали официанты, голоса зазвучали громче, раздался смех. Скрипач, заглянув в открытую дверь, сказал пианисту: «Время-не-ждет пришел», — и тотчас музыка заиграла громче и танцующие пары, словно проснувшись, с увлечением закружились по комнате. Всем было известно, что раз появился Время-не-ждет, скуку как рукой снимет.</p>
      <p>Он повернулся спиной к стойке и, оглядев салун, заметил женщину у печки, смотревшую на него с радостным ожиданием.</p>
      <p>— Здравствуй, Мадонна, здравствуй, милая! — крикнул он. — Привет, Чарли! Что с вами такое? Чего приуныли? Гроб-то стоит всего три унции! Идите сюда, выпьем. Эй вы, покойнички! Подходите, выбирайте себе отраву по вкусу. Все, все подходите. Сегодня мой день, всю ночь гулять буду. Завтра мне стукнет тридцать лет — значит, прощай молодость! А сегодня погуляю напоследок. Ну как? Принимаете? Тогда вали сюда, вали!</p>
      <p>— Постой минутку, Дэвис! — крикнул он игроку в «фараон», который уже встал было из-за стола. — Раскинь карты — посмотрим, кто кого будет угощать: я тебя или ты нас.</p>
      <p>Вытащив из кармана тяжелый мешочек с золотым песком, он бросил его на карту.</p>
      <p>— Пятьдесят, — объявил он.</p>
      <p>Дэвис сдал две карты. Выиграл Время-не-ждет. Дэвис записал сумму на листке бумаги, весовщик за стойкой отвесил на пятьдесят долларов золотого песку и высыпал его в мешочек выигравшего. В соседней комнате звуки вальса умолкли, и все три пары в сопровождении скрипача и пианиста направились к стойке.</p>
      <p>— Вали, вали сюда! — приветствовал их Время-не-ждет. — Заказывайте, что кому по душе. Сегодня мой вечер. Пользуйтесь, такое не часто бывает. Ну, подходи, все, сиваши, лососинники. Мой вечер, говорят вам…</p>
      <p>— Тоскливый вечер, хоть волком вой, — прервал его Чарли Бэйтс.</p>
      <p>— Верно, друг, — весело подхватил Время-не-ждет. — Но это мой вечер, я и есть старый, матерый волк. Вот послушай!</p>
      <p>И он завыл глухо, протяжно, как воет одинокий таежный волк, так что Мадонна вся задрожала и заткнула уши тоненькими пальчиками. Минуту спустя она уже кружилась в его объятиях в соседней комнате вместе с тремя другими парами, а скрипач с пианистом нажаривали забористую виргинскую кадриль. Все быстрей мелькали обутые в мокасины ноги мужчин и женщин, и вскоре всех обуяло бурное веселье. Средоточием его был Время-не-ждет; его разгульное удальство, остроты и шутки рассеяли уныние, царившее в салуне до его прихода.</p>
      <p>Казалось, самый воздух стал другим, вобрав в себя его бьющую через край жизненную энергию. Посетители, входя с улицы, сразу чувствовали это, и в ответ на их вопросы официанты кивали на соседнюю комнату и многозначительно говорили: «Время-не-ждет гуляет». И посетители не спешили уходить, располагались надолго, заказывали виски. Игроки тоже пробудились от спячки, и вскоре все столы были заняты; непрерывный перестук фишек и неумолчное жужжание шарика в колесе рулетки сливались с гулом мужских голосов, хриплым смехом и грубой бранью.</p>
      <p>Мало кто знал Элама Харниша под другим именем, чем Время-не-ждет; это прозвище ему дали давно, в дни освоения новой страны, потому что этим возгласом он всегда подымал с постели своих товарищей. В арктической пустыне, где все жители были первооткрывателями, он по праву считался одним из старожилов. Правда Эл Мэйо и Джек Мак-Квещен опередили его; но они пришли с востока, с Гудзонова залива, перевалив через Скалистые горы. Он же был первым из тех, кто проник на Аляску через перевалы Чилкут и Чилкат. Двенадцать лет тому назад, весной 1883 года, восемнадцатилетним юнцом он перевалил через Чилкут с пятью товарищами. Осенью он проделал обратный путь с одним: четверо погибли в неизведанных безлюдных просторах. И все двенадцать лет Элам Харниш искал золото в сумрачном краю у Полярного круга.</p>
      <p>Никто не искал с таким упорством и долготерпением, как Харниш. Он вырос вместе со страной. Другой страны он не знал. Цивилизация была для него смутным сновидением, оставшимся позади, в далекой прежней жизни. Приисковые поселки Сороковая Миля и Сёркл казались ему столицами. Он не только рос вместе со страной, — какова бы она ни была, он помог ее созиданию. Он создавал ее историю, ее географию; и те, кто пришел после него, описывали его переходы и наносили на карту проложенные им тропы.</p>
      <p>Герои обычно не склонны превозносить геройство, но даже отважные пионеры этой молодой страны, несмотря на юный возраст Элама Харниша, признавали за ним право старшинства. Никто из них не ступал на эту землю до него; никто не совершал таких подвигов; никто, даже самые выносливые, не мог тягаться с ним в выдержке и стойкости. А сверх того он слыл человеком храбрым, прямодушным и честным.</p>
      <p>Повсюду, где легко рискуют жизнью, словно это всего-навсего ставка игрока, люди в поисках развлечений и отдыха неизбежно обращаются к азартным играм. Золотоискатели Юкона ставили на карту свою жизнь ради золота, а добыв его, проигрывали друг другу. Так же поступал и Элам Харниш. Он по натуре был игрок, и жизнь представлялась ему увлекательнейшей игрой. Среда, в которой он вырос, определила характер этой игры. Он родился в штате Айова, в семье фермера, вскоре переселившегося в Восточный Орегон, и там, на золотом прииске, Элам провел свое отрочество. Он рано узнал, что такое риск и крупные ставки. В этой игре отвага и выдержка увеличивали шансы, но карты сдавал всемогущий Случай. Честный труд, верный, хоть и скудный заработок в счет не шли. Игра велась крупная. Настоящий мужчина рисковал всем ради всего, и если ему доставалось не все, — считалось, что он в проигрыше. Элам Харниш оставался в проигрыше целых двенадцать лет, проведенных на Юконе. Правда, прошлым летом на Лосиной реке он добыл золота на двадцать тысяч долларов, и столько же золота еще скрывалось под землей на его участке. Но, как он сам говорил, этим он только вернул свою ставку. В течение двенадцати лет он втемную ставил на карту свою жизнь — ставка немалая! А что получил обратно? На сорок тысяч только и можно, что выпить и поплясать в Тиволи, проболтаться зиму в Сёркле да запастись продовольствием и снаряжением на будущий год.</p>
      <p>Старатели на Юконе переиначили старую поговорку, и вместо: «Легка пожива — была, да сплыла» — у них она гласила: «Трудна пожива — была, да сплыла». Когда виргинская кадриль кончилась, Элам Харниш опять угостил всех вином. Стакан виски стоил доллар, за унцию золота давали шестнадцать долларов; на приглашение Харниша откликнулось тридцать человек, и в каждом перерыве между танцами он угощал их. Это был его вечер, и никому не дозволялось пить за свой счет. Сам Элам Харниш не питал пристрастия к спиртному, на виски его не тянуло. Слишком много сил и энергии отпустила ему природа, слишком здоров он был душой и телом, чтобы стать рабом пагубной привычки к пьянству. Зимой и летом, на снежной тропе или в лодке, он месяцами не пил ничего крепче кофе, а однажды целый год и кофе не видел. Но он любил людей, а на Юконе общаться с ними можно было только в салунах, поэтому и он заходил туда выпить. На приисках Запада, где он вырос, все старатели так делали. Он считал это естественным. Как иначе можно встречаться с людьми, он просто не знал.</p>
      <p>Внешность Элама Харниша была приметная, хотя наряд его мало чем отличался от одежды других завсегдатаев Тиволи: мокасины из дубленой лосиной кожи с индейской вышивкой бисером, обыкновенный рабочий комбинезон, а поверх него — куртка, сшитая из одеяла, длинные кожаные рукавицы, подбитые мехом, болтались у него на боку, — по юконскому обычаю, они висели на ремешке, надетом на шею; меховая шапка с поднятыми, но не завязанными наушниками. Лицо худое, удлиненное; слегка выступающие скулы, смуглая кожа и острые темные глаза придавали ему сходство с индейцем, хотя по оттенку загара и разрезу глаз сразу можно было признать в нем белого. Он казался одновременно и старше и моложе своих лет: по гладко выбритому, без единой морщинки лицу ему нельзя было дать тридцать лет, и вместе с тем что-то неуловимое в нем выдавало зрелого мужчину. Это были незримые следы тех испытаний, через которые он прошел и которые мало кому оказались бы под силу. Он жил жизнью первобытной и напряженной, — и об этом говорили его глаза, в которых словно тлел скрытый огонь, это слышалось в звуке его голоса, об этом, казалось, непрерывно шептали его губы.</p>
      <p>А губы у него были тонкие и почти всегда крепко сжатые; зубы — ровные и белые; приподнятые уголки губ, смягчая жесткую линию рта, свидетельствовали о природной доброте, а в крохотных складочках вокруг глаз таился веселый смех. Эти спасительные свойства умеряли необузданный нрав Элама Харниша, — без них он легко мог стать существом жестоким и злобным. Точеный нос с тонкими ноздрями был правильной формы; лоб узкий, но высокий и выпуклый, красиво очерченный; волосы тоже напоминали волосы индейца — очень прямые, очень черные и такие блестящие, какие бывают только у здоровых людей.</p>
      <p>— Время-не-ждет времени не теряет, — усмехаясь, сказал Дэн Макдональд, прислушиваясь к хохоту и громким крикам, доносившимся из соседней комнаты.</p>
      <p>— Погулять он умеет! Правда, Луи? — отозвался Олаф Гендерсон.</p>
      <p>— И еще как! — подхватил Луи-француз. — Этот парень — чистое золото!</p>
      <p>— Когда господь бог в день великой промывки призовет его душу, — продолжал Макдональд, — вот увидите, он самого господа бога заставит кидать землю в желоба.</p>
      <p>— Вот это здорово! — проговорил Олаф Гендерсон, с искренним восхищением глядя на Макдональда.</p>
      <p>— Очень даже, — подтвердил Луи-француз. — Выем, что ли, по этому случаю?</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
      </title>
      <p>К двум часам ночи все проголодались, и танцы решили прервать на полчаса. И тут-то Джек Керне, высокий, плотный мужчина с грубыми чертами лица, предложил сыграть в покер. После того как Джек вместе с Беттлзом предпринял неудачную попытку обосноваться далеко за Полярным кругом, в верховьях реки Койокук, он вернулся к своим факториям на Сороковой и Шестидесятой Миле и пустился в новое предприятие — выписал из Соединенных Штатов небольшую лесопилку и речной пароход. Лесопилка была уже в пути: погонщики индейцы везли ее на собаках через Чилкутский перевал; в начале лета, после ледохода, ее доставят по Юкону в Сёркл. А в середине лета, когда Берингово море и устье Юкона очистятся от льда, пароход, собранный в Сент-Майкле, двинется вверх по реке с полным грузом продовольствия.</p>
      <p>Итак, Джек Керне предложил сразиться в покер. Луи-француз, Дэн Макдональд и Хэл Кэмбл (которому сильно повезло на Лосиной реке), за нехваткой дам не танцевавшие, охотно согласились. Стали искать пятого партнера; как раз в это время из задней комнаты появился Элам Харниш под руку с Мадонной, а за ними, пара за парой, шли остальные танцоры. Игроки окликнули его, и он подошел к карточному столу.</p>
      <p>— Садись с нами, — сказал Кэмбл. — Тебе сегодня как — везет?</p>
      <p>— Малость везет! — весело ответил Харниш. Но Мадонна украдкой сжала его локоть: ей хотелось еще потанцевать с ним. — А все-таки я лучше потанцую. Не хочется мне вас грабить.</p>
      <p>Никто не стал настаивать, считая его отказ окончательным. Мадонна потянула его за руку, спеша присоединиться к компании ужинающих гостей, но Время-не-ждет вдруг передумал. У него не пропала охота танцевать, и обидеть свою даму он тоже не хотел, но его свободолюбие восстало против настойчивости, с какой она тянула его за собой. Он давно уже твердо решил, что ни одна женщина не будет командовать им. Хотя он и пользовался большим успехом у женщин, сам он не слишком увлекался ими. Для него они были просто забавой, развлечением, отдыхом от большой игры, от настоящей жизни. Он не делал разницы между женщинами и выпивкой или игрой в карты и видел немало примеров тому, что куда легче отвыкнуть от виски и покера, нежели выпутаться из сетей, расставленных женщиной.</p>
      <p>Харниш всегда подчинялся самому себе, и это было естественно для человека со столь здоровыми инстинктами; но при малейшей опасности оказаться в подчинении у кого-нибудь другого он либо давал сокрушительный отпор, либо обращался в бегство. Сладостные цепи, налагаемые любовью, не прельщали его. Ему случалось видеть влюбленных мужчин, — он считал их помешанными, а душевные болезни нисколько не интересовали его. Но мужская дружба — это совсем не то, что любовь между мужчиной и женщиной. В дружбе с товарищем нет рабского подчинения. Это деловой уговор, честная сделка между людьми, которые не пытаются взять верх друг над другом, но плечо к плечу преодолевают и снежную тропу, и реки, и горы, рискуя жизнью в погоне за богатством. А мужчина и женщина гоняются друг за другом, и либо он, либо она непременно возьмет верх. Иное дело — дружба между двумя товарищами: тут нет места рабству. И хотя Харниш, обладавший богатырской силой, всегда давал больше, чем получал взамен, он давал не по принуждению, а добровольно, с царской щедростью расточая и труды свои и сверхчеловеческие усилия. Вместе идти день за днем по горным ущельям, борясь со встречным ветром, или пробираться по тундре, отбиваясь от налетающих тучами комаров, нести поклажу вдвое тяжелей, чем поклажа товарища, — в этом нет ни неравенства, ни подчинения. Каждый отдает все свои силы. Это — главное условие честной сделки между товарищами. Конечно, бывает, что у одного больше сил, а у другого меньше; но если и тот и другой делают все, что могут, — значит, уговор не нарушен, главное условие соблюдено, справедливое соглашение действует ко взаимной выгоде.</p>
      <p>А с женщинами не то! Женщины поступаются малым, а требуют всего. Только глянь на них лишний раз, и опутают тебя, привяжут к своей юбке. Вот Мадонна: зевала во весь рот, когда он пришел, а как только позвал танцевать — вся загорелась. Почему не потанцевать с ней; но он не один раз, а много раз приглашал ее, — и вот уж она сжимает его локоть, когда ему предлагают сыграть в покер, она уже предъявляет права на него; и если он уступит, конца этому не будет. Ничего не скажешь, женщина она славная — цветущая, хороша собой и танцует отлично; но только есть в ней это чисто женское желание заарканить его и связать по рукам и ногам, чтобы выжечь на нем тавро. Нет, уж лучше покер! К тому же Харниш любил покер ничуть не меньше, чем танцы.</p>
      <p>Он не двинулся с места, сколько Мадонна ни тянула его за руку, и сказал:</p>
      <p>— Пожалуй, я не прочь малость встряхнуть вас. Она опять, еще более настойчиво, сжала его локоть.</p>
      <p>Вот они — путы, она уже пытается затянуть узелок. На какую-то долю секунды в Харнише проснулся дикарь: он весь был во власти смертельного страха и жажды крови; в одно мгновение он превратился в тигра, который, чуя капкан, себя не помнит от испуга и ярости. Будь он в самом деле дикарь, он опрометью бросился бы вон или кинулся на женщину и растерзал ее. Но к нему тотчас же вернулась выдержка, накопленная поколениями, та способность обуздывать себя, благодаря которой человек стал животным общественным, — правда, несовершенным. Он подавил поднявшуюся в нем злобу и сказал, ласково глядя Мадонне в глаза:</p>
      <p>— Ты пойди поужинай. Я не голоден. А потом мы еще потанцуем. До утра далеко. Ступай, милая.</p>
      <p>Он высвободил свою руку, дружески потрепал Мадонну по плечу и повернулся к игрокам:</p>
      <p>— Если без лимита, я сяду с вами.</p>
      <p>— Лимит большой, — сказал Джек Керне.</p>
      <p>— Никаких лимитов.</p>
      <p>Игроки переглянулись, потом Керне объявил:</p>
      <p>— Ладно, без лимита.</p>
      <p>Элам Харниш уселся на свободный стул и начал было вытаскивать мешочек с золотом, но передумал. Мадонна постояла немного, обиженно надув губы, потом присоединилась к ужинающим танцорам.</p>
      <p>— Я принесу тебе сандвич! — крикнула она Харнишу через плечо.</p>
      <p>Он кивнул головой. Улыбка ее говорила о том, что она больше не сердится. Итак, он избежал опасности и вместе с тем не нанес слишком горькой обиды.</p>
      <p>— Давайте на марки, — предложил он. — А то фишки весь стол занимают. Согласны?</p>
      <p>— Я согласен, — ответил Хэл Кэмбл. — Мои марки пойдут по пятьсот.</p>
      <p>— И мои, — сказал Харниш.</p>
      <p>Остальные тоже назвали стоимость марок; самым скромным оказался Луи-француз: он пустил свои по сто долларов.</p>
      <p>В те времена на Аляске не водилось ни мошенников, ни шулеров. Игра велась честно, и люди доверяли друг другу. Слово было все равно что золото. Плоские продолговатые марки, на которые они играли, делались из латуни и стоили не дороже цента за штуку. Но когда игрок ставил такую марку и объявлял, что стоимость ее равна пятистам долларам, это ни в ком не вызывало сомнений. Выигравший знал, что каждый из партнеров оплатит свои марки тут же на месте, отвесив золотого песку на ту сумму, которую сам назначил. Марки изготовлялись разных цветов, и определить владельца было нетрудно. Выкладывать же золото на стол — такая мысль и в голову не приходила первым юконским старателям. Каждый отвечал за свою ставку всем своим достоянием, где бы оно ни хранилось и в чем бы ни заключалось.</p>
      <p>Харниш срезал колоду — сдавать выпало ему. Это была хорошая примета, и, тасуя карты, он крикнул официантам, чтобы всех поили за его счет. Потом он сдал карты, начав с Дэна Макдональда, своего соседа слева, весело покрикивая на своих партнеров:</p>
      <p>— А ну, поехали! Эй вы, лохматые, хвостатые, лопоухие! Натягивайте постромки! Налегайте на упряжь, да так, чтобы шлея лопнула. Но-о, но-о! Поехали к нашей красотке! И уж будьте покойны, порастрясет нас дорогой, пока мы доберемся к ней! А кое-кто и отобьет себе одно место, да еще как!</p>
      <p>Сперва игра шла тихо и мирно, партнеры почти не разговаривали между собой; зато вокруг них стоял содом, — виновником этого был Элам Харниш. Все больше и больше старателей, заглянув в салун, застревали на весь вечер. Когда Время-не-ждет устраивал кутеж, никому не хотелось оставаться в стороне. Помещение для танцев было переполнено. Женщин не хватало, поэтому кое-кто из мужчин, обвязав руку повыше локтя носовым платком, — чтобы не вышло ошибки, — танцевал за даму. Вокруг всех игорных столов толпились игроки, стучали фишки, то пронзительно, то глухо жужжал шарик рулетки, громко переговаривались мужчины, выпивая у стойки или греясь возле печки. Словом, все было как полагается в разгульную ночь на Юконе.</p>
      <p>Игра в покер тянулась вяло, с переменным счастьем, большой карты никому не выпадало. Поэтому ставили много и на мелкую карту, но торговались недолго. Луи-француз взял пять тысяч на свой флеш против троек Кэмбла и Кернса. Одному из партнеров достался котел в восемьсот долларов, а было у него всего-то две фоски. Керне, блефуя, поставил две тысячи. Не сморгнув, Харниш ответил. Когда открыли карты, у Кернса оказался неполный флеш, а Харниш с торжеством предъявил две десятки.</p>
      <p>Но вот наконец в три часа ночи игрокам пошла карта. Настал вожделенный миг, которого неделями ждут любители покера. Весть об этом молнией разнеслась по Тиволи. Зрители затаили дыхание. Говор у стойки и вокруг печки умолк. И все стали подвигаться к карточному столу. Игроки за другими столами поднялись со своих мест и тоже подошли. Соседняя комната опустела, и вскоре человек сто с лишним в глубоком молчании тесно обступили покеристов. Торговаться начали втемную, — ставки росли и росли, а о прикупе никто еще и не думал. Карты сдал Керне. Луи-француз поставил свою марку в сто долларов. Кэмбл только ответил, но следующий партнер — Элам Харниш — бросил в котел пятьсот долларов, заметив Макдональду, что надо бы больше, да уж ладно, пусть входит в игру по дешевке.</p>
      <p>Макдональд еще раз заглянул в свои карты и выложил тысячу. Керне после длительного раздумья ответил. Луи-француз тоже долго колебался, но все-таки решил не выходить из игры и добавил девятьсот долларов. Столько же нужно было выложить и Кэмблу, чтобы не выйти из игры, но, к удивлению партнеров, он этим не ограничился, а поставил еще тысячу.</p>
      <p>— Ну, наконец-то дело в гору пошло, — сказал Харниш, ставя тысячу пятьсот долларов и, в свою очередь, добавляя тысячу, — красотка ждет нас за первым перевалом. Смотрите, не лопнули бы постромки!</p>
      <p>— Уж я-то не отстану, — ответил Макдональд и положил в котел на две тысячи своих марок да сверх того добавил тысячу.</p>
      <p>Теперь партнеры уже не сомневались, что у всех большая карта на руках. Хотя лица их не выдавали волнения, каждый внутренне подобрался. Все старались держаться естественно, непринужденно, но каждый делал это по-своему: Хэл Кэмбл подчеркивал присущую ему осторожность; Луи-француз выказывал живейший интерес к игре; Макдональд по-прежнему добродушно улыбался всем, хотя улыбка казалась чуть натянутой; Керне был невозмутимо хладнокровен, а Элам Харниш, как всегда, весело смеялся и шутил. Посредине карточного стола беспорядочной грудой лежали марки — в котле уже было одиннадцать тысяч.</p>
      <p>— У меня все марки вышли, — пожаловался Керне. — Давайте на запись.</p>
      <p>— Очень рад, что ты не сдаешься, — одобрительно заметил Макдональд.</p>
      <p>— Погоди, я еще не решил. Тысячу я уже проставил. А теперь как?</p>
      <p>— Теперь либо бросай карты, либо ставь три тысячи. А можешь и выше поднять, пожалуйста!</p>
      <p>— Нет уж, спасибо! Это у тебя, может, четыре туза на руках, а у меня слабовато. — Керне еще раз заглянул в свои карты. — Вот что я тебе скажу, Мак: я все-таки попытаю счастья — выложу три тысячи.</p>
      <p>Он пометил сумму на клочке бумаги, подписался и положил бумажку на середину стола.</p>
      <p>Слово было за Луи-французом. Все взоры обратились на него.</p>
      <p>С минуту он дрожащими пальцами перебирал свои карты, потом сказал:</p>
      <p>— Чует мое сердце, что ничего не выйдет. Черт с ним! — и со вздохом отбросил карты в сторону.</p>
      <p>Тогда глаза всех присутствующих — свыше сотни пар — впились в Кэмбла.</p>
      <p>— Ну, Джек, жалко мне тебя, я только отвечу, — сказал Кэмбл и выложил две тысячи, но ставки не перекрыл.</p>
      <p>Теперь все взгляды устремились на Харниша; он нацарапал что-то на бумажке и пододвинул ее к котлу.</p>
      <p>— Имейте в виду, — сказал он. — Здесь не воскресная школа и не благотворительное общество. Я отвечаю и добавляю еще тысячу. Слово за тобой, Мак. Как там твои четыре туза?</p>
      <p>— За мной дело не станет, — ответил Макдональд. — Вот вам тысяча и ставлю еще одну. Ну, а ты, Джек? Надеешься на свое счастье?</p>
      <p>— Очень даже надеюсь. — Керне долго перебирал и разглядывал свои карты. — Из игры я не выйду. Но я хочу, чтобы вы знали: у меня имеется пароход «Белла», он стоит полных двадцать тысяч, ни на унцию меньше. В моей лавке на Шестидесятой Миле лежит товару на пять тысяч. И вам известно, что скоро доставят мою лесопилку. Она сейчас на озере Линдерман, и для нее уже вяжут плот. Ну как? В долг поверите?</p>
      <p>— Поверим, — ответил Харниш. — Валяй ставь! Кстати, уж и я скажу: двадцать тысяч лежат здесь, у Мака в сейфе, и двадцать тысяч у меня под землей на Лосиной реке. Ты, Кэмбл, мой участок знаешь. Есть там на двадцать тысяч?</p>
      <p>— Есть.</p>
      <p>— Сколько надо ставить? — спросил Керне.</p>
      <p>— Две тысячи.</p>
      <p>— Смотри, Джек, не зарывайся, этим дело не кончится, — предостерег его Харниш.</p>
      <p>— Я в свое счастье верю. Так вот и вижу, как оно мне улыбается, — сказал Керне и положил новую расписку на две тысячи поверх кучки бумажек.</p>
      <p>— Счастья я никакого не вижу, зато вижу, что у меня неплохая карта, — заявил Кэмбл, пододвигая свою расписку, — но перекрывать не хочу.</p>
      <p>— А я хочу, — сказал Харниш, принимаясь писать. — Отвечаю тысячу и подымаю на тысячу.</p>
      <p>Тут Мадонна, которая стояла за стулом Элама Харниша, сделала то, на что не решился бы даже лучший друг игрока в покер. Протянув руку через его плечо, она подняла со стола лежавшие перед ним пять карт и заглянула в них, почти вплотную прижимая их к его груди. Она увидела, что у него три дамы и две восьмерки, но ни одна душа не могла бы догадаться, большая ли у него карта. Глаза всех партнеров так и сверлили ее, однако она ничем себя не выдала. Лицо Мадонны, словно высеченное из льда, было невозмутимо и выражало одно лишь равнодушие. Даже бровь у нее не шевельнулась, не дрогнули ноздри, не блеснули глаза. Она опять положила карты на стол рубашкой вверх, и взоры игроков нехотя отвернулись от ее лица, не прочтя на нем ничего.</p>
      <p>Макдональд приветливо улыбнулся.</p>
      <p>— Отвечаю тебе, Время-не-ждет, и перекрываю двумя тысячами. Как твое счастье, Джек?</p>
      <p>— Все улыбается, Мак. Да так, что просто устоять не могу. Вот три тысячи. Чует мое сердце, что выиграю. И знаешь, что еще мое сердце чует? Время-не-ждет тоже ответит.</p>
      <p>— Можешь не сомневаться, — подтвердил Харниш, после того как Кэмбл бросил свои карты. — Элам Харниш знает, что и когда ему нужно делать. Отвечаю две тысячи. А теперь будем прикупать.</p>
      <p>Прикуп состоялся в гробовой тишине, прерываемой только тихими голосами играющих. В котле набралось уже тридцать четыре тысячи, а до конца игры еще было далеко. Мадонна чуть не вскрикнула, когда Харниш отбросил восьмерки и, оставив себе только трех дам, прикупил две карты. И на этот раз даже она не посмела заглянуть в его прикуп. Она знала, что и ее выдержке есть предел. Харниш тоже не поднял карты со стола.</p>
      <p>— Тебе? — спросил Керне Макдональда.</p>
      <p>— С меня хватит, — последовал ответ.</p>
      <p>— А ты подумай, может, все-таки дать карточку?</p>
      <p>— Спасибо, не нуждаюсь.</p>
      <p>Сам Керне взял себе две карты, но не стал смотреть их. Карты Харниша тоже по-прежнему лежали на столе рубашкой вверх.</p>
      <p>— Никогда не надо лезть вперед, когда у партнера готовая карта на руках, — медленно проговорил он, глядя на Макдональда. Я — пас. За тобой слово, Мак.</p>
      <p>Макдональд тщательно пересчитал свои карты, чтобы лишний раз удостовериться, что их пять, записал сумму на клочке бумаги, положил его в котел и сказал:</p>
      <p>— Пять тысяч.</p>
      <p>Керне под огнем сотни глаз посмотрел свой прикуп, пересчитал три остальные карты, убедился, что всех карт у него пять, и взялся за карандаш.</p>
      <p>— Отвечаю, Мак, — сказал он, — и набавлю только тысчонку, не то Время-не-ждет испугается.</p>
      <p>Все взоры опять обратились на Харниша. Он тоже посмотрел прикуп и пересчитал карты.</p>
      <p>— Отвечаю шесть тысяч и набавляю пять. Может, теперь ты, Джек, испугаешься?</p>
      <p>— А я набавлю еще пять тысяч, хочу помочь тебе пугнуть Джека, — сказал Макдональд.</p>
      <p>Голос его звучал хрипловато и напряженно, а уголок рта слегка дергался.</p>
      <p>Керне был бледен, и рука, в которой он сжимал карандаш, заметно дрожала. Но голос его не изменился.</p>
      <p>— Набавляю пять тысяч, — сказал он.</p>
      <p>Теперь центром внимания был Харниш. Выступивший у него на лбу пот поблескивал в свете керосиновых ламп. Смуглые щеки покрылись темным румянцем, черные глаза горели, ноздри раздувались — широкие ноздри, унаследованные от диких предков, которые выжили благодаря богатырской грудной клетке и могучим легким. Но голос у него не срывался, как у Макдональда, и рука, взявшаяся за карандаш, не дрожала, как у Кернса.</p>
      <p>— Отвечаю десять тысяч, — сказал он. — Тебя я не боюсь, Мак. А вот счастье Джека меня беспокоит.</p>
      <p>— Я все-таки наддам пять тысяч, — сказал Макдональд. — До прикупа я был сильнее всех, и сдается мне, и сейчас моя карта не будет бита.</p>
      <p>— Бывает так, что счастье после прикупа вернее, чем до прикупа, — заметил Керне. — Так и шепчет мне: «Наддай, Джек, наддай!» Придется поставить еще пять тысяч.</p>
      <p>Харниш откинулся на спинку стула, поднял глаза к потолку и стал подсчитывать вслух:</p>
      <p>— До прикупа я проставил девять тысяч, потом отвечал, потом набавлял… одиннадцать тысяч… потом еще… итого — тридцать тысяч. У меня остается еще десять тысяч. — Он выпрямился и посмотрел на Кернса. — Вот десять тысяч я и отвечу.</p>
      <p>— Можешь набавить, — ответил Керне. — Твои собаки пяти тысяч стоят.</p>
      <p>— Ну, уж нет! Вы можете забрать весь мой песок и все, что есть в моей земле, но собак моих вам не видать. Я только отвечу.</p>
      <p>Макдональд долго раздумывал. Никто не шевелился, никто не говорил даже шепотом. Ни один мускул не дрогнул на лицах зрителей. Никто даже не переступил с ноги на ногу. Все замерли в благоговейном молчании. Слышался только рев пламени в огромной печке, да из-за бревенчатой стены доносился приглушенный вой собак. Не каждый вечер на Юконе шла крупная игра, а такой игры еще не бывало за всю историю этого края. Наконец Макдональд заговорил:</p>
      <p>— Если я проиграю, я могу только взять закладную под Тиволи.</p>
      <p>Оба партнера кивнули в знак согласия.</p>
      <p>— Тогда я тоже отвечу.</p>
      <p>Макдональд положил на стол расписку на пять тысяч.</p>
      <p>Ни один из игроков не потянулся за котлом, ни один не объявил своей карты. Все трое одновременно молча положили карты на стол; зрители бесшумно обступили их еще теснее, вытягивая шеи, чтобы лучше видеть. Харниш открыл четырех дам и туза; Макдональд — четырех валетов и туза; Керне — четырех королей и тройку. Он наклонился вперед и, весь дрожа, обеими руками сгреб котел и потащил его к себе.</p>
      <p>Харниш выхватил своего туза и бросил его через стол на туза Макдональда.</p>
      <p>— Вот из-за чего я лез, Мак. Я знал, что только короли могут побить мою карту. Так оно и вышло. — Потом он повернулся к Кэмблу. — А у тебя что было? — спросил он с искренним интересом.</p>
      <p>— Неполный флеш, с обеих сторон открытый. Хорошая карта для прикупа.</p>
      <p>— Еще бы! Мог быть флеш или даже ройял-флеш.</p>
      <p>— Вот в том-то и дело, — с грустью сказал Кэмбл. — Потому я и проставил шесть тысяч.</p>
      <p>— Вся беда в том, что только трое прикупали, — засмеялся Харниш. — А то я не подхватил бы четвертой крали. Ну, теперь мне придется идти в погонщики к Билли Роулинсу и везти почту в Дайю. А сколько ты сорвал, Джек?</p>
      <p>Керне стал было подсчитывать выигрыш, но от волнения ничего не мог сообразить. Харниш потянул к себе груду марок и расписок, спокойно рассортировал их и быстро подсчитал итог.</p>
      <p>— Сто двадцать семь тысяч, — объявил он. — Теперь, Джек, ты можешь все распродать и ехать домой.</p>
      <p>Счастливый игрок, улыбаясь, кивнул головой, но не мог выговорить ни слова.</p>
      <p>— Я поставил бы выпивку, — сказал Макдональд, — но только я здесь уже не хозяин.</p>
      <p>— Неправда, — хрипло ответил Керне, предварительно облизнув губы. — Отдашь долг, когда захочешь. Но выпивку поставлю я.</p>
      <p>— Эй, налетайте, заказывайте, кому что, — победитель платит! — крикнул Элам Харниш, расталкивая толпу зрителей, и схватил Мадонну за руку. — Пошли танцевать! До утра еще далеко, а завтра мне катить в Дайю. Слушай, Роулинс, я согласен доставить почту, выезжаю в девять утра к Соленой Воде, ладно? Ну, идем, идем. Куда же это скрипач девался?</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
      </title>
      <p>Это была ночь Элама Харниша. Он был душой кутежа, и буйное веселье било из него ключом и заражало всех. Он превзошел самого себя, и никто не хотел отстать от него. Что бы он ни придумал, все с увлечением подхватывали его затею, кроме тех, кто уже ничего не понимал и, горланя какую-то бессмыслицу, валился под стол. Но драк и пьяных скандалов не было. На Юконе хорошо знали, что, когда кутит Время-не-ждет, допускается только мирное веселье. Ссоры в такие дни запрещались. Раньше бывали стычки между подгулявшими гостями, но они на своей шкуре убедились, что такое истинный гнев, ибо Харниш укрощал скандалистов, как он один умел это делать. Он требовал, чтобы все смеялись и плясали, а кто не хочет — пусть отправляется домой.</p>
      <p>Сам он был неутомим. Между двумя турами вальса он уплатил Кернсу двадцать тысяч золотым песком и передал ему свою заявку на Лосиной реке. Кроме того, он условился с Билли Роулинсом о доставке почты и сделал все необходимые приготовления. Он послал гонца разыскивать Каму — погонщика-индейца из племени Танана, который покинул далекое кочевье своих родичей ради службы белым пришельцам. Кама, высокий, худощавый, мускулистый, одетый в звериные шкуры, вошел в Тиволи со спокойным достоинством истого дикаря; не обращая внимания на шумевших вокруг него гуляк, он молча выслушал распоряжения Харниша.</p>
      <p>— У-ум, — произнес Кама, когда тот кончил, и стал по пальцам перечислять полученные поручения. — Взять письма у Роулинса. Погрузить на нарты. Продовольствие до Селкерка. А в Селкерке много корму для собак?</p>
      <p>— Много, Кама.</p>
      <p>— У-ум. Привести сюда нарты к девяти. Захватить лыжи. Палатку не надо. А может, взять полог? Маленький?</p>
      <p>— Не надо, — решительно заявил Харниш.</p>
      <p>— Холодно будет.</p>
      <p>— Мы пойдем налегке, понятно? И так уж будет много писем туда и много писем обратно. Ты сильный. Ничего, что холодно, что далеко.</p>
      <p>— Ничего так ничего, — со вздохом пробормотал Кама. — Пусть, холодно, все равно. Приду в девять.</p>
      <p>Он повернулся и вышел, бесшумно ступая обутыми в мокасины ногами, невозмутимый, непроницаемый, не глядя по сторонам и ни с кем не прощаясь, — так же, как он вошел, не здороваясь и не встреченный приветствиями. Мадонна увела Харниша в уголок.</p>
      <p>— Послушай, Время-не-ждет, — сказала она вполголоса, — ты продулся?</p>
      <p>— В пух и прах.</p>
      <p>— У меня восемь тысяч в сейфе Макдональда… — начала она.</p>
      <p>Но Харниш не дал ей договорить. Почуяв опасность, он шарахнулся, как необъезженный жеребец.</p>
      <p>— Пустяки, — сказал он. — Нищим пришел я в этот мир, нищим и уйду, и, можно сказать, с самого прихода не вылезал из нищеты. Идем вальс танцевать.</p>
      <p>— Но ты послушай, — настаивала она. — Мои деньги зря лежат. Я одолжу их тебе… Ну, ссуду дам и в долю войду, — торопливо добавила она, заметив его настороженный взгляд.</p>
      <p>— Я ни у кого ссуды не беру, — ответил он. — Я сам себя ссужаю, и, когда повезет, все мое. Спасибо тебе, дорогая. Премного благодарен. Вот свезу почту, и опять деньги будут.</p>
      <p>— Элам… — прошептала она с нежным упреком.</p>
      <p>Но он с умело разыгранной беспечностью проворно увлек ее в комнату для танцев, и они закружились в вальсе, а Мадонна думала о том, что хоть он и держит ее в объятиях, но сердце у него из железа и не поддается ни на какие ее уловки.</p>
      <p>В шесть часов утра, пропьянствовав всю ночь, Харниш как ни в чем не бывало стоял у стойки и состязался в силе со всеми мужчинами подряд. Делалось это так: два противника становились лицом друг к другу по обе стороны угла, упершись правым локтем в стойку и переплетя пальцы правой руки; задача заключалась в том, чтобы прижать руку противника к стойке. Один за другим выходили мужчины против Харниша, но ни разу никому не удалось побить его; осрамились даже такие великаны, как Олаф Гендерсон и Луи-француз. Когда же они заявили, что Харниш берет не силой, а каким-то ему одному известным приемом, он вызвал их на новое соревнование.</p>
      <p>— Эй, слушайте! — объявил он. — Вот что я сделаю: во-первых, я сейчас взвешу мой мешочек, а потом побьюсь об заклад на всю сумму, что после того, как вы подымете столько мешков с мукой, сколько осилите, я подкину еще два мешка и подыму всю махину.</p>
      <p>— А ну, давай! — крикнул Луи-француз под одобрительный гул толпы.</p>
      <p>— Стой! — закричал Олаф Гендерсон. — А я что же? Половина ставки моя!</p>
      <p>В мешочке Харниша оказалось песку ровно на четыреста долларов, и он заключил пари на эту сумму с Олафом и Луи-французом. Со склада салуна принесли пятидесятифунтовые мешки с мукой. Сначала другие попробовали свои силы. Они становились на два стула, а мешки, связанные веревкой, лежали под ними на полу. Многим удавалось таким образом поднять четыреста или пятьсот фунтов, а кое-кто дотянул даже до шестисот. Потом оба великана выжали по семьсот фунтов. Луи-француз прибавил еще мешок и осилил семьсот пятьдесят фунтов. Олаф не отстал от него, но восемьсот ни тот, ни другой не могли выжать. Снова и снова брались они за веревку, пот лил с них ручьем, все кости трещали от усилий, — но хотя им и удавалось сдвинуть груз с места, все попытки оторвать его от пола были тщетны.</p>
      <p>— Помяни мое слово, — сказал Харнишу Луи-француз, выпрямляясь и слезая со стульев. — На этот раз ты влип. Только человек из железа может это осилить. Еще сто фунтов накинешь? И десяти не накинешь, приятель.</p>
      <p>Мешки развязали, притащили еще два; но тут вмешался Керне:</p>
      <p>— Не два, а один.</p>
      <p>— Два! — крикнул кто-то. — Уговор был — два.</p>
      <p>— Они ведь не выжали восемьсот фунтов, а только семьсот пятьдесят, — возразил Керне.</p>
      <p>Но Харниш, величественно махнув рукой, положил конец спорам:</p>
      <p>— Чего вы всполошились? Эка важность — мешком больше, мешком меньше. Не выжму — так не выжму. Увязывайте.</p>
      <p>Он влез на стулья, присел на корточки, потом медленно наклонился и взялся за веревку. Слегка изменив положение ног, он напряг мышцы, потянул мешки, снова отпустил, ища полного равновесия и наилучших точек опоры для своего тела.</p>
      <p>Луи-француз, насмешливо глядя на его приготовления, крикнул:</p>
      <p>— Жми, Время-не-ждет! Жми, как дьявол! Харниш начал не спеша напрягать мускулы — на этот раз уже не примеряясь, а готовый к жиму, — пока не собрал все силы своего великолепно развитого тела; и вот едва заметно огромная груда мешков весом в девятьсот фунтов медленно и плавно отделилась от пола и закачалась, как маятник, между его ногами.</p>
      <p>Олаф Гендерсон шумно выдохнул воздух. Мадонна, невольно до боли напрягшая мышцы, глубоко перевела дыхание. Луи-француз сказал смиренно и почтительно:</p>
      <p>— Браво! Я просто младенец перед тобой. Ты настоящий мужчина.</p>
      <p>Харниш бросил мешки, спрыгнул на пол и шагнул к стойке.</p>
      <p>— Отвешивай! — крикнул он, кидая весовщику свой мешочек с золотом, и тот пересыпал в него на четыреста долларов песку из мешочков Гендерсона и Луи-француза.</p>
      <p>— Идите все сюда! — обернулся Харниш к гостям. — Заказывайте выпивку! Платит победитель!</p>
      <p>— Сегодня мой день! — кричал он десять минут спустя. — Я одинокий волк, волк-бродяга, и я пережил тридцать зим. Сегодня мне стукнуло тридцать лет, — сегодня мой праздник, и я любого положу на лопатки. А ну, подходите! Всех окуну в снег. Подходите, желторотые чечако, и вы, бывалые старики, — все получите крещение!</p>
      <p>Гости гурьбой повалили на улицу. В Тиволи остались только официанты и пьяные, во все горло распевавшие песни. У Макдональда, видимо, мелькнула смутная мысль, что не мешало бы поддержать свое достоинство, — он подошел к Харнишу и протянул ему руку.</p>
      <p>— Что-о? Ты первый? — засмеялся тот и схватил кабатчика за руку, словно здороваясь с ним.</p>
      <p>— Нет, нет, — поспешил заверить Макдональд, — я просто хочу поздравить тебя с днем рождения. Конечно, ты можешь повалить меня в снег. Что я такое для человека, который поднимает девятьсот фунтов!</p>
      <p>Макдональд весил сто восемьдесят фунтов, и Харниш только держал его за руку, но достаточно было одного внезапного рывка, чтобы он потерял равновесие и ткнулся носом в снег. В несколько мгновений Харниш одного за другим повалил с десяток мужчин, стоявших подле него. Всякое сопротивление было бесполезно. Он швырял их направо и налево, они кубарем летели в глубокий мягкий снег и оставались лежать в самых нелепых позах. Звезды едва мерцали, и вскоре Харнишу трудно стало разбираться, кто уже побывал в его руках, а кто нет, и, раньше чем хвататься за очередную жертву, он ощупывал ей плечи и спину, проверяя, запорошены ли они снегом.</p>
      <p>— Крещеный или некрещеный? — спрашивал он каждого, протягивая свои грозные руки.</p>
      <p>Одни лежали распростертые в снегу, другие, поднявшись на колени, с шутовской торжественностью посыпали себе голову снегом, заявляя, что обряд крещения совершен. Но пятеро еще стояли на ногах; это были люди, прорубавшие себе путь в дремучих лесах Запада, готовые потягаться с любым противником даже в день его рождения.</p>
      <p>Эти люди прошли самую суровую школу кулачных расправ в бесчисленных ожесточенных стычках, знали цену крови и поту, лишениям и опасностям; и все же им не хватало одного свойства, которым природа щедро наделила Харниша: идеально налаженной связи между нервными центрами и мускулатурой. Ни особой премудрости, ни заслуги его тут не было. Таким он родился.</p>
      <p>Нервы Харниша быстрее посылали приказы, чем нервы его противников. Мысль, диктовавшая действия, работала быстрее, сами мышцы с молниеносной быстротой повиновались его воле. Таков он был от природы. Мускулы его действовали, как сильно взрывчатые вещества. Рычаги его тела работали безотказно, точно стальные створки капкана. И вдобавок ко всему он обладал сверх силой, какая выпадает на долю одного смертного из миллиона, — той силой, которая исчисляется не объемом ее, а качеством и зависит от органического превосходства самого строения мышц. Так стремительны были его атаки, что, прежде чем противник мог опомниться и дать отпор, атака уже достигала цели. Но застать его самого врасплох никому не удавалось, и он всегда успевал отразить нападение или нанести сокрушительный контрудар.</p>
      <p>— Зря вы тут стоите, — обратился Харниш к своим противникам. — Лучше ложитесь сразу в снег — и дело с концом. Вы могли бы одолеть меня в любой другой день, но только не нынче. Я же вам сказал: нынче мой день рождения, и потому лучше со мной не связывайтесь. Это Пат Хэнрехен так смотрит на меня, будто ему не терпится получить крещение? Ну, выходи, Пат.</p>
      <p>Пат Хэнрехен, бывший боксер, состязавшийся без перчаток, известный драчун и задира, вышел вперед. Противники схватились, и прежде чем ирландец успел шевельнуться, он очутился в тисках могучего полунельсона и полетел головой вперед в сугроб. Джо Хайнс, бывший лесоруб, так грузно рухнул наземь, словно свалился с крыши двухэтажного дома; Харниш, повернувшись спиной к Джо, искусным приемом бросил его через бедро раньше, чем тот успел занять позицию, — по крайней мере так уверял Джо Хайнс.</p>
      <p>Все это Харниш проделывал, не испытывая ни малейшей усталости. Он не изматывал себя долгим напряжением. Все происходило с быстротой молнии. Огромный запас сил, таившийся в его мощном теле, взрывался мгновенно и внезапно, а в следующую секунду его мышцы уже отдыхали. Док Уотсон, седобородый богатырь с никому не ведомым прошлым, выходивший победителем из любой драки, свалился в снег от первого толчка: не успел он подобраться, готовясь к прыжку, как Харниш обрушился на него так стремительно, что Уотсон упал навзничь. Тогда Олаф Гендерсон, в свою очередь, попытался застать Харниша врасплох и кинулся на него сбоку, пока тот стоял наклонившись, протягивая Уотсону руку, чтобы помочь ему подняться. Но Харниш, тотчас согнув колени, упал на руки, и Олаф, налетев на него, перекувырнулся и грохнулся оземь. Не дав ему опомниться, Харниш подскочил к нему, перевернул его на спину и стал усердно натирать ему снегом лицо и уши, засовывать снег пригоршнями за воротник.</p>
      <p>— Силой я бы еще с тобой потягался, — пробормотал Олаф, вставая и отряхиваясь. — Но, черт тебя побери, такой хватки я еще не видел.</p>
      <p>Последним из соперников был Луи-француз; наглядевшись на подвиги Харниша, он решил действовать осмотрительно. С минуту он примерялся и увертывался и только после этого схватился с ним; прошла еще минута, но ни один из противников не сумел добиться преимущества. И вот, когда зрители уже приготовились полюбоваться интересной борьбой, Харниш сделал едва приметное движение, привел в действие все рычаги и пружины своего тела и обрушил на противника свою богатырскую силу. Луи держался до тех пор, пока не захрустели суставы его могучего костяка, но все же, хоть и медленно, Харниш пригнул его к земле и положил на обе лопатки.</p>
      <p>— Победитель платит! — закричал он, вскочив на ноги и первым врываясь в салун. — Вали, ребята, вали за мной!</p>
      <p>Все выстроились в три ряда у длинной стойки, стряхивая иней с мокасин, — на дворе стоял шестидесятиградусный мороз <a l:href="#n_320" type="note">[320]</a>. Беттлз, один из самых отчаянных и бесшабашных старожилов Юкона, и тот перестал горланить песню про «целебный напиток» и, спотыкаясь, протиснулся к стойке, чтобы поздравить Харниша. Мало того — его вдруг обуяло желание сказать тост, и он заговорил громогласно и торжественно, как заправский оратор:</p>
      <p>— Вот что я вам скажу: Время-не-ждет — мой закадычный друг, и я горжусь этим. Не раз мы с ним бывали на тропе, и я могу поручиться, что весь он, от мокасин до макушки, — червонное золото высшей пробы, черт бы побрал его паршивую шкуру! Пришел он в эту страну мальчишкой, на восемнадцатом году. В такие годы все вы были просто молокососами. Но только не он. Он сразу родился взрослым мужчиной. А в те времена, скажу я вам, мужчине нужно было постоять за себя. Тогда мы не знали такого баловства, какое сейчас завелось. — Беттлз прервал свою речь, чтобы по-медвежьи облапить Харниша за шею. — В доброе старое время, когда мы с ним пришли на Юкон, никто не выдавал нам похлебку и нигде нас не потчевали даром. Мы жгли костры там, где случалось подстрелить дичь, а по большей части кормили нас лососевые следы и заячьи хвосты.</p>
      <p>Услышав дружный взрыв хохота, Беттлз понял, что оговорился, и, выпустив из своих объятий Харниша, устремил свирепый взор на толпу.</p>
      <p>— Смейтесь, козлы безрогие, смейтесь! А я вам прямо в глаза скажу, что самые лучшие из вас недостойны завязать ремни его мокасин. Прав я или нет, Кэмбл? Прав я или нет, Мак? Время-не-ждет из старой гвардии, настоящий бывалый юконец. А в ту пору не было ни пароходов, ни факторий, и мы, грешные, надеялись только на лососевые хвосты и заячьи следы.</p>
      <p>Оратор торжествующе посмотрел на своих слушателей, а те наградили его аплодисментами и стали требовать, чтобы Харниш тоже произнес речь. Харниш кивнул в знак согласия. Притащили стул и помогли ему вскарабкаться на него. Он был так же пьян, как и все в этой толпе — необузданной толпе в дикарском одеянии: на ногах — мокасины или моржовые эскимосские сапоги, на шее болтались рукавицы, а наушники торчали торчком, отчего меховые шапки напоминали крылатые шлемы норманнов. Черные глаза Харниша сверкали от выпитого вина, смуглые щеки потемнели. Его приветствовали восторженными криками и шумными изъявлениями чувств. Харниш был тронут почти до слез, невзирая на то, что многие его поклонники еле ворочали языком. Но так вели себя люди спокон веков — пировали, дрались, дурачились, — будь то в темной первобытной пещере, вокруг костра скваттеров, во дворцах императорского Рима, в горных твердынях баронов-разбойников, в современных многоэтажных отелях или в кабачках портовых кварталов. Таковы были и эти люди — строители империи в полярной ночи: хвастливые, хмельные, горластые, они спешили урвать несколько часов буйного веселья, чтобы хоть отчасти вознаградить себя за непрерывный героический труд. То были герои новой эпохи, и они ничем не отличались от героев минувших времен.</p>
      <p>— По правде говоря, ребята, я понятия не имею, что бы вам такое сказать, — начал Харниш несколько смущенно, стараясь собраться с мыслями. — Вот что: я, пожалуй, расскажу вам одну историю. Когда-то у меня был товарищ в городе Джуно. Он приехал из Северной Каролины. От него-то я и слышал эту историю. На его родине, в горах, справляли свадьбу. Собрались, как водится, все родные и знакомые. Священник уже кончал обряд венчания и вдруг и говорит:</p>
      <p>— Стало быть, кого бог сосчитал, того человек да не разлучает.</p>
      <p>— Ваше преподобие, — заявляет новобрачный, — вы не больно грамотно выражаетесь. А я желаю обвенчаться по всем правилам.</p>
      <p>Когда дым рассеялся, невеста поглядела кругом и видит: лежит священник, лежит жених, брат, двое дядьев и пятеро свадебных гостей — все покойнички. Невеста этак тяжко вздохнула и говорит:</p>
      <p>— А все эти новомодные многозарядные пистолеты. Здорово они мне подгадили.</p>
      <p>— То же могу сказать и я, — продолжал Харниш, когда утих оглушительный хохот, — здорово подгадили мне четыре короля Джека Кернса. Я остался на мели и отправляюсь в Дайю…</p>
      <p>— Бежишь? — крикнул кто-то из толпы.</p>
      <p>Лицо Харниша на мгновение исказилось гневом, но тотчас же опять повеселело.</p>
      <p>— Я так понимаю, что это просто шутка, — ответил он, широко улыбаясь. — Вы все хорошо знаете, что никуда я не убегу.</p>
      <p>— А ну, побожись! — крикнул тот же голос.</p>
      <p>— Пожалуйста. Я пришел сюда через Чилкутский перевал в восемьдесят третьем. Осенью я вернулся тем же путем. Ветер выл, пурга, а у меня только и было, что рваная рубаха да с чашку непросеянной муки. Зиму я проработал в Джуно, снарядился, а весной опять перевалил через Чилкут. И опять голод выгнал меня. Но когда наступила весна, я опять пришел сюда и порешил, что не уйду, пока не разбогатею. Так вот, я еще не разбогател, значит, и не уйду отсюда. Я поеду за почтой — и сейчас же обратно. Даже не переночую в Дайе. Как только получу продовольствие и почту, сменю собак — и марш на перевал. И клянусь вам вратами ада и головой Иоанна Крестителя, ни за что я не уйду отсюда, пока не найду богатство, настоящее богатство!</p>
      <p>— А сколько это, к примеру, настоящее богатство? — спросил Беттлз, нежно обнимая колени Харниша.</p>
      <p>— Да, да, скажи, сколько? — послышалось со всех сторон.</p>
      <p>Харниш крепче уперся ногами в сиденье стула и задумался.</p>
      <p>— Четыре или пять миллионов, — медленно проговорил он; в ответ раздался громкий хохот, насмешливые возгласы. Харниш поднял руку: — Ну, ладно, не стану зарываться. Пусть будет для начала миллион. Но уж ни унцией меньше. Без этого я не уйду отсюда.</p>
      <p>Снова со всех сторон посыпались насмешки. Не только все золото, добытое на Юконе, не стоило пяти миллионов, но еще не было случая, чтобы кто-нибудь нашел золота не то что на миллион, а хотя бы на сто тысяч долларов.</p>
      <p>— Слушайте, что я вам скажу. Вы видели сейчас, как повезло Джеку Кернсу. А ведь до прикупа у него была слабая карта. Всего-то три паршивых короля. Но он чуял, что придет четвертый, непременно придет, — и пришел. Так вот и я чую: скоро, очень скоро на Юконе начнутся большие дела. Не какие-нибудь пустячки вроде Лосиной реки или Березового ручья. Уж на этот раз счастье привалит по-настоящему! Помяните мое слово — долго его ждать не придется. Ничто его не остановит, пожалует прямо вверх по течению. Если пойдете по следам моих мокасин, там вы меня и найдете — где-нибудь на Индейской реке, или на Стюарте, или на Клондайке. Как привезу почту, сразу пущусь туда, да так, что не Догоните, только снег столбом взовьется. Будет там золото прямо под ногами. С каждой промывки будем снимать на сто долларов. А народу набежит до пятидесяти тысяч. Такой содом подымется — только держись!</p>
      <p>Харниш поднес стакан ко рту.</p>
      <p>— За ваше здоровье, ребята, и надеюсь всех вас увидеть там.</p>
      <p>Он выпил вино и, соскочив со стула, снова очутился в медвежьих объятиях Беттлза.</p>
      <p>— На твоем месте, Время-не-ждет, я бы нынче не пускался в путь, — сказал Джо Хайнс, выходивший на двор взглянуть на термометр. — Мороз крепчает. Уже шестьдесят два градуса, и, наверно, еще упадет. Лучше подожди, пока мороз отпустит.</p>
      <p>Харниш засмеялся; засмеялись и старики, стоявшие подле него.</p>
      <p>— Вот я и говорю — молокососы! — закричал Беттлз. — Чуть подморозит, уже пугаются. Плохо же ты его знаешь! Неужто он побоится мороза?</p>
      <p>— Так можно и легкие застудить, — возразил Хаинс.</p>
      <p>— Чепуха! Ты, Хайнс, всего только три года здесь, еще не обжился. Я видел, как Время-не-ждет прошел пятьдесят миль по Койокуку за один день, а градусник показывал семьдесят два.</p>
      <p>Хайнс неодобрительно покачал головой.</p>
      <p>— Вот так и отмораживают легкие, — сказал он. — Надо подождать, когда потеплеет. Иначе не добраться ему до места. Он же едет без палатки, даже без полога.</p>
      <p>Беттлз влез на стул; ноги плохо держали его, и, чтобы не упасть, он обнял Харниша за шею.</p>
      <p>— До Дайи тысяча миль, — сказал он. — И почти весь путь — неезженая тропа. Но я побьюсь об заклад на что угодно с любым чечако, что Время-не-ждет за тридцать дней доберется до Дайи.</p>
      <p>— Это выходит в среднем по тридцать три мили в день, — предостерег доктор Уотсон. — Я знаю, что это такое. Случись пурга у Чилкута — застрянешь на неделю.</p>
      <p>— Так вот, — продолжал Беттлз. — Время-не-ждет сразу повернет обратно и опять проделает тысячу миль в тридцать дней. Ставлю на него пятьсот долларов, и наплевать на пургу!</p>
      <p>В подкрепление своих слов он выхватил из-за пояса мешочек с золотом величиной с колбасный круг и швырнул его на стойку. Док Уотсон последовал примеру Беттлза.</p>
      <p>— Стойте! — крикнул Харниш. — Беттлз прав, я тоже хочу поддержать его. Ставлю пятьсот долларов, что ровно через шестьдесят дней я подкачу с почтой к дверям Тиволи.</p>
      <p>Толпа недоверчиво загудела, и с десяток мужчин взялись за свое золото. Джек Керне протиснулся поближе к Харнишу.</p>
      <p>— Спорим, Время-не-ждет! — крикнул он. — Ставлю два против одного, что ты и в семьдесят пять дней не обернешься.</p>
      <p>— Пожалуйста, без подачек, — отрезал Харниш. — Условия одни для всех. Сказано — шестьдесят дней.</p>
      <p>— Семьдесят пять, — настаивал Кернс. — Держу два против одного. У Пятидесятой Мили река уже вскроется, припай будет ненадежен.</p>
      <p>— Деньги, что я тебе проиграл, твои, — возразил Харниш. — И не думай отдавать их мне обратно таким манером. Не стану я спорить с тобой и денег твоих не возьму. Но вот что я тебе скажу, Джек: сегодня счастье тебе улыбнулось; ну, а скоро оно улыбнется мне, и я отыграюсь. Вот погоди, когда начнется горячка. Тогда-то у нас с тобой пойдет игра крупная, под стать настоящим мужчинам. Согласен?</p>
      <p>Они пожали друг другу руки.</p>
      <p>— Он наверняка обернется в срок, — шепнул Керне на ухо Беттлзу. — Ставлю пятьсот долларов, что Время-не-ждет будет здесь через шестьдесят дней, — прибавил он громко.</p>
      <p>Билли Роулинс ответил на пари, и Беттлз в полном восторге бросился обнимать Кернса.</p>
      <p>— Черт возьми, и я хочу поспорить, — сказал Олаф Гендерсон, оттаскивая Харниша от Беттлза и Кернса.</p>
      <p>— Платит победитель! — закричал Харниш, отвечая на пари Олафу. — А так как я непременно выиграю и раньше чем через шестьдесят дней мне пить не придется, то я плачу сейчас. Ну, валяйте, кому что? Заказывайте!</p>
      <p>Беттлз, зажав в руке стакан с виски, опять взгромоздился на стул и, пошатываясь, затянул единственную песню, которую знал:</p>
      <poem>
       <stanza>
        <v>Генри Бичер совместно</v>
        <v>С учителем школы воскресной</v>
        <v>Дуют целебный напиток,</v>
        <v>Пьют из бутылки простой;</v>
       </stanza>
       <stanza>
        <v>Но можно, друзья, поклясться:</v>
        <v>Нас провести не удастся,</v>
        <v>Ибо в бутылке этой</v>
        <v>Отнюдь не невинный настой!</v>
       </stanza>
      </poem>
      <p>Толпа подхватила припев:</p>
      <poem>
       <stanza>
        <v>Но можно, друзья, поклясться:</v>
        <v>Нас провести не удастся,</v>
        <v>Ибо в бутылке этой</v>
        <v>Отнюдь не невинный настой!</v>
       </stanza>
      </poem>
      <p>Кто-то отворил входную дверь. Тусклый предутренний свет проник в комнату.</p>
      <p>— Время не ждет, время не ждет, — раздался предостерегающий голос.</p>
      <p>Элам Харниш сорвался с места и кинулся к двери, на ходу опуская наушники меховой шапки. За дверью стоял индеец Кама с нартами; нарты были узкие и длинные — шестнадцать дюймов в ширину, семь с половиной футов в длину; дно, сколоченное из планок, было поднято на шесть дюймов над обитыми железом полозьями. На нартах, привязанные ремнями из лосиной кожи, лежали холщовые тюки с почтой, продовольствие и снаряжение для погонщиков и собак. Впереди нарт, вытянувшись в один ряд, лежали, свернувшись, пять лаек с заиндевевшей шерстью — все как на подбор, очень крупные, серой масти. Внешним видом — от свирепой морды до пушистого хвоста — они ничем не отличались от волков. Да они и были волки — ручные, правда, но все же волки по виду и повадкам. Две пары охотничьих лыж были засунуты под ремни на самом верху нарт.</p>
      <p>Беттлз показал на один тюк, из которого выглядывал угол заячьей полости.</p>
      <p>— Это его постель, — сказал он. — Шесть фунтов заячьих шкурок. Никогда ничем теплее не укрывается. Провалиться мне на этом месте, я бы замерз под таким одеялом, хоть и не считаю себя неженкой. Но Время-не-ждет такой горячий, прямо геенна огненная!</p>
      <p>— Не завидую этому индейцу, — заметил доктор Уотсон.</p>
      <p>— Он загонит его насмерть, будьте покойны, — радостно подтвердил Беттлз. — Я-то знаю. Я бывал с ним на тропе. Никогда-то он не устает. Он даже и не понимает, что такое усталость. Он может проходить целый день в мокрых носках при сорока пяти градусах мороза. Кому еще это под силу, кроме него?</p>
      <p>Элам Харниш между тем прощался с обступившими его друзьями. Мадонна непременно хотела поцеловать его, и хоть винные пары туманили ему мозг, он все же сумел избежать опасности, — правда, он поцеловал Мадонну, но тут же расцеловался с тремя остальными женщинами. Потом он натянул длинные рукавицы, поднял собак и взялся за поворотный шест.</p>
      <p>— Марш, красавцы мои! — крикнул он.</p>
      <p>Собаки с веселым визгом мгновенно налегли на постромки, низко пригнувшись к земле и быстро перебирая лапами. Не прошло и двух секунд, как и Харнишу и Каме пришлось пуститься бегом, чтобы не отстать. И так, бегом, люди и собаки перемахнули через берег, спустились на скованное льдом русло Юкона и скрылись из глаз в сером сумраке.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
      </title>
      <p>По Юкону вела утоптанная тропа, прокладывать путь в снегу не нужно было, и собаки шли со скоростью шести миль в час. Харниш и Кама, не отставая, бежали наравне с собаками. Они сменяли друг друга, по очереди берясь за шест, потому что это была самая трудная часть работы — мчаться впереди быстро несущихся нарт и направлять их. Тот, кто, сменившись, бежал за нартами, иногда вскакивал на них, чтобы немного передохнуть.</p>
      <p>Это была нелегкая работа, но зато веселая.</p>
      <p>Они мчались по утоптанному снегу с предельной скоростью, пользуясь, пока возможно, наезженной дорогой. Они знали, что ждет их впереди: когда начнется сплошной снег, три мили в час и то будет хорошо. Тогда уж не ляжешь отдыхать на нарты, но и бежать нельзя будет. И управлять шестом легко — все равно что отдых; зато трудно придется тому, кто будет шагать впереди на коротких широких лыжах и прокладывать собакам путь по нетронутому снегу. Эта работа тяжелая, и ничего веселого в ней нет. А еще их ждут такие места, где нужно переваливать через торосы и, в лучшем случае, можно Делать две мили в час. Не миновать и очень каверзных перегонов, правда, коротких, но там и миля в час потребует нечеловеческих усилий.</p>
      <p>Кама и Харниш молчали. Напряженный труд не располагал к разговорам, да они и вообще не любили болтать на тропе. Изредка они обменивались односложными замечаниями, причем Кама обычно довольствовался ворчанием. Иногда собака взвизгнет или зарычит, но по большей части нарты двигались в полном безмолвии. Слышался только громкий лязг железных полозьев, скользивших по насту, да скрип деревянных саней.</p>
      <p>Без всякого промежутка — точно сквозь стену прошел — Харниш перенесся из шумного, разгульного Тиволи в другой мир — мир безмолвия и покоя. Все замерло кругом. Река Юкон спала под трехфутовым ледяным покровом. Воздух был недвижим. Справа и слева на лесистых берегах, словно окаменевшие, стояли высокие ели, и снег, плотным слоем покрывавший ветви, не осыпался. В этой торжественной тишине единственной живой движущейся точкой были нарты, и резкий визг полозьев еще сильнее подчеркивал царившее кругом безмолвие.</p>
      <p>Это был мертвый мир, мертвый и серый. Погода стояла ясная, сухая — ни тумана, ни мглистой дымки; и все же небо серым пологом простиралось над головой. Не тучи омрачали его: не было солнечного света, и потому день казался ненастным. Солнце подымалось к зениту далеко на юге, но между ним и скованным льдом Юконом изогнулся горб земного шара. Река была окутана вечерними тенями, и самый свет дневной походил на долгие сумерки. Когда до полудня оставалось пятнадцать минут, в широком изгибе Юкона, где открывался вид на юг, над горизонтом показался верхний край солнечного диска. Но солнце не подымалось отвесно, оно двигалось наискосок, и в двенадцать часов нижний край его едва оторвался от линии горизонта. Это было угрюмое солнце, тусклое, без блеска. Оно не излучало тепла, и можно было, не щурясь, глядеть на него. Едва достигнув зенита, оно снова начало уходить по косой за горизонт, и уже в четверть первого Юкон и берега его снова оделись сумраком.</p>
      <p>Люди и собаки неустанно мчались вперед. И Харниш и Кама обладали способностью дикарей утолять голод чем и когда придется: они могли наесться до отвала в один присест, но могли и обходиться много часов подряд без пищи. Собак кормили только один раз в день, и редко на долю каждой приходилось больше, нежели фунт вяленой рыбы. Они были очень голодны и в то же время в превосходной форме. Подобно своему предку — волку, они привыкли довольствоваться скудной пищей и в совершенстве усваивать ее. Ничто не пропадало даром. Малейшая частица корма превращалась в жизненную энергию. Таковы же были Харниш и Кама. Потомки закаленных в лишениях, выносливых праотцов, они сами показывали чудеса выносливости. Питание их было сведено до необходимого минимума. Им требовалось очень немного пищи, чтобы поддерживать свои недюжинные силы. Организм усваивал все без остатка. Человек, изнеженный городской жизнью, проводящий дни за письменным столом, исхудал бы и захирел от такого поста, но Харнишу и Каме это только прибавляло сил. Не в пример горожанину, они постоянно испытывали потребность в пище, легкий голод и поэтому могли насыщаться во всякое время. Они жадно утоляли голод любой подвернувшейся под руку пищей и не знали, что такое несварение желудка.</p>
      <p>К трем часам пополудни долгие сумерки сгустились в вечерний мрак. В низко нависшем небе зажглись звезды, очень яркие и колючие, а люди и собаки без устали продолжали свой путь. И это не был подвиг одного дня, а только первый из шестидесяти таких дней. Бессонная ночь, проведенная в салуне за танцами и вином, видимо, никак не отразилась на Харнише. Тому были две причины: во-первых, его неистощимая жизнеспособность и, во-вторых, такие ночи повторялись не часто. Опять-таки — человеку за письменным столом чашка кофе, выпитая на сон грядущий, повредила бы больше, чем Харнишу виски и танцы всю ночь напролет.</p>
      <p>Харниш путешествовал без часов, он «чувствовал» ход времени, угадывал течение дня и ночи. Решив, что уже шестой час, он стал подыскивать место для стоянки. Тропа у изгиба Юкона сворачивала к другому берегу. Не найдя подходящего места, они пересекли реку, — она была шириной с милю, — но на полдороге наткнулись на торосы и с добрый час преодолевали препятствие. Наконец они добрались до берега, и тут-то Харниш сразу нашел то, что нужно: сухостойную сосну у самого края. Около нее и остановили нарты. Кама одобрительно заворчал, и оба дружно принялись за работу.</p>
      <p>Разделение труда строжайше соблюдалось. Каждый знал, что должен делать. Харниш, вооружившись топором, срубил сосну. Кама при помощи второго топора и одной лыжи расчистил снег, на два фута покрывавший реку, и наколол льду для стряпни. Куском бересты разожгли костер, и Харниш принялся готовить обед, а индеец разгрузил нарты и выдал собакам по куску вяленой рыбы. Мешки с провизией он подвесил на деревья, чтобы лайки не могли достать до них. Потом он повалил молодую елочку, обрубил ветки и, утоптав снег подле костра, положил еловые ветки на утоптанное место. Затем он принес мешки, в которых хранилось сухое белье, носки и меховые одеяла. У Камы было два одеяла, у Харниша только одно.</p>
      <p>Они трудились размеренно, молча, не теряя ни минуты даром. Каждый делал свое дело, не пытаясь переложить на другого хотя бы часть необходимой работы. Увидев, что льду для стряпни не хватает, Кама пошел наколоть еще, а Харниш, заметив, что собаки опрокинули лыжу, водворил ее на место. Пока закипал кофе и жарилось сало, он замесил тесто и поставил на огонь большой котел с бобами. Кама, вернувшись, сел на край подстилки из еловых веток и принялся чинить упряжь.</p>
      <p>— Скукум и Буга драться хотят, — заметил Кама, когда они сели обедать.</p>
      <p>— Гляди в оба за ними, — ответил Харниш.</p>
      <p>На этом разговор сотрапезников кончился. Один раз Кама вскочил, чертыхаясь, и, размахивая суком, разогнал дерущихся собак. Харниш то и дело подбрасывал кусочки льда в котел, где варились бобы. После обеда Кама подложил хворосту в костер, приготовил топливо на утро и, усевшись на еловые ветки, опять взялся за починку упряжи. Харниш нарезал толстые ломти сала и заправил кипевшие бобы. Несмотря на сильный мороз, их мокасины промокли от пота, и так как уже незачем было покидать оазис из еловых веток, они разулись и стали сушить мокасины перед огнем, надев их на палки и время от времени поворачивая. Когда бобы наконец сварились, Харниш набил ими холщовый мешок в полтора фута длиной и три дюйма шириной и положил его на снег, чтобы бобы замерзли. То, что осталось в котле, он приберег для завтрака.</p>
      <p>В десятом часу они стали устраиваться на ночь. Усталые собаки давно прекратили драку и грызню и спали, свернувшись клубком и прикрывшись пушистыми волчьими хвостами. Кама расстелил свое одеяло и раскурил трубку, Харниш скрутил цигарку, — и тут между путниками состоялся второй за весь вечер разговор.</p>
      <p>— Миль шестьдесят отмахали, — сказал Харниш.</p>
      <p>— У-ум, отмахали, — ответил Кама.</p>
      <p>Сменив парки, в которых они шли днем, на клетчатые суконные куртки, они с головой завернулись в заячий мех и мгновенно уснули. Звезды плясали и кувыркались в морозном воздухе, и многоцветные сполохи сходились и расходились по небу, точно лучи прожектора.</p>
      <p>Харниш проснулся до света и разбудил Каму. Северное сияние еще пламенело на небе, но для путников уже начался новый день. Они позавтракали в темноте поджаренным салом и кофе, разогретыми лепешками и бобами. Собакам не дали ничего, и они грустно смотрели издали, сидя на задних лапах и обвив хвостом передние. Иногда они поднимали то одну, то другую лапу, словно ее сводило от холода. Мороз стоял лютый — было не меньше шестидесяти пяти градусов ниже нуля, и когда Кама запрягал собак, скинув рукавицы, ему пришлось несколько раз отогревать онемевшие пальцы у костра. Вдвоем они нагрузили и увязали нарты. В последний раз отогрев пальцы, они натянули рукавицы и погнали собак с берега вниз на тропу, проложенную по льду Юкона. Харниш считал, что уже около семи часов, но звезды все так же ярко сверкали, и слабые зеленоватые отсветы еще трепетали в небе.</p>
      <p>Два часа спустя вдруг стало темно, так темно, что путники только чутьем угадывали тропу; и Харниш понял, что правильно определил время. Это была предрассветная тьма, которая нигде не ощущается столь отчетливо, как на Аляске, когда идешь по зимней тропе. Медленно, едва приметно редела тьма, и путники почти с удивлением увидели смутные очертания тропы, засеревшей у них под ногами. Потом из мрака выступили сначала коренник, затем вся упряжка и снежный покров по обе стороны тропы. На мгновение показался ближний берег и снова исчез, опять показался и уже больше не исчезал. Несколько минут спустя вдали замаячил противоположный берег, и наконец впереди и позади нарт их взору открылась вся скованная льдом река, слева окаймленная длинной грядой зубчатых гор, покрытых снегом. И все. Солнце не взошло. Дневной свет остался серым.</p>
      <p>В это утро дорогу им перебежала рысь под самым носом у головной лайки и скрылась в заснеженном лесу. В собаках мгновенно заговорил инстинкт хищников. Они завыли, точно волчья стая, почуявшая добычу, и стали рваться из упряжи. Харниш закричал на них, приналег на шест и опрокинул нарты в рыхлый снег. Собаки успокоились, нарты выровняли, и пять минут спустя они уже опять мчались вперед по твердой, утоптанной тропе.</p>
      <p>За два дня пути они не видели ни единого живого существа, кроме этой рыси, да и она так бесшумно скользнула на бархатных лапах и так быстро исчезла, что ее легко можно было принять за призрак.</p>
      <p>В полдень солнце выглянуло из-за горизонта; они сделали привал и разложили небольшой костер на льду. Харниш топором нарубил куски замороженных бобов и положил их на сковороду. Когда бобы оттаяли и согрелись, Харниш и Кама позавтракали. Кофе варить не стали: Харниш считал, что время не ждет и нечего тратить его на такие роскошества. Собаки перестали грызться и с тоской поглядывали на костер. Лишь вечером получили они по фунту вяленой рыбы, а весь день работали натощак.</p>
      <p>Мороз не ослабевал. Только человек железного здоровья и выносливости отваживался идти по тропе в такую стужу. Харниш и Кама, белый и индеец, оба были люди незаурядные; но Кама неминуемо должен был потерпеть поражение, потому что знал, что его спутник сильнее. Не то чтобы он сознательно работал с меньшим рвением или охотой, но он заранее признал себя побежденным. Он преклонялся перед Харнишем. Сам выносливый, молчаливый, гордый своей физической силой и отвагой, он все эти достоинства находил в своем спутнике. Этот белый в совершенстве умел делать все то, что, по мнению Камы, стоило уметь делать, и Кама, видя в нем полубога, невольно поклонялся ему, хотя ничем не выказывал этого. Не удивительно, думал Кама, что белые побеждают, если среди них родятся такие люди. Как может индеец тягаться с такой упрямой, стойкой породой людей? Даже индейцы не пускаются в путь, когда стоит такой мороз, хотя они владеют мудростью, унаследованной от тысяч минувших поколений; а этот Харниш, пришелец с изнеженного Юга, — он и сильнее их и крепче; он смеется над их страхами и как ни в чем не бывало идет по тропе и десять и двенадцать часов в сутки. Но напрасно он думает, что можно делать по тридцать три мили в течение шестидесяти дней. Вот повалит снег, или придется прокладывать тропу, или они наткнутся на непрочный лед вокруг полыньи — тогда увидит!</p>
      <p>А пока что Кама трудился наравне с Харнишем, не жалуясь, не увиливая от дела. Когда градусник показывает шестьдесят пять ниже нуля, — это очень сильный мороз. Ведь точка замерзания воды по Фаренгейту — тридцать два градуса выше нуля; значит, шестьдесят пять градусов ниже нуля — это девяносто семь градусов мороза. Что это значит, можно понять, если вместо мороза вообразить себе жару. Сто двадцать девять выше нуля — это очень жаркая погода, но это всего только девяносто семь, а не сто двадцать девять градусов тепла. Если вникнуть в то, что при низкой температуре тридцать два градуса не вычитаются, а прибавляются, можно составить себе понятие о том, в какой трескучий мороз Кама и Харниш путешествовали от темна до темна и в самую тьму.</p>
      <p>Кама отморозил щеки, сколько ни растирал их, и они покрылись черными язвами. К тому же ему морозом прихватило верхушки легких, что уже не шутка, — именно эта опасность прежде всего грозит тому, кто надрывается под открытым небом при шестидесяти пяти градусах ниже нуля. Но Кама не жаловался, а Харниша никакой мороз не брал, и ночью ему было так же тепло под шестью фунтами заячьего меха, как Каме под двенадцатью.</p>
      <p>На вторую ночь пути, покрыв за день пятьдесят миль, они расположились подле канадской границы. Весь остальной путь, за исключением последнего короткого перегона до Дайи, пролегал по территории Канады. Харниш рассчитывал достигнуть Сороковой Мили к вечеру четвертого дня, если тропа будет накатанная и не выпадет снег. Он так и сказал Каме. Но на третий день немного потеплело, и они поняли, что недолго ждать снегопада, потому что на Юконе снег идет только при потеплении. Вдобавок в этот день им пришлось одолевать десять миль торосов, сотни раз они на руках перетаскивали нагруженные нарты через огромные ледяные глыбы. Здесь собаки были почти бесполезны, они только зря замучились, замучились и люди. В этот вечер они прошли лишний час, чтобы хоть отчасти наверстать потерянное время.</p>
      <p>Проснувшись наутро, они увидели, что их одеяла на десять дюймов засыпаны снегом. Собаки зарылись в снег и не проявляли ни малейшего желания вылезти из теплой норы. Свежевыпавший снег сулил тяжелую дорогу: нарты уже не будут скользить быстро и легко, а людям придется по очереди идти впереди упряжки и лыжами уминать снег, чтобы лайки не увязали в нем. Этот снег ничуть не похож на тот, который известен жителям Юга. Он твердый, мелкий и сухой, совсем, как сахар. Если подбросить его ногой, он взлетает в воздух со свистом, точно песок. Из него нельзя лепить снежки, потому что он состоит не из хлопьев, которые можно плотно скатать, а из кристаллов — крохотных геометрически правильных кристалликов. В сущности, это вовсе и не снег, а иней.</p>
      <p>Сильно потеплело, было всего лишь двадцать градусов ниже нуля, и путники обливались потом, несмотря на то, что подняли наушники и скинули рукавицы. До Сороковой Мили они добрались только на другой день, но и там Харниш не остановился передохнуть, — он забрал почту и продовольствие и немедленно отправился дальше. Назавтра, после полудня, они сделали привал в устье реки Клондайк. За последние сутки они не встретили ни души и сами прокладывали тропу по снегу. Никто еще в эту зиму не спускался южнее Сороковой Мили, и легко могло случиться, что Харниш и Кама окажутся единственными за весь год путниками на проложенной ими тропе. В те времена на Юконе было безлюдно. Между рекой Клондайк и поселком Дайя у Соленой Воды на шестьсот миль раскинулась снежная пустыня, и было только два пункта, где Харниш мог надеяться увидеть живых людей: две фактории — Шестидесятая Миля и Форт-Селкерк. В летние месяцы можно было встретить индейцев в устьях рек Стюарт и Белой, у Большого и Малого Лосося и на берегах озера Ле-Барж; но теперь, среди зимы, индейцы, конечно, ушли в горы на охоту за лосями.</p>
      <p>В тот вечер, когда они сделали привал в устье Клондайка, Харниш, закончив работу, не сразу лег спать. Если бы с ним был кто-нибудь из его белых приятелей, он сказал бы ему, что «нюхом чует» богатство. Оставив на стоянке Каму, который забылся тяжелым сном под двойным слоем заячьих шкур, и собак, свернувшихся в снегу, он надел лыжи и взобрался на высокий берег, за которым начиналась широкая терраса. Но ели росли здесь так густо, что мешали оглядеться по сторонам, и он пересек террасу и немного поднялся по крутому склону горы, замыкающей ее. Отсюда ему виден был Клондайк, впадающий под прямым углом с востока в Юкон, и величавый изгиб к югу самого Юкона. Слева, ниже по течению, в сторону Лосиной горы, под яркими звездами белела река, которую лейтенант Шватка назвал Белой. Но Харниш увидел ее задолго до того, как это? бесстрашный исследователь Арктики перевалил через Чилкут и поплыл на плоту вниз по Юкону.</p>
      <p>Однако Харниш не глядел на горные склоны. Взор его привлекала обширная терраса: вдоль всего ее края река была достаточно глубока для причала судов.</p>
      <p>— Подходящее местечко, ничего не скажешь, — пробормотал он. — Здесь можно построить город на сорок тысяч жителей. Дело за малым — найти золото. — С минуту он раздумывал. — Ежели выйдет десять долларов с каждой промывки, и то хорошо. Такая будет золотая горячка, какой Аляска еще не видала! А если здесь не найдется, то где-нибудь поблизости. Надо всю дорогу приглядываться к местности, выбирать — где можно заложить город.</p>
      <p>Он еще постоял, глядя на пустынную террасу, и воображение рисовало ему заманчивые картины близкого будущего — если его надежды оправдаются. Он мысленно расставлял лесопильни, торговые помещения, салуны, кабаки, длинные ряды жилищ золотоискателей. По улицам взад и вперед снуют тысячи прохожих, а у дверей лавок стоят тяжелые сани с товаром и длинные упряжки собак. И еще он видел, как эти сани мчатся по главной улице и дальше, по замерзшему Клондайку, к воображаемому золотому прииску.</p>
      <p>Харниш засмеялся, тряхнул головой, отгоняя видения, спустился под гору и вернулся к своей стоянке. Через пять минут после того, как он улегся, он открыл глаза и от удивления даже сел на постели: почему это он не спит? Он глянул на индейца, лежавшего рядом, на подернутые золой гаснущие угли, на пятерых собак, свернувшихся поодаль, прикрыв морду волчьим хвостом, и на четыре охотничьи лыжи, торчком стоявшие в снегу.</p>
      <p>— Черт знает что! — проворчал он. — Покоя мне нет от моего нюха. — Ему вспомнился покер в Тиволи. — Четыре короля! — Он прищелкнул языком и усмехнулся. — Уж и нюх, ничего не скажешь!</p>
      <p>Он опять улегся, натянул одеяло на голову поверх ушанки, подоткнул его вокруг шеи, закрыл глаза и тут же уснул.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
      </title>
      <p>На Шестидесятой Миле они пополнили запас продовольствия, прихватили несколько фунтов почты и опять тронулись в путь. Начиная с Сороковой Мили они шли по неутоптанному снегу, и такая же дорога предстояла им до самой Дайи. Харниш чувствовал себя превосходно, но Кама явно терял силы. Гордость не позволяла ему жаловаться, однако он не мог скрыть своего состояния. Правда, у него омертвели только самые верхушки легких, прихваченные морозом, но Каму уже мучил сухой, лающий кашель. Каждое лишнее усилие вызывало приступ, доводивший его почти до обморока. Выпученные глаза наливались кровью, слезы текли по щекам. Достаточно было ему вдохнуть чад от жареного сала, чтобы на полчаса забиться в судорожном кашле, и он старался не становиться против ветра, когда Харниш стряпал.</p>
      <p>Так они шли день за днем, без передышки, по рыхлому, неутоптанному снегу. Это был изнурительный, однообразный труд, — не то что весело мчаться по укатанной тропе. Сменяя друг друга, они по очереди расчищали собакам путь шириной в ярд, уминая снег короткими плетеными лыжами. Лыжи уходили в сухой сыпучий снег на добрых двенадцать дюймов. Тут требовалась совсем иная работа мышц, нежели при обыкновенной ходьбе: нельзя было, подымая ногу, в то же время переставлять ее вперед; приходилось вытаскивать лыжу вертикально. Когда лыжа вдавливалась в снег, перед ней вырастала отвесная стена высотой в двенадцать дюймов. Стоило, подымая ногу, задеть эту преграду передком лыжи, и он погружался в снег, а узкий задний конец лыжи ударял лыжника по икре. Весь долгий день пути перед каждым шагом нога подымалась под прямым углом на двенадцать дюймов, и только после этого можно было разогнуть колено и переставить ее вперед.</p>
      <p>По этой более или менее протоптанной дорожке следовали собаки, Харниш (или Кама), держась за поворотный шест, и нарты. Несмотря на всю свою исполинскую силу и выносливость, они, как ни бились, в лучшем случае проходили три мили в час. Чтобы наверстать время и опасаясь непредвиденных препятствий, Харниш решил удлинить суточный переход — теперь они шли по двенадцать часов в день. Три часа требовалось на устройство ночлега и приготовление ужина, на утренний завтрак и сборы, на оттаивание бобов во время привала в полдень; девять часов оставалось для сна и восстановления сил. И ни люди, ни собаки не склонны были тратить впустую эти драгоценные часы отдыха.</p>
      <p>Когда они добрались до фактории Селкерк близ реки Пелли, Харниш предложил Каме остаться там и подождать, пока он вернется из Дайи. Один индеец с озера Ле-Барж, случайно оказавшийся в фактории, соглашался заменить Каму. Но Кама был упрям. В ответ на предложение Харниша он только обиженно проворчал что-то. Зато упряжку Харниш сменил, оставив загнанных лаек до своего возвращения, и отправился дальше на шести свежих собаках.</p>
      <p>Накануне они добрались до Селкерка только к десяти часам вечера, а уже в шесть утра тронулись в путь; почти пятьсот миль безлюдной пустыни отделяли Селкерк от Дайи. Мороз опять усилился, но это дела не меняло — тепло ли, холодно ли, идти предстояло по нехоженой тропе. При низкой температуре стало даже труднее, потому что кристаллики инея, словно крупинки песку, тормозили движение полозьев. При одной и той же глубине снега собакам тяжелее везти нарты в пятидесятиградусный мороз, чем в двадцати — тридцатиградусный. Харниш продлил дневные переходы до тринадцати часов. Он ревниво берег накопленный запас времени, ибо знал, что впереди еще много миль трудного пути.</p>
      <p>Опасения его оправдались, когда они вышли к бурной речке Пятидесятой Мили: зима еще не устоялась, и во многих местах реку не затянуло льдом, а припай вдоль обоих берегов был ненадежен. Попадались и такие места, где ледяная кромка не могла образоваться из-за бурного течения у крутых берегов. Путники сворачивали и петляли, перебираясь то на одну, то на другую сторону; иногда им приходилось раз десять примеряться, пока они находили способ преодолеть особенно опасный кусок пути. Дело подвигалось медленно. Ледяные мосты надо было испытать, прежде чем пускаться по ним; либо Харниш, либо Кама выходил вперед, держа на весу длинный шест. Если лыжи проваливались, шест ложился на края полыньи, образовавшейся под тяжестью тела, и можно было удержаться на поверхности, цепляясь за него. На долю каждого пришлось по нескольку таких купаний. При пятидесяти градусах ниже нуля промокший до пояса человек не может продолжать путь без риска замерзнуть; поэтому каждое купание означало задержку. Выбравшись из воды, нужно было бегать взад и вперед, чтобы поддержать кровообращение, пока непромокший спутник раскладывал костер; потом, переодевшись во все сухое, мокрую одежду высушить перед огнем — на случай нового купания.</p>
      <p>В довершение всех бед по этой беспокойной реке слишком опасно было идти в потемках и пришлось ограничиться шестью часами дневного сумрака. Дорога была каждая минута, и путники пуще всего берегли время. Задолго до тусклого рассвета они подымались, завтракали, нагружали нарты и впрягали собак, а потом дожидались первых проблесков дня, сидя на корточках перед гаснущим костром. Теперь они уже не останавливались в полдень, чтобы поесть. Они сильно отстали от своего расписания, и каждый новый день пути поглощал сбереженный ими запас времени. Бывали дни, когда они покрывали всего пятнадцать миль, а то и вовсе двенадцать. А однажды случилось так, что они за два дня едва сделали девять миль, потому что им пришлось три раза сворачивать с русла реки и перетаскивать нарты и поклажу через горы.</p>
      <p>Наконец они покинули грозную реку Пятидесятой Мили и вышли к озеру Ле-Барж. Здесь не было ни открытой воды, ни торосов. На тридцать с лишним миль ровно, словно скатерть, лежал снег вышиной в три фута, мягкий и сыпучий, как мука. Больше трех миль в час им не удавалось пройти, но Харниш на радостях, что Пятидесятая Миля осталась позади, шел в тот день до позднего вечера. Озера они достигли в одиннадцать утра; в три часа пополудни, когда начал сгущаться мрак полярной ночи, они завидели противоположный берег; зажглись первые звезды, и Харниш определил по ним направление; к восьми часам вечера, миновав озеро, они вошли в устье реки Льюис. Здесь они остановились на полчаса — ровно на столько, сколько понадобилось, чтобы разогреть мерзлые бобы и бросить собакам добавочную порцию рыбы. Потом они пошли дальше по реке и только в час ночи сделали привал и улеглись спать.</p>
      <p>Шестнадцать часов подряд шли они по тропе в тот день; обессиленные собаки не грызлись между собой и даже не рычали, Кама заметно хромал последние мили пути, но Харниш в шесть утра уже снова был на тропе. К одиннадцати они достигли порогов Белой Лошади, а вечером расположились на ночлег уже за Ящичным ущельем; теперь все трудные речные переходы были позади, — впереди их ждала цепочка озер.</p>
      <p>Харниш и не думал сбавлять скорость. Двенадцать часов — шесть в сумерках, шесть в потемках — надрывались они на тропе. Три часа уходило на стряпню, починку упряжи, на то, чтобы стать лагерем и сняться с лагеря; оставшиеся девять часов собаки и люди спали мертвым сном. Могучие силы Камы не выдержали. Изо дня в день нечеловеческое напряжение подтачивало их. Изо дня в день истощался их запас. Мышцы его потеряли упругость, он двигался медленней, сильно прихрамывая. Но он не сдавался, стоически продолжал путь, не увиливая от дела, без единой жалобы. Усталость сказывалась и на Харнише; он похудел и осунулся, но по-прежнему в совершенстве владел своим безотказно, словно машина, действующим организмом и шел вперед, все вперед, не щадя ни себя, ни других. В эти последние дни их похода на юг измученный индеец уже не сомневался, что Харниш полубог: разве обыкновенный человек может обладать столь несокрушимым упорством?</p>
      <p>Настал день, когда Кама уже не в состоянии был идти впереди нарт, прокладывая тропу; видимо, силы его истощились, если он позволил Харнишу одному нести этот тяжелый труд в течение всего дневного перехода. Озеро за озером прошли они всю цепь от Марша до Линдермана и начали подыматься на Чилкут. По всем правилам Харнишу следовало к концу дня сделать привал перед последним подъемом; но он, к счастью, не остановился и успел спуститься к Овечьему Лагерю, прежде чем на перевале разбушевалась пурга, которая задержала бы его на целые сутки.</p>
      <p>Этот последний непосильный переход доканал Каму. Наутро он уже не мог двигаться. Когда Харниш в пять часов разбудил его, он с трудом приподнялся и, застонав, опять повалился на еловые ветки. Харниш один сделал всю работу по лагерю, запряг лаек и, закончив сборы, завернул обессиленного индейца во все три одеяла, положил его поверх поклажи на нарты и привязал ремнями. Дорога была легкая, цель близка, — Харниш быстро гнал собак по каньону Дайя и по наезженной тропе, ведущей к поселку. Кама стонал, лежа на нартах; Харниш бежал изо всех сил, держась за шест, делая огромные скачки, чтобы не попасть под полозья, собаки мчались во всю прыть — так они въехали в Дайю у Соленой Воды.</p>
      <p>Верный данному слову, Харниш не остановился в Дайе. За один час он погрузил почту и продовольствие, запряг новых лаек и нашел нового спутника. Кама не произнес ни слова до той самой минуты, когда Харниш, готовый к отъезду, подошел к нему проститься. Они пожали друг другу руки.</p>
      <p>— Ты убьешь этого несчастного индейца, — сказал Кама. — Ты это знаешь, Время-не-ждет? Убьешь его.</p>
      <p>— Ничего, до Пелли продержится, — усмехнулся Харниш.</p>
      <p>Кама с сомнением покачал головой и в знак прощания повернулся спиной к Харнишу.</p>
      <p>Несмотря на темноту и густо поваливший снег, Харниш в тот же день перевалил через Чилкут и, спустившись на пятьсот футов к озеру Кратер, остановился на ночлег. Пришлось обойтись без костра, — лес еще был далеко внизу, а Харниш не пожелал нагружать нарты топливом. В эту мочь их на три фута засыпало снегом, и после того, как они в утреннем мраке выбрались из-под него, индеец попытался бежать. Он был сыт по горло, — кто же станет путешествовать с сумасшедшим? Но Харниш уговорил, вернее — заставил его остаться на посту, и они отправились дальше, через Голубое озеро, через Длинное озеро, к озеру Линдерман.</p>
      <p>Обратный путь Харниш проделал с той же убийственной скоростью, с какой добирался до цели, а его новый спутник не обладал выносливостью Камы. Но и он не жаловался и больше не делал попыток бежать. Он усердно трудился, стараясь изо всех сил, но про себя решил никогда больше не связываться с Харнишем. Дни шли за днями, мрак сменялся сумерками, лютый мороз чередовался со снегопадом, а они неуклонно двигались вперед долгими переходами, оставляя позади мили и мили.</p>
      <p>Но на Пятидесятой Миле приключилась беда. На ледяном мосту собаки провалились, и их унесло под лед. Постромки лопнули, и вся упряжка погибла, остался только коренник. Тогда Харниш вместе с индейцем впрягся в нарты. Но человек не может заменить собаку в упряжке, тем более двое людей — пятерых собак. Уже через час Харниш начал освобождаться от лишнего груза. Корм для собак, запасное снаряжение, второй топор полетели в снег. На другой день выбившаяся из сил собака растянула сухожилие. Харниш пристрелил ее и бросил нарты. Он взвалил себе на спину сто шестьдесят фунтов — почту и продовольствие, а индейца нагрузил ста двадцатью пятью. Все прочее было безжалостно оставлено на произвол судьбы. Индеец с ужасом смотрел на то, как Харниш бережно укладывал пачки никому не нужных писем и выбрасывал бобы, кружки, ведра, миски, белье и одежду. Оставлено было только каждому по одеялу, один топор, жестяное ведерко и скудный запас сала и муки. Сало в крайнем случае можно есть и сырым, а болтушка из муки и горячей воды тоже поддерживает силы. Даже с ружьем и патронами пришлось расстаться.</p>
      <p>Так они покрыли расстояние в двести миль до Селкерка. Они шли с раннего утра до позднего вечера, — ведь теперь незачем было располагаться лагерем для стряпни и кормления собак. Перед сном, завернувшись в заячьи одеяла, они садились у маленького костра, хлебали болтушку и разогревали куски сала, нацепив их на палочки; а утром молча подымались в темноте, взваливали на спину поклажу, прилаживали головные ремни и трогались в путь. Последние мили до Селкерка Харниш шел позади своего спутника и подгонял его; от индейца одна тень осталась — щеки втянуло, глаза ввалились, и если бы не понукание Харниша, он лег бы на снег и уснул или сбросил свою ношу.</p>
      <p>В Селкерке Харниша ждала его первая упряжка собак, отдохнувшая, в превосходной форме, и в тот же день он уже утаптывал снег и правил шестом, а сменял его тот самый индеец с озера Ле-Барж, который предлагал свои услуги, когда Харниш был на пути в Дайю. Харниш опаздывал против расписания на два дня, и до Сороковой Мили он не наверстал их, потому что валил снег и дорога была не укатана. Но дальше ему повезло. Наступала пора сильных морозов, и Харниш пошел на риск: уменьшил запас продовольствия и корма для собак. Люди на Сороковой Миле неодобрительно качали головой и спрашивали, что он станет делать, если снегопад на прекратится.</p>
      <p>— Будьте покойны, я чую мороз, — засмеялся Харниш и погнал собак по тропе.</p>
      <p>За эту зиму уже много нарт прошло туда и обратно между Сороковой Милей и Сёрклом — тропа была хорошо наезжена. Надежды на мороз оправдались, а до Сёркла оставалось всего двести миль. Индеец с озера Ле-Барж был молод, он еще не знал предела своих сил, и поэтому его переполняла гордая уверенность в себе. Он с радостью принял предложенный Харнишем темп и поначалу даже мечтал загнать своего белого спутника. Первые сто миль он зорко приглядывался к нему, ища признаков усталости, и с удивлением убедился, что их нет. Потом он стал замечать эти признаки в себе и, стиснув зубы, решил не сдаваться. А Харниш мчался и мчался вперед, то правя шестом, то отдыхая, растянувшись на нартах. Последний день выдался на редкость морозный и ясный, идти было легко, и они покрыли семьдесят миль. В десять часов вечера собаки вынесли нарты на берег и стрелой полетели по главной улице Сёркла; а молодой индеец, хотя был его черед отдыхать, спрыгнул с нарт и побежал следом. Это было бахвальство, но бахвальство достойное, и хоть он уже знал, что есть предел его силам и они вот-вот изменят ему, бежал он бодро и весело.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестая</p>
      </title>
      <p>Салун Тиволи был переполнен; там собрались все те, кто провожал Харниша два месяца назад; настал вечер шестидесятого дня, и шли жаркие споры о том, выполнит он свое обещание или нет. В десять часов все еще заключались пари, хотя число желающих ставить на успех Харниша с каждой минутой уменьшалось. Мадонна, в глубине души уверенная, что игра проиграна, тем не менее поспорила с Чарли Бэйтсом — двадцать унций против сорока, — что Харниш явится еще до полуночи.</p>
      <p>Она первая услышала тявканье собак.</p>
      <p>— Слышите? — крикнула она. — Вот он!</p>
      <p>Все бросились к выходу. Но когда широкая двухстворчатая дверь распахнулась, толпа отпрянула. Послышалось щелканье бича, окрики Харниша, и усталые собаки, собрав последние силы, радостно повизгивая, протащили нарты по деревянному полу. Упряжка ворвалась в комнату с хода, и вместе с ней ворвался клубящийся поток морозного воздуха, так плотно окутавший белым паром головы и спины собак, что казалось, они плывут по реке. Позади собак, держась за шест, вбежал в комнату Харниш в облаке крутящегося пара, закрывавшего его ноги до колен.</p>
      <p>Харниш был такой же, как всегда, только похудевший и осунувшийся, а его черные глаза сверкали еще ярче обычного. Парка с капюшоном, падавшая прямыми складками ниже колен, придавала ему сходство с монахом; вся в грязи, прокопченная и обгорелая у лагерного костра, она красноречиво свидетельствовала о трудности проделанного пути. За два месяца у него выросла густая борода, и сейчас ее покрывала ледяная корка, образовавшаяся от его дыхания за время последнего семидесятимильного перегона.</p>
      <p>Появление Харниша произвело потрясающий эффект, и он отлично понимал это. Вот это жизнь! Такой он любил ее, такой она должна быть. Он чувствовал свое превосходство над товарищами, знал, что для них он подлинный герой Арктики. Он гордился этим, и ликующая радость охватывала его при мысли, что вот он, проделав две тысячи миль, прямо со снежной тропы въехал в салун с лайками, нартами, почтой, индейцем, поклажей и прочим. Он совершил еще один подвиг. Он — Время-не-ждет, король всех путников и погонщиков собак, и имя его еще раз прогремит на весь Юкон.</p>
      <p>Он с радостным изумлением слушал приветственные крики толпы и приглядывался к привычной картине, какую являл в этот вечер Тиволи: длинная стойка с рядами бутылок, игорные столы, пузатая печка, весовщик и весы для золотого песка, музыканты, посетители и среди них три женщины — Мадонна, Селия и Нелли; вот Макдональд, Беттлз, Билли Роулинс, Олаф Гендерсон, доктор Уотсон и остальные. Все было в точности так, как в тот вечер, когда он покинул их, словно он и не уезжал никуда. Шестьдесят дней непрерывного пути по белой пустыне вдруг выпали из его сознания, они сжались в одно-единственное краткое мгновение. Отсюда он ринулся в путь, пробив стену безмолвия, — и сквозь стену безмолвия, уже в следующий миг, опять ворвался в шумный, многолюдный салун.</p>
      <p>Если бы не мешки с почтой, лежавшие на нартах, он, пожалуй, решил бы, что только во сне прошел две тысячи миль по льду в шестьдесят дней. Как в чаду, пожимал он протянутые к нему со всех сторон руки. Он был на верху блаженства. Жизнь прекрасна. Она всем хороша. Горячая любовь к людям переполняла его. Все здесь добрые друзья, братья по духу. Как это чудесно! Горло сжималось у него от волнения, сердце таяло в груди, и он страстно желал всем сразу пожать руку, заключить всех в одно могучее объятие.</p>
      <p>Он глубоко перевел дыхание и крикнул:</p>
      <p>— Победитель платит, а победитель — я! Валяйте вы, хвостатые, лопоухие, заказывайте зелье! Получайте свою почту из Дайи, прямехонько с Соленой Воды, без обмана! Беритесь за ремни, развязывайте!</p>
      <p>С десяток пар рук одновременно схватились за ремни; молодой индеец с озера Ле-Барж, тоже нагнувшийся над нартами, вдруг выпрямился. Лицо его выражало крайнее удивление. Он растерянно озирался, недоумевая, что же с ним приключилось. Никогда еще не испытывал он ничего подобного и не подозревал, что такое может произойти с ним. Он весь дрожал, как в лихорадке, колени подгибались; он стал медленно опускаться, потом сразу рухнул и остался лежать поперек нарт, впервые в жизни узнав, что значит потерять сознание.</p>
      <p>— Малость устал, вот и все, — сказал Харниш. — Эй, кто-нибудь, подымите его и уложите в постель. Он молодец, этот индеец.</p>
      <p>— Так и есть, — сказал доктор Уотсон после минутного осмотра. — Полное истощение сил.</p>
      <p>О почте позаботились, собак водворили на место и накормили. Беттлз затянул песню про «целебный напиток», и все столпились у стойки, чтобы выпить, поболтать и рассчитаться за пари.</p>
      <p>Не прошло и пяти минут, как Харниш уже кружился в вальсе с Мадонной. Он сменил дорожную парку с капюшоном на меховую шапку и суконную куртку, сбросил мерзлые мокасины и отплясывал в одних носках. На исходе дня он промочил ноги до колен и так и не переобулся, и его длинные шерстяные носки покрылись ледяной коркой. Теперь, в теплой комнате, лед, понемногу оттаивая, начал осыпаться. Осколки льда гремели вокруг его быстро мелькающих ног, со стуком падали на пол, о них спотыкались другие танцующие. Но Харнишу все прощалось. Он принадлежал к числу тех немногих, кто устанавливал законы в этой девственной стране и вводил правила морали; его поведение служило здесь мерилом добра и зла; сам же он был выше всяких законов. Есть среди смертных такие общепризнанные избранники судьбы, которые не могут ошибаться. Что бы он ни делал — все хорошо, независимо от того, разрешается ли так поступать другим. Конечно, эти избранники потому и завоевывают общее признание, что они — за редким исключением — поступают правильно, и притом лучше, благороднее, чем другие. Так, Харниш, один из старейших героев этой молодой страны и в то же время чуть ли не самый молодой из них, слыл существом особенным, единственным в своем роде, лучшим из лучших. И не удивительно, что Мадонна, тур за туром самозабвенно кружась в его объятиях, терзалась мыслью, что он явно не видит в ней ничего, кроме верного друга и превосходной партнерши для танцев. Не утешало ее и то, что он никогда не любил ни одной женщины. Она истомилась от любви к нему, а он танцевал с ней так же, как танцевал бы с любой другой женщиной или даже с мужчиной, лишь бы тот умел танцевать и обвязал руку повыше локтя носовым платком, чтобы все знали, что он изображает собой даму.</p>
      <p>В тот вечер Харниш танцевал с одной из таких «дам». Как издавна повелось на Диком Западе, и здесь среди прочих развлечений часто устраивалось своеобразное состязание на выдержку: кто кого перепляшет; и когда Бен Дэвис, банкомет игры в «фараон», повязав руку пестрым платком, обхватил Харниша и закружился с ним под звуки забористой кадрили, все поняли, что состязание началось. Площадка мгновенно опустела, все танцующие столпились вокруг, с напряженным вниманием следя глазами за Харнишем и Дэвисом, которые в обнимку неустанно кружились, еще и еще, все в том же направлении. Из соседней комнаты, побросав карты и оставив недопитые стаканы на стойке, повалила толпа посетителей и тесно обступила площадку. Музыканты нажаривали без устали, и без устали кружились танцоры. Дэвис был опытный противник, все знали, что на Юконе ему случалось побеждать в таком поединке и признанных силачей. Однако уже через несколько минут стало ясно, что именно он, а не Харниш потерпит поражение.</p>
      <p>Они сделали еще два-три тура, потом Харниш внезапно остановился, выпустил своего партнера и попятился, шатаясь, беспомощно размахивая руками, словно ища опоры в воздухе. Дэвис, с застывшей, растерянной улыбкой, покачнулся, сделал полуоборот, тщетно пытаясь сохранить равновесие, и растянулся на полу. А Харниш, все еще шатаясь и хватая воздух руками, уцепился за стоявшую поблизости девушку и закружился с ней в вальсе. Опять он совершил подвиг: не отдохнув после двухмесячного путешествия по льду, покрыв в этот день семьдесят миль, он переплясал ничем не утомленного противника, и не кого-нибудь, а Бена Дэвиса.</p>
      <p>Харниш любил занимать первое место, и хотя в его тесном мирке таких мест было немного, он, где только возможно, добивался наипервейшего. Большой мир никогда не слыхал его имени, но здесь, на безмолвном необозримом Севере, среди белых, индейцев и эскимосов, оно гремело от Берингова моря до перевала Чилкут, от верховьев самых отдаленных рек до мыса Барроу на краю тундры. Страсть к господству постоянно владела им, с кем бы он ни вступал в единоборство — со стихиями ли, с людьми, или со счастьем в азартной игре. Все казалось ему игрой, сама жизнь, все проявления ее. А он был игрок до мозга костей. Без азарта и риска он не мог бы жить. Правда, он не полностью уповал на слепое счастье, он помогал ему, пуская в ход и свой ум, и ловкость, и силу; но превыше всего он все-таки чтил всемогущее Счастье — своенравное божество, что так часто обращается против своих самых горячих поклонников, поражает мудрых и благодетельствует глупцам, — Счастье, которого от века ищут люди, мечтая подчинить его своей воле. Мечтал и он. В глубине его сознания неумолчно звучал искушающий голос самой жизни, настойчиво твердившей ему о своем могуществе, о том, что он может достигнуть большего, нежели другие, что ему суждено победить там, где они терпят поражение, преуспеть там, где их ждет гибель. То была самовлюбленная жизнь, гордая избытком здоровья и сил, отрицающая бренность и тление, опьяненная святой верой в себя, зачарованная своей дерзновенной мечтой.</p>
      <p>И неотступно, то неясным шепотом, то внятно и отчетливо, как звук трубы, этот голос внушал ему, что где-то, когда-то, как-то он настигнет Счастье, овладеет им, подчинит своей воле, наложит на него свою печать. Когда он играл в покер, голос сулил ему наивысшую карту; когда шел на разведку — золото под поверхностью или золото в недрах, но золото непременно. В самых страшных злоключениях — на льду, на воде, под угрозой голодной смерти — он чувствовал, что погибнуть могут только другие, а он восторжествует надо всем. Это была все та же извечная ложь, которой Жизнь обольщает самое себя, ибо верит в свое бессмертие и неуязвимость, в свое превосходство над другими жизнями, в свое неоспоримое право на победу.</p>
      <p>Харниш сделал несколько туров вальса, меняя направление, и, когда, перестала кружиться голова, повел зрителей к стойке. Но этому все единодушно воспротивились. Никто больше не желал признавать его правило — «платит победитель!» Это наперекор и обычаям и здравому смыслу, и хотя свидетельствует о дружеских чувствах, но как раз во имя дружбы пора прекратить такое расточительство. По всей справедливости выпивку должен ставить Бен Дэвис, так вот пусть и поставит. Мало того, — все, что заказывает Харниш, должно бы оплачивать заведение, потому что, когда он кутит, салун торгует на славу. Все эти доводы весьма образно и, не стесняясь в выражениях, изложил Беттлз, за что и был награжден бурными аплодисментами.</p>
      <p>Харниш засмеялся, подошел к рулетке и купил стопку желтых фишек. Десять минут спустя он уже стоял перед весами, и весовщик насыпал в его мешок золотого песку на две тысячи долларов, а что не поместилось — в другой. Пустяк, безделица, счастье только мигнуло ему, — а все же это счастье. Успех за успехом! Это и есть жизнь, и нынче его день. Он повернулся к приятелям, из любви к нему осудившим его поведение.</p>
      <p>— Ну, уж теперь дудки, — платит победитель! — сказал он.</p>
      <p>И они сдались. Кто мог устоять перед Эламом Харнишем, когда он, оседлав жизнь, натягивал поводья и пришпоривал ее, подымая в галоп?</p>
      <p>В час ночи он заметил, что Элия Дэвис уводит из салуна Генри Финна и лесоруба Джо Хайнса. Харниш сдержал их.</p>
      <p>— Куда это вы собрались? — спросил он, пытаясь повернуть их к стойке.</p>
      <p>— На боковую, — ответил Дэвис.</p>
      <p>Это был худой, вечно жующий табак уроженец Новой Англии, единственный из всей семьи смельчак, который откликнулся на зов Дикого Запада, услышанный им среди пастбищ и лесов штата Мэн.</p>
      <p>— Нам пора, — виновато сказал Джо Хайнс. — Утром отправляемся.</p>
      <p>Харниш все не отпускал их:</p>
      <p>— Куда? Что за спешка?</p>
      <p>— Никакой спешки, — объяснил Дэвис. — Просто решили проверить твой нюх и немного пошарить вверх по реке. Хочешь с нами?</p>
      <p>— Хочу, — ответил Харниш.</p>
      <p>Но вопрос был задан в шутку, и Элия пропустил ответ Харниша мимо ушей.</p>
      <p>— Мы думаем разведать устье Стюарта, — продолжал Элия. — Эл Мэйо говорил, что видел там подходящие наносы, когда в первый раз спускался по реке. Надо там покопаться, пока лед не пошел. Знаешь, что я тебе скажу: помяни мое слово, скоро зимой-то и будет самая добыча золота. Над нашим летним копанием в земле только смеяться будут.</p>
      <p>В те времена никто на Юконе и не помышлял о зимнем старательстве. Земля промерзала от растительного покрова до коренной породы, а промерзший гравий, твердый, как гранит, не брали ни кайло, ни заступ. Как только земля начинала оттаивать под летним солнцем, старатели срывали с нее покров. Тогда-то и наступала пора добычи. Зимой же они делали запасы продовольствия, охотились на лосей, готовились к летней работе, а самые унылые темные месяцы бездельничали в больших приисковых поселках вроде Сёркла и Сороковой Мили.</p>
      <p>— Непременно будет зимняя добыча, — поддакнул Харниш. — Погодите, вот откроют золото вверх по течению. Тогда увидите, как будем работать. Что нам мешает жечь дрова, пробивать шурфы и разведывать коренную породу? И крепления не нужно. Промерзший гравий будет стоять, пока ад не обледенеет, а пар от адских котлов не превратится в мороженое. На глубине в сто футов будут вестись разработки, и даже очень скоро. Ну, так вот, Элия, я иду с вами.</p>
      <p>Элия засмеялся, взял своих спутников за плечи и подтолкнул к двери.</p>
      <p>— Постой! — крикнул Харниш. — Я не шучу.</p>
      <p>Все трое круто повернулись к нему; лица их выражали удивление, радость и недоверие.</p>
      <p>— Да будет тебе, не дури, — сказал Финн, тоже лесоруб, спокойный, степенный уроженец Висконсина.</p>
      <p>— Мои нарты и собаки здесь, — ответил Харниш. — На двух упряжках легче будет; поклажу разделим пополам. Но сперва придется ехать потише, собаки-то умаялись.</p>
      <p>Элия, Финн и Хайнс с нескрываемой радостью слушали Харниша, хотя им все еще не верилось, что он говорит серьезно.</p>
      <p>— Послушай, Время-не-ждет, — сказал Джо Хайнс. — Ты нас не морочишь? Говори прямо. Ты вправду хочешь с нами?</p>
      <p>Харниш вместо ответа протянул руку и потряс руку Хайнса.</p>
      <p>— Тогда ступай ложись, — посоветовал Элия. — Мы выйдем в шесть, спать-то осталось всего каких-нибудь четыре часа.</p>
      <p>— Может, нам задержаться на день? — предложил Финн. — Пусть он отдохнет.</p>
      <p>Но гордость не позволила Харнишу согласиться.</p>
      <p>— Ничего подобного, — возмутился он. — Мы все выйдем в шесть часов. Когда вас подымать? В пять? Ладно, я вас разбужу.</p>
      <p>— Лучше поспи, — предостерег его Элия. — Сколько же можно без передышки?</p>
      <p>Харниш и в самом деле устал, смертельно устал. Даже его могучие силы иссякли. Каждый мускул требовал сна и покоя, восставал против попытки опять навязать ему работу, в страхе отшатывался от тропы. Рассудок Харниша не мог не внять этому ожесточенному бунту доведенного до изнеможения тела. Но где-то в глубинах его существа горел сокровенный огонь Жизни, и он слышал гневный голос, укоризненно нашептывающий ему, что на него смотрят все его друзья и приятели, что он может еще раз щегольнуть доблестью, блеснуть силой перед признанными силачами. Это был все тот же извечный самообман, которым тешит себя Жизнь; повинны были и виски, и удаль, и суетное тщеславие.</p>
      <p>— Что я — младенец? — засмеялся Харниш. — Два месяца я не пил, не плясал, души живой не видел. Ступайте спать. В пять я вас подыму.</p>
      <p>И весь остаток ночи он так и проплясал в одних носках, а в пять утра уже колотил изо всей мочи в дверь своих новых спутников и, верный своему прозвищу, выкрикивал нараспев:</p>
      <p>— Время не ждет! Эй вы, искатели счастья на Стюарт-реке! Время не ждет! Время не ждет!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава седьмая</p>
      </title>
      <p>На этот раз путь оказался много легче. Дорога была лучше укатана, нарты шли налегке и не мчались с бешеной скоростью, дневные перегоны были короче. За свою поездку в Дайю Харниш загнал трех индейцев, но его новые спутники знали, что, когда они доберутся до устья Стюарта, им понадобятся силы, и поэтому старались не переутомляться. Для Харниша, более выносливого, чем они, это путешествие явилось просто отдыхом после двухмесячного тяжелого труда. На Сороковой Миле они задержались на два дня, чтобы дать передохнуть собакам, а на Шестидесятой пришлось оставить упряжку Харниша. В отличие от своего хозяина, собаки не сумели во время пути восстановить запас сил, исчерпанный в бешеной скачке от Селкерка до Сёркла. И когда путники вышли из Шестидесятой Мили, нарты Харниша везла новая упряжка.</p>
      <p>На следующий день они стали лагерем у группы островов в устье Стюарта. Харниш только и говорил, что о будущих приисковых городах и, не слушая насмешек собеседников, мысленно застолбил все окрестные, поросшие лесом острова.</p>
      <p>— А что, если как раз на Стюарте и откроется золото? — говорил он. — Тогда вам, может, кое-что достанется, а может, и нет. Ну, а я своего не упущу. Вы лучше подумайте и войдите со мной в долю.</p>
      <p>Но те заупрямились.</p>
      <p>— Ты такой же чудак, как Харпер и Джо Ледью, — сказал Хайнс. — Они тоже этим бредят. Знаешь большую террасу между Клондайком и Лосиной горой? Так вот, инспектор на Сороковой Миле говорил, что месяц назад они застолбили ее: «Поселок Харпера и Ледью». Ха! Ха!</p>
      <p>Элия и Финн тоже захохотали, но Харниш не видел в этом ничего смешного.</p>
      <p>— А что я говорил? — воскликнул он. — Что-то готовится, все это чуют. Чего ради стали бы они столбить террасу, если бы не чуяли? Эх, жаль, что не я это сделал.</p>
      <p>Явное огорчение Харниша было встречено новым взрывом хохота.</p>
      <p>— Смейтесь, смейтесь! Вот то-то и беда с вами. Вы все думаете, что разбогатеть можно, только если найдешь золото. И вот когда начнутся большие дела, вы и приметесь скрести поверху да промывать — и наберете горсть-другую. По-вашему, ртуть — это одна глупость, а золотоносный песок создан господом богом нарочно для обмана дураков и чечако. Подавай вам жильное золото, а вы и наполовину не выбираете его из земли, да и этого еще половина остается в отвалах. А богатство достанется тем, кто будет строить поселки, устраивать коммерческие компании, открывать банки…</p>
      <p>Громкий хохот заглушил его слова. Банки на Аляске! Слыхали вы что-нибудь подобное?</p>
      <p>— Да, да! И биржу…</p>
      <p>Слушатели его просто помирали со смеху. Джо Хайнс, держась за бока, катался по расстеленному на снегу одеялу.</p>
      <p>— А потом придут большие акулы, золотопромышленники; они скупят целиком русла ручьев, где вы скребли землю, будто какие-нибудь куры несчастные, и летом будут вести разработки напором воды, а зимой станут прогревать почву паром…</p>
      <p>Прогревать паром! Эка, куда хватил! Харниш явно уже не знал, что и придумать, чтобы рассмешить компанию. Паром! Когда еще огнем не пробовали, а только говорили об этом, как о несбыточной мечте!</p>
      <p>— Смейтесь, дурачье, смейтесь! Вы же как слепые. Точно писклявые котята. Если только на Клондайке заварится дело, да ведь Харпер и Ледью будут миллионерами! А если на Стюарте — увидите, как заживет поселок Элама Харниша. Вот тогда придете ко мне с голодухи… — Он вздохнул и развел руками. — Ну, что ж делать, придется мне ссудить вас деньгами или нанять на работу, а то и просто покормить.</p>
      <p>Харниш умел заглядывать в будущее. Кругозор его был неширок, но то, что он видел, он видел в грандиозных масштабах. Ум у него был уравновешенный, воображение трезвое, беспредметных мечтаний он не знал. Когда ему рисовался оживленный город среди лесистой снежной пустыни, он предпосылал этому сенсационное открытие золота и затем выискивал удобные места для пристаней, лесопилок, торговых помещений и всего, что требуется приисковому центру на далеком Севере. Но и это, в свою очередь, было лишь подмостками, где он рассчитывал развернуться вовсю. В северной столице его грез успех и удача поджидали его на каждой улице, в каждом доме, во всех личных и деловых связях с людьми. Тот же карточный стол, но неизмеримо более обширный; ставки без лимита, подымай хоть до неба; поле деятельности — от южных перевалов до северного сияния. Игра пойдет крупная — такая, какая и не снилась ни одному юконцу; и он, Элам Харниш, уж позаботится, чтобы не обошлась без него.</p>
      <p>А пока что еще не было ничего, кроме предчувствия. Но счастье придет, в этом он не сомневался. И так же как, имея на руках сильную карту, он поставил бы последнюю унцию золота, — так и здесь он готов был поставить на карту все свои силы и самое жизнь ради предчувствия, что в среднем течении Юкона откроется золото. И вот он со своими тремя спутниками, с лайками, нартами, лыжами поднимался по замерзшему Стюарту, шел и шел по белой пустыне, где бескрайнюю тишину не нарушал ни человеческий голос, ни стук топора, ни далекий ружейный выстрел. Они одни двигались в необъятном ледяном безмолвии, крохотные земные твари, проползавшие за день положенные двадцать миль; питьевой водой им служил растопленный лед, ночевали они на снегу, подле собак, похожих на заиндевевшие клубки шерсти, воткнув в снег около нарт четыре пары охотничьих лыж.</p>
      <p>Ни единого признака пребывания человека не встретилось им в пути, лишь однажды они увидели грубо сколоченную лодку, припрятанную на помосте у берега. Кто бы ни оставил ее там, он не вернулся за ней, и путники, покачав головой, пошли дальше. В другой раз они набрели на индейскую деревню, но людей там не было: очевидно, жители ушли к верховьям реки охотиться на лося. В двухстах милях от Юкона они обнаружили наносы, и Элия решил, что это то самое место, о котором говорил Эл Мэйо. Тут они раскинули лагерь, сложили продовольствие на высокий помост, чтобы не дотянулись собаки, и принялись за работу, пробивая корку льда, покрывающую землю.</p>
      <p>Жизнь они вели простую и суровую. Позавтракав, они с первыми проблесками тусклого рассвета выходили на работу, а когда темнело, стряпали, прибирали лагерь; потом курили и беседовали у костра, прежде чем улечься спать, завернувшись в заячий мех, а над ними полыхало северное сияние и звезды плясали и кувыркались в ледяном небе. Пища была однообразная: лепешки, сало, бобы, иногда рис, приправленный горстью сушеных слив. Свежего мяса им не удавалось добыть. Кругом — ни намека на дичь, лишь изредка попадались следы зайцев или горностаев. Казалось, все живое бежало из этого края. Это было им не в новинку; каждому из них уже случалось видеть, как местность, где дичь так и кишела, через год или два превращалась в пустыню.</p>
      <p>Золота в наносах оказалось мало — игра не стоила свеч. Элия, охотясь на лося за пятьдесят миль от стоянки, промыл верхний слой гравия на широком ручье и получил хороший выход золота. Тогда они впрягли собак в нарты и налегке отправились к ручью. И здесь, быть может, впервые в истории Юкона, была сделана попытка пробить шурф среди зимы. Идея принадлежала Харнишу. Очистив землю от мха и травы, они развели костер из сухой елки. За шесть часов земля оттаяла на восемь дюймов в глубину. Пустив в ход кайла и заступы, они выбрали землю и опять разложили костер. Окрыленные успехом, они работали с раннего утра до позднего вечера. На глубине шести футов они наткнулись на гравий. Тут дело пошло медленней. Но они скоро научились лучше пользоваться огнем, и в один прием им удавалось отогреть слой гравия в пять-шесть дюймов. В пласте мощностью в два фута оказался мельчайший золотой песок, потом опять пошла земля. На глубине в семнадцать футов опять оказался пласт гравия, содержащий золото в крупицах; каждая промывка давала золота на шесть — восемь долларов. К несчастью, пласт был тонкий, всего-то в дюйм, а ниже опять обнажилась земля. Попадались стволы древних деревьев, кости каких-то вымерших животных. Однако золото они нашли — золото в крупицах! Скорей всего здесь должно быть и коренное месторождение. Они доберутся до него, как бы глубоко оно ни запряталось. Хоть на глубине в сорок футов! Они разделились на две смены и рыли одновременно два шурфа, работая круглые сутки: день и ночь дым от костров поднимался к небу.</p>
      <p>Когда у них кончились бобы, они отрядили Элию на стоянку, чтобы пополнить запасы съестного. Элия был человек опытный, закаленный; он обещал вернуться на третий день, рассчитывая в первый день налегке проехать пятьдесят миль до стоянки, а за два дня проделать обратный путь с нагруженными нартами. Но Элия вернулся уже на другой день к вечеру. Спутники его как раз укладывались спать, когда услышали скрип полозьев.</p>
      <p>— Что случилось? — спросил Генри Финн, разглядев при свете костра пустые нарты и заметив, что лицо Элии, и без того длинное и неулыбчивое, еще больше вытянулось и помрачнело.</p>
      <p>Джо Хайнс подбросил дров в огонь, и все трое, завернувшись в одеяла, прикорнули у костра. Элия, закутанный в меха, с заиндевевшими бородой и бровями, сильно смахивал на рождественского деда, как его изображают в Новой Англии.</p>
      <p>— Помните большую ель, которая подпирала нашу кладовку со стороны реки? — начал Элия.</p>
      <p>Долго объяснять не пришлось. Могучее дерево, которое казалось столь прочным, что стоять ему века, подгнило изнутри, — по какой-то причине иссякла сила в корнях, и они не могли уже так крепко впиваться в землю. Тяжесть кладовки и плотной шапки снега довершили беду, — так долго поддерживаемое равновесие между мощью дерева и силами окружающей среды было нарушено: ель рухнула наземь, увлекая в своем падении кладовку, и этим, в свою очередь, нарушила равновесие сил между четырьмя людьми с одиннадцатью собаками и окружающей средой. Все запасы продовольствия погибли. Росомахи проникли в обвалившуюся кладовку и либо сожрали, либо испортили вce, что там хранилось.</p>
      <p>— Они слопали сало, и чернослив, и сахар, и корм для собак, — докладывал Элия. — И, черт бы их драл, перегрызли мешки и рассыпали всю муку, бобы и рис. Поверите ли, за четверть мили от стоянки валяются пустые мешки, — вон куда затащили.</p>
      <p>Наступило долгое молчание. Остаться среди зимы без запасов в этом покинутом дичью краю означало верную гибель. Но молчали они не потому, что страх сковал им языки: трезво оценивая положение, не закрывая глаза на грозившую опасность, они прикидывали в уме, как бы предотвратить ее. Первым заговорил Джо Хайнс:</p>
      <p>— Надо просеять снег и собрать бобы и рис… Правда, рису-то и оставалось всего фунтов восемь — десять.</p>
      <p>— Кто-нибудь из нас на одной упряжке поедет на Шестидесятую Милю, — сказал Харниш.</p>
      <p>— Я поеду, — вызвался Финн. Они еще помолчали.</p>
      <p>— А чем же мы будем кормить вторую упряжку, пока он вернется? — опросил Хайнс. — И сами что будем есть?</p>
      <p>— Остается одно, — высказался, наконец, Элия. — Ты, Джо, возьмешь вторую упряжку, поднимешься вверх по Стюарту и разыщешь индейцев. У них добудешь мясо. Ты вернешься много раньше, чем Генри съездит на Шестидесятую Милю и обратно. Нас здесь останется только двое, и мы как-нибудь прокормимся.</p>
      <p>— Утром мы все пойдем на стоянку и выберем, что можно, из-под снега, — сказал Харниш, заворачиваясь в одеяло. — А теперь спать пора, завтра встанем пораньше. Хайнс и Финн пусть берут упряжки. А мы с Дэвисом пойдем в обход, один направо, другой налево, — может, по пути и вспугнем лося.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава восьмая</p>
      </title>
      <p>Утром, не мешкая, отправились в путь. Хайнс, Финн и собаки, ослабевшие на голодном пайке, целых два дня добирались до стоянки. На третий день, в полдень, пришел Элия, но с пустыми руками. К вечеру появился Харниш, тоже без дичи. Все четверо тщательно просеяли снег вокруг кладовки. Это была нелегкая работа — даже в ста ярдах от кладовки им еще попадались отдельные зерна бобов. Все они проработали целый день. Добыча оказалась жалкой, и в том, как они поделили эти скудные запасы пищи, сказались мужество и трезвый ум всех четверых.</p>
      <p>Как ни мало набралось продовольствия, львиная доля была оставлена Дэвису и Харнишу. Ведь двое других поедут на собаках, один вверх, другой вниз по Стюарту, и скорей раздобудут съестное. А двоим остающимся предстояло ждать, пока те вернутся. Правда, получая но горсточке бобов в сутки, собаки быстро не побегут, но на худой конец они сами могут послужить пищей для людей. У Харниша и Дэвиса даже собак не останется. Поэтому выходило, что именно они брали на себя самое тяжкое испытание. Это само собой разумелось, — иного они и не хотели.</p>
      <p>Зима близилась к концу. Как всегда на Севере, и эта весна, весна 1896 года, подкрадывалась незаметно, чтобы грянуть внезапно, словно гром среди ясного неба. С каждым днем солнце вставало все ближе к востоку, дольше оставалось на небе и заходило дальше к западу. Кончился март, наступил апрель. Харниш и Элия, исхудалые, голодные, терялись в догадках: что же стряслось с их товарищами? Как ни считай, при всех непредвиденных задержках в пути они давно должны были вернуться. Несомненно, они погибли. Все знают, что с любым путником может случиться беда, — поэтому-то и было решено, что Хайнс и Финн поедут в разные стороны. Очевидно, погибли оба; для Харниша и Элии это был последний сокрушительный удар.</p>
      <p>Но они не сдавались и, понимая безнадежность своего положения, все же кое-как поддерживали в себе жизнь. Оттепель еще не началась, и они собирали снег вокруг разоренной кладовки и распускали его в котелках, ведерках, тазах для промывки золота. Даю воде отстояться, они сливали ее, и тогда на дне сосуда обнаруживался тонкий слой слизистого осадка. Это была мука — микроскопические частицы ее, разбросанные среди тысяч кубических ярдов снега. Иногда в осадке попадались разбухшие от воды чаинки или кофейная гуща вперемешку с землей и мусором. Но чем дальше от кладовки они собирали снег, тем меньше оставалось следов муки, тем тоньше становился слизистый осадок.</p>
      <p>Элия был старше Харниша, и поэтому первый потерял силы; он почти все время лежал, закутавшись в одеяло. От голодной смерти спасали их белки, которых изредка удавалось подстрелить Харнишу. Нелегкое это было дело. У него оставалось всего тридцать патронов, поэтому бить нужно было наверняка, а так как ружье было крупнокалиберное, он должен был угодить непременно в голову. Белок попадалось мало, иногда проходило несколько дней, и ни одна не показывалась. Когда Харниш замечал белку, он долго выжидал, прежде чем выстрелить. Он часами выслеживал дичь. Десятки раз, сжимая ружье в дрожащих от слабости руках, он прицеливался и снова отводил его, не рискуя спустить курок. Воля у него была железная, все его побуждения подчинялись ей. Стрелял он только в тех случаях, когда твердо знал, что не промахнется. Как ни мучил его голод, как ни жаждал он этого теплого, верещащего кусочка жизни, он запрещал себе малейший риск. Игрок по призванию, он и здесь вел азартнейшую игру. Ставка была — жизнь, карты — патроны, и он играл так, как может играть только завзятый игрок, — осторожно, обдуманно, никогда не теряя хладнокровия. Поэтому он бил без промаха. Каждый выстрел приносил добычу, и сколько дней ни приходилось выжидать, Харниш не менял своей системы игры.</p>
      <p>Убитая белка шла в ход вся без остатка. Даже из шкурки делали отвар, а косточки мелко дробили, чтобы можно было жевать их и проглатывать. Харниш рылся в снегу, отыскивая ягоды клюквы. Спелая клюква и та состоит из одних семян, воды и плотной кожицы, но питательность прошлогодних ягод, сухих и сморщенных, которые находил Харниш, была равна нулю. Не лучше утоляла голод и кора молодых деревцев, которую они варили в течение часа, а потом кое-как глотали, предварительно долго и упорно прожевывая.</p>
      <p>Апрель был на исходе, бурно наступала весна. Дни стали длиннее. Снег таял в лучах солнца, из-под него выбивались тонкие струйки воды. Сутками дул теплый и влажный юго-западный ветер, и за одни сутки снег оседал на целый фут. К вечеру подтаявший снег замерзал, и по твердому насту можно было идти, не проваливаясь. С юга прилетала стайка белых пуночек и, побыв один день, опять улетала, держа путь на север. Однажды, еще до вскрытия реки, высоко в небе с громким гоготом пронесся на север клин диких гусей. На ивовом кусте у реки набухли почки. Харниш и Элия ели их вареными, — оказалось, что ими можно питаться. Элия даже приободрился немного, но, к несчастью, поблизости больше не нашлось ивняка.</p>
      <p>Деревья наливались соками, с каждым днем громче пели незримые ручейки под снегом — жизнь возвращалась в обледенелую страну. Но река все еще была в оковах. Зима долгие месяцы ковала их, и не в один день можно было их сбросить, как ни стремительно наступала весна. Пришел май, и большие, но безвредные прошлогодние комары повылезали из прогнивших колод и трещин в камнях. Застрекотали кузнечики, гуси и утки пролетали над головой. А река все не вскрывалась. Десятого мая лед на Стюарте затрещал, вздулся и, оторвавшись от берегов, поднялся на три фута. Но он не пошел вниз по течению. Сначала должен был взломаться лед на Юконе, там, где в него впадает Стюарт. До этого лед на Стюарте мог только вздыматься все выше под напором прибывающей воды. Трудно было предсказать точно, когда начнется ледоход на Юконе. Через две тысячи миль после слияния со Стюартом он впадает в Берингово море, и от таяния морского льда зависели сроки, в которые Юкон мог освободиться от миллионов тонн льда, навалившихся ему на грудь.</p>
      <p>Двенадцатого мая Харниш и Элия, захватив меховые одеяла, ведро, топор и драгоценное ружье, спустились на лед. Они решили разыскать припрятанную на берегу лодку, замеченную ими по дороге, и, как только река очистится, плыть вниз по течению до Шестидесятой Мили. Голодные, ослабевшие, они продвигались медленно, с трудом. Элия едва держался на ногах, и когда падал, уже не мог подняться и оставался лежать. Xapниш собрав последние силы, помогал ему встать, и Элия, спотыкаясь, пошатываясь, плелся дальше, пока снова не падал.</p>
      <p>В тот день, когда они рассчитывали добраться до лодки, Элия совсем обессилел. Харниш поднял его, но он снова повалился. Харниш попытался вести его, поддерживая под руку, но сам был так слаб, что они оба упали. Тогда Харниш втащил Элию на берег, наскоро устроил стоянку и пошел охотиться на белок. Теперь уже и он то и дело падал. Вечером он выследил белку, но было слишком темно, он боялся промахнуться. С долготерпением дикаря он дождался рассвета и час спустя подстрелил белку.</p>
      <p>Лучшие куски он отдал Элии, оставив себе одни жилы и кости. Но таково свойство жизненной энергии, что это крошечное создание, этот комочек мяса, который при жизни двигался, передал мышцам людей, поглотивших его, способность и силу двигаться. Белка уже не карабкалась на высокие ели, не прыгала с ветки на ветку, не цеплялась, вереща, за уходившие в небо верхушки. Однако та энергия, которая порождала все эти движения, влилась в дряблые мышцы и надломленную волю людей и заставила их двигаться — нет, сама двигала их, пока они тащились оставшиеся несколько миль до припрятанной лодки; добравшись наконец до цели, оба рухнули наземь и долго лежали неподвижно, словно мертвые.</p>
      <p>Снять небольшую лодку с помоста было бы делом нетрудным для здорового мужчины, но Харниш так ослабел, что ему понадобилось на это много часов. И еще много часов, изо дня в день, потратил он, когда ползал вокруг лодки и, лежа на боку, конопатил мхом разошедшиеся швы. Наконец работа была окончена, но река все еще не очистилась. Лед поднялся на несколько футов, так и не тронувшись вниз по течению. А впереди Харниша ждало самое трудное: опустить лодку на воду, когда вскроется река. Тщетно бродил он, спотыкаясь, падая, двигаясь ползком — днем по талому снегу, вечером по затвердевшему насту, — в поисках еще одной белки, чтобы жизненная энергия проворного зверька перешла в силу его мышц и помогла ему перетащить лодку через ледяную стену у берега и столкнуть на воды реки.</p>
      <p>Только двадцатого мая Стюарт наконец вскрылся. Ледоход начался в пять часов утра; день уже сильно прибавился, и Харниш, приподнявшись, мог видеть, как идет лед. Но Элия уже ко всему был безучастен; сознание едва теплилось в нем, и он лежал без движения. А лед несся мимо, огромные льдины наскакивали на берег, выворачивая корни деревьев, отваливая сотни тонн земли. От этих чудовищной силы толчков все кругом содрогалось и раскачивалось. Час спустя ледоход приостановился: где-то ниже по течению образовался затор. Тогда река стала вздуваться, все выше поднимался лед, пока он не поднялся над берегом. Вода с верховьев все прибывала, неся на себе все новые и новые тонны льда. Громадные глыбы с ужасающей силой сталкивались, лезли друг на друга, стремительно подскакивали вверх, словно арбузное семечко, зажатое ребенком между большим и указательным пальцем; вдоль обоих берегов выросла ледяная стена. Потом затор прорвало, и грохот сшибающихся и трущихся друг о друга льдин стал еще оглушительней. С час продолжался ледоход. Вода в реке быстро убывала. Но ледяная стена по-прежнему высилась над берегом.</p>
      <p>Наконец прошли последние льдины, и впервые за полгода Харниш увидел чистую воду. Он знал, что ледоход не кончился, торосы в верховьях в любую минуту могли сорваться с места и двинуться вниз по реке, но положение было отчаянное, нужда заставляла действовать немедля. Элия так ослабел, что мог умереть с минуты на минуту. И сам он далеко не был уверен, хватит ли у него сил спустить лодку на воду. Оставалось одно — пойти на риск. Если дожидаться второго ледохода, Элия наверняка умрет, а скорее всего — они умрут оба. Если же он сумеет спустить лодку, если опередит второй ледоход, если их не затрет льдинами с верхнего течения Юкона, если ему повезет и в этом и еще во многом другом, тогда они доберутся до Шестидесятой Мили и будут спасены, если — опять-таки если — у него достанет сил причалить на Шестидесятой Миле.</p>
      <p>Он принялся за дело. Ледяная стена возвышалась на пять футов над тем местом, где стояла лодка. Прежде всего он разыскал удобный спуск: пройдя несколько шагов, он увидел льдину, которая достигала до верха стены и отлого спускалась к реке. Промучившись целый час, он подтащил туда лодку. Его тошнило от слабости, и временами ему казалось, что он слепнет: он ничего не видел, в глазах плясали световые пятна и точки, словно их засыпало алмазной пылью; сердце колотилось у самого горла, дыхание перехватывало. Элия не подавал признаков жизни; он лежал не шевелясь, с закрытыми глазами. Харниш один сражался с судьбой. В конце концов после нечеловеческих усилий он прочно установил лодку на верху ледяной стены; не удержавшись на ногах, он упал на колени и ползком начал перетаскивать в лодку одеяло, ружье и ведерко. Топор он бросил. Ради него пришлось бы еще раз проползти двадцать футов туда и обратно, а Харниш хорошо знал, что если топор и понадобится, то некому будет действовать им.</p>
      <p>Харниш и не подозревал, как трудно будет перетащить Элию в лодку. Дюйм за дюймом, с частыми передышками, он поволок его по земле и по осколкам льда к борту лодки. Но положить его в лодку ему не удалось. Будь это неподвижный груз такого же веса и объема, его куда легче было бы поднять, чем обмякшее тело Элии. Харниш не мог справиться с этим живым грузом потому, что он провисал в середине, как полупустой мешок с зерном. Харниш, стоя в лодке, тщетно пытался втащить туда товарища. Все, чего он добился, — это приподнять над бортом голову и плечи Элии. Но когда он отпустил его, чтобы перехватить ниже, Элия опять соскользнул на лед.</p>
      <p>С отчаяния Харниш прибег к крайнему средству. Он ударил Элия по лицу.</p>
      <p>— Господи боже ты мой! Мужчина ты или нет? — закричал он. — На вот, черт тебя дери, на!</p>
      <p>И он наотмашь бил его по щекам, по носу, по губам, надеясь, что боль от ударов разбудит дремлющее сознание и вернет исчезающую волю. Элия открыл глаза.</p>
      <p>— Слушай! — прохрипел Харниш. — Я приподыму тебе голову, а ты держись. Слышишь? Зубами вцепись в борт и держись!</p>
      <p>Дрожащие веки Элии опустились, но Харниш знал, что тот понял его. Он опять подтащил голову и плечи Элии к лодке.</p>
      <p>— Держись, черт тебя возьми! Зубами хватай! — кричал он, пытаясь поднять неподвижное туловище.</p>
      <p>Одна рука Элии соскользнула с борта лодки, пальцы другой разжались, но он послушно впился зубами в борт и удержался. Харниш приподнял его, потянул на себя, и Элия ткнулся лицом в дно лодки, в кровь ободрав нос, губы и подбородок о расщепленное дерево; тело его, согнувшись пополам, беспомощно повисло на борту лодки. Харниш перекинул ноги Элии через борт, потом, задыхаясь от усилий, перевернул его на спину и накрыл одеялом.</p>
      <p>Оставалось последнее и самое трудное дело — спустить лодку на реку. Харнишу пришлось по необходимости положить Элию ближе к корме, а это означало, что для спуска потребуется еще большее напряжение. Собравшись с духом, он взялся за лодку, но в глазах у него потемнело, и когда он опомнился, оказалось, что он лежит, навалившись животом на острый край кормы. Видимо, впервые в жизни он потерял сознание. Мало того, он чувствовал, что силы его иссякли, что он пальцем шевельнуть не может, а главное — что ему это безразлично. Перед ним возникали видения, живые и отчетливые, мысль рассекала мир, словно стальное лезвие. Он, который с детства привык видеть жизнь во всей ее наготе, никогда еще так остро не ощущал этой наготы. Впервые пошатнулась его вера в свое победоносное «я». На какое-то время жизнь пришла в замешательство и не сумела солгать. В конечном счете он оказался таким же жалким червяком, как и все, ничуть не лучше съеденной им белки или людей, потерпевших поражение, погибших на его глазах, как, несомненно, погибли Джо Хайнс и Генри Финн, ничуть не лучше Элии, который лежал на дне лодки, весь в ссадинах, безучастный ко всему. Харнишу с кормы лодки хорошо была видна река до самого поворота, откуда рано или поздно нагрянут ледяные глыбы. И ему казалось, что взор его проникает прошлое и видит те времена, когда в этой стране еще не было ни белых, ни индейцев, а река Стюарт год за годом, зимой прикрывала грудь ледяным панцирем, а весной взламывала его и вольно катилась к Юкону. И в туманной дали грядущего он провидел то время, когда последние поколения смертных исчезнут с лица Аляски и сам он исчезнет, а река по-прежнему, неизменно — то в зимнюю стужу, то бурной весной — будет течь, как текла от века.</p>
      <p>Жизнь — лгунья, обманщица. Она обманывает все живущее. Она обманула его, Элама Харниша, одного из самых удачных, самых совершенных своих созданий. Он ничто — всего лишь уязвимый комок мышц и нервов, ползающий в грязи в погоне за золотом, мечтатель, честолюбец, игрок, который мелькнет — и нет его. Нетленна и неуязвима только мертвая природа, все, что не имеет ни мышц, ни нервов — песок, земля и гравий, горы и низины, и река, которая из года в год, из века в век покрывается льдом и вновь очищается от него. В сущности, какой это подлый обман! Игра краплеными картами. Те, кто умирает, не выигрывают, — а умирают все. Кто же остается в выигрыше? Даже и не Жизнь — великий шулер, заманивающий игроков, этот вечно цветущий погост, нескончаемое траурное шествие.</p>
      <p>Он на минуту очнулся от раздумья и посмотрел вокруг: река по-прежнему была свободна ото льда, а на носу лодки сидела пуночка, устремив на него дерзкий взгляд. Потом он снова погрузился в свои мысли.</p>
      <p>Ничто уже не спасет его от проигрыша. Нет сомнений, что ему суждено выйти из игры. И что же? Он снова и снова задавал себе этот вопрос.</p>
      <p>Общепризнанные религиозные догматы всегда были чужды ему. Он исповедовал свою религию, которая учила его не обманывать ближних, вести с ними честную игру, и никогда не предавался праздным размышлениям о загробной жизни. Для него со смертью все кончалось.</p>
      <p>Он всегда в это верил и не испытывал страха. И сейчас, когда пятнадцать футов отделяло лодку от реки, а он и пальцем не мог пошевелить, чтобы сдвинуть ее с места, он все так же твердо верил, что со смертью все кончается, и не испытывал страха. В его представлениях об окружающем мире было слишком много трезвой простоты, чтобы их могло опрокинуть первое — или последнее — содрогание жизни, убоявшейся смерти.</p>
      <p>Он видел смерть, видел, как умирают люди и животные; память услужливо воскрешала перед ним десятки картин смерти. Он снова глядел на них, как глядел когда-то, и они не страшили его. Что ж, эти люди умерли, умерли давно. Мысль о смерти уже не тревожит их. Они не висят, перегнувшись пополам, на корме лодки в ожидании конца. Умереть легко, он никогда не думал, что это так легко; и, чувствуя приближение смерти, он даже радовался ей.</p>
      <p>Но внезапно новая картина встала перед ним. Он увидел город своих грез — золотую столицу Севера, привольно раскинувшуюся на высоком берегу Юкона. Он увидел речные пароходы, в три ряда стоящие на якоре вдоль пристани; лесопилки на полном ходу; длинные упряжки лаек, везущие спаренные нарты с грузом продовольствия для приисков. И еще он видел игорные дома, банкирские конторы, биржу, крупные ставки, широкое поле для азартнейшей в мире игры. Обидно все-таки, подумал он, упустить свое счастье, когда нюхом чуешь все это и знаешь, что откроется золотое дно. От этой мысли Жизнь встрепенулась в нем и снова начала плести свою вековечную ложь.</p>
      <p>Харниш перевернулся на бок, скатился с кормы и сел на лед, прислонясь спиной к лодке. Нет, он не хочет выбывать из игры. Да и с какой стати? Если собрать воедино все остатки сил, еще таящиеся в его ослабевших мышцах, он, без сомнения, сумеет приподнять лодку и столкнуть ее вниз. Вдруг ему пришло в голову, что хорошо бы войти в долю с Харпером и Ледью, застолбившими место под поселок на Клондайке. Дорого они не запросят за пай. Если золотым дном окажется Стюарт, он найдет счастье в «Поселке Элам Харниш»; а если Клондайк — то ему тоже кое-что перепадет.</p>
      <p>А пока что надо собраться с силами. Он ничком растянулся на льду и пролежал так с полчаса. Потом встал, тряхнул головой, прогоняя искрящийся туман, застилавший ему глаза, и взялся за лодку. Он отлично понимал, чем он рискует. Если первая попытка сорвется, все дальнейшие усилия обречены на неудачу. Он должен пустить в ход все свои скудные силы до последней капли, вложить их целиком в первый же толчок, так как для второго уже не останется ничего.</p>
      <p>Он начал подымать лодку; он подымал ее не только напряжением мышц, а всем существом своим, истощая до отказа в этой отчаянной попытке все силы тела и души. Лодка приподнялась. У него потемнело в глазах, но он не отступился. Почувствовав, что лодка сдвинулась с места и заскользила по льду, он последним усилием прыгнул в нее и повалился на ноги Элин. Он остался лежать, даже не пытаясь приподняться, но услышал плеск и ощутил движение лодки по воде. Взглянув на верхушки деревьев, он понял, что лодку крутит. Вдруг его крепко тряхнуло, и кругом полетели осколки льда — значит, она ударилась о берег. Еще раз десять лодку крутило и било о берег, потом она легко и свободно пошла вниз по течению.</p>
      <p>Когда Харниш очнулся, он взглянул на солнце и решил, что, видимо, проспал несколько часов. Было уже за полдень. Он подполз к корме и приподнялся. Лодка шла серединой реки. Мимо проносились лесистые берега, окаймленные сверкающей ледяной кромкой. Рядом с лодкой плыла вывороченная с корнями гигантская сосна. По прихоти течения лодка и дерево столкнулись. Харниш дотащился до носа и прикрепил фалинь к корневищу. Сосна, глубже погруженная в воду, чем лодка, шла быстрее; фалинь натянулся, и дерево взяло лодку на буксир. Тогда он окинул мутным взглядом берега, которые кружились и пошатывались, солнце, словно маятник качавшееся в небе, завернулся в заячий мех, улегся на дно лодки и уснул.</p>
      <p>Проснулся он среди ночи. Он лежал на спине; над ним сияли звезды. Слышался глухой рокот разлившейся реки. Лодку дернуло, и он понял, что ослабевший было фалинь, которым лодка была привязана к сосне, опять натянулся. Обломок льдины ударился о корму и проскреб по борту. «Ну что ж, второй ледоход покамест не настиг меня», — подумал Харниш, закрывая глаза и опять погружаясь в сон.</p>
      <p>На этот раз, когда он проснулся, было светло. Солнце стояло высоко. Харниш бросил взгляд на далекие берега и понял, что это уже не Стюарт, а могучий Юкон. Скоро должна показаться Шестидесятая Миля. Он был удручающе слаб. Медленно, с неимоверными усилиями, задыхаясь и беспомощно шаря руками, он приподнялся и сел на корме, положив возле себя ружье. Он долго смотрел на Элию, стараясь разглядеть, дышит тот или нет; но в нем самом уже едва теплилась жизнь, и у него не было сил подползти поближе.</p>
      <p>Он снова погрузился в свои мысли и мечты, но их часто прерывали минуты полного бездумия; он не засыпал, не терял сознания, он просто переставал думать, словно зубчатые колеса, не цепляясь друг за друга, вертелись у него в мозгу. Но мысль его хоть и бессвязно, все же работала. Итак, он еще жив и, вероятно, будет спасен; но как это случилось, что он не лежит мертвый, перегнувшись через край лодки на ледяной глыбе? Потом он вспомнил свое последнее нечеловеческое усилие. Что заставило его сделать это усилие? Только не страх смерти. Он не боялся умереть, это несомненно. Так что же? — спрашивал он себя. Наконец память подсказала ему, что в последнюю минуту он подумал о предстоящем открытии золота, в которое твердо верил. Значит, он сделал усилие потому, что непременно хотел участвовать в будущей крупной игре. Но опять-таки ради чего? Ну, пусть ему достанется миллион. Все равно он умрет, умрет, как те, кому всю жизнь только и удавалось, что отработать ссуду. Так ради чего же? Но нить его мыслей рвалась все чаще и чаще, и он безвольно отдался сладостной дремоте полного изнеможения.</p>
      <p>Очнулся он вдруг, словно кто-то толкнул его. Какой-то внутренний голос предостерег его, что пора проснуться. Он сразу увидел факторию Шестидесятой Мили, до нее оставалось футов сто. Течение привело его лодку прямо к самой цели, но то же течение могло унести ее дальше, в пустынные плесы Юкона. На берегу не видно было ни души. Если бы не дымок, поднимавшийся из печной трубы, он решил бы, что фактория опустела. Он хотел крикнуть, но оказалось, что у него пропал голос. Только какой-то звериный хрип и свист вырвался из его гортани. Нащупав ружье, он поднял его к плечу и спустил курок. Отдача сотрясла все его тело, пронизав жгучей болью. Он выронил ружье, оно упало ему на колени, и он больше не мог поднять его. Он знал, что нельзя терять ни секунды, что он сейчас лишится чувств, и снова выстрелил, держа ружье на коленях. Ружье подскочило и упало за борт. Но в последнее мгновение, прежде чем тьма поглотила его, он успел увидеть, что дверь фактории отворилась и какая-то женщина вышла на порог большого бревенчатого дома, который отплясывал неистовый танец среди высоких деревьев.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава девятая</p>
      </title>
      <p>Десять дней спустя на Шестидесятую Милю приехали Харпер и Ледью. Силы еще не полностью вернулись к Харнишу, однако он уже настолько оправился, что немедля осуществил свое намерение: уступил третью часть своих прав на «Поселок Элам Харниш» в обмен на пай в их клондайкском поселке. Новые партнеры Харниш а были полны радужных надежд, и Харпер, нагрузив плот съестными припасами, пустился вниз по течению, чтобы открыть небольшую факторию в устье Клондайка.</p>
      <p>— Почему бы тебе не пошарить на Индейской реке? — сказал Харнишу на прощание Харпер. — Там пропасть ручьев и оврагов, и золото, небось, прямо под ногами валяется. Вот увидишь: когда откроется золотое дно, Индейская река в стороне не останется.</p>
      <p>— И лосей там полным-полно, — добавил Ледью. — Боб Гендерсон забрался туда еще три года назад. Клянется, что скоро там такое откроется, что и во сне не снилось. Кормится свежей лосятиной и, как одержимый, землю роет.</p>
      <p>Харниш решил «махнуть», как он выразился, на Индейскую реку, но ему не удалось уговорить Элию отправиться туда вместе. Перенесенный голод подорвал мужество Элии, и одна мысль о возможной нехватке пищи приводила его в ужас.</p>
      <p>— Я просто не в силах расстаться с едой, — объяснил он. — Знаю, что это глупость, но ничего с собой поделать не могу. Тогда только и отвалюсь, когда чувствую, что еще кусок — и я лопну. Думаю вернуться в Сёркл, буду сидеть там у кладовки с жратвой, пока не вылечусь.</p>
      <p>Харниш переждал еще несколько дней, набираясь сил и потихоньку снаряжаясь в дорогу. Он решил идти налегке — так, чтобы его ноша не превышала семидесяти пяти фунтов, а остальную поклажу, по примеру индейцев, погрузить на собак по тридцать фунтов на каждую. Продовольствия он захватил очень немного, положившись на рассказ Ледью, что Боб Гендерсон питается лосятиной. Когда на Шестидесятой Миле остановилась баржа с лесопилкой Джона Кернса, шедшая с озера Линдерман, Харниш погрузил на нее свое снаряжение и пять собак, вручил Элии заявку на участок под поселок, чтобы он ее зарегистрировал, и в тот же день высадился в устье Индейской реки.</p>
      <p>В сорока милях вверх по течению, на Кварцевом ручье, который он узнал по описаниям, и на Австралийском ручье, на тридцать миль дальше, Харниш нашел следы разработок Боба Гендерсона. Но дни шли за днями, а его самого нигде не было видно. Лосей действительно здесь водилось много, и не только Харниш, но и собаки вволю полакомились свежим мясом. В поверхностном слое наносов он находил золото, правда, немного, зато в земле и гравии по руслам ручьев было вдоволь золотого песку, и Харниш ничуть не сомневался, что где-то здесь должно открыться месторождение. Часто он всматривался в горный кряж, тянувшийся на север, и спрашивал себя: не там ли оно? Наконец он поднялся по ручью Доминион до его истоков, пересек водораздел и спустился по притоку Клондайка, впоследствии названному ручьем Ханкер. Если бы Харниш прошел немного дальше по водоразделу, то застал бы Боба Гендерсона на его участке, который он назвал «Золотое дно», за промывкой золота, впервые найденного на Клондайке в таком изобилии. Но Харниш продолжал путь по ручью Ханкер, по Клондайку и по Юкону, до летнего рыбачьего лагеря индейцев.</p>
      <p>Здесь он остановился на один день у Кармака, женатого на индианке и жившего вместе со своим зятем индейцем по имени Скукум Джим; потом купил лодку, погрузил своих собак и поплыл вниз по Юкону до Сороковой Мили. Август уже был на исходе, дни становились короче, приближалась зима. Харниш все еще твердо верил, что счастье ждет его в среднем течении; он хотел собрать партию из четырех-пяти старателей, а если это не выйдет, найти хотя бы одного спутника и, поднявшись водой по Юкону до того, как река станет, зимой вести разведку. Но никто из старателей на Сороковой Миле не разделял надежд Харниша. К тому же они на месте находили золото и вполне этим довольствовались.</p>
      <p>В один прекрасный день к Сороковой Миле причалила лодка, из нее вышли Кармак, его зять Скукум Джим и еще один индеец по имени Култус Чарли и тут же отправились к приисковому инспектору, где и сделали заявку на три участка и еще на один — по праву первой находки — на ручье Бонанза. Вечером того же дня в салуне Старожил они показали образцы добытого золота. Однако им плохо верили. Старатели, усмехаясь, с сомнением качали головой: их не проведешь, видали они и раньше такие фокусы. Ясное дело, Харпер и Ледью хотят заманить золотоискателей поближе к своему поселку и фактории. И кто этот Кармак? Женился на скво, живет с индейцами. Разве такие находят золото? А что такое ручей Бонанза? Да это просто лосиный выгон у самого устья Клондайка и всегда назывался Заячьим ручьем. Вот если бы заявку сделал Харниш или Боб Гендерсон, их бы образцы чего-нибудь да стоили. Но Кармак, женатый на скво! Скукум Джим! Култус Чарли! Нет уж, увольте.</p>
      <p>Даже Харниш, как он ни верил в свое предчувствие, не был убежден, что тут нет обмана. Ведь он сам всего несколько дней назад видел, как Кармак лодырничал в своей индейской семье и даже не помышлял о разведке. Но вечером, уже в двенадцатом часу, сидя на краю койки и расшнуровывая мокасины, он вдруг задумался; потом оделся, взял шапку и пошел обратно в салун. Кармак все еще был там и по-прежнему хвастал своим золотом перед толпой маловеров. Харниш подошел к нему, вытащил у него из-за пояса мешочек и, высыпав золотой песок в таз, долго разглядывал его. Потом в другой таз отсыпал из своего мешочка несколько унций песку, найденного в окрестностях Сёркла и Сороковой Мили, и опять долго изучал и сравнивал содержимое обоих тазов. Наконец он вернул Кармаку его золото, спрятал свое и поднял руку, требуя внимания.</p>
      <p>— Слушайте, ребята, что я вам скажу, — начал он. — Это оно и есть — то самое золото. Будьте покойны, так и вышло, как я говорил. Такого золота еще никто не видел в этой стране. Это новое золото. В нем больше серебра. Поглядите, по цвету можно узнать. Кармак правду говорит. Кто хочет идти со мной за этим золотом?</p>
      <p>Желающих не оказалось. Призыв Харниша встретили хохотом и насмешками.</p>
      <p>— А нет ли у тебя там земли под поселок? — язвительно спросил кто-то.</p>
      <p>— Малость есть, — ответил Харниш. — Да еще доля в поселке Харпера и Ледью. И вот увидите, любой из моих участков принесет мне больше, чем вы наскребли даже на Березовом ручье.</p>
      <p>— Ну ладно, — примирительно заговорил старатель по кличке Кудрявый Поп. — Мы все знаем тебя, ты малый честный. Но зря ты этим людям веришь. Они же нас морочат. Ну скажи на милость, когда Кармак нашел это золото? Ты же сам говорил, что он торчит на стоянке со своей индейской родней и ловит лососей, а ведь и трех дней не прошло.</p>
      <p>— Он правду говорит! — крикнул Кармак. — И я правду говорю, вот как перед богом! Не ходил я на разведку. И в мыслях даже не было. Но только не успел он уехать, в тот же самый день явился Боб Гендерсон на плоту с продовольствием. Он ехал с Шестидесятой Мили и хотел подняться по Индейской реке, переправить продовольствие через водораздел между Кварцевым ручьем и Золотым дном…</p>
      <p>— Какое такое Золотое дно? Где это? — спросил Кудрявый Поп.</p>
      <p>— За ручьем Бонанза, который раньше Заячьим назывался, — ответил Кармак. — Он впадает в приток Клондайка. Я туда и прошел с Клондайка, а возвращался я по водоразделу, а потом вниз по Бонанзе. Вот Боб Гендерсон и говорит: «Поедем со мной, Кармак, застолбим участочек. Мне повезло на Золотом дне. Сорок пять унций уже добыл». Ну, мы и поехали, и я, и Скукум Джим, и Култус Чарли. И все застолбили участки на Золотом дне. Потом мы вернулись на Бонанзу пострелять лосей. По дороге остановились, разложили костер и поели. Потом я завалился спать, а Скукум Джим возьми да и начни копать, — научился, глядя на Гендерсона. Набрал земли под березой, промыл — да и снял золота на доллар с лишним. Разбудил меня. Я тоже берусь за дело. И что же? С первого разу намыл на два с половиной доллара. Ну, я окрестил ручей «Бонанза», застолбил участок и приехал сюда с заявкой.</p>
      <p>Кончив свой рассказ, Кармак обвел робким взглядом слушателей, но все лица по-прежнему выражали недоверие — все, кроме лица Харниша, который не спускал глаз с Кармака.</p>
      <p>— Сколько Харпер с Ледью посулили тебе за эту липу? — раздался голос из толпы.</p>
      <p>— Харпер и Ледью ничего не знают про это, — ответил Кармак. — Я правду говорю, как бог свят. За какой-нибудь час я намыл три унции.</p>
      <p>— И вот оно — золото, перед вами, — сказал Харниш. — Говорят вам, такого золота мы еще не намывали. Поглядите на цвет.</p>
      <p>— Верно, чуть отливает, — согласился Кудрявый Поп. — Должно быть, Кармак таскал в мошне серебряные доллары вместе с песком. И почему, если Кармак не врет, Боб Гендерсон не прискакал делать заявку?</p>
      <p>— Он остался на Золотом дне, — объяснил Кармак. — Мы нашли золото на обратном пути.</p>
      <p>В ответ раздался взрыв хохота.</p>
      <p>— Кто хочет ехать со мной завтра на эту самую Бонанзу? — спросил Харниш.</p>
      <p>Никто не отозвался.</p>
      <p>— А кто хочет перевезти туда на лодке тысячу фунтов продовольствия? Деньги плачу вперед.</p>
      <p>Кудрявый Поп и другой старатель, Пат Монехен, выразили согласие.</p>
      <p>Харниш со свойственной ему решительностью тут же заплатил им вперед, потом условился о покупке продовольствия, нимало не смущаясь тем, что в его мешочке не оставалось ни унции. Он уже взялся было за ручку двери, но вдруг передумал и обернулся.</p>
      <p>— Ну что? Еще что-нибудь учуял? — спросил кто-то.</p>
      <p>— Малость учуял. Этой зимой на Клондайке за муку будут брать бешеную цену. Кто одолжит мне денег?</p>
      <p>Те же люди, которые только что отказались участвовать в его сомнительной затее, тотчас окружили его, протягивая свои мешочки с золотом.</p>
      <p>— А сколько тебе муки? — спросил управляющий складом Аляскинской торговой компании.</p>
      <p>— Тонны две.</p>
      <p>Никто не отдернул руку с мешочком, хотя стены салуна задрожали от оглушительного хохота.</p>
      <p>— На что тебе две тонны муки? — спросил управляющий.</p>
      <p>— Слушай, сынок, — наставительно ответил Харниш. — Ты здесь недавно и еще не знаешь, какие в этой стране бывают чудеса. Я тебе скажу, зачем мне мука: хочу открыть фабрику квашеной капусты и средства от перхоти.</p>
      <p>Нахватав у всех денег, он нанял еще шесть человек и три лодки. Казна его опять опустела, и он по уши залез в долги.</p>
      <p>Кудрявый Поп с комическим ужасом поглядел на Харниша и, словно сраженный горем, опустил голову на стойку.</p>
      <p>— Боже мой! — простонал он. — Что же ты, несчастный, будешь делать с этой мукой?</p>
      <p>— Сейчас я тебе все объясню по порядку. Гляди! — Харниш поднял руку и начал отсчитывать по пальцам. — Первое дело: я нюхом чуял, что выше по течению откроется золото. Второе: Кармак открыл его. Третье: тут и нюха не нужно, один расчет. Если первое и второе верно, цена на муку взлетит до небес. Если я прав в первом и втором, как же я могу отказаться от третьего — от верного дела? Вот увидишь, этой зимой мука будет на вес золота. Помните, ребята, когда счастье улыбнется вам, не зевайте, держитесь за него что есть мочи. На что и счастье, если упускать его? Хватайте его за хвост! Сколько лет я в этой стране — и все ждал, когда счастье привалит. Вот дождался, наконец. Теперь уж не выпущу из рук. Ну, покойной ночи вам, будьте здоровы!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава десятая</p>
      </title>
      <p>Никто еще не верил в будущее Клондайка. Когда Харниш со своим огромным запасом муки добрался до устья, он нашел прибрежную террасу такой же пустынной и безлюдной, как всегда. У самой воды, возле деревянных рам, на которых вялились лососи, находилось кочевье индейского вождя Исаака и его племени. Харниш застал здесь и нескольких золотоискателей из старожилов. Закончив летнюю разведку на ручье Десятой Мили, они возвращались в Сёркл по Юкону, но, услышав на Шестидесятой Миле об открытии золота, решили сделать остановку и исследовать местность. Когда Харниш причалил, они сидели вокруг костра, неподалеку от своей лодки. Ничего утешительного они сказать не могли.</p>
      <p>— Просто лосиный выгон, — сказал Джим Харни, дуя в жестяную кружку с чаем. — Не ввязывайся в это дело. Один обман. Они нарочно затеяли кутерьму. Это все Харпер и Ледью мутят, а Кармак у них вроде наживки. Какой дурак станет искать там золото, когда вся-то россыпь, от борта до борта, в полмилю. Где тут коренная порода? У черта на рогах?</p>
      <p>Харниш понимающе кивнул и задумался.</p>
      <p>— А промывку делали? — спросил он, помолчав.</p>
      <p>— Еще чего! — негодующе ответил Джим. — Что я, маленький? Только чечако может копаться на таком месте. А у меня хватает смекалки — только раз глянул и уже вижу, что нечего тут делать. Завтра утром уедем в Сёркл. Никогда я не верил толкам о верховьях Юкона. С меня довольно верховьев Тананы. А если откроется золото, то, помяни мое слово, оно откроется не выше, а ниже пo Юкону. Вот Джонни застолбил участок мили за две от участка Кармака, но ведь он у нас с придурью.</p>
      <p>Джонни смущенно улыбнулся.</p>
      <p>— А я это просто для смеху, — объяснил он. — Я бы рад уступить заявку за фунт табачка.</p>
      <p>— Идет! — живо отозвался Харниш. — Но только чур не хныкать, если я добуду там двадцать или тридцать тысяч.</p>
      <p>Джонни весело засмеялся.</p>
      <p>— Давай табак, — сказался.</p>
      <p>— Эх, жаль, что и я не застолбил участка, — с досадой проворчал Джим.</p>
      <p>— Еще не поздно, — возразил Харниш.</p>
      <p>— Да ведь туда и обратно двадцать миль.</p>
      <p>— Хочешь, я завтра застолблю для тебя участок? — предложил Харниш. — А ты сделаешь заявку вместе с Джонни. На регистрацию возьми деньги у Тима Логана. Он держит буфет в салуне Старожил. Скажи ему, что это для меня, он даст. А заявку сделай на свое имя, с передачей мне. Бумагу отдай Тиму.</p>
      <p>— Я тоже хочу, — вмешался третий старатель. Итак, за три фунта жевательного табаку Харниш, не сходя с места, приобрел три участка по пятьсот футов в длину на ручье Бонанза. И за ним еще оставалось право сделать заявку на свое имя.</p>
      <p>— Что это ты швыряешься табаком? — усмехнулся Джим Харни. — Фабрика у тебя, что ли?</p>
      <p>— Нет, фабрики у меня нет, зато нюх есть, — ответил Харниш. — Он мне и говорит, что три фунта табаку за три участка отдать можно.</p>
      <p>А час спустя уже на стоянку Харниша явился Джо Ледью, прямо с Бонанзы. Сначала он проявил полное равнодушие к находке Кармака, потом выразил сомнение и наконец предложил Харнишу сто долларов за его пай в поселке Харпера и Ледью.</p>
      <p>— Наличными? — спросил Харниш.</p>
      <p>— Конечно. Вот бери.</p>
      <p>И Ледью вытащил свой мешочек. Харниш с рассеянным видом подержал его в руке, словно прикидывая вес, потом все так же рассеянно развязал тесемки и высыпал щепотку песку на ладонь. Золото было необычного оттенка. Такого цвета золото он видел только у Кармака. Он всыпал песок обратно, завязал мешочек и вернул его Ледью.</p>
      <p>— Держи при себе, пригодится, — сказал он.</p>
      <p>— Ничего, не последнее, — успокоил его Ледью.</p>
      <p>— Откуда это золото?</p>
      <p>Харниш задал вопрос с самым невинным видом, и Ледью отнесся к нему с невозмутимостью, которой позавидовал бы индеец. Но на какую-то долю секунды глаза их встретились, и в это короткое мгновение в них мелькнуло что-то неуловимое, словно искра блеснула между ними. И Харниш понял, что Ледью хитрит и скрывает от него свои тайные планы.</p>
      <p>— Ты знаешь Бонанзу лучше меня, — сказал он. — И если ты ценишь мой пай в сто долларов, то и я ценю его не дешевле, хоть и не знаю того, что знаешь ты.</p>
      <p>— Возьми триста долларов, — просительно сказал Ледью.</p>
      <p>— Нет, не возьму. Посуди сам: хоть я и не знаю ничего, все равно мой пай стоит столько, сколько ты согласен дать за него.</p>
      <p>И тут-то Ледью позорно сдался. Он увел Харниша подальше от стоянки, от других старателей, и поговорил с ним по душам.</p>
      <p>— Есть оно там, есть, — сказал он в заключение. — Это у меня не из желоба. Все, что здесь, в мешочке, я вчера намыл с борта. Прямо под ногами валяется. А что на дне ручья в коренной породе, и сказать трудно. Но много, очень много. Ты помалкивай и застолби, что только сможешь. Правда, оно идет не сплошь, а гнездами. Но есть места, где с каждого участка будет добыча тысяч на пятьдесят. Беда только в том, что поди угадай, где эти гнезда.</p>
      <p>Прошел месяц; на ручье Бонанза все еще было тихо и безлюдно. Кое-где виднелись заявочные столбы, но большинство владельцев этих участков уехало — кто на Сороковую Милю, кто в Сёркл. Немногие, не потерявшие веру старатели сколачивали бревенчатые хижины для зимовки. Кармак со своими родичами индейцами мастерил промывальный желоб и подводил к нему воду. Дело подвигалось медленно — приходилось валить деревья, а потом распиливать их вручную. Немного ниже по течению на Бонанзе обосновалось четверо людей, приехавших на лодке с верховьев, — Ден Макгилвари, Дэйв Маккей, Дэв Эдуарде и Гарии Уо. Они держались особняком, на расспросы отвечали скупо и сами никого ни о чем не спрашивали. Харниш, который уже обследовал почву на краю участка Кармака, где нашел золото под самой поверхностью, и брал пробу в сотне других мест, вверх и вниз по ручью, где не нашлось ничего, горел желанием узнать, что таилось в глубоких залеганиях. Он видел, как четверо молчаливых приезжих пробили шурф у самой воды, слышал, как они распиливали бревна на доски для желоба. Он не стал дожидаться приглашения и в первый же день, когда они начали промывку, пришел посмотреть на их работу. За пять часов непрерывной загрузки желоба они добыли тринадцать с половиной унций. Там были крупицы с булавочную головку, но попадались и самородки стоимостью в двенадцать долларов. А самое главное — это было золото из коренной породы. День стоял пасмурный, с серого неба падал первый осенний снег, надвигалась лютая полярная зима. Но Харниш не грустил об уходящем быстротечном лете. Мечты его сбывались, он снова видел золотой город своих грез, выросший на обширной террасе, среди пустынных снегов. Нашли коренную породу — вот в чем удача. Открытие Кармака подтвердилось. Харниш немедленно застолбил участок, граничащий с теми тремя, которые он выменял на жевательный табак. Теперь его владения простирались на две тысячи футов в длину, а в ширину — от борта до борта россыпи.</p>
      <p>Вечером, вернувшись на свою стоянку в устье Клондайка, он застал там Каму — индейца, которого оставил в Дайе. Кама вез почту водой в последний раз в этом году. У него было накоплено золотого песку на две сотни долларов, и Харниш тут же взял их взаймы. За это он застолбил участок для Камы и велел ему зарегистрировать эту заявку на Сороковой Миле. На другое утро Кама уехал, увозя с собой пачку писем, которые Харниш посылал всем старожилам ниже по Юкону: Харниш настоятельно советовал им немедленно ехать на Клондайк. Такие же письма отправили с Камой и другие золотоискатели Бонанзы.</p>
      <p>«Вот это сбудет горячка, ничего не скажешь!» — посмеиваясь, думал Харниш, представляя себе, как все обитатели Сороковой Мили и Сёркла кидаются к лодкам и, словно одержимые, мчатся сотни миль вверх по Юкону; он знал, что ему-то все поверят на слово.</p>
      <p>С прибытием первых партий старателей жизнь закипела на ручье Бонанза, и началась гонка на большую дистанцию между ложью и правдой; как бы ожесточенно ни лгали люди, правда неизменно догоняла и опережала их ложь. Когда те, кто не поверил, что Кармак с одного раза намыл золота на два с половиной доллара, сами намывали столько же, они хвастали, что добыли целую унцию. И задолго до того, как эта ложь успевала распространиться, они добывали уже не одну унцию зараз, а пять, но утверждали, разумеется, что им остается по десять унций с каждой промывки. Однако, когда они набирали породу в таз, чтобы доказать, что они не врут, золота оказывалось уже не десять, а двенадцать унций. Так оно и шло: старатели стойко продолжали врать, но правда всегда обгоняла их.</p>
      <p>Однажды, в декабре месяце, Харниш наполнил таз породой из коренного пласта на своем участке и понес его к себе в хижину. Печка топилась, и у него в брезентовом баке хранилась незамерзшая вода. Он сел на корточки перед баком и занялся промывкой. Казалось, в тазу нет ничего, кроме земли и гравия. Он круговым движением встряхивал таз и выливал вместе с водой легкие кусочки породы, всплывавшие на поверхность; иногда он запускал пальцы в таз и пригоршнями выбирал оттуда гравий. Содержимое таза постепенно уменьшалось. Когда в нем осталось совсем немного, Харниш, чтобы ускорить дело, сразу резким движением выплеснул мутную, загрязненную воду. Все дно таза отливало желтым блеском, словно густо смазанное свежим маслом. Золото! Золото в песчинках, в зернах, в самородках — мелких и крупных. Харниш был один в хижине, наедине со своей находкой. Он поставил таз на пол и крепко задумался. Потом закончил промывку и взвесил добычу на своих весах. Из расчета шестнадцати долларов за унцию в тазу оказалось золота на семьсот с лишним долларов. Такая удача ему даже не снилась. Самые смелые его надежды не шли дальше двадцати — тридцати тысяч долларов с участка. А здесь, даже если месторождение залегает не сплошняком, с иных участков можно снять полмиллиона!</p>
      <p>В тот день он больше не пошел на свою выработку. Не пошел и на другой и на третий день. Вместо этого он надел меховую шапку и рукавицы и, взвалив на спину мешок с кое-какой поклажей, включая и заячий мех, отправился пешком в многодневную разведку по окрестным ручьям и водоразделам. Он имел право застолбить участок на каждом ручье, но не хотел рисковать и действовал осторожно. Заявку он сделал только на ручье Ханкер. На ручье Бонанза не оказалось ни одного свободного клочка, его уже застолбили от устья до истоков, разобрали и все участки по впадающим в него ручейкам и овражкам. Нельзя сказать, чтобы они сулили богатую добычу, но старатели, не успевшие получить участков на Бонанзе, хватали, что могли. Наибольшие надежды возлагали на ручей Адаме, наименьшие — на Эльдорадо, впадающий в Бонанзу чуть повыше участка Кармака. Даже Харнишу ручей Эльдорадо не понравился. Однако, твердо веря своему чутью, он и здесь приобрел полпая на одну заявку, отдав за него полмешка муки. Месяц спустя он заплатил за соседний участок восемьсот долларов. Три месяца спустя, расширяя свои владения, он приобрел еще один соседний участок, но обошелся он ему уже в сорок тысяч; а в недалеком будущем ему предстояло уплатить сто пятьдесят тысяч за четвертый участок — на том же всеми презираемом ручье.</p>
      <p>С того самого дня, когда он с одной промывки снял семьсот долларов и долго просидел на корточках над тазом, думая свою думу, Харниш больше не брал в руки кайла и заступа. Вечером этого знаменательного дня он сказал Джо Ледью:</p>
      <p>— С тяжелой работой кончено. Теперь я начну шевелить мозгами. Стану разводить золото. Золото будет расти, было бы умение да семена. Когда я увидел на дне таза семьсот долларов, я понял, что наконец-то семена мне достались.</p>
      <p>— А где ты будешь их сеять? — спросил Джо Ледью.</p>
      <p>Харниш широким взмахом руки показал на всю окрестность, вплоть до далеких ручьев за водоразделами.</p>
      <p>— Здесь, — сказал он. — Увидишь, какой я соберу урожай. Здесь миллионы зарыты, надо только уметь их почуять. А я сегодня почуял их, когда семьсот долларов глянули на меня со дна таза и весело прощебетали: «Ага! Пришел наконец, Время-не-ждет!»</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава одиннадцатая</p>
      </title>
      <p>Элам Харниш, прославленный герой первой поры старательства на Аляске, теперь, после находки Кармака, стал героем Клондайка. Молва о том, как он почуял там золото и сумел приготовиться к новой золотой горячке, облетела всю страну. Среди самых отчаянных вряд ли нашлось бы пять счастливцев, которые вместе обладали бы таким богатством в земельных участках, как он один. Мало того, он все с тем же азартом продолжал расширять свои владения. Рассудительные люди качали головой и предсказывали, что он потеряет все до последней унции. Уж не воображает ли он, что вся страна сплошь состоит из золота? Разве можно так рисковать, пока не добрались до жилы? Непременно зарвется и останется ни с чем.</p>
      <p>С другой стороны, все признавали, что владения Харниша стоят миллионы, и много было людей, которые безоговорочно верили в его счастье. Невзирая на свою баснословную щедрость и бешеное расточительство, он обладал трезвым, расчетливым умом, даром предвидения и смелостью крупного игрока. Он умел угадывать скрытое от глаз будущее и вел рискованную игру, с тем чтобы либо сорвать куш, либо потерять все.</p>
      <p>— На Бонанзе слишком много золота, — доказывал он. — Не верю, что это только гнездо. Где-то должно быть главное месторождение. Откроется золото и на других ручьях. Вы поглядывайте на Индейскую реку. Почему бы по ту сторону клондайкского водораздела не быть золоту, раз оно есть по эту сторону?</p>
      <p>В подкрепление своих слов он послал с десяток старательских партий, ссудив их деньгами и снаряжением, в бассейн Индейской реки. Кроме того, он нанял людей, которым не досталось хороших участков, для разработки своих заявок на Бонанзе. Платил он им не скупясь — шестнадцать долларов за восьмичасовую смену; смен было три. Съестных припасов у него для начала хватало на всех; а когда пароход «Бэлла» последним рейсом пришел с грузом продовольствия, Харниш уступил Джеку Кернсу участок под склад в обмен на запасы и всю зиму 1896 года кормил ими своих работников. Это была голодная зима, мука стоила два доллара фунт, а у Харниша по-прежнему работали в три смены на всех четырех участках. Другие владельцы участков платили по пятнадцати долларов, но Харниш первым начал нанимать людей и всегда платил им по полной унции; поэтому у него и были отборные работники, труд которых с лихвой окупал высокую оплату.</p>
      <p>Ранней зимой, вскоре после того как Юкон покрылся льдом, Харниш- повел особенно азартную игру. Сотни золотоискателей, застолбивших участки поблизости от Бонанзы, не найдя богатых россыпей, вернулись на Сороковую Милю и в Сёркл. Харниш взял в Аляскинской торговой компании закладную под один из принадлежащих ему участков и, сунув в карман аккредитив, запряг своих лаек и отправился вниз по Юкону со скоростью, на которую только он был способен. В эту поездку он сменил двух индейцев — одного на пути туда, другого на обратном — и четыре упряжки собак. И на Сороковой Миле и в Сёркле он скупал участки десятками. Многие из них не оправдали надежд, но были и такие, где оказалось больше золота, чем даже на Бонанзе. Он покупал направо и налево, иногда по дешевке — за пятьдесят долларов, но один раз ему случилось отвалить пять тысяч. Произошло это в салуне Тиволи. Речь шла о заявке в верховьях Эльдорадо; и когда он согласился на эту неслыханную цену, Джекоб Уилкинс, один из старожилов, только что вернувшийся с Клондайка, поднялся и направился к двери.</p>
      <p>— Послушай, Время-не-ждет, — сказал он. — Я знаю тебя уже семь лет и всегда считал, что ты человек разумный. А теперь ты всем даешь обирать себя. Ведь это грабеж, и больше ничего. Пять тысяч за клочок земли на этом паршивом выгоне для лосей! Да это — чистое жульничество! Глаза бы мои не глядели! Уж лучше я уйду.</p>
      <p>— Вот что я тебе скажу, Уилкинс, — возразил Харниш. — Вокруг Клондайка столько золота, что мы не можем разведать всего полностью. Это лотерея. Каждый мой участок — лотерейный билет. На какой-нибудь да придется большой выигрыш.</p>
      <p>Джекоб Уилкинс, стоя в дверях, недоверчиво хмыкнул.</p>
      <p>— Подумай, Уилкинс, — продолжал Харниш. — Вдруг бы ты узнал, что пойдет дождь из похлебки. Что бы ты сделал? Конечно, накупил бы ложек. Так вот я и покупаю ложки. А когда на Клондайк с неба хлынет похлебка — тому, кто придет с вилкой, ничего не достанется.</p>
      <p>Но тут Уилкинс вышел, сердито хлопнув дверью, а Харниш отправился регистрировать свою покупку.</p>
      <p>Вернувшись в Доусон, он развил бурную деятельность, хотя, верный данному себе слову, не прикасался к кайлу и заступу. Дел у него было по горло. Разведка месторождения — работа сложная, и ему часто приходилось самому объезжать прииски, чтобы решить, какие участки бросить, а какие оставить за собой. В ранней молодости, еще до приезда в Аляску, он разрабатывал кварцевую породу; и здесь, на Клондайке, он мечтал найти золотую жилу. Он знал, что россыпи — дело непрочное и только залежи кварца, содержащие золото, сулят подлинное богатство. В течение многих месяцев он посылал людей на разведку. Однако залежь так и не была обнаружена; и впоследствии, много лет спустя, Харниш подсчитал, что эти поиски обошлись ему в пятьдесят тысяч долларов.</p>
      <p>Но игра шла крупная. Как ни велики были издержки, состояние Харниша росло с каждым днем. Он скупал паи, входил в долю, ссужал продовольствием и снаряжением в обмен на участие в добыче, сам делал заявки. Круглые сутки его упряжки были наготове, собаки его славились резвостью; едва доходила весть о новом открытии золота, не кто иной, как Время-не-ждет, мчался впереди всех сквозь мрак долгих морозных ночей и первым столбил участок возле находки. Случалось ему и просчитаться: многие участки не дали ничего. Но так или иначе, Харниш стал владельцем обширных золотоносных земель на Серном ручье, на ручье Доминион, Эксельсис, Сиваш, Кристо, Альгамбра и Дулитл. Тысячи долларов, выброшенные им, притекали обратно десятками тысяч. Люди с Сороковой Мили, помнившие, как он купил две тонны муки, всем рассказывали об этой покупке, — по общему мнению, она принесла ему если не миллион, то уж никак не меньше полмиллиона. Всем было известно, что его доля в первой заявке на ручье Эльдорадо, купленная им за полмешка муки, стоила теперь пятьсот тысяч долларов. Но когда Фреда, танцовщица, перевалив через Чилкут и в самый ледоход спустившись в лодке по Юкону, приехала в Доусон и нигде не могла купить муки, хотя предлагала тысячу долларов за десять мешков, Харниш послал ей муку в подарок, даже ни разу не видев ее. Такой же подарок получил от него католический священник, открывший первую больницу на Клондайке.</p>
      <p>Щедрость Харниша не знала границ. Многие считали это чистым безумием. Надо быть сумасшедшим, чтобы в такое время, когда можно нажить полмиллиона на полмешке муки, даром отдать двадцать мешков священнику и какой-то танцовщице! Но такая уж была у него натура. Деньги — только фишки в игре. Его же привлекала сама игра. Обладание миллионами мало изменило Харниша, он только с еще большей страстью предавался азарту. Он всегда был воздержан и лишь изредка устраивал кутежи; теперь же, когда он мог истратить сколько угодно денег и вино всегда было под рукой, он пил еще меньше прежнего. Самая коренная перемена в его образе жизни состояла в том, что он больше не стряпал для себя, кроме как в пути. Этим теперь занимался обнищавший старатель, которого Харниш поселил в своей хижине. Но пища оставалась неприхотливой: сало, бобы, мука, сушеные фрукты и рис. Одевался он тоже, как прежде: рабочий комбинезон, толстые носки, мокасины, фланелевая рубаха, меховая шапка и суконная куртка. Он не баловал себя дорогими сигарами — самые дешевые стоили полдоллара, а то и доллар штука, — а по-прежнему довольствовался самокрутками из дешевого табака. Правда, он держал много собак и платил за них бешеные деньги, но это была не роскошь, а необходимые накладные расходы; для успешного ведения дел ему требовалась быстрота передвижения. По этой же причине он нанял себе повара. Не расчет, когда делаешь миллионные обороты, тратить время на то, чтобы разводить огонь и кипятить воду.</p>
      <p>Доусон бурно разрастался зимой 1896 года. Земельные участки Харниша брали нарасхват, и деньги так и сыпались на него со всех сторон. Он немедля вкладывал их в новые, еще более прибыльные предприятия. В сущности, его финансовые операции мало чем отличались от рискованной биржевой игры, и нигде такая игра не таила в себе столько опасностей, как на прииске россыпного золота. Но играл он не с закрытыми глазами.</p>
      <p>— Погодите малость, пусть весть о Клондайке дойдет до большого мира, — говорил он, сидя со старыми приятелями в салуне Лосиный Рог. — А дойдет она только весной. Тогда ждите трех нашествий. Летом люди придут налегке; осенью придут со снаряжением; а весной, еще через год, сюда явятся пятьдесят тысяч. Земли не видно будет, столько налетит чечако. А пока что предстоит наплыв летом и осенью тысяча восемьсот девяносто седьмого года. Как же вы думаете готовиться к нему?</p>
      <p>— А ты? — спросил один из собеседников.</p>
      <p>— Я? Никак. Будь покоен, я уже приготовился. У меня с десяток артелей работает на Юконе, вытаскивают бревна. Как только лед пройдет, они пригонят сюда плоты. Хижины! Да им цены не будет весной! А доски! Две лесопилки везут для меня через перевал. Получу их, когда вскроются озера. Если кому из вас нужны доски — пожалуйста! Могу сейчас принять заказ — триста долларов за тысячу, нетесаные.</p>
      <p>Удобно расположенные земельные участки шли в ту зиму по цене от десяти до тридцати тысяч долларов. Харниш оповестил путников по всем перевалам и дорогам, чтобы пригоняли сплавной лес; и хотя летом 1897 года лесопилки его работали день и ночь в три смены, бревен хватило и на постройку жилищ. Хижины он продавал вместе с землей- по тысяче долларов и выше, за двухэтажные деревянные дома в торговой части города брал от сорока до пятидесяти тысяч. Все нажитые деньги он тут же пускал в оборот. Снова и снова оборачивалось его золото, наращивая капитал; казалось, все, до чего он ни дотронется, превращалось в золото.</p>
      <p>Та первая бурная зима на новом прииске многому научила Харниша. У него была широкая натура, но он не был мотом. Он видел, как свежеиспеченные миллионеры сорят деньгами, и не понимал, ради чего они это делают. Конечно, ему случалось под веселую руку играть втемную и продуваться в пух и прах — вот как в ту ночь, в Тиволи, когда он спустил в покер пятьдесят тысяч — все, что у него было. Но те пятьдесят тысяч были для него только предварительной ставкой, настоящая игра еще не начиналась. Другое дело — миллионы. Такое богатство не шутка, нечего швыряться им, швыряться в буквальном смысле слова, усеивая пол салунов содержимым мешочков из лосиной кожи, как это делали пьяные миллионеры, одуревшие от своих миллионов. Макманн, к примеру, который ухитрился в один присест прокутить тридцать восемь тысяч; или Джимми Грубиян, который в течение четырех месяцев проживал по сто тысяч долларов, а потом в мартовскую ночь, пьяный, упал в снег и замерз насмерть; или Бешеный Чарли, который владел тремя ценными участками и все пропил, прогулял и, решив уехать из страны, занял на дорогу три тысячи долларов, однако в отместку вероломной красотке, очень любившей яйца, он, не задумываясь, истратил почти все деньги на то, чтобы скупить яйца, имевшиеся в Доусоне, — сто десять дюжин по двадцать четыре доллара за дюжину — и скормил их своим собакам.</p>
      <p>Бутылка шампанского стоила от сорока до пятидесяти долларов, банка консервированных устриц — пятнадцать долларов. Харниш не позволял себе такой роскоши. Он охотно угощал виски, по пятидесяти центов за стакан, всех посетителей бара, сколько бы их ни набралось, но, несмотря на весь свой размах, он никогда не терял чувства меры и отдать пятнадцать долларов за банку устриц считал верхом нелепости. С другой стороны, он, быть может, больше тратил на добрые дела, чем новоявленные миллионеры на самый дикий разгул. Католический патер, открывший больницу, мог бы рассказать о гораздо более щедрых дарах, чем первые десять мешков муки. И ни один из старых друзей Харниша, прибегавших к его помощи, не уходил от него с пустыми руками. Но пятьдесят долларов за бутылку шипучки? С ума надо сойти!</p>
      <p>Впрочем, время от времени он еще, как бывало, устраивал кутежи, на которых царило самое бесшабашное веселье. Но делал он это из других побуждений, чем раньше. Во-первых, этого ждали от него, потому что так повелось издавна. Во-вторых, теперь он мог не считаться с расходами. Но такого рода развлечения уже мало занимали его. Понемногу им овладевала новая, неведомая ему дотоле страсть — жажда власти. Ему уже мало было того, что он куда богаче всех золотоискателей Аляски, он жаждал еще большего богатства. Он чувствовал себя партнером в грандиозной игре, и ни одна из прежних игр так не увлекала его. Ведь, кроме азарта, она давала и радость созидания. Что-то делалось по его воле. Как ни прельщали его богатые залежи на реке Эльдорадо, для его деятельной натуры не было большей услады, чем зрелище двух работающих в три смены лесопилок, широких плотов, плывущих вниз по течению и пристающих к берегу в большом затоне у Лосиной горы. Золото, даже уже взвешенное на весах, в сущности, не было реальной ценностью. Оно только давало возможность приобретать и действовать. Лесопилки — вот подлинная ценность, наглядная и ощутимая, и к тому же — средство производить новые ценности. Они — сбывшаяся мечта, неоспоримое, вещественное воплощение волшебных снов.</p>
      <p>Вместе с потоком золотоискателей, летом того года наводнивших страну, прибыли и корреспонденты крупных газет и журналов, и все они, заполняя целые полосы, пространно писали о Харнише; поэтому для большого мира самой заметной фигурой Аляски стал именно он. Правда, несколько месяцев спустя внимание мира приковала к себе война с Испанией <a l:href="#n_321" type="note">[321]</a>, и Харниш был начисто забыт; но на Клондайке слава его не меркла. Когда он проходил по улицам Доусона, все оглядывались на него, а в салунах новички глаз с него не сводили, с благоговейным трепетом следя за каждым его движением. Он был не только самый богатый человек в стране — он был Время-не-ждет, первооткрыватель, тот, кто в почти доисторическую пору этой новой страны перевалил через Чилкут, спустился по Юкону и стал соратником старейших титанов Аляски — Эла Мэйо и Джека Мак-Квещена. Он был Время-не-ждет, герой бесчисленных отважных подвигов, бесстрашный гонец, издалека, через тундровую пустыню, принесший весть китобойной флотилии, затертой торосами в Ледовитом океане, быстроногий путник, в шестьдесят дней домчавший почту из Сёркла до Соленой Воды и обратно, великодушный спаситель целого племени Танана в голодную зиму 1891 года, — словом, это был тот человек, который потрясал воображение чечако сильнее, чем любой десяток других золотоискателей, вместе взятых.</p>
      <p>Он обладал какой-то роковой способностью создавать себе рекламу. Что бы он ни делал, в какие бы рискованные приключения ни пускался под влиянием минуты — все неизменно одобряли его поступки. И постоянно из уст в уста передавался рассказ об очередном подвиге, совершенном им, — будь то рассказ о том, как он первым прибыл на место во время тяжелейшего похода на Датский ручей, как он убил самого большого медведя на Серном ручье или выиграл гонки байдарок в день рождения королевы Виктории <a l:href="#n_322" type="note">[322]</a>, в которых принял участие случайно, заменив в последнюю минуту неявившегося представителя старожилов. Однажды в салуне Лосиный Рог состоялась долгожданная схватка с Джеком Кернсом, когда Харниш взял реванш за свой давний проигрыш в покер. Ставок не ограничивали, подымай хоть до неба, но предельный срок установили — восемь часов утра. Харниш выиграл двести тридцать тысяч. Джека Кернса, успевшего за последние годы нажить несколько миллионов, такой проигрыш разорить не мог, но весь прииск восхищался бешеным азартом игры, и все журналисты, сколько их здесь собралось, послали в свои газеты сенсационные заметки.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двенадцатая</p>
      </title>
      <p>Всю первую зиму, несмотря на многочисленные источники доходов, Харниш нуждался в наличных деньгах для своих финансовых операций. Золотоносный гравий, который оттаивали в шахтах, снова промерзал, как только его поднимали на поверхность, — поэтому он ничего не мог извлечь из своих отвалов, хотя золота там было на несколько миллионов. Только весной, когда солнце прогрело породу, а вскрывшаяся река в изобилии снабжала разработки водой для промывки, у Харниша оказался излишек золота, который он и поместил в двух только что открывшихся банках; тотчас же и дельцы-одиночки и целые группы дельцов стали осаждать его предложениями вложить капитал в их предприятия.</p>
      <p>Но он предпочитал вести игру на свой страх и риск и вступал в объединения только ради защиты общих интересов капиталистов. Так, несмотря на то, что он сам всегда платил рабочим больше других, он записался в Ассоциацию владельцев рудников, возглавил начатую ими кампанию и успешно подавил растущее недовольство наемных рудокопов. Времена изменились. Былые дни безвозвратно миновали. Наступила новая эра, и Харниш, богатый шахтовладелец, защищал интересы своего класса. Правда, чтобы спасти старых друзей, теперь работавших на него, от дубинки объединившихся хозяев, он назначал их штейгерами и отдавал под их начало партии чечако; но делал он это, повинуясь голосу сердца, а не рассудка. В сердце он хранил память о минувших днях, рассудок же понуждал его вести игру по новейшим и наиболее действенным методам.</p>
      <p>Но этим и ограничивались его связи с другими капиталистами: он решительно отказывался быть партнером в чужой игре; он хотел в одиночку разыгрывать свои карты и отвечать за высокую ставку своими собственными деньгами. Особенно привлекала его недавно основанная в Доусоне фондовая биржа. Он никогда не видел такого института, но быстро постиг его сущность и научился пользоваться им. Биржа стала для него новой азартной игрой, и зачастую, даже когда этого не требовали его личные финансовые комбинации, он, по собственному выражению, мутил воду просто так, для баловства.</p>
      <p>— Это малость веселее, чем «фараон», — сказал он однажды, после того как биржу лихорадило всю неделю только потому, что Харниш играл то на понижение, то на повышение; когда он в конце концов открыл свои карты, ему очистился такой куш, который для всякого другого был бы целым состоянием.</p>
      <p>Многие из тех, кому повезло на Клондайке, вернулись на юг, в Соединенные Штаты, чтобы передохнуть после жестокой битвы за золото у Полярного круга. Но когда Харниша спрашивали, скоро ли он уедет, он только смеялся и отвечал, что уедет не раньше, чем разыграет все свои козыри. И добавлял, что нужно быть дураком, чтобы бросить игру как раз в ту минуту, когда у него козыри на руках.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_042.jpg"/>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_043.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>Среди тысяч чечако, преклонявшихся перед Харнишем, твердо установилось мнение, что это человек, не знающий страха. Но Беттлз, Макдональд и другие старожилы качали головой и, посмеиваясь, говорили: женщины! И они были правы. Он, как огня, боялся женщин с тех самых пор, когда восемнадцатилетним юнцом на пути в Аляску повстречался с женщиной из Джуно по прозвищу Королева Анна и та открыто и беззастенчиво навязывала ему свою любовь. В сущности, он и не знал женщин, для него они были загадкой; он родился на прииске, где женщины появлялись редко, сестер у него не было, матери он лишился в раннем детстве — он вырос среди мужчин. Правда, после того как он сбежал от Королевы Анны, он на Юконе видел женщин и водил с ними знакомство. Это были первые женщины, отважившиеся перевалить через Чилкут и пуститься по следам мужчин, открывших золото на Аляске. Он шел вместе с ними, но ни один ягненок так не дрожал перед волком, как он дрожал перед своими спутницами. Только мужская гордость удерживала его подле них; но женщины остались для него закрытой книгой, и, конечно, он предпочитал их обществу любую карточную игру.</p>
      <p>Теперь, став общепризнанным королем Клондайка, носителем и других громких титулов, а именно: король Эльдорадо, король Бонанзы, барон лесной промышленности, князь золотых приисков, не говоря уже о самом высоком звании — звании Отца старожилов, — теперь он пуще прежнего боялся женщин. Он всегда был их баловнем, но никогда они так настойчиво не гонялись за ним, как сейчас; и с каждым днем все больше и больше женщин приезжало в Доусон. Сидел ли он за обедом в доме приискового инспектора, угощал ли вином посетителей на танцульке или давал интервью журналистке из нью-йоркской «Сан» — все представительницы прекрасного пола неизменно вешались ему на шею.</p>
      <p>Только одна женщина не охотилась за ним — Фреда, танцовщица, которой он подарил десять мешков муки. Только с ней чувствовал он себя свободно, потому что она никогда не пыталась увлечь его. И, однако, именно она еще во сто крат усугубила его страх. Случилось это осенью 1897 года. Он возвращался с одного из своих молниеносных походов, во время которого обследовал ручей Гендерсон, впадающий в Юкон чуть пониже реки Стюарт. Зима застала его врасплох, и он с трудом продирался все семьдесят миль пути на утлой лодке сквозь густую ледяную кашу. Ведя лодку у самого припая, он проскочил плюющееся льдом устье Клондайка, но успел заметить человека, который, видимо, в сильном волнении, метался по берегу, показывая рукой на воду. И Харниш увидел, что в самой гуще ледяной каши тонет одетая в меха женщина. Воспользовавшись просветом в крутящемся водовороте, он в две секунды очутился на месте и, погрузив руки до плеч в воду, осторожно втащил женщину в лодку. Это была Фреда. И ему оставалось бы только радоваться ее спасению, если бы она, когда ее привели в чувство, не глянула на него сверкающими гневом синими глазами и не спросила: «Зачем? Ах, зачем вы это сделали?»</p>
      <p>Это его озадачило. В ту ночь и еще несколько дней подряд он против обыкновения не засыпал как убитый, а долго лежал без сна, вспоминая ее лицо, горящий гневом взгляд и снова и снова вдумываясь в ее слова. Искренность их не вызывала сомнений. Горький упрек вырвался у нее из самой глубины души. Она в самом деле сердилась на него. И все же он не мог найти разгадку.</p>
      <p>Когда он встретился с ней, она отвернулась от него с презрением и злостью. Правда, потом она пришла к нему, просила у него прощения и намекнула, что один человек где-то, когда-то отнял у нее желание жить; каким образом отнял, она не сказала. Она говорила от чистого сердца, но бессвязно, и он понял только, что это случилось много лет назад; и еще он понял, что она любила этого человека.</p>
      <p>В этом все горе — любовь. Все беды от нее. Она страшнее стужи и голода. Против женщин он ничего не имел; сами по себе они очень славные, и смотреть на них приятно; но вместе с ними приходит это страшилище — любовь — и опаляет их, мутит разум, и тогда уж от них всего можно ожидать. Фреда — чудесное создание, здоровая, красивая и очень неглупая; но пришла любовь — и вот уж ей жизнь не мила, она уезжает на Клондайк, хочет покончить с собой, а его ненавидит за то, что он вытащил ее из воды. Что ж, до сих пор он не болел любовью, как не болел оспой; но его постоянно подстерегает эта болезнь, она не менее прилипчива, чем оспа, а протекает куда тяжелее. На какие страшные и безрассудные поступки она толкает людей! Вроде белой горячки, только еще хуже. И если он схватит эту болезнь, она может скрутить его, и он свихнется, как все. Ведь это умопомешательство, к тому же заразительное. Сколько мужчин до безумия влюблены в Фреду, и все они хотят жениться на ней. А она влюблена в кого-то на другом краю света и даже не глядит на них.</p>
      <p>Но самый страшный, самый беспощадный удар нанесла ему Мадонна. Однажды утром ее нашли мертвой, с простреленной головой, в ее хижине. Она ушла из жизни, не оставив ни объяснения, ни прощального привета. Пошли толки и пересуды. Какой-то остряк, выражая общее мнение, сказал, что покойница недаром поторопилась, — время, мол, не ждет. Все знали и вслух говорили о том, что Мадонна покончила с собой от несчастной любви. Корреспонденты подхватили это, и опять Время-не-ждет, король Клондайка, занял видное место среди сенсаций воскресных выпусков в Соединенных Штатах. Газеты писали, что Мадонна, переехав из Сёркла в Доусон, вела честную жизнь, и так оно и было. Здесь никто не видел ее в салунах. Сперва она зарабатывала на жизнь стиркой белья, потом купила швейную машину, шила для золотоискателей походные парки, меховые шапки, рукавицы из лосиной кожи. Когда на Юконе открылся первый банк, она поступила туда конторщицей. Все это и еще другие подробности были известны, и о них много говорили, хотя никто ни в чем не упрекал Харниша, признавая, что он лишь поневоле стал виновником ее безвременной кончины.</p>
      <p>Больше всего мучило его сознание, что это правда. Никогда не забыть ему последнего вечера, проведенного с ней. Тогда он ни о чем не подозревал, но теперь, оглядываясь назад, он с горечью, до мельчайших подробностей припоминал эту последнюю встречу в канун ее трагической смерти. Теперь все стало ему ясно — ее спокойствие, какая-то умиротворенная отрешенность, словно все житейские тревоги рассеялись, отошли от нее, почти материнская ласка ее слов и движений. Он вспоминал, как она смотрела на него, как смеялась, когда он рассказывал анекдот про Мики Долана, по ошибке застолбившего участок в лощине Скукум. Она смеялась весело, но сдержанно, не хохотала громко и заразительно, как когда-то. Не те чтобы она была грустна или расстроена. Напротив, она казалась такой довольной, безмятежной! Она обманула его, и он, дурак, ничего не заметил. Он даже решил, что она разлюбила его, радовался этому и уже предвкушал, какая между ними будет хорошая, крепкая дружба, когда эта злосчастная любовь наконец перестанет мешать им.</p>
      <p>Но вот он с шапкой в руках, уже открывая дверь, попрощался с ней; и тут она вдруг наклонилась и поцеловала ему руку. Это очень удивило его; но тогда он только смутился, а теперь с ужасом вспоминал этот поцелуй, и ему казалось, что он все еще чувствует на руке прикосновение ее губ. Она прощалась с ним, прощалась навеки, а он ничего не понял. И в минуту прощания и весь вечер, с хорошо знакомым ему хладнокровием и решимостью, она глядела в лицо смерти. Если бы он только знал! Пусть любовная горячка пощадила его — он все равно женился бы на ней, мелькни у него хоть смутная догадка о том, что она задумала. Но и это не помогло бы: она была горда и никогда не вышла бы за него, зная, что он женится на ней из жалости. Ее ничто уже не могло спасти. Грозный недуг сразил ее, и с самого начала она была обречена на гибель.</p>
      <p>Правда, она не погибла бы, если бы и он, как все, заболел, но он не заболел этим недугом. И если бы даже это случилось, он, вероятно, полюбил бы Фреду или какую-нибудь другую женщину. Вот, к примеру, Дартуорти, человек с образованием, который владел богатым участком на ручье Бонанза повыше Находки. Все знали, что Берта, дочь старика Дулитла, по уши влюблена в него. Но он, схватив любовную горячку, полюбил не ее, а жену полковника Уолстона, горного инженера на руднике Гугенхаммера. И чем же это кончилось? Тремя случаями тяжелого умопомешательства: Дартуорти продал свою разработку за одну десятую цены; несчастная женщина пожертвовала своим добрым именем и положением в обществе и пустилась с ним в лодке вниз по Юкону; а полковник Уолстон в исступлении, горя жаждой мести, погнался за ними в другой лодке. И так они промчались по мутным водам Юкона, мимо Сороковой Мили и Сёркла, навстречу своей гибели — где-то там, в безлюдной пустыне. Такова любовь. Она разрушает жизнь мужчин и женщин, обрекает их на бедствия и смерть, опрокидывает все, что разумно и человечно, толкает порядочных женщин на измену или самоубийство, а из мужчин, известных своим благородством и честностью, делает убийц и негодяев.</p>
      <p>Впервые в своей жизни Харниш потерял самообладание. Он был охвачен страхом и не скрывал этого. Женщины — страшные создания, опасные носители болезнетворных микробов. А сами они отважны до дерзости, они не знают страха. Их отнюдь не испугала судьба Мадонны. Они по-прежнему раскрывают ему объятия.</p>
      <p>Молодой, красивый, атлетического сложения и ровного, веселого нрава, Харниш и без своего богатства пленял женские сердца. Но когда ко всем этим качествам прибавились огромное состояние и слава романтического героя, все незамужние женщины, с которыми он встречался, — да и многие замужние, — стали заглядываться на него. Другого мужчину такое внимание могло бы избаловать, вскружить ему голову; но на Харниша это оказывало только одно действие: страх его все возрастал. В конце концов он почти перестал бывать в домах, где мог застать женское общество, и посещал преимущественно пансионы для холостяков и салун Лосиный Рог, не имевший помещения для танцев.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава тринадцатая</p>
      </title>
      <p>Шесть тысяч золотоискателей собралось в Доусоне зимой 1897 года, разработка окрестных ручьев шла полным ходом; было известно, что за перевалами еще сто тысяч человек дожидаются весны, чтобы двинуться на Клондайк. Как-то в ненастный зимний день Харниш обозревал местность с высокой террасы, между Французской горой и горой Скукум. Под ним лежал самый богатый прииск ручья Эльдорадо; ручей Бонанза был ясно виден на много миль вверх и вниз по течению. Куда ни глянь — повсюду картина безжалостного разрушения. В горах, до самых вершин, лес был начисто вырублен, на обнаженных склонах зияли трещины и выемки, их не скрывал даже плотный снеговой покров. Вокруг чернели хижины старателей, но людей не было видно. Над долинами рек висела завеса дыма, превращая и без того серенький день в тоскливые сумерки. Столбы дыма поднимались над тысячью ям в снегу; а на дне этих ям люди ползали среди промерзшего песка и гравия, копали, скребли, разводили огонь, прогревая почву. То там, то сям, где только еще пробивали новый шурф, вырывалось багровое пламя. Люди вылезали из ям или исчезали в них, либо, стоя на грубо сколоченных помостах, при помощи ворота выбрасывали оттаявший гравий на поверхность, где он немедленно опять замерзал. Повсюду виднелись следы весенних промывок — груды желобов, шлюзов, огромных водяных колес, брошенное снаряжение целой армии, охваченной золотой горячкой.</p>
      <p>— Роют где попало и как попало. Куда ж это годится? — вслух проговорил Харниш.</p>
      <p>Он посмотрел на оголенные склоны и понял, какой ущерб нанесен лесным богатствам. Окинул взором местность и увидел чудовищную неразбериху случайных лихорадочных разработок. Подивился несоразмерности вложенного труда с плодами его. Каждый работал для себя, и вот следствие — полный хаос. На этих богатейших приисках добыча золота на два доллара стоила один доллар, и на каждый доллар, добытый в судорожной спешке, неизбежно приходился один доллар, оставленный в земле. Еще год, и большинство участков будет выработано, а добыча в лучшем случае окажется равной по ценности недобытому золоту.</p>
      <p>Нужна организация, решил он; и его воображение тотчас нарисовало ему заманчивую картину. Он уже видел весь бассейн Эльдорадо, от истоков до устья, от одного горного кряжа до другого, под управлением единой твердой руки. Прогревание породы при помощи пара еще не применяли здесь, но, конечно, будут применять; однако ведь и это только полумера. По-настоящему надо бы обработать берега и края русла гидравлическим способом, а потом по дну ручья пустить драги, как это, судя по рассказам, делается в Калифорнии.</p>
      <p>Вот где заложены новые невиданные шансы на успех! Он часто думал о том, для какой именно цели Гугенхаммеры и крупные английские концерны посылают сюда своих высокооплачиваемых специалистов. Теперь он понял, каковы их намерения. Поэтому-то они и предлагали ему купить его выработанные участки и отвалы. Им не страшно, что старатели выгребут немного золота с своих мелких участков, — в отходах его остается на миллионы долларов.</p>
      <p>И, глядя с высоты на эту мрачную картину тяжелого, почти бесплодного труда, Харниш обдумывал план новой игры, такой игры, в которой и Гугенхаммерам и остальным золотопромышленникам нельзя будет не считаться с ним. Но как ни радовала его эта новая затея, он чувствовал себя усталым. Долгие годы, проведенные в Арктике, утомили его, и ему хотелось новых впечатлений, хотелось своими глазами увидеть большой мир, о котором он столько слышал, но не знал ровно ничего. Там можно развернуться, там есть простор для азарта. Почему же ему, миллионеру, не сесть за карточный стол и не принять участия в игре? Так случилось, что в тот день у горы Скукум Харниш решил разыграть свою последнюю, самую счастливую карту на Клондайке и отправиться в большой мир по ту сторону перевалов.</p>
      <p>Однако на это потребовалось время. Он пустил доверенных лиц по следам горных инженеров, и на тех ручьях, где они скупали участки, он тоже покупал. Где бы они ни облюбовали выработанное русло, они повсюду натыкались на Харниша, владельца нескольких смежных или умело разбросанных участков, которые сводили на нет все их планы.</p>
      <p>— Я, кажется, веду игру в открытую, кто вам мешает выиграть? — сказал он однажды своим соперникам во время ожесточенного спора.</p>
      <p>За этим последовали войны, перемирия, взаимные Уступки, победы и поражения. В 1898 году на Клондайке уже жили шестьдесят тысяч золотоискателей, и состояния их, так же как все их денежные дела, колебались в зависимости от военных действий Харниша. Все больше и больше входил он во вкус этой грандиозной игры. Уже сейчас в битвах с могущественными Гугенхаммерами он бил их своими картами как хотел. Особенно ожесточенная схватка произошла из-за Офира, самого обыкновенного пастбища лосей с незначительным содержанием золота в почве. Ценность Офира заключалась только в его обширности. Харнишу принадлежали здесь семь смежных участков в самом центре, и стороны никак не могли договориться. Представители Гугенхаммеров решили, что эксплуатация столь крупного прииска будет Харнишу не по зубам, и предъявили ему ультиматум: либо все, либо ничего; но Харниш тут же согласился и выплатил им отступные.</p>
      <p>Планы свои он разработал сам, но для осуществления их выписал инженеров из Соединенных Штатов. В верховьях реки Ринкабилли, в восьмидесяти милях от Офира, он построил водохранилище, откуда вода по огромным деревянным трубам перегонялась на Офир. Водохранилище и трубопровод должны были, по смете, обойтись в три миллиона, а стоили Харнишу четыре. Но этим он не ограничился. Он оборудовал электрическую станцию, и его рудники освещались электричеством и работали на электрическом токе. Другие золотоискатели, разбогатевшие так, как им и не снилось, мрачно качали головой, пророчили Харнишу полное разорение и решительно отказывались вкладывать деньги в столь безрассудную затею. Но Харниш только усмехался в ответ и распродавал остатки своих владений в поселке. Он продал их в самое время, в момент наивысшей добычи золота. Когда он предостерегал своих старых друзей, сидя с ними в салуне Лосиный Рог, что через пять лет в Доусоне не найдется покупателей на земельные участки, а хижины будут разобраны на дрова, все смеялись над ним: никто не сомневался, что за это время откроется жильное золото. Но Харниш не давал сбить себя с толку, и когда он перестал нуждаться в лесе, продал и свои лесопилки. Отделался он и от всех участков, разбросанных по ручьям, и своими силами, ни у кого не одолжаясь, достроил трубопровод, установил драги, выписал машины и приступил к разработкам на Офире. Пять лет тому назад он пришел сюда через водораздел из долины Индейской реки по безмолвной пустыне, навьючив свою поклажу на собак, как это делают индейцы, и, как они, питаясь одной лосятиной; теперь хриплые гудки возвещали начало работы на его рудниках, и сотни рабочих трудились в ярко-белом свете дуговых ламп.</p>
      <p>Но свершив задуманное, он стал готовиться к отъезду. Как только весть об этом распространилась, Гугенхаммеры, английский концерн и недавно учрежденная французская компания наперебой стали предлагать Харнишу купить у него Офир и все оборудование. Гугенхаммеры давали больше, нежели их конкуренты, и Харниш продал им Офир, нажив на этой сделке миллион. По общему мнению, его капитал достиг теперь двадцати, а то и тридцати миллионов. Но истинные размеры его богатства были известны только ему самому, и, продав свою последнюю заявку, он подсчитал, что золотая горячка на Клондайке, которую он предчувствовал задолго до того, как она разразилась, принесла ему чуть больше одиннадцати миллионов.</p>
      <p>Прощальный пир Харниша вошел в историю Юкона наряду с другими его подвигами. Пиршество состоялось в Доусоне, но приглашены были все юконцы. В этот последний вечер ничье золото, кроме золота хозяина, не имело хождения. Все салуны были открыты ночь напролет, ряды официантов пополнены, но вино не продавалось, им угощали даром. Если кто-нибудь отказывался и настаивал на своем желании заплатить, десять человек вызывали обидчика на бой. Самые зеленые чечако бесстрашно вступались за честь своего героя. И среди пьяного разгула, в неизменных мокасинах, как вихрь, носился Время-не-ждет, отчаянный, бесшабашный, пленяя все сердца приветливостью и дружелюбием; он испускал вой таежного волка, заявлял, что это его ночь и ничья другая, прижимал руки противников к стойке, показывал чудеса силы и ловкости; его смуглое лицо разгорелось от вина, черные глаза сверкали; по-прежнему на нем были комбинезон и суконная куртка, незавязанные наушники торчали, а меховые рукавицы болтались на ремешке, накинутом на шею. Однако этот последний кутеж уже не был ни риском втемную, ни крупной ставкой, а всего только мелкой фишкой, сущей безделицей для него — обладателя стольких фишек.</p>
      <p>Но Доусон такого кутежа еще не видел. Харниш хотел, чтобы эта ночь осталась у всех в памяти; и его желание исполнилось. Добрая половина жителей перепилась. Стояла глубокая осень, и хотя реки еще не замерзли, градусник показывал двадцать пять ниже нуля, и мороз крепчал. Поэтому пришлось отрядить спасательные команды, которые подбирали на улицах свалившихся с ног пьяных, ибо достаточно было бы им уснуть на один час, чтобы уже не проснуться. Эти спасательные команды придумал, конечно, Харниш. Он хотел задать всему Доусону пир — и исполнил свою прихоть, напоив допьяна сотни и тысячи людей; но, не будучи в глубине души ни беспечным, и легкомысленным, он позаботился о том, чтобы разгульная ночь не омрачилась каким-нибудь несчастным случаем. И, как всегда, был отдан строгий приказ: никаких драк; с нарушителями запрета он будет расправляться самолично. Но надобности в такой расправе не представилось: сотни преданных поклонников Харниша ревностно следили за тем, чтобы драчуны были выкатаны в снегу для протрезвления и отправлены в постель. В большом мире, когда умирает магнат промышленности, колеса подвластной ему индустриальной машины останавливаются на одну минуту. Но на Клондайке отъезд юконского магната вызвал такую неистовую скорбь, что колеса не вертелись целых двадцать четыре часа. Даже огромный прииск Офир, на котором была занята тысяча рабочих и служащих, закрылся на сутки. Наутро после кутежа почти никто не явился на работу, а те, что пришли, не держались на ногах.</p>
      <p>Еще через день на рассвете Доусон прощался с Харнишем. Тысячи людей, собравшихся на пристани, натянули рукавицы, завязали наушники под подбородком. Было тридцать градусов ниже нуля, ледяная кромка стала плотнее, а по Юкону плавала каша изо льда. На палубе «Сиэтла» стоял Харниш и, прощаясь с друзьями, окликал их и махал им рукой. Когда отдали концы и пароход двинулся к середине реки, те, что стояли поближе, заметили слезы на глазах Харниша. Он покидал страну, которая стала его родиной; ведь он почти не знал другой страны, кроме этого дикого, сурового края у самого Полярного круга. Он сорвал с себя шапку и помахал ею.</p>
      <p>— Прощайте! — крикнул он. — Прощайте все!</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Часть вторая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
      </title>
      <p>Не в ореоле славы явился Время-не-ждет в Сан-Франциско. В большом мире успели позабыть не только о нем, — забыт был и Клондайк. Другие события заслонили их, и вся аляскинская эпопея, так же как война с Испанией, давно изгладилась из памяти. С тех пор много воды утекло. И каждый день приносил новые сенсации, а место в газетах, отведенное сенсационным известиям, было ограничено. Впрочем, такое невнимание к его особе даже радовало Харниша. Если он, король Арктики, обладатель одиннадцати миллионов с легендарным прошлым, мог приехать никем не замеченный, — это только доказывало, насколько крупная игра ему здесь предстоит.</p>
      <p>Он остановился в гостинице св. Франциска, дал интервью начинающим репортерам, которые рыскают по гостиницам, после чего в утренних газетах появились краткие заметки о нем. Весело усмехаясь про себя, он начал приглядываться к окружающему, к новому для него порядку вещей, к незнакомым людям.</p>
      <p>Все кругом было ему чуждо, но это нимало не смущало его. Не только потому, что одиннадцать миллионов придавали ему вес в собственных глазах: он всегда чувствовал беспредельную уверенность в своих силах; ничто не могло поколебать ее. Не испытывал он также робости перед утонченностью, роскошью, богатством большого цивилизованного города. Он опять очутился в пустыне, в новой пустыне, непохожей на прежнюю, — вот и все; он должен исследовать ее, изучить все приметы, все тропы и водоемы; узнать, где много дичи, а где тяжелая дорога и трудная переправа, которые лучше обходить стороной. Как всегда, он избегал женщин. Страх перед ними все еще безраздельно владел им, и он и близко не подходил к блистающим красотой и нарядами созданиям, которые не устояли бы перед его миллионами. Они бросали на него нежные взоры, а он так искусно скрывал свое замешательство, что им казалось, будто смелей его нет мужчины на свете. Не одно только богатство пленяло их в нем, нет, — очень уж он был мужественный и очень уж не похож на других мужчин.</p>
      <p>Многие заглядывались на него: еще не старый — всего тридцать шесть лет, красивый, мускулистый, статный, преисполненный кипучей жизненной энергии; размашистая походка путника, приученного к снежной тропе, а не к тротуарам; черные глаза, привыкшие к необозримым просторам, не притуплённые тесным городским горизонтом. Он знал, что нравится женщинам, и, лукаво усмехаясь про себя, хладнокровно взирал на них, как на некую опасность, с которой нужно бороться; но перед лицом этой опасности ему куда труднее было сохранять самообладание, чем если бы то был голод, мороз или половодье.</p>
      <p>Он приехал в Соединенные Штаты для того, чтобы участвовать в мужской игре, а не в женской; но и мужчин он еще не успел узнать. Они казались ему изнеженными, физически слабыми; однако под этой видимой слабостью он угадывал хватку крутых дельцов, прикрытую внешним лоском и обходительностью; что-то кошачье было в них. Встречаясь с ними в клубах, он спрашивал себя: можно ли принимать за чистую монету дружелюбное отношение их к нему и скоро ли они, выпустив когти, начнут царапать его и рвать на куски? «Все дело в том, — думал он, — чего от них ждать, когда игра пойдет всерьез». Он питал к ним безотчетное недоверие: «Скользкие какие-то, не ухватишь». Случайно услышанные сплетни подтверждали его суждение. С другой стороны, в них чувствовалась известная мужская прямота, это обязывает вести игру честно. В драке они, конечно, выпустят когти, это вполне естественно, но все же царапаться и кусаться они будут согласно правилам. Таково было общее впечатление, которое произвели на него будущие партнеры, хотя он, разумеется, отлично понимал, что среди них неизбежно найдется и несколько отъявленных негодяев.</p>
      <p>Харниш посвятил первые месяцы своего пребывания в Сан-Франциско изучению особенностей и правил игры, в которой ему предстояло принять участие. Он даже брал уроки английского языка и отвык от самых грубых своих ошибок, но в минуты волнения он мог, забывшись, по-прежнему сказать «малость», «ничего не скажешь» или что-нибудь в этом роде. Он научился прилично есть, одеваться и вообще держать себя, как надлежит цивилизованному человеку; но при всем том он оставался самим собой, излишней почтительности не проявлял и весьма бесцеремонно пренебрегал приличиями, если они становились ему поперек дороги. К тому же, не в пример другим, менее независимым новичкам из захолустных или далеких мест, он не благоговел перед божками, которым поклоняются различные племена цивилизованного общества. Он и прежде видел тотемы и хорошо знал, какая им цена.</p>
      <p>Когда ему наскучило быть только зрителем, он поехал в Неваду, где уже началась золотая горячка, чтобы, как он выразился, немного побаловаться. Баловство, затеянное им на фондовой бирже в Тонопа, продолжалось ровно десять дней; Харниш, бешено играя на повышение, втянул в игру более осторожных биржевиков и так прижал их, что они рады были, когда он уехал, увозя полмиллиона чистого выигрыша. Вернулся он в Сан-Франциско в свою гостиницу очень довольный. «Баловство» пришлось ему по вкусу, и желание поиграть в эту новую игру все сильнее обуревало его.</p>
      <p>Снова он стал сенсацией. «Время-не-ждет» — опять запестрело в огромных газетных заголовках. Репортеры осаждали его. В редакциях газет и журналов раскапывали архивы, и легендарный Элам Харниш, победитель морозов, король Клондайка и Отец старожилов, стал неотъемлемой принадлежностью утреннего завтрака в миллионах семейств наряду с поджаренным хлебом и прочей снедью. Волей-неволей, даже раньше назначенного им самим срока, он оказался втянутым в игру. Финансисты, биржевые маклеры и все выброшенные за борт, все обломки крушений в мутном море спекулятивной игры хлынули к берегам его одиннадцати миллионов. Чтобы хоть отчасти оградить себя, он вынужден был открыть контору. Он сумел привлечь партнеров, и теперь, уже не спрашивая его согласия, они сдавали ему карты, требовали, чтобы он вступил в игру.</p>
      <p>Ну что ж, он не прочь, он им покажет, невзирая на злорадные пророчества, что он очень скоро продуется, — пророчества, сопровождаемые догадками о том, как эта деревенщина будет вести игру, и описаниями его дикарской наружности.</p>
      <p>Сначала он занимался пустяками — «чтобы выиграть время», как он объяснил Голдсуорти, с которым подружился в клубе Алта-Пасифик и по рекомендации которого прошел в члены клуба. И благо ему, что он поостерегся: он был искренне потрясен обилием мелких акул — «сухопутных акул», как он называл их, — кишевших вокруг него. Он видел их насквозь и диву давался, что добычи хватает на такое огромное множество ртов. Все они были столь явные мошенники и проходимцы, что Харнишу просто не верилось, чтобы они могли кому-нибудь втереть очки.</p>
      <p>Но очень скоро он узнал, что бывают и другие акулы. Голдсуорти относился к нему не просто как к члену своего клуба, а почти как к брату родному: давал советы, покровительствовал ему, знакомил с местными дельцами Семья Голдсуорти жила в прелестной вилле около Мэнло-Парка, и на этой вилле Харниш провел не одно воскресенье, наслаждаясь таким утонченным домашним уютом, какой ему и не снился. Голдсуорти был страстный любитель цветов и вдобавок до самозабвения увлекался разведением ценных пород домашней птицы. И та и другая мания крайне забавляли Харниша, служили ему неиссякаемым источником добродушных насмешек. В его глазах такие невинные слабости только доказывали душевное здоровье Голдсуорти, и это еще сильнее располагало к нему. Состоятельный, преуспевающий делец, не страдающий чрезмерным честолюбием, игрок, который довольствуется небольшими выигрышами и никогда не станет впутываться в крупную игру, — таково было мнение Харниша о Голдсуорти.</p>
      <p>В одно из воскресений Голдсуорти предложил ему дельце, небольшое, но выгодное; речь шла о финансировании кирпичного завода в деревне Глен Эллен. Харниш очень внимательно выслушал предложение своего друга. Оно показалось ему весьма разумным; смущало его только то обстоятельство, что уж больно мелкое это было дело, да еще в совершенно чуждой ему отрасли; но он все же согласился, чтобы сделать одолжение другу, ибо Голдсуорти объяснил, что сам он уже вложил в завод небольшую сумму, а больше пока не может, потому что хотя дело верное, но ему пришлось бы ради него сократить финансирование других предприятий. Харниш выложил пятьдесят тысяч и сам потом, смеясь, рассказывал: «Я, конечно, влип, только Голдсуорти тут ни при чем, это все его куры, чтоб им, и плодовые деревья».</p>
      <p>Но урок пошел ему на пользу: он понял, что в мире бизнеса нет никаких нравственных догм, и даже простое, нехитрое правило о верности тому, с кем делишь хлеб-соль, не стоит внимания по сравнению с нерентабельным кирпичным заводом и пятьюдесятью тысячами долларов наличными. Однако он считал, что все разновидности акул одинаково плавают только на поверхности. Где-то на большой глубине, наверно, действуют люди порядочные и солидные. С этими-то промышленными магнатами и финансовыми тузами он и решил вести дела. По его мнению, уже один размах, масштабы их операций и коммерческой деятельности обязывали их к честной игре. Здесь не могло быть места мелкому жульничеству и шулерским трюкам. Мелкий делец способен обмануть покупателя, рассыпав по участку золотоносный песок, или всучить лучшему другу никудышный кирпичный завод, но в высших финансовых сферах никто не станет заниматься такими пустяками. Там люди ставят себе целью процветание своей страны, они прокладывают железные дороги, развивают горную промышленность, открывают доступ к природным богатствам. Такая игра должна по необходимости быть крупной и солидной.</p>
      <p>— «Не пристало им передергивать карты», — заключал он свои рассуждения.</p>
      <p>Итак, он решил не связываться с маленькими людьми вроде Голдсуорти; он поддерживал с ними приятельские отношения, но близко не сходился и не дружил ни с кем. Не то, чтобы он чувствовал антипатию к маленьким людям, например, к членам клуба Алта-Пасифик, — он просто не желал иметь их партнерами в предстоящей ему крупной игре. В чем будет состоять эта игра, он еще и сам не знал; он ждал своего часа. А пока что он играл по маленькой, вкладывая деньги в мелиорационные предприятия, и подстерегал подходящий момент, чтобы развернуться вовсю.</p>
      <p>Наконец случай свел его с самим Джоном Даусетом — с великим финансистом. Что это был именно случай, сомневаться не приходилось. Харниш, находясь в Лос-Анжелесе, совершенно случайно услышал, что на Санта-Каталина отлично ловится тунец, и решил заехать на остров, вместо того чтобы, как предполагал, вернуться прямым путем в Сан-Франциско. И тут-то он и познакомился с Джоном Даусетом: нью-йоркский магнат, совершая путешествие на Запад, с неделю пробыл на Санта-Каталина, прежде чем пуститься в обратный путь. Разумеется, Даусет слыхал о пресловутом короле Клондайка, якобы обладателе тридцати миллионов, да и при личном знакомстве Харниш сумел заинтересовать его. Вероятно, личное знакомство и породило идею, мелькнувшую в уме Даусета; но он ничем себя не выдал, предпочитая дать ей окончательно созреть. Поэтому он разговаривал только на самые общие темы и всеми силами старался завоевать расположение Харниша.</p>
      <p>Даусет был первым крупным финансистом, с которым Харниш столкнулся лицом к лицу, и это знакомство привело его в восхищение. В Даусете чувствовалось столько добродушия, сердечной теплоты, он держался так просто, без всякого высокомерия, что Харниш порой забывал, что его собеседник знаменитый Джон Даусет, председатель правления многих банков, глава страховых обществ, по слухам — негласный союзник заправил Стандарт Ойл и заведомый союзник Гугенхаммеров.</p>
      <p>Под стать этой громкой славе была и внешность Даусета и все его повадки. Харнишу, столько слышавшему о нью-йоркском миллионере, казалось, что Даусет должен быть именно таким. Это был шестидесятилетний, убеленный сединами старик, но руку он пожимал крепко, и вообще в нем не замечалось никаких признаков дряхлости; походка оставалась быстрой и упругой, все движения были уверенные, решительные; на щеках играл здоровый румянец, тонкие, хорошо очерченные губы умели весело улыбаться в ответ на шутку, ясные светло-голубые глаза под косматыми седыми бровями пытливо и прямо глядели в лицо собеседнику. Все в Даусете выдавало ум трезвый и уравновешенный, и так четко работал этот ум, что Харниш мысленно сравнивал его со стальным механизмом. Даусет все знал и никогда не разбавлял свою мудрость проявлениями жеманной чувствительности. Привычка повелевать сквозила во всем его облике, каждое слово, каждый жест свидетельствовали о могуществе и власти. В то же время он был приветлив и чуток, и Харниш отлично понимал, как далеко до Даусета такому мелкому дельцу, как Голдсуорти. Знал Харниш и о происхождении Даусета <a l:href="#n_323" type="note">[323]</a>, предки которого принадлежали к первым поселенцам Америки, о его заслугах в войне с Испанией, о его отце Джоне Даусете, который вместе с другими банкирами оказывал помощь Северу в борьбе с Югом, о коммодоре Даусете, герое кампании 1812 года, о генерале Даусете, заслужившем боевую славу в Войне за независимость, и, наконец, о том далеком родоначальнике, который владел землями и рабами в Новой Англии на заре ее истории.</p>
      <p>— Это настоящий человек, — говорил Харниш по возвращении в Сан-Франциско приятелю в курительной клуба. — Уверяю вас, Гэллон, он просто поразил меня. Правда, я всегда думал, что большие люди должны быть такие, но теперь я увидел это своими глазами. Он из тех, кто большие дела делает. Стоит только поглядеть на него. Такие встречаются один на тысячу, уж это верно. С ним стоит знаться. Игру свою он ведет азартно, не останавливаясь ни перед чем, и, уж будьте спокойны, не бросит карты. Ручаюсь, что он может проиграть или выиграть десять миллионов и глазом не моргнув.</p>
      <p>Гэллон, попыхивая сигарой, слушал эти панегирики и, когда Харниш умолк, посмотрел на него с любопытством; но Харниш в эту минуту заказывал коктейли и не заметил взгляда приятеля.</p>
      <p>— Очевидно, он предложил вам какое-нибудь дело? — заметил Гэллон.</p>
      <p>— Ничего подобного, и не думал. За ваше здоровье! Я просто хотел объяснить вам, что я теперь понимаю, как большие люди большие дела делают. Знаете, у меня было такое чувство, как будто он все-все знает. Мне даже стыдно стало за себя.</p>
      <p>Харниш задумался, потом, помолчав, сказал:</p>
      <p>— Сдается мне, что я мог бы дать ему несколько очков вперед, если бы нам пришлось погонять упряжки лаек. А уж в покер или в добыче россыпи ему лучше со мной не тягаться. Наверно, и в берестовом челне я бы его осилил. И, пожалуй, я скорей выучусь игре, в которую он играет всю жизнь, нежели он выучился бы моей игре на Севере.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
      </title>
      <p>Вскоре после этого разговора Харниш неожиданно выехал в Нью-Йорк. Причиной поездки послужило письмо Даусета — коротенькое письмецо в несколько строчек, отпечатанное на пишущей машинке. Но Харниш ликовал, читая его. Он вспомнил, как однажды в Темпас-Бьютте, когда не хватало четвертого партнера, к нему, зеленому пятнадцатилетнему юнцу, обратился старый заядлый картежник: «Садись, парнишка, бери карту». Такое же радостное волнение испытывал он и сейчас.</p>
      <p>За сухим, деловитым тоном письма ему чудились неразгаданные тайны. «Наш мистер Ховисон посетит вас в гостинице. Можете ему довериться. Нельзя, чтобы нас видели вместе. Вы все поймете после разговора со мной». Харниш читал и перечитывал письмо. Вот оно! Наконец-то он дождался крупной игры, и, видимо, ему предлагают принять в ней участие. Для чего же еще может один человек приказывать другому проехаться через весь континент?</p>
      <p>Они встретились — при посредничестве «нашего» мистера Ховисона — в великолепной загородной вилле на Гудзоне. Согласно полученному распоряжению, Харниш приехал на виллу в частной легковой машине, которая была ему предоставлена. Он не знал, чья это машина; не знал он также, кому принадлежат нарядный загородный дом и широкие обсаженные деревьями лужайки перед ним. Даусет, уже прибывший на виллу, познакомил Харниша с еще одним лицом, но Харнишу имя его и так было известно: он сразу узнал Натаниэла Леттона. Харниш десятки раз видел его портреты в газетах и журналах, читал о месте, которое он занимает в высших финансовых кругах, об университете в Даратоне, построенном на его средства. Он тоже показался Харнишу человеком, имеющим власть, но вместе с тем он до удивления не походил на Даусета. Впрочем, одну общую черту Харниш подметил: оба производили впечатление необычайно опрятных людей; во всем же остальном они были совершенно разные. Худой, даже изможденный на вид, Леттон напоминал холодное пламя, словно каким-то таинственным образом под ледяной наружностью этого человека пылал неистовый жар тысячи солнц. В этом впечатлении больше всего повинны были глаза — огромные, серые, они лихорадочно сверкали на костлявом, точно у скелета, лице, обтянутом иссиня-бледной, какой-то неживой кожей. Ему было лет пятьдесят, на плешивой голове росли редкие, стального цвета волосы, и выглядел он многим старше Даусета. Тем не менее и Натаниэл Леттон, несомненно, был силой — это сразу чувствовалось. Харнишу казалось, что этот человек с аскетическим лицом окружен холодом высокого, невозмутимого спокойствия — раскаленная планета под покровом сплошного льда. Но прежде всего и превыше всего Харниша изумляла чрезвычайная и даже немного пугающая незапятнанность Леттона. На нем не заметно было и следов шлака, он словно прошел сквозь очистительный огонь. Харниш подумал, что, вероятно, обыкновенное мужское ругательство смертельно оскорбило бы слух Леттона, как самое страшное богохульство.</p>
      <p>Гостям предложили выпить; уверенно и бесшумно, точно хорошо смазанная машина, двигавшийся лакей — видимо, постоянный обитатель виллы — подал Натаниэлу Леттону минеральную воду; Даусет пил виски с содовой; Харниш предпочел коктейль. Никто как будто не обратил внимания на то, что Харниш в полночь пьет мартини, хотя он зорко следил за своими собутыльниками. Харниш давно уже узнал, что для потребления коктейлей существуют строго установленные время и место. Но мартини пришелся ему по вкусу, и он не считал нужным отказывать себе в удовольствии пить его где и когда вздумается. Харниш ожидал, что, как и все, Даусет и Леттон заметят его странную прихоть. Не тут-то было! Харниш подумал про себя: «Спроси я стакан сулемы, они бы и бровью не повели».</p>
      <p>Вскоре прибыл Леон Гугенхаммер и, присоединившись к компании, заказал виски. Харниш с любопытством разглядывал его. Этот Гугенхаммер принадлежал к известной могущественной семье финансистов. Правда, он был одним из младших отпрысков, но все же приходился родней тем Гугенхаммерам, с которыми Харниш сражался на Севере. Леон Гугенхаммер не преминул упомянуть об этой давней истории. Он сказал Харнишу несколько лестных слов по поводу настойчивости, с какой тот вел дело, и вскользь заметил:</p>
      <p>— Знаете, слух об Офире дошел даже до нас. И должен сознаться, мистер Время-не… хм… мистер Харниш, в этом деле вы, безусловно, нас обставили.</p>
      <p>Слух! Харниш чуть не подскочил, услышав это слово. Слух, видите ли, дошел до них! А для него это была ожесточенная схватка, которой он отдал все свои силы и силу одиннадцати миллионов, нажитых им на Клондайке. Высоко же хватают Гугенхаммеры, если дела такого размаха, как борьба за Офир, для них всего лишь мелкая стычка, слух о которой они соблаговолили услышать. «Какую же они здесь ведут игру? У-ух ты! Ничего не скажешь!» — подумал Харниш и тут же обрадовался, вспомнив, что ему сейчас предложат принять участие в этой игре. Теперь он горько жалел о том, что молва, приписывающая ему тридцать миллионов, ошибается и что у него их всего только одиннадцать. Ну, в этом пункте он во всяком случае будет откровенен; он им точно скажет, сколько столбиков фишек он может купить.</p>
      <p>У Леона Гугенхаммера, тридцатилетнего полного мужчины, лицо было юношески гладкое, без единой морщинки, если не считать еще только обозначающиеся мешки под глазами. Он тоже производил впечатление безукоризненной чистоты и опрятности. Его тщательно выбритые розовые щеки свидетельствовали о превосходном здоровье, так что даже некоторая тучность и солидное кругленькое брюшко не казались странными: просто у молодого человека склонность к полноте, вот и все.</p>
      <p>Собеседники очень скоро заговорили о делах, однако не раньше, чем Гугенхаммер рассказал о предстоящих международных гонках, в которых должна была участвовать и его роскошная яхта «Электра»; при этом он посетовал, что новый, недавно установленный мотор уже успел устареть. Суть предполагаемого дела изложил Даусет, остальные только изредка вставляли замечания, а Харниш задавал вопросы. Каково бы ни было дело, которое ему предлагали, он не собирался входить в него с завязанными глазами. Но он получил весьма точные, исчерпывающие сведения относительно их планов.</p>
      <p>— Никому и в голову не придет, что вы с нами! — воскликнул Гугенхаммер, когда Даусет уже заканчивал свое объяснение, и его красивые еврейские глаза заблестели. — Все будут думать, что вы сами по себе, как заправский пират.</p>
      <p>— Вы, конечно, понимаете, мистер Харниш, что наше соглашение должно быть сохранено в строжайшей тайне, — внушительным тоном предостерег Натаниэл Леттон.</p>
      <p>Харниш кивнул головой.</p>
      <p>— И вы также хорошо понимаете, — продолжал Леттон, — что наш план преследует благую цель. Дело это вполне законное, мы в своем праве, а пострадать от него могут только спекулянты. Мы не хотим биржевого краха. Напротив, мы хотим повысить цену на акции. Солидные держатели акций от этого выиграют.</p>
      <p>— В том-то и суть, — поддакнул Даусет. — Потребность в меди непрерывно возрастает. Я уже говорил вам, что копи Уорд Вэлли дают почти одну четверть мировой добычи меди. Они представляют собой огромное богатство, размеры которого мы сами не можем определить точно. Мы все предусмотрели. У нас и своего капитала достаточно, но дело требует притока новых средств. Кроме того, на рынке слишком много акций Уорд Вэлли, — это не соответствует нашим теперешним планам. Таким образом, мы одним выстрелом убьем двух зайцев…</p>
      <p>— А выстрел — это я, — улыбаясь, вставил Харниш.</p>
      <p>— Совершенно верно. Вы не только поднимете курс акций Уорд Вэлли, вы еще и соберете их. Это даст нам неоценимое преимущество для осуществления наших планов, не говоря уже о том, что и мы и вы извлечем прибыль из проведенной вами операции. Дело это, как уже здесь говорил мистер Леттон, вполне честное и законное. Восемнадцатого числа состоится заседание правления, и мы объявим, что в этом году дивиденды будут выплачены в двойном размере.</p>
      <p>— Вот это ударит кое-кого по карману! — воскликнул Леон Гугенхаммер.</p>
      <p>— Ударит только спекулянтов, — объяснил Натаниэл Леттон, — биржевых игроков, накипь Уолл-стрита. Солидные пайщики не пострадают. К тому же они лишний раз убедятся, что наши копи заслуживают доверия. А заручившись их доверием, мы можем осуществить наши планы всемерного расширения предприятия, которые мы вам изложили.</p>
      <p>— Я должен предупредить вас, — сказал Даусет, — что до вас будут доходить самые нелепые слухи, но вы не пугайтесь. Весьма вероятно, что мы даже будем распускать их. Я думаю, вам вполне ясно, с какой целью это делается. Но вы не обращайте никакого внимания на слухи. Вы свой человек, мы вас посвятили в суть нашей операции. Ваше дело — только покупать, покупать и покупать, до последней минуты, пока правление не объявит о выплате дивидендов в двойном размере. После этого уже ничего нельзя будет купить — акции Уорд Вэлли подскочат до небес.</p>
      <p>— Самое главное для нас, — заговорил Леттон, медленно отхлебнув из стакана с минеральной водой, стоявшего перед ним, — самое главное — это изъять у мелких держателей акции, находящиеся у них на руках. Мы легко могли бы это сделать другим способом: припугнуть держателей падением курса, что обошлось бы нам гораздо дешевле. Мы — хозяева положения. Но мы не хотим злоупотреблять этим преимуществом и согласны покупать наши акции по повышенному курсу. Не потому, что мы филантропы, но нам нужно доверие пайщиков для расширения дела. Да мы, в сущности, ничего на этом не потеряем. Как только станет известно о выплате дивидендов в двойном размере, цена на акции баснословно поднимется. Кроме того, мы пострижем спекулянтов, играющих на понижение. Это, конечно, несколько выходит за рамки общепринятых финансовых операций, но это момент привходящий и в известном смысле неизбежный. Это не должно нас смущать. Пострадают только самые беззастенчивые спекулянты, и поделом им.</p>
      <p>— И еще вот что, мистер Харниш, — сказал Гугенхаммер, — если у вас не хватит наличного капитала или вы не пожелаете весь свой капитал вкладывать в это дело, немедленно обратитесь к нам. Помните, за вами стоим мы.</p>
      <p>— Да, да, мы стоим за вами, — повторил Даусет. Натаниэл Леттон подтвердил это кивком головы.</p>
      <p>— Теперь относительно дивидендов в двойном размере, — заговорил Даусет, вынимая листок бумаги из записной книжки и надевая очки. — Здесь у меня все цифры. Вот, видите…</p>
      <p>И он начал подробно объяснять Харнишу, какие прибыли получала и какие дивиденды выплачивала компания Уорд Вэлли со дня своего основания.</p>
      <p>Совещание длилось около часа, и весь этот час Харниш, как никогда, чувствовал себя вознесенным на самую высокую вершину жизни. Крупные игроки приняли его в свою игру. Они — сила. Правда, он знал, что это еще не самый узкий избранный круг. Их не поставить на одну доску с Морганами и Гарриманами. Но они имеют доступ к этим гигантам, и сами они гиганты, только помельче. Их обращение тоже понравилось Харнишу. Они держались с ним на равной ноге, с явным уважением, без покровительственного тона. Харниш был очень польщен этим, ибо хорошо знал, что не может сравниться с ними ни богатством, ни опытом.</p>
      <p>— Мы немножко встряхнем всю эту свору спекулянтов, — радостно сказал Леон Гугенхаммер, когда совещание окончилось. — И никто этого не сделает лучше вас, мистер Харниш. Они будут уверены, что вы действуете в одиночку, а у них ножницы всегда наготове, чтобы стричь таких новичков, как вы.</p>
      <p>— Они непременно попадутся, — согласился Леттон; его серые глаза горели мрачным огнем на бледном лице, полузакрытом складками необъятного шарфа, которым он окутывал шею до самых ушей. — Они привыкли рассуждать по шаблону. Любая новая комбинация, непредвиденное обстоятельство, неизвестный им фактор опрокидывают все их расчеты. А всем этим для них явитесь вы, мистер Харниш. И повторяю вам, они — игроки, спекулянты и заслужили такую встряску. Если бы вы знали, какая это помеха для нас, солидных дельцов. Их азартная биржевая игра подчас нарушает самые разумные планы и даже расшатывает наиболее устойчивые предприятия.</p>
      <p>Даусет сел в одну машину с Леоном Гугенхаммером, Леттон — в другую. Харниш, все еще под впечатлением всего, что произошло за последний час, чуть ли не с трепетом смотрел на разъезд участников знаменательного совещания. Три автомобиля, точно страшные ночные чудовища, стояли на посыпанной гравием площадке под неосвещенным навесом широкого крыльца. Ночь выдалась темная, и лучи автомобильных фар, словно ножами, прорезали густой мрак. Все тот же лакей — услужливый автомат, царивший в доме, неизвестно кому принадлежавшем, подсадив гостей в машины, застыл на месте, словно каменное изваяние. Смутно виднелись закутанные в шубы фигуры сидевших за рулем шоферов. Одна за другой, будто пришпоренные кони, машины ринулись в темноту, свернули на подъездную аллею и скрылись из глаз.</p>
      <p>Харниш сел в последнюю машину и, когда она тронулась, оглянулся на дом, где не светилось ни одного огонька и который, словно гора, высился среди мрака. Чей это дом? Кто предоставляет его этим людям для тайных совещаний? Не проболтается ли лакей? А кто такие шоферы? Тоже доверенные лица, как «наш» мистер Ховисон? Тайна. В этом деле, куда ни повернись, всюду тайна. Тайна шествует рука об руку с Властью. Харниш откинулся на спинку сиденья и затянулся папиросой. Большое будущее открывалось перед ним. Уже стасованы карты для крупной игры, и он один из партнеров. Он вспомнил, как резался в покер с Джеком Кернсом, и громко рассмеялся. В те времена он ставил на карту тысячи, ну, а теперь поставит миллионы. А восемнадцатого числа, после заявления о дивидендах… Он заранее ликовал, предвкушая переполох, который поднимется среди биржевых спекулянтов, уже точивших ножницы, чтобы остричь — кого же? Его, Время-не-ждет!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
      </title>
      <p>Хотя было уже два часа ночи, когда Харниш вернулся в гостиницу, он застал там поджидавших его репортеров. На другое утро их явилось вдвое больше. О его прибытии в Нью-Йорк протрубила вся пресса. Еще раз под дробь тамтамов и дикарские вопли колоритная фигура Элама Харниша прошагала по газетным полосам. Король Клондайка, Герой Арктики, тридцатикратный миллионер ледяного Севера прибыл в Нью-Йорк! С какой целью? Разорить ньюйоркцев, как он разорил биржевиков Тонопа в штате Невада? Пусть Уолл-стрит поостережется — в городе появился дикарь с Клондайка! А если, наоборот, Уолл-стрит разорит его? Не в первый раз Уолл-стриту усмирять дикарей; может быть, именно такая участь суждена пресловутому Время-не-ждет? Харниш усмехался про себя и давал двусмысленные ответы своим интервьюерам; это путало карты, и Харниша забавляла мысль, что не так-то легко будет Уолл-стриту справиться с ним.</p>
      <p>Никто не сомневался, что Харниш приехал для биржевой игры, и когда начался усиленный спрос на акции Уорд Вэлли, все поняли, чья рука здесь действует. Биржа гудела от слухов. Ясно, он еще раз хочет схватиться с Гугенхаммерами. Историю прииска Офир извлекли из архива и повторяли на все лады, прибавляя все новые сенсационные подробности, так что под конец Харниш сам едва мог узнать ее. Но и это была вода на его мельницу. Биржевики явно шли по ложному следу. Харниш с каждым днем покупал все усерднее, но желающих продать было такое множество, что курс акций Уорд Вэлли поднимался очень медленно. «Это куда веселее, чем покер», — радовался Харниш, видя, какую он поднял суматоху. Газеты изощрялись в догадках и пророчествах, и за Харнишем неотступно ходил по пятам целый отряд репортеров. Интервью, которые он им давал, были просто шедеврами. Заметив, в какой восторг приходят журналисты от его говора, от всех «малость», «ничего не скажешь» и так далее, он нарочно старался сделать свою речь характерной, пересыпая ее словечками, которые слышал от других жителей Севера, и даже сам придумывая новые.</p>
      <p>Целую неделю, от четверга до четверга, с одиннадцатого по восемнадцатое число, Харниш жил в чаду неистового азарта. Он не только впервые в жизни вел столь крупную игру — он вел ее за величайшим в мире карточным столом и такие суммы ставил на карту, что даже видавшие виды завсегдатаи этого игорного дома волей-неволей встрепенулись. Невзирая на то, что на рынке имелось сколько угодно акций Уорд Вэлли, они все же благодаря все растущему спросу постепенно поднимались в цене; чем меньше дней оставалось до знаменательного четверга, тем сильнее лихорадило биржу. Видно, не миновать краха! Сколько же времени клондайкский спекулянт будет скупать акции Уорд Вэлли? Надолго ли еще его хватит? А что думают заправилы компании? Харниш с удовольствием прочел появившиеся в печати интервью. Они восхитили его спокойствием и невозмутимостью тона. Леон Гугенхаммер даже не побоялся высказать мнение, что, быть может, этот северный крез напрасно так зарывается. Но это их не тревожит, заявил Даусет. И против его спекуляций они тоже ничего не имеют. Они не знают, каковы его намерения, ясно одно — он играет на повышение. Ну что ж, в этом никакой беды нет. Что бы ни случилось с ним, чем бы ни кончилась его бешеная игра, компания Уорд Вэлли по-прежнему будет крепко стоять на ногах, незыблемая, как Гибралтарская скала. Акции на продажу? Нет, спасибо, таких не имеется. Это просто искусственно вызванный бум, который не может долго продолжаться, и правление Уорд Вэлли не намерено нарушать ровное течение своей деятельности из-за безрассудного ажиотажа на бирже. «Чистая спекуляция с начала и до конца, — сказал репортерам Натаниэл Леттон. — Мы ничего общего с этим не имеем и даже знать об этом не желаем».</p>
      <p>За эту бурную неделю Харниш имел несколько тайных совещаний со своими партнерами: одно с Леоном Гугенхаммером, одно с Джоном Даусетом и два с мистером Ховисоном. Ничего существенного на этих совещаниях не произошло, ему только выразили одобрение и подтвердили, что все идет отлично.</p>
      <p>Но во вторник утром распространился слух, не на шутку встревоживший Харниша, тем более что в «Уоллстрит джорнэл» можно было прочесть о том же: газета сообщала, что, по достоверным сведениям, на заседании правления компании Уорд Вэлли, которое состоится в ближайший четверг, вместо обычного объявления о размере дивидендов правление потребует дополнительного взноса. Харниш впервые за все время заподозрил неладное. Он с ужасом подумал, что, если слух подтвердится, он окажется банкротом. И еще у него мелькнула мысль, что вся эта грандиозная биржевая операция была проделана на его деньги. Ни Даусет, ни Гугенхаммер, ни Леттон не рисковали ничем. Харниша охватил страх, правда, ненадолго, но все же он успел очень живо вспомнить кирпичный завод Голдсуорти; приостановив все приказы о покупке акций, он бросился к телефону.</p>
      <p>— Чепуха, просто очередная сплетня, — послышался в трубке гортанный голос Леона Гугенхаммера. — Как вам известно, я член правления, — ответил Натаниэл Леттон, — и безусловно был бы в курсе, если бы предполагалось такое мероприятие. — Я же предупреждал вас, что подобные слухи будут распространяться, — сказал Джон Даусет. — В этом нет ни крупицы правды. Даю вам слово джентльмена.</p>
      <p>Харнишу стало очень стыдно, что он поддался панике, и он с удвоенной энергией принялся за дело. Приостановка операций по скупке акций Уорд Вэлли превратила биржу в сумасшедший дом. Игроки на понижение жали по всей линии; акции Уорд Вэлли, стоявшие выше всех, первыми начали падать. Но Харниш невозмутимо удваивал приказы о покупке. Во вторник и в среду он неуклонно покупал, и акции опять сильно поднялись. В четверг утром он все еще продолжал брать, и если сделки заключались на срок, не задумываясь превышал свои наличные средства. Что ж такого? Ведь сегодня будет объявлено о выдаче дивидендов, успокаивал он себя. Когда подойдет срок, в накладе окажутся продавцы. Они придут к нему, будут просить уступки.</p>
      <p>Но вот гром грянул: слухи оправдались, правление компании Уорд Вэлли предложило акционерам внести дополнительный взнос. Харнишу оставалось только сдаться. Он еще раз проверил достоверность сообщения и прекратил борьбу. Не только акции Уорд Вэлли, но все ценные бумаги полетели вниз. Игроки на понижение торжествовали победу. Харниш даже не поинтересовался, докатились ли акции Уорд Вэлли до самого дна или все еще падают. На Уолл-стрите царил хаос, но Харниш, не оглушенный ударом и даже не растерянный, спокойно покинул поле битвы, чтобы обдумать создавшееся положение. После краткого совещания со своими маклерами он вернулся в гостиницу; по дороге он купил вечерние газеты и глянул на кричащие заголовки: «Время-не-ждет доигрался», «Харниш получил по заслугам», «Еще один авантюрист с Запада не нашел здесь легкой поживы». В гостинице он прочел экстренный выпуск, где сообщалось о самоубийстве молодого человека, новичка в биржевой игре, который, следуя примеру Харниша, играл на повышение.</p>
      <p>— Чего ради он покончил с собой? — пробормотал про себя Харниш.</p>
      <p>Он поднялся в своей номер, заказал мартини, скинул башмаки и погрузился в раздумье. Полчаса спустя он встрепенулся и выпил коктейль; когда приятное тепло разлилось по всему телу, морщины на лбу у него разгладились и на губах медленно заиграла усмешка — намеренная, но не нарочитая: он искренне смеялся над самим собой.</p>
      <p>— Обчистили, ничего не скажешь! — проговорил он.</p>
      <p>Потом усмешка исчезла, и лицо его стало угрюмым и сосредоточенным. Если не считать дохода с капитала, вложенного в несколько мелиорационных предприятий на Западе (все еще требовавших больших дополнительных вложений), он остался без гроша за душой. Но не это убивало его — гордость страдала. С какой легкостью он попался на удочку! Его провели, как младенца, и он даже ничего доказать не может. Самый простодушный фермер потребовал бы какого-нибудь документа, а у него нет ничего, кроме джентльменского соглашения, да еще устного. Джентльменское соглашение! Он презрительно фыркнул. В его ушах еще звучал голос Джона Даусета, сказавшего в телефонную трубку: «Даю вам слово джентльмена». Они просто подлые воришки, мошенники, нагло обманувшие его! Правы газеты. Он приехал в Нью-Йорк, чтобы его здесь обчистили, и господа Даусет, Леттон и Гугенхаммер это и сделали. Он был для них малой рыбешкой, и они забавлялись им десять дней — вполне достаточный срок, чтобы проглотить его вместе с одиннадцатью миллионами. Расчет их прост и ясен: они сбыли через него свои акции, а теперь по Дешевке скупают их обратно, пока курс не выровнялся. По всей вероятности, после дележа добычи Натаниэл Леттон пристроит еще несколько корпусов к пожертвованному им университету. Леон Гугенхаммер поставит новый мотор на своей яхте или на целой флотилии яхт. А Джон Даусет? Он-то что станет делать с награбленными деньгами? Скорее всего откроет несколько новых отделений своего банка.</p>
      <p>Харниш еще долго просидел над коктейлями, оглядываясь на свое прошлое, заново переживая трудные годы, проведенные в суровом краю, где он ожесточенно дрался за свои одиннадцать миллионов. Гнев владел им с такой силой, что в нем вспыхнула жажда убийства и в уме замелькали безумные планы мести и кровавой расправы над предавшими его людьми. Вот что должен был сделать этот желторотый юнец, а не кончать самоубийством. Приставить им дуло к виску. Харниш отпер свой чемодан и достал увесистый кольт. Он отвел большим пальцем предохранитель и восемь раз подряд оттянул затвор; восемь патронов, один за другим, выпали на стол; он снова наполнил магазин, перевел один патрон в патронник и, не спуская курка, поставил кольт на предохранитель. Потом положил пистолет в боковой карман пиджака, заказал еще один мартини и опять уселся в кресло.</p>
      <p>Так прошел целый час, но Харниш уже не усмехался. На хмурое лицо легли горькие складки, — он вспомнил суровую жизнь Севера, лютый полярный мороз, все, что он совершил, что перенес: нескончаемо долгие переходы по снежной тропе, студеные тундровые берега у мыса Барроу, грозные торосы на Юконе, борьбу с людьми и животными, муки голодных дней, томительные месяцы на Койокуке, где тучами налетали комары, мозоли на руках от кайла и заступа, ссадины на плечах и груди от лямок походного мешка, мясную пищу без приправы наравне с собаками — вспомнил всю длинную повесть двадцатилетних лишений, тяжелого труда, нечеловеческих усилий.</p>
      <p>В десять часов он поднялся и стал перелистывать книгу адресов Нью-Йорка, потом надел башмаки, вышел на улицу и, наняв кэб, стал колесить по темному городу. Дважды он менял кэб и наконец остановился у конторы частного детективного агентства. Щедро оплатив вперед требуемые услуги, он самолично выбрал шестерых агентов и дал нужные указания. Никогда еще они не получали такой высокой оплаты за столь нехитрую работу: сверх того, что взимала контора, Харниш подарил им по пятьсот долларов, посулив, в случае успеха, еще столько же. Он не сомневался, что на другой день, а быть может, еще этой ночью его притаившиеся партнеры где-нибудь сойдутся. За каждым было поручено следить Двум агентам. Требовалось только установить время и место свидания.</p>
      <p>— Действуйте смело, ребята, — сказал он в заключение. — Мне очень нужно это узнать. Что бы вы ни сделали, что бы ни случилось, не бойтесь, я сумею вас выгородить.</p>
      <p>На обратном пути в гостиницу он опять дважды пересаживался из кэба в кэб, потом, поднявшись в свой номер, выпил на ночь еще один мартини, лег в постель и уснул. Утром он оделся, побрился, велел подать завтрак и газеты в комнату и стал ждать известий. Но пить не пил. С девяти часов начались телефонные звонки — агенты докладывали о своей работе: Натаниэл Леттон едет пригородным поездом из Тэрритауна. Джон Даусет только что сел в вагон подземки. Леон Гугенхаммер еще не показывался, но он, несомненно, дома. Харниш, разложив перед собой план города, следил за каждым движением неприятеля. Первым в свою контору, помещавшуюся в здании Мючуэл-Соландер, прибыл Натаниэл Леттон. Затем туда же приехал Гугенхаммер. Даусет все еще сидел в своей конторе. Но в одиннадцать часов телефонный звонок возвестил о том, что и Даусет прибыл на место, и пять минут спустя Харниш уже мчался в таксомоторе к зданию Мючуэл-Соландер.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
      </title>
      <p>Когда дверь отворилась, Натаниэл Леттон, что-то говоривший своим компаньонам, сразу умолк, и все трое со скрытой тревогой уставились на Элама Харниша, который размашистым шагом входил в комнату. Он невольно подчеркивал упругую твердость своей походки, походки путника на снежной тропе. Да ему и в самом деле казалось, что он снова чувствует ее под ногами.</p>
      <p>— Здорово, господа, здорово, — проговорил он, словно не замечая гробовой тишины, которой партнеры встретили его появление. Харниш всем по очереди пожал руку, широко шагая от одного к другому, причем так крепко стискивал их пальцы, что Натаниэл Леттон сморщился от боли. Потом Харниш бросился в кресло и лениво развалился в нем, притворяясь крайне утомленным. Кожаный саквояж, который он принес с собой, он небрежно уронил на пол возле кресла.</p>
      <p>— Ах, черт меня возьми совсем! Ну и умаялся же я, — сказал он, отдуваясь. — Красота, как мы их пообчистили! Ловко, ничего не скажешь! А мне и невдомек, что к чему в вашей игре, только под самый конец догадался. На обе лопатки всех положили! И как они сами нарывались на это, просто диву даешься!</p>
      <p>Простодушие, с каким говорил Харниш, медлительность речи, свойственная жителям Запада, несколько успокоили его собеседников. Не так уж он страшен. Правда, он сумел проникнуть в кабинет, вопреки распоряжению, данному служащим конторы, но ничто не указывало на его намерение устроить скандал или применить силу.</p>
      <p>— Что же вы? — весело спросил Харниш. — И доброго слова у вас не найдется для вашего партнера? Или уж так он вам угодил, что вы малость очумели?</p>
      <p>Леттон только хмыкнул в ответ. Даусет молча ждал, что будет дальше. Леон Гугенхаммер с трудом выдавил из себя несколько слов.</p>
      <p>— Вы, несомненно, подняли бучу, — сказал он. Черные глаза Харниша радостно заблестели.</p>
      <p>— Еще бы! — с гордостью воскликнул он. — И как же мы их надули! Вот уж не думал, что они так легко попадутся. Я прямо ошалел!</p>
      <p>— Ну, а теперь, — продолжал он, прежде чем наступило тягостное молчание, — не мешает нам сделать расчетик. Я нынче же уезжаю восвояси на этом чертовом «Двадцатом веке». — Он подтянул к себе саквояж, открыл его и запустил туда обе руки. — Но помните, ребята, если вам еще раз захочется встряхнуть Уолл-стрит, я рад стараться, только шепните словечко. Мигом явлюсь, с полным моим удовольствием.</p>
      <p>Он стал пригоршнями вынимать из саквояжа корешки чековых книжек, квитанции, расписки маклеров. Сложив все это в кучу на стол, он в последний раз сунул руки в саквояж, тщательно обшарил его и добавил еще несколько застрявших бумажек, потом вытащил из кармана записку и прочел вслух:</p>
      <p>— Вот мои расходы — десять миллионов двадцать семь тысяч сорок два доллара шестьдесят восемь центов. Эту сумму, конечно, нужно вычесть, раньше чем мы начнем делить барыши. А теперь давайте ваши подсчеты. Ведь дело-то провернули не маленькое!</p>
      <p>Партнеры Харниша переглядывались, лица их выражали крайнее недоумение: либо этот юконец еще глупее, чем они думали, либо он ведет какую-то игру, смысл которой им непонятен.</p>
      <p>Натаниэл Леттон, облизнув пересохшие губы, заговорил:</p>
      <p>— Видите ли, мистер Харниш, для полного подсчета потребуется несколько часов. Мистер Ховисон уже приступил к делу. Мы… хм… как вы сказали, дело провернули большое. Почему бы нам не побеседовать за общим завтраком? Я распоряжусь, чтобы контора работала сегодня без обеденного перерыва, так что вы вполне успеете на поезд.</p>
      <p>Даусет и Гугенхаммер с почти явным облегчением перевели дух. Атмосфера несколько разрядилась. Неуютно было находиться в одной комнате с глазу на глаз с этим похожим на индейца богатырем, которого они ограбили. И довольно неприятно припоминать многочисленные рассказы о его баснословной силе и бесстрашии. Если бы только Леттону удалось заговорить ему зубы хоть на две минуты, они успели бы выскочить за дверь кабинета, в тот привычный мир, где можно призвать на помощь полицию, и все обошлось бы благополучно; а Харниш, видимо, поддавался на уговоры.</p>
      <p>— Вот это хорошо, — сказал он. — Мне, конечно, не хочется опаздывать на поезд. И вообще, скажу я вам, господа, для меня большая честь, что вы меня взяли в долю. Поверьте, я очень это чувствую, хоть, может, сказать-то не умею. Но меня уж больно любопытство разбирает, просто не терпится узнать: какой же мы куш сорвали? Вы мне, мистер Леттон, хоть примерно скажите, сколько.</p>
      <p>Наступила пауза; сообщники Леттона почувствовали, что он взывает к ним о помощи, хотя он даже не взглянул на них. Даусет, человек более твердого закала, чем остальные, уже понял, что этот король Клондайка ломает комедию. Но Леттон и Гугенхаммер все еще верили детской наивности его тона.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_044.jpg"/>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_045.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>— Это… очень трудно, — начал Леон Гугенхаммер. — Видите ли, курс акций Уорд Вэлли сейчас неустойчив… так что…</p>
      <p>— …в настоящее время ничего нельзя подсчитать заранее, — закончил за Гугенхаммера Леттон.</p>
      <p>— Да вы только прикиньте приблизительно, — с живостью возразил Харниш. — Не беда, если потом окажется на миллиончик больше или меньше. Подсчитаем после все до точности. Так мне не терпится узнать, прямо все тело зудит. Ну как, скажете?</p>
      <p>— Зачем тянуть эту бессмысленную игру словами? — резко и холодно сказал Даусет. — Объяснимся здесь же, на месте. Мистер Харниш явно находится в заблуждении, и мы должны прямо сказать ему, в чем он ошибается. Мы, партнеры в этой операции…</p>
      <p>Но Харниш не дал ему договорить. Он слишком много на своем веку играл в покер, чтобы пренебречь психологическим фактором; в этой последней сдаче он хотел сам довести игру до конца и поэтому перебил Даусета.</p>
      <p>— Кстати о партнерах, — сказал он. — Мне вдруг вспомнилась одна партия в покер. Дело было в Рено, штат Невада. Ну, не скажу, чтобы игра велась очень честно. Игроки — все шулера, как на подбор. Но был там один козлик безрогий — в тех краях так называют новичков. Вот он стоит за спиной сдающего и видит, что тот снизу колоды сдает себе четыре туза. Новичок возмущается. Он тихонько обходит стол и наклоняется к игроку, который сидит напротив сдающего.</p>
      <p>— Послушайте, — шепчет он, — я видел, как он сдал себе четыре туза.</p>
      <p>— Ну, и что ж из этого? — спрашивает игрок.</p>
      <p>— Я подумал, что надо сказать вам, — отвечает тот. — Вы что, не понимаете? Он сдал самому себе четыре туза, я своими глазами видел.</p>
      <p>— Знаешь что, любезный, ступай-ка отсюда. Ничего ты в покере не понимаешь. Сдача-то его, верно?</p>
      <p>Смех, которым был встречен анекдот, прозвучал натянуто и невесело, но Харниш словно и не заметил этого.</p>
      <p>— По-видимому, ваш анекдот имеет особый смысл? — в упор спросил Даусет.</p>
      <p>Харниш с невинным видом посмотрел на него и, не отвечая, опять обратился к Натаниэлу Леттону.</p>
      <p>— Валяйте, выкладывайте, — все так же добродушно сказал он. — Назовите примерную сумму. Ведь я уже говорил вам, что миллионом больше или меньше — это неважно. При таком-то выигрыше!</p>
      <p>Решительное поведение Даусета придало Леттону храбрости, и на этот раз он ответил без обиняков:</p>
      <p>— Боюсь, мистер Харниш, что вы глубоко заблуждаетесь. Ни о каком дележе барыша и речи быть не может. Я вас очень прошу не горячиться. Мне стоит только нажать эту кнопку…</p>
      <p>Но Харниш не только не горячился — напротив, он казался окончательно сраженным. Растерянно озираясь, он достал из кармана спички, зажег одну и только тут заметил, что в зубах нет папиросы. Все три партнера следили за ним, насторожившись, как кошка перед прыжком. Теперь разговор шел начистоту, и они знали, что им предстоит пережить несколько пренеприятных минут.</p>
      <p>— Пожалуйста, повторите еще раз, — проговорил Харниш. — Я что-то не пойму. Вы сказали…</p>
      <p>Он с мучительной тревогой впился глазами в лицо Леттона.</p>
      <p>— Я сказал, что вы заблуждаетесь, мистер Харниш, вот и все. Вы играли на повышение, курс акций упал, и вы понесли большие убытки. Однако ни компания Уорд Вэлли, ни я, ни мои партнеры не брали на себя никаких обязательств по отношению к вам.</p>
      <p>Харниш показал на груду чековых книжек и расписок, лежащих на столе.</p>
      <p>— За это уплачено десять миллионов двадцать семь тысяч сорок два доллара шестьдесят восемь центов, уплачено наличными. Что же? Здесь это ничего не стоит?</p>
      <p>Леттон улыбнулся и пожал плечами.</p>
      <p>Харниш посмотрел на Даусета и сказал вполголоса:</p>
      <p>— Ваша правда, очевидно, мой анекдот все-таки имел особый смысл. — Он горько рассмеялся. — Сдача была ваша, и вы ловко передернули. Ну что ж, тут и говорить больше не о чем. Тот игрок в покер рассудил правильно: вы сдавали карты, и вы имели полное право сдать себе четыре туза. Так вы и сделали и ободрали меня, как липку.</p>
      <p>Он оторопело посмотрел на стол, заваленный расписками.</p>
      <p>— И вся эта куча не стоит бумаги, которую извели на нее? Ах, дьявол, и ловко же вы тасуете карты, только попадись вам! Да вы не беспокойтесь, я не собираюсь спорить. Ваша была сдача, и вы обыграли меня, и тот не мужчина, кто хнычет при чужой сдаче. А теперь карты на столе, игра кончена, но… — Он быстро сунул руку в верхний карман и вытащил кольт. — Так вот, ваша сдача кончилась. Теперь сдавать буду я. Думается мне, что мои четыре туза…</p>
      <p>— Эй ты, гроб поваленный, прими руку! — вдруг крикнул он.</p>
      <p>Рука Натаниэла Леттона, подползавшая к кнопке звонка на столе, мгновенно остановилась.</p>
      <p>— Ну-ка, пересаживайтесь! — скомандовал Харниш. — Садись на тот стул, ты, изъеденная проказой вонючка! Живо! Не то я выкачаю из тебя столько жидкости, что все подумают, будто твой отец пожарный шланг, а мать садовая лейка. А вы, Гугенхаммер, поставьте свой стул рядом. Вы, Даусет, оставайтесь на месте. Теперь слушайте: я вам расскажу кое-что про этот пистолетик. Я зарядил его для крупной дичи, и стреляет он восемь раз подряд. Как начнет палить — не остановишь.</p>
      <p>Предварительные разговоры я считаю законченными и поэтому перехожу прямо к делу. Заметьте, я ни слова не сказал о том, как вы со мной поступили. Вы что хотели, то и сделали. Ну и ладно. А теперь мой черед — что захочу, то и сделаю. Вы знаете, кто я? Может, не знаете? Я — Время-не-ждет, не боюсь ни бога, ни черта, ни смерти, ни ада. Вот мои четыре туза. Чем вы можете их побить? Посмотрите на этот живой скелет, на Леттона. Да у него от страха все кости стучат, так он боится умереть. А этот жирный еврей? Вот когда он узнал, что такое страх божий. Весь пожелтел, словно подгнивший лимон. Вы, Даусет, не трус. Вас не проймешь. Это оттого, что вы сильны в арифметике. Вам мои карты не страшны. Вы сидите тут как ни в чем не бывало и подсчитываете. Вам ясно, как дважды два, что я вас обыграл. Вы меня знаете, знаете, что я ничего не боюсь. И вы прикидываете в уме, сколько у вас денег, и отлично понимаете, что из-за этого проигрыша умирать не стоит.</p>
      <p>— Рад буду видеть вас на виселице, — ответил Даусет.</p>
      <p>— И не надейтесь! Когда дойдет до дела, вы первым будете на очереди. Меня-то повесят, но вы этого не увидите. Вы умрете на месте, а со мной еще суд канителиться будет, понятно? Вы уже сгниете в земле, и могила ваша травой порастет, и не узнаете вы никогда, повесили меня или нет. А я долго буду радоваться, что вы раньше меня отправились на тот свет.</p>
      <p>Харниш умолк, и Леттон спросил каким-то не своим, писклявым голосом:</p>
      <p>— Не убьете же вы нас, в самом деле? Харниш покачал головой.</p>
      <p>— Себе дороже. Все вы того не стоите. Я предпочитаю получить обратно свои деньги. Да и вы, я думаю, предпочтете вернуть их мне, чем отправиться в мертвецкую.</p>
      <p>Наступило долгое молчание.</p>
      <p>— Ну так, карты сданы. Теперь вам ходить. Можете подумать, но только имейте в виду: если дверь откроется и кто-нибудь из вас, подлецов, даст знать о том, что здесь происходит, буду стрелять без предупреждения. Ни один из вас не выйдет из этой комнаты, разве только ногами вперед.</p>
      <p>За этим последовало заседание, длившееся добрых три часа. Решающим доводом явился не столько объемистый кольт, сколько уверенность, что Харниш не преминет воспользоваться им. Ни капитулировавшие партнеры, ни сам Харниш не сомневались в этом. Он твердо решил либо убить их, либо вернуть свои деньги. Но собрать одиннадцать миллионов наличными оказалось не так просто, и было много досадных проволочек. Раз десять в кабинет вызывали мистера Ховисона и старшего бухгалтера. Как только они появлялись на пороге, Харниш прикрывал газетой пистолет, лежавший у него на коленях, и с самым непринужденным видом принимался скручивать папироску. Наконец все было готово. Конторщик принес чемодан из таксомотора, который дожидался внизу, и Харниш, уложив в него банкноты, защелкнул замок.</p>
      <p>В дверях он остановился и сказал:</p>
      <p>— На прощание я хочу объяснить вам еще кое-что. Как только я выйду за дверь, ничто не помешает вам действовать; так вот слушайте: во-первых, не вздумайте заявлять в полицию, понятно? Эти деньги мои, я их у вас не украл. Если узнается, как вы меня надули и как я вам за это отплатил, не меня, а вас подымут на смех, да так, что вам тошно станет. Стыдно будет людям на глаза показаться. Кроме того, если теперь, после того как вы обокрали меня, а я отобрал у вас награбленное, вы захотите еще раз отнять у меня деньги, — будьте покойны, что я подстрелю вас. Не таким мозглякам, как вы, тягаться со мной, с Время-не-ждет. Выгорит ваше дело — вам же хуже будет: трех покойников зараз хоронить придется. Поглядите мне в лицо — как, по-вашему, шучу я или нет? А все эти корешки и расписки на столе можете себе оставить. Будьте здоровы.</p>
      <p>Как только дверь захлопнулась, Натаниэл Леттон кинулся к телефону, но Даусет удержал его.</p>
      <p>— Что вы хотите делать? — спросил Даусет.</p>
      <p>— Звонить в полицию. Это же грабеж. Я этого не потерплю. Ни за что не потерплю.</p>
      <p>Даусет криво усмехнулся и, подтолкнув своего тощего компаньона к стулу, усадил его на прежнее место.</p>
      <p>— Сначала давайте поговорим, — сказал Даусет, и Леон Гугенхаммер горячо поддержал его.</p>
      <p>Никто никогда не узнал об этой истории. Все трое свято хранили тайну. Молчал и Харниш, хотя вечером, в отдельном купе экспресса «Двадцатый век», развалившись на мягком сиденье и положив ноги в одних носках на кресло, он долго и весело смеялся. Весь Нью-Йорк ломал голову над этой загадкой, но так и не нашел разумного объяснения. Кто мог сомневаться в том, что Время-не-ждет обанкротился? А между тем стало известно, что он уже снова появился в Сан-Франциско и, по всей видимости, ничуть не беднее, чем уехал. Об этом свидетельствовал размах его финансовых операций, в частности борьба за Панама-Мэйл, когда Харниш в стремительной атаке обрушил на Шефтли весь свой капитал и тот вынужден был уступить ему контрольный пакет, а через два месяца Харниш перепродал его Гарриману, сорвав на этом деле огромную прибыль.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
      </title>
      <p>По возвращении в Сан-Франциско Харниш быстро приобрел еще большую славу. В известном смысле это была дурная слава. Он внушал страх. Его называли кровожадным хищником, сущим дьяволом. Он вел свою игру неумолимо, жестоко, и никто не знал, где и когда он обрушит новый удар. Главным его козырем была внезапность нападения, он норовил застать противника врасплох; недаром он явился в мир бизнеса с дикого Севера, — мысль его шла непроторенными путями и легко открывала новые способы и приемы борьбы. А добившись преимущества, он безжалостно приканчивал свою жертву. «Беспощаден, как краснокожий», — говорили о нем; и это была чистая правда.</p>
      <p>С другой стороны, он слыл «честным». Слово его было так же верно, как подпись на векселе, хотя сам он никому на слово не верил. Ни о каких «джентльменских соглашениях» он и слышать не хотел, и тот, кто, заключая с ним сделку, ручался своей честью, неизменно нарывался на неприятный разговор. Впрочем, и Харниш давал слово только в тех случаях, когда мог диктовать свои условия и собеседнику предоставлялся выбор — принять их или уйти ни с чем.</p>
      <p>Солидное помещение денег не входило в игру Элама Харниша, — это связало бы его капитал и уменьшило риск. А его в биржевых операциях увлекал именно азарт, и, чтобы так бесшабашно вести игру, как ему нравилось, деньги всегда должны были быть у него под рукой. Поэтому он лишь изредка и на короткий срок вкладывал их в какое-нибудь предприятие и постоянно снова и снова пускал в оборот, совершая дерзкие набеги на своих соперников. Поистине это был пират финансовых морей. Верных пять процентов годового дохода с капитала не удовлетворяли его; рисковать миллионами в ожесточенной, свирепой схватке, поставить на карту все свое состояние и знать, что либо он останется без гроша, либо сорвет пятьдесят или даже сто процентов прибыли, — только в этом он видел радость жизни. Он никогда не нарушал правил игры, но и пощады не давал никому. Когда ему удавалось зажать в тиски какого-нибудь финансиста или объединение финансистов, никакие вопли терзаемых не останавливали его. Напрасно жертвы взывали к нему о жалости. Он был вольный стрелок и ни с кем из биржевиков не водил дружбы. Если он вступал с кем-нибудь в сговор, то лишь из чисто деловых соображений и только на время, пока считал это нужным, ничуть не сомневаясь, что любой из его временных союзников при первом удобном случае обманет его или разорит дотла. Однако, невзирая на такое мнение о своих союзниках, он оставался им верен, — но только до тех пор, пока они сами хранили верность; горе тому, кто пытался изменить Эламу Харнишу!</p>
      <p>Биржевики и финансисты Тихоокеанского побережья на всю жизнь запомнили урок, который получили Чарльз Клинкнер и Калифорнийско-Алтамонтский трест. Клинкнер был председателем правления. Вместе с Харнишем они разгромили Междугородную корпорацию Сан-Хосе. Могущественная компания по производству и эксплуатации электрической энергии пришла ей на помощь, и Клинкнер, воспользовавшись этим, в самый разгар решительной битвы переметнулся к неприятелю. Харниш потерял на этом деле три миллиона, но он довел трест до полного краха, а Клинкнер покончил с собой в тюремной камере. Харниш не только выпустил из рук Междугородную — этот прорыв фронта стоил ему больших потерь по всей линии. Люди сведущие говорили, что, пойди он на уступки, многое можно было бы спасти. Но он добровольно отказался от борьбы с Междугородной корпорацией и с Электрической компанией; по общему мнению, он потерпел крупное поражение, однако он тут же с истинно наполеоновской быстротой и смелостью обрушился на Клинкнера. Харниш знал, что для Клинкнера это явится полной неожиданностью. Знал он также и то, что Калифорнийско-Алтамонтский трест — фирма весьма солидная, а в настоящее время очутилась в затруднительном положении только потому, что Клинкнер спекулировал ее капиталом. Более того, он знал, что через полгода трест будет крепче прежнего стоять на ногах именно благодаря махинациям Клинкнера, — и если бить по тресту, то бить немедля. Ходили слухи, что Харниш по поводу понесенных им убытков выразился так: «Я не остался в накладе — напротив, я считаю, что сберег не только эту сумму, но гораздо больше. Это просто страховка на будущее. Впредь, я думаю, никто уж, имея дело со мной, не станет жульничать».</p>
      <p>Жестокость, с какой он действовал, объяснялась прежде всего тем, что он презирал своих партнеров по биржевой игре. Он считал, что едва один из сотни может сойти за честного человека и любой честный игрок в этой шулерской игре обречен на проигрыш и рано или поздно потерпит крах. Горький опыт, приобретенный им в Нью-Йорке, открыл ему глаза. Обманчивые покровы были сорваны с мира бизнеса, и этот мир предстал перед ним во всей наготе. О жизни общества, о промышленности и коммерции Харниш рассуждал примерно так: «Организованное общество являет собой не что иное, как грандиозную шулерскую игру. Существует множество наследственных неудачников, мужчин и женщин; они не столь беспомощны, чтобы держать их в приютах для слабоумных, однако способностей у них хватает только на то, чтобы колоть дрова и таскать воду. Затем имеются простаки, которые всерьез принимают организованную шулерскую игру, почитают ее и благоговеют перед ней. Эти люди — легкая добыча для тех, кто не обольщается и трезво смотрит на мир.</p>
      <p>Источник всех богатств — честный труд. Другими словами, все — будь то мешок картофеля, рояль или семиместный туристский автомобиль, — все это плод человеческого труда. Когда труд окончен, предстоит распределение богатств, созданных трудом; тут-то и начинается шулерство. Что-то не видно, чтобы труженики с мозолистыми руками играли на рояле или путешествовали в автомобилях. Причина тому — нечистая игра. Десятки и сотни тысяч мошенников просиживают ночи напролет над планами, как бы втиснуться между рабочими и плодами их труда. Эти мошенники и есть так называемые бизнесмены. Втиснувшись между рабочим и продуктом его труда, они урывают свою долю богатств. Доля эта определяется не справедливостью, а степенью могущества и подлости шулеров. В каждом отдельном случае они выжимают «все, что может выдержать коммерция». Так поступают все участники игры».</p>
      <p>Однажды, находясь в хорошем настроении (под влиянием нескольких коктейлей и обильного обеда), Харниш заговорил с лифтером Джонсом. Это был рослый, худощавый парень, взлохмаченный, свирепого вида, который всеми возможными способами выражал своим пассажирам ненависть и презрение. Это привлекло внимание Харниша, и он не замедлил удовлетворить свое любопытство. Джонс был пролетарий, как он сам заявил не без вызова, и лелеял мечту стать писателем. Но редакции журналов возвращали все его рукописи, и в поисках крова и куска хлеба он перебрался в Петачскую долину, в ста милях от Лос-Анжелоса. План у него был такой: днем работать, а ночью учиться и писать. Но оказалось, что железная дорога выжимает все, что может выдержать коммерция. Петачская долина была довольно глухим местом, которое поставляло только три вида товаров: скот, дрова и древесный уголь. За перевозку скота до Лос-Анжелоса железная дорога взимала восемь долларов с вагона. Джонс объяснил и причину столь низкой оплаты: у скотины есть ноги, и ее можно просто перегнать в Лос-Анжелос за те же восемь долларов. Дрова же перегнать нельзя, и перевозка одного вагона дров по железной дороге стоила ровно двадцать четыре доллара.</p>
      <p>При такой системе на долю дровосека, проработавшего не покладая рук двенадцать часов подряд, за вычетом стоимости перевозки из продажной цены на дрова в Лос-Анжелосе приходился дневной заработок в один доллар и шестьдесят центов. Джонс попытался схитрить: он стал пережигать дрова на уголь. Расчет оказался верен, но и железнодорожная компания не дремала. Она повысила плату за перевозку древесного угля до сорока двух долларов с вагона. По истечении трех месяцев Джонс подвел итог и установил, что по-прежнему зарабатывает один доллар шестьдесят центов в день.</p>
      <p>— Тогда я бросил это занятие, — заключил Джонс. — Целый год бродяжил, а потом рассчитался с железной дорогой. Не стану останавливаться на мелочах, но, в общем, в летнее время я перевалил через Сьерру-Неваду и поднес спичку к деревянным снеговым щитам. Компания отделалась пустяками — каких-нибудь тридцать тысяч убытку. Но за Петачскую долину я с ней сквитался.</p>
      <p>— Послушайте, друг мой, а вы не боитесь сообщать мне про такие дела? — очень серьезно спросил Харниш.</p>
      <p>— Ничуть, — ответил Джонс. — А улики где? Вы скажете, что я вам проболтался об этом, а я скажу, что ничего подобного не говорил. Ни один суд тут ничего сделать не может.</p>
      <p>Харниш, придя в свою контору, задумался. Вот это оно и есть: все, что может выдержать коммерция. Сверху и донизу действует это правило игры; а продолжается игра потому, что каждую минуту на свет появляется дурак. Если бы каждую минуту на свет появлялся такой Джонс, игре скоро пришел бы конец. Везет же игрокам, что рабочие не Джонсы!</p>
      <p>Однако есть и другие, более сложные комбинации в этой игре. Мелкие дельцы, лавочники и прочий торговый люд урывают, что могут, из продуктов труда; но в сущности — через их посредство — рабочих грабят крупные дельцы. Ведь такие люди, как этот Джонс в своей Петачской долине, в конечном счете выколачивают не больше, чем скудное жалованье. Они просто-напросто работают на крупных дельцов. Но над крупными дельцами стоят финансовые магнаты. У тех своя тщательно разработанная система, которую они в больших масштабах применяют для достижения все той же цели — втиснуться между сотнями тысяч рабочих и продуктом их труда. Эти магнаты уже не столько разбойники, сколько игроки. Им мало своей добычи, ради азарта они грабят друг друга. А называют они это «высокой финансовой политикой». Все они в первую очередь заняты тем, что грабят рабочих, но время от времени одна шайка нападает на другую, пытаясь отнять награбленное добро. Вот почему Голдсуорти нагрел его на пятьдесят тысяч долларов, а Даусет, Леттон и Гугенхаммер пытались нагреть на десять миллионов. А когда он сам прижал компанию Панама-Мэйл, он поступил точно так же. Ну что же, заключил он свои размышления, уж лучше грабить грабителей, чем бедных, глупых рабочих.</p>
      <p>Так, не имея ни малейшего понятия о философии, Элам Харниш предвосхитил и присвоил себе право на роль сверхчеловека двадцатого столетия. Он убедился, что за редчайшими исключениями в среде дельцов и финансистов не действует правило «положение обязывает». Как выразился один остроумный оратор на банкете в клубе Алта-Пасифик: «У воров есть благородство, и этим они отличаются от честных людей». Вот то-то и оно. Именно так. Эти новоявленные «сверхчеловеки» — просто банда головорезов, имеющих наглость проповедовать своим жертвам кодекс морали, с которым сами не считаются. Согласно этому кодексу, человеку можно доверять только до тех пор, пока он вынужден держать свое слово. «Не укради» — обязательно только для честных тружеников. Они же, сверхчеловеки, выше всяких заповедей: им можно красть, и чем крупнее кража, тем большим почетом они пользуются среди своих сообщников.</p>
      <p>По мере того как Харниш глубже вникал в игру, картина становилась все отчетливее. Несмотря на то, что каждый грабитель норовит ограбить другого, шайка хорошо организована. Она фактически держит в руках весь политический механизм общества, начиная от кандидата в конгресс какого-нибудь захолустного округа и кончая сенатом Соединенных Штатов. Она издает законы, которые дают ей право на грабеж. Она осуществляет это право при помощи шерифов, федеральной полиции, местных войск, регулярной армии и судебных органов. Все идет как по маслу. Сверхчеловеку некого и нечего опасаться, кроме своего собрата — разбойника. Народ не в счет. Это просто быдло; широкие народные массы состоят из существ низшей породы, которых ничего не стоит обвести вокруг пальца. Грабители дергают за веревочки, а когда ограбление рабочих почему-либо идет недостаточно бойко, они кидаются друг на друга.</p>
      <p>Харниш любил философствовать, но философом не был. За всю свою жизнь он не взял в руки ни одной серьезной книги. Это был прежде всего человек дела, упрямый и настойчивый, книжная премудрость нисколько не привлекала его. В той суровой, первобытной стране, где он жил до сих пор, он не нуждался в книгах для понимания жизни; но и здесь, в новых условиях, жизнь представлялась ему такой же простой и понятной. Он не поддался ее обольщениям и ясно видел, что под внешним лоском она столь же первобытна, как на Юконе. Люди и там и здесь — из одного теста. Те же страсти, те же стремления. Финансовые операции — тот же покер, только в больших масштабах. Игру ведут люди, у которых есть золото, а золото добывают для них рабочие в обмен на продовольствие и снаряжение. Он видел, что игра ведется по извечным правилам, и сам участвовал в ней наряду с другими. Судьбы человечества, безнадежно одурманенного разбойничьей казуистикой, не волновали его: таков естественный порядок вещей. Он знал тщету человеческих усилий. На его глазах товарищи умирали у реки Стюарт. Сотни бывалых золотоискателей ничего не нашли на Бонанзе и Эльдорадо, а пришлые шведы и другие чечако явились на лосиный выгон я наугад застолбили миллионные участки. Такова жизнь, а жизнь — жестокая штука. Люди в цивилизованном мире разбойничают, потому что такими создала их природа. Они грабят так же стихийно, как царапаются кошки, мучает голод, донимает мороз.</p>
      <p>И вот Элам Харниш стал преуспевающим дельцом. Но он не участвовал в обмане рабочих. К этому у него не лежала душа, а кроме того, такая добыча его не прельщала. Рабочие уж больно простодушны. Наживаться на них почти то же, что бить в заповедниках откормленных ручных фазанов: он слышал, что в Англии существует такой вид охоты. А вот подстеречь грабителей и отнять у них награбленное — это настоящий спорт. Тут и риск и азарт, и дело нередко доходит до ожесточеннейших схваток. Как некогда Робин Гуд <a l:href="#n_324" type="note">[324]</a>, Харниш решил грабить богатых и понемногу благодетельствовать бедных. Но благодетельствовал он на свой лад. Страдания миллионов обездоленных не вызывали в нем жалости: что ж, так повелось от века. Благотворительных учреждений и дельцов от филантропии он знать не хотел. Меньше всего он испытывал потребность щедрыми дарами успокоить свою совесть. Ведь он никому не должен. Ни о каком возмещении нанесенного ущерба и речи быть не может. Если он оказывал помощь, то делал это по своей прихоти, из личных побуждений, причем помогал только людям, которых знал. Он никогда не жертвовал на пострадавших от землетрясения в Японии или на летние лагеря для бедняков Нью-Йорка. Зато он обеспечил на год лифтера Джонса, чтобы тот мог написать книгу. Узнав, что у жены официанта в гостинице св. Франциска чахотка, Харниш отправил ее на свой счет в Аризону, а когда оказалось, что спасти ее нельзя, он послал к ней мужа, чтобы тот находился при больной до конца. Как-то он купил набор уздечек из конского волоса у одного арестанта; тот не замедлил оповестить об этом всю тюрьму, и вскоре добрая половина ее обитателей была занята изготовлением уздечек для Харниша. Он беспрекословно скупал их по цене от двадцати до пятидесяти долларов за штуку — они нравились ему: это были красивые и честно сработанные уздечки, и он украсил ими все свободные простенки своей спальни.</p>
      <p>Суровая жизнь на Юконе не ожесточила Элама Харниша. Для этого потребовалось влияние цивилизации. В беспощадной, свирепой игре, которую он вел теперь, он мало-помалу вместе с медлительным говором Запада утрачивал свойственное ему добродушие. Не только речь его стала порывистой и резкой — нрав у него сделался таким же. Перипетии азартной игры оставляли ему все меньше досуга для благодушного веселья. Даже лицо его изменилось, оно стало замкнутым, угрюмым. Все реже приподнимались уголки его губ, в морщинках вокруг глаз все реже таилась улыбка. В черных и блестящих, как у индейца, глазах появилось выражение жестокости, кичливого сознания своей власти. Громадные жизненные силы по-прежнему кипели в нем, перехлестывая через край, но теперь эти силы служили ему для другой цели: он превратился в завоевателя, топчущего своих побежденных врагов. Сражаясь со стихиями, он не знал личной ненависти и злобы; теперь же он воевал против людей; тяжкие лишения, испытанные им на снежной тропе, среди пустынного Юкона, в лютый мороз, несравненно меньше сказались на нем, чем ожесточенная война со своими ближними.</p>
      <p>В нем еще изредка вспыхивала былая беспечность, но вызывал он такие вспышки искусственно, обычно при помощи коктейлей. На Севере он пил много, но сравнительно редко, иногда с большими промежутками; здесь же он приучился пить регулярно, по расписанию. Это не явилось обдуманным решением — такой системы требовал его образ жизни. Коктейли нужны были ему для разрядки. Он не задумывался, не рассуждал, он просто испытывал безотчетную потребность ежедневно прерывать напряжение, которого стоили ему рискованные биржевые комбинации; очень скоро он убедился, что лучшее средство для этого — коктейли: они воздвигали каменную стену между ним и его сознанием. Он никогда не пил ни утром, ни в часы, которые проводил в конторе; но стоило ему выйти оттуда, как он начинал возводить эту стену, чтобы отгородиться ею от повседневных забот и треволнений. О конторе он тут же забывал, ее больше не существовало. После обеда она снова часа на два предъявляла свои права, а затем он снова прятался за стеной опьянения. Разумеется, порядок этот иногда нарушался; Харниш крепко держал себя в руках и никогда не потреблял спиртного, если ему предстояло совещание или банкет в обществе друзей или недругов, где он должен был обсуждать планы новых финансовых вылазок. Но как только кончался деловой разговор, он неизменно заказывал двойной крепости мартини, — причем, во избежание пересудов, коктейль подавали в высоком бокале.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестая</p>
      </title>
      <p>В жизнь Элама Харниша вошла Дид Мэсон. Вошла как-то незаметно, словно невзначай. Он сперва отнесся к ней с полным равнодушием, почти не отличая ее от мебели своего кабинета, от мальчишки-посыльного, от Морисона, состоявшего в должности бухгалтера и доверенного, а также от прочих принадлежностей всякой конторы, где ворочает делами биржевой сверхчеловек. Если бы в первые месяцы ее службы у Харниша его спросили, какого цвета у нее глаза, он не мог бы ответить. Оттого, что ее волосы были не светлые, а каштановые, у него сложилось смутное представление о ней как о брюнетке. Кроме того, ему казалось, что она не худая, хотя, с другой стороны, он был почти уверен, что она не полная. Относительно того, как она одевается, он не имел ни малейшего понятия. Он не был знатоком женских нарядов и ничуть ими не интересовался. Но поскольку он не замечал ничего необычного, он считал, что как-то она, по-видимому, одевается. Для него она была «мисс Мэсон» — и только, хотя он и отдавал себе отчет, что она превосходная стенографистка; однако и это мнение о ней не имело прочного основания, ибо других стенографисток он не знал и ничуть не сомневался, что все они работают отлично.</p>
      <p>Однажды, просматривая письмо, прежде чем подписать его, он наткнулся на слова «о деле». Быстро пробежав глазами страницу, он нашел несколько «про дело». Других «о деле» не было. Это единственное «о деле» сразу привлекло его внимание. Он дважды нажал кнопку звонка, и через минуту в кабинет вошла Дид Мэсон.</p>
      <p>— Разве я так сказал, мисс Мэсон? — спросил он, протягивая письмо и указывая пальцем на криминальные слова.</p>
      <p>Она досадливо поморщилась: оправдываться бесполезно — улика была налицо.</p>
      <p>— Виновата, — сказала она, — я ошиблась. Но только это, в сущности, не ошибка, — торопливо прибавила она.</p>
      <p>— Почему такое? — недовольным тоном возразил Харниш. — По-моему, это неверно.</p>
      <p>Она уже успела дойти до двери. На его слова она обернулась, держа в руках злополучное письмо.</p>
      <p>— А все-таки так правильно.</p>
      <p>— Но тогда «про дело» неправильно.</p>
      <p>— Конечно, — не сморгнув, ответила она. — Поправить?</p>
      <p>— «В понедельник я сам приеду, и мы поговорим о деле», — вслух повторил Харниш; он произнес эти слова раздельно, напряженно вслушиваясь в звук своего голоса, потом покачал головой. — Нет, мисс Мэсон, что-то не то. Нет и нет. Ведь и ко мне никто так не пишет. Все говорят «про дело», даже образованные. Разве нет?</p>
      <p>— Да, — согласилась она и пошла к своей машинке, чтобы внести в письмо исправление.</p>
      <p>Случилось так, что в компании, с которой он завтракал в тот день, оказался молодой англичанин — горный инженер. В другое время Харниш не обратил бы внимания на речь англичанина, но теперь, после спора со своей стенографисткой, он с первых же слов заметил, что тот говорит «о деле»; ни разу в течение завтрака он не сказал «про дело», за это Харниш мог поручиться.</p>
      <p>Встав из-за стола, он отвел в уголок своего приятеля Маккинтоша; Харниш знал, что Маккинтош получил высшее образование, — недаром он когда-то слыл первоклассным футболистом.</p>
      <p>— Послушай, Бэнни, — спросил Харниш, — как надо говорить: «Я сам приеду в понедельник, и мы поговорим про дело» или: «Поговорим о деле»?</p>
      <p>Бывший чемпион футбола наморщил лоб и с минуту мучительно думал.</p>
      <p>— Понятия не имею, — сознался он. — А как я говорю?</p>
      <p>— Конечно, «про дело».</p>
      <p>— Ну, тогда «о деле» правильно. У меня грамматика всегда хромала.</p>
      <p>На обратном пути в контору Харниш зашел в книжную лавку и приобрел учебник по грамматике; он просидел над ним добрый час, задрав ноги на стол и старательно листая страницы.</p>
      <p>— Провалиться мне на этом месте, девчонка-то права! — заключил он наконец.</p>
      <p>И тут он впервые подумал о стенографистке как о живом существе. До сих пор она была в его глазах только особой женского пола и предметом конторской обстановки. Но теперь, когда она доказала, что лучше знает грамматику, нежели дельцы и даже окончившие университет футболисты, она стала для него личностью. Она приковала его внимание к себе с такой же силой, как злосчастное «о деле» в аккуратно отпечатанном письме. Вечером, когда она уходила из конторы, он пригляделся к ней и в первый раз заметил, что она хорошо сложена и одета со вкусом. Он плохо разбирался в дамских туалетах и не мог оценить во всех подробностях красивую блузку и элегантный английский костюм, но ему понравился общий вид — все было на месте, ничего лишнего, ничто не портило впечатления.</p>
      <p>«Да она премиленькая», — решил он про себя, когда за ней захлопнулась входная дверь.</p>
      <p>На другое утро, диктуя стенографистке письма, он заметил, что у нее очень красиво уложены волосы, хотя нипочем не сумел бы описать ее прическу. Просто ему приятно было смотреть на ее головку. Она сидела спиной к окну, и он обратил внимание, что волосы у нее каштановые, с бронзовым отливом. Под бледными лучами солнца, проникавшими в окно, бронзовые искорки поблескивали словно золотые, и это тоже было очень красиво. «Странно, — подумал он, — как я этого раньше не приметил».</p>
      <p>В середине письма ему снова понадобился тот оборот, из-за которого они вчера поспорили. Он вспомнил свое единоборство с учебником и произнес:</p>
      <p>— «О деле, о котором мы с вами говорили, я…» Мисс Мэсон быстро взглянула на него. Она сделала это невольно, не сумев скрыть своего удивления. Уже в следующую секунду она опустила ресницы, готовая продолжать запись. Однако Харниш успел рассмотреть, что глаза у нее серые.</p>
      <p>Впоследствии он узнал, что в этих серых глазах иногда вспыхивают золотистые точечки; но и того, что он сейчас увидел, оказалось достаточно, чтобы повергнуть его в изумление: почему, собственно, он был так твердо уверен, что волосы у нее черные, а глаза карие?</p>
      <p>— А ведь вы были правы, — сказал он, смущенно улыбаясь, что никак не вязалось с резкими, как у индейца, чертами его лица.</p>
      <p>За это чистосердечное признание он был вознагражден еще одним взмахом ресниц и приветливой улыбкой; кстати, он окончательно убедился, что глаза у нее серые.</p>
      <p>— Только мне все-таки кажется, что это неправильно, — пожаловался он.</p>
      <p>Она весело засмеялась.</p>
      <p>— Простите, — спохватилась она, однако не удержалась и тут же добавила: — Но вы такой смешной.</p>
      <p>Харнишу стало немного не по себе, тем более что солнце упорно золотило ее волосы.</p>
      <p>— Я вовсе не шучу, — сказал он.</p>
      <p>— Потому-то и вышло смешно. Но вы не сомневайтесь, это совершенно правильно, в точности по грамматике.</p>
      <p>— Ну что ж, ладно, — вздохнул он. — Значит, так: «О деле, о котором мы с вами говорили… я…» Записали?</p>
      <p>И он продиктовал письмо до конца. Вскоре он обнаружил, что, когда у нее нет работы, на читает книгу или журнал, либо занимается рукоделием.</p>
      <p>Как-то, проходя мимо ее стола, он взял в руки томик стихов Киплинга и с недоумением заглянул в него.</p>
      <p>— Вы любите читать, мисс Мэсон? — спросил он и положил книгу обратно.</p>
      <p>— Люблю, — ответила она. — Очень люблю.</p>
      <p>В другой раз он увидел на ее столе «Колеса счастья» <a l:href="#n_325" type="note">[325]</a> Уэллса.</p>
      <p>— Про что это? — спросил он.</p>
      <p>— Да просто роман, любовная история.</p>
      <p>Она умолкла, но он медлил уходить, и она почувствовала, что неудобно не прибавить еще что-нибудь.</p>
      <p>— Один скромный лондонский клерк во время отпуска отправился путешествовать на велосипеде и влюбился в девушку гораздо выше его по общественному положению. Она дочь известной писательницы и все такое. Это очень увлекательная история и печальная, даже трагическая. Хотите почитать?</p>
      <p>— А он женился на ней? — спросил Харниш.</p>
      <p>— Нет, не женился, в этом все дело. Ведь он…</p>
      <p>— И вы прочли такую толстенную книгу, чтобы узнать, что он на ней не женился? — с недоумением пробормотал Харниш.</p>
      <p>Мисс Мэсон стало смешно, но в то же время слова Харниша задели ее за живое.</p>
      <p>— Но вы же читаете целыми днями биржевые котировки и сообщения о состоянии рынка, — возразила она.</p>
      <p>— Так ведь тут есть польза. Это нужно для дела. Как же можно сравнивать? Мне мое чтение приносит деньги. А что вы находите в ваших книгах?</p>
      <p>— Новые мысли, убеждения, просто жизнь.</p>
      <p>— Гроша ломаного это не стоит.</p>
      <p>— Не всегда можно переводить жизнь на гроши, — ответила она.</p>
      <p>— Ну что ж, — сказал он с чисто мужской снисходительностью, — если вам это нравится, то нечего и спорить. О вкусах вообще спорить не приходится.</p>
      <p>Хоть это и было сказано несколько свысока, тоном превосходства, его кольнула мысль, что мисс Мэсон, по-видимому, очень ученая, и на минуту он почувствовал себя дикарем, лицом к лицу столкнувшимся с явлением недоступной ему, неизмеримо более высокой культуры. В глазах Харниша культура не имела никакой цены, и в то же время ему смутно представлялось, что не так уж она бесполезна, как кажется.</p>
      <p>Однажды он опять увидел на ее столе книгу. Но эта книга была ему знакома, он сразу узнал обложку, — и он прошел мимо, не останавливаясь. Книгу написал один журналист, побывавший на Клондайке, и Харниш знал, что там написано про него и есть его портрет, и еще он знал, что целая глава посвящена трагической смерти одной женщины, поторопившейся уйти из жизни, «потому что время не ждет».</p>
      <p>После этого Харниш больше не говорил с мисс Мэсон о книгах: нетрудно вообразить, какое превратное мнение о нем она составит себе, когда прочтет эту главу. Обиднее всего, что приходится терпеть напраслину. Уж что-что, но чтобы он, Время-не-ждет, прослыл сердцеедом, из-за которого женщины кончают с собой! И надо же случиться такому несчастью, что из тысяч написанных книг именно эта книга попала в руки стенографистке! Целую неделю Харниш испытывал тягостное сознание вины в присутствии мисс Мэсон; и он готов был поклясться, что однажды перехватил пристально устремленный на него взгляд, словно она изучала его, пытаясь понять, что он за человек.</p>
      <p>Он обратился к своему бухгалтеру, в надежде выудить у него какие-нибудь сведения о мисс Мэсон. Но тот сначала дал волю своим оскорбленным чувствам и только после этого сообщил то немногое, что знал о ней.</p>
      <p>— Она родом из округа Сискийу. Конечно, работать вместе с ней хорошо, но очень уж важничает, никого до себя не допускает.</p>
      <p>— Почему вы так думаете? — спросил Харниш.</p>
      <p>— Да потому, что она не желает водить знакомство со своими сослуживцами, считая себя выше их. Ни с кем знаться не хочет. Вот я, например: сколько раз я приглашал ее и в театр, и в парк на аттракционы, или еще куда-нибудь. Ни за что. Говорит, что любит поспать вволю, что должна рано ложиться и до дому далеко — она в Беркли живет.</p>
      <p>До сих пор Харниш слушал Моррисона с большим удовлетворением. Понятно, она не такая, как все, о чем тут говорить. Однако от дальнейших пояснений бухгалтера у него защемило сердце.</p>
      <p>— Но все это отговорки. Просто она дружит со студентами. Она, видите ли, любит поспать и поэтому не может пойти со мной в театр, но танцевать с ними у нее находится время. Я слышал, что она не пропускает ни одной вечеринки в университете. Вообще я нахожу, что для стенографистки она слишком горда и независима. Лошадь верховую держит. По воскресеньям уезжает в горы. Ездит по-мужски, я сам видел. Да, она ни в чем себе не отказывает; и должен сказать — не понимаю, как это у нее получается. На шестьдесят пять долларов в месяц? И еще она содержит больного брата.</p>
      <p>— С родителями живет? — спросил Харниш.</p>
      <p>— Нет, она сирота. Я слышал, что родители были состоятельные люди. Должно быть, это правда, иначе ее брат не мог бы учиться в Калифорнийском университете. У отца было скотоводческое ранчо, но он начал играть на акциях золотопромышленных компаний или что-то в этом роде и разорился. Вскоре после этого он умер, А мать ее давно умерла Содержание брата, вероятно, стоит ей уйму денег. Он когда-то был здоровый, играл в футбол, увлекался охотой, много ездил по горам и тому подобное. Несчастье случилось с ним, когда он объезжал лошадь, а потом он заболел ревматизмом или еще чем-то. Одна нога так и осталась короче другой и сохнет, так что ходит он на костылях. Я их видел как-то раз на переправе. Врачи уже много лет мудрят над ним. Сейчас он, кажется, во Французской больнице лежит.</p>
      <p>Эти отрывочные сведения о мисс Мэсон еще более подогрели интерес к ней Харниша. Но личные отношения с ней, как сильно ни желал этого Харниш, никак не налаживались. Он часто подумывал о том, не пригласить ли ее позавтракать вместе, но против этого восставало прирожденное рыцарство, свойственное пионерам Дикого Запада, и он ни разу не поддался искушению. Честный, уважающий себя человек не должен приглашать в ресторан свою стенографистку. Многие это делали, — он достаточно наслушался сплетен в своем клубе; но к таким людям он относился с презрением, а девушек жалел. Он считал, что мужчина имеет меньше прав на женщину, которая служит у него, чем на просто знакомую или даже незнакомую. Несомненно, не будь мисс Мэсон служащей его конторы, она давно побывала бы с ним в театре или в ресторане. Но поскольку время служащей в рабочие часы принадлежит хозяину, любые притязания на ее свободное время равносильны злоупотреблению властью. Так поступать может только человек грубый, без стыда и совести. Ведь это значит пользоваться тем, что заработок девушки зависит от ее хозяина. Может быть, она принимает приглашения только потому, что боится рассердить его, а вовсе не из симпатии к нему.</p>
      <p>А ему-то уж тем более не пристало навязываться мисс Мэсон, — разве не читала она эту злосчастную книгу о Клондайке? Хорошего она, должно быть, мнения о нем, если даже с таким красивым, воспитанным молодым человеком, как Моррисон, не желает водить знакомство. А помимо всего, ему мешала робость. Только женщин он и боялся в жизни, и всю жизнь боялся их. И даже сейчас, когда впервые в нем зародилась тоска по женской любви, он не сразу победил эту робость. Им все еще владел страх, что женщина подчинит его себе, и он невольно искал предлогов не сближаться с Дид Мэсон.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава седьмая</p>
      </title>
      <p>Судьба явно не благоприятствовала более близкому знакомству Харниша с Дид Мэсон, и интерес, который она возбудила в нем, постепенно угасал. Иначе и быть не могло: он ворочал огромными делами, и биржевая игра, которую он вел со свойственным ему азартом, поглощала без остатка даже его недюжинную энергию. Только этим и были заняты его мысли, и образ миловидной стенографистки мало-помалу, почти незаметно для него самого, стушевался в его сознании. Первые слабые уколы сердечной тоски, толкавшие его к Дид Мэсон, вскоре притупились. Он уже не думал о ней, как о женщине, а только испытывал удовольствие от мысли, что в его конторе такая симпатичная стенографистка.</p>
      <p>Но если у него и оставались какие-то последние проблески надежды относительно Дид Мэсон, они все равно исчезли бы, оттесненные грандиозной ожесточенной войной, которую он объявил Компании берегового пароходства и Гавайско-Никарагуанско-Тихокеанско-Мексиканской пароходной компании. Харниш и сам не ожидал, что заварится такая каша, и даже он потерял душевное равновесие, когда увидел, какие огромные размеры принимает конфликт и какое множество противоречивых интересов переплелось в нем. Вся пресса Сан-Франциско обрушилась на Харниша. Правда, одна-две редакции вначале намекали, что готовы за известную мзду взять его сторону, но он решил, что для таких издержек нет достаточных оснований. До сих пор газеты всегда писали о нем доброжелательно, чуть иронически расписывая его подвиги; теперь он узнал, на какое коварство и наглость способна враждебная пресса. Малейшее событие его жизни извлекалось на свет божий и служило предлогом для злобных вымыслов. Харниш искренне изумлялся той быстроте, с какой все, что он совершил и чего достиг, получило новое толкование. Из героя Аляски он превратился в аляскинского хулигана, враля, головореза — словом, в отъявленного злодея. Мало того, самая оголтелая клевета и ложь так и сыпались на него. Он ни словом не отвечал на эту травлю и только один раз облегчил душу в присутствии нескольких репортеров.</p>
      <p>— Можете писать любую пакость, — сказал он. — Время-не-ждет видел вещи пострашнее, чем грязное вранье ваших газет. И я вас, ребята, не виню… то есть не очень виню. Что же вам остается делать? Жить-то надо. На свете очень много женщин, которые, как вы, продаются ради куска хлеба, потому что ничего другого не умеют. Кто-нибудь должен делать черную работу. Вам за это платят, а искать работу почище — на это У вас пороху не хватает.</p>
      <p>Социалистическая пресса с радостью подхватила эти слова и распространила их по городу, выпустив десятки тысяч листовок. А журналисты, задетые за живое, ответили единственным доступным им способом — не жалея типографской краски, разразились площадной бранью. Травля стала еще ожесточенней. Газеты, обливая Харниша помоями, уже не брезгали ничем. Несчастную женщину, покончившую с собой, вытащили из могилы, и тысячи стоп газетной бумаги изводилось на то, чтобы выставить ее напоказ в качестве мученицы и невинной жертвы зверской свирепости Харниша. Появились солидные, оснащенные статистическими данными статьи, в которых доказывалось, что начало своему богатству он положил ограблением бедных старателей, отнимая у них золотоносные участки, а последним камнем, завершающим здание, явился вероломный обман Гугенхаммеров в сделке с Офиром. В передовицах его клеймили как врага общества, обладающего культурой и манерами троглодита, как виновника финансовых неурядиц, подрывающих промышленное и коммерческое процветание города, как сугубо опасного анархиста; а в одной передовой статье совершенно серьезно говорилось о том, что виселица была бы полезным уроком для Харниша и ему подобных, и в заключение высказывалось горячее пожелание, чтобы его огромный автомобиль разбился вдребезги вместе со своим хозяином.</p>
      <p>Но Харниш, словно могучий медведь, подобравшийся к пчелиному улью, не обращая внимания на укусы, упорно лез за медом. Он стискивал зубы и ожесточенно отбивал нападения. Сначала он сражался только против двух пароходных компаний, но мало-помалу оказался в состоянии войны с целым городом, потом с целым штатом и наконец с побережьем целого континента. Ну что ж, желаете драться — пожалуйста! Ведь он покинул Клондайк именно ради того, чтобы принять участие в такой азартной игре, какой не знали на Юконе. Был у него и союзник — ирландец Ларри Хиган, молодой адвокат, который еще не успел создать себе имя и чье своеобразное дарование никто не сумел оценить, пока Харниш не стал пользоваться его услугами, положив ему очень высокое жалованье и сверх того награждая поистине княжескими подарками. Хиган, унаследовав пылкое воображение и смелость своих кельтских предков, иногда заходил так далеко, что более рассудительному Харнишу приходилось обуздывать его. Этому Наполеону юриспруденции не хватало чувства меры, и тут-то очень пригодился трезвый ум Харниша. Действуя в одиночку, ирландец был обречен на провал, но направляемый Харнишем, он на всех парах шел к богатству и славе. А совесть — и личная и гражданская — обременяла его не более, чем самого Наполеона.</p>
      <p>Именно Хиган вел Харниша по лабиринту современной политической игры, рабочего движения, торгового и промышленного законодательства. Именно Хиган, неистощимый прожектер и выдумщик, открыл Харнишу глаза на баснословные возможности, которые могут быть использованы в войнах двадцатого века; а Харниш, со своей стороны, взвешивая, принимая или отвергая советы Хигана, разрабатывал планы кампаний и давал бой. Побережье Тихого океана от Пьюджет-Саунда до Панамы бурлило и кипело, весь Сан-Франциско жаждал его крови, — казалось, у могущественных пароходных компаний все шансы на победу. Никто не сомневался, что рано или поздно Время-не-ждет будет поставлен на колени. И тут он обрушил удар на пароходства, на Сан-Франциско, на все Тихоокеанское побережье.</p>
      <p>Началось с малого. В Сан-Франциско открылся съезд общества «Христианский опыт»; в пакгаузе члены девятьсот двадцать седьмого отделения Союза рабочих городского транспорта отказались грузить небольшую партию багажа, принадлежавшего делегатам съезда. Кое-кому проломили череп, человек двадцать арестовали, и багаж был доставлен по назначению. Никому и в голову не пришло, что тут действовала ловкая рука Хигана, подкрепленная клондайкским золотом Элама Харниша. Дело выеденного яйца не стоило — так, по крайней мере, казалось. Но в защиту транспортников выступил союз возчиков, а их поддержала вся федерация портовых рабочих. Шаг за шагом ширилась забастовка. Повара и официанты отказались обслуживать возчиков-штрейкбрехеров и хозяев извозных предприятий. Служащие боен и мясники отказались работать на рестораны, владельцы которых были против забастовщиков. Ассоциации предпринимателей объединили свои силы, но им противостоял единый фронт сорока тысяч организованных рабочих Сан-Франциско. Бастовали пекарни ресторанов и возчики, доставляющие хлеб, бастовали молочники и возчики, доставляющие молоко, бастовали рабочие птицеводческих ферм. Союз строителей безоговорочно поддержал бастующих. В Сан-Франциско царил хаос.</p>
      <p>Но пока еще — только в Сан-Франциско. Хиган в совершенстве владел искусством интриги, и кампания, начатая Харнишем, развивалась постепенно. Могущественный Союз моряков Тихоокеанского побережья предложил своим членам покидать суда, на погрузке которых работали штрейкбрехеры. Когда требования, предъявленные союзом, были отклонены, началась всеобщая забастовка моряков. Именно этого Харниш и добивался. Как только судно каботажного плавания бросало якорь, на борт поднимались представители союза и отсылали экипаж на берег. Судно покидали не только матросы, но и кочегары, механики, коки и стюарды. С каждым днем увеличивалось число бездействующих судов. Набрать команды из штрейкбрехеров не удавалось: члены союза были люди закаленные, прошедшие суровую школу морской жизни, и когда они объявляли стачку — горе штрейкбрехерам, которые вздумали бы сорвать ее! Забастовка перекинулась и в другие тихоокеанские порты и вскоре охватила все побережье. Морской транспорт остановился. Шли дни, недели — забастовка продолжалась. Компания берегового пароходства и Гавайско-Никарагуанско-Тихоокеанско-Мексиканская компания были прижаты к стене. Борьба с забастовкой требовала колоссальных издержек, а приток прибылей прекратился; положение с каждым днем ухудшалось, пока хозяева в один голос не возопили: «Мир любой ценой!» Но мир наступил только после того, как Харниш и его помощники, разыграв все свои карты и забрав кон, позволили обитателям изрядной части континента вернуться к своим обычным занятиям.</p>
      <p>Было замечено, что в ближайшие годы кое-кто из рабочих лидеров выстроил себе особнячки и доходные дома или ездил за океан навестить старую родину, а непосредственно после забастовки на политической арене появились новые «темные лошадки», к которым перешло городское самоуправление и казна города. Жители Сан-Франциско даже и не подозревали, в какой огромной мере война Харниша с пароходствами содействовала засилью политиканов в их городе. Но слухи о его деятельности — наполовину сплетни, наполовину догадки — быстро просочились, возбудив против него всеобщую ненависть и злобу. Кстати сказать, он и сам не предвидел, что его набеги на конкурентов возымеют такие последствия.</p>
      <p>Но он добился своей цели. Игра велась азартно, и выигрыш достался ему: он растоптал пароходные компании и вполне легальными приемами беспощадно обчистил держателей акций. Разумеется, помощники Харниша не удовлетворились крупными суммами, которые он выплатил им: они сами позаботились о том, чтобы закрепить за собой преимущества, которые впоследствии дали им возможность грабить городскую казну. Что делать! Когда знаешься с разбойниками — без разбоя не обойтись. Но совесть его была спокойна. Он вспомнил слова, когда-то слышанные им из уст старика проповедника: взявший меч от меча погибнет. Ну что ж, пришлось пойти на риск — и он уцелел. И не только уцелел, но и победил. Это игра, соперничество между сильными противниками. А простаки не в счет. Они всегда остаются в накладе. И всегда так было — как ни мало Харниш знал историю, этот вывод казался ему бесспорным. Сан-Франциско хотел войны — ну, он и получил войну. На то игра. Все крупные дельцы так и поступают, да и похуже вещи делают.</p>
      <p>— Не говорите мне про совесть и гражданский долг, — сказал он в ответ на настойчивые вопросы одного репортера. — Если вы завтра уйдете из своей газеты и начнете работать в другой, вы будете писать то, что вам велят. Сейчас вы распинаетесь насчет совести и гражданского долга; а на новом месте вы будете восхвалять жульническую железнодорожную компанию и, вероятно, тоже взывать к совести и гражданскому долгу. Цена вам — тридцать долларов в неделю. За эту сумму вас можно купить. Но газета ваша стоит подороже. Если ей отвалить, сколько она запросит, завтра же она переметнется и взамен одной подлости будет проповедовать другую. Но она никогда не перестанет взывать к совести и гражданскому долгу.</p>
      <p>И все оттого, что каждую минуту родятся дураки. Их и будут надувать, пока они терпят. А уж пайщики и акционеры лучше помолчали бы! Теперь они хнычут, что понесли убытки. А я что-то не слышал, чтобы они хныкали, когда сами берут кого-нибудь за горло. На этот раз им пришлось раскошелиться, вот и все. Нашли тоже овечек! Да они, милый мой, корку хлеба у голодного украдут, золотые пломбы у покойника изо рта вытащат, а если покойник заартачится, подымут визг, точно их режут. Все они хороши — и крупные воротилы и мелкота. Да вот взять хотя бы Сахарный трест: миллионное дело, а ворует воду у Нью-Йорка, будто мелкий жулик, обвешивает казну на своих фальшивых весах. А вы толкуете про совесть и гражданский долг. Бросьте, дорогой мой!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава восьмая</p>
      </title>
      <p>Приобщение к цивилизации не пошло Харнишу на пользу. Правда, он стал приличнее, одеваться, немного пообтесался, речь его стала правильнее. Он до тонкости постиг самую суть биржевой игры, и никто не умел с большим хладнокровием топтать ногами своих ближних. Кроме того, он привык к жизненным удобствам, а в жестокой и сложной борьбе с равными ему по силе противниками он отточил свой ум до остроты бритвы. Но зато в нем появилась не свойственная ему ранее черствость, от былой отзывчивости не осталось и следа. О духовных благах цивилизации он не знал ничего и даже не подозревал об их существовании. Он превратился в озлобленного, бессердечного циника. Могущество и власть оказали на него свое обычное действие. Крупных эксплуататоров он остерегался, эксплуатируемых простаков презирал и верил только в самого себя. Это привело к непомерному, противоестественному преклонению перед своим «я»; окружающие не вызывали в нем никаких теплых чувств, более того — он их и за людей не считал; ему оставалось одно — воздвигнуть алтарь своей личности и возносить к ней молитвы.</p>
      <p>Харниш изменился не только душой, но и телом; это был уже не тот атлет со стальными мускулами, каким он пришел сюда с Крайнего Севера. Он слишком мало двигался, слишком много ел, а главное — слишком пристрастился к спиртному. Мышцы потеряли упругость, и его портной уже не раз деликатно намекал ему на увеличивающийся объем талии. И в самом деле, Харниш успел отрастить себе изрядное брюшко. Городская жизнь не пощадила и его лица — сухие, резкие черты расплылись, чуть впалые щеки округлились, под глазами наметились мешки; шея потолстела, и уже ясно обозначались первые складки будущего двойного подбородка. Исчез прежний аскетический облик, приобретенный в изнурительном труде и нечеловеческих лишениях; он погрубел, обрюзг. Все в нем выдавало человека невоздержанной жизни, себялюбивого и черствого.</p>
      <p>И люди, с которыми он теперь общался, были уже сортом пониже. Игру он вел в одиночку, партнеров своих презирал почти поголовно, либо не понимая их, либо не питая к ним симпатии и, уж конечно, нисколько не завися от них; поэтому он не искал общества людей, с которыми мог бы встречаться хотя бы в клубе Алта-Пасифик. К тому же в разгар войны с пароходными компаниями, когда дерзновенные набеги Харниша причиняли неисчислимый ущерб всем дельцам, ему было предложено выйти из членов клуба. Харниша это нисколько не огорчило, даже наоборот, и он с охотой перекочевал в клуб Риверсайд, учрежденный политическими боссами Сан-Франциско и фактически принадлежащий им. Он признавался себе, что эти люди ему больше по душе: они проще, бесхитростнее и по крайней мере не важничают. Это откровенные разбойники, они, не таясь, хватают что можно; правда, они неотесанные, у них нет внешнего лоска, зато они не лгут, прикрываясь маской елейной учтивости. К примеру, старшины клуба Алта-Пасифик просили не разглашать исключение его из числа членов, сами тотчас же уведомили газеты. Те, разумеется, на все лады раздували эту сенсацию, но Харниш только посмеивался про себя, однако затаил злобу на кое-кого из членов клуба, и им предстояло в недалеком будущем испытать на своей шкуре, что значит попасть в грозные лапы клондайкского миллионера.</p>
      <p>Ураганный огонь, который газеты дружно вели по Харнишу, длился несколько месяцев и живого места на нем не оставил. Послушать репортеров, так вся его прошлая жизнь была сплошной цепью злодейств и смертных грехов. Это превращение у всех на глазах в чудовище беззакония и зла лишало Харниша всякой возможности сблизиться с Дид Мэсон, если бы даже он еще лелеял такую надежду; он был убежден, что она и глядеть на него не захочет, и, повысив ей оклад до семидесяти пяти долларов в месяц, он постарался как можно скорее забыть ее. О прибавке жалованья он сообщил ей через Моррисона. Она поблагодарила Харниша, и на том все кончилось.</p>
      <p>Как-то в субботу, чувствуя себя утомленным и подавленным, он подумал, что хорошо бы вырваться из города, и он уступил внезапному побуждению, не подозревая, какое большое влияние эта прогулка окажет на всю его жизнь. Не желая сознаться самому себе, что его просто потянуло на свежий воздух и невмоготу сидеть в четырех стенах, он придумал предлог для своей поездки в Глен Эллен: нужно посмотреть, что делается на кирпичном заводе, который ему подсунул Голдсуорти.</p>
      <p>Переночевав в маленькой гостинице, он в воскресенье утром взял верховую лошадь у местного мясника и выехал из деревни. До завода было недалеко — он находился в низине, на берегу ручья Сонома. Впереди, между деревьев, уже показались печи для обжига кирпича, когда Харниш, глянув налево, увидел в полумиле от дороги поросшую лесом гору Сонома и лесистые холмы на ее отлогих склонах. Деревья на холмах, казалось, призывно кивали ему. От теплого летнего воздуха, пронизанного солнцем, кружилась голова. Харниш, сам не замечая этого, с жадностью вдыхал его. На завод ехать не хотелось; он был сыт по горло всем, что имело отношение к делам, а зеленые холмы манили к себе. Под ним конь — добрый конь, это сразу чувствуется — не хуже индейских лошадок, на которых он скакал мальчишкой в Восточном Орегоне. В те времена он недурно ездил верхом, и сейчас лязг лошадиных зубов о мундштук и скрип кожаного седла приятно отдавались у него в ушах.</p>
      <p>Решив сначала покататься для своего удовольствия, а на завод заехать потом, он поднялся немного вверх по склону и огляделся, ища, как бы добраться прямиком до горы Сонома. Свернув с шоссе в первые встретившиеся ворота, он поскакал по проселку между двух изгородей. На лугах, тянувшихся справа и слева от дороги, высоко стояли кормовые травы, и Харниш с восторгом вдыхал их теплое благоухание. Впереди то и дело взлетали жаворонки, и повсюду звучали птичьи голоса. Приглядевшись к дороге, Харниш решил, что по ней когда-то возили глину на ныне бездействующий кирпичный завод. Значит, он не зря катается, а занимается делом. Успокоив этой мыслью свою совесть, он поехал дальше, до глинища — огромной плеши среди зелени. Но он не стал задерживаться там, а свернул с дороги налево. Кругом было пустынно, нигде не виднелось человеческого жилья; после тесноты многолюдного города Харниша радовали простор и тишина. Теперь он ехал редким лесом, пересекая пестревшие цветами поляны. Заметив родничок, он спешился, лег на землю и напился свежей, прозрачной воды; потом он посмотрел вокруг и с изумлением увидел внезапно открывшуюся ему красоту мира. Он вдруг понял, что до сих пор не замечал ее или успел забыть. Когда ворочаешь миллионными делами, уже не помнишь, что в жизни есть и кое-что другое. В этом живописном уголке леса, вдыхая лесные запахи, слушая далекое пение жаворонков, он чувствовал себя точно игрок, который, просидев за покером всю ночь напролет, вышел из прокуренной комнаты на свежий утренний воздух.</p>
      <p>У подножия холмов Харниш наткнулся на ветхий забор и подумал, что его ставил, вероятно, лет сорок тому назад кто-нибудь из первых поселенцев, занявший этот участок после того, как кончилась золотая лихорадка. Лес здесь был очень густой, но почти без подлеска, и лошадь Харниша свободно пробиралась между деревьями, под зеленым сводом ветвей, заслонявших голубое небо. Он очутился в глухой лесной чаще, простиравшейся на несколько акров; вперемежку с дубом, мансанитой и земляничными деревьями здесь росли исполинские секвойи. У крутого пригорка была целая роща этих великанов, которые, словно сговорившись, обступили крохотный бурливый ключ.</p>
      <p>Харниш осадил лошадь — у самого ключа он увидел дикую калифорнийскую лилию; она росла под сенью величавых деревьев, точно под куполом собора. Лилия была красоты необыкновенной: прямой и стройный стебель подымался футов на восемь; на две трети своего роста он оставался зеленым и голым и вдруг рассыпался дождем белоснежных, будто восковых, колокольцев. Их были сотни на одном стебле, нежных и хрупких. Харниш с изумлением разглядывал цветок, никогда еще не видел он ничего подобного. Потом он медленно посмотрел вокруг и обнажил голову. Странное чувство — что-то похожее на благоговение — шевельнулось в нем. Да, здесь другое, здесь нет места кощунству и злу. Здесь чисто, свежо, красиво — это можно чтить. Как в церкви. Кругом торжественная тишина. Здесь человек может думать о возвышенном и благородном. Все это и еще многое ожило в сердце Харниша, пока он оглядывался вокруг. Он безотчетно, ни о чем не думая, отдавался охватившему его чувству.</p>
      <p>На крутом склоне, над самым ключом, росли низенькие венерины волосы, а выше — папоротники покрупнее, с большими листьями. То тут, то там виднелись обросшие мхом стволы поваленных деревьев, ушедшие глубоко в землю и почти слившиеся с лесной почвой. Впереди, там, где деревья стояли чуть реже, со старых корявых дубов свисала буйная поросль дикого винограда и жимолости. Серая белочка вылезла на сучок и внимательно посмотрела на Харниша. Откуда-то издалека доносился стук дятла; но этот глухой стук не нарушал уединения. Тихие лесные звуки только усугубляли мир и тишину. Едва слышное журчание ключа и прыжки серой белочки еще сильнее подчеркивали молчание и безмятежный покой лесной чащи.</p>
      <p>— Такая глушь, что, кажется, миллион миль скачи — никуда не доскачешь, — прошептал про себя Харниш.</p>
      <p>Но взоры его неизменно обращались к красавице лилии у журчащего ключа.</p>
      <p>Он стреножил лошадь и пошел побродить по холмам. На вершинах стояли вековые пихты, а на склонах росли дуб, земляничник и остролист. Между холмами вилось узкое глубокое ущелье, — тут было царство секвойи. Лошадь не прошла бы здесь, и Харниш вернулся к дикой лилии. Взяв лошадь под уздцы, он повел ее вверх по крутому склону, то и дело скользя и спотыкаясь. Под ногами у него все так же расстилался ковер из папоротника, все так же вместе с ним поднимался в гору лес, смыкая ветви над его головой, и все так же чистая радость вливалась ему в душу.</p>
      <p>Добравшись до гребня, он очутился в густой чаще молодых земляничных деревьев с бархатными стволами, а за ней открылся спуск в узенькую лощину. В первое мгновение солнце ослепило его, и он остановился передохнуть. Вот уж не думал он, что от крутого подъема в гору можно так запыхаться и так быстро устать. На дне узкой лощины, по узкой лужайке, где в высокой траве мелькали голубые и белые немофилы, протекал узкий ручеек. Склон холма покрывали дикие гиацинты и марипозы, и лошадь медленно и осторожно, словно нехотя, ступала по яркому цветочному ковру.</p>
      <p>Харниш пересек ручей и поехал по тропе, протоптанной скотом; миновав небольшой каменистый пригорок и рощу мансаниты, увитой диким виноградом, он увидел еще одну узкую лощинку, по которой тоже струился ручеек, окаймленный зелеными лужайками. Из-за куста, под самой мордой лошади, выскочил заяц, перемахнул через ручей и исчез среди дубов на противоположном склоне. Харниш с восхищением поглядел ему вслед и поехал дальше, до конца лужайки. Антилопа-вилорог кинулась прочь от него, одним прыжком перелетела лужайку, почти не касаясь земли, перескочила через ограду и скрылась в спасительной лесной чаще.</p>
      <p>Огромная радость охватила Харниша. Ему казалось, что никогда еще он не был так счастлив. Память о проведенном в лесах детстве ожила в нем, и он с жадным вниманием приглядывался ко всему, все занимало его: мох на стволах и ветвях деревьев; кусты омелы, присосавшиеся к дубам; гнездо лесной крысы; трава жеруха, притаившаяся в заводях ручья; бабочка, пересекающая полосы света и тени; сойки, сверкающие ярко-синим оперением на просеках; крапивники и другие крохотные пичужки, прыгающие среди кустов с тоненьким писком, словно подражая крику перепелки, и дятел с алым хохолком, который перестал стучать и, склонив голову набок, уставился на него. По ту сторону ручья он набрел на заросшую проселочную дорогу; вероятно, ею пользовались лет тридцать назад, когда сводили с поляны дубы. На самой верхушке расколотой молнией секвойи в два обхвата он заметил ястребиное гнездо. А потом, к великой радости Харниша, лошадь вспугнула несколько выводков птенцов, и воздух мгновенно наполнился прерывистым шумом крыльев, Харниш придержал лошадь и, любуясь исчезающими на его глазах пташками, прислушивался к тревожному зову взрослых перепелов, прячущихся за деревьями.</p>
      <p>— Это тебе не вилла в Мэнло-Парке, — произнес он вслух. — Если когда-нибудь меня потянет в деревню, здесь буду жить, и больше нигде.</p>
      <p>Заброшенный проселок вывел его на прогалину, где на десятке акров красной земли раскинулся виноградник. За ним опять обозначилась коровья тропа, потом лес пошел гуще, и, наконец, спустившись по косогору, Харниш выехал на открытое место. Высоко над долиной Сонома на лесистом обрыве стояла ферма. Домик со всеми надворными строениями гнездился в углублении горы, которая защищала его с севера и запада. Харниш, увидев небольшой огород, подумал, что, вероятно, из-за эрозии почвы здесь образовалась ровная полоса земли. Земля была черная, жирная и, видимо, хорошо орошалась: из нескольких открытых кранов обильно текла вода.</p>
      <p>О кирпичном заводе Харниш и думать забыл. На ферме никого не было, но он все же спешился, обошел огород, лакомясь клубникой и зеленым горошком, осмотрел ветхий глинобитный сарай, заржавленный плуг и борону, потом свернул самокрутку и, покуривая, стал смотреть на выводки цыплят, суетившихся вокруг клушек. Его соблазнила тропинка, ведущая вниз с обрыва, и он пошел по ней. Рядом с тропинкой была проложена водопроводная труба, кое-где скрытая под землей, и он решил, что тропинка приведет к истокам ручья. Почти отвесный склон каньона достигал ста футов в высоту, и мощные, не тронутые топором деревья отбрасывали такую густую тень, что Харниш все время шел в полумраке. Он на глаз прикидывал толщину стволов: здесь росли пихты пяти и шести футов в диаметре, а секвойи попадались и еще более мощные. Одна секвойя была никак не меньше десяти или даже одиннадцати футов в поперечнике. Тропинка привела Харниша прямо к маленькой плотине, — отсюда в трубу и набиралась вода, которой поливали огород. На берегу ручья росли ольха и лавр, а папоротник стоял так высоко, что закрывал Харниша с головой. Повсюду расстилался бархатный мох, и из него выглядывали венерины волосы и низенькие папоротники с золотистыми спинками листьев.</p>
      <p>Не будь плотины, Харниш подумал бы, что он очутился в девственном лесу. Топор не вторгался сюда, и деревья умирали только от старости или не выдержав натиска зимних бурь. Огромные поверженные стволы, обросшие мхом, медленно истлевали, растворяясь в почве, когда-то породившей их. Многие так долго пролежали здесь, что от них уже ничего не оставалось, кроме едва приметных очертаний вровень с землей. Некоторые деревья упали поперек ручья, и из-под одного исполинского ствола десяток молодых деревцев, сломанных и придавленных его тяжестью, продолжал расти, лежа на земле, погрузив корни в воду и простирая ветви к живительному солнцу, проникавшему к ним сквозь просветы в зеленой кровле.</p>
      <p>Вернувшись на ферму, Харниш сел в седло и поехал дальше, выбирая все более глубокие ущелья и все более крутые склоны. Раз уж он устроил себе такой праздник, он не успокоится, пока не взберется на вершину горы Сонома. И три часа спустя он достиг ее, усталый, потный, в изорванном костюме и с ссадинами на лице и руках; но глаза его сверкали необычным для него в последние годы задором и весельем. Он чувствовал себя, как школьник, сбежавший с уроков. Сан-Франциско, рискованная биржевая игра отодвинулись куда-то далеко-далеко. Но дело было не только в озорстве школьника, доставившего себе запретную радость, — ему казалось, что он принимает что-то вроде очистительной ванны, что он смывает с себя всю грязь, всю подлость и злобу, которой запятнал себя в смердящем болоте городской жизни. Он не раздумывал над этим, не пытался разобраться в своих ощущениях, он только чувствовал себя внутренне чистым и облагороженным. Если бы его спросили, что он испытывает, он, вероятно, ответил бы, что ему здесь очень нравится. Он и сам в простоте своей не понимал, какую власть над ним имеет природа, как, проникая во все его существо, она освобождает и тело и ум от городской гнили, — не понимал, что эта власть так велика потому, что много поколений его предков жили в первозданных дремучих лесах, да и сам он успел приобрести только слабый налет городской цивилизации.</p>
      <p>На горе Сонома не оказалось человеческого жилья, и когда Харниш осадил коня у южного края вершины, он был совсем один под ярко-синим калифорнийским небом. Перед ним, уходя из-под его ног на юг и на запад, расстилались луга, прорезанные лесистыми ущельями; складка за складкой, уступ за уступом зеленый ковер спускался все ниже до Петалумской долины, плоской, как бильярд, где, словно на разлинованном чертеже, четко выделялись правильные квадраты и полосы жирной, возделанной земли. Дальше к западу гряда за грядой высились горы, и лиловатый туман клубился в долинах, а еще дальше, по ту сторону последней гряды, Харниш увидел серебристый блеск океана. Повернув лошадь, он обвел взглядом запад и север от Санта-Росы до горы св. Елены, посмотрел на восток, где за долиной Сонома поросший карликовым дубом горный хребет заслонял вид на долину Напа. На восточном склоне, замыкающем долину Сонома, на одной линии с деревушкой Глен Эллен, он приметил безлесное место. Сперва он подумал: уж не отвалы ли это у входа в шахту? Но тут же вспомнил, что здесь не золотоносный край. Поворачивая лошадь по кругу, он увидел далеко на юго-востоке, по ту сторону бухты Сан-Пабло, ясно очерченную двойную вершину Чертовой горы. Южнее высилась гора Тамалпайс, а дальше, нет, он не ошибся, — в пятидесяти милях отсюда, там, где океанские ветры свободно входили в Золотые ворота, низко над горизонтом стлался дым Сан-Франциско.</p>
      <p>— Давненько не видал я такого простора, — вслух подумал он.</p>
      <p>Ему не хотелось покидать свой наблюдательный пост, и только час спустя он наконец оторвался от открывшейся ему картины и начал спускаться с горы. Нарочно выбрав другую дорогу для спуска, он только к исходу дня снова очутился у лесистых холмов. На вершине одного из них его зоркие глаза вдруг заметили темное пятно: такого оттенка зеленого цвета он сегодня еще не видел. Вглядевшись, он пришел к выводу, что это три кипариса; но кипарисы здесь не росли, значит, эти три дерева были кем-то посажены. Движимый чисто мальчишеским любопытством, он решил разузнать, откуда они взялись. Склон оказался таким крутым и так густо зарос лесом, что Харнишу пришлось спешиться, а там, где подлесок был почти непроходим, ползти на четвереньках. Кипарисы вдруг неожиданно встали перед ним. Они были с четырех сторон обнесены оградой; Харниш сразу заметил, что колья обтесаны и заострены вручную. Под кипарисами виднелись две детские могилки. Надписи на деревянных дощечках, тоже оструганных вручную, гласили: «Малютка Дэвид, родился в 1855, умер в 1859; малютка Лили, родилась в 1853, умерла в 1860».</p>
      <p>— Бедные детишки, — прошептал Харниш.</p>
      <p>За могилками явно кто-то ухаживал. На холмиках лежали полузавядшие пучки полевых цветов, буквы на дощечках были свежевыкрашены. Харниш обошел вокруг ограды и нашел тропинку, ведущую вниз по противоположному склону. Спустившись, он разыскал свою лошадь и верхом подъехал к фермерскому дому. Из трубы поднимался дым, и Харниш быстро разговорился с худощавым, несколько суетливым молодым человеком, оказавшимся не владельцем, а только арендатором фермы. Велик ли участок? Около ста восьмидесяти акров. Это только так кажется, что он больше, потому что неправильной формы. Да, он включает и глинище и все холмы, а вдоль каньона граница тянется на милю с лишним.</p>
      <p>— Видите ли, — сказал молодой человек, — местность очень гористая и неровная, так что первые фермеры, которые обосновались здесь, скупали хорошую землю, где только могли. Вот почему границы участка сильно изрезаны.</p>
      <p>Да, конечно, они с женой сводят концы с концами, не слишком надрываясь на работе. За аренду они платят немного. Владелец участка. Хиллард, живет на доходы с глины. Он человек состоятельный, у него фермы и виноградники там, в долине. Кирпичный завод оплачивает глину из расчета десяти центов за кубический ярд. Земля хороша только местами — там, где она расчищена, вот, например, огород или виноградник; но почти повсюду местность уж очень неровная.</p>
      <p>— Вы, должно быть, не фермер, — сказал Харниш. Молодой человек засмеялся и покачал головой.</p>
      <p>— Нет, конечно. Я телеграфист. Но мы с женой решили года два передохнуть… и вот почему мы здесь. Время наше почти истекло. Осенью соберу виноград и опять пойду служить на телеграф.</p>
      <p>Да, под виноградником акров одиннадцать — все винные сорта. Цена на виноград обычно довольно высокая. Почти все, что они едят, он сам выращивает. Если бы земля принадлежала ему, он расчистил бы местечко на склоне горы над виноградником и развел бы там плодовый сад, почва подходящая. Лугов много по всему участку, и акров пятнадцать наберется, с которых он снимает превосходное, нежное сено. За каждую тонну он выручает на три, а то и на пять долларов больше, чем за обыкновенное грубое сено, снятое в долине.</p>
      <p>Харниш слушал с интересом и вдруг почувствовал зависть к этому молодому человеку, постоянно живущему здесь, среди всех красот, которыми Харниш только любовался в течение нескольких часов.</p>
      <p>— Чего ради вы хотите возвращаться на телеграф? — спросил он.</p>
      <p>Молодой человек улыбнулся не без грусти.</p>
      <p>— Здесь мы ничего не добьемся. И (он на секунду замялся)… нам предстоят лишние расходы. За аренду хоть и немного, а платить нужно. И сил у меня не хватает, чтобы по-настоящему хозяйничать. Будь это моя собственная земля или будь я такой здоровяк, как вы, я ничего лучшего не желал бы. И жена тоже… — Он снова грустно улыбнулся. — Понимаете, мы оба родились в деревне, и, проторчав несколько лет в городах, мы решили, что в деревне лучше. Мы надеемся кое-что скопить и когда-нибудь купим себе клочок земли и уж там осядем.</p>
      <p>Детские могилки? Да, это он подкрасил буквы и выполол сорняк. Такой уж установился обычай. Все, кто ни живет здесь, это делают. Говорят, что много лет подряд родители каждое лето приезжали на могилы, а потом ездить перестали; и старик Хиллард завел этот обычай. Разрез на склоне горы? Да, здесь была шахта. Но золота находили ничтожно мало. Старатели все снова и снова начинали разработку, в течение многих лет, потому что разведка дала, хорошие результаты. Но это было очень давно. Здесь за все время ни одного рентабельного месторождения не открылось, хотя ям нарыли видимо-невидимо, а тридцать лет назад даже началось что-то вроде золотой горячки.</p>
      <p>На пороге дома появилась худенькая молодая женщина и позвала мужа ужинать. Взглянув на нее, Харниш подумал, что городская жизнь не годится для нее; потом он заметил нежный румянец на слегка загорелом лице и решил, что жить ей нужно в деревне. От приглашения к ужину он отказался и поехал в Глен Эллен, небрежно развалившись в седле и мурлыча себе под нос забытые песни. Он спустился по неровной, извилистой дороге, которая вела через луговины, дубовые рощи, густую чащу мансанитовых кустов, пересеченную просеками. Харниш жадно вслушивался в крик перепелок, и один раз он засмеялся громко и весело, когда крохотный бурундук, сердито вереща, полез вверх по низенькой насыпи, но не удержался и упал вниз, потом кинулся через дорогу чуть ли не под копытами лошади и, не переставая верещать, вскарабкался на высокий дуб.</p>
      <p>В тот день Харниш упорно не желал держаться проторенных дорог; взяв прямиком на Глен Эллен, он наткнулся на ущелье, которое так основательно преградило ему путь, что он рад был смиренно воспользоваться коровьей тропой. Тропа привела его к бревенчатой хижине. Двери и окна были раскрыты настежь, на пороге, окруженная котятами, лежала кошка, но дом казался пустым. Харниш поехал по дорожке, видимо, ведущей к ущелью. На половине спуска он увидел человеческую фигуру, освещенную лучами заката: навстречу ему шел старик с ведерком, полным пенящегося молока. Он был без шляпы, и на его румяном лице, обрамленном белоснежными волосами и такой же белоснежной бородой, лежал мирный отблеск уходящего летнего дня. Харниш подумал, что в жизни своей не видел человеческого лица, которое дышало бы таким безмятежным покоем.</p>
      <p>— Сколько тебе лет, дедушка? — спросил он.</p>
      <p>— Восемьдесят четыре, — ответил старик. — Да, сударь мой, восемьдесят четыре, а еще покрепче других буду.</p>
      <p>— Значит, хорошо заботишься о своем здоровье, — предположил Харниш.</p>
      <p>— Это как сказать. Никогда не сидел сложа руки. В пятьдесят первом перебрался сюда с Востока на паре волов. Воевал по дороге с индейцами. А я уже был отцом семерых детей. Мне тогда было столько лет, сколько тебе сейчас, или около того.</p>
      <p>— А тебе здесь не скучно одному?</p>
      <p>Старик перехватил ведерко другой рукой и задумался.</p>
      <p>— Как когда, — ответил он с расстановкой. — Думается, я только один раз заскучал, когда старуха моя померла. Есть люди, которым скучно и одиноко там, где много народу. Вот и я такой. Я скучаю только, когда бываю в Сан-Франциско. Но теперь я туда больше не езжу — спасибо, хватит с меня. Мне и здесь хорошо. Я в этой долине живу с пятьдесят четвертого года — одним из первых поселился здесь после испанцев.</p>
      <p>Харниш тронул лошадь и сказал на прощание:</p>
      <p>— Спокойной ночи, дедушка. Держись. Ты переплюнул всех молодых, а скольких ты пережил — и не сосчитать.</p>
      <p>Старик усмехнулся, а Харниш поехал дальше; на душе у него было удивительно спокойно, он был доволен и собой и всем миром. Казалось, радостное удовлетворение, которое он когда-то испытывал на снежной тропе и стоянках Юкона, снова вернулось к нему. Перед ним неотступно стоял образ старика пионера, поднимающегося по тропинке в лучах заката. Подумать только! Восемьдесят четыре года — и какой молодец! У Харниша мелькнула мысль: не последовать ли примеру старика? Но тут же он вспомнил о своей игре в Сан-Франциско и запретил себе думать об этом.</p>
      <p>— Все равно, — решил он, — к старости, когда я выйду из игры, поселюсь в какой-нибудь глуши, вроде этой, и пошлю город ко всем чертям.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава девятая</p>
      </title>
      <p>В понедельник Харниш не вернулся в город; вместо этого он еще на один день взял у мясника лошадь и пересек долину, чтобы обследовать брошенную шахту. Здесь местность была суше и каменистей, чем там, где он побывал накануне, а все склоны так густо поросли карликовым дубом, что проехать верхом оказалось невозможно. Но в каньонах было много воды и росли великолепные деревья. Шахта явно была брошена владельцами, и все же он потратил добрых полчаса, чтобы облазить ее со всех сторон. До того, как он отправился на Аляску, ему приходилось разрабатывать залежи кварца, и он радовался тому, что не забыл этой науки. Для него история старой шахты была ясна как на ладони: разведка указала место на склоне горы, где предполагали месторождение золота; прорубили штольню; но месяца через три деньги кончились, старатели ушли искать заработков; потом вернулись, опять принялись за поиски, — золото все манило их, уходя дальше и дальше вглубь; так продолжалось несколько лет, и наконец потеряв надежду, старатели покинули разработку. Их, наверное, давно нет в живых, подумал Харниш, поворачиваясь в седле, чтобы еще раз взглянуть на груды отвалов и темный вход в шахту по ту сторону ущелья.</p>
      <p>Как и накануне, он блуждал по лесу без всякой цели, гнал лошадь по коровьим тропам, взбирался на горные вершины. Наткнувшись на поднимающийся в гору проселок, он проехал по нему несколько миль и очутился в узкой, окруженной горами долине, на крутых склонах были разбиты виноградники, видимо, принадлежащие десятку бедных фермеров. За виноградниками дорога круто подымалась вверх. Густой чапарраль покрывал склоны, а в каждом ущелье росли гигантские пихты, дикий овес и цветы.</p>
      <p>Через полчаса он выехал на открытое место, почти у самой вершины. Там и сям, видимо, в зависимости от крутизны и плодородия почвы, раскинулись виноградники. Харниш понял, что здесь шла ожесточенная борьба с природой; судя по многим признакам, перевес был на ее стороне; Харниш отметил и чапарраль, захватывающий расчищенные места, и засохшие, неподрезанные лозы, и невыполотый сорняк, и ветхие изгороди, тщетно пытающиеся устоять. Дорога, по которой ехал Харниш, вскоре уперлась в фермерский домик, окруженный надворными строениями. За домом тянулись непроходимые заросли.</p>
      <p>Увидев во дворе старуху, раскидывающую навоз, Харниш осадил лошадь у забора.</p>
      <p>— Добрый день, бабка, — сказал он. — Что же ты сама надрываешься? Или мужчин в доме нет?</p>
      <p>Старуха выпрямилась, подтянула юбку и, опираясь на вилы, приветливо посмотрела на Харниша. Он увидел ее руки — по-мужски натруженные, узловатые, загорелые, с широкими суставами; обута она была в грубые мужские башмаки на босу ногу.</p>
      <p>— Нету мужчин, — ответила старуха. — Как это ты сюда забрался? Откуда тебя бог принес? Может, зайдешь, стаканчик вина выпьешь?</p>
      <p>Она повела его в просторный сарай, шагая тяжело, но уверенно и твердо, как шагают мужчины, работающие на земле. Харниш разглядел ручной давильный пресс и прочие нехитрые принадлежности виноделия. Старуха объяснила, что везти виноград на заводы, расположенные в долине, слишком далеко, да и дорога плохая. Вот им и приходится самим делать вино. «Им» — это значило самой старухе и ее дочери, сорокалетней вдове. Когда внучек был еще дома, жилось много легче. Но он умер, — уехал на Филиппины <a l:href="#n_326" type="note">[326]</a> воевать с дикарями и погиб там в бою.</p>
      <p>Харниш выпил полный стакан превосходного рислинга, поговорил немного со старухой и попросил еще стакан. Да, живется трудно, можно сказать, впроголодь. Земля здесь казенная; они с мужем взяли ее в пятьдесят седьмом, расчистили, обрабатывали вдвоем до самой его смерти. А потом она работала одна. Труда много, а толку мало. Но что будешь делать? Винный трест сбивает иены. Куда идет рислинг? Она сдает его на железную дорогу в долине, по двадцать два цента за галлон. А везти-то как далеко! Туда и обратно — целый день уходит. Вот нынче дочь поехала.</p>
      <p>Харниш знал, что в ресторанах за рислинг похуже этого дерут по полтора-два доллара за кварту; а старухе платят двадцать два цента за галлон. В этом и состоит игра. Старуха принадлежит к разряду глупых, обездоленных, как до нее принадлежали ее отцы и деды; это они трудятся, они гонят воловьи упряжки через прерии, расчищают земли, поднимают целину, работают день-деньской не покладая рук, платят налоги, провожают своих сыновей и внуков на войну — умирать за отечество, которое так трогательно заботится о них, что им предоставляется право сбывать свое вино по двадцать два цента за галлон. А это же вино подают ему в гостинице св. Франциска по два доллара за кварту — то есть восемь долларов за галлон. Вот то-то оно и есть.</p>
      <p>Между ценой на вино, которое делает эта старуха в горах, возясь со своим ручным прессом, и ценой, которую он платит за вино в гостинице, — разница в семь долларов и семьдесят восемь центов. Эта разница приходится на долю лощеных городских бандитов, затесавшихся между ним и старухой. А есть еще целая орда грабителей, и каждый старается урвать себе кусок пожирнее. Называется это — железнодорожный транспорт, финансовая политика, банковское дело, оптовая торговля, недвижимость, и прочее, и прочее. Но, как ни называй, орда свое получает, а старухе достаются объедки — двадцать два цента. «Ну что ж, — со вздохом подумал Харниш, — дураки родятся каждую минуту, и некого тут винить: игра есть игра, не могут же все выигрывать, но только дуракам от этого не легче».</p>
      <p>— Сколько же тебе лет, бабка? — спросил он.</p>
      <p>— Да в январе семьдесят девять сравняется.</p>
      <p>— Небось, всю жизнь работала?</p>
      <p>— С семи лет. Жила в людях, в штате Мичиган, пока не выросла. Потом вышла замуж. И работы все прибавлялось и прибавлялось.</p>
      <p>— А когда же отдыхать будешь?</p>
      <p>Старуха посмотрела на него, но ничего не ответила, решив, очевидно, что это просто шутка.</p>
      <p>— В бога веруешь?</p>
      <p>Она утвердительно кивнула.</p>
      <p>— Тогда все тебе воздастся, — сказал он; но в глубине души он не возлагал больших надежд на бога, который допускает, чтобы каждую минуту рождались дураки, и терпит шулерскую игру, затеянную для их ограбления — от колыбели до могилы.</p>
      <p>— Много у тебя этого рислинга?</p>
      <p>Старуха глазами пересчитала бочонки с вином:</p>
      <p>— Чуть поменьше восьмисот галлонов.</p>
      <p>Харниш подумал, что такую партию ему девать некуда. А может быть, удастся сбыть кому-нибудь?</p>
      <p>— Что бы ты сделала, ежели бы я взял у тебя все по доллару за галлон?</p>
      <p>— Померла бы на месте.</p>
      <p>— Да я не шучу.</p>
      <p>— Зубы вставила бы, крышу починила да новый фургон завела. Наш-то совсем развалился, больно дорога плохая.</p>
      <p>— А еще что?</p>
      <p>— Гроб заказала бы.</p>
      <p>— Ну что ж, бабка, все твое будет — и гроб и что захочешь.</p>
      <p>Она с удивлением глянула на него.</p>
      <p>— Верно, верно. Вот тебе пятьдесят долларов задатку. Расписки можешь не давать. Это только с богатыми надо держать ухо востро, а то они, знаешь, какие забывчивые — страсть! Вот тебе мой адрес. Рислинг сдашь на железной дороге. А теперь покажи мне, как отсюда выбраться. Хочу влезть на самую вершину.</p>
      <p>Харниш не спеша поднялся в гору, то продираясь сквозь заросли, то пользуясь едва заметными коровьими тропами. С вершины открывался широкий вид — в одну сторону на долину Напа, в другую — до самой горы Сонома.</p>
      <p>— Красота-то какая! — прошептал он. — Ох, красота!</p>
      <p>Чтобы не возвращаться той же дорогой в долину Сонома, он объехал вершину кругом и осторожно спустился под гору. Но коровьи тропы постепенно исчезали, а заросли, словно назло, пошли все гуще и гуще, и даже если ему удавалось продраться сквозь чапарраль, он натыкался на ущелья или расселины с такими крутыми стенами, что лошадь не могла взять их, и приходилось подворачивать обратно. Но Харниш не только не сердился — напротив, такое путешествие радовало его: он снова, как бывало, один на один сражался с природой. Под вечер он добился своего — выехал на тропу, которая шла вдоль безводного ущелья. Здесь его ждала еще одна радость: уже несколько минут, как он слышал собачий лай, и вдруг на голом склоне горы, над его головой, показался спасающийся от погони крупный олень, а немного позади мчалась великолепная шотландская борзая. Харниш придержал лошадь и, затаив дыхание, жадно следил за животными, пока они не скрылись из виду; ноздри его раздувались, словно он сам бежал по следу, и он опять, как в былые дни, когда еще не знал городской жизни, всем своим существом отдался во власть охотничьего инстинкта.</p>
      <p>Безводное ущелье сменилось другим, где узенькой лентой струился ручеек. Тропа вывела Харниша на лесную дорогу и дальше, через полянку, на полузаросший проселок. Кругом не виднелось ни полей, ни человеческого жилья. Почва была скудная, каменистая, кое-где камень выходил на поверхность, но карликовый дуб и мансанита буйно разрослись здесь и плотной стеной стояли по обе стороны дороги. И вдруг из пролета в этой живой изгороди, словно заяц, выскочил маленький человечек.</p>
      <p>Он был без шляпы, в заплатанном комбинезоне и расстегнутой до пояса ситцевой рубахе. Лицо его покрывал красновато-коричневый загар, а русые волосы так сильно выгорели на солнце, что казались выкрашенными перекисью. Он знаком попросил Харниша остановиться и протянул ему конверт.</p>
      <p>— Если вы едете в город, будьте добры, отправьте письмо, — сказал он.</p>
      <p>— Пожалуйста. — Харниш положил письмо в карман. — Вы здесь живете?</p>
      <p>Но человечек не ответил; он пристально, с удивлением разглядывал Харниша.</p>
      <p>— А я вас знаю, — вдруг объявил он — Вы Элам Харниш, Время-не-ждет, как вас называют в газетах. Правильно?</p>
      <p>Харниш кивнул.</p>
      <p>— Но как это вы попали сюда, в этакую глушь? Харниш усмехнулся:</p>
      <p>— Рекламирую бесплатную доставку товаров на дом.</p>
      <p>— Вот хорошо, что я сегодня написал письмо, а то бы я вас не встретил. Я много раз видел ваш портрет в газетах. У меня хорошая память на лица, сразу вас узнал. Моя фамилия Фергюсон.</p>
      <p>— Вы здесь живете? — снова спросил Харниш.</p>
      <p>— Да. У меня тут домик в зарослях, в ста ярдах отсюда, и родничок, и немного фруктовых деревьев и ягодных кустов. Зайдите посмотреть. А родничок мой — просто прелесть! Ручаюсь, что такой воды вы никогда еще не пили. Пойдемте, я вас угощу.</p>
      <p>Харниш спешился и, взяв лошадь под уздцы, последовал за маленьким человечком, который проворно шел впереди по зеленому туннелю. Внезапно заросли кончились и открылся обработанный участок, если можно так назвать клочок земли, где дикая природа слилась воедино с делом рук человеческих. Этот укромный уголок горах был надежно защищен от внешнего мира крутыми склонами ущелья. Могучие дубы свидетельствовали о плодородии почвы; видимо, вследствие многовековой эрозии окрестных склонов здесь постепенно образовался слой жирного чернозема. Под дубами, наполовину скрытый густой листвой стоял бревенчатый некрашеный домик; просторная веранда с гамаками и креслами служила, по всей вероятности, спальней. Ничто не укрылось от зорких глаз Харниша. Он заметил, что огород и сад разбиты не ровными квадратами, а в зависимости от почвы и что к каждому фруктовому дереву, к каждому ягодному кусту и даже к каждому овощу подведена вода. Повсюду тянулись крохотные оросительные канавки, по некоторым и сейчас бежали струйки воды.</p>
      <p>Фергюсон нетерпеливо поглядывал на своего гостя, ища на его лице знаки одобрения.</p>
      <p>— Ну, что вы скажете?</p>
      <p>— Так только с детьми нянчатся, — засмеялся Харниш, но по глазам его видно было, что все ему очень нравится, и маленький человечек остался доволен.</p>
      <p>— Верно. Я здесь каждое деревце знаю, как будто это мои сыновья. Сам их сажал, выхаживал, кормил, поил — и вот вырастил. Пойдемте, я покажу вам родничок.</p>
      <p>— Хорош, ничего не скажешь, — объявил Харниш, полюбовавшись родничком и напившись из него.</p>
      <p>Хозяин и гость вошли в дом. Внутреннее убранство его удивило Харниша. Так как кухня помещалась в пристройке, то весь домик представлял собой один просторный кабинет. В середине комнаты стоял большой стол, заваленный книгами и журналами. Вдоль стен, от пола до потолка, тянулись полки с книгами. Харниш подумал, что еще никогда не видел, чтобы такое множество книг было собрано в одном месте. На дощатом сосновом полу лежали рысьи, енотовые и оленьи шкуры.</p>
      <p>— Сам стрелял, сам и дубил, — с гордостью сказал Фергюсон.</p>
      <p>Но самым лучшим украшением комнаты был огромный камин из нетесаных камней и валунов.</p>
      <p>— Сам сложил, — похвалился Фергюсон. — И как здорово тянет! Ни капельки не дымит, даже когда ветер с юго-востока.</p>
      <p>Харнишу все больше и больше нравился маленький человечек; к тому же его разбирало любопытство: почему он прячется здесь, среди чапарраля, со своими книгами? Человек он неглупый, это сразу видно. Так почему? Харнишу очень хотелось узнать, в чем тут дело, и он принял приглашение остаться к ужину; при этом он почти не сомневался, что хозяин его ест одни орехи и овощи в сыром виде или придерживается еще какой-нибудь сумасбродной теории питания. За ужином, уплетая плов из зайца (подстреленного Фергюсоном), Харниш заговорил об этом, и оказалось, что Фергюсон не признает никаких теорий: ест все, что ему хочется и сколько хочется, избегая только таких блюд, которые на основании личного опыта он считает вредными для своего желудка.</p>
      <p>Тогда Харниш предположил, что, быть может, его хозяин одержим религиозным фанатизмом; но на протяжении длительной беседы, коснувшейся самых разнообразных предметов, Харниш не обнаружил в Фергюсоне никаких признаков одержимости. Поэтому, когда они, вдвоем вымыв и убрав посуду, уселись поудобнее и закурили, Харнишу ничего не оставалось, как задать вопрос в лоб:</p>
      <p>— Послушайте, Фергюсон. С той минуты, как мы с вами познакомились, я все стараюсь нащупать, где у вас винтик не в порядке, на чем вы свихнулись, но ни черта не могу найти. Что вы тут делаете? Почему поселились здесь? Кем вы были раньше, чем занимались? Расскажите, кто вы такой.</p>
      <p>Фергюсон с явным удовольствием слушал Харниша.</p>
      <p>— Началось с того, — заговорил он, — что врачи отказались от меня. Они заявили, что жить мне осталось в лучшем случае полгода; и заметьте — это после того, как я лечился в наших санаториях, ездил лечиться в Европу и на Гавайи. Меня лечили и электричеством, и усиленным питанием, и голодом. Не было процедуры, которой врачи не испробовали бы на мне. Я разорялся на них, а здоровье мое все ухудшалось. Болезнь моя имела две причины: во-первых, я родился слабосильным, во-вторых, я вел ненормальный образ жизни — слишком много работал, к тому же работа была ответственная и напряженная. Я занимал должность заведующего редакцией «Таймс-Трибюн»…</p>
      <p>Харниш мысленно ахнул: «Таймс-Трибюн» уже много лет считалась самой крупной и влиятельной газетой Сан-Франциско.</p>
      <p>— …и такая работа оказалась мне не под силу. Организм не выдержал, и в первую очередь сдали нервы.</p>
      <p>Мне приходилось подхлестывать себя виски, а это еще пуще расшатывало нервы, да вдобавок еда в клубах и ресторанах… Болезнь моя заключалась в том, что я жил нe так, как нужно.</p>
      <p>Фергюсон пожал плечами и запыхтел трубкой.</p>
      <p>— Так вот, врачи отказались от меня, а я отказался от них — и ушел на покой. Это было пятнадцать лет тому назад. Еще студентом я приезжал в эти края на каникулы — охотиться. И как стало мне совсем худо, меня пять потянуло на лоно природы. Я все бросил, решительно все, и поселился здесь, в долине Сонома, — на зыке индейцев это значит Лунная долина. Первый год прожил в сарайчике, потом выстроил дом и перевез сюда свои книги. Раньше я и понятия не имел, что такое счастье, здоровье. А теперь — посмотрите на меня и посмейте сказать, что мне сорок семь лет.</p>
      <p>— Больше сорока вам никак нельзя дать, — искренне сказал Харниш.</p>
      <p>— А пятнадцать лет тому назад я выглядел шестидесятилетним стариком.</p>
      <p>Беседа продолжалась, и Харниш начал понимать, что на жизнь можно смотреть совсем иначе, чем он смотрел на нее до сих пор. Вот перед ним человек, не озлобленный и не разочарованный, который смеется над горожанами и считает, что они сумасшедшие; он не гонится за деньгами, и жажда власти давно умерла в нем. О дружественных чувствах горожан он высказывался весьма не двусмысленно:</p>
      <p>— Что они сделали, все друзья-приятели, с которыми я бог знает сколько лет встречался в клубах? Ведь, бывало, нас водой не разольешь. Я никому из них не был должен, и когда я уехал, хоть бы один строчку прислал, спросил бы: ну, как ты там, не нужно ли тебе чего? С месяц они друг друга спрашивали: «Куда это Фергюсон девался?» Потом забыли и вспоминать не стали. А ведь они отлично знали, что никаких доходов, кроме жалованья, у меня не было и что я всегда забирал деньги вперед.</p>
      <p>— А как же вы сейчас живете? Вам ведь нужны наличные деньги на одежду, на журналы…</p>
      <p>— Я немного работаю — когда недельку, когда месяц. Зимой пашу, осенью виноград снимаю, а летом всегда находится дело у фермеров. Мне не много нужно, поэтому и работаю я немного. А вообще я больше копаюсь на своем участке. Я мог бы кое-что писать для журналов и газет, но я предпочитаю пахать землю и собирать виноград. Поглядите на меня, и вы поймете, почему. Я стал твердым, как кремень. И мне нравится такая работа. Но скажу вам прямо, к ней надо привыкнуть. Хорошо, если можешь целый божий день собирать виноград и вечером, возвращаясь домой, не валиться с ног от усталости, а чувствовать только приятное утомление. Вот этот камин… Я тогда был кисляй, малокровный, расслабленный алкоголик, не храбрее и не сильнее кролика. Я и сейчас удивляюсь, как у меня не было разрыва сердца и спина не сломалась, когда я таскал эти глыбы. Но я выдержал, — я заставил свое тело работать так, как ему предназначено природой, вместо того чтобы сидеть, согнувшись, за письменным столом и накачиваться виски… Ну, и вот вам результат: я поздоровел, а камин вышел на славу. Верно?</p>
      <p>А теперь расскажите мне про Клондайк и как вы перевернули вверх дном Сан-Франциско своим последним набегом на биржу Вы вояка хоть куда, и даже нравитесь мне, хотя, трезво рассуждая, вы такой же сумасшедший, как все. Жажда власти! Это страшная болезнь. Почему вы не остались на Клондайке? А почему бы вам не плюнуть на все и не жить естественной жизнью, как я, например? Видите, я тоже умею задавать вопросы. Теперь вы рассказывайте, а я буду слушать.</p>
      <p>Только в десять часов вечера Харниш распрощался с Фергюсоном. Он ехал верхом под звездным небом и спрашивал себя: не купить ли ему ранчо на противоположном склоне долины? Он и не помышлял о том, чтобы там поселиться, — азарт приковывал его к Сан-Франциско. Но ранчо ему понравилось, и он решил, как только приедет в контору, начать с Хиллардом переговоры о покупке. Кстати, и глинище, откуда возят глину на кирпичный завод, перейдет в его владение, и это поможет ему держать в руках Голдсуорти, если тот вздумает выкинуть какой-нибудь фортель.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава десятая</p>
      </title>
      <p>Время шло, Харниш по-прежнему был занят своей игрой. Но игра вступила в новую фазу. Жажда власти ради азарта и выигрыша превратилась в жажду власти ради мщения. В Сан-Франциско насчитывалось немало людей, против которых Харниш затаил злобу, и время от времени, обрушив на одного из них молниеносный удар, он вычеркивал чье-нибудь имя в списке своих врагов. Он сам пощады не просил — и никому не давал пощады. Харниша боялись и ненавидели и никто не любил, кроме Ларри Хигана, его поверенного, который с радостью отдал бы за него жизнь. Это был единственный человек, с которым Харниша связывала искренняя дружба, хотя он оставался в приятельских отношениях с грубыми и откровенно беспринципными людьми, состоявшими при политических боссах клуба Риверсайд.</p>
      <p>С другой стороны, и отношение Сан-Франциско к Харнишу изменилось. Его разбойничьи набеги по-прежнему представляли опасность для более осмотрительных финансовых воротил, но именно поэтому они предпочитали не трогать его. Он успел внушить им, что неразумно будить спящего зверя. Многие из тех, кто знал, что им грозит тяжелая медвежья лапа, протянувшаяся за медовыми сотами, даже пытались умилостивить Харниша, искали его дружбы. Старшины клуба Алта-Пасифик негласно предложили ему снова принять его в члены, но он отказался наотрез. Многие члены клуба еще числились в списке его врагов, и как только представлялся случай, он выхватывал очередную жертву. Даже газеты, кроме двух-трех, пытавшихся шантажировать его, прекратили травлю и писали о нем в уважительном тоне. Словом, на него теперь смотрели, как на медведя-гризли, свирепого обитателя северных лесов, которого лучше обойти стороной, если столкнешься с ним на тропе. Когда Харниш штурмовал пароходные компании, вся свора тявкала на него, хватала за ноги, но он повернулся лицом к ним и в ожесточеннейшей схватке, какой еще не видывал Сан-Франциско, больно отстегал их бичом. Всем еще памятна была забастовка Союза моряков и приход к власти в городском самоуправлении профсоюзных лидеров и взяточников из их овиты. Самоубийство Клинкнера и крах Калифорнийско-Алтамонтского треста были первым предупреждением; но враги Харниша не сразу угомонились; они твердо надеялись на свое численное превосходство, однако он доказал им, что они ошибаются.</p>
      <p>Харниш по-прежнему пускался в рискованные предприятия, — так, например, перед самым началом русско-японской войны он под носом у многоопытных и могущественных спекулянтов морским транспортом стремительным наскоком добился чуть ли не монополии на фрахтовку судов. Можно сказать, что на всех морях не оставалось ни одной разбитой посудины, которая не была бы зафрахтована Харнишем. Своим конкурентам он, по обыкновению, заявлял: «Приходите ко мне, потолкуем». И они приходили и, — как он выражался, — выворачивали карманы. Но теперь все его финансовые операции, все стычки с соперниками имели лишь одну цель, тайна которой была известна только Хигану: когда-нибудь, когда у него наберется достаточный капитал, он еще раз поедет в Нью-Йорк и вышибет дух из Даусета, Леттона и Гугенхаммера. Он покажет этим господам, что лучше не шутить с огнем — можно больно обжечься. Но головы он не терял и прекрасно отдавал себе отчет, что ему еще рано тягаться со своими давними врагами. А пока что их имена, в ожидании возмездия, возглавляли список его будущих жертв.</p>
      <p>Дид Мэсон по-прежнему работала в конторе Харниша. Он больше не делал попыток сблизиться с ней, не разговаривал о книгах, не спорил о грамматических правилах. Он почти перестал интересоваться ею и смотрел на нее лишь как на приятное напоминание о том, чему не суждено было сбыться, ибо таким уж создала его природа, и есть в жизни радости, которые ему не дано познать. Но хоть он уже почти не думал о ней и всю его энергию поглощали бесконечные финансовые битвы, он до тонкости изучил переливчатую игру света в ее волосах, малейшие движения и жесты, все линии ее фигуры, подчеркнутые отлично сшитым английским костюмом. Несколько раз, с промежутками в полгода, он повышал ей жалованье, и теперь она получала девяносто долларов в месяц. Дальше этого он не решался идти, но придумал обходный маневр: облегчил ей работу. Когда она вернулась из отпуска, он просто-напросто оставил заменявшую ее стенографистку в качестве помощницы. Кроме того, он снял новое помещение для конторы и предоставил обеим девушкам отдельную комнату.</p>
      <p>Любуясь Дид Мэсан, Харниш даже научился понимать женскую красоту и изящество. Он давно уже заметил ее горделивую осанку. Эта ее горделивость отнюдь не бросалась в глаза, но тем не менее чувствовалась очень явственно. Видимо, решил Харниш, она считает, что имеет право гордиться своей наружностью, своим телом и заботиться о нем, как о красивой и ценной вещи. Сравнивая Дид Мэсон с ее помощницей, со стенографистками, которых он видел в других конторах, с женщинами, которых встречал на улице, он невольно восхищался ее манерой держаться, умением носить платье. «Ничего не скажешь, — рассуждал он сам с собой, — одевается она хорошо, и у нее как-то так получается, будто она и не думает о том, что на ней надето».</p>
      <p>Чем больше он к ней приглядывался, чем больше, как ему казалось, он узнавал ее, тем сильнее чувствовал, что она для него недосягаема. Но это мало огорчало его, потому что он и не пытался поближе сойтись с ней. Ему было приятно, что она работает в его конторе, он надеялся, что она никуда от него не уйдет, — и только.</p>
      <p>Харниш с годами все больше опускался. Городская жизнь явно не пошла ему на пользу. Он заметно толстел, мышцы стали дряблые, весь он как-то обрюзг. Коктейлей, которыми он глушил свое сознание, чтобы хоть на время выкинуть из головы финансовые расчеты, требовалось все больше и больше. А кроме коктейлей — вино за обедом и ужином, виски с содовой, стакан за стаканом, в клубе Риверсайд. Вдобавок на нем вредно отзывался сидячий образ жизни, а общение с окружающими его людьми не способствовало и душевному здоровью. Харниш не любил скрывать свои поступки, и поэтому многие его похождения получили огласку; газеты в сатирических тонах описывали, как большой красный автомобиль Харниша на бешеной скорости несется в Сан-Хосе, а в машине — сильно подвыпившая компания.</p>
      <p>В жизни Харниша не было ничего, в чем он мог бы найти спасение. Религия так и не коснулась его. О ней он говорил кратко: «Религия умерла». Судьбы человечества не занимали его. Он придерживался своей собственной примитивной теории, что все на свете — азартная игра. Бог — это нечто неощутимое, своенравное, взбалмошное, именуемое Счастьем. Риск начинается с самого появления на свет: кем суждено родиться — дураком или грабителем? Карты сдает Счастье, и невинные младенцы берут в руки сданные им карты. Возмущаться, жаловаться — бесполезно. Вот твои карты, и хочешь не хочешь, а играй, — все равно, горбат ты или строен, урод или красавец, кретин или умница. Тщетно искать справедливости. Большинство играющих попадает в разряд дураков; немногие, благодаря хорошей карте, становятся грабителями. Розыгрыш карт — это и есть жизнь. Скопище игроков — общество. Карточный стол — земля. Ставка — земные блага, от куска хлеба до больших красных автомобилей. А в конечном счете и счастливых игроков и несчастливых ждет одно — смерть и забвение.</p>
      <p>Тяжело, конечно, глупым и обездоленным — их проигрыш заранее предрешен. Но чем лучше он узнавал других, тех, кто казался в выигрыше, тем чаще его брало сомнение: так ли уж велик их выигрыш? Ведь они тоже обречены на смерть и забвение, а жизнь их немногого стоит. Это грызня диких зверей между собой: сильные топчут слабых, а сильные, — как он убедился на примере Даусета, Леттсиа и Гугенхаммера, — отнюдь не наилучшие. Он вспоминал своих скромных товарищей по Арктике. Они-то и были глупые и обездоленные — те, кто трудится в поте лица и у кого отнимают плоды его труда, как у той старухи, которая делает вино в горах Сонома; а ведь они куда правдивее, честнее, благороднее, чем люди, которые грабят их. Выходит так, что выигрывают-то как раз жулики, предатели, мерзавцы. Но даже и они не хозяева своей судьбы, они только играют картами, которые им достались. Счастье — жестокое, безумное чудовище, держатель вселенского притона, — усмехаясь, тасует карты. Это оно подбирает крапленую колоду для шулерской игры жизни.</p>
      <p>Здесь нет места справедливости. Беспомощных, слабых младенцев даже не спрашивают, хотят ли они участвовать в игре. Им не оставляют выбора. Счастье бросает их в жизнь, припирает к карточному столу и говорит: «Играйте, черт вас возьми, играйте!» И они, бедняги, стараются вовсю. Для одних игра кончается моторными яхтами и особняками, для других — богадельней или койкой в больнице для неимущих. Одни снова и снова ходят с той же карты и до конца дней своих делают вино в безлюдных зарослях, надеясь сколотить денег на вставную челюсть и на гроб. Другие рано выходят из игры, потому что доставшиеся им карты привели к самоубийству, к голодной смерти в лесах Севера, к длительному, тяжелому недугу. Кое-кому карты приносят королевский сан, неограниченную и незаслуженную власть; иным они сулят высокие чины, несметное богатство, другим — позор и поношение, третьим — вино и женщин.</p>
      <p>Что до него, то ему повезло, он вытянул хорошую карту. Правда, еще неизвестно, чем это кончится. Вдруг кто-нибудь или что-нибудь испортит ему игру. Счастье, сумасшедший бог, может быть, нарочно заманивает его. Роковое стечение обстоятельств — и через месяц шайка грабителей будет отплясывать воинственный танец на развалинах его финансовой империи. Сегодня же он может попасть под трамвай или с какого-нибудь здания свалится вывеска и размозжит ему голову. А вечно подстерегающие нас болезни — одна из самых коварных прихотей Счастья? Кто знает? Микроб трупного яда или один из тысяч других микробов нападет на него и погубит. Вот доктор Баском, Ли Баском, который только на прошлой неделе стоял рядом с ним, болтал, смеялся, — воплощение молодости, здоровья, жизненной силы, — и вот в три дня его скрутило: воспаление легких, ревматизм сердца и невесть что еще. И как он мучился перед смертью! Крики его были слышны за целый квартал. Ужасно! Харниш и сейчас не мог вспомнить об этом без дрожи. Когда придет его черед? Кто знает! Что ж, покамест остается только разыгрывать карты, которые у него на руках; карт этих три: драка, месть и коктейли. А Счастье смотрит на его игру и скалит зубы.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава одиннадцатая</p>
      </title>
      <p>Однажды, под вечер воскресного дня, Харниш очутился за Оклендом, в Пиедмонтских горах. По обыкновению он ехал в большом автомобиле; но на этот раз машина принадлежала не ему, а Бешеному Чарли, баловню судьбы, который приехал в Штаты прокутить остатки седьмого состояния, добытого из недр промерзшей арктической почвы. Мотать деньги он умел, как никто, и его последнее, седьмое, состояние уже постигла участь шести предыдущих. Это он, Бешеный Чарли, в год основания Доусона извел море шампанского по пятидесяти долларов за бутылку; это он, когда в его мешочке с золотом уже видно было дно, скупил все имевшиеся в продаже яйца — сто десять дюжин, по двадцать четыре доллара за дюжину, — в пику своей вероломной возлюбленной; и он же заказывал для себя экстренные поезда и, щедро оплачивая дополнительную скорость, побивал все рекорды на дистанции между Сан-Франциско и Нью-Йорком. И вот он снова явился — «черт везучий», как называл его Харниш, — и с тем же безрассудством, что и встарь, сорил деньгами.</p>
      <p>Компания в машине подобралась дружная, и они очень весело провели день, катаясь вдоль побережья от Сан-Франциско через Сан-Хосе до Окленда; два раза их уже задерживали за превышение дозволенной скорости, а когда это случилось в третий раз, близ Хэйуордса, они увезли констебля с собой в машине. Опасаясь, что полиция передала по телефону приказ задержать их, они, свернув с шоссе, поехали в Окленд кружным путем и, хохоча во все горло, обсуждали между собой: куда же девать злополучного блюстителя порядка?</p>
      <p>— Через десять минут мы выедем к Блэр-Парку, — сказал один из гостей Чарли. — Вон, гляди, Бешеный, — видишь, дорога идет наперерез? Там, правда, много ворот, но она приведет нас задами в Беркли. Оттуда мы можем вернуться в Окленд с другой стороны, переправиться пароходом, а машину шофер ночью пригонит обратно.</p>
      <p>Но Чарли не видел никаких причин, почему ему нельзя въехать в Окленд через Блэр-Парк, и машина помчалась прямо вперед. В следующую минуту за поворотом показалась дорога, на которую Чарли не пожелал сворачивать. Молодая женщина, верхом на гнедой лошади, наклонившись с седла, закрывала за собой ворота, Харнишу почудилось что-то знакомое в облике всадницы. Еще через минуту она выпрямилась, подняла лошадь в галоп и ускакала. Харнишу видна была только ее спина, но по движению, каким сна выпрямилась в седле, он тотчас узнал Дид Мэсон и вспомнил слова Моррисона о том, что она держит верховую лошадь. Как хорошо, что Дид Мэсон не видела его в этой бесшабашной компании, было первой мыслью Харниша; но Чарли вскочил на ноги и, держась одной рукой за спинку переднего сиденья, другой стал усиленно размахивать, пытаясь привлечь внимание молодой женщины. Он уже вытянул губы для хорошо знакомого Харнишу пронзительного свиста, которым Бешеный издавна славился, однако Харниш, толкнув его под колено и энергично двинув плечом, водворил ошеломленного Чарли на место.</p>
      <p>— Т-ты… т-ты знаешь эту даму? — заикаясь, проговорил Чарли.</p>
      <p>— Знаю, — ответил Харниш. — И, пожалуйста, не шуми.</p>
      <p>— Ну что ж, поздравляю. Она просто милашка. А верхом-то как ездит!</p>
      <p>Высокие деревья заслонили всадницу, и Чарли опять с увлечением занялся вопросом, что делать с констеблем, а Харниш, откинувшись на спинку сиденья и закрыв глаза, все еще видел Дид Мэсон скачущей по проселочной дороге. Чарли сказал правду: ездить она, бесспорно, умеет. В мужском седле, а посадка безупречная. Умница Дид! Это хорошо, что у нее хватает смелости ездить верхом — единственно разумным и естественным способом. Голова у нее крепко сидит на плечах, ничего не скажешь.</p>
      <p>В понедельник утром, когда она пришла стенографировать письма, он ничем себя не выдал, только посмотрел на нее с особенным вниманием, и привычное, обыденное занятие началось и закончилось самым обыденным образом. Но в ближайшее воскресенье он переправился через бухту и поехал верхом в Пиедмонтские горы. Он проездил целый день, но Дид Мэсон нигде не повстречалась ему, даже на дороге со многими воротами, которая вела в Беркли. Здесь он объездил все улицы и переулки, гадая, где живет Дид Мэсон. Когда-то Моррисон сказал ему, что она живет в Беркли, и в прошлое воскресенье под вечер она поскакала в ту сторону — видимо, возвращалась домой.</p>
      <p>День оказался неудачным — Дид Мэсон он так и не нашел, однако, с другой стороны, он провел его не без пользы для себя: так приятно было дышать свежим воздухом, катаясь верхом, что в понедельник все барышники получили от него распоряжение достать самую лучшую гнедую лошадь, какую можно купить за деньги. Всю неделю он осматривал гнедых лошадей, некоторых даже испытывал, но остался недоволен. Лишь в субботу он наконец увидел Боба. Харниш только взглянул на него и сразу понял, что именно этот конь ему нужен. Боб был несколько крупноват для верховой лошади, но для такого рослого наездника, как Харниш, — в самый раз. Конь был ухоженный, его великолепная шерсть огнем горела на солнце, изогнутая шея сверкала, словно алмазная.</p>
      <p>— Хорош! — сказал Харниш.</p>
      <p>Однако барышник счел долгом предостеречь его. Хозяин лошади, поручивший барышнику ее продать, настаивал, чтобы покупатель был поставлен в известность о своенравии Боба. Барышник так и сделал.</p>
      <p>— Я бы не сказал, что он очень злой, а все-таки с ним надо держать ухо востро. Коварства в нем нет, зато с причудами и фокусами. Того и гляди искалечит тебя — просто из озорства, понимаете, без злого умысла. Я лично не стал бы ездить на нем. А вообще говоря, он хорош по всем статям. Посмотрите на грудную клетку, на ноги. Никаких изъянов. Ни работы, ни хлыста не знает. Никто еще не сумел с ним справиться. Он вырос в гористой местности, бездорожья не боится, по горам прыгает, как коза, если только не начнет дурить. Не пуглив, не шарахается, но иногда притворяется, что испугался. Задом не бьет, зато на дыбы становится. Без мартингала с ним не обойдетесь. У него скверная привычка — ни с того ни с сего поворачивать обратно, чтобы подразнить седока. Все зависит от его настроения. Бывает, что двадцать миль пройдет тихо и мирно, а на другой день и сесть не даст; просто сладу с ним нет. К автомобилям так привык, что может разлечься рядом и уснуть или сено жевать из кузова. Штук девятнадцать пропустит и глазом не моргнет, а на двадцатом вдруг понесет, точно индейская лошадка, не нюхавшая города. Одним словом, для джентльменской езды слишком проказлив и беспокоен. Хозяин прозвал его Иудой Искариотом и отказывается продавать, не предупредив покупателя, что это за фрукт. Ну вот, я все вам сказал, что знаю о нем. А теперь обратите внимание на гриву и хвост. Видели вы что-нибудь подобное? Волос тонкий, все равно как у младенца.</p>
      <p>Барышник был прав. Харниш пощупал гриву коня и убедился, что такого тонкого, шелковистого волоса он не видел ни у одной лошади, и цвет необыкновенный — почти каштановый. Когда Харниш запустил в гриву пальцы, Боб повернул голову и игриво ткнулся мордой ему в плечо.</p>
      <p>— Оседлайте, я проедусь немного, — сказал он барышнику. — Не знаю, как он относится к шпорам. Только не английское седло, дайте хорошее мексиканское, и мундштук помягче, раз он любит становиться на дыбы.</p>
      <p>Харниш сам помогал седлать Боба: застегнул мундштук, выровнял стремена, подтянул подпругу. Он неодобрительно покачал головой на мартингал, но все же послушался совета барышника и разрешил надеть. Боб, в наилучшем расположении духа, стоял смирно и только слегка приплясывал. Во время часовой проездки он тоже вел себя образцово, если не считать вполне позволительных курбетов и скачков. Харниш был в восхищении. Покупка состоялась немедля, и Боба вместе с седлом и прочим снаряжением переправили через бухту и водворили на жительство в конюшнях Оклендской школы верховой езды.</p>
      <p>На другой день, в воскресенье, Харниш поднялся спозаранку и поехал в Окленд, захватив с собой Волка, головную лайку своей бывшей упряжки; это была единственная собака, которую он вывез с Аляски. Сколько он ни рыскал по Пиедмонтским горам, сколько ни скакал по дороге со многими воротами, ведущей в Беркли, — нигде он не увидел ни Дид Мэсон, ни ее гнедой лошади. Но ему некогда было огорчаться этим — его собственный гнедой конь требовал слишком много внимания. Боб упорно не желал слушаться, пускался на всевозможные выходки и к концу дня измучил своего седока и сам замучился. Харнишу потребовалось все его знание лошадей и умение обращаться с ними. А Боб, со своей стороны, показал все свои фокусы до единого. Обнаружив, что мундштук затянут слабее обычного, он взвился на дыбы и зашагал на задних ногах. Целых десять минут Харниш тщетно пытался переупрямить Боба; тогда он спешился и подтянул мундштук, после чего Боб в течение получаса проявлял ангельскую кротость. На этом Харниш и попался. Решив, что Боб окончательно усмирен, он поехал шагом, развалясь в седле, отпустив шенкеля, и стал скручивать папиросу; поводья свободно лежали на шее лошади. Но Боб внезапно, с молниеносной быстротой, повернул вспять на задних ногах, чуть, приподняв передние, Харниш потерял правое стремя и обеими руками схватился за шею лошади; Боб не преминул воспользоваться этим и поскакал галопом. От души надеясь, что Дид Мэсон не встретится ему в эту минуту, Харниш кое-как выправился, остановил лошадь и вернулся на прежнее место. Здесь Боб опять проделал свой фокус. На этот раз Харниш усидел, но и только; правда, он успел натянуть поводья, однако это не помогло. Он уже заметил, что Боб поворачивает направо, и решил дать ему шпору слева, но Боб поворачивал так внезапно и мгновенно, что Харниш не успевал и оглянуться.</p>
      <p>— Знаешь, Боб, — сказал Харниш, вытирая пот со лба, — должен сознаться, другого такого живчика, как ты, не скоро сыщешь. Ну что ж, так я буду щекотать тебя шпорой, не отнимая… Ах, дрянь ты этакая!</p>
      <p>Не успел Харниш дотронуться шпорой до жеребца, как тот поднял левую заднюю ногу и сильно ударил по левому стремени. Харниш, любопытства ради, несколько раз давал шпору, и каждый раз Боб отвечал пинками по стремени. Тогда Харниш решил, в свою очередь, ошеломить Боба внезапностью нападения — вонзил ему в бока обе шпоры и вытянул хлыстом по брюху.</p>
      <p>— Никто тебя еще не учил по-настоящему, — пробормотал он, когда Боб, сообразив, что нашла коса на камень, перестал артачиться и поскакал вперед.</p>
      <p>Еще раз десять Харниш пускал в ход шпоры и хлыст и только после этого решил насладиться бешеным галопом своего резвого скакуна. Проскакав с полмили, Боб, не чувствуя больше ни шпор, ни хлыста, чуть сбавил аллюр. Отставший было Волк уже догонял их, и все, казалось, шло как по маслу.</p>
      <p>— Ты у меня скоро забудешь, как поворачивать обратно, — сказал Харниш; и в ту же секунду Боб повернул.</p>
      <p>Он вдруг затормозил на всем скаку, упершись в землю передними ногами. Харниш припал к его шее, обхватив ее обеими руками, а Боб немедленно встал на дыбы и повернул обратно. Только первоклассный ездок мог усидеть в седле при таком маневре, и Харниш едва не свалился с лошади. Когда он выправился, Боб уже мчался во весь опор, и Волк шарахался в кусты от его копыт.</p>
      <p>— Ну ладно, погоди малость! — проворчал Харниш, снова и снова вонзая шпоры и работая хлыстом. — Хочешь дурить? Посмотрим, кому раньше надоест.</p>
      <p>Немного погодя Боб попытался перейти на легкий галоп, но Харниш продолжал подгонять его. Наконец Харниш решил, что с Боба хватит, круто повернул его и пустил рысью, потом остановил, чтобы проверить, как он дышит. Боб, с минуту постояв смирно, повернул голову и ткнулся мордой в стремя, всем своим видом показывая, что довольно, мол, прохлаждаться, пора двигаться дальше.</p>
      <p>— Ах, черт тебя возьми совсем! — восхитился Харниш. — Ни злобы, ни обиды, хоть бы что! А ведь досталось тебе на орехи. Да ты просто золото, а не конь!</p>
      <p>И опять Боб обманул бдительность своего седока. Целый час он вел себя примерно, а потом, так же внезапно, как всегда, повернул и поскакал обратно. Харниш снова при помощи шпор и хлыста прогнал его галопом несколько миль, прежде чем повернуть. Но туг Бобу пришла новая фантазия: он начал пугаться деревьев, коров, кустарника, Волка, собственной тени — словом, любого пустяка. Каждый раз, как Боб шарахался в сторону,</p>
      <p>Волк ложился в тень и ждал, когда Харниш справится с конем.</p>
      <p>Так прошел день. У Боба в запасе оказался еще один фокус: он делал вид, что сейчас повернет обратно, но не поворачивал. Это было так же утомительно, как сам поворот, потому что Харниш каждый раз понапрасну сжимал шенкеля и напрягал все мышцы. А после нескольких мнимых поворотов, усыпив подозрения своего седока, Боб и в самом деле поворачивал, и Харниш опять, едва удержавшись в седле, хватался за его шею. До самого вечера Боб не прекращал своих выходок; спокойно пропустив десяток машин на дороге в Окленд, он вдруг вздумал разыграть панический страх перед каким-то миниатюрным автомобильчиком. И уже под конец, возвращаясь в конюшню, он достойно закончил день, так круто повернув и так высоко задрав передние ноги, что мартингал лопнул. Боб встал во весь рост на задних ногах, ремень стремени разорвался, и Харниш чудом удержался в седле.</p>
      <p>Но конь полюбился ему, и он не сожалел о покупке. Он видел, что в Бобе нет ни злобы, ни коварства, — просто энергия его бьет через край; и вдобавок у него больше ума, чем у обыкновенных лошадей. Живость, сметка и редкая проказливость — вот его отличительные свойства. Для того чтобы подчинить его своей воле, нужна твердая рука, неуклонная строгость, а время от времени и суровое наказание.</p>
      <p>— Увидим, кто кого, Боб, — неоднократно повторял Харниш своему норовистому коню.</p>
      <p>А вечером он сказал конюху:</p>
      <p>— Ну и мошенник! Видели вы что-нибудь подобное? Лучшего конского мяса мне не попадалось, а я на своем веку перепробовал его немало.</p>
      <p>Потом он добавил, обращаясь к Бобу, который, по своему обыкновению, нагнул голову и тыкался мордой ему в плечо:</p>
      <p>— До свиданья, золотко мое! Увидимся в воскресенье утром. Не забудь прихватить с собой все свои фокусы, разбойник ты этакий!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двенадцатая</p>
      </title>
      <p>Всю неделю Харниш думал о Бобе чуть ли не столько же, сколько о Дид; а так как в эти дни особенно крупных операций не проводилось, то мысли его, вероятно, были заняты ими обоими в гораздо большей степени, чем финансовой игрой. Привычка Боба на всем скаку поворачивать обратно сильно тревожила Харниша. Как отучить его от этого? Вдруг он встретит в горах Дид и вдруг ему повезет и так выйдет, что они поедут рядом, а Боб возьмет и завертится волчком, — вот будет некстати! Ему вовсе не улыбается, чтобы она видела, как он валится вперед и цепляется за шею лошади. Да и не очень красиво получится, если ему придется ускакать от своей спутницы, обрабатывая жеребца хлыстом и шпорами.</p>
      <p>Нужно придумать средство предупреждать эти молниеносные повороты, останавливать Боба прежде, чем он повернет. Поводьями тут ничего не сделаешь. И шпоры не помогут. Остается хлыст. Но как остановить Боба хлыстом? В эту неделю было много минут, когда Харниш, сидя в кресле за письменным столом, забывал, где он, и, мысленно оседлав своего чудесного гнедого жеребца, пытался помешать ему повернуть обратно. Одна из таких минут наступила в конце недели, во время делового совещания с Хиганом. Адвокат, который излагал какой-то новый умопомрачительный прожект, пленивший его воображение, вдруг заметил, что патрон не слушает. Глаза Харниша глядели куда-то в пространство — у него тоже разыгралось воображение.</p>
      <p>— Нашел! — вдруг закричал Харниш. — Хиган, поздравьте меня! Это же проще простого. Надо стукнуть его по носу, и стукнуть крепко — только и всего.</p>
      <p>Объяснив изумленному Хигану, в чем дело, Харниш опять стал внимательно слушать, хотя и не мог удержаться, чтобы время от времени не усмехнуться про себя, предвкушая воскресную прогулку. Теперь он знает, что делать. Боб всегда поворачивает вправо. Отлично. Он перегнет хлыст пополам и будет держать его наготове, и в ту секунду, когда Боб начнет поворачивать, он ударит его сдвоенным хлыстом по носу. Ни одна лошадь не станет поворачивать, если уразумеет, что за это она больно получит по носу.</p>
      <p>Никогда еще Харниш так сильно не жалел о том, что не может просто, по-человечески, заговорить с Дид. Даже такой безобидный, казалось бы, вопрос: поедет ли она верхом в воскресенье? — и то немыслим для него. Тяжкое и доселе не изведанное им испытание — быть хозяином красивой девушки. Часто в часы занятий в конторе он взглядывал на нее, и с языка готов был сорваться вопрос: поедет ли она верхом в воскресенье? Но он молчал и, глядя на нее, думал о том, сколько ей может быть лет и много ли у нее было романов с этими молокососами, с которыми, по словам Моррисона, она водит компанию и танцует на студенческих вечерах. Все шесть дней, от воскресенья до воскресенья, Дид не выходила у него из головы, и одно он понял очень хорошо: его влекло к ней. И так сильно влекло, что его давний страх очутиться во власти женщины рассеялся, как дым. Он, который всю жизнь спасался бегством от преследовавших его женщин, теперь сам отваживался на преследование. В какое-то воскресенье, рано или поздно, он встретится с ней вне стен конторы, где-нибудь в окрестных горах, и если уж тогда они не разговорятся, значит, она его знать не хочет.</p>
      <p>Так Харниш обнаружил новую карту, сданную ему безумным божеством. Ему и не снилось, какое значение в его жизни она приобретет, но он решил, что карта неплохая. Однако сомнения осаждали его. Что, если Счастью вздумалось сыграть с ним злую шутку и его ждет погибель? Вдруг Дид отвергнет его, а он будет любить ее все больше, все сильнее? Ужас, который всегда внушала ему любовь, с новой силой овладевал им. Память воскрешала любовные драмы между мужчинами и женщинами, которых он когда-то знавал. Он вспомнил и Берту Дулитл, дочь старика Дулитла, которая влюбилась в Дартуорти, разбогатевшего на Бонанзе; а тот и не глядел на Берту, зато влюбился в жену полковника Уолтстона и бежал с ней вниз по Юкону; полковник, до безумия любивший свою жену, пустился в погоню за беглецами. И что же получилось? Берта, конечно, очень страдала от своей несчастной любви, а остальным пришлось еще хуже. Полковник догнал влюбленных пониже Минука, и там спор решило оружие. Дартуорти был убит наповал. У полковника оказалось прострелено легкое, и весной он умер от пневмонии. А у жены его не осталось на земле ни одного близкого существа.</p>
      <p>Вспомнилась ему и Фреда, которая хотела утопиться в ледяной каше из-за кого-то на другом краю света и возненавидела его, Харниша, за то, что он, случайно проезжая мимо, спас ей жизнь, втащив ее в лодку.</p>
      <p>А Мадонна… От этих воспоминаний Харнишу становилось страшно. Если он схватит любовную горячку, а Дид отвергнет его, это будет ничуть не лучше, чем лишиться всего своего состояния по милости Даусета, Леттона и Гугенхаммера. Будь его увлечение Дид менее глубоко, страх одержал бы верх и он отказался бы от всякой мысли о ней. Но отказываться ему не хотелось, и он успокаивал себя тем, что не всегда же любовь кончается трагедией. Кто знает? Быть может, Счастье так стасовало карты, что выигрыш достанется ему. Есть же люди, которые родятся счастливыми, живут счастливо всю жизнь и счастливыми умирают. Почему бы ему не оказаться таким счастливцем, которому всегда и во всем везет?</p>
      <p>Настало воскресенье, и Боб, носясь по Пиедмонтским горам, вел себя примерно. Правда, иногда он начинал приплясывать и подпрыгивать, но вообще был кроток и послушен, как агнец. Харниш, держа в правой руке согнутый пополам хлыст, с нетерпением ждал, чтобы Боб поворотил обратно хоть один разочек, но Боб, явно издеваясь над своим седоком, и не думал поворачивать. Дид Мэсон, однако, нигде не было видно. Тщетно рыскал Харниш по горным дорогам и наконец уже на исходе дня, взяв крутой подъем, перевалил через вторую гряду. Едва он спустился в долину Марога, как услышал дробный стук копыт. Стук раздавался впереди — лошадь шла ему навстречу. А вдруг это Дид? Он повернул коня и шагом поехал обратно. Если это она, решил он, значит, он рожден для счастья, ибо встреча не могла произойти при более благоприятных обстоятельствах. Они поедут одной дорогой, в том же направлении, лошадь ее идет таким аллюром, что она нагонит его как раз в том месте, где крутой подъем заставит обоих ехать шагом. И хочешь не хочешь, а ей придется конь о конь с ним подняться в гору; а по ту сторону перевала такой же крутой спуск — и опять они поедут шагом.</p>
      <p>Стук копыт приближался, но Харниш не поворачивал головы, пока не услышал, что лошадь пошла шагом. Тогда он глянул через плечо. Это была Дид. Они мгновенно узнали друг друга, и на ее лице отразилось удивление. Он слегка повернул Боба и подождал, пока она поравняется с ним. Что могло быть естественней этого? А потом, когда они съехались, разве само собой не разумелось, что они вместе начнут взбираться наверх! Харниш с трудом подавил вздох облегчения. Дело сделано, и как просто все вышло: они поздоровались и поехали рядом, а впереди у них еще мили и мили пути.</p>
      <p>От него не укрылось, что Дид сначала посмотрела на его лошадь и только потом на него.</p>
      <p>— Какой красавец! — воскликнула она, бросив взгляд на Боба; глаза ее вспыхнули, лицо просияло, и Харнишу с трудом верилось, что перед ним та же женщина, которую он привык видеть сдержанной, со строго официальным выражением лица.</p>
      <p>— Вот не знала, что вы ездите верхом, — с первых же слов заметила она. — Я думала, вы признаете только автомобиль.</p>
      <p>— Я совсем недавно начал ездить, — ответил он. — В последнее время я стал полнеть, надо как-то сгонять жир.</p>
      <p>Она посмотрела на него сбоку, одним взглядом охватив его с головы до пят, включая седло и поводья.</p>
      <p>— Но вы и раньше ездили верхом, — сказала она. «Глаз у нее наметанный на лошадей и на все, что их касается», — подумал он.</p>
      <p>— Ездил, но это было очень давно. Мальчишкой, в Восточном Орегоне, я, бывало, удирал из лагеря и загонял скот, объезжал лошадей. Тогда я считал себя первоклассным наездником.</p>
      <p>Так, к величайшей радости Харниша, между ними завязалась беседа по интересующему обоих предмету. Он рассказал ей про фокусы Боба и какой он придумал способ, чтобы вымуштровать его; она подтвердила, что лошадь нужно держать в строгости, даже если очень любишь ее. Вот ее кобыла, Маб, — она уже восемь лет у нее — вначале пришлось отучать ее от дурной привычки бить ногой в перегородку стойла. Бедной Маб очень доставалось, но она излечилась от этого.</p>
      <p>— Вы-то много ездили верхом, — заметил Харниш.</p>
      <p>— Знаете, я даже не помню, когда я в первый раз села на лошадь, — сказала Дид. — Я выросла на ранчо, и меня никак нельзя было оторвать от лошадей. Должно, быть, я от рождения любила их. В шесть лет у меня был собственный пони, а в восемь я уже могла целый день не слезать с седла, наравне с папой. Когда мне минуло одиннадцать, папа взял меня с собой на охоту, бить оленей. Я просто не знаю, что бы я делала без лошади. Я терпеть не могу сидеть в четырех стенах; и не будь Маб, я давно бы заболела и умерла.</p>
      <p>— Вы любите деревню? — спросил он и впервые заметил, что глаза у нее не всегда только серые.</p>
      <p>— И ненавижу город, — ответила она. — Но в деревне женщина не может заработать кусок хлеба, поэтому я довольствуюсь прогулками за город, так же как моя кобыла.</p>
      <p>А потом она еще рассказывала о том, как жила на ранчо, когда жив был отец. Харниш ликовал в душе. Вот они и разговорились; уже добрых полчаса они вместе, а разговор ни разу не оборвался.</p>
      <p>— Мы с вами почти что земляки, — сказал он. — Я вырос в Восточном Орегоне, а оттуда до Сискийу не так уж далеко.</p>
      <p>Он тут же спохватился и прикусил язык, но было поздно.</p>
      <p>— Откуда вы знаете, что я из Сискийу? — живо спросила она. — Я вам этого никогда не говорила.</p>
      <p>— Не помню, — уклончиво ответил он. — От кого-то я слышал, что вы из тех краев.</p>
      <p>Но тут, очень кстати, бесшумной тенью на дорогу выскочил Волк, кобыла Дид Мэсон шарахнулась в сторону, и они заговорили об аляскинских ездовых собаках, а потом опять о лошадях. И всю дорогу вверх до перевала, а потом вниз они проговорили об этом.</p>
      <p>Он слушал Дид; внимательно следя за ее словами, и в то же время следил за ходом своих мыслей и проверял свое впечатление о ней. Он никак не мог решить, нравится ему или нет, что она так смело и непринужденно ездит верхом по-мужски. Взгляды Харниша на женщин были в достаточной степени старомодны — они сложились в его ранней юности, на Диком Западе, в ту пору, когда женщины ездили верхом, сидя боком в дамском седле. Всадница, в его представлении, не была двуногим существом. Мужская посадка Дид поразила его. Но он не мог не сознаться, что, хорошо это или плохо, смотреть на нее приятно.</p>
      <p>Помимо посадки, он отметил в ней еще две вещи. Во-первых, золотые точечки в ее глазах. Странно, что он раньше их не видел. Может быть, в конторе освещение не такое, как надо, а может быть, эти точечки появляются и опять исчезают? Нет, это уж цвет такой, словно золотистые пятнышки рассеянного света. И даже не золотистые, но все-таки ближе всего к этому цвету. Во всяком случае — они уж никак не желтые. Все вздыхатели видят по-своему предмет своей любви, и очень сомнительно, чтобы кто-нибудь, кроме Харниша, назвал глаза Дид золотистыми. Но сердце его таяло от нежности, и ему хотелось видеть ее глаза золотистыми, и такими они и были для него.</p>
      <p>Второе, что удивило и обрадовало его, — это ее простота и естественность. Он был уверен, что разговаривать с ней будет очень трудно, а оказалось, что ничего нет легче. Она совсем не «надутая» — иначе Харниш не умел определить разницу между этой Дид, верхом на гнедой кобыле, и той, которую он привык видеть в конторе. И все же, несмотря на то, что встреча состоялась и у них нашлось гак много, о чем поговорить, Харниш в глубине души испытывал разочарование. В конце концов это только пустая болтовня. Харниш был человек действия: его влекло к этой женщине, он хотел любить ее и быть любимым ею; и он хотел, чтобы это счастье наступило безотлагательно. Он привык к стремительным атакам, привык торопить события и распоряжаться людьми, подчинять их своей воле; и сейчас его мучило желание дать почувствовать Дид свою власть над ней. Ему хотелось сказать ей, что он любит ее и что для нее нет иного выхода, как стать его женой. Но он подавил это желание. Женщины — увертливые создания, и одной властностью их не возьмешь; можно все дело испортить. Он вспомнил, с какой осторожностью и долготерпением выслеживал дичь во время голода, зная, что меткий выстрел или промах означает жизнь или смерть. Правда, от этой женщины еще не зависела его жизнь, но все же зависело многое, очень многое, особенно сейчас, когда он ехал рядом с ней и, боясь слишком часто взглядывать на нее, украдкой любовался ею; несмотря на мужской костюм, придававший ей сходство с отважным всадником, она была пленительно женственна: по-женски улыбалась, смеялась, болтала, а глаза ее сияли, и щеки разгорелись после целого дня под жарким солнцем и летним ветерком.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава тринадцатая</p>
      </title>
      <p>Опять подошло воскресенье, и опять седок, конь и собака носились по Пиедмонтским горам. И опять Харниш и Дид Мэсон ехали рядом. Но на этот раз, увидев своего патрона, Дид не только удивилась, — вернее сказать, она удивилась не так, как в прошлое воскресенье: встреча показалась ей подозрительной; тогда они, безусловно, встретились случайно, но вторичное появление Харниша в тех местах, где она любила кататься верхом, наводило на мысль, что тут не просто случайность. Она дала понять это Харнишу, и он, очень кстати вспомнив о своей вынужденной покупке кирпичного завода, поспешил заявить, что намерен приобрести каменный карьер, который видел поблизости от Блэр-Парка. Он остался очень доволен осенившей его идеей, потому что она дала ему повод предложить Дид Мэсон вместе осмотреть карьер.</p>
      <p>Итак, он провел в ее обществе несколько часов, и она по-прежнему держала себя с ним по-приятельски просто, непринужденно: беспечно смеялась, шутила и с искренним увлечением говорила о лошадях, приучала к себе малообщительного Волка и просила дать ей покататься на Бобе, уверяя, что она просто влюблена в него. Но на это Харниш не соглашался: Боб слишком норовист, и только злейшему врагу он разрешил бы сесть на него.</p>
      <p>— По-вашему, если я женщина, то уж ничего не смыслю в лошадях! — запальчиво возразила она. — Вы думаете, я никогда не вылетала из седла? И я очень осторожна; если лошадь бьет задом, я не сяду на нее — я знаю, что это такое. Никаких других фокусов я не боюсь. А вы сами сказали, что Боб не бьет задом.</p>
      <p>— Но вы еще не видали, что он вытворяет, — не сдавался Харниш.</p>
      <p>— Зато я видела, что вытворяют другие, и сама ездила на них. Свою Маб я научила не бояться трамваев, паровозов и машин. Она была необъезженным жеребенком, прямо с ранчо, когда попала ко мне в руки. Под седлом, правда, уже ходила, но и только. И не беспокойтесь, ничего я вашему Бобу не сделаю.</p>
      <p>Наконец Харниш скрепя сердце уступил, и на безлюдной дороге они поменялись конями.</p>
      <p>— Помните, что за ним надо глядеть в оба, — еще Раз предостерег он, помогая ей сесть в седло.</p>
      <p>Она кивнула, а Боб навострил уши, почуяв незнакомого седока. Не дав Дид опомниться, он мгновенно повернул вспять и галопом понесся обратно по той же дороге, так что она едва успела ухватиться за его шею. Харниш верхом на кобыле поскакал вслед. Он увидел, как Дид быстро остановила Боба, ударила его поводьями по шее и, крепко вонзив левую шпору, погнала обратно.</p>
      <p>— Держите хлыст наготове, дайте ему по носу! — крикнул Харниш.</p>
      <p>Но Боб снова опередил ее и опять повернул. На этот раз ей хоть и с трудом, а удалось избежать унизительной позы — она не ухватилась за его шею. Заставив Боба сменить галоп на приплясывающий шаг и энергично действуя шпорой, она повернула его. Обращалась она с лошадью по-мужски, решительно и сурово. И Харниш уже не ждал, как в первую минуту, что Дид откажется от своей затеи. Глядя, как она воюет с Бобом, он начал догадываться о некоторых чертах ее характера. Да и достаточно было одного взгляда на ее упрямо сжатые губы и серые глаза, выражавшие едва уловимое недовольство собой, чтобы понять, какова она. Харниш не помогал ей, не давал советов — он только с восторгом глядел на нее, предвкушая урок, который получит Боб за свои проказы. И Боб получил чувствительный урок при первом же повороте или, вернее, попытке повернуть вспять, ибо не успел он сделать и четверти круга, как хлыст стукнул его по носу — и он сразу же, растерявшись от неожиданности и от боли, опустил чуть приподнятые передние ноги.</p>
      <p>— Здорово! — возликовал Харниш. — Еще разок или два, и он поймет. Он умница, понимает, с кем можно ломаться, а с кем нельзя.</p>
      <p>Боб сделал еще одну попытку. Но на этот раз удар по носу сдвоенным хлыстом остановил его в самом начале и заставил опустить ноги. И не прибегая ни к поводьям, ни к шпорам, только грозя хлыстом, Дид выровняла Боба.</p>
      <p>Она с торжеством посмотрела на Харниша.</p>
      <p>— Можно мне проездить его? — попросила она. Харниш кивнул в знак согласия, и она умчалась. Он следил за ней глазами, пока она не скрылась за изгибом дороги, и потом с нетерпением ждал, когда она снова появится. Как она ездит верхом! Золото, а не девушка! Вот это жена для настоящего мужчины! Рядом с ней все другие женщины кажутся какими-то плюгавыми. И подумать только, что день-деньской она сидит за машинкой. Разве ей место в конторе? Ей надо быть замужем, ничего не делать, ходить в шелку и бархате, осыпанной с ног до головы бриллиантами (таковы были несколько дикарские понятия Харниша о том, что приличествует горячо любимой супруге), иметь своих лошадей, собак и все такое… «Ну что ж, мистер Время-не-ждет, посмотрим, может, мы с вами тут что-нибудь обмозгуем», — прошептал он про себя; вслух же он сказал:</p>
      <p>— Вы молодец, мисс Мэсон, просто молодец! Нет той лошади, которая была бы слишком хороша для вас. Никогда не думал, что женщина может так ездить верхом. Нет, нет не слезайте, мы поедем потихоньку до карьера. — Он засмеялся. — Боб-то даже чуть-чуть застонал, когда вы стукнули его, вот в самый последний раз. Вы слышали? А как он вдруг уперся ногами в землю, будто наткнулся на каменную стену. Смекалки у него хватает, теперь ему известно, что эта стена всегда будет перед ним, как только он начнет дурить.</p>
      <p>Когда вечером они расстались у ворот, где начиналась дорога на Беркли, он свернул к роще и, притаившись за деревьями, смотрел ей вслед, пока она не скрылась из глаз. Потом он поехал в сторону Окленда и, смущенно усмехаясь, пробормотал сквозь зубы:</p>
      <p>— Ну, теперь дело за мной. Придется купить этот чертов карьер. Иначе как я объясню ей, зачем я шляюсь по этим горам?</p>
      <p>Но надобность в этой покупке на время отпала, ибо ближайшее воскресенье он провел в одиночестве. Дид Мэсон не выехала на дорогу из Беркли; то же повторилось и через неделю. Харниш был вне себя от тоски и досады, но в конторе и виду не подавал. Он не замечал никакой перемены в Дид и сам старался держаться с ней по-прежнему. Занятия в конторе шли своим заведенным порядком, но теперь Харниша этот порядок доводил до бешенства. Все существо его восставало против правила, которое запрещает человеку вести себя со своей стенографисткой так, как любому мужчине разрешено вести себя с любой женщиной. «На кой черт тогда миллионы?» — вопросил он однажды, обращаясь к календарю на письменном столе, после того как Дид, кончив стенографировать, вышла из кабинета.</p>
      <p>К концу третьей недели, предчувствуя, что его ждет еще одно тоскливое воскресенье, Харниш не выдержал и заговорил с ней. Со свойственной ему прямотой и стремительностью он без обиняков приступил к делу. Когда Дид, кончив работу, собирала свои блокноты и карандаши, он сказал:</p>
      <p>— Подождите минуточку, мисс Мэсон. Надеюсь, вы не обидитесь, если я честно скажу, что у меня на душе. Я всегда считал вас девушкой умной, и, думается мне, вы не рассердитесь на мои слова. Вы давно работаете в моей конторе, уже несколько лет. И вы знаете, я всегда обращался с вами по-хорошему, по-честному. Я ни разу, как говорится, не позволил себе чего-нибудь. Именно оттого, что вы у меня служите, я… я очень остерегался, больше, чем если бы вы у меня не служили… ну, вы понимаете. Но ведь я все-таки живой человек. Я очень одинок… только не подумайте, что я говорю это, чтобы разжалобить вас. Просто я хочу объяснить вам, чем для меня были наши две прогулки. А теперь позвольте мне спросить вас, почему вы не катались ни в прошлое, ни в позапрошлое воскресенье?</p>
      <p>Он умолк, дожидаясь ее ответа. Ему было очень неловко, его бросило в жар, испарина бусинками выступила на лбу. Она не сразу ответила, и он, подойдя к окну, приподнял стекло повыше.</p>
      <p>— Я каталась, — сказала она, — но в другой стороне.</p>
      <p>— Почему не… — Он оборвал на полуслове, не зная, как закончить вопрос. — Скажите мне прямо, в чем дело, так же, как сказал я. Почему вы не поехали в Пиедмонтские горы? Я повсюду искал вас.</p>
      <p>— Вот именно потому. — Она с улыбкой посмотрела ему прямо в глаза, потом потупилась. — Вы же сами понимаете, мистер Харниш.</p>
      <p>Он уныло покачал головой.</p>
      <p>— И понимаю, и нет. Не привык я еще ко всяким городским выкрутасам. Я знаю, что есть вещи, которых делать нельзя. Ну и пусть, пока мне не хочется их делать.</p>
      <p>— А когда хочется? — быстро спросила она.</p>
      <p>— Тогда я их делаю. — На его лице с плотно сжатыми губами мелькнуло жесткое, упрямое выражение, но он тут же поспешил оговориться:</p>
      <p>— Не всегда, конечно. Но если ничего плохого не делаешь, никому не вредишь — вот как наши прогулки, — то это уж просто чепуха.</p>
      <p>Она медлила с ответом, вертя в руках карандаш, видимо, обдумывая, что ему сказать. Он молча ждал.</p>
      <p>— Наши прогулки, — начала она, — могут вызвать нарекания. Подумайте сами. Вы же знаете, как люди рассуждают. Вы — мистер Харниш, миллионер…</p>
      <p>— Биржевой игрок, — с горечью добавил он.</p>
      <p>Она кивнула, соглашаясь с этим нелестным определением, и продолжала:</p>
      <p>— Я стенографистка в вашей конторе…</p>
      <p>— Вы в тысячу раз лучше меня, — попытался он прервать ее, но она не дала ему договорить.</p>
      <p>— Я не это хочу сказать. Все очень просто и ясно, и таких случаев сколько угодно. Я ваша служащая. И дело не в том, что думаете вы или я, а в том, что подумают о нас. И мне незачем объяснять вам. Вы сами отлично это понимаете.</p>
      <p>Она говорила бесстрастным, деловитым тоном, но от Харниша не укрылось, что щеки у нее горят лихорадочным румянцем и что она немного задыхается от волнения.</p>
      <p>— Очень сожалею, что напугал вас и вы из-за меня бросили любимые места для прогулок, — невпопад проговорил он.</p>
      <p>— Вовсе вы меня не напугали, — с живостью возразила она. — Я не школьница. Я давно уже сама о себе забочусь и никакого страха не испытываю. Мы с вами провели два воскресенья, и могу вас заверить, что я не боялась ни вас, ни Боба. Не об этом речь. Я отлично могу сама о себе позаботиться. Но люди непременно тоже хотят проявить заботу, вот в чем беда! Что скажут люди обо мне, если я каждое воскресенье буду кататься по горам с моим патроном? Это нелепо — и все же это так. Никто слова бы не сказал, если бы я ездила с кем-нибудь из сослуживцев, а с вами — нельзя.</p>
      <p>— Но никто не знает и знать не должен! — воскликнул он.</p>
      <p>— Тем хуже. Не чувствовать за собой никакой вины и прятаться на глухих дорогах, будто у тебя совесть нечиста. Тогда уж лучше прямо и открыто…</p>
      <p>— Позавтракать со мной в будний день, — докончил он, угадав ход ее мыслей.</p>
      <p>Она кивнула.</p>
      <p>— Это не совсем то, что я хотела сказать, но более или менее. Я предпочла бы действовать в открытую, и пусть все об этом знают, чем прятаться с риском быть уличенной. Вы только не подумайте, что я жду приглашения на завтрак, — добавила она с улыбкой, — но вы понимаете, что я имею в виду.</p>
      <p>— Тогда почему же вы не хотите ездить со мной в горы, не скрываясь? — спросил он.</p>
      <p>Она покачала головой, и Харнишу показалось, что на ее лице мелькнула едва уловимая тень сожаления. Внезапно его охватил панический страх потерять ее.</p>
      <p>— Послушайте, мисс Мэсон. Я знаю, вы не любите разговоров о личных делах в конторе. И я не люблю. Это все то же: не полагается говорить со своей стенографисткой ни о чем, кроме как о работе. Давайте встретимся в воскресенье, переговорим как следует и что-нибудь придумаем. В горах мы можем разговаривать не только о делах конторы. Вы, надеюсь, достаточно хорошо знаете меня. Я человек прямой. Я всей душой уважаю вас и… и все такое… я… — Он умолк, и рука, которой он опирался на письменный стол, заметно дрожала. С трудом овладев собой, он продолжал: — Я очень хочу этой встречи, больше всего на свете. Я… я не знаю, как вам объяснить, но это так, вот и все. Согласны? Встретимся в воскресенье? Завтра?</p>
      <p>Харнишу и во сне не снилось, что вполголоса произнесенному «да», которым она ответила на его просьбу, он больше всего обязан каплям пота, выступившим у него на лбу, дрожанию руки и мучительной тревоге, написанной на его лице.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четырнадцатая</p>
      </title>
      <p>— Все горе в том, что из слов никогда нельзя узнать точно, для чего они сказаны. — Харниш задумчиво потер хлыстом правое ухо Боба и, мысленно повторив свои собственные слова, остался недоволен: совсем не это он хотел сказать. — Послушайте, вы говорите, что не будете больше встречаться со мной, и объясняете почему. А если у вас другие причины? Может, вам просто не хочется видеть меня, а вы только так говорите, чтобы я не обиделся. Понимаете? Не в моих привычках навязываться. Будь я уверен, что вам наплевать на меня, я тут же исчез бы — только вы меня и видели.</p>
      <p>Дид ничего не сказала, но улыбнулась в ответ, и Харниш подумал, что более изумительной улыбки он еще никогда в жизни не видел. Он уверял себя, что эта улыбка особенная, так она еще ни разу не улыбалась ему. Она дала понять, что он ей не чужой, что она немного знает его. Конечно, тут же поправил он себя, это у нее вышло нечаянно и ничего необыкновенного тут нет. Любой мало-мальски знакомый человек, будь то делец или конторский служащий — все равно кто, — после нескольких даже мимолетных встреч проявляет известное дружелюбие. Это в порядке вещей… Но все-таки Дид не кто-нибудь. И как чудесно она улыбается! Что ни одна женщина из тех, которых он видел на своем веку, не умела так улыбаться, в этом Харниш ни секунды не сомневался.</p>
      <p>Воскресенье прошло весело и беззаботно. Они съехались на дороге в Беркли и почти весь день провели вместе. Только теперь, с приближением вечера, когда вдали уже показались ворота, где им предстояло расстаться, Харниш приступил к серьезному разговору.</p>
      <p>Она быстро перебила его, и он весь обратился в слух.</p>
      <p>— Ну, а если у меня нет других причин, если дело не в том, что я не хочу вас видеть?</p>
      <p>— Тогда я от вас не отстану, — сказал он. — Я уже давно приметил, что если людям чего-нибудь хочется, то их легко уговорить. А будь у вас другая причина… ну, скажем, вы меня знать не хотите, а скрываете это от меня, боитесь обидеть, потому что дорожите местом в моей конторе… — Тут ему пришло в голову, что соображение, которое он привел в качестве примера, быть может, и есть истинная причина ее отказа встречаться с ним, и эта мысль так испугала его, что он потерял нить своих рассуждений. — В общем, скажите одно только слово, и я исчезну. И никакой обиды не будет. Просто мне, значит, не повезло. Ответьте мне прямо, мисс Мэсон, так это или нет. Чует мое сердце, что я верно угадал.</p>
      <p>Она взглянула на него, и в ее вдруг увлажнившихся глазах он прочел и гнев, и боль.</p>
      <p>— Это нечестно! — вскричала она. — Вы предлагаете мне на выбор: либо солгать вам и причинить вам боль, чтобы отделаться от вас и оградить себя, либо сказать вам правду и не иметь против вас никакой защиты, потому что вы сами говорите, что не отстанете от меня.</p>
      <p>Щеки ее покрылись румянцем, губы дрожали, но она смотрела ему прямо в глаза.</p>
      <p>Харниш удовлетворенно усмехнулся.</p>
      <p>— Меня очень радуют ваши слова, мисс Мэсон.</p>
      <p>— Не радуйтесь, — поспешила она ответить, — мои слова ничего не меняют. Я этого не допущу. Больше воскресных прогулок не будет и… А вот и ворота.</p>
      <p>Поставив кобылу боком к изгороди, она наклонилась, подняла щеколду и въехала в отворяющиеся ворота.</p>
      <p>— Нет, нет, пожалуйста, — сказала она Харнишу, увидев, что он хочет последовать за ней.</p>
      <p>Он покорно осадил Боба, и ворота захлопнулись. Но она не поехала дальше, и разговор продолжался.</p>
      <p>— Послушайте, мисс Мэсон, — начал он тихим, срывающимся от волнения голосом. — Я хочу, чтобы вы твердо знали одно: я не просто от скуки волочусь за вами. Вы мне нравитесь, я к вам привязался, и для меня это не шутка. Ничего дурного в моих намерениях нет. Я честно хочу…</p>
      <p>Он умолк, увидев выражение ее лица. Дид явно сердилась, но в то же время едва удерживалась от смеха.</p>
      <p>— Хуже этого вы ничего не могли придумать! — воскликнула она. — В точности, как объявление в брачной газете: «Самые честные намерения; цель знакомства — брак». Но поделом мне. Очевидно, именно это вы и имели в виду, когда сказали, что не отстанете от меня.</p>
      <p>С тех пор, как Харниш поселился под городскими крышами, его загорелая, обветренная кожа побелела: поэтому лицо его стало ярко-пунцовым, когда краска залила ему щеки и даже шею. Он был слишком смущен и пристыжен, чтобы заметить, что Дид смотрит на его побагровевшее лицо таким ласковым взглядом, каким ни разу не подарила его за весь день. Ей еще не приходилось видеть взрослых мужчин, которые краснели бы, как мальчишки, и она уже сожалела о невольно вырвавшихся у нее резких словах.</p>
      <p>— Послушайте меня, мисс Мэсон, — заговорил он, сначала медленно и запинаясь, потом быстрее и под конец так заспешил, что речь его стала почти бессвязной. — Я человек грубый, неотесанный, я сам это знаю, я знаю, что мне не хватает воспитания. Никаким этим тонкостям я не обучен. Я еще никогда не ухаживал за женщинами, никогда не влюблялся, и в таких делах я просто дурак дураком. Ну пусть я глупо говорю, вы не обращайте внимания, ведь дело не в словах, а в том, каков человек. Вот я, например, я хочу только хорошего, хоть и не умею за это взяться.</p>
      <p>Отличительной чертой Дид Мэсон была мгновенная смена настроений; искреннее раскаяние звучало в ее голосе, когда она сказала:</p>
      <p>— Простите меня, я совсем не хотела посмеяться над вами. Вы меня застали врасплох, и слова ваши показались мне обидными. Видите ли, мистер Харниш, я не привыкла…</p>
      <p>Она умолкла, вдруг испугавшись, что под влиянием минуты скажет лишнее.</p>
      <p>— Вы хотите сказать, — подхватил Харниш, — что не привыкли к таким скоропалительным объяснениям: «Здравствуйте, очень приятно, предлагаю руку и сердце».</p>
      <p>Она кивнула, и они оба весело рассмеялись. Смех разрядил атмосферу, и Харниш, приободрившись, продолжал уже спокойнее:</p>
      <p>— Вы сами видите, что я прав. Конечно, у вас есть опыт. Небось, вам уже сто раз предложение делали. Но я-то еще не пробовал и вот барахтаюсь, как рыба, вынутая из воды. Впрочем, это вовсе и не предложение. Получается все очень нескладно. Я, можно сказать, попал в тупик. Настолько-то у меня хватает ума, чтобы понять, что, ежели хочешь подружиться с девушкой, нельзя начинать с того, что, мол, выходи за меня замуж. Вот тут-то и загвоздка. Раз — я не могу разговаривать с вами в конторе. Два — встречаться со мной, кроме как в конторе, вы не желаете. Три — вы говорите, пойдут сплетни, потому что вы у меня служите. Четыре — мне необходимо поближе сойтись с вами и необходимо объяснить вам, что я хочу только хорошего и ничего такого у меня и в мыслях нет. Пять — вот вы уже за воротами и сейчас ускачете, а я перед воротами, и душа у меня болит, и я не знаю, что вам такое сказать, чтобы вы передумали. Шесть — я вам сказал все, что мог. А теперь я вас очень прошу еще раз подумать.</p>
      <p>Дид с невольным участием глядела в огорченное, взволнованное лицо Харниша и слушала его признания; оттого, что он облекал их в такие простые, немудреные слова, они звучали особенно искренне и чистосердечно. Как мало он походил на тех мужчин, с которыми ей доводилось встречаться до сих пор! Под конец, углубившись в свои мысли, она почти перестала слушать его. Любовь человека сильного, властного всегда влечет к себе женщину, и никогда еще Дид так полно не отдавалась этому влечению, как сейчас, глядя сквозь решетчатые ворота на Время-не-ждет. Конечно, она и не думает о том, чтобы выйти за него замуж — против этого слишком много серьезных доводов; но почему бы ей не встречаться с ним? Он ей нисколько не противен. Напротив, он ей нравится и всегда нравился, с того самого дня, когда она впервые увидела его худое, индейского склада лицо и черные блестящие глаза. Не одна только великолепно развитая мускулатура отличала его от других мужчин. Его окружал ореол романтики: бесстрашный искатель приключений на далеком Севере, совершивший множество подвигов и наживший миллионы, полудикарь, явившийся из полярной пустыни, чтобы вступить в борьбу с жителями Юга.</p>
      <p>Жестокий, как индеец, игрок и распутник, человек без стыда и совести, снедаемый неутолимой жаждой мщения, готовый растоптать каждого, кто станет ему поперек дороги, — о, она отлично знала все бранные слова, которыми его называли! Но ей он не внушал страха. Имя его значило для нее не только это: «Время-не-ждет» значило еще многое другое, о чем можно было прочесть в газетах, в журналах и в книгах о Клондайке. Словом — одно уже имя его способно было поразить воображение любой женщины; обаяние этого имени захватило и Дид Мэсон, когда она глядела на него сквозь решетку и слушала его горячие, грустные признания. Несмотря ни на что, Дид все же была женщина, и ее женскому тщеславию не могло не льстить, что такой человек, как Время-не-ждет, ищет ее любви.</p>
      <p>Но не одно тщеславие — многое другое заговорило в ней: она вдруг почувствовала себя одинокой, усталой; какие-то смутные ощущения и еще более смутные желания вторглись в ее душу, точно полчища таинственных призраков; и — еще глуше, еще сокровеннее — зазвучали тихие перекликающиеся голоса, воскрешая трепетные желания забытых поколений, вновь и вновь, нежданно и негаданно оживающих под таинственным, едва уловимым и всесильным дыханием первозданной жизни, которая под личиной тысячи обольщений извечно творит самое себя. Трудно устоять перед искушением и отказаться от воскресных прогулок с ним. Только прогулки — и все, ибо она ни за что не согласится жить так, как живет он. Других женщин, быть может, удержали бы робость, страх остаться наедине с мужчиной. Но она-то уж сумеет постоять за себя при любых обстоятельствах! Так зачем же отказываться? Ведь это в конце концов безделица.</p>
      <p>Жизнь ее в лучшем случае можно назвать однообразной и будничной. Она ест, спит, работает в конторе. Вот, собственно говоря, и все. Чем наполнены ее дни? Шесть дней в неделю уходят на контору и на дорогу туда и обратно; перед сном иногда удается урвать часок-другой для игры на рояле; а нужно еще выстирать кое-что, сшить или починить, подвести итог своим скромным расходам; два вечера в неделю она разрешает себе развлечься; субботние вечера и те часы, которые она выкраивает в будние дни, она проводит в больнице, навещая брата; и только раз в семь дней, в воскресенье, оседлав Маб, она носится по милым сердцу горам. Это ее единственная отрада. Но одной ездить тоскливо. Никто из ее знакомых не катается верхом. Студентки, которых она уговорила попробовать, покатались раза два на наемных клячах и бросили. Только Мадлин купила лошадь и полгода ездила с увлечением, но потом вышла замуж и уехала в Южную Калифорнию. Когда много лет катаешься в полном одиночестве, даже это начинает приедаться.</p>
      <p>Какой он еще мальчишка, этот миллионер, финансовый титан, которого боятся самые могущественные богачи Сан-Франциско! Сущее дитя! Вот уж не думала, что он может быть таким.</p>
      <p>— Как люди становятся мужем и женой? — между тем говорил Харниш. — Ну, во-первых, они знакомятся; во-вторых, нравятся друг другу с виду; в-третьих, лучше узнают друг друга; в-четвертых, женятся или не женятся, смотря по тому, понравились они друг другу или нет, когда сошлись поближе. Но как же мы с вами узнаем, достаточно мы нравимся друг другу или нет? Просто ума не приложу. Есть только один выход: мы должны сами помочь горю. Я бы пришел к вам, бывал у вас, но я знаю, вы живете одна в пансионе или комнату снимаете, так что это тоже не годится.</p>
      <p>Дид внезапно очнулась от задумчивости и чуть не расхохоталась: уж слишком все это было нелепо. Ей хотелось смеяться — не сердито, не истерически, просто весело смеяться. Ну на что это похоже? Она — скромная стенографистка, он — известный биржевой игрок, миллионер, а между ними ворота, и он рассуждает о том, как люди женятся. Нет, так продолжаться не может, пора это прекратить. Никаких тайных свиданий в горах больше не будет. А если он, не видя другого выхода, начнет ухаживать за ней в конторе — ну что ж, тогда ей придется уйти с очень хорошего места, и дело с концом. Нельзя сказать, чтобы такая перспектива радовала Дид, но она знала жизнь, в особенности городскую жизнь, и ничего хорошего от нее не ждала. Она слишком долго работала ради куска хлеба, чтобы не растерять изрядную долю своих иллюзий.</p>
      <p>— Мы не станем таиться и прятаться, — настойчиво продолжал Харниш. — Мы будем ездить, не скрываясь, а если кто увидит — ну и пусть. Пойдут сплетни? Пока у нас совесть чиста, нам на это наплевать. Ну скажите одно слово, и счастливее нас с Бобом никого на свете не будет.</p>
      <p>Она покачала головой, придержала Маб, нетерпеливо переступавшую копытами, и выразительно посмотрела на быстро удлиняющиеся вечерние тени.</p>
      <p>— Сейчас все равно уже поздно, — торопливо сказал Харниш, — и мы ни до чего не договорились. Еще одно воскресенье, только одно, чтобы решить окончательно.</p>
      <p>— В нашем распоряжения был целый день, — возразила она.</p>
      <p>— Но мы заговорили об этом слишком поздно. В другой раз мы начнем пораньше. Для меня это очень, очень важно. Ну как — в будущее воскресенье?</p>
      <p>— Вот она — хваленая мужская честность! — сказала она. — Вы же отлично знаете, что, говоря «будущее воскресенье», вы имеете в виду не одно, а много будущих воскресений.</p>
      <p>— Тогда пусть их будет много! — с жаром воскликнул он; а Дид подумала, что никогда еще его мужественное лицо не нравилось ей так, как в эту минуту. — Скажите, что вы согласны. Скажите только одно слово. В воскресенье, у каменоломни…</p>
      <p>Она подобрала поводья, намереваясь тронуть лошадь.</p>
      <p>— Спокойной ночи, — сказала она, — и…</p>
      <p>— Да? — прошептал он с едва уловимой властной настойчивостью.</p>
      <p>— Да, — ответила она тихо, но внятно.</p>
      <p>В тот же миг она подняла кобылу в галоп и, не оглядываясь, поскакала по дороге к дому. Тщетно пыталась она понять, что творится в ее душе. Она же твердо решила сказать «нет» и до последней секунды не меняла своего решения — и вдруг ее губы произнесли «да». А может быть, не одни губы? У нее не было намерения давать согласие. Так почему она согласилась? Сначала Дид только удивлялась и недоумевала: что толкнуло ее а столь неожиданный и необъяснимый поступок? Но она похолодела от страха, когда подумала о том, какие это возымеет последствия. Она знала, что Время-не-ждет не тот человек, с которым можно шутки шутить. За его детским простодушием кроется властная натура зрелого мужчины, своим согласием встречаться с ним на, несомненно, уготовала себе волнения и бури. И она нова и снова спрашивала себя, почему же все-таки она сказала «да» в то самое мгновение, когда бесповоротно решила сказать «нет»?</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятнадцатая</p>
      </title>
      <p>Жизнь в конторе по-прежнему шла своим чередом. Ни единым взглядом или словом не показывали Харниш и Дид, что отношения между ними изменились, каждое воскресенье они уславливались о будущей встрече, но в конторе никогда не говорили о совместных прогулках. На этот счет Харниш проявлял крайнюю щепетильность. Он знал, что иначе она откажется от места. А терять ее он не хотел — видеть ее в своей конторе было для него постоянной, нетускнеющей радостью. Но он не пытался продлить эту радость: не мешкал, диктуя ей письма, не придумывал для нее лишнюю работу, чтобы подольше удержать в своем кабинете. Поступал он так не только из своекорыстного страха лишиться ее — он оставался верен своим правилам честной игры. Пользоваться случайным преимуществом он считал недостойным приемом. Какой-то внутренний голос говорил ему, что любовь — это нечто более высокое, чем обладание. Он хотел, чтобы его любили ради него самого, чтобы оба партнера имели равные шансы.</p>
      <p>С другой стороны, никакие искусно расставленные сети не сослужили бы ему такую службу, как его сдержанное обращение с Дид. Больше всего на свете дорожа своей свободой и меньше всего склонная уступать силе, она не могла не оценить его тактики. Но она не только рассудком отдавала ему должное, — какие-то неуловимые, тончайшие нити, ощутимые только в редкие минуты, протягивались между ними. Шаг за шагом плелась паутина, которой любовь Харниша обволакивала Дид; крепче становились незримые, неосознанные узы, связывающие их. Может быть, в этом надо было искать ключ к тому, что она сказала «да» вместо «нет»? И в будущем, когда речь пойдет о более важном решении, не случится ли так, что она отвергнет все трезвые доводы разума и опять, вопреки своей воле, ответит согласием?</p>
      <p>Сближение с Дид имело благотворное влияние на Харниша, хотя бы потому, что он стал меньше пить. Его уже не тянуло так сильно к спиртному, и он даже сам это заметил. В известной степени Дид заменяла ему коктейли. Мысль о ней действовала на него, как крепкое вино. Во всяком случае, ему уже меньше требовалось горячительных напитков, чтобы выдержать противоестественный городской образ жизни и азартнейшую биржевую игру. Он по-прежнему при помощи коктейлей воздвигал стену, за которой укрывался, чтобы передохнуть, но теперь частью этой стены была Дид. Черты ее лица, смех, модуляции голоса, золотистые искрящиеся глаза, отблеск солнца на волосах, фигура, платье, руки, держащие поводья, малейшие движения — все это он вновь и вновь мысленно рисовал себе, забывая о коктейлях и виски с содовой.</p>
      <p>Невзирая на принятое ими отважное решение не прятаться от людей, они все же соблюдали осторожность во время прогулок. В сущности, это были просто-напросто тайные свидания. Они отнюдь не выезжали верхом открыто, у всех на глазах. Напротив, они всегда старались встречаться как можно неприметнее, и поэтому Дид, выехав из Беркли по дороге со многими воротами, поджидала Харниша где-нибудь вне города. Для катания они выбирали глухие, малолюдные дороги; чаще всего они переваливали через второй горный хребет, где их могли видеть только идущие в церковь фермеры, которые не знали Харниша даже по портретам.</p>
      <p>Дид оказалась отличной наездницей — не только искусной, но и выносливой. Бывали дни, когда они покрывали шестьдесят, семьдесят и даже восемьдесят миль; и ни разу Дид не пожаловалась на усталость, и не было случая — что особенно ценил Харниш, — чтобы у гнедой кобылы оказалась стертой спина.</p>
      <p>«Молодчина, ничего не скажешь», — с неизменным восхищением твердил он про себя.</p>
      <p>Во время этих долгих, ничем не прерываемых прогулок они многое узнали друг о друге. Кроме как о себе, им почти не о чем было говорить. Таким образом, она стала знатоком по части полярных путешествий и добычи золота, а он, слушая ее рассказы, составлял себе все более полную картину ее жизни. Она с увлечением вспоминала свое детство на ранчо, описывала лошадей, собак, людей, предметы, а он мысленно следил за тем, как она из девочки превращалась в женщину. Узнал он и о том, как отец ее разорился и умер, а ей пришлось бросить университет и наняться в контору. Говорила она и о больном брате, о том, что она уже много лет делает все, что в ее силах, чтобы он вылечился, и что уже не верит в его выздоровление. Харниш убедился, что найти с ней общий язык вовсе не так трудно, как он предполагал; однако он постоянно чувствовал, что за всем, что ему известно о ней, таится загадка, именуемая «женщина». И он смиренно признавался самому себе, что об этом безбрежном неисследованном море, по которому ему предстоит пуститься в плавание, он не знает ровно ничего.</p>
      <p>Он боялся женщин потому, что не понимал их, и не понимал их, потому что боялся. Дид верхом на гнедой кобыле, Дид, в летний полдень собирающая маки на горном склоне, Дид, быстро и уверенно стенографирующая под диктовку, — все это было ясно и понятно. Но той Дид, у которой мгновенно менялось настроение, которая упорно отказывалась встречаться с ним и вдруг соглашалась, в чьих глазах, словно непонятные ему сигналы, то вспыхивали, то гасли золотые искорки, — той Дид он не знал. Во всем этом он видел таинственные глубины женственности, поддавался их обаянию, но постичь не надеялся.</p>
      <p>И еще одна сторона ее жизни, как хорошо понимал Харниш, была закрыта для него. Она любила книги, она обладала тем, что люди с почтением называют загадочным словом «культура». Но, к его величайшему удивлению, эта культура никогда не вторгалась в их отношения. Дид не заговаривала ни о книгах, ни об искусстве, ни о прочих высоких материях. Его неискушенному уму она казалась такой же бесхитростной, как он сам. Она любила все простое и естественное: свежий воздух, лошадей, солнце, цветы. Растительность этого края была ему мало знакома, и она учила его распознавать различные виды дуба, показывала мансаниту и земляничное дерево, перечисляла названия, свойства, места распространения бесконечных разновидностей полевых цветов, кустарников, папоротников. Ее зоркий глаз, от которого ничто лесное не укрывалось, восхищал Харниша. Этим она была обязана детству, проведенному среди природы. Однажды они поспорили, кто из них обнаружит больше птичьих гнезд. И ему, который всегда гордился своей острой наблюдательностью, немало труда стоило победить в этом состязании. К концу дня он опередил ее только на три гнезда, и то одно из них она упрямо оспаривала, да и он должен был сознаться, что не уверен, кто первым увидел его. Он высказал ей свое восхищение и прибавил, что она сама похожа на птицу — такая же зоркая и проворная.</p>
      <p>Чем ближе он узнавал ее, тем больше убеждался, что многое в ней напоминает птицу. Вот почему она любит ездить верхом, говорил он себе. Это почти то же, что летать. Поле, пестрящее маками, лощинка, заросшая папоротником, проселок, окаймленный тополями, красновато-коричневая земля косогора, луч солнца на далекой вершине — все это вызывало у нее радостные возгласы, которые звучали в его ушах, как птичье пение. Она радовалась каждому пустяку, и песня ее не умолкала. Это впечатление не исчезало даже в те минуты, когда она проявляла суровость. Глядя, как она проезжает Боба и старается укротить неуемного жеребца, он мысленно сравнивал ее с орлицей.</p>
      <p>Ее маленькие мимолетные радости были радостью и для него. Стоило ей устремить восхищенный взор на что-нибудь, привлекшее ее внимание, как он с не меньшим восхищением, впивался глазами в ее лицо. Она же научила его лучше видеть и понимать природу. Она указывала ему на краски пейзажа, которых он без нее ни за что бы не приметил. До сих пор он знал только простые цвета. Все оттенки красного цвета были для него красные и только. Черное — это черное, коричневое — коричневое, а когда коричневый цвет переходит в желтое — это уже желтый цвет, а не коричневый. Пурпурный он всегда воспринимал как кроваво-красный, но Дид объяснила ему, что он ошибается. Однажды, когда они очутились на высоком гребне, где огненные маки, колышимые ветром, достигали колен лошадей, Дид так застыла на месте, потрясенная открывшимся перед ними видом. Она насчитала семь планов, и Харниш, который всю свою жизнь смотрел на самые разнообразные пейзажи, впервые узнал, что такое «план» в живописи, после этого он стал более зрячими глазами приглядываться к лику земли и сам научился постигать красоту горных кряжей, которые сомкнутыми рядами высились округ, и лиловой дымки летнего вечера, дремлющей складках далеких гор.</p>
      <p>Но сквозь все это золотой нитью проходила любовь, начала он довольствовался воскресными прогулками и чисто приятельскими отношениями, установившимися между ним и Дид, но с каждым днем его все сильнее влекло к ней. Чем ближе он узнавал ее, тем больше находил в ней достоинств. Если бы она держалась неприступно и высокомерно или жеманилась, заигрывала ним, все было бы иначе. Но его пленяли в ней именно простота, непосредственность, умение быть хорошим товарищем. Этого он не предвидел. Так он еще никогда не смотрел на женщин. Игрушка, хищница, жена и продолжательница рода — только в этих обличьях он представлял себе женщину, только такой мыслил ее. Но женщина — друг и товарищ, какой оказалась Дид, повергала его в изумление. Он открывал в ней все новые совершенства, и любовь его разгоралась все жарче и уже помимо его воли прорывалась в ласковом звуке голоса, вспыхивала в устремленных на нее глазах. Дид отлично все это видела, но, подобно многим женщинам, думала, что можно играть с огнем и все же избежать пожара.</p>
      <p>— Скоро настанет зима, — сказала она однажды со вздохом сожаления, но не без лукавства, — и тогда конец прогулкам верхом.</p>
      <p>— Но я должен и зимой встречаться с вами! Она покачала головой.</p>
      <p>— Нам очень хорошо, когда мы вместе, — ответила она, глядя ему прямо в глаза, — и я не забыла ваших смешных рассуждений о цели нашего знакомства. Но это ни к чему не приведет. Я слишком хорошо себя знаю. Уверяю вас, я не ошибаюсь.</p>
      <p>Она говорила очень серьезно, даже участливо, явно стараясь смягчить удар, и по-прежнему без смущения смотрела ему в лицо; но в глазах ее мерцал золотистый свет, за которым Харниш угадывал сокровенные тайны женского сердца, — и теперь он уже не страшился их.</p>
      <p>— Я, кажется, веду себя примерно, — заговорил он. — Думаю, вы согласитесь со мной. Должен вам сказать, что мне это нелегко дается. Посудите сами. Ни разу я не обмолвился и словом о моей любви, а вы знаете, что я люблю вас. Это не пустяки для человека, который привык все делать по-своему. Я вообще не из тех, кто любит мешкать. Посмотрели бы вы на меня в пути. Сам господь бог не догнал бы меня на снежной тропе. Но с вами я не тороплюсь. Из этого вы можете понять, как сильно я вас люблю. Конечно, я хочу, чтобы вы стали моей женой. А говорил я вам об этом? Ни разу ни слова не сказал. Молчал и вел себя примерно, хоть и тошно мне было молчать. Я не просил вас выйти за меня замуж. И сейчас не прошу. Не потому, что я сомневаюсь. Лучше вас мне не найти, это я верно знаю. Но я-то вам подхожу? Можете вы это решить? Или вы еще слишком мало меня знаете? — Он пожал плечами. — Это мне неизвестно, а рисковать я не намерен. Мне нужно знать наверное, думаете ли вы, что могли бы ужиться со мной или нет. Потому-то я и тяну и не иду ва-банк. Не хочу играть втемную.</p>
      <p>Так еще никто не объяснялся Дид в любви. Да и понаслышке она не знала ничего подобного. Больше всего поразил ее рассудительный тон, каким говорил Харниш, но она тут же вспомнила, как у него дрожала рука во время их первого разговора в конторе, с какой нежностью он смотрел на нее и сегодня, и во все предыдущие дни, и как ласково звучал его голос. Вспомнила она и слова, как-то сказанные им: «Вы, может, не знаете, что такое терпение». А потом он рассказал ей, как стрелял белок из дробовика, когда они с Дэвисом умирали с голоду на реке Стюарт.</p>
      <p>— Так что, сами видите, — настаивал Харниш, — мы должны встречаться с вами зимой. Чтобы все было по-честному. Я думаю, вы еще не решили…</p>
      <p>— Вы ошибаетесь, — прервала его Дид. — Я никогда не позволю себе полюбить вас. Счастья я с вами не найду. Вы мне нравитесь, мистер Харниш, я не отрицаю, но больше этого ничего быть не может.</p>
      <p>— Это потому, что вам не нравится, как я живу, — возразил он, подразумевая кутежи и пьянство в разгульной компании, которые так любили расписывать газеты; он выжидательно посмотрел на нее — постесняется она признать, что ей это известно или нет?</p>
      <p>Но она ответила прямо, без обиняков:</p>
      <p>— Да, не нравится.</p>
      <p>— Я и сам знаю, что иногда хватал через край, — вот о чем в газетах писали, — начал он, пытаясь оправдаться, — и я признаю, что приятели, с которыми я катался, — народ довольно буйный…</p>
      <p>— Я не о кутежах говорю, — перебила она его, — хотя и о них мне известно и не могу сказать, чтобы мне это было по душе. Я имею в виду вашу жизнь вообще, ваш бизнес. Есть женщины, которые охотно вышли бы за такого человека, как вы, и жили бы счастливо. Но это не для меня. И чем сильнее я любила бы такого человека, тем несчастнее была бы. Я и сама страдала бы и его сделала бы несчастным. Я совершила бы ошибку, и он совершил бы ошибку; но он легче перенес бы это, потому что у него остался бы его бизнес.</p>
      <p>— Бизнес! — воскликнул Харниш. — А что плохого в моем бизнесе? Я веду честную игру, без всякого надувательства, а этого нельзя сказать почти ни про кого из дельцов, будь то заправила крупной корпорации или хозяин мелочной лавочки, обвешивающий покупателя. Я играю по правилам, и мне не нужно ни врать, ни мошенничать, ни обманывать.</p>
      <p>Дид, втайне радуясь, что разговор принял другой оборот, воспользовалась случаем, чтобы высказать Харнишу свое мнение.</p>
      <p>— В древней Греции, — начала она наставительным тоном, — хорошим гражданином слыл тот, кто строил дома, сажал деревья… — Она не докончила цитаты и сразу перешла к выводам: — Сколько домов вы построили? Сколько деревьев посадили?</p>
      <p>Он неопределенно мотнул головой, так как не понял, куда она клонит.</p>
      <p>— Например, — продолжала она, — в позапрошлую зиму вы скупили весь уголь…</p>
      <p>— Только местный, — усмехнулся он. — Я тогда воспользовался нехваткой транспорта и забастовкой в Британской Колумбии.</p>
      <p>— Но сами-то вы этот уголь не добывали? А вы подняли цену на четыре доллара с тонны и нажили большие деньги. Это вы называете бизнесом. Вы заставили бедняков платить за уголь дороже. Вы говорите, что играете честно, а на самом деле вы залезли к ним в карман и обобрали их. Я это знаю по опыту. У меня в Беркли комната отапливается камином. И вместо одиннадцати долларов за тонну угля я в ту зиму заплатила пятнадцать. Вы украли у меня четыре доллара. Меня вы этим не разорили. Но есть тысячи бедняков, которым пришлось туго. По-вашему, может быть, это законная спекуляция, а по-моему, это — чистое воровство.</p>
      <p>Харниша ее слова не смутили. Ничего нового она ему не сказала. Он вспомнил старуху, которая продавала свое вино в горах Сонома и так же, как миллионы других обездоленных, была предназначена к тому, чтобы ее грабили.</p>
      <p>— Вот что я вам скажу, мисс Мэсон: отчасти вы правы, это я признаю. Но вы давно знаете все мои дела, и вам отлично известно, что не в моих привычках грабить бедняков. Я воюю с богачами. Они моя дичь. Они грабят бедных, а я граблю их. Это дело с углем вышло случайно. Я не бедных хотел прижать, а крупных воротил, и я прижал их. Бедняки нечаянно попали в драку, и им досталось, только и всего.</p>
      <p>— Разве вы не видите, — продолжал он, — что все на свете просто азартная игра? Все люди так или иначе спекулируют. Фермер спекулирует на погоде и на выгодном сбыте своего урожая. Спекулирует и Стальной трест Соединенных Штатов. Уйма людей только тем и занимается, что обирает бедняков. Но только не я. Вы это сами знаете. Я всегда охочусь за грабителями.</p>
      <p>— Вы меня сбили, — сказала Дид, — погодите, я сейчас вспомню.</p>
      <p>Несколько минут они ехали молча.</p>
      <p>— Я не могу объяснить вам словами, но мне самой это совершенно ясно. Понимаете, существует труд полезный и труд… как бы это сказать… бесполезный. Фермер пашет землю и производит хлеб. Его труд приносит человечеству пользу. Он создает что-то нужное — выращивает хлеб, который накормит голодных.</p>
      <p>— А потом железнодорожные компании, спекулянты и прочие преспокойно отнимут у него этот самый хлеб, — вставил Харниш.</p>
      <p>Дид улыбнулась и жестом остановила его.</p>
      <p>— Погодите, не сбивайте меня. Ну, пусть его грабят, не оставив ему ни крошки, и он умрет с голоду. Но та пшеница, которую он вырастил, ведь не пропадет? Она существует. Понимаете? Фермер что-то создал: вырастил, скажем, десять тонн пшеницы, и эти десять тонн существуют. Железные дороги доставляют пшеницу на рынок, приближают к тем, кто будет есть ее. Все это полезный труд. Как если бы кто-нибудь принес вам стакан воды или вынул соринку из глаза. Что-то сделано нужное, что-то создано, как хлеб, собранный фермером.</p>
      <p>— Но железные дороги бессовестно грабят, — возразил Харниш.</p>
      <p>— Значит, их работа только наполовину полезна. А теперь поговорим о вас. Вы ничего не создаете. От ваших финансовых операций не появится ничего нового. Вот хотя бы уголь — вы не добывали его, не перевозили, не доставляли покупателю. Понимаете? Вот все это я и называю: сажать деревья, строить дома. А вы не посадили ни одного дерева, не построили ни одного дома.</p>
      <p>— Никогда не думал, что женщина может так рассуждать о бизнесе, — пробормотал Харниш, с почтением глядя на нее. — И вы верно говорите. Но только и я не так уж не прав. Послушайте меня. Я приведу три пункта. Пункт первый: жизнь наша коротка, и все, даже самые лучшие, помирают. Жизнь — сплошная азартная игра. Бывают игроки везучие и бывают невезучие. Все садятся за карточный стол, и каждый норовит обчистить партнеров. Большинство проигрывают, потому что они родились дураками. И вот прихожу я и прикидываю: что мне делать? Я должен выбрать: идти к дуракам или идти к грабителям. Если к дуракам, то я ничего не выиграю, даже последний кусок хлеба у меня отберут грабители. Всю жизнь буду работать, как вол, и так и помру на работе. И никакой-то радости мне не будет, ничего, одна только работа и работа. Говорят, труд — дело благородное. Никакого благородства в таком труде нет, поверьте мне. Ну, я и решил идти к грабителям и вступил в игру, чтобы заграбастать побольше. И что же? Все для меня: и автомобили, и дорогие рестораны, и мягкая постель.</p>
      <p>Пункт второй: грабить вполовину, как железные дороги, которые везут хлеб фермера на рынок, или грабить начисто, как я граблю грабителей, — невелика разница. Да и грабить вполовину мне не подходит. В такой игре скоро не разбогатеешь.</p>
      <p>— А зачем вам богатеть? — спросила Дид. — У вас и так куча денег. Все равно нельзя ездить в двух машинах зараз или спать в двух кроватях.</p>
      <p>— На это вам ответит мой третий пункт. Вот слушайте. И люди и животные так устроены, что у всех разные вкусы. Заяц любит травку, а рысь любит мясо. Утки плавают, а куры боятся воды. Один человек собирает марки, другой — бабочек. Есть люди, которые думают только о картинах, а есть такие, которым подавай яхты. Для одних на свете нет ничего лучше охоты, для других — скачек, для третьих — хорошеньких актрис. Кому что на роду написано. От этого никуда не денешься. Вот я люблю азартную игру. Мне это нравится. И я люблю игру крупную, чтобы уж выиграть так выиграть. Я родился игроком. Потому я и играю.</p>
      <p>— Но почему бы вам не делать добро вашими деньгами?</p>
      <p>Харниш засмеялся.</p>
      <p>— Делать добро! Это все равно что дать богу пощечину: ты, мол, не умеешь править миром, так вот, будь любезен, отойди в сторонку, я сам попробую. Но я вообще богом не шибко интересуюсь и потому по-другому смотрю на это дело. Разве не смешно ходить с кастетом и здоровенной дубиной, разбивать людям голову, отнимать у них деньги, а когда денег наберется много, вдруг раскаяться и начать перевязывать головы, разбитые другими грабителями? Смешно? А ведь это и значит делать добро своими деньгами. Время от времени какой-нибудь разбойник ни с того ни с сего становится добреньким и начинает играть в «скорую помощь». Что делает Карнеги? В Питсбурге он учинил такой разбой, что проломленных голов и не счесть, ограбил дураков на сотни миллионов, а теперь по капельке возвращает им деньги. По-вашему, это умно? Посудите сами.</p>
      <p>Он начал свертывать папиросу и чуть насмешливо, с любопытством покосился на Дид. Неприкрытый цинизм его теории, резкий тон и резкие слова смутили ее и вынудили к отступлению.</p>
      <p>— Я не могу вас переспорить, и вы это знаете. Как бы ни права была женщина, она не может убедить мужчину, потому что мужчины всегда так уверены в себе, что женщина невольно сдается, хотя она и не сомневается в своей правоте. Но ведь есть же и другое — есть радость созидания. Вы называете свой бизнес игрой, пусть так. Но мне кажется, что все-таки приятней что-нибудь сделать, создать, чем с утра до вечера бросать игральные кости. Вот я, например, когда мне хочется поразмяться или забыть о том, что за уголь надо платить пятнадцать долларов, я берусь за Маб и полчаса скребу и чищу ее. И когда я потом вижу, что шерсть у нее блестит и лоснится, как шелк, я чувствую удовлетворение. По-моему, такое же чувство должно быть у человека, который построил дом или посадил дерево. Он может полюбоваться делом рук своих. Это он сделал, это плод его труда. Даже если кто-нибудь вроде вас придет и отнимет у него посаженное им дерево, оно все-таки останется, и все-таки оно посажено им. Этого вы у него отнять не можете, мистер Харниш, невзирая на все ваши миллионы. Вот что я называю радостью созидания, которой нет в азартной игре. Неужели вы никогда ничего не создавали? Там, на Юконе? Ну, хижину, что ли, лодку, плот или еще что-нибудь? И разве вы не помните, как приятно вам было, пока вы работали, и после, когда вы любовались тем, что вами сделано? Харниш слушал ее, и в его памяти вставали картины прошлого. Он снова видел пустынную террасу на берегу Клондайка, вырастающие на ней бревенчатые хижины, склады, лавки и все прочие деревянные строения, возведенные им, видел свои лесопилки, работающие круглые сутки в три смены.</p>
      <p>— Тут вы немножко правы, мисс Мэсон, не спорю. Да, я сотни домов построил, и я помню, как гордился и радовался, глядя на них. Я и сейчас горжусь, когда вспоминаю. А Офир? Ну самый что ни на есть дрянной лосиный выгон, а что я из него сделал! Я провел туда воду, знаете откуда? Из Ринкабилли, за восемьдесят миль от Офира. Все говорили, что ничего у меня не выйдет, а вот вышло же, и я сам это сделал. Плотина и трубы стоили мне четыре миллиона. Но посмотрели бы вы на этот самый Офир! Машины, электрический свет, сотни людей, работа — круглые сутки. Я понимаю, что вы хотите сказать, когда говорите, что хорошо что-нибудь сделать. Я сделал Офир, и неплохо сделал, черт меня побери… простите, я нечаянно, — но, право же, Офир был прямо загляденье. Я и сейчас горжусь им, как в тот день, когда мои глаза в последний раз видели его.</p>
      <p>— И это дало вам больше, чем просто деньги, — подхватила Дид. — Знаете, что бы я сделала, будь у меня много денег и если уж я никак не могла бы бросить эту игру в бизнес? Взяла бы да и купила здесь все южные и западные безлесные склоны и засадила их эвкалиптами. Просто так — для удовольствия. А если бы у меня была эта страсть к азарту, о которой вы говорите, то я бы все равно посадила деревья и нажила бы на этом деньги. Вот как вы наживаете, но только иначе; вместо того, чтобы поднимать цену на уголь, не увеличив ни на унцию запасы его, я создала бы тысячи и тысячи кубометров дров на голом месте, где раньше не было ничего. И каждый, кто переправится через бухту, посмотрит на лесистые склоны и порадуется на них. А кто радовался тому, что по вашей милости уголь подорожал на четыре доллара?</p>
      <p>Теперь уж Харниш не находил ответа и молчал, а она выжидательно смотрела на него.</p>
      <p>— Вы хотели бы, чтобы я сделал что-нибудь в этом роде? — наконец спросил он.</p>
      <p>— Так было бы лучше для людей и для вас, — ответила она уклончиво.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестнадцатая</p>
      </title>
      <p>Всю неделю служащие конторы чувствовали, что мысли Харниша заняты какими-то новыми грандиозными планами. Уже несколько месяцев, если не считать сравнительно мелких операций, он почти не интересовался делами. Но теперь он внезапно погрузился в глубокую задумчивость, часами просиживал за своим письменным столом, не двигаясь и не произнося ни слова, или вдруг срывался с места и уезжал в Окленд. При этом видно было, что планы, с которыми он носится, доставляют ему много радости. В конторе стали появляться люди, ни обликом, ни повадками не похожие на тех, с которыми обычно совещался Харниш.</p>
      <p>В воскресенье он все рассказал Дид.</p>
      <p>— Вы задали мне задачу, — начал он, — и, мне кажется, об этом стоит поразмыслить. И вот я такое придумал, что вы ахнете. Это, как вы говорите, полезное, нужное дело — и в то же время самая что ни на есть азартнейшая игра. Я хочу разводить минуты, чтобы там, где раньше росла одна, теперь вырастали две. Что вы на это скажете? Ну, конечно, немного деревьев я тоже посажу — несколько миллионов. Помните, я сказал вам, что будто бы ездил смотреть каменоломню. Так вот, эту каменоломню я собираюсь купить. И все эти горы я куплю — отсюда до Беркли и в ту сторону до Сан-Леандро. Могу вам сказать, что кое-что здесь уже мое. Но покамест — молчок. Я еще успею много купить, раньше чем об этом догадаются. Я вовсе не желаю, чтобы цены подскочили под самое небо. Видите вон ту гору? Она вся моя, все склоны, которые спускаются к Пиедмонту, и дальше вдоль холмов, почти до самого Окленда. И все это пустяки по сравнению с тем, что я собираюсь купить.</p>
      <p>Он замолчал и с торжеством посмотрел на Дид.</p>
      <p>— И все это для того, чтобы на том месте, где росла одна минута, выросли две? — спросила она и тут же расхохоталась, заметив таинственно-хитрое выражение его лица.</p>
      <p>Пока она смеялась, Харниш не сводил с нее восхищенного взгляда. Она так по-мальчишески задорно откидывала голову, так весело заливалась смехом, показывая все свои зубы — не мелкие, но ровные и крепкие, без единого изъяна. Харниш был убежден, что таких здоровых, ослепительно белых и красивых зубов нет ни у кого, кроме Дид, — недаром он уже много месяцев сравнивал ее зубы с зубами каждой попадавшейся ему на глаза женщины.</p>
      <p>Только после того как она перестала смеяться, он снова обрел дар речи.</p>
      <p>— Переправа между Сан-Франциско и Оклендом работает из рук вон плохо. Вы пользуетесь ею каждый день, шесть раз в неделю, — значит, двадцать пять раз в месяц, итого: триста раз в год. Сколько времени вы тратите в один конец? Сорок минут. А я вас переправлю в двадцать минут. Вот и вырастут две минуты вместо одной. Скажете, нет? Я вам сберегу двадцать минут в один конец. Это выходит сорок минут в день, тысяча минут в месяц, двенадцать тысяч в год. И это только вам, одному человеку. Давайте подсчитаем. Двенадцать тысяч минут — это ровно двести часов. Вот вы и вообразите себе: если тысячи людей сберегут по двести часов в год… это ведь хорошо, как, по-вашему?</p>
      <p>Дид только молча кивнула головой; у нее даже дух захватило от грандиозной затеи Харниша, о которой он говорил с таким искренним увлечением, что увлек и ее, хотя она не имела ни малейшего представления, как эта затея может осуществиться.</p>
      <p>— Погодите, — сказал он. — Взберемся в гору, а когда мы будем наверху, я вам кое-что покажу, и вы все поймете.</p>
      <p>По узенькой тропинке они спустились к пересохшему руслу на дне ущелья, миновали его и начали подниматься к вершине. Лошади, скользя и спотыкаясь, с трудом продирались сквозь густые заросли кустарника, покрывавшие крутой склон. Бобу это наконец надоело, и он повернул вспять, сильно толкнув Маб; кобыла боком отскочила в заросли и чуть не упала. Выровнявшись, она всей тяжестью налегла на Боба; ноги обоих седоков оказались зажатыми между лошадьми, и, когда Боб ринулся под гору, Дид едва не вылетела из седла. Харниш одной рукой резко осадил Боба, а другой поддержал Дид. С деревьев на них дождем посыпались сухие ветки и листья. Таких приключений было еще несколько, прежде чем они, запыхавшиеся, но веселые, одолели подъем. Гора, на которую они взобрались, немного выступала вперед от линии хребта, вершина ее была безлесная, поэтому Харниш и Дид могли обозреть почти весь окружающий ландшафт. Вдали, на плоском берегу бухты, виднелся Окленд, по ту сторону бухты — Сан-Франциско; между обоими городами курсировали белые пароходики. Направо лежал Беркли, налево — деревушки, разбросанные между Оклендом и Сан-Леандро. А внизу под ними раскинулись фермерские усадьбы и пашни Пиедмонта, волнами спускавшиеся к Окленду.</p>
      <p>— Взгляните, — сказал Харниш, вытянув руку и широким жестом обводя окрестность. — Здесь живет сто тысяч людей. А почему бы не жить полумиллиону? Вот где вместо одного человека можно вырастить пятерых. Сейчас я вам все объясню в двух словах. Почему в Окленде не живет больше народу? Потому что плохое сообщение с Сан-Франциско; и кроме того, Окленд спит мертвым сном. А жить в Окленде куда лучше, чем в Сан-Франциско. Вот я и думаю скупить все трамвайные линии Окленда, Беркли, Аламеды, Сан-Леандро и так далее, чтобы у них было одно общее управление, но зато хорошее. Я могу наполовину сократить время, нужное на переправу: построю мол почти до Козьего острова и пущу по заливу настоящие катера вместо этих допотопных посудин. Тогда все захотят жить на этой стороне. Очень хорошо. Людям понадобится земля под стройку. Значит, я первым делом скупаю землю. Сейчас она дешевая. Почему? Да потому, что здесь не город, нет хорошего сообщения, мало трамвайных линий — никто даже не подозревает, что скоро их будет много. Я их проложу. Тогда земля сразу подорожает. Как только люди увидят, что сообщение стало лучше и переправа короче, мои участки пойдут нарасхват.</p>
      <p>Земля вздорожает потому, что я проложу трамвайные линии, понимаете? Тогда я продам землю и верну свои деньги. А трамваи будут развозить людей и приносить большой доход. Дело верное. Да разве одно это! Тут миллионами пахнет. Я могу, к примеру, похозяйничать на побережье. Между старым молом и новым, который я построю, — мелководье. Я могу углубить дно и построить гавань, куда будут входить сотни судов. Порт Сан-Франциско забит до отказа, там уже нет места. Если сотни судов смогут грузиться и разгружаться у этого берега, да еще подвести прямо к пристаням три железнодорожные ветки, да пустить по ним товарные составы, тогда начнут строить заводы здесь, а не в Сан-Франциско. А под заводы нужна земля. Значит, мне сейчас надо скупать землю, пока еще никто не знает, когда кошка прыгнет и куда кинется. А на заводы потянутся десятки тысяч рабочих с семьями. Значит, понадобятся дома, под дома — опять-таки участки. А я буду тут как тут: пожалуйста, покупайте у меня землю. Потом десятки тысяч рабочих и их семьи будут ездить на моем трамвае, и каждый день я буду собирать с них десятки тысяч за проезд. Понадобятся новые лавки, банки, всякая всячина. И опять ко мне придут, потому что у меня будет земля под любую стройку. Ну, что вы на это скажете?</p>
      <p>Прежде чем она успела ответить, он уже опять заговорил, одержимый мечтой о новом городе, который он мысленно возводил на Аламедских холмах, откуда начинался путь в Азию.</p>
      <p>— Знаете, я проверил: Ферт-оф-Клайд — вот где англичане строят броненосцы — наполовину уже, чем наш Оклендский рукав. А у нас только старые калоши стоят. Почему здесь нет таких верфей, как в Ферт-оф-Клайде? Потому что оклендское городское управление из пустого в порожнее переливает. Тут нужен человек с размахом и нужна организация. Это я могу. Недаром я создал Офир. А завертится колесо — деньги так и хлынут со всех сторон. Мое дело только начать. «Господа, — скажу я, — здесь все, что нужно для большого современного города. Сам бог так устроил и меня надоумил. Желаете выгружать свой чай и шелка, привезенные из Азии, и прямым сообщением отправлять в Восточные штаты? Пожалуйста, — вот пристани для ваших пароходов, а вот железнодорожный транспорт. Желаете строить заводы, откуда товар можно вывозить и морем и по суше? Вот вам земля и вот вам благоустроенный поселок со всеми удобствами — для вас и для ваших рабочих».</p>
      <p>А вода? Почти все водные ресурсы так или иначе окажутся у меня в руках. Так почему бы мне не купить заодно и водопровод? Сейчас в Окленде две компании снабжают город водой. Грызутся между собой, как кошка с собакой, и обе вот-вот лопнут. Большому городу нужно хорошее водоснабжение. А они этого не могут. Сами в луже сидят. Я приберу их к рукам и дам городу настоящий водопровод. Тут капитал можно нажить, за что ни возьмись. Одно другое тянет. Что-нибудь усовершенствуешь, глядишь — все кругом подымется в цене. Цену набивают люди. Чем больше народу соберется в одном месте, тем недвижимость дороже, а здесь самое место для большого стечения народа. Вы только взгляните! Видите? Где же еще быть большому городу, как не здесь? Дело только за народом, а я в два года нагоню сюда сотни тысяч людей. И не подумайте, что это будет какой-нибудь дутый земельный бум. Ничего подобного, все честь по чести. Через двадцать лет на этом берегу уже будет миллион жителей. И вот еще что: нужны гостиницы. Сейчас в Окленде ни одной порядочной гостиницы нет. Я настрою отелей, да таких, что люди только рот разинут. И пусть сначала ни гроша дохода не приносят, зато шику много; а свои денежки я с лихвой верну, выколочу из других предприятий. Ну и, само собой, посажу эвкалипты, миллионы эвкалиптов, по всем этим горам.</p>
      <p>— Но каким образом вы рассчитываете это сделать? — спросила Дид. — У вас денег не хватит.</p>
      <p>— У меня есть тридцать миллионов, а если понадобится еще, я могу занять подо что-нибудь, хотя бы под недвижимость. Проценты по закладной — пустяки. Ведь земля-то пойдет втридорога, когда я начну продавать ее.</p>
      <p>Целый месяц Харниш был занят по горло. Почти все свое время он проводил в Окленде, лишь изредка появляясь в конторе. Он задумал и контору перевести в Окленд, но, как он объяснил Дид, не раньше, чем закончится тайная скупка земель. Каждое воскресенье, взбираясь то на одну, то на другую вершину, они смотрели на город и на окружавшие его фермы, и Харниш показывал Дид, что он успел приобрести за неделю. Сначала это были разбросанные отдельные клочки и участки, но с каждой неделей их становилось все больше, и в конце концов среди владений Харниша остались только редкие островки не принадлежавшей ему земли.</p>
      <p>Действовать приходилось быстро и в невиданных масштабах, ибо и в самом Окленде и в его окрестностях уже почуяли, что кто-то прибирает землю к рукам. Но Харниш располагал наличным капиталом, а стремительность удара всегда была его главным козырем. Он многое успел, прежде чем другие дельцы догадались о готовящемся земельном буме. Пока его агенты скупали отдельные участки, даже целые кварталы в деловом центре города и пустыри на окраинах под постройку заводов, он, добившись одним наскоком санкции городского управления, захватил в свои руки обе обанкротившиеся водопроводные компании, все восемь или девять трамвайных линий и уже подобрался к Оклендскому рукаву и прибрежной полосе земли, где задумал строить порт. Эта прибрежная полоса уже много лет была предметом тяжбы, и Харниш взял быка за рога — дал частным владельцам отступного, а остальную землю получил в аренду у отцов города.</p>
      <p>Когда в Окленде наконец поняли, что готовится что-то небывалое, оклекдцы пробудились от спячки, и все в смятении спрашивали друг друга: что же происходит? К этому времени Харниш успел сделаться тайным владельцем самой крупной республиканской газеты и самой влиятельной демократической газеты Окленда; затем он открыто перекочевал в новое конторское помещение. Его широко разветвленная деятельность требовала простора, и он обосновался в четырехэтажном здании — единственном, по словам Харниша, которое не придется сносить в ближайшем будущем. В этой новой конторе были десятки отделов и сотни клерков и стенографисток.</p>
      <p>— У меня здесь, — говорил он Дид, — столько предприятий, что и не счесть: Земельный синдикат Аламеда и Контра-Коста, Объединенный трамвайный трест, Переправа Йерба-Буэна, Водопроводная компания, Пиедмонтский земельный концерн. Акционерное общество отелей Фэрвью и Портола и еще с десяток, названия которых я даже не помню. Потом еще Пиедмонтское прачечное заведение и Редвудская компания каменоломен. Я начал с нашей каменоломни, а кончил тем, что все их купил. Потом судостроительная компания, но для нее я покамест названия не придумал. Мне ведь понадобятся суда для переправы, и я решил, что лучше всего их строить самому. Они как раз поспеют к тому времени, когда готов будет мол. Ух ты! Нет, далеко покеру до такой игры! А заодно и грабителям от меня досталось. Водопроводчики и сейчас еще пищат. Не сладко им пришлось. Правда, их дела и так уже были плохи, но я доконал их.</p>
      <p>— За что вы всех так ненавидите? — спросила Дид.</p>
      <p>— За то, что они трусливые вонючки.</p>
      <p>— А разве вы не ту же игру ведете?</p>
      <p>— Да, но по-другому, чем они. — Харниш задумчиво посмотрел на нее. — Я недаром называю их трусливыми вонючками. Они притворяются, будто они невесть какие азартники, а на самом деле, может, у одного из тысячи хватает духу быть игроком. Сплошной блеф — вот как в покере. Все они обыкновенные зайцы, а корчат из себя свирепых волков. Вечно затевают какой-нибудь подвох, а чуть что неладно — вильнут хвостом и в кусты. Вот вам пример: когда большие тузы захотели отделаться от акций «Литтл Коппер», они послали Джэйки Фэллоу на нью-йоркскую биржу. Он пришел туда и кричит: «Беру «Литтл Коппер» по пятьдесят пять!» А курс был пятьдесят четыре. И в полчаса эти самые зайцы — кое-кто именует их «финансисты» — взвинтили акции до шестидесяти. А еще через час они юркнули в кусты — выбросили акции по сорок пять и даже по сорок.</p>
      <p>Они только подручные крупных воротил. Не успеют они ограбить дураков, как тузы отнимают у них добычу; либо тузы пользуются ими, чтобы грабить друг друга. Вот в последнюю биржевую панику угольный трест таким манером слопал Чаттанугскую компанию. Трест сам и устроил панику. Он добивался краха нескольких банкирских домов и хотел прижать с десяток конкурентов — ну, он и выпустил биржевых зайцев. Зайцы свое дело сделали, и угольная компания попала в лапы треста. Любой человек, если у него есть смекалка и он не боится рискнуть, может загнать зайцев в кусты. Не то чтобы я их так уж ненавидел, но противны они мне, потому что трусы.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава семнадцатая</p>
      </title>
      <p>На несколько месяцев Харниш с головой ушел в дела. Издержки требовались колоссальные, а доходов не поступало никаких. Недвижимость, правда, поднялась в цене, но в остальном Окленд не откликнулся на бурную деятельность Харниша. Оклендские дельцы выжидали, что же он будет делать дальше. И Харниш не замедлил удовлетворить их любопытство. Для осуществления своих широких планов он нанимал лучших специалистов, каких только можно было достать за деньги. Он всегда считал, что хорошее начало-половина дела, и твердо решил с первых же шагов не допускать ошибок. Руководство постройкой трамвайных линий он поручил Уилкинсону, которого переманил из Чикаго, удвоив его и без того огромное жалованье. День и ночь рабочие артели прокладывали рельсы, день и ночь вбивали сваи в илистое дно бухты Сан-Франциско. Новый мол должен был иметь три мили в длину, и на сваи понадобилось столько дерева, что с горных склонов вокруг Беркли сводили целые рощи старых эвкалиптов.</p>
      <p>Трамвайные линии тянули в горы, а в то же время шел обмер окрестных лугов, разбивка их на городские кварталы, намечались места будущих бульваров и парков — все по последнему слову науки. Прокладывали канализационные и водопроводные трубы, широкие ровные улицы мостили щебнем из принадлежащих Харнишу каменоломен, тротуары заливали цементом. Покупателю оставалось только выбрать участок, нанять архитектора и начать строить. Когда открылись пригородные трамвайные линии, окрестности Окленда сразу оживились, и задолго до того, как был закончен мол для переправы, их стали заселять новые домовладельцы. Земельные участки принесли Харнишу огромную прибыль. Чуть ли не в один день силой своих миллионов он сумел превратить сельскую местность в образцовый квартал городских особняков.</p>
      <p>Но все деньги, которые текли ему в руки, он немедля вкладывал в другие предприятия. Трамвайных вагонов требовалось так много, что он открыл собственный вагоностроительный завод. И, несмотря на то, что земля сильно вздорожала, он продолжал приобретать участки под строительство фабрик и домов. По совету Уилкинсона он приступил к переделке почти всех ранее действовавших трамвайных путей. Легкие, устаревшего образца рельсы были сняты и заменены новыми, тяжелыми. Он скупал угловые участки на узких улицах и без сожаления отдавал их городу, чтобы можно было срезать углы и трамваи могли свободно мчаться на полной скорости. Кроме того, еще предстояло проложить трамвайную линию до конца мола, с ответвлениями, которые охватят все районы Окленда, Аламеды и Беркли. С таким же размахом планировалась система водоснабжения. Только образцовое обслуживание могло оправдать огромную затрату капитала, вложенного Харнишем в земельную собственность. Он был полон решимости превратить Окленд в такой город, где каждому хотелось бы поселиться. Выстроив несколько больших отелей, он открыл общедоступные парки с аттракционами, а для более изысканной публики — картинные галереи и загородные клубы. Еще до того, как увеличилось население Окленда, городской транспорт стал приносить хороший доход. Харниш был уверен, что риск оправдает себя и что он весьма разумно помещает свой капитал.</p>
      <p>— Окленду требуется первоклассный театр, — решил он и, после безуспешных попыток заинтересовать местных капиталистов, сам взялся за это дело: только он один предвидел, что недалеко то время, когда в городе появится двести тысяч новых жителей.</p>
      <p>Но как бы он ни был завален делами, воскресные дни он посвящал прогулкам в горы. Однако, вопреки ожиданиям, не зимняя непогода прекратила эти прогулки в обществе Дид. В одну из суббот она сказала ему, чтобы он не рассчитывал встретить ее завтра, а на его настойчивые вопросы ответила:</p>
      <p>— Я продала Маб.</p>
      <p>С минуту Харниш не мог выговорить ни слова. Ее поступок допускал так много толкований, что Харниш не знал, как отнестись к нему. Ведь это граничило с изменой. А может, она очутилась без средств? А вдруг она хочет таким способом дать ему понять, что он ей надоел? Или…</p>
      <p>— Что случилось? — с трудом выдавил он наконец.</p>
      <p>— Я не могу платить сорок пять долларов за тонну сена, — ответила Дид.</p>
      <p>— Только потому вы продали Маб? — спросил он, пристально глядя ей в лицо; он отлично помнил ее рассказы о том, как пять лет назад она сумела продержать кобылу всю зиму, хотя сено стоило шестьдесят долларов.</p>
      <p>— Нет, не только. Содержание брата тоже обходится теперь дороже, и мне пришлось сделать выбор. Я решила, что раз я не могу прокормить обоих, то лучше отказаться от Маб, чем от брата.</p>
      <p>Глубокая печаль охватила Харниша. Он вдруг ощутил гнетущую пустоту. Что же это будет за воскресенье — без Дид? И еще много-много воскресений без нее? Он в полной растерянности барабанил пальцами по столу.</p>
      <p>— Кто купил Маб? — спросил он.</p>
      <p>Глаза ее вспыхнули, как вспыхивали всегда, когда она сердилась.</p>
      <p>— Посмейте только перекупить ее для меня! — вскричала она. И посмейте отрицать, что именно об этом вы думали.</p>
      <p>— Я и не отрицаю. Вы угадали совершенно точно. Но я бы этого не сделал, не спросив вашего согласия, а теперь, когда я вижу, что вы сердитесь, я и спрашивать не буду. Но вы очень любили свою кобылу, и вам, должно быть, нелегко было расстаться с нею. Очень, очень жалко. А еще хуже, что завтра вы не поедете со мной кататься. Просто не знаю, что я буду с собой делать,</p>
      <p>— Я тоже, — с грустью созналась Дид. — Одно хорошо: я наконец займусь шитьем.</p>
      <p>— А у меня и шитья нет.</p>
      <p>Харниш сказал это шутливо-жалобным тоном, но с тайным ликованием: ведь она созналась, что ей тоже будет скучно. Ради этого можно даже примириться с мыслью о продаже кобылы. Значит, он ей не совсем безразличен, во всяком случае — не противен.</p>
      <p>— Я очень просил бы вас еще раз подумать, — негромко сказал он. — Не только из-за Маб, но из-за меня тоже. О деньгах тут и говорить не стоит. Для меня купить вашу кобылу — все равно что для других мужчин послать знакомой даме букет цветов или коробку конфет. А я никогда не посылал вам ни цветов, ни конфет — Заметив, что у нее опять загораются глаза, он продолжал торопливо, пытаясь предотвратить немедленный отказ: — Я знаю, что мы сделаем, Я куплю кобылу для себя и буду одалживать ее вам, когда вы захотите кататься. Тут ничего такого нет. Всем известно, что кто угодно может взять лошадь у кого угодно.</p>
      <p>Он опять прочел на ее лице решительный отказ и опять не дал ей заговорить.</p>
      <p>— Мужчины постоянно катаются с дамами в колясках. Что же тут такого? И всегда коляску и лошадь достает мужчина. Какая же разница? Почему я могу завтра пригласить вас покататься со мной и предоставить коляску и лошадь и не могу пригласить вас покататься со мной верхом и предоставить вам лошадь?</p>
      <p>Она ничего не ответила, но отрицательно покачала головой и взглянула на дверь, словно давая понять, что пора кончать этот неделовой разговор. Он сделал еще одну попытку:</p>
      <p>— Известно ли вам, мисс Мэсон, что, кроме вас, у меня на всем свете нет ни единого друга? Я хочу сказать, настоящего друга — все равно мужчина или женщина, — к которому ты привязан… радуешься, когда он с тобой, и скучаешь, когда его нет. Ближе других мне Хиган, а ведь между нами миллионы миль. Мы с ним только дела вместе делаем, а все прочее — врозь. У него большая библиотека, и он человек образованный. В свободное время он читает какие-то чудные книжки — по-французски, по-немецки и еще невесть на каких языках, а то сам пишет стихи или драмы. Я ни с кем не дружу, кроме вас, и вы сами знаете, часто ли мы с вами бываем вместе, — только по воскресеньям, и то когда нет дождя. Мне без вас трудно будет. Вы стали для меня, как бы это сказать…</p>
      <p>— Привычкой, — улыбнувшись, подсказала она.</p>
      <p>— Вроде того. Я так и вижу, как вы едете мне навстречу на вашей гнедой кобыле, в тени деревьев или на солнце, по открытому месту… а теперь не будет ни Маб, ни вас… Я всю неделю, бывало, ждал воскресенья. Если бы вы только позволили мне купить ее…</p>
      <p>— Нет, нет, ни в коем случае, — нетерпеливо прервала его Дид и повернулась к двери, но на глазах у нее выступили слезы. — Очень прошу вас, не говорите со мной больше о Маб. Если вы думаете, что мне легко было с ней расстаться, то вы сильно ошибаетесь. Но я это сделала и теперь хочу забыть о ней.</p>
      <p>Харниш ничего не ответил, и она вышла из комнаты.</p>
      <p>Через полчаса перед ним уже сидел Джонс, бывший лифтер и бунтующий пролетарий, которого Харниш когда-то содержал целый год, чтобы открыть ему доступ в литературу. Но усилия Джонса не увенчались уcпeхом: издатели и редакторы отвергли написанный им роман; и с тех пор разочарованный автор состоял на службе в частном детективном агентстве, которое Харнишу пришлось открыть для своих личных нужд. Джонс утверждал, что после знакомства с железнодорожными тарифами на перевозку дров и древесного угля его уже ничто удивить не может; он и сейчас ничем не выдал своего удивления, выслушав приказ Харниша разыскать человека, купившего некую гнедую кобылу.</p>
      <p>— Сколько можно заплатить за нее? — спросил он.</p>
      <p>— Любую цену. Купите ее во что бы то ни стало. Поторгуйтесь для вида, чтобы никто не догадался, но купите непременно. И сейчас же отведите ее на мое ранчо в округе Сонома. Вот вам адрес. Сдайте кобылу сторожу да скажите ему, чтобы получше ходил за ней. А потом забудьте про нее. И не говорите мне, у кого вы ее купили. Вообще ничего не говорите, только дайте знать, что вы купили ее и доставили на место. Понятно?</p>
      <p>Но не прошло и недели, как Харниш опять увидел сердитый огонек в глазах Дид.</p>
      <p>— Чем вы недовольны? Что-нибудь случилось? — спросил он с самым невинным видом.</p>
      <p>— Человек, который купил Маб, уже перепродал ее, — ответила Дид. — И если вы к этому причастны…</p>
      <p>— Я даже не знаю, кому вы ее продали, — заявил Харниш. — А кроме того, я давно и думать о ней забыл. Это была ваша кобыла, и меня не касается, что вы с ней сделали. Сейчас у вас ее нет, и это очень жаль. А теперь, раз уж у нас зашел такой разговор, то я хочу сказать вам еще кое-что. И, пожалуйста, не сердитесь, потому что, в сущности, это вас совсем не касается.</p>
      <p>Он помолчал; Дид с явным подозрением смотрела на него.</p>
      <p>— Речь идет о вашем брате. Вы не можете сделать для него все, что ему нужно. Вы продали кобылу, но этих денег не хватит, чтобы отправить его в Германию. А все врачи говорят, что он должен ехать. Там его вылечит этот сумасшедший немец, который берет человека, делает кашу из его костей и мускулов, а потом опять заново собирает их. Ну, я и хочу отправить вашего брата в Германию, пусть немец себя покажет. Вот и все.</p>
      <p>— Ах, если бы это было возможно! — воскликнула она, очень взволнованная и отнюдь не сердясь. — Но этого нельзя, вы сами знаете почему. Не могу я брать у вас деньги…</p>
      <p>— Постойте, — прервал ее Харниш. — Если бы вы умирали от жажды, вы согласились бы выпить воды из рук одного из двенадцати апостолов? Или заподозрили бы его в злом умысле? (Дид протестующе подняла руку.) Или побоялись бы сплетен?</p>
      <p>— Это совсем другое, — начала она.</p>
      <p>— Послушайте, мисс Мэсон. Вы как-то чудно судите о некоторых вещах. Бросьте вы это. Вот хотя бы насчет денег. Ну не смешно ли? Вообразите себе, что вы падаете в пропасть, а я хватаю вас за руку и удерживаю. Дурно это? Конечно, нет. Ну, а если вам нужна другая помощь? Не моя рука, а мой карман? И что же — это дурно? Так все говорят. А почему все так говорят? Потому что грабителям выгодно, чтобы дураки были честные и уважали деньги. Если бы дураки не были честные и не уважали бы деньги, что бы сталось с грабителями? Неужели вы не понимаете? Хватаю я вас за руку, чтобы не дать вам упасть, или нет, — это им наплевать. У них одна хватка — доллары. Пожалуйста, спасай сколько хочешь, только не долларами. Доллары — дело святое, такое святое, что вы боитесь взять их у меня, когда я предлагаю вам помощь. И еще примите во внимание, — продолжал он, чувствуя, что не сумел убедить ее, — вы не отказываетесь от силы моей руки, когда падаете в пропасть. Но если я эту же силу приложу к заступу и за день работы получу два доллара, то вы не дотронетесь до них. А ведь это все та же сила моей руки, только в другом виде. А вообще я вовсе не к вам обращаюсь. И не вам предлагаю деньги взаймы. Хочу удержать вашего брата, чтобы он не упал в пропасть. А вы подскочили ко мне и кричите: «Стой, пусть падает!» Хороша сестра, нечего сказать! Если этот сумасшедший немец может вылечить ногу вашего брата, то я хочу помочь ему, вот и все.</p>
      <p>Поглядели бы вы на мою комнату: все стены увешаны уздечками из конского волоса, — там их десятки, больше сотни. Они мне не нужны, а за них плачены большие деньги. Их делают арестанты, а я покупаю. Да я за одну ночь трачу на виски столько, что мог бы на эти деньги пригласить лучших специалистов к десятку таких больных, как ваш брат, и еще оплатить все расходы по лечению. И помните, вас это совершенно не касается. Если ваш брат хочет считать это займом, пожалуйста! Это его дело. А вы потрудитесь отойти в сторонку и не мешать мне.</p>
      <p>Но Дид не сдавалась, и он стал выставлять другие доводы, более личного свойства.</p>
      <p>— Я догадываюсь, почему вы не хотите, чтобы я помог вашему брату: вам кажется, что я это придумал потому, что ухаживаю за вами. Ничего подобного. С таким же успехом вы можете сказать, что я ухаживаю за арестантами, у которых покупаю уздечки. Я не прошу вас быть моей женой, а если когда-нибудь попрошу, то не стану покупать ваше согласие. И — уж будьте покойны — попрошу напрямик, без уверток.</p>
      <p>Дид вся вспыхнула от гнева.</p>
      <p>— Если бы вы знали, до чего вы смешны, вы бы давно замолчали! — воскликнула она. — Ни с одним мужчиной я не чувствовала себя так нелепо, как с вами. Вы то и дело напоминаете мне, что не просите меня быть вашей женой. Я этого не жду, я с самого начала предупреждала вас, что у вас нет никаких надежд. А вы постоянно грозитесь, что когда-нибудь, в неопределенном будущем, вы явитесь и предложите мне руку и сердце. Так уж лучше предложите сейчас, я вам отвечу, и дело с концом.</p>
      <p>Харниш посмотрел на нее с нескрываемым восхищением.</p>
      <p>— Это слишком важно для меня, мисс Мэсон, я боюсь промахнуться, — сказал он с такой комичной серьезностью, что Дид откинула голову и залилась мальчишеским смехом. — Ведь я вам уже говорил, что у меня нет опыта, я еще никогда ни за кем не ухаживал и не хочу делать ошибок.</p>
      <p>— Да вы сплошь одни ошибки и делаете! — с горячностью ответила она. — Кто же ухаживает за женщиной, все время, точно дубинкой, грозя ей предложением?</p>
      <p>— Больше не буду, — смиренно пообещал он. — Да и не об этом сейчас речь. Все равно то, что я сказал, остается в силе. Вы мешаете мне помочь вашему брату. Что бы вы там ни забрали себе в голову, вы должны посторониться и не мешать. Вы мне позволите навестить его и поговорить с ним? Разговор у нас будет чисто деловой. Я ссужу его деньгами на лечение и взыщу с него проценты.</p>
      <p>Дид молчала, но по лицу ее видно было, что она колеблется.</p>
      <p>— И не забывайте, мисс Мэсон, что я хочу вылечить его ногу, а не вашу.</p>
      <p>Она опять ничего не ответила, и Харниш продолжал уже с большей уверенностью:</p>
      <p>— И еще прошу запомнить: к вашему брату я пойду один. Он мужчина, и с глазу на глаз, без бабьих фокусов, мы в два счета договоримся. А пойду я к нему завтра же.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава восемнадцатая</p>
      </title>
      <p>Харниш не преувеличивал, когда сказал Дид, что у него нет настоящих друзей. Шапочных знакомых он насчитал бы тысячи, собутыльников и приятелей — сотни, но друга у него не было. Он не сумел найти человека или кружка людей, с которыми мог бы сойтись поближе. Городская жизнь не располагала к дружбе — не то, что снежная тропа на Аляске. Да и люди здесь были другие. Дельцов Харниш ненавидел и презирал, а с политическими боссами Сан-Франциско он сошелся только ради достижения своих целей. Правда, с ними и с их подручными он чувствовал себя свободнее, чем с дельцами: они не лицемерили, не скрывали своей грубости и бесстыдства. Но уважать их он не мог. Слишком они оказались жуликоваты. В этом цивилизованном мире никто не верил человеку на слово, верили только всяким бумажонкам, да и тут надо было глядеть в оба. Там, на Юконе, дело обстояло не так. Бумажонки хождения не имели. Каждый говорил, сколько у него есть, и никто не сомневался в его слове, даже когда резались в покер.</p>
      <p>Ларри Хиган, которому оказались по плечу самые головокружительные планы Харниша и которому в равной степени чужды были и самообольщение и ханжество, мог бы стать закадычным другом своего патрона, но этому мешал его странный нрав. Этот своеобразный гений, Наполеон юриспруденции, обладавший несравненно более богатым воображением, чем сам Харниш, никогда не общался с ним вне стен конторы. Все свободное время он сидел над книгами, а Харниш терпеть не мог книги. Вдобавок Хиган упорно писал пьесу за пьесой, невзирая на то, что ни одна из них так и не увидела свет. Было еще одно обстоятельство, о котором Харниш только смутно догадывался и которое препятствовало их сближению: Хиган был хоть и умеренный, но весьма преданный приверженец гашиша и жил в мире фантастических грез, запершись со своими книгами. Жизни на вольном воздухе он не признавал и слышать о ней не хотел. В пище и питье был воздержан, точно монах, мысль о прогулке внушала ему ужас.</p>
      <p>Итак, за неимением лучшего, Харниш проводил время в компании пьяниц и кутил. С тех пор как прекратились воскресные прогулки с Дид, он все чаще прибегал к такого рода развлечениям. Стену из коктейлей, которой он отгораживал свое сознание, он стал возводить усерднее прежнего. Большой красный автомобиль все чаще покидал гараж, а проезжать Боба, чтобы он не застоялся, было поручено конюху. В первые годы после переселения в Сан-Франциско он позволял себе передышку между двумя финансовыми операциями; теперь же, когда он осуществлял свой грандиознейший замысел, он не знал и минуты покоя. Не месяц и не два требовалось на то, чтобы с успехом завершить спекуляцию таких масштабов, как спекуляция землей, затеянная Харнишем. Непрерывно приходилось разрешать все новые вопросы, распутывать сложные положения. Изо дня в день, как всегда быстро и решительно управившись с делами, Харниш садился в красную машину и со вздохом облегчения уезжал из конторы, радуясь ожидавшему его двойной крепости мартини. Напивался он редко — слишком сильный был у него организм. Он принадлежал к самой страшной породе алкоголиков — к тем, кто пьет постоянно, сознательно, не теряя власти над собой, и поглощает неизмеримо больше спиртного, чем обыкновенный пьяница, время от времени напивающийся до бесчувствия.</p>
      <p>Целых шесть недель Харниш виделся с Дид только в конторе и, верный своему правилу, даже не делал попыток заговорить с ней. Но когда наступило седьмое воскресенье, его охватила такая тоска по ней, что он не устоял. День выдался ненастный. Дул сильный юго-восточный ветер, потоки дождя то и дело низвергались на город. Образ Дид неотступно преследовал Харниша, он мысленно рисовал себе, как она сидит у окна и шьет какие-нибудь женские финтифлюшки. Когда ему подали в комнату первый утренний коктейль, он не дотронулся до него. Приняв внезапное решение, он разыскал в записной книжке номер телефона Дид и позвонил ей.</p>
      <p>Сначала к телефону подошла дочь хозяйки, но уже через минуту в трубке послышался голос, по которому он так сильно стосковался.</p>
      <p>— Я только хотел сказать вам, что сейчас приеду, — объявил он. — Неудобно все-таки врываться, даже не предупредив. Вот и все.</p>
      <p>— Что-нибудь случилось? — спросила Дид.</p>
      <p>— Скажу, когда приеду, — ответил он уклончиво.</p>
      <p>Он вышел из машины за два квартала и пешком направился к нарядному трехэтажному дому с гонтовой крышей. Подойдя к двери, он на одну секунду остановился, словно колеблясь, но тут же нажал звонок. Он знал, что поступает вопреки желанию Дид и ставит ее в фальшивое положение: не так-то просто принимать у себя в качестве воскресного гостя мультимиллионера Элама Харниша, имя которого не сходит со столбцов газет. С другой стороны, он был уверен, что, как бы ни отнеслась к его визиту Дид, никаких, по выражению Харниша, «бабьих выкрутасов» не будет.</p>
      <p>И в этом смысле ожидания его оправдались.</p>
      <p>Она сама открыла дверь, впустила его и протянула ему руку. Войдя в просторную квадратную прихожую, он снял плащ и шляпу, повесил их на вешалку и повернулся к Дид, не зная, куда идти.</p>
      <p>— Там занимаются, — объяснила она, указывая на открытую дверь в столовую, откуда доносились громкие молодые голоса; в комнате, как успел заметить Харниш, сидело несколько студентов. — Придется пригласить вас в мою комнату.</p>
      <p>Она повела его к другой двери, направо, и он, как вошел, так и застыл на месте, с волнением оглядывая комнату Дид и в то же время изо всех сил стараясь не глядеть. Он так растерялся, что не слышал, как она предложила ему сесть, и не видел ее приглашающего жеста. Здесь, значит, она живет. Непринужденность, с какой она открыла ему доступ в свою комнату, поразила его, хотя ничего другого он от нее и не ждал. Комната была разделена аркой; та половина, где он стоял, видимо, служила гостиной, а вторая половина — спальней. Однако, если не считать дубового туалетного столика, на котором аккуратно были разложены гребни и щетки и стояло множество красивых безделушек, ничто не указывало на то, что это спальня. Харниш решил, что, вероятно, широкий диван, застланный покрывалом цвета блеклой розы и заваленный подушками, и служит ей ложем, хотя диван меньше всего походил на то, что в цивилизованном мире называется кроватью.</p>
      <p>Разумеется, в первые минуты крайнего смущения Харниш не разглядел во всех подробностях убранство комнаты. У него только создалось общее впечатление тепла, уюта, красоты. Ковра не было, по полу были разбросаны шкуры койота и волка. Особенно привлекла его внимание украшавшая пианино Сидящая Венера, которая отчетливо выступала на фоне висевшей на стене шкуры кугуара.</p>
      <p>Но как ни изумляла Харниша непривычная обстановка комнаты, изумительнее всего ему казалась сама хозяйка. В наружности Дид его всегда пленяла женственность, так ясно ощущавшаяся в линиях ее фигуры, прическе, глазах, голосе, в ее смехе, звонком, словно птичье пение; но здесь, у себя дома, одетая во что-то легкое, мягко облегающее, она была воплощенная женственность. До сих пор он видел ее только в костюмах полумужского покроя и английских блузках, либо в бриджах из рубчатого вельвета, и этот новый для него и неожиданный облик ошеломил его. Она казалась несравненно мягче, податливее, нежней и кротче, чем та Дид, к которой он привык. Она была неотъемлемой частью красоты и покоя, царивших в ее комнате, и так же на месте здесь, как и в более строгой обстановке конторы.</p>
      <p>— Садитесь, пожалуйста, — повторила она.</p>
      <p>Но Харниш был как изголодавшийся зверь, которому долго отказывали в пище. В безудержном порыве, забыв и думать о долготерпении, отбросив всякую дипломатию, он пошел к цели самым прямым и коротким путем, не отдавая себе отчета, что лучшего пути он и выбрать не мог.</p>
      <p>— Послушайте, — проговорил он срывающимся голосом, — режьте меня, но я не стану делать вам предложение в конторе. Вот почему я приехал. Дид Мэсон, я не могу, просто не могу без вас.</p>
      <p>Черные глаза Харниша горели, смуглые щеки заливала краска. Он стремительно подошел к Дид и хотел схватить ее в объятия, она невольно вскрикнула от неожиданности и едва успела удержать его за руку.</p>
      <p>В противоположность Харнишу она сильно побледнела, словно вся кровь отхлынула у нее от лица, и рука, которая все еще не выпускала его руки, заметно дрожала. Наконец пальцы ее разжались, и Харниш опустил руки. Она чувствовала, что нужно что-то сказать, что-то сделать, как-то сгладить неловкость, но ей решительно ничего не приходило в голову. Смех душил ее; но если в ее желании рассмеяться ему в лицо и было немного от истерики, то в гораздо большей степени это вызывалось комизмом положения. С каждой секундой нелепость разыгравшейся между ними сцены становилась для нее все ощутимей. Дид чувствовала себя так, словно на нее напал разбойник, и она, дрожа от страха, ждала, что он сейчас убьет ее, а потом оказалось, что это обыкновенный прохожий, спрашивающий, который час.</p>
      <p>Харниш опомнился первым.</p>
      <p>— Ну и дурак же я, — сказал он. — Если позволите, я сяду. Не бойтесь, мисс Мэсон, я вовсе не такой страшный.</p>
      <p>— Я и не боюсь, — с улыбкой ответила она, усаживаясь в кресло; на полу, у ее ног, стояла рабочая корзинка, через край которой свешивалось что-то воздушное, белое, из кружев и батиста. Она посмотрела на него и снова улыбнулась. — Хотя, признаюсь, вы несколько… удивили меня.</p>
      <p>— Смешно даже, — почти с сожалением вздохнул Харниш. — Вот я здесь, перед вами; силы во мне довольно, чтобы согнуть вас пополам и вязать из вас узлы. Не помню такого случая, когда бы я не настоял на своем, — с людьми ли, с животными, все равно с кем и с чем. И вот, не угодно ли, сижу на этом стуле, слабосильный и смирный, как ягненок. Скрутили вы меня, ничего не скажешь!</p>
      <p>Дид тщетно ломала голову в поисках ответа на его рассуждения. Больше всего ее занимал вопрос: чем объяснить, что он так легко оборвал свое страстное признание в любви и пустился философствовать? Откуда у него такая уверенность? Он, видимо, нисколько не сомневается, что добьется ее, и поэтому может позволить себе не спешить и немного порассуждать о любви и о действии, которое она оказывает на влюбленных.</p>
      <p>Она заметила, что он знакомым ей движением опустил руку в карман, где у него всегда лежал табак и папиросная бумага.</p>
      <p>— Если хотите курить, пожалуйста, — сказала она. Он резко отдернул руку, как будто накололся на что-то в кармане.</p>
      <p>— Нет, я и не думал о куреве. Я думал о вас. Что же человеку делать, если он любит женщину, как не просить ее стать его женой? Именно это я и делаю. Я знаю, что не умею делать предложение по всей форме. Но я, кажется, выражаюсь достаточно ясно. Я очень сильно люблю вас, мисс Мэсон. Вы, можно сказать, у меня из головы не выходите. И я хочу знать только одно: вы-то как? Хотите за меня замуж? Вот и все.</p>
      <p>— Лучше бы… лучше бы вы не спрашивали, — тихо сказала она.</p>
      <p>— Пожалуй, вам следует кое-что узнать обо мне, раньше, чем вы дадите ответ, — продолжал он, не обращая внимания на то, что она, собственно говоря, уже ответила ему. — Что бы обо мне ни писали, я еще в жизни не ухаживал ни за одной женщиной. Все, что вы читали про меня в газетах и книжках, будто я известный сердцеед, — это сплошное вранье. Там ни одного слова правды нет. Каюсь, в карты я играл лихо и в спиртном себе не отказывал, но с женщинами не связывался. Одна женщина наложила на себя руки, но я не знал, что она без меня жить не может, не то я бы женился на ней — не из любви, а чтобы она не убивала себя. Она была лучше всех там, но я никогда не обнадеживал ее. Рассказываю я вам потому, что вы об этом читали, а я хочу, чтобы вы от меня узнали, как дело было.</p>
      <p>— Сердцеед! — фыркнул он. — Я уж вам сознаюсь, мисс Мэсон: ведь я всю жизнь до смерти боялся женщин. Вы первая, которой я не боюсь, вот это самое чудное и есть. Я души в вас не чаю, а бояться — не боюсь. Может, это потому, что вы не такая, как другие. Вы никогда меня не ловили. Сердцеед! Да я, с тех пор как себя помню, только и делал, что бегал от женщин. Счастье мое, что у меня легкие здоровые и что я ни разу не упал.</p>
      <p>У меня никогда и в мыслях не было жениться, пока я вас не встретил, да и то не сразу. Вы мне с первого взгляда понравились, но я никак не думал, что до того дойдет, что нужно будет жениться. Я уже ночи не сплю, все думаю о вас, тоска меня заела.</p>
      <p>Он умолк и выжидательно посмотрел на нее. Пока он говорил, она достала из корзинки кружево и батист, быть может, с целью овладеть собой и собраться с мыслями. Пользуясь тем, что она усердно шьет, не поднимая головы, Харниш так и впился в нее глазами. Он видел крепкие ловкие руки — руки, которые умели справиться с таким конем, как Боб, печатать на машинке почти с такой же быстротой, с какой человек произносит слова, шить красивые наряды и, конечно, умели играть на пианино, что стоит вон там в углу. Потом взгляд его упал на ее бронзового цвета туфли. Никогда он не думал, что у нее такие маленькие ножки. Он видел на них только ботинки для улицы или сапоги для верховой езды и понятия не имел, какие они на самом деле. Бронзовые туфельки совсем заворожили его, и он глаз не мог оторвать от них.</p>
      <p>В дверь постучали, и Дид вышла в прихожую. Харниш невольно подслушал разговор: Дид звали к телефону.</p>
      <p>— Попросите его позвонить через десять минут, — сказала она, и это местоимение мужского рода кольнуло Харниша в самое сердце.</p>
      <p>Ладно, решил он про себя, кто бы он ни был, Время-не-ждет еще потягается с ним. Это вообще чудо, что такая девушка, как Дид, давным-давно не вышла замуж.</p>
      <p>Она вернулась в комнату, улыбнулась ему и снова принялась за шитье. Он опять посмотрел на ее руки, на ножки, опять на руки и подумал, что не много найдется на свете таких стенографисток. Должно быть, это потому, что она не из простой семьи и получила хорошее воспитание. Иначе откуда бы взялась такая обстановка, ее красивые платья, и умение носить их?</p>
      <p>— Десять минут скоро кончатся, — напомнил он.</p>
      <p>— Я не могу быть вашей женой, — сказала она.</p>
      <p>— Вы меня не любите?</p>
      <p>Она отрицательно покачала головой.</p>
      <p>— Но я хоть чуточку нравлюсь вам?</p>
      <p>Она кивнула в ответ, но при этом насмешливо улыбнулась. Впрочем, в ее насмешке не было презрения. Просто она не могла не видеть комической стороны их разговора.</p>
      <p>— Ну что ж, это уже кое-что, — объявил Харниш. — Лиха беда-начало. Ведь и вы мне сперва только нравились, а глядите, что получилось. Помните, вы говорили, что вам не по душе, как я живу? Теперь я живу по-другому. Я уже не просто играю на бирже, а делаю дела, как вы советовали, — выращиваю две минуты, где раньше росла одна, и триста тысяч жителей, где раньше жило всего сто тысяч. А через год, в это время, в горах уже будут расти два миллиона эвкалиптов. Скажите, может, я нравлюсь вам больше, чем чуточку?</p>
      <p>Она подняла глаза от работы и посмотрела ему прямо в лицо.</p>
      <p>— Вы мне очень нравитесь, но…</p>
      <p>Харниш молчал, дожидаясь конца ответа, но она не продолжала, и он заговорил сам:</p>
      <p>— Я не из тех, кто много о себе воображает, но могу сказать, не хвастая, что муж из меня выйдет неплохой. Я не любитель пилить и придираться. И я хорошо понимаю, что такая женщина, как вы, любит все делать по-своему. Ну что ж, вы и будете все делать по-своему. Полная воля. Живите, как вам нравится. А уж я для вас… я все вам дам, чего бы вы ни…</p>
      <p>— Кроме самого себя, — прервала она почти резко. Харниш на секунду опешил, но не замедлил ответить:</p>
      <p>— Это вы оставьте. Все будет по-честному, без обмана и без фальши. Я свою любовь делить не намерен.</p>
      <p>— Вы меня не поняли, — возразила Дид. — Я хочу сказать, что вы не жене будете принадлежать, а тремстам тысячам жителей Окленда, вашим трамвайным линиям и переправам, двум миллионам деревьев на горных склонах… и всему, что с этим связано.</p>
      <p>— Уж это моя забота, — сказал он твердо. — Уверяю вас, я всегда буду к вашим услугам…</p>
      <p>— Это вам так кажется, но получится по-другому. — Она досадливо поморщилась. — Давайте прекратим этот разговор. Мы с вами точно торгуемся: «Сколько дадите?» «Столько-то…» «Мало. Надбавьте немножко», и так далее. Вы мне нравитесь, но недостаточно, чтобы выйти за вас, и никогда вы мне настолько не понравитесь.</p>
      <p>— Почему вы так думаете? — спросил он.</p>
      <p>— Потому что вы мне нравитесь все меньше и меньше. Харниш молчал, сраженный ее словами. Лицо его исказилось от боли.</p>
      <p>— Ах, ничего вы не понимаете! — воскликнула она почти с отчаянием, теряя самообладание. — Ну как вам объяснить? Вы мне нравитесь, и чем ближе я вас узнаю, тем больше вы мне нравитесь. И в то же время, чем ближе я вас узнаю, тем меньше я хочу выйти за вас.</p>
      <p>От этих загадочных слов Харниш окончательно растерялся.</p>
      <p>— Неужели вы не можете понять? — торопливо продолжала она. — Да мне в сто раз легче было бы стать женой Элама Харниша с Клондайка, еще давно, когда я впервые увидела его, чем теперь принять ваше предложение.</p>
      <p>Он медленно покачал головой.</p>
      <p>— Это выше моего разумения. Чем ближе вы узнаете человека и чем больше он вам нравится, тем меньше вы хотите выйти за него замуж. Не знаешь — мил, а узнаешь — постыл, так, что ли?</p>
      <p>— Нет, нет! — начала она с жаром, но стук в дверь не дал ей договорить.</p>
      <p>— Десять минут кончились, — сказал Харниш. Когда Дид вышла, его зоркие, как у индейца, глаза быстро обшарили комнату. Он еще сильнее почувствовал, как здесь тепло, уютно, красиво, хотя и не сумел бы объяснить, почему это так. Особенно его пленяла простота убранства — дорогая простота, решил он; вся обстановка, вероятно, осталась после отца, когда он разорился и умер. Он никогда бы не подумал, что голый пол и волчьи шкуры — это так красиво, ни один ковер не сравнится. Он мрачно посмотрел на шкаф, в котором стояли сотни две книг. Книги оставались для него неразрешимой загадкой. Как это можно писать такую уйму, о чем? Писать или читать о чем-нибудь — это совсем не то, что делать, а Харнишу, человеку действия, только действие и было понятно.</p>
      <p>Он перевел взгляд с Сидящей Венеры на чайный столик, уставленный очаровательным хрупким фарфором, потом на сверкающий медный чайник и медную жаровню. Такие жаровни были ему знакомы, и он подумал, что Дид, должно быть, на этой вот стряпает ужин для тех студентов, о которых говорил ему Моррисон. На стене висело несколько акварелей, и он решил, что она сама писала их. Он скользнул взглядом по фотографиям лошадей, по репродукциям с картин старых мастеров; пурпурные складки на одной из фигур «Положения во гроб» привлекли его внимание. Но снова и снова глаза его обращались к Венере, стоявшей на пианино. Его бесхитростный, полудикарский ум отказывался понимать, как может порядочная женщина выставлять напоказ, в своей собственной комнате, такую смелую, чтобы не сказать непристойную вещь. Однако он отогнал эту мысль и положился на свою веру в Дид. Раз она так делает, значит, это хорошо. Видимо, того требует культура. У Ларри Хигана, в его заваленной книгами квартире, тоже есть статуэтки и картины в том же роде. Впрочем, Ларри Хиган совсем другой. В его присутствии Харниша всегда коробило от ощущения чего-то болезненного, противоестественного. Дид, напротив, неизменно радовала его своим здоровьем, избытком сил; от нее веяло солнцем, ветром и пылью открытых дорог. Что ж, если такая чистая, цветущая женщина, как она, хочет, чтобы у нее на пианино стояла голая баба, да еще в такой позе, следовательно, это не может быть плохо. Это хорошо, потому что так делает Дид. Все, что бы она ни сделала, хорошо. А кроме того, что он понимает в культуре?</p>
      <p>Она вошла в комнату и направилась к своему креслу, а он любовался ее походкой и пожирал глазами бронзовые туфельки.</p>
      <p>— Я хочу задать вам несколько вопросов, — начал он сразу, как только она села. — Вы собираетесь замуж за кого-нибудь другого?</p>
      <p>Она весело засмеялась и покачала головой.</p>
      <p>— Кто-нибудь вам нравится больше меня? Ну, к примеру, тот, что звонил сейчас?</p>
      <p>— Никого другого нет. Я никого не знаю, кто бы нравился мне настолько, чтобы выйти за него замуж. И вообще, мне кажется, я не создана для замужества. Должно быть, работа в конторе оказывает такое действие.</p>
      <p>Харниш недоверчиво покачал головой и окинул ее столь выразительным взглядом от волос до носка бронзовой туфельки, что Дид покраснела.</p>
      <p>— Сдается мне, что нет на свете другой женщины, которой бы так подходило замужество, как вам. Но ответьте мне еще на один вопрос. Видите ли, мне необходимо точно знать границы моей заявки. Есть кто-нибудь, кто нравится вам так же, как я?</p>
      <p>Но Дид крепко держала себя в руках.</p>
      <p>— Это уж нечестно, — сказала она. — И если вы немного подумаете, то сами поймете, что вы делаете как раз то, от чего только что отрекались, — именно пилите меня. Я отказываюсь отвечать на дальнейшие вопросы. Поговорим о чем-нибудь другом. Как поживает Боб?</p>
      <p>Полчаса спустя, возвращаясь под проливным дождем в Окленд по Телеграф-авеню, Харниш закурил и попытался отдать себе отчет: что же, собственно, произошло? Не так уж плохо, подытожил он, хотя многое ставило его в тупик. И прежде всего ее заявление, что чем больше она его узнает, тем больше он ей нравится и тем меньше она хочет за него замуж. Просто головоломка какая-то!</p>
      <p>Она отказала ему, но в ее отказе есть и хорошая сторона. Отвергая его любовь, она отвергла и его тридцать миллионов. Это не пустяк для стенографистки, которая живет на девяносто долларов в месяц и к тому же видела лучшие времена. За деньгами она не гонится, это ясно. Все женщины, которых он знавал, зарились на его миллионы и впридачу к ним готовы были взять и его. А ведь с тех пор, как она поступила к нему на службу, он удвоил свой капитал, нажил еще пятнадцать миллионов. И вот поди ж ты! Если у нее и было когда-нибудь желание стать его женой, то это желание убывало по мере того, как он богател.</p>
      <p>— Черт! — пробормотал он. — А вдруг я сорву сотню миллионов на продаже земли, тогда она и говорить со мной не захочет.</p>
      <p>Но шутками делу не поможешь. Она задала ему трудную задачу, сказав, что ей куда легче было бы выйти за Элама Харниша, только что явившегося с Клондайка, чем за теперешнего Элама Харниша. Выходит, опять надо стать похожим на того Время-не-ждет, который когда-то приехал с Севера попытать счастья в крупной игре. Но это невозможно. Нельзя повернуть время вспять. Одного желания тут мало, об этом и мечтать нечего. С таким же успехом он мог бы пожелать снова стать ребенком.</p>
      <p>И еще одна мысль утешала его, когда он припоминал их разговор. Ему случалось слышать о стенографистках, которые отказывали своему хозяину, и все они немедля уходили с работы. Но Дид даже словом об этом не обмолвилась. Какие бы загадки она ни загадывала, бабьего жеманства за ней не водится. Головы не теряет. Но тут есть и его заслуга, — он тоже не терял голову. Он не навязывался ей в конторе. Правда, он дважды нарушил это правило, но только дважды, и больше этого не делал. Она знает, что ему можно доверять. Но все равно, большинство молодых девушек по глупости не остались бы на службе у человека, которого они отвергли. Дид не чета им. Когда он толком объяснил ей, почему хочет помочь ее брату, она тоже не стала ломаться и позволила ему отправить его в Германию.</p>
      <p>— Ну и ну! — заключил он свои рассуждения, выходя из машины у подъезда гостиницы. — Жаль, что я раньше этого не знал, а то бы в первый же день, как она пришла на работу, предложил ей руку и сердце. Послушать ее — в самую точку бы попал. Я, видите ли, нравлюсь ей все больше и больше, и чем больше ей нравлюсь, тем меньше она хочет выходить за меня! Ну что вы на это скажете? Да она просто пошутила, вот и все.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава девятнадцатая</p>
      </title>
      <p>Прошло несколько недель, и снова в дождливый воскресный день Харниш сделал предложение Дид. Как и в первый раз, он крепился до тех пор, пока тоска по ней не овладела им с такой силой, что он кинулся к красному автомобилю и помчался в Беркли. Он остановил машину за несколько кварталов и пешком пошел к ее крыльцу. Но Дид не было дома, о чем сообщила ему дочь хозяйки; подумав немного, она прибавила, что Дид пошла погулять в горы, и даже объяснила, где он скорее всего найдет ее.</p>
      <p>Харниш последовал совету девушки и вскоре вышел на окраину, где начинались крутые горные склоны. Воздух был влажный, ветер усиливался, предвещая грозовой дождь. Харниш оглядел поросшее травой подножие горы, но Дид нигде не было видно. Справа от него, по краям и на дне небольшой лощины, густо росли эвкалипты; высокие стройные деревья раскачивались на ветру, громко шумела листва. Но и шум листвы, и скрип, и стоны гнущихся стволов покрывал низкий прерывистый звук, словно дрожала струна гигантской арфы. Хорошо зная Дид, Харниш не сомневался, что найдет ее именно в этой эвкалиптовой роще, где так неистово бушевала буря. И он не ошибся. Он увидел ее сквозь деревья на открытом всем ветрам гребне противоположного склона.</p>
      <p>Если манера Харниша предлагать руку и сердце и отличалась некоторым однообразием, все же ее никак нельзя было назвать банальной. Не искушенный в дипломатии и притворстве, он пошел напролом, не уступая в стремительности самому ветру.</p>
      <p>— Я опять с тем же, — сразу начал он, не теряя времени на извинения и приветствия. — Я вас люблю, и я пришел за вами. Ничего вам не поможет, Дид: сдается мне, что я вам нравлюсь, и не просто нравлюсь, а побольше. Посмейте сказать, что нет! Ну, посмейте!</p>
      <p>Дид молчала. Он все еще не выпускал ее руки, которую она протянула ему; и вдруг она почувствовала, что он мягким, но решительным движением привлекает ее к себе. Невольно, на одно мгновение, она поддалась его порыву, потом резко отстранилась, но руки не отняла.</p>
      <p>— Вы боитесь меня? — спросил он виновато.</p>
      <p>— Нет. — Она грустно улыбнулась. — Не вас я боюсь, а себя.</p>
      <p>— Вы мне не ответили, — сказал он, ободренный ее словами.</p>
      <p>— Пожалуйста, не спрашивайте. Мы никогда не будем мужем и женой. Не надо об этом говорить.</p>
      <p>— А я ручаюсь, что вы не угадали, — сказал он почти весело, ибо даже в самых смелых мечтах не мнил себя так близко к цели. Она любит его, это ясно; ей не противно, что он держит ее руку в своей, не противно, что он стоит так близко от нее.</p>
      <p>Она отрицательно покачала головой.</p>
      <p>— Нет, это невозможно. Не ручайтесь — проиграете.</p>
      <p>Впервые у Харниша мелькнула страшная догадка: не в этом ли причина ее упорного сопротивления?</p>
      <p>— Уж не состоите ли вы с кем-нибудь в тайном браке?</p>
      <p>Такой неподдельный ужас прозвучал в его голосе и отразился на лице, что Дид не выдержала и расхохоталась весело и звонко, — казалось, ликующая птичья трель рассыпалась по лесу.</p>
      <p>Харниш понял, что сказал глупость, и в досаде на самого себя решил лучше помолчать и заменить слова делом. Поэтому он стал вплотную к Дид, загораживая ее от ветра. Как раз в эту минуту ветер с такой силой налетел на них и так громко зашумел в верхушках деревьев, что оба подняли голову и прислушались. Листья целыми охапками посыпались на них; как только ветер пронесся, упали первые капли дождя. Харниш посмотрел на Дид, увидел ее лицо, растрепанные ветром волосы, и оттого, что она была так близко и от мучительно острого сознания, что он не в силах отказаться от нее, по телу его прошла дрожь, и дрожь эта передалась Дид, которую он все еще держал за руку. Она вдруг прижалась к нему и положила голову ему на грудь. Снова налетел порыв ветра, осыпая их листьями и брызгами дождя. Дид подняла голову и посмотрела ему в лицо.</p>
      <p>— Знаете, — сказала она, — я ночью молилась о вас. Я молилась о том, чтобы вы разорились, чтоб вы все, все потеряли.</p>
      <p>Харниш только глаза вытаращил, услышав такое неожиданное и загадочное признание.</p>
      <p>— Хоть убей, не понимаю. Я всегда чувствую себя дураком, когда разговариваю с женщинами, но уж это — дальше ехать некуда! Как же можно, чтобы вы желали мне разориться, когда вы меня любите…</p>
      <p>— Никогда я вам этого не говорила.</p>
      <p>— Но вы не посмели сказать, что не любите. Так вот, посудите: вы меня любите, а сами желаете, чтобы я разорился дотла. Воля ваша, тут что-то не то. Это под стать другой вашей головоломке: мол, чем больше я вам нравлюсь, тем меньше вы хотите за меня замуж. Ну, что ж, придется вам объяснить мне, только и всего.</p>
      <p>Он обнял ее и привлек к себе, и на этот раз она не противилась. Голова ее была опущена, он не видел ее лица, но ему показалось, что она плачет. Однако он уже знал цену молчанию и не торопил ее. Дело зашло так далеко, что она должна дать ему точный ответ. Иначе быть не может.</p>
      <p>— Я слишком трезвый человек, — заговорила она, подняв на него глаза. — Я и сама не рада. Не будь этого, я могла бы очертя голову сделать глупость и потом всю жизнь каяться. А меня удерживает мой несносный здравый смысл. В том-то и горе мое.</p>
      <p>— Вы меня совсем запутали, — сказал Харниш, видя, что она не намерена продолжать. — Нечего сказать — объяснили! Хорош здравый смысл, если вы молитесь, чтобы я поскорей остался на мели. Маленькая женщина, я очень, очень люблю вас и прошу вас быть моей женой. Просто, понятно и без обмана. Ну как, согласны?</p>
      <p>Она медленно покачала головой, потом заговорила не то с грустью, не то с досадой, и Харниш почувствовал, что в этой досаде кроется какая-то опасность для него.</p>
      <p>— Хорошо, я отвечу вам, отвечу так же просто и ясно, как вы спросили. — Она помолчала, словно не зная, с чего начать. — Вы человек прямодушный и честный. Так вот решайте: хотите вы, чтобы и я говорила так прямодушно и откровенно, как женщине не полагается говорить? Чтобы я не щадила вас? Призналась в том, в чем признаваться стыдно? Словом, чтобы я позволила себе то, что многие мужчины назвали бы неженским поведением? Хотите?</p>
      <p>В знак согласия он только крепче сжал ее плечи. — Я ничего бы так не желала, как стать вашей женой, но я боюсь. Я с гордостью и смирением думаю о том, что такой человек, как вы, мог полюбить меня. Но вы слишком богаты. Вот против чего восстает мой несносный здравый смысл. Даже если бы я вышла за вас, вы никогда не стали бы для меня мужем, возлюбленным, никогда не принадлежали бы мне. Вы принадлежали бы своему богатству. Я знаю, что это глупо, но я хочу, чтобы муж был мой, и только мой. А вы собой не располагаете. Богатство владеет вами, оно поглощает ваше время, ваши мысли, энергию, силы. Вы идете туда, куда оно вас посылает, делаете то, что оно вам велит. Разве не так? Быть может, это чистейший вздор, но мне кажется, что я способна любить очень сильно, отдать всю себя, и в обмен я хочу получать если не все, то очень много, — гораздо больше, чем ваше богатство позволит вам уделить мне.</p>
      <p>А кроме того, ваше богатство губит вас. Вы становитесь все хуже и хуже. Мне не стыдно признаться вам, что я вас люблю, потому что я никогда не буду вашей женой. Я уже тогда любила вас, когда совсем вас не знала, когда вы только что приехали с Аляски и я в первый раз пришла в контору. Вы были моим героем. Вы были для меня Время-не-ждет золотых приисков, отважный путешественник и золотоискатель. И вы были таким — стоило только взглянуть на вас. Мне кажется, ни одна женщина, увидев вас, не могла бы устоять перед вами тогда. Но теперь вы уже не тот.</p>
      <p>Простите меня, не сердитесь, — я знаю, что вам больно это слушать. Но вы сами требовали прямого ответа, и я отвечаю вам. Все последние годы вы вели противоестественный образ жизни. Вы привыкли жить среди природы, а закупорили себя в городе и переняли все городские привычки. Вы уже совсем не тот, что были когда-то, и это потому, что ваше богатство губит вас. Вы становитесь другим каким-то, в вас уже меньше здоровья, чистоты, обаяния. В этом повинны ваши деньги и ваш образ жизни. Вы сами знаете — у вас и наружность изменилась. Вы полнеете, но это нездоровая полнота. Со мной вы добры и ласковы, это верно; но когда-то вы были добры и ласковы со всеми, а теперь этого нет. Вы стали черствым и жестоким. Я хорошо это знаю. Не забудьте, я месяц за месяцем, год за годом вижу вас шесть дней в неделю. И я больше знаю о малейших ваших черточках, чем вы вообще знаете обо мне. Жестокость не только в вашем сердце и в мыслях — она видна на вашем лице.</p>
      <p>Это она проложила на нем морщины. Я видела, как они появились, как становились все глубже. Виной тому ваше богатство и та жизнь, которую оно заставляет вас вести. Вы огрубели, опустились. И чем дальше, тем будет все хуже и хуже, пока вы не погибнете безвозвратно…</p>
      <p>Он попытался прервать ее, но она остановила его и продолжала говорить, задыхаясь, дрожащим голосом:</p>
      <p>— Нет, нет, дайте мне досказать до конца. Все последние месяцы, с тех самых пор, когда мы стали вместе ездить верхом, я все думаю, думаю, думаю — и теперь, раз уж я заговорила, я выскажу вам все, что у меня на душе. Я люблю вас, но я не могу выйти за вас и погубить свою любовь. Вы постепенно превращаетесь в человека, которого в конечном счете я вынуждена буду презирать. Вы бессильны изменить это. Как бы вы ни любили меня, свою игру в бизнес вы любите больше. Этот ваш бизнес, который, в сущности, совсем вам не нужен, безраздельно владеет вами. Я иногда думаю, что мне легче было бы делить вас с другой женщиной, чем с вашим бизнесом. Тогда хоть половина принадлежала бы мне. Но бизнес потребует не половину, а девять десятых или девяносто девять сотых.</p>
      <p>Поймите, для меня смысл замужества не в том, чтобы тратить деньги мужа. Мне нужны не его деньги, а он сам. Вы говорите, что я нужна вам. Допустим, я согласилась бы выйти за вас, но только на одну сотую принадлежала бы вам. А девяносто девять сотых принадлежали бы чему-то другому в моей жизни, и вдобавок я бы от этого растолстела, под глазами появились бы мешки, у висков — морщины, и весь облик, и внешний и внутренний, утратил бы всякую привлекательность. Согласились бы вы, чтобы я принадлежала вам на одну сотую? А вы только одну сотую себя и предлагаете мне. Почему же вас удивляет, что я не хочу, не могу быть вашей женой?</p>
      <p>Харниш молчал, не зная, все ли она высказала; и Дид опять заговорила:</p>
      <p>— Не думайте, что это эгоизм с моей стороны. В конце концов любить — это значит отдавать, а не получать. Но я слишком ясно вижу, что, сколько бы я ни отдавала вам, пользы от этого не будет никакой. Вас словно гложет какой-то недуг. Вы и бизнесом занимаетесь не как другие. Вы предаетесь ему сердцем, душой, всем своим существом. Вопреки вашему желанию, вопреки вашей воле жена для вас была бы только мимолетным развлечением. Вспомните, как вы восхищались Бобом. А сейчас этот великолепный конь томится в конюшне. Вы купите мне роскошный особняк и бросите меня там. А я буду либо зевать до одурения, либо слезами обливаться оттого, что не могу, не умею спасти вас. Вы одержимы своей игрой в бизнес, и эта болезнь будет неуклонно точить вас, разъедать, как ржавчина. Вы играете в бизнес с таким же азартом, с каким вы делаете все. На Аляске вы точно так же играли в трудную жизнь снежной тропы. Вы во всем хотели быть первым: никто не смел ездить с такой быстротой, забираться так далеко, как вы, никто, кроме вас, не мог выдержать столь тяжкого труда и суровых лишений. Вы отдаетесь весь до конца, вкладываете все без остатка во всякое дело…</p>
      <p>— Играю без лимита, — мрачно подтвердил он.</p>
      <p>— И если бы вы так же могли играть в любовь… Голос у нее дрогнул, она опустила глаза под его взглядом, и краска залила ее мокрые от слез щеки.</p>
      <p>— Больше я не скажу ни слова, — помолчав, заключила она. — Я и так прочла вам целую проповедь.</p>
      <p>Они стояли обнявшись, не замечая влажного порывистого ветра, налетавшего все чаще и стремительнее, и Дид, уже не скрываясь и не борясь с собой, доверчиво прижималась к его плечу. Ливня все еще не было. Харниш в полном смятении молчал. Наконец он заговорил нерешительно:</p>
      <p>— Даже и не знаю, что сказать. Ум за разум заходит. Брожу, как в потемках. Мисс Мэсон… нет — Дид, я люблю ваше имя… я признаю, что вы попали в самую точку. Стало быть, я так понимаю: если бы я остался без гроша и не толстел, вы бы вышли за меня. Нет, нет, я не шучу. Я просто добираюсь до сути, вытаскиваю ее и говорю, как оно есть. Значит, если бы у меня не было ни гроша и я жил бы здоровой жизнью и мог бы сколько душе угодно любить вас и нежить, вместо того чтобы по уши залезать в дела и все такое, вы бы вышли за меня.</p>
      <p>Это ясно, как дважды два четыре. Ваша правда, только мне это никогда в голову не приходило. Ничего не скажешь — глаза вы мне открыли. Но где же выход? Как мне теперь быть? Вы верно сказали: бизнес заарканил меня, повалил и клеймо поставил; я связан по рукам и ногам, где уж мне пастись на зеленой лужайке. Вы знаете про охотника, который поймал медведя за хвост? Вот и я так. Мне нельзя его выпустить… а я хочу жениться на вас; а чтобы жениться на вас, я должен выпустить хвост медведя.</p>
      <p>Ума не приложу, что делать, но как-нибудь это устроится. Я не могу отказаться от вас. Просто не могу, и все тут. И ни за что не откажусь! Вы уже сейчас нагоняете мой бизнес, того и гляди выйдете на первое место. Никогда не бывало, чтобы из-за бизнеса я ночи не спал.</p>
      <p>Вы приперли меня к стене. Я и сам знаю, что не таким я вернулся с Аляски. Мне бы сейчас не под силу бежать по тропе за упряжкой собак. Мышцы у меня стали мягкие, а сердце — жесткое. Когда-то я уважал людей. Теперь я их презираю. Я всю жизнь жил на вольном воздухе, и, надо думать, такая жизнь как раз по мне. Знаете, в деревушке Глен Эллен у меня есть ранчо, маленькое, но такое красивое — просто загляденье. Это там же, где кирпичный завод, который мне подсунули. Вы, наверное, помните мои письма. Только увидел я это ранчо, прямо влюбился в него и тут же купил. Я катался верхом по горам без всякого дела и радовался, как школьник, сбежавший с уроков. Живи я в деревне, я был бы другим человеком. Город мне не на пользу, это вы верно сказали. Сам знаю. Ну, а если бог услышит вашу молитву и я вылечу в трубу и буду жить поденной работой?</p>
      <p>Она ничего не ответила, только крепче прижалась к нему.</p>
      <p>— Если я все потеряю, останусь с одним моим ранчо и буду там кур разводить, как-нибудь перебиваться… вы пойдете за меня, Дид?</p>
      <p>— И мы никогда бы не расставались? — воскликнула она.</p>
      <p>— Совсем никогда — не выйдет, — предупредил он. — Мне и пахать придется и в город за припасами ездить.</p>
      <p>— Зато конторы уж наверняка не будет, и люди не будут ходить к вам с утра до вечера… Но все это глупости, ничего этого быть не может, и надо поторапливаться: сейчас дождь польет.</p>
      <p>И тут-то, прежде чем они стали спускаться в лощину, была такая минута, когда Харниш мог бы под сенью деревьев прижать ее к груди и поцеловать. Но его осаждали новые мысли, вызванные словами Дид, и он не воспользовался представившимся случаем. Он только взял ее под руку и помог ей пройти по неровной каменистой тропинке.</p>
      <p>— А хорошо там, в Глен Эллен, красиво, — задумчиво проговорил он. — Хотелось бы мне, чтобы вы посмотрели.</p>
      <p>Когда роща кончилась, он сказал, что, может быть, им лучше расстаться здесь.</p>
      <p>— Вас тут знают, еще сплетни пойдут.</p>
      <p>Но она настояла на том, чтобы он проводил ее до самого дома.</p>
      <p>— Я не прошу вас зайти, — сказала она, остановившись у крыльца и протягивая ему руку.</p>
      <p>Ветер по-прежнему со свистом налетал на них, но дождя все не было.</p>
      <p>— Знаете, — сказал Харниш, — скажу вам прямо, что нынче — самый счастливый день в моей жизни. — Он снял шляпу, и ветер взъерошил его черные волосы. — И я благодарю бога, — добавил он проникновенно, — или уж не знаю, кого там надо благодарить… за то, что вы живете на свете. Потому что вы меня любите. Большая радость — услышать это от вас. Я… — Он не договорил, и на лице его появилось столь знакомое Дид выражение задора и упрямства. — Дид, — прошептал он, — мы должны пожениться. Другого выхода нет. И положись на счастье — все будет хорошо.</p>
      <p>Но слезы опять выступили у нее на глазах, и, покачав головой, она повернулась и стала подниматься по ступенькам крыльца.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцатая</p>
      </title>
      <p>Когда открылось новое сообщение между Оклендом и Сан-Франциско и оказалось, что на переправу требуется вдвое меньше времени, чем раньше, огромные суммы, затраченные Харнишем, стали притекать обратно. Впрочем, деньги у него не залеживались — он немедленно вкладывал их в новые предприятия. Тысячи участков раскупались под особняки, возводились тысячи домов. Хорошо сбывались участки и под заводы на окраине и под торговые постройки в центре города. Все это привело к тому, что необъятные владения Харниша стали неуклонно подниматься в цене. Но, как некогда на Клондайке, он упорно следовал своему чутью и шел на еще больший риск. Он уже раньше брал ссуды в банках. На баснословные прибыли, которые приносила ему продажа участков, он увеличивал свою земельную собственность и затевал новые предприятия; и вместо того чтобы погашать старые ссуды, он еще больше залезал в долги. Так же как в Доусоне, он и в Окленде громоздил издержки на издержки, с тою, однако, разницей, что здесь он знал, что это солидное капиталовложение, а не просто крупная ставка на непрочные богатства россыпного прииска.</p>
      <p>Другие, более мелкие дельцы, идя по его стопам, тоже покупали и перепродавали земельные участки, извлекая прибыль из его работ по благоустройству города. Но Харниш это предвидел и без злобы взирал на то, как они за его счет сколачивали себе скромные состояния — за одним только исключением. Некий Саймон Долливер, располагавший достаточным капиталом, человек изворотливый и не трусливый, явно задался целью за счет Харниша нажить несколько миллионов. Долливер умел рисковать не хуже Харниша, действуя быстро и без промаха, снова и снова пуская деньги в оборот. Харниш то и дело натыкался на Долливера, как Гугенхаммеры натыкались на Харниша, когда их внимание привлек ручей Офир.</p>
      <p>Строительство гавани подвигалось быстро; но это предприятие поглощало громадные средства и не могло быть закончено в такой короткий срок, как новый мол для переправы. Было много технических трудностей, углубление морского дна и земляные работы требовали поистине циклопических усилий. На одни сваи пришлось затратить целое состояние. Каждая свая, доставленная на строительство, стоила в среднем двадцать долларов, а забивали их тысячами. На сваи пошли все окрестные рощи старых эвкалиптов, и, кроме того, приводили на буксире большие сосновые плоты из Пьюджет-Саунда.</p>
      <p>Сначала Харниш, по старинке, снабжал свой трамвайный транспорт электрической энергией, вырабатываемой на городских силовых станциях, но этого ему показалось мало, и он учредил Электрическую компанию Сиерра и Сальвадор — предприятие огромного масштаба. За долиной Сан-Хоакин, по холмам Контра-Коста, было расположено много поселков и даже один городок покрупнее, которые нуждались в электрической энергии для промышленных целей и для освещения улиц, и жилищ. Таким образом, для компании открылось широкое поле деятельности. Как только покупка земли под электростанции была в срочном порядке узаконена местными властями, начались съемки и строительные работы.</p>
      <p>Так оно и шло. Деньги Харниша непрерывным потоком текли в тысячу ненасытных утроб. Но это было вполне разумное и к тому же полезное помещение капитала, и Харниш, завзятый игрок, прозорливый и расчетливый, смело шел на необходимый риск. В этой азартнейшей игре у него были все шансы на выигрыш, и он не мог не увеличивать ставку. Его единственный друг и советчик, Ларри Хиган, тоже не призывал к осторожности. Напротив, Харнишу зачастую приходилось удерживать в границах необузданное воображение своего отравленного гашишем поверенного. Харниш не только брал крупные ссуды в банках и трестах, дело дошло до того, что он скрепя сердце выпустил акции некоторых своих предприятий. Однако большинство учрежденных им крупных компаний осталось полностью в его руках. В числе компаний, куда он открыл доступ чужому капиталу, были: Компания гавани Золотых ворот, Компания городских парков, Объединенная водопроводная компания, Судостроительная компания и Электрическая компания Сиерра и Сальвадор. Но даже и в этих предприятиях Харниш — один или в доле с Хиганом — оставлял за собой контрольный пакет акций.</p>
      <p>О Дид он, казалось, и думать забыл, но это только так казалось. Его, напротив, все сильнее тянуло к ней, хоть он и отложил на время все попытки найти выход из тупика. Он говорил себе, пользуясь своим любимым сравнением, что по прихоти Счастья ему выпала самая лучшая карта из всей колоды, а он годами не замечал ее. Карта эта — любовь, и она бьет любую другую. Любовь — наивысший козырь, пятый туз, джокер; сильней этой карты нет ничего, и он все поставит на нее, когда начнется игра. Как она начнется, он еще не знал. Сперва ему предстояло так или иначе закончить финансовую игру, которую он вел сейчас.</p>
      <p>И все же, как он ни гнал от себя воспоминания, он не мог забыть бронзовых туфелек, мягко облегающего платья, женственной теплоты и кротости, с какой Дид принимала его в своей уютной комнате. Еще раз, в такой же дождливый воскресный день, предупредив ее по телефону, он поехал в Беркли. И, как это бывает всегда, с тех самых пор, когда мужчина впервые взглянул на женщину и увидел, что она хороша, снова произошел поединок между слепой силой мужской страсти и тайным желанием женщины уступить. Не в привычках Харниша было просить и вымаливать, властность натуры сказывалась во всем, что бы он ни делал; но Дид куда легче было бы устоять перед униженными мольбами, чем перед его забавной напористостью. Свидание кончилось нерадостно: Дид, доведенная до отчаяния внутренней борьбой, готовая сдаться и презирая себя за эту готовность, крикнула в запальчивости:</p>
      <p>— Вы уговариваете меня пойти на риск: стать вашей женой и положиться на счастье — будь что будет! Жизнь, по-вашему, азартная игра. Отлично, давайте сыграем. Возьмите монету и подбросьте ее. Выпадет орел, я выйду за вас. А если решка, то вы оставите меня в покое и никогда больше не заикнетесь о нашей женитьбе.</p>
      <p>Глаза Харниша загорелись любовью и игорным азартом. Рука невольно потянулась к карману за монетой. Но он тотчас спохватился, и взгляд его затуманился.</p>
      <p>— Ну, что же вы? — резко сказала она. — Скорей, не то я могу передумать, и вы упустите случай.</p>
      <p>— Маленькая женщина, — заговорил он проникновенно и торжественно, и хотя слова его звучали шутливо, он и не думал шутить. — Я могу играть от сотворения мира до Страшного суда; могу поставить золотую арфу против ангельского сияния, бросать кости в преддверье святого града; метать банк у его жемчужных ворот; но будь я проклят во веки веков, если стану играть любовью. Любовь для меня слишком крупная ставка, я не могу идти на такой риск. Любовь должна быть верным делом; и наша любовь — дело верное. Будь у меня хоть сто шансов против одного, все равно на это я не пойду.</p>
      <p>Весной того года разразился кризис. Первым предвестником его явилось требование банков возвратить ссуды, не имеющие достаточного обеспечения. Харниш поспешил оплатить несколько предъявленных ему долговых обязательств, но очень скоро догадался, куда ветер дует, и понял, что над Соединенными Штатами вот-вот понесется одна из тех страшных финансовых бурь, о которых он знал понаслышке. Какой ужасающей силы окажется именно эта буря, он не предвидел, но тем не менее принял все доступные ему меры предосторожности и ничуть не сомневался, что устоит на ногах.</p>
      <p>С деньгами становилось туго. После краха нескольких крупнейших банкирских домов в Восточных штатах положение настолько ухудшилось, что по всей стране не осталось ни единого банка, который не потребовал бы возврата выданных ссуд. Харниш очутился на мели, и очутился потому, что впервые в жизни решил стать солидным финансистом. В былые дни такая паника с катастрофическим падением ценных бумаг означала бы для него золотую пору жатвы. А сейчас он вынужден был смотреть со стороны, как биржевые спекулянты, воспользовавшись волной ажиотажа и обеспечив себя на время кризиса, теперь либо прятались в кусты, либо готовились собрать двойной урожай. Харнишу оставалось только не падать духом и стараться выдержать бурю.</p>
      <p>Картина была ему ясна. Когда банки потребовали от него уплаты долгов, он знал, что они сильно нуждаются в деньгах. Но он нуждался в деньгах еще сильнее. И он также знал, что банкам мало пользы от ценных бумаг, которые лежали на его онкольном счету. При таком падении курсов продажа этих бумаг ничего бы не дала. Акции, положенные Харнишем в банки в обеспечение взятых им ссуд, никому не внушали тревоги; это было вполне надежное, прочное обеспечение; но оно не имело никакой цены в такое время, когда все в один голос кричали: денег, денег, наличных денег! Натолкнувшись на упорное противодействие Харниша, банки потребовали дополнительного обеспечения, и по мере того как нехватка наличных денег становилась все ощутимее, они начинали требовать вдвое и втрое больше того, на что соглашались раньше. Иногда Харниш удовлетворял их требования, но это случалось редко и то лишь после ожесточенного боя.</p>
      <p>Он точно сражался под прикрытием обваливающейся стены, вместо щита пользуясь глиной. Вся стена была под угрозой, и он только и делал, что замазывал самые уязвимые места. Глиной ему служили деньги, и он то там, то сям залеплял новые трещины, но лишь в тех случаях, когда иного выхода не было. Его главными опорными пунктами оказались Компания Йерба Буэна. Трамвайный трест и Объединенная водопроводная компания, никто теперь не покупал землю под жилые дома, заводы и торговые помещения, но люди не могли не ездить на его трамвае, не переправляться через бухту на его катерах, не потреблять его воду. Между тем как весь финансовый мир задыхался от нехватки денег, в первый день каждого месяца в мошну Харниша текли тысячи долларов, взимаемые с населения за воду, и каждый день приносил ему десять тысяч долларов, собранных по грошам за проезд на трамвае и за пользование переправой.</p>
      <p>Наличные деньги — вот что требовалось постоянно; и если бы Харниш мог располагать всей своей наличностью, он не знал бы забот. Но беда была в том, что ему непрерывно приходилось драться за нее. Всякие работы по благоустройству прекратились, производили только самый необходимый ремонт. Особенно ожесточенно воевал Харниш с накладными расходами, цепляясь буквально за каждый цент. Издержки безжалостно урезались — начиная от смет на поставку материалов, жалованья служащим и кончая расходом канцелярских принадлежностей и почтовых марок. Когда директора его предприятий и заведующие отделами совершали чудеса бережливости, он одобрительно хлопал их по плечу и требовал новых чудес. Когда же у них опускались руки, он поучал их, как можно достигнуть большего.</p>
      <p>— Я плачу вам восемь тысяч долларов в год, — сказал он Мэтьюсону. — Такого жалованья вы в жизни не получали. Мы с вами одной веревочкой связаны. Вы должны взять на себя часть риска и кое-чем поступиться. В городе у вас есть кредит. Пользуйтесь им. Гоните в шею мясника, булочника и прочих. Понятно? Вы получаете ежемесячно что-то около шестисот шестидесяти долларов. Эти деньги мне нужны. С сегодняшнего числа вы будете забирать все в долг, а получать только сто долларов. Как только окончится эта заваруха, я все верну вам и заплачу проценты.</p>
      <p>Две недели спустя, сидя с Мэтьюсоном над платежной ведомостью, Харниш заявил:</p>
      <p>— Кто этот бухгалтер Роджерс? Ваш племянник? Так я и думал. Он получает восемьдесят пять долларов в месяц. Теперь будет получать тридцать пять. Остальные пятьдесят я верну ему с процентами.</p>
      <p>— Это немыслимо! — возмутился Мэтьюсон. — Он и так не может свести концы с концами, у него жена и двое детей…</p>
      <p>Харниш яростно выругался.</p>
      <p>— Немыслимо! Не может! Что у меня — приют для слабоумных? Вы что думаете — я стану кормить, одевать и вытирать носы всяким сопливым кретинам, которые не могут сами о себе позаботиться? И не воображайте. Я верчусь как белка в колесе, и пусть все, кто у меня работает, тоже малость повертятся. Очень мне нужны этакие пугливые пташки — капли дождя боятся. Сейчас у нас погода скверная, хуже некуда, и нечего хныкать. Я же вот не хнычу. В Окленде десять тысяч безработных, а в Сан-Франциско — шестьдесят тысяч. Ваш племянник и все, кто у вас тут в списке, сделают по-моему, а не желают, могут получить расчет. Понятно? Если кому-нибудь придется совсем туго, вы самолично обойдете лавочников и поручитесь за моих служащих. А платежную ведомость извольте урезать. Я достаточно долго содержал тысячи людей, могут месяц-другой и без меня прожить.</p>
      <p>— По-вашему, этот фильтр надо заменить новым? — говорил он управляющему водопроводной сетью. — И так обойдутся. Пусть оклендцы раз в жизни попьют грязную водицу. Лучше будут понимать, что такое хорошая вода. Немедля приостановите работы. Прекратите выплату жалованья рабочим. Отмените все заказы на материалы. Подрядчики подадут в суд? Пусть подают, черт с ними! Раньше чем суд вынесет решение, мы либо вылетим в трубу, либо будем плавать в деньгах.</p>
      <p>— Отмените ночной катер, — заявил он Уилкинсону. — Ничего, пусть пассажиры скандалят — пораньше к жене будут возвращаться. И последний трамвай на линии Двадцать Вторая — Гастингс не нужен. Как люди попадут на катер, который отходит в двенадцать сорок пять? Наплевать, я не могу пускать трамвай ради двух-трех пассажиров. Пусть идут пешком или едут домой предыдущим катером. Сейчас не время заниматься благотворительностью. И заодно подсократите еще малость число трамваев в часы пик. Пусть едут стоя. Пассажиров от этого меньше не станет, в них-то все наше спасение.</p>
      <p>— Вы говорите, этого нельзя, того нельзя, — сказал он другому управляющему, восставшему против его свирепой экономии. — Я вам покажу, что можно и чего нельзя. Вы будете вынуждены уйти? Пожалуйста, я вас не держу. Не имею привычки цепляться за своих служащих. А если кто-нибудь думает, что мне без него не обойтись, то я могу сию минуту вразумить его и дать ему расчет.</p>
      <p>И так он воевал, подстегивая, запугивая, даже улещая. С раннего утра до позднего вечера шли беспрерывные бои. Целый день в его кабинете была толчея. Все управляющие приходили к нему или он сам вызывал их. Одного он утешал тем, что кризис вот-вот кончится, другому рассказывал анекдот, с третьим вел серьезный деловой разговор, четвертого распекал за неповиновение. А сменить его было некому. Он один мог выдержать такую бешеную гонку. И так это шло изо дня в день, а вокруг него весь деловой мир сотрясался, и крах следовал за крахом.</p>
      <p>— Ничего, друг, ничего, выкрутимся, — каждое утро говорил он Хигану; и весь день он этими словами подбадривал себя и других, за исключением тех часов, когда он, стиснув зубы, силился подчинить своей воле людей и события.</p>
      <p>В восемь часов он уже сидел за письменным столом. В десять ему подавали машину, и начинался ежедневный объезд банков. Почти всегда он прихватывал с собой десять тысяч долларов, а то и больше, полученные накануне за пользование трамваем и катерами переправы, — этими деньгами он затыкал самые опасные бреши своей финансовой дамбы. Между Харнишем и каждым директором банка по очереди разыгрывалась приблизительно одна и та же сцена. Директора дрожали от страха, и Харниш прежде всего напускал на себя несокрушимый оптимизм. Горизонт проясняется. Верно, верно, никаких сомнений. Это чувствуется по всему, нужно только немного потерпеть и не сдаваться. Вот и все. На Востоке уже наблюдается некоторое оживление. Достаточно посмотреть на сделки Уолл-стрита за истекшие сутки. Сразу видно, что ветер переменился. Разве не сказал Райан то-то и то-то? И разве не стало известно, что Морган готовится к тому-то и тому-то?</p>
      <p>А что до него, так ведь трамвай с каждым днем приносит все больше дохода. Вопреки тяжелым временам население города увеличивается. Даже появился спрос на недвижимость. Он уже закинул удочку: думает продать кое-какую мелочь — с тысячу акров в пригородах Окленда. Разумеется, убытка не миновать, зато всем немного легче станет, а главное — трусы приободрятся. Ведь от трусов все и пошло; без них никакой паники бы не было. Вот только что один из восточных синдикатов запросил его, не продаст ли он контрольный пакет Электрической компании Сиерры и Сальвадора. Значит, уже чуют, что подходят лучшие времена.</p>
      <p>Если директора банков не поддавались на оптимистический тон и, начав с просьб и уговоров, теряли терпение и пускали в ход угрозы, Харниш отвечал им тем же. Пугать он умел не хуже их. Когда ему отказывали в отсрочке, он уже не просил, а требовал ее. А когда они, отбросив всякую видимость дружелюбия, вступали с ним в открытый бой, он задавал им такую баню, что они только отдувались.</p>
      <p>Но он знал также, где и когда надо уступать. Если часть стены шаталась слишком сильно и грозила обвалиться, он подпирал ее наличностью, которую черпал из своих трех доходных предприятий. Судьба банков — его судьба. Во что бы то ни стало они должны выдержать. Если банки лопнут и все его акции с онкольного счета будут выброшены на рынок, где царит полный хаос, он пропал. И чем дольше продолжался кризис, тем чаще Харниш увозил в красном автомобиле, помимо наличных денег, самое ценное свое обеспечение — акции все тех же компаний. Но расставался он с ними неохотно и только в случае крайней нужды.</p>
      <p>Когда директор Коммерческого банка «Сан-Антонио» указал Харнишу, что у банка и так много клиентов, не возвращающих ссуды, Харниш возразил:</p>
      <p>— Это все мелкая рыбешка. Пусть разоряются. Гвоздь вашего дела — я. С меня вы возьмете больше, чем с них. Конечно, вы не можете давать отсрочку всем. Надо давать с разбором. Вот и все. Ясно: либо они выживут, либо вы. — Со мной вы ничего не сделаете. Вы можете прижать меня — и только. Но тогда вам самим несдобровать. У вас один выход: выбросить вон рыбешку, и я помогу вам это сделать.</p>
      <p>Заодно, пользуясь анархией в мире бизнеса, Харниш приложил руку к окончательному разорению своего соперника Саймона Долливера; собрав все нужные сведения о состоянии его дел, он отправился к директору Национального банка Золотых ворот, главной опоры финансовой мощи Долливера, и заявил ему:</p>
      <p>— Мне уже случалось выручать вас. Теперь вы сели на мель, а Долливер ездит на вас, да и на мне тоже. Так дальше не пойдет. Я вам говорю: не пойдет. Долливер и десяти долларов не наскребет, чтобы поддержать вас. Пошлите его ко всем чертям. А я вот что сделаю: уступлю вам трамвайную выручку за четыре дня — сорок тысяч наличными. А шестого числа получите еще двадцать тысяч от Водопроводной компании. — Он пожал плечами. — Вот мои условия. Не хотите — не надо.</p>
      <p>— Такой уж закон: кто кого съест; и я своего упускать не намерен, — сказал он Хигану, вернувшись в контору. И Саймон Долливер разделил горькую участь всех дельцов, которых паника застала с грудой бумаг, но без денег.</p>
      <p>Харниш проявлял поразительную изобретательность. Ничто, ни крупное, ни мелкое, не укрывалось от его зорких глаз. Работал он, как каторжный, даже завтракать не ходил; дня не хватало, и в часы перерыва его кабинет так же был битком набит людьми, как и в часы занятий. К закрытию конторы, измученный и одуревший, он едва мог дождаться той минуты, когда опьянение воздвигнет стену между ним и его сознанием. Машина кратчайшим путем мчалась к гостинице, и, не медля ни секунды, он поднимался в свой номер, куда ему тотчас же подавали первый, но отнюдь не последний стакан мартини. К обеду в голове у него уже стоял туман, и кризиса как не бывало. При помощи шотландского виски к концу вечера он был готов: не шумел, не буянил, даже не впадал в отупение, — он просто терял чувствительность, словно под воздействием легкого и приятного анестезирующего средства.</p>
      <p>Наутро он просыпался с ощущением сухости во рту и на губах и с тяжелой головой, но это быстро проходило. В восемь часов он во всеоружии, готовый к бою, сидел за письменным столом, в десять объезжал банки и потом до самого вечера без передышки распутывал сложное переплетение осаждавших его промышленных, финансовых и личных дел. А с наступлением вечера — обратно в гостиницу, и опять мартини и шотландское виски; и так день за днем, неделя за неделей.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать первая</p>
      </title>
      <p>Со стороны казалось, что Харниш все тот же — неизменно бодрый, неутомимый, преисполненный энергии и кипучих жизненных сил, но в глубине души он чувствовал себя донельзя усталым. И случалось, что в его одурманенном коктейлями уме мелькали мысли куда более здравые, чем те, которыми он был поглощен в трезвом состоянии. Так, например, однажды вечером, сидя с башмаком в руке на краю постели, он задумался над изречением Дид, что никто не может спать сразу в двух кроватях. Он посмотрел на уздечки, висевшие на стенах, потом встал и, все еще держа в руке башмак, сосчитал уздечки сначала в спальне, а затем и в двух других комнатах. После этого он опять уселся на кровать и заговорил вдумчиво, обращаясь к башмаку:</p>
      <p>— Маленькая женщина права. В две кровати не ляжешь. Сто сорок уздечек — а что толку? Больше одной уздечки ведь не нацепишь. И на две лошади не сядешь. Бедный мой Боб! Надо бы выпустить тебя на травку. Тридцать миллионов; впереди — либо сто миллионов, либо нуль. А какая мне от них польза? Есть много такого, чего не купишь на деньги. Дид не купишь. Силы не купишь. На что мне тридцать миллионов, когда я не могу влить в себя больше одной кварты мартини в день? Вот если бы я выдувал по сто кварт в день — ну, тогда разговор другой. А то одна кварта, одна разнесчастная кварта! У меня тридцать миллионов, надрываюсь я на работе, как ни один из моих служащих не надрывается, а что я за это имею? Завтрак и обед, которые и есть-то неохота, одну кровать, одну кварту мартини и сто сорок никому не нужных уздечек. — Он уныло уставился на стену. — Мистер Башмак, я пьян. Спокойной ночи.</p>
      <p>Из всех видов закоренелых пьяниц худшие те, кто напивается в одиночку, и таким пьяницей именно и становился Харниш. Он почти перестал пить на людях; вернувшись домой после долгого изнурительного дня в конторе, он запирался в своей комнате и весь вечер одурманивал себя; потом ложился спать, зная, что, когда утром проснется, будет горько и сухо во рту; а вечером он опять напьется.</p>
      <p>Между тем страна, вопреки присущей ей способности быстро восстанавливать свои силы, все еще не могла оправиться от кризиса. Свободных денег по-прежнему не хватало, хотя принадлежавшие Харнишу газеты, а также все другие купленные или субсидируемые газеты в Соединенных Штатах усердно убеждали читателей, что денежный голод кончился и тяжелые времена отошли в прошлое. Все публичные заявления финансистов дышали бодростью и оптимизмом, но зачастую эти же финансисты были на краю банкротства. Сцены, которые разыгрывались в кабинете Харниша и на заседаниях правления его компаний, освещали истинное положение вещей правдивее, чем передовицы его собственных газет; вот, например, с какой речью он обратился к крупным держателям акций Электрической компании, Объединенной водопроводной и некоторых других акционерных обществ:</p>
      <p>— Ничего не попишешь — развязывайте мошну. У вас верное дело в руках, но пока что придется отдать кое-что, чтобы продержаться. Я не стану распинаться перед вами, что, мол, времена трудные и прочее. Кто же этого не знает? А для чего же вы пришли сюда? Так вот надо раскошелиться. Контрольный пакет принадлежит мне, и я заявляю вам, что без доплаты не обойтись. Либо доплата, либо труба. А уж если я вылечу в трубу, вы и сообразить не успеете, куда вас занесло. Мелкая рыбешка — та может отступиться, а вам нельзя. Корабль не пойдет ко дну, если вы останетесь на нем. Но если сбежите — потонете как миленькие, и не видать вам берега. Соглашайтесь на доплату — и дело с концом.</p>
      <p>Крупным оптовым фирмам, поставщикам провизии для гостиниц Харниша и всей армии кредиторов, неустанно осаждавших его, тоже приходилось не сладко. Он вызывал представителей фирм в свою контору и по-свойски разъяснял им, что значит «можно» или «нельзя», «хочу» или «не хочу».</p>
      <p>— Ничего, ничего, потерпите! — говорил он им. — Вы что думаете — мы с вами в вист по маленькой играем? Захотел — встал из-за стола и домой пошел? Ничего подобного! Вы только что сказали, Уоткинс, что больше ждать не согласны. Так вот, послушайте меня: вы будете ждать, и очень даже будете. Вы будете по-прежнему поставлять мне товар и в уплату принимать векселя, пока не кончится кризис. Как вы ухитритесь это сделать — не моя забота, а ваша. Вы помните, что случилось с Клинкнером и Алтамонтским трестом? Я лучше вас знаю всю подноготную вашего дела. Попробуйте только подвести меня — изничтожу. Пусть я сам загремлю — все равно, уж я улучу минутку, чтобы вас зацепить и потащить за собой. Тут круговая порука, и вам же хуже будет, если вы дадите мне утонуть.</p>
      <p>Но самый ожесточенный бой ему пришлось выдержать с акционерами Водопроводной компании, когда он заставил их согласиться на то, чтобы почти вся огромная сумма доходов была предоставлена в виде займа лично ему для укрепления его широкого финансового фронта. Однако он никогда не заходил слишком далеко в деспотическом навязывании своей воли; хотя он и требовал жертв от людей, чьи интересы переплетались с его собственными, но если кто-нибудь из них попадал в безвыходное положение, Харниш с готовностью протягивал ему руку помощи. Только очень сильный человек мог выйти победителем из таких сложных и тяжелых передряг, и таким человеком оказался Харниш. Он изворачивался и выкручивался, рассчитывал и прикидывал, подстегивал и подгонял слабых, подбадривал малодушных и беспощадно расправлялся с дезертирами.</p>
      <p>И вот наконец с приходом лета по всей линии начался поворот к лучшему. Настал день, когда Харниш, ко всеобщему удивлению, покинул контору на час раньше обычного по той простой причине, что впервые с тех пор, как разразился кризис, к этому времени все текущие дела были закончены. Прежде чем уйти, он зашел поболтать с Хиганом в его кабинет. Прощаясь с ним, Харниш сказал:</p>
      <p>— Ну, Хиган, можем радоваться. Много мы снесли в эту ненасытную ссудную кассу, но теперь выкрутимся и все заклады до единого выкупим. Худшее позади, и уже виден конец. Еще недельки две пожмемся, еще нас встряхнет разок-другой, а там, глядишь, отпустит, и можно будет опять настоящие дела делать.</p>
      <p>В тот день он нарушил обычный порядок — не поехал прямо в гостиницу, а стал ходить из кафе в кафе, из бара в бар, выпивая у каждой стойки по коктейлю, а то и по два и по три, если попадался знакомый или приятель. Так продолжалось с добрый час, пока он не забрел в бар отеля Парфенон, где намеревался пропустить последний стакан перед тем, как ехать обедать. От выпитого вина Харниш чувствовал приятное тепло во всем теле и вообще находился в наилучшем расположении духа. На углу стойки несколько молодых людей по старинке развлекались тем, что, поставив локти и переплетя пальцы, пытались разогнуть руку соперника. Один из них, широкоплечий, рослый силач, как поставил локоть, так и не сдвигал его с места и по очереди прижимал к стойке руки всех приятелей, желавших сразиться с ним. Харниш с любопытством разглядывал победителя.</p>
      <p>— Это Слоссон, — сказал бармен в ответ на вопрос Харниша. — Из университетской команды метателей молота. Все рекорды побил в этом году, даже мировой. Молодец, что и говорить!</p>
      <p>Харниш кивнул, подошел к Слоссону и поставил локоть на стойку.</p>
      <p>— Давайте померяемся, сынок, — сказал он.</p>
      <p>Тот засмеялся и переплел свои пальцы с пальцами Харниша; к великому изумлению Харниша, его рука тотчас же была прижата к стойке.</p>
      <p>— Постойте, — пробормотал он. — Еще разок. Я не успел приготовиться.</p>
      <p>Пальцы опять переплелись. Борьба продолжалась недолго. Мышцы Харниша, напруженные для атаки, быстро перешли к защите, и после минутного противодействия рука его разогнулась. Харниш опешил. Слоссон победил его не каким-нибудь особым приемом. По умению они равны, он даже превосходит умением этого юнца. Сила, одна только сила — вот что решило исход борьбы. Харниш заказал коктейли для всей компании, но все еще не мог прийти в себя и, далеко отставив руку, с недоумением рассматривал ее, словно видел какой-то новый, незнакомый ему предмет. Нет, этой руки он не знает. Это совсем не та рука, которая была при нем всю его жизнь. Куда девалась его прежняя рука? Ей-то ничего бы не стоило прижать руку этого мальчишки. Ну, а эта… Он продолжал смотреть на свою руку с таким недоверчивым удивлением, что молодые люди расхохотались.</p>
      <p>Услышав их смех, Харниш встрепенулся. Сначала он посмеялся вместе с ними, но потом лицо его стало очень серьезным. Он нагнулся к метателю молота.</p>
      <p>— Юноша, — заговорил он, — я хочу сказать вам кое-что на ушко: уйдите отсюда и бросьте пить, пока не поздно.</p>
      <p>Слоссон вспыхнул от обиды, но Харниш продолжал невозмутимо:</p>
      <p>— Послушайте меня, я старше вас, и говорю для вашей же пользы. Я и сам еще молодой, только молодости-то во мне нет. Не так давно я посовестился бы прижимать вашу руку: все одно что учинить разгром в детском саду.</p>
      <p>Слоссон слушал Харниша с явным недоверием; остальные сгрудились вокруг него и, ухмыляясь, ждали продолжения.</p>
      <p>— Я, знаете, не любитель мораль разводить. Первый раз на меня покаянный стих нашел, и это оттого, что вы меня стукнули, крепко стукнули. Я кое-что повидал на своем веку и не то, чтоб я уж больно много требовал от жизни. Но я вам прямо скажу: у меня черт знает сколько миллионов, и я бы все их, до последнего гроша, выложил сию минуту на эту стойку, лишь бы прижать вашу руку. А это значит, что я отдал бы все на свете, чтобы опять стать таким, каким был, когда я спал под звездами, а не жил в городских курятниках, не пил коктейлей и не катался в машине. Вот в чем мое горе, сынок; и вот что я вам скажу: игра не стоит свеч. Мой вам совет — поразмыслите над этим и остерегайтесь. Спокойной ночи!</p>
      <p>Он повернулся и вышел, пошатываясь, чем сильно ослабил воздействие своей проповеди на слушателей, ибо было слишком явно, что говорил он с пьяных глаз.</p>
      <p>Харниш вернулся в гостиницу, пообедал и улегся в постель. Но понесенное им поражение не выходило у него из головы.</p>
      <p>— Негодный мальчишка! — пробормотал он. — Раз — и готово, побил меня. Меня!</p>
      <p>Он поднял провинившуюся руку и тупо уставился на нее. Рука, которая не знала поражения! Рука, которой страшились силачи Сёркла! А какой-то молокосос, безусый студент, шутя прижал ее к стойке, дважды прижал! Права Дид. Он стал не тем человеком. Дело дрянь, теперь не отвертишься, пора вникнуть серьезно. Но только не сейчас. Утро вечера мудренее.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать вторая</p>
      </title>
      <p>Харниш проснулся с привычным ощущением сухости в горле, во рту и на губах, налил себе полный стакан воды из стоявшего возле кровати графина и задумался; мысли были те же, что и накануне вечером. Начал он с обзора финансового положения. Наконец-то дела поправляются. Самая грозная опасность миновала. Как он сказал Хигану, теперь нужно только немножко терпения и оглядки, и все пойдет на лад. Конечно, еще будут всякие бури, но уже не такие страшные, как те, что им пришлось выдержать. Его изрядно потрепало, но кости остались целы, чего нельзя сказать о Саймоне Долливере и о многих других. И ни один из его деловых друзей не разорился. Он ради своего спасения заставил их не сдаваться, и тем самым они спасли самих себя.</p>
      <p>Потом он вспомнил о вчерашнем случае в баре Парфенона, когда молодой чемпион прижал его руку к стойке. Неудача уже не поражала Харниша, но он был возмущен и опечален, как всякий очень сильный человек, чувствующий, что былая сила уходит. И он слишком ясно видел причину своего поражения, чтобы хитрить и увиливать от прямого ответа. Он знал, почему его рука сплоховала. Не потому, что он уже не молод. Он только-только достиг первой поры зрелости, и по-настоящему не его рука, а рука Слоссона должна была лечь на стойку. Он сам виноват — распустился. Он всегда думал, что сила его нечто непреходящее, а она, оказывается, все последние годы убывала капля за каплей. Как он накануне объяснил студентам, он променял ночлег под открытым небом на городские курятники. Он почти разучился ходить. Ноги его давно не касались земли, его катали в машинах, колясках, вагонах трамвая. Он забыл, что значит двигаться, и мышцы его разъело алкоголем.</p>
      <p>И ради чего? На что ему, в сущности, его миллионы? Права Дид. Все равно больше чем в одну кровать сразу не ляжешь; зато он сделался самым подневольным из рабов. Богатство так опутало его, что не вырваться. Вот и сейчас он чувствует эти путы. Захоти он проваляться весь день в постели — богатство не позволит, потребует, чтобы он встал. Свистнет — и изволь ехать в контору. Утреннее солнце заглядывает в окна; в такой день только бы носиться по горам — он на Бобе, а рядом Дид на своей кобыле. Но всех его миллионов не хватит, чтобы купить один-единственный свободный день. Может случиться какая-нибудь заминка в делах, и он должен быть на своем посту. Тридцать миллионов! И они бессильны перед Дид, не могут заставить ее сесть на кобылу, которую он купил и которая пропадает даром, жирея на подножном корму. Чего стоят тридцать миллионов, если на них нельзя купить прогулку в горы с любимой девушкой? Тридцать миллионов! Они гоняют его с места на место, висят у него на шее, точно жернова, губят его, пока сами растут, помыкают им, не дают завоевать сердце скромной стенографистки, работающей за девяносто долларов в месяц.</p>
      <p>«Что же делать?» — спрашивал он себя. Ведь это и есть то, о чем говорила Дид. Вот почему она молилась о его банкротстве. Он вытянул злополучную правую руку. Это не прежняя его рука. Конечно, Дид не может любить эту руку и все его тело, как любила много лет назад, когда он еще весь был чистый и сильный. Ему самому противно смотреть на свою руку и на свое тело. Мальчишка, студентик, походя справился с ней. Она предала его. Он вдруг сел в кровати. Нет, черт возьми, он сам предал себя. Он предал Дид. Она права, тысячу раз права, и у нее хватило ума понять это и отказаться выйти замуж за раба тридцати миллионов, насквозь пропитанного виски.</p>
      <p>Он встал с постели и, подойдя к зеркальному шкафу, посмотрел на себя. Хорошего мало. Исчезли когда-то худые щеки, вместо них появились одутловатые, обвисшие. Он поискал жестокие складки, о которых говорила Дид, и нашел их; он отметил также черствое выражение глаз, мутных от бесчисленных коктейлей, которые он выпил накануне, как выпивал каждый вечер, из месяца в месяц, из года в год. Он посмотрел на очень заметные мешки под глазами и ужаснулся. Потом он засучил рукава пижамы. Не удивительно, что метатель молота одолел его. Разве это мускулы? Да они заплыли жиром. Он скинул пижамную куртку. И опять ужаснулся, увидев, как он растолстел. Глядеть противно! Вместо подтянутого живота — брюшко. Выпуклые мышцы груди и плеч превратились в дряблые валики мяса.</p>
      <p>Он отвернулся от зеркала, и в памяти его замелькали картины минувших дней, когда все было ему нипочем; вспомнились лишения, которые он переносил лучше всех; индейцы и лайки, загнанные им в суровые дни и ночи на снежной тропе; чудеса силы и ловкости, поставившие его королем над богатырским племенем первооткрывателей.</p>
      <p>Итак — старость. И вдруг перед его внутренним взором возник образ старика, которого он встретил в Глен Эллен; восьмидесятичетырехлетний старец, седовласый и седобородый, поднимался по крутой тропинке в лучах пламенеющего заката; в руке он нес ведерко с пенящимся молоком, а на лице его лежал мирный отблеск уходящего летнего дня. Вот то была старость! «Да, сударь, восемьдесят четыре годочка, а еще покрепче других буду! — явственно слышал он голос старика. — Никогда не сидел сложа руки. В пятьдесят первом перебрался сюда с Востока на паре волов. Воевал с индейцами. Я уже был отцом семерых детей».</p>
      <p>Вспомнилась ему и старуха, которая жила в горах и делала вино на продажу; и маленький Фергюсон, точно заяц, выскочивший на дорогу, бывший заведующий редакцией влиятельной газеты, мирно живущий в глуши, радуясь на свой родничок и ухоженные плодовые деревья. Фергюсон нашел выход из тупика. Заморыш, пьянчуга, он бросил врачей и курятник, именуемый городом, и, словно сухая губка, с жадностью начал впитывать в себя здоровье. Но если больной, от которого отказались врачи, мог превратиться в здорового хлебопашца, рассуждал Харниш, то чего только не добьется он сам в таких условиях, раз он не болен, а только растолстел? Он уже мысленно видел себя стройным, помолодевшим; потом подумал о Дид и вдруг резким движением сел на кровать, потрясенный величием осенившей его идеи.</p>
      <p>Сидел он недолго. Ум его всегда действовал, как стальная пружина, и он мгновенно обдумал свой замысел со всеми его последствиями. Идея была грандиозная — грандиознее всех когда-либо осуществленных им планов. Но он не оробел перед нею и, смело взяв в руки, поворачивал во все стороны, чтобы лучше рассмотреть. Простота ее восхитила его. Он засмеялся от радости, окончательно принял решение и начал одеваться. Но ему не терпелось приступить к делу, и он, полуодетый, подошел к телефону.</p>
      <p>Первой он вызвал Дид.</p>
      <p>— Не приходите сегодня в контору, — сказал он. — Я сам заеду к вам на минутку.</p>
      <p>Он позвонил еще кое-кому. Велел подать машину. Джонсу он дал поручение — отправить Боба и Волка в Глен Эллен. Хигана он ошеломил просьбой: разыскать купчую на ранчо и составить новую на имя Дид Мэсон.</p>
      <p>— На чье имя? — переспросил Хиган.</p>
      <p>— Дид Мэсон, — невозмутимо ответил Харниш. — Телефон, должно быть, плохо работает. Ди-ид Мэ-сон. Поняли?</p>
      <p>Полчаса спустя он уже мчался в Беркли. И впервые большая красная машина остановилась у самого дома. Дид попросила его в гостиную, но он замотал головой и показал подбородком на дверь ее комнаты.</p>
      <p>— Только там, — сказал он, — и больше нигде. Едва за ними закрылась дверь, как он протянул к Дид руки и обнял ее. Потом он взял ее за плечи и заглянул ей в лицо.</p>
      <p>— Дид, если я скажу вам прямо и честно, что я решил поселиться на своем ранчо в Глен Эллен, что я не возьму с собой ни цента и буду жить на то, что сумею заработать, и никогда больше и близко не подойду к игре в бизнес, — вы поедете со мной?</p>
      <p>Она вскрикнула от радости, и он крепко прижал ее к себе. Но уже в следующее мгновение она отстранилась, и он опять положил ей руки на плечи.</p>
      <p>— Я… я не понимаю, — задыхаясь, проговорила она.</p>
      <p>— Вы не ответили ни да, ни нет, но, пожалуй, можно обойтись и без ответа. Мы просто-напросто сейчас обвенчаемся и уедем. Я уже послал вперед Боба и Волка. Когда вы будете готовы?</p>
      <p>Дид не могла сдержать улыбки.</p>
      <p>— Да это какой-то ураган, а не человек! Вы меня совсем завертели. Объясните хоть толком, в чем дело?</p>
      <p>Глядя на нее, улыбнулся и Харниш.</p>
      <p>— Видите ли, Дид, у шулеров это называется — карты на стол. Довольно уж нам финтить и водить друг друга за нос. Пусть каждый скажет начистоту — правду, всю правду, и одну только правду. Сначала вы ответьте на мои вопросы, а потом я отвечу на ваши. — Он помолчал. — Так вот, у меня к вам собственно только один вопрос: любите ли вы меня, хотите быть моей женой?</p>
      <p>— Но… — начала было Дид.</p>
      <p>— Никаких «но», — резко прервал он ее. — Я уже сказал — карты на стол. Стать моей женой — это значит поехать со мной на ранчо и жить там. Ну как, идет?</p>
      <p>Она с минуту смотрела ему в лицо, потом опустила глаза, всем своим существом выражая согласие.</p>
      <p>— Тогда едем. — Он сделал движение, словно хотел немедля повести ее к двери. — Моя машина ждет внизу. Надевайте шляпу. — Он наклонился к ней. — Теперь, я думаю, можно, — сказал он и поцеловал ее.</p>
      <p>Поцелуй был долгий; первой заговорила Дид:</p>
      <p>— Но вы не ответили на мои вопросы. Как это мыслимо? Разве вы можете бросить свои дела? Что-нибудь случилось?</p>
      <p>— Нет, пока ничего не случилось, но случится, и очень даже скоро. Недаром вы меня отчитывали, вот я и раскаялся. Вы для меня господь бог, и я хочу послужить вам. А все остальное — ну его к шуту! Вы верно рассудили, ничего не скажешь. Я был рабом своих денег, а раз я не могу служить двум господам, то пусть пропадают деньги. Я вас не променяю на все богатства мира, вот и все. — Он крепче прижал ее к себе. — И теперь ты моя, Дид, моя.</p>
      <p>И знаешь, что я тебе скажу? Пить я больше не стану. Ты выходишь за пьянчугу, но муж твой будет трезвенник. Он так переменится, что ты его не узнаешь! Не проживем мы и полгода в Глен Эллен, как ты проснешься в одно прекрасное утро и увидишь, что у тебя в доме какой-то чужой мужчина и надо заново с ним знакомиться. Ты скажешь: «Я миссис Харниш, а вы кто такой?» А я отвечу: «Я младший брат Элама Харниша. Я только что приехал с Аляски на похороны». «Чьи похороны?» — спросишь ты. А я скажу: «Да на похороны этого бездельника, картежника, пьяницы, которого звали Время-не-ждет, того самого, что умер от ожирения сердца, потому что день и ночь играл в бизнес. Да, сударыня, — скажу я, — ему крышка, но я пришел, чтобы занять его место, и вы будете счастливы со мной. А сейчас, сударыня, с вашего позволения, я схожу на лужок и подою нашу корову, пока вы будете собирать завтрак».</p>
      <p>Он опять схватил ее за руку и хотел потащить к двери, но Дид не поддавалась; тогда он стал осыпать ее лицо поцелуями.</p>
      <p>— Стосковался я по тебе, маленькая женщина, — прошептал он. — Рядом с тобой тридцать миллионов все равно что тридцать центов.</p>
      <p>— Сядьте, ради бога, и будьте благоразумны, — сказала Дид, вся раскрасневшаяся, глядя на него сияющими глазами, в которых ярко, как никогда, вспыхивали золотистые огоньки.</p>
      <p>Однако Харниша уже нельзя было остановить, и хотя он согласился сесть, но только посадив Дид подле себя и обняв ее одной рукой за плечи.</p>
      <p>— «Да, сударыня, — скажу я. — Время-не-ждет был славный малый, но это к лучшему, что он помер. Когда-то он спал на снегу, завернувшись в заячий мех, а потом забрался в курятник. Он разучился ходить, разучился работать и стал накачиваться коктейлями и шотландским виски. Он воображал, что любит вас, сударыня, и старался изо всех сил, но и коктейли, и свои деньги, и самого себя, и еще много-много другого он любил больше, чем вас». А потом я скажу: «Теперь взгляните на меня, и вы сразу увидите разницу. Никаких коктейлей мне не нужно, а денег у меня — один доллар и сорок центов, и те уйдут на новый топор, потому что старый вконец иступился; а любить я буду этак раз в одиннадцать сильнее, чем ваш первый муж. Понимаете, сударыня, он весь заплыл жиром. А на мне и капли жиру нет». Потом я засучу рукав, чтобы показать мышцы, и скажу: «Миссис Харниш, после того, как вы побывали за старым жирным денежным мешком, вы, может быть, не откажетесь выйти за такого статного молодца, как я?» Ну, а ты прольешь слезу над покойничком, потом ласково взглянешь на меня и протянешь мне губы, а я, надо быть, зальюсь краской, потому что больно молод, и обниму тебя… вот так… потом возьму да и женюсь на вдове своего брата и пойду хлопотать по хозяйству, а она пока приготовит нам поесть.</p>
      <p>— Но вы все еще не ответили на мои вопросы, — с упреком сказала Дид, розовая и сияющая, высвобождаясь из объятия, которым он сопроводил заключительные слова своего рассказа.</p>
      <p>— Ну, что ты хочешь знать? — спросил он.</p>
      <p>— Я хочу знать, как это возможно? Как вы можете бросить свои дела в такое время? Что вы имели в виду, когда сказали, что очень скоро что-нибудь случится? Я… — Она запнулась и покраснела. — Я-то ведь ответила на ваш вопрос.</p>
      <p>— Поедем венчаться, — весело сказал он, и глаза его блеснули задором. — Ты же знаешь, я должен уступить место своему лихому братцу, и мне недолго осталось жить. — Она досадливо надула губы, и он заговорил серьезно. — Сейчас я тебе объясню, Дид. С самого начала этой чертовой паники я работал не как лошадь, а как сорок лошадей, и все время твои слова пускали ростки в моей голове. Ну, а нынче утром ростки вылезли на свет божий, вот и все. Я проснулся и стал подыматься с постели, чтобы, как всегда, ехать в контору. Но в контору я не поехал. Все перевернулось в одну минуту. Солнце светило в окна, и я подумал, что хорошо бы такой день провести в горах. И я подумал, что в тридцать миллионов раз приятнее кататься с тобой в горах, чем сидеть в конторе. Потом я подумал, что хоть и приятнее, но нельзя. А почему нельзя? Из-за конторы. Контора не пустит. Все мои миллионы сразу встанут на дыбы и не пустят. Деньги это хорошо умеют, сама знаешь.</p>
      <p>И тогда я понял, что я на распутье: одна дорога — в контору, другая — в Беркли. И я выбрал дорогу в Беркли. Ноги моей больше не будет в конторе. С этим покончено, и пропади оно пропадом. Я уж так решил. Видишь ли, я человек верующий, и верую по старине — в тебя и в любовь, и старее этой веры нет на земле. Это и есть то — «То» с большой буквы.</p>
      <p>Она почти с испугом смотрела не него.</p>
      <p>— Вы хотите сказать… — начала она.</p>
      <p>— Я хочу сказать то, что говорю. Начинаю жить сызнова. Все пошлю к черту. Когда мои тридцать миллионов встали передо мной и запретили мне погулять с тобой в горах, я понял, что пришло время действовать. И вот я действую. У меня есть ты, есть сила, чтобы работать для тебя, и маленькое ранчо в долине Сонома. Это все, что мне нужно, и это все, что я сохраню, не считая Боба, Волка, чемодана и ста сорока уздечек. Остальное к черту — туда ему и дорога. Мусор это — и больше ничего.</p>
      <p>Но Дид не унималась.</p>
      <p>— Так, значит, в потере вашего огромного состояния нет никакой необходимости? — спросила она.</p>
      <p>— Как это нет необходимости? Именно есть. Уж если дошло до того, что мои деньги запрещают мне кататься с тобой…</p>
      <p>— Бросьте шутить, — прервала его Дид. — Вы отлично понимаете, о чем я говорю. Я спрашиваю вас: вызвано ли ваше банкротство состоянием ваших дел?</p>
      <p>Он отрицательно покачал головой.</p>
      <p>— Ничего подобного. В этом-то вся соль. Я не потому бросаю свой бизнес, что паника меня разорила и я должен все бросить. Наоборот, я одолел панику и расправился с ней. А бизнес я просто вышвырнул, потому что мне плевать на него. Только ты мне нужна, маленькая женщина, вся моя ставка на тебя.</p>
      <p>Но Дид выскользнула из его объятий и отодвинулась.</p>
      <p>— Элам, ты с ума сошел.</p>
      <p>— Еще раз назови меня так, — прошептал он с нежностью. — Это куда приятнее для уха, чем звон долларов.</p>
      <p>Но она не слушала его.</p>
      <p>— Это безумие. Ты сам не знаешь, что делаешь…</p>
      <p>— Не беспокойся, отлично знаю. Исполняется самое заветное мое желание. Мизинца твоего не стоит…</p>
      <p>— Образумься хоть на одну минуту.</p>
      <p>— В жизни своей не делал ничего разумнее. Я знаю, что мне нужно, и добьюсь этого. Мне нужна ты и вольный воздух. Не желаю больше ходить по мощеным улицам, не желаю говорить в телефонную трубку. Я хочу иметь домик на маленьком ранчо в самой что ни на есть красивой местности, и я хочу работать около этого домика — доить коров, колоть дрова, чистить лошадей, пахать землю и прочее; и я хочу, чтобы в доме со мной была ты. А все другое мне осточертело, с души воротит. И счастливее меня нет человека на свете, потому что мне досталось такое, что ни за какие деньги не купишь. Ты мне досталась, а я не мог бы купить тебя ни за тридцать миллионов, ни за три миллиарда, ни за тридцать центов…</p>
      <p>Стук в дверь прервал поток его слов. Дид пошла к телефону, а Харниш, оставшись один, погрузился в созерцание Сидящей Венеры, картин и безделушек, украшавших комнату.</p>
      <p>— Это мистер Хиган, — сказала Дид, появляясь в дверях. — Он ждет у телефона. Говорит, что дело очень важное.</p>
      <p>Харниш с улыбкой покачал головой.</p>
      <p>— Пожалуйста, скажи мистеру Хигану, чтобы он повесил трубку. С конторой я покончил, и я ничего и ни о чем знать не хочу.</p>
      <p>Через минуту Дид вернулась.</p>
      <p>— Он отказывается повесить трубку. Он просит передать вам, что в конторе вас дожидается Энвин и что Гаррисон тоже там. Мистер Хиган сказал, что с «Грим-шоу и Ходжкинс» плохо. Похоже, что лопнет. И еще он что-то сказал о поручительстве.</p>
      <p>Такая новость хоть кого ошеломила бы. Энвин и Гаррисон были представителями крупных банкирских домов; Харниш знал, что если банк «Гримшоу и Ходжкинс» лопнет, то это повлечет за собой крах и нескольких других банков и положение может стать весьма серьезным. Но он только улыбнулся и, покачав головой, сказал официальным тоном, каким еще накануне говорил с Дид в конторе:</p>
      <p>— Мисс Мэсон, будьте любезны, передайте мистеру Хигану, что ничего не выйдет и что я прошу его повесить трубку.</p>
      <p>— Но нельзя же так, — вступилась было Дид.</p>
      <p>— Ах, нельзя? Увидим! — с угрозой посулил он.</p>
      <p>— Элам!</p>
      <p>— Повтори еще раз! — воскликнул он. — Повтори, и пусть десять Гримшоу и Ходжкинсов летят в трубу!</p>
      <p>Он схватил ее за руку и притянул к себе.</p>
      <p>— Хиган может висеть на телефоне, пока ему не надоест. В такой день, как нынче, мы не станем тратить на него ни секунды. Он влюблен только в книги и всякое такое, а у меня есть живая женщина, и я знаю, что она меня любит, сколько бы она ни брыкалась.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать третья</p>
      </title>
      <p>— Я ведь знаю, какую ты вел войну, — возражала Дид. — Если ты сейчас отступишься, все пропало. Ты не имеешь трава это делать. Так нельзя.</p>
      <p>Но Харниш стоял на своем. Он только качал головой и снисходительно улыбался.</p>
      <p>— Ничего не пропадет, Дид, ничего. Ты не понимаешь этой игры в бизнес. Все делается на бумаге. Подумай сама: куда девалось золото, которое я добыл на Клондайке? Оно в двадцатидолларовых монетах, в золотых часах, в обручальных кольцах. Что бы со мной ни случилось, монеты, часы и кольца останутся. Умри я сию минуту, все равно золото будет золотом. Так и с моим банкротством. Богатства мои — на бумаге. У меня имеются купчие на тысячи акров земли. Очень хорошо. А если сжечь купчие и меня заодно с ними? Земля-то останется, верно? По-прежнему будет поливать ее дождь, семя будет прорастать в ней, деревья пускать в нее корни, дома стоять на ней, трамвай ходить по ней. Все сделки заключаются на бумаге. Пусть я лишусь бумаги, пусть лишусь жизни — все едино. Ни одна песчинка на этой земле не сдвинется, ни один листок не колыхнется.</p>
      <p>Ничего не пропадет, ни одна свая в порту, ни один костыль на трамвайных путях, ни одна унция пара из пароходного котла. Трамваи будут ходить, у кого бы ни хранились бумаги, у меня или у другого владельца. В Окленде все на ходу. Люди стекаются сюда отовсюду. Участки опять раскупают. Этот поток ничем не остановишь. Меня может не быть, бумаги может не быть, а триста тысяч жителей все равно явятся. И для них готовы трамваи, которые будут возить их, и дома, где они поселятся, и хорошая вода для питья, и электричество для освещения, и все прочее.</p>
      <p>Но тут с улицы донесся автомобильный гудок. Подойдя к открытому окну, Харниш и Дид увидели машину, остановившуюся рядом с большим красным автомобилем. В машине сидели Хиган, Энвин и Гаррисон, а рядом с шофером Джонс.</p>
      <p>— С Хиганом я поговорю, — сказал Харниш, — остальных не нужно. Пусть дожидаются в машине.</p>
      <p>— Пьян он, что ли? — шепотом спросил Хиган, когда Дид открыла ему дверь.</p>
      <p>Она отрицательно покачала головой и провела его в комнату.</p>
      <p>— Доброе утро, Ларри, — приветствовал гостя Харниш. — Садитесь и отдохните. Я вижу, вы малость не в себе.</p>
      <p>— Да, не в себе, — огрызнулся щуплый ирландец. — «Гримшоу и Ходжкинс» грозит крах, надо немедленно что-то предпринять. Почему вы не приехали в контору? Как вы думаете помочь банку?</p>
      <p>— Да никак, — лениво протянул Харниш. — Крах так крах.</p>
      <p>— Но…</p>
      <p>— Я никогда не был клиентом «Гримшоу и Ходжкинс». Я ничего им не должен. А кроме того, я сам вылетаю в трубу. Послушайте, Ларри, вы меня знаете. Вы знаете, что если я что-нибудь решил, то так и будет. Так вот, я решил окончательно: вся эта возня мне надоела. Я хочу как можно скорей выйти из игры, а самый скорый способ — банкротство.</p>
      <p>Хиган с ужасом уставился на своего патрона, потом перевел взгляд на Дид; она сочувственно кивнула ему.</p>
      <p>— Так пусть Гримшоу и Ходжкинс лопнут, — продолжал Харниш. — А вы, Ларри, позаботьтесь о себе и обо всех наших друзьях. Я вам скажу, что нужно сделать. Все пойдет как по маслу. Никто не пострадает. Все, кто был верен мне, должны сполна получить свое. Немедленно выдать задержанное жалованье. Все суммы, которые я отобрал у водопровода, у трамвая и у переправы, возвратить. И вы лично тоже не пострадаете. Все компании, где у вас есть акции, уцелеют…</p>
      <p>— Вы с ума сошли, Харниш! — крикнул Хиган. — Это же буйное помешательство, Что с вами стряслось? Белены объелись, что ли?</p>
      <p>— Объелся, — с улыбкой ответил Харниш. — Вот дурь-то теперь и выходит из меня. Не хочу больше жить в городе, не хочу играть в бизнес. Брошу все и уйду туда, где солнце, воздух и зеленая травка. И Дид уйдет со мной. Так что вам повезло — можете первый поздравить меня.</p>
      <p>— Черта с два — повезло! — вырвалось у Хигана. — отказываюсь потакать такому безумию.</p>
      <p>— Не откажетесь, будьте покойны. Не то крах будет еще страшнее, и кое-кому несдобровать. У вас у самого миллион с хвостиком. Вы только слушайте меня и останетесь целехоньки. А я хочу все потерять, все, до последнего гроша. Такое у меня желание. И хотел бы я посмотреть, кто мешает мне поступить так, как я желаю. Понятно, Хиган, понятно?</p>
      <p>— Что вы с ним сделали? — Хиган свирепо глянул на Дид.</p>
      <p>— Стойте, Ларри! — В голосе Харниша зазвучали резкие нотки, на лице появилось выражение жестокости. — Мисс Мэсон — моя невеста. Пожалуйста, разговаривайте с ней сколько угодно, но я попрошу вас изменить тон. Иначе как бы вам нечаянно не попасть в больницу. К тому же она тут ни при чем. Она тоже говорит, что я сумасшедший.</p>
      <p>Хиган только помотал головой и снова в горестном молчании уставился на Харниша.</p>
      <p>— Конечно, будет назначено конкурсное управление, — продолжал Харниш, — но это ненадолго и ничему не помешает. Самое главное, что нужно сделать немедля, — это выплатить жалованье служащим за все время и спасти от краха всех моих кредиторов и все акционерные общества, которые поддержали меня. Кончайте с этими агентами из Нью-Джерси на счет покупки земли. Уступите им чуть-чуть, и они возьмут две-три тысячи акров. Самые отборные участки в Фэрмонте, — там есть такие, что пойдут по тысяче долларов за акр. Это будет большая подмога. А пятьсот акров за Фэрмонтом — те похуже, больше двухсот долларов с акра не возьмете.</p>
      <p>Дид, которая едва прислушивалась к разговору мужчин, вдруг встала и, видимо, приняв внезапное решение, подошла к ним. Лицо ее было бледно, губы упрямо сжаты, и Харниш, взглянув на нее, вспомнил тот день, когда она в первый раз села на Боба.</p>
      <p>— Погодите, — проговорила она. — Дайте мне слово сказать. Элам, если ты не откажешься от своей безумной затеи, я не выйду за тебя. Ни за что не выйду.</p>
      <p>Хиган встрепенулся и бросил ей быстрый благодарный взгляд.</p>
      <p>— Это мы еще посмотрим, — начал было Харниш.</p>
      <p>— Подожди! — прервала она. — А если откажешься, я выйду за тебя.</p>
      <p>— Давайте разберемся как следует. — Харниш говорил с нарочитым спокойствием и рассудительностью. — Значит, так: если я останусь при своем бизнесе, ты выйдешь за меня? Ты хочешь, чтобы я работал, как каторжный? И пил коктейли?</p>
      <p>После каждого вопроса он делал паузу, а она отвечала кивком головы.</p>
      <p>— И ты немедля выйдешь за меня?</p>
      <p>— Да.</p>
      <p>— Сегодня? Сейчас?</p>
      <p>— Да.</p>
      <p>Он на минуту задумался.</p>
      <p>— Нет, маленькая женщина. Не согласен. Ничего хорошего из этого не будет, сама знаешь. Мне нужна ты, нужна вся. А для этого я должен отдать тебе всего себя. А что же я тебе отдам, если не выйду из игры? Что для тебя останется? Видишь ли, Дид, с тобой вдвоем на ранчо я буду знать, что я твой, а ты моя. Правда, я и так знаю, что ты моя. Можешь сколько угодно говорить «выйду», «не выйду» — все равно будешь моей женой. Ну, а вам, Ларри, пора идти. Я скоро буду у себя в гостинице. В контору я больше ни ногой, так что приносите все бумаги на подпись и прочее ко мне в номер. Можете в любое время звонить то телефону. Мое банкротство — дело решенное. Понятно? Я вылетел в трубу, меня больше нет.</p>
      <p>Он встал, давая понять Хигану, что разговор окончен. Адвокат, окончательно сраженный, тоже поднялся, но не трогался с места и растерянно озирался.</p>
      <p>— Безумие! Чистое безумие! — пробормотал он. Харниш положил ему руку на плечо.</p>
      <p>— Не унывайте, Ларри. Вы всегда толковали мне о чудесах человеческой природы, а когда я вам показал такое чудо, вы отворачиваетесь. Я лучше умею мечтать, чем вы, вот и все. И моя мечта наверняка сбудется. Такой великолепной мечты я еще не знал, и уж я добьюсь того, что она исполнится…</p>
      <p>— Потеряв все, что вы имеете! — крикнул Хиган ему в лицо.</p>
      <p>— Верно — потеряв все то, что мне не нужно. Но сто сорок уздечек я не отдам. А теперь забирайте Энвина и Гаррисона и отправляйтесь с ними в город. Я буду у себя, звоните мне в любое время.</p>
      <p>Как только Хиган вышел, Харниш повернулся к Дид и взял ее за руку.</p>
      <p>— Ну, маленькая женщина, можешь больше не ходить в контору. Считай, что ты уволена. И помни: я был твоим хозяином, и ты придешь ко мне за рекомендацией. И если ты будешь плохо вести себя, я тебе рекомендацию не дам. А пока что отдохни и подумай, что ты хочешь взять с собой, потому что нам придется обставить дом твоими вещами, во всяком случае, парадные комнаты.</p>
      <p>— Нет, Элам, ни за что! Если ты не передумаешь, я никогда не буду твоей женой.</p>
      <p>Она хотела вырвать свою руку, но он с отеческой лаской сжал ее пальцы.</p>
      <p>— Скажи мне правду, по-честному: что ты предпочитаешь — меня и деньги или меня и ранчо?</p>
      <p>— Но… — начала она.</p>
      <p>— Никаких «но». Меня и деньги? Она не ответила.</p>
      <p>— Меня и ранчо?</p>
      <p>Она опять не ответила, но и это не смутило его.</p>
      <p>— Видишь ли, Дид, мне твой ответ известен, и больше говорить не о чем. Мы с тобой уйдем отсюда и будем жить в горах Сонома. Ты отбери, что взять с собой, а я на днях пришлю людей, и они все упакуют. И уж больше никто за нас работать не будет. Мы сами с тобой все распакуем и расставим по местам.</p>
      <p>Она сделала еще одну, последнюю попытку.</p>
      <p>— Элам, ну будь же благоразумен. Еще не поздно. Я могу позвонить в контору, и как только мистер Хиган приедет…</p>
      <p>— Да я самый благоразумный из всех, — прервал он ее. — Посмотри на меня: я спокоен, и весел, и счастлив, а они все прыгают и кудахчут, как испуганные куры, которым вот-вот перережут горло.</p>
      <p>— Я сейчас заплачу, может быть, хоть это поможет, — пригрозила она.</p>
      <p>— Тогда мне придется обнимать тебя и целовать, пока ты не утешишься, — пригрозил он в ответ. — Ну, мне пора. Жаль, жаль, что ты продала Маб, а то мы отправили бы ее на ранчо. Да уж я достану тебе какую-нибудь кобылку.</p>
      <p>Прощаясь с ним на крыльце, Дид сказала:</p>
      <p>— Никаких людей ко мне не присылай. Им нечего будет упаковывать, потому что я за тебя не пойду.</p>
      <p>— Да неужто? — сказал он и стал спускаться по ступенькам.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать четвертая</p>
      </title>
      <p>Прошло три дня, и Харниш поехал в Беркли в своем большом красном автомобиле — в последний раз, ибо назавтра машина переходила к новому владельцу. Трудные это были три дня: банкротство Харниша оказалось самым крупным в Калифорнии за все время кризиса. Все газеты кричали об этом событии, вызвавшем ярость даже тех финансистов, которые впоследствии убедились, что Харниш полностью оградил их интересы. По мере того как это обстоятельство становилось известно, в деловых кругах все шире распространялось мнение, что Харниш потерял рассудок. Все твердили в один голос, что так поступить мог только сумасшедший. Ни его многолетнее упорное пьянство, ни любовь к Дид не получили огласки, поэтому оставалось только предположить, что дикарь с Аляски внезапно помешался. В ответ на эту сплетню Харниш весело смеялся и еще подливал масла в огонь, отказываясь принимать репортеров.</p>
      <p>Машина остановилась у крыльца, и Харниш, войдя в дом, приветствовал Дид со своей обычной стремительностью, заключив ее в объятия, раньше чем она успела слово вымолвить. Только после того, как она выскользнула из его рук и усадила его на стул, он наконец заговорил.</p>
      <p>— Дело сделано, — объявил он. — Ты, небось, читала в газетах. У меня не осталось ничего, и я приехал узнать, в какой день ты хочешь перебраться в Глен Эллен. Надо поторапливаться: в Окленде уж больно дорога стала жизнь. В гостинице за номер и стол у меня заплачено только до конца недели, а оставаться дольше мне не по карману. Да и с завтрашнего дня я буду ездить на трамвае, а это тоже денег стоит.</p>
      <p>Он умолк и выжидательно посмотрел на нее. На лице Дид отразилось смущение и растерянность. Потом мало-помалу столь знакомая ему сияющая улыбка заиграла на ее губах, глаза заискрились, и, откинув голову, а, как бывало, залилась задорным мальчишеским смехом.</p>
      <p>— Когда ты пришлешь людей упаковывать вещи? — просила она и, когда он стиснул ее в медвежьем объятии, опять засмеялась, делая вид, что тщетно пытается вырваться из его рук.</p>
      <p>— Элам, милый Элам, — прошептала она и, в первый раз сама поцеловав его, ласково взъерошила ему волосы.</p>
      <p>— У тебя глаза отливают золотом, — сказал он. — Вот я гляжусь в них и вижу, как ты меня любишь.</p>
      <p>— Они давно такие для тебя, Элам. Я думаю, что на нашем маленьком ранчо они всегда будут, как золото.</p>
      <p>— И в волосах у тебя золото, какое-то огнистое золото. — Он повернул к себе ее лицо и, сжав его ладонями, долго смотрел ей в глаза. — В прошлый раз, когда ты говорила, что не выйдешь за меня, глаза у тебя все равно так и сверкали золотом.</p>
      <p>Она кивнула головой и засмеялась.</p>
      <p>— Ну, конечно, ты добился своего, — созналась она. — Но я не могла участвовать в твоей безумной затее. Ведь деньги были не мои, а твои. Но как я любила тебя, Элам, за то, что ты, словно расшалившийся ребенок, взял да и сломал свою тридцатимиллионную игрушку, когда она тебе надоела! Я говорила «нет», но я уже знала, что скажу «да». И, наверно, глаза мои все время были золотистые. Я только одного боялась — как бы у тебя не застряло несколько миллионов. Потому что я ведь знала, что все равно выйду за тебя, милый, а я так мечтала, чтобы был только ты, и ранчо, и Боб, и твои пресловутые уздечки. Открыть тебе тайну? Как только ты уехал, я позвонила тому человеку, который купил Маб.</p>
      <p>Она спрятала лицо у него на груди, потом опять посмотрела на него лучистым взглядом.</p>
      <p>— Видишь ли, Элам, что бы ни говорили мои губы, сердцем я уже решилась… Я… я просто не могла отказать тебе. Но я горячо молилась, чтобы ты все потерял. И вот я стала разыскивать Маб. Но ведь тот человек перепродал ее и так и не мог мне сказать, куда она девалась. Понимаешь, мне хотелось поехать с тобой в Глен Эллен верхом на Маб, а ты на Бобе — в точности так, как мы ездили по Пиедмонтским горам.</p>
      <p>Харнишу стоило больших усилий не сказать Дид, где ее любимица, но он устоял перед соблазном.</p>
      <p>— Обещаю достать тебе кобылу, которую ты будешь любить не меньше Маб, — сказал он.</p>
      <p>Но Дид покачала головой — с утратой Маб она отказывалась мириться.</p>
      <p>— Знаешь, что мне пришло в голову? — сказал Харниш, торопясь ввести разговор в более безопасное русло. — Мы решили бросить городскую жизнь, и у тебя нет никакой родни, так чего ради мы станем венчаться в городе? Вот что я придумал: я поеду на ранчо, приберу там вокруг дома и отпущу сторожа. А ты приедешь через два дня утренним поездом. Я условлюсь со священником, он будет ждать нас. И вот что еще: уложи в чемодан свой костюм для верховой езды. После венчания ты переоденешься в гостинице. А я буду ждать тебя у входа с лошадьми, и мы сразу поедем осматривать ранчо. Я покажу тебе самые красивые места. Вот увидишь, как там хорошо! Ну, как будто все. Значит, я жду тебя послезавтра с утренним поездом.</p>
      <p>— Ты просто вихрь какой-то! — краснея, сказала Дид.</p>
      <p>— Да, сударыня, — наставительно ответил он. — Я всегда говорил, что время не ждет. Но надо сознаться, что мы заставили его ждать возмутительно долго. Мы могли уже давным-давно быть мужем и женой.</p>
      <p>Два дня спустя Харниш дожидался Дид у дверей скромной гостиницы в деревушке Глен Эллен. Обряд венчания кончился, и Дид поднялась в номер, чтобы переодеться в костюм для верховой езды, пока Харниш приведет лошадей. Он держал под уздцы Боба и Маб, а Волк разлегся в тени водопойной колоды и лениво посматривал по сторонам. Под палящим калифорнийским солнцем на лице Харниша уже снова начал проступать былой смуглый румянец, но он вспыхнул еще ярче, когда Харниш устремил загоревшийся взор на Дид, которая появилась в дверях с хлыстом в руке, одетая в вельветовый костюм, столь знакомый по памятным прогулкам в Пиедмонте. Глаза их встретились, и на ее лице румянец тоже заиграл ярче. Потом она посмотрела на лошадей и увидела Маб. Но взгляд ее мгновенно опять обратился на Харниша.</p>
      <p>— Ах, Элам! — Больше она ничего не прибавила, но имя его прозвучало в ее устах, как молитва, и эта молитва имела тысячу значений. Он пытался разыграть непонимание, но сердце его было слишком переполнено, и шутка не шла с языка. Она только назвала его по имени, и в это имя она вложила и нежный упрек, и признательность, и радость, и всю свою любовь.</p>
      <p>Она подошла ближе, погладила кобылу, опять повернулась к Харнишу, посмотрела ему в лицо и, вздохнув от счастья, еще раз сказала:</p>
      <p>— Ах, Элам!</p>
      <p>И все, что прозвучало в ее голосе, отразилось в ее глазах, и Харниш увидел в них глубину, которой не вместит ни мысль, ни слово, — увидел неизъяснимое таинство и волшебство земной любви.</p>
      <p>И опять Харниш тщетно пытался ответить шуткой; минута была слишком торжественная, и шутливые слова, хотя бы и нежные, казались неуместными. Дид тоже молча взялась за поводья, оперлась ногой на подставленные руки Харниша и вскочила в седло. Харниш мигом очутился верхом на Бобе. Волк пустился вперед мелкой волчьей рысью, и оба всадника, окрыленные любовью, в ласковых лучах летнего солнца, на одинаковых скакунах гнедой масти, умчались в горы, навстречу своему медовому месяцу. Харниш опьянел от счастья, словно от хмельного вина. Он достиг наивысшей вершины жизни. Выше никто не мог бы взобраться и никогда не взбирался. Это его день, его праздник, его пора любви и обладания, обладания той, что так проникновенно сказала: «Ах, Элам!» — и посмотрела на него взглядом, в котором светилась вся ее душа.</p>
      <p>Они поднялись в гору, и Харниш с радостью следил за тем, как просияло лицо Дид, когда перед ними открылся чудесный вид на окрестные долины и склоны. Он показал на густо поросшие лесом холмы по ту сторону волнистых лугов.</p>
      <p>— Это наше, — заговорил он. — И это только начало. Погоди, увидишь большой каньон, там водятся еноты; а тут, в горах Сонома, — норки. И олени! Вон та гора прямо кишит оленями. И если нам очень приспичит, пожалуй, и пуму можно вспугнуть. И знаешь, там есть одна такая полянка… Нет, больше ни слова не скажу. Сама скоро увидишь.</p>
      <p>Они свернули в ворота, где начиналась дорога на глинище, между скошенными лугами, и оба с наслаждением вдохнули ударивший им в лицо запах свежего сена. Как и в тот раз, когда Харниш впервые побывал здесь, жаворонки взлетали из-под копыт лошадей, оглашая воздух звонким пением, а когда начался лес, на испещренных цветами прогалинах их сменили дятлы и ярко-синие сойки.</p>
      <p>— Теперь мы на своей земле, — сказал Харниш, когда скошенные луга остались позади. — Она тянется через самую гористую часть. Вот погоди, увидишь.</p>
      <p>Как и в первый раз, он свернул влево, не доезжая глинища: миновав родничок и перескочив через остатки забора, они стали пробираться лесом. Дид была вне себя от восхищения: у ключа, тихо журчащего среди стволов секвойи, росла новая дикая лилия на высоком стебле, вся осыпанная белыми, словно восковыми, цветами-колокольцами. Но Харниш не спешился, а поехал дальше — туда, где ручей пробил себе дорогу в холмах. Харниш здесь потрудился, — теперь через ручей вела проложенная им крутая скользкая дорожка для верховой езды, и, переправившись на ту сторону, они углубились в густую тень под исполинскими секвойями, потом пересекли дубовую рощу. На опушке открылось пастбище в несколько акров; травы стояли высоко — по пояс.</p>
      <p>— Наше, — сказал Харниш.</p>
      <p>Дид наклонилась с седла, сорвала спелый колосок и погрызла зубами стебель.</p>
      <p>— Сладкое горное сено! — воскликнула она. — Любимый корм Маб!</p>
      <p>Все восхищало Дид, и возгласы радостного изумления то и дело срывались с ее губ.</p>
      <p>— И ты ничего не говорил мне! — укоризненно сказала она, любуясь пастбищем и лесистыми склонами, которые спускались к широко раскинувшейся долине Сонома.</p>
      <p>— Поедем, — сказал Харниш, и они, повернув лошадей, опять миновали тенистую рощу, переправились через ручей и опять увидели дикую лилию.</p>
      <p>Здесь тоже стараниями Харниша была прорублена узенькая дорога; сильно петляя, она вилась вверх по крутому склону. Харниш и Дид с трудом продирались сквозь густую чащу, и лишь изредка сбоку или под ними открывались просветы в бескрайнем море листвы. И как далеко ни проникал их взгляд, он неизменно упирался в зеленую стену, и неизменно над головой простиралась сводчатая кровля леса, лишь кое-где пропускавшая дрожащие лучи солнца. А вокруг них, куда ни глянь, росли папоротники всех видов — крохотные, с золотистыми листочками, венерины волосы и огромные — высотой в шесть и восемь футов. Внизу виднелись узловатые стволы и сучья старых, мощных деревьев, а вверху, над головой, смыкались такие же могучие ветви.</p>
      <p>Дид остановила лошадь, словно у нее дух захватило от окружающей ее красоты.</p>
      <p>— Мы точно пловцы, — сказала она, — и мы попали в тихую зеленую заводь. Там, в вышине, небо и солнце, а здесь — заводь, и мы глубоко, на самом дне.</p>
      <p>Они тронули лошадей, но Дид вдруг увидела среди папоротника цветок кандыка и опять осадила Маб.</p>
      <p>Наконец, достигнув гребня горы, они выбрались из зеленой заводи и словно очутились в другом мире: теперь вокруг них стояли молодые земляничные деревца с бархатистыми стволами, и взгляд свободно блуждал по открытому, залитому солнцем склону, по волнующейся траве, по узеньким лужкам белых и голубых немофил, окаймляющим узенький ручеек. Дид от восторга даже захлопала в ладоши.</p>
      <p>— Малость покрасивее, чем конторская мебель, — заметил Харниш.</p>
      <p>— Малость покрасивее, — подтвердила она.</p>
      <p>И Харниш, который знал за собой пристрастие к слову «малость», понял, что она нарочно, из любви к нему, повторила его словечко.</p>
      <p>Перебравшись через ручей, они по каменистой коровьей тропе перевалили через невысокую гряду, поросшую мансанитой, и оказались в новой узкой долине, где тоже протекал ручеек, окаймленный цветами.</p>
      <p>— Голову даю на отсечение, что мы сейчас вспугнем перепелку, — сказал Харниш.</p>
      <p>И не успел он договорить, как послышался отрывистый испуганный крик перепелов, вспорхнувших из-под носа Волка; весь выводок бросился врассыпную и, словно по волшебству, мгновенно скрылся из глаз.</p>
      <p>Харниш показал Дид ястребиное гнездо, которое он нашел в расколотом молнией стволе секвойи; а она увидела гнездо лесной крысы, не замеченное им. Потом они поехали дорогой, по которой когда-то вывозили дрова, пересекли вырубку в двенадцать акров, где на красноватой вулканической почве рос виноград. И опять они ехали коровьей тропой, опять углублялись в лесную чащу и пересекали цветущие поляны и наконец, в последний раз спустившись под гору, очутились на краю большого каньона, где стоял фермерский домик, который они видели только тогда, когда оказались в двух шагах от него.</p>
      <p>Пока Харниш привязывал лошадей, Дид стояла на широкой веранде, тянувшейся вдоль всего фасада. Такой тишины она еще не знала. Это была сухая, жаркая, недвижная тишь калифорнийского дня. Весь мир казался погруженным в дремоту. Откуда-то доносилось сонное воркованье голубей. Волк, всласть напившийся из всех ручьев, попадавшихся по дороге, с блаженным вздохом улегся в прохладной тени веранды. Дид услышала приближающиеся шаги Харниша, и у нее пресеклось дыхание. Он взял ее за руку; поворачивая дверную ручку, он почувствовал, что она медлит, словно не решаясь войти. Тогда он обнял ее, дверь распахнулась, они вместе переступили порог.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать пятая</p>
      </title>
      <p>Многие люди, родившиеся и выросшие в городе, бежали от городской жизни и, живя среди природы, находили свое счастье. Однако, прежде чем достигнуть этого счастья, они испытывали немало жестоких разочарований. Не то Харниш и Дид. Оба они родились в сельской глуши, и суровая, подчас нелегкая простота сельской жизни была им хорошо знакома. Они чувствовали себя, словно странники, после долгих скитаний наконец возвратившиеся домой. Для них близость к природе не таила в себе никаких неожиданностей, она только приносила радость воспоминаний. Все то, что избалованным людям показалось бы грязным и низменным, представлялось им естественным и благотворным. Общение с природой не явилось для них чуждым, неизведанным делом. Поэтому они редко ошибались. Они уже прошли ту науку и теперь с радостью восстанавливали в памяти позабытые знания.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_046.jpg"/>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_047.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>И еще они поняли, что тот, кому жизнь щедро расточала свои дары, легче довольствуется малым, чем тот, сто всегда был ею обделен. Не то, чтобы Харниш и Дид чувствовали себя обделенными, но они научились находить большую радость и более глубокое удовлетворение в малом. Харниш, изведавший азарт в его самых грандиозных и фантастических проявлениях, убедился, что здесь, на склонах горы Сонома, продолжается все та же игра. И здесь, как всюду, человек должен трудиться, бороться против враждебных сил, преодолевать препятствия. Когда он, ради опыта, вывел нескольких голубей на продажу, он заметил, что с таким же увлечением пускает в оборот птенцов, как раньше — миллионы. Успех в малом — все равно успех, а само дело представлялось ему более разумным и более согласным со здравым смыслом.</p>
      <p>Одичавшая домашняя кошка, добирающаяся до его голубей, была в своем роде не меньшей угрозой, чем финансист Чарльз Клинкнер, пытавшийся ограбить его на несколько миллионов. А ястребы, ласки и еноты — чем не Даусеты, Леттоны и Гугенхаммеры, напавшие на него из-за угла? С буйной растительностью, которая, словно волны прибоя, подступала к границам всех его просек и вырубок и зачастую в одну неделю затопляла их, тоже приходилось вести ожесточенную войну. Огород, разбитый на защищенной горами площадке, доставлял Харнишу много забот, так как давал меньше овощей, чем сулила жирная почва; и когда он догадался проложить черепичный желоб и добился успеха, огород стал для него источником постоянной радости. Каждый раз, как он там работал и его лопата легко входила в рыхлую, податливую землю, он с удовольствием вспоминал, что этим он обязан самому себе.</p>
      <p>Много трудов стоил ему водопровод. Для того чтобы купить трубы, он решил расстаться с половиной своих уздечек, — на счастье, нашелся покупатель. Прокладывал он трубы сам, хотя не раз приходилось звать на помощь Дид, чтобы она придержала гаечный ключ. И когда наконец вода была подведена к ванне и раковинам, Харниш налюбоваться не мог на дело рук своих. В первый же вечер Дид, хватившись мужа, нашла его с лампой в руке, погруженным в созерцание. Он с нежностью проводил ладонью по гладким деревянным краям ванны и громко смеялся. Уличенный в тайной похвальбе собственной доблестью, он покраснел, как мальчишка.</p>
      <p>Прокладка водопроводных труб и столярничание навели Харниша на мысль завести маленькую мастерскую, и он стал исподволь, со вкусом, подбирать себе инструменты. Привыкнув в бытность свою миллионером безотлагательно покупать все, чего бы он ни пожелал, он теперь понял, как радостно приобретать желаемое ценой жесткой бережливости и долготерпения. Три месяца он выжидал, пока наконец решился на такое мотовство, как покупка автоматической отвертки. Это маленькое чудо техники приводило Харниша в неописуемый восторг, и, заметив это, Дид тут же приняла великое решение. Полгода она копила деньги, которые выручала с продажи яиц, — эти деньги, по уговору, принадлежали лично ей, — и в день рождения мужа подарила ему токарный станок необыкновенно простой конструкции, но со множеством разнообразнейших приспособлений. И она так же чистосердечно восторгалась станком, как он восторгался первым жеребенком Маб, составлявшим личную собственность Дид.</p>
      <p>Прошел целый год, прежде чем Харниш сложил огромный камин, затмивший камин в домике Фергюсона по ту сторону долины. Все эти новшества требовали времени, а Дид и Харнишу спешить было некуда. Не в пример наивным горожанам, которые ищут сельской простоты, не имея о ней ни малейшего понятия, они не брали на себя слишком много. За деньгами они не гнались: ранчо было свободно от долгов, а богатство не прельщало их. Жили они скромно, довольствуясь самой простой пищей; за аренду не нужно было платить. Поэтому они не утруждали себя сверх меры и все свободное время посвящали друг другу, извлекая из сельской жизни те преимущества, которыми не умеет пользоваться исконный сельский житель. Многому научил их и пример Фергюсона. Трудно было представить себе человека менее прихотливого; все, что ему требовалось, он делал сам, своими руками, лишь изредка, когда не хватало денег на книги и журналы, нанимался в работники; и весь свой досуг тратил на то, что доставляло ему удовольствие. Он мог полдня просидеть в холодке с книгой в руках; а другой раз подымался на рассвете и уходил в горы.</p>
      <p>Иногда он вместе с Харнишем и Дид охотился на оленя в глухих ущельях и на каменистых кручах горы Худ, но чаще Харниш и Дид ездили вдвоем. Прогулки верхом были их любимым развлечением. Они изучили каждую складку, каждый выступ окрестных гор, исследовали все скрытые ключи и укромные лощинки в горных кряжах, замыкающих долину. Не оставалось ни одной неведомой им дорожки или коровьей тропы; но больше всего они любили забираться в самые дебри, где приходилось чуть ли не ползком продвигаться по узким оленьим тропкам, а Боб и Маб следовали за ними, еле продираясь сквозь чащу.</p>
      <p>С этих прогулок они привозили семена и луковички диких цветов и сажали их в излюбленных уголках своего ранчо. Вдоль тропинки, ведущей вниз, на дно большого каньона, где начиналась водопроводная труба, они развели папоротники. Но они не насиловали растения, а позволяли им свободно развиваться и только время от времени подсаживали новые разновидности, не вырывая их из привычного дикого состояния. Так же поступили они и с дикой сиренью, которую Харниш выписал из округа Мендосино: только в первый год они ухаживали за ней, а потом предоставили самой себе, и она жила вольно, как все цветы на ранчо. Собирали они и семена калифорнийского мака и рассыпали их по своим владениям — оранжевые головки сверкали в траве лужаек, огнем горели вдоль изгороди и по краям просек.</p>
      <p>Дид, питавшая пристрастие к рогозу, посеяла его вдоль ручья, пересекавшего лужок, и предоставила ему самостоятельно бороться с жерухой. Но когда Харниш обнаружил, что жерухе грозит полное уничтожение, он подвел один из ручейков к своим грядкам жерухи и объявил войну рогозу. У ключа под секвойями, где в самый первый день Дид залюбовалась цветком кандыка, росшим подле извилистой тропинки, она посадила еще много этих цветов. Открытый косогор над узенькой долиной был отведен под марипозы. Это была преимущественно заслуга Дид; но и Харниш, со своей стороны, разъезжал с топориком на луке седла и прореживал мансанитовую рощу на скалистом склоне, очищая ее от мертвых или отмирающих деревцев.</p>
      <p>Ни Дид, ни Харниш не надрывались на работе. Да и трудно было назвать это работой. Они только мимоходом, время от времени, оказывали помощь природе. Все цветы и травы росли своими силами и не казались пришельцами из чужой среды. Ни он, ни она не пытались разводить цветы или растения, которым бы по праву не принадлежало место на ранчо. Но зато их и не ограждали от врагов; лошади и жеребята, коровы, телки паслись среди них, топтали копытами; одни растения выживали, другие — нет. Впрочем, большого вреда скотина не причиняла: ее было немного, и на ранчо для нее хватало места. Харниш мог бы пустить на свое пастбище с десяток лошадей, что приносило бы ему ежемесячно полтора доллара с головы. Но он этого не делал именно потому, что не хотел опустошения своих лугов.</p>
      <p>Когда кладка огромного камина была закончена, Харниш и Дид справили новоселье, пригласив на него в качестве единственного гостя Фергюсона. Не раз, оседлав Боба, Харниш ездил к нему за советом, и торжественный обряд возжигания первого огня совершился в его присутствии. Они стояли перед камином в просторной гостиной: сняв перегородку между двумя комнатами, Харниш сделал из двух одну; здесь находились все сокровища Дид — ее книги, картины и фотографии, пианино, Сидящая Венера, жаровня, чайник и фарфор. К звериным шкурам, привезенным Дид, уже прибавились новые — шкуры оленей, койотов и даже одной пумы, убитых Харнишем. Дубил он шкуры собственноручно, по способу охотников на Западе, затрачивая на это много времени и усилий.</p>
      <p>Харниш вручил Дид спичку, она зажгла ее и поднесла к сложенным в камине дровам. Сухие ветки мансаниты вспыхнули, и языки пламени с веселым треском забегали по сухой коре поленьев. Дид прижалась к мужу, и все трое, затаив дыхание, ждали с надеждой и страхом. Но вот Фергюсон, сияя улыбкой, протянул Харнишу руку и громогласно объявил:</p>
      <p>— Тянет! Честное слово, тянет!</p>
      <p>Он горячо пожал Харнишу руку, тот ответил тем же, потом наклонился к Дид и поцеловал ее в губы. Сознание успешно завершенного, хоть и скромного труда переполняло их сердца не меньшей радостью, чем та, которую испытывает полководец, одержавший славную победу. В глазах Фергюсона появился подозрительно влажный блеск, а Дид еще крепче прижалась к мужу — главному виновнику торжества. Внезапно Харниш подхватил ее на руки и, покружившись с ней по комнате, посадил перед пианино.</p>
      <p>— Давай, Дид! — закричал он. — Играй Славу! Славу!</p>
      <p>И в то время как пламя все ярче разгоралось в камине, из-под пальцев Дид полились ликующие звуки Двенадцатой литургии.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать шестая</p>
      </title>
      <p>Харниш не давал обета воздержания, хотя месяцами не брал в рот хмельного после того, как решился на крах своего бизнеса. Очень скоро он приобрел достаточную власть над собой, чтобы безнаказанно выпить стакан мартини, не испытывая желания выпить второй. К тому же жизнь среди природы быстро исцелила его от потребности одурманивать себя. Его уже не тянуло к спиртному, и он даже забывал о его существовании. С другой стороны, когда ему случалось бывать в городе и хозяин лавки, где Харниш закупал припасы, предлагал ему выпить, он, чтобы доказать самому себе, что не боится соблазна, охотно принимал приглашение: «Ну что же, если это может доставить вам удовольствие, пожалуйста. Налейте стаканчик виски».</p>
      <p>Но один стакан виски, выпиваемый время от времени, не вызывал желания напиться и не оказывал никакого действия, — Харниш слишком окреп и поздоровел, чтобы опьянеть от такого пустяка. Как он и предсказывал Дид, Время-не-ждет — городской житель и миллионер — скоропостижно скончался на ранчо, уступив место своему младшему брату, путешественнику с Аляски. Жирок уже не грозил затопить его, упругость мышц и вся былая индейская худощавость и проворство вернулись к нему, и под скулами опять появились небольшие впадины. Для Харниша это было самое наглядное свидетельство восстановленного здоровья. Он уже прославился на всю округу своей силой, ловкостью и выдержкой, и тягаться с ним не могли даже самые дюжие фермеры долины Сонома. А раз в год, в день своего рождения, он, по старой памяти, приглашал к себе всех окрестных жителей, предлагая любого положить на обе лопатки. И многие соседи принимали его вызов, приводили жен и детей и на весь день располагались на ранчо.</p>
      <p>Сначала, когда у Харниша бывала нужда в наличных деньгах, он, по примеру Фергюсона, нанимался на поденную работу; но вскоре он нашел более интересное и приятное занятие, которое к тому же отнимало меньше времени и не мешало ему трудиться на ранчо и ездить с женой в горы. Как-то раз местный кузнец шутки ради предложил Харнишу объездить норовистого жеребенка, слывшего неисправимым, и Харниш с таким блеском выполнил это, что сразу завоевал славу отличного объездчика. С тех пор он с легкостью зарабатывал таким путем любую нужную ему сумму, да и сама работа нравилась ему.</p>
      <p>В трех милях от Глен Эллен, в Калиенте, находился конный завод и скаковые конюшни одного сахарного короля; время от времени он посылал за Харнишем, а меньше чем через год предложил ему заведование конюшнями. Но Харниш только улыбнулся и отрицательно покачал головой. Объезжать лошадей он соглашался тоже далеко не всякий раз, когда его об этом просили. «Уж кто-кто, а я надрываться не стану», — заверял он Дид и брался за работу, только когда ему требовались деньги. Позже он отгородил угол пастбища и там иногда объезжал нескольких лошадей из самых норовистых.</p>
      <p>— У меня есть наше ранчо и есть ты, — говорил он жене, — и я не променяю прогулку с тобой к горе Худ на сорок долларов. За сорок долларов не купишь ни захода солнца, ни любящей жены, ни холодной ключевой водицы — ничего, чем жизнь красна. Что мне сорок миллионов долларов, если ради них я должен хоть один-единственный раз не поехать с тобой к горе Худ?</p>
      <p>Жизнь он вел самую здоровую и естественную. Ложился рано, спал, как младенец, вставал на рассвете. Он постоянно что-то делал, тысячи мелочей занимали его, но не требовали больших усилий, и поэтому он никогда не чувствовал усталости. Впрочем, когда ему с женой случалось проехать семьдесят или восемьдесят миль, не слезая с седла, они иногда признавались друг другу, что выбились из сил. Время от времени, если погода стояла ясная и в кармане бывало немного денег, они садились на лошадей, приторачивали седельные сумки и отправлялись в дальний путь, за пределы своей долины. Когда наступал вечер, они останавливались на первой попавшейся ферме или в деревушке, а наутро ехали дальше — без определенной цели, лишь бы ехать; и так день за днем, пока не кончались деньги, — тогда они поворачивали обратно. Поездки эти продолжались неделю, десять дней, иногда две недели, а однажды они проездили целых три. Они даже мечтали о том, чтобы в будущем, когда они разбогатеют до неприличия, проехать верхом в Восточный Орегон и посетить родину Харниша, а по дороге остановиться в округе Сискийу, на родине Дид. Предвкушая радости этого заманчивого приключения, они сто раз пережили в мечтах все его увлекательные подробности.</p>
      <p>Однажды, когда они заехали на почту в Глен Эллен, чтобы отправить письмо, их окликнул кузнец.</p>
      <p>— Послушайте, Харниш, — сказал он. — Вам кланялся один паренек по фамилии Слоссон. Он проехал на машине в Санта-Роса. Спрашивал, не живете ли вы здесь поблизости, но остальные ребята не хотели задерживаться. Так вот, он велел передать вам поклон и сказать, что он послушался вашего совета и ставит рекорд за рекордом.</p>
      <p>Харниш уже давно рассказал Дид о своем состязании в баре отеля Парфенон.</p>
      <p>— Слоссон? — повторил он. — Слоссон? Так это, должно быть, метатель молота. Он, мерзавец, дважды прижал мою руку. — Вдруг он повернулся к Дид. — Знаешь что? До Санта-Роса всего двенадцать миль, и лошади не устали.</p>
      <p>Дид тотчас догадалась, что он задумал: об этом достаточно красноречиво говорили задорный огонек, блеснувший в его глазах, и мальчишеская смущенная усмешка. Она с улыбкой кивнула головой.</p>
      <p>— Поедем прямиком через долину Беннет, — сказал он. — Так будет ближе.</p>
      <p>Найти Слоссона в Санта-Роса оказалось нетрудно. Вся компания остановилась в отеле Оберлин, и в конторе отеля Харниш столкнулся лицом к лицу с молодым чемпионом.</p>
      <p>— Ну вот, сынок, — объявил Харниш, как только он познакомил Слоссона с Дид, — я приехал, чтобы еще раз потягаться с вами. Тут место подходящее.</p>
      <p>Слоссон улыбнулся и принял вызов. Они стали друг против друга, оперлись локтями на конторку портье и переплели пальцы. Рука Слоссона мгновенно опустилась.</p>
      <p>— Вы первый, кому это удалось, — сказал он. — Давайте еще раз попробуем.</p>
      <p>— Пожалуйста, — ответил Харниш. — И не забывайте, что вы первый, кому удалось прижать мою руку. Вот почему я и пустился за вами вдогонку.</p>
      <p>Опять они переплели пальцы, и опять рука Слоссона опустилась. Это был широкоплечий, крепкий молодой человек, на полголовы выше Харниша; он не скрывал своего огорчения и предложил померяться в третий раз. Он собрал все свои силы, и на одно мгновение исход борьбы казался гадательным. Побагровев от натуги, стиснув зубы, Слоссон сопротивлялся яростно, до хруста в костях, но Харниш все же одолел его. Долго задерживаемое дыхание с шумом вырвалось из груди Слоссона, мышцы ослабли, и рука бессильно опустилась.</p>
      <p>— Нет, с вами мне не сладить, — сознался он. — Одна надежда, что вы не вздумаете заниматься метанием молота.</p>
      <p>Харниш засмеялся и покачал головой.</p>
      <p>— Мы можем договориться — каждый останется при своем деле: вы держитесь метания молота, а я буду прижимать руки.</p>
      <p>Но Слоссон не хотел признавать окончательного поражения.</p>
      <p>— Послушайте! — крикнул он, когда Харниш и Дид, уже сидя в седле, готовились тронуться в путь. — Вы разрешите мне заехать к вам через год? Я хотел бы еще раз схватиться с вами.</p>
      <p>— Милости просим, сынок. В любое время я к вашим услугам. Но предупреждаю, придется вам малость потренироваться. Имейте в виду, что я теперь и пашу, и дрова колю, и лошадей объезжаю.</p>
      <p>На обратном пути Дид то и дело слышала счастливый смех Харниша, который, словно мальчишка, радовался своей победе. Когда же они выбрались из долины Бенмет и осадили лошадей на гребне горы, чтобы полюбоваться закатом, он подъехал вплотную к жене и обнял ее за талию.</p>
      <p>— А все ты, маленькая женщина, — сказал он. — Ну скажи сама, разве не стоит отдать все богатство мира за такую руку, когда она обнимает такую жену!</p>
      <p>Сколько бы радости ни приносила Харнишу его новая жизнь, самой большой радостью оставалась Дид. Как он неоднократно объяснял ей, он всю жизнь страшился любви. И что ж? Оказалось, что именно любовь — величайшее благо на земле. Харниш и Дид, казалось, были созданы друг для друга; поселившись на ранчо, они избрали наилучшую почву, где любовь их могла расцвести пышным цветом. Несмотря на склонность Дид к чтению и к музыке, она любила все здоровое, естественное и простое, а Харниш самой природой был предназначен для жизни под открытым небом.</p>
      <p>Ничто в Дид так не пленяло Харниша, как ее руки — умелые руки, которые с такой быстротой стенографировали и печатали на машинке; руки, которые могли удержать могучего Боба, виртуозно порхать по клавишам, уверенно справляться с домашней работой; руки, которые становились чудом из чудес, когда они ласкали его и ерошили ему волосы. Но Харниш отнюдь не был рабом своей жены. Он жил независимой мужской жизнью, так же как она жила своей жизнью женщины. Каждый делал свое дело самостоятельно. Взаимное уважение и горячее сочувствие друг к другу переплетало и связывало воедино все их труды. Он с таким же вниманием относился к ее стряпне и к ее музыке, с каким она следила за его огородничеством. И Харниш, твердо решивший, что он не надорвется на работе, заботился о том, чтобы и Дид избегла этой участи.</p>
      <p>Так, например, он строго-настрого запретил ей обременять себя приемом гостей. А гости у них бывали довольно часто, особенно в жаркую летнюю пору; по большей части приезжали ее городские друзья, и жили они в палатках, сами убирали их и сами готовили для себя еду. Вероятно, такой порядок был возможен только в Калифорнии, где все приучены к лагерной жизни. Но Харниш и слышать не хотел о том, чтобы его жена превратилась в кухарку, горничную и официантку только потому, что у нее нет штата прислуги. Впрочем, Харниш не возражал против общих ужинов в просторной гостиной, во время которых Дид пускала в ход сверкающую медную жаровню, а он каждому из гостей поручал какую-нибудь работу и неуклонно следил за ее выполнением. Для единичных гостей, остающихся только на одну ночь, правила были другие. Исключение делалось и для брата Дид, который вернулся из Германии и уже опять ездил верхом. Во время каникул он жил у них на правах третьего члена семьи, и в его обязанности входила топка камина, уборка и мытье посуды.</p>
      <p>Харниш постоянно думал о том, как бы облегчить Дид работу, и ее брат посоветовал использовать воду, которая на ранчо имелась в избытке и пропадала зря. Пришлось Харнишу объездить несколько лишних лошадей, чтобы добыть деньги на необходимый материал, а его шурину потратить трехнедельные каникулы — и вдвоем они соорудили водяное колесо. Сначала колесо только приводило в движение пилу, токарный станок и точило, потом Харниш присоединил к нему маслобойку; но самое большое торжество наступило в тот день, когда он, обняв Дид, повел ее к колесу и показал соединенную с ним стиральную машину, которая в самом деле работала и в самом деле стирала белье.</p>
      <p>Дид и Фергюсон ценой долгой и терпеливой борьбы мало-помалу привили Харнишу вкус к поэзии, и теперь нередко случалось, что, небрежно сидя в седле, шагом спускаясь по лесистым тропам, испещренным солнечными бликами, он вслух читал наизусть «Томлинсона» <a l:href="#n_327" type="note">[327]</a> Киплинга или, оттачивая топор, под жужжание наждачного колеса распевал «Песню о мече» Хенли. Однако обоим наставникам так и не удалось окончательно обратить его в свою веру. Поэзия Браунинга, кроме стихов «Фра Филиппо Липпи» и «Калибан и Сетебос», ничего не говорила ему, а Джордж Мередит просто приводил его в отчаяние. Зато он по собственному почину выучился играть на скрипке и упражнялся с таким усердием, что в короткий срок добился больших успехов; много счастливых вечеров провел он с Дид, разыгрывая с ней дуэты.</p>
      <p>Итак, удача во всем сопутствовала этой удачно подобранной супружеской чете. Скуки они не знали. Каждое утро начинался новый чудесный день, каждый вечер наступали тихие прохладные сумерки; и неизменно тысяча забот осаждала его, и эти заботы она делила с ним. Яснее прежнего он понял, насколько все на свете относительно. В новой игре, затеянной им, маленькие радости и огорчения волновали и радовали его с не меньшей силой, чем перипетии чудовищно азартной игры, которую он вел прежде, когда обладал могуществом и властью и пол континента сотрясалось от его убийственных ударов. Сломить сопротивление непокорного жеребца, твердой волей и твердой рукой, рискуя жизнью или увечьем, заставить его служить человеку — Харнишу казалось не менее блестящей победой. А главное — карточный стол, за которым велась эта новая игра, был чистый. Ни лжи, ни обмана, ни лицемерия. Та, прежняя, игра утверждала грязь, разложение и смерть, эта — чистоту, здоровье и жизнь. И Харниш не имел других желаний, кроме как вместе с Дид следить за сменой дней и времен года из своего домика на краю глубокого ущелья; скакать по горам ясным морозным утром или в палящий летний зной или укрыться в большой, уютной гостиной, где ярко горели дрова в сложенном его руками камине, меж тем как снаружи весь мир содрогался и стонал от юго-восточного ветра.</p>
      <p>Только однажды Дид спросила его, не жалеет ли он о прошлом, и в ответ он схватил ее в объятия и прижался губами к ее губам. Минуту спустя он пояснил свой ответ словами:</p>
      <p>— Маленькая женщина, хоть я и отдал ради тебя тридцать миллионов, так дешево я еще не покупал ничего, в чем имел бы такую крайнюю нужду. — Немного погодя он прибавил: — Да, об одном я жалею, и как еще жалею! Чего бы я ни дал, чтобы сызнова добиваться твоей любви! Хотелось бы мне порыскать по Пиедмонтским горам, надеясь встретить тебя. Хотелось бы мне в первый раз увидеть твою комнату в Беркли. И — что уж говорить — я до смерти жалею, что не могу еще разок обнять тебя, как в тот день, когда ты под дождем и ветром плакала у меня на груди.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать седьмая</p>
      </title>
      <p>Но настал такой год, когда в апрельский день Дид сидела в кресле на веранде и шила какие-то очень маленькие предметы одежды, а Харниш читал ей вслух. Время было за полдень, и солнце ярко светило на зазеленевший по-весеннему мир. По оросительным канавкам огорода струйками текла вода, и Харниш иногда откладывал книгу, сбегал со ступенек и передвигал шланг. Кроме того, чтобы подразнить Дид, он проявлял повышенный интерес к тому, что она шила, на что она отвечала счастливой улыбкой; но когда его нежные шутки становились слишком нескромными, она краснела от смущения или чуть обиженно надувала губы.</p>
      <p>С веранды им хорошо был виден окружающий мир. Перед ними изогнутая, точно турецкая сабля, лежала Лунная долина с разбросанными по ней фермерскими домами, с пастбищами, полями и виноградниками. Долину замыкал горный кряж, где Харнишу и Дид знакома была каждая складка и каждый выступ; белые отвалы заброшенной шахты, на которые падали отвесные солнечные лучи, сверкали, точно алмазы. На переднем плане этой картины, в загоне возле сарая, Маб с трогательной заботой следила за жеребенком, который, пошатываясь на дрожащих ногах, терся около нее. В мерцающем от зноя воздухе разливалась дремотная лень. С лесистого косогора позади дома доносился крик перепелок, сзывающих птенцов. Тихо ворковали голуби, а из зеленых недр каньона поднимался горестный стон дикой горлицы. Куры, расхаживающие перед крыльцом, внезапно закудахтали и бросились врассыпную, а по земле скользнула тень ястреба, высоко парившего в небе.</p>
      <p>Быть может, именно это пробудило в Волке давние охотничьи воспоминания, — как бы то ни было, но Харниш и Дид заметили, что в загоне поднялось какое-то волнение: там заново разыгрывалась ныне безобидная, а некогда кровавая сцена из древней, как мир, трагедии. Припав к земле, вытянув морду, молча и бесшумно, словно призрак, собака, как будто забыв, что она приручена человеком, выслеживала соблазнительную дичь — жеребенка, которого Маб столь недавно произвела на свет. И кобыла, тоже во власти первобытного инстинкта, вся дрожа от страха и тревоги, кружила между своим детенышем и грозным хищником, во все времена нагонявшим ужасна ее предков. Один раз она повернулась, чтобы лягнуть Волка, но больше старалась ударить его передней ногой или наскакивала на его, прижав уши и оскалив зубы, в надежде перегрызть ему хребет. А Волк, повесив уши и еще больше припадая к земле, отползал прочь, но тут же, сделав круг, подбирался к добыче с другой стороны, и кобыла опять начинала волноваться. Наконец Харниш, по просьбе Дид, прикрикнул на собаку; услышав низкий, угрожающий голос, она тотчас покорно отказалась от охоты и с виноватым видом ушла за сарай.</p>
      <p>Несколько минут спустя Харниш, прервав чтение, чтобы передвинуть шланг, обнаружил, что вода перестала течь. Он достал из мастерской молоток и гаечный ключ и, вскинув на плечо кирку и заступ, вернулся к веранде.</p>
      <p>— Придется мне сойти вниз и откопать трубу, — сказал он Дид. — Всю зиму я боялся оползня. Видно, трубу завалило.</p>
      <p>— Только, смотри, не читай дальше без меня, — крикнул он, уходя, и, обогнув дом, начал спускаться по тропинке, которая вела на дно каньона.</p>
      <p>На полпути Харниш увидел оползень. Он был невелик — всего-то несколько тонн земли и раскрошенного камня. Но они двинулись с высоты пятидесяти футов, и трубопровод, не выдержав тяжести, разошелся на стыке. Прежде чем приступить к работе, Харниш посмотрел вверх, на путь, проделанный оползнем, посмотрел наметанным глазом рудокопа. И вдруг взгляд его остановился, зрачки расширились.</p>
      <p>— Вот те на! — сказал он вслух.</p>
      <p>Он водил взглядом по неровной поверхности крутого склона, сначала вдоль, потом поперек. В этом месте, если не считать травы и сорняков, да редких искривленных деревцев мансаниты, склон каньон был голый. Харниш заметил признаки частого перемещения почвы, вызванного тем, что сильные ливни смывали выветренную почву через край ущелья.</p>
      <p>— Самая заправская жила, лучше не бывает, — объявил он вполголоса.</p>
      <p>И как час назад в Волке проснулся древний охотничий инстинкт, так и в Харнише с новой силой ожил страстный охотник за золотом. Бросив ключ и молоток, он с киркой и лопатой вскарабкался по оползню к тому месту, где виднелся смутно очерченный, прикрытый землей выход коренной породы. Он был едва заметен, но опыт Харниша подсказал ему, что скрывается под слоем земли. Он принялся то здесь, то там пробивать киркой крошившийся камень и отваливать лопатой мешавшую ему землю. Несколько раз он брал породу в руки и разглядывал ее. Попадались куски такие мягкие, что он легко разламывал их пальцами. Он поднялся выше футов на десять и опять заработал киркой и лопатой. И на этот раз, очистив кусок породы и присмотревшись к нему, он вдруг выпрямился и судорожно перевел дыхание. Потом, словно олень у водопоя, опасающийся врагов, он быстро глянул вокруг — не видит ли его посторонний глаз. Посмеиваясь над собственной глупостью, он снова принялся рассматривать кусок породы.</p>
      <p>Косой луч солнца упал на него, и он весь засверкал крупицами чистого золота.</p>
      <p>— Под самым верховиком, — с благоговейным трепетом пробормотал Харниш, вгоняя кирку в податливую почву.</p>
      <p>Он весь преобразился. Никогда, сколько бы он ни выпил коктейлей, у него так не пылали щеки, не горели глаза. Давняя страсть золотоискательства, которой он подчинялся столько лет своей жизни, опять овладела им. Лихорадочное возбуждение усиливалось с каждой минутой. Он работал, как одержимый, задыхаясь от усталости; пот ручьями стекал с его лица и капал на землю. Он исследовал поверхность оползня от одного края до другого и стал возвращаться обратно. Дойдя до середины, он начал спускаться, вскапывая красную вулканическую почву, намытую сверху, с выветрившегося склона, и обнаружил кварц, кварц с золотыми прожилками, который крошился у него под руками.</p>
      <p>Иногда кучи земли сползали сверху и засыпали вырытые им ямы, и тогда он начинал копать сызнова. Один раз, не удержавшись на ногах, он скатился вниз на пятьдесят футов, но тут же вскочил и опять полез наверх, даже не передохнув. Он наткнулся на пласт, где кварц оказался податливым, почти как глина, и здесь золота было особенно много. Подлинная сокровищница! Харниш проследил жилу на сто футов вверх и вниз от оползня. Он даже вскарабкался на край каньона, чтобы поглядеть, нет ли там выхода месторождения. Но это после, после, — и опять кинулся к своей находке.</p>
      <p>Он работал все так же исступленно, до полного изнеможения, пока нестерпимая боль в спине не заставила его остановиться. Он выпрямился, держа в руке поблескивающий золотом кусок кварца. Когда он работал согнувшись, пот капал с его лба на землю, теперь он заливал ему глаза. Харниш вытер лицо рукой и опять принялся разглядывать найденное им золото. Никаких сомнений — тридцать тысяч долларов на тонну, пятьдесят тысяч, — нет, больше, гораздо больше! Тяжело переводя дух, смахивая капли пота с ресниц, он, как зачарованный, смотрел на желтый металл, и в его воображении мгновенно возникла заманчивая картина. Он уже видел подъездные пути, проложенные по долине и нагорным пастбищам, насыпи, мост через каньон, — видел так ясно, словно они были у него перед глазами. Промывочную он поставит по ту сторону каньона, — и вот уже бесконечная цепь ковшей, подвешенных к канату, переправляет кварцевую руду через каньон и доставляет ее в толчею. А здесь уже вырос весь рудник — наземные строения, шахты, штольни, забои, подъемные машины; слышится грохот взрывов, а из-за каньона доносится оглушительный стук пестов. Рука Харниша, сжимавшая кусок кварца, задрожала, он ощутил судорожное подергивание и сосущую пустоту под ложечкой — и вдруг понял, что ему смертельно хочется выпить — виски, коктейль, все равно что, лишь бы выпить. И в ту же минуту, когда в нем проснулось неудержимое желание одурманить себя, до него сверху, сквозь зеленую чащу каньона, донесся далекий, едва уловимый голос Дид:</p>
      <p>— Цып, цып, цып, цып, цып! Цып, цып, цып! Как? Уже? Сколько же прошло времени? Значит, она уже не шьет на веранде, она кормит кур и сейчас будет готовить ужин. День кончался. Неужели он пробыл здесь так долго?</p>
      <p>Снова послышался ее голос:</p>
      <p>— Цып, цып, цып, цып, цып! Цып, цып, цып!</p>
      <p>Так она всегда сзывала кур — сначала пять раз, потом три раза. Он давно это приметил. Харниш улыбнулся, думая о жене, но улыбка медленно сползла с его лица, и оно исказилось от страха. Он почувствовал, что чуть не потерял Дид. Ни разу не вспомнил он о ней в долгие часы лихорадочных поисков; все это время она поистине была потеряна для него.</p>
      <p>Он выронил кусок кварца, спустился с оползня и кинулся бежать вверх по тропинке. Выйдя на опушку, он замедлил шаг и почти ползком, крадучись, подобрался к большому дереву и посмотрел из-за него в сторону дома. Дид пригоршнями бросала курам зерно и весело смеялась, глядя на их суматошную возню.</p>
      <p>Чем дольше Харниш смотрел на жену, тем спокойнее становилось его лицо; он повернулся и сбежал вниз по тропинке. Опять он вскарабкался на оползень, но на этот раз он поднялся выше; и опять он, как одержимый, работал киркой и лопатой, но цель у него была другая. Он слой за слоем подкапывал красноватую землю и сбрасывал ее вниз, тщательно засыпая разрытые места, пряча от дневного света найденное им богатство. Он даже пошел в лесную чащу, набрал охапку прошлогодних листьев и раскидал их. Но он скоро бросил эту затею и все сыпал и сыпал землю, пока от выступающих краев жилы не осталось и следа.</p>
      <p>Потом он починил трубу, собрал свои инструменты и стал подыматься по тропинке. Он шел медленно, чувствуя бесконечную усталость, как человек, избежавший страшной опасности. Он убрал инструменты, напился воды из починенного водопровода и сел на скамью перед открытой дверью в кухню. Там хозяйничала Дид, и он с огромным облегчением прислушивался к ее шагам. Он жадно глотал душистый горный воздух, словно водолаз, только что поднявшийся со дна морского. Он впивался взглядом в облака, в синеву неба, в зелень долины, как будто все это он вдыхал вместе с воздухом.</p>
      <p>Дид не знала, что он вернулся, и время от времени он поворачивал голову и украдкой взглядывал на нее — на ее умелые руки, на отливающие бронзой каштановые волосы, в которых вспыхивали огоньки, когда на них из открытого окна падал солнечный луч; он увидел ее отяжелевшую фигуру будущей матери, — и сердце сжималось у него от не испытанной доселе сладостной боли и нежности. Он услышал ее шаги у самой двери, но не оглянулся и упорно продолжал смотреть на долину. Дид подошла к нему, и он затрепетал от счастья, как всегда, когда она ласково ерошила ему волосы.</p>
      <p>— А я и не заметила, как ты пришел, — сказала она. — Ну что, серьезное повреждение?</p>
      <p>— Да, довольно сильный оползень, — ответил он, все еще не поворачивая головы. — Хуже, чем я ожидал. Но я уже придумал. Знаешь, что я сделаю? Я посажу там эвкалипты. Они будут держать его. Я так густо посажу их, что даже голодный заяц не продерется. А когда они пустят корни, никакая сила не сдвинет эту землю с места.</p>
      <p>— Неужели это так опасно?</p>
      <p>— Да нет, не очень. — Он помотал головой. — Но я не желаю, чтобы какой-то несчастный оползень издевался надо мной, вот и все. Я так припечатаю его, что он миллион лет не тронется с места. И когда в последний раз затрубит труба и гора Сонома и все другие горы рассыплются прахом, этот оползень никуда не денется, так и будет держаться за корни.</p>
      <p>Он обнял Дид и посадил ее к себе на колени.</p>
      <p>— Скажи, маленькая женщина, ты, наверно, скучаешь в нашей глуши? Ни театра, ни концертов, ничего такого. Тебе никогда не приходит на ум, что хорошо бы все это бросить и вернуться в город?</p>
      <p>Он с такой тревогой ждал ее ответа, что боялся смотреть ей в глаза; но она только засмеялась и покачала головой, и у него отлегло от сердца. И еще он с радостью подумал о том, что смех ее по-прежнему звучит молодо и по-мальчишески задорно.</p>
      <p>— Слушай! — заговорил он с внезапной горячностью. — И близко не подходи к оползню, пока я не засажу его деревьями и они не пустят корни. Это очень, очень опасно, а я и подумать не могу, чтобы теперь потерять тебя.</p>
      <p>Он притянул к себе ее голову и поцеловал в губы долгим, страстным поцелуем.</p>
      <p>— Как ты меня любишь! — шепнула она с гордостью за него и за себя.</p>
      <p>— Взгляни-ка, Дид. — Он выпустил ее из объятий и широким взмахом руки обвел долину и окрестные горы. — Лунная долина — это хорошее название, очень хорошее. Знаешь, когда я вижу все это и думаю о тебе и о том, как все это мне дорого, у меня комок подступает к горлу и в душе такое творится, что я не умею сказать словами, и я начинаю понимать Браунинга и всех твоих замысловатых поэтов. Посмотри на гору Худ — видишь, где солнце светит на нее? Вот в этом самом месте мы нашли ключ.</p>
      <p>— Да, и в тот вечер ты подоил коров только в десять часов, — сказала она, смеясь. — И если ты сейчас не отпустишь меня, то мы и сегодня будем ужинать не раньше, чем тогда.</p>
      <p>Они встали со скамьи, и Харниш снял ведерко с гвоздя возле двери. Он еще помедлил немного, любуясь красотой долины.</p>
      <p>— Хорошо! — сказал он. — Ничего не скажешь.</p>
      <p>— Ничего не скажешь! — повторила она и повернулась к двери, радостно улыбаясь ему, и своим мыслям, и всему миру.</p>
      <p>И Харниш, как тот старик, который однажды повстречался ему, стал спускаться под гору в лучах пламенеющего заката, держа в руке ведерко для молока.</p>
      <empty-line/>
      <p><emphasis>Перевод В. Топер</emphasis></p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Смирительная рубашка</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <p>Всю жизнь в душе моей хранилось воспоминание об иных временах и странах. И о том, что я уже жил прежде в облике каких-то других людей… Поверь мне, мой будущий читатель, то же бывало и с тобой. Перелистай страницы своего детства, и ты вспомнишь это ощущение, о котором я говорю, — ты испытал его не раз на заре жизни. Твоя личность еще не сложилась тогда, не выкристаллизовалась. Ты был податлив, как воск, еще не отлился в устойчивую форму, твое сознание еще находилось в процессе формирования… О да, ты становился самим собой, и ты забывал.</p>
     <p>Ты многое позабыл, мой читатель, и все же, когда ты пробегаешь глазами эти строчки, перед тобой, словно в туманной дымке, рождаются видения иных мест, иных времен, которые открывались твоему детскому взору. Сегодня они кажутся снами. Но если это сны, снившиеся тебе тогда, то что породило их, какая реальность?</p>
     <p>В наших снах причудливо сплетается воедино то, что было пережито нами когда-то. Самые нелепые сны порождены реальным жизненным опытом. Ребенком, еще крошечным ребенком, ты падал во сне, читатель, с головокружительной высоты; тебе снилось, что ты летаешь по воздуху, словно для тебя привычно летать; тебя пугали страшные пауки и существа с множеством ног, рожденные в болотном иле; ты слышал какие-то голоса и видел какие-то лица, пугающе знакомые; ты взирал на утренние и вечерние зори, подобных которым — ты знаешь это теперь, заглядывая в прошлое, — ты никогда не видел.</p>
     <p>Прекрасно. Эти отрывки детских воспоминаний — они принадлежат к другому миру, к другой жизни, они — часть того, с чем тебе никогда не приходилось сталкиваться в твоем нынешнем мире, в твоей нынешней жизни. Так откуда же они? Из какого-то другого мира? Из чьей-то другой жизни? Быть может, когда ты прочтешь все, что я здесь напишу, ты найдешь ответы на эти недоуменные вопросы, которыми я сейчас поставил тебя в тупик и которые ты, еще прежде чем раскрыть мою книгу, задавал себе сам.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Вордсворт <a l:href="#n_328" type="note">[328]</a> это знал. Он не был ни пророком, ни ясновидящим, он был самым обыкновенным человеком, как ты или любой другой.</p>
     <p>То, что он знал, знаешь и ты, и каждый человек это знает. Но он удивительно точно сказал об этом — в тех строках, которые начинаются так:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>«Не в полной наготе и не в забвении полном…»</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Да, мрак темницы смыкается над нами, едва успеваем мы появиться на свет, и слишком быстро мы забываем все. Однако, рождаясь, мы еще помним иные места, иные времена. Беспомощные младенцы, покоясь у кого-то на руках или ползая на четвереньках по полу, мы грезим о полетах высоко над землей. Да, да.</p>
     <p>И в наших кошмарах мы переживаем страдания и муки, изнывая от страха перед чем-то чудовищным и неведомым. Едва родившись, еще не получив никакого опыта, мы тем не менее уже с момента появления на свет знаем чувство страха, страх живет в наших воспоминаниях, — а воспоминания возникают из опыта.</p>
     <p>Если говорить о себе самом, то в том нежном возрасте, когда я едва начинал складывать слова, а чувство голода или желание сна выражал еще в нечленораздельных звуках, — да, уже тогда я знал, что когда-то блуждал в пространстве среди звезд. Мой язык еще ни разу не произносил слова «король», а я помнил, что когда-то я был сыном короля. И еще я помню: я был рабом и сыном раба когда-то и носил на шее железное кольцо.</p>
     <p>Более того. В возрасте трех… четырех… пяти лет я не был самим собой. Я еще только начинался, мой дух еще не застыл в устойчивой форме, соответствующей моему телу, моему времени, моему окружению. В этот период все, чем я был в предыдущие десятки тысяч моих жизней, боролось во мне, в моей еще не сложившейся душе, стремясь воплотить себя во мне и стать мною.</p>
     <p>Нелепо, не правда ли? Но вспомни, мой читатель, который, как я надеюсь, будет странствовать со мной во времени и пространстве, вспомни, прошу, мой читатель, что я немало размышлял над этими предметами, что долгие, долгие годы, в бесконечном мраке, пропахшем кровью и потом, я оставался наедине с моими другими «я», и общался с ними, и изучал их. Я вновь претерпел горе и муки былых существований, чтобы принести тебе познание, которое ты разделишь со мной как-нибудь на досуге, спокойно перелистывая страницы моей книги.</p>
     <p>Итак, как я уже сказал, в возрасте трех, четырех и пяти лет я еще не был самим собой. Я еще только выкристаллизовывался, обретая форму, в сосуде моего тела, и могучее неизгладимое прошлое, определяя, чем я стану, воздействовало на ту смесь, из которой я должен был сложиться. Это не мой голос раздавался по ночам, исполненный страха перед чем-то хорошо известным, что мне, без сомнения, не было и не могло быть известно. И не о том же ли самом говорят мои детские пристрастия, вспышки ярости или приступы хохота? Чужие голоса звучали в моем голосе, голоса живших когда-то встарь мужчин и женщин, голоса теней — моих предков. И когда я вопил в бешенстве, в этом вопле слышался вой зверей, более древних, чем горы, и в детском моем неистовом, истерическом, яростном визге находили отзвук дикие, бессмысленные крики зверей, населявших землю в доисторические времена, еще до появления Адама.</p>
     <p>Ну вот, я и выдал свою тайну. Багровая ярость! Вот что погубило меня в этой, нынешней жизни. Вот по милости чего через каких-нибудь несколько недель меня выведут из этой камеры и потащат к высокому шаткому помосту, над которым болтается крепкая веревка. И с помощью этой веревки меня повесят за шею, и я буду висеть на ней, пока не умру. Багровая ярость всегда была причиной моей гибели во всех моих воплощениях, ибо багровая ярость — это роковое, гибельное наследие, выпавшее на мою долю еще во времена покрытых слизью существ, когда наш мир только создавался.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но, пожалуй, мне пора представиться. Я не слабоумный и не сумасшедший. Я хочу, чтобы вы это поняли, иначе вы не поверите тому, что я хочу вам рассказать. Меня зовут Даррел Стэндинг.</p>
     <p>Кое-кто из вас, прочтя эти строки, тотчас вспомнит, о ком идет речь. Но большинство моих читателей, несомненно, ничего обо мне не слышали, и поэтому я расскажу о себе.</p>
     <p>Восемь лет назад я был профессором агрономии на сельскохозяйственном факультете Калифорнийского университета. Восемь лет назад сонный университетский городок Беркли был потрясен известием о том, что в одной из лабораторий геологического факультета убит профессор Хаскелл. Убийцей был Даррел Стэндинг.</p>
     <p>Я и есть тот Даррел Стэндинг. Меня застигли на месте преступления. Кто из нас был прав, а кто виноват в этой ссоре, не имеет значения. То было сугубо личное дело. Важно лишь одно: в припадке гнева, оказавшись во власти багровой ярости, которая была извечным моим проклятием во все времена, я убил моего коллегу. Так было записано в судебном решении, и я признаю, что на этот раз суд не ошибся.</p>
     <p>Нет, меня повесят не за убийство профессора Хаскелла. За это преступление я был присужден к пожизненному заключению.</p>
     <p>Мне было тогда тридцать шесть лет. Теперь мне сорок четыре года. Восемь последних лет я провел в Сен-Квентине — в государственной тюрьме штата Калифорния. Из этих восьми лет пять лет я прожил в полном мраке. Это называется одиночным заключением. А те, кто его испытал, называют его погребением заживо.</p>
     <p>Но мне во время этих пяти лет жизни в могиле удалось достичь такой свободы, какой редко пользовался кто-нибудь из людей.</p>
     <p>Я был заперт в одиночке, меня бдительно охраняли, и тем не менее я не только скитался по свету, но странствовал и во времени.</p>
     <p>Те, кто замуровал меня там на несколько жалких лет, подарили мне, сами того не зная, простор столетий. Да, благодаря Эду Моррелу я в течение пяти лет был скитальцем звездных пространств.</p>
     <p>Но Эд Моррел — это особая история. Я расскажу вам о нем немного погодя. Мне надо рассказать так много, что я затрудняюсь, с чего начать.</p>
     <p>Начну хотя бы так. Я родился на ферме в Миннесоте. Моя мать была дочерью шведа-эмигранта. Ее звали Хильда Тоннессон. Отца моего звали Чонси Стэндинг — он был-коренным американцем. Его род восходил к Элфриду Стэндингу, завербованному работнику, или, если хотите, рабу, вывезенному из Англии на виргинские плантации еще в те давние года, когда юный Вашингтон <a l:href="#n_329" type="note">[329]</a> отправился обозревать пенсильванские леса.</p>
     <p>Сын Элфрида Стэндинга сражался в рядах революционной армии <a l:href="#n_330" type="note">[330]</a>; внук принимал участие в войне 1812 года. С тех пор не было ни одной войны, в которой не участвовал бы кто-нибудь из Стэндингов. Я, последний из Стэндингов, которому суждено вскоре умереть, не оставив после себя потомства, в последнюю войну сражался рядовым на Филиппинах, ради чего в самом расцвете своей научной карьеры отказался от профессорской кафедры в Небрасском университете. Великий Боже! Ведь когда я от всего этого отказался, меня прочили в деканы сельскохозяйственного факультета этого университета! Меня, скитальца звездных пространств, страстного искателя приключений, Каина, кочующего из столетия в столетие, воинственного жреца забытых эпох, мечтателя-поэта дней, давно канувших в прошлое и даже не занесенных в книгу истории.</p>
     <p>И вот я здесь, в Коридоре Убийц государственной тюрьмы Фолсем, и руки мои багровы. Я здесь, и я ожидаю того дня, установленного государственной машиной штата, когда слуги закона отведут меня туда, где, по их искреннему убеждению, для меня наступит мрак, — мрак, которого они страшатся, мрак, который населяет их суеверные души пугающими видениями, мрак, который гонит их, трясущихся и хнычущих, к алтарям богов, порожденных их же собственным страхом, сотворенных по их же подобию.</p>
     <p>Да, мне уже никогда не быть деканом сельскохозяйственного факультета. Однако я знаю агрономию. Это была моя специальность. Я был рожден для нее, воспитан для нее, обучен для нее и овладел ею. Во всем, что касалось сельского хозяйства, я был гением. С одного взгляда я мог определить удойность коровы, и любая проверка подтверждала верность моего глаза. Мне не нужно было изучать почву — мне достаточно было посмотреть на пейзаж, — и я уже знал все ее достоинства и недостатки. Я не нуждался в лакмусовой бумажке, чтобы определить щелочность или кислотность почвы. Повторяю: земледелие в самом высоком научном аспекте — вот в чем я был гением и остаюсь им. И все же штат, все его граждане вкупе верят, что они могут отнять у меня эту мудрость, погрузив меня в последний мрак с помощью веревочной петли, накинутой мне на шею, и закона земного притяжения, могут отнять мудрость, что накапливалась во мне тысячелетиями и бережно взращивалась еще в те дни, когда на лугах Трои не начали пастись стада кочевников-скотоводов.</p>
     <p>А кукуруза? Кто еще так знает кукурузу, как я? А мои опыты в Уистаре, в результате которых я увеличил ежегодный доход от кукурузы во всех округах штата Айова на полмиллиона долларов!.. Это вошло в историю. Не один фермер, разъезжающий сейчас в собственном автомобиле, знает, кто сделал для него доступным этот автомобиль. Не одна милая девушка, не один ясноглазый юноша, склонившиеся над университетским учебником, вспоминают, что это я своими опытами в Уистаре сделал доступным для них это обучение.</p>
     <p>А методы ведения сельского хозяйства! Я знаю все причины всех потерь — мне не нужно просматривать киноленты, чтобы заметить, в чем кроется непроизводительность труда, будь то в работе целой фермы или одного работника с фермы, будь то при планировке сельскохозяйственных строений или при планировке сельскохозяйственных работ. Все это есть в составленном мною справочнике с диаграммами. Можно не сомневаться, что в эту самую минуту сотни тысяч фермеров, сосредоточенно хмурясь, заглядывают в него, прежде чем выбить пепел из своей последней трубки и отправиться на боковую. Однако мне самому уже давно не нужны мои диаграммы, мне достаточно одного взгляда на человека, чтобы распознать его наклонности, увидеть, на что он способен, и с математической точностью определить, какова будет производительность его труда.</p>
     <p>А сейчас мне нужно закончить эту первую главу моего повествования. Уже девять часов, а в Коридоре Убийц это означает, что пора гасить свет. Вот я уже слышу тихий шорох резиновых подметок надзирателя — он направляется сюда, чтобы выбранить меня за то, что моя керосиновая лампа все еще горит. Словно угрозы живущих могут испугать того, кто осужден на смерть!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <p>Я Даррел Стэндинг. Скоро меня выведут из этой камеры и повесят. А пока я рассказываю о том, о чем мне хочется рассказать, и пишу об иных временах и странах.</p>
     <p>После вынесения приговора меня отправили в тюрьму Сен-Квентин, где я должен был провести остаток своей жизни. Я был признан «неисправимым». «Неисправимый» — это зверь в человеческом облике; таков он по крайней мере в глазах тюремщиков.</p>
     <p>Я попал в разряд неисправимых, потому что не мог выносить непроизводительной затраты труда. Тюрьма эта, как и все тюрьмы, была вопиющим позором, местом чудовищно непроизводительной затраты труда. Меня определили в ткацкую мастерскую. Преступная непроизводительность этого труда бесила меня. Да как могло быть иначе? Ведь сведение до минимума непроизводительных затрат труда было моей специальностью. Еще до применения пара, до изобретения паровой ткацкой машины, три тысячи лет назад я гнил в темнице Древнего Вавилона, и, поверьте, в те далекие времена мы, узники, куда продуктивнее ткали на ручных станках, чем ткут нынешние арестанты в тюрьме Сен-Квентин на станках, приводимых в действие паром.</p>
     <p>Эта преступная, бессмысленная затрата труда была отвратительна. Я взбунтовался. Я пытался показать надзирателям десятка два более продуктивных способов. На меня пожаловались начальству, после чего я был брошен в карцер, лишен света и пищи. Когда меня выпустили оттуда, я решил принудить себя работать среди бессмысленного непроизводительного хаоса ткацкой мастерской. И взбунтовался. Меня бросили в карцер и зашнуровали в смирительную рубашку. Меня растягивали на полу и подвешивали за большие пальцы. Безмозглые надзиратели, у которых хватало ума только на то, чтобы заметить, что я чем-то отличаюсь от них и не столь глуп, потихоньку избивали меня.</p>
     <p>Два года длились бессмысленные истязания. Страшно быть связанным по рукам и ногам, еще страшнее, если тебя при этом грызут крысы. Крысами были мои тюремщики, и они выгрызали мой мозг, выгрызали лучшее во мне, выгрызали мою душу. А я, я, который в прежней жизни был отважным бойцом, в настоящей моей жизни никак не годился для борьбы. Я был фермером, агрономом, кабинетным ученым, рабом лабораторий и думал только о земле и о том, как увеличить ее плодородие.</p>
     <p>Я сражался на Филиппинах, потому что такова была традиция рода Стэндингов. Я же не испытывал к этому никакой тяги. Все это было слишком нелепо: зачем понадобилось кому-то поражать тела маленьких темнокожих инородцев чужеродным взрывчатым веществом! Странно было наблюдать, как наука проституирует всю мощь своих открытий и мозг изобретателей, насильственно вводя в тела темнокожих чужеродное взрывчатое вещество.</p>
     <p>Как я уже сказал, следуя установившейся в роду Стэндингов традиции, я стал солдатом и пришел к заключению, что у меня нет ни малейшей склонности к военному ремеслу. К такому же выводу пришло, по-видимому, и мое начальство, потому что довольно скоро меня назначили штабным писарем, и вот так, сидя за письменным столом, я и провоевал всю испано-американскую войну.</p>
     <p>Как видите, непроизводительность труда в ткацкой мастерской приводила меня в такое бешенство отнюдь не потому, что я был бойцом по натуре, а именно потому, что по натуре я был мыслителем. За это я подвергался преследованиям со стороны тюремщиков и попал в разряд «неисправимых». Человеческий мозг работает сам по себе, и я понес наказание за его независимость. Вот что я сказал начальнику тюрьмы Азертону, когда моя «неисправимость» стала настолько общеизвестной, что он вызвал меня к себе, в свой личный кабинет, чтобы усовестить: «Ведь это же нелепо, начальник, предполагать, что ваши крысодавы-надзиратели способны выбить из моего мозга то, что сложилось в нем ясно и отчетливо. Вся постановка дела в этой тюрьме нелепа. Вы политик. Вы умеете ткать паутину интриг и превращать политическое влияние барменов Сан-Франциско и всяких их прихлебателей в тепленькое местечко, вроде того, какое вы сейчас занимаете, но вы не умеете ткать джут, в этом вы ничего не смыслите. Ваша ткацкая мастерская устарела на полсотни лет…»</p>
     <p>Но стоит ли повторять всю эту тираду — ибо я произнес настоящую тираду. Я объяснил ему, какой он дурак, и он решил, что я неисправим безнадежно. Назови собаку бешеной… Ну, вам известна эта пословица.</p>
     <p>Прекрасно. Начальник тюрьмы Азертон окончательно закрепил за мной мою репутацию. Я был отличным козлом отпущения.</p>
     <p>Не раз и не два сваливали на меня провинности других заключенных, и я, расплачиваясь за них, попадал в карцер на хлеб и воду. Или же меня подвешивали за большие пальцы и оставляли так на долгие часы, каждый из которых казался мне более нескончаемым, чем любая из прожитых мною прежних жизней.</p>
     <p>Умные люди часто бывают жестоки. Глупые люди жестоки сверх всякой меры. Все, кому я подчинялся, от начальника тюрьмы и до последнего надзирателя, были тупыми животными. Сейчас вы узнаете, что они сделали со мной.</p>
     <p>В тюрьме содержался один заключенный — поэт. Это был выродок с безвольным подбородком и низким лбом. И фальшивомонетчик. И трус. И доносчик. И легавый. Несколько необычное слово, скажете вы, для профессора агрономии, но даже профессор агрономии легко может научиться писать необычные слова, если его заточить в тюрьму пожизненно.</p>
     <p>Поэта-фальшивомонетчика звали Сесил Уинвуд. Он уже не впервые попадал за решетку и не впервые был осужден, но тем не менее на этот раз его приговорили всего к семи годам тюрьмы, потому что он был доносчик и предатель. А за примерное поведение ему могли сократить и этот срок. Мой же срок истекал вместе с моей жизнью. Однако этот жалкий выродок, стремясь отвоевать себе еще несколько коротеньких лет свободы, ухитрился вдобавок к моему пожизненному заключению подарить мне основательный кусок вечности.</p>
     <p>События, о которых я расскажу вам по порядку, сам я узнал далеко не сразу и не в их хронологической последовательности.</p>
     <p>Этот Сесил Уинвуд, желая завоевать расположение всего тюремного начальства, начиная от надзирателей и начальника тюрьмы и кончая тюремной инспекцией и губернатором штата, подстроил доказательства якобы задуманного побега. Теперь отметьте следующие три обстоятельства: а) все заключенные так презирали Сесила Уинвуда, что ему не разрешили бы даже поставить щепотку табака в клопиных бегах, а клопиные бега были излюбленным развлечением заключенных; б) я был собакой, которую назвали бешеной; в) для вымышленного побега Сесилу Уинвуду требовались такие собаки — кто-нибудь из пожизненно заключенных, из отпетых, из неисправимых.</p>
     <p>Но пожизненно заключенные презирали Сесила Уинвуда, и когда он предложил им свой план массового побега, они подняли его на смех и обругали — все знали, что он доносчик. Однако в конце концов он их все-таки одурачил — одурачил сорок самых умных и хитрых голов в тюрьме. Он приставал к ним снова и снова. Рассказывал им о влиянии, которым пользуется в тюрьме, потому что он писарь в конторе тюрьмы и имеет свободный доступ в тюремную аптеку.</p>
     <p>— Докажи, — сказал ему горец Билл Ходж, по прозвищу Длинный, отбывавший пожизненное заключение за ограбление поезда и годами носивший в душе одну заветную мечту: тем или иным способом вырваться на волю, чтобы убить своего соучастника по ограблению, который дал против него показания на суде.</p>
     <p>Сесил Уинвуд принял предложенное испытание. Он объявил, что усыпит стражу в ночь побега.</p>
     <p>— Слова дешево стоят, — сказал ему Длинный Билл Ходж. — Нам нужен товар. Усыпи сторожа сегодня ночью. Дежурит Барием. Он последняя тварь. Он избил вчера помешанного китаезу в коридоре спятивших. Да еще когда избил-то — уже с дежурства сменился. Сегодня он дежурит ночью. Усыпи его — пускай-ка его выгонят отсюда. Сделаешь это, тогда будем говорить с тобой о деле.</p>
     <p>Все это Длинный Билл рассказывал мне впоследствии. Сесил Уинвуд запротестовал против столь немедленного испытания. Ему нужно время, чтобы выкрасть снотворное из аптеки, сказал он.</p>
     <p>Время ему было дано, и неделю спустя он заявил, что все готово.</p>
     <p>Сорок умудренных горьким опытом преступников, приговоренных к пожизненному заключению, стали ждать, заснет ли Барием или не заснет. И Барием заснул. Его застали спящим и уволили за то, что он уснул на дежурстве.</p>
     <p>Это убедило заключенных. Оставалось убедить старшего надзирателя. А Сесил Уинвуд ежедневно докладывал ему до мельчайших подробностей, как движется подготовка к побегу, созданная его фантазией. Надзиратель захотел убедиться своими глазами. Уинвуд предоставил ему эту возможность. О том, как это было сделано, я узнал лишь год спустя — так медленно открываются тайные тюремные интриги.</p>
     <p>Уинвуд заявил, что сорок заключенных, замысливших побег и доверивших ему свою тайну, уже обрели такое влияние в тюрьме, что все подготовлено для доставки им в тюрьму пистолетов при содействии подкупленных ими сторожей.</p>
     <p>— Докажи, — вероятно, потребовал надзиратель.</p>
     <p>И поэт-фальшивомонетчик доказал. В пекарне, как правило, работа велась круглые сутки. Один из заключенных — пекарь, работавший в первой ночной смене, наушничал старшему надзирателю, и Уинвуду это было известно.</p>
     <p>— Сегодня ночью, — сказал Уинвуд надзирателю, — Саммерфейс пронесет в тюрьму дюжину пистолетов сорок четвертого калибра. В свое последующее дежурство он доставит патроны. А сегодня ночью в пекарне он передаст эти пистолеты мне. У вас там есть свой человек. Завтра утром он сам обо всем вам доложит.</p>
     <p>Этот Саммерфейс был рослый детина родом из округа Гумбольдт. Простодушный, покладистый и недалекий малый, он не прочь был заработать доллар-другой, пронося в тюрьму табак для заключенных. В ту ночь он только что возвратился из поездки в Сан-Франциско и привез с собой пятнадцать фунтов хорошего курительного табаку. Он проделывал это и раньше и обычно передавал табак Сесилу Уинвуду. Совершенно так же поступил он и на этот раз: не подозревая ничего худого, он передал в пекарне свой табак Уинвуду. Это был довольно основательный сверток в оберточной бумаге, не содержавшей ровно ничего, кроме безобидного табака. Пекарь-доносчик увидел из засады, что Уинвуду передают какой-то сверток, и на следующее утро доложил об этом старшему надзирателю.</p>
     <p>И вот тут-то поэт-фальшивомонетчик не сумел обуздать полета своей чересчур живой фантазии. Он перегнул палку, и я угодил в одиночную камеру на пять лет, а потом в камеру смертников, в которой и пишу сейчас эти строки. Но в те дни я и не подозревал о том, что произошло. Я даже не знал о подготовке побега, в которую Сесил Уинвуд вовлек сорок пожизненно заключенных.</p>
     <p>Я не знал ничего, абсолютно ничего. И остальные знали лишь немногим больше. Заключенные не знали, что Сесил Уинвуд задумал их предать. Надзиратель не знал, что Сесил Уинвуд водит его за нос. Еще меньше подозревал о чем-либо Саммерфейс.</p>
     <p>В худшем случае на его совести лежала только доставка табака заключенным.</p>
     <p>Теперь послушайте, какую нелепость, какую мелодраматическую чушь брякнул Сесил Уинвуд. На следующее утро, представ перед старшим надзирателем, он ликовал. И его фантазия сорвалась с узды.</p>
     <p>— Да, ты не соврал, он действительно передал пакет, — начал надзиратель.</p>
     <p>— И содержимое этого пакета вполне достаточно, чтобы вся тюрьма взлетела на воздух, — объявил Уинвуд.</p>
     <p>— Какого содержимого? — оторопел надзиратель.</p>
     <p>— Динамита и детонаторов, — выпалил этот идиот. — Тридцать пять фунтов. Ваш человек видел, как Саммерфейс передал все это мне.</p>
     <p>Вероятно, надзирателя тут едва не хватил удар. Его можно только пожалеть. Шутка ли — тридцать пять фунтов динамита в тюрьме!</p>
     <p>Говорят, что капитан Джеми (так его прозвали) упал на стул и схватился руками за голову.</p>
     <p>— Где же этот динамит? — закричал он. — Я должен забрать его немедленно. Сейчас же веди меня туда!</p>
     <p>И тут Сесил Уинвуд понял свою ошибку.</p>
     <p>— Я спрятал динамит, — солгал он.</p>
     <p>Теперь уж он был вынужден лгать дальше, так как в свертке не было ничего, кроме маленьких пакетиков табака, и все они уже давно разошлись обычным путем между заключенными.</p>
     <p>— Очень хорошо, — сказал капитан Джеми, беря себя в руки. — Сейчас же отведи меня туда.</p>
     <p>Но вести старшего надзирателя было некуда, так как никакого динамита нигде спрятано не было. Его попросту не существовало, ни сейчас, ни раньше — не существовало нигде, кроме как в воображении подлеца Уинвуда.</p>
     <p>В такой большой тюрьме, как Сен-Квентин, всегда найдется немало укромных закоулков. И пока Сесил Уинвуд шагал рядом с капитаном Джеми, его мысль, надо полагать, работала с бешеной быстротой.</p>
     <p>Как докладывал впоследствии капитан Джеми главному тюремному начальству — и это подтвердил сам Уинвуд, — по дороге к тайнику Уинвуд сказал, что я прятал динамит вместе с ним.</p>
     <p>А меня только что выпустили из карцера, где я пробыл пять суток, и из них — восемьдесят часов в смирительной рубашке, и так ослабел, что даже тупые тюремщики поняли это и решили не посылать меня сразу в ткацкую. И вот он указал на меня, в тот момент, когда мне разрешили отдохнуть денек, чтобы восстановить силы после слишком сурового наказания! Да, именно меня назвал он своим сообщником, помогавшим ему спрятать тридцать пять фунтов несуществующего динамита!</p>
     <p>Уинвуд привел капитана Джеми к предполагаемому тайнику.</p>
     <p>Разумеется, они не обнаружили там никакого динамита.</p>
     <p>— Боже мой! — притворно ужаснулся Уинвуд. — Стэндинг провел меня. Он перепрятал пакеты в другое место.</p>
     <p>У старшего надзирателя вырвалось нечто более выразительное, чем «Боже мой!». А затем, вне себя от бешенства, однако внешне не теряя хладнокровии, он отвел Уинвуда к себе в кабинет, запер дверь и страшно его избил, что впоследствии дошло до высшего тюремного начальства. Но это произошло значительно позже. Уинвуд даже во время побоев клялся, что сказал истинную правду.</p>
     <p>Что оставалось делать капитану Джеми? Он искренне верил, что где-то в тюрьме спрятаны тридцать пять фунтов динамита и сорок отпетых преступников, приговоренных к пожизненному заключению, готовятся к побегу. Ну, разумеется он допросил Саммерфейса, и хотя Саммерфейс утверждал, что в свертке не было ничего, кроме табака, Уинвуд снова поклялся что там был динамит, и ему поверили. В этот момент на сцене появляюсь я, вернее, наоборот — совсем схожу со сцены, ибо меня лишают дневного света и сияния солнечных лучей и бросают в карцер. И в этом карцере, в одиночном заключении, лишенный света и сияния солнечных лучей, я принужден гнить пять долгих лет. Я ничего не мог понять. Меня только что освободили из одиночки, и я, измученный, истерзанный, лежал на койке в своей камере, как вдруг меня слова бросили в карцер.</p>
     <p>— Теперь, — сказал Уинвуд капитану Джеми, — хотя мы и не знаем, где спрятан динамит, никакая опасность нам от этого не угрожает. Стэндинг единственный человек, которому известен тайник, а из карцера он никому ничего сообщить но сможет. Заключенные готовы к побегу. Мы можем захватить их во время попытки. Они ждут только моего сигнала. Я скажу им, чтобы сегодня ночью, в два часа, они были готовы, что я подсыплю часовым снотворное, а потом отомкну камеры я раздам всем пистолеты. Если сегодня ночью, надзиратель, вы не поймаете с поличным в полной готовности к побегу, в одежде и бодрствующими всех сорок, которых я вам назову, тогда можете посадить меня в одиночку до конца моего срока. А когда, кроме Стэндинга, и все остальные сорок будут надежно запрятаны в карцер, у нас времени будет хоть отбавляй, чтобы разыскать этот динамит.</p>
     <p>— Даже если бы нам пришлось для этого разобрать по кирпичику всю тюрьму, — храбро заявил капитан Джеми.</p>
     <p>Все это было шесть лет назад. За истекшее время им, конечно, так и не удалось обнаружить этого никогда не существовавшего динамита, хотя они тысячу тысяч раз перетряхивали всю тюрьму, пытаясь его разыскать. Тем не менее до последней минуты своего пребывания на посту начальника тюрьмы Азертоп верил в существование этого динамита. Капитан Джеми, который и сейчас остается там старшим надзирателем, и по сей день уверен, что динамит спрятан где-то в недрах тюрьмы. Не далее как вчера он проделал весь путь от Сен-Квентина до Фолеома, чтобы сделать еще одну попытку вынудить у меня признание о местонахождении этого тайника. Я знаю, что он не обретет душевного покоя до тех пор, пока меня не повесят.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <p>Весь тот день, в карцере, я ломал себе голову, стараясь понять, за что обрушилась на меня эта новая и незаслуженная кара. В конце концов я пришел к единственному возможному заключению: какой-нибудь доносчик, чтобы снискать расположение начальства, приписал мне нарушение правил тюремного распорядка.</p>
     <p>Тем временем капитан Джеми находился в состоянии сильнейшего беспокойства, ожидая наступления ночи, а Уинвуд сообщил сорока пожизненно заключенным, чтобы они были готовы к побегу. В два часа пополуночи вся тюремная охрана была на ногах и готова к действию. Все надзиратели, даже дневная смена, которая в это время обычно спала. Когда пробило два часа, они ворвались в камеры сорока пожизненно заключенных. Они ворвались во все камеры одновременно. Внезапно распахнулись все двери, и все сорок человек, которых назвал Уинвуд, все без исключения, оказались одетыми: ни один не лежал на своей койке, все притаились в ожидании у дверей. Разумеется, это послужило неопровержимым подтверждением того хитросплетения лжи, которым поэт-фальшивомонетчик опутал капитана Джеми.</p>
     <p>Сорок заключенных были застигнуты на месте преступления в полной готовности к побегу. Какое могло иметь значение, если впоследствии они все, как один, утверждали, что план побега был задуман Уинвудом? Все тюремное начальство было уверено, что сорок заключенных лгут, чтобы спасти свою шкуру. Комиссия по амнистиям была уверена в том же — не прошло и трех месяцев, как Сесил Уинвуд, фальшивомонетчик и поэт, самый презренный из людей, получил амнистию.</p>
     <p>Что ж, тюрьма — хорошее испытание и хорошая школа для философа. Тот, кто выдержал несколько лет заключения, обязательно видит, как разлетаются прахом самые дорогие ему иллюзии и лопаются мыльные пузыри прекрасных метафизических умозаключений. Истина бессмертна, учат нас, рано или поздно преступление выйдет наружу. Ну так вот вам доказательство того, что преступление не всегда выходит наряжу. Старший надзиратель, начальник тюрьмы Азертон и все высшее тюремное начальство, все до единого человека, и по сей день верят в существование динамита, который существовал только в сорвавшемся с тормозов воображении некоего выродка, фальшивомонетчика и поэта — Сесила Уинвуда. И Сесил Уинвуд все еще жив, в то время как я, самый безвинный, самый непричастный к этому делу человек, именно я буду отправлен на виселицу через несколько недель.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>А теперь я расскажу вам, как сорок пожизненно заключенных внезапно нарушили мертвую тишину моего карцера. Я спал.</p>
     <p>Стук двери, ведущей в коридор, где расположены карцеры, разбудил меня. Еще какой-то бедняга, подумалось мне. Крепко ему достается, решил я, услыхав громкий топот, глухие удары, внезапные возгласы боли, отборную брань и шорох волочимых по полу тел: всех сорок заключенных зверски избили по дороге и карцер.</p>
     <p>Одна за другой отворялись двери карцеров, и кого-то вталкивали, кого-то втаскивали, кого-то швыряли туда. И снова и снова появлялись тюремщики с новой партией избитых заключенных, которых они продолжали избивать, и снова и снова отворялись двери карцеров и поглощали окровавленные тела людей, повинных в том, что они мечтали о свободе.</p>
     <p>Оглядываясь назад, я вижу, что нужно быть поистине философом, чтобы на протяжении долгих лет выдерживать эти чудовищные сцены, порой становясь их участником. Я такой философ. В течение восьми лет я выносил эту пытку, и теперь, наконец, отчаявшись освободиться от меня иным путем, мои тюремщики прибегли к содействию государственной машины, чтобы накинуть мне петлю на шею и удушить меня весом моего же тела. О, я знаю, ученые эксперты высказывают свое весьма ученое суждение о том, что при падении в люк у жертвы ломаются шейные позвонки.</p>
     <p>Ну, а жертвы, подобно шекспировскому путнику, больше не возвращаются в этот мир, чтобы доказать, что это не совсем так.</p>
     <p>Однако мы, живущие в тюрьме, знаем о тайнах, не выходящих за пределы тюремного морга, — о повешенных, чьи шейные позвонки оставались целы и невредимы.</p>
     <p>Странная вещь — повешение. Я никогда не видел, как вешают, но наблюдавшие эту казнь описывали мне ее во всех подробностях десятки раз, так что я очень хорошо знаю, что произойдет со мной. Я буду стоять на крышке люка, руки и ноги в кандалах, черный капюшон надвинут на глаза, узел петли за правым ухом — под моими ногами разверзнется дыра, и я буду падать до тех пор, пока веревка, натянувшаяся до отказа под тяжестью моего тела, не прекратит внезапно моего падения. После чего вокруг меня столпятся врачи и один за другим будут взбираться, на табурет и, обхватив руками мое тело, чтобы приостановить его мерное раскачивание, будут прижиматься ухом к моей груди и считать затихающие удары сердца. Бывает, что и двадцать минут истечет с того мгновения, как откроется люк, до того мгновения, когда сердце стукнет в последний раз. Но можете мне поверить: они постараются самым научным способом удостовериться в том, что человек действительно лишился жизни, после того как ему накинули петлю на шею.</p>
     <p>Я намерен несколько отклониться в сторону от моего повествования и задать два-три вопроса обществу. Я имею право и отклоняться и задавать вопросы: ведь в самом непродолжительном времени меня выведут из этой камеры и сделают со мной то, что я только что описал. Так вот: если шейные позвонки жертвы непременно должны сломаться благодаря вышеупомянутому хитроумному расположению узла и петли, а также точному расчету веса жертвы и длины веревки, зачем же тогда, спрашивается, заковывают руки жертвы в кандалы? Общество в целом не в состоянии ответить на этот вопрос. Но я знаю, для чего это делается.</p>
     <p>И это знает каждый палач-любитель, хотя бы раз принимавший участие в линчевании и видевший, как жертва хватается руками за веревку, чтобы ослабить стягивающую горло петлю, которая ее душит.</p>
     <p>И еще один вопрос задам я самодовольному, закутанному в благополучие, как в ватку, члену современного общества, душа которого никогда не спускалась в преисподнюю: зачем закрывают они голову и лицо жертвы черным колпаком прежде, чем открыть люк под его ногами? И не забудьте, что в самом непродолжительном времени этот черный колпак будет надет на голову мне. Так что я имею право спрашивать. Или они, эти псы, эти твои верные цепные псы, о самодовольный обыватель, страшатся взглянуть в лицо жертвы, в котором, как в зеркале, отразится весь ужас того преступления, которое они совершают над нами для вас и по вашему приказу?!</p>
     <p>Не забывайте, что я задаю этот вопрос не в год тысяча двухсотый от рождества Христова, и не в год рождения Христа, и не в год тысяча двухсотый до рождества Христова. Я, которого повесят в этом году, в году тысяча девятьсот тринадцатом от рождества Христова, задаю эти вопросы вам, тем, кто, как принято думать, является последователем Христа, вам, чьи цепные псы, чьи гнусные прислужники-вешатели выведут меня из моей камеры и спрячут мое лицо под куском черной материи, ибо они не осмеливаются взглянуть на страшное злодеяние, которое они совершат надо мной, пока я еще буду жив.</p>
     <p>Но вернемся к тому, что происходило у нас в карцерах. Когда последний надзиратель удалился и дверь коридора захлопнулась за ним, все сорок избитых, растерявшихся людей начали переговариваться и задавать друг другу вопросы. Но тут один из пожизненно заключенных, великан-матрос по прозвищу Брамсель Джек, заревел, словно бык, требуя тишины, чтобы можно было произвести перекличку. Все карцеры были заполнены, и вот из каждого карцера по очереди стало доноситься, сколько в нем заперто человек и как их зовут. Таким образом было установлено, что в карцерах находятся только проверенные люди и можно не опасаться, что нас подслушивает доносчик.</p>
     <p>Только я, единственный из всех, вызывал у заключенных подозрение, потому что только я не принимал участие в подготовке к побегу. И я был подвергнут самому придирчивому допросу.</p>
     <p>А что я мог им сообщить? Сегодня утром, едва с меня сняли смирительную рубашку и вывели из карцера, как тут же, без малейшего, насколько я мог понять, повода, меня снова швырнули в карцер. Но моя репутация «неисправимого» сослужила мне на сей раз хорошую службу, и скоро они заговорили о деле.</p>
     <p>Я лежал и слушал и лишь тут впервые узнал о том, что готовился побег.</p>
     <p>«Кто же донес?» — этот единственный вопрос был у всех на устах, и всю ночь до рассвета он повторялся снова и снова. Сесила Уинвуда среди брошенных в карцеры не оказалось, и подозрение пало на него.</p>
     <p>— Остается только одно, ребята, — сказал в конце концов Брамсель Джек.</p>
     <p>— Скоро утро, и, значит, скоро всех нас выволокут отсюда и начнут спускать шкуру. Нас поймали что называется с поличным: ночью, в одежде. Уинвуд обманул нас и донес. Они возьмут отсюда всех, одного за другим, и превратят в котлеты. Нас сорок человек. Значит, всякое вранье непременно выйдет наружу. Поэтому каждый, когда из него начнут вытряхивать душу, должен говорить правду, всю правду, и ничего, кроме правды, как под присягой.</p>
     <p>И там, в этой темной яме, созданной людской бесчеловечностью, четыре десятка пожизненно заключенных преступников, прижавшись лицом к чугунным решеткам дверей, один за другим торжественно поклялись говорить только правду.</p>
     <p>Однако их правдивость принесла им мало пользы. В девять часов утра наши тюремщики — эти наемные убийцы на службе у самодовольных обывателей, олицетворяющих государство, — сытые, хорошо выспавшиеся тюремщики набросились на нас. Мы же не только ничего не ели, нас лишили даже воды. А избитого человека обычно лихорадит. Хотелось бы мне знать, читатель, имеешь ли ты хоть малейшее представление о том, что такое избитый заключенный? «Обработали» — так называется это на нашем языке.</p>
     <p>Впрочем, нет, я не стану рассказывать об этом. Достаточно для тебя узнать, что жестоко избитые, страдавшие от жажды люди семь часов оставались без воды.</p>
     <p>В девять часов появились наши тюремщики. Их было не слишком много. Да много и не требовалось — ведь они отпирали карцеры по одному. Все они были вооружены рукоятками от мотыг. Это очень удобное орудие для «дисциплинирования» беззащитного человека. Двери карцеров отворялись одна за другой, и — карцер за карцером — осужденных на пожизненное заключение людей избивали, превращали в котлету. Впрочем, они проявили полное беспристрастие: меня избили, как и всех остальных.</p>
     <p>И это было только началом, так сказать, прелюдией к допросу, которому должны были быть подвергнуты все заключенные поочередно в присутствии наемных палачей штата. Это было предупреждением, чтобы каждый мог почувствовать, что ожидает его на допросе.</p>
     <p>Я прошел через все муки тюремной жизни, через нечеловеческие муки, но страшнее всего, куда страшнее даже того, что готовят мне в недалеком будущем, был тот ад, который воцарился в карцерах в последующие дни.</p>
     <p>Первым на допрос взяли Длинного Вилла Ходжа, закаленного горца. Он возвратился через два часа — вернее, они притащили его обратно и швырнули на каменный пол карцера. Затем они увели Луиджи Поладзо, сан-францисского бандита, чьи родители переехали в Америку незадолго до того, как он появился на свет. Он издевался над тюремщиками, дразнил их, предлагая показать, на что они способны.</p>
     <p>Прошло немало времени, прежде чем Длинный Билл Ходж нашел в себе силы совладать с болью и произнести что-нибудь членораздельное.</p>
     <p>— Что это еще за динамит? — спросил он наконец. — Кто знает что-нибудь о динамите?</p>
     <p>И, разумеется, никто ничего не знал, хотя допрашивали только об этом.</p>
     <p>Луиджи Поладзо вернулся даже раньше чем через два часа, но это было уже лишь какое-то подобие человека: он что-то бормотал, как в бреду, и не мог ответить ни на один вопрос, а вопросы сыпались на него градом в нашем гулком каменном коридоре, ибо остальным еще предстояло пройти через то, что он испытал, и всем хотелось узнать, что с ним делали и о чем спрашивали.</p>
     <p>Еще дважды на протяжении двух суток Луиджи уводили на допрос, когда же он превратился в бессмысленного идиота, его навсегда отправили в отделение для умалишенных. У Луиджи на редкость крепкое здоровье. У него широкие плечи, могучая грудная клетка, крупные ноздри, хорошая, чистая кровь: он будет еще долго лопотать что-то в камере для умалишенных, после того как я повисну в петле и навсегда избегну истязаний в каторжных тюрьмах Калифорнии.</p>
     <p>Одного за другим — и всякий раз по одному — заключенных уводили из камер, и один за другим, воя и стеная во мраке, обратно возвращались сломленные и телом и духом люди. А я лежал в своем карцере и прислушивался к этим стонам и воплям, к бессмысленному бормотанию одуревших от боли существ, и смутные воспоминания рождались в моей душе: мне начинало казаться, что когда-то я, надменный и бесстрастный, сидел на высоком помосте и до меня доносились такие же вопли и стоны. Впоследствии, как вы увидите, я открыл источник этих воспоминаний, узнал, что эти стоны и вопли доносились со скамей, к которым были прикованы гребцы-рабы, а я, римский военачальник, слушал их, сидя на корме одной из галер Древнего Рима. Это было, когда я плыл в Александрию по пути в Иерусалим… Но об этом я расскажу позднее. А пока…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <p>А пока я был во власти ужаса, наблюдая то, что творилось в карцерах, после того как был обнаружен готовившийся побег.</p>
     <p>Ни на секунду за все эти бесконечные часы ожидания, ни на секунду не покидала меня мысль о том, что рано или поздно настанет и мой черед отправиться тем же путем, как и другие заключенные, что и меня, как и других, подвергнут чудовищным мукам допроса, а потом принесут обратно утратившим человеческий облик и швырнут на каменный пол за обитую железом дверь карцера.</p>
     <p>И за мной пришли. Безжалостно, грубо, с пинками и проклятиями, погнали куда-то, и я предстал перед капитаном Джеми и начальником тюрьмы Азертоном, окруженными своими подручными — наймитами штата Калифорния и налогоплательщиков: с полдюжины палачей-надзирателей топталось в комнате, ожидая приказаний. Но их услуги не понадобились.</p>
     <p>— Садись, — сказал мне начальник Азертон, указав на крепкое деревянное кресло.</p>
     <p>Но я, избитый и измученный, весь день и всю ночь страдавший от жажды, ослабевший от голода и побоев, обрушившихся на меня после пяти дней карцера и восьмидесяти часов смирительной рубашки, подавленный бедственной нашей судьбой и трепещущий перед предстоящим допросом (я ведь знал, что сделали с другими заключенными), словом, я, жалкое, дрожащее подобие человека и бывший профессор агрономии в тихом университетском городке, я колебался, не решаясь сесть.</p>
     <p>Начальник тюрьмы Азертон был крупный мужчина могучего сложения. Его руки ухватили меня за плечи, и во власти этой силищи я почувствовал себя соломинкой. Он приподнял меня над полом и со всего маху швырнул в кресло.</p>
     <p>— А теперь, — сказал он, в то время как я старался подавить крик боли и с трудом переводил дыхание, — ты расскажешь мне все, что тебе об этом известно, Стэндинг. Выкладывай, все выкладывай, если хочешь остаться цел.</p>
     <p>— Я не знаю, что произошло, решительно ничего не знаю… — начал я.</p>
     <p>Вот и все, что я успел сказать. С рычанием он кинулся на меня, снова высоко поднял и швырнул в кресло.</p>
     <p>— Брось валять дурака, Стэндинг, — угрожающе произнес он. — Выкладывай все как есть. Где динамит?</p>
     <p>— И ничего не знаю ни о каком динамите, — возразил я.</p>
     <p>И снова я был поднят и брошен в кресло.</p>
     <p>Меня не раз подвергали самым разнообразным пыткам, но когда теперь в тишине последних оставшихся мне дней жизни я размышляю над этим, меня не покидает уверенность в том, что никакая пытка не сравнится с этим швырянием в кресло.</p>
     <p>Крепкое кресло постепенно превращалось в обломки под ударами моего тела. Потом принесли другое кресло, и вскоре и оно было разломано в щепы. Но приносили еще кресла, и снова и снова раздавался все тот же вопрос: «Где динамит?»</p>
     <p>Когда начальник тюрьмы утомился, ею сменил капитан Джеми, а затем тюремщик Моноэн пришел на смену капитану Джеми и тоже принялся вколачивать меня в кресло: «Где динамит? Где динамит? Где динамит?» А динамита не было. К концу допроса я с радостью отдал бы свою бессмертную душу за несколько фунтов динамита, местонахождение которого я мог бы указать.</p>
     <p>Не знаю, сколько кресел сломалось под ударами моего тела.</p>
     <p>Бессчетное количество раз я терял сознание, и в конце концов все слилось в какой-то смутный кошмар. Меня пинками заставили идти куда-то, потом полунесли, полуволочили по темному коридору. А когда я очнулся в своей камере, то обнаружил там доносчика. Это был тщедушный человечек с мертвенно-бледным лицом наркомана, заключенный на короткий срок и готовый решительно на все, лишь бы раздобыть наркотик. Едва я увидал его, как тотчас подполз к решетке и крикнул из последних сил:</p>
     <p>— Ко мне подсадили легавого, ребята, — Игнатиуса Ирвина! Держите язык за зубами!</p>
     <p>И такой взрыв бешеной ругани прогремел мне в ответ, что тут, пожалуй, струхнул бы и более отважный человек, чем Игнатиус Ирвин. Он же до того перетрусил, что на него жалко было смотреть. А избитые заключенные, рыча от боли и ярости, словно дикие звери, осыпали его угрозами и расписывали на все лады, что сделают они с ним, попадись он им только.</p>
     <p>Имей мы секреты, присутствие доносчика заставило бы нас прикусить язык. Ну, а так как мы ничего не знали и поклялись говорить правду, то никто и не подумал молчать в присутствии Игнатиуса Ирвина. История с динамитом была для всех главной и неразрешимой загадкой, она всех ставила в тупик не меньше, чем меня. И все обратились ко мне. Все заклинали меня чистосердечно признаться, если мне известно что-нибудь о динамите, и спасти их от дальнейших страданий. А я мог ответить им только истинную правду: я ничего не знаю об этом динамите.</p>
     <p>Прежде чем надзиратели увели от меня Ирвина, я успел узнать от него одну новость, показавшую, что эта история с динамитом — дело не шуточное. Я, разумеется, передал эту новость дальше. Ирвин сказал, что в тот день в тюрьме не работала ни одна мастерская. Тысячи заключенных оставались взаперти в своих камерах, и похоже было на то, что работа не возобновится, пока не сыщется динамит, который кто-то ухитрился где-то спрятать.</p>
     <p>А допросы все продолжались. По-прежнему заключенных выводили поодиночке из карцеров и приволакивали или приносили на носилках обратно. От них мы узнали, что начальник тюрьмы Азертон и капитан Джеми, совсем обессилев, начали сменять друг друга каждые два часа. Пока один спал, другой допрашивал.</p>
     <p>А спать им приходилось, не раздеваясь, в той самой комнате, в которой сильных, здоровых мужчин одного за другим превращали в калек.</p>
     <p>И час за часом во мраке карцеров рос леденивший нас ужас. О, поверьте мне, ибо я знаю: быть повешенным — это пустяк по сравнению с теми страданиями, которым может подвергнуться человек при жизни — и все же продолжать жить. Я сам наравне с остальными заключенными терпел нечеловеческую боль и муки жажды. Но мои страдания усиливались еще тем, что я не был равнодушен к страданиям других. Два года назад я попал в категорию «неисправимых», и страдания закалили мои нервы и мозг.</p>
     <p>Сильный человек, когда он сломлен, представляет собой страшное зрелище. А вокруг меня находилось сорок сильных мужчин, тело и дух которых были сломаны. Вопли изнемогавших от жажды людей не умолкали, и все это вместе напоминало сумасшедший дом: крики, стоны, бормотания, горячечный бред…</p>
     <p>Вы поняли, что произошло? Нас погубила наша клятва говорить только правду. Когда сорок человек с полным единодушием стали утверждать одно и то же, начальник тюрьмы и капитан Джеми сделали из этого один-единственный вывод: наши показания это хорошо затверженная ложь, которую каждый из сорока повторяет, как попугай.</p>
     <p>Надо признать, что положение тюремного начальства тоже по-своему было отчаянным. Как я узнал впоследствии, срочно, по телеграфу было созвано специальное совещание тюремного управления, и в тюрьму прибыло два отряда милиции штата.</p>
     <p>Стояла зима, а зимой даже в Калифорнии мороз бывает порой весьма жесток. В карцерах заключенным не полагается даже одеял. Поверьте, избитому в кровь человеку очень холодно лежать на заиндевевшем каменном полу. А воду они нам в конце концов дали. Осыпая нас руганью и насмешками, надзиратели приволокли пожарные шланги и часами хлестали по карцерам сильной струей воды, хлестали до тех пор, пока не разбередили заново все наши раны. Вода доходила нам уже до колен, и если раньше мы бредили водой, молили о воде, то теперь мы неистовствовали, требуя, чтобы нас перестали поливать водой.</p>
     <p>Я умолчу о том, что происходило в карцерах дальше. Замечу мимоходом только, что ни один из сорока пожизненно заключенных не стал уже прежним человеком. К Луиджи Поладзо так и не вернулся рассудок. Длинный Билл Ходж мало-помалу свихнулся и примерно через год тоже был переведен в отделение для умалишенных. О да, и некоторые другие последовали за Хеджем и Поладзо! А кое у кого здоровье было настолько расшатано, что тюремный туберкулез быстро свел их в могилу. В течение последующих шести лет умерло десять человек из сорока.</p>
     <p>После пяти лет, проведенных в одиночном заключении, когда меня везли из тюрьмы Сен-Квентин на суд, я увидел Брамселя Джека. Не сказать, чтобы я мог разглядеть много. Впервые за пять лет выйдя из мрака на яркий солнечный свет, я был слеп, как летучая мышь, но все же при виде Брамселя Джека у меня заныло сердце. Я заметил его, когда шел через тюремный двор. Волосы у него совсем побелели. Еще молодой по годам, он стал стариком. Грудь у него ввалилась, щеки запали, руки тряслись, как у паралитика. Он еле ковылял и все время спотыкался. Когда он узнал меня, на глазах у него навернулись слезы: ведь и я превратился из человека в жалкую развалину. Мой вес едва достигал восьмидесяти семи фунтов. Мои поседевшие волосы отросли за пять лет, как грива. Усы и борода тоже основательно отросли за эти годы. И я, как и Джек, едва ковылял и спотыкался, и надзиратели поддерживали меня, пока я брел через залитый солнцем небольшой тюремный двор. Мы с Брамселем Джеком уставились друг на друга, и каждый из нас узнал в изуродованном подобии человека товарища по несчастью.</p>
     <p>Люди, подобные Брамселю Джеку, всегда пользуются некоторыми привилегиями даже в тюрьме, и поэтому он позволил себе некоторое нарушение тюремных правил: хриплым, дрожащим голосом он заговорил со мной.</p>
     <p>— Ты молодец, Стэндинг, — прохрипел он. — Так они от тебя ничего и не узнали.</p>
     <p>— Но я ничего и не знал, Джек, — прошептал я в ответ. Волей-неволей я вынужден был шептать, ибо, промолчав пять лет, почти разучился говорить. — Мне кажется, этого динамита никогда и не было вовсе.</p>
     <p>— Вот-вот, — закивал он, словно ребенок. — Стой на своем. Не говори им ничего. Ты молодец. Я крепко уважаю тебя, Стэндинг. Ты умеешь держать язык за зубами.</p>
     <p>И тут тюремщики увели меня, и больше я никогда не видел Брамселя Джека Было совершенно очевидно, что даже он уверовал в конце концов в эту сказку о динамите.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Трижды вызывало меня к себе тюремное начальство и поочередно то запугивало, то улещивало. Мне представили на выбор две возможности: если я открою, где находится динамит, я получу самое легкое наказание — тридцать дней в карцере, а затем буду назначен старостой тюремной библиотеки. Если же я предпочту упорствовать и не укажу, где хранится динамит, то останусь в одиночке на весь срок заключения. Ну, а поскольку я был приговорен к пожизненному заключению, это означало пожизненное заключение в одиночке.</p>
     <p>О нет! Калифорния — цивилизованная страна. Ничего подобного вы не обнаружите в своде законов этого штата. Это — небывалое, неслыханно жестокое наказание, и ни одно современное государство не пожелает нести ответственность за такой закон.</p>
     <p>Тем не менее я уже третий человек в истории Калифорнии, который был присужден к одиночному тюремному заключению пожизненно. Другие два — это Джек Оппенхеймер и Эд Моррел.</p>
     <p>Я скоро расскажу вам о них, ибо мне пришлось гнить с ними бок о бок в безмолвии одиночных камер.</p>
     <p>И еще вот что. Мои тюремщики намерены в скором времени вывести меня из тюрьмы и повесить. Нет, нет, не за убийство профессора Хаскелла. За это я был приговорен к пожизненному заключению. Они собираются вывести меня из тюрьмы и повесить, потому что я напал на надзирателя. А это уже не просто нарушение тюремной дисциплины. На это уже существует закон, занимающий свое место в уголовном кодексе.</p>
     <p>Кажется, я расквасил ему нос. Я не видел, шла ли у него носом кровь, но свидетели утверждают, что шла. Звали этого человека Сэрстон. Он был надзирателем в тюрьме Сен-Квентин, отличался отменным здоровьем и весил сто семьдесят фунтов.</p>
     <p>Я был слеп, как летучая мышь, весил меньше девяноста фунтов и так долго пробыл в узкой камере, замурованный между четырьмя стенами, что, очутившись на открытом пространстве, опьянел, и у меня закружилась голова. Несомненно, это был самый типичный, клинически чистый случай начальной стадии агорафобии <a l:href="#n_331" type="note">[331]</a>, и я убедился в этом в тот же день, когда вырвался из одиночки и ударил тюремщика Сэрстона в нос.</p>
     <p>Я расквасил ему нос, когда он преградил мне дорогу и попытался меня схватить. И вот теперь меня собираются повесить.</p>
     <p>По закону штата Калифорния, присужденный к пожизненному заключению преступник вроде меня, нанося удар надзирателю вроде Сэрстона, совершает уголовное деяние, караемое смертной казнью. Сэрстон, верно, уже через полчаса забыл, что у него шла из носа кровь, но тем не менее меня за это повесят!</p>
     <p>А теперь послушайте! В моем случае этот закон применен ex post facto <a l:href="#n_332" type="note">[332]</a>. Когда я убил профессора Хаскелла, такого закона еще не существовало. Он был принят уже после того, как я был приговорен к пожизненному заключению. И в этом-то вся суть: вынесенный мне приговор поставил меня в положение, при котором я мог подпасть под действие закона, еще не принятого.</p>
     <p>Ведь меня могут повесить за нападение на надзирателя Сэрстона только благодаря моему статусу пожизненно заключенного. Совершенно ясно, что это — решение ex post facto и, следовательно, противоречит конституции.</p>
     <p>Но какое значение имеет конституция для судей, если им нужно разделаться с небезызвестным профессором Даррелом Стэндингом? К тому же казнь моя отнюдь не будет беспрецедентной. Как известно всем, кто читает газеты, год назад здесь же, в Фолсемской тюрьме, за точно такое же преступление был повешен Джек Оппенхеймер… Только оскорбление действием выразилось тогда не в том, что Оппенхеймер расквасил нос тюремщику: он невзначай порезал одного из заключенных столовым ножом.</p>
     <p>Странная это штука — жизнь, и человеческие поступки, и законы, и хитросплетения судьбы. Я пишу эти строки в той самой камере, в Коридоре Убийц, в которой сидел Джек Оппенхеймер, пока его не вывели отсюда и не сделали с ним то, что собираются сделать со мной.</p>
     <p>Я предупредил вас, что мне нужно написать о многом.</p>
     <p>И я возвращаюсь к моему повествованию. Тюремное начальство предложило сделать выбор; если я укажу, где спрятан динамит, то буду назначен старостой тюремной библиотеки и освобожден от работы в ткацкой мастерской. Если же я откажусь сообщить его местонахождение, то до конца дней своих останусь в одиночке.</p>
     <p>Мне дали двадцать четыре часа смирительной рубашки, чтобы я мог поразмыслить над их ультиматумом. Затем я вторично предстал перед тюремным начальством. Что я мог сделать? Я же не мог указать им, где хранится динамит, когда никакого динамита не существовало. Я так им и сказал, а они сказали мне. что я лгу.</p>
     <p>Они сказали, что я — тяжелый случай, опасный преступник, выродок, один на столетие. И они сказали мне еще много кое-чего, а затем отправили меня обратно в одиночку. Меня поместили в одиночку номер один. В номере пятом сидел Эд Моррел. В номере двенадцатом находился Джек Оппенхеймер. И он сидел там уже десять лет. А Эд Моррел сидел первый год. Он был приговорен к пятидесяти годам заключения. Джек Оппенхеймер был осужден пожизненно, так же как и я. Казалось бы, всем нам троим предстоит пробыть там немалый срок. Однако прошло всего шесть лет, и уже никого из нас там нет. Джека Оппенхеймера повесили. Эд Моррел стал главным старостой Сен-Квентина и совсем на днях был помилован и выпущен на свободу. А я здесь, в Фолсемской тюрьме, жду, когда судья Морган в положенное время назначит день, который станет моим последним днем.</p>
     <p>Дураки! Словно они могут лишить меня моего бессмертия с помощью своего неуклюжего приспособления из веревки и деревянного помоста! О нет, еще бессчетное количество столетий я буду бродить снова и снова по этой прекрасной земле!</p>
     <p>И не бесплотным духом буду я — я буду владыкой и пахарем, ученым и невеждой, буду восседать на троне и стонать под ярмом.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <p>Очень тяжело и тоскливо было мне первые недели в одиночке, и часы тянулись нескончаемо долго. Ход времени отмечался сменой дня и ночи, сменой дежурных надзирателей. Днем становилось лишь чуть-чуть светлее, но и это было лучше непроглядной ночной тьмы. В одиночке день — всего лишь вязкий тусклый сумрак, с трудом просачивающийся снаружи, оттуда, где ликует солнечный свет.</p>
     <p>Никогда не бывает настолько светло, чтобы можно было читать. Да, кстати сказать, и читать-то нечего. Остается только лежать и думать, думать. А я был приговорен к пожизненному заключению, и это означало, что мне предстоит — если только я не сумею сотворить чудо, создав тридцать пять фунтов динамита из ничего, — все оставшиеся годы жизни провести в безмолвии и мраке.</p>
     <p>Постелью мне служил жидкий, набитый гнилой соломой тюфяк, брошенный на каменный пол. Укрывался я ветхим, грязным одеялом. Больше в камере не было ничего: ни стола, ни стула ничего, кроме этой тонкой соломенной подстилки и тонкого, вытертого от времени одеяла. А я привык мало спать и много думать.</p>
     <p>В одиночном заключении человек, оставленный наедине со своими мыслями, надоедает самому себе до тошноты, и тогда единственным спасением от самого себя служит сон. Годами я спал в среднем не больше пяти часов в сутки. Теперь я стал культивировать сон.</p>
     <p>Я сделал из этого науку. Я научился спать десять, затем двенадцать и, наконец, даже четырнадцать — пятнадцать часов в сутки. Но это был предел, и все остальное время я волей-неволей был вынужден лежать, бодрствовать и думать, думать. А для человека, наделенного живым умом и фантазией, это прямой путь к безумию.</p>
     <p>Я пускался на всякие ухищрения, чтобы хоть чем-то заполнить часы моего бодрствования. Я без конца возводил в квадратную и в кубическую степень всевозможные числа, заставляя себя сосредоточиться, и вычислял в уме самые невероятные геометрические прогрессии. Я даже принялся было искать, шутки ради, квадратуру круга… Но поймал себя на том, что начинаю верить в возможность разрешения этой неразрешимой задачи. Тогда, поняв, что это тоже грозит мне потерей рассудка, я отказался от поисков квадратуры круга, хотя, поверьте, это было для меня большой жертвой, так как подобное умственное упражнение великолепно помогало убивать время.</p>
     <p>Закрыв глаза и концентрируя внимание, я представлял себе шахматную доску и разыгрывал сам с собой длиннейшие шахматные партии. Но как только я достиг в этом совершенства, игра потеряла для меня интерес. Это было только времяпрепровождение, и ничего больше, ибо подлинная борьба невозможна, если игрок сражается сам с собой. Я пытался расщепить свою личность на две и противопоставить их друг другу, но все попытки были тщетны: я всегда оставался лишь одним игроком, играющим за двоих, и не мог обдумать не только целого плана игры, но даже ни единого хода без того, чтобы это не стало немедленно известно партнеру.</p>
     <p>И время тянулось медленно, мучительно тоскливо. Я играл с мухами, с обыкновенными мухами, которые проникали в камеру тем же путем, как и тусклый серый свет, и убедился, что им доступно чувство азарта. Например, лежа на полу своей камеры, я мысленно проводил на стене, футах в трех от пола, черту. Пока мухи садились на стену над этой чертой, я их не трогал. Но как только они залетали ниже черты, я пытался их поймать. Я был осторожен, старался не повредить им крылышки, и вскоре они уже знали ничуть не хуже меня, где проходит воображаемая черта. Когда им хотелось поиграть, они садились на стену ниже черты, и случалось, что какая-нибудь муха развлекалась со мной подобным образом в течение целого часа. Утомившись, она перелетала в безопасную зону и отдыхала там.</p>
     <p>Среди доброго десятка мух, живших в моей камере, имелась только одна муха, которая не хотела принимать участие в этом развлечении. Она упорно отказывалась играть и, поняв, что садиться на стену ниже определенного места опасно, старательно избегала залетать туда. Эта муха была угрюмым, разочарованным созданием. Как сказали бы у нас в тюрьме, по-видимому, у нее были свои счеты с миром. И с другими мухами она тоже никогда не играла. Но это была сильная, здоровая муха. Я достаточно долго за ней наблюдал и имел возможность убедиться в этом. Ее отвращение к игре было свойством характера, а не физических особенностей.</p>
     <p>Поверьте, я хорошо знал всех моих мух. Меня поражало бесконечное множество различий, существовавших между ними.</p>
     <p>О да, каждая муха обладала ярко выраженной индивидуальностью и отличалась от других не только размерами, окраской, силой и быстротой полета, не только манерой летать и особыми уловками в игре, не только своими прыжками и подскоками, не только тем, как она кружилась и кидалась сначала в одну сторону, затем в другую и внезапно, на какую-то долю секунды, касалась опасной части стены или делала вид, что она ее касается, чтобы тут же взлететь и опуститься где-нибудь в другом месте, нет, — все они резко отличались друг от друга сообразительностью и характером, что проявлялось в довольно тонких психологических нюансах.</p>
     <p>Я наблюдал нервных мух и флегматичных мух. Была одна муха-недоросток, которая порой впадала в настоящую ярость, то разгневавшись на меня, то — на своих товарищей. Приходилось ли вам когда-нибудь наблюдать, как на зеленом лужку, резвясь и брыкаясь от избытка бьющей через край силы и молодого задора, скачет, словно одержимый, жеребенок или теленок? Так вот, у меня была одна такая муха — самая заядлая любительница поиграть, — и когда ей удалось раза три-четыре подряд безнаказанно коснуться запрещенной стены и ускользнуть от бархатно-вкрадчивого взмаха моей руки, она приходила в такой неистовый восторг и ликование, так торжествовала свою победу надо мной, что принималась с бешеной скоростью кружиться у меня над головой то в одном, то в другом направлении, но все время по одному и тому же кругу.</p>
     <p>Более того, я всегда отлично знал наперед, когда та или иная муха решит включиться в игру. Я не стану утомлять ваше внимание, описывая в мельчайших подробностях то, что мне приходилось наблюдать, хотя именно эти подробности и помогли мне не сойти с ума в первый период моего заключения в одиночке.</p>
     <p>Но об одном случае я должен все-таки рассказать вам, — он мне врезался в память. Как-то раз та самая муха-мизантроп, которая отличалась угрюмостью нрава и никогда не вступала в игру, села по забывчивости на запрещенный участок стены и немедленно попала ко мне в кулак. Так, вообразите, она злилась после этого по крайней мере час.</p>
     <p>А часы в одиночке тянулись томительно: их нельзя было ни убить, ни скоротать с помощью мух, хотя бы даже самых умных.</p>
     <p>Ибо в конце концов мухи — это только мухи, а я был человек, наделенный человеческим интеллектом, активным и деятельным умом, со множеством научных и всяких других познаний, умом, всегда жаждущим занятия, а занять его было нечем, и мозг мой изнемогал под бременем пустых раздумий. Я вспоминал виноградники Асти, где прошлым летом проводил опыты во время каникул, ища способ определять содержание моносахаридов в винограде и виноградных лозах. Я как раз близился к завершению этой серии опытов. «Продолжает ли их кто-нибудь? — думал я. — А если продолжает, то с какими результатами?»</p>
     <p>Поймите, мир для меня умер. Никаких вестей извне не просачивалось в мою темницу. Развитие науки шло вперед быстрыми шагами, а ведь меня интересовали тысячи разнообразных проблем. Взять хотя бы мою теорию гидролиза казеина с помощью трипсика, которую профессор Уолтер проверял в своей лаборатории. А профессор Шламнер сотрудничал со мной, стараясь обнаружить фитостерин в смеси животного и растительного жиров.</p>
     <p>Эта работа, несомненно, ведется и сейчас, но каковы ее результаты? Мысль о том, что где-то здесь, близко, за стенами тюрьмы, научная жизнь кипит ключом, а я не только не могу принять в ней участие, но даже ничего о ней не узнаю, сводила меня с ума.</p>
     <p>Они работали, а я лежал на полу в своей камере и играл с мухами.</p>
     <p>Однако тишина одиночки не всегда бывала полной. С первых дней моего заключения мне порой приходилось слышать слабые, глухие постукивания, раздававшиеся в самое неопределенное время. А откуда-то очень издалека доносились ответные постукивания, еще более глухие, еще более слабые. Почти всегда эти постукивания прерывались окриками надзирателей. А иной раз, когда перестукивания продолжали звучать слишком упорно, дежурные надзиратели призывали себе на подмогу других, и по долетавшему до меня шуму я понимал, что на кого-то надевают смирительную рубашку.</p>
     <p>Все было ясно как Божий день. Я знал, так же как знал это каждый узник тюрьмы Сен-Квентин, что двое заключенных, сидевших в одиночках, были Эд Моррел и Джек Оппенхеймер.</p>
     <p>И я понимал, что это они перестукивались друг с другом и понесли за это соответствующую кару.</p>
     <p>Я ни секунды не сомневался, что код, которым они пользуются, должен быть чрезвычайно прост, и тем не менее потратил впустую немало усилий, пытаясь его понять. Он не мог не быть прост, однако мне никак не удавалось его разгадать, сколько я ни бился. Но когда в конце концов я все же разгадал его, он и в самом деле оказался чрезвычайно простым, причем проще всего было именно то, что сбивало меня с толку. Не только каждый день меняли они исходную букву кода, — нет, они меняли ее каждый раз после любой паузы, наступавшей в перестукиваниях, а другой раз так даже и в середине перестукивания.</p>
     <p>И вот настал день, когда я поймал начало кода, и тотчас же расшифровал две совершенно ясные и четкие фразы. А в следующий раз, когда они опять начали перестукиваться, я снова не мог понять ни единого слова. Но зато в тот первый раз!..</p>
     <p>«Послушай… Эд… что… бы… ты… отдал… сейчас… за… щепотку… табака… и… клочок… бумаги?» — спрашивал тот, чей стук доносился издалека.</p>
     <p>Я чуть не вскрикнул от радости: вот она — ниточка, связующая меня с товарищами! Вот оно — общение! Я жадно вслушивался, и вскоре до меня донесся более близкий ответный стук. По-видимому, стучал Эд Моррел:</p>
     <p>«За… пятицентовую… пачку… я… бы согласился получить… двадцать… часов смирительной рубашки…»</p>
     <p>Тут перестукивание было прервано грубым окриком надзирателя:</p>
     <p>— Моррел, прекрати!</p>
     <p>Со стороны может показаться, что человеку, приговоренному к пожизненному одиночному заключению, уже нечего терять: хуже ведь ничего не может быть, — и потому надзиратель бессилен заставить его подчиниться и перестать стучать. Но есть еще смирительная рубашка. Есть еще лишение пищи. Есть еще пытка жаждой. И побои. А узник в своей крохотной камере беспомощен, совершенно беспомощен.</p>
     <p>Словом, перестукивание прекратилось, а ночью я услышал его снова и был поставлен в тупик. Они изменили исходную букву кода, как видно, договорившись об этом заранее. Но я уже разгадал его принцип, и через несколько дней, когда они опять начали со знакомой мне буквы, я не стал дожидаться приглашения.</p>
     <p>— Приветствую вас, — простучал я.</p>
     <p>— Привет, незнакомец, — ответил Моррел.</p>
     <p>А Оппенхеймер добавил:</p>
     <p>— Добро пожаловать в наш город.</p>
     <p>Они поинтересовались, кто я такой, на какой срок приговорен к одиночному заключению и за что. Но все эти вопросы я сначала оставил без внимания, торопясь выяснить, по какой системе они меняют исходную букву кода. После того как мне это объяснили, мы немного побеседовали. Это был знаменательный день — ведь два пожизненно заключенных неожиданно приобрели еще одного товарища по несчастью. Правда, вначале они приняли меня в свою компанию лишь, так сказать, на пробу. Потом они признались мне, что опасались, как бы я не оказался шпиком, подосланным к ним, чтобы подстроить какое-нибудь ложное обвинение. С Оппенхеймером это однажды уже проделали, и он дорого заплатил за свою доверчивость, которой воспользовался шпик, подсаженный к нему начальником тюрьмы Азертоном.</p>
     <p>К моему удивлению, — я чуть не сказал, к моему восторгу, — оба мои товарища по заключению уже слышали обо мне, как о «неисправимом». Даже в эту могилу, где Оппенхеймер томился десятый год, проникла моя слава или, выражаясь скромнее, известность.</p>
     <p>Мне было что порассказать им о событиях, происходивших в тюрьме и за ее стенами. Они не слышали ничего о якобы подготовлявшемся побеге сорока пожизненно заключенных, о поисках несуществующего динамита, словом, о той предательской западне, в которую заманил нас Сесил Уинвуд. Они сказали мне, что в одиночки просачиваются порой кое-какие слухи через надзирателей, но что за последние два месяца никаких вестей к ним сюда не долетало. Надзиратели, дежурившие все это время в одиночках, принадлежали к числу наиболее тупых и злобных.</p>
     <p>В тот день каждый надзиратель, заступавший на дежурство, изливал на нас потоки брани за наше перестукивание. Но мы не могли удержаться. К двум заживо погребенным внезапно прибавился третий, и нам слишком многое нужно было сказать друг другу, а наша беседа, и без того медленная, ползла совсем уж черепашьим шагом, так как у меня еще не было опыта в таком способе общения между людьми.</p>
     <p>— Подожди, ночью выйдет на дежурство Конопатый, — выстукивал мне Моррел. — Он почти все дежурство храпит, и мы тогда сможем отвести душу.</p>
     <p>Да, мы наговорились всласть в ту ночь! Ни на секунду не сомкнули мы глаз. Конопатый Джонс был желчным и злым человеком, невзирая на свою толщину, но мы благословляли ее, так как она заставляла его дремать украдкой. И все же наше неумолчное перестукивание бесило Конопатого, так как тревожило его сон, и он снова и снова орал на нас. Так же проклинали нас и другие ночные дежурные. А наутро все они сообщили начальству, что заключенные перестукивались от зари до зари, и нам пришлось расплачиваться за наш маленький праздник: в девять часов утра появился капитан Джеми в сопровождении нескольких подручных, и нас зашнуровали в смирительные рубашки. Двадцать четыре часа подряд — до девяти часов следующего утра мы без пищи и воды валялись в смирительных рубашках на каменном полу, заплатив такой ценой за то, что позволили себе поговорить друг с другом.</p>
     <p>О да, наши тюремщики были настоящие звери. И они так обращались с нами, что мы, для того чтобы выжить, должны были ожесточиться и тоже превратиться в зверей. От грубой работы грубеют руки. От жестоких тюремщиков ожесточаются заключенные. Мы продолжали перестукиваться, и нас в наказание то и дело затягивали в смирительные рубашки. Лучшим временем суток была ночь, и порой, когда вместо наших постоянных мучителей на дежурство случайно выходил кто-нибудь другой, мы перестукивались всю ночь.</p>
     <p>Для нас, живших в вечном мраке, дни и ночи сливались в одно. Спать мы могли в любое время, перестукиваться — только от случая к случаю. Мы пересказали друг другу почти всю нашу жизнь, и долгими часами Моррел и я лежали молча, прислушиваясь к доносившимся издалека слабым, глухим звукам. Это Оппенхеймер медленно, слово за словом выстукивал историю своей жизни — рассказывал о детстве, проведенном в трущобах Сан-Франциско; о бандитской шайке, заменившей ему школу; о знакомстве со всеми видами злодеяний и порока; о том, как в четырнадцать лет он был мальчиком на побегушках в квартале красных фонарей; о том, как впервые попал в лапы полиции; о кражах и грабежах, и снова о кражах и грабежах, и, наконец, о предательстве товарища и о кровавом расчете в тюремных стенах.</p>
     <p>Джек Оппенхеймер был прозван Человек-Тигр. Какой-то досужий репортер пустил в ход эту лихую кличку, и ей суждено было надолго пережить человека, который ее носил. Однако я видел в Джеке Оппенхеймере черты истинной человечности. Он был надежный и верный друг. Он никогда никого не выдавал, хотя не раз нес за это наказание. Он был отважен. Он был терпелив. Он был способен на самопожертвование. Я мог бы рассказать об этом целую историю, но у меня нет времени. И он страстно ненавидел несправедливость. Когда Джек Оппенхеймер совершил в тюрьме убийство, им руководило одно — обостренное чувство справедливости. И у него был великолепный ум. Ни пожизненное заключение в тюремных стенах, ни десять лет, проведенных в одиночной камере, не затуманили его рассудка.</p>
     <p>Моррел был тоже добрый, верный товарищ и тоже обладал недюжинным умом. В сущности, трое самых умных людей в тюрьме Сен-Квентин (стоя одной ногой в могиле, я имею право заявить это, не боясь, что меня обвинят в нескромности) гнили бок о бок в одиночных камерах. Теперь, оглядываясь назад в конце своего жизненного пути и вспоминая все, чему научила меня тюрьма, я прихожу к заключению, что сила и глубина ума несовместимы с покорностью. Глупые люди, трусливые люди, люди, не наделенные бесстрашием, неистребимым чувством товарищества и страстной тягой к правде и справедливости, — вот те, из кого создаются образцовые заключенные. Я благодарю всех богов за то, что Джек Оппенхеймер, Эд Моррел и я никогда не были образцовыми заключенными.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <p>Ребенок, который определил память как «то, чем забывают», был не так уж неправ. Умение забывать — это свойство здорового мозга. Неотвязные воспоминания означают манию, безумие. И в одиночной камере, где меня осаждали неотвязные воспоминания, я искал способа забыть. Но, забавляясь с мухами, играя сам с собой в шахматы, перестукиваясь с товарищами, я находил лишь частичное забвение, а искал я полного.</p>
     <p>Оставались детские воспоминания об иных временах и об иных странах — «чуть брезжущие отблески сияния», как писал Вордсворт. Неужели ребенок, становясь взрослым, утрачивает эти воспоминания безвозвратно? Неужели они полностью стираются?</p>
     <p>Или память об иных временах и об иных странах все еще дремлет, погребенная в клеточках мозга, как я был погребен в одиночке тюрьмы Сен-Квентин?</p>
     <p>Известны случаи, когда люди, приговоренные к пожизненному одиночному заключению, получали помилование и, словно воскреснув, вновь любовались солнечным светом. Так почему же не может воскреснуть и детская память о другой жизни?</p>
     <p>Но как воскресить ее? Забыв настоящее и все, что легло между этим настоящим и детством, решил я.</p>
     <p>А как же достигнуть этого? С помощью гипноза. Если с помощью гипноза мне удастся усыпить сознание и разбудить подсознание, тогда победа будет одержана, тогда все тюремные двери в мозгу распахнутся и узники выйдут на свободу, к солнцу.</p>
     <p>Так я рассуждал, а к чему это привело, вы узнаете далее.</p>
     <p>Но сперва я хочу рассказать про мои собственные детские воспоминания об иных временах. Я упивался тогда отблесками сияния других жизней. Меня, как и всех детей, мучила память, кем я был прежде. Происходило это в дни, когда я только становился самим собой, и присущие мне в иных жизнях характеры еще не затвердели и не выкристаллизовались в новую личность, которая несколько коротких лет звалась Даррелом Стэндингом.</p>
     <p>Я расскажу только об одном эпизоде. Случилось это в Миннесоте на нашей старой ферме. Мне еще не исполнилось шести лет.</p>
     <p>В нашем доме остановился переночевать вернувшийся из Китая миссионер, которого миссионерский совет послал собирать пожертвования среди фермеров. То, о чем я хочу рассказать, произошло на кухне после ужина, когда мать укладывала меня спать, а миссионер показывал нам фотографии Святой Земли.</p>
     <p>Я, разумеется, давно забыл бы то, о чем собираюсь сообщить вам, если бы впоследствии не слышал множество раз, как мой отец рассказывал об этом удивленным слушателям.</p>
     <p>Увидев одну из фотографий, я вскрикнул и стал ее рассматривать — сначала жадно, а потом разочарованно. Сперва она показалась мне такой знакомой, словно это была фотография отцовского сарая, а потом все вдруг стало чужим. Однако я продолжал ее рассматривать, и изображение снова стало щемяще-знакомым.</p>
     <p>— Это Башня Давида, — объяснил миссионер, обращаясь к моей матери.</p>
     <p>— Нет! — убежденно воскликнул я.</p>
     <p>— По-твоему, она называется не так? — спросил миссионер.</p>
     <p>Я кивнул.</p>
     <p>— Ну а как же она называется, милый мальчик?</p>
     <p>— Она называется… — хотел я ответить и запнулся. — Я забыл.</p>
     <p>— Она стала какой-то не такой, — добавил я, помолчав. — Ее всю перестроили.</p>
     <p>Тут миссионер выбрал из пачки другую фотографию и протянул ее матери.</p>
     <p>— Я побывал здесь полгода назад, миссис Стэндинг, — сказал он и, указав пальцем, добавил: — Это Яффские ворота, через которые я прошел прямо к Башне Давида <a l:href="#n_333" type="note">[333]</a> — она вот тут, на заднем плане, где прижат мой палец. В этом согласны все ученые-богословы. Эль Кулах называл ее…</p>
     <p>Тут я опять перебил его и, показав на развалины в левом углу фотографии, воскликнул:</p>
     <p>— Она где-то вот тут! Так, как вы, ее называли евреи. А мы называли ее по-другому. Мы называли ее… я забыл.</p>
     <p>— Нет, вы только его послушайте! — засмеялся отец. — Можно подумать, что он бывал там!</p>
     <p>Я уверенно кивнул, так как не сомневался, что мне доводилось бывать в тех местах, хотя они как-то странно изменились.</p>
     <p>Отец расхохотался еще громче, а миссионер решил, что я смеюсь над ним. Он показал мне еще одну фотографию: унылая пустыня, без единого деревца или травинки, прорезанная лощиной с пологими каменистыми склонами. Неподалеку виднелась кучка жалких лачуг с плоскими крышами.</p>
     <p>— Ну а это что такое, милый мальчик? — осведомился миссионер.</p>
     <p>И я вспомнил!</p>
     <p>— Самария <a l:href="#n_334" type="note">[334]</a>! — ответил я, не задумываясь.</p>
     <p>Отец захлопал в ладоши, мать совсем растерялась, не понимая, что на меня нашло, а миссионер как будто рассердился.</p>
     <p>— Мальчик не ошибся, — сказал он. — Эта деревня действительно находится в Самарии. Я проезжал через нее. Поэтому я и купил эту фотографию. А мальчик, несомненно, уже видел другие такие фотографии.</p>
     <p>Но и отец и мать стали уверять его, что этого быть не может.</p>
     <p>— Только на картинке она не такая, — расхрабрился я, а моя память в это время деятельно восстанавливала все исчезнувшие особенности ландшафта. Общий его характер остался прежним, так же как и очертания далеких холмов. Я начал вслух перечислять изменения, тыча пальцем: — Дома были вот здесь, справа. А здесь были деревья, много деревьев, много травы и много коз. Я, как сейчас, их вижу. Коз пасут двое мальчиков. А вот тут много людей, и все они идут за одним человеком. А вон там, — я прижал палец к тому месту, где перед этим обозначил деревню, — а вон там много бродяг. Они одеты в лохмотья. И они больны. У них все лица, руки и ноги в болячках.</p>
     <p>— Он слышал об этом в церкви или где-нибудь еще… Евангелие от Луки <a l:href="#n_335" type="note">[335]</a>, исцеление прокаженных, — сказал миссионер с довольной улыбкой. — А сколько было бродяг, милый мальчик?</p>
     <p>В пять лет я уже умел считать до ста и, мысленно их пересчитав, сказал:</p>
     <p>— Их десять. Они машут руками и кричат на остальных людей.</p>
     <p>— Но не подходят к ним? — последовал вопрос.</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Нет, они стоят на месте и вопят, словно с ними стряслась беда.</p>
     <p>— Продолжай, — настойчиво произнес миссионер. — Что еще происходит? Что делает человек, который, как ты сказал, идет во главе толпы?</p>
     <p>— Они все остановились, а он что-то говорит больным бродягам. И мальчики с козами тоже остановились посмотреть. Все смотрят.</p>
     <p>— А что дальше?</p>
     <p>— Ничего. Больные бродяги уходят в деревню. Они больше не кричат, и вид у них совсем здоровый. А я сижу на моем коне и смотрю.</p>
     <p>Тут все трое моих слушателей рассмеялись.</p>
     <p>— И я совсем большой! — крикнул я сердито. — И у меня есть длинный меч.</p>
     <p>— Это десять прокаженных, которых Христос исцелил вблизи Иерихона <a l:href="#n_336" type="note">[336]</a> на пути в Иерусалим, — объяснил миссионер моим родителям. — Мальчик был на представлении с волшебным фонарем и видел диапозитивы знаменитых картин.</p>
     <p>Но и отец и мать были совершенно уверены, что я никогда в жизни не видел волшебного фонаря.</p>
     <p>— Покажите ему еще что-нибудь, — попросил отец.</p>
     <p>— Тут все не так, — пожаловался я, разглядывая фотографию, которую протянул мне миссионер. — Только вон этот холм на месте и другие холмы. Вот тут должна бы проходить дорога. А там — сады и дома за высокими каменными изгородями. А с другой стороны должны быть расселины в скалах, где они хоронили своих покойников. Видите это место? Тут они кидали камнями в людей, пока не забивали их до смерти. Сам я этого не видел. Мне об этом только рассказывали.</p>
     <p>— А что это за холм? — спросил миссионер, показывая на возвышенность в центре изображения, ради которой, видимо, и делался этот снимок. — Ты знаешь, как он называется?</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Он никак не называется. Там убивали людей. Я сам видел много раз.</p>
     <p>— То, что он говорит, теперь согласуется с мнением большинства авторитетов, — удовлетворенно заявил миссионер. — Этот холм — Голгофа <a l:href="#n_337" type="note">[337]</a>, «Холм черепов», а может быть, ему дали такое название потому, что он напоминает по форме череп. Вот посмотрите, сходство действительно есть. Здесь распяли… — Он умолк и повернулся ко мне: — Кого они распяли тут, юный ученый? Скажи нам, что еще ты видишь?</p>
     <p>Да, я видел — отец рассказывал, что глаза у меня так и лезли на лоб, — но я упрямо помотал головой и пробурчал:</p>
     <p>— Я вам не скажу, потому что вы надо мной смеетесь. Я видел, как там убивали много людей. Их прибивали гвоздями долго-долго… Я видел, да только не скажу. Я никогда не вру. Вот спросите у моей мамы, вру ли я. Или у отца. Да он бы за вранье шкуру с меня спустил! Вот спросите его.</p>
     <p>И больше миссионеру ничего не удалось от меня добиться, хотя он соблазнял меня фотографиями, от которых моя голова шла кругом: столько в ней теснилось картин-воспоминаний; слова сами рвались на язык, но я упрямо проглатывал их и молчал.</p>
     <p>— Из него, надо полагать, выйдет хороший знаток Священного писания, — сказал миссионер моим родителям, когда я, пожелав им всем спокойной ночи, ушел спать. — А может быть, благодаря такому богатому воображению он станет известным писателем.</p>
     <p>Это доказывает, как ошибочны бывают пророчества. Вот сейчас я сижу в камере Коридора Убийц и пишу эти строки, ожидая своего конца, или, вернее, конца Даррела Стэндинга, ибо его скоро выведут отсюда и, затянув на его шее петлю, попробуют погрузить во мрак; и я улыбаюсь про себя. Я не стал ни знатоком Священного писания, ни модным романистом. Наоборот, перед тем, как меня на пять лет заживо похоронили в одиночке, я занимался тем, о чем миссионер даже не подумал: я был знатоком сельского хозяйства, профессором агрономии, специалистом по снижению непроизводительных затрат труда, экспертом интенсивного сельского хозяйства, ученым-исследователем, работавшим в лабораториях, где абсолютным законом являются точность и проверенные под микроскопом факты.</p>
     <p>И вот я сижу жарким, летним днем здесь, в Коридоре Убийц, и перестаю писать свои воспоминания, чтобы послушать успокоительное жужжание мух в сонном воздухе и уловить обрывки тихого разговора, который ведут между собой Джозеф Джэксон — убийца-негр в камере справа, и Бамбеччо — убийца-итальянец в камере слева. От зарешеченной двери до зарешеченной двери, поперек моей зарешеченной двери, они обмениваются мнениями относительно обеззараживающих и целительных свойств табачной жвачки для рваных ран.</p>
     <p>И, глядя на авторучку, зажатую в моей застывшей руке, я вспоминаю другие мои руки, которые в давно прошедшие времена сжимали кисточку, гусиное перо и стиль, и успеваю мысленно спросить себя, приходилось ли этому миссионеру, когда он был малышом, ловить чуть брезжущие отблески сияния и обретать на мгновение радость прежних дней скитаний среди звезд.</p>
     <p>Но вернемся к дням, которые я проводил в одиночке, когда уже постиг код перестукивания, по все же находил часы, пока бодрствовало сознание, невыносимо долгими. С помощью самогипноза, к которому я прибегал не без успеха, я научился погружать свое сознание в сон и пробуждать, высвобождать подсознание. Но оказалось, что оно не знает и не признает никаких законов. Оно блуждало по кошмарам, где не было никакой связи между событиями, временем и личностью. Я гипнотизировал себя чрезвычайно простым способом. Усевшись по-турецки на свой тюфяк, я начинал напряженно вглядываться в обломок желтой соломинки, который прилепил к стене камеры вблизи от двери, где было светлее всего. Я смотрел на эту яркую точку, приблизив глаза почти вплотную к ней и заводя их кверху, чтобы напряжение было сильнее. Одновременно я ослаблял свою волю и отдавался головокружению, которое неизменно меня охватывало. И когда я чувствовал, что вот-вот потеряю равновесие и опрокинусь назад, я закрывал глаза и в тупом оцепенении падал на тюфяк. А затем полчаса или десять минут, а то и целый час нелепо метался по складам памяти о моих вечных возвращениях на землю, но эпохи и страны сменялись слишком быстро. Пробуждаясь, я сознавал, что весь этот пестрый и нелепый калейдоскоп был связан воедино личностью Даррела Стэндинга. Но и только. Мне ни разу не удалось полностью прожить какое-то единое существование, не удалось уловить в своем сознании единую точку совпадения времени и пространства. Мои сны, если их можно назвать снами, были лишены системы и логики.</p>
     <p>Вот один пример таких моих блужданий. За короткий промежуток пятнадцатиминутной власти подсознания я ползал и ревел в тине первобытного мира и сидел рядом с Хаасом <a l:href="#n_338" type="note">[338]</a> в аэроплане, разрывая воздух двадцатого века. Очнувшись, я вспомнил, что я, Даррел Стэндинг, за год до моего заключения в Сен-Квентин действительно летал с Хаасом над Тихим океаном в Санта-Монике. Очнувшись, я не мог вспомнить, когда я ползал и ревел в древней тине. Тем не менее я пришел к заключению, что каким-то образом я действительно вспомнил давнее-давнее прошлое и что оно было реальностью для какого-то предыдущего существования, когда я был еще не Даррелом Стэндингом, а другим человеком или животным — тем, что ползало и ревело. Просто одно событие было гораздо дальше от меня во времени. Но оба они действительно произошли, иначе как бы я мог о них помнить?</p>
     <p>О, эта смена ярких образов и бурных жизней! На несколько минут высвободив свое подсознание, я успевал побывать в королевских дворцах, сидеть там выше соли и ниже соли, успевал стать шутом, дружинником, писцом и монахом; я успевал стать правителем, восседавшим во главе стола, — моя светская власть опиралась на мой меч, на толщину стен моего замка и на многочисленность моих дружинников, но и духовная власть принадлежала мне, потому что священники и жирные аббаты сидели ниже меня, тянули мое вино и угощались моим жарким.</p>
     <p>Я носил железный ошейник раба под холодными небесами и любил принцесс царского дома в полную солнечных запахов тропическую ночь, когда черные невольники разгоняли духоту опахалами из павлиньих перьев, а вдалеке, за фонтанами и пальмами, раздавалось рыканье львов и вопли шакалов. Скорчившись в ледяной пустыне, я грел руки над костром из верблюжьего помета; я лежал ничком у высохшего колодца, в скудной тени спаленной солнцем полыни, и хриплым шепотом просил воды, а вокруг меня на солончаках валялись кости людей и животных, которые когда-то тоже просили воды, а потом умерли.</p>
     <p>Я был рулевым на корабле и наемным убийцей, ученым и отшельником, я низко склонялся над рукописными страницами огромных пропыленных фолиантов в тихом полумраке монастыря, воздвигнутого на высоком холме, а на склонах, под монастырскими стенами крестьяне все еще трудились в виноградниках и среди олив, хотя солнце уже зашло, и пастухи гнали с пастбищ блеющих коз и мычащих коров; да, и я вел вопящие толпы мятежников по мостовой древних, давно забытых городов, разбитой колесницами и лошадиными копытами; торжественно и мрачно я объявлял закон, указывая на серьезность преступления и приговаривал к смерти людей, которые, подобно Даррелу Стэндингу в Фолсеме, нарушили закон.</p>
     <p>И с головокружительной высоты марсовой площадки, дрожащей над палубой корабля, я смотрел на пронизанные солнцем воды, где в бирюзовой глубине мерцали кораллы, и проводил корабль в спокойные, зеркальные лагуны, и якоря, гремя, падали близ осененных пальмами пляжей из кораллового песка; и я сражался в давно забытых битвах, когда резня не прекращалась даже с заходом солнца и продолжалась всю ночь под сверкающими звездами, а прохладный ветер с далеких снежных вершин был не в силах охладить пыл битвы; и я снова становился маленьким мальчиком Даррелом Стэндингом, который бродил босиком по напоенным росой весенним лугам миннесотской фермы, кормил покрасневшими от холода руками коров в стойлах, наполненных их клубящимся дыханием, и с боязливым ужасом слушал по воскресеньям проповеди о величии грозного Бога, о Новом Иерусалиме <a l:href="#n_339" type="note">[339]</a> и об адских муках.</p>
     <p>Вот какие обрывочные мимолетные видения посещали меня, когда в одиночной камере тюрьмы Сен-Квентин я терял сознание, пристально глядя на ярко блестевший обломок соломинки. Откуда приходили они ко мне? Я ведь не мог создать их из ничего в своей глухой темнице, как не мог создать из ничего тридцать пять фунтов динамита, которых с таким упорством добивались от меня капитан Джеми, начальник тюрьмы Азертон и тюремный совет.</p>
     <p>Я, Даррел Стэндинг, родившийся и выросший на ферме в Миннесоте, в прошлом профессор агрономии, «неисправимый» арестант в тюрьме Сен-Квентин, а сейчас приговоренный к смерти человек в Фолсеме. И то, о чем я пишу, то, что я извлек из складов моего подсознания, не принадлежит Даррелу Стэндингу. Я, Даррел Стэндинг, родившийся в Миннесоте и приговоренный к повешению в Калифорнии, никогда не любил царских дочерей в царских дворцах, никогда не дрался врукопашную на качающихся палубах, не тонул в винном погребе корабля, упившись ромом под пьяные крики и предсмертные песни моряков, когда судно билось и трещало на чернозубых рифах и вода журчала над головой, под ногами и повсюду вокруг.</p>
     <p>Все это не имеет никакого отношения к жизни Даррела Стэндинга, и все же я, Даррел Стэндинг, нашел все это в тайниках моей памяти, гипнотизируя себя в одиночке Сен-Квентина. Все эти события так же не принадлежали Даррелу Стэндингу, как не принадлежало ему подсказанное фотографией слово «Самария», когда его детские губы произнесли это слово.</p>
     <p>Нельзя создать что-нибудь из ничего. Как я не мог создать в одиночке тридцать пять фунтов динамита из ничего, так я не мог создать в одиночке из ничего эти видения времени и пространства, ведь они не имели отношения к жизни Даррела Стэндинга. Все это крылось в глубинах моего сознания, а я только-только начинал находить путь к ним.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <p>В этом-то была вся беда: я знал, что в моем мозгу скрыта сокровищница воспоминаний о других жизнях, но мне удавалось только метаться по этим воспоминаниям, подобно сумасшедшему. У меня была сокровищница, но мне нечем было ее открыть.</p>
     <p>Я вспомнил о болезни Стейтона Мозеса <a l:href="#n_340" type="note">[340]</a> священника, в котором поочередно просыпались личности святого Ипполита, Плотина, Афинодора и друга Эразма Роттердамского по имени Гроцин. А потом, припомнив опыты полковника Дероша <a l:href="#n_341" type="note">[341]</a>, о которых мне довелось прочесть в былые деятельные дни, я почувствовал полную уверенность, что Стейтон Мозес в прежние свои жизни действительно был теми людьми, чьи личности порой, казалось, просыпались в нем. Собственно говоря, они и он были одно. Все они были лишь звеньями вечной цепи возвращений.</p>
     <p>Но особенно упорно я старался вспомнить опыты полковника Дероша. Выбирая легко поддающихся гипнозу субъектов, он, по его утверждению, возвращался во времени к их предкам. Он описал свои опыты с Жозефиной, восемнадцатилетней девушкой, жившей в Вуароне, в департаменте Изер. Загипнотизировав Жозефину, полковник Дерош отсылал ее назад, через годы ее отрочества, детства и младенчества, через безмолвный мрак материнской утробы, через безмолвие и мрак тех лет, когда она, Жозефина, еще не была рождена, к свету и жизни ее предыдущего существования, в образе угрюмого, ворчливого и больного старика, по имени Жан-Клод Бурдон, который служил в 7-м артиллерийском полку в Везансоне и умер в возрасте семидесяти лет, будучи последние годы прикован к постели. Полковник Дерош загипнотизировал затем тень Жан-Клода Бурдона и отослал его еще дальше, через младенчество, рождение и мрак небытия, пока он снова не увидел свет и жизнь в образе злобной старухи Филомены Катером, своей предшественницы.</p>
     <p>Но, как я ни старался, кусочек соломы, поблескивавший в жалком луче света, просачивавшемся в одиночную камеру, ни разу не помог мне получить цельную картину предыдущего существования. В конце концов после многих неудач я решил, что, только пройдя через смерть, я смогу воскресить полное и ясное воспоминание о моих прежних личностях. Но жизнь была сильна во мне. Я, Даррел Стэндинг, не хотел умирать и не позволял начальнику тюрьмы Азертону и капитану Джеми убить меня. Потребность жить всегда была во мне так велика, что, наверно, только благодаря ей я все еще здесь, ем и сплю, думаю и грежу, пишу этот рассказ о моих различных «я» и жду неизбежной петли, которая завершит один из эфемерных периодов длинной цепи моих существований.</p>
     <p>И вот тогда я узнал смерть в жизни, тогда я научился ей.</p>
     <p>Как вы прочтете в дальнейшем, обучил меня этому Эд Моррел.</p>
     <p>А начало всему положили начальник тюрьмы Азертон и капитан Джеми. В один прекрасный день их вновь обуяла паника при мысли о спрятанном динамите, в существование которого они твердо верили. Они явились в мою камеру и прямо сказали мне, что замучают меня рубашкой до смерти, если я не признаюсь, где спрятан динамит. Они заверили меня, что все будет сделано по правилам и никак не повредит их служебному положению и репутации. В тюремном архиве будет записано, что я умер от болезни.</p>
     <p>О милейшие, закутанные в ватку обыватели! Поверьте мне, и сейчас в тюрьмах убивают людей, как убивали их там всегда с того дня, когда была построена первая тюрьма. Я хорошо знал, какими муками, каким ужасом грозит мне смирительная рубашка. Я видел людей, чей дух был сломлен смирительной рубашкой, я видел людей, навеки искалеченных рубашкой, я видел, как люди — сильные люди, такие сильные, что их организм не поддавался тюремному туберкулезу, — после нескольких часов в рубашке теряли стойкость духа, сламывались и через полгода умирали от туберкулеза. Косоглазый Уилсон, у которого было слабое сердце, о чем никто не подозревал, умер в смирительной рубашке еще до истечения часа, а недоверчивый невежда тюремный доктор глядел на это и улыбался. Я видел, как люди после получаса рубашки признавались в том, что было, и в том, чего не было, лишаясь всех льгот, заработанных долгими годами безупречного поведения.</p>
     <p>У меня есть и собственное воспоминание о ней. Мое тело покрыто тысячами шрамов, которые я унесу с собой на эшафот, и проживи я еще сто лет, и тогда эти шрамы сошли бы со мной в могилу. Может быть, милейший обыватель, ты, позволяя своим цепным псам шнуровать смирительную рубашку и оплачивая их труд, может быть, ты не знаешь, что это такое. Поэтому я расскажу о ней подробно, чтобы ты понял, каким образом я обретал смерть в жизни, становился на недолгий срок властелином времени и пространства и покидал тюремные стены, чтобы бродить среди звезд.</p>
     <p>Тебе когда-нибудь приходилось видеть брезентовые накидки или резиновые одеяла с вделанными в них по краям медными колечками? Ну, так представь себе кусок толстого брезента фута четыре с половиной в длину, с довольно большими колечками по обоим краям. Ширина этого куска всегда меньше обхвата человеческого тела, которое будет в него затянуто. Кроме того, кусок этот имеет неправильную форму: в плечах и бедрах он шире, а в талии заметно уже.</p>
     <p>Рубашку расстилают на полу. Человеку, которого надо наказать или пытать, чтобы вырвать у него признание, велят лечь ничком на брезент. Если он отказывается, его избивают. После этого он ложится добровольно, то есть по воле цепных псов, то есть по твоей воле, милейший обыватель, кормящий ценных псов и награждающий за то, что они выполняют за тебя эту неприятную обязанность.</p>
     <p>Человек лежит ничком. Края рубашки стягиваются как можно ближе вдоль его позвоночника. Затем через отверстия пропускается веревка, словно шнурок башмака, и брезент на человеке зашнуровывают, словно башмак. Только его затягивают так, как никому и в голову не придет затягивать башмак. На тюремном жаргоне это именуется «подтянуть подпругу». В тех случаях, когда шнуровка поручается жестоким и злопамятным надзирателям или когда так прикалывает начальство, надзиратель, чтобы затянуть рубашку потуже, упирается ногой в спину лежащего.</p>
     <p>Вам, наверное, приходилось слишком туго затянуть шнурки своего башмака — помните, как через полчаса в подъеме начиналась невыносимая боль? И, наверное, вы не забыли, что через несколько минут такой боли вы спешили развязать шнурок, так как больше не могли сделать ни шагу? Прекрасно. Попробуйте же вообразить, что вот так же, только гораздо туже, затянуто все ваше тело, и что давление испытывает не только подъем одной ноги, но все туловище, и что ваше сердце, ваши легкие и все остальные жизненно важные органы сжаты до такой степени, когда скорая смерть кажется неминуемой.</p>
     <p>Я хорошо помню, как впервые попробовал рубашки в карцере.</p>
     <p>Это было в самом начале моей «неисправимости», вскоре после того, как я попал в тюрьму и ткал в джутовой мастерской сто ярдов мешковины в день — обычную мою норму, — заканчивая ее на два часа раньше срока. Да, я кончал раньше, а мешковина у меня получалась гораздо лучше, чем это требовалось по правилам.</p>
     <p>Однако в первый раз меня зашнуровали в рубашку, если верить тюремным отчетам, за «узелки» и «неровности» в мешковине — другими словами, за то, что я ткал брак. На самом же деле меня зашнуровали в рубашку потому, что я, новый заключенный, знаток производительности труда, эксперт по вопросу экономии движений, попробовал научить глупого начальника мастерской тому, о чем он не имел ни малейшего представления. Начальник мастерской в присутствии капитана Джеми подозвал меня к своему столу и, показав никуда не годную мешковину, совсем не похожую на ту, которую изготовлял я, потребовал, чтобы я работал лучше.</p>
     <p>Я получил три таких предупреждения. Третье, по правилам ткацкой, означало наказание. И меня наказали — на двадцать четыре часа затянув в рубашку.</p>
     <p>Меня отвели в карцер и приказали лечь ничком на брезент, расстеленный на полу. Я отказался. Один из тюремщиков, Моррисон, стал бить меня большими пальцами по горлу. Мобинс, тюремный староста, сам заключенный, накинулся на меня с кулаками. В конце концов я лег, как мне было приказано. А они, разозленные моим сопротивлением, затянули шнуровки особенно туго. И потом, словно бревно, перекатили меня с живота на спину.</p>
     <p>Сперва это было не очень страшно. Когда дверь карцера захлопнулась, засовы с лязгом вошли в гнезда и я остался в полной темноте, было одиннадцать часов утра. Несколько минут я ощущал только неприятную скованность во всем теле и решил было, что она пройдет, как только я привыкну к своей позе. Тщетные надежды! Сердце мое начало бешено колотиться, а легкие, казалось, никак не могли вобрать достаточно воздуха. Это ощущение удушья было невыразимо ужасным, и каждый удар сердца грозил разорвать и без того готовые лопнуть легкие.</p>
     <p>После бесконечно долгих часов этой муки, — теперь, основываясь на своем богатом опыте, я полагаю, что на самом деле прошло не более тридцати минут, — я начал кричать, вопить, визжать и выть в предсмертной тоске. Страшнее всего оказалась боль в сердце. Эта была резкая, сосредоточенная в одном месте боль, вроде той, какая бывает при плеврите, но только она разрывала самое сердце.</p>
     <p>Умереть — это нетрудно, но умирать так медленно, таким ужасным способом было невыносимо. Я сходил с ума от страха, как попавший в ловушку дикий зверь, кричал и выл, пока вдруг не понял, что от таких вокальных упражнений боль в сердце только увеличивается, а в легких становится все меньше воздуха.</p>
     <p>Я умолк и долгое время лежал совсем спокойно — целую вечность, как показалось мне тогда, хотя сейчас я знаю, что прошло всего четверть часа. От удушья голова моя кружилась, а сердце колотилось так бешено, словно готово было вот-вот разорвать стягивающий меня брезент. Потом я снова потерял власть над собой и испустил безумный вопль, моля о пощаде.</p>
     <p>И вдруг в соседнем карцере раздался голос.</p>
     <p>— Заткнись, — кричал кто-то, хотя до меня долетал только слабый шепот, — заткнись, ты мне надоел!</p>
     <p>— Плюнь и забудь об этом! — донесся ответ.</p>
     <p>— Но я же и правда умираю! — настаивал я.</p>
     <p>— А тогда зачем поднимать шум? — спросил мой невидимый собеседник. — Вот скоренько помрешь, и все кончится. Давай, давай дохни, только потише. Мне так сладко спалось, а ты тут поднял визг.</p>
     <p>Это бессердечие настолько меня возмутило, что ко мне вернулось самообладание, я перестал кричать, и из моей груди вырывались лишь приглушенные стоны. Снова прошла вечность — минут десять. А потом я почувствовал покалывание во всем теле, и оно начало неметь — такое ощущение бывает, когда отсидишь ногу. Сначала я терпел, но когда покалывание прекратилось, а онемение продолжало усиливаться, снова перепугался.</p>
     <p>— Дашь ты мне спать или нет? — раздался раздраженный голос моего соседа. — Мне не легче, чем тебе. Мою рубашку затянули так же туго, как твою, и я хочу поскорее заснуть и забыть обо всем.</p>
     <p>— А давно тебя затянули? — спросил я, не сомневаясь, что ему еще только предстоят столетия мук, которые я уже претерпел.</p>
     <p>— Позавчера, — ответил он.</p>
     <p>— Да нет, затянули в рубашку, — пояснил я.</p>
     <p>— Позавчера, приятель.</p>
     <p>— О Господи! — взвизгнул я.</p>
     <p>— Да, приятель, я пролежал в ней уже пятьдесят часов и, как видишь, не хнычу, хоть они затянули мою подпругу, упершись ногой мне в спину. Можешь не сомневаться, я крепко спеленут. Видишь, не ты один такой несчастный. А ведь ты лежишь тут меньше часа.</p>
     <p>— Нет, я лежу тут много часов, — возразил я.</p>
     <p>— Если хочешь, думай так, приятель, но от этого ничего не изменится. Говорю тебе, ты и часа здесь не лежишь, я ведь слышал, как тебя шнуровали.</p>
     <p>Это показалось мне невероятным. Не прошло еще и часа, а я уже умирал тысячу раз. А мой сосед, такой невозмутимый, спокойный, почти благодушный, несмотря на грубость первых его окриков, пролежал в рубашке целых пятьдесят часов!</p>
     <p>— И долго еще они собираются держать тебя тут? — спросил я.</p>
     <p>— А черт их знает! Капитан Джеми на меня зол и не выпустит, пока я не начну подыхать. А теперь, приятель, послушайся моего совета. Закрой глаза и забудь обо всем. Нытьем делу не поможешь. А чтобы забыть, надо забыть. Вот попробуй вспомнить по очереди всех знакомых девочек, глядишь, и скоротаешь часок-другой. Может, у тебя в голове помутится. И пусть. Тут уж время идет совсем незаметно. А когда девочки кончатся, думай о парнях, на которых у тебя зуб, и как бы ты посчитался с ними, попадись они тебе, и как ты с ними посчитаешься, когда они тебе попадутся.</p>
     <p>Этого человека звали Рыжий из Филадельфии. Он был рецидивистом и за грабеж на улицах Аламеды получил пятьдесят лет.</p>
     <p>Когда он разговаривал со мной в карцере, он уже отсидел двенадцать — а это было семь лет назад. Он был одним из тех сорока, кого оговорил Сесил Уинвуд. После этой истории Рыжий из Филадельфии лишился права на льготы. Теперь он пожилой человек и по-прежнему находится в Сен-Квентине. И если доживет до дня своего освобождения, то будет уже дряхлым стариком.</p>
     <p>Я вытерпел свои сутки, но с тех пор никогда уже не мог стать прежним человеком. О, я имею в виду не мое физическое состояние, хотя на следующее утро, когда меня расшнуровали, я был полупарализован и почти без сознания, так что тюремщикам пришлось несколько раз пнуть меня в ребра, чтобы я наконец поднялся на ноги. Но я стал другим человеком духовно и нравственно. Зверская физическая пытка унизила меня, оскорбила мое понятие о справедливости. Такие наказания не смягчают человека. Первое знакомство со смирительной рубашкой наполнило мое сердце горечью и жгучей ненавистью, которые с годами все росли. О Господи!.. Стоит мне подумать, что со мной делали…</p>
     <p>Двадцать четыре часа в рубашке! Когда в то утро они пинками заставили меня встать, я и не подозревал, что придет время, когда двадцать четыре часа в рубашке станут для меня пустяком; когда после ста часов в рубашке я улыбнусь тем, кто будет меня развязывать; когда после двухсот сорока часов в рубашке на моих губах будет играть все та же улыбка.</p>
     <p>Да, двести сорок часов. Милейший, закутанный в ватку обыватель, знаешь ли ты, что это значит? Это значит десять дней и десять ночей в рубашке. О, конечно, в христианских странах через девятнадцать веков после рождения Христа такие вещи не делаются. Я не прошу, чтобы ты мне поверил. Я и сам в это не верю.</p>
     <p>Я знаю только, что со мной в Сен-Квентине это проделали и что я выжил и смеялся над ними и оставил им только одну возможность избавиться от меня — приговорить меня к повешению за то, что я расквасил нос тюремщику.</p>
     <p>Я пишу эти строки в году тысяча девятьсот тринадцатом от рождества Христова, и в году тысяча девятьсот тринадцатом от рождества Христова, в эту самую минуту, в карцерах Сен-Квентина лежат люди, затянутые в смирительную рубашку.</p>
     <p>Пока будет продолжаться цепь моих жизней, я никогда не забуду о том, как я расстался в то утро с Рыжим из Филадельфии. К тому времени он провел в рубашке семьдесят четыре часа.</p>
     <p>— Видишь, приятель, ты жив и здоров! — крикнул он мне, когда я, пошатываясь, вышел из карцера и побрел по коридору.</p>
     <p>— Заткнись, Рыжий! — рявкнул на него надзиратель.</p>
     <p>— Еще чего! — послышалось в ответ.</p>
     <p>— Я до тебя доберусь, Рыжий! — пригрозил надзиратель.</p>
     <p>— Ты так думаешь? — ласково спросил Рыжий из Филадельфии, а потом злобно процедил сквозь зубы: — Где тебе до меня добраться, старая кочерыжка! Ты бы и до своей работенки не добрался, если бы не связи твоего братца. А мы все знаем, в какое вонючее местечко ведут связи твоего братца.</p>
     <p>Это было восхитительно — мужество человека, сумевшего подавить в себе страх перед самой зверской системой.</p>
     <p>— До свидания, приятель! — крикнул мне вслед Рыжий из Филадельфии. — Всего хорошего! Будь умницей и люби начальника тюрьмы. А если увидишь его, скажи, что ты меня видел, да не видел, чтоб я кого обидел.</p>
     <p>Надзиратель побагровел от ярости, и за шутку Рыжего мне пришлось получить немало пинков и ударов.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <p>В одиночной камере номер один начальник тюрьмы Азертон и капитан Джеми начали допрашивать меня с пристрастием.</p>
     <p>Начальник тюрьмы заявил мне:</p>
     <p>— Стэндинг, ты образумишься и скажешь, где этот динамит, или умрешь в рубашке. Люди и покрепче тебя образумливались, когда я говорил с ними по-свойски. Выбирай — динамит или гроб.</p>
     <p>— Значит, гроб, — ответил я, — потому что о динамите мне ничего не известно.</p>
     <p>Это вывело начальника тюрьмы из себя, и он не стал затягивать дела.</p>
     <p>— Ложись! — скомандовал он.</p>
     <p>Я подчинился, так как уже по опыту знал, каково драться с тремя-четырьмя сильными людьми. Они зашнуровали меня как могли туже и дали мне сто часов. Каждые двадцать четыре часа меня поили водой. Есть я не хотел, да меня и не кормили.</p>
     <p>К концу этой сотни часов Джексон, тюремный врач, несколько раз приходил проверить, в каком я состоянии.</p>
     <p>Но за время моей «неисправимости» я настолько привык к рубашке, что одна ее порция не могла произвести на меня большого впечатления. Конечно, рубашка ослабляла меня, выжимала из меня жизнь, но я научился так напрягать мускулы, что, когда меня шнуровали, выгадывал немного пространства. К концу первых ста часов я был измучен, но и только. Мне дали сутки отдохнуть и опять затянули в рубаху — уже на сто пятьдесят часов. Почти все это время я не чувствовал своего тела и бредил.</p>
     <p>А иногда, напрягая всю силу воли, надолго засыпал.</p>
     <p>Затем начальник тюрьмы решил попробовать другой прием.</p>
     <p>Теперь мне никогда не было известно заранее, сколько часов я буду отдыхать, а сколько проведу в рубашке. Я даже не знал, когда именно меня зашнуруют. Так, например, если один раз я отдыхал десять часов, а в рубашке проводил двадцать, то в другой раз получал только четыре часа отдыха. В глухую ночь гремели засовы моей камеры и дежурные надзиратели принимались меня шнуровать. Иногда устанавливался какой-то ритм. Скажем, в течение трех суток мне давалось попеременно восемь часов рубашки и восемь часов отдыха. А потом, когда я уже привыкал к этому, все неожиданно изменялось, и я получал двое суток рубашки.</p>
     <p>И все время мне задавали все тот же вопрос: где динамит?</p>
     <p>Иногда начальник тюрьмы впадал в ярость. Порой же, после того, как я выдерживал особенно жестокую шнуровку, он принимался уговаривать меня по-хорошему. Один раз он даже пообещал мне три месяца полного отдыха в тюремной больнице, хорошую еду, а по выздоровлении — легкую работу в тюремной библиотеке.</p>
     <p>Доктор Джексон, тщедушный человечишка с поверхностными медицинскими познаниями, вдруг уверовал в мою выносливость.</p>
     <p>Сколько бы меня ни держали в рубашке, заявил он, я все равно выживу. После этого Азертон почувствовал, что ему совершенно необходимо доказать обратное.</p>
     <p>— Эти тощие интеллигенты проведут хоть самого дьявола, — ворчал он. — Они крепче сыромятных ремней. Но все равно мы его пересилим. Слышишь, Стэндинг? Это все цветочки, а ягодки будут впереди. Не тяни, признайся сейчас — и тебе спокойнее будет и нам. Я от своего слова не отступлю. Я сказал тебе: динамит или гроб. Так оно и будет. Выбирай!</p>
     <p>— Неужели вы думаете, что я молчу ради удовольствия? — прошептал я, еле переводя дыхание, так как в эту минуту Конопатый Джонс уперся ногой мне в спину, чтобы потуже затянуть шнуровку, а я напрягал последние силы, стараясь отвоевать себе лишнее пространство. — Мне не в чем признаваться. Да я с радостью отдал бы правую руку, только бы отвести вас хоть к какому-нибудь динамиту.</p>
     <p>— Я таких образованных видел немало, — презрительно фыркнул он. — У некоторых из вашей братии бывают в башке такие колесики, которые заставляют вас твердить одно и то же. Вот вы и артачитесь, словно норовистые лошади. Туже, туже, Джонс, разве так шнуруют! Стэндинг, если ты не признаешься, ляжешь в гроб. Мое слово твердо.</p>
     <p>Но нет худа без добра. Когда человек слабеет, он испытывает меньше страданий. Воли меньше, потому что нечему болеть. А человек, уже значительно ослабевший, потом слабеет все медленнее. Широко известно, что силачи переносят самые обычные болезни гораздо тяжелее, чем женщины и калеки. Лишняя плоть исчезает, а то, что остается, сопротивляется, как сжатая до предела пружина. Собственно говоря, и я превратился в своеобразный организм-пружину, который не хотел умирать.</p>
     <p>Моррел и Оппенхеймер жалели меня и выстукивали мне выражения сочувствия и всяческие советы. Оппенхеймер сообщил, например, что он прошел через это, вытерпел вещи и похуже, но все-таки остался в живых.</p>
     <p>— Не поддавайся им, — выбивал он костяшками пальцев по стене. — Не позволяй им убить себя, потому что они только того и хотят. И не выдавай тайника.</p>
     <p>— Да ведь никакого тайника нет, — выстукивал я в ответ носком башмака по двери (я был затянут в рубашку и мог разговаривать только ногами). — Я ничего не знаю об этом треклятом динамите.</p>
     <p>— Правильно, — похвалил меня Оппенхеймер. — Он парень что надо, правда, Эд?</p>
     <p>Как же я мог убедить Азертона в том, что ничего не знаю о динамите, если даже мои товарищи мне не верили? Сама настойчивость начальника тюрьмы была доказательством противного для человека вроде Джека Оппенхеймера, который только восхищался упорством, с каким я все отрицал.</p>
     <p>Первое время этой пытки я умудрялся довольно много спать, и мне снились замечательные сны. Дело было не в том, что они были яркими и правдоподобными, — это свойство большинства снов. Замечательными они были благодаря своей логичности и завершенности. Часто я выступал на ученых собраниях с докладами по очень сложным вопросам и читал вслух тщательно подготовленные описания моих собственных опытов или выводов, к которым я пришел, ознакомившись с чужими экспериментами.</p>
     <p>Когда я просыпался, у меня в ушах еще звучал мой голос, а перед глазами еще стояли целые предложения и абзацы, напечатанные на белой бумаге, и я, дивясь, успевал прочитывать их, прежде чем видение рассеивалось. Кстати, упомяну о том, как я со временем заметил, что рассуждения во сне я неизменно строил на методе дедукции.</p>
     <p>Иногда мне снилась огромная форма, протянувшаяся на сотни миль с севера на юг в какой-то области с умеренным климатом, с флорой и фауной, сильно напоминающими калифорнийские.</p>
     <p>Не раз и не два, а тысячи раз я разъезжал по этой ферме-сновидению. Я хочу особенно подчеркнуть тот факт, что это всегда была одна и та же ферма. В самых различных снах наиболее характерные ее черты оставались неизменными. Так, например, всегда требовалось восемь часов, чтобы в коляске, запряженной горными лошадками, добраться от поросших люцерной лугов (где у меня паслись стада джерсейских коров) до поселка у большого сухого оврага, где была станция одноколейки. И все приметные места на протяжении этого восьмичасового пути — каждое дерево, каждая гора, каждая речка и мост через нее, каждый кряж с выветрившимися склонами — во всех снах оставались одними и теми же.</p>
     <p>Эта вполне реальная ферма, снившаяся мне, когда я засыпал в смирительной рубашке, менялась только в частности, и перемены эти происходили в зависимости от времени года или от человеческого труда. Так, например, на горных пастбищах, расположенных над лугами и люцерной, я стал разводить ангорских коз.</p>
     <p>И каждый раз, когда я в грезах приезжал туда, я замечал изменения, вполне соответствовавшие промежутку между моими посещениями.</p>
     <p>О, эти заросшие кустами склоны! И сейчас они стоят перед моими глазами, словно в те дни, когда там впервые появились козы. Я так отчетливо помню все последующие изменения: постепенно удлиняющиеся тропы — их козы в буквальном смысле слова проедали в густом кустарнике; исчезновение невысоких молодых кустиков, которые съедались целиком; аллеи, расходившиеся во всех направлениях по более старому, высокому кустарнику, который козы ощипывали, становясь на задние ноги; наступление луговых трав по тропам, проложенным козами. Да, главная прелесть этих снов была в их связности и последовательности. Настал день, когда лесорубы срубили высокую поросль, чтобы козы могли кормиться листьями, почками и корой. Настал зимний день, когда сухие, обнаженные скелеты этой поросли были собраны в кучу и сожжены. Настал день, когда я перегнал моих коз на другие заросшие кустарником склоны, а мои коровы уже паслись по колено в сочной, густой траве, которая выросла там, где прежде не было ничего, кроме кустов. И настал день, когда я перегнал дальше моих коров, и мои работники прошлись плугами по этим склонам, переворачивали дерн, чтобы из него образовался жирный перегной для семян моего будущего урожая.</p>
     <p>Да, и в моих снах я часто сходил с поезда на станции одноколейки в поселке, расположенном у большого сухого оврага, садился в коляску, запряженную моими горными лошадками, и несколько часов ехал по знакомой дороге, по лугам, заросшим люцерной, и дальше — к моим горным пастбищам, где уже созревали рожь, ячмень и клевер, сменявшие друг друга каждые три года, и где я смотрел, как мои работники собирают урожай, а выше, на склонах, мои козы объедали кусты, чтобы потом там появились такие же обработанные поля.</p>
     <p>Это были сны, связные сны, фантазии моего дедуктивного подсознания, но, как вы убедитесь, они были совсем не похожи на то, что мне пришлось испытать, когда я прошел врата малой смерти и заново пережил те жизни, которые выпали на мою долю в давно прошедшие времена.</p>
     <p>В те долгие часы, когда я бодрствовал в смирительной рубашке, я все чаще начинал вспоминать Сесиля Уинвуда, поэта-фальшивомонетчика, который с легким сердцем навлек на меня все эти мучения и теперь, получив свободу, вернулся в широкий мир за тюремными стенами. О нет, я не питал к нему ненависти, — это слишком слабое слово. В человеческом языке нет слов, которые могли бы выразить мои чувства. Скажу только, что меня грызла такая жажда мести, которая не поддается никакому описанию и сама — невыразимое страдание. Я не стану рассказывать вам ни о часах, посвященных выдумыванию всяких пыток для него, ни об изощренных дьявольских муках, изобретенных мной. Довольно будет одного примера. Сначала меня обворожил старинный способ казни, когда к животу человека привязывали железный котелок с живой крысой. Выйти на волю крыса могла только через тело человека. Как я уже сказал, эта пытка меня обворожила, Но потом я понял, что смерть при ней наступает слишком быстро, и принялся смаковать мавританское приспособление для… но нет, я ведь обещал, что не буду описывать этого. Достаточно сказать, что в часы бодрствования, сходя с ума от боли, я думал о том, как отомстил бы Сесилу Уинвуду.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <p>Однако в долгие мучительные часы бодрствования я, пролитого, научился чрезвычайно важной вещи: я научился подчинять тело духу. Я научился страдать пассивно, как этому, вероятно, выучиваются все, кто прошел высший курс смирительной рубашки.</p>
     <p>Это вовсе не просто — погружать мозг в такую сладостную нирвану, что он уже не воспринимает лихорадочных, томительных жалоб измученных нервов.</p>
     <p>Именно потому, что я научился подчинять плоть духу, мне удалось так легко воспользоваться секретом, который открыл мне Эд Моррел.</p>
     <p>— Ты думаешь, тебе крышка? — простучал мне как-то ночью Эд.</p>
     <p>Перед этим я пролежал сто часов в рубашке и необычайно ослаб. Так ослаб, что не чувствовал своего тела, хотя все оно было сплошной массой синяков и страдания.</p>
     <p>— Похоже, что крышка, — простучал я в ответ. — Если они еще немного постараются, мне конец.</p>
     <p>— А ты им не поддавайся, — посоветовал он. — Есть один способ. Я сам научился ему в карцере, когда нам с Масси дали хорошую порцию рубашки. Я выдержал, а Масси протянул ноги. Я выдержал только потому, что нашел способ. Но пробовать его надо тогда, когда совсем ослабеешь. Если у тебя еще есть силы, то можно все испортить, и потом уж ничего не получится. Я вот рассказал об этом Джеку, когда он был еще силен, а теперь вижу, что зря. Тогда у него, конечно, ничего не вышло, а потом, когда это было бы для него в самый раз, оказалось уже поздно, потому что первая неудача все ему испортила. Он теперь даже не верит в это. Думает, что я его разыгрываю. Правда, Джек?</p>
     <p>Из камеры номер тринадцать Джек простучал в ответ:</p>
     <p>— Не попадайся на эту удочку, Даррел. Просто сказки, и больше ничего.</p>
     <p>— Ну, ты мне все-таки расскажи, — простучал я Моррелу.</p>
     <p>— Потому-го я и ждал, чтобы ты как следует ослаб. Теперь тебе без этого не обойтись, и я расскажу. Все зависит только от тебя самого. Если захочешь по-настоящему, то получится. Я это делал три раза, я знаю.</p>
     <p>— Ну, так что же это за способ? — нетерпеливо простучал я.</p>
     <p>— Вся штука в том, чтобы умереть в рубашке, заставить себя умереть. Сейчас ты меня, конечно, не понимаешь, но погоди. Ну, ты знаешь, как тело в рубашке немеет — то рука, то нога. С этим ничего поделать нельзя, но зато этим можно воспользоваться. Не жди, чтобы у тебя онемели ноги или тело. Расположись как можно удобнее и пусти в ход свою волю. И все это время ты должен думать только об одном и верить в то, о чем думаешь. Если не будешь верить, ничего не получится. А думать ты должен вот что: твое тело — это одно, а твой дух — совсем другое. Ты — это ты, а твое тело — чепуха и ни за чем тебе не нужно. Твое тело не в счет. Ты сам себе хозяин. Никакого тела тебе не нужно. И когда ты подумаешь об этом и поверишь в это, то надо будет это доказать, пустив в ход свою волю. Ты заставишь свое тело умереть. Начать надо с пальцев на ноге, и не сразу, а по очереди. Ты заставляешь свои пальцы умереть. Ты хочешь, чтобы они умерли. Если у тебя хватит веры и воли, пальцы на твоих ногах умрут. Это самое трудное — начать умирать. Но стоит только умереть первому пальцу на ноге, как дальше все пойдет легко, потому что тебе незачем будет больше верить. Ты будешь знать. А тогда ты пустишь в ход всю свою волю, чтобы и остальное тело умерло. Я знаю, о чем говорю. Даррел. Я проделал это три раза. Как только начнешь умирать, дальше все пойдет гладко. А самое странное, что ты все время присутствуешь при этом целый и невредимый. Вот пальцы на твоих ногах умрут, а ты сам ни чуточки не мертв. Потом ноги умрут по колено, потом по бедро, а ты все такой же, каким был раньше. Твое тело по кусочкам выходит из игры, а ты остаешься самим собой, точно таким же, каким был перед тем, как взялся за это дело.</p>
     <p>— А что потом? — спросил я.</p>
     <p>— Ну, когда твое тело целиком умрет, а ты останешься, каким был, ты просто вылезешь наружу и бросишь свое тело. А если ты выберешься из своего тела, то и выберешься из камеры. Каленные стены и железные двери не выпускают тела на волю. А дух они удержать не могут. И ты это докажешь. Ты же будешь духом снаружи своего тела. И сможешь посмотреть на свое тело со стороны. Я знаю, что говорю, я сам это проделал три раза — три раза смотрел со стороны на свое тело.</p>
     <p>— Ха! Ха! Ха! — Джек Оппенхеймер простучал свой хохот через тринадцать камер.</p>
     <p>— Понимаешь, в этом-то и беда Джека, — продолжал Моррел. — Он не может поверить. Когда он попробовал, то был еще слишком силен, и у него ничего не вышло. А теперь он думает, что я его разыгрываю.</p>
     <p>— Когда ты помрешь, то станешь покойничком. А покойнички не воскресают, — возразил Оппенхеймер.</p>
     <p>— Да говорю тебе, что я умирал три раза, — настаивал Моррел.</p>
     <p>— И дожил до того, чтобы рассказать нам об этом, — съязвил Оппенхеймер.</p>
     <p>— Но помни одно, Даррел, — простучал мне Моррел, — это дело рискованное. Все время такое чувство, будто ты слишком своевольничаешь. Я не могу этого объяснить, но мне всегда кажется, что если я буду далеко, когда они вытащат мое тело из рубашки, то уж я не смогу в него вернуться. То есть мое тело по-настоящему помрет. А я не хочу, чтобы оно помирало. Я не хочу доставить такое удовольствие капитану Джеми и всей остальной сволочи. Но зато, Даррел, если ты сумеешь сделать это, то оставишь Азергина в дураках. Если тебе удастся убить вот так, на время, свое тело, го пусть они держат тебя в рубашке хоть целый месяц, это уж никакого значения не имеет. Ты не чувствуешь боли, твое тело вообще ничего не чувствует. Ты ведь слышал, что некоторые люди спали по целому году, а то и больше. Вот так же будет и с твоим телом. Оно будет спокойненько лежать себе в рубашке, ожидая, чтобы ты вернулся. Попробуй, я тебе дело говорю.</p>
     <p>— А если он не вернется? — спросил Оппенхеймер.</p>
     <p>— Тогда, Джек, значит, в дураках останется он, — ответил Моррел. — А может, и мы, потому что торчим в этой дыре, раз отсюда так просто выбраться.</p>
     <p>На этом наш разговор оборвался, потому что Конопатый Джонс, очнувшись от своего противозаконного сна, злобно пригрозил подать рапорт на Моррела и Оппенхеймера, а это означало бы для них смирительную рубашку на следующий день. Мне он грозить не стал, так как знал, что я получу рубашку и без этого.</p>
     <p>В наступившей тишине я, забывая о ноющей боли во всем теле, начал размышлять о том, что сообщил мне Моррел. Как я говорил выше, я уже пробовал с помощью самогипноза вернуться к моим предыдущим бытиям. Я знал также, что мне это отчасти удалось, хотя видения мои прихотливо переплетались без всякой логики и связи.</p>
     <p>Но способ Моррела настолько очевидно был противоположен моим попыткам загипнотизировать себя, что я заинтересовался.</p>
     <p>При моем способе в первую очередь гасло сознание, при его способе сознание сохранялось до конца, и когда тело умирало, сознание переходило на такую высокую ступень, что покидало тело, покидало стены Сен-Квентина и отправлялось в дальние странствования, по-прежнему оставаясь сознанием.</p>
     <p>«Во всяком случае, стоит попытаться», — решил я. Вопреки моему скептицизму ученого, я не сомневался в возможности проделать то, что, по словам Моррела, ему удавалось уже трижды.</p>
     <p>Возможно, легкость, с которой я ему поверил, объяснялась моей огромной слабостью. Возможно, у меня не хватало сил быть скептиком. Это предположение уже высказал Моррел. Выводы его были чисто эмпирическими, и я тоже, как вы увидите, подтвердил их чисто эмпирически.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <p>А важнее всего было то, что на следующее утро начальник тюрьмы вошел в мою камеру с твердым намерением убить меня. Вместе с ним явились капитан Джеми, доктор Джексон, Конопатый Джонс и Эл Хэтчинс. Эл Хэтчинс должен был отбыть сорок лет, но надеялся на помилование. Уже четыре года он состоял главным старостой Сен-Квентина. Вы поймете, какую власть давало ему это положение, если я скажу, что только одними взятками главный староста набирал до трех тысяч долларов в год. Поэтому Эл Хэтчинс, накопивший двенадцать тысяч долларов и ожидавший помилования, готов был слепо выполнить любое приказание начальника тюрьмы.</p>
     <p>Я сказал вам, что начальник тюрьмы вошел в мою камеру, твердо решив избавиться от меня. Это было видно по его лицу. И это доказали его распоряжения.</p>
     <p>— Осмотрите его, — приказал он доктору Джексону.</p>
     <p>Эта жалкая пародия на человека, этот «доктор» сорвал с меня заскорузлую от грязи рубаху, которая была на мне с тех пор, как я попал в одиночку, и обнажил мое жалкое, истощенное тело; моя кожа, обтягивавшая ребра, словно коричневый пергамент, от частого знакомства со смирительной рубашкой покрылась воспаленными язвами. Осматривал он меня с бесстыдной небрежностью.</p>
     <p>— Ну что, выдержит он? — спросил начальник тюрьмы.</p>
     <p>— Да, — ответил доктор Джексон.</p>
     <p>— Как работает сердце?</p>
     <p>— Великолепно.</p>
     <p>— По-вашему, он выдержит десять дней?</p>
     <p>— Конечно.</p>
     <p>— Я в это не верю, — сердито сказал Азертон, — но мы все-таки попробуем… Ложись, Стэндинг.</p>
     <p>Я подчинился и лег ничком на расстеленную рубашку.</p>
     <p>Начальник тюрьмы, казалось, вдруг заколебался.</p>
     <p>— Перевернись, приказал он.</p>
     <p>Я попробовал перевернуться, но слабость моя была слишком велика, и я только беспомощно дергался и изгибался.</p>
     <p>— Притворяемся, — заметил Джексон.</p>
     <p>— Ну, ему незачем будет притвориться, когда я с ним разделаюсь, — ответил начальник тюрьмы. — Помогите-ка ему. Мне некогда с ним возиться.</p>
     <p>Меня перевернули на спину, и я устремил взгляд на Азертона.</p>
     <p>— Стэндинг, — произнес он медленно. — Я больше не намерен с тобой нянчиться. Я по горло сыт твоим упрямством. Мое терпение кончилось. Доктор Джексон говорит, что ты вполне можешь выдержать десять дней и рубашке. Ну, ты сам понимаешь, много ли у тебя шансов. Но я собираюсь дать тебе еще один шанс. Расскажи, где динамит. Как только он будет в моих руках, я заберу тебя отсюда. Ты сможешь вымыться, побриться и получить чистое белье. Я позволю тебе шесть месяцев отъедаться на больничном пайке, ничего не делая, а потом назначу тебя старостой библиотеки. Ты сам понимаешь, что лучше этого я тебе ничего предложить не могу. Ведь я не прошу тебя стать легавым. Ты же единственный человек в Сен-Квентине, который знает, где этот динамит. Ты никому не повредишь, если согласишься, а тебе самому это пойдет только на пользу. Ну, а если ты не согласишься… — Он помолчал и многозначительно пожал плечами. — Ну, а если ты не согласишься, то сейчас тебя затянут в рубашку на десять суток.</p>
     <p>При этих словах меня охватил ужас. Я был так слаб, что десятидневное пребывание в рубашке означало для меня смерть, это я знал не хуже начальника тюрьмы. И тут я вспомнил о способе Моррела. Теперь или никогда. Настал час. когда он был мне нужен, настал час, когда надо было на деле доказать свою веру в него. Я улыбнулся прямо в лицо начальнику тюрьмы Азертону, и в эту улыбку я вложил всю мою уверенность — так же как в предложение, с которым я к нему обратился.</p>
     <p>— Начальник, — сказал я, — видите, как я улыбнулся? Ну а если через десять дней, когда вы меня расшнуруете, я опять вот так же улыбнусь вам, вы дадите по пачке табаку и курительной бумаги Моррелу и Оппенхеймеру?</p>
     <p>— Эти интеллигенты все полоумные, — фыркнул капитан Джеми.</p>
     <p>Начальник тюрьмы был вспыльчивым человеком и счел мою просьбу наглым издевательством.</p>
     <p>— За это тебя зашнуруют покрепче, — пообещал он мне.</p>
     <p>— Я предлагаю вам пари, начальник, — ответил я невозмутимо. — Затяните меня так туго, как только возможно, но если я улыбнусь вам через десять дней, дадите вы табаку Моррелу и Оппенхеймеру?</p>
     <p>— Ты что-то очень в себе уверен, — заметил он.</p>
     <p>— Вот почему я и предлагаю вам пари, — ответил я.</p>
     <p>— В Бога уверовал? — насмешливо протянул он.</p>
     <p>— Нет, — ответил я, — просто во мне столько жизни, что вам никогда не исчерпать ее до конца. Спеленайте меня хоть на сто дней, и я все-таки улыбнусь вам.</p>
     <p>— Ты сдохнешь, Стэндинг, еще прежде, чем пройдут десять дней.</p>
     <p>— Вы так думаете? — сказал я. — А сами-то вы в это верите? Если бы верили, то не боялись бы потерять десять центов на двух пачках табаку. Что вас, собственно, пугает?</p>
     <p>— За два цента я разбил бы сейчас твою рожу! — рявкнул он.</p>
     <p>— Не буду вам мешать, — сказал я с изысканной вежливостью. — Бейте сильнее! Но у меня все таки останутся зубы, чтобы улыбнуться. А пока вы еще не решили, стоит ли разбивать мне лицо, может быть вы все же примете мое пари?</p>
     <p>Чтобы так дразнить начальника тюрьмы в одиночной камере, нужно страшно ослабеть и совсем отчаяться… или нужно твердо верить. Теперь я знаю, что я верил и поступал согласно этой вере. Я верил в то, о чем рассказал мне Моррел, я верил во власть духа над телом, я верил, что даже сто дней в рубашке не убьют меня. Капитан Джеми, вероятно, почувствовал эту веру, которая поддерживала меня, так как он сказал:</p>
     <p>— Помнится, лет двадцать назад тут сошел с ума один швед. Это было еще до вас, мистер Азертон. Он убил человека поссорился с ним из-за двадцати пяти центов — и получил на всю катушку. Он был поваром. И вдруг уверовал. Сказал, что за ним спустится золотая колесница и вознесет его на небеса. А потом сел на раскаленную плиту и стал распевать псалмы и вопить «Аллилуйя!», пока жарился. Тогда его стащили, но через два дня он протянул ноги в больнице. Прожарился до самых костей. И даже перед смертью клялся, что не чувствовал ожога. И ни разу не пикнул от боли.</p>
     <p>— Ну, Стэндинг у нас запищит, — сказал начальник тюрьмы.</p>
     <p>— Раз уж вы так уверены, почему же вы не принимаете мое пари? — подзадорил я его.</p>
     <p>Азертон пришел в такое бешенство, что, несмотря на мое отчаянное положение, я чуть не расхохотался. Лицо его перекосилось, он сжал кулаки, и казалось, вот-вот накинется на меня и изобьет до полусмерти. Однако, сделав над собой усилие, он взял себя в руки.</p>
     <p>— Ну, ладно, Стэндинг, — прорычал он, — идет. Но запомни мои слова: тебе придется попыхтеть, чтобы улыбнуться через десять дней. Переверните его на живот, ребята, и затяните так, чтобы ребра затрещали. Ну-ка, Хэтчинс, докажи ему, что ты в этом деле мастер.</p>
     <p>И они перевернули меня на живот и затянули так, как меня еще никогда не затягивали. Главный староста показал все свое умение. Я попытался отвоевать хоть чуточку пространства. На многое рассчитывать было нельзя, потому что я давно уже стал худ как щепка, а мышцы мои превратились в веревочки. У меня не оставалось ни сил, ни тела, ни мускулов, чтобы их напрячь, и той малости, которую мне удавалось урвать, я добивался, выпячивая свои суставы. Я готов в этом поклясться. Но и этой малости Хэтчинс лишил меня — до того, как попасть в старосты, он изучил все уловки с рубашкой внутри этой рубашки.</p>
     <p>Дело в том, что Хэтчинс был подлецом. Может быть, прежде он и был человеком, но его изломали на колесе. В его распоряжении было около двенадцати тысяч долларов, и, рабски исполняя приказы, он мог выклянчить себе свободу. Потом я узнал, что у него была девушка, которая осталась ему верна и ждала его освобождения. Женщина многое объясняет в поведении мужчины.</p>
     <p>И вот этим утром в одиночке по приказу начальника тюрьмы Эл Хэтчинс изо всех сил старался совершить убийство. Он отнял у меня даже то крохотное пространство, которое я сперва было украл. А когда я его лишился, тело мое осталось без защиты, и он, упираясь ногой в мою спину, стянул шнуровку так, как ее еще никто не стягивал. Мои лишенные мускулов кости сдавили сердце и легкие, и смерть, казалось, могла наступить в любую минуту.</p>
     <p>И все же моя вера поддержала меня. Я был убежден, что не умру.</p>
     <p>Я знал, повторяю, я знал, что не умру. Голова у меня отчаянно кружилась, а бешеные удары сердца прокатывались по всему телу, от пальцев ног до корней волос на затылке.</p>
     <p>— Пожалуй, туговато будет, — растерянно заметил капитан Джеми.</p>
     <p>— Ничего подобного, — отозвался доктор Джексон, — ни черта с ним не случится, вот увидите. Он ненормальный, другой на его месте давно бы уже умер.</p>
     <p>Начальник тюрьмы с большим трудом умудрился просунуть указательный палец между шнуровкой и моей спиной. Наступив на меня, прижав меня к полу всей тяжестью своего тела, он потянул за веревку, но ему не удалось вытянуть ее и на десятую долю дюйма.</p>
     <p>— Должен признать, Хэтчинс, — сказал он, — ты свое дело знаешь. А теперь переверните-ка его на спину, надо на него посмотреть.</p>
     <p>Они перевернули меня лицом вверх. Я глядел на них выпученными глазами. Я знаю одно: если бы меня затянули так, когда я в первый раз попробовал рубашки, я умер бы через десять минут. Но я прошел хорошую школу. У меня за спиной были уже тысячи часов, проведенных в рубашке, а кроме того, я верил в способ Моррела.</p>
     <p>— Смейся же, черт тебя возьми, смейся! — сказал мне начальник тюрьмы. — Ну-ка, покажи нам улыбку, которой ты хвастался.</p>
     <p>Моим легким не хватало воздуха, моя голова разрывалась от боли, сознание туманилось, и все-таки я сумел улыбнуться прямо в лицо начальнику тюрьмы Азертону.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
     </title>
     <p>Дверь со стуком захлопнулась, в камере воцарился серый сумрак, и я остался один. С помощью хитрых приемов, которым меня уже давно научила рубашка, я, извиваясь и дергаясь, передвигаясь то на дюйм, то на полдюйма, подобрался поближе к двери, так что смог коснуться ее носком правого башмака. Это уже была огромная радость. Полное одиночество кончилось. Я мог теперь перестукиваться с Моррелом.</p>
     <p>Однако начальник тюрьмы, очевидно, отдал строгое распоряжение страже, так как хотя я сумел позвать Моррела и сообщить ему о своем намерении попробовать его способ, ему не позволили ответить. Но со мной надзиратели ничего не могли поделать и только ругались: мне предстояло провести в рубашке десять суток, и теперь меня нельзя было запугать никаким наказанием.</p>
     <p>Помнится, я заметил тогда, что на душе у меня удивительно спокойно. Тело мое ощущало обычную боль от рубашки, но сознание было таким бездеятельным, что я не замечал боли, как не замечал пола под собой или стен вокруг. Это было идеальное состояние духа для предстоявшего мне эксперимента. Конечно, в основном я был обязан им огромной телесной слабостью. Но не только ей.</p>
     <p>Я уже давно приучил себя не обращать внимания на боль. Меня не терзали ни страх, ни сомнения. Я был преисполнен абсолютной веры в безграничную власть духа над телом. В этой бездеятельности сознания было что-то от сна, и все же она оставалась явью, по-своему близкой к экстазу.</p>
     <p>Я собрал всю свою волю. Мое тело уже начинало неметь из-за нарушенного кровообращения. Сосредоточившись на мизинце правой ноги, я приказывал ему умереть в моем сознании. Я приказал этому мизинцу стать мертвым для меня, его господина, существующего помимо него. Началась упорная борьба. Моррел предупреждал меня, что так будет. Но даже тень сомнения не омрачила моей веры. Я знал, что мизинец умрет, и я уловил мгновение, когда он умер. Сустав за суставом он умирал под воздействием моей воли.</p>
     <p>Остальное было уже легко, хотя не отрицаю, что весь процесс оказался очень медленным. Сустав за суставом, палец за пальцем прекратили существование пальцы на ногах. И сустав за суставом мое тело продолжало умирать. Настала минута, когда исчезла плоть моей стопы. Настала минута, когда исчезли обе лодыжки.</p>
     <p>Мой экстаз был так глубок, что я не чувствовал ни малейшей гордости от удачи эксперимента. Я сознавал только, что заставляю мое тело умирать. И все то, что было мной, целиком посвятило себя этой задаче. Я делал свое дело с аккуратностью каменщика, кладущего стену кирпич за кирпичом, и оно представлялось мне таким же будничным, каким представляется каменщику его повседневный труд.</p>
     <p>По истечении часа мое тело было мертво по бедра, но я продолжал умерщвлять его сустав за суставом, и смерть поднималась все выше.</p>
     <p>Однако когда я добрался до уровня сердца, сознание мое впервые затуманилось. Испугавшись обморока, я приказал умершей части тела оставаться мертвой и сосредоточился на пальцах рук. Ясность сознания тотчас вернулась ко мне, и я очень быстро умертвил руки и плечи.</p>
     <p>Теперь все мое тело было мертво, если не считать головы и кусочка груди. Бешеные удары моего стиснутого сердца перестали отдаваться в голове. Оно билось теперь ровно, хотя и слабо. Если бы я посмел тогда обрадоваться, эта радость была бы порождена отсутствием ощущений.</p>
     <p>Однако дальше у меня все пошло не так, как у Моррела.</p>
     <p>Продолжая машинально напрягать волю, я постепенно погрузился в дремотное состояние, лежащее на границе сна и бодрствования.</p>
     <p>Мне начало казаться, что мой мозг стал увеличиваться внутри черепа, который оставался прежним. Порой ярко вспыхивал свет, словно даже я, дух-господин, на мгновение исчезал, а потом возникал снова, все еще в пределах плотского обиталища, умерщвляемого мною.</p>
     <p>Особенно странным было увеличение мозга. Хотя он и не проходил сквозь стенки черепа, мне казалось, что часть его уже находится снаружи черепа и продолжает увеличиваться. А вместе с этим возникало удивительное ощущение, которого мне еще никогда не доводилось испытывать. Время и пространство в той мере, в какой они были частью моего сознания, вдруг обрели гигантскую протяженность. Так, я знал, даже не открывая глаз, что стены моей камеры раздвинулись, превратив ее в огромный дворцовый зал. И пока я обдумывал этот факт, они все продолжали раздвигаться. Тут мне пришла в голову забавная мысль: если так же росла и вся тюрьма, то наружные стены Сен-Квентина с одной стороны должны были бы оказаться в волнах Тихого океана, с другой — уже подбираться к Невадской пустыне. Затем у меня возникла другая забавная мысль: раз материя может просачиваться сквозь материю, то вполне возможно, что стены моей камеры уже просочились сквозь тюремные стены и, значит, моя камера находится вне тюрьмы, а я — на свободе. Разумеется, это были только фантазии, о чем я ни на секунду не забывал.</p>
     <p>Расширение времени было столь же замечательным. Удары моего сердца раздавались лишь через долгие промежутки. Это тоже показалось мне забавным, и я принялся медленно и размеренно отсчитывать секунды между ударами. Сперва такой промежуток был равен ста секундам с лишним. Но промежутки продолжали непрерывно увеличиваться, и я бросил считать.</p>
     <p>Это иллюзорное расширение пространства и времени непрерывно продолжалось, и я начал лениво обдумывать новый и чрезвычайно важный вопрос. Моррел рассказал мне, что он освобождался от своего тела, убивая его, вернее, отделяя сознание от тела, что, впрочем, одно и то же. Так вот, мое тело было настолько близко к полной смерти, что стоило мне быстро сосредоточить волю на оставшемся живым кусочке, как он тоже перестал бы существовать, — в этом я был абсолютно убежден. Но тут-то и крылась загвоздка, о которой Моррел мне ничего не сказал, — должен ли я убить и голову? Вдруг, если я сделаю это, тело Даррела Стэндинга навеки останется мертвым, что бы ни происходило с духом Даррела Стэндинга?</p>
     <p>Я решил, что рискну убить грудь и сердце. Напряжением воли я мгновенно добился желаемого результата. У меня больше не было ни груди, ни сердца. Я был только духом, душой, сознанием — называйте это, как хотите, — заключенным в туманном мозгу, который, оставаясь внутри моего черепа, тем не менее уже вышел за его пределы и продолжал расширяться вне их.</p>
     <p>И вдруг в мгновение ока я унесся прочь. Одним прыжком я оставил тюрьму далеко внизу, пронизал калифорнийское небо и оказался среди звезд. Я говорю «среди звезд» совершенно сознательно. Я гулял среди звезд. Я был ребенком. Меня окутывала тонкая шелковистая ткань самых нежных оттенков, мерцавшая и переливавшаяся в спокойном прохладном свете звезд. Это одеяние, несомненно, родилось из моих детских впечатлений от цирковых акробатов и представлений об одеждах ангелочков.</p>
     <p>Но как бы то ни было, я шагал в этом наряде по межзвездным пространствам, опьяненный сознанием, что меня ждет великий подвиг, который даст мне познать все космические законы и постигнуть великую тайну тайн вселенной. В руке я держал стеклянный жезл. Мне было известно, что я должен коснуться кончиком этого жезла каждой звезды, мимо которой буду проходить. И я знал с абсолютной уверенностью, что стоит мне пропустить хотя бы одну, как я буду низвергнут в бездонную пропасть вечного наказания и вечной вины.</p>
     <p>Мой звездный путь был долог. Когда я говорю «долог», вам следует помнить о том, как колоссально расширилось время в моем мозгу. Я шел в пространстве века и века, уверенно и без промаха касаясь кончиком жезла каждой встречной звезды. Все ярче разгорался свет. Все ближе был я к несказанному источнику безграничной мудрости. Именно я сам, а не какое-то другое мое «я». И это не было тем, что я когда-то уже пережил. Я все время сознавал, что именно я, Даррел Стэндинг, иду среди звезд и касаюсь их стеклянным жезлом. Короче говоря, я знал, что в этом нет ничего подлинного, что этого на самом деле не было и не будет.</p>
     <p>Я знал, что это лишь буйная оргия воображения, как у человека, накурившегося опиума, больного горячкой или просто крепко спящего.</p>
     <p>И вдруг, когда мне было так хорошо и радостно, мой жезл пропустил звезду, и я сразу понял, что совершил тягчайшее преступление. И тут же раздался стук, громовой, властный и неумолимый, как железная поступь рока, он поразил меня и гулко пронесся по вселенной. Вся звездная система ослепительно засверкала, закружилась и исчезла в пламени.</p>
     <p>Меня разрывала невыразимая мука. Я сразу же стал Даррелом Стэндингом, пожизненно заключенным, лежащим на полу в смирительной рубашке. И я понял, кто отозвал меня с небес. В пятой камере Эд Моррел начал что-то выстукивать.</p>
     <p>Мне.</p>
     <p>Теперь я попытаюсь дать вам некоторое представление о необъятной протяженности времени и пространства, которую я ощущал. Много дней спустя я спросил у Моррела, что он мне выстукивал. Оказалось, это был простой вопрос: «Стэндинг, ты тут?»</p>
     <p>Он простучал его очень быстро, пока надзиратель был в другом конце коридора. Повторяю: он простучал свой вопрос очень быстро.</p>
     <p>Так поймите же: между первым и вторым ударом я снова унесся в звездный мир и снова шел, облаченный в шелковистое одеяние, касаясь каждой звезды на моем пути, к познанию всех тайн жизни.</p>
     <p>И, как прежде, я шел там века и века. Затем снова раздался стук — гром железной поступи рока, и снова меня разрывала невыразимая боль, и снова я оказался в моей камере в Сен-Квентине. Это Эд Моррел стукнул во второй раз. Промежуток между первым и вторым ударом длился пятую долю секунды. Но благодаря неизмеримой протяженности моего времени за эту пятую долю секунды я много столетий шел среди звезд.</p>
     <p>Я знаю, читатель, что все рассказанное выше кажется бессмыслицей. Я согласен. Это бессмыслица. Но это случилось со мной и было так же реально, как реальны змеи и пауки для человека, допившегося до белой горячки.</p>
     <p>При самых щедрых допусках Эду Моррелу потребовалось не больше двух минут, чтобы простучать свой вопрос. И все же между первым и последним ударом протекли миллионы лет. Я уже не мог идти по моей звездной тропе с прежней безоблачной радостью, ибо во мне жил ужас перед неизбежным призывом, который, раздирая в клочья все мое существо, снова низвергнет меня в ад смирительной рубашки. И миллионы лет моих блужданий среди звезд превратились в миллионы лет ужаса.</p>
     <p>И все время я знал, что это палец Эда Моррела так жестоко приковывает меня к земле. Я попытался заговорить с Эдом, попросить, чтобы он замолчал. Но я так полно отделил свое тело от сознания, что уже не мог его воскресить. Мое тело, сдавленное рубашкой, было мертво, хотя я все еще жил в его черепе. Тщетно приказывал я своей ноге простучать ответ Моррелу. Теоретически я знал, что у меня есть нога. Но мой опыт прошел так удачно, что ноги у меня все-таки не было.</p>
     <p>Потом — теперь я знаю, что Моррел просто кончил выстукивать свой вопрос, — я продолжил мой путь среди звезд, и никто не звал меня назад. А потом, все еще на том же пути, я сквозь дрему почувствовал, что засыпаю и сон этот удивительно сладок.</p>
     <p>Время от времени я шевелился во сне — обрати внимание, читатель, на этот глагол, — я шевелился. Я двигал руками и ногами.</p>
     <p>Я чувствовал прикосновение чистых мягких простынь. Я ощущал себя здоровым и сильным. До чего же это было чудесно! Как людям, гибнущим в пустыне от жажды, грезятся журчащие фонтаны и кристальные источники, так мне грезилось освобождение от уз смирительной рубашки, чистота вместо грязи, бархатистая здоровая кожа вместо жесткого пергамента, обтягивавшего мои ребра.</p>
     <p>Но грезилось мне это, как вы убедитесь, совсем по-иному, не так, как им.</p>
     <p>Я проснулся. О, совсем проснулся, но не стал открывать глаза.</p>
     <p>Пожалуйста, поймите одно — все дальнейшее меня нисколько не удивило. Я воспринимал его как что-то привычное и естественное.</p>
     <p>Я был самим собой, запомните это. Но я не был Даррелом Стэндингом. У Даррела Стэндинга было столько же общего с этим человеком, как у пергаментной кожи Даррела Стэндинга с этой нежной и здоровой. И я понятия не имел ни о каком Дарреле Стэндинге, и не удивительно, ибо Даррел Стэндинг еще не родился и до его рождения должны были пройти века. Но вы сами все поймете.</p>
     <p>Я лежал, не открывая глаз, и лениво прислушивался к доносившимся до меня звукам. Снаружи по каменным плитам размеренно цокали подводы. Звенело металлом оружие на людях, звенела металлом сбруя, и я понял, что под моими окнами по улице проезжает кавалькада. И без всякого интереса подумал: кто бы это мог быть? Откуда-то (впрочем, я знал, откуда, — со двора гостиницы) донеслись звонкие удары копыт и нетерпеливое ржание, которое я сразу узнал: это горячился мой конь.</p>
     <p>Потом звук шагов и шорохи — шаги, как будто бы почтительно приглушенные, а на самом деле нарочито шумные, чтобы разбудить меня, если я еще сплю. Я улыбнулся про себя уловке старого мошенника.</p>
     <p>— Понс, — приказал я, не открывая глаз, — воды! Холодной воды, побыстрей и побольше. Я вчера вечером хлебнул лишнего, и в глотке у меня сухо, как в раскаленной пустыне.</p>
     <p>— Вот зато сегодня вы и заспались, — проворчал он, подавая мне заранее приготовленную кружку с водой.</p>
     <p>Я сел на кровати, открыл глаза и обеими руками поднес кружку к губам. Я пил и разглядывал Понса.</p>
     <p>Теперь заметьте две вещи: я говорил по-французски и не сознавал, что говорю по-французски. Только много времени спустя, вернувшись в одиночку и вспоминая события, о которых я сейчас рассказываю, я вдруг понял, что все время говорил по-французски, и притом как настоящий француз. Я же, Даррел Стэндинг, тот, кто пишет эти строки в тюрьме Фолсем, в одной из камер Коридора Убийц, знаю французский язык только в объеме школьного курса, то есть кое-как читаю французские книги и журналы. А говорить не умею совсем. Даже заказывая обед в ресторане, я не всегда правильно произносил названия блюд.</p>
     <p>Но довольно отступлений. Понс был низеньким, сухоньким старикашкой. Он родился в нашем доме — об этом было упомянуто в тот день, который я описываю. Понсу было за шестьдесят.</p>
     <p>Он уже лишился почти всех зубов, но, несмотря на сильную хромоту (он ходил, смешно подпрыгивая), был еще очень бодр и подвижен. Со мной он обращался с развязной фамильярностью.</p>
     <p>Ведь он прожил в нашем доме шестьдесят лет. Он был слугой моего отца, когда я еще только учился ходить, а после его смерти (мы с Понсом говорили о ней в этот день) стал моим слугой.</p>
     <p>Хромоту свою он получил на поле сражения в Италии, когда в атаку пошла кавалерия. Он только-только успел оттащить моего отца в сторону, как был ранен пикой в бедро, сбит с ног и отброшен под лошадиные копыта. Мой отец, не потерявший сознания, хотя и обессилевший от ран, видел все это своими глазами. Так что Понс заслужил право быть фамильярным, по крайней мере, с сыном моего отца.</p>
     <p>Укоризненно покачивая головой, Понс смотрел, как я жадно пью воду.</p>
     <p>— Она сразу закипела, ты слышал? — спросил я, смеясь, и отдал ему кружку.</p>
     <p>— Совсем как отец, — сказал он с печальным вздохом. — Но ваш отец потом остепенился, а от вас этого не дождешься.</p>
     <p>— У отца был больной желудок, — поддразнивал я старика. — Один глоток вина — и его сразу выворачивало наизнанку. Так кто же станет пить, если от этого нет никакой радости?</p>
     <p>Пока мы разговаривали, Понс раскладывал на кресле у кровати мой костюм.</p>
     <p>— Пейте, пейте, хозяин, — сказал он. — Это вам не повредит. Вы все равно умрете со здоровым желудком.</p>
     <p>— Значит, по-твоему, у меня железный желудок? — спросил я, нарочно притворяясь, будто не понял его намека.</p>
     <p>— По-моему… — ворчливо начал он, но тут же умолк, сообразив, что я его дразню. Поджав морщинистые губы, он повесил на спинку кресла мой новый, подбитый соболями плащ. — Восемьсот дукатов! — язвительно сказал он. — Тысяча коз и сто жирных быков за плащ, чтобы вы не мерзли! Двадцать ферм на благородной спине моего хозяина!</p>
     <p>— А вот здесь сотня богатых ферм, с двумя-тремя замками в придачу, а быть может, и дворцом, — ответил я, протягивая руку и дотрагиваясь до моей шпаги, которую он только что положил на сиденье кресла.</p>
     <p>— Ваш отец тоже завоевывал свое добро сильной рукой, — отрезал Понс. — Но если ваш отец умел завоевывать, то он умел и сохранять.</p>
     <p>Тут Понс умолк и с насмешкой расправил мой новый колет из малинового атласа, который обошелся мне недешево.</p>
     <p>— Шестьдесят дукатов за эту тряпку, подумать только! — все больше расходился Понс. — Да ваш отец послал бы к сатане на рога всех портных и евреев-ростовщиков, а не заплатил бы таких денег!</p>
     <p>И все время, пока мы одевались, то есть все время, пока Понс помогал мне одеваться, я продолжал дразнить его.</p>
     <p>— Нетрудно догадаться, Понс, что ты не слышал последней новости, — сказал я лукаво.</p>
     <p>Тут старый сплетник мигом навострил уши.</p>
     <p>— Последней новости? — переспросил он. — Уж не случилось ли чего при английском дворе?</p>
     <p>— Нет, — покачал я головой. — Впрочем, новостью это, пожалуй, будет только для тебя, а всем другим она уже давно известна. Так ты, правда, не слышал? Об этом шептались греческие философы еще две тысячи лет назад. Вот из-за этой-то новости я и ношу двадцать богатых ферм на своей спине, живу при дворе и стал кутилой и щеголем. Видишь ли, Понс, наш мир — весьма скверное местечко, жизнь — печальная штука, все люди смертны, а когда ты мертв, ты… Короче говоря, ты мертв. И вот, чтобы избежать скверны и печали, в наши дни люди, подобные мне, ищут новизны, дурмана страстей и угара развлечений.</p>
     <p>— Но что это за новость, хозяин? О чем шептались философы в давние времена?</p>
     <p>— О том, что Бог умер, Понс, — ответил я торжественно. — Разве ты этого не знал? Бог умер, я тоже скоро умру, и вот поэтому я ношу на спине двадцать богатых ферм.</p>
     <p>— Бог жив! — с жаром воскликнул Понс. — Бог жив, и царствие его близко. Оно близко, слышите, хозяин? Может быть, оно настанет уже завтра, и земля рассыплется в прах.</p>
     <p>— Так говорили христиане в Древнем Риме, Понс, когда Нерон устраивал из них живые факелы себе на забаву.</p>
     <p>Понс бросил на меня взгляд, исполненный жалости.</p>
     <p>— Большая ученость хуже болезни, — сокрушенно вздохнул он. — Я ведь всегда это говорил. Но вам, конечно, надо было поставить на своем и таскать меня, старика, за собой! Ну, и какой толк, что вы изучали астрономию и арифметику в Венеции, поэзию и всякие другие итальянские глупости — во Флоренции, астрологию — в Пизе и уж не знаю что еще в этой сумасшедшей Германии? Плевать я хотел на философов. Я говорю вам, хозяин, — я, Понс, ваш слуга, калека-старик, который не отличит буквы от древка пики, — я говорю вам, что Бог жив и через краткий срок вы предстанете перед ним. — Он вдруг умолк, опомнившись, и добавил: — Священник, о котором вы говорили, ждет, когда вы встанете.</p>
     <p>Я вспомнил, что действительно назначил священнику прийти сегодня.</p>
     <p>— Что ж ты мне раньше не сказал? — спросил я сердито.</p>
     <p>— А к чему? — пожал плечами Понс. — Он все равно ждет уже два часа.</p>
     <p>— Почему ты меня не разбудил?</p>
     <p>Он посмотрел на меня с упреком.</p>
     <p>— Как же разбудишь вас, когда вы еле добрели до кровати и все время вопили почище любого петуха: «Пой ку-ку, пой ку-ку, ку-ку, ку-ку, ку-ку, пой ку-ку, пой ку-ку, пой ку-ку, пой ку-ку!»</p>
     <p>Он тянул этот бессмысленный припев раздирающим ухо хриплым фальцетом, насмешливо поглядывая на меня. Вполне возможно, что я пел эту песенку, ложась спать.</p>
     <p>— У тебя хорошая память, — заметил я сухо, накидывая на плечи новый соболиный плащ и тут же сбрасывая его на руки Понсу.</p>
     <p>Понс угрюмо покачал головой.</p>
     <p>— Тут память не нужна: вы ведь пропели это «ку-ку» раз тысячу, не жалея голоса, так что к нашим дверям сбежались постояльцы со всей гостиницы и грозились убить вас, потому что вы никому не даете уснуть. А когда я вас все-таки уложил, разве вы тут же не подозвали меня к себе и не велели передать дьяволу, если он зайдет, что его светлость почивает? И разве вы не вернули меня еще раз, и, сжав мне руку у локтя так, что сегодня она вся в синяках, разве вы не приказали мне: «Если любишь жизнь, сочное мясо и теплый очаг, ни под каким видом не смей будить меня утром! Можешь разбудить меня только ради одного»?</p>
     <p>— Ради чего? — спросил я, потому что никак не мог вспомнить, о чем я тогда думал.</p>
     <p>— «Только ради сердца черного коршуна, по имени Маринелли, — сказали вы. — Только ради сердца Маринелли, еще теплого и положенного на золотой поднос. Поднос обязательно должен быть золотым», — сказали вы, а я должен разбудить вас, запев «Пой ку-ку, пой ку-ку, пой ку-ку». И тут вы стали учить меня петь «Пой ку-ку, пой ку-ку, пой ку-ку».</p>
     <p>Но едва Понс назвал это имя, я сразу понял, что речь идет о том самом священнике Маринелли, который уже два часа скучает в моей приемной.</p>
     <p>Когда же Маринелли вошел и, здороваясь, назвал меня полным титулом, я понял и все остальное. Я был граф Гильом де Сен-Мор <a l:href="#n_342" type="note">[342]</a> (дело в том, что я знал тогда и вспоминал потом лишь то, что проходило через мое бодрствующее сознание).</p>
     <p>Священник был итальянец, очень смуглый, невысокого роста и невероятно худой — не то от вечных постов, не то от вечного неутолимого, но не плотского голода. Руки у него были маленькие и слабые, как у женщины. Но зато его глаза! Хитрые, недоверчивые, всегда прищуренные, с тяжелыми веками, они были злобными, как у хорька, и в то же время томными, как у ящерицы, греющейся на солнце.</p>
     <p>— Вы заставляете нас ждать, граф де Сен-Мор, — сказал он, как только Понс, повинуясь моему взгляду, вышел из комнаты. — Тот, кому я служу, начинает терять терпение.</p>
     <p>— Потише, потише, поп, — перебил я его сердито. — Помни, что ты сейчас не в Риме.</p>
     <p>— Мой святейший повелитель… — начал он.</p>
     <p>— Возможно, твой святейший повелитель правит в Риме, — опять перебил я.</p>
     <p>— Но мы во Франции.</p>
     <p>Маринелли смиренно наклонил голову, но в его глазах блеснула злоба.</p>
     <p>— Мой святейший повелитель заботится и о делах Франции, — сказал он невозмутимо. — Эта дама не для вас. У моего повелителя другие планы. — Он провел языком по тонким губам. — Другие планы и относительно нее… и относительно вас.</p>
     <p>Конечно, он имел в виду великую герцогиню Филиппу, вдову Жофруа, последнего герцога Аквитанского. Но хотя Филиппа была великой герцогиней и вдовой, она, кроме того, была женщиной — молодой, веселой, красивой и, по моему мнению, созданной для меня.</p>
     <p>— Каковы же эти планы? — спросил я грубо.</p>
     <p>— Они глубоки и обширны, граф де Сен-Мор. Так глубоки и обширны, что мне не подобает даже задумываться о них, а тем более обсуждать их с вами или с кем-нибудь еще.</p>
     <p>— О, я знаю, что надвигаются большие события и что под землей зашевелились покрытые слизью черви.</p>
     <p>— Меня предупреждали, что вы упрямы, но я должен был выполнить приказ.</p>
     <p>Маринелли встал, собираясь уйти, и я тоже встал.</p>
     <p>— Я говорил, что это бесполезно, — продолжал он. — Но вам была дарована последняя возможность изменить свое решение.</p>
     <p>Мой святейший повелитель справедлив, как сама справедливость.</p>
     <p>— Ну, я подумаю, — сказал я беззаботным тоном, провожая его до дверей.</p>
     <p>Он остановился как вкопанный.</p>
     <p>— Время для размышлений прошло, — сказал он. — Я здесь для того, чтобы узнать ваше решение.</p>
     <p>— Я подумаю, — повторил я и, помолчав, добавил: — Если планы этой дамы не совпадут с моими, тогда, быть может, планы вашего повелителя осуществятся. Потому что, помни, поп, мне он не повелитель.</p>
     <p>— Вы не знаете моего повелителя, — грозно сказал он.</p>
     <p>— И не испытываю ни малейшего желания с ним познакомиться, — отрезал я.</p>
     <p>Я стоял, прислушиваясь к мягким шагам интригана-священника, легко ступавшего по скрипучим ступенькам.</p>
     <p>Если бы я попробовал подробно описать все, что мне привелось увидеть за остаток этого дня и первую половину сменившей его ночи, пока я был графом Гильомом де Сен-Мором, то не хватило бы и десяти таких книг. Но я многое опущу, вернее сказать, я опущу почти все, ибо мне еще не приходилось слышать об отсрочке казни для того, чтобы осужденный мог дописать свои воспоминания: по крайней мере в Калифорнии так не делается.</p>
     <p>Париж, который я увидел в тот день, был старинным Парижем. Узкие улочки были завалены грязью и нечистотами и показались бы неслыханно грязными в наш век санитарии и гигиены.</p>
     <p>Но все это я должен пропустить. Я должен пропустить все события дня: верховую прогулку за стенами города, великолепный праздник, устроенный Гуго де Менгом, пиршество, во время которого я почти ничего не ел и не пил. Я опишу только самый конец этих приключений: все началось, когда я стоял, обмениваясь шутками с самой Филиппой… О Господи, как она была хороша! Знатная дама до мозга костей, но, кроме этого и помимо этого, всегда и во всем — женщина.</p>
     <p>Мы шутили и смеялись вполне искренне, а вокруг нас кружилась веселая толпа. Но под нашими шутками крылась напряженная настороженность мужчины и женщины, уже перешагнувших порог любви, но еще не уверенных во взаимности. Я не стану описывать Филиппу. Миниатюрная, восхитительно стройная… Нет, я все-таки удержусь. Словом, для меня она была единственной женщиной в мире, и я совершенно не думал о том, что длинная рука седого старца может протянуться из Рима через всю Европу, чтобы разлучить меня с моей возлюбленной.</p>
     <p>И тут итальянец Фортини прошептал мне на ухо:</p>
     <p>— Один человек хочет поговорить с вами.</p>
     <p>— Пусть подождет, пока у меня найдется для него время, — ответил я резко.</p>
     <p>— Я никого не жду, — так же резко возразил он.</p>
     <p>Кровь закипела у меня в жилах, и я вспомнил священника Маринелли и седого старца в Риме. Я понял. Все было подстроено. Вот она, длинная рука. Фортини лениво улыбнулся, глядя мне прямо в лицо, пока я раздумывал, как поступить, и улыбка эта была насмешливой и дерзкой.</p>
     <p>Именно сейчас я должен был во что бы то ни стало сохранять хладнокровие. Но во мне поднималась знакомая багровая ярость.</p>
     <p>Так вот, значит, что задумал этот поп: Фортини, промотавший все родовые богатства, сохранив лишь громкое имя, считался лучшим фехтовальщиком среди итальянцев, приехавших к нам за последние шесть лет! Итак, сегодня Фортини. Если он потерпит неудачу, то но приказу седого старца завтра явится новый бретер, послезавтра — новый. А если и у них ничего не выйдет, то убийца-простолюдин всадит мне нож в спину или отравитель подмешает смертоносное зелье в мое вино или в мой хлеб.</p>
     <p>— Я занят, — сказал я. — Убирайтесь.</p>
     <p>— У меня к вам неотложное дело, — настаивал он.</p>
     <p>Незаметно для себя мы стали говорить громче, и Филиппа услышала.</p>
     <p>— Убирайся прочь, итальянский пес! — сказал я. — Не визжи у моих дверей. Я скоро займусь тобой.</p>
     <p>— Луна уже взошла, — ответил он. — Трава сухая, отличная.</p>
     <p>Роса еще не выпала. За этим прудом налево, на расстоянии полета стрелы, есть превосходная лужайка, тихая и укромная.</p>
     <p>— Скоро я исполню ваше желание, — понизив голос, ответил я ему с досадой.</p>
     <p>Но он не отходил от меня.</p>
     <p>Тут заговорила Филиппа, и в ее словах была заключена вся ее редкая смелость и железная воля.</p>
     <p>— Исполните желание этого господина, Сен Мор. Займитесь им сейчас. Да сопутствует вам удача! — Она умолкла и подозвала к себе своего дядю Жана де Жуанвиля, который в эту минуту проходил мимо, — брата ее матери, одного их анжуйских Жуанвилей.</p>
     <p>— Да сопутствует вам удача, — повторила она и, наклонившись ко мне, шепнула: — Мое сердце остается с вами, Сен-Мор. Возвращайтесь скорее. Я буду ждать вас в большом зале.</p>
     <p>Я был на седьмом небе. Я шагал по облакам. Впервые она прямо сказала мне о своей любви. И эта радость придала мне такую силу, что теперь мне была нипочем хоть дюжина Фортини, хоть дюжина седых старцев в Риме.</p>
     <p>Жан де Жуанвиль и Филиппа скрылись в толпе, а мы с Фортини быстро договорились обо всем и разошлись, чтобы найти секундантов и встретиться на лужайке за прудом.</p>
     <p>Сначала я отыскал Робера Ланфранка, а потом Анри Боэмона.</p>
     <p>Но прежде чем найти их, я встретил соломинку, которая показала мне, куда дует ветер, и предсказала настоящую бурю. Соломинку звали Ги де Виллардуэн; я знал этого неотесанного провинциала — он совсем недавно приехал ко двору, что не мешало ему быть задиристым петушком. Он был рыж. Белки его голубых, близко поставленных глазок отливали красным, а кожа, как обычно у рыжих, была багровой и веснушчатой. Больше всего он напоминал вареного рака.</p>
     <p>Когда я проходил мимо, он быстро повернулся и толкнул меня. О, разумеется, он сделал это нарочно! И тут же злобно подскочил ко мне, хватаясь за шпагу.</p>
     <p>«Черт возьми! — подумал я. — У седого старца немало орудий, и весьма странных к тому же!», — а вслух с вежливым поклоном сказал петушку:</p>
     <p>— Простите мою неуклюжесть. Во всем виноват я. Прошу у вас извинения, Виллардуэн.</p>
     <p>Однако умиротворить его оказалось нелегко. Но пока он в бешенстве кукарекал, я заметил Робера Ланфранка, подозвал его к нам и объяснил, что случилось.</p>
     <p>— Сен-Мор дал вам полное удовлетворение, — решил Ланфранк. — Он попросил у вас извинения.</p>
     <p>— О да! — подхватил я любезнейшим голосом. — И я снова прошу вас, Виллардуэн, извинить мою неуклюжесть. Приношу тысячу извинений. Во всем виноват я, хотя поступок мой был неумышленным. Торопясь на некое свидание, я был неуклюж, чрезвычайно неуклюж, но толкнул я вас неумышленно.</p>
     <p>Этой деревенщине оставалось только с большой неохотой принять извинения, на которые я был так щедр. Но когда мы с Ланфранком поспешили дальше, я подумал, что не пройдет и нескольких дней, а может быть, и часов, как огненноголовый провинциал добьется того, чтобы мы с ним скрестили шпаги на лужайке.</p>
     <p>Ланфранку я сказал только, что нуждаюсь в его услугах, и он не стал расспрашивать о подробностях. Это был жизнерадостный юноша, которому только что исполнилось двадцать лет, но он слил умелым фехтовальщиком, сражался в Испании и много раз отличался на дуэлях. Узнав, в чем дело, он только весело сверкнул черными глазами и пришел в такой восторг, что сам отправился за Анри Боэмоном и уговорил его присоединиться к нам.</p>
     <p>Когда мы втроем вышли на лужайку за прудом, Фортини и двое его секундантов уже ждали нас. Одним из них был Феликс Паскини, племянник кардинала, носившего ту же фамилию, и доверенное лицо своего дяди, который сам был доверенным лицом седого старца. Другим был Рауль де Гонкур, и меня удивило, что такой благородный человек оказался в подобном обществе.</p>
     <p>Мы отсалютовали друг другу и взялись за дело. Оно было знакомо нам всем. Роса еще не выпала, и ноги не скользили по сухой траве. Ярко светила луна, и мы с Фортини скрестили шпаги в смертельном поединке.</p>
     <p>Я знал, что Фортини меня превосходит, хотя я и считался во Франции хорошим фехтовальщиком. Но я знал и другое: что в этот вечер со мной сердце моей дамы, и потому в этот вечер благодаря мне в мире станет одним итальянцем меньше. Повторяю, я знал это, я не сомневался в исходе ДУЭЛИ. И пока мы дрались, я размышлял, как лучше убить его. Я не любил долгих поединков, короткий блестящий бой — такова была моя обычная манера. А кроме того, все эти веселые месяцы пирушек, когда поздно ночью я распевал «Пой ку-ку, пой ку-ку, пой ку-ку», должны были сказаться, если схватка затянется, и я это знал. Бой будет коротким и блестящим, решил я.</p>
     <p>Однако справиться со столь умелым противником, как Фортини, было не так-то просто. А кроме того, Фортини, который, по слухам, всегда бывал хладнокровен, обладал железной рукой и умел драться долго, уверенно и неутомимо, в этот вечер тоже решил, что бой будет коротким и блестящим.</p>
     <p>Мы дрались напряженно и нервно, — ведь если я разгадал его намерение покончить со мной как можно быстрее, то и он понял, что задумал я. Вероятно, мне не удался бы мой прием, если бы мы дрались днем, а не ночью. Но смутный лунный свет был моим союзником. И у меня было еще одно преимущество: я заранее догадался, что собирается сделать мой противник. Это был встречный выпад — весьма обычный, но очень рискованный прием, известный каждому новичку, погубивший немало хороших бойцов, отважившихся прибегнуть к нему, и настолько опасный для того, кто им пользуется, что большинство фехтовальщиков предпочитают обходиться без него.</p>
     <p>Мы дрались меньше минуты, а я уже знал, что Фортини, бросившийся в стремительную атаку, на самом деле рассчитывает пустить в ход эту самую уловку. Он ждал, когда я сделаю глубокий выпад, чтобы, не парируя его, обычным легким движением кисти отвести мою шпагу, направив острие своей прямо навстречу моему рванувшемуся вперед телу. Рискованный прием, очень рискованный даже при ярком солнечном свете. Стоит ему начать на мгновение раньше — и я пойму, в чем дело, и не попаду в ловушку. Стоит ему начать на мгновение позже — и моя шпага пронзит его сердце.</p>
     <p>«Так, значит, быстрый и блестящий бой? — подумал я. — Отлично, мой милый итальянец. Бой будет быстрым и блестящим, но главное, быстрым».</p>
     <p>Собственно говоря, это был бы встречный выпад против встречного выпада, но я решил, что Фортини попадет в ловушку, потому что я окажусь быстрее его. Так и вышло. Как я сказал, не прошло и минуты, а это уже случилось. Быстро? Да, мой глубокий выпад был быстр. Он был молниеносен — взрыв действия, стремительный, как мысль. Ни один человек на земле не подозревал — я готов в этом поклясться, — что глубокий выпад может быть таким быстрым. Я выиграл мгновение. Опоздав на это мгновение, Фортини попытался отклонить клинок моей шпаги и заколоть меня. Но отклонился клинок его шпаги. Сверкнув, он скользнул мимо моей груди, шпага Фортини пронзила пустой воздух за моей спиной, а моя шпага вошла в его тело, прошла насквозь на высоте сердца с правого бока в левый и вырвалась далеко наружу.</p>
     <p>Странное это ощущение — проткнуть живого человека насквозь. Я сижу сейчас в моей камере и перестаю писать, задумавшись над этим. И я не раз задумывался над тем, что случилось в ту лунную ночь в старой Франции, когда я показал итальянской собаке, что такое быстрый и блестящий бой. Как легко пронзить насквозь человеческое тело! Если бы моя шпага наткнулась на кость, я почувствовал бы сопротивление, но ей встретились только мягкие мышцы. И все же это было слишком легко. Сейчас, описывая это, я вновь переживаю то же ощущение в руке и в мозгу.</p>
     <p>Моя шпага прошла сквозь тело итальянца с такой легкостью, словно я погружал шляпную булавку в пудинг. О, Гильом де Сен-Мор в ту ночь совсем не был удивлен этим, но это удивляет меня, Даррела Стэндинга, когда теперь, через века, я вспоминаю нашу схватку. Легко, слишком легко убить сильного, живого, дышащего человека таким примитивным оружием, как полоска стали.</p>
     <p>Люди похожи на крабов в мягкой скорлупе — они столь же нежны, хрупки и уязвимы.</p>
     <p>Но вернемся к той лунной ночи, когда моя шпага вошла в его тело и наступило мгновение полной неподвижности. Фортини упал не сразу. Не сразу я выдернул шпагу. Целую секунду мы стояли неподвижно: я — широко расставив ноги, изогнув наклоненное вперед тело с горизонтально вытянутой правой рукой — и Фортини, чья шпага была позади меня, так что рукоятка и сжимавшая ее рука легли на мое левое плечо, а тело застыло, и широко раскрытые глаза блестели. И пока мы стояли так, застыв, словно статуи, наши секунданты, готов поклясться, не успели даже понять, что произошло. Потом Фортини глубоко вздохнул и закашлялся, тело его обмякло, рукоятка шпаги, лежавшая на моем плече, задрожала, рука упала, и шпага уперлась острием в дерн.</p>
     <p>К нему подскочили Паскини и де Гонкур, и он повалился на их руки. Честное слово, мне было труднее вытащить шпагу, чем вонзить ее в него. Его плоть смыкалась вокруг лезвия, словно не желая его отпускать. Поверьте, мне потребовалось сделать большое усилие, чтобы извлечь свою шпагу.</p>
     <p>Однако боль, вызванная этим движением, по-видимому, возвратила его к жизни, ибо он оттолкнул своих друзей, выпрямился и стал в позицию. Я тоже стал в позицию, недоумевая, как мне удалось проткнуть его на высоте сердца и все-таки не задеть ни одного жизненно важного органа. Но тут колени Фортини подогнулись, и, прежде чем друзья успели его подхватить, он рухнул ничком на траву. Они перевернули его на спину, но он был уже мертв. В лунном свете его лицо казалось синевато-белым, а правая рука по-прежнему сжимала рукоятку шпаги.</p>
     <p>Да, убить человека удивительно легко.</p>
     <p>Мы поклонились его секундантам и уже намеревались уйти, когда меня остановил Феликс Паскини.</p>
     <p>— Прошу прощения, — сказал я, — но пусть это будет завтра.</p>
     <p>— Нам ведь надо только отойти в сторону, туда, где трава еще суха, — настаивал он.</p>
     <p>— Давайте я увлажню ее за вас, Сен-Мор, — умоляюще сказал Ланфранк, которому давно не терпелось помериться силами с каким-нибудь итальянцем. Я покачал головой.</p>
     <p>— Паскини мой, — ответил я. — Он будет первым завтра.</p>
     <p>— А остальные? — осведомился Ланфранк.</p>
     <p>— Об этом спросите де Гонкура, — засмеялся я. — Если не ошибаюсь, он уже собирается добиваться чести быть третьим.</p>
     <p>При этих словах де Гонкур смущенно кивнул. Ланфранк вопросительно посмотрел на него, и де Гонкур кивнул еще раз.</p>
     <p>— А за ним, конечно, явится петушок, — продолжал я.</p>
     <p>И едва я умолк, как рыжий Ги де Виллардуэн вышел на лужайку и направился к нам по залитой лунным светом траве.</p>
     <p>— Ну хоть его-то уступите мне! — воскликнул Ланфранк, чуть не плача, до того ему хотелось скрестить с кем-нибудь шпагу.</p>
     <p>— Об этом спросите его самого, — засмеялся я и повернулся к Паскини. — До завтра, — сказал я. — Назовите время и место, и вы найдете меня там.</p>
     <p>— Трава превосходна, — насмешливо ответил он, — и лучше этого места не найти, и мне хочется, чтобы вы успели составить компанию Фортини.</p>
     <p>— Куда лучше, если ему будет сопутствовать его друг, — отпарировал я. — А теперь, с вашего разрешения, я ухожу.</p>
     <p>Но он загородил мне дорогу.</p>
     <p>— Кто бы ни отправился следом за Фортини, — сказал он, — пусть это будет сейчас.</p>
     <p>В первый раз за время нашего разговора во мне начал закипать гнев.</p>
     <p>— Вы усердно служите своему хозяину, — насмешливо сказал я.</p>
     <p>— Я служу только собственным капризам. У меня нет хозяев.</p>
     <p>— Не примите за дерзость, но я собираюсь сказать вам правду, — продолжал я.</p>
     <p>— Какую же? — промурлыкал он.</p>
     <p>— А вот какую: вы лжец, Паскини, лжец, как все итальянцы.</p>
     <p>Он сразу повернулся к Ланфранку и Боэмону.</p>
     <p>— Вы слышали? — сказал он. — Теперь вы не будете оспаривать его у меня.</p>
     <p>Они растерянно взглянули на меня, стараясь понять, чего я хочу. Но Паскини не стал ждать.</p>
     <p>— А если у вас еще остаются сомнения, тогда позвольте мне их рассеять… Вот так.</p>
     <p>И он плюнул мне под ноги. И тут гнев взял надо мной верх.</p>
     <p>Багровая ярость — называю я его: всепоглощающее, все затмевающее желание убивать и уничтожать. Я забыл, что Филиппа ждет меня в большом зале. Я помнил только о нанесенных мне оскорблениях: о том, что седой старец непростительно вмешивается в мои дела, о требовании священника, о дерзости Фортини, о наглости Виллардуэна; а теперь Паскини встал у меня на дороге и плюнул мне под ноги. Мир побагровел перед моими глазами. Я был во власти багровой ярости. Меня окружала гнусная нечисть, которую я должен был смести со своего пути, стереть с лица земли. Как попавший в клетку лев гневно кидается на прутья, так жгучая ненависть к этой нечисти подхватила и понесла меня. Да, они окружали меня со всех сторон. Я попал в ловушку. И выход был только один: уничтожить их, втоптать их в землю.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_048.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_049.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Очень хорошо, — сказал я почти хладнокровно, хотя меня трясло от бешенства. — Вы первый, Паскини? А потом вы, де Гонкур? И в заключение де Виллардуэн?</p>
     <p>Они кивнули в знак согласия, и мы с Паскини собрались отойти в сторону.</p>
     <p>— Раз вы торопитесь, — предложил мне Анри Боэмон, — и раз их трое и нас трое, то почему бы не покончить с этим сразу?</p>
     <p>— Да, да, — горячо поддержал его Ланфранк. — Вы возьмите Гонкура, а я возьму де Виллардуэна.</p>
     <p>Но я сделал знак моим добрым друзьям не вмешиваться.</p>
     <p>— Они здесь по приказу, — объяснил я. — Это моей смерти они жаждут так сильно, что, клянусь честью, я заразился их желанием и теперь хочу разделаться с ними сам.</p>
     <p>Я заметил, что Паскини раздосадован этой задержкой, и решил раздразнить его еще больше.</p>
     <p>— С вами, Паскини, — заявил я, — я покончу быстро. Мне не хочется, чтобы вы медлили, когда Фортини ждет вас. Вам, Рауль де Гонкур, я отплачу за то, что вы попали в такое скверное общество. Вы растолстели, у вас одышка. Я буду играть с вами, пока ваш жир не растопится и вы не начнете пыхтеть и отдуваться, как дырявые меха. А как я убью вас, Виллардуэн, я еще не знаю.</p>
     <p>Тут я отсалютовал Паскини, и наши шпаги скрестились.</p>
     <p>О, в этот вечер во мне проснулся дьявол! Быстрый и блестящий бой — вот чего я хотел. Но я помнил и о неверном лунном свете.</p>
     <p>Если мой противник посмеет рискнуть на встречный выпад, я покончу с ним, как с Фортини. Если же нет, то я сам применю этот прием — и скоро.</p>
     <p>Однако Паскини был осторожен, хотя мне и удалось его раздразнить. Но я заставил его принять быстрый темп, и наши шпаги то и дело скрещивались, потому что в обманчивом лунном свете приходится больше полагаться на осязание, чем на зрение.</p>
     <p>Не прошло и минуты, как я применил свой прием, притворившись, что поскользнулся, и, выпрямляясь, опять притворился, что потерял шпагу Паскини. Он сделал пробный выпад, и снова я разыграл растерянность, парируя излишне широким движением, совсем открывшись, — это и была приманка, на которую я решил поймать его. И поймал. Он не замедлил воспользоваться преимуществом, которое дало ему мое, как он думал, невольное движение. Его выпад был прямым и точным. И он вложил в него всю свою волю и всю тяжесть своего тела. А я только притворялся и был готов встретить его. Мой клинок чуть-чуть коснулся его клинка, и легким поворотом кисти, как раз в меру твердым, я отвел его клинок чашкой моей шпаги. Отвел чуть-чуть, на несколько дюймов так, чтобы острие шпаги скользнуло мимо моей груди, пронзив лишь складку атласного колета. Конечно, тело его следовало в этом выпаде за шпагой и встретилось правым боком на высоте сердца с острием моей шпаги. Моя вытянутая рука была твердой и прямой, как служившая ее продолжением сталь, а за сталью и рукой было мое подобранное, напряженное тело.</p>
     <p>Как я уже сказал, моя шпага вошла в правый бок Паскини на высоте сердца, но не вышла через левый, ибо наткнулась на ребро (ведь убийство человека — это работа мясника). Толчок был так силен, что Паскини потерял равновесие и боком повалился на землю. Пока он падал, пока он еще не коснулся травы, я вырвал свою шпагу из раны.</p>
     <p>Де Гонкур бросился к нему, но он жестом приказал ему заняться мной. Кашляя и сплевывая кровь, он с помощью де Виллардуэна приподнялся на локте, опустил голову на руку, а потом опять начал кашлять и сплевывать.</p>
     <p>— Счастливого пути, Паскини, — смеясь, сказал я ему, потому что все еще был во власти багровой ярости. — Прошу вас, поторопитесь, потому что трава, на которой вы лежите, вдруг отсырела, и вы простудитесь насмерть, если не поторопитесь.</p>
     <p>Я хотел немедленно заняться де Гонкуром, но тут вмешался Боэмон, сказав, что мне следует отдохнуть.</p>
     <p>— Нет, — ответил я, — я еще даже не согрелся как следует. — И повернулся к де Гонкуру. — Теперь вы у меня попляшете и попыхтите. Становитесь в позицию!</p>
     <p>Де Гонкур не испытывал ни малейшего желания драться со мной. Нетрудно было заметить, что он только выполняет приказ.</p>
     <p>Манера фехтовать у него была старомодная, как у всех пожилых людей, однако он неплохо владел шпагой и дрался хладнокровно, решительно и твердо. Но он не был блестящим бойцом, и его угнетало предчувствие поражения. Я мог бы покончить с ним дюжину раз, но не делал этого. Ведь я уже говорил, что мной владел дьявол.</p>
     <p>Так оно и было. Я измучил моего противника. Я теснил его, заставил повернуться лицом к луне, так что ему трудно было меня разглядеть, — ведь я дрался в собственной тени. А пока я играл с ним, пока он пыхтел и задыхался, как я ему обещал, Паскини, опираясь головой на руку, смотрел на нас, выкашливая и выплевывая свою жизнь.</p>
     <p>— Ну, де Гонкур, — объявил я наконец, — вы знаете, что вы в моих руках. Я могу заколоть вас десятком способов, — так будьте готовы, потому что я выбираю вот этот.</p>
     <p>И, говоря это, я просто перешел от кварты к терции, а когда он, растерявшись, начал широко парировать, я вернулся в кварту, подождал, пока он откроется, и пронзил его насквозь на высоте сердца. И, увидя конец нашей схватки, Паскини перестал цепляться за жизнь, упал лицом в траву, вздрогнул и затих.</p>
     <p>— Ваш хозяин лишится за эту ночь четырех своих слуг, — сообщил я Виллардуэну, как только мы начали бой.</p>
     <p>И что за бой! Этот провинциал был нелеп. В какой только деревенской школе он обучался фехтованию! Каждое его движение было неуклюжим и смешным. «С ним я покончу быстро и просто», — решил я, а он наступал на меня, словно обезумев, и его рыжие волосы стояли дыбом от ярости.</p>
     <p>Увы, его неуклюжесть и погубила меня. Пока я играл с ним и смеялся над ним, называя его грубым, деревенщиной, он от злости забыл даже те немногие приемы, которые знал. Взмахнув шпагой, словно это была сабля, он со свистом разрезал ею воздух и ударил меня по голове. Я остолбенел от изумления: что могло быть нелепее! Он совсем открылся, и я мог бы проткнуть его насквозь. Но я остолбенел от изумления и в следующую секунду почувствовал укол стального острия: этот неуклюжий провинциал пронзил меня насквозь, рванувшись вперед, словно бык, так что рукоятка его шпаги ударила меня в бок, и я отступил назад.</p>
     <p>Падая, я увидел растерянные лица Ланфранка и Боэмона и довольную ухмылку наступавшего на меня Виллардуэна. Я падал, но так и не коснулся травы. Замигал ослепительный свет, раздался оглушительный грохот, наступил мрак, забрезжило смутное сияние, меня охватила грызущая, рвущая на части боль, и я услышал чей-то голос:</p>
     <p>— Я ничего не нащупываю.</p>
     <p>Я узнал этот голос. Это был голос начальника тюрьмы Азертона, и я вспомнил, что я — Даррел Стэндинг, который вернулся через века в пыточную рубашку Сен-Квентина. Я знал, что пальцы, касавшиеся моей шеи, принадлежат доктору Джексону. И тут послышался голос доктора:</p>
     <p>— Вы не умеете нащупывать пульс на шее. Вот тут, прижмите свои пальцы рядом с моими. Чувствуете? А, я так и думал. Сердце бьется слабо, но ровно, как хронометр.</p>
     <p>— Прошли только сутки, — заметил капитан Джеми, — а он никогда прежде не бывал в таком состоянии.</p>
     <p>— Притворяется, и больше ничего, можете побиться об заклад, — вмешался Эл Хэтчинс, главный староста.</p>
     <p>— Ну не знаю, — продолжал капитан Джеми. — Если пульс так слаб, что только врач может его нащупать.</p>
     <p>— Подумаешь! Я ведь тоже прошел обучение в рубашке, — насмешливо сказал Эл Хэтчинс. — И сколько раз вы меня расшнуровывали, капитан, думая, что я отдаю Богу душу. А я-то еле удерживался, чтобы не рассмеяться вам прямо в лицо.</p>
     <p>— Ну, а вы что скажете, доктор? — спросил начальник тюрьмы.</p>
     <p>— Я же говорю вам: сердце работает великолепно, — последовал ответ, — хотя, конечно, слабовато, но этого можно было ожидать. Хэтчинс совершенно прав. Он притворяется.</p>
     <p>Большим пальцем он оттянул мне веко, и я открыл один глаз и посмотрел на склонившиеся надо мной лица.</p>
     <p>— Ну, что я говорил! — торжествующе воскликнул доктор Джексон.</p>
     <p>Тогда я напряг всю свою волю и, хотя мне казалось что мое лицо вот-вот лопнет, все-таки улыбнулся.</p>
     <p>К моим губам поднесли кружку с водой, и я жадно напился.</p>
     <p>Следует помнить, что все это время я беспомощно лежал на спине и мои руки были прижаты к бокам внутри рубашки. Затем мне предложили еду — черствый тюремный хлеб, но я помотал головой и закрыл глаза, показывая, что мне надоело их присутствие.</p>
     <p>Боль воскресения была невыносима. Я чувствовал, как оживает мое тело. Казалось, что шею и грудь колют тысячи булавок и иголок, а в моем мозгу не угасало яркое воспоминание, что Филиппа ждет меня в большом зале, и я хотел вернуться к половине дня и половине ночи, которые только что прожил в старой Франции.</p>
     <p>И пока все мои тюремщики еще стояли рядом, я попробовал выключить ожившую часть моего тела из сознания. Я торопился уйти от них, но меня задержал голос начальника тюрьмы:</p>
     <p>— Есть у тебя какие-нибудь жалобы?</p>
     <p>Я боялся только одного — что они вынут меня из рубашки, и потому мой ответ вовсе не был отчаянной бравадой: я просто хотел оградить себя от такой возможности.</p>
     <p>— Вы могли бы затянуть рубашку потуже, — прошептал я, — она такая просторная, что в ней неудобно лежать, я просто утопаю в ее складках. Хэтчинс дурак. Неуклюжий дурак. Он и представления не имеет о том, как шнуруются рубашки. Начальник, вам следовало бы сделать его старостой ткацкой мастерской. Он добьется куда большей непроизводительности, чем теперешний бездельник, который тоже дурак, но не такой неуклюжий. А теперь убирайтесь вон, если не придумали ничего нового. В этом случае, конечно, оставайтесь. Оставайтесь, милости просим, если в ваши тупые башки взбрело, что вы способны придумать для меня какие-нибудь свеженькие пытки.</p>
     <p>— Он ненормальный, настоящий, подлинный ненормальный, — радостно сказал доктор Джексон, преисполняясь профессиональной гордостью.</p>
     <p>— Стэндинг, ты и вправду чудо, — заметил начальник тюрьмы. — У тебя железная воля, но я ее сломаю, можешь не сомневаться.</p>
     <p>— А у вас кроличье сердце, — отрезал я. — Да получи вы десятую долю того, что я получил в Сен-Квентине, рубашка давно бы выдавила ваше кроличье сердце через эти вот длинные уши.</p>
     <p>Удар попал в цель, потому что у начальника тюрьмы действительно были странные уши. Я не сомневаюсь, что они заинтересовали бы Ломброзо <a l:href="#n_343" type="note">[343]</a>.</p>
     <p>— Что касается меня, — продолжал я, — то я смеюсь над вами и от души желаю проклятой ткацкой, чтобы вы сами стали в ней старостой. Ведь вы же пытали меня, как хотели, и все-таки я жив и смеюсь вам в лицо. Вот уж это рекордная непроизводительность труда! Вы даже не в силах убить меня. Что может быть непроизводительнее? Да вы не сумели бы убить даже загнанную в угол крысу, и притом с помощью динамита — настоящего динамита, а не того, который, как вы воображаете, я где-то спрятал.</p>
     <p>— Ты хочешь еще что-нибудь сказать? — спросил он, когда я кончил мою язвительную речь.</p>
     <p>И тут я вспомнил то, что сказал наглецу Фортини.</p>
     <p>— Убирайся прочь, тюремный пес! — ответил я. — Иди визжать у других дверей.</p>
     <p>Для такого человека, как Азертон, подобная насмешка из уст беспомощного заключенного была, конечно, непереносимой. Лицо его побелело от ярости, и дрожащим голосом он пригрозил мне:</p>
     <p>— Запомни, Стэндинг, я с тобой еще посчитаюсь.</p>
     <p>— Как бы не так, — ответил я. — Вы ведь можете только затянуть потуже эту невероятно просторную рубашку. А если это вам не под силу, так убирайтесь вон. И, пожалуйста, не возвращайтесь хотя бы неделю, а еще лучше все десять дней.</p>
     <p>Какое наказание мог придумать начальник тюрьмы для заключенного, который уже подвергался самому страшному из них?</p>
     <p>Кажется, Азертон все-таки нашел, чем мне пригрозить, но едва он открыл рот, как я, воспользовавшись тем, что мой голос немного окреп, начал петь: «Пой ку-ку, пой ку-ку, пой ку-ку». И я пел, пока дверь моей камеры не захлопнулась, пока не заскрипели замки и пока засовы, завизжав, не вошли в свои гнезда.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
     </title>
     <p>Теперь, когда я узнал секрет, воспользоваться им было уже нетрудно. И я понимал: чем чаще это проделывать, тем все будет проще. Достаточно было один раз нащупать линию наименьшего сопротивления, и при каждой последующей попытке это сопротивление будет ослабевать. И действительно, со временем, как вы увидите, мои переселения из тюрьмы Сен-Квентин в другую жизнь стали совершаться почти автоматически.</p>
     <p>Едва только начальник тюрьмы Азертон и его подручные ушли, как я через несколько минут уже заставил свое воскресшее тело вновь погрузиться в «малую смерть». Да, это была смерть, но временная, вроде того приостановления жизни, которое возникает под действием хлороформа.</p>
     <p>Итак, оторвавшись от всего грязного, низкого и подлого — отупляющего ужаса одиночки и адских мук смирительной рубашки, прирученных мух, духоты, мрака и перестукивания живых мертвецов, — я снова унесся за грань пространства и времени.</p>
     <p>Опять на какой-то срок я погрузился во мрак, а затем медленно, постепенно вновь возникло восприятие окружающего, но уже совсем иного. И совсем иного «я». Первым ощущением, проникшим в мое сознание, было ощущение пыли. Сухая, едкая пыль щекотала мне ноздри. Она запеклась на моих губах. Она покрывала лицо, руки и скрипела на кончиках пальцев, когда я тер их друг о друга.</p>
     <p>Затем к этому присоединилось ощущение непрерывного движения. Все вокруг меня покачивалось и колыхалось. Я чувствовал сотрясение и толчки, слышал скрип. И я знал, что это скрипят колесные оси и окованные железом колеса, катящиеся по камням и песку. Затем до моего слуха донеслись хриплые, усталые голоса людей, с ворчанием и бранью понукавших медленно бредущих, измученных животных.</p>
     <p>Я приоткрыл воспаленные от пыли веки, и тотчас глаза мне снова засыпало песком. Грубые одеяла, на которых я лежал, были покрыты толстым слоем песка. Над головой у меня в пропитанном песчаной пылью воздухе покачивалась парусиновая крыша фургона, и мириады песчинок медленно опускались, танцуя в косых солнечных лучах, пробивавшихся сквозь дыры в парусине.</p>
     <p>Я был ребенком, мальчиком лет восьми-девяти, очень усталым и измученным, и такой же усталой и измученной казалась женщина с изможденным, покрытым пылью лицом, тихонько баюкавшая плачущего младенца. Это была моя мать. Я знал, что это моя мать, совершенно так же, как, поглядывая на плечи возницы, видневшиеся впереди в парусиновом туннеле, я знал, что это мои отец.</p>
     <p>Когда я поднялся и начал пробираться между узлами и тюками, наваленными на полу фургона, мать сказала устало и сварливо:</p>
     <p>— Неужели ты не можешь посидеть спокойно минутку, Джесси?</p>
     <p>Это было мое имя — Джесси. Фамилии своей я не знал и слышал только, как мать называла отца Джоном. И еще у меня сохранилось смутное воспоминание о том, что мне порой доводилось слышать, как другие мужчины называли моего отца «капитан», и я понимал, что он здесь главный и его распоряжения выполняются всеми.</p>
     <p>Я забрался на козлы и уселся рядом с отцом. Колеса фургонов и ноги животных поднимали огромные облака ныли.</p>
     <p>Она была такой густой, что походила на туман, а склонявшееся к закату солнце светило сквозь эту пылевую завесу тусклым кроваво-красным светом.</p>
     <p>И не только в этом свете заходящего солнца было что-то зловещее — на всем, что меня окружало, казалось, лежал какой-то зловещий отпечаток: что-то зловещее было и в расстилавшемся передо мной пейзаже, и в лице моего отца, и в плаче младенца, которого мама никак не могла унять, и в спинах лошадей, утративших всякую окраску от осевшей на них пыли, и в голосе отца, безостановочно понукавшего запряженную в наш фургон шестерку.</p>
     <p>Кругом расстилалась пустыня, при одном взгляде на которую щемило сердце. Со всех сторон уходили вдаль голые пологие холмы. Лишь порой где-нибудь на склоне можно было заметить сухой, опаленный зноем кустарник. И снова — голые холмы, песок и камень. Наш путь пролегал по лощинам между холмами.</p>
     <p>Здесь был один песок, и лишь кое-где над ним торчал колючий кустарник да пучки сухой, увядшей травы. И никаких признаков воды, если не считать оврагов, промытых когда-то в незапамятные времена бурными дождевыми потоками.</p>
     <p>Только фургон моего отца был запряжен лошадьми. Фургоны двигались гуськом, и, оглядываясь на длинную, извивавшуюся ленту нашего каравана, я видел, что в остальные фургоны впряжены волы. Три-четыре пары волов медленно, с трудом тащили фургон, а рядом с волами, увязая в песке, шли люди с длинными палками и погоняли усталых, упирающихся животных. На одном из поворотов пути я пересчитал все фургоны — те, что двигались впереди, и те, что следовали за нами. Я знал, что фургонов должно быть сорок, включая наш, так как не раз уже от нечего делать считал их. И сейчас я пересчитал их снова, как делают дети, чтобы развеять скуку, и все фургоны были на месте, все сорок. Большие, неуклюжие, грубо сколоченные, с парусиновым верхом, скрипучие, раскачивающиеся из стороны в сторону, они со скрежетом и хрустом подминали под себя песок и сухую полынь.</p>
     <p>Справа и слева от нас вдоль всего каравана ехали десятка полтора всадников — мужчин и молодых парней. У каждого поперек седла лежало длинноствольное ружье. И всякий раз, когда кто-нибудь из всадников приближался к нашему фургону, я видел, что покрытое толстым слоем пыли лицо его так же угрюмо и тревожно, как лицо моего отца. И у моего отца, который правил лошадьми, тоже лежало наготове длинноствольное ружье.</p>
     <p>Еще десятка два тощих, как скелеты, волов с разбитыми ногами и натертыми ярмом шеями ковыляли рядом с нашим караваном, и стоило одному из них приостановиться, чтобы пощипать торчавшие из песка клочки сухой травы, как его тотчас принимались гнать вперед пастухи — молодые парни с исхудалыми лицами. Порой какой-нибудь из волов, остановившись, начинал мычать, и в этом мычании тоже было что-то зловещее, как во всем, что нас окружало.</p>
     <p>В памяти у меня хранилось смутное воспоминание о том, что когда-то, еще совсем маленьким, я жил на берегу затененной деревьями речки. И пока фургон, покачиваясь, катился вперед, а я трясся на сиденье рядом с отцом, перед моими глазами снова и снова вставала чудесная картина речки, струящейся между деревьями. И мне казалось, что я уже бесконечно давно живу в этом фургоне и все еду и еду куда-то, все вперед и вперед, и вокруг все одни и те же лица.</p>
     <p>Но над всем преобладало — и так казалось не только мне одному — ощущение грозящей нам беды, неотвратимого движения навстречу гибели. Наш караван был похож на похоронную процессию. Ни разу не прозвучал смех. Ни разу не слышал я веселых, счастливых голосов. Мир и покой не были нашими спутниками.</p>
     <p>Лица мужчин и юношей, сопровождавших нас верхом, были угрюмы, замкнуты и выражали безнадежность. И тщетно вглядывался я в лицо отца, ища хоть тень улыбки. Впрочем, худое, покрытое пылью, освещенное зловещим, кроваво-пыльным огнем заката лицо моего отца не выражало безнадежности или отчаяния. Нет, оно выражало твердую решимость, но было угрюмо, о, так угрюмо и озабоченно, глубоко озабоченно.</p>
     <p>Потом словно что-то всколыхнуло караван. Отец поднял голову. Я тоже. И наши лошади подняли свои усталые головы, зафыркали, втягивая ноздрями воздух, и бодрее, без понукания, налегли на постромки. У верховых лошадей тоже прибавилось резвости. А тощие волы припустились вперед чуть ли не галопом.</p>
     <p>Это выглядело комично. Несчастные животные едва держались на ногах от слабости и двигались в своей отчаянной спешке до крайности неуклюже. Это были скачущие скелеты, обтянутые грязной, чесоточной шкурой; они было оставили позади своих пастухов, но ненадолго. Затем они снова перешли на шаг — торопливый, спотыкающийся, и пучки сухой травы уже не манили их больше, не заставляли отбиваться в сторону.</p>
     <p>— Что случилось? — донесся голос моей матери из глубины фургона.</p>
     <p>— Вода, — ответил отец. — Должно быть, это Нефи <a l:href="#n_344" type="note">[344]</a>.</p>
     <p>— Благодарение Богу! — отозвалась моя мать. — Может быть, нам удастся купить провизии.</p>
     <p>И вот со скрипом и грохотом, раскачиваясь и подпрыгивая, наши неуклюжие фургоны покатили в облаках кроваво-красной пыли по селению Нефи. Около дюжины редко разбросанных домишек или попросту лачуг — вот что представляло собой это селение. А кругом была все та же пустыня. Деревьев не было — голые пески да сухой кустарник. Но все же кое-где виднелись обработанные поля, иной раз обнесенные изгородью. Но здесь была вода. Правда, ручей не струился по дну оврага, однако оно все же было влажным, а в небольших впадинах стояла вода, и наши волы и верховые лошади погружали в нее морду по самые уши. А по берегам росло несколько низкорослых ив.</p>
     <p>— Вон, должно быть, мельница Билла Блейка, о которой нам говорили, — сказал отец, указывая на какое-то строение впереди и оборачиваясь к матери, которая от нетерпения высунулась из фургона.</p>
     <p>Какой-то старик с длинными, кудлатыми, выгоревшими на солнце волосами, одетый в куртку из оленьей кожи, подъехал к нашему фургону и заговорил с отцом. Тотчас был дан сигнал, и головные фургоны нашего каравана стали заворачивать по кругу.</p>
     <p>Место было подходящее, а опыт у нас накопился немалый, и поэтому все было проделано очень быстро и ловко: когда каждый из сорока фургонов стал на свое место, оказалось, что они образовали правильный круг. Затем все пришло в движение, но поднявшаяся суета тоже выглядела весьма деловитой. Из фургонов появились женщины — все такие же усталые, запыленные, как моя мать, — и целая орда ребятишек. Женщин было десятка два, а ребятишек — штук пятьдесят по меньшей мере, и оказалось, что я знаю их всех уже давно. Женщины сразу принялись готовить ужин.</p>
     <p>Мужчины распрягали волов и пускали их на водопой, другие ломали полынь, а мы, ребятишки, подтаскивали ее к кострам, которые начинали уже разгораться. Затем мужчины, разбившись на несколько больших групп, поставили фургоны плотно один к другому, так что передняя часть каждого фургона примыкала к задней другого, а все дышла были повернуты внутрь круга. Большие тормоза были надежно закреплены, но, не удовольствовавшись этим, мужчины соединяли колеса фургонов цепью. Все это не было внове для нас, ребятишек. Это был сигнал опасности, он означал, что мы сделали привал во враждебной стране. Только один фургон был выдвинут из круга, образуя как бы ворота в загон. Мы знали, что потом, когда настанет время ложиться, животных загонят внутрь, и тогда этот фургон станет на место и будет тоже соединен цепью с другими. А пока еще несколько часов животные будут пастись на воле под присмотром мужчин и ребятишек, пощипывая скудную траву.</p>
     <p>В то время как караван располагался на привал, мой отец и еще несколько мужчин — в числе их был и старик с длинными выгоревшими волосами — направились пешком в сторону мельницы, а все остальные, помнится мне, — и мужчины, и женщины, и даже дети, — замерли на месте, провожая их взглядом. Было ясно, что они отправились по какому-то очень важному делу.</p>
     <p>Потом, в их отсутствие, пришли другие мужчины, незнакомые, обитатели пустыни Нефи, и принялись бродить вокруг нашего лагеря. Они были белые, как и мы, но лица их показались мне угрюмыми, жесткими, грубыми, и видно было, что они очень злы на всех нас. Они нарочно задевали наших мужчин, стараясь вызвать из на ссору. Но женщины предостерегали всех наших — и мужчин и юношей — и знаками показывали им, что они не должны вступать в пререкания.</p>
     <p>Один из чужих приблизился к нашему костру, где моя мать одна готовила еду. В это время подошел и я с охапкой полыни и остановился, прислушиваясь к их разговору и глядя во все глаза на этого чужого человека, к которому я испытывал ненависть, потому что даже самый воздух вокруг был пропитан ненавистью, и я знал, что у нас в лагере все до единого ненавидят этих людей — таких же белых, как и мы, но вынуждавших нас, делая привал, ставить свои фургоны в круг.</p>
     <p>У человека, который стоял возле нашего костра, были холодные, жесткие голубые глаза и пронзительный взгляд. Волосы у него были рыжеватые, щеки бритые, но шею и подбородок снизу до самых ушей покрывала рыжеватая с проседью борода. Он не поздоровался с моей матерью, и она не поздоровалась с ним. Он просто стоял и пялил на нее глаза. Потом откашлялся и сказал с издевкой:</p>
     <p>— Ну что, небось дорого дала бы, чтобы оказаться сейчас у себя в Миссури, верно?</p>
     <p>Я заметил, как моя мать сжала губы, стараясь подавить гнев. Она ответила:</p>
     <p>— Мы из Арканзаса.</p>
     <p>— Понятно, почему вы скрываете, откуда вы пришли, — сказал тот. — Кто, как не вы, изгнали из Миссури избранный Богом народ!</p>
     <p>Мать промолчала.</p>
     <p>Не дождавшись от нее ответа, он продолжал:</p>
     <p>— А вот теперь вы побираетесь и скулите, выпрашивая корку хлеба у нас, которых гнали и преследовали.</p>
     <p>И в это мгновение, хоть я был еще совсем ребенком, багровая ярость — наследие далеких предков, вспыхнула во мне, застлав глаза кровавым туманом.</p>
     <p>— Ты врешь! — взвизгнул я. — Мы не из Миссури. Мы не скулим. Мы не побираемся. Мы хотим купить на свои деньги.</p>
     <p>— Замолчи, Джесси! — прикрикнула мать и зажала мне рот рукой. Обернувшись к чужому, она сказала: — Уходи, оставь ребенка в покое.</p>
     <p>— Я тебя продырявлю насквозь, проклятый мормон! — захлебываясь слезами, взвизгнул я, прежде чем моя мать успела снова зажать мне рот, и отпрыгнул за костер, увертываясь от ее занесенной руки.</p>
     <p>Но чужой не обратил никакого внимания на мои выкрики. Я ждал, что этот страшный человек гневно обрушится на меня, и был готов к любому жестокому возмездию. Я с вызовом смотрел на него, а он молча и внимательно разглядывал меня.</p>
     <p>Наконец он заговорил, и речь его звучала торжественно и сопровождалась торжественным покачиванием головы; он был похож на судью, выносящего приговор.</p>
     <p>— Каковы отцы, таковы и дети, — сказал он. — Молодые ни чуть не лучше стариков. Весь ваш род проклят и обречен на погибель. Нет вам спасения, никому нет спасения — ни молодым, ни старым. И нет прощения. Даже кровь, пролитая за вас Христом, не может искупить ваших беззаконий.</p>
     <p>— Проклятый мормон! — только и мог выкрикнуть я прерывающимся голосом. — Проклятый мормон! Проклятый мормон! Проклятый мормон!</p>
     <p>Я выкрикивал свои проклятия, прыгая у костра и увертываясь от карающей руки моей матери, пока чужой не отошел.</p>
     <p>Когда мой отец и сопровождавшие его мужчины возвратились, все бросили работу и в тревожном ожидании столпились вокруг них. Отец покачал головой.</p>
     <p>— Они не хотят ничего нам продать? — спросила одна из женщин.</p>
     <p>Отец снова покачал головой.</p>
     <p>Тут высокий мужчина лет тридцати, с белокурой бородой и светло-голубыми глазами решительно протиснулся сквозь толпу к моему отцу и сказал:</p>
     <p>— Говорят, у них муки и провизии запасено на три года, капитан. И прежде они всегда продавали переселенцам. А теперь не желают. Но ведь мы-то здесь ни при чем. Ведь они с правительством не поладили, а вымещают на нас. Это не дело, капитан. Это не дело, говорю я. У нас тут женщины и ребятишки, а до Калифорнии еще не один месяц пути. И впереди голая пустыня А зима уже на носу. Как мы пойдем через пустыню, когда у нас нет припасов?</p>
     <p>Он оборвал свою речь и повернулся к нам.</p>
     <p>— А ведь никто из вас еще не знает, что такое настоящая пустыня. Здесь — это еще не пустыня. Говорю вам, здесь — это рай, да, да, это райские пастбища, молочные реки и кисельные берега по сравнению с тем, что ждет нас там, впереди. Вот что, капитан, мы должны прежде всего раздобыть муки. И если они не хотят продать нам, значит, мы должны взять ее сами.</p>
     <p>Тут многие мужчины и женщины громкими криками выразили свое одобрение, но мой отец поднял руки, и они притихли.</p>
     <p>— Я согласен со всем, что ты сказал, Гамильтон, — начал отец. Но тут все закричали снова, оглушил его голос, и отец опять поднял руку. — Я согласен со всем, но есть одно обстоятельство, которое ты забыл принять во внимание, Гамильтон… а об этом ми ты, ни я, никто не должен забывать. Бригем Юнг <a l:href="#n_345" type="note">[345]</a> объявил военное положение, а у Бригема Юнга есть войско. Мы можем стереть Нефи с лица земли одним махом нам это не труднее, чем овце махнуть хвостом, — и забрать всю провизию, какую нам удается увезти. Но только далеко мы ее не увезем. Бригемовские «святые» настигнут нас и сотрут с лица земли, и им это тоже будет не труднее, чем овце махнуть хвостом. И ты это знаешь, и я это знаю, и все мы это знаем.</p>
     <p>Его слова были убедительны, но толпу и не нужно было убеждать. То, что он сказал, отнюдь не было новостью. Они просто забыли об этом на минуту от волнения и от ужаса перед нашим бедственным положением. Я не хуже всякого другого готов драться за правое дело, продолжал мой отец. Да только мы сейчас не можем ввязываться в драку. Если начнутся неприятности, нам несдобровать. A мы должны помнить о наших женщинах и детях. Мы должны держаться мирно, чего бы это нам ни стоило, и терпеть, какую бы напраслину на нас ни возводили.</p>
     <p>— А что мы будем делать в пустыне? — воскликнула какая-то женщина, кормившая грудью младенца.</p>
     <p>— Прежде чем мы попадем в пустыню, у нас на пути будет еще несколько селений, — ответил отец. — В шестидесяти милях к югу будет Филмор. Затем Корн-Крик. Еще через пятьдесят миль — Бивер. Затем — Парован. Оттуда двадцать миль до Сидар-Сити. И чем дальше будем мы уходить от Соленого Озера, тем больше надежды, что нам будут продавать провизию.</p>
     <p>— А если не будут? — снова спросила та же женщина.</p>
     <p>— Так или иначе, мы уйдем от них далеко, — сказал мои отец. — Сидар-Сити — последнее селение. Нам останется только одно: идти вперед и благодарить небо, что нам удалось от них уйти. Еще дна дня пути, и мы доберемся до хороших пастбищ и воды. Эта местность называется Горные Луга. Там нет поселений, и там мы можем дать отдых нашим волам и лошадям и подкормить их, прежде чем вступим в пустыню. Может быть, нам удастся настрелять дичи. А уж на самый худой конец мы будем двигаться вперед, пока сможем, потом бросим наши фургоны, навьючим самое необходимое на лошадей и пойдем дальше пешком. По дороге мы будем резать волов и питаться ими. Лучше уж добраться до Калифорнии нагишом, чем сложить наши кости здесь. А мы их сложим здесь, если ввяжемся в драку.</p>
     <p>Еще несколько слов предостережения — не вступать в перебранку и не пускать в ход кулаки, — и все разошлись по своим фургонам.</p>
     <p>Я долго не мог заснуть в ту ночь. Ярость, вспыхнувшая во мне против мормона, так меня взбудоражила, что я все еще лежал с открытыми глазами, когда мой отец забрался в фургон, в последний раз обойдя и проверив все ночные посты. Родители думали, что я сплю, но я не спал и слышал, как мать спросила отца, дадут ли нам мормоны мирно пройти через их владения.</p>
     <p>Отец отвернулся от нее — он стаскивал с ноги сапог — и ответил бодрым, уверенным тоном, что мормоны, конечно, нас не тронут, если никто из наших не затеет с ними ссоры.</p>
     <p>Но мне хорошо видно было лицо отца, освещенное слабым светом самодельной сальной свечи, и выражение его лица никак не вязалось с уверенностью, звучавшей в голосе. Я уснул с тяжелым чувством нависшей над нами страшной беды, и всю ночь меня преследовал Бригем Юнг, которого моя детская фантазия превратила в страшное, злобное чудовище — настоящего сатану с рогами и хвостом.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>И пробудился на полу своей одиночной камеры, в тисках смирительной рубашки. Надо мной склонялись все те же четверо: начальник тюрьмы Азертон, капитан Джеми, доктор Джексон и Эл Хэтчинс. Я заставил свои губы растянуться в улыбке и напряг все силы, чтобы не потерять власти над собой, потому что возобновившееся кровообращение причиняло мне нестерпимую боль.</p>
     <p>Я выпил воды, которую они поднесли к моим губам, и отказался от предложенного мне хлеба — все это молча. Я закрыл глаза и постарался возвратиться назад в Нефи, в кольцо наших скованных цепью фургонов. Но пока непрошеные посетители стояли возле меня и разговаривали, мне не было избавления.</p>
     <p>Волей-неволей мне пришлось выслушать часть их разговора.</p>
     <p>— Совершенно то же самое, что и вчера, — заметил доктор Джексон. — Ни малейшей перемены в ту или иную сторону.</p>
     <p>— Значит, он может выдержать еще? — спросил начальник тюрьмы.</p>
     <p>— И не охнет. Еще сутки выдержит так же легко. Он ненормальный, абсолютно ненормальный. Я бы сказал, что он одурманен каким-то наркотиком, но это, конечно, невозможно.</p>
     <p>— Я знаю, что это за наркотик, — сказал начальник тюрьмы. — Это его проклятая сила воли. Говорю вам, стоит ему захотеть — и он пройдет босиком по раскаленным камням, как гавайские жрецы, и глазом при этом не сморгнет.</p>
     <p>Выть может, именно это слово «жрецы» я унес с собой, когда снова погрузился во мрак небытия. Быть может, оно послужило отправной точкой. А быть может, это было просто совпадение.</p>
     <p>Но как бы то ни было, когда я очнулся, оказалось, что я лежу на спине на грубом каменном полу и руки у меня сложены на груди так, что локоть одной рукой упирается в ладонь другой.</p>
     <p>Лежа так, с закрытыми глазами, я еще полу-бессознательно потер ладонями локти и нащупал огромные мозоли. Я не испытал при этом удивления. Мозоли существовали уже давно, это было нечто само собой разумеющееся.</p>
     <p>Я открыл глаза. Я находился в небольшой пещере, фута три в высоту и футов двенадцать в длину. В пещере было нестерпимо жарко. Пот крупными каплями выступал у меня изо всех пор. Время от времени несколько капель, соединившись вместе, ручейком стекали с тела. Одежды на мне не было, если не считать грязной тряпицы, опоясывавшей чресла. Солнце сожгло мою кожу, сделав ее красновато-коричневой. Я был невероятно худ и созерцал свою худобу со странным чувством гордости, словно достичь такой худобы было подвигом. С особенным восторгом любовался я моими торчащими ребрами. Один только вид глубоких впадин между ними наполнял меня ликованием или, точнее сказать, ощущением собственной святости.</p>
     <p>На коленях у меня были такие же мозоли, как и на локтях.</p>
     <p>Грязь покрывала меня, точно короста. Моя борода, по-видимому, некогда белокурая, а теперь пятнисто-коричневая от грязи, клокастой, свалявшейся массой лежала у меня на груди. Мои длинные волосы, такие же грязные и всклокоченные, падали мне на плечи и на глаза, мешая смотреть, так что временами я был вынужден отбрасывать их со лба рукой. Впрочем, это случалось редко, обычно я предпочитал просто смотреть сквозь них, как дикий зверь сквозь чащу.</p>
     <p>За узкой щелью входа в пещеру синей стеной сияло полуденное небо. Полежав немного, я выполз из пещеры и улегся в еще более неудобной позе на узком выступе скалы прямо под палящими лучами солнца. Оно нещадно жгло меня, это страшное солнце, и чем сильнее оно меня жгло, тем больше я упивался им, а вернее, самим собой, тем, что я — господин своего тела и остаюсь глух к его протестам и жалобам. Почувствовав под собой острый — но не слишком острый — выступ камня, я принялся усиленно извиваться, терзая свою плоть в экстазе самоистязания и самоочищения.</p>
     <p>День был удушливо зноен. Даже самое легкое дыхание ветерка не веяло над речной долиной, на которую время от времени устремлялся мой взор. Сотнями футов ниже у подножия скалы, на которой я лежал, лениво катила свои воды широкая река. Противоположный берег ее был полог и переходил в песчаную равнину, тянувшуюся до самого горизонта. Над водой клонились купы пальм.</p>
     <p>На моем берегу вздымались величественные выветрившиеся утесы, в которые полукругом врезалась река. В глубине полукруга, хорошо видные мне с моего выступа, высились четыре колоссальные фигуры, высеченные в скале. Это были статуи, изображавшие мужчин. Четыре колосса сидели, положив на колени кисти искрошившихся рук, устремив взгляд вдаль, на реку. Во всяком случае, три колосса смотрели именно туда. От четвертого остались только ноги и огромные кисти рук, покоившиеся на коленях. У ног его лежал сфинкс, казавшийся до смешного маленьким. И все же моя голова достала бы ему только до плеча.</p>
     <p>Я смотрел на эти изваяния с презрением, а потом плюнул в их сторону. Я не знал, кого они изображают — позабытых богов или неведомых царей, но для меня они являлись олицетворением суетности и тщеты земной жизни и земных желаний.</p>
     <p>А над всем этим — над широкой излучиной реки и над простором песков, уходящих к горизонту, — висел ослепительно золотой купол неба, не затуманенный ни единым облачком.</p>
     <p>Текли часы. Я испепелял себя на солнце. Но временам я переставал ощущать и жару и боль, забываясь в полудремоте, сотканной из видений, грез и воспоминаний. Я знал, что все окружавшее меня: и выветрившиеся колоссы, и река, и пески, и солнце, и слепящий купол неба — может вот-вот исчезнуть. Загремят трубы архангелов, звезды упадут с неба, разверзнутся небеса, и Бог-вседержитель вместе со своим воинством сойдет на землю для последнего суда.</p>
     <p>Но вера моя была глубока, и я был готов к этому грозному событию. Недаром я лежал здесь в отрепьях, во прахе, в муках.</p>
     <p>Я был смирен и жалок и исполнен презрения к нуждам и страстям своего бренного тела. И с не меньшим презрением и с некоторым злорадством я вспоминал о далеких городах на равнине, где я жил когда-то, о городах, утопающих в богатстве и похоти и не помышляющих даже о конце света, который так близок. Ну что ж, скоро, очень скоро они увидят свой последний час, и тогда будет уже поздно. Увижу и я. Но я готов. И под их вопли и стенания я восстану из праха, возрожденный к новой, вечной жизни, и по праву займу заслуженное место в Божьем граде <a l:href="#n_346" type="note">[346]</a>.</p>
     <p>В промежутках между видениями и снами, в которых я уже видел себя в Божьем граде, я перебирал в памяти все старинные разногласия и споры. Да, Новатиан был прав, утверждая, что раскаявшийся отступник не может быть принят обратно в лоно церкви. Также не могло быть никакого сомнения в том, что сабеллианизм <a l:href="#n_347" type="note">[347]</a> — порождение дьявола. А Константин — главный пособник сатаны. Снова и снова я размышлял над триединством Бога, снова и снова вспоминал учение Ноэта, сирийца. Но еще с большим удовольствием я вспоминал рассуждения моего любимого учителя Ария. В самом деле, если только человеческий разум в состоянии что-либо постичь, представляется несомненным, что было время, когда Сын еще не существовал — ведь это заложено в самой природе понятия «сын». Да, в самом понятии «сын» заложена мысль о времени, ранее которого сына не существовало.</p>
     <p>Ведь отец должен быть старше сына. Утверждать обратное было бы кощунством и сомнениями в величии Бога.</p>
     <p>И я вспоминал годы моей юности, когда я сидел у ног Ария, который был епископом в Александрии, прежде чем еретик и богохульник Александр лишил его сана. Александр — сабеллианит, вот кто он был таков, и ему уготована геенна огненная.</p>
     <p>Да, я присутствовал на соборе в Никее <a l:href="#n_348" type="note">[348]</a> и был свидетелем того, как этот собор не поддержал истинного учения. И я помнил, как император Константин <a l:href="#n_349" type="note">[349]</a> изгнал Ария за его праведность. И я помню, как Константин, блюдя интересы государства, раскаялся в содеянном и приказал Александру — другому Александру, трижды проклятому епископу Константинопольскому, — на следующий день дать Арию причастие. И разве не упал Арий бездыханным на улице в ту же ночь? Говорили, что смертельная болезнь внезапно поразила его по молитве Александра. Но я говорил, и так говорили мы все, ариане, что эта внезапная смертельная болезнь была порождена ядом, яд же был дан ему Александром, епископом Константинопольским, отравителем, орудием дьявола.</p>
     <p>И, вспоминая это, я истязал свое тело, извиваясь на острых камнях, и громко бормотал, опьяненный своей верой:</p>
     <p>— Пусть язычники и евреи подвергают нас осмеянию. Пусть торжествуют — недолговечно их торжество. И не будет для них спасения во веки веков!</p>
     <p>Так часами я разговаривал сам с собой, лежа на скалистой площадке, нависшей над рекой. Меня лихорадило, и время от времени я отпивал глоток воды из вонючего козьего меха. Я повесил его на самом солнцепеке, чтобы шкура воняла еще больше, а теплая вода не утоляла жажды и не освежала. Здесь же лежали и мои припасы — прямо на грязном полу пещеры: несколько кореньев и кусок заплесневелого ячменного хлеба, — но я не притрагивался к пище, хотя и был голоден.</p>
     <p>Весь этот благодатный, долгий, как целая жизнь, день я только и делал, что потел, жег свою кожу на солнце, терзал тело об острые камни, глядел в даль пустыни, ворошил старые воспоминания, дремал, грезил наяву и бормотал вслух.</p>
     <p>А когда солнце село, в быстро сгущавшихся сумерках я бросил последний взгляд на этот мир, который должен был так скоро исчезнуть. У ног каменных изваяний я различал крадущиеся фигуры диких зверей, которые устроили себе логовища среди некогда горделивых созданий рук человека. И под завывание зверей я заполз в свою пещеру и, продолжая бормотать молитвы и в лихорадочных грезах призывать наступление конца света, погрузился постепенно в сон и мрак.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я очнулся у себя в одиночке. Четверо мучителей стояли возле меня.</p>
     <p>— О богохульствующий еретик, начальник тюрьмы Сен-Квентин, тебе уготована геенна огненная, — насмешливо сказал я, отхлебнув глоток воды, которую они поднесли к моим губам. — Пусть торжествуют тюремщики и тюремные старосты со своими прихвостнями! Торжество их недолговечно, и не будет для них спасения во веки веков.</p>
     <p>— Он рехнулся, — убежденно сказал начальник тюрьмы.</p>
     <p>— Он издевается над вами! — Доктор Джексон был куда ближе к истине.</p>
     <p>— Но он отказывается принимать пищу, — возразил капитан Джеми.</p>
     <p>— Велика важность! Он может пропоститься сорок дней, и это ему ничуть не повредит, — сказал доктор.</p>
     <p>— И я уже постился, — сказал я. — И еще сорок ночей вдобавок. Сделайте мне одолжение — затяните потуже смирительную рубашку и затем убирайтесь отсюда.</p>
     <p>Главный староста Хэтчинс попробовал просунуть палец под шнуровку моей смирительной рубашки.</p>
     <p>— Тут и на четверть дюйма больше не затянуть, хоть воротом тяни, — заверил он.</p>
     <p>— Есть у тебя какие-нибудь жалобы, Стэндинг? — спросил меня начальник тюрьмы.</p>
     <p>— Да, — ответил я. — Две жалобы.</p>
     <p>— А именно?</p>
     <p>— Во-первых, — сказал я, — эта смирительная рубашка непомерно просторна. Хэтчинс — осел. Он мог бы затянуть ее еще на целый фут, если бы как следует постарался.</p>
     <p>— Ну а вторая жалоба? — спросил начальник тюрьмы Азертон.</p>
     <p>— А вторая жалоба состоит в том, что вы порождение дьявола, начальник.</p>
     <p>Капитан Джеми и доктор Джексон не сумели подавить смешка, а начальник тюрьмы, проворчав что-то, повернулся к двери.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Оставшись один, я постарался снова погрузиться в первозданный мрак и перенестись назад к каравану, остановившемуся на привал в Нефи. Мне хотелось узнать исход этого трагического передвижения сорока больших фургонов по суровому, враждебному краю. А какая судьба постигла тощего отшельника с его истерзанными о камни боками и запасом вонючей воды, — это меня нисколько не интересовало. И я вернулся обратно, но не к берегам Нила и не к каравану в Нефи, а к…</p>
     <p>Но здесь, читатель, я должен прервать свое повествование, чтобы объяснить кое-что и тем сделать все, что я собираюсь рассказать, более понятным для тебя. Это необходимо, потому что у меня остается мало времени на мои «воспоминания в смирительной рубашке». Скоро, очень скоро меня выведут из этой камеры и повесят. Но если бы даже мне предстояло прожить еще тысячелетие, и тогда я не смог бы передать вам во всех подробностях то, что узнал в смирительной рубашке. Словом, я должен быть краток.</p>
     <p>Прежде всего, Бергсон <a l:href="#n_350" type="note">[350]</a> прав. Жизнь невозможно объяснить с помощью чисто рационалистических понятий. Когда-то Конфуций сказал: «Если мы так мало знаем о жизни, что можем мы знать о смерти?» А ведь мы и в самом деле так мало знаем о жизни, что даже не можем дать ей определение. Мы воспринимаем жизнь только в ее внешних проявлениях — как феномен; так дикарь может воспринимать динамо-машину. Но жизнь как ноумен для нас совершенно непостижима, мы ничего не знаем о внутренней сущности жизни.</p>
     <p>Далее, Маринетти не прав, когда он утверждает, что материя — это единственная тайна и единственная реальность. Я утверждаю, и, как ты понимаешь, читатель, утверждаю с полным на то правом, что материя — это единственная иллюзия. Конт называет мир (что в данном случае равносильно материи) великим фетишем, и я согласен с Контом.</p>
     <p>Жизнь — вот что и реальность и тайна. Жизнь безгранично шире, чем просто различные химические соединения материи, принимающие те или иные формы. Жизнь — нечто непрекращающееся. Жизнь — это неугасающая огненная нить, связующая одну форму материи с другой. Я знаю это. Жизнь — это я сам.</p>
     <p>Я жил в десяти тысячах поколений. Я жил миллионы лет. Я обладал множеством различных тел. И я, обладатель всех этих тел, продолжал и продолжаю существовать. Я — жизнь. Я неугасимая искра, вечно сверкающая в потоке времени, изумляя и поражая, вечно творящая свою волю над бренными формами материи, которые зовутся телами и в которых я лишь временно обитаю.</p>
     <p>Посудите сами. Вот этот мой палец, столь восприимчивый и столь чувствительный, обладающий такой тонкой и многообразной сноровкой, такой крепкий, сильный, умеющий сгибаться и разгибаться с помощью целой хитроумной системы рычагов — мышц, — этот мой палец не есть я. Отрубите его. Я жив.</p>
     <p>Тело искалечено, но я не искалечен. Я, то есть дух, по-прежнему цел.</p>
     <p>Отлично. Отрубите мне все пальцы. Я — это по-прежнему я.</p>
     <p>Дух ничего не утратил. Отрубите мне кисти рук. Отрубите мне обе руки по самые плечи. Отрубите мне обе ноги но самые бедра. И я, несокрушимый и неразрушимый, я продолжаю существовать. Разве меня стало меньше оттого, что искалечено тело, оттого, что от него отрублены куски? Разумеется, нет. Отрежьте мне волосы. Отрежьте нос, губы, уши острой бритвой. Вырвите даже глаза из глазниц, и, замурованный в этом безликом черепе, соединенном шеей с обрубком торса, там, в этой телесной камере, состоящей из химических соединений и клеток, там по-прежнему буду я, все тот же я, целый и невредимый.</p>
     <p>А сердце все еще бьется? Отлично! Вырежьте сердце или, еще лучше, швырните остатки моего тела в мясорубку с тысячью ножей и искрошите его на мельчайшие куски, и тогда я, — вы понимаете, я, дух и тайна, живой огонь и жизнь, — унесусь прочь, но не погибну. Погибнет только тело, а тело — это еще не я.</p>
     <p>Я верю, что полковник Дерош говорил правду, когда утверждал, что, загипнотизировав девицу Жозефину, он послал ее обратно через все восемнадцать лет ее жизни, через мрак и безмолвие, предшествовавшие ее рождению, к свету ее предыдущей жизни, когда она была прикованным к постели стариком, артиллеристом в отставке Жаном Клодом Бурдоном. И я верю, что полковник Дерош и в самом деле загипнотизировал вновь пробужденную к жизни тень старика и силой своей воли послал ее через все семьдесят лет его жизни назад, во мрак и безмолвие, и из мрака и безмолвия еще дальше — к свету тех дней, когда он существовал в образе злой старухи Филомены Картерон.</p>
     <p>Я ведь уже открыл тебе, читатель, что когда-то давно я обитал в разнообразнейших сплавах материи и был в разные времена то графом Гильомом де Сен-Мором, то безымянным, тощим и грязным отшельником в Египте, то мальчишкой по имени Джесси, чей отец вел караван в сорок фургонов во время большого переселения на запад. И разве теперь, когда я пишу эти строки, я не Даррел Стэндинг, бывший профессор агрономии сельскохозяйственного факультета Калифорнийского университета, ныне приговоренный к смерти и содержащийся в Фолсемской тюрьме?</p>
     <p>Материя — величайшая иллюзия. Другими словами, материя проявляет себя в той или иной форме, а форма — это лишь видимость. Где теперь выветрившиеся утесы и скалы старого Египта, куда, как дикий зверь в берлогу, скрылся я когда-то, чтобы грезить о Божьем граде? Где теперь тело Гильома де Сен-Мора, пронзенное шпагой огненно-рыжего Ги де Виллардуэна на залитой лунным светом лужайке? Где теперь сорок больших фургонов, стоявших плотным кольцом в селении Нефи, и где все мужчины, женщины, и дети, и отощавший скот, укрывавшиеся внутри этого кольца? Ничего этого больше нет, ибо то была лишь форма, в которую вылилась нестойкая материя, существовавшая, пока не распалась эта форма, и вот все это сгинуло и более не существует.</p>
     <p>Теперь, думается, уже ясно, что я хочу сказать. Дух — вот реальность, которая не гибнет. Я — дух, и я существую.</p>
     <p>Я, Даррел Стэндинг, обитатель многих телесных оболочек, прибавлю еще какое-то количество строк к этим воспоминаниям и отправлюсь дальше. Форма, то есть мое тело, распадется на части, после того как я буду добросовестно повешен за шею, и вскоре в мире материи от этой формы не останется и следа. Но в мире духа останется нечто — останется память обо мне. У материи нет памяти, ибо ее формы быстротечны и все, что претерпевает эта форма, гибнет вместе с ней.</p>
     <p>Еще несколько слов, прежде чем я возвращусь к моему повествованию. Во всех моих возвращениях сквозь мрак времени к другим существованиям, которые были когда-то моими, мне ни разу не удавалось направить свой путь к определенной цели.</p>
     <p>Так, например, прежде чем я получил возможность возвратиться к мальчику Джесси в Нефи, мне пришлось испытать еще немало различных судеб, которые были когда-то моей судьбой. Пожалуй, после того как я покинул Джесси в Нефи, я возвращался к нему не один десяток раз, начиная еще с того времени, когда он был совсем малышом и жил в арканзасском поселке. И не меньше десятка раз я заново переживал то, что случилось после стоянки в Нефи. Описывать все это было бы пустой тратой времени. И потому без ущерба для правдивости моего повествования я опущу многое, что представляется мне смутным, неясным и повторяющимся, и опишу только факты, в том виде, как я собрал их — разрозненные во времени — воедино и оживил в моей памяти.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
     </title>
     <p>Задолго до рассвета лагерь в Нефи был уже на ногах. Волов и лошадей погнали на пастбища и к водопою. Пока мужчины расцепляли фургоны и откатывали их в сторону, чтобы удобнее было запрягать, женщины готовили сорок завтраков у сорока костров.</p>
     <p>Ребятишки, иззябшие в предутренней прохладе, жались поближе к огню. Кое-где рядом с ними дремали дозорные из ночного караула в ожидании кружки кофе.</p>
     <p>Чтобы поднять такой большой караван, как наш, требуется время, и тут спешкой не поможешь. Солнце уже с час как стояло в небе, и нестерпимый зной давно разлился над землею, когда наши фургоны, покинув селение, покатили по безлюдным пескам. Ни одна живая душа не вышла нас проводить. Все предпочли остаться в своих лачугах, и от этого в нашем отъезде из Нефи было что-то столь же зловещее, как и в нашем появлении там накануне вечером.</p>
     <p>И снова час за часом — испепеляющая жара, удушливая пыль, пески, редкие кусты, проклятая Богом земля. Вокруг ни поселений, ни стад, ни изгородей — ни единого признака человека.</p>
     <p>К ночи мы сделали привал, снова расположив наши фургоны кольцом у русла пересохшего ручья. В его влажном дне мы вырыли много ям, в которые постепенно просочилась вода.</p>
     <p>О нашем дальнейшем путешествии у меня сохранились довольно отрывочные воспоминания. Мы столько раз делали привал, ставя при этом фургоны в круг, что в моем детском мозгу этот наш путь после ночевки в Нефи запечатлелся как нечто совершенно бесконечное. Но над всем преобладало никогда не покидавшее всех нас чувство, что мы движемся навстречу гибели, неотвратимой, как судьба.</p>
     <p>Мы делали около пятнадцати миль в день. Я знаю это потому, что, по словам моего отца, до Филмора — следующего поселения мормонов — было шестьдесят миль, а мы сделали на этом пути три остановки и, следовательно, добрались туда за четыре дня.</p>
     <p>А до последнего привала, который остался у меня в памяти, мы добирались из Нефи около двух недель.</p>
     <p>В Филморе жители были настроены враждебно, как и повсюду на нашем пути от Соленого Озера. Они поднимали нас на смех, когда мы просили продать нам провизии, и осыпали нас бранью, называя миссурийцами.</p>
     <p>Когда мы въехали в это селение, состоявшее из двенадцати домов, мы заметили, что перед самым большим домом стоят две верховые лошади, грязные, взмыленные, едва державшиеся на ногах. Старик с выгоревшими на солнце волосами, в куртке из оленьей кожи, о котором я уже упоминал и который, по-видимому, был помощником моего отца, подъехал к нашему фургону и кивком указал на этих загнанных лошадей.</p>
     <p>— Не пожалели коней, капитан, — пробормотал он вполголоса. — А из-за кого, скажи на милость, понадобилось им устраивать скачку, если не из-за нас?</p>
     <p>Но мой отец уже обратил внимание на этих лошадей, что не укрылось от моих зорких глаз. Я видел, как загорелся его взгляд, как сжались губы и глубже залегли морщины на запыленном лице. Вот и все. Но я сопоставил одно с другим и понял: эти две взмыленные лошади — еще один признак грозящей нам беды.</p>
     <p>— Как видно, боятся оставить нас без присмотра, Лаван, — сказал мой отец и не прибавил больше ни слова.</p>
     <p>Там, в Филморе, я впервые увидел человека, которого мне потом довелось увидеть еще не раз. Это был высокий, широкоплечий мужчина средних лет, все в нем дышало здоровьем и недюжинной силой — силой не только тела, но и духа. В отличие от большинства мужчин, которых я привык видеть вокруг, он не носил бороды, а двух-трехдневная щетина на подбородке была с сильной проседью. У него был необыкновенно большой рот с тонкими, плотно сжатыми губами, создававшими впечатление, что у него не хватает передних зубов. Нос у него был большой, широкий, массивный. Лицо — квадратное, с торчащими скулами, тяжелым подбородком и высоким, умным лицом. Глаза у него были небольшие, но мне еще никогда не доводилось видеть таких ярко-синих глаз.</p>
     <p>Впервые я заприметил этого человека на мельнице в Филморе.</p>
     <p>Отец и еще несколько мужчин отправились туда, чтобы купить муки, а я, снедаемый любопытством, презрев запрет матери, потихоньку увязался за ними: очень уж хотелось мне увидеть еще кого-нибудь из наших врагов. Там их оказалось человек пять-шесть, и тот, о ком я говорю, был среди них. Они все время стояли возле мельника, пока наши с ним разговаривали.</p>
     <p>— Ты видел этого безбородого негодяя? — спросил Лаван отца, когда, покинув мельницу, они возвращались на стоянку.</p>
     <p>Отец кивнул.</p>
     <p>— Так вот, это Ли <a l:href="#n_351" type="note">[351]</a>, — продолжал Лаван. — Я видел его в городе Соленого Озера. Это мерзавец, каких мало. Все они говорят, что у него девятнадцать жен и пятьдесят детей. И притом он еще свихнулся на религии. Ты мне скажи, чего ради гоняется он за нами по этой забытой Богом стране?</p>
     <p>Усталые, измученные, мы день за днем медленно брели навстречу своей судьбе. Крошечные поселения, разбросанные среди пустыни, там, где была вода и сносная почва, отстояли друг от друга иногда на двадцать миль, а иногда на пятьдесят. Между ними расстилались солончаки и сухие пески. И в каждом селении наши мирные попытки купить провизию оканчивались неудачей.</p>
     <p>Нас встречал грубый отказ.</p>
     <p>— А кто из вас продал нам провизии, когда вы прогнали нас из Миссури? — задавали они нам вопрос. Совершенно бесполезно было объяснять им, что мы не из Миссури, а из Арканзаса. Да, мы были из Арканзаса, но они упрямо твердили, что мы из Миссури. В селении Бивер, расположенном в пяти днях перехода к югу от Филмора, мы снова увидели Ли. И снова перед одним из домов стояли взмыленные лошади. Но в Пероване Ли не было.</p>
     <p>Последнее поселение на нашем пути называлось Сидар-Сити. Лаван, которого высылали вперед, возвратился и сообщил свои наблюдения отцу. Привезенные им вести были многозначительны.</p>
     <p>— Когда я въезжал в поселок, капитан, я видел Ли — он скакал оттуда как бешеный. И в этом поселке что-то многовато верховых.</p>
     <p>Однако, когда мы расположились там на привал, все обошлось мирно. Нам только отказались продать провизию, но нам никто не угрожал. Женщины и дети не выглядывали из своих домов, а мужчины если и появлялись поблизости, то не заходили к нам на стоянку и не задевали нас, как в других селениях.</p>
     <p>Там, в Сидар-Сити, умер ребенок Уайнрайтов. Я помню, как рыдала миссис Уайнрайт, умоляя Лавана достать хоть немного коровьего молока.</p>
     <p>— Молоко может спасти ему жизнь, — твердила она. — А у них есть молоко. Я видела, я сама видела их коров. Прошу тебя, пойди к ним, Лаван! Попроси, попытайся. Тебе ведь это не трудно. Ну, не дадут — только и всего. Но они дадут. Скажи им, что это для ребенка, для маленького ребенка! Женщины-мормонки — такие же матери, как мы, у них есть сердце. Они не откажут грудному ребенку в чашке молока.</p>
     <p>И Лаван пошел. Но, как рассказывал он потом отцу, ему не удалось увидеть ни одной мормонки. Он видел только мужчин, и они прогнали его прочь.</p>
     <p>Это было последнее поселение мормонов. Дальше простиралась огромная пустыня, а за ней — сказочная страна, страна наших грез — Калифорния. На рассвете, когда наши фургоны покидали селение, я, сидя на козлах рядом с отцом, слышал, как Лаван дал выход своим чувствам. Мы проехали с полмили и переваливали через гребень невысокого холма, за которым должен был скрыться с глаз Сидар-Сити, и тут Лаван, повернув коня, привстал на стременах. Он остановил коня у свежезасыпанной могилы, и я понял, что здесь похоронен ребенок Уайнрайтов. Это была не первая могила, которую мы оставляли на своем пути с тех пор, как перевалили через хребет Уосач.</p>
     <p>И тут мне и в Лаване почудилось что-то зловещее. Старый, тощий, с впалыми щеками и торчащими скулами, с выжженными на солнце всклокоченными волосами, падавшими ему на плечи, в своей неизменной оленьей куртке, он был неузнаваем — так исказили его лицо ненависть и бессильный гнев. Держа свое длинноствольное ружье и поводья в одной руке, другой, сжатой в кулак, он грозил Сидар-Сити.</p>
     <p>— Будьте вы прокляты, и гнев Господень да падет на всех вас! — крикнул он. — На всех ваших детей и на младенцев во чреве матери! Пусть засуха уничтожит ваши посевы, и пусть вашей пищей станет песок, смешанный с ядом гремучей змеи! Пусть свежая вода в ваших источниках превратится в горькую соль! Пусть…</p>
     <p>Тут его слова заглушил стук колес, но тяжело вздымавшаяся грудь и воздетый к небу кулак говорили о том, что он все еще продолжает проклинать. Но он выражал чувства, обуревавшие весь караван, и женщины высовывались из фургонов и грозили костлявыми, изуродованными тяжелой работой кулаками последнему селению страны мормонов. Мужчина, шагавший по песку позади нашего фургона, погоняя волов, засмеялся и потряс своей палкой. Странно прозвучал этот смех, ибо вот уже много дней не слышно было смеха в нашем караване.</p>
     <p>— Задай им жару, Лаван! — ободряюще крикнул он. — Да прибавь еще от меня!</p>
     <p>Наши фургоны катились вперед, а я все смотрел на Лавана, приподнявшегося на стременах возле могилы ребенка. Поистине зловещей казалась его фигура — длинные волосы, индейские мокасины и украшенные бахромой гетры на ногах… Такой старой и изношенной была его оленья куртка, что на месте красивой некогда бахромы болтались кое-где лишь жалкие волокна, и он стоял в развевающихся отрепьях. Я помню, что у пояса его висели грязные пучки волос, которые, как я давно успел заметить за время нашего пути, после каждого ливня становились черными и блестящими. Я знал, что это скальпы индейцев, и вид их переполнял меня восторгом и ужасом.</p>
     <p>— Теперь он отвел душу, — заметил отец, не столько обращаясь ко мне, сколько про себя. — Уже который день я все ждал, что он сорвется.</p>
     <p>— Надо бы ему вернуться и снять два-три скальпа, — высказал я пожелание.</p>
     <p>Отец взглянул на меня с лукавой усмешкой.</p>
     <p>— Что, не любишь мормонов, сынок?</p>
     <p>Я покачал головой, чувствуя, как закипает во мне ненависть, которую я не в силах выразить словами.</p>
     <p>— Когда вырасту большой, — сказал я, немного помолчав, — возьму ружье и перестреляю их всех.</p>
     <p>— Перестань, Джесси! — донесся голос моей матери из глубины фургона. — Сейчас же перестань. А ты бы постыдился, — продолжала она, обращаясь к отцу, — позволяешь ребенку говорить такое!</p>
     <p>Через два дня мы добрались до Горных Лугов, и здесь, вдали от всех поселений, нам уже не было особой нужды смыкать наши фургоны. Их поставили в круг, но с довольно большими промежутками, и не соединили колеса цепью. Мы предполагали прожить тут с неделю. Лошадям и волам надо было дать как следует отдохнуть, прежде чем вступить в настоящую пустыню.</p>
     <p>Впрочем, и эта местность мало чем отличалась по виду от настоящей пустыни. Вокруг были все те же пологие песчаные холмы, лишь кое-где поросшие полынью. Однако в песчаных ложбинах между холмами все же попадалась травка. Пожалуй, здесь ее было несколько больше, чем где бы то ни было на нашем пути. Футах в ста от стоянки бил крошечный родник, его воды едва-едва хватало на людей. Однако в некотором отдалении на склоне было еще несколько родничков, и там мы поили наших животных.</p>
     <p>В тот день мы разбили лагерь рано, и так как было решено остановиться здесь на неделю, женщины принялись чинить и латать грязную одежду, предполагая назавтра устроить большую стирку. Все в лагере, от мала до велика, работали до самой ночи. Одни мужчины чинили упряжь, другие — фургоны. Весь день в нашем лагере стучали молотками по железу, что-то ковали, крепили какие-то болты и гайки. И мне помнится еще, что Лаван сидел на корточках в тени фургона и, пока не стемнело, шил себе новые мокасины. Он один среди всех наших мужчин носил мокасины и куртку из оленьей кожи, и мне казалось, что я не видел его среди нас, когда мы уходили из Арканзаса. И у него не было ни жены, ни близких, ни своего фургона. Ничего, кроме коня, ружья, одежды, которая была на нем, да двух одеял, лежавших в фургоне у Мейсона.</p>
     <p>На следующее утро сбылись все наши зловещие предчувствия. Отдалившись на два дня пути от последнего селения мормонов, зная, что в этой местности нет индейцев, да и не предполагая, что с их стороны нам может грозить какая-нибудь опасность, мы впервые не сомкнули наши фургоны плотным кольцом, не выставили ночных дозорных, оставили без присмотра лошадей и волов.</p>
     <p>Мое пробуждение было похоже на кошмар. Словно гром грянул среди ясного неба. В первую минуту, еще не совсем проснувшись и с трудом соображая, я пытался уяснить себе источник всех этих разнообразных звуков, сливавшихся в непрерывный гул. Слышалась пальба — где-то совсем рядом и где-то вдалеке, — крики и брань мужчин, вопли женщин, плач детей. Затем я начал различать глухой стрекот пуль, впивавшихся в деревянные части фургонов, и их пронзительный визг, когда они ударялись о железную обшивку колес — стрелявшие целились слишком низко.</p>
     <p>Я хотел подняться, но мать — она сама только что начала одеваться — заставила меня снова лечь. В эту минуту в фургон вскочил отец, который, по-видимому, уже давно был на ногах.</p>
     <p>— Живей наружу! — крикнул он. — Живей! Ложитесь на землю!</p>
     <p>Он не стал терять времени даром: одной рукой сгреб меня в охапку и вытащил, вернее, вышвырнул — так стремительны были его движения, — из фургона. Я едва успел отползти в сторону, как мать с грудным ребенком на руках, а за ней отец выскочили из фургона прямо на меня.</p>
     <p>— Сюда, Джесси! — позвал меня отец, и я тотчас принялся помогать ему рыть яму в песке, укрывшись за колесом фургона.</p>
     <p>Мы рыли песок прямо руками и работали как бешеные. Мать тоже начала нам помогать.</p>
     <p>— Рой дальше, Джесси, и поглубже, — приказал мне отец.</p>
     <p>Он поднялся, побежал куда-то, выкрикивая на ходу распоряжения, и растаял в серых предрассветных сумерках. (Хочу, кстати, упомянуть, что к тому времени я уже узнал свою фамилию. Меня звали Джесси Фэнчер. Мой отец был капитан Фэнчер.)</p>
     <p>— Ложитесь! — услышал я его голос. — Укрывайтесь за колесами и зарывайтесь в песок! Все, у кого в фургонах есть женщины и дети, забирайте их из фургонов! Берегите порох! Не стрелять!</p>
     <p>Берегите порох и готовьтесь — они сейчас кинутся на нас! Все холостые мужчины из правых фургонов — к Лавану, из левых — к Кокрейну, остальные — ко мне! Не вставайте! Ползком!</p>
     <p>Но нападения не последовало. Минут пятнадцать продолжалась частая беспорядочная стрельба. Однако пули не причиняли нам вреда — только в первую минуту захватившие нас врасплох враги успели ранить и убить поднявшихся спозаранок мужчин, которых озарял свет ими же разожженных костров. Индейцы — Лаван утверждал, что это были индейцы, — залегли где-то между холмами и палили по нашему лагерю. Рассветало, и мой отец опять крикнул, что враги сейчас кинутся на нас. Он находился неподалеку от нашего фургона, за которым, в углублении, вырытом в песке, лежали мы с матерью, и я слышал, как он отдавал команду:</p>
     <p>— Приготовиться! Все разом!</p>
     <p>Слева, справа и из середины нашего лагеря раздался ружейный залп. Я высунулся немного из своего укрытия и увидел двух-трех упавших индейцев. Остальные тотчас прекратили стрельбу и поспешно побежали обратно, таща своих убитых и раненых.</p>
     <p>В ту же секунду у нас все принялись за дело. Фургоны составили в круг, дышлами внутрь, колеса соединили цепью. Я видел, как женщины и совсем маленькие ребятишки со всей мочи налегали на спицы колес, помогая передвигать фургоны. Затем мы подсчитали наши потери. Хуже всего было то, что мы лишились лошадей и волов: их всех до единого угнали. И семь человек лежали у костров, которые они едва успели разжечь. Четверо были убиты, трое смертельно ранены. Были и еще раненые, и женщины уже перевязывали их. Малышу Ришу Хардэйкру пуля попала в руку около плеча. Бедняге не было еще и шести лет, и я глядел, разинув от ужаса рот, как его отец перевязывал ему руку, в то время как мать держала его на коленях. Малыш перестал плакать, но слезы еще блестели у него на щеках, когда он, словно зачарованный, смотрел на серебристый край сломанной кости, торчавшей из раны.</p>
     <p>Бабку Уайт нашли мертвой в фургоне Фоксуэлов. Это была грузная беспомощная старуха, которая никогда ничего не делала — сидела и курила трубку. Она была матерью Эбби Фоксуэл.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_050.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_051.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>И миссис Гранг тоже была убита. Ее муж сидел возле ее мертвого тела. Он сидел неподвижно и казался очень спокойным.</p>
     <p>Глаза его были сухи. Он просто сидел, положив ружье на колени, и никто не подходил к нему, не тревожил его.</p>
     <p>Под руководством моего отца все работали неутомимо, как бобры. Мужчины вырыли большую траншею в центре нашего лагеря и насыпали перед ней бруствер. В нее женщины перенесли из фургонов постели, провизию и все самое необходимое. Ребятишки все как один помогали женщинам. Никто не хныкал, и почти никто не суетился зря. От нас требовалась работа, а мы все с пеленок были приучены к работе.</p>
     <p>Большая траншея предназначалась для женщин с детьми.</p>
     <p>Под фургонами по всему кольцу был вырыт неглубокий окоп с бруствером. Этот окоп предназначался для мужчин, обороняющих лагерь.</p>
     <p>Из разведки вернулся Лаван. Он сообщил, что индейцы отошли примерно на полмили и теперь совещаются. Он видел, как они унесли с поля боя шестерых своих, трое из которых, по его мнению, были уже трупами.</p>
     <p>Все утро этого первого дня мы время от времени видели, как вдали густым облаком встает пыль, и знали, что это передвигаются большие отряды всадников. Эти облака пыли все приближались к нам, окружая нас со всех сторон. Но разглядеть что-нибудь сквозь эту пелену пыли было невозможно. Только одно облако двигалось в обратном направлении и вскоре скрылось из глаз. Это было очень большое облако, и все сразу поняли: угоняют наших волов и лошадей. И вот наши сорок больших фургонов, переваливших через Скалистые Горы, пересекших половину континента, беспомощно стояли теперь, сомкнутые в круг. В них некого было запрячь, и путь их обрывался тут.</p>
     <p>В полдень Лаван вернулся из второй разведки. С юга прибывают еще индейцы, сказал он. Нас окружают. И тут мы вдруг увидели с десяток всадников, которые въехали на гребень невысокого холма слева от нас и смотрели в нашу сторону. Это были белые.</p>
     <p>— Вот оно в чем дело, — сказал Лаван отцу. — Видишь, индейцев на нас натравили.</p>
     <p>— Ведь это же белые, как и мы, — услышал я жалобный возглас Эбби Фоксуэл, обращенный к моей матери. — Почему же они не придут нам на помощь?</p>
     <p>— Это не белые! — пискнул я, опасливо косясь в сторону матери, чтобы успеть вовремя ускользнуть из-под ее проворной руки. — Это мормоны!</p>
     <p>Вечером, едва стемнело, трое наших молодых парней потихоньку выбрались из лагеря. Я видел, как они уходили. Это были Уил Эден, Эйбл Милликен и Тимоти Грант.</p>
     <p>— Они пошли в Сидар-Сити за помощью, — объяснил матери отец, торопливо глотая ужин.</p>
     <p>Мать покачала головой.</p>
     <p>— Мало разве мормонов вокруг нашего лагеря? — сказала она. — Раз они не хотят помочь, а этого что-то незаметно, — значит, и в Сидар-Сиги желающих не найдется.</p>
     <p>— Ну, мормоны тоже бывают разные, и среди них есть и плохие люди и хорошие… — начал отец.</p>
     <p>— Нам пока хороших видеть что-то не доводилось, — оборвала его мать.</p>
     <p>Только наутро узнал я о возвращении Эйбла Милликена и Тимоти Гранта, но это было первое, что я услышал, едва открыл глаза. Все в лагере упали духом, узнав, какие они принесли вести.</p>
     <p>Когда они отошли от лагеря на две-три мили, их окликнули дозорные — все белые. И не успел Уил Эден сказать, что они из каравана капитана Фэнчера и направляются в Сидар-Сити за помощью, как его тут же уложили наповал ружейным выстрелом. Милликену и Гранту удалось спастись, и они вернулись в лагерь с этой печальной вестью, которая погасила последнюю надежду в наших сердцах. За спинами индейцев стояли белые, и беда, так давно подстерегавшая нас, надвинулась.</p>
     <p>В это утро, когда наши мужчины отправились к роднику за водой, по ним открыли пальбу. Родник бил всего в ста шагах от фургонов, но путь к нему простреливался индейцами, которые теперь расположились на невысоком холме к востоку от лагеря.</p>
     <p>Стреляли с близкого расстояния, так как до этого холма было рукой подать, но индейцы, как видно, стрелки были неважные, и наши мужчины доставили в лагерь воду и остались целы и невредимы.</p>
     <p>Если не считать нескольких беспорядочных выстрелов по нашему лагерю, утро прошло довольно спокойно. Мы все обосновались в большой траншее и, давно уже привыкнув к трудностям и лишениям, чувствовали себя вполне сносно. Только семьи убитых еще горевали, оплакивая свою утрату, и надо было ухаживать за ранеными. Я то и дело ускользал от матери, снедаемый ненасытным любопытством: мне хотелось знать, что происходит, и, надо сказать, я поспевал всюду. Внутри нашего лагеря, к югу от траншеи, мужчины вырыли яму и похоронили в ней семерых убитых мужчин и двух женщин всех в одной могиле. Одна только миссис Хастингс, потерявшая сразу и мужа и отца, доставляла всем много забот. Она плакала в голос и причитала, и нашим женщинам стоило немалого труда ее успокоить.</p>
     <p>На холме к востоку от лагеря индейцы громко вопили, совещаясь о чем-то, однако пока они нас не трогали, и лишь изредка раздавались не приносившие вреда выстрелы.</p>
     <p>— Что такое у них гам творится, у этих дьяволов? — не находил себе места Лаван. — Могут они наконец решить, что им, собственно говоря, нужно, и взяться за дело?</p>
     <p>После полудня в лагере стало нестерпимо жарко. На небе ни облачка, солнце палит нещадно, и ни малейшего дуновения ветерка. Мужчины, лежавшие с ружьями в руках в окопе под фургонами, были наполовину в тени, но траншея, в которой укрывалось свыше сотни женщин и детей, была открыта беспощадной ярости солнца. Раненые находились тут же, и над ними мы соорудили навесы из одеял. В траншее было тесно и душно, и я все время старался выскользнуть из нее и перебраться на линию огня и всячески мешкал там, когда мне давали какое-нибудь поручение к отцу.</p>
     <p>Мы допустили роковую ошибку, поставив наш лагерь в стороне от родника. Никто не успел подумать об этом в суматохе первого неожиданного нападения: мы спешили, не зная, когда за первой атакой может последовать вторая. А теперь исправлять ошибку было уже поздно. В ста метрах от холма, на котором расположились индейцы, мы не отваживались переставлять наши фургоны. Внутри лагеря, к югу от могил, мы устроили отхожее место, а к центру, к северу от траншеи, мужчины по распоряжению отца принялись рыть колодец.</p>
     <p>В тот второй день к вечеру мы снова увидели Ли. Он шел пешком в направлении к северо-западу и пересекал равнину по диагонали на расстоянии, недосягаемом для наших пуль. Тут отец связал вместе две палки, взял у матери простыню и прикрепил ее к концу верхней палки. Так мы подняли наш белый флаг. Но Ли не обратил на него никакого внимания и продолжал свой путь.</p>
     <p>Лаван хотел было попытаться все же достать его из ружья, но отец помешал ему. Он сказал, что белые еще не решили, должно быть, как им поступить с нами, и если мы начнем стрелять в Ли, это может только толкнуть их на неблагоприятное для нас решение.</p>
     <p>— Поди сюда, Джесси, — сказал отец, отрывая большой лоскут от простыни и прикрепляя его к палке. — Возьми это, ступай и попытайся поговорить с этим человеком. Не рассказывай ему ничего о том, что у нас тут происходит. Постарайся только уговорить его прийти сюда и потолковать с нами.</p>
     <p>Преисполненный гордости оттого, что мне дано столь важное поручение, я уже готов был пуститься в путь, но тут Джед Дэнхем закричал, что он хочет идти со мной. Джед был моим сверстником.</p>
     <p>— Можно твоему мальчику пойти с Джесси, Дэнхем? — обратился мой отец к отцу Джеда. — Вдвоем лучше, чем одному. Они не дадут друг другу озоровать.</p>
     <p>И вот Джед и я, девятилетние мальчишки, взяв белый флаг, отправились для переговоров с вождем наших неприятелей.</p>
     <p>Но Ли не пожелал разговаривать с нами. Заметив нас, он только прибавил шагу. Нам так и не удалось приблизиться к нему на расстояние человеческого голоса. А вскоре он, должно быть, и просто спрятался среди полыни, потому что мы так его больше и не увидели, хотя понимали, что он никуда не мог деться.</p>
     <p>Мы с Джедом обшарили все заросли полыни ярдов на сто вокруг. Нам не сказали, как долго можем мы отсутствовать, и так как индейцы не стреляли в нас, мы продолжали идти вперед.</p>
     <p>Мы ходили так часа два, хотя каждый из нас давным-давно повернул бы обратно, окажись он в одиночестве; но теперь Джед решил во что бы то ни стало доказать, что он храбрее меня, а я совершенно так же был исполнен решимости доказать, что я храбрее его.</p>
     <p>Однако наше ребячество принесло и некоторую пользу.</p>
     <p>Мы смело бродили по Горным Лугам под прикрытием нашего белого флага, и нам нетрудно было убедиться, каким плотным кольцом осады обложен наш лагерь. К югу, всего в полумиле от нашей стоянки, мы увидели большой лагерь индейцев. За лагерем был луг, и там скакали на лошадях индейские мальчишки.</p>
     <p>Потом мы обследовали стоянку индейцев на восточном холме.</p>
     <p>Нам с Джедом удалось забраться на другой холм, откуда можно было заглянуть к ним в лагерь. Мы потратили не меньше получаса, стараясь их сосчитать, и в конце концов установили, довольно приблизительно правда, что их никак не меньше двух сотен. Кроме того, мы заметили среди них белых, которые все время о чем-то горячо с ними разговаривали.</p>
     <p>К северо-востоку от нашего лагеря, всего ярдах в четырехстах за грядой невысоких холмов, мы увидели большой лагерь белых, а позади него на равнине паслось около шестидесяти верховых лошадей. А еще дальше к северу, примерно в миле расстояния, мы заметили крошечное облачко пыли, которое ползло к нам. Мы с Джедом стали ждать и увидели одинокого всадника, бешеным галопом проскакавшего в лагерь белых.</p>
     <p>Когда мы возвратились к своим, мать встретила меня хорошей оплеухой за то, что я так долго отсутствовал. Но отец выслушал наше сообщение и похвалил и меня и Джеда.</p>
     <p>— Похоже, теперь надо ждать нападения, — заметил Эрен Кокрейн отцу. — Этот всадник, о котором рассказывают мальчишки, прискакал туда не зря. Белые ждут откуда-то распоряжения, чтобы выпустить на нас индейцев. Возможно, этот всадник привез им какой-то приказ. Зря гонять лошадей они не стали бы, это ясно.</p>
     <p>Через полчаса после нашего возвращения Лаван сделал попытку отправиться на разведку под прикрытием белого флага. Но не успел он и на двадцать шагов отойти от лагеря, как индейцы открыли по нему огонь, и он бегом вернулся в окоп.</p>
     <p>Когда солнце уже клонилось к закату, я был в траншее и держал на руках малыша, пока мама стелила постель. В траншее нас было как сельдей в бочке. Некоторым женщинам негде было даже прилечь, и всю прошлую ночь они просидели, уткнувшись головой в колени. Рядом со мной, вернее, вплотную ко мне, так что стоило ему шевельнуть рукой — и он задевал мое плечо, умирал Сайлес Дэнлеп. Его ранило в голову во время первого нападения, и он весь день бредил, не приходя в себя, а порой начинал распевать какую-то чепуху. Вот одна из этих песен, которую он пел снова и снова, доводя мою мать до исступления:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Раз один бесенок говорил другому:</v>
       <v>«Табачку мне дай ка, полон твой кисет»</v>
       <v>А второй бесенок отвечал другому:</v>
       <v>«Деньги береги ты, лучше друга нет,</v>
       <v>Табачком набьешь ты доверху кисет».</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Я сидел рядом с ним и держал на руках малыша, когда враги перешли в атаку. Солнце садилось, и я во все глаза смотрел на Сайлеса Дэнлепа, у которого уже начиналась агония. Его жена Сара сидела рядом, положив руку ему на лоб. И она, и ее тетка Марта — обе тихонько плакали. И тут это началось: град пуль из сотен ружей. Наг поливали свинцом с запада, с севера и с востока. Все, кто был в траншее, распластались на земле. Ребятишки поменьше подняли рев, и женщины принялись их успокаивать. Кое-кто из женщин тоже закричал сначала, но таких было немного.</p>
     <p>За две-три минуты они пустили в нас, как мне показалось, тысячи пуль. О, как хотелось мне вылезти из нашей траншеи и пробраться под фургоны, где залегли мужчины и стойко, хотя и беспорядочно, отстреливались! Каждый из них стрелял но собственному почину, как только в поле его зрения попадал человек, целящийся в нас из ружья. Но мать разгадала мои намерения и заставила меня пригнуться пониже и не выпускать из рук малыша.</p>
     <p>Только я хотел было взглянуть на Сайлеса Дэнлепа, который еще не отошел, как в этот миг был убит малыш Каслтонов. Дороти Каслтон — ей и самой-то было не больше десяти — держала малыша на руках, и его убило, а ее даже не задело. Я слышал, как об этом говорили потом, и все решили, что пуля, вероятно, ударилась о верх одного из фургонов и рикошетом попала в нашу траншею.</p>
     <p>Это просто несчастный случай, говорили все, а в общем-то нам в нашей траншее ничто не угрожает.</p>
     <p>Когда я снова взглянул на Сайлеса Дэнлена, он был уже мертв, и я почувствовал жгучее разочарование, потому что мне помешали быть свидетелем столь значительного события Ведь мне в первый раз в жизни выпал случай поглядеть, как умирают люди.</p>
     <p>Дороти Каслтон отчаянно рыдала и никак не могла уняться, так что миссис Хастингс тоже принялась причитать снова.</p>
     <p>Поднялся такой шум, что отец послал Уота Кэмминга узнать, что тут у нас происходит, и тот ползком пробрался к нашей траншее.</p>
     <p>Когда смерклось, сильный огонь прекратился, хотя одиночные выстрелы продолжались всю ночь. Во время этого второго нападения двое из наших мужчин были ранены, и их перенесли в нашу траншею. А Билл Тайлер был убит наповал, и когда стемнело, его, Сайлеса Дэнлепа и малыша Каслтонов зарыли в землю рядом с теми, кто был похоронен накануне.</p>
     <p>Всю ночь мужчины, сменяя друг друга, рыли колодец, но дорылись только до влажного песка, а воды не было. Кое-кому из мужчин удалось под пулями притащить несколько ведер воды из ручья, но когда Джереми Хопкинсу прострелили кисть руки, пришлось отказаться от этих вылазок.</p>
     <p>Утро следующего, третьего дня осады выдалось еще более жаркое, и мы еще сильнее страдали от жажды, чем прежде.</p>
     <p>Мы проснулись с пересохшими глотками, и никто не стал стряпать завтрак. Мы не могли глотать, так пересохло у нас во рту. Я попробовал было погрызть кусок черствого хлеба, который дала мне мать, но не смог его проглотить. Стрельба то возобновлялась, то затихала. Порой в лагерь летели сотни пуль, а потом наступала передышка, во время которой не слышалось ни единого выстрела.</p>
     <p>Отец все время предостерегал наших защитников, чтобы они не стреляли зря, так как запасы пороха и нуль подходили у нас к концу.</p>
     <p>И все это время мужчины продолжали рыть колодец. Он был уже так глубок, что песок поднимали наверх в ведрах.</p>
     <p>Мужчинам, которые вытаскивали ведра, приходилось выпрямляться во весь рост, и одного из них ранило в плечо. Это был Питер Бромли, который правил волами, тащившими фургон Блэдгудов.</p>
     <p>Он был помолвлен с Джейн Блэдгуд, и она, не глядя на нули, выскочила из траншей, бросилась к Питеру и помогла ему спуститься к нам. Около полудня колодец обвалился, и работавшие принялись из последних сил откапывать двоих мужчин, заживо погребенных в песке. Один из них, Эмос Уэнтворт, очнулся только через час. После этого стенки колодца укрепили досками от фургонов и дышлами и стали рыть дальше. Но на глубине двадцати футов не обнаружилось ничего, кроме сырого песка. Воды не было.</p>
     <p>А тем временем в нашей траншее началось что-то страшное.</p>
     <p>Ребятишки плакали, просили воды, младенцы уже охрипли от крика, но продолжали кричать. Роберт Карр, еще один раненый, лежал примерно шагах в десяти от нас с матерью. Он бредил, размахивая руками, и все просил, чтобы ему дали напиться. Некоторые из женщин тоже словно с ума посходили и кричали неумолчно, призывая проклятия на голову мормонов и индейцев. Другие все время громко молились, а три сестры Демдайк — совсем уже взрослые — вместе со своей матерью пели евангельские псалмы.</p>
     <p>Кое-кто из женщин, стараясь успокоить своих младенцев, изнывавших от зноя и жажды, обкладывал их сырым песком, поднятым со дна колодца.</p>
     <p>Двое братьев Ферфакс не выдержали, схватили ведра, пролезли под фургонами и побежали к роднику. Джайлса еще на полпути свалила пуля, а Роджерс добрался до ручья и вернулся обратно целый и невредимый. Он притащил два полупустых ведра, расплескав половину воды по дороге. Джайлс приполз обратно, и когда ему помогли спуститься в нашу траншею, он кашлял и изо рта у нею текла струйка крови.</p>
     <p>Нас было больше ста человек, даже если не считать мужчин, и двух неполных ведер воды никак не могло хватить на всех. Воду получили только младенцы, малыши лет трех-четырех да раненые. Мне не досталось ни глотка, но мама, когда ей дали несколько ложек воды для младенца, намочила край тряпки и вытерла мне рот. А ей самой даже этого не досталось, потому что она отдала мне мокрую тряпку, чтобы я ее пожевал.</p>
     <p>А после полудня стало еще хуже, несравненно хуже. В безоблачном, чистом небе ослепительно сверкало солнце, и наша вырытая в песке яма превратилась в раскаленную печь. А вокруг трещали выстрелы и раздавались воинственные крики индейцев.</p>
     <p>Нашим же мужчинам отец лишь изредка позволял стрелять, да и то только лучшим стрелкам, таким, как Лаван и Тимоти Грант.</p>
     <p>А нас все время безостановочно поливали свинцом. Однако ни одна пуля не залетала к нам больше рикошетом, чтобы наделать беды, да и наши мужчины теперь стреляли редко, а больше лежали на дне окопа и подвергались меньшей опасности. Всего четверо были ранены, и только один из них — тяжело.</p>
     <p>Когда стрельба на время утихла, к нам в траншею спустился отец. Он сел возле меня и матери и некоторое время молчал. Казалось, он прислушивается к плачу, стонам и жалобам изнемогавших от жажды людей. Потом он вылез из траншеи и пошел посмотреть колодец. Он принес мокрого песку и толстым слоем покрыл им грудь и плечи Роберта Карра. Затем направился к Джеду Дэнхему и его матери и послал за отцом Джеда, который был в окопе под фургонами. Так тесно было в нашей траншее, что, когда кто-нибудь делал попытку выбраться оттуда, ему приходилось пробираться между телами уснувших.</p>
     <p>Через некоторое время отец снова спустился к нам.</p>
     <p>— Джесси, ты не боишься индейцев? — спросил он.</p>
     <p>Я решительно помотал головой, предчувствуя, что мне снова предстоит выполнить какое-то важное поручение.</p>
     <p>— И проклятых мормонов не боишься?</p>
     <p>— Проклятых мормонов я и подавно не боюсь, — отвечал я, радуясь, что могу назвать наших врагов проклятыми и не получить от матери затрещину.</p>
     <p>Я заметил легкую усмешку, тронувшую его посеревшие губы, когда он услышал мой ответ.</p>
     <p>— Ну, что ж, Джесси, — сказал он. — В таком случае не отправишься ли ты с Джедом к роднику за водой?</p>
     <p>Я готов был отправиться хоть сию же минуту.</p>
     <p>— Вы нарядитесь девочками, — продолжал отец. — Тогда, пожалуй, вас не тронут.</p>
     <p>Я решительно настаивал на том, чтобы отправиться за водой в моем настоящем виде — в штанах, как полагается мужчине, но сразу перестал спорить, как только отец намекнул, что придется найти другого мальчика, которого можно будет нарядить и отправить с Джедом.</p>
     <p>Из фургона Четоксов притащили сундучок. Девочки Четокс были близнецы и примерно такого же роста, как мы с Джедом.</p>
     <p>Женщины помогли нам переодеться. Они надели на нас праздничные платья близнецов, пролежавшие в сундучке от самого Арканзаса.</p>
     <p>Мать так тревожилась за меня, что попросила Сару Дэнлеп подержать малыша, а сама проводила меня до переднего окопа.</p>
     <p>Там, в окопе под фургонами, укрывшись за невысоким песчаным бруствером, мы с Джедом получили последние наставления. После этого вылезли из окопа на открытое место и стали. Одеты мы были совершенно одинаково: перевязанные широкими голубыми кушаками белые платья, белые чулки, белые широкополые шляпы. Мы стояли, держась за руки, Джед слева от меня.</p>
     <p>В свободной руке у каждого из нас было по два небольших ведерка.</p>
     <p>— Спокойней! — крикнул нам отец, когда мы двинулись вперед, — Не спешите. Идите, как ходят девочки.</p>
     <p>Не раздалось ни единого выстрела. Мы благополучно добрались до родника, наполнили водой наши ведерки, а потом прилегли на берегу и основательно утолили жажду. С полным ведерком в каждой руке мы направились обратно. И по-прежнему ни одного выстрела.</p>
     <p>Уж не помню, сколько раз проделали мы этот путь — к роднику и обратно: должно быть, раз пятнадцать, а может, и двадцать. И каждый раз мы, направляясь туда, шли не спеша, степенно держась за руки, и возвращались так же не спеша с четырьмя полными ведерками воды. Просто удивительно, как мучила нас жажда. Мы то и дело приникали к роднику и долго, жадно пили воду.</p>
     <p>Но наши враги в конце концов потеряли терпение. Трудно себе представить, чтобы индейцы стали удерживаться от стрельбы из-за каких-то девчонок, если бы они вообще действовали по собственному почину, а не по указке белых, находившихся среди них. Но как бы то ни было, едва мы с Джедом еще раз зашагали к роднику, как с холма, занятого индейцами, прогремел выстрел, а за ним второй.</p>
     <p>— Назад! — услышал я крик матери.</p>
     <p>Я посмотрел на Джеда, а Джед на меня. Я знал, что он упрям и ни за что не отступит первым. Тогда я шагнул вперед, и он тотчас последовал за мной.</p>
     <p>— Эй! Джесси! — крикнула мать, и этот крик прозвучал страшнее всякой затрещины.</p>
     <p>Джед хотел было опять идти, взявшись со мной за руки, но я покачал головой.</p>
     <p>— Побежим, — предложил я.</p>
     <p>И когда мы, увязая в песке, припустились к роднику, мне показалось, что индейцы открыли огонь из всех ружей, какие только у них были. Я подбежал к ручью первым, и Джеду пришлось ждать, пока я наполню мои ведерки.</p>
     <p>— Ну, теперь беги, — сказал он мне и принялся так неторопливо наполнять свои ведерки, что я понял, он решил во что бы то ни стало вернуться вторым.</p>
     <p>Я скорчился у родника и стал ждать, глядя, как пули, зарываясь в песок, поднимают клубочки пыли. Потом мы бросились назад бегом, бок о бок.</p>
     <p>— Не беги так, — предостерег я его. — Всю воду расплещешь.</p>
     <p>Это задело его за живое, и он заметно убавил шагу. На полпути я споткнулся и во весь рост растянулся на земле.</p>
     <p>Пуля шлепнулась возле самой моей головы, и мне засыпало глаза песком. В первую секунду мне показалось, что пуля попала в меня.</p>
     <p>— Это ж ты нарочно, — язвительно усмехнулся Джед, когда я поднялся на ноги. Он стоял рядом и ждал, когда я встану.</p>
     <p>Я понял, что у него на уме. Он решил, что я упал нарочно, чтобы разлить воду и снова отправиться к ручью. Мы так щеголяли друг перед другом своим бесстрашием, что я немедленно использовал открывшуюся мне возможность, на которую он намекал, и побежал назад к ручью. А Джед Дэнхем стоял на самом видном месте, выпрямившись, и, словно не замечая свистевших вокруг него нуль, ждал меня. Мы побежали обратно плечом к плечу и вернулись в лагерь в ореоле подлинной славы, несмотря на наше мальчишеское безрассудство. Правда, Джед в конце концов притащил всего одно ведерко воды. Другое было пробито пулей почти у самого дна.</p>
     <p>Мать взяла мои ведерки и ограничилась тем, что отчитала меня за непослушание. Она, должно быть, чувствовала, что теперь отец не позволит ей отшлепать меня — недаром он незаметно для нее подмигнул мне, когда она меня отчитывала. Никогда прежде он мне не подмигивал.</p>
     <p>Нас с Джедом встретили в нашей траншее как героев. Женщины плакали, целовали нас, душили в объятиях и благословляли. Признаться, я был чрезвычайно горд, хотя, так же как и Джед, делал вид, что мне все это не по вкусу. А Джереми Хопкинс — вместо кисти его правая рука кончалась теперь бесформенной повязкой — заявил, что у нас с Джедом хорошая закваска и мы будем настоящими мужчинами — такими, как Дэниел Бун, или Кит Карсон, или Дэви Крокет. Ну, тут уж я и совсем возгордился.</p>
     <p>Весь остаток дня я мучился от боли в правом глазу, который засыпало песком, когда пуля чуть не попала мне в голову. Мать говорила, что глаз у меня налит кровью, и я каждую секунду то закрывал его, то открывал, но ничего не помогало: глаз все равно болел.</p>
     <p>В нашей траншее все притихли и успокоились, когда напились вдоволь, но мысль о том, как мы будем снова добывать воду, по-прежнему угнетала нас, к тому же всем было известно, что порох у нас на исходе. Тщательно обшарив все фургоны, отец обнаружил только пять фунтов пороха. Да еще немножко в пороховницах у мужчин.</p>
     <p>Я помнил, что накануне враги попробовали атаковать нас, когда садилось солнце, и, предполагая, что сегодня может повториться то же самое, заблаговременно перебрался в окоп под фургонами и отыскал Лавана. Он задумчиво жевал табак и не заметил меня. Некоторое время я молча наблюдал за ним, боясь, что он сейчас же прогонит меня обратно. Он долго вглядывался в узкое пространство между колесами фургона, сосредоточенно жуя табак, а затем аккуратно сплевывал в небольшую ямку, вырытую им в песке.</p>
     <p>— Ну, как дела? — не выдержал я наконец. Он всегда начинал свою беседу со мной с этого вопроса.</p>
     <p>— Отлично, — отвечал он. — Лучше нельзя, Джесси, ведь теперь, когда ты принес нам воды, я снова могу жевать табак. А я не жевал его с самого рассвета: так пересохло у меня во рту.</p>
     <p>Тут над гребнем северо-восточного холма, где засели белые, показалась чья-то голова и плечи. Лаван целился около минуты, а потом опустил ружья и показал головой.</p>
     <p>— Четыреста ярдов. Нет, нельзя рисковать. Может, я и достану его, но может, и нет, а твой отец велел беречь порох.</p>
     <p>— Как ты думаешь, на что мы можем рассчитывать? — спросил я его как мужчина мужчину, ибо после моего подвига с водой я уже считал, что могу держаться с мужчинами на равной ноге.</p>
     <p>Лаван ответил не сразу — он, казалось, тщательно взвешивал все «за» и «против».</p>
     <p>— Не скрою от тебя, Джесси, что мы попали в скверную переделку. Но мы выкарабкаемся, да, да, мы выкарабкаемся, можешь ставить свой последний доллар.</p>
     <p>— Ну, кое-кому из нас уже не выкарабкаться, — заметил я.</p>
     <p>— Это кому же? — спросил Лаван.</p>
     <p>— Ну, хотя бы Биллу Тайлеру, и миссис Грант, и Сайлесу Дэнлепу, и другим.</p>
     <p>— А, не говори глупости, Джесси, — эти уже в земле. Разве ты не знаешь, что рано или поздно каждому приходится хоронить своих мертвецов? Так уж повелось из века в век, а живых все равно не убывает. Видишь ли, Джесси, жизнь и смерть всегда идут рука об руку, и люди рождаются так же быстро, как и умирают, а может, и еще быстрей — ведь живые расплодились и приумножились. Ну вот ты, к примеру: тебя могли застрелить сегодня, когда ты бегал за водой. А ты вот сидишь здесь, так ведь? И болтаешь со мной, и думается мне, что ты еще вырастешь и станешь отцом, да, станешь отцом большого семейства где-нибудь в Калифорнии. Говорят, что там, в Калифорнии, все бывает только большим.</p>
     <p>Его уверенность в том, что все будет хорошо, придала мне храбрости, и я внезапно отважился задать вопрос, порожденный давно снедавшей меня завистью.</p>
     <p>— Послушай, Лаван, предположим, что тебя убьют…</p>
     <p>— Кого — меня? — воскликнул он.</p>
     <p>— Я ведь сказал «предположим», — пояснил я.</p>
     <p>— Ах так, ну ладно. Валяй дальше. Предположим, меня убьют…</p>
     <p>— Может, ты отдашь мне свои скальпы?</p>
     <p>— Мать устроит тебе хорошую трепку, если увидит их у тебя, — уклончиво ответил он.</p>
     <p>— Я при ней их носить не буду, только и всего. Ведь если тебя убьют, Лаван, кому-то все равно достанутся твои скальпы Так почему бы не мне?</p>
     <p>— Почему бы не тебе, в самом деле? — повторил он. — Это правильно, почему бы не тебе? Ладно, Джесси. Ты мне пришелся по душе, и твой отец — тоже. Как только меня убьют, забирай мои скальпы, да и нож для скальпирования заодно. А Тимоти Грант пусть будет свидетелем. Ты слышал, что я сказал, Тимоти?</p>
     <p>Тимоти подтвердил, что он слышал, а я лежал в душном окопе, лишившись дара речи от неожиданно свалившегося на меня счастья, и ни словом не мог выразить своей благодарности.</p>
     <p>Я проявил большую предусмотрительность, забравшись заблаговременно в окоп, и был за это вознагражден. Новое нападение на лагерь действительно началось при заходе солнца. Нас опять обстреливали из сотен ружей, но никто из наших не получил даже царапины. Мы же со своей стороны сделали не больше трех десятков выстрелов, однако я видел, что и Лаван и Тимоти Грант оба уложили по индейцу. Лаван сказал мне, что нас все время обстреливают только индейцы. Он утверждал, что белые не сделали ни одного выстрела, и это ставило его в тупик. Белые не оказывали нам помощи, но и не нападали на нас. Однако они не раз приходили к индейцам, которые нас обстреливали.</p>
     <p>На следующее утро мы все снова изнемогали от жажды.</p>
     <p>Едва забрезжило, я вылез из окопа. Ночью пала роса, и все — мужчины, женщины и ребятишки — лизали спицы колес и дышла фургонов, стараясь утолить жажду.</p>
     <p>Говорили, что ночью Лаван ходил на разведку. Он подполз к самому лагерю белых и при свете костров видел, что они все уже проснулись и молятся, собравшись в кружок.</p>
     <p>— О нас молятся, — сказал Лаван. — Спрашивают Бога, что им с нами делать.</p>
     <p>Так, во всяком случае, он понял из тех немногих слов, что ему удалось разобрать.</p>
     <p>— Да просветит тогда Господь их разум, — услышал я, как одна из сестер Демдайк сказала Эбби Фоксуэлл.</p>
     <p>— И поскорее, — ответила Эбби Фоксуэлл. — Потому что я не знаю, как мы выдержим еще целый день без воды, да и порох у нас пришел к концу.</p>
     <p>Утром никаких событий не произошло. Не было сделано ни единого выстрела. С безоблачного неба по-прежнему палило солнце. Жажда мучила нас все сильнее и сильнее, и вскоре все младенцы снова подняли плач, а малыши принялись хныкать и жаловаться. В полдень Уилл Гамильтон взял два больших ведра и направился к роднику. Не успел он проползти под фургоном, как Энн Демдайк бросилась за ним, обхватила его руками и потащила обратно. Но он поговорил с ней, поцеловал ее и ушел. В него не стреляли, и он продолжал ходить к ручью и обратно и носить воду целый и невредимый.</p>
     <p>— Хвала Господу! — воскликнула старая миссис Демдайк. — Это его знамение. Он смягчил их сердца.</p>
     <p>И многие женщины согласились с ней.</p>
     <p>Часа в два пополудни, когда мы немного подкрепились и воспряли духом, появился белый человек с белым флагом. Уилл Гамильтон вышел ему навстречу, они о чем-то поговорили, после чего Уилл вернулся, переговорил с отцом и остальными мужчинами и снова направился к человеку с флагом. И тут мы заметили, что несколько поодаль стоит другой человек и наблюдает за происходящим, и это был Ли.</p>
     <p>Все мы пришли в страшное волнение. Женщины заливались слезами и целовали друг друга от радости, а миссис Демдайк и другие старухи громко распевали псалмы и славили Бога. Нам было предложено поднять белый флаг, а они за это обещали оградить нас от нападения индейцев, и наши мужчины приняли это предложение.</p>
     <p>— У нас нет другого выхода, — услышал я слова отца, обращенные к матери.</p>
     <p>Удрученный, поникший, он присел на дышло фургона, устало сгорбившись.</p>
     <p>— А что, если они задумали обмануть нас? — спросила мать.</p>
     <p>Отец пожал плечами.</p>
     <p>— Придется рискнуть, — отвечал отец. — У нас вышел весь порох.</p>
     <p>Мужчины принялись освобождать от цепи колеса одного из фургонов и откатили его в сторону. Я побежал посмотреть, что происходит. В лагерь явился Ли собственной персоной. За ним двигались два фургона — совершенно пустые, если не считать возниц. Все окружили Ли. Он сказал, что им еле удалось помешать индейцам разделаться с нами, но теперь майор Хигби с отрядом милиции мормонов в пятьдесят человек готов принять нас под свою защиту.</p>
     <p>Однако кое-что в словах Ли встревожило моего отца, и Лавана, и еще кое-кого из наших мужчин: Ли предложил нам сложить все наши ружья в один из фургонов, чтобы не возбуждать против себя индейцев. Если мы это сделаем, сказал он, индейцы будут считать, что милиция мормонов взяла нас в плен.</p>
     <p>Отец выпрямился и, как видно, хотел уже ответить отказом, но переглянулся с Лаваном, а тот проворчал вполголоса:</p>
     <p>— Какая разница, куда их положить, раз у нас не осталось пороха!</p>
     <p>Двоих раненых, которые не могли двигаться, отнесли в фургоны, и туда же поместили всех маленьких ребятишек. Ли разделил всех ребят на две группы: до восьми лет и старше. И мне и Джеду уже исполнилось девять лет, да к тому же мы оба были очень рослые, и Ли поставил нас к старшим ребятам, сказав, что мы пойдем пешком вместе с женщинами.</p>
     <p>Когда он взял у матери нашего малыша и положил его в фургон, мать хотела было воспротивиться, но потом я увидел, как она сжала губы и заставила себя смириться. Моя мать была статная женщина средних лет, с серыми глазами и крупными, выразительными чертами лица, но долгий тяжкий путь и перенесенные лишения сказались на ней: она исхудала, щеки у нее ввалились, и на лице, как у всех наших женщин, лежала печать вечной озабоченности и тревоги.</p>
     <p>Когда Ли начал объяснять нам, в каком порядке должно происходить паше передвижение, Лаван подошел ко мне. Ли сказал, что женщины и дети постарше пойдут впереди за двумя фургонами, а за женщинами будут гуськом следовать мужчины. Вот когда Лаван услышал это распоряжение, он и подошел ко мне, отвязал свои скальпы и прицепил их к моему пояску.</p>
     <p>— Но ведь ты же еще не убит! — удивился я.</p>
     <p>— Нет, черт побери, нет, я еще не убит! — весело ответил он. — Просто Бог просветил мой разум. Носить скальпы — это пустая суетность, это языческий обряд… — Он запнулся, словно припомнив что-то, потом резко повернулся и отошел к остальным мужчинам, бросив мне через плечо: — Ну, будь здоров, Джесси.</p>
     <p>Я еще раздумывал над тем, почему Лаван вдруг попрощался со мной, когда в наш лагерь прискакал всадник. Он сказал, что майор Хигби велит нам поторопиться, гак как индейцы могут каждую минуту напасть на нас.</p>
     <p>И вот мы тронулись в путь. Впереди ехали два фургона.</p>
     <p>За ними шли мы — женщины и дети в сопровождении Ли. Позади — на расстоянии примерно двухсот футов от нас — шли мужчины. Выйдя из-за фургонов, мы сразу увидели милицию. Она растянулась длинной цепочкой: мормоны стояли, опираясь на свои ружья, футах в пяти-шести один от другого. Когда мы проходили мимо, мне невольно бросилось в глаза угрюмо-торжественное выражение их лиц. Будто они собрались на похороны. Как видно, наши женщины тоже заметили это, потому что некоторые из них заплакали.</p>
     <p>Я шел позади матери. Я прятался за ее спину для того, чтобы она не могла увидеть моих скальпов. За мной шли три сестры Демдайк, двое из них вели под руки свою престарелую мать.</p>
     <p>Я слышал, как Ли то и дело кричал возницам фургонов, чтобы они ехали потише. Какой-то всадник, стоя поодаль, наблюдал за движением нашей процессии, и одна из сестер Демдайк сказала, что это майор Хигби. Нигде поблизости не было видно ни одного индейца.</p>
     <p>Все произошло в ту секунду (я как раз обернулся, чтобы поглядеть, где Джед Дэнхем), когда наши мужчины поравнялись с милицией мормонов. Я услышал, как майор Хигби крикнул зычным голосом: «Исполняйте ваш долг!» — и все мормоны дали залп из всех ружей, и все наши мужчины повалились на землю как подкошенные. Старуха Демдайк и ее дочери упали тоже.</p>
     <p>Я быстро обернулся, ища глазами мать, но и она уже лежала на песке. Сбоку из кустов прямо на нас выскочили индейцы — их были сотни, — и все они палили в нас. Я увидел, как две сестры Дэнлеп бросились бежать в сторону, и побежал за ними, потому что и белые и индейцы убивали всех нас без разбору. На бегу я еще увидел, как возница одного из фургонов пристрелил двоих раненых. Лошади второго фургона рвались, бились в постромках и вставали на дыбы, а возница старался их удержать…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В то мгновение, когда девятилетний мальчик, которым я был когда-то, бросился бежать вслед за сестрами Дэнлеп, на него обрушился мрак и поглотил его. На этом обрывается все, что хранила память Джесси Фэнчера, ибо в это мгновение Джесси Фэнчер как таковой перестал существовать навсегда. То, что было Джесси Фэнчером, форма, в которую это нечто было облечено, тело Джесси Фэнчера, то есть материя, или видимость, как всякая видимость исчезла, ее не стало. Но дух не преходящ, и он не исчез. Он продолжал существовать и в своем следующем воплощении нашел свою временную оболочку в теле некоего Даррела Стэндинга, которое скоро будет выведено из этой камеры, повешено на веревке и отправлено в небытие, где оно исчезнет так же, как исчезает все, что не больше как видимость.</p>
     <p>Здесь, в тюрьме Фолсем, содержится Мэтью Дэвис, отбывающий пожизненное заключение. Он староста камеры смертников. Это уже глубокий старик, а его родители были одними из первых поселенцев в этих местах. Я беседовал с ним, и он подтвердил, то истребление каравана переселенцев, во время которого погиб Джесси Фэнчер, действительно произошло. Когда этот старик был еще ребенком, у них в семье одно время только и разговору было что о резне на Горных Лугах. Остались в живых одни лишь ребятишки, ехавшие в фургоне, сказал он. Их пощадили, потому что они были слишком малы и не могли рассказать о случившемся.</p>
     <p>Судите же сами. Никогда за всю мою жизнь, пока я был Даррелом Стэндингом, не слышал я ни единого слова о том, как погиб караван капитана Фэнчера на Горных Лугах, и не прочел об этом ни единой строки. Однако история этой гибели открылась мне во всех подробностях, когда я был затянут в смирительную рубашку в тюрьме Сен-Квентин. Я не мог создать все это из ничего, как не мог создать из ничего несуществующий динамит.</p>
     <p>Но все описанные мною события действительно происходили, и то, что они стали известны мне и я мог о них поведать, имеет только одно объяснение: свидетелем этих событий был мой дух — дух, который, в отличие от материи, вечен.</p>
     <p>В заключение этого эпизода я хочу сообщить вам следующее: Мэтью Дэвис рассказал мне еще, что несколько лет спустя после истребления нашего каравана Ли был арестован американскими властями, отвезен на Горные Луга и казнен на том месте, где стоял когда-то наш лагерь.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
     </title>
     <p>Когда мои первые десять дней в смирительной рубашке подошли к концу, доктор Джексон привел меня в чувство, надавив большим пальцем на мое глазное яблоко. Я открыл глаза и улыбнулся прямо в лицо начальнику тюрьмы Азертону.</p>
     <p>— Слишком упрям, чтобы жить, и слишком подл, чтобы умереть, — сделал свое заключение тот.</p>
     <p>— Десять дней истекли, начальник, — прошептал я.</p>
     <p>— Сейчас мы тебя развяжем, — проворчал Азертон.</p>
     <p>— Я не о том, — сказал я. — Вы видели: я улыбнулся. Вы помните, мы ведь как будто побились об заклад. Не спешите развязывать меня. Сначала отнесите табаку и курительной бумаги Моррелу и Оппенхеймеру. А чтобы вы не скаредничали, вот вам еще одна улыбка.</p>
     <p>— Видали мы таких, как ты, Стэндинг, — изрек начальник тюрьмы. — Только ничего у тебя не выйдет. Если я не побью тебя в твоей игре, то ты побьешь все рекорды смирительной рубашки.</p>
     <p>— Он их уже побил, — сказал доктор Джексон. — Где это видано, чтобы человек улыбался, пробыв в смирительной рубашке десять дней?</p>
     <p>— Напускает на себя, — ответил начальник тюрьмы Азертон. — Развяжите его, Хэтчинс.</p>
     <p>— К чему такая спешка? — спросил я (разумеется, шепотом, ибо жизнь едва теплилась во мне, и я должен был напрячь всю свою волю, собрать последние крохи сил, чтобы голос мой был услышан). — К чему такая спешка? Мне ведь не на вокзал, и я чувствую себя так удобно и уютно, что предпочел бы, чтобы меня не тревожили.</p>
     <p>Но они все-таки развязали меня и словно груду костей вытряхнули из зловонной рубашки прямо на пол.</p>
     <p>— Неудивительно, что ему было так удобно, — сказал капитан Джеми. — Он же ничего не чувствует. Он парализован.</p>
     <p>— Бабушка твоя парализована! — крикнул начальник тюрьмы. — Поставьте его на ноги — увидите, как он парализован.</p>
     <p>Хэтчинс и доктор схватили меня и поставили на ноги.</p>
     <p>— Отпустите его! — приказал начальник тюрьмы.</p>
     <p>Жизнь не сразу возвращается в тело, которое практически было мертвым на протяжении десяти дней, и потому я был еще лишен власти над своими мышцами: колени мои подогнулись, я покачнулся вбок, рухнул на пол и рассек кожу на лбу о стену.</p>
     <p>— Вот видите, — сказал капитан Джеми.</p>
     <p>— Недурно представляется, — возразил начальник тюрьмы. — Этот тип способен на что угодно.</p>
     <p>— Вы правы, начальник, — прошептал я, лежа на полу, — я нарочно. Это был трюк. Я могу его повторить. Поднимите-ка меня еще разок, и я постараюсь хорошенько посмешить вас.</p>
     <p>Я не буду описывать муки, которые испытываешь, когда начинает восстанавливаться кровообращение. Мне пришлось испытать их не раз и не два. Эти муки избороздили мое лицо морщи нами, которые я унесу с собой на виселицу.</p>
     <p>Мои мучители наконец покинули меня, и остаток дня я пролежал в тупом оцепенении и словно в дурмане. Существует утрата чувствительности, порожденная болью, болью слишком изощренной, чтобы ее можно было выдержать. Мне было дано испытать такую потерю чувствительности.</p>
     <p>Вечером я уже мог ползать по полу, но еще не мог стоять.</p>
     <p>Я очень много пил и очистил себя от грязи, насколько это были возможно, но лишь на следующий день смог я проглотить кусок, хлеба, и то принудив себя к этому усилием воли.</p>
     <p>Начальник тюрьмы Азертон изложил мне свой план. Он состоял в следующем: я должен был несколько дней отдыхать и приходить в себя, после чего, если я не укажу, где спрятан динамит, меня снова на десять дней затянут в смирительную рубашку.</p>
     <p>— Очень огорчен, что доставляю вам столько хлопот, начальник, — сказал я ему в ответ на это. — Жаль, что я не умер в смирительной рубашке: это положило бы конец вашим страданиям.</p>
     <p>Сомневаюсь, чтобы в те дни я весил хотя бы девяносто фунтов. А ведь два года назад, когда двери тюрьмы Сен-Квентин впервые захлопнулись за мной, я весил ни много ни мало сто шестьдесят фунтов. Казалось невероятным, чтобы я мог потерять еще хотя бы одну унцию и остаться при этом в живых. Однако в последующие месяцы я неуклонно терял вес, пока он не приблизился к восьмидесяти фунтам. Во всяком случае, когда меня мыли и брили, прежде чем отправить в Сан-Рафаэль на суд, после того как я выбрался из одиночки и стукнул надзирателя Сэрогона по носу, я весил восемьдесят девять фунтов.</p>
     <p>Некоторые не могут понять, отчего ожесточаются люди. Начальник тюрьмы Азертон был человек жестокий. Он ожесточил и меня, и мое ожесточение, в свою очередь, воздействовало на него и сделало его еще более жестоким. И тем не менее ему никак не удавалось убить меня. Чтобы отправить меня на виселицу за то, что я ударил надзирателя кулаком в нос, потребовались специальная статья закона штата Калифорния, судья-вешатель и не знающий снисхождения губернатор. Но до последнего издыхания я буду утверждать, что у этого надзирателя необычайно кровоточивый нос. Я был тогда полуслепой, трясущийся, еле державшийся на ногах скелет. Порой меня охватывает сомнение: в самом ли деле у этого надзирателя могла от моего тумака пойти носом кровь? Конечно, он показал это под присягой как свидетель.</p>
     <p>Но я знавал тюремщиков, которые под присягой облыжно возводили на людей еще более тяжкие обвинения.</p>
     <p>Эду Моррелу не терпелось узнать, удался ли мой эксперимент. Но едва начал он перестукиваться со мной, как надзиратель Смит, дежуривший у нас в тот день, потребовал, чтобы он это прекратил.</p>
     <p>— Неважно, Эд, — простучал я ему в ответ. — Вы с Джеком сидите тихо, а я буду вам рассказывать. Смит не может помешать вам слушать, а мне — стучать. Они уже сделали со мной все, что могли, а я все еще жив.</p>
     <p>— Прекрати сейчас же, Стэндинг! — заорал на меня Смит из коридора, в который выходили двери наших камер.</p>
     <p>Смит был на редкость мрачный субъект, самый жестокий и мстительный из всех наших тюремщиков. Мы не раз пытались отгадать, что тому причиной: сварливая жена или хроническое несварение желудка.</p>
     <p>Я продолжал стучать, и он подошел к дверной решетке и уставился на меня.</p>
     <p>— Я тебе сказал — прекрати! — зарычал он.</p>
     <p>— Очень сожалею, — ответил я самым учтивым тоном, — но у меня предчувствие, что я буду продолжать стучать. И… э… если это не слишком нескромно с моей стороны, то мне хотелось бы знать, что вы думаете предпринять по этому поводу?</p>
     <p>— Я думаю… — заорал было он, но осекся, доказав, что у него в голове больше одной мысли зараз не вмещается.</p>
     <p>— Да, да, — старался я его ободрить. — Что именно? Мне бы очень хотелось знать.</p>
     <p>— Я приглашу начальника, — сказал он довольно неуверенно.</p>
     <p>— О, ради Бога, пригласите! Такой приятный человек — наш начальник тюрьмы Азертон. Ярчайший пример того облагораживающего влияния, которое постепенно проникает в наши тюрьмы. Пригласите его сюда поскорее. Я хочу пожаловаться ему на вас.</p>
     <p>— На меня?</p>
     <p>— Вот именно, именно — на вас. Вы позволяете себе в весьма неучтивой и даже грубой манере мешать моей беседе с остальными постояльцами этого странноприимного дома.</p>
     <p>И начальник тюрьмы Азертон появился. Загремел замок, начальник влетел в мою камеру… Но я чувствовал себя в полной безопасности. Он уже сделал со мной все, что мог. Теперь я вышел из-под его власти.</p>
     <p>— Ты у меня посидишь без еды, — пригрозил он.</p>
     <p>— Как вам будет угодно, — отвечал я. — Я уже привык к этому. Десять дней я ничего не ел, а стараться снова привыкнуть к еде — чрезвычайно скучное занятие, должен признаться.</p>
     <p>— Да ты, кажется, еще угрожаешь мне? Хочешь объявить голодовку?</p>
     <p>— Прошу прощения, — изысканно вежливо ответил я. — Это предположение исходило от вас, а не от меня. Будьте добры, постарайтесь хотя бы раз в жизни быть логичным. Поверьте, ваше пренебрежение к логике доставляет мне куда больше страданий, чем все изобретаемые вами пытки.</p>
     <p>— Перестанешь ты стучать или нет? — спросил начальник тюрьмы.</p>
     <p>— Нет. Прошу простить меня за беспокойство, которое я вам доставлю, но я чувствую такую непреодолимую потребность стучать, что…</p>
     <p>— Я в два счета упрячу тебя обратно в смирительную рубашку, — оборвал он меня.</p>
     <p>— Упрячьте, прошу вас. Я обожаю смирительную рубашку. Я чувствую себя в ней как младенец в колыбели. Я обрастаю жирком в смирительной рубашке. Взгляните на эту руку. — Я закатал рукав и показал ему свой бицепс, тонкий, как веревка. — Мускулы у меня совсем как у молотобойца, а, начальник? Прошу вас, бросьте ваш благосклонный взгляд на мою широченную грудную клетку. Сендоу надо держать ухо востро, не то он распростится со своим званием чемпиона. А живот-то! Вы знаете, дружище, я здесь так раздобрел, что это просто неприлично. Смотрите, как бы вас не обвинили в том, что в вашей тюрьме перекармливают заключенных. Берегитесь, начальник, вы можете восстановить против себя налогоплательщиков.</p>
     <p>— Прекратишь ты стучать или нет? — загремел он.</p>
     <p>— Нет. Благодарю вас за вашу доброту и участие, но по зрелом размышлении я пришел к выводу, что мне следует продолжать вести беседу путем перестукивания.</p>
     <p>Он безмолвно смотрел на меня с минуту, затем в бессильной ярости шагнул к двери.</p>
     <p>— Простите, еще один вопрос.</p>
     <p>— В чем дело? — спросил он, не оборачиваясь.</p>
     <p>— Что намерены вы теперь предпринять?</p>
     <p>Лицо Азертона так побагровело, что я по сей день не перестаю изумляться, как его не хватил апоплексический удар тут же, на месте.</p>
     <p>После позорного отступления начальника тюрьмы я стучал час за часом и поведал товарищам всю историю моих приключений. Но только ночью, когда на дежурство вступил Конопатый Джонс и принялся по своему обыкновению и вопреки всем правилам дремать, Моррел и Оппенхеймер получили возможность отвечать мне.</p>
     <p>— Бредил ты, и все, — простучал мне Оппенхеймер свое безапелляционное заключение.</p>
     <p>Да, подумалось мне. Наш бред, как и наши сны, складывается из того, что пережито наяву.</p>
     <p>— Когда-то, в бытность мою ночным рассыльным, я раз хватил лишнего, — продолжал Оппенхеймер, — и такое увидел, что ты своими рассказами меня не удивишь. Я так полагаю, что все сочинители романов именно этим и занимаются: накачаются основательно, вот фантазия у них и взыграет.</p>
     <p>Но Эд Моррел, который изведал то же, что и я, хотя и шел другой дорогой, поверил моему рассказу. Он сказал, что когда тело его лежало мертвое в смирительной рубашке, а дух покинул тюремные стены, он в своих странствиях всегда оставался Эдом Моррелом. Он никогда не переживал вновь свои прежние воплощения. Когда его дух бродил, освобожденный от телесной оболочки, он бродил только в рамках настоящего. Моррел сказал, что совершенно так же, как он покинул свое тело и, взглянув со стороны, увидел его распростертым на каменном полу одиночки в смирительной рубашке, так же он покинул тюрьму, перенесся в современный Сан-Франциско и поглядел, что там происходит. Он дважды посетил свою мать и оба раза застал ее спящей. Но во время этих блужданий, сказал Моррел, он был лишен какой бы то ни было власти над предметами материального мира. Он не мог отворить или затворить дверь, сдвинуть с места какую-либо вещь, произвести шум — словом, тем или иным способом обнаружить свое присутствие. И, с другой стороны, материальный мир не имел власти над ним. Ни стены, ни замкнутые двери не служили для него препятствием. Та сущность, то нечто реально существующее, чем был он, представляло собой дух, мысль, не более.</p>
     <p>— Бакалейная лавка на углу, через квартал от дома матери, перешла к другому хозяину, — сообщил он нам. — Я догадывался об этом потому, что там уже другая вывеска. Только через полгода мне удалось написать матери письмо и спросить насчет лавки. И мать ответила, что да, верно, лавка перешла к другому хозяину.</p>
     <p>— А ты прочел, что было написано на вывеске? — спросил Джек Оппенхеймер.</p>
     <p>— А как же! — отвечал Моррел. — Иначе откуда бы я мог узнать?</p>
     <p>— Ладно, — простучал в ответ скептик Оппенхеймер. — Ты легко можешь доказать, что не врешь. Когда здесь будет дежурить кто-нибудь из порядочных надзирателей, из тех, кто позволяет заглянуть одним глазком в газету, ты заставь надеть на себя смирительную рубашку, а потом вылезай вон из тела и отправляйся в наш старый Фриско. Там часика так в два, три ночи ступай на угол Третьей улицы и Рыночной площади. В это время начинают поступать первые оттиски утренних газет. Ты прочтешь последние новости, а потом, не теряя времени, проскользнешь обратно к нам сюда, в Сен-Квентин, пока буксир со свежими газетами еще не пересек залива, и расскажешь все, что ты там вычитал. Потом мы подождем, пока наш надзиратель не покажет нам утреннюю газету. И тогда, если в газете действительно будет то, что ты нам расскажешь, я уверую в каждое твое слово.</p>
     <p>Это была бы недурная проверка. Я не мог не согласиться с Оппенхеймером, что такое доказательство было бы совершенно неопровержимым. Моррел ответил, что он когда-нибудь непременно это проделает, но так как самый процесс отделения от тела в высшей степени тягостен для него, то он рискнет лишь тогда, когда не сможет больше терпеть страданий, причиняемых смирительной рубашкой.</p>
     <p>— Вот с такими, как ты, всегда так — делом вы доказать ничего не можете, — стоял на своем Оппенхеймер. — Моя мать верила в духов. Когда я был еще мальчонкой, она постоянно видела духов, разговаривала с ними и даже получала советы. А вот делом-то они ничего не доказывали. Ни разу не открыли ей, где наш старик может подцепить работенку, или найти золотую россыпь, или на какой номер упадет большой выигрыш в китайской лотерее. Нет, ни разу в жизни этого не было. Они сообщали ей только разную чепуху, вроде того, что у дяди нашего старика был зоб, или что их дедушка помер от скоротечной чахотки, или что месяца через четыре мы съедем с квартиры, а уж это предсказать было проще простого, — ведь мы съезжали с квартиры в среднем раз шесть в год.</p>
     <p>Если бы Оппенхеймер имел возможность получить хорошее образование, из него, пожалуй, вышел бы второй Маринетти или Геккель. Он обладал необычайно трезвым практическим складом ума, он признавал только неопровержимые факты, и его логика, хотя и слишком рассудочная, была железной. «Докажите мне» — такова была основная мерка, с которой он подходил ко всему. Он не принимал на веру ничего, абсолютно ничего. Именно эту его черту имел в виду Моррел, когда впервые открыл мне свой секрет. Полная неспособность принять что-нибудь на веру помешала Оппенхеймеру достигнуть «малой смерти» в смирительной рубашке.</p>
     <p>Как видишь, мой читатель, жизнь в одиночном заключении не так уж безнадежно уныла. Троим людям, наделенным таким интеллектом, как у нас, было чем заполнить время и скоротать досуг. Возможно, что каждый из нас помог другим не сойти с ума, хотя должен заметить, что Оппенхеймер пробыл в одиночке целых пять лет, прежде чем в соседней камере появился Моррел, и тем не менее не потерял рассудка.</p>
     <p>Но остерегайтесь впасть и в противоположную крайность: было бы большой ошибкой думать, что наша жизнь в одиночке была своего рода оргией духовных наслаждений и состояла из обмена возвышенными мыслями и захватывающих философских открытий.</p>
     <p>Мы страдали физически — жестоко, непрерывно. Наши тюремщики — твои верные цепные псы, милейший обыватель, — были грубыми животными. Мы жили в грязи, в зловонии. Мы ели мерзкую, однообразную, абсолютно непитательную пищу.</p>
     <p>Только люди благодаря силе своего духа, своей воле могут не умереть при таком питании. Мне ли не знать, что наш премированный рогатый скот и наши свиньи и овцы на образцово-показательной ферме университета в Дэвисе очень быстро околели бы все до единого, если бы их посадить на рацион, в такой же мере недопустимый с научной точки зрения, как тот, что получали мы!</p>
     <p>Мы были лишены книг. Даже наши перестукивания являлись грубым нарушением тюремных правил. Окружающий мир для нас практически не существовал. Он стал призрачным и нереальным. Оппенхеймер, например, ни разу в жизни не видел ни автомобиля, ни мотоцикла. Время от времени в тюрьму просачивались кое-какие вести извне, но все это были устарелые, противоречивые и норой уже утратившие смысл новости. Оппенхеймер сказал мне, например, что он узнал о русско-японской войне только спустя два года после ее окончания.</p>
     <p>Мы были живыми мертвецами. Одиночка была нашим склепом, в котором мы порой разговаривали друг с другом, стуча, как духи во время спиритического сеанса.</p>
     <p>Новости? Каждая малость была новостью для нас. В пекарне сменился пекарь — мы сразу догадались об этом, как только нам принесли хлеб. Почему Конопатый Джонс отсутствовал целую неделю? Получил отпуск или заболел? Почему Уилсона, который дежурил у нас только десять дней, перевели куда-то еще? Где Смит заработал этот синяк под глазом? По поводу каждой такой безделицы мы могли ломать себе голову целую неделю.</p>
     <p>Если в одиночку на месяц сажали какого-нибудь нового заключенного, это было для нас огромным событием. Впрочем, ни от одного из этих тупоголовых Данте, на время спускавшихся в наш ад, нам ничего не удалось узнать: срок их пребывания там был слишком краток, и они уходили обратно в широкий, светлый мир живых, прежде чем успевали научиться нашему способу общения.</p>
     <p>И все же у нас, в нашем царстве теней, были развлечения и более возвышенного порядка. Так, например, я обучил Оппенхеймера играть в шахматы. Подумайте, как невероятно сложна эта задача: с помощью перестукивания обучить игре в шахматы человека, отделенного от меня двенадцатью камерами. Научить его мысленно представлять себе шахматную доску, представлять себе все фигуры, их расположение, научить его всем разнообразным ходам и всем правилам игры, и притом научить так основательно, что мы с ним в конце концов могли разыгрывать в уме целые партии. В конце концов, сказал я? Вот вам еще одно доказательство блистательных способностей Оппенхеймера: в конце концов он стал играть несравненно лучше меня, хотя никогда в жизни не видел ни одной шахматной фигуры!</p>
     <p>Интересно, что представлялось его воображению, когда я выстукивал ему, к примеру, слово «ладья»? Не раз и совершенно тщетно задавал я ему этот вопрос. И столь же тщетно пытался он описать мне словами этот предмет, которого он никогда не видал, но которым тем не менее умел пользоваться так искусно, что частенько ставил меня во время игры в чрезвычайно затруднительное положение.</p>
     <p>Размышляя над этими проявлениями человеческой воли и духа, я в который раз прихожу к заключению, что именно в них и есть проявление истинно сущего. Только дух является подлинной реальностью. Тело — это видимость, фантасмагория. Я спрашиваю вас: как, да, повторяю, как тело, как материя в любой форме может играть в шахматы на воображаемой доске воображаемыми шахматными фигурами с партнером, отделенным от него пространством в двенадцать камер, и все с помощью только костяшек пальцев?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
     </title>
     <p>Я был когда-то англичанином по имени Эдам Стрэнг.</p>
     <p>Я жил, насколько я могу понять, примерно между 1550 и 1650 годами и умер, как вы увидите, в весьма преклонном возрасте. После того как Эд Моррел открыл мне способ погружаться в малую смерть, я всегда чрезвычайно сожалел о том, что слишком мало изучал историю. Я мог бы тогда более точно определить время и место действия многих событий, а сейчас имею об этом лишь смутное представление и вынужден наугад определять, где и когда протекала моя жизнь в моих прежних воплощениях.</p>
     <p>Что касается Эдама Стрэнга, то наиболее странным кажется мне то, что я так мало помню о первых тридцати годах его жизни.</p>
     <p>Не раз, лежа в смирительной рубашке, я превращался в Эдама Стрэнга, но всегда он бывал уже рослым, крепко скроенным тридцатилетним мужчиной.</p>
     <p>Становясь Эдамом Стрэнгом, я неизменно оказываюсь на архипелаге плоских песчаных островов где-то в западной части Тихого океана неподалеку от экватора. По-видимому, я нахожусь там уже давно, ибо чувствую себя в привычной обстановке.</p>
     <p>На островах обитает несколько тысяч людей, но я единственный белый. Туземцы принадлежат к очень красивому племени — высокие, широкоплечие, мускулистые. Мужчина шести футов ростом здесь самое обычное явление. Царек Раа Коок ростом никак не меньше шести футов и шести дюймов, и хотя он весит добрых триста фунтов, но так пропорционально сложен, что его никак нельзя назвать тучным. И многие из вождей такие же крупные мужчины, как он сам, а женщины лишь чуть-чуть уступают в росте мужчинам.</p>
     <p>Архипелаг, которым правит Раа Коок, состоит из множества островков, причем на небольшой южной их группе, расположенной обособленно, царит вечное недовольство и время от времени вспыхивают мятежи. Здешние туземцы — полинезийцы: я знаю это потому, что у них прямые черные волосы, а кожа коричневая, теплого, золотистого оттенка. Язык их, которым я владею совершенно свободно, плавен, выразителен и музыкален; слова состоят преимущественно из гласных, согласных очень мало. Туземцы любят цветы, музыку, игры и танцы. В своих развлечениях они веселы и простодушны, как дети, но жестоки и в гневе и в сражениях, как подлинные дикари.</p>
     <p>Я, Эдам Стрэнг, помню свое прошлое, но, кажется, не особенно задумываюсь над ним. Я живу настоящим. Я не люблю ни вспоминать прошлое, ни заглядывать в будущее. Я беззаботен, доверчив, опрометчив, а бьющая через край жизненная сила и ощущение простого физического благополучия делают меня счастливым. Вдоволь рыбы, фруктов, овощей, морских водорослей — я сыт и доволен. Я занимаю высокое положение, ибо я первый приближенный Раа Коока и стою выше всех, выше даже Абба Таака — самого главного жреца. Никто не посмеет поднять на меня руку. Я — табу, я нечто священное, столь же священное, как лодочный сарай, под полом которого покоятся кости невесть какого количества туземных царей — предков Раа Коока.</p>
     <p>Я помню, как очутился тут, как спасся один из всей потерпевшей кораблекрушение команды: был шторм, и все утонули.</p>
     <p>Но я не люблю вспоминать эту катастрофу. Если уж мои мысли обращаются к прошлому, я предпочитаю вспоминать далекое детство и мою белокожую, светловолосую, полногрудую мать-англичанку. Мы жили в крошечной деревушке, состоявшей из десятка крытых соломой домишек. Я снова слышу, как посвистывают дрозды в живых изгородях, снова вижу голубые брызги колокольчиков среди бархатистой зелени луга на опушке дубовой рощи. Но особенно врезался мне в память огромный жеребец, которого часто проводили по нашей узкой улочке: он ржал, бил задними ногами с мохнатыми страшными бабками и становился на дыбы. Я пугался этого огромного животного и с визгом бросался к матери, цеплялся за ее юбки и зарывался в них головой.</p>
     <p>Впрочем, хватит. Не о детских годах Эдама Стрэнга намеревался я повести свой рассказ.</p>
     <p>Я уже несколько лет жил на острове, названия которого не знаю, и был, по-видимому, первым белым человеком, ступившим на эту землю. Я был женат на Леи-Леи, сестре царя. Ее рост самую малость превышал шесть футов, и как раз на эту малость моя жена была выше меня. Я же был настоящим красавцем: широкие плечи, мощный торс, безупречное сложение. Женщины в разных краях и странах заглядывались на меня. Защищенная от солнца кожа под мышками была у меня молочно-белой, как кожа моей матери. У меня были синие глаза, а волосы, борода и усы — золотистые, как у викингов на картинах. Да, собственно говоря, они, вероятно, и были моими предками — какой-нибудь морской бродяга, поселившийся в Англии. Ведь хотя я и родился в деревенской лачуге, шум морского прибоя, как видно, пел у меня в крови, так как я, едва оперившись, сумел отыскать дорогу к морю и пробраться на корабль, чтобы стать матросом. Да, вот кем я был — не офицером, не благородным путешественником, а простым матросом: работал зверски, был зверски бит, терпел зверские лишения.</p>
     <p>Я представлял немалую ценность для Раа Коока — вот почему он одарял меня своими царскими милостями. Я умел ковать, а с нашего разбитого бурей судна попало на острова Раа Коока первое железо. Однажды мы отправились на пирогах за железом к нашему кораблю, затонувшему в десяти лигах <a l:href="#n_352" type="note">[352]</a> к северо-западу от главного острова. Корпус корабля уже соскользнул с рифа и лежал на дне, на глубине в пятнадцать морских сажен. И с этой глубины мы поднимали железо. Как ныряли и плавали под водой островитяне — этому можно только дивиться. Я тоже научился нырять на глубину пятнадцать морских сажен, но никогда не мог сравняться с ними — они плавали под водой, как рыбы. На суше я мог повалить любого из них — я был для этого достаточно силен и к тому же прошел хорошую школу на английских кораблях. Я обучил туземцев драться дубинками, и это развлечение оказалось настолько заразительным, что проломленные черепа сделались заурядным явлением.</p>
     <p>На затонувшем корабле отыскался судовой журнал. Морская вода превратила его в настоящий студень, чернила расплылись, и прочесть что-либо было почти невозможно. Все же в надежде, что какой-нибудь ученый-историк сумеет, быть может, более точно определить время событий, которые я собираюсь описать, я приведу здесь небольшой отрывок из этого журнала.</p>
     <p>«Ветер попутный, и это дало возможность проверить наши запасы и просушить часть провианта, в частности вяленую рыбу и свиные окорока. Кроме того, на палубе была отслужена обедня. После полудня ветер дул с юга, посвежел, временами налетали шквалы, но без дождя, так что на следующее утро мы могли произвести уборку и даже окурить корабль порохом».</p>
     <p>Впрочем, не буду отвлекаться — я хочу рассказать не об Эдаме Стрэнге, простом матросе, попавшем с потерпевшего крушение судна на коралловый остров, но об Эдаме Стрэнге, известном в последствии под именем У Ен Ика, то есть Могучего, который был в свое время одним из фаворитов великого Юн Сана и возлюбленным, а затем и мужем благородной госпожи Ом из царского дома Мин и который потом долгие годы скитался как последний нищий и пария по дорогам и селениям Чосона, прося подаяния.</p>
     <p>(О да, Чосона. Это значит: Страна утренней свежести. На современном языке она называется Кореей.) Не забывайте, это было три-четыре столетия назад, когда я жил на коралловом архипелаге Раа Коока — первый белый человек, вступивший на эти острова. В те времена европейские корабли редко бороздили эти воды. Легко могло бы случиться, что я так и скоротал бы свой век там, тучнея в довольстве и покое под горячим солнцем в краю, где не бывает мороза, если бы не «Спарвер» — голландское торговое судно, которое отправилось искать новую Индию в неведомых морях, лежащих за настоящей Индией, но нашло меня, и кроме меня — ничего.</p>
     <p>Разве я не сказал вам, что я был веселым, простосердечным золотобородым мальчишкой в образе великана, мальчишкой, который так никогда и не стал взрослым? Когда «Спарвер» наполнил пресной водой свои бочки, я без малейших сожалений покинул Гоа Коока и его райские острова, оставил свою жену Леи-Леи и всех ее увитых цветочными гирляндами сестер, с радостной улыбкой на губах вдохнул знакомый и милый моему сердцу запах просмоленною дерева и канатов и снова, как прежде, простым матросом ушел в море на корабле, которым командовал капитан Иoганec Мартенс.</p>
     <p>Хорошие это были денечки, когда, охотясь за шелком и пряностями, мы бороздили океан на старом «Спарвере». Но мы шли на поиски новых стран, а нашли злую лихорадку, насильственную смерть и тлетворные райские сады, где красота и смерть идут рука об руку. А старый Иоганнес Мартенс (вот уж кого нельзя было заподозрить в романтизме, глядя на его грубоватое лицо и квадратную седеющую голову!) искал сокровища Голконды <a l:href="#n_353" type="note">[353]</a>, острова царя Соломона… Да что там! Он искал погибшую Атлантиду, верил, что она не погибла и он ее отыщет, еще никем не разграбленную. А нашел он только живущее на деревьях племя каннибалов, охотников за черепами.</p>
     <p>Мы приставали к неведомым островам, где о берега неумолчно бился морской прибой, а на вершинах гор курились дымки вулканов и где низкорослые курчавые туземные племена по обезьяньи кричали к зарослях, рыли ямы-ловушки на тронах, ведущих к их жилью, заваливали их колючим кустарником и пускали в нас из полумрака и тишины джунглей отравленные стрелы.</p>
     <p>И тот, кого царапнула такая стрела, умирал в страшных корчах, воя от боли. И другие племена попадались нам более рослые и еще более свирепые; эти встречали нас на берегу и шли против нас в открытую, и тогда копья и стрелы летели в нас со всех сторон а над лесистыми лощинами разносился гром и треск больших барабанов и маленьких тамтамов, и над всеми холмами поднимались к небу сигнальные столбы дыма.</p>
     <p>Нашего суперкарго <a l:href="#n_354" type="note">[354]</a> звали Хендрик Хэмел, и он был одним из совладельцев «Снарвера», а то, что не принадлежало ему, являлось собственностью капитана Иоганнеса Мартенса. Капитан довольно плохо изъяснялся по-английски, Хендрик Хэмел — немногим лучше его. Мои товарищи-матросы говорили только по-голландски. Но настоящему моряку нипочем овладеть голландским языком, да и корейским тоже, как ты в этом убедишься, читатель.</p>
     <p>Наконец мы добрались до островов, которые были нанесены на карту, до Японских островов. Однако население здесь не пожелало вести с нами торговлю, и два офицера с мечами у пояса, в развевающихся шелковых одеждах (при виде их у капитана Иоганнеса Мартенса даже слюнки потекли) поднялись на борт нашего судна и весьма учтиво попросили нас убраться восвояси. Под любезной обходительностью их манер скрывалась железная решимость воинственной нации. Это мы хорошо поняли и поплыли дальше.</p>
     <p>Мы пересекли Японский пролив и вошли в Желтое море, держа курс на Китай, и тут наш «Спарвер» разбился о скалы. Это была старая, нелепая посудина — наш бедный «Спарвер», такая неуклюжая и такая грязная, с килем <a l:href="#n_355" type="note">[355]</a>, обросшим бахромой водорослей, словно бородой, что она потеряла всякую маневренность.</p>
     <p>Если ей нужно было лечь в крутой бейдевинд <a l:href="#n_356" type="note">[356]</a>, она не могла держать ближе шести румбов <a l:href="#n_357" type="note">[357]</a> к ветру <a l:href="#n_358" type="note">[358]</a> и ее начинало носить по волнам, как выброшенную за ненадобностью репу. По сравнению с ней любой галеон <a l:href="#n_359" type="note">[359]</a> был быстроходным клипером <a l:href="#n_360" type="note">[360]</a>. О том, чтобы сделать на ней поворот оверштаг <a l:href="#n_361" type="note">[361]</a>, нечего было и мечтать, а для поворота фордевинд <a l:href="#n_362" type="note">[362]</a> требовались усилия всей команды на протяжении полувахты. Вот почему, когда направление урагана, сорок восемь часов кряду вытряхивавшего из нас душу, внезапно изменилось на восемь румбов, нас разбило о скалы подветренного берега.</p>
     <p>В холодном свете зари нас пригнало к берегу на безжалостных водяных валах высотою с юру. Была зима, и в промежутках между порывами снежного шквала впереди мелькала гибельная полоса земли, если можно назвать землей это хаотическое нагромождение скал. За бесчисленными каменистыми островками вдали выступали из тумана покрытые снегом горные хребты, прямо перед нами поднималась стена утесов, настолько отвесных, что на них не могло удержаться ни клочка снега, а среди пенистых бурунов торчали острые зубы рифов.</p>
     <p>Земля, к которой нас несло, была безымянна, ее береговая линия была едва намечена на нашей карте, и не имелось никаких указаний на то, что здесь когда-либо побывали мореходы. Мы могли только прийти к заключению, что обитатели этой страны, вероятно, столь же негостеприимны, как и открывшийся нашему взору кусок ее берега.</p>
     <p>«Спарвер» ударило об утес носом. Утес уходил отвесно в море на большую глубину, и наш летящий в него бушприт <a l:href="#n_363" type="note">[363]</a> сломался у самого основания. Фок-мачта <a l:href="#n_364" type="note">[364]</a> тоже не выдержала и со страшным треском, таща за собой ванты <a l:href="#n_365" type="note">[365]</a> и штаги <a l:href="#n_366" type="note">[366]</a>, легла на борт, одним концом повиснув над утесом.</p>
     <p>Старик Иоганнес Мартенс всегда вызывал во мне восхищение.</p>
     <p>Нас смыло волной с юта <a l:href="#n_367" type="note">[367]</a>, протащило по палубе и швырнуло на шкафут <a l:href="#n_368" type="note">[368]</a>, откуда мы начали карабкаться на вздыбленный бак. Все остальные устремились туда же. Там мы покрепче привязали друг друга и пересчитали уцелевших. Нас осталось восемнадцать человек. Остальные погибли.</p>
     <p>Иоганнес Мартенс тронул меня за плечо и показал наверх, где из-за каскада морской воды проглядывал край утеса. Я понял его.</p>
     <p>Футах в двадцати ниже клотика <a l:href="#n_369" type="note">[369]</a> фок-мачта со скрежетом терлась о выступ утеса. Над выступом была расселина. Иоганнес Мартенс хотел знать, рискну ли я перепрыгнуть с марса <a l:href="#n_370" type="note">[370]</a> фок-мачты в эту расселину. Расстояние между ними то не превышало шести футов, то достигало футов двадцати. Корпус судна мотало, и фок-мачта, зацепившаяся расщепленным концом, дергалась и раскачивалась вместе с ним.</p>
     <p>Я начал взбираться на мачту. Но остальные не стали ждать.</p>
     <p>Все они один за другим освободились от веревок и полезли следом за мной по неверному мосту. У них были основания спешить: ведь каждую минуту «Спарвер» мог сорваться с рифа в глубокую воду и затонуть. Я улучил подходящий момент, прыгнул и уцепился за скалу в расщелине и приготовился помочь тому, кто последует за мной. Но это произошло не скоро. Мы все промокли насквозь и совсем окоченели на резком ветру. А ведь каждый прыжок необходимо было приноровить к раскачиванию судна и мачты.</p>
     <p>Первым погиб кок. Волна смыла его с марса, закрутила и расплющила об утес. Юнга, бородатый малый двадцати с лишним лет, потерял равновесие, соскользнул под мачту, и его придавило к скале. Придавило! Он дышал не дольше секунды. Еще двое последовали за коком. Иоганнес Мартенс покинул корабль последним, и он был четырнадцатым уцелевшим, благополучно прыгнув с мачты в расселину. Час спустя «Спарвер» сорвался с рифа и затонул.</p>
     <p>Два дня и две ночи сидели мы в этой расселине и ждали смерти — пути не было ни вниз, ни вверх. На третье утро нас заметили с рыбачьей лодки. Все рыбаки были одеты в белую, но очень грязную одежду, у всех были длинные волосы, связанные в пучок на макушке. Как я узнал впоследствии, это была брачная прическа, и, как я тоже узнал впоследствии, за нее очень удобно хвататься одной рукой, другой нанося удары, когда в споре словами уже ничего доказать нельзя.</p>
     <p>Рыбаки отправились в деревню за подмогой, после чего все население деревни с помощью всех имевшихся в его распоряжении средств чуть ли не весь день снимало нас со скалы. Это был нищий, обездоленный люд, пища их была неудобоварима даже для желудка простого матроса. Они питались рисом, коричневым, как шоколад.</p>
     <p>Это варево состояло наполовину из шелухи с большой примесью грязи и всевозможного мусора. Во время еды приходилось то и дело засовывать в рот два пальца, чтобы извлечь оттуда всяческие посторонние предметы. Помимо этого варева, рыбаки питались просом и различными маринадами, поражавшими своим разнообразием и обжигавшими язык.</p>
     <p>Селение состояло из глинобитных, крытых соломой хижин.</p>
     <p>Под полом в хижинах были устроены дымоходы, и таким образом дым очагов служил для обогрева спален. В одной из таких хижин мы и отдыхали несколько дней, покуривая легкий и почти лишенный аромата местный табак из трубок с длинным мундштуком и крошечным чубуком. Помимо табака, нас угощали еще теплым кисловатым мутновато-белым напитком, от которого можно было захмелеть, лишь выпив его в немыслимом количестве. Скажу, не соврав, что только после того, как я проглотил его несколько галлонов <a l:href="#n_371" type="note">[371]</a>, мне пришла охота петь, что служит признаком опьянения у матросов всего мира. Ободренные моим успехом, остальные тоже налегли на это пойло, и скоро мы уже орали во все горло песни, не обращая ни малейшего внимания на метель, которая опять бушевала над островом, и мало тревожась о том, что мы заброшены в никому неведомую, забытую Богом страну. Старик Иоганнес Мартенс смеялся, орал песни и хлопал себя по ляжкам вместе с нами. Хендрик Хэмел, невозмутимый, замкнутый голландец с черными, как уголь, волосами и маленькими черными бусинками глаз, тоже вдруг разошелся и швырял серебряные монеты, как пьяный матрос в порту, требуя еще и еще молочного пойла.</p>
     <p>Мы буянили вовсю, но женщины продолжали подносить нам питье, и весь поселок, казалось, набился к нам в хижину посмотреть, что мы вытворяем.</p>
     <p>Белый человек обошел весь земной шар и всюду чувствовал себя хозяином именно благодаря своей беспечности, думается мне. Впрочем, это относится только к его манере себя держать, ибо побудительными причинами служили неугомонность и жажда наживы. Вот потому-то и капитан Иоганнес Мартенс, Хендрик Хэмел и двенадцать матросов буйствовали и горланили песни в рыбачьем поселке в то время, как над Желтым морем завывала зимняя буря.</p>
     <p>То немногое, что мы успели увидеть на этой земле, Чосоне, не произвело на нас отрадного впечатления. Если здешний народ был похож на этих рыбаков, не приходилось удивляться, почему сюда не заходят европейские корабли. Однако мы ошибались.</p>
     <p>Поселок был расположен на прибрежном островке, и местные старейшины, по-видимому, передали весть о нашем прибытии на материк, ибо как-то поутру три большие двухмачтовые джонки с треугольными парусами из рисовой циновки бросили якорь неподалеку от нашего берега.</p>
     <p>Когда новоприбывшие выступили в деревню, капитан Иоганнес Мартенс чрезвычайно оживился, так как снова узрел вожделенный шелк. Впереди шел кореец, облаченный в шелка всевозможных бледных оттенков; его сопровождала раболепная, тоже одетая в шелк свита числом в пять-шесть человек. Квон Юн Дин — я узнал его имя впоследствии — был «янбан», то есть благородный.</p>
     <p>Притом он был еще чем-то вроде губернатора или правителя одной из областей и, следовательно, правительственный чиновник. Его обязанности сводились в основном к взиманию податей и храмовых сборов.</p>
     <p>Одновременно с правителем и его свитой на остров высадилось около сотни солдат, которые строем вошли в поселок. Они были вооружены трезубцами, секирами и пиками, а некоторые даже мушкетами столь внушительных размеров, что каждый мушкет обслуживали два солдата: один нес и устанавливал сошку, на которой должен был покоиться ствол мушкета, другой нес самый мушкет и стрелял из него. Порой — в этом я тоже убедился впоследствии — мушкет стрелял, порой нет. Все зависело от состояния запального трута и пороха на полке.</p>
     <p>Так прибыл к нам Квон Юн Дин. Старейшины поселка трепетали перед ним, да и не зря, в чем мы довольно скоро убедились. Я выступил вперед и предложил свои услуги в качестве переводчика, так как знал сотню корейских слов. Однако Квон Юн Дин нахмурился и жестом велел мне отойти в сторону. Но почему должен был я ему повиноваться? Я был так же высок, как он, а весил фунтов на тридцать больше; у меня была белая кожа и золотые волосы. Он повернулся ко мне спиной и обратился к одному из старейшин поселка, а шестеро его обряженных в шелк приближенных загородили его от меня. Тем временем подошли еще солдаты; они несли на плечах толстые доски. Эти доски были около шести футов в длину, фута два в ширину и наполовину надпилены в продольном направлении. Возле одного из концов доски было круглое отверстие, чуть шире человеческой шеи.</p>
     <p>Квон Юн Дин отдал какое-то распоряжение. Несколько солдат приблизились к Тромпу, который, сидя на земле, разглядывал свою ногтоеду. Тромп был туповатый, неповоротливый, не особенно смекалистый парень, и, прежде чем он понял, что происходит, одна из досок разделилась надвое, наподобие раскрывающихся ножниц, и защелкнулась вокруг его шеи. Поняв, в какую он попал ловушку, Тромп взревел и запрыгал на месте так, что все отпрянули в испуге, спасаясь от пляшущего в воздухе длинного конца его доски.</p>
     <p>Ну тут и пошло! Мы поняли, что Квон Юн Дин намерен надеть такие колодки на шею всем нам. Мы сопротивлялись отчаянно — голыми кулаками отбивались от сотни солдат и примерно такого же количества рыбаков, а Квон Юн Дин, горделивый и презрительный, весь в шелку, стоял поодаль и наблюдал. Тогда-то я и получил свою кличку У Ён Ик, что значит Могучий. Когда на всех моих товарищей уже надели колодки, я еще продолжал сопротивляться. Кулаки у меня были что твой кузнечный молот, и я был полон решимости использовать их как можно лучше.</p>
     <p>К моей радости, я скоро обнаружил, что корейцы не имеют ни малейшего представления о кулачном бое и не знают никаких приемов защиты. От моих ударов они летели на землю, как кегли, и я наваливал их друг на друга целыми грудами.</p>
     <p>Но мне хотелось добраться до Квон Юн Дина, и, когда я бросился на него, ему бы пришлось худо, если бы не его свита. Это все был слабосильный народ, и я успел сделать хорошую кашу из них и из их шелковых одеяний, прежде чем за меня принялись все остальные. Их было слишком много. Мои кулаки просто завязли в этой гуще, потому что задние давили на передних и не давали им пятиться. И как же я с ними расправлялся! Под конец они в три слоя копошились под моими ногами. Но когда подоспела команда со всех трех джонок и навалилась на меня вместе с жителями всей деревни, они меня попросту задавили. После чего надеть мне на шею колодку было делом нехитрым.</p>
     <p>— Боже милостивый, что же дальше будет? — воскликнул один из матросов, по имени Вандервут, когда нас всех погрузили в джонку <a l:href="#n_372" type="note">[372]</a>.</p>
     <p>Мы сидели на открытой палубе, похожие на кур, которым спутали ноги и связали крылья, когда он воскликнул это, и тут ветер сильно накренил джонку, и мы все, гремя колодками, покатились по палубе, ободрав шеи, и привалились к борту с подветренной стороны. А Квон Юн Дин взирал на это с высокой кормы и, казалось, даже нас не видел. Впоследствии в течение многих лет беднягу Вандервута никто не называл иначе, как: «Что же дальше?» Не повезло ему! Он замерз однажды ночью на улице в Кейдзё, и ни одна дверь не отворилась на его мольбу, никто не впустил его погреться.</p>
     <p>Нас отвезли на материк и бросили в вонючую, кишевшую паразитами тюрьму. Так мы познакомились с правителями страны, которая называлась Чосон. Но, как вы вскоре убедитесь, мне удалось расквитаться за всех нас с Квон Юн Дином в те дни, когда госпожа Ом была ко мне благосклонна и я стал могущественным лицом и обладал немалой властью.</p>
     <p>В тюрьме мы пробыли довольно долго. Потом мы узнали, по какой причине: Квон Юн Дин послал нарочного в Кейдзё, столицу Чосона, чтобы узнать монаршую волю в отношении нас. А пока на нас приходили глазеть, как на зверей в зверинце. От зари до зари местные жители осаждали тюрьму, разглядывая нас сквозь решетки в окнах, ибо мы были первыми представителями белой расы, которых им довелось увидеть. И, надо сказать, посещала нас далеко не одна только чернь. Высокопоставленные дамы в паланкинах, которые несли кули, являлись поглядеть диковинных чертей, выброшенных морем, и пока их слуги разгоняли простой народ бичами, они долго, внимательно и безмолвно разглядывали нас. Мы же мало что могли увидеть, так как, по обычаю страны, лица их были закрыты. Только танцовщицы, женщины легкого поведения и древние старухи появлялись с открытыми лицами.</p>
     <p>Мне не раз приходило на ум, что Квон Юн Дин страдал несварением желудка, и когда ему бывало особенно плохо, он вымещал свою досаду на нас. Но так или иначе, без малейшего к тому повода, как только ему приходила в голову такая блажь, нас выводили на улицу перед тюрьмой и под восторженные крики и улюлюканье зевак нещадно избивали палками. Азиат жесток, и зрелище человеческих страданий доставляет ему удовольствие.</p>
     <p>Как вы легко можете себе представить, мы все возликовали, когда этим избиениям пришел конец. Это сделал Ким. Ким! Что сказать вам о Киме? Никого благороднее его мне не довелось встречать в этой стране — и тут не нужны слова. Когда я впервые увидел Кима, он был начальником отряда в пятьдесят воинов, но, в конце концов, благодаря мне он стал начальником дворцовой стражи. А потом он отдал жизнь, спасая госпожу Ом и меня. Ким… ну, словом, Ким — это был Ким.</p>
     <p>Как только он прибыл, с нас немедленно сняли колодки и поместили нас в самой лучшей гостинице города. Мы все еще оставались пленниками, но уже пленниками почетными, с охраной в пятьдесят всадников, и на следующий же день все мы, четырнадцать моряков, верхом на карликовых чосонских лошадках направлялись в столицу по Большому Императорскому пути. Император, как сообщил нам Ким, пожелал взглянуть на удивительных морских чертей.</p>
     <p>Путешествие было многодневным: мы проехали с юга на север примерно половину всей страны. В первый же день на привале я, прогуливаясь, пошел посмотреть, как кормят этих карликовых лошадок. То, что предстало моему взору, заставило меня заорать во всю глотку: «Что же дальше будет, Вандервут?» И я продолжал орать, пока не сбежались все наши. Умереть мне, не сходя с места, если эти чудаки не кормили своих лошадок бобовым супом, да притом еще горячим. Да, да, горячим бобовым супом. И ничего другого за всю дорогу. Так уж повелось в этой стране.</p>
     <p>Это были действительно карликовые лошадки. Побившись об заклад с Кимом, я поднял одну из них, хотя она отчаянно брыкалась и ржала, и вскинул себе на плечи. И тогда солдаты Кима, которые уже слышали мое прозвище, закричали, называя меня У Ён Ик — Могучий. Корейцы — рослая, мускулистая нация, а Ким даже для корейца был крупный мужчина и, помню, этим гордился. Но когда мы с ним поставили локоть к локтю и сцепили ладони, я без труда уложил его руку на стол. А его солдаты и многочисленные зеваки из поселка глядели на наше состязание и бормотали: «У Ён Ик».</p>
     <p>Наше путешествие несколько напоминало передвижение странствующего зверинца. Весть о нас летела впереди, и люди стекались из окрестных селений к обочинам дороги поглазеть на нас. Да, путешествие казалось нескончаемым, а мы походили на бродячий цирк. Но ночам в городах гостиницу, где мы останавливались, осаждали толпы любопытных, и мы не знали покоя, пока наша охрана не разгоняла их пиками. Но сначала Ким устраивал поединок между мной и самыми сильными борцами деревни и забавлялся, глядя, как я валю их на землю одного за другим.</p>
     <p>Хлеба в этой стране не едят, и нас кормили белым рисом, что не способствует укреплению мускулов, мясом, причем, как мы вскоре обнаружили, — собачиной (в Чосоне собак постоянно забивают на мясо), и различными нестерпимо острыми маринадами, в которых, однако, быстро начинаешь находить вкус. И теперь у нас уже была водка, настоящая водка — не молочная бурда, а прозрачный, обжигающий горло напиток (его гонят из риса), одна пинта которого валила с ног слабосильных, а здорового, крепкого мужчину делала веселым и буйным. В обнесенном стеной городе Чонхо я, выпив этого напитка, был еще свеж, в то время как Ким и все местные вельможи валялись под столом, вернее, не столько под столом, сколько на столе, — ведь столом нам служил пол, на котором мы сидели на корточках, так что у меня с непривычки постоянно сводило судорогой ноги. И снова все бормотали, глядя на меня:</p>
     <p>— У Ён Ик!</p>
     <p>И слава о моей удали донеслась до Кейдзё и до дворца императора.</p>
     <p>Казалось, я был не столько пленником, сколько почетным гостем и всю дорогу ехал верхом рядом с Кимом. Мои длинные ноги почти достигали земли, а когда дорога поднималась в гору, и вовсе волочились по пыли. Ким был молод. Ким был благороден и добр. Он обладал всеми человеческими достоинствами. Он был бы уважаемым человеком в любой стране. Мы с ним болтали, смеялись к шутили целый день и большую часть ночи. И я впитывал в себя, как губка, слова его языка, его речь. Впрочем, чужие языки всегда давались мне легко. Даже Кима восхищала моя способность овладевать тонкостями корейской речи. И я без труда постигал мировоззрение корейцев, их юмор, их пристрастия, их слабости, их предрассудки. Ким обучил меня любовным песням, пиршественным песням, песням, воспевающим цветы. Одну из пиршественных песен он сочинил сам, Я попытаюсь здесь дать вам перевод, весьма приблизительный конечно, последней строфы этой песни. Содержание ее таково: Ким и Пак в молодости заключили договор и поклялись воздерживаться от спиртных напитков.</p>
     <p>Клятва эта была довольно быстро нарушена. Состарившись, Ким и Пак поют:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Скорей, скорей! В веселой чаше</v>
       <v>Найдут опору души наши</v>
       <v>Против себя! Что ждать напрасно?</v>
       <v>Где тут вином торгуют красным?</v>
       <v>За персиком цветущим, да?</v>
       <v>Прощай же, друг, — бегу туда.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Хендрик Хэмел, человек хитрый и изобретательный, всячески поощрял мои старания, которые располагали Кима не только ко мне, но через меня — и к самому Хендрику, и ко всем остальным.</p>
     <p>Я упоминаю здесь о Хендрике Хэмеле как о моем постоянном советчике, ибо это обстоятельство сыграло немалую роль во всем, что произошло впоследствии в Кейдзё, где я снискал расположение Юн Сана, милость императора и завоевал сердце госпожи Ом. Для игры, которую я вел, я обладал достаточной выдержкой, отвагой и до некоторой степени смекалкой, но должен признаться, что подлинным мозгом всей интриги был Хендрик Хэмел.</p>
     <p>Итак, мы двигались по направлению к Кейдзё от одного обнесенного стеной города до другого обнесенного стеной города, через покрытые снегом горные перевалы, перемежавшиеся бесчисленными тучными пастбищами в долинах. И каждый вечер, на закате дня, один за другим на вершинах гор вспыхивали сигнальные огни. И каждый вечер Ким внимательно следил за этими световыми сигналами. От всех побережий Чосона, сказал мне Ким, бегут эти цепочки огней в Кейдзё и приносят на своем огненном языке вести императору. Когда горит один костер, — это сигнал спокойствия и мира. Два сигнала — весть о мятеже или вторжении неприятеля. Впрочем, двух сигналов нам не довелось видеть ни разу. И всю дорогу Вандервут, замыкавший шествие, поражался вслух:</p>
     <p>— Боже милостивый, что же дальше будет?</p>
     <p>Кейдзё оказался довольно большим городом, все население которого, за исключением лиц благородного звания — янбанов, всегда носило только белую одежду. По словам Кима, благодаря этому можно было сразу узнать, к какому сословию принадлежит человек: достаточно увидеть, насколько грязна его одежда.</p>
     <p>Совершенно очевидно, что кули, например, у которого нет другой одежды, кроме той, что на нем, всегда будет страшно грязен.</p>
     <p>И точно так же совершенно очевидно, что тот, на ком безупречно белые одежды, должен иметь их несколько смен и пользоваться услугами прачек, чтобы поддерживать эти одежды в столь белоснежном состоянии. Что же касается янбанов, одетых в разноцветные, бледных оттенков шелка, то к ним по их высокому положению эти обычные мерки были неприложимы.</p>
     <p>По прошествии нескольких дней, которые мы провели в харчевне, занимаясь стиркой и латанием нашей одежды, сильно пострадавшей во время кораблекрушения и последующего путешествия, нас пригласили к императору. На просторной площади перед дворцом высились колоссальные каменные статуи собак, похожих скорее на черепах. Собаки лежали на массивных каменных пьедесталах высотой в два человеческих роста. Стены дворца были чрезвычайно массивны и сложены из обтесанных камней. Так толсты были эти стены, что, казалось, могли свободно выдержать обстрел из самой большой пушки в течение целого года. Ворота в стене сами были величиной с целый дворец, а по форме напоминали пагоду: каждый последующий этаж был меньше предыдущего, и все крыты черепицей. У ворот стояли на страже пышно одетые воины. Ким сообщил мне, что это пхеньянские Охотники за тиграми — самые грозные и свирепые воины в Чосоне.</p>
     <p>Но хватит об этом. Подробное описание одного лишь императорского дворца могло бы занять тысячу страниц. Замечу только, что мы увидели перед собой могущество и власть в их материальном воплощении. Лишь очень древняя и мощная цивилизация могла создать эту обнесенную стеной, увенчанную бесчисленными гребнями крыш резиденцию королей.</p>
     <p>Нас, бедных матросов, проводили не в приемные покои, где получали аудиенцию послы, но, как мы догадались, в пиршественный зал. Трапеза уже подходила к концу, и все присутствующие были навеселе. А их там было немало. И кто пировал-то!</p>
     <p>Сановники, принцы крови, вельможи, бледные священнослужители, загорелые военачальники, придворные дамы с открытыми лицами, раскрашенные танцовщицы кисан, отдыхавшие после танцев, которыми они услаждали взоры гостей, прислужницы, евнухи, слуги и рабы… десятки рабов.</p>
     <p>Но вот окружившая нас толпа раздалась, все расступились, когда император с кучкой приближенных направился к нам.</p>
     <p>Это был веселый монарх (а для монарха азиатского даже на редкость веселый). Хотя ему было от силы лет сорок, он уже обзавелся отвислым брюшком, а ноги у него были тонкими и кривыми. Бледная, очень гладкая кожа его лица не знала ласки солнечных лучей. Однако он был когда-то недурен собой. Его высокий, благородный лоб свидетельствовал об этом. Но глаза у него были мутные, с припухшими веками, а губы непроизвольно дрожали и подергивались — кара за всевозможные излишества, которым он предавался, чему, как я узнал впоследствии, особенно способствовал Юн Сан, буддийский монах. Но о нем в свое время.</p>
     <p>Мы, матросы, в нашей видавшей виды матросской одежде, представляли собой довольно необычное зрелище, но и оказанный нам прием тоже был довольно необычным. Возгласы изумления при виде нас тут же сменились взрывами хохота. Кисан тотчас набросились на нас и стали тормошить, повиснув на каждом из нас по двое, по трое. Они принялись таскать нас по залу, словно ручных медведей, выделывающих забавные штуки. Все это было довольно унизительно для нас, но что могли мы, бедные матросы, поделать? Что мог поделать старик Иоганнес Мартенс с целой стаей хохочущих девушек, которые щипали его, дергали за нос и щекотали так, что он невольно подскакивал на место? Чтобы избежать этих мучении, Ганс Эмден выбрался на свободное место и пустился в пляс, неуклюже откалывая джигу, а весь двор покатывался со смеху.</p>
     <p>Все это было особенно унизительным для меня, ибо в течение уже многих дней я был собутыльником Кима и держался с ним на равной ноге. Я перестал обращать внимание на смеющихся кисан. Широко расставив ноги, скрестив руки на груди, я стоял, выпрямившись во весь рост. Ни щипки, ни щекотка не производили на меня ни малейшего впечатления — я их просто не замечал. И кисан оставили меня, устремившись за более легкой добычей.</p>
     <p>— Бога ради, постарайся их чем-нибудь ошеломить, — сказал Хендрик Хэмел, который, таща трех повисших на нем кисан, сумел добраться до меня. Он пробормотал это сквозь зубы, так как стоило ему раскрыть рот, и кисан тотчас принимались запихивать ему в рот сладости.</p>
     <p>— Прекрати это шутовство, — пробурчал он, нагибаясь, чтобы избежать протянутых к нему ладоней со сладостями. — Мы должны сохранять достоинство, понимаешь, достоинство. Иначе мы погибли. Они хотят сделать из нас дрессированных животных, шутов. А когда мы им прискучим, они вышвырнут нас. Ты ведешь себя правильно. Так и держись до конца. Осади их. Заставь их уважать тебя, уважать всех нас.</p>
     <p>Последние слова я уже едва мог разобрать, так как к этому времени кисан успели так набить ему рот сладостями, что речь его стала нечленораздельной.</p>
     <p>Как я уже говорил, у меня в те годы было достаточно и выдержки и отваги, а тут я призвал на помощь и всю свою матросскую сметку. Я решил начать с евнуха, щекотавшего мне сзади шею пером. Я уже привлек к себе внимание своим высокомерным и непроницаемым видом и полной нечувствительностью к заигрыванию кисан, и теперь многие с интересом наблюдали, как меня дразнит евнух. Я не шевельнулся, не подал виду, что замышляю что-то, пока твердо не установил, где он стоит и на каком расстоянии находится от меня. После этого, даже не повернув головы, я нанес ему молниеносный удар тыльной стороной кисти. Костяшки моих пальцев пришлись точно по его челюсти и скуле. Раздался звук, похожий на треск мачты, ломающейся под напором ветра, и евнух, отлетев от меня шагов на десять, рухнул на пол.</p>
     <p>Никто не рассмеялся. Послышались только возгласы изумления, перешептывания и бормотание: «У Ен Ик». Я снова скрестил руки на груди и продолжал стоять так, довольно успешно напуская на себя надменный вид. Право, я убежден, что я, то есть Эдам Стрэнг, обладал, помимо всего прочего, еще и актерской жилкой. Вот послушайте, что было дальше. Все взгляды были теперь прикованы ко мне, а я горделиво и высокомерно встречал любой взгляд и заставлял всех опускать глаза или отводить их в сторону — всех, кроме… кроме одной молодой женщины — высокопоставленной придворной дамы, судя по роскоши ее наряда и суетившейся возле нее полудюжины прислужниц. И в самом деле, это была госпожа Ом, принцесса из королевского рода Мин. Я назвал ее молодой. Она была моей ровесницей, ей тоже уже исполнилось тридцать лет, и вместе с тем, невзирая на ее зрелость и красоту, она еще не сочеталась браком, о чем я скоро узнал.</p>
     <p>Только она одна смотрела мне прямо в глаза и не отводила своего взгляда до тех пор, пока не опустил глаза я. Но она вовсе не старалась заставить меня опустить глаза: в ее взгляде не было ни вызова, ни неприязни — только восхищение. Мне не хотелось признать себя побежденным какой-то слабой женщиной, и я перевел взгляд на своих товарищей, которых по-прежнему тормошили кисан. Это послужило для меня предлогом. Я хлопнул в ладоши, как делают на Востоке, отдавая распоряжение.</p>
     <p>— Немедленно прекратите! — загремел я на их родном языке, употребив фразу, с которой обращаются к подчиненным.</p>
     <p>О да, у меня была крепкая глотка и широкая грудная клетка, и я мог реветь так, что ушам было больно. Ручаюсь, что столь оглушительная команда впервые прозвучала в священных стенах императорского дворца.</p>
     <p>Все оцепенели. Женщины испуганно прижались друг к другу, словно ища защиты. Кисан оставили в покое матросов и, смущенно хихикая, отпрянули в сторону. Одна только госпожа Ом не шевельнулась, даже бровью не повела, а продолжала широко открытыми глазами смотреть на меня, и наши взгляды снова встретились.</p>
     <p>Гробовая тишина воцарилась в зале, словно перед вынесением приговора. Множество глаз украдкой устремлялись то на императора, то на меня. У меня хватило ума не нарушать этой тишины.</p>
     <p>Я продолжал стоять, скрестив руки на груди, величественный и надменный.</p>
     <p>— Он знает наш язык… — проронил наконец император, и по залу пронесся общий вздох облегчения.</p>
     <p>— Я знаю этот язык с колыбели, — выпалил я, не задумываясь, опасные слова, которые подсказала мне моя матросская хитрость. — Я лепетал на нем у материнской груди. В моей стране на меня смотрели как на чудо. Мудрецы приезжали издалека для того только, чтобы увидеть меня и услышать. Но никто не понимал слов, произносимых мной. С тех пор прошло много лет, и я стал забывать этот язык, но здесь, в Чосоне, слова возвратились ко мне, как давно утраченные друзья.</p>
     <p>Да, я действительно их ошарашил. Император глотнул воздух, губы у него задергались, и он с трудом выговорил:</p>
     <p>— Как же ты это объясняешь?</p>
     <p>— Произошла ошибка, — отвечал я, следуя по опасному пути, на который толкнула меня моя хитрость. — Боги рождения проявили небрежность и забросили меня в чужую, далекую страну, где я и вырос среди чужого мне народа. Но я — кореец и вот теперь вернулся наконец в свою отчизну.</p>
     <p>Раздались удивленные восклицания, и все начали перешептываться и совещаться. А император сам обратился с вопросами к Киму.</p>
     <p>— Да, да, он как вышел из моря, так сразу и заговорил на нашем языке, это верно, — по доброте душевной солгал Ким.</p>
     <p>— Принесите мне одежду, которая мне подобает, — перебил я его, — одежду янбана, и вы во всем убедитесь.</p>
     <p>Когда меня повели переодеваться, я, прежде чем покинуть зал, обратился к кисан:</p>
     <p>— Оставьте в покое моих рабов. Они совершили далекое путешествие и очень утомлены. Это мои верные рабы.</p>
     <p>В соседнем покое Ким помог мне переодеться, отослав всех слуг, и тут же очень быстро и толково провел со мной небольшую генеральную репетицию. Он не больше моего понимал, чем все это может кончиться, но он был добрый малый.</p>
     <p>Вернувшись в пиршественную залу, я снова принялся болтать по-корейски, прося отнестись снисходительно к неправильностям моей речи, проистекающим от отсутствия практики. Хендрик Хэмел и остальные мои товарищи, которым не под силу было одолеть новый язык, не понимали ни слова из того, что я изрекал, и это было довольно забавно.</p>
     <p>— В моих жилах течет кровь династии Коре, — сказал я императору. — Она правила в Сондо много-много лет назад, утвердившись после падения Силлы.</p>
     <p>Эти обрывки древней истории Кореи я узнал от Кима во время нашего путешествия, и теперь он изо всех сил старался сохранить серьезность, слушая свои собственные слова, которые я повторял, как попугай.</p>
     <p>— А это, — сказал я, когда император спросил меня о моих товарищах, — это мои рабы — все за исключением вон того старика (я показал на Иоганнеса Мартенса). Он родился от свободной женщины. (Затем я сделал Хендрику Хэмелу знак приблизиться.) А этот, — продолжал безудержно фантазировать я, — был рожден в доме моего отца от одной рабыни, которая тоже родилась в доме моего отца. Я приблизил его к себе, так как мы родились в один и тот же день, и в тот же самый день мой отец подарил его мне.</p>
     <p>Потом, когда Хендрик Хэмел начал жадно меня расспрашивать, о чем говорилось на пиру, я повторил ему мои слова, и он рассвирепел и принялся осыпать меня упреками.</p>
     <p>— Что было, то было, Хендрик, — заявил я. — Сказал я это потому, что надо было что-то сказать, а на другое у меня не хватило соображения. Но так или иначе, сделанного не воротишь. Ни ты, ни я ничего теперь изменить не можем. Нам остается только продолжать эту игру, а там будь что будет.</p>
     <p>Тай Бун, брат императора, был великий бражник, и в разгар пира он вызвал меня на состязание. Император пришел от этого в восторг и распорядился, чтобы в состязании приняли участие еще человек десять записных пьяниц самого благородного происхождения. Женщинам приказали удалиться, и мы принялись за дело: мы разом выпивали чашу за чашей, строго следя, чтобы никто не пропускал очереди. Кима я оставил возле себя, а когда перевалило за полночь, велел Хендрику Хэмелу, невзирая на его предостерегающе насупленные брови, забрать с собой всех наших и удалиться. Впрочем, я заранее потребовал, чтобы нам были отведены покой во дворце. И это было сделано.</p>
     <p>На следующий день только и разговору было что об этом состязании, ибо в конце концов Тай Бун и все остальные мои соперники свалились мертвецки пьяные на циновки и захрапели, а я без посторонней помощи дошел до моей спальни. И в черные дни, наступившие позднее, Тай Бун продолжал свято верить в мою корейскую кровь. Только среди корейцев, утверждал он, попадаются такие крепкие головы.</p>
     <p>Дворец, в сущности, представлял собой целый городок. Нас поместили в летнем павильоне, расположенном в стороне от главного здания. Здесь самые роскошные покои занял, разумеется, я, а Мартенс, Хендрик Хэмел и все остальные принуждены были, хотя и с ворчанием, удовольствоваться тем, что осталось.</p>
     <p>Меня позвали к Юн Сану — к буддийскому монаху, о котором я уже упоминал. Так мы впервые увидели друг друга. Он отослал всех слуг, и даже Кима, и мы, оставшись совсем одни в тускло освещенной комнате, расположились на толстых циновках. Боже милостивый, что за человек был этот Юн Сан, что за ум! Он старался проникнуть мне в самую душу. Он многое знал о других странах, он знал то, что никому другому здесь и не снилось. Верил ли он в басню о моем происхождении? Разгадать это было невозможно, лицо его всегда оставалось непроницаемым, словно оно было изваяно из бронзы.</p>
     <p>Только Юн Сан знал, о чем думает Юн Сан. Но в этом бедно одетом, тощем человеке со впалым животом я почувствовал истинного владыку и всего дворца, и всего государства Чосон. И он, ничего не сказав, прямо дал мне понять, что я могу быть ему полезен. Быть может, это подсказала ему госпожа Ом? Я предоставил Хендрику Хэмелу разгадывать эту головоломку. Сам я ничего не понимал, да и не стремился понять, так как всегда жил только настоящим и предоставлял другим строить предположения и терзаться беспокойством перед будущим.</p>
     <p>Меня призвала к себе также госпожа Ом, и неслышно ступающий евнух с жирным, лоснящимся лицом повел меня по тихим, пустынным залам дворца к ее покоям. Она жила, окруженная роскошью, как и подобает принцессе, — в собственном дворце, опоясанном купами столетних карликовых деревьев, каждое из которых едва доходило мне до пояса, и водоемами, в которых плавали лотосы. Бронзовые мосты, столь легкие и изящные, что они казались изделиями ювелира, были перекинуты над водоемами, а бамбуковая роща отделяла приют принцессы от остального дворца.</p>
     <p>Голова у меня шла кругом. Я был простой матрос, но женщин я знал хорошо и, получив приглашение от госпожи Ом, почувствовал в этом нечто большее, чем простое любопытство. Я слышал рассказы о простолюдинах, любовниках королев, и спрашивал себя не выпало ли мне на долю доказать миру правдивость этих историй.</p>
     <p>Госпожа Ом не стала тратить время попусту. Ее окружали прислужницы, но их присутствие значило для нее не больше, чем присутствие лошадей для возницы. Я опустился рядом с нею на мягкую толстую циновку, которая делала комнату похожей на огромное ложе, и нам подали вино и сладости на низеньких столиках, инкрустированных жемчугом.</p>
     <p>Боже милостивый, мне достаточно было взглянуть ей в глаза!..</p>
     <p>Но обождите. Поймите меня правильно. Госпожа Ом отнюдь не была глупа. Как я уже сказал, мы с ней были ровесниками.</p>
     <p>Ей исполнилось уже тридцать лет, и она держалась, как подобало ее годам. Она знала, чего она хочет. Вот почему она еще не была замужем, хотя дворцовая клика пускала в ход все средства (а при восточных дворах их бывает немало), чтобы заставить ее стать женой Чон Мон Дю. Он принадлежал к младшей ветви династии Мои Дю, был очень неглуп и так жадно рвался к могуществу, что внушал опасения даже невозмутимому Юн Сану, стремившемуся сохранить за собой всю полноту власти и держать двор и всю страну в равновесии. Именно Юн Сан и вошел в тайный сговор с госпожой Ом и спас ее от брака с ее двоюродным братом Чон Мон Дю, использовав ее для того, чтобы подрезать своему врагу крылышки. Но довольно об этих интригах. Еще очень не скоро узнал я все это: отчасти от Хендрика Хэмела, делившегося со мной своими наблюдениями и выводами, а главным образом от самой госпожи Ом.</p>
     <p>Госпожа Ом была истинным цветком среди женщин. Подобные ей рождаются редко — не чаще чем два раза в столетие. Она презирала все законы и все условности. У нее была своя религия, отчасти почерпнутая у Юн Сана, отчасти созданная ею самой. Официальная религия для народа являлась, по ее мнению, орудием, необходимым для того, чтобы заставлять миллионы рабов покорно гнуть спину. Она обладала характером и волей и вместе с тем была женщиной до мозга костей. И она была красавицей — да, красавицей в самом полном смысле этого слова. Ее большие черные глаза не были ни узкими, ни раскосыми. Они были удлиненные, это правда, но посажены прямо, и лишь уголки глаз казались чуть-чуть приподнятыми, что лишь придавало ее лицу особое очарование.</p>
     <p>Я уже говорил, что она была далеко не глупа. Вот послушайте. Я совсем уже размечтался: простой матрос, принцесса, внезапно вспыхнувшая страсть… Я старался сообразить, как мне следует вести себя, чтобы не уронить своего мужского достоинства, и в начале нашей беседы я опять упомянул о том, о чем уже говорил всему двору: что я на самом деле кореец и потомок династии Коре.</p>
     <p>— Полно тебе, перестань, — сказала госпожа Ом, слегка ударив меня по губам веером из павлиньих перьев. — Здесь ты можешь не рассказывать детских сказок. Ты для меня сам по себе значишь больше всей династии Коре. Ты…</p>
     <p>На секунду она умолкла, и я ждал, что она скажет дальше, и видел, как в глазах ее растет призыв.</p>
     <p>— Ты мужчина, — заключила она. — Даже и во сне мне не снилось, что где-то на белом свете может жить такой мужчина, как ты.</p>
     <p>Боже милостивый! Что тут было делать бедному матросу?</p>
     <p>Тот матрос, о котором здесь идет речь, признаться, прежде всего густо покраснел под своим морским загаром, а прелестные глаза госпожи Ом засветились неизъяснимым лукавством, и я чуть было не заключил ее в объятия. А она рассмеялась очаровательно и насмешливо, хлопнула в ладоши, подзывая своих прислужниц, и я понял, что на этот раз аудиенция окончена. Но я знал, что будут еще аудиенции.</p>
     <p>Я возвратился к Хендрику Хэмелу. Голова у меня шла кругом.</p>
     <p>— Женщина есть женщина, — после глубокого размышления заметил он. Он поглядел на меня и вздохнул: я мог поклясться, что он мне завидует.</p>
     <p>— Это все твои мускулы, Эдам Стрэнг, — сказал он. — Твоя бычья шея и соломенные волосы. Ну что ж, тебе повезло, приятель. Не упусти счастливый случай. Это поможет всем нам. А я научу тебя, как надо себя вести.</p>
     <p>Я ощетинился. Я был мужчина, хотя и простой матрос, но с женщинами обращаться умел и не нуждался ни в чьих наставлениях. Хендрик Хэмел мог быть совладельцем старой посудины «Спарвер», мог знать мореходство и вести корабль по звездам, мог быть великим книжником, но что касается женщин — тут уж нет, тут я ему ни в чем не желал уступать.</p>
     <p>Его тонкие губы растянулись в привычной хитроватой улыбке, и он спросил:</p>
     <p>— Как понравилась тебе госпожа Ом?</p>
     <p>— В таких делах простому матросу не к лицу привередничать, — уклончиво отвечал я.</p>
     <p>— Как она понравилась тебе? — повторил он свой вопрос, сверля меня своими глазами.</p>
     <p>— Недурна и даже, если на то пошло, очень даже недурна.</p>
     <p>— Тогда покори ее, — приказал он. — А потом мы раздобудем корабль и удерем из этой проклятой страны. Я бы отдал все шелка Индии за одну тарелку человеческой еды.</p>
     <p>Он пристально на меня поглядел.</p>
     <p>— Сможешь ты ее покорить, а? — спросил он.</p>
     <p>Его недоверие так меня взбесило, что я прямо подскочил на месте. Хендрик Хэмел удовлетворенно улыбнулся.</p>
     <p>— Только не торопись, — посоветовал он. — Тише едешь — дальше будешь. Не продешевись. Будь скуп на ласку. Запрашивай подороже за свою бычью шею и соломенные волосы и благодари за них Бога: ведь в глазах женщины они стоят больше, чем мозг десятка мудрецов.</p>
     <p>И понеслись странные, заполненные событиями дни: я появлялся на приемах у императора, бражничал с Тай Буном, совещался с Юн Саном. И немало времени проводил с госпожой Ом.</p>
     <p>А кроме всего, я по требованию Хендрика Хэмела просиживал далеко за полночь, изучая с помощью Кима придворный этикет до самых мельчайших мелочей, а также историю Кореи и всех ее богов — древних и новых, и корейский язык во всем его многообразии: учтивые обороты, язык знати и язык простолюдинов. Никогда еще ни от одного простого матроса не требовали столько работы. Я был просто марионеткой: марионеткой Юн Сана, который хотел использовать меня в своих целях; марионеткой Хендрика Хэмела, замыслившего столь сложную и глубокую интригу, что без его помощи я бы в ней просто запутался. Только с госпожой Ом я чувствовал себя мужчиной, а не марионеткой.</p>
     <p>И все же… и все же, когда я возвращаюсь мыслями к прошлому, я вижу, что дело обстояло не совсем так. Госпожа Ом тоже вертела мной в своих целях, но ради меня самого, потому что я стал царем ее сердца. Впрочем, тут ее желания и воля только шли навстречу моим, ибо не успел я опомниться, как она стала царицей моего сердца, и тогда уже ничья воля — ни ее собственная, ни Хендрика Хэмела, ни Юн Сана — не могла вырвать ее из моих объятий.</p>
     <p>Тем временем, однако, я оказался вовлеченным в дворцовую интригу, которую плохо понимал. Я чувствовал, что замышляется что-то против принца Чон Мон Дю, двоюродного брата госпожи Ом, вот и все. Я даже не подозревал, какое количество различных клик и клик внутри клик существует при дворе, — эта сеть интриг опутывала дворец и достигала всех Семи Берегов. Но я не ломал себе голову над этим. Ломать голову я предоставлял Хендрику Хэмелу. Я сообщал ему в мельчайших подробностях все, что происходило со мной в его отсутствие, и он, нахмурив лоб и сдвинув брови, сидел часами в сумерках, словно терпеливый паук, и ткал и ткал свою паутину. Как мой личный раб и телохранитель, он сопровождал меня повсюду, и только Юн Сан порой отсылал его. И, разумеется, я не позволял ему присутствовать при моих свиданиях с госпожой Ом. И хотя потом я рассказывал ему все, но лишь в общих чертах, умалчивая о том, что касалось только нас двоих.</p>
     <p>Мне кажется, Хендрик Хэмел даже предпочитал оставаться на заднем плане, играть роль тайного вершителя судеб. Он хладнокровно рассчитал, что рискую в этом случае один я. Если я преуспею, — значит, преуспеет и он. А если я погибну, он сумеет ускользнуть, как хорек, и уцелеть. Я уверен, что он рассуждал именно так, и все же это не спасло его, как вы в дальнейшем увидите.</p>
     <p>— Держи мою сторону, — сказал я Киму, — и ты получишь все, чего бы ни пожелал. Чего ты хочешь?</p>
     <p>— Мне бы хотелось стать начальником Охотников за тиграми, начальником дворцовой стражи, — ответил он.</p>
     <p>— Обожди немного, — сказал я, — и твое желание исполнится. Даю тебе слово.</p>
     <p>Каким образом это осуществится, я не имел ни малейшего представления. Но тот, у кого ничего нет, легко может раздаривать царства. У меня не было решительно ничего, и я сделал Кима начальником дворцовой стражи. Однако замечательнее всего то, что я выполнил свое обращение. Ким стал начальником Охотников за тиграми, хотя в конце концов это принесло ему гибель.</p>
     <p>Интриговать и строить козни я предоставил Хендрику Хэмелу и Юн Сану: ведь их страстью была политика. А я был просто мужчиной и любовником и проводил время куда веселее, чем они.</p>
     <p>Кем я был? Закаленный невзгодами веселый матрос, беспечно живущий сегодняшним днем, не задумываясь ни над прошлым, ни над будущим, собутыльник императора, признанный фаворит принцессы, за которого думали и действовали такие умные люди, как Юн Сан и Хендрик Хэмел.</p>
     <p>Юн Сан несколько раз почти догадывался, кто стоит за моей спиной и руководит мною. Но когда он пытался пощупать Хэмела, тот прикидывался простаком: политика и государственные дела его нисколько не интересуют, его заботит только мое здоровье и благополучие. Заговорив об этом, он делался чрезвычайно словоохотлив и все сокрушался по поводу моих состязаний с Тай Буном. Госпожа Ом, наверное, догадывалась об истинном положении вещей, но молчала. Острый ум не был для нее приманкой — только бычья шея и грива соломенных волос, как говорил Хендрик Хэмел.</p>
     <p>О многом, что было между нами, я не стану рассказывать, хотя госпожа Ом покоится в земле уже несколько столетий. Но она умела добиться того, чего хотела. И я также, а когда мужчина и женщина стремятся друг к другу, головы могут слетать с плеч и государства — рушиться, но их ничто не удержит.</p>
     <p>Настало время, когда начали поговаривать о нашей свадьбе.</p>
     <p>О, сперва потихоньку! Вдруг служанки и евнухи начали шушукаться об этом в темных закоулках. Но во дворце любая сплетня судомоек доползает до трона. И вскоре начался настоящий скандал.</p>
     <p>Дворец был сердцем Чосона, и когда дворец содрогался, страна трепетала. А дворцу было от чего содрогаться. Наш брак наносил Чон Мон Дю сокрушительный удар. Он начал бороться, бороться свирепо, но Юн Сан был к этому готов. Чон Мон Дю сумел посеять недовольство среди половины провинциальных священнослужителей, и они торжественной процессией длиной с добрую милю явились к воротам дворца, и император чуть не спятил от страха.</p>
     <p>Но положение Юн Сана было слишком крепким. Другая половина провинциальных священнослужителей поддерживала его, так же как и все священнослужители больших городов, таких, как Кейдзё, Фузан, Сондо, Пхеньян, Ченнампко и Чемульпо. Юн Сан с помощью госпожи Ом сумел заручиться поддержкой императора. Госпожа Ом призналась мне впоследствии, что она совсем запугала императора слезами, истериками и угрозами скандала, от которого зашатается трон. И в довершение всего Юн Сан, выбрав подходящий момент, предложил вниманию императора совсем новые удовольствия: он уже давно подготавливал это.</p>
     <p>— Начинай отращивать себе волосы для свадебного пучка, — заявил мне в один прекрасный день Юн Сан, и в его глазах вспыхнули лукавые искорки, на мгновение придавшие его суровому лицу почти человеческое выражение, — я в первый раз видел его таким.</p>
     <p>Само собой разумеется, однако, что принцесса не может стать супругой простого матроса или даже претендента на родство с древней династией Коре, если он не имеет ни положения, ни власти, ни высокого сана. И вот появился императорский указ, объявлявший меня принцем Коре. Вслед за этим один из приверженцев Чон Мон Дю, правитель пяти провинций, был подвергнут пыткам и обезглавлен, а меня назначили правителем семи провинции, которые некогда были родовым княжеством династии Коре. Но в Чосоне число семь почиталось священным, и, чтобы добрать до этого числа, к упомянутым пяти были добавлены еще две провинции, отобранные у других приверженцев Чон Мон Дю.</p>
     <p>Боже милостивый, простой матрос… И вот я с почетом отправляюсь на север по дороге Мандаринов в сопровождении пятисот воинов и пышной свиты! Я правитель семи провинций, где моего прибытия ожидают пятнадцать тысяч войск. Я могу даровать жизнь, могу обречь на смерть или пытки. У меня своя казна и свой казначей, не говоря уже о целой армии писцов. И, наконец, меня ожидает там тысяча сборщиков налогов, умеющих выжать у крестьян последние гроши.</p>
     <p>Мои семь провинций были расположены у северной границы.</p>
     <p>Дальше лежала нынешняя Маньчжурия, но в те времена мы называли ее Хонду, что означало «Красные Головы». Там жили дикие кочевники, переправлявшиеся через Ялу и, как саранча, опустошавшие северные провинции Чосона. Говорили, что они занимаются людоедством. Я же по собственному опыту могу сказать, что это были свирепые воины, предпочитавшие смерть отступлению.</p>
     <p>Бурный это был год! Пока Юн Сан и госпожа Ом в Кейдзё добивались полного падения Чон Мон Дю, я начал создавать себе славу. В сущности, конечно, все делал Хендрик Хэмел, я был только великолепной ширмой. Следуя указаниям Хэмела, я обучал своих солдат строю и тактике, а также знакомил их с боевыми приемами Красных Голов. Великая война длилась год, а к концу ее спокойствие и мир воцарились на северной границе государства, и на нашей стороне Ялу не осталось других Красных Голов, кроме покойников.</p>
     <p>Я не знаю, можно ли найти в трудах европейских историков упоминание об этом вторжении Красных Голов, но если такое упоминание есть, оно помогло бы определить время событий, о которых я рассказываю. И еще одно могло бы помочь. Когда был Хидэёси сегуном Японии? Мне не раз приходилось слышать рассказы о двух кровавых набегах, когда лет пятьдесят назад Хидэёси прошел через самое сердце Чосона от Фузана на юге до Пхеньяна на севере. И Хидэёси отправил в Японию тысячи бочонков с засоленными ушами и носами корейцев, погибших в битвах.</p>
     <p>Мне доводилось беседовать со стариками и старухами, которые были очевидцами этих событий и чьи носы и уши лишь случайно не попали в бочонки с рассолом.</p>
     <p>И вот я возвращаюсь в Кейдзё к госпоже Ом. Боже милостивый, вот это была женщина! Мне ли не знать этого! Сорок лет она была моей женой. Никто не посмел хоть слово сказать против нашего брака. Чон Мон Дю, попавший в опалу, лишенный власти, удалился куда-то на северо-восточное побережье доживать свои дни в мрачном уединении. Могущество Юн Сана достигло апогея.</p>
     <p>Еженощно одиночные сигнальные костры приносили весть о покое и мире, царящих в стране. Взор императора становился все более тусклым, а тело все более хилым — недаром Юн Сан изощрялся, придумывая для него все новые и новые неслыханные забавы.</p>
     <p>Госпожа Ом и я достигли осуществления всех своих желаний.</p>
     <p>Ким стал начальником дворцовой стражи. Квон Юн Дина, правителя провинции, который когда-то надел нам на шею колодки и подвергал побоям, я сместил и запретил ему до конца жизни появляться в стенах Кейдзё.</p>
     <p>Да, Иоганнес Мартенс… В матросов хорошо вколачивают субординацию, и, невзирая на все мое новоявленное величие, я никогда не мог забыть, что Иоганнес Мартенс был моим капитаном на «Спарвере», когда мы искали Новую Индию. Еще в первый раз, рассказывая двору о своем чудесном происхождении, я упомянул, что он один из всей моей свиты не был рабом. Все остальные матросы считались моими рабами и потому не могли рассчитывать на получение государственных должностей. Но Иоганнес Мартенс мог ее получить и получил. Хитрая старая лиса! Когда он попросил меня назначить его правителем крошечной провинции Кёндю, мне и в голову не могло прийти, что он замыслил. Провинция Кёндю не славилась ни рыбными промыслами, ни плодородными землями. Подати едва окупали расходы по их сбору, и пост правителя, хотя и почетный, не приносил дохода: провинция эта была, но существу, кладбищем — священным кладбищем, ибо на горе Тэвон в усыпальницах покоился прах древних монархов Силла. И я решил, что Мартенсу просто приятнее быть правителем Кёндю, чем приближенным Эдама Стрэнга. И даже когда он пожелал взять с собой четырех наших матросов, мне и тут не пришло в голову, что он делает это не просто из боязни одиночества.</p>
     <p>Два года прошли, как чудесный сон. Управление моими семью провинциями я передал в руки разорившихся янбанов, выбранных для меня Юн Саном, а сам лишь изредка совершал, как того требовал обычай, торжественный объезд моих владений. Мне неизменно сопутствовала госпожа Ом. У нее был летний дворец на южном побережье, где мы жили почти все время. Я принимал участие во всяких мужественных забавах: покровительствовал искусству борьбы и возобновил состязания в стрельбе из лука среди янбанов. И, наконец, охотился на тигров в северных горах.</p>
     <p>Поразительное явление представляли собой приливы и отливы у берегов Чосона. На северо-восточном побережье прилив был не более фута. На западном же побережье самый низкий прилив достигал 60 футов. Государство Чосон не вело торговли с другими странами, и его не посещали чужеземные торговцы. Его суда не покидали береговых вод, и чужие суда не приплывали к его берегам. Испокон веков правители этой страны придерживались политики изоляции. Раз в десять, а то и в двадцать лет сюда прибывали китайские послы, но они путешествовали по суше: огибали Желтое море, пересекали страну Красных Шапок и по дороге Мандаринов добирались до Кейдзё. Это путешествие занимало целый год. Посольство это прибывало для того, чтобы получить от нашего императора присягу в вассальной верности Китаю, что давно уже стало простой формальностью.</p>
     <p>Однако тут Хендрик Хэмел решил привести в исполнение свои долго вынашиваемые замыслы. Они ширились не по дням, а по часам. Если бы ему удалось осуществить их, Чосон вполне заменил бы ему не открытые нами Индии. Я не был посвящен в его планы, но когда он принялся плести интригу, чтобы сделать меня начальником всей чосонской флотилии и джонок, и начал допытываться о местонахождении государственной казны, я легко сообразил, что к чему.</p>
     <p>Ну, а я согласился бы покинуть Чосон только вместе с госпожой Ом. Когда я заговорил с ней об этом, она, лежа в моих объятиях, отвечала, что я — ее повелитель и, куда бы я ее не позвал, она последует за мной. И это была правда, святая правда, как вы скоро убедитесь.</p>
     <p>Во всем был виноват Юн Сан, сохранивший жизнь Чон Мон Дю. Но вместе с тем Юн Сана винить нельзя. Он не мог поступить иначе. Впав в немилость при дворе, Чон Мон Дю по-прежнему пользовался влиянием среди провинциального духовенства. Юн Сан вынужден был считаться с этим, а Чон Мон Дю, угрюмый отшельник, отнюдь не бездействовал в своем изгнании на северо-восточном побережье. Его эмиссары, преимущественно буддистские монахи, шныряли повсюду и повсюду проникали, вербуя ему сторонников даже среди самых мелких государственных чиновников. С поистине восточным терпением плел Чон Мон Дю свой обширный заговор. Силы его тайных сторонников при дворе все росли, а Юн Сан даже не подозревал об этом. Чон Мон Дю подкупил даже дворцовую стражу — тех самых Охотников за тиграми, начальником которых был Ким. И пока Юн Сан безмятежно дремал, пока я делил свое время между играми, состязаниями и госпожой Ом, пока Хендрик Хэмел готовился к похищению государственной казны, а Иоганнес Мартенс вел свою собственную игру среди усыпальниц на горе Тэбон, извержение вулкана, которое готовил Чон Мон Дю, ничем не давало о себе знать.</p>
     <p>Но когда это началось, Боже милостивый! Свистать всех наверх, и спасайся кто может! Но мало кому удалось спастись. Заговор против нас еще не созрел, однако Иоганнес Мартенс ускорил взрыв, ибо то, что он сделал, было слишком на руку Чон Мон Дю, чтобы тот упустил подобный случай.</p>
     <p>Вот послушайте. Жители Чосона фанатически чтят память предков и обожествляют их, а что сделал этот старый голландский пират в своей неистовой жадности? Там, в далекой провинции Кёндю, он вместе со своими четырьмя матросами ни больше ни меньше, как похитил золотые гробы из усыпальниц правителей древней Силлы. Ограбление было совершено ночью, и весь остаток ночи они пробирались к побережью. Но на рассвете поднялся такой густой туман, что они заблудились и не смогли отыскать ожидавшую их джонку, которую Иоганнес Мартенс заранее тайком оснастил. Солдаты У Сун Сина, местного судьи и одного из приверженцев Чон Мон Дю, захватили Иоганнеса Мартенса вместе с его матросами. Только одному из них, Герману Тромпу, удалось ускользнуть, воспользовавшись туманом. Много времени спустя я узнал от него, что произошло.</p>
     <p>Хотя весть о святотатстве в ту же ночь разлетелась по всей стране и половина северных провинций поднялась против своих правителей, однако Кейдзё и двор спокойно почивали, ни о чем не подозревая. По приказу Чон Мон Дю сигнальные костры по-прежнему слали весть о мире и спокойствии, царящем в стране. И ночь за ночью горели одиночные сигнальные костры, а гонцы Чон Мон Дю и днем и ночью загоняли насмерть коней на всех дорогах Чосона. Случайно я сам оказался свидетелем того, как его гонец прискакал в Кейдзё. Выезжая в сумерках из города через главные ворота, я увидел, как загнанный конь пал на дороге, а измученный всадник заковылял дальше пешком.</p>
     <p>Но мог ли я думать, что человек, встретившийся мне у ворот Кейдзё, был глашатаем моей гибели!</p>
     <p>Привезенная им весть вызвала дворцовый переворот. Я возвратился во дворец только в полночь, а к тому времени все уже было кончено. В девять часов вечера заговорщики захватили императора в его личных покоях. Они заставили его немедленно призвать к себе всех министров, а когда те начали входить к нему, их одного за другим убивали на его глазах. Тем временем взбунтовались Охотники за тиграми. Юн Сан и Хендрик Хэмел были схвачены и жестоко избиты рукоятками мечей. Семеро наших матросов бежали из дворца вместе с госпожой Ом. Их спас Ким, с мечом в руке преградив путь своим же Охотникам за тиграми. В конце концов он упал, израненный врагами, но на свою беду остался жив.</p>
     <p>Эта революция — дворцовая революция, конечно, — налетела, как шквал, и тут же воцарилось спокойствие. Чон Мон Дю захватил власть. Император подписывал любой представленный им указ.</p>
     <p>Чосон ужаснулся святотатству, вознес хвалу Чон Мон Дю и остался равнодушен к остальным событиям. По всей стране падали головы крупных чиновников, которых замещали приверженцами Чон Мон Дю, но на династию никто не покушался.</p>
     <p>Теперь послушайте, что было с нами. Иоганнеса Мартенса и трех его матросов сначала возили по деревням и городам страны, и чернь плевала на них, после чего они были зарыты по шею в землю перед воротами дворца. Их поили водой, чтобы они подольше томились от голода, глядя на лакомые яства, которые ставили перед ними, ежечасно заменяя новыми. Говорили, что дольше всех протянул Иоганнес Мартенс: он умер лишь на пятнадцатые сутки.</p>
     <p>Киму медленно переломали кость за костью, сустав за суставом, и он умирал долго и мучительно. Хендрик Хэмел, в котором Чон Мон Дю правильно угадал моего наставника, был казнен веслом, короче говоря, быстро и умело забит насмерть под восторженные крики жителей Кейдзё. Юн Сану была дана возможность умереть благородной смертью. Он играл в шахматы со своим тюремщиком, когда пред ним предстал посланец императора, а по сути дела — посланец Чон Мон Дю, с чашей яда в руках.</p>
     <p>— Обожди, — сказал Юн Сан. — Только невежа позволяет себе прерывать чужую игру на половине. Я выпью эту чашу, как только закончу партию. — И посланец ждал, пока Юн Сан не закончил игры. Он выиграл партию и выпил яд.</p>
     <p>Только азиат умеет обуздать свою ярость, чтобы подольше упиваться местью, растянув ее на всю жизнь. Так поступил Чон Мон Дю со мной и госпожой Ом. Он не убил нас. Он даже не заключил нас в темницу. Госпожа Ом была лишена благородного звания и всего имущества, и в каждой самой маленькой деревушке Чосона был вывешен на видном месте королевский указ, объявлявший меня неприкосновенным, как потомка династии Коре. В том же указе говорилось, что восьми оставшимся в живых матросам также должна быть сохранена жизнь. Но никто не имел права оказывать им помощь. Всеми отверженные, они должны были питаться подаянием на больших дорогах. Та же участь постигла и нас с госпожой Ом — мы были обречены просить подаяние на больших дорогах.</p>
     <p>Сорок долгих лет преследовала нас месть Чон Мон Дю, ибо ненависть его была неутолима. На нашу беду, жил он очень долго, так же как и мы. Я уже говорил, что госпожа Ом не имела себе равных в мире. И я могу только без конца повторять это, ибо у меня нет других слов, чтобы воздать ей должную хвалу. Я слышал когда-то, что некая знатная дама сказала своему возлюбленному: «С тобой мне довольно шалаша и черствой корки».</p>
     <p>То же самое, в сущности, сказала мне и госпожа Ом. И не только сказала: вся ее жизнь была подтверждением этих слов, ведь часто (о, как часто!) у нас не было даже черствой корки, а шалашом нам служило небо.</p>
     <p>Как я ни старался избежать необходимости просить подаяния и скитаться по дорогам, Чон Мон Дю добивался своего.</p>
     <p>В Сондо я стал дровосеком, и мы с госпожой Ом поселились в хижине, где спать было куда удобнее, чем на большой дороге в зимнюю стужу. Но Чон Мон Дю узнал об этом, и я был избит, посажен в колодки, а потом вновь выгнан на большую дорогу. Зима была лютая — как раз в ту зиму бедняга Вандервут замерз на улице Кейдзё.</p>
     <p>В Пхеньяне я сделался водоносом, так как этот древний город, стены которого были стары уже во времена царя Давида, считался, по преданию, лодкой, и вырыть колодец внутри его стен значило бы потопить город. И вот весь день с утра до ночи тысячи водоносов с кувшинами на плече шагают от реки к городским воротам и обратно. Я был одним из них до тех пор, пока Чон Мон Дю не узнал об этом, после чего я был избит, посажен в колодки, а потом выброшен на большую дорогу.</p>
     <p>И так бывало всегда. В далеком Ыдзю я сделался мясником. Я убивал собак на глазах у покупателей перед моей лавкой.</p>
     <p>Я разрубал туши и вывешивал их для продажи, а шкуры дубил, расстилая их шерстью вниз на земле под ногами прохожих. Но Чон Мон Дю узнал об этом. Я был помощником красильщика в Пхеньяне, рудокопом на рудниках в Канбуне, сучил веревки и бечеву в Чиксане. Я плел соломенные шляпы в Пхэдоке, собирал травы в Хванхэ, а в Масанпхо пошел в батраки и целые дни гнул спину на затопленном рисовом поле, получая за свои труды меньше, чем последний кули. Но ни разу мне не удалось найти такое место, где бы длинная рука Чон Мон Дю не могла достать меня — достать, покарать и вышвырнуть на дорогу просить подаяние.</p>
     <p>Госпожа Ом и я два года искали в горах целебный корень женьшень, который так редок и ценится так высоко, что один крошечный корешок, найденный нами, дал бы нам возможность безбедно просуществовать целый год, если бы нам удалось его продать. Но корень у меня отобрали, едва я попробовал его сбыть, и я был подвергнут еще более жестоким побоям, чем обычно, и посажен в колодки на еще более долгий срок.</p>
     <p>Куда бы я ни направился, вездесущие члены Братства бродячих торговцев доносили Чон Мон Дю в Кейдзё о каждом моем шаге. Но за все эти годы только дважды встретился я с Чон Мон Дю лицом к лицу. Первая встреча произошла высоко в горах Кануон студеной зимней ночью, в метель. Мы с госпожой Ом ютились в самом холодном и грязном углу харчевни, отдав в уплату за это пристанище все наши жалкие гроши. Мы только что собирались приступить к нашему ужину, состоявшему из конских бобов и дикого чеснока, сваренных с крошечным кусочком воловьего мяса, сильно смахивавшего на падаль, когда за окнами послышался стук копыт и звон бронзовых колокольцев. Двери распахнулись, и Чон Мон Дю — живое воплощение могущества, довольства, благополучия — ступил в харчевню, стряхивая снег со своей бесценной монгольской меховой шубы. Все потеснились, освобождая место ему и десятку его слуг. Мы в нашем углу никому не мешали, но взгляд Чон Мон Дю упал на меня и госпожу Ом.</p>
     <p>— Вышвырните вон этих бродяг, — распорядился он.</p>
     <p>И его конюшие набросились на нас с плетками и выгнали наружу, где бушевала метель. Но мы еще раз встретились с Чон Мон Дю много лет спустя, как вам предстоит узнать.</p>
     <p>Бежать из страны мы не могли. Ни разу не удалось мне тайком перебраться через северную границу. Ни разу не удалось мне сесть в выходящую в море джонку. Бродячие торговцы разнесли приказ Чон Мон Дю по самым глухим деревенькам, сообщили его каждой живой душе в Чосоне. Я был обречен.</p>
     <p>О, Чосон, Чосон, я знаю каждую твою дорогу и каждую горную тропу, знаю все твои обнесенные стенами города и все самые маленькие деревушки. Ибо сорок лет я скитался по твоим дорогам и голодал, и госпожа Ом скиталась и голодала вместе со мной.</p>
     <p>Что нам иной раз приходилось есть, чтобы не погибнуть от голода!</p>
     <p>Остатки собачьего мяса, тухлые и негодные для продажи, которые швыряли нам мясники, глумясь над нами, минари — корни лотоса, которые мы собирали на вонючих болотах; испорченную кимчи, которую не смогли доесть неприхотливые бедняки-крестьяне, ибо она испускала такое зловоние, что его можно было учуять за милю. Да что там!.. Я отнимал кости у голодных дворняжек и копался в дорожной пыли, подбирая зернышки риса, и в студеные ночи крал у лошадей горячее бобовое пойло.</p>
     <p>И все же я не умер, и меня это не удивляет. Два обстоятельства помогали мне держаться: первое — госпожа Ом всегда была со мной, и второе — я верил, что настанет миг, когда мои пальцы сомкнуться на горле Чон Мон Дю.</p>
     <p>Стремясь добраться до Чон Мон Дю, я пытался проникнуть в Кейдзё, но меня каждый раз прогоняли от городских ворот, и мы с госпожой Ом снова и снова брели по дорогам Чосона, каждый дюйм которых был уже истоптан нашими сандалиями, брели весной и летом, осенью и зимой. Наша история была уже известна всей стране, и вся страна знала нас в лицо. Не существовало человека, которому была неизвестна наша участь и постигшая нас кара. Порой кули и торговцы выкрикивали оскорбления в лицо госпоже Ом и расплачивались за это, почувствовав мою яростную руку в своих волосах, яростные удары моего кулака на своих скулах. Порой в отдаленных горных селениях старухи с жалостью поглядывали на шагавшую рядом со мной нищенку, которая была когда-то госпожой Ом, и вздыхали, покачивая головой, и слезы навертывались у них на глаза. А порой лица молодых женщин затуманивало сострадание, когда они глядели на мои широкие плечи, длинные золотистые волосы и синие глаза. И ведь я когда-то был принцем из рода Коре и правителем семи провинций.</p>
     <p>И порой мальчишки бежали за нами, дразнили нас, осыпали ругательствами и забрасывали дорожной грязью.</p>
     <p>За рекой Ялу протянулась от моря до моря пустынная полоса земли шириной в сорок миль — это была северная граница государства. Земля эта не была бесплодной, но ее сознательно превратили в пустыню, потому что Чосон стремился отгородиться от остального мира. Все расположенные в этой местности города и деревни были уничтожены. Теперь это была ничья земля, где водилось множество диких зверей и где разъезжали конные отряды Охотников за тиграми, приканчивая на месте каждого, кто осмеливался пробраться туда. Бежать этим путем мы с госпожой Ом не могли, не могли мы бежать и морем.</p>
     <p>Шли годы, и семеро моих товарищей матросов с каждым годом все чаще и чаще стали забредать в Фузан. Этот город расположен на юго-восточном побережье, которое отличается более мягким климатом. Но дело было не только в этом: оттуда было ближе всего до Японии. По ту сторону неширокого пролива, так близко, что, казалось, ее почти можно было различить простым глазом, лежала Япония — наша единственная надежда на спасение, потому что туда, без сомнения, заходили время от времени европейские суда. Как живо я помню это: семеро стареющих людей на утесах Фузана, всеми помыслами стремящиеся туда, за море, по которому им уже никогда не плавать больше.</p>
     <p>Порой на горизонте появлялись японские джонки, но ни разу не поднялся над морем наш старый знакомый — топсель <a l:href="#n_373" type="note">[373]</a> европейского корабля. Шли годы, сменяя друг друга, и мы с госпожой Ом и наши семеро товарищей матросов из пожилых людей превратились в стариков, и все чаще и чаще тянуло нас в Фузан. И по мере того как уходили годы, то один, то другой из нас не появлялся на обычном месте встречи. Первым умер Ганс Эмден. Эту весть принес Якоб Бринкер, который был его спутником. Сам Якоб Бринкер был последним из семерых — он пережил Тромпа на два года и скончался девяноста лет без малого. Как сейчас, вижу их обоих перед собой, когда незадолго до кончины, изможденные, слабые, в нищенских отрепьях, с чашками для подаяния в руках, грелись они рядышком на солнце у прибрежных скал, шамкая, вспоминали былое и хихикали, словно дети. И Тромп в сотый раз рассказывал скрипучим голосом историю о том, как Иоганнес Мартенс и матросы грабили королевские усыпальницы на горе Тэбон, где в золотых гробах покоились набальзамированные древние властелины с двумя рабынями по бокам у каждого; и о том, как царственные мертвецы рассыпались в прах за какой-нибудь час, пока матросы, обливаясь потом и сквернословя, разбивали гробы на куски.</p>
     <p>А ведь старик Иоганнес Мартенс удрал бы со своей добычей через Желтое море, если бы не этот туман, в котором он заплутался. Проклятый туман! Об этом тумане была сложена песня, которую распевали по всей стране и которую я ненавидел.</p>
     <p>Вот две строки из этой песни:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Густой туман, сгубивший пришельцев из западных стран,</v>
       <v>Навис над вершиной Виина.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Сорок лет я нищенствовал на дорогах Чосона. Из четырнадцати потерпевших крушение у его берега в живых остался я один.</p>
     <p>Дух госпожи Ом был так же неукротим, как и мой, и мы старились вместе. Она превратилась в маленькую, высохшую, беззубую старушку, но и тогда по-прежнему оставалась женщиной, которой не было равных, и до конца владела моим сердцем. А я и в семьдесят лет сохранял еще немалую силу. Морщины избороздили мое лицо, соломенные волосы побелели, широкие плечи согнулись, но все же былая матросская сила еще жила в моих высохших мышцах.</p>
     <p>Вот почему оказался я способен совершить то, о чем поведу сейчас рассказ. Весенним утром мы с госпожой Ом сидели у скал Фузана возле большой дороги и грелись на солнышке. Мы оба были в рубище и не стыдились его, и я смеялся от души веселой шутке, которую прошамкала госпожа Ом, когда вдруг на нас упала какая-то тень. Это была тень от высокого паланкина Чон Мон Дю, который несли восемь кули. Впереди и позади паланкина ехала стража, а по бокам бежали раболепные слуги.</p>
     <p>Два императора сошли в могилу, кончилась междоусобная война, голод опустошил страну, совершился десяток дворцовых переворотов, а Чон Мон Дю по-прежнему властвовал в Кейдзё. Ему было, вероятно, уже без малого восемьдесят лет в то весеннее утро, когда он знаком дрожащей руки приказал, чтобы его носилки опустили на землю возле скал, потому что он хотел насладиться видом тех, кого так преследовала его ненависть.</p>
     <p>— Пришло время, о мой повелитель, — чуть слышно шепнула мне госпожа Ом и повернулась к Чон Мон Дю, жалобно прося подаяния и словно не узнавая, кто перед ней.</p>
     <p>Но я мгновенно прочел ее мысли. Разве не делили мы с ней эту надежду целых сорок лет? И вот наконец настала минута свершения. И я тоже притворился, будто не узнаю своего врага, и со старческой бессмысленной улыбкой пополз по пыльной дороге к его носилкам, жалобно вымаливая подаяние.</p>
     <p>Слуги хотели было прогнать нас, но Чон Мон Дю, тряся головой от дряхлости и хихикая, остановил их. Неуверенно опираясь на локоть, он слегка приподнялся и дрожащей рукой раздвинул пошире шелковые занавески. Сморщенное лицо его исказилось от злорадства, он пожирал нас глазами.</p>
     <p>— О мой повелитель! — тянула госпожа Ом свою песенку попрошайки, но ее мольба была обращена ко мне, и я знал, что она вложила в нее свою вечную, выдержавшую все испытания любовь и веру в мою решимость и отвагу.</p>
     <p>Во мне поднялась багровая ярость, ломая преграду моей воли, стремясь вырваться на свободу. Неудивительно, что я весь трепетал, стараясь ее сдержать. Но сотрясавшую меня дрожь мои враги сочли, к счастью, признаком старческой слабости. А я, протягивая медную чашку для подаяний, загнусавил еще жалобнее, вымаливая милостыню, и в то же время, сощурив веки, чтобы скрыть вспыхнувший в моих глазах огонь, рассчитывал расстояние и собирался с силами для прыжка.</p>
     <p>И тут багровая ярость затуманила мне глаза. Затрещал шелк занавесок, захрустело дерево, заахали, заохали слуги, а мои пальцы сомкнулись на горле Чон Мон Дю. Носилки перевернулись, и я уже не знал, где у меня голова и где ноги, но пальцы мои оставались сомкнутыми.</p>
     <p>Среди хаоса подушек, покрывал и занавесок слуги не сразу сумели добраться до меня. Но подоспели всадники, и град ударов обрушился на мою голову, десятки рук вцепились в меня, пытаясь оттащить в сторону. Я был оглушен, но еще не потерял сознания и испытывал несказанное блаженство, чувствуя, как мои старые пальцы впиваются в тощую, костлявую, дряблую шею, добраться до которой я мечтал столько лет. Рукоятки плетей продолжали опускаться на мою голову, и в красном вихре, кружившемся у меня перед глазами, мне представилось, что я бульдог сомкнувший челюсти в мертвой хватке. Никто не мог вырвать у меня Чон Мон Дю, и я знал, что он уже мертв, давно мертв, когда тьма, как избавление от всех мук, опустилась на меня у скал Фузана на берегу Желтого моря.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
     </title>
     <p>Когда начальник тюрьмы Азертон вспоминает обо мне, он едва ли испытывает прилив гордости. Я показал ему, что значит сила человеческого духа: мой дух восторжествовал над ним, мой дух не удалось сломить ему никакими пытками. Я сижу здесь, в одной из камер Коридора Убийц в Фолсомской тюрьме, и ожидаю казни.</p>
     <p>Начальник тюрьмы Азертон по-прежнему занимает пост, полученный в награду за услуги, оказанные политическим воротилам штата, и по-прежнему остается полновластным владыкой тюрьмы Сен-Квентин и всех отверженных, которые томятся в ее стенах. И все же в глубине души он чувствует, что я победил его.</p>
     <p>Начальнику тюрьмы Азертону не удалось сломить мой дух.</p>
     <p>Нет ни малейшего сомнения, что в иные минуты он был бы рад, если бы я умер в смирительной рубашке. И он продолжал меня пытать. Как заявил он мне с самого начала и как не раз повторял потом, я должен был выбрать: динамит или гроб.</p>
     <p>Капитан Джеми давно привык ко всем тюремным ужасам, однако настал день, когда и он не выдержал напряжении, в котором я держал его и всех остальных моих мучителей. Он был настолько выведен из равновесия, что осмелился возражать начальнику тюрьмы и отказался принимать участие в происходящем.</p>
     <p>С этого дня он ни разу больше не появлялся в моей камере.</p>
     <p>Да, а затем пришло время, когда и начальник тюрьмы Азертон испугался, хотя все еще не теряя надежды пытками вынудить у меня признание о том, где спрятан не существующий динамит.</p>
     <p>А под конец Джек Оппенхеймер нанес ему сокрушительный удар. Оппенхеймер ничего не боялся и говорил все, что хотел.</p>
     <p>Самые страшные тюремные пытки не смогли его сломить; он издевался над своими тюремщиками ибо его воля была сильнее их воли. Моррел простучал мне подробный отчет обо всем, что произошло. Сам я в то время лежал в смирительной рубашке без сознания.</p>
     <p>— Начальник, — сказал Азертону Оппенхеймер, — вы облюбовали кусок не по зубам как бы вам не подавиться. Если вы убьете Стэндинга, этим дело не кончится. Нам придется убить еще двоих. Ведь если вы убьете Стэндинга, рано или поздно Моррел и я сообщим об этом на волю, и вся Калифорния узнает, что вы сделали. Выбирайте: либо вы оставите Стэндинга в покое, либо вам придется убить всех нас троих. Стэндинг стал вам поперек горла, и я тоже, и Моррел. Но вы — подлый трус, и у вас не хватит духу довести до конца это поганое дело, как бы вам хотелось.</p>
     <p>За это Оппенхеймер получил сто часов смирительной рубашки, но как только его расшнуровали, он плюнул начальнику тюрьмы в лицо и тут же получил еще сотню. На этот раз, когда его пришли расшнуровывать начальник тюрьмы не посмел войти в его камеру.</p>
     <p>Было ясно, что слова Оппенхеймера сильно его напугали.</p>
     <p>А вот доктора Джексона ничто не могло пронять. Я был для него занятной диковиной, и ему не терпелось узнать, сколько я еще смогу выдержать.</p>
     <p>— Да он выдержит за раз хоть двадцать суток, — подзадоривал он начальника тюрьмы в моем присутствии.</p>
     <p>— Вы чересчур старомодны, — вмешался я в их разговор. — Я могу выдержать хоть сорок дней. Ерунда! Я могу выдержать и сто дней — в такой просторной рубашке. — И, припомнив, как я, нищий матрос, сорок лет терпеливо ждал случая вцепиться в глотку Чон Мон Дю, я прибавил: — Да разве вы, тюремные ублюдки, знаете, что такое настоящий человек! Вы думаете, что человек создан по вашему собственному трусливому подобию. Но вот глядите: человек — это я, а вы бесхребетная мразь. И вы отступаете передо мной. Вы не в состоянии выжать из меня ни единого стона и удивляетесь, потому что хорошо знаете, как легко вы сами начинаете хныкать.</p>
     <p>Я ругал их как хотел: называл жабьим отродьем, блюдолизами сатаны и мерзким отребьем. Ибо я был выше их и для них недосягаем. Они были рабами. Я был свободный дух. В одиночке томилось только мое тело. А для меня самого не существовало преград. Я освободился от власти плоти, передо мной открылись безграничные просторы времени, и я упоенно бродил по ним, а мое бедное тело, сдавленное смирительной рубашкой, погрузилось в малую смерть и даже не испытывало боли.</p>
     <p>Я простучал моим товарищам почти все, что мне довелось испытать. Моррел верил моим рассказам, ибо он сам проходил врата малой смерти. Но Оппенхеймер, с увлечением слушая мои рассказы, так в них и не поверил. С простодушной трогательностью он сокрушался, что я посвятил жизнь агрономии, вместо того чтобы стать писателем.</p>
     <p>— Послушай, — пытался я убедить его. — Что я знал о Чосоне? Теперь эта страна называется Кореей — вот, пожалуй, и все, что мне о ней было известно. Я о ней ничего не читал. Откуда, например, в нынешней моей жизни мог бы я получить хоть какие-нибудь сведения о кимчи. Однако я знаю, что такое кимчи. Это особо приготовленная кислая капуста. Протухнув, она воняет до небес. Когда я был Эдамем Странгом, я ел кимчи тысячу тысяч раз. Я ел хорошую кимчи, и скверную кимчи, и гнилую кимчи. Я знаю, что самую лучшую кимчи приготовляют женщины Восана. Ну скажи, откуда могу я это знать? Этих знаний не было в моем мозгу, в мозгу Даррела Стэндинга. Они принадлежат мозгу Эдама Стрэнга, который через многочисленные рождения и смерти передал свой опыт мне, Даррелу Стэндингу, вместе с опытом всех тех, в ком я жил, умирал и возрождался в промежутках между Эдамом Стрэнгом и Даррелом Стэндингом. Неужели тебе это не ясно, Джек? Ведь именно из этого складывается и развивается человек, именно так обогащается его дух.</p>
     <p>— А, брось ты! — услышал я в ответ его быстрое, решительное, так хорошо знакомое мне постукивание. — Теперь послушайте умного человека. Я — Джек Оппенхеймер. Я всегда был Джеком Оппенхеймером. Я — только я, и никто другой. Все, что я знаю, я знаю как Джек Оппенхеймер. А что я знаю? Вот послушай. Я знаю, что такое кимчи. Кимчи — это особо приготовленная кислая капуста, которую делают в стране, когда-то называвшейся Чосон. Самую лучшую кимчи приготовляют женщины Восана. Протухшая кимчи воняет до небес… Ты не вмешивайся, Эд! Погоди, пока я не припру профессора к стенке. Ну, а теперь, профессор, скажи-ка мне, откуда я знаю все это насчет кимчи? Этих знаний не было в моем мозгу.</p>
     <p>— Нет, были! — торжествующе воскликнул я. — Ты получил их от меня.</p>
     <p>— Твоя правда. А от кого их получил ты?</p>
     <p>— От Эдама Стрэнга.</p>
     <p>— Как бы не так! Эдам Стрэнг — это твой бред. А насчет кимчи ты где-то вычитал.</p>
     <p>— Ничего подобного, — доказывал ему я. — Про Корею мне приходилось читать только в военных корреспонденциях о русско-японской войне. Да и то так мало, что в счет не идет.</p>
     <p>— А ты помнишь все, что тебе когда-нибудь доводилось прочесть? — спросил Оппенхеймер.</p>
     <p>— Нет.</p>
     <p>— Случается, что-нибудь и забываешь?</p>
     <p>— Да, но…</p>
     <p>— Достаточно, благодарю вас, — перебил он меня, словно адвокат, который обрывает ответ свидетеля, поймав его на роковом противоречии.</p>
     <p>Убедить Оппенхеймера в истинности моих рассказов было невозможно. Он твердил, что я все это выдумываю по ходу действия. Впрочем, ему нравились эти, как он выражался, «продолжения в следующем номере», и всякий раз, когда я отдыхал в промежутках между двумя порциями смирительной рубашки, он принимался упрашивать меня простучать еще несколько глав.</p>
     <p>— Да бросьте вы эти ваши высокие материи, — врывался он в мою беседу с Эдом Моррелом, как только мы углублялись в метафизический спор. — Лучше пусть профессор расскажет еще что-нибудь об этих кисан и матросах. Да, кстати, раз мы уже об этом заговорили, расскажи, что случилось с госпожой Ом после того, как ее отчаянный муженек придушил подлого старикашку и сам помер.</p>
     <p>Я уже много раз повторял, что форма бренна. Позвольте мне сказать это еще раз. Форма бренна. Материя не обладает памятью. Помнит только дух, и вот здесь, в тюремных камерах, память о госпоже Ом и Чон Мон Дю продолжала жить в моей душе, пронесенная через столетия, и была мною передана Джеку Оппенхеймеру и от него возвратилась ко мне, уже облеченная в тюремный жаргон. А теперь я передал ее тебе, мой читатель.</p>
     <p>Попытайся изгладить ее из своей памяти. Ты не можешь. Как бы долго ты ни жил, то, что я рассказал тебе, будет жить в твоем мозгу. Дух! Не существует ничего неизменного, кроме духа. Материя плавится, кристаллизуется и плавится снова, и ни одна форма никогда не повторяет другую. Форма распадается в вечное ничто, из которого нет возврата. Форма — это лишь видимость, она преходяща, как была преходяща физическая оболочка госпожи Ом и Чон Мон Дю. Но память о них остается, она будет существовать всегда, пока существует дух, а дух нельзя уничтожить.</p>
     <p>— Во всяком случае, ясно одно, — заключил Оппенхеймер свои критические замечания о приключениях Эдама Стрэнга. — А именно: ты заглядывал в притоны и курильни опиума китайского квартала куда чаще, чем полагается профессору университета. Дурное общество до добра не доводит. Теперь понятно, как ты угодил сюда.</p>
     <p>Прежде чем возвратиться к описанию других моих приключений, я должен упомянуть об удивительном происшествии у нас в тюрьме… Оно замечательно по двум причинам. Оно показывает, во-первых, каким редкостным умом обладал родившийся и выросший в трущобах Джек Оппенхеймер. И, во-вторых, оно служит убедительным доказательством того, что все, испытанное мною, когда в смирительной рубашке я погружался в летаргию, — сущая правда.</p>
     <p>— Вот что, профессор, — простучал мне как-то Оппенхеймер. — Когда ты рассказывал нам про твоего Эдама Стрэнга, ты говорил, что играл в шахматы с этим пропойцей — братом императора. Интересно, что это были за шахматы — такие же, как наши?</p>
     <p>Мне, конечно, пришлось ответить, что я не знаю что, возвращаясь к нормальному состоянию, я забываю такие подробности.</p>
     <p>И, конечно, он принялся добродушно подшучивать над «моими бреднями», как он выражался. Однако я вполне отчетливо помнил, что в бытность мою Эдамом Стрэнгом я частенько играл в шахматы. Но, к сожалению, стоило мне очнуться в одиночке, как все несущественные подробности, особенно если они были связаны с чем-то сложным, изглаживались у меня из памяти.</p>
     <p>Следует помнить, что для удобства повествования я соединял в единое целое мои разрозненные, перепутанные, часто повторяющиеся воспоминания о былых жизнях. Я никогда не знал наперед, куда мое путешествие во времени приведет меня. Так, например, я десятки раз в самое различное время возвращался к Джесси Фэнчеру, в фургонный лагерь на Горных Лугах. За десять дней, без перерыва проведенных в рубашке, я порой уходил все дальше и дальше в прошлое по длинной цепи предыдущих существований (часто пропуская множество жизней, к которым я уже возвращался перед этим) и попадал, наконец, в доисторические времена, а оттуда переносился обратно к дням, когда зарождалась цивилизация.</p>
     <p>И вот я решил, что в следующий раз, как только я обрету сознание после очередного переселения в жизнь Эдама Стрэнга, я постараюсь вспомнить все о чосонских шахматах. Мне не везло, и я еще целый месяц терпел насмешки Оппенхеймера, прежде чем случилось то, чего я ждал. А тогда, едва меня расшнуровали, как я принялся выстукивать свои новости.</p>
     <p>Более того, я обучил Оппенхеймера той игре в шахматы, в которую играл Эдам Стрэнг в Чосоне несколько столетий назад.</p>
     <p>Она была не похожа на западные шахматы, хотя в основе своей совпадала с ними, так как восходила к тому же первоисточнику, вероятнее всего, — к индийским шахматам. Доска вместо наших шестидесяти четырех клеток имела восемьдесят одну клетку. Игроки вместо наших восьми пешек располагали каждый девятью, и ходили эти пешки по-другому, хотя с ограничениями, принятыми у нас.</p>
     <p>В чосонских шахматах было по двадцать фигур с каждой стороны, включая пешки, вместо наших шестнадцати, и расставлялись они в три ряда, а не в два, как у нас. Девять пешек занимали передний ряд; в среднем ряду помещались две фигуры, напоминавшие наши ладьи, в третьем, заднем, ряду в центре ставился король, а с каждой его стороны располагались в следующем порядке такие фигуры: «золотая монета», «серебряная монета», «конь» и «копье». Заметьте, что в чосонских шахматах нет ферзя. Еще одно коренное отличие от наших шахмат заключалось в том, что взятая фигура не снималась с доски, а становилась фигурой противника, и дальше ею ходил он.</p>
     <p>Итак, я обучил Оппенхеймера и этим шахматам, что было поистине блестящим достижением, если принять во внимание следующее: нам приходилось, помимо всего, запоминать, какие фигуры перешли к противнику, а какие удалось вернуть.</p>
     <p>Одиночки не отапливаются. Не положено облегчать благодатным теплом участь узников в зимнюю стужу. А мы с Оппенхеймером не раз забывали про жестокий, пронизывающий до костей холод, увлекшись чосонскими шахматами.</p>
     <p>И все же мне не удалось убедить его в том, что я принес эту игру в тюрьму Сен-Квентин из глубины столетий. Он упорно твердил, что я вычитал где-то ее описание, а потом забыл о нем, но оно тем не менее осталось в моем мозгу и всплыло в памяти, когда я бредил в рубашке. Так он обратил против меня положения психологии.</p>
     <p>Его новая гипотеза сводилась к следующему:</p>
     <p>— А может быть, ты придумал эти шахматы здесь, в одиночке? Придумал же Эд код для перестукивания. А мы с тобой разве не улучшаем его все время? Так-то, профессор. Ты все это придумал сам. Запатентуй-ка эти шахматы. Когда я был ночным рассыльным, так один малый выдумал какую-то чепуху под названием «Поросята на поле» и нажил на этом миллион.</p>
     <p>— Эту игру нельзя запатентовать, — ответил я. — В Азии она, без всякого сомнения, известна уже тысячелетия. Поверь, я ее вовсе не придумывал.</p>
     <p>— Тогда, значит, ты где-то читал о ней или видел, как играли в нее китаезы в курильне опиума, где ты постоянно околачивался. — Таково было его последнее слово.</p>
     <p>Впрочем, последнее слово осталось за мной. Здесь, в Фолсемской тюрьме, есть один японец, осужденный за убийство.</p>
     <p>Вернее, был, — его казнили на прошлой неделе. Я беседовал с ним о шахматах, и выяснилось, что та игра, в которую играл Эдам Стрэнг и которой я обучил Оппенхеймера, очень похожа на японские шахматы. Между ними гораздо больше сходства, чем между каждой из них и западными шахматами.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
     </title>
     <p>Ты, верно, помнишь, читатель, что в самом начале моего повествования я рассказал тебе, как еще мальчиком на ферме в Миннесоте я увидел фотографии Святой Земли, узнал некоторые места и указал, какие в них произошли перемены. И еще ты, верно, помнишь, как я описал исцеление прокаженных, которому был свидетелем, и сказал миссионеру, что я был тогда совсем большим, владел большим мечом и смотрел на все это, сидя на коне <a l:href="#n_374" type="note">[374]</a>.</p>
     <p>Этот эпизод моего детства был, говоря словами Вордсворта, всего лишь отблеском воспоминаний. Когда я, Даррел Стэндинг, был еще совсем малышом, я смутно помнил иные времена и страны.</p>
     <p>Но образы, которые вспыхивали взмоем детском сознании, постепенно тускнели и изглаживались. Меня постигла та же участь, что и всех других детей: словно бы тюремные стены сомкнулись вокруг меня, и я забыл свое величественное прошлое. Оно есть у каждого человека. Но редко кому посчастливилось так, как мне, провести долгие годы в одиночном заключении и долгие часы — в смирительной рубашке. Да, мне посчастливилось. Мне была дана возможность снова вспомнить все — в том числе и время, когда я сидел на коне и видел исцеление прокаженных.</p>
     <p>Меня звали Рагнар Лодброг <a l:href="#n_375" type="note">[375]</a>, и я, правда, был очень большим.</p>
     <p>Я был на целую голову выше всех римлян моего легиона. Впрочем, начальником легиона я стал уже позже, после моего путешествия из Александрии в Иерусалим. Эта моя жизнь была полна событий. Напиши я десятки книг, потрать на них годы труда, и тогда мне не удалось бы описать всего. Поэтому я опущу очень многое, а о том, что предшествовало этому путешествию, скажу в двух словах.</p>
     <p>Я помню очень ясно и отчетливо все, кроме самого начала.</p>
     <p>Я никогда не знал своей матери. Мне рассказывали, что меня родила в бурю на палубе корабля, находившегося в Северном море, одна из пленниц, захваченных после морской битвы и разграбления береговой крепости. Имени своей матери я так и не узнал. Она умерла в самый разгар бури. Была она из северных датчан — так, во всяком случае, говорил мне старый Лингард.</p>
     <p>Я был слишком молод, чтобы запомнить все, что он мне рассказывал, хотя рассказать он мог не так уж много. Морская битва, взятие и разграбление крепости, которую затем подожгли, поспешный уход в море от прибрежных скал, так как надвигалась буря, грозившая гибелью их остроносым кораблям, а потом отчаянная борьба с бушующим ледяным морем… И никому не было дела до чужеземной пленницы, чей час наступил, неся ей гибель.</p>
     <p>Тогда многие умерли, мужчин же интересуют живые женщины, а не мертвые.</p>
     <p>Рассказ Лингарда о том, что произошло сейчас же после моего появления на свет, поразил мое детское воображение и врезался мне в память. Лингард был слишком стар, чтобы сидеть на веслах, и вместо этого он присматривал на открытой палубе за сбившимися в беспорядочную кучу пленниками, заменяя врача, могильщика и повитуху. Итак, я родился в бурю и был омыт солеными брызгами.</p>
     <p>Мне было всего лишь несколько часов от роду, когда Тостиг Лодброг впервые увидал меня. Он был хозяином этого корабля и остальных семи, совершивших набег, унесших добычу и пробивавшихся сквозь бурю. Тостиг Лодброг носил прозвище «Муспел», что означало Пылающий, так как он вечно пылал гневом. Он был отважен и жесток, и в широкой его груди билось сердце, не знавшее жалости. Пот битвы еще не успел высохнуть на его теле, когда после сражения при Хасфарте он, опираясь о топор, съел сердце Нгруна. В припадке бешеной злобы он продал в рабство ютам своего сына Гарульфа. И я помнил, как под закопченными стропилами Бруннанбура раздавался его зычный голос, когда он требовал, чтобы ему принесли его кубок — череп Гутлафа. Вино с пряностями он пил только из этой чаши — только из черепа Гутлафа.</p>
     <p>И вот к нему-то по качающейся палубе принес меня старый Лингард, когда улеглась буря. Мне было от рождения несколько часов, и я был завернут в седую от морской соли волчью шкуру.</p>
     <p>Я был очень маленьким, потому что родился раньше срока.</p>
     <p>— Хо-хо! Карлик! — вскричал Тостиг, отняв от губ недопитую чашу с медом, чтобы поглядеть на меня.</p>
     <p>Была злая стужа, но, говорят, он вытащил меня голого из волчьей шкуры, зажав мою ногу между своим большим и указательным пальцем, и мое тельце болталось на свирепом ветру.</p>
     <p>— Плотва! — хохотал он. — Креветка! Морская вошь! — И хотел уже было раздавить меня между своими огромными пальцами, каждый из которых, по словам Лингарда, был толще моей ноги.</p>
     <p>Но тут ему на ум взбрело другое.</p>
     <p>— Этот щенок хочет пить. Пусть попьет.</p>
     <p>И он сунул меня головой вниз в наполненную до половины чашу с медом. И я утонул бы в этом напитке мужчин, я, не испивший за свою короткую жизнь даже материнского молока, если бы не Лингард. Но когда Лингард вытащил меня из чаши, Тостиг Лодброг, рассвирепев, сбил его с ног. Мы покатились по палубе, и огромные псы, захваченные после сражения у северных датчан, бросились на нас.</p>
     <p>— Хо-хо! — ревел Тостиг Лодброг, глядя, как псы терзают старика, меня и волчью шкуру.</p>
     <p>Но Лингард поднялся на ноги и спас меня, оставив псам волчью шкуру.</p>
     <p>Тостиг Лодброг допил свой мед и уставился на меня, а Лингард молчал, хорошо зная, что напрасно было бы искать милосердия там, где его не может быть.</p>
     <p>— Мальчик с пальчик! — изрек Тостиг. — Клянусь Одином <a l:href="#n_376" type="note">[376]</a>, женщины Северной Дании ничтожные создания. Они приносят на свет не мужчин, а карликов. На что годен этот мозгляк? Из него никогда не получится настоящего мужчины. Вот что, Лингард, вырасти мне из него кравчего для Бруннанбура. Только получше приглядывай за собаками, как бы они не сожрали его по ошибке вместо тех огрызков, которые мы им бросаем.</p>
     <p>Я рос, не зная женского присмотра. Старый Лингард принял меня, и он же меня выкормил, а детской служила мне качающаяся палуба и колыбельной песней — топот и тяжелое дыхание мужчин во время битв и бури. Бог знает, как удалось мне выжить. Должно быть, я был рожден крепким, как железо, в железные времена, ибо я все-таки выжил и посрамил пророчество Тостига о том, что из меня получится карлик. Я быстро перерос все его кубки и чаши, и Тостиг уже не мог больше топить меня в кружке с медом. А это было его излюбленным развлечением. Эта шутка казалась ему необычайно остроумной и тонкой.</p>
     <p>Мои первые детские воспоминания связаны с остроносыми кораблями Тостига Лодброга, с морскими битвами и пиршественным залом Бруннанбура в те дни, когда наши корабли отдыхали на берегу замерзшего фиорда. Я ведь стал кравчим Тостнга. и вот одно из самых ранних воспоминаний моего детства: с черепом Гутлафа, наполненным до краев вином, я ковыляю туда, где во главе стола восседает Тостиг, и от его зычного крика дрожат стропила. Все они там, обезумев от вина, вопили и стучали кулаками, а мне казалось, что так оно и должно быть, ибо другой жизни я не ведал. Все они легко приходили в ярость и тотчас хватались за оружие. Мысли их были свирепы, и они свирепо пожирали пищу и свирепо тянули мед и вино. И я рос таким же, как они. Да и как я мог расти иным, когда я подавал кубки бражникам, орущим во всю глотку, и скальдам, поющим о Хьялле, и об отважном Хогни, и о золоте Нифлунгов <a l:href="#n_377" type="note">[377]</a>, и о мести Гудрун, которая дала Атли съесть сердца его и своих детей, а в это время в яростной драке крушились скамьи, раздирались занавеси, похищенные на южных берегах, и на пиршественные столы падали убитые?</p>
     <p>О да, и мне тоже была знакома такая ярость, ей меня хорошо обучили в этой школе. Мне было всего восемь лет, когда я показал свои когти на пирушке в Бруннанбуре, устроенной в честь наших гостей — ютов, которые приплыли к нам как друзья на трех длинных кораблях во главе с эрлом Агардом. Я стоял за плечом Тостига Лодброга, держа в руках череп Гутлафа, над которым поднимался ароматный пар от горячего пряного вина. Я ждал, когда Тостиг кончит поносить северных датчан. Но он не умолкал, и я все ждал, пока, наконец, переведя дыхание, он не стал поносить женщин Северной Дании. И тут я вспомнил мою мать, и багровая ярость застлала мне глаза. Я ударил его черепом Гутлафа, вылив на него все вино, и оно ослепило его и жестоко обожгло. И когда он, ничего не видя, закружился на месте, пытаясь схватить меня и размахивая своими огромными ручищами наугад, я подскочил к нему и трижды вонзил в него кинжал: в живот, в бедро и в ягодицу, ибо не мог достать выше.</p>
     <p>И тут эрл Агард обнажил свои меч, а за ним обнажили мечи и все его юты, и он закричал:</p>
     <p>— Храбрый медвежонок! Клянусь Одином, он достоин честного боя!</p>
     <p>И под гулкой кровлей Бруннанбура задыхающийся от ярости мальчишка-кравчий из Северной Дании вступил в схватку с могучим Лодброгом. Один удар — и мое бездыханное тело покатилось по столу, сметая с него чаши и кубки, а Лодброг крикнул:</p>
     <p>— Вышвырните его вон! Бросьте его псам!</p>
     <p>Но эрл не пожелал этого и, хлопнув Лодброга по плечу, попросил подарить меня ему в знак дружбы.</p>
     <p>И вот, когда лед в фиордах растаял, я поплыл на юг на корабле эрла Агарда. Он сделал меня своим кравчим и оруженосцем и дал мне имя Рагнар Лодброг. Владения Агарда граничили с землей фризов. Это были унылые, заболоченные равнины, вечно окутанные туманами. Я прожил у эрла три года, до дня его смерти, и всегда был рядом с ним — охотился ли он на волков по болотам или пировал в большой зале, где нередко присутствовала и его молодая жена Эльгива, окруженная прислужницами. Я сопровождал Агарда в южном походе, когда его корабли дошли до побережья нынешней Франции, где я узнал, что чем дальше к югу, тем теплее климат, мягче природа и нежнее женщины.</p>
     <p>Но в этом набеге Агард был смертельно ранен и вскоре умер.</p>
     <p>Мы сожгли его тело на высоком погребальном костре. Его жена Эльгива в золотой кольчуге с пением взошла на погребальный костер и встала рядом с его телом, и с ней сожгли множество челядинцев в золотых ошейниках, а также девять рабынь и восемь рабов-англов знатного происхождения. И много соколов вместе с двумя мальчишками-сокольничими.</p>
     <p>Но я, Рагнар Лодброг, кравчий, не сгорел. Мне было одиннадцать лет, я не ведал страха, и мое тело не знало другой одежды, кроме звериных шкур. Когда языки пламени взвились ввысь, и Эльгива запела свою предсмертную песнь, а рабы, пленники и рабыни стонали и кричали, не желая умирать, я порвал свои путы, спрыгнул с костра и, как был — в золотом ошейнике раба, — бросился к болотам и добрался до них, когда пущенные по моему следу свирепые собаки совсем уже настигали меня.</p>
     <p>В болотах прятались одичавшие люди: беглые рабы и преступники, на которых охотились ради забав, как на волков.</p>
     <p>Три года провел я без крова над головой, не греясь у огня, и стал крепким, как обледеневшая земля. Я хотел было украсть себе у ютов женщину, но тут мне не повезло: за мной погнались фризы и после двухдневной охоты схватили меня. Они сорвали с меня золотой ошейник и продали за двух собак-волкодавов меня саксу Эдви, который надел на меня железный ошейник, а потом подарил вместе с пятью другими рабами Этелю из страны восточных англов. Я был рабом, а потом стал дружинником, но во время неудачного набега далеко на восток, где кончались болота, я попал в плен к гуннам. Там я был свинопасом, но бежал на юг, в большие леса, и был принят в племя тевтонов как свободный.</p>
     <p>Тевтоны были многочисленны, но они жили маленькими племенами и отходили на юг под напором гуннов.</p>
     <p>Но тут с юга в большие леса пришли римские легионы и отбросили нас назад к гуннам <a l:href="#n_378" type="note">[378]</a>. Нас сдавили так, что нам некуда было податься, и мы показали римлянам, как мы умеем драться, хотя они ничуть не уступали.</p>
     <p>Но в душе моей все время жило воспоминание о солнце, которое сверкало над кораблями Агарда, когда мы плавали в южные страны, и судьбе было угодно, чтобы, отброшенный вместе с тевтонами к югу, я попал в плен к римлянам и был привезен снова на море, которого я не видел с тех пор, как бежал от восточных англов. И я снова стал рабом — гребцом на галере, и вот, ворочая веслом, я впервые попал в Рим.</p>
     <p>Рассказ о том, как я стал свободным человеком, римским гражданином и солдатом и почему, когда мне исполнилось тридцать лет, я должен был поехать в Александрию, а оттуда в Иерусалим, занял бы слишком много времени. Однако я не мог не рассказать вкратце о первых годах моей жизни, после того, как Тостиг Лодборг окунул меня, новорожденного, в чашу с медом, так как иначе вам трудно было бы понять, что представлял собою человек, который въехал на коне в Яффские ворота и приковал к себе все взгляды.</p>
     <p>Да и было на что посмотреть. Все эти римляне и евреи были низкорослыми и узкокостными, и такого крупного светловолосого великана им еще не доводилось видеть. И пока я ехал по узким улочкам, они все расступались передо мной, а потом останавливались и смотрели вслед белокурому человеку с севера. Впрочем, в последнем они вовсе не были уверены, ибо их познания о северянах были более чем скудными.</p>
     <p>В распоряжении Пилата были, в сущности, только вспомогательные войска, набиравшиеся в провинциях. Горсточка римских легионеров охраняла дворец, да еще со мной прибыло двадцать римских солдат. Не отрицаю, вспомогательные войска не раз отличались в сражениях, но по-настоящему надежными солдатами были только римские легионеры. Они превосходили даже нас, северян, потому что всегда были готовы к бою; мы же хорошо дрались, только когда нам припадала охота, а в другое время угрюмо отсиживались в своих далеких селениях. А римляне были неизменно тверды и надежны.</p>
     <p>В первый же вечер после моего приезда я встретил в доме Пилата подругу его жены, пользовавшуюся немалым влиянием при дворе Ирода Антипы <a l:href="#n_379" type="note">[379]</a>. Я буду называть ее Мириам, ибо так звал я ее, полюбив. Если бы передать женское обаяние было трудно, но возможно, я сумел бы описать Мириам. Но такое обаяние неизъяснимо. И слова тут бессильны. Это ведь не впечатления, воспринимаемые рассудком. Женщина чарует наши чувства, и из этого рождается страсть, являющаяся своего рода сверхчувством.</p>
     <p>Говоря в общем, каждая женщина желанна для каждого мужчины. Когда же в нас вызывает желание лишь одна-единственная женщина, мы называем это любовью. Так было и у меня с Мириам.</p>
     <p>Ее чары находили во мне особый отклик, словно я ждал ее всю жизнь, и теперь, без колебаний раскрыл ей свои объятия. Этот отклик и делал ее такой желанной, в нем и крылось ее очарование.</p>
     <p>Мириам была божественная женщина. Я намеренно употребляю это слово. Она была высокой, величественной и статной, что редкость среди ее соплеменниц. Она была аристократкой по рождению и по духу. Во всех ее поступках угадывалась широкая, щедрая, великодушная натура. Она была умна, она была остроумна и, превыше всего, она была женственна. Как вы увидите, именно ее женственность и погубила нас. У нее были черные, иссиня-черные волосы, нежное овальное лицо, оливково-смуглая кожа и темные глаза, как два бездонных колодца. Едва ли была на свете еще одна пара, в которой сочетался бы столь ярко выраженный тип женщины-брюнетки и мужчины-блондина.</p>
     <p>И мы покорили друг друга мгновенно. Нам не нужны были ни проверки, ни самопроверки, ни ожидания. Она стала моей, как только наши взгляды встретились. И она, так же как и я, уже тогда поняла, что я принадлежу ей. Я шагнул к ней, и она привстала навстречу мне, словно влекомая неведомой силой. И мы посмотрели друг другу в глаза, и когда черные глаза встретили взгляд синих, они уже не могли оторваться друг от друга, и это длилось до тех пор, пока жена Пилата, худая, истомленная заботами женщина, не засмеялась нервно. И когда я приветствовал жену Пилата, мне показалось, что Пилат бросил Мириам многозначительный взгляд, словно бы говоря: «Ну что, разве он не таков, как я рассказывал?» Дело в том, что Сульпиций Квириний, легат Сирии, сообщил ему о моем предстоящем прибытии. К тому же мы с Пилатом знали друг друга еще задолго до того, как он был назначен прокуратором огнедышащего иудейского вулкана и отбыл в Иерусалим.</p>
     <p>Мы долго беседовали в тот вечер. Больше говорил Пилат.</p>
     <p>Он подробно описывал положение в стране. Мне показалось, что он измучен одиночеством и хочет поделиться с кем-нибудь своей тревогой, своими опасениями и даже, быть может, попросить совета. Пилат был истинным римлянином, очень уравновешенным.</p>
     <p>Впрочем, он обладал гибким умом, позволявшим ему осуществлять железную политику Рима, не вызывая особых трений с местным населением, и умел сохранять самообладание в самых трудных обстоятельствах.</p>
     <p>Но в тот вечер легко было заметить, что он сильно встревожен. Евреи действовали ему на нервы. Они были слишком вспыльчивы, своевольны, неразумны. А кроме того, они умели тонко плести интриги. Римляне действовали прямо и открыто. Евреи предпочитали обходный путь, за исключением разве тех случаев, когда им приходилось отступать. Пилата, по его словам, раздражало то, что евреи всеми средствами пытались превратить его, а тем самым и Рим, в орудие разрешения их религиозных распрей.</p>
     <p>— Как мне хорошо известно, — сказал он, — Рим не вмешивается в религиозную жизнь завоеванных им народов, но евреям свойственно все запутывать и усложнять, придавая политическую окраску событиям, не имеющим ничего общего с политикой.</p>
     <p>Пилат даже разгорячился, изливая мне свою досаду на всевозможные секты и бесконечные вспышки религиозного фанатизма.</p>
     <p>— В этой стране, Лодброг, — сказал Пилат, — ничего нельзя знать наперед. Сейчас ты видишь на небе лишь крошечное летнее облачко, а через час над твоей головой может разразиться страшная буря. Меня прислали сюда поддерживать спокойствие и порядок, но вопреки всем моим усилиям они превращают страну в осиное гнездо. Я предпочел бы управлять скифами или дикими бриттами, чем этими людьми, которые никак не могут договориться, в какого бога им верить. Вот, скажем, сейчас на севере страны появился рыбак, который что-то там проповедует и якобы творит чудеса, и я нисколько не удивлюсь, если не сегодня-завтра он взбаламутит всю страну, а я буду отозван в Рим.</p>
     <p>Так я впервые услышал о человеке, имя которого было Иисус, но тут же забыл о нем. И вспомнил, только когда летнее облачко превратилось в грозовую тучу.</p>
     <p>— Я навел о нем справки, — продолжал между тем Пилат. — Он политикой не занимается. Насчет этого сомнений быть не может, но уж Каиафа постарается — а за спиной Каиафы стоит Анна, — превратить этого рыбака в политическую занозу, чтобы уязвить Рим и погубить меня.</p>
     <p>— О Каиафе я слышал: это, кажется, первосвященник, — сказал я. — А кто же в таком случае Анна?</p>
     <p>— Эта хитрая лиса и есть настоящий первосвященник, — отвечал Пилат. — Каиафа был назначен Гратом, но он всего лишь тень Анны, игрушка в его руках.</p>
     <p>— Они так и не простили тебе эту историю со щитами, — насмешливо поддразнила его Мириам.</p>
     <p>Тут Пилат поступил, как поступает всякий человек, когда коснутся его больного места, — он принялся рассказывать про этот случай, который поначалу казался совсем пустяковым, а в конце концов едва не погубил его. По простоте душевной он установил перед своим дворцом два щита с посвятительными надписями. Это вызвало настоящую бурю, и возмущение фанатиков еще не улеглось, а уже была послана жалоба Тиберию <a l:href="#n_380" type="note">[380]</a>. Тот принял сторону евреев и высказал свое недовольство Пилату.</p>
     <p>Я был очень рад, когда несколько позже наконец сумел поговорить с Мириам. Жена Пилата успела улучить минуту, чтобы рассказать мне о ней. Мириам происходила из царского рода. Ее сестра была замужем за Филиппом, тетрархом <a l:href="#n_381" type="note">[381]</a> Гавланитиды и Батанеи. А сам Филипп был братом Ирода Антипы, тетрарха Галилеи и Переи, и оба они были сыновьями Ирода, которого евреи называли «Великим». Мириам, как мне дали понять, считалась своим человеком при дворах обоих тетрархов, потому что была родственницей им обоим. Я узнал также, что еще девочкой она была помолвлена с Архелаем, который в то время был этнархом Иерусалима. Она была очень богата, и предполагаемый брак не был вынужденным. К тому же она была весьма своевольна, и угодить ей в таком важном деле, как выбор супруга, было, без сомнения, нелегко.</p>
     <p>Да, как видно, в этой стране самый воздух был пропитан религией, ибо не успели мы с Мириам начать беседу, как тоже заговорили об этом. Поистине евреи в те дни не могли обходиться без религии, как мы — без сражений и пиров. Пока я находился в этой стране, в голове у меня стоял звон от нескончаемых споров о жизни и смерти, о законах и Боге. Что касается Пилата, то он не верил ни в богов, ни в злых духов, ни во что вообще. Смерть он считал вечным сном без сновидений, и вместе с тем все годы, проведенные в Иерусалиме, он больше всего, к своей досаде, занимался улаживанием яростных религиозных распрей. Да что там! Мальчишка-конюх, которого я как-то взял с собой в Идумею, — никчемный бездельник, не умевший толком оседлать коня, — только и делал, что от зари до зари, не переводя дыхания и с большим знанием дела, рассуждал о тончайших различиях, существующих в учениях раввинов от Шемаи до Гамалиеля.</p>
     <p>Но вернемся к Мириам.</p>
     <p>— Ты веришь в то, что ты бессмертен, — сразу же вызвала она меня на спор. — В таком случае почему же ты боишься говорить об этом?</p>
     <p>— А зачем думать о том, что бесспорно? — возразил я.</p>
     <p>— Но откуда у тебя такая уверенность? — настаивала она. — Объясни мне. Расскажи, как ты себе представляешь свое бессмертие.</p>
     <p>И когда я рассказал ей о Нифлгейме и Муспелле, и о великане Имире, который родился из снежных хлопьев, и о корове Аудумле, и о Фенрире и Локи, и о ледяных Иотунах, да, повторяю, когда я рассказал ей обо всем этом, а также о Торе и Одине и о нашей Валгалле <a l:href="#n_382" type="note">[382]</a>, глаза ее засверкали, и она воскликнула, захлопав в ладоши:</p>
     <p>— О, ты варвар! Большое дитя, золотоволосый великан из страны вечного мороза! Ты веришь в сказки старух кормилиц и в радости желудка! Ну, а твой дух, дух, который не умирает, куда попадет он, когда умрет твое тело?</p>
     <p>— Как я уже сказал — в Валгаллу, — отвечал я. — Да и тело мое тоже будет там.</p>
     <p>— Будет есть, пить, сражаться?</p>
     <p>— И любить, — добавил я. — В обители блаженства с нами будут наши женщины, иначе зачем нам она?</p>
     <p>— Ваша обитель блаженства мне не по душе, — сказала Мириам. — Это какое-то дикое место, где бури, морозы, безумие разгула.</p>
     <p>— А какова же ваша обитель блаженства?</p>
     <p>— В ней царит вечное лето, цветут цветы и зреют благоуханные плоды.</p>
     <p>Но я проворчал, покачивая головой:</p>
     <p>— А мне не по душе такое небо. Это унылое разнеживающее место, которое годится только для трусов, жирных бездельников и евнухов.</p>
     <p>Мои слова, по-видимому, ей понравились, так как глаза ее засверкали еще ярче, и я был почти уверен, что она старается меня раззадорить еще больше.</p>
     <p>— Моя блаженная обитель — для избранных, — сказала она.</p>
     <p>— Блаженная обитель для избранных — это Валгалла, — возразил я. — Посуди сама, кому нужны цветы, которые цветут круглый год? А в моей стране, когда кончается студеная зима и долгие зимние ночи отступают перед солнцем, первые цветы, выглядывающие из-под талого снега, приносят людям истинную радость. И все любуются ими и не могут налюбоваться.</p>
     <p>— А огонь! — вскричал я, помолчав. — Великий благодетельный огонь! Ну что это за небо, где человек не может понять всю прелесть огня, который ревет в очаге, пока за крепкими стенами воет ветер и бушует снежная вьюга!</p>
     <p>— Какой вы простодушный народ, — не сдавалась она. — Среди снежных сугробов вы строите себе хижину, разводите в очаге огонь и называете это небом. В нашей обители блаженства нам нет нужды спасаться от снега и ветра.</p>
     <p>— Не так, — возразил я. — Мы строим хижину и разводим огонь для того, чтобы было откуда выйти навстречу стуже и ветру и где укрыться от стужи и ветра… Мужчина создан для того, чтобы бороться со стужей и ветром. А хижину и огонь он добывает себе в борьбе. Я-то знаю… Было время, когда я в течение трех лет не имел крыши над головой и ни разу не погрел рук у костра. Мне было шестнадцать лет, я был мужчиной, когда впервые надел тканую одежду. Я был рожден в разгар бури, и пеленками мне служила волчья шкура. Теперь погляди на меня, и ты поймешь, какие мужчины населяют Валгаллу.</p>
     <p>И она поглядела мне в глаза, и в ее взгляде был призыв, и она воскликнула:</p>
     <p>— Такие, как ты, золотоволосые великаны! — А затем задумчиво добавила: — Пожалуй, это даже грустно, что на моем небе не будет таких мужчин.</p>
     <p>— Мир прекрасен, — сказал я ей в утешение. — Он широк и сотворен по разумному плану. В нем хватит места для многих небес. Мне кажется, каждому уготовано то блаженство, к которому он стремится… Там, за могилой, нас, конечно, ожидает прекрасная страна. Я, думается мне, покину наши пиршественные залы, совершу набег на твою страну цветов и солнца и похищу тебя, как была похищена моя мать.</p>
     <p>Тут я умолк и взглянул ей в лицо, и она встретила мой взгляд и не опустила глаз. Огонь пробежал у меня по жилам. Клянусь Одином, это была настоящая женщина!</p>
     <p>Не знаю, что было бы дальше, если бы не Пилат. Закончив свою беседу с Амбивием, он уже несколько минут сидел, усмехаясь про себя, и тут нарушил воцарившееся молчание.</p>
     <p>— Раввин из Тевтобурга <a l:href="#n_383" type="note">[383]</a>! — насмешливо воскликнул он. — Еще один проповедник явился в Иерусалим и принес еще одно учение. Теперь начнутся новые религиозные распри и бунты и пророков будут снова побивать камнями! Да смилуются над нами боги — здесь все обезумели. Ну, Лодброг, от тебя я этого не ожидал. Да ты ли это с пеной у рта споришь о том, что станется с тобой после смерти, словно какой-нибудь бесноватый отшельник? Человеку дана только одна жизнь, Лодброг. Это упрощает дело. Да, упрощает дело.</p>
     <p>— Ну же, ну, Мириам, продолжай! — воскликнула жена Пилата.</p>
     <p>Во время нашего спора она сидела, словно зачарованная, крепко сцепив пальцы, и у меня промелькнула мысль, что она уже заразилась религиозным безумием, охватившим Иерусалим. Во всяком случае, как мне пришлось убедиться впоследствии, она проявляла болезненный интерес к этим вопросам. Она была так худа, словно долго болела лихорадкой. Казалось, ее руки, если посмотреть на них против света, будут совершенно прозрачны. Она была хорошая женщина, только чрезмерно нервная и суеверная и постоянно пугалась всяческих предзнаменований и дурных примет. У нее бывали видения, и она порой слышала неземные голоса. Я терпеть не могу такого слабодушия, но она все-таки была хорошей женщиной, и сердце у нее было доброе.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я прибыл туда с поручением от Тиберия и, к несчастью, почти не виделся с Мириам. Мне пришлось отправиться ко двору Антипы, а когда я возвратился, то не застал Мириам: она уехала в Батанею ко двору Филиппа, который был женат на ее сестре.</p>
     <p>Из Иерусалима я отправился в Батанею, хотя мне не было нужды встречаться с Филиппом: при всем своем безволии он был верен Риму. Но я искал встречи только с Мириам.</p>
     <p>После этого я побывал в Идумее. Затем отправился в Сирию по повелению Сульпиция Квириния: легат хотел получить сведения о положении в Иерусалиме из первых рук. Так, много разъезжая по стране, я скоро сам убедился, что евреи прямо-таки помешаны на религии. Это была их отличительная черта. Они не желали предоставить решение этих вопросов своим проповедникам, каждый из них стремился сам стать проповедником и проповедовал повсюду, где только находил себе слушателей. Впрочем, слушателей хватало с избытком.</p>
     <p>Люди бросали свои занятия и бродили по стране, как нищие, затевая споры с раввинами и книжниками в синагогах и на ступенях храмов. В Галилее, области, пользовавшейся дурной славой (жителей ее считают придурковатыми), я впервые снова услышал о человеке по имени Иисус. По-видимому, он был сначала плотником, потом стал рыбаком, а когда начал бродяжничать, его товарищи — рыбаки — бросили свои рыбачьи сети и последовали за ним. Кое-кто считал его пророком, но большинство — безумцем.</p>
     <p>Мой бездельник-конюх, который утверждал, что в знании талмуда ему нет равных, от души презирал Иисуса, называл его царем нищих, а его учение — эбионизмом. Смысл этого учения, как объяснил он мне, заключался в том, что только беднякам уготовано царствие небесное, а богатые и могущественные попадут в какое-то огненное озеро.</p>
     <p>Я заметил, что в этой стране все называли друг друга безумцами; по-видимому, таков был обычай. Впрочем, на мой взгляд, они все без исключения были безумцами. И каждый по-своему. Кто изгонял бесов и лечил недуги наложением рук, кто без всякого вреда для себя пил смертельный яд и играл с ядовитыми змеями, — так, во всяком случае, утверждали сами чудотворцы, кто удалялся в пустыню и морил там себя голодом. А потом возвращался и начинал проповедовать какое-нибудь новое учение и собирал вокруг себя толпы. Так возникали новые секты, в которых немедленно начинались споры из-за тонкостей доктрины, что вело к распадению секты на две, а то и больше.</p>
     <p>— Клянусь Одином, — сказал я Пилату, — сюда бы немножко нашего северного снега и мороза! Это слегка охладило бы им мозги. Здешний климат слишком мягок. Вместо того чтобы строить себе теплые жилища и добывать пищу охотой, они беспрерывно создают новые учения.</p>
     <p>— И изменяют природу Бога, — угрюмо подхватил Пилат. — Будь они прокляты, все эти их учения!</p>
     <p>— Вот именно, — согласился я. — Если только мне удастся выбраться из этой сумасшедшей страны, сохранив рассудок, я буду рассекать надвое всякого, кто только посмеет заикнуться мне о том, что ждет меня за гробом.</p>
     <p>Нигде больше нельзя было отыскать таких смутьянов. Решительно все на свете они сводили к вопросам благочестия или богохульства. Мастера вести споры о всяких тонкостях веры, они были не в силах постичь римскую идею государства. Политика для них становилась религией, а религия — политикой. В результате у каждого прокуратора хватало забот и хлопот. Римские орлы, римские статуи, даже щиты Пилата — все считалось преднамеренным оскорблением их религиозного чувства. Имущественная перепись, проведенная римлянами, вызвала большое негодование.</p>
     <p>Однако без нее нельзя было установить налоги. И тут все начиналось сначала. Налоги, взимаемые государством, — преступление против их закона и их Бога. О этот закон! Он не имел ничего общего с римскими законами. Это был их собственный закон, дарованный им Богом. Находились фанатики, убивавшие всякого, кто нарушал этот закон. А если бы прокуратор решил покарать такого фанатика, застигнутого на месте преступления, тотчас бы вспыхнул бунт, а может быть, и восстание.</p>
     <p>Все, что делали эти странные люди, они делали во имя Божье.</p>
     <p>Те из них, кого мы, римляне, называли «тавматургами», творили чудеса в доказательство правильности своего вероучения. Мне всегда казалось полнейшей бессмыслицей доказывать правильность таблицы умножения путем превращения жезла в змею или даже в двух змей, однако именно это и проделывали тавматурги, и это неизменно вызывало волнения в народе.</p>
     <p>О небожители, сколько же там было сект! Фарисеи, ессеи, саддукеи — их был целый легион! И едва успевала возникнуть новая заумная секта, как она тотчас же обретала политическую окраску. Прокуратору Колонию, одному из предшественников Пилата, немало пришлось потрудиться, чтобы подавить гавланитский мятеж, начавшийся именно таким образом в Гамале.</p>
     <p>Когда я в последний раз заехал в Иерусалим, среди евреев было заметно необычное волнение. Они собирались толпами, горячо обсуждали что-то и кричали во всю глотку. Некоторые предрекали конец света, другие удовлетворялись меньшим и предсказывали лишь крушение Иерусалимского храма. А отъявленные бунтовщики твердили, что пришел конец римскому владычеству и скоро возродится еврейское царство.</p>
     <p>Пилат тоже как будто был весьма встревожен. Я видел, что ему приходится нелегко. Но надо сказать, что он оказался столь же тонким политиком, как и они: узнав его получше, я готов был бы побиться об заклад, что он сумеет поставить в тупик самого искушенного в спорах книжника из синагоги.</p>
     <p>— Будь у меня хоть пол-легиона римских солдат, — пожаловался он мне, — я бы взял Иерусалим за глотку… и был бы, верно, отозван в Рим в награду за мои старания. — Он, как и я, не слишком надеялся на вспомогательные войска, а римских солдат у нас была лишь горстка.</p>
     <p>В этот мой приезд я поселился во дворце и, к моему восторгу, встретил там Мириам. Впрочем, радости мне от этого было мало: мы разговаривали только о положении в стране. На то были веские причины, так как город гудел, словно потревоженное осиное гнездо.</p>
     <p>Впрочем, он и был осиным гнездом. Приближалась Пасха — их религиозный праздник, и, по обычаю, в Иерусалим стекались толпы людей со всех концов страны. Все эти пришельцы, конечно, были фанатиками, иначе они не пустились бы в такое паломничество. Город был набит битком, и все-таки многим пришлось расположиться за городскими стенами. Я не мог разобрать, вызвано ли это волнение проповедями бродячего рыбака, или причина его крылась в ненависти евреев к Риму.</p>
     <p>— Иисус здесь ни при чем или почти ни при чем, — сказал Пилат, отвечая на мой вопрос. — Каиафа и Анна — вот настоящие зачинщики этих беспорядков. Они свое дело знают. Но вот с какой целью мутят они народ, догадаться трудно. Разве лишь для того, чтобы наделать мне неприятностей.</p>
     <p>— Да, разумеется, без Каиафы и Анны здесь дело не обошлось, — сказала Мариам. — Но ты, Понтий Пилат, — римлянин и многого не понимаешь. Будь ты евреем, тебе было бы ясно, что дело здесь куда глубже— это не просто религиозные распри отдельных сект или стремление насолить тебе и Риму. Первосвященники и фарисеи, все сколько-нибудь влиятельные и богатые евреи, Филипп, Антипа и я сама боремся за свою жизнь. Быть может, этот рыбак действительно безумец, но он очень хитрый безумец. Он проповедует бедность. Он выступает против нашего закона, а наш закон — это наша жизнь, как вы могли бы уже понять. Мы ревниво оберегаем наш закон, он для нас — как воздух для тела, и вы тоже постарались бы оторвать от горла руки, которые вас душат. Или Каиафа и Анна и все, что они защищают, или этот рыбак. Они должны уничтожить его, иначе он уничтожит их.</p>
     <p>— Как странно! Простой бедняк, какой-то рыбак! — вступила в разговор жена Пилата. — Так откуда же у него такая сила, такое влияние? Мне бы очень хотелось увидеть его. Своими глазами поглядеть на такого необыкновенного человека.</p>
     <p>При этих словах Пилат нахмурился, и я понял, что ко всем его заботам прибавилась еще одна — болезненное душевное состояние его жены.</p>
     <p>— Если ты хочешь увидеть его, тебе придется посетить самые грязные притоны города, — презрительно рассмеялась Мириам. — Ты найдешь его там либо за стаканом вина, либо в компании непотребных женщин. Никогда еще стены Иерусалима не видели такого пророка.</p>
     <p>— А что же тут плохого? — спросил я, словно против воли принимая сторону рыбака. — В каких только провинциях, например, не приходилось мне тянуть вино и проводить веселые ночи! Мужчина — всегда мужчина и поступает, как подобает мужчине, если, конечно, я не безумец, против чего решительно возражаю.</p>
     <p>Мириам покачала головой.</p>
     <p>— Он не безумец. Он хуже — он очень опасен. Эбионизм вообще опасен. Этот Иисус стремится разрушить все вековые устои. Он бунтовщик. Он хочет разрушить иерусалимские храмы и то немногое, что нам осталось от еврейского государства.</p>
     <p>Но тут Пилат покачал головой.</p>
     <p>— Он не занимается политикой. Я наводил о нем справки. Он мечтатель. Он не призывает к мятежу. Он даже согласен, что надо платить римские налоги.</p>
     <p>— Опять ты не понимаешь, — стояла на своем Мириам. — Дело не в том, какие у него замыслы, дело в том, к чему все это приведет, если его замыслы осуществятся. Вот что превращает его в бунтовщика. Я думаю, он сам не понимает, чем все это может кончиться. Тем не менее он опасен, как чума, и потому его надо уничтожить.</p>
     <p>— Судя по тому, что я о нем слышал, это бесхитростный, добросердечный человек, который никому не хочет зла, — заметил я.</p>
     <p>И тут я рассказал об исцелении десяти прокаженных, свидетелем чего я был в Самарии по дороге в Иерихон.</p>
     <p>Жена Пилата слушала мой рассказ, как зачарованная. Внезапно до нашего слуха донесся отдаленный шум и крики, и мы поняли, что солдаты разгоняют собравшиеся на улице толпы.</p>
     <p>— И ты, Лодброг, поверил, что он сотворил чудо? — спросил Пилат. — Ты поверил, что гнойные язвы прокаженных закрылись в мгновение ока?</p>
     <p>— Я видел, что прокаженные исцелились, — ответил я. — Я последовал за ними, чтобы убедиться воочию. От проказы не осталось и следа.</p>
     <p>— Но ты видел на них язвы? Видел ты их до исцеления? — не сдавался Пилат.</p>
     <p>Я отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Нет, мне только сказали об этом, — признался я. — Однако, когда я сам увидел их после исцеления, можно было сразу заметить, что они раньше были прокаженными Они были, как пьяные. Один сидел на самом солнцепеке, ощупывая себя со всех сторон, и все глядел и глядел на свою здоровую кожу, словно не мог поверить собственным глазам. Когда я стал расспрашивать его, он не в состоянии был ответить мне ни слова и ни на секунду не мог оторвать глаз от своего тела. Он был безумен. Сидел на солнцепеке и глядел, глядел на свою кожу.</p>
     <p>Пилат презрительно улыбнулся, и я заметил, что столь же презрительна была легкая улыбка, скользнувшая по губам Мириам. А жена Пилата сидела затаив дыхание и словно оцепенев, а взгляд ее широко раскрытых глаз был устремлен вдаль Тут заговорил Амбивий:</p>
     <p>— Каиафа утверждает — он говорил мне это не далее как вчера, — что рыбак обещает свести Бога с небес на землю и создать на земле новое царство, управлять которым будет сам Бог.</p>
     <p>— А это значит — конец владычеству Рима, — перебил его я.</p>
     <p>— Это придумали Каиафа и Анна, чтобы поссорить нас с Римом, — пояснила Мириам. — Это все ложь. Их выдумки.</p>
     <p>Пилат кивнул и спросил:</p>
     <p>— Но ведь в ваших древних книгах есть какое-то пророчество об этом? Вот его-то первосвященники и выдают за цели рыбака.</p>
     <p>Мириам согласилась с ним и тут же процитировала все пророчество Я рассказываю об этом, чтобы показать, насколько глубоко изучил Пилат этот народ, который он так ревностно старался образумить.</p>
     <p>— А я слышала другое, — продолжала Мириам. — Этот Иисус проповедует конец света и царство Божие, но не на земле, а на небесах.</p>
     <p>— Мне доносили обо этом, — сказал Пилат — Это правда Иисус считает римские налоги справедливыми. Он утверждает, что Рим будет править до тех нор, пока не наступит конец света, а вместе с этим и конец всем земным правителям. Теперь мне ясно, какую игру ведет со мной Анна.</p>
     <p>— Некоторые из его последователей утверждают даже, что это он сам и есть Бог, — сообщил Амбивий.</p>
     <p>— Мне не передавали, чтобы он сам так говорил, — сказал Пилат.</p>
     <p>— А почему бы нет? — едва слышно проронила его жена. — Почему бы нет? Ноги спускались на землю и раньше.</p>
     <p>— Видишь ли, — сказал Пилат, — я знаю от верных людей, что после того, как этот Иисус сотворил чудо, накормив множество народу несколькими хлебцами и рыбками, безмозглые галилеяне хотели сделать его царем. И сделали бы, даже против его воли, но он, чтобы избавиться от них, бежал в горы. В чем же тут безумие? Он ведь понял, чем грозит ему их глупость.</p>
     <p>— Однако Анна задумал то же самое и собирается обвести вас вокруг пальца, — сказала Мириам. — Они кричат, что он хочет стать царем иудейским, а это нарушение законов Рима, и, следовательно, Рим должен сам разделаться с Иисусом.</p>
     <p>Пилат пожал плечами.</p>
     <p>— Не царем иудейским, а скорее царем нищих или царем мечтателей. Иисус не дурак. Он мечтатель, но мечтает он не о земной власти. Желаю ему всяческой удачи на том свете, ибо там юрисдикция Рима кончается.</p>
     <p>— Он утверждает, что всякая собственность — грех. Вот почему фарисеи тоже неистовствуют, — снова заговорил Амбивий.</p>
     <p>Пилат весело засмеялся.</p>
     <p>— Однако этот царь нищих и его нищие приверженцы все же не гнушаются собственностью, — пояснил он. — Посудите сами, ведь еще не так давно у них давно был свой казначей, хранивший их богатства. Его звали Иуда, и ходят слухи, что он запускал руку в общий кошелек, который ему доверили.</p>
     <p>— Но Иисус не крал? — спросила жена Пилата.</p>
     <p>— Нет, — отвечал Пилат. — Крал Иуда, казначей.</p>
     <p>— А кто такой был Иоанн <a l:href="#n_384" type="note">[384]</a>? — спросил я. — Он устроил беспорядок под Тивериадой, и Антипа казнил его.</p>
     <p>— Еще один пророк, — ответила Мириам. — Он родился где-то неподалеку от Хеброна. Он был одержимый и долго жил отшельником. То ли он, то ли его последователи утверждали, что он Илия, восставший из мертвых. А Илия — это один из наших старых пророков.</p>
     <p>— Он подстрекал народ к бунту? — спросил я.</p>
     <p>Пилат усмехнулся и покачал головой. Затем сказал:</p>
     <p>— Он поссорился с Антипой из-за Иродиады <a l:href="#n_385" type="note">[385]</a>. Иоанн был человек высоконравственный и поплатился за это головой. Но это слишком длинная история. Политика была тут ни при чем.</p>
     <p>— А некоторые утверждают, что Иисус — это сын Давида, — сказала Мириам.</p>
     <p>— Только это вздор. В Назарете никто этому не верит. Ведь там живет вся его семья, включая двух замужних сестер, и все их знают. Это самая обыкновенная семья простолюдинов.</p>
     <p>— Хотелось бы мне, чтобы так же просто было написать доклад Тиберию обо всех этих хитросплетениях, — проворчал Пилат. — А теперь этот рыбак уже под Иерусалимом, город кишмя кишит пилигримами, способными каждую минуту затеять беспорядки, а Анна все подливает и подливает масла в огонь.</p>
     <p>— И не успокоится, пока не добьется своего, — предрекла Мириам. — Он хочет загребать жар твоими руками, и так оно и будет.</p>
     <p>— Чего же именно он хочет? — спросил Пилат.</p>
     <p>— Казни этого рыбака.</p>
     <p>Пилат упрямо покачал головой, а его жена воскликнула:</p>
     <p>— Нет! Нет! Это была бы позорная несправедливость. Он никому не сделал зла! Он ни в чем не повинен перед Римом!</p>
     <p>Она с мольбой взглянула на Пилата, и тот снова покачал головой.</p>
     <p>— Пусть их сами рубят головы, как это сделал Антипа, — проворчал он. — Сам по себе этот рыбак ничего не значит, но я не хочу быть их орудием. Если им нужно его уничтожить, пусть сами и уничтожают. Это их дело.</p>
     <p>— Но ты не допустишь!.. — вскричала жена Пилата.</p>
     <p>— Если я попробую вмешаться, мне будет нелегко объяснить Тиберию, что я поступил правильно, — ответил Пилат.</p>
     <p>— Как бы ни обернулось дело, — сказала Мириам, — тебе все равно придется писать объяснение в Рим, и притом очень скоро. Ведь Иисус со своими рыбаками уже у стен Иерусалима.</p>
     <p>Пилат не скрыл досады, которую вызвали в нем ее слова.</p>
     <p>— Меня не интересует, где он сейчас и куда направится потом, — заявил он. — Надеюсь, я никогда его не увижу.</p>
     <p>— Анна его разыщет и приведет к твоим воротам, можешь в этом не сомневаться, — заметила Мириам.</p>
     <p>Пилат пожал плечами, и наша беседа оборвалась. Жена Пилата, находившаяся в состоянии крайнего нервного возбуждения, увела Мириам на свою половину, и мне осталось только отправиться в постель и уснуть под доносившийся с улиц этого города безумцев гул и рокот толпы.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>События развивались с необыкновенной быстротой. За одну ночь город был спален собственной яростью. В полдень, когда я выехал с полудюжиной моих солдат из дворца, все улицы были запружены народом и толпа расступалась передо мной еще более неохотно, чем прежде. Если бы взгляды могли убивать, я в тот день не дожил бы до вечера. Многие плевали, глядя прямо на меня, и со всех сторон раздавались угрозы и брань.</p>
     <p>Теперь уже на меня смотрели не с удивлением, как на чудо, а с ненавистью, ибо я носил ненавистные доспехи римлянина.</p>
     <p>Случись это в каком-либо другом городе, я приказал бы своим солдатам разогнать этих злобных фанатиков ударами мечей плашмя. Но я был в Иерусалиме — в городе, охваченном горячкой безумия, и меня окружали люди, неспособные отделить идею государства от идеи Бога.</p>
     <p>Анна, саддукей <a l:href="#n_386" type="note">[386]</a>, хорошо сделал свое дело. Что бы ни думал он и синедрион об истинной подоплеке происходящих событий, черни сумели внушить, что виной всему Рим.</p>
     <p>В толпе я увидел Мириам. Она шла пешком в сопровождении только одной служанки. В такие дни ей было опасно появляться на улицах в одеждах, подобающих ее положению. Ведь она была свояченицей Ирода Антипы, а его не любили. Поэтому Мириам оделась очень скромно и закрыла лицо, чтобы ничем не отличаться от женщин низшего сословия. Но мои глаза она не смогла обмануть: слишком часто в моих снах я видел величественную осанку и поступь, присущие только ей одной.</p>
     <p>Едва успели мы обменяться несколькими торопливыми словами, как началась страшная давка, и я и все мои верховые оказались в самой гуще толпы. Мириам укрылась за выступом ограды</p>
     <p>— Этого рыбака схватили? — спросил я.</p>
     <p>— Нет, но он уже у самых городских стен. Он подъехал к Иерусалиму на осле, а впереди него и позади шли целые толпы, и какие-то несчастные глупцы, приветствуя его, называли царем Иудеи. Теперь наконец у Анны есть предлог заставить Пилата выполнить его желание. В сущности, этот рыбак уже приговорен.</p>
     <p>хотя приговор еще и не вынесен. Его песня спета.</p>
     <p>— Но Пилат его не тронет, — возразил я.</p>
     <p>Мириам покачала головой.</p>
     <p>— Об этом позаботится Анна. Они притащут его в синедрион <a l:href="#n_387" type="note">[387]</a>.</p>
     <p>И ему вынесут смертный приговор. Выть может, его побьют камнями.</p>
     <p>— Но синедрион не имеет права никого казнить, — продолжал возражать я.</p>
     <p>— Иисус не римлянин, — ответила Мириам. — Он еврей. По закону талмуда он повинен и должен умереть, ибо он святотатственно нарушил закон.</p>
     <p>Но я упрямо стоял на своем:</p>
     <p>— Синедрион не имеем на это права.</p>
     <p>— Пилат не станет возражать, если синедрион присвоит себе это право.</p>
     <p>— Но это противозаконно, — перебил я. — А Рим в таких делах щепетилен.</p>
     <p>— Тогда Анна найдет еще один выход, — улыбнулась Мириам. — И заставит Пилата распять Иисуса. Но так или иначе, это можно только одобрить.</p>
     <p>Толпа рванулась вперед, увлекая за собой наших лошадей, и наши колени то и дело сталкивались. Какой-то фанатик упал, и я почувствовал, как конь, наступив на него копытом, пытается прянуть в сторону и встать на дыбы. Я слышал, как закричал упавший, и ропот толпы перешел в угрожающий рев. Но я обернулся и крикнул Мириам:</p>
     <p>— Ты беспощадна к нему, а он, по твоим словам, никому не причинил зла.</p>
     <p>— Я беспощадна не к нему, а к тому злу, которое он невольно может посеять, если останется в живых, — отвечала она.</p>
     <p>Я едва расслышал ее слова, так как ко мне подскочил какой-то человек, схватил моего коня под уздцы и сильно дернул меня за ногу, намереваясь стащить с седла. Наклонившись вперед, я с размаху ударил его ладонью по скуле. Моя ладонь покрыла половину его лица, и я вложил в этот удар весь свой вес. Жители Иерусалима не знают, что такое настоящая оплеуха. Я часто жалел, что не знаю, сломал ему шею или нет.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На следующий день я снова увидел Мириам. Я встретился с ней во внутреннем дворе дворца Пилата. У нее был такой вид, точно она грезит наяву. Ее глаза смотрели на меня и не видели.</p>
     <p>Ее уши слушали меня и не слышали. Она была словно чем-то опьянена — ее отрешенный взгляд, полный недоверчивого изумления, напомнил мне вдруг прокаженных, которых я видел в Самарии после их исцеления.</p>
     <p>Сделав над собой усилие, она как будто пришла в себя и все-таки осталась совсем другой. Я не мог разгадать выражения ее глаз. Никогда еще не видел я у женщин таких глаз.</p>
     <p>Она прошла бы мимо, даже не заметив меня, если бы я не преградил ей дорогу. Она остановилась и произнесла обычные слова привета, но взгляд ее скользил мимо меня, ища поразившее его ослепительное видение.</p>
     <p>— Я видела его, Лодброг, — прошептала она. — Я видела его.</p>
     <p>— Да помогут ему боги, кто бы он ни был, если ваша встреча одурманила и его, как тебя, — рассмеялся я.</p>
     <p>Но она словно и не слышала моей неуместной шутки: видение неотступно стояло перед ее взором, и она ушла бы, если бы я снова не преградил ей дорогу.</p>
     <p>— Кто же этот «он»? — спросил я. — Может быть, это какой-нибудь восставший из могилы мертвец зажег твои глаза таким странным огнем?</p>
     <p>— Это тот, кто других поднимает из могил, — отвечала она. — Воистину я верю, что он, Иисус, воскрешает мертвых. Он — Князь Света, сын Божий. Я видела его Воистину я верю, что он сын Божий.</p>
     <p>Из ее слов я понял только, что она встретила этого странствующего рыбака и заразилась от него его безумием. Ведь передо мной была совсем другая Мириам, ничем не похожая на ту, которая называла Иисуса чумой и требовала, чтобы он был уничтожен.</p>
     <p>— Он околдовал тебя! — гневно вскричал я.</p>
     <p>Глаза ее увлажнились, взгляд стал еще более глубок, и она кивнула.</p>
     <p>— О Лодброг, он обладает чарами превыше всякого колдовства, их нельзя ни постичь, ни выразить словами! Но достаточно взглянуть на него, чтобы почувствовать: это сама доброта, само сострадание. Я видела его. Я слышала его. Я раздам все, что у меня есть, беднякам и последую за ним.</p>
     <p>Она говорила с таким глубоким убеждением, что я поверил ей, как поверил еще раньше в то изумление, с каким прокаженные разглядывали свою чистую кожу. Мне стало горько при мысли, что эту божественную женщину мог так легко сбить с толку какой-то бродячий чудотворен.</p>
     <p>— Что ж, следуй за ним, — насмешливо сказал я. — Ты, без сомнения, получишь венец, когда он вступит в свое царство.</p>
     <p>Она утвердительно кивнула, и я едва удержался, чтобы не ударить ее по лицу, так тяжко было мне ее безумие. Я шагнул в сторону, пропуская ее, и, медленно пройдя мимо меня, она прошептала:</p>
     <p>— Его царство не здесь. Он сын Давида. Он сын Божий. Он то, что он говорит, и он то, что говорят о нем, когда хотят передать в словах его неизреченную доброту и его истинное величие.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Мудрость с Востока, — посмеиваясь, сказал мне Пилат. — Он мыслитель, этот невежественный рыбак. Я теперь узнал его ближе. Я получил новые донесения. Ему нет нужды творить чудеса. Он более искушен в споре, чем самые искушенные из его противников. Они устраивали ему ловушки, а он смеялся над их ловушками. Вот, послушай.</p>
     <p>И он рассказал мне, как Иисус смутил всех, кто хотел смутить его, приведя к нему на суд женщину, уличенную в прелюбодеянии.</p>
     <p>— А что ответил он на вопрос о налогах? — воскликнул Пилат. — «Кесарево кесарю, а Божье Богу». Анна хотел подстроить ему ловушку, а он посрамил Анну. Наконец-то появился хоть один иудей, который понимает нашу римскую идею государства.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Затем я встретил жену Пилата. Взглянув ей в глаза, я мгновенно понял — ведь я уже смотрел в глаза Мириам, — что эта измученная, нервная женщина тоже видела рыбака.</p>
     <p>— Он исполнен божественности, — шепнула она мне. — Он знает и верит, что бог в нем.</p>
     <p>— Быть может, он сам Бог? — спросил я мягко, потому что мне надо было что-то сказать.</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Не знаю. От этого не сказал. Но вот что я знаю: именно такие и есть боги.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>«Покоритель женщин», — подумал я, покидая жену Пилата, продолжавшую грезить наяву.</p>
     <p>Все вы, читающие эти строки, знаете о том, что произошло в последующие дни, а мне именно в эти дни пришлось убедиться, что чары Иисуса покоряют как мужчин, так и женщин. Он покорил Пилата. Он околдовал меня.</p>
     <p>После того как Анна послал Иисуса к Каиафе и собравшийся в доме Каиафы синедрион приговорил Иисуса к смерти, неистовствующая толпа потащила Иисуса к Пилату, чтобы тот его казнил.</p>
     <p>Пилат же ради самого себя, а также ради Рима не хотел казнить Иисуса. Сам рыбак интересовал его очень мало, но Пилат был весьма озабочен тем, чтобы сохранить мир и порядок в стране.</p>
     <p>Что было Пилату до жизни одного человека? И даже до жизни многих людей? Рим был железным государством, и правители, которых посылал Рим в покоренные им страны, были тверды, как железо. Пилатом руководили отвлеченные понятия о долге и государстве. И тем не менее, когда Пилат, нахмурив брови, вышел к вопящей толпе, которая привела к нему рыбака, он мгновенно подпал под власть чар этого человека.</p>
     <p>Я был там. Я знаю. До этой минуты Пилат никогда его не видел. Пилат был разгневан. Наши солдаты ждали только знака, чтобы очистить двор от этого шумного сброда. Но едва Пилат поглядел на рыбака, как тут же смягчился и даже больше — исполнился сострадания к нему. Он заявил, что рыбак ему неподсуден, что они должны судить его своим законом и поступать с ним так, как велит им закон, ибо рыбак — еврей, а не римлянин. Никогда еще евреи не были столь послушны установлениям Рима. Они начали кричать, что римские законы запрещают им казнить преступников. Может быть, но Антипа обезглавил Иоанна, и это сошло ему с рук.</p>
     <p>Тогда Пилат оставил их всех во дворе под открытым небом и только одного Иисуса увел с собой в залу суда. Что произошло в этом зале, я не знаю, но когда Пилат вернулся, он был уже другим человеком. Если прежде он не хотел этой казни, потому что не желал быть орудием Анны, то теперь не хотел ее из-за самого рыбака. Теперь он стремился спасти Иисуса. А толпа все это время кричала, не умолкая:</p>
     <p>— Распни, распни его!</p>
     <p>Ты знаешь, читатель, как искренни были старания Пилата.</p>
     <p>Ты знаешь, как пытался он утихомирить толпу, высмеивая Иисуса, словно безвредного безумца, как предложил освободить его ради Пасхи, так как обычай требует в этот день освобождать из темницы одного узника. И ты знаешь, как, послушная нашептываниям первосвященников, толпа потребовала помилования убийцы — Вараввы.</p>
     <p>Тщетно Пилат противился воле первосвященников. Тщетно насмешками и глумлением пытался обернуть все в шутку. Смеясь, он назвал Иисуса царем иудейским и приказал его бичевать. Он еще надеялся, что все разрешится смехом и среди смеха будет забыто.</p>
     <p>Я рад сказать, что ни один римский легионер не принимал участия в дальнейшем. Это солдаты вспомогательного войска возложили терновый венец на Иисуса, накинули на него плащ как мантию, вложили ему в руку вместо скипетра тростинку и, преклонив колено, приветствовали как царя иудейского. Пусть все это было напрасно, но делалось это ради одного — ради умиротворения толпы. И я, наблюдая все это, почувствовал силу чар Иисуса. Под градом жестоких насмешек он сохранил величие.</p>
     <p>И пока я глядел на него, мне в сердце снизошел мир. Это был мир, царивший в его сердце. Я понял все и успокоился. То, что свершалось, должно было свершиться. Так надо, и все хорошо. Безмятежная кротость Иисуса среди этого злобно клокочущего буйства передалась мне. И я даже не подумал о том, что мог бы спасти его.</p>
     <p>К тому же в моей дикой и пестрой жизни я видел слишком много чудес, творимых людьми, чтобы это новое чудо могло толкнуть меня на безрассудство. Я был исполнен безмятежности.</p>
     <p>Мне нечего было сказать. Я не мог ни судить, ни осуждать. Я знал одно: то, что происходит, выше моего понимания, и оно должно произойти.</p>
     <p>Пилат продолжал сопротивляться. Толпа бесновалась все сильнее. Она требовала крови, и все громче становился крик: «Распни его!» И снова Пилат удалился в зал суда. Его попытка превратить все в комедию не удалась, и он решил еще раз отказаться судить Иисуса, ссылаясь на то, что тот не из Иерусалима. Иисус был подданным Ирода Антипы, и на суд к Антипе хотел отослать его Пилат.</p>
     <p>Но теперь ревела не только толпа во дворе — бушевал весь город. Уличная чернь смяла наших солдат, охранявших дворец снаружи. Начинался бунт, который мог превратиться в гражданскую войну и мятеж против власти Рима. Мои двадцать легионеров стояли вблизи от меня, ожидая приказа. Они любили этих фанатиков-евреев ничуть не больше, чем я, и охотно по первому моему слову обнажили бы мечи и очистили двор.</p>
     <p>Когда Пилат снова вышел к толпе, ее рев заглушил его слова о том, что судить Иисуса может только Ирод Антипа. Пилату кричали, что он предатель, что, если он отпустит рыбака, значит, он враг Тиберию. Я стоял, прислонившись к стене, а рядом со мной какой-то длиннобородый, длинноволосый, покрытый паршой фанатик, не переставая, прыгал на одном месте и кричал:</p>
     <p>— Тиберий — император! Нет другого царя! Тиберий — император! Нет другого царя!</p>
     <p>Терпение мое истощилось. Его визг оскорблял мой слух.</p>
     <p>Пошатнувшись словно бы нечаянно, я наступил ему на ногу и навалился на нее всей свой тяжестью. Этот сумасшедший ничего не заметил. Он настолько обезумел, что уже не чувствовал боли и по-прежнему продолжал выкрикивать:</p>
     <p>— Тиберий — император! Нет другого царя!</p>
     <p>Я увидел, что Пилат колеблется. Пилат, римский наместник, на мгновение стал просто человеком по имени Пилат, которого душил гнев, потому что это отребье требовало крови такого благородного и отважного, такого кроткого и доброго, такого чистого духом человека, как Иисус.</p>
     <p>Я видел, что Пилат колеблется. Его взгляд отыскал меня, словно он готов был дать мне сигнал действовать, и я подался вперед, выпустив раздавленную ступню из-под моей ноги. Еще секунда, и я бы ринулся выполнять полувысказанную волю Пилата и, залив кровью двор, очистил его от грязных подонков, продолжавших вопить во всю глотку.</p>
     <p>Не колебания Пилата заставили меня принять решение. Это Иисус решил, как должно было поступить и Пилату и мне. Он поглядел на меня. И повелел мне. Говорю вам: этот бродяга рыбак, этот странствующий проповедник, этот простолюдин, забредший сюда из Галилеи, повелел мне. Он не произнес ни слова. Тем не менее его повеление прозвучало, как трубный глас.</p>
     <p>И я остановил мою занесенную для прыжка ногу и задержал мою руку, ибо кто я был такой, чтобы противиться намерениям и воле столь величаво спокойного и столь кротко уверенного в своей правоте человека! И когда я остался стоять, где стоял, я постиг всю силу чар этого человека: мне открылось в нем все то, что околдовало Мириам и жену Пилата, что околдовало и самого Пилата.</p>
     <p>Остальное вам известно. Пилат умыл руки в знак того, что он не повинен в смерти Иисуса, и кровь его пала на головы бунтовщиков. Пилат отдал приказ о распятии Иисуса. Толпа была удовлетворена, удовлетворены были и прятавшиеся за спину толпы Канафа, Анна и синедрион. Ни Пилат, ни Тиберий, ни римские солдаты не распинала Иисуса. Это было дело рук первосвященников Иерусалима. Я видел. Я знаю. Пилат спас бы Иисуса вопреки своим интересам</p>
     <p>— совершенно так же. как это сделал бы и я, если бы сам Иисус не воспротивился этому.</p>
     <p>А Пилат позволил себе последнюю насмешку над этой чернью, которую он презирал. Он приказал прибить к кресту Иисуса дощечку с надписью на еврейском, греческом и латинском языках:</p>
     <p>«Царь Иудейский». Тщетно протестовали первосвященники. Ведь именно под этим предлогом принудили они Пилата казнить Иисуса, и именно этот предлог, оскорбительный для иудеев, позорный для них, подчеркнул Пилат. Он казнил отвлеченную идею, которая никогда не воплощалась в действительность. Эта отвлеченная идея была выдумкой, ложью, измышлением первосвященников.</p>
     <p>Ни сами первосвященники, ни Пилат не верили в нее. Иисус ее отвергал. Эта отвлеченная идея воплощалась в словах: «Царь Иудейский».</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Буря, бушевавшая во дворе перед дворцом, улеглась. Горячечное возбуждение мало-помалу остыло. Мятеж был предотвращен. Первосвященники были довольны, толпа успокоена, а Пилат и я испытывали огромную усталость и отвращение к тому, что случилось. Однако новые грозовые тучи уже собирались над нашими головами. Иисуса еще не увели, а одна из прислужниц Мириам уже явилась за мной. И я заметил, что Пилат, повинуясь такому же зову, направился следом за прислужницей своей жены.</p>
     <p>— О Лодброг, я знаю все! — такими словами встретила меня Мириам. Мы были одни, и она прижалась ко мне, ища поддержки и защиты в моих объятиях. — Пилат не устоял. Он собирается распять его. Но еще есть время. Твои легионеры на конях. Возьми их и поезжай. Его стерегут только центурион и горстка солдат. Они еще здесь. Как только они двинутся в путь, следуй за ними. Они не должны достигнуть Голгофы. Но дай им выбраться за городскую стену. И тогда отмени приказ Пилата. Возьми с собой оседланную лошадь для него. Остальное будет нетрудно. Скройся с ним в Сирию или в Идумею — куда угодно, лишь бы он был спасен.</p>
     <p>Она умолкла. Ее руки обвивали мою шею, запрокинутое лицо было соблазнительно близко, в ее глазах светилось обещание.</p>
     <p>Удивительно ли. что я заговорил не сразу. Какое-то мгновение мной владела только одна-единственная мысль — сначала странный спектакль, разыгравшийся перед моими глазами, а теперь это. Я не заблуждался. Все было совершенно ясно. Божественная женщина будет моей, если… если я предам Рим. Ибо Пилат был наместником, он уже отдал приказ, и его голос был голосом Рима.</p>
     <p>Как я уже говорил, Мириам прежде всего была женщиной до мозга костей, и это разлучило нас. Она всегда была столь рассудительна, столь трезва, столь уверена и в себе и во мне, что я позабыл извечный закон, который должен был помнить: женщина всегда остается женщиной… В решающие минуты женщина не рассуждает, а чувствует и подчиняется тогда велениям не ума, а сердца.</p>
     <p>Мириам неправильно истолковала мое молчание, ибо, прильнув ко мне, прошептала, словно что-то вспомнив:</p>
     <p>— Возьми двух запасных лошадей, Лодброг. Вторую для меня… Я уеду… Уеду с тобой, хоть на край света, куда бы ты ни направился.</p>
     <p>О, это была царственная взятка! А взамен от меня требовался пустяк. И все же я продолжал молчать. Не потому, что я колебался или был смущен. Просто огромная печаль охватила меня при мысли, что никогда больше мне не суждено будет обнять эту женщину, которая сейчас покоится в моих объятиях.</p>
     <p>— Только один человек во всем Иерусалиме еще может сегодня спасти его, — настойчиво продолжала она. — И этот человек — ты, Лодброг.</p>
     <p>И так как я и тут ничего ей не ответил, она потрясла меня за плечи, словно стараясь вывести меня из оцепенения. Она потрясла меня так, что мои доспехи загремели.</p>
     <p>— Отвечай же, Лодброг, отвечай! — потребовала она. — Ты силен и бесстрашен. Ты — настоящий мужчина. Я знаю, ты презираешь чернь, которая хочет его смерти. Ты, только ты один можешь спасти его. Стоит тебе сказать слово, и все будет сделано, а я всегда буду горячо любить тебя за это до конца моих дней.</p>
     <p>— Я римлянин, — медленно произнес я, слишком хорошо понимая, что, произнося эти слова, теряю ее навсегда.</p>
     <p>— Ты верный раб Тиберия, верный пес Рима. — вспыхнула она, — но ты ничем не обязан Риму, ты не римлянин. Вы, золотоволосые великаны с севера, вы не римляне.</p>
     <p>— Римляне — наши старшие братья, а мы, северяне. — младшие, — отвечал я. — А я к тому же ношу римские доспехи и ем хлеб Рима. — И, помолчав, я вкрадчиво добавил: — Но почему столько волнений и шума из-за жизни одного-единственного человека? Смерть суждена всем. Умереть — что может быть легче и проще? Сегодня или через сто лет — так ли уж это важно? Ведь каждого из нас неизбежно ждет ют же самый конец.</p>
     <p>Она затрепетала в моих объятиях, — охваченная одним страстным желанием — спасти жизнь Иисуса.</p>
     <p>— Ты не понимаешь, Лодброг. Это не просто человек. Говорю тебе, это человек, который выше всех людей, это живой Бог, он не из людей, он над людьми.</p>
     <p>Я крепче прижал ее к себе и сказал, понимая, что теряю драгоценнейшую из женщин:</p>
     <p>— Ты женщина, а я мужчина. Мы оба смертны, и наш мир — здесь, на земле. Мечты о загробной жизни — безумие. Пусть эти мечтатели и безумцы живут в мире своих грез. Не лишай их того, что им всего дороже — дороже мяса и вина, дороже песен и битвы и даже женской любви. Не лишай их самого заветного желания, которое влечет их. манит их туда вперед, за мрак могилы, где они мечтают обрести иную жизнь. Не мешай им. Но ты и я — мы принадлежим этому миру, где открылось нам блаженство, заключенное для нас друг в друге. Слишком быстро, увы, настигнет нас мрак, и ты отлетишь в свою страну солнца и цветов, а я — к пиршественным столам Валгаллы.</p>
     <p>— Нет! Нет! — вскричала она, отодвигаясь от меня. — Ты не понимаешь. Само величие, сама доброта, сама божественность — вот что такое этот человек, который более чем человек, а ему уготована такая позорная смерть. Только рабы и разбойники умирают на кресте. А он не раб и не разбойник. Он бессмертен. Он — Бог. Истинно говорю я тебе: он — Бог.</p>
     <p>— Он бессмертен, говоришь ты? — возразил я. — Тогда, если он умрет сегодня на Голгофе, это ни на йоту не уменьшит его бессмертие, так как бессмертие вечно. Он Бог, говоришь ты? Боги не умирают. Насколько мне известно, боги не могут умереть.</p>
     <p>— О! — вскричала она. — Тебе этого не понять. Ты просто огромный кусок мяса, больше ничего.</p>
     <p>— Разве не предвещало этого события древнее пророчество? — спросил я, ибо, как мне казалось, я уже перенял от евреев тонкое умение спора.</p>
     <p>— Да, да, — подтвердила она. — Было пророчество о приходе Мессии. Он и есть Мессия.</p>
     <p>— Так подобает ли мне, — спросил я, — превращать пророков в лжецов, а подлинного Мессию — в обманщика? Неужто ваши пророчества столь ненадежны, что я, глупый чужеземок в римских доспехах, желтоволосое ничтожество с далекого севера, могу их опровергнуть, не дать исполниться тому, что должно свершиться по воле богов, тому, о чем вещали мудрецы?</p>
     <p>— Ты не понимаешь. — повторила она.</p>
     <p>— Нет, понимаю, и даже слишком хорошо, — ответил я. — Разве я могущественнее богов и могу помешать свершению их воли? Тогда боги ничего не стоят — они игрушка в руках людей. Я — человек. И я поклоняюсь богам, всем богам, ибо я верю во всех богов, иначе откуда бы они взялись?</p>
     <p>Она вырвалась из моих объятий, так жадно жаждавших ее, и, отступив друг от друга, мы стояли, прислушиваясь к реву толпы на улицах — это солдаты вывели Иисуса из дворца и на правились к Голгофе. И сердце мое заполнила огромная печаль при мысли о том, что такая божественная женщина могла быть столь глупа. Она хотела спасти Бога. Она хотела стать выше Бога.</p>
     <p>— Ты не любишь меня, — медленно произнесла она, и с каждым медленно произносимым словом в ее глазах росло и росло обещание, слишком огромное и слишком глубокое, чтобы его можно было выразить словами.</p>
     <p>— Я люблю тебя так сильно, что ты, по-видимому, не можешь этого понять, — ответил я. — Я горжусь своей любовью к тебе, ибо я знаю, что достоин любить тебя и достоин любви, какую ты можешь мне дать. Но Рим — моя вторая отчизна, и если я изменю ему, моя любовь к тебе потеряет всякую цену.</p>
     <p>Рев толпы, следовавшей за Иисусом и солдатами, замер в отдалении. Когда все стихло, Мириам повернулась, чтобы уйти, не сказав мне ни слова и даже не поглядев на меня.</p>
     <p>В последний раз безумное, неутолимое желание обожгло меня и повлекло к ней. Одним прыжком я настиг ее и схватил. Я хотел посадить ее перед собой в седло и ускакать с ней и моими солдатами в Сирию, прочь из этого проклятого города безумцев. Мириам вырывалась. Я сжал ее в объятиях. Она ударила меня по лицу, но я не выпустил ее и продолжал сжимать в объятиях, ибо мне были сладостны ее удары. И вдруг она перестала вырываться. Тело ее было неподвижно, глаза холодны, и я понял, что эта женщина не любит меня. Для меня она была мертва. Я медленно разжал руки, и она медленно отступила назад. Словно не замечая меня, она повернулась, в полной тишине прошла через комнату, и, не оглянувшись, раздвинула занавес и исчезла.</p>
     <p>Я, Рагнар Лодброг, никогда не умел ни читать, ни писать.</p>
     <p>Впрочем, в свое время я слышал немало ученых бесед. Теперь я понимаю, что сам я так и не постиг высокой премудрости таких речей, какие вели евреи, постигшие суть своего закона, или римляне, постигшие суть своей философии и философии греков. Но я говорил просто и правдиво, как только может говорить человек, который от кораблей Тостига Лодброга и покоев Брунанбура прошел через всю землю до самого Иерусалима и обратно. Именно так — просто и правдиво — я и доложил Сульпицию Квиринию, по прибытии в Сирию, о различных событиях, происходивших в те дни в Иерусалиме.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
     </title>
     <p>Замирание жизни — явление отнюдь не новое; оно свойственно не только растительному миру и низшим формам животной жизни, но и высокоразвитому сложному организму самого человека… Каталепсия <a l:href="#n_388" type="note">[388]</a> — всегда каталепсия, чем бы она ни была вызвана. С незапамятных времен индийские факиры умели по желанию вызывать у себя каталептические трансы. У индийских факиров есть старый фокус: их погребают заживо, и они продолжают жить в могиле. А сколько раз врачи ошибались, принимая летаргию за смерть, и давали разрешение хоронить таких мнимых покойников?</p>
     <p>В Сен-Квентине меня продолжали пытать смирительной рубашкой, и я все чаще размышлял над явлением, которое называю замиранием жизни. Мне приходилось читать, что где-то на севере Сибири крестьяне на всю долгую зиму погружаются в спячку, словно медведи и другие дикие животные. Ученые, осматривавшие этих крестьян, установили, что в период такого «долгого сна» дыхание и пищеварительные процессы почти совсем прекращались, а сердечная деятельность настолько замирала, что обнаружить ее удавалось только опытным врачам.</p>
     <p>Когда организм находится в таком состоянии, все процессы угасают, и ему почти не требуется ни воздуха, ни пищи. Вот почему я так смело бросал вызов начальнику тюрьмы и доктору Джексону. Я даже подзадоривал их уложить меня в рубашку на сто дней. Но они не посмели!</p>
     <p>Теперь, когда меня затягивали в рубашку на обычные десять суток, я умел обходиться не только без пищи, но и без воды. Какое это было мучение — внезапно вырываться из сна, переносившего меня в иные времена и страны, для того, чтобы оказаться в отвратительном настоящем и увидеть гнусную физиономию врача, прижимающего к моим губам кружку с водой! И вот я предупредил доктора Джексона, что, во-первых, находясь в рубашке, не буду пить воды и что, во-вторых, окажу отчаянное сопротивление всякой попытке напоить меня насильно.</p>
     <p>Конечно, дело не обошлось без некоторой борьбы, но в конце концов доктор сдался. И с этих пор пребывание в рубашке занимало в жизни Даррела Стэндинга лишь несколько секунд. Чуть только меня кончали шнуровать, как я погружался в малую смерть.</p>
     <p>Теперь благодаря моему опыту это было просто и легко. Я выключал жизнь и сознание так быстро, что почти не ощущал мучительной остановки кровообращения. Мрак смыкался почти в ту же секунду. А когда в следующий миг я, Даррел Стэндинг, приходил в себя, в камере снова горел свет, надо мной склонялись люди, снимавшие с меня рубашку, и я понимал, что десять дней опять прошли в мгновение ока.</p>
     <p>А как чудесны, как великолепны были эти десять дней, проведенных мною вне стен тюрьмы, за пределами нашего времени!</p>
     <p>Путешествие по длинной цепи существований, долгий мрак, неверный свет, разгорающийся все ярче, и прежние мои «я», обретающие осязаемое бытие…</p>
     <p>Я много размышлял и о взаимосвязи этих других моих «я» с теперешним мною и старался связать сумму их опыта с теорией эволюции. И могу с полным основанием утверждать, что мои открытия находятся в полной гармонии с нашим представлением об эволюции.</p>
     <p>Я, как и всякий другой человек, представляю собой непрерывный процесс роста. Я начался до того, как был рожден, до того, как был зачат. Я рос и развивался неисчислимые тысячелетия. И весь опыт всех этих жизней и бесконечного ряда других жизней сложился в ту душу, в тот дух, который и является мной.</p>
     <p>Вам понятно? Они-то и составляют меня. Материя ничего не помнит, ибо память — это дух. И я — тот самый дух, сложившийся из воспоминаний о моих перевоплощениях, не имевших конца.</p>
     <p>Откуда во мне, в Дарреле Стэндинге, багровое биение ярости, исковеркавшее мою жизнь, ввергшее меня в камеру смертника?</p>
     <p>О, конечно, эта багровая ярость возникла гораздо раньше того времени, когда был зачат младенец, ставший затем Даррелом Стэндингом. Эта древняя багровая ярость гораздо старше моей матери, гораздо старше самой первой матери человеческой. Не моя мать вложила в меня это пьянящее бесстрашие. Не матери создавали трусость и бесстрашие своих детей на протяжении эволюции человечества. Задолго до первого человека уже были трусость и бесстрашие, гнев и ненависть — все те чувства, которые росли, развивались и складывались в то, что потом стало человеком.</p>
     <p>Я — это все мое прошлое, как легко согласится любой сторонник закона Менделя. Во мне находят отклик все мои прошлые «я». Любые мои поступки, взрывы страсти, мерцание мысли оттеняются и окрашиваются в неизмеримо малых долях этим бесконечным разнообразием иных «я», предшествовавших мне и способствовавших моему возникновению.</p>
     <p>Жизнь пластична. И в то же время она ничего не забывает.</p>
     <p>Какую бы форму она ни получала, прежние воспоминания не исчезают. С тех пор как первобытный человек приручил первую дикую лошадь, были выведены сотни разнообразнейших пород — от великанов-тяжеловозов до маленьких шотландских пони. Однако и по сей день человеку не удалось истребить в лошади привычку лягаться. Так и во мне, включающем в себя и этих первых укротителей диких коней, не была истреблена их багровая ярость.</p>
     <p>Я мужчина, рожденный женщиной. Дни мои кратки, но мое «я» неистребимо. Я был женщиной, рожденной женщиной. Я был женщиной и рожал детей. И я буду рожден вновь. Неисчислимые века буду я рождаться вновь! А глупые невежды вокруг меня думают, что, накинув мне на шею веревку, они уничтожат меня.</p>
     <p>Да, я буду повешен… И скоро. Сейчас конец июня. И через несколько дней они попробуют меня обмануть. За мной придут, чтобы повести меня в баню, потому что по тюремным правилам заключенные должны каждую неделю посещать баню. Но больше я не вернусь в эту камеру. Мне дадут чистую одежду и отведут в камеру смертников. Там я буду окружен неусыпным надзором.</p>
     <p>Ночью и днем, в часы бодрствования и сна, за мной будут следить неотрывно. Мне не разрешат даже спрятать голову под одеяло: а вдруг я, опередив правосудие штата Калифорния, сам задушу себя?</p>
     <p>В моей камере дни и ночи будет гореть яркий свет. А потом, когда все это мне невыносимо надоест, в одно прекрасное утро на меня наденут рубашку без ворота, выведут из этой последней камеры и сбросят в люк. О, я хорошо это знаю! Веревка, с помощью которой это проделают, будет хорошо растянута. Палач тюрьмы Фолсем вот уже несколько месяцев подвешивает к ней тяжести, чтобы она хорошо растянулась и не пружинила.</p>
     <p>А когда меня сбросят в люк, мне придется пролететь большое расстояние. У тюремных властей есть хитрые таблицы, похожие на таблицы для исчисления процентов, по которым можно узнать соотношение между весом жертвы и расстоянием, которое она должна пролететь. Я так исхудал, что им, для того чтобы вывихнуть мне шейные позвонки, придется подобрать веревку подлиннее.</p>
     <p>Затем присутствующие снимут шляпы, а доктора, подхватив мое качающееся тело, прижмут уши к моей груди, считая замирающие биения сердца, и объявят, что я умер.</p>
     <p>Какая нелепость! Как смехотворна эта наглость червей в человеческом облике, воображающих, будто они могут убить меня!</p>
     <p>Я не могу умереть. Я бессмертен, как и они бессмертны. Но разница в том, что я это знаю, а они — нет.</p>
     <p>Чушь! Я сам был когда-то палачом и хорошо это помню. Но моим орудием был меч, а не веревка. Меч более благороден, хотя все орудия казни одинаково бессильны. Ведь дух нельзя пронзить сталью или удушить веревкой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
     </title>
     <p>Я считался самым опасным заключенным тюрьмы Сен-Квентин, если не считать Оппенхеймера и Моррела, все эти годы гнивших рядом со мной во мраке. Кроме того, я считался самым упорным — более упорным, чем даже Оппенхеймер и Моррел. Разумеется, под упорством я подразумеваю выносливость. Способы, которыми старались сломить их дух и искалечить тело, были ужасны, но меня пытались сломить еще более ужасными способами.</p>
     <p>И я выдержал все. Динамит или гроб — был ультиматум начальника тюрьмы Азертона. Но это были пустые слова. Я не мог указать, где спрятан динамит, а начальник тюрьмы так и не сумел уложить меня в гроб.</p>
     <p>Но стойким было не мое тело, а мой дух. А стойким он был потому, что в моих предыдущих существованиях он закалялся в тягчайших испытаниях. Одно из этих испытаний долгое время преследовало меня, как кошмар. У него не было ни начала, ни конца. Каждый раз я оказывался на каменистом островке, вечно содрогающемся под ударами прибоя и таком низком, что в бурю соленые брызги беспрепятственно проносились над ним. Там всегда шел дождь. Я жил в каменной лачуге, сильно страдал оттого, что не имел огня и должен был есть свою пищу сырой.</p>
     <p>Но, кроме этих страданий, не было ничего. Я, конечно, понимал, что попадаю в середину какой-то моей жизни, и меня мучило, что я не имею ни малейшего представления ни о том, что было раньше, ни о том, что должно было произойти потом. А так как, погружаясь в малую смерть, я не имел власти распоряжаться моими путешествиями во времени, мне приходилось вновь и вновь переживать эти тягостные годы. Единственной моей радостью в этом существовании бывали ясные дни: я грелся на солнышке, и вечный озноб покидал меня.</p>
     <p>Моим единственным развлечением было весло и матросский нож. Час за часом сидел я, склонившись над этим веслом, и старательно вырезал на нем крохотные буковки, отмечая зарубкой каждую уходящую неделю. Зарубок этих было очень много. Я точил нож на плоском камне, и ни один цирюльник не берег так свою любимую бритву, как я этот нож. Ни один скупец не дорожил так своими сокровищами, как я этим ножом. Он был дорог мне, словно жизнь. Да, собственно говоря, он и был моей жизнью.</p>
     <p>После многих возвращений на этот островок, очнувшись у себя в одиночке, я сумел однажды вспомнить то, что было вырезано на весле. Сперва мне вспомнились лишь какие-то обрывки, но в конце концов я сумел свести их в единое целое. Вот что было вырезано на этом весле:</p>
     <p>«Это написано, чтобы сообщить тому, в чьи руки попадет это весло, что Дэниэл Фосс, уроженец Элктона в штате Мэриленд, входящем в Соединенные Штаты Америки, отплывший из порта Филадельфия в 1809 году на борту брига <a l:href="#n_389" type="note">[389]</a> «Негоциант», направлявшегося к островам Дружбы, был выброшен на этот пустынный остров в феврале следующего года, где он построил хижину и прожил много лет, питаясь тюленями, — он был последним, оставшимся в живых из команды указанного брига, который разбился о плавучую ледяную гору и затонул 25 ноября 1809 года».</p>
     <p>Я словно видел перед глазами эту надпись. Она помогла мне узнать о себе довольно много. Но одну подробность, которая меня очень мучила, мне так и не удалось выяснить. Где находился этот островок — на крайнем юге Тихого океана или на крайнем юге Атлантического океана? Я плохо знаю пути парусных кораблей и не уверен, шел ли бриг «Негоциант» к островам Дружбы мимо мыса Горн или мимо мыса Доброй Надежды. Признаюсь, мое невежество было столь велико, что, лишь попав в тюрьму Фолсем, я наконец узнал, в каком океане расположены острова Дружбы.</p>
     <p>Убийца-японец, о котором я уже упоминал, был парусным мастером у Артура Сьювола, и он сказал мне, что, вероятнее всего, наш бриг огибал мыс Доброй Надежды. В таком случае, сопоставив дату отплытия из Филадельфии с датой кораблекрушения, я мог бы выяснить вопрос об океане. К несчастью, мне был известен только год отплытия. Кораблекрушение могло произойти как в Тихом океане, так и в Атлантическом.</p>
     <p>Только один-единственный раз мне довелось пережить частицу того, что предшествовало годам, проведенным на острове. Я осознал себя Фоссом в ту секунду, когда бриг налетел на айсберг, и я расскажу, как все было, хотя бы для того, чтобы показать, насколько хладнокровно и рассудительно было мое поведение. Именно это хладнокровие, как вы увидите, помогло мне в конце концов пережить всех моих товарищей.</p>
     <p>Я проснулся на моей койке в кубрике от ужасающего треска.</p>
     <p>Он разбудил также остальных шестерых матросов моей вахты, и все мы одновременно спрыгнули на пол. Мы хорошо понимали, что произошло. Остальные опрометью бросились на палубу в чем были. Но я понимал, что нас ждет, и не стал торопиться. Я знал, что спастись мы можем только в вельботе. Ни одному человеку не удалось бы долго продержаться в такой ледяной воде. И ни одному легко одетому человеку не удалось бы долго продержаться в открытой лодке. Кроме того, я знал точно, сколько времени потребуется на то, чтобы спустить вельбот.</p>
     <p>И вот при тусклом свете бешено раскачивающейся лампы, под шум суматохи на палубе и крики «Мы тонем!» я принялся вынимать из своего сундучка теплую одежду. Зная также, что сундучки моих товарищей больше им не пригодятся, я заглянул и в них. Торопливо, но ни на секунду не теряя головы, я отбирал самые теплые и добротные вещи. Я натянул на себя четыре лучшие шерстяные фуфайки во всем кубрике, три пары штанов и три пары толстых шерстяных носков. Поэтому мои собственные хорошие сапоги не налезли на меня. Тогда я обулся в новые сапоги Никласа Уилсона, которые были больше и крепче моих. Кроме того, поверх моей куртки я надел куртку Джереми Нейлера, а поверх них обеих натянул толстую парусиновую зюйдвестку <a l:href="#n_390" type="note">[390]</a> Сета Ричардса — я хорошо помнил, что он совсем недавно заново ее промаслил.</p>
     <p>Две пары шерстяных рукавиц, шарф Джона Робертса, который ему связала мать, и бобровая шапка Джозефа Дауса поверх моей собственной (обе с наушниками) довершили мой туалет. Крики «тонем» усилились, но я потратил еще минуту, чтобы набить карманы пачками жевательного табака, какие только попались мне под руку. Затем я выбрался на палубу — как раз вовремя.</p>
     <p>Луна, проглядывавшая в просвет между тучами, озаряла страшную и унылую картину. Повсюду виднелся сорванный такелаж <a l:href="#n_391" type="note">[391]</a>, и повсюду был лед. Паруса, реи <a l:href="#n_392" type="note">[392]</a> и ванты грот-мачты <a l:href="#n_393" type="note">[393]</a>, которая еще стояла, были покрыты бахромой сосулек. И при виде их меня охватило чувство, похожее на облегчение: никогда больше не придется мне тащить и дергать замерзшие тали <a l:href="#n_394" type="note">[394]</a> и разбивать лед, чтобы заиндевевшие снасти могли пройти сквозь заиндевевшие блоки. Штормовой ветер обжигал кожу — значит, близко были айсберги, а огромные волны казались ледяными в лунном свете.</p>
     <p>Вельбот был спущен с левого борта, и я увидел, как матросы, катившие по обледенелой палубе бочки с провиантом, бросили их, торопясь покинуть корабль. Тщетно капитан Николл пытался их удержать. Набежавшая волна положила конец спорам, и они все разом ринулись в шлюпку. Я схватил капитана за плечо и, вцепившись в него, кричал ему на ухо, что позабочусь о провианте, если он спустится в шлюпку и помешает остальным отвалить.</p>
     <p>Однако времени мне было дано немного. Едва я успел с помощью второго помощника Эйрона Нортрапа спустить в вельбот полдесятка бочонков с солониной и водой, как сидевшие в нем закричали, что они отваливают. Да и пора было. На нас с наветренной стороны надвигалась огромная ледяная гора, а с подветренной, совсем рядом, высилась другая ледяная гора, и нас несло прямо на нее.</p>
     <p>Эйрон Нортрап прыгнул не мешкая. А я задержался на мгновение, хотя вельбот уже отваливал, выбирая местечко, где люди сидели теснее, чтобы их тела могли смягчить мое падение. Меня не прельщала возможность отправиться в это опасное путешествие со сломанной рукой или ногой. Стараясь не мешать сидевшим на веслах, я быстро пробрался к корме, туда, где кончались скамьи. На это у меня были свои причины. Во-первых, там можно было устроиться гораздо удобнее, чем на узком носу. А во-вторых, я знал, что при подобных обстоятельствах неизбежно начнутся какие-нибудь неурядицы, и хотел устроиться поближе к офицерам.</p>
     <p>На корме расположились старший помощник Уолтер Дейкен, корабельный врач Арнольд Бентам, Эйрон Нортрап и капитан Николл, державший румпель. Врач хлопотал над Нортрапом, который лежал на дне шлюпки и стонал. Дорого ему обошелся его необдуманный прыжок! Он сломал правую ногу.</p>
     <p>Однако возиться с ним времени не было: мы находились среди бушующих волн между ледяными горами, которые быстро сближались.</p>
     <p>Никласу Уилтону, загребному <a l:href="#n_395" type="note">[395]</a>, не хватало места, и я отодвинул бочонки, а потом, встав на колени лицом к нему, начал налегать всем весом на его весло. Впереди Джон Роберте склонялся над носовым веслом. Артур Хаскинс и юнга Бенни Хардуотер, пристроившись за его спиной, помогали ему грести. Собственно говоря, вся команда старалась помочь гребцам, и поэтому только мешала им.</p>
     <p>Мы едва не погибли — нас спасла какая-то сотня ярдов, — но когда мы благополучно проскочили, я повернул голову и увидел безвременный конец нашего «Негоцианта». Айсберги сжали его и раздавили, словно пальцы мальчугана ягоду, зажатую между ними.</p>
     <p>Вой ветра и рев волн заглушали все звуки, хотя треск ломавшихся шпангоутов <a l:href="#n_396" type="note">[396]</a> и бимсов <a l:href="#n_397" type="note">[397]</a>, наверное, мог бы разбудить спящий городок.</p>
     <p>И вот словно бы бесшумно, без всякого сопротивления борта брига сблизились, палуба вспучилась, и его обломки исчезли под столкнувшимися обрывами двух ледяных гор. Гибель корабля, так долго укрывавшего нас от ярости стихий, наполнила меня грустью, но в то же время я с удовольствием ощущал теплоту, разлитую по моему телу под четырьмя фуфайками и тремя куртками.</p>
     <p>Однако даже я мерзнул в эту ночь, а ведь я был одет теплее всех в шлюпке. Мне не хочется писать о страданиях остальных моих товарищей. Мы боялись, что в темноте снова наткнемся на плавучий лед, и всю ночь напролет вычерпывали воду, держа нос вельбота против волны. И почти все время то одной рукавицей, то другой я растирал нос, опасаясь его обморозить. А кроме того, я молился, так как еще не забыл годы, проведенные среди родных в Элктоне.</p>
     <p>Утром мы немного осмотрелись. Если не считать двух-трех человек, все были обморожены. Эйрон Нортрап лежал без движения: его нога была в скверном состоянии. По мнению врача, он отморозил обе ступни.</p>
     <p>Перегруженный вельбот сидел в воде очень глубоко. В нем ведь поместилась вся корабельная команда — двадцать один человек. Двое были совсем мальчишки. Бенни Хардуотеру едва исполнилось тринадцать лет, а Лишу Дикери, моему соседу по Элктону, не было еще семнадцати. Наши запасы состояли из трехсот фунтов солонины и двухсот фунтов конченой свинины. Полдюжины пшеничных караваев, которые захватил кок, в счет не шли, они насквозь пропитались морской водой. Кроме того, у нас было три бочонка воды и маленький бочонок пива.</p>
     <p>Капитан Николл честно признался, что, насколько ему известно, в этой неисследованной части океана нет никаких островов.</p>
     <p>Нам оставалось одно: попытаться достичь широт с более мягким климатом. И вот, поставив маленький парус, мы повернули свой вельбот и, пользуясь свежим ветром, поплыли на северо-восток.</p>
     <p>Распределение провизии было чисто арифметической задачей:</p>
     <p>Эйрона Нортрапа мы не считали, так как всем было ясно, что ему долго не протянуть. Следовательно, если выдавать по фунту на человека в день, пятисот фунтов солонины нам могло бы хватить на двадцать пять дней; при рационе в полфунта — на пятьдесят. Мы решили установить дневной рацион в полфунта. Я делил и раздавал мясо под надзором капитана и, Господь мне свидетель, исполнял свое дело честно, хотя кое-кто из матросов ворчал с самого начала. Кроме того, время от времени я делился с остальными табаком, который успел рассовать по своим многочисленным карманам, хотя и делал это с сожалением, особенно когда знал, что тот, кому я его даю, все равно через день-два умрет.</p>
     <p>Да. смерть посетила нашу открытую шлюпку. Людей убивал не голод, а невыносимый холод, от которого негде было укрыться.</p>
     <p>Выжить могли наиболее крепкие и наиболее удачливые. Здоровье у меня было крепкое, и я мог считать себя удачливым — я ведь был тепло одет и не сломал ноги, как Эйрон Нортрап. Впрочем, он был так силен, что продержался несколько дней, хотя сильно обморозился еще в первую ночь. Первым умер Ване Хатуэй: на рассвете мы увидели, что он, согнувшись пополам, валяется на носу, замерзший насмерть. Вторым умер юнга Лиш Дикери; другой юнга. Бенни Хардуотер, выдержал не то десять, не то двенадцать дней.</p>
     <p>Мороз был так силен, что наша вода и пиво замерзли, и мне было нелегко складным ножом Нортрапа разбивать дневную порцию на ровные кусочки. Эти кусочки мы клали в рот и сосали.</p>
     <p>А кроме того, когда начиналась метель, в нашем распоряжении оказывалось сколько угодно снега. Но проку от него было мало: у тех, кто ел снег, воспалялся и пересыхал рот, и им непрерывно хотелось пить. А такую жажду нельзя было утолить ничем. Если человек принимался сосать лед или снег, воспаление только усиливалось. Я уверен, что Лиш Дикери умер именно из-за этого. Прежде чем умереть, он сутки провалялся в бреду. Умирая, он умолял, чтобы ему дали пить, хотя погиб вовсе не от недостатка воды.</p>
     <p>Я, как мог, противился соблазну и вместо того, чтобы сосать лед, старался жевать табак и поэтому избежал воспаления.</p>
     <p>С мертвецов мы снимали всю их одежду. Нагими явились они в этот мир, и нагими отправлялись они за борт вельбота в темные, ледяные волны океана. Одежда их распределялась по жребию. Так распорядился капитан Николл, чтобы предотвратить ссоры.</p>
     <p>Глупая чувствительность была неуместна при таких обстоятельствах, и среди нас не было человека, который не испытывал бы тайной радости, когда кто-нибудь умирал. Во время жеребьевок больше всего везло Айзрелу Стикни, так что, когда он сам умер, после него осталась целая груда одежды, и она продлила жизнь тем, кто еще уцелел.</p>
     <p>Мы продолжали плыть на северо-восток, пользуясь свежим западным ветром, но погода по-прежнему оставалась холодной, на дне шлюпки намерзали брызги, и мне все еще приходилось колоть пиво и воду ножом Нортрапа. Мой собственный нож я старался беречь — он был очень хорошим, с острым стальным лезвием, и мне вовсе не хотелось зазубривать его о лед.</p>
     <p>К этому времени половина команды уже была за бортом, опасная осадка вельбота уменьшилась, и внезапные шквалы больше не грозили нам гибелью. А кроме того, стало просторнее, и можно было улечься спать с удобством.</p>
     <p>Наш скудный паек был, однако, причиной постоянного недовольства. Капитан, старший помощник, доктор и я, обсудив это дело между собой, решили оставить порцию в полфунта. Шестеро матросов, которых возглавлял Тобиас Сноу, заявили, что раз половина команды вымерзла, значит, остальным можно теперь выдавать вдвое больше — по целому фунту мяса. На это мы, корма, возражали, что, ограничиваясь полфунтом, мы удваиваем наши шансы на спасение.</p>
     <p>Правда, восьми унций солонины было маловато для того, чтобы жить, выдерживая постоянный мороз. Мы очень ослабели и зябли особенно легко. Обмороженные носы и щеки совсем почернели, нам никак не удавалось согреться, хотя теперь у каждого из нас было вдвое больше одежды, чем вначале.</p>
     <p>Через пять недель после гибели «Негоцианта» недовольство из-за распределения провизии привело к открытому столкновению.</p>
     <p>Когда я спал (это случилось ночью), капитан Николл поймал Джуда Хетчкинса, когда он крал солонину из бочки. Как тут же выяснилось, на это его подбили остальные пятеро. Едва Джуд Хетчкинс был замечен капитаном, как все шестеро бросились на нас с ножами. Произошла короткая бешеная схватка, освещавшаяся лишь тусклым блеском звезд, и вельбот не перевернулся только чудом. Мои фуфайки и куртки снова спасли меня, послужив мне панцирем. Ножи застревали в них и лишь слегка царапали кожу, хотя потом я насчитал дюжину таких царапин.</p>
     <p>Одежда остальных тоже служила им достаточной защитой, и драка кончилась бы вничью, если бы старший помощник Уолтер Дейкен, великан и силач, не предложил покончить с делом разом, выбросив мятежников за борт. Его поддержал капитан Николл, доктор и я, и в мгновение ока пятеро из шестерых полетели в воду и принялись отчаянно цепляться за борта. Капитан Николл и доктор схватились с шестым матросом. Джереми Мейлером, и уже собирались выбросить его вслед за другими, а старший помощник бил багром по пальцам, цеплявшимся за борт. Я остался без дела и поэтому увидел страшную смерть Дейкена. Когда он поднял багор, чтобы ударить по пальцам Сета Ричардса, тот опустился в воду по шею, а потом рванулся вверх, поднялся по пояс над бортом, обхватил старшего помощника за плечи и стащил его за собой в океан.</p>
     <p>Я думаю, он так и не разомкнул рук, и оба утонули, сплетенные в вечном объятии.</p>
     <p>Таким образом, из всей команды в живых нас осталось только трое: капитан Николл, Арнольд Бентам (доктор) и я. Семь человек погибли за две-три минуты потому только, что Джуд Хетчкинс задумал украсть солонину. А я жалел еще и о том, что в море без толку пропало столько хорошей одежды. Она очень пригодилась бы любому из нас.</p>
     <p>Капитан Николл и доктор были хорошими, честными людьми.</p>
     <p>Когда двое из нас спали, третий, сидевший на руле, мог бы легко украсть часть солонины, но этого никогда не случалось. Мы полностью доверяли друг другу и готовы были умереть, чтобы оправдать это доверие.</p>
     <p>Мы продолжали ограничиваться полуфунтом мяса в день и пользовались всяким порывом попутного ветра, чтобы продвинуться дальше на север. Но только 14 января, через семь недель после гибели нашего брига, наконец немного потеплело. Погоду и тогда нельзя было назвать по-настоящему теплой, просто мороз стал менее свирепым.</p>
     <p>Тут ровные западные ветры стихли, и в течение многих дней мы болтались на месте. Большую часть времени стоял мертвый штиль или дули легкие противные ветры, которые норой на несколько часов усиливались и относили нас назад. Мы были очень слабы и не могли продвигаться вперед на таком большом вельботе с помощью весел. Нам оставалось только беречь провизию и ждать, чтобы Бог смилостивился над нами. Мы все трое были людьми верующими и каждый день перед дележом пищи возносили общую молитву. А кроме того, мы молились и отдельно друг от друга, часто и подолгу. К концу января наши запасы совсем истощились. Свинина была съедена уже давно, и в бочонок из-под нее мы собирали дождевую воду. Солонины оставалось лишь несколько фунтов. И все эти девять недель, проведенных в открытом вельботе, мы не видели ни одного паруса, нам не встретилось ни клочка суши. Капитан Николл откровенно признался, что после шестидесяти трех дней плавания по счислению <a l:href="#n_398" type="note">[398]</a> он не имеет ни малейшего представления о том, где мы находимся. 12 февраля был съеден последний кусок солонины. Я пропущу большую часть того, что произошло за следующие восемь дней, и коснусь только тех подробностей, которые показывают, какими людьми были мои товарищи. Мы голодали уже так долго, что теперь, когда пища кончилась, у нас не оказалось никакого запаса сил и мы начали быстро слабеть.</p>
     <p>24 февраля мы спокойно обсудили наше положение. Мы все трое были мужественными людьми, упорными, любящими жизнь, и никто из нас не хотел умирать. Никто из нас не хотел добровольно принести себя в жертву ради остальных двух. Но мы согласились вот на чем: нам нужна пища; мы должны бросить для этого жребий, и жребий мы бросим на следующее утро, если не задует попутный ветер.</p>
     <p>На следующее утро поднялся попутный ветер: он был несильным, но дул ровно, и мы смогли двигаться на север, правда, с черепашьей скоростью в два узла <a l:href="#n_399" type="note">[399]</a>. 26 и 27 февраля ветер не затихал, и, хотя мы страшно ослабели, мы все-таки не отступили от своего решения и продолжали плыть. Однако утром 28 февраля мы поняли, что час настал. Вельбот уныло покачивался на мертвой зыби, и свинцовое небо не обещало ветра. Я отрезал от моей куртки три одинаковых кусочка парусины — в одном из них виднелась коричневая нитка. Это и был роковой жребий. Затем я положил все три жребия в мою шляпу и закрыл ее шляпой капитана Николла.</p>
     <p>Все было готово, но мы еще медлили, вознося долгую безмолвную молитву, ибо верили, что решать будет Господь. Я знал, чего стоит моя добродетель, но я знал также, чего стоит добродетель моих товарищей, и не мог предугадать, как Господь сделает свой выбор в таком важном деле при столь равных обстоятельствах.</p>
     <p>Капитан тащил жребий первым: это было его законное право.</p>
     <p>Опустив руку в шляпу, он помедлил, закрыв глаза и шепча последнюю молитву. В его кусочке не было коричневой нитки, и это было справедливо — я не мог не признать про себя, что такое решение правильно, ибо я хорошо знал жизнь капитана Николла и знал его как честного, справедливого и богобоязненного человека.</p>
     <p>Оставались доктор и я. Значит, жребий мог выпасть только ему или мне. По корабельным правилам вторым тащить должен был он. Мы снова стали молиться, и, молясь, я быстро перебрал в памяти всю свою жизнь и все, что делало меня достойным и недостойным Божьей милости.</p>
     <p>Я держал шляпу у себя на коленях, снова прикрыв ее шляпой капитана Николла. Доктор сунул в нее руку и некоторое время перебирал пальцами, а я думал, можно ли на ощупь отличить эту коричневую нитку от остальной ткани.</p>
     <p>Наконец он вынул руку. В ней был клочок ткани с коричневой ниткой. И я вознес смиренное благодарение Господу за его неизреченную милость ко мне и решил еще более верно следовать всем его заповедям. А в следующее мгновение я подумал, что доктор и капитан по положению стоят ближе друг к другу, чем ко мне, и испытывают, вероятно, сейчас некоторое разочарование.</p>
     <p>Но тут же я почувствовал уверенность, что оба они поистине хорошие люди и не отступят от принятого решения.</p>
     <p>Я был прав. Доктор обнажил руку, взял нож и приготовился вскрыть себе вену. Сперва, однако, он обратился к нам со следующими словами:</p>
     <p>— Я уроженец города Норфолка в Виргинии, и там меня ждут жена и трое детей. Я прошу у вас лишь одного: если Господу будет угодно спасти вас от гибели и вы сумеете вернуться на родину, то сообщите моей несчастной семье о моей смерти.</p>
     <p>Потом он попросил нас дать ему несколько минут, чтобы он мог помолиться. Ни капитан Николл, ни я не в силах были выговорить слова и только сквозь слезы кивнули в знак согласия.</p>
     <p>Без всякого сомнения, из нас троих только Арнольд Бентам еще владел собой. Я испытывал невыносимые душевные муки и убежден, что капитан Николл страдал не меньше меня. Но что нам оставалось делать? Другого выхода не было, все было сделано честно и справедливо и решено самим Богом.</p>
     <p>Но когда Арнольд Бентам кончил все приготовления и взялся за нож, я не мог более сдерживаться и воскликнул:</p>
     <p>— Погодите! Мы столько терпели, что можем потерпеть и еще немножко. Сейчас утро. Так подождем же до сумерек. Тогда, если ничто не изменит нашей ужасной судьбы, сделайте то, Арнольд Бентам, сделайте то, о чем мы условились.</p>
     <p>Он поглядел на капитана Николла, ожидая его согласия, но капитан Николл мог только кивнуть. Он не произнес ни слова, но в его холодных, серых глазах, увлажненных слезами, я прочел великую благодарность.</p>
     <p>То, что мы с капитаном Николлом должны были извлечь выгоду из смерти Арнольда Бентама, решенной честной жеребьевкой, не казалось мне преступлением. Я верил, что любовь к жизни, которая руководила нашими поступками, была вложена в наши души самим Богом. Такова была Божья воля, и мы, его создания, могли только покориться ей и смиренно ее выполнять. Но Господь милосерд, и в своем милосердии он спас нас от столь ужасного, хотя и праведного деяния.</p>
     <p>Не прошло и четверти часа, как наши щеки обжег холодный и сырой ветер с запада. Еще через пять минут наш парус надулся, и Арнольд Бентам сел за руль.</p>
     <p>— Берегите те силы, которые у вас еще остались, — сказал он. — Дайте мне истратить мои последние, чтобы увеличить ваш шанс на спасение.</p>
     <p>И он правил вельботом, пока ветер все свежел, а мы с капитаном Николлом лежали, растянувшись на дне шлюпки, и, охваченные слабостью, видели сны, возвращавшие нас к тому, что нам было дорого в мире.</p>
     <p>Ветер продолжал свежеть, и вскоре по несущимся в небе облакам мы поняли, что приближается ураган. В полдень Арнольд Бентам упал в обморок у руля, но прежде, чем вельбот успел завертеться на разбушевавшихся волнах, мы с капитаном Николлом вцепились в румпель ослабевшими руками. Мы быстро договорились о дальнейшем, и как прежде капитан Николл по праву первым тащил жребий, так теперь он в первую очередь остался у руля. Затем мы трое стали сменять друг друга каждые пятнадцать минут. Мы так ослабели, что больше чем на пятнадцать минут у нас не хватало сил.</p>
     <p>К вечеру разыгралось сильное волнение. Не будь наше положение столь отчаянным, нам следовало бы поставить вельбот по ветру, бросить плавучий якорь <a l:href="#n_400" type="note">[400]</a> и лечь в дрейф. Стоило нам стать боком к ветру, огромные седые валы неминуемо опрокинули бы нашу скорлупку.</p>
     <p>Весь этот день Арнольд Бентам умолял нас ради спасения наших жизней стать на плавучий якорь. Он понимал, что мы продолжаем идти под парусом, лелея одну надежду: а вдруг что-нибудь непредвиденное позволит нам забыть о жеребьевке. Доктор был благородным человеком. И капитан Николл, чьи холодные, серые глаза стали совсем стальными, тоже был благородным человеком. И в обществе таких благородных людей как мог я быть менее благородным? Не раз и не два благодарил я Бога в этот день за то, что он дал мне узнать двух подобных людей. На них почила благодать Божья, и, какова бы ни была моя судьба, я был заранее вознагражден за все их обществом. Как и они, я не хотел умирать, но не страшился смерти. Мимолетное подозрение против них давно рассеялось без следа. Суровым было наше испытание, суровыми были эти люди, но истинно благородными, Божьими избранниками.</p>
     <p>Первым его увидел я. Я правил, а Арнольд Бентам, примирившийся с близкой смертью, и капитан Николл, готовый с ней примириться, лежала на дне вельбота, и тела их перекатывались с боку на бок, словно передо мной уже были покойники, и вдруг я увидел его. Вельбот, подгоняемый ветром, бившим в его паруса, взлетел на пенный гребень волны, и совсем близко перед собой я увидел скалистый островок, который, казалось, содрогался до основания под ударами бешеных валов. До него было меньше полумили. Я испустил такой крик, что оба мои товарища, с трудом цепляясь за борта, привстали на колени и принялись вглядываться в открывшийся впереди кусочек суши.</p>
     <p>— Держать прямо на остров, Дэниэл, — срывающимся шепотом скомандовал капитан Николл. — Может быть, там есть бухта. Это наш единственный шанс.</p>
     <p>В следующий раз я услышал его голос, когда мы вплотную приблизились к страшному подветренному берегу, где не было видно ни единой бухточки.</p>
     <p>— Держать прямо на остров, Дэниэл. Мы так ослабели, что не сумеем пробиться к нему против ветра и волны, если нас пронесет мимо.</p>
     <p>Он был прав. Я подчинился. Он достал свои часы и посмотрел на них, и я спросил, который час. Было пять часов. Капитан протянул руку Арнольду Бентаму, который слабо ее пожал; при этом оба посмотрели в мою сторону, включая меня в свое рукопожатие. Я понял, что мы прощаемся друг с другом, ибо нам, ослабевшим и измученным, нельзя было и мечтать о том, что мы сумеем пробраться живыми через рифы, на которых кипела вода, и вскарабкаться на вздымающиеся за ними отвесные скалы.</p>
     <p>В двадцати футах от берега вельбот перестал слушаться руля.</p>
     <p>Еще мгновение — и он перевернулся, а я забарахтался в волнах.</p>
     <p>Больше я никогда не видел моих товарищей. К счастью, меня поддерживало на воде кормовое весло <a l:href="#n_401" type="note">[401]</a>, которое я все еще сжимал в руках, и благодаря неслыханной удаче волна, подхватив меня в нужную минуту и в нужном месте, выбросила на пологий склон единственной пологой скалы на всем этом ужасном берегу. Я не был ранен. Я даже не ушибся. Голова моя кружилась от слабости, но я все-таки мог ползти и забрался туда, куда уже не достигали цепкие волны.</p>
     <p>Я поднялся на ноги, зная, что спасен, и, пошатываясь, возблагодарил Бога. Вельбот был уже разбит в щепы, и, хотя мне не довелось увидеть тела капитана Николла и Арнольда Бентама, я понимал, как их изуродовало. На краю скалы, где пенились волны, я увидел весло и, рискуя жизнью, подтащил его к себе. А потом я упал на колени, чувствуя, что теряю сознание. И все же, прежде чем дурнота овладела мною, подгоняемый инстинктом моряка, я заставил себя проползти по острым, режущим тело камням за предел досягаемости самых высоких волн, и только там сознание окончательно оставило меня.</p>
     <p>Я чуть не умер в эту ночь; я был охвачен оцепенением и лишь изредка ощущал леденящий холод и промозглую сырость, от которых меня ничто не защищало. Утро принесло с собой невыразимый ужас. Ни кустика, ни травинки не увидел я на этой голой скале, поднимавшейся со дна океана. Передо мной была каменная россыпь шириной в четверть мили и длиной в полмили. Мне нечем было подкрепить мое изнуренное тело. Меня томила жажда, но пресной воды не было нигде. Тщетно, сжигая рот, я пробовал воду, скопившуюся в углублениях между камнями, она была соленой, потому что буря окутала островок тучей соленых брызг.</p>
     <p>От вельбота не осталось ничего — даже ни щепочки. У меня была только моя одежда, хороший нож и весло, которое я успел втащить на скалу за линию прибоя. Буря начала затихать, и весь день, поднимаясь, падая, ползая на четвереньках, так что мои локти и колени превратились в кровоточащие ссадины, я тщетно искал пресную воду.</p>
     <p>В эту вторую ночь, чувствуя, что моя смерть близка, я укрылся от ветра за большим камнем. Довершая мои страдания, начался проливной дождь. Я поспешил снять свои многочисленные куртки и расстелил их на земле, надеясь хоть так собрать питьевую воду, но меня ждало разочарование: когда я начал выжимать в рот пропитавшую их влагу, оказалось, что моя одежда насквозь просолилась после того, как я побывал в океанских волнах. Я лег на спину и, открыв рот, сумел поймать в него несколько дождевых капель. Это было мучительное занятие, но мне удалось смочить рот, он не воспалился, и это спасло меня от безумия.</p>
     <p>Па следующий лень я почувствовал себя совсем больным. Я, не евший уже столько дней, вдруг начал пухнуть и стал настоящим толстяком: у меня пухли руки, ноги, все тело. Стоило чуть надавить пальцем, и он на целый дюйм уходил в мою плоть, а оставшаяся после этого ямка долго не исчезала. И все же я трудился из последних сил, дабы выполнять волю Господа, пожелавшего, чтобы я жил. Голыми руками я аккуратно вычерпал соленую воду из всех углублений в камнях, надеясь, что новый дождь наполнит их водой, годной для питья.</p>
     <p>Моя печальная судьба и воспоминания о моих близких и любимых, оставшихся в Элктоне, наполнили мое сердце такой грустью, что порой несколько часов проходили словно в каком-то забытьи.</p>
     <p>Это тоже было милостью Провидения: я умер бы, если бы каждую минуту помнил о своих страданиях.</p>
     <p>Ночью меня разбудил шум дождя, и я стал ползать от углубления к углублению, лакая скопившуюся в них воду и слизывая дождевые капли с камней. Вода была солоноватой, но ее можно было пить. Она спасла меня: когда я проснулся утром, оказалось, что мое тело покрыто обильной испариной, и сознание мое прояснилось.</p>
     <p>Тут из-за туч выплыло солнце — в первый раз за все мое пребывание на островке, — и я разложил сушить свою одежду. Воды я напился вдоволь и рассчитал, что ее хватит на десять дней, если я буду расходовать ее осмотрительно. Удивительно, каким богачом я почувствовал себя, став хозяином такого драгоценного сокровища — десятидневного запаса солоноватой воды! А когда я нашел выброшенную на скалы тушу уже давно погибшего тюленя, то не позавидовал бы и самому именитому купцу, чьи корабли благополучно возвращаются из дальнего плавания с дорогими грузами, чьи склады ломятся от товаров, чьи сундуки полны золотом до краев. Но прежде всего я упал на колени, чтобы возблагодарить Бога за новый знак его безграничного милосердия. Мне стало ясно, что Господу не угодна моя смерть. Он оберегал меня с самого начала.</p>
     <p>Зная, что мой желудок ослабел, я съел лишь несколько кусочков тюленьего мяса. Я понимал, что моя вполне естественная жадность убьет меня, если я дам ей волю. Мне никогда не доводилось есть ничего вкуснее, и не скрою, что я снова и снова проливал слезы радости, любуясь этой полуразложившейся тушен.</p>
     <p>Надежда опять окрепла во мне. Я припрятал в скалах все оставшееся мясо и тщательно закрыл мои углубления с водой плоскими камнями, чтобы драгоценная жидкость не испарилась под действием солнечных лучей, чтобы в нее не попали соленые брызги, если ночью вдруг поднимется сильный ветер. Кроме того, я собрал обрывки водорослей и высушил их на солнце, чтобы моему бедному, измученному телу было мягче лежать на жестких камнях.</p>
     <p>Потом, в первый раз за много дней, я надел сухую одежду и погрузился в глубокий сон безграничной усталости, который нес мне исцеление.</p>
     <p>На следующий день я проснулся другим человеком. Солнце опять пряталось за тучами, но это не повергло меня в уныние, и я скоро увидел, что Господь, не забывавший обо мне, пока я спал, приготовил для меня новые чудесные блага. Я даже закрыл глаза и протер их, потому что, куда бы я ни посмотрел, все прибрежные скалы и рифы были усеяны тюленями. Их были тысячи, а в волнах резвилось еще несколько тысяч, и можно было оглохнуть от громкого рева, вырывавшегося из всех этих глоток. Мне достаточно было одного взгляда. На берегу лежало мясо, запасов которого достало бы на десятки корабельных команд.</p>
     <p>Я, не мешкая, схватил мое весло (другого дерева на острове не было) и начал осторожно подкрадываться к этим неисчислимым запасам провианта. Мне скоро стало ясно, что этим обитателям моря человек незнаком. При моем приближении они совсем не испугались, и даже ребенок мог бы убивать их ударом весла по голове.</p>
     <p>Но когда я убил четвертого тюленя, меня вдруг охватило странное помешательство. Я поистине потерял рассудок и продолжал убивать, убивать, убивать… Целых два часа я без передышки орудовал веслом и совсем выбился из сил. Не знаю, какую бойню мог бы я учинить, но, только когда кончились эти два часа, все оставшиеся в живых тюлени, словно по какому-то сигналу, бросились в воду и исчезли.</p>
     <p>Я пересчитал убитых тюленей. Их оказалось более двухсот, и я пришел в ужас при мысли о кровожадном безумии, которое только что владело мной. Такая бессмысленная расточительность была тяжким грехом, и, подкрепившись этой свежей пищей, я постарался, как мог, искупить свое прегрешение. Но прежде чем приступить к предстоящей тяжкой работе, я вознес благодарственную молитву тому, чье милосердие спасло меня столь чудесным образом. А потом взялся за дело и трудился до поздней ночи, снимая шкуры с тюленей, разрезая мясо на полосы и укладывая эти полосы на камнях, чтобы они провялились на солнце. Кроме того, отыскав отложения соли в щелях и ложбинках наветренной стороны острова, я стал натирать мясо этой солью.</p>
     <p>Четыре дня трудился я и по истечении этого срока исполнился неразумной гордости перед Богом, ибо не потерял ни кусочка из всего этого запаса. Непрерывный труд был полезен для моего тела, и оно быстро окрепло благодаря питательной пище, в которой я себя не ограничивал. Вот еще одно свидетельство Божьего милосердия: за все восемь лет, прожитых мною на этом голом островке, ни разу ясная погода не держалась столь долго, как в дни, последовавшие за избиением тюленей.</p>
     <p>Прежде чем тюлени вновь посетили мой остров, прошло много месяцев. Но все это время я не бездельничал. Я построил себе каменную хижину, а рядом с ней амбар для моих запасов. Эту хижину я покрыл несколькими слоями тюленьих шкур, так что она не пропускала ни капли дождя. А когда по моей кровле стучали дождевые струн, я не переставал дивиться тому, что меха, которые на лондонском рынке сделали бы их обладателя несметно богатым, здесь защищали потерпевшего крушение бедного моряка от бешенства стихий.</p>
     <p>Я быстро сообразил, что мне следует вести счет дням, иначе, как я хорошо понимал, я мог бы утратить представление о днях недели, не отличал бы их друг от друга и не знал бы, какой из них — день Господень.</p>
     <p>Я постарался как можно точнее вспомнить расчет дней, который вел в вельботе капитан Николл, и много раз внимательнейшим образом, чтобы исключить возможность ошибки, пересчитал дни. проведенные мной на острове. Затем я стал вести счет дням недели, выкладывая перед своей хижиной семь камней. На одной стороне весла маленькой зарубкой я отмечал каждую проходящую неделю, а на другой стороне — месяцы, не забывая добавлять дни сверх четырех недель.</p>
     <p>Поэтому я, как надлежит, соблюдал день Господень. Я, конечно, не мог устраивать настоящее богослужение, однако, вырезав на весле короткий псалом, подходивший для моего положения, я пел его по воскресеньям. Бог в милосердии своем не забыл меня, и я все эти восемь лет в надлежащие дни вспоминал Бога.</p>
     <p>Просто удивительно, сколько труда надо потратить при подобных обстоятельствах, чтобы обеспечить себе самое простое — пищу и кров! Да, этот первый год я редко сидел сложа руки. Постройка хижины, представлявшей собой просто каменную берлогу, потребовала целых шести недель. А сколько месяцев я высушивал и скоблил тюленьи шкуры, чтобы они стали совсем мягкими и годились для одежды!</p>
     <p>Кроме того, мне постоянно приходилось думать о воде. После каждой бури соленые брызги портили все мои запасы, и мне приходилось переносить тяжкие мучения, прежде чем выпадал дождь, не сопровождавшийся сильным ветром. Зная, что и капля точит камень, я подобрал обломок скалы — крепкий и единого состава — и с помощью маленьких камешков принялся выдалбливать его.</p>
     <p>Через пять недель изнурительного труда я изготовил кувшин, вмещавший полтора галлона. Позже я точно таким же способом сделал кувшин в четыре галлона. На него у меня ушло девять недель. Кроме того, я время от времени изготавливал сосуды поменьше. А кувшин, который мог бы вместить восемь галлонов, вдруг треснул после того, как я провозился с ним семь недель.</p>
     <p>Однако только на четвертый год моей жизни на острове, когда я уже примирился с мыслью, что мне суждено остаться здесь до конца дней своих, я изготовил шедевр. На него у меня ушло восемь месяцев, зато он плотно закупоривал и вмещал тридцать галлонов!</p>
     <p>Эти каменные сосуды доставляли мне великую радость, так что я иной раз даже забывал о христианском смирении и смотрел на них с немалым тщеславием. Ни у одной королевы не было золотой посуды, которую она ценила бы больше, чем я свою каменную. Кроме того, я изготовил ковш, вмещавший всего кварту, чтобы с его помощью переливать воду из углублений в большие хранилища. Если я скажу, что один этот ковшик весил чуть ли не тридцать фунтов, читатель легко поймет, сколько труда требовалось только на сбор дождевой воды.</p>
     <p>Таким образом, я, как мог, облегчил свою одинокую жизнь: я соорудил себе уютное жилье и обзавелся шестимесячным запасом вяленого и засоленного мяса. И я хорошо понимал, что должен чувствовать великую благодарность Богу, ибо все это были блага, о которых на необитаемом острове трудно даже мечтать.</p>
     <p>Хотя я был лишен человеческого общества и мое уединение не делила со мной ни собака, ни даже кошка, я был доволен своей судьбой гораздо больше, чем многие другие, окажись они на моем месте. В этой унылой пустыне, куда меня забросила судьба, я полагал себя несравненно более счастливым, чем те, кто за позорные преступления были обречены влачить жизнь в уединении темниц, где совесть мучила их, как незаживающая язва.</p>
     <p>Каким бы унылым ни представлялось мне будущее, я лелеял надежду, что провидение, которое в тот самый час, когда голод грозил мне гибелью и меня легко могла поглотить пучина морская, привело меня целым и невредимым на эти голые скалы, в конце концов ради моего спасения приведет сюда корабль.</p>
     <p>Пусть я был лишен общества себе подобных и многих удобств, но, как мне не раз приходило в голову, мое одиночество давало мне и кое-какие преимущества. Я мирно владел целым островом, пусть он и был невелик, и оспаривать мои права на него могло разве какое-нибудь морское чудище. Островок этот был почти неприступным, и по ночам и спал спокойно, не боясь ни людоедов, ни хищных зверей. Вновь и вновь я на коленях благодарил Бога за эти и многие другие милости.</p>
     <p>Однако человек — странное создание, и он редко бывает доволен. Еще недавно я молил Бога послать мне немного тухлого мяса и не слишком соленой воды, а стоило мне получить изобилие вяленого мяса и хорошей пресной воды, как я уже начал ворчать на свою судьбу.</p>
     <p>Мне уже потребовался огонь, я уже мечтал о вкусе жареного мяса и то и дело с грустью вспоминал о разных деликатесах, которые я каждый день получал дома в Элктоне. Я боролся с собой, но мое воображение оказывалось сильнее воли и все дни напролет рисовало мне лакомства, которые мне довелось съесть, и лакомства, которые я буду есть, если мне будет суждено покинуть мой пустынный остров.</p>
     <p>Наверное, во мне просыпался ветхий Адам — наследие праотца, первым восставшего против Господних заповедей. Странное существо человек: он ненасытен, всегда недоволен, никогда не пребывает в мире с Богом или с самим собой! Дни его наполнены хлопотами и бесполезными терзаниями, а ночи полны суетных снов об исполнении неправедных и грешных желаний. Еще меня терзала тоска по табаку, и мой сон нередко становился для меня мукой, ибо тогда моя тоска срывалась с узды, и тысячи раз мне снилось, что я владею многими бочонками с табаком, нет, целыми складами табака, целым флотом, груженным чабаном, всеми табачными плантациями мира!</p>
     <p>Но я наказывал себя за это. Я часто возносил Богу молитвы из глубины сокрушенного сердца и смирял свою плоть неустанным трудом. Если мне не удалось сделать прекраснее мою душу, я, во всяком случае, решил сделать прекраснее мой голый остров.</p>
     <p>Четыре месяца я строил каменную стену длиной в тридцать футов и высотой в двенадцать. Она должна была защищать хижину в дни страшных ураганов, когда остров казался крохотным буревестником, бьющимся в бездне ветров. И мой труд не был потрачен напрасно. С этих пор у меня всегда был тихий уголок, хотя в какой-нибудь сотне футов над моей головой неслись потоки морской воды, подхваченной бурей.</p>
     <p>На третий год я начал складывать каменный столб, а вернее сказать, квадратную пирамиду, широкую у основания и полого сужающуюся кверху. Другой формы я не мог ей придать, так как у меня не было жердей, чтобы соорудить леса. Моя пирамида была завершена только к концу пятого года. Она стояла на самом высоком месте острова, и если я скажу, что в самом высоком месте остров поднимался над морем только на сорок футов и что вершина моей пирамиды достигала сорока футов, вы поймете, что я без всяких орудий сумел удвоить вышину своего острова. Кто-нибудь неразумный может заявить, что я нарушил Божий план сотворения мира, но я утверждаю, что это не так. Ведь и я сам тоже часть божьего творения, как и эта каменная груда, торчащая в пустынных просторах океана. И разве не Бог сотворил мои руки, которые совершали эту работу, мою спину, которая сгибалась и разгибалась, когда я поднимал камни, мои пальцы, которые хватали и сжимали их?</p>
     <p>Я много размышлял об этом, и я знаю, что правда на моей стороне.</p>
     <p>На шестой год я расширил основание моей пирамиды, и через полтора года после этого она возвышалась над островом уже на пятьдесят футов. Но строил я не башню вавилонскую. Пирамида служила двум праведным целям: во-первых, с нее, как с дозорной вышки, я оглядывал дали, ища взглядом корабль, и благодаря ей какой-нибудь матрос мог скорее заметить мой остров. А во-вторых, она помогла мне сохранять душевное и телесное здоровье.</p>
     <p>Руки мои не знали безделья, и сатане нечего было делать на моем острове. Только в моих снах мучил он меня видениями всяких лакомых блюд и изобилия гнусного зелья, которое зовется табаком.</p>
     <p>18 июня, на шестой год моего пребывания на острове, я заметил на горизонте парус, но он прошел слишком далеко с подветренной стороны, и с этого судна меня никто не заметил. Однако появление его не только не ввергло меня в отчаяние, но и доставило мне живейшую радость. Я убедился в том, в чем порой сомневался, — в эти воды иногда заходили корабли.</p>
     <p>Там, где тюлени выбирались из моря на остров, я построил две сходящиеся воронкой стены, кончавшиеся глухим загоном, где я мог убивать тюленей, не тревожа их собратьев, оставшихся снаружи. К тому же оттуда не мог спастись ни один раненый или испуганный тюлень, чтобы заразить своим страхом остальных.</p>
     <p>Только на возведение этого загона у меня ушло семь месяцев.</p>
     <p>С течением времени я все больше свыкался с моим положением, и дьявол все реже являлся в моих снах смущать ветхого Адама во мне грешными видениями табака и лакомых яств. Я продолжал есть тюленье мясо и называть его вкусным, и пить сладкую дождевую воду, которая у меня всегда была в избытке, и возносить благодарственные молитвы Господу. И я знаю, что Господь внял моим молитвам, ибо за все время моей жизни на острове я ни разу не болел, если не считать двух случаев, о которых расскажу позже, но и тогда всему виной было мое собственное невоздержание.</p>
     <p>На пятый год, еще до того, как я убедился, что корабли иной раз забредают в эти воды, я начал вырезать на моем весле сведения о наиболее замечательных событиях, свидетелем которых я был с тех пор, как покинул мирные берега Америки. Я вырезал крохотные буковки, но старался делать их четкими и долговечными.</p>
     <p>Так велико было мое старание, что я вырезал не больше шести букв в день, а иной раз даже и пять. Так, на случай, если моя жестокая судьба не даст мне вернуться к моим друзьям и к моей семье в Элктоне, о чем я всегда мечтал, я выгравировал, а вернее сказать, вырезал на лопасти весла историю моих злоключений, о которых поведал в начале моей повести.</p>
     <p>Я всячески берег это весло, которое служило мне такую хорошую службу в первые дни моего пребывания на острове, а теперь содержало рассказ о моей судьбе и судьбе моих товарищей. Я больше не пользовался им, охотясь на тюленей. Для этой охоты я изготовил себе каменную дубинку фута три длиной и соответствующей толщины; на эту работу у меня ушел месяц. Кроме того, боясь, как бы весло не пострадало от сырости и ветра (в тихие дни я ставил его, словно флагшток <a l:href="#n_402" type="note">[402]</a>, на вершине моей пирамиды и привязывал к нему флаг, сделанный из одной из моих драгоценных рубашек), я изготовил для него чехол из хорошо просушенных тюленьих шкур. В марте, на шестой год моего пребывания там, на остров налетела такая буря, какой, пожалуй, не видел до меня ни один человек. В девять часов вечера небо затянуло черными тучами, а с юго-запада подул свежий ветер, который все крепчал и к одиннадцати часам перешел в ураган: гром не утихал ни на мгновение, а таких ярких молний я не видел ни до, ни после.</p>
     <p>Я опасался за целость моего островка. Волны разгуливали по нему повсюду, не достигая только самой вершины моей пирамиды. Я скорчился там, задыхаясь под ударами ветра, ослепленный солеными брызгами. Я хорошо понимал, что сохранил жизнь только потому, что трудолюбиво строил эту пирамиду и удвоил высоту острова.</p>
     <p>А утром я снова от души возблагодарил Бога. Все запасы дождевой воды были испорчены, однако вода в самом большом кувшине, укрытом с подветренной стороны пирамиды, уцелела.</p>
     <p>Я знал, что этой воды, если расходовать ее осмотрительно, мне хватит до следующего дождя, если его придется ждать долго.</p>
     <p>Волны размыли мою хижину, а от всех моих запасов сохранилось лишь несколько кусочков размокшего мяса. И все же я был рад этой буре, потому что море выбросило на скалу множество рыбы, удивительно похожей на кефаль. Я подобрал целых 1219 рыбин. Я вычистил их и провялил на солнце, словно треску. Эта желанная перемена в пище имела и свои грустные последствия: я впал в грех чревоугодия и всю ночь находился между жизнью и смертью.</p>
     <p>На седьмом году моего пребывания на острове в том же самом марте месяце вновь разразилась ужасная буря. Когда она кончилась, я, к своему удивлению, увидел на острове мертвого кита, совсем еще свежего, — волны выбросили его высоко на скалы.</p>
     <p>Представьте себе мой восторг, когда в утробе этого огромного чудовища я нашел китобойный гарпун <a l:href="#n_403" type="note">[403]</a> с привязанным к нему длинным куском каната.</p>
     <p>И снова я почувствовал уверенность, что рано или поздно покину этот пустынный остров. Китобои, несомненно, часто заходили в эти воды, и если только я не позволю отчаянию овладеть мной, то рано или поздно буду спасен. Семь лет я питался тюленьим мясом, и при виде такого изобилия совсем иной и сочной пищи я вновь поддался своей злосчастной слабости и так наелся, что опять чуть не умер. Впрочем, и на этот раз, как в случае с рыбой, я заболел только потому, что за семь лет мой желудок привык к тюленьему мясу, и только к тюленьему мясу, отчего всякая иная пища дурно на него действовала.</p>
     <p>Этот кит снабдил меня запасами провизии на целый год.</p>
     <p>Кроме того, с помощью солнечных лучей я вытопил из него большое количество жира, в который, предварительно его посолив, макал полоски тюленьего мяса, отчего они делались гораздо вкуснее. Из драгоценных лоскутков моей рубашки я мог бы сплести фитилек и, выбив стальным гарпуном искру, мог бы устроить себе светильник. Но это была суетная мысль, и я скоро от нее отказался. Зачем мне нужен был свет в часы, когда Божий мрак окутывал землю.</p>
     <p>Ведь я научился спать от заката до восхода зимой и летом.</p>
     <p>Тут я, Даррел Стэндинг, не могу удержаться, чтобы не вставить в это описание одной из моих предыдущих жизней свое наблюдение. Поскольку человеческая личность находится в вечном развитии и представляет собой сумму всех предыдущих существований, у начальника тюрьмы Азертона не было никаких шансов сломить мой дух пыткой одиночного заключения. Ведь я — жизнь существующая вечно, выкованная бесчисленными веками прошло го, и какого прошлого! Что для меня были десять дней и ночей я смирительной рубашке! Ведь некогда я был Дэниэлом Фоссом и восемь лет учился терпению на каменистом островке в далеком южном океане.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Когда восьмой год моего пребывания на острове подходил к концу и я уже подумывал о том, как поднять мою пирамиду на шестьдесят футов над островом, проснувшись в одно прекрасное сентябрьское утро, я увидел перед собой корабль со спущенными стакселями <a l:href="#n_404" type="note">[404]</a> — он был так близко, что мой крик легко донесся бы до него. Стараясь, чтобы меня заметили, я принялся размахивать веслом, прыгать по камням и проделывать самые невероятные телодвижения, пока не обнаружил, что офицеры на квартердеке <a l:href="#n_405" type="note">[405]</a> смотрят на меня в подзорные трубы. Они принялись указывать мне на западную оконечность острова, и, поспешив туда, я увидел шлюпку, в которой сидело шестеро гребцов. Впоследствии я узнал, что с корабля заметили мою пирамиду и изменили курс, желая поближе рассмотреть столь странное сооружение, превышавшее высотой остров, на котором оно находилось.</p>
     <p>Однако сильный прибой не позволял лодке пристать к негостеприимным берегам моего острова. После множества безуспешных попыток они сделали мне знак, что должны вернуться на корабль. Представьте мое отчаяние, когда оказалось, что мне не удастся покинуть этот унылый остров. Схватив мое весло (я уже давно решил подарить его музею в Филадельфии, если мне суждено будет спастись) и сжимая его, я бросился в пенный прибой. Благодаря моему счастью, а также силе и подвижности мне удалось добраться до шлюпки.</p>
     <p>Не могу удержаться, чтобы не привести здесь одну любопытную подробность. Корабль за это время отнесло так далеко, что мы добирались до него целый час. И я, поддавшись желанию, которое мучило меня целых восемь лет, попросил у сидевшего за рулем второго помощника кусок табаку, чтобы пожевать. А он протянул мне свою трубку, набитую лучшим виргинским табаком.</p>
     <p>Не прошло и десяти минут, как у меня началась сильнейшая рвота. Причина ее была совершенно ясна. Мое тело полностью очистилось от табачной скверны, и теперь я испытывал то же, что испытывает любой мальчишка, впервые попробовавший курить.</p>
     <p>И снова я возблагодарил Господа и до самой своей смерти не прикасался больше к этому гнусному зелью, и меня к нему совсем не тянуло.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Теперь я, Даррел Стэндинг, сообщу кое-какие подробности этого существования, которое я пережил вновь, лежа без сознания в смирительной рубашке в тюрьме Сен-Квентин. Я часто задумывался над тем, выполнил ли Дэниэл Фосс свое решение подарить покрытое резьбой весло филадельфийскому музею.</p>
     <p>Заключенному в одиночке нелегко общаться с внешним миром.</p>
     <p>Один раз я попросил надзирателя, а другой раз заключенного, которого должны были скоро освободить, выучить наизусть письмо к хранителю филадельфийского музея. Но оба они, хотя твердо обещали исполнить мою просьбу, не послали в музей такого письма.</p>
     <p>И только когда Эд Моррел по странному капризу судьбы был выпущен из одиночки и назначен главным старостой всей тюрьмы, мне наконец удалось отправить туда письмо. Ниже я привожу ответ хранителя филадельфийского музея, которое мне передал тайком Эд Моррел:</p>
     <p>«Описанное вами весло действительно существует, но оно было почти никому не известно, так как не выставлялось в залах. Даже я не знал о его существовании, хотя занимаю эту должность восемнадцать лет. Однако, просмотрев наши старые книги, я обнаружил, что такое весло действительно было подарено музею в 1821 году неким Дэниэлом Фоссом, уроженцем Элктона, штат Мэриленд. Только после долгих поисков нам удалось обнаружить это весло на чердаке среди всякого хлама. На нем действительно есть зарубки и надписи, описанные вами.</p>
     <p>Кроме того, в нашем архиве имеется брошюра, написанная означенным Дэниэлом Фоссом и изданная в Бостоне в 1834 году фирмой Коверли. В этой брошюре описывается восемь лет жизни потерпевшего крушение на необитаемом острове. Насколько можно судить, этот моряк в старости, впав в нужду, продавал эту брошюру людям сострадательным.</p>
     <p>Мне очень хотелось бы узнать, откуда вам стало известно это весло, о существовании которого даже работники музея не имели ни малейшего представления? Я полагаю, что вы прочли о нем в каком-нибудь дневнике, изданном Дэниэлом Фоссом позже. Буду очень благодарен, если вы сообщите мне это, и немедленно приму меры, чтобы весло и брошюры заняли свое место среди экспонатов.</p>
     <p>Искренне Ваш</p>
     <p><emphasis>Хозиа Солсберти</emphasis>».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
     </title>
     <p>И вот настал час, когда я вынудил начальника тюрьмы Азертона позорно сдаться, превратив в пустую болтовню его ультиматум «динамит или гроб». Ему оставалось только признать, что меня нельзя убить смирительной рубашкой. Его жертвы иногда умирали после нескольких часов рубашки, иногда — после нескольких дней, хотя, правда, их обычно успевали расшнуровать и доставить в тюремную больницу, где они и испускали последний вздох… По заключению врача, их уносило в могилу воспаление легких, или Брайтова болезнь, или порок сердца.</p>
     <p>Но меня начальник тюрьмы так и не смог убить. Ни разу не понадобилось тащить мое изуродованное, умирающее тело в больницу. Хотя не могу отрицать: Азертон старался изо всех сил и ни перед чем не останавливался. Был случай, когда он затянул меня в две рубашки. Этот случай настолько великолепен, что я не могу не рассказать о нем.</p>
     <p>В один прекрасный день некая газета в Сан-Франциско (ища, как любая газета, как любое коммерческое предприятие, расширения рынка ради более высоких прибылей) попробовала заинтересовать передовых рабочих в тюремной реформе. В то время профсоюзы обладали большим политическим влиянием, и политические воротилы штата назначили сенатскую комиссию, которой было поручено обследовать тюрьмы.</p>
     <p>Эта высокая комиссия обследовала (простите мне этот иронический курсив) и Сен-Квентин. Оказалось, что более образцового исправительного заведения еще не видывал свет. Так утверждали сами заключенные. Но их нельзя за это упрекать. Они уже не в первый раз видели подобные расследования и знали, что к чему. Им было известно, что они незамедлительно обзаведутся весьма болезненными синяками, чуть только кончат давать показания… если эти показания придутся не по вкусу тюремному начальству. Поверь мне, читатель, так повелось с незапамятных времен. Даже еще в древнем Вавилоне, тысячелетия назад, это было уже седой стариной — я-то хорошо это помню: ведь я гнил тогда в темнице, пока при дворе плелись интриги, сотрясавшие страну.</p>
     <p>Как я уже сказал, все заключенные в один голос восхваляли гуманность начальника тюрьмы Азертона и его подчиненных.</p>
     <p>Они так трогательно описывали доброту начальника тюрьмы, отличное и разнообразное питание, мягкость надзирателей, удобства, чистоту и комфорт своих камер, что оппозиционные газеты Сан-Франциско начали с воплями требовать более строгого режима в наших тюрьмах, опасаясь, как бы честные, но ленивые граждане не соблазнились таким привольным существованием и не стали бы совершать преступлений только ради того, чтобы угодить в тюрьму.</p>
     <p>Сенатская комиссия почтила своим присутствием даже одиночки. Но нам, их обитателям, нечего было ни терять, ни приобретать. Джек Оппенхеймер плюнул им в физиономии и послал их — иже, присно и совокупно — ко всем чертям. Эд Моррел объяснил им, какая это поганая дыра, оскорбил начальника тюрьмы в глаза, и членам комиссии пришлось рекомендовать Азертону подвергнуть Эда какому-нибудь из тех устаревших и забытых наказаний, которые его предшественники, вероятно, вынуждены были придумать для исправления таких вот закоренелых негодяев.</p>
     <p>Я постарался не оскорблять начальника тюрьмы. Я давал свои показания тонко, как ученый, начав с пустяков, искусно развернув экспозицию, чтобы мало-помалу пробудить в почтенных сенаторах любопытство и желание выслушать и следующее разоблачение: я ткал свою паутину так хитро, что нигде меня нельзя было прервать или перебить вопросом… и я сумел сообщить им все, что хотел.</p>
     <p>Увы, ни слова из того, что я открыл, не вышло за стены тюрьмы. Сенатская комиссия, как могла, обелила начальника тюрьмы Азертона и Сен-Квентин. Затеявшая этот крестовый поход газета уверила своих рабочих читателей, что Сен-Квентин чище снега и что, хотя смирительная рубашка является вполне законным наказанием для провинившихся заключенных, в наши дни гуманный и благородный начальник тюрьмы ни при каких обстоятельствах не пускает ее в ход.</p>
     <p>И пока простаки-труженики читали эти статьи и верили им, пока сенатская комиссия вместе с начальником тюрьмы пировала на банкете, который оплачивали налогоплательщики штата, Эд Моррел, Джек Оппенхеймер и я лежали в рубашках, зашнурованных чуть-чуть туже и злее, чем когда-либо прежде.</p>
     <p>— Смеху подобно, — простучал мне Эд Моррел носком башмака.</p>
     <p>— Подумаешь! — простучал Джек.</p>
     <p>Ну, а я… я тоже простучал им свой горький смех и сарказмы, вспоминая темницы древнего Вавилона, улыбнулся про себя широкой космической улыбкой и уплыл в просторы малой смерти, превращавшей меня в наследника всех веков, и гордого всадника, оседлавшего время. Да, любезный мой братец за стенами тюрьмы, пока газеты не жалели белил, пока величественные сенаторы попивали вино за обедом, мы, трое живых мертвецов, потели кровавым потом в тугих объятиях брезента.</p>
     <p>А после обеда разгоряченный вином начальник тюрьмы явился посмотреть, как мы себя чувствуем. Меня, как обычно, нашли в летаргии. Очевидно, в первый раз доктор Джексон встревожился.</p>
     <p>Во всяком случае, меня с помощью нашатырного спирта заставили вернуться назад через мрак. Я улыбнулся прямо в склонившиеся надо мной лица.</p>
     <p>— Притворяется, — буркнул начальник тюрьмы, и по его раскрасневшемуся лицу, по невнятности его речи я понял, что он пьян.</p>
     <p>Я облизнул губы, показывая, что хочу пить, ибо решил сказать ему несколько слов.</p>
     <p>— Вы осел! — сумел выговорить я четко и спокойно. — Вы осел, трус, негодяй, мерзкая тварь, на которую и плюнуть-то противно. Джек Оппенхеймер был к вам еще слишком снисходителен. А я скажу вам, не стыдясь, что не плюю на вас только потому, что не желаю унижаться и пачкать свой плевок.</p>
     <p>— Мое терпение кончилось, — взревел он. — Я тебя убью, Стэндинг!</p>
     <p>— Вы пьяны, — отозвался я, — и позвольте дать вам благой совет. Если уж вам не терпится говорить подобные вещи, то хоть отсылайте за дверь своих прихвостней. В один прекрасный день они на вас донесут, и вы потеряете свое теплое местечко.</p>
     <p>Но вино ударило ему в голову.</p>
     <p>— Наденьте на него еще одну рубашку, — приказал он. — Считай себя покойником, Стэндинг. Но ты умрешь не в рубашке. Мы понесем тебя хоронить из больницы.</p>
     <p>Вторую рубашку подложили мне под спину и зашнуровали спереди.</p>
     <p>— Ах, Боже мой, начальник, какой лютый холод, — язвительно сказал я. — Мороз все крепчает. И я весьма вам благодарен за эти две рубашки. Пожалуй, я немного согреюсь.</p>
     <p>— Туже! — крикнул он Элу Хэтчинсу, шнуровавшему меня. — Упрись ногами в эту сволочь. Переломай ему ребра.</p>
     <p>Должен сказать, что Хэтчинс поработал на совесть.</p>
     <p>— Будешь знать, как врать про меня, — ревел Азертон, синея от вина и ярости. — Теперь ты за это поплатишься. Прощайся с жизнью, Стэндинг. Тебе пришел конец. Ты слышишь, тебе пришел конец!</p>
     <p>— Сделайте мне одно одолжение, начальник… — еле слышно прошептал я, так как у меня совсем не осталось сил и я почти лишился чувств от недостатка воздуха. — Наденьте на меня третью рубашку, — еле выговорил я, а стены камеры качались и плясали вокруг меня, и я напрягал всю волю, чтобы не лишиться сознания, которое выжимали из меня рубашки. — Еще одну рубашечку… начальник… С ней… будет… гораздо… э… теплее.</p>
     <p>Мой шепот замер, и я погрузился в малую смерть.</p>
     <p>После этой порции двойной рубашки что-то во мне сломалось.</p>
     <p>По сей день, например, чем бы меня ни кормили, я не могу есть как следует. Мои внутренности так изуродованы, что мне не хочется даже думать об этом. И пока я пишу эти строки, у меня по-прежнему болят ребра и ноет желудок. Но мое измученное, искалеченное тело сослужило свою службу. Оно дало мне возможность дотянуть до этого дня и поможет пожить еще немного — до того утра, когда меня выведут из камеры в рубашке без воротника и вывихнут мне шейные позвонки хорошо растянутой веревкой.</p>
     <p>Но эта двойная рубашка оказалась последней соломинкой.</p>
     <p>Она сломила начальника тюрьмы. Он сдался, признав, что убить меня невозможно. Я ему так и сказал однажды:</p>
     <p>— Избавиться от меня вы можете только одним способом, начальник: пробравшись сюда как-нибудь ночью с топором.</p>
     <p>Не могу удержаться и не привести здесь меткое замечание Джека Оппенхеймера, который сказал Азертону так:</p>
     <p>— Каково это вам, начальник, просыпаться каждое утро с самим собой на подушке!</p>
     <p>А Эд Моррел сказал Азертону вот что:</p>
     <p>— До чего же ваша мамаша любила детей, если она не придушила вас еще в колыбельке.</p>
     <p>Когда меня перестали шнуровать в рубашку, я был очень огорчен. Мне страшно не хватало мира моих грез. Впрочем, я скоро нашел выход. Оказалось, что, туго завернув грудь и живот в одеяло, я могу усилием воли погасить в себе жизнь. Этим способом я вызывал у себя физиологическое и психологическое состояние, подобное тому, которое испытывал в рубашке. Таким образом, я мог бродить во времени когда мне хотелось и без прежних мучений.</p>
     <p>Эд Моррел верил во все мои приключения, но Джек Оппенхеймер относился к ним скептически до самого конца. На третий год моего пребывания в одиночке я посетил Оппенхеймера. Это было один-единственный раз, и случилось все без всякого предупреждения и совершенно неожиданно.</p>
     <p>Как только наступил обморок, я оказался в его камере. Я знал, что мое тело лежит, затянутое в смирительную рубашку, у меня в камере. И хотя я никогда прежде не видел Джека Оппенхеймера, я знал, что человек передо мной — это он. Дело было летом, и он лежал раздетый на одеяле. Я почувствовал ужас при виде его исхудалого лица и изможденного тела. Оно, собственно говоря, уже не было похоже на человеческое. Это были одни кости, еще собранные в человеческий скелет, но совсем лишенные плоти и лишь обтянутые пергаментной кожей.</p>
     <p>Вернувшись в свою камеру и очнувшись от обморока, я, когда обдумал случившееся, понял, что мы с Эдом Моррелом выглядим точно так же, как Джек Оппенхеймер. И я почувствовал трепетную гордость при мысли о неукротимой силе духа, обитающего в этих наших изможденных, умирающих телах, в телах трех «неисправимых», заключенных в одиночки. Плоть ничтожна. Трава есть плоть, и плоть становится травой, зато дух живет и пребывает вечно. Я презираю поклонников плоти. Если бы они попробовали сен-квентинской одиночки, то быстро научились бы поклоняться духу.</p>
     <p>Однако вернемся к моему появлению в камере Оппенхеймера.</p>
     <p>Его тело напоминало труп, иссушенный жарой пустыни. Цвет его кожи был как засохшая грязь. Живыми казались только умные желтовато-серые глаза.</p>
     <p>Они все время были в движении. Он лежал на спине, и взгляд его метался по камере, следуя за полетом мух, круживших в сумраке над ним. Я заметил шрам над его правым локтем и еще один — на правой лодыжке.</p>
     <p>Через несколько минут он зевнул, перекатился на бок и стал рассматривать воспаленную болячку на бедре. Потом он стал ковырять ее и лечить тем примитивным способом, каким лечат свои раны все заключенные во всех одиночках мира. Я без труда догадался, что эта болячка — след смирительной рубашки. Сейчас, когда я пишу, мое тело покрывают сотни таких шрамов, оставленных рубашкой.</p>
     <p>Потом Оппенхеймер перекатился на спину, осторожно зажал один из верхних передних зубов (глазной зуб) между большим и указательным пальцами и легонько его покачал. Затем он снова зевнул, потянулся и, перевернувшись на другой бок, простучал вызов Эду Моррелу. Я читал код, словно наяву.</p>
     <p>— Решил, что ты, может, не спишь, — стучал Оппенхеймер. — Как там дела у профессора?</p>
     <p>Издалека донеслось глухое постукивание. Моррел сообщал, что меня час назад затянули в рубашку и, как обычно, я уже не отзываюсь.</p>
     <p>— Хороший он парень, — простучал Оппенхеймер. — Я никогда не доверял этим образованным, но вот его образование не испортило. Он человек верный. Умеет держать язык за зубами и не донесет и не продаст, хоть миллион лет его здесь продержи.</p>
     <p>Со всем этим Эд Моррел согласился, добавив кое-что и от себя. Я хочу тут же прервать свое повествование и сказать, что хотя я жил много лет, и прожил много жизней, и в этих жизнях слышал немало похвал, ни одна из них не вызвала у меня такой великой гордости, какую я почувствовал в ту минуту, когда мои товарищи по одиночке обменялись своим мнением обо мне. Эд Моррел и Джек Оппенхеймер были замечательными людьми, и за все свои существования мне не выпало большей чести, чем честь быть их товарищем. Короли возводили меня в рыцарский сан, императоры делали меня вельможей, — да и когда я сам был королем, я знавал минуты упоенной гордости, но больше всего я дорожу этой похвалой, высказанной двумя пожизненно заключенными, брошенными в одиночки, — людьми, которых мир считал последним отребьем.</p>
     <p>Отдыхая после этой порции рубашки, я сказал им о моем посещении камеры Джека, считая его неопровержимым доказательством того, что мой дух действительно покидает мое тело. Но Джек остался при своем мнении.</p>
     <p>— Это все догадки, хоть и не просто догадки, — ответил он, когда я перечислил все, что он делал, пока я оставался в его камере. — Это правильный расчет. Ты сам сидишь в одиночке уже три года, профессор, и тебе нетрудно прикинуть, чем развлекаются другие. Все, что ты мне рассказывал, вы с Эдом проделывали тысячи тысяч раз: и голые лежали в жару, и на мух смотрели, и болячки лечили, и перестукивались:</p>
     <p>Моррел встал на мою сторону, но Джека это не убедило.</p>
     <p>— Только ты не обижайся, профессор, — выстукивал Джек. — Я же не говорю, что ты врешь. Я только говорю, что ты, сам того не зная, лежа в рубашке, вроде как сны видишь и воображаешь. Я знаю, что ты веришь в то, что говоришь. По-твоему, оно так и случилось. Да только я-то не верю. Ты это вообразил, сам того не замечая. Ты все это знаешь всегда, а вот вспоминаешь то, что ты знаешь, только когда у тебя в голове начинает мутиться.</p>
     <p>— Погоди, Джек, — простучал я. — Ты ведь веришь, что я тебя никогда в жизни не видел. Правильно?</p>
     <p>— Это как сказать, профессор. Может, ты меня и видел, да только не знал, что это я.</p>
     <p>— А как ты объяснишь, — продолжал я, — что, ни разу не видев тебя голым, я знаю, что у тебя шрам над правым локтем и другой — на правой лодыжке?</p>
     <p>— Ерунда, — ответил он. — Все это есть в моем тюремном описании, рядом с фотографией моей рожи. Об этом знают тысячи начальников полиции и сыщиков.</p>
     <p>— Да я-то об этом ничего не слышал, — уверял я его.</p>
     <p>— Ты просто забыл, что слышал об этом, — поправил он. — А слышал наверняка. Эти сведения были заключены в твоем мозгу для справок, пусть ты и забыл, что они у тебя есть. А как у тебя в голове помутилось, так ты и вспомнил. Тебе никогда не случалось забывать имя человека, которого ты знаешь как родного брата? Со мной это бывало. Вот, скажем, когда мне в Окленде припаяли мои пятьдесят лет, среди присяжных был один коротышка. И вдруг оказалось, что я забыл, как его звали. Целый месяц я ломал себе голову — никак не могу вспомнить. Да только если я не мог выкопать его имя из моей памяти, это еще не значило, что его там вовсе нет. Просто завалилось куда-то, вот и все. А когда я и думать о нем перестал, оно так и прыгнуло мне из мозга прямо на язык. «Стейси, — завопил я во всю глотку, — Джозеф Стейси». Так его и звали. Понял, к чему я клоню? Ты мне рассказывал про шрамы, а это знают тысячи людей. Откуда тебе это известно, я не знаю. Да ты и сам, наверное, не знаешь. И меня это не касается. Но так оно и есть. И сколько бы ты мне ни повторял то, что многим известно, на меня это не подействует. Если хочешь, чтобы я поверил в твои басни, придется тебе подобрать куда больше доказательств.</p>
     <p>Гамильтоновский закон экономии в оценке доказательств!</p>
     <p>Этот житель трущоб, запертый в тюремной одиночке, был по складу ума настоящим ученым — и он самостоятельно вывел закон Гамильтона и точно применил его. И притом (в этом-то и прелесть всего эпизода) Джек Оппенхеймер был честен, как подлинный ученый. Ночью, когда я уже засыпал, он вызвал меня условным сигналом.</p>
     <p>— Знаешь, профессор, ты сказал, что видел, как я раскачивал зуб. Тут ты меня поймал. Хоть убей, не знаю, как ты догадался. Он расшатался всего три дня назад, и я не говорил про это ни одной живой душе.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
     </title>
     <p>Паскаль где-то сказал: «Обозревая ход человеческой эволюции, философский ум должен рассматривать человечество, как единую личность, а не как конгломерат индивидуумов».</p>
     <p>Я сижу сейчас в Коридоре Убийц в тюрьме Фолсем, прислушиваюсь к дремотному жужжанию мух и обдумываю слова Паскаля <a l:href="#n_406" type="note">[406]</a>. Он прав. Вот так человеческий зародыш за десять коротеньких лунных месяцев с необычайной быстротой повторяет в бесчисленных подобиях, умноженных на бесчисленное количество раз, всю историю органической жизни — от растения до человека; вот так подросток за краткие годы отрочества в проявлениях жестокого дикарства повторяет историю первобытного человека — от бессмысленного желания мучить слабейших до племенного самосознания, проявляющегося в стремлении организовывать шайки; вот так и я, Даррел Стэндинг, повторил и пережил заново все, чем был первобытный человек, что он чувствовал, во что превращался, пока не стал вами, и мной, и остальным человечеством, осуществляющим цивилизацию двадцатого века.</p>
     <p>Да, все мы, все до одного — все те, кто живет на нашей планете сегодня, — несем в себе неизгладимую историю жизни от самых ее истоков. Эта история написана в наших тканях и костях, в наших органах и их функциях, в клеточках нашего мезга и в наших душах — во всевозможных физических и психических проявлениях атавизма. Некогда мы были рыбами, читатель, — и ты и я, — а потом выползли на сушу, положив начало тому замечательному этапу, который переживаем еще и сейчас. Мы все еще храним следы моря, как сохраняем в себе что-то от змеи — с тех времен, когда змея еще не была змеей, а мы не были нами, когда пра-змея и пра-мы были одним и тем же. Некогда мы летали, некогда мы жили на деревьях и боялись ночной тьмы. И мы храним следы этого в себе, в своем семени, и так будет во веки веков, пока мы населяем землю.</p>
     <p>То, что Паскаль постиг как провидец, я проверил на опыте.</p>
     <p>Я видел в себе ту единую личность, которую созерцал философский взор Паскаля. Да, мне есть что поведать — истину удивительную и для меня необыкновенно реальную, но, боюсь, у меня не хватит способностей рассказать о ней, а у тебя, мой читатель, способностей постигнуть ее. Я утверждаю, что видел в себе этого единого человека, о котором говорит Паскаль. Лежа в рубашке, я погружался в длительное забытье и видел в себе тысячи живых людей, живущих тысячами жизней, — и все они были тем человеком-человечеством, который поднимается все выше по дороге веков.</p>
     <p>О, какими царственными воспоминаниями располагаю я, проносясь по бесконечности времени! За сутки, проведенные в рубашке, я успевал прожить множество жизней, слагавшихся в тысячелетние одиссеи первых переселений, неведомых истории. Боже мой! Еще до того, как я стал светловолосым эсиром, обитавшим в Асгарде, или даже рыжеволосым ванкром, обитавшим в Ванагейме, еще задолго до этого, говорит моя память (живая память), мы, словно тополиный пух, гонимый ветром, отступали к югу под натиском полярных льдов, надвигавшихся с полюса.</p>
     <p>Я умирал от холода и от голода, умирал в битвах и в волнах разлившихся рек. Я собирал ягоды на унылой Крыше Мира и выкапывал съедобные корни из жирной земли заливных лугов.</p>
     <p>Я выцарапывал изображения оленя и волосатого мамонта на его же бивнях, добытых во время большой охоты, а зимой, когда у входа в пещеру выла метель, я выцарапывал все те же изображения на каменных стенах нашего жилища. Я обсасывал мозговую кость там, где задолго до меня стояли величественные города, или там, где им еще суждено было возникнуть только много столетий спустя. И кости моих временных оболочек покоились на дне водоемов, в трещинах ледников и в смоляных лужах.</p>
     <p>Я жил в эпохи, которые современные ученые называют палеолитом, неолитом и бронзовым веком. Я помню дни, когда с помощью прирученных волков мы гнали наших оленей на пастбища у северного побережья Средиземного моря, где ныне расположены Франция, Италия и Испания. Тогда ледники еще не отступили назад к полюсу. Я видел множество новых равноденствий… как и ты, читатель. Только я помню об этом, а ты забыл.</p>
     <p>Я был Сыном Плуга, Сыном Рыбы, Сыном Дерева. Все религии, начиная с самой первой, живут во мне. А когда здесь, в тюрьме Фолсем, священник по воскресеньям служит Богу на свой современный манер, я знаю, что в нем, в этом священнике, все еще живет вера в Плуг, в Рыбу, в Дерево — живут культы Астарты и Богини Ночи.</p>
     <p>Я был арийским владыкой в Древнем Египте, и мои солдаты выцарапывали ругательства на каменных гробницах царей, давно умерших и забытых. И я, арийский владыка в Древнем Египте <a l:href="#n_407" type="note">[407]</a>, приготовил для себя два места последнего упокоения: одно ложное — могучую пирамиду, о которой могло поведать целое поколение рабов, и другое — смиренную, ничем не украшенную пещеру, которую высекли в скале над пустынной долиной рабы, умерщвленные сразу же после конца работы…</p>
     <p>И сейчас здесь, в Фолсеме, когда демократия окутывает своими грезами мир двадцатого века, я раздумываю над тем, уцелели ли в каменном тайнике над безвестной долиной кости, которые некогда принадлежали мне и поддерживали плоть моего тела в дни, когда я был могучим владыкой.</p>
     <p>А когда началось великое переселение к югу и к востоку под жгучим солнцем, погубившим всех потомков родов Асгарда и Ванагейма <a l:href="#n_408" type="note">[408]</a>, я был царем на Цейлоне, строителем арийских памятников при дворах арийских царей на древней Яве и древней Суматре. И я погибал сотни раз во время великого расселения по Южным морям, прежде чем, снова возродившись, строил такие же памятники на вулканических тропических островах, которые я, Даррел Стэндинг, не могу назвать, потому что плохо знаю географию далеких морей.</p>
     <p>Если бы только я мог описать с помощью такого неверного средства, как слова, все, что я видел и знаю, все, что мое сознание сохранило об огромных переселениях человеческих рас в дни, когда еще не начиналась наша писаная история! Но и в те дни у нас была своя история. Наши старики, наши жрецы и мудрецы облекали ее в сказания и записывали эти сказания в звездах, чтобы наши потомки помнили о них. С неба нисходили животворные солнечные лучи и дождь, и мы изучали небо; с помощью звезд мы рассчитывали время и смену сезонов, и мы называли звезды в честь наших героев, в честь нашей пищи, в честь средств, с помощью которых мы добывали эту пищу; мы называли их в честь наших блужданий и переселений, в честь наших деяний и в честь обуревавших нас страстей.</p>
     <p>Увы! Мы думали, что небо неизменно, и записывали на нем все наши смиренные желания, и поступки, и мечты. Когда я был Сыном Быка, одну из своих жизней я потратил на созерцание звезд. Но и до и после этого в других моих воплощениях я пел вместе со жрецами и племенными певцами запретные гимны звездам, веря, что они — это нестираемые письмена, повествующие о нашей истории. И вот теперь, в ожидании нового конца, я жадно читаю взятые из тюремной библиотеки книги по астрономии (такие книги выдаются приговоренным к смерти) и узнаю, что даже небо преходяще и звезды странствуют по нему, как народы по земле.</p>
     <p>Вооружившись этими современными сведениями, я, когда возвращался через врата малой смерти, сравнивал небеса тех дней с нынешними. Это правда: звезды меняются. Я видел нескончаемую смену полярных звезд. Современная Полярная Звезда расположена в созвездии Малой Медведицы. А в те далекие дни я видел Полярную Звезду в Драконе, в Геркулесе, в Лире, в Лебеде и в Цефее.</p>
     <p>Даже звезды преходящи, но память о них, познание их живут во мне — в том, что есть дух и память, в том, что вечно. Только дух пребывает. А все остальное, простая материя, проходит бесследно.</p>
     <p>Да, сейчас я вижу себя как этого единого человека, жившего в древнем мире: белокурого, свирепого, умевшего убивать и любить, пожиравшего мясо и выкапывавшего съедобные корни, бродягу и разбойника, который с дубиной в руке тысячелетиями рыскал по лику земли, ища мяса и приюта для своих еще не окрепших детей.</p>
     <p>Я — этот человек, его итог, его совокупность — безволосое двуногое, которое выкарабкалось из первобытной тины, чтобы создать любовь и закон из анархии неуемной жизни, бушевавшей в джунглях. Я все, чем был этот человек и чем он стал. Я вижу себя через смену боровшихся за жизнь поколений, устраивавших ловушки для дичи и рыбы, расчищавших в лесах первые поля, изготовлявших примитивные инструменты из камня и кости, строивших жилища из бревен, крывших их листьями и соломой, одомашнивавших дикие травы и злаки, ухаживавших за ними так, что с течением веков они превратились в рис, просо, пшеницу, ячмень и другую вкусную пищу, научившихся взрыхлять почву, сеять, жать, хранить припасы, превращать растительные волоконца в нить и ткать из них материю, придумывать оросительные системы, лить металлы, находить рынки и торговые пути, строить корабли и плавать по морям, а кроме того, организовывать жизнь отдельных селений, сливать эти селения, пока они не превращались в племена, сливать племена, пока они не превращались в нации, вечно создавая законы для людей так, чтобы они могли жить вместе в дружбе и объединенными усилиями победить и уничтожить всевозможные ползающие, крадущиеся, визжащие существа, которые могли бы уничтожить их.</p>
     <p>Я был этим человеком во всех его рождениях, во всех его устремлениях. И я остаюсь им сегодня, когда жду смерти, на которую обречен законом, созданным мною же много тысяч лет тому назад и уже сотни раз обрекавшим меня на ту же самую смерть.</p>
     <p>И, созерцая это мое бесконечное прошлое, я вижу в нем следы многих благотворных влияний, и главное из них — любовь к женщине, любовь мужчины к единственной избраннице его сердца.</p>
     <p>Я вижу себя этим единым человеком — любящим, вечно любящим.</p>
     <p>Да, я был великим воином, но сейчас, когда я сижу здесь и взвешиваю все свое прошлое, мне кажется, что самым высоким во мне была способность любить. Именно потому, что я любил великой любовью, я и был великим воином.</p>
     <p>Порой мне кажется, что история мужчины — это всегда история его любви к женщине. И все мое прошлое, о котором я пишу сейчас, — это воспоминание о моей любви к женщине. Всегда, все десятки тысяч моих жизней, во всех моих обликах я любил ее.</p>
     <p>Я люблю ее и сейчас. Мои сны полны ею, и о чем бы я ни грезил наяву, мои мысли в конце концов всегда обращаются к ней. И всюду она — вечная, великолепная, несравненная женщина.</p>
     <p>Поймите меня правильно. Я не пылкий неоперившийся юнец, я человек, чья молодость давно прошла, чье тело искалечено, человек, которому скоро предстоит умереть. Я ученый и философ.</p>
     <p>Я, как и все поколения философов до меня, знаю женщину такой, какова она есть, знаю ее слабости, ее мелочность, беззастенчивость и коварство; я знаю, что ноги ее прикованы к земле, а глаза никогда не видели звезд. Но… вечно остается то, от чего нельзя уйти: ноги ее прекрасны, глаза ее прекрасны, руки и грудь ее — это рай, чары ее властны над ослепленными мужчинами, как ничто другое, и как полюс волей или неволей притягивает стрелку компаса, так она притягивает к себе мужчину.</p>
     <p>Женщина заставляла меня смеяться над смертью и расстоянием, презирать усталость и сон. Я убивал, убивал часто — из любви к женщине, или теплой кровью скрепляя наш брачный пир, или смывая пятно ее благосклонности к другому. Я шел на смерть, на бесчестье, предавал друзей и принимал горчайшую из судеб — и все ради женщины, а вернее сказать, ради меня самого, потому что я жаждал ее превыше всего. И бывало, я лежал среди колосьев, томясь по ней, чтобы хоть на миг увидеть ее, когда она пройдет мимо, и насытить мой взгляд прелестью ее плавной походки, красотой ее волос, черных, как ночь, или каштановых, или льняных, или пронизанных золотом солнца.</p>
     <p>Ибо женщина прекрасна… в глазах мужчины. Она сладка для его уст и ароматна для его обоняния, она огонь в его крови и гром победных труб, и для его ушей нет музыки нежнее, чем ее голос. И ей дана власть потрясать его душу, которую не могут потрясти даже титаны света и мрака. И, созерцая звезды, мужчина всегда находил для нее место в своем далеком, воображаемом раю, ибо без нее — без валькирии или гурии — для него не было бы рая. И даже песнь меча в разгаре битвы не так сладка, как та песнь, которую женщина поет мужчине, всего лишь влюбленно вздохнув во мраке, засмеявшись лунной ночью или просто пройдя мимо своей плавной походкой, когда он лежит в траве, охваченный томлением.</p>
     <p>Я умирал из-за любви. И умирал ради любви, как вы узнаете.</p>
     <p>Еще немного времени, и меня выведут отсюда, меня, Даррела Стэндинга, и убьют. И я умру — из-за любви. Нужно было многое, чтобы я поднял руку на профессора Хаскелла в лаборатории Калифорнийского университета. Он был мужчиной, и я тоже был мужчиной. И между нами стояла прекрасная женщина. Поймите!</p>
     <p>Она была женщиной, а я был мужчиной и пылким влюбленным, принявшим все наследие любви со времен черных воющих джунглей, когда любовь еще не была любовью, а человек человеком.</p>
     <p>Старая история! Сколько раз на протяжении этого бесконечного прошлого жертвовал я жизнью и честью, саном и властью во имя любви! Мужчина отличен от женщины. Она живет повседневностью, и ей недоступно то, что лежит за гранью настоящего.</p>
     <p>Нам знакома честь, не сравнимая с ее честью, и гордость, о какой она даже не может помыслить. Наши глаза устремлены вдаль, ибо они созерцают звезды, а ее глаза видят только твердую землю под ее ногами, руки возлюбленного, сжимающие ее в объятиях, младенца, жадно прильнувшего к ее груди. И все же такими сделали нас века, что женщина властвует над нашими снами, зажигает огонь в наших жилах, и потому дороже грез и далеких видений, дороже самой жизни стала для нас женщина, ибо влюбленные говорят правду: она одна — больше, чем весь мир. Так оно и должно быть. Иначе человек не был бы человеком, воином и победителем, идущим красной стезей по лику земли, подчиняя себе все другие творения природы. Ибо если бы человек не умел любить, любить по-царски, он не был бы воином. Мы сражаемся, как надлежит, умираем, как надлежит, и живем, как надлежит, во имя того, что мы любим.</p>
     <p>Я — этот единый человек. Я вижу в себе те многие «я», из которых сложилась моя личность. И всегда рядом со мной — женщина, которая приносила мне счастье и гибель, которая любила меня и которую любил я.</p>
     <p>Я помню, как в давние-давние времена, когда род человеческий был еще совсем юн, я вырыл яму и вбил в середине ее заостренный кол, чтобы поймать Саблезубого.</p>
     <p>Саблезубый с длинными клыками и длинной шерстью был главным врагом нашего племени, которое жалось по ночам около костров. Днем же вокруг нас все росли и росли кучи раковин, потому что мы выкапывали из просоленной грязи болот моллюсков и пожирали их.</p>
     <p>А когда мы проснулись подле угасающих костров, разбуженные ревом и визгом Саблезубого, и меня властно позвало к себе далекое видение моей ловушки, женщина, повиснув на мне, стала бороться со мной и не дала мне уйти во мрак, где меня ждало осуществление моей мечты. Она куталась в обрывки шкур (их надевали только ради тепла), облезлых, опаленных огнем, но это были шкуры зверей, которых убил я; лицо ее, не мытое со времени весенних дождей, почернело от дыма, ногти на руках были кривыми и обломанными, а сами руки, покрытые толстыми мозолями, скорее походили на клешни, но глаза ее были синими, как летнее небо, как спокойное море, и что-то в них, и в руках, обнимавших меня, и в сердце, бившемся у моей груди, помешало мне уйти… И до зари, пока Саблезубый ревел и визжал от ярости и боли, я слышал, как во мраке мои товарищи, хихикая, шептали своим женщинам, что я сам не верю в свою выдумку и боюсь идти ночью к яме и к колу, который я придумал, чтобы погубить Саблезубого. Но моя женщина, моя дикая подруга, не пускала меня, несмотря на мою ярость, и глаза ее сковывали меня, ее руки связывали меня, и ее сердце, бьющееся у моей груди, заставило меня забыть мою высокую мечту, мою мужскую гордость, которая звала меня к заветной цели — пойти и убить Саблезубого, корчащегося на колу в яме.</p>
     <p>Некогда я был Ушу, стрелком из лука. Я хорошо это помню, ибо я отбился от моего племени в дремучем лесу, а когда выбрался из него на сочные луга, то был принят в чужое племя, близкое мне по крови: кожа их была белой, волосы — белокурыми, речь — похожей на мою. А она была Игарь. Я покорил ее, когда пел в вечернем сумраке, — ведь ей суждено было стать матерью нового племени, ибо бедра ее были широки, а грудь высока, и она не могла не покориться мужчине с могучими мускулами и широкой грудью, который воспевал свои победы в боях и обильную охотничью добычу, обещая ей в ее слабости защиту и пищу, пока она будет нянчить детей, чтобы было кому охотиться и добывать мясо, когда ее уже не будет в живых.</p>
     <p>Ее соплеменникам была неведома мудрость моего племени, и они добывали себе мясо с помощью ловушек, а в битве пускали в ход дубины и пращи, не зная волшебства быстрых стрел с зарубкой на конце, чтобы крепче ложиться на тетиву из хорошо скрученной оленьей жилы, которая, стоило ее отпустить, сразу растягивалась, подчиняясь пружинящей силе согнутой ясеневой палки.</p>
     <p>И пока я пел, вокруг меня в сумерках смеялись мужчины чужого племени. И только она, Игарь, поверила в меня, поверила моим словам. Я повел ее одну на охоту, туда, где олени ходили на водопой, и моя тетива запела в кустах, и олень упал, пораженный в сердце. Вкусным было теплое мясо, которое мы ели, и она стала моей там, у водопоя.</p>
     <p>И ради Игари я остался в чужом племени. Я научил их делать луки из красного, нежно пахнущего дерева, похожего на кедр, И я научил их не закрывать глаз, и целиться левым глазом; и выделывать тупые стрелы для мелких зверьков и костяные двузубые наконечники, чтобы поражать рыбу в прозрачной воде, и обтесывать обсидиановые наконечники, чтобы поражать оленя и дикую лошадь, лося и Саблезубого. Но они стали смеяться над тем, что я обтесываю камень, и смеялись до тех пор, пока моя стрела не пронзила насквозь тело лося так, что обтесанный наконечник вышел с другой стороны, а оперенное древко застряло во внутренностях зверя. Тут все племя стало хвалить меня.</p>
     <p>Я был Ушу, стрелок из лука, а Игарь была моей женщиной и верной подругой. По утрам мы смеялись в солнечных лучах, глядя, как наши мальчик и девочка копошатся в цветах, осыпанные золотистой пыльцой, словно пчелы, собирающие мед. А по ночам она лежала в моих объятиях, ласкала меня и уговаривала бросить охоту: пусть другие мужчины приносят мне добытое с опасностью для жизни мясо за то, что я умею обрабатывать дерево и делать из обсидиана наконечники для стрел. И я послушался ее, и разжирел, обзавелся одышкой, и долгие ночи проводил без сна, потому что мужчины из этого чужого мне племени приносили мне мясо за мою мудрость, но смеялись над моей толщиной и нежеланием охотиться и сражаться. Когда же ко мне пришла старость и наши сыновья стали взрослыми мужчинами, а наши дочери — матерями, с юга, словно морские волны, нахлынули темнокожие люди с низкими лбами и вытянутыми черепами, и мы бежали от них к подножию гор, и тогда Игарь, как все мои прежние и будущие подруги, повисла на мне, стараясь не пустить в битву, ибо ей недоступны были далекие видения.</p>
     <p>Но я вырвался от нее, хоть и был толст и страдал одышкой.</p>
     <p>Она плакала, что я разлюбил ее а я сражался всю ночь, вплоть до зари, когда под пение тетивы и свист стрел — оперенных, с острыми наконечниками — мы научили Плосколобых искусству убивать и показали им, что такое упоение битвы.</p>
     <p>А когда битва затихла и я испустил дух, вокруг меня раздавались песни смерти, и казалось, что это рассказ о том, как я был Ушу, стрелком из лука, а Игарь, моя подруга, повиснув на мне, старалась не пустить меня на битву.</p>
     <p>Когда-то — бог знает когда, во всяком случае, в те давние дни, когда человек был юн, — мы жили у окраины больших болот, где холмы сбегали к широкой, медлительной реке, где наши женщины собирали ягоды и съедобные корни и где бродили табуны диких лошадей, стада оленей, антилоп и лосей. Мы поражали их стрелами или загоняли в ловушки или в узкие лощины, откуда не было выхода. В реке мы ловили рыбу сетями, которые наши женщины плели из коры молодых деревьев.</p>
     <p>Я был жадно любопытен, как те антилопы, которых мы подманивали к своей засаде среди травяных зарослей, помахивая в воздухе пучками травы. На болоте рос дикий рис, поднимаясь высокой стеной по берегам протоков. Каждое утро дрозды будили нас своим щебетом, — это они покидали гнезда и летели кормиться на болота. И все долгие сумерки в воздухе слышался их пересвист, когда они возвращались в свои гнезда. Так бывало в пору созревания риса. И утки, водившиеся на болоте, жирели вместе с дроздами, клюя спелый рис, с которого солнце снимало шелуху.</p>
     <p>Я был человеком, и поэтому меня всегда томила беспокойная жажда узнать, что скрывается за холмами и за болотами и в иле на дне реки, и я следил за дикими утками и дроздами и силился понять, пока мое упорство не подарило мне прозрения и я не увидел. А увидел я вот что и вот как.</p>
     <p>Мясо — хорошая пища. Но, в конце концов, если проследить его путь, а вернее сказать, в самом начале этого пути, все мясо создавалось травой. Мясо утки и мясо дрозда рождалось из семян болотного риса. Чтобы убить утку стрелой, приходилось долго ее выслеживать и много часов проводить в засаде. Дрозды же были такими маленькими, что в них пускали стрелы лишь мальчишки, еще только учившиеся стрелять из лука. А вот в пору созревания риса мясо дроздов и уток было особенно сочным и жирным.</p>
     <p>Их жир порождался рисом. Так почему бы мне и моим детям тоже не набраться жиру от риса?</p>
     <p>Я обдумывал все это на становище молча, угрюмо, не замечая возившихся вокруг меня детей, и Арунга, моя подруга, тщетно осыпала меня упреками и уговаривала пойти на охоту, чтобы добыть побольше мяса для всех нас.</p>
     <p>Арунга принадлежала к Племени Холмов, и я похитил ее.</p>
     <p>Двенадцать лун мы с ней учились понимать друг друга после того, как я захватил ее. Что за день это был, когда я прыгнул на нее с ветви, нависшей над тропой, по которой она шла! Я свалился ей на плечи, придавил весом своего тела и крепко вцепился в нее, чтобы она не убежала. Она завизжала, как кошка. Она била меня кулаками, кусала и рвала ногтями, острыми, как когти рыси. Но я не выпустил ее и заставил ее покориться — два дня я бил ее и заставил уйти со мной из ущелий Племени Холмов на поросшие травой равнины, где река медленно струилась через рисовые болота, а утки и дрозды жирели не по дням, а но часам.</p>
     <p>Мое прозрение пришло ко мне, когда рис созрел. Я усадил Арунгу на носу грубого подобия пироги — это был древесный ствол с выжженной сердцевиной — и велел ей грести. На корме я расстелил оленью шкуру, которую выдубила она. Двумя толстыми палками я пригибал колосья к шкуре и выколачивал зерно, которое иначе досталось бы дроздам. А когда я научился этому, я отдал палки Арунге, а сам сел на нос, греб и указывал ей, что надо делать.</p>
     <p>Прежде мы иногда жевали сырой рис, и он нам не нравился.</p>
     <p>Но теперь мы распарили его на костре, так что зерна набухли белыми шариками, и все племя сбежалось попробовать их.</p>
     <p>После этого нас стали называть Пожирателями Риса и Сыновьями Риса, а много-много лет спустя, когда Сыновья Реки прогнали нас с болот на взгорье, мы взяли с собой семена риса и посеяли их там. Мы научились отбирать на семена самые большие зерна, и белые шарики риса, которые мы ели, отпарив или сварив их, становились все крупнее.</p>
     <p>Но я рассказывал об Арунге. Я уже говорил, что она визжала и царапалась, как кошка, когда я похитил ее. А потом ее родичи из Племени Холмов захватили меня и утащили к себе в холмы.</p>
     <p>Это были ее отец, его брат и два ее собственных кровных брата.</p>
     <p>Но она принадлежала мне и была моей женой. И вот ночью, когда я лежал, спутанный, как дикий кабан, которого готовятся зарезать, а они, сморенные усталостью, заснули у костра, она подкралась к ним и разбила им головы боевой дубиной, изготовленной моими руками. А потом она плача развязала меня и бежала со мной назад, к широкой, медлительной реке, где дрозды и дикие утки кормились на рисовых болотах, — это было задолго до прихода Сыновей Реки.</p>
     <p>Она же была Арунгой, единственной женщиной, вечной женщиной. Она жила во всех временах и во всех странах и будет жить всегда. Она бессмертна. Некогда в далекой стране ее звали Руфь, и еще ее звали Изольда и Елена, Покахонтас <a l:href="#n_409" type="note">[409]</a> и Унга. И человек из чужого племени много раз находил ее и будет находить всегда, во всех племенах земли.</p>
     <p>Я помню бесчисленных женщин, из которых возникла она — единственная женщина. Было время, когда Ар, мой брат, и я спали по очереди и по очереди преследовали дикого жеребца — день и ночь напролет один из нас гнал его по широкому кругу, смыкавшемуся там, где спал второй. Мы не давали ему отдыха и с помощью голода и жажды укротили его гордый нрав, так что в конце концов он покорно стоял, пока мы связывали его ремнями, вырезанными из оленьей шкуры. Вот так, с помощью только наших ног, не утомляясь, ибо нами руководил разум (план принадлежал мне), мы с братом загнали этого неукротимого бегуна, и он стал нашим.</p>
     <p>А когда я уже был готов взобраться ему на спину, ибо таково было видение, манившее меня издалека, — Сельпа, моя женщина, обняла меня за шею и стала громко кричать, что сделать это должен Ар, а не я, потому что у Ара нет ни жены, ни детей и его смерть никого не обездолит. А потом она стала плакать, и мое видение было у меня отнято: когда жеребец помчался прочь, на нем, плотно прильнув к нему нагим телом, сидел Ар, а не я.</p>
     <p>На закате раздались причитания: это несли Ара от дальних утесов, где отыскали его мертвое тело. Его голова была разбита, и мозг, словно мед из поваленного бурей дуплистого дерева, где гнездятся пчелы, капля за каплей падал на землю. Его мать посыпала голову пеплом и зачернила лицо. Его отец отрубил половину пальцев на руке в знак печали. Все женщины, особенно молодые, еще не нашедшие мужей, осыпали меня злыми словами, а старики покачивали мудрыми головами и, шамкая, бормотали, что ни отцы их и ни отцы их отцов даже не помышляли о таком безумстве.</p>
     <p>Лошадиное мясо — хорошая пища, мясо жеребят легко поддается даже старым зубам, но только глупец подойдет близко к дикой лошади, если ее не пронзила стрела или кол на дне ямы-ловушки.</p>
     <p>А Сельна бранила меня, пока я не заснул, и утром разбудила нескончаемым потоком речей, попрекая меня моим безумием, заявляя о своем праве на меня и о праве наших детей, и повторяла это до тех пор, пока совсем меня не измучила; я отрекся от моего далекого видения и сказал, что никогда больше не буду мечтать о том, чтобы вскочить на дикую лошадь и помчаться быстрее ветра по пескам и заросшим травой равнинам.</p>
     <p>Шли годы, а у костров нашего становища по-прежнему повторяли рассказ о моем безумии. Но в этом и было мое отмщение, ибо мечта не умерла, и юноши, слышавшие хохот и насмешки, все равно покорялись ей, и в конце концов Отар, мой первенец, еще совсем юным загнал дикого жеребца, вскочил на его спину и пронесся перед нами с быстротой ветра. И тогда все мужчины племени, не желая отставать от него, принялись ловить и укрощать диких коней. Много лошадей было укрощено, и многие люди заплатили за это жизнью. Но я дожил наконец до того дня, когда, перенося становище вслед за откочевывающими стадами дичи, мы клали младенцев в ивовые корзинки, перекинутые через спины лошадей, которые везли наш скудный скарб.</p>
     <p>Я, когда был молод, узрел мое видение и выносил в моей душе мечту; Сельпа, женщина, встала на моем пути к высокому желанию; но Отар, наш сын, которому суждено было жить после нас, снова узрел мое видение и прошел весь долгий путь к нему, и охотничья добыча нашего племени стала обильной.</p>
     <p>И была еще женщина — во время великого переселения из Европы, длившегося много поколений, когда мы открыли Индии короткорогий скот и ячмень. Но эта женщина жила задолго до того, как мы достигли Индии. Тогда еще не было видно конца этому многовековому переселению, и самый ученый географ не мог бы мне сейчас объяснить, где лежала древняя долина, о которой пойдет речь.</p>
     <p>Эта женщина была Нухила. А долина была узкой, не очень длинной, и ее крутые склоны и дно были изрезаны террасами, на которых выращивались рис и просо — первый рис и первое просо, ставшие известными нам, Сыновьям Горы. В этой долине жил кроткий народ. Он стал изнеженным, потому что обрабатывал тучную почву, которую вода делала еще более тучной. В первый раз мы увидели искусственное орошение полей, хотя нам некогда было рассматривать их каналы и стоки, по которым вода горных источников попадала на поля, созданные руками этого племени.</p>
     <p>Нам некогда было их рассматривать, ибо нас, Сыновей Горы, было мало и мы бежали от Сыновей Безносого, так как их было много.</p>
     <p>Мы называли их Безносыми, а они называли себя Сыновьями Орла. Но их было много, и мы бежали под их натиском вместе с нашим короткорогим скотом, нашими козами, нашим ячменем, нашими женщинами и детьми.</p>
     <p>Пока Безносые убивали наших юношей позади нас, мы впереди убивали жителей долины: они выступили против нас, но были слишком слабы. Их хижины были построены из глины и крыты травой, а всю деревню окружала стена, сделанная из глины, но очень высокая. Когда же мы убили тех, кто построил стену, и укрылись позади нее вместе с нашими стадами, нашими женщинами и детьми, мы поднялись на самый ее верх и принялись осыпать Безносых насмешками, ибо глинобитные житницы были доверху полны рисом и просом, наш скот мог питаться кровлями, а время дождей было совсем близко, и нам нечего было беспокоиться о воде.</p>
     <p>Осада была долгой. В самом начале мы собрали чужих женщин, стариков и детей, которых еще не убили, и выгнали их за построенную ими стену. Безносые убили их всех до одного, так что в поселке осталось больше пищи для нас, а в долине — больше пищи для Безносых.</p>
     <p>Осада была долгой и тяжелой. Нас поразила болезнь, а потом моровая язва; ею нас заражали наши покойники. В глинобитных житницах не осталось ни риса, ни проса, наши козы и короткорогий скот съели кровли всех домов, а мы, чтобы отдалить конец, съели коз и весь короткорогий скот.</p>
     <p>И пришло время, когда на стене, там, где прежде стояло пятеро, стоял один, а там, где было полтысячи маленьких детей, не осталось ни одного. И вот Нухила, моя женщина, отрезала свои волосы и сплела из них крепкую тетиву для моего лука. Так же поступили и другие женщины. А когда враги пошли на приступ, наши женщины стояли бок о бок с нами: мы метали копья и стрелы, а они кидали на головы Безносых глиняные горшки и камни. Наше упорство чуть было не заставило отступить даже упорных Безносых. Пришло время, когда из десяти наших мужчин на стену поднимался уже только один, а. наших женщин уцелело совсем немного, — тогда Безносые предложили нам мир. Они сказали нам, что мы стойкое племя, и что наши женщины рожают настоящих мужчин, и что, если мы отдадим им наших женщин, они не будут нас больше трогать и оставят нам эту долину. А мы сможем добыть себе женщин в южных долинах.</p>
     <p>Но Нухила сказала «нет». И все остальные женщины тоже сказали «нет». И мы осыпали Безносых насмешками и спрашивали, не стали ли они трусами. Сами же мы тогда были почти мертвецами, и когда мы смеялись над нашими врагами, у нас уже не оставалось сил, чтобы сражаться. Еще один приступ — и все будет кончено. Мы знали это. Наши женщины знали это.</p>
     <p>Но Нухила сказала, что мы кончим все раньше и перехитрим Безносых. И остальные наши женщины согласились. И пока Безносые готовились к последнему приступу, мы на стене убили наших женщин. Нухила любила меня и наклонилась вперед, чтобы скорее встретить острие моего меча — там, на стене. А мы. мужчины, во имя племени и соплеменников поразили мечами друг друга, и вот на покрасневшей от крови стене стояли только я и Орда. Орда был моим первенцем. И я наклонился вперед, чтобы встретить его меч. Но умер я не сразу. Я был последним из Сыновей Горы, ибо я еще видел, как Орда пал на свой меч и тут же умер. А когда умирал я и вопли приближающихся Безносых замирали в моих ушах, я радовался тому, что нашим женщинам не придется растить детей Безносым.</p>
     <p>Не знаю, когда было то время, когда я был Сыном Горы и мы погибли в узкой долине, где прежде сразили Сыновей Риса и Проса. Я знаю только, что прошло еще много веков, прежде чем кочующие племена всех нас, Сыновьи Горы, добрались до Индии, а это было задолго до того, как я стал арийским владыкой в Древнем Египте и построил себе две гробницы, осквернив гробницы царей, которые были до меня.</p>
     <p>Я хотел бы рассказать побольше о тех далеких временах, но эта моя жизнь близится к концу. Скоро я расстанусь с ней. Я очень жалею, что не могу рассказать подробнее об этих ранних переселениях, когда целые народы откочевывали под натиском других племен, или от наступающих ледников, или вслед за уходящими стадами антилоп и оленей.</p>
     <p>И еще мне хотелось бы поведать о Таинствах, ибо мы всегда стремились разгадать загадки жизни, смерти и разрушения. Человек не похож на других животных, потому что взор его устремлен к звездам. Много богов он создал по собственному подобию и в облике, порожденном его воображением. В те далекие времена я поклонялся солнцу и мраку. Я поклонялся колосу как источнику жизни. Я поклонялся Сар — богине хлебов. И я поклонялся морским богам, и речным богам, и богам-рыбам.</p>
     <p>И я помню Иштар, когда еще вавилоняне не похитили ее у нас, и Эа <a l:href="#n_410" type="note">[410]</a>, нашего бога, царившего в подземном мире и помогшего Иштар победить смерть. Митра <a l:href="#n_411" type="note">[411]</a> также был добрым старым арийским богом, прежде чем его украли у нас или мы от него отреклись. И я помню время, через много веков после того переселения, когда мы принесли ячмень в Индию, — на этот раз я при ехал в Индию как торговец лошадьми, ко главе большого каравана, окруженный множеством слуг, и тогда они поклонялись Бодисатве <a l:href="#n_412" type="note">[412]</a>.</p>
     <p>Поистине Таинство веры блуждало вместе с народами, и боги, которых крали и брали взаймы, были тогда такими же бродягами, как и мы сами. Как шумерийцы взяли у нас взаймы Шамашнапиштина <a l:href="#n_413" type="note">[413]</a>, так Сыновья Сима <a l:href="#n_414" type="note">[414]</a> забрали его у шумерийцев и назвали его Ноем.</p>
     <p>И нынешний я, Даррел Стэндинг, когда пишу эти строки в Коридоре Убийц, я улыбаюсь тому, что меня признали виновным и приговорили к смерти двенадцать надежных и честных присяжных. Двенадцать всегда было магическим числом Таинства, и начало ему положили вовсе не двенадцать колен израильских.</p>
     <p>Те, кто взирал на звезды задолго до них, разместили в небе двенадцать знаков зодиака, и я помню, когда я был эссиром и ваниром <a l:href="#n_415" type="note">[415]</a>.</p>
     <p>Один судил людей в окружении двенадцати богов, и их звали Тор, Бальдур, Ньярд, Фрей, Тир, Браги, Хеймдаль, Годер, Видар, Улл, Форсети и Локи.</p>
     <p>Даже наши валькирии были украдены у нас и превращены в ангелов, а крылья их лошадей оказались за спинами этих ангелов. И наш Хельгейм тех дней льда и мороза стал современным адом, где так жарко, что кровь закипает в жилах. А у нас, в нашем Хельгеймо, царил такой лютый холод, что мозг замерзал в костях. И даже небо, которое казалось нам вечным и неизменным, смещалось и поворачивалось, так что теперь мы видим Скорпиона там, где прежде мы видели Козерога, а Стрельца на месте Рака.</p>
     <p>О, эти веры! Вечная погоня за постижением Таинства. Я помню хромого бога греков, бога-кузнеца. Но их Вулкан был нашим германским Виландом <a l:href="#n_416" type="note">[416]</a>, богом кузнецом, охромевшим, когда Нидунг, владыка Нидов, взял его в плен и подвесил за ногу. Но и до этого он был нашим кузнецом, вечно бившим молотом по наковальне, и мы звали его Ильмаринен <a l:href="#n_417" type="note">[417]</a>. А его мы породили нашим воображением, дали ему в отцы бородатого солнечного бога и вскормили его звездами Медведицы. Ибо он. Вулкан, Виланд, Ильмаринен, родился под сосной из волоса волка и звался также Отцом Медведем задолго до того, как германцы и греки похитили его и стали ему поклоняться. В те дни мы звали себя Сыновьями Медведя и Сыновьями Волка, и медведь с волком были нашими тотемами. Это было еще до нашего переселения к югу, когда мы слились с Сыновьями Рощ и научили их нашим тотемам и сказаниям.</p>
     <p>Да, тот, кто был Кашьяной, кто был Пуруравасом, на самом деле был нашим хромым богом-кузнецом, ковавшим железо, которого мы несли с собой во время наших переселений, а жители юга и жители востока. Сыновья Шеста, Сыновья Огненного Лука и Огненной дощечки давали ему новые имена и поклонялись ему.</p>
     <p>Но повесть эта слишком длинна, хотя я был бы рад рассказать о Трилистнике Жизни, которым Сигмунд воскресил Синфьотли <a l:href="#n_418" type="note">[418]</a>, ибо это индийская сома <a l:href="#n_419" type="note">[419]</a>, священный Грааль короля Артура, это… но довольно, довольно!</p>
     <p>И все же, когда я спокойно взвешиваю то, о чем рассказал вам, я прихожу к заключению, что лучшим в жизни, во всех жизнях, для меня и для всех мужчин была женщина, остается женщина и будет женщина до тех пор, пока в небесах горят звезды и сменяются созвездия. Более великой, чем наш труд и наше дерзание, больше нашей изобретательности и полета воображения, более великой, чем битва, созерцание звезд и таинство веры, — самой великой всегда была женщина.</p>
     <p>Хоть она пела мне лживые песни, и приковывала мои ноги к земле, и отвлекала от звезд мой взгляд, чтобы я смотрел на нее, она, хранительница жизни, матерь земли, дарила мне мои лучшие дни и ночи и долгие годы.</p>
     <p>Даже Таинству я придавал ее облик и, рисуя карту звездного неба, поместил ее среди звезд.</p>
     <p>Все мои труды и изобретения вели к ней. Все мои далекие видения кончались ею. Когда я создал огненный лук и огненную дощечку, я создал их для нее. Ради нее, хоть я и не знал этого, строил я ловушку с колом для Саблезубого. Ради нее укрощал лошадей, убивал мамонтов и гнал своих оленей к югу, уходя от наступающего ледника. Ради нее я жал дикий рис, одомашнивал ячмень, пшеницу и кукурузу.</p>
     <p>Ради нее и ради будущих ее детей я умирал на вершинах деревьев, отбивался от врагов у входа в пещеру, выдерживал осаду за глиняными стенами. Ради нее я поместил в небе двенадцать знаков. Ей молился я, когда склонялся перед десятью нефритовыми камнями, видя в них месяцы плодородия.</p>
     <p>И всегда женщина льнула к земле, подобно матери-куропатке, укрывающей своих птенцов. И всегда моя тяга к скитаниям увлекала меня на сияющие пути. Но всегда мои звездные тропы приводили к ней, вечной и единственной, к той женщине, чьи объятия так влекли меня, что в них я забывал о звездах.</p>
     <p>Ради нее я странствовал по морям, взбирался на горы, пересекал пустыни, ради нее я был первым на охоте и первым в битве.</p>
     <p>И ради нее и для нее я пел песни о свершенном мною. Благодаря ей я познал всю радость жизни, всю музыку восторга. И теперь, подходя к концу, я могу сказать, что нет безумия более трепетного и сладкого, чем ощутить душистую прелесть ее волос и, погрузившись в них лицом, найти забвение.</p>
     <p>Еще одно слово. Я вспоминаю Дороти такой, как видел ее, когда еще читал лекции по агрономии сыновьям фермеров. Ей было одиннадцать лет. Ее отец был деканом нашего факультета.</p>
     <p>Она была ребенком, и она была женщиной и вообразила, что любит меня. А я улыбался про себя, ибо сердце мое было спокойно и отдано другой. Но улыбка моя была нежной, потому что в глазах этой девочки я увидел вечную женщину, женщину всех времен и всех обликов. В ее глазах я видел глаза моей подруги, бродившей со мной по джунглям, ютившейся со мной на деревьях, в пещере и на болотах. В ее глазах я увидел глаза Игари, когда я был Ушу, стрелком из лука, глаза Арунги, когда я был жнецом риса, глаза Сельпы, когда я мечтал подчинить себе жеребца, глаза Нухилы, которая наклонилась ко мне, встречая мой меч. Да, и в глазах ее было то, что делало их глазами Леи-Леи, которую я оставил со смехом на устах, глазами госпожи Ом, сорок лет делившей со мной нужду на дорогах и тропах Чосона, глазами Филиппы, из-за которой я упал мертвым на траву в старой Франции, глазами моей матери, когда я был мальчиком Джесси на Горных Лугах в кольце из сорока наших фургонов.</p>
     <p>Она была девочкой, но она была дочерью всех женщин, так же как ее мать, и она была матерью всех женщин, которые еще будут. Она была Сар, богиней хлебов. Она была Иштар. победившей смерть. Она была царицей Савской и Клеопатрой; она была Эсфирью и Иродиадой. Она была Марией Богоматерью, и Марией Магдалиной, и Марией, сестрой Марфы, и она была Марфой. И она была Брунгильдой и Джиневрой, Изольдой и Джульеттой, Элоизой и Николет. И она была Евой <a l:href="#n_420" type="note">[420]</a>, она была Лилит <a l:href="#n_421" type="note">[421]</a>, она была Астартой. Ей было одиннадцать лет, и она была всеми женщинами прошлого, всеми женщинами будущего.</p>
     <p>Я сижу сейчас в моей камере, слушаю жужжание мух в сонном летнем воздухе и знаю, что время мое истекает. Скоро, скоро на меня наденут рубашку без ворота… Но успокойся, мое сердце!</p>
     <p>Дух бессмертен. После мрака я снова буду жить и снова встречу женщину. Будущее таит для меня еще не родившихся женщин, и я встречусь с ними в жизнях, которые мне еще предстоит прожить. И пусть изменяются созвездия и лгут небеса, но всегда остается женщина, несравненная, вечная, единственная женщина.</p>
     <p>И я во всех моих обликах, во всех моих судьбах остаюсь единственным мужчиной, ее супругом.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
     </title>
     <p>Мое время близится к концу. Свою рукопись я сумел передать за стены тюрьмы. Человек, на которого я могу положиться, позаботится о том, чтобы она была напечатана. Эти строки я пишу уже не в Коридоре Убийц, я пишу их в камере смертников, где днем и ночью за мной следят. Следят неусыпно и бдительно, чтобы — и в этом весь парадокс, — чтобы я не умер. Я должен жить для того, чтобы меня могли повесить, ибо в противном случае общество будет обмануто, закон посрамлен и тень брошена на репутацию ревностного и исполнительного служаки — начальника этой тюрьмы, который должен среди прочих своих обязанностей следить за тем, чтобы приговоренных к смертной казни вешали своевременно и по всем правилам. Поистине, какими только способами не добывают себе люди средства к существованию!</p>
     <p>Это мои последние записи. Завтра утром пробьет мой час.</p>
     <p>Губернатор отказался помиловать меня, отказался даже отсрочить казнь, невзирая на то, что Лига Борьбы Против Смертной Казни подняла в Калифорнии немалый шум. Репортеры слетелись сюда, словно коршуны. Я видел их всех. Какие это странные молодые люди! А особенно странным кажется мне то, что они должны зарабатывать свой хлеб, свои коктейли и сигареты, свои квартиры и, если они женаты, башмаки и школьные учебники для своих ребятишек, наблюдая казнь профессора Даррела Стэндинга и описывая в газетах, как профессор Даррел Стэндинг умирал в веревочной петле. Ну что же, когда все это кончится, им будет более тошно, чем мне.</p>
     <p>Вот я сижу и размышляю над этим, а за стенами камеры приставленный ко мне надзиратель безостановочно шагает перед моей дверью взад и вперед, взад и вперед, не отрывая от меня настороженного взгляда, и я начинаю ощущать невероятную усталость от моего бессмертия. Я прожил так много жизней. Я устал от бесконечной борьбы, страданий и бедствий, которые неизбежны для того, кто поднимается высоко, выбирает сверкающие пути и странствует среди звезд.</p>
     <p>И, право, мне бы хотелось, когда я вновь обрету тело, стать простым, мирным землевладельцем. Я вспоминаю ферму моих сновидений. Мне бы хотелось хотя бы раз прожить там целую жизнь. О, эта ферма, рожденная в сновидениях! Мои луга, засеянные люцерной, мои породистые джерсейские коровы, мои горные пастбища, мои поросшие кустарником холмы, превращающиеся в возделанные поля, мои ангорские козы, объедающие кустарник выше по склонам, чтобы и там появились пашни.</p>
     <p>Высоко среди холмов есть котловина — в нее с трех сторон стекают ручьи. Если перегородить плотиной выход из нее — а он довольно узок, — то, затратив совсем мало труда, я мог бы создать водохранилище на двадцать миллионов галлонов воды. Ведь интенсивному земледелию в Калифорнии больше всего мешает наше долгое, сухое лето. Оно препятствует выращиванию покровных культур, и солнце легко выжигает из оголенной, ничем не защищенной почвы содержащийся в ней гумус. Ну а, построив такую плотину, я мог бы, соблюдая правильный севооборот, который обеспечивает богатое природное удобрение, снимать три урожая в год…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я только что вытерпел посещение начальника тюрьмы. Я сознательно употребил слово «вытерпел». Перенес. Здешний начальник тюрьмы совершенно не похож на начальника тюрьмы Сен-Квентин. Он очень волновался, и мне волей-неволей пришлось занимать его беседой. Это — его первое повешение. Так он мне сообщил. А я отнюдь не успокоил его, когда ответил неуклюжей шуткой: «И мое тоже!» Ему она не показалась смешной. Его дочь учится в школе, а сын в этом году поступил в Стэнфордский университет. Семья живет на его жалованье, жена постоянно болеет, и его очень беспокоило то, что доктора страховой компании сочли его здоровье слишком слабым и отказали ему в полисе. Право же, он посвятил меня почти во все свои тревоги и заботы, и если бы я не сумел дипломатично оборвать наш разговор, он сейчас еще продолжал бы свое грустное повествование.</p>
     <p>Последние два года в Сен-Квентине были очень тягостными и унылыми. По невероятной прихоти судьбы Эда Моррела извлекли из одиночки и тут же назначили главным старостой всей тюрьмы. Прежде эту должность занимал Эл Хэтчинс, и она приносила ему в среднем около трех тысяч долларов в год на одних взятках. На мою беду, Джек Оппенхеймер, который провел в одиночке уже невесть сколько лет, вдруг возненавидел весь мир.</p>
     <p>Восемь месяцев он отказывался разговаривать и не желал перестукиваться даже со мной.</p>
     <p>И в тюрьме новости мало-помалу проникают всюду. А дайте им время, и они просочатся и в карцер и в одиночные камеры.</p>
     <p>Так в конце концов я узнал, что Сесил Уинвуд, поэт, фальшивомонетчик, доносчик, трус и провокатор, снова попал в тюрьму за новую подделку денег. Вы ведь помните: именно этот Сесил Уинвуд сочинил басню о том, что я перепрятал несуществующий динамит, и именно по его милости я уже пятый год томился в одиночке.</p>
     <p>Я решил убить Сесила Уинвуда. Поймите: Моррела уже не было рядом, а Оппенхеймер вплоть до последней вспышки ярости, которая привела его на виселицу, хранил молчание. Одиночка стала для меня невыносима. Я должен был что-то предпринять.</p>
     <p>И тут мне припомнилось, как я, будучи Эдамом Стрэнгом, сорок лет терпеливо вынашивал план мести. То, что сделал он, мог бы сделать и я, если бы мои пальцы сомкнулись на горле Сесила Уинвуда.</p>
     <p>Я не могу открыть вам секрет, каким образом попали ко мне четыре иголки. Это были тоненькие иголки для подрубания батистовых платков. Я был так худ, что требовалось перепилить только четыре прута (каждый в двух местах), чтобы получить отверстие, через которое я мог бы протиснуться. И я добился своего.</p>
     <p>Я тратил по одной игле на прут. В каждом пруте нужно было сделать два распила, и на каждый распил уходил месяц. Таким образом, чтобы пропилить себе лазейку, мне потребовалось бы восемь месяцев. К несчастью, я сломал мою последнюю иглу, когда пилил последний прут, а новой иглы пришлось ждать три месяца. Но я дождался ее и выбрался из одиночки.</p>
     <p>Мне очень жаль, что я не разделался с Сесилом Уинвудом.</p>
     <p>Я все рассчитал правильно — все, за исключением одного. Я знал, что наверняка найду Сесила Уинвуда в столовой в обеденный час.</p>
     <p>Поэтому я дождался такого дня, когда в утреннюю смену дежурил Конопатый Джонс, любитель вздремнуть. В те дни я был единственным заключенным, содержавшимся в одиночной камере, и Конопатый Джонс вскоре уже начал мирно похрапывать. Я вынул подпиленные прутья, протиснулся в отверстие, проскользнул мимо моего стража, отворил дверь и очутился на свободе… внутри тюрьмы.</p>
     <p>Вот тут-то и оказалось, что одного я все-таки не предусмотрел — самого себя… Я провел в одиночке пять лет. Я ослабел. Я весил всего восемьдесят семь фунтов. Я был наполовину слеп. И меня мгновенно охватила боязнь пространства. Простор вселил в меня ужас. Пять лет, проведенных в стенах тесной камеры, заставили меня трепетать от страха перед разверзшимся у моих ног провалом лестничной клетки, перед чудовищным простором тюремного двора.</p>
     <p>Мой спуск по этой лестнице я считаю самым большим подвигом, который когда-либо мне довелось совершить. Тюремный двор был пуст. Его заливал ослепительный солнечный свет. Трижды пытался я пересечь этот двор, но меня сразу же охватывало головокружение, и я снова прижимался к стене, напуганный простором. Затем, собравшись с духом, я предпринимал новую попытку, но солнце слепило мои отвыкшие от света глаза, и кончилось тем, что я, словно летучая мышь, шарахнулся в сторону, испугавшись собственной тени на каменных плитах двора. Я хотел обойти ее, споткнулся, упал прямо на нее, и, словно утопающий, который из последних сил стремится выбраться на берег, пополз на четвереньках к спасительной стене.</p>
     <p>Я прислонился к стене и заплакал. Впервые за много лет слезы лились из моих глаз. И, несмотря на мое отчаяние, я обратил внимание на это уже забытое ощущение теплой влаги на моих щеках и солоноватый привкус на губах. Затем меня охватил озноб, и некоторое время я дрожал, словно в лихорадке. Я понял, что пересечь этот двор — задача, непосильная для человека в моем состоянии, и, хотя меня все еще бил озноб, я прижался к спасительной стене и, цепляясь за нее руками, пустился в обход двора.</p>
     <p>Вот где-то на этом пути и заметил меня надзиратель Сэрстон.</p>
     <p>И я тоже его увидал: он представился моим подслеповатым глазам огромным, откормленным чудовищем, которое надвигалось на меня с нечеловеческой, неправдоподобной быстротой из бесконечной дали. Вероятно, в эту минуту он находился от меня на расстоянии двадцати шагов. Он весил сто семьдесят фунтов. Какой могла быть наша схватка, вообразить нетрудно, но утверждают, что во время этой короткой схватки я ударил его кулаком в нос и заставил этот орган обоняния кровоточить.</p>
     <p>Но так или иначе, я ведь был преступником, приговоренным к пожизненному заключению, а если таковой наносит кому-либо увечье, ему, по законам штата Калифорния, полагается за это смертная казнь. И вот присяжные, которые, разумеется, не могли не поверить категорическому утверждению надзирателя Сэрстона и всех прочих верных сторожевых псов закона, дававших свои показания под присягой, признали меня виновным, а судья, который не мог, разумеется, нарушить закон, столь просто и четко изложенный в уголовном кодексе, приговорил меня к смерти.</p>
     <p>Надзиратель Сэрстон избил меня, а затем, когда меня волокли назад в камеру и втаскивали по этой чудовищной лестнице, мне досталось еще немало пинков, увесистых ударов от целой своры надзирателей и тюремных старост, которые только мешали друг другу, стремясь помочь Сэрстону расправиться со мной. Право, если из носа Сэрстона действительно текла кровь, легко могло случиться, что ударил его кто-нибудь из его же подручных. Впрочем, пусть даже его ударил я — меня бесит то, что за подобный пустяк человека можно повесить.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я только что разговаривал с дежурным надзирателем. Оказывается, меньше года назад Джек Оппенхеймер занимал эту самую камеру, когда шел тем же путем, который мне предстоит проделать завтра. И этот самый надзиратель был одним из тех, кто сторожил Джека перед его смертью. Надзиратель этот — старый солдат. Он безостановочно и не слишком опрятно жует табак, отчего его седая борода и усы сильно пожелтели. Он вдовец, и все его четырнадцать оставшихся в живых детей женаты или замужем, и у него уже больше тридцати внучат и четыре крошечные правнучки. Вытянуть из него эти сведения было труднее, чем вырвать зуб. Забавный старикашка и глуп на редкость. Мне кажется, именно благодаря последнему качеству он дожил до такой глубокой старости и произвел такое многочисленное потомство.</p>
     <p>Его мозг, вероятно, застыл на точке замерзания лет тридцать назад.</p>
     <p>Тогда же окостенели и все его представления о жизни. Мне редко доводится слышать от него что-либо, кроме «да» или «нет». И это не потому, что он был угрюм, а просто у него нет мыслей, которые он мог бы высказать.</p>
     <p>Пожалуй, если бы в следующем моем воплощении я пожил вот такой растительной жизнью, это было бы неплохим отдыхом перед тем, как снова отправиться в звездные странствия.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но я отвлекся. А мне надо еще хотя бы в двух словах рассказать о том бесконечном облегчении, которое охватило меня, когда Сэрстон и остальные тюремные псы, втащив меня по этой ужасной лестнице, вновь заперли двери моей тесной одиночки. За ее надежными стенами я почувствовал себя заблудившимся ребенком, который наконец вернулся в родной дом. С любовью смотрел я на эти стены, в течение пяти лет вызывавшие во мне лишь ненависть.</p>
     <p>Только они, мои добрые, крепкие стены, которых я мог одновременно коснуться и правой и левой рукой, защищали меня от огромности пространства, готового, словно страшный зверь, поглотить меня. Боязнь пространства — страшная болезнь. Мне не пришлось страдать от нее долго, но, судя даже по этим кратким мгновениям, могу сказать, что петля пугает меня куда меньше…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я только что посмеялся от души. Тюремный врач, очень милый человек, зашел поболтать со мной и между прочим предложил впрыснуть мне морфий. Разумеется, я отказался от его предложения так «накачать» меня морфием сегодня ночью, чтобы завтра, отправляясь на виселицу, я не понимал, «на каком я свете».</p>
     <p>Да, почему я смеялся? Как это похоже на Джека Оппенхеймера! Я так живо вижу, с каким тайным удовольствием издевался он над репортерами, решившими, что его ответ — глупая обмолвка. Оказывается, утром в день казни, когда Джек, уже одетый в рубашку без ворота, заканчивал свой завтрак, репортеры, набившиеся к нему в камеру для последнего интервью, спросили его, как он относится к смертной казни.</p>
     <p>Попробуйте отрицать, что под ничтожно тонким налетом цивилизации мы — все те же первобытные дикари, если люди, которым еще предстоит жить, могут задать подобный вопрос человеку, который сегодня умрет и чью смерть они пришли поглядеть.</p>
     <p>Джек до конца остался Джеком.</p>
     <p>— Господа, — сказал он, — я надеюсь дожить до того дня, когда смертная казнь будет отменена.</p>
     <p>Я прожил много различных жизней и жил в различные времена. Человек, как личность, мало изменился в нравственном отношении за последние десять тысячелетий. Я утверждаю это категорически. Разница между необъезженным жеребенком и терпеливой ломовой лошадью только в дрессировке. Дрессировка — вот единственное, что в духовном смысле отличает современного человека от дикаря, жившего десять тысяч лет назад. Под тонкой пленкой нравственных понятий, которой современный человек покрыл себя, он все тот же дикарь, каким был десять тысячелетий назад. Мораль — это общественный фонд, мучительное накопление многих веков. Новорожденный ребенок вырос бы дикарем, если бы его не дрессировали, не отполировали с помощью этой абстрактной морали, которая накапливалась так долго, на протяжении столетий.</p>
     <p>«Не убий!» Вздор! Они собираются убить меня завтра утром.</p>
     <p>«Не убий!» Вздор! В доках всех цивилизованных стран мира строятся сегодня дредноуты и сверхдредноуты. Милейшие мои друзья, я, идущий на смерть, приветствую вас словом «вздор!».</p>
     <p>Я спрашиваю вас: где она, та новая, современная мораль, более высокая, чем учение Христа или Будды, Сократа или Платона, Конфуция или неизвестного создателя «Махабхараты» <a l:href="#n_422" type="note">[422]</a>?</p>
     <p>Боже милостивый, пятьдесят тысячелетий назад, когда мы жили тотемическими родами, наши женщины были несравненно чище, наши племенные и групповые отношения несравненно нравственнее и строже!</p>
     <p>Должен сказать, что мораль, которую мы исповедовали в те далекие времена, была более высокой, чем современная мораль.</p>
     <p>Не отмахивайтесь с пренебрежением от этой мысли. Вспомните про детский труд, который у нас применяется, про нашу политическую коррупцию, про взяточничество полиции, про фальсификацию пищевых продуктов и про торгующих своим телом дочерей бедняков. Когда я был Сыном Горы, когда я был Сыном Быка, проституция была нам неведома. Мы были чисты, говорю вам. Такие глубины порока нам даже и не снились. Так же чисты и теперь остальные животные, стоящие на более низкой ступени развития, чем человек. Да, только человек с его воображением и властью над материальным миром мог придумать все семь смертных грехов. Другие животные, низкие животные, не знают греха.</p>
     <p>Я торопливо оглядываюсь назад, на множество моих жизней, прожитых в иные времена и в иных странах. Нигде никогда не встречал я жестокости более страшной или хотя бы столь же страшной, как жестокость нашей современной тюремной системы. Я уже рассказал вам о том, что пришлось мне испытать, когда в первое десятилетие двадцатого века от рождества Христова в тюремной одиночке на меня надели смирительную рубашку. В давние времена мы карали тяжко и убивали быстро. Мы поступали так, потому что таково было наше желание или, если хотите, наша прихоть. Но мы никогда не лицемерили. Мы никогда не призывали к себе на помощь печать, церковь или науку, дабы они освятили своим авторитетом нашу варварскую прихоть. Если мы хотели что-либо совершить, мы совершали это открыто, и с открытым лицом встречали укоры и осуждение, и не прятались за спины ученых экономистов и буржуазных философов или состоящих у нас на жалованье проповедников, профессоров, издателей.</p>
     <p>Да, сто лет назад, пятьдесят лет назад, даже пять лет назад здесь у нас в Соединенных Штатах нанесение легких увечий в драке не влекло за собой смертной казни. А вот в этом году, в году 1913 от рождества Христова, в штате Калифорния именно за такое преступление повесили Джека Оппенхеймера, а завтра за такое же, караемое смертной казнью, преступление — за удар кулаком по носу — меня выведут из камеры и повесят. Не правда ли, нельзя утверждать, что обезьяна и тигр умерли в душе человека, если подобные законы входят в уголовный кодекс штата Калифорния в году 1913 от рождества Христова? Боже милостивый, Христа всего лишь распяли! Джека Оппенхеймера и меня пытали куда страшнее.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Как-то раз Эд Моррел простучал мне:</p>
     <p>— Более бессмысленно использовать человека, чем повесив его, невозможно.</p>
     <p>Нет, я не испытываю уважения к смертной казни. И не только потому, что это — мерзость, превращающая в зверей тех, кто приводит в исполнение смертный приговор, получая за это жалованье, а потому, что она превращает в зверей, унижает тех, кто допускает это, подает свои голоса за это и платит налоги для того, чтобы это совершалось. Эта кара столь бессмысленна, столь глупа, столь чудовищно антинаучна! «…Повесить за шею, пока не будет мертв» — забавную формулу придумало общество…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Настало утро — последнее утро в моей жизни. Эту ночь я проспал, как новорожденный младенец. Так тих и глубок был мой сон, что дежурный надзиратель даже перепугался, решив, что я удушил себя одеялом. На него жалко было глядеть. Еще бы, он мог лишиться средств к жизни! Если бы я и в самом деле удавился, это повредило бы его служебному положению, его могли бы даже уволить, а в наше время безработным приходится туго.</p>
     <p>Я слышал, что по Европе уже два года катится волна банкротств, а теперь она захлестнула и Соединенные Штаты. Это означает, что в деловых кругах царит скрытая паника и, быть может, надвигается кризис, а следовательно, армия безработных еще возрастет к зиме и очереди за хлебом удлинятся…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я только что позавтракал. Казалось бы, довольно глупое занятие для меня сейчас, но я ел с аппетитом. Начальник тюрьмы принес мне кварту виски. Я преподнес виски вместе с моими наилучшими пожеланиями Коридору Убийц. Начальник тюрьмы, бедняга, очень боится, как бы я, если останусь трезв, не испортил чем-нибудь церемонию, а это может бросить на него тень…</p>
     <p>Они надели на меня рубашку без ворота…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Похоже, что сегодня я стал необычайно важной персоной?</p>
     <p>Уйма людей неожиданна проявляет ко мне большой интерес…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Только что ушел доктор. Он пощупал мой пульс. Это я попросил его. Пульс нормальней…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я записываю эти обрывки мыслей и впечатлений, и листок за листком тайным путем покидают тюремные стены…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Во всей тюрьме нет сейчас человека, который был бы так спокоен, как я. Я — словно ребенок, готовый пуститься в далекое странствие. Мне не терпится отправиться в путь, я полон любопытства, так как мне предстоит увидеть новые страны. Страх перед смертью смешон для того, кто столь часто погружался во мрак и снова обретал жизнь.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Начальник тюрьмы принес кварту шампанского. Я презентовал шампанское Коридору Убийц. Забавно, не правда ли, что в этот последний день меня окружают таким вниманием! Должно быть, люди, которым предстоит меня убить, сами очень боятся смерти. «Я, идущий на смерть, должно быть, внушаю им страх Господень», — как сказал Джек Оппенхеймер.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Мне только что передали записку от Эда Моррела. Говорят, он всю ночь прошагал взад и вперед у ворот тюрьмы. Бюрократические правила запрещают ему, как бывшему заключенному, прийти попрощаться со мной. Дикари? Не знаю. Быть может, просто дети. Ручаюсь, что сегодня ночью, после того как они вздернут меня, почти каждый из них побоится остаться один в пустой комнате в темноте.</p>
     <p>Да, записка Эда Моррела: «Жму руку, старина. Знаю, ты повиснешь с честью».</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Только что ушли репортеры. Еще раз — в последний раз — я увижу их уже с эшафота, перед тем как палач надвинет мне на лицо черный капюшон. У них будет до смешного жалкий вид.</p>
     <p>Странные молодые люди! Заметно, что некоторые из них выпили для храбрости, а кое-кого уже начинает мутить при одной только мысли о том, что им предстоит увидеть. Пожалуй, быть повешенным легче, чем присутствовать при казни…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Это уже последние строки. Я, кажется, задерживаю церемонию. В мою камеру набилось видимо-невидимо различных официальных и высокопоставленных лиц. Все они очень нервничают.</p>
     <p>Они хотят, чтобы с этим было покончено поскорее. Без сомнения, многие из них приглашены куда-нибудь обедать, и их, конечно, очень раздражает то, что я пишу сейчас эти несколько строк.</p>
     <p>Священник снова выразил свое настоятельное желание проводить меня в последний путь. Зачем мне лишать беднягу этого утешения?</p>
     <p>Я согласился, и он сразу повеселел. Какая малость может сделать некоторых людей счастливыми! Если бы все они не спешили так ужасно, я мог бы сейчас вволю посмеяться добрых пять минут.</p>
     <p>И вот я кончаю. Я могу лишь повторить еще раз то, что сказал.</p>
     <p>Смерти не существует. Жизнь — это дух, а дух не может умереть.</p>
     <p>Только тело умирает и распадается на свои составные химические части, которые вечно неустойчивы, вечно в брожении, вечно кристаллизуются лишь для того, чтобы снова расплавиться и распасться, а затем вылиться в какие-то новые, отличные от прежних формы, столь же эфемерные и столь же хрупкие. Один только дух вечен и через ряд последовательных и нескончаемых воплощений поднимается все выше к свету. Кем стану я, вновь возродившись к жизни? Как знать! Как знать…</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Т. Озерской</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Маленькая хозяйка большого дома</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <p>Он проснулся в темноте; проснулся сразу, легко, не сделав ни одного движения, — просто открыл глаза и увидел, что еще темно. Ему не нужно было, подобно большинству людей, сначала пошарить вокруг себя, прислушаться, ощутить внешний мир, — он сразу нашел свое «я» в определенных условиях пространства и времени и без усилий продолжал повесть своей жизни, прерванную сном. Он сразу осознал себя Диком Форрестом — хозяином огромного поместья, который несколько часов назад, уже в полузабытьи, заложил спичкой страницу книги, выключил настольную лампу и уснул.</p>
     <p>Где-то совсем рядом сочно плескался и лепетал фонтан. Издалека донесся звук — такой слабый и смутный, что его могло уловить только очень чуткое ухо; однако Дик Форрест услышал его и улыбнулся: он сразу узнал глухой, хриплый рев Короля Поло, своего лучшего быка из породы шортхорнов, трижды премированного на калифорнийских выставках в Сакраменто. Улыбка долго не сходила с лица Дика Форреста: он рисовал себе те новые победы, которые готовил своему Королю Поло, — в этом году он собирался отправить его на Восток. Он докажет, что бык, рожденный и выращенный в Калифорнии, вполне может соперничать с лучшими, вскормленными кукурузой, быками штата Айова и даже с привезенными из-за моря, с их исконной родины, шортхорнами.</p>
     <p>Улыбка погасла, Форрест потянулся в темноте к ряду кнопок над изголовьем и нажал первую. Кнопки шли в три ряда. Скрытый свет, лившийся сквозь стенки большой чаши под потолком, осветил спальню-веранду, с трех сторон затянутую тонкой медной сеткой. Четвертой стороной служила бетонная стена дома с высокими застекленными дверями.</p>
     <p>Он надавил вторую кнопку в том же ряду, и яркий свет озарил то место на стене, где висели часы, барометр и два термометра — Фаренгейта и Цельсия. Скользнув по ним взглядом, он сразу прочел их показания: время — 4.30, атмосферное давление — 29,80, нормальное для данной высоты над уровнем моря и для времени года; температура — 36° по Фаренгейту. Другим движением пальца он опять погрузил во мрак измерители времени и температуры.</p>
     <p>От нажима на третью кнопку вспыхнула его рабочая лампа, поставленная так, чтобы свет падал сверху и сзади, не ослепляя глаз.</p>
     <p>Первая кнопка погасила невидимую лампу под потолком; Форрест достал с ночного столика пачку гранок, закурил сигарету и, вооружившись карандашом, принялся их править.</p>
     <p>Вся обстановка спальни говорила о том, что здесь живет человек, привыкший работать. Каждая вещь в ней была целесообразна, вместе с тем на всем лежал отпечаток отнюдь не спартанского комфорта. Серая эмалированная кровать была под цвет серой стены. В ногах кровати, вместо теплого пледа, лежал халат из волчьих шкур с висячими хвостами. Ночные туфли стояли на пушистом ковре из меха горной козы.</p>
     <p>На ночном столике высились аккуратные стопки книг, журналы, блокноты и еще оставалось место для спичек, сигарет, пепельницы и термоса. На подвижной, прикрепленной к стене подставке стоял диктофон. Со стены, под барометром и термометрами, из круглой деревянной рамки смотрело смеющееся женское личико. И на той же стене, между рядами электрических кнопок и распределительным щитом, висела открытая кобура, из которой торчала рукоятка автоматического кольта 44.</p>
     <p>В шесть часов, минута в минуту, когда серый утренний свет начал просачиваться сквозь проволочную сетку, Дик Форрест, не поднимая глаз от корректуры, протянул правую руку и нажал одну из кнопок во втором ряду. Пять минут спустя на веранду неслышно вошел китаец в мягких туфлях. Он держал в руках начищенный медный подносик, на котором стояли чашка с блюдцем, крошечный серебряный кофейник и такой же молочник.</p>
     <p>— С добрым утром, О-Дай, — приветствовал его Дик Форрест, улыбаясь не только губами, но и глазами.</p>
     <p>— С добрым утром, хозяин, — ответил О-Дай; он освободил на столе место для подноса, налил в чашку кофе и сливки.</p>
     <p>Увидев, что хозяин уже подносит одной рукой чашку к губам, а другой продолжает делать пометки на корректуре, О-Дай поднял с пола обшитый кружевами воздушный розовый чепчик и удалился. Он скрылся беззвучно, исчез, как тень, в открытую застекленную дверь.</p>
     <p>В шесть тридцать, минута в минуту, он вернулся с подносом побольше. Дик Форрест отложил гранки, достал книгу, озаглавленную: «Промысловое разведение лягушек», — и приготовился завтракать. Завтрак был простой, но сытный: снова кофе, полгрейпфрута, два яйца всмятку, сбитых в стакане с кусочком масла и очень горячих, и ломтик в меру поджаренного бекона; он знал, что это мясо от его свиньи и притом домашнего копчения.</p>
     <p>К этому времени лучи солнца уже хлынули через сетку и залили кровать. С наружной стороны сетки сидело несколько первых весенних мух, ошалевших от ночного холода. Завтракая, Форрест следил за тем, как на них охотятся хищные желтобрюхие осы. Более выносливые и менее чувствительные к заморозкам, чем пчелы, они летали перед сеткой и накидывались на ошалевших мух. Эти воздушные разбойники в желтых камзолах свирепо жужжали и, действуя почти без промаха, схватывали свою жертву и улетали с ней. Последняя муха исчезла раньше, чем Форрест сделал последний глоток кофе и, заложив спичкой книгу о лягушках, принялся опять за корректуру.</p>
     <p>Через некоторое время он услышал прозрачную, нежную трель жаворонка — этого первого утреннего певца. Форрест оторвался от работы и взглянул на часы: они показывали семь. Он отложил гранки, взялся за телефон и, нажимая привычной рукой кнопки на распределительном щите, вступил в разговор с целым рядом лиц.</p>
     <p>— Алло, О-Пой, — обратился он к первому. — Что мистер Тэйер, встал? Ладно. Не будите. Едва ли он будет завтракать в постели, но вы все-таки справьтесь… Хорошо, и покажите ему, как пускать горячую воду… Может быть, он не знает… Да, да, хорошо… И достаньте как можно скорее еще одного боя. Как только наступает весна, съезжаются гости… Конечно. Словом, на ваше усмотрение. До свидания.</p>
     <p>— Мистер Хэнли?.. Да, — начал он вторую беседу с помощью второго контакта, — я думал насчет Бьюкэйской плотины. Мне нужна смета на доставку гравия и камней… Да, вот именно… Я считаю, что ярд гравия обойдется примерно на шесть или десять центов дороже щебня. Ужасно мешает подвозу этот последний крутой склон холма… Разработайте смету… Нет, раньше, чем через две недели, мы начать не сможем… да, да, если новые тракторы подоспеют вовремя, они освободят лошадей от пахоты; но не забудьте, что тракторы придется еще дать на проверку… Нет. Об этом вам придется поговорить с мистером Эверэном. До свидания.</p>
     <p>Третья беседа началась так:</p>
     <p>— Мистер Досон?.. Ха! Ха!.. У меня на веранде сейчас тридцать шесть градусов. В низинах, наверно, все бело от инея. Но это, пожалуй, последний утренник… Да, поклялись, что тракторы будут доставлены еще два дня назад… Позвоните железнодорожному агенту… Кстати, поговорите за меня и с мистером Хэнли. Я забыл ему сказать, чтобы вместе со второй партией мухоловок он пустил в дело и крысоловки. Да, сейчас же. Сегодня штук двадцать мух грелись на моей сетке… Конечно. Прощайте.</p>
     <p>Покончив с разговорами, Форрест быстро встал, сунул ноги в туфли и, как был, в пижаме, вошел в дом через открытую дверь, чтобы принять ванну, уже приготовленную для него китайцем О-Даем. Минут через десять Форрест, вымытый и выбритый, снова лежал в постели, погрузившись в книгу о лягушках, а пунктуальный О-Дай, все исполнявший минута в минуту, массировал ему ноги.</p>
     <p>У Дика были сильные, красивые ноги, и сам он был статный и стройный, рост — пять футов десять дюймов, вес — сто восемьдесят фунтов. Эти ноги могли немало порассказать о их владельце: левое бедро пересекал рубец дюймов в десять длиной; поперек левой лодыжки, от икры до пятки, также шло несколько шрамов величиной с монету. Когда О-Дай посильнее разминал левое колено, Форрест невольно морщился. И на правой голени темнело несколько небольших шрамов, а глубокий рубец, как раз под коленом, доходил почти до кости. На бедре виднелся след застарелого ранения шириной в три дюйма, испещренный точками от снятых швов.</p>
     <p>Внезапно со двора донеслось веселое ржание. Форрест поспешно заложил спичкой нужную страницу лягушачьей книги, перевернулся на бок и посмотрел в ту сторону, откуда донеслось ржание, в то время как О-Дай надевал хозяину носки и башмаки. Внизу на дороге, среди лиловых кистей ранней сирени, появился живописный ковбой верхом на крупном жеребце; в золотых утренних лучах жеребец казался красновато-коричневым; он шел, роняя клочья белоснежной пены, гордо взмахивая гривой, поводил вокруг блестящими глазами, и трубный звук его любовного призыва разносился по зеленеющей равнине.</p>
     <p>Дика Форреста в то же мгновение охватила радость и тревога: радость при виде этого великолепного животного, выступавшего между кустами сирени, — и тревога, как бы его ржание не разбудило ту молодую женщину, чье смеющееся личико глядело на него из деревянной рамки на стене. Он бросил быстрый взгляд через двор шириной в двести футов на выступавшее вперед крыло дома, находившееся еще в тени. Шторы на окнах ее веранды-спальни были спущены. Они не шевельнулись. Жеребец снова заржал, но он спугнул только стайку диких канареек, — они поднялись из цветущих кустов, которыми был обсажен двор, точно брызнул вверх сноп золотисто-зеленых брызг, брошенный восходящим солнцем.</p>
     <p>Следя за жеребцом, Дик Форрест рисовал себе его прекрасное и сильное потомство, этих жеребят без малейшего порока. А когда лошадь скрылась среди сирени, Дик, как обычно, сейчас же возвратился к окружавшей его действительности и спросил слугу:</p>
     <p>— Ну, как новый бой, О-Дай? Привыкает?</p>
     <p>— Мне кажется, он хороший бой, — ответил китаец. — Совсем мальчишка. Все ему ново. Очень медленный. Но ничего, толк выйдет.</p>
     <p>— Да? Почему ты так думаешь?</p>
     <p>— Я бужу его третье или четвертое утро. Спит, как маленький. Проснулся — улыбается. Совсем как вы. Очень хорошо.</p>
     <p>— А разве я улыбаюсь, когда проснусь? — спросил Форрест.</p>
     <p>О-Дай усердно закивал.</p>
     <p>— Уж сколько раз, сколько лет я бужу вас. И всегда, как глаза откроете, так они уже улыбаются, губы улыбаются, лицо улыбается, весь вы улыбаетесь. Сразу. Это очень хорошо. Если человек так просыпается, значит, ума много. Я знаю. И новый бой — умный. Увидите, скоро-скоро выйдет из него толк. Его зовут Чжоу Гэн. Как вы будете называть его здесь?</p>
     <p>— А какие имена у нас уже есть? — спросил он.</p>
     <p>— О-Рай, Ой-Ой, Ой-Ли, потом я — О-Дай, — перечислял китаец скороговоркой. — О-Рай говорит, надо назвать нового боя…</p>
     <p>Он смолк и лукаво посмотрел на своего хозяина. Форрест кивнул.</p>
     <p>— О-Рай говорит, пусть новый бой будет О-Черт!</p>
     <p>— Охо! Здорово! — расхохотался Форрест. — Я вижу, О-Рай шутник! Имя хорошее, только оно не подойдет. А что скажет миссис? Надо придумать что-нибудь другое.</p>
     <p>— О-Хо тоже очень хорошее имя.</p>
     <p>В ушах у Форреста все еще стояло его собственное восклицание, и он понял, откуда китаец взял это имя.</p>
     <p>— Хорошо. Пусть называется О-Хо.</p>
     <p>О-Дай наклонил голову, неслышно выскользнул в дверь и тут же вернулся с остальной одеждой своего хозяина, помог ему надеть нижнюю и верхнюю сорочку, набросил на шею галстук, который тот завязывал сам, и, опустившись на колени, затянул краги и нацепил шпоры; затем подал широкополую фетровую шляпу и хлыст. Хлыст был особый, индейского плетения, — он состоял из узких полосок сыромятной кожи, в его рукоятку было вделано десять унций свинца, и он висел на ременной петле, которую Дик надел на руку.</p>
     <p>Однако Форрест еще не мог уйти из своей комнаты: О-Дай протянул ему несколько писем, — их привезли со станции вчера вечером, когда хозяин уже лег. Надорвав правую сторону конвертов, Форрест быстро просмотрел письма и задержался только на одном. Он постоял, насупившись, потом быстро подошел к диктофону, отвел его от стены, нажал кнопку, поворачивавшую цилиндр, и поспешно начал диктовать, не делая никаких пауз, чтобы подыскать нужное слово или точнее выразить свою мысль:</p>
     <p>«В ответ на ваше письмо от четырнадцатого марта тысяча девятьсот четырнадцатого года должен сообщить, что я весьма огорчен известием о разразившейся у вас свиной холере. Огорчен я и тем, что вы сочли возможным возложить на меня ответственность за это. А также тем, что боров, которого мы прислали вам, околел.</p>
     <p>Могу вас заверить, что холеры у нас здесь не наблюдается, эта болезнь не появлялась уже в течение восьми лет, за исключением двух случаев, когда два года тому назад ее завезли к нам с Востока; но, согласно нашему правилу, заболевшие свиньи тут же были изолированы и уничтожены раньше, чем зараза перекинулась на наши стада.</p>
     <p>Должен заявить вам, что ни в том, ни в другом случае я не могу возложить на продавцов вину за присылку мне больного скота. Как вам известно, инкубационный период свиной холеры продолжается девять дней; проверив дату их погрузки, я убедился в том, что при отправке они были совершенно здоровы.</p>
     <p>Разве вам никогда не приходило в голову, что железные дороги чрезвычайно способствуют распространению холеры? Слыхали вы когда-нибудь об окуривании или дезинфекции вагона, в котором ехал больной скот? Сопоставьте даты: во-первых, дату отправки борова мной; во-вторых, время доставки борова вам; и, в-третьих, дату появления первых признаков болезни. Вы сообщаете, что по случаю весенних размывов боров был в пути пять дней. Первые симптомы появились только на седьмой день после его доставки вам. Следовательно, прошло двенадцать дней после того, как он был мною отправлен.</p>
     <p>Нет. Я с вами не согласен: я не могу нести ответственность за бедствие, постигшее ваши стада. Кроме того, можете справиться в ветеринарном управлении штата, есть ли в моем имении холера.</p>
     <p>С уважением…»</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Покинув свою спальню-веранду, Форрест прошел через комфортабельную гардеробную с диванами в оконных нишах, большими ларями и огромным камином, возле которого была дверь в ванную, и направился в комнату, служившую конторой и обставленную соответствующим образом: письменные столы, диктофоны, картотеки и книжные шкафы, а также полки, доходящие до самого потолка и разделенные на клетки и отделения.</p>
     <p>Подойдя к книжным полкам, Форрест нажал кнопку; несколько полок повернулось, и открылась узенькая винтовая лестница; он стал осторожно спускаться, стараясь не зацепить шпорами за полки, автоматически возвращавшиеся на место позади него.</p>
     <p>Под лестницей другая кнопка и поворот других полок открыли перед ним вход в длинную низкую комнату, уставленную книгами от пола до потолка. Форрест прямо направился к одной из полок и сразу опустил руку на корешок книги, которая ему понадобилась. Полистав ее, он тут же отыскал нужное место, удовлетворенно кивнул, как бы найдя то, что подтверждало его мысли, и поставил книгу обратно.</p>
     <p>Отсюда дверь вела в крытый ход из квадратных бетонных столбов, соединенных поперечными брусьями из калифорнийской секвойи вперемежку с более тонкими брусьями из того же дерева, покрытыми шероховатой, морщинистой корой, похожей на красноватый бархат.</p>
     <p>Судя по тому, что он сделал несколько сот футов, огибая бесконечные стены огромного бетонного дома, было ясно, что путь он выбрал не самый короткий. Под старыми дубами, у длинной изглоданной коновязи, где вытоптанный копытами гравий свидетельствовал о множестве побывавших здесь лошадей, он увидел кобылу гнедой, вернее, золотисто-коричневой масти. В косых лучах солнца, падавших под навес из листьев, ее холеная шерсть отливала атласным блеском. Все ее существо, казалось, было полно огня и жизни. Сложением она напоминала жеребца, а бежавшая вдоль спинного хребта узенькая темная полоска говорила о многих поколениях мустангов.</p>
     <p>— Ну, как сегодня настроение у Фурии? — спросил Форрест, снимая с ее шеи уздечку.</p>
     <p>Лошадь заложила назад свои ушки, самые маленькие, какие только могут быть у лошади, показывавшие, что она — дитя любви горячих чистокровных жеребцов и диких горных кобылиц, и сердито оскалила зубы, сверкая злыми глазами.</p>
     <p>Когда Форрест вскочил в седло, она метнулась в сторону и попыталась сбросить седока, а потом заплясала по усыпанной гравием дорожке. Вероятно, ей удалось бы подняться на дыбы, если бы не мартингал, — этот ремень удерживал лошадь от слишком резких движений и вместе с тем предохранял нос седока от сердитых взмахов ее головы.</p>
     <p>Дик настолько привык к этой кобыле, что почти не замечал ее выходок. То чуть прикасаясь поводьями к ее выгнутой шее, то слегка щекоча ей бока шпорами или нажимая шенкелем, он почти бессознательно заставлял ее идти в нужном направлении. Один раз, когда она опять завертелась и заплясала, он на миг увидел Большой дом. Да, дом был велик, но благодаря своей архитектуре казался больше, чем на самом деле. Он вытянулся по фасаду на восемьдесят футов в длину, однако в нем немало места занимали галереи с бетонными стенами и черепичными крышами, соединявшие между собой отдельные части здания. Там были внутренние дворики, крытые ходы и переходы, и вся постройка, со своими стенами, прямоугольными выступами и нишами как бы вырастала из гущи зелени и цветов.</p>
     <p>Большой дом, несомненно, носил на себе отпечаток испанского стиля, но не принадлежал к тому испано-калифорнийскому типу зданий, который был занесен сюда через Мексику лет сто тому назад и на основе которого позднейшие архитекторы создали так называемый испано-калифорнийский стиль. Архитектуру Большого дома при всей ее разнородности скорее можно было определить как испано-мавританскую, хотя находились знатоки, горячо возражавшие и против такого определения.</p>
     <p>Просторен, но не суров, красив, но не претенциозен — таково было общее впечатление, которое производил Большой дом. Его длинные горизонтальные линии, прерываемые лишь вертикальными линиями выступов и ниш, всегда прямоугольных, придавали ему почти монастырскую простоту; и только ломаная линия крыши оживляла некоторое его однообразие.</p>
     <p>Однако эта низкая, словно расползшаяся постройка не казалась приземистой: множество нагроможденных друг на друга квадратных башен и башенок делали ее в достаточной мере высокой, хотя и не устремленной ввысь. Основной чертой Большого дома была прочность. Его хозяева могли не бояться землетрясений. Казалось, он должен выстоять тысячу лет. Добротный бетон его стен был покрыт слоем не менее добротной штукатурки, выкрашенной кремовой краской. Такое однообразие окраски могло быть утомительным для глаз, если бы оно не нарушалось теплыми красными тонами плоских крыш из испанской черепицы.</p>
     <p>В тот миг, когда горячая лошадь заплясала под ним и Дик Форрест охватил одним взглядом весь Большой дом, его глаза озабоченно задержались на длинном флигеле по ту сторону двора в двести футов шириной; громоздившиеся друг над другом башенки флигеля казались розовыми в лучах утреннего солнца, а спущенные шторы на окнах спальни под ними показывали, что его жена еще спит.</p>
     <p>Вокруг усадьбы с трех сторон тянулись низкие, покатые, мягко очерченные холмы с короткой травой и оградами: там были пастбища. Холмы постепенно переходили в более высокое предгорье с покрытыми лесом склонами, а за ним следовала еще более крутая гряда величественных гор. С четвертой стороны горизонт не заслоняли ни горы, ни холмы. Там, в туманной дали, местность переходила в необозримые низменности, конца краю которым не было видно даже в этом прозрачном и морозном утреннем воздухе.</p>
     <p>Фурия под Форрестом захрапела. Он сжал ей шенкелями бока и заставил отойти к самому краю дороги, так как навстречу ему, топоча копытцами по гравию, текла река серебристо поблескивающего шелка. Он сразу узнал стадо своих премированных ангорских коз, у каждой из которых была своя родословная и своя характеристика. Их было около двухсот.</p>
     <p>Благодаря тому, что этих породистых коз осенью не стригли, их сверкающая шерсть, ниспадавшая волной даже с самых молодых животных, была тоньше, чем волосы новорожденного дитяти, белее, чем волосы человеческого альбиноса, и длиннее обычных двенадцати дюймов, а шерсть лучших из них, доходившая до двадцати дюймов, красилась в любые цвета и служила преимущественно для женских париков; за нее платили баснословные деньги. Форреста пленяла красота идущего ему навстречу стада. Дорога казалась лентой жидкого серебра, и в нем драгоценными камнями блестели похожие на глаза кошек желтые козьи глаза, следившие с боязливым любопытством за ним и его нервной лошадью. Два пастуха-баска шли за стадом. Это были коренастые, плечистые и смуглые люди с черными глазами и выразительными лицами, на которых лежал отпечаток задумчивой созерцательности. Увидев хозяина, пастухи сняли шапки и поклонились. Форрест поднял правую руку, на которой, покачиваясь, висел хлыст, и прикоснулся к краю своей широкополой фетровой шляпы.</p>
     <p>Лошадь опять заплясала и завертелась под ним; он слегка натянул повод и тронул ее шпорами, все еще не в силах оторвать взгляд от этих четвероногих клубков шелка, заливавших дорогу серебристым потоком. Форрест знал, почему они появились возле усадьбы: наступало время окота, когда их уводили с пастбищ и помещали в особые загоны, где их ждали обильный корм и заботливый уход. Глядя на них, Дик представил себе все лучшие турецкие и южноафриканские породы и нашел, что его стадо вполне могло выдержать сравнение с ними. Хорошее, отличное стадо!</p>
     <p>Он поехал дальше. Со всех сторон раздавалось жужжание машин, разбрасывающих удобрение. Вдали, на отлогих низких холмах, виднелось множество упряжек, парных и троечных, — это его широкие кобылы пахали и перепахивали плугами зеленый дерн горных склонов, обнажая темно-коричневый, богатый перегноем, жирный чернозем, настолько рыхлый и полный животворных сил, что он как бы сам рассыпался на частицы мелкой, точно просеянной земли, готовой принять в себя семена. Эта земля была предназначена для посева кукурузы и сорго на силос. На других склонах посеянный раньше ячмень уже доходил до колен и виднелись дружные всходы клевера и канадского гороха.</p>
     <p>Все эти поля, большие и малые, были обработаны так тщательно и целесообразно, что порадовали бы сердце самого придирчивого знатока. Ограды и заборы были настолько плотны и высоки, что являлись надежной защитой и от свиней и от рогатого скота, а в их тени не росло никаких сорных трав. Низины были засеяны люцерной; на некоторых зеленели озими, другие, согласно требованиям севооборота, готовились под яровые; а на тех, которые лежали ближе к загонам для маток, паслись сытые шропширские и французские мериносы или рылись в земле громадные белые племенные свиньи, при виде которых глаза Дика радостно блеснули.</p>
     <p>Он проехал через некоторое подобие деревни, где не было, однако, ни гостиниц, ни лавок. Домики типа бунгало были изящной и прочной стройки и радовали глаз; каждый стоял в саду, где уже цвели ранние цветы и даже розы, презревшие опасность последних утренников. Среди клумб бегали и резвились уже проснувшиеся дети, а иные, заслышав зов матерей, неохотно уходили завтракать.</p>
     <p>Огибая Большой дом на расстоянии полумили, Форрест проехал мимо вытянувшихся в ряд мастерских. Он остановился возле первой и заглянул внутрь. Один из кузнецов работал у горна. Другой, склонившись над передней ногой уже немолодой кобылы, весившей тысячу восемьсот фунтов, стачивал наружную сторону копыта, чтобы лучше пригнать подкову. Форрест мельком взглянул на кузнеца и на его работу, поклонился и поехал дальше. Проехав около ста футов, он остановил лошадь, вытащил из заднего кармана записную книжку и что-то в нее занес.</p>
     <p>По пути он заглянул еще в несколько мастерских — малярную, слесарную, столярную, в гараж. Когда он стоял возле столярной, мимо него промчалась необычная автомашина — полугрузовик, полулегковая — и, свернув на большую дорогу, понеслась к станции железной дороги, находившейся в восьми милях от имения. Он узнал грузовик, забиравший каждое утро с молочной фермы ее продукцию.</p>
     <p>Большой дом являлся как бы душой и центром всего имения. На расстоянии полумили его окружало кольцо хозяйственных построек. Не переставая раскланиваться со своими служащими, Дик Форрест проехал галопом мимо молочной фермы. Это был целый городок с силосными башнями и подвесной дорогой, по которой двигалось множество транспортеров, автоматически выгружавших удобрения на площадки машин. Некоторые служащие ехавшие кто верхом, кто в повозках, останавливали Форреста, желая посоветоваться с ним; по всему было видно, что это сведущие, деловые люди. То были экономы и управляющие отдельными отраслями хозяйства; говоря с хозяином, они были так же немногоречивы, как и он. Последнего из них, сидевшего на грациозной молодой трехлетке — дикой и прекрасной, как может быть прекрасна еще не вполне объезженная лошадь арабской крови, — и вознамерившегося ограничиться только поклоном, Дик Форрест сам остановил.</p>
     <p>— С добрым утром, мистер Хеннесси, — сказал он. — Скоро она будет готова для миссис Форрест?</p>
     <p>— Подождите еще недельку, — ответил Хеннесси. — Она теперь объезжена, и именно так, как этого хотелось миссис Форрест; но лошадь утомлена и нервничает, — хорошо бы дать ей несколько дней, чтобы совсем привыкнуть и успокоиться.</p>
     <p>Форрест кивнул, и Хеннесси, его ветеринар, продолжал:</p>
     <p>— Кстати, у нас есть два возчика, они возят люцерну… Я полагаю, их следует рассчитать.</p>
     <p>— А что такое?</p>
     <p>— Один из них новый, Хопкинс, демобилизованный солдат; с мулами он, может быть, и умеет обращаться, но в рысаках ничего не смыслит.</p>
     <p>Форрест снова кивнул.</p>
     <p>— Другой служит у нас уже два года, но он стал пить и похмелье свое вымещает на лошадях…</p>
     <p>— Ага, Смит — этакий американец старого типа, бритый, левый глаз косит? — перебил его Форрест.</p>
     <p>Ветеринар кивнул.</p>
     <p>— Я наблюдал за ним… Сначала он хорошо работал, а теперь почему-то закуролесил… Конечно, пошлите его к черту. И этого тоже, как его… Хопкинса, гоните вон. Кстати, мистер Хеннесси, — Форрест вынул записную книжку и, оторвав недавно исписанный листок, скомкал его, — у вас там новый кузнец. Ну что, как он кует лошадей?</p>
     <p>— Он у нас слишком недавно, я еще не успел к нему присмотреться.</p>
     <p>— Так вот: гоните его вместе с теми двумя. Он нам не подходит. Я только что видел, как он, чтобы получше пригнать подкову старухе Бесси, соскоблил у нее чуть ли не полдюйма с переднего копыта.</p>
     <p>— Нашел способ!</p>
     <p>— Так вот. Отправьте его ко всем чертям, — повторил Форрест и, слегка тронув лошадь, пустил ее по дороге; она с места взяла в карьер, закидывая голову и пытаясь сбросить его.</p>
     <p>Многое из того, что Форрест видел, нравилось ему. Глядя на жирные пласты земли, он даже пробормотал: «Хороша землица, хороша!» Кое-что ему, однако, не понравилось, и он тотчас же сделал соответствующие пометки в своей записной книжке.</p>
     <p>Замыкая круг, центром которого был Большой дом, Форрест проехал еще с полмили до группы стоящих отдельно бараков и загонов. Это была больница для скота — цель его поездки. Здесь он нашел только двух телок с подозрением на туберкулез и великолепного джерсейского борова, чувствовавшего себя как нельзя лучше. Боров весил шестьсот фунтов; ни блеск глаз, ни живость движений, ни лоснящаяся щетина не давали оснований предположить, что он болен. Боров недавно прибыл из штата Айова и должен был, по установленным в имении правилам, выдержать определенный карантин. В списках торгового товарищества он значился как Бургесс Первый, двухлетка, и обошелся Форресту в пятьсот долларов.</p>
     <p>Отсюда Форрест свернул на одну из тех дорог, которые расходились радиусами от Большого дома, догнал Креллина, своего свиновода, дал ему в течение пятиминутного разговора инструкции, как содержать в ближайшие месяцы Бургесса Первого, и узнал, что его великолепная первоклассная свиноматка Леди Айлтон, премированная на всех выставках от Сиэтла до Сан-Диего и удостоенная голубой ленты, благополучно разрешилась одиннадцатью поросятами. Креллин рассказал, что просидел возле нее чуть не всю ночь и едет теперь домой, чтобы принять ванну и позавтракать.</p>
     <p>— Я слышал, что ваша старшая дочь окончила школу и собирается поступить в Стэнфордский университет? — спросил Форрест, сдержав лошадь, которую он уже хотел пустить галопом.</p>
     <p>Креллин, молодой человек лет тридцати пяти, рано созревший оттого, что давно стал отцом, и еще юный благодаря честной жизни и свежему воздуху, был польщен вниманием хозяина; он слегка покраснел под загаром и кивнул.</p>
     <p>— Обдумайте это хорошенько, — продолжал Форреет. — Вспомните-ка всех известных вам девушек, окончивших колледж или учительский институт: многие ли работают по своей специальности? А сколько в течение ближайших же двух лет по окончании курса повыходили замуж и обзавелись собственными младенцами?</p>
     <p>— Но Елена относится к учению очень серьезно, — возразил Креллин.</p>
     <p>— А помните, когда мне удаляли аппендикс, — снова заговорил Форрест, — за мной ухаживала одна умелая сиделка — самая прелестная девушка, какая когда-либо ходила по земле на прелестных ножках. Она всего за шесть месяцев до этого получила свидетельство квалифицированной сиделки. И не прошло и четырех месяцев, как мне пришлось послать ей свадебный подарок. Она вышла замуж за агента автомобильной фирмы. С тех пор она все время кочует по гостиницам и ни разу не имела возможности применить свои знания, тем более что и детей они не завели. Правда, теперь у нее опять появились надежды… Но то ли это будет, то ли нет, а пока она и так совершенно счастлива. К чему же все ее учение?..</p>
     <p>Как раз в это время мимо них прошел пустой удобритель, и Креллину пришлось отступить, а Форресту отъехать к самому краю дороги. Форрест с удовольствием оглядел запряженную в удобритель рослую, удивительно пропорционально сложенную кобылу, многочисленные премии которой, так же как и премии ее предков, потребовали бы особого эксперта, чтобы их перечислить и классифицировать.</p>
     <p>— Посмотрите на Принцессу Фозрингтонскую, — заметил Форрест, указывая на лошадь, радовавшую его взоры. — Вот настоящая производительница. Только случайно, благодаря селекции во многих поколениях, стала она животным, приспособленным для перевозки тяжестей. Но не это в ней главное: главное то, что она производительница. И для наших женщин в большинстве случаев самое главное — любовь к мужчине и материнство, к которому они предназначены природой. В биологии нет никаких оснований для всей этой современной женской кутерьмы из-за работы и политических прав.</p>
     <p>— Но есть основания экономические, — возразил Креллин.</p>
     <p>— Несомненно, — согласился Форрест и продолжал: — Наш промышленный строй не дает женщинам возможности выйти замуж и заставляет их работать. Но не забудьте, что промышленные системы приходят и уходят, а законы биологии вечны.</p>
     <p>— В наше время одной семейной жизнью молодых женщин не удовлетворишь, — продолжал настаивать Креллин.</p>
     <p>Дик Форрест недоверчиво засмеялся.</p>
     <p>— Ну не знаю! — сказал он. — Возьмем хотя бы вашу жену: получила диплом, да еще университетский по факультету древних языков! А зачем ей это нужно? У нее два мальчика и три девочки, если не ошибаюсь. А вашей невестой она стала — помните, вы говорили? — еще за полгода до окончания курса…</p>
     <p>— Так-то так, но… — настаивал Креллин, хотя в его глазах мелькнуло что-то, показывавшее, что он согласен со своим хозяином, — во-первых, это было пятнадцать лет назад, а во-вторых, мы отчаянно влюбились друг в друга. Чувство было сильнее нас. Тут, я не спорю, вы правы. Она мечтала о великих деяниях, а я мог в лучшем случае рассчитывать на деканство в сельскохозяйственном колледже. И все-таки чувство пересилило, и мы поженились. Но ведь с тех пор прошло целых пятнадцать лет, а за эти годы в жизни, в стремлениях, в идеалах нашей женской молодежи изменилось очень многое.</p>
     <p>— Не верьте этому, мистер Креллин, не верьте! Посмотрите статистику. То, о чем вы говорите, случайно и очень относительно. Каждая женщина была и останется женщиной прежде всего. Пока наши девочки будут играть в куклы и любоваться на себя в зеркало, женщина будет тем, чем была всегда: во-первых, матерью, во-вторых, подругой мужчины, женой. Это, повторяю, подтверждается статистикой. Я следил за судьбою женщин, окончивших учительский институт. Не забудьте, что те из них, кто выходит замуж до окончания курса, исключаются из института. Но и те, кто успевает окончить его, преподают в среднем не больше двух лет. А если принять во внимание, что многие из кончающих некрасивы или незадачливы и обречены судьбою оставаться старыми девами и всю жизнь преподавать, то срок работы тех, кто выходит замуж, еще сократится.</p>
     <p>— И все-таки женщина, даже девочка, всегда сделает все по-своему, наперекор мужчине, — пробормотал Креллин, пасуя перед цифрами, приведенными Форрестом, и решив на досуге изучить их.</p>
     <p>— Значит, ваша дочка поступит в университет, — рассмеялся Форрест, готовясь пустить лошадь галопом, — а вы, и я, и все мужчины до скончания века будут позволять женщинам делать все, что им вздумается?</p>
     <p>Провожая взглядом быстро уменьшавшуюся фигуру хозяина и его лошади, Креллин улыбнулся. Он подумал: «А где же ваши собственные ребята, мистер Форрест?» — и решил за утренним кофе рассказать жене об этом разговоре.</p>
     <p>Прежде чем вернуться к Большому дому, Дик Форрест остановился еще раз.</p>
     <p>Человека, которого он окликнул, звали Менденхоллом; это был управляющий конюшнями и специалист по пастбищам. Про него говорили, что он знает в имении не только каждую травинку с той минуты, как появился росток, но и высоту травинки.</p>
     <p>По знаку Форреста Менденхолл остановил пару трехлеток, которых он объезжал в пароконной двуколке.</p>
     <p>Окликнул же его Форрест после того, как внимательно вгляделся в северный конец долины Сакраменто: там на много миль тянулась волнистая линия холмов, озаренных солнцем и уже покрытых яркой, свежей зеленью.</p>
     <p>Происшедший затем разговор был краток и свелся к немногосложным вопросам и ответам. Они давно научились понимать друг друга. Речь шла о травах, о зимних дождях и возможности поздних весенних дождей. Упоминались речки — Литтл Койот и Лос-Кватос, холмы Йоло и Миримар, а также Биг Бэзин, Раунд Вэллей и горные кряжи Сан-Ансельмо и Лос-Банос. Обсуждались теперешние, прошлые и будущие передвижения стад и гуртов, надежды на травы, посеянные на горных пастбищах, производился приблизительный подсчет сена, оставшегося в отдаленных сараях, укрытых в горных Долинах, где скот зимовал и кормился.</p>
     <p>Под дубами, у коновязи, Форресту не пришлось самому возиться с Фурией. Подбежавший конюх принял ее. Форрест на ходу бросил несколько слов относительно Дадди, выездной лошади, и вскоре его шпоры зазвенели на крыльце дома.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Открыв тяжелую тесовую дверь, обитую железными гвоздями, Форрест вошел в один из флигелей Большого дома. И дверь и помещение за ней, с бетонным полом и многочисленными дверями, напоминали средневековую тюремную башню. Одна из них распахнулась, на пороге показался китаец в белом фартуке и крахмальном колпаке, а за ним следом вырвался глухой гул динамо-машины. Этот гул и отвлек Форреста от его цели. Он остановился и, придержав дверь, заглянул в освещенную электрическими лампами прохладную бетонированную комнату, где стоял длинный стеклянный холодильник со стеклянными полками, соединенный с машиной для изготовления искусственного льда и с динамо. На полу в засаленном рабочем комбинезоне сидел на корточках весь измазанный грязью человечек. Форрест кивнул ему.</p>
     <p>— Что-нибудь не ладится, Томсон?</p>
     <p>— Не ладилось, — последовал краткий исчерпывающий ответ.</p>
     <p>Форрест закрыл дверь и пошел по длинному, словно туннель, коридору. Узкие окна, похожие на бойницы средневекового замка, пропускали скудный свет. Другая дверь привела его в длинную низкую комнату с бревенчатым потолком; камин был так велик, что в нем можно было бы зажарить целого быка. На рдеющих углях ярко пылал толстый пень. В комнате стояли два бильярда, несколько карточных столов, небольшая стойка с напитками, а по углам — кресла и диваны. Два молодых человека, натиравшие мелом свои кии, ответили на приветствие Форреста.</p>
     <p>— С добрым утром, мистер Нэйсмит, — весело обратился Форрест к одному из них. — Набрали еще материал для «Газеты скотовода»?</p>
     <p>Нэйсмит, молодой человек лет тридцати, в пенсне, смущенно улыбнулся и, подмигнув, указал на своего товарища.</p>
     <p>— Да вот Уэйнрайт вызвал меня…</p>
     <p>— Другими словами, Льют и Эрнестина продолжают сладко спать! — засмеялся Форрест.</p>
     <p>Уэйнрайт хотел ответить на шутку хозяина, но не успел: тот уже отошел от него, на ходу бросив Нэйсмиту через плечо:</p>
     <p>— Хотите ехать со мной в половине двенадцатого? Мы с Тэйером отправляемся в машине смотреть шропширов. Ему нужны бараны, десять вагонов; и для вас, наверно, найдется подходящий материал по части вывоза скота в штат Айдахо. Захватите фотоаппарат. Вы с Тэйером нынче утром виделись?</p>
     <p>— Он шел завтракать, как раз когда мы уходили из столовой, — вмешался Берт Уэйнрайт.</p>
     <p>— Если увидите его, скажите, чтобы он был готов к половине двенадцатого. Тебя, Берт, я не приглашаю… из сострадания: к тому времени девицы наверняка встанут.</p>
     <p>— Возьми с собой хоть Риту! — жалобно попросил Берт.</p>
     <p>— Боюсь, что не смогу, — ответил Форрест уже в дверях, — мы едем по делам. Да и Риту с Эрнестиной, как тебе известно, водой не разольешь.</p>
     <p>— Вот мне и хотелось, чтобы это хоть раз случилось, — усмехнулся Берт.</p>
     <p>— Удивительно! Братья почему-то никогда не ценят своих сестер, — заметил Форрест. — Мне всегда казалось, что Рита очень славная сестренка. Чем она тебе не угодила?</p>
     <p>Не дожидаясь ответа, он закрыл за собой дверь, и звон его шпор донесся из коридора, а затем с витой лестницы. Поднимаясь по ее широким бетонным ступеням, он услышал наверху звуки рояля и, привлеченный ритмом веселого танца и взрывами смеха, заглянул в светлую комнату, всю залитую солнцем. За роялем сидела молодая девушка в розовом кимоно и утреннем чепчике, а две других, тоже в кимоно, исполняли какой-то фантастический танец: его не изучали ни в каких танцклассах, и он отнюдь не предназначался для мужских глаз.</p>
     <p>Девушка, сидевшая за роялем, сразу увидела Форреста, подмигнула ему и продолжала играть. Танцующие заметили его лишь через несколько минут. Они взвизгнули, смеясь, упали друг другу в объятия, и музыка оборвалась. Все трое были сильные, молодые и здоровые, и при виде их в глазах Форреста засветилось такое же удовольствие, какое светилось в них, когда он смотрел на Принцессу Фозрингтонскую.</p>
     <p>Начались взаимные насмешки и поддразнивания, как бывает обычно, когда соберется молодежь.</p>
     <p>— Я здесь уже пять минут, — уверял их Дик Форрест.</p>
     <p>Обе танцовщицы, желая скрыть свое смущение, заявили, что сильно сомневаются в этом, и стали приводить примеры его будто бы общеизвестной лживости. Сидевшая за роялем Эрнестина, сестра его жены, утверждала, наоборот, что уста его, как всегда, глаголют истину, что она видела его с первой же минуты, как он вошел, и что, по ее расчетам, он смотрел на них гораздо дольше, чем пять минут.</p>
     <p>— Ну, как бы там ни было, — прервал он их болтовню, — Берт, этот невинный младенец, даже не подозревает, что вы уже встали.</p>
     <p>— Встали, да… но не для него! — заявила одна из танцевавших девушек, похожая на веселую юную Венеру. — И не для вас тоже! А потому убирайтесь-ка отсюда, мой мальчик, марш!</p>
     <p>— Послушайте, Льют, — сурово начал Форрест. — Хоть я и дряхлый старец, а вам только что исполнилось восемнадцать лет — ровно восемнадцать — и вы случайно приходитесь мне свояченицей, но из этого вовсе не следует, что вам можно надо мной куражиться. Не забудьте, и я должен констатировать этот факт, как сие ни прискорбно для вас, исключительно в интересах Риты, — не забудьте, что за истекшие десять лет мне приходилось награждать вас шлепками гораздо чаще, чем вам теперь хочется признать. Правда, я уже не так молод, как был когда-то, но… — он пощупал мышцы на правой руке и сделал вид, что хочет засучить рукава, — но еще не совсем развалина; и если вы меня доведете…</p>
     <p>— Что будет, если доведу? — вызывающе подхватила Льют.</p>
     <p>— Если вы меня доведете… — пробормотал он угрожающе. — Если… Кстати, я должен, к моему прискорбию, вам заметить, что у вас чепчик набок. Кроме того, он мне кажется вообще не слишком удачным произведением искусства. Я сшил бы вам чепчик гораздо больше к лицу, даже зажмурившись, даже во сне и даже… если бы у меня была морская болезнь.</p>
     <p>Льют задорно качнула белокурой головкой, взглянула на подруг, как бы прося поддержки, и заявила:</p>
     <p>— Сомневаюсь!.. Неужели вы воображаете, что мы втроем не справимся с одним пожилым, не в меру тучным и дерзким мужчиной? Как вы думаете, девочки? Давайте-ка возьмемся за него все вместе! Ведь ему не меньше сорока лет, у него аневризм сердца, и — хотя не следует выдавать семейных тайн — в довершение всего меньерова болезнь.</p>
     <p>Эрнестина, маленькая, но крепкая восемнадцатилетняя блондинка, выскочила из-за рояля, и все три девушки совершили набег на стоявший в амбразуре диван; захватив каждая по диванной подушке и отойдя друг от друга так, чтобы можно было хорошенько размахнуться, они двинулись на врага.</p>
     <p>Форрест приготовился, затем поднял руку для переговоров.</p>
     <p>— Трусишка! — насмешливо закричали они вразнобой и повторили хором: — Трусишка!</p>
     <p>Он упрямо покачал головой.</p>
     <p>— Вот за это и за прочие ваши дерзости вы все три будете наказаны по заслугам. Сейчас передо мной с ослепительной ясностью встают все нанесенные мне в жизни обиды. Через минуту я начну действовать. Но сначала, Льют, как сельский хозяин, со всем смирением, на какое я способен, прошу вас: объясните, ради создателя, что это за штука — меньерова болезнь. Овцы могут заразиться ею?</p>
     <p>— Меньерова болезнь <a l:href="#n_423" type="note">[423]</a> — это, — начала Льют, — это… как раз то, что у вас. И единственные живые существа, которых постигает меньерова болезнь, — бараны.</p>
     <p>Враги бросились друг на друга и вступили в яростную схватку. Форрест сразу атаковал противника излюбленным в Калифорнии футбольным приемом, который применялся еще до распространения регби; но девушки, пропустив его, ринулись на него с флангов и обстреляли подушками. Он тут же обернулся, раскинул руки и, согнув пальцы, словно крючком, зацепил всех трех сразу. Теперь это уже был смерч, в центре которого вертелся человек со шпорами, а вокруг него крутились полы шелковых кимоно, летели во все стороны туфли, чепчики, шпильки. Слышались глухие удары подушек, рычание атакуемого, писк, визг и восклицания девушек, неудержимый хохот и треск рвущихся шелковых тканей.</p>
     <p>Наконец Дик Форрест оказался лежащим на полу, полузадушенный и оглушенный ударами подушек; в руке он сжимал растерзанный голубой шелковый пояс, затканный красными розами.</p>
     <p>На пороге одной из дверей стояла Рита, ее лицо пылало; она насторожилась, как лань, готовая бежать. В другой — не менее разгоряченная Эрнестина застыла в гордой позе матери Гракхов <a l:href="#n_424" type="note">[424]</a>; она стыдливо завернулась в остатки своего кимоно и целомудренно придерживала его локтем. Спрятавшаяся было за роялем Льют пыталась бежать оттуда, но ей угрожал Форрест. Он стоял на четвереньках, изо всей силы ударял ладонями о паркет и свирепо вертел головой, подражая реву разъяренного быка.</p>
     <p>— И люди все еще верят в доисторический миф, будто это жалкое подобие человека, распростертое здесь во прахе, когда-то помогло команде Беркли победить Стэнфорд! — торжественно провозгласила Эрнестина, которая находилась в большей безопасности, чем остальные.</p>
     <p>Она тяжело дышала, и Форрест с удовольствием заметил трепет ее груди под легким блестящим вишневым шелком. Когда он взглянул на других, то увидел, что и они выбились из сил.</p>
     <p>Рояль, за которым спряталась Льют, был небольшой, ярко-белый, с золотом, в стиле этой светлой комнаты, предназначенной для утренних часов; он стоял на некотором расстоянии от стены, и Льют могла бежать в обе стороны. Форрест вскочил на ноги и потянулся к ней через широкую плоскую деку инструмента. Он сделал вид, что хочет перепрыгнуть, и Льют воскликнула в ужасе:</p>
     <p>— Шпоры, Дик! Ведь на вас шпоры!</p>
     <p>— Тогда подождите, я их сниму, — отозвался он. Только он наклонился, чтобы отстегнуть их, как Льют сделала попытку бежать, но он расставил руки и опять загнал ее за рояль.</p>
     <p>— Ну смотрите! — закричал он. — Все падет на вашу голову! Если на крышке рояля будут царапины, я пожалуюсь Паоле.</p>
     <p>— А у меня есть свидетельницы, — задыхаясь, крикнула Льют, показывая смеющимися голубыми глазами на подруг, стоявших в дверях.</p>
     <p>— Превосходно, милочка! — Форрест отступил назад и вытянул руки. — Сейчас я доберусь до вас.</p>
     <p>Он мгновенно выполнил свою угрозу: опершись руками о крышку рояля, боком перекинул через него свое тело, и страшные шпоры пролетели на высоте целого фута над блестящей белой поверхностью. И так же мгновенно Льют нырнула под рояль, намереваясь проползти под ним на четвереньках, но стукнулась головой о его дно и не успела еще опомниться от ушиба, как Форрест оказался уже на той стороне и загнал ее обратно под рояль.</p>
     <p>— Вылезайте, вылезайте, нечего! — потребовал он. — И получайте заслуженное возмездие.</p>
     <p>— Смилуйтесь, добрый рыцарь, — взмолилась Льют. — Смилуйтесь во имя любви и всех угнетенных прекрасных девушек на свете!</p>
     <p>— Я не рыцарь, — заявил Форрест низким басом. — Я людоед, свирепый, неисправимый людоед. Я родился в болоте. Мой отец был людоедом, а мать моя — еще более страшной людоедкой. Я засыпал под вопли пожираемых детей. Я был проклят и обречен. Я питался только кровью девиц из Милльского пансиона. Охотнее всего я ел на деревянном полу, моим любимым кушаньем был бок молодой девицы, кровлей мне служил рояль. Мой отец был не только людоедом, он занимался и конокрадством. А я еще свирепее отца, у меня больше зубов. Помимо людоедства, моя мать была в Неваде агентом по распространению книг и даже подписке на дамские журналы! Подумайте, какой позор! Но я еще хуже моей матери: я торговал безопасными бритвами!</p>
     <p>— Неужели ничто не может смягчить и очаровать ваше суровое сердце? — молила Льют, в то же время готовясь при первой возможности к побегу.</p>
     <p>— «Только одно, несчастная! Только одно на небе, на земле и в морской пучине».</p>
     <p>Эрнестина прервала его легким возгласом негодования — ведь это был плагиат.</p>
     <p>— Знаю, знаю, — продолжал Форрест. — Смотри Эрнст Досон, страница двадцать седьмая, жиденькая книжонка с жиденькими стихотворениями для девиц, заключенных в Милльский пансион. Итак, я возвестил, до того как меня прервали: единственное, что способно смягчить и успокоить мое лютое сердце, — это «Молитва-девы». Слушайте, несчастные, пока я не отгрыз ваши уши порознь и оптом! Слушайте и вы, глупая, толстая, коротконогая и безобразная женщина — вы там, под роялем! Можете вы исполнить «Молитву девы»?</p>
     <p>Ответа не последовало. В это время из обеих дверей раздались восторженные вопли, и Льют крикнула из-под рояля входившему Берту Уэйнрайту:</p>
     <p>— На помощь, рыцарь, на помощь!</p>
     <p>— Отпусти деву сию! — приказал Берт.</p>
     <p>— А ты кто? — вопросил Форрест.</p>
     <p>— Я король Джордж, то есть святой Георгий.</p>
     <p>— Ну что ж! В таком случае я твой дракон, — с должным смирением признал Форрест. — Но прошу тебя, пощади эту древнюю, достойную и несравненную голову, ибо другой у меня нет.</p>
     <p>— Отрубите ему голову! — скомандовали его три врага.</p>
     <p>— Подождите, о девы, молю вас! — продолжал Берт. — Хоть я и ничтожество, но мне страх неведом. Я схвачу дракона за бороду и удушу его же бородой, а пока он будет медленно издыхать, проклиная мою жестокость и беспощадность, вы, прекрасные девы, бегите в горы, чтобы долины не поднялись на вас. Йоло, Петалуме и Западному Сакраменто грозят океанские волны и огромные рыбы.</p>
     <p>— Отрубите ему голову! — кричали девушки. — А потом надо его заколоть и зажарить целиком.</p>
     <p>— Они не знают пощады. Горе мне! — простонал Форрест. — Я погиб! Вот они, христианские чувства молодых девиц тысяча девятьсот четырнадцатого года! А ведь они в один прекрасный день будут участвовать в голосовании, если еще подрастут и не повыскочат замуж за иностранцев! Бери, святой Георгий, мою голову! Моя песенка спета! Я умираю и останусь навсегда неведом потомству!</p>
     <p>Тут Форрест, громко стеная и всхлипывая, лег на пол, начал весьма натурально корчиться и брыкаться, отчаянно звеня шпорами, и наконец испустил дух.</p>
     <p>Льют вылезла из-под рояля и исполнила вместе с Ритой и Эрнестиной импровизированный танец — это фурии плясали над телом убитого.</p>
     <p>Но мертвец вдруг вскочил. Он сделал Льют тайный знак и крикнул:</p>
     <p>— А герой-то! Героя забыли! Увенчайте его цветами!</p>
     <p>И Берт был увенчан полуувядшими ранними тюльпанами, которые со вчерашнего дня стояли в вазах. Но когда сильной рукой Льют пучок намокших стеблей был засунут ему за ворот, Берт бежал. Шум погони гулко разнесся по холлу и стал удаляться вниз по лестнице, в сторону бильярдной. А Форрест поднялся, привел себя, насколько мог, в порядок и, улыбаясь и позванивая шпорами, продолжал свой путь по Большому дому.</p>
     <p>Он прошел по двум вымощенным кирпичом и крытым испанской черепицей дворикам, которые утопали в ранней зелени цветущих кустарников, и, все еще тяжело дыша от веселой возни, вернулся в свой флигель, где его поджидал секретарь.</p>
     <p>— С добрым утром, мистер Блэйк, — приветствовал его Форрест. — Простите, что опоздал. — Он взглянул на свои часы-браслет. — Впрочем, только на четыре минуты. Вырваться раньше я не мог.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>С девяти до десяти Форрест и его секретарь занимались перепиской со всякими учеными обществами, питомниками и сельскохозяйственными организациями.</p>
     <p>У рядового дельца, работающего без секретаря, это отняло бы весь день. Но Дик Форрест поставил себя в центре некоей созданной им системы, которой он втайне очень гордился. Важные письма и бумаги он подписывал собственноручно; на всем остальном мистер Блэйк ставил его штамп. В течение часа секретарь стенографировал подробные ответы на одни письма и готовые формулировки ответов на другие. Мистер Блэйк считал в душе, что он работает гораздо больше своего хозяина и что последний просто феномен по части откапывания работы для своих служащих.</p>
     <p>Ровно в десять вошел Питтмен — консультант по выставочному скоту, и Блэйк удалился в свою контору, унося лотки с письмами, пачки бумаг и валики от диктофонов.</p>
     <p>С десяти до одиннадцати беспрерывно входили и выходили управляющие и экономы. Все они были вышколены, умели говорить кратко и экономить время. Дик Форрест приучил их к тому, что когда они являются с докладом или предложением — колебаться и размышлять уже поздно: надо думать раньше. В десять часов Блэйка сменял помощник секретаря Бонбрайт, садился рядом с хозяином, и его неутомимый карандаш, летая по бумаге, записывал быстрые, как беглый огонь, вопросы и ответы, отчеты, планы и предложения. Эти стенографические записи, которые потом расшифровывались и переписывались на машинке в двух экземплярах, были прямо кошмаром для управляющих и экономов, а иногда играли и роль Немезиды <a l:href="#n_425" type="note">[425]</a>. Форрест и сам обладал удивительной памятью, однако он любил доказывать это, ссылаясь на записи Бонбрайта.</p>
     <p>Нередко после пяти — или десятиминутного разговора с хозяином служащий выходил от него весь в поту, вымотанный, разбитый, словно пропущенный через мясорубку. В этот короткий, но чрезвычайно напряженный час Форрест брался за каждого по-хозяйски, вникая во все детали его особой, сложной области. Так, Томпсону, механику, он за четыре быстролетных минуты указал, почему динамо при холодильнике Большого дома работает неправильно, подчеркнув, что виноват сам Томпсон; заставил Бонбрайта записать страницу и главу той книги из библиотеки, которую должен был по этому случаю прочесть Томпсон; сообщил ему, что Паркмен, управляющий молочной фермой, недоволен работой доильных машин и что холодильник на бойне работает с перебоями.</p>
     <p>Каждый из его служащих был в своей области специалистом, но Форрест, по общему признанию, знал все. Так, Полсон — агроном, ответственный за пахоту, жаловался Досону — агроному, ответственному за уборку урожая:</p>
     <p>— Я служу здесь двенадцать лет и не замечал, чтобы Форрест когда-нибудь прикоснулся к плугу, а вместе с тем он, черт бы его побрал, на этом деле собаку съел! Знаете, он просто гений! Вот такой случай: он был занят чем-то другим и притом ему надо было следить, чтобы Фурия не выкинула какое-нибудь опасное коленце, а на следующий день он в разговоре заметил, будто мимоходом, что поле, мимо которого он проезжал, вспахано на глубину стольких-то дюймов — и притом с точностью до полдюйма — и что пахали его плугом такой-то системы… А возьмите запашку Поппи Мэдоу — знаете, над Литтл Мэдоу, на Лос-Кватос… Я просто не знал, что с ней делать, — мне пришлось вывернуть и подзол. Ну, думаю, как-нибудь сойдет! Когда все было кончено, он проехал мимо. Я глаз с него не спускал, а он даже как будто и не взглянул на поле, но на следующее утро я получил в конторе такой нагоняй!.. Нет, мне не удалось провести его. С тех пор я никогда и не пытаюсь…</p>
     <p>Ровно в одиннадцать Уордмен, ученый овцевод, ушел от Форреста, получив приказание отправиться к половине двенадцатого в машине вместе с Тэйером, покупателем из Айдахо, смотреть шропширских овец; удалился и Бонбрайт, чтобы разобраться в сделанных сегодня заметках. Форрест наконец остался один. Из проволочного лотка, где хранились неоконченные дела, — таких лотков было множество, и они были поставлены один на другой по пять штук, — он извлек изданную в штате Айова брошюру о свиной холере и стал ее просматривать.</p>
     <p>В свои сорок лет Форрест выглядел весьма внушительно. Высокий рост, большие серые глаза, темные ресницы и брови, прямой, не очень высокий лоб, светло-каштановые волосы, слегка выступающие скулы и под ними обычные для такого строения черепа легкие впадины; челюсти крепкие, но не массивные, тонкие ноздри, нос прямой, не слишком крупный, подбородок не раздвоенный, крутой, но без тяжести; губы почти женственные и мягко очерченные, но чувствуется, что они могут принимать очень твердое выражение. Кожа на лице гладкая, покрытая загаром, и только над бровями — там, куда падала тень широкополой шляпы, — лоб оставался белым.</p>
     <p>В уголках рта и глаз таился смех, и самые морщинки вокруг губ казались следом только что исчезнувшей улыбки. Вместе с тем каждая черта в лице этого человека говорила о спокойной силе и уверенности. Да, Дик Форрест был уверен в себе: уверен, что когда он протянет руку к столу за нужной вещью, то безошибочно и мгновенно найдет эту вещь — ни на дюйм правее или левее, а именно там, где ей быть надлежит; уверен, пробегая брошюру о свиной холере, что его ясный и внимательный ум не пропустит ничего существенного; уверен в своем сильном теле, когда, сидя перед письменным столом на вращающемся кресле, он откидывался на его крепкую спинку; уверен в своем сердце и уме, в своей жизни и работе, в самом себе и во всем, что ему принадлежит.</p>
     <p>И он имел право на такую уверенность: его тело, мозг и жизненный путь выдержали немало испытаний. Сын богатых родителей, он никогда не мотал отцовских денег. Рожденный и воспитанный в городе, он вернулся к земле и так преуспел, что где бы скотоводы ни встретились, они непременно упоминали его имя. Огромное имение его было свободно от долгов и закладных. Он был владельцем двухсот пятидесяти тысяч акров земли стоимостью от тысячи до ста долларов за акр и от ста долларов до десяти центов, причем была даже такая земля, которая не стоила и пенни. Местное сельское население и не представляло себе, какие суммы он затрачивал на обработку и улучшение этих угодий, на осушку лугов и болот, прокладывание дорог и оросительных каналов, возведение построек и содержание Большого дома.</p>
     <p>В его хозяйстве все до последней мелочи было поставлено на широкую ногу и вместе с тем вполне отвечало последнему слову науки. Его управляющие пользовались бесплатными квартирами в домах, стоивших от пяти до десяти тысяч долларов, а жалованье они получали в зависимости от своих качеств; это были лучшие специалисты, собранные со всего материка, от Атлантического до Тихого океана. Если ему нужны были бензиновые тракторы для вспашки низменностей, он покупал сразу большую партию. А если он запруживал воду в горах, то строил огромные плотины, создавал целые озера вместимостью чуть не в миллиард галлонов воды. Если Дик осушал болота, то, вместо того чтобы поручать это специальным предприятиям, он сам выписывал мощные землечерпалки; когда же в его имении не было такой работы, он брал подряды на осушение болотистых земель у соседних крупных фермеров и заключал договоры с земельными компаниями и корпорациями за сотни миль от Большого дома, вверх и вниз по реке Сакраменто.</p>
     <p>Он был достаточно умен и понимал, что без чужого ума не обойдешься и что, покупая эти чужие умы, приходится платить самым способным значительно больше обычной рыночной цены, — достаточно умен, чтобы направлять эти купленные им умы на служение его интересам.</p>
     <p>И вот ему стукнуло сорок лет; его взгляд был ясен, сердце билось ровно, он чувствовал себя здоровым и в расцвете сил. Однако до тридцати он вел жизнь беспорядочную и сумасбродную. Тринадцати лет он убежал из дома, оставленного ему отцом-миллионером; окончил университет, когда ему еще не было двадцати одного года, а затем решил изведать соблазны всех сказочных гаваней и сказочных морей. С трезвой головой и пылающим сердцем шел он, смеясь, на любой риск, только бы получить желанное, и окунулся в тот бурный мир приключений, который буквально у него на глазах все же вынужден был покориться закону и порядку.</p>
     <p>В былые дни имя отца Форреста имело в Сан-Франциско магическую силу. Дом Форрестов на Ноб-Хилле, где жили такие люди, как Флуды, Маккейи, Крокеры и О'Брайены, был одним из первых воздвигнутых здесь дворцов. Ричард Форрест, прозванный «Счастливчиком», отец Дика, прибыл сюда из Новой Англии через Панамский перешеек в поисках почвы для смелых торговых предприятий; перед отъездом он интересовался быстроходными судами и строительством быстроходных судов, в Калифорнии же стал интересоваться земельными участками в районе порта и речными пароходами, потом, конечно, рудниками, а позднее — осушкой Комстока в Неваде и постройкой Южно-Тихоокеанской железной дороги.</p>
     <p>Он делал только крупные ставки — крупно проигрывал и крупно выигрывал; но выигрывал он всегда больше, чем проигрывал, — ибо то, что он терял в одной игре, в другой возвращалось ему сторицей. Деньги, нажитые им на осушке Комстока, были спущены целиком в бездонные Даффодилские рудники в округе Эльдорадо.</p>
     <p>Все, что ему удалось спасти от краха на Бениша-Лайн, он вложил в ртутные месторождения «Напа Консоли-дейтед», которые принесли ему пять тысяч процентов прибыли. А потерянное в стоктонском буме он вернул с лихвой, скупив земельные участки в Сакраменто и Окленде.</p>
     <p>И когда в довершение всех авантюр «Счастливчик» Форрест потерял после целого ряда неудач все свое состояние и дело дошло до того, что в Сан-Франциско уже обсуждали, за какую цену дворец на Ноб-Хилле пойдет с молотка, он снабдил некоего Дела Нелсона всем необходимым для экспедиции в Мексику. О результатах этой экспедиции, даже по трезвым данным истории, известно, что Дел Нелсон открыл такие богатейшие месторождения золота, как «Группа Харвест» с неистощимыми рудниками Тэттлснейк, Войс, Сити, Дездемона, Буллфрог и Йеллоу-Бой. Ошарашенный этим успехом, Дел Нелсон спился в один год, поглотив целое море дешевого виски; и так как наследства никто не оспаривал, ибо он был совершенно одинок, то его долю в предприятии получил «Счастливчик» — Ричард Форрест.</p>
     <p>Дик Форрест был истинный сын своего отца — «Счастливчика» Ричарда, человека неутомимой энергии и предприимчивости. Хотя отец был дважды женат и дважды овдовел, бог не благословил его потомством. В третий раз Ричард женился в 1872 году, когда ему было уже пятьдесят восемь лет, а в 1874 году родился мальчик — здоровяк и крикун, двенадцати фунтов весом, — правда, он стоил жизни своей матери. Новорожденный поступил на попечение десятка кормилиц и нянек, водворившихся во дворце на Ноб-Хилле.</p>
     <p>Маленький Дик развился рано. «Счастливчик» Ричард был демократом. Мальчику взяли учителя, и он за год выучился всему тому, на что в школе потратил бы три года, а освободившееся таким образом время посвящал играм на открытом воздухе. Способности Дика и демократизм его отца были причиной того, что старик отдал сына в последний класс обычной народной школы: пусть мальчик потрется там среди детей рабочих и торговцев, доморощенных политиков и трактирщиков.</p>
     <p>В школе он был просто учеником среди прочих учеников, и все миллионы отца не могли изменить того факта, что не он, а сын подносчика кирпича Пэтси Хэллорэна показал себя вундеркиндом в математике, а Мона Сангвинетти, мать которой содержала зеленную, была рекордсменкой по части правописания. Не помогли ему также ни отцовские миллионы, ни дворец на Ноб-Хилле, когда он, сбросив куртку, голыми кулаками, без всяких раундов и правил, дрался из последних сил то с Джимми Батсом, то с Джаном Шоинским и другими мальчиками, представителями того мужественного и крепкого поколения, которое могло вырасти только в Сан-Франциско в период его бурной и воинственной, мощной и здоровой юности, — того поколения, из которого вышло затем столько боксеров, рассеявшихся по свету в поисках славы и денег.</p>
     <p>Самым умным, что «Счастливчик» Форрест мог сделать для сына, было дать ему эту демократическую закваску. В глубине души Дик никогда не забывал того, что он живет во дворце с десятками слуг и что отец его — могущественный и влиятельный миллионер, но вместе с тем он научился уважать демократию и людей, которые должны рассчитывать только на самих себя и на свои руки. Он научился этому тогда, когда на классном состязании по орфографии победила Мона Сангвинетти, а Берни Миллер обогнал его на состязаниях в, беге.</p>
     <p>И когда Тим Хэгэн в сотый раз разбил ему нос и губы и после ряда ударов под ложечку повалил его, ослепленного, задыхающегося, и Дик сопел и не мог пошевелить распухшими губами, то никакие дворцы и чековые книжки не могли ему помочь. Он сам, своими кулаками, должен был отстоять себя. Именно тут, весь в поту и в крови, Дик научился упорной борьбе и умению не сдаваться, даже когда битва проиграна. Удары, которые ему наносил Тим, были ужасны, но Дик выдержал. Он крепился до тех пор, пока они не решили, что одному другого не побороть. Но к этому решению они пришли, только когда оба в изнеможении лежали на земле, всхлипывая от боли и тошноты, от бешенства и упрямства. После этого они подружились и вместе верховодили на школьном дворе.</p>
     <p>«Счастливчик» Ричард Форрест умер в том же месяце, в каком Дик окончил школу. Дику исполнилось тринадцать лет; у него было двадцать миллионов и ни одного родственника, который бы мог вмешиваться в его жизнь. У него были, кроме того, дворцы, толпа слуг, паровая яхта, конюшни и летняя вилла у моря, на южном конце полуострова, в Мэнло, колонии набобов. Один только стеснительный придаток ко всему этому получил он, — и это были его опекуны.</p>
     <p>И вот в летний день в большой библиотеке Дик присутствовал на их первом совещании. Их было трое, все пожилые, богатые, юристы и дельцы; все — бывшие компаньоны его отца. Когда они изложили Дику положение дел, он почувствовал, что, несмотря на их самые благие намерения, у него нет с ними решительно ни одной точки соприкосновения. Ведь их юность была уже так далека от них. Кроме того, ему стало совершенно ясно, что именно его, вот этого мальчика, судьбой которого они так озабочены, эти пожилые мужчины совершенно не понимают. Поэтому Дик с присущей ему категоричностью решил, что только он один в целом мире знает, что для него самое лучшее.</p>
     <p>Мистер Крокетт произнес длинную речь, и Дик выслушал ее с подобающим и настороженным вниманием, кивая головой всякий раз, когда говоривший обращался прямо к нему. Мистер Дэвидсон и мистер Слокум также высказали свои соображения, и он отнесся к ним не менее почтительно. Между прочим, Дик узнал из их слов, какой прекрасный и благородный человек был его отец, а также, какую программу выработали его опекуны, чтобы сделать из него столь же прекрасного и благородного человека.</p>
     <p>Когда они кончили свои объяснения, слово взял Дик.</p>
     <p>— Я все обдумал, — заявил он, — и прежде всего — я отправлюсь путешествовать.</p>
     <p>— Путешествия — это потом, мой мальчик, — мягко пояснил мистер Слокум. — Когда… ну… когда вы приготовитесь в университет… вам будет очень полезно — да, да, чрезвычайно полезно… провести годик за границей.</p>
     <p>— Разумеется, — торопливо вмешался мистер Дэвидсон, заметив, что в глазах мальчика вспыхнуло недовольство и он с бессознательным упорством сжал губы, — разумеется, можно будет и до этого совершать небольшие поездки, например, во время каникул… Мои коллеги, наверное, согласятся, что подобные поездки — разумеется, при соответствующем руководстве и должном надзоре, — что такие поездки во время каникул могут быть поучительны и даже желательны.</p>
     <p>— А сколько, вы сказали, у меня денег? — спросил Дик ни с того ни с сего.</p>
     <p>— Двадцать миллионов по самому скромному подсчету… да, примерно эта сумма, — не задумываясь, ответил мистер Крокетт.</p>
     <p>— А если я скажу вам, что мне сейчас нужно сто долларов? — продолжал Дик.</p>
     <p>— Но… это… гм… — и мистер Слокум вопросительно посмотрел на своих коллег.</p>
     <p>— Мы были бы поставлены в необходимость спросить вас, на что вам нужны эти деньги, — ответил мистер Крокетт.</p>
     <p>— А что, если я… — очень медленно проговорил Дик, глядя в упор на мистера Крокетта, — если я отвечу вам, что очень сожалею, но объяснять, зачем они мне нужны, не хочу?</p>
     <p>— В таком случае вы бы их не получили, — ответил мистер Крокетт весьма решительно, и в его ответе послышалось даже некоторое раздражение и досада.</p>
     <p>Дик задумчиво кивнул головой, как бы стараясь запомнить этот ответ.</p>
     <p>— Ну, конечно, мой друг, — поспешно вмешался мистер Слокум, — вы же слишком молоды, чтобы распоряжаться своими деньгами, сами понимаете. И пока мы призваны это делать вместо вас.</p>
     <p>— Значит, я без вашего разрешения не могу взять ни одного пенни?</p>
     <p>— Ни одного! — отрезал мистер Крокетт.</p>
     <p>Дик снова задумчиво покачал головой и пробормотал:</p>
     <p>— О да, понимаю…</p>
     <p>— Конечно, вполне естественно и даже справедливо, чтобы вы получали небольшие карманные деньги на ваши личные траты, — добавил мистер Дэвидсон. — Ну, скажем, доллар или два доллара в неделю. По мере того как вы будете становиться старше, эту сумму можно будет увеличивать. А когда вам минет двадцать один год, вы, без сомнения, окажетесь в состоянии управлять своими делами самостоятельно; разумеется, и мы вам поможем советами…</p>
     <p>— И хотя у меня двадцать миллионов, я до двадцати одного года не смогу взять даже сто долларов и истратить их как мне хочется? — спросил Дик очень смиренно.</p>
     <p>Мистер Дэвидсон решил было ответить утвердительно, но подбирал выражения помягче; однако Дик заговорил снова:</p>
     <p>— Насколько я понимаю, мне можно тратить деньги только после вашего общего решения?</p>
     <p>Опекуны закивали.</p>
     <p>— И все то, на чем мы согласимся, будет иметь силу?</p>
     <p>И опять опекуны кивнули.</p>
     <p>— Ну вот, я хотел бы сейчас же получить сто долларов, — заявил Дик.</p>
     <p>— А для чего? — осведомился мистер Крокетт.</p>
     <p>— Пожалуй, я скажу вам, — ответил мальчик спокойно и серьезно. — Я отправлюсь путешествовать.</p>
     <p>— Сегодня вы отправитесь в постель ровно в восемь тридцать, и больше никуда, — резко отчеканил мистер Крокетт. — Никаких ста долларов вы не получите. Дама, о которой мы вам говорили, придет сюда к шести часам. Вы будете ежедневно и ежечасно состоять на ее попечении. В шесть тридцать вы, как обычно, сядете с нею за стол, и она позаботится о том, чтобы вы легли в надлежащее время. Мы уже говорили вам, что она должна заменить вам мать и смотреть за вами… Ну… чтобы вы мыли шею и уши…</p>
     <p>— И чтобы я по субботам брал ванну, — с глубочайшей кротостью докончил Дик.</p>
     <p>— Вот именно.</p>
     <p>— Сколько же вы… то есть я буду платить этой даме за ее услуги? — продолжал расспрашивать Дик с той раздражающей непоследовательностью, которая уже входила у него в привычку и выводила из себя учителей и товарищей.</p>
     <p>Впервые мистер Крокетт ответил не сразу и сначала откашлялся.</p>
     <p>— Ведь это же я плачу ей, не правда ли? — настаивал Дик. — Из моих двадцати миллионов? Верно?</p>
     <p>«Вылитый отец», — заметил про себя мистер Слокум.</p>
     <p>— Миссис Соммерстон — «эта дама», как вам угодно было выразиться, — будет получать полтораста долларов в месяц, что составит в год ровно тысячу восемьсот долларов, — пояснил мистер Крокетт.</p>
     <p>— Выброшенные деньги, — заявил со вздохом Дик. — Да еще считайте стол и квартиру!</p>
     <p>Дик поднялся — тринадцатилетний аристократ не по рождению, но потому, что он вырос во дворце на Ноб-Хилле, — и стоял перед опекунами так гордо, что все трое тоже невольно поднялись со своих кожаных кресел. Но он стоял перед ними не так, как стоял, быть может, некогда маленький лорд Фаунтлерой <a l:href="#n_426" type="note">[426]</a>, ибо в Дике жили две стихии. Он знал, что человеческая жизнь многолика и многогранна: недаром Мона Сангвинетти оказалась сильнее его в орфографии и недаром он дрался с Тимом Хэгэном, а потом дружил с ним, деля власть над товарищами.</p>
     <p>Он был сыном человека, пережившего золотую лихорадку сорок девятого года. Дома он рос аристократом, а школа воспитала в нем демократа. И его преждевременно развившийся, но еще незрелый ум уже улавливал разницу между привилегированными сословиями и народными массами. Помимо того, в нем жили твердая воля и спокойная уверенность в себе, совершенно непонятная тем трем пожилым джентльменам, в руки которых была отдана его судьба и которые взяли на себя обязанность приумножать его миллионы и сделать из него, человека сообразно их собственному идеалу.</p>
     <p>— Благодарю вас за вашу любезность, — обратился Дик ко всем трем. — Надеюсь, мы поладим. Конечно, эти двадцать миллионов принадлежат мне, и, конечно, вы должны сохранить их для меня, ведь я в делах ничего не смыслю…</p>
     <p>— И поверьте, мой мальчик, что мы ваши миллионы приумножим, бесспорно приумножим, и притом самыми безопасными и испытанными способами, — заявил мистер Слокум.</p>
     <p>— Только, пожалуйста, без спекуляций, — предупредил их Дик. — Папе везло, но я часто слышал от него, что теперь другие времена и уже нельзя рисковать так, как прежде рисковали все.</p>
     <p>На основании всего этого можно было, пожалуй, решить, что у Дика мелочная и корыстная душонка. Нет! Именно в эти минуты он меньше всего думал о своих двадцати миллионах. Его занимали мечты и планы, столь далекие от всякой корысти и стяжательства, что они скорее роднили его с любым пьяным матросом, который расшвыривает на берегу свое жалованье, заработанное за три года.</p>
     <p>— Правда, я только мальчик, — продолжал Дик, — но вы меня еще не очень хорошо знаете. Со временем мы познакомимся ближе, а пока — еще раз спасибо…</p>
     <p>Он смолк и отвесил легкий поклон, полный достоинства: к таким поклонам привыкают очень рано все лорды во всех дворцах на Ноб-Хилле. Его молчание говорило о том, что аудиенция кончена. Опекуны это поняли, и они, товарищи его отца, с которыми тот вел крупнейшие дела, удалились сконфуженные и озадаченные.</p>
     <p>Спускаясь по широкой каменной лестнице к ожидавшему их экипажу, мистер Дэвидсон и Слокум были готовы дать волю своему гневу, но Крокетт, только что возражавший мальчику так сердито и резко, пробормотал с восхищением:</p>
     <p>— Ах, стервец! Ну и стервец!</p>
     <p>Экипаж отвез их в старый Тихоокеанский клуб, где они еще с час озабоченно обсуждали будущность Дика Форреста и жаловались на ту трудную задачу, которую на них взвалил «Счастливчик» Ричард Форрест.</p>
     <p>А в это время Дик торопливо спускался с горы по слишком крутым для лошадей и экипажей, заросшим травой мощеным улицам. Едва он оставил за собой живописные холмы, виллы и пышные сады миллионеров и спустился вниз, как тут же попал в узкие улички с деревянными лачугами, где жил рабочий люд. В 1887 году Сан-Франциско еще представлял собой такую же беспорядочную смесь дворцов и трущоб, как и любой старый европейский город; и Ноб-Хилл, подобно средневековому замку, вырастал из нищеты и грязи обыденной жизни, которая ютилась у его подножия.</p>
     <p>Дик наконец остановился на углу, возле бакалейной лавки, над которой жил Тимоти Хэгэн-старший; Тимоти мог позволить себе эту роскошь — жить над головой своих сограждан, содержавших семью на сорок — пятьдесят долларов в месяц, так как служил в полиции и получал сто.</p>
     <p>Но тщетно Дик свистел под открытыми, не защищенными от солнца окнами: Тима Хэгэна-младшего не было дома. Наконец Дик смолк и принялся перебирать в уме все те места неподалеку, где мог находиться его приятель; но в это время тот и сам появился из-за угла, бережно неся жестянку из-под лярда, полную пенящегося пива. Он пробурчал какое-то приветствие, и Дик также грубо буркнул ему что-то в ответ, точно всего час назад не он так смело и надменно отпустил трех некоронованных королей огромного города. Он говорил, как обычный мальчишка, и ничто в его тоне не показывало, что он — будущий владелец двадцати миллионов, а со временем и большего богатства.</p>
     <p>— Я не видел тебя после смерти твоего старика, — заметил, поравнявшись с ним, Тим Хэгэн.</p>
     <p>— Зато видишь теперь. Верно? — отозвался Дик. — Знаешь, Тим, я к тебе по делу.</p>
     <p>— Ладно, подожди, сначала отдам пиво моему старику, — сказал Тим, следя опытным глазом за вздымающейся у краев жестянки пеной. — Раскричится, если подашь без пены.</p>
     <p>— А ты встряхни жестянку, вот и будет пена, — Посоветовал Дик. — Мне только на минутку. Дело в том, что я нынче ночью удираю. Хочешь со мной?</p>
     <p>Голубые ирландские глазки Тима загорелись любопытством.</p>
     <p>— А куда? — спросил он.</p>
     <p>— Не знаю. Так хочешь? Если да, можно будет обсудить потом, когда будем уже в пути. Ты знаешь все лучше меня. Ну как? Согласен?</p>
     <p>— Старик-то с меня шкуру спустит, — пробормотал Тим.</p>
     <p>— Да ведь он колотил тебя и раньше, а твоя шкура, кажется, еще цела, — последовал бессердечный ответ. — Только скажи «да», и мы встретимся сегодня вечером в девять часов у перевоза. Ну как? Идет? Словом, в девять я там буду.</p>
     <p>— А если я не явлюсь? — спросил Тим.</p>
     <p>— Все равно, уеду один. — И Дик отвернулся, делая вид, что собирается уходить; потом приостановился и бросил небрежно: — Лучше, если бы вместе…</p>
     <p>Тим встряхнул жестянку с пивом и отвечал так же небрежно:</p>
     <p>— Да уж ладно. Приду.</p>
     <p>Расставшись с Тимом, Дик принялся разыскивать некоего Марковича, словенца, тоже бывшего школьного товарища; его отец содержал дешевый ресторан, где можно было за двадцать центов получить очень приличный обед. Молодой Маркович взял как-то у Дика в долг два доллара, но Дик поладил с ним на одном долларе сорока центах, остальную же часть долга простил Марковичу.</p>
     <p>Затем Дик не без робости и волнения прошелся по Монтгомери-стрит, мимо украшавших эту оживленную улицу многочисленных ломбардов и ссудных касс. С отчаянной решимостью он наконец выбрал одну из них и обменял там на восемь долларов и квитанцию часы, стоившие, как он знал, по меньшей мере пятьдесят.</p>
     <p>Обед во дворце на Ноб-Хилле подавался в половине седьмого. Дик явился домой без четверти семь и сразу налетел на миссис Соммерстон. Это была полная пожилая дама, из некогда знаменитой, а теперь обедневшей семьи Портер-Рингтон, финансовый крах которой потряс в семидесятых годах все Тихоокеанское побережье. Несмотря на свою полноту, она страдала, по ее словам, «расстройством нервов».</p>
     <p>— Нет, нет, это невозможно, Ричард, — возмущенно изрекла она. — Обед ждет уже целых четверть часа, а вы еще не вымыли лицо и руки.</p>
     <p>— Простите, миссис Соммерстон, — извинился Дик. — Я больше никогда не буду опаздывать. Да и вообще не причиню вам впредь никакого беспокойства.</p>
     <p>Они обедали вдвоем в огромной столовой, и Дик старался занимать свою воспитательницу, ибо, хотя он и платил ей жалованье, она все-таки была для него гостьей.</p>
     <p>— Когда вы устроитесь, вам будет здесь очень хорошо. Это уютный старый дом, да и слуги живут здесь уже много лет.</p>
     <p>— Но, Ричард, — возразила она с улыбкой, — ведь не от слуг зависит то, как я буду чувствовать себя здесь, а от вас.</p>
     <p>— Я сделаю все, что могу, — любезно ответил он, — и даже сверх того. Я очень сожалею, что сегодня опоздал. Пройдут многие-многие годы, и я ни разу не опоздаю. Я решил совсем не беспокоить вас. Вот увидите. Будет так, словно меня и нет в доме.</p>
     <p>Затем он пожелал ей спокойной ночи и, уходя, прибавил, как бы что-то вспомнив:</p>
     <p>— Насчет одного я должен вас предупредить: это касается повара, его зовут О-Чай. Он у нас в доме очень давно, я даже не помню, сколько лет, — может быть, двадцать пять, а то и тридцать; он готовил отцу, когда меня еще не было на свете и когда не было этого дома. Он у нас на особом положении и так привык все делать по-своему, что вам придется с ним обращаться довольно осторожно. Но если он вас полюбит, то себя не пожалеет, чтобы вам угодить. Меня он очень любит. Сделайте так, чтобы он и вас полюбил, и вам будет здесь очень хорошо. А я, право же, не причиню вам больше никакого беспокойства. Я сделаю так, будто меня нет в доме.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В девять часов, минута в минуту. Дик, одетый в свое самое старое платье, встретился с Тимом Хэгэном у перевоза.</p>
     <p>— На север идти не стоит, — сказал Тим. — Скоро зима, и спать будет холодно. Хочешь, пойдем на восток, в сторону Невады и пустыни?</p>
     <p>— А еще куда можно? — спросил Дик. — Что, если мы выберем юг и пойдем на Лос-Анжелос, Аризону, Новую Мексику и Техас? — предложил он.</p>
     <p>— Сколько ты раздобыл денег? — спросил Тим.</p>
     <p>— А тебе зачем? — возразил Дик.</p>
     <p>— Важно уйти из этих мест как можно скорее, а чтобы двигаться быстро, надо платить. Мне-то наплевать. Вот ты — другое дело. Твои опекуны сейчас же поднимут шум, наймут ораву сыщиков; а те как пойдут по следу — не отвяжешься. Надо скорее смыться.</p>
     <p>— Ну что ж, раз иначе нельзя… — отозвался Дик. — Несколько дней мы будем петлять, путать их, скрываться и за все платить, пока не доберемся до Трэйси. А потом платить перестанем и повернем на юг.</p>
     <p>Вся эта программа была ими выполнена в точности. Трэйси они проехали в качестве платных пассажиров; через шесть часов после того, как местный шериф перестал обыскивать поезда, Дик из осторожности заплатил еще до станции Модесто, а там платить перестал, и, следуя советам Тима, мальчики продолжали путь «зайцами» в багажных и товарных вагонах, а также на тендерах. Дик покупал газеты и пугал Тима, читая ему трагические описания того, как был похищен юный наследник форрестовских миллионов.</p>
     <p>В Сан-Франциско опекуны дали объявление, что нашедшему и доставившему домой их подопечного будет выплачена премия в тридцать тысяч долларов. Тим Хэгэн, читавший эти сообщения, когда мальчики отдыхали на траве у какой-нибудь водокачки, навсегда внушил своему товарищу ту мысль, что честность и честь не являются достоянием какой-нибудь отдельной касты и могут обитать не только во дворце на вершине горы, но и в убогой квартирке над бакалейной лавкой.</p>
     <p>— Ах черт! — обратился Тим не столько к Дику, сколько к лежавшему перед ними ландшафту. — Мой старик не стал бы шуметь оттого, что я удрал, если бы я выдал тебя за тридцать тысяч! Даже подумать страшно!</p>
     <p>Раз Тим так открыто об этом заговорил, значит, с этой стороны Дику опасаться нечего, — сын полисмена не донесет на него.</p>
     <p>Только шесть недель спустя, уже в Аризоне, Дик опять коснулся этого вопроса.</p>
     <p>— Понимаешь ли, Тим, — сказал Дик, — я получил кучу денег, и мой капитал все время растет, а я из него не трачу ни одного цента, как ты видишь сам… хотя миссис Соммерстон и выжимает из меня тысячу восемьсот долларов в год, да кроме того, — стол, квартиру и экипаж, а мы с тобой живем, как бродяги, и рады подобрать за каким-нибудь кочегаром его объедки. И все-таки мой капитал растет! Сколько это выходит — десять процентов с двадцати миллионов долларов? Сосчитай!</p>
     <p>Тим Хэгэн уставился на струи горячего воздуха, волновавшиеся над пустыней, и попытался решить предложенную ему задачу.</p>
     <p>— Ну, сколько будет одна десятая от двадцати миллионов? — нетерпеливо спросил Дик.</p>
     <p>— Сколько? Два миллиона, конечно.</p>
     <p>— А пять процентов — половина десяти. Сколько же это составит в год, если считать двадцать миллионов из пяти процентов?</p>
     <p>Тим нерешительно молчал.</p>
     <p>— Да половину, половину двух миллионов! — крикнул Дик. — Значит, я каждый год становлюсь на один миллион богаче. Запомни это и слушай дальше. Когда я соглашусь вернуться домой, — а это будет только через много-много лет, мы с тобой решим когда, — я тебе скажу, и ты напишешь отцу. Он нагрянет в условленное место, заберет меня и доставит куда следует. А потом получит от опекунов обещанные тридцать тысяч, бросит службу в полиции и откроет пивную.</p>
     <p>— Тридцать тысяч, это, знаешь, сколько денег? — небрежно проговорил Тим, выразив таким образом свою благодарность.</p>
     <p>— Только не для меня, — заявил Дик, стараясь умалить свою щедрость. — Тридцать тысяч в миллионе содержится тридцать три раза, а мои деньги за один год приносят миллион.</p>
     <p>Однако Тиму не суждено было дожить до тех времен и увидеть, как его отец станет владельцем пивной. Два дня спустя после этого разговора не в меру ретивый кондуктор выставил мальчиков из пустого товарного вагона, когда поезд стоял на мосту, перекинутом через высохший каменистый овраг. Дик взглянул вниз: дно оврага лежало на глубине семидесяти футов, — и он невольно содрогнулся.</p>
     <p>— Место здесь есть, — сказал он, — но что, если поезд тронется?</p>
     <p>— Не тронется. Удирайте, пока можно, — настаивал кондуктор. — Паровоз на той стороне набирает воду. Он тут всегда набирает.</p>
     <p>Но именно в этот раз паровоз не стал брать воду. Следствие потом выяснило, что воды в водокачке не оказалось и машинист решил ехать дальше. Едва мальчики успели соскочить наземь из боковой двери вагона и пройти несколько шагов по узкому пространству между рельсами и обрывом, как поезд начал двигаться. Дик, всегда быстро соображавший и действовавший, стал на четвереньки. Это дало ему возможность крепче уцепиться за мост и удержаться, ибо выступавшие части вагона проходили над его головой, не задевая его.</p>
     <p>Но Тим, соображавший гораздо медленнее и еще ослепленный чисто кельтским бешенством, вместо того чтобы лечь на мост, продолжал стоять и крайне образно, в духе своих родичей, выражаться по адресу кондуктора.</p>
     <p>— Ложись! Скорее! — крикнул ему Дик.</p>
     <p>Но Тим уже пропустил удобную минуту: поезд шел под уклон и быстро ускорял ход. Стоя лицом к бегущим вагонам и чувствуя, что за спиной у него нет опоры, а под ногами — пропасть, Тим наконец решил последовать примеру Дика. Но едва он повернулся, как ударился плечом о бегущие вагоны и чуть не потерял равновесие. Каким-то чудом он все же удержался и продолжал стоять. Поезд шел все быстрее. Лечь было уже нельзя.</p>
     <p>Дик следил за всем этим, но не мог двинуться. Поезд набирал скорость. Однако Тим не терял присутствия духа: стоя спиной к пропасти, а лицом к бегущим вагонам и упираясь ногами в узкие доски моста, он качался и балансировал. Чем быстрее шел поезд, тем сильнее Тим качался; наконец, сделав над собой усилие, он нашел устойчивое положение и перестал раскачиваться.</p>
     <p>Все могло бы еще окончиться благополучно, если бы не последний вагон. Дик понял это и с ужасом следил за его приближением. Это был «усовершенствованный вагон для лошадей» — на шесть дюймов шире, чем все остальные. Дик видел, что и Тим его заметил; видел, как товарищ напряг все силы, чтобы удержаться на том пространстве, которое теперь еще сократилось чуть не на полфута; видел, как Тим откидывается назад все дальше, дальше, до последней возможности, и все же недостаточно далеко. Катастрофа была неизбежна. Если бы вагон оказался уже всего на один дюйм, Тим устоял бы. Один дюйм — и он упал бы на рельсы позади поезда, а вагон прошел бы мимо. Но именно этот дюйм и погубил его. Вагон толкнул Тима, мальчик несколько раз перевернулся в воздухе и рухнул головой на камни.</p>
     <p>Там, внизу, он уже не шевелился. Упав с высоты семидесяти футов, он сломал себе шею и размозжил череп.</p>
     <p>Тут Дик впервые познал смерть — не упорядоченную и благопристойную смерть, какой она бывает среди цивилизованных людей, когда и врачи, и сиделки, и наркотики облегчают человеку переход в вечную ночь, а его близкие пытаются пышными обрядами, цветами и торжественными проводами скрасить его путешествие в царство теней, — но смерть внезапную и простую, грубую и неприкрашенную; смерть, подобную смерти быка или жирной свиньи, убитых на бойне.</p>
     <p>И еще многое открылось Дику: превратности жизни и судьбы; враждебность вселенной к человеку; необходимость быстро соображать и действовать, быть решительным и уверенным в себе, уметь мгновенно приспособляться к неожиданным переменам в соотношении сил, властвующих над всем живым. И, стоя над изуродованными останками того, кто всего несколько минут назад был его товарищем, Дик понял, что нельзя доверяться иллюзиям — за них всегда приходится расплачиваться, и что только действительность никогда не лжет.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В Новой Мексике Дик случайно попал на одно ранчо под названием Джингл-Боб, расположенное к северу от Росуэлла, в долине Пикос. Дику еще не было четырнадцати лет, но он скоро сделался всеобщим любимцем; это, однако, не помешало ему стать настоящим ковбоем, подобным тем, которые даже в официальных бумагах именовали себя: «Дикий Конь», «Вилли-Олень», «Большой Карман», или «Вырви глаз».</p>
     <p>Здесь за полгода, проведенных на ранчо, Дик в совершенстве узнал лошадей и, будучи сильным и ловким, сделался отличным наездником, а также узнал людей, как они есть, — и это драгоценное знание сберег на всю жизнь. Но он узнал и многое другое. Вот, например, Джон Чайзом, владелец Джингл-Боба, Bosque grande и еще многих других скотоводческих ферм до самой Черной речки и за ней; Джон Чайзом, «коровий король», предвидя возникновение мелких фермерских хозяйств, скупил кругом все свободные участки, на которых имелась вода, поставил ограды из колючей проволоки и стал полновластным хозяином над миллионами акров прилегавшей к ним земли, которая без орошения не имела никакой цены. А из бесед у ночного костра, сидя возле фургона с продовольствием, среди ковбоев, получавших в месяц не более сорока долларов (они не предусмотрели того, что предусмотрел их хозяин), Дик отчетливо понял, почему Джон Чайзом сделался «коровьим королем», а сотни его соседей нанимались к нему в качестве сельскохозяйственных рабочих.</p>
     <p>Но у Дика был горячий нрав. Его кровь кипела. В нем жила пылкая мужская гордость. Готовый иногда разрыдаться после двадцати часов, проведенных в седле, он сдерживал себя, научился презирать жестокую боль, терзавшую его еще полудетское тело, и молча терпеть, не мечтая о постели, пока закаленные гуртовщики не лягут первыми. С той же терпеливой выдержкой он садился на любую лошадь, какую ему давали, требовал, чтобы и его посылали в ночное, и в развевающемся непромокаемом плаще уверенно мчался наперерез разбегающемуся стаду. Он готов был подвергнуть себя любому риску и любил рисковать, но даже в такие минуты никогда не забывал о трезвой действительности. Дику отлично было известно, что люди — существа весьма хрупкие, они легко гибнут, разбиваясь о камни или затоптанные лошадиными копытами. И если он иной раз отказывался садиться на лошадь, у которой на галопе заплетались ноги, то делал это не из страха, а потому что, как он заявил однажды самому Джону Чайзому, «если уж падать, так хоть за хорошие деньги».</p>
     <p>Только отсюда, из этого имения, Дик решил написать своим опекунам. Но и тут был настолько осторожен, что отдал письмо проезжему торговцу скотом из Чикаго и адресовал его на имя повара О-Чай. Хотя Дик и не пользовался своими миллионами, однако всегда о них помнил; опасаясь, как бы его состояние не досталось каким-нибудь отдаленным родственникам, которые могли найтись в Новой Англии, он известил своих опекунов о том, что жив и здоров и через несколько лет непременно вернется домой. Он приказал им также не отпускать миссис Соммерстон и аккуратно выплачивать ей жалованье.</p>
     <p>Но ему не сиделось на месте. И наконец он решил, что полгода на ранчо Джингл-Боб — это больше чем достаточно. Тогда Дик стал бродягой и исколесил всю территорию Соединенных Штатов, причем ему довелось познакомиться во время своих скитаний с мировыми судьями, полицейскими чиновниками, законами о бродяжничестве и даже тюрьмами. И он узнал настоящих бродяг, странствующих рабочих и мелких преступников. Кроме того, он знакомился с фермами и фермерами и изучал земледелие, а однажды в штате Нью-Йорк целую неделю работал по сбору ягод у одного фермера-датчанина, который производил эксперименты с первой силосной установкой в Соединенных Штатах. Он учился всему этому не потому, что ставил себе учение как цель: в нем жила огромная, чисто мальчишеская любознательность и интерес решительно ко всему. Благодаря этому он приобрел много сведений о человеческой природе и жизни общества. Эти знания, когда он их впоследствии переварил и систематизировал при помощи книг, сослужили ему неоценимую службу.</p>
     <p>Приключения не повредили Дику. Даже когда ему приходилось встречаться с острожниками в их лесных убежищах и узнавать их взгляды на жизнь и нравственность, эти взгляды на него не действовали. Он был точно путешественник среди туземных племен. Уверенный в том, что у него есть двадцать миллионов, он не испытывал желания красть и грабить, — да в этом и не было необходимости. Все на свете интересовало его, но он ни разу не попадал в такое положение или место, в котором хотел бы остаться навсегда. В нем жила жажда видеть все больше, без конца наблюдать действительность.</p>
     <p>Прошло три года; ему минуло шестнадцать. Это был крепкий и закаленный подросток, весивший сто тридцать фунтов. Тогда Дик решил, что пора вернуться домой и взяться за книги. Так он совершил свое первое большое морское путешествие, поступив юнгой на судно, которое шло из Делавэра в Сан-Франциско, огибая мыс Горн. Это было трудное плавание, оно продолжалось сто восемьдесят дней, но в результате Дик прибавил десять фунтов.</p>
     <p>Когда в один прекрасный день он вошел в комнату и направился к миссис Соммерстон, она вскрикнула и послала за поваром О-Чаем: пусть скажет — действительно ли это Дик. Она вскрикнула во второй раз, когда протянула ему руку и его огрубевшая от канатов мозолистая ладонь сжала ее нежные пальцы.</p>
     <p>Во время первой встречи с опекунами, которые спешно собрались, узнав о его приезде, Дик держался застенчиво, почти конфузился. Но это не помешало ему высказаться вполне определенно.</p>
     <p>— Вот как обстоит дело, — начал он. — Я не дурак, знаю, чего хочу; и как я захочу — так и будет. Я совсем один на свете, не считая, конечно, таких добрых друзей, как вы; и у меня есть свои взгляды на жизнь и на то, что я в ней намерен делать. Вернулся я домой вовсе не из чувства долга перед кем-то, а потому что пришло время; скорее — из чувства долга перед самим собой. Три года странствий принесли мне большую пользу, и теперь я хочу продолжать образование — я разумею, уже по книгам.</p>
     <p>— Белмонтское училище, — подсказал мистер Слокум, — подготовит вас в университет.</p>
     <p>Дик решительно покачал головой:</p>
     <p>— И отнимет у меня три года, как и любая средняя школа. Нет, я намерен поступить в Калифорнийский университет не позднее, чем через год. Конечно, придется поработать. Но мозг у меня вроде кислоты: так и въедается в книги. Я возьму себе преподавателей — десяток преподавателей, если понадобится, — и начну готовиться. Нанимать их я буду сам и выгонять — тоже сам. А для этого мне понадобятся деньги.</p>
     <p>— Сто долларов в месяц достаточно? — спросил мистер Крокетт.</p>
     <p>Дик покачал головой.</p>
     <p>— Я странствовал три года и не истратил ни гроша из своего капитала. Надеюсь, я сумею с толком распорядиться его частью здесь, в Сан-Франциско. Я еще не берусь управлять своими делами, но хочу иметь на руках чековую книжку, и на приличную сумму. Деньги я буду тратить на то, что сочту нужным и как сочту нужным.</p>
     <p>Опекуны в ужасе переглянулись.</p>
     <p>— Это нелепо, это невозможно, — начал мистер Крокетт возмущенно. — Вы такой же сорвиголова, как и до вашего ухода.</p>
     <p>— Уж какой есть, — вздохнул Дик. — И та размолвка вышла у нас из-за денег. А ведь тогда я хотел получить всего-навсего сто долларов.</p>
     <p>— Но войдите же в наше положение, Дик, — принялся его увещевать мистер Дэвидсон. — Ведь мы ваши опекуны… Что скажут люди, если мы позволим вам, шестнадцатилетнему мальчику, свободно распоряжаться вашими деньгами?</p>
     <p>— А что стоит теперь моя яхта «Фрида»? — неожиданно спросил Дик.</p>
     <p>— Думаю, за нее в любое время дадут тысяч двадцать, — отозвался мистер Крокетт.</p>
     <p>— Так продайте ее. Она для меня велика и вдобавок с каждым годом теряет в цене. Мне нужна небольшая яхточка, чтобы я мог сам управлять ею и плавать в нашей бухте, и стоить она должна не больше тысячи. А эту продайте и положите деньги на мое имя. Я знаю ведь, чего вы, все трое, боитесь: что я растранжирю свои деньги на кутежи да на лошадей и на певичек. Так я вот что вам предложу: пусть на эти деньги будет иметь право каждый из нас четверых. И в ту минуту, когда кто-либо из вас решит, что я трачу деньги зря, пусть он снимет со счета всю сумму. Могу также вам сообщить, что наряду с преподавателями, которые будут готовить меня в университет, я намерен пригласить специалиста из коммерческого колледжа: пусть научит меня тому, как дельцы ведут дела, пусть вбивает мне в голову всю эту механику.</p>
     <p>Дик не стал ждать их согласия и продолжал, как будто это уже было решено:</p>
     <p>— А как с лошадьми в Мэнло? Впрочем, я посмотрю их и тогда подумаю, что с ними делать. Миссис Соммерстон останется здесь и будет вести дом и хозяйство. Я и без того буду слишком занят. Вы не раскаетесь, дав мне полную волю в моих личных делах, обещаю. А теперь, если хотите послушать, как я жил эти три года, я вам, пожалуй, расскажу.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Дик Форрест не ошибся, заявив своим опекунам, что его мозг въедается в книги, точно кислота. Никогда еще, кажется, ни один юноша не получал столь необычного образования, — причем он руководил им сам, не отвергая порой и чужих советов. Умению использовать чужие мозги он, видимо, научился у отца и у Джона Чайзома из Джингл-Боба. Там, в степи, он привык подолгу сидеть молча и размышлять, в то время как ковбои вели неторопливую беседу у костра и фургона с продовольствием. Теперь благодаря своему имени и состоянию он легко добивался знакомства и бесед с профессорами, директорами школ, всевозможными специалистами и дельцами; он мог слушать их долгие часы, лишь изредка вставляя слово, почти не спрашивая, а только впитывая в себя то, что они ему рассказывали, — и был доволен, если ему удавалось из этой многочасовой беседы извлечь хотя бы одну мысль, один факт, которые помогли бы ему решить вопрос, какое именно образование ему нужно и как его получить.</p>
     <p>Затем он начал выбирать себе преподавателей; и уж тут пошли такие приглашения и увольнения, такие вызовы и отказы, что все только диву давались. Молодой Форрест не стеснялся. С одними Дик занимался месяц, два или три, но с большинством расставался в первый же день или в первую неделю; и неизменно платил в таких случаях за целый месяц вперед, даже если их попытка чему-то научить его продолжалась не больше часа. Он всегда был в этих делах щедр и великодушен, — оттого что имел возможность позволить себе щедрость и великодушие.</p>
     <p>Этот мальчик, который не раз подбирал объедки после кочегаров, запивая их водой из колонки, узнал на своей шкуре цену деньгам и что покупать самое лучшее в конце концов выгоднее всего. Для поступления в университет надо было прослушать годичный курс физики и химии. Покончив с алгеброй и геометрией, он обратился к видным профессорам физики и химии при Калифорнийском университете. Вначале профессор Кэйри рассмеялся ему в лицо.</p>
     <p>— Мой милый мальчик… — сказал он.</p>
     <p>Дик терпеливо дал ему высказаться, затем спокойно заявил:</p>
     <p>— Поверьте, профессор, что я не дурак. Ученики средней школы и подготовительного училища — просто младенцы. Они жизни не знают. И еще не знают, чего хотят или почему хотят того, чем их напичкали. Я знаю жизнь. Знаю, чего хочу и почему. Они занимаются физикой два часа в неделю в течение двух полугодий, что составляет вместе с каникулами целый год. Вы лучший преподаватель физики на всем Тихоокеанском побережье. Учебный год как раз кончается. Если вы посвятите мне всю первую неделю каникул, каждую минуту вашего времени, я пройду этот годичный курс физики. Во сколько цените вы такую неделю?</p>
     <p>— Вы не купите ее и за тысячу долларов, — отозвался профессор Кэйри и решил, что вопрос исчерпан.</p>
     <p>— Я знаю размеры вашего жалованья… — начал Дик.</p>
     <p>— Ну, и сколько же я, по-вашему, получаю? — резко спросил профессор.</p>
     <p>— Во всяком случае, не тысячу долларов в неделю, — так же резко возразил Дик, — и не пятьсот, и не двести пятьдесят… — Он поднял руку, ибо профессор хотел прервать его. — Вы сейчас сказали, что не можете продать мне свою неделю и за тысячу долларов. А я и не собираюсь покупать ее за эту цену. Я вам предлагаю две тысячи. Господи! Ведь жить-то мне считанные годы!..</p>
     <p>— А разве годы жизни можно купить? — насмешливо спросил профессор.</p>
     <p>— Безусловно можно. Ради этого я здесь. Я покупаю за год три года, и ваша неделя — часть этого года.</p>
     <p>— Но я же еще не дал согласия, — заметил профессор Кэйри.</p>
     <p>— Может быть, сумма вам кажется недостаточной? — холодно настаивал Дик. — Скажите, какую вы считаете справедливой?</p>
     <p>И профессор Кэйри сдался. Так же сдался профессор Барсдейл — самый видный химик в городе.</p>
     <p>Своих преподавателей по алгебре и геометрии Дик уже возил охотиться на болота Сакраменто и Сан-Хоакина и провел с ними там больше месяца. Покончив с физикой и химией, он отправился с историком и преподавателем литературы на охоту в округ Карри, в юго-западной части Орегона. Он следовал примеру своего отца: учился и развлекался, жил на свежем воздухе — и в результате прошел без особого напряжения обычный трехлетний курс средней школы в один год. Он стрелял дичь, ловил рыбу, плавал, тренировался и вместе с тем готовился в университет. И он стоял на верном пути. Он мог его избрать потому, что миллионы отца сделали его хозяином жизни. Деньги были для него всегда только средством. Он не умалял, но и не преувеличивал их значения. Он только покупал на них все, что ему было нужно.</p>
     <p>— Странная разновидность мотовства, я ничего подобного не встречал! — заметил мистер Крокетт, показывая остальным опекунам представленный Диком годовой отчёт. — Шестнадцать тысяч долларов ушло на учение, причем он сюда включил все расходы: стоимость железнодорожных билетов, чаевых, порох и патроны для преподавателей.</p>
     <p>— Ну, экзамены он все-таки выдержал, — сказал мистер Слокум.</p>
     <p>— Да, и приготовился за один год, — проворчал мистер Дэвидсон. — А мой внук, в то время как Дик начал готовиться, поступил в Белмонтское училище, и дай бог, если ему через два года удастся добраться до университета.</p>
     <p>— Что ж, одно могу сказать, — заявил мистер Крокетт, — отныне, сколько бы мальчик ни потребовал на свои расходы, ему можно доверить какую угодно сумму.</p>
     <p>— Теперь я сделаю маленькую передышку, — заявил Дик своим опекунам. — Я опять иду голова в голову со своими сверстниками, а уж насчет знания жизни — им до меня далеко. Я встречал немало мужчин и женщин, я узнал жизнь и видел так много хорошего и дурного, высокого и ничтожного, что сам иногда не верю — неужели это правда? Но я все видел своими глазами.</p>
     <p>Отныне я уже не буду спешить. Я догнал других и пойду ровным шагом. Главное — не задерживаясь, переходить с курса на курс. И когда я окончу университет, мне будет всего двадцать один год. На учение денег теперь пойдет гораздо меньше, репетиторы уже не понадобятся, и можно будет тратить больше на развлечения.</p>
     <p>Мистер Дэвидсон насторожился:</p>
     <p>— А что вы разумеете под словом «развлечения»?..</p>
     <p>— О, разные там студенческие общества, футбол… Не отставать же мне от других, сами понимаете. Кроме того, меня очень интересуют моторы, работающие на бензине. Я намерен построить первую в мире океанскую яхту с бензиновым двигателем…</p>
     <p>— Еще взорветесь, — покачал головой мистер Крокетт. — Все это вздор, все теперь помешались на бензине.</p>
     <p>— Нет, не взорвусь, я приму меры, — ответил Дик, — а для этого нужны эксперименты и деньги, и потому я прошу выдать мне новую чековую книжку, на тех же правах, что и раньше.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В университете Дик Форрест ничем не выделялся, разве только тем, что пропустил на первом курсе больше лекций, чем другие студенты. Но лекции, которые он пропускал, были ему не нужны, и он знал это. Преподаватели, подготовляя его к вступительным экзаменам, прошли с ним вперед также и большую часть первого курса. Между прочим, он организовал футбольную команду первокурсников, впрочем, такую слабую, что ее побеждали все, кому не лень.</p>
     <p>Все же Дик работал, хотя это и не было заметно. Он много читал, и читал с толком; и когда летом он отправился на своей океанской яхте в экскурсию, то пригласил с собой не компанию веселых сверстников, а профессоров литературы, права, истории и философии с их семьями. В университете долго потом вспоминали об той «ученой» поездке. Профессора, вернувшись, рассказывали, что провели время чрезвычайно приятно. Дик вынес из этого путешествия более широкое представление о ряде научных дисциплин, чем если бы слушал из года в год университетские курсы. А то, что он опять сэкономил на этом время, дало ему возможность по-прежнему пропускать многие лекции и усиленно заниматься в лабораториях.</p>
     <p>Не пренебрегал он и чисто студенческими развлечениями. Профессорские вдовы усиленно за ним ухаживали, профессорские дочки влюблялись в него; он был неутомимым танцором, не пропустил ни одного студенческого сборища, ни одной товарищеской пирушки, объехал все побережье с клубом банджо и мандолинистов.</p>
     <p>И все-таки он не блистал никакими особыми талантами, ничем среди других не выделялся. Четыре-пять товарищей играли на мандолине и на банджо искуснее его и с десяток танцевали лучше. На втором курсе он помог своей футбольной команде одержать победу, считался хорошим, надежным игроком, но и только. Ему ни разу не удавалось пройти с мячом всю длину поля, хотя он видел, что голубые с золотом лезут из кожи и трибуны неистовствуют. Победу ему удалось одержать лишь в конце мучительно трудного матча, в грязи, под дождем, когда кончился уже второй полутайм, — тогда только голубые с золотом попросили Форреста бить в центр, и бить крепко.</p>
     <p>Да, он никогда и ни в чем не достигал совершенства. Верзила Чарли Эверсон всегда мог перепить его. Гаррисон Джексон кидал молот дальше его по меньшей мере на двадцать футов. Каррузерс побеждал его в боксе. Энсон Бардж клал его на обе лопатки два раза из трех — правда, с большим трудом. В английском сочинении пятая часть курса была сильнее его. Эдлин, русский еврей, победил его в диспуте на тему: «Собственность есть кража». Шульц и Дебрэ опередили его и весь курс в высшей математике, а японец Отсуки несравненно лучше усваивал химию.</p>
     <p>Но если Дик Форрест ничем не выделялся, то он ни в чем и не отставал от товарищей. Не обладая особой силой, он никогда не выказывал слабости или неуверенности. Однажды Дик заявил своим опекунам, восхищенным его неизменным прилежанием и благонравием и возмечтавшим, что его ждет великое будущее:</p>
     <p>— Ничего особенного я не достигну. Буду просто всесторонне образованным человеком. Мне ведь и незачем быть специалистом. Оставив мне деньги, отец освободил меня от этой необходимости. Да я и не мог бы стать специалистом, даже если бы захотел. Это не по мне!</p>
     <p>Итак, строй его ума был столь ясен, что определял весь строй его жизни. Он ничем чрезмерно не увлекался. Это был редкий образец среднего, нормального, уравновешенного и всесторонне развитого человека.</p>
     <p>Когда мистер Дэвидсон в присутствии своих коллег высказал удовольствие по поводу того, что Дик, вернувшись домой, больше не совершает никаких безрассудств, Дик ответил:</p>
     <p>— О, я могу держать себя в руках, если захочу.</p>
     <p>— Да, — торжественно отозвался мистер Слокум. — Это вышло очень удачно, что вы так рано перебесились и умеете владеть собой.</p>
     <p>Дик хитро посмотрел на него.</p>
     <p>— Ну, — сказал он, — это детское приключение не в счет. Я еще и не начинал беситься. Вот увидите, что будет, когда я начну! Знаете вы киплинговскую «Песнь Диего Вальдеса» <a l:href="#n_427" type="note">[427]</a>? Если позволите, я вам кое-что процитирую из нее. Дело в том, что Диего Вальдес получил, как и я, большое наследство. Ему предстояло сделаться верховным адмиралом Испании — и некогда было беситься. Он был силен и молод, но слишком торопился стать взрослым, — безумец воображал, что сила и молодость останутся при нем навсегда и что, лишь сделавшись адмиралом, он получит право наслаждаться радостями жизни. И всегда он потом вспоминал:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>На юге, на юге, за тысячи миль,</v>
       <v>Друг с другом мы там побратались,</v>
       <v>Мы жемчуг скупали у островитян,</v>
       <v>Годами по морю шатались.</v>
       <v>Каких тогда не было в мире чудес!</v>
       <v>В какие мы плавали дали!</v>
       <v>В те дни был неведом великий Вальдес,</v>
       <v>Но все моряки меня знали.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Когда в тайниках попадалось вино,</v>
       <v>Мы вместе вино это пили,</v>
       <v>А если добыча в пути нас ждала,</v>
       <v>Добычу по-братски делили.</v>
       <v>Мы прятали меж островов корабли,</v>
       <v>Уйдя от коварной погони,</v>
       <v>На перекатах и мелях гребли, —</v>
       <v>К веслу прикипали ладони.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Мы днища смолили, костры разведя,</v>
       <v>В огне обжигали мы кили,</v>
       <v>На мачтах вздымали простреленный флаг</v>
       <v>И снова в поход уходили.</v>
       <v>Как в белые гребни бушующих вод</v>
       <v>Врезается якорь с размаха,</v>
       <v>Так мы, капитаны, вперед и вперед</v>
       <v>Летели, не ведая страха!</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>О, где мы снимали и шпагу и шлем?</v>
       <v>В каких пировали тавернах?</v>
       <v>Где наших нежданных набегов гроза?</v>
       <v>Удары клинков наших верных?</v>
       <v>О, в знойной пустыне холодный родник!</v>
       <v>О, хлеба последняя корка!</v>
       <v>О, буйного ястреба яростный крик!</v>
       <v>О, смерть, стерегущая зорко!</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Как девушки грезят и ждут жениха,</v>
       <v>Тоскуют по прошлому вдовы,</v>
       <v>Как узник на синее небо в окно</v>
       <v>Глядит, проклиная оковы, —</v>
       <v>Так сетую я, поседевший моряк:</v>
       <v>Все снятся мне юг и лагуны,</v>
       <v>Былые походы, простреленный флаг</v>
       <v>И сам я — отважный и юный!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <empty-line/>
     <p>Вы, трое почтенных людей, поймите его, поймите так, как понял я! Послушайте, что он говорит дальше:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Я думал — и сила, и радость, и хмель</v>
       <v>С годами взыграют все краше,</v>
       <v>Увы, я бесславно весну упустил,</v>
       <v>Я выплеснул брагу из чаши!</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Увы, по решенью коварных небес</v>
       <v>Отмечен я жребием черным, —</v>
       <v>Я, вольный бродяга Диего Вальдес,</v>
       <v>Зовусь адмиралом верховным!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Слушайте, опекуны мои! — вскричал Дик, и лицо его запылало. — Не забывайте ни на миг, что жажда моя вовсе не утолена. Нет, я весь горю. Но я сдерживаюсь. Не воображайте, что я ледышка, только потому, что веду себя, как полагается пай-мальчику, пока он учится. Я молод. Жизнь во мне кипит. Я полон непочатых сил. Но я не повторю ошибки, которую делают другие. Я держу себя в руках. Я не накинусь на первую попавшуюся приманку. А пока я готовлюсь. Но своего не упущу. И не расплескаю чаши, а выпью ее до дна. Я не собираюсь, как Диего Вальдес, оплакивать упущенную молодость:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>О, если б по-прежнему ветер подул,</v>
       <v>По-прежнему волны вскипели,</v>
       <v>Смолили бы днища друзья вкруг костров</v>
       <v>И песни разгульные пели!</v>
       <v>О, в знойной пустыне холодный родник!</v>
       <v>О, хлеба последняя корка!</v>
       <v>О, буйного ястреба яростный крик!</v>
       <v>О, смерть, стерегущая зорко! <a l:href="#n_428" type="note">[428]</a>.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Слушайте, опекуны мои! Знаете вы, каково это — ударить врага, дать ему по челюсти и видеть, как он падает, холодея? Вот каких чувств я хочу. И я хочу любить, и целовать, и безумствовать в избытке молодости и сил. Я хочу изведать счастье и разгул в молодые годы, но не теперь, — я еще слишком юн. А пока я учусь и играю в футбол, готовлюсь к той минуте, когда смогу дать себе волю, — и уж тут я возьму свое! И не промахнусь! О, поверьте мне, я не всегда сплю спокойно по ночам!</p>
     <p>— То есть? — испуганно спросил мистер Крокетт.</p>
     <p>— Вот именно. Я как раз об этом и говорю. Я еще держу себя в узде, я еще не начал, но если начну, тогда берегитесь…</p>
     <p>— А вы «начнете», когда окончите университет? Странный юноша покачал головой.</p>
     <p>— После университета я поступлю по крайней мере на год в сельскохозяйственный институт. У меня, видите ли, появился конек — это сельское хозяйство. Мне хочется… хочется что-нибудь создать. Мой отец наживал, но ничего не создал. И вы все тоже. Вы захватили новую страну и только собирали денежки, как матросы вытряхивают самородки из мха, наткнувшись на девственную россыпь…</p>
     <p>— Я, кажется, кое-что смыслю, дружок, в сельском хозяйстве Калифорнии, — обиженным тоном прервал его мистер Крокетт.</p>
     <p>— Наверное, смыслите, но вы ничего не создали, вы — что поделаешь, факты остаются фактами, — вы… скорее разрушали. Вы были удачливыми фермерами. Ведь как вы действовали? Брали, например, в долине реки Сакраменто сорок тысяч акров лучшей, роскошнейшей земли и сеяли на ней из года в год пшеницу. О многопольной системе вы и понятия не имели. Вы понятия не имели, что такое севооборот. Солому жгли. Чернозем истощали. Вы вспахивали землю на глубину каких-нибудь четырех дюймов и оставляли нетронутым лежащий под ними грунт, жесткий, как камень. Вы истощили этот тонкий слой в четыре дюйма, а теперь не можете даже собрать с него на семена.</p>
     <p>Да, вы разрушали. Так делал мой отец, так делали все. А я вот возьму отцовские деньги и буду на них созидать. Накуплю этой истощенной пшеницей земли, — ее можно приобрести за бесценок, — все переворошу и буду в конце концов получать с нее больше, чем получали вы, когда только что взялись за нее!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Приблизилось время окончания курса, и мистер Крокетт вспомнил об испугавшем опекунов намерении Дика начать «беситься».</p>
     <p>— Теперь уже скоро, — последовал ответ, — вот только окончу сельскохозяйственный институт; тогда я куплю землю, скот, инвентарь и создам поместье, настоящее поместье. А потом уеду. И уж тут держись!</p>
     <p>— А какой величины имение хотите вы приобрести для начала? — спросил мистер Дэвидсон.</p>
     <p>— Может быть, в пятьдесят тысяч акров, а может быть, и в пятьсот тысяч, как выйдет. Я хочу добиться максимальной выгоды. Калифорния — это, в сущности, еще не заселенная страна. Земля, которая идет сейчас по десять долларов за акр, будет стоить через пятнадцать лет не меньше пятидесяти, а та, которую я куплю по пятьдесят, будет стоить пятьсот, и я для этого пальцем не пошевельну.</p>
     <p>— Но ведь полмиллиона акров по десять долларов — это пять миллионов, — с тревогой заметил мистер Крокетт.</p>
     <p>— А по пятьдесят — так и все двадцать пять, — рассмеялся Дик.</p>
     <p>Опекуны в душе не верили в его обещанные безумства. Конечно, он может потерять часть своего состояния, вводя все эти сельскохозяйственные новшества, но чтобы он мог закутить после стольких лет воздержания, казалось им просто невероятным.</p>
     <p>Дик окончил курс без всякого блеска. Он был двадцать восьмым и ничем не поразил университетский мир. Его главной заслугой оказалась та стойкость, с какой он выдерживал осаду очень многих милых девиц и их мамаш, и та победа, которую он помог одержать футбольной команде своего университета над стэнфордцами, — впервые за пять лет. Это происходило в те времена, когда о высокооплачиваемых инструкторах еще и не слыхали и особенно ценились хорошие игроки. Но для Дика на первом плане стояли интересы всей команды, поэтому в Благодарственный день <a l:href="#n_429" type="note">[429]</a> голубые с золотом торжественно шествовали по всему Сан-Франциско, празднуя свою славную победу над гораздо более сильными стэнфордцами.</p>
     <p>В сельскохозяйственном институте Дик совсем не посещал лекций и весь отдался лабораторной работе. Он приглашал преподавателей к себе и истратил пропасть денег на них и на разъезды с ними по Калифорнии.</p>
     <p>Жак Рибо, считавшийся одним из мировых авторитетов по агрономической химии и получавший во Франции две тысячи долларов в год, перебрался в Калифорнийский университет, прельстившись окладом в шесть тысяч; потом перешел на службу к владельцам сахарных плантаций на Гавайских островах на десять тысяч; и наконец соблазненный пятнадцатью тысячами, которые ему предложил Дик Форрест, и перспективой жить в более умеренном и приятном климате Калифорнии, заключил с ним контракт на пять лет.</p>
     <p>Господа Крокетт, Слокум и Дэвидсон в ужасе воздели руки, решив, что это и есть обещанное Диком безрассудство.</p>
     <p>Но это было только своего рода повторение пройденного. Дик переманил к себе с помощью чудовищного оклада лучшего специалиста по скотоводству, состоявшего на службе у правительства, таким же предосудительным способом отнял у университета штата Небраска прославленного специалиста по молочному хозяйству и наконец нанес удар декану сельскохозяйственного института при Калифорнийском университете, отняв у него профессора Нирденхаммера, мага и волшебника в вопросах фермерского хозяйства.</p>
     <p>— Дешево, поверьте мне, дешево, — уверял Дик своих опекунов. — Неужели вам было бы приятнее, если бы я вместо профессоров покупал лошадей и актрис? Вся беда в том, что вы, господа, не понимаете, как это выгодно — покупать чужие мозги. А я понимаю. Это моя специальность. И я буду на этом зарабатывать деньги, а главное — у меня вырастет десять колосьев там, где у вас и одного бы не выросло, ибо свою землю вы ограбили.</p>
     <p>После этого опекунам, конечно, трудно было поверить, что он пустится во всякие авантюры, будет «рисковать и целовать», а мужчинам давать в зубы.</p>
     <p>— Еще год… — предупреждал он их, погруженный в книги по агрономической химии, почвоведению и сельскому хозяйству и занятый постоянными разъездами по Калифорнии со всей своей свитой высокооплачиваемых экспертов.</p>
     <p>Опекуны боялись только, что, когда Дик достигнет совершеннолетия и сам будет распоряжаться своим состоянием, отцовские миллионы быстро начнут таять, уходя на всякие нелепые сельскохозяйственные затеи.</p>
     <p>Как раз в день, когда ему исполнился двадцать один год, была совершена купчая на огромное ранчо; оно простиралось к западу от реки Сакраменто вплоть до вершин тянувшейся там горной цепи.</p>
     <p>— Невероятно дорого, — сказал мистер Крокетт.</p>
     <p>— Наоборот, невероятно дешево, — возразил Дик, — Вы бы видели, какие я получил сведения о качестве почвы! И об источниках! Послушайте, опекуны мои; что я вам спою! Я сам и песня и певец!</p>
     <p>И он запел тем своеобразным вибрирующим фальцетом, каким обычно поют североамериканские индейцы, эскимосы и монголы:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Ху-тим йо-ким кой-о-ди!</v>
       <v>Уи-хи йаннинг кой-о-ди!</v>
       <v>Лохи йан-нинг кой-о-ди!</v>
       <v>Ио-хо най-ни, хал-юдом йо най, йо-хо, най-ним!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Ну, музыка моего сочинения, — смущенно пробормотал он, — я пою так, как, мне кажется, эта песня должна была звучать. Видите ли, нет ни одного человека, который бы слышал, как ее поют. Нишинамы получили ее от майду, а те от канкау, которые и сочинили ее. Но все эти племена вымерли. А угодья их остались. Вы истощили эти земли, мистер Крокетт, вашей хищнической системой земледелия. Песню эту я нашел в одном этнологическом отчете, помещенном в третьем томе «Обзора географии и геологии Тихоокеанского побережья Соединенных Штатов». Вождь по имени Багряное Облако, сошедший с неба в первое утро мира, спел эту песню звездам и горным цветам. А теперь я спою ее вам по-английски.</p>
     <p>Он опять запел фальцетом, подражая индейцам, и голос его был полон весеннего, ликующего торжества; он хлопал себя по бедрам и притопывал в такт песне. Дик пел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Желуди падают с неба!</v>
       <v>Я сажаю маленький желудь в долине!</v>
       <v>Я сажаю большой желудь в долине!</v>
       <v>Я расту, я — желудь темного дуба, я даю ростки!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Имя Дика Форреста все чаще упоминалось в газетах. Он сразу стал знаменит, ибо первый в Калифорнии заплатил за одного производителя пять тысяч гиней. Его специалист-скотовод, которого ему удалось сманить у правительства, перебил у английских Ротшильдов и приобрел для фермы Форреста великолепное животное, вскоре ставшее известным под именем Каприз Форреста.</p>
     <p>— Пусть смеются, — говорил Дик своим опекунам. — Я выписал сорок маток. В первый же год этот бык вернет мне половину своей стоимости. Он станет отцом, дедом и прадедом целого потомства, и калифорнийцы будут отрывать у меня с руками его детей и внуков по три и даже по пять тысяч долларов, за голову.</p>
     <p>В эти первые месяцы своего совершеннолетия Дик Форрест натворил еще ряд таких же безрассудств. Но самым непостижимым оказалось последнее, когда он, вложив столько миллионов в свои сельскохозяйственные предприятия, вдруг передал все дело специалистам, поручив им вести и развивать его дальше по намеченному плану, установил между ними взаимный надзор, чтобы они не слишком зарывались, а затем купил себе билет на остров Таити и уехал, чтобы пожить как ему вздумается.</p>
     <p>Изредка до опекунов доходили вести о нем. Он вдруг оказался владельцем и капитаном четырехмачтового угольщика, который шел под английским флагом и вез уголь из Ньюкасла. Они узнали об этом потому, что им пришлось заплатить за покупку судна, а также потому, что имя Форреста, хозяина судна, было упомянуто в газетах в связи с тем, что он спас жизнь пассажирам с потерпевшего кораблекрушение «Ориона»; кроме того, они же получили страховку, когда судно Форреста погибло почти со всей командой во время свирепого урагана у берегов островов Фиджи. В 1896 году он оказался в Клондайке. В 1897 году — на Камчатке, где заболел цингой. Затем неожиданно появился под американским флагом на Филиппинах. Однажды — они так и не узнали, как и почему, — он стал владельцем обветшавшего пассажирского парохода, давно вычеркнутого из списков Ллойда и теперь плававшего под флагом Сиама.</p>
     <p>Время от времени между ними и Форрестом завязывалась деловая переписка, — он писал им из многих сказочных гаваней сказочных морей. Был и такой случай, когда им пришлось ходатайствовать перед правительством штата, чтобы оно оказало давление на Вашингтон и вызволило Дика из какой-то запутанной истории в России; впрочем, о ней в печать не проникло ни одной строчки, но она вызвала злорадное ликование во всех европейских министерствах.</p>
     <p>Потом они случайно узнали, что он лежит раненый в Мэйфкинге; потом, что он перенес в Гваякиле желтую лихорадку и что его судили в Нью-Йорке за безжалостное обращение с матросами в открытом море. Газеты трижды печатали извещение о его смерти: один раз он будто бы умер, сражаясь в Мексике, и два раза — казнен в Венесуэле. После всех этих ложных слухов и тревог опекуны решили больше не волноваться; они уже спокойно принимали вести о том, что он будто бы переплыл Желтое море на сампане, и что он умер от бери-бери, и что в числе русских военнопленных взят японцами под Мукденом и теперь находится в японской военной тюрьме…</p>
     <p>Только раз еще вызвал он их волнение, когда, верный своему обещанию, нагулявшись по свету, вернулся домой и привез с собой жену. Ему было тогда тридцать лет, он женился на ней, по его словам, несколько лет назад и, как потом оказалось, все три опекуна знали ее раньше. Ее отец потерял все свое состояние после нашумевшей катастрофы в рудниках Лос-Кокос в Чихуа-хуа, когда правительство изъяло серебро из обращения. Мистер Слокум тоже потерял тогда восемьсот тысяч. Мистер Дэвидсон выкачал миллион из «Последней заявки» — высохшего русла реки в Амадорском округе, а отец ее — восемь миллионов. Мистер Крокетт еще юношей «выскребал» с ее отцом дно реки Мерсед, был его шафером, когда он женился на ее матери, и в Гранте-Пассе играл в покер с ним и с лейтенантом Грантом <a l:href="#n_430" type="note">[430]</a>: запад знал тогда об этом человеке лишь то, что он успешно сражается с индейцами и очень плохо играет в покер.</p>
     <p>А теперь Дик Форрест женился на дочери Филлипа Дестена! Тут нечего было желать ему счастья. Тут можно было, наоборот, только доказывать, что он еще не понимает, какое счастье ему послала судьба. Опекуны простили Дику все его грехи и безрассудства. Женился он удачно и наконец-то поступил вполне благоразумно. Мало того, он поступил гениально. Паола Дестен! Дочь Филлипа Дестена! Кровь Дестенов! Союз Дестенов и Форрестов! Это искупало все! И престарелые товарищи Форреста и Дестена, некогда пережившие с ними, теперь уже ушедшими, золотые дни прошлого, заговорили с Диком даже сурово. Они напомнили ему о высокой ценности доставшегося ему сокровища, об обязательствах, которые на него накладывает такой брак, и обо всех прекрасных традициях и добродетелях Дестенов и Форрестов; они наговорили ему столько, что в конце концов Дик рассмеялся и прервал их, заявив, что они рассуждают, как коннозаводчики или чудаки, помешанные на евгенике. И это была чистейшая правда, хотя им такое заявление и не доставило удовольствия.</p>
     <p>Достаточно было того, что он женился на девушке из рода Дестенов, и они одобрили и план Большого дома и все связанные с этим сметы. Благодаря Паоле Дестен они на этот раз признали, что его траты благоразумны и целесообразны. Что же до его сельскохозяйственных затей, то, поскольку рудники «Группы Харвест» процветают, — пусть забавляется! Он имел полное право разрешить себе кое-какие причуды.</p>
     <p>Все же мистер Слокум заявил:</p>
     <p>— Платить двадцать пять тысяч за рабочего жеребца — это безумие. Потому что рабочая лошадь — это рабочая лошадь. Я еще понимаю, если бы вы купили скакового жеребца…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В то время как Дик Форрест просматривал выпущенную штатом Айова брошюру о свиной холере, с дальнего конца двора в открытое окно стали доноситься звуки, говорившие о пробуждении той, которая смеялась в рамке над его постелью и всего лишь несколько часов тому назад оставила на полу его спальни свой розовый кружевной чепчик, подобранный заботливым слугой.</p>
     <p>Дик слышал ее голос, ибо просыпалась она с песней, точно птичка. Она пела, и ее звонкие трели вырывались то из одного, то из другого окна и звучали по всему ее Длинному флигелю. Он услышал затем ее голос в садике посреди двора, но она вдруг прекратила пение, чтобы побранить своего щенка-колли, соблазнившегося мелькавшими в бассейне фонтана японскими оранжево-красными веерохвостками с пестрыми плавниками.</p>
     <p>Форрест обрадовался пробуждению жены; это удовольствие было для него всегда новым, и хотя он сам вставал много раньше, Большой дом казался ему не совсем проснувшимся, пока через двор не доносилась утренняя песнь Паолы.</p>
     <p>Но, испытав радость от ее пробуждения, Дик, как обычно, тут же забыл о жене, — его поглотили дела. Он снова погрузился в цифровые данные о вспышке свиной холеры в Айове, и Паола исчезла из его сознания.</p>
     <p>— С добрым утром, веселый Дик! — приветствовал его через некоторое время всегда сладостный для его слуха голос, и Паола впорхнула к нему в легком утреннем кимоно, стройная и живая, обвила его шею рукой и уселась на услужливо подставленное им колено. Форрест прижал ее к себе, показывая, что весьма дорожит ее присутствием и близостью, хотя его взгляд еще с полминуты не отрывался от выводов, сделанных профессором Кенили относительно свиной холеры и опытов, произведенных на ферме Саймона Джонса в Вашингтоне, штат Айова.</p>
     <p>— Вот вы как! — возмутилась она. — Вам слишком везет, сударь! Вы пресытились счастьем! К вам пришла ваша жена, ваш мальчик, ваша «маленькая гордая луна», а вы ей даже не сказали: «С добрым утром, милый мальчик, был ли ваш сон тих и сладок?»</p>
     <p>Дик оторвался от цифр, приведенных профессором Кенили, крепко прижал к себе жену, поцеловал ее, но указательным пальцем правой руки упорно придерживал нужное место в брошюре.</p>
     <p>Однако после ее слов он уже не спросил, как хотел раньше, хорошо ли она спала после того, как оставила свой чепчик возле его постели. Он захлопнул брошюру, продолжая придерживать пальцем страницу, и обеими руками обнял Паолу.</p>
     <p>— О! О! Послушай! — закричала она вдруг. — Слышишь?</p>
     <p>В открытые окна доносились певучие зовы перепелов.</p>
     <p>Затрепетав, она прижалась к нему, — ее радовали эти мелодичные звуки.</p>
     <p>— Начинается токование, — сказал он.</p>
     <p>— Значит, весна! — воскликнула Паола.</p>
     <p>— И знак, что будет хорошая погода.</p>
     <p>— И любовь!</p>
     <p>— Да, и птицы будут вить гнезда, нести яйца, — засмеялся Дик.</p>
     <p>— Никогда я так не чувствовал плодородие мира, как сегодня, — продолжал он. — Леди Айлтон принесла одиннадцать поросят. Ангорских коз тоже сегодня пригнали с гор, им пора котиться. Ты бы видела их! И дикие канарейки бог знает сколько времени обсуждают во дворе свои брачные дела: можно подумать, что какой-нибудь поклонник свободной любви пытается разрушить их мирное единобрачие, проповедуя всякие модные теории. Удивительно, как это их диспуты не мешали тебе спать. Вот они начали снова… Что они — выражают сочувствие или бунтуют?</p>
     <p>Опять послышалось трепетное, тонкое щебетание канареек, но взволнованное и переходящее в пронзительный писк. Паола и Дик слушали их с восхищением, как вдруг в этот хор крошечных золотистых любовников, внезапностью судьбы, мгновенно заглушив его и поглотив, ворвался другой звук, не менее дикий, певучий и страстный, но потрясающий своей мощью и широтой.</p>
     <p>Мужчина и женщина тотчас устремили жадные взоры через застекленные двери на дорожку, обсаженную сиренью, и, затаив дыхание, ждали, когда на ней появится огромный жеребец, — ибо это он трубил свой любовный призыв. Все еще невидимый, он затрубил вторично, и Дик сказал:</p>
     <p>— Я спою тебе песню, моя гордая луна. Не я сложил ее. Это песнь нашего Горца. Это он ее трубит. Слышишь, опять! И вот что он поет: «Внемлите мне! Я — Эрос. Я попираю холмы, моим голосом полны широкие долины. Кобылицы на мирных пастбищах слышат меня и вздрагивают, ибо они знают мой голос. Травы становятся все пышнее и выше, земля жирна, и деревья полны соков. Это весна. Весна — моя. Я царь в моем царстве весны. Кобылицы помнят мой голос, ведь он жил до них в крови их матерей. Внемлите мне! Я — Эрос. Я попираю холмы; и, словно герольды, долины разносят мое ржание, возвещая мой приход».</p>
     <p>Паола теснее прижалась к мужу, и он крепче обнял ее; она коснулась губами его лба. Оба смотрели на дорогу, на которой вдруг, как величественное и прекрасное видение, появился Горец. Сидевший на его спине человек казался до смешного маленьким; глаза Горца, подернутые, как обычно у породистых жеребцов, синеватым блеском, горели страстью; он то опускал голову и, роняя пену, терся вздрагивавшими от волнения губами о шелковистые колени, то закидывал ее и, сотрясая воздух, бросал в небо свой властный призыв.</p>
     <p>И, почти как эхо, издалека донеслось в ответ певучее, нежное ржание.</p>
     <p>— Это Принцесса, — прошептала Паола.</p>
     <p>Снова Горец протрубил свой призыв, и Дик, вторя ему, запел:</p>
     <p>— «Внемлите мне! Я — Эрос! Я попираю холмы…» И вдруг Паола, сжатая кольцом его ласковых рук, ощутила вспышку ревности к великолепному животному, которым он так любовался. Но вспышка тут же погасла, и, чувствуя себя виноватой, она весело воскликнула:</p>
     <p>— А теперь, Багряное Облако, спой про желудь!</p>
     <p>Дик, уже снова увлеченный брошюрой, рассеянно посмотрел на Паолу, затем опомнился и с тем же веселым азартом запел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Желуди падают с неба!</v>
       <v>Я сажаю маленький желудь в долине!</v>
       <v>Я сажаю большой желудь в долине!</v>
       <v>Я расту, я — желудь темного дуба,</v>
       <v>я расту, расту!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Пока он пел, Паола сидела, крепко прижавшись к нему, но, когда он кончил, почувствовала нетерпеливое движение его руки, все еще державшей брошюру о свиньях, и заметила быстрый взгляд, невольно скользнувший по циферблату часов на письменном столе: они показывали 11.25. И снова она попыталась удержать его, и опять в ее словах невольно прозвучал мягкий упрек.</p>
     <p>— Ты странное, удивительное создание, Багряное Облако, — медленно проговорила она. — Иногда мне кажется, что ты в самом деле Багряное Облако — сажаешь свои желуди, а потом славишь первобытную радость труда. А иногда ты представляешься мне ультрасовременным человеком, последним словом в царстве двуногих, мужчиной, для которого статистические таблицы — это целая Троянская война, вооруженным пробирками и шприцами, при помощи которых он, как гладиатор, борется с разными таинственными микроорганизмами. Минутами я готова даже признать, что тебе следовало бы носить очки, обзавестись лысиной и что…</p>
     <p>— И что я при своей дряхлости уже не имею права держать в объятиях женщину, — докончил он, обнимая ее еще крепче. — И что я всего-навсего дурацкая ученая обезьяна и не заслужил это «легкое облачко нежно-розовой пыльцы». Слушай, у меня есть план. Через несколько дней…</p>
     <p>Но он так и не досказал, в чем состоит его план: за их спиной раздалось сдержанное покашливание, и, повернув одновременно головы, они увидели Бонбрайта, помощника секретаря, с пачкой желтых листков в руке.</p>
     <p>— Четыре телеграммы, — сказал он смущенно. — И мистер Блэйк находит, что две из них очень важные. Одна по поводу отправки быков в Чили…</p>
     <p>Паола медленно соскользнула с колен мужа и стала на ноги: она почувствовала, что он опять уходит от нее, возвращается к этим статистическим таблицам, накладным, секретарям и управляющим.</p>
     <p>— Эй, Паола, — крикнул Дик, когда она была уже в дверях. — Я дал имя новому бою, он будет называться О-Хо. Тебе нравится?</p>
     <p>В ее ответе прозвучали нотки уныния, но она тут же улыбнулась:</p>
     <p>— Вечно ты играешь именами наших боев… Если продолжать в этом духе, тебе скоро придется называть их: «О-Кот», «О-Конь», «О-Бык».</p>
     <p>— Зато я никогда не позволю себе этого по отношению к моему племенному скоту, — ответил он торжественно, хотя лукавый блеск его глаз говорил, что он шутит.</p>
     <p>— Я не то хотела сказать, — возразила она. — Но ведь у языка ограниченные возможности, зря у тебя все начинается с «О».</p>
     <p>Они оба весело рассмеялись. Паола исчезла, а через секунду Форрест, вскрыв телеграмму, погрузился в подробности отправки на скотоводческое ранчо в Чили трехсот годовалых племенных быков, по двести пятьдесят долларов каждый, франко-пароход. Все же пение Паолы, уходившей через двор в свой флигель, доставило ему, как всегда, удовольствие, — он и не заметил, что ее голос чуть-чуть менее весел, чем обычно.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Ровно через пять минут после того, как ушла Паола, Дик покончил с телеграммами, вышел и сел в машину.</p>
     <p>С ним вместе сели Тэйер, покупатель из Айдахо, и Нэйсмит, корреспондент «Газеты скотовода». Уордмен, заведующий овцеводством, присоединился к ним возле большого загона, где было собрано несколько тысяч молодых шропширских баранов, подлежащих осмотру.</p>
     <p>Форрест молчал, считая, что разговаривать особенно не о чем, и Тэйер был этим явно огорчен, так как ему казалось, что о покупке десяти вагонов дорогого скота не мешало бы и потолковать.</p>
     <p>— Да ведь они сами за себя говорят, — успокоил его Дик и повернулся к Нэйсмиту, чтобы сообщить ему некоторые данные для его статьи о разведении шропширской породы в Калифорнии и на северо-западе.</p>
     <p>— Я бы вам не советовал возиться с отбором, — обратился Дик через несколько минут к Тэйеру. — Они все одинаково хороши, даже «самые лучшие». Вы можете целую неделю отбирать свои десять вагонов, и они будут такие же, как если бы вы брали подряд.</p>
     <p>Спокойная уверенность Форреста в том, что сделка уже состоялась, и совершенно очевидный для Тэйера факт, что таких баранов он еще не видел, заставили его решиться, и он вместо десяти вагонов заказал двадцать.</p>
     <p>Когда они вернулись в дом, Тэйер, доигрывая с Нэйсмитом партию на бильярде, прерванную осмотром баранов, сказал своему партнеру:</p>
     <p>— Я первый раз у Форреста. Он волшебник. Я много раз покупал и ввозил скот из Восточных Штатов, но эти бараны пленили меня. Вы заметили, что я удвоил заказ? Мои клиенты в Айдахо прямо с ума сойдут от них. Мне было поручено закупить, говоря по совести, только шесть вагонов и прибавить еще два — по моему усмотрению. Но если каждый покупатель не удвоит своего заказа, увидев этих баранов, и если за оставшихся не поднимется форменная драка, то я в скоте ничего не понимаю. Они превосходны. И если эти бараны не вызовут переворота в Айдахо, значит, я не купец, а Форрест не скотовод.</p>
     <p>Когда, призывая к завтраку, зазвонил большой бронзовый гонг, купленный Форрестом в Корее (в него били, только если было известно, что Паола не спит), Дик вышел в большой внутренний двор и присоединился к молодежи, собравшейся около фонтана с золотыми рыбками. Берт Уэйнрайт, покорно следуя указаниям своей сестры Риты, а также Паолы и ее сестер, Льют и Эрнестины, пытался выловить сачком из бассейна необыкновенно красивую рыбку, похожую на золотистый цветок; ее размеры и цвет, а также плавники и хвост пленили Паолу, и она решила отсадить ее в особый бассейн в своем собственном внутреннем дворике.</p>
     <p>Под оживленный смех, визг и споры редкостная рыба была наконец изловлена, посажена в банку и отдана итальянцу садовнику, который ее и унес.</p>
     <p>— Ну, что ты можешь сказать в свое оправдание? — задорно спросила Эрнестина, когда Дик подошел к ним.</p>
     <p>— Ничего, — ответил он уныло. — Имение пустеет. Завтра триста восхитительных молодых бычков отбывают в Южную Америку, а Тэйер — вы видели его вчера вечером — увозит с собой двадцать вагонов баранов. Одно могу сказать: я поздравляю Айдахо и Чили с таким приобретением.</p>
     <p>— Сажай побольше желудей, — рассмеялась Паола; она стояла, обняв своих двух сестер, и все три казались улыбающимися грациями.</p>
     <p>— О Дик, спой твою песню про желудь, — попросила Льют.</p>
     <p>Он покачал головой:</p>
     <p>— Я знаю теперь песню, которая еще лучше. Но только она в божественном плане. Что в сравнении с ней и Багряное Облако и его песня! Слушайте! Маленькая девочка из беднейших кварталов Нью-Йорка первый раз попадает за город вместе со своей воскресной школой. Она совсем маленькая. Обратите особое внимание на то, как она картавит:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>В плуду иглают жолотые лыбки,</v>
       <v>И волобей чиликает на ветке.</v>
       <v>Кто научил их плавать и чиликать?</v>
       <v>Кто птичкам лазукласил глудь?</v>
       <v>Господь, господь — он это сделал!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Украдено, — заявила Эрнестина, когда смех наконец умолк.</p>
     <p>— Конечно, — согласился Дик. — Я нашел ее в «Фермере и скотоводе», а эта газета перепечатала песенку из «Журнала свиновода», который взял ее у «Западного юриста», а «Западный юрист» взял ее из «Голоса общества», «Голос общества», бесспорно, получил ее от самой девочки или, вернее, от учителя воскресной школы. А поэтому, мне кажется, она должна была быть впервые напечатана в журнале «Наши бессловесные животные».</p>
     <p>Звуки гонга раздались вторично, и Паола, обняв одной рукой Риту, другой Форреста, направилась в дом, а Берт, шедший позади с Льют и Эрнестиной, показывал им на ходу новые па танго.</p>
     <p>— Еще одно, Тэйер, — сказал Дик вполголоса, освободившись от дам, которые, встретив на лестнице в столовую уже поджидавших их Тэйера и Нэйсмита, поспешили вниз. — Прежде чем уехать, взгляните на мериносов. Я действительно могу похвастаться ими, и нашим американским овцеводам придется с ними ознакомиться. Начал я, конечно, с привозным скотом, но теперь добился особого калифорнийского вида. Французы прямо с ума сойдут. Возьмите-ка пяток в свой товарный поезд, и пусть ваши скотоводы полюбуются.</p>
     <p>Они сели за стол, который, видимо, можно было раздвигать до бесконечности. Длинная и низкая столовая была точной копией со столовых мексиканских земельных королей старой Калифорнии. Пол состоял из больших коричневых плит, балки потолка и стены были выбелены, а огромный камин без всяких украшений мог служить образцом массивности и простоты. В окна с глубокими амбразурами видны были деревья и цветы, и вся комната производила впечатление строгости, чистоты и свежести.</p>
     <p>Стены украшало несколько картин, писанных масляными красками; на почетном месте висела работа Ксавье Мартинеса, в печальных сумеречных тонах: на ней был изображен пеон, проводивший борозду по бесконечной и унылой мексиканской равнине с помощью первобытной деревянной сохи и запряженных в нее двух волов. Здесь же висели и более красочные полотна из прежней мексикано-калифорнийской жизни: пастель Реймерса, с тонущими в сумерках эвкалиптами и далекой, тронутой закатом вершиной, пейзаж «При лунном свете» Петерса и «Летний день» Гриффина, где на первом плане желтело жнивье, а вдали тянулись мягкие, туманные очертания Калифорнийских гор с коричневатыми лесистыми ущельями, подернутыми лиловой дымкой.</p>
     <p>— Знаете, что, — вполголоса обратился Тэйер к сидевшему рядом с ним Нэйсмиту, в то время как Дик острил и шутил с девицами, — вот вам богатый материал, если вы будете писать о Большом доме. Я видел столовую для прислуги. Там за стол садятся, считая садовников, шоферов и поденщиков, не меньше сорока человек. Настоящая гостиница. Чтобы все это наладить, нужна Система, нужна голова. Поверьте, мне, этот их китаец О-Пой — прямо маг и волшебник; он не то дворецкий, не то домоправитель. И вся жизнь в этом заведении — уж не знаю, как и назвать его, — идет без сучка, без задоринки.</p>
     <p>— Маг и волшебник сам Форрест, — сказал Нэйсмит. — Он умеет выбирать людей, у него светлая голова. Он мог бы командовать целой армией, править государством и даже… заведовать цирком с тремя аренами.</p>
     <p>— Вот это действительно комплимент! — рассмеялся Тэйер.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Знаешь, Паола, — обратился Дик через стол к жене, — я сейчас получил известие, что завтра утром здесь будет Грэхем. Скажи О-Пою, пусть поместит его в сторожевой башне. Там просторно, и, может быть, Грэхем выполнит свою угрозу и начнет работать над книгой.</p>
     <p>— Грэхем… Грэхем… — стала припоминать Паола. — Я его знаю или нет?</p>
     <p>— Ты встретилась с ним раз, два года назад, в Сант-Яго, в кафе «Венера». Он тогда обедал с нами.</p>
     <p>— А-а, один из этих морских офицеров!</p>
     <p>Дик покачал головой.</p>
     <p>— Штатский. Неужели ты не помнишь? Такой высокий блондин… Вы еще с ним полчаса говорили о музыке, а нам капитан Джойс изо всех сил доказывал, что Соединенные Штаты должны бронированным кулаком расправиться с Мексикой.</p>
     <p>— Теперь, кажется, вспоминаю, — проговорила неуверенно Паола. — Ты с ним познакомился где-то в Южной Африке? Или на Филиппинских островах?..</p>
     <p>— Вот, вот! В Южной Африке. Ивэн Грэхем. Вторая наша встреча произошла в Желтом море, на специальном судне «Таймса». А потом раз десять наши пути пересекались, но нам все как-то не удавалось встретиться, — до того вечера в кафе «Венера».</p>
     <p>Помню, он отплыл из Бора-Бора на восток за два дня до того, как я там бросил якорь по пути на Самоа. Потом я покинул Апию с письмами для него от американского консула, а он явился туда через день. Затем мы разминулись на три дня в Левуке, — я плавал тогда на «Дикой утке», а он выехал из Сувы в качестве гостя на британском крейсере. Верховный британский комиссар Океании, сэр Эверард Им Турн, дал мне еще несколько писем для Грэхема. Я прозевал его в Порт Резолюшен и в Виле, на Новых Гебридах; они совершали на крейсере увеселительную поездку. Мы с ним все время играли в прятки в архипелаге Санта-Крус. То же самое повторилось на Соломоновых островах. Однажды вечером крейсер обстрелял несколько туземных деревень возле Ланга-Ланга, а утром отплыл. Я же прибыл туда после обеда. Так я тех писем ему из рук в руки и не передал и увиделся с ним вторично только два года тому назад, в кафе.</p>
     <p>— Но кто он такой и что это за книга, которую он пишет? — спросила Паола.</p>
     <p>— Ну, если начать с конца, то прежде всего он разорен, — то есть относительно: он получает несколько тысяч годового дохода, но все, что оставил ему отец, пошло прахом. Нет, не думай, не спустил: к сожалению, он влип во время этой «тихой паники», которая стольких погубила несколько лет тому назад. И потерял все. Но ничего, не жалуется.</p>
     <p>Грэхем хорошего старинного рода, чистокровный американец, окончил Йейлский университет <a l:href="#n_431" type="note">[431]</a>. А книга?.. Он думает, что она будет иметь успех. Он описывает в ней свое прошлогоднее путешествие через Южную Америку, от западного побережья к восточному. Это в значительной мере неизведанный край. Бразильское правительство по собственной инициативе предложило ему гонорар в десять тысяч долларов за доставленные им сведения о неисследованных областях страны. О, Грэхем — это человек. Настоящий мужчина. На него можно положиться. Знаешь этот тип: великодушный, сильный, простой, чистый сердцем; везде побывал, все видел, изведал многое — и вместе с тем такой искренний, смотрит прямо в глаза. Ну — мужчина в лучшем смысле слова!</p>
     <p>Эрнестина захлопала в ладоши и, бросив дразнящий, вызывающий и победоносный взгляд на Берта Уэйнрайта, воскликнула:</p>
     <p>— И он завтра приезжает? Дик с упреком покачал головой.</p>
     <p>— О нет, Эрнестина, тут ничего не выйдет. Многие милые девушки вроде тебя пытались поймать Ивэна Грэхема в свои сети. И — между нами — я их вполне понимаю. Но у него отличные легкие и длинные ноги, и никому еще не удавалось загнать его в угол, где бы он, ошалев и обессилев, наконец машинально пробормотал роковое «да» и опомнился бы только уже в плену, связанный по рукам и ногам, заклейменный и женатый. Забудь о своих намерениях, Эрнестина! Останься верна золотой молодости, срывай ее золотые яблоки, делая при этом вид, что они тебя нисколько не интересуют. А Грэхема оставь. Он почти одних лет со мной, он, как и я, бродил нехожеными дорогами и видал виды. И он умеет вовремя удрать. Он прошел огонь, и воду, и медные трубы. Он кроток, но неуловим. К тому же молодые девушки его не интересуют. Конечно, вы можете заподозрить его в моральной трусости, но я заверяю вас, что он просто закален жизнью, стар и очень мудр.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Где же мой мальчик? — кричал Дик, топая и звеня шпорами по всему Большому дому в поисках его маленькой хозяйки.</p>
     <p>Наконец он дошел до двери, которая вела во флигель Паолы.</p>
     <p>Это была тяжелая, крытая панелью дверь в такой же крытой панелью стене. У нее не было ручки, но Дик, знавший секрет, нажал пружинку, и дверь распахнулась.</p>
     <p>— Где мой мальчик? — крикнул он опять и затопал по длинному коридору.</p>
     <p>Он заглянул в ванную с вделанным в пол римским бассейном и мраморными ступеньками, затем в гардеробную и в будуар — но все напрасно. По широким ступеням он поднялся к любимому дивану Паолы в оконной амбразуре ее спальни, прозванной ею «Башней Джульетты», и улыбнулся при виде изящных и воздушных кружевных принадлежностей дамского туалета, которые она, по обыкновению, тут разбросала, ибо их созерцание доставляло ей особое, чувственное удовольствие. На миг он остановился перед мольбертом и посмотрел на этюд. Готовый сорваться с его губ возглас недоумения сменился довольной усмешкой, когда он узнал в беглом наброске очертания неуклюжего голенастого жеребенка, с отчаянием призывающего мать.</p>
     <p>— Да где же мой мальчик? — крикнул он уже у двери спальной веранды; там оказалась только китаянка, скромная женщина лет тридцати, которая приподняв брови, смущенно и растерянно ему улыбнулась.</p>
     <p>Это была горничная Паолы, Ой-Ли, названная так Диком много лет назад, потому что она постоянно поднимала тонкие брови и лицо ее всегда казалось удивленным, точно она восклицала: «Ой ли?» Дик взял ее к Паоле почти девочкой из рыбачьей деревушки на берегу Желтого моря, где ее мать, потеряв мужа, едва перебивалась тем, что плела сети для рыбаков и зарабатывала, когда год был удачный, до четырех долларов. Ой-Ли поступила к Паоле, когда та плавала на трехмачтовой шхуне «Все забудь», а О-Пой, еще служивший юнгой, стал выказывать ту сообразительность, благодаря которой сделался через несколько лет дворецким Большого дома.</p>
     <p>— Где ваша госпожа, Ой-Ли?</p>
     <p>Ой-Ли испуганно отпрянула, охваченная неодолимой застенчивостью. Дик подождал.</p>
     <p>— Может быть, она с молодыми барышнями? Я не знаю, — пролепетала служанка.</p>
     <p>Дик из жалости отвернулся и пошел к двери.</p>
     <p>— Где мой мальчик? — кричал он, проходя под воротами как раз в ту минуту, когда, огибая кусты сирени, подъехал лимузин.</p>
     <p>— Черт меня побери, если я знаю, — ответил сидевший в машине высокий белокурый человек в светлом летнем костюме; и через мгновение Дик Форрест и Ивэн Грэхем пожимали друг другу руки.</p>
     <p>О-Дай и О-Хо внесли ручной багаж, и Дик проводил своего гостя в приготовленное для него помещение в так называемой «Башне».</p>
     <p>— Вам придется еще попривыкнуть к нашим порядкам, дружище, — говорил Дик. — Жизнь у нас здесь идет по часам, и прислуга образцовая; но себе мы разрешаем всякие вольности. Если бы вы приехали на две минуты позже, вас встретили бы только наши китайские слуги: я намеревался выехать верхом, а Паола — миссис Форрест — уже куда-то исчезла.</p>
     <p>Грэхем был почти одного роста с Форрестом, может быть, выше на какой-нибудь дюйм, но зато уже в плечах и груди и волосы светлее; глаза у обоих были почти одинаковые — серые, с голубоватым белком, и лица их покрывал одинаковый здоровый бронзовый загар. Черты лица у Грэхема казались несколько крупнее, чем у Форреста, разрез глаз чуть удлиненнее, что, однако, скрадывалось более тяжелыми веками. И нос его был как будто прямее и крупнее, чем у Дика, и губы алее и точно слегка припухли.</p>
     <p>Волосы Форреста были ровного светло-каштанового — оттенка, а волосы Грэхема, без сомнения, отливали бы золотом, если бы они так не выгорели на солнце, что казались песочного цвета. Скулы у обоих слегка выступали, но впадины на щеках у Форреста обозначались резче; носы были с широкими нервными ноздрями, рты крупные, по-женски красивые и чисто очерченные; вместе с тем в них чувствовались затаенная сила воли и суровость, так же как и в крепких, крутых подбородках.</p>
     <p>Но чуть более высокий рост и менее широкая грудь и плечи придавали фигуре и движениям Грэхема ту стройность и гибкость, которых не хватало Дику Форресту. Благодаря особенностям своей внешности каждый только выигрывал от присутствия другого. Грэхем был светел и легок, в нем таилось неуловимое обаяние, что-то от сказочного принца. Форрест производил впечатление более сильного и сурового человека, чем Грэхем, более опасного для других, более крепкой хватки.</p>
     <p>Взгляд Форреста бегло скользнул по циферблату часов на руке. Этот взгляд как бы на лету отметил время.</p>
     <p>— Одиннадцать тридцать, — сказал Дик. — Поедемте сейчас со мной, Грэхем, мы ведь завтракаем не раньше половины первого! Я отправляю партию быков, целых триста голов, и, должен сознаться, очень горжусь ими. Вы непременно должны взглянуть на них. Это ничего, что вы не одеты для верховой езди. О-Хо, принеси-ка пару моих краг; а ты, О-Пой, прикажи оседлать Альтадену. Какое седло вы предпочитаете, Грэхем?</p>
     <p>— Все равно, дружище!</p>
     <p>— Английское? Австралийское? Мексиканское? Шотландское? — настаивал Дик.</p>
     <p>— Тогда шотландское, если это не сложно, — сказал Грэхем.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Они стали со своими лошадьми на краю дороги, пропуская мимо себя все стадо, начинавшее далекое путешествие в Чили, и следили за быками, пока те не скрылись за поворотом дороги.</p>
     <p>— Я теперь вижу, насколько замечательно то, что вы делаете! — воскликнул Грэхем, и глаза его блеснули. — В молодости я и сам, когда был в Аргентине, увлекался скотоводством. Если бы я начал дело с быками таких кровей, я, может быть, и не прогорел бы.</p>
     <p>— Но тогда ведь еще не было ни люцерны, ни артезианских колодцев, — сказал Дик, стараясь его утешить. — Шортхорны там не выжили бы. Засуху выдерживает только мелкий скот. Он обладает достаточной силой, но легок на вес. Пароходов с холодильниками тоже еще не существовало. А это изобретение, конечно, вызвало в скотоводстве целую революцию.</p>
     <p>— Кроме того, я был еще очень молод, — добавил Грэхем. — Хотя это, конечно, не всегда имеет значение. Одновременно со мной начал дело некий молодой немец, и притом имея приблизительно одну десятую моего капитала. Он выдержал и годы засухи и все неудачи. Теперь он миллионер, его состояние выражается в семизначных числах.</p>
     <p>Они повернули к Большому дому, и Дик снова взглянул на часы.</p>
     <p>— Времени еще пропасть, — сказал он. — Я рад, что вы видели моих годовалых бычков. А знаете, почему этот немчик выдержал: у него не было другого выхода. А вас ожидали отцовские деньги, и хотелось пошляться по свету, причем ваш главный минус заключается в том, что у вас были средства, чтобы этот зуд унять…</p>
     <p>— Вон там, — Дик кивнул вправо, указывая рукой на что-то, еще скрытое зарослями сирени, — там рыбные пруды, и вы можете наловить сколько угодно форели, морских окуней и даже морских котов. У каждой породы свои садки. Видите, какой я скопидом: люблю, чтобы все работало. Пусть вводят восьмичасовой рабочий день, может быть, это и правильно, но вода у меня работает двадцать четыре часа. Вода начинает свою работу уже в горах. Сначала она орошает горные луга, потом сбегает в долину и, пройдя несколько миль, очищается до кристальной чистоты; водопад же, образующийся при ее падении с гор, дает половину всей энергии, нужной для имения, и полностью обеспечивает нас светом. Затем вода разделяется, течет по каналам в пруды и, вытекая оттуда, орошает площадь в несколько миль, засеянную люцерной. И поверьте, если бы она потом не разливалась по долине реки Сакраменто, я бы опять воспользовался ею для орошения.</p>
     <p>— Ах, голубчик, голубчик, — смеясь, сказал Грэхем, — да вы могли бы написать целую поэму о чудесах, которые совершает вода. Я встречал огнепоклонников, но теперь я впервые вижу водопоклонника. И живете вы не на песках, а на водах, — простите мне неудачный каламбур…</p>
     <p>Грэхему не пришлось досказать свою мысль до конца. Справа, неподалеку от них, раздался звонкий стук копыт, затем оглушительный всплеск воды, возгласы и взрыв женского смеха. Однако смех быстро оборвался, раздались тревожные крики, сопровождаемые таким фырканьем и барахтаньем, точно тонуло какое-то чудовище. Дик наклонил голову и заставил лошадь проскочить сквозь заросли сирени, Грэхем на своей Альтадене последовал за ним. Они выехали на залитую ярким солнцем лужайку, и Грэхему открылось необыкновенное зрелище.</p>
     <p>Середину обсаженной деревьями лужайки занимал большой квадратный бетонированный бассейн. Один его конец, служивший водосливом, был широк и отлог, и на нем, мягко поблескивая, плескалась струя. Боковые стены были отвесны. Другой конец был тоже пологий и слегка рифленый для упора. И тут, охваченный ужасом, то приседая, то выпрямляясь, стоял ковбой в кожаных штанах и растерянно восклицал с мольбой и отчаянием: «Господи! Господи!»</p>
     <p>Против него, на дальнем конце бассейна, сидели, свесив ноги, три испуганные нимфы в купальных костюмах.</p>
     <p>В самом бассейне, как раз посередине, огромный гнедой жеребец, мокрый и блестящий, взвившись на дыбы, бил над водой копытами, и мокрая сталь подков блестела в солнечных лучах. А на его хребте, соскальзывая и едва держась, белела фигура, которую Грэхем в первую минуту принял за прекрасного юношу. И только когда жеребец, вдруг опустившийся в воду, снова вынырнул благодаря мощным ударам своих копыт, Грэхем понял, что на нем сидит женщина в белом шелковом купальном костюме, облегавшем ее так плотно, что она казалась изваянной из мрамора. Мраморной казалась ее спина, и только тонкие крепкие мышцы, натягивая шелк, извивались и двигались при ее усилиях держать голову над водой. Ее стройные руки зарылись в длинные пряди намокшей лошадиной гривы, белые округлые колени скользили по атласному мокрому крупу, а пальцами белых ног она сжимала мягкие бока животного, тщетно стараясь опереться на его ребра.</p>
     <p>В одно мгновение — нет, в полмгновения — Грэхем охватил взглядом представившееся его глазам зрелище, понял, что сказочное существо — женщина, и удивился миниатюрности и нежности всей ее фигурки, делавшей столь героические усилия. Она напомнила ему статуэтку дрезденского фарфора, легкую и хрупкую, попавшую в силу какой-то нелепой случайности на спину тонущего чудовища; в сравнении с огромным жеребцом она казалась крошечным созданием, маленькой феей из волшебной сказки.</p>
     <p>Когда она, чтобы не сползти со спины жеребца, прижалась щекой к его выгнутой шее, ее распустившиеся мокрые золотисто-каштановые волосы переплелись и смешались с его черной гривой. Но больше всего поразило Грэхема ее лицо: это было лицо мальчика-подростка — и лицо женщины, серьезное и вместе с тем возбужденное и довольное игрой с опасностью; это было лицо белой женщины, притом очень современной, и все же оно показалось Грэхему языческим. Такие женщины, да и такие положения едва ли встречаются в двадцатом веке. Сцена была словно выхвачена из жизни Древней Греции — и вместе с тем напоминала иллюстрации к сказкам «Тысячи и одной ночи». Казалось, вот-вот из взбаламученных глубин и вынырнут джинны или с голубых небес спустятся на крылатых драконах сказочные принцы, чтобы спасти смелую всадницу.</p>
     <p>Жеребец снова поднялся над поверхностью и опять погрузился в воду, едва не перевернувшись на спину. Чудесное животное и чудесная всадница исчезли под водой и через секунду вынырнули опять, жеребец вновь забил в воздухе копытами величиной с тарелку, а всадница все еще сидела на нем, прильнув к гладкой мускулистой спине животного. У Грэхема замерло сердце, когда он на миг представил себе, что случилось бы, если бы жеребец перевернулся. Случайным ударом одного из своих могучих копыт он мог навеки погасить огонь жизни, сверкавший в этой великолепной и легкой, ослепительно белой женщине.</p>
     <p>— Пересядь к нему на шею! — крикнул Дик. — Схвати его за холку и сядь на шею, пока он не выплывет!</p>
     <p>Она послушалась: упершись пальцами ног в ускользающие мышцы его шеи, она мгновенным усилием подбросила свое тело, вцепилась одной рукой в гриву, протянула другую между ушами лошади, схватилась за холку и опустилась на его шею; а когда жеребец при перемещении тяжести выпрямился в воде и опустил копыта, она заняла прежнее положение. Все еще держась одной рукой за гриву, она подняла другую и, помахав ею, послала Форресту приветственную улыбку. Эта женщина как отметил про себя Грэхем, несмотря на грозившую ей опасность, настолько сохраняла хладнокровие, что успела заметить и гостя, чья лошадь стояла рядом с лошадью Форреста. Кроме того, Грэхем почувствовал, что в повороте ее головы и простертой вперед руке, которой она помахивала, было не только бравирование опасностью; чутье художницы подсказало ей, что эта поза и жест — необходимая часть всей картины, а главное, что они — выражение той жизнерадостности и отваги, которые пронизывали все ее существо.</p>
     <p>— Немногие женщины способны на такую проделку, — спокойно заметил Дик, следя взглядом за Горцем, который, сохраняя горизонтальное положение, теперь легко подплыл к более низкому краю бассейна и вскарабкался по его рифленой поверхности навстречу растерявшемуся ковбою.</p>
     <p>Тот быстро надел на Горца мундштук, но Паола, все еще сидевшая на лошади, властно взяла из рук ковбоя уздечку, круто повернула Горца к Форресту и приветствовала его.</p>
     <p>— А теперь вам придется уехать, — крикнула она. — Посторонней публике здесь не место! Остаются одни женщины!</p>
     <p>Дик засмеялся, поклонился и опять через заросли сирени выбрался вместе с Грэхемом на дорогу.</p>
     <p>— Кто… кто это? — спросил Грэхем.</p>
     <p>— Паола, миссис Форрест, женщина-мальчик, вечное дитя и вместе с тем очаровательная женщина, своевольное облачко розовой пыльцы…</p>
     <p>— У меня даже дух захватило, — сказал Грэхем. — Здесь часто дают такие представления?</p>
     <p>— Эту штуку она затеяла впервые, — отозвался Форрест. — Она сидела на Горце и съехала на нем, как на санках, по спуску в бассейн, но санки-то весят две тысячи двести сорок фунтов.</p>
     <p>— Рисковала и себе и ему сломать шею, — заметил Грэхем.</p>
     <p>— Да, его шея оценена в тридцать тысяч долларов, — улыбнулся Дик. — Эту сумму мне предлагал в прошлом году некий союз коннозаводчиков, после того как Горец взял на побережье Тихого океана все призы за резвость и красоту. А Паола каждый день рискует сломать себе шею; и если бы это стоило каждый раз тридцать тысяч, она разорила бы меня, — но с ней никогда ничего не случается.</p>
     <p>— Однако сейчас опасность была очень велика: ведь жеребец мог опрокинуться на спину.</p>
     <p>— А вот все-таки не опрокинулся, — возразил Дик спокойно. — Паоле всегда везет. Она точно заговоренная. Однажды она угодила со мной под артиллерийский обстрел — и была потом разочарована, что ни один снаряд в нее не попал, не убил и даже не ранил. Четыре батареи на расстоянии мили открыли по нам огонь, нам предстояло пройти полмили по гребню холма до ближайшего укрытия. Я даже рассердился, что она, будто нарочно, задерживает шаг. И она созналась, что, пожалуй, да — чуточку. Мы женаты уже десять — двенадцать лет, но, как ни странно, мне и теперь кажется, что я совсем ее не знаю, и никто ее не знает, да и она сама себя не знает, — так иногда смотришь на себя в зеркало и думаешь: что за черт, кто это смотрит на тебя? У нас с Паолой есть такая магическая формула: «Не стой за ценой, коли вещь тебе нравится». И все равно, чем платить — долларами или собственной шкурой. Так мы и живем, это наше правило. И знаете: судьба еще ни разу нас не надула.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В столовой собрались одни мужчины. Дамы, по словам Форреста, решили завтракать у себя.</p>
     <p>— Думаю, что вы не увидите никого из них до четырех часов, — сказал Дик, — а в четыре Эрнестина, одна из сестер моей жены, постарается обыграть меня в теннис; так она по крайней мере мне заявила.</p>
     <p>Во время завтрака, на котором присутствовали одни мужчины, Грэхем, участвуя в разговоре о скоте и скотоводстве, узнал много нового, да и сам поделился частицей своего опыта, но никак не мог отогнать неотразимое видение прелестной белой фигурки, прильнувшей к темной мокрой спине плывущего жеребца. И все последующие часы, когда он осматривал премированных мериносов и беркширских поросят, этот образ неотступно продолжал жечь ему веки. Даже когда в четыре часа начался теннис и Грэхем играл против Эрнестины, он мазал не раз, так как летящий мяч вдруг заслоняла все та же картина: белая женская фигура на спине великолепной лошади.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Хотя Грэхем родился не в Калифорнии, он отлично знал ее обычаи, ибо сроднился с ней, — и потому нисколько не удивился, когда за обедом женщины, которых он видел в купальных костюмах, оказались в вечерних туалетах, а мужчины — в своем более или менее обычном виде; он и сам предусмотрительно последовал их примеру и, невзирая на роскошь и элегантность жизни в Большом доме, оделся скромно и просто.</p>
     <p>Между первым и вторым зовом гонга все гости перешли в длинную столовую. Сейчас же после второго явился Форрест и потребовал коктейли. Грэхем с нетерпением ожидал появления той, чей образ стоял перед ним с утра. Вместе с тем он приготовился и к возможным разочарованиям: слишком часто видел он, как много теряют атлеты и борцы, скованные обычным платьем; и теперь, когда сказочное существо, пленившее его в белом шелковом трико, должно было появиться в модном туалете современной женщины, он не ждал от этого зрелища ничего особенного.</p>
     <p>Но она вошла, и у Грэхема захватило дух. На миг она остановилась под аркой двери, выделяясь на черном фоне, озаренная падавшим на нее спереди мягким светом. От удивления Грэхем невольно раскрыл рот, ошеломленный ее красотой, пораженный превращением этого эльфа, этой маленькой феи в прелестную женщину. Перед ним была теперь не фея, не ребенок и не мальчик верхом на лошади, а светская женщина с той благородной осанкой, какую нередко умеют придать себе именно маленькие женщины.</p>
     <p>Она была несколько выше ростом, чем показалась ему в воде, но и в вечернем туалете поражала той же стройностью и пропорциональностью сложения. Он отметил золотисто-каштановый цвет ее высоко зачесанных волос, здоровую белизну упругой чистой кожи, как бы созданную для пения лебединую шею, переходившую в красивую грудь, и наконец ее платье жемчужно-голубого цвета и какого-то средневекового покроя, — оно обтягивало ее стан, широкие рукава спадали свободными складками, отделкой служила кайма из золотой вышивки с драгоценными камнями.</p>
     <p>Паола улыбнулась гостям в ответ на их приветствия, и Грэхему эта улыбка напомнила ту, которую он видел на ее лице утром, когда она сидела верхом на жеребце. Она подошла к столу, и он не мог не восхититься той неподражаемой грацией, с какой ее стройные колени приподнимали тяжелые складки платья, — те самые округлые колени, которыми она отчаянно сжимала мускулистые бока Горца. Грэхем заметил, что на ней нет корсета, — да она и не нуждалась в нем. И в то время как она шла через всю комнату к столу, он видел перед собой двух женщин: одну — светскую даму и хозяйку Большого дома, другую — восхитительную статуэтку всадницы, хоть и скрытую под этим голубоватым с золотом платьем, но забыть которую не могли его заставить никакие одежды и покровы.</p>
     <p>И вот она была здесь, среди своих домашних и гостей; ее рука на мгновение коснулась его руки, когда Форрест представил его, и она сказала ему свое «добро пожаловать» таким певучим голосом, который мог родиться только в недрах этого горла и этой высокой, несмотря на общую миниатюрность, груди.</p>
     <p>Сидя за столом наискось от нее, Грэхем невольно втайне наблюдал за ней. Хотя он участвовал в общем шутливом и веселом разговоре, но его взоры и его мысли были заняты только хозяйкой.</p>
     <p>Не часто приходилось Грэхему сидеть за столом в такой странной и пестрой компании. Покупатель овец и корреспондент «Газеты скотовода» все еще находились здесь. Перед самым обедом на трех машинах приехала компания мужчин, дам и девиц — всего четырнадцать человек: они предполагали пробыть до вечера, чтобы возвращаться верхом при луне.</p>
     <p>Их имен Грэхем не запомнил, но понял из разговора, что они прикатили за тридцать миль, из городка Уикенберга, расположенного в долине, — по-видимому, какие-то местные банковские служащие, врачи и богатые фермеры. Гости были чрезвычайно веселы, жизнерадостны и сыпали шутками и новейшими анекдотами на самом модном жаргоне.</p>
     <p>— В одном я убедился, — сказал Грэхем, обращаясь к Паоле, — если ваш дом всегда служит караван-сараем, то мне и пытаться нечего запомнить имена и лица всех, с кем я знакомлюсь.</p>
     <p>— Я вас понимаю, — засмеялась она в ответ. — Но ведь это соседи. Они могут заехать в любое время. Вон та дама, рядом с Диком, миссис Уатсон, принадлежит к старой местной аристократии. Ее дед Уикен перешел через Сьерру в тысяча восемьсот сорок шестом году, и Уикенберг назван по его имени. А хорошенькая черноглазая девушка — ее дочь…</p>
     <p>Паола давала ему краткие характеристики гостей, но Грэхем, неотступно занятый тем, чтобы разгадать это обаятельное существо, не слышал и половины того, что она говорила. Сначала он подумал, что основная ее черта — естественность; через минуту решил, что жизнерадостность. Но ни то, ни другое определение не удовлетворило его, — нет, не в этом дело! И вдруг его осенило: гордость! Основное в ней — гордость. Гордость была в ее глазах, в посадке головы, в нежных завитках волос, в трепете тонко очерченных ноздрей, в подвижных губах, в форме круглого подбородка, в маленьких сильных руках с голубыми жилками, в которых можно было сразу узнать руки пианистки, проводящей много часов за роялем. Да, гордость! В каждой мышце, в каждой линии, в каждом жесте — непоколебимая, настороженная, жгучая гордость.</p>
     <p>Паола могла быть радостной и непринужденной, женственно-нежной и мальчишески-задорной, готовой на всякую шалость; но гордость жила в ней всегда — трепетная, неистребимая, неискоренимая гордость, она как бы лежала в основе всего ее существа. Паола была демократкой, открытой, искренней и честной женщиной, прямой, без предрассудков; и ни в каком случае не безвольной игрушкой. Минутами в ней точно вспыхивало что-то подобное блеску стали — драгоценной, чудесной стали. Она производила впечатление силы, но в ее самых изощренных и сдержанных формах! И он связывал образ Паолы с представлением о серебряной струне, о тонкой дорогой коже, о шелковистой сетке из девичьих волос, какие плетут на Маркизских островах, о перламутровой раковине или наконечнике из слоновой кости на дротиках эскимосов.</p>
     <p>— Хорошо, Аарон, — донесся сквозь общий говор голос Дика с другого конца стола. — Вот кое-что специально для вас, поразмыслите-ка. Филипп Брукс говорит: «Истинно великий человек всегда в какой-то мере чувствует, что его жизнь принадлежит его народу и что все данное ему богом дано не только ему, но через него всему человечеству».</p>
     <p>— С каких это пор вы верите в бога? — отозвался с добродушной насмешкой тот, кого Форрест назвал Аароном. Это был стройный, узколицый, смуглый человек с блестящими глазами и черной, как уголь, длинной бородой.</p>
     <p>— Не знаю, хоть убейте, — отозвался Дик. — Рее равно, берите мои слова иносказательно, называйте это, как хотите, — Моралью, Добром, Эволюцией.</p>
     <p>— Чтобы быть великим, вовсе не нужно мыслить по законам логики, — вмешался в разговор тихий длиннолицый ирландец с потертыми рукавами, — наоборот, очень многие люди, мыслившие весьма логично о жизни и о вселенной, так и не стали великими.</p>
     <p>— Браво, Терренс! — похлопал ему Дик.</p>
     <p>— Все дело в том, какой смысл мы вкладываем в это понятие, — медленно проговорил еще один из гостей, несомненно индус, крошивший хлеб маленькими, необычайно изящными руками, — что мы разумеем под словом «великий»?</p>
     <p>— Не сказать ли вместо «бога» «красота»? — нервно и застенчиво спросил юноша с трагическим выражением лица и растрепанной шевелюрой.</p>
     <p>Вдруг Эрнестина поднялась со своего места, оперлась руками о стол и, приняв позу оратора, наклонилась вперед и с притворной горячностью воскликнула:</p>
     <p>— Ну вот, опять! Опять в тысячный раз вывернут вселенную наизнанку! Теодор, — обратилась она к юному поэту, — что же вы, язык проглотили? Примите участие в споре. Оседлайте своего конька Эона, может быть, он довезет вас скорее других.</p>
     <p>Раздался взрыв смеха, и бедный, смущенный поэт стушевался и спрятался в свою раковину. Эрнестина повернулась к чернобородому.</p>
     <p>— Нет, Аарон, сегодня он не в форме. Начните вы. Вы уж знаете, что надо. «Как остроумно выразился Бергсон, с присущей ему точностью и меткостью философских определений, соединенных с обширным интеллектуальным кругозором…»</p>
     <p>Раздался новый взрыв смеха, заглушивший и конец речи Эрнестины и шутливый ответ чернобородого.</p>
     <p>— Нашим философам сегодня не удастся сразиться, — сказала вполголоса Паола Грэхему.</p>
     <p>— Философам? — удивился он. — Разве они не из Уикенбергской компании? Кто же и что они? Я ничего не понимаю.</p>
     <p>— Они… — начала Паола нерешительно. — Они здесь живут и называют себя «лесными птицами». В нескольких милях отсюда у них в лесу свой лагерь, там они только и делают, что читают и спорят. Держу пари, что вы найдете у них штук пятьдесят книг из библиотеки Дика, которые еще не успели попасть в каталог. Они ведают нашей библиотекой и снуют туда и сюда днем и ночью с охапками книг, а также с последними номерами журналов. Дик уверяет, что благодаря им у него теперь самое полное собрание современной философской литературы на Тихоокеанском побережье. Они как бы переваривают для него весь этот материал… Это очень его занимает, да и время ему экономит. Он ведь, знаете, ужасно много работает…</p>
     <p>— Насколько я понимаю, они… то есть Дик содержит их? — спросил Грэхем, с тайным удовольствием глядя прямо в эти голубые глаза, с такой прямотой смотревшие ему в глаза.</p>
     <p>Слушая ее ответы, он заметил легчайший бронзовый отблеск (может быть, игра света) на ее длинных темных ресницах. Затем невольно перевел взгляд на брови, тоже темные, точно нарисованные; оказалось, что и в них есть бронзовые отливы. А в ее высоко зачесанных золотисто-каштановых волосах бронза поблескивала уже совершенно явственно. Каждый раз, когда милая улыбка оживляла ее лицо и вспыхивали глаза и зубы, они ослепляли его, рождая особое волнение. Это не была та сдержанная и загадочная усмешка, которую он видел у стольких женщин. Когда улыбалась Паола, то улыбалась совершенно свободно, щедро, радостно, вкладывая в эту улыбку все богатство своей натуры и все те мысли, которые жили в ее хорошенькой головке.</p>
     <p>— Да, — продолжала она. — Пока они здесь, им нечего заботиться о куске хлеба. Дик очень великодушен; это почти безнравственно — поощрять праздность такого рода людей. Если вы не разберетесь во всем и до конца не поймете нас, вам многое будет казаться здесь очень чудным. А они… они вроде придатка какого-то и уж, конечно, останутся с нами, пока мы их не похороним или они нас. Время от времени один из них исчезает. Как кошки, знаете. И Дику стоит иногда больших денег и трудов разыскать беглеца и вернуть его. Вот, например, Терренс Мак-Фейн, он анархист-эпикуреец, если вы знаете, что это такое. Он мухи не убьет. У него есть кошка — я ему подарила — чистейшей персидской породы, совсем голубая, и он старательно вылавливает у нее блох, но так, чтобы, боже сохрани, не причинить им вреда, потом сажает их в склянку и выпускает в лесу во время своих долгих прогулок, когда он устает от людей и уходит общаться с природой.</p>
     <p>В прошлом году у него вдруг появился пунктик: происхождение азбуки. И он отправился в Египет, конечно, без гроша в кармане, чтобы докопаться до истоков алфавита на самой его родине и таким образом найти формулу, объясняющую космос. Добрался пешком до Денвера, вмешался в уличную демонстрацию ИРМ <a l:href="#n_432" type="note">[432]</a>, требовавшую свободы слова или чего-то в этом роде, и попал в тюрьму. Дику пришлось нанимать адвоката, платить всякие штрафы — словом, приложить очень много усилий, чтобы вызволить его и вернуть домой.</p>
     <p>А бородатый — это Аарон Хэнкок. Как и Терренс, он ни за что не станет работать. Он южанин и говорит, что у них в роду никто не работал, а на свете всегда найдется достаточно крестьян и дураков, которых от работы не оторвешь. Поэтому он и бороду носит. Бриться, по его мнению, совершенно лишнее занятие, а значит- и безнравственное. Помню, как он свалился на нас с Диком в Мельбурне… какой-то неистовый бронзовый человек прямо из австралийских зарослей. Он будто бы производил там какие-то самостоятельные исследования не то по антропологии, не то по фольклору. Дик знавал Аарона в Париже и заверил его, что, если он вернется в Америку, пища и кров будут ему обеспечены. И вот он здесь.</p>
     <p>— А поэт? — спросил Грэхем, радуясь возможности продолжить с ней разговор и следить за играющей на ее лице улыбкой.</p>
     <p>— А-а… Тео, или Теодор Мэлкен, хотя мы все зовем его Лео. Он тоже отрицает труд. Он из старинной калифорнийской семьи, его родные страшно богаты; но они отреклись от него, а он от них, когда ему было лет пятнадцать. Они считают его сумасшедшим, он же уверяет, что они могут свести с ума кого угодно. Он и в самом Деле пишет замечательные стихи — когда пишет; но он предпочитает мечтать и жить в лесу с Терренсом и Аароном. Он давал уроки приезжим евреям в Сан-Франциско, откуда Терренс и Аарон и вызволили его, или забрали в плен, — уж не знаю, что вернее. Он у нас два года и, как ни странно, очень поправился за это время. Дик щедр до нелепости и посылает им много припасов; однако они предпочитают разговаривать, читать или грезить, чем стряпать. Они только и обедают по-настоящему, когда сваливаются на нас, как сегодня.</p>
     <p>— А тот индус кто?</p>
     <p>— Это Дар-Хиал, их гость. Они пригласили его, так же как вначале Аарон пригласил Терренса, а потом оба пригласили Лео. Дик рассчитывает на то, что со временем должны появиться еще трое, и тогда у него будут свои «семь мудрецов» из «Мадроньевой рощи». Дело в том, что их лагерь расположен в роще земляничных деревьев. Это очень красивое место — каньон, где множество родников… Да, я ведь вам начала рассказывать про индуса. Он своего рода революционер. Учился и в наших университетах, и в Швейцарии, Италии, Франции; был в Индии политическим деятелем и бежал оттуда, а теперь у него два пунктика: первый — новая синтетическая философия, второй — освобождение Индии от тирании англичан. Он проповедует индивидуальный террор и восстание масс. Вот почему здесь, в Калифорнии, запретили его газету «Кадар», или «Бадар», не знаю, и чуть не выслали его из штата; и вот почему он сейчас посвятил себя целиком философии и ищет формулировок для своей системы.</p>
     <p>Они с Аароном отчаянно спорят, — впрочем, только на философские темы. Ну вот, — Паола вздохнула и тотчас улыбнулась своей прелестной улыбкой, — теперь я вам, кажется, все рассказала, и вы со всеми знакомы. Да, на случай, если вы сойдетесь поближе с нашими «мудрецами», особенно если встретитесь с ними в их холостой компании, имейте в виду, что Дар-Хиал — абсолютный трезвенник; Теодор Мэлкен иногда в поэтическом экстазе напивается, причем пьянеет от одного коктейля; Аарон Хэнкок — большой знаток по части спиртного, а Терренс Мак-Фейн, наоборот, в винах ничего не смыслит, но в тех случаях, когда девяносто девять мужчин из ста свалятся под стол, он будет все так же ясно и последовательно излагать свой эпикурейский анархизм.</p>
     <p>В течение обеда Грэхем заметил, что «мудрецы» называют хозяина по имени, Паолу же неизменно «миссии Форрест», хотя она и звала их по именам. И это казалось вполне естественным. Эти люди, почитавшие в мире весьма немногое — они не уважали даже труд, — бессознательно чувствовали в жене Форреста какое-то превосходство, и называть ее просто по имени было для них невозможно. Грэхем вскоре убедился, что у Паолы действительно особая манера держаться и что самый непринужденный демократизм сочетается в ней с не менее естественной недосягаемостью принцессы.</p>
     <p>То же он заметил и после обеда, когда общество сошлось в большой комнате, заменявшей гостиную. Паола позволяла себе смелые выходки, и никто не удивлялся, словно так и быть должно. Пока общество размещалось и усаживалось, ей сразу удалось всех оживить и превзойти своей веселостью. То здесь, то там звенел ее смех. И этот смех очаровывал Грэхема. В нем была особая трепетная певучесть, которая отличала его от смеха всех других женщин, он никогда такого не слышал. Из-за этого смеха он вдруг потерял нить разговора с молодым мистером Уомболдом, утверждавшим, что Калифорния нуждается не в законе об изгнании японцев, а в законе о ввозе по крайней мере двухсот тысяч японских кули и в отмене восьмичасового рабочего дня для сельскохозяйственных рабочих. Молодой Уомболд был, насколько понял Грэхем, потомственным крупным землевладельцем в Уикенбергском округе и хвастался тем, что он не поддается духу времени и не превращается в помещика только по названию. Возле рояля, вокруг Эдди Мэзон, столпилась молодежь, оттуда доносилась синкопированная музыка и обрывки модных песенок. Терренс Мак-Фейн и Аарон Хэнкок завели яростный спор о футуристической музыке. Грэхема избавил от японского вопроса Дар-Хиал, провозгласивший, что «Азия для азиатов, а Калифорния для калифорнийцев».</p>
     <p>Вдруг Паола, шаловливо подобрав юбки, пробежала по комнате, спасаясь от Дика, и была настигнута им в ту минуту, когда пыталась спрятаться за группу гостей, собравшихся вокруг Уомболда.</p>
     <p>— Вот злюка! — упрекнул ее Дик с притворным гневом; а через минуту уже вместе с ней упрашивал индуса чтобы тот протанцевал танго.</p>
     <p>И Дар-Хиал наконец уступил, забыв Азию и азиатов, и исполнил, вывертывая руки и ноги, пародию на танго, назвав эту импровизацию «циническим апофеозом современных танцев».</p>
     <p>— А теперь, Багряное Облако, спой мистеру Грэхему свою песенку про желудь, — приказала Паола.</p>
     <p>Форрест, все еще обнимавший Паолу за талию, чтобы предупредить наказание, которое ему угрожало, мрачно покачал головой.</p>
     <p>— Песнь о желуде! — крикнула Эрнестина из-за рояля; и ее требование подхватили Эдди Мэзон и остальные девушки.</p>
     <p>— Ну, пожалуйста, Дик, спой, — настаивала Паола, — мистер Грэхем ведь еще не слышал ее.</p>
     <p>Дик опять покачал головой.</p>
     <p>— Тогда спой ему песню о золотой рыбке.</p>
     <p>— Я спою ему песнь нашего Горца, — упрямо заявил Дик, и в глазах его блеснуло лукавство; он затопал ногами, сделал вид, что встает на дыбы, заржал, довольно удачно подражая жеребцу, потряс воображаемой гривой и начал: — «Внемлите! Я — Эрос! Я попираю холмы!..»</p>
     <p>— Нет. Песнь о желуде! — тут же спокойно прервала его Паола, причем в звуке ее голоса чуть зазвенела сталь.</p>
     <p>Дик послушно прекратил песнь Горца, но все же замотал головой, как упрямый ребенок.</p>
     <p>— Ну хорошо, я знаю новую песню, — заявил он торжественно. — Она о нас с тобой, Паола. Меня научили ей нишинамы.</p>
     <p>— Нишинамы — это вымершие первобытные племена Калифорнии, — быстро проговорила, обернувшись к Грэхему, Паола.</p>
     <p>Дик сделал несколько па, не сгибая колен, как танцуют индейцы, хлопнул себя ладонями по бедрам и, не отпуская жену, начал новую песню.</p>
     <p>— «Я — Ай-Кут, первый человек из племени нишинамов. Ай-Кут — сокращенное Адам. Отцом мне был койот, матерью — луна. А это Йо-то-то-ви, моя жена, первая женщина из племени нишинамов. Отцом ей был кузнечик, а матерью — мексиканская дикая кошка. После моих они были самыми лучшими родителями. Койот очень мудр, а луна очень стара: но никто не слышал ничего хорошего про кузнечика и дикую кошку. Нишинамы правы всегда. Должно быть, матерью всех женщин была дикая кошка — маленькая, мудрая, грустная и хитрая кошка с полосатым хвостом».</p>
     <p>На этом песня о первых мужчине и женщине прервалась, так как женщины возмутились, а мужчины шумно выразили свое одобрение.</p>
     <p>— «Йо-то-то-ви — сокращенное Ева, — запел Дик опять, грубо прижав к себе Паолу и изображая дикаря. — Йо-то-то-ви у меня невелика. Но не браните ее за это. Виноваты кузнечик и дикая кошка. Я — Ай-Кут, первый человек, не браните меня за мой дурной вкус. Я был первым мужчиной и увидел ее — первую женщину. Когда выбора нет, берешь то, что есть. Так было с Адамом, — он выбрал Еву! Йо-то-то-ви была для меня единственной женщиной на свете, — и я выбрал Йо-то-то-ви».</p>
     <p>Ивэн Грэхем, прислушиваясь к этой песне и не сводя глаз с руки Форреста, властно обнимавшей Паолу, почувствовал какую-то боль и обиду; у него даже мелькнула мысль, которую он тотчас с негодованием подавил: «Дику Форресту везет, слишком везет».</p>
     <p>— «Я — Ай-Кут, — распевал Дик. — Это моя жена, моя росинка, моя медвяная роса. Я вам солгал. Ее отец мать не кузнечик и не кошка. Это были заря Сьерры летний восточный ветер с гор. Они любили друг друга и пили всю сладость земли и воздуха, пока из мглы, которой они любили, на листья вечнозеленого кустарника и мансаниты не упали капли медвяной росы.</p>
     <p>Йо-то-то-ви — моя медвяная роса. Внемлите мне!</p>
     <p>Я — Ай-Кут. Йо-то-то-ви — моя жена, моя перепелка, моя лань, пьяная теплым дождем и соками плодоносной земли. Она родилась из нежного света звезд и первых лучей зари».</p>
     <p>И вот, — добавил Форрест, заканчивая свою импровизацию и возвращаясь к обычному тону, — если вы еще воображаете, что старый, милый, синеокий Соломон лучше меня сочинил «Песнь Песней», подпишитесь немедленно на издание моей.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Миссис Мэзон одна из первых попросила Паолу сыграть. Тогда Терренс Мак-Фейн и Аарон Хэнкок разогнали веселую группу у рояля, а смущенный Теодор Мэлкен был послан пригласить Паолу.</p>
     <p>— Прошу вас сыграть для просвещения этого язычника «Размышления на воде», — услышал Грэхем голос Терренса.</p>
     <p>— А потом, пожалуйста, «Девушку с льняными косами», — попросил Хэнкок, которого назвали язычником. — Сейчас моя точка зрения блестяще подтвердится. Этот дикий кельт проповедует идиотскую теорию музыки пещерного человека и настолько туп, что еще считает себя сверхсовременным.</p>
     <p>— А-а, Дебюсси! — засмеялась Паола. — Все еще спорите о нем? Да? Хорошо, я доберусь и до него, только не знаю, с чего начать.</p>
     <p>Дар-Хиал присоединился к трем мудрецам, усаживавшим Паолу за большой концертный рояль, не казавшийся, впрочем, слишком большим в этой огромной комнате. Но едва она уселась, как три мудреца скользнули прочь и заняли, видимо, свои любимые места. Молодой поэт растянулся на пушистой медвежьей шкуре, шагах в сорока от рояля, и запустил обе руки в волосы. Терренс и Аарон уютно устроились на подушках широкого дивана под окном, впрочем, так, чтобы иметь возможность подталкивать друг друга локтем, когда тот или другой находил в исполнении Паолы оттенки, подтверждавшие именно его понимание.</p>
     <p>Девушки расположились живописными группами, по две и по три, на широких диванах и в глубоких креслах из дерева коа, кое-кто даже на ручках.</p>
     <p>Ивэн Грэхем хотел было подойти к роялю, чтобы иметь честь перевертывать Паоле ноты, но вовремя заметил, что Дар-Хиал предупредил его. Неторопливо и с любопытством окинул он взглядом комнату. Концертный рояль стоял на возвышении в самом дальнем ее конце; низкая арка придавала ему вид сцены. Шутки и смех сразу прекратились: видимо, маленькая хозяйка Большого дома требовала, чтобы к ней относились, как к настоящей, серьезной пианистке. Грэхем решил заранее, что ничего исключительного не услышит.</p>
     <p>Эрнестина, сидевшая рядом, наклонилась к нему и прошептала:</p>
     <p>— Когда она хочет, она может всего добиться. А ведь она почти не работает… Вы знаете, она училась у Лешетицкого и у мадам Карреньо, и у нее до сих пор остался их стиль игры. И она играет совсем не по-женски. Вот послушайте!</p>
     <p>Грэхем продолжал относиться скептически к ее игре, даже когда уверенные руки Паолы забегали по клавишам и зазвучали пассажи и аккорды, против чистоты которых он ничего не мог возразить; как часто слышал он их у пианистов, обладавших блестящей техникой и совершенно лишенных музыкальной выразительности! Он ждал услышать от нее все что угодно, но не мужественную прелюдию Рахманинова, которую, по мнению Грэхема, мог хорошо исполнять только мужчина.</p>
     <p>С первых же двух тактов Паола уверенно, по-мужски, владела роялем; она словно поднимала его клавиатуру поющие струны обеими руками, вкладывая в свою игру зрелую силу и твердость. А затем, как это делали только мужчины, соскользнула, или перекинулась — он не мог найти более точного определения для этого перехода — в уверенно-чистое, несказанно нежное анданте.</p>
     <p>Она продолжала играть со спокойствием и силой, которых меньше всего можно было ожидать от такой маленькой, хрупкой женщины; и он с удивлением смотрел сквозь полузакрытые веки на нее и на огромный рояль, которым она владела так же, как владела собой и замыслом композитора. Прислушиваясь к замирающим аккордам прелюдии, в которых еще жила, как далекое эхо, только что прозвучавшая мощь, Грэхем вынужден был признать, что удар у Паолы точен, чист и тверд.</p>
     <p>В то время как Терренс и Аарон взволнованно споили шепотом на своем подоконнике, а Дар-Хиал искал для Паолы ноты, она взглянула на Дика, и он начал один за другим гасить свет в матовых шарах под потолком, так что в конце концов одна Паола осталась как бы среди оазиса мягкого света, в котором особенно заметно поблескивало золото ее волос и золотое шитье на платье.</p>
     <p>Грэхем наблюдал, как высокая комната становится от набегающих теней как будто еще выше. Она была длиной в восемьдесят футов и высотой в два с половиной этажа. Точно хоры под потолком была перекинута галерея, с которой свешивались шкуры диких зверей, домотканые покрывала, привезенные из Окасаки и Эквадора, циновки с острова Океании, сплетенные женщинами и выкрашенные растительными красками. И Грэхем понял, что напоминает ему эта комната: праздничный зал в средневековом замке; и он вдруг пожалел, что в ней нет длинного стола с оловянной посудой, солью в серебряной солонке и огромных собак, дерущихся тут же из-за брошенных им костей.</p>
     <p>Позднее, когда Паола сыграла Дебюсси, чтобы дать Терренсу и Аарону материал для новых споров, Грэхему удалось в течение нескольких волнующих минут поговорить с ней о музыке. И она обнаружила такое понимание философии музыки, что Грэхем, сам того не замечая, принялся излагать ей свою любимую теорию.</p>
     <p>— Итак, — закончил он, — понадобилось почти три тысячи лет, чтобы музыка оказала свое истинное воздействие на душу западного человека. Дебюсси больше чем кто-либо из его предшественников достиг той высокой созерцательной ясности, порождающей великие идеи, которая предощущалась, скажем, во времена Пифагора…</p>
     <p>Тут Паола прервала его, подозвав сражавшихся у окна Терренса и Аарона.</p>
     <p>— Ну и что же? — продолжал Терренс, когда оба подошли. — Попробуйте, Аарон, попробуйте найти у Бергсона <a l:href="#n_433" type="note">[433]</a> суждение о музыке более ясное, чем в его «Философии смеха», которая тоже, как известно, ясностью не отличается.</p>
     <p>— О, послушайте! — воскликнула Паола, и глаза ее заблестели. — У нас появился новый пророк — мистер Грэхем. Он стоит вашей шпаги, обеих ваших шпаг. Он согласен с вами, что музыка — это отдых от железа, крови и будничной прозы. Что слабые, чувствительные и возвышенные души бегут от тяжелой и грубой земной жизни в сверхчувственный мир ритмов и звучаний…</p>
     <p>— Атавизм! — фыркнул Аарон Хэнкок. — Пещерные люди, полуобезьяны и все гнусные предки Терренса делали то же самое.</p>
     <p>— Позвольте, — остановила его Паола. — Но ведь к этим выводам мистер Грэхем пришел на основании собственных переживаний и умозаключений. А кроме того, он коренным образом расходится с вашей точкой зрения, Аарон. Он опирается на положение Патера <a l:href="#n_434" type="note">[434]</a>: «Все искусства тяготеют к музыке…»</p>
     <p>— Все это относится к предыстории, к химии микроорганизма, — опять вмешался Аарон. — Все эти народные песни и синкопированные ритмы — простое реагирование клетки на световые волны солнечного луча. Терренс попадает в заколдованный круг и сам сводит на нет вой заумные рассуждения. А теперь послушайте, что я вам скажу…</p>
     <p>— Да подождите же! — остановила его Паола. — Мистер Грэхем говорит, что английский пуританизм сковал музыку — настоящую музыку — на многие века…</p>
     <p>— Верно… — согласился Терренс.</p>
     <p>— И что Англия вернулась к эстетическому наслаждению музыкой только через ритмы Мильтона <a l:href="#n_435" type="note">[435]</a> и Шелли <a l:href="#n_436" type="note">[436]</a>…</p>
     <p>— Который был метафизиком, — прервал ее Аарон.</p>
     <p>— Лирическим метафизиком, — тотчас же ввернул Терренс. — Это-то уж вы должны признать, Аарон.</p>
     <p>— А Суинберн <a l:href="#n_437" type="note">[437]</a>? — спросил Аарон, очевидно, возвращаясь еще к одной теме их давнишних споров.</p>
     <p>— Аарон уверяет, что Оффенбах — предшественник Артура Сюлливена <a l:href="#n_438" type="note">[438]</a>, - вызывающе воскликнула Паола, — и что Обер — предшественник Оффенбаха. А относительно Вагнера… Нет, спросите-ка его, спросите, что он думает о Вагнере…</p>
     <p>Она ускользнула, предоставив Грэхема его судьбе. А он не спускал с нее глаз, любуясь пластичными движениями ее стройных колен, приподнимавших тяжелые складки платья, когда она шла через всю комнату к миссис Мэзон, чтобы устроить для нее партию в бридж; он едва мог заставить себя вслушаться в то, что опять бубнил Терренс.</p>
     <p>— Установлено, что все искусства Греции родились из духа музыки…</p>
     <p>Много позднее, когда оба мудреца самозабвенно углубились в жаркий спор о том, кто выказал в своих произведениях более возвышенный интеллект — Берлиоз или Бетховен, Грэхему удалось улизнуть. Ему опять хотелось побеседовать с хозяйкой. Но она подсела к двум девушкам, забравшимся в большое кресло, и шаловливо шепталась с ними; большая часть гостей была погружена в бридж, и Грэхем попал в группу, состоявшую из Дика Форреста, мистера Уомболда, Дар-Хиала корреспондента «Газеты скотовода».</p>
     <p>— Жаль, что вы не можете съездить туда со мной, — говорил Дик корреспонденту. — Это задержало бы вас только на один день. Я завтра же и повез бы вас.</p>
     <p>— Очень сожалею, — ответил тот. — Но я должен быть в Санта-Роса. Бербанк обещал посвятить мне целое утро, а вы понимаете, что это значит. С другой стороны, для нашей газеты было бы очень важно получить материал о вашем опыте. Вы не могли бы изложить его… кратко… ну совсем кратко? Вот и мистера Грэхема, я думаю, это заинтересует.</p>
     <p>— Опять что-то по части орошения? — осведомился Грэхем.</p>
     <p>— Нет, нелепая попытка превратить безнадежно бедных фермеров в богатых, — отвечал Уомболд за Форреста. — А я утверждаю, что если фермеру не хватает земли, то это доказывает, что он плохой фермер.</p>
     <p>— Наоборот, — возразил Дар-Хиал, взмахнув для большей убедительности своими прекрасными азиатскими руками. — Как раз наоборот. Времена изменились. Успех больше не зависит от капитала. Попытка Дика — замечательная, героическая попытка. И вы увидите, что она удастся.</p>
     <p>— А в чем дело, Дик? — спросил Грэхем. — Расскажите нам.</p>
     <p>— Да ничего особенного. Так, одна затейка, — ответил Дик небрежно. — Может быть, из этого ничего и не выйдет, хотя я все же надеюсь…</p>
     <p>— Затейка! — воскликнул Уомболд. — Пять тысяч акров лучшей земли в плодороднейшей долине! И он хочет посадить на нее кучу неудачников — пожалуйста, хозяйничайте! — платить им да еще питать.</p>
     <p>— Только тем хлебом, который вырастет на этой же земле, — поправил его Форрест. — Придется объяснить вам всем, в чем дело. Я выделил пять тысяч акров между усадьбой и долиной реки Сакраменто…</p>
     <p>— Подумайте, сколько там может вырасти люцерны, которая вам так нужна… — прервал его опять Уомболд.</p>
     <p>— Мои машины осушили в прошлом году вдвое большую площадь, — продолжал Дик. — Я, видите ли, убежден, что наш Запад, да и весь мир, должен стать на путь интенсивного хозяйства, и я хочу быть одним из первых, прокладывающих дорогу. Я разделил эти пять тысяч акров на участки по двадцати акров и считаю, что каждый такой участок может не только свободно прокормить одно семейство, но и приносить по меньшей мере шесть процентов чистого дохода.</p>
     <p>— Это значит, — высчитывал корреспондент, — что, когда участки будут розданы, землю получат двести пятьдесят семейств, или, считая в среднем по пять человек на семью, тысяча двести пятьдесят душ.</p>
     <p>— Не совсем так, — возразил Дик. — Все участки уже заняты, а у нас только около тысячи ста человек. Но надежды на будущее… надежды на будущее большие, — добродушно улыбнулся он. — Несколько урожайных лет — и в каждой семье окажется в среднем по шесть человек.</p>
     <p>— А кто это «мы»? Почему «у нас»? — спросил Грэхем.</p>
     <p>— У меня есть комитет, состоящий из сельскохозяйственных экспертов, — все свои же служащие, кроме профессора Либа, которого мне уступило на время федеральное правительство. Дело в том, что фермеры будут хозяйничать на свой страх и риск, пользуясь передовыми методами, рекомендованными в наших инструкциях. Земля на всех участках совершенно одинаковая. Эти участки, как горошины в стручке, один к одному. И плоды работы на каждом участке через некоторое время должны сказаться. А когда мы сравним между собой результаты, полученные на двухстах пятидесяти участках, то фермер, отстающий от среднего уровня из-за тупости или лени, должен будет уйти.</p>
     <p>Условия созданы вполне благоприятные. Фермер, взяв такой участок, ничем не рискует. Кроме того, что он соберет со своей земли и что пойдет на пищу ему и его семье, он получит еще тысячу долларов в год деньгами; поэтому все равно — умен он или глуп, урожайный год или неурожайный — около ста долларов в месяц ему обеспечено. Лентяи и глупцы будут естественным образом вытеснены теми, кто умен и трудолюбив. Вот и все. И это послужит особенно очевидным доказательством всех преимуществ интенсивного хозяйства. Впрочем, этим людям обеспечено не только жалованье. После его выплаты мне как владельцу должно очиститься еще шесть процентов. А если доход окажется больше, то фермеру поступает и весь излишек.</p>
     <p>— И поэтому, — сказал корреспондент, — каждый сколько-нибудь дельный фермер будет работать день и ночь — это понятно. Сто долларов на улице не валяются. В Соединенных Штатах средний фермер на собственной земле не вырабатывает и пятидесяти, в особенности если вычесть плату за надзор и за его личный труд. Конечно, способные люди уцепятся руками и ногами за такое предложение и постараются, чтобы так же поступили и члены их семьи.</p>
     <p>— У меня есть возражение, — заявил Терренс Мак-Фейн, подходя к ним. — Везде и всюду только и слышишь: работа, труд… А меня просто зло берет, когда я представлю себе, что каждый такой фермер на своих двадцати акрах весь день с утра до вечера будет гнуть спину, и ради чего? Неужели кусок хлеба да мяса и, может быть, немного джема — это и есть смысл жизни, цель нашего существования? Ведь человек этот все равно умрет, как рабочая кляча, которая только и знала, что трудиться! Что же сделано таким человеком? Он обеспечил себя хлебом и мясом? Чтобы брюхо было сыто и крыша была над головой? А потом его тело будет гнить в темной, сырой могиле!</p>
     <p>— Но ведь и вы, Терренс, умрете, — заметил Дик.</p>
     <p>— Зато я живу волшебной жизнью бродяги, — последовал быстрый ответ. — Эти часы наедине со звездами и цветами, под сенью деревьев, с легким ветром и шорохом трав! А мои книги! Мои любимые философы и их думы! А красота, музыка, радости всех искусств! Когда я сойду в могилу, я буду знать по крайней мере, что пожил и взял от жизни все, что она могла мне дать. А эти ваши двуногие вьючные животные на своих двадцати акрах так и будут ковырять весь день землю, пока рубашка на спине не взмокнет от пота, а потом присохнет коркой, — ради одного сознания, что живот набит хлебом и мясом и крыша не протекает; народят выводок сыновей, которые тоже будут жить, как рабочий скот, набивать желудок хлебом и мясом, гнуть спины в заскорузлых от пота рубашках — и наконец уйдут в небытие, только и получив от жизни, что хлеб да мясо и, может быть, немного джема!..</p>
     <p>— Но ведь кто-то должен же работать, чтобы вы могли лодырничать? — с негодованием возразил Уомболд.</p>
     <p>— Да, это верно. Печально, но верно, — мрачно согласился Терренс; затем его лицо вдруг просияло. — И я благодарю господа за то, что есть на свете рабочий скот, — одни таскают плуг по полям, другие — незримые кроты — проводят жизнь в шахтах, добывая уголь и золото; благодарю за то, что есть дураки крестьяне, — иначе разве у меня были бы такие мягкие руки; и за то, что такой славный парень, как Дик, улыбается мне и делится со мной своим добром, покупает мне новые книги дает местечко у своего стола, заставленного пищей, добытой двуногим рабочим скотом, и у своего очага, построенного тем же рабочим скотом, и хижину в лесу под земляничными деревьями, куда труд не смеет сунуть свое чудовищное рыло…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Ивэн Грэхем долго не ложился в тот вечер. Большой дом и его маленькая хозяйка невольно взволновали его. идя на краю кровати, полураздетый, и куря трубку, он дел в своем воображении Паолу в разных обличьях и настроениях — такой, какой она прошла перед ним в течение этого первого дня. То она говорила с ним о музыке и восхищала его своим исполнением, чтобы затем, втянув в спор «мудрецов», ускользнуть и заняться устройством бриджа; то сидела, свернувшись калачиком, в кресле, такая же юная и шаловливая, как примостившиеся рядом с нею девушки; то со стальными нотками в голосе укрощала мужа, когда он непременно хотел спеть песнь Горца, или бесстрашно правила тонущим жеребцом, — а несколько часов спустя выходила в столовую, к гостям своего мужа, напоминая платьем и осанкой принцессу из сказки.</p>
     <p>Паола Форрест занимала его воображение не меньше, чем Большой дом со всеми его чудесами и диковинками. Все вновь и вновь мелькали перед Грэхемом выразительные руки Дар-Хиала, черные бакенбарды Аарона Хэнкока, вещавшего об откровениях Бергсона, потертая куртка Терренса Мак-Фейна, благодарившего бога за то, что двуногий рабочий скот дает ему возможность бездельничать, сидеть за столом у Дика Форреста и мечтать под его земляничными деревьями.</p>
     <p>Грэхем наконец вытряхнул трубку, еще раз окинул взглядом эту странную комнату, обставленную со всем возможным комфортом, погасил свет и вытянулся между прохладными простынями. Однако сон не приходил к нему. Опять он слышал смех Паолы; опять у него возникало впечатление серебра, стали и силы; опять он видел в темноте, как ее стройное колено неподражаемо пластичным движением приподнимает тяжелые складки платья. От этого образа Грэхем никак не мог отделаться: он преследовал его неотступно, точно наваждение. Образ этот, сотканный из света и красок, как бы горел перед ним, неизменно возвращаясь, и хотя Грэхем сознавал его иллюзорность, видение все вновь и вновь вставало перед ним в своей обманчивой реальности.</p>
     <p>И опять видел он коня и всадницу, которые то погружались в воду, то снова выплывали на поверхность; видел мелькающие среди пены копыта лошади; видел лицо женщины: она смеялась, а пряди ее золотистых волос переплетались с темной гривой животного.</p>
     <p>Снова слышал он первые аккорды прелюдии, и те же руки, которые правили жеребцом, теперь извлекали из инструмента всю полноту хрустальных и блистательных рахманиновских гармоний.</p>
     <p>Когда он наконец стал засыпать, его последняя мысль была о том, каковы те чудесные и загадочные законы развития, которые могли из первоначального ила и праха создать на вершине эволюции сияющее и торжествующее женское тело и женскую душу.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На следующее утро Грэхем продолжал знакомиться с порядками Большого дома. О-Дай многое сообщил ему еще накануне и узнал от гостя, что тот, выпив при пробуждении чашку кофе, предпочитает завтракать не в постели, а за общим столом. О-Дай предупредил Грэхема, что для этой трапезы нет установленного времени и что завтракают от семи до десяти, кто когда желает; а если ему понадобится лошадь, или автомобиль, или он захочет купаться, то достаточно сказать об этом.</p>
     <p>Войдя в столовую в половине восьмого, Грэхем застал там корреспондента и покупателя из Айдахо, которые только что позавтракали и спешили поймать здешнюю машину, чтобы попасть в Эльдорадо к утреннему поезду в Сан-Франциско. Грэхем простился с ними и сел за стол один. Безукоризненно вежливый слуга-китаец предложил ему заказать завтрак по своему вкусу и тотчас исполнил его желание, подав ледяной грейпфрут в хересе, причем с гордостью пояснил, что это «свой», из «имения». Отклонив предложенные ему различные блюда — каши и овощи, Грэхем попросил дать ему яйца всмятку и ветчину; и только что принялся за еду, как вошел Берт Уэйнрайт с рассеянным видом, который, однако, не обманул Грэхема. И действительно, не прошло и пяти минут, как появилась Эрнестина Дестен в очаровательном халатике и утреннем чепчике и очень удивилась, найдя в столовой столько любителей раннего вставания.</p>
     <p>Позднее, когда все трое уже поднимались из-за стола, пришли Льют Дестен и Рита Уэйнрайт. За бильярдом Грэхем узнал от Берта, что Дик Форрест никогда не завтракает со всеми, а просыпается чуть свет, работает в постели, пьет в шесть часов кофе и только в исключительных случаях появляется среди гостей раньше второго завтрака, который бывает в половине первого.</p>
     <p>Что касается Паолы, продолжал Берт, то спит она плохо, встает поздно, а живет в той части дома, куда ведет дверь без ручки; это огромный флигель с собственным внутренним двориком, в котором даже он был всего только раз; она тоже приходит лишь ко второму завтраку, да и то не всегда.</p>
     <p>— Паола на редкость здоровая и сильная женщина, — сказал он, — но бессонница у нее врожденная. Ей всегда не спалось, даже когда она была совсем маленькая. И это ей не во вред, так как у нее большая сила воли и она изумительно владеет собой. У нее нервы всегда напряжены, но, вместо того чтобы приходить в отчаяние и метаться, когда сон не идет к ней, она приказывает себе отдыхать — и отдыхает. Она называет это своими «белыми ночами». Иногда она засыпает только на заре или даже в девять-десять часов утра, и тогда спит чуть не двенадцать часов подряд, и выходит к обеду свежая и бодрая.</p>
     <p>— Должно быть, это действительно врожденное, — заметил Грэхем.</p>
     <p>Берт кивнул.</p>
     <p>— Из ста девяносто девять женщин совсем бы раскисли, а она держит себя в руках. Если ей не спится ночью, она спит днем и наверстывает потерянное.</p>
     <p>Еще многое рассказывал Берт о хозяйке дома, и Грэхем скоро догадался, что молодой человек, несмотря на долгое знакомство, все же ее побаивается.</p>
     <p>— Она с кем угодно справится, стоит ей только захотеть, — заметил Берт. — Мужчина, женщина, слуга — все равно, какого бы возраста, пола и положения они ни были, — стоит ей только заговорить своим повелительным тоном, и результат всегда один. Я не понимаю, чем она этого достигает. Может быть, в глазах ее вспыхивает что-то, может быть, губы складываются как-то по-особенному, не знаю, но только все ее слушаются и ей подчиняются.</p>
     <p>— Да, — согласился Грэхем, — в ней есть что-то особенное.</p>
     <p>— Вот именно! — обрадовался Берт. — Что-то особенное! Достаточно ей захотеть! Даже почему-то жутко становится. Может быть, она так научилась владеть собой во время бессонных ночей, когда она постоянно напрягает волю, чтобы оставаться спокойной и бодрой. Вот и сегодня — она, верно, глаз не сомкнула после всех вчерашних событий: понимаете — волнение, люди, тонущая лошадь и все прочее. Хотя Дик говорит, что то, от чего другие женщины потеряли бы сон, действует на нее совсем наоборот: она может спать, как младенец, в городе, который бомбардируют, или на тонущем корабле. Несомненно, она — чудо. Поиграйте-ка с ней на бильярде, тогда увидите.</p>
     <p>Немного позднее Грэхем и Берт встретились с девушками в той комнате, где те обычно проводили утро, но, несмотря на пение модных песенок, танцы и болтовню, Грэхема все время не покидало чувство одиночества, какая-то тоска и томительное желание, чтобы к ним вошла Паола в каком-нибудь новом, неожиданном обличье и настроении.</p>
     <p>Затем Грэхем на Альтадене и Берт на великолепной чистокровной кобыле Молли два часа разъезжали по имению, осматривали молочное хозяйство и едва поспели вовремя на теннисную площадку, где их поджидала Эрнестина.</p>
     <p>Грэхему не терпелось пойти завтракать — конечно, не только из-за вызванного прогулкой аппетита, — но его постигло большое разочарование: Паола не явилась.</p>
     <p>— Опять «белая ночь», — сказал Дик, обращаясь к другу, и прибавил несколько слов к тому, что рассказывал Берт относительно неспособности Паолы спать нормально. — Представьте, мы были женаты уже несколько лет, когда я впервые увидел ее спящей. Я знал, что в какие-то часы она спит, но никогда не видел. Однажды она, к моему ужасу, трое суток провела без сна, притом все время оставалась ласковой и веселой и уснула наконец от изнеможения. Это случилось, когда наша яхта стала на мель возле Каролинских островов и все население помогало нам спихнуть ее. Дело было не в опасности — никакая опасность нам не угрожала, — а в непрерывном шуме, возбуждении. Паола переживала это приключение слишком непосредственно. А когда все кончилось, она впервые у меня на глазах заснула.</p>
     <p>Утром приехал новый гость, некто Доналд Уэйр. Грэхем встретился с ним за завтраком. Уэйр был, видимо, хорошо знаком со всеми и часто посещал Большой дом; Грэхем понял также из разговоров, что, несмотря на крайнюю молодость, это скрипач, известный по всему побережью.</p>
     <p>— Он до безумия влюблен в Паолу, — сообщила Эрнестина Грэхему, когда они выходили из столовой.</p>
     <p>Грэхем удивленно поднял брови.</p>
     <p>— Да, но она не обращает на него внимания, — рассмеялась Эрнестина. — Это случается с каждым мужчиной, который приезжает сюда. Она привыкла. У нее ужасно милая манера не замечать их страсти; она с удовольствием проводит время в обществе этих людей, а потом смеется над ними. Дика это забавляет. Не пройдет и недели, как с вами случится то же самое. А нет, так все будут очень удивлены. Да и Дик еще, пожалуй, обидится. Он считает, что это неизбежно. Если любящий муж гордится своей женой и привык к тому, что в нее влюбляются, он может прямо оскорбиться и решить, что его жену не оценили.</p>
     <p>— Ну что ж, — вздохнул Грэхем, — если у вас так принято, придется, видно, и мне влюбиться. Правда, ужасно не хочется вести себя, как все, — именно потому, что это все; но раз таков обычай, ничего не поделаешь. Хотя это чертовски трудно, когда кругом так много милых девушек.</p>
     <p>В его удлиненных серых глазах блеснуло лукавство, и этот взгляд так подействовал на Эрнестину, что она удивленно уставилась на него и, только поймав себя на этом, опустила взор и вспыхнула.</p>
     <p>— Знаете, маленький Лео — молодой поэт, которого вы видели вчера вечером, — затараторила она, пытаясь скрыть свое смущение, — он тоже до безумия влюблен в Паолу. Я слышала, как Аарон Хэнкок дразнил его по поводу какого-то цикла сонетов, и, конечно, нетрудно догадаться, кто его вдохновил. Терренс, ирландец, тоже влюблен в нее, хоть и не так отчаянно. Они ничего не могут поделать с собой, вот и все. Разве их можно винить за это?</p>
     <p>— Конечно, она вполне заслуживает поклонения, — пробормотал Грэхем, втайне задетый тем, что ирландец, этот пустоголовый, одержимый алфавитом маньяк, этот анархист-эпикуреец, хвастающий тем, что он лодырь и приживальщик, осмелился влюбиться — хоть и не так отчаянно — в маленькую хозяйку.</p>
     <p>— Она ведь моя сводная сестра, — сообщила Эрнестина, — но никто бы не сказал, что в нас есть хоть одна капля той же крови. Паола совсем другая. Она непохожа ни на кого из Дестенов, да и вообще ни на кого из моих подруг, ни на одну девушку, которую я знала. Хотя она гораздо старше моих подруг, ведь ей уже тридцать восемь…</p>
     <p>— Ах, кис-кис! — прошептал Грэхем.</p>
     <p>Хорошенькая блондинка оторопело взглянула на него, удивленная его, казалось бы, необъяснимым восклицанием.</p>
     <p>— Кошечка, — повторил он с насмешливым упреком.</p>
     <p>— О! — воскликнула она. — Я сказала совсем не в том смысле… Мы здесь привыкли ничего не скрывать. Все отлично знают, сколько Паоле лет. Она и сама говорит. А мне восемнадцать. Вот. Теперь скажите-ка, в наказание за вашу подозрительность, сколько вам лет?</p>
     <p>— Столько же, сколько и Дику, — ответил Грэхем без запинки.</p>
     <p>— А ему сорок, — торжествующе рассмеялась она. — Вы будете купаться? Вода, наверное, ужасно холодная.</p>
     <p>Грэхем покачал головой:</p>
     <p>— Я поеду с Диком верхом.</p>
     <p>Эрнестина огорчилась со всей непосредственностью их восемнадцати лет.</p>
     <p>— Ну, конечно! Опять он будет показывать свои вечнозеленые пастбища, или пашни на горных склонах, или какие-нибудь оросительные фокусы…</p>
     <p>— Он говорил что-то относительно купания в пять. Ее лицо просияло.</p>
     <p>— Ну хорошо, тогда встретимся у бассейна. Наверно, они условились. Паола тоже хотела идти купаться в пять.</p>
     <p>Они расстались под аркадой. Грэхем отправился было к себе в башню, чтобы переодеться для верховой езды, но Эрнестина вдруг окликнула его:</p>
     <p>— Мистер Грэхем! Он послушно обернулся.</p>
     <p>— Знаете, вы вовсе не обязаны влюбляться в Паолу, это я только так сказала.</p>
     <p>— Я буду очень, очень остерегаться этого, — вполне серьезно ответил он, хотя глаза его насмешливо блеснули.</p>
     <p>Однако, идя в свою комнату, он не мог не признаться, что очарование Паолы Форрест, словно волшебные щупальца, уже коснулось его и обвивалось вокруг сердца. И он знал, что с гораздо большим удовольствием поехал бы кататься с ней, чем со своим давним другом Форрестом.</p>
     <p>Направляясь к длинной коновязи под старыми дубами, он жадным взором искал Паолу, но здесь были только Дик и конюх; однако несколько стоявших в тени оседланных лошадей вернули ему надежду. Все же они уехали с Диком одни. Дик только показал ему лошадь жены, — это был резвый породистый гнедой жеребец под небольшим австралийским седлом со стальными стременами, с двойной уздечкой и мундштуком.</p>
     <p>— Я не знаю ее планов, — сказал Дик. — Она еще не выходила, но купаться, во всяком случае, будет. Тогда и встретимся.</p>
     <p>Грэхему поездка доставила большое удовольствие, хотя он не раз ловил себя на том, что поглядывает на часы-браслет — долго ли еще до пяти.</p>
     <p>Приближалось время окота. Дик и Грэхем проезжали луг за лугом, где паслись овцы; то один, то другой слезал с лошади, чтобы поставить на ноги великолепную овцу из породы шропширов или мериносов-рамбулье: повалившись на широкие спины и подняв к небу все четыре ноги, эти бедные жертвы отбора были уже не в силах подняться без посторонней помощи.</p>
     <p>— Да, я действительно потрудился над тем, чтобы создать американских мериносов, — говорил Дик. — У этой породы теперь сильные ноги, широкая спина, крепкие ребра и большая выносливость. Вывезенным из Европы породам не хватает выносливости: они слишком холеные и изнеженные.</p>
     <p>— О, вы делаете большое дело, большое дело, — заявил Грэхем. — Подумайте, вы же отправляете баранов в Айдахо! Это говорит само за себя.</p>
     <p>Глаза Дика заблестели, когда он ответил:</p>
     <p>— Не только в Айдахо! Хотя это и кажется невероятным, теперешние огромные стада Мичигана и Огайо являются — простите за хвастовство — потомками моих калифорнийских рамбулье. А возьмите Австралию! Двенадцать лет назад я продал одному тамошнему поселенцу трех баранов по триста долларов за голову. Когда он их туда привез и показал, то сейчас же перепродал, взяв по три тысячи за каждого, и заказал мне целый транспорт. И я, кажется, принес Австралии не вред, а пользу. Там говорят, что благодаря люцерне, артезианским колодцам, судам-холодильникам и баранам Форреста овцеводство и добывание шерсти увеличились втрое.</p>
     <p>Возвращаясь, они встретили Менденхолла, заведующего конным заводом, и тот потащил их куда-то в сторону, на обширный выгон с лесистыми оврагами и группами дубов, чтобы показать табун жеребят-однолеток ширской породы, которых отправляли на следующий день на горные пастбища Миримар-Хиллс. Их было около двухсот — ширококостные, мохнатые и очень крупные для своего возраста; они начинали линять.</p>
     <p>— Мы не то что откармливаем их, — пояснил Форрест, — но мистер Менденхолл следит за тем, чтобы они получали питательный корм. Там, в горах, куда они пойдут, им будут давать, кроме трав, еще зерно; это заставит их каждый вечер собираться для кормежки, и, таким образом, можно будет делать поверку без особого труда.</p>
     <p>За последние пять лет я ежегодно отправляю в один только Орегон до пятидесяти жеребцов-двухлеток. Они все более или менее стандартны. Их покупают не глядя, потому что знают мой товар.</p>
     <p>— У вас, должно быть, строгий отбор? — спросил Грэхем.</p>
     <p>— Да. Бракованных вы можете увидеть на улицах Сан-Франциско, — ответил Дик, — это ломовые лошади.</p>
     <p>— И на улицах Денвера тоже, — добавил Менденхолл, — и на улицах Лос-Анжелоса; а два года тому назад, во время падежа лошадей, мы отправили двадцать вагонов четырехлетних меринов даже в Чикаго и получили в среднем по тысяче семьсот долларов за каждого. За тех, что помельче, мы брали по тысяче шестьсот, но были и по тысяче девятьсот. Боже мой, какие цены на лошадей стояли в тот год!</p>
     <p>Едва Менденхолл отъехал, как показался всадник верхом на стройной, взмахивавшей гривой Паломине. Дик представил его Грэхему как мистера Хеннесси, ветеринара.</p>
     <p>— Я услышал, что миссис Форрест осматривает жеребят, — пояснил он Дику, — и приехал, чтобы показать ей Лань: не пройдет и недели, как она будет ходить под седлом. А какую лошадь миссис Форрест взяла сегодня?</p>
     <p>— Да Франта, — ответил Дик; и было ясно, что он предвидел, как Хеннесси отнесется к этому известию: ветеринар неодобрительно покачал головой.</p>
     <p>— Никто не убедит меня, что женщинам следует ездить на жеребцах, — пробормотал он. — И потом, Франт опасен. Больше того — при всем уважении к его резвости, должен сказать, что он хитер и коварен. Миссис Форрест следовало бы ездить на нем не иначе, как надев на него намордник; но он любит и брыкаться, а к его копытам ведь не привяжешь подушек…</p>
     <p>— Пустяки, — ответил Дик, — он на мундштуке, да еще на каком мундштуке; и она умеет обращаться с ним.</p>
     <p>— Да, если он в один прекрасный день не подомнет ее под себя, — проворчал Хеннесси. — Во всяком случае, я бы вздохнул спокойнее, если бы ей понравилась Лань. Вот это настоящая дамская лошадь! Сколько огня, и никакого коварства. Чудесная кобылка, чудесная! А что шалунья — это не беда, угомонится! Но она всегда останется веселой и капризной, не превратится в манежную клячу.</p>
     <p>— Поедем смотреть жеребят, — предложил Дик. — Паоле придется помучиться с Франтом, если она въедет на нем в кучу молодежи. Ведь это ее царство, — повернулся он к Грэхему. — Все выездные и верховые лошади в ее ведении. И она достигает замечательных результатов. Как она добивается их, я и сам не понимаю. Будто маленькая девочка забралась в лабораторию взрывчатых веществ, начала наугад смешивать их — и получила гораздо более мощные соединения, чем те, которые составлялись седобородыми химиками.</p>
     <p>Они свернули с главной дороги на боковую, проехали полмили, обогнули лесок в ущелье, по которому бежал, подскакивая, ручей, и выехали на покатый склон, где зеленело широкое пастбище. Первое, что увидел Грэхем вдали, — это множество однолеток и двухлеток, с любопытством столпившихся вокруг золотисто-коричневого чистокровного жеребца Франта, который, поднявшись на дыбы, бил в воздухе копытами и пронзительно ржал.</p>
     <p>Всадники остановили своих лошадей и ждали, что будет дальше.</p>
     <p>— Он еще сбросит ее, — сердито пробормотал ветеринар. — Разве на него можно положиться!</p>
     <p>Но в эту минуту Паола, не замечая подъехавших зрителей, резко и повелительно выкрикнула какой-то приказ, с уверенностью настоящего кавалериста всадила шпоры в шелковистые бока Франта, и тот опустил передние ноги и беспокойно заплясал на месте.</p>
     <p>— Стоит ли так рисковать? — мягко упрекнул Форрест жену, подъезжая к ней со своими спутниками.</p>
     <p>— О, я умею справляться с ним… — пробормотала она сквозь стиснутые зубы, в то время как Франт, прижав уши и злобно сверкая глазами, оскалился и, наверное, укусил бы Грэхема за ногу, если бы Паола вовремя не дернула за повод, опять вонзив ему шпоры в бока.</p>
     <p>Франт вздрогнул, визгливо заржал и на минуту смирился.</p>
     <p>— Старая игра — игра белого человека! — засмеялся Дик. — Она не боится жеребца, и он это знает; он хитрит, неистовствует, она — вдвое; он беснуется, а она ему показывает, что такое настоящая свирепость.</p>
     <p>Три раза, пока они были здесь, готовые в любую минуту повернуть своих лошадей и броситься на помощь, если Паола потеряет власть над жеребцом, Франт пытался встать на дыбы, и каждый раз Паола решительно, осторожно и твердо удерживала его с помощью мундштука и шпор, — и он наконец замер на месте, укрощенный и трепещущий, весь в поту и мыле.</p>
     <p>— Так белые поступали всегда, — продолжал Дик, в то время как Грэхем весь отдался волнующему до жути восхищению перед маленькой укротительницей. — Белый, борясь с дикарем, превосходил его своей свирепостью. Он превзошел его в упорстве, в разбоях, в скальпировании, в пытках, в людоедстве. В сущности, белые съели гораздо больше людей, чем людоеды.</p>
     <p>— Добрый день, — приветствовала Паола гостя, мужа и ветеринара. — Франт, кажется, наконец усмирен. Давайте взглянем на жеребят. Остерегайтесь, мистер Грэхем, его зубов: он ужасный кусака. Держитесь от него подальше: ваши ноги вам еще пригодятся.</p>
     <p>Когда представление с Франтом кончилось, жеребята мгновенно разбежались, словно чем-то напуганные, и, резвясь, понеслись галопом по зеленому лугу; но скоро, привлеченные неудержимым любопытством, вернулись и, столпившись возле всадников, внимательно разглядывали их; под предводительством одной, особенно шаловливой гнедой кобылки они образовали полукруг и насторожили ушки.</p>
     <p>Вначале Грэхем едва ли видел жеребят: он смотрел только на хозяйку в ее новой роли. «Неужели ее изменчивости нет пределов?» — спрашивал он себя, глядя на великолепное, потное, покоренное ею животное. Даже Горец, несмотря на свою массивность, казался кротким и ручным рядом с Франтом, который то и дело становился на дыбы и кусался, силясь сбросить всадницу с присущим ему утонченным коварством норовистого жеребца чистых кровей.</p>
     <p>— Взгляни на нее, — прошептала Паола Дику, чтобы не спугнуть кобылки. — Какая прелесть! Вот чего я добивалась. — Затем она обернулась к Ивэну. — Всегда в них найдется какой-нибудь недостаток, порок, совершенство почти невозможно. Но она — совершенство. Посмотрите на нее. Лучшего мне едва ли удастся добиться. Ее отец — Великий Вождь, если вы знаете наших призовых рысаков. Его продали за шестьдесят тысяч, когда он был уже стариком. Мы получили его на время. Она — единственный его приплод за сезон. Но посмотрите! У нее его грудь и легкие! У меня был богатый выбор кобыл, подходивших по всем статьям, а матка как будто не подходила, но я взяла ее. Упрямая старая дева. Но она была прямо создана для него. Это ее первый жеребенок; ей было восемнадцать лет, когда он родился. Я знала, что будет хорошо. Достаточно было взглянуть на обоих — прямо как по заказу!</p>
     <p>— Матка была только полукровкой, — пояснил Дик.</p>
     <p>— Зато у нее было много предков морганов, — тотчас же пояснила Паола, — и у нее полоса вдоль спины, как у мустангов. Эту мы назовем «Нимфой», хоть она и не войдет в племенные книги. Это будет моя первая безупречная верховая лошадь, я уверена; и моя мечта наконец осуществится.</p>
     <p>— У этой мечты четыре ноги, — глубокомысленно заметил Хеннесси.</p>
     <p>— И от пяти до семи разных аллюров, — весело подхватил Грэхем.</p>
     <p>— А все же не нравятся мне эти кентуккийские лошади с их разнообразными аллюрами, — быстро возразила Паола, — они годятся только для ровной местности. Для Калифорнии, с ее ужасными дорогами, горными тропками и всем прочим, мне нужна только быстрая рысь, короткая или длинная, смотря по характеру почвы, и сокращенный галоп. Я даже не скажу, что это особый аллюр, а просто легкий, спокойный скок, но только в условиях трудной дороги.</p>
     <p>— Красавица! — восхищался Дик, следя блестящими глазами за гнедой кобылкой, которая, осмелев, подошла совсем близко к укрощенному Франту и обнюхивала его морду с трепещущими и раздувающимися ноздрями.</p>
     <p>— Я предпочитаю, чтобы мои лошади были почти чистокровками, а не вполне, — горячо заявила Паола. — Беговая лошадь хороша на ипподроме, но для наших ежедневных нужд она слишком специализирована.</p>
     <p>— Вот результат удачной комбинации, — заметил Хеннесси, указывая на Нимфу. — Корпус достаточно короток для рыси и достаточно длинен для крупного шага. Должен сознаться, я не верил в это сочетание, но вам все-таки удалось получить замечательный экземпляр.</p>
     <p>— Когда я была молодой девушкой, у меня не было лошадей, — обратилась Паола к Грэхему, — а теперь я могу не только иметь их сколько угодно, но и скрещивать их и создавать по своему желанию новые типы. Это так хорошо, что иногда мне не верится; и я скачу сюда, чтобы посмотреть на них и убедиться, что это не сон.</p>
     <p>Она повернулась к Форресту и бросила ему благодарный взгляд. Грэхем видел, как они долго, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза. Ему стало ясно, какую радость доставляет Дику радость жены, ее юношеский энтузиазм и горячность. «Вот счастливец!..» — подумал Грэхем, но не потому, что у Дика было богатое имение и что дела его шли успешно, а потому, что Форресту принадлежала эта чудесная женщина, которая, не таясь, смотрит на него сейчас таким открытым и благодарным взглядом. И он с недоверием вспомнил заявление Эрнестины, будто Паоле тридцать восемь лет.</p>
     <p>— Посмотри на его круп, Дик, — сказала она, концом хлыста показывая на какого-то черного жеребенка, жевавшего весеннюю траву. — Посмотри на его ноги и бабки. — И, обращаясь к Грэхему, добавила: — У Нимфы стати совсем другие и бабки гораздо длиннее, но я такого жеребенка и добивалась. — Она с легкой досадой усмехнулась. — Мать его необычной светло-гнедой масти, прямо новенькая двадцатидолларовая монета, и мне очень хотелось иметь лошадь ей в пару для моего выезда. Не скажу, чтобы результат оказался такой, какого я хотела, хоть и получился превосходный рысак. Зато вон моя награда, видите — вороной; когда мы подъедем к маткам, я покажу вам его родного брата, но он не вороной, а караковый. Я ужасно огорчена.</p>
     <p>Затем она указала на двух караковых жеребят, пасшихся рядом.</p>
     <p>— Эти двое от Гью-Диллона, знаете, — брата Лоу-Диллона. Они от разных маток и чуть-чуть разные по цвету, но, правда, великолепная пара? У них та же рубашка, что и у отца.</p>
     <p>Она повернула свою укрощенную лошадь и стала тихонько объезжать табун, чтобы не распугать жеребят; часть все же бросилась врассыпную.</p>
     <p>— Посмотрите на них! — воскликнула она. — Пятеро совсем непородистые. Видите, как они поднимают передние ноги на бегу.</p>
     <p>— Я совершенно убежден, что ты сделаешь из них призовых рысаков, — сказал Дик и снова заслужил благодарный взгляд, опять задевший Грэхема.</p>
     <p>— Двое от более крупных маток, — вот тот в середине и затем крайний слева; а те трое — от средних, да одного можно подобрать из остальных. Один отец, пять разных матерей — и оттенки гнедой масти немного разные. Но в общем из пяти получится недурная четверка, и притом все того же года. Правда, удачно?</p>
     <p>— Я уже сейчас вижу среди двухлеток отличных лошадок, которых мы сможем продать для игры в поло. Намечайте, — обратилась она к Хеннесси.</p>
     <p>— Если мистер Менденхолл не получит за чалого полторы тысячи, то лишь потому, что поло выходит из моды! — с увлечением воскликнул Хеннесси. — Я следил за этими жеребятами… А вот взгляните на того светло-гнедого. Ведь какой был плохонький! Дайте ему еще годик — и посмотрите, что из него выйдет! Похож на корову? Ничуть! А что за родители! Еще годик, и можно прямо на выставку — настоящий серебряный доллар. Помните, с первой же минуты я поверил в него. Он, несомненно, затмит всякую эту бэрлингеймскую дрянь. Когда он подрастет, отправляйте его сразу же на Восток.</p>
     <p>Паола кивала, внимательно слушая Хеннесси, в ее устремленном на него взгляде светилась нежность, вызванная созерцанием этих молодых животных и всей полноты играющей в них жизни, за которую она была ответственна.</p>
     <p>— Ужасно грустно, — призналась она Грэхему, — когда продаешь таких красавцев и знаешь, что их сейчас же заставят работать.</p>
     <p>Ее внимание было целиком поглощено животными, она говорила совершенно просто, без всякой рисовки и аффектации. Дик не удержался, чтобы не похвалить ее Ивэну.</p>
     <p>— Я могу перерыть целую библиотеку по коннозаводству и до одурения изучать менделистские законы — и все-таки я остаюсь идиотом, а она понимает все сразу.</p>
     <p>Ей незачем вникать во всякие руководства. Она обходится и без них и действует по какой-то интуиции, точно она колдунья. Ей достаточно взглянуть на табун маток, немного освоиться с ними — и она уже знает, что им нужно. Паоле почти всегда удается получить тот результат, к которому она стремится… Кроме цвета, — правда, Поли? — поддразнил он ее.</p>
     <p>Она тоже засмеялась, и зубы ее блеснули. Хеннесси присоединился к их смеху, и Дик продолжал:</p>
     <p>— Посмотрите на того жеребенка! Мы все знаем, что Паола ошиблась; но посмотрите на него! Она скрестила старую чистокровную кобылу, которую мы считали уже ни на что не годной, с призовым жеребцом — получила жеребенка. Опять скрестила с чистокровкой; его дочь скрестила с тем же призовым жеребцом, опрокинула все наши теории и получила, — нет, вы взгляните на него, — замечательное пони для поло. В одном приходится перед ней преклониться: она не вносит в это никаких бабьих сантиментов. О, она весьма решительна! С твердостью мужчины, без всяких угрызений, она отбрасывает все неполноценное и отбирает то, что ей нужно. Но всей тайной масти она еще не овладела. Здесь гений ей изменяет. Верно, Поли? Ты еще немало повозишься, пока получишь свою выездную пару, а тем временем придется тебе удовольствоваться Дадди и Фадди. Кстати, как теперь Дадди?</p>
     <p>— Поправляется, благодаря заботам мистера Хеннесси, — отвечала Паола.</p>
     <p>— Ничего серьезного, — заметил ветеринар. — Одна время дело с питанием разладилось. А новый конюх перепугался и поднял шум.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В течение всего пути от пастбища и до бассейна Грэхем беседовал с маленькой хозяйкой и держался настолько близко к ней, насколько позволяло коварство Франта. Дик и Хеннесси, ехавшие впереди, были погружены в деловые разговоры.</p>
     <p>— Бессонница мучила меня всю жизнь, — говорила Паола, слегка щекоча шпорой Франта, чтобы предупредить новое поползновение к бунту. — Но я рано научилась не давать ей влиять на мои нервы и на мое настроение. Я еще в ранней молодости научилась извлекать из нее пользу и даже развлечение. Это было единственным средством преодолеть врага, который, я знала, будет преследовать меня всю жизнь. Вам, наверное, приходилось одолевать высокую волну, ныряя под нее?</p>
     <p>— Да, не борясь и отдаваясь в ее власть, — ответил Грэхем, глядя на ее порозовевшее лицо и выступившие на нем от неустанной борьбы с беспокойной лошадью мелкие, как бисер, капельки пота. Тридцать восемь? Неужели Эрнестина соврала? Паоле Форрест нельзя было дать и двадцати восьми. Кожа у нее была как у совсем юной девушки, — такая же гладкая, упругая и прозрачная.</p>
     <p>— Вот именно, — продолжала она, — не борясь. Опускаешься и поднимаешься, точно поплавок, следуя ритму волны, чтобы опять набрать воздуху. Дик показал мне, как это делается. Так же и с бессонницей. Если я не могу заснуть оттого, что возбуждена какими-то недавно пережитыми событиями, я отдаюсь этим впечатлениям и тогда скорее выплываю из их бурного потока, и мною овладевает забытье. Я заставляю себя переживать все вновь и вновь, с разных сторон, волнующие меня картины, которые не дают мне забыться.</p>
     <p>Например, вчерашняя история с Горцем. Я ночью пережила ее сызнова-как действующее лицо; затем — как посторонний зритель: как девушки, вы, ковбой, а главное — мой муж. Потом я как бы написала с нее картину, много картин, со всяких точек зрения, и развесила их, а потом принялась рассматривать, точно увидела впервые. И я ставила себя на место разных зрителей: то старой девы, то педанта, то маленькой школьницы, то греческого юноши, жившего несколько тысяч лет назад. Затем я положила ее на музыку, сыграла на рояле и представила себе, как она должна звучать в большом оркестре или на духовых инструментах. Я спела ее, продекламировала как балладу, элегию, сатиру и среди всего этого наконец заснула. Я поняла, что спала, только проснувшись сегодня в полдень. В последний раз я слышала, как часы били шесть. Шесть часов непрерывного сна — это для меня большая удача.</p>
     <p>Когда она кончила свой рассказ, Хеннесси свернул на боковую дорогу, а Форрест подождал жену и поехал рядом с ней с другой стороны.</p>
     <p>— Хотите держать пари, Ивэн? — спросил он.</p>
     <p>— На что, хотел бы я знать прежде всего, — отозвался тот.</p>
     <p>— На сигары… а пари, что вам не догнать Паолы в бассейне в течение десяти минут, — впрочем, нет — пяти; вы, насколько я помню, прекрасный пловец.</p>
     <p>— О, дай ему, Дик, больше шансов для победы! — великодушно отозвалась Паола. — Десять минут — это много, он устанет.</p>
     <p>— Но ведь ты не знаешь его как пловца, — возразил Дик. — И ни во что не ставишь мои сигары. Он замечательно плавает. Он побеждал канаков <a l:href="#n_439" type="note">[439]</a>, а ты понимаешь, что это значит!</p>
     <p>— Ну что ж, может быть, я еще и передумаю с ним состязаться. А вдруг он сразит меня, прежде чем я успею опомниться? Расскажи мне о нем и о его победах.</p>
     <p>— Я тебе расскажу только одну историю. О ней до сих пор вспоминают на Маркизских островах. Это было в памятный ураган тысяча восемьсот девяносто второго года. Ивэн проплыл сорок миль за сорок пять часов; и только он да еще один человек добрались до берега. Остальные были канаки, он один белый среди них, — однако он продержался дольше них, они все утонули…</p>
     <p>— Но ведь ты как будто сказал, что спасся еще кто-то? — прервала его Паола.</p>
     <p>— Это была женщина, — отвечал Дик. — Канаки утонули.</p>
     <p>— Значит, женщина была белая? — настаивала Паола.</p>
     <p>Грэхем бросил на нее быстрый взгляд. Хотя Паола обратила свой вопрос к мужу, она повернула голову в его сторону, и ее вопрошающие глаза, смотревшие прямо, в упор, встретились с его глазами.</p>
     <p>Грэхем выдержал ее взгляд и так же прямо и твердо ответил:</p>
     <p>— Она была канака.</p>
     <p>— Да еще королева, не угодно ли! — добавил Дик. — Королева из древнейшего рода туземных вождей. Королева острова Хуахоа.</p>
     <p>— Что же, королевская кровь помогла ей не утонуть, когда все канаки утонули, или вы? — спросила Паола.</p>
     <p>— Я думаю, что мы оба помогали друг другу, особенно в конце, — отозвался Грэхем. — Мы временами уже теряли сознание — то она, то я. Только на закате мы добрались до земли, вернее, до неприступной стены, о которую разбивались гигантские волны прибоя. Она схватила меня в воде и стала трясти, чтобы как-нибудь образумить. Дело в том, что я намеревался здесь вылезть, а это означало конец.</p>
     <p>Она дала мне понять, что знает, где мы находимся, что течение идет вдоль берега в западном направлении, и часа через два оно прибьет нас к тому месту, где можно будет выбраться на берег. Клянусь, я в течение этих двух часов или спал, или был без памяти. А когда я временами приходил в себя и не слышал больше ревущего прибоя, я видел, что она в таком же состоянии, в каком был сам перед тем. И тогда я, в свою очередь, начинал трясти ее и тормошить, чтобы привести в чувство. Прошло еще три часа, пока мы наконец очутились на песке. Мы заснули там же, где вышли из воды. На другое утро нас разбудили жгучие лучи солнца; мы уползли под дикие бананы, росшие невдалеке, нашли там пресную воду, напились и опять заснули. Когда я проснулся во второй раз, была ночь. Я снова напился воды, уснул и проспал до утра. Она все еще спала, когда нас нашла партия канаков, охотившихся в соседней долине на диких коз.</p>
     <p>— Держу пари, что если уж утонула целая куча канаков, то скорее вы ей помогали, а не она вам, — заметил Дик.</p>
     <p>— Она должна быть вам навеки благодарна, — сказала Паола, с вызовом глядя на Грэхема, — и не уверяйте меня, что она не была молода и красива, вероятно, настоящая золотисто-смуглая богиня.</p>
     <p>— Ее мать была королевой Хуахоа, — отвечал Грэхем. — А отец — англичанин, из хорошей семьи, ученый эллинист. К тому времени они уже умерли, и Номаре стала королевой. Она действительно была молода и красива, красивее всех женщин на свете. Благодаря отцу цвет ее тела был не золотисто-коричневый, а бледно-золотой. Но вы, наверное, слышали уже эту историю…</p>
     <p>Он вопросительно посмотрел на Дика, но тот покачал головой.</p>
     <p>Из-за группы деревьев донеслись крики, смех и плеск, — они приближались к бассейну.</p>
     <p>— Вы должны как-нибудь досказать ее, — заявила Паола.</p>
     <p>— Дик ее отлично знает. Не понимаю, почему он скрыл ее от вас.</p>
     <p>Она пожала плечами:.</p>
     <p>— Может быть, ему было некогда или не представлялось случая.</p>
     <p>— Увы, эта история получила широкую огласку, — засмеялся Грэхем. — Ибо, — да будет вам известно, — я был одно время морганатическим — или как это называется — королем каннибальских островов, во всяком случае, одного райски прекрасного полинезийского острова, «где под шепот тропических рощ лиловый прибой набегал на опаловый берег», — замурлыкал он небрежно и соскочил с лошади.</p>
     <p>— «И ночной мотылек трепетал на лозе, и пчела опускалась на клевер…» — подхватила Паола и внезапно всадила шпоры в бока Франта, который чуть не вонзил зубы ей в ногу. Затем она повернулась к Форресту, прося, чтобы он помог ей слезть и привязать лошадь.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Сигары?! Я тоже участвую!.. Вам ее не поймать! — крикнул Берт Уэйнрайт с вышки в сорок футов. — Подождите минутку! Я иду к вам!</p>
     <p>И он действительно присоединился к ним, прыгнув в воду ласточкой с почти профессиональной ловкостью и вызвав громкие рукоплескания девиц.</p>
     <p>— Отличный прыжок! Мастерский! — похвалил его Грэхем, когда Берт вылез из бассейна.</p>
     <p>Берт, сделав вид, что равнодушен к этой похвале, сразу же заговорил о пари.</p>
     <p>— Я не знаю, какой вы пловец, Грэхем, — сказал он, — но я вместе с Диком держу пари на сигары.</p>
     <p>— И я, и я тоже, — закричали хором Эрнестина, Льют и Рита.</p>
     <p>— На конфеты, перчатки — словом, на все, чем вы готовы рискнуть, — добавила Эрнестина.</p>
     <p>— Но ведь я тоже не знаю рекордов миссис Форрест, — возразил Грэхем, записывая пари. — Однако если в течение пяти минут…</p>
     <p>— Десяти, — поправила его Паола, — и стартовать от противоположных концов бассейна. Идет? Если вы только коснетесь меня, значит, поймали.</p>
     <p>Грэхем с тайным восхищением оглядел Паолу. Она была не в белом шелковом трико, которое, видимо, надевала только в женском обществе, а в кокетливом, модном купальном костюме из переливчатого синевато-зеленого шелка — под цвет воды в бассейне; короткая юбка не доходила до колен, нежную округлость которых он тотчас же узнал. На ногах ее были длинные чулки того же цвета и маленькие туфельки, привязанные перекрещивающимися ленточками. На голове — задорная купальная шапочка: такая же задорная, как и сама Паола, когда она назначала десять минут вместо пяти.</p>
     <p>Рита Уэйнрайт взяла в руки часы, а Грэхем направился к дальнему концу обширного бассейна в сто пятьдесят футов длиной.</p>
     <p>— Смотри, Паола, — предупредил ее Дик, — действуй только наверняка, не то он тебя поймает. Ивэн Грэхем не человек, а рыба.</p>
     <p>— А я уверен, что Паола возьмет верх, — заявил преданный Берт. — Я убежден, что и ныряет она лучше.</p>
     <p>— Напрасно ты так думаешь, — ответил Дик. — Я видел скалу, с которой Ивэн прыгал в Хуахоа. Это было уже после того, как он там жил, и после смерти королевы Номаре. Ему было всего двадцать два года, совсем мальчик, — и он не мог уклониться от этого прыжка с вершины Пау-Ви Рок высотой в сто двадцать восемь футов. К тому же нельзя было прыгать по всем правилам, так как под ним находилось еще два выступа. Верхний выступ и был пределом для самых ловких канаков, а с более высокого места никто из них не прыгал с тех пор, как они себя помнили. Ну что ж, он прыгнул. И поставил новый рекорд. Память об этом рекорде будет жить, пока на Хуахоа останется хоть один канак… Приготовься, Рита! Как только кончится эта минута…</p>
     <p>— А по-моему, стыдно пускаться на хитрость с таким пловцом, — заявила Паола, глядя на гостя, стоявшего на том конце бассейна в ожидании сигнала.</p>
     <p>— Как бы он не поймал тебя раньше, чем ты залезешь в трубу, — сказал Дик и затем с легкой тревогой в голосе обратился к Берту: — Что, там все в порядке?</p>
     <p>Если нет, Паоле придется пережить несколько неприятных секунд, пока она оттуда выберется.</p>
     <p>— Все в порядке, — заверил его Берт. — Я сам все проверил. Труба прекрасно работает и полна воздуха.</p>
     <p>— Готово! — закричала Рита. — Начали!</p>
     <p>Грэхем стремглав бросился к вышке, на которую вбегала Паола. Она была уже наверху, а он еще на нижних ступеньках. Когда он достиг половины лестницы, она пригрозила, что сейчас же прыгнет, и предложила ему не лезть дальше, а выйти на площадку на высоте двадцати футов и бросаться в воду оттуда. Потом рассмеялась, глядя на него сверху, но все еще не прыгая.</p>
     <p>— «Время бежит, драгоценные миги уходят», — продекламировала Эрнестина.</p>
     <p>Когда он полез дальше, Паола опять предложила ему ограничиться нижней площадкой и сделала вид, что намерена прыгнуть. Но Грэхем не терял времени. Он уже поднимался на следующую площадку, а Паола, заняв позицию, не могла больше оглядываться. Он быстро поднялся, надеясь достигнуть следующей площадки раньше, чем она нырнет, а она знала, что ей уже медлить нельзя, и прыгнула, откинув голову, согнув локти, прижав руки к груди, вытянув и сжав ноги, причем тело ее, падая вперед и вниз, приняло горизонтальное положение.</p>
     <p>— Ну прямо Аннета Келлерман! — раздался восторженный возглас Берта Уэйнрайта.</p>
     <p>Грэхем на мгновение остановился, чтобы полюбоваться прыжком Паолы, и увидел, как в нескольких футах от воды она наклонила голову, вытянула руки, затем сомкнула их над головой и, изменив положение тела, погрузилась под обычным углом.</p>
     <p>В ту минуту, когда она скрылась под водой, он взбежал на площадку в тридцать футов и стал ждать. Отсюда он ясно видел ее тело, быстро плывущее под водой прямо к противоположному концу бассейна. Тогда прыгнул и он. Грэхем был уверен, что нагонит Паолу, и его энергичный прыжок вдаль позволил ему погрузиться в воду футов на двадцать впереди того места, куда прыгнула она.</p>
     <p>Но в то мгновение, когда он коснулся воды, Дик опустил в воду два плоских камня и стукнул их друг о друга. По этому сигналу Паола должна была повернуть.</p>
     <p>Грэхем услышал стук и удивился. Он вынырнул на поверхность и поплыл кролем к отдаленному концу бассейна, развивая бешеную скорость. Доплыв, он высунулся из воды и огляделся. Взрыв рукоплесканий с той стороны, где сидели девицы, заставил его взглянуть на другой конец бассейна, где Паола благополучно выходила из воды.</p>
     <p>Он снова обогнул бегом бассейн, и снова она поднялась на вышку. Но теперь он благодаря выносливости и тренированному дыханию опередил ее и заставил нырять с двадцатифутовой площадки. Не задерживаясь ни на секунду, чтобы принять исходное положение и нырнуть ласточкой, она прыгнула и поплыла к западной стороне бассейна. Оба повисли в воздухе почти одновременно. И на поверхности и под водой он чувствовал, что Паола плывет где-то рядом, но она погрузилась в глубокую тень, ибо солнце уже стояло низко и вода была так темна, что в ней трудно было что-нибудь разглядеть.</p>
     <p>Коснувшись стены бассейна, он поднялся. Паолы нигде не было видно. Он вылез, задыхаясь, готовый нырнуть опять, как только она покажется. Но ее и след простыл.</p>
     <p>— Семь минут! — крикнула Рита. — С половиной!.. Восемь!.. С половиной!</p>
     <p>Паола не появлялась на поверхности. Грэхем подавил тревогу, ибо не замечал на лицах зрителей никакого волнения.</p>
     <p>— Я проигрываю, — заявил он Рите в ответ на ее возглас: «Девять минут!» — Паола под водой уже больше двух минут, но вы слишком спокойны, чтоб я стал тревожиться. Впрочем, у меня есть еще минута, может быть, я и не проиграю… — быстро добавил он и на этот раз просто вошел в бассейн.</p>
     <p>Опустившись довольно глубоко, он перевернулся на спину и стал ощупывать руками стены бассейна. И вот на самой середине, футах в десяти от поверхности воды, его руки натолкнулись на отверстие в стене. Он ощупал его края и, убедившись, что оно не закрыто сеткой, смело поплыл в него и тотчас же почувствовал, что можно подняться; но он поднимался медленно и, вынырнув в непроглядном мраке, стал шарить вокруг себя руками, избегая малейшего плеска.</p>
     <p>Вдруг его рука коснулась чьей-то прохладной нежной руки, рука вздрогнула, и ее обладательница испуганно вскрикнула. Он крепко сжал эту руку и рассмеялся; Паола тоже засмеялась. А в его сознании вспыхнули слова: «Услыхав ее смех во мраке, я горячо полюбил ее».</p>
     <p>— Как вы меня испугали, — сказала она. — Вы подплыли так бесшумно, а я была за тысячу миль отсюда и грезила…</p>
     <p>— О чем? — спросил Грэхем.</p>
     <p>— Говоря по правде, мне пришел в голову фасон одного платья — такой мягкий шелковистый бархат винного цвета, строгие прямые линии, золотая кайма, шнур и все такое. И к нему одна-единственная драгоценность — кольцо с огромным кровавым рубином; Дик мне подарил его много лет назад, когда мы плыли на его яхте «Все забудь».</p>
     <p>— Есть что-нибудь на свете, чего бы вы не умели? — спросил он смеясь.</p>
     <p>Она тоже засмеялась, и этот смех родил странные отзвуки в окружающем их гулком и пустом мраке.</p>
     <p>— Кто вам сказал про трубу? — спросила она немного спустя.</p>
     <p>— Никто. Но когда прошло две минуты и вы не показывались, я догадался, что тут какой-то фокус, и стал искать.</p>
     <p>— Это Дик придумал, он уже потом вмонтировал трубу в бассейн. Он так любит всякие проделки. Ему страшно нравилось доводить старых дам до истерики: отправится с их сыновьями или внуками купаться — и спрячется с ними здесь. Но после того как одна или две чуть не умерли от испуга, он решил, поручая это дело мне, выбирать для надувательства более крепких людей, ну вот как, например, сегодня вас… С ним случилась еще вот какая история: к нам приехала подруга Эрнестины, мисс Коглан, студентка. Он ухитрился поставить ее у выхода из трубы, а сам прыгнул с вышки и приплыл сюда от того конца трубы. Через несколько минут, когда она была чуть не в обмороке, уверенная, что он утонул, он заговорил с ней в трубу ужасным, замогильным голосом. Тут она в самом деле потеряла сознание.</p>
     <p>— Должно быть, слабонервная девица, — заметил Грэхем, борясь с неудержимым желанием посостязаться с Паолой, чтобы видеть, как она выбивается из сил, стараясь не отстать.</p>
     <p>— Ну, ее особенно винить нельзя, — возразила Паола. — Совсем девочка — восемнадцать лет, не больше, — и, как водится, влюбилась в Дика. Все они так. Ведь знаете, когда Дик разойдется, он становится прямо мальчишкой, и им не верится, что перед ними многоопытный, зрелый, много поработавший пожилой джентльмен. Самое неловкое было то, что, когда бедную девочку привели в чувство, она, не успев еще опомниться, сразу выдала тайну своего сердца. У Дика сделалось такое лицо, когда она пролепетала…</p>
     <p>— Вы что там, ночевать собираетесь? — раздался в трубу голос Берта, причем казалось, что он кричит в мегафон.</p>
     <p>— Господи! — воскликнул Грэхем, успокаиваясь и выпуская руку Паолы, которую он в первую минуту невольно схватил. — Теперь и я испугался. Ваша девочка отомщена: досталось и мне от вашей трубы.</p>
     <p>— А нам пора вернуться в мир, — заметила Паола. — Нельзя сказать, что это самое уютное местечко для болтовни. Кому отправляться первым? Мне?</p>
     <p>— Разумеется, а я поплыву за вами: очень жаль, что вода не фосфоресцирует. Тогда я мог бы следовать за вашей ступней, как тот малый, — помните, у Байрона?</p>
     <p>Он услышал в темноте ее одобрительный смешок и затем слова:</p>
     <p>— Ну, я поплыла.</p>
     <p>Хотя вокруг не было ни малейшего проблеска света, Грэхем догадался по легкому плеску, что Паола нырнула головой вниз, он почти видел внутренним взором, как красиво она это сделала, хотя обычно плавающие женщины очень неграциозны.</p>
     <p>— Кто-нибудь вам проболтался, — заявил Берт, как только Грэхем появился на поверхности и вылез из бассейна.</p>
     <p>— А вы тот разбойник, который стучал камнями под водой? — упрекнул его, в свою очередь, Грэхем. — Если бы я проиграл, я опротестовал бы пари. Это была нечистая игра, заговор, и эксперты, наверное, признали бы ее шулерством. Я мог бы предъявить иск…</p>
     <p>— Но ведь вы же выиграли! — воскликнула Эрнестина.</p>
     <p>— Бесспорно, и потому я не подам в суд ни на вас, ни на вашу банду жуликов, если вы расплатитесь немедленно. Постойте, вы должны мне ящик сигар…</p>
     <p>— Одну сигару, сэр!</p>
     <p>— Нет, ящик! Ящик!</p>
     <p>— В пятнашки! Давайте играть в пятнашки! — крикнула Паола. — В пятнашки! Я вас запятнала!</p>
     <p>Немедленно перейдя от слов к делу, она хлопнула Грэхема по плечу и нырнула в воду. Не успел он кинуться за ней, как Берт обхватил его и стал вертеть, был запятнан сам и запятнал Дика, не дав ему удрать. Дик погнался через весь бассейн за женой, Берт и Грэхем пытались плыть ему наперерез, а девушки взбежали на вышку и выстроились там пленительным отрядом.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Доналд Уэйр, весьма посредственный пловец, не принимал участия в этом состязании, но зато после обеда он, к досаде Грэхема, завладел хозяйкой и не отпускал ее от рояля. Как это бывало обычно в Большом доме, нежданно нагрянули новые гости: адвокат Адольф Вейл, которому надо было переговорить с Диком об одном крупном иске относительно прав на воду; Джереми Брэкстон, только что приехавший из Мексики старший директор принадлежащих Дику золотых рудников «Группа Харвест», которые, как уверял Брэкстон, были по-прежнему неистощимы; Эдвин О'Хей — рыжеволосый ирландец, музыкальный и театральный критик, и Чонси Бишоп — издатель и владелец газеты «Новости Сан-Франциско», университетский товарищ Дика, как знал потом Грэхем.</p>
     <p>Дик засадил часть гостей за игру в карты, которую он называл «Роковой пятеркой»; игроками овладел страшный азарт, хотя их высший проигрыш был не выше десяти центов, а банкомет мог в крайнем случае за десять минут проиграть или выиграть девяносто центов. Играли за большим столом в дальнем конце комнаты, и оттуда то и дело доносились шумные возгласы: одни просили одолжить им мелких денег, другие — разменять крупные.</p>
     <p>В игре участвовало девять человек, и за столом было тесно, поэтому Грэхем не столько играл сам, сколько ставил на карты Эрнестины, все время поглядывая в другой конец длинной комнаты, где Паола Форрест и скрипач занялись сонатами Бетховена и балетами Делиба. Брэкстон просил повысить максимальный выигрыш до двадцати центов, а Дик, которому отчаянно не везло, — он уверял, что ухитрился проиграть целых четыре доллара шестьдесят центов, — жалобно молил кого-нибудь сорвать банк, чтобы было чем заплатить завтра утром за освещение и уборку комнаты. Грэхем, проиграв с глубоким вздохом свою последнюю мелочь, заявил Эрнестине, что пройдется по комнате «для перемены счастья».</p>
     <p>— Я же вам предсказывала… — вполголоса заметила Эрнестина.</p>
     <p>— Что? — спросил он.</p>
     <p>Она бросила многозначительный взгляд в сторону Паолы.</p>
     <p>— В таком случае я тем более пойду туда, — ответил он.</p>
     <p>— Не можете отказаться от вызова? — подтрунила она.</p>
     <p>— Если бы это был вызов, я бы не посмел принять его.</p>
     <p>— В таком случае считайте это вызовом! — заявила она.</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Я еще раньше решил пойти туда и столкнуть его с беговой дорожки. Ваш вызов уже не может удержать меня. Кроме того, мистер О'Хэй ждет вашей ставки.</p>
     <p>Эрнестина спешно поставила десять центов и даже не заметила, проиграла она или выиграла, с таким волнением следила она за Грэхемом, когда он шел в другой конец комнаты, хотя отлично видела, что Берт Уэйнрайт перехватил ее взгляд и, в свою очередь, следит за ней. Однако ни она, ни Берт, да и никто из играющих не заметил, что и от Дика, который, весело блестя глазами, нес всякий вздор и вызывал непрерывный смех гостей, не укрылась ни одна деталь этой сцены.</p>
     <p>Эрнестина, чуть выше ростом, чем Паола, но обещавшая в будущем располнеть, была цветущей светлой блондинкой с тонкой кожей, окрашенной нежным румянцем, какой бывает только у восемнадцатилетних девушек. Бледно-розовая кожа на пальцах, ладонях, запястьях, на шее и щеках казалась прозрачной. И Дик не мог не заметить, что, когда девушка смотрела на пробиравшегося в конец комнаты Грэхема, она вдруг залилась жарким румянцем. Дик заметил, что в ней словно вспыхнула какая-то мечта, но какая именно, он догадаться не мог.</p>
     <p>А Эрнестина, глядя на то, как этот высокий, стройный человек с гордо откинутой головой и небрежно зачесанными, выжженными солнцем золотисто-песочными волосами идет по комнате, как ей казалось, поступью принца, — впервые почувствовала нестерпимое до боли желание ласкать шелковистые пряди его волос.</p>
     <p>Но и Паола, спорившая со скрипачом и упорно возражавшая против недавно появившейся в печати оценки Гарольда Бауэра, не спускала глаз с идущего к ней Грэхема. Она тоже с радостью отметила особое изящество его движений, гордую посадку головы, волнистые волосы, нежный бронзовый загар щек, великолепный лоб и удлиненные серые глаза, чуть прикрытые веками и по-мальчишески сердитые, причем это выражение тут же растаяло, когда он, улыбаясь, приветствовал ее. С тех пор как они встретились, она не раз замечала эту улыбку: в ней было какое-то неотразимое очарование, — дружеская, приветливая, она отражалась особым блеском в о глазах, а в уголках рта появлялись веселые добрые морщинки. На эту улыбку нельзя было не ответить, и Паола молча улыбнулась ему, продолжая излагать Уэйру свои возражения против слишком снисходительной рецензии О'Хэя на музыку Бауэра. Затем, исполняя, по-видимому, просьбу Уэйра, она заиграла венгерские танцы, снова вызвав восхищение Грэхема, усевшегося с папиросой в амбразуре окна.</p>
     <p>Он дивился ее многоликости, восхищался этими тонкими пальчиками, которые то укрощали Франта, то рассекали подводные глубины, то летели по воздуху, как лебеди, с сорокаметровой высоты, смыкаясь уже у самой водной поверхности над головой купальщицы, чтобы защитить ее от удара о воду.</p>
     <p>Из приличия он только несколько минут посидел около Паолы, затем возвратился к гостям и вызвал их шумный восторг, непрерывно проигрывая пятаки счастливому и гордому директору из Мексики, превосходно при этом имитируя жадность и отчаяние скряги-еврея.</p>
     <p>Позднее, когда игра кончилась, Берт и Льют испортили Паоле адажио из «Патетической сонаты» Бетховена, иллюстрируя его каким-то гротескным фокстротом, который Дик тут же назвал «Любовь на буксире», и довели Паолу до того, что и она наконец расхохоталась и бросила играть.</p>
     <p>Составились новые группы, Вейл, Рита, Бишоп и Дик засели за бридж. Доналду Уэйру пришлось уступить свою монополию на Паолу молодежи, явившейся к ней под предводительством Джереми Брэкстона. Грэхем и О'Хэй уселись в оконной нише и затеяли разговор о критике.</p>
     <p>Молодежь хором спела гавайские песни под аккомпанемент Паолы, потом стала петь Паола, под собственный аккомпанемент. Она исполнила несколько немецких романсов. Пела она, видимо, только для окружавшей ее молодежи, а не для всего общества, и Грэхем почти с радостью решил, что, кажется, наконец-то отыскал в ней несовершенство: пусть она замечательная пианистка, прекрасная наездница, отлично ныряет и плавает, но, невзирая на свою лебединую шею, она не бог весть какая певица. Однако ему скоро пришлось изменить свое мнение. Она все-таки оказалась певицей, настоящей певицей. Правда, в голосе у нее не было мощи и блеска, но он был нежен и гибок, с тем же теплым трепетом, который пленял и в ее смехе. И если ему не хватало силы, то это искупалось точностью звука, выразительностью и пониманием, художественным мастерством.</p>
     <p>Да, голос небольшой. А вот прелестью тембра он захватывает, тут ничего не скажешь. Это был голос настоящей женщины, он звучал всей полнотой страсти, всем зноем пылкого темперамента, хотя и укрощенного непреклонной волей. Восхитило его также умение певицы, хорошо понимающей особенности своего голоса, искусно пользоваться им, не напрягая его, — тут она выказала настоящее мастерство.</p>
     <p>И в то время как Грэхем рассеянно кивал О'Хэю, читавшему целую лекцию о состоянии современной оперы, он спрашивал себя: владеет ли Паола и в сфере более глубоких чувств и страстей своим темпераментом с таким же совершенством, как в искусстве? Этот вопрос занимал его «из любопытства», как он твердил себе, — но здесь говорило не одно любопытство: в Грэхеме было затронуто нечто большее, чем любопытство, нечто более стихийное, заложенное с незапамятных времен в существе мужчины.</p>
     <p>Внезапное желание получить ответ на свой вопрос заставило его задуматься и окинуть взглядом эту длинную комнату с высоким потолком из огромных балок, висячую галерею, украшенную трофеями, собранными со всех концов света, и наконец самого Дика Форреста — хозяина всех этих материальных благ, мужа этой женщины, который сейчас играл так же, как он работал, — от всего сердца, и весело смеялся над Ритой, пойманной в плутовстве: она не сдала карту в масть, — ведь Грэхем никогда не закрывал глаза на суровую правду. А за всеми этими вопросами и абстрактными рассуждениями стояла живая женщина — Паола Форрест, блестящая, прелестная, необыкновенная, воплощение подлинной женственности. С той минуты, когда он увидел Паолу впервые и был поражен образом всадницы на тонущем жеребце, она словно заворожила его мужское воображение. Ведь он меньше всего был новичком в отношении женщин и обычно держал себя, как человек, утомленный их убогим однообразием. Встретить незаурядную женщину было все равно, что найти великолепную жемчужину в лагуне, опустошенной многими поколениями искателей жемчуга.</p>
     <p>— Рада видеть, что вы еще живы, — засмеялась Паола, через некоторое время обратившись к нему.</p>
     <p>Она и Льют уходили спать. Между тем составился новый бридж: Эрнестина, Берт, Джереми Брэкстон и Грэхем, а О'Хэй и Бишоп уже склонились над шашками.</p>
     <p>— Наш ирландец в самом деле очарователен, только ему нельзя садиться на своего конька, — продолжала Паола.</p>
     <p>— А конек, видимо, музыка? — спросил Грэхем.</p>
     <p>— Когда дело касается музыки, он становится несносным, — заметила Льют. — Это единственное, в чем он действительно ничего не понимает. Он может прямо с ума свести…</p>
     <p>— Успокойся, — засмеялась Паола грудным смехом, — вы все будете отомщены. Дик сейчас шепнул мне, чтобы я на завтрашний вечер позвала философов. А вы знаете, как они любят поговорить о музыке! Музыкальный критик — это их законная добыча.</p>
     <p>— Терренс сказал как-то, что на эту дичь охота разрешена в любое время года, — добавила Льют.</p>
     <p>— Терренс и Аарон доведут его до того, что он запьет, — смеясь, продолжала Паола, — не говоря уже о Дар-Хиале с его цинической теорией искусства, которую он, конечно, в опровержение всего, что будет сказано, ухитрится применить к музыке. Сам-то он не верит ни на грош в свою циническую теорию и относится к ней так же несерьезно, как — помните? — к своему танцу. Просто это его манера веселиться. Он такой глубокомысленный философ, что надо же ему когда-нибудь и пошутить.</p>
     <p>— Но если О'Хэй опять сцепится с Терренсом, — зловещим тоном провозгласила Льют, — я уже заранее вижу, как Терренс берет его под руку, спускается с ним в бильярдную и там подкрепляет свои аргументы самой невообразимой смесью напитков.</p>
     <p>— В результате чего О'Хэй будет на другой день совсем болен, — подхватила, посмеиваясь, Паола.</p>
     <p>— Я ему непременно скажу, чтобы он так и сделал! — воскликнула Льют.</p>
     <p>— Вы не думайте, мы вовсе не такие дурные, — обратилась Паола к Грэхему. — Просто у нас в доме уж такой дух. Дику шалости нравятся, он сам постоянно придумывает всякие шутки. Это его способ отдыхать. Именно он шепнул Льют насчет того, чтобы Терренс потащил О'Хэя в бар, я уверена.</p>
     <p>— Что ж, я скрывать не буду, — ответила Льют глубокомысленно. — Да, идея принадлежит не мне одной.</p>
     <p>В эту минуту к ним подошла Эрнестина и сказала Грэхему:</p>
     <p>— Мы все ждем вас. Карты уже сняли, вы мой партнер. Да и Паола собирается спать. Пожелайте ей спокойной ночи, и пусть уходит.</p>
     <p>Паола удалилась в десять часов. Бридж кончился в час. Дик, по-братски обняв Эрнестину, дошел с Грэхемом до поворота в его сторожевую башню и, пожелав ему спокойной ночи, решил проводить свою юную сестренку.</p>
     <p>— Минутку, Эрнестина, — сказал он при прощании, открыто и ласково глядя на нее смеющимися серыми глазами; но голос его звучал серьезно и предостерегающе.</p>
     <p>— Ну, что я еще натворила? — шутливо проворчала она.</p>
     <p>— Ничего… пока. Но лучшей не начинай, иначе твое сердечко будет разбито. Ведь ты еще девочка — что такое восемнадцать лет!.. Милая, прелестная девочка, на которую всякий мужчина обратит внимание. Но Ивэн Грэхем — не «всякий».</p>
     <p>— О, пожалуйста… Нечего меня опекать, я не маленькая! — вспыхнув, возразила она.</p>
     <p>— А все-таки выслушай меня. В жизни каждой молодой девушки наступает такое время, когда пчела любви начинает очень громко жужжать в ее хорошенькой головке. Тут-то и нужно удержаться от ошибки и не полюбить кого не следует. Пока ты в Ивэна Грэхема еще не влюблена, твоя единственная задача — не влюбиться и в дальнейшем. Он тебе не пара, да и вообще не пара молоденькой девушке. Грэхем уже не юноша, он много пережил и, конечно, давно и думать забыл о романтической любви и о юных птенчиках, — тебе и за десять жизней не узнать того, что для него уже давно не новость. И если он опять когда-нибудь женится…</p>
     <p>— Опять? — прервала его Эрнестина.</p>
     <p>— Он, милая, больше пятнадцати лет как овдовел.</p>
     <p>— Ну так что же? — задорно спросила она.</p>
     <p>— А то, — спокойно продолжал Дик, — что он уже пережил свой юношеский роман, и какой волшебный роман!.. И раз он за эти пятнадцать лет не женился вторично, значит…</p>
     <p>— Он не может забыть своей утраты? — снова прервала его Эрнестина. — Но это еще не доказывает…</p>
     <p>— Значит, он пережил юношеский период увлечений, — настойчиво продолжал Дик. — Вглядись в него попристальнее, и ты поймешь, что у него, конечно, не было недостатка в подходящих случаях и что, наверное, не раз по-настоящему обаятельные, умные и опытные женщины пытались вскружить ему голову и сломить его упорство. Но до сих пор ни одна не поймала его. Что же касается молоденьких девушек, то ты сама знаешь: за таким человеком они гоняются целыми стаями. Обдумай все это и побереги себя. Если ты не дашь своему сердцу воспламениться, ты спасешь его в будущем от ощущений мучительного холода.</p>
     <p>Он взял ее руку, обнял за плечи и ласково привлек к себе.</p>
     <p>Наступило молчание; Дик старался угадать, о чем думает Эрнестина.</p>
     <p>— Знаешь, мы искушенные, многоопытные старцы… — начал он шутливым и виноватым тоном.</p>
     <p>Но она резко передернула плечами и воскликнула:</p>
     <p>— Только такие и стоят внимания! Молодые люди, наши сверстники, — просто мальчишки и ничуть не интересны. Они вроде жеребят: только бы им скакать, шуметь, веселиться. В них нет ни капли серьезности, среди них не встретишь сложных натур… они… в них девушки не чувствуют ни умудренности, ни силы… — словом, настоящей мужественности.</p>
     <p>— Это-то я понимаю, — пробормотал Дик. — Но не забудь, пожалуйста, взглянуть на дело и с другой стороны: ведь и вы, пылкие молодые создания, должны производить на мужчин нашего возраста такое же впечатление. Они видят в таких, как вы, игрушку, развлечение, прелестного мотылька, с которым можно мило резвиться, но не подругу, не равную себе, с кем можно делить и радость и горе. Жизнь надо узнать. И зрелые женщины ее узнали… некоторые, во всяком случае. Но такой птенец, как ты, Эрнестина, — что ты успела узнать?</p>
     <p>— Слушай, — вдруг остановила она Дика нетерпеливо, почти мрачно, — расскажи мне про этот его странный юношеский роман, — тогда, пятнадцать лет назад.</p>
     <p>— Пятнадцать? — быстро ответил Дик, что-то соображая. — Нет, не пятнадцать, — восемнадцать. Поженились они за три года до ее смерти. Они были обвенчаны английским пастором и стали уже супругами, когда ты, плача, еще только вступила в этот мир. Вот и считай…</p>
     <p>— Да, да… ну, а потом? — нервно торопила она его. — Какая она была?</p>
     <p>— Ослепительная красавица, золотисто-смуглая, или матово-золотая, полинезийская королева смешанной крови. Ее мать царствовала до нее, а отец был английский джентльмен и настоящий ученый, получивший образование в Оксфорде. Звали ее Номаре; она была королевой острова Хуахоа, дикарка. А Грэхем был настолько молод, что ему ничего не стоило обратиться в такого же дикаря, как и она, если не в большего. Но в их браке не было ничего низменного: Ведь Грэхем не какой-нибудь голодранец, авантюрист. Она принесла ему в приданое свой остров и сорок тысяч подданных. А он принес ей свое весьма значительное состояние и построил дворец, какого никогда не было и не будет на островах Южных морей. Настоящая туземная постройка из цельных, слегка обтесанных стволов, связанных канатами из кокосового волокна, с травяной кровлей и всем прочим в том же роде. Казалось, будто дворец вырос, как деревья, из той же земли, что он пустил в нее корни, то он неотделимая часть этого острова, хотя его и создал архитектор Хопкинс, которого Грэхем выписал из Нью-Йорка.</p>
     <p>А как они жили! У них была собственная королевская яхта, дача в горах, плавучая дача — тоже целый дворец. Я был в нем. Там устраивались роскошные пиры… впрочем, уже позднее. Номаре умерла, Грэхем исчез неведомо куда, и островком правил родственник Номаре по боковой линии.</p>
     <p>Я говорил тебе, что Грэхем сделался еще большим дикарем, чем она. Они ели на золоте… Да разве все перескажешь! Он был тогда совсем мальчик. Она — тоже дитя, наполовину англичанка, наполовину полинезийка — и настоящая королева. Два прекрасных цветка двух народов, двое чудесных детей из волшебной сказки… И… видишь ли, Эрнестина, годы-то ведь прошли, и для Ивэна Грэхема царство молодости давно осталось позади… Чтобы теперь покорить его, нужна совершенно особенная женщина. Кроме того, он, в сущности, разорен, хотя и не промотал свое состояние. Такая уж у него несчастная судьба.</p>
     <p>— Паола больше в его духе, — задумчиво проговорила Эрнестина.</p>
     <p>— Да, конечно, — согласился Дик. — Паола или другая женщина вроде нее для него в тысячу раз привлекательнее, чем все прелестные молодые девушки, вместе взятые. У нас, старшего поколения, знаешь ли, свои идеалы.</p>
     <p>— А мне что ж, прикажешь довольствоваться юнцами? — вздохнула Эрнестина.</p>
     <p>— Пока да, — усмехнулся он. — Но не забывай, что и ты со временем вырастешь и можешь стать замечательной зрелой женщиной, способной победить в любовном состязании даже такого человека, как Ивэн.</p>
     <p>— Но ведь я тогда давно буду замужем, — огорченно протянула она.</p>
     <p>— И это будет для тебя очень хорошо, дорогая. А теперь — спокойной ночи. И не сердись на меня. Ладно?</p>
     <p>Она улыбнулась жалкой улыбкой, покачала головой, протянула ему губы для поцелуя. На прощанье она сказала:</p>
     <p>— Я не буду сердиться, но при условии, чтобы ты показал мне дорогу, по которой я когда-нибудь смогу добраться до сердца таких стариков, как ты и Грэхем.</p>
     <p>Дик, гася на пути электричество, направился в библиотеку и, отбирая справочники по механике и физике, улыбнулся довольной улыбкой, вспоминая свой разговор со свояченицей. Он был уверен, что предупредил ее относительно Грэхема как раз вовремя. Но, поднимаясь по скрытой за книгами потайной лестнице в свой рабочий кабинет, он вдруг вспомнил одно замечание Эрнестины и сразу остановился, прислонившись плечом к стене. «Паола больше в его духе…»</p>
     <p>— Осел! — рассмеялся он вслух и пошел дальше. — А еще двенадцать лет женат!</p>
     <p>Он не вспоминал о словах Эрнестины до той минуты, пока не лег в постель и, прежде чем заняться интересовавшим его вопросом о практическом применении электричества, не посмотрел на барометр и термометры. Затем он устремил взгляд на темный флигель по ту сторону двора, чтобы узнать, спит ли Паола, и ему опять вспомнилось восклицание Эрнестины. Он еще раз назвал себя ослом и стал, как обычно, пробегать оглавления отобранных им книг, закладывая нужные страницы спичками.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Десять часов давно пробило, когда Грэхем, скитаясь по дому и гадая о том, бывает ли, что Паола выходит из своего флигеля раньше середины дня, забрел в музыкальную комнату. Хотя он жил у Форрестов уже несколько дней, но дом был так огромен, что сюда Грэхем, оказывается, еще не заглядывал. Это был чудесный зал, тридцать пять на шестьдесят футов, с высоким потолком, между балками которого были вставлены желтые стекла, благодаря чему комната была залита мягким золотистым светом. В окраске стен и мебели было много красных тонов, и всюду, казалось, жили сладостные отзвуки музыки.</p>
     <p>Грэхем рассеянно смотрел на картину Кейта с обычными для этого художника контрастами пронизанного солнцем воздуха и тонущих в сумеречной тени овец, как вдруг уголком глаза заметил, что в дальнюю дверь вошла Паола. И опять при виде нее у него слегка захватило дыхание. Она была вся в белом и казалась совсем юной и даже выше ростом благодаря свободным складам холоку — этой изысканно-простой и как будто бесформенной одежды. Грэхем видел холоку на ее родине, Гавайях, где она придавала прелесть даже некрасивым женщинам, а красивых делала вдвое пленительнее.</p>
     <p>Они улыбнулись друг другу через всю комнату, и он отметил в движениях ее тела, в повороте головы, в отрытом, приветливом взгляде что-то товарищеское, дружелюбное, словно она хотела сказать: «Мы друзья». Так по крайней мере казалось Грэхему, когда она подходила к нему.</p>
     <p>— У этой комнаты есть один недостаток, — серьезно сказал он.</p>
     <p>— Ну что вы! Какой же?</p>
     <p>— Ей следовало быть гораздо длиннее, в два раза длиннее.</p>
     <p>— Почему? — спросила она, недоуменно покачивая головой, а он любовался нежным девическим румянцем ее щек, который никак не вязался с ее тридцатью восемью годами.</p>
     <p>— А потому, — отвечал он, — что вам тогда пришлось бы пройти вдвое больше и я бы мог дольше вами любоваться. Я всегда говорил, что холоку — самая прелестная одежда, когда-либо изобретенная для женщин.</p>
     <p>— Значит, дело не во мне, а в моем холоку, — отозвалась она. — Я вижу, вы совсем как Дик: у вас комплименты всегда на веревочке, — едва мы, бедняжки, им поверим, как вы потянете за веревочку — и нет комплимента. А теперь давайте я покажу вам комнату, — быстро продолжала она, словно желая предупредить его возражения. — Дик ее отдал мне. И здесь все по моему выбору, даже пропорции.</p>
     <p>— А картины?</p>
     <p>— Я их выбрала сама, все до единой, и каждую из них люблю, хотя Дик и спорил со мной относительно Верещагина <a l:href="#n_440" type="note">[440]</a>. Он очень одобрил обоих Милле <a l:href="#n_441" type="note">[441]</a>, вон того Коро, а также Изабе; он допускает, что в музыкальной комнате может висеть какое-нибудь полотно Верещагина, но только не это. Он предпочитает местных художников иностранцам, — хочет, чтобы наших висело больше, чем чужих, и чтобы мы научились ценить своих мастеров.</p>
     <p>— Я недостаточно знаю художников Тихоокеанского побережья, — сказал Грэхем. — Мне хотелось бы услышать о них… Покажите мне… Да, несомненно, там висит Кейт… А кто рядом с ним? Чудесная вещь.</p>
     <p>— Некто Мак-Комас, — отозвалась Паола. Грэхем только что собрался провести полчасика в приятной беседе о живописи, как в комнату вошел Доналд Уэйр; на лице его было написано беспокойство, но при виде маленькой хозяйки глаза радостно заблестели. Держа под мышкой скрипку, он с деловитым видом направился прямо к роялю и начал расставлять ноты.</p>
     <p>— Мы будем до завтрака работать, — обернулась Паола к Грэхему. — Доналд уверяет, что я ужасно отстала, и, думаю, он отчасти прав. Увидимся за завтраком. Если хотите, можете, конечно, здесь остаться, но предупреждаю, что будет настоящая работа. А перед вечером пойдем купаться. Дик назначил встречу возле бассейна в четыре. Он говорит, у него есть новая песня и он непременно ее исполнит… Который час, мистер Уэйр?</p>
     <p>— Без десяти одиннадцать, — ответил скрипач с некоторым раздражением.</p>
     <p>— Вы пришли слишком рано: мы условились на одиннадцать. Поэтому, сударь, вам придется подождать до одиннадцати. Я должна сначала поздороваться с Диком. Я с ним еще не виделась сегодня.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Паола знала точно, как распределено время мужа. Последний листок ее записной книжки, всегда лежавший а ночном столике, был исчерчен какими-то иероглифами, напоминавшими ей о том, что в шесть тридцать он пьет кофе; что если он не поехал верхом, его можно иногда застать до восьми сорока пяти в постели за просмотром книг или корректур; от девяти до десяти к нему нельзя, ибо он диктует письма Блэйку; от десяти до одиннадцати к нему тоже нельзя — он совещается со своими экономами и управляющими, в то время как Бонбрайт, секретарь, с быстротой репортера записывает эти молниеносные интервью.</p>
     <p>В одиннадцать, если не было срочных телеграмм или неотложных дел, она могла застать мужа одного, хотя и тут он всегда был чем-нибудь занят. Проходя мимо конторы, она услышала стук пишущей машинки и поняла, что Дик уже один. В библиотеке она встретила Бонбрайта, искавшего какую-то книгу для Мэнсона, скотовода, ведающего шотхорнами, — это означало, что Дик покончил и с делами по имению.</p>
     <p>Она нажала кнопку, и ряд полок с книгами повернулся перед ней, открыв витую стальную лесенку, которая вела в рабочий кабинет Дика. Наверху, послушные скрытой пружине, полки опять повернулись, и она бесшумно вошла.</p>
     <p>Но тут она услышала голос Джереми Брэкстона, и по ее лицу пробежала тень досады. Еще никого не видя и сама никем не замеченная, Паола в нерешительности становилась.</p>
     <p>— Затопить, так затопить, — говорил директор рудников Харвест. — Конечно, воду можно будет потом выкачать, хотя для этого потребуется целое состояние, да и как-то стыдно затоплять старые рудники.</p>
     <p>— Но ведь отчеты за последний год показали, что мы работаем положительно себе в убыток, — услышала Паола голос Дика. — Нас грабят все: любой головорез из банды Уэрты <a l:href="#n_442" type="note">[442]</a>, любой пеон-конокрад. А тут еще чрезвычайные налоги, бандиты, повстанцы, федералисты.</p>
     <p>Можно было бы уж как-нибудь потерпеть, если бы предвиделся всему этому конец, но у нас нет никаких гарантий, что беспорядки не продлятся еще десять — двадцать лет.</p>
     <p>— И все-таки — подумайте! Топить жалко! — опять возразил управляющий.</p>
     <p>— А вы не забывайте о Вилье, — возразил, в свою очередь, Дик с язвительным смехом, горечь которого не ускользнула от Паолы. — Он ведь заявил, что если победит, то раздаст всю землю пеонам; следующий неизбежный шаг — рудники. Как вы думаете, сколько мы переплатили за минувший год конституционалистам?</p>
     <p>— Свыше ста двадцати тысяч, — быстро ответил Брэкстон, — не считая пятидесяти тысяч золотыми слитками, данных Торенасу перед его отступлением. Он бросил свою армию в Гваимаса да и махнул с добычей в Европу… Я вам обо всем писал…</p>
     <p>— А если мы будем продолжать работы, Джереми, они будут доить нас, доить без конца. Нет, хватит! По-моему, все-таки лучше затопить… Если мы умеем создавать богатства успешнее, чем эти бездельники, то покажем им, что мы умеем так же легко и разрушать их.</p>
     <p>— Это самое я им и говорю. А они только ухмыляются и повторяют, что ввиду крайней необходимости такие-то и такие-то добровольные пожертвования были бы весьма приятны вождям повстанцев — то есть им самим. Их главные вожди, конечно, не возьмут себе ни одного песо. Господи, боже мой! Я им напомнил все, что мы сделали: дали постоянную работу пяти тысячам пеонов; повысили жалованье с десяти до ста десяти сентаво в день. Я показал им пеонов, которые получали, когда мы их наняли, десять сентаво, а теперь они получают пять песо. Куда там! Только улыбаются и заняты одним: как бы выжать добровольное пожертвование на святое дело революции. Ей-богу, старик Диас хоть был и разбойник, но приличный разбойник. Я сказал этому Аррансо: «Если мы свернем работу, пять тысяч мексиканцев окажутся на улице. Куда вы их денете?» Аррансо усмехнулся и говорит: «Куда денем? Что ж, дадим им ружья и поведем их на Мехико».</p>
     <p>Паола ясно представила себе, как Дик презрительно пожимает плечами, отвечая своему собеседнику:</p>
     <p>— Беда в том, что там еще есть золото и мы одни можем его извлечь. У мексиканцев на это мозгов не хватит. Они умеют только палить из ружей, а уж из нас выкачивают все до последнего. Остается одно, Джереми: позабыть примерно на год о всякой прибыли, распустить рабочих, оставив только техников, и выкачивать воду.</p>
     <p>— Я все это старался внушить Аррансо, — пробасил Джереми Брэкстон. — А что он мне ответил? Если-де мы распустим рабочих, они заставят уйти техников — и пусть нашу шахту затопит ко всем чертям. Нет, последнего он, впрочем, не говорил, но так улыбался, что все было ясно. Я бы с удовольствием свернул ему его желтую шею, но ведь я знаю, что на следующий день явится другой и будет требовать еще больше. Так вот, Аррансо получил, что хотел, но в довершение всего он, прежде чем присоединиться к своим повстанцам под Хуаресом, приказал угнать триста наших мулов. Это убыток в тридцать тысяч долларов, и главное — после того, как я его подмазал! Вот желтая каналья!</p>
     <p>— Кто сейчас вождь повстанцев на приисках? — услышала затем Паола вопрос Дика, причем в его тоне была та отрывистость и резкость, которые, как она знала, показывали, что он, собрав воедино все нити какого-нибудь запутанного дела, решил действовать.</p>
     <p>— Рауль Бена.</p>
     <p>— Чин?</p>
     <p>— Полковник. Под его началом около семидесяти человек всяких оборванцев.</p>
     <p>— Чем занимался раньше?</p>
     <p>— Пас овец.</p>
     <p>— Отлично, — продолжал Дик все так же отрывисто и твердо. — Вам придется разыграть роль: изобразите из себя патриота. Возвращайтесь на место как можно скорее. Ублажайте этого Рауля Бена. Вашу игру он раскусит, или он не мексиканец. А вы все-таки его ублажайте и посулите, что сделаете его генералом, вторым Вильей.</p>
     <p>— Господи, ну как, как я это сделаю?</p>
     <p>— Поставьте его во главе армии в пять тысяч человек. Наших людей распустите, — пусть он создаст из них войско волонтеров <a l:href="#n_443" type="note">[443]</a>. Так как у Уэрты дела плохи, то нам ничего не грозит. Заверьте его, что вы истинный патриот. Дайте людям винтовки. Мы раскошелимся в последний раз, и вы докажете ему ваш патриотизм. Обещайте каждому, что он после войны вернется на прежнюю работу. Пусть, с вашего благословения, уходят с этим Раулем. Оставьте людей столько, сколько нужно, чтобы выкачивать воду. И если мы на год или на два откажемся от прибылей, то не потерпим и убытков. А может быть, и затоплять не придется.</p>
     <p>Тихонько возвращаясь по винтовой лестнице в музыкальную комнату, Паола про себя улыбалась: как Дик все это ловко придумал! Она была огорчена не положением дел в компании Харвест, — с тех пор, как она стала женою Дика, в полученных ею от отца рудниках постоянно происходили беспорядки, — она была огорчена тем, что не состоялось их утреннее свидание. Но когда она опять встретилась с Грэхемом, который задержался у рояля и, увидев ее, хотел удалиться, ее дурное настроение рассеялось.</p>
     <p>— Не убегайте, — остановила она его. — Останьтесь и посмотрите, как люди работают; может быть, это вас наконец заставит приняться за вашу книгу, Дик говорил мне о ней.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Во время завтрака на лице Дика не было и следа озабоченности, как будто Брэкстон привез ему весть о том, что рудники «Группа Харвест» неизменно процветают. Вейл уже уехал с утренним поездом — он, видимо, успел обсудить с Диком свое дело в какие-то сверхранние часы, но Грэхем увидел за столом еще более многочисленное общество, чем обычно. Кроме некоей миссис Тюлли, пожилой полной светской дамы в очках, — Грэхему не сказали, кто она, — он увидел трех новых гостей: мистера Гэлхасса — правительственного ветеринара, мистера Дикона — довольно известного на побережье портретиста и Лестера — капитана тихоокеанского парохода, служившего лет двадцать назад шкипером на яхте Дика и обучавшего его искусству навигации.</p>
     <p>Завтрак уже кончался, и Брэкстон начал посматривать на часы, когда Дик, обращаясь к нему, сказал:</p>
     <p>— Джереми, я хочу вам кое-что показать. Мы сейчас же и отправимся. Вы успеете к поезду.</p>
     <p>— Да, да, поедемте и мы всей компанией, — предложила Паола. — Я сама сгораю от любопытства, потому что Дик держал это в секрете.</p>
     <p>Дик кивнул, и она распорядилась, чтобы поскорее подали автомобили и седлали лошадей.</p>
     <p>— Что это такое? — спросил Грэхем, когда она отдала все нужные распоряжения.</p>
     <p>— Ах, один из коньков Дика. Он ведь всегда чем-нибудь увлекается. Одно изобретение. Он клянется, что оно вызовет целую революцию в земледелии, особенно в мелких хозяйствах. Я знаю, в чем основная идея, однако еще не видела ее осуществленной. Все было готово уже неделю назад, задержка произошла из-за какого-то троса или чего-то в этом роде.</p>
     <p>— Мое изобретение может дать биллионы, если дело пойдет на лад, — улыбнулся Дик, сидевший по другую сторону стола. — Биллионы для фермеров всего мира и кое-какой процент для меня… если, повторяю, дело наладится.</p>
     <p>— Но что же это? — спросил О'Хэй. — Музыка в коровьих хлевах, чтобы коровы охотнее давали молоко?</p>
     <p>— Каждому фермеру останется только спокойно посиживать на своем крылечке, — пояснил Дик. — Добывание сельскохозяйственных продуктов будет требовать не больше труда, чем лабораторное изготовление пищи. Впрочем, подождите — сами увидите. Если дело удастся, вся моя работа по коневодству полетит к чертям, ибо это изобретение заменит работу одной лошади в любом десятиакровом хозяйстве.</p>
     <p>Вся компания, кто в машине, кто верхом, отъехала на милю от Большого дома и остановилась возле огороженного поля, в котором, по словам Дика, было ровно десять акров.</p>
     <p>— Вот эта ферма, — сказал Дик, — здесь только один человек, он сидит на своем крыльце, и у него нет лошади. Пожалуйста, представьте себе и его и крыльцо.</p>
     <p>Посреди поля возвышалась массивная стальная мачта футов двадцать в вышину, укрепленная оттяжками над самой землей. От барабана на верхушке шеста к самому краю поля тянулся тонкий трос, прикрепленный к рулевому механизму маленького бензинового трактора. Возле трактора суетились два механика. По знаку Форреста они включили мотор.</p>
     <p>— Вот здесь крылечко, — сказал Дик. — Представьте себе, что мы — тот будущий фермер, который сидит в тени и читает газету, а плуг работает себе и работает и не нуждается ни в лошади, ни в человеке.</p>
     <p>Барабан сам, без управления, начал накручивать кабель; машина, описывая окружность, или, вернее, спираль, радиусом которой являлась длина троса, соединявшего ее с барабаном на стальной мачте, пошла, оставляя за собой глубокую борозду.</p>
     <p>— Как видите, не нужно ничего — ни лошади, ни кучера, ни пахаря: просто фермер заводит трактор и пускает его в ход, — снова начал Дик, в то время как машина продолжала перевертывать пласты коричневой земли, описывая все меньшие окружности. — Можно пахать, боронить, сеять, удобрять, жать, сидя на пороге своего дома. А там, где ток будет давать электростанция, фермеру или его жене останется только нажать кнопку, и он может вернуться к своей газете, а она к своим пирогам.</p>
     <p>— Вам надо теперь сделать окно, чтобы его окончательно усовершенствовать, — сказал Грэхем, — это превратит окружность, которую он описывает, в квадрат.</p>
     <p>— Да, — согласился Гэлхасс, — при такой системе часть земли на квадратном поле пропадает.</p>
     <p>Грэхем, видимо, производил в уме какие-то вычисления, потом сказал:</p>
     <p>— Теряется примерно три акра на каждые десять.</p>
     <p>— Не меньше, — согласился Дик. — Но ведь у фермера должно же быть где-нибудь на этих десяти акрах его крылечко — то есть дом, сарай, птичник и все хозяйственные постройки. Так вот, чем действовать по старинке, ставить все это непременно где-нибудь посередине своих десяти акров, пусть разместит постройки на оставшихся трех акрах. Пусть сажает по краям поля плодовые деревья и ягодные кусты. Если подумать, то старый обычай ставить свой дом посреди поля имеет большие минусы: пахать приходится на площади, представляющей собой ряд неправильных прямоугольников.</p>
     <p>Мистер Гэлхасс усердно закивал:</p>
     <p>— Бесспорно. Да считайте дорогу от дома до шоссе. А если еще есть и проезжая дорога — тоже часть земли пропадает… Все это дробит поле на ряд небольших прямоугольников и очень невыгодно.</p>
     <p>— Вот если бы навигация могла быть такой же автоматической, — заметил капитан Лестер.</p>
     <p>— Или писание портретов, — засмеялась Рита Уэйнрайт, бросив на Дикона лукавый взгляд.</p>
     <p>— Или музыкальная критика, — добавила Льют, ни на кого не глядя.</p>
     <p>А О'Хэй тут же добавил:</p>
     <p>— Или искусство быть очаровательной женщиной.</p>
     <p>— Сколько стоит сделать такую машину? — спросил Джереми Брэкстон.</p>
     <p>— Сейчас она нам обходится — и с выгодой для нас — в пятьсот долларов. А если бы она вошла в употребление и началось ее серийное производство, то можно считать — триста. Но допустим даже, что пятьсот. При пятнадцати процентах погашения она обходилась бы фермеру семьдесят долларов в год. А какой же фермер, имея десять акров двухсотдолларовой земли, может на семьдесят долларов в год содержать лошадь? Кроме того, трактор сберегает ему труд, свой или наемный; даже по самой нищенской оплате это все-таки дает двести долларов в год.</p>
     <p>— Но что же направляет его? — спросила Рита.</p>
     <p>— А вот этот самый барабан на мачте. Механизм барабана рассчитан на все изменения радиуса. Представляете себе, какие тут понадобились сложные вычисления? Он вращается вокруг своей оси, трос накручивается на барабан и подтягивает трактор к центру.</p>
     <p>— Даже мелкие фермеры приводят множество возражений против того, чтобы был введен такой плуг, — сказал Гэлхасс.</p>
     <p>Дик кивнул.</p>
     <p>— Я записал до сорока таких возражений и распределил их по рубрикам. Столько же высказано по адресу самой машины. Если это даже и удачное изобретение, то понадобится еще долгое время, чтобы усовершенствовать его и ввести в общее употребление.</p>
     <p>Внимание Грэхема раздваивалось: он то смотрел на работающий трактор, то украдкой поглядывал на Паолу, которая вместе со своей лошадью являла собой прелестную картину. Она впервые села на Лань, которую для нее объездил Хеннесси. Грэхем улыбался, втайне одобряя тонкость ее женского чутья: заранее ли Паола приготовила себе костюм, подходивший именно для этой лошади, или, она надела просто наиболее соответствующий из имевшихся под рукой, но результат получился блестящий.</p>
     <p>День стоял жаркий, и на ней вместо обычной амазонки была рыжевато-красная блуза с белым отложным воротничком. Короткая, удобная для верховой езды юбка доходила до колен, от колен же до маленьких светлых сапожков со шпорами ноги ее были обтянуты рейтузами. Юбка и рейтузы были из золотисто-рыжего бархата. Мягкие белые перчатки спорили с белизной воротничка. Паола была без шляпы, волосы зачесаны на уши и собраны на затылке в пышный узел.</p>
     <p>— Я не понимаю, как вы ухитряетесь сохранять белизну кожи при таком палящем солнце, — отважился заметить Грэхем.</p>
     <p>— А я и не подставляю ее солнцу, — улыбнулась Паола, блеснув зубами. — Только несколько раз в году. Мне очень нравится, когда волосы слегка выгорают, они становятся золотыми, но сильного загара я опасаюсь.</p>
     <p>Лошадь зашалила; легким порывом ветра отнесло в сторону юбку Паолы, и открылось круглое колено, туго обтянутое узкими рейтузами. Глядя на это колено, которое крепко прижалось к новому английскому седлу из светлой свиной кожи, под цвет лошади и костюма всадницы, Грэхем опять увидел в своем воображении, как белое круглое колено прижимается к шелковистому боку тонущего Горца.</p>
     <p>Когда магнето трактора стало работать с перебоями и механики опять засуетились посреди полувспаханного поля, вся компания, оставив Дика с его изобретением, решила по пути к бассейну осмотреть под предводительством Паолы скотные дворы. Креллин, свиновод, продемонстрировал им Леди Айлтон и ее одиннадцать невообразимо жирных поросят, вызвавших горячие похвалы, причем сам он с умилением повторял: «И ведь все как один! Все!»</p>
     <p>После этого они осмотрели еще множество великолепных свиноматок самых лучших пород — беркширов и дюрок-джерсеев, пока у них в глазах не зарябило, а также новорожденных козлят и толстеньких ярок. Паола заранее предупредила скотоводов по телефону. Мистер Мэнсо наконец мог похвастаться знаменитым быком Королем Поло; гости полюбовались также его короткорогим, широкобоким гаремом и гаремами других быков, лишь в немногом уступавших Королю Поло. Паркмен и его помощники, ведавшие джерсейским скотом, показали Дракона, Золотого Джолли, Версаля, Оксфордца — все это были основатели и потомки премированных родов, — а также их подруг: Королеву роз, Матрону, Подругу Джолли, Гордость Ольги и Герти из Мейтлендса. Затем коневод повел их смотреть табун великолепных жеребцов во главе с Горцем и множество кобыл во главе с Принцессой Фозрингтонской, которая особенно выделялась своим серебристым ржанием. Была выведена даже старушка Бесси — ее мать, — которую брали теперь только для легких работ, — чтобы гости могли оценить столь знатную особу, как Принцесса.</p>
     <p>Около четырех часов Доналд Уэйр, не интересовавшийся купанием, вернулся с одной из машин в усадьбу, а Гэлхасс остался с Менденхоллом — потолковать о различных породах лошадей. Дик ждал всех у бассейна, и девицы немедленно потребовали, чтобы он исполнил новую песню.</p>
     <p>— Это не совсем новая песнь, — пояснил Дик, и его серые глаза лукаво блеснули, — и уж никак не моя. Ее пели в Японии, когда меня еще не было на свете, и, бесспорно, задолго до открытия Америки. Это дуэт, а кроме того, игра в фанты. Паоле придется петь со мной. Я сейчас вас всех научу. Ты садись здесь, вот так. А вы все образуйте круг и тоже садитесь.</p>
     <p>Паола, как была, в своем костюме для верховой езды, села против Дика, в центре круга. По его указанию она, подражая его движениям, сперва хлопнула себя ладонями по коленям, потом ладонь о ладонь, потом ладонями о его ладони, как в детской игре. Тогда он запел песню, очень коротенькую, и Паола тотчас подхватила и продолжала петь с ним вместе, хлопая в такт в ладоши. Мотив песни звучал по-восточному — тягучий и монотонный, но что-то было в нем зажигательное, невольно увлекавшее слушателей:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Чонг-Кина, Чонг-Кина,</v>
       <v>Чонг-Чонг, Кина-Кина,</v>
       <v>Йо-ко-гам-а, Наг-а-сак-и,</v>
       <v>Ко-бе-мар-о — Хой!!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Последний слог — «Хой» — Форрест выкрикивал внезапно на целую октаву выше, и одновременно с этим восклицанием Паола и Дик должны были выбросить друг другу навстречу руки, сжатые в кулак или раскрытые. Суть игры заключалась в том, чтобы руки Паолы мгновенно повторяли жест Дика; в первый раз это ей удалось, и руки обоих оказались сжатыми в кулак; Дик снял шляпу и бросил ее на колени к Льют.</p>
     <p>— Мой фант, — объяснил он. — Давай, Поли, попробуем еще раз.</p>
     <p>И опять они запели, хлопая в ладоши:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Чонг-Кина, Чонг-Кина,</v>
       <v>Чонг-Чонг, Кина-Кина,</v>
       <v>Йо-ко-гам-а, Наг-а-сак-и,</v>
       <v>Ко-бе-мар-о — Хой!!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>На этот раз, однако, при восклицании «Хой» ее руки оказались сжатыми в кулак, а его — раскрытыми.</p>
     <p>— Фант! Фант! — закричали девицы.</p>
     <p>Паола смущенно окинула взглядом свой костюм.</p>
     <p>— Что же мне дать?</p>
     <p>— Шпильку, — посоветовал Дик; и на колени к Льют полетела черепаховая шпилька.</p>
     <p>— Вот досада! — воскликнула Паола, проиграв седьмой раз и бросая Льют последнюю шпильку. — Не понимаю, почему я такая неловкая и глупая. А ты, Дик, слишком уж хитер. Я никак не могу угадать, что ты хочешь сделать.</p>
     <p>И опять они запели. Она снова проиграла и в ответ на укоризненный возглас миссис Тюлли: «Паола!» — отдала одну шпору и обещала снять сапог, если проиграет вторую. Дик проиграл три раза подряд и отдал свои часы и шпоры. Затем и Паола проиграла свои часы и вторую шпору.</p>
     <p>— Чонг-Кина, Чонг-Кина… — начали они опять, несмотря на увещевания миссис Тюлли.</p>
     <p>— Довольно, Паола, брось это! А вам, Дик, как не стыдно!</p>
     <p>Но Дик, издав торжествующее «Хой!», снова выиграл и при общем смехе снял с Паолы один из ее сапожков и бросил в общую кучу вещей, лежавших на коленях у Льют.</p>
     <p>— Все в порядке, тетя Марта, — успокаивала Паола миссис Тюлли. — Мистера Уэйра здесь нет, а он — единственный, кого это могло бы шокировать. Ну, давай, Дик! Не можешь же ты вечно выигрывать!</p>
     <p>— Чонг-Кина, Чонг-Кина, — запела она, вторя мужу.</p>
     <p>Начав медленно, они стремительно ускоряли темп и под конец бормотали слова с такой быстротой, что почти захлебывались, а хлопанье в ладоши казалось непрерывным. От солнца, движения и азарта смеющееся лицо Паолы было залито розовым румянцем.</p>
     <p>Ивэн Грэхем, молча созерцавший все это, был возмущен и задет. Он видел в былые годы, как играют в эту игру гейши в чайных домиках Ниппона, и, хотя в Большом доме не знали предрассудков, его коробило, что Паола принимает участие в такой игре. Ему не приходило в голову, что если бы на ее месте оказались Льют, Рита или Эрнестина, он только бы следил с любопытством, до чего может дойти азарт играющих. Лишь позднее Грэхем понял, что был возмущен именно потому, что в игре принимала участие Паола и что она, видимо, занимает больше места в его душе, чем он допускал.</p>
     <p>А тем временем к куче фантов прибавились портсигар и спичечница Дика, а также другой сапожок Паолы, пояс, булавка и обручальное кольцо. Лицо миссис Тюлли выражало стоическую покорность, она молчала.</p>
     <p>— Чонг-Кина, Чонг-Кина, — весело продолжала петь Паола.</p>
     <p>И Грэхем слышал, как Эрнестина, фыркнув, шепнула Берту:</p>
     <p>— Не представляю, что еще она может отдать.</p>
     <p>— Ну, вы же знаете ее, — услышал он ответ Берта. — Она на все способна, если разойдется, а сейчас она, как видно, разошлась.</p>
     <p>— Хой! — крикнули вместе Дик и Паола, выбрасывая руки.</p>
     <p>Но руки Дика были сжаты, а ее — раскрыты. Грэхем видел, что Паола оглядывается, тщетно ища, что бы еще отдать как фант.</p>
     <p>— Ну, леди Годива <a l:href="#n_444" type="note">[444]</a>? — властно заявил Дик. — Попели, поплясали, а теперь расплачивайтесь.</p>
     <p>«Что он, спятил? — подумал Грэхем. — Как это можно, да еще с такой женой?»</p>
     <p>— Что ж, — вздохнула Паола, перебирая пальцами пуговицы блузки, — надо, так надо.</p>
     <p>Едва сдерживая бешенство, Грэхем отвернулся, стараясь не смотреть. Наступило молчание: видимо, каждый гадал, что же будет дальше. Вдруг Эрнестина фыркнула, раздался общий взрыв хохота и восклицание Берта: «Вы сговорились!» Все это заставило Грэхема наконец обернуться. Он бросил быстрый взгляд на Паолу. Блузки на ней уже не было, но под ней оказался купальный костюм. Она, без сомнения, надела его под платье, перед тем как ехать верхом.</p>
     <p>— Теперь твоя очередь, Льют, иди, — заявил Дик.</p>
     <p>Но Льют, не приготовившаяся к игре «Чонг-Кина», смутилась и увела девиц в кабину.</p>
     <p>Грэхем опять с восхищением следил за тем, как Паола, поднявшись на площадку в сорок футов высотой, с неподражаемым изяществом и мастерством нырнула ласточкой; опять услышал восторженное восклицание Берта: «Ну прямо Аннетта Келлерман!» — и, все еще рассерженный сыгранной с ним шуткой, снова задумался о маленькой хозяйке Большого дома, об этой удивительной женщине и о том, почему она такая удивительная! И когда он, не закрывая глаз, медленно поплыл под водой на ту сторону бассейна, ему пришло в голову, что он, в сущности, ничего о ней не знает. Жена Дика Форреста, вот и все, что ему известно. Где она родилась, как жила, каково было ее прошлое — обо всем этом он мог только гадать. Эрнестина сказала ему, что она и Льют — сводные сестры Паолы; это, конечно, кое-что.</p>
     <p>Заметив, что дно стало светлеть — знак того, что он приближается к краю бассейна, — Грэхем увидел сплетенные ноги Дика и Берта, которые боролись в воде, повернул обратно и проплыл еще несколько футов, не поднимаясь на поверхность.</p>
     <p>И тут он стал думать об этой миссис Тюлли, которую Паола зовет тетя Марта. Действительно ли она ей тетка или Паола зовет ее так только из вежливости? Быть может, она сестра матери Льют и Эрнестины?</p>
     <p>Он вынырнул на поверхность, и его сейчас же позвали играть в кошки-мышки. Во время этой оживленной игры, продолжавшейся около получаса, он не раз имел случай восхищаться той легкостью, ловкостью и сообразительностью, которую выказывала Паола. Наконец круг играющих распался, они, запыхавшись, переплыли бассейн, вылезли на берег и уселись на солнце возле миссис Тюлли.</p>
     <p>Вскоре опять начались шутки и шалости. Паола упрямо заспорила с миссис Тюлли, утверждая явные нелепости.</p>
     <p>— Нет, тетя Марта, вы говорите это только потому, что не умеете плавать. А я настоящий пловец и уверяю вас, что вот — хотите? — нырну в бассейн и пробуду под водой десять минут.</p>
     <p>— Глупости, дитя мое, — возразила миссис Тюлли. — Твой отец, когда он был молод — гораздо моложе, чем ты теперь, — мог пробыть под водой дольше любого пловца, и все-таки его рекорд был, насколько мне известно, три минуты сорок секунд; я знаю это очень хорошо, так как сама следила по часам, когда он держал пари с Гарри Селби и выиграл.</p>
     <p>— О, я знаю, что за человек был мой отец, — отозвалась Паола, — но времена изменились. Если бы милый папочка был сейчас в расцвете своих юношеских сил и попытался пробыть под водой столько же времени, сколько я, он не выдержал бы. Десять минут? Конечно, я могу пробыть десять минут. И пробуду. А вы, тетя Марта, возьмите часы и следите. Это так же легко, как…</p>
     <p>— Ловить рыбу в садке, — подсказал Дик. Паола взобралась на самую вышку.</p>
     <p>— Заметь время, когда я прыгну, — сказала она.</p>
     <p>— Сделай полтора оборота, — крикнул ей Дик. Она кивнула, улыбнулась и притворилась, что изо всех сил набирает в легкие воздух. Грэхем следил за ней с восторгом. Он сам был великолепным пловцом, но ему редко приходилось видеть, чтобы женщина, не профессионалка, решилась на полтора оборота. Намокший зеленовато-голубой шелковый костюм плотно обтягивал ее тело, подчеркивая все его стройные линии и безупречное сложение. Сделав вид, что она до последнего кубического дюйма наполнила свои легкие воздухом, Паола ринулась вниз. Сжав ноги и выпрямившись, она оттолкнулась от самого края трамплина, уже в воздухе собрала тело в комок, перевернулась, затем снова вытянулась и, приняв прежнее идеально правильное положение, почти беззвучно врезалась в воду. «Стальной клинок вошел бы с большим шумом», — подумал Грэхем.</p>
     <p>— Если бы я умела так нырять! — пробормотала со вздохом Эрнестина. — Но этого никогда не будет. Дик говорит, что тут дело в ритме, в согласованности всех движений, вот почему Паола ныряет так замечательно. Она удивительно ритмична…</p>
     <p>— Дело не только в ритме, а и в свободной отдаче себя движению, — сказал Грэхем.</p>
     <p>— В сознательной отдаче, — заметил Дик.</p>
     <p>— И в умении расслаблять мышцы, — добавил Грэхем. — Я не видел, чтобы даже профессиональный пловец так выполнял полтора оборота.</p>
     <p>— А я горжусь этим больше, чем она сама, — заявил Дик. — Дело в том, что я ее учил нырять, хотя, должен сознаться, она очень способная ученица. У нее замечательная координация движений. И это в соединении с волей и чувством времени… одним словом, ее первая же попытка оказалась более чем удачной.</p>
     <p>— Паола — молодчина, — сказала с гордостью миссис Тюлли, переводя глаза с секундной стрелки часов на спокойную поверхность бассейна. — Женщины плавают обычно хуже мужчин. Паола исключение… Три минуты сорок секунд… Она превзошла своего отца.</p>
     <p>— Но пяти минут она не выдержит, а тем более десяти… — мрачно заявил Дик. — Она задохнется.</p>
     <p>Когда прошло четыре минуты, миссис Тюлли, видимо, начала тревожиться, и взоры ее озабоченно скользили по лицам присутствующих. Капитан Лестер, не посвященный в тайну бассейна, с проклятием вскочил на ноги и нырнул в воду.</p>
     <p>— Что-то с ней случилось, — сказала миссис Тюлли с деланным спокойствием. — Может быть, она ушиблась, ныряя? Ищите ее — вы мужчины…</p>
     <p>Грэхем, Берт и Дик, встретившись под водой, засмеялись и пожали друг другу руки. Дик сделал им знак и поплыл в затененную часть бассейна, к нише, где они нашли Паолу, стоявшую в воде; некоторое время все четверо перешептывались и посмеивались.</p>
     <p>— Мы хотели убедиться, что с тобой ничего не случилось, — пояснил Дик. — А теперь пора назад… Сначала вы, Берт, а я за Иваном.</p>
     <p>Один за другим они нырнули в темную воду и показались на поверхности бассейна.</p>
     <p>Миссис Тюлли была уже на ногах и стояла на краю бассейна.</p>
     <p>— Если это опять одна из ваших шуток, Дик… — начала она.</p>
     <p>Но Дик, не обращая никакого внимания на ее слова, заговорил неестественно спокойным тоном и достаточно громко, чтобы она слышала.</p>
     <p>— Мы должны это сделать обстоятельно, друзья, — обратился он к своим спутникам. — Вы, Берт, и вы, Ивэн, следите за мной. Начнем с этого конца бассейна, поплывем все вместе, на расстоянии пяти футов друг от друга, и будем обследовать дно. А потом повернем обратно и повторим то же самое еще раз.</p>
     <p>— Не утруждайте себя, джентльмены, — крикнула им миссис Тюлли, вдруг рассмеявшись. — А вы, Дик, вылезайте-ка. Я надеру вам уши.</p>
     <p>— Займитесь ею, девочки, — закричал Дик, — у нее истерика.</p>
     <p>— Пока еще нет, но будет, — продолжала она, смеясь.</p>
     <p>— Черт побери, сударыня, тут не над чем смеяться! — Капитан Лестер вынырнул, задыхаясь, он намеревался опять нырнуть, чтобы продолжать поиски.</p>
     <p>— Вы знаете, в чем дело, тетя Марта? Знаете? — спросил Дик, когда храбрый капитан скрылся под водой.</p>
     <p>Миссис Тюлли кивнула.</p>
     <p>— Только молчите, Дик. Одного мы все-таки провели. Я-то знаю об этом от матери Элси Коглан; мы с нею встретились на Гонолулу в прошлом году.</p>
     <p>Лишь по истечении одиннадцати минут улыбающееся лицо Паолы показалось на поверхности. Делая вид, будто она совсем выбилась из сил, она с трудом выползла на берег и в изнеможении опустилась возле тетки. Капитан Лестер, действительно измученный бесплодными поисками, внимательно посмотрел на Паолу, потом подошел к соседнему столбу и три раза стукнулся об него головой.</p>
     <p>— Боюсь, что десяти минут еще не прошло, — сказала Паола. — Но ведь я пробыла под водой приблизительно это время? Правда, тетя Марта?</p>
     <p>— Ну, ты под водой почти и не была, — последовал ответ, — если хочешь знать мое мнение! Я даже удивлена, что ты мокрая. Да, да, дыши естественно, дитя мое. Нечего разыгрывать комедию. Помню, когда я была молодой девушкой и путешествовала по Индии, я видела там факиров особой секты, они ныряли на дно глубоких колодцев и оставались там гораздо дольше, чем ты, право же, гораздо дольше.</p>
     <p>— Вы знали! — воскликнула Паола.</p>
     <p>— Но ты не знала, что я знаю, — возразила тетка. — И твое поведение прямо-таки преступно при моем возрасте и моем сердце.</p>
     <p>— И при вашем удивительном простодушии и недогадливости. Не правда ли? — добавила Паола.</p>
     <p>— Честное слово, мне хочется выдрать тебя за уши.</p>
     <p>— А мне обнять вас, хоть я и мокрая, — засмеялась Паола в ответ. — Во всяком случае, мы надули капитана Лестера… Ведь правда, капитан?</p>
     <p>— Не обращайтесь ко мне, — угрюмо пробормотал доблестный моряк. — Я занят, я должен обдумать свою месть… Что касается вас, мистер Форрест, то я еще не знаю, на чем остановиться: взорвать ваш скотный двор или подрезать поджилки у вашего Горца. Может быть, я сделаю и то и другое. А пока я пойду и лягну ту кобылу, на которой вы приехали.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Дик на Капризнице и Паола на Лани ехали домой бок о бок.</p>
     <p>— Ну, как тебе нравится Грэхем? — спросил он.</p>
     <p>— Он великолепен, — отвечала Паола. — Это человек твоего типа, Дик. Он так же универсален, как ты, на нем печать тех же скитаний по всем морям, та же любовь к книгам и все прочее! Кроме того, он художник, да и вообще все в нем хорошо. Славный малый, любит шутку. А ты заметил его улыбку? Она обаятельна. Хочется улыбнуться ему в ответ.</p>
     <p>— Да, но есть у него и глубокие шрамы и морщины… — заметил Дик.</p>
     <p>— Особенно в уголках глаз, когда он улыбается. Это следы, оставленные не то чтобы усталостью, а скорее вечно неразрешимыми вопросами: «Почему? Зачем? Стоит ли? Ради чего все это?»</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Эрнестина и Грэхем, замыкавшие кавалькаду, тоже беседовали.</p>
     <p>— Дик вовсе не прост, — говорила она. — Вы плохо знаете его. Он очень не прост. Я немного знаю его. Паола-то знает его хорошо. Но в душу к нему могут проникнуть немногие. Он истинный философ и владеет собой, как стоик или англичанин. А уж такой актер, что может весь свет обмануть.</p>
     <p>У длинной коновязи под дубами, где, сойдя с лошадей, собралось все общество, Паола хохотала до слез.</p>
     <p>— Ну, ну, продолжай, — поощряла она Дика, — еще, еще!..</p>
     <p>— Она уверяет, что скоро у меня не хватит слов, если я буду и впредь давать имена слугам по моей системе, — пояснил он.</p>
     <p>— А он за полторы минуты предложил сорок имен… Ну, еще, Дик, еще!..</p>
     <p>— Итак, — продолжал Дик нараспев, — у нас может быть О-Плюнь и О-Дунь, О-Пей, О-Лей и О-Вей, О-Кис и О-Брысь, О-Пинг и О-Понг, О-Да и О-Нет…</p>
     <p>И Дик направился к дому, все еще варьируя на все лады эти странные словосочетания.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Всю следующую неделю Грэхем был всем недоволен и не находил себе места. Его раздирали самые противоречивые чувства: с одной стороны, он сознавал, что необходимо покинуть Большой дом, уехать первым поездом, с другой стороны, ему хотелось видеть Паолу все чаще и быть с ней все больше. А между тем он не уезжал и в обществе ее бывал куда реже, чем в первое время после приезда.</p>
     <p>Начать с того, что все пять дней своего пребывания в имении молодой скрипач не отходил от нее. Грэхем нередко посещал музыкальную комнату и мрачно просиживал там целых полчаса, слушая, как они «работают».</p>
     <p>Они забывали о его присутствии, поглощенные и захваченные своей страстью к музыке, а в краткие минуты отдыха, вытирая потные лбы, болтали и смеялись, как добрые товарищи. Молодой музыкант любил Паолу с почти болезненной пылкостью, Грэхему это было ясно, — но его больно задевали взгляды, полные почти благоговейного восторга, которые Паола иногда дарила Уэйру после особенно удачного исполнения какой-нибудь пьесы. Напрасно Грэхем убеждал себя, что с ее стороны все это чисто умственное увлечение — просто она восхищается мастерством молодого музыканта. Грэхем был истинным мужчиной, и их дружба причиняла ему до того сильную боль, что в конце концов он вынужден был уходить из музыкальной комнаты.</p>
     <p>Но вот он наконец застал Паолу одну. Они на прощание исполнили песню Шумана, и скрипач уехал. Паола сидела у рояля, на лице ее было отсутствующее, мечтательное выражение. Она посмотрела на Грэхема, словно не узнавая, потом машинально овладела собой, рассеянно пробормотала несколько ничего не значащих слов и удалилась. Несмотря на обиду и боль, Грэхем старался приписать ее настроение влиянию музыки, отклики которой еще жили в ее душе. Правда, женщины — странные создания, рассуждал он, и способны на самые неожиданные и необъяснимые увлечения. Разве не могло случиться, что этот юноша именно своей музыкой и увлек ее как женщину?</p>
     <p>С отъездом Уэйра Паола замкнулась в своем флигеле, за дверью без ручки, и почти не выходила оттуда. Но никто в доме не удивлялся, и Грэхем понял, что в этом нет ничего необычного.</p>
     <p>— На Паолу иногда находит, она чувствует себя прекрасно и в одиночестве, — пояснила Эрнестина, — у нее бывают довольно часто периоды затворничества, и тогда с ней видится только Дик.</p>
     <p>— Что не очень лестно для остальной компании, — улыбаясь, заметил Грэхем.</p>
     <p>— Но тем она приятнее в обществе, когда возвращается, — заметила Эрнестина.</p>
     <p>Прилив гостей в Большой дом шел на убыль. Правда, еще кое-кто приезжал просто повидаться или по делу, но в общем народу становилось все меньше. Благодаря О-Пою и его китайской команде жизнь в доме была налажена безукоризненно, во всем царил порядок, и хозяевам не приходилось тратить много времени на то, чтобы развлекать гостей. Гости по большей части сами занимали себя и друг друга. До завтрака Дик почти не появлялся, а Паола, выполняя свой обет затворничества, выходила только к обеду.</p>
     <p>— Лечение отдыхом, — смеясь, сказал однажды Дик, предлагая Грэхему бокс, поединок на палках или рапирах.</p>
     <p>— А теперь самое время приняться за вашу книгу, — заявил он во время передышки между раундами. — Я один из многих, кто с нетерпением ждет ее, и я твердо надеюсь, что она появится. Вчера я получил письмо от Хэвли: он спрашивает, много ли вы уже написали.</p>
     <p>И вот Грэхем засел у себя в башне, разобрал свои заметки и снимки, составил план и погрузился в работу над первыми главами. Это настолько захватило его, что, быть может, увлечение Паолой и угасло бы, если бы он не встречался с ней каждый вечер за обедом. Кроме того, пока Эрнестина и Льют не уехали в Санта-Барбара, продолжались совместные купания, поездки верхом и в автомобилях на горные миримарские пастбища и к вершинам Ансельмо. Предпринимались и другие прогулки, иногда с участием Дика. Ездили смотреть работы по осушению земель, производившиеся им в долине реки Сакраменто, постройку плотин на Литтл Койот и в ущельях Лос-Кватос, основанную им колонию фермеров на участках в двадцать акров, где Дик пытался дать двумстам пятидесяти фермерам с семьями возможность обосноваться.</p>
     <p>Грэхем знал, что Паола часто совершает в одиночестве долгие прогулки верхом, и однажды застал ее у коновязи: она только что спешилась.</p>
     <p>— Вы не думаете, что ваша Лань совсем отвыкнет от поездок в компании? — спросил он, улыбаясь.</p>
     <p>Паола рассмеялась и покачала головой.</p>
     <p>— Ну, тогда просто разрешите как-нибудь сопровождать вас, мне очень хочется, — честно признался он.</p>
     <p>— Но ведь есть Эрнестина, Льют, Берт, да мало ли кто.</p>
     <p>— Мне эти места незнакомы, — продолжал он настаивать. — Лучше всего узнаешь край через тех, кто его сам хорошо знает. Я уже видел его глазами Льют, Эрнестины и всех остальных; но есть еще многое, чего я не видел и могу увидеть только вашими глазами.</p>
     <p>— Занятная теория, — уклончиво ответила она. — Нечто вроде географического вампиризма…</p>
     <p>— Но без зловредных последствий вампиризма, — торопливо возразил он.</p>
     <p>Она ответила не сразу, при этом прямо и честно посмотрела ему в глаза; и он понял, что она взвешивает и обдумывает каждое слово.</p>
     <p>— Это еще вопрос! — произнесла она наконец; и его воображение вцепилось в эти три слова, стараясь разгадать их скрытое значение.</p>
     <p>— Есть очень многое, что мы могли бы сказать друг другу — продолжал он настаивать. — Многое, что… мы должны были бы сказать…</p>
     <p>— Я понимаю, — ответила она спокойно и опять взглянула на него своим прямым, открытым взглядом.</p>
     <p>«Понимает?» — подумал он; и эта мысль обожгла его огнем. Он не нашелся, что ответить, и не смог предотвратить холодный, вызывающий смешок, с которым она отвернулась и ушла в дом.</p>
     <p>Большой дом продолжал пустеть. Тетка Паолы, миссис Тюлли, к досаде Грэхема (он надеялся узнать от нее многое о Паоле), уехала, погостив всего несколько дней. Говорили, что она, может быть, приедет опять, на более продолжительное время. Но она только что вернулась из Европы, и ей, по ее словам, необходимо было сделать сначала множество обязательных визитов, а затем уже думать о собственных удовольствиях.</p>
     <p>Критик О'Хэй намеревался пробыть ещё с неделю, чтобы оправиться от поражения, нанесенного ему во время атаки философов. Вся эта история была задумана и подстроена Диком. Битва началась ранним вечером: как будто случайное замечание Эрнестины дало повод Аарону Хэнкоку бросить первую бомбу в чащу глубочайших убеждений О'Хэя. Дар-Хиал, его горячий и нетерпеливый союзник, обошел его с фланга своей цинической теорией музыки и открыл по критику огонь с тыла. Бой продолжался до тех пор, пока вспыльчивый ирландец, вне себя от наносимых ему искусными спорщиками словесных ударов, не принял, облегченно вздохнув, предложение Терренса Мак-Фейна отдохнуть и спуститься с ним в бильярдную — тихий приют, где они могли бы вдали от этих варваров подкрепить себя смесью соответствующих напитков и в самом деле поговорить по душам о музыке. В два часа утра неуязвимый для вина и все еще шествующий твердой поступью Терренс уложил совершенно пьяного и осовевшего О'Хэя в постель.</p>
     <p>— Ничего, — сказала на другой день Эрнестина О'Хэю с задорным блеском в глазах, выдававшим ее участие в заговоре. — Этого следовало ожидать: от наших горе-философов и святой запьет!</p>
     <p>— Я думал, что с Терренсом вы в полной безопасности, — насмешливо добавил Дик. — Вы же оба ирландцы. Я и забыл, что Терренса ничем не проймешь. Знаете, простившись с вами, он еще забрел ко мне поболтать. И — ни в одном глазу. Так, мимоходом, он упомянул о том, что вы оба опрокинули по стаканчику. И я… мне в голову не могло прийти… что он… так вас подвел…</p>
     <p>Когда Льют и Эрнестина уехали в Санта-Барбара, Берт и Рита тоже вспомнили свой давно забытый очаг в Сакраменто. Правда, в тот же день прибыло несколько художников, которым покровительствовала Паола. Но их почти не было видно, ибо они проводили целые дни в горах, разъезжая в маленьком экипаже с кучером, или курили длинные трубки в бильярдной.</p>
     <p>Жизнь в Большом доме, чуждая условностям, текла своим чередом. Дик работал. Грэхем работал. Паола продолжала уединяться в своем флигеле. Мудрецы из «Мадроньевой рощи» приходили пообедать и поговорить и, если Паола не играла, порой разглагольствовали целый вечер. По-прежнему сваливались как снег на голову гости из Сакраменто, Уикенберга и других городов, расположенных в долине, но О-Чай и остальные слуги не терялись, и Грэхем был не раз свидетелем того, как целую толпу нежданных гостей через двадцать минут после их приезда уже угощали превосходным обедом. Все же случалось — правда, редко, — что за стол садились только Дик с Паолой и Грэхем; и когда после обеда мужчины болтали часок перед ранним отходом ко сну, она играла для себя мягкую и тихую музыку и исчезала раньше, чем они.</p>
     <p>Но однажды в лунный вечер неожиданно нагрянули и Уатсоны, и Мэзоны, и Уомболды, и составилось несколько партий в бридж. Грэхем как-то не попал ни в одну. Паола сидела у рояля. Когда он приблизился к ней, то уловил в ее глазах мгновенно вспыхнувшее выражение радости, но оно так же быстро исчезло. Она сделала легкое движение, точно желая встать ему навстречу, — это так же не ускользнуло от него, как и мгновенное усилие воли, которым она заставила себя спокойно остаться на месте.</p>
     <p>И вот она опять такая же, какой он привык ее видеть. «Хотя, в сущности, много ли я ее видел?» — думал Грэхем, болтая всякий вздор и роясь вместе с ней в куче нот. Он пробовал с ней то один, то другой романс, и его высокий баритон сливался с ее мягким сопрано, и притом так удачно, что игравшие в бридж не раз кричали им «бис».</p>
     <p>— Да, — сказала она в перерыве между двумя романсами, — меня прямо тоска берет, так мне хочется опять побродить с Диком по свету. Если б можно было уехать завтра же! Но Дику пока нельзя. Он слишком связан своими опытами и изобретениями. Как вы думаете, чем он занят теперь? Ему мало всех этих затей. Он еще намерен совершить переворот в торговле — по крайней мере здесь, в Калифорнии и на Тихоокеанском побережье — и заставить закупщиков приезжать к нему в имение.</p>
     <p>— Они уже и так приезжают, — сказал Грэхем. — Первый, кого я здесь встретил, был покупатель из Айдахо.</p>
     <p>— Да, но Дик хочет, чтобы это вошло в обычай: пусть покупатели являются сюда скопом, в определенное время, и пусть это будут не просто торги — хотя для возбуждения интереса он устроит и торги, — а настоящая ежегодная ярмарка, которая должна продолжаться три дня и на которой будут продаваться только его товары. Он теперь чуть не все утра просиживает с мистером Эгером и мистером Питтсом. Это его торговый агент и агент по выставкам скота.</p>
     <p>Паола вздохнула, и ее пальцы пробежали по клавишам.</p>
     <p>— Ах, если бы только можно было уехать — в Тимбукту, Мокпхо, на край света!</p>
     <p>— Не уверяйте меня, что вы побывали в Мокпхо, — смеясь, заметил Грэхем.</p>
     <p>Она кивнула головой.</p>
     <p>— Честное слово, были. Провалиться мне на этом самом месте! С Диком, на его яхте, давным-давно. Мы, можно сказать, провели в Мокпхо наш медовый месяц.</p>
     <p>Грэхем, беседуя с нею о Мокпхо, старался отгадать: умышленно она то и дело упоминает о муже или нет?</p>
     <p>— Мне казалось, что вы считаете эту усадьбу прямо раем.</p>
     <p>— Конечно, конечно! — поспешила она его заверить. — Но не знаю, что на меня нашло за последнее время. Я чувствую, что мне почему-то непременно надо уехать. Может быть, весна действует… Колдуют боги краснокожих… Если бы только Дик не работал до потери сознания и не связывался с этими проектами! Знаете, за все время, что мы женаты, моей единственной серьезной соперницей была земля, сельское хозяйство. Дик очень постоянен, а имение действительно его первая любовь. Он все здесь создал и наладил задолго до того, как мы встретились, когда он и не подозревал о моем существовании.</p>
     <p>— Давайте попробуем этот дуэт, — вдруг сказал Грэхем, ставя перед ней на пюпитр какие-то ноты.</p>
     <p>— О нет, — запротестовала она, — ведь эта песня называется «Тропою цыган», она меня еще больше расстроит. — И Паола стала напевать первую строфу:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>За паттераном цыган плывем,</v>
       <v>Где зори гаснут — туда…</v>
       <v>Пусть ветер шумит, пусть джонка летит —</v>
       <v>Не все ли равно куда?</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Кстати, что такое цыганский паттеран? — спросила она, вдруг оборвав песню. — Я всегда думала, что это особое наречие, цыганское наречие — ну, вроде французского patoi <a l:href="#n_445" type="note">[445]</a>; и мне казалось нелепым, как можно следовать по миру за наречием, точно это филологическая экскурсия.</p>
     <p>— В известном смысле паттеран и есть наречие, — ответил он. — Но оно значит всегда одно и то же: «Я здесь проходил». Паттеран — это два прутика, перекрещенные особым образом и оставленные на дороге; но оба прутика непременно должны быть взяты у деревьев или кустарников разной породы. Здесь, в имении, паттеран можно было бы сделать из веток мансаниты и мадроньо, дуба и сосны, бука и ольхи, лавра и ели, черники и сирени. Это знак, который цыгане оставляют друг другу: товарищ — товарищу, возлюбленный — возлюбленной. — И он, в свою очередь, стал напевать:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>И опять, опять дорогой морей,</v>
       <v>Знакомой тропой плывем —</v>
       <v>Тропою цыган, за тобой, паттеран,</v>
       <v>Весь шар земной обойдем.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Паола качала в такт головой, потом ее затуманенный взгляд скользнул по комнате и задержался на играющих; но она сейчас же стряхнула с себя мечтательную рассеянность и поспешно сказала:</p>
     <p>— Одному богу известно, сколько в иных из нас этой цыганской стихии. Во мне ее хоть отбавляй. Несмотря на свои буколические наклонности, Дик — прирожденный цыган. Судя по тому, что он мне о вас рассказывал, и в вас это сидит очень крепко.</p>
     <p>— В сущности, — заметил Грэхем, — настоящий цыган — именно белый человек; он, так сказать, цыганский король. Он был всегда гораздо более отважным и неугомонным кочевником, и снаряжение у него было хуже, чем у любого цыгана. Цыгане шли по его следам, а не он по их. Давайте попробуем спеть…</p>
     <p>И в то время как они пели смелые слова беззаботно-веселой песенки, Грэхем смотрел на Паолу и дивился — дивился и ей и себе. Разве ему место здесь, подле этой женщины, под крышей ее мужа? И все-таки он здесь, хотя должен был бы уже давно уехать. После стольких лет он, оказывается, не знал себя. Это какое-то наваждение, безумие. Нужно немедленно вырваться отсюда. Он и раньше испытывал такие состояния, словно он околдован, обезумел, и всегда ему удавалось вырваться на свободу. «Неужели я с годами размяк?» — спрашивал себя Грэхем. Или это безумие сильнее и глубже всего, что было до сих пор? Ведь это же посягательство на его святыни, столь дорогие ему, столь ревниво и благоговейно оберегаемые в тайниках души: он еще ни разу не изменял им.</p>
     <p>Однако он не вырвался из плена. Он стоял рядом с ней и смотрел на венец ее каштановых волос, где вспыхивали золотисто-бронзовые искры, на прелестные завитки возле ушей. Пел вместе с нею песню, воспламеняющую его и, наверное, ее, — иначе и быть не могло при ее натуре и тех проблесках чувства, которое она нечаянно и невольно ему выдала.</p>
     <p>«Она — чародейка, и голос — одно из ее очарований», — думал он, слушая, как этот голос, такой женственный и выразительный и такой непохожий на голоса всех других женщин на свете, льется ему в душу. Да, он чувствовал, он был глубоко уверен, что частица его безумия передалась и ей; что они оба испытывают одно и то же; что это — встреча мужчины и женщины.</p>
     <p>Не только он, оба они пели с тайным волнением — да, несомненно; и эта мысль еще сильнее опьяняла его, А когда они дошли до последних строк и их голоса, сливаясь, затрепетали, в его голосе прозвучало особое тепло и страсть:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Дикому соколу — ветер да небо,</v>
       <v>Чащи оленю даны,</v>
       <v>А сердце мужчины — женскому сердцу,</v>
       <v>Как в стародавние дни.</v>
       <v>А сердце мужчины — женскому сердцу…</v>
       <v>В шатрах моих свет погас, —</v>
       <v>Но у края земли занимается утро,</v>
       <v>И весь мир ожидает нас! <a l:href="#n_446" type="note">[446]</a></v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Когда замер последний звук, Грэхем посмотрел на Паолу, ища ее взгляда, но она сидела несколько мгновений неподвижно, опустив глаза на клавиши, и когда затем повернула к нему голову, он увидел обычное лицо маленькой хозяйки Большого дома, шаловливое и улыбающееся, с лукавым взором. И она сказала:</p>
     <p>— Пойдем подразним Дика, он проигрывает. Я никогда не видела, чтобы за картами он выходил из себя, но он ужасно нелепо скисает, если ему долго не везет. А играть любит, — продолжала она, идя впереди Грэхема к карточным столам. — Это один из его способов отдыхать. И он отдыхает. Раз или два в год он садится за покер и может играть всю ночь напролет и доиграться до чертиков.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>После того дня, когда они спели вместе цыганскую песню, Паола вышла из своего затворничества, и Грэхему стало нелегко сидеть в башне и выполнять намеченную работу. В течение всего утра до него доносились то обрывки песен и оперных арий, которые она распевала в своем флигеле, то ее смех и возня с собаками на большом дворе, то приглушенные звуки рояля в музыкальной комнате, где Паола теперь проводила долгие часы. Однако Грэхем, по примеру Дика, посвящал утренние часы работе и редко встречался с Паолой раньше второго завтрака.</p>
     <p>Она заявила, что период бессонницы у нее прошел и она готова на все развлечения и прогулки, какие только Дик может предложить ей, пригрозив, что, если он не будет сам участвовать в этих развлечениях, она созовет кучу гостей и покажет ему, как надо веселиться. В это время в Большой дом возвратилась на несколько дней тетя Марта, иначе говоря — миссис Тюлли, и Паола снова принялась объезжать Дадди и Фадди в своей высокой двуколке. Лошадки эти были довольно капризного нрава, но миссис Тюлли, несмотря на свой возраст и тучность, не боялась ездить на них, если правила Паола.</p>
     <p>— Такого доверия я не оказываю ни одной женщине, — объяснила она Грэхему. — Паола — единственная, с кем я могу ездить: она замечательно умеет обходиться с лошадьми. Когда Паола была ребенком, она прямо обожала лошадей. Удивительно, как это она еще не стала цирковой наездницей!</p>
     <p>И еще многое, многое узнал Грэхем о Паоле, болтая с ее теткой. О Филиппе Дестене, своем брате и отце Паолы, миссис Тюлли могла рассказывать без конца. Он был гораздо старше ее и представлялся ей в детстве каким-то сказочным принцем. Филипп обладал благородной и широкой натурой, его поступки и образ жизни казались заурядным людям не совсем нормальными. Он на каждом шагу совершал безрассудства и немало делал людям добра. Благодаря этим чертам характера Филипп не раз наживал целые состояния и так же легко терял их, особенно в эпоху знаменитой золотой горячки сорок девятого года. Сам он был из семьи первых колонистов Новой Англии, однако прадед его был француз, подобранный у Мейнского побережья после кораблекрушения; тут он и поселился среди матросов-фермеров.</p>
     <p>— Раз, только раз, в каждом поколении возрождается в каком-нибудь из своих потомков француз Дестен, — убежденно говорила Грэхему миссис Тюлли. — Филипп был именно этим единственным в своем поколении, а в следующем — Паола. Она унаследовала всю его самобытность. Хотя Эрнестина и Льют приходятся ей сводными сестрами, трудно поверить, что в них есть хотя бы капля той же крови. Вот почему Паола не поступила в цирк и ее неудержимо потянуло во Францию: кровь прадеда звала ее туда.</p>
     <p>О жизни Паолы во Франции Грэхем также узнал немало. Филипп Дестен умер как раз вовремя, ибо колесо его счастья повернулось. Эрнестину и Льют, тогда еще крошек, взяли тетки; они не доставляли им особых хлопот. А вот с Паолой, попавшей к тете Марте, было нелегко, — и все из-за того француза.</p>
     <p>— О, она настоящая дочь Новой Англии <a l:href="#n_447" type="note">[447]</a>, — уверяла миссис Тюлли, — во всем, что касается чести, прямоты, надежности, верности. Еще девочкой она позволяла себе солгать только в тех случаях, когда надо было выручить других; тогда все ее новоанглийские предки смолкали и она лгала так же блестяще, вдохновенно, как ее отец. У него была та же обаятельность, та же смелость, заразительный смех, живость. Но, помимо веселости и задора, он умел быть еще каким-то особенно снисходительным. Никто не мог оставаться к нему равнодушным. Или люди становились его преданнейшими друзьями, или начинали его ненавидеть. Общение с ним всегда вызывало любовь или ненависть. В этом отношении Паола на него не похожа, вероятно, потому, что она женщина и не имеет склонности, подобно мужчинам, сражаться с ветряными мельницами. Я не знаю, есть ли у нее на свете хоть один враг. Все любят ее, разве только какие-нибудь женщины-хищницы завидуют, что у нее такой хороший муж.</p>
     <p>В это время в открытое окно донесся голос Паолы, распевавшей под аркадами, и Грэхему слышался в нем тот теплый трепет, которого он уже не мог забыть. Затем Паола рассмеялась, миссис Тюлли тоже улыбнулась и закивала головой.</p>
     <p>— Смеется в точности, как Филипп Дестен, — пробормотала она, — и как бабки и прабабки того француза, которого после крушения привезли в Пенобскот, одели в домотканое платье и отправили на молитвенное собрание. Вы заметили, что, когда Паола смеется, каждому хочется взглянуть на нее и тоже улыбнуться? Смех Филиппа производил на людей такое же впечатление.</p>
     <p>Паола всегда горячо любила музыку, живопись, рисование. Когда она была маленькой, она повсюду оставляла всякие рисунки и фигурки. Рисовала на бумаге, на земле, на досках, а фигурки лепила из чего придется — из глины, из песка.</p>
     <p>Она любила все и вся, и все ее любили, — продолжала миссис Тюлли. — Она никогда не боялась животных и относилась к ним даже с каким-то благоговением; это у нее врожденное — все прекрасное вызывает в ней благоговение. Она всегда была склонна возводить людей на пьедестал, приписывать им необычайную красоту или моральные достоинства. Во всем, что она видит, она прежде всего ценит красоту — чудесный ли это рояль, замечательная картина, породистая лошадь или чарующий пейзаж.</p>
     <p>Ей хотелось и самой творить, создавать прекрасное. Но она все никак не могла решить, что выбрать — музыку или живопись. В самом разгаре занятий музыкой в Бостоне — Паола училась у лучших преподавателей — она вдруг вернулась к живописи. А от мольберта ее тянуло к глине.</p>
     <p>И вот, чувствуя в себе эту любовь ко всему прекрасному, она металась, не зная, в какой области она больше одарена, да и есть ли у нее к чему-нибудь настоящее призвание. Тогда я настояла на полном отдыхе от всякой работы и увезла ее на год за границу. Тут у нее открылись необычайные способности к танцам. Но все-таки она постоянно возвращалась к музыке и живописи. Нет, это не легкомыслие. Вся беда в том, что она слишком одарена…</p>
     <p>— Слишком разносторонне одарена, — добавил Грэхем.</p>
     <p>— Да, пожалуй, — согласилась миссис Тюлли. — Но ведь от одаренности до настоящего таланта еще очень далеко. И я все еще, хоть убей, не знаю, есть ли у нее к чему-нибудь призвание. Она ведь не создала ничего крупного ни в одной области.</p>
     <p>— Она создала себя, — заметил Грэхем.</p>
     <p>— Да, она сама — поистине прекрасное произведение искусства, — с восхищением отозвалась миссис Тюлли. — Она замечательная, необыкновенная женщина, и притом совершенно неиспорченная, естественная. В конце концов к чему оно ей, это творчество! Мне какая-нибудь ее сумасшедшая проделка… — о да, я слышала об этой истории с купанием верхом… — гораздо дороже, чем все ее картины, как бы удачны они ни были. Признаться, я долго не могла понять Паолу. Дик называет ее «вечной девчонкой». Но боже мой, когда надо, какой она умеет быть величавой! Я, наоборот, называю ее взрослым ребенком. Встреча с Диком была для нее счастьем. Казалось, она тогда действительно нашла себя. Вот как это случилось…</p>
     <p>В тот год они, по словам миссис Тюлли, путешествовали по Европе. Паола занималась в Париже живописью и в конце концов пришла к выводу, что успех достигается только борьбой и что деньги тетки мешают ей.</p>
     <p>— И она настояла на своем, — вздохнула миссис Тюлли. — Она… ну, она просто выставила меня, отправила домой. Содержание она согласилась получать только самое ничтожное и поселилась совершенно самостоятельно в Латинском квартале с двумя американскими девушками. Тут-то она и встретилась с Диком… Таких, как он, ведь тоже поискать надо. Вы ни за что не угадаете, чем он тогда занимался. Он содержал кабачок, — не такой, как эти модные кабачки, а настоящий, студенческий. В своем роде это был даже изысканный кабачок. Там собирались всякие чудаки. Дик только что вернулся после своих сумасбродств и приключений на краю света, и, как он тогда выражался, ему хотелось некоторое время не столько жить, сколько рассуждать о жизни.</p>
     <p>Паола однажды повела меня в этот кабачок. Не подумайте чего-нибудь: они стали накануне женихом и невестой, и он сделал мне визит, — словом, все, как полагается. Я знавала отца Дика, «Счастливчика» Форреста, слышала многое и о сыне. Лучшей партии Паола и сделать не могла. Кроме того, это был настоящий роман. Паола впервые увидела его во главе команды Калифорнийского университета, когда та победила команду Сенфорда. А в следующий раз она с ним встретилась в студии, которую снимала с двумя американками. Она не знала, миллионер ли Дик или содержит кабачок потому, что его дела плохи; да ее это и не интересовало. Она всегда подчинялась только велениям своего сердца. Представьте себе положение: Дика никто не мог поймать в свои сети, а Паола никогда не флиртовала. Должно быть, они сразу же бросились в объятия друг другу, ибо через неделю все было уже решено. Но Дик все-таки спросил у меня согласия на брак, как будто мое слово могло тут иметь какой-нибудь вес.</p>
     <p>Так вот, возвращаюсь к его кабачку. Это был кабачок философов, маленькая комнатка с одним столом в каком-то подвале, в самом сердце Латинского квартала. Представляете себе, что это было за учреждение! А стол! Большой круглый дощатый стол, даже без клеенки, весь покрытый бесчисленными винными пятнами, так как философы стучали по нему стаканами и проливали вино. За него свободно усаживалось тридцать человек. Женщины не допускались. Для меня и для Паолы сделали исключение. Вы видели здесь Аарона Хэнкока? Он был в числе тех самых философов и до сих пор хвастается, что остался Дику должен по счету больше остальных завсегдатаев. В кабачке они обыкновенно и встречались, эти шалые молодые умники, стучали по столу и говорили о философии на всех европейских языках. У Дика всегда была склонность к философии.</p>
     <p>Но Паола испортила им все удовольствие. Как только они поженились, Дик снарядил свою шхуну «Все забудь», и эта милая парочка отплыла на ней, решив провести свой медовый месяц между Бордо и Гонконгом.</p>
     <p>— А кабачок закрылся, и философы остались без пристанища и диспутов… — заметил Грэхем.</p>
     <p>Миссис Тюлли добродушно рассмеялась и покачала головой.</p>
     <p>— Да нет… Дик обеспечил существование кабачка, — сказала она, стараясь отдышаться и прижимая руку к сердцу. — Навсегда или на время — не скажу вам. Но через месяц полиция его закрыла, заподозрив, что там на самом деле клуб анархистов.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Хоть Грэхем и знал, как разносторонни интересы и дарования Паолы, он все же удивился, найдя ее однажды одиноко сидящей на диване в оконной нише и поглощенной каким-то вышиванием.</p>
     <p>— Я очень это люблю, — пояснила она. — И не сравню никакие дорогие вышивки из магазинов с моими собственными работами по моим собственным рисункам. Дика одно время возмущало, что я вышиваю. Ведь он требует, чтобы во всем была целесообразность, чтобы люди не тратили понапрасну свои силы. Он считал, что мне браться за иглу — пустая трата времени: крестьянки отлично могут за гроши делать то же самое. Но мне наконец удалось убедить его, что я права.</p>
     <p>Это все равно, что игра на рояле. Конечно, я могу купить музыку лучше моей, но сесть самой за инструмент и самой исполнить вещи — какое это наслаждение! Соревнуешься ли с другим, принимая его толкование, или вкладываешь что-то свое — неважно: и то и другое дает душе творческую радость.</p>
     <p>Возьмите хотя бы эту узенькую кайму из лилий на оборке — второй такой вы не найдете нигде. Здесь все мое: и идея, и исполнение, и удовольствие от того, что я даю этой идее форму и жизнь. Конечно, бывают в магазинах замыслы интереснее и мастерство выше, но это не то. Здесь все мое. Я увидела узор в своем воображении и воспроизвела его. Кто посмеет утверждать после этого, что вышивание не искусство?</p>
     <p>Она умолкла, глядя на него смеющимися глазами.</p>
     <p>— Не говоря уже о том, что украшение прекрасной женщины — самое достойное и вместе с тем самое увлекательное искусство, — подхватил Грэхем. — Я отношусь с большим уважением к хорошей модистке или портнихе, — серьезно ответила Паола. — Это настоящие художницы. Дик сказал бы, что они занимают чрезвычайно важное место в мировой экономике.</p>
     <p>В другой раз, отыскивая в библиотеке какие-то справки об Андах, Грэхем натолкнулся на Паолу, грациозно склонившуюся над листом плотной бумаги, прикрепленным кнопками к столу; вокруг были разложены огромные папки, набитые архитектурными проектами: она чертила план деревянного бунгало для мудрецов из «Мадроньевой рощи».</p>
     <p>— Очень трудно, — вздохнула она. — Дик уверяет, что если уж строить, так надо строить на семерых. Пока у нас четверо, но ему хочется, чтобы непременно было семь. Он говорит, что нечего заботиться о душах, ваннах и других удобствах, — разве философы купаются? И он пресерьезно настаивает на том, чтобы поставить семь плит и сделать семь кухонь: будто бы именно из-за столь низменных предметов они вечно ссорятся.</p>
     <p>— Кажется, Вольтер ссорился с королем из-за свечных огарков? — спросил Грэхем, любуясь ее грациозной и непринужденной позой. Тридцать восемь лет? Невероятно! Она казалась просто школьницей, раскрасневшейся над трудной задачей. Затем ему вспомнилось замечание миссис Тюлли о том, что Паола — взрослое дитя.</p>
     <p>И он изумлялся: неужели это она тогда, у коновязи под дубами, показала двумя фразами, что отлично понимает, насколько грозно создавшееся положение? «Я понимаю», — сказала она. Что она понимала? Может быть, она сказала это случайно, не придавая своим словам особого значения? Но ведь она же вся трепетала и тянулась к нему, когда они пели вместе цыганскую песню. Уж это-то он знал наверняка. А с другой стороны, разве он не видел, с каким увлечением она слушала игру Доналда Уэйра? Однако сердце тут же подсказало ему, что со скрипачом было совсем другое. При этой мысли он невольно улыбнулся.</p>
     <p>— Чему вы смеетесь? — спросила Паола. — Конечно, я знаю, что я не архитектор! Но хотела бы я видеть, как вы построите дом для семи философов и выполните все нелепые требования Дика!</p>
     <p>Вернувшись в свою башню и положив перед собой, не раскрывая их, книги об Андах, Грэхем, покусывая губы, предался размышлениям. Нет, это не женщина, это все-таки дитя… Или… она притворяется наивной? Понимает ли она действительно, в чем дело? Должна бы понимать. Как же иначе? Ведь она знает людей, знает жизнь. И она очень мудра. Каждый взгляд ее серых глаз говорит о самообладании и силе. Вот именно — о внутренней силе! Он вспомнил первый вечер, когда в ней время от времени словно вспыхивали отблески стали, драгоценной, чудесной стали. И он вспомнил, как сравнивал тогда ее силу со слоновой костью, резной перламутровой раковиной, с плетеной сеткой из девичьих волос…</p>
     <p>А теперь, после короткого разговора у коновязи и цыганской песни, всякий раз, как их взоры встречаются, оба они читают в глазах друг друга невысказанную тайну.</p>
     <p>Тщетно перелистывал он лежавшие перед ним книги в поисках нужных ему сведений, потом сделал попытку продолжать без них, но не мог написать ни слова… Нестерпимое беспокойство овладело им. Грэхем схватил расписание, ища подходящий поезд, отшвырнул его, схватил трубку внутреннего телефона и позвонил в конюшни, прося оседлать Альтадену.</p>
     <p>Стояло чудесное утро; калифорнийское лето только начиналось. Над дремлющими полями не проносилось ни дуновения; раздавались лишь крики перепелов и звонкие трели жаворонков. Воздух был напоен благоуханием сирени, и, когда Грэхем проезжал сквозь ее душистые заросли, он услышал гортанный призыв Горца и ответное серебристое ржание Принцессы Фозрингтонской.</p>
     <p>Почему он здесь и под ним лошадь Дика Форреста, спрашивал себя Грэхем, почему он все еще не едет на станцию, чтобы сесть в первый же поезд, найденный им сегодня в расписании? И он ответил себе с горечью, что эти колебания, эта странная нерешительность в мыслях и поступках — для него новость. А впрочем, — и тут он весь как бы загорелся, — ему дана одна только жизнь, и есть одна только такая женщина на свете!</p>
     <p>Он отъехал в сторону, чтобы пропустить стадо ангорских коз. Здесь были самки, несколько сот; пастухи-баски медленно гнали их перед собой и часто давали им отдыхать, ибо рядом с каждой самкой бежал козленок. За оградой загона он увидел маток с новорожденными жеребятами, а услышав предостерегающий возглас, мгновенно свернул на боковую дорожку, чтобы не столкнуться с табуном из тридцати годовалых жеребят, которых куда-то перегоняли. Их возбуждением заразились все обитатели этой части имения, воздух наполнился пронзительным ржанием, призывным и ответным. Взбешенный присутствием и голосами стольких соперников, Горец носился взад и вперед по загону и все вновь издавал свой трубный призыв, словно желая всех убедить, что он самый сильный и замечательный жеребец, когда-либо существовавший на земле.</p>
     <p>К Грэхему неожиданно подъехал Дик Форрест на Капризнице. Он сиял от восторга, что среди подвластных ему созданий разыгралась такая буря.</p>
     <p>— Природа зовет! Природа, — проговорил он нараспев, здороваясь с Грэхемом, и остановил свою лошадь, хотя это едва ли можно было назвать остановкой: золотисто-рыжая красавица кобыла, не переставая, плясала под ним, тянулась зубами то к его ноге, то к ноге Грэхема и, разгневанная неудачей, бешено рыла копытом землю и брыкалась — раз, два раза, десять раз.</p>
     <p>— Эта молодежь, конечно, ужасно злит Горца, — сказал Дик, смеясь. — Вы знаете его песню? «Внемлите мне! Я — Эрос. Я попираю холмы. Моим зовом полны широкие долины. Кобылицы слышат меня на мирных пастбищах и вздрагивают, ибо они знают меня. Земля Жирна, и соков полны деревья. Это весна. Весна — моя.</p>
     <p>Я царь в моем царстве весны. Кобылицы помнят мой голос, — он жил в крови их матерей. Внемлите! Я — Эрос. Я попираю холмы, и, словно герольды, долины разносят мой голос, возвещая о моем приближении».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>После отъезда тетки Паола исполнила свою угрозу, и дом наводнили гости. Казалось, она вспомнила обо всех, кто давно ожидал приглашения, и лимузин, встречавший гостей на станции за восемь миль от усадьбы, редко возвращался пустым. Среди приехавших были певцы, музыканты и всякая артистическая публика, а также стайка молодых девушек с неизбежной свитой молодых людей; все комнаты и коридоры Большого дома были набиты мамашами, тетками и пожилыми родственниками, а на прогулках они занимали несколько машин.</p>
     <p>Грэхем спрашивал себя: не нарочно ли Паола окружает себя всей этой толпой? Сам он окончательно забросил свою книгу, купался с самыми ретивыми купальщиками перед завтраком, принимал участие в прогулках верхом по окрестностям и во всех прочих развлечениях, которые затевались и в доме и вне дома.</p>
     <p>Вставали рано и ложились поздно. Дик, который обычно не изменял своему правилу появляться среди гостей не раньше полудня, просидел однажды целую ночь напролет за покером в бильярдной. Грэхем тоже участвовал в игре и был вознагражден за бессонную, ночь, когда на рассвете к ним неожиданно вошла Паола — тоже после «белой ночи», как она выразилась, хотя бессонница ничуть не повлияла ни на ее цвет лица, ни на самочувствие. И Грэхему приходилось держать себя в руках, чтобы не смотреть на нее слишком часто, когда она составляла золотистые шипучие смеси для подкрепления усталых игроков с ввалившимися, посоловелыми глазами. Она заставляла их бросать карты и посылала выкупаться перед работой или новыми развлечениями.</p>
     <p>Никогда теперь Паола не бывала одна, и Грэхему оставалось только примкнуть к окружавшей ее компании. Хотя в Большом доме беспрестанно танцевали танго и фокстрот, она танцевала редко и всегда с молодежью. Впрочем, один раз она пригласила Грэхема на старомодный вальс, причем насмешливо объявила расступившимся перед ними молодым людям:</p>
     <p>— Смотрите, вот ваши предки исполняют допотопный танец.</p>
     <p>После первого же тура они вполне приноровились друг к другу. Паола, с той особой чуткостью, которая делала из нее такую исключительную аккомпаниаторшу и наездницу, подчинялась властным движениям своего кавалера, и скоро зрителям стало казаться, что оба они только части единого слаженного механизма. Через несколько туров, когда Грэхем почувствовал, что Паола вся отдается танцу и их ритмы в совершенстве согласованы, он решил испробовать разные фигуры и ритмические паузы. Хотя их ноги не отрывались от пола, эта вальсирующая пара казалась парящей. Дик воскликнул:</p>
     <p>— Смотрите! Плывут! Летят!</p>
     <p>Они танцевали под «Вальс Саломеи» и вместе с медленно затихающими звуками наконец замерли.</p>
     <p>Слова были излишни. Молча, не глядя друг на друга, вернулись они к остальным и услышали, как Дик заявил:</p>
     <p>— Эй, вы, желторотые юнцы, цыплята и всякая мелюзга! Видели, как мы, старики, танцуем? Я не возражаю против новых танцев, имейте это в виду, — они красивы и изящны; но я думаю, что вам не вредно было бы научиться и вальсировать. А то когда вы начинаете, получается один позор. Мы, старики, тоже кое-что умеем, что и вам бы уметь не мешало.</p>
     <p>— Например? — спросила одна из девиц.</p>
     <p>— Хорошо, я сейчас скажу. Пусть от молодого поколения несет бензином, это еще ничего…</p>
     <p>Взрыв протеста на миг заглушил голос Дика.</p>
     <p>— Я знаю, что и от меня несет, — продолжал он. — Но вы все изменили добрым старым способам передвижения. Среди вас нет ни одной девицы, которая могла бы состязаться с Паолой в ходьбе, а мы с Грэхемом так загоняем любого юношу, что он без ног останется. О, я знаю, вы мастера управлять всякими машинами, но среди вас нет ни одного, кто умел бы сидеть как следует на настоящей лошади. А править парой настоящих рысаков — куда уж вам! Да и многие ли из вас, столь успешно маневрирующих на ваших моторных лодках в укрытой бухте, сумели бы взяться за руль старомодной шхуны или шлюпа и благополучно вывести судно в открытое море?</p>
     <p>— А все-таки мы попадаем, куда нам надо, — возразила та же девица.</p>
     <p>— Не отрицаю, — отвечал Дик. — Но вы не всегда делаете это красиво. А вот вам ситуация, которая для вас совершенно недоступна: представьте себе Паолу, которая правит четверкой взмыленных коней и, держа ногу на тормозе, несется по горной дороге.</p>
     <p>В одно жаркое утро под прохладными аркадами большого двора, возле Грэхема, читавшего журнал, собралось несколько человек; среди них была и Паола. Поговорив с ними, он через некоторое время снова взялся за чтение и так увлекся, что совсем забыл об окружающих, пока у него не возникло ощущение наступившей вокруг тишины. Он поднял глаза. Осталась только Паола. Все остальные разбрелись, он слышал их смех, доносившийся с той стороны двора. Но что с Паолой? Его поразило выражение ее лица и глаз. Она смотрела на него не отрываясь; в ее взгляде было сомнение, раздумье, почти страх; и все же в этот краткий миг он успел заметить, что ее глубокий взор как бы вопрошал о чем-то, — так вопрошал бы взор человека открывшуюся перед ним книгу судьбы. Затем ее ресницы дрогнули и опустились, а щеки порозовели, — в этом не могло быть сомнения. Дважды ее губы дрогнули, она как бы силилась что-то сказать, но, застигнутая врасплох, не могла собрать свои мысли.</p>
     <p>Грэхем вывел ее из этого тягостного состояния, спокойно заметив:</p>
     <p>— А знаете, я только что читал де Врие, как он превозносит Лютера Бербанка <a l:href="#n_448" type="note">[448]</a> за его работы; и мне кажется, что Дик в мире домашних животных играет такую же роль, как Бербанк в растительном мире. Вы тут прямо творите жизнь, создавая из живого вещества новые, полезные и прекрасные формы.</p>
     <p>Паола, успевшая тем временем овладеть собой, рассмеялась, с удовольствием принимая эту похвалу.</p>
     <p>— И когда я смотрю на все, что здесь вами достигнуто, — продолжал Грэхем с мягкой серьезностью, — мне остается пожалеть о даром истраченной юности. Почему я так ничего и не создал в жизни? Я ужасно завидую вам обоим.</p>
     <p>— Мы действительно ответственны за появление на свет множества существ, — сказала Паола, — сердце замирает, когда подумаешь об этой ответственности.</p>
     <p>— Да, у вас тут положительно царство плодородия, — улыбнулся Грэхем, — цветение и плодоношение жизни никогда еще так не поражали меня. Здесь все благоденствует и множится.</p>
     <p>— Знаете, — прервала его Паола, увлеченная вдруг блеснувшей мыслью, — я вам покажу моих золотых рыбок. Я развожу их, и представьте — с коммерческой целью. Снабжаю торговцев в Сан-Франциско самыми редкими породами и даже отправляю их в Нью-Йорк. Главное — это дает мне доход, как видно по книгам Дика, а он очень строгий счетовод. В доме нет ни одного молотка, который бы не был внесен в инвентарь, ни одного гвоздя, который бы он не учел. Вот почему у него такая куча бухгалтеров и счетоводов. Он дошел до того, что при расчетах принимает во внимание даже легкое недомогание или хромоту у лошади. Таким образом, на основе устрашающего ряда цифр он вывел стоимость рабочего часа ломовой лошади с точностью до одной тысячной цента.</p>
     <p>— Да, ну а ваши золотые рыбки? — напомнил Грэхем, раздраженный этими постоянными напоминаниями о муже.</p>
     <p>— Так вот, Дик заставляет своих бухгалтеров с такой же точностью учитывать и моих золотых рыбок. На каждый рабочий час, который затрачивается на них у нас в доме или в имении, составляется счет по всей форме, включая расходы на почтовые марки и письменные принадлежности. Я плачу проценты за помещение и инвентарь. Дик даже за воду берет с меня, точно я домовладелец, а он водопроводная компания. И все-таки мне остается десять процентов прибыли, а иногда и тридцать. Но он смеется надо мною и уверяет, что если вычесть содержание управляющего, то есть мое, то окажется, что я зарабатываю очень мало, а может быть, даже работаю себе в убыток, потому что мне на мой доход не нанять такого хорошего управляющего. Вот почему Дику удаются все его предприятия! Опыты, конечно, не в счет, но обычно он никогда ничего не предпринимает, пока не уяснит себе совершенно точно, до мельчайших подробностей, во что это ему обойдется.</p>
     <p>— Дик очень в себе уверен, — заметил Грэхем.</p>
     <p>— Я не видела человека, до такой степени в себе уверенного, — горячо подхватила Паола. — Но и не видела никого, кто бы имел на это больше прав, чем Дик. Я ведь знаю его. Он гений, хоть и не в обычном смысле этого слова, потому что такая уравновешенность, близость к норме, как у него, ни с какой гениальностью несовместимы. Подобные люди встречаются реже, чем настоящие гении, и они выше. Таким же был, по-моему, Авраам Линкольн <a l:href="#n_449" type="note">[449]</a>.</p>
     <p>— Должен признаться, я не совсем вас понимаю, — заметил Грэхем.</p>
     <p>— О, я вовсе не хочу сказать, что Дик так же велик, как Линкольн, — поспешно возразила она. — Разве тут может быть сравнение! Дик молодчина, но это, конечно, не то. Я хочу сказать, что их роднит исключительная уравновешенность и близость к норме. Вот я, с позволения сказать, — гений, потому что делаю все, не зная, как я это делаю. Просто делаю. Так же вот я добиваюсь каких-то результатов и в музыке. Хоть убейте меня, а я вам не смогу объяснить, почему все это у меня выходит, — как я ныряю, или прыгаю в воду, или делаю полтора оборота.</p>
     <p>Дик же, напротив, ничего не начнет, пока не уяснит себе, как он это будет делать. Он все делает обдуманно и хладнокровно. Он весь, во всех отношениях — чудо, хотя ни в какой отдельной области ничего чудесного не совершил. О, я знаю его. Никогда не был он чемпионом какого-либо атлетического спорта, никаких рекордов не ставил; но и посредственностью не был. Он таков в любой области — интеллектуальной и духовной. Он — как цепь с совершенно одинаковыми звеньями: нет ни одного слишком тяжелого или слишком легкого.</p>
     <p>— Боюсь, что я скорее похож на вас, — отозвался Грэхем, — я тоже принадлежу к более обычной и неполноценной категории гениев. Я тоже загораюсь, совершаю самые неожиданные поступки и готов иной раз склониться перед тайной.</p>
     <p>— А Дик ненавидит все таинственное или по крайней мере делает вид, что ненавидит. И ему недостаточно знать — как, он всегда доискивается еще и почему именно так, а не иначе. Загадки раздражают его. Они действуют на него, как красный лоскут на быка. Ему хочется сорвать покров с неведомого, обнажить самое сердце тайны, узнать — как и почему, и чтобы тайна была уже не тайной, а фактом, который можно обобщить и объяснить научно.</p>
     <p>Положение трех основных действующих лиц становилось все сложнее, но многое было еще скрыто от каждого из них. Грэхем не знал, какие отчаянные усилия делала Паола, чтобы сохранить близость с мужем, а тот, со своей стороны, занятый по горло бесчисленными опытами и проектами, бывал все реже среди гостей. Он неизменно появлялся за вторым завтраком, но очень редко участвовал в прогулках. Паола догадывалась по множеству приходивших из Мексики шифрованных телеграмм, что дело с рудниками «Группа Харвест» осложнилось. Она видела также, что к Дику спешно приезжают, и притом в самое неожиданное время, агенты и представители иностранного капитала в Мексике, чтобы с ним посовещаться. Он жаловался, что они ему дохнуть не дают, но ни разу ни словом не обмолвился о причинах этих приездов.</p>
     <p>— Неужели ты не можешь выкроить себе хоть чуточку свободного времени? — вздохнув, сказала Паола как-то утром, когда ей наконец удалось застать Дика в одиннадцать часов одного. Она сидела у него на коленях и ласково прижималась к нему.</p>
     <p>Правда, он диктовал в диктофон какое-то письмо и она помешала ему своим приходом; вздохнула же она потому, что услышала деликатное покашливание Бонбрайта, который вошел с пачками последних телеграмм.</p>
     <p>— Хочешь, я покатаю тебя сегодня на Дадди и Фадди? Поедем вдвоем, только ты да я, — продолжала она просящим тоном.</p>
     <p>Дик покачал головой и улыбнулся.</p>
     <p>— Ты увидишь за завтраком прелюбопытное сборище, — заявил он. — Другим этого знать незачем, но тебе я скажу. — Он понизил голос, а Бонбрайт скромно потупился и занялся картотекой. — Будет прежде всего много народу с нефтяных промыслов «Тэмпико»; директор «Насиско» Сэмюэл собственной персоной; потом Уишаар — душа Пирсон-Брукской компании, — помнишь, тот малый, который организовал покупку железных дорог на Восточном побережье и Тиуана-Сентрал, когда они пытались бороться с «Насиско»; будет и Матьюссон, «Великий вождь», главный представитель интересов Палмерстона по эту сторону Атлантического океана, — знаешь, той английской фирмы, которая так свирепо боролась с «Насиско» и Пирсон-Бруксами; ну и еще кое-кто. Отсюда ты должна понять, насколько в Мексике неблагополучно, если все эти господа готовы забыть о своей грызне и совещаются друг с другом.</p>
     <p>У них, видишь ли, нефть, а я тоже кой-что значу, поэтому они хотят, чтобы я сочетал свои интересы с их интересами — рудники с нефтью. Да, чувствуется, что назревают какие-то события, и нам действительно надо объединиться и что-то предпринять или убираться из Мексики. Признаюсь, после того как они три года назад, во время той передряги, подвели меня, я наплевал на них и засел у себя; быть может, они поэтому теперь сами ко мне и явились.</p>
     <p>Дик был нежен с Паолой и называл ее своей любимой, но она все же перехватила нетерпеливый взгляд, который он бросил на диктофон с неоконченным письмом.</p>
     <p>— Итак, — закончил он, прижимая ее к себе и как бы давая этим понять, что время истекло и ей пора уходить, — днем я буду занят с ними. Но обедать никто, не останется, все уедут раньше.</p>
     <p>Паола соскользнула с его колен и высвободилась из его объятий с необычайной резкостью; она встала перед ним, выпрямившись; ее глаза сверкали, лицо побледнело, и у нее было такое выражение, словно она вот-вот сорвется и скажет ему что-то очень важное. Но раздался мягкий звон, и он потянулся к телефону. Паола опустила голову, неслышно вздохнула и, выходя из комнаты, услышала, как Бонбрайт торопливо подошел к столу с телеграммами в руках, а Дик заговорил по телефону:</p>
     <p>— Нет! Это невозможно! Пусть все выполнит, иначе ему не поздоровится. Все эти джентльменские устные соглашения — вздор. Будь только такой устный договор, не пришлось бы и спорить. Но у меня есть весьма интересная переписка, о которой он, видимо, забыл… да, да… любой суд признает. Я вам пришлю всю пачку сегодня же около пяти. И скажите ему, что если он вздумает вытворять всякие фокусы, так я его в бараний рог согну, сам заделаюсь судовладельцем, стану его конкурентом, и через год его пароходы будут в руках судебного исполнителя… Алло! Вы слушаете?.. И особенно обратите внимание на тот пункт, о котором я вам говорил… Я уверен, что в Междуштатном торговом комитете на него же имеются два дела…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Ни Грэхем, ни даже Паола не предполагали, что Дик, с его умом и наблюдательностью, а также особым даром угадывать будущее по едва уловимым признакам и намекам и на их основании строить догадки и гипотезы, которые потом нередко оправдывались, — что Дик уже почуял то, чего еще не случилось, но что могло случиться. Он не слышал кратких и знаменательных слов Паолы под дубами у коновязи, не видел ее вопрошающего взора, устремленного на Грэхема, когда они встретились под аркадами, — Дик ничего не слышал, видел очень немногое, но многое чувствовал; и даже то, что переживала Паола, он смутно уловил раньше, чем она сама.</p>
     <p>Единственное, что могло встревожить его, был тот вечер, когда он, хотя и поглощенный бриджем, все же заметил, как поспешно они отошли от рояля после своего дуэта. Дику почудилось что-то необычное в задорном и веселом лице Паолы, когда она, улыбаясь, принялась дразнить его тем, что он проиграл. Отвечая ей в том же веселом тоне, он смеющимися глазами скользнул по лицу Грэхема, стоявшего рядом с Паолой, и заметил у него тоже какое-то странное выражение. «Он очень взволнован, — подумал Дик в ту минуту. — Но почему? Есть ли какая-нибудь связь между его волнением и тем, что Паола внезапно отошла от рояля?» Эти вопросы неотступно вертелись у него в мозгу, но он смеялся шуткам гостей, тасовал и сдавал карты и даже выиграл партию.</p>
     <p>Однако он продолжал убеждать себя в нелепости и несообразности того, что ему почудилось. Вздорное предположение, шальная, ни на чем не основанная мысль, говорил он себе. Просто и его жена и его друг — обаятельные люди. Все же он не мог запретить этим мыслям в иные минуты всплывать в его сознании. Почему они все-таки в тот вечер так внезапно оборвали пение? И отчего ему почудилось, что произошло нечто необычайное? Отчего Грэхем был взволнован?</p>
     <p>Не догадался и Бонбрайт, записывая как-то утром текст телеграммы, что его хозяин не случайно то и дело подходил к окну при каждом стуке копыт на дороге. Уже не первое утро за эти дни подбегал он к окну и бросал внешне рассеянный взгляд на кавалькаду, подъезжавшую к коновязи. И сегодня он опять говорил себе, что знает наперед, кого сейчас увидит.</p>
     <p>— «Брэкстон в полной безопасности, — продолжал он диктовать, с теми же спокойными интонациями, глядя туда, где должны были появиться всадники, — если что-нибудь произойдет, он может перебраться через горы в Аризону. Немедленно повидайте Коннорса. Брэкстон оставил ему все инструкции. Коннорс будет завтра в Вашингтоне. Узнайте и сообщите мне подробности обо всех событиях. Подпись».</p>
     <p>На дороге показались Лань и Альтадена. Они скакали голова в голову. Дик не ошибся: он увидел именно то, что ожидал. Донесшиеся до него веселые восклицания, смех и топот копыт показывали, что за двумя первыми всадниками непосредственно следует вся остальная компания.</p>
     <p>— Вторую телеграмму, мистер Бонбрайт, составьте, пожалуйста, нашим кодом, — спокойно продолжал Дик, глядя в то же время в окно и размышляя о том, что Грэхем ездит верхом неплохо, но отнюдь не блестяще и что ему нужно будет дать лошадь потяжелее. — Отправьте эту телеграмму Джереми Брэкстону. Отправьте ее сразу по обеим линиям. Хотя бы по одной, может быть, дойдет…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Опять гости схлынули, и завтракать и обедать зачастую садились только втроем — хозяева и Грэхем. Но в те вечера, когда мужчинам еще хотелось поболтать часок перед сном, Паола уже не играла мягкую и задумчивую музыку, а подсаживалась к ним с каким-нибудь изысканным вышиванием и слушала их беседу.</p>
     <p>У обоих друзей было много общего — и молодость они провели во многом одинаково и на жизнь у них были сходные взгляды; их жизненная философия скорее отличалась суровостью, чем сентиментальностью, они были реалистами.</p>
     <p>— Ну, конечно, — смеясь, говорила Паола обоим. — Я понимаю, почему вы такие. Вы оба удались — физически удались, хочу я сказать. Здоровы. Выносливы. Выжили там, где более слабые погибли. Даже африканской лихорадке не удалось вас сломить, а товарищей вы хоронили. Этот бедняга на Криппл-Крике схватил воспаление легких и умер так быстро, что вы не успели даже спустить его в долину. Почему же вы не заболели? Оттого, что были лучше? Или вели более воздержанную жизнь? Или соблюдали осторожность и меньше рисковали? — Она покачала головой. — Нет. Не поэтому. А потому, что вам больше везло: везло и в смысле среды, в которой вы родились, и в смысле здоровья, сопротивляемости организма и всего прочего. Почему Дик похоронил в Гваякиле трех штурманов и двух машинистов? Их погубила желтая лихорадка. А почему желтая лихорадка не распространилась дальше и не погубила Дика? То же самое можно сказать и относительно вас, широкоплечий и крепкогрудый мистер Грэхем. Ведь во время вашей последней поездки утонули в болоте не вы, а ваш фотограф? Почему же? Говорите! Признавайтесь! Сколько он весил? Какой ширины были у него плечи? Какие легкие? Какие ноздри? Какая сила?</p>
     <p>— Он весил сто тридцать пять фунтов, — жалобно отвечал Грэхем, — но казался здоровым и крепким.</p>
     <p>Я, вероятно, удивился больше него, когда он утонул. — Грэхем покачал головой. — И он утонул вовсе не потому, то был мал и хил. Маленькие люди всегда гораздо выносливее при прочих равных условиях. Но вы все же верно указали главную причину: у него не было выдержки, не было сопротивляемости. Понимаете, Дик, что я под этим разумею?</p>
     <p>— Это какое-то особое свойство мышц и сердца, дающее, например, иным боксерам возможность выдергивать подряд двадцать, тридцать, сорок раундов, — заметил Дик. — Как раз сейчас в Сан-Франциско несколько сот юношей мечтают о победах на ринге. Я следил за тем, как они испытывали свои силы. Все они были прекрасно сложены, молоды, здоровы, все упорно стремились к победе — и почти никто не мог выдержать десяти раундов. Не то чтобы они были побиты, но они просто не могли выдержать. Видимо, их мышцы и сердце сделаны не из первосортного материала и при таких стремительных и напряженных движениях их не хватает на десять раундов. Многие выдыхались на четвертом или пятом раунде. И ни один из сорока не выстоял двадцать раундов, принимая и возвращая удары в течение часа, при одной минуте отдыха и трех минутах борьбы. Парень, способный выдержать сорок раундов, такой, как, например, Нелсон, Ганс и Волгаст, едва ли найдется один на десять тысяч.</p>
     <p>— Ты понимаешь, что я хочу сказать? — продолжала Паола. — Вот вас здесь двое. Вам обоим за сорок. Оба вы неисправимые грешники. Оба прошли огонь и воду. Рядом с вами другие падали и гибли, — вы же побродили по свету, пожили в свое удовольствие…</p>
     <p>— Было дело… — рассмеялся Грэхем.</p>
     <p>— И здорово пьянствовали, — добавила Паола. — Но даже алкоголь не сжег вас! Такие уж вы крепыши! Другие валились под стол, кончали больницей или мертвецкой, а вы, напевая, продолжали свой путь, свой славный путь; вы оставались целы и невредимы, и даже голова с похмелья у вас не болела! Такие уж вы удались! Ваши мышцы — это мышцы, богатые кровью, и ваше сердце и легкие — тоже. Оттого у вас и философия «полнокровная» и стальная хватка, и вы проповедуете реализм — практический реализм, и идете по головам более слабых и менее удачливых, которые не смеют дать сдачи и падают в первой схватке, как те молодые люди, о которых говорил Дик: они не выстояли бы и одного раунда, если бы померились с вами силами.</p>
     <p>Дик насмешливо свистнул.</p>
     <p>— Вот почему вы проповедуете евангелие сильных, — продолжала Паола. — Будь вы слабы, вы бы проповедовали евангелие слабых и подставляли бы другую щеку. Но вы оба — силачи-великаны, и если вас ударят, другой щеки вы не подставите…</p>
     <p>— Нет, — спокойно прервал ее Дик. — Мы немедленно заревем: «Отрубить ему голову!» — и отрубим. Она здорово нас поймала, Ивэн. Философия человека, как и его религия, — это сам человек, он создает ее по своему образу и подобию.</p>
     <p>Мужчины продолжали беседовать, а Паола — вышивать, но перед ней неотступно стояли образы этих двух рослых мужчин; она восхищалась ими, дивилась им, но не находила в себе их самоуверенности и чувствовала, как их взгляды и убеждения, с которыми она так долго соглашалась, что они стали как бы ее собственными, — вдруг точно меркнут, теряют свою убедительность.</p>
     <p>Через несколько дней, однажды вечером, она высказала свои сомнения.</p>
     <p>— Самое странное во всем этом то, — сказала она в ответ на только что сделанное Диком замечание, — что чем больше люди философствуют о жизни, тем меньше они достигают. Постоянное философствование сбивает их с толку, особенно женщин, если они постоянно находятся в этой атмосфере. Когда слышишь очень много рассуждений, то начинаешь во всем сомневаться. Взять, например, жену Менденхолла: она лютеранка, и у нее нет никаких сомнений. Для нее все ясно, все стоит на своих местах, все нерушимо. Она ничего не знает ни о звездных дождях, ни о ледниковых периодах, а если бы и знала — это ни на йоту не изменило бы ее точки зрения на то, как должны себя вести мужчины и женщины — и на этом свете и на том!</p>
     <p>А у нас здесь вы проповедуете свой трезвый реализм, Терренс исполняет какой-то анархо-эпикурейский танец в античном духе, Хэнкок помахивает мерцающими вуалями бергсоновской метафизики, Лео молится перед алтарем Красоты, а Дар-Хиал без конца жонглирует своими парадоксами, и вы его одобряете. Разве вы не видите, что в результате не остается ни одного суждения, на которое можно было бы опереться? Нет ничего правильного, все ложно. Чувствуешь, что плывешь по морю идей без руля, без паруса, без карты. Как поступить? Удержаться или дать себе волю? Хорошо это или плохо? У миссис Менденхолл есть на все готовые ответы. Ну, а у философов? — Паола покачала головой. — А у них нет. Все, что у них есть, — это идеи. И прежде всего начинают говорить о них, говорить, говорить и, несмотря на всю свою эрудицию, никогда не приходят ни к каким выводам. И я такая же. Я слушаю, слушаю и говорю, говорю без конца, как, например, сейчас, а убеждений у меня все-таки нет никаких. И нет никакого мерила…</p>
     <p>— Неправда, мерило есть, — возразил Дик. — Старое, вечное мерило: истинно то, что оправдывает себя в жизни.</p>
     <p>— Ну, теперь ты опять начнешь развивать свои любимые теории насчет фактов, — улыбнулась Паола. — А Дар-Хиал с помощью нескольких жестов и словесных вывертов докажет тебе, что всякий факт — иллюзия; а Терренс — что целесообразность есть нечто лишнее, несущественное и непонятное; а Хэнкок — что пресловутое небо Бергсона вымощено тем же булыжником целесообразности, но он гораздо совершеннее, чем у тебя; а Лео — что в мире существует только одно — Красота, и вовсе это не булыжник, а золото…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Поедем сегодня верхом, Багряное Облако, — обратилась Паола к мужу. — Выбрось из головы свои заботы, забудь о юристах, рудниках и овцах!</p>
     <p>— Мне тоже очень хочется, Поли, — ответил он. — Но я не могу. Нужно мчаться в Бьюкэй. Уорд приехал перед самым завтраком. У них что-то там стряслось с плотиной: наверное, переложили динамиту, и нижний слой дал трещину. А какой толк от плотины, если дно резервуара не будет держать воду?</p>
     <p>Когда Дик три часа спустя возвращался из Бьюкэя, он увидел, что Грэхем и Паола в первый раз поехали кататься вдвоем.</p>
     <p>Уэйнрайты и Когланы решили отправиться в двух машинах к берегам Рашен-Ривер и пожить там с недельку. По пути они остановились на день в Большом доме. Паола, не долго думая, посадила всю компанию в коляску, запряженную четверкой, и повезла ее в горы Лос-Банос. Так как они выехали утром, то Дик не мог отправиться с ними, хотя и оторвался от работы с Блэйком, чтобы выйти их проводить. Он проверил упряжку и экипаж, нашел все в полном порядке, но пересадил всех по-своему, настаивая, чтобы Грэхем занял место на козлах рядом с Паолой.</p>
     <p>— Пусть у нее будет про запас мужская сила, — пояснил он. — Мне не раз приходилось видеть, как тормоз портится на самой середине спуска, и это доставляет пассажирам немало неприятностей. Бывают и жертвы. А теперь для вашего успокоения, чтобы вы знали, что такое Паола, я спою вам песенку.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Наша девочка-плутовка</v>
       <v>Правит парой очень ловко,</v>
       <v>Но она себя прославит</v>
       <v>Тем, что и четверкой правит.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Все рассмеялись. Паола сделала конюхам знак, чтобы они отпустили лошадей, и покрепче забрала в руки и выровняла вожжи.</p>
     <p>Среди смеха и шуток отъезжающие простились с Диком, и никто из них не заметил ничего, кроме ясного утра, обещавшего не менее чудесный день, и приветливого хозяина, желавшего им счастливого пути. Но Паола, вместо радостного возбуждения, которое охватило бы ее в другое время оттого, что она правит четверкой таких лошадей, почувствовала смутную печаль, — и одной из причин было то, что Дик с ними не едет. А Грэхему при виде улыбающегося Дика стало стыдно: вместо того, чтобы сидеть рядом с этой несравненной женщиной, ему следовало бы сейчас мчаться в поезде или на пароходе на край света.</p>
     <p>Но веселое выражение исчезло с лица Дика, как только он повернулся и направился к дому. Было самое начало одиннадцатого, когда он кончил диктовать и Блэйк встал, намереваясь уйти. Однако он не ушел, а, замявшись, пробормотал слегка виноватым тоном:</p>
     <p>— Вы меня просили, мистер Форрест, напомнить относительно корректуры вашей книги о шортхорнах. Вчера от издателей пришла вторая телеграмма: они просят вас скорее вернуть ее.</p>
     <p>— Я сам уже не успею, — ответил Дик. — Будьте добры, выправьте типографские ошибки, а затем дайте мистеру Мэнсону для фактических поправок, — пусть особенно тщательно проверит родословную Короля Дэвона, — и пошлите.</p>
     <p>До одиннадцати Дик принимал управляющих и экономов. Только в четверть двенадцатого ему удалось отделаться от организатора выставок, мистера Питтса, показывавшего ему макет каталога для впервые организуемой в его имении годичной распродажи скота его собственных заводов. А тут появился Бонбрайт, принес телеграммы для хозяина, и они не успели еще покончить со всеми делами, как подоспело время завтрака.</p>
     <p>Оставшись наконец один, — в первый раз после того, как он проводил гостей, — Дик удалился на свою спальню-веранду и подошел к висевшим на стене термометрам и барометру. Но смотрел он не на них, а на смеющееся женское личико в круглой деревянной рамке.</p>
     <p>— Паола, Паола, — проговорил он вслух. — Неужели ты через столько лет удивишь и себя и меня? Неужели ты потеряешь голову — ты, скромная и уже немолодая женщина?</p>
     <p>Он надел краги и шпоры для поездки верхом после завтрака и опять задумчиво обратился к портрету.</p>
     <p>— Что ж, я за честную игру, — пробормотал он; и после паузы, уже повернувшись, чтобы уходить, добавил: — В открытом поле… и на равных условиях… на равных условиях…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Знаете, если я скоро не уеду отсюда, — шутливо сказал Грэхем Дику в тот же день, — придется мне стать вашим пансионером и присоединиться к философам из «Мадроньевой рощи».</p>
     <p>Они пили втроем коктейли перед обедом: никто из возвратившихся с прогулки гостей еще не показывался.</p>
     <p>— Если бы наши философы написали все вместе хоть одну книгу! — вздохнул Дик. — Боже мой, голубчик, но должны же вы кончить здесь свою работу! Я вас заставил начать ее, и я должен позаботиться о том, чтобы вы ее завершили.</p>
     <p>Стереотипные вежливо-равнодушные фразы, которыми Паола уговаривала Грэхема остаться, показались Дику сладостной музыкой. Его сердце дрогнуло от радости: может быть, он, несмотря на все, ошибся? Неужели два таких человека, как Грэхем и Паола, зрелых, умных и уже немолодых, способны так нелепо и легкомысленно потерять голову?</p>
     <p>— За книгу! — поднял Дик свой бокал; а затем добавил, обернувшись к Паоле: — Прекрасный коктейль, Поли! Ты превзошла себя в этом искусстве, а О-Чая все не можешь научить, — его коктейли всегда хуже твоих. Да, еще коктейль, пожалуйста…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Грэхем ехал по лесистым ущельям среди гор, окружавших имение, и знакомился со своей новой верховой лошадью Селимом — рослым, массивным вороным мерином, которого Дик дал ему вместо более легкой Альтадены. Изучая характер коня, добродушного, смирного и все же лукавого, Грэхем мурлыкал слова цыганской песни, которую пел с Паолой, и отдавался своим мыслям. Вспомнив о буколических любовниках, вырезавших свои инициалы на деревьях в лесу, он небрежно, скорее ради шутки, отломил ветку лавра и ветку сосны, затем, привстав на стременах, наклонился, сорвал длинный стебель папоротника с пятипальчатым листком и накрест связал им ветки. Когда паттеран был готов, он бросил его впереди себя на дорогу и заметил, что Селим переступил через него, не задев. Уже отъехав, Грэхем обернулся и упорно старался не терять из виду свой паттеран до следующего поворота дороги. «Лошадь на него не наступила: хорошее предзнаменование», — подумал он.</p>
     <p>Вокруг него повсюду рос папоротник, ветки лавров и сосен задевали его по лицу, как бы приглашая продолжать начатую забаву. И он связывал паттераны и один за другим бросал их на дорогу.</p>
     <p>Спустя час он доехал до поворота, откуда, как ему было известно, начиналась дорога через перевал, крутая и трудная, — и Грэхем повернул обратно.</p>
     <p>Селим тихонько заржал. Совсем близко раздалось ответное ржание. Тропа в этом месте была удобной и широкой, Грэхем пустил Селима рысью и, описав широкую дугу, нагнал Паолу, ехавшую на Лани.</p>
     <p>— Алло! — закричал он. — Алло! Алло!</p>
     <p>Она придержала лошадь, и он поравнялся с ней.</p>
     <p>— Я только что повернула обратно, — сказала она. — А вы почему повернули? Я думала, вы едете через перевал в Литтл Гризли.</p>
     <p>— А вы знали, что я еду впереди вас? — спросил он, любуясь мальчишески-прямым и правдивым взглядом, каким она смотрела ему прямо в глаза.</p>
     <p>— Как же не знать? После второго паттерана я уже не сомневалась.</p>
     <p>— О, я и забыл про них, — виновато засмеялся он. — Но почему вы повернули обратно?</p>
     <p>Она подождала, чтобы Лань и Селим переступили через лежавшую поперек дороги ольху, взглянула ему в глаза и ответила:</p>
     <p>— Потому что не хотела ехать по вашему следу; да и ни по чьим следам, — быстро поправилась она. — И вот после второго паттерана я повернула обратно.</p>
     <p>Он сразу не нашелся, что ответить, и наступило неловкое молчание; оба ощущали эту неловкость, вызванную тем, что оба они знали и о чем говорить не могли.</p>
     <p>— А вы имеете обыкновение бросать паттераны? — спросила Паола.</p>
     <p>— Это первый раз в моей жизни, — покачал он головой. — Но кругом такая пропасть подходящего материала, что трудно было удержаться, да и цыганская песня преследовала меня.</p>
     <p>— Меня она преследовала сегодня с утра, как только я проснулась, — сказала Паола, откинув голову, чтобы ветка дикого винограда не задела ее щеку.</p>
     <p>А Грэхем, глядя на ее профиль, на венец ее золотисто-каштановых волос, на ее прекрасную шею, снова ощутил знакомую томительную боль и желание. Ее близость дразнила его. Золотистая амазонка Паолы вызывала в нем мучительные видения ее тела, когда она сидела на тонущем Горце, когда прыгала в воду с высоты сорока футов или шла по комнате в своем жемчужно-голубом платье средневекового покроя и сводившим его с ума стройным движением колена приподнимала тяжелые складки.</p>
     <p>— Все это вздор, — заметила она, отрывая Грэхема от этих видений.</p>
     <p>Он быстро ответил:</p>
     <p>— Слава богу, что вы ни разу не вспомнили про Дика.</p>
     <p>— Вы разве его не любите?</p>
     <p>— Будьте честны, — твердо и почти сурово заявил он. — Все дело именно в том, что я люблю его. Иначе…</p>
     <p>— Что? — спросила она.</p>
     <p>Голос ее звучал решительно, но она смотрела не на него, а прямо перед собой, на острые ушки Лани.</p>
     <p>— Не понимаю, отчего я все еще здесь. Мне следовало давным-давно уехать.</p>
     <p>— Почему? — спросила она, не сводя глаз с ушей Лани.</p>
     <p>— Говорю вам, будьте честны, — повторил он предостерегающим тоном. — Я думаю, мы и без слов понимаем друг друга.</p>
     <p>Щеки Паолы вспыхнули, она вдруг повернулась к нему и молча посмотрела на него в упор, затем быстро подняла руку, державшую хлыст, словно желая прижать ее к своей груди, но рука нерешительно замерла в воздухе и опять опустилась. Все же он видел, что глаза ее сияют радостным испугом. Да, ошибки быть не могло: в них были испуг и радость. И он, следуя особому чутью, которым одарены некоторые мужчины, переложил повод в другую руку, подъехал к ней вплотную, обнял ее, и, прижавшись коленом к ее колену, привлек к себе так близко, что лошади покачнулись, и поцеловал ее в губы со всей силой своего желания. Ошибки быть не могло. В этом жарком объятии, когда их дыхание смешалось, он с невыразимым волнением почувствовал на своих губах ответный трепет ее губ.</p>
     <p>Но через миг она вырвалась. Краска сбежала с ее щек. Глаза сверкали. Она подняла хлыст как бы для того, чтобы ударить, но опустила его на удивленную Лань и тут же так неожиданно и стремительно вонзила шпоры в бока лошади, что та застонала и шарахнулась в сторону.</p>
     <p>Он прислушивался к замиравшему на лесной дороге стуку копыт, чувствуя, что голова у него кружится и кровь стучит в висках. Когда замолкли последние отзвуки дальнего топота, он не то соскользнул, не то упал с седла и сел на мшистый камень. Грэхем был глубоко потрясен — гораздо сильнее, чем считал это возможным до той минуты, когда она очутилась в его объятиях. Что же! Жребий брошен! Он вскочил и выпрямился так порывисто, что Селим в испуге отпрянул от него и, натянув повод, громко захрапел.</p>
     <p>То, что произошло, произошло совершенно неожиданно. Но это было неизбежно. Это не могло не случиться. Грэхем действовал не по заранее обдуманному плану, хоть теперь и понимал, что при своей пассивности и промедлениях с отъездом должен был все это предвидеть. А теперь отъезд уже не поможет. Теперь все его терзания, его безумие и счастье состояли в том, что сомнений уже быть не могло. Зачем слова, когда его губы еще дрожали от воспоминания о том, что она сказала ему прикосновением своих губ? Он вновь и вновь возвращался к этому поцелую, на который она ответила, и тонул в море блаженных воспоминаний.</p>
     <p>Он бережно тронул свое колено, которого коснулось ее колено, преисполненный смиренной благодарности, понятной лишь тому, кто истинно любит. Чудесным казалось ему, что такая удивительная женщина могла его полюбить. Это ведь не девчонка. Это зрелая женщина, опытная и отдающая себе отчет в своих желаниях. И ее дыхание прерывалось, когда она была в его объятиях, и ее уста ожили для его уст. Он получил от нее то, что ей отдал, — а ему даже не снилось, чтобы он после стольких лет мог дать так много.</p>
     <p>Грэхем встал, сделал было движение, чтобы сесть на Селима, который обнюхивал его плечо, но остановился, задумавшись.</p>
     <p>Теперь дело уже не в отъезде. Относительно этого вопрос ясен. Правда, у Дика свои права. Но права есть и у Паолы. Да и смеет ли он уехать после того, что произошло? Разве только если она… уедет вместе с ним. Уехать теперь — это все равно, что поцеловать тайком и убежать. Если уж так вышло, что двое мужчин любят одну и ту же женщину, — а в такой треугольник неизбежно закрадывается предательство, — то, конечно, предать женщину постыднее, чем предать мужчину.</p>
     <p>«Мы живем в реальном мире, — говорил он себе, медленно направляя лошадь к дому, — и Паола, и Дик, и я живые люди; и мы реалисты — мы привыкли прямо смотреть в лицо жизненным фактам. Ни церковь, ни законы, никакие мудрствования и установления здесь ни при чем. Мы трое должны все решить сами. Конечно, кому-нибудь будет больно. Но вся жизнь — страдание. Умение жить состоит в том, чтобы свести страдание до минимума. К счастью, Дик и сам держится таких же взглядов. Ничто не ново под луной. Бесчисленные треугольники бесчисленных поколений всегда как-то разрешались, значит, будет разрешен и этот. Все человеческие дела в конце концов как-нибудь да разрешаются…»</p>
     <p>Он отбросил трезвые мысли и опять отдался блаженству воспоминаний, снова прикоснулся рукой к колену и ощутил на губах дыхание Паолы. Он даже остановил Селима, чтобы посмотреть на сгиб своего локтя, о который опирался ее стан.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Грэхем увидел Паолу только за обедом, и она была такой же, как всегда. Даже его жадный взор не мог отыскать в ней никаких следов сегодняшнего великого события и того гнева, от которого побледнело ее лицо и загорелись глаза, когда она подняла хлыст, чтобы ударить его. Она была та же, что и всегда, — маленькая хозяйка Большого дома. Даже когда их взоры случайно встретились, ее глаза были ясны, спокойны, без тени смущения, без всякого намека на тайну. Положение еще облегчалось тем, что приехали новые гости, приятельницы ее и Дика, которые должны были остаться на несколько дней.</p>
     <p>На другое утро он встретился с ними и Паолой в музыкальной комнате у рояля.</p>
     <p>— А вы, мистер Грэхем, не поете? — спросила некая миссис Гофман.</p>
     <p>Как узнал Грэхем, она была редактором одного женского журнала в Сан-Франциско.</p>
     <p>— О, восхитительно! — шутливо отозвался он. — Верно, миссис Форрест?</p>
     <p>— Совершенно верно, — улыбнулась Паола. — Хотя бы уже потому, что великодушно сдерживаете свой голос, чтобы окончательно не заглушить мой.</p>
     <p>— Вам ничего больше не остается, как доказать истинность ваших слов, — заявил он. — На днях мы пели один дуэт, — он вопросительно взглянул на улыбавшуюся Паолу, — который мне особенно по голосу. — Грэхем опять взглянул на нее вскользь, но не получил никакого ответа: хочет она петь или нет. — Я сейчас пойду принесу ноты, они в другой комнате.</p>
     <p>— Эта песня называется «Тропою цыган», — услышал он голос Паолы, когда выходил. — Очень яркая, увлекательная вещь.</p>
     <p>Они пели гораздо сдержаннее, чем в первый раз, и голоса их звучали далеко не с тем жаром и трепетом; но они спели дуэт звучнее и шире, больше в духе самого композитора и меньше давая места личному толкованию. Грэхем во время пения думал об одном и был уверен, что о том же думает и Паола: их сердца поют другой дуэт, о котором даже не подозревают эти аплодирующие дамы.</p>
     <p>— Держу пари, что вы никогда лучше не пели, — сказал он Паоле.</p>
     <p>В ее голосе он услышал новые нотки, — он звучал теперь полнее, щедрее, с той именно богатой звучностью, какой можно было ожидать от прекрасных форм ее шеи.</p>
     <p>— А теперь, так как вы наверняка не знаете, что такое паттеран, я вам расскажу… — начала она.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Дик, дорогой юноша, вы же стоите прямо на карлейлевских позициях, — говорил Терренс Мак-Фейн отеческим тоном.</p>
     <p>В этот день в Большом доме обедали только мудрецы из «Мадроньевой рощи», и вместе с Паолой, Диком и Грэхемом за столом сидело всего семь человек.</p>
     <p>— Определить чью-либо позицию — еще не значит опровергнуть ее, — возразил Дик. — Я знаю, что моя точка зрения совпадает с Карлейлем, но это ничего не доказывает. Культ героев прекрасная вещь. Я говорю не как сухой схоластик, а как скотовод-практик, которому постоянно приходится иметь дело с методами Менделя.</p>
     <p>— И я должен, по-вашему, согласиться с тем, что готтентот ничуть не хуже белого! — вмешался Хэнкок.</p>
     <p>— Ну, это в вас говорит Юг, Аарон, — заметил Дик, улыбаясь. — Эти предрассудки — я имею в виду не врожденные, но привитые еще в раннем детстве окружающей средой — слишком сильны; и сколько бы вы ни философствовали, вам с ними не справиться. Они так же неискоренимы, как влияние манчестерской школы на Спенсера.</p>
     <p>— Что же, вы Спенсера ставите на одну доску с готтентотами <a l:href="#n_450" type="note">[450]</a>?</p>
     <p>Дик покачал головой.</p>
     <p>— Дайте мне сказать, Хиал. Кажется, я могу объяснить свою мысль. Средний готтентот или средний меланезиец, в сущности, мало чем отличается от среднего белого. Разница в том, что таких готтентотов и негров гораздо больше, чем белых, среди которых есть значительный процент людей, превосходящих обычный средний уровень. Я их называю первой шеренгой, они увлекают за собой своих соотечественников, средних людей. Заметьте, что первая шеренга не меняет самой природы среднего человека и не развивает его интеллекта, но она лучше оснащает его для жизненной борьбы, открывает перед ним больше возможностей, облегчает движение вперед всей массе.</p>
     <p>Дайте индейцу вместо лука и стрел современную винтовку, и он будет добывать гораздо больше дичи. По своей сути индейский охотник нисколько не изменился. Но его раса породила так мало людей, превышающих средний уровень, что все они за десять тысяч поколений не могли дать ему в руки винтовку.</p>
     <p>— Ну-ну, Дик, развивайте вашу идею, — поощрял его Терренс. — Я, кажется, понимаю, куда вы клоните, и вы скоро припрете Аарона к стене с его расовыми предрассудками и дурацкой уверенностью в превосходстве одних народов перед другими.</p>
     <p>— Люди, стоящие выше среднего уровня, — продолжал Дик, — те, кто составляет первую шеренгу, — изобретатели, исследователи, конструкторы, — это носители так называемых доминирующих признаков. Расу, в которой таких людей немного, называют низшей, неполноценной. Она все еще пользуется луком и стрелами. Она не вооружена для жизни. Возьмем среднего человека белой расы. Он совершенно так же туп, жаден, инертен, он такой же косный и отсталый, как и средний дикарь. Но средний белый движется быстрее, потому что большее число выдающихся людей вооружает его для жизни, дает ему организацию и закон.</p>
     <p>Какого великого человека, какого героя — героя в том смысле, в каком я только что говорил, — породили, например, готтентоты? У гавайцев был только один: Камехамеха <a l:href="#n_451" type="note">[451]</a>. У американских негров только два — Букер <a l:href="#n_452" type="note">[452]</a> Вашингтон и Дюбуа <a l:href="#n_453" type="note">[453]</a>, да и те с примесью белой крови…</p>
     <p>Паола делала вид, что живо интересуется разговором и ей ничуть не скучно. Но Грэхему, сочувственно следившему за ней, стало ясно, что она вся как-то внутренне поникла. Под шум спора, завязавшегося между Терренсом Хэнкоком, она сказала Грэхему вполголоса:</p>
     <p>— Слова, слова, слова! Так много, так бесконечно много слов! Вероятно, Дик прав, — он почти всегда бывает прав; но я, признаюсь, никогда не умела и не умею применять все эти слова, все эти потоки слов к жизни, к моей собственной жизни, чтобы понять, как мне надо жить, что я должна и чего не должна делать. — Она, не отрываясь, смотрела ему в глаза, и у него не могло быть никакого сомнения относительно скрытого смысла ее слов. — Я не вижу, какое отношение теория о доминирующих признаках и о первой шеренге может иметь к моей жизни, — продолжала она. — Все это нисколько не Уясняет мне, что хорошо и что дурно и по какой дороге надо идти. А они опять начали и теперь проговорят весь вечер…</p>
     <p>— Нет, я понимаю, в чем их спор… — поспешно добавила Паола, — но для меня все это звук пустой. Слова, слова, слова! А я хочу знать, что мне делать с собой, как мне быть с вами, с Диком…</p>
     <p>Но Диком овладел в этот вечер демон красноречия; и не успел Грэхем ответить Паоле, как Дик потребовал у него каких-то данных относительно южноамериканских племен, с которыми он некогда встречался во время своих путешествий. Слушая Дика и глядя на него, всякий решил бы, что это счастливый, беззаботный человек и притом всецело поглощенный спором. Ни Грэхем, ни даже Паола, прожившая с ним двенадцать лет, не поверили бы, что от его небрежных и как бы случайных взглядов не ускользнуло ни одно движение руки, ни одна перемена позы, ни один оттенок в выражении их лиц.</p>
     <p>«Что бы это значило? — спрашивал себя Дик. — Паола сама не своя. Она явно нервничает, ее, видимо, раздражает этот спор. Грэхем бледен. У него какая-то растерянность в мыслях. Он думает не о том, о чем говорит. О чем он думает?»</p>
     <p>А демон красноречия, помогавший ему скрывать свои мысли, увлекал его все дальше и дальше по пути ученой невнятицы.</p>
     <p>— В первый раз я, кажется, готова возненавидеть наших мудрецов, — вполголоса сказала Паола, когда Грэхем смолк, сообщив Дику нужные сведения.</p>
     <p>Дик хладнокровно продолжал развивать свои тезисы. Поглощенный как будто темой разговора, он все же заметил, как Паола что-то шепнула Грэхему, и хотя не расслышал ни одного слова, но уловил ее все растущую тревогу и безмолвное сочувствие Грэхема и старался угадать: что же такое она могла ему шепнуть? Вместе с тем, обращаясь к сидящим за столом, он говорил:</p>
     <p>— …И Фишер и Шпейзер — оба согласны в том, что в сравнении с передовыми расами, например, с французами, англичанами, немцами, у низших рас можно встретить чрезвычайно мало выдающихся особей.</p>
     <p>Никто из гостей не заметил, что Дик нарочно перевел спор в другое русло. Не догадался об этом и Лео; и когда поэт спросил, какое место в этой первой шеренге занимают женщины, и тем дал беседе новое направление, он и не подозревал, что это не его вопрос, а что он искусно подсказан ему Диком.</p>
     <p>— Лео, мой мальчик, женщины не являются носителями доминирующих признаков, — ответил ему Терренс, подмигнув соседям. — Женщины консервативны. Они сохраняют устойчивость типа. Закрепив его, они воспроизводят его дальше, — поэтому они главный тормоз прогресса. Если бы не женщины, каждый из нас стал бы носителем доминирующих признаков. Я сошлюсь на нашего славного менделиста, опытнейшего скотовода, — он сегодня с нами и может подтвердить мои легковесные замечания.</p>
     <p>— Прежде всего, — подхватил Дик, — давайте вернемся к основному и выясним, о чем, собственно, мы спорим. Что такое женщина? — спросил он с напускной серьезностью.</p>
     <p>— Древние греки считали, — заметил Дар-Хиал, и легкая сардоническая улыбка изогнула его насмешливые губы, — что женщина — это неудавшийся мужчина.</p>
     <p>Лео был оскорблен. Его лицо вспыхнуло. В глазах появилось выражение боли, губы задрожали. Он взглянул на Дика, ища поддержки.</p>
     <p>— Да, она — ни то ни се, — вмешался Хэнкок. — Точно господь бог, создавая женщину, прервал свою работу, не докончив ее, и женщина так и осталась с половинкой души, с недозревшей душой.</p>
     <p>— Нет! Нет! — воскликнул юноша. — Вы не смеете так говорить! Дик, вы же знаете! Скажите им, скажите!</p>
     <p>— К сожалению, не могу, — ответил Дик. — Этот спор о душах столь же туманен, как и сами души. Кто же не знает, что мы часто блуждаем и теряемся в потемках, особенно когда мним, будто нам известно, кто мы и что нас окружает. А что такое сумасшедший? Он только немного или намного безумнее нас. Что такое слабоумный? Идиот? Дефективный ребенок? Лошадь? Собака? Комар? Жаба? Древоточец? Улитка? И что такое ваша собственная личность, Лео, когда вы, например, спите? Когда у вас морская болезнь? Когда вы пьяны? Влюблены? Когда у вас живот болит? Судорога в ноге? Когда вами вдруг овладевает страх смерти? Когда вы в гневе? Или когда переживаете восторг перед красотой мира и думаете, что вы думаете о несказанных, невыразимых вещах?</p>
     <p>Я говорю: думаете, что вы думаете, — нарочно. Если бы вы думали на самом деле, то красота мира не казалась бы вам несказанной и невоплотимой в словах. Вы бы видели ее ясно, четко и определенно нашли бы для нее слова. И ваша личность была бы такой же ясной, четкой и определенной, как ваши мысли и слова. Итак, когда вы воображаете, Лео, что стоите на вершинах бытия, вы на самом деле отдаетесь оргии ваших ощущений, следуете их буйной пляске, их трепету и вибрациям, не понимая ни одного движения в этой пляске и не догадываясь о смысле этой оргии. Вы сами себя не знаете. В такие минуты ваша душа, ваша личность — это нечто смутное, неуловимое. Может быть, у какого-нибудь жабы-самца, который вылез на берег пруда и посылает в темноту хриплое кваканье, призывая свою бородавчатую самку, — может быть, в эту минуту в нем тоже просыпается что-то вроде личности? Нет, Лео, личность, душа — это слишком неопределенные понятия, и не нашим «личностям» их уловить. Есть люди, имеющие облик мужчины, но с женской душой. Иногда в одном человеке живет как бы несколько душ. И есть такие двуногие, о которых хочется сказать: ни рыба ни мясо. Мы — как личности, как души — подобны плывущим клочьям тумана или отдаленным вспышкам в ночном мраке. Все здесь туман и мгла, и мы словно бродим ощупью впотьмах, когда хотим разгадать эту мистику.</p>
     <p>— Может быть, это мистификация, а не мистика; придуманная человеком мистификация, — сказала Паола.</p>
     <p>— И это говорит истинная женщина, а еще Лео уверяет, что у нее полноценная душа, — заметил Дик. — Суть в том, Лео, что душа и пол тесно сплетены друг с другом, и мы очень мало знаем о том и о другом…</p>
     <p>— Но женщины прекрасны, — пробормотал юноша.</p>
     <p>— Ого, — вмешался Хэнкок, и его черные глаза коварно блеснули. — Значит, вы, Лео, отождествляете женщину и красоту?</p>
     <p>Губы молодого поэта шевельнулись, но он только кивнул.</p>
     <p>— Отлично, давайте посмотрим, что говорит живопись за последнюю тысячу лет, рассматривая ее как отражение экономических условий и политических институтов, и тогда мы увидим, как мужчина воплощал в образе женщины свои идеалы и как женщина разрешала ему…</p>
     <p>— Перестаньте изводить Лео, — вмешалась Паола, — будьте все правдивы, говорите только о том, что вы знаете или во что верите.</p>
     <p>— О, женщины — это священная тема! — торжественно возгласил Дар-Хиал.</p>
     <p>— Вот, например, мадонна, — вмешался Грэхем, чтобы поддержать Паолу.</p>
     <p>— Или синий чулок, — добавил Терренс. Дар-Хиал одобрительно кивнул ему.</p>
     <p>— Не все сразу, — предложил Хэнкок. — Прежде всего рассмотрим, что такое поклонение мадонне в отличие от современного поклонения всякой женщине, под которым готов подписаться и Лео. Мужчина — ленивый и грубый дикарь. Он не любит, чтобы ему надоедали. Он любит покой и отдых. И с тех пор как существует человеческий род, он видит, что связан с беспокойным, нервным, раздражительным и истерическим спутником; имя этому спутнику — женщина. У нее всякие там настроения, слезы, обиды, тщеславные желания и полная нравственная безответственность. Но он не мог ее уничтожить, она была ему необходима, хоть и отравляла ему жизнь. Что же ему оставалось?</p>
     <p>— Ему оставалось одно: хитро и ловко ее обмануть, — вмешался Терренс.</p>
     <p>— И он создал ее небесный образ, — продолжал Хэнкок. — Он идеализировал ее положительные стороны и этим отодвинул от себя отрицательные, чтобы они не могли действовать ему на нервы, мешать мирно и лениво курить трубку и созерцать звезды. А когда обыкновенная женщина пыталась надоедать ему, он изгонял ее из своих мыслей и обращался к образу небесной и совершенной женщины, носительницы жизни и хранительницы бессмертия. Но тут пришла Реформация, и поклонение мадонне прекратилось <a l:href="#n_454" type="note">[454]</a>. Однако мужчина по-прежнему был связан с нарушительницей его покоя. Что же он сделал тогда?</p>
     <p>— Ах, мошенник! — фыркнул Терренс.</p>
     <p>— Он сказал: «Я превращу тебя в сон, в иллюзию» — и превратил. Мадонна была для него небесной женщиной, высшей концепцией женщины вообще. И вот он перенес все ее идеальные черты на земную женщину и так себе заморочил голову, что поверил в их реальность, и притом до такой степени… как… ну, как Лео.</p>
     <p>— Для холостяка вы удивительно осведомлены обо всех зловредных свойствах женщины, — заметил Дик. — Или это все одни теории?</p>
     <p>Терренс рассмеялся.</p>
     <p>— Дик, милый, да ведь Аарон только что прочел Лауру Мархольм. Он может процитировать главу и страницу, где об этом говорится.</p>
     <p>— И все-таки, сколько бы мы здесь ни спорили о женщине, мы не коснулись, в сущности, и края ее одежды, — вмешался Грэхем и получил от Паолы и Лео благодарный взгляд.</p>
     <p>— Ведь есть еще любовь, — порывисто заявил Лео, — о любви никто не сказал ни слова.</p>
     <p>— И о брачных законах, о разводе, полигамии, моногамии <a l:href="#n_455" type="note">[455]</a> и о свободной любви, — бойко продолжал Хэнкок.</p>
     <p>— А скажите, Лео, почему в любви всегда охотится и преследует женщина? — спросил Дар-Хиал.</p>
     <p>— Да ничего подобного, — уверенно отозвался юноша. — Это еще одна из глупостей вашего Бернарда Шоу <a l:href="#n_456" type="note">[456]</a>.</p>
     <p>— Браво, Лео! — одобрила его Паола.</p>
     <p>— Значит, Уайльд <a l:href="#n_457" type="note">[457]</a> ошибался, говоря, что нападение женщины состоит в неожиданных и непонятных уступках? — спросил Дар-Хиал.</p>
     <p>— Послушать вас, так женщина — это какое-то чудовище, хищница! — запротестовал Лео, повертываясь к Дику и бросая на Паолу быстрый взгляд, в котором светилась вся глубина его любви. — Она вот разве хищница, Дик?</p>
     <p>— Нет, — задумчиво ответил Дик, покачав головой, и, щадя то, что увидел в глазах юноши, мягко продолжал:- Я не скажу, что женщина — хищница или что она добыча для хищника. Не скажу также, что она неиссякающий источник радости для мужчины. Она создание, дающее мужчине много радости…</p>
     <p>— Но и заставляющее его делать много глупостей, — добавил Хэнкок.</p>
     <p>— Я хочу задать Лео один вопрос, — заявил Дар-Хиал. — Скажите, Лео, почему женщина любит того мужчину, который ее бьет?</p>
     <p>— И не любит того, кто ее не бьет, вы так полагаете? — язвительно спросил Лео.</p>
     <p>— Вот именно.</p>
     <p>— Что ж, Дар, отчасти вы правы, но в гораздо большей мере не правы. Я у вас, господа, немало наслушался насчет точности определений. Так вот, вы очень ловко обошли ее в этих ваших двух положениях. Давайте я сделаю это за вас. Итак, мужчина, способный бить любимую женщину, — это мужчина низшего типа. И женщина, любящая такого мужчину, — тоже существо низшего типа. Никогда мужчина высшего типа не будет бить женщину, которую он любит. И ни одна женщина высшего типа, — при этом глаза Лео невольно обратились в сторону Паолы, — не могла бы любить человека, который ее бьет.</p>
     <p>— Нет, Лео, уверяю вас, я никогда, никогда не бил Паолу, — сказал Дик.</p>
     <p>— Видите, Дар, — продолжал Лео, густо покраснев, — вот вы и ошиблись: Паола любит Дика, а он ее не бьет.</p>
     <p>Дик повернул явно смеющееся и довольное лицо к Паоле, как бы ожидая найти в ней безмолвное подтверждение словам юноши; на самом деле он хотел увидеть, какое они произвели на нее впечатление при том ее душевном состоянии, о котором он догадывался. В ее глазах действительно мелькнуло что-то неуловимое; что — он не понял. Лицо Грэхема оставалось неизменным, на нем было только выражение интереса, с которым он все время прислушивался к спору.</p>
     <p>— Сегодня женщина, безусловно, нашла своего рыцаря, своего святого Георгия, — обратился Грэхем к Лео. — Вы меня пристыдили, Лео. Я здесь сижу преспокойно, а вы сражаетесь с тремя драконами.</p>
     <p>— И какими! — вмешалась Паола. — Если они довели О'Хэя до запоя, то что они сделают с вами, Лео?</p>
     <p>— Истинного рыцаря любви не устрашат никакие драконы в мире, — сказал Дик. — А лучше всего то, что в данном случае драконы более правы, чем вы думаете, и все-таки вы, Лео, еще более правы, чем они.</p>
     <p>— Здесь есть и добрый дракон, милый Лео, — начал Терренс. — Дракон этот готов отступиться от своих недостойных товарищей, перейти на вашу сторону и стать святым Теренцием. И вот святой Теренций хотел бы задать вам один преинтересный вопрос.</p>
     <p>— Дайте сперва прорычать еще одному дракону, — перебил его Хэнкок. — Лео, ради всего, что есть в любви нежного и прекрасного, прошу вас, скажите: почему мужчина так часто убивает из ревности женщину, которую любит?</p>
     <p>— Потому что ему больно, потому что он с ума сходит, — последовал ответ, — потому что он имел несчастье полюбить женщину столь низменного типа, что она могла дать повод к ревности.</p>
     <p>— Однако, Лео, — отвечал Дик, — любви свойственно заблуждаться. Дайте более исчерпывающий ответ.</p>
     <p>— Дик прав, — поддержал его Терренс. — В любви ошибаются и люди самого высшего типа, и тогда появляется на сцене «чудовище с зелеными глазами». Представьте себе, что самая совершенная женщина, какую только может нарисовать вам ваше воображение, перестает любить того, кто ее не бьет, и начинает любить другого, который ее тоже не бьет. Что тогда? И не забывайте, что все трое принадлежат к высшему типу. Ну-ка, берите меч и разите дракона.</p>
     <p>— Первый ее не убьет и ничем не обидит, — решительно заявил Лео. — Иначе он не был бы тем человеком, каким вы его изображаете. Он принадлежал бы не к высшему, а к низменному типу.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что он должен устраниться? — спросил Дик, закуривая сигару и ни на кого не глядя.</p>
     <p>Лео с серьезным видом кивнул.</p>
     <p>— Он не только устранится, но облегчит ей ее положение и будет с ней очень нежен и бережен.</p>
     <p>— Давайте говорить конкретнее, — предложил Хэнкок. — Допустим, что вы влюбились в миссис Форрест, и она влюбилась в вас, и вы оба удираете в большом лимузине…</p>
     <p>— О, я никогда бы этого не сделал! — воскликнул юноша, щеки его пылали.</p>
     <p>— Ну, знаете, Лео, это не очень лестно для меня, — поддразнила его Паола.</p>
     <p>— Да ведь это только предположение, Лео, — успокоил его Хэнкок.</p>
     <p>На юношу было жалко смотреть, голос его дрожал; однако он смело повернулся к Дику и заявил:</p>
     <p>— На это должен ответить Дик.</p>
     <p>— Я и отвечу, — сказал Дик. — Паолу я бы не убил. И вас тоже, Лео. Это было бы нечестной игрой. Как бы мне ни было больно, я бы сказал: «Благословляю вас, дети мои!» Но все же… — Он остановился, смех, заигравший в уголках его губ, предвещал какую-то шутку. — Я бы все же подумал про себя, что Лео совершает серьезную ошибку: дело в том, что он Паолы совсем не знает.</p>
     <p>— Она бы помешала ему созерцать звезды, — улыбнулся Терренс.</p>
     <p>— Нет, нет, Лео! Никогда, обещаю вам! — воскликнула Паола.</p>
     <p>— Ну, вы сами себя обманываете, миссис Форрест, — заявил Терренс. — Во-первых, вы не могли бы от этого удержаться; кроме того, это была бы ваша прямая обязанность. А в заключение разрешите мне сказать вот что — я имею на это некоторое право, — когда я был молод, безумен и влюблен и мое сердце тянулось к женщине, а глаза к звездам, для меня было самым большим счастьем, если возлюбленная моего сердца своею любовью отрывала меня от звезд.</p>
     <p>— Терренс, не говорите таких восхитительных вещей, иначе я удеру в лимузине и с Лео и с вами! — воскликнула Паола.</p>
     <p>— Назначьте день, — галантно ответил Терренс. — Только оставьте среди ваших тряпок место для нескольких книг о звездах, чтобы мы могли вместе с Лео изучать их в свободные минуты.</p>
     <p>Завязавшийся вокруг Лео спор постепенно затих, и Дар-Хиал с Аароном атаковали Дика.</p>
     <p>— Что вы имели в виду, сказав: «Это было бы нечестной игрой»? — спросил Дар-Хиал.</p>
     <p>— Вот именно то, что сказал и Лео, — ответил Дик; он почувствовал, что тревога и беспокойство Паолы исчезли и она с жадным любопытством прислушивается к их разговору. — При моих взглядах и моем характере, — продолжал он, — я не мог бы целовать женщину, которая бы только терпела мои поцелуи, — это было бы для меня самой большой душевной мукой.</p>
     <p>— А допустите, что она притворялась бы — ради прошлого или из жалости к вам, из боязни огорчить вас? — настаивал Хэнкок.</p>
     <p>— Я счел бы такое притворство непростительным грехом с ее стороны, — возразил Дик. — Тут нечестную игру вела бы она. Нечестно и несправедливо удерживать возле себя любимую женщину хоть на минуту дольше, чем ей хочется. К тому же это не доставило бы мне ни малейшей радости. Лео прав. Какому-нибудь пьяному ремесленнику, может быть, и удастся пробудить и удержать с помощью кулаков привязанность своей глупой подруги, но мужчины с более утонченной природой и хотя бы намеком на интеллект и духовность не могут прикасаться к любви грубыми руками. Я, как и Лео, всячески облегчил бы женщине ее положение и обращался бы с ней очень бережно.</p>
     <p>— Куда же денется тогда инстинкт единобрачия, которым так гордится западная цивилизация? — спросил Дар-Хиал.</p>
     <p>А Хэнкок добавил:</p>
     <p>— Вы, значит, защищаете свободную любовь?</p>
     <p>— Я могу, к сожалению, ответить только избитой формулой: несвободной любви быть, не может. Прошу вас при этом иметь в виду, что мы все время разумеем людей высшего типа. И пусть это послужит вам ответом, Дар. Огромное большинство, должно быть в интересах законности и труда, связано с институтом единобрачия или какой-нибудь иной суровой и негибкой формой брака. Оно не дозрело ни до свободы в браке, ни до свободной любви. Для него свобода в любви стала бы просто распущенностью. Только те нации не погибли и достигли высокого уровня развития, где религия и государство обуздывали и сдерживали инстинкты народа.</p>
     <p>— Значит, для себя самого вы брачных законов не признаете? — спросил Дар-Хиал. — Вы их допускаете только для других?</p>
     <p>— Я признаю их для всех. Дети, семья, карьера, общество, государство — все это делает брак — законный брак — необходимым. Но потому же я признаю и развод. Мужчины — решительно все — и женщины тоже способны любить в своей жизни больше одного раза; в каждом старая любовь может умереть и новая родиться. Государство не властно над любовью так же, как не властны над ней ни мужчина, ни женщина. Если человек влюбился, он знает только, что влюбился, и больше ничего: вот она — трепетная, вздыхающая, поющая, взволнованная любовь! Но с распущенностью государство бороться может.</p>
     <p>— Ну, вы защищаете весьма сложную свободную любовь, — покачал головой Хэнкок.</p>
     <p>— Верно. Но ведь и живущий в обществе человек — существо в высшей степени сложное.</p>
     <p>— Однако есть же мужчины, есть любовники, которые умерли бы, потеряв свою возлюбленную, — заявил Лео с неожиданной смелостью. — Они умерли бы, если бы ее не стало, и… тем более… если бы она осталась жить, но полюбила другого.</p>
     <p>— Что ж, пусть такие и умирают, как умирали всегда, — хмуро ответил Дик. — Винить в их смерти никого не приходится. Уж так мы созданы, что наши сердца иной раз сбиваются с пути.</p>
     <p>— Мое сердце никогда бы не сбилось, — заявил Лео с гордостью, не подозревая, что его тайна известна решительно каждому из сидевших за столом. — Я знаю твердо, что дважды полюбить бы не мог.</p>
     <p>— Верю, мой мальчик, — мягко отвечал Терренс. — Вашим голосом говорят все истинно любящие. Радость любви именно в ее абсолютности… Как это у Шелли… или у Китса <a l:href="#n_458" type="note">[458]</a>: «Вся — чудо и беспредельное счастье». Каким жалким, флегматичным любовником оказался бы тот, кто мог бы допустить, что на свете есть женщина, хоть на одну сотую доли такая же сладостная, восхитительная, блестящая и чудесная, как его дама сердца, и что он может когда-нибудь полюбить другую!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Выходя из столовой и продолжая разговор с Дар-Хиалом, Дик старался угадать: поцелует его Паола на сон грядущий или, кончив играть на рояле, тихонько ускользнет к себе? А Паола, беседуя с Лео по поводу его последнего сонета, который он ей показал, спрашивала себя: поцеловать ли ей Дика? И вдруг, неведомо почему ей страшно захотелось это сделать.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В тот вечер было мало разговоров. Паола пела, сидя за роялем, а Терренс вдруг прервал на полуслове свои рассуждения о любви и стал прислушиваться к ее голосу, в котором звучало что-то новое; затем тихонько пробрался на другой конец комнаты и растянулся на медвежьей шкуре, рядом с Лео. Дар-Хиал и Хэнкок также перестали спорить, и каждый уселся в глубокое кресло, Грэхем, видимо, менее заинтересованный, погрузился в последний номер какого-то журнала; но Дик заметил, что он так и не перевернул ни одной страницы. Уловил Дик и новую глубину в голосе жены и стал искать ей объяснение.</p>
     <p>Когда она кончила, все три мудреца устремились к ней и заявили, что наконец-то она отдалась пению всем своим существом и пела как никогда; они были уверены, что рано или поздно такая минута настанет. Лео лежал молча и неподвижно, подперев голову ладонями. Лицо его преобразилось.</p>
     <p>— Это все наделали ваши разговоры, — отозвалась, смеясь, Паола, — и те замечательные мысли о любви, которые мне внушили Лео, Терренс и… Дик.</p>
     <p>Терренс потряс своей сильно поседевшей львиной гривой.</p>
     <p>— Это не мысли, а скорее чувства, — поправил он ее. — Сегодня вашим голосом пела сама любовь. И впервые, сударыня, я слышал всю его силу. Никогда впредь не жалуйтесь, что у вас маленький голос. Нет, он густой и округлый, как канат, большой золотой канат, которым крепят корабли аргонавтов в гаванях блаженных островов.</p>
     <p>— За это я вам сейчас спою «Хвалу», — ответила Паола, — отпразднуем смерть дракона, убитого святым Львом, святым Теренцием… и, конечно, святым Ричардом.</p>
     <p>Дик, не пропустивший ни одного слова из этого разговора, отошел, не желая в нем участвовать, к стенному шкафу и налил себе шотландского виски с содовой.</p>
     <p>Пока Паола пела «Хвалу», он сидел на одном из диванов, потягивал виски и вспоминал. Два раза она пела так, как сегодня: один раз в Париже, во время его краткого жениховства, и затем на яхте — тут же после свадьбы, во время медового месяца.</p>
     <p>Немного погодя он предложил выпить и Грэхему, налил виски ему и себе; а когда Паола кончила, потребовал, чтобы они вдвоем спели «Тропой цыган».</p>
     <p>Она покачала головой и запела «Траву забвенья».</p>
     <p>— Разве это женщина? — воскликнул Лео, когда она смолкла. — Это ужасная женщина! А он настоящий любовник. Она разбила ему сердце, а он продолжал ее любить. И он не в силах полюбить вновь, оттого что не может забыть свою любовь к ней.</p>
     <p>— А теперь, Багряное Облако, «Песня о желуде», — сказала Паола, с улыбкой обращаясь к мужу. — Поставь свой стакан, будь милым и спой свою песню о желуде.</p>
     <p>Дик лениво поднялся с дивана, потряс головой, точно взмахивая гривой, и затопал ногами, подражая Горцу.</p>
     <p>— Пусть Лео знает, что не он один здесь рыцарь любви и поэт. Послушайте вы, Терренс, и прочие песню Горца, полную буйного ликования. Горец не вздыхает о любимой — отнюдь нет. Он воплощение любви. Слушайте его.</p>
     <p>И Дик, топая ногами и словно взмахивая гривой, на всю комнату заржал радостно, буйно.</p>
     <p>— «Я — Эрос. Я попираю холмы. Моим зовом полны широкие долины. Кобылицы на мирных пастбищах слышат мой зов и вздрагивают — они знают меня. Земля полна сил и деревья — соков. Это весна. Весна — моя. Я царь в моем весеннем царстве. Кобылицы помнят мой голос, ведь он жил в крови их матерей. Внемлите! я — Эрос! Я попираю холмы, и, словно герольды, долины разносят мой голос, возвещая о моем приближении».</p>
     <p>Мудрецы в первый раз слышали эту песню Дика и громко зааплодировали. Хэнкок решил, что это прекрасный повод для нового спора, и уже хотел было развить, опираясь на Бергсона, новую биологическую теорию любви, но его остановил Терренс, заметив, как по лицу Лео пробежало выражение боли.</p>
     <p>— Продолжайте, пожалуйста, сударыня, — попросил Терренс, — и пойте о любви, только о любви; вы представить себе не можете, как звуки женского голоса помогают нам размышлять о звездах.</p>
     <p>Немного спустя в комнату вошел О-Пой и, подождав, пока Паола кончит петь, неслышно приблизился к Грэхему и подал ему телеграмму. Дик недовольно покосился на слугу.</p>
     <p>— Кажется, очень важная, — пояснил китаец.</p>
     <p>— Кто принял ее? — спросил Дик.</p>
     <p>— Я принял, — ответил слуга. — Дежурный позвонил из Эльдорадо по телефону. Сказал — очень важная. Я принял.</p>
     <p>— Да, важная, — повторил за ним Грэхем, складывая телеграмму. — Скажите, Дик, сегодня есть еще поезд на Сан-Франциско?</p>
     <p>— О-Пой, вернись на минутку, — позвал Дик слугу, взглянув на часы. — Какой ближайший поезд на Сан-Франциско останавливается в Эльдорадо?</p>
     <p>— В одиннадцать десять, — тут же последовал ответ. — Времени достаточно. Но и не так много. Позвать шофера?</p>
     <p>Дик кивнул.</p>
     <p>— Вам действительно нужно мчаться непременно сегодня? — спросил он Грэхема.</p>
     <p>— Действительно. Очень нужно. Успею я уложиться?</p>
     <p>— Как раз успеете сунуть в чемодан самое необходимое. — Он обернулся к О-Пою: — О-Дай еще не лег?</p>
     <p>— Нет, сэр.</p>
     <p>— Пошли его, он поможет мистеру Грэхему. И уведомьте меня, как только будет готова машина. Пусть Сондерс возьмет гоночную.</p>
     <p>— Какой чудесный малый… статный, сильный, вполголоса заметил Терренс, когда Грэхем вышел.</p>
     <p>Все оставшиеся собрались вокруг Дика. Только Паола продолжала сидеть у рояля и слушать.</p>
     <p>— Один из тех немногих, с кем я бы отправился к черту на рога, рискнул бы на самое безнадежное дело, — сказал Дик. — Он был на судне «Недермэре», когда оно село на мель у Панго во время урагана девяносто седьмого года. Панго — это просто необитаемый песчаный остров; он поднят футов на двенадцать над уровнем моря, и там увидишь только заросли кокосовых пальм. Среди пассажиров находилось сорок женщин, главным образом жены английских офицеров. А у Грэхема болела рука, раздулась толщиной с ногу: змея укусила.</p>
     <p>Море безумствовало, лодки не могли быть спущены. Две уже разбились в щепки, их команды погибли. Четыре матроса вызвались донести конец линя до берега, и каждого из них мертвым втащили обратно на судно. Когда отвязали последнего, Грэхем, несмотря на опухшую руку, разделся и взялся за канат. И ведь добрался до берега, хотя волна его так швырнула, что он в довершение всего сломал себе больную руку и три ребра, но все же успел прикрепить линь, прежде чем потерял сознание. Еще шестеро, держась за линь, потащили трос. Четверо достигли берега, и из всех сорока женщин умерла только одна, и то от испуга. У нее сердце не выдержало.</p>
     <p>Я как-то стал расспрашивать его об этом случае. Но он молчал с упрямством чистопробного англичанина. Все, чего я от него добился, — это, что он быстро поправляется и нет никаких осложнений. Он полагал, что необходимость усиленно двигаться и перелом кости послужили хорошим противоядием.</p>
     <p>В эту минуту в комнату с двух сторон вошли О-Пой и Грэхем. И Дик увидел, что Грэхем прежде всего бросил Паоле вопрошающий взгляд.</p>
     <p>— Все готово, сэр, — доложил О-Пой.</p>
     <p>Дик намерен был проводить гостя до машины, Паола же, видимо, решила остаться в доме.</p>
     <p>Грэхем подошел к ней и пробормотал несколько банальных слов прощания и сожаления.</p>
     <p>А она, еще согретая всем, что Дик только что про него рассказывал, залюбовалась им: легкой, гордой постановкой головы, небрежно откинутыми золотистыми волосами, всей его фигурой — стройной, гибкой, юношеской, несмотря на рост и ширину плеч. Когда он к ней подошел, ее взгляд уже не отрывался от его удлиненных серых глаз с несколько тяжелыми веками, придававшими лицу мальчишески-упрямое выражение. И она ждала, чтобы это выражение исчезло, уступив место улыбке, которую она так хорошо знала.</p>
     <p>Он простился с нею обыденными словами. Она так же высказала общепринятые сожаления. Но в его глазах, когда он держал ее руку, было то особенное, чего она бессознательно ждала и на что ответила взглядом.</p>
     <p>Она почувствовала это и в быстром пожатии его руки. И невольно ответила таким же пожатием. Да, он прав, между ними слова не нужны.</p>
     <p>В то мгновение, когда их руки расстались, она украдкой посмотрела на Дика, потому что за двенадцать лет их супружеской жизни убедилась в том, что у него бывают вспышки молниеносной проницательности и какой-то почти пугающей сверхъестественной способности отгадывать факты на основании едва уловимых признаков и делать выводы, нередко поражавшие ее своей меткостью и прозорливостью. Но Дик стоял к ней боком и смеялся какому-то замечанию Хэнкока; он обратил к жене свой смеющийся взор, только когда собрался проводить Грэхема.</p>
     <p>Нет, подумала она, наверно, Дик не заметил того, что они сейчас сказали друг другу без слов. Ведь это продолжалось одну секунду, это была только искра, вспыхнувшая в их глазах, мгновенный трепет их пальцев… Как мог Дик его почувствовать или увидеть? Нет, он не мог видеть их глаз, ни рук, ведь Грэхем стоял к Дику спиной и заслонял Паолу.</p>
     <p>И все-таки она пожалела, что бросила на Дика этот взгляд. Когда они уходили — оба рослые, белокурые, — в ней возникло смутное чувство вины. «Но в чем же я виновата? — спрашивала она себя. — Отчего мне надо что-то скрывать?» — И все же Паола была слишком честна, чтобы бояться правды, и тут же призналась себе без всяких отговорок: да, у нее есть что скрывать. Она густо покраснела при мысли, что невольно дошла до обмана.</p>
     <p>— Я пробуду там дня два-три… — говорил между тем Грэхем, стоя у дверцы машины и прощаясь с Диком.</p>
     <p>Дик видел устремленный на него прямой и честный взгляд Ивэна и ощутил сердечность его пожатия. Грэхем хотел еще что-то прибавить, но удержался (Дик это почувствовал) и сказал тихо:</p>
     <p>— Когда я вернусь, мне, вероятно, надо будет уже по-настоящему собираться в путь-дорогу.</p>
     <p>— А как же книга? — отозвался Дик, внутренне проклиная себя за ту вспышку радости, которую в нем вызвали слова Грэхема.</p>
     <p>— Вот именно из-за нее, — ответил Грэхем. — Должен же я ее кончить. Я, видно, не способен работать так, как вы. У вас тут слишком хорошо. Сижу над ней, сижу, а в ушах звенят эти злодеи жаворонки, я вижу поля, лесистые ущелья, Селима… Просижу так без толку час — и звоню, чтобы седлали. А если не это, так есть тысяча других соблазнов. — Он поставил ногу на подножку пыхтящей машины и сказал: — Ну, пока, до свидания, дружище.</p>
     <p>— Возвращайтесь и возьмите себя в руки, — отозвался Дик. — Раз иначе нельзя, мы составим твердое расписание, и я буду с утра запирать вас, пока вы не отработаете свою порцию. И если за весь день ничего не сделаете, просидите весь день взаперти. Я вас заставлю работать. Сигареты есть? А спички?</p>
     <p>— Все в порядке.</p>
     <p>— Ну, поехали, Сондерс, — приказал Дик шоферу. И машина из-под ярко освещенных ворот нырнула в темноту.</p>
     <p>Когда Дик вернулся, Паола играла для мудрецов. Дик лег на кушетку и снова начал гадать: поцелует она его или нет, когда будет прощаться на ночь? Не то, что — бы у них вошло в обыкновение целоваться на ночь, вовсе нет. Очень и очень часто он виделся с ней только днем в присутствии посторонних. Очень и очень часто она раньше других уходила к себе, никого не беспокоя и не прощаясь с мужем, ибо это могло бы показаться гостям намеком, что пора расходиться и им.</p>
     <p>Нет, решил Дик, поцелует она его или нет нынче вечером, это не имеет решительно никакого значения. И все-таки он ждал.</p>
     <p>Она продолжала то петь, то играть, пока он наконец не заснул. Когда Дик проснулся, он был в комнате один. Паола и мудрецы тихонько ушли. Дик взглянул на часы: они показывали час. Она просидела за роялем очень долго. Он знал, он чувствовал, что она ушла только сейчас. Именно то, что музыка прекратилась и в комнате стало тихо, и разбудило его.</p>
     <p>И все-таки он продолжал удивляться. Дику случалось и раньше задремать под ее музыку, и всегда, кончив играть, она будила его поцелуем и отправляла в постель. Сегодня она этого не сделала. Может быть, она еще вернется? Он опять лег и, подремывая, стал ждать. Когда он снова взглянул на часы, было два. Она не вернулась.</p>
     <p>По пути к себе в спальню он всюду гасил электричество, а в голове его тысячи пустяков и мелочей связывались между собой и будили сомнения, наталкивая на невольные выводы.</p>
     <p>Придя к себе на веранду, он остановился перед стеной с барометром и термометрами, и портрет Паолы в круглой рамке приковал к себе его взоры. Он даже наклонился к нему и долго изучал ее лицо.</p>
     <p>— Ну что ж… — Дик накрылся одеялом, заложил за спину подушки и протянул руку к пачке корректур. — Что бы ни было, придется все принять, — пробормотал он и покосился на портрет.</p>
     <p>— А все-таки, маленькая женщина, лучше не надо, — вздохнул он на прощание.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Как нарочно, за исключением нескольких случайных гостей, приезжавших к завтраку или к обеду, в Большом Доме никого из чужих не было. Но напрасно в первый и второй день Дик старался так распределить свою работу, чтобы быть свободным на случай, если Паола предложит купание или прогулку.</p>
     <p>Он заметил, что она теперь всячески избегает поцелуя. Она посылает ему обычное «спокойной ночи» со своей спальни-веранды через широкий двор. В первый день утром он приготовился к ее одиннадцатичасовому визиту. Мистера Эгера и мистера Питтса, которые явились к нему с очень важными и еще не выясненными вопросами относительно предстоящей ярмарки, он проводил ровно в одиннадцать. Паола уже встала, он слышал ее пение. И вот Дик сидел за своим столом, ждал и ничего не делал, хотя перед ним стоял поднос с грудой писем, которые надо было подписать. Ему вспомнилось, что утренние посещения ввела она и упорно соблюдала этот обычай. Какими чарующими казались ему теперь ее возглас «С добрым утром, веселый Дик» и ее фигурка в кимоно, когда она усаживалась к нему на колени.</p>
     <p>Ему вспомнилось, что он часто сокращал этот и без того короткий визит, давая ей понять даже в минуту ласки, что он очень занят; тогда на ее лицо набегала тень печали и она ускользала из комнаты.</p>
     <p>Было уже четверть двенадцатого, а она не приходила.</p>
     <p>Он снял трубку телефона и, соединившись с молочной фермой, услышал гул женских голосов, в котором различил и голос Паолы, говорившей:</p>
     <p>— …да бросьте вы вашего мистера Уэйда; берите ребят и приезжайте хоть на несколько дней…</p>
     <p>Такое приглашение со стороны Паолы показалось ему очень странным. Она всегда так радовалась отсутствию гостей и возможности побыть хоть день или два с ним вдвоем. А теперь она уговаривает миссис Уэйд приехать сюда из Сакраменто. Можно подумать, что она не хочет оставаться с ним наедине и ради этого окружает себя гостями.</p>
     <p>Он улыбнулся при мысли, что именно теперь, когда она уже не дарит ему утреннего поцелуя, этот поцелуй стал ему особенно желанен. Дику пришло в голову, что хорошо бы увезти ее в какое-нибудь интересное путешествие. Может быть, это помогло бы разрешить трудный вопрос: они будут все время вместе, что очень сблизит их. Почему бы не отправиться на Аляску поохотиться? Ей давно хочется туда поехать. Или в Южные моря, как в те дни, когда они плавали на своей яхте? Пароходы курсируют между Сан-Франциско и Таити. Через двенадцать дней они бы высадились в Папеэте. Интересно, все еще держит ли Лавиния свой пансион? И мгновенно он представил себе Паолу и самого себя завтракающими на веранде этого пансиона, под тенью манговых деревьев.</p>
     <p>Дик стукнул кулаком по столу. Нет, черт возьми, не будет он, как трус, убегать с женой от другого мужчины! Да и благородно ли увозить ее от того, к кому, быть может, ее влечет? Правда, он еще не знает, действительно ли ее влечет к Грэхему и как далеко они зашли в своем увлечении. Может быть, это только весенний хмель, который исчезнет вместе с весной? Правда, за все двенадцать лет их брака он ни разу не замечал в ней никаких хмельных весенних настроений. Она никогда не давала поводов в ней сомневаться. Паола очень нравилась мужчинам, встречалась с очень многими, принимала их поклонение и даже ухаживание, но всегда оставалась спокойной и верной себе: женой Дика Форреста…</p>
     <p>— С добрым утром, веселый Дик!</p>
     <p>Она выглянула из-за двери в холл, непринужденно и весело улыбаясь ему глазами и губами, и послала кончиками пальцев воздушный поцелуй.</p>
     <p>И он отозвался так же непринужденно:</p>
     <p>— С добрым утром, моя гордая луна!</p>
     <p>Вот она сейчас войдет, подумал он, и он сожмет ее в своих объятиях и подвергнет ее испытанию поцелуем.</p>
     <p>Он простер к ней руки, но она не вошла. Вместо этого она зажала на груди кимоно, подобрала юбку, словно собираясь бежать, и тревожно посмотрела в глубину холла. Однако его ухо не уловило никаких звуков. Она же снова улыбнулась ему, послала еще один поцелуй и исчезла. Когда через десять минут вошел Бонбрайт с телеграммами, Дик не слышал, что говорит ему секретарь, он все еще сидел неподвижно за своим столом, как сидел десять минут назад…</p>
     <p>Но Паола, видимо, чувствовала себя счастливой. И Дик, слишком хорошо знавший и жену и ее способы выражать свои душевные состояния, не мог не понимать, почему ее пение раздается по всему дому, и под аркадами, и во дворе. До завтрака он не выходил из своего рабочего кабинета, а она не зашла за ним, как заходила иногда по пути в столовую.</p>
     <p>Когда раздался звук гонга, Дик услышал через двор ее голос, что-то напевавший; голос удалялся по направлению к столовой.</p>
     <p>За завтраком был случайный гость, некий Гаррисон Стоддард, полковник Национальной гвардии, удалившийся от дел коммерсант, помешанный на вопросе о рабочих беспорядках и соотношении сил в промышленности и сельском хозяйстве. Однако Паола выбрала минутку и сообщила Дику, что собирается под вечер проехаться в Уикенберг — навестить Мэзонов.</p>
     <p>— Я, конечно, не могу сказать, когда вернусь. Ты ведь знаешь Мэзонов. Не решаюсь звать тебя, хотя мне очень хотелось бы, чтобы и ты поехал.</p>
     <p>Дик покачал головой.</p>
     <p>— Итак, — продолжала она, — если тебе Сондерс не нужен…</p>
     <p>Дик кивнул.</p>
     <p>— Я возьму сегодня Каллахана, — сказал он, тут же составляя свой план на день, независимо от Паолы, раз она уезжала. — Никак не пойму, Поли, почему ты предпочитаешь Сондерса? Каллахан искуснее и, уж конечно, надежнее.</p>
     <p>— Может быть, именно поэтому, — сказала она, улыбнувшись. — Чем тише, тем безопаснее.</p>
     <p>— Все же на гонках я бы держал за Каллахана против Сондерса, — заявил Дик.</p>
     <p>— А ты куда поедешь? — спросила она.</p>
     <p>— Я хочу показать полковнику Стоддарду мою образцовую ферму с одним работником и без единой лошади и мой фокус с автоматической запашкой участка в десять акров. У нас много усовершенствований, я вот уже целую неделю собираюсь снова испробовать это изобретение, но все не было времени. А потом я хочу свозить Стоддарда в колонию. Как ты думаешь? За последние дни там прибавилось пятеро.</p>
     <p>— А я думала, что комплект уже заполнен, — сказала Паола.</p>
     <p>— Так оно и есть, — ответил Дик с сияющим лицом. — Это новорожденные. У самого безнадежного семейства родилась сразу двойня.</p>
     <p>— Многие маловеры качают головой по поводу вашего опыта, и я, признаюсь, пока воздерживаюсь от всякого суждения. Вы должны доказать мне все это по вашим счетным книгам, — отозвался полковник Стоддард, весьма довольный предложением хозяина.</p>
     <p>Но Дик едва слушал его, поглощенный потоком нахлынувших мыслей. Паола ничего не сказала ему, приедет ли миссис Уэйд с детьми, или нет, не сообщила даже, что она ее пригласила. Но он успокаивал себя тем, что и ей и ему нередко случалось принимать гостей, о приезде которых хозяева узнавали, только увидев их.</p>
     <p>Было, впрочем, ясно, что сегодня миссис Уэйд не приедет, иначе Паола не бежала бы за тридцать миль. Да, она хотела бежать, этого не скроешь, бежать именно от него. Она боялась остаться с ним с глазу на глаз, боялась опасностей, к которым ведет интимная близость; и то обстоятельство, что это казалось ей опасностью, подтверждало самые мрачные предположения Дика. Кроме того, она подумала и о вечере. К обеду она вернуться не успеет и вскоре после обеда тоже, разве только если привезет с собой всю уикенбергскую компанию. Она вернется с таким расчетом, чтобы застать его уже в постели. «Ну, что поделаешь, пусть», — угрюмо решил он про себя, а в то же время говорил полковнику Стоддарду:</p>
     <p>— На бумаге этот опыт обещает прекрасные результаты, причем сделана достаточная скидка и на человеческие слабости. Тут-то, в человеческих слабостях, и кроются возможные опасности, они-то и вызывают сомнения. Единственно правильный путь — испробовать на практике, рискнуть, что я и делаю.</p>
     <p>— А Дик не в первый раз рискует, — заметила Паола.</p>
     <p>— Но ведь здесь на карту поставлены пять тысяч акров, весь подъемный капитал для двухсот пятидесяти фермеров и жалованье каждому по тысяче долларов в год, — возразил полковник Стоддард. — Несколько таких неудач — и это вытянет все соки из рудников Харвест.</p>
     <p>— Осушка им как раз не помешает, — шутливо отозвался Дик.</p>
     <p>Полковник Стоддард был ошеломлен.</p>
     <p>— Ну да, — продолжал Дик. — Нужен дренаж. Рудники затоплены из-за политической ситуации в Мексике.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Утром, на второй день после отъезда Грэхема, то есть в день его предполагаемого возвращения, Дик в одиннадцать часов уехал верхом на прогулку, чтобы избежать утреннего приветствия Паолы: «Доброе утро, веселый Дик», — брошенного с порога.</p>
     <p>Возвращаясь к себе, он встретил в холле А-Ха с целым снопом только что срезанной сирени.</p>
     <p>— Куда это ты несешь? — спросил Дик.</p>
     <p>— В комнату мистера Грэхема, он нынче возвращается.</p>
     <p>«Интересно, кто это придумал? — размышлял Дик. — А-Ха, О-Пой или Паола?» Он вспомнил, как Грэхем не раз говорил, что ему особенно нравится их сирень.</p>
     <p>Дик не пошел в библиотеку, как намеревался, а свернул во двор и направился к кустам сирени, росшим вокруг башни. Из комнаты Грэхема он услышал в открытое окно голос Паолы, что-то радостно напевавшей. Дик до боли прикусил губу и двинулся дальше.</p>
     <p>Сколько в этой комнате перебывало замечательных мужчин и женщин! Но ни для одного из гостей Паола не украшала ее цветами, думал Дик. Этим обыкновенно занимался О-Пой, большой мастер по части букетов, он расставлял их сам или поручал это им же обученным китайским слугам.</p>
     <p>Среди телеграмм, принесенных Бонбрайтом, была и телеграмма от Грэхема. Дик прочел ее дважды, хотя Грэхем в ней просто извещал о том, что его возвращение откладывается.</p>
     <p>Против обыкновения, Дик не стал ждать второго звонка к завтраку, а при первом же отправился в столовую: он испытывал сильную потребность в одном из тех коктейлей, которые столь мастерски приготовлял О-Пой; ему нужно было чем-нибудь подбодрить себя, прежде чем встретиться с Паолой после истории с сиренью. Но она его опередила: он вошел в ту минуту, когда она, пившая так редко и никогда не пившая в одиночестве, ставила обратно на поднос пустой бокал.</p>
     <p>«Значит, ей тоже нелегко приходится», — подумал Дик и сделал О-Пою знак, подняв указательный палец.</p>
     <p>— Вот я и поймал тебя на месте преступления, — весело упрекнул он Паолу. — Пьянствуешь тайком? Плохой признак. Не думал я в тот день, когда с тобою повенчался, что женюсь на безнадежной алкоголичке.</p>
     <p>Она не успела ответить, так как в комнату поспешно вошел молодой человек, которого хозяин назвал Уинтерсом. Дик предложил Уинтерсу коктейль. Нет, это ему только показалось, что Паола при виде гостя испытала чувство облегчения. Никогда еще не приветствовала она его с таким радушием, хотя он бывал у них довольно часто. Во всяком случае, обедать они будут втроем.</p>
     <p>Уинтерс окончил сельскохозяйственный колледж и состоял сотрудником «Тихоокеанской сельской прессы», где писал статьи по своей специальности. Он приехал, чтобы собрать здесь материал для очерков о калифорнийских рыбных прудах, и Дик, слегка покровительствовавший ему, мысленно уже составил для него программу дня.</p>
     <p>— Получил телеграмму от Ивана, — сказал он Паоле. — Вернется только послезавтра с четырехчасовым.</p>
     <p>— И это после всех моих трудов! — воскликнула она. — Теперь вся сирень завянет!</p>
     <p>Дик почувствовал, как в нем поднялась теплая волна, радости. Он узнал в этом свою прямодушную, честную Паолу. Чего бы игра ни стоила и чем бы она ни кончилась, он был уверен, что Паола будет вести ее в открытую, без низких уловок. Она всегда была такая: слишком прозрачная и чистая, чтобы прибегать к обману.</p>
     <p>Все же он хорошо играл свою роль и бросил ей довольно равнодушный вопрошающий взгляд.</p>
     <p>— Да я про комнату Грэхема, — пояснила она. — Я велела принести туда целую охапку сирени и сама расставила. Он ведь так ее любит.</p>
     <p>До конца завтрака она ни словом не обмолвилась о миссис Уэйд, и Дик уже решил, что та сегодня, видимо, не приедет, но Паола вдруг спросила, будто невзначай:</p>
     <p>— Ты ждешь кого-нибудь?</p>
     <p>Он отрицательно покачал головой и спросил в ответ:</p>
     <p>— А у тебя есть какие-нибудь планы на сегодня?</p>
     <p>— Пока никаких… А на тебя мне нечего и рассчитывать: ты же будешь выкладывать мистеру Уинтерсу все свои познания о рыбах.</p>
     <p>— Нет, — возразил Дик, — я его подброшу мистеру Хэнли, он сосчитал каждую форель и каждую икринку в запруде и зовет по имени каждого окуня. Послушай… — Он остановился как бы в раздумье; вдруг лицо его просияло, словно от внезапной мысли: — День сегодня такой, что располагает к безделью. Давай возьмем ружья и поедем стрелять белок. Я заметил на днях, что их очень много развелось на холмах над Литтл Мэдоу.</p>
     <p>Он успел заметить быстро промелькнувшую тень испуга в ее глазах; но тень так же быстро исчезла, Паола захлопала в ладоши и совершенно естественным тоном сказала:</p>
     <p>— Только для меня ружья не бери…</p>
     <p>— Если тебе не хочется ехать… — осторожно начал он.</p>
     <p>— О нет, я хочу ехать, но не стрелять. Я возьму новую книжку Ле Галльена — мы только что получили ее — и буду читать тебе вслух. Помнишь, когда мы в последний раз ездили охотиться на белок, я читала тебе его «Золотокудрую деву».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Паола на Лани и Дик на Капризнице выехали из ворот Большого дома; лошади шли настолько близко друг к другу, насколько это допускало злобное лукавство Капризницы. Коварная кобыла давала возможность беседовать лишь урывками. Прижав маленькие уши и оскалив зубы, она ежеминутно делала попытки взбунтоваться, не слушалась и все норовила укусить ногу Паолы или атласный круп Лани; но так как это ей не удавалось, то глаза ее мгновенно наливались кровью, и она то встряхивала гривой и старалась встать на дыбы (чему препятствовал мартингал), то начинала вертеться, шла боком, плясала на месте.</p>
     <p>— Последний год держу ее, — сказал Дик. — Она неукротима. Два года я возился с ней без всякого результата. Она знает меня, знает мои привычки, знает, что должна подчиняться, — и все-таки бунтует. Она упорно надеется, что настанет минута, когда я зазеваюсь; и из боязни пропустить эту минуту кобыла всегда начеку.</p>
     <p>— Как бы она и в самом деле не захватила тебя врасплох, — сказала Паола.</p>
     <p>— Вот потому-то я и решил расстаться с ней. Не скажу, чтобы она утомляла меня, но по теории вероятности рано или поздно она меня все-таки сбросит. Пусть на это один шанс из миллиона, но бог знает, когда и при каких обстоятельствах мне может выпасть роковой номер…</p>
     <p>— Ты удивительный человек, Багряное Облако, — улыбнулась Паола.</p>
     <p>— Почему?</p>
     <p>— Ты мыслишь статистическими данными и процентами, средними и приближенными числами. Когда мы с тобой встретились впервые, — интересно, под какую формулу ты подвел меня?</p>
     <p>— Об этом я тогда, черт побери, не думал, — рассмеялся он в ответ. — Ты ни под какую статистическую рубрику не подходила. Тут всякие цифры спасовали бы. Я просто сказал себе, что встретил удивительнейшее двуногое создание женского пола и что хочу завладеть им так, как никогда ничего не хотел в жизни…</p>
     <p>— И завладел, — докончила за него Паола. — Но с тех пор, Багряное Облако, с тех пор ты, наверно, немало построил на мне статистических выкладок?</p>
     <p>— Кое-что — да… — признался он. — Но надеюсь никогда не дойти до последней…</p>
     <p>Он остановился на полуслове, услышав характерное ржание Горца. Показался жеребец, на нем сидел ковбой, и Дик на миг залюбовался безупречной крупной и свободной рысью великолепного животного.</p>
     <p>— Ну, надо удирать, — сказал он, ибо Горец, завидев их, перешел на галоп.</p>
     <p>Они одновременно пришпорили кобыл и поскакали прочь, слыша за собой успокаивающие восклицания ковбоя, стук тяжелых копыт по дороге и веселое властное ржание. Капризница на него тотчас откликнулась, ее примеру последовала и Лань. Смятение лошадей показывало, что Горец начинает горячиться.</p>
     <p>Они свернули на боковой проселок и, проскакав по нему метров пятьсот, остановились в ожидании, пока опасность минует.</p>
     <p>— От него еще никто серьезно не пострадал, — сказала Паола, когда они возвращались на дорогу.</p>
     <p>— Кроме того раза, когда он наступил Каули на ногу. Помнишь, Каули лежал потом целый месяц в постели, — ответил Дик, выравнивая ход снова зашалившей Капризницы. Покосившись на Паолу, он увидел, что она смотрит на него странным взглядом.</p>
     <p>В этом взгляде он прочел и вопрос, и любовь, и страх — да, страх или граничащую со страхом тревогу, а главное — вопрос, что-то ищущее, испытующее. «Должно быть, она неспроста сказала, что я мыслю статистическими данными», — подумал Дик.</p>
     <p>Но он притворился, что ничего не заметил, достал блокнот и, взглянув с интересом на водосток, мимо которого они проезжали, что-то записал.</p>
     <p>— Наверно, забыли, — сказал он. — Ремонт следовало сделать еще месяц назад.</p>
     <p>— А какая судьба постигла всех этих невадских мустангов? — спросила Паола.</p>
     <p>Речь шла о транспорте мустангов, которые были куплены Диком за гроши, когда на пастбищах Невады не уродились травы и это грозило лошадям голодной смертью. Он отослал табун на запад, где на высокогорных пастбищах были хорошие корма.</p>
     <p>— Их пора объезжать, — ответил он. — Я думаю устроить на следующей неделе состязание ковбоев, как в старину. Что ты скажешь на это? Подадим жареную свиную тушу и все, что полагается, и созовем окрестных жителей.</p>
     <p>— А потом сам не явишься, — возразила Паола.</p>
     <p>— Я на день отложу дела. Идет?</p>
     <p>Она кивнула, и они отъехали к обочине дороги, чтобы пропустить три трактора с дисковыми культиваторами.</p>
     <p>— Переправляем их в Роллинг Мэдоус, — пояснил Дик. — На соответствующей почве они гораздо выгоднее лошадей.</p>
     <p>Паола и Дик выехали из долины, где стоял Большой дом, пересекли засеянные поля и рощицы и стали подниматься по дороге, по которой множество повозок возили булыжник для мостовой; издали доносились грохот и скрип дробильной машины.</p>
     <p>— Ее нужно больше утомлять, — заметил Дик, вздергивая голову своей лошади — ее оскаленные зубы оказались в угрожающей близости от крупа Лани.</p>
     <p>— Я прямо-таки постыдно обращалась с Дадди и Фадди, — сказала Паола. — Очень плохо кормила их, а они все такие же беспокойные.</p>
     <p>Дик не придал значения этим словам, но не далее как через сорок восемь часов ему пришлось с болью вспомнить их.</p>
     <p>Скоро скрежет дробилки затих. Они продолжали подниматься, въехали в лесистую полосу, перебрались через невысокий перевал. Росшие здесь мансаниты казались пурпурными в лучах заката, а мадроньо — розовыми. Через насаждения молодых эвкалиптов всадники спустились на дорогу к Литтл Мэдоу, но не доехав, спешились и привязали лошадей. Дик вынул из чехла автоматическое ружье; они тихонько подошли к рощице секвой на краю лужайки и расположились в тени деревьев, устремив взгляд на крутой склон холма, который поднимался в каких-нибудь ста пятидесяти футах от них, по ту сторону лужайки.</p>
     <p>— Смотри, вон они… три… четыре… — прошептала Паола; ее дальнозоркие глаза обнаружили в зеленях несколько белок.</p>
     <p>Это были умудренные жизнью старики, научившиеся особой осторожности, отлично умевшие распознавать отравленное зерно и избегать капканов, которые Дик ставил вредителям. Они пережили многих, менее осторожных родичей и могли заселить эти горные склоны новыми поколениями.</p>
     <p>Дик зарядил ружье самыми мелкими патронами, осмотрел глушитель, лег, вытянувшись во весь рост, оперся на локти и прицелился. Шума от выстрела не последовало, только щелкнул механизм, когда вылетела пуля, затем выпал пустой патрон, в обойму скользнул новый, и автоматически взвелся курок. Большая бурая белка подпрыгнула, перевернулась в воздухе и исчезла в хлебах. Дик ждал; его взгляд скользнул вдоль дула, к нескольким норам, вокруг которых голая земля говорила о том, что зерно здесь съедено. Снова показалась раненая белка, она ползла по голой земле, стараясь уйти в нору. Ружье опять щелкнуло, белка повалилась набок и осталась лежать неподвижно.</p>
     <p>При первом же звуке все белки, кроме подстреленной, попрятались в свои норы. Оставалось только ждать, пока их любопытство пересилит страх. На эту передышку Дик и рассчитывал. Лежа на земле и следя за тем, не появятся ли опять на склоне любопытные мордочки, он спрашивал себя, скажет ему Паола что-нибудь или не скажет. В ней чувствуется какая-то тревога, но захочет ли она с ним поделиться? Раньше она всегда ему все говорила. Рано или поздно она неизменно делилась с ним всем, что ее угнетало. Правда, размышлял он дальше, у нее никогда не бывало горестей такого рода. И то, что ее смущает теперь, она меньше всего могла бы обсуждать с ним. С другой стороны, в ней есть врожденная и неизменная прямота. Все годы их совместной жизни он восхищался этой чертой ее характера. Неужели Паола на этот раз изменит ей?</p>
     <p>Так размышлял он, лежа в траве. Паола молчала. Она не шевелилась, он не слышал ни малейшего шороха. Когда он взглянул в ее сторону, то увидел, что она лежит на спине, закрыв глаза и раскинув руки, словно от усталости.</p>
     <p>Наконец маленькая головка цвета сухой земли выглянула из норки. Прошли долгие минуты, и обладательница серой головки, убедившись, что ей не грозит никакая опасность, села на задние лапки и стала оглядываться, ища причины поразившего ее щелканья. Опять последовал выстрел.</p>
     <p>— Попал? — спросила Паола, не открывая глаз.</p>
     <p>— Да, и какая жирная, — ответил Дик. — Я пресек в корне жизнь целого поколения.</p>
     <p>Прошел час. Солнце пекло, но в тени было прохладно. Время от времени легкий ветерок лениво пробегал по молодым хлебам и чуть покачивал над ними ветви деревьев. Дик подстрелил третью белку. Книга Паолы лежала рядом с ней, но она не предложила ему почитать.</p>
     <p>— Тебе нездоровится? — решился он наконец спросить.</p>
     <p>— Нет, ничего; просто болит голова, отчаянная невралгическая боль возле глаз, вот и все.</p>
     <p>— Наверное, слишком много вышивала, — пошутил он.</p>
     <p>— Нет. В этом не грешна… — последовал ответ. Все это казалось совершенно естественным, но Дик, наблюдая за вылезшей из норы особенно крупной белкой и давая ей прокрасться по открытому месту в сторону хлебов, говорил себе: «Нет, видно, сегодня никакого разговора не выйдет. И мы не будем, как раньше, целовать и ласкать друг друга, лежа в траве».</p>
     <p>В это время намеченная им жертва оказалась уже у края поля. Он спустил курок. Зверек упал, но, полежав с минуту, вскочил, неловко переваливаясь, торопливо побежал к норе. Щелк, щелк, — продолжал трещать механизм, поднимая облачка пыли рядом с бегущей белкой и показывая, как близко попадал Дик. Он стрелял так быстро, что его палец едва успевал спускать курок, и казалось, из дула льется непрерывная струя свинца.</p>
     <p>Он израсходовал почти все патроны, когда Паола сказала:</p>
     <p>— Господи! Какая пальба… точно целая армия. Попал?</p>
     <p>— Да, это настоящий патриарх среди белок, пожиратель корма, предназначенного для молодых телят. Но тратить девять бездымных патронов на одну, даже такую, белку — невыгодно. Надо взять себя в руки.</p>
     <p>Солнце садилось. Ветерок стих. Дик подстрелил еще одну белку и уныло следил за склоном холма. Он сделал все, чтобы вызвать Паолу на откровенность, выбрал для этого и время и необходимую обстановку. Видимо, положение было именно таким, как он опасался. Может быть, даже хуже, ибо он чувствовал, что привычный мир вокруг него рушится. Он сбился с пути, растерян, потрясен. Будь это другая женщина… но Паола! Он был в ней так уверен! Двенадцать лет совместной жизни укрепили в нем эту уверенность…</p>
     <p>— Пять часов, солнце пошло вниз, — сказал он, поднявшись с земли и собираясь помочь ей встать.</p>
     <p>— Я так довольна, что мне удалось отдохнуть, — сказала она, когда они направились к лошадям. — И глазам гораздо лучше. Хорошо, что я не пыталась читать тебе вслух.</p>
     <p>— Не будь свинкой и дальше, — с шутливой легкостью, словно между ними ничего не было, заметил Дик. — Не смей даже уголком глаза заглянуть в Ле Галльена. Мы его позднее прочтем вместе. Давай руку!.. Честное слово? Да, Поли?..</p>
     <p>— Честное слово, — сказала она послушно.</p>
     <p>— Или пусть ослы пляшут на могиле твоей бабушки…</p>
     <p>— Или пусть ослы пляшут на могиле моей бабушки, — повторила она торжественно.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На третье утро после отъезда Грэхема Дик позаботился о том, чтобы, когда Паола нанесет ему в одиннадцать часов свой обычный визит и бросит с порога свое «Доброе утро, веселый Дик», он уже сидел с управляющим молочной фермой. Затем приехала в нескольких машинах семья Мэзонов со всей своей шумливой молодежью, и Паола была занята весь день. Дик заметил, что она подумала и о вечере, удержав гостей на бридж и танцы.</p>
     <p>Однако на четвертый день, когда должен был вернуться Грэхем, Дик был в одиннадцать часов один. Склонившись над столом и подписывая письма, он услышал, как Паола на цыпочках вошла в комнату. Он не поднял головы, но, продолжая писать, взволнованно прислушивался к шелковистому шуршанию ее кимоно. Он почувствовал, что она склонилась над ним, и затаил дыхание. Но когда она тихонько поцеловала его волосы, сказав свое обычное «Доброе утро, веселый Дик», и он жадно хотел обнять ее, она уклонилась от его рук и, смеясь, выбежала из комнаты. Выражение счастья, которое он подметил на ее лице, поразило его не меньше, чем только что испытанное разочарование. Она не умела скрывать своих чувств, и теперь ее глаза сияли радостно и жадно, как у ребенка. И так как именно сегодня вечером должен был вернуться Грэхем, Дик не мог не объяснить именно этим ее радость.</p>
     <p>Во время завтрака, за которым присутствовали трое студентов из сельскохозяйственного колледжа в Дэвисе, Дик не стал проверять, поставила ли она свежую сирень в башне, или нет. Он экспромтом придумал себе ряд неотложных дел, так как Паола заявила, что хочет сама поехать за Грэхемом на станцию.</p>
     <p>— На чем? — спросил Дик.</p>
     <p>— На Дадди и Фадди, — ответила она. — Они совсем застоялись, им, да и мне, необходимо промяться. Конечно, если и ты не прочь прокатиться, мы поедем, куда ты захочешь, а за Грэхемом пошлем машину.</p>
     <p>Дик постарался не заметить того беспокойства, с каким она ждала, примет он ее предложение или нет.</p>
     <p>— Бедняжкам Дадди и Фадди, пожалуй, не поздоровилось бы, если бы они пробежали столько, сколько мне надо сегодня проехать, — сказал он, смеясь, и тут же сообщил придуманный им план: — До обеда мне предстоит отмахать около ста двадцати миль. Я возьму гоночную машину и, наверное, буду весь в пыли и грязи, так как придется проезжать через болото. Да и трясти будет отчаянно. Нет, я не решаюсь звать тебя с собой. А ты поезжай на Дадди и Фадди.</p>
     <p>Паола вздохнула. Но она была плохой актрисой: несмотря на ее желание выразить этим вздохом сожаление, Дик почувствовал, что ей стало легко на душе.</p>
     <p>— А ты далеко едешь? — спросила она весело; и он опять не мог не заметить, что ее щеки пылают румянцем и глаза блестят от счастья.</p>
     <p>— Я помчусь к низовьям реки, где мы ведем осушительные работы — Карлсон требует от меня указаний, — а затем в Сакраменто и через Тил-Слоу, чтобы повидаться с Уинг-Фо-Уонгом.</p>
     <p>— Это еще что за Уинг-Фо-Уонг? — спросила она, улыбаясь. — И почему ты ради него должен мчаться в такую даль?</p>
     <p>— Весьма важная особа он стоит два миллиона, которые нажил на картошке и спарже, огородничая в низинах дельты. Я отдаю ему в аренду триста акров в Тил-Слоу — Затем, обратившись к студентам-сельскохозяйственникам, Дик пояснил:- эта местность лежит немного в сторону от Сакраменто, на западном берегу реки. Вот вам хороший пример того, что скоро не будет хватать земли. Когда я купил ее, там было сплошное болото, и все старожилы надо мной потешались. И еще пришлось выкупить с десяток охотничьих заповедников. Земля обошлась мне в среднем по восемнадцать долларов за акр, и притом не так давно.</p>
     <p>Вы знаете эти болота, они только и годятся для разведения уток да под заливные луга. Привести их в порядок стоило мне, если принять во внимание осушку и устройство плотин, больше, чем по триста долларов за акр. А как вы думаете, по какой цене я сдаю ее на десять лет в аренду старому Уинг-Фо-Уонгу? По две тысячи за акр. Я бы не выручил больше, если бы сам ее эксплуатировал. Эти китайцы по части огородничества- прямо волшебники, а как до работы жадны!.. Тут уж не восьмичасовой рабочий день, а восемнадцатичасовой. Дело в том, что у них самый последний кули имеет хотя бы микроскопическую долю в предприятии, — вот каким образом Уинг-Фо-Уонгу удается обойти закон о восьмичасовом рабочем дне.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Два раза в течение дня Дика задерживали за превышение скорости, а в третий раз даже записали. Он был в машине один и, хотя ехал очень быстро, сохранял полное спокойствие. Возможности несчастья по собственной вине Дик не допускал, и с ним никогда не бывало несчастий. С той же уверенностью и точностью, с какой Дик брался за ручку двери или за карандаш, выполнял он и более сложные действия, — в данном случае, например, правил машиной с чрезвычайно сильным мотором, причем машина эта шла на большой скорости по оживленным сельским дорогам.</p>
     <p>Но как он ни гнал машину и с какой сосредоточенностью ни вел переговоры с Карлсоном и Уинг-Фо-Уон-гом, в его сознании, не угасая, жила мысль о том, что Паола, вопреки всем своим обычаям, поехала встречать Грэхема и будет с ним вдвоем всю дорогу от Эльдорадо до имения, все эти долгие мили.</p>
     <p>— Ну и ну… — пробормотал Дик, ускоряя ход машины с сорока пяти до семидесяти миль в час, и, уже ни о чем не думая, обогнул с левой стороны ехавший в одном с ним направлении легкий одноконный экипаж, и ловко повернул снова на правую сторону дороги, под самым носом у маленькой машины, несшейся ему навстречу; затем убавил ход до пятидесяти миль и вернулся к прерванным мыслям:</p>
     <p>«Ну и ну! Воображаю, что бы подумала моя маленькая Паола, если бы я вздумал прокатиться вдвоем с какой-нибудь прелестной девицей!»</p>
     <p>Он невольно рассмеялся, представив себе эту картину, ибо в первые годы их супружества не раз имел случай убедиться, что Паола молча ревнует его. Сцен она ему никогда не делала, не позволяла себе ни замечаний, ни намеков, ни вопросов, но едва он начинал уделять внимание другой женщине — недвусмысленно давала ему понять, что она обижена.</p>
     <p>Усмехаясь, вспомнил он миссис Дехэмени, хорошенькую вдову-брюнетку, приятельницу Паолы, как-то гостившую в Большом доме. Однажды Паола заявила, что она верхом не поедет, но услышала за завтраком, как он и миссис Дехэмени сговариваются отправиться вдвоем в лесистые ущелья, лежащие за рощей философов. И что же — не успели они выехать из имения, как Паола догнала их и всю прогулку ни на минуту не оставляла наедине. Он тогда улыбался про себя, ибо эта ревность была ему, в сущности, приятна: ведь ни самой миссис Дехэмени, ни их прогулке он не придавал значения.</p>
     <p>Зная эту черту Паолы, он с самого начала их совместной жизни старался не оказывать посторонним женщинам слишком большого внимания и был в этом смысле гораздо осмотрительнее Паолы. Напротив, ей он предоставлял полную свободу и даже поощрял ее поклонников, гордился, что она привлекает к себе незаурядных людей, и радовался, что она находит удовольствие в беседах с ними и их ухаживаниях. И правильно делал: ведь он был так спокоен, так уверен в ней; гораздо больше, чем она в нем, — Дик не мог этого не признать. Двенадцать лет брака настолько укрепили его уверенность, что он столь же мало сомневался в супружеских добродетелях Паолы, как в ежедневном вращении земли вокруг своей оси. «И вдруг оказывается, что на вращение земли не очень-то можно полагаться, — подумал он, в душе подсмеиваясь над собой, — и, может быть, земля вдруг окажется плоской, как представляли себе древние».</p>
     <p>Он отвернул перчатку и взглянул на часы. Через пять минут Грэхем сойдет с поезда в Эльдорадо. Дик мчался теперь домой со стороны Сакраменто, и дорога горела под ним. Через четверть часа он увидел вдали поезд, с которым должен был приехать Грэхем. Дик нагнал Дадди и Фадди, уже миновав Эльдорадо. Грэхем сидел рядом с Паолой, которая правила.</p>
     <p>Проезжая мимо них, Дик замедлил ход, приветствовал Грэхема и, опять пустив машину на полную скорость, весело крикнул ему:</p>
     <p>— Простите, Ивэн, что заставляю вас глотать пыль. Я хочу еще до обеда обыграть вас на бильярде, если вы когда-нибудь доплететесь.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Так не может больше продолжаться. Мы должны что-то предпринять немедленно.</p>
     <p>Они были в музыкальной комнате. Паола сидела за роялем, подняв лицо к Грэхему, склонившемуся над ней.</p>
     <p>— Вы должны решить, — настаивал Грэхем. Теперь, когда они обсуждали, как им быть, на их лицах не было выражения счастья по случаю великого чувства, посланного им судьбой.</p>
     <p>— Но я не хочу, чтобы вы уезжали, — говорила Паола. — Я сама не знаю, чего я хочу. Не сердитесь на меня. Я думаю не о себе. Я последнее дело. Но я должна думать о Дике и должна думать о вас. Я… я так не привыкла быть в подобном положении, — добавила она с вымученной улыбкой.</p>
     <p>— Это положение нужно выяснить, любовь моя. Дик ведь не слепой.</p>
     <p>— А что он мог увидеть? Разве было что-нибудь? — спросила она. — Ничего, кроме того единственного поцелуя в ущелье, а этого он видеть не мог. Ну, припомните еще что-нибудь!</p>
     <p>— Очень хотел бы, но… увы!.. — отвечал он, подхватывая ее шутливый тон, и затем, сразу сдержавшись, продолжал: — Я с ума схожу от любви к вам. Вот и все. И я не знаю, насколько вы сходите с ума, да и сходите ли…</p>
     <p>При этом он как бы случайно опустил руку на ее пальцы, лежавшие на клавишах, но она тихонько потянула руку.</p>
     <p>— Вот видите, — сказал он жалобно, — а хотели, чтобы я вернулся.</p>
     <p>— Да, хотела, чтобы вы вернулись, — произнесла она, глядя ему прямо в глаза своим открытым взглядом.</p>
     <p>— Да, я хотела, чтобы вы вернулись, — повторила она тише, точно говоря сама с собой.</p>
     <p>— Но я вовсе не уверен, — воскликнул он нетерпеливо, — что вы любите меня!</p>
     <p>— Да, я люблю вас, Ивэн, но… — Она смолкла, как бы обдумывая то, что хотела сказать.</p>
     <p>— Что «но»? — настойчиво допрашивал он. — Говорите же!</p>
     <p>— Но я люблю и Дика. Правда, нелепо?</p>
     <p>Он не ответил на ее улыбку, и она залюбовалась вспыхнувшим в его глазах мальчишеским упрямством. Слова так и просились с его языка, но он промолчал, а она старалась угадать их и огорчилась, что он их не сказал.</p>
     <p>— Как-нибудь все уладится, — убежденно заявила она. — Должно уладиться. Дик говорит, что все в конце концов улаживается. Все меняется. То, что стоит на месте, мертво, а ведь никто из нас еще не мертв. Верно?</p>
     <p>— Я не упрекаю вас за то, что вы любите… продолжаете любить Дика, — нетерпеливо ответил Ивэн. — Я вообще не понимаю, что вы могли найти во мне по сравнению с ним. Я говорю это совершенно искренне. По-моему, он замечательный человек. Большое сердце…</p>
     <p>Она вознаградила его улыбкой и кивком.</p>
     <p>— Но если вы продолжаете любить Дика, при чем же тут я?</p>
     <p>— Так вас я ведь тоже люблю!</p>
     <p>— Этого не может быть! — воскликнул он, быстро отошел от рояля и, сделав несколько шагов по комнате, остановился перед картиной Кейта на противоположной стене, как будто никогда ее не видел.</p>
     <p>Она ждала, спокойно улыбаясь и с радостью наблюдая его волнение.</p>
     <p>— Вы не можете любить двух мужчин одновременно, — бросил он ей с другого конца комнаты.</p>
     <p>— А все-таки это так, Ивэн. Вот я и стараюсь во всем этом разобраться. Я только не могу понять, кого люблю больше. Дика я знаю давно, а вы… вы…</p>
     <p>— А я — случайный знакомый, — гневно прервал он ее, возвращаясь к ней тем же быстрым шагом.</p>
     <p>— Нет, нет, Ивэн, совсем не то! Вы мне открыли меня самое. Я люблю вас не меньше Дика. Я люблю вас сильнее. Я… я не знаю…</p>
     <p>Она опустила голову и закрыла лицо руками. Он с нежностью коснулся ее плеча. Она не противилась.</p>
     <p>— Видите, мне очень нелегко, — продолжала она. — Тут так все переплетено, так переплетено, что я ничего не понимаю. Вы говорите, что вы теряетесь. Но подумайте обо мне! Я совсем запуталась и не знаю, что делать. Вы… да что говорить! Вы мужчина, с мужским жизненным опытом и мужским характером. Для вас все это очень просто: она любит меня… она не любит меня. А я запуталась и никак не разберусь. Я, конечно, тоже не девочка, но у меня нет никакого опыта во всех этих сложностях любви. У меня никогда не было романов. Я любила в жизни только одного человека, а теперь вот… вас… Вы и эта любовь к вам нарушили идеальный брак, Ивэн…</p>
     <p>— Я знаю… — сказал он.</p>
     <p>— А вот я ничего не знаю, — продолжала она. — И нужно время, чтобы во всем разобраться, или ждать, когда все само собой уладится. Если бы только не Дик… — Ее голос задрожал и оборвался.</p>
     <p>Ивэн невольно прижал ее к себе.</p>
     <p>— Нет, нет, не теперь, — мягко сказала она, снимая его руку и на минуту ласково задерживая ее в своей. — Когда вы ко мне прикасаетесь, я не могу думать… Ну — не могу…</p>
     <p>— В таком случае я должен уехать, — произнес он с угрозой, хотя вовсе не хотел угрожать ей.</p>
     <p>Она сделала протестующий жест.</p>
     <p>— Такое положение, как сейчас, невозможно, недопустимо. Я чувствую себя подлецом, а вместе с тем знаю, что я не подлец. Я ненавижу обман. Я могу лгать лжецу, но не такому человеку, как Дик. Обманывать Большое сердце! Я гораздо охотнее пошел бы прямо к нему и сказал: «Дик, я люблю вашу жену, она любит меня. Что вы думаете делать?»</p>
     <p>— Ну что ж, идите! — вдруг загорелась Паола. Грэхем выпрямился решительным движением.</p>
     <p>— Я пойду. И сейчас же.</p>
     <p>— Нет, нет! — воскликнула она, охваченная внезапным ужасом. — Вы должны уехать. — Затем ее голос опять упал. — Но я не могу вас отпустить…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Если Дик до сих пор еще сомневался в чувствах Паолы к Грэхему, то теперь все его сомнения исчезли. Он не нуждался больше ни в каких доказательствах, достаточно было взглянуть на Паолу. Она была в приподнятом настроении, она расцвела, как пышная весна вокруг нее, ее смех звучал счастливее, голос богаче и выразительнее, в ней била горячим ключом неутомимая энергия и жажда деятельности. Она вставала рано и ложилась поздно. Казалось, она решила больше себя не щадить и с упоением пила искристое вино своих чувств. И Дик иногда недоумевал: может быть, она нарочно отдается этому хмелю, — оттого, что у нее нет мужества задуматься о том, что с ней происходит?</p>
     <p>Паола явно худела, и он должен был признать, что она становилась от этого еще красивее, ибо нежные и яркие краски ее лица приобрели какую-то прозрачность и одухотворенность.</p>
     <p>А в Большом доме жизнь текла по-прежнему — налажено, весело и беспечно. Дик иногда спрашивал себя: долго ли это может продолжаться? И пугался, представляя себе, что будет, когда все изменится. Он был уверен, что никто, кроме него, ни о чем не догадывается. Сколько же еще это может тянуться? Недолго, конечно. Паола слишком неумелая актриса. И если бы даже она ухитрялась скрывать какие-то пошлые и низменные детали, то такой расцвет новых чувств не в силах скрыть ни одна женщина.</p>
     <p>Он знал, как проницательны его азиатские слуги; проницательны и тактичны, — должен был он признать. Но дамы!.. Эти коварные кошки! Самая лучшая из них будет в восторге, узнав, что блистательная, безупречная Паола — такая же дочь Евы, как и все они. Любая женщина, попавшая в дом на один день, на один вечер, может сразу догадаться о переживаниях Паолы. Разгадать Грэхема труднее. Но уж женщина женщину всегда раскусит.</p>
     <p>Однако Паола и в этом другая, чем все. Он никогда не замечал в ней чисто женского коварства, желания подстеречь других женщин, вывести их на чистую воду, за исключением тех случаев, когда это касалось его, Дика. И он опять усмехнулся, вспоминая «роман» с миссис Дехэмени, который был «романом» только в воображении Паолы.</p>
     <p>Размышляя обо всем этом, Дик спрашивал себя: знает ли Паола, что он догадался?</p>
     <p>А Паола спрашивала себя, догадался ли Дик, и долго не могла решить. Она не замечала никакой перемены ни в нем, ни в его обычном отношении к ней. Он, как всегда, невероятно много работал, шутил, пел свои песни, у него был все тот же вид счастливого и веселого малого. Ей даже чудилось порою, что он стал с нею нежнее, но она уверяла себя, что это только плод ее воображения. Однако скоро неопределенность кончилась. Иногда в толпе гостей за столом или вечером в гостиной за картами она наблюдала за ним из-под полуопущенных ресниц, когда он этого не подозревал, и наконец по его глазам и лицу поняла, что он знает. Грэхему она даже не намекнула на свое открытие. Кому от этого станет легче? Он может немедленно уехать, а она — Паола честно признавалась себе в этом — меньше всего хотела его отъезда.</p>
     <p>Но, придя к убеждению, что Дик знает или догадывается, она словно ожесточилась и стала нарочно играть с огнем. Если Дик знает, рассуждала она, — а он знает, — то почему же он молчит? Он, такой прямой и искренний! Она и желала объяснения — и боялась; но потом страх исчез, и осталось только желание, чтобы он наконец заговорил. Дик был человеком действия и поступал решительно, чем бы это ни грозило. Она всегда предоставляла инициативу ему. Грэхем назвал создавшееся положение треугольником. Пусть Дик и разрешит эту задачу. Он может разрешить любую задачу. Почему же он медлит?</p>
     <p>Вместе с тем она продолжала жить не оглядываясь, стараясь заглушить голос совести, обвинявшей ее в двуличии, не желая слишком углубляться во все это. Ей чудилось, что она поднялась на вершину своей жизни и пьет эту жизнь жадными глотками.</p>
     <p>Временами она просто ни о чем не думала и только с гордостью говорила себе, что у ее ног лежат такие два человека. Гордость в ней всегда была преобладающей чертой: она гордилась своими разнообразными талантами, своей внешностью, мастерством в музыке и плавании. Все возвышало ее над другими: восхитительно ли она танцевала, носила ли с непередаваемым изяществом красивую и изысканную одежду, или плавала грациозно и смело — редкая женщина будет так отважно нырять — или, сидя на спине мощного жеребца, спускалась по скату в бассейн и уверенно его переплывала.</p>
     <p>Она испытывала чувство гордости, когда видела их вместе, этих сероглазых белокурых великанов, ибо она была той же породы. Паолу не оставляло лихорадочное возбуждение, однако дело было тут не в нервах. Она даже ловила себя на том, что с холодным любопытством сравнивает обоих, сама не зная, для которого из них она старается быть как можно красивее и обаятельнее. Грэхема она уже держала в руках, а Дика не хотела выпускать.</p>
     <p>Была даже какая-то жестокость и в горделивом сознании, что из-за нее и ради нее страдают два таких незаурядных человека; она нисколько от себя не скрывала, что если Дик знает, — вернее, с тех пор, как он знает, — он тоже должен страдать. Паола уверяла себя, что она женщина с воображением, искушенная в любовных делах, и что главная причина ее любви к Грэхему вовсе не в новизне и свежести, не в том, что он другой, чем Дик. Она не хотела признаться себе, какую решающую роль здесь играет страсть.</p>
     <p>Где-то в самой глубине души она не могла не понимать, что это безрассудство, безумие: ведь все могло кончиться очень страшно для одного из них, а может быть, и для всех. Но ей нравилось порхать над пропастью, уверяя себя, что никакой пропасти нет. Когда она оставалась одна, то не раз, глядя в зеркало, с насмешливым укором покачивала головой и восклицала: «Эх ты, хищница, хищница!» А когда она позволяла себе размышлять об этом более серьезно, то готова была согласиться с тем, что Шоу и мудрецы из «Мадроньевой рощи» правы, обличая хищные инстинкты женщин.</p>
     <p>Она, конечно, не могла согласиться с Дар-Хиалом, будто женщина — это неудавшийся мужчина; но все вновь вспоминались ей слова Уайльда: «Женщина побеждает, неожиданно сдаваясь». Не этим ли она покорила Грэхема, спрашивала себя Паола. Как это ни странно, но на уступки она уже пошла. Пойдет ли на дальнейшие?.. Он хотел уехать. С ней или без нее — все равно уехать. Но она удерживала его. Какими способами? Давала ли она ему молчаливые обещания, что уступит окончательно? Паола со смехом отгоняла всякие предположения относительно будущего, довольствуясь мимолетными радостями настоящего, стараясь сделать свое тело еще прекраснее, свое обаяние еще неотразимее, излучать сияние счастья, — и ощущала при этом такую полноту и трепетность жизни, какие ей были еще неведомы.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но когда мужчина и женщина влюблены и живут так близко друг от друга, им не дано сохранить расстояние между собой неизменным. Паола и Грэхем незаметно сближались. От долгих взглядов и прикосновений руки к руке они постепенно перешли к другим дозволенным ласкам, и кончилось тем, что однажды она опять очутилась у него в объятиях и их губы снова слились в продолжительном поцелуе.</p>
     <p>На этот раз Паола не вспыхнула гневом, а только властно заявила:</p>
     <p>— Я вас не отпущу.</p>
     <p>— Я не могу остаться, — повторил Грэхем в сотый раз. — Мне, конечно, приходилось не раз и целоваться за дверью и делать всякие глупости, — продолжал он пренебрежительно, — но тут другое — тут вы и Дик.</p>
     <p>— Уверяю вас, Ивэн, все как-нибудь уладится.</p>
     <p>— Тогда уезжайте со мной, и мы сами все уладим. Поедем!</p>
     <p>Она отступила.</p>
     <p>— Вспомните, — настаивал Грэхем, — что заявил Дик в тот вечер, когда Лео сражался с драконами. Он заявил: если бы даже Паола, его жена, от него с кем-нибудь сбежала, он сказал бы: «Благословляю вас, дети мои».</p>
     <p>— Да, потому-то так и трудно, Ивэн. Он действительно Большое сердце. Вы удачно выразились. Слушайте! Понаблюдайте за ним! Он особенно мягок и бережен, как и обещал в тот вечер, — мягок со мной, я хочу сказать. А кроме того… Вы не заметили…</p>
     <p>— Он знает?.. Он вам что-нибудь говорил? — прервал ее Грэхем.</p>
     <p>— Ничего не говорил, но я уверена, что он знает или, во всяком случае, догадывается. Понаблюдайте за ним. Он не хочет соперничать с вами…</p>
     <p>— Соперничать?</p>
     <p>— Ну да. Не хочет. Вспомните вчерашний день. Когда наша компания приехала, он объезжал мустангов, но, увидев вас, больше не сел в седло. Он превосходный объездчик. Вы тоже попробовали. У вас выходило, правда, недурно, хотя, конечно, до него далеко. Но он не желал показывать свое превосходство. Одно это убедило меня, что он догадывается.</p>
     <p>И еще: вы не обратили внимания на то, что он теперь никогда не расспрашивает вас, что вы делаете, где проводите время, как он расспрашивает любого гостя? Он играет с вами на бильярде, потому что вы играете лучше него, да еще бьется на рапирах и палках — тут вы тоже равны. Но он не вызывает вас ни на бокс, ни на борьбу.</p>
     <p>— Да, в этом он действительно может победить меня, — пробормотал Грэхем.</p>
     <p>— Понаблюдайте, и вы увидите, что я права. А ко мне он относится, как к норовистому жеребенку, — пусть, дескать, куролесит сколько душе угодно. Ни за что на свете не вмешается он в мои дела. О, поверьте, я его знаю. Он живет по своим собственным правилам и мог бы научить философов тому, что такое практическая философия.</p>
     <p>— Нет, нет, слушайте! — торопливо продолжала она, видя, что Грэхем хочет ее прервать. — Я скажу вам больше. Из библиотеки в рабочую комнату Дика ведет потайная лестница, ею пользуются только я, он да его секретарь. Когда вы поднимаетесь по этой лестнице, то попадаете прямо в его комнату и оказываетесь среди книжных шкафов и полок. Я сейчас оттуда. Я шла к нему, но услышала голоса и решила, что, как обычно, идет разговор о делах имения и что он скоро освободится. Поэтому я осталась ждать. Это были действительно разговоры о делах, но такие интересные, такие, как сказал бы Хэнкок, «проливающие свет», что я не могла не подслушать. Эти разговоры «проливали свет» на характер самого Дика, хочу я сказать.</p>
     <p>Он беседовал с женой одного из рабочих. Она пришла с жалобой… Такие вещи не редкость в рабочих поселках. Если бы я эту женщину встретила, я бы ее не узнала и не вспомнила бы даже ее имени. Она все жаловалась, но Дик остановил ее. «Это не важно, — сказал он, — мне важно знать, сами-то вы поощряли Смита или нет?»</p>
     <p>Его зовут не Смитом — я не помню как, но это не имеет значения, — он служит у нас вот уже восемь лет, работает мастером.</p>
     <p>«О нет, сэр, — услышала я ее ответ. — Он все время мне проходу не давал. Я, конечно, старалась избегать его. Да и у моего мужа характер бешеный, а я больше всего боюсь, как бы он не потерял место. Он почти год служит здесь и, кажется, ни в чем не замечен. Правда? До этого у него бывали только случайные заработки, и нам приходилось очень туго. Не его это вина, он не пьет, и всегда…»</p>
     <p>«Ладно, — перебил ее Дик. — Ни его работа, ни его поведение тут ни при чем. Значит, вы утверждаете, что никогда не давали Смиту никаких оснований для ухаживания?»</p>
     <p>Нет, она на этом настаивала и целых десять минут подробно рассказывала о его приставаниях. У нее очень приятный голосок — знаете, бывают такие робкие и мягкие женские голоса; и, наверно, она очень мила.</p>
     <p>Я едва удержалась, чтобы не заглянуть в кабинет. Мне так хотелось посмотреть на нее.</p>
     <p>«Значит, это произошло вчера утром? — спросил Дик. — А другие слышали? Я хочу сказать: кроме вас, мистера Смита и вашего мужа, — ну хотя бы соседи знали об этом?»</p>
     <p>«Да, сэр. Видите ли, он не имел никакого права входить ко мне в кухню. Мой муж не его подчиненный. Он обнял меня и старался поцеловать, а тут как раз вошел мой муж. Хоть он и с характером, но не так чтобы очень силен. Смит вдвое выше. Муж вытащил нож, а мистер Смит схватил его за обе руки, они сцепились и стали кататься по всей кухне. Я испугалась, как бы до смертоубийства не дошло, выбежала и начала звать на помощь. Но соседи уже услышали, что у нас скандал. Муж и Смит в драке разбили окно, своротили печку, вся кухня была полна дыма и золы, их насилу растащили. А меня опозорили. За что? Вы же знаете, сэр, как теперь все бабы будут трепать языком…»</p>
     <p>Дик снова остановил ее, но еще минут пять никак не мог от нее отделаться. Больше всего она боялась, как бы ее муж не лишился места. Я ждала, что Дик ей скажет; но он, видимо, не принял еще никакого определенного решения, и я была уверена, что он теперь вызовет мастера. И тот действительно явился. Я многое дала бы, чтобы его увидеть, но я слышала только разговор.</p>
     <p>Дик сразу перешел к делу, описал весь скандал и драку, — и Смит признался, что действительно шум получился основательный.</p>
     <p>«Она говорит, что никогда и ничем не поощряла ваших ухаживаний», — заявил Дик.</p>
     <p>«Ну, это она врет, — ответил Смит. — Она так поглядывает на вас, будто сама приглашает поухаживать… Она с первого же дня так на меня смотрела. А зашел я к ней вчера на кухню потому, что она же меня и зазвала. Мы не ждали, что муж придет так скоро. Но когда она его увидела, то давай бороться и вырываться. А если она врет, будто не заманивала меня…»</p>
     <p>«Бросьте, — остановил его Дик, — все это пустяки, дело не в этом».</p>
     <p>«Как же пустяки, мистер Форрест, должен же я оправдаться», — настаивал Смит.</p>
     <p>«Нет, это несущественно для того, в чем вы оправдаться не можете», — ответил Дик, и я услышала в его голосе знакомые мне жесткие, холодные и решительные нотки. Смит все еще не понимал. Тогда Дик объяснил ему свою точку зрения: «Вы виноваты, мистер Смит, в том, что произошел скандал, безобразие и бесчинство, в том, что вы дали пищу бабьим языкам, в том, что вы нарушили порядок и дисциплину, — а это все ведет к одному очень важному обстоятельству: вы внесли дезорганизацию в нашу работу».</p>
     <p>Но Смит все еще не понимал. Он решил, что его обвиняют в нарушении общественной нравственности, так как он преследовал замужнюю женщину, и всячески старался умилостивить Дика ссылками на то, что ведь она с ним заигрывала, и просьбами о снисхождении. «В конце концов, — сказал он, — мужчина, мистер Форрест, это мужчина; согласен, она заморочила мне голову, и я вел себя, как дурак».</p>
     <p>«Мистер Смит, — сказал Дик, — вы у меня работаете восемь лет, из них шесть в качестве мастера. На вашу работу я пожаловаться не могу. Работать вы, конечно, умеете. До вашей нравственности мне дела нет. Будьте хоть мормоном или турком. Ваша частная жизнь меня не касается, пока она не мешает вашей работе в имении. Любви из моих возчиков может напиваться по субботам до потери сознания, хоть каждую субботу, — это его дело. Но если в понедельник вдруг окажется, что он еще не протрезвился и это отзывается на моих лошадях — он груб с ними, бьет их и может повредить им, или если это хоть сколько-нибудь снижает качество или количество его понедельничной работы, — с этой минуты его пьянство становится уже моим делом, и возчик может отправляться ко всем чертям».</p>
     <p>«Вы… вы же не хотите сказать, мистер Форрест, — заикаясь, пробормотал Смит, — что… что я тоже могу отправляться ко всем чертям?»</p>
     <p>«Именно это я и хочу сказать, мистер Смит. И я не потому рассчитываю вас, что вы посягнули на чужую собственность — это дело ваше и ее мужа, — а потому, что вы оказались причиной беспорядка в моем имении».</p>
     <p>— И знаете, Ивэн, — сказала Паола, прерывая свой рассказ, — по голым цифровым данным Дик угадывает гораздо больше жизненных драм, чем любой писатель, погрузившись в водоворот большого города. Возьмите хотя бы отчеты молочных ферм — ведомости каждого доильщика в отдельности: столько-то литров молока утром и вечером от такой-то коровы и столько-то от такой-то. Дику не нужно знать человека. Но вот удой понизился. «Мистер Паркмен, — спрашивает он управляющего молочной фермой, — что, Барчи Ператта женат?» — «Да, сэр». — «У них что, с женой нелады?» — «Да, сэр».</p>
     <p>Или: «Мистер Паркмен, Симпкинс был очень долго нашим лучшим доильщиком, а теперь отстает от других, в чем дело?» Паркмен не знает. «Разузнайте, — говорит Дик. — Что-то у него есть на душе. Потолкуйте-ка с ним по-отечески и спросите. Надо снять с него то, что его гнетет». И мистер Паркмен дознается, в чем дело. Оказывается, сын Симпкинса, студент Стэнфордского университета, вдруг бросил учение, начал кутить и теперь сидит в тюрьме и ждет суда за подлог. Дик передал дело своим адвокатам, они замяли эту историю, добились того, что юношу выпустили на поруки, — и ведомости Симпкинса стали прежними. А лучше всего то, что юноша исправился — Дик взял его под наблюдение, — окончил инженерное училище и теперь служит у нас, работает на осушке болот и получает полтораста долларов в месяц, женился, и его будущность обеспечена, а отец продолжает доить коров.</p>
     <p>— Вы правы, — задумчиво и сочувственно пробормотал Грэхем, — недаром я назвал Дика Большим сердцем.</p>
     <p>— Я называю его моей нерушимой скалой, — сказала Паола с чувством. — Он такой надежный. Нет, вы еще не знаете его. Никакая буря его не сломит. Ничто не согнет. Он ни разу не споткнулся. Точно бог улыбается ему, всегда улыбается. Никогда жизнь не ставила его на колени… пока. И… я… я… не хотела бы быть свидетельницей этого. Это разбило бы мне сердце. — Рука Паолы потянулась к его руке, в легком прикосновении были и просьба и ласка. — Я теперь боюсь за него. Вот почему я не знаю, как мне поступить. Ведь не ради себя же я медлю, колеблюсь… Если бы я могла упрекнуть его в требовательности, ограниченности, слабости или малейшей пошлости, если бы жизнь била его и раньше, я бы давным-давно уехала с вами, мой милый, милый…</p>
     <p>Ее глаза внезапно стали влажными. Она успокоила Грэхема пожатием руки и, чтобы овладеть собой, вернулась к своему рассказу:</p>
     <p>— «Ее супруг, мистер Смит, вашего мизинца не стоит, — продолжал Дик. — Ну что о нем можно сказать? Усерден, старается угодить, но не умен, не силен, в лучшем случае — работник из средних. А все-таки приходится рассчитывать вас, а не его; и я об этом очень, очень сожалею».</p>
     <p>Конечно, он говорил и многое другое, но я рассказала вам самое существенное. Отсюда вы можете судить о его правилах. А он всегда следует им. Дик предоставляет личности полную свободу. Что бы человек ни делал, пока он не нарушает интересов той группы людей, в которой живет, это никого не касается. По мнению Дика, Смит вправе любить женщину и быть любимым ею, раз уж так случилось. Он всегда говорил, что любовь не навяжешь и не удержишь насильно. Если бы я на самом деле ушла с вами, он сказал бы: «Благословляю вас, дети мои». Чего бы это ему ни стоило, он так сказал бы, ибо считает, что былую любовь не воротишь. Каждый час любви, говорит он, окупается полностью, обе стороны получают свое. В этом деле не может быть ни предъявления счетов, ни претензий: требовать любви просто смешно.</p>
     <p>— Я с ним совершенно согласен, — сказал Грэхем. — «Ты обещал, или обещала, любить меня до конца жизни», — заявляет обиженная сторона, словно это вексель на столько-то долларов и его можно предъявить ко взысканию. Доллары остаются долларами, а любовь жива или умирает. А если она умерла, то откуда ее взять? В этом вопросе мы все сходимся, и все ясно. Мы любим друг друга, и довольно. Зачем же ждать хотя бы одну лишнюю минуту?</p>
     <p>Его рука скользнула вдоль ее пальцев, лежавших на клавишах, он наклонился к Паоле, сначала поцеловал ее волосы, потом медленно повернул к себе ее лицо и поцеловал в раскрытые покорные губы.</p>
     <p>— Дик любит меня не так, как вы, — сказала она, — не так безумно, хочу я сказать. Я ведь с ним давно — и стала для него чем-то вроде привычки. До того как я встретилась с вами, я часто-часто думала об этом и старалась отгадать: что он любит больше — меня или свое имение?..</p>
     <p>— Но ведь все это так просто, — сказал Грэхем. — Надо только быть честным! Уедем!</p>
     <p>Он поднял ее и поставил на ноги, как бы собираясь тотчас же увезти. Но она вдруг отстранилась от него, села и опять закрыла руками вспыхнувшее лицо.</p>
     <p>— Вы не понимаете, Ивэн… Я люблю Дика. Я буду всегда любить его.</p>
     <p>— А меня? — ревниво спросил Грэхем.</p>
     <p>— Конечно, — улыбнулась она. — Вы единственный, кроме Дика, кто меня так… целовал и кого я так целовала. Но я ни на что не могу решиться. Треугольник, как вы называете наши отношения, должен быть разрешен не мной. Сама я не в силах. Я все сравниваю вас обоих, оцениваю, взвешиваю. Мне представляются все годы, прожитые с Диком. И потом я спрашиваю свое сердце… И я не знаю. Не знаю… Вы большой человек и любите меня большой любовью. Но Дик больше вас. Вы ближе к земле, вы… — как бы это выразиться? — вы человечнее, что ли. И вот почему я люблю вас сильнее… или по крайней мере мне кажется, что сильнее.</p>
     <p>Подождите, — продолжала она, удерживая его жадно тянувшиеся к ней руки, — я еще не все сказала. Я вспоминаю все наше прошлое с Диком, представляю себе, какой он сегодня и какой будет завтра… И я не могу вынести мысли, что кто-то пожалеет моего мужа… что вы пожалеете его, — а вы не можете не жалеть его, когда я говорю вам, что люблю вас больше. Вот почему я ни в чем не уверена, вот почему я так быстро беру назад все, что скажу… и ничего не знаю…</p>
     <p>Я бы умерла со стыда, если бы из-за меня кто-нибудь стал жалеть Дика! Честное слово! Я не могу представить себе ничего ужаснее! Это унизит его. Никто никогда не жалел его. Он всегда был наверху, веселый, радостный, уверенный, непобедимый. Больше того: он и не заслуживал, чтобы его жалели. И вот по моей и… вашей вине, Ивэн…</p>
     <p>Она резко оттолкнула руку Ивэна.</p>
     <p>— … Все, что мы делаем, каждое ваше прикосновение — уже повод для жалости. Неужели вы не понимаете, насколько я во всем этом запуталась? А потом… ведь у меня есть гордость. Вы видите, что я поступаю нечестно по отношению к нему… даже в таких мелочах, — она опять поймала его руку и стала ласкать ее легкими касаниями пальцев, — и это оскорбляет мою любовь к вам, унижает, не может не унижать меня в ваших глазах. Я содрогаюсь при мысли, что вот хотя бы это, — она приложила его руку к своей щеке, — дает вам право жалеть его, а меня осуждать.</p>
     <p>Она сдерживала нетерпение этой лежавшей на ее щеке руки, потом почти машинально перевернула ее, долго разглядывала и медленно целовала в ладонь. Через мгновение он рванул ее к себе, и она была в его объятиях.</p>
     <p>— Ну, вот… — укоризненно сказала она, высвобождаясь.</p>
     <p>— Почему вы мне все это про Дика рассказываете? — спросил ее Грэхем в другой раз, во время прогулки, когда их лошади шли рядом. — Чтобы держать меня на расстоянии? Чтобы защититься от меня?</p>
     <p>Паола кивнула, потом сказала:</p>
     <p>— Нет, не совсем так. Вы же знаете, что я не хочу держать вас на расстоянии… слишком далеком. Я говорю об этом потому, что Дик постоянно занимает мои мысли. Ведь двенадцать лет он один занимал их. А еще потому, вероятно, что я думаю о нем. Вы поймите, какое создалось положение! Вы разрушили идеальное супружество!</p>
     <p>— Знаю, — отозвался он. — Моя роль разрушителя мне совсем не по душе. Это вы заставляете меня играть ее, вместо того чтобы со мной уйти. Что же мне делать? Я всячески стараюсь забыться, не думать о вас. Сегодня утром я написал полглавы, но знаю, что ничего не вышло, придется все переделывать, — потому что я не могу не думать о вас. Что такое Южная Америка и ее этнография в сравнении с вами? А когда я подле вас — мои руки обнимают вас, прежде чем я успеваю отдать себе отчет в том, что делаю. И, видит бог, вы хотите этого, вы тоже хотите этого, не отрицайте!</p>
     <p>Паола собрала поводья, намереваясь пустить лошадь галопом, но прежде с лукавой улыбкой произнесла:</p>
     <p>— Да, я хочу этого, милый разрушитель. Она и сдавалась и боролась.</p>
     <p>— Я люблю мужа, не забывайте этого, — предупреждала она Грэхема, а через минуту он уже сжимал ее в объятиях.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Слава богу, мы сегодня только втроем! — воскликнула однажды Паола и, схватив за руки Дика и Грэхема, потащила их к любимому дивану Дика в большой комнате. — Давайте сядем и будем рассказывать друг другу печальные истории о смерти королей. Идите сюда, милорды и знатные джентльмены, поговорим об Армагеддоновой битве <a l:href="#n_459" type="note">[459]</a>, когда закатится солнце последнего дня.</p>
     <p>Она была очень весела, и Дик с изумлением увидел, что она закурила сигарету. За все двенадцать лет их брака он мог сосчитать по пальцам, сколько сигарет она выкурила, — и то она делала это только из вежливости, чтобы составить компанию какой-нибудь курящей гостье. Позднее, когда Дик налил себе и Грэхему виски с содовой, она удивила его своей просьбой дать и ей стаканчик.</p>
     <p>— Смотри, это с шотландским виски, — предупредил он.</p>
     <p>— Ничего, совсем малюсенький, — настаивала она, — и тогда мы будем как три старых добрых товарища и поговорим обо всем на свете. А когда наговоримся, я спою вам «Песнь Валькирии».</p>
     <p>Она говорила больше, чем обычно, и всячески старалась заставить мужа показать себя во всем блеске. Дик это заметил, но решил исполнить ее желание и выступил с импровизацией на тему о белокурых солнечных героях.</p>
     <p>«Она хочет, чтобы Дик показал себя», — подумал Грэхем.</p>
     <p>Но едва ли Паола могла сейчас желать, чтобы они состязались, — она просто с восхищением смотрела на этих двух представителей человеческой породы: они были прекрасны и оба принадлежали ей.</p>
     <p>«Они говорят об охоте на крупную дичь, — подумала она, — но разве когда-нибудь маленькой женщине удавалось поймать такую дичь, как эти двое?»</p>
     <p>Паола сидела на диване, поджав ноги, и ей был виден то Грэхем, удобно расположившийся в глубоком кресле, то Дик: опираясь на локоть, он лежал подле нее среди подушек. Она переводила взгляд с одного на другого, и когда мужчины заговорили о жизненных схватках и борьбе — как реалисты, трезво и холодно, — ее мысли устремились по тому же руслу, и она уже могла хладнокровно смотреть на Дика, без той мучительной жалости, которая все эти дни сжимала ей сердце.</p>
     <p>Она гордилась им, — да и какая женщина не стала бы гордиться таким статным, красивым мужчиной, — но она его уже не жалела. Они правы. Жизнь — игра. В ней побеждают самые ловкие, самые сильные. Разве они оба много раз не участвовали в такой борьбе, в таких состязаниях? Почему же нельзя и ей? И по мере того как она смотрела на них и слушала их, этот вопрос вставал перед ней все с большей настойчивостью.</p>
     <p>Они отнюдь не были анахоретами, эти двое, и, наверное, разрешали себе многое в том прошлом, из которого, как загадки, вошли в ее жизнь. Они знавали такие дни и такие ночи, в которых женщинам — по крайней мере женщинам, подобным Паоле, — отказано. Что касается Дика, то в его скитаниях по свету он, бесспорно, — она сама слышала всякие разговоры на этот счет, — сближался со многими женщинами. Мужчина всегда остается мужчиной, особенно такие, как эти двое! И ее обожгла ревность к их случайным, неведомым подругам, и ее сердце ожесточилось. «Они пожили всласть и ни в чем не знали отказа», — вспомнилась ей строчка из Киплинга.</p>
     <p>Жалость? А почему она должна жалеть их больше, чем они жалеют ее? Все это слишком огромно, слишком стихийно, здесь нет места жалости. Втроем они участвуют в крупной игре, и кто-нибудь должен проиграть. Увлекшись своими мыслями, она уже рисовала себе возможный исход игры. Обычно она боялась таких размышлений, но стаканчик виски придал ей смелости. И вдруг ей представилось, что конец будет страшен; она видела его как бы сквозь мглу, но он был страшен.</p>
     <p>Ее привел в себя Дик, он водил рукой перед ее глазами, как бы отстраняя какое-то видение.</p>
     <p>— Померещилось что-нибудь? — поддразнил он ее, стараясь поймать ее взгляд.</p>
     <p>Его глаза смеялись, но она уловила в них что-то, заставившее ее невольно опустить длинные ресницы. Он знал. В этом уже нельзя было сомневаться. Он знал. Именно это она прочла в его взгляде и потому опустила глаза.</p>
     <p>— «Цинтия, Цинтия, мне показалось!..» — весело стала она напевать; и когда он опять заговорил, она потянулась к его недопитому стакану и сделала глоток.</p>
     <p>Пусть будет что будет, сказала она себе, а игру она доиграет. Хоть это и безумие, но это жизнь, она живет. Так полно она еще никогда не жила. И эта игра стоила свеч, какова бы ни была потом расплата. Любовь? Разве она когда-нибудь по-настоящему любила Дика той любовью, на какую была способна теперь? Не принимала ли она все эти годы нежность и привычку за любовь.? Ее взор потеплел, когда она взглянула на Грэхема: да, вот Грэхем захватил ее, как никогда не захватывал Дик.</p>
     <p>Она не привыкла к столь крепким напиткам, ее сердце учащенно билось, и Дик, как бы случайно на нее посматривая, отлично понимал, почему так ярко блестят ее глаза и пылают щеки и губы.</p>
     <p>Он говорил все меньше, и беседа, точно по общему уговору, затихла.</p>
     <p>Наконец он взглянул на часы, встал, зевнул, потянулся и заявил:</p>
     <p>— Пора и на боковую. Белому человеку осталось мало спать. Выпьем, что ли, на ночь, Ивэн?</p>
     <p>Грэхем кивнул; оба чувствовали потребность подкрепиться.</p>
     <p>— А ты? — спросил Дик жену.</p>
     <p>Но Паола покачала головой, подошла к роялю и принялась убирать ноты; мужчины приготовили себе напитки.</p>
     <p>Грэхем опустил крышку рояля, а Дик ждал уже в дверях, и когда все они вышли из комнаты, он оказался на несколько шагов впереди. Паола попросила Грэхема тушить свет во всех комнатах, через которые они проходили.</p>
     <p>В том месте, где Грэхему надо было сворачивать к себе в башню, Дик остановился.</p>
     <p>Грэхем погасил последнюю лампочку.</p>
     <p>— Да не эту… глупый, — услышал Дик голос Паолы — Эта горит всю ночь.</p>
     <p>Дик не слышал больше ничего, но кровь бросилась ему в голову. Он проклинал себя, он вспомнил, что когда-то сам целовался, пользуясь темнотой. И теперь он совершенно точно представлял себе, что произошло в этой темноте, длившейся мгновение, пока лампочка не вспыхнула снова.</p>
     <p>У него не хватило духа взглянуть им в лицо, когда они нагнали его. Не желал он также видеть, как честные глаза Паолы спрячутся за опущенными ресницами; он медлил и мял сигару, тщетно подыскивая слова для непринужденного прощания.</p>
     <p>— Как идет ваша книга? Какую главу вы пишете? — наконец крикнул он вслед удалявшемуся Грэхему и почувствовал, что Паола коснулась его руки.</p>
     <p>Держась за его руку, она раскачивала ее и шла рядом с ним, болтая и подпрыгивая, словно расшалившаяся девочка. Он же печально размышлял о том, какую еще она изобретет хитрость, чтобы сегодня уклониться от обычного поцелуя на ночь, от которого уже так давно уклонялась.</p>
     <p>Видимо, она так и не успела ничего придумать; а они уже дошли до того места, где им надо было разойтись в разные стороны. Поэтому, все еще раскачивая его руку и оживленно болтая всякий вздор, она проводила Дика до его рабочего кабинета. И тут он сдался. У него не хватило ни сил, ни упорства, чтобы ждать новой уловки. Сделав вид, будто вспомнил что-то, он довел ее до своего письменного стола и взял с него случайно попавшее под руку письмо.</p>
     <p>— Я дал себе слово отправить завтра утром ответ с первой же машиной, — сказал он, нажимая кнопку диктофона, и принялся диктовать.</p>
     <p>Она еще с минуту не выпускала его руки. Затем он почувствовал прощальное пожатие ее пальцев, и она прошептала:</p>
     <p>— Спокойной ночи!</p>
     <p>— Спокойной ночи, детка, — ответил он машинально, продолжая диктовать и как бы не замечая ее ухода.</p>
     <p>И продолжал до тех пор, пока ее шаги не стихли в отдалении.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На следующее утро Дик, диктуя Блэйку ответы на письма, не раз готов был все это бросить.</p>
     <p>— Позвоните Хеннесси и Менденхоллу, — сказал он, когда Блэйк собрал свои бумаги и поднялся, чтобы уйти. — Поймайте их в конюшнях для молодняка и скажите: пусть сегодня не приходят, лучше завтра утром.</p>
     <p>Но тут появился Бонбрайт и приготовился, как обычно, стенографировать в течение часа разговоры Дика с его управляющими.</p>
     <p>— И вот еще что, — крикнул Дик вслед Блэйку, — спросите Хеннесси, как чувствует себя старуха Бесси. Она была вчера вечером очень плоха, — пояснил он Бонбрайту.</p>
     <p>— Мистеру Хэнли нужно переговорить с вами немедленно, мистер Форрест, — сказал Бонбрайт и прибавил, увидев, как его патрон с досадой и удивлением поднял брови. — Это насчет Бьюкэйской плотины. Что-то там не выходит по плану… допущена, видимо, крупная ошибка…</p>
     <p>Дик уступил и целый час совещался со своими управляющими.</p>
     <p>Во время жаркого спора с Уордменом о дезинфекционном составе для купания овец он встал из-за стола и подошел к окну, привлеченный голосами, топотом лошадей и смехом Паолы.</p>
     <p>— Воспользуйтесь отчетом Монтаны, я вам сегодня же пришлю с него копию, — продолжал он, глядя в окно. — Там выяснили, что это средство не годится. Оно действует скорее успокаивающе, но не убивает паразитов. Оно недостаточно эффективно.</p>
     <p>Мимо окна проскакала кавалькада из четырех человек. Паола ехала между двумя друзьями Форреста, художником Мартинесом и скульптором Фрейлигом, только что прибывшим с утренним поездом. Она оживленно беседовала с обоими. Четвертым был Грэхем на Селиме: он отстал от них, но было совершенно ясно, что очень скоро эти четверо всадников разделятся на две пары.</p>
     <p>Едва пробило одиннадцать, как Дик, не находивший себе места, нахмурясь, вышел с папиросой на большой двор; угадав по многим признакам, что Паола совсем забросила своих золотых рыбок, Дик горько усмехнулся. Глядя на них, он вспомнил о ее собственном внутреннем дворике, где тоже был бассейн, — она держала в нем самые редкие и красивые экземпляры. Он решил заглянуть туда и пустился в путь, открывая своим ключом двери без ручек и выбирая ходы и переходы, известные, кроме него, только Паоле да слугам.</p>
     <p>Внутренний дворик Паолы был одним из самых замечательных подарков, сделанных Диком своей молодой жене. Эта затея, подсказанная щедростью любящего, могла быть осуществлена только при таких королевских доходах. Он предоставил Паоле полную возможность устроить дворик по своему вкусу и настаивал на том, чтобы она не останавливалась перед самыми сумасбродными тратами. Ему доставляло особенное удовольствие дразнить своих бывших опекунов сногсшибательными суммами в ее чековой книжке. Дворик никак не был связан с общим планом Большого дома. Глубоко скрытый в недрах этой огромной постройки, он не мог нарушить его очертаний и красот. И редко кто видел этот прелестнейший уголок. Кроме сестер Паолы да какого-нибудь приезжего художника, туда никто не допускался, и никто не мог им полюбоваться. Грэхем слышал о существовании дворика, но даже ему не предложили посмотреть его.</p>
     <p>Дворик был круглый и настолько маленький, что в нем не чувствовался холод пустого пространства, как в большинстве дворов. Дом был построен из бетона, здесь же глаз отдыхал на мраморе удивительно мягких тонов. Окружающие дворик аркады были из резного белого мрамора с чуть зеленоватым оттенком, смягчавшим ослепительные отблески полуденного солнца. Бледно-алые розы обвивались вокруг стройных колонн и перекидывались на плоскую низкую крышу, украшенную не уродливыми химерами, а смеющимися, шаловливыми младенцами. Дик брел неторопливо по розовому мраморному полу под аркадами, и в его душу постепенно проникала красота этого дворика, смягчая и успокаивая его.</p>
     <p>Сердцем и центром дворика был фонтан: он состоял из трех сообщающихся между собой, расположенных на разной высоте бассейнов из белого мрамора, прозрачного, как раковины. Вокруг бассейна резвились дети, изваянные из розового мрамора, в натуральную величину. Некоторые из них заглядывали, перегнувшись через борт, в нижние бассейны; один жадно тянулся ручонками к золотым рыбкам; другой, лежа на спине, улыбался небу; еще один малыш, широко расставив толстенькие ножки, потягивался; иные стояли в воде, иные играли среди белых и красных роз, — но все были так или иначе связаны с фонтаном и в какой-нибудь точке с ним соприкасались. Мрамор был выбран так удачно и скульптура так хороша, что возникала полная иллюзия жизни. Это были не херувимы, а живые, теплые человеческие детеныши.</p>
     <p>Дик с улыбкой смотрел на их веселую компанию. Он докурил папиросу и все еще стоял перед ними, держа в руках окурок. «Вот что ей нужно было, — думал он, — ребята, малыши. Она же страстно любит их! И если б у нее были дети…» Он вздохнул и, пораженный новой мыслью, посмотрел на любимое местечко Паолы, зная заранее, что не увидит брошенного там в красивом беспорядке начатого ею шитья: все эти дни она не шила.</p>
     <p>Он не зашел в маленькую галерею за аркадами, где были собраны картины и гравюры, а также мраморные и бронзовые копии с ее любимейших скульптур, находящихся в музеях Европы. Он поднялся по лестнице, прошел мимо великолепной Ники, стоявшей на площадке в том месте, где лестница разделялась, и еще выше — в жилые комнаты, занимавшие весь верхний этаж флигеля. Но возле Ники <a l:href="#n_460" type="note">[460]</a> он на миг остановился и посмотрел вниз, на дворик. Сверху он был похож на прекрасную драгоценную гемму, совершенную по форме и по краскам. И Дик должен был сознаться, что хотя средства для воплощения этого замысла предоставил он, но замысел целиком принадлежал Паоле, — эта красота была ее созданием. Паола долго мечтала о таком дворике, и Дик дал ей возможность осуществить свою мечту. А теперь, размышлял он, она забыла и о дворике. Паола не была своекорыстной, — он отлично знал это, — и если он, сам по себе, не в силах удержать ее, то всем этим игрушкам никогда ни заглушить зов ее сердца.</p>
     <p>Дик бесцельно бродил по ее комнатам, почти не видя отдельных обступивших его предметов, но все охватывая любящим взглядом. Каждая вещь здесь красноречиво говорила о своеобразии хозяйки. Но когда он заглянул в ванную с ее низким римским бассейном, он все-таки не мог не заметить, что кран чуточку подтекает, и решил сегодня же сказать об этом водопроводчику.</p>
     <p>Взглянул Дик, конечно, и на ее мольберт, отнюдь не ожидая увидеть новую работу, но обманулся — перед ним стоял его собственный портрет. Он знал ее прием — брать позу и основные контуры с фотографии, а затем дополнять этот контур по воспоминаниям. В данном случае она воспользовалась очень удачным моментальным снимком, когда он сидел в седле. Один-единственный раз и на один миг Дику удалось заставить Капризницу стоять смирно; он был изображен с шляпой в руке, волосы в живописном беспорядке, выражение лица естественное — он не знал, что его снимают, глаза прямо смотрят в камеру. Никакой фотограф не мог бы лучше уловить сходство. Паола отдала увеличить снимок и писала теперь с него. Но портрет уже перестал быть фотографией, Дик узнавал характерную для Паолы манеру.</p>
     <p>Вдруг он вздрогнул и вгляделся пристальнее. Разве это его выражение глаз, да и всего лица? Опять он посмотрел на фотографию, — там этого не было. Он подошел к одному из зеркал и, придав себе равнодушный вид, начал думать о Паоле и Грэхеме. И постепенно на его лице и в глазах появилось то самое выражение. Не удовольствовавшись этим, он вернулся к мольберту и еще раз взглянул на портрет, чтобы проверить свое впечатление. Паола знала! Паола знала, что он знает! Она вырвала у него тайну, подстерегла в одну из тех минут, когда новое выражение без его ведома проступило у него на лице, и перенесла на холст.</p>
     <p>Из гардеробной появилась горничная Паолы, китаянка Ой-Ли; она не заметила Дика и шла к нему навстречу в глубокой задумчивости, опустив глаза. Лицо ее было печально, и она уже не поднимала брови — привычка, послужившая поводом для ее прозвища. На лице не было обычного удивления, китаянка казалась подавленной.</p>
     <p>«Кажется, все наши лица начали выдавать свои тайны», — подумал он.</p>
     <p>— С добрым утром, Ой-Ли, — окликнул ее Дик.</p>
     <p>Она ответила на его приветствие; в ее глазах он прочел сострадание. Ой-Ли знает — первая из посторонних. Что ж, на то она и женщина! Впрочем, служанка так много бывала с Паолой, когда та сидела у себя, что, конечно, не могла не разгадать тайну своей хозяйки.</p>
     <p>Вдруг ее губы задрожали, она стиснула руки и пыталась заговорить.</p>
     <p>— Мистер Форрест, — начала она, задыхаясь. — Может быть, вы подумаете, я с ума сошла, но я хочу кое-что сказать вам. Вы очень добрый хозяин. Вы очень добры к моей старой матери. Вы всегда, всегда были добры ко мне…</p>
     <p>Она запнулась, облизнула пересохшие губы, потом заставила себя поднять на него глаза и продолжала:</p>
     <p>— Миссис Форрест, мне кажется, она… она…</p>
     <p>Но лицо Дика стало вдруг таким строгим, что она смутилась, умолкла и покраснела; и Дик подумал: она стыдится того, что собиралась сказать.</p>
     <p>— Хорошую картину пишет миссис Форрест, правда? — заметил он, чтобы дать ей прийти в себя.</p>
     <p>Китаянка вздохнула и, когда обратила взор на портрет Дика, в ее глазах опять мелькнуло сострадание.</p>
     <p>Она снова вздохнула, но он не мог не заметить внезапной холодности ее тона, когда она ответила:</p>
     <p>— Да, миссис Форрест рисует очень хорошую картину.</p>
     <p>Она вдруг взглянула на него проницательным и пристальным взглядом, как бы изучая его лицо, затем опять повернулась к портрету и, показывая на его глаза, сказала:</p>
     <p>— Нехорошо.</p>
     <p>Ее голос звучал резко и сердито.</p>
     <p>— Нехорошо, — бросила она опять через плечо, еще громче, еще резче, и скрылась в спальне Паолы.</p>
     <p>Дик невольно выпрямился, как бы готовясь мужественно встретить то, что должно было скоро обрушиться на него. Что ж, это начало конца. Ой-Ли знает. Скоро узнают и другие, узнают все. В известном смысле он был даже рад этому, — рад, что мука ожидания продлится теперь недолго.</p>
     <p>Все же, уходя из комнаты, он уже насвистывал веселый мотив, давая понять китаянке, что с его точки зрения все пока обстоит благополучно.</p>
     <p>В тот же день, пользуясь тем, что Дик уехал на прогулку с Фрейлигом, Мартинесом и Грэхемом, Паола, в свою очередь, предприняла тайное паломничество на половину мужа. Выйдя на веранду, служившую Дику спальней, она окинула взглядом кнопки, телефон над постелью, соединявший Дика с его служащими и почти со всей Калифорнией, диктофон на вращающейся подставке, аккуратно разложенные книги, журналы и сельскохозяйственные бюллетени, ожидавшие просмотра, пепельницу, папиросы, блокноты, термос.</p>
     <p>Внимание Паолы привлекла ее собственная фотография — единственное украшение этой комнаты. Фотография висела над барометром и термометрами, которые, как она знала, всего чаще привлекали взор Дика. По какой-то странной фантазии она перевернула смеющийся портрет лицом к стене, увидела пустой прямоугольник рамки, перевела взгляд на постель и снова на стену — и вдруг, точно испугавшись, торопливо повесила смеющийся портрет опять лицом к комнате. «Да, он тут на месте, — подумала Паола. — На месте».</p>
     <p>Потом ее глаза остановились на большом автоматическом револьвере в кобуре, висевшем так близко от постели Дика, что достаточно было протянуть руку, чтобы вытащить его. Она взялась за рукоятку. Да, как и следовало ожидать, курок не на предохранителе, таков уж у Дика обычай: как бы долго револьвер ни оставался без употребления, он не дает ему залеживаться в кобуре.</p>
     <p>Вернувшись в рабочий кабинет, Паола медленно обошла его, задумчиво разглядывая огромные картотеки, шкафы с картами и чертежами на синьке, вращающиеся полки со справочниками и длинные ряды тщательно переплетенных племенных реестров. В конце концов она дошла и до библиотеки, — там было множество брошюр, переплетенных журнальных статей и с десяток каких-то толстых научных книг. Она добросовестно прочла заглавия: «Кукуруза в Калифорнии», «Силосование кормов», «Организация фермы», «Курс сельскохозяйственного счетоводства», «Ширы в Америке», «Истощение чернозема», «Люцерна в Калифорнии», «Почвообразование», «Высокие урожаи в Калифорнии», «Американские шортхорны». Прочтя последнее название, она ласково улыбнулась, вспомнив ту оживленную полемику, которую Дик вел, отстаивая необходимость делать различие между дойной коровой и убойной, против тех, кто доказывал, что надо выращивать коров, отвечающих одновременно обоим назначениям.</p>
     <p>Она погладила ладонью корешки книг, прижалась к ним щекой и закрыла глаза. О Дик! Какая-то мысль зародилась в ней и тут же угасла, оставив в сердце смутную печаль, ибо Паола не решилась додумать ее до конца.</p>
     <p>Как этот письменный стол типичен для Дика! Никакого беспорядка, никаких следов неоконченной работы. Только проволочный лоток с отстуканными на пишущей машинке, ожидающими его подписи письмами да непривычно большая стопка желтых телеграмм, принятых по телефону из Эльдорадо и перепечатанных секретарями на бланки. Она рассеянно скользнула взглядом по первым строкам лежавшей сверху телеграммы и наткнулась на чрезвычайно заинтересовавшее ее сообщение. Паола, сдвинув брови, вчиталась в него, затем начала рыться в куче телеграмм, пока не нашла подтверждения поразившего ее известия. Погиб Джереми Брэкстон — этот рослый, веселый и добрый человек. Шайка пьяных мексиканских пеонов убила его в горах, когда он хотел бежать с рудников Харвест в Аризону. Телеграмма пришла два дня тому назад, и Дик знал об этом уже в течение двух дней, но не говорил, чтобы ее не расстраивать. Был в этом и другой смысл: смерть Брэкстона знаменовала большие денежные потери: дела на рудниках Харвест идут, видимо, все хуже. Да, таков Дик!</p>
     <p>Итак, Брэкстон погиб. Ей показалось, что в комнате вдруг стало холоднее. Она почувствовала озноб. Такова жизнь — в конце пути каждого из нас ждет смерть. И опять ее охватил тот же смутный страх и ужас. Впереди ей рисовалась гибель. Но чья? Она не искала разгадки. Достаточно того, что это была гибель. Ужас придавил ей душу, и самый воздух в этой спокойной комнате показался ей гнетущим. Она медленно вышла.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Наша маленькая хозяйка чувствительна, как птичка, — говорил Терренс, беря с подноса коктейль, которым А-Ха обносил присутствующих.</p>
     <p>Время было предобеденное, и Грэхем, Лео и Терренс Мак-Фейн случайно сошлись в бильярдной.</p>
     <p>— Нет, Лео, — остановил ирландец молодого поэта. — Хватит с вас одного. У вас и так горят щеки. Еще коктейль — и вас совсем развезет. В вашей юной голове идеи о красоте не должны затуманиваться винными парами. Пусть пьют старшие. Чтобы пить, требуется особый талант. У вас его нет. Что же касается меня…</p>
     <p>Он опорожнил свой стакан и замолчал, смакуя коктейль.</p>
     <p>— Бабье питье, — презрительно покачал он головой. — Не нравится. Не жжет. И букета никакого. Ни черта. А-Ха, мой друг, — подозвал он китайца, — устрой-ка мне смесь из виски с содовой в таком длинном-длинном бокале и, знаешь, настоящую — вот столько. — Он вытянул горизонтально четыре пальца, показывая, сколько ему надо налить виски; и, когда А-Ха спросил, какого виски он желает, Терренс ответил: — Шотландского или ирландского, бурбонского или ржаного — все равно, какой под руку попадется.</p>
     <p>Грэхем только кивнул китайцу и, смеясь, обратился к ирландцу:</p>
     <p>— Меня, Терренс, вам ни за что не напоить. Я не забыл, каких хлопот вы наделали О'Хэю.</p>
     <p>— Ну что вы! Что вы! Это была чистейшая случайность, — ответил тот. — Говорят, что если у человека скверно на душе, так его может свалить с ног одна капля.</p>
     <p>— А с вами это бывает? — спросил Грэхем.</p>
     <p>— Никогда этого со мной не случалось. Мой жизненный опыт весьма ограничен.</p>
     <p>— Вы начали, Терренс, насчет… миссис Форрест, — просящим тоном напомнил Лео. — И как будто хотели сказать что-то очень хорошее…</p>
     <p>— Разве о ней можно сказать что-нибудь другое, — возразил Терренс. — Я сказал, что у нее чувствительность птички, но не чувствительность трясогузки или томно воркующей горлицы, а как у веселых птиц, например, у диких канареек, которые купаются в здешних фонтанах, разбрасывая солнечные брызги, всегда поют и щебечут, и их сердечко точно пылает на золотой грудке. Вот и маленькая хозяйка такая же. Я много за ней наблюдал.</p>
     <p>Все, что на земле, под землей и на небе, радует ее и украшает ее жизнь: цветок ли мирта, который не по праву нарядился в пурпур, когда ему нельзя быть красочнее бледной лаванды; или яркая роза — знаете, этакая роскошная роза «Дюшес»: ее чуть покачивает ветер, а она только что распустилась под жаркими лучами солнца… Про такую розу Паола мне сказала однажды: «У нее цвет зари, Терренс, и форма поцелуя». Для маленькой хозяйки все радость: серебристое ржание Принцессы, звон колокольчиков в морозное утро, прелестные шелковистые ангорские козы, которые бродят живописными группами по горным склонам, багряные лупины вдоль изгородей, высокая жаркая трава на склонах и вдоль дороги или выжженные летним зноем бурые горы, похожие на львов, приготовившихся к прыжку. А с каким почти чувственным наслаждением она подставляет шею и руки лучам благодатного солнца!</p>
     <p>— Она душа красоты, — пролепетал Лео. — За такую женщину можно умереть; я это вполне понимаю.</p>
     <p>— Но можно и жить для них и любить эти восхитительные создания, — добавил Терренс. — Послушайте-ка, мистер Грэхем, я открою вам один секрет. Мы, философы из «Мадроньевой рощи», люди, потерпевшие крушение в житейском море, заброшенные сюда, в эту тихую заводь, где мы живем щедротами Дика, мы составляем братство влюбленных. И у всех у нас одна дама сердца — маленькая хозяйка. Мы беспечно теряем дни в мечтах и беседах, мы не признаем ни бога, ни черта, ни родины, но мы все — рыцари маленькой хозяйки и дали обет верности ей.</p>
     <p>— Мы готовы умереть за нее, — подтвердил Лео, медленно склоняя голову.</p>
     <p>— Нет, мальчик, мы готовы жить для нее и сражаться за нее. Умереть — дело несложное.</p>
     <p>Грэхем не пропустил ни слова из этого разговора. Юноша, конечно, ничего не понимал, но по глазам кельта, пристально смотревшим на Грэхема из-под копны седых волос, он понял, что тот все знает.</p>
     <p>На лестнице раздались мужские голоса и шаги; в ту минуту, как входили Мартинес и Дар-Хиал, Терренс сказал:</p>
     <p>— Говорят, что в Каталине отличная погода и тунец ловится превосходно.</p>
     <p>А-Ха опять принес коктейли: у него было много дела, так как в это время подошли и Хэнкок с Фрейлигом.</p>
     <p>Терренс пил смеси, которые китаец с неподвижным лицом подавал ему по своему выбору, пил и в то же время распространялся о вреде и мерзости пьянства, убеждая Лео не пить.</p>
     <p>Вошел О-Дай, держа в руках записку и озираясь, кому бы ее отдать.</p>
     <p>— Сюда, крылатый сын неба, — поманил его к себе Терренс.</p>
     <p>— Это просьба, адресованная нам и составленная в подобающих случаю выражениях, — провозгласил он, заглянув в записку. — Дело в том, что приехали Льют и Эрнестина, и вот о чем они просят. Слушайте! — И он прочел: — «О благородные и славные олени! Две бедных смиренных и кротких лани одиноко блуждают в лесу и просят разрешения на самое короткое время посетить перед обедом стадо оленей на их пастбище».</p>
     <p>— Метафоры допущены здесь самые разнородные, — сказал Терренс, — но все же девицы поступили совершенно правильно. Они знают закон Дика — и это хороший закон, — что никакие юбки в бильярдную не допускаются, разве только с единодушного согласия мужчин. Ну что ж, как думает ответить стадо оленей? Все, кто согласен, пусть скажут «да». Кто против? Принято. Беги, быстроногий О-Дай, и веди сюда этих дам.</p>
     <p>— «В сандальях коронованных царей…» — начал Лео, выговаривая слова с благоговением и любовной бережностью.</p>
     <p>— «Он будет попирать их ночи алтари», — подхватил Терренс. — Человек, написавший эти строки, — великий человек. Он друг Лео и друг Дика, я горжусь тем, что он и мой друг.</p>
     <p>— А как хорош вот этот стих, — продолжал Лео, обращаясь к Грэхему, — из того же сонета! Послушайте, как это звучит: «Внемлите песне утренней звезды…» И дальше. — Голосом, замирающим от любви к прекрасному слову, юноша прочел: — «С умершей красотою на руках как он мечты грядущему вернет?»</p>
     <p>Он смолк, ибо в комнату входили сестры Паолы, и робко поднялся, чтобы с ними поздороваться.</p>
     <p>Обед в тот день прошел так же, как все обеды, на которых присутствовали мудрецы. Дик, по своему обычаю, яростно спорил, сцепившись с Аароном Хэнкоком из-за Бергсона <a l:href="#n_461" type="note">[461]</a>, нападая на его метафизику с меткостью и беспощадностью реалиста.</p>
     <p>— Ваш Бергсон не философ, а шарлатан, Аарон, — заключил Дик. — У него за спиной все тот же старый мешок колдуна, набитый всякими метафизическими штучками, только разукрашены они оборочками из новейших научных данных.</p>
     <p>— Это верно, — согласился Терренс. — Бергсон — шарлатан мысли. Вот почему он так популярен…</p>
     <p>— Я отрицаю… — прервал его Хэнкок.</p>
     <p>— Подождите минутку, Аарон. У меня мелькнула одна мысль. Дайте мне ее удержать, пока она, подобно бабочке, не улетела в голубое небо. Дик поймал Бергсона с поличным, этот философ украл немало сокровищ из хранилища науки. Даже свою здоровую уверенность он стащил у Дарвина — из его учения о том, что выживают самые приспособленные. А что он из этого сделал? Слегка обновил эту теорию прагматизмом Джемса, подсластил не гаснущей в сердце человека надеждой на то, что всякому суждено жить снова, и разукрасил идеей Ницше о том, что чаще всего к успеху ведет чрезмерность…</p>
     <p>— Идеей Уайльда, хотите вы сказать, — поправила его Эрнестина.</p>
     <p>— Видит бог, я выдал бы ее за свою, если бы не ваше присутствие, — вздохнул Терренс с поклоном в ее сторону. — Когда-нибудь антиквары мысли точно установят автора. Я лично нахожу, что эта идея отдает Мафусаилом. Но до того, как меня любезно прервали, я говорил…</p>
     <p>— А кто грешит более задорной самоуверенностью, чем Дик? — вопрошал Аарон несколько позже; Паола кинула Грэхему многозначительный взгляд.</p>
     <p>— Я только вчера смотрел табун годовалых жеребят; у меня и сейчас перед глазами эта прекрасная картина. И вот я спрашиваю: а кто делает настоящее дело?</p>
     <p>— Возражение Хэнкока вполне основательно, — нерешительно заметил Мартинес. — Без элемента тайны мир был бы плоским и неинтересным. А Дик не признает никаких тайн.</p>
     <p>— Ну уж нет, — возразил Терренс, заступаясь за Дика. — Я хорошо его знаю. Дик признает, что в мире есть тайны, но не такие, какими пугают детей. Для него не существует ни страшных бук, ни всей этой фантасмагории, с которой обычно носитесь вы, романтики.</p>
     <p>— Терренс понимает меня, — подтвердил Дик. — Мир всегда останется загадкой! Для меня человеческая совесть не большая загадка, чем химическая реакция, благодаря которой возникает обыкновенная вода. Согласитесь, что это тайна, и тогда все более сложные явления природы потеряют свою таинственность. Эта простая химическая реакция — вроде тех основных аксиом, на которых строится все здание геометрии. Материя и сила — вот вечные загадки вселенной, и они проявляют себя в загадке пространства и времени. Проявления не загадка; загадочны только их основы — материя и сила, да еще арена этих проявлений — пространство и время.</p>
     <p>Дик замолчал и рассеянно посмотрел на бесстрастные лица А-Ха и О-Дая, стоявших с блюдами в руках как раз против него. «Их лица совершенно бесстрастны, — подумал он, — хотя я готов держать пари, что и они осведомлены о том, что так потрясло Ой-Ли».</p>
     <p>— Вот видите, — торжествующе закончил Терренс. — Самое лучшее — то, что он никогда не становится вверх тормашками и не теряет равновесия. Он твердо стоит на крепкой земле, опираясь на законы и факты, и защищен от всяких заоблачных фантазий и нелепых бредней…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Никому в тот вечер — и за обедом и после — не пришло бы в голову, что Дик чем-то расстроен. Казалось, ему непременно хочется отпраздновать приезд Льют и Эрнестины; он не поддерживал тяжеловесного спора философов и изощрялся во всевозможных каверзах и шутках. Паола заразилась его настроением и всячески помогала ему в его проделках.</p>
     <p>Самой интересной оказалась игра в приветственный поцелуй. Все мужчины должны были подвергнуться ему. Грэхему была оказана честь — пройти испытание первому, и он мог потом наблюдать злоключения всех остальных, которых Дик по одному вводил со двора.</p>
     <p>Хэнкок — Дик держал его за руку — дошел до середины комнаты, где Паола и ее две сестры стояли на стульях, подозрительно оглядел их и заявил, что хочет обойти стулья кругом. Однако он не заметил ничего особенного, кроме того, что на каждой была мужская фетровая шляпа.</p>
     <p>— Ну что ж, по-моему, ничего, — заявил Хэнкок, остановившись перед ними и рассматривая их.</p>
     <p>— Конечно, ничего, — уверил его Дик. — Так как эти женщины воплощают все самое прекрасное в нашем имении, то и должны подарить вам приветственный поцелуй. Выбирайте, Аарон.</p>
     <p>Аарон, сделав крутой поворот, словно чуя какую-то каверзу за спиной, спросил:</p>
     <p>— Все три должны поцеловать меня?</p>
     <p>— Нет, вам полагается выбрать ту, которая вас поцелует.</p>
     <p>— А те две, которых я не выберу, не сочтут это дискриминацией? — допытывался Аарон.</p>
     <p>— И усы не послужат препятствием? — был его следующий вопрос.</p>
     <p>— Нисколько, — заверила его Льют. — Мне по крайней мере всегда хотелось знать, какое ощущение испытываешь, целуя черные усы.</p>
     <p>— Спешите, спешите, сегодня здесь целуют философов, — заявила Эрнестина, — но только, пожалуйста, поторопитесь, остальные ждут. Меня тоже должно сегодня поцеловать целое поле усатых колосьев.</p>
     <p>— Ну, кого же вы выбираете? — настаивал Дик.</p>
     <p>— Какой же может быть выбор! — бойко отозвался Хэнкок. — Конечно, я поцелую свою даму сердца, маленькую хозяйку.</p>
     <p>Он поднял голову и вытянул губы, она наклонилась, и в тот же миг с полей ее шляпы хлынула ему в лицо ловко направленная струя воды.</p>
     <p>Когда очередь дошла до Лео, он храбро выбрал Паолу и чуть не испортил игру, благоговейно преклонив колено и поцеловав край ее платья.</p>
     <p>— Это не годится, — заявила Эрнестина. — Поцелуй должен быть самый настоящий. Поднимите голову, чтобы вас могли поцеловать.</p>
     <p>— Пусть последняя будет первой, поцелуйте меня, Лео, — попросила Льют, чтобы помочь ему в его замешательстве.</p>
     <p>Он с благодарностью взглянул на нее и потянулся к ней, но недостаточно откинул голову, и струя воды полилась ему за воротник.</p>
     <p>— А меня пусть поцелуют все три, — заявил Терренс; ему казалось, что он нашел выход из затруднительного положения. — И я трижды вкушу райское блаженство.</p>
     <p>В благодарность за его любезность он получил на голову три струи воды.</p>
     <p>Азарт и веселость Дика все возрастали. Всякий, глядя на то, как он ставит к створке двери Фрейлига и Мартинеса, чтобы измерить их рост и разрешить спор о том, кто выше, сказал бы, что нет сейчас на свете человека беззаботнее и спокойнее его.</p>
     <p>— Колени вместе! Ноги прямо! Головы назад! — командовал он.</p>
     <p>Когда их головы коснулись двери, с другой стороны раздался громовой удар, от которого они вздрогнули. Дверь распахнулась, и появилась Эрнестина, вооруженная палкой, которой бьют в гонг.</p>
     <p>Затем Дик, держа в руке атласную туфельку на высоком каблуке и накрывшись с Терренсом простыней, учил его, к бурному восторгу остальных, игре в «Братца Боба». В это время появились еще Мэзоны и Уатсоны со всей своей уикенбергской свитой.</p>
     <p>Дик немедленно потребовал, чтобы все вновь прибывшие молодые люди тоже получили приветственный поцелуй. Несмотря на восклицания и шум, который подняли полтора десятка здоровающихся людей, он ясно расслышал слова Лотти Мэзон: «О мистер Грэхем! А я думала, вы давно уехали».</p>
     <p>И Дик, среди суеты, неизбежной при появлении такого множества гостей, продолжая изображать из себя человека, которому ужасно весело, зорко ловил те настороженные взгляды, какими женщины смотрят только на женщин. Спустя несколько минут он увидел, как Лотти Мэзон бросила украдкой именно такой вопрошающий взгляд на Паолу в ту минуту, когда та, стоя перед Грэхемом, что-то говорила ему.</p>
     <p>«Нет еще, — решил Дик, — Лотти пока не знает. Но подозрение уже зародилось; и ничто, конечно, так не порадует ее женскую душу, как открытие, что безупречная, гордая Паола — такая же, как и все другие женщины, и у нее те же слабости».</p>
     <p>Лотти Мэзон была высокая эффектная брюнетка лет двадцати пяти, бесспорно, красивая и, как Дику пришлось убедиться, бесспорно, очень смелая. В недалеком прошлом Дик, увлеченный и, надо признаться, ловко поощряемый ею, затеял с ней легкий флирт, в котором, впрочем, не зашел так далеко, как ей того хотелось. С его стороны ничего серьезного не было. Не дал он развиться и в ней серьезному чувству. Но, памятуя этот флирт, Дик был настороже, предполагая, что именно Лотти будет особенно следить за Паолой и что именно у нее, скорее чем у других дам, могут возникнуть кое-какие подозрения.</p>
     <p>— О да, Грэхем превосходно танцует, — услышал Дик спустя полчаса голос Лотти Мэзон, говорившей с маленькой мисс Максуэлл. — Верно, Дик? — обратилась она к нему, глядя на него по-детски невинными глазами, но — он чувствовал это — в то же время внимательно наблюдая за ним.</p>
     <p>— Кто? Грэхем? Ну еще бы! — ответил Дик спокойно и открыто. — Да, превосходно. А как вы думаете, не устроить ли нам танцы? Тогда мисс Максуэлл убедится на деле. Хотя здесь есть только одна дама ему под пару, с ней он может показать свое мастерство.</p>
     <p>— Это, конечно, Паола? — сказала Лотти.</p>
     <p>— Конечно, Паола. Ведь вы, молодежь, не умеете вальсировать. Да вам и научиться негде было.</p>
     <p>Лотти вздернула хорошенький носик.</p>
     <p>— Впрочем, может быть, вы и учились чуть-чуть, еще до того, как вошли в моду новые танцы, — извинился он. — Давайте я уговорю Ивэна и Паолу, а мы пойдем с вами, и я ручаюсь, что других пар не будет.</p>
     <p>Вальсируя, он вдруг остановился и сказал:</p>
     <p>— Пусть они танцуют одни. На них стоит полюбоваться.</p>
     <p>Сияя от удовольствия, смотрел он, как Грэхем и его жена заканчивают танец, и чувствовал, что Лотти поглядывает на него сбоку и что ее подозрения рассеиваются.</p>
     <p>Танцевать захотелось всем, и так как вечер был очень теплый, Дик приказал открыть настежь большие двери во двор. То одна, то другая пара, танцуя, выплывала из комнаты, и танец продолжался под залитыми лунным светом аркадами; под конец туда перешли все пары.</p>
     <p>— Он еще совсем мальчишка, — говорила Паола Грэхему, слушая, как Дик расхваливает всем и каждому достоинства своего нового фотоаппарата, снимающего при ночном освещении. — Аарон во время обеда укорял его за самоуверенность, и Терренс встал на его защиту. Дик за всю свою жизнь не пережил ни одной трагедии. Он ни разу не был в положении побежденного. Его самоуверенность всегда была оправдана. Как сказал Терренс, он всегда делал настоящее дело. Ведь он знает, бесспорно, знает — и все-таки совершенно уверен и в себе и во мне.</p>
     <p>Когда Грэхем пошел танцевать с мисс Максуэлл, Паола продолжала размышлять о том же. В конце концов Дик не так уж страдает. Да этого и следовало ожидать. Ведь у него трезвый ум, он философ. Потеряв ее, он отнесся бы к этому так же безучастно, как к потере Горца, к смерти Джереми Брэкстона или к затоплению рудников. «Довольно трудно, — говорила она себе с улыбкой, — испытывать горячее влечение к Грэхему и быть замужем за таким философом, который палец о палец не ударит, чтобы удержать тебя». И она снова должна была признать, что Грэхем тем и обаятелен, что он так пылок, так человечен. Это сближало их. Даже в расцвете их романа с Диком в Париже он не вызывал в ней такого пламенного чувства. Правда, он был замечательным возлюбленным — с его даром находить для любви особые слова, с его любовными песнями, приводившими ее в такое восхищение, — но это было все же не то, что она теперь испытывала к Грэхему и что Грэхем, наверное, испытывал к ней. Кроме того, в те давние времена, когда Дик так внезапно завладел ее сердцем, она была еще молода и неопытна в вопросах любви.</p>
     <p>От этих мыслей все более ожесточалось ее сердце по отношению к мужу и разгоралась страсть к Грэхему. Толпа гостей, веселье, возбуждение, близость и нежные касания при танцах, теплота летнего вечера, лунный свет и запах ночных цветов волновали ее все глубже и сильнее, и она жаждала протанцевать хотя бы еще один танец с Грэхемом.</p>
     <p>— Нет, магний не нужен, — говорил Дик. — Это — немецкое изобретение. Достаточно выдержки в полминуты при обычном освещении. Самое удобное то, что можно сейчас же проявить пластинку. А недостаток тот, что нельзя печатать прямо с пластинки.</p>
     <p>— Но если снимок удачен, можно с этой пластинки переснять на обычную и с нее печатать, — заметила Эрнестина.</p>
     <p>Она уже видела эту свернувшуюся в камере огромную змею в двадцать футов, которая при нажиме на баллончик тотчас выскакивала, словно чертик из ящика. Многие из присутствующих тоже видели аппарат и просили Дика сходить за ним и сделать опыт.</p>
     <p>Он отсутствовал дольше, чем предполагал, так как Бонбрайт оставил на его столе несколько телеграмм, касающихся положения в Мексике, и на них нужно было немедленно ответить. Наконец, взяв аппарат, Дик вернулся к гостям кратчайшей дорогой, через дом и двор. Танцующие под аркадами пары постепенно скрывались в зале, и, прислонившись к одной из колонн, Дик смотрел, как они проходят мимо него. Последними были Паола и Ивэн, они прошли так близко, что он мог бы, протянув руку, до них дотронуться. Но, хотя свет месяца и падал прямо на него, они его не видели. Они не отрываясь смотрели друг на друга.</p>
     <p>Предпоследняя пара была уже в доме, и музыка смолкла. Паола и Грэхем остановились, и он только хотел предложить ей руку и тоже отвести в комнаты, как она вдруг прижалась к нему в неудержимом порыве. Из чисто мужской осторожности он сначала слегка отклонился, но она обхватила его шею рукой и притянула к себе для поцелуя. Это была внезапная и неудержимая вспышка страсти. Через мгновение Паола, взяв его под руку, уже входила в дом, и до Дика донесся ее веселый и непринужденный смех.</p>
     <p>Дик ухватился за колонну, держась за нее, скользнул вниз и сел на каменные плиты. Он задыхался. Сердце стучало, словно хотело выскочить из груди, он ловил губами воздух. А проклятое сердце металось, билось в горле, душило его. Ему казалось, что оно уже во рту, он жует его и глотает вместе с освежающим воздухом. Вдруг он почувствовал озноб, а затем весь покрылся потом.</p>
     <p>— Слыхано ли, чтобы у кого-нибудь из Форрестов были болезни сердца? — пробормотал он, все еще сидя на земле, прислонясь к колонне и вытирая мокрое от пота лицо. Его рука дрожала, болезненный трепет сердца вызывал легкую тошноту.</p>
     <p>Если бы Грэхем поцеловал ее, это еще куда ни шло, размышлял он. Но Паола сама поцеловала Грэхема. Значит — любовь, страсть. Он сам теперь убедился; и когда эта картина вновь встала перед его глазами, сердце опять сжалось и удушье подступило к горлу. Сделав огромное усилие, он наконец овладел собой и встал на ноги.</p>
     <p>«Честное слово, оно было у меня во рту, и я жевал его, — подумал он о своем сердце. — Да, жевал».</p>
     <p>Возвращаясь в обход через двор, он с веселым лицом — так ему казалось — вошел в ярко освещенную комнату, держа в руках аппарат, и был очень удивлен тем, как его встретили.</p>
     <p>— Что с вами? Вас напугало привидение? — спросила Льют.</p>
     <p>— Вы больны? Что случилось? — засыпали его вопросами остальные.</p>
     <p>— Да в чем дело? — удивился он в свою очередь.</p>
     <p>— Ваше лицо… на вас лица нет! — воскликнула Эрнестина. — Что случилось?</p>
     <p>Озираясь с удивлением, он тут же заметил, что Лотти Мэзон бросила быстрый взгляд на Грэхема и Паолу и что Эрнестина перехватила этот взгляд и, последовав за ним, сама украдкой посмотрела на обоих.</p>
     <p>— Да, — солгал он. — Я получил тяжелую весть. Только что. Джереми Брэкстон умер. Убит. Мексиканцы поймали его, когда он хотел бежать в Аризону.</p>
     <p>— Старик Джереми! Царство ему небесное! Какой был хороший человек! — сказал Терренс, взяв Дика под руку. — Пойдемте, дружок, вам необходимо подкрепиться, я вас провожу.</p>
     <p>— Да нет, теперь все прошло, — улыбнулся Дик, тряхнув плечами, и решительно выпрямился. — В первую минуту это меня действительно сразило. Я не сомневался, что Джереми так или иначе выпутается из всей этой истории. Но пеоны поймали его и двух инженеров. Они оказали отчаянное сопротивление. Засели под скалой и целые сутки отстреливались от отряда в пятьсот человек. Тогда мексиканцы забросали их сверху динамитными шашками. Да, всякая плоть — только трава, и прошлогодняя трава не оживает. Ваше предложение, Терренс, мудрое предложение. Ведите меня.</p>
     <p>Сделав несколько шагов, он обернулся и сказал через плечо:</p>
     <p>— Пусть это не расстраивает веселья. Я сейчас вернусь и сниму всю группу. А ты, Эрнестина, пока рассади их и дай самый сильный свет.</p>
     <p>На другом конце комнаты Терренс открыл вделанный в стену поставец и вынул стаканы. Дик зажег стенную лампочку и принялся рассматривать свое лицо в зеркальце, вделанное в одну из дверок поставца.</p>
     <p>— По-моему, теперь ничего, — сказал он. — Все в порядке. Лицо как лицо.</p>
     <p>— Это только так, мимолетная тень набежала, — согласился с ним Терренс, наливая виски в стакану. — Имеет же человек право расстроиться, потеряв старого друга.</p>
     <p>Они чокнулись и выпили в молчании.</p>
     <p>— Еще, — сказал Дик, протягивая стакан.</p>
     <p>— Скажите, когда хватит. — И ирландец стал спокойно следить, как поднимается в стакане уровень жидкости.</p>
     <p>Дик ждал, пока она дойдет до половины.</p>
     <p>Они снова чокнулись и снова выпили, глядя друг другу в глаза, и Дик почувствовал горячую благодарность к Терренсу за ту беззаветную преданность, которую прочел в его взгляде.</p>
     <p>А в это время посреди холла Эрнестина рассаживала группу для съемки и старалась угадать по лицам Паолы, Грэхема и Лотти хоть что-нибудь из того, что она бессознательно чуяла. «Почему Лотти так пристально посмотрела на Паолу и Грэхема? — спрашивала себя Эрнестина. — Да и с Паолой происходит что-то необычное. Она, видимо, расстроена, встревожена, но весть о смерти Брэкстона тут как будто ни при чем».</p>
     <p>По лицу Грэхема нельзя было ничего узнать. Он держался как всегда и ужасно смешил мисс Максуэлл и миссис Уатсон.</p>
     <p>Да, Паола была расстроена: что случилось? Почему Дик солгал? Он же знал о смерти Джереми Брэкстона еще два дня назад. И никогда известие о чьей-либо смерти так не потрясало его! Уж не выпил ли он лишнее? За время их супружества она несколько раз видела его пьяным. Но алкоголь на него не действовал; вино только придавало блеск его глазам, развязывало язык, он с увлечением придумывал всякие проказы и импровизировал песни. Может быть, он успел напиться с этим несокрушимым Терренсом в бильярдной? Она застала их там всех перед обедом. Истинная причина его волнения не приходила ей в голову просто потому, что всякое шпионство было ему чуждо.</p>
     <p>Дик вернулся. Смеясь от души какой-то шутке Терренса, он подозвал Грэхема и заставил «мудреца» повторить ее. Когда все трое всласть посмеялись, Дик приготовился снимать группу. Камера, раздвигаясь, точно выстрелила, женщины испуганно вскрикнули, и все это окончательно рассеяло остатки мрачного настроения, особенно когда хозяин дома предложил игру в земляные орехи. Игра состояла в том, кто за пять минут на конце столового ножа, от стула к столу, поставленных на расстоянии двенадцати ярдов, перенесет больше земляных орехов. Показав, как это делается, Дик выбрал своим партнером Паолу и вызвал на состязание решительно всех, не исключая уикенбержцев и обитателей «Мадроньевой рощи». Много коробок конфет было выиграно и проиграно! В конце концов Дик и Паола взяли верх над Грэхемом и Эрнестиной — парой, занявшей второе место. От Дика стали требовать, чтобы он произнес речь; нет, лучше пусть споет песню о земляном орехе. Дик тут же стал импровизировать в чисто индейской манере, при этом он отбивал такт, подпрыгивая на несгибающихся ногах и хлопая себя по бедрам.</p>
     <p>— Я — Дик Форрест, сын «Счастливчика» Ричарда, сына Джонатана Пуританина, сына Джона, моряка-скитальца, каким был и его отец Альберт, сын Мортимера, пирата и кандальника, умершего без отпущения грехов.</p>
     <p>Я последний из рода Форрестов и первый из носящих земляные орехи. Немврод и Сэндау предо мной ничто. Я ношу земляные орехи на конце ножа, серебряного ножа. В земляных орехах сидит сам дьявол. Я ношу орехи легко и грациозно. Я ношу их очень много. Еще не вырос тот орех, который бы победил меня.</p>
     <p>Орехи катятся. Орехи катятся. Но я, как Атлас, поддерживающий мир, не даю им упасть. Не каждый может носить земляные орехи. У меня талант от бога. Это большое искусство. Орехи катятся. Орехи катятся, и я вечно буду носить их.</p>
     <p>Аарон — философ, где ему носить орехи! Эрнестина — блондинка. Блондинки не могут носить земляные орехи. Ивэн — спортсмен. Он их роняет. Паола — мой партнер, она их не может удержать. Только я, я один, милостью божьей и силой собственной мудрости, могу носить земляные орехи.</p>
     <p>Если кому надоела моя песнь, бросьте в меня тяжелым предметом. Я горд. Я неутомим. Я могу петь до скончания века. И я буду петь до скончания века.</p>
     <p>Здесь начинается вторая песнь: если я умру, похороните меня в куче земляных орехов. Но пока я жив…</p>
     <p>На Дика, как и следовало ожидать, обрушилась груда диванных подушек и прервала его песнь, но не укротила его буйной веселости; минуту спустя он уже шептался в углу с Лотти Мэзон и Паолой, затевая с ними тайный заговор против Терренса.</p>
     <p>Так, среди танцев, смеха и шуток, проходил этот вечер. В полночь подали ужин, и уикенбергские гости начали прощаться только около двух часов утра. Пока они собирались, Паола предложила совершить на следующий день поездку к реке Сакраменто, чтобы осмотреть посадки риса на опытном поле Дика.</p>
     <p>— Я имел в виду другое, — сказал Дик. — Ты знаешь горные пастбища над Сайкамор-Крик? За последние десять дней там зарезаны три ярки.</p>
     <p>— Пумы? — воскликнула Паола.</p>
     <p>— Их по меньшей мере две… Наверное, забрели с севера, — обратился он к Грэхему. — С ними это иногда бывает. Мы трех убили лет пять тому назад. Мосс и Хартли будут ждать нас там с собаками. Они выследили двух. Что вы скажете, если отправиться туда всем вместе? Выедем сейчас же после завтрака.</p>
     <p>— Можно мне взять Молли? — спросила Льют.</p>
     <p>— А ты возьмешь Альтадену, — сказала Паола Эрнестине.</p>
     <p>Лошади были быстро распределены. Фрейлиг и Mapтинес также согласились принять участие в охоте, заявив, впрочем, что ездят верхом они очень плохо и еще хуже стреляют.</p>
     <p>Все вышли проводить уинкенбержцев и, когда машины укатили, постояли немного на дворе, сговариваясь относительно завтрашней охоты.</p>
     <p>— Ну, спокойной ночи, — сказал Дик, когда все вошли в дом. — Прежде чем ложиться, я пойду еще взгляну на старуху Бесси. Хеннесси сидит при ней. Помните же, девочки, являться к завтраку в амазонках и ни в коем случае не опаздывать.</p>
     <p>Престарелая мать Принцессы была очень плоха, но в другое время Дик, конечно, не пошел бы навещать ее в столь поздний час, — ему хотелось побыть одному, и он боялся остаться с глазу на глаз с Паолой после того, чему он так недавно был свидетелем.</p>
     <p>Легкие шаги по гравию заставили его обернуться. Эрнестина догнала его и взяла под руку.</p>
     <p>— Бедная старушка Бесси, — сказала она. — Мне тоже хотелось бы проведать ее.</p>
     <p>Дик, продолжая взятую на себя роль, начал припоминать всякие смешные случаи, происходившие в тот вечер, смеялся, шутил и казался очень веселым.</p>
     <p>— Дик, — сказала Эрнестина, когда он наконец замолчал. — У вас какое-то горе. — Она почувствовала, что он вдруг замкнулся, и торопливо продолжала: — Я очень хочу вам помочь! Вы же знаете, что можете на меня положиться. Скажите мне.</p>
     <p>— Да, я скажу, — отвечал он. — Но скажу только одно. — Она благодарно сжала его локоть. — Завтра вы получите телеграмму, срочную; ничего слишком серьезного. Но ты и Льют соберетесь и укатите как можно скорее.</p>
     <p>— И все? — спросила она разочарованно.</p>
     <p>— Вы мне сделаете этим большое одолжение.</p>
     <p>— Вы даже поговорить со мной не хотите? — возмутилась она, огорченная его отказом.</p>
     <p>— Телеграмма придет в такое время, что застанет вас еще в постели. А теперь нечего тебе ходить к Бесси. Беги домой. Спокойной ночи.</p>
     <p>Он поцеловал ее, ласково толкнул в сторону дома и пошел своей дорогой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Возвращаясь от больной кобылы, Дик остановился и прислушался: в конюшне для жеребцов беспокойно переступали с ноги на ногу Горец и другие лошади. Среди тишины откуда-то с гор, где пасся скот, донеслось одинокое позванивание колокольчика. Легкий ветерок внезапно дохнул Дику в лицо струей благовонного тепла. Ночь была напоена легким душистым запахом зреющих хлебов и сена. Жеребцы опять затопали, и Дик, глубоко вздохнув, почувствовал, что никогда, кажется, еще так не любил всего этого; он поднял глаза и обвел взором весь звездный горизонт, местами заслоненный горными вершинами.</p>
     <p>— Нет, Катон <a l:href="#n_462" type="note">[462]</a>, - произнес он вслух. — С тобой нельзя согласиться. Человек не уходит из жизни, как из харчевни. Он уходит из нее, как из своего дома — единственного, который ему принадлежит. Он уходит… в никуда. Спокойной ночи! Перед ним бесшумно встает Безносая — и все.</p>
     <p>Он хотел идти дальше, но снова топотание жеребцов задержало его, а в горах опять зазвенел колокольчик. Расширив ноздри, Дик глубоко вдохнул душистый воздух и почувствовал, что любит и этот воздух, и усадьбу, и пашни, ибо все это создание его рук.</p>
     <p>— «Я смотрел в глубину времен и там себя не находил, — процитировал он и затем, улыбнувшись, добавил: — Она мне подарила девять сыновей, а остальные девять были дочери».</p>
     <p>Подойдя к дому, он постоял с минуту, любуясь его широкими, смелыми очертаниями. Войдя, Дик тоже не сразу отправился на свою половину, — вместо этого он пошел бродить по пустым тихим комнатам, дворам и длинным, чуть освещенным галереям. Дик чувствовал себя, как человек, отправляющийся в дальнее путешествие. Он зажег свет в волшебном дворике Паолы, уселся в римское мраморное кресло и, обдумывая свои планы, выкурил сигарету.</p>
     <p>О, он сделает все очень ловко. На охоте может произойти такой «несчастный случай», который обманет решительно всех. Уж он не промахнется, нет! Пусть это произойдет завтра в лесах над Сайкамор-Крик. Дедушка Джонатан Форрест, суровый пуританин, погиб же на охоте от несчастного случая… Впервые на Дика нашло сомнение. Но, если это не было случайностью, старик, надо отдать ему справедливость, подстроил все очень ловко. В семье никогда даже и разговора не было о том, что здесь могло быть нечто большее, чем несчастный случай.</p>
     <p>Коснувшись пальцем выключателя, Дик помедлил еще с минуту, чтобы в последний раз взглянуть на мраморных младенцев, игравших в воде фонтана и среди роз.</p>
     <p>— Вы, вечно юные, прощайте, — тихо сказал он, обращаясь к ним. — Только вас я и породил.</p>
     <p>Со своей спальной веранды он посмотрел на спальню Паолы, по ту сторону широкого двора. Там было темно. Может быть, она спала.</p>
     <p>Он опомнился от своих мыслей и увидел себя сидящим на краю кровати в одном расшнурованном ботинке; улыбнувшись своей рассеянности, он опять зашнуровал его. Зачем ему ложиться спать? Уже четыре часа утра. По крайней мере он в последний раз полюбуется солнечным восходом. Теперь многое будет у него в последний раз. Вот он и оделся в последний раз. И вчерашняя утренняя ванна была последней. Разве чистая вода может остановить посмертное тление? Но побриться все-таки придется. Последняя дань земной суетности. Ведь после смерти волосы продолжают некоторое время расти.</p>
     <p>Он вынул из вделанного в стену несгораемого шкафа свое завещание, положил перед собой на стол и внимательно прочел. Ему пришли в голову разные мелкие дополнения, и он вписал их от руки, предусмотрительно поставив дату на полгода раньше. Последняя приписка обеспечивала общину мудрецов в составе семи человек.</p>
     <p>Он просмотрел свои страховые полисы и в каждом с особым вниманием прочел параграфы о дозволенном самоубийстве. Подписал письма, ожидавшие его с прошлого утра, и продиктовал в диктофон письмо своему издателю. Очистив стол, он наскоро подсчитал актив и пассив, сбросив с актива затопленные рудники; этот баланс он тут же заменил другим, максимально увеличив расходы и до смешного сократив доходы. Все же результат получился удовлетворительный.</p>
     <p>Затем он разорвал исписанные цифрами листки и набросал план того, какую следует, по его мнению, вести линию в отношении мексиканских рудников. Он набросал этот план небрежно, в общих чертах, чтобы, когда записку найдут среди бумаг, она не возбудила подозрений. Таким же образом он составил на несколько лет вперед программу улучшения породы широв, а также внутрипородного скрещивания для Горца, Принцессы и лучших экземпляров их потомства.</p>
     <p>Когда в шесть часов О-Дай принес кофе, Дик излагал последний пункт своего проекта рисовых плантаций:</p>
     <p>«Хотя итальянский рис и вырастает скорее и поэтому особенно подходит для опытов, — писал он, — я буду некоторое время засевать поля в одинаковых пропорциях сортами моти, йоко и уотерибюн; ввиду того, что они созревают в разное время, это даст возможность при тех же рабочих, машинах и тех же накладных расходах обрабатывать большую площадь, чем при посадке одного сорта».</p>
     <p>О-Дай поставил кофе на стол, ничем не выразив своего удивления — даже после того, как взглянул на явно нетронутую постель. И Дик не мог не восхититься его выдержкой.</p>
     <p>В шесть тридцать зазвонил телефон, и он услышал утомленный голос Хеннесси, говорившего:</p>
     <p>— Я знаю, что вы уже встали, и хочу сообщить вам радостную весть: старуха Бесси выживет. Хотя ей было здорово плохо. Пойду теперь сосну.</p>
     <p>Побрившись, Дик постоял перед душем, и лицо его омрачилось: «На кой черт, все равно только потеря времени!» Однако он переобулся, надев более тяжелые ботинки с высокой шнуровкой, — они были удобнее для охоты.</p>
     <p>Он опять сидел за столом и просматривал свои заметки в блокнотах, готовясь к утренней работе, когда услышал шаги Паолы. Она не приветствовала его обычным: «С добрым утром, веселый Дик», но подошла совсем близко и мягко проговорила:</p>
     <p>— Сеятель желудей! Всегда неутомимое, всегда бодрое Багряное Облако!</p>
     <p>Вставая и стараясь к ней не прикоснуться, он заметил темные тени у нее под глазами. Она тоже избегала прикосновений.</p>
     <p>— Опять «белая ночь»? — спросил он, придвигая ей стул.</p>
     <p>— Да, «белая ночь», — отозвалась Паола. — Ни одной минуты сна; а уж как я старалась!</p>
     <p>Обоим было трудно говорить, и вместе с тем они не могли отвести глаз друг от друга.</p>
     <p>— Ты… выглядишь неважно.</p>
     <p>— Да, лицо у меня не того… — кивнул он. — Я смотрел на себя, когда брился, это вчерашнее выражение с него не сходит.</p>
     <p>— Что-то с тобой вчера вечером случилось, — робко сказала она, и Дик ясно прочел в ее глазах то же страдание, какое он видел в глазах Ой-Ли. — Все обратили внимание на твое лицо. Что с тобой?</p>
     <p>Он пожал плечами.</p>
     <p>— Это выражение появилось уже с некоторых пор, — уклонился он от ответа, вспоминая, что первый намек он заметил на портрете, который писала Паола. — Ты тоже заметила? — спросил он.</p>
     <p>Она кивнула. Вдруг ей пришла в голову новая мысль. Он прочел эту мысль на ее лице, прежде чем Паола успела выговорить ее вслух:</p>
     <p>— Дик, может быть, ты влюбился?</p>
     <p>Это был бы выход. Это разрешило бы все недоразумения. На лице ее отразилась надежда.</p>
     <p>Он медленно покачал головой и улыбнулся: он видел, как она разочарована.</p>
     <p>— Впрочем, да, — сказал он. — Да! Влюбился!</p>
     <p>— Влюбился? — Паола обрадовалась, когда он ответил: «Влюбился».</p>
     <p>Она не ожидала того, что за этим последует. Он встал, резким движением пододвинул к ней свой стул — так близко, что коснулся коленями ее колен, и, наклонившись к ней, быстро, но бережно взял ее руки в свои.</p>
     <p>— Не пугайся, моя птичка, — ответил он. — Я не буду тебя целовать. Я уже давно тебя не целовал. Я просто хочу рассказать тебе об этой влюбленности. Но раньше я хочу сказать, как я горд, как я горжусь собой. Горжусь тем, что я влюблен. В мои годы — и влюблен! Это невероятно, удивительно. И как люблю! Какой я странный, необыкновенный и вместе с тем замечательный любовник! Я живое опровержение всех книг и всех биологических теорий. Оказывается, я однолюб. И я люблю одну-единственную женщину. После двенадцати лет обладания — люблю ее безумно, нежно и безумно!</p>
     <p>Руки Паолы невольно выразили ее разочарование, она сделала легкое движение, чтобы освободить их; но он сжал их еще крепче.</p>
     <p>— Я знаю все ее слабости — и люблю ее всю, со всеми слабостями и совершенствами, люблю так же безумно, как в первые дни, как в те сумасшедшие мгновения, когда впервые держал ее в своих объятиях.</p>
     <p>Ее руки все настойчивее старались вырваться из плена, она бессознательно тянула их к себе и выдергивала, чтобы наконец освободить. В ее взоре появился страх. Он знал ее щепетильность и догадывался, что после того, как к ее губам так недавно прижимались губы другого, она не могла не бояться с его стороны еще более пылких проявлений любви.</p>
     <p>— Пожалуйста, прошу тебя, не пугайся, робкая, прелестная, гордая птичка. Смотри — я отпускаю тебя на волю. Знай, что я горячо люблю тебя и что все это время считаюсь с тобой не меньше, чем с собой, и даже гораздо больше.</p>
     <p>Он отодвинул свой стул, откинулся на его спинку и увидел, что ее взгляд стал доверчивее.</p>
     <p>— Я открою тебе все мое сердце, — продолжал он, — и хочу, чтобы и ты открыла мне свое.</p>
     <p>— Эта любовь ко мне что-то совсем новое? — спросила она. — Рецидив?</p>
     <p>— И так и не так!</p>
     <p>— Я думала, что давно уж стала для тебя только привычкой…</p>
     <p>— Я любил тебя все время.</p>
     <p>— Но не безумно.</p>
     <p>— Нет, — сознался он, — но с уверенностью. Я был так уверен в тебе, в себе. Это было для меня нечто постоянное и раз навсегда решенное. И тут я виноват. Но когда уверенность пошатнулась, вся моя любовь к тебе вспыхнула сызнова. Она жила в течение всего нашего брака, но это было ровное, постоянное пламя.</p>
     <p>— А как же я? — спросила она.</p>
     <p>— Сейчас дойдем и до тебя. Я знаю, что тебя тревожит и сейчас и несколько минут назад. Ты глубоко правдива и честна, и одна мысль о том, чтобы делить себя между двумя мужчинами, для тебя ужасна. Я понял тебя. Ты уже давно не позволяешь мне ни одного любовного прикосновения. — Он пожал плечами. — И я с того времени не стремился к ним.</p>
     <p>— Значит, ты все-таки знал? С первой минуты? — поспешно спросила она.</p>
     <p>Дик кивнул.</p>
     <p>— Может быть, — произнес он, словно взвешивая свои слова, — может быть, я уже ощущал то, что надвигалось, даже раньше, чем ты сама поняла. Но не будем вдаваться в это…</p>
     <p>— И ты видел… — решилась она спросить и смолкла от стыда при мысли, что муж мог быть свидетелем их ласк.</p>
     <p>— Не будем унижать себя подробностями, Паола. Кроме того, ничего дурного в этом не было и нет. Да мне и видеть было незачем. Я сам помню поцелуи, украденные тайком в короткие миги темноты, помимо прощаний на глазах у всех. Когда все признаки созревшего чувства налицо, нежные оттенки и любовные нотки в голосе не могут быть скрыты, так же как бессознательная ласка встретившихся взглядов, непроизвольная мягкость интонаций, перехваченное волнением дыхание… и тогда совершенно не нужно видеть поцелуй перед прощанием на ночь. Он неизбежен. И помни на будущее, моя любимая, что я тебя во всем оправдываю.</p>
     <p>— Но… но ведь было… все-таки очень немногое, — пробормотала она.</p>
     <p>— Я крайне удивился бы, если бы было больше. Ты не такая. Я удивляюсь и немногому. После двенадцати лет… разве можно было ожидать…</p>
     <p>— Дик, — прервала его Паола, наклонясь к нему и пытливо глядя на него. Она приостановилась, ища слов, затем решительно продолжала: — Скажи, неужели за эти двенадцать лет у тебя не было большего?</p>
     <p>— Я уже сказал тебе, что во всем тебя оправдываю, — уклонился он от прямого ответа.</p>
     <p>— Но ты не ответил на мой вопрос, — настаивала она. — О, я имею в виду не мимолетный флирт или легкое ухаживание. Я имею в виду неверность в самом точном смысле слова. Ведь это в прошлом было?</p>
     <p>— В прошлом — было, но очень редко и очень-очень давно.</p>
     <p>— Я много раз думала об этом, — заметила она.</p>
     <p>— Я же сказал тебе, что во всем тебя оправдываю, — повторил Дик. — И теперь ты знаешь, почему.</p>
     <p>— Значит, и я имела право на то же… Впрочем, нет, нет, Дик, не имела, — поспешно добавила она. — Во всяком случае, ты всегда проповедовал равенство мужчины и женщины.</p>
     <p>— Увы, больше не проповедую, — улыбнулся он. — Воображение человека — это такая сила! И я за последнее время принужден был изменить свои взгляды.</p>
     <p>— Значит, ты хочешь, чтобы я была тебе верна? Он кивнул и сказал:</p>
     <p>— Пока ты живешь со мной.</p>
     <p>— Но где же тут равенство?</p>
     <p>— Никакого равенства нет, — покачал он головой. — О, да, про меня можно сказать, что я сам не знаю, чего хочу. Но только теперь — увы, слишком поздно — я открыл ту древнюю истину, что женщины — иные, чем мы, мужчины. Все, чему меня научили книги и теории, рассыпается в прах перед тем вечным фактом, что женщина — мать наших детей… Я… я, видишь ли, до сих пор надеялся, что у нас с тобой будут дети… Но теперь, конечно, не о чем и говорить. Вопрос теперь в том, каковы твои чувства. Свое сердце я открыл тебе. А потом уже будем решать, что нам делать.</p>
     <p>— О Дик, — едва проговорила она, когда молчание стало слишком тягостным. — Но я же люблю тебя, я всегда буду любить тебя. Ты мое Багряное Облако. Знаешь, еще вчера я была на твоей веранде и повернула свою карточку лицом к стене. Это было ужасно. И что-то в этом было недоброе. И я опять скорей-скорей перевернула ее.</p>
     <p>Он закурил сигарету и ждал.</p>
     <p>— Но ты не открыла мне свое сердце, ты не все сказала, — заметил он наконец с мягким упреком.</p>
     <p>— Я люблю тебя, — повторила она.</p>
     <p>— А Ивэна?</p>
     <p>— Это совсем другое. Ужасно, что приходится так с тобой говорить. Кроме того, я даже не знаю! Я никак не могу понять своих чувств…</p>
     <p>— Что же это — любовь? Или только любовный эпизод? Одно из двух.</p>
     <p>Паола покачала головой.</p>
     <p>— Пойми же, — продолжала она, — что я сама себя не понимаю! Видишь ли, я женщина. Мне не пришлось «перебеситься», как вы, мужчины, выражаетесь. А теперь, когда это случилось, я не знаю, что мне делать. Должно быть, Шоу и другие правы! Женщина — хищница. А вы оба — крупная дичь. Я ничего не могла с собой поделать. Во мне проснулся какой-то задор. Я сама для себя загадка. То, что со мной произошло, не вяжется с моими взглядами и убеждениями. Мне нужен ты и нужен Ивэн — нужны вы оба. О, поверь мне, это не любовный эпизод. А если даже так, то я этого не сознаю! Нет, нет, это не то! Я знаю, что не то.</p>
     <p>— Значит, любовь?</p>
     <p>— Но я люблю тебя, Багряное Облако! Тебя!</p>
     <p>— А говоришь, что любишь его. Ты не можешь любить нас обоих.</p>
     <p>— Оказывается, могу. И люблю. Я люблю вас обоих. Ведь я говорю с тобой по-честному и хочу, чтобы все было ясно. Нужно найти выход… я надеялась, ты поможешь мне. Ради этого я к тебе и пришла. Должен же быть какой-то выход…</p>
     <p>Она посмотрела на него умоляюще. Он сказал:</p>
     <p>— Одно из двух — или он, или я. Другого выхода я не вижу.</p>
     <p>— И он то же самое говорит. А я не могу согласиться. Он хотел непременно идти сразу к тебе, но я ему не позволила. Он хотел уехать, а я все удерживала его здесь, как ни тяжело это для вас обоих: я хотела видеть вас вместе, хотела сравнить и оценить вас в своем сердце. Это ни к чему не привело. Вы мне нужны оба. Я не могу отказаться ни от тебя, ни от него.</p>
     <p>— К сожалению, как ты сама видишь, — начал Дик, и в глазах его невольно блеснула усмешка, — если у тебя, может быть, и есть склонность к многомужеству, то мы, глупые мужчины, не можем примириться с таким решением.</p>
     <p>— Не будь жестоким, Дик, — запротестовала она.</p>
     <p>— Прости. Я не хотел этого. Просто мне очень больно, и это своего рода неудачная попытка нести свое горе с философским мужеством.</p>
     <p>— Я говорила ему, что из всех мужчин, каких я встречала, он один равен моему мужу, но мой муж все же больше его.</p>
     <p>— Что ж, ты хотела быть лояльной по отношению ко мне и к себе самой, — сказал Дик. — Ты была моей до той минуты, как я перестал быть для тебя самым замечательным человеком на свете. Тогда он стал самым замечательным.</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Хочешь, я помогу тебе все это распутать! — продолжал он. — Ты не знаешь ни себя, ни своих желаний? И ты не можешь выбрать между нами, потому что тебе нужны оба?</p>
     <p>— Да, — прошептала она. — Но вы нужны мне по-разному.</p>
     <p>— В таком случае, все ясно, — отрезал он.</p>
     <p>— Что ты хочешь сказать?</p>
     <p>— А вот что, Паола. Я проиграл, Грэхем выиграл. Разве ты не видишь? Ты сама говоришь, что наши шансы равны, равны и не больше, хотя у меня, казалось бы, есть преимущество перед ним, это преимущество — двенадцать лет нашей любви, наши узы, наши чувства и воспоминания. Боже мой! Если бы все это положить на его чашу весов, разве ты сомневалась бы хоть минуту! Первый раз в жизни любовь тебя так захватила, и произошло это довольно поздно, вот почему тебе трудно разобраться.</p>
     <p>— Но, Дик, ведь и чувство к тебе захватило меня. Он покачал головой.</p>
     <p>— Мне всегда хотелось так думать, иногда я даже этому верил, но никогда не верил вполне. Со мной ты никогда не теряла голову, даже вначале, когда нас обоих крутил какой-то вихрь. Может быть, ты и была очарована, но разве ты безумствовала, как я, разве пылала страстью? Я первый полюбил тебя…</p>
     <p>— И как ты умел любить меня…</p>
     <p>— Я полюбил тебя, Паола; и хотя ты отвечала мне, твое чувство было иным, чем мое: ты никогда не теряла голову. А с Ивэном, видно, теряешь.</p>
     <p>— Как мне хотелось бы знать наверное, — задумчиво проговорила она. — Иногда мне кажется, что так оно и есть, а потом я опять сомневаюсь. То и другое несовместимо. Может быть, ни один мужчина не способен полностью захватить меня… А ты ни чуточки не хочешь мне помочь!</p>
     <p>— Только ты, ты одна можешь все разрешить, Паола, — сказал он строго.</p>
     <p>— Но помоги мне, ну хоть немного! Ты даже не стараешься удержать меня! — настаивала она.</p>
     <p>— Я бессилен. У меня руки связаны. Я не могу сделать ни одного движения, чтобы удержать тебя. Ты не можешь делить себя между двоими. Ты была в его объятиях… — Он движением руки остановил ее возражения. — Пожалуйста, прошу тебя, любимая, не надо… Ты была в его объятиях — и ты трепещешь, как испуганная птичка, при одной мысли, что я могу приласкать тебя. Разве ты не видишь? Твои поступки решают вопрос не в мою пользу. Тело твое избрало другого. Его объятия ты переносишь. А одна мысль о моих тебя отталкивает.</p>
     <p>Она медленно, но убежденно покачала головой.</p>
     <p>— И все-таки я не знаю, не могу решить, — настаивала она.</p>
     <p>— Но ты должна! Создавшееся положение нестерпимо, и надо что-то предпринять, потому что Ивэну пора ехать. Понимаешь? Или уезжай ты. Вы оба здесь оставаться не можете. Не спеши. Обдумай все. Отошли Ивана. Или поезжай, скажем, на некоторое время погостить к тете Марте. Вдали от нас обоих тебе, может быть, все станет яснее. Не отменить ли сегодняшнюю охоту? Я отправлюсь один, а ты оставайся и поговори с Ивэном. Или поезжай и переговори с ним по дороге. Так или иначе — я вернусь домой очень поздно. Может быть, я переночую в хижине у одного из гуртовщиков. Но когда я вернусь, пусть Ивэна уже здесь не будет. Уедешь ты с ним или нет — это тоже должно быть решено к моему возвращению.</p>
     <p>— А если бы я уехала? — спросила она.</p>
     <p>Он пожал плечами, встал и посмотрел на свои часы.</p>
     <p>— Я послал сказать Блэйку, чтобы он сегодня явился пораньше, — пояснил Дик, делая шаг к двери и как бы приглашая ее удалиться.</p>
     <p>На пороге она остановилась и прижалась к нему.</p>
     <p>— Поцелуй меня, Дик, — сказала она и добавила: — Это не то, не любовный поцелуй… — Ее голос вдруг упал. — На случай, если бы я… решила уехать…</p>
     <p>Секретарь уже шел по коридору, но Паола медлила.</p>
     <p>— С добрым утром, мистер Блэйк, — приветствовал его Дик. — Очень жалею, что пришлось вас потревожить так рано. Прежде всего, будьте добры, протелефонируйте мистеру Эгеру и мистеру Питтсу: я не могу повидаться с ними сегодня утром. И всех остальных перенесите на завтра. Мистеру Хэнли скажите, что я вполне одобряю его план относительно Бьюкэйской плотины, — пусть действует решительно. С мистером Менденхоллом и мистером Мэнсоном я все-таки повидаюсь сегодня. Скажите, что я жду их в девять тридцать.</p>
     <p>— Еще одно, Дик… — прервала его Паола. — Не забудь, что это я заставила его остаться. Он остался не по своей вине, не по своей воле. Это я его не отпускала.</p>
     <p>— Ивэн действительно потерял голову, — улыбнулся Дик. — Судя по тому, что я о нем знаю, трудно было помять, как это он тут же не уехал при подобных обстоятельствах. Но раз ты не отпускала его, а он потерял голову, как только может потерять голову человек от такой женщины, как ты, то мне все понятно. Он больше, чем просто порядочный человек. Таких не часто встретишь. И он даст тебе счастье…</p>
     <p>Она подняла руку, как бы желая остановить его.</p>
     <p>— Не знаю, могу ли я еще быть счастлива в жизни, Багряное Облако. Когда я вижу, какое у тебя стало лицо… И потом — ведь я же была счастлива и довольна все эти двенадцать лет… Этого мне никогда не забыть. Вот почему я не в состоянии сделать выбор. Но ты прав. Настало время, когда мне пора разрешить этот… — она запнулась, он угадывал, что она не может заставить себя произнести слово «треугольник», — распутать этот узел, — докончила она, и голос ее дрогнул. — Мы все поедем на охоту. А дорогой я поговорю с ним и попрошу его уехать, независимо от того, как сама поступлю потом.</p>
     <p>— Я бы на твоем месте не торопился с решением, — сказал Дик. — Ты знаешь, я равнодушен к морали и признаю ее, только когда она полезна. Но в данном случае она может быть очень полезна. У вас могут быть дети… Нет, нет, пожалуйста, не возражай, — остановил он ее. — А в таких случаях всякие пересуды, даже о прошлом, едва ли желательны. Развод в обычном порядке — слишком большая канитель. Я все так устрою, чтобы дать тебе свободу на вполне законном основании, и ты сбережешь по крайней мере год.</p>
     <p>— Если я на это решусь, — заметила она с бледной улыбкой.</p>
     <p>Он кивнул.</p>
     <p>— Но ведь я могу решить и иначе. Я еще сама не знаю. Может быть, все это только сон, и я скоро проснусь, и войдет Ой-Ли и скажет мне, что я спала долго и крепко…</p>
     <p>Она неохотно отошла, но, сделав несколько шагов, вдруг опять остановилась.</p>
     <p>— Дик, — окликнула она его, — ты мне раскрыл свое сердце, но не сказал, что у тебя на уме. Не делай никаких глупостей. Вспомни Дэнни Хольбрука! Смотри, чтобы на охоте не было никаких несчастных случаев!</p>
     <p>Он покачал головой и насмешливо прищурился, делая вид, что находит такое подозрение очень забавным, в то же время удивляясь, как верно она отгадала его намерения.</p>
     <p>— И бросить все это на произвол судьбы? — солгал он, делая широкий жест, которым он точно хотел охватить и имение и все свои планы. — И мою книгу о внутрипородном скрещивании? И мою первую распродажу на месте?</p>
     <p>— Конечно, это было бы глупо, — согласилась она с посветлевшим лицом. — Но, Дик, будь уверен — пожалуйста, прошу тебя, — что моя нерешительность никак не связана с… — Она запнулась, подыскивая слово, затем, повторив его жест, тоже показала вокруг себя, как бы охватывая весь Большой дом со всеми его сокровищами. — Все-это не играет никакой роли. Правда.</p>
     <p>— Как будто я не знаю, — успокоил он ее. — Из всех бескорыстных женщин ты самая…</p>
     <p>— И знаешь, Дик, — прервала она его под влиянием новой мысли, если бы я так уж безумно любила Ивэна, мне было бы все равно, и я в конце концов примирилась бы даже с «несчастным случаем», раз уж нет иного выхода… Но видишь — для меня это невозможно. Вот тебе трудная задача. Реши-ка ее.</p>
     <p>Она неохотно сделала еще несколько шагов, затем, повернув голову, сказала полушепотом:</p>
     <p>— Багряное Облако, мне ужасно, ужасно жаль, и… я так рада, что ты меня еще любишь…</p>
     <p>До возвращения Блэйка Дик успел рассмотреть в зеркало свое лицо: выражение, столь поразившее накануне его гостей, словно запечатлелось навек. Его уже не сотрешь ничем. «Ну что ж, — сказал себе Дик, — нельзя жевать собственное сердце и думать, что не останется никакого следа!»</p>
     <p>Он вышел на свою веранду и посмотрел на фотографию Паолы под барометром. Повернул ее лицом к стене и, сев на кровать, некоторое время смотрел на пустой прямоугольник рамки. Затем опять повернул лицом.</p>
     <p>— Бедная девочка! — прошептал он. — Нелегко проснуться так поздно!</p>
     <p>Но когда он смотрел на ее карточку, перед ним вдруг встала картина: Паола, залитая лунным светом, прижимается к Грэхему и тянется к его губам.</p>
     <p>Дик быстро вскочил и тряхнул головой, чтобы отогнать мучительное видение.</p>
     <p>В половине десятого он покончил с письмами и прибрал стол, на котором оставил только материалы для беседы со своими управляющими о шортхорнах и ширах.</p>
     <p>Он стоял у окна и, прощаясь, махал рукой Льют и Эрнестине, которые садились в лимузин, когда вошел Менденхолл, а за ним вскоре и Мэнсон; Дик в кратком разговоре ухитрился сообщить им, как бы мимоходом, самые основы своих планов на будущее.</p>
     <p>— Мы должны очень внимательно следить за мужским потомством Короля Поло, — сказал он Мэнсону. — Все говорит за то, что, если взять Красотку, или Деву Альберту, или Нелли Сигнэл, мы получим от него еще лучшие экземпляры. Мы не сделали этого нынче, но я думаю, что на будущий год или самое позднее через год Король Поло станет отцом какого-нибудь выдающегося быка-производителя.</p>
     <p>В дальнейшей беседе как с Мэнсоном, так и с Менденхоллом Дику удалось незаметно подсказать им те практические формы, в которых должно проходить в его имении создание новых пород.</p>
     <p>Когда они ушли, Дик позвал О-Поя по внутреннему телефону и отдал приказ проводить Грэхема в кабинет — пусть выберет себе винтовку и все что полагается.</p>
     <p>Пробило одиннадцать. Он не знал, что Паола поднялась из библиотеки по скрытой в стене лестнице и теперь, стоя за книжными полками, прислушивается. Она хотела войти, но ее удержал его голос. Она слышала, как он беседует по телефону с Хэнли относительно водосливов Бьюкэйской плотины.</p>
     <p>— Кстати, — говорил Дик, — вы ознакомились с донесениями о Большом Мирамаре?.. Очень хорошо… Не верьте им. Я с ними в корне не согласен. Вода есть. Я не сомневаюсь, что там много подпочвенных вод. Пошлите туда бурильные машины, пусть продолжают разведку. Земля там невероятно плодородна; и если мы за пять ближайших лет не повысим в десять раз доходность этой пустоши…</p>
     <p>Паола вздохнула и опять спустилась по лестнице в библиотеку.</p>
     <p>«Багряное Облако неисправим — он все сажает свои желуди! Его любовь рушится, а он спокойно толкует о плотинах и колодцах, чтобы можно было в будущем посадить побольше желудей!»</p>
     <p>Дик так и не узнал, что Паола приходила к нему со своей тоской и неслышно удалилась. Он опять вышел на веранду, но не бесцельно, а чтобы в последний раз просмотреть записную книжку, лежавшую на столике возле кровати. Теперь в его доме порядок. Осталось только подписать то, что он утром продиктовал, и ответить на несколько телеграмм; потом будет завтрак, потом охота на Сайкаморских холмах… О, он сделает это чисто. Виновницей окажется Капризница. У него будет даже свидетель — Фрейлиг или Мартинес. Но не оба. Одного вполне достаточно, чтобы увидеть, как лопнет мартингал, а кобыла взовьется на дыбы и повалится на бок среди кустов, подмяв его под себя. И тогда из чащи раздастся выстрел, который мгновенно превратит несчастье в катастрофу.</p>
     <p>Мартинес впечатлительнее скульптора, он более подходящий свидетель, подумал Дик. Надо сделать так, чтобы именно Мартинес оказался рядом, когда Дик свернет на узкую дорогу, где Капризница должна его сбросить. Мартинес ничего в лошадях не понимает. Тем лучше. Хорошо было бы, подумал Дик, минуты за две до катастрофы заставить Капризницу хорошенько взбеситься. Это придаст дальнейшему больше правдоподобия. Кроме того, это взволнует лошадь Мартинеса, а также и самого Мартинеса, и он ничего не успеет как следует разглядеть.</p>
     <p>Вдруг Дик стиснул руки, охваченный внезапной болью. Маленькая хозяйка, наверное, с ума сошла, — иначе разве можно было совершить такую жестокость, думал он, слушая, как в открытое окно музыкальной комнаты льются голоса Паолы и Грэхема, поющих песню «Тропою цыган».</p>
     <p>Пока они пели, он не разжимал стиснутых рук. А они допели всю эту удалую, беспечную песню до ее бесшабашного конца. Дик все еще стоял, погруженный в свои мысли, — а Паола беспечно смеялась, уходя от Грэхема, смеялась на широком дворе, смеялась на своей половине, упрекая О-Дая за какие-то провинности.</p>
     <p>Затем издали донесся едва различимый, но характерный зов Горца. Властно заревел Король Поло. Им ответили гаремы кобыл и коров. Дик прислушался к этому любовному реву, ржанью, мычанью и, вздохнув, сказал:</p>
     <p>— Ну, как бы там ни было, а стране я принес пользу. С этой мыслью можно спокойно уснуть.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Раздавшийся над его кроватью телефонный звонок заставил Дика подняться и взять трубку. Слушая, он смотрел через двор на флигель Паолы. Бонбрайт сообщил ему, что с ним хотел бы повидаться Чонси Бишоп, он приехал на автомашине в Эльдорадо. Бишоп был владельцем и редактором газеты «Новости Сан-Франциско» и старинным другом Дика.</p>
     <p>— Вы поспеете прямо к завтраку, — говорил Дик Бишопу. — И знаете — почему бы вам у нас не переночевать?.. Бог с ними, с вашими специальными корреспондентами! Мы едем сегодня охотиться на пум, и добыча будет наверняка… Уже выслежены! Корреспондентка? О чем ей писать?.. Пусть погуляет по усадьбе и наберет материал на десяток столбцов, а корреспондент поедет с нами и может описать охоту. Ну, еще бы, конечно… Я посажу его на самую смирную лошадь, с ней справится и ребенок.</p>
     <p>«Чем больше будет народу, тем занятнее, особенно если поедут эти газетчики, — ухмыльнулся Дик про себя. — Сам дедушка Джонатан Форрест не сумел бы так инсценировать свой финал!»</p>
     <p>«Как у Паолы могло хватить жестокости спеть «Тропою цыган» тут же после нашего разговора?» — спрашивал себя Дик; он не клал трубки и слышал далекий голос Бишопа, убеждавшего своего корреспондента ехать на охоту.</p>
     <p>— Отлично. Но поторопитесь, — сказал Дик, заканчивая свой разговор с Бишопом. — Я сейчас велю седлать лошадей, и вы получите того же гнедого, на котором ездили в прошлый раз.</p>
     <p>Едва он успел повесить трубку, как телефон зазвонил опять. Теперь это была Паола.</p>
     <p>— Багряное Облако, милое Багряное Облако, — сказала она. — Все твои рассуждения — ошибка. По-моему, я тебя люблю больше. Я вот сейчас решаю вопрос — и, кажется, в твою пользу. А чтобы мне помочь, чтобы я еще раз могла проверить себя… повтори то, что говорил сегодня… ну знаешь… «Я люблю одну, одну-единственную женщину… После двенадцати лет обладания я люблю ее безумно, нежно и безумно…» Повтори мне это еще раз, Багряное Облако.</p>
     <p>— Я действительно люблю одну, одну-единственную женщину, — начал Дик. — После двенадцати лет обладания я люблю ее безумно, нежно и безумно…</p>
     <p>Когда он кончил, наступила пауза, и он, ожидая ответа, боялся нарушить ее.</p>
     <p>— И еще я вот что хотела сказать тебе, — начала она очень тихо, очень мягко и очень внятно. — Я люблю тебя. Никогда я так сильно не любила тебя, как вот в эти минуты. После двенадцати лет я наконец теряю голову. И так было с первой же минуты, только я не понимала этого. Сейчас я решила, раз и навсегда.</p>
     <p>Она резко повесила трубку.</p>
     <p>А Дик сказал себе, что теперь он знает, как чувствует себя человек, получивший помилование за час до казни. Он сел и долго сидел задумавшись, держа в руке трубку, и пришел в себя, только когда из конторы вышел Бонбрайт.</p>
     <p>— Сейчас звонил мистер Бишоп, — доложил Бонбрайт. — У его машины ось лопнула. Я взял на себя смелость послать ему одну из наших машин.</p>
     <p>— Пусть наши люди исправят поломку, — сказал Дик.</p>
     <p>Оставшись опять один, он встал, потянулся и зашагал по комнате.</p>
     <p>— Ну, Мартинес, дружище, — проговорил он вслух, — вы никогда не узнаете, при какой замечательной драматической инсценировке вы могли бы сегодня присутствовать.</p>
     <p>Он позвонил Паоле.</p>
     <p>Ответила Ой-Ли и тотчас же позвала свою госпожу.</p>
     <p>— У меня есть песенка, которую я хотел бы тебе спеть, Поли. — И Дик запел старинную духовную песнь негров:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>За себя, за себя,</v>
       <v>За себя, за себя</v>
       <v>Каждая душа несет ответ,</v>
       <v>За себя…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Я хочу, чтобы ты повторила мне те слова, которые только что сказала — от себя, от себя…</p>
     <p>Она рассмеялась таким воркующим смехом, что его сердце дрогнуло от радости.</p>
     <p>— Багряное Облако, я тебя люблю. Я решила: у меня никогда не будет никого на свете, кроме тебя. А теперь, милый, дай мне одеться. И так уже пора бежать завтракать.</p>
     <p>— Можно мне прийти к тебе?.. На минутку? — попросил он.</p>
     <p>— Не сейчас еще, нетерпеливый. Через десять минут. Дай мне сначала покончить с Ой-Ли. Тогда я буду готова ехать на охоту. Я надену свой охотничий костюм: знаешь, зеленый с рыжими обшлагами и длинным пером… как у Робин Гуда. И я возьму с собой мое ружье тридцать-тридцать. Оно достаточно тяжелое для пум.</p>
     <p>— Ты подарила мне большое счастье, — сказал Дик.</p>
     <p>— А я из-за тебя опаздываю. Повесь трубку. Багряное Облако, в эту минуту я люблю тебя больше…</p>
     <p>Он слышал, как она повесила трубку, и, к своему удивлению, заметил, что почему-то не чувствует того счастья, которое должен был бы испытывать. Казалось, она и Грэхем все еще самозабвенно поют страстную цыганскую песню.</p>
     <p>Неужели она играла Иваном? Или играла им, Диком? Нет, это было бы с ее стороны просто невозможно, непостижимо. Размышляя об этом, он снова увидел ее в лунном свете: она прижимается к Грэхему, ее губы ищут его губ…</p>
     <p>Дик в недоумении покачал головой и взглянул на часы. Во всяком случае, через десять минут — нет, меньше, чем через десять… — он будет держать ее в своих объятиях и тогда узнает наверное…</p>
     <p>Таким долгим показался ему этот краткий срок, что он, не ожидая, медленно пошел к Паоле, остановился, чтобы закурить сигарету, бросил ее после первой затяжки и опять остановился, прислушиваясь к стуку машинок в конторе.</p>
     <p>Ему оставалось еще две минуты, но, зная, что достаточно и одной, чтобы дойти до заветной двери без ручки, он постоял еще во дворе, любуясь на диких канареек, купавшихся в бассейне.</p>
     <p>В тот миг, когда птички испуганно вспорхнули трепетным золотисто-алмазным облачком, Дик вздрогнул: на половине Паолы раздался выстрел, и он узнал по звуку, что выстрелило ее ружье 30–30. Он бросился туда через двор… «Она опередила меня», — тут же подумал он. И то, что за минуту перед тем казалось ему непонятным, стало беспощадно ясным, как этот выстрел.</p>
     <p>И пока он бежал через двор и по лестницам, оставляя за собой распахнутые двери, в его мозгу стучало: «Она опередила меня. Она опередила меня».</p>
     <p>Паола лежала, скорчившись и вздрагивая, в полном охотничьем костюме, кроме маленьких бронзовых шпор, которые держала в руках перепуганная, растерявшаяся китаянка.</p>
     <p>Дик мгновенно осмотрел Паолу: она дышала, хотя была без сознания. Пуля прошла насквозь с левой стороны. Он бросился к телефону. Ожидая, пока домашняя станция соединит его с кем нужно, он молил провидение о том, чтобы Хеннесси оказался в конюшнях. К телефону подошел конюх, и пока он бегал за ветеринаром, Дик приказал О-Пою не отходить от коммутатора и сейчас же послать к нему О-Дая.</p>
     <p>Уголком глаза он видел Грэхема: тот ворвался в комнату и бросился к Паоле.</p>
     <p>— Хеннесси, — распоряжался Дик, — я жду вас как можно скорее. Захватите все для оказания первой помощи. Ружье миссис Паолы выстрелило… пуля прошла через сердце или через легкое, а может быть, через то и другое. Идите прямо в спальню миссис Форрест. Только скорее!</p>
     <p>— Не прикасайтесь к ней, — резко бросил он Грэхему. — Это может повредить ей… вызвать сильное кровоизлияние.</p>
     <p>Затем он опять кинулся к О-Пою:</p>
     <p>— Отправьте Каллахана на гоночной машине в Эльдорадо. Скажите ему, что он встретит по пути доктора Робинсона, пусть посадит его и как можно скорей доставит сюда. Пусть едет как дьявол. Скажите, что миссис Форрест ранена и от него может зависеть ее жизнь.</p>
     <p>Не кладя трубки, он повернулся, чтобы взглянуть на Паолу.</p>
     <p>Грэхем стоял, склонившись над ней, но не прикасаясь; взгляды их встретились.</p>
     <p>— Форрест, — начал он, — если это вы…</p>
     <p>Но Дик остановил его, показав глазами на китаянку, все еще растерянно и безмолвно державшую в руках бронзовые шпоры.</p>
     <p>— Об этом поговорим потом, — отрезал он и снова поднес трубку к губам: — Доктор Робинсон?.. У миссис Форрест прострелено легкое или сердце, может быть, то и другое. Каллахан выехал на гоночной машине. Поезжайте ему навстречу, гоните во весь дух!</p>
     <p>Когда Дик, опустившись на колени, опять склонился над Паолой и принялся ее осматривать, Грэхем отошел.</p>
     <p>Осмотр был очень короток. Дик взглянул на Грэхема и покачал головой:</p>
     <p>— Трогать ее слишком рискованно. Затем обратился к китаянке:</p>
     <p>— Положите куда-нибудь эти шпоры и принесите подушки. А вы, Ивэн, помогите с другой стороны. Приподнимайте ее понемногу, не торопясь. Ой-Ли, подсуньте подушку… осторожнее… осторожнее…</p>
     <p>Подняв глаза, он увидел О-Дая, безмолвно ожидавшего приказаний.</p>
     <p>— Попросите мистера Бонбрайта сменить О-Поя у коммутатора, а О-Пой пусть стоит тут и все исполняет немедленно. И пусть О-Пой соберет всех слуг, они могут в любую минуту понадобиться. Как только Сондерс возвратится с мистером Бишопом и остальными, пусть сейчас же едет в Эльдорадо навстречу Каллахану, на тот случай, если машина поломается. Скажите О-Пою, чтобы он разыскал мистера Мэнсона, и мистера Питтса, и всех управляющих, у кого есть машина, пусть они все приедут сюда и ждут здесь вместе с машинами. И пусть О-Пой примет и устроит Бишопа и его спутников как полагается. А вы возвращайтесь сюда, чтобы в любую минуту быть под рукой.</p>
     <p>Дик опять повернулся к горничной:</p>
     <p>— А теперь расскажите, как это случилось. Ой-Ли качала головой и ломала руки.</p>
     <p>— Где вы были, когда ружье выстрелило? Китаянка проглотила слезы и указала на дверь гардеробной.</p>
     <p>— Ну, говорите же! — приказал Дик.</p>
     <p>— Миссис Форрест велела мне приготовить шпоры… Я про них забыла… Я скорей пошла. Слышу выстрел. Я иду скорей назад, бегу… и…</p>
     <p>— Но что было с ружьем?</p>
     <p>— Непорядок. Может, сломалось. Четыре минуты не стреляло… пять минут… Миссис Форрест старалась, чтобы стреляло.</p>
     <p>— Она уже начала возиться с ружьем, когда вы пошли за шпорами?</p>
     <p>Ой-Ли кивнула.</p>
     <p>— Я перед тем ей сказала: «Может, О-Пой исправит?» Миссис Форрест сказала: «Не стоит». Она сказала, вы исправите. Положила ружье вот так. Опять взялась чинить. Потом послала за шпорами. А потом… ружье и выстрелило.</p>
     <p>Приезд Хеннесси прервал этот разговор. Он осматривал Паолу немногим дольше Дика, затем поднялся. Лицо его было мрачно.</p>
     <p>— Я не решаюсь тревожить ее, мистер Форрест. Наружное кровоизлияние прекратилось, но кровь, видимо, скопляется внутри. Вы послали за врачом?</p>
     <p>— За Робинсоном. К счастью, успел захватить, когда он только что начал прием. Хороший молодой хирург, — обратился Дик к Грэхему, — с выдержкой и смелый. Я верю ему больше, чем многим прославленным старым врачам. Как вы думаете, мистер Хеннесси? Есть надежда?</p>
     <p>— По-моему, дело плохо, хоть я тут и не судья, — ведь я только коновал. Робинсон разберется. А пока остается только ждать…</p>
     <p>Дик кивнул и вышел на веранду Паолы, чтобы послушать, не приближается ли гоночная машина, на которой ехал Каллахан. Мягко подошел и ушел лимузин. Грэхем тоже появился на веранде.</p>
     <p>— Форрест, я прошу вас меня простить, — сказал Грэхем. — Я просто себя не помнил в первую минуту. Увидел вас здесь и решил, что это при вас случилось. Должно быть, несчастный случай…</p>
     <p>— Да, бедная детка… — подтвердил Дик. — А она еще хвасталась, что всегда очень осторожна с огнестрельным оружием.</p>
     <p>— Я осмотрел ружье, — сказал Грэхем, — и ничего не нашел, все в порядке.</p>
     <p>— Потому-то беда и случилась: непорядок Паола исправила, но ружье при этом выстрелило.</p>
     <p>И пока Дик говорил, придумывая объяснение, которое могло бы обмануть даже Грэхема, он мысленно удивлялся, как искусно Паола все это разыграла. Последний дуэт с Грэхемом был прощанием — и вместе с тем средством отвести подозрение. Так же Паола поступила с ним, Диком. Она простилась и с ним, и последние сказанные ею по телефону слова были обещанием, что никогда не будет у нее другого мужчины, кроме Дика.</p>
     <p>Он отошел от Грэхема на дальний конец веранды.</p>
     <p>— И у нее хватило сил, хватило сил! — бормотал он про себя дрожащими губами. — Бедная детка! Она так и не могла выбрать между нами двумя — и вот как разрешила вопрос.</p>
     <p>Шум подъехавшей машины заставил его и Грэхема подойти друг к другу, и они вместе вернулись в комнату Паолы, чтобы встретить врача. Грэхем волновался, он не мог уйти — и чувствовал, что должен уйти.</p>
     <p>— Прошу вас, Ивэн, останьтесь, — обратился к нему Дик. — Она очень хорошо к вам относилась и если откроет глаза, то будет рада вас увидеть.</p>
     <p>В то время, как Робинсон осматривал Паолу, оба отошли в сторону. Когда врач с решительным видом поднялся, Дик вопросительно взглянул на него. Робинсон покачал головой.</p>
     <p>— Ничего не поделаешь, — сказал он. — Это вопрос нескольких часов, может быть, даже минут… — Он помолчал, вглядываясь в лицо Дика, затем добавил: — Можно облегчить конец, если вы согласны. А то очнется и еще некоторое время будет мучиться…</p>
     <p>Дик прошелся взад и вперед по комнате, а когда заговорил, то обратился к Грэхему:</p>
     <p>— Почему бы не дать ей пожить хотя бы самый короткий срок? Боль — это ведь не существенно. Успокоение наступит скоро и неизбежно. И я желал бы этого, да и вы, наверное, тоже. Она так любила жизнь, каждый ее миг… Зачем нам лишать ее тех немногих минут, которые ей остались?</p>
     <p>Грэхем кивнул, соглашаясь, и Дик повернулся к врачу:</p>
     <p>— Вы можете дать ей возбуждающее и привести в сознание? Ну так сделайте это. А если она будет очень страдать, вы поможете ей успокоиться.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_052.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_053.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Когда Паола открыла трепетные веки, Дик кивнул Грэхему, чтобы тот стал рядом с ним. Сначала на лице ее была только растерянность, затем взгляд остановился сначала на Дике, потом на Грэхеме, и жалкая улыбка тронула губы.</p>
     <p>— Я… я думала, что уже умерла, — сказала она. Но тут ею овладела другая мысль, и Дик угадал эту мысль, когда ее глаза испытующе устремились на него: Паола как бы спрашивала, догадывается ли он, что это не просто «несчастный случай»? Но он ничем себя не выдал. Она хотела его обмануть, — пусть умрет, думая, что он ей поверил.</p>
     <p>— Как… как… это я… ухитрилась… — сказала она. — Паола говорила вполголоса, медленно, видимо, собираясь с силами после каждого слова. — Я всегда была так осторожна… и совершенно уверена, что… со мной никогда… ничего… не случится. А вот что натворила!</p>
     <p>— Да, да, прямо стыдно, — сочувственно поддержал ее Дик. — А что там было? Заело спуск?</p>
     <p>Она кивнула и опять улыбнулась жалкой улыбкой, которой тщетно старалась придать себе бодрость.</p>
     <p>— О Дик, пойди позови соседей, пусть посмотрят, что натворила маленькая Паола!.. А это серьезно? — продолжала она. — Будь честен, Багряное Облако, скажи правду… ты же знаешь меня, — добавила она нетерпеливо, так как Дик ничего не ответил.</p>
     <p>Он опустил голову.</p>
     <p>— А долго это будет тянуться?</p>
     <p>— Нет, недолго, — наконец проговорил он. — Это может случиться… в любую минуту.</p>
     <p>— То есть?.. — Она вопросительно посмотрела на врача, затем на Дика. Дик кивнул.</p>
     <p>— Я ничего другого от тебя и не ожидала, Багряное Облако, — прошептала она благодарно. — А доктор Робинсон согласен?</p>
     <p>Доктор подошел ближе, чтобы она видела его, и наклонил голову.</p>
     <p>— Спасибо, доктор. И помните, я сама скажу когда.</p>
     <p>— Тебе очень больно? — спросил Дик.</p>
     <p>Глаза Паолы расширились, она хотела храбро пересилить себя, но в них появилось выражение страха, когда она ответила задрожавшими губами:</p>
     <p>— Не очень, а все-таки — ужасно, ужасно! Я не хочу долго мучиться. Я скажу когда.</p>
     <p>Опять на ее губах появилась слабая улыбка.</p>
     <p>— Странная вещь жизнь, очень странная, правда? И, знаете, мне бы хотелось уйти под звуки песен о любви. Сначала вы, Ивэн, спойте «Тропою цыган»! Подумайте! Часу не прошло, как мы с вами ее пели! Помните? Пожалуйста, Ивэн, прошу вас!</p>
     <p>Грэхем посмотрел на Дика, спрашивая взглядом разрешения, и Дик молчаливо дал его.</p>
     <p>— И спойте ее смело, радостно, с упоением, как спел бы настоящий влюбленный цыган, — настаивала она. — Отойдите вон туда, я хочу вас видеть…</p>
     <p>И Грэхем пропел всю песню, закончив словами:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>А сердцу мужчины — женское сердце…</v>
       <v>Пусть в шатрах моих свет погас, —</v>
       <v>Но у края земли занимается утро,</v>
       <v>И весь мир — ожидает нас.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>В дверях, ожидая приказаний, неподвижный, как статуя, замер О-Дай. Ой-Ли, пораженная скорбью, стояла у изголовья своей хозяйки; она уже не ломала рук, но так стиснула их, что концы пальцев и ногти побелели. Позади, у туалетного столика Паолы, доктор Робинсон бесшумно распускал в стакане таблетки наркотика и набирал шприцем раствор.</p>
     <p>Когда Грэхем умолк, Паола взглядом поблагодарила его, закрыла глаза и полежала некоторое время не двигаясь.</p>
     <p>— А теперь, Багряное Облако, — сказала она, снова открывая глаза, — твоя очередь спеть мне про Ай-Кута, и женщину-росинку, и женщину-хмель. Стань там, где стоял Ивэн, я хочу тебя видеть.</p>
     <p>— «Я — Ай-Кут, первый человек из племени нишинамов. Ай-Кут — сокращенное Адам. Отцом мне был койот, матерью — луна. А это Йо-то-то-ви, моя жена, Йо-то-то-ви: это сокращенное Ева. Она первая женщина из племени нишинамов.</p>
     <p>Я — Ай-Кут. Это моя жена, моя росинка, моя медвяная роса. Ее мать — заря Невады, а отец — горячий летний восточный ветер с гор. Они любили друг друга и пили всю сладость земли и воздуха, пока из мглы, в которой они любили, на листья вечнозеленого кустарника и мансаниты не упали капли медвяной росы.</p>
     <p>Я — Ай-Кут. Йо-то-то-ви — моя жена, моя перепелка, мой хмель, моя лань, пьяная теплым дождем и соками плодоносной земли. Она родилась из нежного света звезд и первых проблесков зари в первое утро мира, — и она моя жена, одна-единственная для меня женщина на свете».</p>
     <p>Паола опять закрыла глаза и лежала молча. Она попыталась сделать более глубокий вздох и слегка закашлялась.</p>
     <p>— Старайся не кашлять, — сказал Дик.</p>
     <p>В горле у нее першило, и она сдвинула брови, силясь удержать приступ кашля, который мог ускорить конец.</p>
     <p>— Ой-Ли, подойди сюда и стань так, чтобы я могла тебя видеть, — сказала она, открыв глаза.</p>
     <p>Китаянка повиновалась. Она двигалась, точно слепая. Доктор Робинсон положил ей руку на плечо и поставил так, как хотела Паола.</p>
     <p>— Прощай, Ой-Ли. Ты всегда была ко мне очень добра. А я, может быть, не всегда. Прости меня. Помни, что мистер Форрест будет тебе отцом и матерью… И возьми себе все мои украшения из агата…</p>
     <p>Она закрыла глаза — в знак того, что ее прощание с китаянкой окончено.</p>
     <p>Опять ее стал беспокоить кашель, все более мучительный и настойчивый.</p>
     <p>— Пора, Дик, — сказала она едва слышно, не открывая глаз. — Я хочу, чтобы меня убаюкали. Что, доктор, готово? Подойди поближе. Держи мою руку, как тогда… Помнишь? Во время… моей малой смерти.</p>
     <p>Она устремила взгляд на Грэхема, и Дик отвернулся: он знал, что этот последний взгляд будет полон любви, как будет полон любви и тот, которым она скажет ему последнее прости.</p>
     <p>— Однажды, — пояснила она Грэхему, — мне пришлось лечь на операцию, и я заставила Дика пойти со мной в операционную и держать мою руку все время, пока не начал действовать наркоз и я уснула. Ты помнишь, Хэнли назвал тогда эту полную потерю сознания «малой смертью»? А мне было очень хорошо.</p>
     <p>Она долго и молча смотрела на Грэхема, потом повернулась лицом к Дику, который стоял возле нее на коленях и держал ее руку.</p>
     <p>— Багряное Облако, — прошептала она. — Я люблю тебя больше. И я горда тем, что была твоей так долго, долго. — Она сжала его руку и притянула его к себе еще ближе. — Мне очень жалко, что у нас не было детей, Багряное Облако…</p>
     <p>Потом разжала руку и слегка отстранила его от себя, чтобы видеть обоих.</p>
     <p>— Оба хорошие, оба хорошие… Прощайте, мои хорошие. Прощай, Багряное Облако.</p>
     <p>Они молча ждали, пока доктор подготовлял ее руку для укола.</p>
     <p>— Спать, спать, — тихо щебетала она, как засыпающая птичка. — Я готова, доктор. Но сначала хорошенько натяните кожу. Вы знаете, я не люблю, чтобы мне делали больно. Держи меня крепче, Дик!</p>
     <p>Робинсон, подчиняясь взгляду Дика, легко и быстро вонзил иглу в туго натянутую кожу, твердой рукой нажал на поршень, тихонько растер пальцем уколотое место, чтобы морфий скорее всосался.</p>
     <p>— Спать, спать, хочу спать… — опять, словно задремывая, прошептала она.</p>
     <p>В полусознании она повернулась на бок, положила голову на согнутую руку и свернулась клубочком в той позе, в которой, Дик знал, она любила засыпать.</p>
     <p>Прошло немало времени, пока она еще раз чуть вздохнула… и отошла так легко, что они даже не заметили, как ее не стало.</p>
     <p>Царившее в комнате молчание нарушалось только щебетом купавшихся в воде фонтана диких канареек; издалека доносился, подобный трубному звуку, призыв Горца, и Принцесса отвечала ему серебристым ржанием.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод В. Станевич</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Джерри-островитянин</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Предисловие</p>
     </title>
     <p>Несчастье некоторых беллетристов заключается в том, что средний человек полагает, будто вымысел и ложь — одно и то же. Несколько лет назад я опубликовал «Рассказы Южных морей» <a l:href="#n_463" type="note">[463]</a>. Действие разыгрывалось на Соломоновых островах. Сборник рассказов удостоился похвалы критиков, признавших в нем весьма почтенный плод фантазии. Что же касается реализма, то его, по их мнению, там не оказалось. Конечно, как известно всякому, волосатые каннибалы исчезли с лица земли, а следовательно, не разгуливают нагишом и не отрубают голов друг другу, а иной раз и белому человеку.</p>
     <p>Ну, так слушайте! Эти строки я пишу в Гонолулу, на Гавайях. Вчера на пляже Вайкики со мной заговорил один незнакомец. Он упомянул о нашем общем друге, капитане Келларе. Когда я на «Миноте» — судне, вербовавшем чернокожих рабочих, — потерпел крушение у Соломоновых островов, спас меня этот самый капитан Келлар, шкипер вербовщика «Евгения». Незнакомец сообщил мне, что чернокожие завладели головой капитана Келлара. Ему это было известно. Он был уполномочен матерью капитана Келлара ликвидировать его имущество.</p>
     <p>Слушайте дальше! На днях я получил письмо от верховного комиссара британских Соломоновых островов <a l:href="#n_464" type="note">[464]</a> мистера К. М. Вудфорда. Он вернулся на свой пост после длительного отпуска, проведенного им в Англии, где он устраивал сына в Оксфордский университет. Порывшись на полках любой общественной библиотеки, можно извлечь на свет книгу, озаглавленную «Натуралист среди охотников за головами». Мистер К. М. Вудфорд и является этим натуралистом и автором данной книги.</p>
     <p>Вернемся к письму. Повествуя о своих повседневных заботах, мистер Вудфорд мимоходом упоминает о только что выполненном специальном задании. Выполнение его задержалось из-за его поездки в Англию. То была карательная экспедиция на соседний остров, между прочим, и для поисков голов некоторых наших общих друзей-белых: негоцианта, его жены, детей и клерка. Экспедиция прошла успешно, и м-р Вудфорд заканчивает свое повествование об этом эпизоде такими словами: «Особенно поразило меня отсутствие страдания и ужаса в их лицах, выражавших скорее безмятежное спокойствие». Заметьте — это он пишет о людях своей же расы, о людях, хорошо ему знакомых и частенько обедавших с ним в его собственном доме.</p>
     <p>Многие друзья, с которыми я сиживал за обедом в те удалые, веселые дни на Соломоновых островах, погибли таким же образом. Бог мой! Я отплыл на кече «Минота», шедшем на Малаиту вербовать рабочих, и взял с собой жену. На двери нашей каюты еще видны были следы топора, свидетельствуя о событии, происшедшем несколько месяцев назад, когда отрубили голову капитану Маккензи, бывшему в то время шкипером «Миноты». Подходя к Ланга-Ланга, мы увидели британский крейсер «Кёмбриен», удалявшийся после обстрела одной из деревень.</p>
     <p>Не имеет смысла обременять введение к моему рассказу дальнейшими деталями, каковых, утверждаю, я могу привести множество. Надеюсь, мне удалось до известной степени заверить, что приключения собаки — героя моего романа — являются подлинными приключениями в весьма реальном мире каннибалов. Когда я с женой отплыл на «Миноте», мы нашли на борту очаровательного щенка — ирландского терьера, охотника за неграми <a l:href="#n_465" type="note">[465]</a>; то была такая же гладкошерстная собака, как и Джерри, а звали ее Пегги. Хозяином ее был великолепный шкипер «Миноты». Миссис Лондон и я так сильно к ней привязались, что миссис Лондон после крушения «Миноты» сознательно и бесстыдно украла ее у шкипера «Миноты». Признаюсь, что я столь же сознательно и бесстыдно потворствовал преступлению жены. Мы так любили Пегги! Милая, славная собачка, погребенная в море у восточного берега Австралии!</p>
     <p>Мне остается прибавить, что Пегги, как и Джерри, родилась у лагуны Мериндж на плантации Мериндж, находящейся на острове Изабелла. Этот остров лежит к северу от острова Флориды, где находится правительство и где обитает верховный комиссар мистер К. М. Вудфорд. Я хорошо знал отца и мать Пегги и частенько с любовью следил, как эта верная пара бегала бок о бок вдоль берега. Отца действительно звали Терренс, а мать — Бидди.</p>
     <p><emphasis>Джек Лондон</emphasis></p>
     <p><emphasis>Пляж Вайкики. Гонолулу. Оагу Т. X.</emphasis></p>
     <p><emphasis>5 июня 1915 г.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Пока мистер Хаггин не подхватил его неожиданно под мышку и не спустился на корму поджидавшего вельбота, Джерри и не подозревал, что ему грозит какая-нибудь неприятность. Мистер Хаггин был его любимым хозяином в течение всех шести месяцев жизни Джерри. Джерри не знал мистера Хаггина под именем «хозяин», ибо слову «хозяин» не нашлось места в словаре Джерри, этого гладкошерстного, золотисто-рыжего ирландского терьера.</p>
     <p>Но в сознании Джерри «мистер Хаггин» значит то же самое, что в наших словарях значит для собаки слово «хозяин». Слова «мистер Хаггин» Джерри слышал постоянно: так называли его хозяина многие — Боб, клерк и Дерби, надсмотрщик на плантации. И редкие посетители, двуногие человеческие существа, вроде тех, кто приехал на «Эренджи», тоже обращались к его хозяину «мистер Хаггин».</p>
     <p>Но собаки в своем смутном, неясном, возвеличивающем людей сознании возносят своих хозяев и любят их больше, чем те заслуживают. «Хозяин» значит для них то же, что значил «мистер Хаггин» для Джерри. Человек считает себя хозяином своей собаки, но собака считает своего хозяина богом.</p>
     <p>Однако слова «бог» не было в словаре Джерри, хотя он уже успел приобрести определенный и довольно пространный словарь. «Мистер Хаггин» значило то же, что и «бог». Для Джерри слова «мистер Хаггин» звучали так же, как звучит слово «бог» для людей, ему поклоняющихся. Короче, мистер Хаггин был богом Джерри.</p>
     <p>Итак, когда мистер Хаггин, или бог, или называйте его, как хотите, пользуясь нашим ограниченным языком, властно и резко поднял Джерри, сунул его под мышку и спустился в вельбот, а черная команда сейчас же склонилась к веслам, Джерри немедленно всем своим существом ощутил, что началась полоса необычайного. Раньше он никогда не бывал на борту «Эренджи», выраставшего перед ним с каждым свистящим ударом весел, на которых сидели чернокожие.</p>
     <p>Всего час назад Джерри прибежал из дому на берег поглядеть на отплытие «Эренджи». Уже дважды за полгода своей жизни испытывал он это удовольствие. А удовольствие было незаурядное — бегать вверх и вниз по белому берегу из коралла, раздробленного в песок, и под мудрым руководством Бидди и Терренса не только принимать участие в суматохе, царившей на берегу, но и самому подбавлять жару.</p>
     <p>Здесь происходила охота на негров. Джерри родился, чтобы ненавидеть негров. Еще пискливым щенком он на опыте убедился, что Бидди, его мать, и его отец Терренс ненавидят негров. На негра следовало рычать. На негра, если только он не был домашним слугой, нужно было кидаться, кусать его и рвать всякий раз, когда он появлялся во дворе фактории. Так поступала Бидди. Так поступал Терренс. Этим они служили своему богу — мистеру Хаггину. Негры были низшими двуногими созданиями, которые, как невольники, работали на своих двуногих белых господ, жили в рабочих бараках далеко в стороне и, как существа низшие и ничтожные, не смели приближаться к жилищу своих господ.</p>
     <p>А охота на негров была отважным предприятием. Об этом Джерри узнал вскоре после того, как научился ползать. Приходилось идти на риск. Пока мистер Хаггин, Дерби или Боб находились поблизости, негры переносили преследования. Но случалось, что белых господ поблизости не было. Тогда правило гласило: «Берегись негров!» На охоту можно было отважиться, только приняв все меры предосторожности. В отсутствие белого господина негры имели привычку не только хмуриться и ворчать, но и нападать на собак, пуская в ход камни и палки. Джерри видел, как обижали его мать; да и его самого, пока он не научился уму-разуму, отколотил однажды в высокой траве негр Годарми, который носил на груди китайскую дверную ручку, висевшую на веревке, свитой из кокосовых волокон. Джерри помнил еще одно приключение в высокой траве, когда он и его брат Майкл сразились с негром Оуми, замечательным тем, что он носил на груди зубчатые колеса от будильника. Майкл получил такой удар по голове, что левое ухо у него навсегда осталось поврежденным; оно высохло, странно скрючилось и стояло твердо, торчком.</p>
     <p>Мало того. У Джерри были брат Пэтси и сестра Кэтлин; два месяца тому назад они исчезли — перестали существовать. Великий бог мистер Хаггин в ярости метался по плантации. Обыскали заросли кустарника. Высекли с полдюжины негров. Мистеру Хаггину не удалось открыть тайну исчезновения Пэтси и Кэтлин. Но Бидди и Терренс знали. Знали и Майкл и Джерри. Четырехмесячные Пэтси и Кэтлин попали в кухонный котел в бараках, а их нежные щенячьи шкурки были сожжены. Джерри это знал не хуже, чем его отец, мать и брат; все они безошибочно распознали запах горелого мяса, а Терренс, придя в бешенство, даже напал на Могома, слугу, за что получил выговор и тумак от мистера Хаггина, ничего не почуявшего и не понявшего. А мистер Хаггин всегда насаждал дисциплину среди всех существ, обитавших под его крышей.</p>
     <p>Но на берегу, где столпились со своими сундучками на головах чернокожие, у которых окончился срок службы, готовясь отплыть на «Эренджи», охота на негров не грозила опасностью. Здесь можно было свести старые счеты, другого случая уж не представилось бы, так как чернокожие, отплывавшие на «Эренджи», назад никогда не возвращались. Так, например, в то самое утро Бидди, вспомнив удар, полученный некогда от Леруми, впилась ему зубами в голую икру и сбросила его в воду вместе с сундучком и всем его земным имуществом, а затем радостно скалила зубы, глядя на него, уверенная в защите мистера Хаггина, который, ухмыляясь, взирал на эту картину.</p>
     <p>Кроме того, на борту «Эренджи» обычно находилась какая-нибудь дикая собака, и Джерри и Майкл могли в полное удовольствие лаять на нее с берега. Однажды Терренс, который был немногим меньше эрдельтерьера и отличался такой же львиной храбростью, — Терренс Великолепный, как называл его Том Хаггин, — поймал дикую собаку, оскорбившую своим присутствием берег, и задал ей чудесную трепку. Джерри, Майкл и в то время еще здравствовавшие Пэтси и Кэтлин со звонким лаем приняли участие в битве. Джерри никогда не мог забыть экстаза, охватившего его, когда пасть его наполнилась волосами, по запаху, несомненно, собачьими. Дикие собаки были собаками — он признавал в них свою породу, — но от его собственного высокого рода они чем-то отличались…</p>
     <p>Джерри уже не смотрел на приближавшийся «Эренджи». Бидди, умудренная прежними горькими разлуками, села у самого края песка, опустив передние лапы в воду, и горестно завыла. Джерри знал, что этот вой вызван его участью, и скорбь эта остро, хотя и смутно, терзала его чувствительное, горячее сердце. Он не знал, что предвещает ее вой, и ощущал надвигающуюся на него катастрофу. Он глядел на нее, мохнатую, удрученную горем, и видел, как Терренс заботливо вертится вокруг. Терренс и Майкл тоже были мохнатыми, как Пэтси и Кэтлин, а Джерри являлся единственным гладкошерстным членом семьи.</p>
     <p>Терренс — хотя об этом знал Том Хаггин, а не Джерри — был любящим и преданным супругом. Джерри с раннего детства помнил, как Терренс имел обыкновение много миль бегать с Бидди вдоль берега или по аллеям, обсаженным кокосовыми пальмами; они бежали бок о бок, у обоих были радостно-смеющиеся морды. Так как Джерри знал только Терренса, Бидди, своих братьев и сестер да немногих забегавших к ним диких собак, то и считал, что все собаки ведут себя так, остаются верными своим супружеским узам. Но Том Хаггин понимал всю необычность такого поведения.</p>
     <p>— Славная порода! — не раз одобрительно заявлял он, и глаза его увлажнялись от умиления. — Настоящий джентльмен, этот Терренс, четвероногий честный мужчина. Пес-мужчина на четырех ногах, и не знаю, есть ли еще такой на свете. Высшая порода, ей-богу! Его кровь, умная голова и мужественное сердце скажутся в тысяче поколений.</p>
     <p>Терренс если и горевал, то скорби своей вслух не проявлял; но его беспокойство о Бидди выражалось в том, что он кружился вокруг нее. Майкл, однако, заразился горем матери и, усевшись подле нее, гневно залаял на все увеличивавшуюся полосу воды, как стал бы лаять на всякую опасность, таящуюся в джунглях. Этот лай также сдавил сердце Джерри, и его предчувствие, что неведомая злая судьба надвигается на него, усилилось.</p>
     <p>Для своих шести месяцев Джерри знал и слишком много и слишком мало. Он знал, не думая об этом и сам не зная откуда, почему Бидди — мудрая и храбрая Бидди — не послушалась влечения своего сердца и не бросилась в воду, чтобы плыть вслед за ним. Она защищала его, как львица, когда большая пуарка (такова была в словаре Джерри — вместе с хрюканьем и визгом — комбинация звуков для слова «свинья») пыталась его сожрать, загнав в угол под домом на высоких сваях. Как львица, прыгнула Бидди на поваренка-негра, когда тот ударил его палкой, выгоняя из кухни. Она, не поморщившись, встретила сильный удар палки, затем повалила его на пол среди горшков и сковород и рвала зубами, пока ее не оттащил мистер Хаггин, на которого она впервые зарычала. Мистер Хаггин не рассердился на нее, но поваренок, осмелившийся поднять руку на собаку, принадлежащую богу, получил резкий выговор.</p>
     <p>Джерри знал, почему его мать не бросилась вслед за ним в воду. Соленое море, как и лагуны, ведущие к нему, было табу. Слова «табу» не было в словаре Джерри. Но смысл или значение его он отчетливо сознавал. Он смутно, неясно, но твердо знал, что входить в воду для собак не только нехорошо, но и в высшей степени опасно, что такая смелость может повлечь за собой исчезновение собаки: в воде скользили, бесшумно двигались, иногда по поверхности, иногда выплывая со дна, большие чешуйчатые чудовища с огромными зубастыми челюстями; они утаскивали в глубину и глотали собаку с такой же быстротой, как куры мистера Хаггина клевали зерна.</p>
     <p>Часто он слыхал, как его отец и мать, сидя в безопасности на берегу, с ненавистью лаяли на этих страшных обитателей моря, когда те появлялись на поверхности воды у самого берега, напоминая плавучие бревна. Слова «крокодил» не было в словаре Джерри. Крокодил был образом — образом плавучего бревна, отличавшегося от всякого другого бревна тем, что оно было живое. Джерри слышал, запоминал и узнавал много слов, и ему они служили тем же орудием мысли, что и человеку, хотя он, не наделенный даром членораздельной речи, не мог этих слов выговорить. Тем не менее в процессе мышления он пользовался образами так же, как люди пользуются словами. В конце концов и человек в процессе мышления поневоле прибегает к образам, которые соответствуют словам и дополняют их.</p>
     <p>Быть может, в мозгу Джерри образ плавучего бревна был теснее и полнее связан с самим предметом, чем слово «крокодил» и сопутствующий ему образ в сознании человека. Ибо Джерри действительно знал о крокодилах больше, чем знают люди. Он мог почуять запах крокодила на большем расстоянии и более отчетливо, чем любой человек, даже негр-островитянин или житель лесов. Он знал, когда крокодил, вылезший из лагуны, лежит неподвижно и, быть может, спит в тростнике джунглей на расстоянии сотни футов.</p>
     <p>О языке крокодилов он знал больше, чем знает любой человек. У него было больше способов и возможностей изучить его. Он знал издаваемые ими разнообразные звуки, похожие на хрюканье и потрескивание. Он узнавал по этим звукам, когда крокодилы сердятся или испуганы, голодны или ищут любви. И эти звуки в его словаре занимали такое же определенное место, как слова в словаре человека. Они служили ему орудием мысли. По ним он взвешивал, решал и определял свое собственное поведение, как это делает каждый человек, или, подобно человеку, лениво отказывался от какого-либо действия и только отмечал и запоминал, что вокруг него происходило и не требовало с его стороны никакого соответствующего поступка.</p>
     <p>И все же очень многого Джерри не знал. Он не знал величины земного шара. Он не знал, что лагуна Мериндж, окаймленная сзади высокими, поросшими лесом горами, а спереди прикрытая коралловыми островками, отнюдь не была всей вселенной. Он не знал, что она являлась лишь частью большого острова Изабеллы. А Изабелла была лишь одним — и даже не самым большим — из тысячи образующих группу Соломоновых островов, которую люди обозначали на картах скоплением пятнышек в юго-западной части Тихого океана.</p>
     <p>Правда, он смутно подозревал о существовании чего-то иного за пределами лагуны Мериндж. Но это «что-то» было окутано тайной. Оттуда внезапно появлялись вещи, которых раньше не было. Куры, пуарки и кошки, никогда раньше здесь не бывавшие, имели обыкновение вдруг появляться на плантации Мериндж. Однажды произошло даже вторжение странных четвероногих, рогатых и волосатых существ, образы которых запечатлелись в его мозгу. В человеческом словаре им соответствовало слово «козы».</p>
     <p>То же происходило и с неграми. Они появлялись внезапно, неведомо откуда и разгуливали по плантации Мериндж, высокие, с повязками на бедрах и с костяными палочками, продетыми в носу. Мистер Хаггин, Дерби и Боб назначали им работу. Их появление совпадало с прибытием «Эренджи», и это казалось Джерри делом само собой разумеющимся. Он над этим не задумывался, отметив только, что их случайное исчезновение за пределами плантации точно так же совпадало с отплытием «Эренджи».</p>
     <p>Джерри не допытывался о причине этих появлений и исчезновений. В его золотисто-рыжей голове никогда не появлялось желания полюбопытствовать и постараться разрешить тайну. Он принимал ее точно так же, как принимал сырую погоду и тепло солнечных лучей. Так делалось в той жизни и в том мире, которые он знал. Он смутно о чем-то подозревал, кстати, это подозрение соответствует неясному представлению человека о тайнах рождения, смерти и потустороннего, — тайнах, которые человек до конца раскрыть не может.</p>
     <p>Быть может, кеч «Эренджи», торговое судно, набиравшее негров-рабочих на Соломоновых островах, был для Джерри такою же таинственной лодкой, связывающей два мира, какою в былые времена казалась людям лодка Харона, перевозившая через Стикс. Люди приходили из ничего. В ничто они и уходили. А приходили и уходили они всегда на «Эренджи».</p>
     <p>И в это добела раскаленное тропическое утро к «Эренджи» в вельботе направлялся Джерри, сидя под мышкой у своего мистера Хаггина; на берегу Бидди выплакивала свое горе, а непосредственный Майкл своим лаем посылал в Неизвестное вечный вызов юности.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Чтобы перейти с вельбота на низкий борт «Эренджи», нужно было сделать только шаг; Том Хаггин, все еще держа под мышкой Джерри, легко переступил на палубу через шестидюймовые поручни из тикового дерева. На палубе толпились люди. Эта оживленная толпа заинтересовала бы всякого человека, не привыкшего к путешествиям, как заинтересовала Джерри, но для Тома Хаггина и капитана Ван Хорна она являлась лишь привычным явлением повседневной жизни.</p>
     <p>Палуба была маленькая, ибо «Эренджи» вообще был маленьким судном. Это была прогулочная яхта из тикового дерева, с латунными украшениями, скрепленная по углам медью и железом, с медной обшивкой, как у военного судна, и бронзовым килем. Позже ее продали на Соломоновы острова для охоты «за черной птицей», или ловли негров. На языке закона эта охота называлась достойно — «вербовкой».</p>
     <p>«Эренджи» занимался вербовкой негров и отвозил захваченных каннибалов с отдаленных островов на новые плантации, где белые люди превращали туманные и ядовитые болота и джунгли в густые рощи стройных кокосовых пальм. Две мачты «Эренджи» из орегонского кедра были так выскоблены и напарафинены, что сияли на солнце, как коричневые опалы. Под парусами «Эренджи» шел великолепно и подчас с такой скоростью, что капитан Ван Хорн, его белый помощник и команда из пятнадцати негров едва могли справиться с работой. В длину судно имело шестьдесят футов, а палубные надстройки не ослабляли подпалубных бимсов. Единственными отверстиями, для которых, однако, не пришлось распиливать бимсы, были люки в главную и капитанскую каюты, люк на носу, на крохотном баке, и маленький люк на корме, ведущий в кладовую.</p>
     <p>И на такой маленькой палубе находились, помимо команды, «обратные» негры с трех отдаленных плантаций. Под словом «обратные» подразумевалось, что они отработали свои три года и, согласно контракту, их отвозили в родные деревни на диком острове Малаита. Из них двадцать человек — все знакомые Джерри — были из Меринджа; тридцать прибыли из Бухты Тысячи Кораблей, с островов Руссель; остальные двенадцать ехали из Пендерфрина на восточном берегу Гвадалканара. Кроме чернокожих — а все они были на палубе, переговариваясь на своем странном языке, напоминавшем птичье щебетание, — тут же находились и двое белых: капитан Ван Хорн и его помощник датчанин Боркман — всего семьдесят девять человек.</p>
     <p>— А я уж думал, что в последний момент у вас не хватит мужества, — приветствовал Хаггина капитан Ван Хорн. Глаза его радостно вспыхнули при виде Джерри.</p>
     <p>— Похоже было на то, — ответил Том Хаггин. — Только для вас я мог это сделать. Джерри — лучший из всех щенят, не считая, конечно, Майкла. Только эти двое и остались, а пропавшие были ничуть не хуже. Кэтлин была славная собака, вылитая Бидди, если б осталась жива… Вот, берите его!</p>
     <p>Он торопливо передал Джерри в руки Ван Хорна и, отвернувшись, зашагал по палубе.</p>
     <p>— Если с ним приключится беда, я вам этого никогда не прощу, шкипер, — резко бросил он через плечо.</p>
     <p>— Раньше им придется голову с меня снять, — усмехнулся шкипер.</p>
     <p>— И это, старина, может случиться, — проворчал Хаггин. — Мериндж в долгу перед Сомо, четыре головы остались здесь: трое умерли от дизентерии, а четвертого на прошлой неделе придавило дерево. К тому же он был сыном вождя.</p>
     <p>— Да. И «Эренджи» ответит перед Сомо еще за две головы, — кивнул Ван Хорн. — Помните, в прошлом году на юге парень по имени Гаукинс погиб со своим вельботом в проливе Арли? — Хаггин, направлявшийся вдоль палубы, кивнул головой. — Двое из его команды были из Сомо. Я их завербовал для плантации Уги. С вашими ребятами это выходит шесть голов. Но что за беда? В одной приморской деревне на подветренном берегу за «Эренджи» числится восемнадцать. Я их завербовал для Аоло; а так как они знали морское дело, то их и посадили на «Москита», а «Москит» погиб на пути в Санта-Крус. Они там на подветренном берегу уже котел приготовили… Ей-богу, парень, который сможет добыть мою голову, станет вторым Карнеги <a l:href="#n_466" type="note">[466]</a>. Деревня собрала сто пятьдесят свиней и бессчетное количество раковин, которые идут для обмена тому, кто поймает и выдаст меня.</p>
     <p>— Пока что не поймали, — фыркнул Хаггин.</p>
     <p>— А я не боюсь, — беззаботно откликнулся тот.</p>
     <p>— Вы говорите, как бывало, говаривал Арбекл, — заявил Хаггин. — Я не раз слышал его разглагольствования. Бедняга Арбекл!.. Самый надежный и самый осторожный парень, какой когда-либо имел дело с неграми. Он никогда спать не ложился, не разбросав по полу гвоздей, или если их не было, то смятых газет. Помню, жили мы с ним на Флориде под одной крышей; ночью большой кот погнался за тараканом и загнал его в бумагу. А Арбекл сейчас же пиф-паф, пиф-паф, — шесть раз выстрелил из своих двух больших револьверов. Дом продырявил, как решето, и кота убил! Он умел стрелять в темноте, без прицела: собачку спускал указательным пальцем, а большой палец держал на дуле. Э, нет, приятель! На что уж был молодчина… Казалось, не родился еще негр, который ухитрился бы снять с него голову. А все-таки они его заполучили. Да, заполучили. На четырнадцать лет его хватило. А прикончил его повар. Ударил топором перед самым завтраком. Я хорошо помню наше второе путешествие в джунгли за его останками.</p>
     <p>— Я видел его голову после того, как вы ее передали комиссару в Тулаги, — добавил Ван Хорн.</p>
     <p>— И такое спокойное, мирное лицо у него было и та же улыбка, какую я видел тысячу раз. Голова высохла над костром… А все же они его заполучили, хоть им и понадобилось для этого четырнадцать лет. Многие отправляются на Малаиту и некоторое время удерживают голову на плечах; но… повадился кувшин по воду ходить — там ему и голову сломить.</p>
     <p>— Но козыри-то на руках у меня, — настаивал капитан. — Чуть запахнет бедой, я иду прямо к ним и объясняю, как и что. Они не могут понять, в чем тут дело. Думают, что у меня есть какое-то сильное волшебное зелье.</p>
     <p>Том Хаггин неожиданно протянул руку и попрощался, стараясь не смотреть на Джерри, которого держал Ван Хорн.</p>
     <p>— Следите за моими «обратными», — предостерег он, спускаясь в вельбот, — следите, пока не высадите на берег последнего из них. У них нет основания любить Джерри и всю его породу, а мне будет противно, если он погибнет от руки черного. А ночью, в темноте, его могут отправить за борт. Не спускайте с них глаз, пока не разделаетесь с последним.</p>
     <p>Видя, что мистер Хаггин покидает его и отплывает в вельботе, Джерри беспокойно завертелся и тихонько заскулил. Капитан Ван Хорн теснее прижал его к себе и погладил свободной рукой.</p>
     <p>— Не забудьте об условии! — крикнул Том Хаггин. — Если с вами что-нибудь случится, Джерри должен вернуться ко мне.</p>
     <p>— Я напишу распоряжение и спрячу его вместе с судовыми документами, — отозвался Ван Хорн.</p>
     <p>Среди многих слов, которые знал Джерри, он знал и свое собственное имя. В разговоре двух белых оно повторялось несколько раз, и Джерри понял, что речь идет о чем-то неопределенном и ужасном, надвигающемся на него. Он еще энергичнее заерзал, и Ван Хорн опустил его на палубу. Джерри прыгнул к поручням с такой быстротой, какую трудно было ожидать от неуклюжего шестимесячного щенка, и попытка Ван Хорна остановить его не увенчалась бы успехом, если бы Джерри не отступил перед водой, лизавшей борт «Эренджи». Он вспомнил о табу. Его остановил образ плавучего бревна, какое было вовсе не бревном, а чем-то живым. Не рассудок заговорил в нем, а запрет, вошедший в его плоть и кровь.</p>
     <p>Он присел на свой обрубленный хвостик, поднял к небу золотистую мордочку и в отчаянии залился протяжным щенячьим воем.</p>
     <p>— Ничего, Джерри! Возьми себя в руки и будь мужчиной! — успокаивал его Ван Хорн.</p>
     <p>Но утешить Джерри было не так легко. Хотя Ван Хорн, несомненно, был белокожим богом, но это был не его бог. Его богом был мистер Хаггин, и к тому же высшим богом. Это ощущал Джерри, даже совершенно о том не думая. Его мистер Хаггин носил штаны и ботинки. А бог, стоявший подле него на палубе, был одет скорее как чернокожий. Штанов он не носил и ходил босиком. Мало того: вокруг бедер у него, как и у всякого чернокожего, была обмотана яркая набедренная повязка, которая спускалась, как юбка, почти до самых его колен.</p>
     <p>Капитан Ван Хорн был красив, хотя Джерри этого не понимал. Несмотря на то, что он родился в Нью-Йорке <a l:href="#n_467" type="note">[467]</a>, он походил на голландца, выступившего из рамы рембрандтовского портрета. И предки его жили там же еще в те времена, когда Нью-Йорк был не Нью-Йорком, а Новым Амстердамом. На Ван Хорне была шестипенсовая белая бумажная рубашка, прикрывавшая торс и пояс, на котором болтались кисет с табаком, нож в ножнах, патронные обоймы и большой автоматический револьвер в кожаной кобуре. Костюм его завершала в рембрандтовском стиле заломленная набекрень мягкая шляпа.</p>
     <p>Бидди, притихшая было на берегу, услышала визг Джерри и снова подняла вой. А Джерри примолк на секунду, чтобы прислушаться, и услыхал, как Майкл бешено лает подле нее; и увидал Джерри, что высохшее его ухо по обыкновению упорно стоит торчком. Когда же капитан Ван Хорн и помощник Боркман отдали распоряжение поднять грот и контр-бизань, Джерри излил всю свою скорбь в отчаянном вое, по поводу которого на берегу Боб заявил Дерби, что это — «величайшее вокальное упражнение», какое он когда-либо слышал от собаки, и будь голос чуточку ниже, Карузо нечем было б похвалиться перед Джерри. Но Хаггин не мог вынести этого, едва высадившись на берег, он свистнул Бидди и быстро зашагал прочь.</p>
     <p>При виде удалявшейся матери Джерри еще более уподобился Карузо <a l:href="#n_468" type="note">[468]</a>, чем доставил величайшее удовольствие негру из Пендефрина, стоявшему подле. Он захохотал, поддразнивая Джерри пискливым фальцетом, напоминавшим скорее птичьи звуки обитателей джунглей, чем голос человека — человека настоящего и, следовательно, бога. Это подействовало, как превосходное противоядие. Джерри был охвачен негодованием — какой-то чернокожий смеется над ним! — и через секунду его щенячьи зубы, острые, как иглы, оставили на голой икре пораженного негра длинные параллельные царапины, из которых сейчас же брызнула кровь. Чернокожий поспешно отскочил, но в Джерри была кровь Терренса Великолепного, и, подобно своему отцу, он прыгнул вперед и расцветил другую икру красноватым узором.</p>
     <p>Якорь был поднят, передние паруса поставлены. Капитан Ван Хорн, зоркие глаза которого не упустили ни одной детали происходившего, отдал распоряжение чернокожему рулевому и повернулся, чтобы похвалить Джерри.</p>
     <p>— Валяй, Джерри! — поощрял он. — Хватай его! Вали! Кусай его! Хватай!</p>
     <p>Чернокожий, защищаясь, лягнул Джерри, но тот прыгнул вперед, вместо того чтобы отскочить в сторону, — еще один прием, унаследованный им от Терренса, — ускользнул от голой пятки и отпечатал новую серию красных линий на черной ноге. Это было уже слишком, и негр, боясь скорее Ван Хорна, чем Джерри, повернулся и кинулся на нос, ища спасения на груде лиэнфильдских ружей, которые были сложены на люке каюты и охранялись одним из матросов. Джерри бушевал около люка, прыгая и крутясь вокруг, пока капитан Ван Хорн не отозвал его.</p>
     <p>— Этот щенок — славный охотник за неграми, славный охотник, — сообщил Ван Хорн Боркману, наклонившись, чтобы погладить Джерри и выразить ему свое одобрение.</p>
     <p>А Джерри под ласкающей рукой бога, правда, не носившего штанов, забыл на секунду постигшую его судьбу.</p>
     <p>— Лев, а не собака, он скорее похож на эрдельтерьера, а не на ирландского, — говорил Ван Хорн своему помощнику, продолжая гладить Джерри. — Посмотрите, какой он крупный. Посмотрите, какая у него кость. Вот это грудь! А какая выносливость! Из него выйдет славная собака, когда он подрастет. По лапам видно.</p>
     <p>Джерри внезапно вспомнил о своем горе и бросился через палубу к поручням, чтобы в последний раз взглянуть на Мериндж, уменьшавшийся с каждой секундой. В эту минуту порыв юго-восточного пассата надул паруса, и «Эренджи» накренился. Джерри, тщетно цепляясь за гладкую поверхность, чтобы удержаться, скользя, покатился по палубе, наклонившейся под углом в сорок пять градусов. Он долетел до основания бизань-мачты, а капитан Ван Хорн, зорким глазом моряка заметив прямо по носу коралловый риф, скомандовал:</p>
     <p>— Руль под ветер!</p>
     <p>Боркман и чернокожий рулевой повторили его слова, и с поворотом штурвала «Эренджи» быстро повернулся по ветру и выровнялся.</p>
     <p>Джерри, все еще поглощенный Меринджем, воспользовался тем, что палуба пришла в горизонтальное положение, и, оправившись, пополз к поручням. Но ему не удалось добраться до цели: раздался треск блока грота-шкота, скользнувшего по крепкому бугелю, и грот, перекинутый ветром, с бешеной скоростью пронесся над головой Джерри. Он избег опасности, сделав дикий прыжок, — такой же прыжок сделал и Ван Хорн, бросившийся к нему на помощь, — и очутился как раз под грота-гиком; огромный парус высился над ним, словно готовясь рухнуть на него и сокрушить.</p>
     <p>Это было первое знакомство Джерри с парусами. Он не был знаком со зверями и не знал их повадок, но когда был еще крохотным щенком, в памяти его запечатлелся образ ястреба, свалившегося на него с неба. Теперь под угрозой этого колоссального чудовища он припал к палубе. Над ним, падая, как стрела, из синевы, навис крылатый ястреб, неизмеримо больше того, с каким ему пришлось раньше встретиться. Но, припадая к земле, Джерри отнюдь не пытался спрятаться. Съежившись и собирая все силы, он готовился к прыжку, чтобы встретиться на полпути с этим грозным чудовищем.</p>
     <p>Через секунду вторично раздался треск блока на бугеле, и грот пролетел мимо. Джерри прыгнул, но не увидел даже тени паруса.</p>
     <p>Ван Хорн наблюдал за ним. Раньше ему приходилось видеть, как молодые собаки буквально до безумия пугались при первой встрече с парусами, закрывающими собой небо и грозно свисающими вниз. Джерри был первой собакой, бесстрашно прыгнувшей с оскаленными зубами, чтобы вступить в бой с чудовищным Неизвестным.</p>
     <p>С неподдельным восхищением Ван Хорн поднял Джерри на руки и прижал к себе.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Джерри на время совсем позабыл о Мериндже. Он хорошо помнил, что у ястреба были острые когти и клюв. За этим грохочущим в воздухе чудовищем нужно было следить. И Джерри, приседая для прыжка и упорно стараясь удержаться на скользкой, накреняющейся палубе, не спускал глаз с грота и тихонько ворчал при каждом намеке на движение с его стороны.</p>
     <p>«Эренджи» шел по узкому каналу между коралловыми рифами, против свежего пассатного ветра. Это вызывало необходимость лавировать, и грот наверху то и дело перелетал с левого галса на правый и обратно, производя шум, напоминающий взмах крыльев; рифы хлестали, а блок громко трещал на бугеле. Несколько раз, когда грот проносился над головой, Джерри бросался на него, готовый вцепиться; его чистые щенячьи зубы были оскалены и блестели на солнце, как драгоценные безделушки из слоновой кости.</p>
     <p>Каждый прыжок кончался неудачей, и Джерри пришел к определенному выводу. Следует, между прочим, отметить, что этот вывод, несомненно, являлся результатом мыслительного процесса. Из наблюдений над предметом, все время ему угрожавшим, из ряда своих нападений он вывел заключение, что этот предмет ему не вредит и даже не приходит с ним в соприкосновение. Он понял, что это не столь опасная вещь, какою она сначала ему показалась. Быть может, не мешает ее остерегаться, хотя в его классификации она уже заняла свое место в ряду предметов, которые казались страшными, но в действительности таковыми не были. Таким же путем он научился не бояться рева ветра среди пальм, когда лежал на веранде дома, и атаки волн, с шипением разбивавшихся в кипящую пену и брызги на берегу, у самых его ног.</p>
     <p>Не раз в течение дня Джерри весело, небрежно, чуть ли не юмористически поглядывал на грот, когда тот проносился мимо. Но больше он уже не припадал к палубе и не прыгал. Это был первый урок, и он быстро его усвоил.</p>
     <p>Покончив с гротом, Джерри мысленно вернулся к Меринджу. Но никакого Меринджа не было; не было Бидди, Терренса и Майкла на берегу; не было ни мистера Хаггина, ни Дерби, ни Боба; не было ни берега, ни земли с пальмами на переднем плане и далекими горами, вечно вздымающими к небу свои зеленые вершины. Где бы он ни стоял, положив передние лапы на шестидюймовые поручни, на правом или на левом борту, на носу или на корме, всюду он видел только волнующийся океан, который под напором пассата мирно и ритмично гнал свои волны, увенчанные белыми гребнями.</p>
     <p>Будь Джерри ярда на два выше и имей он глаза опытного моряка, он мог бы разглядеть на севере низкую полоску острова Изабеллы, а на юге очертания Флориды, обрисовывавшиеся все яснее по мере того, как «Эренджи», сильно накренясь, с натянутыми шкотами, полным ходом шел на левом галсе навстречу юго-восточному пассату. А имей Джерри возможность воспользоваться морским биноклем, который усиливал зрение капитана Ван Хорна, он увидел бы на востоке возвышающиеся над морем далекие вершины Малаиты, похожие на розоватые дымки облаков.</p>
     <p>Но то, что окружало Джерри, имело к нему непосредственное отношение. Он рано усвоил железный закон необходимости и научился принимать то, что есть, а не гнаться за далекими вещами. Море было; это была реальность. Земли больше не было. «Эренджи» — тоже реальность, как и живые существа, толпившиеся на его палубе. И он стал знакомиться с тем, что было, — короче, узнавать новую обстановку и приспособляться к ней.</p>
     <p>Первое его открытие оказалось восхитительным. Это была местная дикая собака — щенок из зарослей на острове Изабеллы; ее вез на Малаиту один из чернокожих с плантации Мериндж. По возрасту они были одинаковы, но разной породы. Туземная собака была собакой дикой, подлой и раболепной. Уши у нее вечно были опущены, хвост болтался между ногами; она всегда опасалась нового несчастья и новой обиды; трусливая и мстительная, под угрозой удара злобно кривила пасть, обнажая щенячьи клыки; припадала к земле, когда ее били, выла от страха и боли и всегда была готова на предательский укус, если представлялся удобный случай.</p>
     <p>Дикая собака физически была более развита, чем Джерри, сильнее и злее, чем он, но в жилах Джерри текла благородная кровь, он был храбр и чистокровен. Дикая собака тоже появилась на свет в результате не менее сурового отбора, но здесь отбор носил иной характер. Из лесных предков, от которых она происходила, выживали самые трусливые. Они никогда добровольно не вступали в бой с сильнейшим противником. Они никогда не нападали в открытую, за исключением тех случаев, когда добыча была слаба или беззащитна. Храбрость они заменили нападением исподтишка, они ускользали, прятались от опасности. Это был слепой отбор природы. Они выжили в жестокой и подлой среде, где жизнь покупалась главным образом ценой трусливой хитрости, а иногда отчаянным нападением из-за угла.</p>
     <p>Отбором предков Джерри руководили любовно. Только смелые выжили из них. Его предки были сознательно и разумно отобраны людьми, которые где-то в далеком прошлом занялись дикой собакой и сделали ее такой, какой она представлялась им в мечтах и какою они желали ее видеть. Она никогда не должна была сражаться в углу, как крыса, так как не должна была походить на крысу и забираться в угол. Она не должна была отступать. Собаки, которые отступали, не нужны были людям. Не они сделались предками Джерри. Его предки, отобранные людьми, были храбрыми псами, стойкими и дерзкими, они кидались навстречу опасности, сражались и умирали, но никогда не оставляли поля битвы. А так как каждый рождает себе подобного, то Джерри был таков, каким был до него Терренс и какими сотни лет назад были праотцы Терренса.</p>
     <p>Поэтому Джерри, случайно заметив дикую собаку, забившуюся в защищенный от ветра уголок между гротом и люком каюты, не стал размышлять о том, что противник крупнее и сильнее, чем он. Он знал только одно: перед ним древний враг — дикая собака, далеко, обходившая костры человека. С победным и радостным лаем, привлекшим внимание всевидящего и всеслышащего капитана Ван Хорна, Джерри бросился в атаку. Дикий щенок с невероятной быстротой обратился в бегство, но был настигнут Джерри и кубарем покатился по наклонной палубе. Катаясь и ощущая острые зубы, впивающиеся в него, он то огрызался и щелкал зубами, то повизгивал и хныкал, и в этом визге слышались ужас, боль и подлое смирение.</p>
     <p>А Джерри был джентльменом, иными словами, благородным псом. Таким его вырастили. Так как враг не сопротивлялся, гнусно визжал и беспомощно ежился под ним, Джерри перестал нападать и выбрался из шпигата, куда они скатились. Он не размышлял о своем поступке. Он это сделал, ибо таким был создан. Он выпрямился на качающейся палубе и с удовольствием ощущал во рту восхитительный вкус собачьих волос, а в ушах его звучал одобрительный возглас капитана Ван Хорна:</p>
     <p>— Умник, Джерри! Ты, Джерри, молодчина! Славный пес!</p>
     <p>Уходя от места сражения, Джерри, можно сказать, возгордился и важно перебирал лапами. Он оглянулся через плечо на пищавшую собаку, словно говоря: «Ну, думаю, на этот раз тебе хватит. Теперь не попадайся мне на шути!»</p>
     <p>Джерри продолжал обследовать свой новый крохотный мирок, который никогда не пребывал в покое, постоянно вздымаясь и опускаясь на волнующейся поверхности моря. Тут находились чернокожие, возвращавшиеся с плантаций Меринджа. Он решил осмотреть каждого из них; его встречали воркотней и бранью, а он отвечал грозным рычанием. Он был выдрессирован так, что хоть и разгуливал на четырех ногах, но считал себя выше этих двуногих, ибо всегда жил под эгидой великого двуногого бога, носившего штаны, — мистера Хаггина.</p>
     <p>Кроме того, здесь были чужие — рабочие из Пендефрина и из Бухты Тысячи Кораблей. Джерри хотел узнать их всех. В будущем это знание могло ему понадобиться. Об этом он не думал. Он просто знакомился с окружающей средой, не заботясь о будущем и не осознавая, что принимает меры предосторожности.</p>
     <p>Обогащаясь опытом, Джерри быстро обнаружил, что на «Эренджи», так же как и на плантации, где домашние слуги отличались от работавших в поле, существует класс людей, отличный от возвращавшихся рабочих. Это была судовая команда. Пятнадцать чернокожих, составлявших ее, были ближе к капитану Ван Хорну, чем все остальные. Они, казалось, принадлежали «Эренджи» и Ван Хорну. Они исполняли его приказания, стояли на руле, тянули снасти, втаскивали из-за борта ведра с водой и терли палубу щетками.</p>
     <p>От мистера Хаггина Джерри узнал, что должен снисходительно относиться к домашней прислуге; теперь капитан Ван Хорн научил его быть более снисходительным к судовой команде, чем к возвращавшимся рабочим. С командой он мог позволять себе меньше вольностей, чем с остальными. Пока капитан Ван Хорн не хотел, чтобы он охотился за его командой, Джерри считал своим долгом не охотиться. С другой стороны, он всегда помнил, что он собака белого бога. Хотя этих негров он и не преследовал, но от всякой фамильярности с ними воздерживался. Он наблюдал за ними. Ему приходилось видеть, как мистер Хаггин стегал хлыстом своих чернокожих слуг. Они являлись промежуточным звеном в схеме мира, и за ними следовало следить, чтоб они не забывали своего места. Джерри предоставлял им место, но равенства он не допускал. В лучшем случае он мог свысока удостаивать их своим вниманием.</p>
     <p>Джерри основательно обследовал кухню. Это было неуклюжее помещение на палубе, открытое ветрам, дождю и буре, где два чернокожих в облаках дыма ухитрялись готовить на маленькой печке еду для восьмидесяти человек, находившихся на борту.</p>
     <p>Затем Джерри заинтересовался странным поведением судовой команды. В поручни «Эренджи» были ввинчены прямые трубы, служившие подпорками для рядов колючей проволоки, которая обегала все судно. Единственный узкий прорыв в пятнадцать дюймов был сделан для выхода к трапу. Джерри понимал, что это была мера предосторожности против опасности, хотя он и не задумывался над этим. Всю свою жизнь, с самого первого дня, он провел, окруженный опасностью, постоянно грозившей со стороны чернокожих. В доме на плантации Мериндж белые всегда с подозрением поглядывали на многочисленных негров, работавших на них и им принадлежавших. В жилой комнате, где был обеденный стол, бильярд и фонограф, стояли козлы для ружей, а в каждой спальне, у каждой кровати лежали под рукой револьверы и винтовки. Мистер Хаггин и Боб, уходя из дому к своим чернокожим, всегда носили у пояса револьверы.</p>
     <p>Джерри знал, для какой цели служат эти производящие шум предметы, — то были орудия разрушения и смерти. Ему приходилось видеть, как они уничтожали живые существа: свиней, птиц и крокодилов. С помощью этих предметов белые боги по воле своей преодолевали пространство, не трогаясь с места, и убивали живые существа. А он, Джерри, чтобы причинить кому-нибудь вред, должен был преодолеть пространство и приблизиться к своему противнику. Он был иначе устроен.</p>
     <p>Он был ограничен в своих возможностях. Для совершенных двуногих белых богов все невозможное оказывалось возможным. Их способность уничтожать вещи, отделенные расстоянием, являлась как бы дальнейшим развитием когтей и клыков. Не задумываясь и не пытаясь осмыслить это, он принимал это так же, как принимал весь окружающий его таинственный мир.</p>
     <p>Однажды, в прошлом, Джерри случилось увидеть, как мистер Хаггин посеял смерть на расстоянии, но на другой манер. С веранды он видел, как тот швырнул палочки динамита в галдевшую толпу чернокожих, явившихся из внешнего мира на своих длинных черных военных лодках, остроносых, резных и инкрустированных перламутром, которые они втащили на берег у плантации Мериндж.</p>
     <p>Джерри видал немало мер предосторожности, принимаемых белыми богами, и теперь бессознательно увидел в этой ограде из колючей проволоки на плавучем мирке признак постоянной опасности. Гибель и смерть бродили вокруг, высматривая удобный случай, чтобы напасть на жизнь и задушить ее. Чтобы жить, следовало быть начеку — этот закон Джерри вывел из того немногого, что знал о жизни.</p>
     <p>Пока натягивали колючую проволоку, у Джерри произошло еще одно приключение с Леруми, рабочим из Меринджа, которого в то утро Бидди столкнула в воду со всеми его пожитками. Они встретились на штирборте у люка; Леруми разглядывал себя в дешевенькое зеркальце и расчесывал жесткие волосы деревянным гребнем ручной работы.</p>
     <p>Джерри, не обращая внимания на присутствие Леруми, пробегал на корму, где помощник капитана Боркман следил, как команда натягивает на подпорки колючую проволоку. А Леруми огляделся по сторонам, убедился, что его ноги никому не видны, прицелился и лягнул сына своего четвероногого врага. Голая нога больно ударила Джерри по кончику недавно обрубленного хвоста, и Джерри, оскорбленный таким святотатством, немедленно пришел в бешенство.</p>
     <p>Капитан Ван Хорн стоял на корме на левом борту, определяя по парусам направление ветра и следя за чернокожим рулевым, и не видел Джерри, заслоненного люком. Но он заметил, как Леруми дернул плечом, пока, балансируя на одной ноге, другой наносил удар. И следующие события помогли ему догадаться о том, что произошло.</p>
     <p>Вой Джерри, когда он упал, перевернулся, прыгнул и укусил, был поистине щенячьим воплем негодования. Он вцепился в лодыжку и, получив второй удар, скатился по палубе в ватервейс; но на черной коже остались красные следы его острых, как игла, зубов. Все еще визжа от негодования, он пополз, цепляясь когтями, по крутому деревянному холму.</p>
     <p>Леруми, снова бросив взгляд по сторонам, убедился, что за ним следят и через край хватать нельзя. Он бросился бегом вдоль люка, пытаясь ускользнуть вниз, но острые зубы Джерри впились в его икру. Как раз в эту минуту внезапный порыв ветра надул паруса, и Леруми растянулся во всю длину. Тщетно стараясь подняться на ноги, он налетел на колючую проволоку с подветренной стороны.</p>
     <p>Чернокожие, толпившиеся на палубе, завизжали от удовольствия, а Джерри, видя своего противника выбитым из строя и по ошибке сочтя себя объектом насмешек, с не меньшим бешенством накинулся на негров, хватая и кусая пролетавшие мимо него ноги. Они попрыгали вниз в трюм и на трап, ведущий на полубак, взобрались на бушприт, влезли на снасти и повисли в воздухе, как чудовищные птицы. В конце концов палуба осталась за Джерри, если не считать судовой команды; но Джерри уже научился делать различие. Капитан Ван Хорн подозвал Джерри, приласкал его и со смехом осыпал похвалами; затем повернулся к своим многочисленным пассажирам и произнес речь на чудовищном английском морском жаргоне.</p>
     <p>— Эй вы, ребята! Я вам говорю. Этот пес принадлежит мне. Если кто из вас, парней, этого пса тронет, тому придется плохо. Ей-богу, я из него семь склянок выбью! Вы своим ногам воли не давайте. А я придержу свою собаку. Поняли?</p>
     <p>И пассажиры, все еще висевшие в воздухе, поблескивая черными глазами и жалобно чирикая между собой, приняли закон белого. Даже Леруми, порядком поцарапанный колючей проволокой, не ругался и не грозил. Потирая пальцами свои царапины, он прошептал: «Ей-богу, здоровый парень этот пес! Здоровый парень!» — чем вызвал усмешку шкипера и оглушительный хохот товарищей.</p>
     <p>Но Джерри нельзя было назвать злым. Как Бидди и Терренс, он был буйным и бесстрашным; эти качества он получил по наследству. И, как Бидди и Терренс, он испытывал удовольствие от охоты на негров. Это был результат дрессировки; так дрессировали его, когда он был еще крохотным щенком. Негры были неграми, а белые люди были богами, и белые боги научили его преследовать негров и следить, чтобы они занимали подобающее им низшее место в мире. Белые держали в своих руках весь мир. Негры… Разве не знал он, что они всегда вынуждены оставаться в своем жалком положении? Разве не видел он, как на плантации Мериндж их привязывали иногда к пальмам и хлестали по спине, вырывая клочья мяса? Не удивительно, что породистый ирландский терьер, окруженный любовью белого бога, смотрел на негров глазами белого бога и вел себя с ними так, чтобы заслужить его похвалу.</p>
     <p>Для Джерри выдался хлопотливый денек. На «Эренджи» все для него было ново и странно, и здесь то и дело случались любопытные вещи. У Джерри произошла еще одна встреча с дикой собакой, которая предательски напала на него с фланга из засады. Сундучки с имуществом чернокожих были сложены в беспорядке, и между двумя ящиками в нижнем ряду осталось небольшое пространство. Из этой дыры дикая собака прыгнула на Джерри, пробегавшего мимо на зов шкипера, вонзила острые зубы в желтую бархатную шкуру Джерри и поспешно юркнула назад, в свою нору.</p>
     <p>Снова чувства Джерри были оскорблены. Атаку с фланга он понимал. Часто он играл так с Майклом, хотя у них это была только игра. Но отступать, не сражаясь, когда бой уже начался, было чуждо привычкам и характеру Джерри. Со справедливым негодованием он бросился в дыру за своим врагом. Но здесь все преимущества были на стороне дикой собаки, — она лучше всего сражалась в углу. Когда Джерри прыгнул в узкое пространство, он ударился головой о верхний сундучок и через секунду почувствовал у самой своей морды оскаленную пасть врага.</p>
     <p>Не было никакой возможности добраться до дикой собаки, налететь на нее всей тяжестью, как это делается в открытой атаке. Джерри оставалось только ползти, вертеться и рваться вперед, и всякий раз его встречали оскаленные зубы. И все же в конце концов он одолел бы ее, если бы проходивший мимо Боркман не наклонился и не вытянул Джерри за заднюю лапу. Снова раздался зов капитана Ван Хорна, и Джерри послушно побежал на корму.</p>
     <p>Обедали на палубе в тени контр-бизани, и Джерри, сидевший между двумя мужчинами, получил свою порцию. Он уже успел вывести заключение, что из двух белых капитан был высшим богом, отдававшим приказания, которым повиновался помощник. Помощник же, в свою очередь, командовал чернокожими, но никогда не отдавал приказаний капитану. Джерри почувствовал влечение к капитану и ближе к нему придвинулся. Когда он сунул нос в тарелку капитана, ему ласково сделали выговор. Но когда он только понюхал дымящуюся чашку чая помощника, тот щелкнул его по носу грязным пальцем. И помощник ни разу не дал ему есть.</p>
     <p>Капитан Ван Хорн дал ему прежде всего миску овсяной каши, щедро полив ее сгущенными сливками и подсластив сахаром; сахару он высыпал ложку с верхом. Затем он то и дело давал ему ломтики хлеба с маслом и кусочки жареной рыбы, заботливо вытащив сначала мелкие кости.</p>
     <p>Его возлюбленный мистер Хаггин никогда не кормил его во время обеда, и теперь Джерри был наверху блаженства. И, будучи еще молоденьким щенком, он до того увлекся, что вскоре стал настойчиво приставать к капитану, требуя еще рыбы и хлеба с маслом. Один раз он даже пролаял свою просьбу. Это навело капитана на мысль научить его «говорить», и он сейчас же принялся за дело.</p>
     <p>Через пять минут Джерри научился «говорить», тихо и только один раз — мягким, ласкающим, односложным лаем. И тут же он усвоил слово «сядь», как отличающееся от «ляг», и узнал, что должен садиться всякий раз, когда говорят, а затем ждать, пока не дадут куска.</p>
     <p>Далее его словарь обогатился тремя словами. Отныне «говори» стало означать для него «говори», а «сядь» означает «сядь» и отнюдь не «ляг». Третье слово было «шкипер». Он слышал, как помощник несколько раз называл этим именем капитана Ван Хорна. И точно так же, как когда кто-нибудь из людей кричал «Майкл», то Джерри знал, что зов относился к Майклу, а не к Бидди, или Терренсу, или к нему самому, то теперь он узнал, что «шкипер» было имя двуногого белого господина этого нового плавучего мира.</p>
     <p>— Право же, это не простая собака, — объявил Ван Хорн своему помощнику. — За этими карими глазами видишь настоящий человеческий мозг. Ему шесть месяцев. Всякий шестилетний мальчишка считался бы феноменом, если бы выучил в пять минут все, что выучил он. Да, черт меня побери! Собачий мозг, должно быть, похож на человеческий. Если пес действует, как человек, ему и думать приходится по-человечьи.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В главную каюту вел крутой трап, и по нему капитан после обеда снес Джерри на руках. Это было большое помещение во всю ширину «Эренджи», между лазаретом на корме и крохотной каюткой на носу. Дальше, за толстой переборкой, находился кубрик, где жила судовая команда. В крохотной каютке помещались Ван Хорн и Боркман, а главную каюту занимали шестьдесят рабочих. Они сидели на корточках, валялись на палубе и на длинных скамьях, тянувшихся по обеим сторонам каюты.</p>
     <p>Войдя в маленькую каюту, капитан бросил в угол одеяло и дал понять Джерри, что это его постель. Джерри, плотно пообедавший и утомленный после такого суетливого дня, немедленно заснул.</p>
     <p>Час спустя его разбудил вошедший Боркман. Джерри приветливо завилял обрубком хвоста и улыбнулся, но помощник нахмурился и сердито проворчал что-то сквозь зубы. Тогда Джерри перестал улыбаться и только спокойно за ним следил. Помощник зашел глотнуть спиртного. Он таскал выпивку из запасов Ван Хорна. Джерри этого не знал. На плантации ему часто приходилось видеть, как выпивают белые. Но в манерах Боркмана было что-то необычное. Он пил как будто исподтишка, украдкой, и Джерри смутно это сознавал. В чем тут дело, он не знал, но, почуяв что-то неладное, подозрительно присматривался.</p>
     <p>После ухода помощника Джерри мог бы еще поспать, но неплотно прикрытая дверь с шумом распахнулась. Открыв глаза, он приготовился встретить неведомого врага. Но никого не было, и он стал следить за тараканом, ползущим по переборке. Когда Джерри встал и осторожно направился к нему, таракан удрал, скрылся в щели. С тараканами Джерри был знаком всю свою жизнь, но на «Эренджи» обитала особая порода, и, столкнувшись с ней, ему еще суждено было узнать много нового.</p>
     <p>Наскоро обследовав маленькую каюту, он вышел в большую. Здесь повсюду валялись чернокожие. Джерри решил каждого освидетельствовать, видя в этом свой долг перед шкипером. Они хмурились и потихоньку ругались, когда он к ним принюхивался. Один осмелился пригрозить ему кулаком, но Джерри, вместо того чтобы увернуться в сторону, оскалил зубы и приготовился к прыжку. Чернокожий поспешно опустил руку и стал тихо и ласково бормотать, что, конечно, говорило о раскаянии; товарищи его захихикали, а Джерри прошел мимо. В этом не было ничего нового. От чернокожих всегда следовало ждать удара, если поблизости не было белых. И помощник и капитан находились на палубе, и Джерри, хотя и не трусил, но продолжал свои исследования более осторожно.</p>
     <p>Но у входа в лазарет, на корме, он позабыл о всякой осторожности и ринулся навстречу новому запаху, донесшемуся до его ноздрей. В низком темном помещении находилось какое-то странное существо; его он еще ни разу не обнюхивал. На грубой циновке, разостланной на ящиках с табаком и пятидесятифунтовых жестянках с мукой, лежала в одной сорочке молоденькая чернокожая девушка.</p>
     <p>Казалось, она притаилась или пряталась, и Джерри не замедлил это почувствовать, а ему с давних пор было известно, что дело неладно, если какой-нибудь чернокожий пытается спрятаться или улизнуть. Когда он тревожно залаял и бросился на нее, она с ужасом вскрикнула. Но она не ударила, хотя его зубы оцарапали ее голую руку. И больше она не кричала. Она съежилась на своей циновке, дрожала и не защищалась. Вцепившись зубами в ее реденькую сорочку, он тряс ее и тянул, сердито рыча и время от времени лая, чтобы призвать шкипера или помощника.</p>
     <p>В процессе борьбы равновесие ящиков и жестянок нарушилось, и вся груда рухнула на пол. Тут Джерри залаял еще неистовее, а чернокожие, выглядывая из каюты, безжалостно хохотали.</p>
     <p>Когда явился шкипер, Джерри завилял своим обрубленным хвостом и, прижав уши, еще сильнее задергал тонкую бумажную ткань сорочки. Он ждал похвалы за свое поведение, но когда шкипер велел отпустить девушку, он повиновался и понял, что это притаившееся, пораженное ужасом существо чем-то отличается от других таких же существ и обращаться с ним нужно иначе.</p>
     <p>А страх девушка перенесла такой, какой мало кто может вынести. Ван Хорн называл ее своей покупкой с неприятностями и рад был бы отделаться от этой покупки, однако не уничтожая. От этого-то уничтожения он и спас ее, когда купил, дав в обмен жирную свинью.</p>
     <p>Она была глупым, робким, больным созданием, молодые люди из ее деревни не обращали на нее никакого внимания, и когда ей исполнилось двенадцать лет, разочарованные родители предназначили ее для кухонного котла. Когда капитан Ван Хорн впервые ее встретил, она была центральной фигурой в траурной процессии на берегах реки Балебули.</p>
     <p>Отнюдь не красавица — таков был его приговор, когда он задержал процессию. Тощая, с шелудивой кожей, покрытой засохшими струпьями — следы болезни, называемой «букуа», — она была связана по рукам и по ногам и, как свинья, свешивалась с толстого шеста, который покоился на плечах носильщиков, намеревавшихся ею пообедать. Не надеясь на пощаду, она даже не пыталась молить о помощи, но в ее вытаращенных глазах застыл безграничный ужас.</p>
     <p>Разговорившись на универсальном английском морском жаргоне, капитан Ван Хорн узнал, что любовью своих спутников она не пользовалась, и сейчас они несли ее к реке Балебули, чтобы вбить там кол и погрузить ее по самую шею в текучую воду. Но прежде чем вбить кол, они намеревались вывихнуть ей суставы и переломать кости рук и ног. Это не было ни религиозным обрядом, ни жертвой жестоким богам джунглей. Вопрос был чисто гастрономического свойства. Живое мясо, приготовленное таким образом, делалось мягким и вкусным. А девушка, как указали ее спутники, несомненно, нуждалась в такой манипуляции. Два дня пребывания в воде, сказали они капитану, сделают свое дело. Затем они убьют ее, разложат костер и созовут друзей.</p>
     <p>Капитан Ван Хорн торговался около получаса, доказывая, что девушка никакой цены не имеет, затем купил свинью стоимостью в пять долларов и отдал в обмен на нее. Так как он расплатился за свинью товаром, а товары были расценены вдвое выше стоимости, то в действительности девушка обошлась ему в два доллара пятьдесят центов.</p>
     <p>И тут-то и начались затруднения капитана Ван Хорна. Он не мог отделаться от девушки. Он слишком хорошо знал туземцев Малаиты, чтобы вручить ее кому-нибудь из обитателей этого острова. Вождь племени Суу — Ишикола — предложил за нее сотню кокосовых орехов, а на берегу Малу вождь Бау давал двух цыплят. Но это последнее предложение сопровождалось усмешкой и свидетельствовало о презрении старого негодяя к худобе девушки. Капитану Ван Хорну не удалось связаться с миссионерским бригом «Западный Крест» — на нем она была бы в безопасности, — и он вынужден был держать ее в тесном помещении на «Эренджи» до того проблематического момента, когда удалось бы препроводить ее к миссионерам.</p>
     <p>Но девушка к нему никакой благодарности не чувствовала, ибо была слишком глупа. Она, которую получили в обмен на жирную свинью, считала, что ее плачевная роль в этом мире не изменилась. Она была обречена на съедение и осталась обреченной на съедение. Изменилось только ее назначение, и теперь ее, несомненно, съест большой белый господин «Эренджи», когда она в достаточной мере потолстеет. Его намерения обнаружились с самого начала, когда он пробовал ее откормить. А она его перехитрила и упорно ела столько, сколько нужно, чтобы остаться в живых.</p>
     <p>В результате девушка, проведя всю жизнь в лесах и ни разу не ступив ногой в лодку, теперь без конца носилась по поверхности океана в каком-то кошмарном тумане. На морском жаргоне, распространенном среди чернокожих тысячи островов, пассажиры «Эренджи» подтвердили ее страх. «Я тебе говорю, Мэри, — заявлял один, — скоро этот большой парень, белый господин, тебя кай-кай». А другой подхватывал: «Большой парень, белый господин, тебя кай-кай, я тебе говорю, — у него живот разгулялся».</p>
     <p>«Кай-кай» на этом жаргоне значило «есть». Даже Джерри это знал. Слова «есть» не было в словаре, а «кай-кай» было, и означало оно больше чем «есть», так как служило и существительным и глаголом.</p>
     <p>Но девушка никогда не отвечала на поддразнивание чернокожих. Она вообще все время молчала, не говорила даже с капитаном Ван Хорном, который и имени ее не знал.</p>
     <p>К концу дня, после приключения с девушкой в лазарете, Джерри снова вышел на палубу. Шкипер, держа его на руках, поднялся по трапу и едва опустил на палубу, как Джерри сделал новое открытие: земля! Он не видел ее, но обонял, высоко задрав нос. Джерри расположился с наветренной стороны и стал внюхиваться в воздух, который принес весть о земле; и носом он словно читал в воздухе, как человек читает газету. Он почуял соленые запахи морского берега и влажной грязи болот, благовонный аромат тропической растительности и очень слабый, едкий запах дыма тлеющих костров.</p>
     <p>Пассатный ветер, который пригнал «Эренджи» в воды, защищенные выступающим мысом Малаиты, теперь спадал, и судно покачивалось на невысоких волнах; слышался треск шкотов и блоков и грохот спускаемых парусов. Джерри с насмешливым презрением поглядывал на грот, прыгающий над его головой. Он понял уже пустую ветреность его угроз, но блоков грота-шкота остерегался и обходил бугель.</p>
     <p>Капитан Baн Хорн, пользуясь затишьем, вздумал обучать команду ружейной стрельбе и приказал достать с люка ли-энфильдские ружья. Вдруг Джерри припал к палубе и неслышно пополз вперед. Но дикая собака, удалившаяся на три фута от своей норы под сундуками, не зевала. Она заметила Джерри и грозно зарычала. Рычание было злобным, как и вся ее жизнь. Мелкие животные страшились этого рычания, но оно не испугало Джерри, который настойчиво крался вперед. Когда дикая собака прыгнула в нору под ящиками, Джерри бросился за ней, но враг ускользнул.</p>
     <p>Бросив за борт куски дерева, бутылки и пустые жестянки, капитан Ван Хорн приказал восьми матросам из своей команды стрелять. Джерри пришел в восторг от ружейной стрельбы, и к грохоту присоединился его возбужденный лай. Пустые медные гильзы летели на палубу, а чернокожие пассажиры ползали и подбирали; для них это были ценные предметы, и они немедленно засовывали их еще горячими в свои продырявленные уши. В их ушах было просверлено множество отверстий; самое маленькое могло вместить гильзу, в других торчали глиняные трубки, палочки табаку и даже коробки спичек. А были и такие отверстия, что в них держались деревянные цилиндры в три дюйма диаметром.</p>
     <p>Помощник и капитан носили у пояса автоматические револьверы. Они стали расстреливать обойму за обоймой, к большому удивлению чернокожих, которые, затаив дыхание, следили за такой быстрой стрельбой. Судовая команда стреляла неважно, но капитан Ван Хорн, как и каждый капитан на Соломоновых островах, знал, что туземцы — жители лесов и приморских берегов — стреляли еще хуже, и на стрельбу судовой команды можно было положиться, если ей не вздумается в минуту опасности перейти на сторону врага.</p>
     <p>Сначала автоматический револьвер Боркмана дал осечку, и капитан Ван Хорн сделал замечание своему помощнику за то, что тот не чистит и не смазывает своего оружия. Затем Ван Хорн с издевкой спросил Боркмана, сколько стаканчиков тот сегодня пропустил и не этим ли объясняется его неудачная стрельба. Боркман объяснил, что у него был приступ лихорадки, и Ван Хорн удержал сомнения при себе, но несколько минут спустя, усевшись в тени контр-бизани и взяв на руки Джерри, поделился с ним своими соображениями.</p>
     <p>— Прямо беда с ним, Джерри… И все из-за шнапса, — объяснял капитан Ван Хорн. — Черт побери, я из-за этого должен нести свои вахты и добрую половину его. А он говорит — лихорадка. Не верь, Джерри! Все это шнапс — самый обыкновенный ш-на-пс! А он хороший моряк, Джерри, когда трезв. Но когда напьется, становится полоумным. Голова у него идет кругом, человек ходит дурак дураком; в шторм храпит, в мертвый штиль страдает от бессонницы. Джерри, ты еще только вступаешь в мир на своих четырех бархатных лапках, так послушайся совета опытного моряка и не прикасайся к шнапсу. Верь мне, Джерри, мой мальчик, послушайся своего отца, от водки добра не увидишь.</p>
     <p>После этого капитан Ван Хорн оставил Джерри на палубе выслеживать дикую собаку, а сам спустился в крохотную каюту и глотнул из бутылки, к которой прикладывался Боркман.</p>
     <p>Выслеживание дикой собаки превратилось в забаву, во всяком случае, для Джерри; он никогда не злобствовал и сейчас наслаждался от души. Кроме того, эта игра преисполняла его восхитительным сознанием собственной силы, так как дикая собака все время от него удирала. Поскольку дело касалось собак, Джерри был героем на палубе «Эренджи». Ему не пришло в голову осведомиться, приятно ли его поведение дикой собаке, а, по правде сказать, это существо по его вине влачило жалкое существование. Когда Джерри находился на палубе, дикарка не смела отойти дальше чем на несколько футов от своего логовища и пребывала в страхе и трепете перед толстым щенком, который не боялся ее рычания.</p>
     <p>Под вечер Джерри, еще разок проучив дикую собаку, пробежал на корму и нашел там шкипера. Тот сидел, поджав ноги, на палубе, прислонившись спиной к низким поручням, и рассеянно глядел на море. Джерри понюхал его голую икру — не то чтобы он хотел проверить, его ли это нога, а просто ему нравился запах, и, кроме того, он видел в этом своего рода дружеское приветствие. Но Ван Хорн не обратил на него внимания и по-прежнему глядел вдаль. Он даже не заметил щенка.</p>
     <p>Джерри положил морду на колени шкипера и долго и пристально смотрел ему в лицо. Теперь уже шкипер его заметил и был приятно растроган, но не подал вида и продолжал сидеть неподвижно. Джерри решил испробовать новый способ. Шкипер опирался локтем о колено, рука его лениво свешивалась вниз; в полураскрытую руку Джерри по самые глаза засунул свою мягкую золотистую мордочку и застыл в такой позе. Ему не видно было, как вспыхнули у шкипера глаза; взгляд его оторвался от моря и обратился на щенка. Джерри еще минуту стоял, не шевелясь, а затем громко засопел.</p>
     <p>Шкипер не выдержал и от души расхохотался, а Джерри в приливе любви прижал свои шелковистые уши, греясь в лучах улыбки бога. И смех шкипера заставил Джерри бешено завилять хвостом. Полураскрытая рука сомкнулась в твердом пожатии. Затем рука стала его качать из стороны в сторону с такой силой, что Джерри едва устоял на ногах.</p>
     <p>Джерри блаженствовал. Нет, мало того, — он был в экстазе. Он знал, что в грубом пожатии не было гнева и оно не грозило опасностью; это была та же игра, какою он, бывало, забавлялся с Майклом. Иногда он играл так и с Бидди и любовно возился с ней. А в исключительных случаях сам мистер Хаггин ласково его тормошил. Для Джерри эта игра была полна глубокого смысла.</p>
     <p>Когда Ван Хорн стал сильнее его раскачивать, Джерри сердито зарычал и рычал все громче и громче по мере того, как усиливалась встряска. Но это была игра, он только притворялся, будто хочет укусить того, кого любил слишком горячо. Он дергался, стараясь вытащить голову и ухватить складку кожи, льнувшую к его щеке.</p>
     <p>Когда шкипер, сильно тряхнув его, освободил и отпихнул в сторону, Джерри подбежал к плечу, ворча и скаля зубы, и снова рука сомкнулась вокруг его морды и стала его раскачивать. Игра продолжалась, а возбуждение Джерри росло. Один раз шкипер замешкался, и Джерри поймал его руку, но зубов не стиснул. Зубы оставили на коже отпечаток, но это был не укус.</p>
     <p>Игра становилась все грубее, и Джерри забылся. По-прежнему играя, он до того увлекся, что принял игру за подлинное событие. Это было сражение, борьба с рукой, которая его хватала, трясла и отпихивала. Он больше уже не притворялся и рычал по-настоящему. Когда его отшвыривали назад и он снова бросался в атаку, из груди его вырывался истерически звонкий, щенячий лай. И капитан Ван Хорн, внезапно поняв, протянул раскрытую руку, как символ мира — символ столь же древний, как человеческая рука. И в то же время он произнес только одно слово: «Джерри!». В этом слове было все: и властный упрек, и приказание, и вся настойчивость любви.</p>
     <p>Джерри понял и сразу пришел в себя. Он сейчас же раскаялся, смирился, уши откинул назад, моля о прощении, а сердце его затрепетало в приливе любви. Нападающий пес с оскаленными клыками превратился в мягкий, шелковистый комочек; он рысцой подбежал к протянутой руке и лизнул ее; розово-красный язык блеснул, как драгоценный камень, между двумя рядами ослепительно белых зубов. А через секунду Джерри блаженствовал в объятиях шкипера и прижимался мордой к его щеке и лизал, словно хотел поцелуями заменить членораздельную речь. Это был подлинный праздник, и оба от души им наслаждались.</p>
     <p>— Черт бы меня побрал! — забормотал капитан Ван Хорн. — Ты весь клубочек натянутых нервов с золотым сердцем, и все это обернуто снаружи в золотую шкурку. Джерри, ты золото, чистое золото, и во всем мире нет второй такой собаки. Сердце у тебя золотое, золотой мой пес. Люби меня, и я буду добр к тебе и буду тебя любить всегда, во веки веков.</p>
     <p>И капитан Ван Хорн вдруг заморгал, глаза его затуманились, и секунду он не видел щенка, который в приливе любви весь затрепетал в его объятиях и слизнул соленую влагу с его глаз. А ведь Ван Хорн, шкипер «Эренджи», босой, в шестипенсовой рубахе и набедренной повязке, торговал «черной птицей», развозя чернокожих каннибалов, никогда не расставался со своим автоматическим револьвером, и голова его была оценена в десятках приморских деревень и лесных крепостей. Он считался самым крутым шкипером Соломоновых островов, где выживает только тот, кто жесток.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Стремительная тропическая ночь поглотила «Эренджи». Судно то затихало в штиле, то накренялось и ныряло под ударами ветра и дождя, налетавшего со стороны Маланты, острова каннибалов. Здесь прекратился юго-восточный пассат, и этим объяснялась такая переменчивость погоды. Стряпать в камбузе на открытой палубе стало сущим наказанием, а чернокожие рабочие, ходившие нагишом, должны были уйти вниз.</p>
     <p>Первую вахту, с восьми до двенадцати, нес помощник; а капитан Ван Хорн, не желая мокнуть под ливнем, спустился в крохотную каюту, прихватив с собой Джерри. Джерри устал от бесконечных приключений этого дня — самого беспокойного во всей его жизни; он заснул, но во сне рычал и перебирал лапами; шкипер последний раз взглянул на него, убавил свет лампы и, усмехнувшись, пробормотал:</p>
     <p>— Это дикая собака, Джерри. Хватай ее! Кусай! Задай ей трепку!</p>
     <p>Джерри спал так крепко, что ничего не слышал. Дождь прекратился, унеся с собой последнее дыхание ветра и превратив каюту в удушливую парную баню, и задыхающийся шкипер, в мокрой от пота рубахе и набедренной повязке, поднялся, забрал под мышку подушку и одеяло и вышел на палубу.</p>
     <p>Джерри разбудил огромный трехдюймовый таракан, укусивший его за чувствительное местечко между пальцами, где кожа не покрыта волосами. Джерри проснулся, тряхнул пострадавшей лапой и поглядел на таракана, который не стал удирать, а с достоинством отполз в сторону. Джерри следил, как тот присоединился к другим тараканам, маршировавшим по полу. Он никогда не видел их в таком количестве. Они были огромные и ползали повсюду. Длинные вереницы ползли из щелей и спускались по переборке, чтобы присоединиться к своим товарищам, разгуливавшим по палубе каюты.</p>
     <p>По мнению Джерри, это было совершенно недопустимо. Мистер Хаггин, Дерби и Боб не переносили тараканов, а их мнение было и его мнением. Таракан был вечным врагом тропиков. Джерри прыгнул на ближайшего, намереваясь раздавить его лапой. Но насекомое сделало то, чего он никак не ожидал от таракана. Оно поднялось в воздух и полетело, как птица. И словно по сигналу, вся масса тараканов поднялась в воздух и заполнила комнату, кружась и взмахивая крыльями.</p>
     <p>Джерри атаковал крылатое войско; он прыгал, щелкая зубами и стараясь лапой сбросить летающую гадину. Иногда это ему удавалось, и таким путем он нескольких уничтожил. Сражение не прекращалось до тех пор, пока все тараканы, опять-таки словно по сигналу, не исчезли в многочисленных щелях, и поле битвы не осталось за ним.</p>
     <p>Тотчас у Джерри мелькнула мысль: где шкипер? Он знал, что в каюте его не было, но все же встал на задние лапы и обследовал низкую койку. Ноздри его затрепетали, и он засопел от удовольствия, почуяв запах недавно лежавшего здесь шкипера. А обрубок хвоста замотался направо и налево.</p>
     <p>Но где же был шкипер? Эта мысль сверлила его мозг так же, как если бы это был мозг человеческий. И точно так же мысль предшествовала у него действию. Дверь была открыта настежь и укреплена крючком, и Джерри выбежал в большую каюту, где с полсотни чернокожих стонали, вздыхали и храпели во сне. Они лежали тесно друг подле друга на палубе и на длинных скамьях, и Джерри вынужден был перелезать через их голые ноги. И поблизости не было белого бога, чтобы защитить его. Он это знал, но не боялся.</p>
     <p>Убедившись, что шкипера в каюте не было, Джерри приготовился было к опасному подъему по крутым ступенькам, напоминавшим приставленную лестницу, но тут вспомнил о лазарете. Он вбежал туда и обнюхал спящую девушку в бумажной сорочке, считавшую, что Ван Хорн ее съест, если ему удастся ее как следует откормить.</p>
     <p>Вернувшись к трапу, Джерри поглядел наверх и стал ждать в надежде, что появится шкипер и отнесет его на палубу. Шкипер здесь проходил; Джерри это знал по двум причинам. Только этим путем он и мог пройти, а обоняние подсказало Джерри, что он действительно здесь прошел. Его первая попытка подняться по трапу началась хорошо. Он миновал треть ступеней, но тут «Эренджи» нырнул и резко выпрямился, а Джерри поскользнулся и упал. Два-три чернокожих проснулись и следили за ним, приготовляя себе жвачку из бетеля и зеленых листьев.</p>
     <p>Два раза Джерри соскальзывал с первых же ступенек, а чернокожие, разбуженные своими товарищами, сидели и потешались над ним. Четвертый раз Джерри ухитрился добраться до половины трапа, а оттуда тяжело грохнулся на бок. Его падение было встречено тихим смехом и ругательствами, напоминавшими чириканье огромных птиц. Джерри поднялся на ноги, нелепо ощетинился и презрительно зарычал на эти низшие двуногие существа, которые приходили, и уходили, и подчинялись воле великих белокожих двуногих богов, таких, как шкипер и мистер Хаггин.</p>
     <p>Джерри не был обескуражен своим падением и снова полез по трапу. Временное затишье помогло ему добраться до верхних ступеней, а когда подошла большая волна, он удержался, цепляясь передними лапами, и вылез на палубу.</p>
     <p>В средней части палубы, около люка, сидело несколько человек судовой команды и Леруми. Джерри осторожно их всех обнюхал и ощетинился, когда Леруми тихо, угрожающе зашипел. На корме, у штурвала, он нашел чернокожего рулевого, а подле него стоял на вахте помощник. Помощник заговорил с Джерри и наклонился, чтобы погладить его, но тот потянул носом и почуял близость шкипера. Он завилял хвостом, словно попросил извинения, рысцой пустился на наветренную сторону и наткнулся на шкипера. Шкипер крепко спал, лежа на спине, и только голова его торчала из-под одеяла.</p>
     <p>Джерри прежде всего радостно его обнюхал и завилял хвостом. Но шкипер не проснулся. Моросил мелкий дождь, и Джерри, съежившись, забился в уголок между головой и плечом шкипера. Это разбудило шкипера; он ласково прошептал: «Джерри!» — а Джерри в ответ ткнулся в его щеку своим холодным влажным носом. И шкипер снова заснул. Но Джерри не спал. Он приподнял носом конец одеяла и полез через плечо, пока не очутился под одеялом. Тут шкипер проснулся и помог ему устроиться поудобнее.</p>
     <p>Но Джерри все еще был недоволен и вертелся, пока не забился между рукой и телом шкипера, а голову положил на его плечо. И тогда только с глубоким вздохом удовлетворения заснул.</p>
     <p>Несколько раз шум, с которым команда работала с парусами, будил шкипера, и каждый раз, вспомнив о щенке, он ласково прижимал его к себе. А Джерри во сне шевелился и старался поближе к нему прижаться.</p>
     <p>Хоть Джерри и был замечательным щенком, но многого он понять не мог и так никогда не узнал, какое впечатление произвело на капитана мягкое, теплое прикосновение его бархатного тела. А капитан вспомнил, как много лет назад держал на руках своих спящую девочку, когда она еще была грудным младенцем. И так живо было это воспоминание, что он окончательно проснулся, и бесконечные картины прошлого, начиная с детства девочки, стали всплывать перед его глазами. Ни один белый на Соломоновых островах не знал, какую тяжесть несет в себе капитан Ван Хори — тяжесть, не покидавшую его даже во сне. И на Соломоновы острова он приехал в тщетной надежде заглушить в себе эти воспоминания.</p>
     <p>Память, разбуженная мягким щенком, спящим в его объятиях, стала рисовать картины прошлого. Он увидел девочку и ее мать в маленькой квартирке в Гарлеме <a l:href="#n_469" type="note">[469]</a>. Да, правда, квартирка была маленькая, но трое счастливых людей превратили ее в рай.</p>
     <p>Ван Хорн увидел светлые, как лен, волосы своей девочки; они становились все длиннее, завивались в локоны и колечки; наконец, заструились вдоль спины двумя толстыми, длинными косами; и потемнели, зазолотились, как у матери. Он был не в силах прогнать эти воспоминания и даже умышленно на них останавливался, словно пытался ими заслонить ту единственную картину прошлого, которую не хотел увидеть.</p>
     <p>Ван Хори вспомнил свою работу, аварийный трамвайный вагон и команду, работавшую под его началом. Он задумался над тем, что делает теперь Кленси, его правая рука. Всплыл в памяти тот долгий день, когда его подняли с постели в три часа утра, — нужно было вытащить из витрины аптекарского магазина сошедший с рельсов трамвай и снова поставить его на рельсы. Они работали целый день, подобрали с полдюжины раздавленных людей и- вернулись в трамвайный парк только к девяти вечера. И сейчас же их снова вызвали на работу.</p>
     <p>— Слава тебе, господи! — сказал Кленси, живший с ним по соседству. Ван Хорн вспомнил, как тот вытирал пот с безобразного лица. — Слава тебе, господи, дело совсем пустячное и всего в каких-нибудь десяти кварталах от нас. Как только с ним покончим, айда домой, а ребята пусть отведут вагон в ремонтную мастерскую.</p>
     <p>— Нам придется только на секунду приподнять его, — ответил Ван Хорн.</p>
     <p>— А в чем дело? — спросил Билли Джефферс, один из рабочих.</p>
     <p>— Кого-то переехали и не могут вытащить, — ответил Ван Хорн, и они тронулись в путь, разместившись на подножке аварийного вагона.</p>
     <p>Ван Хорн отчетливо вспомнил все детали долгого пути, вспомнил, как задержала их пожарная команда с рукавами и лестницей, спешившая на пожар, а он и Кленси в это время подшучивали над Джефферсом, будто тот из-за сверхурочной ночной работы не попал на свидание с несуществующими девицами.</p>
     <p>Показался длинный ряд остановившихся трамваев, полиция, сдерживавшая напор толпы, две кареты скорой помощи, ожидавшие свою поклажу, и молодой дежурный полисмен, бледный и дрожащий, обратившийся к нему со словами:</p>
     <p>— Ужас что такое! Смотреть страшно! Две женщины. Мы не могли их вытащить. Я старался. Одна как будто была еще жива.</p>
     <p>Но Ван Хорн, здоровый и сильный парень, привык к своей работе; трудный день его утомил; он с удовольствием вспомнил светлую квартирку в нескольких кварталах отсюда, куда он пойдет, когда работа будет сделана. Полисмену он ответил беззаботно и уверенно, что вытащит их в один миг, и на четвереньках полез под вагон.</p>
     <p>Он вспомнил, как вспыхнул его электрический фонарь и он глянул вперед. Мелькнули тяжелые золотистые косы; потом его палец соскользнул с кнопки фонаря, оставив его в темноте.</p>
     <p>— Что, одна еще жива? — спросил взволнованный полисмен.</p>
     <p>Он повторил свой вопрос, пока Ван Хорн собирался с силами, чтобы вновь надавить кнопку фонаря. Он слышал свой собственный ответ:</p>
     <p>— Сейчас я вам скажу…</p>
     <p>И снова взглянул. Он смотрел добрую минуту.</p>
     <p>— Обе умерли, — ответил он спокойно. — Кленси, передай мне домкрат номер третий, а сам подлезай с другого конца вагона.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Ван Хорн лежал на спине и глядел вверх на колеблющуюся над его головой одинокую звезду, тускло светившую сквозь рваное облачко. Старая боль сжимала его сердце, сухо было в горле, горели глаза. И он знал — что не знал ни единый человек, — почему он попал на Соломоновы острова, сделался шкипером «Эренджи», охотился за неграми, рисковал своей головой и пил виски в большем количестве, чем полагается пить человеку.</p>
     <p>С тех пор он не глядел ни на одну женщину. И белые заметили, что он был подчеркнуто холоден с детьми, как с черными, так и с белыми.</p>
     <p>Но, заглянув в глаза самому страшному воспоминанию, Ван Хорн вскоре смог заснуть и, погружаясь в дремоту, с наслаждением ощущал на своем плече голову Джерри. Один раз Джерри, которому снились берег у плантации Мериндж, мистер Хаггин, Бидди, Терренс и Майкл, тихонько завизжал. Ван Хорн приподнялся, ласково притянул его к себе и зловеще забормотал:</p>
     <p>— Если только хоть один негр посмеет тронуть этого щенка!..</p>
     <p>В полночь, когда помощник коснулся его плеча, чтобы разбудить, Ван Хорн спросонья машинально и быстро схватил правой рукой револьвер, висевший у бедра, и забормотал:</p>
     <p>— Если только хоть один негр посмеет тронуть этого щенка…</p>
     <p>— Пожалуй, это мыс Коноро впереди, — объяснил Боркман, когда они стояли на наветренном борту и глядели на неясные очертания земли. — Мы прошли не больше десяти миль, и ветер ненадежный.</p>
     <p>— Там наверху какая-то дрянь собирается, если только что-нибудь из этого выйдет, — сказал Ван Хорн, когда они оба перевели взгляд на разорванные облака, затемнявшие тусклые звезды.</p>
     <p>Едва помощник успел принести снизу свое одеяло и устроиться на палубе, как до них долетел свежий ветер с суши, и «Эренджи» понесся по гладкой поверхности воды со скоростью девяти узлов. Сначала Джерри пробовал нести вахту вместе со шкипером, но скоро свернулся клубочком и задремал, прижавшись к босой ноге шкипера.</p>
     <p>Когда тот завернул его в одеяло и положил на палубу, он сейчас же снова заснул; но потом так же быстро проснулся, вылез из-под одеяла и стал ходить за шкипером взад и вперед по палубе. Тут шкипер задал ему новый урок, и через пять минут Джерри его усвоил. Шкипер хотел, чтобы Джерри оставался под одеялом: все в порядке, и он, шкипер, будет ходить по палубе мимо Джерри.</p>
     <p>В четыре часа помощник принял вахту.</p>
     <p>— Прошли тридцать миль, — сказал ему Ван Хорн. — Но теперь ветер снова переменился. Может быть шквал. Лучше сбросьте на палубу фалы и поставьте вахтенных. Они, конечно, заснут, но пусть спят у фалов и шкотов.</p>
     <p>Джерри проснулся, когда шкипер подлез под одеяло, и, словно это был давно установленный обычай, свернулся в клубочек между его рукой и боком. Шкипер прижался щекой к его морде, а Джерри засопел, лизнул его холодным язычком и погрузился в сон.</p>
     <p>Полчаса спустя могло бы показаться, что приближается конец мира, но Джерри вряд ли это понимал. Проснулся он от неожиданного прыжка шкипера. Одеяло полетело в одну сторону, а Джерри в другую.</p>
     <p>Палуба «Эренджи» превратилась в отвесную стену, и Джерри полз по ней в ревущем мраке. Все снасти и ванты трещали, сопротивляясь яростному напору шквала.</p>
     <p>— К грота-фалам! Живо! — услышал он громкий крик шкипера. Затем он различил высокую ноту грота-шкота, визжавшего на шкивах, когда Ван Хорн, потравливая его в темноте, быстро пропускал трос между ладонями, обожженными трением.</p>
     <p>И еще много звуков — вопли судовой команды и окрики Боркмана — ударяли в барабанную перепонку Джерри в то время, как он катился вниз по крутой палубе своего нового, неустойчивого мира. Но он не налетел на поручни, где легко могли поломаться его хрупкие ребра, — теплая вода океана, хлынувшая через борт потоком бледно-фосфоресцирующего огня, смягчила его падение. Джерри запутался в бегучем такелаже и попробовал выплыть.</p>
     <p>А плыл он не для того, чтобы спасти свою жизнь, и не страх смерти гнал его. Одна мысль была в его мозгу: где шкипер? Он не думал о том, чтобы попытаться спасти шкипера или, быть может, помочь ему. Это была любовь, вечно влекущая к тому, кого любишь. Мать в минуту катастрофы бросается к своему ребенку; грек, умирая, вспоминает свой любимый Аргос; солдаты на поле битвы отходят в вечность с именем возлюбленной на устах; так и Джерри в момент опасности стремился к шкиперу.</p>
     <p>Шквал прекратился так же внезапно, как и налетел. «Эренджи» резко выровнялся, а Джерри очутился на мели, в ватервейсе у борта. Он побежал по палубе к шкиперу. Тот стоял, широко расставив ноги, и, все еще держа в руке конец грота-шкота, кричал:</p>
     <p>— Ах, черт побери! Ветер тут как тут, а дождя все нет!</p>
     <p>Почувствовав, как Джерри, радостно засопев, ткнулся в его голую икру своим холодным носом, он, наклонившись, приласкал его. В темноте он ничего не видел, но его согревала уверенность, что Джерри, несомненно, виляет хвостом.</p>
     <p>Большинство перетрусивших чернокожих пассажиров столпилось на палубе, и их жалобные, ноющие голоса напоминали сонное воркованье птиц, дремлющих на шесте. Появился Боркман и стал подле Ван Хорна; оба в тревожном ожидании пытались что-то разглядеть в окружающем их мраке и напряженно прислушивались к движению воздуха и моря.</p>
     <p>— Где же дождь? — произнес с досадой Боркман. — За ветром всегда следует дождь. А сейчас его нет.</p>
     <p>Ван Хорн по-прежнему вглядывался в темноту, прислушивался и не отвечал.</p>
     <p>Джерри почувствовал волнение обоих мужчин и тоже насторожился. Он прижался холодным носом к ноге шкипера, лизнул его розовым язычком и ощутил соленый вкус морской воды.</p>
     <p>Шкипер внезапно наклонился, торопливо завернул Джерри в одеяло и опустил его в углубление между двумя мешками с бататом, привязанными на палубе позади бизань-мачты. Затем, подумав секунду, он обвязал одеяло тросом, так что Джерри очутился как бы в мешке.</p>
     <p>Едва он успел покончить с этим делом, как контр-бизань пронеслась над головой, передние паруса, внезапно наполнившись ветром, захлопали, а грот, ослабленный Ван Хорном, повернулся и с таким треском натянул шкоты, что судно содрогнулось и сильно накренилось на левый борт. Этот второй шквал налетел с другой стороны и был значительно сильнее первого.</p>
     <p>Джерри слышал, как шкипер крикнул помощнику:</p>
     <p>— К грота-фалам! Отдать фалы! Я позабочусь о талях! — Затем он обратился к команде: — Батто! Ты, парень, отдай фалы контр-бизани! Живей! Ранга! Потрави шкот контр-бизани!</p>
     <p>Тут Ван Хорна сбила с ног лавина чернокожих пассажиров, запрудивших палубу во время первого шквала. Барахтающаяся масса покатилась вместе с ним вниз по залитой водой палубе, к колючей проволоке у левого борта.</p>
     <p>Джерри сидел в своем уголке так плотно, что его не отбросило. Но когда команды, отдаваемые шкипером, смолкли, а секунду спустя от колючей проволоки понеслись его проклятия, Джерри пронзительно залаял и стал царапаться и биться, пытаясь выбраться из-под одеяла. Со шкипером что-то случилось. Он это знал. А о себе он ни разу не подумал, очутившись в этом хаосе гибнущего мира.</p>
     <p>Но вскоре он перестал лаять, прислушиваясь к новому шуму — оглушительному хлопанью парусов, сопровождаемому громкими криками. В этом он увидел дурное предзнаменование. Он не знал, что спускают грот, после того как шкипер перерезал фалы ножом.</p>
     <p>Адский шум все возрастал, а Джерри отвечал на него лаем, пока не почувствовал, как чья-то рука шарит поверх одеяла. Он притих и стал принюхиваться. Нет, это был не шкипер. Джерри еще раз потянул носом и узнал Леруми — того самого чернокожего, которого Бидди опрокинула на берегу, — Леруми, совсем недавно ударившего его, Джерри, по обрубку хвоста и всего неделю назад швырнувшего камнем в Терренса.</p>
     <p>Узел был развязан, и пальцы Леруми нащупывали его под одеялом. Джерри злобно зарычал. Это было святотатство. Он, Джерри — собака белого человека, — был табу для чернокожих. Он рано постиг закон, воспрещающий всякому негру прикасаться к собаке белого бога. И, однако, Леруми — воплощение зла — осмеливался коснуться его в тот самый момент, когда мир рушился вокруг них.</p>
     <p>И когда пальцы тронули Джерри, он вцепился в них зубами. Свободной рукой чернокожий нанес ему такой сильный удар, что зубы Джерри скользнули по пальцам, сорвав с них кожу и мясо.</p>
     <p>Джерри бесновался, как чертенок. Его схватили за горло, едва не придушив, и швырнули в пространство. На лету он все еще визжал от бешенства. Он упал в море и пошел ко дну, втянув в легкие добрый глоток соленой воды; затем, барахтаясь, поднялся на поверхность и поплыл. О плавании ему раньше никогда не приходилось думать. И учиться плавать ему нужно было не больше, чем учиться дышать. Ходьбе он должен был учиться, но тут нужно было плыть, и он поплыл.</p>
     <p>Ветер выл и ревел. Пена, вздымаясь под ударами ветра, наполняла ему рот и ноздри, била по глазам, разъедая их и вызывая слезы. С морем Джерри был мало знаком, и теперь, ловя воздух, он высоко поднял морду над водой, чтобы выбраться из душивших его волн. В результате горизонтальное положение было нарушено; перебирая лапами, он уже не мог удержаться на воде, нырнул и пошел ко дну. Снова выбрался он на поверхность, наглотавшись соленой воды. На этот раз, не рассуждая, но повинуясь инстинкту, подсказывавшему наиболее удобное положение, он вытянулся на воде и поплыл, сохраняя это положение.</p>
     <p>Шквал утихал. Из темноты доносилось хлопанье полуспущенного грота, пронзительные крики команды, проклятия Боркмана, а над всем этим гулом голос шкипера, выкрикивавшего:</p>
     <p>— Хватай за ликтрос, ребята! Держи туго! Тащи вниз! Выбирай грот! Живо, черт побери, пошевеливайся!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Узнав голос шкипера, Джерри, барахтавшийся на зыби, сменившей шквал, залаял нетерпеливо и жалобно, и в этом лае была вся его любовь к новому господину. Но вскоре «Эренджи» уплыл от него, и все звуки замерли. И тогда одинокий, во мраке, на вздымающейся груди моря, в котором он признал еще одного из своих вечных врагов, Джерри стал жалобно визжать и скулить.</p>
     <p>Смутной интуицией он ощутил свою слабость среди этого безжалостного, грозного моря, несущего неведомую, но жутко предугадываемую опасность — смерть. Смерти — своей смерти — он не понимал.</p>
     <p>Однако смерть была совсем близка, ее близость он чувствовал каждой клеткой ткани, каждым нервом, и это ощущение предсказывало ему последнюю жизненную катастрофу; он ничего о ней не знал, но чуял, что здесь таится конечное и наибольшее несчастье. Не понимая, он предчувствовал это так же остро, как предчувствуют люди, которые знают и обобщают значительно глубже и шире, чем собаки.</p>
     <p>Как человек борется в тисках кошмара, так боролся и Джерри в гневном, насыщенном солью море. И он визжал и плакал — покинутый ребенок, покинутый щенок, всего полгода обитавший в волшебном мире радости и страдания. И ему нужен, необходим был шкипер. Ибо Шкипер был его богом!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Когда ветер утих и полил тропический дождь, Ван Хорн и Боркман столкнулись в темноте на борту «Эренджи», выпрямившегося после спуска грота.</p>
     <p>— Двойной шквал, — сказал Ван Хорн, — налетел с правого и левого борта.</p>
     <p>— Должно быть, расщепился надвое перед тем, как на нас ударить, — согласился помощник.</p>
     <p>— А дождь приберег на вторую половину… Ван Хорн не кончил фразы и выругался.</p>
     <p>— Эй, парень! Что там у тебя случилось? — крикнул он рулевому.</p>
     <p>Кеч, со слабо обтянутой контр-бизанью, попал в полосу ветра, задний парус обвис, а передние наполнились, но с другого галса. «Эренджи» стал двигаться назад, приблизительно в том направлении, откуда пришел. Иными словами, его несло туда, где Джерри барахтался в море. Так весы, на которых колебалась жизнь Джерри, склонялись в его пользу благодаря ошибке чернокожего рулевого.</p>
     <p>Приведя «Эренджи» на новый галс, Ван Хорн велел Боркману убрать снасти, разбросанные по палубе, а сам, присев под дождем на корточки, стал сращивать снасть, которую во время шквала принужден был разрезать. Дождь затихал и не так громко барабанил по палубе, когда шкипер обратил внимание на какой-то звук, шедший с моря. Он оторвался от работы, прислушался и, узнав жалобный визг Джерри, вскочил.</p>
     <p>— Щенок за бортом! — крикнул он Боркману. — Вынести кливер на ветер!</p>
     <p>Он бросился на корму, расталкивая кучу чернокожих.</p>
     <p>— Эй вы, ребята! Убрать контр-бизань!</p>
     <p>Он взглянул в нактоуз и наспех определил по компасу направление, откуда доносился визг Джерри.</p>
     <p>— Навались! — крикнул он рулевому, затем подскочил к штурвалу и сам стал его поворачивать, все время повторяя вслух: — Держать на норд-ост.</p>
     <p>Вернувшись к нактоузу, он тщетно прислушивался, не раздастся ли снова визг Джерри, надеясь проверить, правильно ли он определил направление. Но ждал он недолго. Хотя благодаря его маневру «Эренджи» лег в дрейф, шкипер хорошо знал, что ветер и морское течение быстро отнесут его в сторону от барахтавшегося щенка. Приказав Боркману идти на корму и спустить вельбот, он бросился вниз за электрическим фонарем и шлюпочным компасом.</p>
     <p>Кеч был так мал, что приходилось тащить его единственный вельбот на буксире за кормой на длинном двойном фалине, и к тому времени, когда его подтянули к корме, Ван Хорн уже вернулся. Колючая проволока его не остановила, он перекинул через нее одного за другим матросов, упавших плашмя в шлюпку, и сам последовал за ними. Последние инструкции он выкрикнул, когда отдавали фалинь.</p>
     <p>— Боркман, зажги якорный огонь! И лежать в дрейфе! Грот не ставить! Очистить палубу! — Он взял рулевое весло и, подбодряя гребцов, крикнул: — Греби, греби, ребята!</p>
     <p>Управляя рулем, он одновременно освещал фонарем компас, чтоб держаться курса ост-норд-ост. Затем он вспомнил, что лодочный компас на два деления уклоняется от компаса «Эренджи», и соответствующим образом изменил курс.</p>
     <p>Время от времени он приказывал гребцам сушить весла, прислушивался и звал Джерри. Иногда он направлял вельбот по кругу, возвращался назад, шел по ветру и против ветра, чтобы осмотреть все пространство, где, по его мнению, мог находиться щенок.</p>
     <p>— Ты, парень, слушай ушами, — сказал он первому гребцу. — Если кто из вас услышит собачьего детеныша, я дам тому пять раз по шесть футов коленкору и два раза по десять пачек табаку.</p>
     <p>Через полчаса он уже предлагал «двенадцать раз по десять футов коленкору и десять раз по десять пачек табаку» тому, кто первый услышит «собачьего детеныша».</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Джерри пришлось плохо. Плавать он не привык, соленая вода, хлеставшая в открытый рот, душила его, и он уже начал выбиваться из сил, когда случайно заметил вспышку фонаря капитана. Этот свет, однако, не был связан у него с представлением о шкипере, и он обратил на него столько же внимания, сколько и на первые звезды, загоревшиеся в небе. Ему даже не пришло в голову подумать, звезда это или нет. Он продолжал визжать, захлебываясь в соленой воде. Но едва донесся голос шкипера, Джерри сразу обезумел. Он пытался подняться на задние лапы и опереться передними на голос шкипера, шедший из темноты, как оперся бы на его колено, будь тот подле него. Результаты оказались плачевными. Равновесие было нарушено. Джерри пошел ко дну, захлебнулся и едва выбился на поверхность.</p>
     <p>Некоторое время вода, наполнившая легкие, мешала ему отвечать на все еще доносившийся крик шкипера. Наконец, он смог ответить и разразился радостным лаем. Шкипер пришел, он возьмет его из этого едкого, колючего моря, которое слепит ему глаза и мешает дышать. Шкипер действительно был богом, его богом, наделенным божественной властью спасать.</p>
     <p>Вскоре он услыхал ритмический стук весел в уключинах, и его лай зазвучал так же радостно, как голос шкипера, который все время подбодрял его и подгонял гребцов.</p>
     <p>— Все в порядке, Джерри, старина! Все в порядке… Греби, греби, ребята! Мы здесь, Джерри, здесь! Держись, старина! Крепись! Греби, греби, черти! Вот и мы, Джерри. Держись, мы тебя вытащим. Легче… легче… Греби!</p>
     <p>И внезапно Джерри увидел, как из мрака выступили смутные очертания вельбота; свет фонаря ударил в глаза и ослепил его, и, радостно лая, Джерри почувствовал и узнал руку шкипера, схватившую его за загривок и поднявшую на воздух.</p>
     <p>Весь промокший, он прижался к сырой от дождя груди шкипера, бешено колотя хвостом по удерживающей руке и неистово облизывая подбородок, щеки, губы и нос шкипера. А шкипер не замечал, что сам он промок и трясется в приступе возвратной лихорадки, вызванной сыростью и недавней тревогой. Он знал только, что щенок, подаренный ему накануне утром, вернулся целым и невредимым.</p>
     <p>Когда команда склонилась к веслам, он зажал рулевое весло между рукой и боком, чтобы другой рукой поддерживать Джерри.</p>
     <p>— Ах, ты, мой малыш! — шептал он и все снова и снова повторял эти слова: — Ах, ты, мой малыш!</p>
     <p>А Джерри, повизгивая и скуля, отвечал ему поцелуями, как делают все дети, когда они потеряются и их находят. И он также весь дрожал, но не от холода: его чувствительные нервы были слишком потрясены.</p>
     <p>Очутившись на борту, Ван Хорн поделился своими мыслями с помощником.</p>
     <p>— Щенок попал за борт неспроста. И волной его не смыло. Я завернул его в одеяло и привязал тросом.</p>
     <p>Он прошел сквозь толпу, состоявшую из команды и шестидесяти чернокожих пассажиров, высыпавших на палубу, и осветил фонарем одеяло, все еще лежавшее на мешках с бататом.</p>
     <p>— Так и есть! Трос перерезан, а узел не тронут. Кто из негров это сделал?</p>
     <p>Он оглядел круг черных лиц, направляя на них свет фонаря, и в глазах его вспыхнул такой обличающий гнев, что все потупились и отвели глаза.</p>
     <p>— Эх, если бы только щенок умел говорить! — с сожалением воскликнул он. — Он бы сказал, чьих рук это дело.</p>
     <p>Вдруг он наклонился к Джерри, который так прижался к нему, что его мокрые передние лапы покоились на голых ступнях шкипера.</p>
     <p>— Ты его знаешь, Джерри, ты знаешь этого парня, — заговорил он быстро и возбужденно, указывая вопросительным жестом на толпу.</p>
     <p>Джерри моментально оживился, стал прыгать и нервно тявкать.</p>
     <p>— Похоже на то, что собака может меня привести к нему, — сообщил Ван Хорн помощнику. — Иди, Джерри, ищи его, куси, хватай! Где он, Джерри? Ищи его! Ищи!</p>
     <p>Джерри понял только, что шкипер что-то от него хочет. Он должен найти то, чего хотел шкипер, а Джерри рад был ему служить. Он бесцельно прыгал во все стороны, и возгласы шкипера еще сильнее его возбуждали. Затем ему пришла в голову одна мысль, и мысль вполне определенная. Круг чернокожих расступился перед ним, и он по штирборту бросился на нос, туда, где лежала куча крепко привязанных ящиков. Он сунул нос в отверстие норы, где обитала дикая собака, и втянул воздух. Да, дикая собака была там. Он не только узнал ее запах, но и услышал угрожающее рычание.</p>
     <p>Джерри вопросительно поглядел на шкипера. Быть может, шкипер хочет, чтобы он полез в нору за дикой собакой? Но шкипер расхохотался и махнул рукой, давая понять, что поиски нужно вести в другом месте и искать следует что-то иное.</p>
     <p>Джерри прыгнул в другую сторону и стал обнюхивать те уголки, где, как ему было по опыту известно, водятся тараканы и крысы. Однако он быстро понял, что шкипер не того хочет. Он горел желанием услужить и без всякой определенной цели начал обнюхивать ноги чернокожих.</p>
     <p>Это вызвало похвалу и поощрение шкипера, и Джерри едва не обезумел. Так вот в чем дело. Он должен опознать по ногам судовую команду и рабочих. Он рьяно принялся за работу, перебегая от одного чернокожего к другому, пока не наскочил на Леруми.</p>
     <p>И тут он забыл, что шкипер чего-то от него хочет. Он знал только, что перед ним Леруми, который нарушил табу, наложил руку на его священную особу, Леруми, швырнувший его за борт.</p>
     <p>Взвизгнув от бешенства, он оскалил белые зубы, весь ощетинился и прыгнул на чернокожего. Леруми пустился бегом по палубе, а Джерри преследовал его под дружный хохот негров. Несколько раз обегая по палубе, он ухитрился царапнуть зубами голые икры. Наконец, Леруми бросился на снасти грот-мачты, предоставив Джерри бесноваться на палубе.</p>
     <p>Чернокожие, образовав полукруг, отступили на почтительное расстояние от Ван Хорна и Джерри. Ван Хорн направил свой электрический фонарь на негра, повисшего на снастях, и увидел длинные параллельные царапины на пальцах той руки, которая осмелилась пролезть к Джерри под одеяло. Он многозначительно указал на них Боркману, который стоял вне круга так, чтобы ни один чернокожий не мог зайти к нему с тыла.</p>
     <p>Шкипер подхватил Джерри и стал его успокаивать.</p>
     <p>— Молодец, Джерри! Припечатал его, славный пес, молодчина!</p>
     <p>Он повернулся к Леруми, цеплявшемуся за снасти, осветил его и сурово проговорил:</p>
     <p>— Как звать тебя, парень?</p>
     <p>— Мой звать Леруми, — последовал нетвердый, чирикающий ответ.</p>
     <p>— Едешь из Пендефрина?</p>
     <p>— Мой едет из Меринджа.</p>
     <p>Секунду капитан Ван Хорн размышлял, продолжая ласкать щенка. Ведь Леруми был одним из возвращающихся рабочих. Через день, самое большее через два дня он высадит его на берег и отделается от него.</p>
     <p>— Слушай меня, — сказал он. — Я на тебя сердит. Я здорово на тебя сердит. Так сердит, что и сказать не могу. Какого черта ты бросил в воду собачку, которая принадлежит мне?</p>
     <p>Леруми не в силах был ответить. Он беспомощно закатил глаза и приготовился к хорошей порке, ибо по горькому опыту знал обычаи белых господ.</p>
     <p>Капитан Ван Хорн повторил свой вопрос, а чернокожий снова беспомощно закатил глаза.</p>
     <p>— За пару пачек табаку я выколочу из тебя семь склянок! — ругался шкипер. — А теперь слушай, что тебе говорят. Если ты посмеешь хоть разок поглядеть на мою собаку, я из тебя семь склянок выколочу. Понял?</p>
     <p>— Мой понял, — жалобно протянул Леруми, и инцидент был исчерпан.</p>
     <p>Чернокожие пассажиры отправились спать в каюту. Боркман и матросы поставили грот и привели «Эренджи» на прежний курс. А шкипер принес снизу сухое одеяло и улегся спать; Джерри прижался к нему и голову положил на его плечо.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В семь часов утра, когда шкипер вытащил его из-под одеяла и поднялся, Джерри отпраздновал новый день тем, что загнал назад в нору дикую собаку и заставил Леруми отскочить шагов на шесть в сторону и уступить ему палубу под сдержанное хихиканье чернокожих.</p>
     <p>Завтракал он вместе со шкипером, но тот ничего не ел, запил чашкой кофе пятьдесят гран хинина, завернутого в папиросную бумагу, и пожаловался помощнику, что ему придется залезть под одеяло и хорошенько пропотеть, пока его не отпустит приступ лихорадки. Палящее солнце сушило палубу, над которой поднимались завитки пара, а у Ван Хорна начался озноб и зубы стучали, но все же он ласково прижимал к себе Джерри и называл его принцем, и королем, и сыном королевским.</p>
     <p>Дело в том, что Ван Хорну не раз приходилось слышать за стаканом виски с содовой родословную Джерри. Ее рассказывал Том Хаггин в те часы, когда удушливый зной мешал уснуть. А родословная была поистине царственной, насколько это возможно для ирландского терьера, род которого шел от ирландского волкодава и формировался и совершенствовался под руководством человека в течение двух человеческих поколений.</p>
     <p>Ван Хорн помнил, что Терренс Великолепный происходил от американского Мильтона Дролин, рожденного королевой графства Энтрим — Бредой Медлер, чей род тянулся едва ли не с мифических времен. А род Бидди можно было проследить до Эрин, которая числилась в ряду предков Бреды Медлер.</p>
     <p>В объятиях возлюбленного бога Джерри познал экстаз любви, хотя и не понимал таких слов, как принца и «королевский сын»; он знал только, что эти слова говорят о любви, тогда как шипение Леруми несет в себе ненависть. Но одно Джерри знал, совсем о том не думая, а именно, что шкипера он полюбил за эти несколько часов больше, чем любил Дерби и Боба; а Дерби и Боб были, за исключением мистера Хаггина, единственными белыми богами, каких он когда либо знал. Этого он не сознавал. Он просто любил и действовал согласно побуждениям своего сердца, мозга или любого другого органа, где родится этот таинственный, восхитительный и ненасытный голод, именуемый «любовью».</p>
     <p>Шкипер направился вниз. Он шел, не обращая ни малейшего внимания на Джерри, который тихонько трусил за ним по пятам до самой рубки. Шкипер не замечал Джерри, ибо от лихорадки у него ныло все тело, ломило кости, голова, казалось, чудовищно распухла, все кружилось перед его помутившимися глазами, а походка стала шаткой и слабой, как у пьяницы или дряхлого старца. И Джерри чуял, что со шкипером творится что-то неладное.</p>
     <p>У шкипера уже начинался бред, сменявшийся секундами просветления, когда он сознавал, что ему нужно сойти вниз и забраться под одеяло. Он стал спускаться по трапу, а Джерри, сдерживая волнение, молчаливо следил за ним, надеясь, что шкипер, сойдя вниз, поднимет руки и спустит его на пол. Но шкиперу было так скверно, что он позабыл о существовании Джерри. Шатаясь и широко расставив руки, чтобы удержаться в равновесии, он потащился на нос, к своей койке в крохотной каюте.</p>
     <p>Джерри был действительно благородного происхождения. Он хотел залаять, попросить, чтобы его спустили вниз, но не сделал этого. Он сдержался, сам не зная почему и только смутно сознавая, что к шкиперу следует относиться так, как относятся к богу, и приставать к нему сейчас не время. Его томило желание залаять, но он не издал ни одного звука и только тосковал у комингса рубки, прислушиваясь к замиравшим шагам шкипера.</p>
     <p>Однако по прошествии четверти часа Джерри готов был нарушить молчание. С уходом шкипера, которого, очевидно, постигла какая-то беда, свет погас для Джерри. Его уже не привлекала возможность загнать в нору дикую собаку. Он не обратил внимания на прошедшего мимо Леруми, хотя и мог бы напасть на него и гнать по палубе. «Эренджи» скользил по затихшему морю, но даже хлопающий и раздувающийся над головой грот не удостоился ни единого презрительного взгляда Джерри.</p>
     <p>И как раз в ту минуту, когда Джерри почувствовал настоятельную необходимость присесть, повернуть нос к зениту и в звуках излить раздирающую сердце грусть, его осенила одна мысль. Нельзя объяснить, каким путем дошел он до нее. Так же точно не объяснить, почему человек сегодня за завтраком заказывает зеленый горошек и отказывается от стручковых бобов, тогда как накануне отдавал предпочтение бобам и отказывался от горошка. Так же точно судья, выносящий приговор осужденному преступнику и назначающий ему восемь лет тюремного заключения, а не пять или не десять лет, не сможет объяснить, почему он глубоко убежден в том, что именно восемь лет являются наказанием справедливым и соответствующим преступлению. А если люди — эти полубожественные существа — не могут проникнуть в тайну зарождения идей и побуждений, воспринимаемых ими как идеи, — то тем более нельзя ждать, чтобы собака познала, откуда пришла мысль, заставившая ее действовать с определенной целью.</p>
     <p>Так было и с Джерри. Мысль появилась в каком-то его мыслительном центре и повела к действию. Он повиновался ей, как повинуется марионетка шнурку, и немедленно побежал на корму разыскать помощника.</p>
     <p>Ему нужно было обратиться за помощью к Боркману. Боркман тоже был двуногим белым богом. Боркману ничего не стоило снести его вниз по крутому трапу, а этот трап был для Джерри, без посторонней помощи, табу, и нарушение его грозило катастрофой. Но в Боркмане было мало любви, а следовательно и понимания. Кроме того, Боркман был занят. Он следил за правильностью курса «Эренджи», ставя по ветру паруса и отдавая распоряжение рулевому, наблюдая за судовой командой, мывшей палубу и чистившей медные части, а помимо этого, то и дело прикладывался к украденной у капитана бутылке с виски, которую прятал в углубление между двумя мешками с бататом, привязанными на палубе позади бизань-мачты.</p>
     <p>Боркман, только что крепко выругавший за промах чернокожего рулевого и пообещавший выколотить из него семь склянок, как раз собирался еще разок глотнуть из бутылки, когда перед ним появился Джерри и преградил путь. Однако Джерри загородил дорогу не так, как если бы перед ним очутился хотя бы Леруми. Он не оскалил зубов и не ощетинился. Наоборот, Джерри весь превратился в мольбу и призыв; хотя он лишен был дара речи, но и без слов умел говорить красноречиво: он извивался всем телом, вилял хвостом, прижал назад уши, а глазами мог бы передать свою мысль всякому чуткому и понимающему человеку.</p>
     <p>Но Боркман видел перед собою только четвероногое существо животного мира и по свойственной ему животной заносчивости считал его ниже себя. Нежный щенок, горящий желанием передать ему свою просьбу, был скрыт от него, словно туманной пеленой. Он видел только четвероногое животное, которое следовало отбросить в сторону, а затем торжественно прошествовать к бутылке, разжигающей мозг, дарующей грезы о том, что он принц, а не простолюдин, господин, а не раб жизни.</p>
     <p>И Джерри был грубо отброшен в сторону босой ногой, такой же бесчувственной и жестокой, как бездушное море, ударяющее о прибрежные скалы. Джерри едва не растянулся на скользкой палубе, затем восстановил равновесие, застыл на месте и молча поглядел на белого бога, который так дерзко с ним обошелся. Этот низкий и несправедливый поступок не вызвал у Джерри мстительного рычания, которым, несомненно, был бы награжден Леруми или любой другой из чернокожих. И в голове его не мелькнуло ни одной мысли о мщении. Это был не Леруми. То был высший бог, двуногий, белокожий, как шкипер, как мистер Хаггин, как пара других высших богов, которых он знал. Он ощутил только обиду, как ребенок, получивший шлепок от легкомысленной или нелюбящей матери.</p>
     <p>С обидой была связана и злоба. Джерри прекрасно знал, что бывают два вида грубости. Бывает грубость ласковая, любовная, та грубость, с какой шкипер хватал его за морду, раскачивал до того, что зубы начинали стучать, и, отбрасывая в сторону, сейчас же приглашал вернуться и подвергнуться встряске. Такая грубость преисполняла Джерри блаженством. В ней была близость к возлюбленному богу, который пожелал таким путем выразить любовь.</p>
     <p>Но грубость Боркмана была иного рода. В ней не чувствовалось ни привязанности, ни любви. Джерри это не вполне понимал, но разницу ощущал, и несправедливый поступок вызвал в нем злобу, не претворившуюся, однако, в действие. И теперь, восстановив равновесие, он тщетно пытался понять происшедшее и серьезно глядел на помощника, который, повернув бутылку дном кверху, глотал виски, булькавшее у него в горле. И он продолжал так же серьезно глядеть на помощника, когда тот прошел на корму и пригрозил чернокожему рулевому выколотить из него «Песнь песней» <a l:href="#n_470" type="note">[470]</a> и весь Ветхий завет, а чернокожий смиренно и умоляюще скалил зубы — совсем так, как это делал Джерри несколько минут назад.</p>
     <p>Покинув этого бога, как бога нелюбимого и непонятного, Джерри грустно пустился назад, к рубке, и, томясь, свесил голову, через комингс, туда, где скрылся шкипер. Он мучительно ощущал жгучее желание быть вместе со шкипером, который чувствовал себя скверно и попал в беду. Ему нужен был шкипер. Ему хотелось быть с ним, ибо он его любил; кроме того, он мог ему помочь, но эту вторую мысль Джерри сознавал смутно. Он был беспомощен, молод и неопытен; стремясь к шкиперу, он свесил голову внутрь рубки и жалобно визжал и скулил, и так непосредственна была его скорбь, что он не обращал внимания на негров, столпившихся на палубе и внизу и хохотавших над ним.</p>
     <p>От комингса до каюты было семь футов. Всего несколько часов назад Джерри вскарабкался по крутому трапу, но спуститься вниз было невозможно, и он это знал. И все же дело кончилось тем, что он рискнул спуститься. Стремясь во что бы то ни стало найти шкипера, он в то же время отчетливо сознавал всю невозможность сползти по трапу головой вниз, не имея опоры для лап и когтей, и не пытался это проделать. Движимый любовью, он геройски прыгнул вниз. Он знал, что этим поступком нарушает табу, так же точно, как если бы прыгнул в лагуне Мериндж, где плавают страшные крокодилы. Великая любовь никогда не отступает перед жертвой и самоотречением. И только во имя любви мог совершить Джерри этот прыжок.</p>
     <p>Он ударился головой и боком. От удара в бок у него перехватило дыхание, удар в голову оглушил его. Но, даже лежа в беспамятстве на борту и подергиваясь всем телом, он судорожно перебирал лапами, словно бежал навстречу шкиперу. Чернокожие глядели на него и хохотали, а когда он перестал дрожать и перебирать лапами, они продолжали смеяться. У этих дикарей, проведших всю жизнь в глуши и ничего не видевших, и понятие о смешном было дико и нелепо. При виде оглушенного, а может быть, и мертвого щенка они едва не лопались от смеха. Лишь по прошествии четырех минут Джерри пришел в себя и поднялся с помутившимися глазами. широко расставив лапы, он приспособлялся к качке «Эренджи». Но с первым же проблеском сознания всплыла мысль, что ему нужно добраться до шкипера. Чернокожие?.. Охваченный беспокойством и любовью, он не считался с ними. Он не обращал внимания на хихикающих, ухмыляющихся, поддразнивающих чернокожих, которые, не будь он под страшной эгидой великого белого господина, с наслаждением убили бы его и съели, тем более, что щенок, пройдя хорошую тренировку, обещал стать первоклассным охотником за неграми. Не поворачивая головы, с остановившимися глазами, гордо подчеркивая свое пренебрежение к их существованию, Джерри побежал на нос в каюту, где шкипер метался в бреду на своей койке.</p>
     <p>Джерри никогда не болел малярией и не понимал, в чем дело. Но он был сильно встревожен тем, что шкипер попал в беду. Шкипер не узнал его, даже когда он вскочил на койку, перепрыгнул через тяжело вздымавшуюся грудь шкипера и слизнул с его лица едкий лихорадочный пот. А дико метавшийся шкипер отшвырнул его в сторону, и Джерри больно ударился о койку.</p>
     <p>В этой грубости не было ничего любовного. Не походила она и на грубость Боркмана, отпихнувшего его ногой. Она объяснялась бедой, которая приключилась со шкипером. Джерри не обсуждал этого вывода, но действовал так, словно дошел до него путем умозаключений. Точнее всего это можно выразить следующим образом: в этой грубости Джерри почуял новый оттенок.</p>
     <p>Он сел как раз на таком расстоянии, чтобы его не задевала беспокойно метавшаяся рука, и томился желанием придвинуться ближе и еще разок лизнуть лицо бога, который его не узнавал. Но Джерри знал, что тот его крепко любит. И он разделял беду шкипера и страдал вместе с ним.</p>
     <p>— Эй, Кленси, — болтал шкипер, — славная работа выдалась у нас сегодня, и лучших ребят для этого дела не найти… Кленси, дай домкрат номер третий. Подлезай с переднего конца. — Затем кошмарные видения исчезли. — Тише, милочка, зачем ты говоришь папе, как нужно расчесывать твои золотистые волосы? Словно я не расчесывал их эти семь лет… и лучше, чем твоя мама, милочка, лучше, чем твоя мама. Мне выдали золотую медаль за то, что я расчесываю золотые волосы моей красавицы дочки… Судно сбилось с курса! Руль на ветер! Поставить кливер и фор-марсель! Полный ход!.. А оно несется по волнам, как волшебный корабль!.. Моя игра! Блеки, если ты останешься в игре, — увидишь хорошие карты, уж можешь мне поверить!</p>
     <p>Из уст шкипера вырывались обрывки никому не поведанных воспоминаний, грудь его вздымалась, руки разметались; а Джерри, прижавшись к койке, грустил, сознавая всю невозможность помочь. Во всем происходящем он ничего не понимал. Об игре в покер он знал не больше, чем о курсе судна, о разбитых трамвайных вагонах в Нью-Йорке или о расчесывании длинных золотистых волос любимой дочки в маленькой квартирке в Гарлеме.</p>
     <p>— Обе умерли, — выговорил в бреду шкипер. Он произнес это спокойно, словно сообщал, который час; потом застонал: — Ох, какие у нее были красивые, золотые косы!</p>
     <p>Некоторое время он лежал неподвижно и надрывающе рыдал. Этим воспользовался Джерри. Он подлез под руку, прижался к шкиперу, голову положил ему на плечо, слегка касаясь холодным носом щеки шкипера, и почувствовал, как рука обвилась вокруг него и теснее его прижала. Кисть руки ласково его погладила, а прикосновение его бархатного тела изменило болезненные грезы шкипера, который начал бормотать холодным, зловещим тоном:</p>
     <p>— Если какой-нибудь негр посмеет тронуть этого щенка…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Когда спустя полчаса Ван Хорн основательно пропотел, это означало конец приступа. Он почувствовал огромное физическое облегчение, и последние остатки бреда выветрились у него из головы. Однако он страшно ослабел и после того, как сбросил с себя одеяла и узнал Джерри, погрузился в естественный и восстанавливающий силы сон.</p>
     <p>Проснулся он лишь через два часа и поднялся, чтобы идти на палубу. Взобравшись до половины трапа, он опустил Джерри на палубу, а сам вернулся вниз, в каюту, за забытой бутылкой хинина. Но он не сразу вернулся к Джерри. Его внимание привлек длинный ящик под койкой Боркмана. Деревянная задвижка, придерживавшая его, отскочила, ящик выдвинулся, готовый слететь на палубу. Положение было серьезно. Ван Хорн нимало не сомневался, что, упади этот ящик на палубу во время вчерашнего шторма, пропал бы и «Эренджи» и все восемьдесят человек, находившиеся на борту. Ящик был наполнен всякой всячиной: динамитными патронами, коробками со взрывчатыми капсюлями, дистанционными трубками, свинцовыми грузилами, инструментами и многочисленными коробками с ружейными, револьверными и пистолетными патронами. Ван Хорн рассортировал и в порядке уложил все это, взял винт подлиннее и с помощью отвертки приделал задвижку.</p>
     <p>А Джерри тем временем наткнулся на новое приключение. Поджидая шкипера, он случайно заметил дикую собаку, дерзко растянувшуюся на палубе, шагах в двенадцати от своей норы между ящиками. Джерри немедленно припал к палубе и стал подкрадываться. Успех, казалось, был обеспечен, так как дикая собака лежала с закрытыми глазами и, по-видимому, спала.</p>
     <p>И в тот самый момент помощник, шествовавший с носа в том направлении, где между мешками с бататом была припрятана бутылка, крикнул заметно осипшим голосом: «Джерри!» Джерри прижал уши, по форме напоминавшие большие лесные орехи, вежливо завилял хвостом, но изъявил намерение продолжать выслеживание врага. Услыхав голос помощника, дикая собака открыла глаза, метнула взгляд в сторону Джерри и прыгнула в свою нору; очутившись там, она повернулась, высунула морду, оскалила зубы и торжествующе зарычала.</p>
     <p>Лишившись своей добычи по неосмотрительности помощника, Джерри побежал назад, к рубке, чтобы дожидаться шкипера. Но Боркман, у которого от частого прикладывания к бутылке голова затуманилась, цеплялся за свою мысль, как это свойственно пьяным. Еще дважды он повелительно окликнул Джерри, и оба раза Джерри, любезно прижав уши и вильнув хвостом, отказывался повиноваться. Затем щенок свесил голову вниз в каюту и стал ждать шкипера.</p>
     <p>Боркман вспомнил свое первоначальное намерение и продолжал путь к бутылке, которую не замедлил повернуть дном кверху. Но и вторая мысль, какой пустячной она ни была, удержалась; некоторое время он стоял, пошатываясь и что-то бормоча, затем сделал вид, будто изучает свежий ветер, надувший паруса «Эренджи» и накренивший палубу, попытался изобразить перед рулевым орлиную зоркость в своих мутных от пьянства глазах и, наконец, покачиваясь, пошел на середину судна к Джерри.</p>
     <p>Джерри обнаружил присутствие Боркмана, когда тот больно и жестоко щипнул его за бок. Джерри тявкнул от боли и обернулся. Тогда помощник принялся за ту же игру, какую вел шкипер: он стиснул рукой морду Джерри так сильно, что у того застучали зубы, и задал ему встряску, ничем не похожую на любовную встряску шкипера. Джерри еще удерживался на ногах, зубы болезненно лязгали, а затем его грубейшим образом отшвырнули в сторону по скользкому скату палубы.</p>
     <p>Но Джерри с равным и высшим был воплощенной вежливостью. В конце концов даже с низшими, как, например, с дикой собакой, он никогда сознательно не злоупотреблял выпадавшими на его долю преимуществами. А с высшим двуногим белым богом, как Боркман, требовался большой контроль, сдержанность и обуздание примитивных инстинктов. Он не хотел играть с помощником в игру, которую с таким экстазом вел со шкипером, так как помощника он не любил, хотя тот и был двуногим белым богом.</p>
     <p>И все же Джерри оставался в высшей степени любезным. Он вернулся, слабо имитируя ту увлекательную, возбуждающую атаку, которой научил его шкипер. В действительности он притворялся, разыгрывая роль, стараясь делать то, чего ему совсем не хотелось. Он делал вид, будто играет, и для вида рычал, но симуляция выходила мало правдоподобной.</p>
     <p>Он вилял хвостом добродушно и по-дружески, рычал грозно и дружелюбно, но помощник с пьяной прозорливостью уловил разницу и смутно почуял притворство, обман. Джерри плутовал — из вежливости. Боркман спьяна различил плутовство, но не оценил скрытого за ним доброго чувства. И это вывело его из себя. Забыв, что и сам он животное, он видел перед собой не больше, чем животное, с которым пытался дружески играть, как играл шкипер.</p>
     <p>Война стала неизбежной, но открыл ее не Джерри, а Боркман. Боркман ощущал непреодолимую потребность зверя утвердить свое господство над другим зверем — этим четвероногим щенком. Джерри почувствовал, как рука еще сильнее сдавила его челюсти и еще грубее отшвырнула вниз по палубе. А палуба вследствие сильного крена превратилась в крутой и скользкий холм.</p>
     <p>Джерри вернулся, неистово цепляясь когтями за палубу, дававшую плохую опору лапам; он вернулся, уже не симулируя гнев, но побуждаемый первым проблеском подлинной ярости. Этого он не сознавал. Вернее всего, он был под впечатлением, будто играет в ту же игру, какую вел со шкипером. Короче, он стал заинтересовываться игрой, хотя совсем иначе, чем играл со шкипером.</p>
     <p>На этот раз он быстро оскалил зубы, намереваясь глубже впиться в хватающую его руку, но промахнулся; он снова был схвачен и отброшен, отлетел дальше и ударился больнее, чем раньше. Отползая назад, он стал озлобляться, хотя и не сознавал этого. Но помощник, как человек, хотя и был пьян, почувствовал перемену в поведении Джерри раньше, чем сам Джерри ее почувствовал. И Боркман не только ее почувствовал, это ощущение отшвырнуло его назад, в первобытные времена, и побудило драться, чтобы восторжествовать над этим щенком… Так, быть может, дрался первобытный человек с первым выводком, похищенным из волчьего логовища в скалах.</p>
     <p>Действительно, род Джерри восходил к этим далеким временам. Его далекие предки были ирландскими волкодавами, а задолго до этого предками волкодавов были волки. Рычание Джерри звучало теперь по-иному. Незабываемое и неизгладимое прошлое стянуло его голосовые связки. Его зубы сверкали. Джерри был весь охвачен страстью, и страсть побуждала его глубоко вонзить зубы в руку человека. Он отпрыгнул назад, в темную жестокую дикость первобытного мира, отпрыгнул почти с той же быстротой, как это сделал Боркман. И на этот раз его зубы оставили метку, содрав нежную, чувствительную кожу и мясо на правой руке Боркмана. Зубы Джерри кололи, как иголки, и Боркман, ухватив морду Джерри, отбросил его в сторону с такой силой, что тот едва не ударился о низкие поручни «Эренджи».</p>
     <p>Ван Хорн, покончив с уборкой и починкой ящика с взрывчатыми веществами, поднялся по трапу, увидел битву, остановился и молча смотрел.</p>
     <p>Но смотрел он в прошлое, за миллионы лет, и видел два безумных существа, которые сорвали с себя узду многих поколений и возвратились в мрак зарождающейся жизни. В мозгу Боркмана пробудились те же далекие унаследованные инстинкты, что и в мозгу Джерри. Оба вернулись назад, к прошлому. Все усилия и достижения десяти тысяч поколений сошли на нет, и битва шла не между Джерри и помощником, а между собакой-волком и дикарем. Ни один из них не видел Ван Хорна, который, не вылезая из люка, стоял так, что глаза его приходились как раз на уровне порога.</p>
     <p>Для Джерри Боркман уже не был больше богом, так же точно, как и сам он, Джерри, не был гладкошерстным ирландским терьером. Оба забыли миллион лет, отпечатавшийся в их наследственности слабее, чем те века, какие протекли до этого миллиона. Джерри опьянения не знал, но несправедливость понимал хорошо и теперь был охвачен яростным негодованием. Боркман, готовясь отразить следующее нападение, промахнулся, и Джерри успел укусить его за обе руки раньше, чем был отброшен в сторону.</p>
     <p>И всякий раз Джерри возвращался. Как истинный обитатель джунглей, он истерическим лаем выражал свое негодование. Но он не скулил, ни разу не попятился, не уклонился от удара. Он бросался напролом, стараясь укусить, не избегая удара, и встретить удар зубами. Наконец он с такой силой был отброшен назад, что больно ударился боком о поручни, и Ван Хорн крикнул:</p>
     <p>— Прекрати, Боркман! Оставь щенка в покое!</p>
     <p>Помощник, не подозревавший, что за ним наблюдают, вздрогнул от удивления и обернулся. Резкий, повелительный голос Ван Хорна пронесся через миллион лет. Боркман попытался изобразить на искаженном от гнева лице нелепую, извиняющуюся улыбку и едва успел пробормотать: «Ведь мы только играли…» — как Джерри вернулся, подпрыгнул и вонзил зубы в руку врага.</p>
     <p>Боркман снова был отброшен назад за миллион лет, попробовал лягнуть ногой, а Джерри ободрал ему лодыжку. От боли и бешенства помощник забормотал что-то несвязное и, наклонившись, с размаху ударил Джерри по голове и по шее. Как раз в этот момент Джерри подпрыгнул и, получив удар на лету, перекувыркнулся в воздухе и упал на спину. Едва поднявшись на ноги, он хотел возобновить нападение, но шкипер его окликнул:</p>
     <p>— Джерри! Брось! Иди сюда!</p>
     <p>Ему стоило большого труда повиноваться; шерсть на шее ощетинилась, и он оскалился, проходя мимо помощника. И в первый раз он заскулил; это было вызвано не страхом и не болью, а оскорблением и желанием продолжать битву, но это желание он пытался обуздать по приказанию шкипера.</p>
     <p>Шкипер вылез на палубу, взял его на руки и стал ласкать, успокаивать, отчитывая в то же время помощника:</p>
     <p>— Стыдись, Боркман! Пристрелить тебя следует или башку за это снести! Щенок, маленький щенок, только что отнятый от груди! Я бы за два цента задал тебе трепку. И придет же в голову! Щенок, маленький щеночек-сосунок! Хорошо, что хоть руки разодрал. Поделом. Надеюсь, получишь заражение крови. А затем — ты пьян. Ступай вниз и носа не показывай на палубу, пока не отоспишься. Понял?</p>
     <p>А Джерри, совершив далекое путешествие в веках, пытался восторжествовать над тинистой бездной доисторических времен, опираясь на любовь, которая лишь значительно позднее вошла в его жизнь и стала ее основой. Древний гнев утихал, в голосе слышались лишь слабые отзвуки его — отдаленные раскаты пронесшейся грозы, — и Джерри, охваченный теплой волной чувства, познал величие и справедливость своего шкипера. Шкипер поистине был богом: он действовал справедливо, он защищал, он властвовал над тем, другим — меньшим богом, который бежал от его гнева.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Джерри и шкипер вместе несли долгую послеполуденную вахту, и последний то и дело усмехался и восклицал:</p>
     <p>«Черт бы меня побрал, Джерри! Уж можешь мне поверить, ты славный пес и знатный боец!» Или: «Ты молодчина! У тебя настоящее львиное сердце! Бьюсь об заклад, что еще не было такого льва, который сумел бы отнять у тебя добычу».</p>
     <p>И Джерри, не понимая ни единого слова, за исключением своего собственного имени, знал тем не менее, что звуки, издаваемые шкипером, несут похвалу и согреты любовью. А когда шкипер наклонялся, трепал его за уши, протягивал пальцы для поцелуя или брал его на руки, Джерри преисполнялся блаженством. Ибо разве может выпасть на долю какого-либо существа больший экстаз, чем быть любимым богом? Именно такой экстаз переживал Джерри. Шкипер был богом осязаемым, реальным богом трех измерений, который расхаживал босиком, в набедренной повязке, управлял своим миром и любил его, Джерри, нашептывал ему что-то ласкающее и прижимал к себе.</p>
     <p>В четыре часа пополудни Ван Хорн, определив на глаз положение солнца и измерив скорость «Эренджи», приближавшегося к Суу, спустился вниз и грубо растолкал помощника. До их возвращения Джерри один оставался на палубе. И только благодаря тому, что белые боги пребывали внизу и в любой момент могли появиться, Джерри удерживал за собой палубу: по мере приближения к Малаите у возвращавшихся негров поднималось настроение, и, предвкушая независимость, Леруми бросал на Джерри мстительные взгляды и, глотая слюну, оценивал его с точки зрения съедобности.</p>
     <p>Подгоняемый свежим бризом, «Эренджи» быстро несся к земле. Джерри глядел сквозь колючую проволоку, втягивая носом воздух, шкипер стоял подле него, отдавая распоряжения помощнику и рулевому. На палубе развязали груду сундучков, и чернокожие то и дело открывали и закрывали их. Особое удовольствие доставлял им звон колокольчика, которым был снабжен каждый сундучок; этот колокольчик звонил всякий раз, когда поднимали крышку. Они, как дети, наслаждались игрушечным механизмом и, то и дело подходя к своему собственному сундучку, открывали его и прислушивались к звону.</p>
     <p>В Суу высаживались пятнадцать негров. Дико жестикулируя и крича, они узнавали и указывали на мельчайшие детали берега — того единственного клочка земли, какой они знали раньше, три года назад, пока отцы, дяди и вожди не продали их в рабство.</p>
     <p>Узкая полоса воды, шириной едва в сто ярдов, служила входом в длинную и узкую бухту. Густая тропическая растительность покрывала берег. Нигде не видно было ни жилья, ни следов человека. Но Ван Хорн, пристально вглядывавшийся в густые джунгли, прекрасно знал, что десятки, а быть может, и сотни пар человеческих глаз смотрят на него.</p>
     <p>— Принюхивайся к ним, Джерри, принюхивайся, — подбадривал он.</p>
     <p>А у Джерри шерсть взъерошилась, и он залаял на мангиферовую стену, так как действительно распознал своим острым обонянием запах притаившихся негров.</p>
     <p>— Будь у меня такой нюх, как у него, — сказал капитан помощнику, — я бы не рисковал потерять голову.</p>
     <p>Но Боркман ничего не отвечал и угрюмо делал свое дело.</p>
     <p>Ветра почти не было. «Эренджи» медленно вошел в бухту и отдал якорь на глубине ста восьмидесяти футов. Дно гавани так круто опускалось начиная от самого берега, что даже на такой большой глубине корма «Эренджи» находилась на расстоянии какой-нибудь сотни футов от мангифер.</p>
     <p>Ван Хорн по-прежнему тревожно всматривался в берег, поросший лесом. Суу пользовался дурной славой. Пятнадцать лет назад шхуна «Фэйр-Хатавей», вербовавшая рабочих для плантаций Квинсленда <a l:href="#n_471" type="note">[471]</a>, была захвачена туземцами, а вся команда перебита; с тех пор ни одно судно, за исключением «Эренджи», не осмеливалось подходить к Суу. И большинство белых осуждало безрассудную отвагу Ван Хорна.</p>
     <p>Высоко в горах, вздымающихся на тысячи футов к облакам, гонимый пассатным ветром, клубился дым сигнальных костров, возвещавший о прибытии судна. И вдали и вблизи было известно о появлении «Эренджи»; и все же из джунглей, так близко подступавших к судну, доносились лишь пронзительные крики попугаев да болтовня какаду.</p>
     <p>К борту подтянули вельбот, снаряженный шестью матросами, и спустили в него пятнадцать парней из Суу с их сундучками. Вдоль скамей для гребцов лежали под рукой пять ли-энфильдских ружей. На палубе «Эренджи» один из матросов судовой команды с ружьем в руке охранял оставшееся на борту оружие. Боркман принес снизу свое собственное ружье и держал наготове. Ружье Ван Хорна лежало подле него в шлюпке, а сам он стоял близ Тамби, управлявшего длинным кормовым веслом. Джерри тихонько скулил, перевесившись через поручни, пока шкипер не сжалился и не спустил его за собой в вельбот.</p>
     <p>Опасным местом была шлюпка, ибо казалось маловероятным, чтобы именно в этот момент взбунтовались рабочие, оставшиеся на борту «Эренджи». Они были родом из Сомо, Ноола, Ланга-Ланга и далекого Малу и сами трепетали от страха: лишись они защиты своих белых господ, им грозило быть съеденными жителями Суу; того же могли опасаться со стороны жителей Сомо, Ланга-Ланга и Ноола и чернокожие из Суу. Опасность, грозившая вельботу, усиливалась тем, что не было второй, защитной шлюпки. Более крупные суда, вербовавшие рабочих, неизменно посылали на берег две шлюпки. Пока одна подходила к берегу, вторая останавливалась на некотором расстоянии, чтобы в случае тревоги прикрыть отступление. «Эренджи» был слишком мал и даже одну шлюпку не мог нести на палубе, а тащить на буксире две было неудобно; в результате Ван Хорн, самый отважный из всех вербовщиков, был лишен этой существенной защиты.</p>
     <p>Тамби, повинуясь тихой команде Ван Хорна, вел вельбот вдоль берега. Там, где исчезали мангиферы и показалась сбегавшая к воде тропа, Ван Хорн приказал гребцам табанить, чтобы остановиться… В этом месте высокие пальмы и величественные ветвистые деревья вздымались над джунглями, а тропинка походила на тоннель, пробитый в плотной зеленой стене тропической растительности.</p>
     <p>Ван Хорн, ища на берегу каких-либо признаков жизни, закурил сигару и, приложив руку к поясу своей набедренной повязки, убедился, что динамитный патрон находится на своем месте, между поясом и голым телом. Сигара была зажжена для того, чтобы в случае необходимости было чем поджечь динамитную трубку. Один конец трубки был расщеплен и приспособлен для головки спички, а трубка была так мала, что взрывалась через три секунды после прикосновения к ней горящей сигары. Таким образом, если бы понадобилось пустить в ход динамит, Ван Хорн должен был действовать быстро и хладнокровно. В течение трех секунд нужно было бросить патрон в намеченную цель. Однако он не рассчитывал прибегать к динамиту и держал его наготове только из предосторожности.</p>
     <p>Прошло пять минут, а на берегу царило все то же молчание. Джерри понюхал босые ноги шкипера, словно заверяя его, что он здесь, подле него, и тут и останется, чем бы ни угрожало враждебное молчание земли; затем он поставил передние лапы на борт и, ощетинившись, стал сопеть, втягивая воздух, и тихонько ворчать.</p>
     <p>— Что и говорить, они тут, — сказал ему шкипер; а Джерри, искоса взглянув на него улыбающимися глазами, вильнул хвостом, любовно откинул назад уши и, снова повернув морду к берегу, принялся читать повесть джунглей, которая доносилась к нему на легких крыльях душного, замирающего ветерка.</p>
     <p>— Эй! — внезапно крикнул Ван Хорн. — Эй вы, ребята! Высуньте-ка головы!</p>
     <p>И сразу все изменилось: необитаемые, казалось, джунгли ожили. В одну секунду появились сотни дикарей. Они выступили отовсюду из зарослей. Все были вооружены: одни снайдеровскими ружьями <a l:href="#n_472" type="note">[472]</a> и старинными самодельными пистолетами, другие — луками и стрелами, длинными метательными копьями, военными дубинками и томагавками с длинной рукояткой. Один из дикарей выпрыгнул на открытое место, где тропинка упиралась в воду. Если не считать украшений, он был наг, как Адам до грехопадения. В глянцевитых черных волосах торчало белое перо. Полированная игла из белой окаменелой раковины с заостренными концами проходила сквозь ноздри и торчала на пять дюймов поперек лица. Вокруг шеи, на шнурке, скрученном из волокон кокоса, висело ожерелье из клыков дикого кабана цвета слоновой кости. Повязка из белых раковин охватывала одну ногу под самым коленом. Пламенно-красный цветок был кокетливо засунут за ухо, а в дырке другого уха красовался свиной хвост, очевидно, недавно отрубленный, так как еще кровоточил.</p>
     <p>Выпрыгнув на освещенное солнцем место, этот меланезийский денди со снайдеровским ружьем в руках прицелился, направив дуло прямехонько на Ван Хорна. Так же быстро действовал и Ван Хорн. Он моментально схватил свое ружье и прицелился. Так стояли они друг против друга, держа палец на спуске, разделенные сорока футами. Миллион лет, отделявший варварство от цивилизации, зиял между ними в этом узком пространстве в сорок футов. Современному, развитому человеку труднее всего позабыть древние привычки. И насколько ему легче забыть все нормы цивилизации и скользнуть назад — в прошлые века! Наглая ложь, удар в лицо, укол ревности в сердце могут в одну секунду превратить философа двадцатого века в обезьяноподобного жителя лесов, бьющего себя в грудь, скрежещущего зубами и жаждущего крови.</p>
     <p>То же ощущал и Ван Хорн. Но с некоторой разницей. Он подчинил себе время. Он весь был и в современности и в первобытных веках — одновременно, он способен был пустить в ход зубы и когти, но желал оставаться современным до тех пор, пока ему удавалось подчинять своей воле этого дикаря с черной кожей и ослепительно белыми украшениями.</p>
     <p>Долгие десять секунд протекли в молчании. Даже Джерри, сам не зная почему, приглушил свое ворчание. Сотня каннибалов — охотников за головами, — стоявших у стены джунглей, пятнадцать возвращавшихся в Суу чернокожих, сидевших в лодке, семь чернокожих матросов и одинокий белый человек с сигарой в зубах, ружьем у бедра и ощетинившимся терьером, жмущимся к его голой икре, поддерживали торжественное молчание этих секунд, и ни один из них не знал и не предугадывал, чем кончится дело.</p>
     <p>Один из возвращавшихся чернокожих в знак мира вытянул вперед открытую безоружную ладонь и начал что-то чирикать на непонятном диалекте Суу. Ван Хорн держал ружье наготове и ждал. Денди опустил свое ружье, и все участники этой сцены вздохнули свободнее.</p>
     <p>— Мой — добрый парень, — пискнул денди не то по-птичьи, не то по-детски.</p>
     <p>— Ты, парень, большой дурак, — грубо возразил Ван Хорн, бросая ружье и приказывая рулевому и гребцам развернуть шлюпку, небрежно затянулся сигарой, словно его жизнь не висела на волоске всего секунду назад.</p>
     <p>— Мой говорит, — продолжал он, прикидываясь рассерженным. — Какого черта твой наставил на меня ружье? Мой не хотел тебя кай-кай. Мой, когда рассердится, будет тебя кай-кай. И твой, когда рассердится, будет меня кай-кай. А твой не хочет, чтобы парней из Суу кай-кай? Очень давно, три муссона тому назад, мой сказал правду. Мой сказал: пройдут три муссона, и парни из Суу придут назад. Мой говорит: три муссона кончились, и парни из Суу пришли назад.</p>
     <p>Тем временем шлюпка развернулась, и Ван Хорн повернулся, чтобы стать лицом к вооруженному снайдеровским ружьем денди. По знаку Ван Хорна гребцы начали табанить, и лодка кормой пристала к берегу у тропинки. И каждый гребец, держа весло наготове на случай нападения, потихоньку ощупал свое ли-энфильдское ружье, спрятанное под брезентом.</p>
     <p>— С тобой пришли хорошие парни? — осведомился у денди Ван Хорн.</p>
     <p>Тот отвечал утвердительно: по обычаю Соломоновых островов, он полузакрыл глаза и чванливо вскинул вверх голову.</p>
     <p>— Парни Суу, что пришли с тобой, не будут кай-кай?</p>
     <p>— Нет, — ответил денди. — Парни Суу хороший. А придут парни не из Суу, мой говорит: будет беда. Ишикола, большой черный господин на этих местах, говорил моему: пойди и скажи — тут по джунглям ходят дурные парни. Большой белый господин, не надо ходить тут. Ишикола говорил: хороший белый господин, надо остаться на своя корабль.</p>
     <p>Ван Хорн небрежно кивнул головой, словно это сообщение большой цены для него не имело; в действительности же он понял, что на этот раз Суу не доставит ему новых рекрутов. Он приказал чернокожим рабочим отправляться на берег поодиночке. Остальные должны были остаться на своих местах. Такова была тактика на Соломоновых островах. Скопление людей могло повлечь за собой опасность. Нельзя было разрешать чернокожим собираться группами. И Ван Хорн, с равнодушным и величественным видом покуривая сигару, не спускал глаз с негров, которые поодиночке пробирались на корму, каждый со своим сундучком на плече, и сходили на берег. Один за другим они скрылись в зеленом тоннеле, и когда последний сошел на берег, Ван Хорн приказал гребцам возвращаться к судну.</p>
     <p>— На этот раз здесь нечего делать, — сказал он помощнику. — Утром мы снимемся с якоря.</p>
     <p>Тропические сумерки быстро сменились тьмой. На небе высыпали звезды. Ни малейшего дыхания ветерка не пробегало над водой, и от сыроватого зноя тела и лица обоих мужчин покрылись каплями пота. Они лениво поужинали на палубе, то и дело отирая рукой едкий пот со лба.</p>
     <p>— И зачем только человек тащится на Соломоновы острова, в эту проклятую дыру! — пожаловался помощник.</p>
     <p>— И остается здесь, — отозвался капитан.</p>
     <p>— Слишком уж я прогнил от лихорадки, — проворчал Боркман. — Я бы умер, если бы уехал отсюда. Помнишь, два года назад я пытался это сделать. Но как попадешь в холодный климат, так лихорадка и выступает наружу. В Сидней меня привезли совсем больным. Пришлось отправить в карете в госпиталь. Мне становилось все хуже и хуже. Доктора мне сказали, что единственное средство — вернуться назад, туда, где я захватил лихорадку. Если я это сделаю, могу прожить долго. Если же останусь в Сиднее, конец не заставит себя ждать. Положили меня в карету и отправили на судно. Вот и все, что я видел в Австралии за мой отпуск. Я не хочу оставаться на Соломоновых островах. Здесь сущий ад. Но выбор таков: или оставайся, или подыхай.</p>
     <p>Он отсыпал на глаз гран тридцать хинина, завернул в папиросную бумагу, секунду угрюмо смотрел на комочек, затем проглотил его. Глядя не него, и Ван Хорн потянулся за пузырьком и принял такую же дозу.</p>
     <p>— Не мешает натянуть брезент, — заметил он. Под руководством Боркмана несколько человек из команды занавесили тонким брезентом обращенную к берегу сторону «Эренджи». Это была мера предосторожности против шальной пули, так как всего сотня футов отделяла судно от прибрежных мангиферовых зарослей.</p>
     <p>Ван Хорн послал Тамби вниз за маленьким фонографом и поставил с дюжину поцарапанных, визжавших пластинок, уже тысячу раз бывших в употреблении. Слушая музыку, Ван Хорн вспомнил о дикарке и приказал вытащить ее из темной норы в лазарете, чтобы и она послушала фонограф. Девушка в страхе повиновалась, полагая, что час ее пробил. Расширенными от ужаса глазами она глядела на большого белого господина и долго дрожала всем телом, уже после того как он велел ей лечь. Фонограф никакого впечатления на нее не произвел. Она знала только страх — страх перед этим ужасным белым господином, которому, по ее глубокому убеждению, она была обречена на съедение.</p>
     <p>Джерри покинул гладившую руку шкипера, чтобы подойти к девушке и обнюхать ее. Долг побудил его еще раз ее опознать. Что бы ни случилось, сколько месяцев или лет ни протекло бы впредь, он всегда сможет ее узнать. Затем он вернулся к шкиперу, и тот снова стал гладить его одной рукой, держа в другой дымящуюся сигару.</p>
     <p>Влажный, удушливый зной становился невыносимым. Воздух был наполнен тошнотворными сырыми испарениями, вздымавшимися над мангиферовыми болотами. Дребезжащая музыка напомнила Боркману далекие порты и города, и, лежа плашмя на горячей палубе, он отбивал босой ногой зорю и вел тихий монолог, сплошь состоящий из ругательств. А Ван Хорн, поглаживая тяжело дышавшего Джерри, безмятежно и философски курил, зажигая свежую сигару всякий раз, как кончалась старая.</p>
     <p>Внезапно он встрепенулся, услышав слабый плеск весел. Собственно говоря, насторожиться его заставило тихое ворчание ощетинившегося Джерри. Вытащив из складки набедренной повязки динамитный патрон и убедившись, что сигара не потухла, он быстро, но не суетясь, поднялся на ноги и подошел к поручням.</p>
     <p>— Как тебя звать? — крикнул он в темноту.</p>
     <p>— Мой звать Ишикола, — раздался в ответ дрожащий, старческий фальцет.</p>
     <p>Раньше чем снова заговорить, Ван Хорн наполовину вытащил из кобуры свой автоматический пистолет и передвинул кобуру с бедра, чтобы она приходилась у него под рукой.</p>
     <p>— Сколько парней с тобой идет? — спросил он.</p>
     <p>— Мой идет всего десять парень, — ответил старческий голос.</p>
     <p>— Подходите к борту. — Не поворачивая головы, бессознательно опустив правую руку на пистолет, Ван Хорн скомандовал: — Эй, Тамби! Тащи фонарь! Не сюда, а на корму, к бизани, и гляди в оба.</p>
     <p>Тамби повиновался и отнес фонарь на двадцать футов от того места, где стоял капитан. Это давало Ван Хорну преимущество над приближающимися в пироге людьми: фонарь, спущенный через колючую проволоку за поручни, ярко освещал подплывшую лодку, тогда как сам Ван Хорн оставался в полутьме.</p>
     <p>— Греби, греби! — побуждал он, так как люди в невидимой пироге все еще медлили.</p>
     <p>Раздался плеск весел, и на пространство, освещенное фонарем, вынырнул высокий черный нос пироги, изогнутый, как гондола, и инкрустированный перламутром; затем показалась и вся пирога; чернокожие, стоя на коленях на дне лодки, гребли, их глаза блестели, черные тела лоснились. Ишикола, старый вождь, сидел посредине и не греб; беззубыми деснами он сжимал незажженную короткую глиняную трубку. А на корме стоял чернокожий денди; все украшения его были ослепительно белы, за исключением свиного хвостика в одном ухе и ярко-красного цветка, все еще пламеневшего над другим ухом.</p>
     <p>Бывали случаи, когда человек десять чернокожих нападали на судно вербовщика, если оно управлялось не более чем двумя белыми, и потому рука Ван Хорна легла на спуск его автоматического пистолета, хотя он и не вытащил его из кобуры. Левой рукой он поднес ко рту сигару и сильно затянулся.</p>
     <p>— Здорово, Ишикола, старый негодяй! — приветствовал Ван Хорн старого вождя, когда денди, подсунув свое весло под дно пироги и действуя им как рычагом, подвел его к «Эренджи», так что оба судна стояли бок о бок.</p>
     <p>Ишикола, освещенный фонарем, поднял голову и улыбнулся. Он улыбался правым глазом — единственным, оставшимся у него: левый был пронзен стрелой когда-то, в одной из юношеских стычек в джунглях.</p>
     <p>— Мой говорит! — крикнул он в ответ. — Твой долго не видели мои глаза.</p>
     <p>Ван Хорн на жаргоне стал подшучивать над ним, расспрашивая о новых женах, которыми тот наполнил свой гарем, и о том, сколько свиней он за них заплатил.</p>
     <p>— Я говорю, — заключил он, — слишком уж ты богатый парень.</p>
     <p>— Мой хотел прийти к твоему на борт, — смиренно намекнул Ишикола.</p>
     <p>— А я говорю, ночью нельзя, — возразил капитан. Всем известное правило гласило, что с наступлением ночи посетители на борт не допускаются. Затем, подумав, он сделал уступку: — Ты иди на борт, а парни останутся в лодке.</p>
     <p>Ван Хорн галантно помог старику вскарабкаться на поручни, перешагнуть через колючую проволоку и спуститься на палубу. Ишикола был грязный старый дикарь. Одно из его тамбо («тамбо» у меланезийцев и на морском жаргоне означает «табу») гласило, что вода никогда не должна касаться его кожи. Он, живший у берегов океана, в стране тропических ливней, добросовестно избегал соприкосновения с водой. Он никогда не купался, не переходил вброд, а от ливня всегда бежал под прикрытие. Но остального его племени это не касалось. Таково было своеобразное тамбо, наложенное на него колдунами. На других членов племени колдуны налагали другие табу: им запрещалось есть акулу, трогать черепаху, прикасаться к крокодилам или ископаемым останкам крокодилов, либо всю жизнь избегать оскверняющего прикосновения женщины и женской тени, упавшей на траву.</p>
     <p>Итак, Ишиколу, для которого вода была табу, покрывала кора многолетней грязи. Шелудивый, словно больной проказой, с худым лицом, весь морщинистый, он сильно хромал от полученного некогда удара копьем в бедро. Но его единственный глаз блестел ярко и злобно, и Ван Хорн знал, что этим одним глазом Ишикола видит не хуже, чем сам он своими двумя.</p>
     <p>Ван Хорн поздоровался с ним за руку — эту честь он оказывал только вождям — и знаком предложил присесть на корточки на палубе, неподалеку от пораженной ужасом девушки, которая снова начала дрожать: ей вспомнилось, как Ишикола предложил однажды десять десятков кокосовых орехов за обед, приготовленный из нее.</p>
     <p>Джерри во что бы то ни стало должен был обнюхать этого противного, хромого, голого, одноглазого старика, чтобы в будущем его распознать. А обнюхав его и запомнив своеобразный запах, Джерри почувствовал потребность угрожающе зарычать, чем заслужил одобрительный взгляд шкипера.</p>
     <p>— Мой говорит, хорошо будет кай-кай эта собака, — сказал Ишикола. — Мой дает три фут раковин и берет собака.</p>
     <p>Это предложение было щедрым, так как три фута раковин, нанизанных на шнурок из скрученных волокон кокоса, равнялись полусоверену в английской валюте, двум с половиной долларам в американской, или, переведя на здешнюю ходячую монету — живых свиней, — половине крупной, жирной свиньи.</p>
     <p>— Эта собака стоит семь футов раковин, — возразил Ван Хорн, в глубине души прекрасно зная, что не продаст Джерри и за сотню футов раковин или за любую баснословную цену, даваемую чернокожими. Такую маленькую сумму он назначил для того, чтобы чернокожие не заподозрили, как высоко оценивает он в действительности златошерстного сына Бидди и Терренса. Затем Ишикола заявил, что девушка сильно исхудала и он как знаток мяса не может предложить за нее на этот раз больше, чем три раза по двадцать связок кокосов.</p>
     <p>Обменявшись любезностями, белый господин и чернокожий повели разговор; первый чванился превосходством разума и знаний белого человека, второй чутьем угадывал недоговоренное. Ишикола был примитивным государственным мужем и теперь пытался уяснить себе равновесие человеческих и политических сил, давивших на его территорию Суу, в десять квадратных миль. Эта территория была ограничена морем и линиями фронта междуплеменной войны, которая была древнее самого древнего мифа Суу. То одно, то другое племя побеждало, захватывало головы и поедало тела. Границы оставались неизменными. Ишикола на грубом морском жаргоне старался узнать об общем положении Соломоновых островов по отношению к Суу, а Ван Хорн не прочь был вести нечистую дипломатическую игру, какая ведется во всех министерствах великих держав.</p>
     <p>— Я говорю, — заключил Ван Хорн, — в этих местах слишком много у вас злых парней. Берете вы слишком много голов; слишком много кай-кай длинных свиней («длинные свиньи» означали зажаренное человеческое мясо).</p>
     <p>— Мой говорит, черные парни Суу всегда брать головы и кай-кай длинные свиньи, — возразил Ишикола.</p>
     <p>— Слишком много в этих местах злых парней, — повторил Ван Хорн. — Тут, поблизости, стоит большой военный корабль; скоро он подойдет сюда и выколотит семь склянок из Суу.</p>
     <p>— Как звать большой военный корабль у Соломоновых? — спросил Ишикола.</p>
     <p>— Большой корабль «Кэмбриен» — вот как звать корабль, — солгал Ван Хорн, слишком хорошо зная, что за последние два года ни один британский крейсер не заходил на Соломоновы острова.</p>
     <p>Разговор, принимавший характер шутовской декларации об отношениях, какие установятся между государствами, столь несходными по величине, был прерван криком Тамби. Чернокожий спустил за борт другой фонарь и сделал неожиданное открытие.</p>
     <p>— Шкипер, у него в лодке ружья! — крикнул он. Ван Хорн одним прыжком очутился у поручней и свесился вниз через колючую проволоку. Ишикола, несмотря на свое искалеченное тело, отстал от него всего на несколько секунд.</p>
     <p>— Какого черта на дне лодки лежат ружья? — негодующе спросил Ван Хорн.</p>
     <p>Денди, сидевший на корме, постарался подпихнуть ногой зеленые листья так, чтобы они прикрыли выступавшие приклады нескольких ружей, но только испортил все дело. Он наклонился, чтобы рукой сгрести листья, но тотчас же выпрямился, когда Ван Хорн заревел на него сверху:</p>
     <p>— Смирно сидеть! Руки прочь, парень!</p>
     <p>Повернувшись к Ишиколе, Ван Хорн симулировал гнев, которого в действительности не чувствовал, так как уловка была старая и периодически повторялась.</p>
     <p>— Какого черта ты едешь на судно, а ружья лежат у тебя в лодке?! — грозно спросил он.</p>
     <p>Старый вождь закатил свой единственный глаз и моргнул с видом глупым и невинным.</p>
     <p>— Я на тебя сердит, много сердит, — продолжал Ван Хорн. — Ишикола, ты дрянной парень. Убирайся к черту за борт!</p>
     <p>Старик запрыгал к поручням проворнее, чем можно было от него ждать, без посторонней помощи перешагнул через колючую проволоку и прыгнул в пирогу, искусно удержавшись на здоровой ноге. Затем поднял голову и моргнул, моля о прощении и заверяя в своей невинности. Ван Хорн отвернулся, чтобы скрыть улыбку, а потом открыто ухмыльнулся, когда старый плут, показывая свою пустую трубку, вкрадчиво спросил:</p>
     <p>— Может, твой даст моему пять пачка табаку?</p>
     <p>Пока Боркман ходил вниз за табаком, Ван Хорн проповедовал Ишиколе о святости чести и обещаний, затем перегнулся через колючую проволоку и вручил ему пять пачек табаку.</p>
     <p>— Я говорю, — пригрозил он, — когда-нибудь, Ишикола, я тебя совсем прикончу. Ты нехороший друг у берегов соленой воды. Ты большой дурак и убирайся в джунгли.</p>
     <p>Когда Ишикола попробовал протестовать, Ван Хорн резко оборвал его:</p>
     <p>— Я говорю, слишком много ты со мной болтаешь. Все-таки пирога медлила. Денди украдкой старался нащупать ногой приклады ружей под зелеными листьями, а Ишикола не имел ни малейшего желания уезжать.</p>
     <p>— Греби! Греби! — неожиданно крикнул Ван Хорн.</p>
     <p>Гребцы, не дожидаясь команды вождя или денди, невольно повиновались и глубокими, сильными ударами весел вывели пирогу из освещенного круга. С такой же быстротой Ван Хорн переменил свое место на палубе, отпрыгнул ярдов на двенадцать, чтобы случайная пуля его не настигла. Затем он присел на корточки, прислушиваясь к плеску весел, замиравшему вдали.</p>
     <p>— Тамби, — спокойно приказал он, — пусти нам музыку.</p>
     <p>И пока с дребезжащей пластинки срывалась красивая мелодия «Красное крыло», он курил сигару, опираясь локтем о поручни и обнимая Джерри. Куря, он следил, как звезды затуманивались дождем, надвигавшимся с подветренной стороны. Собираясь приказать Тамби отнести вниз фонограф и пластинки, он заметил дикарку, в немом страхе глядевшую на него. Он ей кивнул в знак согласия, полузакрыв глаза и вскинув голову, и рукой указал на рубку. Она повиновалась, как повинуется побитая собака, и поднялась на ноги, дрожа и в ужасе озираясь на большого белого господина, который, как она была убеждена, в один прекрасный день съест ее. И эта невозможность объяснить ей через пропасть веков свои добрые намерения кольнула Ван Хорна. Она скользнула в рубку и сползла по трапу вперед ногами, словно какой-то огромный, большеголовый червь.</p>
     <p>Послав вслед за ней вниз Тамби с драгоценным фонографом, Ван Хорн продолжал курить, а острые, как иглы, брызги дождя освежали его разгоряченное тело.</p>
     <p>Через пять минут дождь прекратился. Небо опять покрылось звездами; зловонный запах поднялся с мангиферовых болот, а удушливый зной снова усилился.</p>
     <p>Ван Хорн никогда ничем не болел, если не считать лихорадки; и сейчас он даже не потрудился пойти за одеялом.</p>
     <p>— Твоя вахта первая, — сказал он Боркману. — Поутру я выведу судно из бухты.</p>
     <p>Он положил голову на бицепс правой руки, левой рукой прижал к груди Джерри и погрузился в сон.</p>
     <p>Так, рискуя жизнью, белые и местные чернокожие влачили день за днем на Соломоновых островах, занимаясь торговлей и стычками; белые старались сохранить головы на своих плечах, а чернокожие также единодушно старались завладеть головами белых и одновременно сохранить свои собственные головы.</p>
     <p>А Джерри, знакомый только с миром лагуны Мериндж, узнал, что эти новые миры — судно «Эренджи» и остров Малаита, — по существу, не отличаются от первого, и с проблеском понимания взирал на вечную игру людей.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На рассвете «Эренджи» снялся с якоря. Паруса тяжело повисли в мертвом воздухе, и судовая команда, спустившись в вельбот, налегла на весла и на буксире тянула судно через узкий проход. Один раз, когда кеч, подхваченный случайным течением, приблизился к берегу, чернокожие, оставшиеся на борту, сбились в кучу, как испуганные овцы в загоне, заслышавшие вой мародера диких лесов. И не нужно было Ван Хорну кричать гребцам в вельботе: «Греби, греби, черти!» Судовая команда, поднимаясь со скамей, всем весом налегала на весла. Они знали, какая страшная судьба грозит им, если «Эренджи» застрянет на омываемом морем коралловом рифе. Они испытывали тот же страх, что и запуганная девушка внизу, в лазарете. В прошлом немало парней из Ланга-Ланга и Сомо попали на пиршественный стол в Суу, точно так же как парни из Суу поставляли лакомые блюда в Ланга-Ланга и Сомо.</p>
     <p>— Мой говорит, — обратился стоявший у руля Тамби к Ван Хорну, когда общее напряжение спало и «Эренджи» вышел в открытое море, — брат моего отца давно-давно пришел на это место на судне. На большая шхуна пришел брат моего отца. Все остались на этом месте в Суу. Брат моего отца парни Суу кай-кай.</p>
     <p>Ван Хорн вспомнил, как пятнадцать лет назад судно «Фэйр-Хатавей» было разграблено и сожжено племенем Суу, а весь экипаж перебит. Действительно, Соломоновы острова в начале двадцатого века были дикими островами, а самым диким из них был большой остров Малаита.</p>
     <p>Шкипер испытующе окинул взглядом покрытые лесом склоны горы Колорат, служившей указанием для мореходов; ее окутанная облаками вершина вздымалась в небо на четыре тысячи футов. Столбы дыма взвивались вверх над ее склонами и с вершин более низких гор.</p>
     <p>— Мой говорит, — усмехнулся Тамби, — много парни сидит в кусты и смотрит на судно.</p>
     <p>Ван Хорн улыбнулся с понимающим видом. Он знал этот древний способ передачи новостей сигналами дыма; сейчас из деревни в деревню от племени к племени давали сигнал: с подветренной стороны идет судно, вербующее рабочих.</p>
     <p>Все утро под свежим ветерком, подувшим с восходом солнца, «Эренджи» летел к северу, а учащавшиеся столбы дыма, вьющиеся над зелеными вершинами, возвещали о его курсе. В полдень Ван Хорн со своим неизменным спутником Джерри стоял на носу и следил за ходом кеча, а «Эренджи», лавируя, шел против ветра в пролив между двумя островками, поросшими группами пальм. Нужно было зорко следить за курсом. Из бирюзовых глубин повсюду вздымались коралловые рифы, являвшие гамму зеленых тонов от темного нефрита до бледного турмалина, а море, набегая на них, меняло оттенки цветов, лениво пенилось или вздымалось фонтаном искрящихся на солнце брызг.</p>
     <p>Столбы дыма по вершинам завели оживленную болтовню, и задолго до того, как «Эренджи» прошел через пролив, весь подветренный берег, от приморских жителей до отдаленнейших лесных деревень, знал, что судно-вербовщик направляется к Ланга-Ланга. Когда открылась лагуна, образованная цепью прибрежных островков, Джерри почуял запах жилья. По гладкой поверхности лагуны двигалось множество пирог: одни приводились в движение веслами, другие подгонялись свежим юго-восточным пассатом, надувавшим паруса из листьев кокосовых пальм. На пироги, слишком близко подходившие, Джерри грозно лаял, ощетинив шерсть и изображая яростного защитника белого господина, стоявшего подле него. И после каждой такой демонстрации он мягко тыкался холодной, влажной мордой в обожженную солнцем ногу шкипера.</p>
     <p>Войдя в лагуну, «Эренджи» понесся, пользуясь боковым ветром. Сделав полмили, он повернулся; передние паруса были спущены, захлопали грот и бизань, и якорь был отдан на глубине пятидесяти футов. Вода была так прозрачна, что можно было разглядеть на коралловом дне огромные извилистые двустворчатые раковины. Возвращавшихся в Ланга-Ланга рабочих не нужно было отвозить на берег в вельботе. Сотни пирог ждали по обе стороны «Эренджи», и каждого парня, с его сундучком и колокольчиком, вызывали десятки родственников и друзей.</p>
     <p>Ввиду царившего возбуждения Ван Хорн никого не пускал на борт. Меланезийцы в отличие от животных в атаку переходят так же быстро, как и в отступление. Два матроса стояли у ли-энфильдских ружей, сложенных на люке. Боркман следил, как одна половина команды занималась приборкой судна. Ван Хорн с Джерри, следовавшим за ним по пятам, руководил отплытием возвращавшихся в Ланга-Ланга чернокожих и зорко наблюдал за второй половиной судовой команды, охранявшей проволочное ограждение. А парни из Сомо расселись на своих сундучках, чтобы чернокожие из Ланга-Ланга не сбросили их вещи в поджидавшие пироги.</p>
     <p>Через полчаса шумная толпа отплыла на берег. Замешкалось только несколько пирог, и с одной из них Ван Хорн поманил на борт Нау-Хау, сильнейшего вождя из укрепленного поселка Ланга-Ланга. Большинство великих вождей племени были стариками, но Нау-Хау был молод и в отличие от большинства меланезийцев даже красив.</p>
     <p>— Здорово, царь Вавилонский! — поздоровался Ван Хорн, давший ему это прозвище за воображаемое сходство с семитами и грубую силу, наложившую отпечаток на его лицо и сказывавшуюся в походке.</p>
     <p>С детства приученный к наготе, Нау-Хау шествовал по палубе смело и не стыдясь. Все его одеяние состояло из затянутого вокруг талии ремня от чемодана. Между этим ремнем и голым телом был заткнут клинок поломанного ножа, дюймов в десять длины. Единственным его украшением являлась белая фарфоровая суповая тарелка. Она была просверлена, надета на шнурок из кокосовых волокон и свешивалась с шеи, покоясь на его груди и наполовину прикрывая сильные мускулы. Это было величайшее сокровище. Ни один человек на Малаите не имел целой суповой тарелки.</p>
     <p>Но суповая тарелка не вызывала смеха, как не казалась смешной и его нагота. Он был знатного рода. До него вождем был его отец, а сам он превзошел своего отца. Жизнь и смерть держал он в своих руках. Часто пользовался он этой властью, чирикая своим подданным на языке Ланга-Ланга: «Убей здесь» и «Убей там», «Ты умрешь» и «Ты будешь жить». Когда его отец, за год до того сложивший с себя сан, вздумал безрассудно вмешаться в государственные дела своего сына, тот призвал двух молодцов и повелел стянуть петлю из кокосовых волокон на шее отца, дабы отныне тот не дышал. Когда его любимая жена, мать первенца, осмелилась по глупости нарушить одно из его царственных табу, он приказал ее убить, и самолично и добросовестно съел всю, вплоть до мозга из переломанных костей, не подарив ни кусочка своим ближайшим друзьям.</p>
     <p>Царственным он был и по рождению, и по воспитанию, и по делам своим. И в походке его сквозило сознание своего царственного достоинства. Он выглядел царственным, как может выглядеть царственным великолепный жеребец или лев, нарисованный на фоне пустыни. Его торс, грудь, плечи, голова были великолепны. Великолепен был и ленивый, надменный взгляд из-под тяжелых век.</p>
     <p>В эту минуту на борту «Эренджи» царственной была храбрость Нау-Хау, хотя он знал, что ступает по динамиту. Давно уже он на горьком опыте узнал, что белый человек — тот же динамит и подобен таинственному смертоносному метательному снаряду, каким пользуются иногда белые. Еще будучи подростком, он участвовал в нападении на сандаловый куттер, который был даже меньше «Эренджи». Этой тайны он никогда не мог забыть. Двое из трех белых были убиты на его глазах, и на палубе им отрубили головы. Третий за минуту до того ускользнул вниз. И тогда куттер со всем своим богатством — железными кольцами, табаком, ножами и коленкором — взлетел на воздух и снова упал в море, разбитый на мельчайшие куски. То был динамит — тайна.</p>
     <p>А сам Нау-Хау, пролетев по воздуху и каким-то чудом уцелев, понял тогда, что белые люди — тот же динамит и в них та же тайна, как и в веществе, которым они оглушают целые стаи проворных голавлей или в случае необходимости взрывают самих себя и свои корабли, пришедшие по морю из далеких стран. И все же твердой, тяжелой поступью он шел по этому смертоносному веществу, из которого, как ему было известно, состоял Ван Хорн. И при этом осмеливался давить на это вещество, рискуя взрывом.</p>
     <p>— Мой говорит, — начал он, — почему твой слишком долго держал мой парень?</p>
     <p>То было вполне справедливое обвинение: рабочие, которых только что доставил Ван Хорн, пробыли в отлучке три с половиной года вместо трех.</p>
     <p>— Если ты, парень, будешь так разговаривать, я на тебя рассержусь много-много! — ощетинился в ответ Ван Хорн, а затем дипломатически прибавил, запустив руку в ящик и достав оттуда пригоршню табаку: — Лучше ты покури и заведи разговор о чем-нибудь хорошем.</p>
     <p>Но Нау-Хау величественно отстранил дар, несмотря на то, что ему очень хотелось его взять.</p>
     <p>— Много-много табаку мой есть, — солгал он, а затем спросил: — Как звать парень — ушел и не вернулся?</p>
     <p>Ван Хорн вытащил из складки набедренной повязки длинную и узкую отчетную книгу; и, глядя, как он перелистывает страницы, Нау-Хау ощущал динамитную, высшую власть белого человека, помогающую ему извлекать воспоминания из замаранных листов книги, а не из собственной головы.</p>
     <p>— Сати… — начал Ван Хорн, ведя пальцем по записи; глаза его, отрываясь от страницы, зорко следили за чернокожим вождем, стоявшим перед ним. А чернокожий вождь взвешивал, насколько удобен этот момент, чтобы подскочить к белому сзади и одним ударом ножа перерубить ему спинной мозг у основания шеи.</p>
     <p>— Сати, — читал Ван Хорн. — Прошлый муссон, как раз в это время, парень Сати болел животом много-много; потом парень Сати совсем нет. — Так перевел Ван Хорн на морской жаргон запись: «Умер от дизентерии 4 июля 1901 года».</p>
     <p>— Много работа парень Сати, долгое время, — вел свою линию Нау-Хау. — Что стало его деньги?</p>
     <p>Ван Хорн мысленно сделал подсчет.</p>
     <p>— Всего он заработал шесть раз по десять фунтов и два фунта золотыми деньгами, — перевел он шестьдесят два фунта жалованья. — Я платил вперед отцу один раз по десять фунтов и пять фунтов. Остался четыре раза по десять фунтов и семь фунтов.</p>
     <p>— Что стало четыре раза по десять фунтов и семь фунтов? — спросил Нау-Хау, который лишь произнес, но умом не мог постичь столь чудовищную сумму.</p>
     <p>Ван Хорн поднял руку.</p>
     <p>— Очень много торопишься, парень Нау-Хау. Парень Сати купил на плантации сундук за два раза по десять фунтов и один фунт. Ему, Сати, осталось два раза по десять фунтов и шесть фунтов.</p>
     <p>— Где два раза по десять фунтов и шесть фунтов? — спросил неумолимый Нау-Хау.</p>
     <p>— У меня, — кратко ответил капитан.</p>
     <p>— Дай два раза по десять фунтов и шесть фунтов.</p>
     <p>— Проваливай к черту! — отказал Ван Хорн, и в его голубых глазах чернокожий вождь почуял отблеск динамита, из которого сделаны белые люди, и перед ним встало видение того кровавого дня, когда он впервые увидел взрыв динамита и был подброшен на воздух.</p>
     <p>— Как звать старого парня в пироге? — спросил Ван Хорн, указывая на пирогу у борта «Эренджи». — Отец Сати?</p>
     <p>— Ему отец Сати, — подтвердил Нау-Хау.</p>
     <p>Ван Хорн позвал старика на борт, дал знак Боркману, чтобы тот следил за порядком на палубе и за поведением Нау-Хау, и спустился вниз за деньгами. Вернувшись, он, подчеркнуто не обращая внимания на вождя, обратился к старику:</p>
     <p>— Как тебя звать?</p>
     <p>— Мой парень Нино, — ответил тот дрожащим голосом. — Парень Сати мой.</p>
     <p>Ван Хорн взглянул на Нау-Хау, ожидая подтверждения. Тот кивнул, по обычаю Соломоновых островов вскинул голову вверх. Тогда Ван Хорн отсчитал в руку отца Сати двадцать шесть золотых соверенов.</p>
     <p>Нау-Хау тотчас же протянул руку и взял деньги. Двадцать золотых монет вождь оставил себе, а остальные шесть вернул старику. Ван Хорну до этого не было дела. Свой долг он выполнил и расплатился честно. Тирания вождя над своими подданными его не касалась.</p>
     <p>Оба господина — и белый и черный — были собой довольны. Ван Хорн уплатил долг; Нау-Хау по праву вождя отнял у старика заработок Сати. Но Нау-Хау не прочь был почваниться. Он отклонил предложенный в подарок табак, купил у Ван Хорна ящик табаку за пять фунтов и, настояв, чтобы его немедленно вскрыли, набил свою трубку.</p>
     <p>— Много хороших парней в Ланга-Ланга? — с невозмутимой вежливостью осведомился Ван Хорн, желая поддержать разговор и подчеркнуть свою беспечность.</p>
     <p>Царь Вавилонский усмехнулся, но не удостоил ответом.</p>
     <p>— Сойти на берег и прогуляться? — с вызывающим видом продолжал Ван Хорн.</p>
     <p>— Может, будет беда, — не менее вызывающе отозвался Нау-Хау. — Много-много дурной парень тебя кай-кай.</p>
     <p>От этих слов у Ван Хорна мурашки пробежали по голове, совсем как у Джерри, когда тот щетинился.</p>
     <p>— Эй, Боркман! — крикнул он. — Подтянуть вельбот! Когда вельбот остановился у борта «Эренджи», Ван Хорн с сознанием собственного превосходства спустился первым и затем пригласил Нау-Хау следовать за собой.</p>
     <p>— Тебе говорю, царь Вавилонский, — пробормотал он на ухо вождю, когда гребцы взялись за весла, — если какой парень мне повредит, пристрелю тебя. А затем взлетит на воздух Ланга-Ланга. И ты будешь идти подле меня. Не захочешь идти — конец тебе будет.</p>
     <p>Одинокий белый человек спустился на берег, сопровождаемый ирландским терьером, чье собачье сердце было переполнено любовью к нему, и черным царьком, благоговевшим перед динамитом белых людей. Ван Хорн, босой, чванливо разгуливал по поселку в три тысячи человек; его белый помощник, тяготевший к водке, наблюдал за порядком на палубе крохотного судна, ставшего на якорь у самого берега. А чернокожая команда вельбота с веслами в руках ждала, когда прыгнет на корму тот, кому они, не любя, служили и чьей головой они охотно завладели бы, не останавливай их страх перед ним.</p>
     <p>Ван Хорн и не думал раньше сходить на берег, но сделал это лишь в ответ на вызов чернокожего вождя. Около часу бродил он по поселку, держа правую руку у спуска автоматического пистолета и зорко следя за нехотя сопровождавшим его Нау-Хау. Вулканический гнев Нау-Хау готов был вспыхнуть при первом удобном случае. И во время этой прогулки Ван Хорну дано было увидеть то, что могли видеть лишь немногие белые, ибо Ланга-Ланга и соседние с ним островки — великолепные бусы, нанизанные вдоль подветренного берега Малаиты, — исключительны по своей красоте и совсем не исследованы.</p>
     <p>Первоначально эти островки представляли лишь песчаные отмели и коралловые рифы, омываемые морем, либо скрытые под водой. Только загнанные, несчастные создания, способные вынести невероятные тяготы, могли влачить на них жалкое существование. Но эти существа, спасшиеся от резни в деревнях, ускользнувшие от гнева и судьбы длинных свиней, предназначенных для кухонного котла, пришли на островки и выжили здесь. Они, знавшие раньше только лесную жизнь, познали соленую воду и приобрели навыки приморских жителей. Они изучили нравы рыб и моллюсков и изобрели крючки и лесы, сети и капканы для рыб и весь сложный аппарат, с помощью которого можно добыть из изменчивого, ненадежного моря плавающее мясо.</p>
     <p>Эти пришельцы похищали женщин из деревень, лежавших в глубине острова, плодились и размножались. Трудясь, как геркулесы, под палящим солнцем, они завоевали море. Свои коралловые рифы и песчаные отмели они обвели стенами из кораллового камня, украденного темными ночами в дальних поселениях. Не имея ни известки, ни долота, они построили отличные стены, противостоящие напору океана. И как мыши по ночам обкрадывают человеческие жилища, так и они обокрали остров, увезя на миллионах пирог богатый чернозем.</p>
     <p>Прошли века — и вот вместо голых песчаных отмелей, полускрытых водой, возникли обведенные стенами крепости. К морю были проведены спусковые полозья для длинных пирог, а стены защищались со стороны острова лагунами. Кокосовые пальмы, банановые деревья и величественные хлебные деревья давали им пищу и служили защитой от солнца. Их сады процветали. Их длинные, узкие военные пироги опустошали берега и мстили потомкам тех, кто преследовал и стремился пожрать их праотцев.</p>
     <p>Подобно беглецам, скрывшимся в соленых болотах Адриатики и воздвигшим дворцы мощной Венеции на глубоко вбитых сваях, эти жалкие, загнанные чернокожие упрочивали свою власть, пока не стали господами всего острова и не взяли в свои руки торговлю и торговые пути. Отныне и навсегда они принудили лесных жителей оставаться в лесах и не дерзать приближаться к морю.</p>
     <p>И здесь, среди отважных приморских жителей, Ван Хорн шел своей дорогой, рисковал и не верил в возможность близкой смерти. Он знал, что делает это для успеха вербовки рабочих, необходимых другим отважным белым людям на далеких островах.</p>
     <p>Через час Ван Хорн переправил Джерри на корму вельбота и сам последовал за ним, оставив на берегу ошеломленного и недоумевающего чернокожего царька. А царек более чем когда-либо проникся уважением к состоящим из динамита белым людям, привозившим ему табак, коленкор, ножи и топоры и неизменно извлекавшим прибыль из этой торговли.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Вернувшись на борт, Ван Хорн приказал немедленно поставить паруса и сняться с якоря. «Эренджи», лавируя, пронесся по лагуне, покрывая десять миль, отделявшие его от Сомо. По пути Ван Хорн зашел в Бину, чтобы приветствовать вождя Джонни и спустить на берег несколько человек рабочих. Теперь оставалось совершить путешествие до Сомо — последний рейс «Эренджи» и многих, находившихся на его борту.</p>
     <p>Прием, оказанный Ван Хорну в Сомо, был полной противоположностью приему в Ланга-Ланга. Как только спустили на берег возвратившихся рабочих — а это было сделано в три тридцать пополудни, — Ван Хорн пригласил на борт вождя Башти. И вождь Башти явился. Несмотря на свой престарелый возраст, это был человек проворный и живой и очень добродушно настроенный — до того добродушно, что он непременно пожелал захватить с собой на борт трех своих пожилых жен. В прошлом этому не бывало примера. Никогда не разрешал он ни одной из своих жен появляться перед лицом белого, и Ван Хорн был до того польщен этой честью, что презентовал каждой глиняную трубку и двенадцать пачек табаку.</p>
     <p>Несмотря на поздний час, торговали бойко. Башти захватил львиную долю заработка, принадлежавшего отцам двух умерших парней, и щедро покупал товары «Эренджи». Когда Башти пообещал много новых рекрутов, Ван Хорн, зная изменчивый характер дикарей, стал настаивать на том, чтобы записать их немедленно. Башти колебался и предлагал отложить до завтра, а Ван Хорн уверял, что удобней всего записать их именно сейчас. Он говорил очень убедительно, и старый вождь послал наконец пирогу на берег за парнями, предназначавшимися для отправки на плантации.</p>
     <p>— Ну, что ты на это скажешь? — спросил Ван Хорн Боркмана, у которого глаза были мутнее обычного. — Никогда еще старый плут не бывал так любезен. Быть может, у него что-нибудь неладное на уме?</p>
     <p>Помощник поглядел на многочисленные пироги, стоявшие у борта «Эренджи», заметил, сколько было в них женщин, и покачал головой.</p>
     <p>— Когда они что-нибудь затевают, своих женщин они отправляют в лес, — сказал он.</p>
     <p>— Ничего нельзя предвидеть с этими неграми, — проворчал капитан. — Сметки у них, может, и не хватает, но время от времени они выдумывают что-нибудь новенькое. А Башти — самый сметливый старый негр, какого я когда-либо знал. Что может помешать ему задумать такую штуку и повести игру шиворот-навыворот? До сих пор они не таскали за собой женщин, когда затевали недоброе, но это еще не значит, что они всегда так будут поступать.</p>
     <p>— Даже у Башти не хватит ума на такую штуку, — возразил Боркман. — Просто он настроен сегодня добродушно и раскошелился. Ведь он уже купил у вас на сорок фунтов всякого добра. Вот почему он хочет доставить вам новую партию рабочих, и, готов биться об заклад, он надеется, что половина перемрет и он сможет растратить их жалованье.</p>
     <p>Доводы были веские. Тем не менее Ван Хорн покачал головой.</p>
     <p>— Все-таки глядите в оба, — посоветовал он. — И помните: нам не следует одновременно спускаться вниз. И к водке не прикасайтесь, пока мы не выберемся из этой каши.</p>
     <p>Башти был невероятно тощ и поразительно стар. Он сам не знал, сколько ему лет; он знал только, что ни один из его племени еще не родился на свет, когда он был мальчишкой. Он помнил дни, когда родился кое-кто из стариков, живших еще и по сей день; но теперь это были дряхлые, трясущиеся старцы, с подслеповатыми глазами, беззубые, глухие или парализованные. Он не походил на них. Он даже мог похвалиться остатками зубов — дюжиной корней, стершихся до уровня десен, которыми ему и сейчас еще удавалось разжевывать пищу. Хотя прежней юношеской выносливости у него уже не стало, но мыслил он по-прежнему самостоятельно и ясно. И благодаря его ясному мышлению племя стало сильнее с тех пор, как он сделался вождем. То был меланезийский Наполеон в маленьком масштабе. Воюя, он сумел отодвинуть границы лесных жителей. Рубцы на его высохшем теле свидетельствовали о том, что он сражался в первых рядах. Управляя, он поощрял сильных и способных людей своего племени. А в политике он всегда одерживал верх над соседними вождями в заключении выгодных договоров.</p>
     <p>И теперь в его живом уме родился план, с помощью которого он надеялся перехитрить Ван Хорна и подставить ножку великой Британской империи; о ней у Башти имелись лишь самые смутные сведения.</p>
     <p>Дело в том, что Сомо имел свою историю. По странному стечению обстоятельств приморское племя обосновалось на земле, где обычно живут лишь лесные жители. Фольклор Сомо бросает чуть брезжущий свет в глубь времен. Однажды, давным-давно, в незапамятные времена, некто Сомо, сын Лоти, который был вождем островной крепости Умбо, поссорился со своим отцом и бежал от его гнева. С ним ушли на двенадцати пирогах другие юноши. В течение двух муссонов они странствовали, как Одиссей. Миф повествует, что они дважды объехали Малаиту и добрались до Уги и Сан-Кристобаля.</p>
     <p>После успешных боев они похищали женщин, и, наконец, обремененный женщинами и потомством, Сомо обосновался на берегу большого острова, оттеснил лесных жителей и основал приморскую крепость Сомо. С фронта, со стороны моря, эта крепость была построена как всякая морская крепость и обведена коралловыми стенами, чтобы выдерживать натиск моря и случайных врагов, а в стенах были проделаны спусковые полозья для длинных пирог. С тыла, где крепость соприкасалась с джунглями, она походила на любую деревушку. Но Сомо, родоначальник нового племени, углубил свои владения в лесах до уступов гор, а на уступах основал деревни. Только великих смельчаков, прибегавших к нему, принимал Сомо в свое племя. Хилых же и трусливых племя немедленно поедало, и невероятная повесть о многочисленных головах, украшавших их дома-пироги, превратилась в миф.</p>
     <p>И это племя, территорию и крепость Башти унаследовал спустя много поколений. Он приумножил свое богатство и не прочь был продолжать свою умную политику. Долго и тщательно обдумывал он план, созревший в его голове. Три года назад племя Ано-Ано, жившее на много миль ниже вдоль берега, овладело судном-вербовщиком, уничтожило его и всю команду и захватило баснословное количество табака, коленкора, бус, разных других товаров, ружей и амуниции.</p>
     <p>Расплата была ничтожна. Спустя полгода военное судно сунуло нос в лагуну, бомбардировало Ано-Ано и загнало всех обитателей его в джунгли. Десант тщетно преследовал беглецов по тропинкам джунглей. В конце концов он удовольствовался тем, что убил сорок жирных свиней и срубил сотню кокосовых пальм. Едва военное судно вышло в открытое море, как племя Ано-Ано вернулось из зарослей в свою деревню. Бомбардировка легких лесных хижин особого вреда не приносит. Поработав несколько часов, женщины привели все в порядок. Что же касается сорока убитых свиней, то все племя накинулось на туши, зажарило их под горячими камнями и устроило пиршество. Нежные верхушки кокосовых пальм также были съедены, а тысячи кокосовых орехов очищены, раздроблены, высушены на солнце и прокопчены в дыму; полученную из них копру можно было продать первому торговому судну.</p>
     <p>Таким образом, положенное наказание превратилось в праздник и пиршество. Это произвело впечатление на бережливого и расчетливого Башти. А что принесло пользу Ано-Ано, то, по его мнению, должно было пойти и на благо Сомо. Раз таковы обычаи белых людей, которые плавают под британским флагом, убивают свиней и срубают кокосовые пальмы в отместку за пролитую кровь и захваченные головы, то Башти не видел основания, почему бы и ему не извлечь выгоды, как то сделало племя Ано-Ано. Цена, какую, возможно, придется уплатить в будущем, до нелепости не отвечала этой прямой выгоде. А помимо этого, уже больше двух лет прошло с тех пор, как в последний раз заглядывал на Соломоновы острова британский военный корабль.</p>
     <p>Итак, Башти, захваченный новым прекрасным замыслом, кивнул головой, разрешая своему народу подняться на борт и вести торг. Очень немногие из его подданных знали, какова его идея и что у него вообще есть какой-то замысел.</p>
     <p>Торговля оживилась по мере того, как к борту подходили новые пироги и чернокожие мужчины и женщины заполняли палубу. Затем появились рекруты — только что пойманные молодые дикари, робкие, как лани, но повинующиеся закону родительскому и племенному. В сопровождении отцов, матерей и родственников, следовавших за ними группами, они спускались вниз в каюту «Эренджи», где становились перед лицом великого белого господина. Белый господин записывал их имена в какую-то таинственную книгу, заставляя их для утверждения трехгодичного контракта прикасаться правой рукой к перу, которым он писал, и затем уплачивал главе семьи жалованье товарами за первый год.</p>
     <p>Старший Башти сидел поблизости и по обыкновению забирал себе львиную долю из каждого аванса. Три его старых жены смиренно сидели на корточках у его ног; одно их присутствие вселяло уверенность в Ван Хорна, который радовался такому обороту дел. Похоже было на то, что его рейс близится к концу и с Малаиты он отплывет с полным комплектом рабочих.</p>
     <p>На палубе, где находился Боркман, всюду вертелся Джерри, обнюхивая ноги чернокожих, которых он никогда раньше не встречал. Дикая собака сошла на берег вместе с вернувшимися рабочими, а из них назад на судно пришел только один. То был Леруми. Мимо него Джерри несколько раз проходил, ощетинившись, но Леруми холодно его игнорировал, а затем спустился вниз, купил ручное зеркальце и взглядом заверил старого Башти, что все готово и можно приступить в первый благоприятный момент.</p>
     <p>И этот момент наступил по вине Боркмана, вследствие его небрежности и неисполнения приказания капитана. Боркман не отказался от водки. Он не почуял того, что надвигалось со всех сторон. На корме, где он стоял, почти никого не было. Чернокожие обоего пола, болтая с судовой командой, толпились на шканцах и на носу. Боркман направился к мешкам с бататом, привязанным позади бизань-мачты, и достал свою бутылку. Перед тем как глотнуть, он из предосторожности оглянулся. Поблизости стояла безобидная женщина средних лет, жирная, коренастая и уродливая, и кормила двухлетнего ребенка. Конечно, с этой стороны опасаться было нечего. Кроме того, она, несомненно, была безоружна, так как на ней не было ни клочка одежды, где бы можно было спрятать оружие. У поручней, футах в десяти в сторону, стоял Леруми и сладко улыбался перед только что купленным зеркальцем.</p>
     <p>В это зеркальце Леруми и увидел, как Боркман наклонился к мешкам с бататом, затем выпрямился и отклонил голову, присосавшись к бутылке, перевернутой дном кверху. Подняв правую руку, Леруми дал сигнал женщине, сидевшей в пироге у борта «Эренджи». Она быстро наклонилась, схватила что-то и бросила Леруми. То был томагавк с длинной рукояткой. Обух у него был сделан, как у обыкновенного каменного топора, а рукоятка туземной работы, была грубо инкрустирована перламутром и обмотана плетением из кокосовых волокон. Лезвие топора было остро, как бритва.</p>
     <p>Томагавк бесшумно пролетел по воздуху в руку Леруми, а через секунду так же бесшумно перелетел к жирной женщине с ребенком, стоявшей позади помощника. Она обеими руками вцепилась в рукоятку, а ребенок, сидевший верхом на ее бедре, слегка отогнувшись назад, ухватился за мать ручонками.</p>
     <p>Женщина еще медлила нанести удар, так как голова Боркмана была откинута назад и мешала перерубить позвоночный столб у затылка. Много глаз следило за надвигающейся катастрофой. Видел это и Джерри, но не понимал. Несмотря на всю свою вражду к неграм, он не мог, конечно, догадаться, что нападение совершится по воздуху. Тамби, случайно оказавшийся подле люка, увидел и потянулся за ли-энфильдским ружьем. От Леруми не ускользнуло движение Тамби, и он свистом дал сигнал женщине.</p>
     <p>Боркман, не сознавая, что наступила последняя секунда его жизни, как не сознавал он и первой ее секунды, опустил бутылку и поднял голову. Острое лезвие вонзилось в шею. Что ощутил или подумал Боркман — если он мог что-либо ощущать или думать — в эту вспышку секунды, когда его мозг отделялся от остального тела, — тайна, неразрешимая для всех живых. Ни один человек с перебитым спинным мозгом не произносил еще ни слова, которое бы осветило его ощущение. Тело Боркмана осело на палубу, мягко, спокойно, с той же быстротой, с какой был нанесен удар. Он не закачался, не пошатнулся. Он сел так же внезапно, как проколотый пузырь с воздухом. Бутылка выпала из его мертвой руки на мешки с бататом, а остатки ее содержимого тихонько забулькали по палубе.</p>
     <p>Действие развивалось с такой быстротой, что Тамби выстрелил в женщину и промахнулся раньше, чем Боркман осел на палубу. Для второго выстрела времени не было, так как женщина, бросив томагавк и держа обеими руками ребенка, прыгнула к поручням и перескочила за борт, опрокинув оказавшуюся под ней пирогу.</p>
     <p>События развернулись молниеносно. Из пирог, стоявших по обе стороны «Эренджи», хлынул сверкающий, искристый дождь томагавков с рукоятками, инкрустированными перламутром. Парни из Сомо, стоявшие на палубе, ловили их на лету, а бывшие на борту женщины на четвереньках уползали прочь с поля битвы. В тот момент, когда женщина, убившая Боркмана, прыгнула за борт, Леруми наклонился поднять брошенный ею томагавк, а Джерри, почуяв кровавую войну, вцепился в руку, тянувшуюся за томагавком. Леруми выпрямился и в протяжном вое излил свою злобу и ненависть к щенку. И в то же время он изо всех сил лягнул подскочившего к нему Джерри. Удар пришелся прямо в брюхо и поднял Джерри высоко в воздух.</p>
     <p>А в следующую секунду, пока Джерри перелетал через колючую проволоку за борт, а с пирог передавали на судно снайдеровские ружья, Тамби, почти не прицеливаясь, выстрелил вторично. Леруми, снова потянувшийся за томагавком, не успел даже опустить ногу, лягнувшую щенка, как пуля попала ему в сердце.</p>
     <p>Он осел на палубу и вместе с Боркманом погрузился в тишину смерти.</p>
     <p>Джерри еще не успел коснуться воды, как слава удачного выстрела потеряла всю прелесть для Тамби. В тот самый момент, когда он нажимал спуск, делая этот выстрел, томагавк врезался в его череп, и для него навсегда померкло видение тропического мира, омываемого океаном и палимого солнцем. С такой же быстротой и почти одновременно перешли в небытие остальные люди команды, и палуба превратилась в бойню.</p>
     <p>Голова Джерри вынырнула из воды под выстрелы снайдеровских ружей и шум смертельной битвы. Чья-то мужская рука опустилась за борт и вытащила его за загривок в пирогу. Джерри рычал и пытался укусить своего спасителя, он был не столько рассержен, сколько безумно обеспокоен судьбой шкипера. Он знал, совсем о том не думая, что на борту «Эренджи» разразилась величайшая катастрофа, какую смутно предощущает все живое, а знает только человек и называет ее «смерть». Он видел, как пал Боркман. Он слышал падение Леруми. А теперь до него доносились ружейные выстрелы, торжествующий вой и отчаянные крики.</p>
     <p>Беспомощно барахтаясь, Джерри визжал, лаял, задыхался и кашлял, пока чернокожий не швырнул его грубо на дно пироги. Затем поднялся на ноги и сделал два прыжка: первый — на нос пироги и второй — отчаянный и безнадежный, — не думая о себе, он прыгнул к поручням «Эренджи».</p>
     <p>Джерри не допрыгнул всего на один ярд и снова погрузился в море. Он выплыл на поверхность и отчаянно поплыл, давясь и захлебываясь соленой водой, ибо он все еще выл, визжал и лаял, охваченный тоской по шкиперу и желанием быть с ним на борту.</p>
     <p>Но мальчик лет двенадцати, сидевший в другой пироге и видевший борьбу Джерри с первым чернокожим, обошелся с ним безо всяких церемоний; сперва он ударил его по голове веслом плашмя, а затем ребром. Мрак окутал ясный маленький мозг, охваченный любовью, и чернокожий втащил в свою пирогу слабого, неподвижного щенка.</p>
     <p>Тем временем внизу, в каюте «Эренджи», пока Джерри, еще не коснувшись воды, летел по воздуху, отброшенный ногой Леруми, Ван Хорн в одной великой и глубокой вспышке секунды познал свою смерть. Недаром старик Башти жил дольше всех своих соплеменников и был мудрейшим из правителей со времен Сомо. Живи он в иное время и в ином месте, он мог бы стать Александром или Наполеоном. Но и теперь он удивительно хорошо проводил свою роль в своем маленьком королевстве на подветренном берегу Малаиты, мрачного острова каннибалов.</p>
     <p>То была великолепная игра. Хладнокровный и добродушный, строго соблюдая свои права вождя, Башти улыбался Ван Хорну, давал своим молодым подданным царственное разрешение записываться в трехлетнее рабство на плантациях и брал свою долю из каждого аванса за первый год. Аора, которого можно было назвать его первым министром и казначеем, принимал подати по мере их выплаты и набивал ими большие мешки, сплетенные из кокосовых волокон. За спиной Башти на койке сидела на корточках стройная тринадцатилетняя девочка с гладкой кожей и отгоняла опахалом мух от его царственной головы. У ног его сидели три старых жены; самая старшая, беззубая и частично парализованная, повинуясь его кивку, то и дело подставляла ему грубо сплетенную корзинку из пандановых листьев.</p>
     <p>А Башти, чутко прислушиваясь к первому признаку мятежа на палубе, поминутно кивал головой и запускал руку в подставленную корзинку то за бетелем, кусочком известки и неизменным зеленым листом для обертывания жвачки; то за табаком, чтобы набить свою короткую глиняную трубку; то за спичками, чтобы разжечь трубку, которая почему-то частенько гасла.</p>
     <p>Старуха все время подносила к нему корзинку, и, наконец, он в последний раз запустил в нее руку. Это произошло в тот момент, когда на палубе топор поразил Боркмана, а Тамби выстрелил в женщину из своего ли-энфильдского ружья. И сухая, старая рука Башти, покрытая сложной сетью вздувшихся вен, извлекла огромный пистолет — такой древний, что его с успехом мог носить один из «круглоголовых» <a l:href="#n_473" type="note">[473]</a> Кромвеля, либо соратник Кироса <a l:href="#n_474" type="note">[474]</a> и Лаперуза <a l:href="#n_475" type="note">[475]</a>. Это был кремневый пистолет, длиной в полруки, а зарядил его в тот день не кто иной, как сам Башти.</p>
     <p>Ван Хорн действовал так же быстро, как и Башти, но все же недостаточно быстро. В тот самый момент, когда рука его схватилась за современный автоматический пистолет, вынутый из кобуры и лежавший у него на коленях, древний пистолет выстрелил. Заряженный двумя кусками свинца и круглой пулей, он сработал как ружье. К Ван Хорну метнулось пламя, и он познал мрак смерти раньше, чем с губ его успело сорваться: «Черт побери!» А пальцы, схватившие автоматический пистолет, разжались и уронили его на пол.</p>
     <p>Чересчур набитый черным порохом, древний пистолет возымел еще одно действие. Он разорвался в руке Башти. Пока Аора, неведомо откуда извлекший нож, отделял голову белого господина, Башти с юмором глядел на свой указательный палец правой руки, болтавшийся на лоскутке кожи. Он схватил его левой рукой, быстро дернул, перекрутил и оторвал; затем, ухмыляясь, швырнул, как игрушку, в корзинку из пандановых листьев, которую все еще держала перед ним одной рукой его жена, зажимая другой окровавленный лоб, пораненный осколком пистолета.</p>
     <p>Одновременно с этим трое молодых рекрутов, сопровождаемые своими отцами и дядьями, спустились в каюту и прикончили единственного матроса судовой команды, находившегося внизу.</p>
     <p>Башти, проживший достаточно долго, чтобы сделаться философом, мало обращал внимания на боль, а еще того меньше на потерю пальца. Он гордо чирикал и ухмылялся, довольный удачным завершением своего плана, а его три старых жены, вся жизнь которых зависела от кивка его головы, распростерлись перед ним на полу, раболепно принося свои поздравления. Долго прожили они, и этой долгой жизнью обязаны были лишь его царственной прихоти. Они кривлялись, барахтались и лопотали у ног господина их жизни и смерти, доказавшего на этот раз, как и всегда, свою бесконечную мудрость.</p>
     <p>А тощая, пораженная ужасом девушка, стоя на четвереньках, выглядывала из лазарета, как испуганный кролик из своей норы, и, взирая на эту сцену, понимала, что близок кухонный котел и конец жизни.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Джерри никогда не узнал, что произошло на борту «Эренджи». Знал он только, что судно погибло, так как видел его гибель. Мальчик, оглушивший его веслом, крепко связал ему лапы, выбросил на берег и позабыл о нем, увлеченный ограблением «Эренджи».</p>
     <p>С громкими криками и песнями красивую яхту из тикового дерева длинные пироги подтянули к берегу, как раз к тому месту, где у подножия коралловых стен лежал Джерри. Костры пылали на берегу; на борту зажгли фонари, и среди великого ликования ограбили и ободрали «Эренджи». На берег снесли все, что можно было захватить, начиная с железных болванок, служивших балластом, и кончая бегучим такелажем и парусами. В ту ночь в Сомо не спал ни один человек. Даже самые крохотные ребятишки топтались вокруг пиршественных костров или, сытые по горло, валялись врастяжку на песке. В два часа ночи, по приказанию Башти, корпус судна был подожжен. И Джерри, томясь от жажды, уже не имея сил визжать, беспомощно лежал со связанными ногами на боку и видел, как был охвачен огнем и дымом тот плавучий мир, который он так недавно узнал.</p>
     <p>При свете горевшего судна старый Башти разделил добычу. Никто из всего племени не был обойден. Даже жалкие рабы, бывшие жители лесов, все время своего рабства трепетавшие от страха быть съеденными, получили по глиняной трубке и по нескольку пачек табаку. Большую часть товаров, не подлежащих дележу, Башти отправил в свой большой травяной дом. Вся оснастка и богатое оборудование кеча было сложено в нескольких сараях для пирог. А в дьявольских домах колдуны принялись за работу, высушивая многочисленные головы над тлеющими кострами; а голов было много, так как на борту «Эренджи», помимо судовой команды, находилась дюжина рабочих из Поола и несколько парней из Малу, которых Ван Хорн еще не доставил на родину.</p>
     <p>Однако не все они были убиты. Башти категорически воспретил поголовное избиение. Но руководствовался он при этом не гуманностью, а тонким расчетом. Обречены они были все, но Башти никогда не видел льда, не знал о его существовании и не был знаком с холодильниками. Он знал лишь один способ сохранить мясо свежим, а именно — хранить его живым. И пленники были сложены в самом большом сарае для пирог, где помещался «мужской дом» <a l:href="#n_476" type="note">[476]</a> и куда под страхом мучительной смерти не смела войти ни одна женщина.</p>
     <p>Связанных, как кур или свиней, их свалили на утрамбованный земляной пол, под которым на незначительной глубине лежали останки древнейших вождей, а над головой, обернутые в травяные циновки, висели предшественники Башти, включая и его отца.</p>
     <p>Сюда же принесли из лазарета и тощую маленькую негритянку, так как она была предназначена для съедения, а табу не распространялось на приговоренных к кухонному котлу. Ее бросили связанной на пол среди чернокожих, которые, бывало, так насмехались над ней и дразнили, уверяя, что Ван Хорн откармливает ее для кухонного котла.</p>
     <p>В этот же дом принесли и Джерри и бросили его на пол. Анго, глава колдунов, наткнулся на него на берегу и, несмотря на протесты мальчика, требовавшего щенка как свою личную добычу, приказал отнести в сарай для пирог. Когда его проносили мимо пиршественных костров, он почуял, что это за пиршественные блюда. И как ни ново было для него это открытие, он ощетинился, зарычал и попробовал освободиться от пут. Когда же его бросили на пол, он снова ощетинился и зарычал на своих товарищей по несчастью, не понимая, что и они попали в беду. Так как на негров его приучили смотреть как на вечных врагов, то и теперь он считал их ответственными за несчастье, постигшее «Эренджи» и шкипера.</p>
     <p>Ведь Джерри был только собакой, с собачьим ограниченным умом и к тому же очень молодой. Но он не долго рычал на пленников. Смутный инстинкт подсказал ему, что и они тоже несчастны. Некоторые были тяжело ранены и все время охали и стонали. Не отдавая себе в том отчета, Джерри понял, что их положение так же тягостно, как и его. А ему и в самом деле пришлось скверно. Он лежал на боку, а веревки так туго стягивали его лапы, что врезались в нежное тело и мешали кровообращению. Он изнывал от жажды и с пересохшим языком и горлом задыхался в жаре.</p>
     <p>Жутким местом был этот дом для пирог, наполненный стонами и вздохами; трупы под полом, создания, обреченные в скором времени стать трупами, на полу; трупы, висящие в воздушных гробах, над головой. Длинные черные пироги, остроносые, напоминающие хищных чудовищ с огромными клювами, смутно вырисовывались при свете тлеющего костра, у которого сидел древний старик племени Сомо за своей нескончаемой работой — прокапчиванием дымом головы дикаря. Высохший, слепой и дряхлый, лопоча и кривляясь, как большая обезьяна, он то и дело поворачивал во все стороны голову, подвешенную в едком дыму, и горсть за горстью подбрасывал гнилую труху в тлеющий костер.</p>
     <p>При редких вспышках тусклого костра, сквозь темные поперечные балки проглядывал конек крыши, покрытый циновкой из кокосовых волокон. Некогда эти волокна были двух цветов — черного и белого, но от дыма приняли почти однотонную грязновато-коричневую окраску. С поперечных балок на длинных крученых веревках свешивались головы врагов, захваченные во время столкновений в джунглях и морских набегов. Все помещение дышало гниением и смертью, и сам слабоумный старик, прокапчивающий в дыму символ смерти, был на краю могилы.</p>
     <p>Перед рассветом несколько десятков чернокожих с громкими криками приволокли одну из больших военных пирог. Руками и ногами они расчистили место для пироги, расталкивая и отбрасывая в сторону связанных пленников. Они отнюдь не деликатничали с мясом, дарованным им благосклонной судьбой и мудростью Башти.</p>
     <p>Потом они расселись вокруг, покуривая из глиняных трубок, и, чирикая и смеясь странным тонким фальцетом, стали перебирать события прошедшего дня и ночи. Время от времени то один, то другой растягивался и тут же засыпал, ничем не покрывшись, так как от рождения они привыкли спать нагими даже под палящими лучами солнца.</p>
     <p>Когда стало рассветать, не спали только тяжело раненные или слишком туго связанные веревками да дряхлый старик, который все же был моложе Башти. Когда мальчик, оглушивший Джерри лопастью весла и предъявлявший на него свои права, прокрался в дом, старик его не услышал. И не увидел, потому что был слеп. Он продолжал, безумно хихикая и бормоча что-то, поворачивать голову, коптившуюся в дыму, и подбрасывать труху в тлеющий костер. Никто не обязан был трудиться над этим ночью, даже он, ни на что иное не способный. Но возбуждение, царившее после захвата «Эренджи», передалось и его поврежденному мозгу; смутно вспоминалась ему былая сила, и он принял участие в триумфе Сомо, занявшись копчением головы, которая являлась символом этого триумфа.</p>
     <p>Но двенадцатилетний мальчик, прокравшийся в дом, осторожно шагал через спящих и пробивал себе дорогу среди пленных, замирая от страха. Он знал, какое табу нарушает. Он не дорос даже до того, чтобы покинуть травяной кров своего отца и спать с юношами в доме для пирог, не говоря уже о доме, где спали молодые мужчины. И теперь, вторгшись в священную обитель вполне созревших и признанных взрослыми мужчин Сомо, он знал, что рискует своей жизнью, со всеми ее смутно предощущаемыми тайнами и стремлениями.</p>
     <p>Но он хотел во что бы то ни стало добыть Джерри, и добыл-таки его. Только тощая маленькая негритянка, предназначенная для кухонного котла, вытаращив от ужаса глаза, видела, как мальчик схватил Джерри за связанные лапы и вынес его из этой кладовой живого мяса. Героическое смелое сердечко Джерри заставило бы его огрызнуться на такое грубое обращение, если бы он не был слишком истощен: из пересохшей глотки не вырывалось ни единого звука. В каком-то полукошмаре, жалкий, беспомощный, почти без сознания, он смутно ощущал, словно между двумя страшными сновидениями, что его тащат головой вниз из дома, где пахнет смертью, проносят через затихшую деревню и несут вверх по тропинке, осененной высокими ветвистыми деревьями, лениво шелестящими под первым дыханием утреннего ветерка.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Как узнал впоследствии Джерри, мальчика звали Ламаи, и он нес щенка к себе домой. Незавидный был этот дом, даже среди травяных хижин каннибалов. На земляном полу, плотно утрамбованном многолетней грязью, жили отец и мать Ламаи с потомством, состоявшим из четырех младших его братьев и сестер. Тростниковая крыша, протекавшая при сильном ливне, еле держалась. Дырявые стены вообще не были защитой от дождя. Дом Лумаи, отца Ламаи, был самым жалким жилищем во всем Сомо.</p>
     <p>Лумаи, хозяин дома и глава семьи, в отличие от большинства малаитян, был толст. И, должно быть, этой тучностью и объяснялось его добродушие и леность. Но жужжащей мухой в эту радостную беспечность врывалась его жена Ленеренго — самая сварливая женщина во всем Сомо, настолько же тощая, насколько ее супруг был шарообразен; язык у нее был столь остер, сколь сладкоречив у него; ее кипучая энергия служила противовесом его бесконечной лени; и от рождения мир казался ей пропитанным горечью, тогда как он ощущал лишь его сладость.</p>
     <p>Мальчик обошел дом, по дороге заглянул внутрь, где его отец и мать лежали в противоположных углах, ничем не прикрытые, а посредине, на полу, свернувшись в клубок, как выводок щенят, спали его голые братья и сестры. Вокруг дома, который, по правде сказать, сильно смахивал на звериную берлогу, был рай земной. Воздух был пряный, напоенный сладким благоуханием диких ароматных растений и великолепных тропических цветов. Над головой три хлебных дерева переплетали благородные ветви. Бананы и смоковницы были отягощены гроздьями зреющих плодов. А огромные золотистые дыни-папайя, уже созревшие, свешивались с тонкоствольных деревьев, диаметр которых не достигал и одной десятой диаметра росших на них плодов. Но Джерри самым восхитительным показалось журчание и плеск незримого ручейка, пробивающего себе путь среди мшистых камней, под прикрытием нежных и изящных папоротников. Ни одна королевская оранжерея не могла сравниться с этой дикой тропической растительностью, залитой солнцем.</p>
     <p>Обезумевший от журчания воды, Джерри должен был выносить объятия и ласки мальчика; тот присел перед ним на корточки и, раскачиваясь взад и вперед, затянул странную, мурлыкающую песенку. А Джерри, не наделенный даром речи, не мог рассказать ему о своей невыносимой жажде.</p>
     <p>Затем Ламаи крепко привязал его плетеной веревкой и снял путы, врезавшиеся в его лапы. От неправильного кровообращения у Джерри онемели все члены, и, кроме того, не прикасаясь к воде почти целый тропический день и всю ночь, он так ослабел, что, поднявшись на ноги, зашатался и упал, и так при каждой попытке встать шатался и падал. Тут Ламаи понял или догадался. Он схватил кокосовую плошку, прикрепленную к концу бамбуковой палки, погрузил ее в заросль папоротников и подставил Джерри, наполненную до краев драгоценной водой.</p>
     <p>Сначала Джерри пил, лежа на боку; потом вместе с влагой жизнь влилась в его иссохшие сосуды, и вскоре он смог подняться на ноги, все еще слабый и дрожащий, и, широко расставив лапы, продолжал лакать. Мальчик весело чирикал, любуясь этим зрелищем, а Джерри, почувствовав в себе достаточно бодрости, смог заговорить на красноречивом собачьем языке. Он высунул нос из плошки и розовым языком, похожим на кусок ленты, лизнул руку Ламаи. А Ламаи, в восторге от того, что они поняли друг друга, подсунул плошку, и Джерри снова стал пить.</p>
     <p>Он пил долго. Он пил до тех пор, пока его впавшие от зноя бока не раздулись, как шар, а в промежутках он в знак благодарности лизал черную руку Ламаи. Все шло хорошо, и так бы и продолжалось, если бы не проснулась мать Ламаи — Ленеренго. Переступив через свой черный выводок, она подняла пронзительный крик, укоряя своего первенца за то, что он привел в дом лишний рот, и тем заставит ее хлопотать по хозяйству еще больше.</p>
     <p>Затем последовала перебранка, из которой Джерри не понял ни слова, но смысл уяснил. Ламаи был с ним и за него. Мать Ламаи была против него. Она визгливо выражала свое глубочайшее убеждение, что сын ее дурак и даже хуже дурака, так как дурак и тот посочувствует матери, обремененной трудом. Тут она стала взывать к спавшему Лумаи; тот проснулся, грязный и жирный, и забормотал ласковые слова на диалекте Сомо, уверяя, что это прекраснейший мир, что все щенки и первенцы — восхитительные создания, что сам он еще ни разу не умирал с голоду, а спокойствие и сон — прекраснейшие вещи, когда-либо выпадавшие на долю смертного; и в подтверждение сего, возвращаясь к мирному спокойствию сна, он уткнулся носом в бицепс руки, служившей ему подушкой, и сразу же захрапел.</p>
     <p>Но Ламаи, упрямый, как пень, злобно топая ногами и прекрасно зная, что путь к отступлению открыт и он сможет удрать, если мать на него накинется, продолжал отстаивать щенка. Кончилось тем, что, многословно обрисовав ничтожество отца Ламаи, Ленеренго снова улеглась спать.</p>
     <p>Одна идея порождает другую. Ламаи узнал, как ненасытна была жажда Джерри, и это навело его на мысль, что, быть может, Джерри в не меньшей мере голоден. Подбросив сухие ветви в тлеющие угли, оставшиеся в золе, он развел большой костер, затем навалил на него камней из ближайшей кучи; все камни были закопчены, так как не раз служили для этой цели. Потом он достал из воды ручейка плетеный мешок и вынул из него жирного лесного голубя, которого он накануне поймал в силок. Голубя он завернул в листья и, оградив от огня камнями, засыпал сверху землей.</p>
     <p>Когда, спустя некоторое время, он вытащил голубя и снял обуглившиеся листья, распространился такой аппетитный запах, что Джерри навострил уши и ноздри у него затрепетали. Мальчик разодрал на части дымящуюся птицу, и началось пиршество Джерри, которое продолжалось до тех пор, пока последний лоскуток мяса не был содран с кости, а кости разгрызены и проглочены. И в продолжение всего пиршества Ламаи ухаживал за Джерри, мурлыкал свою песенку, гладил и ласкал его.</p>
     <p>Что же касается Джерри, то он, утолив голод и жажду, уже не столь сердечно отвечал на эти ласки. Он был только вежлив, и в ответ на ласку, поблескивая глазами, вилял хвостом, и, по своему обыкновению, извивался всем телом; но в этом проглядывало какое-то беспокойство, он то и дело прислушивался к отдельным звукам и страстно хотел удрать. Это не укрылось от мальчика, и перед тем, как улечься спать, он обвязал вокруг шеи Джерри веревку, а конец ее привязал к дереву.</p>
     <p>Джерри некоторое время натягивал веревку, а потом сдался и заснул. Но ненадолго. Слишком томила его мысль о шкипере. Он знал — и в то же время не знал, — что шкипера постигло непоправимое высшее несчастье. Сначала он тихонько визжал и скулил, а затем вонзил свои острые зубы в плетеную веревку и жевал ее до тех пор, пока она не перетерлась.</p>
     <p>Освободившись, Джерри, как голубь, возвращающийся домой, понесся стрелой прямо к берегу моря, по которому плавал «Эренджи» со шкипером. Из Сомо почти все разбрелись, а те, кто остался, спали сладким сном. Поэтому никто не досаждал Джерри, пока он пробегал по извилистым тропинкам между многочисленными домами и мимо зловещего места, где люди, высеченные из цельного куска дерева, сидели в разинутой пасти акул. Племя Сомо, со времени своего основателя Сомо, поклонялось богу-акуле и прочим океанским божествам, так же как богам лесов, болот и гор.</p>
     <p>Свернув направо, Джерри миновал коралловую стену и выбежал на берег. Но «Эренджи» не было видно на гладкой поверхности лагуны. Повсюду валялись остатки пиршества, и Джерри почуял дым угасающих костров и запах паленого мяса. Многие из пировавших не потрудились вернуться в свои дома, растянулись на песке и спали под лучами утреннего солнца; мужчины, женщины, дети и целые семьи лежали там, где их настиг сон.</p>
     <p>Джерри подошел к самому краю воды и сел, опустив передние лапы в воду. Сердце его разрывалось от тоски по шкиперу. Он поднял морду к небу и горестно завыл, как воют все собаки с тех пор, как пришли из диких лесов к людским кострам.</p>
     <p>Здесь и нашел его Ламаи, прижал к своей груди, чтобы лаской утешить его горе, и отнес назад, к травяной хижине у ручья. Он предложил ему воды, но Джерри не мог больше пить. Он предложил ему свою любовь, но Джерри не мог забыть мучительную тоску по шкиперу. Наконец, раздраженный упорством щенка, мальчик забыл о своей любви, ударил Джерри по голове и привязал его так, как очень немногие белые люди когда-либо привязывали своих собак. Ведь Ламаи был своего рода гением. Он никогда не видал, чтобы так привязывали собак, но теперь, в минуту нужды, сам изобрел способ привязывать Джерри при помощи палки. Палка была из бамбука, длиной в четыре фута. Один конец он привязал к самой шее Джерри, а другой — к дереву. Джерри мог достать зубами только палку, а сухой бамбук может противостоять зубам любой собаки.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Много дней Джерри, привязанный к палке, был пленником Ламаи. Это время нельзя было назвать счастливым, так как в доме Лумаи постоянно происходили ссоры и стычки. Ламаи ожесточенно сражался со своими братьями и сестрами, не давая им дразнить Джерри, и эти битвы неизменно завершались вмешательством Ленеренго, беспрестанно наделявшей колотушками все свое потомство.</p>
     <p>После этого она по привычке начинала сводить счеты с Лумаи, который всегда кротко подавал голос за тишину и спокойствие, а по окончании спора скрывался на пару дней в дом для пирог. Тут Ленеренго была бессильна. В «мужской дом» не смела проникнуть ни одна женщина. Ленеренго не могла забыть судьбу той последней женщины, которая нарушила табу. Это случилось много лет тому назад, когда сама она была девочкой, но в ее мозгу на всю жизнь запечатлелось воспоминание о несчастной женщине. В первый день она висела, подвешенная за одну руку, под палящими лучами солнца; на второй день ее подвесили за другую руку. После этого она была съедена членами «мужского дома», и еще долго-долго спустя все жены были необычайно кротки со своими мужьями.</p>
     <p>Джерри чувствовал привязанность к Ламаи, но не было в этом ни силы, ни страсти. Это чувство проистекало скорее из благодарности, так как один Ламаи заботился о том, чтобы он получал пищу и питье. Джерри не мог относиться к мальчику так, как относился к шкиперу и мистеру Хаггину или даже к Дерби и Бобу. Ламаи был низшим человеческим существом — негром, а Джерри в течение всей его недолгой жизни внушали закон, гласивший, что белые люди — высшие двуногие боги.</p>
     <p>Однако он не преминул заметить, что и негры наделены разумом и могуществом. Он это принял, не рассуждая. У них была власть над другими предметами, они могли метать палки и камни и даже сумели превратить его в пленника, привязав к палке, делавшей его беспомощным. Все же они были своего рода богами, хотя, быть может, и ниже белых богов.</p>
     <p>Первый раз в жизни Джерри был на привязи, и ему это не понравилось. Тщетно портил он себе зубы, начавшие уже расшатываться под давлением вторых зубов, росших на смену. Палку он так и не мог осилить. Хотя шкипера он не забыл, но горечь утраты с течением времени потеряла свою остроту, и наконец над всеми его мыслями восторжествовало желание быть свободным.</p>
     <p>Но, когда настал день освобождения Джерри, он не воспользовался этим и не удрал к берегу. Случилось так, что освободила его Ленеренго. Сделала она это умышленно, желая от него избавиться. Но, когда она его отвязала, Джерри задержался и в знак благодарности повилял ей хвостом, улыбаясь своими светло-карими глазами. Она топнула ногой и сердито закричала, чтобы его прогнать. Этого Джерри не понял; а так как страха он не знал, то его нельзя было спугнуть и заставить удрать. Он перестал вилять хвостом и продолжал на нее глядеть, но его глаза уже не улыбались. Ее поведение он счел недружелюбным и сейчас же насторожился, приготовившись к дальнейшим враждебным действиям с ее стороны.</p>
     <p>Она снова крикнула и топнула ногой. Это только заставило Джерри сосредоточить свое внимание на ее ногах. Тут она окончательно разозлилась и попыталась ударить его ногой; а Джерри, уклонившись от удара, куснул ее за лодыжку.</p>
     <p>Немедленно разгорелась война, и весьма вероятно, что Ленеренго в бешенстве убила бы Джерри, не появись на сцене Ламаи. Увидев палку, отвязанную от шеи Джерри, он понял, в чем дело, и, рассвирепев, прыгнул между сражающимися и отразил удар, нанесенный каменным пестиком, который легко мог размозжить голову Джерри.</p>
     <p>Теперь серьезной опасности подвергался Ламаи. Но, когда мать свалила его на землю ударом кулака по голове, бедный Лумаи проснулся, разбуженный суматохой, и попытался восстановить мир. Ленеренго, по обыкновению, забыла все на свете, с наслаждением отдавшись препирательствам со своим супругом.</p>
     <p>Дело закончилось довольно безобидно: дети перестали реветь, Ламаи снова привязал Джерри к палке. Ленеренго договорилась до одышки, а оскорбленный в своих чувствах Лумаи удалился в «мужской дом», где мужчины могли почивать в мире и где им не докучали никакие женщины.</p>
     <p>В тот вечер, в кругу своих товарищей, Лумаи рассказал о своих злоключениях и поведал причину их, заключавшуюся в щенке, прибывшем с «Эренджи». Случилось так, что рассказ его услыхал Агно, главный колдун, или верховный жрец, а услыхав, вспомнил, как он отправил Джерри в дом для пирог вместе с остальными пленниками. Полчаса спустя он уже допрашивал Ламаи. Вне всякого сомнения, мальчик нарушил табу, что Агно и сообщил ему конфиденциально. Тут Ламаи задрожал, заплакал и униженно припал к его ногам, так как наказанием за это была смерть.</p>
     <p>Агно представился удобный случай получить власть над мальчиком. И он этот случай упустить не захотел. От убитого мальчика нечего ждать пользы, но мальчик живой, чью жизнь он держал в своих руках, мог сослужить ему хорошую службу. О нарушенном табу никто, кроме него, не знал; следовательно, он мог сохранить это в тайне. Итак, он приказал Ламаи отныне жить в доме для пирог, отведенном юношам; здесь должно было начаться его ученичество; и пройдя длинный ряд испытаний и церемоний, он мог вступить в «мужской дом» и стать признанным мужчиной.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Утром, повинуясь приказанию колдуна, Ленеренго связала ноги Джерри; дело не обошлось без борьбы, во время которой порядком пострадала его голова, а у нее руки покрылись царапинами. Затем она понесла его вниз через деревню, чтобы сдать Агно. Дойдя до открытой площадки в центре деревни, где стояли тотемы, она положила его на землю, а сама приняла участие в народном увеселении.</p>
     <p>Старый Башти был не только суровым, но и мудрым законодателем. Этот день он предназначил для того, чтобы наложить наказание на двух сварливых женщин, проучить всех остальных женщин и дать возможность подданным еще раз оценить достоинства своего правителя. Тиха и Вивау, коренастые, толстые молодые женщины, давно уже были посмешищем всей деревни из-за своих нескончаемых ссор. Башти повелел им участвовать в беге. Но что это был за бег! Можно было лопнуть со смеху. Мужчины, женщины и дети, взирая на эту сцену, выли от восторга. Даже пожилые матроны и седобородые старцы, одной ногой стоявшие в могиле, радостно визжали.</p>
     <p>Путь в полмили лежал через всю деревню, от того места, где был сожжен «Эренджи», и до другого конца коралловой стены. Тиха и Вивау должны были пробежать туда и обратно, причем поочередно одна должна подгонять другую.</p>
     <p>Только Башти мог придумать подобное зрелище. Тихе дали два круглых коралловых камня весом в добрых сорок фунтов каждый. Она вынуждена была плотно прижимать их к бокам, чтобы они не покатились на землю. За ней Башти поставил Вивау, которая была вооружена легким и длинным бамбуковым шестом, утыканным на одном конце щетиной из бамбуковых щепок. Щепки были остры, как иглы, — ими и пользовались как иглами при татуировке. Этим шестом, усаженным иглами, Вивау должна подгонять Тиху так же, как люди бодилом подгоняют волов. Серьезных повреждений причинить было нельзя, а лишь сильную боль, но этого-то именно и добивался Башти.</p>
     <p>Вивау колола бодилом, а Тиха спотыкалась и шаталась, пытаясь развить скорость. Когда они добегут до дальнего берега, положение переменится — Вивау будет нести камни, а Тиха — колоть бодилом. Вивау знала, что Тиха постарается вернуть ей с процентами полученные уколы, а потому изощрялась, насколько позволяли ей силы. Пот каплями стекал по лицу обеих. У каждой в толпе были свои сторонники, встречающие каждый укол ободрением либо насмешками.</p>
     <p>Как ни смехотворно было это наказание, но за ним лежал железный закон дикарей. Камни нужно было нести на протяжении всего пути. Та, что колола, должна была действовать быстро и рьяно. Но той, которая бежала с камнями, воспрещалось терять терпение и колотить свою мучительницу. Башти своевременно предупредил, что виновная в нарушении этих правил будет выставлена во время отлива на коралловом рифе на съедение акулам.</p>
     <p>Когда состязающиеся поравнялись с Башти и его первым министром Аорой, они удвоили свои усилия. Вивау колола с энтузиазмом, Тиха при каждом уколе подпрыгивала, подвергаясь опасности уронить камни.</p>
     <p>За ними по пятам, улюлюкая и визжа, неслись деревенские ребята и собаки.</p>
     <p>— Долго тебе не придется сидеть в пироге, Тиха! — крикнул Аора жертве, а Башти снова разразился кудахтающим смехом.</p>
     <p>Получив особенно чувствительный укол, Тиха уронила камень и была основательно исколота, пока опускалась на колени и подбирала его одной рукой. Поднявшись на ноги, она заковыляла дальше.</p>
     <p>Один раз, возмущенная невыносимой болью, она решительно остановилась и обратилась к своей мучительнице.</p>
     <p>— Мой много-много сердит на тебя! — крикнула она Вивау. — Подожди, скоро…</p>
     <p>Но она так и не закончила своей угрозы. Новый укол заставил ее рысцой пуститься вперед.</p>
     <p>Крик ребятишек стал затихать, когда эта пара приблизилась к берегу, но вскоре опять усилился. Женщины возвращались. На этот раз Вивау пыхтела под тяжестью коралловых камней, а Тиха, озлобленная перенесенными страданиями, старалась расквитаться с лихвой.</p>
     <p>Поравнявшись с Башти, Вивау уронила один из камней, стараясь поднять его, выронила и другой, который откатился на двенадцать футов в сторону от первого. Тут Тиха превратилась в мстительную фурию. И весь Сомо обезумел. Башти хохотал, держась за тощие бока, а слезы сбегали по его морщинистым щекам.</p>
     <p>А когда все было кончено, Башти обратился к своему народу:</p>
     <p>— Так будут драться все женщины, которые любят ссоры.</p>
     <p>Но сказал он это не совсем так и не на языке Сомо, а на морском жаргоне. Вот как сложилась у него фраза:</p>
     <p>— Всякая женщина любит сражаться — всякая женщина в Сомо будет сражаться так.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>По окончании бега Башти завел разговор со своими старшинами, среди которых был и Агно; а Ленеренго, в свою очередь, заболталась со старыми кумушками.</p>
     <p>Джерри лежал на боку там, где она его забыла, когда к нему подошла дикая собака, которую он выслеживал на борту «Эренджи». Сначала она издали потянула носом, готовая в любой момент обратиться в бегство, затем осторожно подошла ближе, Джерри горящими глазами следил за ней. Как только дикая собака ткнулась в него носом, он предостерегающе зарычал. Та отскочила назад, повернулась и стремительно отлетела на пару десятков шагов, пока не убедилась, что ее не преследуют.</p>
     <p>Тогда она осторожно вернулась назад, крадучись, словно выслеживая дичь, так низко припадая к земле, что почти касалась ее брюхом. Лапы она переставляла с гибкой мягкостью кошки и время от времени озиралась по сторонам, словно опасалась атаки с фланга. Громкий взрыв хохота мальчишек, донесшийся издали, заставил ее съежиться, впиться когтями в землю и напрячь все мускулы для прыжка, хотя она и не знала, угрожает ли ей опасность и с какой стороны. Затем она как будто убедилась, что вреда этот шум не причинит, и снова стала крадучись подбираться к ирландскому терьеру.</p>
     <p>Неизвестно, чем кончилось бы дело, ибо в этот момент взгляд Башти случайно упал на золотистого щенка — впервые со дня гибели «Эренджи». Захваченный событиями, Башти забыл о щенке.</p>
     <p>— Это что за собака? — крикнул он резко, заставив дикого пса припасть к земле. Крик привлек внимание Ленеренго.</p>
     <p>Она в страхе распростерлась у ног грозного старого вождя и дрожащим голосом рассказала, как обстоит дело. Ее никудышный мальчишка Ламаи вытащил собаку из воды. В доме собака послужила причиной многих ссор. Но теперь Ламаи переселился к юношам, а собаку она несет в дом Агно, повинуясь приказанию самого Агно.</p>
     <p>— Зачем тебе собака? — обратился Башти непосредственно к Агно.</p>
     <p>— Я ее кай-кай, — последовал ответ. — Жирная собака. Хорошую жирную собаку хорошо кай-кай.</p>
     <p>Проницательному старому Башти явилась мысль, давно уже зревшая в его мозгу.</p>
     <p>— Хорошая собака, — заявил он. — Ты съешь лесную собаку, — посоветовал он, показывая на дикого пса.</p>
     <p>Агно покачал головой.</p>
     <p>— Лесную собаку невкусно кай-кай.</p>
     <p>— Лесная собака — собака не такая хорошая, — вышнее свое суждение Башти. — Лесная собака слишком труслива. Все лесные собаки трусливы. Собака белого господина ничего не боится. Лесная собака не дерется. Собака белого господина дерется, как черт. Лесная собака удирает, как черт. Смотри и увидишь!</p>
     <p>Башти подошел к Джерри и перерезал веревки, стягивавшие ему ноги. А Джерри моментально вскочил и впопыхах не стал тратить время на изъявление благодарности. Он кинулся к дикой собаке, настиг ее на лету и несколько раз перекувырнул в облаке пыли. Всякий раз, когда дикая собака пыталась удрать, Джерри ее настигал, перевертывал и кусал, а Башти надрывался от хохота и лопотал своим старшинам, призывая их смотреть на подвиг Джерри.</p>
     <p>А Джерри превратился в маленького взбесившегося чертенка. Воспламененный воспоминаниями обо всех нанесенных ему обидах, начиная с кровавого дня на «Эренджи» и потери шкипера и кончая последней обидой — связанными ногами, он вымещал все на дикой собаке. Собственник дикой собаки — чернокожий, вернувшийся с плантации, по недомыслию, попробовал отогнать Джерри. Тот моментально на него набросился, царапнул ему зубами икры и, попав между ног чернокожего, повалил его на землю.</p>
     <p>— Как звать? — в бешенстве крикнул Башти обидчику, который, пораженный ужасом, лежал там, где упал, и в страхе ждал, какие еще слова сорвутся с уст его вождя.</p>
     <p>Но Башти уже валился от хохота, глядя, как дикий пес улепетывает во всю прыть вниз по улице, а Джерри, вздымая пыль, несется за ним на расстоянии сотни шагов.</p>
     <p>Когда собаки скрылись из виду, Башти изложил свою мысль. Если люди сажают банановые деревья, они получают бананы. Если они посадят батат, — вырастет батат, не сладкий картофель или смоковницы, а батат — и только батат. Так же обстоит дело с собаками. Если все собаки чернокожих трусливы, то и все потомство этих собак будет трусливым. Собаки белых людей — смелые бойцы. Размножаясь, они дают смелых бойцов. Отлично, а вывод отсюда таков: в их руках собака белого человека, — было бы очень глупо съесть ее и тем уничтожить обитающую в ней храбрость. Мудрость требует считать ее племенной собакой и сохранить ей жизнь, чтобы в грядущих поколениях собак Сомо храбрость ее повторялась снова и снова до тех пор, пока все собаки Сомо не станут сильными и храбрыми.</p>
     <p>Затем Башти приказал главному колдуну взять на себя заботу о Джерри и хорошенько за ним смотреть. Затем он повелел уведомить все племя, что Джерри — табу. Ни один мужчина, женщина или ребенок не может бросить в него копьем или камнем, бить его дубинкой или томагавком и причинять ему какой-либо вред.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>С этого дня и до тех пор, пока Джерри сам не нарушил одного из величайших табу, для него наступила счастливая пора в мрачной травяной хижине Агно, ибо Башти, в отличие от большинства вождей, железной рукой управлял своими колдунами. Другие вожди, даже Нау-Хау из Ланга-Ланга, повиновались колдунам. Потому-то население Сомо считало, что и Башти находился в таком же положении. Но народ в Сомо не знал, что происходило за кулисами, когда Башти, подлинный безбожник, разговаривал один на один со своими колдунами.</p>
     <p>В этих частных беседах он заявил, что знает их игру не хуже, чем они сами, и отнюдь не является рабом темных суеверий и грубых обманов, с помощью коих они держат народ в повиновении. Затем он выдвинул теорию, такую же древнюю, как сами жрецы и правители, что для правильного управления народом и те и другие должны работать совместно. Пусть народ верит, что богам и жрецам — глашатаям богов — принадлежит последнее слово; но он заставит-де жрецов признать последнее слово за ним — Башти. И в конце концов он заявил им, что как ни мало верят они в свои собственные плутни, — он верит в них еще меньше.</p>
     <p>Он знал табу и истину, скрывавшуюся за табу. Он объяснял свои личные табу и их происхождение. Агно он объявил, что никогда он — Башти — не должен есть моллюсков. Так решил он сам, ибо моллюски ему не нравились. Старый Нино, верховный жрец, предшественник Агно, вняв гласу бога-акулы, наложил на него это табу. Но в действительности верховный жрец исполнял тайное повеление Башти.</p>
     <p>Кроме того, все жрецы были его ставленниками, ибо он жил дольше самого старейшего из них. Он знал их всех, всех возвел в этот сан, сделал тем, чем они были, и они зависели от его милостей. И жрецы должны были принимать его программу, как делали это всегда; иначе их постиг бы быстрый и неожиданный конец. Ему следовало лишь напомнить им о кончине Кори, колдуна, который считал себя сильнее своего вождя и по собственной вине вопил от боли целую неделю, пока не затих навсегда.</p>
     <p>В большом травяном доме Агно было мало света и много таинственности, но для Джерри тайн не существовало; он или знал вещи, или их не знал и никогда не беспокоился о том, чего не знал. Засушенные головы и прочие прокопченные и заплесневелые части человеческих трупов производили на него не больше впечатления, чем засушенные аллигаторы и рыбы, украшавшие мрачное жилище Агно.</p>
     <p>Джерри нашел здесь хороший уход. В доме шамана не толпились ни жены, ни дети. Несколько старух, одиннадцатилетняя девочка, отмахивавшая мух, и два молодых человека, прошедшие юношеское обучение в доме для пирог и теперь, под руководством учителя, знакомившиеся со жреческим искусством, составляли домашний штат и ухаживали за Джерри. Пищу он получал самую изысканную. После Агно, съедавшего первый кусок свиньи, еда подавалась Джерри. Даже два прислужника и девочка, отмахивавшая мух, ели после него, а остатки отдавались старухам. И в отличие от обыкновенных лесных собак, которые в дождь украдкой прятались под навес, Джерри отвели сухое местечко под крышей, где с потолка свешивались сухие головы лесных жителей и забытых торговцев сандаловым деревом. Тут же висели покрытые пылью сухие внутренности акул и скелеты крыс длиною вместе с хвостом в две трети ярда.</p>
     <p>Не раз Джерри, пользовавшийся неограниченной свободой, пробирался через всю деревню к дому Ламаи. Но он так и не нашел Ламаи, который со времени потери шкипера был единственным человеком, завоевавшим симпатии Джерри. Открыто Джерри не показывался ни разу; прячась в густом папоротнике на берегу ручья, он следил за домом и принюхивался к его обитателям. Но запах Ламаи уловить он не мог и спустя некоторое время отказался от своих посещений и признал дом колдуна своим домом, а самого колдуна — своим господином.</p>
     <p>Но никакой любви к этому господину он не питал. Агно, столько лет в страхе державший свой таинственный дом, любви не знал, как не знал он и привязанности и жизнерадостности. Юмора он не понимал и был холодно бесчувствен, как ледяная сосулька. По могуществу он занимал второе место, уступая первое Башти, и вся его жизнь была омрачена сознанием, что не он первый. К Джерри он никаких чувств не питал, но, опасаясь Башти, боялся обидеть Джерри.</p>
     <p>Проходили месяцы, и у Джерри появились крепкие, массивные вторые зубы. Он вырос и прибавился в весе. Он был избалован, насколько может избаловаться собака. Под защитой табу он быстро научился властвовать над населением Сомо и во всем поступать по-своему. Никто не смел останавливать его палкой или камнем. Агно его ненавидел, он это знал; пронюхал он и то, что Агно его боится и не посмеет тронуть. Но Агно был хладнокровным философом и выжидал; в отличие от Джерри он обладал человеческой способностью предвидения и умел сообразовать свои действия с достижением определенной цели в будущем.</p>
     <p>Джерри бродил по всем владениям Башти, от пограничных лесных деревень до края лагуны, в воды которой он никогда не рисковал спуститься, помня крокодилов и табу, усвоенное им еще в Мериндже. Все перед ним расступались. Все кормили его, когда он требовал пищи. Ибо табу лежало на нем, и он мог, не встречая противоречий, вторгаться на их циновки для спанья или совать нос в плошки с едой. Он мог драться, сколько ему было угодно, держаться заносчиво, нарушая всякие правила приличия, и никто не смел ему прекословить. Башти повелел даже, чтобы в случае нападения на Джерри взрослых лесных собак народ Сомо принимал его сторону, а лесных собак прогонял камнями и палками. Таким образом, его собственные четвероногие двоюродные братья на горьком опыте узнали, что на нем лежит табу.</p>
     <p>И Джерри благоденствовал. Он легко мог разжиреть до отупения, если бы не его неутомимое любопытство и хорошо развитые нервы. Пользуясь свободой во всем Сомо, он вечно его исследовал, изучая границы и межи, знакомился с обычаями диких существ, обитавших в лесах и на болотах и не признававших лежавшего на Джерри табу.</p>
     <p>Много случалось с ним приключений. Он выдержал две битвы с лесными крысами, почти не уступавшими ему по величине. Эти дикие крысы, попав в безвыходное положение, сражались так, как никто и никогда еще с ним не сражался. Первую он убил, не зная, что то была старая и слабая крыса. Вторая, в расцвете сил, так его проучила, что он, больной и обессилевший, приполз в дом колдуна, где и пролежал неделю под сухими эмблемами смерти, зализывая свои раны и медленно возвращаясь к жизни и здоровью.</p>
     <p>Он крался к дюгоню и радовался, обращая в бегство это глуповатое, робкое животное неожиданным яростным нападением; хотя он прекрасно знал, что из таких нападений толку не выйдет, но его подзадоривала и веселила удавшаяся шутка. Он выгонял тропических уток из их хитро упрятанных гнезд, осторожно бродил среди вылезших подремать на берег крокодилов, пробирался под сводами джунглей и выслеживал белоснежных дерзких какаду, свирепых морских орлов, тяжелокрылых сарычей, райских попугаев, и зимородков, и болтливых мелких попугаев.</p>
     <p>За пределами Сомо он трижды встретил маленьких черных лесных жителей, которые больше походили на призраков, чем на людей: так бесшумно и незаметно они двигались; они охраняли кабаньи тропы в джунглях и во время этих достопамятных встреч трижды бросали в него копьем. И лесные крысы и эти двуногие существа, скрывавшиеся в сумерках джунглей, научили Джерри осторожности. Он не ввязывался с ними в драку, хотя они и пытались пронзить его копьем. Он быстро усвоил, что это был иной народ, не похожий на племя Сомо, и его табу для них ничего не значит. А кроме того, они были своего рода двуногими богами, посылавшими смерть, которая достигала дальше, чем простирались их руки.</p>
     <p>По деревне Джерри бегал так же свободно, как и по джунглям. Для него не было священных мест. В дома колдунов, где мужчины и женщины в страхе и трепете припадали к земле перед лицом тайны, он входил напряженный, ощетинив шерсть, ибо здесь висели свежие головы, а его зоркий глаз и чуткое обоняние говорили ему, что эти головы некогда принадлежали тем чернокожим, каких он знавал на борту «Эренджи». В самом большом колдовском доме он наткнулся на голову Боркмана и зарычал на нее, не получив ответа; ему вспомнилась битва, какую он выдержал на палубе «Эренджи» с подвыпившим помощником.</p>
     <p>Однажды в доме Башти Джерри случайно увидел все, что осталось на земле от шкипера. Башти жил очень долго, жил в высшей степени мудро, о многом передумал и прекрасно знал, что пережил век, положенный человеку, и жить ему осталось мало. И он интересовался всем этим — смыслом и целью жизни. Он любил мир и жизнь, где так счастливо родился, любил за установленный порядок и то положение, какое ему досталось и вознесло его над жрецами и народом. Смерти он не боялся, но его занимало, будет ли он жить снова. Он перерос глупые воззрения плутоватых колдунов и чувствовал себя очень одиноким, не умея разобраться в этой сложной проблеме.</p>
     <p>Он жил так долго и так счастливо, что ему пришлось наблюдать, как вянут и исчезают все могучие стремления и желания. Были у него жены и дети, и он знавал острый юношеский голод. Он видел, как его дети вырастали, превращались в мужчин и женщин, становились отцами и дедами, матерями и бабками. Но, познав женщину, любовь, отцовство и чревоугодие, он все это оставил. Пища? Вряд ли понимал он ее смысл, так мало он теперь ел. Голод, впивавшийся в него, как шпоры, когда он был молод и здоров, давно уже перестал терзать и возбуждать его. Он ел из чувства необходимости и долга и мало заботился о том, что ест, за одним только исключением: он любил яйца мегаподов; каждый сезон эти птицы неслись на особом птичьем дворе, который являлся частной собственностью Башти и охранялся строжайшими табу. Вот все, что осталось от чувственных вожделений Башти. Во всем же остальном его жизнь сводилась к работе мысли: он правил своим народом и выискивал новые данные, откуда можно вывести законы, какие сделают народ сильнее и закрепят его власть над жизнью.</p>
     <p>Но Башти отчетливо улавливал разницу между абстрактным понятием «племя» и конкретнейшим из понятий — «индивид». Племя остается. Члены его исчезают. Племя является восприемником привычек и истории всех предшествующих членов, а оставшиеся в живых сохраняют эти привычки, пока сами не станут историей и воспоминанием в том неосязаемом целом, каковым является племя. И он, как член племени, рано или поздно, — а «поздно» было уже совсем близко, — должен уйти. Но куда уйти? Вот где возникало затруднение. И случилось так, что однажды он велел удалиться всем из его большого травяного дома и, оставшись наедине со своей проблемой, снял с балок под крышей завернутые в циновки головы людей, которых он знал некогда живыми, — людей, ушедших в таинственное «ничто» смерти.</p>
     <p>Не как скупец собирал он эти головы и не как скупец, пересчитывающий свои тайные сокровища, всматривался в них, держа в своих руках или положив к себе на колени. Он хотел знать. Хотел знать то, что, казалось ему, могли знать они, давно ушедшие во тьму, окутывавшую конец жизни.</p>
     <p>Разнообразны были головы, какие держал в своих руках и на коленях Башти, вопрошая их в полумраке травяного дома; а над головой солнце бросало вниз палящие лучи, юго-восточный ветер вздыхал в листве пальм и в ветвях хлебных деревьев. Была здесь голова одного японца — единственная, какую ему довелось увидеть. Она была снята его отцом до рождения Башти. Плохо прокопченная, она местами прогнила от времени. И все же он изучал ее черты и решил, что когда-то были у нее губы, такие же подвижные, как и его собственные, был и рот, звучный и алчный, каким когда-то был и его рот. Были и глаза, и нос, и волосы, и уши такие же, как у него. Некогда голове принадлежали две ноги и туловище, и знала она желания и вожделения. И он решил, что ведомы ей были вспышки гнева и любви в те времена, когда она еще и не помышляла о смерти.</p>
     <p>Сильно занимала Башти одна голова, история которой относилась еще к временам, предшествовавшим его отцу и деду; то была голова француза, хотя Башти этого и не знал. Не знал он и того, что эта голова принадлежала Лаперузу, знаменитому мореплавателю, который сложил свои кости, кости своей команды и останки своих двух фрегатов «Астролябия» и «Буссоль» на берегах каннибальских Соломоновых островов. Другая голова — а Башти был завзятым коллекционером голов — относилась к эпохе за два столетия до Лаперуза — к эпохе испанца Альварро де Мендана <a l:href="#n_477" type="note">[477]</a>. Она принадлежала его оруженосцу и во время берегового столкновения была захвачена одним из отдаленных предков Башти.</p>
     <p>Была еще одна голова с неясным прошлым — голова белой женщины. Никто не знал, кому принадлежала эта голова, — жене или спутнице мореплавателя. Но в высохших ушах до сих пор висели золотые с изумрудом серьги, а волосы, в четыре фута длины, — мерцающий шелком золотистый ручей, — струились с черепа, скрывавшего то, что было некогда ее разумом и волей и побуждало ее, как рассуждал Башти, в былые времена трепетать от любви в объятиях мужчины.</p>
     <p>Обыкновенные головы лесных и приморских жителей и даже белых, опьянявшихся водкой, вроде Боркмана, Башти отдавал в дома для пирог и жилища колдунов, ибо он был знаток своего дела. Имелась у него одна странная голова немца, сильно его интриговавшая. То была рыжебородая и рыжеволосая голова, но даже высохшие мертвые черты говорили о железной воле, а массивный лоб нашептывал Башти о власти тайн, недоступных его пониманию. Не знал он, что некогда это была голова немецкого профессора, астронома — голова, когда-то вмещавшая в себе глубокое знание звезд в беспредельном небе, морских путей, по каким идут ведомые звездами корабли, и путей земли по ее звездной орбите в пространстве, превышающем в мириады миллионов раз то пространство, какое мог постичь Башти.</p>
     <p>Самой последней и более всего раздражавшей мысль Башти была голова Ван Хорна. Ее-то он и держал на своих коленях и созерцал, когда Джерри, пользовавшийся неограниченной свободой в Сомо, вбежал в травяной дом Башти, почуял и узнал смертные останки шкипера и горестно завыл над ним, а затем в бешенстве ощетинился.</p>
     <p>Башти сначала его не заметил, так как весь ушел в созерцание головы Ван Хорна. Всего несколько месяцев назад эта голова была жива, размышлял он, разум оживлял ее, она была прикреплена к двуногому туловищу, которое держалось прямо и расхаживало в набедренной повязке и с автоматическим пистолетом у пояса; и потому эта голова была могущественнее Башти, но разумом слабее его, ибо разве не он, Башти, вооруженный старинным пистолетом, погрузил во мрак этот череп, где раньше таился разум? И разве не он, Башти, отделил череп от ослабевшего остова из плоти и костей, на котором держалась эта голова, чтобы двигаться по земле и по палубе «Эренджи»?</p>
     <p>Что же сталось с этим разумом? Один ли только этот разум и был в надменном, вспыльчивом Ван Хорне, и исчез ли он, как исчезает мигающее пламя лучины, когда она сгорает до конца и превращается в пылеобразную золу? Все ли, составлявшее Ван Хорна, исчезло, как пламя лучины? Ушел ли он навсегда во тьму, куда уходит зверь, куда уходит пронзенный копьем крокодил, пойманная на крючок макрель, захваченный неводом голавль и убитая свинья, жирная и пригодная для еды? И та же ли тьма поглотила Ван Хорна, какая поглощает отливающую металлом синеватую муху, которую его девочка с опахалом давит и уничтожает на лету? Та ли это тьма, какая поглощает москита, знающего тайну полета и, несмотря на свое умение летать, погибающего от руки его, Башти, когда он, почувствовав укус на шее, почти бессознательно расплющивает его ладонью.</p>
     <p>Башти знал: что было истиной для головы этого белого человека, еще совсем недавно живой и властной, то истина и для него, Башти. Что случилось с этим белым человеком за темными вратами смерти, то случится и с ним. Вот почему вопрошал он голову, словно ее немые уста могли заговорить с ним из таинственного мира и объяснить ему смысл жизни и смерти, которая неизбежно побеждает жизнь.</p>
     <p>Протяжный горестный вой Джерри, увидевшего и почуявшего все, что осталось от шкипера, пробудил Башти от его грез. Он взглянул на сильного золотисто-рыжего щенка и немедленно включил и его в свои размышления. Этот щенок живет. Он похож на человека. Он знает голод и боль, гнев и любовь. В жилах его течет кровь, как у человека, и от удара ножом она брызнет красной струей, и щенок погибнет. Подобно человеку, собака любит себе подобных, размножается и кормит грудью своих детенышей. И исчезает. Да, исчезает, ибо он, Башти, в дни своей молодости и здоровья пожрал немало собак: столько же, сколько и людей.</p>
     <p>Но от скорби Джерри перешел к гневу. Он напряженно приближался, оскалив зубы и ощетинившись, так что волны пробегали по его спине к плечам и шее. А шагал он не к голове шкипера, на которой сосредоточилась его любовь, но к Башти, державшему эту голову на своих коленях. Как дикий волк на горных пастбищах крадется к кобыле с ее маленьким жеребенком, так крался Джерри к Башти. А Башти, который всю свою долгую жизнь не боялся смерти и смеялся, когда разорвавшийся кремневый пистолет отхватил ему указательный палец, радостно усмехался: его восхищал этот щенок, которого он бил по носу короткой палкой твердого дерева и заставлял держаться на расстоянии. Как бы свирепо ни нападал на него Джерри, каждый раз он отражал нападение палкой и громко хихикал, ценя смелость щенка, дивясь нелепости жизни, которая все время побуждала его подставлять нос под палочные удары и, подогревая страстные воспоминания об умершем, заставляла снова и снова идти навстречу боли.</p>
     <p>«Вот и здесь — жизнь», — размышлял Башти, ловким щелчком отгоняя визжавшего щенка. Это четвероногое существо, молодое, глупое, горячее, следующее влечениям сердца, походило на любого юношу, ухаживающего в сумерках за своей возлюбленной или вступившего в смертный бой с другим юношей из-за страсти, оскорбленной гордости или несбывшейся надежды. И Башти пришел к тому заключению, что в этом живом щенке, так же как и в мертвой голове Ван Хорна или любого человека, таится объяснение бытия.</p>
     <p>И он продолжал щелкать Джерри по носу палкой, отгоняя его от себя, и дивиться той неведомой жизненной силе, которая снова и снова заставляла щенка прыгать вперед под удары палки, причинявшей боль и вынуждавшей отступать. Он видел в этом отвагу и энергию, силу и безрассудство молодости, и грустно восхищался, и завидовал этой молодости, готовый отдать за нее всю свою седую мудрость.</p>
     <p>«Славный пес, что и говорить, славный пес», — мог бы он повторить слова Ван Хорна. Вместо этого на морском жаргоне, который был ему так же привычен, как и родное наречие Сомо, он подумал: «Мой говорит, собака не знает трусить перед моим».</p>
     <p>Но старику быстро надоела игра, и Башти положил ей конец, сильно ударив Джерри за ухом и лишив его сознания. При виде щенка, секунду назад такого подвижного и разъяренного, а теперь лежавшего без признаков жизни, пытливая фантазия Башти снова разыгралась. Одним-единственным сильным ударом вызвала палка эту перемену. Куда ушел гнев и разум щенка? Неужели все это лишь пламя лучины, которое гаснет от всякого случайного дуновения ветерка? Секунду назад Джерри бесновался и страдал, огрызался и прыгал, проявляя свою волю и управляя своими действиями. А через секунду он лежал безвольный и слабый, в бессознательном состоянии, напоминавшем смерть. Башти знал, что через короткий промежуток времени сознание, чувствительность, способность двигаться и воля вернутся в ослабевшее маленькое тело. Но куда же скрылись с ударом палки и сознание, и чувство, и воля?</p>
     <p>Башти устало вздохнул и устало завернул головы в травяные циновки, служившие им чехлами, — завернул все головы, кроме головы Ван Хорна. И подвесил их к балкам крыши; там они будут висеть много лет после того, как он умрет и уйдет из жизни, так же точно, как висели они задолго до его отца и деда. Голову Ван Хорна он положил на пол, а сам вышел и стал смотреть в щелку, что будет делать дальше щенок.</p>
     <p>Джерри сначала вздрогнул, а через минуту с трудом поднялся на ноги и стоял, покачиваясь. И Башти, припав к щели, видел, как жизнь снова потекла по сосудам инертного тела, напрягла ноги, давая им силу двигаться; видел он, как сознание — эта тайна из тайн — вернулось в костяную коробку, покрытую шерстью, загорелось в открывшихся глазах, заставило оскалить зубы и издать рычание, прерванное в тот момент, когда удар палки опрокинул щенка во тьму.</p>
     <p>И еще кое-что увидел Башти. Сначала Джерри огляделся, разыскивая врага, рыча и ощетинивая шерсть на шее. Затем вместо врага он увидел голову шкипера, подполз к ней и стал ласкать, целуя языком твердые щеки; сомкнутые веки, не поднимавшиеся от его ласки; губы, которые никогда не выговорят ни одного из тех любовных слов, какими, бывало, ласкали собаку.</p>
     <p>И в глубокой тоске уселся Джерри перед головой шкипера, поднял морду к высокому коньку крыши и завыл горестно и протяжно. Наконец, измученный и подавленный, он выполз из дома и ушел в жилище своего колдуна, где в течение двадцати четырех часов бодрствовал, и спал, и видел кошмары.</p>
     <p>С тех пор Джерри до конца своего пребывания в Сомо боялся травяного дома Башти. Самого Башти он не боялся. Страх его был необъяснимый и бессознательный. В этом доме пребывало нечто, некогда бывшее шкипером. То был символ величайшей катастрофы жизни, — инстинктом, заложенным в глубинах его существа, он предчувствовал ее. На один шаг опередив Джерри, народ Сомо, созерцая смерть, достиг представления о душах умерших, продолжающих жить в нематериальных и сверхчувственных областях.</p>
     <p>И с тех пор Джерри напряженно ненавидел Башти как владыку жизни, который хранил и держал на своих коленях нечто шкипера. Об этом Джерри не рассуждал. Все это было смутно и неопределенно — ощущение, эмоция, чувство, инстинкт, интуиция — называйте любым туманным словом, из туманной номенклатуры речи, где слова обманно создают впечатление определенности и приписывают мозгу понимание, каковым мозг не обладает.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Прошло еще три месяца; северо-западный муссон через полгода уступил место юго-восточному пассату, а Джерри по-прежнему жил в доме Агно и свободно бегал по всей деревне. Он вырос, прибавил в весе и под защитой табу стал самоуверенным и едва ли не высокомерным. Но никакого господина он не нашел. Агно так и не приобрел его расположения — да и не пытался его завоевать. Однако, по свойственному ему хладнокровию, он никогда не проявлял своей ненависти к Джерри.</p>
     <p>Даже обитавшие в доме Агно старухи, два прислужника и девочка, отгонявшая мух, не подозревали, что колдун ненавидит Джерри. Не подозревал этого и сам Джерри. Для него Агно был особой нейтральной, которая в счет не шла. В остальных Джерри угадывал рабов или слуг Агно, а когда они его кормили, знал, что эта пища исходит от Агно и является пищей Агно. За исключением Джерри, защищенного табу, весь домашний штат боялся Агно, и дом его поистине был домом страха. Одиннадцатилетняя служанка могла бы завоевать расположение Джерри, если бы ее с самого же начала не остановил Агно, сделавший ей суровый выговор за то, что она дерзнула прикоснуться и приласкать собаку, на которой лежало столь священное табу.</p>
     <p>Агно вынужден был отложить выполнение замысла, направленного против Джерри, до окончания полугодового муссона, так как на частном птичьем дворе Башти мегаподы начинали кладку яиц лишь с наступлением юго-восточного пассата. И Агно, давно уже задумавший свой план, со свойственным ему терпением выжидал удобного момента.</p>
     <p>Мегапод Соломоновых островов приходился дальним родичем австралийскому ястребу. Он не больше крупного голубя, а его яйца такой же величины, как яйца домашних уток. Мегапод, лишенный чувства страха, так глуп, что был бы уничтожен сотни веков назад, если бы правители и жрецы не охраняли его при помощи табу. Для мегаподов пришлось завести расчищенные песчаные участки и защитить их изгородью от собак. Мегаподы зарывают яйца в песок на глубине около двух футов, а вылупливание птенцов зависит от солнечной жары. И они продолжают разрывать песок и класть яйца, хотя бы в двух-трех шагах от них чернокожий эти яйца выкапывал.</p>
     <p>Птичник был собственностью Башти. В течение всего сезона Башти питался почти исключительно яйцами мегаподов. В редких случаях он приказывал убивать и подавать ему на обед тех мегаподов, которые перестали нестись. Однако то была прихоть: он гордился столь исключительной диетой, возможной лишь для человека, занимающего такое высокое положение. По правде сказать, мясо мегаподов нравилось ему не больше всякого другого мяса. А всякое мясо казалось ему на вкус одинаковым, ибо его любовь к мясу отошла в область воспоминаний.</p>
     <p>Но яйца! Вот что ему нравилось. То была единственная пища, какую он ел с удовольствием. Они напоминали ему былые вкусовые наслаждения молодости. Яйца мегаподов вызывали у него настоящий голод, и, когда он видел яйцо, приготовленное для еды, почти высохшие слюнные железы снова начинали функционировать и в желудке появлялся сок. Поэтому он один во всем Сомо ел яйца мегаподов, защищенные суровым табу от всего остального населения. А так как табу по существу своему религиозно, то священная обязанность охранять птичий двор вождя и заботиться о нем была возложена на Агно.</p>
     <p>Но Агно был уже немолод. Острота животных вожделений давно покинула его, и он также ел из чувства долга, не разбираясь во вкусовых ощущениях. Только яйца мегаподов раздражали его аппетит и вызывали работу пищеварительных желез. Поэтому-то он и нарушал табу, наложенное им самим, и украдкой, когда ни мужчина, ни женщина, ни ребенок не могли его видеть, поедал яйца, украденные из птичника Башти.</p>
     <p>Когда начался сезон кладки яиц и Агно и Башти, после шестимесячного воздержания, оба тосковали по лакомому блюду, Агно повел Джерри по тропинке, охраняемой табу, среди мангиферовых деревьев. Там приходилось прыгать с корня на корень над болотом, вечно испускавшим пар и зловоние.</p>
     <p>Эта тропинка не походила на обычные тропинки и была незнакома Джерри. Здесь человеку приходилось делать большие шаги, переступая с корня на корень, а собаке — совершать такие же прыжки. Во время своих прогулок по Сомо Джерри ни разу не видел этой тропинки. Поведение Агно, взявшего его с собой, заставляло Джерри удивляться и радоваться; он смутно предчувствовал, что, может быть, Агно все же до известной степени окажется тем господином, которого непрестанно искала собачья душа Джерри.</p>
     <p>Выйдя из топкой мангиферовой рощи, они внезапно очутились на песчаном участке, все еще пропитанном солью и неплодородном от морских наносов. Ни одно большое дерево не могло пустить здесь корни и своими ветвями защитить от палящих лучей солнца. Войти в огороженное место можно было через примитивную калитку, но Агно не повел туда Джерри. Вместо того, ободряюще чирикая и подзадоривая, он научил Джерри прорыть тоннель под грубым плетнем и сам помогал ему, обеими руками выгребая песок. И Джерри, поощряемый им, оставил на песке отпечатки лап и когтей.</p>
     <p>А когда Джерри очутился за плетнем, Агно, войдя через калитку, соблазнил его выкапывать яйца. Но яиц Джерри не довелось отведать. Восемь штук Агно высосал сырыми, а два яйца сунул себе под мышку, чтобы отнести в свое дьявольское жилище. Скорлупу восьми высосанных яиц он раздавил так, как могла это сделать собака, а для осуществления задуманного плана часть восьмого яйца он сохранил и обмазал им не морду Джерри, где тот мог слизнуть яйцо языком, а повыше — над глазами и вокруг глаз. Здесь следы должны были остаться и свидетельствовать против собаки.</p>
     <p>Хуже того, он совершил величайшее святотатство, науськав Джерри на самку мегапода, несущую яйца. А пока Джерри душил ее, Агно, зная, что жажда убийства, раз пробужденная, побудит его продолжать избиение глупых птиц, опрометью бросился с птичьего двора через мангиферовое болото, чтобы представить религиозную проблему на рассмотрение Башти. Табу, охранявшее собаку, — так изложил он дело — помешало ему вмешаться, когда собака-табу поедала мегапода-табу. Какое табу выше, этого он, Агно, решить не может. А Башти, уже полгода не евший яиц мегапода и страстно хотевший освежить в памяти последнее вкусовое ощущение далекой юности, полетел через мангиферовое болото с такой быстротой, что его верховный жрец совсем запыхался, хотя и был на много лет моложе.</p>
     <p>Когда он прибежал на птичий двор, Джерри убивал четвертую самку-мегапода; лапы и морда у него были окровавлены, а вокруг глаз и на лбу виднелся остаток сырого желтка, налепленный Агно и долженствовавший изображать много поеденных яиц. Башти тщетно разыскивал хотя бы одно целое яйцо, а шестимесячный голод — под впечатлением катастрофы — мучил сильнее, чем когда-либо. А Джерри, уверенный в ободрении и похвале Агно, завилял Башти хвостом, ожидая воздаяния за свою доблесть, и улыбнулся обагренным кровью ртом и глазами, полузалепленными яичным желтком.</p>
     <p>Башти не бесновался, так как был не один. На глазах своего верховного жреца он не хотел унижаться до столь банальных человеческих чувств. Тот, кто занимает высокое положение, всегда обуздывает свои естественные стремления и скрывает свою банальность под маской безразличия. Потому-то и Башти не проявил раздражения при виде этой неудачи, обманувшей его аппетиты. Агно меньше владел собой, так как не мог скрыть жадный огонек, блеснувший в глазах. Башти этот огонек заметил, но, не угадав истинной причины, счел проявлением простого любопытства. Отсюда можно сделать два вывода относительно лиц, занимающих высокое положение: во-первых, они могут одурачить тех, кто ниже их, во-вторых, сами могут быть ими одурачены.</p>
     <p>Башти саркастически поглядел на Джерри, словно усмотрел здесь шутку, и искоса бросив взгляд на своего верховного жреца, подметил в его глазах разочарование. «Ага! — подумал Башти. — Я таки его надул!»</p>
     <p>— Какое табу выше? — осведомился Агно на языке Сомо.</p>
     <p>— Разве нужно спрашивать? Конечно, мегапод.</p>
     <p>— А собака? — продолжал Агно.</p>
     <p>— Должна заплатить за нарушение табу. Это — высшее табу. Это — мое табу. Так было установлено древним праотцом и первым правителем, и с тех пор оно всегда табу вождей. Собака должна умереть.</p>
     <p>Он замолчал и задумался, а Джерри снова стал разрывать песок, откуда поднимался знакомый запах. Агно шагнул вперед, чтобы его остановить, но Башти вмешался.</p>
     <p>— Оставь его, — сказал он. — Пусть собака изобличит себя на моих глазах.</p>
     <p>Джерри это и сделал, откопав два яйца, раздавив их и вылакав часть драгоценного содержимого, которая не расплескалась по песку. Глаза Башти совсем потускнели, когда он спросил:</p>
     <p>— Пир из собачьего мяса назначен на сегодня?</p>
     <p>— Завтра в полдень, — ответил Агно. — Собак уже приносят. Набралось не меньше пятидесяти.</p>
     <p>— Пятьдесят одна, — вынес свой приговор Башти, кивнув в сторону Джерри.</p>
     <p>Жрец сделал быстрое движение, чтобы схватить Джерри.</p>
     <p>— Зачем? — остановил его вождь. — Тебе придется тащить его по болоту. Пусть он идет назад на своих собственных ногах. А когда дойдет до дома для пирог, ты свяжи ему ноги.</p>
     <p>Миновав болото и приблизившись к дому для пирог, Джерри, весело бежавший по пятам обоих людей, услышал жалобное завывание множества собак, несомненно, выражавшее боль и страдание. Он сейчас же подозрительно прислушался, не опасаясь, впрочем, лично за себя. И в тот самый момент, когда он, насторожив уши, нюхом доискивался причины, Башти схватил его за загривок и поднял на воздух, а Агно стал связывать ему ноги.</p>
     <p>Ни стона, ни визга не вырвалось у Джерри, он не проявил ни малейших признаков страха, а только, задыхаясь, свирепо рычал, гневно скалил зубы и воинственно брыкался задними лапами. Но собака, схваченная за загривок, не может противостоять двум людям, одаренным человеческим рассудком и ловкостью и имеющим по две руки, а на каждой руке — по пять пальцев.</p>
     <p>Ему связали передние и задние лапы и потащили головой вниз к месту бойни и стряпни. Там его бросили на землю — туда, где лежало еще штук двадцать собак, беспомощных и связанных. Было уже после полудня, но многие собаки лежали так — на припеке — с раннего утра. Все они были лесными или дикими собаками, и так ничтожно было их мужество, что жажда и физическая боль, вызванная веревками, слишком туго перетягивавшими артерии и вены, и смутное предчувствие судьбы, какую предвещало подобное обращение, заставляло их в отчаянии визжать и выть.</p>
     <p>Следующие тридцать часов были скверными часами для Джерри. Немедленно разнеслась весть, что табу с него снято, и ни один мужчина и мальчишка не унизился до того, чтобы быть с ним вежливым. До ночи толпились вокруг него люди, дразнившие и мучившие его. Они зубоскалили по поводу его падения, издевались и насмехались над ним, презрительно толкали ногами, и, вырыв ямку в песке, из которой он не мог выкатиться, положили его туда на спину, так что его связанные лапы позорно болтались в воздухе.</p>
     <p>А он мог только беспомощно рычать и бесноваться. В отличие от прочих собак он не визжал и не выл от боли. Ему был теперь год, а последние шесть месяцев помогли ему созреть; по природе же своей он был бесстрашен и вынослив. Белые господа научили его ненавидеть и презирать негров, а за эти тридцать часов он познал особенно горькую и неугасимую ненависть.</p>
     <p>Его мучители ни перед чем не останавливались. Они привели даже дикую собаку и стали науськивать ее на Джерри. Но дикая собака не атакует врага, который не может двигаться, хотя бы врагом этим был Джерри, так часто преследовавший ее на палубе «Эренджи». Будь у Джерри сломана нога или сохрани он хоть возможность двигаться, тогда дикий пес мог загрызть его, пожалуй, до смерти. Но эта полная беспомощность останавливала пса, и, таким образом, план не удался. Когда Джерри рычал и огрызался, рычала и дикая собака, вертясь вокруг него, но чернокожие не могли заставить ее вонзить зубы в Джерри.</p>
     <p>Площадка перед домом для пирог превратилась в место ужаса. Сюда то и дело приносили связанных собак и бросали их на землю. В воздухе стоял непрерывный вой; особенно выли те собаки, которые с раннего утра лежали на солнцепеке без воды. Время от времени начинали выть все собаки. Этот вой, не смолкая, продолжался всю ночь, а к утру все собаки мучились невыносимой жаждой.</p>
     <p>Солнце, поднявшееся на небе, накалявшее белый песок и чуть ли не обжигавшее собак, отнюдь не принесло облегчения. Вокруг Джерри снова образовался круг мучителей, изливавших на него оскорбительное презрение за утрату его табу. Больше всего бесили Джерри не удары и физические мучения, а смех. Ни одна собака не любит, когда над ней смеются, а Джерри тем более не мог сдержать гнева, когда они хихикали и гоготали перед самой его мордой.</p>
     <p>Хотя он и не выл, но от рычания и жажды у него в горле пересохло и высохла слизистая оболочка рта. И только под влиянием величайших оскорблений ему удавалось издавать звуки. Он высунул язык, и утреннее солнце стало медленно жечь его.</p>
     <p>Как раз в это время один из мальчишек жестоко его обидел. Он выкатил Джерри из ямки, где тот всю ночь пролежал на спине, перевернул его на бок и подсунул маленькую плошку, наполненную водой. Джерри с жадностью стал лакать и только через полминуты обнаружил, что мальчик выдавил в воду жгучий сок из семян спелого красного перца. Зрители взвизгнули от удовольствия, а прежнюю жажду Джерри нельзя было сравнить с этой новой жаждой, все усиливавшейся от жгучего перца.</p>
     <p>Затем — а это было чрезвычайно важное событие — на сцену появился Наласу. То был шестидесятилетний старик, слепой и шествовавший с палкой, которой нащупывал себе тропу. Свободной рукой он нес за связанные ноги небольшую свинью.</p>
     <p>— Говорят, собака белого господина должна быть съедена, — сказал он на языке Сомо. — Где собака белого господина? Покажите мне ее.</p>
     <p>Как раз в это время пришел Агно и стал подле старика, который, наклонившись к Джерри, стал ощупывать его пальцами. А Джерри не стал рычать или кусаться, хотя пальцы слепого не раз приближались к его зубам. Дело в том, что Джерри не чувствовал враждебности в этих пальцах, так мягко скользивших по нему. Затем Наласу пощупал свинью и несколько раз, словно сравнивая, ощупывал то Джерри, то свинью. Наконец Наласу встал и высказал свое мнение:</p>
     <p>— Свинья так же мала, как и собака. По величине они одинаковы, но на свинье больше для еды мяса. Берите свинью, а я возьму собаку.</p>
     <p>— Нет, — сказал Агно. — Собака белого господина нарушила табу. Ее должны съесть. Бери другую собаку и оставь свинью. Бери большую собаку.</p>
     <p>— Я хочу взять собаку белого господина, — упорствовал Наласу, — только собаку белого господина.</p>
     <p>Дело не подвигалось ни на шаг, пока не подошел Башти и не остановился, прислушиваясь.</p>
     <p>— Бери собаку, Наласу, — сказал он наконец, — у тебя хорошая свинья, и я сам ее съем.</p>
     <p>— Но собака нарушила табу, твое великое табу, охранявшее птичий двор, и она должна пойти на съедение, — быстро вмешался Агно.</p>
     <p>В мозгу Башти мелькнула мысль, что Агно вмешался слишком быстро; им овладело какое-то смутное подозрение, хотя он и не знал, в чем можно заподозрить Агно.</p>
     <p>— За нарушение табу уплата — кровь и кухонный котел, — продолжал Агно.</p>
     <p>— Отлично, — сказал Башти. — Я съем эту свинью. Пусть перережут ей горло, и пусть ее тело опалит огонь.</p>
     <p>— Я говорю о законе табу. За нарушение табу платят жизнью.</p>
     <p>— Есть и другой закон, — усмехнулся Башти. — Жизнь можно купить за жизнь; так было с тех пор, как Сомо возвел эти стены.</p>
     <p>— Только жизнь мужчины или женщины, — ограничил Агно.</p>
     <p>— Я знаю закон, — настаивал Башти. — Сомо его создал. Никогда не было сказано, что за жизнь животного нельзя купить жизнь другого животного.</p>
     <p>— Этого еще до сих пор не бывало у нас, — заявил колдун.</p>
     <p>— Вполне понятно, — возразил старый вождь. — Не было еще такого дурака, который бы отдавал свинью за собаку. Это молодая свинья, жирная и нежная. Бери собаку, Наласу. Бери ее сейчас же.</p>
     <p>Но колдун не успокаивался.</p>
     <p>— Ты, Башти, в своей великой мудрости сказал, что это племенная собака, рассадник силы и мужества. Пусть она будет убита. Когда ее снимут с огня и разделят ее тело на маленькие кусочки, каждый отведает ее и получит свою долю силы и мужества. Лучше будет для Сомо, если люди, а не собаки станут сильными и храбрыми.</p>
     <p>Но Башти не гневался на Джерри. Он вел жизнь философа и прожил слишком долго, чтобы винить собаку в нарушении табу, которого она не знала. Конечно, собак часто убивали за нарушение табу. Но он разрешал их убивать потому, что те собаки отнюдь его не интересовали, а их смерть подчеркивала святость табу. Джерри же сильно его интересовал. Не раз с тех пор, как Джерри атаковал его из-за головы Ван Хорна, задумывался он над этим инцидентом. Этот случай сбивал его с толку, как и все проявления жизни, и доставлял ему пищу для размышлений. Кроме того, Башти восхищался отвагой Джерри и тем, что тот не выл от боли под ударами палки. А красота форм и окраска Джерри незаметно пленяли Башти, совсем о том не думавшего. На Джерри приятно было смотреть.</p>
     <p>Можно было и под другим углом взглянуть на поведение Башти. Он недоумевал, почему его колдун так настаивал на смерти простой собаки. Собак было много. Так зачем же убивать именно эту собаку? Несомненно, у того было что-то на уме, но что именно, Башти догадаться не мог; быть может, им двигала месть, зародившаяся в тот день, когда он воспретил Агно съесть собаку. Если такова была причина, Башти не мог терпеть подобное настроение ума у кого бы то ни было из своих соплеменников. Но каковы бы ни были мотивы, Башти, по своему обыкновению остерегаясь неизвестного, решил проучить своего жреца и еще раз показать населению Сомо, кому принадлежит последнее слово. И он ответил:</p>
     <p>— Я жил долго и съел много свиней. Кто осмелится сказать, что эти свиньи вошли в меня и сделали меня свиньей?</p>
     <p>Он остановился и вызывающе окинул взглядом круг слушателей, но все молчали. Кое-кто робко ухмыльнулся, переминаясь с ноги на ногу, а на лице Агно была написана глубокая уверенность в том, что в его вожде нет ничего, напоминающего свинью.</p>
     <p>— Я съел много рыб, — продолжал Башти, — но ни одна рыбья чешуйка не выросла на моей коже. И жабры не появились на моей шее. И вы все, глядя на меня, знаете, что никогда не вырастал у меня плавник на спине. Наласу, бери собаку. Агэ, отнеси свинью в мой дом. Я съем ее сегодня. Агно, пусть режут собак, чтобы люди получили еду вовремя.</p>
     <p>Затем, собравшись уйти, он перешел на английский морской жаргон и сурово кинул через плечо:</p>
     <p>— Мой говорит, мой много сердит на тебя.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Слепой Наласу медленно побрел прочь, держа в одной руке палку, которой нащупывал дорогу, а в другой неся вниз головой Джерри за связанные лапы.</p>
     <p>Но в отличие от мальчика Ламаи старик не потащил Джерри прямо к себе домой. У первого же ручья, протекавшего среди низких холмов, он остановился и напоил Джерри. И Джерри забылся, с наслаждением ощущая холодную влагу на языке, во рту и в горле. Тем не менее подсознательно в нем нарастало впечатление, что этот чернокожий добрее Ламаи, добрее Агно и Башти, добрее всех, кого он встречал в Сомо.</p>
     <p>Пил он до тех пор, пока не мог уже больше вместить ни капли, и, напившись, в благодарность лизнул Наласу — не с жаром и страстью, как лизнул бы руку шкипера, но с должной признательностью за животворный напиток. Старик усмехнулся с довольным видом, погрузил Джерри в воду и, поддерживая его голову на поверхности, разрешил ему так лежать долгие блаженные минуты.</p>
     <p>От ручья до дома Наласу — порядочное расстояние — старик по-прежнему нес его со связанными ногами, но уже не головой вниз, а прижав одной рукой к груди. Он хотел привязать к себе собаку. Наласу, много лет одиноко просидевший во тьме, думал об окружавшем его мире гораздо больше и знал его гораздо лучше, чем если бы был зрячим. Ему была нужна собака. Он испробовал несколько лесных собак, но они мало ценили его доброту и неизменно от него удирали. Последняя оставалась дольше всех, ибо он обращался с ней с величайшей добротой, но и она убежала раньше, чем он ее натренировал. И вот он услышал, что собака белого господина иная. Она никогда не удирала от опасности и считалась умнее всех собак Сомо.</p>
     <p>Изобретенный Ламаи способ привязывать собаку с помощью палки распространился по деревне, и теперь в доме Наласу Джерри снова очутился привязанным к палке. Но была разница. Слепой никогда не терял терпения и каждый день часами просиживал на корточках и ласкал Джерри. Однако, не делай даже он этого, Джерри, евший его хлеб и привыкший уже к перемене хозяев, готов был видеть в Наласу своего господина. Джерри прекрасно понимал, что господство Агно кончилось с той поры, как колдун связал ему ноги и бросил в кучу к остальным беспомощным собакам на убойной площадке. А Джерри, с первых дней своей жизни не остававшийся без хозяина, чувствовал настойчивую потребность в хозяине.</p>
     <p>Настал день, когда палка была отвязана, и Джерри добровольно остался в доме Наласу. Старик, убедившись, что он не сбежит, приступил к его обучению. С каждым днем он все дольше занимался его обучением и наконец стал посвящать этому по нескольку часов в день.</p>
     <p>Прежде всего Джерри усвоил свое новое имя — Бао и выучился отзываться на него, как бы тихо его ни называли, а Наласу окликал его все тише и тише, пока не понизил голоса до шепота. У Джерри слух был чуткий, но и Наласу благодаря длительным упражнениям слышал немногим хуже.</p>
     <p>А затем слух Джерри был доведен до еще большей чуткости. По целым часам Джерри, сидя подле Наласу или стоя поодаль, учился улавливать еле слышные звуки и шорохи в кустарнике. Старик его обучал согласовывать рычание, каким он предостерегал Наласу, с лесными шумами. Если по шороху Джерри узнавал свинью или курицу, рычать совсем не полагалось. Если он не мог определить шум, то рычал тихо. Но если шорох производил мужчина или мальчик, старавшийся двигаться осторожно, а следовательно, внушавший подозрения, Джерри научился рычать громко; если раздавался громкий шум и человек двигался беззаботно, тогда Джерри ворчал тихонько.</p>
     <p>Джерри никогда не приходило в голову поинтересоваться, зачем его всему этому обучали. Он учился, потому что такова была воля его нового господина. Путем длительных усилий и терпения Наласу обучил его не только этому, но еще многому другому, и словарь Джерри так разросся, что они могли издали поддерживать быстрый и вполне точный разговор.</p>
     <p>Так, находясь на расстоянии пятидесяти шагов, Джерри тихонько рычал, сообщая, что раздался шум, которого он не знает, а Наласу различными присвистываниями приказывал ему стоять на месте, рычать тише, замолчать, бесшумно к нему приблизиться, пойти в кустарник и выяснить причину странного шороха либо с громким лаем броситься в атаку.</p>
     <p>Иногда Наласу, заслышав в противоположной стороне незнакомый звук, спрашивал Джерри, слышал ли тот его. А Джерри, насторожившись, отвечал Наласу, меняя характер и оттенки своего рычания, что он ничего не слышал. Затем ответ становился определеннее. Джерри услышал: это чужая собака, или лесная крыса, или мужчина, или мальчик. Все это Джерри передавал еле слышно, едва ли громче дыхания, и эти звуки были односложны — подлинная стенография речи.</p>
     <p>Странный старик был Наласу. Он жил в маленьком травяном доме на окраине деревни. Ближайший дом находился на большом расстоянии, а его собственная хижина стояла на просеке, окруженной густыми зарослями джунглей, но стена растительности нигде не подступала к дому ближе чем на шестьдесят шагов. И эту просеку Наласу постоянно очищал от быстро пробивающейся зелени. Друзей у него, по-видимому, не было. Во всяком случае, никто никогда его не навещал. Много лет прошло с тех пор, как он отвадил последнего посетителя. И родни у него не было. Жена давно умерла, а три неженатых сына потеряли головы в стычке за пределами Сомо, на лесистых холмах, и были съедены лесными жителями.</p>
     <p>Несмотря на свою слепоту, Наласу не сидел без дела. Помощи он не просил ни у кого и сам себя поддерживал. На своей просеке он сажал батат, сладкий картофель и таро. На другой просеке — а он был против того, чтобы разводить деревья у самого дома, — у него были смоковницы, бананы и с полдюжины кокосовых пальм. Плоды и овощи он обменивал внизу, в деревне, на мясо, рыбу и табак.</p>
     <p>Добрую часть дня он посвящал обучению Джерри, а иногда занимался изготовлением луков и стрел, которые высоко ценились его соплеменниками и находили постоянный сбыт. Почти не проходило дня, когда бы он не попрактиковался в стрельбе из лука. Он целился только по направлению звука; и всякий раз, когда в джунглях раздавался шум и шелест и Джерри сообщал ему о характере звука, Наласу пускал стрелу. Затем в обязанности Джерри входило найти и осторожно принести назад стрелу, если она не попала в цель.</p>
     <p>Любопытно, что Наласу спал не больше трех часов в сутки, никогда не спал ночью, а для своего короткого дневного сна всегда уходил из дому. У него было нечто похожее на гнездо в самой густой чаще соседних джунглей. Ни одна тропинка не вела к этому гнезду. Он никогда не приходил туда и не уходил одной и той же дорогой, а богатая тропическая растительность тотчас же уничтожала малейшие следы шагов. Всякий раз, когда он спал, Джерри был обучен оставаться на страже и никоим образом не засыпать.</p>
     <p>У Наласу было достаточно оснований для таких бесконечных предосторожностей. Старший из его трех сыновей убил в ссоре некоего Ао. Ао был одним из шести братьев семьи Анно, жившей в одной из нагорных деревень. Согласно закону Сомо, семья Анно имела право взыскать кровавый долг с семьи Наласу, но им помешала смерть трех сыновей Наласу, убитых в джунглях.</p>
     <p>А так как кодекс Сомо требовал «жизнь за жизнь», а из всей семьи в живых остался один Наласу, то всему племени было известно, что Анно не успокоятся до тех пор, пока не лишат жизни слепого старика.</p>
     <p>Наласу прославился не только как отец трех воинственных сыновей, но и как великий боец. Дважды пытались Анно свести счеты и первый раз напали, когда Наласу еще был зрячим. Наласу открыл их засаду, обошел ее и, напав с тыла, убил самого Анно, отца семьи, удвоив тем кровавый долг.</p>
     <p>Затем его постигло несчастье. Он набивал снайдеровские патроны, уже неоднократно употреблявшиеся, когда черный порох взорвался и выжег ему оба глаза. Немного спустя, когда он еще залечивал свои раны, Анно пришли из своей деревни. Этого ждал Наласу и должным образом приготовился к встрече. В ту ночь трое из рода Анно наступили на отравленные колючки и умерли в страшных муках. Таким образом, количество жизней, отнятых у семьи Анно, возросло до пяти, а взыскивать долг можно было только с одного слепого старика.</p>
     <p>С того дня Анно слишком боялись колючек, чтобы отважиться на новую попытку, но жажда мести не угасала, и они жили надеждой в один прекрасный день украсить головой Наласу конек своей крыши. Перемирия не было, но наступило затишье. Старик ничего не мог против них предпринять, а они опасались открыть военные действия. День мести пришел уже после появления Джерри у Наласу, когда один из Анно изобрел вещь, дотоле невиданную во всей Малаите.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Месяцы шли. Кончился юго-восточный пассат, подул муссон, а Джерри повзрослел на шесть месяцев, вырос, увеличился в весе, и кости у него окрепли. То было хорошее полугодие, проведенное у слепого старика, хотя Наласу был сторонником суровой дисциплины и изо дня в день посвящал долгие часы обучению Джерри, а это не многим собакам выпадает на долю. Но Джерри не получил от него ни одного удара, не слыхал ни одного грубого слова. Этот человек, убивший четырех Анно, — причем троих из них после потери зрения, — в дни своей необузданной молодости прикончивший немало людей, никогда не повышал голоса, гневаясь на Джерри, и добивался послушания не суровыми наказаниями, а ласковой воркотней.</p>
     <p>Это постоянное обучение, которому подвергся Джерри в период своей возмужалости, на всю жизнь укрепило и развило его умственные способности. Пожалуй, ни одна собака в мире не обладала таким словарем, как он, а объяснялось это, во-первых, его природным умом, во-вторых, гениальной способностью Наласу к дрессировке и, наконец, долгими часами, посвящаемыми обучению.</p>
     <p>Его стенографический словарь был на редкость богат для собаки. Пожалуй, можно сказать, что он и старик могли часами вести разговор, хотя отвлеченные темы были немногочисленны и просты; очень мало говорили они о недавнем прошлом и почти не касались ближайшего будущего. Джерри ничего не мог ему рассказать о Мериндже и «Эренджи», о великой любви, какую он питал к шкиперу, или о причине своей ненависти к Башти. И Наласу не мог рассказать Джерри о кровавой вражде с Анно или о том, как он потерял зрение.</p>
     <p>На практике все их разговоры вертелись непосредственно вокруг настоящего момента, хотя они могли коснуться слегка и недалекого прошлого. Наласу давал Джерри ряд поручений, например: пойти одному на разведки, дойти до гнезда, описать около гнезда большой круг, двинуться оттуда на вторую просеку, где росли фруктовые деревья, пересечь джунгли до главной тропы, спуститься по ней вниз, к деревне, до большой смоковницы, а затем по маленькой тропинке вернуться к Наласу. Все эти поручения Джерри выполнял с величайшей точностью и по возвращении делал доклад в таком роде: у гнезда ничего необыкновенного, разве что поблизости появился сарыч; на просеке упали на землю три кокоса — Джерри умел безошибочно считать до пяти; между просекой и главной тропой он видел четырех свиней; на главной тропе он повстречал одну собаку, двух детей и больше пяти женщин; а на маленькой тропинке, ведущей к дому, заметил одного какаду и двух мальчиков.</p>
     <p>Но Джерри не мог объяснить Наласу, что потребности его ума и сердца мешают ему быть вполне довольным своей жизнью. Ибо Наласу был не белым, а только черным богом. А Джерри ненавидел и презирал всех негров, за исключением Ламаи и Наласу. Их он терпел, а к Наласу чувствовал даже ровную и теплую привязанность. Любить его он не любил и не мог полюбить.</p>
     <p>В лучшем случае они были второразрядными богами, а он не мог позабыть таких великих белых богов, как шкипер и мистер Хаггин да еще Дерби и Боба, относившихся к той же породе. Они были какими-то другими, лучшими, чем-то отличались от этих черных дикарей, среди которых он сейчас жил. Они были где-то над ними, жили в недосягаемом раю; об этом рае у Джерри сохранилось живое воспоминание, по нему он тосковал, но пути к нему не знал и смутно ощущал конечность всего, представлял, что и этот рай может исчезнуть в последнем «ничто», которое поглотило шкипера и «Эренджи».</p>
     <p>Тщетно пытался старик завоевать любовь Джерри. Он не мог вытравить воспоминания Джерри, хотя и добился его преданности и верности. За Наласу Джерри готов был сражаться не на жизнь, а на смерть, но сражаться преданно, а не страстно, как сражался бы за шкипера. А старик и не подозревал, что Джерри не отдал ему всего своего сердца.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Настал день для семьи Анно, когда один из них изобрел плетеные сандалии, чтобы предохранить подошвы ног от отравленных колючек, которыми Наласу отнял жизнь у троих. Собственно говоря, то был не день, а ночь, и такая черная ночь под затемненным облаками небом, что перед самым носом нельзя было разглядеть стволы деревьев. И двенадцать человек из семьи Анно спустились к просеке Наласу; они были вооружены снайдеровскими винтовками, пистолетами, томагавками и военными дубинками. Несмотря на свои толстые сандалии, они двигались очень осторожно, опасаясь колючек, которых Наласу больше уже не разбрасывал.</p>
     <p>Джерри, сидя между коленями своего господина и сонно клюя носом, первый предостерег Наласу. Старик сидел у двери своего дома, широко раскрыв глаза и напряженно прислушиваясь; так просиживал он все ночи уже много лет. Он стал прислушиваться еще напряженнее, но он долго ничего не мог уловить и шепотом расспрашивал Джерри, приказав ему отвечать возможно тише; и Джерри пыхтением, сопениями и всеми стенографическими звуками, каким был обучен, уведомил его, что приближаются люди — много людей, больше пяти человек.</p>
     <p>Наласу пододвинул лук, наставил стрелу и стал ждать. Наконец и он уловил легкий шелест, раздававшийся то здесь, то там и надвигавшийся из джунглей. Еле слышно он потребовал подтверждения от Джерри, у которого шерсть ерошилась на шее под чувствительными пальцами Наласу. Джерри к тому времени мог читать ночной воздух не хуже, чем ушами, и снова тихо подтвердил Наласу, что идут люди — много людей, больше пяти.</p>
     <p>Наласу, терпеливый, как и все старики, сидел, не шевелясь, пока не уловил вблизи на опушке джунглей, на расстоянии шестидесяти футов, шорох человеческих шагов. Он натянул лук, спустил стрелу и был вознагражден вздохом и стоном. Первым делом он удержал Джерри, порывавшегося за стрелой, ибо он знал, что стрела попала в цель, а затем наставил на тетиву новую стрелу.</p>
     <p>Пятнадцать минут прошли в молчании; слепец сидел, словно высеченный из камня, собака дрожала от возбуждения под внятным прикосновением его пальцев, повинуясь приказанию молчать. Ибо Джерри знал не хуже Наласу, что смерть шелестит и крадется в окружающем мраке. Снова раздался шелест, на этот раз ближе, но спущенная стрела не попала в цель. Они слышали, как она ударилась о ствол дерева, и раздались тихие шаги отступавшего врага. После недолгого молчания Наласу приказал Джерри достать стрелу. Джерри был хорошо выдрессирован, и даже Наласу, слышавший лучше зрячих людей, не уловил ни единого звука, когда он двинулся по направлению к вонзившейся в дерево стреле и принес ее в зубах.</p>
     <p>И снова Наласу стал ждать, пока не раздался шорох приближавшихся людей; тогда он взял все свои стрелы и в сопровождении Джерри бесшумно передвинулся на полкруга. И пока они шли, прогремел выстрел — целились наугад в только что покинутое ими место.</p>
     <p>И с полуночи до рассвета слепец и собака успешно отражали нападение двенадцати человек, имевших в своем распоряжении порох и далеко бьющие пули из мягкого свинца. А слепец защищался только луком и сотней стрел. Он выпускал стрелы, а Джерри приносил их назад, и старик снова и снова пускал их. Джерри работал доблестно, помогая своим более чутким слухом, бесшумно кружась вокруг дома и докладывая, где готовится наступление.</p>
     <p>Много драгоценного пороха израсходовали Анно впустую, так как это сражение напоминало игру с невидимыми духами. Ничего не было видно, кроме вспышек пороха. И Джерри они не видели ни разу, хотя чутьем угадывали его близость, когда он отыскивал стрелы. Один из них, нащупывая стрелу, едва в него не вонзившуюся, коснулся рукой спины Джерри и дико взвыл от ужаса, почувствовав острый укус. Они пробовали целиться в то место, где прогудела тетива Наласу, но всякий раз Наласу, выпустив стрелу, немедленно менял позицию. Не раз, почуяв близость Джерри, они стреляли в него, и один раз ему обожгло порохом нос.</p>
     <p>На рассвете в недолгих тропических сумерках Анно отступили, а Наласу, скрывшись от света в свое жилище, все еще имел в своем распоряжении благодаря Джерри восемьдесят стрел. В результате Наласу убил одного человека, и неизвестно, сколько еще раненных стрелами с трудом уползли прочь.</p>
     <p>Полдня Наласу просидел на корточках перед Джерри, лаская его за все, что он сделал. Затем, захватив с собой Джерри, он отправился в деревню и рассказал о сражении.</p>
     <p>— Я обращаюсь к тебе, как старик к старику, — начал Башти. — Я старше тебя, о Наласу; я никогда не ведал страха. Однако я никогда не был храбрее тебя. Я бы хотел, чтобы все в племени были так же храбры, как ты. И все же ты причиняешь мне великую скорбь. Что толку в твоей отваге и ловкости, если нет у тебя потомства, в котором возродилась бы твоя отвага и ловкость.</p>
     <p>— Я старый человек, — заговорил Наласу.</p>
     <p>— Моложе меня, — перебил Башти. — И не слишком стар для женитьбы, чтобы дать племени сильное потомство.</p>
     <p>— Я был женат долго и был отцом трех храбрых сыновей, но они умерли. Мне не прожить так долго, как тебе. О днях своей молодости я думаю, как о приятнейших сновидениях, о которых помнишь после пробуждения. Но больше думаю я о смерти, о конце. О женитьбе я совсем не думаю. Я слишком стар, чтобы жениться.</p>
     <p>Я достаточно стар, чтобы готовиться к смерти, и великое любопытство охватывает меня при мысли о том, что случится со мною, когда я умру. Буду ли я навеки мертвым? Стану ли снова жить в стране сновидений — жить, как тень, вспоминающая дни, когда я жил в знойном мире и голод щекотал мой рот, а в груди вздымалась любовь к женщине?</p>
     <p>Башти пожал плечами.</p>
     <p>— Я тоже много об этом думал, — сказал он. — И, однако, ни к чему не пришел. Я не знаю. И ты не знаешь. Мы не будем знать, пока не умрем, если только сможем что-нибудь знать, когда уж станем не теми, кем были раньше. Но одно мы знаем, ты и я: племя живет, племя никогда не умирает. Поэтому, если есть вообще какой-нибудь смысл в нашей жизни, мы должны делать племя сильным. Твой долг перед племенем не выполнен. Ты должен жениться, чтобы твоя ловкость и отвага остались после тебя. У меня есть для тебя на примете жена, нет, две жены, ибо дни твои сочтены и я, конечно, доживу до той поры, когда ты будешь подвешен к коньку дома для пирог, где висят отцы.</p>
     <p>— Не стану платить за жену! — запротестовал Наласу. — Ни за какую жену не стану платить! Пачки табака или треснувшего кокоса не отдам за лучшую женщину Сомо!</p>
     <p>— Не тревожься, — спокойно продолжал Башти. — Я заплачу выкуп за жену, за двух жен. Вот хотя бы Бубу. Я куплю ее для тебя за полкоробки табаку. Она плотная и коренастая, широкобедрая, с круглыми ногами. А другая — Нену. Ее отец загнул большую цену — целую коробку табаку. Я куплю тебе и ее. Дни твои сочтены. Мы должны спешить.</p>
     <p>— Не женюсь! — истерически крикнул старик.</p>
     <p>— Женишься! Я приказал.</p>
     <p>— Нет, говорю я, нет, нет, нет! От жен одни неприятности. Они молоды, и головы у них забиты ерундой. И на язык они распущенны. Я стар, привык к спокойствию, пламя жизни покинуло меня, я предпочитаю сидеть один в темноте и думать. Молодые, болтливые создания, у которых и в голове и на языке одни глупости, сведут меня с ума. Непременно сведут с ума, и я стану плевать в каждую раковину, корчить рожи луне, выть и кусать себе вены.</p>
     <p>— Если и сойдешь с ума, что за беда, раз семя твое не погибнет. За жен я заплачу отцам и пришлю тебе их через три дня.</p>
     <p>— Не буду я с ними иметь дела! — в бешенстве заявил Наласу.</p>
     <p>— Будешь, — спокойно сказал Башти. — А не то ты мне заплатишь. Я прикажу вывернуть тебе каждый сустав, и ты превратишься в студенистую рыбу, в жирную свинью с вынутыми костями; потом тебя положат на самую середину убойного поля, и будешь ты в муках пухнуть на солнцепеке. А то, что от тебя останется, велю бросить на съедение собакам. Семя твое не погибнет для Сомо. Я, Башти, так сказал. Через три дня я пришлю тебе твоих двух жен…</p>
     <p>Он кончил, и наступило долгое молчание.</p>
     <p>— Ну? — возобновил разговор Башти. — Или женись, или будешь лежать с вывихнутыми суставами на солнцепеке. Выбирай, но подумай хорошенько раньше, чем выберешь вывихнутые суставы.</p>
     <p>— И это на старости лет, когда отошли все печали юности! — простонал Наласу.</p>
     <p>— Выбирай. Познаешь печаль и волнение, когда будешь лежать на убойном поле, а солнце припечет твои больные суставы и вытопит жир из твоего тощего тела, как вытапливают сало из жареного поросенка.</p>
     <p>— Присылай… — после долгой паузы выговорил с трудом Наласу. — Но присылай их через три дня, а не через два и не завтра.</p>
     <p>— Хорошо. — Башти с важностью кивнул головой. — Не забудь, что тебя бы вовсе не было, если бы не те, жившие до тебя и давно уже пребывающие во мраке, кто трудился для того, чтобы племя могло жить и чтобы ты мог существовать. Ты существуешь. Они уплатили за тебя цену. Это твой долг. Ты вошел в жизнь, неся на себе этот долг. Ты уплатишь долг прежде, чем уйдешь из жизни. Таков закон. Это справедливо.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Пришли Башти жен на два дня раньше назначенного срока или хотя бы на один день, Наласу пришлось бы вступить в пугавшее его чистилище брачной жизни. Но Башти сдержал свое слово, а на третий день он был поглощен более важным делом, чем отсылать Бубу и Нену к слепому старику, с опаской их поджидавшему. А дело было в том, что на утро третьего дня на всех вершинах подветренного берега Малаиты появились сигнальные столбы дыма. Они несли весть о том, что военный корабль появился у берега; большой военный корабль входит в коралловую лагуну у Ланга-Ланга. Молва росла. Военный корабль не остановился в Ланга-Ланга. Не остановился и в Бину. Он направляется в Сомо.</p>
     <p>Наласу по своей слепоте не мог видеть эти дымные письмена, начертанные в воздухе. Дом его стоял на отлете, и никто не пришел уведомить старика. Первое предостережение он получил, когда пронзительные голоса женщин, плач детей и визг грудных младенцев донеслись с главной тропы, которая вела из деревни к нагорной границе Сомо. В этих звуках он прочел только панический страх и вывел заключение, что деревенское население бежит в горные укрепления. Но причины бегства он не знал.</p>
     <p>Он подозвал Джерри и приказал пойти на разведку к большой смоковнице, где тропинка Наласу пересекалась с главной тропой; там он должен наблюдать, а затем вернуться с отчетом. Джерри уселся под смоковницей и стал следить за бегством всего Сомо. Мужчины, женщины и дети, юноши и старцы, матери с грудными младенцами и патриархи, опиравшиеся на палки и посохи, поспешно проходили мимо, охваченные великой тревогой. Деревенские псы, испуганные не меньше людей, воя и скуля, бежали за ними. И Джерри едва не заразился общим ужасом. Он чувствовал побуждение присоединиться к беглецам, спасавшимся от какой-то неведомой катастрофы, которая надвигалась и будила в нем инстинктивную боязнь смерти. Но над этим импульсом одержало верх чувство долга перед слепым, который кормил и ласкал его в течение долгих шести месяцев.</p>
     <p>Вернувшись к Наласу, Джерри уселся между его коленями и сделал доклад. Он не умел считать больше, чем до пяти, хотя и знал, что беглецов было во много раз больше. Поэтому он отметил пять мужчин и больше, пять женщин и больше, пять человек детей и больше, пять собак и больше, даже свиней он не забыл — пять свиней и больше. Наласу по слуху определил, что беглецов было во много раз больше, и спросил их имена. Джерри знал имена Башти, Агно, Ламаи и Лумаи. В его произношении эти имена отнюдь не напоминали обычного звукосочетания, а состояли из сопения и фырканья — той стенографической речи, которой обучил его Наласу.</p>
     <p>Наласу стал перечислять другие имена, которые Джерри знал по слуху, но сам произнести не мог; большей частью он отвечал утвердительно, наклоняя голову и одновременно поднимая правую лапу. Выслушав некоторые имена, он продолжал сидеть неподвижно в знак того, что их не знает. Если же людей, кому принадлежали знакомые Джерри имена, он не видел, то отвечал отрицательно, поднимая левую лапу.</p>
     <p>И, не зная, что надвигается нечто ужасное, значительно более ужасное, чем нападение соседних приморских племен, которое легко могло отразить население Сомо, защищенное своими стенами, Наласу догадался, в чем дело: то мог быть только карательный военный корабль. Несмотря на свои шестьдесят лет, Наласу ни разу не видел бомбардировки деревни. Он слыхал неясную молву о пушечном обстреле других деревень, но никакого представления о нем не имел, думая только, что пули должны быть большего размера и лететь дальше, чем снайдеровские.</p>
     <p>Но перед смертью ему суждено было познакомиться с пушечным обстрелом. Башти, давно поджидавший крейсер, который должен был отомстить за уничтожение «Эренджи» и снятые головы двух белых, успел подсчитать предстоящие убытки и теперь отдал приказ своему народу бежать в горы. В авангарде шли двенадцать молодых людей, неся завернутые в циновки головы. В арьергарде шли последние запоздавшие беглецы, когда Наласу, захватив свой лук и восемьдесят стрел, сделал первый шаг, чтобы последовать за ними. Джерри шел за ним по пятам. В эту минуту воздух над его головой был рассечен ужасающим звуком.</p>
     <p>Наласу сразу присел. То была первая граната, какую он слышал, и она оказалась в тысячу раз ужаснее, чем он воображал. Звук был оглушительный, раскалывающий небо, словно какое-то могущественное божество руками разодрало космическую ткань. Словно кто-то раздирал сложенные в кипу паруса — обширные, как земля, и необъятные, как небо.</p>
     <p>Наласу не только опустился у самой двери своего дома, но и спрятал голову в колени и прикрыл ее руками. И Джерри, никогда не слыхавший бомбардировки, не мог дать себе отчета в происходящем и был охвачен ужасом. Для него это была естественная катастрофа, вроде той, какая постигла «Эренджи», когда судно накренилось на бок под ревущим ветром. Но, верный своей природе, он не припал к земле под визгом первого снаряда. Напротив, он ощетинился и угрожающе оскалил зубы, встречая то невидимое существо, какое на него надвигалось.</p>
     <p>Наласу еще ближе припал к земле, когда снаряд разорвался вдали, а Джерри снова оскалил зубы и взъерошил шерсть. То же повторялось при каждом новом снаряде, которые визжали уже не так громко, но разрывались в джунглях все ближе и ближе. И Наласу, мужественно проживший всю свою долгую жизнь среди знакомых ему опасностей, был обречен умереть смертью труса, охваченный ужасом перед неведомым химическим процессом, пославшим снаряд белых людей. По мере того как разрывы приближались, он терял последнее самообладание. Так велик был его панический страх, что он готов был прокусить себе вены и завыть. С безумным воплем он вскочил на ноги и ринулся в дом, словно соломенная крыша его жилища и в самом деле могла защитить его голову от обстрела. Он ударился о косяк и, описав полукруг, упал на середину пола, а следующий снаряд угодил ему прямехонько в голову.</p>
     <p>Джерри как раз дошел до порога, когда снаряд разорвался. Дом разлетелся на части, а с ним и Наласу. Джерри, стоявший на пороге, был подхвачен воздушной волной и отлетел шагов на двадцать в сторону. И в тот же момент что-то рухнуло на него. Казалось, то было землетрясение, волна прилива, извержение вулкана, небесный гром и огненная вспышка молнии. И он потерял сознание…</p>
     <p>Он не имел представления, как долго пролежал. Прошло пять минут, прежде чем его ноги судорожно задергались; а когда он, одурманенный, шатаясь, поднялся на ноги, протекшее время словно стерлось в его памяти. О времени он вообще не думал. В сознании мелькнуло только, что секунду назад его поразил устрашающий удар, бесконечно более сильный, чем удар палки.</p>
     <p>Горло и легкие были заполнены едким, удушливым дымом пороха, ноздри забиты землей и пылью; он отчаянно чихал и фыркал, метался, падал на землю, словно пьяный, снова подпрыгивал, пошатываясь на задних лапах, наконец, опустив морду, стал тереть нос передними лапами, а потом зарылся носом в землю. Он думал только о том, чтобы уничтожить едкую боль в носу и во рту, прогнать из груди удушье.</p>
     <p>Каким-то чудом разлетевшиеся осколки снаряда его не задели, а благодаря здоровому сердцу он не умер от сотрясения воздуха при взрыве. Лишь по истечении пяти минут бешеной борьбы, когда он вел себя ни дать ни взять, как только что зарезанная курица, жизнь снова показалась ему сносной. Удушье и боли стали проходить, и хотя он еще испытывал слабость и головокружение, но все же засеменил по направлению к дому и к Наласу. Но ни дома, ни Наласу не было: оба были искрошены.</p>
     <p>Снаряды по-прежнему визжали и разрывались то вблизи, то вдалеке, пока Джерри вникал в происшедшее. И дом и Наласу, несомненно, исчезли. На обоих спустилось последнее ничто. Казалось, весь непосредственно близкий мир был обречен на уничтожение. Жизнь как будто еще оставалась там, среди высоких холмов и в далеких джунглях, куда уже скрылось племя Сомо. Джерри был верен своему господину, которому так долго повиновался, хотя тот и был чернокожим. Наласу его кормил, и к нему Джерри был искренне привязан. Но этот господин перестал существовать.</p>
     <p>Джерри стал удаляться, но удалялся не спеша. Сначала он всякий раз рычал, заслышав визг снаряда, летящего в воздухе, или взрыв в кустах. Но спустя некоторое время, хотя снаряды все еще действовали на него неприятно, он перестал рычать и скалить зубы, а шерсть на шее разгладилась.</p>
     <p>Расставшись с тем, что некогда было и перестало существовать, он не визжал и не помчался, как лесная собака. Вместо этого он размеренной рысью и с достоинством побежал по тропинке. Выскочив на главную тропу, он нашел ее безлюдной. Последние беглецы прошли. Тропа, где обычно с утра до ночи шло движение, та тропа, которую Джерри так недавно видел запруженной народом, теперь своим безлюдьем говорила ему о конечности всех вещей в гибнущем мире. И потому Джерри не уселся под смоковницей, а побежал дальше за арьергардом племени.</p>
     <p>Нюхом он читал историю бегства и только один раз наткнулся на страшную картину. То была целая группа, группа, уничтоженная снарядом: пятидесятилетний мужчина на костыле — нога его была отхвачена акулой, когда он был мальчишкой, — мертвая женщина с мертвым младенцем у груди и мертвым трехлетним ребенком, уцепившимся за ее руку, и две мертвые свиньи, большие и жирные, которых женщина гнала в безопасное место.</p>
     <p>И нос Джерри рассказал ему, как поток беглецов раздвоился, обошел это место и снова слился. Джерри встречал следы бегства: полуобглоданный стебель сахарного тростника, брошенный ребенком; глиняная трубка с отбитым коротким мундштуком; перо, выпавшее из прически юноши; плошка с печеным мясом и сладким картофелем, осторожно поставленная у тропинки какой-нибудь женщиной, уставшей ее тащить.</p>
     <p>Тем временем обстрел прекратился. Вскоре Джерри услышал ружейную стрельбу: десант расстреливал домашних свиней на улицах Сомо. Но Джерри не слыхал, как срубались кокосовые пальмы, и так и не вернулся, чтобы поглядеть, какие опустошения произвели топоры. Ибо как раз в это время с Джерри произошла чудесная вещь, какую еще не объяснил ни один из мировых мыслителей. В его собачьем мозгу проснулась свобода воли, которая для всех философов-метафизиков являлась постулатом бытия, а всех философов-детерминистов водила за нос, несмотря на их определенное заявление, что свобода воли — чистейшая иллюзия. Как и почему он это сделал, Джерри знал столько же, сколько знает любой философ, почему он решил позавтракать кашей со сливками, а не двумя яйцами всмятку.</p>
     <p>А Джерри, повинуясь импульсу, выбрал не то, что легко и привычно, а как раз обратное: то, что казалось трудным и необыкновенным. Так как легче выносить известное, чем стремиться к неизвестному, и так как несчастье и страх заставляют бежать от одиночества, то легче всего было бы для Джерри последовать за племенем Сомо в его укрепления. А вместо этого Джерри свернул с пути отступающих и двинулся на север, к границам Сомо, и все дальше на север, в страну неведомого.</p>
     <p>Если бы Наласу не перешел в последнее небытие, Джерри остался бы. Это правда, и, обсуждая его поступок, можно предположить именно такой ход мышления. Однако Джерри об этом не размышлял и вовсе ни о чем не думал: он действовал импульсивно. Он мог сосчитать пять предметов и назвать их, но совершенно не способен был осознать, что остался бы в Сомо, не умри Наласу. Он уходил из Сомо, ибо Наласу был мертв, а ужасный обстрел отошел в область прошлого, тогда как настоящее сделалось живым. Бесшумно пробирался он по тропинкам диких лесных жителей, напряженно чуя притаившуюся смерть, которая, как ему было известно, бродит по этим тропам. При каждом шелесте в джунглях он напряженно настораживал уши, а глазами впивался в заросли, стараясь выяснить причину шума.</p>
     <p>Колумб, весь целиком отдавшийся неизвестному, был не более отважен, чем Джерри, рискнувший войти во мрак джунглей черной Малаиты. И этот удивительный поступок, это великое проявление свободной воли он совершил так же, как совершают свои странствования по лицу земли люди, которые не могут усидеть на месте и отдаются дразнящей мечте.</p>
     <p>Джерри так больше и не увидел Сомо, но Башти вернулся со своим племенем в тот же день и, хихикая и ухмыляясь, определил ничтожные убытки. Всего лишь несколько травяных домов пострадало от обстрела. И очень мало кокосовых пальм было срублено. А чтобы убитые свиньи не испортились, их туши пошли на пиршественный стол. Один снаряд пробил брешь в береговой стене. Он приказал ее расширить для спусковых полозьев и укрепить по бокам коралловыми камнями и повелел построить добавочный дом для пирог. Досаду причинили ему только смерть Наласу и исчезновение Джерри: пропали оба объекта для примитивных экспериментов в области наследственности.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В джунглях Джерри прожил недолго, а в горы ему мешали пробраться лесные жители, постоянно охранявшие тропинки. С пищей ему пришлось бы туго, не встреть он на второй день одинокого поросенка, видимо, отбившегося от семьи. То было первое его охотничье приключение, и это помешало ему продвигаться дальше, так как, верный своему инстинкту, он не отходил далеко от убитого поросенка, пока не сожрал его.</p>
     <p>Правда, он рыскал по соседству, но другой пищи добыть не мог и всякий раз возвращался к поросенку, пока не прикончил его. Свобода не дала ему счастья. Он был слишком приручен, слишком цивилизован. Слишком много тысячелетий прошло с тех пор, как его предки жили свободной, дикой жизнью. Он был одинок. Он не мог обойтись без человека. Слишком долго он и поколения его предков прожили в тесной близости с двуногими богами. Слишком долго его предки любили человека, за любовь служили ему, страдали и умирали за любовь, а взамен получали грубую ласку, мало понимания и немногим больше внимания.</p>
     <p>Так велико было одиночество Джерри, что он порадовался бы и черному богу, раз уж белые боги давно отошли в область прошлого. Умей он делать выводы, он пришел бы к тому заключению, что все белые боги погибли. Следуя предпосылке, что черный бог лучше, чем полное отсутствие бога, Джерри, покончив с поросенком, изменил свой курс и двинулся налево, с холмов к морю. Поступил он так, опять-таки не рассуждая, а на основании запечатлевшегося в мозгу воспоминания о пережитом.</p>
     <p>Он жил всегда у моря, и у моря всегда встречал людей, а холмы неизменно спускались к морю.</p>
     <p>Он вышел на берег защищенной коралловыми рифами лагуны; здесь он увидел разрушенные травяные шалаши — следы живших тут людей. Джунгли завладели покинутой деревней. Шестидюймовые деревья, охваченные гнилыми остатками тростниковых крыш, сквозь которые они пробились к солнцу, вздымались над Джерри. Быстро растущие деревья затенили священные столбы, где идолы и тотемы, восседающие в пасти вырезанных из дерева акул, сквозь налет мха и пятнистых грибков ухмылялись зеленым чудовищным оскалом, издеваясь над суетой сует. От кокосовых пальм к спокойному морю тянулись развалины маленького, жалкого приморского вала. Бананы, смоквы и плоды хлебного дерева гнили на земле. Повсюду валялись кости — человеческие кости, — и Джерри, обнюхав их, признал их за то, чем они были, — эмблемы суетности жизни. Черепа ему не попадались, так как они служили украшением домов колдунов в гористых лесных деревнях.</p>
     <p>Соленый привкус моря дразнил его обоняние, и он с удовольствием вдыхал зловоние мангиферового болота. Но вдруг, как новый Робинзон, наткнувшийся на след Пятницы, Джерри насторожился, как наэлектризованный. Он не увидел, а носом почуял свежий след ноги живого человека. То была нога негра, но негра живого, совсем недавно оставившего этот отпечаток; а проследив его ярдов на двадцать, он напал на след другой ноги, несомненно, принадлежавшей белому человеку.</p>
     <p>Созерцай кто-нибудь эту сцену, он бы подумал, что Джерри внезапно взбесился. Он кидался, как сумасшедший, из стороны в сторону, вертелся, извивался, то утыкался носом в землю, то водил им по воздуху, бешено взвизгивая на бегу; почуяв новый запах, круто сворачивал под углом, метался то туда, то сюда, словно играя в пятнашки с невидимым товарищем.</p>
     <p>А в действительности он читал то, что было написано людьми на земле. Тут прошел белый человек, вынюхивал Джерри, а с ним несколько чернокожих. А здесь негр влез на кокосовую пальму и стряхнул орехи. Там с бананового дерева сняли пучки плодов, а дальше та же участь, несомненно, постигла и хлебное дерево. Только одно приводило его в недоумение — новый для него запах, который не был ни запахом чернокожего, ни запахом белого. Обладай он нужными знаниями и умением всматриваться, он бы отметил, что отпечаток ноги меньше мужского, а пальцы в отличие от чернокожей женщины сближены и не так глубоко вдавливаются в землю. А с толку его сбивал незнакомый запах талька, раздражающий ноздри и не встречавшийся ни разу с тех пор, как он научился нюхом узнавать след человека. И с запахом талька смешивались другие, более слабые запахи, также совершенно ему незнакомые.</p>
     <p>Но Джерри недолго останавливался на этой тайне. Почуяв след белого человека, он проследил его сквозь лабиринт всех других следов, через брешь в приморской стене, до песчаной коралловой косы, омываемой морем. Самые свежие отпечатки ног он нашел в том месте, где нос лодки врезался в берег, и люди высаживались из нее, а потом снова в нее уселись. Он нюхом почуял все, здесь происходившее, и, опустив передние лапы в воду, пока она не коснулась его плеч, поглядел на лагуну — туда, где терялся след.</p>
     <p>Приди Джерри получасом раньше, он бы увидел лодку без весел, с газолиновым двигателем, летящую по спокойной воде. А теперь он увидел «Эренджи». Правда, этот «Эренджи» был значительно больше прежнего «Эренджи», но такой же белый, длинный, с мачтами, и плыл он по поверхности моря. На нем были три величественные мачты — все одной вышины, — но Джерри был не настолько наблюдателен, чтобы уловить разницу между ними и двумя мачтами «Эренджи» — короткой и длинной. Джерри знал один только плавучий мир — окрашенный в белый цвет «Эренджи». А раз это был «Эренджи», то на борту должен находиться его возлюбленный шкипер. Если может воскресать «Эренджи», то почему не воскреснуть и шкиперу? И Джерри, проникнутый верой, что мертвая голова, виденная им в последний раз на коленях у Башти, снова присоединилась к двуногому туловищу и находится на палубе белого плавучего мира, пошел вброд до глубокого места, а затем поплыл.</p>
     <p>Джерри рисковал многим, так как, бросаясь в море, нарушал величайшее и старейшее из всех усвоенных им табу. В его словаре не было слова «крокодил», но таким же сильным, как членораздельное слово, жил в его мыслях страшный образ — образ плавучего бревна. Но бревно было живым существом, могло плавать и на поверхности воды и под водой и ползти по суше; у этого бревна были огромные зубастые крепкие челюсти, и оно несло верную смерть всякой плывущей собаке.</p>
     <p>И все-таки Джерри продолжал бесстрашно нарушать табу.</p>
     <p>В отличие от человека, который, плывя, может одновременно испытывать два чувства: страх и мужестве, берущее верх над страхом, — Джерри сознавал лишь одно: он плывет к «Эренджи» и к шкиперу. В момент, предшествовавший первому взмаху лап в глубокой воде, он сознавал весь ужас умышленного нарушения табу. Но, пустившись вплавь, приняв решение и избрав линию наименьшего сопротивления, он весь, умом и сердцем, сосредоточился на том, что плывет к шкиперу.</p>
     <p>Ему мало приходилось практиковаться в плавании, и сейчас он напрягал все силы, подвывая и в этом вое выражая свою страстную любовь к шкиперу, который, несомненно, должен быть на борту белой яхты на расстоянии полумили от него. Его маленькая песенка, полная любви и острого беспокойства, донеслась до слуха мужчины и женщины, отдыхавших в креслах под палубным тентом, а зоркая женщина первая увидела золотистую голову Джерри и вскрикнула.</p>
     <p>— Спусти шлюпку! — скомандовала она. — Там собачка. Как бы она не утонула!</p>
     <p>— Собаки не так-то легко тонут, — ответил муж. — Выбьется. Но как попала сюда собака? — Он поднес к глазам свой морской бинокль и секунду всматривался. — Да к тому ж собака белых людей!</p>
     <p>Джерри ударял лапами по воде и упорно плыл вперед, не сводя глаз с приближавшейся яхты, как вдруг почуял близость опасности. Табу карал его. Навстречу ему двигалось плавучее бревно, которое было не бревном, а чем-то живым и грозным. Он видел, как часть его двигается над поверхностью воды, и раньше, чем оно целиком погрузилось в воду, Джерри уловил какую-то разницу между ним и плавучим бревном.</p>
     <p>Затем что-то пронеслось мимо него, а он ответил рычанием и зашлепал передними лапами по воде. Его едва не закрутило в водовороте, так как скользнувшее существо пугливо взметнуло хвостом. То была акула, а не крокодил, и она не отступила бы так робко, если бы не была уже сыта по горло, прикончив большую морскую черепаху, которая по старости не сумела спастись.</p>
     <p>Джерри не видел, но чувствовал, что это существо, грозящее гибелью, вертится неподалеку. Не видел он и спинного плавника, показавшегося над водой и приближавшегося к нему с тыла. С яхты раздались частые ружейные выстрелы, и в тылу у него началась паника, послышался плеск воды. Тем и кончилось дело. Опасность миновала и была забыта. Джерри не связывал ружейные выстрелы с уничтожением опасности. Он не знал, и никогда не суждено ему было узнать, что некто по имени Гарлей Кеннан, или «муженек», как называла его женщина, именуемая им «женушкой», собственник трехмачтовой яхты «Ариель», спас ему жизнь, пробив ружейной пулей основание плавника акулы.</p>
     <p>Но Джерри суждено было в самом непродолжительном времени узнать Гарлея Кеннана, так как сам Гарлей Кеннан, обвязанный под мышкой булинем, был спущен двумя матросами за борт гостеприимного «Ариеля» и ухватил за загривок гладкошерстного ирландского терьера. А Джерри, повиснув над водой, даже не удостоил его взглядом, так как искал только одно знакомое ему лицо и жадно вглядывался в людей, свесившихся через поручни.</p>
     <p>Очутившись на палубе, Джерри не стал терять времени на изъявление благодарности, а, инстинктивно отряхнувшись на бегу, понесся искать шкипера. Муж и жена рассмеялись.</p>
     <p>— Он ведет себя так, словно с ума сошел от радости, — заметила миссис Кеннан.</p>
     <p>— Не в том дело, — возразил мистер Кеннан. — У него, должно быть, какого-нибудь винтика не хватает. Быть может, у него, как у зубчатого колеса, соскочила задерживающая полоска. Вот он и не может остановиться, пока не убегается.</p>
     <p>Тем временем Джерри продолжал носиться по палубе вдоль обоих бортов, от кормы до носа и обратно, виляя обрубленным хвостом и дружелюбно улыбаясь многочисленным двуногим богам, попадавшимся ему на пути. Будь он способен на отвлеченные рассуждения, он был бы поражен количеством белых богов. Их было не меньше тридцати, не считая других богов, ни черных и ни белых, которые тем не менее ходили на двух ногах, были одеты и, несомненно, являлись богами. Кроме того, будь он способен к подобному обобщению, он бы решил, что еще не все белые боги перешли в небытие. Но Джерри все это воспринимал бессознательно.</p>
     <p>А шкипера нигде не было. Джерри сунул нoc в люк на баке и в камбуз, где два кока-китайца залопотали что-то непонятное, и в рубку, и в люк машинного отделения, где впервые познакомился с запахом газолина и машинного масла; но сколько он ни принюхивался и где бы ни бегал, запаха шкипера не находил.</p>
     <p>У штурвала он готов был сесть и завыть от горького разочарования, но тут к нему обратился белый бог, по-видимому, особа важная, в форменном кителе и белоснежной полотняной фуражке, обшитой золотом. Джерри, всегда вежливый, сейчас же улыбнулся, любезно прижав уши, завилял хвостом и приблизился. Рука этого важного бога уже почти коснулась его головы, когда по палубе пронесся женский голос. Слов Джерри не понял, но почувствовал в них властное приказание. Бог, одетый в белое с золотом, быстро отдернул руку, уже почти коснувшуюся его головы, выпрямился, как наэлектризованный, и указал Джерри вдоль палубы, поощряя его словами; Джерри мог только догадаться, что его направляют к той, которая выразила свою волю в словах:</p>
     <p>— Капитан Винтере, пожалуйста, пришлите его ко мне.</p>
     <p>Джерри изогнулся всем телом, восторженно повинуясь, и с готовностью просунул бы голову под ее ласково протянутую руку, если бы его не остановило что-то странное в ней, отличное от других людей. Он застрял на полдороге и, оскалив зубы, попятился от ее раздуваемой ветром юбки. Он знал только голых туземных женщин. Эта юбка, хлопающая на ветру, как парус, напомнила ему грозный грот «Эренджи», трещавший и бившийся над его головой. Голос ее был ласковый и вкрадчивый, но страшную юбку по-прежнему раздувал ветерок.</p>
     <p>— Ах ты, смешная собака! — расхохоталась миссис Кеннан. — Я не собираюсь тебя укусить.</p>
     <p>А ее муж протянул сильную руку и привлек к себе Джерри. И Джерри в восторге извивался под лаской бога и лизал ему руку красным языком. Затем Гарлей Кеннан направил его к женщине, сидевшей в кресле и протягивавшей ему навстречу руки. Джерри повиновался. Он приблизился с прижатыми ушами и смеющейся мордой, но не успела она его коснуться, как ветер снова стал трепать юбку, и Джерри с ворчанием отступил.</p>
     <p>— Он не тебя боится, Вилла, а твоей юбки, — сказал Кеннан. — Быть может, ему никогда не приходилось видеть юбку.</p>
     <p>— Ты, видимо, думаешь, — заметила та, — что здешние людоеды имеют образцовые псарни. Ведь этот собачий авантюрист — ирландский терьер чистейшей породы. Это так же верно, как и то, что «Ариель» — шхуна, обшитая орегонской сосной.</p>
     <p>Гарлей Кеннан засмеялся, соглашаясь с ней. Засмеялась и она; а Джерри, поняв, что перед ним пара счастливых богов, сам стал смеяться. По собственной инициативе он приблизился к женщине-богу, привлекаемый тальковым порошком и другими более слабыми ароматами, в которых он уже успел узнать странные запахи, встреченные на берегу. Но злополучный пассат снова раздул ее юбку, и снова Джерри отступил — на этот раз не так далеко и уже не рыча, а лишь слегка оскалив клыки.</p>
     <p>— Он боится твоей юбки, — настаивал Гарлей. — Посмотри на него! Он хочет к тебе подойти, а юбка его отпугивает. Подбери ее, чтобы она не развевалась, и увидишь, что будет.</p>
     <p>Вилла Кеннан последовала совету, и Джерри осторожно подошел и подсунул голову под ее руку, обнюхал ее ноги. В них он узнал те самые ноги, которые шли разутые по заброшенным тропам прибрежной деревни.</p>
     <p>— Не может быть никаких сомнений, — заявил Гарлей. — Эта собака появилась на свет в результате тщательного отбора и воспитана белым человеком. У него есть прошлое. Он пережил исключительные приключения и если бы мог рассказать свою историю, мы бы слушали, зачарованные, по целым дням. Уж можешь мне поверить — он не всю свою жизнь провел с чернокожими. Давай испытаем его на Джонни.</p>
     <p>Джонни, которого подозвал к себе Кеннан, был предоставлен в их распоряжение верховным комиссаром британских Соломоновых островов, жившим в Тулаги, и служил Кеннану лоцманом и гидом. Джонни, ухмыляясь, приблизился, и поведение Джерри резко изменилось. Тело его напряглось под рукой Виллы Кеннан, он отошел от нее и, не сгибая ног, двинулся к чернокожему. Уши Джерри не были прижаты, и он уже не улыбался дружелюбно, когда осматривал Джонни и обнюхивал его голые икры, чтобы уметь опознать его в будущем. Но он был в высшей степени вежлив и после самого поверхностного осмотра вернулся к Вилле Кеннан.</p>
     <p>— А что я говорил? — торжествовал ее муж. — Он понимает разницу в цвете. Это собака белого человека, и ее выдрессировали соответствующим образом.</p>
     <p>— Мой говорит, — начал Джонни. — Мой знает этот собака. Мой знает его папа и мама. Большой белый господин мистер Хаггин живет в Мериндже, и там живет папа и мама этот собака.</p>
     <p>Гарлей Кеннан перебил его, возбужденно воскликнув:</p>
     <p>— Ну, конечно! Ведь комиссар рассказал мне об этом. «Эренджи», захваченный племенем Сомо, отошел с плантации Мериндж. Джонни узнал в собаке ту же породу, какую, должно быть, держит Хаггин в Мериндже. Но с тех пор прошло немало времени. Собака была тогда еще щенком. Ну, конечно, это собака белых.</p>
     <p>— Однако ты не заметил главного доказательства, — поддразнила его Вилла Кеннан. — А это доказательство собака носит на себе.</p>
     <p>Гарлей тщательно осмотрел Джерри.</p>
     <p>— Неоспоримое доказательство, — настаивала она. После вторичного длительного осмотра Кеннан покачал головой.</p>
     <p>— Ей-богу, не вижу ничего столь неоспоримого, чтоб отмести все возражения.</p>
     <p>— А хвост? — залилась смехом его жена. — Ведь туземцы не отрубают хвостов у своих собак… Джонни, черный человек в Малаите не режет собаке хвост?</p>
     <p>— Не режет, — согласился Джонни. — Мистер Хаггин в Мериндже, он режет. Мой говорит, он резал хвост этот собака.</p>
     <p>— Значит, эта собака одна только и уцелела с «Эренджи», — заключила Вилла Кеннан. — Вы согласны со мной, Шерлок Холмс-Кеннан?</p>
     <p>— Преклоняюсь перед вами, миссис Шерлок Холмс, — галантно ответил ее муж. — Вам остается только повести меня туда, где находится голова самого Лаперуза. В морских записях имеются указания, что он ее оставил где-то на этих островах.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_054.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_055.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Они и не подозревали, что Джерри жил в тесной близости с неким Башти. А в это самое время всего в нескольких милях вдоль по берегу, в Сомо, сидел в своем травяном доме Башти и размышлял над лежавшей на его иссохших коленях головой, которая была некогда головой великого мореплавателя, чья история была забыта сыновьями вождя, снявшего ее.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Красивая трехмачтовая шхуна «Ариель» совершала кругосветное плавание и вышла из Сан-Франциско за год до того, как Джерри попал к ней на борт. Как мир, и при этом мир белых богов, она казалась ему вне всяких сравнений. Она была больше «Эренджи», и чернокожие не сновали на ней повсюду: и на носу, и на корме, и на палубе, и внизу Джерри нашел на ней только одного чернокожего — Джонни; остальное же ее пространство было заполнено двуногими белыми богами.</p>
     <p>Джерри встречал их повсюду: они стояли на вахте у штурвала, мыли палубу, начищали медные части, взбирались на мачты и поднимали паруса. Но боги были разные, и Джерри скоро усвоил, что в иерархии этих белых богов «Ариеля» матросы и прочая судовая команда стояли значительно ниже капитана и его двух помощников, одетых в белое с золотом. А эти, в свою очередь, были ниже Гарлея Кеннана и Виллы Кеннан, ибо им, как быстро обнаружил Джерри, приказания отдавал Гарлей Кеннан. Однако кое-что Джерри не знал, и не суждено было ему это узнать, а именно: кто был верховным божеством на «Ариеле». Эту загадку он и не пытался разрешить, ибо на подобное мышление был неспособен; он так никогда и не узнал, командовал ли Гарлей Кеннан Виллой или Вилла Кеннан Гарлеем. Не утруждая себе голову разрешением этой проблемы, Джерри принял их верховное господство над миром как дуалистическое. Ни один не превосходил другого. Казалось, они правили как равные, а все остальные перед ними склонялись.</p>
     <p>Неверно, будто необходимо кормить собаку, чтобы завоевать собачье сердце. Гарлей и Вилла никогда не кормили Джерри; однако их он избрал своими господами, их пожелал любить и им служить, а не японцу-баталеру, аккуратно его кормившему. Дело в том, что Джерри, как и всякая собака, умел уловить разницу между тем, кто дает ему есть, и тем, кто приказывает его кормить. Подсознательно он понимал, что не только его собственная кормежка, но и пропитание всех на борту зависит от мужчины и женщины. Это они всех кормили и всеми управляли. Капитан Винтере мог отдавать приказания матросам, но сам получал приказания от Гарлея Кеннана. Джерри был в этом убежден и действовал соответственно, хотя это никогда сознательно не приходило ему в голову.</p>
     <p>И как всегда — как это было с мистером Хаггином, со шкипером и даже с Башти и верховным колдуном Сомо — Джерри привязался к старшим богам, а со стороны низших богов принимал соответствующие знаки внимания. Как шкипер на «Эренджи» и Башти Сомо провозгласили табу на Джерри, так и владельцы «Ариеля» защитили его табу. Пищу Джерри получал от Сано, японца-баталера, — и только от него. Ни один матрос не смел ему предложить кусочек сухаря или пригласить на берег пробежаться, а Джерри не мог принять такое предложение. Но они и не предлагали. Не разрешалось им и фамильярничать с Джерри, затеять с ним игру или позвать его свистом.</p>
     <p>Джерри по натуре своей был собакой «одного господина», а потому все это было для него очень приемлемо. Конечно, намечались известные градации, но никто не разбирался в них с такой тонкостью и точностью, как сам Джерри. Так, обоим помощникам разрешалось приветствовать его словом «Алло!» и даже дружески погладить по голове. А с капитаном Винтерсом допускалась большая фамильярность. Капитан Винтере мог трепать его за уши, здороваться с ним за лапу, чесать ему спину и даже хватать за морду. Но капитан Винтере неизменно оставлял его в покое, когда на палубе показывались Кеннаны.</p>
     <p>Что касается вольностей очаровательных и шаловливых — только Джерри, одному из всех находившихся на борту, разрешалось вольничать с мужем и женой, а с другой стороны — только им двоим и он позволял такие же вольности. Всякую выходку, какая приходила на ум Вилле Кеннан, он принимал, замирая от счастья; так, например, она завертывала ему внутрь уши и одновременно заставляла его служить; чтобы сохранить равновесие, он беспомощно махал передними лапами, а она шутливо дула ему в нос. Такими же вольными были и шутки Гарлея Кеннана; застав Джерри сладко спящим на подоле юбки Виллы, он начинал щекотать ему между пальцами. Джерри бессознательно отбрыкивался во сне, а проснувшись, слышал взрыв смеха по своему адресу.</p>
     <p>По вечерам на палубе Вилла шевелила пальцами под одеялом, подражая какому-то странному ползущему животному, а Джерри прикидывался одураченным и приводил в полный беспорядок ее постель, яростно накидываясь на крадущееся животное, хотя прекрасно знал, что это были всего-навсего ее пальцы. К взрывам ее смеха примешивались возгласы почти подлинного испуга, когда Джерри едва не хватал ее зубами за ногу, и дело всегда кончалось тем, что Вилла заключала его в свои объятия, и замиравший смех щекотал ему уши, любовно прижатые назад. Кто еще из находившихся на борту «Ариеля» дерзнул бы так безобразничать на постели богини? Этого вопроса Джерри себе не задавал; однако он прекрасно понимал, какими исключительными милостями пользуется.</p>
     <p>Еще одну вольную шалость Джерри придумал случайно. Как-то он любовно подсунул морду к ее лицу и нечаянно ткнулся своим твердым носом с такой силой, что она вскрикнула и отшатнулась. А когда это случилось вторично, он уже сознательно отметил, какое впечатление это производит на Виллу, и с тех пор всякий раз, как она начинала слишком вольно над ним подшучивать и дразнить его, он совался мордой в ее лицо, заставляя ее откидывать голову. Вскоре он убедился, что своей настойчивостью может заставить Виллу сдаться: она прижимала его к себе, и ее журчащий смех лился прямо ему в уши; и с той поры он упорно играл свою роль, пока не добивался такой восхитительной капитуляции и радостной развязки игры.</p>
     <p>В этой игре гораздо больнее приходилось его нежному носу, чем ее подбородку или щеке, но и сама боль доставляла ему удовольствие. Все это было шуткой, и вдобавок еще любовной шуткой. Такая боль казалась ему счастьем.</p>
     <p>Все собаки поклоняются божеству. Джерри оказался счастливее большинства собак: он обрел любовь двух богов; хотя они и командовали им, но и любили сильнее. Правда, нос его угрожал ударить щеку возлюбленного бога, но Джерри скорей отдал бы по капле всю кровь своего сердца, чем согласился сделать больно. Он жил не ради куска хлеба, не ради пристанища, не ради уютного местечка в мире, окутанном мраком. Он жил ради любви. И за любовь он готов был умереть с такою же радостью, с какою жил ради любви.</p>
     <p>В Сомо воспоминания о шкипере и мистере Хаггине не скоро могли стереться. Жизнь в деревне каннибалов не удовлетворяла Джерри. Слишком мало было там любви. Только любовь может изгладить память о любви, или, вернее, боль утраченной любви. А на борту «Ариеля» этот процесс совершался быстро. Джерри не забыл шкипера и мистера Хаггина. Но в те минуты, когда он их вспоминал, тоска по ним была менее острой и мучительной. Он стал реже вспоминать их и видеть во сне, а сны Джерри, как и всех собак, были отчетливые и яркие.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Яхта «Ариель» лениво двигалась на север вдоль подветренного берега Малаиты, прокладывая себе путь по красочной лагуне, окаймленной рифами. Яхта дерзала проходить в такие узкие, усеянные кораллами проливы, что у капитана Винтерса, по его словам, с каждым днем прибавлялась новая тысяча седых волос на голове. Якорь отдавали у каждого укрепленного кораллового островка и у каждого мангиферового болота, где могли селиться каннибалы. Гарлею и Вилле Кеннан некуда было спешить. Пока путешествие их занимало, они не беспокоились о том, сколько времени тянется переезд с одного места на другое.</p>
     <p>За это время Джерри усвоил свое новое имя — вернее, целую серию имен. Это объяснялось тем, что Гарлею Кеннану не хотелось давать ему новую кличку.</p>
     <p>— Какое-нибудь имя у него было, — убеждал он Виллу. — Хаггин, несомненно, дал ему кличку, перед тем как отправить на «Эренджи». Пусть уж он останется безымянным, пока мы не вернемся в Тулаги и не узнаем его настоящего имени.</p>
     <p>— Велика важность — имя! — стала поддразнивать Вилла.</p>
     <p>— Это очень важно. Представь себе, что ты потерпела кораблекрушение и твои спасители называют тебя миссис «Ригге», или мадемуазель «де Мопен», или просто — «Топси». А меня — «Бенедикт Арнольд», или «Иуда», или… или «Аман». Нет, пусть остается без имени, пока мы не узнаем его первоначальной клички.</p>
     <p>— Но должна же я как-нибудь его называть, — не соглашалась Вилла. — Иначе как я буду о нем думать?</p>
     <p>— Ну, так давай ему разные клички, но никогда не повторяй одной и той же. Называй его сегодня «Пес», завтра — «Мистер Пес», а послезавтра как-нибудь иначе.</p>
     <p>И с тех пор, угадывая скорее по тону, ударению и по обстоятельствам момента, Джерри стал смутно отождествлять себя с кличками: Пес, Мистер Пес, Авантюрист, Силач, Глупыш, Безымянный и Горячее Сердце. То были лишь несколько из многочисленных прозвищ, расточаемых Виллой. Гарлей, в свою очередь, называл его: Мужественный Пес, Неподкупный, Некто, Грешник, Золотой, Сатрап Южных Морей, Немврод, Юный Ник и Убийца Львов. Короче, и муж и жена соперничали друг с другом, давая ему всевозможные имена и никогда не повторяясь. А Джерри, не столько по звукам и слогам, сколько по любовной интонации, быстро научился отождествлять себя со всяким новым прозвищем. Он больше не думал о себе, как о Джерри, и своим именем признавал всякое слово, звучащее ласково и любовно.</p>
     <p>Большим разочарованием — если только можно считать разочарованием неосознанную неудачу-окончилась его попытка разговаривать. Ни один человек на борту, не исключая Гарлея и Виллы, не говорил на языке Наласу. Весь богатый словарь Джерри и его умение пользоваться им, какое могло выдвинуть его как феномен из среды всех прочих собак, тратились зря на борту «Ариеля». Обитатели «Ариеля» не понимали и не догадывались о существовании стенографического языка, какому обучил его Наласу, и со смертью Наласу этот язык знал во всем мире один только Джерри.</p>
     <p>Тщетно пытался Джерри разговаривать с богиней. Сидя перед ней и положив вытянутую голову на ее руки, он говорил и говорил, но ни разу не услышал от нее ответного слова. Еле слышно повизгивая, скуля, сопя, издавая горлом разнообразные звуки, он старался рассказать ей что-нибудь из своей жизни. Она вся была воплощенное внимание: так близко подставляла ухо к его рту, словно хотела утопить его в струящемся благоухании своих волос, и все же ее мозг не воспринимал его речи, хотя сердцем она, несомненно, чуяла его намерение.</p>
     <p>— Боже мой, муженек! — восклицала она. — Ведь Пес говорит. Я знаю, что он говорит. Он мне рассказывает всю свою жизнь. Я знала бы о нем все, если бы могла понять. Но мои несчастные несовершенные уши ничего не улавливают.</p>
     <p>Гарлей отнесся скептически, но женская интуиция ее не обманывала.</p>
     <p>— Я в этом уверена! — убеждала она мужа. — Говорю тебе, он мог бы рассказать нам историю всех своих приключений, если бы мы его понимали. Ни одна собака не разговаривала так со мной. Это настоящий рассказ. Я чувствую все его оттенки. Иногда я почти уверена, что он говорит о радости, о любви, о великих битвах. А потом слышится негодование, оскорбленная гордость, отчаяние и печаль.</p>
     <p>— Ну, естественно, — спокойно согласился Гарлей. — Собака белых, заброшенная к антропофагам на остров Малаиту, несомненно, испытывала подобные чувства; и так же естественно жена белого человека, женушка, очаровательная женщина Вилла Кеннан, может себе представить переживания собаки и найти в ее бессмысленном визге рассказ об этих переживаниях, не замечая, что все это лишь ее собственная очаровательная, милая выдумка. Песня моря срывается с губ раковины… Вздор! Человек сам создает песню моря и приписывает ее раковине.</p>
     <p>— А все-таки…</p>
     <p>— А все-таки ты права, — галантно перебил он. — Всегда права, в особенности когда коренным образом ошибаешься. Разумеется, оставим в стороне таблицу умножения или мореплавание, где сама реальность ведет судно среди скал и отмелей; но в остальном ты права, тебе доступна сверхистина, которая выше всего, а именно, истина интуитивная.</p>
     <p>— Вот ты теперь меня высмеиваешь с высоты своей мужской мудрости, — возразила Вилла. — Но я знаю… Она приостановилась, ища слова посильнее, но слова изменили ей, и она прижала руку к сердцу с таким авторитетным видом, что все слова оказались лишними.</p>
     <p>— Согласен, преклоняюсь, — весело рассмеялся он. — Это именно то, что я сказал. Наши сердца почти всегда могут переспорить наши головы. А лучше всего то, что наши сердца всегда правы — вопреки статистике, утверждающей, будто они большей частью ошибаются.</p>
     <p>Гарлей Кеннан так никогда и не поверил рассказу своей жены о повествовательных способностях Джерри. И всю свою жизнь, до последнего дня, считал это милой фантазией, поэтическим вымыслом Виллы.</p>
     <p>Но Джерри, гладкошерстный ирландский терьер, действительно обладал даром речи… Хотя он и не мог обучать других, но сам был способен изучать языки. Без всяких усилий, быстро, даже не обучаясь, он стал усваивать язык «Ариеля». К несчастью, то не был урчащий и придыхательный язык, доступный собакам, какой изобрел Наласу, и Джерри, научившись понимать многое из того, что говорилось на «Ариеле», сам не мог воспроизвести ни слова. Для богини у него было по меньшей мере три имени: «Вилла», «Женушка» и «Миссис Кеннан», ибо так называли ее окружающие. Но он не мог называть ее этими именами. То был исключительно язык богов, и говорить на нем могли только боги. Он не походил на язык, изобретенный Наласу и являвшийся компромиссом между речью собак и речью богов, так что бог и собака могли между собой разговаривать.</p>
     <p>Таким же образом выучил Джерри и различные имена мужского божества: «Мистер Кеннан», «Гарлей», «капитан Кеннан» и «Шкипер». И только присутствуя третьим в их интимном кругу, Джерри узнал другие имена: «Муженек», «Супруг», «Дорогой», «Возлюбленный», «Мое сокровище». Но никоим образом не мог Джерри выговорить эти имена.</p>
     <p>Однако в спокойную ночь, когда ветер не шелестел в кустах, Джерри часто шепотом называл по имени Наласу.</p>
     <p>Однажды Вилла, распустив волосы, мокрые после купания в море, сжала обеими руками морду Джерри и, наклонившись к нему так близко, что он почти мог коснуться языком ее носа, стала напевать: «Не знаю, как его назвать, но он похож на розу!»</p>
     <p>На другой день она повторила эту фразу и пропела почти всю песенку в самые его уши. А в разгар пения Джерри удивил ее. Пожалуй, с не меньшим правом можно сказать, что он и сам удивился. Сознательно он никогда еще так не поступал. И сделал он это без всякого умысла. Он вовсе не намеревался это делать. В самом поступке заключалось принуждение его совершить. От этого поступка он не мог воздержаться, как не мог не отряхнуться после купания или не брыкнуть во сне ногой, если его щекочут.</p>
     <p>Когда ее голос стал мягко вибрировать, Джерри показалось, что она обволакивается перед его глазами какой-то дымкой, а сам он под влиянием нежного, томительного напева переносится в какое-то другое место. И тут он сделал удивительную вещь. Он резко, почти судорожно присел, высвободил морду из ее рук и опутывавшей паутины распущенных волос и, подняв нос кверху под углом в сорок пять градусов, начал дрожать и громко дышать под ритм ее песни. Затем так же судорожно он вздернул нос к зениту, и поток звуков полился кверху, вздымаясь и медленно ослабевая до полного замирания.</p>
     <p>Этот вой послужил началом, и за него Джерри получил кличку «Певчий песик-дурачок». Вилла Кеннан обратила внимание на завывания, вызывавшиеся ее пением, и сейчас же занялась их развитием. Джерри всегда повиновался, когда она, усевшись, ласково протягивала к нему руки и приглашала: «Иди сюда, Певчий песик-дурачок». Он подходил, садился так, что благоухание ее волос щекотало ему ноздри, мордой прижимался к ее щеке, а нос поднимал кверху около ее уха и при первых же звуках ее тихой песни начинал вторить. Минорные мотивы особенно его провоцировали, а раз начав, он пел с ней, сколько ей хотелось.</p>
     <p>И это действительно было пение. Способный ко всем видам звукоподражания, он быстро научился смягчать и понижать свой вой, пока он не становился мелодичным и бархатистым. И вой этот замирал чуть ли не до шепота, вздымался и падал, то ускоряя, то замедляя темп, повинуясь ее голосу.</p>
     <p>Джерри наслаждался пением, как курильщик опиума своими грезами. Он грезил смутно, грезил наяву, с широко раскрытыми глазами, а волосы богини благоуханным облаком его окутывали, ее голос заунывно ему вторил, его сознание тонуло в грезах о нездешнем, долетавшем к нему из песни. Ему вспомнилось страдание, но страдание давно забытое и потому переставшее быть болью. Оно наполняло его сладостной грустью и уносило с «Ариеля» (ставшего на якорь в какой-нибудь коралловой лагуне) в нереальную страну, в нездешний мир.</p>
     <p>И в такие минуты перед ним вставали видения. Казалось, он сидит в холодном мраке ночи на пустынном холме и воет на звезды, а из темноты, издалека, несется к нему ответный вой. И поднимаются другие зазывания — вблизи и вдалеке, — пока ночь не зазвучит родными ему голосами. То родня его. Сам того не зная, он приобщался к «нездешнему миру».</p>
     <p>Наласу, обучая его языку сопения и урчания, намеренно обратился к его рассудку; а Вилла, не зная, что она делает, нашла путь к его сердцу и к сердцу его предков, затронув глубочайшие струны воспоминаний о далеком прошлом и заставив их вибрировать.</p>
     <p>Вот пример: смутные образы являлись ему иногда из ночи, как призраки, скользили мимо, и он слышал, словно во сне, охотничьи крики собачьей стаи; пульс его ускорялся, пробуждался его охотничий инстинкт, и сдержанное, мягкое подвывание переходило в страстный визг. Его голова опускалась, освобождаясь от паутины женских волос, ноги начинали беспокойно, судорожно подергиваться, словно порываясь бежать, и в одну секунду он уносился прочь и летел по лику времени из реальности в сон.</p>
     <p>И подобно тому, как люди вечно жаждут зелья из мака и конопли, так и Джерри тянулся к радостям, выпадавшим на его долю, когда Вилла Кеннан открывала ему свои объятия, окутывала паутиной волос и пением уносила его сквозь время и пространство в сон, к его древним предкам.</p>
     <p>Не всегда, однако, испытывал Джерри эти ощущения, когда они пели вместе. Обычно видения ему не являлись, и он переживал лишь смутные, сладостно-грустные настроения, похожие на тени воспоминаний. Иногда, под влиянием этой грусти, всплывали в его мозгу образы шкипера и мистера Хаггина, образы Терренса, и Бидди, и Майкла, и видения давно исчезнувшей жизни на плантациях Мериндж.</p>
     <p>— Дорогая моя, — сказал однажды Гарлей, — счастье для Джерри, что ты не дрессировщица животных, а то ведь твое имя не сходило бы с афиш мюзик-холлов и цирков всего земного шара.</p>
     <p>— Ну, что ж! — ответила она. — Я уверена, что он бы с восторгом выступал со мной…</p>
     <p>— Что было бы в высшей степени необычайно, — перебил Гарлей.</p>
     <p>— Почему?</p>
     <p>— Один шанс из ста, что животное любит свою работу или пользуется любовью своего дрессировщика.</p>
     <p>— Я думала, что со всякой жестокостью в этой области давным-давно покончено, — сказала Вилла.</p>
     <p>— И публика так думает, но в девяноста девяти случаях публика ошибается.</p>
     <p>Вилла глубоко вздохнула.</p>
     <p>— Пожалуй, придется мне бросить такую соблазнительную и прибыльную карьеру в тот самый момент, когда ты ее для меня открыл. А как великолепно выглядели бы афиши и мое имя огромными буквами…</p>
     <p>— Вилла Кеннан, певица с голосом дрозда, и Певчий песик-дурачок, ирландский терьер, тенор, — процитировал Гарлей заглавные строки афиши.</p>
     <p>И Джерри, высунув язык, с бегающими глазами, присоединился к смеху. Он не знал, над кем смеются, но по смеху понял, что они счастливы, а любовь побуждала его радоваться вместе с ними.</p>
     <p>Джерри нашел то, чего жаждал существом, — любовь божества. И он любил обоих богов, признав их совместное господство на «Ариеле». Но, пожалуй, женское божество он любил больше. Такой любви он никогда еще не испытывал, не исключая и его любви к шкиперу, а объяснялось это тем, что она проникла в глубочайшие тайники его сердца своим волшебным голосом, уносившим Джерри в нездешнюю страну.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Джерри вскоре узнал, что на борту «Ариеля» преследовать негров не полагается. Горя желанием понравиться и услужить своим новым богам, он воспользовался первым удобным случаем и набросился на чернокожих, которые, подъехав в пироге, поднялись на борт. Восклицание Виллы и повелительный оклик Гарлея заставили его в недоумении остановиться. Глубоко убежденный, что ошибся, Джерри снова стал бесноваться вокруг одного высмотренного им чернокожего. На этот раз голос Гарлея звучал сурово, и Джерри подошел к нему, виляя хвостом и извиваясь всем телом, словно умоляя о прощении, и лизнул своим розовым языком погладившую его руку.</p>
     <p>Затем Вилла подозвала его к себе. Зажав руками его морду и близко к нему наклонившись, она серьезно заговорила о том, что преследовать негров грешно. Ведь он, говорила Вилла, не простая лесная собака, а кровный ирландский джентльмен, которому не подобает заниматься таким делом, как травля бездомных чернокожих. Все это он выслушал сосредоточенно, не мигая, и хотя понимал мало, но чутьем постиг все. Из языка, на каком говорили на «Ариеле», он уже усвоил слово «нехороший», а Вилла повторила это слово несколько раз. «Нехороший» он понимал как «нельзя», и для него этим словом установилось табу. Раз таковы их обычаи и желания, то может ли он нарушать их? Если негров травить нельзя, — он этого делать не станет, несмотря на то, что шкипер, бывало, сам его натравливал. Разумеется, Джерри обсуждал этот вопрос не в таких выражениях, а по-своему, но выводы были те же.</p>
     <p>Для него любовь к богу требовала служения. Ему нравилось служением снискивать любовь. А в его положении краеугольным камнем служения было послушание. Однако первое время ему стоило величайших усилий не рычать и не кусать за ноги чужих и самоуверенных чернокожих, проходивших мимо него по белой палубе «Ариеля».</p>
     <p>Но Джерри суждено было увидеть и иные времена. Настал день, когда Вилла Кеннан пожелала выкупаться по-настоящему, в свежей текучей пресной воде, и тут Джонни, чернокожий лоцман из Тулаги, совершил ошибку. На карте была нанесена только одна миля реки Сули, впадающей в море, ибо белые еще не исследовали ее выше. Когда Вилла заговорила о купании, ее муж посоветовался с Джонни. Джонни покачал головой.</p>
     <p>— Нет черных парней в этом месте, — сказал он. — Не будет вам беда. Лесной парень отсюда далеко.</p>
     <p>К берегу пристал баркас, матросы развалились в тени прибрежных кокосовых пальм, а Вилла, Гарлей и Джерри прошли с четверть мили вверх по реке до первого удобного для купания местечка.</p>
     <p>— Все-таки нужно принять меры предосторожности, — сказал Гарлей, вынимая из кобуры свой автоматический пистолет и кладя его поверх одежды. — Чернокожая братия может на нас наткнуться.</p>
     <p>Вилла вошла по колени в воду, взглянула вверх, на темный свод джунглей, едва пропускавший лучи солнца, и содрогнулась.</p>
     <p>— Самая подходящая обстановка для темного дела, — улыбнулась она и, набрав в ладонь прохладной воды, плеснула в мужа. Тот бросился за ней в погоню.</p>
     <p>Некоторое время Джерри сидел подле их одежды и следил за купальщиками. Затем его внимание привлекла мелькнувшая тень огромной бабочки, а вскоре он уже выслеживал по джунглям лесную крысу. То был не особенно свежий след. Джерри прекрасно это знал, но в нем хранились все древние инстинкты, побуждавшие его охотиться, красться, преследовать живые существа — короче, вести игру, будто он сам добывает себе пропитание, хотя уже в течение веков его предков кормил человек.</p>
     <p>Он развивал способности, в каких он уже и не нуждался, хотя они все еще в нем жили и стремились пробиться. И сейчас он шел по следу давно пробежавшей лесной крысы, крался неслышно, словно настоящий охотник за дичью, и с точностью определял запах. Этот след пересекался другим следом — свежим, совсем недавним. Джерри резко повернул голову под прямым углом направо — так резко, словно его дернули за веревку. Он носом почуял несомненный запах чернокожего. И то был совершенно незнакомый ему чернокожий, так как запах его не совпадал с воспоминаниями о тех неграх, каких он раньше встречал.</p>
     <p>Забыт был след лесной крысы, и Джерри бросился по новому следу. К этому побуждало его любопытство и увлечение игрой. Ему в голову не приходило бояться за Виллу и Гарлея — даже когда он дошел до того места, где чернокожий, видимо, услышав их голоса, остановился в нерешимости и где его следы сохранили особенно сильный запах. Отсюда след резко сворачивал к реке. Нервно напряженный и внимательный, все еще не тревожась, а только продолжая играть в слежку, Джерри побежал по следу.</p>
     <p>Время от времени с реки доносились возгласы и смех, и, заслышав их, Джерри всякий раз испытывал радостный трепет. Если бы его спросили и он сумел бы выразить свои ощущения, он бы сказал, что самый приятный звук в мире — звук голоса Виллы Кеннан, а затем — Гарлея Кеннана. Их голоса всегда приводили его в трепет, напоминая о том, как он их любит и как они любят его.</p>
     <p>При первом же взгляде на незнакомого негра, остановившегося у самой воды, в Джерри проснулись подозрения. Негр держался не так, как полагается обыкновенному чернокожему, не замышляющему ничего дурного. Напротив, все его движения обличали человека, действующего с преступным замыслом. Присев на ковер джунглей, негр выглядывал из-за большого корня дерева. Джерри ощетинился, тоже припал к земле и стал наблюдать.</p>
     <p>Один раз чернокожий поднял было ружье к плечу, но ничего не подозревающие жертвы с плеском и хохотом скрылись, по-видимому, из поля его зрения. А ружье у него было не снайдеровское, довольно уже устарелое, а современный автоматический винчестер. И негр, по-видимому, привык стрелять с плеча, а не держа приклад у бедра, как большинство малаитян.</p>
     <p>Недовольный своей позицией у дерева, он опустил ружье и пополз ближе к воде. Джерри приник к земле и последовал за ним. Приник он так низко, что голова, горизонтально вытянутая вперед, была значительно ниже плеч, которые странно возвышались над всем туловищем. Когда чернокожий останавливался, немедленно останавливался и Джерри — словно примерзал к земле. Когда чернокожий снова трогался в путь — полз и Джерри, но быстрее, сокращая разделявшее их расстояние. И все время шерсть на шее и плечах щетинилась под наплывом ярости и злобы. То была не золотистая собака с прижатыми ушами и смеющейся мордой, нежащаяся в объятиях богини, не Певчий песик-дурачок, гpeзящий в облачной паутине ее волос, но четвероногое воинственное существо, боец с оскаленными клыками, которые рвут и уничтожают.</p>
     <p>Джерри намеревался перейти в атаку, как только подползет достаточно близко. Он забыл о табу, усвоенном на «Ариеле» и воспрещающем травлю негров. В этот момент в его сознании не оставалось места для табу. Знал он только, что беда грозит мужчине и женщине, грозит со стороны этого негра.</p>
     <p>Джерри почти нагнал свою добычу, и когда чернокожий присел и поднял ружье, Джерри счел момент благоприятным для прыжка. Ружье почти коснулось плеча, когда он прыгнул вперед. Прыгая, он не произвел ни малейшего звука, и его жертва почувствовала его присутствие, только когда тело Джерри, мелькнув, как снаряд, очутилось между лопатками чернокожего. В ту же секунду зубы Джерри вонзились в шею, но слишком близко к основанию, в крепкие плечевые мышцы, так что клыки не задели спинного мозга.</p>
     <p>Чернокожий, ошеломленный и испуганный, нажал спуск, и из груди его вырвался дикий вопль. Отдача была так сильна, что он перевернулся и сцепился с Джерри, который куснул его за скулу и за щеку и полоснул ухо: ирландские терьеры обычно кусают быстро и часто, а не мертвой хваткой, как бульдоги.</p>
     <p>Когда Гарлей Кеннан, с револьвером в руке и нагой, как Адам, прибежал на место сражения, собака и человек, сцепившись, катались по лесному чернозему. Негр, по лицу которого струилась кровь, обеими руками сжимал шею Джерри, а Джерри, сопя, задыхаясь и рыча, изо всех сил отбрыкивался и царапался когтями задних лап. То были когти не щенка, а взрослого мускулистого пса. Джерри все время царапал ими обнаженную грудь и живот, покрасневшие от струившейся крови.</p>
     <p>Гарлей Кеннан стрелять не решался, так как противники слишком тесно переплелись. Вместо того он, подойдя вплотную, ударил негра по голове рукояткой револьвера. Оглушенный негр разжал руки, а Джерри в одну секунду кинулся к выпятившемуся горлу, и только рука Гарлея, схватившая его за загривок, и резкий окрик заставили его отступить. Он дрожал от бешенства и продолжал яростно рычать, но все же прижимал уши, вилял хвостом и вскидывал глаза на Гарлея, когда тот говорил: «Молодчина!».</p>
     <p>Джерри знал, что «молодчина» означает похвалу. Гарлей несколько раз повторил это слово, и Джерри убедился, что оказал своему господину услугу, и услугу немалую.</p>
     <p>— Знаешь, негодяй хотел пристрелить нас из-за кустов, — обратился Гарлей к Вилле, когда та, на ходу одеваясь, присоединилась к нему. — Здесь не больше пятидесяти шагов, он не мог промахнуться. И посмотри, какой у него винчестер. Это не какая-нибудь старая гладкостволка. Раз у парня такое ружье, уж он умеет им пользоваться.</p>
     <p>— Почему же он нас не пристрелил? — осведомилась Вилла.</p>
     <p>Гарлей указал на Джерри.</p>
     <p>У Виллы глаза вспыхнули, когда она поняла.</p>
     <p>— Что ты говоришь?.. — начала она. Он кивнул.</p>
     <p>— Вот именно. Певчий песик-дурачок ему помешал. — Гарлей наклонился, перевернул чернокожего и увидел разодранную шею.</p>
     <p>— Вот куда он его цапнул, а тот, должно быть, держал пальцы на спуске, целясь в нас, — вероятно, в меня первого, — когда Певчий песик-дурачок смешал ему все карты.</p>
     <p>Но Вилла почти не слушала, она обнимала Джерри, называя его «своим дорогим песиком», и старалась утишить его рычание и пригладить все еще ерошившуюся шерсть.</p>
     <p>Но Джерри снова зарычал и собрался прыгнуть на чернокожего, когда тот беспокойно зашевелился и сел, все еще оглушенный. Гарлей выдернул у него нож, засунутый между поясом и голым телом.</p>
     <p>— Как звать? — спросил он.</p>
     <p>Но негр видел только одного Джерри, изумленно таращил на него глаза, пока не уяснил себе положения и не понял, что этот маленький неуклюжий пес испортил ему игру.</p>
     <p>— Мой говорит, — ухмыляясь, обратился он к Гарлею, — этот собака здорово моего поймал.</p>
     <p>Ощупывая раны на шее и на лице, он увидел, что белый завладел его ружьем.</p>
     <p>— Отдай мое ружье, — дерзко сказал он.</p>
     <p>— Я тебе им голову прошибу, — ответил Гарлей. — По-моему, этот парень не похож на малаитянина, — обратился он к Вилле. — Прежде всего, где он достал такое ружье? И подумай, что за дерзость? Он должен был видеть, как мы стали на якорь, и знал, что наш баркас стоит у берега. И все же он хотел захватить наши головы и удрать с ними в лес… Как звать? — снова обратился он к негру.</p>
     <p>Но имени чернокожего он не узнал до тех пор, пока не прибежали запыхавшиеся матросы с баркаса и Джонни. Увидев пленника, Джонни выпучил глаза и, заметно волнуясь, обратился к Кеннану.</p>
     <p>— Вы дайте мне этот парень, — попросил он. — А? Дайте мне.</p>
     <p>— Да зачем он тебе?</p>
     <p>На этот вопрос Джонни ответил не сразу, а лишь после того, как Кеннан сообщил ему о своем намерении отпустить чернокожего, так как тот никому вреда не причинил. Тут Джонни с жаром запротестовал.</p>
     <p>— Вы везите этот парень в Тулаги, в дом правительства: вам дадут двадцать фунтов. Он много злой парень. Ему звать Макавао. Много злой. Он из Квинсленда…</p>
     <p>— Как из Квинсленда? — перебил Кеннан. — Он оттуда родом?</p>
     <p>Джонни покачал головой.</p>
     <p>— Он был раньше с Малаита. Много-много годов назад его взял шкуна работать на Квинсленде.</p>
     <p>— Он работал на квинслендских плантациях, — пояснил Гарлей Вилле. — Ты знаешь, когда в Австралии начался «белый» наплыв, пришлось с квинслендских плантаций отослать всех черных назад. Этот Макавао, видимо, один из них, и, должно быть, дрянной парень, если Джонни не врет относительно двадцати фунтов вознаграждения за поимку его. Это большая цена за черного.</p>
     <p>Джонни продолжал свои объяснения, какие, в переводе на общепринятый английский, сводились к тому, что Макавао всегда пользовался дурной славой. В Квинсленде он провел в тюрьме четыре года за кражи, грабежи и покушение на убийство. Когда австралийское правительство отослало его назад на Соломоновы острова, он завербовался на плантацию Були, — как впоследствии выяснилось, с целью добыть оружие и патроны. За покушение на убийство надсмотрщика он получил в Тулаги пятьдесят ударов плетью и прослужил лишний год. Вернувшись на плантацию в Були, чтобы отработать свой срок, он ухитрился, воспользовавшись отсутствием надсмотрщика, убить владельца плантации и удрать на вельботе.</p>
     <p>В вельбот Макавао забрал все оружие и патроны, бывшие на плантации, голову хозяина, десять рабочих-малаитян и двух из Сан-Кристобаля — последних потому, что они были приморскими жителями и умели обращаться с вельботом. Сам же он и десять малаитян, как жители лесов, моря не знали и не решались на длинный переезд с Гвадалканара.</p>
     <p>По пути он сделал набег на маленький остров Уги, разграбил все запасы и захватил голову одинокого торговца, добродушного полукровки с острова Норфолк. Благополучно прибыв на Малаиту, он и его товарищи, не видя более нужды держать двух рабочих из Сан-Кристобаля, отрубили им голову, а тела съели.</p>
     <p>— Мой говорит, он много-много злой парень, — закончил свой рассказ Джонни. — Правительство Тулаги много рад дать двадцать фунтов за парень.</p>
     <p>— Ах ты, дорогой мой Певчий песик-дурачок! — прошептала Вилла на ухо Джерри. — Если бы не ты…</p>
     <p>— Наши головы находились бы сейчас у Макавао, а он пробирался бы с ними по холмам к себе на родину, — докончил за нее Гарлей. — Что и говорить, славный пес, — весело прибавил он. — А я-то как нарочно задал ему на днях взбучку за травлю негров. Оказывается, он свое дело знал лучше, чем я.</p>
     <p>— Если кто-нибудь вздумает предъявлять на него права… — угрожающе пробормотала Вилла.</p>
     <p>Гарлей кивком подтвердил ее оборвавшуюся фразу.</p>
     <p>— Во всяком случае, — с улыбкой сказал он, — хоть одно утешение было бы, если б твоя голова отправилась в джунгли.</p>
     <p>— Утешение? — воскликнула она, захлебнувшись от негодования.</p>
     <p>— Ну, конечно! Ведь и моя голова отправилась бы вместе с твоей!</p>
     <p>— Ах ты, дорогой мой муженек! — прошептала она, и глаза ее подернулись влагой, когда она любовно на него взглянула, все еще прижимая к себе Джерри. А Джерри, почуяв важность момента, лизнул ее душистую щеку.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>«Ариель» отошел от Малу на северо-западном берегу Малаиты, и скоро Малаита скрылась из виду. Для Джерри она скрылась навеки — еще один исчезнувший мир, который в его сознании провалился в небытие, поглотившее и шкипера. Если бы Джерри стал о том размышлять, он бы представил себе Малаиту как обезглавленную вселенную, покоящуюся на коленях какого-то младшего бога, который все же был бесконечно могущественнее Башти, на чьих коленях лежала высушенная солнцем и прокопченная дымом голова шкипера. И это младшее божество выпытывало, нащупывало и пыталось угадать тайны пространства и времени, движения и материи, вверху, внизу, вокруг и над собой.</p>
     <p>Но Джерри не размышлял над этой проблемой, не подозревал о существовании таких тайн. Он вспоминал об исчезнувшей Малаите, как вспоминал о своих снах. Сам он был существом живым, материальным, обладающим весом и объемом, неопровержимо реальным, и двигался в пространстве бытия — конкретном, осязаемом, живом и убедительном, являвшемся абсолютным нечто. А то нечто было окружено тенями и призраками изменчивой фантасмагории небытия.</p>
     <p>Джерри принимал свои миры один за другим. Один за другим они испарялись, скрываясь из поля его зрения, погружались навек ниже уровня океана, нереальные и преходящие, как сновидения. Целостность маленького, простого мира людей, микроскопического и ничтожного по сравнению со звездной вселенной, была недоступна его догадкам так же, как недоступна звездная вселенная вдохновеннейшим прозрениям и измышлениям человека.</p>
     <p>Джерри не суждено было снова увидеть мрачный остров дикарей, хотя он часто вставал перед ним в сновидениях, и Джерри во сне переживал свои дни на нем, начиная с уничтожения «Эренджи» и оргии людоедов на берегу и кончая бегством от разрушенного снарядом дома и растерзанного тела Наласу. Эти сновидения были для него еще одной страной нездешнего, таинственного, нереальной и эфемерной, как облака, проплывающие по небу, или радужные пузыри, лопающиеся на поверхности моря. То была пена, быстро исчезающая, едва он просыпался, несуществующая, как шкипер и голова шкипера на высохших коленях Башти в высоком травяном доме. Малаита реальная, Малаита конкретная и весомая исчезла — и исчезла навсегда — в небытие, куда скрылся Мериндж, куда скрылся шкипер.</p>
     <p>От Малаиты «Ариель» взял курс на северо-запад к Онгтону, Яве и Тасмании — большим атоллам, которые изнемогают от жары под самым экватором и заливаются волнами в необъятном просторе юго-западной части Тихого океана. Оставив Тасманию, «Ариель» проделал длинный рейс к гористому острову Бугенвиль. После Бугенвиля, держась на юго-запад и медленно лавируя против ветра, «Ариель» отдавал якорь почти в каждой гавани Соломоновых островов, от Шуазеля и Гононго до острова Куламбангра, Вангуну, Павуву и Новой Георгии. Он отдал якорь даже в пустынной Бухте Тысячи Кораблей.</p>
     <p>И, наконец, якорь «Ариеля» с грохотом упал и впился в песчано-коралловое дно гавани Тулаги, где на берегу острова Флориды жил и правил верховный комиссар.</p>
     <p>Ему Гарлей Кеннан передал Макавао, который был посажен под хорошей охраной в травяную тюрьму; здесь, с кандалами на ногах, ему предстояло ждать суда за многочисленные преступления. А лоцман Джонни, прежде чем вернуться на службу к резиденту, получил львиную долю из назначенных в премию денег; остальную сумму Кеннан распределил между матросами, которые бросились сквозь джунгли к нему на выручку в тот день, когда Джерри вцепился в шею Макавао и заставил его, не целясь, нажать спуск ружья.</p>
     <p>— Я вам скажу его имя, — говорил резидент, усадив их на широкой веранде своего бунгало. — Это один из терьеров Хаггина — Хаггина с лагуны Мериндж. Отца собаки зовут Терренс, а мать — Бидди. А его имя — Джерри; я сам присутствовал при крещении, когда он был еще слепым щенком. Мало того, я могу вам показать его брата Майкла. Он охотник за неграми на «Евгении», двухмачтовой шхуне, которая стоит на рейде рядом с вами. Шкипером на ней капитан Келлар. Я попрошу его доставить Майкла на берег. Вне всякого сомнения, Джерри один только и уцелел из всех, находившихся на борту «Эренджи».</p>
     <p>— Когда у меня будет время и необходимые средства, я нанесу визит вождю Башти. О нет, программы британских крейсеров я придерживаться не стану. Зафрахтую парочку торговых кечей, заберу свою чернокожую полицию и тех белых добровольцев, каким не смогу отказать. Никакого обстрела травяных шалашей не будет. Десант я высажу, не доходя до Сомо, зайду в глубь страны, а к Сомо подойду с тыла; одновременно мои суда подступят к Сомо с моря.</p>
     <p>— На бойню ответите бойней? — возразила Вилла Кеннан.</p>
     <p>— На бойню я отвечу законом, — заявил комиссар. — Я научу Сомо закону. Надеюсь, ничего неприятного не случится, и ни с той, ни с другой стороны потерь не будет. Но могу обещать, что головы капитана Ван Хорна и его помощника Боркмана я разыщу и доставлю в Тулаги для христианского погребения. А старого Башти возьму за загривок и заставлю посидеть, пока я буду внедрять в него закон и справедливость. Разумеется… — комиссар, окончивший Оксфордский университет, узкоплечий пожилой человек с видом аскета, близорукий и в очках, как и подобает ученому, приостановился и пожал плечами, — разумеется, если не удастся образумить, возможны неприятности, и кому-нибудь из них и из нас придется скверно. Но, так или иначе, своего мы добьемся. Старый Башти поймет, что целесообразнее оставлять на плечах головы белых.</p>
     <p>— Да как он поймет? — спросила Вилла Кеннан. — Если он достаточно умен, чтобы не сражаться с вами, а только сидеть и поучаться английским законам, дело обернется для него отменной забавой. В наказание за всякую жестокость ему придется только выслушать лекцию.</p>
     <p>— Не совсем, дорогая моя миссис Кеннан. Если он будет спокойно слушать лекцию, я потребую с него всего только сто тысяч кокосовых орехов, пять тонн других пальмовых орехов, сто саженей раковин и двадцать жирных свиней. Если же он откажется выслушать лекцию и приступит к военным действиям, тогда я, как это ни печально, вынужден буду прежде всего расправиться с ним и с его поселком, а затем потребую с него тройной штраф и уже в немногих словах внедрю в него закон.</p>
     <p>— А если он драться не станет, в ответ на вашу лекцию заткнет себе уши и откажется платить? — настаивала Вилла Кеннан.</p>
     <p>— Тогда он пожалует ко мне в гости — сюда, в Тулаги — и будет здесь сидеть, пока не одумается, не заплатит штрафа и не выслушает полного курса лекций.</p>
     <p>А Джерри привелось услышать свое старое имя от Виллы и Гарлея и снова увидеть своего кровного брата Майкла.</p>
     <p>— Не говори ничего, — шепнул Гарлей Вилле, когда они разглядели мохнатого пшенично-рыжего Майкла, выглядывавшего из-за борта подходившего к берегу вельбота. — Сделаем вид, будто мы ничего не знаем и никакого внимания на них не обращаем.</p>
     <p>Джерри, прикидываясь сильно заинтересованным, рыл яму в песке, словно напал на свежий след, и не подозревал о приближении Майкла. Он быстро увлекся и заинтересовался по-настоящему, когда, радостно фыркая и сопя, очутился на дне вырытой им ямы. А яма была такая глубокая, что от Джерри виднелись только задние лапы да забавно торчащий обрубок хвоста.</p>
     <p>Не чудо, что он и Майкл не заметили друг друга. Майкл, вырвавшись на свободу с тесной палубы «Евгении», радостно суетясь, помчался по берегу, на бегу ловя тысячи знакомых запахов суши. Он бросался из стороны в сторону, прыгал и добродушно щелкал зубами при виде крабов, торопливо перебегавших ему дорогу, ища спасения в воде, или пятившихся и угрожавших ему своими огромными клешнями.</p>
     <p>Пляж был не длинный и упирался в шероховатую стену мыса. Пока комиссар представлял капитана Келлара мистеру и миссис Кеннан, Майкл уже несся назад по влажному, плотному песку. Все до такой степени его интересовало, что он и не заметил Джерри. Джерри о его присутствии узнал по слуху, и едва успел, попятившись, выбраться из ямы, как Майкл уже на него налетел. Джерри перекувыркнулся, Майкл перелетел через него, и оба свирепо зарычали. Поднявшись на ноги, они ощетинились, оскалили зубы и грозно, с достоинством стали обходить один другого степенной, напряженной походкой.</p>
     <p>Но все это время они только дурачились и были немного сбиты с толку. У каждого в мозгу всплыли яркие картины прошлого — дом на плантации и берег Мериндж. Они узнали друг друга и мешкали. Они уже не были щенками и, смутно гордясь своей степенностью и возмужалостью, старались держаться с достоинством, хотя им ужасно хотелось в сумасшедшем восторге броситься друг к другу.</p>
     <p>Майкл, меньше видевший свет и по натуре своей менее сдержанный, чем Джерри, первый отбросил напускное достоинство и, взвизгивая от волнения и восторженно извиваясь всем телом, высунул язык и прильнул к брату плечом.</p>
     <p>Джерри с таким же пылом его лизнул, затем оба отскочили в сторону и вопросительно, почти вызывающе поглядели друг на друга. Настороженные уши Джерри выражали живой вопрос; у Майкла одно здоровое ухо вопрошало столь же красноречиво, а другое, высохшее, стояло, по обыкновению, торчком. И вдруг они стремглав помчались по берегу бок о бок, пересмеиваясь и то и дело подталкивая друг друга на бегу.</p>
     <p>— Сомнений быть не может, — сказал комиссар. — Так же точно, бывало, бегали их родители. Я частенько к ним присматривался.</p>
     <p>…………..</p>
     <p>Но через десять дней наступила разлука. То был первый визит Майкла на борт «Ариеля», и он с Джерри провел веселые полчаса, резвясь на белой палубе среди суматохи и гула, пока поднимали шлюпки, ставили паруса и поднимали якорь. Когда «Ариель» заскользил по воде, а паруса надулись под свежим пассатным ветром, комиссар и капитан Келлар распрощались и прошли по шкафуту к поджидавшим их вельботам. В самый последний момент капитан Келлар поднял Майкла, сунул его под мышку и вместе с ним прыгнул на корму своего вельбота.</p>
     <p>Концы были отданы; на корме обеих шлюпок белые люди стояли с непокрытыми головами, презирая палящее тропическое солнце и посылая последние приветы. А Майкл, заразившись всеобщим возбуждением, тявкал без конца.</p>
     <p>— Попрощайся с братом, Джерри, — шепнула на ухо Вилла Кеннан, подняв терьера на поручни и обеими руками придерживая за трепетавшие бока.</p>
     <p>А Джерри, не понимая слов и раздираемый противоречивыми желаниями, в ответ стал извиваться всем телом, повернул голову, лизнул свою госпожу языком, а через секунду снова свесил голову за борт, следя за быстро уменьшавшимся Майклом, и завыл от горя, совсем так, как выла его мать Бидди, когда он отплывал со шкипером.</p>
     <p>Джерри понимал значение разлуки, и сейчас не сомневался, что расстается с братом; ему и в голову не приходило, что он встретит Майкла спустя несколько лет, по ту сторону мира, в сказочной долине далекой Калифорнии, где они проживут до конца дней своих в ласковых объятиях возлюбленных богов.</p>
     <p>Майкл, поставив передние лапы на планшир, тявкал вопросительно и недоуменно, а Джерри отвечал ему визгом. Богиня успокаивающе сжала его бока, а он повернулся к ней и ткнулся влажным носом в ее щеку. Одной рукой она прижимала его к своей груди, свободная рука, полураскрытая, покоилась на поручнях — бело-розовое сердце цветка, ароматное и соблазнительное. Джерри подсунул к ней нос. Полураскрытая рука манила. Протискивая и всовывая морду, он слегка раздвигал пальцы пока нос его не очутился в ее пленительной, душистой руке.</p>
     <p>Джерри успокоился, втиснув свою золотистую морду по самые глаза, и замер, позабыв об «Ариеле», под напором ветра поворачивавшемся к солнцу, позабыв о Майкле, который все уменьшался по мере того, как увеличивалось расстояние до вельбота. И Вилла замерла. Оба ушли в игру, хотя для нее это было ново.</p>
     <p>Джерри не шевелился, пока хватало выдержки. Потом волна любви захлестнула его, и он засопел — так же громко, как засопел когда-то, сунув морду в руку шкипера на палубе «Эренджи», и как тогда шкипер, так и теперь богиня рассмеялась журчащим любовным смехом. Пальцы ее почти до боли стиснули морду Джерри. Другой рукой она так крепко прижала его к себе, что он едва мог вздохнуть. Однако он все время мужественно вилял обрубком хвоста, а высвободившись из восхитительного объятия, прижал уши и, лизнув ее в щеку алым языком, схватил зубами ее руку и оставил на нежной коже отпечаток любовного укуса, который боли не причиняет.</p>
     <p>Так исчезли для Джерри Тулаги и бунгало комиссара на вершине холма. Исчезли суда, стоявшие на рейде, и Майкл, его кровный брат. Джерри привык к таким исчезновениям. Так же ведь исчезали, как сонные грезы, Мериндж, Сомо и «Эренджи». Так исчезали все миры, гавани, рейды и атолловые лагуны, откуда уходил «Ариель», чтобы плыть дальше по необъятному простору моря.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод А. Кривцовой</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Майкл, брат Джерри</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Предисловие</p>
     </title>
     <p>Еще в очень раннем возрасте, может быть, в силу моего врожденного ненасытного любопытства я возненавидел представления с дрессированными животными. Любопытство отравило мне этот вид развлечения, ибо я проник за кулисы, чтобы собственными глазами увидеть, как же все это делается. И картина, открывшаяся мне за блеском и мишурой представления, оказалась очень уж неприглядной. Я столкнулся там с жестокостью столь страшной, что раз и навсегда понял: ни один нормальный человек, хоть однажды увидев все это собственными глазами, уже не получит удовольствия от дрессированных животных.</p>
     <p>Меньше всего я склонен к сентиментальности. Литературные критики и разные сентиментальные люди считают меня звероподобным существом, упивающимся видом крови, насилиями и всевозможными ужасами. Не оспаривая такой своей репутации и даже соглашаясь с этой оценкой, позволю себе заметить, что я действительно прошел суровую школу жизни, видел и знал больше жестокости и бесчеловечности, чем обычно видит и знает средний обыватель. Чего только я не видел: корабельный кубрик и тюрьму, трущобы и пустыни, застенки и лепрозории, поля сражений и военные госпитали. Я видел страшные смерти и увечья. Видел, как вешают идиотов только за то, что они идиоты и не имеют денег на адвоката. Я был свидетелем того, как разрываются стойкие, мужественные сердца и надламываются недюжинные силы, видел людей, доведенных жестоким обращением до буйного, неизлечимого помешательства. Я был свидетелем голодной смерти стариков, юношей, даже детей. Я видел, как мужчин и женщин бьют кнутом, дубинками и кулаками; видел чернокожих мальчиков, которых хлестали бичом из кожи носорога столь искусно, что каждый удар кровавой полосой опоясывал их тела. И тем не менее — я заявляю об этом во всеуслышание — никогда не был я так подавлен и потрясен людским жестокосердием, как среди веселой, хохочущей, рукоплещущей толпы, глазеющей на дрессированных животных.</p>
     <p>Человек со здоровым желудком и крепкой головой может стерпеть жестокость и мучительство, если они являются следствием скудоумия или горячности. Я человек со здоровым желудком и крепкой головой. Но у меня тошнота подступает к горлу и все кружится перед глазами от той хладнокровной, сознательной, обдуманной жестокости, от того мучительства, которое кроется за девяноста девятью из ста номеров с дрессированными животными. Жестокость как искусство пышным цветом расцвела в среде дрессировщиков.</p>
     <p>И вот я, взрослый человек с крепкой головой и здоровым желудком, привычный к тяжелым испытаниям, к грубости и жестокости, поймал себя на том, что бессознательно старался избежать страданий, которые испытывал, глядя на дрессированных животных. Я вставал и выходил из зала при их появлении на сцене. Говоря «бессознательно», я хочу сказать, что я и не полагал, будто таким способом можно действенно бороться с этим «искусством». Я просто ограждал себя от жгучей боли.</p>
     <p>Но в последние годы я, как мне кажется, лучше понял человеческую природу и смело могу утверждать, что нормальный человек, безразлично мужчина или женщина, не потерпел бы этих зрелищ, знай он, сколь страшная жестокость кроется за ними. Поэтому я и беру на себя смелость высказать три нижеследующих пожелания:</p>
     <p>Первое. Пусть каждый сам убедится, какая чудовищная мера жестокости необходима для того, чтобы заставить животное, «играть» в этих весьма доходных представлениях.</p>
     <p>Второе. Я предлагаю всем мужчинам и женщинам, юношам и девушкам, ознакомившись с методами, которые применяются в искусстве дрессировки, стать членами местных, а также общеамериканских обществ покровительства животным.</p>
     <p>Третьему пожеланию я должен еще предпослать несколько слов. Подобно сотням тысяч людей, я трудился на другом поприще, стремясь объединить людские массы для борьбы за лучшее, за более достойное существование.</p>
     <p>Нелегкий труд — заставить людей сплотиться, еще труднее подвигнуть их на организованный протест против невыносимых условий их собственной жизни и — тем более — жизни порабощенных ими животных.</p>
     <p>Холодный пот прошибает нас, и мы льем кровавые слезы при виде свирепой жестокости, которая является основой работы с дрессированными животными. Но даже одна десятая процента потрясенных зрителей не организуется для того, чтобы словом и делом воспрепятствовать преступному мучительству. Тут сказывается наша человеческая слабость, и нам следует это признать, так же, как мы «признаем» тепло и холод, непрозрачность непрозрачного тела и извечный закон земного притяжения.</p>
     <p>И тем не менее для девяноста девяти и девяти десятых процента всех нас, не пожелавших побороть собственную слабость, открыт путь борьбы с жестокостью меньшинства, занимающегося для нашего развлечения дрессировкой животных, которые, в сущности, являются нашими меньшими братьями. И это очень простой путь. Чтобы пойти по нему, не надо платить членские взносы и обзаводиться штатом секретарей. И думать ни о чем не надо до того момента, когда в цирке или в театре нам объявят по программе выступление дрессированных-животных. Тут мы обязаны выразить наше недовольство, — обязаны встать с места и выйти в фойе или на свежий воздух и вернуться в зал лишь по окончании этого номера. Вот и все, что мы должны делать для того, чтобы добиться повсеместного снятия с репертуара дрессировочных номеров. Если дирекции театров убедятся, что эти номера не пользуются успехом, они в тот же день и час перестанут потчевать ими публику.</p>
     <p><emphasis>Джек Лондон</emphasis></p>
     <p><emphasis>Глен Эллен, округ Сонома, Калифорния.</emphasis></p>
     <p><emphasis>8 декабря 1915 г.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Майкл, ирландский терьер, охотник за неграми, так и не уехал из Тулаги на судне «Евгения». Раз в пять недель, на пути от Новой Гвинеи и Шортлендских островов до Австралии, в Тулаги заходил пароход «Макамбо». Однажды он прибыл с опозданием, а Келлар, капитан «Евгении», в тот же вечер забыл Майкла на берегу. Ничего страшного в этом, собственно, не было; ночью капитан Келлар вернулся на берег, и пока он взбирался на высокий холм к бунгало комиссара, экипаж шлюпки уже обыскивал, правда, тщетно, всю округу и навесы, под которыми стояли лодки.</p>
     <p>На деле же вышло, что за час до этого, когда на «Макамбо» уже поднимали якорь, а капитан Келлар спускался по сходням на берег, Майкл влезал на «Макамбо» через иллюминатор правого борта. Случилось это потому, что Майкл мало смыслил в жизни, потому, что он надеялся встретить Джерри на борту этого судна, — ведь в последний раз они виделись именно на судне, — и еще потому, что он обзавелся другом.</p>
     <p>Дэг Доутри был стюардом на «Макамбо»; и, может быть, многое в его жизни сложилось бы по-другому, не будь он всецело заворожен своей необычной и странной славой. Природа наделила его добродушным, но неустойчивым характером и железным здоровьем, а славился он тем, что в течение двадцати лет ни разу не пренебрег своими обязанностями и ни разу не поступился своей ежедневной порцией в шесть кварт пива, даже во время пребывания на Немецких островах, где, по его хвастливому заверению, в каждой бутылке пива содержалось не менее десяти гран хины — на предмет предупреждения малярии.</p>
     <p>Капитан «Макамбо» (а в свое время капитаны «Моресби», «Масены», «Сэра Эдварда Грэйса» и прочих пароходов компании Бернс Филп, носивших не менее причудливые имена) с гордостью показывал пассажирам эту легендарную личность, этого единственного в морских летописях человека. В такие минуты Дэг Доутри, притворяясь, что занят своим делом на верхней палубе, нет-нет да и косился на мостик, с которого его рассматривали капитан и пассажиры; грудь его при этом высоко вздымалась от гордости, — ведь он точно знал, что капитан сейчас говорит: «Смотрите-ка! Это Дэг Доутри, человек-цистерна. За двадцать лет никто его не видел ни пьяным, ни трезвым, и не было дня, чтобы он не выпил своих шести кварт пива. По нему этого не скажешь, но смею вас уверить, что это так. Сам не понимаю, как он умудряется, и просто восхищаюсь им. Работает за троих, не считаясь со временем. У меня и от одного стакана пива делается изжога и пропадает аппетит. А он прямо-таки цветет от этого напитка. Вы только посмотрите на него! Посмотрите!»</p>
     <p>Итак, зная, какую речь держит капитан, Доутри, напыжившись от сознания собственной доблести, еще ретивее принимался за работу и в такой день, случалось, выпивал даже седьмую кварту пива во славу своего удивительного организма. Конечно, это была своеобразная слава, но ведь на свете немало своеобразных людей. Дэг Доутри, например, в этой славе видел смысл жизни.</p>
     <p>Итак, все свои душевные силы и всю энергию он употреблял на поддержание утвердившейся за ним репутации «шестиквартового» человека. Для этой же цели в часы досуга он мастерил на продажу черепаховые гребни и другие украшения и, кроме того, набил себе руку на краже собак. Кто-то ведь должен был платить за пресловутые шесть кварт, а шесть, помноженные на тридцать, к концу месяца составляли кругленькую сумму, и поскольку этот «кто-то» был сам Дэг Доутри, то он и счел необходимым водворить Майкла на «Макамбо» через иллюминатор правого борта.</p>
     <p>В тот вечер в Тулаги Майкл, недоумевавший, куда же запропастился вельбот, повстречался с коренастым и седоволосым пароходным стюардом. Дружба между ними завязалась, можно сказать, мгновенно, так как Майкл, возмужав, превратился из жизнерадостного щенка в жизнерадостную собаку. Он был куда общительнее своего брата Джерри, хотя знал очень мало белых: сначала только мистера Хаггина, Дерби и Боба на плантации в Мериндже; позднее — капитана Келлара и его помощника с «Евгении», наконец, Гарлея Кеннана да еще нескольких офицеров с «Ариеля». Майкл полагал, что все они чрезвычайно выгодно отличаются от той массы чернокожих людей, которых его обучили презирать и на которых его натравливали.</p>
     <p>Дэг Доутри был такой же, как все белые, судя по тому, как он приветствовал Майкла: «Эй ты, пес белого человека, что ты делаешь в этой негритянской стороне?» Майкл отозвался на это приветствие скромно и с явно притворным равнодушием, что изобличали прижатые уши и веселые огоньки в глазах. Дэг Доутри, умевший с первого взгляда оценивать собаку, отметил все это, едва только он рассмотрел Майкла при свете фонарей, которые держали в руках чернокожие мальчики при разгрузке вельботов.</p>
     <p>Стюард немедленно признал за Майклом два достоинства: первое — симпатичная и явно добродушная собака, второе — собака дорогая. Вынесши такое суждение, Дэг Доутри быстро огляделся вокруг. Никто за ним не подглядывал; кроме негров, никого поблизости не было, да и те смотрели в сторону моря, откуда доносился всплеск весел, предупреждавший о приближении очередного вельбота. Дальше направо, под другим фонарем, он разглядел комиссарского клерка и эконома с «Макамбо», яростно споривших по поводу какой-то ошибки в накладной.</p>
     <p>Стюард бросил еще один быстрый взгляд на Майкла и, незамедлительно приняв решение, повернулся и пошел вдоль берега, торопясь выйти из полосы света. Отойдя ярдов на сто, он уселся на песок и стал ждать.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_056.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_057.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Этому псу цена двадцать фунтов, ни пенни меньше, — пробормотал Дэг Доутри себе под нос. — Если мне не удастся выручить за него десять фунтов, значит, я болван, не умеющий отличить терьера от борзой. Нет, десять фунтов мне обеспечены в первом попавшемся кабаке сиднейского порта.</p>
     <p>Десять фунтов, преображенные в кварты пива, слились в его мозгу в грандиозное и лучезарное видение, нечто вроде пивоваренного завода.</p>
     <p>Быстрый переступ лап по песку и негромкое пофыркивание заставили его насторожиться. Произошло то, на что он рассчитывал. Он сразу полюбился собаке, и она пристала к нему.</p>
     <p>Дэг Доутри умел обходиться с собаками, и Майкл это смекнул, как только стюард потрепал его по шее пониже уха. В этом прикосновении не чувствовалось угрозы, так же как не чувствовалось опаски или боязни. Оно было сердечным, решительным и внушило доверие Майклу. Грубоватое без жестокости, властное без угрозы, уверенное без коварства. Майклу показалось вполне естественным, что совсем чужой человек ласково треплет его по шее, добродушно приговаривая: «Молодец, псина! Валяй, валяй — познакомишься со мной, еще того и гляди бриллиантами тебя осыплю».</p>
     <p>Что и говорить, никогда в жизни Майкл не встречал человека, который бы так сразу пришелся ему по душе. Дэг Доутри инстинктивно умел ладить с собаками. Натуре его была чужда жестокость. Он умел соблюдать меру как в строгости, так и в баловстве. Он не домогался всевозможными уловками дружбы Майкла. Вернее, конечно, домогался, но так, что этого нельзя было заподозрить. Потрепав Майкла по шее для первого знакомства, он отпустил его и сделал вид, что вовсе о нем позабыл.</p>
     <p>Он принялся раскуривать трубку, чиркая спичку за спичкой, словно ветер задувал их. Но пока они догорали, едва не обжигая ему пальцев, а он старательно пыхтел трубкой, его пронзительные голубые глазки под мохнатыми седыми бровями упорно изучали Майкла. Майкл же, насторожив уши, в свою очередь, не сводил глаз с незнакомца, который, казалось ему, никогда не был для него незнакомцем.</p>
     <p>Майкл почувствовал некоторое разочарование оттого, что этот восхитительный двуногий бог перестал заниматься им. Он даже сделал попытку навязаться на более близкое знакомство и вовлечь его в игру, для чего стремительно вскинул вверх передние лапы, затем вытянул их и, бросившись на землю распластался так, что грудь его легла на песок; при этом он энергично завилял обрубком хвоста и несколько раз громко и призывно тявкнул. А человек, сидя в полной темноте, после того, как догорела третья спичка, оставался равнодушным и продолжал флегматично покуривать трубку.</p>
     <p>Свет еще не видывал более умелого ухаживания, более продуманного и коварного обольщения, чем то, к которому прибег пожилой шестиквартовый стюард, желая завладеть Майклом. Когда Майкл, раздосадованный столь неуважительным обхождением, беспокойно заерзал, словно грозясь уйти, тот сердитым голосом подозвал его:</p>
     <p>— Поди сюда, пес! Поди сюда, говорят тебе!</p>
     <p>Дэг Доутри удовлетворенно ухмыльнулся про себя, когда Майкл подбежал и принялся усердно и вдумчиво обнюхивать его брюки и уж, конечно, воспользовался случаем, чтобы при слабых вспышках трубки получше рассмотреть его великолепные стати.</p>
     <p>— Ничего себе собачка, подходящая, — одобрительно проговорил он. — Скажу тебе, псина, что ты можешь получить приз на любой собачьей выставке. Вот только одно ухо у тебя подгуляло, но я, пожалуй, тебе его выглажу, а не я, так ветеринар.</p>
     <p>Он небрежно положил руку на ухо Майкла и с какой-то чувственной нежностью принялся кончиками пальцев мять его в том месте, где оно берет начало из туго натянутой кожи. И Майклу это понравилось. Никогда еще рука человека не обходилась с его ухом так фамильярно и в то же время ласково. Прикосновения этих пальцев вызывали в нем чувство такого острого физического наслаждения, что он в знак признательности весь извивался и корчился.</p>
     <p>Затем ухо Майкла стали вытягивать снизу вверх, неторопливо, уверенно, и оно, скользя между пальцами, испытывало какой-то сладостный зуд. Это ощущение возникало то в одном, то в другом ухе, и при этом человек все время бормотал какие-то слова; Майкл не понимал их, но знал, что они обращены к нему.</p>
     <p>— Голова превосходная, плоская, — решил Дэг Доутри, погладив Майкла, и зажег спичку. — И челюсти отличные, что угодно перегрызут; щеки тоже не впалые, но и не раздутые.</p>
     <p>Он запустил руку в пасть Майкла — проверить, насколько у него крепкие и ровные зубы, смерил ширину его плеч, объем груди, потом опять зажег спичку и внимательно обследовал все четыре лапы.</p>
     <p>— Черные-пречерные до самых когтей, — сказал Доутри, — на таких чистопородных лапах не бегала еще ни одна собака, и пальцы у тебя длинные и выпуклые, не слишком, а в самый раз — словом, все точно, как положено. Бьюсь об заклад, псина, что твои папаша с мамашей в свое время отхватили золотые медали.</p>
     <p>Майкл уже начал было тяготиться таким подробным обследованием, но тут Доутри как раз и перестал ощупывать строение его бедер и крепость коленных суставов, а схватил хвост Майкла, чтобы своими чудодейственными пальцами проверить мускулы у его основания; сначала он провел ладонью по позвоночнику, продолжением которого является хвост, а потом начал ласково его крутить. Майкл, вне себя от восторга, бросался из стороны в сторону, по направлению ласкающей его руки. А человек внезапно, схватив собаку под брюхо, поднял ее на воздух. Но не успел Майкл испугаться, как уже опять стоял на земле.</p>
     <p>— Двадцать шесть или двадцать семь фунтов, — уж во всяком случае побольше двадцати пяти, и я ставлю шиллинг против пенни, что в тебе со временем будет и все тридцать фунтов весу, — сообщил Майклу Дэг Доутри. — Ну и что дальше? А то, что многие знатоки очень даже ценят такой вес. Несколько лишних унций в крайности всегда можно сбавить тренировкой. У тебя, пес, стати прямо-таки великолепные. Сложение — как по заказу для бега, вес — для борьбы, и очесов нет на ногах.</p>
     <p>Что и говорить, уважаемый мистер пес, вес у тебя правильный, а ухо тебе уж разгладит какой-нибудь почтенный собачий доктор. Бьюсь об заклад, что в Сиднее найдется не меньше сотни охотников раскошелиться фунтов на двадцать, а то и больше за право назвать тебя своим.</p>
     <p>И чтобы Майкл не слишком о себе возомнил, Доутри отстранился от него, зажег погасшую трубку и, по-видимому, опять забыл о его существовании. Он отнюдь не собирался заискивать перед Майклом, а, напротив, хотел, чтобы Майкл заискивал перед ним.</p>
     <p>И Майкл не замедлил это сделать. Он стал тереться о колени Доутри и подталкивать мордой его руку, прося еще так же сладостно потереть ему ухо, потрепать хвост.</p>
     <p>Вместо этого Доутри зажал обеими руками его морду и, поворачивая ее из стороны в сторону, заговорил:</p>
     <p>— Чей ты, пес? Может, твой хозяин негр, тогда плохо твое дело. А может, какой-нибудь негр украл тебя, — но это и того хуже. Знаешь ведь, какие беды другой раз случаются с вашим братом. Это был бы уж просто срам. Ни один белый не потерпит, чтобы негр имел такого пса, и вот перед тобой белый, который этого уже не потерпел. Подумать только! Ты в руках у негра, а он и натаскать-то тебя как следует не сумеет! Ясное дело — тебя украл негр. Попадись он мне, да я с него семь шкур спущу! Можешь не сомневаться! Ты меня только наведи на след, а там уж увидишь, как я с ним расправлюсь. Можно рехнуться от одной мысли, что негр отдает тебе приказания, а ты для него из кожи вон лезешь! Нет, уважаемый пес, больше ты этого делать не будешь. Ты пойдешь со мной, и надо думать, что мне тебя упрашивать не придется!</p>
     <p>Дэг Доутри поднялся и вразвалку пошел вдоль берега. Майкл поглядел ему вслед, но остался на месте. Ему очень хотелось ринуться за ним, но ведь человек его не пригласил. Спустя несколько минут Доутри слегка чмокнул губами. Звук этот был так тих, что он сам едва слышал его и положился скорей на свидетельство своих губ, чем ушей. Ни один человек не расслышал бы этого звука на таком расстоянии, но Майкл услыхал, вскочил и в упоении стремглав помчался за Доутри.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Дэг Доутри шагал вдоль берега, а Майкл то бежал за ним по пятам, то на радостях, при повторении таинственного звука, описывал широкие круги и вновь возвращался к нему; остановился Доутри у самой границы освещенного фонарями пространства, где какие-то смутные тени разгружали вельботы, а комиссарский клерк все еще препирался с судовым экономом по поводу неправильно выписанной накладной. Когда Майкл попытался снова двинуться вперед, Доутри остановил его все тем же невнятным звуком, похожим на чуть слышный поцелуй.</p>
     <p>Вполне понятно, что стюард не желал быть замеченным за столь сомнительным занятием, как кража собак, и прикидывал, как бы ему половчее переправить Майкла на борт. Он обошел освещенную фонарями пристань и двинулся вдоль берега по направлению к туземной деревушке. Как он и предполагал, все мало-мальски трудоспособное население было занято разгрузкой судов на пристани. Тростниковые хижины казались нежилыми, но из одной под конец все же послышался какой-то сварливый и дребезжащий старческий голос:</p>
     <p>— Кто там?</p>
     <p>— Моя долго здесь ходит, — отвечал Доутри на жаргоне, на котором говорят англичане в западной части Южных морей. — Моя сошла с парохода. Свези мою обратно на лодке, и моя будет давать тебе две палочки табаку.</p>
     <p>— Пускай твоя дает десять палочек, тогда свезу, — последовал ответ.</p>
     <p>— Моя даст пять, — не преминул поторговаться шестиквартовый стюард. — А если тебе мало, так иди, голубчик, ко всем чертям.</p>
     <p>Тишина.</p>
     <p>— Пять палочек, — настаивал стюард, обращаясь к темному отверстию в хижине.</p>
     <p>— Моя везет за пять, — отвечал голос, и в темноте обрисовалась фигура того, кому он принадлежал; фигура приблизилась, издавая такие странные звуки, что Доутри зажег спичку — посмотреть, в чем тут дело.</p>
     <p>Перед ним, опираясь на костыль, стоял старик с гноящимися, красными и воспаленными глазами, впрочем, видными только наполовину из-за каких-то болезненных наростов. На покрытой паршой голове старика торчком стояли патлы грязно-серых волос. Кожа на его лице, ссохшаяся, морщинистая, изрытая, была красно-синего цвета с бурым налетом, который казался бы нанесенным кистью, если бы при ближайшем рассмотрении не становилось очевидно, что этот налет является неотъемлемой ее принадлежностью.</p>
     <p>«Прокаженный», — пронеслось в уме Дэга Доутри, и он быстро с головы до пят оглядел старика, боясь увидеть язвы вместо пальцев и суставов. Но старик был цел и невредим, если не считать, что одна его нога кончалась чуть пониже бедра.</p>
     <p>— Черт подери, куда же это девалась твоя нога? — осведомился Доутри, тыча пальцем в то место, где ей полагалось быть.</p>
     <p>— Большой рыба, акул, забрал себе нога. — Старик осклабился беззубым, зияющим ртом.</p>
     <p>— Очень я старая старик, — прошамкал одноногий Мафусаил <a l:href="#n_478" type="note">[478]</a>. — И давно, давно не курила табак. Пусть большой белый хозяин дает скорей одна палочка, и я буду возить ее на пароход.</p>
     <p>— А вот возьму и не дам! — сердито буркнул Доутри.</p>
     <p>Вместо ответа старик повернулся и, опираясь на костыль, так, что обрубок ноги болтался в воздухе, заковылял к хижине.</p>
     <p>— Погоди, — торопливо воскликнул Доутри, — моя сейчас дает тебе покурить!</p>
     <p>Он сунул руку в карман за главной валютой Соломоновых островов и отломил от большой пачки палочку прессованного табака. Старик весь преобразился, когда, жадно протянув руку, получил вожделенную палочку. Набивая дрожащими, негнущимися пальцами дешевый и уже подпорченный виргинский табак в черную глиняную трубку, извлеченную им из отверстия в мочке уха, он все время испускал какие-то мурлыкающие звуки, прерываемые визгливыми вскриками то ли обиды, то ли восторга.</p>
     <p>Наконец, придавив большим пальцем содержимое плотно набитой трубки, старик внезапно бросил костыль и плюхнулся на землю, поджав под себя единственную ногу, так что, казалось, от него остался только торс. Затем он развязал маленький мешочек из волокон кокосового ореха, свисавший с шеи на его впалую, иссохшую грудь, вытащил из него кремень, огниво, трут и, хотя стюард нетерпеливо протягивал ему коробок спичек, высек искру, зажег об нее трут, раздул посильнее огонь и, наконец, закурил.</p>
     <p>С первой же затяжки он прекратил свои стоны, волнение его мало-помалу улеглось, и Доутри, внимательно за ним наблюдавший, заметил, что руки его перестали дрожать, отвислые губы больше не дергались, из уголков рта не стекала слюна, и воспаленные глаза приобрели успокоенное выражение.</p>
     <p>Что грезилось старику во внезапно наступившей тишине, Доутри не пытался угадать. Он был слишком поглощен тем, что живо предстало его собственному воображению: голые, убогие стены богадельни, и старик, очень похожий на него самого в будущем, который, несвязно что-то бормоча, клянчит и вымаливает щепотку табаку для своей старой глиняной трубки; богадельня, где — о ужас! — не достать даже и глотка, а не то что шести кварт пива.</p>
     <p>А Майкл, при слабых вспышках трубки наблюдавший за двумя стариками, одним, прикорнувшим на земле, и другим, стоящим поодаль, ничего не подозревая о трагедии старости, непоколебимо, твердо знал только одно: бесконечно привлекателен этот двуногий белый бог, который, потрепав его, Майкла, уши, подергав ему хвост и погладив спину своими чудодейственными руками, завладел его сердцем.</p>
     <p>Глиняная трубка догорела; старик негр при помощи костыля с необыкновенным проворством вскочил на свою единственную ногу и заковылял к морю. Доутри пришлось помочь ему спустить на воду утлую лодчонку. Это был выдолбленный из дерева челнок, такой же облезлый и дряхлый, как его хозяин; для того чтобы забраться в эту посудину, не опрокинув ее, Доутри промочил одну ногу до лодыжки, а другую до колена. Старик перевалился через борт так ловко, что, когда казалось, лодка вот-вот перевернется, вес его тела, миновав опасную точку, восстановил ее равновесие.</p>
     <p>Майкл остался сидеть на песке, дожидаясь приглашения и зная, что слабый чмокающий звук вполне сойдет за таковое. Дэг Доутри чмокнул губами так тихо, что старик ничего не услыхал, а Майкл прямо с песка вскочил в лодчонку, даже не замочив лапы. Использовав плечо Доутри как промежуточную ступень, он перебрался через него на дно лодки. Доутри снова тихонько воспроизвел звук поцелуя, Майкл тотчас же повернулся и сел прямо перед ним, уткнувшись мордой в его колени.</p>
     <p>— Могу присягнуть на целой груде библий, что собака просто-напросто ко мне пристала, — ухмыляясь, шепнул Доутри на ухо Майклу.</p>
     <p>— Вези, вези живей, старикан, — скомандовал он.</p>
     <p>Старик послушно погрузил в воду весло и попытался взять курс на группу огней, указывавших место, где стоял «Макамбо». Но он был слишком слаб и после каждого удара весла, пыхтя и отдуваясь, делал передышку. Стюард в нетерпении выхватил у него весло и сам взялся за работу.</p>
     <p>На полпути к пароходу старик наконец отдышался и, указав головой на Майкла, объявил:</p>
     <p>— Этот собака имеет хозяин, большой белый господин на шхуне… Даешь моя десять палочек табаку, — добавил он после соответствующей паузы, решив, что его сообщение уже успело возыметь эффект.</p>
     <p>— Я дам тебе по башке, — обнадежил его в ответ Доутри. — Белый господин на шхуне моя закадычный друг. Он сейчас на «Макамбо». Моя везет ему собаку.</p>
     <p>Больше старик ни в какие разговоры не пускался и, хотя он прожил на свете еще много лет, но ни разу ни словом не обмолвился о ночном пассажире, увезшем Майкла. Даже когда на берегу поднялась невообразимая суматоха и капитан Келлар в поисках собаки перевернул вверх дном весь Тулаги, одноногий старик благоразумно молчал. Кто он такой, чтобы затевать раздоры с этими чужеземными белыми хозяевами, которые появляются и исчезают, разбойничают и чинят расправы?</p>
     <p>В этом смысле старик ничем не отличался от всех своих соплеменников меланезийцев. Они знали: белые идут какими-то неразгаданными путями к своим собственным непостижимым целям, у белых свой собственный мир, и он расположен точно на возвышении; там, вне реального мира, то есть мира чернокожих людей, движутся какие-то фантомы, верховные белые существа, тени на необъятной и таинственной завесе космоса.</p>
     <p>Поскольку трап был спущен с левого борта, Дэг Доутри предпочел обогнуть пароход справа и подойти к открытому иллюминатору.</p>
     <p>— Квэк! — негромко позвал он раз, другой. После второго оклика свет в иллюминаторе померк, верно, потому, что его загородила чья-то голова, и пискливый голос отозвался:</p>
     <p>— Я здесь, хозяин.</p>
     <p>— Принимай собаку, — прошептал стюард. — Проследи, чтобы дверь была закрыта, и дожидайся меня. А ну! Приготовься!</p>
     <p>В мгновение ока он подхватил Майкла, поднял его, передал в невидимые руки, протянувшиеся из железной стены, и стал снова грести вдоль парохода, пока не добрался до грузового люка. Тут он вытащил из кисета столько табачных палочек, сколько захватила рука, швырнул их старику и оттолкнул лодчонку, нимало не заботясь о том, как ее беспомощный владелец доберется до берега.</p>
     <p>Старик не дотронулся до весла, предоставив лодке вольно скользить вдоль высокого борта корабля, к погруженной во мраке корме. Он был весь поглощен пересчитыванием табачных богатств, свалившихся на него. А это дело было не из легких. Старик умел считать только до пяти. Насчитав пять палочек, он начинал сначала и отсчитывал еще пяток. Всего он насчитал три пятка и еще две штуки; итак, в результате он не менее точно определил количество палочек, чем определил бы его любой белый человек с помощью цифры семнадцать.</p>
     <p>Это было больше, куда больше, чем он запрашивал. Но он не удивился. Никакой поступок белого человека не мог удивить его. Окажись у него в руках две палочки вместо семнадцати, он бы тоже не удивился. Раз всё поступки белых людей неожиданны, то удивить негра может разве что вполне ожиданный поступок белого человека.</p>
     <p>Работая веслом, пыхтя и время от времени бросая грести, старый негр, уже не думавший больше о призрачном мире белых людей, медленно продвигался к берегу. Для него сейчас существовала только реальность гор Тулаги, черные вершины которых врезались в блеклое сияние звездного неба, реальность моря и лодочки, С трудом пробиравшейся по волнам, реальность его иссякающих сил и смерти, которой все это неминуемо кончится.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но вернемся к Майклу. Поднятый на воздух и подхваченный невидимыми руками, которые протащили его через узкое отверстие в борту, окаймленное медью, он очутился в освещенном помещении и стал озираться вокруг, ища Джерри. Но Джерри в эту минуту лежал, свернувшись клубочком, у койки Виллы Кеннан на сильно накренившейся палубе «Ариеля», в то время как это нарядное суденышко, уже оставившее позади Шортлендские острова и подгоняемое крепчавшим пассатом, рассекало носом бурлящую воду, идя в Новую Гвинею со скоростью одиннадцати узлов.</p>
     <p>Итак, вместо Джерри, которого он видел в последний раз тоже на пароходе, Майкл увидел Квэка.</p>
     <p>Квэк? Ну что ж, Квэк — это Квэк, существо, куда более отличающееся от всех остальных людей, чем все остальные люди отличаются друг от друга. По волнам житейского моря вряд ли когда-нибудь носилось создание столь же нелепое. Согласно общечеловеческому летосчислению, ему минуло семнадцать лет; но при взгляде на его высохшее лицо, морщинистый лоб и виски, на его глубоко запавшие глаза казалось, что здесь наложило свою печать по меньшей мере столетие. Ноги у него были тонкие, как соломинки, — просто кости без мяса, запиханные в иссохшую кожу; но на этих стеблях произрастало весьма тучное туловище. Громадное вздутое брюхо поддерживалось могучими бедрами, а плечи по ширине не уступали плечам Геркулеса. Но если смотреть сбоку, то эти плечи и грудь казались совершенно плоскими. Руки Квэка были так же тонки, как и ноги, и Майкл с первого взгляда принял его за громадного толстобрюхого черного паука.</p>
     <p>Квэк мигом оделся, то есть натянул на себя грязные парусиновые штаны, протершиеся от долгой носки, и такую же блузу. Два пальца на его левой руке были скрючены и не разгибались; опытный глаз сразу бы определил, что он болен проказой. И хотя он принадлежал Дэгу Доутри так же несомненно, как если бы тот выправил на него купчую крепость, но стюард нимало не подозревал, что эти изуродованные пальцы — признак страшной болезни.</p>
     <p>Доутри приобрел Квэка весьма несложным путем. На острове Короля Вильгельма, в группе островов Адмиралтейства, Квэк, по местному выражению, «сверзился с мола». Иными словами, вместе с проказой и прочими своими прелестями угодил прямо в объятия Дэга Доутри. Прогуливаясь однажды по протоптанным туземцами тропинкам в прибрежных зарослях и, как обычно, размышляя, чем бы поживиться, стюард поживился Квэком. И случилось это в момент, для последнего весьма критический.</p>
     <p>Преследуемый двумя шустрыми юнцами с железными копьями наперевес, Квэк, невероятно быстро передвигавшийся на своих журавлиных ногах, в полном изнеможении пал ниц перед Доутри и поднял на него молящий взор затравленной собаками лани. Доутри немедленно учинил суд и расправу, причем довольно крутую. Он испытывал естественный страх перед всякого рода микробами и бациллами и, заметив, что шустрые юнцы намереваются проткнуть его своими грязными и ржавыми копьями, выбил у одного копье из рук, а другого свалил с ног ловким ударом в челюсть. Мгновение спустя юнец, у которого он выбил копье, лежал на земле рядом со своим товарищем.</p>
     <p>Но стюард, человек уже в летах, не мог удовлетвориться одними копьями. Покуда спасенный Квэк продолжал охать и бормотать слова благодарности, лежа у его ног, Доутри успел обобрать юнцов. Одежды на них, правда, никакой не было, но зато на шее они оба носили ожерелья из зубов дельфина, каждое из которых стоило не меньше соверена. Из жестких, как щетина, волос на голове одного из них он вытащил самодельный частый гребень, инкрустированный перламутром, который впоследствии спустил в Сиднее торговцу редкостями за восемь шиллингов. Из носов и ушей выдернул черепаховые и костяные украшения, а с груди у обоих снял перевязи в виде полумесяца, длиной не менее четырнадцати дюймов, сделанные из жемчужных раковин, за которые ему где угодно дали бы не менее пятнадцати шиллингов. Копья он тоже сумел сбыть туристам в порту Моресби по пяти шиллингов за штуку. Не легко бедному стюарду поддерживать свою репутацию шестиквартового человека!</p>
     <p>Когда Доутри повернулся, чтобы уйти от шустрых юнцов, которые уже очнулись и смотрели на него блестящими, бегающими, как у диких зверьков, глазами, Квэк потащился за ним следом, да так, что наступал ему на пятки, заставляя его спотыкаться. Тогда Доутри нагрузил Квэка своими трофеями и пустил вперед себя по тропинке. Весь остальной путь до парохода Дэг Доутри самодовольно ухмылялся, глядя на свою добычу и на Квэка, который семенил впереди, толстый, как бочка, на тоненьких, точно тростинки, ногах.</p>
     <p>На борту парохода — на сей раз это был «Кокспэр» — Доутри уговорил капитана зачислить Квэка помощником стюарда с жалованьем десять шиллингов в месяц и тут же ознакомился с историей своего нового помощника.</p>
     <p>Причиной раздора явилась свинья. Шустрые юнцы были братья, жившие в соседней деревне, и свинья была их собственностью, рассказывал Квэк на своем немыслимом английском языке. Он, Квэк, никогда этой свиньи не видывал, даже не знал о ее существовании, покуда она не околела. Братья любили свинью. Ну и что же? Квэку-то какое дело, он так же не подозревал об их любви к свинье, как не подозревал о ее существовании.</p>
     <p>В первый раз он услыхал о ней, утверждал Квэк, когда по деревне прошел слух, что свинья сдохла и теперь кто-нибудь должен умереть за нее. Так уж положено, пояснил он в ответ на недоумевающий вопрос стюарда. Таков обычай. Когда у хозяев околевает любимая свинья, они обязаны кого-нибудь убить, все равно кого. Конечно, предпочтительнее убить того, кто колдовством наслал болезнь на свинью. Но если этот злодей не сыщется, то сойдет любой.</p>
     <p>Таким образом, Квэк и был избран искупительной жертвой.</p>
     <p>Заслушавшись Квэка, Дэг Доутри выпил седьмую кварту пива, так захватила его мрачная романтика этого происшествия в дебрях джунглей, где люди убивают первого попавшегося человека из-за околевшей свиньи.</p>
     <p>Разведчики, высланные на дороги, продолжал Квэк, принесли весть о приближении осиротелых хозяев свиньи, и вся деревня бежала в джунгли, ища спасения на деревьях, — остался только Квэк, он ведь не мог влезть на дерево.</p>
     <p>— Честное слово, — заключил Квэк, — моя не сглазила свинью.</p>
     <p>— Честное слово, — сказал Дэг Доутри. — Ты чего-то там наколдовал с этой свиньей. Ты похож на черта и можешь сглазить кого угодно. Я уж сам заболел, глядя на тебя.</p>
     <p>С того дня у стюарда вошло в привычку, покончив с шестой бутылкой, заставлять Квэка на сон грядущий рассказывать ему свою историю. Она оживляла в нем воспоминания детства, когда он бредил рассказами о дикарях-людоедах и мечтал когда-нибудь собственными глазами увидать их. А вот теперь — и он самодовольно ухмылялся — у него рабом был настоящий людоед.</p>
     <p>Квэк действительно был рабом Дэга Доутри, не в меньшей степени, чем если бы тот купил его на невольничьем рынке. На какой бы пароход компании Берне Филп ни поступал Доутри, он всегда устраивал туда и Квэка на жалованье десять шиллингов в месяц. Квэк в этом вопросе права голоса не имел. Пожелай он даже удрать в одном из австралийских портов, Доутри все равно не было надобности следить за ним. Австралия, с ее «курсом на белых», стояла на страже его интересов. Ни один темнокожий человек, будь то малаец, японец или полинезиец, не мог ступить на тамошнюю землю, не вручив правительству залога в сто фунтов.</p>
     <p>Да и на других островах, куда заходил «Макамбо», Квэк не проявлял ни малейшего желания сбежать. Остров Короля Вильгельма — единственное известное ему место на земном шаре — служил для него мерилом всех остальных мест. И поскольку остров Короля Вильгельма населяли людоеды, Квэк был убежден, что и на всех других островах население придерживается той же диеты.</p>
     <p>Что касается острова Короля Вильгельма, то «Макамбо», так же как в свое время «Кокспэр», заходил туда раз в два с половиной месяца, и самой страшной угрозой для Квэка оставалась угроза ссадить его на берег в том месте, где шустрые юнцы все еще оплакивали свою свинью. И правда, у них уже вошло в обычай всякий раз сновать на своей лодчонке вокруг «Макамбо» и строить страшные гримасы Квэку, а тот, в свою очередь, корчил им рожи, перегнувшись через поручни. Доутри даже поощрял этот наглядный обмен любезностями, который должен был лишить Квэка надежды когда-нибудь вернуться в родную деревню.</p>
     <p>Впрочем, Квэк отнюдь не стремился покинуть своего господина, который в конце концов был добр, справедлив и ни разу не поднял на него руки. Поначалу Квэк страдал морской болезнью, но быстро от нее отделался, так как никогда не сходил на берег, и был убежден, что живет в земном раю. Ему уже не приходилось горевать о своей неспособности лазить по деревьям, потому что никакая опасность ему более не угрожала. Еду он получал регулярно, в любых количествах, и какую еду! Никому из жителей его деревни даже во сне не снился хоть один из тех деликатесов, которые он поедал ежедневно. Итак, Квэк быстро справился с легким приступом тоски по родине и был самым счастливым из людей, когда-либо плававших по морям.</p>
     <p>Вот этот самый Квэк и втащил Майкла через иллюминатор в каюту Дэга Доутри и теперь дожидался, покуда сей достопочтенный муж войдет в нее кружным путем, через дверь. Бегло оглядев помещение, обнюхав койку, а также пространство под койкой и убедившись, что Джерри здесь нет, Майкл перенес все внимание на Квэка.</p>
     <p>Квэк старался быть полюбезнее. Он издал какое-то кудахтанье в доказательство дружелюбных намерений, а Майкл сердито заворчал на этого негра, посмевшего притронуться к нему своими нечистыми руками, — так уж это было внушено Майклу его воспитателями, — а теперь еще и разговаривающего с ним, псом, привыкшим общаться только с белыми богами.</p>
     <p>На этот резкий отпор Квэк ответил каким-то глупым смешком и сделал было попытку приблизиться к двери, чтобы отворить ее хозяину. Но не успел он поднять ногу, как Майкл уже схватил ее зубами. Квэк немедленно поставил ногу на место, и Майкл успокоился, хотя и не спускал с него глаз. Что он знал об этом негре, кроме того, что это негр, а ведь за всяким негром надо внимательно следить в отсутствие белого хозяина. Квэк попробовал сделать скользящее движение ногой по направлению к двери, но Майкл, мигом распознав его намерение, ощетинился, заворчал, и тот замер на месте.</p>
     <p>Эту картину и увидел вошедший Доутри. Он окинул признательным взором Майкла, ярко освещенного электричеством, и тотчас же оценил положение.</p>
     <p>— А ну, Квэк, шагни-ка вперед, — скомандовал он для проверки.</p>
     <p>Опасливый взгляд, брошенный Квэком на Майкла, был достаточно красноречив, однако стюард стоял на своем. Квэк нехотя повиновался, но не успел он двинуть ногой, как Майкл уже бросился к нему. Квэк застыл в неподвижности, а Майкл грозно прошелся вокруг него.</p>
     <p>— Да что он, пригвоздил тебя к полу, что ли? — усмехнулся Доутри. — Ей-богу, этот пес — охотник за неграми, ясно как день. Эй ты, Квэк, поди принеси мне две бутылки пива со льда! — приказал он.</p>
     <p>Квэк бросил на него умоляющий взгляд, но не пошевелился. Он не двинулся с места и после повторного приказания.</p>
     <p>— Черт подери! — взревел стюард. — Если ты сию минуту не притащишь мне пару пива, я закачу тебе восемь вахт подряд да еще полувахту в придачу. А не то высажу на острове Короля Вильгельма и заставлю пробежаться по берегу.</p>
     <p>— Моя не может, — пролепетал Квэк. — Собачья глаз очень много смотрит. Моя не любит, когда собака делает кус-кус!</p>
     <p>— Ты боишься собаки? — спросил Доутри.</p>
     <p>— Честный слово, моя ужас боится собака.</p>
     <p>Дэг Доутри был в восторге. Но так как после экспедиции на берег его томила жажда, то он решил положить конец препирательствам.</p>
     <p>— Эй ты, пес, — обратился он к Майклу. — Этот парень хороший. Понял? Хороший парень.</p>
     <p>Майкл помахал хвостом и прижал уши в доказательство того, что старается понять. Когда же стюард дотронулся до плеча Квэка, Майкл, в свою очередь, приблизился к нему и обнюхал его ноги, которые сам же пригвоздил к полу.</p>
     <p>— Ну, теперь иди, — приказал Доутри. — Иди, но не торопись, — добавил он, хотя в этом предупреждении особой нужды не было.</p>
     <p>Майкл ощетинился, но позволил Квэку сделать первый, робкий шажок. На втором он для проверки взглянул на Доутри.</p>
     <p>— Все в порядке, — заверил его стюард. — Это мой парень. Хороший парень.</p>
     <p>Майкл понимающе улыбнулся одними глазами и отошел в сторону с целью исследовать стоявший на полу ящик, доверху набитый черепаховыми пластинами, напильниками и наждачной бумагой.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— А теперь, — внушительно проговорил Дэг Доутри, поудобней устраиваясь в кресле с бутылкой в руке, в то время как Квэк расшнуровывал ему башмаки, — теперь, уважаемый пес, надо придумать для тебя имя, да такое, которое не посрамит твоей породы и сделает честь моей изобретательности.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Ирландские терьеры, достигнув зрелости, отличаются не только отвагой, преданностью, способностью к бескорыстной любви, но также хладнокровием, удивительным самообладанием и сдержанностью. Заставить их выйти из себя очень не легко; голосу хозяина они повинуются даже в разгаре неистовой драки и никогда не впадают в истерику, как, например, фокстерьеры.</p>
     <p>Майкл, чуждый всякой истеричности, был куда более возбудим и вспыльчив, чем его кровный брат Джерри, а их родители по сравнению с ним могли считаться степеннейшей собачьей четой. Взрослый Майкл резвился и шалил больше, чем взрослый Джерри. Его кипучая энергия готова была вырваться наружу при малейшем поощрении, а разыгравшись, он мог перещеголять любого щенка. Одним словом, у Майкла была веселая душа.</p>
     <p>Слово «душа» здесь употреблено не случайно. Что бы ни называлось человеческой душой — подвижный дух, сознание, ярко выраженная индивидуальность, — Майкл, безусловно, обладал этим трудноопределимым свойством. Его душе были присущи те же чувства, что и душе человека, разве что в меньшей степени. Он знал любовь, печаль, радость, гнев, гордость, застенчивость, юмор. Три основные свойства человеческой души — это память, воля и ум. У Майкла была память, были воля и ум.</p>
     <p>Как и человек, он познавал внешний мир при помощи своих пяти чувств. Как и у человека, результатом этого познания являлись ощущения. Как у человека, эти ощущения временами перерастали в эмоции. И, наконец, так же, как человек, он обладал способностью воспринимать, и восприятия в его мозгу складывались в представления, — о, разумеется, не такие обширные, глубокие и сложные, как у человека, но все же представления.</p>
     <p>Надо, пожалуй, признать, чтобы уж слишком не унижать человека такой тождественностью его природы с природой собачьей, что чувства Майкла уступали в остроте человеческим чувствам и что, скажем, укол в лапу для собаки менее чувствителен, чем укол в ладонь для человека. Надо также признать, что мысли, озарявшие его мозг, были не так ясны и определенны, как мысли в мозгу человека. И далее, что никогда, никогда, проживи Майкл хоть миллионы жизней, не смог бы он доказать теорему Эвклида или решить квадратное уравнение. Но все же он твердо знал, что три кости — это больше, чем две кости, и что десять собак составляют свору куда более внушительную, чем две собаки.</p>
     <p>Но вот уж чего никак нельзя утверждать — это, что Майкл не умел любить так же преданно, беззаветно, самозабвенно, безумно и жертвенно, как любит человек. И любил он так не потому, что был Майклом, а потому, что был собакой.</p>
     <p>Майкл любил капитана Келлара больше жизни. Так же, как Джерри за своего шкипера, он, не задумываясь, пожертвовал бы жизнью за своего капитана. И когда с течением времени капитан Келлар, а заодно и Мериндж и Соломоновы острова ушли в роковое небытие, ему было суждено столь же беззаветно полюбить шестиквартового стюарда, умевшего так хорошо ладить с собаками и так ласково чмокать губами. Чувство это не распространялось на Квэка, потому что Квэк был негром. К Квэку он относился лишь как к неотъемлемому атрибуту окружающей обстановки, как к личному достоянию Дэга Доутри.</p>
     <p>Что этот новый бог зовется Дэгом Доутри, Майкл не знал, Квэк называл его «хозяин», но Майкл слышал, что другие негры называли так и других белых людей. Сколько негров, например, именовали «хозяином» капитана Келлара! Капитан Дункан своего стюарда так и звал стюардом, так же звали его офицеры и пассажиры, так что для Майкла имя его бога было «Стюард», и с тех пор он в мыслях своих никогда не называл его иначе.</p>
     <p>Но сейчас на очереди стоял вопрос о его собственном имени, — вопрос, который и начал обсуждать Доутри на следующий же вечер после появления Майкла на «Макамбо». Майкл сидел, положив морду на колени Доутри. Зрачки его горящих глаз то сужались, то ширились. Вслушиваясь в слова стюарда, он то прижимал уши, то настораживал их, в упоении колотя по полу обрубком хвоста.</p>
     <p>— Да сынок, — говорил ему стюард. — Твой отец и мать были ирландцы. Нет, уж ты, каналья, не отпирайся… — прибавил он, потому что Майкл, подстрекаемый дружелюбием и веселостью его голоса, стал извиваться всем телом и с удвоенной быстротой забарабанил хвостом. Слов он, конечно, не понимал, но понимал, что в этом сочетании звуков кроется таинственная прелесть, неизменно исходящая от его белого бога.</p>
     <p>— Никогда не стыдись своих предков. И помни, бог любит ирландцев… Квэк! Живо притащи-ка мне две бутылки пива с ледника!.. Да ведь у тебя на морде написано, что ты ирландец! (Хвост Майкла отбивал зорю.) Ну, ну, нечего ко мне подлизываться. Знаю все ваши штучки, знаю, как ваш брат умеет подольщаться. Только ты помни, что у меня сердце жесткое. Оно, брат, насквозь пропиталось пивом. Я тебя украл, чтобы продать, а вовсе не для того, чтобы любить. В свое время я бы тебя, пожалуй, и полюбил, но это было давно, когда я еще не свел знакомства с пивом. Если бы подвернулся случай, я бы сию минуту спустил тебя за двадцать фунтов. Деньги на стол — и точка. А любить тебя я не собираюсь, заруби себе это на носу… Да, о чем, бишь, я говорил, когда ты набросился на меня с нежностями?</p>
     <p>Он прервал свою речь и опрокинул в рот бутылку, откупоренную Квэком. Потом вздохнул, вытер губы рукой и продолжал:</p>
     <p>— А странная штука, сынок, получается с этим дурацким пивом. Вот, например, Квэк, эта обезьяна с мафусаиловой рожей, которая ухмыляется, глядя на нас с тобой, принадлежит мне. А я, ей-богу правда, принадлежу пиву, сотням бутылок пива, целым горам бутылок, таким высоким, что они могут судно потопить. Честное слово, пес, я тебе завидую, что у тебя нутро не отравлено алкоголем. Сейчас я твой хозяин, потом твоим хозяином будет тот, кто выложит мне за тебя двадцать фунтов, а вот гора бутылок над тобой никогда хозяином не будет. Ты, уважаемый пес, не знаю уж, как тебя величать, свободнее меня. Погоди, что-то мне помнится…</p>
     <p>Он допил бутылку, швырнул ее Квэку и знаком велел откупорить следующую.</p>
     <p>— Не так-то просто придумать тебе имя. Конечно, оно должно быть ирландское, но какое, спрашивается? Пэдди? Это правильно, что ты качаешь головой. Очень уж оно простецкое. А за дворнягу тебя никто не примет. Баллимена — это бы еще куда ни шло, да звучит как-то не по-мужски, а ты ведь, мой мальчик, мужчина. Ага, постой! Мальчик! Бой! Банши-бой?.. Нет, не годится! Эрин-бой?</p>
     <p>Он одобрительно кивнул и взялся за вторую бутылку. Отпил глоток, подумал, потом снова отпил.</p>
     <p>— Нашел! — торжествующе воскликнул Доутри. — Киллени — хорошее имя! Ты у меня будешь Киллени-бой. Звучное имя, точно граф какой-нибудь или… отставной пивовар. А я за свою жизнь многим из этих господ помог заработать и удалиться на покой.</p>
     <p>Он допил бутылку, внезапно схватил Майкла за морду, подтянул его к себе, потерся носом о его нос и так же внезапно отпустил. Майкл вилял хвостом и сияющими глазами смотрел на белого бога. Душа, самая настоящая душа, или (если хотите) сущность, или, иначе, сознание светилось в собачьих глазах, теперь уже с обожанием обращенных на этого седовласого бога, который говорил ему какие-то слова, непонятные, но все равно радостью согревавшие его сердце.</p>
     <p>— Эй, Квэк, где ты там?</p>
     <p>Квэк, который, сидя на корточках, полировал черепаховый гребень, вырезанный Доутри по собственному рисунку, прервал свое занятие и поднял глаза, готовый выслушать и исполнить приказание своего господина.</p>
     <p>— Запомни хорошенько, Квэк, как зовут этого пса. Его имя Киллени-бой. Тверди, пока не запомнишь. И всегда обращайся к нему: Киллени-бой. Понятно? Если не понятно, я тебе башку сверну. Киллени-бой, понял? Киллени-бой. Киллени-бой.</p>
     <p>Когда Квэк уже стягивал башмаки с Доутри и помогал ему раздеваться, тот сонными глазами взглянул на Майкла.</p>
     <p>— Я тебя, дружище, раскусил, — объявил он, вставая и шаткой походкой направляясь к койке. — И имя подыскал, и аттестат тебе уже готов, я все разгадал. Шалый, но разумный. Вот это точно. Да, да, шалый, но разумный, вот какой ты есть, Киллени-бой, — продолжал он бормотать, с помощью Квэка укладываясь на койке.</p>
     <p>Квэк снова взялся за полировку гребня. Губы его шевелились, беззвучно что-то шепча, брови хмурились, пока он наконец не обратился к стюарду.</p>
     <p>— Хозяин, какой имя будет держаться на этот собак?</p>
     <p>— Киллени-бой, глупая ты людоедская башка! Киллени-бой, Киллени-бой, — сквозь сон лопотал Дэг Доутри. — Эй ты, черномазый кровопийца, притащи-ка мне пива из ледника!</p>
     <p>— Не буду притащить, — дрожащим голосом отозвался Квэк, тревожно озираясь в ожидании, что какой-нибудь предмет вот-вот полетит ему в голову. — Шесть бутылок уже кончил хозяин.</p>
     <p>В ответ послышался только громкий храп.</p>
     <p>И негр со сведенной проказой рукой и едва заметным утолщением кожи над переносицей — зловещим признаком той же болезни — снова склонился над работой, в то время как губы его непрерывно шептали: «Киллени-бой, Киллени-бой».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В течение многих дней Майкл не видел никого, кроме Доутри и Квэка, так как был узником в каюте стюарда. Ни один человек не подозревал о его присутствии на борту; Дэг Доутри, не сомневавшийся в том, что он похитил собаку, принадлежавшую белому, уповал, что Майкл не будет обнаружен и что, когда «Макамбо» отдаст якорь в Сиднее, ему удастся незаметно свести его на берег.</p>
     <p>Стюард очень скоро оценил из ряда вон выдающиеся способности Майкла. Он хорошо его кормил, иногда давал ему куриные кости. И вот оказалось, что двух уроков, которые, собственно, даже нельзя было назвать уроками, так как каждый из них длился не более полминуты, вполне достаточно, чтобы Майкл понял: кости можно грызть только на полу и только в уголке возле двери. С тех пор, получив кость, он неизменно относил ее в этот угол.</p>
     <p>И ничего тут нет удивительного. Он мгновенно схватывал то, чего хотел от него стюард, и не было для него большего счастья, чем служить ему. Стюард был бог, добрый бог, чью любовь Майкл чувствовал в голосе, в движении губ, в прикосновении руки, обнимавшей его, когда они сидели нос к носу и стюард вел с ним нескончаемые разговоры. Нет служения радостнее, чем служение любимому. И если бы Доутри потребовал, чтобы Майкл не дотрагивался до костей в своем уголке, он бы к ним не притронулся. Таковы уж собаки, единственные животные, которые весело, более того — прыгая от радости, оставят недоеденный кусок, чтобы последовать за своим господином-человеком или услужить ему.</p>
     <p>Дэг Доутри почти все свободное время проводил с заточенным в каюте Майклом, который, повинуясь его приказу, быстро отучился скулить и лаять. В эти часы, проведенные вдвоем с хозяином, Майкл приобрел уйму всевозможных познаний. Обнаружив, что простейшие понятия, такие, как «нельзя», «можно», «встань» и «ложись», уже знакомы Майклу, Доутри стал обучать его более сложным, например: «поди ляг на койку», «пошел под койку», «принеси один башмак», «принеси два башмака». И так, почти без всякого труда, он научил его перекатываться с боку на бок, изображать молящегося, «умирать», сидеть в шляпе, нахлобученной на голову, и с трубкой в зубах и не только стоять, но и ходить на задних лапах.</p>
     <p>Затем пришла очередь более сложного трюка — с «можно» и «нельзя». Положив пахучий, соблазнительный кусок мяса или сыра на край койки вровень с носом Майкла, Доутри просто говорил: «Нельзя». И Майкл никогда не дотрагивался до пищи, прежде чем не раздавалось долгожданное «можно». Сказав «нельзя», Доутри мог уйти из каюты на полчаса или на шесть часов и по возвращении находил пищу нетронутой, а Майкла иногда даже спящим в уголке у изголовья койки, на отведенном ему месте. Как-то раз, когда стюард, еще только начавший обучать Майкла этому трюку, вышел из каюты, а чуткий нос Майкла находился на расстоянии дюйма от запретного куска, Квэк в приступе игривости сам потянулся к этому куску, но Майкл так хватил его зубами, что на руке Квэка осталась рваная рана.</p>
     <p>Ни одной из своих штук, которые Майкл с таким рвением проделывал для стюарда, он не проделал бы для Квэка, хотя Квэк относился к нему беззлобно и даже доброжелательно. Объяснялось это тем, что Майкла, едва только в нем забрезжило сознание, стали обучать различию между черным и белым человеком. Черные люди всегда находились в услужении у белых — по крайней мере на его памяти; их всегда в чем-то подозревали и считали, что за ними нужен глаз да глаз, так как они способны на любое преступление. И главный долг собаки, служащей белому богу, заключался в том, чтобы неусыпно следить за всеми чернокожими, встречающимися на его пути.</p>
     <p>Тем не менее Майкл позволял Квэку кормить и поить его, а также оказывать ему и другие услуги, сначала лишь в отсутствие Доутри, когда тот исполнял свои обязанности стюарда, а потом и в любое время. Не раздумывая над этим, он понял, что пища, которую ему приносил Квэк, и все прочее, что Квэк для него делал, исходила не от Квэка, а от господина, которому принадлежал Квэк, так же как и он, Майкл. Впрочем, Квэк не сердился на Майкла. Неусыпно заботясь о благополучии и покое своего хозяина — хозяина, который в тот страшный день на острове Короля Вильгельма спас его от кровавой мести убитых горем владельцев свиньи, — он ради него холил и нежил Майкла. Заметив растущую привязанность своего хозяина к Майклу, он и сам полюбил его, — вернее, стал относиться к нему с таким же благоговением, с каким относился к башмакам или одежде стюарда, которые ему надлежало чистить, или к шести бутылкам пива, которые он ежедневно выносил для него на ледник.</p>
     <p>По правде говоря, в Квэке не было ни одной аристократической черточки, Майкл же был прирожденным аристократом. Он мог из любви служить стюарду, но на одну доску с этим черным уродцем он себя не ставил. У Квэка была душа раба, а в Майкле рабского было не больше, чем в индейцах в ту пору, когда их тщетно пытались обратить в рабов на плантациях Кубы. Во всем этом не было вины Квэка, так же как не было заслуги Майкла. Майкл унаследовал от своих предков, в течение веков строго отбираемых человеком, свирепость и преданность — сочетание, в результате неизменно дающее гордость. Гордости же нет без чувства чести, как нет чести без самообладания.</p>
     <p>Лучшими достижениями Майкла в первые дни обучения в каюте стюарда было то, что он выучился считать до пяти. Несмотря на его исключительную понятливость и ум, на это ушло много часов напряженной работы. Ведь он должен был научиться, во-первых, узнавать звуки, обозначающие цифры; во-вторых, видеть глазами и одновременно отличать мысленно один предмет от всех других предметов и, наконец, отождествлять в уме предмет или несколько предметов, числом до пяти, с цифрой, произносимой стюардом.</p>
     <p>Для натаски Майкла Дэг Доутри применял шарики, скатанные из бумаги и перевязанные бечевкой. Бросив пять шариков под койку, он приказывал Майклу принести ему три, и Майкл безошибочно приносил и клал ему в руку не два, не четыре, а именно три шарика. Когда Доутри бросал под койку три шарика и требовал четыре, Майкл притаскивал ему три, тщетно искал четвертый и начинал с виноватым видом вилять хвостом и прыгать вокруг стюарда, под конец снова кидался на розыски и вытаскивал четвертый из-под подушки или из-под одеяла.</p>
     <p>То же самое он проделывал и с другими известными ему предметами. В пределах пятерки он всегда приносил требуемое число башмаков, или рубах, или наволочек. Разница между математическими способностями Майкла, умевшего считать до пяти, и старика негра в Тулаги, который раскладывал табачные палочки на кучки, по пятку каждая, была много меньше, чем разница между Майклом и Дэгом Доутри, умевшим умножать и делить многозначные числа. В этом смысле еще большая дистанция отделяла Дэга Доутри от капитана Дункана, управлявшего «Макамбо» с помощью точных математических расчетов. Но все-таки самая большая дистанция существовала между математическим мышлением капитана Дункана и мышлением астронома, который вычерчивает карту неба и мысленно пускается в плавание между светил, отстоящих от нас на тысячи миллионов миль, астронома, уделяющего крупицу своих познаний капитану Дункану, чтобы тот во всякий день и час мог определить местонахождение «Макамбо» в открытом море.</p>
     <p>Только одно давало Квэку известную власть над Майклом. У Квэка был варганчик, и когда замкнутый мирок «Макамбо» и ухаживание за стюардом нагоняли на него тоску, он губами и рукой извлекал из него таинственные звуки, уносившие его в иные края и времена, а Майкл подпевал, вернее подвывал ему, хотя в его вое была та же ласкающая слух мелодичность, что и в вое Джерри. Майклу вовсе не хотелось выть, но все его существо так же неизбежно реагировало на музыку, как при лабораторных опытах реагируют друг на друга химические вещества.</p>
     <p>Поскольку он проживал в каюте стюарда нелегально, голоса его никто не должен был слышать, и Квэку теперь приходилось искать утешения в звуках своего варганчика, сидя в адской жаре над кочегаркой. Впрочем, это продолжалось недолго. То ли благодаря слепому случаю, то ли в силу предначертаний судьбы, занесенных в книгу жизни еще до сотворения мира, Майкл оказался вовлеченным в приключение, которое коренным образом повлияло не только на его участь, но также и на участь Квэка и Дэга Доутри, — более того, которое определило место их кончины и погребения.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>События, имевшие столь важные последствия в будущем, начались с того, что Майкл всем, решительно всем выдал свое присутствие на «Макамбо». Произошло это по небрежности Квэка, недостаточно плотно закрывшего за собой дверь в каюту. По морю катилась легкая зыбь, и дверь то оставалась распахнутой на несколько секунд, то снова затворялась, но не захлопывалась.</p>
     <p>Майкл перескочил через высокий комингс с невинным намерением исследовать ближайшие окрестности. Но не успел он выйти из каюты, как «Макамбо» сильно качнуло и на этот раз дверь захлопнулась. Он хотел тотчас же вернуться обратно. Послушание стало его второй натурой, потому что он всем сердцем желал повиноваться воле своего хозяина и с первых же дней заключения почувствовал, понял или догадался, что сидит взаперти по воле стюарда.</p>
     <p>Он долго торчал перед закрытой дверью, тоскливо поглядывая на нее, но потом сообразил, что лаять на неодушевленный предмет или вступать с ним в беседу не имеет никакого смысла. Майкл еще маленьким щенком научился понимать, что мольба или угроза воздействуют только на живые существа, а неживые предметы, как эта дверь, например, хоть и движутся, но не по собственной воле и остаются глухими к любому зову жизни. Время от времени он прохаживался по небольшой площадке, на которую выходила дверь каюты, посматривая на длинный проход, тянувшийся от носа к корме.</p>
     <p>Так он провел примерно с час, то и дело возвращаясь к упорно не открывавшейся двери. Затем его осенила мысль: раз дверь не открывается, а стюард и Квэк не идут и не идут, то надо их разыскать.</p>
     <p>Приняв этот план действий, Майкл, не мешкая, без дальнейших размышлений или колебаний, двинулся по длинному коридору, в конце которого, за поворотом, он обнаружил узенький трап. Учуяв среди многих запахов запахи стюарда и Квэка, Майкл узнал, что они прошли здесь.</p>
     <p>Поднявшись по трапу и выйдя на палубу, он стал встречать пассажиров. Поскольку все это были белые боги, Майкл не оскорблялся тем, что они заговаривали с ним, но продолжал бежать, не останавливаясь, и очутился наконец на открытой палубе, где множество почитаемых им белых богов уютно расположились в шезлонгах. Ни Квэка, ни стюарда среди них не было. Зато перед ним оказался еще один узкий трап, и он поднялся на верхнюю палубу. Здесь, под широким тентом, было еще больше белых богов — много больше, чем он видел за всю свою жизнь.</p>
     <p>Передняя часть верхней палубы кончалась мостиком, не возвышавшимся над ней, а как бы составлявшим ее продолжение. Обойдя рубку рулевого с теневой, подветренной стороны, Майкл лицом к лицу столкнулся со своей судьбой. Здесь необходимо заметить, что у капитана Дункана на борту, кроме двух фокстерьеров, имелась еще большая персидская кошка, а у этой кошки целый выводок котят. Детскую для своих малюток кошка устроила в рубке, а капитан Дункан, всячески ублажавший ее, велел еще поставить туда ящик для котят и пригрозил своим помощникам самыми страшными карами, если они раздавят хоть одного котенка.</p>
     <p>Но Майкл ничего об этом не знал. Кошка же узнала о существовании Майкла раньше, чем он узнал о существовании кошки. Короче говоря, он впервые увидел ее, когда она ринулась на него из открытой двери рубки. Еще не успев отдать себе отчет в неожиданно нагрянувшей опасности, Майкл инстинктивно отскочил в сторону. С его точки зрения, это была ничем не спровоцированная агрессия. Он смотрел на кошку, ощетинившись и начиная понимать, что перед ним всего-навсего кошка, но она снова ринулась на него, распушив свой хвост, по длине не уступавший руке крупного мужчины, и выпустила когти, фыркая от злобы и жажды мести.</p>
     <p>Для уважающего себя ирландского терьера это было уже слишком. Ярость вспыхнула в нем в ту самую минуту, когда кошка сделала второй прыжок; он отскочил, чтобы спастись от ее когтей и самому броситься на нее сбоку, и зубами схватил ее за спину в мгновение, когда она еще находилась в воздухе. В следующую секунду кошка уже билась и корчилась с перегрызенным спинным хребтом.</p>
     <p>Но для Майкла это оказалось еще только началом. Пронзительный лай, вернее, тявканье, новых врагов заставило его сделать стремительный, но — увы! — все же недостаточно быстрый полуоборот. С обоих флангов на него налетели два рослых фокстерьера; он упал и покатился по палубе. Эти фокстерьеры, кстати сказать, давно, еще маленькими щенками, явились на борт «Макамбо» в карманах Дэга Доутри, который, по обыкновению, «поживился» ими в Сиднее и затем продал капитану Дункану по гинее за штуку.</p>
     <p>На этот раз Майкл вскочил на ноги, разозленный уже не на шутку. И правда, на него градом сыпались какие-то воинственные кошки и собаки, а он ведь не только не затевал с ними ссоры, но даже не подозревал об их существовании, покуда они на него не напали. Фокстерьеры вели себя отважно, несмотря на свою истерическую ярость, и не успел он подняться на ноги, как они уже снова атаковали его. Клыки одного из них сцепились с его клыками, губы у обоих были разодраны. Получив новый удар, один фокс отпрянул от своего более тяжеловесного противника. Зато другой ухитрился налететь на Майкла с фланга и в кровь разодрать ему бок. Мгновенно, почти спазматически, изогнувшись всем телом, Майкл отшвырнул фокса, оставив в его пасти целый клок своей шерсти, но зато насквозь прокусив ему ухо. Фокстерьер, пронзительно взвизгнув от боли, так резко отскочил, что клыки Майкла, точно гребень, насквозь прочесали его ухо. Тут на Майкла налетел первый фокс, и едва только он обернулся, чтобы принять бой, как опять подвергся неспровоцированной атаке. На сей раз это был капитан Дункан, разъяренный видом своей убитой кошки. Он так хватил Майкла сапогом в грудь, что едва не вышиб из него дух. Майкл, взлетев в воздух, тяжело рухнул на бок. Оба фокса стремглав бросились на него и впились зубами в его жесткую щетинистую шерсть. Лежа на боку и тщетно пытаясь подняться, Майкл все же умудрился схватить за ногу одного из противников. Тот с громким визгом начал отступать на трех лапах, поджимая четвертую, до кости прокушенную Майклом.</p>
     <p>Майкл дважды отбросил второго четвероногого врага стал стремительно кружить вокруг него, а за Майком, в свою очередь, погнался капитан Дункан. Затем, сократив расстояние между собой и противником прыжком по хорде дуги, описываемой фоксом, Майкл впился зубами ему в загривок. При столь неожиданном нападении более крупной собаки фокс не устоял и тяжело шлепнулся на палубу. И в то же мгновение капитан Дункан вторично так пнул Майкла ногой, что у того в зубах остался кусок фокстерьерова мяса.</p>
     <p>Тогда Майкл двинулся на капитана. Пускай он белый бог! Взбешенный столькими нападениями такого множества врагов, Майкл, мирно пустившийся на поиски Квэка и стюарда, не стал тратить времени на размышления. К тому же он этого белого бога раньше и в глаза не видывал.</p>
     <p>Поначалу Майкл щерился и рычал. Но так как битва с белым богом была делом нешуточным, то, отскочив в сторону, чтобы уклониться от нового удара ногой, он не издал ни звука. Сманеврировав, как в случае с кошкой, Майкл атаковал капитанскую ногу с фланга. В сторону, чтоб увернуться от удара, а потом из укрытия ринуться на врага — такова была его тактика. Он научился ей на неграх, в Мериндже и на борту «Евгении», причем иногда этот трюк ему удавался, а иногда и нет. Зубы его мгновенно прокусили белую парусину брюк. Резкий толчок в ногу — и взбешенный моряк потерял равновесие. Едва не шлепнувшись носом, он с огромным усилием удержался на ногах, перескочил через изготовившегося к вторичному нападению Майкла, пошатнулся и сел прямо на палубу.</p>
     <p>Сколько времени ему понадобилось бы на то, чтобы отдышаться, осталось неизвестным, так как, пришпоренный отчаянным укусом в плечо, он вскочил с максимальной быстротой, на какую только был способен при всей своей тучности. И тут Майкл хоть и упустил возможность вцепиться ему в икру, но зато в клочья разорвал штанину на другой ноге и сам получил такой пинок, что взлетел на воздух, перекувырнулся и грохнулся спиною оземь.</p>
     <p>Капитан, бывший до сих пор яростно наступающей стороной, собрался еще раз наподдать Майклу, но тот вдруг вскочил на ноги и прыгнул, чтобы на этот раз вцепиться капитану уже не в ногу или в бедро, а в глотку. Впрочем, до глотки он не достал, и, вонзившись зубами в широкий черный галстук капитана, повис на нем, но тут же оборвался и разодрал его в лохмотья.</p>
     <p>Но не столько это обстоятельство заставило капитана отступить и перейти уже к чисто оборонительной тактике, сколько молчание Майкла, зловещее, как смерть. Этот пес не рычал, не огрызался. Уставившись на капитана немигающими глазами, он снова и снова бросался на него. Он не лаял, кидаясь в атаку, и не взвизгивал, получив удар ногой. Страха Майкл не знал. Том Хаггин часто бахвалился выдержкой Бидди и Теренса; надо думать, что они и своего сына Майкла обучили глазом не моргнув сносить побои. Бидди и Теренс — так уж были созданы эти псы — неизменно бросались навстречу удару и вступали в схватку с тем, кто его наносил. В молчании, суровом, как смерть, вели они бой, непрерывно атакуя противника.</p>
     <p>Такой же был и Майкл. Капитан ударял его ногой и отступал, а Майкл подпрыгивал и впивался зубами в его ногу. Спасение явилось капитану в лице матроса со шваброй для мытья палубы, насаженной на длинную палку. Вмешавшись в потасовку, он изловчился засунуть эту швабру в пасть Майклу и отпихнул его. Майкл машинально сжал швабру зубами, но тотчас же выплюнул и уже больше не старался ее укусить, сообразив, что это неодушевленный предмет, которому его клыки не причиняют боли.</p>
     <p>Матрос тоже занимал его лишь постольку, поскольку от него надо было увертываться. Лакомым куском сейчас был капитан Дункан, который стоял, привалившись к поручням, и, тяжело дыша, вытирал пот, градом катившийся по его лицу. Если на рассказ об этом побоище, начиная с убийства персидской кошки и кончая шваброй, засунутой в пасть Майкла, потребовалось немало времени, то на деле все произошло с такой молниеносной быстротой, что пассажиры, повскакавшие с шезлонгов, подоспели к месту происшествия, лишь когда Майкл, ловко увернувшись от швабры матроса, снова ринулся на капитана Дункана и на этот раз так зверски укусил его за жирную ногу, что тот взвыл от боли и разразился каким-то бессвязным проклятием.</p>
     <p>Меткий пинок отшвырнул Майкла и дал возможность матросу снова пустить в ход швабру. В этот момент подоспел Дэг Доутри, глазам которого представились: перепуганный, окровавленный, доведенный чуть ли не до апоплексического удара капитан; Майкл, в зловещем молчании неистово кидающийся на швабру, и громадная персидская кошка в предсмертных судорогах.</p>
     <p>— Киллени-бой! — повелительно крикнул стюард. Несмотря на все негодование и ярость, обуревавшие Майкла, голос хозяина проник в его сознание; он почти мгновенно остыл, прижал уши, его вздыбившаяся шерсть улеглась, и губы уже закрыли клыки, когда он обернулся и вопросительно взглянул на Доутри.</p>
     <p>— Сюда, Киллени!</p>
     <p>Майкл повиновался; он не пополз на брюхе, как виноватый, а радостно и быстро подбежал к стюарду.</p>
     <p>— Ложись, бой!</p>
     <p>Он улегся, предварительно сделав полуоборот, и со вздохом облегчения лизнул своим красным языком сапог стюарда.</p>
     <p>— Это ваша собака, Доутри? — голосом, сдавленным от гнева, и едва переводя дыхание, осведомился капитан.</p>
     <p>— Да, сэр, моя. Что она тут натворила, сэр? Беды, которые натворил Майкл, лишили капитана дара речи. Он лишь слабо поводил рукой, указывая на издыхающую кошку, на свои вымазанные кровью, лохмотьями висевшие брюки и на распростертых у его ног фокстерьеров, которые, жалобно скуля, зализывали раны.</p>
     <p>— Очень сожалею, сэр… — начал Доутри.</p>
     <p>— Сожалею! Черт вас возьми! — прервал его капитан. — Боцман! Вышвырнуть собаку за борт.</p>
     <p>— Есть вышвырнуть собаку за борт, сэр! — повторил боцман, но не двинулся с места.</p>
     <p>Лицо Дэга Доутри становилось все более ожесточенным по мере того, как в его душе крепла воля к противодействию, которое он собирался оказать, как всегда спокойно, но непреклонно. Впрочем, он ответил капитану почтительно и, правда, не без труда, придал своим чертам обычное добродушное выражение.</p>
     <p>— Это хорошая собака, сэр, и не задиристая. Я даже представить себе не могу, с чего она так разъярилась. Наверное, случилось что-нибудь из ряда вон…</p>
     <p>— Так оно и было, — вмешался один из пассажиров, владелец кокосовой плантации на Шортлендских островах.</p>
     <p>Стюард бросил на него признательный взгляд и продолжал:</p>
     <p>— Это хороший пес, сэр, послушный. Вы же сами видели, что даже в такую минуту он послушался меня, пришел и лег. Он умен, как бес, сэр; делает все, что я ему приказываю. Сейчас я его заставлю просить прощения. Вот поглядите…</p>
     <p>Доутри шагнул к истерическим фоксам и подозвал Майкла.</p>
     <p>— Это славная собака, Киллени, славная, — тихонько заговорил он, одной рукой гладя фокса, а другой Майкла.</p>
     <p>Фокс отчаянно заскулил и крепче прижался к ногам капитана Дункана, Майкл же, повиливая хвостом и мирно свесив уши, подошел к нему, взглянул для проверки на стюарда, обнюхал своего недавнего врага и даже высунул язык, собираясь лизнуть его в ухо.</p>
     <p>— Вот видите, сэр, какой это добродушный пес! — возликовал Доутри. — Он делает все, что ему прикажут. Настоящий пес, храбрый! Сюда, Киллени! Это тоже славная собачка. Славная! Поцелуйтесь и больше не ссорьтесь. Вот так!</p>
     <p>Второй фокс, у которого была поранена передняя лапа, кое-как снес обнюхивание Майкла, только в глотке у него что-то истерически клокотало, но когда Майкл высунул язык, фоксово терпение лопнуло. Несчастная собачонка попыталась куснуть Майкла в морду.</p>
     <p>— Он хороший, Киллени, хороший, — торопливо вмешался стюард.</p>
     <p>Майкл вильнул хвостом в знак того, что понял его, и с добродушнейшим видом шлепнул фокса по шее своей тяжелой лапой так, что тот перекувырнулся через голову и покатился по палубе. Фокс злобно огрызнулся. Майкл же равнодушно отвернулся от него и посмотрел в глаза стюарду, ожидая одобрения.</p>
     <p>Пассажиры приветствовали взрывом хохота этот невольный трюк фокстерьера и величественное добродушие Майкла. Впрочем, хохот относился не только к обоим псам: в минуту, когда Майкл перекувырнул фокса, нервы капитана Дункана не выдержали, и он подскочил на месте, как ужаленный.</p>
     <p>— Бьюсь об заклад, сэр, что не позднее завтрашнего дня Киллени станет вашим другом! — доверительно обратился к капитану Доутри.</p>
     <p>— Завтрашнего… Через пять минут он будет за бортом! — крикнул капитан. — Боцман, кончай с собакой!</p>
     <p>Боцман нерешительно приблизился, но среди пассажиров послышался ропот.</p>
     <p>— Посмотрите на мою кошку, посмотрите на меня самого! — Капитан Дункан пытался оправдать свой жестокий приказ.</p>
     <p>Боцман сделал еще шаг, Дэг Доутри метнул на него грозный взгляд.</p>
     <p>— Живо! — скомандовал капитан.</p>
     <p>— Ни с места! — крикнул вдруг шортлендский плантатор. — Надо по справедливости отнестись к собаке! Я все видел. Он не лез в драку. Кошка первая бросилась на него. Он и защищаться-то стал только тогда, когда она уже второй раз на него кинулась. А она бы непременно выцарапала ему глаза. И тут же на него налетели эти две собачонки. Он их не задирал. Затем на него налетели вы. Вас он тоже на задирал. Потом еще явился ваш матрос со шваброй. А теперь вы еще приказываете вышвырнуть его за борт! Будьте же справедливы! Это была самозащита. Да и что, по-вашему, должна делать собака, попавшая в такой переплет? Лежать и покорно сносить, что ее лупят кошки и другие псы? Подумайте, капитан! Вы надавали ему здоровых пинков. Он только защищался.</p>
     <p>— И нельзя не признать, что довольно энергично, — усмехнулся капитан Дункан; к нему постепенно возвращалось его обычное добродушие, хотя он ощупывал свое окровавленное плечо и горестно поглядывал на изодранные парусиновые брюки. — Вот что, Доутри, если вы беретесь помирить нас в пять минут — пусть его остается на борту. Но придется вам купить мне новые штаны.</p>
     <p>— С радостью, сэр! Благодарю вас, сэр! — воскликнул Доутри. — Я и кошку вам достану новую, сэр. Поди сюда, Киллени-бой. Это большой господин, хороший, человек, понимаешь?</p>
     <p>Майкл слушал. Слушал без затаенной злобы, не трясясь и не задыхаясь, как фокстерьеры, все еще бившиеся в истерике, не вздрагивая всем телом от нервного перенапряжения, но спокойно, сдержанно, точно не было какую-нибудь минуту назад ни великого побоища, ни укусов, ни пинков, от которых все еще болело и ныло его тело.</p>
     <p>В одном только он не совладал с собой, — ощетинился, обнюхивая ногу, на которой только что сам изодрал штанину.</p>
     <p>— Дотроньтесь до него, сэр, — попросил Дэг Доутри. И капитан Дункан, уже успевший обрести душевное равновесие, наклонился и, не задумываясь, положил руку на голову Майкла; более того, он погладил его, почесал у него за ушами. А простодушный Майкл, только что сражавшийся, как лев, все забыл и простил, как человек. Взъерошенная шерсть улеглась, он повилял обрубком хвоста, заулыбался глазами, ушами, пастью и стал лизать руку, с которой так недавно воевал.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>После этого происшествия Майкл уже свободно бегал по судну. Дружелюбный ко всем, снисходивший даже до возни с фокстерьерами, он любил только стюарда.</p>
     <p>— Такого веселого пса я отродясь не видывал, и до чего смышленый притом, — заметил Дэг Доутри шортлендскому плантатору, которому он только что сбыл один из своих самодельных черепаховых гребней. — Обычно, знаете ли, игривые собаки уж ни на что больше не годятся. Но Киллени-бой — дело другое. Он в секунду может набраться серьезности. Я сейчас вам это докажу, и вы увидите: у него довольно ума, чтобы считать до пяти, вдобавок он знает беспроволочный телеграф. Вот, смотрите.</p>
     <p>И стюард чмокнул губами так тихо, что даже сам не был уверен, удалось ему издать какой-то звук или нет, а шортлендский плантатор уж и подавно ничего не услышал. В этот момент Майкл валялся на спине, шагах в десяти от стюарда, задрав кверху все четыре лапы, а оба фокса докучали ему своими притворно яростными атаками. Вдруг он, оттолкнувшись лапами, перекатился на бок, навострил уши — в глазах у него появилось вопросительное выражение — и прислушался. Доутри сделал то же движение губами, шортлендский плантатор и на этот раз ничего не услышал и не заметил, а Майкл вскочил и в мгновение ока очутился подле своего господина.</p>
     <p>— Ну что, хорош пес? — хвастливо осведомился Доутри.</p>
     <p>— Но откуда он узнал, что должен подойти к вам? — поинтересовался плантатор. — Вы же его не звали.</p>
     <p>— Телепатия, сродство душ, настроенных, так сказать, на один музыкальный лад, — дурачился стюард. — Киллени и я, надо думать, сделаны из одного материала, только обличье у нас разное. Он, видно, предназначался быть моим родным братом, да только в природе произошла какая-то ошибка. А сейчас вы увидите, что он и в арифметике недурно разбирается.</p>
     <p>Вытащив из кармана бумажные шарики, Доутри под удивленные и восторженные возгласы собравшихся пассажиров продемонстрировал способность Майкла считать до пяти.</p>
     <p>— Теперь вы сами убедились, сэр, — закончил представление стюард, — если я закажу в каком-нибудь портовом кабачке четыре кружки пива и по рассеянности не замечу, что мне подали три, то Киллени-бой немедленно учинит скандал.</p>
     <p>С тех пор как присутствие Майкла на «Макамбо» было раскрыто, Квэку уже не приходилось тайком наслаждаться музыкой варганчика над кочегаркой, и иногда, улучив минуту, он тоже занимался обучением Майкла в каюте Доутри. Как только раздавались варварские звуки варганчика, Майкл утрачивал всякую власть над собой. Пасть его непроизвольно открывалась, и он разражался воем. Но, как и у Джерри, это не был обыкновенный собачий вой. Звуки, им издаваемые, куда больше походили на пение, а в скором времени Квэку удалось, конечно, в пределах определенного регистра, научить Майкла понижать и повышать голос, правильно воспроизводя ритм и мелодию.</p>
     <p>Майкл не любил этих уроков, так как относился к Квэку свысока и всякий вид подчинения негру считал для себя унизительным. Но все это в корне переменилось с того дня, когда Дэг Доутри застал их за таким уроком пения. Он немедленно раскопал где-то губную гармонику, на которой любил играть в портовых кабачках, в промежутках между двумя бутылками пива. Очень скоро Доутри открыл, что Майкл быстрее начинает петь под минорные звуки, а начав петь, уже не умолкает, покуда не смолкнет музыка. Впрочем, Майкл пел и без гармоники, под аккомпанемент голоса Доутри, который начинал с протяжного, грустного причитания, а потом затягивал какую-нибудь старую песню. Майкл терпеть не мог петь с Квэком, но обожал петь со стюардом, даже когда последний выводил его на палубу и заставлял «давать представление» перед покатывающимися со смеху пассажирами.</p>
     <p>Под самый конец плавания у стюарда состоялось два серьезных разговора: один с капитаном Дунканом и другой с Майклом.</p>
     <p>— Вот в чем дело, Киллени, — как-то вечером начал стюард, когда Майкл сидел, положив морду на колени своего господина и уставившись на него преданными глазами; он не понимал ни слова из того, что тот говорил, но был счастлив дружелюбием, звучавшим в его голосе. — Я тебя украл из чистой корысти, потому что, как увидел тебя тогда, ночью, на берегу, так сразу смекнул, что мне где угодно дадут за тебя десять фунтов. А десять фунтов — целая прорва денег. Это пятьдесят долларов на американские деньги и сотня — на китайские.</p>
     <p>Так вот, на пятьдесят долларов я могу купить столько пива, что хоть топись в нем. Но сначала я хочу тебя спросить: можешь ты себе представить, что я тебя отдам за десять фунтов?.. Ну же! Говори! Можешь?</p>
     <p>Майкл колотил хвостом по полу и громко лаял в знак того, что согласен с любым мнением стюарда.</p>
     <p>— Или, скажем, за двадцать фунтов. Невредные денежки! Как, по-твоему, продам я тебя? А? Продам? Да никогда в жизни! А что я скажу, если мне предложат пятьдесят фунтов? Такое предложение можно, пожалуй, назвать интересным, но ведь сто фунтов еще интереснее, а? Если сто фунтов обратить в пиво, то оно затопит эту старую посудину. Но кто, скажи на милость, выложит мне за тебя сто фунтов? Хотел бы я посмотреть на такого чудака. А знаешь, зачем? Ладно, так и быть, уж скажу тебе по секрету. Чтобы послать его ко всем чертям. Клянусь честью, Киллени-бой, так бы и послал, очень вежливо, конечно, ну, скажем, предложил бы проводить его в такое место, где ему уж никогда не придется мерзнуть.</p>
     <p>Майкл любил стюарда так, что любовь эта уже переходила в своего рода безумие. То, как стюард относился к Майклу, лучше всего уяснится из его разговора с капитаном Дунканом.</p>
     <p>— Право же, сэр, он ко мне пристал и пробрался за мной на борт, — закончил Доутри свое вранье. — А я и не заметил. Я в последний раз видел его на берегу. А потом вдруг, смотрю, спит крепким сном на моей койке. Как он туда попал? Как разыскал мою каюту? Может, вы сумеете найти объяснение, сэр? Мне лично это кажется чудом, самым настоящим чудом.</p>
     <p>— Ну, конечно, чудо, особенно если принять во внимание, что у трапа стоял помощник, — фыркнул капитан Дункан. — Точно я не знаю ваших штук, Доутри. Чудом тут и не пахнет. Вы просто-напросто украли его. Увязался за вами на судно и взбежал по трапу! Как бы не так! Пес этот попал сюда через иллюминатор, и уж, конечно, не по собственной воле. Бьюсь об заклад, что тут дело не обошлось без вашего негра. Ну, да что там ходить вокруг да около. Отдайте мне пса, и я прощу вам кошку.</p>
     <p>— Если вы и вправду так думаете, вас обвинят в укрывательстве краденого, — нашелся Доутри; упрямо сдвинутые брови свидетельствовали о непоколебимости его решения. — Мне что, сэр, я всего-навсего стюард; невелика беда, если меня арестуют за кражу собаки. А вы, сэр, капитан большого парохода, и вам это будет очень неприятно. Потому я и считаю: собака, которая увязалась за мной, должна при мне и остаться.</p>
     <p>— Я дам за нее десять фунтов, — предложил капитан.</p>
     <p>— Не пойдет, сэр, тут и говорить нечего, ведь вы как-никак капитан, — упорствовал стюард, мрачно покачивая головой. — Кроме того, я знаю, где раздобыть в Сиднее замечательную ангорскую кошку. Ее хозяин переехал за город, и она ему больше не нужна, а для любой кошки, сэр, будет просто счастьем пристроиться на «Макамбо».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Другой трюк, которому Дэг Доутри обучил своего пса, так возвысил Майкла в глазах капитана, что он предложил стюарду полсотни фунтов и обещал «никогда не попрекать кошкой». Сначала Доутри демонстрировал этот трюк в узкой компании старшего механика и шортлендского плантатора, и только убедившись, что все идет как по маслу, решился дать публичное представление.</p>
     <p>— Попробуйте вообразить, что вы полисмены или сыщики, — обратился он к старшему и третьему помощнику капитана, — а я человек, совершивший какое-то ужасное преступление. И еще представьте себе, что только Киллени может меня изобличить. Если он узнает своего хозяина, то есть меня, значит, я пойман. Возьмите его на сворку и уходите с ним, затем возвращайтесь, вообразив, что палуба — это улица; если он узнает меня, вы меня арестуете, если нет — вы не имеете права меня арестовать. Понятно?</p>
     <p>Оба помощника увели Майкла и через несколько минут вернулись с ним на палубу. Майкл сильно натягивал сворку и рвался вперед, разыскивая стюарда.</p>
     <p>— Сколько вы возьмете за эту собаку? — осведомился Доутри, когда они поравнялись с ним, — условленная реплика, к которой он приучил Майкла.</p>
     <p>И Майкл, изо всех сил натягивавший сворку, прошел мимо, даже не вильнув хвостом, даже не покосившись на стюарда. Помощники остановились подле Доутри и за сворку подтянули поближе Майкла.</p>
     <p>— Эта собака отстала от хозяина, — сказал первый помощник.</p>
     <p>— Мы стараемся его разыскать, — добавил третий.</p>
     <p>— Недурной пес, сколько вы за него возьмете? — полюбопытствовал Доутри, с интересом разглядывая Майкла. — И нрав у него хороший?</p>
     <p>— Испытайте сами, — последовал ответ.</p>
     <p>Стюард протянул руку, чтобы погладить собаку по голове, но тотчас же ее отдернул: Майкл ощетинился, зарычал и угрожающе оскалил зубы.</p>
     <p>— Ничего, ничего, попробуйте еще, он вас не тронет! — кричали восхищенные пассажиры.</p>
     <p>На этот раз Майкл едва не цапнул стюарда за руку, тот отпрянул, а Майкл сделал свирепый прыжок, так что помощники едва удержали его.</p>
     <p>— Уведите этого пса! — заорал Доутри. — Что за подлая бестия! Мне его даром не надо.</p>
     <p>Те повиновались, и Майкл, вне себя от ярости, зарычал, запрыгал, пытаясь сорваться с привязи и броситься на стюарда.</p>
     <p>— Ну, что скажете? Кто поверит, что он вообще знает меня! — торжествующе воскликнул Доутри. — Я сам никогда в жизни этого фокуса не видал, но слышал о нем. В старину английские браконьеры натаскивали на такую штуку своих овчарок. Если лесничему или констеблю удавалось поймать собаку, опознать ее хозяина он все равно не мог.</p>
     <p>Да, он немало знает, этот пес. И по-английски отлично понимает. Дверь моей каюты как раз открыта, велите ему принести оттуда башмаки, туфли, шапку, полотенце, щетку, кисет, что угодно. Только скажите, он немедленно притащит.</p>
     <p>Пассажиры наперебой стали выкрикивать разные предметы.</p>
     <p>— Да, но не все сразу, выберите кого-нибудь одного, — вмешался стюард.</p>
     <p>— Туфли, — с общего одобрения решил капитан Дункан.</p>
     <p>— Одну или две? — спросил Доутри.</p>
     <p>— Две.</p>
     <p>— Поди сюда, Киллени. — Стюард наклонился к нему, но отскочил, так как зубы Майкла свирепо щелкнули под самым его носом.</p>
     <p>— Это — моя вина, — заявил он, — позабыл сказать ему, что представление окончено. Теперь смотрите в оба, не подам ли я ему какой-нибудь знак.</p>
     <p>Никто ничего не услышал и не увидел, кроме того, что Майкл, взвизгнув от счастья, смеясь, извиваясь всем телом, как безумный бросился к стюарду; он неистово лизал ему руки, те самые любимые руки, на которые только что огрызался, и, высунув язык, прыгал, пытаясь достать до его лица. Ведь ему пришлось сделать колоссальное нервное и умственное усилие, чтобы разыграть эту сцену ненависти и ярости против своего возлюбленного стюарда.</p>
     <p>— Погодите немного, дайте ему прийти в себя, — попросил Доутри, лаская и успокаивая Майкла.</p>
     <p>— Ну, а теперь, Киллени, марш, принеси мне туфли. Стоп! Одну туфлю! Нет, две!</p>
     <p>Майкл насторожил уши и вопросительно поглядел на Доутри. В его глазах светились разум и понимание.</p>
     <p>— Живо принеси мне две туфли!</p>
     <p>Майкл вскочил и помчался; распластываясь, как птица на лету, он мигом обогнул рулевую рубку и скользнул вниз по лестнице.</p>
     <p>В мгновение ока он вернулся, неся в зубах обе туфли, которые и сложил у ног стюарда.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Чем больше я узнаю собак, тем большим чудом они мне кажутся, — управившись с четвертой бутылкой пива, объявил Дэг Доутри шортлендскому плантатору, с которым беседовал на сон грядущий. — Возьмите хоть Киллени-боя. Он проделывает свои штуки отнюдь не механически, не потому, что я так обучил его. Тут что-то другое. Он готов на все из любви ко мне. Не знаю, как вам объяснить, но я это чувствую, знаю.</p>
     <p>Одним словом, я вот к чему клоню: Киллени, конечно, не умеет говорить, как мы с вами, и потому не может мне сказать, как он меня любит, но он весь любовь до мозга костей. Дела-то ведь говорят больше, чем слова, вот он и расшибается в лепешку из любви ко мне. Цирковые номера? Верно! Но по сравнению с ними все человеческое красноречие гроша ломаного не стоит. Ей-богу, это его разговор. Собачий разговор, хоть у них и нет дара речи. Вы думаете, я так болтаю? Нет, если я знаю, что все люди смертны и что искры летят вверх, а не вниз, то также знаю, что он счастлив, проделывая все это для меня. Так счастлив бывает человек, когда он вызволит друга из беды, или влюбленный, когда накидывает на плечи девушке свою куртку, чтобы она не озябла. Уверяю вас…</p>
     <p>Дэг Доутри запнулся от непривычки облекать в слова мысли, проносящиеся в его хмельном, насквозь пропитанном пивом мозгу, и, пробормотав что-то нечленораздельное, начал с новыми силами:</p>
     <p>— Тут, понимаете ли, все дело в разговоре, а говорить-то ведь Киллени не умеет. Башка у него полна мыслей, это же видно по его славным карим глазенкам, но он умеет передать их мне. Я, честное слово, вижу, что он иногда из кожи вон лезет, так ему хочется мне что-то сказать. Между мной и им целая пропасть, и, кроме слов, моста через эту пропасть нету, — вот он, бедняга, не может через нее перебраться, хотя мысли и чувства у него такие же, как у меня.</p>
     <p>И вот ведь что! Он чувствует себя всего ближе ко не, когда я играю на губной гармошке, а он подвывает. Музыка тоже вроде как бы мост. И он по-настоящему поет, только без слов. И… не знаю, как вам и объяснить… только мы, когда кончаем песню, становимся намного ближе друг другу, и слова нам уже как будто и не нужны. Вот верите ли, когда я играю, а он поет, из нашего дуэта получается то, что попы назвали бы религией, познанием бога. Честное слово, стоит нам запеть, я становлюсь верующим, становлюсь ближе к богу. Это что-то такое громадное, как земля, как океан, как небо со всеми его звездами. Мне даже начинает казаться, что все мы сработаны из одного материала — вы, я, Киллени-бой, горы, песок, морская вода, черви, москиты, солнце, и падающие звезды, и пылающие кометы…</p>
     <p>Дэг Доутри замялся. Восторг его души явно не укладывался в слова, и, чтобы скрыть свое замешательство, он снова стал бахвалиться Майклом.</p>
     <p>— Да, такие собаки не каждый день рождаются. Я его украл, верно! Очень уж он мне приглянулся. А теперь, когда я его знаю, я бы и опять его украл, даже если бы мне пришлось после этого остаться одноногим калекой. Вот какой он пес!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В то утро, когда «Макамбо» вошел в сиднейскую гавань, капитан Дункан сделал еще одну попытку заполучить Майкла. Вельбот портового врача уже направлялся к судну, когда он кивком головы подозвал стюарда, проходившего по палубе.</p>
     <p>— Доутри, я даю вам двадцать фунтов.</p>
     <p>— Нет, сэр! Благодарю вас, — последовал ответ. — Я не могу с ним расстаться.</p>
     <p>— Ладно, двадцать пять. Но это уж крайняя цена. На свете немало ирландских терьеров.</p>
     <p>— Я тоже так полагаю, сэр. И я вам одного из них раздобуду. Здесь же, в Сиднее. И он, сэр, вам ни пенса не будет стоить.</p>
     <p>— Но я хочу именно Киллени-боя, — настаивал капитан.</p>
     <p>— Я тоже, в том-то и беда, сэр. И, кроме того, я ведь первый достал его.</p>
     <p>— Двадцать пять соверенов — неплохие денежки… за собаку, — заметил капитан.</p>
     <p>— А Киллени-бой неплохая собака… за такие денежки, — отрезал стюард. — Оставим все сантименты, сэр, одни его штуки дороже стоят. Он меня не узнает, когда я ему приказываю, — уж этому одному цена пятьдесят фунтов. А как он считает, а его пение и все прочее! Не важно, как я его раздобыл, но только он ведь ничему не был обучен. Это моих рук дело. Я его научил всем фокусам. Он теперь совсем не та собака, какой был в первый день на «Макамбо». В нем столько моего, что продать его, все равно что продать кусок самого себя.</p>
     <p>— Тридцать фунтов, — сурово произнес капитан.</p>
     <p>— Нет, сэр, благодарю вас, тут дело не в деньгах, — отвечал стюард.</p>
     <p>Капитану Дункану осталось только отойти от него и поспешить навстречу портовому врачу, поднимавшемуся по трапу.</p>
     <p>Когда на «Макамбо» закончился врачебный осмотр и судно уже направлялось к причалу, к нему подошел щегольской военный баркас, и одетый с иголочки лейтенант взбежал по трапу на палубу. Он не замедлил разъяснить причину своего появления. «Альбатрос», британский крейсер второго ранга, на котором он был четвертым помощником командира, заходил в Тулаги с депешами от верховного комиссара английских владений в Южных морях. Поскольку между приходом «Альбатроса» и уходом «Макамбо» прошло не больше двенадцати часов, комиссар Соломоновых островов и капитан Келлар полагали, что пропавшая собака увезена именно на этом судне. Капитан «Альбатроса», рассчитав, что крейсер будет в Сиднее раньше «Макамбо», пообещал узнать насчет собаки. Итак: не находится ли на борту ирландский терьер по кличке Майкл?</p>
     <p>Капитан Дункан чистосердечно признался, что находится; но тут же соврал и, чтобы выгородить Дэга Доутри, повторил его сказку о неожиданном появлении собаки на борту. На очередь встал вопрос, как вернуть собаку капитану Келлару; «Альбатрос» держал курс на Новую Зеландию. Капитан Дункан нашел выход.</p>
     <p>— Через два месяца «Макамбо» вернется в Тулаги, — заметил он лейтенанту, — и я лично беру на себя обязательство вернуть собаку владельцу. А пока что мы сумеем позаботиться о ней. Наш стюард, можно сказать, усыновил ее, так что пес находится в хороших руках. — Похоже, что ни одному из нас собака не достанется, — печально проговорил Доутри, после того как капитан изложил ему положение вещей.</p>
     <p>Но когда он повернулся и пошел по палубе, брови его так упрямо хмурились, что встретившийся ему шортлендский плантатор удивился, за что мог капитан распечь своего стюарда.</p>
     <p>Несмотря на пресловутые шесть кварт пива и несколько легкомысленный характер, Дэг Доутри был человеком не без устоев. Правда, он мог без малейших угрызений совести украсть собаку или кошку, но никогда не пренебрегал своими обязанностями, такая уж у него была натура. Он ни за что бы не позволил себе получать жалованье стюарда, не делая той работы, которую положено делать стюарду. Итак, хотя он уже принял непоколебимое решение, но во время стоянки «Макамбо» в сиднейских доках компании «Бернс Филп и Ко» заботливо следил за тем, как убиралось и чистилось судно после сошедших с него пассажиров и как готовилось к принятию на борт новых, уже купивших билеты для далекого путешествия к коралловым рифам и островам, населенным людоедами.</p>
     <p>Среди этих хлопот он все же отлучался на берег, раз а всю ночь и два раза под вечер. Ночь он провел в портовых кабачках, посещаемых матросами, где можно узнать все сплетни и все новости о кораблях и мореплавателях. Собрав нужные ему сведения и заодно выпив немало пива, Доутри на следующий день нанял за десять шиллингов небольшой баркас и отправился на нем в бухту Джексона, где стояла на якоре изящная трехмачтовая американская шхуна «Мэри Тернер».</p>
     <p>Взойдя на борт шхуны, он объяснил цель своего прибытия и был немедленно проведен в кают-компанию, где узнал все, что его интересовало, и сам, в свою очередь, был подробно расспрошен четырьмя мужчинами, которых он мысленно окрестил «сворой чудаков».</p>
     <p>Пространный разговор, накануне ночью состоявшийся у Доутри с бывшим стюардом этого судна, позволил ему немедленно опознать всех четверых. Вот этот, сидящий поодаль, с выцветшими, почти белесыми глазами, — явно «Старый моряк» <a l:href="#n_479" type="note">[479]</a>. Длинные жидкие космы седых, давно не чесанных волос, словно ореол, обрамляли его лицо. Он был худ, как скелет, щеки впалые, морщинистая кожа, казалось, уже не покрывая ни жира, ни мускулов, нелепо свисала на адамово яблоко, которое при непроизвольных глотательных движениях то вдруг высовывалось из складок кожи, похожей на пелены мумии, то снова куда-то проваливалось.</p>
     <p>«А ведь и вправду «старый моряк», — думал Доутри. — Ему можно дать лет семьдесят пять, или сто пять, или, с таким же успехом, и все сто семьдесят пять».</p>
     <p>Глубокий рубец, начинавшийся от правого виска, шел через все лицо старика, до нижней челюсти, и дальше прятался в складках дряблой кожи. В иссохшие мочки обоих ушей были продеты цыганские серьги в виде золотых колец. На костлявых пальцах правой руки было надето не менее пяти перстней, не мужских и не женских, но довольно оригинальных и уж, во всяком случае, «стоящих», как заключил Доутри. На левой руке перстней не было, видимо, потому, что их не на что было надеть: на ней сохранился один-единственный палец — большой, да и вся рука выглядела так, словно по ней прошлось то же острие, которое рассекло его лицо от виска до нижней челюсти; один бог знает, как далеко еще уходил этот рубец, скрытый морщинистой и обвислой кожей шеи.</p>
     <p>Выцветшие глаза Старого моряка насквозь просверливали Доутри (а может быть, ему это только казалось), так что он даже в смущении отступил в сторонку. Он мог это сделать, потому что пришел сюда как слуга в поисках места и стоял навытяжку, тогда как остальные сидели и всматривались в него, как судьи. И все-таки взгляд старика преследовал Доутри, покуда он, приглядевшись повнимательнее, не пришел к выводу, что тот вообще его не видит. Ему вдруг стало казаться, что белесые, выцветшие глаза подернуты пеленой мечты и что живой ум, кроющийся где-то в глубине этих глаз, трепещет и бьется о пелену, но не прорывает ее.</p>
     <p>— На какое жалованье вы рассчитываете? — осведомился капитан, имевший весьма «не морской» вид, по мнению Доутри. Этот капитан скорее напоминал щеголеватого пронырливого дельца или с иголочки одетого шефа модной фирмы.</p>
     <p>— Вы не будете участвовать в прибылях, — произнес один из четырех, крупный широкоплечий мужчина средних лет; по рукам, смахивавшим на окорока, Доутри узнал калифорнийского фермера, о котором ему рассказывал прежний стюард.</p>
     <p>— Всем хватит! — Доутри даже вздрогнул, так громко и пронзительно выкрикнул эти слова Старый моряк. — Груды, джентльмены, целые груды в бочках и сундуках, в бочках и сундуках на глубине каких-нибудь шести футов под слоем песка.</p>
     <p>— Участвовать — в чем, сэр? — спросил Доутри, хотя отлично все расслышал.</p>
     <p>Прежний стюард на все лады клял себя за то, что ушел из Сан-Франциско, прельстившись неопределенными обещаниями участия в каких-то прибылях вместо твердого оклада.</p>
     <p>— Это неважно, сэр, — поспешил добавить Доутри. — Я служил на китобойном судне три года подряд и за все свои труды не получил ни доллара. Мои условия — шестьдесят золотых в месяц, поскольку вас всего четверо.</p>
     <p>— И помощник, — добавил капитан.</p>
     <p>— И помощник, — повторил Доутри. — Я согласен, сэр, без всякого участия в прибылях.</p>
     <p>— А как там у вас обстоит… — заговорил четвертый, толстый, громадного роста, весь какой-то неопрятный и похожий на груду мяса армянский еврей, ростовщик из Сан-Франциско, о котором весьма нелестно отозвался прежний стюард, — как там у вас обстоит с бумагами, рекомендациями? Имеются ли у вас на руках документы об окончательном расчете с пароходной компанией, у которой вы состояли на службе?</p>
     <p>— Я тоже мог бы спросить вас о бумагах, сэр. — дерзко отвечал Доутри. — Это ведь не настоящее торговое или пассажирское судно, так же как вы, джентльмены, не настоящие судовладельцы с официальной конторой, правомочно ведущей дела. Почем я знаю, являетесь ли вы собственниками судна, или срок фрахта давно истек и на берегу вам предстоит диффамация? Почем я знаю, что вы не высадите меня в какой-нибудь богом забытой бухте, ничего не заплатив мне? А впрочем, — он счел за благо предупредить взрыв притворной ярости со стороны еврея, — впрочем, вот мои бумаги.</p>
     <p>И Доутри мигом вытащил из кармана и швырнул на стол целую кипу бумаг, испещренных печатями и штампами, — документы за сорок пять лет службы, из которых последний был выдан пять лет назад.</p>
     <p>— Но я с вас бумаг не спрашиваю, — продолжал он, — а спрашиваю только жалованье, шестьдесят долларов, которое и желаю получать чистоганом каждое первое число…</p>
     <p>— Груды, груды золота и еще кое-что получше, в бочках и сундуках, на глубине всего шести футов под слоем песка, — залопотал Старый моряк. — Силы небесные! На всех нас хватит, до самого последнего. И больше того, джентльмены, много больше. Широта и долгота мне известны. А также пеленги Львиной Головы с остова корабля на отмели и крюйс-пеленги с безымянных пунктов. Один я уцелел из всей нашей отважной, безумной и озорной команды.</p>
     <p>— Итак, хотите вы подписать контракт? — перебил, еврей несвязное бормотание старика.</p>
     <p>— Какой ваш порт назначения?</p>
     <p>— Сан-Франциско.</p>
     <p>— Тогда так и напишем, что я нанялся к вам до прихода в Сан-Франциско.</p>
     <p>Еврей, капитан и фермер одновременно кивнули.</p>
     <p>— Но нам надо договориться еще о разных дополнительных условиях, — продолжал Доутри. — И прежде всего я должен получать ежедневно шесть кварт. Я к этому привык и уже слишком стар, чтобы менять свои привычки.</p>
     <p>— Шесть кварт… спирта, я полагаю? — саркастически спросил еврей.</p>
     <p>— Нет, пива, доброго английского пива. Об этом надо договориться заранее, так чтобы на борту был достаточный запас, сколько бы мы ни находились в плавании.</p>
     <p>— Еще что-нибудь? — осведомился капитан.</p>
     <p>— Да, сэр, — отвечал Доутри. — У меня есть собака, которая должна остаться при мне.</p>
     <p>— Что еще? Жена, дети? — поинтересовался фермер.</p>
     <p>— Ни жены, ни детей у меня нет, сэр. Зато есть негр, очень славный негр, и он тоже останется при мне. Он подпишет договор на десять долларов в месяц и будет работать с утра до ночи. Если же он будет работать только на меня, я прикажу ему подписать на два с половиной доллара.</p>
     <p>— Восемнадцать дней на баркасе! — не своим голосом вскричал Старый моряк. Доутри даже вздрогнул. — Восемнадцать дней на баркасе, восемнадцать дней в геенне огненной!</p>
     <p>— Ей-богу, — заметил Доутри, — от этого вашего старого джентльмена можно получить разрыв сердца. Да, здесь мне понадобится немало пива.</p>
     <p>— Э-ге, некоторые стюарды, видно, любят жить на широкую ногу, — заметил фермер, не обращая ни малейшего внимания на Старого моряка, все еще лопотавшего что-то о море и баркасе.</p>
     <p>— А что, если мы не склонны принять на службу стюарда, привыкшего к столь комфортабельным путешествиям? — полюбопытствовал еврей, вытирая потную шею пестрым шелковым платком.</p>
     <p>— Тогда, сэр, вы так и не узнаете, какого хорошего стюарда вы упустили, — беспечно отвечал Доутри.</p>
     <p>— Не сомневаюсь, что в Сиднее не так-то трудно раздобыть стюарда, — живо отозвался капитан. — Во всяком случае, в прежнее время их было хоть пруд пруди.</p>
     <p>— Благодарю вас, господин стюард, за то, что вы нас разыскали, — с язвительной любезностью подхватил еврей. — Весьма сожалеем, что не в состоянии удовлетворить ваши требования в пункте, касающемся…</p>
     <p>— Я видел, как их засасывал песок, видел, как они уходили на глубину в шесть футов там, где вянут мангиферы, и растут кокосовые пальмы, и берег поднимается к Львиной Голове…</p>
     <p>— Придержите язык! — раздраженно воскликнул фермер, причем его слова относились не столько к Старому моряку, сколько к капитану и еврею. — Кто снарядил эту экспедицию? И мне же еще слова сказать не дают. Моего мнения даже на спрашивают! Мне этот стюард по душе. Я считаю, что он нас устраивает. Он человек учтивый, и я уверен, что он будет беспрекословно выполнять все приказания. К тому же он отнюдь не дурак.</p>
     <p>— В том-то и дело, Гримшоу, — примирительно отвечал еврей. — Принимая во внимание некоторую… как бы сказать?.. необычность нашей экспедиции, нам больше подошел бы стюард поглупее. Вдобавок, покорнейше прошу вас не забывать, что в эту экспедицию вы вложили не больше, чем я…</p>
     <p>— А далеко ли вы оба уехали бы без меня и моих познаний в мореплавании? — вызывающе спросил капитан. — Не говоря уже о закладной под мою недвижимость, включая лучший доходный дом, который был выстроен в Сан-Франциско после землетрясения.</p>
     <p>— А сейчас на ком все держится, скажите на милость? — Фермер подался вперед, уперев руки в колени, а пальцы его свисали вдоль громадных голеней чуть ли не до самых ступней; так, во всяком случае, показалось Доутри. — Вы, капитан Доун, больше гроша ломаного не выжмете из своей недвижимости, а на моей земле растет пшеница, с которой мы получаем наличные денежки. Вы, Симон Нишиканта, невесть как скопидомничаете, а между тем ваши ссудно-жульнические кассы по-прежнему дерут безбожные проценты с пропившихся матросов. И теперь вы еще задерживаете экспедицию в этой чертовой дыре, дожидаясь, покуда агенты переведут мне мои пшеничные денежки. Одним словом, либо мы немедленно подписываем контракт с этим стюардом на шестьдесят долларов и все прочее, либо я оставляю вас с носом, сажусь на первый же пароход и отправляюсь в Сан-Франциско.</p>
     <p>Фермер вскочил и выпрямился во весь свой гигантский рост, так что Доутри даже взглянул, не стукнулся ли он теменем о потолок.</p>
     <p>— Все вы мне осточертели, да, да, осточертели! — продолжал он выкрикивать. — Пора браться за дело! Давно пора! Мои деньги придут. Завтра они будут здесь. Надо подготовиться к отплытию, и надо взять этого стюарда, потому что он настоящий стюард. До остального мне дела нет — пусть везет с собой хоть две семьи!</p>
     <p>— По-моему, вы правы, Гримшоу, — кротко согласился Нишиканта. — Мне вся эта история тоже начинает действовать на нервы. Простите мне мою вспыльчивость.</p>
     <p>Конечно, мы возьмем этого стюарда, раз он вам так понравился. Я просто подумал, что у него слишком шикарные замашки.</p>
     <p>Он обернулся к Доутри.</p>
     <p>— Вы понимаете, что чем меньше будет разговоров на берегу, тем лучше…</p>
     <p>— Понятно, сэр. Я-то умею держать язык за зубами, но должен вам заметить, что о вас идет уже немало толков в порту.</p>
     <p>— О цели нашей экспедиции? — спросил еврей. Доутри утвердительно кивнул.</p>
     <p>— Они-то и привели вас к нам? — Второй вопрос последовал так же быстро. Доутри покачал головой.</p>
     <p>— Покуда вы мне будете ежедневно выдавать мою порцию пива, я вашей охотой за кладом интересоваться не буду. Эти штуки мне не в новинку. Южные моря так и кишат искателями кладов. — Доутри готов был поклясться, что при этих его словах тревожный огонек блеснул в глазах Старого моряка.</p>
     <p>— И должен вам сказать, сэр, — непринужденно добавил Доутри то, чего не стал бы говорить, не заметь он тревоги старика, — что Южные моря и вправду богаты кладами. Вот хотя бы Килинг-Кокос. Миллионы миллионов фунтов стерлингов ждут там счастливцев, которым известен правильный курс.</p>
     <p>На этот раз Доутри готов был присягнуть, что Старый моряк почувствовал облегчение; дымка мечты снова заволокла его взор.</p>
     <p>— Но я кладами не интересуюсь, сэр, — заключил Доутри. — Мне было бы пиво. Гоняйтесь за сокровищами, сколько вашей душе угодно, — раз у меня есть пиво, это дело не мое. Но честно вас предупреждаю, сэр, пока мы еще не подписали контракта: как только пиво кончится, я тут же начну интересоваться вашими делами. Откровенность — мой девиз.</p>
     <p>— Значит, вы полагаете, что, кроме всего прочего, мы еще будем оплачивать ваше пиво? — спросил Нишиканта.</p>
     <p>Это уж было так здорово, что Доутри едва верил своим ушам. Грешно не извлечь пользу из желания еврея помириться с фермером, которому агенты шлют и шлют деньги.</p>
     <p>— Да, конечно, это входит в наши условия, сэр. В котором часу прикажете мне завтра явиться в агентство для подписания контракта?</p>
     <p>— Бочки и сундуки, бочки и сундуки, несметные богатства под тонким слоем песка… — залопотал Старый моряк.</p>
     <p>— Все вы тут немножко… того… — ухмыльнулся Доутри. — Но меня это не касается, покуда вы поите меня пивом, платите положенное жалованье каждое первое число и производите со мной окончательный расчет в Сан-Франциско; покуда вы выполняете свои обязательства, я готов идти с вами хоть к черту на рога и смотреть, как вы в поте лица выкапываете из песка сундуки и бочки. Мне ничего не надо, и я наймусь к вам, если вы этого хотите и соглашаетесь на мои условия.</p>
     <p>Симон Нишиканта взглянул на остальных. Гримшоу и капитан Доун кивнули головами.</p>
     <p>— Завтра в три в пароходном агентстве, — объявил еврей. — Когда вы приступите к исполнению обязанностей?</p>
     <p>— А когда вы собираетесь сняться, сэр? — ответил вопросом Доутри.</p>
     <p>— Послезавтра, чуть свет.</p>
     <p>— Значит, я буду на борту завтра вечером.</p>
     <p>Когда он выходил из кают-компании, до него донеслось: «… восемнадцать дней на баркасе, восемнадцать дней геенны огненной…»</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Майкл покинул «Макамбо» так же, как явился на него, — через иллюминатор. Дело опять происходило вечером, и опять его принял на руки Квэк. Это было дерзкое предприятие, и действовать надо было быстро и умело, так как еще только начинало смеркаться. С помощью веревки, обвязанной под мышками Квэка, Доутри опустил своего прокаженного слугу с верхней палубы в покачивающуюся на волнах шлюпку.</p>
     <p>У трапа он столкнулся с капитаном Дунканом, который счел необходимым предупредить его:</p>
     <p>— Никаких штук с Киллени-боем не устраивать! Вы слышите, Доутри? Он должен вернуться в Тулаги вместе с нами.</p>
     <p>— Слушаюсь, сэр, — отвечал стюард. — Я его для верности запер в своей каюте. Хотите взглянуть на него, сэр?</p>
     <p>Искренность его тона показалась капитану подозрительной: уж не сумел ли вороватый насчет собак стюард заблаговременно припрятать Киллени где-нибудь на берегу?</p>
     <p>— Что же, я не прочь с ним поздороваться, — отвечал капитан.</p>
     <p>Каково же было его удивление, когда, войдя в каюту стюарда, они невольно разбудили Майкла, клубочком свернувшегося на полу. Но если бы капитан мог видеть через закрытую дверь, что стало твориться в каюте, когда он вышел оттуда, то его удивление не имело бы границ. Доутри непрерывным потоком сыпал в открытый иллюминатор все, что составляло его собственность, включая черепаховые пластинки, фотографии, висевшие на стене, и даже отрывной календарь. Напоследок в иллюминатор был просунут Майкл, получивший приказание вести себя тихо. Через несколько минут в каюте остался только сундук и два чемодана, не прошедшие в отверстие иллюминатора, но зато полностью очищенные от своего содержимого.</p>
     <p>Когда через несколько минут Доутри вышел на палубу и остановился у трапа почесать язык с таможенным чиновником и помощником штурмана, капитану, мимоходом взглянувшему на него, и во сне не могло присниться, что он в последний раз видит своего стюарда. Доутри спускался по трапу с пустыми руками, и собака не бежала за ним следом, как обычно. Сойдя на берег, он неторопливо пошел по пристани, вдоль полосы электрических огней.</p>
     <p>Дэг Доутри заплатил за Майкла, и заплатил очень щедро. Боясь вызвать подозрения, он не взял причитающегося ему жалованья в конторе «Бернс Филп» и таким образом поставил крест на сумме в двадцать фунтов, — иными словами, той самой, которую когда-то в Тулаги понадеялся выручить за Майкла. Он украл его, чтобы продать. И сам же заплатил за него деньги, на которые в свое время польстился.</p>
     <p>Хорошо сказал кто-то: лошадь облагораживает благородного, а подлеца делает еще подлее. То же самое и с собакой. Кража собаки с корыстной целью унизила Доутри, и виной этого унижения был Майкл. И тот же Майкл облагородил его: стюард из одной только любви к нему, любви, для которой нет ничего слишком дорогого, поступился весьма значительной суммой. И когда шлюпка скользила по водной глади, освещаемой южными звездами, Дэг Доутри готов был положить жизнь за то, чтобы не расстаться с собакой, которую он в свое время считал пригодной только на оплату нескольких дюжин пива.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На рассвете, когда буксир вывел «Мэри Тернер» из гавани, Доутри, Квэк и Майкл последний раз в жизни бросили взгляд на Сидней.</p>
     <p>— Довелось-таки моим старым глазам еще разок полюбоваться этой прекрасной гаванью, — пробормотал Старый моряк, стоявший рядом, и Доутри невольно заметил, как фермер и ростовщик навострили уши при этих словах и обменялись многозначительными взглядами.</p>
     <p>— В пятьдесят втором, в тысяча восемьсот пятьдесят втором году, вот в такой же великолепный день мы пили и пели на палубах «Бдительного», выходившего из Сиднея. Отличное это было судно, джентльмены, красивое и с превосходной оснасткой. А команда, какая команда! Один моложе другого, сорокалетних среди нас не было, сумасбродная, веселая команда! Капитан у нас, правда, считался пожилым — шутка ли, двадцать восемь лет! Третьему помощнику едва минуло восемнадцать, и кожа у него на лице, не знавшая прикосновения бритвы, была как бархат. Он тоже погиб на баркасе. А капитан испустил дух под пальмами на безымянном острове; смуглые девушки рыдали над ним, стараясь опахалами охладить воздух, который он ловил запекшимися губами.</p>
     <p>Дальше Дэг Доутри уже не слушал: он отправился вниз, чтобы приступить к своим новым обязанностям. Перестилая белье на койках и давая указания Квэку, силившемуся отмыть грязную, запущенную палубу, он нет-нет да покачивал головой и бормотал себе под нос: «Молодчина старик, настоящий молодчина! Не всякий глуп, кто с виду дурак».</p>
     <p>Красота обводов «Мэри Тернер» объяснялась тем, что шхуна эта была в свое время построена для охоты на тюленей. Поэтому же все ее помещения были очень просторны. В носовом кубрике имелось двенадцать коек, а помещалось там только восемь матросов-скандинавов. Пять кормовых кают занимали три охотника за кладами, Старый моряк и, наконец, широкоплечий, благодушный помощник капитана из обрусевших финнов, которого все называли мистер Джексон, за невозможностью выговорить фамилию, проставленную им под контрактом.</p>
     <p>Было на «Мэри Тернер» еще одно помещение под палубой, отделенное от кормовых кают толстой переборкой. В него входили через люк прямо с палубы. Между люком и полуютом находился камбуз, а под ним — просторная каюта с шестью койками в один ярус. Каждая койка была вдвое шире, чем матросская койка в кубрике, и снабжена пологом.</p>
     <p>— Недурное помещеньице, что скажешь, Квэк? — обратился Доутри к своему семнадцатилетнему папуасу с пергаментным лицом столетнего старца, с ногами, как у живого скелета, и огромным животом престарелого японского борца. — Верно?</p>
     <p>Квэк, потрясенный этой роскошью и простором, только восторженно вращал глазами.</p>
     <p>— А эта коечка вам не подойдет? — подобострастно спросил кок, маленький китаец, показывая рукой на свою койку и ожидая одобрения белого человека.</p>
     <p>Доутри покачал головой. Он давно усвоил, что с корабельными коками следует поддерживать добрые отношения, потому что народ это заведомо ненадежный и подверженный приступам ярости; им ничего не стоит по пустячному поводу пырнуть кого-нибудь ножом или сечкой. А кроме того, напротив имелась другая койка, ничуть не хуже. Койку по левому борту рядом с койкой китайца Доутри приказал занять Квэку. Таким образом, в распоряжении его и Майкла оставалась вся правая сторона каюты — иными словами, целых три койки. Ткнув пальцем в ту, что находилась рядом с его койкой, он произнес: «Киллени-бой» — и потребовал, чтобы Квэк и китаец это запомнили. Доутри показалось, что кок, называвший себя А Моем, не очень доволен таким распределением, но он не придал этому значения, а только мысленно отметил: «Любопытная штука — китаец, а считает для себя унизительным спать в одной каюте с собакой».</p>
     <p>Через полчаса, когда Доутри, покончив с уборкой кормовых кают, вернулся к себе, намереваясь послать Квэка за бутылкой пива, он заметил, что А Мой перетащил все свои пожитки на третью койку по правому борту. Таким образом, он оказывался в одном ряду с Доутри и Майклом, вторая же половина каюты оставалась целиком в распоряжении Квэка. Любопытство Доутри разгорелось.</p>
     <p>— Что ему на ум взбрело, этому китаезе? — обратился он к Квэку. — Не хочет спать на одной стороне с тобой. Почему, черт возьми? Ничего не понимаю. Я, ей-богу, на него рассержусь.</p>
     <p>— Может, китайца боится — моя будет его кушать? Квэк ухмыльнулся, — ему не часто случалось острить.</p>
     <p>— Ладно же, — решил стюард. — Мы доищемся, в чем тут дело. А ну, перетаскивай мои вещи на твою койку, а твои на мою.</p>
     <p>Когда это было сделано и Квэк, Майкл и А Мой очутились на одной стороне, а стюард в полном одиночестве на другой, Доутри отправился наверх и снова взялся за работу. Придя через некоторое время обратно, он обнаружил, что А Мой вновь перекочевал на левую сторону с той только разницей, что на этот раз облюбовал себе крайнюю койку.</p>
     <p>«Можно подумать, что этот мошенник ко мне неравнодушен», — улыбнулся про себя стюард.</p>
     <p>Он никак не мог взять в толк, почему А Мой всегда устраивается на противоположной от Квэка стороне.</p>
     <p>— Моя любит менять, — объяснил маленький кок, робко и заискивающе глядя на Доутри, когда тот однажды припер его к стене этим вопросом. — Всегда менять, много менять, понимаешь?</p>
     <p>Доутри покачал головой и ничего не понял, ибо раскосые глаза китайца теперь уже не останавливались с таким страхом на скрюченных пальцах левой руки Квэка и на его лбу, где кожу между глаз, чуть-чуть более темную и утолщенную, уже прорезали три короткие вертикальные линии, или морщинки, сообщавшие его лицу сходство со львом; «львиный лик» — называли врачи эту печать страшной болезни.</p>
     <p>Время шло, и стюард после пяти бутылок пива нередко забавлялся, меняясь койками с Квэком. И А Мой тоже неизменно перекочевывал на другую койку, но Доутри по-прежнему не замечал, что он никогда не занимал койки, на которой раньше спал Квэк. Не заметил он этого и тогда, когда А Мой, после того как Квэк уже перебывал на всех койках, сделал себе парусиновый гамак, подвесил его к потолку и с тех пор каждую ночь спокойно и мирно покачивался в нем.</p>
     <p>Доутри просто не задумывался над этим, раз и навсегда объяснив себе поведение кока непостижимостью китайского склада ума. Правда, он все же заметил, что в камбуз Квэк никогда не допускался. Заметил и еще одну странность, о которой отозвался в следующих выражениях: «Отродясь не видывал такого чистоплюя китайца. В камбузе — ни пылинки, и вокруг койки и вообще куда ни глянь. Только и знает, что мыться, или стирать свои простыни, или шпарить посуду кипятком. Ей-богу, он даже одеяла кипятит каждую неделю!»</p>
     <p>Может быть, стюард об этом не задумывался потому, что мысли его были заняты другим. Он внимательно присматривался к пяти обитателям кормовых кают, взвешивая все обстоятельства, старался учесть отношение каждого из пяти к этим обстоятельствам и друг к другу, — на все это требовалось немало времени. Кроме того, ведь «Мэри Тернер» неслась по волнам. А на свете нет бывалого моряка, который не интересовался бы курсом своего судна и ближайшим портом назначения.</p>
     <p>— Похоже, что мы движемся вдоль линии, которая проходит севернее Новой Зеландии, — сам себе говорил Доутри, раз сто украдкой заглянув в нактоуз. Но этим и исчерпывались сведения о курсе шхуны, которые ему удалось наскрести: капитан Доун сам вел наблюдения, к разработке их не допускал никого, даже помощника, и педантично запирал на ключ карту и вахтенный журнал. Правда, Доутри знал, что в каютах происходят жаркие споры, при которых на все лады склоняются широты и долготы; но это и все. Ему было строго-настрого внушено, что во время таких «совещаний» он волен находиться где угодно, кроме… каюты, в которой происходит «совещание». Однако он не мог не заметить, что все они заканчивались форменными баталиями: господа Доун, Нишиканта и Гримшоу кричали друг на друга, стучали кулаками по столу, и тишина в каюте воцарялась только тогда, когда они терпеливо и очень вежливо выспрашивали Старого моряка. Чем-то он их выводит из себя, втихомолку решил Доутри, но разгадать, чем именно, не мог.</p>
     <p>Старого моряка звали Чарльз Стоу Гринлиф. Это Доутри узнал от него самого, но больше ничего от него не добился, кроме несвязного бормотания о жаре на баркасе и сокровищах на глубине шести футов под слоем песка.</p>
     <p>— Здесь кто-то кого-то дурачит, а кто-то с удовольствием за этим наблюдает, — попробовал однажды стюард позондировать почву. — Я, например, уверен, что смотрю интересный спектакль. И чем больше я смотрю, тем больше восхищаюсь.</p>
     <p>Старый моряк посмотрел прямо в глаза стюарду своими белесыми, невидящими глазами.</p>
     <p>— На «Бдительном» все были молоды, почти мальчики, — пробормотал он.</p>
     <p>— Да, сэр, — охотно согласился Доутри. — Из ваших слов видно, что «Бдительный» с его молодой командой был веселый корабль. Не то, что наша шхуна, битком набитая стариками. Только я думаю, сэр, что эта молодежь не умела вести такую игру, какая ведется здесь, на борту. Я просто восхищаюсь ею, сэр.</p>
     <p>— Сейчас я вам кое-что скажу, — отвечал Старый моряк с таким таинственным видом, что Доутри даже наклонился к нему, желая получше расслышать. — Ни один из стюардов на «Бдительном» не умел так приготовить виски с содовой, как умеете вы. В ту пору еще не знали коктейлей, но херес и настойки у нас не переводились. И закусок было сколько угодно, самых лучших закусок.</p>
     <p>И вот еще что, — неожиданно продолжил он, как раз вовремя, чтобы предотвратить третью попытку Доутри разобраться в положении вещей на шхуне и в той роли, которую во всем этом играл Старый моряк. — Сейчас пробьет пять склянок, и я с удовольствием отведал бы перед обедом одного из ваших восхитительных коктейлей.</p>
     <p>После этого случая Доутри стал еще подозрительнее присматриваться к старику. Но с течением времени все больше убеждался, что Чарльз Стоу Гринлиф просто дряхлый старец, искренне убежденный в существовании клада в Южных морях.</p>
     <p>Как-то раз, надраивая медные поручни трапа, Доутри подслушал, как старик рассказывал Гримшоу и армянскому еврею, откуда у него такой ужасный рубец и каким образом он лишился пальцев на левой руке. Эта парочка непрерывно подливала ему вина, надеясь, что у старика развяжется язык и они вытянут из него еще какие-нибудь дополнительные сведения.</p>
     <p>— Это было на баркасе, — донесся до ушей стюарда шамкающий старческий голос. — На одиннадцатый день вспыхнул бунт. Все мы, на корме, оказали дружное сопротивление. То было подлинное безумие. Мы тяжко страдали от голода, но много страшнее была жажда. Из-за воды все и началось. Мы, видите ли, слизывали росу с лопастей весел, с планшира, с банок и внутренней стороны обшивки. Каждый из нас имел право утолять жажду только на своем участке. Так, например, румпель и половина кормовой обшивки правого борта стали неприкосновенной собственностью второго офицера. И никто из нас не позволял себе посягнуть на его права. Третий офицер, восемнадцати лет от роду, был прелестный и отважный мальчик. Он разделял со вторым офицером право на поверхность кормовой обшивки. Они провели разграничительную линию и, вылизывая скудную влагу, осевшую за ночь, ни сном, ни духом не помышляли о возможности захвата соседней территории. Это были подлинно честные люди.</p>
     <p>Не так обстояло дело с матросами. Они пререкались из-за каждой росинки, и ночью, накануне событий, о которых я вам рассказываю, один пырнул другого ножом за такую кражу. В ту ночь, дожидаясь часа, когда роса пообильнее выпадет на принадлежащую мне поверхность, я услышал, как кто-то уже слизывает ее с планшира, бывшего моей собственностью от задней банки до самой кормы. Я очнулся от забытья, в котором мне представлялись кристально чистые источники и полноводные реки, и прислушался, боясь, что негодяй проникнет в мои владения.</p>
     <p>Он и вправду приближался к ним, и я уже слышал, как он с кряхтеньем и стонами водит языком по влажным доскам, точно лошадь в ночном, щиплющая траву где-то все ближе и ближе.</p>
     <p>По счастью, в руках у меня была уключина, я готовился слизать с нее скудные капли. Я не знал, кто преступник, но когда этот человек добрался до моих владений и, кряхтя, начал слизывать драгоценную влагу, я размахнулся. Уключина треснула его прямо по носу — это оказался наш боцман, — и бунт вспыхнул. Нож боцмана полоснул меня по лицу и отрезал мне пальцы. Третий офицер, восемнадцатилетний юноша, дрался бок о бок со мной. Он спас меня, и, за минуту до того, как я лишился сознания, мы вдвоем выкинули тело боцмана за борт.</p>
     <p>В каюте зашаркали ногами и задвигали стульями, так что Доутри вновь принялся за оставленную было чистку. Усердно натирая медные поручни, он потихоньку беседовал сам с собой: «Старик, видно, побывал в изрядных переделках. Впрочем, на море чего-чего только не случается».</p>
     <p>— Нет, — снова послышался тонкий фальцет Старого моряка, отвечающего на чей-то вопрос. — Я потерял сознание не от ран. Напряженная борьба потребовала всех моих сил. Я был очень слаб. Что же касается ран, то в моем организме было так мало влаги, что они почти не кровоточили. Но самое удивительное, что в тех условиях раны так быстро затянулись. Второй офицер зашил их на следующий день иголкой, которую сделал из костяной зубочистки, нитками, надерганными из куска старой просмоленной парусины.</p>
     <p>— Разрешите узнать, мистер Гринлиф, — услышал Доутри голос Симона Нишиканты, — были ли перстни на ваших отрезанных пальцах?</p>
     <p>— Да, и один очень красивый. Я нашел его потом на дне баркаса и подарил торговцу сандаловым деревом, который спас меня. В этом перстне был большой алмаз. Я заплатил за него сто восемьдесят гиней английскому моряку в Барбадосе. Он, вероятно, украл его, — такой алмаз, несомненно, стоил дороже. Это был прекрасный камень. Имейте в виду, что торговец сандаловым деревом не только спас мне жизнь за этот камень, но истратил еще сотни фунтов на мою экипировку и вдобавок купил мне билет от острова Четверга до Шанхая.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Вечером Доутри услышал, как Симон Нишиканта, стоя на неосвещенном полуюте, говорил Гримшоу:</p>
     <p>— Его перстни не идут у меня из головы. В наше время ничего подобного не увидишь. Это действительно старинные перстни. Не те, что теперь называются мужскими кольцами, — такие вещи в старину носили настоящие джентльмены, — я хочу сказать: знатные люди. Хорошо бы, что-нибудь подобное попало мне в заклад. Эти штучки стоят больших денег.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Должен тебе сказать, Киллени-бой, что я, пожалуй, еще до конца плавания пожалею: зачем я согласился на жалованье, а не потребовал доли в прибылях, — так Доутри поверял Майклу свои сокровенные мысли, осушая на сон грядущий шестую бутылку пива, в то время как Квэк разувал его. — Верь мне, Киллени, этот старый джентльмен знает, что говорит, он в свое время был молодец хоть куда. Ни за что ни про что людям пальцев не отрубают, и лица не исполосовывают, и колец, от которых у еврея-ростовщика слюни текут, тоже никто спроста не носит.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Однажды, когда «Мэри Тернер» была еще в открытом море, Дэг Доутри, сидя в трюме среди бочонков с пресной водой и покатываясь со смеху, перекрестил шхуну в «Корабль дураков». Но это случилось несколько позднее. А до тех пор он с таким рвением выполнял свои обязанности, что даже капитан Доун ни к чему не мог придраться.</p>
     <p>Всего усерднее стюард служил Старому моряку, который сделался предметом его восхищения, пожалуй, даже любви. Старик очень отличался от своих компаньонов. Это были корыстолюбцы, и вся жизнь для них сводилась к погоне за долларами. Доутри, по характеру великодушный и беспечный, не мог не оценить широкой натуры Старого моряка, видимо, любившего когда-то пожить в свое удовольствие и всегда ратовавшего за то, чтобы сокровища, которые им предстояло отыскать, были честно поделены между всеми.</p>
     <p>— Вы не останетесь в накладе, стюард, даже если мне придется разделить с вами свою долю, — частенько заверял он Доутри, когда тот бывал к нему особенно внимателен. — Там груды, груды сокровищ. А я человек одинокий, и жить мне осталось недолго, куда же мне так много.</p>
     <p>Итак, «Корабль дураков» плыл дальше, и все люди на нем только и знали, что дурачить друг друга, начиная с ясноглазого добродушного финна, которому запах сокровищ так нащекотал ноздри, что он подделал ключ и регулярно выкрадывал из запертого стола капитана Доуна вахтенный журнал с отметками о ежедневном местонахождении судна, и кончая коком А Моем, всячески сторонившимся Квэка, но ни разу не намекнувшим об опасности, которой подвергались пассажиры и команда, соприкасаясь с носителем страшной заразы.</p>
     <p>Сам Квэк о своей болезни не думал и не беспокоился. Он знал, что люди, случается, хворают ею, но болей он, собственно, никаких не испытывал, и в его курчавую голову никогда не закрадывалась мысль, что его хозяин и не подозревает о болезни. По той же самой причине он не догадывался, почему А Мой старается не подпускать его к себе. Да и вообще ничто не тревожило Квэка. Божество, которое он чтил превыше всех божеств моря и джунглей, было тут, возле него, а там, где бог, — даже если этот бог стюард, — там и рай.</p>
     <p>То же самое испытывал и Майкл. Как Квэк любил, более того — обожал шестиквартового Доутри, так же любил и обожал его Майкл. Для Майкла и Квэка ежедневное, ежечасное лицезрение Дэга Доутри было равносильно постоянному пребыванию в лоне Авраамовом <a l:href="#n_480" type="note">[480]</a>. Господа Доун, Нишиканта и Гримшоу поклонялись идолу — золоту. Бог Квэка и Майкла был живой бог; они ежедневно слышали его голос, ощущали тепло его рук, в каждом прикосновении чувствовали биение его сердца.</p>
     <p>Не было у Майкла большей радости, чем часами сидеть с Доутри и вторить мелодиям, которые тот пел или мурлыкал себе под нос. Более одаренный, чем Джерри, Майкл еще быстрее все усваивал, а поскольку его учили петь, то он и пел, так, как Вилле Кеннан не удавалось заставить петь Джерри.</p>
     <p>Майкл мог провыть, вернее — пропеть (настолько его вой был мелодичен и приятен для слуха) любую песню, которую напевал ему стюард, учитывая возможность его диапазона. Мало того, он мог петь и один совсем простые мелодии, вроде «Родина любимая моя», «Боже, храни короля» и «Спи, малютка, спи».</p>
     <p>Бывало и так, что стюард, отойдя подальше, только чуть слышно давал ему тон, а Майкл уже поднимал морду кверху и пел «Шенандоа» и «Свези меня в Рио».</p>
     <p>Случалось, что и Квэк, когда стюарда не было поблизости, доставал свой варганчик, и Майкл, зачарованный наивными звуками этого примитивного инструмента, пел вместе с ним варварские заклинания острова Короля Вильгельма. Вскоре, к величайшему восторгу Майкла, появился еще один маэстро. Звали этого маэстро — Кокки. Во всяком случае, так он назвал себя, представляясь Майклу при первой встрече.</p>
     <p>— Кокки, — храбро объявил он, нимало не испугавшись и даже не сделав попытки к бегству, когда Майкл свирепо бросился на него. И человеческий голос, голос бога, исходивший из горла крохотной белоснежной птички, заставил Майкла попятиться. При этом он усиленно нюхал воздух, ища глазами человека, только что говорившего с ним. Но человека не было… Был только маленький какаду, который, дерзко покачивая головкой, повторил: «Кокки!»</p>
     <p>Еще в Мериндже, чуть ли не в первые дни жизни Майкла, ему было внушено, что куры неприкосновенны. Собаке не только не полагалось нападать на кур, столь почитаемых мистером Хаггином и окружавшими его белыми богами, — напротив, ей вменялось в обязанность охранять их. А это создание — безусловно не курица, а скорей пернатый обитатель джунглей, то есть законная добыча всякого пса, — вдруг заговорило с ним голосом бога.</p>
     <p>— Убери лапу! — скомандовало таинственное существо так повелительно, так по-человечески, что Майкл опять стал озираться вокруг: кто же это все-таки говорит?</p>
     <p>— Убери лапу! — опять послышалась команда крохотного пернатого создания. Затем визгливый голос, до невозможности похожий на голос А Моя, выпалил целый поток китайских слов, так что Майкл опять, правда, в последний раз, огляделся в поисках невидимого болтуна.</p>
     <p>Тут Кокки разразился диким, пронзительным хохотом, и Майкл, насторожив уши и склонив голову набок, уловил в этом хохоте отдельные нотки смеха множества знакомых ему людей.</p>
     <p>И Кокки, создание в несколько унций весом, футлярчик из тончайших косточек и горсти перьев, в котором, однако, билось сердце, такое же большое и храброе, как многие сердца на «Мэри Тернер», тут же стал другом, товарищем, даже повелителем Майкла. Сплошной комочек дерзости и отваги, Кокки немедленно завоевал его уважение. Майкл, который нечаянным движением лапы мог переломить тонкую шейку Кокки и навеки угасить его светящиеся отвагой глазки, сразу же понял, что с ним следует обходиться бережно, и дозволял ему тысячи вольностей, которых никогда бы не дозволил Квэку.</p>
     <p>В Майкле прочно укоренился, унаследованный, верно, от самой первой собаки на земле, инстинкт «защиты пищи». Он никогда не думал об этом, и кусок мяса, до которого он уже дотронулся лапой и к которому хоть раз прикоснулся зубами, защищал так же непроизвольно, как непроизвольно билось его сердце и легкие вдыхали воздух. Одному стюарду, и то благодаря огромному усилию воли и самообладанию, он разрешал трогать пищу после того, как сам дотронулся до нее. Даже Квэк, обычно кормивший Майкла по инструкциям Доутри, знал раз и навсегда, что его пальцам не уцелеть, если он дотронется до пищи, уже поступившей в распоряжение собаки. И только Кокки, крохотный комочек перьев, мимолетная вспышка жизни и света с голосом бога, дерзко и храбро нарушал табу — неприкосновенность пищи.</p>
     <p>Усевшись на край Майкловой миски, этот маленький храбрец, выпорхнувший из тьмы на свет жизни, этот огонек, блеснувший во мраке, взъерошив свой ярко-розовый хохолок, то расширяя, то вновь суживая черные бусинки глаз и повелительно покрикивая, как свойственно богам, заставлял Майкла отступать и неторопливо выбирал самые лакомые кусочки, из его порции. А все потому, что Кокки знал, прекрасно знал, как обходиться с Майклом. Непреклонный в своих требованиях, он умел озорничать и задираться, как пьяный гуляка, но умел и неотразимо обольщать, точно первая женщина, изгнанная из рая, или последняя в поколении Евиных дочерей. Когда Кокки взбирался на Майкла и, прыгая на одной лапке, другой теребил его загривок или, прильнув к его уху, ласкался к нему, жесткая шерсть Майкла ложилась шелковыми волнами, глаза его принимали блаженно-идиотское выражение, и он готов был исполнить любое желание, любой каприз Кокки.</p>
     <p>Кокки так сдружился с Майклом еще и потому, что А Мой быстро отказался от своей птицы. А Мой купил ее за восемнадцать шиллингов в Сиднее у одного матроса, с которым торговался битый час. Но когда в один прекрасный день он увидел, что Кокки сидит на скрюченных пальцах левой руки Квэка и неумолчно болтает, он почувствовал к нему такое отвращение, что даже позабыл о своих восемнадцати шиллингах.</p>
     <p>— Хочешь птица? Любишь птица? — предложил А Мой.</p>
     <p>— Менять, моя будет менять, — отвечал Квэк, считая само собой разумеющимся, что ему предлагают меновую сделку, и уже волнуясь, не льстится ли старикашка на его драгоценный варганчик.</p>
     <p>— Нет менять, — заявил А Мой. — Хочешь птица, бери птица.</p>
     <p>— Как бери птица? — удивился Квэк. — А если у меня нет, чего твоя надо?</p>
     <p>— Нет менять, — повторил А Мой. — Хочешь птица, любишь птица — бери. Все.</p>
     <p>И вот смелый пернатый комочек жизни с отважным сердцем, прозванный людьми «Кокки», да и сам так именовавший себя, родившийся на Новых Гебридах, в девственном лесу острова Санто, пойманный там в силок чернокожим людоедом и проданный за шесть палочек табаку и каменный топор умиравшему от лихорадки шотландскому купцу, который со своей стороны за четыре шиллинга перепродал его работорговцу, далее обмененный на черепаховый гребень — изделие английского кочегара по староиспанскому образцу, — проигранный потом в покер тем же кочегаром и отданный следующим своим владельцем за старый аккордеон стоимостью по меньшей мере двадцать шиллингов и, наконец, за восемнадцать шиллингов попавший в руки старого судового кока А Моя, сорок лет назад зарезавшего в Макао свою молодую жену-изменницу и скрывшегося на первом попавшемся судне, — Кокки, смертный или бессмертный, как всякая искорка жизни на нашей планете, стал собственностью Квэка, прокаженного папуаса <a l:href="#n_481" type="note">[481]</a>, раба некоего Дэга Доутри, в свою очередь, бывшего слугой других людей, которым он смиренно говорил: «слушаюсь, сэр», «никак нет, сэр» и «благодарю вас, сэр».</p>
     <p>Майкл сыскал себе и еще одного друга, хотя Кокки не разделял его симпатий. Это был Скрэпс, неуклюжий щенок ньюфаундленд, не имевший другого хозяина, кроме шхуны «Мэри Тернер»; ни один человек из ее команды не предъявлял на него прав, не желая сознаться, что именно он привел щенка на борт. Щенка назвали Скрэпсом, и, не будучи ничьей собственностью, он был собственностью всех, — так что мистер Джексон, например, посулил снести А Мою голову с плеч, если тот будет плохо кормить щенка, а Сигурд Хальверсен попросту вздул на баке Генрика Иертсена, когда тот пнул сапогом Скрэпса, путавшегося у него в ногах. И это еще не все. Когда жирный колосс Симон Нишиканта, как барышня, любивший писать нежные и расплывчатые акварельные картинки, запустил складным стулом в Скрэпса, ненароком толкнувшего его мольберт, громадная рука Гримшоу так тяжело опустилась на плечо ростовщика, что он закрутился на месте и едва не шлепнулся на палубу, а плечо его еще долго было покрыто синяками и здорово ныло…</p>
     <p>Майкл, хотя уже и взрослый пес, был по природе до того весел и добродушен, что наслаждался нескончаемой возней со Скрэпсом. В сильном теле Майкла жил столь сильный инстинкт игры, что под конец щенок уже изнемогал и валился на палубу, задыхаясь, смеясь и беспомощно отбиваясь передними лапами от притворно яростных атак Майкла, притворных, несмотря на то, что забияка Скрэпс был раза в три больше его, а о тяжести своих лап, да и всего тела, помышлял так же мало, как слоненок, топчущий поросшую маргаритками лужайку. Отдышавшись, Скрэпс опять принимался за свое, а уж Майкл и подавно от него не отставал. Эти игры были прекрасной тренировкой для Майкла, укреплявшей его физически и духовно.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Так вот и продолжалось плавание на «Корабле дураков». Майкл возился со Скрэпсом, почитал Кокки, который то помыкал им, то ласкался к нему, и пел со своим обожаемым стюардом; Доутри ежедневно выпивал шесть кварт пива, каждое первое число получал жалованье и пребывал в убеждении, что Чарльз Стоу Гринлиф — лучший человек на борту «Мэри Тернер»; Квэк, не думая о том, что кожа у него на лбу все темнеет и утолщается по мере развития страшной болезни, усердно служил своему господину и любил его; А Мой бегал от папуаса, как от чумы, мылся по нескольку раз на дню и каждую неделю кипятил свои одеяла; капитан Доун вел судно и думал только о своем доходном доме в Сан-Франциско; Гримшоу, сложив на колоссальных коленях похожие на окорока руки, издевался над ростовщиком, требуя, чтобы тот вложил в предприятие сумму, не меньшую, чем вложил он, Гримшоу, со своих пшеничных доходов; Симон Нишиканта вытирал потную шею грязным носовым платком и с утра до вечера писал акварели; помощник, вооруженный подобранным ключом, с удивительной методичностью выкрадывал вахтенный журнал из стола капитана; а Старый моряк тешил свою душу шотландским виски с содовой, курил благоуханные гаванские сигары — три штуки на доллар, — припасенные для участников экспедиции, и бормотал что-то о «геенне огненной» на баркасе, о безымянных пунктах и сокровищах, скрытых под слоем песка.</p>
     <p>Та часть океана, которую бороздила сейчас шхуна, по мнению Доутри, ровнешенько ничем не отличалась от всего остального океана. Полоса земли нигде не прорезала водного пространства. Извечный, неизменный круг, замкнутый горизонтом, и в центре его — судно. Только компас позволял определить курс «Мэри Тернер». Солнце безусловно вставало на востоке и безусловно садилось на западе, что, разумеется, подтверждалось девиацией и склонением компаса, а по ночам светила и созвездия свершали свой неизменный путь по небосводу.</p>
     <p>И в этой части океана матросы дежурили на марсе с рассвета до сумерек, когда «Мэри Тернер» ложилась в дрейф. Время шло, цель, по словам Старого моряка, приближалась, и трое акционеров предприятия стали сами подниматься на мачты. Гримшоу удовольствовался тем, что стоял на салинге грот-мачты. Капитан Доун залезал выше и устраивался на фок-мачте, верхом на формарса-рее. А Симон Нишиканта, забросив вечное писание моря и неба во всех их оттенках, достойное кисти молоденькой пансионерки, поддерживаемый и подпираемый двумя худощавыми ухмыляющимися матросами, карабкался по выбленкам бизань-мачты и, с трудом взобравшись на салинг, подносил к глазам, затуманенным жаждой золота, лучший из невыкупленных у него биноклей, впиваясь взором в залитую солнцем водную гладь.</p>
     <p>— Странно, — бормотал Старый моряк, — в высшей степени странно. Те самые места. Ошибки быть не может. Я полностью доверился нашему третьему помощнику. Ему едва минуло восемнадцать, но он управлял кораблем лучше самого капитана. Разве после восемнадцати дней пути он не привел баркас к коралловому острову? На утлой лодчонке, без компаса, с одним только секстаном. Он умер, но курс, который он, умирая, наметил мне, был настолько правилен, что я достиг атолла на следующий же день после того, как его тело было предано океану.</p>
     <p>Капитан Доун пожимал плечами и вызывающим взглядом отвечал на недоверчивый взгляд армянского еврея.</p>
     <p>— Уйти под воду остров не мог, — спешил нарушить неприятное молчание Старый моряк — Ведь это остров, а не банка или риф. Высота Львиной Головы — три тысячи восемьсот тридцать пять футов. Капитан и помощник при мне триангулировали ее.</p>
     <p>— Я прочесал все море, — сердито прерывал его капитан Доун, — а гребень у меня не настолько редкий, чтобы между его зубьями мог проскочить пик в четыре тысячи футов высотой…</p>
     <p>— Странно, странно, — бурчал Старый моряк то ли в ответ на свои мысли, то ли обращаясь к охотникам за сокровищами, и вдруг с просветлевшим лицом воскликнул: — Ну конечно же, капитан Доун, изменилось склонение! Приняли ли вы во внимание изменения, которые неизбежно должны были произойти за полстолетия? Насколько я понимаю, хотя мало что смыслю в навигации, в ту пору склонение магнитной стрелки не было так подробно и точно изучено, как в наши дни.</p>
     <p>— Широта всегда была широтой, а долгота долготой, — отвечал капитан. — Склонение и девиация принимаются в расчет при прокладке курса и счислении пути.</p>
     <p>Поскольку для Симома Нишиканты все это было китайской грамотой, он предпочел встать на сторону Старого моряка.</p>
     <p>Но Старый моряк был человеком учтивым. Согласившись с мнением еврея, он спешил воздать должное и словам капитана.</p>
     <p>— Какая жалость, — заметил он, — что у вас, капитан, только один хронометр. Возможно, что тут все дело в хронометре. Как это вы вышли в море, не запасшись вторым хронометром?</p>
     <p>— Что касается меня, то я был согласен на два, — защищался еврей. — Вы свидетель, Гримшоу!</p>
     <p>Фермер нехотя кивнул, а капитан злобно воскликнул:</p>
     <p>— На два, но не на три!</p>
     <p>— Да, но если два все равно что один, как вы сами сказали, — Гримшоу может это подтвердить, — то три все равно что два, только расход лишний.</p>
     <p>— Но если у вас два хронометра, как вы определите, который из них врет? — осведомился капитан Доун.</p>
     <p>— Понятия не имею, — отвечал ростовщик, скептически пожимая плечами. — Если вы не можете определить, который из двух врет, так как же вы определите, какой врет из двадцати? С двумя по крайней мере пятьдесят процентов вероятности, что врет либо тот, либо другой.</p>
     <p>— Но неужели вы не в состоянии понять…</p>
     <p>— Я отлично понимаю, что все ваши навигационные разговоры — сущий вздор. У меня в ссудных кассах работают четырнадцатилетние мальчишки, которые больше вас смыслят в мореплавании. Спросите их: если два хронометра — все равно что один, то почему две тысячи хронометров лучше, чем один? Они вам в секунду ответят, что если два доллара не лучше одного, так и две тысячи не лучше. Тут достаточно простейшего здравого смысла.</p>
     <p>— Нет, вы не правы в основном, — вмешался Гримшоу. — Я уж тогда говорил, что если мы принимаем в долю капитана Доуна, то только потому, что нам нужен опытный моряк; мы с вами в навигации ни черта не смыслим. Вы со мной согласились, а как дошло до покупки трех хронометров, так сделали вид, что не хуже его разбираетесь в мореплавании. На самом деле вы просто испугались расхода. Боязнь потратиться — единственная идея, которую вмещает ваша башка. Вы только и думаете, как бы не переплатить несколько центов за лопату, которой вы будете вырывать из земли клад в десять миллионов долларов.</p>
     <p>Дэг Доутри поневоле слышал иногда эти разговоры, походившие скорей на перебранку, чем на деловое совещание. Кончались они непременно тем, что в Симона Нишиканту, по морскому выражению, «вселялся черт». Обозленный, он часами ни с кем не разговаривал и никого не слушал. Засев по обыкновению за свои акварели, он внезапно приходил в ярость, рвал их в клочья и топтал ногами, затем вдруг доставал свое крупнокалиберное автоматическое ружье, усаживался на носу шхуны и пытался подстрелить какого-нибудь отбившегося от стаи дельфина, тунца или гринду. Видно, у него становилось легче на душе, когда, всадив пулю в тело плещущегося на волнах пестро окрашенного морского животного, он навек прекращал буйную, радостную игру этого существа и смотрел, как оно, перевернувшись на бок, медленно погружается в смертный мрак морской пучины.</p>
     <p>Когда вблизи резвилось стадо китов и Нишиканте удавалось причинить боль хотя бы одному из них, он был на верху блаженства. Его пуля, словно бич, впивалась в тело левиафана <a l:href="#n_482" type="note">[482]</a>, и тот, как жеребенок, которого нежданно огрели кнутом, подскакивал в воздух или, вдруг взмахнув могучим хвостом, исчезал под водой и бешено мчался прочь, вспенивая поверхность океана, пока, наконец, не скрывался с глаз.</p>
     <p>Старый моряк только грустно покачивал головой, а Дэг Доутри, который тоже страдал от этого бесцельного мучительства безобидных животных, спешил для успокоения старика принести ему его любимую сигару. Гримшоу презрительно кривил губы и бормотал:</p>
     <p>— Экий мерзавец! Вот уж подлец так подлец! Ни один человек, в котором еще осталось что-то человеческое, не станет вымещать свою злобу на этих безобидных созданиях. Я с детства знаю таких типов: если он вас невзлюбит или обидится за то, что вы посмеялись над его плохим ответом по грамматике или арифметике, так он способен в отместку убить вашу собаку… или — еще того лучше — отравить ее. В доброе старое время в Колусе мы таких типов просто-напросто вздергивали на сук — для оздоровления воздуха.</p>
     <p>Однажды и капитан Доун решительно запротестовал против подобных забав.</p>
     <p>— Послушайте-ка, Нишиканта, — побледнев, проговорил он трясущимися от гнева губами. — То, что вы делаете, — пакость, и ничего, кроме пакости, из этого не получится. Я знаю, что говорю. Вы не имеете права всех нас подвергать опасности из-за ваших дурацких затей. Лоцманское судно «Анни Майн», входившее в гавань Сан-Франциско, было потоплено китом у Золотых ворот <a l:href="#n_483" type="note">[483]</a>. Я сам, будучи вторым помощником на бриге «Бернкасль», по две вахты простаивал у насоса на пути в Хакодате, откачивая воду, потому что кит пробил борт нашего судна. А разве трехмачтовое китобойное судно «Эссекс» не пошло ко дну у западных берегов Южной Америки только потому, что кит разнес его в щепы, так что команде пришлось тысячу двести миль добираться на шлюпках до земли?</p>
     <p>Симон Нишиканта, злобствуя и не удостаивая капитана ответом, продолжал донимать пулями последнего кита, не успевшего скрыться из его поля зрения.</p>
     <p>— Я помню эту историю с китобоем «Эссекс», — обратился Старый моряк к Дэгу Доутри. — Они подранили самку кита с детенышем. На «Эссексе» было еще две трети запаса воды. Он затонул в течение часа. А судьба одной из шлюпок так и осталась неизвестной.</p>
     <p>— Другую, кажется, занесло на Гавайи, сэр? — почтительно осведомился Доутри. — Помнится, лет тридцать назад я встретил в Гонолулу одного старикашку, который утверждал, что служил гарпунером на судне, потопленном китом у берегов Южной Америки. С тех пор я больше ничего об этой истории не слышал, пока вы, сэр, сейчас не заговорили о ней. Как вы полагаете, сэр, ведь речь, вероятно, шла именно об этом судне?</p>
     <p>— Да, если только два разных судна не были потоплены китами у Западных берегов, — отвечал Старый моряк. — Что касается «Эссекса», то это не подлежит сомнению и стало уже историческим фактом. Так что человек, которого вы встретили, скорей всего принадлежал именно к команде «Эссекса».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Капитан Доун работал с утра до ночи, ловя солнце, колдуя над уравнением времени, рассчитывая аберрацию, вызванную движением земли по ее орбите, и прокладывая Сомнеровы линии до тех пор, пока у него голова не начинала идти кругом.</p>
     <p>Симон Нишиканта открыто издевался над навигационными талантами капитана, продолжал писать акварели, когда находился в безмятежном настроении, и стрелять китов, морских птиц и все, что вообще можно подстрелить, когда состояние духа у него было подавленное и злобное оттого, что пик Львиная Голова — остров сокровищ Старого моряка — упорно не показывался над волнами.</p>
     <p>— Я вам докажу, что я не скряга, — заявил однажды Нишиканта, после того как он добрых пять часов жарился на мачте, наблюдая за морем. — Скажите-ка, капитан, какую сумму, по-вашему, мы должны были истратить в Сан-Франциско на покупку хороших хронометров, разумеется, подержанных?</p>
     <p>— Примерно долларов сто, — отвечал капитан.</p>
     <p>— Отлично. Я неспроста этим заинтересовался. Расход должен был быть поделен между нами тремя. А теперь я целиком беру его на себя. Объявите матросам, что я, Симон Нишиканта, плачу сто золотых долларов тому, кто первый увидит землю на широте и долготе, указанных мистером Гринлифом.</p>
     <p>Но матросам, облепившим мачты, суждено было испытать горькое разочарование: всего два дня и пришлось им наблюдать за водными просторами в надежде на щедрую награду. И произошло это не только по вине Дэга Доутри, — хотя того, что он намеревался сделать, и того, что он сделал, тоже было бы достаточно, чтобы прекратить наблюдения.</p>
     <p>Однажды, спустившись в трюм под кормовыми каютами, он вздумал пересчитать ящики с пивом, доставленные на борт специально для него. Пересчитав их, он усомнился в правильности своего счета, чиркнул несколько спичек, опять пересчитал, затем излазил весь трюм в надежде обнаружить еще несколько куда-то запропастившихся ящиков.</p>
     <p>Доутри уселся под люком и с добрый час просидел погруженный в размышления. Это все штуки еврея, — решил он. — Того самого, который согласился снабдить «Мэри Тернер» двумя хронометрами, но не тремя и сам же подписал контракт с ним, Доутри, где черным по белому стояло, что «стюард должен быть обеспечен пивом на все время плавания из расчета шесть кварт в день». Потом он еще раз пересчитал ящики, чтобы убедиться окончательно. Ящиков было три. И поскольку в каждом из них хранилось две дюжины кварт, а его ежедневная порция составляла полдюжины, то с полной очевидностью выяснилось, что этого запаса ему достанет не более как на двенадцать дней. А за двенадцать дней они только-только доберутся из этих неведомых морских просторов до ближайшего порта, где можно обновить запас пива.</p>
     <p>Приняв решение, стюард не стал даром терять времени. Часы показывали без четверти двенадцать, когда он вылез из трюма, закрыл люк и стал торопливо накрывать на стол. Обнося кушанья во время обеда, он едва удержался от соблазна вывернуть миску горохового супа на голову Симона Нишиканты. И удержало его только решение, принятое им: безотлагательно приступить к действиям в трюме, где хранились бочки с пресной водой.</p>
     <p>В три часа, когда Старый моряк, вероятно, дремал в своей каюте, а капитан Доун, Гримшоу и половина вахтенных влезли на мачты в надежде вырвать наконец у сапфировых вод океана пресловутую Львиную Голову, Дэг Доутри спустился в главный трюм. Здесь, оставляя лишь узкий проход, вдоль борта длинными рядами лежали заклиненные бочки с пресной водой.</p>
     <p>Доутри вытащил из-за пазухи коловорот, а из кармана штанов полудюймовую перку. Затем, опустившись на колени, принялся сверлить дно первой бочки, пока вода, хлынув на пайол, не начала утекать сквозь доски настила. Он работал быстро, продырявливая бочку за бочкой по всему ряду, уходившему в глубину трюма Дойдя до конца первого ряда, он остановился и прислушался к журчанию множества маленьких ручейков. И тут его острый слух уловил такое же журчание справа, в направлении следующего ряда. Прислушавшись повнимательнее, он уже мог бы поклясться, что слышит, как и там перка впивается в неподатливое дерево.</p>
     <p>Минутой позже, тщательно спрятав свои собственные инструменты, он опустил руку на плечо человека, которого не мог разглядеть в потемках. Человек этот, стоя на коленях и тяжело дыша, сверлил дно бочки. Преступник не сделал ни малейшей попытки к бегству, и, когда Доутри зажег спичку, он увидел перед собой Старого моряка.</p>
     <p>— Вот так штука! — пробормотал опешивший стюард. — Скажите на милость, какого черта вы выпускаете воду?</p>
     <p>Он почувствовал, что все тело старика сотрясается от нервной дрожи, и его сердце немедленно смягчилось.</p>
     <p>— Ладно, — прошептал он, — меня вам нечего бояться. Сколько бочек вы уже обработали?</p>
     <p>— Весь этот ряд, — послышался тихий ответ. — Вы не выдадите меня тем… наверху?</p>
     <p>— Выдать вас? — добродушно засмеялся Доутри. — Ведь мы, что греха таить, ведем одну и ту же игру, хотя зачем это вам понадобилось, не понимаю. Я только что расправился со своим рядом. А теперь, сэр, мой совет — уносите-ка отсюда ноги, пока проход свободен. Сейчас все наверху, и вас никто не заметит. Я здесь справлюсь один… воды останется… ну, скажем, дней на двенадцать.</p>
     <p>— Я хотел бы поговорить с вами… объяснить… — прошептал Старый моряк.</p>
     <p>— Хорошо, сэр, должен признаться, что я просто сгораю от любопытства. Я приду к вам в каюту минут через десять, и мы с вами спокойно побеседуем. Во всяком случае, что бы вы ни задумали — я с вами. Во-первых, потому, что мне важно поскорей добраться до порта, а во-вторых, потому, что я вас уважаю и люблю. А теперь поторапливайтесь, я буду у вас через десять минут.</p>
     <p>— Я вас очень люблю, стюард, — дрожащим голосом проговорил старик.</p>
     <p>— И я вас, сэр; поверьте, много больше, чем этих трех мошенников. Но об этом после. Ступайте скорее отсюда, а я выпущу оставшуюся воду.</p>
     <p>Четверть часа спустя, когда три мошенника все еще торчали на мачтах, Чарльз Стоу Гринлиф сидел у себя в каюте, попивая виски с содовой, а Дэг Доутри стоял по другую сторону стола и тянул пиво прямо из бутылки.</p>
     <p>— Может быть, вы и не догадываетесь, — начал Старый моряк, — но я уже четвертый раз отправляюсь за этими сокровищами.</p>
     <p>— Вы хотите сказать… — перебил его Доутри.</p>
     <p>— Вот именно. Никаких сокровищ нет. И никогда не было, так же как те было ни Львиной Головы, ни баркаса, ни безымянных пунктов.</p>
     <p>Доутри растерянно почесал в своей седеющей шевелюре и заметил:</p>
     <p>— Подумать только, что вы и меня провели. Ей-богу, я поверил в эти сокровища.</p>
     <p>— Признаюсь, мне приятно это слышать. Значит, я еще достаточно хитер, если мне удалось провести такого человека, как вы. Нетрудно надувать людей, которые только и думают, что о деньгах. Но вы другой породы. Вы не живете одной только мечтой о наживе. Я наблюдал, как вы обходитесь с вашей собакой. И с вашим слугой негром. Я наблюдал, как вы пьете свое пиво. И потому, что вам не мерещатся днем и ночью погребенные сокровища, вас труднее обмануть. Ничего нет легче, как одурачить корыстолюбцев. Они все одного поля ягода. Посулите им дело, дающее сто процентов прибыли, и они, как голодные щуки, кинутся на наживку. А если поманить их возможностью за доллар получить тысячу или десять тысяч долларов, так они и вовсе рехнутся. Я старый, очень старый человек. И я хочу только дожить свой век, но дожить не как-нибудь, а прилично, покойно, почтенно.</p>
     <p>— И вдобавок вы любите дальние путешествия? Я начинаю поднимать, сэр. Когда судно будто бы приближается к острову, где скрыты сокровища, случается что-нибудь непредвиденное — утечка пресной воды, например, — следовательно, возникает необходимость вернуться в порт, ну, а потом, потом… все сначала.</p>
     <p>Старый моряк кивнул, его выцветшие глаза заблестели.</p>
     <p>— Так было с «Эммой-Луизой». При помощи разных происшествий с водой и прочих ухищрений я заставил ее пробыть в плавании полтора года, не говоря уже о том, что они четыре месяца до отплытия еще содержали меня в одной из лучших гостиниц Нового Орлеана и аванс мне выплатили щедро, да, да, очень щедро.</p>
     <p>— Расскажите подробнее, сэр; мне очень интересно, — попросил Дэг Доутри, закончив свою несложную повесть о трех ящиках пива. — Это, ей-богу, недурная затея. Может, она и мне пригодится на старости лет; впрочем, даю вам слово, сэр, я вам поперек дороги не стану. Пока вы живы, сэр, я за такие штуки не возьмусь.</p>
     <p>— Прежде всего надо напасть на след денежных, очень денежных людей, чтобы никакие убытки не разорили их. Да и заинтересовать таких людей много легче.</p>
     <p>— Потому что они скоты, — перебил его стюард. — Чем больше денег, тем больше жадности.</p>
     <p>— Правильно, — продолжал Старый моряк. — Но в конце концов и они внакладе не остаются. Морские путешествия полезны для здоровья. Вот и выходит, что я не только не делаю им зла, а, напротив, пекусь об их благополучии.</p>
     <p>— Ну, а шрам у вас на лице и отрубленные пальцы? Значит, это не боцман полоснул вас ножом в той свалке на баркасе? Где же вы тогда, черт подери, обзавелись такими рубцами?.. Погодите минуточку, сэр. Сначала я долью ваш бокал.</p>
     <p>И вот, с полным бокалом в руке, Чарльз Стоу Гринлиф принялся рассказывать историю своих шрамов.</p>
     <p>— Прежде всего надо вам знать, стюард, что я джентльмен. Мое имя значилось в истории Соединенных Штатов еще задолго до того, как они стали Соединенными Штатами. Я был вторым по успехам в своем выпуске университета, какого именно, я умолчу. Кстати сказать, имя, под которым вы меня знаете, вымышленное. Я тщательно составил его из имен других людей. Мне очень не повезло. В дни юности я служил на корабле, но не на «Бдительном», его я просто выдумал, а теперь, на склоне лет, он кормит меня.</p>
     <p>Вы спрашиваете о моих шрамах и отрубленных пальцах? Вот как это было. Я ехал в пульмановском вагоне, и утром, когда почти все уже встали, произошло крушение. Вагон был переполнен, и мне накануне досталось верхнее место. Случилось это несколько лет назад. Я был уж стариком. Поезд шел из Флориды. На высокой эстакаде он столкнулся с другим. Вагоны сплющило, некоторые из них свалились с высоты в девяносто футов прямо на дно высохшего ручья. От этого ручья оставалась только галька да лужа футов десять диаметром и дюймов восемнадцать глубиной, и вот в эту-то лужу я и угодил.</p>
     <p>А случилось это так. Я успел обуться, натянуть штаны и рубашку и собирался соскочить вниз. Но в момент, когда я уселся на край койки и спустил ноги, паровозы столкнулись. Койки напротив, верхняя и нижняя, уже были застелены и прибраны.</p>
     <p>Сидя на койке и болтая ногами, я, конечно, понятия не имел — едем мы по эстакаде или по земле. Я сверзился с койки, как птичка, перелетел через проход, прошиб головой стекло противоположного окна и вылетел из него; сколько раз меня перевернуло в воздухе, пока я падал с высоты в девяносто футов, лучше не вспоминать, и… каким-то чудом я попал в эту самую лужу, В ней было всего восемнадцать дюймов глубины. Но я ударился о воду плашмя, и она смягчила падение. Из всего вагона в живых остался только я один. Вагон перевернуло футах в сорока от меня. И вытащили из него уже только мертвые тела. А я в своей луже был живехонек. Но когда я вышел из хирургического отделения больницы, на руке у меня недоставало четырех пальцев, а лицо было изуродовано вот этим шрамом… вдобавок, хотя ручаюсь, что вы и не подозреваете об этом, я лишился еще и трех ребер.</p>
     <p>О, жаловаться мне не приходилось. Подумайте о других пассажирах — они все были убиты. К сожалению, я ехал по бесплатному билету и не мог предъявить иск железнодорожной компании. Но так или иначе, а я единственный человек на свете, свалившийся с высоты в девяносто футов в лужу глубиной в восемнадцать дюймов и еще рассказывающий об этом. Будьте так добры, стюард, подлейте мне в стакан.</p>
     <p>Дэг Доутри исполнил просьбу старика и, до крайности взволнованный его рассказом, откупорил себе еще бутылку пива.</p>
     <p>— Продолжайте, продолжайте, сэр, — хрипло пробормотал он, вытирая губы. — Ну, а охота за сокровищами? Я до смерти хочу услышать, что было дальше. Ваше здоровье, сэр!</p>
     <p>— Можно сказать, что я родился с серебряной ложкой во рту, да только она расплавилась, и я стал точь-в-точь походить на блудного сына, ибо, кроме ложки, природа наградила меня еще шишкой гордости, которая не плавится ни при каких обстоятельствах. Дело в том, что моя семья, конечно, безотносительно к этой дурацкой железнодорожной катастрофе, а в силу разных причин до и после нее предоставила мне только одно право — право умереть, а я — я предоставил ей право жить. В этом все и дело. Я предоставил моей семье право жить. Да в конце концов вина ложилась не на нее. Я никогда не жаловался и никому ничего не говорил. Я просто расплавил остатки моей серебряной ложки — хлопок в Южных морях, кокосовые рощи в Тонго, каучук и красное дерево в Юкатане. И что же? В конце концов я спал в ночлежках Бауэри <a l:href="#n_484" type="note">[484]</a>, питался в обжорках Ист-Сайда и нередко до полуночи простаивал в очередях за куском хлеба у дверей благотворительных организаций, гадая, выстою я или свалюсь и потеряю сознание от голода.</p>
     <p>— И вы никогда ничего не просили у своей семьи? — с восхищением прошептал Доутри, когда старик остановился, чтобы перевести дыхание.</p>
     <p>Старый моряк распрямил плечи, высоко закинул голову, потом склонил ее и сказал:</p>
     <p>— Нет, никогда! Я попал в богадельню, или в сельский работный дом, как они это называют. Я жил хуже собаки. Шесть месяцев жил хуже собаки, а потом вдруг увидел луч света. Я принялся за постройку «Бдительного». Я строил его доска за доской, обшивал медью, облюбовывал мачты и шпангоуты, я набирал экипаж, размещал его на судне, затем я оснастил свой корабль с помощью богатых евреев и отплыл на нем в Южные моря — искать сокровища, погребенные под слоем песка.</p>
     <p>Да, — пояснил он, — все это я проделал в воображении, сидя узником в работном доме, среди сломленных жизнью людей.</p>
     <p>Лицо Старого моряка вдруг приняло мрачное, даже свирепое выражение, а тонкие пальцы стальным кольцом сдавили запястье Доутри.</p>
     <p>— Долгий и тяжкий путь пришлось мне пройти, прежде чем я выбрался из работного дома и сколотил немного денег для этой маленькой и жалкой авантюры с «Бдительным». Знайте, что мне два года пришлось проработать в тамошней прачечной за полтора доллара в неделю — и это, собственно, с одной только рукой, потому что много ли я мог сделать второй? Я сортировал грязное белье, складывал простыни и наволочки, и тысячи раз мне казалось, что моя бедная старая спина разламывается надвое, не говоря уже о нестерпимой боли в каждом дюйме тела — там, где у меня недостает ребер. Вы человек еще молодой…</p>
     <p>Доутри только усмехнулся и потеребил свои седые взлохмаченные волосы.</p>
     <p>— Да, вы еще молоды, стюард, — настойчиво и не без раздражения повторил Старый моряк. — Вы не испытали, что значит быть выброшенным из жизни. А человек в работном доме — выброшенный из жизни человек. В богадельнях не уважается не только возраст, куда там, но и самая жизнь человеческая. Как бы это объяснить вам? Человек не мертв. Но он и не жив. Он то, что было некогда живым человеком и теперь находится в стадии умирания. Как прокаженный. Или душевнобольной. Я это знаю. Когда я еще молодым человеком служил на корабле, один наш лейтенант сошел с ума. Временами он буйствовал, и мы боролись с ним, скручивали ему руки, в кровь избивали его, связывали, караулили, чтобы он не причинил вреда нам, себе или судну. Он, еще живой, умер для нас. Вы понимаете? Он перестал быть одним из нас, таким, как мы. Он стал иным. Да, да, именно — иным. Так вот и в богадельнях — мы, еще не погребенные, были иными. Вы слышали, что я там плел насчет геенны огненной на баркасе. Уверяю вас, что это еще увеселительная поездка по сравнению с жизнью в богадельне. Тамошняя пища, грязь, ругань, побои — это скотская, скотская жизнь!</p>
     <p>Два года я работал в прачечной за полтора доллара в неделю. Вы только представьте себе, Доутри, я, умудрившийся расплавить свою серебряную ложку, кстати сказать, довольно увесистую, работаю в прачечной! Представьте себе мои старые больные кости, мой старый желудок, еще помнящий гастрономические наслаждения юных лет, мое нёбо, еще не окончательно иссохшее и избалованное изысканными вкусовыми ощущениями, к которым я привык с детства, — да, да, стюард, я, привыкший транжирить, как скупец, трясся над этими полутора долларами, не позволяя себе истратить даже цента на табак, ни разу я не побаловал каким-нибудь лакомством свой желудок, измученный грубой, неудобоваримой и скудной пищей. Я выклянчивал скверный, дешевый табак у несчастных стариков, одной ногой стоящих в могиле. А когда я однажды утром обнаружил, что Сэмюэль Мерривэйл, мой сосед по палате, умер, я стремглав бросился обшаривать карманы его заплатанных штанов, зная, что он был обладателем полпачки табаку — все его достояние, — и только тогда сообщил о случившемся.</p>
     <p>Да, Доутри, я дрожал над этими полутора долларами. Поймите, я был узником, пропиливающим лазейку крохотным стальным напильником. И я пропилил ее!</p>
     <p>Он с таким торжеством выкрикнул эти слова, что голос у него сорвался. — Доутри, я пропилил себе лазейку!</p>
     <p>И Дэг Доутри с бутылкой пива в руках серьезно, от души проговорил:</p>
     <p>— Честь и хвала вам, сэр!</p>
     <p>— Благодарю вас, сэр, вы поняли меня, — просто и с достоинством отвечал Старый моряк, стукнув своим бокалом о бутылку Доутри; они выпили, глядя друг другу прямо в глаза.</p>
     <p>— Мне причиталось сто пятьдесят шесть долларов, когда я решил уйти из работного дома, — продолжал старик. — Но две недели я прохворал инфлюэнцой, а неделю плевритом; итак, я ушел от этих живых мертвецов, имея в кармане сто пятьдесят один доллар и пятьдесят центов.</p>
     <p>— Насколько я понимаю, сэр, — с нескрываемым восхищением перебил его Доутри, — тоненький напильник превратился в лом, и с его помощью вы сызнова проломили себе дорогу в жизнь.</p>
     <p>Изуродованное лицо и выцветшие глаза Чарльза Стоу Гринлифа светились счастьем, когда он опять поднял свой бокал.</p>
     <p>— Ваше здоровье, стюард. Вы хорошо это сказали. И вы все поняли. Я проломил себе вход в обитель жизни. Крохи, сколоченные мною за два года крестных мук, стали моим ломом. Подумать только! Такую сумму я в свое время, когда моя серебряная ложка еще не расплавилась, не задумываясь, ставил на карту! Но, как вы сказали, я, точно взломщик, вломился в жизнь и… попал в Бостон. Вы умеете образно выражаться, стюард. Ваше здоровье!</p>
     <p>Они снова чокнулись бокалом и бутылкой и выпили, глядя в глаза друг другу, причем каждый был убежден, что смотрит в честные и понимающие глаза.</p>
     <p>— Но это был непрочный лом, Доутри, и рычагом он мне служить не мог. Я снял номер в небольшом, но вполне пристойном отеле без пансиона. Я, кажется, уже сказал вам, что это было в Бостоне. О, как бережно обходился я со своим ломом! Я ел не больше, чем нужно для того, чтобы душа не рассталась с телом. Но других я потчевал вином, превосходным, умело выбранным вином, — потчевал с видом богатого человека, это внушало доверие к моим рассказам. А захмелев, притворно захмелев, Доутри, я начинал свои бредни о «Бдительном», о баркасе, о безымянных пунктах и о сокровищах, погребенных в песке, на глубине шести футов; сокровища в песке — это звучало романтично, действовало на психологию, мои рассказы имели привкус соленой морской воды, дерзких пиратских похождений в Испанских морях.</p>
     <p>Вы, наверное, заметили самородок, который я ношу в виде брелока? В ту пору я еще не мог приобрести его, но зато сколько ж я говорил о золоте, о калифорнийском золоте, о несметных количествах золотых самородков, о россыпях, открытых в сорок девятом году. Это было романтично и красочно. Позднее, после моего первого путешествия, я уже был в состоянии купить этот самородок. Он оказался приманкой, на которую люди клевали, как рыба. И, как рыба, заглатывали ее. Эти перстни — тоже приманка. Теперь таких не найдешь. Получив деньги, я тотчас же обзавелся ими. Возьмем, к примеру, этот самородок: я рассеянно играю им, рассказывая о несметных богатствах, погребенных в песке. Внезапно он вызывает во мне прилив воспоминаний. Я начинаю говорить о баркасе, о муках жажды и голода, о третьем помощнике, прелестном юноше, чьи щеки еще не знали прикосновения бритвы, он будто бы воспользовался ею как грузилом при попытке наловить рыбы.</p>
     <p>Но вернемся к моему пребыванию в Бостоне. Чего-чего только я не плел, будто бы под хмельком, моим новоявленным приятелям — безмозглым дуракам, людям, которых я презирал от всей души. Мои слова возымели действие, и в один прекрасный день какой-то молодой репортер явился проинтервьюировать меня относительно сокровищ и «Бдительного». Я был в негодовании, возмущался. Погодите, Доутри, погодите: в душе я ликовал, выставив за дверь этого юного репортера. Я не сомневался, что он уже выведал у моих «приятелей» множество разных подробностей. Утренние газеты на двух столбцах, снабженных интригующим заголовком, повторили мою басню. Ко мне стали являться различные посетители, которых я внимательно изучал. Многие рвались на поиски сокровищ, не имея гроша за душой. Я отделывался от них и, по мере того как таяли мои капиталы, еще больше урезывал себя в пище.</p>
     <p>И вот, наконец, он явился — мой славный, веселый доктор философии и изрядный богач к тому же. Сердце мое радостно забилось, когда я увидел его. Но в кармане у меня оставалось уже всего двадцать восемь долларов, а потом — смерть или богадельня. В душе я уже сделал выбор в пользу смерти, — все лучше, чем вернуться в эту компанию живых трупов, в богадельню. Но я не вернулся туда и не умер. Кровь молодого доктора зажглась при мысли о Южных морях, я заставил его почуять благоухание напоенного цветами воздуха тех дальних краев, вызвал перед его глазами прекрасные видения пассатных облаков, неба в дни, когда дуют муссоны, островов, поросших пальмами, и коралловых рифов.</p>
     <p>Веселый повеса, беззаботно-щедрый, бесстрашный, как львенок, гибкий и красивый, как леопард, он был немного сумасброден; его тонкий ум отличался необыкновенной затейливостью и прихотливостью. Вот послушайте, Доутри. Незадолго до отплытия «Глостера», купленной доктором рыбачьей шхуны, которая изяществом и быстроходностью превосходила многие яхты, он пригласил меня к себе — посоветоваться относительно экипировки. Мы перебирали его костюмы в гардеробной, когда он вдруг заметил:</p>
     <p>— Интересно, как леди отнесется к моей долгой отлучке? Может, мне взять ее с собой?</p>
     <p>А я и понятия не имел, что у него есть жена или дама сердца. На моем лице, видимо, выразилось удивление и недоверие.</p>
     <p>— Вот потому, что вы мне не верите, я и возьму ее в плавание. — Он захохотал безумно и зло, прямо мне в лицо. — Пойдемте, я вас представлю.</p>
     <p>Мы пришли в его спальню; он подвел меня прямо к кровати, откинул покрывало и показал спящую уже в течение многих тысячелетий мумию стройной египетской девушки.</p>
     <p>Она сопровождала нас в долгом и бесплодном плавании по Южным морям и вернулась с нами обратно. И, верите ли, Доутри, я сам всей душой привязался к этому прелестному созданию.</p>
     <p>Старый моряк мечтательно загляделся в свой бокал, а стюард, воспользовавшись паузой, спросил:</p>
     <p>— Ну, а молодой доктор? Как он отнесся к неудаче?</p>
     <p>Лицо Старого моряка просияло.</p>
     <p>— Он похлопал меня по плечу и назвал милым старым мошенником. Да, стюард, я полюбил этого молодого человека, как сына. Все еще держа руку на моем плече, — в этом жесте было нечто большее, чем доброта, — он признался, что обнаружил обман, еще когда мы достигли Ла-Платы. Смеясь не только весело, но и ласково, он указал мне на различные несоответствия в моих рассказах (благодаря ему я внес в них поправки, весьма существенные поправки) и заявил, что наше плавание было просто великолепно и он навеки считает себя моим должником.</p>
     <p>Что мне оставалось делать? Я открыл ему всю правду и даже назвал свое настоящее имя, которое я скрыл, чтобы спасти это имя от позора. Он опять положил руку мне на плечо и…</p>
     <p>Старый моряк умолк, так как в горле у него пересохло; по щекам старика катились слезы.</p>
     <p>Дэг Доутри молча чокнулся с ним, и старик, пригубив из бокала, вновь овладел собой.</p>
     <p>— Он сказал мне, что отныне я должен жить вместе с ним, и в день нашего возвращения в Бостон привез меня в свой большой пустынный дом. И еще сказал, что переговорит со своими поверенными, так как намерен усыновить меня, — эта идея очень веселила его. «Я усыновлю вас, — уверял он, — усыновлю вместе с Иштар» <a l:href="#n_485" type="note">[485]</a>. Иштар звали девушку, нашу маленькую мумию.</p>
     <p>И вот, стюард, я вернулся к жизни, он собирался официально усыновить меня. Но жизнь — великая обманщица. Утром, через восемнадцать часов, мы нашли его мертвым в постели; рядом с ним лежала мумия девушки. Что это было — разрыв сердца или одного из кровеносных сосудов в мозгу, — я так и не узнал.</p>
     <p>Я просил, умолял похоронить эту чету в одной могиле. Но его тетки и другие родственники были жестокие, холодные люди новоанглийской породы, они передали Иштар в музей, а мне предложили в течение недели покинуть дом. Я уехал ровно через час, но они все же успели обыскать мой скромный багаж.</p>
     <p>Я отправился в Нью-Йорк и там начал ту же игру, только теперь у меня было больше денег и я лучше разыгрывал ее. То же повторилось в Новом Орлеане и в Гальвестоне. Наконец я очутился в Калифорнии. Это мое пятое плавание. Нелегко мне было уговорить этих троих, — я истратил все свои сбережения, прежде чем они подписали договор. Они страшно скаредничали. Ссудить меня авансом! Самая эта мысль казалась им несообразной. Но я своего добился, представил им солидный счет за гостиницу, а под конец даже заказал основательный запас вина и сигар и послал им счет. Что тут было! Все трое от злости едва не повырывали себе волосы, а заодно и мне. Они отказались от уплаты. Я немедленно захворал и объявил, что они истрепали мне нервы и довели меня до болезни. Чем больше они бесновались, тем хуже мне становилось. Наконец, они уступили. Здоровье мое немедленно улучшилось. И вот мы здесь, без воды, так что нам, видимо, придется взять курс на Маркизские острова, чтобы наполнить бочки. А потом они снова примутся за поиски сокровищ.</p>
     <p>— Вы так полагаете, сэр?</p>
     <p>— В моей памяти всплывут новые важные данные, — с улыбкой отвечал Старый моряк. — Не сомневайтесь, что эти люди вернутся. О, я их знаю! Это тупые, мелкие, корыстные дураки!</p>
     <p>— Дураки, сплошь дураки! «Корабль дураков»! — возликовал Дэг Доутри, повторяя слова, пришедшие ему на ум еще в трюме, когда, просверлив последнюю бочку, он прислушивался к журчанию убегающей пресной воды и радовался, что Старый моряк действует с ним заодно.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На следующее утро вахтенные, набиравшие дневной запас пресной воды для камбуза и кают, обнаружили, что бочки пусты. Мистер Джексон так встревожился, что немедленно побежал к капитану Доуну, и не прошло нескольких минут, как тот, в свою очередь, поднял Гримшоу и Нишиканту, чтобы сообщить им о случившемся несчастье.</p>
     <p>Завтрак прошел в превеликом волнении. Доутри и Старый моряк тоже были взволнованы. Пресловутое трио вне себя от бешенства изрыгало жалобы и проклятия. Капитан Доун чуть не плакал. Симон Нишиканта изливал свою ярость, понося негодяя, совершившего преступление, и выдумывал кары, которым его следовало бы подвергнуть. Гримшоу то и дело сжимал свои толстые пальцы, словно уже душил кого-то.</p>
     <p>— Помнится, в сорок седьмом году… нет, кажется, в сорок шестом… ну да, конечно же, в сорок шестом, — заговорил Старый моряк, — мы попали в такое же, только еще худшее положение… На баркасе нас было шестнадцать человек. Мы держали курс на Глистер-риф. Так он был назван после того, как наша храбрая команда открыла его темной ночью и об него же разбилась. Этот риф нанесен на карты Адмиралтейства. Капитан Доун может подтвердить…</p>
     <p>Никто его не слушал, кроме Дэга Доутри. Подавая горячие пирожки, он от души восхищался стариком. Только Симон Нишиканта, который внезапно понял, что старик опять плетет какие-то небылицы, свирепо заорал:</p>
     <p>— Молчать! Заткнитесь, говорят вам! Мне это «помнится» уже поперек глотки стоит.</p>
     <p>На лице Старого моряка изобразилось удивление: неужели он и вправду допустил какую-то неточность в своем рассказе?</p>
     <p>— Неужто я оговорился? — продолжал он. — Все мой старый язык виноват! Это был не «Бдительный», а бриг «Глистер». А я, верно, сказал «Бдительный»? Конечно, «Глистер», чудный маленький бриг, просто игрушка, обшитый медью и очертаниями напоминающий дельфина, к тому же быстрый, как ветер, и юркий, как волчок. Вахтенные на нем, бывало, с ног сбивались. Я был на «Глистере» суперкарго. Выйдя из Нью-Йоркской гавани, мы взяли курс, по-видимому, к северо-западным берегам. На руках у нас был запечатанный приказ…</p>
     <p>— Замолчите, прошу вас, замолчите! Вы меня с ума сведете всей этой чепухой! — с неподдельным страданием закричал Нишиканта. — Побойтесь бога, старик! Какое мне дело до вашего «Глистера» и запечатанных приказов!</p>
     <p>— Да, запечатанный приказ, — с просветленным лицом продолжал Старый моряк. — Магические слова — запечатанный приказ. — Казалось, он смакует самые эти звукосочетания. — В те времена, джентльмены, суда, отправляясь в плавание, получали запечатанные приказы. Будучи суперкарго и имея лишь пустяковую долю в предприятии, которой соответствовала и доля в будущей наживе, я фактически командовал капитаном. Запечатанные приказы хранились не у него, а у меня. Клянусь вам, что их содержания я не знал. Я сломал печати, только когда мы, обогнув Кейп-Стифф, вошли в Тихий океан, и я узнал, что «Глистеру» приказано идти к земле Ван Димена. В те времена этот край называли землей Ван Димена…</p>
     <p>То был день неожиданных открытий. Капитан Доун застал своего помощника отпирающим подобранным ключом стол, где хранился вахтенный журнал. Произошла сцена, впрочем, довольно сдержанная: финн был слишком дюжим мужчиной, и у капитана не возникло ни малейшего желания помериться с ним силой; он ограничился выговором, а финн отвечал только почтительными: «да, сэр», «нет, сэр» и «очень сожалею, сэр».</p>
     <p>Но, пожалуй, самым важным открытием, хотя до поры до времени он этого не знал, было открытие, сделанное Дэгом Доутри, когда «Мэри Тернер» уже переменила курс и на всех парусах неслась к Тайохаэ на Маркизских островах, о чем стюарду по секрету сообщил Старый моряк. Доутри весело приступил к бритью. На сердце у него была только одна забота — удастся ли раздобыть в таком захолустье, как Тайохаэ, хорошее пиво.</p>
     <p>Намылив лицо и поднеся к нему бритву, Доутри вдруг заметил темное пятно у себя между бровями. Покончив с бритьем, он потрогал пятно пальцем, удивляясь, как странно лег загар, и при этом не ощутил собственного прикосновения. Кусочек потемневшей кожи был полностью лишен чувствительности.</p>
     <p>«Чудно!» — подумал он, вытер лицо и тут же забыл об этом.</p>
     <p>Он не знал рокового значения пятна, так же как не знал, что раскосые глаза А Моя уже давно его заметили и изо дня в день с возрастающим ужасом всматривались в него.</p>
     <p>Подгоняемая юго-восточным пассатом, «Мэри Тернер» скользила к Маркизским островам. На баке все были довольны. Команда, не имевшая за душой ничего, кроме жалованья, радовалась предстоящему заходу на тропический остров для пополнения запасов воды. На корме же царило мрачнейшее настроение. Нишиканта открыто глумился над капитаном Доуном, сомневаясь в его способности найти Маркизские острова. Зато в носовой каюте были счастливы все без исключения: Дэг Доутри потому, что жалованье продолжало идти, а пополнение пивных запасов было теперь обеспечено; Квэк потому, что хозяин чувствовал себя счастливым; А Мой потому, что в ближайшее время надеялся унести ноги со шхуны и спастись от соседства двух прокаженных.</p>
     <p>Майкл разделял всеобщую радость и ретиво разучивал со стюардом шестую по счету песню — «Веди нас, свет благой». Когда Майкл пел — по существу, это, конечно, было всего-навсего музыкальное подвывание, — он искал что-то, но что именно, сам не знал. Видимо, то была утраченная стая, стая первобытного мира, когда собака еще не грелась у огня, разведенного человеком, более того, когда человек еще не разводил огня и не был человеком.</p>
     <p>Майкл недавно появился на свет, от роду ему было всего два года, так что сам он никакой стаи не знал. От стаи его отделяли тысячи поколений. Но где-то в глубине его существа, в каждой его жилке, в каждом нерве жило неизгладимое воспоминание о временах, когда дикие предки, скрытые от него туманом тысячелетий, жили вольной стаей; стая росла и крепла, а вместе с ней росли и крепли собаки.</p>
     <p>Иногда во сне воспоминания о стае всплывали в подсознании Майкла. Это были очень реальные сны, хотя, пробудившись, он почти не помнил их. Но во сне или наяву, когда Майкл пел со стюардом, он с тоской вспоминал утраченную стаю и пытался искать забытую дорогу к ней.</p>
     <p>Зато, проснувшись, он находил другую стаю, вполне реальную. Ее составляли стюард, Квэк, Кокки и Скрэпс, — и Майкл бегал среди них и резвился, как его далекие предки бегали и охотились среди себе подобных. Логовищем этой стаи была каюта при камбузе, а вне ее стае принадлежал весь мир, иными словами — «Мэри Тернер», то плавно скользившая, то стремительно летевшая по поверхности изменчивого океана.</p>
     <p>Надо сказать, что каюта и ее обитатели значили для Майкла больше, чем обыкновенная стая. Ибо эта каюта заодно была и раем — обителью бога. Люди давно стали придумывать бога из камня, из глины, из огня и поселять его в лесах, или в горах, или среди звезд. Случилось это оттого, что они поняли; человек умирает и оказывается вне своего племени или рода, — словом, вне своей привычной кучки, как бы там она ни называлась, эта человеческая стая. А человек не хотел оставаться вне стаи. И он создал в своем воображении новую, вечную стаю, с которой ему не нужно было разлучаться. Страшась мрака, скрывающего тех, что умерли, он создал за этим мраком прекрасную страну, небывало богатое охотничье поприще. Небывало обширный и величественный пиршественный покой и на разных языках нарек его «раем».</p>
     <p>Майкл никогда не помышлял, как это Делали некоторые первобытные и дикие народы, об обожествлении собственной тени. Он не почитал теней. Он почитал подлинного, неоспоримого бога, отнюдь не созданного по его собственному четвероногому, мохнатому подобию, но бога во плоти и крови, двуногого — не мохнатого — стюарда.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Если бы пассат не прекратился на следующий день после того, как «Мэри Тернер» взяла курс на Маркизские острова; если бы капитан Доун за обедом не стал снова брюзжать, что его снабдили одним-единственным хронометром; если бы Симон Нишиканта не пришел от этого в ярость и не отправился бы с ружьем в руках на палубу в жажде убить какого-нибудь обитателя морских глубин; и если бы этот обитатель, вынырнувший у самого борта, оказался бонитой, дельфином, тунцом или еще чем-то, но только не китовой самкой восьмидесяти футов в длину, да еще с детенышем, — словом, если бы хоть одно звено выпало из этой цепи событий, «Мэри Тернер», несомненно, достигла бы Маркизских островов и, пополнив там запас воды, отправилась бы дальше на поиски сокровищ; а тогда и судьбы Майкла, Доутри, Квэка и Кокки сложились бы иначе и, может быть, менее ужасно.</p>
     <p>Но все звенья оказались на местах. Когда Симон Нишиканта всадил пулю в китеныша, стоял штиль, шхуна медленно скользила по необозримой гладкой поверхности океана; снасти и реи ее тихонько поскрипывали, не надутые ветром паруса полоскали в воздухе. По странной, почти невероятной случайности китеныш был смертельно ранен. Это было почти такое же чудо, как если бы слона убило игрушечное ружье, заряженное горохом. Кит издох не сразу. Он только прекратил свою затейливую игру и, содрогаясь всем телом, лежал на поверхности воды. Мать поравнялась с ним почти в тот же миг, как его поразила пуля, и люди на шхуне, наблюдавшие за нею, видели все ее смятение и отчаяние. Она пыталась подтолкнуть детеныша своим гигантским телом, потом начинала кружить вокруг него, затем опять приближалась, толкала и тормошила его.</p>
     <p>Все население «Мэри Тернер» столпилось на палубе, со страхом следя за левиафаном, по длине не уступающим шхуне.</p>
     <p>— А вдруг она сделает с нами то же, что та китовая матка с «Эссексом»? — сказал Дэг Доутри Старому моряку.</p>
     <p>— Что ж, мы получим по заслугам, — отвечал тот. — Это была ничем не оправданная, бессмысленная жестокость.</p>
     <p>Майкл, понимая, что за высоким бортом происходит что-то, чего он не видит, вскочил на крышу рубки и, разглядев чудовище, воинственно залаял. Все взоры, как по команде, с испугом обратились на него, а стюард шепотом приказал ему замолчать.</p>
     <p>— Чтоб это было в последний раз, — сдавленным от гнева голосом проговорил Гримшоу, обращаясь к Нишиканте. — Если во время плавания вы еще раз посмеете выстрелить в кита, я сверну вам вашу толстую шею. Можете не сомневаться. Да еще и глаза вам вырву.</p>
     <p>Еврей кисло улыбнулся и заскулил:</p>
     <p>— Ничего не случится. Я не верю, что «Эссекс» был потоплен китом.</p>
     <p>Понуждаемый матерью, издыхающий кит тщетно силился плыть, но только крутился на месте, перевертываясь с боку на бок.</p>
     <p>Кружась возле детеныша, самка случайно толкнулась о левый кормовой подзор «Мэри Тернер»; шхуна резко накренилась на правый борт, а корма ее на целый ярд вылетела из воды. Кит не ограничился этим нечаянным легким толчком. Мгновение спустя, смертельно испуганный прикосновением к постороннему телу, он взмахнул хвостом. Хвост ударил по планширу впереди фок-вант, и дерево треснуло, словно то был не борт корабля, а коробка из-под сигар.</p>
     <p>Взмах хвоста — вот и все; люди на шхуне, затаив дыхание от страха, следили за обезумевшим от горя морским чудовищем.</p>
     <p>В продолжение часа шхуна и оба кита медленно продвигались вперед, и расстояние между ними постепенно увеличивалось. Детеныш тщетно пытался не отставать от матери, но затем судорога вдруг свела все его тело, а хвост отчаянно забил по воде.</p>
     <p>— Это агония, — прошептал Старый моряк.</p>
     <p>— Околел, черт его возьми, — заявил капитан Доун минут пять спустя. — Ну кто бы мог подумать! Обыкновенная ружейная пуля! Эх, если бы нам хоть на полчаса попутный ветер, мы бы избавились от этого соседства.</p>
     <p>— Мы были на волосок от гибели, — заметил Грим-шоу.</p>
     <p>Капитан Доун покачал головой, озабоченным взглядом окинул повисшие паруса и впился глазами в морскую даль, надеясь увидеть вдали белую пену барашков. Но зеркально-гладкое море выглядело так, как выглядят все моря во время штиля, — округлое, выпуклое, словно пролитая ртуть.</p>
     <p>— Все в порядке, — заметил Гримшоу, — видите, она уходит.</p>
     <p>— Конечно, в порядке, да все и было в порядке, — хвастливо отозвался Нишиканта, вытирая пот, струившийся по его физиономии и шее, и вместе с другими глядя вслед удалявшейся китовой матке. — Храбрецы, нечего сказать, — насмерть перепугались большой рыбины.</p>
     <p>— Я заметил, что ваше лицо было менее желтым, чем обыкновенно, — съязвил Гримшоу. — Не иначе, как у вас желчь отлила к сердцу.</p>
     <p>Капитан Доун испустил вздох облегчения. Он так обрадовался избавлению от опасности, что ему было не до пререканий.</p>
     <p>— Вы трус и больше ничего, — продолжал Гримшоу и, кивнув головой в сторону Старого моряка, добавил: — Вот настоящий человек. Он и бровью не повел, хотя можно поручиться, что отдавал себе отчет в опасности яснее, чем мы все. Если бы я потерпел кораблекрушение и мог выбирать, с кем очутиться на необитаемом острове, я бы, безусловно, выбрал его, а не вас. Если же…</p>
     <p>Отчаянный крик, раздавшийся в кучке матросов, прервал его излияния.</p>
     <p>— Боже милостивый! — невольно вырвалось у капитана Доуна.</p>
     <p>Гигантский кит повернул вспять и теперь несся прямо на «Мэри Тернер». Он рассекал воду с не меньшей силой, чем дредноут или океанский пароход.</p>
     <p>— Держись! — заорал капитан.</p>
     <p>Каждый постарался за что-нибудь ухватиться. Генрик Иертсен, рулевой, широко расставил ноги, присел и, напружинив плечи, вцепился обеими руками в рукоятки штурвала. Одни матросы ринулись со шкафута на полуют, другие стали карабкаться вверх по вантам. Доутри, левой рукой держась за планшир, правой крепко обхватил Старого моряка.</p>
     <p>Все замерли. Кит ударил «Мэри Тернер» чуть позади фок-вант. Дальше события развивались с быстротой, уже неуловимой для глаза. Один из матросов на вантах, вместе с выбленкой, за которую он держался обеими руками, сорвался и упал головой вниз, но кто-то из товарищей успел на лету ухватить его за лодыжку и тем самым спасти от неминуемой гибели. Шхуна трещала, содрогалась, левый борт ее вздыбился, а правый накренился так, что вода хлынула на палубу. Майкл соскользнул с гладкой крыши рубки, его протащило вдоль правого борта, и, наконец, он, цепляясь когтями за поверхность пола и сердито ворча, скрылся в люке. В этот момент сорвало левые ванты фок-мачты, и фор-стеньга, как пьяная, качнулась на правый борт.</p>
     <p>— Ну-ну, — сказал Старый моряк, — удар довольно чувствительный.</p>
     <p>— Мистер Джексон, — приказал капитан своему помощнику, — замерьте уровень воды в трюме.</p>
     <p>Помощник повиновался, не сводя, впрочем, встревоженного взгляда с кита, уже мчавшегося к востоку.</p>
     <p>— Вот вы свое и получили, — злобно огрызнулся Гримшоу на Нишиканту.</p>
     <p>Нишиканта кивнул и, вытирая пот, пробурчал:</p>
     <p>— Да, и я вполне удовлетворен. Я своего добился. Никогда не думал, что кит может такое выкинуть. И больше уж я этого опыта не повторю.</p>
     <p>— Да вам, вероятно, и случая больше не представится, — оборвал его капитан. — Пока что мы еще и с этим китом не совладали. Кит, потопивший «Эссекс», раз за разом повторял нападения, а полагать, что природа китов изменилась за последние годы, у нас, по правде сказать, не имеется оснований.</p>
     <p>— В трюме воды нет, сэр, — доложил о результатах своего обследования мистер Джексон.</p>
     <p>— Он возвращается! — воскликнул Доутри. Удалившись на полмили от шхуны, кит вдруг круто повернул и устремился назад.</p>
     <p>— Полундра, там, на носу! — громовым голосом крикнул капитан Доун одному из матросов, который как раз вылезал из люка с вещевым мешком в руках и оказался прямо под качающейся фор-стеньгой.</p>
     <p>— Он уже собрался удирать, — шепнул Доутри Старому моряку, — как крыса с тонущего корабля.</p>
     <p>— Все мы крысы, — послышался ответ. — Я это понял, живя среди запаршивевших крыс в работном доме.</p>
     <p>Всеобщий испуг и возбуждение передались Майклу. Он снова вскочил на крышу рубки, чтобы получше видеть, и зарычал на приближающегося кита, тогда как люди опять схватились за что попало, лишь бы удержаться на ногах при предстоящем толчке.</p>
     <p>Удар пришелся за бизань-вантами. Шхуна дала крен на правый борт. Майкла позорнейшим образом сбросило на палубу, и тут же раздался громкий треск шпангоутов. Крутой, непроизвольный поворот штурвала подбросил вверх Генрика Иертсена, изо всех сил в него вцепившегося. Он полетел на капитана Доуна, которого оторвало от планшира. Оба они, задыхаясь, повалились на палубу. Нишиканта, изрыгая проклятия, прислонился к стене рубки, — ему выворотило все ногти на руках, когда он пытался удержаться за поручни.</p>
     <p>Покуда Доутри привязывал Старого моряка к бизань-вантам, капитан Доун, пыхтя, дополз до фальшборта и с усилием поднялся на ноги.</p>
     <p>— Ну, теперь нам крышка, — хриплым шепотом сказал он помощнику, потирая ушибленный бок. — Замерьте снова уровень воды в трюме и регулярно продолжайте замеры.</p>
     <p>Несколько матросов, воспользовавшись передышкой, проскользнули под едва державшейся фор-стеньгой в свой кубрик и с лихорадочной поспешностью принялись укладывать вещи. Когда и А Мой появился на палубе с туго набитым мешком, Доутри тоже приказал Квэку собирать пожитки.</p>
     <p>— В трюме воды нет, сэр, — доложил помощник.</p>
     <p>— Продолжайте измерения, мистер Джексон. — Капитан уже несколько оправился от столкновения с рулевым, и голос его звучал тверже. — Продолжайте замеры, вот он возвращается, а таких ударов ни одна шхуна не выдержит.</p>
     <p>Тем временем Доутри уже подхватил Майкла под мышку, а свободную руку держал наготове, чтобы уцепиться за снасти при следующем толчке.</p>
     <p>Поворачивая, кит потерял точное направление и прошел футах в двадцати от кормы «Мэри Тернер». Однако волнение, вызванное его стремительным броском, было так велико, что корма «Мэри Тернер» поднялась, а нос окунулся в воду, словно отвешивая изысканный поклон.</p>
     <p>— Если бы он ударил… — пробормотал капитан Доун и умолк.</p>
     <p>— …то мы с вами распрощались бы с белым светом, — договорил за него Доутри. — Он попросту срезал бы нам корму, сэр.</p>
     <p>Отдалившись ярдов на двести, кит резко повернул, не описав полного полукруга, и ударил шхуну в нос с правого борта. Спиной он задел форштевень и, казалось, совсем легонько, мартин-штаг. Тем не менее «Мэри Тернер» осела кормой так, что вода стала переливаться через фальшборт. Но это еще не все. Мартин-штаг, ватер-штаг и все бакштаги бушприта с правого борта разлетелись, так что бушприт повернулся под прямым углом влево и задрался кверху, подтянутый уцелевшими фор-стень-штагами. Фор-стеньга несколько мгновений раскачивалась высоко в воздухе, затем рухнула на палубу, отчего бушприт окунулся в воду, отделился от форштевня и потащился рядом со шхуной.</p>
     <p>— Уберите собаку! — свирепо заорал Нишиканта. — Если вы его не…</p>
     <p>Майкл на руках у Доутри угрожающе рычал не столько на кита, сколько на грозные, враждебные силы, посеявшие панику среди двуногих богов его плавучего мира.</p>
     <p>— А вот и не уберу, — огрызнулся Доутри, — пускай его распевает. Из-за вас затеялась вся эта кутерьма, и если вы посмеете хоть пальцем тронуть мою собаку, то уж не увидите, чем все это кончится, подлый ростовщик!</p>
     <p>— Поделом ему, поделом, — одобрительно закивал Старый моряк. — А скажите, стюард, не могли бы вы раздобыть кусок парусины или одеяло — словом, что-нибудь помягче и пошире этой веревки? Она очень уж больно врезается, и как раз в то место, где у меня недостает трех ребер.</p>
     <p>Доутри передал Майкла на руки старику.</p>
     <p>— Подержите его, сэр. А если этот ростовщик хотя бы замахнется на Киллени, плюньте ему в рожу или укусите его — дело ваше. Я мигом обернусь, сэр, — раньше, чей он успеет причинить вам какую-нибудь неприятность, и раньше, чем кит еще раз подшибет нас. И пусть Киллени-бой лает сколько его душе угодно. Один волос на его шкуре дороже целой своры таких вонючих ростовщиков.</p>
     <p>Доутри слетал в каюту и вернулся оттуда с подушкой и тремя простынями; из подушки он соорудил нечто вроде сиденья, простыни быстро связал вместе морскими узлами и, надежно устроив Старого моряка, снова взял Майкла на руки.</p>
     <p>— Появилась вода, сэр, — объявил помощник. — Уровень — шесть… нет, уже семь дюймов, сэр.</p>
     <p>Матросы, перепрыгивая через рухнувшую фор-стеньгу, ринулись в кубрик укладывать вещи.</p>
     <p>— Вывалить шлюпку правого борта, — скомандовал капитан, глядя на пенный след, оставляемый китом, явно готовившимся к повторному нападению, — но не спускать. Пусть висит на талях, а не то треклятая рыбина еще разнесет ее в щепы. Людям пока готовить вещи, грузить продовольствие и пресную воду.</p>
     <p>Найтовы были отданы, тали закреплены, и матросы схватились за что попало, еще до того как приблизился кит. На этот раз удар пришелся точно посередине левого борта, так что с полуюта было видно и слышно, как он затрещал, прогнулся и снова выпрямился, точно лист фанеры. Шхуна зачерпнула воду правым бортом, волны перекатились через палубу, и все матросы, столпившиеся у шлюпки, на мгновение оказались по колено в воде; затем вода стремительно хлынула из шпигатов левого борта.</p>
     <p>— Тали подобрать! — командовал капитан с полуюта. — Вываливай! Стоп травить! Тали завернуть!</p>
     <p>Шлюпка висела за бортом, опираясь своим буртиком на планшир шхуны.</p>
     <p>— Десять дюймов, сэр, и быстро прибывает, — доложил помощник, производивший измерения.</p>
     <p>— Пойду за приборами, — объявил капитан Доун, отправляясь к себе в каюту. Уже наполовину скрывшись в люке, он помешкал и, глядя на Нишиканту, насмешливо добавил: — И за нашим единственным хронометром.</p>
     <p>— Полтора фута, и прибывает непрерывно! — крикнул ему вдогонку помощник.</p>
     <p>— Нам тоже пора подумать об укладке вещей, — следуя за капитаном, сказал Гримшоу.</p>
     <p>— Стюард, — распорядился Нишиканта, — идите вниз и уложите мою постель. Об остальном я позабочусь сам.</p>
     <p>— Можете убираться к черту, мистер Нишиканта, вместе со всеми вашими пожитками, — спокойно отвечал Доутри и тут же почтительно обратился к Старому моряку: — Подержите, пожалуйста, Киллени, сэр. Я соберу ваши вещи. И скажите, что бы вы в первую очередь хотели взять с собою, сэр?</p>
     <p>Внизу Джексон присоединился к обитателям кормовых кают, лихорадочно укладывавшим наиболее ценное из своего имущества; в это время «Мэри Тернер» получила новый удар. Застигнутые врасплох, все отлетели влево; из каюты Нишиканты послышались стоны и проклятия: он зашиб себе бок об угол койки. Но тут же все перекрыл отчаянный треск и грохот наверху.</p>
     <p>— Могу вас заверить, что от нашей шхуны не останется ничего, кроме груды щепок, — послышался во внезапно наступившей тишине голос капитана Доуна, осторожно поднимавшегося по трапу с прижатым к груди хронометром.</p>
     <p>Передав его на попечение одного из матросов, капитан вернулся вниз, с помощью стюарда вынес на палубу свой рундук <a l:href="#n_486" type="note">[486]</a> и затем подсобил Доутри вытащить рундук Старого моряка. После этого он и стюард с помощью изрядно перетрусивших матросов проникли в кладовую и начали вскрывать и передавать на руки матросам запасы провианта — ящики с рыбными и мясными консервами, банки с вареньем и галетами, бочонки масла, сгущенное молоко — словом, все консервированные, сушеные, выпаренные и концентрированные продукты, которыми в наше время питаются экипажи и пассажиры судов.</p>
     <p>Доутри и капитан последними выбрались из кладовой, и оба одновременно взглянули вверх, на то место, где несколько минут назад высились грот — и крюйс-стеньги.</p>
     <p>В следующую же секунду взгляд их упал на обломки, загромоздившие палубу: крюйс-стеньга, падая, порвала бизань и, поддерживаемая в стоячем положении крепкой парусиной, с шумом раскачивалась в воздухе; грот-стеньга лежала поперек люка, ведущего в каюту Доутри.</p>
     <p>Покуда китовая самка, изживавшая свое горе в неистовой жажде мести, отплывала на расстояние, необходимое ей для новой атаки, на борту «Мэри Тернер» все хлопотали вокруг качавшейся за бортом шлюпки.</p>
     <p>Палуба уже была завалена ящиками, бочонками с пресной водой и личными вещами. Достаточно было взглянуть на эти вещи и на людей, столпившихся на корме и на носу, чтобы понять, до какой степени будет перегружена шлюпка.</p>
     <p>— Матросы пусть идут в нашу шлюпку, нам нужны гребцы, — объявил Симон Нишиканта.</p>
     <p>— Но вы-то нам на что? — мрачно осведомился Гримшоу. — Вам надо слишком много места, не говоря уже о том, что вы скотина.</p>
     <p>— Думается, я буду желанным пассажиром, — возразил ростовщик, расстегивая рубашку и от поспешности обрывая пуговицы. Под мышкой левой руки, прямо на голом теле, у него был привязан автоматический одиннадцатимиллиметровый кольт, с таким расчетом, чтобы правая рука могла моментально выхватить его. — Думается, я буду весьма желанным пассажиром, а от нежеланных мы уж сумеем избавиться.</p>
     <p>— Как вам будет угодно, — язвительно отвечал фермер, в то время как его огромные руки непроизвольно сжимались, словно он кого-то душил. — Вдобавок, если у нас кончится провиант, вы, безусловно, окажетесь желанным, — я, разумеется, говорю только о количестве, а отнюдь не о качестве. Ну, а кого вы считаете нежелательным? Негра? Но ведь он безоружен.</p>
     <p>Этот обмен любезностями был прерван новым нападением кита — удар в корму снес руль и вывел из строя рулевой привод.</p>
     <p>— Уровень воды? — крикнул капитан Доун помощнику.</p>
     <p>— Три фута, сэр, я только что замерил, — последовал ответ. — Я считаю, сэр, что пора грузить шлюпку; тогда после следующего удара мы быстро погрузим остальной багаж, погрузимся сами и тронемся в путь.</p>
     <p>Капитан Доун кивнул.</p>
     <p>— Да, мешкать больше нечего. Приготовиться! Стюард, вы первый прыгнете в шлюпку, и я передам вам хронометр.</p>
     <p>Нишиканта с воинственным видом всей своей тушей надвинулся на капитана, распахнул рубашку и показал револьвер.</p>
     <p>— Шлюпка и так будет перегружена, — заявил он, — стюарда мы не возьмем. Зарубите это себе на носу. Стюард попадает в число остающихся.</p>
     <p>Капитан Доун хладнокровно посмотрел на внушительный кольт; в сознании его возникло прекрасное видение — доходный дом в Сан-Франциско. Он пожал плечами.</p>
     <p>— Шлюпка и без того будет перегружена всей этой дрянью. Подбирайте себе компанию по своему вкусу, пожалуйста, но запомните раз и навсегда, что капитан — я, и если вы хотите еще когда-нибудь увидать свои ссудные кассы, то советую вам позаботиться о моей целости и сохранности! Стюард!</p>
     <p>Доутри шагнул к нему.</p>
     <p>— Для вас, к сожалению, не хватит места, так же как еще для двух или трех человек.</p>
     <p>— Слава богу! — отвечал Доутри. — А я-то боялся, что вы потащите меня за собой, сэр. Квэк, перенеси мои вещи на тот борт, в другую шлюпку.</p>
     <p>Покуда Квэк исполнял приказание, помощник в последний раз замерил уровень воды, он достигал уже трех с половиной футов, и матросы начали грузить в шлюпку мелкую поклажу.</p>
     <p>Мускулистый, поджарый швед, с покатыми плечами, шести с половиной футов роста, при этом худой, как щепка, с выцветшими голубыми глазами и, уж разумеется, белокурый, бросился помогать Квэку.</p>
     <p>— Эй, Длинный Джон, — окликнул его помощник капитана, — ваша шлюпка здесь. Идите сюда.</p>
     <p>Долговязый матрос смущенно улыбнулся и нерешительно пробормотал:</p>
     <p>— Я лучше буду там, где кок.</p>
     <p>— Ну и отлично, пусть отправляется с ними; чем меньше у нас народу, тем лучше, — вмешался Нишиканта. — Кто еще хочет в ту шлюпку?</p>
     <p>— Заметьте, — вызывающе глядя ему прямо в лицо, объявил Доутри, — что все оставшееся пиво грузится в мою шлюпку, конечно, если вы не возражаете.</p>
     <p>— За два цента! — с притворным гневом крикнул Нишиканта.</p>
     <p>— Вы даже за два миллиона центов не рискнете поссориться со мной, подлый кровосос, — отвечал Доутри. — Этих-то вы сумели запугать, но со мной, вы знаете, шутки плохи! Я вас насквозь вижу. За два миллиарда центов вы меня к себе не заманите. Эй, Длинный Джон! Тащи-ка этот ящик пива и эти пол-ящика тоже в нашу шлюпку. Вы хотите что-нибудь возразить, Нишиканта?</p>
     <p>Возражать Симон Нишиканта не решился, да и вообще не знал, что делать; из этой растерянности его вывел крик:</p>
     <p>— Вот он опять!</p>
     <p>Все снова вцепились во что попало. Новым ударом кит разнес еще несколько шпангоутов, и «Мэри Тернер» беспомощно закачалась с борта на борт.</p>
     <p>— Спускать шлюпку! Ходом!</p>
     <p>Приказ капитана был немедленно выполнен.</p>
     <p>Шлюпка поднималась и опускалась на волнах у борта шхуны; с палубы стали торопливо кидать в нее еще не погруженную поклажу.</p>
     <p>— Разрешите помочь вам, сэр, раз уж поднялась этакая суматоха, — проворчал Доутри, принимая хронометр из рук капитана Доуна и готовясь передать его обратно, как только капитан усядется в шлюпке.</p>
     <p>— Идите же, Гринлиф, — позвал Старого моряка фермер.</p>
     <p>— Покорно благодарю, сэр, но мне думается, что в другой шлюпке будет просторнее.</p>
     <p>— Давайте сюда кока! — крикнул Нишиканта, устроившийся на корме. — Прыгай сюда, желтая обезьяна! Живо!</p>
     <p>Сухонький старичок А Мой стоял, что-то соображая. Он явно пребывал в нерешительности, хотя никто не мог бы в точности догадаться, о чем он думает, глядя то на револьвер ростовщика, то на прокаженных — Квэка и Доутри и взвешивая все за и против, вплоть до загрузки обеих шлюпок.</p>
     <p>— Моя едет та лодка, — сказал он наконец и потащил свой мешок к другому борту.</p>
     <p>— Отваливай! — скомандовал капитан Доун.</p>
     <p>Скрэпс, раскормленный щенок ньюфаундленд, непрерывно резвившийся среди всеобщей суматохи, увидав множество знакомых ему людей с «Мэри Тернер» в стоящей рядом со шхуной шлюпке, перескочил через фальшборт, находившийся у самой воды, и плюхнулся на груду мешков и ящиков.</p>
     <p>Лодка качнулась, и Нишиканта, с револьвером в руке, крикнул:</p>
     <p>— К черту! Швырните его обратно!</p>
     <p>Матросы повиновались, и удивленный Скрэпс, взлетев в воздух, вдруг опять оказался лежащим на спине на палубе «Мэри Тернер». Сочтя это не более как грубоватой шуткой, он стал, извиваясь от восторга, кататься по палубе в ожидании уготованных ему новых забав. Дружелюбно ворча, он подкатился было к Майклу, теперь разгуливавшему на свободе, но тот встретил его весьма неприветливым рычанием.</p>
     <p>— Похоже, что нам придется и его принять в компанию, что вы скажете, сэр! — заметил Доутри и, улучив минутку, потрепал щенка по голове, за что разнежившийся песик с благодарностью лизнул его руку.</p>
     <p>Первоклассный пароходный стюард непременно отличается от всех прочих людей недюжинной ловкостью и расторопностью. А Дэг Доутри был первоклассным стюардом. Пристроив Старого моряка в безопасный уголок и отдав Длинному Джону приказание готовить к спуску шлюпку, он послал Квэка в трюм на полнить бочонки скудными остатками пресной воды, а А Моя в камбуз — собрать то, что еще оставалось от провизии.</p>
     <p>Первая шлюпка, до отказа набитая людьми, провиантом, багажом и стремительно удалявшаяся от центра опасности, то есть от «Мэри Тернер», не отошла еще и на сотню ярдов, когда кит, стрелой промчавшийся мимо шхуны, сделал резкий поворот на полном ходу и, вздымая пенящуюся воду, прошел так близко от шлюпки, что гребцам пришлось убрать весла с этой стороны. Качаясь на волнах, поднятых китом, низко сидевшая посудина зачерпнула воды. Нишиканта, по-прежнему с револьвером в руке стоявший подле облюбованного им места, пошатнулся. Стараясь удержать равновесие, он сделал какое-то судорожное движение и… уронил револьвер за борт.</p>
     <p>— Ха-ха! — торжествовал Доутри. — Ну что, Нишиканта? Теперь, господа, и вам его нечего бояться! Можете в случае нужды использовать его на мясо! Кушанье, конечно, незавидное, но что поделаешь. Мой совет: как начнете голодать, съешьте его первым. Правда, он грязное животное, и мясо будет с душком, ну да ведь многим честным людям приходилось есть тухлятину — и ничего, живы оставались. Советую только предварительно положить его на ночь в соленую воду.</p>
     <p>Гримшоу, не слишком удобно устроившийся на корме, тотчас же, как и Доутри, оценил положение; он вскочил на ноги, схватил толстого ростовщика за шиворот, весьма неделикатно встряхнул его и бросил лицом вниз на дно шлюпки.</p>
     <p>— Ха — ха! — уже издалека послышался смех Доутри. Гримшоу неторопливо уселся на освободившееся удобное место.</p>
     <p>— Хотите к нам? — крикнул он Доутри.</p>
     <p>— Нет, благодарствуйте, сэр, — донесся ответ. — Нас много, и нам будет лучше разместиться в другой шлюпке.</p>
     <p>Гребцы изо всех сил налегали на весла, другие с не меньшей энергией вычерпывали воду, и шлюпка быстро удалялась. Доутри вместе с А Моем спустился в кладовую, находившуюся под каютами, и стал выбирать оттуда остатки провианта.</p>
     <p>Покуда они возились в трюме, кит опять ударил шхуну в левый борт и могучим взмахом хвоста начисто снес вант-путенсы и планшир у бизань-вант. Набежавшая волна снова качнула шхуну, и вся бизань-мачта с треском рухнула.</p>
     <p>— Ну, это всем китам кит, — заметил Доутри А Мою, когда они, поднявшись на палубу, обнаружили последние разрушения. А Мой решил принести еще кое-каких продуктов, а Доутри, Квэк и Длинный Джон, всей своей тяжестью налегши на тали, подняли и приготовили шлюпку к спуску.</p>
     <p>— Подождем следующего удара, затем спустим шлюпку, побросаем в нее поклажу и… наутек, — сказал стюард Старому моряку. — Времени у нас еще хоть отбавляй. Шхуна, даже и залитая водой, будет погружаться не скорее, чем погружается сейчас.</p>
     <p>Когда он произносил эти слова, шпигаты были уже почти вровень с водой; судно медленно покачивалось на волнах.</p>
     <p>— Эй! — вдруг крикнул Доутри вслед удалявшейся шлюпке капитана Доуна. — Как держать курс на Маркизские острова? И сколько до них миль?</p>
     <p>— Норд-норд-ост-четверть к осту, — едва слышно донесся ответ. — Курс на Нука-Хиву! Около двухсот миль. Идите с юго-восточным пассатом полный бейдевинд и дойдете.</p>
     <p>— Благодарю вас, сэр! — успел еще крикнуть стюард. Затем он бросился на корму, разбил нактоуз, выхватил компас и перенес его в шлюпку.</p>
     <p>Поскольку кит не возобновлял нападений, они уж было решили, что он угомонился, и выжидательно наблюдали за плавающим на расстоянии двухсот или трехсот ярдов чудовищем, тогда как «Мэри Тернер» медленно погружалась в воду.</p>
     <p>— Надо бы, по-моему, воспользоваться минутой, — говорил Доутри, обсуждая с Длинным Джоном создавшееся положение, когда в их разговор неожиданно ворвался третий голос.</p>
     <p>— Кокки, Кокки! — послышались жалобные звуки откуда-то снизу и тут же сменились раздраженными, злобными: — Черт подери, черт подери, черт подери!</p>
     <p>— Ну, конечно же, возьмем! — крикнул Доутри, ринулся вперед, перебрался через путаницу снастей рухнувшей грот-стеньги, преграждавшую ему дорогу, и обнаружил, наконец, беленький комочек жизни, примостившийся на краю койки: он сидел, взъерошив перышки, нахохлившись, и на человеческом языке клял превратности судьбы, сумасбродство кораблей и мореплавателей.</p>
     <p>Какаду вспорхнул на протянутый ему Доутри указательный палец, быстро перебирая коготками, больно царапавшими руку стюарда, вскарабкался к нему на плечо, прильнул головкой к его уху и с благодарностью и облегчением вновь прокричал:</p>
     <p>— Кокки, Кокки!</p>
     <p>— Ах ты сукин сын! — ласково буркнул Доутри.</p>
     <p>— Слава богу! — произнес Кокки голосом, до того похожим на голос Доутри, что тот вздрогнул.</p>
     <p>— Ну и сукин сын! — повторил стюард, прижимая то к щеке, то к уху нарядный хохолок попугая. — А ведь есть люди, которые думают, что мир создан только для них.</p>
     <p>Кит продолжал бездействовать, но вода уже начинала заливать палубу, и Доутри отдал приказ спускать шлюпку. А Мой первым вскочил в нее и уселся на носу. Доутри предположил, что торопливость маленького китайца объясняется боязнью лишнюю минуту остаться на тонущем корабле. Но он ошибся. А Мой хотел сесть как можно дальше от Доутри и Квэка.</p>
     <p>Оттолкнувшись, они живо сбросили вещи и продукты с банок на дно шлюпки и заняли свои места: А Мой на носу, Длинный Джон рядом с Квэком, а Доутри (Кокки все еще сидел у него на плече) загребным. Майкл, взгромоздившийся на кучу вещей, сваленных на корме, не сводил тоскливого взора с «Мэри Тернер» и сердито огрызался на дурачка Скрэпса, уже собравшегося затеять возню. Старый моряк стал на руль и, когда все расселись по местам, отдал приказ отваливать.</p>
     <p>Майкл заворчал и ощетинился, давая знать, что кит близко. Но чудовище больше не нападало, а медленно кружило вокруг шхуны, как бы изучая и разглядывая своего противника.</p>
     <p>— Бьюсь об заклад, что от всех этих ударов у него башка разболелась, — засмеялся Доутри, главным образом чтобы подбодрить своих спутников.</p>
     <p>Не успели они раз десять взмахнуть веслами, как неожиданный возглас, вырвавшийся у Длинного Джона, заставил их посмотреть по направлению его взгляда на бак шхуны, где судовая кошка гонялась за огромной крысой. Они увидели и еще множество крыс: прибывающая вода, по-видимому, выгнала их из нор.</p>
     <p>— Неужто же мы оставим эту кошку на погибель? — вопросительно произнес Доутри.</p>
     <p>— Конечно, нет, — ответил Старый моряк, наваливаясь на румпель, чтобы повернуть шлюпку обратно.</p>
     <p>Кит, продолжавший неторопливо описывать круги, дважды изрядно качнул шлюпку, прежде чем им удалось отойти от судна. На них он, видимо, не обращал ни малейшего внимания. Ведь смерть настигла его детеныша с этой громадины, со шхуны, и весь его гнев, вся его ярость были направлены против нее.</p>
     <p>Когда они отошли, кит устремился в открытое море, но, пройдя с полмили, круто повернул и снова ринулся на приступ.</p>
     <p>— Ну, теперь, когда она полна воды, он об нее расшибется насмерть, — заметил Доутри. — Бросьте грести, давайте понаблюдаем.</p>
     <p>Удар, сильнейший из всех, пришелся как раз по середине корабля. Обломки фальшборта и штаги взлетели в воздух, шхуну качнуло так, что медная обшивка блеснула на солнце. Покуда она медленно выпрямлялась, грот-мачта качалась, как пьяная, но не падала.</p>
     <p>— Точка! — закричал Доутри, видя, как кит вздымает воду бессмысленными и нелепыми взмахами гигантского хвоста. — Теперь, видно, им обоим конец.</p>
     <p>— Шхуна уже нет! — заметил Квэк, когда фальшборт «Мэри Тернер» исчез под водой. «Мэри Тернер» погружалась с такой быстротой, что не прошло и нескольких мгновений, как даже обломок грот-мачты исчез из глаз. На поверхности океана теперь виднелась только едва передвигающаяся туша кита.</p>
     <p>— Даже похвалиться-то нечем будет, — гласило краткое надгробное слово Доутри. — Никто нам все равно не поверит. Чтобы такое прочное суденышко потопила — форменным образом потопила — старая китиха!</p>
     <p>Да, судари мои! Я никогда не верил тому старикашке в Гонолулу, который уверял меня, что своими глазами видел гибель «Эссекса», а теперь и мне никто не поверит.</p>
     <p>— Красавица шхуна, прелестное, умное суденышко, — причитал Старый моряк. — Никогда я не видывал более изящной оснастки на трехмачтовом судне, и никогда не бывало шхуны, которая бы лавировала так легко и красиво.</p>
     <p>Дэг Доутри, старый холостяк, непривычный к оседлому образу жизни, всматривался в пассажиров лодки, оказавшихся теперь на его попечении. Вот они: Квэк, уродливый папуас, некогда спасенный им от прожорливости своих соплеменников; А Мой, маленький китаец, судовой кок неопределенного возраста; Старый моряк, благородный, любимый, почитаемый; Длинный Джон — юный скандинав, великан ростом и младенец душой; Киллени-бой — чудо-пес; Скрэпс, неимоверно глупый, круглый, точно шар, щенок; Кокки — белоперый комочек жизни, высокомерный, как стальной клинок, и неотразимо прелестный, как балованное дитя, и, наконец, судовая кошка — рыжая, гибкая, истребительница крыс, свернувшаяся в клубочек у ног А Моя. А от Маркизских островов их отделяли добрых двести миль! Да еще попутный ветер сейчас улегся, хотя с восходом солнца, без сомнения, должен был задуть снова.</p>
     <p>Стюард вздохнул, и ему внезапно вспомнилась детская песенка: «Жила-была старушка в дырявом башмаке. И было у нее ребят, что пескарей в реке!» <a l:href="#n_487" type="note">[487]</a>. Он отер рукою пот со лба, смутно ощутил онемевшее место на лбу между бровями и сказал:</p>
     <p>— Вот что, ребятки, до Маркизских островов нам на веслах не добраться. Для этого нужен хороший ветер. Но отойти на милю-другую от этой треклятой старой китихи надо непременно. Не знаю, оживет она или нет, но вблизи от нее я чувствую себя не в своей тарелке.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Двумя днями позднее на пароходе «Марипоза», совершавшем свой обычный рейс между Таити и Сан-Франциско, пассажиры вдруг прервали игру в серсо, повскакали из-за карточных столов в курительном салоне, бросили недочитанные романы на шезлонгах и столпились у борта, не сводя глаз с маленькой шлюпки, которая приближалась к ним по волнам, подгоняемая легким попутным ветром. Когда же Длинный Джон с помощью А Моя и Квэка спустил парус и убрал мачту, в толпе пассажиров послышались смешки и хихиканье. То, что они увидели, резко противоречило их представлениям о потерпевших крушение моряках, спасающихся посреди океана на утлой лодчонке.</p>
     <p>Совсем как Ноев ковчег, выглядела эта шлюпка, до отказа набитая постельными принадлежностями, провиантом, ящиками с пивом, имеющая на борту кошку, двух собак, белоснежного какаду, китайца, курчавого папуаса, белокурого гиганта, седовласого Дэга Доутри и Старого моряка, как нельзя лучше подходившего к роли праотца Ноя. Какой-то шутник, клерк строительной конторы, проводивший свой отпуск на море, так и приветствовал его.</p>
     <p>— Мое почтение, дедушка Ной! — крикнул он старику. — Ну, как потоп? Скоро ли доберетесь до Арарата?</p>
     <p>— Много рыбы наловили? — поинтересовался другой юнец, перегнувшийся через фальшборт.</p>
     <p>— Вот здорово! Вы только посмотрите, сколько пива! Доброго английского пива! Запишите за мной один ящик.</p>
     <p>Никогда еще потерпевших кораблекрушение не спасали с таким гамом и хохотом. Веселые молодые люди уверяли, что это сам старик Ной с остатками погибших колен Израилевых явился на «Марипозу», и рассказывали пожилым пассажиркам леденящие кровь истории о тропическом острове, погрузившемся в океан вследствие землетрясения и вулканических катастроф.</p>
     <p>— Я стюард, — представился Дэг Доутри капитану «Марипозы», — и буду счастлив и благодарен, если вы поместите меня вместе с вашими стюардами. Длинный Джон — матрос, он отлично устроится в кубрике. Китаец — кок, а негр — моя собственность. Но мистер Грин-лиф — джентльмен, сэр, и ему нужен самый лучший стол и самая лучшая каюта.</p>
     <p>Когда же на «Марипозе» стало известно, что это люди, спасшиеся с трехмачтовой шхуны «Мэри Тернер», разнесенной в щепы и потопленной китом, то почтенные дамы поверили этой истории не больше, чем небылицам о затонувшем острове.</p>
     <p>— Скажите, капитан Хэйворд, — полюбопытствовала одна из них, — мог бы кит потопить «Марипозу»?</p>
     <p>— До сих пор с ней этого не случалось, — отвечал капитан.</p>
     <p>— Я была в этом уверена, — многозначительно подчеркнула дама. — Корабли строятся не для того, чтобы их топили киты! Верно ведь, капитан?</p>
     <p>— Вы, безусловно, правы, сударыня, тем не менее все пятеро настаивают именно на такой версии.</p>
     <p>— Моряки ведь известны своей буйной фантазией, и вы, наверно, не станете это оспаривать, капитан? — Свое раз и навсегда сложившееся мнение о моряках леди почему-то решила облечь в вопросительную форму.</p>
     <p>— Заправские врали, сударыня. Ей-богу, после сорока лет морской службы я бы не поверил и тому, что сам показал под присягой.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Девять дней спустя «Марипоза» вошла в Золотые ворота и стала на якорь в Сан-Франциско. Юмористические статейки в местных газетах, творения желторотых репортеров, едва окончивших среднюю школу, на часок-другой потешили жителей города сообщением о том, что «Марипоза» подобрала в открытом море потерпевших кораблекрушение, которые рассказали о себе столь фантастическую историю, что даже репортеры им не поверили.</p>
     <p>Дурацкие репортерские измышления давно уже привели к тому, что все факты, мало-мальски отклоняющиеся от обыденных, воспринимаются как вранье. Желторотые репортеры, газетчики и тупоумные обыватели, все свои впечатления черпающие из кинофильмов, попросту не подозревают о существовании бескрайних просторов реального мира.</p>
     <p>— Потоплен китом? — переспрашивает обыватель. — Чушь и больше ничего. Форменная ерунда. Вот «Приключения Элинор» — это, доложу вам, фильм; там я видел…</p>
     <p>Так Доутри и его команда сошли на берег во Фриско безвестными и почти не замеченными, и уже на следующее утро газеты были полны досужими выдумками морских репортеров о нападении гигантской медузы на итальянского рыбака. Длинного Джона товарищи тотчас же потеряли из виду: он поселился в одном из портовых пансионов, через неделю вступил в союз моряков и нанялся на паровую шхуну, отправляющуюся за грузом секвойи в Бандой, штат Орегон. А Мой, едва сойдя на берег, был задержан федеральным иммиграционным управлением и на первом же пароходе Тихоокеанской компании насильственно отправлен в Китай. Кошка с «Мэри Тернер» прижилась на баке «Марипозы» и отправилась в обратный рейс на Таити. Скрэпса взял к себе домой помощник капитана.</p>
     <p>Итак, Дэг Доутри, очутившись на берегу, снял на свои скромные сбережения две недорогие комнатки для себя и своих подопечных — иными словами, для Чарльза Стоу Гринлифа, Квэка, Майкла и еще одной весьма значительной персоны — Кокки. Но Старому моряку Доутри не позволил долго оставаться вместе с ними.</p>
     <p>— Этак ничего у нас не получится, сэр, — заявил он ему. — Нам нужны деньги. А приобрести их можете только вы. Вам надо сегодня же купить два чемодана, взять такси и ошвартоваться у подъезда Бронкс-отеля в роли человека, который расходами не стесняется. Это шикарный отель и не такой уж дорогой, если вести себя разумно. Номер придется взять небольшой, окнами во двор, а питаться вы будете на стороне, это выйдет много дешевле.</p>
     <p>— Помилуйте, Доутри, да ведь у меня совсем нет денег, — запротестовал Старый моряк.</p>
     <p>— Неважно, сэр! Я вас поддержу по мере сил.</p>
     <p>— Но, дорогой мой, вы же знаете, что я старый мошенник. Я не могу обжуливать вас, как всех прочих. Вы… вы же друг мне, понимаете?</p>
     <p>— Отлично понимаю и очень благодарен вам за эти слова, сэр. Потому-то я и забочусь о вас. Но когда вы подцепите новых искателей кладов и оснастите судно, вы возьмете меня с собой в качестве стюарда вместе с Квэком, Киллени-боем и всем остальным семейством. Вы меня усыновили, теперь я ваш взрослый сын, и уж извольте меня слушаться. Отель Бронкс прямо-таки создан для вас — одно название чего стоит. Такая вот обстановка нам и нужна. Люди не столько будут прислушиваться к вашим речам, сколько отмечать про себя, в каком отеле вы живете. Помяните мое слово, когда вы, развалясь в кожаном кресле, с дорогой сигарой во рту и стаканом двадцатицентового питья на столике, начнете рассказывать им про сокровища, это уж само по себе будет дорого стоить. Вам обязательно поверят. Пойдемте-ка, сэр, не мешкая, и купим чемоданы.</p>
     <p>Старый моряк с шиком подъехал к Бронкс-отелю, старомодным почерком начертал в книге для приезжающих: «Чарльз Стоу Гринлиф» — и с новой энергией принялся за дело, которое годами спасало его от работного дома. Дэг Доутри не менее энергично взялся за поиски работы. Это было крайне необходимо при столь широком образе жизни. Его семейству, состоящему из Квэка, Майкла и Кокки, нужны были кров и пища; еще дороже обходилось содержание Старого моряка в первоклассном отеле; и вдобавок существовала его собственная неутолимая потребность в шести квартах пива.</p>
     <p>На беду, это было время промышленного кризиса. Проблема безработицы в Сан-Франциско стояла острее, чем когда-либо. На каждое место стюарда имелось по крайней мере три кандидата. Постоянной работы Доутри найти не удалось, а случайные заработки никак не покрывали его текущих расходов. Три дня он даже пропотел с киркой и лопатой на земляных работах, производившихся муниципалитетом, но затем, согласно закону, должен был уступить свое место другому безработному, которому эти три дня помогли бы еще немного продержаться на поверхности.</p>
     <p>Доутри охотно подыскал бы какую-нибудь работенку Квэку, но это было невозможно. Папуас, лишь однажды видевший Сидней с парохода, сроду не бывал в большом городе. В жизни он знал только пароходы, острова, затерянные в Южных морях, да свой родной остров Короля Вильгельма в Меланезии. Итак, Квэк оставался дома стряпать, убирать две комнатки и ухаживать за Майклом и Кокки. Майклу, привыкшему к просторным палубам, к коралловым бухтам и плантациям, комнатки эти казались тюрьмой.</p>
     <p>Правда, по вечерам он отправлялся гулять с Доутри, и Квэк иногда сопровождал их. Двуногие боги, которыми кишели тротуары, очень докучали Майклу и сильно обесценились в его глазах. Зато стюард, неизменно обожаемый бог, стал ему еще дороже. Майкл чувствовал себя потерянным в этом сонме богов и только в Доутри видел защиту от бурь и горестей жизни.</p>
     <p>«Не позволяй наступать себе на ногу» — вот основной лозунг горожан двадцатого века. И Майкл живо усвоил его, оберегая свои лапы от тысяч обутых в кожу людских ног, вечно куда-то спешащих и нисколько не церемонящихся со скромным ирландским терьером.</p>
     <p>Вечерние прогулки со стюардом неизменно сводились к странствию из бара в бар, где люди, толпясь у длинных стоек, на посыпанном опилками полу или сидя за столиками, пили и болтали, много пили и много болтали. То же самое делал и Доутри, но, выполнив свой ежедневный шестиквартовый урок, немедленно шел домой и заваливался спать. В эти вечера Доутри и Майкл завели немало знакомств среди моряков каботажного плавания, грузчиков и портовых рабочих.</p>
     <p>Один, из таких моряков, капитан шхуны, совершавшей регулярный рейс в бухте Сан-Франциско, а также плававшей по рекам Сан-Хоакин и Сакраменто, пообещал Доутри место кока и одновременно матроса на шхуне «Говард». Эта шхуна, водоизмещением в восемьдесят тонн, включая палубный груз, плавала днем и ночью, в любую погоду, а капитан Иоргенсен, кок и два матроса, на основах полной демократии, грузили и разгружали ее; когда один стоял у штурвала, трое остальных спали. Каждый работал за двоих, а то и за троих, но пища на «Говарде» была обильной, а заработок от сорока пяти до шестидесяти долларов в месяц.</p>
     <p>— Даю вам слово, — заявил капитан Иоргенсен, — что я живо спроважу своего кока Гансона, и тогда вы явитесь к нам на борт вместе с вашим псом. — Он ласково потрепал Майкла по голове своей большой, мозолистой рукой. — Славный песик, что и говорить! Он нам очень пригодится на стоянках, когда все спят как убитые.</p>
     <p>— Спровадьте поскорей этого Гансона, — настаивал Доутри.</p>
     <p>Но капитан в ответ только медленно покачал своей тугодумной головой.</p>
     <p>— Сначала я должен задать ему хорошую трепку.</p>
     <p>— Ну так задайте ему трепку сегодня и спровадьте его, — твердил Доутри. — Вон он стоит в углу у стойки.</p>
     <p>— Нет, так не пойдет. Он должен дать мне повод. Поводов-то у меня, положим, хоть отбавляй, но нужно такой, чтобы всем все было ясно. Я задам ему трепку, а народ кругом пусть говорит: «Ай да капитан, так его, так его!» Тогда место будет за вами, Доутри.</p>
     <p>Если бы капитан Иоргенсен не медлил так с задуманной трепкой, а Гансон поскорее дал бы повод к ней, Майкл отправился бы вместе с Доутри на шхуну «Говард» и вся его последующая жизнь резко отличалась бы от той, которую ему готовила судьба. Но чему быть, того не миновать — случайность и сочетание случайностей, над которыми Майкл был не властен и о которых не подозревал, так же как не подозревал о них Доутри, определили его дальнейшую участь. В ту пору самая безудержная фантазия не могла бы предугадать сценическую карьеру Майкла и ту ужасающую жестокость, которую ему пришлось испытать на себе. Что же касается судьбы Дэга Доутри и Квэка, то она не могла бы привидеться даже наркоману в его кошмарном забытьи.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Как-то вечером Дэг Доутри сидел в салуне «Приют землекопов». Он находился в обстоятельствах весьма затруднительных. Найти работу было почти невозможно, а сбережения его подошли к концу. Перед вечером у него состоялся телефонный разговор со Старым моряком, который только и мог сообщить ему, что какой-то отставной доктор-шарлатан, видимо, клюнул на его удочку.</p>
     <p>— Позвольте мне заложить кольца, — уже не в первый раз настаивал Старый моряк.</p>
     <p>— Нет, сэр, — отвечал Доутри. — Ваши кольца нужны нам для дела. Это наш основной капитал. Они создают нужную нам атмосферу. Что называется, говорят красноречивее слов. Сегодня вечером я кое-что обмозгую, а завтра утром мы встретимся, сэр. Оставьте при себе кольца и не слишком энергично обрабатывайте своего доктора. Пусть он сам прибежит к вам. Это лучший способ. Итак, все идет недурно, а дураков на наш век хватит. Ни о чем не беспокойтесь, сэр. Дэг Доутри еще никогда не давал маху.</p>
     <p>Но, сидя в «Приюте землекопов», он чувствовал себя далеко не так уверенно. В кармане у него было ровно столько денег, сколько нужно было для уплаты квартирной хозяйке за следующую неделю; он уже просрочил три дня, и хозяйка, особа весьма неприятная, шумно требовала долг. Дома у них пищи было разве что на завтрашний день, да и то при соблюдении строжайшей экономии. Отельный счет Старого моряка не оплачивался уже в течение двух недель и составлял изрядную сумму, так как отель был первоклассный; а у самого старика в кармане оставалось всего несколько долларов, бряцая которыми он пускал пыль в глаза жадному до кладов доктору.</p>
     <p>Но самое печальное было то, что Доутри пришлось наполовину сократить свою ежедневную порцию пива, — он твердо решил не тратить квартирных денег, так как в противном случае очутился бы со всем своим семейством на улице. Поэтому он и сидел сейчас за столиком о капитаном Иоргенсеном, который только что вернулся с грузом сена из Петалумы. Иоргенсен уже дважды заказывал пиво, и жажда его, видимо, была утолена. Он то и дело зевал, устав от тяжелой работы и ночного бодрствования, да поглядывал на часы. А Доутри недоставало трех кварт! Вдобавок Гансон еще не получил своей трепки, а значит, и поступление в качестве кока на шхуну все еще оставалось туманной и отдаленной перспективой.</p>
     <p>Внезапно Доутри, совсем уже было впавшего в отчаяние, осенила идея, как добыть еще кружку молодого пива. Он не очень-то долюбливал молодое пиво, но оно было дешевле.</p>
     <p>— Посмотрите на моего пса, капитан, — начал он. — Вы себе даже представить не можете, до чего этот Киллени-бой умен. Считает он, например, не хуже нас с вами.</p>
     <p>— Гм! — буркнул капитан Иоргенсен. — Я видал таких собак в балаганах. Все это обман. Собаки и лошади считать не умеют.</p>
     <p>— А этот пес умеет, — спокойно продолжал Доутри. — И вы его ничем не собьете. Давайте поспорим: я сейчас закажу две кружки пива, громко, так, чтобы он услышал, затем шепотом велю официанту принести одну, и вы увидите, какой шум поднимет Киллени-бой, когда официант явится с одной кружкой.</p>
     <p>— Вот это да! На что же мы будем спорить? Доутри нащупал в кармане десятицентовик. Если Киллени подведет его, то деньги за квартиру внесены не будут. Но Киллени не может его подвести, решил Доутри и сказал:</p>
     <p>— Давайте спорить на две кружки пива.</p>
     <p>Они подозвали официанта и, после того как ему была дана секретная инструкция, кликнули Майкла, примостившегося в углу, у ног Квэка. Когда Доутри придвинул стул и пригласил его к столу, Майкл насторожился. Ясно, что стюард чего-то домогается от него, видимо, хочет, чтобы он показал себя в выгодном свете. И он преисполнился рвения: не показать себя в выгодном свете, а выказать свою любовь стюарду. Любовь и служение любимому — для Майкла это было единое понятие. Готовый по первому слову Доутри прыгнуть в огонь, Майкл сейчас был готов угадать малейшее его желание. Так он понимал любовь. Любовь для него означала одно — служение.</p>
     <p>— Эй, официант, — позвал Доутри и, когда тот приблизился, громко сказал: — Два пива!.. Ты понял, Киллени? Два пива!</p>
     <p>Майкл заерзал на стуле, порывисто положил на стол лапу и так же порывисто лизнул своим красным языком склонившееся над ним лицо Доутри.</p>
     <p>— Он запомнит, — сказал Доутри капитану.</p>
     <p>— Не запомнит, если мы будем разговаривать. Сейчас мы собьем с толку вашего песика. Я скажу, что место кока за вами, как только я спроважу Гансона. А вы скажете, что мне надо спровадить его как можно скорее. Потом я скажу, что Гансон сначала должен подать мне повод для трепки. А затем мы начнем спорить и орать друг на дружку. Ну как, идет?</p>
     <p>Доутри кивнул, они затеяли громкий спор, и Майкл стал внимательно поглядывать то на одного, то на другого.</p>
     <p>— Я выиграл, — объявил капитан Иоргенсен, когда официант подошел к их столику с одной кружкой пива. — Песик все забыл, если только он вообще помнил. Он думает, что мы сейчас подеремся. Одна или две кружки пива — это представление уже стерлось в его мозгу, как стираются волной слова, написанные на песке.</p>
     <p>— А я полагаю, что он своей арифметики не забудет, сколько бы мы ни шумели, — отвечал Доутри, хотя сердце у него упало. — Впрочем, что там говорить, сейчас вы сами увидите, — обнадеживающе добавил он.</p>
     <p>Официант поставил перед капитаном высокую кружку пива, и тот немедленно потянул ее к себе. Майкл весь напрягся, как струна: сейчас потребуется его служение, он отлично знал — стюард чего-то ждет от него, и, вдруг вспомнив старые уроки на «Макамбо», взглянул на невозмутимое лицо стюарда в ожидании «знака», затем осмотрелся и увидел не две, а одну кружку пива. Он так прочно усвоил разницу между одним и двумя, что — каким образом, этого не мог бы определить самый тонкий психолог, так же как не мог бы определить, что есть мысль, — немедленно понял: здесь стоит одна кружка, тогда как заказаны были две. Он молниеносно вскочил, в горле у него запершило от злости, он уперся передними лапами в стол и залаял на официанта.</p>
     <p>Капитан Иоргенсен ударил кулаком по столу.</p>
     <p>— Ваша взяла! — крикнул он. — Я плачу за пиво! Официант, еще кружку.</p>
     <p>Майкл взглянул на Доутри — для проверки; и рука, погладившая его голову, дала ему утвердительный ответ.</p>
     <p>— Попробуем еще раз, — сказал оживившийся и очень заинтересованный капитан, вытирая ладонью пену с усов. — Он, наверно, только и знает, что один да два, а вот как насчет трех или четырех?</p>
     <p>— То же самое капитан. Он умеет считать до пяти. Он понимает, когда и больше пяти, но названия цифр дальше не знает.</p>
     <p>— Эй, Гансон! — заорал на весь зал капитан своему коку. — Иди сюда, дурья башка! Выпей с нами!</p>
     <p>Гансон подошел и придвинул себе стул.</p>
     <p>— Я плачу за пиво, Доутри, — объявил капитан. — Но заказывать будете вы. Погляди-ка, Гансон, какие штуки выделывает эта псина. Доутри сейчас закажет три пива. Пес слышит слово «три». А я — вот так — показываю официанту два пальца. Он приносит две кружки. И псина его за это облаивает. Вот увидишь.</p>
     <p>Представление повторилось; Майкл не умолкал, пока приказание Доутри не было исполнено в точности.</p>
     <p>— Он считать не умеет, — заключил Гансон. — А просто видит, что один из нас остался без пива. Вот и все. Пес знает, что перед каждым человеком должна стоять кружка. А раз это не так, вот он и лает.</p>
     <p>— Он вам покажет еще кое-что почище, — хвастливо заметил Доутри. — Нас трое? Мы закажем четыре пива. Тогда у каждого будет по кружке, но Киллени все равно будет лаять на официанта.</p>
     <p>И правда, Майкл, теперь уже отлично смекнувший, в чем состоит игра, лаял и огрызался, покуда официант не принес четвертой кружки. К этому времени вокруг их столика уже собралась целая толпа; каждый готов был оплатить пиво Доутри, чтобы только лишний раз испытать Майкла.</p>
     <p>— Честное слово, — пробурчал себе под нос Доутри, — чудно устроена жизнь. Только что человек пропадал от жажды, а теперь его, кажется, хотят утопить в пиве.</p>
     <p>Многие выражали желание купить Майкла, но давали за него смехотворные суммы — пятнадцать, двадцать долларов.</p>
     <p>— Вот что я вам предлагаю, — говорил капитан Иоргенсен Доутри, которого он заманил в дальний угол. — Отдайте мне псину, я немедленно задам трепку Гансону, и можете завтра же приходить на работу.</p>
     <p>Владелец «Приюта землекопов», в свою очередь, отозвал Доутри в сторонку и шептал ему на ухо:</p>
     <p>— Приходите к нам каждый вечер с вашей собачкой. Дела у меня пойдут побойчее. Пиво будете получать бесплатно и вдобавок еще пятьдесят центов наличными за вечер.</p>
     <p>Последнее предложение и зародило великую идею в мозгу Доутри. Дома, покуда Квэк расшнуровывал ему башмаки, он обратился к Майклу со следующей речью:</p>
     <p>— Живем, Киллени! Если хозяин этого заведения дает мне за тебя сколько хочешь пива да еще пятьдесят центов в придачу, значит, ты этого стоишь, сынок, для него… а для меня и больше, куда больше. Ведь хозяин-то уж знает свою выгоду, раз он продает пиво, а не покупает его. И ты, Киллени, не откажешься поработать на меня, это уж я знаю. Деньги нам нужны. У нас есть Квэк, и мистер Гринлиф, и Кокки, не говоря уж о нас с тобой, и еды нам требуется немало. Да и деньги на квартиру раздобыть нелегко, а работу и того труднее. Одним словом, сынок, завтра вечером мы с тобой погуляем по городу и посмотрим, сколько нам удастся раздобыть деньжонок.</p>
     <p>И Майкл, сидя на коленях стюарда нос к носу и глядя ему прямо в глаза, от восторга весь извивался и корчился, высовывал язык и вилял хвостом. Что бы ни говорил стюард, это было прекрасно, потому что исходило от него.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Седовласый стюард и мохнатый ирландский терьер быстро сделались заметными фигурами в ночной жизни портового района Сан-Франциско. В представление со счетом Доутри после тщательной подготовки ввел и Кокки. Теперь, когда официант не приносил заказанного ему числа кружек, Майкл оставался совершенно спокоен, покуда Кокки, по неприметному знаку стюарда, не становился на одну лапку и не упирался другой в шею Майкла, словно шепча ему что-то на ухо. После чего Майкл обводил глазами стол и задавал свой обычный «разнос» официанту.</p>
     <p>Но настоящий успех выпал на их долю, когда Доутри и Майкл впервые исполнили дуэт «Свези меня в Рио!». Это было в матросском дансинге на Пасифик-стрит. Танцы немедленно прекратились, и матросы стали шумно требовать еще песен. Впрочем, хозяин заведения на этом не прогадал: никто не уходил, наоборот, толпа, окружавшая певцов, все прибывала, по мере того как Майкл исполнял свой репертуар: «Боже, храни короля», «Спи, малютка, спи», «Веди нас, свет благой», «Родина любимая моя» и «Шенандоа».</p>
     <p>Теперь запахло уже чем-то посущественнее дарового пива: когда Доутри собрался уходить, владелец танцевального зала, сунув ему в руку три серебряных доллара, настойчиво просил завтра зайти опять.</p>
     <p>— За эти-то гроши? — спросил стюард, с презрением глядя на деньги.</p>
     <p>Хозяин торопливо прибавил еще два доллара, и Доутри пообещал прийти.</p>
     <p>— Все равно, Киллени, сынок, — говорил он Майклу, когда они укладывались спать, — мы с тобой стоим больше, чем пять долларов за вечер. Таких псов, как ты, еще на свете не было. Подумать только — поющая собака, может исполнять со мной дуэты да еще сколько песен умеет петь и без меня. Говорят, Карузо в вечер зарабатывает тысячу долларов. Ты, конечно, не Карузо, но среди собак ты все-таки Карузо, первый и единственный. Я, сынок, буду твоим импресарио. Если мы с тобой не сумеем здесь зашибить долларов по двадцати в вечер, переберемся в кварталы пошикарнее. А наш старик в отеле Бронкс переедет в комнату по фасаду. И Квэка мы оденем с головы до ног. Киллени, друг мой, мы с тобой еще так разбогатеем, что если нашему старику не удастся опять подцепить какого-нибудь дуралея, то мы и сами раскошелимся — купим шхуну и пошлем его искать клад. Это значит, что простаками будем мы, ты и я. Ну что ж, и отлично!</p>
     <p>Портовый район, бывший матросским поселком еще в те времена, когда Сан-Франциско слыл портом самых отчаянных в мире головорезов, разросся вместе с городом и теперь добрую половину своих доходов получал с туристов — любителей «живописных трущоб», которые напропалую сорили деньгами в этих самых трущобах. У богатых людей, в особенности когда они хотели развлечь любопытных приезжих из Восточных штатов, даже вошло в обычай после обеда разъезжать на машинах из одного матросского дансинга в другой или подряд объезжать низкопробные кабаки. Словом, портовый район сделался такой же достопримечательностью, как Китайский квартал или отель Клифф-Хаус.</p>
     <p>Вскоре Дэг Доутри уже получал двадцать долларов в вечер за два двадцатиминутных сеанса и отказывался от такого количества предлагаемых ему кружек пива, что ими можно было напоить десяток подобных ему, вечно жаждущих людей. Никогда еще стюард так не процветал; не будем отрицать, что и Майкл радовался этой новой жизни. Впрочем, радовался он главным образом за стюарда. Он служил ему, и именно такого служения больше всего жаждало его сердце.</p>
     <p>Собственно говоря, Майкл был теперь кормильцем семьи, все члены которой благоденствовали. Квэк, в своих рыжих башмаках, в котелке и брюках с безукоризненно заглаженной складкой, просто сиял. Кроме всего прочего, он пристрастился к кинематографу и тратил на него от двадцати до тридцати центов в день, неуклонно просиживая в зале все сеансы. Хлопоты по дому отнимали у него теперь очень немного времени, так как они столовались в ресторанах. Старый моряк не только перебрался в один из лучших номеров отеля Бронкс, но, по настоянию Доутри, иногда даже приглашал своих новых знакомых в театр или в концерт и потом отвозил их домой на такси.</p>
     <p>— А все же век мы так жить не станем, Киллени, — говорил Майклу стюард. — Вот сколотит наш старик новую компанию денежных мешков, разохотятся они на клады и… айда — в синее море, сынок! Под ногами крепкое суденышко, брызги воды, нет-нет и волна перекатится через палубу. Мы с тобой вправду отправимся в Рио, а не будем только петь об этом всякому сброду. Пусть себе сидят в этих мерзких городах. Море — вот это нам подходит, сынок, тебе и мне, и нашему старику, и Квэку, и Кокки тоже. Городская жизнь не про нас. Нездоровая это жизнь. Да, сынок, хочешь верь, хочешь не верь, а я как-то даже состарился и гибкость свою потерял. Мочи моей нет больше болтаться без дела. У меня сердце готово выпрыгнуть, как подумаю, что старик опять скажет мне: «А неплохо, стюард, выпить перед обедом вашего великолепного коктейля». В следующее плавание мы возьмем с собой маленький ледничок, чтоб у него всегда были хорошие коктейли.</p>
     <p>А посмотри на Квэка, друг мой Киллени. Его ведь узнать нельзя. Если он и дальше будет все вечера просиживать в кинематографе, так, пожалуй, еще чахотку схватит. Ради его здоровья, и моего, и твоего, и всех нас надо нам поскорее сняться с якоря и удирать туда, где дуют пассаты, где летят брызги морской воды и все тело твое насквозь пропитывают солью.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>И правда, Квэк, не жаловавшийся ни на какое недомогание, быстро таял. Опухоль под правой рукой, вначале разраставшаяся медленно и нечувствительно, теперь причиняла ему непрестанную ноющую боль. По ночам Квэк часто просыпался от боли, хотя спал всегда на левом боку. А Мой, если бы его не схватили и не отправили в Китай чиновники Иммиграционного управления, мог бы разъяснить ему, что означает эта опухоль, так же как мог бы разъяснить Дэгу Доутри, что означает все увеличивающееся онемелое пространство между его бровями, где уже явственно обозначались вертикальные «львиные» черточки. А Мой также растолковал бы, отчего у него согнут мизинец на левой руке. Сам Доутри поначалу определил это как растяжение сухожилия. Позднее он решил, что подхватил ревматизм в сыром и туманном Сан-Франциско. И это заставляло его еще больше рваться в море, где тропическое солнце выжигает любые ревматизмы.</p>
     <p>Работая стюардом, Доутри привык соприкасаться с представителями высших кругов общества. Но здесь, на «дне» Сан-Франциско, он впервые встретился с ними как равный с равными. Более того, они сами стремились к общению с ним. Искали его. Домогались чести сидеть за столиком Доутри и оплачивать его пиво в любом второразрядном кабачке, где Майкл давал свои представления. Они охотно потчевали бы стюарда и самым дорогим вином, не будь он так привержен к пиву. Некоторые из них даже приглашали его к себе на дом: «С вашей замечательной собачкой, которая, надо думать, споет нам несколько песенок». Но Доутри, гордясь Майклом, ради которого и делались эти приглашения, неизменно отклонял их, ссылаясь на то, что профессиональная жизнь слишком утомляет их обоих и они не могут позволить себе подобных развлечений. Майклу же он объяснил, что вот если бы им предложили пятьдесят долларов за вечер, то они бы, конечно, «кочевряжиться не стали».</p>
     <p>Среди многочисленных новых знакомых Доутри и Майкла двоим было суждено сыграть значительную роль в их жизни. Первый — врач и местный политик, некий Уолтер Меррит Эмори — не раз подсаживался к столику Доутри, за которым неизменно восседал на стуле и Майкл. В благодарность за оказанную ему честь доктор Эмори вручил Доутри свою визитную карточку и заявил, что будет счастлив оказать медицинскую помощь, разумеется, бесплатно, и хозяину и собаке, в случае если таковая им понадобится.</p>
     <p>Доутри считал доктора Уолтера Меррита Эмори дельным человеком, бесспорно, хорошим врачом, но в достижении своей цели беспощадным, как голодный тигр. Однажды он с грубоватой прямотой, допустимой при ныне сложившихся обстоятельствах, объявил ему:</p>
     <p>— Вы, док, какое-то чудо! Это видишь с первого взгляда. Вам ничего не станет поперек дороги, разве что…</p>
     <p>— Разве что, что?</p>
     <p>— Разве что то, чего вы добиваетесь, вколочено кольями в землю, заперто на замок или находится под охраной полиции. Не хотел бы я иметь то, что хочется иметь вам.</p>
     <p>— А вы, кстати сказать, имеете, — заверил его доктор, указав глазами на Майкла.</p>
     <p>— Бр-р! — У Доутри мороз пробежал по коже. — Вы меня в дрожь вгоняете. Не знай я, что вы шутите, я бы дня не остался в Сан-Франциско. — Минуту-другую он сидел в задумчивости, уставившись в свое пиво, затем вдруг успокоенно засмеялся. — Никто на свете у меня этого пса не отнимет. Я убью всякого, кто на него позарится. И я заранее скажу ему это, так же как вот вам говорю сейчас; и он мне поверит, так же как верите вы. Вы знаете, что я не хвастаюсь. Ведь это собака…</p>
     <p>Дэг Доутри запнулся, не умея выразить всей глубины своих чувств, и до дна осушил кружку.</p>
     <p>Совсем к иному типу принадлежал другой человек, призванный сыграть роковую роль в жизни Доутри и Майкла. Гарри Дель Мар — называл он себя; Гарри Дель Мар — значилось на афишах «Орфеума», когда он там гастролировал. Этот человек для заработка занимался дрессировкой животных, но Доутри этого не знал, так как в данное время Дель Мар отдыхал от своих трудов и ровно ничего не делал. Он тоже оплачивал пиво Доутри, сидя за его столиком. Еще молодой, лет тридцати, не более, с очень длинными ресницами, окаймлявшими большие карие глаза, которые он сам считал магнетическими, красивый, с пухлыми женственными губами, он, вразрез со своим внешним видом, отличался необыкновенной деловитостью в разговоре.</p>
     <p>— У вас не хватит денег купить его, — отвечал Доутри, когда Дель Мар увеличил предлагаемую за Майкла сумму с пятисот долларов до тысячи.</p>
     <p>— Тысяча долларов у меня найдется, — возражал Дель Мар.</p>
     <p>— Нет! — Доутри покачал головой. — Я не продам его ни за какие деньги. Да и на что он вам сдался?</p>
     <p>— Он мне нравится, — был ответ. — Зачем, по-вашему, я сюда пришел? Почему здесь толчется столько народу? И почему вообще люди тратятся на вино, держат лошадей, похваляются своей связью с актрисами, становятся попами или буквоедами? Потому что им это нравится. Вот и все. Все мы по мере сил делаем то, что нам нравится, и гоняемся за тем, чего нам хочется, независимо от того, есть у нас шансы на успех или нет. Мне, например, нравится ваша собака. Я хочу ее иметь. Пусть за тысячу долларов. Посмотрите, какой бриллиант на пальце вон у той женщины. Несомненно, он понравился ей, она его пожелала и получила, не думая о цене. Цена значила для нее меньше, чем бриллиант. А ваша собака…</p>
     <p>— Но вы-то ей не нравитесь, — перебил его Доутри, — и это даже странно. Обычно она со всеми приветлива. На вас же ощерилась с первого взгляда. А на что, спрашивается, человеку собака, которая его не любит?</p>
     <p>— Это не существенно, — спокойно отвечал Дель Мар. — Мне собака нравится. А нравлюсь я ей или не нравлюсь — это уж мое дело; думаю, что я бы сумел ее перевоспитать.</p>
     <p>И Доутри вдруг показалось, что под безмятежной и корректной внешностью этого человека кроется бесконечная жестокость, еще усугубленная холодной расчетливостью. Конечно, Доутри подумал об этом не в таких словах. Вернее, даже не подумал, а почувствовал, чувствам же не нужны слова.</p>
     <p>— Здесь поблизости есть банк, открытый всю ночь, — продолжал Дель Мар. — Мы можем зайти туда, и через полчаса деньги будут у вас в руках.</p>
     <p>Доутри покачал головой.</p>
     <p>— Никуда не годится, даже с коммерческой точки зрения, — заявил он. — Посудите сами, этот пес зарабатывает двадцать долларов в вечер. Допустим, что он работает двадцать пять дней в месяц. Это составляет пятьсот долларов ежемесячно, или шесть тысяч в год. Допустим, что это пять процентов с капитала, так легче считать, — значит, капитал равняется ста двадцати тысячам долларов. Предположим, что мое жалованье и мои личные расходы равняются двадцати тысячам, — выйдет, что собака стоит сто тысяч. Ладно, возьмем даже половину этой суммы — пятьдесят тысяч. А вы предлагаете мне за нее тысячу!</p>
     <p>— Вы, кажется, полагаете, что он будет приносить доход вечно, как земельная собственность, — со спокойной улыбкой отвечал Дель Мар.</p>
     <p>Доутри мгновенно почуял, куда он клонит.</p>
     <p>— Пусть он проработает пять лет — вот уже тридцать тысяч. Пусть, наконец, всего один год — это шесть тысяч. Значит, вы мне за шесть тысяч предлагаете одну. Такая сделка меня не устраивает… и его тоже. И, наконец, когда он не сможет больше работать и никто за него цента не даст, для меня он все равно будет стоить миллион; и если кто-нибудь мне этот миллион предложит, я обязательно потребую надбавки.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Мы еще встретимся, — так закончил Гарри Дель Мар свой четвертый разговор относительно продажи Майкла.</p>
     <p>Но Гарри Дель Map ошибся. Он никогда больше не встретился с Доутри, потому что Доутри встретился с доктором Эмори.</p>
     <p>Квэк, спавший все более и более беспокойно из-за своей опухоли под мышкой, мешал спать Доутри. После целого ряда тревожных ночей стюард подумал-подумал и решил, что Квэк теперь уже достаточно болен, чтобы можно было обратиться к врачу. Потому-то однажды, часов в одиннадцать утра, он явился вместе с Квэком к Уолтеру Мерриту Эмори и дождался своей очереди, сидя в переполненной пациентами приемной.</p>
     <p>— Боюсь, что у него рак, доктор, — заметил Доутри, покуда Квэк снимал рубашку и фуфайку. — Он ведь ничего не подозревал, покуда он не начал вертеться и стонать во сне. Вот смотрите! Что это, по-вашему? Рак или просто опухоль? Во всяком случае — одно из двух.</p>
     <p>Но острый глаз Уолтера Меррита Эмори, скользнув по Квэку, тотчас же приметил скрюченные пальцы на левой руке. Впрочем, взгляд у доктора Эмори был не только острый, но и особо наметанный на проказу. В свое время он одним из первых добровольно отправился на Филиппины, где специально занимался изучением проказы, и насмотрелся такого множества прокаженных, что с первого взгляда мог определить эту болезнь, если только она не была в самой начальной стадии. От скрюченных пальцев, симптома безболезненной формы проказы, объясняющейся распадом нервов, и «львиных» складок на лбу его взгляд скользнул к опухоли под мышкой, и диагноз был поставлен молниеносно: бугорковая форма проказы.</p>
     <p>И так же молниеносно мелькнули в его мозгу две мысли: первой была аксиома: когда и где бы ты ни встретил прокаженного — ищи второго; и вторая: вожделенный ирландский терьер, собственность Доутри, долгое время находившийся на попечении Квэка. В ту же секунду доктор Уолтер Меррит Эмори отвернулся от своего пациента. Неизвестно, что знает стюард о проказе и знает ли вообще что-нибудь, а пробуждать в нем подозрения весьма нежелательно. Взгляд его как бы случайно упал на часы, и он обратился к Доутри:</p>
     <p>— Я бы сказал, что у него кровь не в порядке. Он очень истощен. Не привык к беспокойной городской жизни и к нашей пище. Я, конечно, произведу исследование опухоли на рак, хотя почти уверен, что результат будет отрицательный.</p>
     <p>Говоря это, он впился глазами в лицо Доутри, вернее, в маленький клочок кожи между его бровями повыше переносицы. Этого было достаточно. Опытный глаз мгновенно различил «львиную» печать проказы.</p>
     <p>— Да вы и сами порядком утомлены, — спокойно продолжал он. — Держу пари, что и вы чувствуете себя не в своей тарелке.</p>
     <p>— Пожалуй, так оно и есть, — согласился Доутри. — Надо мне поскорее отправиться в море, в тропики, и там хорошенько прогреть свой ревматизм.</p>
     <p>— Где у вас ревматизм? — как бы рассеянно спросил доктор Эмори, притворяясь, что хочет вновь заняться исследованием опухоли Квэка.</p>
     <p>Доутри протянул ему левую руку со слегка скрючившимся мизинцем, беспокоившим его.</p>
     <p>Уолтер Меррит Эмори из-под опущенных ресниц с притворной небрежностью взглянул на мизинец Доутри, чуть припухший, слегка искривленный, с блестящим, атласистым кожным покровом, и опять почти мгновенно повернулся к Квэку, но взгляд его еще раз испытующе остановился на «львиных» складках между бровей Доутри.</p>
     <p>— Ревматизм — все еще загадка для нас, врачей, — произнес Эмори и, как бы увлеченный этой мыслью, обернулся к Доутри. — Очень индивидуальное заболевание, проявляющееся в самых различных формах. У каждого по-своему. Вы, наверно, чувствуете онемение?</p>
     <p>Доутри усиленно сгибал и разгибал свой мизинец.</p>
     <p>— Да, сэр, — отвечал он. — Палец потерял гибкость.</p>
     <p>— Ага, — сочувственно пробормотал доктор Эмори. — Сядьте, пожалуйста, вон в то кресло. Если мне даже не удастся вас вылечить, то я во всяком случае направлю вас в наилучшее место для такого рода больных… Мисс Джадсон!</p>
     <p>Покуда молодая особа в костюме сестры милосердия соответствующим образом устанавливала выкрашенное эмалевой краской врачебное кресло и усаживала в него Доутри, а доктор Эмори погружал кончики пальцев в сильнейший из имевшихся у него антисептических растворов, в мозгу его вновь всплыл вожделенный образ мохнатого ирландского терьера, показывавшего разные штуки в матросских кабачках и откликавшегося на кличку Киллени-бой.</p>
     <p>— У вас ревматизм не только в левом мизинце, — заметил доктор Эмори. — Лоб у вас тоже поражен. Одну минуточку, прошу прощения. Скажите, если будет больно. Я только хочу проверить свой диагноз… Ну да, конечно! Повторяю: скажите, когда что-нибудь почувствуете. Ревматизм — капризная болезнь… Обратите внимание, мисс Джадсон, держу пари, что вы еще не видели этакой формы ревматизма. Видите, больной не реагирует, полагает, что я еще не приступил…</p>
     <p>Не переставая болтать и что-то рассказывать, он проделал нечто такое, что не могло бы и во сне присниться Дэгу Доутри, а Квэку, наблюдавшему за его манипуляциями, показалось дьявольским наваждением.</p>
     <p>Доктор Эмори с помощью большой иглы исследовал темное пятнышко между «львиными» складками. Он не зондировал больное место, а попросту всадил в него иглу с одной стороны и, ведя ее параллельно кожному покрову, вытащил с другой. Квэк смотрел на все это, вытаращив глаза, но хозяин его не вздрогнул, не дернулся, не шелохнулся во время этой операции.</p>
     <p>— Что же вы не начинаете? — нетерпеливо спросил Дэг Доутри. — А кроме того, дело вовсе не в моем ревматизме, а в опухоли негра.</p>
     <p>— Вам надо пройти курс лечения, — внушительно заявил доктор Эмори. — Ревматизм — упорная штука.</p>
     <p>Нельзя допускать, чтобы он сделался хроническим. Я назначу вам лечение. Теперь вставайте, сейчас я посмотрю вашего негра.</p>
     <p>Но, прежде чем уложить Квэка, доктор Эмори набросил на кресло простыню, насквозь пропитанную каким-то едко пахнущим раствором. Еще не приступив к исследованию Квэка, он, словно вдруг вспомнив что-то, взглянул на часы и тотчас же с укоризненной миной повернулся к ассистировавшей ему сестре.</p>
     <p>— Мисс Джадсон, — холодно и резко проговорил он. — Вы меня подвели. Сейчас без двадцати двенадцать, а вы отлично знали, что ровно в половине двенадцатого у меня консилиум с доктором Хэдли. Могу себе представить, как он меня клянет. Вы же знаете его сварливый характер.</p>
     <p>Мисс Джадсон кивнула головой с видом смиренным и раскаянным; казалось, она сознает свою вину и понимает, как важен был этот консилиум, на самом же деле она только отлично знала своего патрона, о встрече же, назначенной на половину двенадцатого, сейчас услыхала впервые.</p>
     <p>— Доктор Хэдли принимает в этом же самом здании, — объяснил Доутри доктор Эмори. — На разговор нам потребуется минут пять, не более. Мы с ним разошлись во мнениях. Он поставил диагноз — хронический аппендицит и настаивает на операции, я же считаю, что это пиорея <a l:href="#n_488" type="note">[488]</a>, из полости рта перекинувшаяся на желудок, и что смазывание рта эметином окажет целительное действие и на желудок. Вы, конечно, во всех этих вещах не разбираетесь, но дело в том, что я уговорил доктора Хэдли вызвать еще и доктора Гренвилля, зубного врача, специалиста по пиорее. Теперь они оба вот уже десять минут дожидаются меня! Мне надо бежать!</p>
     <p>— Я вернусь через пять минут! — крикнул он уже в дверях. — Мисс Джадсон, скажите, пожалуйста, пациентам, ожидающим в приемной, чтобы они не беспокоились.</p>
     <p>Он вошел в кабинет доктора Хэдли, где и в помине не было больного, страдающего то ли аппендицитом, то ли пиореей, снял телефонную трубку и позвонил сначала председателю городского санитарного управления, потом начальнику полиции. Ему повезло: он застал обоих на месте и, называя их запросто, по имени, сделал тому и другому какое-то секретное сообщение.</p>
     <p>Вернулся он к себе в превосходном расположении духа.</p>
     <p>— Я ему так прямо и сказал, — доверительно обратился он к мисс Джадсон, а заодно и к Доутри. — Доктор Гренвилль поддержал меня. Разумеется, типичная пиорея. Операция отменяется. Сейчас они уже смазывают ему эметином гнойники на деснах. А приятно, когда подтверждается твоя правота. Теперь я заслужил сигару. Верно ведь, мистер Доутри?</p>
     <p>Доутри утвердительно кивнул, и доктор Эмори закурил толстую гавану, продолжая похваляться своим вымышленным торжеством над собратом по профессии. За этой болтовней он, видимо, позабыл про сигару и, небрежно облокотившись о кресло, не заметил, что горящий кончик ее уперся в один из скрюченных пальцев Квэка. Быстрый кивок в сторону мисс Джадсон, единственной, от кого это не укрылось, послужил ей предупреждением — не удивляться, что бы ни произошло.</p>
     <p>— Вы понимаете, мистер Доутри, — оживленно повествовал Уолтер Меррит Эмори, гипнотизируя стюарда взглядом и не отнимая кончика сигары от пальца Квэка, — чем старше я становлюсь, тем больше убеждаюсь, что к операциям у нас часто прибегают непродуманно и чересчур поспешно.</p>
     <p>Огонь продолжал жечь живое человеческое тело, и тоненькая струйка дыма, поднимавшаяся от пальца Квэка, по цвету резко отличалась от дыма сигары.</p>
     <p>— Возьмем хотя бы этого пациента доктора Хэдли. Я спас его не только от риска, связанного с операцией аппендицита, но также от расходов на врачей и лечебницу. Я, конечно, ничего с него за это не возьму. Доктор Хэдли ограничится весьма скромным гонораром. Доктор Гренвилль будет лечить его пиорею эметином за какие-нибудь несчастные пятьдесят долларов. Итак, я не только спас его от опасности и волнений, связанных с операцией, но сохранил этому человеку по меньшей мере тысячу долларов, которые пошли бы на оплату хирурга, лечебницы и сиделок.</p>
     <p>Покуда он говорил, по-прежнему не сводя с Доутри гипнотизирующего взгляда, в воздухе запахло горелым мясом. Доктор Эмори с удовлетворением вдыхал этот запах. Мисс Джадсон тоже почуяла его, но, памятуя о полученном предупреждении, не подала виду. Она не оглядывалась на Квэка, хотя этот запах явственно говорил о том, что сигара по-прежнему жжет его палец.</p>
     <p>— Пахнет чем-то паленым! — вдруг спохватился Доутри, втягивая ноздрями воздух и озираясь вокруг.</p>
     <p>— Дрянь сигара, — отвечал доктор Эмори. Он отнял ее от пальца Квэка и принялся неодобрительно разглядывать, потом поднес к носу, и физиономия его приняла брезгливое выражение. — Только что не капустные листья, но вообще какая-то пакость, которой я не знаю да и знать не хочу. Черт знает что! Выпускают новый сорт сигар из действительно прекрасного табака, а как только он получает распространение, начинают подмешивать низкопробный табак. Благодарю покорно! С сегодняшнего дня я меняю марку!</p>
     <p>С этими словами он швырнул сигару в плевательницу. А Квэк, полулежавший в самом удивительном кресле, которое ему когда-либо пришлось видеть, понятия не имел, что палец его прожжен на полдюйма в глубину, и только ждал, когда же этот доктор кончит наконец болтать и приступит к осмотру опухоли, от которой у него ломит всю руку.</p>
     <p>И тут впервые в жизни, но уже навек, Дэг Доутри потерпел поражение, поражение окончательное и непоправимое. Вольная жизнь с плаванием по бурным морям, где дуют пассаты, колеблющаяся палуба под ногами, недолгие стоянки в портах — все это кончилось здесь, во врачебном кабинете Уолтера Меррита Эмори, покуда невозмутимая мисс Джадсон удивлялась, как это может человек даже не поморщиться, когда его руку жарят на медленном огне.</p>
     <p>Доктор Эмори, продолжая свои разглагольствования, закурил новую сигару и, несмотря на то, что приемная его была переполнена ожидающими своей очереди пациентами, даже произнес пространный и в высшей степени поучительный монолог о табачных плантациях и о способах обработки табака в странах, где он лучше всего произрастает.</p>
     <p>— Что касается опухоли, — начал он, наконец-то приступая к осмотру Квэка, — то на первый взгляд это, по-моему, не доброкачественная опухоль, не рак и даже не фурункул. Я считаю…</p>
     <p>Стук в запертую боковую дверь заставил его выпрямиться с откровенной поспешностью. Мисс Джадсон, которую он кивком головы послал открыть дверь, впустила в кабинет двух полисменов, сержанта полиции и какого-то усатого субъекта в сюртуке и с гвоздикой в петлице.</p>
     <p>— Добрый день, доктор Мастерс, — приветствовал доктор Эмори усатого субъекта. — Мое почтение, сержант! Здравствуй, Тим! Здравствуй, Джонсон, давно ли тебя перевели к нам из Китайского квартала?</p>
     <p>Затем Уолтер Меррит Эмори, погруженный в рассматривание опухоли Квэка, продолжил прерванную сентенцию:</p>
     <p>— Как уже было сказано, я считаю, что это самая типичная, созревшая язва, вызванная bacillus leprae, которую какой-либо врач имел честь продемонстрировать органам санитарного надзора в Сан-Франциско.</p>
     <p>— Проказа! — крикнул доктор Мастерс. При этом слове все вздрогнули.</p>
     <p>Сержант и оба полисмена отпрянули от Квэка, мисс Джадсон, подавляя крик, обеими руками схватилась за сердце; ошеломленный, но все еще не веря своим ушам, Дэг Доутри спросил:</p>
     <p>— Что это вы там плетете, док?</p>
     <p>— Стоп! Ни с места! — повелительно крикнул ему Уолтер Меррит Эмори. — Заметьте себе, прошу вас, — обратился он к остальным, прикасаясь кончиком зажженной сигары к темному пятнышку между бровями стюарда.</p>
     <p>— Сидеть смирно! — скомандовал он ему. — Подождите! Я еще не кончил.</p>
     <p>И покуда Доутри, потрясенный, растерянный, дожидался, когда же доктор приступит к каким-нибудь манипуляциям, огонь жег его лоб так, что запах горелого мяса уже начал щекотать ноздри присутствующих. Доктор Эмори торжествующе рассмеялся и отступил на несколько шагов.</p>
     <p>— Ну, делайте же скорей, что вам надо, — буркнул Доутри; события развертывались с такой быстротой и так странно, что он не успел собраться с мыслями. — А когда кончите, объясните мне, ради бога, что вы там говорили насчет проказы и моего негра. Это мой негр, и я не позволю клепать на него и на меня…</p>
     <p>— Джентльмены, вы сами видели, — сказал доктор Эмори. — Два несомненных случая — хозяин и слуга: у слуги более поздняя стадия, при соединении двух форм, у хозяина — безболезненная форма, — у него тоже поражен мизинец. Уберите их. Доктор Мастерс, я настаиваю на тщательной дезинфекции кареты, после того как они будут доставлены на место.</p>
     <p>— Да послушайте… — заносчиво начал Дэг Доутри.</p>
     <p>Доктор Эмори предостерегающе взглянул на доктора Мастерса, доктор Мастерс, в свою очередь, с начальнической строгостью поглядел на сержанта, сержант бросил повелительный взгляд на обоих полисменов. Однако те не только не ринулись на Доутри, но, напротив, попятились от него, подняв свои дубинки, и метнули на него грозный взгляд. Поведение полисменов было для Доутри убедительнее всяких слов. Они явно боялись прикоснуться к нему. Когда он шагнул к ним, они вытянули свои дубинки и ткнули Доутри под ребра, чтобы удержать его на должном расстоянии.</p>
     <p>— Не приближаться! — скомандовал один из них, замахиваясь дубинкой. — Стоять на месте и ждать приказаний!</p>
     <p>— Надень рубаху и встань рядом со своим хозяином, — приказал Квэку доктор Эмори; он внезапно поднял кресло, и Квэк поневоле соскользнул с него.</p>
     <p>— Ради всего святого, скажите… — начал было Доутри.</p>
     <p>Но недавний друг, не слушая его, обратился к доктору Мастерсу:</p>
     <p>— Чумной барак пустует с тех пор, как умер тот японец. Я знаю, что ваш департамент — банда трусов, и поэтому советую дать этим двум дезинфицирующие средства, — пусть сами потрудятся.</p>
     <p>— Ради господа бога, — взмолился Доутри; ошеломленный ужасом, который свалился на него, стюард утратил всю свою заносчивость. Он прикоснулся пальцем к онемелому месту на лбу, потом понюхал палец и почуял запах горелого мяса, хотя не чувствовал, когда его жгли. — Ради господа бога, не спешите так. Раз уж я подцепил эдакую штуку — ничего не поделаешь. Но ведь это не значит, что мы не можем договориться, как белый с белым. Дайте мне два часа, и я смотаюсь из Сан-Франциско. А через сутки меня уже не будет в этой стране. Я сяду на корабль и…</p>
     <p>— И будете представлять угрозу общественному здоровью, где бы вы ни находились, — перебил его доктор Мастерс, которому уже мерещились столбцы вечерних газет с сенсационными заголовками, прославляющие его как героя, как святого Георгия, во имя спасения человечества пронзающего своим копьем дракона проказы.</p>
     <p>— Уведите их, — проговорил Уолтер Меррит Эмори, стараясь не смотреть Доутри в глаза.</p>
     <p>— Вперед! Марш! — скомандовал сержант. Полисмены с резиновыми дубинками подступили к Доутри и Квэку.</p>
     <p>— Живей поворачивайся! — свирепо гаркнул один из них. — Слушать команду, а не то голову размозжу! Пошли! Живо вон отсюда! Прикажите черномазому идти рядом с вами.</p>
     <p>— Док, дайте хоть слово сказать! — умоляюще воскликнул Доутри.</p>
     <p>— Время разговоров прошло, — услышал он в ответ. — Вы изолированы от людей. Доктор Мастерс, когда сбудете их с рук, не забудьте о дезинфекции кареты.</p>
     <p>И вот процессия двинулась к выходу. Во главе врач из санитарного управления и сержант, сзади два полисмена, в целях самозащиты вытянувшие перед собой дубинки.</p>
     <p>В дверях Доутри, рискуя, что ему размозжат голову, вдруг круто обернулся и крикнул:</p>
     <p>— Док! Моя собака! Вы ее знаете!</p>
     <p>— Я пришлю ее вам, — быстро согласился доктор Эмори, — скажите ваш адрес.</p>
     <p>— Клей-стрит, меблированные комнаты Баухэд, номер восемьдесят семь; вы знаете этот дом — за угол от салуна Баухэд. Пришлите его мне, куда бы они меня ни засадили. Идет?</p>
     <p>— Ну, конечно, пришлю, — отвечал доктор Эмори. — У вас, кажется, есть еще и попугай?</p>
     <p>— Да, да. Кокки! Пришлите мне обоих, будьте так добры, сэр!</p>
     <p>— Бог мой! — в тот же вечер говорила мисс Джадсон, сидя за обедом с неким молодым врачом из больницы святого Иосифа. — Доктор Эмори прямо-таки кудесник. Не удивительно, что он преуспевает в жизни. Подумать только: сразу два гнусных прокаженных в нашем кабинете! Один из них негритос. Не успел доктор взглянуть на них, как уже понял, в чем дело. Он ужасный человек. Если бы вы только знали, что он проделывал своей сигарой! И какая находчивость! Мне он подал знак! Они и не подозревали, что он с ними вытворяет. Нет, вы только себе представьте, берет сигару и…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Собака, равно как и лошадь, подлеца делает еще подлее. Уолтер Меррит Эмори был подлецом, а желание завладеть Майклом приумножило меру его подлости. Если бы не Майкл, все его поведение было бы иным. Он поступил бы с Доутри, говоря словами последнего, «как белый с белым». То есть, сказав Доутри о его болезни, предоставил бы ему возможность уехать в Южные моря или в Японию, — иными словами, в страны, где прокаженные не подвергаются изоляции. Это не явилось бы неблаговидным поступком по отношению к тамошним жителям, ибо таков закон и обычай их родины, а Доутри и Квэк избегли бы ада чумного барака в Сан-Франциско, на пожизненное пребывание в котором обрек их этот подлец.</p>
     <p>И далее, если учесть расходы по содержанию вооруженной охраны, на протяжении долгих лет день и ночь стерегущей чумной барак, то Уолтер Меррит Эмори сберег бы много тысяч долларов налогоплательщикам города и округа Сан-Франциско, а эти деньги, истраченные на другие цели, дали бы возможность расширить тесные школьные помещения, напоить детей бедняков неразбавленным молоком или же разбить парки, в которых могли бы вольнее вздохнуть жители душных трущоб. Но если бы Уолтер Меррит Эмори обо всем этом подумал, то за море уехал бы не только Доутри и Квэк, а, без всякого сомнения, и Майкл.</p>
     <p>Никогда еще врач с такой быстротой не выпроваживал пациентов, как доктор Эмори, после того как дверь его кабинета закрылась за полисменами, уводившими Дэга Доутри. Не успев даже позавтракать, он сел в свою машину и покатил в портовый район, к меблированным комнатам Баухэд. По пути доктор, имевший немалые политические связи, захватил с собой капитана сыскной полиции. Его присутствие оказалось весьма нужным, так как хозяйка меблированных комнат решительно запротестовала против увода собаки, принадлежащей ее недавнему жильцу. Но, поскольку капитан Миликен был ей хорошо известен, она склонилась перед законом, олицетворением которого он ей казался, хотя о том, что такое закон, точного представления не имела.</p>
     <p>Когда Майкла на веревке выводили из комнаты, с подоконника, где сидел крохотный белоснежный какаду, послышалось жалобное напоминание:</p>
     <p>— Кокки! Кокки!</p>
     <p>Уолтер Меррит Эмори оглянулся, и нерешительность на мгновение овладела им.</p>
     <p>— Мы пришлем за птицей немного погодя, — сказал он, и хозяйка, которая, все еще громко сокрушаясь, провожала их вниз по лестнице, не заметила, что Миликен по небрежности неплотно закрыл дверь в комнаты Доутри.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Но Уолтер Меррит Эмори был не единственный подлец, которого желание завладеть Майклом сделало еще подлее. В яхт-клубе Гарри Дель Map, развалившись в глубоком кожаном кресле и положив вытянутые ноги на другое такое же кресло, полусонный после весьма плотного завтрака, лениво просматривал свежие дневные газеты. Но вот его взгляд упал на заголовок, набранный крупными буквами над маленькой заметкой строчек в пять. Ноги его мигом соскользнули с кресла, и он вскочил. Подумав секунду, не более, он снова опустился на прежнее место, нажал кнопку электрического звонка и в ожидании прихода лакея перечитал заголовок и пять коротеньких строчек под ним.</p>
     <p>В такси, несшемся в портовый район, перед внутренним взором Гарри Дель Мара вставали золотые видения. Они принимали образ то золотых монет ценностью в двадцать долларов, то желтых банковых билетов Соединенных Штатов Америки, то чековых книжек или купонов, к которым надо было только прикоснуться ножницами; но все это преломлялось сквозь одно видение — жесткошерстного ирландского терьера на залитой огнями эстраде, который, задрав морду кверху, пел, все время пел так, как до него не пел ни один пес на свете.</p>
     <p>Кокки первый заметил, что дверь приотворена, и смотрел на нее в раздумье (если «раздумьем» можно назвать душевное состояние птицы, когда в ее сознании каким-то таинственным образом откладываются новые впечатления и она готовится к действию или к воздержанию от действия, в зависимости от того, как эти внешние впечатления на нее влияют). Когда то же происходит с людьми, они именуют это «свободной волей».</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Кокки, уставившись на приоткрытую дверь, как раз решал: стоит или не стоит поподробнее обследовать эту щелочку в большой мир и, в зависимости от результатов этого обследования, либо воспользоваться ею, либо нет, но тут его глаза встретились с глазами другого обследователя этой же щелки.</p>
     <p>То были хищные желто-зеленые глаза, они рыскали среди света и тени комнаты, и зрачки их то расширялись, то суживались. Кокки мгновенно понял опасность — опасность неминуемой насильственной смерти. Но он ничего не предпринял. Сердце его не забилось сильнее. Не шевелясь и скосив один глаз, он пристально смотрел этим одним глазом на голову тощей уличной кошки, просунувшуюся в щель.</p>
     <p>Настороженные, то расширяющиеся, то суживающиеся, быстрые, бдительные и хитрые, эти глаза с вертикальными зрачками, прорезанными на изумительном зелено-желтом фоне, шарили по комнате. При виде Кокки они остановились. По выражению морды ясно было видно, что кошка замерла, прижалась к земле и изготовилась к прыжку. Взгляд ее уподобился взгляду сфинкса, устремленному вдаль, поверх извечных и нескончаемых песков пустыни. Казалось, она смотрит так уже века, тысячелетия.</p>
     <p>Кокки тоже замер. Он не прикрыл пленкой свой скошенный глаз и головку по-прежнему держал склоненной набок, ни одно перышко на нем не шелохнулось, не выдало ужаса, охватившего его. Оба эти существа окаменели, глядя друг на друга взглядом охотника и затравленного зверя, хищника и жертвы, мясника и предназначенной к убою скотины.</p>
     <p>Так смотрели они долгие минуты, покуда голова, просунувшаяся в дверь, не дернулась слегка и не исчезла. Умей птица вздыхать, Кокки бы вздохнул с облегчением. Но он, не шевелясь, прислушивался к неторопливым шаркающим шагам человека, раздавшимся в коридоре и скоро замершим в отдалении.</p>
     <p>Прошло несколько минут, и призрак с такою же внезапностью возник снова; но на этот раз показалась не только голова — в дверь пролезло извивающееся туловище, и зверь улегся на середине комнаты. Взгляд его опять вонзился в Кокки, вытянутое тело застыло, и только длинный хвост сердито, отрывисто и монотонно барабанил по полу.</p>
     <p>Не спуская глаз с Кокки, кошка медленно подкрадывалась к подоконнику и футах в шести от него замерла вновь. Только хвост ее ходил из стороны в сторону да глаза, восприняв яркий свет, струившийся из окна, искрились, словно драгоценные камни; зрачки их сузились в почти неприметные черные полоски.</p>
     <p>И Кокки, который не мог, конечно, иметь ясного человеческого представления о смерти, тем не менее понял, что конец неумолимо приближается. Заметив, что кошка изготовилась к прыжку, Кокки, этот храбрый комочек жизни, впервые обнаружил свой отчаянный и, конечно, вполне простительный страх.</p>
     <p>— Кокки, Кокки! — жалостно крикнул он глухим, бесчувственным стенам.</p>
     <p>Крик этот, обращенный ко всем сильным в этом мире, к могущественным двуногим созданиям и прежде всего к стюарду, к Квэку, к Майклу, означал: «Это я, Кокки, я так мал и так хрупок, чудовище хочет пожрать меня, а я люблю свет, волю, и я хочу жить, хочу продолжать жизнь в этом светлом мире, я ведь так мал, и я доброе создание, с добрым сердечком, где уж мне бороться с этим огромным, косматым, голодным зверем, который сейчас сожрет меня. Я прошу: помогите, помогите, помогите! Я Кокки! Все знают меня. Я Кокки!»</p>
     <p>Это и еще многое другое значил его двукратный вскрик: «Кокки! Кокки!»</p>
     <p>Глухие стены не откликнулись, не откликнулся и пустой коридор и весь остальной мир; но миг отчаянного страха уже прошел, и Кокки вновь стал храбрым маленьким какаду. Он недвижно сидел на подоконнике, склонив головку набок, одним немигающим глазом уставившись в пол, где до ужаса близко сидел извечный враг его племени.</p>
     <p>Звук его голоса, столь похожего на человеческий, поразил кошку; она помедлила с прыжком, прижала уши и распласталась на полу.</p>
     <p>В наступившей тишине слышалось только назойливое жужжание большой мясной мухи да время от времени громкие удары ее тельца об оконное стекло — свидетельство того, что и она переживала трагедию: трагедию узника, которого прозрачная преграда отрешает от светлого мира, сияющего так близко.</p>
     <p>Но и у кошки были свои страдания, и ей трудно давалась жизнь. Голод мучил ее и иссушал ее сосцы, которые должны были питать семерых слабеньких, едва попискивающих котят, точного повторения ее самой, если не считать того, что они еще слепы и до смешного неуверенно ступают на своих тоненьких младенческих лапках. Почувствовав режущую боль в пустых сосцах, она инстинктивно вспомнила о котятах и благодаря какому-то таинственному процессу в мозгу словно воочию увидела их сквозь сломанную решетку вентилятора, в самом темном углу погреба, на куче тряпья под лестницей, где она устроила свое логовище и произвела на свет детенышей.</p>
     <p>Воспоминание о котятах и новый приступ голода стряхнули с нее оцепенение; она вся подобралась и глазами измерила расстояние для прыжка. Но Кокки уже опять был самим собой.</p>
     <p>— Черт побери! Черт побери! — крикнул он громко и воинственно, точно театральный злодей, так что кошка от испуга ниже припала к земле, плотно прижала уши, забила хвостом и завертела головой, стараясь взглядом проникнуть в самые темные уголки комнаты, где, видно, спрятался вскрикнувший сейчас человек.</p>
     <p>Тощая кошка проделала все это, хотя человеческий голос явно исходил от беленькой птички на подоконнике.</p>
     <p>Мясная муха еще раз ударилась о невидимую стену своей тюрьмы. Отощавшая кошка изготовилась и прыгнула на то самое место, где секунду назад сидел Кокки. Кокки отпрянул, но в это самое мгновение кошка зацепила его лапой, и Кокки взлетел, беспомощно трепыхая в воздухе своими непривычными к полету крылышками. Кошка поднялась на задние лапы и передней лапкой сделала движение, похожее на движение ребенка, когда он шляпой пытается поймать бабочку. Но лапка ее имела немалый вес и когти, цепкие, как крючки.</p>
     <p>Схваченный в воздухе этой лапкой, Кокки, рассыпающийся комок белых перышек, упал. Легчайшие перышки, как снежные хлопья, закружились в воздухе и стали падать медленно, медленно, но на спину кошки они ложились свинцовой тяжестью. Некоторые из них застревали в шерсти, раздражая ее и без того натянутые нервы, так что она еще ниже припадала к земле и пугливо озиралась — не грозит ли из-за угла какая-нибудь опасность.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Гарри Дель Мар не нашел в комнате Дэга Доутри ничего, кроме нескольких белых перышек, а от хозяйки узнал, что сталось с Майклом. Первым делом Гарри Дель Map, предусмотрительно не отпустивший такси, поехал к дому доктора Эмори и убедился, что Майкл действительно заперт там в маленьком сарайчике на заднем дворе. Затем он взял билет на пароход «Уматилла», отходивший на рассвете следующего дня в Сиэтл, и наконец расплатился по счетам и упаковал свой багаж.</p>
     <p>Тем временем в кабинете Уолтера Меррита Эмори происходила словесная баталия.</p>
     <p>— Этот человек прямо волком воет, — твердил доктор Мастерс. — Полицейским пришлось дубинками загонять его в санитарную карету. Он был вне себя, требуя свою собаку. Так не годится. Это слишком жестоко. Вы не имеете права, пользуясь обстоятельствами, присваивать себе его собаку. Он поднимет крик в газетах.</p>
     <p>— Фью! — свистнул Уолтер Меррит Эмори. — Хотел бы я посмотреть на репортера, у которого хватит храбрости отправиться в чумной барак для собеседования с прокаженным, и хотел бы я также посмотреть на редактора, который тотчас же не швырнет в огонь письмо, узнав, что оно пришло из чумного барака (если даже допустить, что этому Доутри удастся как-нибудь обойти охрану и отправить его). Так что, док, не волнуйтесь. В газетах шум не поднимется.</p>
     <p>— Ну, а проказа? Общественная безопасность? Собака долгое время с ним соприкасалась. Она сама является ходячим источником заразы…</p>
     <p>— Инфекции, док. Это термин, да и звучит лучше, — с видом превосходства перебил его Уолтер Меррит Эмори.</p>
     <p>— Пусть инфекции, — согласился доктор Мастерс. — Мы обязаны заботиться об общественном благе. Население не должно подвергаться опасности заражения…</p>
     <p>— Инфекции, — спокойно поправил его собеседник.</p>
     <p>— Называйте как хотите. Население…</p>
     <p>— Чепуха! — заявил Уолтер Меррит Эмори. — То, чего вы не знаете о проказе и чего не знают все остальные работники санитарного управления, может дать материал для большего количества книг, чем до сих пор написано людьми, специально посвятившими себя изучению этой болезни. А им известно, что все попытки привить проказу животному неизменно кончались и кончаются полной неудачей. Они тысячи, сотни тысяч раз пытались привить ее лошадям, кроликам, крысам, ослам, обезьянам, мышам, собакам — все тщетно! Более того, им ни разу не удалось привить проказу от одного человека другому. Вот читайте сами.</p>
     <p>И Уолтер Меррит Эмори стал доставать из книжного шкафа труды специалистов по проказе.</p>
     <p>— Удивительно… В высшей степени интересно!.. — то и дело восклицал доктор Мастерс, просматривая, по указанию доктора Эмори, те или иные страницы. — Никогда не предполагал… такое количество ученых трудов… и тем не менее, — заключил он, — все ваши книги не переубедят профанов. Мне тоже не удастся переубедить наших жителей. Да я и пытаться не буду. Не говоря уже о том, что человек этот обречен до конца своих дней жить живым мертвецом в чумном бараке. Вы-то знаете, что это за местечко. Он любит своего пса, он прямо помешан на нем. Отдайте ему собаку. Это низость, жестокость, и я вам в таком деле помогать не стану.</p>
     <p>— Нет, станете, — холодно заверил его Уолтер Меррит Эмори, — и я вам даже скажу, почему.</p>
     <p>И он сказал. Сказал то, что ни один врач не должен был бы говорить другому, но что зачастую говорят друг другу политиканы. Повторять эти разговоры не стоит хотя бы потому, что они слишком унизительны и уж никак не могут способствовать развитию чувства собственного достоинства у среднего американца; это внутренние дела, секреты муниципальных управлений, которые выбираются средними американцами, убежденными в том, что это «свободные выборы»; такие дела редко, очень редко всплывают на поверхность, да и то лишь затем, чтобы тотчас же быть похороненными в многотомных отчетах всевозможных комитетов Лексо и федеральных комиссий.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Итак, во-первых, Уолтер Меррит Эмори, не посчитавшись с доктором Мастерсом, присвоил Майкла; во-вторых, в ознаменование своего торжества повез жену обедать к Жюлю, а потом в театр смотреть Маргарет Энглен и, в-третьих, вернувшись домой в час ночи, вышел в пижаме еще раз взглянуть на Майкла, но Майкла уже не обнаружил.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Чумной барак в Сан-Франциско, как и все чумные бараки во всех американских городах, был построен на самом грязном отдаленном заброшенном пустыре, на самой дешевой из всех принадлежащих городу земель. На этом почти не защищенном с моря пространстве среди песчаных дюн выли холодные ветры, и береговой туман затягивал все вокруг. Веселые компании не приезжали сюда на пикники, мальчишки не искали здесь птичьих гнезд и не играли в диких индейцев. Если кто-нибудь и забредал сюда, то разве что самоубийцы: устав от жизни, они выискивали ландшафт попечальнее, декорацию, подходящую для окончательных расчетов с жизнью. А совершив задуманное, уже, разумеется, своих посещений не повторяли.</p>
     <p>Вид из окон барака был безрадостный. На четверть мили в обе стороны Доутри не видел ничего, кроме однообразных песчаных холмов да будок, в которых размещалась вооруженная охрана; каждый из этих солдат, безусловно, скорее застрелил бы сбежавшего чумного, чем дотронулся до него руками, и, уж конечно, не стал бы его уговаривать вернуться в неволю.</p>
     <p>Напротив окон, в некотором отдалении, росли деревья. Это были эвкалипты, но до чего же непохожие на своих царственных собратьев, произрастающих на родимой почве! Редко посаженные, неухоженные, искалеченные в тяжелой борьбе с чуждыми климатическими условиями, они, точно агонизируя, протягивали в воздух свои кривые, уродливые сучья. Вдобавок они были еще и низкорослы, так как значительная часть скудной влаги, выпадавшей на их долю, поглощалась корневищами, глубоко вросшими в песок, для того, чтобы деревья могли противостоять штормам.</p>
     <p>Доутри и Квэку не разрешалось доходить даже до будок. Пограничная линия для них проходила в ста ярдах от барака. Стражники торопливо приносили сюда запасы продовольствия, лекарства, письменные врачебные предписания и еще торопливее удалялись. Здесь же находилась грифельная доска, на которой Доутри разрешалось — крупными буквами, чтобы видно было издали, — писать свои пожелания и требования. И на этой доске уже много дней кряду он писал не просьбы о доставке пива, хотя его шестиквартовый режим и был внезапно нарушен, а воззвания вроде следующих:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Где моя собака?</v>
       <v>Это ирландский терьер!</v>
       <v>Жесткошерстный!</v>
       <v>Кличка — Киллени-бой!</v>
       <v>Я хочу получить свою собаку!</v>
       <v>Мне нужно переговорить с доктором Эмори!</v>
       <v>Пусть доктор Эмори напишет мне, что с собакой.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>А однажды Доутри написал:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Если мне не вернут собаку, я убью доктора Эмори.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>После чего газеты сообщили, что печальный случай с двумя прокаженными в чумном бараке усугубился еще одним трагическим обстоятельством: белый больной сошел с ума. Люди с сильно развитыми гражданскими чувствами писали письма в газеты, протестуя против опасной близости прокаженных, и требовали от правительства Соединенных Штатов постройки национального лепрозория на каком-нибудь из дальних островов или на уединенной горной вершине. Впрочем, через три дня всякий интерес к этому происшествию угас, и желторотые репортеры принялись развлекать публику рассказами об удивительной собаке — помеси аляскинской лайки с медведем, обсуждением того, действительно ли Криспи Анжелотти разрезал на мелкие куски труп убитого им Джузеппе Бартольди и в мешке из-под зерна бросил его в море с Рыбацкой пристани, а также известием о будто бы подготовляющейся японской агрессии против Гавайских островов, Филиппин и Тихоокеанского побережья Северной Америки.</p>
     <p>А в стенах чумного барака уныло и однообразно текла жизнь Доутри и Квэка, пока темной осенней ночью не наступила перемена. Надвигалась буря. С моря задул штормовой ветер. В корзине с фруктами, будто бы присланной девицами из пансиона мисс Фут, Доутри в тот день обнаружил записку, искусно запрятанную в сердцевину яблока: в этой записке его просили в ночь на пятницу держать на окне зажженную лампу. В пять часов утра к Доутри пришел гость.</p>
     <p>Это был Чарльз Стоу Гринлиф, Старый моряк, собственной персоной. Выбившись из сил от двухчасового хождения по глубоким пескам эвкалиптового леса, он свалился у самого входа в чумной барак. Когда Доутри открыл дверь, старика, можно сказать, внесло в барак порывом сырого, холодного ветра. Доутри подхватил его и повел, но, вспомнив о своей болезни, так внезапно разжал руки, что Старый моряк мешком шлепнулся на стул.</p>
     <p>— Ей-богу, сэр, — начал Доутри, — нелегко вам было добраться сюда… Эй ты, Квэк, господин промок насквозь, живо снимай с него башмаки.</p>
     <p>Но еще прежде, чем опустившийся на колени Квэк притронулся к шнуркам на ботинках старика, Доутри пришло на ум, что Квэк тоже носитель заразы, и он оттолкнул его.</p>
     <p>— Ей-богу, не знаю, что и делать, — пробормотал Доутри, беспомощно озираясь вокруг; его только сейчас осенило, что это — жилище прокаженных, что все, все здесь заражено проказой — и стул, на котором сидел старик, и даже пол, на котором покоились его измученные ноги.</p>
     <p>— Я рад, более того — счастлив видеть вас, — тяжело дыша, проговорил Старый моряк, протягивая Доутри руку.</p>
     <p>Но Доутри не принял ее.</p>
     <p>— Ну, как охота за сокровищами? — беспечно спросил он. — Что-нибудь наклевывается?</p>
     <p>Старый моряк кивнул и наконец, с трудом переведя дыхание, отвечал:</p>
     <p>— Мы уходим в море сегодня в семь часов утра, как только начнется отлив. Наша шхуна «Вифлеем», надо сказать, превосходнейшая, уже стоит наготове. Красивое, ходкое и отлично оборудованное судно. До того как парусный флот вытеснил пароходы, оно ходило с грузом на Таити. Провизия запасена первосортная. Да и вообще все там в полном порядке. Я сам проследил за погрузкой. Капитан мне, правда, не очень по душе. Такой тип людей я уже встречал. Отличный моряк, в этом я уверен, но пират по призванию и злюка. Главный наш акционер тоже не лучше. Это человек средних лет, с неважной репутацией и отнюдь не джентльмен, зато денег у него — не счесть. Сначала он изрядно заработал на калифорнийской нефти, затем, войдя в долю с одним старателем в Британской Колумбии, надул его при дележе доходов с золотой жилы, открытой его компаньоном, и раз в шесть увеличил свой первоначальный капитал. Неприятный тип, я бы даже сказал — отталкивающий. Но он верит в свою звезду и убежден, что наживет на этой авантюре по меньшей мере пятьдесят миллионов и вдобавок лишит меня моей доли. В душе он такой же пират, как и нанятый им капитан.</p>
     <p>— Поздравляю вас, мистер Гринлиф, — проговорил Доутри. — Вы меня растрогали, сэр, растрогали до глубины души! В такую ночь, подвергая себя всевозможным опасностям, пройти этот долгий путь, чтобы проститься с несчастным Дэгом Доутри. Я никому ничего худого не сделал, да вот не повезло…</p>
     <p>Но покуда он взволнованно говорил эти слова, перед ним сияющим видением возникла шхуна, несущаяся по просторам Южных морей, и сердце его больно сжалось от сознания, что ему в жизни не осталось ничего, кроме чумного барака, песчаных дюн и унылых эвкалиптов.</p>
     <p>Старый моряк выпрямился.</p>
     <p>— Сэр, вы наносите мне оскорбление, большое оскорбление.</p>
     <p>— Не обижайтесь на меня, сэр, не обижайтесь, — пробормотал Дэг Доутри, в душе недоумевая: чем мог он оскорбить старого джентльмена.</p>
     <p>— Вы мой друг, сэр, — с упреком проговорил старик. — И я ваш друг, сэр. А вы, судя по вашим словам, полагаете, что я притащился в этот чертов ад, чтобы с вами проститься. Я пришел за вами, сэр, и за вашим негром. Шхуна ждет вас. Все предусмотрено. Вы официально приняты в состав экипажа и зарегистрированы в морском агентстве. Вы оба. Вчера ваши контракты были подписаны подставными лицами. Один из них — барбадосский негр <a l:href="#n_489" type="note">[489]</a>. Я раздобыл и его и белого в матросской ночлежке на Коммерческой улице и заплатил им по пяти долларов за подпись.</p>
     <p>— Бог мой, мистер Гринлиф, но вы, кажется, совсем упустили из виду, что мы с ним прокаженные!</p>
     <p>Старый моряк вскочил, как ужаленный; гнев и благородное негодование изобразились на его лице.</p>
     <p>— А по-моему, это вы, сэр, упустили из виду, что мы с вами друзья! — Он гневным движением вытянул руку. — Слушайте, стюард Доутри, мистер Доутри, друг мой или сэр, как бы там я вас ни величал, это уже не сказки о баркасе, о безымянных пунктах и сокровищах под слоем песка. Это сущая правда. У меня есть сердце. А вот моя рука, — он ткнул свою руку чуть ли не под нос Доутри. — Вам остается сейчас сделать только одно: взять эту руку в свою и пожать ее так же от всего сердца, как я пожимаю вашу.</p>
     <p>— Но… но… — бормотал Доутри.</p>
     <p>— Если вы этого не сделаете, я не уйду отсюда. Я здесь останусь до самой смерти. Я знаю, что у вас проказа. Об этом толковать нечего. Вот моя рука. Возьмете вы ее или нет? Мое сердце бьется в каждом ее пальце, в каждой жилке. Если вы ее не возьмете, предупреждаю: я останусь сидеть на этом стуле до самой своей смерти. Пора вам наконец уразуметь, сэр, что я мужчина и джентльмен. Я умею быть другом и товарищем. Я не дрожу за свою шкуру. Я живу сердцем и разумом, сэр, а не этой жалкой временной оболочкой. Возьмите мою руку. После этого мы начнем говорить.</p>
     <p>Дэг Доутри нерешительно протянул ему руку, но старик схватил ее и до боли сжал своими худыми узловатыми пальцами.</p>
     <p>— Теперь я могу говорить! Я все обдумал. Мы пойдем в море на «Вифлееме». Когда злой старик поймет, что из моих сказочных сокровищ ему не выжать и пенни, мы его покинем. Да он и сам будет рад от нас избавиться. Мы, то есть вы, я и ваш негр, высадимся на Маркизских островах. Там прокаженные ходят на свободе. По отношению к ним особых законов не существует. Я сам их видел. Мы будем свободными людьми. А края эти — сущий рай. Мы обзаведемся собственным домиком. Тростниковая хижина — большего ведь нам и не нужно. Работать в поте лица там не придется. Морской берег, горы — все будет наше. Вы будете ходить под парусом и плавать, ловить рыбу, охотиться. Там полно горных коз, диких кур и разного зверья. Над нашими головами будут расти бананы, апельсины, и груши «авокадо», и яблоки, у дверей — красный перец. Домашней птицы и яиц у нас будет хоть отбавляй. Квэк сойдет за стряпуху. И пива у вас будет вдосталь. Я давно заметил, что вы страдаете неутолимой жаждой. Шесть кварт в день вам будет обеспечено, — да что там, больше, гораздо больше!</p>
     <p>Живо! Нам надо идти. Увы, я должен сказать, что тщетно искал вашу собаку! Я даже нанял сыщиков, — ну и обдиралы! Доктор Эмори украл у вас Киллени-боя, но в тот же день собака была кем-то украдена у него. Я все перевернул вверх дном, но Киллени-бой исчез, как исчезнем сейчас и мы из этого проклятого города.</p>
     <p>Нас ждет машина. Шоферу хорошо заплачено. Вдобавок я пообещал убить его, если он не выполнит своего обязательства. Нам надо пройти дюны в северо-восточном направлении и выбраться на дорогу, которая огибает этот дурацкий лес… Итак, пора двигаться. Мелочи мы обсудим потом. Смотрите, уже светает. Надо незаметно пройти мимо стражи…</p>
     <p>Они вышли в бушующую непогоду; Квэк, обезумевший от счастья, замыкал процессию. Поначалу Доутри старался идти в отдалении, но когда бурный порыв ветра едва не свалил старика, рука Дэга Доутри обвилась вокруг его руки; поддерживая его на подъемах и увлекая вниз при спусках, он шел бок о бок с ним через дюны, по зыбучему песку.</p>
     <p>— Благодарствуйте, Доутри, благодарствуйте, друг мой, — прошептал Старый моряк, когда ветер на мгновение утих.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Темной ночью Майкл сравнительно охотно последовал за Гарри Дель Маром, хотя и не любил этого человека. Неслышно, с бесконечными предосторожностями, словно вор, прокрался Дель Map к сарайчику на заднем дворе доктора Эмори, где сидел в плену Майкл. Дель Map достаточно знал сцену, чтобы прибегать к дешевым мелодраматическим эффектам вроде карманного электрического фонарика. В потемках он ощупью отыскал дорогу к двери сарайчика, отпер ее и тихонько вошел, стараясь руками нащупать жесткую шерсть Майкла.</p>
     <p>И Майкл, собака-человек и собака-лев по всем своим повадкам, ощетинился при этом неожиданном вторжении, но не издал ни звука. Он только обнюхал вошедшего и немедленно признал его. Не любя Дель Мара, он тем не менее дал обвязать себе шею веревкой и тихо пошел за ним по тротуару за угол, где их ожидало такси.</p>
     <p>Рассуждал Майкл — если признать за ним способность рассуждать — очень просто. Этого человека он не раз видел в обществе стюарда. Стюард дружил с этим человеком: они сидели за одним столом и вместе пили. Стюард исчез. Майкл не знал, где искать его, да и сам попал в плен и сидел на заднем дворе какого-то незнакомого дома. То, что однажды случилось, может повториться. Случалось ведь, что стюард, Дель Мар и Майкл вместе сидели за столом. Возможно, что это повторится, повторится сейчас, и опять они окажутся в ярко освещенном кабачке, и он, Майкл, будет сидеть на стуле — по одну его сторону Дель Мар, по другую обожаемый стюард, перед которым стоит неизменная кружка пива. Вот к какому «умозаключению» пришел Майкл, и согласно этому умозаключению он и действовал.</p>
     <p>Разумеется, Майкл не мог додуматься до такого логического вывода, и тем более не мог додуматься в словах. Слова «дружба» в его сознании не существовало. А что привело его к этому выводу — быстро сменяющиеся в воображении образы и картины или мгновенный сплав образов и картин, — это проблема, которая еще не разрешена человеком. Важно одно: он думал. Если отрицать в нем способность мышления, то, следовательно, он действовал чисто инстинктивно, а это в данном случае было бы еще более удивительно, чем то, что в его мозгу происходил какой-то неясный нам мыслительный процесс.</p>
     <p>Так или иначе, но в такси, мчавшемся по лабиринту улиц Сан-Франциско, Майкл настороженно лежал на полу у ног Дель Мара, не проявляя какого-либо дружелюбия по отношению к нему, но и не подавая вида, что этот человек внушает ему отвращение. Гарри Дель Map был подлецом — он желал завладеть Майклом в целях наживы; и Майкл с первой минуты почуял его подлость. В первую же встречу, состоявшуюся в кабачке портового района, когда Дель Map положил руку ему на голову, Майкл ощетинился и замер в воинственной позе. Майкл вовсе не думал о нем тогда и не пробовал разобраться в своем отношении к нему, — просто что-то было неладно с рукой, небрежно и с виду так ласково его коснувшейся. Нехорошее ощущение вызвала в нем эта рука. Ее прикосновение было лишено теплоты и сердечности; передатчик мыслей и душевных движений человека, она свидетельствовала об его неискренности. Одним словом, сигнал, ею переданный, или чувство, ею вызванное, было нехорошим сигналом, нехорошим чувством, — и Майкл весь сжался и ощетинился не от своих мыслей, а от «знания», или, как говорят люди, «по интуиции».</p>
     <p>Электрические фонари, пристань под навесом, горы багажа и груза, суета грузчиков и матросов, громкое пыхтение лебедок, скрип подъемных кранов, стюарды в белых куртках, несущие ручной багаж, помощник капитана у сходней, сходни, круто взбегающие на верхнюю палубу «Уматиллы», опять штурманы и офицеры с золотыми нашивками, толпа, сутолока и неразбериха на узком пространстве палубы — все это окончательно убедило Майкла в том, что он вернулся к морю, на судно, а ведь на судне он впервые встретил стюарда и уже не разлучался с ним до этих кошмарных дней в большом городе. Образы Квэка и Кокки тоже продолжали жить в его сознании. Повизгивая от нетерпения, он рвался на сворке, не боясь, что равнодушные, торопливо шагающие, обутые в кожу людские ноги отдавят его нежные лапы, он искал, разнюхивал следы Кокки и Квэка, но прежде всего, конечно, стюарда.</p>
     <p>Не встретив их, Майкл покорно принял чувство разочарования, ибо понятие о том, что собака должна служить человеку, внушенное ему с младенчества, облеклось в форму бесконечного терпения. Он научился терпеливо ждать, когда ему хотелось домой, а стюард продолжал сидеть за столом, болтать и пить пиво, так же как научился покорно сносить веревку вокруг шеи, останавливаться перед изгородью, слишком для него высокой, и смиряться с сидением в комнате, снабженной дверью, которую он никогда не сумел бы отпереть и которую с такой легкостью отпирали люди. Поэтому он позволил увести себя судовому мяснику, которому на «Уматилле» была поручена забота о пассажирских собаках. В низком межпалубном пространстве, заваленном ящиками и тюками, привязанный веревкой, обвивавшей его шею, он с минуты на минуту ждал, что вот сейчас распахнется дверь и перед ним предстанет ослепительное видение — стюард, мечта о котором владела его сознанием.</p>
     <p>Но вместо стюарда — позднее Майкл усмотрел в этом некое проявление могущества Дель Мара — появился поощренный солидными чаевыми судовой мясник, отвязал его и передал с рук на руки не менее щедро награжденному служителю, который и отвел Майкла в каюту Дель Мара. До последнего мгновения Майкл был убежден, что его ведут к стюарду, но, увы, в каюте сидел Дель Map.</p>
     <p>— Нет, нет стюарда! — вот как можно было бы выразить мысль Майкла; но терпение, как долг и основа поведения собаки, заставило его покорно отнестись к новой отсрочке встречи со своим божеством, своим возлюбленным, своим стюардом, который был его собственным богом в образе человеческом среди всей этой толпы богов.</p>
     <p>Майкл повилял хвостом, прижал одно ухо, по мере сил даже второе, сморщился и улыбнулся — словом, сделал все, что полагается делать в знак приветствия; потом он обнюхал каюту и, окончательно убедившись в отсутствии стюарда, улегся на палубе. Когда Дель Мар заговорил, он внимательно уставился на него.</p>
     <p>— Итак, друг мой, настали иные времена, — холодным, резким тоном объявил Дель Map. — Я собираюсь сделать из тебя актера и заодно вправить тебе мозги. Начнем с самого простого… Поди сюда! Поди сюда!</p>
     <p>Майкл приблизился к нему не торопливо, не слишком медленно, но явно неохотно.</p>
     <p>— Придется тебе смириться, голубчик, и живей пошевеливаться, когда я с тобой разговариваю, — заметил Дель Map; и в том, как он произнес эти слова, Майкл уже расслышал угрозу.</p>
     <p>— Ну, а сейчас посмотрим, удастся ли нам номер. Слушай меня и пой, как ты пел для того прокаженного.</p>
     <p>Он достал из кармана гармошку, приложил ее к губам и заиграл «В поход, в поход по Джорджии».</p>
     <p>— Сидеть! — скомандовал Дель Мар.</p>
     <p>И Майкл опять повиновался, хотя все его существо негодовало. Он затрепетал, когда резкие, но сладостные звуки коснулись его ушей. Его горло, его грудь уже приготовились запеть, но он сдержал себя, так как не хотел петь для этого человека. Он хотел от него только одного — стюарда.</p>
     <p>— Э-ге, да ты, кажется, упрямишься? — Дель Мар уже явно глумился над ним. — Ну, конечно, ты ведь чистопородный пес, а с вашим братом это часто случается. Но я все-таки полагаю, что справлюсь с тобой, и ты будешь работать на меня, так же как работал на того дурака. А теперь за дело!</p>
     <p>На этот раз он заиграл «На биваке». Но Майкл упорствовал. И только когда трогательная мелодия «Мой старый дом в Кентукки» пронизала все его существо, он потерял самообладание и издал мягкий, мелодичный вой, вой, который звучал как призыв, сквозь тысячелетия обращенный к утраченной собачьей стае. Под гипнотизирующим воздействием этих звуков он не мог не испытывать жгучей тоски по далекой, позабытой стайной жизни, когда мир был молод и стая была стаей, еще не потерявшейся в нескончаемой чреде столетий, прожитых собакой подле человека.</p>
     <p>— Ага! — насмешливо протянул Дель Мар, ничего не подозревавший о том, какие глубины седой древности всколыхнули серебряные трубочки его гармошки.</p>
     <p>Громкий стук в стену из соседней каюты дал ему знать, что они мешают спать какому-то пассажиру.</p>
     <p>— На сегодня хватит, — резко объявил он, отнимая гармошку от губ. Майкл умолк, полный ненависти. — Я тебя, голубчик мой, раскусил. И не воображай, пожалуйста, что я оставлю тебя здесь ночевать, чтобы ты искал блох и не давал мне покоя.</p>
     <p>Он позвонил и, когда явился служитель, велел ему отвести Майкла вниз, в темную и тесную дыру.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>За несколько дней и ночей на «Уматилле» Майкл разобрался в том, какого рода человек был Гарри Дель Map. Можно, пожалуй, сказать, что он изучил всю генеалогию Дель Мара, хотя ничего о нем не знал. Так, например, он не знал, что настоящее имя Дель Мара Персиваль Грунский и что в начальной школе девочки называли его «шатенчиком», а мальчики «чернявчиком», так же как не знал, что Грунский, еще не окончив школы, попал в колонию для малолетних преступников, откуда по истечении двух лет был взят на поруки Гарри-сом Коллинзом, который зарабатывал себе на жизнь — кстати сказать, весьма недурную — дрессировкой животных. И уж подавно он не мог знать, что, работая в продолжение шести лет ассистентом при дрессировщике Коллинзе, Дель Map не только научился дрессировать зверей, но и сам непрестанно подвергался дрессировке.</p>
     <p>Зато Майкл отлично знал, что у Дель Мара нет родословной и что он полное ничтожество в сравнении с такими породистыми существами, как стюард, капитан Келлар и мистер Хаггин в Мериндже. Вывод этот напросился сам собой. Днем Майкла приводили на верхнюю палубу к Дель Мару, постоянно окруженному восторженными молодыми девицами и пожилыми дамами, которые буквально осыпали Майкла ласками и всевозможными выражениями нежности. Он покорно принимал их докучливые ласки, но когда с ним нежничал Дель Мар, ему становилось невмоготу. Он знал холодную неискренность этих ласк: ведь по вечерам, когда его приводили в каюту Дель Мара, голос этого человека был холоден и резок, от всего его существа веяло бедой и жестокостью, а руку Дель Мара Майкл ощущал как неодушевленный предмет, как кусок стали или дерева: ни души, ни теплого человеческого участия не чувствовалось в ее прикосновении.</p>
     <p>Этот человек был двуличен и двоедушен. Породистое существо с горячей кровью всегда искренне. А в этом ублюдке не было ни тени искренности. Породистому существу, в жилах которого течет горячая кровь, свойственна страстность; этот ублюдок не ведал страсти. Его кровь была холодна, и каждый поступок заранее обдуман и рассчитан. Конечно, Майкл всего этого не думал. Он просто постигал это, как всякое существо постигает себя в любви и нелюбви.</p>
     <p>Надо еще добавить, что в последнюю ночь на «Уматилле» этот лишенный человечности человек заставил Майкла изменить своим повадкам породистого животного. Дело дошло до битвы. И Майкл был побежден. Он царственно гневался и царственно сражался, ринувшись на приступ уже после того, как ему дважды был нанесен удар кулаком пониже уха. Несмотря на всю стремительность Майкла, поражавшего негров Южных морей своим умом и увертливостью, он так и не сумел вонзиться зубами в тело этого человека, в течение шести лет приобретавшего сноровку дрессировщика в заведении Гарриса Коллинза. Когда Майкл, оскалившись, бросился на Дель Мара, тот молниеносно вытянул правую руку, схватил его уже в воздухе за нижнюю челюсть, перекувырнул и изо всей силы бросил на спину. Майкл еще раз ринулся в атаку и снова был одним ударом брошен наземь с такой силой, что у него перехватило дыхание. Следующий прыжок едва не стал его последним прыжком. Майкла схватили за глотку. Большими пальцами правой и левой руки Дель Map сдавил его дыхательное горло возле сонной артерии, приток крови к мозгу прекратился, Майклу показалось, что это смерть, и он потерял сознание быстрее, чем его теряют под действием наркоза. Тьма заволокла все вокруг. Лежа на полу и весь дрожа мелкой дрожью, он лишь по прошествии некоторого времени стал вновь видеть свет, предметы в комнате и человека, небрежно подносящего спичку к сигарете и при этом исподтишка за ним наблюдающего.</p>
     <p>— Продолжай в том же духе, — подстрекал его Дель Map. — Я вашу породу знаю. Тебе меня не осилить. Может, конечно, и мне тебя не осилить, но работать на меня ты будешь. Валяй дальше!</p>
     <p>И Майкл дал подстрекнуть себя. Чистопородный пес, знавший, что в этом двуногом, который прибил его, не было ничего человеческого и что нападать на него так же бессмысленно, как грызть зубами стены комнаты, пень или скалу, он тем не менее сделал попытку вцепиться клыками ему в горло. Но то, против чего возмутился Майкл, было дрессировкой, законом укрощения. Опыт повторился. Большие пальцы человека сдавили горло Майкла, отогнали кровь от его мозга, и он опять погрузился во тьму.</p>
     <p>Будь Майкл не обыкновенным чистопородным псом, а чем-то большим, он продолжал бы яростно нападать на неуязвимого врага, нападать, покуда его сердце не разорвалось бы в груди или с ним не сделался бы нервный припадок. Но он был обыкновенным псом. Перед ним было существо неприступное и несокрушимое. Он так же не мог одержать над ним победу, как не мог бы одержать победу над асфальтовым тротуаром. Возможно, что это был сам черт, — ведь обладал же он жестокосердием и невозмутимостью, злобой и мудростью черта. Дель Мар был настолько же зол, насколько стюард был добр. Оба они были двуногими. Оба были богами. Но этот был богом зла.</p>
     <p>Конечно, Майкл так не рассуждал. Но на языке человеческой мысли то, что он испытывал по отношению к Дель Мару, звучало бы именно так. Будь Майкл вовлечен в битву с богом, у которого в жилах струится горячая кровь, он бы, беснуясь и не помня себя, набрасывался на противника, который, сам плоть и кровь, в свою очередь, давал бы и получал тумаки. Но этот двуногий бог-черт не знал ни слепой ярости, ни горячей страсти. Он был только хитроумной стальной машиной и проделывал то, чего Майкл не мог и заподозрить, так как на это способны лишь очень немногие люди, если не считать дрессировщиков: он предвосхищал каждую мысль Майкла и, следовательно, каждым своим действием предупреждал его действие. Этому искусству его научил Гаррис Коллинз — нежнейший, преданнейший супруг и отец, но с животными сущий дьявол, полновластно царящий в зверином аду, который он сам создал и обратил в доходное предприятие.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Сбегая по сходням в Сиэтле, Майкл от нетерпения так натягивал сворку, так задыхался и кашлял, что Дель Map холодно обругал его. Майкл надеялся на встречу со стюардом и начал искать его за первым же углом, а потом и за всеми углами с неослабевающим рвением. Но среди огромной толпы людей стюарда не было. В подвале отеля «Вашингтон», где круглые сутки горело электричество, Майкла отдали под надзор кладовщика и крепко-накрепко привязали среди гор сундуков и чемоданов, которые то и дело уносили и приносили, загоняли наверх, сбрасывали вниз, передвигали и устанавливали.</p>
     <p>Три злосчастных дня просидел он в этом подвале. Носильщики сдружились с ним и в изобилии приносили ему остатки пищи из ресторана. Но Майкл был слишком разочарован и убит горем, чтобы объедаться; а Дель Мар, однажды заглянувший туда в сопровождении директора отеля, учинил носильщикам форменный скандал за нарушение его инструкций по кормлению собаки.</p>
     <p>— Никудышный человек, — сказал старший носильщик своему помощнику, когда Дель Мар вышел. — Сам заелся так, что даже лоснится. Терпеть не могу жирных брюнетов. У меня жена хоть и брюнетка, да, слава богу, не жирная.</p>
     <p>— Что верно, то верно, — подтвердил помощник. — Я таких негодников знаю. Пырни его ножом — и из него не кровь потечет, а сало.</p>
     <p>После такого обмена мнениями они притащили Майклу двойную порцию мяса, к которому он не притронулся, ибо его снедала тоска по стюарду.</p>
     <p>Дель Мар же тем временем отправил две телеграммы в Нью-Йорк, первую Гаррису Коллинзу, в заведении которого он на время отпуска оставил своих собак:</p>
     <p>«Продайте моих собак. Вы знаете, что они умеют делать и сколько за них можно взять. Мне они больше не нужны. Удержите что следует за их содержание. Остаток вручите мне при встрече. Моя новая собака верх совершенства, а все мои прежние номера ничто. Небывалый успех обеспечен. Скоро убедитесь сами».</p>
     <p>Вторая телеграмма была адресована его антрепренеру:</p>
     <p>«Приступайте к делу. Ничего не жалейте на рекламу. Гвоздь сезона. Небывалый номер. Назначайте цены выше праздничных. Подготовляйте публику. Номер превзойдет все ее ожидания. Вы меня знаете. Я даром слов не трачу».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Клетка! Поскольку ее внес в подвал Дель Мар, Майкл немедленно заподозрил недоброе. Не прошло и минуты, как выяснилось, что его подозрения были не напрасны. Дель Map предложил ему войти в клетку, Майкл отказался. Быстрым движением схватив Майкла за ошейник, Дель Мар дернул его вверх и сунул в клетку, вернее, сунул его голову и шею, так как Майкл изо всех сил уперся передними лапами. Дрессировщик времени терять не любил. Левым кулаком он хватил Майкла по лапам — раз-раз! Майкл от боли ослабил упор и в следующее мгновение уже оказался в клетке; покуда он, рыча от негодования, тщетно пытался перегрызть прутья, Дель Мар уже запер тяжелую дверцу.</p>
     <p>Затем клетку вынесли и поставили в фургон, среди груды багажа. Дель Мар немедленно исчез, а двоих людей, которые остались в фургоне, уже подпрыгивавшем по булыжной мостовой, Майкл видел впервые. Он едва помещался в клетке и не мог даже поднять головы. Когда фургон встряхивало на ухабах, Майкл больно стукался головой о прутья. Вдобавок клетка была коротка, так что морда его тоже упиралась в прутья. Автомобиль, внезапно выскочивший из-за угла, заставил возчика резко нажать на тормоз. Майкла рвануло вперед. У него, увы, не было тормоза, чтобы задержать свое тело, если не считать тормозом его нежный нос, который, уткнувшись в железные прутья, остановил движение туловища.</p>
     <p>Майкл попытался лежать на этом ограниченном пространстве и почувствовал себя несколько лучше, хотя губы его, во время толчков с силой прижимавшиеся к зубам, были рассечены и кровоточили. Но худшее было еще впереди.</p>
     <p>Правая передняя лапа Майкла высунулась из клетки и легла на пол фургона, по которому со скрипом и грохотом перекатывались чемоданы. При следующем толчке один из чемоданов качнулся и сдвинулся с места, а когда его поволокло обратно, придавил Майклу лапу. Майкл взвыл от испуга и боли и инстинктивно попытался втащить лапу обратно в клетку. Это судорожное движение привело к вывиху плеча, боль в застрявшей между прутьями лапе стала нестерпимой.</p>
     <p>Слепой страх охватил Майкла — страх перед западней, одинаково свойственный как животным, так и людям. Майкл больше не выл, но, как безумный, метался и бился в клетке, еще больше напрягая связки и мускулы вывихнутого плеча и ноги. В своем ослеплении он тщился зубами перегрызть прутья, чтобы добраться до чудовища, цепко державшего его лапу. Спас Майкла следующий толчок; чемодан качнуло, и ему удалось наконец высвободить из-под него пораненную лапу.</p>
     <p>У вокзала клетку стали вытаскивать из фургона, не то чтобы сознательно грубо, но так небрежно, что она, едва не выскользнув из рук грузчика, перевернулась набок; по счастью, грузчик успел подхватить ее, прежде чем она ударилась о цементный пол. Майкл же беспомощно покатился по клетке и всей своей тяжестью навалился на раненую лапу.</p>
     <p>— Вот так так! — несколькими минутами позднее говорил Дель Мар, подошедший к концу платформы, где стояла тележка с клеткой и прочим приготовленным к отправке багажом. — Повредил себе лапу? Не беда, в следующий раз будешь умнее.</p>
     <p>— Этот коготь, пожалуй, пропал, — сказал один из приемщиков багажа, внимательно рассматривавший сквозь клетку лапу Майкла.</p>
     <p>Дель Мар, в свою очередь, приступил к обследованию.</p>
     <p>— Пропал не только коготь, а весь палец, — объявил он, вытаскивая из кармана складной нож и открывая лезвие. — Я мигом с этим разделаюсь, если вы мне поможете.</p>
     <p>Он отпер клетку и, как всегда, за шиворот вытащил Майкла. Майкл извивался, противился, бил воздух всеми четырьмя лапами, отчего боль становилась еще невыносимее.</p>
     <p>— Держите ему лапу, — командовал Дель Мар. — Я живо управлюсь, секунда, не больше!</p>
     <p>И правда, операция была произведена в одно мгновение. Только у неистовствующего Майкла, водворенного обратно в клетку, оказалось на один палец меньше, чем при рождении. Кровь ручьем лилась из раны, нанесенной жестокой, но умелой рукой; Майкл зализывал рану, убитый и подавленный предчувствием ожидающей его страшной участи. Никто и никогда с ним так не обращался, а тут еще эта клетка, до ужаса напоминающая западню. Да, он, Майкл, беспомощный, сидел в западне, а со стюардом, видимо, случилось самое страшное на свете — его поглотило небытие, ранее уже поглотившее Мериндж, «Евгению», Соломоновы острова, «Макамбо», Австралию и «Мэри Тернер».</p>
     <p>Вдруг издали донесся какой-то отчаянный шум. Майкл навострил уши и ощетинился в предчувствии новой беды. Это был вой, визг и лай целой своры собак.</p>
     <p>— Черт возьми! Опять эти проклятые цирковые псы, — буркнул приемщик багажа, обращаясь к своему подручному. — Хорошо бы вышел закон, запрещающий дрессировку собак. Это же сущее безобразие!</p>
     <p>— Труппа Петерсона, — отозвался подручный. — Я видел, как их привезли на прошлой неделе. Одна из собак околела в клетке, похоже, что ее избили до смерти.</p>
     <p>— Наверно, Петерсон исколотил ее в последнем городе, где они выступали, а потом сунул со всеми остальными в багажный вагон и предоставил ей околевать в дороге.</p>
     <p>Шум еще значительно возрос, когда собак стали высаживать из фургона на тележку. Минуту спустя тележка поравнялась с Майклом, и он увидел множество клеток с собаками, нагроможденных одна на другую. В клетках было тридцать пять собак всевозможных пород, но главным образом дворняжек, — по их поведению было ясно, каково им приходится. Одни выли, другие визжали или, злобно огрызаясь, пытались укусить обитателя соседней клетки, многие хранили горестное молчание. Некоторые лизали свои пораненные лапы. Маленькие и менее злые собаки сидели по двое в тесной клетке. Полдюжины борзых были размещены в несколько больших, но отнюдь не достаточно просторных клетках.</p>
     <p>— Это собаки-прыгуны, — заметил приемщик. — Погляди только, как сельди в бочке. Петерсон удавится, лишь бы не заплатить лишний цент за провоз. Им надо бы по крайней мере вдвое больше места. Переезды из города в город для этих бедняг просто пытка.</p>
     <p>Приемщик не подозревал, что пытка не прекращается и во время гастролей в городах, что собак и там не выпускают из тесных клеток, и многие из них фактически находятся в пожизненном заключении. Свободу собаки Петерсона получали только в часы спектакля. С коммерческой точки зрения хороший уход за животными оказывался нерентабельным. Поскольку дворняжка стоила недорого, то дешевле было заменить околевшую собаку, чем заботливым попечением сохранять ей жизнь.</p>
     <p>Приемщик не подозревал еще и другого обстоятельства, хорошо известного Петерсону, — а именно, что из тридцати пяти собак труппы, сколоченной им четыре года назад, ни одной уже не было в живых и ни одна не была отпущена на волю за непригодностью. Из труппы Петерсона и тесной клетки имелась только одна дорога — смерть. А Майкл не знал даже того, что знал приемщик. Он знал только, что здесь парят страдания и муки и что ему предстоит разделить участь этих несчастных.</p>
     <p>Визжащих, воющих собак погрузили в багажный вагон, туда же втиснули и клетку с Майклом. Поезд шел на восток. День и без малого две ночи провел Майкл в этом собачьем аду. Затем собак выгрузили в каком-то большом городе, Майкл же продолжал свой путь уже в несколько более спокойной обстановке, хотя лапа его болела и рана при резких толчках открывалась снова.</p>
     <p>Что происходит, почему его везут в тесной клетке, в душном вагоне, Майкл себя не спрашивал. Он принимал это как беду, как свое злосчастье, но объяснить себе не мог, как не мог объяснить, почему у него раздроблена лапа. Такие беды случались. Он жил, а в жизни много зла. Проникнуть в сущность явлений он был не в состоянии.</p>
     <p>Почему происходит то или иное явление, Майкл не знал. Как происходит, иногда догадывался. Что есть, то есть. Вода мокрая, огонь горячий, железо твердое, мясо вкусное. Все это он принимал так же, как принимал извечное чудо света и мрака; ведь и оно для него было не большим чудом, чем его жесткая шерсть, его бьющееся сердце, его мыслящий мозг.</p>
     <p>В Чикаго клетку Майкла поставили на грузовик, провезли по грохочущим улицам огромного города и снова погрузили в багажный вагон, следовавший на восток. Это значило — опять новые лица, новые приемщики багажа. В Нью-Йорке повторилось все то же самое: Майкла перегрузили вместе с клеткой в багажный фургон и прямо с вокзала отправили в заведение некоего Гарриса Коллинза на Лонг-Айленде.</p>
     <p>Прежде всего Майкл увидел самого Коллинза, полновластного хозяина звериного ада. Далее… но об этом надо сказать в первую очередь. Майкл никогда больше не видел Гарри Дель Мара. Наподобие других знакомых Майклу людей, которые уходили из жизни, Гарри Дель Map ушел из поля зрения Майкла и из жизни тоже. Понимать это следует буквально. Катастрофа на эстакадной железной дороге, паника среди уцелевших пассажиров, попытки спуститься на улицу по фермам эстакады, прикосновение к третьему рельсу — и небытие, которое люди называют смертью, поглотило Дель Мара. Небытие — поскольку люди, им поглощенные, никогда уже не возвращаются на дороги жизни.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Гаррису Коллинзу недавно исполнилось пятьдесят два года. Он был строен, подвижен и с виду так ласков и благожелателен, что казался даже несколько слащавым. Его можно было принять за учителя воскресной школы, директора женской гимназии или председателя благотворительного общества.</p>
     <p>Цвет лица у него был бело-розовый, руки нежные, почти такие, как у его дочерей, весил он сто двенадцать фунтов. Ко всему он еще боялся своей жены, боялся полисменов, боялся физического насилия и жил в вечном страхе перед ночными грабителями. Единственное, что не внушало ему страха, — это дикие звери, даже наиболее свирепые из них — львы, тигры, леопарды и ягуары. Он знал свое ремесло и мог палкой от метлы укротить самого строптивого льва, при этом находясь с ним один на один в запертой клетке.</p>
     <p>Ремесло свое он перенял у отца, человека на вид даже более щуплого, чем он сам, и еще более робевшего перед всем на свете, кроме диких зверей. Отец Гарриса, Ноэль Коллинз, до эмиграции в Америку был весьма преуспевающим дрессировщиком в Англии. В Америке он тоже быстро преуспел и основал в Сидеруайльде школу дрессировщиков, которую его сын впоследствии перестроил и расширил. Гаррис Коллинз с таким умением повел дело отца, что его школа вскоре стала считаться образцом санитарного благоустройства и гуманного обращения с животными. Многочисленные посетители уходили оттуда, восхищаясь удивительной атмосферой мягкости и доброты, царившей в заведении Коллинза. Правда, никто из них никогда не присутствовал при дрессировке. Время от времени посетителям показывали уже готовое представление, и тогда они еще больше восторгались гуманным обхождением с животными в этой школе. Доведись им увидеть дрессировку — дело другое. Возможно, что результатом было бы открытое возмущение. Но так школа представлялась им зоологическим садом, где к тому же не надо было платить за вход. Кроме собственных животных Коллинза, которых он покупал, учил и перепродавал, там помещалось еще множество всякого зверья, принадлежащего дрессировщикам, в данное время не имевшим ангажемента, или таким, которые еще только организовывали собственное дело. Коллинз мог по первому требованию раздобыть любое животное — от крыс и мышей до верблюдов и слонов, а не то и носорогов или парочку гиппопотамов включительно.</p>
     <p>Когда имущество «Бродячих братьев», прославившихся своими грандиозными пантомимами на трех аренах, должно было пойти с молотка в неудачный сезон, Коллинз приютил весь их зверинец и манеж и в три месяца заработал на этом деле пятнадцать тысяч долларов. Более того, накануне торгов он заложил все, что имел, и скупил дрессированных лошадей, пони, стадо жирафов, даже ученых слонов, а затем в течение полугода всех их распродал, за исключением пони-прыгуна, — опять-таки с барышом в пятнадцать тысяч долларов. Что же касается пони, то он был продан полугодом позднее и принес Коллинзу две тысячи долларов чистой прибыли. Если банкротство «Бродячих братьев» дало Коллинзу возможность совершить блистательнейшую из всех его финансовых операций, то надо сказать, что немалую выгоду он извлекал и из временно находившихся у него животных; зимой он посылал их давать представления на ипподром, делясь барышами с их владельцами; но, отдавая тех же животных на прокат в киностудии, почему-то, как правило, забывал о дележе.</p>
     <p>В цирковой среде он слыл не только самым богатым человеком, но и самым отважным укротителем, когда-либо входившим в клетку дикого зверя. Все наблюдавшие его за работой в один голос утверждали, что Коллинз — человек без души. Зато жена, дети и еще несколько близких ему людей придерживались как раз обратного мнения. Никогда не видя его со зверями, они полагали, что нет на свете более добросердечного и чувствительного человека. Голос у Коллинза был тихий, движения мягкие, его отношение к жизни, а также политические и религиозные убеждения отличались крайней терпимостью. Он таял от любого ласкового слова, и не было ничего легче, чем его разжалобить. Коллинз состоял жертвователем всех местных благотворительных обществ и после гибели «Титаника» <a l:href="#n_490" type="note">[490]</a> с неделю ходил сам не свой. Тем не менее коллеги считали его наиболее жестоким и хладнокровным из всех дрессировщиков. А ведь он дрожал при мысли, что его рослая, дородная супруга, разозлившись, швырнет ему в голову тарелку супа. В первые годы брака это случилось дважды. Впрочем, он не только боялся повторения подобной сцены, но искренне и преданно любил жену, так же как и детей, которых у него было семеро и для которых он ничего на свете не жалел.</p>
     <p>Нежнейший отец, Коллинз не допускал, чтобы сыновья видели его за работой, и мечтал для всех четверых о более аристократической жизни. Старший, Джон, избравший карьеру литератора, числился в Йейлском университете, но больше разъезжал на собственном автомобиле и вел такой же образ жизни, какой вели в Нью-Хэвене прочие молодые люди, имеющие собственные автомобили. Гарольда и Фредерика Коллинз определил в колледж в Пенсильвании, где учились сынки миллионеров; младший, Кларенс, готовился к поступлению в колледж в Массачусетсе и все еще не сделал выбора между карьерой врача и пилота. Три дочери — две 13 них были двойняшки — воспитывались, как настоящие леди. Элси заканчивала курс в колледже Васар, Мэри и Мадлен подготовлялись в одном из самых дорогих пансионов к поступлению туда же. Для всего этого требовались деньги. Гаррис Коллинз отнюдь не был скуп, но ему приходилось с удвоенной энергией выколачивать их из своего заведения. Он работал не щадя сил, хотя его жена и дети были твердо убеждены, что он лично не занимается дрессировкой. Уверенные, что Коллинз, как человек незаурядного ума и способностей, лишь руководит своим заведением, они были бы до крайности смущены, увидев, как он с палкой в руке расправляется с сорока дворняжками, вышедшими из повиновения во время очередного урока.</p>
     <p>Правда, большую часть работы выполняли помощники Коллинза, но он неустанно указывал им, как действовать, какие приемы применять в том или ином случае, и сам демонстрировал эти приемы на наиболее интересных животных. Помощники его были сплошь зеленые юнцы, которых он благодаря своей интуиции почти безошибочно выбирал из воспитанников колоний для малолетних правонарушителей. Коллинз брал их на поруки и потому неусыпно контролировал, от них же требовал прежде всего ума и хладнокровия, то есть качеств, которые в сумме обычно дают жестокость. Горячая кровь, благородные порывы и чувствительные сердца — для его предприятия это не годилось; школа дрессировки в Сидеруайльде была коммерческим, и только коммерческим, предприятием. Короче говоря, Гаррис Коллинз со своими сотрудниками причинял животным больше мук и страданий, чем все вивисекционные институты, вместе взятые.</p>
     <p>В этот ад и низринулся Майкл, — хотя его прибытие совершилось не по вертикали, а по горизонтали, — проделав три с половиной тысячи миль пути все в той же клетке, в которую он был посажен в Сиэтле. За долгую дорогу его ни разу не выпустили на свободу, он весь перепачкался и чувствовал себя разбитым. Благодаря его природному здоровью рана после ампутации пальца благополучно заживала. Но он был с ног до головы облеплен грязью, и блохи одолевали его.</p>
     <p>С виду Сидеруайльд меньше всего походил на ад. Бархатистые лужайки, посыпанные гравием дорожки, заботливо разбитые цветники — вот что представлялось взгляду посетителя, направлявшегося к ряду продолговатых строений из дерева или бетона. Майкла принял не Коллинз, — в момент его прибытия Коллинз сидел у себя в кабинете и писал записку секретарю, в которой поручал ему осведомиться на железной дороге и в конторе городских перевозок относительно собаки в клетке, отправленной из Сиэтля неким Гарри Дель Маром в адрес Сидеруайльда. Майкла встретил светлоглазый юнец в рабочем комбинезоне; расписавшись в получении собаки, он втащил клетку в бетонированное помещение с покатым полом, насквозь пропахшее дезинфекцией.</p>
     <p>Эта необычная обстановка произвела на Майкл и сильное впечатление, но юнец, засучивший рукава и облачавшийся в клеенчатый фартук, прежде чем открыть клетку, ему не понравился. Майкл выскочил и пошатнулся, — ноги, отвыкшие от движения, едва держали его. Новый белый бог не имел в себе ничего примечательного. Он был холоден, как бетонный пол, и методичен, как машина. Холодно и методично он приступил к мытью, чистке и дезинфекции Майкла. Коллинз требовал, чтобы с животными обходились по последнему слову и науки и гигиены, и Майкл подвергся научному мытью — нельзя сказать, чтобы особенно жестокому, но отнюдь не ласковому.</p>
     <p>Майкл, разумеется, не отдавал себе столь точного отчета в происходящем. После всего, что ему пришлось пережить, эта голубая, пропахшая дезинфекцией комната могла показаться ему, ничего не знавшему о палачах и застенках, местом его окончательной гибели; а этот юнец — богом, который спровадит его во тьму, уже поглотившую всех, кого он знал и любил. Но одно Майкл понимал: все здесь страшно и враждебно ему. Он кое-как стерпел, что юный бог, сняв ошейник, схватил его за шиворот; но, когда на него направили струю воды, возмутился и запротестовал. Молодой человек, работавший по раз навсегда установленному шаблону, приподнял Майкла за загривок и тут же другой рукой направил струю из брандспойта ему прямо в пасть, при этом предельно увеличив напор воды. Майкл боролся, покуда, весь измокнув, не ослабел и не начал задыхаться.</p>
     <p>Больше он уже не сопротивлялся; его вымыли, вычистили и продезинфицировали с помощью брандспойта, большой жесткой щетки и огромного количества карболового мыла, которое щипало ему глаза и нос, так что он чихал и проливал обильные слезы. Ежесекундно опасаясь беды, Майкл тем не менее понял: сейчас этот юнец не причинит ему ни добра, ни зла — и покорно дождался минуты, когда его, чисто вымытого и отчасти успокоенного, отвели в опрятное светлое помещение, где он быстро заснул, так как никто его больше не тревожил. Это был лазарет, или, вернее, изолятор; там Майкл провел целую неделю, прежде чем выяснилось, что он не болен никакой заразной болезнью. Ничего плохого за это время с ним не случилось; он получал хорошую пищу и чистую воду, но был отрешен от всего остального мира, и только юнец, как автомат, ухаживал за ним.</p>
     <p>Теперь Майклу предстояло встретиться с Гаррисом Коллинзом, чей голос, негромкий, но повелительный, уже не раз доносился до него. Услышав этот голос, Майкл сразу понял, что обладатель его является очень важным богом. Только важный бог, господин над другими богами, мог говорить так повелительно. В этом голосе слышалась непреклонная воля и привычка властвовать. Любая собака смекнула бы это не хуже Майкла и так же, как Майкл, решила бы, что бог, говорящий таким голосом, чужд доброты и мягкости, а следовательно, поклоняться ему и любить его невозможно.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В одиннадцать часов утра бледный юноша-бог надел на Майкла ошейник с цепью, вывел его из изолятора и передал смуглому юноше-богу, который даже и не поздоровался с Майклом. Тащившийся на цепи, как пленник, Майкл по дороге встретил трех других пленников, которых вели в том же направлении. Он никогда еще не видел медведей — тяжеловесных, неуклюжих громадин, а потому ощетинился и зарычал что было мочи; голос крови помог ему узнать в них (так корова узнает врага в первом же встретившемся ей волке) исконных врагов древней собачьей стаи. Но он уже довольно объездил свет, довольно видел, да и вообще был слишком благоразумен, чтобы напасть на них. Вместо этого он, осторожно ступая, шел на цепи за своим властелином, и только ноздри его напряженно втягивали незнакомый запах чудовищ.</p>
     <p>А между тем все новые и новые запахи дразнили его обоняние. Хоть он и не мог видеть сквозь стены, но чуял, а позднее научился и различать запах львов, леопардов, мартышек, павианов, тюленей и морских львов. Все это ошеломило бы заурядную собаку, но Майкл только весь как-то подобрался и насторожился. Ему казалось, что он в джунглях, населенных неведомыми страшными зверями.</p>
     <p>Едва ступив на арену, он отскочил в сторону, весь ощетинился и зарычал. Навстречу ему двигались пять слонов. Это были отнюдь не крупные слоны, но Майклу они показались гигантскими чудовищами и напомнили ему мельком виденную им китовую матку, которая разнесла в щепы «Мэри Тернер». Слоны, не обращая на него ни малейшего внимания, гуськом, неторопливо покинули арену, причем каждый держал хоботом хвост идущего впереди, — это был специальный трюк «на уход».</p>
     <p>Непосредственно вслед за Майклом на арену вышли медведи. Арена — посыпанный опилками круг величиной с обыкновенную цирковую арену — помещалась в квадратном здании со стеклянной крышей, но амфитеатра вокруг не было, зрители сюда не допускались. Только Гаррису Коллинзу с его ассистентами, покупателям и продавцам зверей да профессионалам-дрессировщикам разрешалось смотреть, как здесь мучают животных, обучая их трюкам, на которые публика потом смотрит, разинув рот от изумления или покатываясь со смеху.</p>
     <p>Медведи немедленно приступили к «работе» на противоположной стороне арены, и Майкл позабыл о них. Внимание его отвлекли люди, выкатывавшие громадные пестро раскрашенные бочки такой прочности, что они выдерживали тяжесть сидящих на них слонов. Когда молодой человек, ведший его на цепи, остановился, Майкл с живейшим интересом принялся рассматривать пегого шетлендского пони. Пони лежал на боку и, то и дело поднимая голову, целовал сидящего на нем человека. Вот и все, что видел Майкл, но при этом он ясно почувствовал: что-то тут не так. Сам не зная почему и, собственно, ничего подозрительного не заметив, Майкл понял, что за всем здесь происходящим кроется жестокость, насилие, несправедливость. А он ведь не видел длинной булавки в руке человека, сидящего на пони. Человек вонзал эту булавку в тело пони и, когда тот рефлекторно поднимал голову, наклонялся к нему, отчего создавалось впечатление, что пони его целует. Зрители были уверены, что лошадка выражает хозяину свою любовь и приверженность.</p>
     <p>Шагах в десяти от Майкла стоял другой, черный шетлендский пони. С этим уж и вовсе творилось что-то неладное. Передние его ноги были опутаны веревками, концы которых держали два стоявших по бокам человека; третий, стоявший впереди, ударял пони по ногам коротким хлыстом из индийского тростника, в то же мгновение двое других дергали за веревки — и выходило, что пони преклоняет колени перед человеком с хлыстом. Пони оказывал сопротивление: упирался широко расставленными ногами, гневно мотал головой, кружился на месте, пытаясь освободиться от опутывавших его веревок, и тяжела валился на бок, когда ему удавалось ослабить их. Но его опять поднимали и ставили перед человеком, который бил его хлыстом по ногам. Так пони обучали преклонять колени — трюк, неизменно вызывающий восторг зрителей, видящих только результаты дрессировки и не подозревающих о том, чем эти результаты достигаются. Но Майкл быстро смекнул, что умение здесь приобретают ценою муки и что Сидеруайльд — это школа страданий.</p>
     <p>Гаррис Коллинз кивком головы подозвал смуглого молодого человека и окинул Майкла испытующим взглядом.</p>
     <p>— Собака Дель Мара, сэр, — доложил молодой человек.</p>
     <p>Глаза Коллинза загорелись, и он еще внимательнее всмотрелся в Майкла.</p>
     <p>— Ты знаешь, что эта собака умеет делать? — осведомился он.</p>
     <p>Тот покачал головой.</p>
     <p>— Гарри был малый не промах, — продолжал Коллинз, казалось, обращаясь к ассистенту, но, в сущности, просто думая вслух. — Он считал эту собаку редкостной находкой. Но что она делает? Вот в чем вопрос. Бедняга Гарри скончался, и теперь мы ничего о ней не знаем. Сними с нее цепь.</p>
     <p>Майкл выжидательно взглянул на главного бога: что-то будет дальше? В это мгновение пронзительно взвыл от боли один из медведей, как бы предупреждая Майкла о том, что его ждет.</p>
     <p>— Чертовски породистый пес, — усмехнулся Коллинз. — Эй ты, надо бы двигаться поживее. Ладно, мы тебя научим. Вставай! Ложись! Вставай! Ложись! Вставай!</p>
     <p>Команда его звучала резко, отрывисто, как револьверные выстрелы или удары бича; и Майкл повиновался, но все так же медленно и неохотно.</p>
     <p>— По крайней мере хоть понимает, что ему говорят, — заметил Коллинз. — Уж не обучен ли этот пес двойному сальто-мортале, — предположительно добавил он; двойное сальто-мортале — заветная мечта всех дрессировщиков, работающих с собаками. — Сейчас испытаем! Надень на него цепь. А ты, Джимми, давай сюда сбруйку.</p>
     <p>Второй юнец из колонии малолетних правонарушителей надел на Майкла сбруйку с прикрепленным к ней тонким поводком.</p>
     <p>— Поставь его прямо, — командовал Коллинз. — Готово? Начали!</p>
     <p>И Майклу было нанесено тяжкое и жестокое оскорбление. При слове «начали» его одновременно дернули вверх и назад за цепь, идущую от ошейника, и вперед и вниз за поводок от сбруйки, при этом Коллинз хлыстом полоснул его под нижнюю челюсть. Будь Майкл хоть немного знаком с таким маневром, он избавил бы себя от лишней боли, подпрыгнув и перекувырнувшись в воздухе. Но сейчас ему казалось, что ему выворачивают члены, разрывают его на части, а удар под нижнюю челюсть окончательно ошеломил его. Насильственно перевернутый в воздухе, Майкл грохнулся затылком на арену.</p>
     <p>Вскочил он весь в опилках, разъяренный, со вздыбившейся шерстью и непременно вцепился бы зубами в главного бога, если бы его не держали согласно всем хитроумным правилам дрессировки. Молодые люди знали свое дело. Один до отказа натянул поводок, другой — цепь, и Майклу осталось только рычать и щериться в бессильной ярости. Он ничего не мог сделать — ни прыгнуть, ни отступить, ни даже податься в сторону. Молодой человек, стоявший впереди, не давал ему броситься на того, кто стоял сзади, а тот, в свою очередь, удерживал его от нападения на стоявшего впереди, и оба вместе охраняли от него Коллинза — властителя этого мира зла и страданий.</p>
     <p>Ярость Майкла была так же велика, как и его беспомощность. Он рычал, в бессильной злобе надрывая свои голосовые связки. Но для Коллинза все это было только старым, наскучившим приемом дрессировки. Он даже воспользовался передышкой и окинул взглядом всю арену, проверяя, как идет работа с медведями.</p>
     <p>— Эх ты, породистый пес! — осклабился Коллинз, снова переводя глаза на Майкла. — Отпустите его!</p>
     <p>Освобожденный от уз Майкл взвился и прыгнул на Коллинза, но многоопытный дрессировщик, точно рассчитавший время и расстояние, новым ударом под челюсть далеко отшвырнул его.</p>
     <p>— Держите! — распорядился он. — Поставьте его прямо!</p>
     <p>И молодые люди, дернув в разные стороны цепь и поводок, снова привели Майкла в состояние полнейшей беспомощности.</p>
     <p>Коллинз взглянул по направлению форганга, откуда в этот момент появились две парных упряжки тяжелых ломовых лошадей, а вслед за ними молодая женщина, одетая в чрезмерно элегантный и сверхмодный английский костюм.</p>
     <p>— По-моему, он никогда сальто-мортале не делал, — заметил Коллинз, снова возвращаясь к разговору о Майкле. — Сними с него поводок, Джимми, и поди помоги Смиту. А ты, Джонни, отведи его в сторонку, да смотри береги ноги! Вот идет мисс Мари. Мне надо с ней позаняться, этот идиот, ее муж, не умеет растолковать ей, что надо делать.</p>
     <p>Майкл ровно ничего не понял из последовавшей за этим сцены, свидетелем которой он поневоле стал, ибо молодой человек, отойдя с ним в сторонку, помедлил, чтобы посмотреть на приготовления к «занятиям». Понял он по поведению женщины только одно — и она страдала, и она была пленницей. Ее тоже заставляли проделывать сложный и непонятный трюк. До решительного момента женщина держалась храбро, но при виде двух пар лошадей, тянущих в разные стороны, которые вот сейчас, когда она накинет крючки на вагу, казалось, неминуемо разорвут ее надвое, вдруг утратила самообладание, пошатнулась и, вся сникнув, закрыла лицо руками.</p>
     <p>— Нет, нет, Билликенс, — взмолилась она, обращаясь к мужу, полному, хотя еще молодому человеку. — Я не могу. Я боюсь! Боюсь!</p>
     <p>— Пустяки, сударыня, — вмешался Коллинз. — Абсолютно безопасный номер. И притом эффектный и весьма доходный. Погодите минуточку! — Он начал руками ощупывать ее плечи и спину под английским жакетом. — Аппарат в полном порядке! — Он провел ладонью по ее рукам от плеча до кисти. — Хорошо! Теперь выпускайте крючки. — Она тряхнула руками, и из-под изящных кружевных манжет выскочили железные крючки, насаженные на тонкую стальную проволоку, видимо, укрепленную под рукавами. — Не так! Публика не должна их видеть! Уберите обратно! Давайте еще раз. Они должны незаметно скользнуть в ладонь. Так! Понятно? Вот-вот, очень хорошо.</p>
     <p>Овладев собой, она старалась точно выполнять приказания, но все же бросала умоляющие взгляды на Билликенса, хмуро стоявшего поодаль.</p>
     <p>Оба возницы, правившие запряжками, подняли ваги так, чтобы женщина могла зацепить их крючками. Она пыталась это сделать, но силы опять изменили ей.</p>
     <p>— Если ваш аппарат откажет, лошади вырвут мне руки, — жалобно воскликнула она.</p>
     <p>— Никоим образом, — уверял ее Коллинз. — Пострадает разве что ваш жакет. А в самом худшем случае публика поймет, в чем тут дело, и посмеется над вами. Но аппарат отказать не может. Еще раз объясняю вам: лошади тянут не вас — одна запряжка тянет другую; это только публика воображает, что они тянут вас. Попробуйте-ка еще раз. Беритесь за ваги, одновременно выпускайте крючки и закрепляйте их! Пошли!</p>
     <p>Он говорил резко и повелительно. Она вытряхнула крючки из рукавов, но отшатнулась от ваг. Коллинз, ничем не выдавая своего недовольства, посмотрел на уходящих с арены шетлендских пони. Но муж пришел в ярость:</p>
     <p>— Черт подери, Джулия, ты, видно, хочешь испортить мне все дело!</p>
     <p>— Я постараюсь, Билликенс, — пролепетала женщина. — Даю тебе слово. Смотри! Я уже не боюсь.</p>
     <p>Она вытянула руки и захватила ваги. Коллинз с едва заметной усмешкой на губах проверил, правильно ли она держит руки и хорошо ли закреплены крючки.</p>
     <p>— Теперь упритесь крепче! Расставьте ноги! Прямее. Вот так! — Он придал правильное положение ее плечам. — Не забудьте вытянуть руки еще до первого рывка. Иначе вам это уже при всем желании не удастся, и проволока обдерет вам кожу. Еще раз повторяю: вытянуть руки на уровне плеч. Так, так! Начали!</p>
     <p>— Подождите минутку, — умоляла женщина, снова опустив руки. — Я сделаю, я все сделаю; только поцелуй меня, Билликенс, и я больше не буду думать, вырвут они мне руки или нет.</p>
     <p>Смуглый молодой человек, державший Майкла на цепи, и все прочие осклабились. Коллинз подавил усмешку и пробурчал:</p>
     <p>— Мы будем ждать, сколько вам угодно, сударыня. Самое важное, чтобы первая проба удалась, это придаст вам уверенности. Подбодрите же ее, Билл, прежде чем она возьмется за дело.</p>
     <p>Билликенс повиновался; рассерженный, угрюмый и смущенный, он подошел к жене, обнял ее и поцеловал довольно, впрочем, небрежно и равнодушно. Жена его была прехорошенькая женщина, лет двадцати, с детски-чистым выражением лица и стройным, прекрасно развитым телом.</p>
     <p>Поцелуй мужа ободрил ее. Она вся собралась, сжала губы и проговорила:</p>
     <p>— Готово!</p>
     <p>— Пошли! — скомандовал Коллинз.</p>
     <p>Четыре лошади, понукаемые возницами, двинулись с места.</p>
     <p>— Дайте-ка им кнута, — отрывисто крикнул Коллинз, не сводя глаз с женщины, чтобы убедиться в правильном положении аппарата.</p>
     <p>Под ударами кнута лошади стали рваться, скакать, бить громадными, как тарелки, копытами, вздымая тучи опилок.</p>
     <p>И Билликенс утратил все свое спокойствие. Нескрываемый страх за жену овладел им при виде этой страшной картины. А на лице женщины отразился целый калейдоскоп чувств. Напряжение и страх вначале сделали его похожим на лицо христианской мученицы, брошенной на растерзание львам, или преступницы, попавшей в расставленную ей ловушку. Но эти чувства сменились удивлением и радостью, когда первый момент прошел благополучно. Затем в глазах ее промелькнула гордость, на губах заиграла торжествующая улыбка. Казалось, этой улыбкой она хотела выразить Билликенсу свою любовь и нежную преданность. У него стало легко на душе, и он так же горделиво и любовно улыбнулся ей в ответ.</p>
     <p>Но Коллинз грубо крикнул:</p>
     <p>— Нечего тут улыбаться! Уберите улыбки. Публика должна думать, что вы едва сдерживаете лошадей. Убеждайте ее в этом, стисните зубы. Решительность и сила воли! Изобразите огромное напряжение мускулов. Ноги расставьте шире. Мускулы должны играть так, точно вы совершаете большое физическое усилие. Сделайте вид, что лошади чуть-чуть потащили вас в одну сторону, потом в другую. Еще шире ноги! Вот так! Пусть публика думает, что вам очень страшно, что они разрывают вас на части и вы держитесь на ногах только отчаянным усилием воли… Вот-вот, так уже лучше. Ваш номер будет настоящем гвоздем сезона, Билли! Самым настоящим! Огрейте-ка их кнутом! Пусть взовьются еще выше. Пусть изматывают друг друга!</p>
     <p>Бичи хлестнули по коням, огромные звери стали бешено рваться, стремясь избегнуть боли. Поистине такое зрелище должно было привести публику в восторг. Каждый из этих коней весил тысячу восемьсот фунтов. У зрителей создавалось впечатление, что семь тысяч двести фунтов живого, бьющегося лошадиного мяса разрывают на куски стройную, хрупкую молодую женщину в изящном английском костюме. От такого зрелища женщины в цирке вскрикивают, охваченные ужасом, и закрывают лицо руками.</p>
     <p>— Отпустите вожжи! — скомандовал Коллинз возницам. — Леди победила, — объявил он на манер шталмейстера. — Билл, это настоящий гвоздь сезона! Отцепляйте крючки, сударыня, отцепляйте скорей!</p>
     <p>Мари повиновалась и с крючками, свисающими из рукавов, бросилась в объятия Билликенса; руки ее обвились вокруг его шеи; целуя мужа, она восклицала:</p>
     <p>— О Билликенс, я всегда знала, что справлюсь с этим номером! Я ведь вела себя молодцом. Правда, Билл?</p>
     <p>— Вы себя выдаете, — прервал ее восторги холодный голос Коллинза. — Публика видит ваши крючки. Они должны уйти в рукава в ту же секунду, как вы кончаете номер. Попробуем еще раз. И запомните: нельзя себя разоблачать. Нельзя показывать, что номер легко дался вам; сделайте вид, что это была адская работа, что вы изнурены до потери сознания. Колени у вас подгибаются, плечи никнут. Вы теряете сознание, и шталмейстер подбегает, чтобы подхватить вас. Но вы отвергаете его помощь. Вы берете себя в руки и усилием воли выпрямляетесь, сила воли — основное содержание вашего номера. Затем со слабой, возбуждающей жалость улыбкой вы посылаете воздушный поцелуй публике; ей должно казаться, что у вас сердце выскакивает из груди, что вас нужно немедля везти в больницу, а вы вот собрались с силами и еще посылаете ей воздушные поцелуи. Публика будет вскакивать с мест, не зная уж, как выразить вам свое восхищение. Вы меня поняли, сударыня? А вы, Билл? Последите, чтобы она точно выполняла мои указания. Готово? Вы с трепетом взглядываете на лошадей… Так, хорошо! Никто не догадается о крючках. Стойте прямо!.. Начали!</p>
     <p>И снова три тысячи шестьсот фунтов с одной стороны, казалось, перетягивали три тысячи шестьсот фунтов с другой, разрывая Мари на части.</p>
     <p>Номер был прорепетирован в третий и затем в четвертый раз, а в промежутке Коллинз послал служителя к себе в кабинет за телеграммой Дель Мара.</p>
     <p>— Теперь дело пойдет на лад, Билл, — объявил он мужу Мари. В руках Коллинз уже держал телеграмму, и мысли его вернулись к Майклу.</p>
     <p>— Заставьте ее еще прорепетировать раз пять-шесть и имейте в виду: если какой-нибудь дурень-фермер вообразит, что его запряжка одолеет вашу, немедленно заключайте с ним пари. Придется, конечно, заранее об этом объявлять и тратиться на рекламу, но игра стоит свеч. Шталмейстер подыграет вам, и ваша запряжка, несомненно, окажется лучшей. Будь я помоложе и посвободнее, я почел бы себя счастливым выступить с таким номером.</p>
     <p>В перерывах между репетициями Коллинз, то и дело поглядывая на Майкла, еще раз перечитал телеграмму Дель Мара:</p>
     <p>«Продайте моих собак. Вы знаете, что они умеют делать и сколько за них можно взять. Мне они больше не нужны. Удержите что следует за их содержание. Остаток вручите мне при встрече. Моя новая собака — верх совершенства, а все мои прежние номера ничто. Небывалый успех обеспечен. Скоро убедитесь сами».</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Коллинз, отойдя в сторону, продолжал рассматривать Майкла.</p>
     <p>— В нашем деле Дель Map и сам был верхом совершенства, — обратился он к Джонни, державшему Майкла на цепочке. — Раз он телеграфировал: «продайте собак» — значит, у него был заготовлен лучший номер, а здесь налицо одна-единственная собака, да и то, черт бы ее побрал, самых чистых кровей. Он утверждает, что она верх совершенства. Так оно, наверно, и есть, Но что, спрашивается, она умеет делать? Ясно, что она никогда в жизни не делала сальто-мортале, тем более двойного. Как ты полагаешь, Джонни? Поразмысли-ка хорошенько. Хоть бы ты меня надоумил.</p>
     <p>— Может, она умеет считать, — предположил Джонни.</p>
     <p>— Считающие собаки в наши дни не товар. Впрочем, попробуем.</p>
     <p>Но Майкл, отлично умевший считать, отказался продемонстрировать свои способности.</p>
     <p>— Если это обученная собака, она должна ходить на задних лапах, — вдруг осенило Коллинза. — А ну-ка, попытаемся!</p>
     <p>И Майкл прошел через унизительное испытание: Джонни вздергивал его вверх и ставил на задние лапы, а Коллинз ударял хлыстом под нижнюю челюсть и по коленям. В ярости Майкл стремился укусить главного бога, но цепочка не пускала его. Когда же он попытался сорвать свою злобу на Джонни, этот невозмутимый юноша вытянул руку и так дернул Майкла кверху, что его чуть не задушил ошейник.</p>
     <p>— Нет, не то, — устало заметил Коллинз. — Раз он не умеет стоять на задних лапах, значит, и в бочонок не сумеет прыгнуть. Ты, верно, слышал о Руфи, Джонни? Вот это была собака! Она по восемь раз кряду прыгала из одного утыканного гвоздями бочонка в другой, ни разу не становясь на все четыре лапы. Я помню, как она у нас тут репетировала. Это была поистине золотоносная жила, да только Карсон не умел обходиться с ней, и она у него околела от воспаления легких.</p>
     <p>— Может, он жонглирует тарелками на носу? — продолжал вслух размышлять Джонни.</p>
     <p>— Куда уж там, раз он даже на задних лапах стоять не умеет, — прервал его Коллинз. — А кроме того, этот трюк никого уже удивить не может. Он, безусловно, умеет делать что-то из ряда вон выходящее, и наша задача доискаться, что именно. Надо же было Гарри так внезапно отправиться на тот свет, оставив мне в наследство эту загадку! Придется-таки поломать себе голову. Уведи его, Джонни. В восемнадцатый номер. Со временем мы переведем его в отдельное помещение.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Под номером восемнадцать числилось большое помещение, вернее, клетка в так называемом «собачьем ряду», достаточно обширная для дюжины ирландских терьеров, так как в заведении Коллинза все было поставлено на строго научную основу и приспособлено для того, чтобы временно находившиеся там собаки могли отдохнуть от тягот и мучений более чем полугодового бродяжничества из цирка в цирк. Поэтому-то дрессировщики, уезжавшие на отдых или временно оставшиеся без ангажемента, так охотно и помещали сюда своих животных. Здесь они находились в чистоте, в полной безопасности от инфекций и пользовались отличным уходом. Короче говоря, Гаррис Коллинз умел восстанавливать их силы для новых странствий и представлений.</p>
     <p>Слева от Майкла, в номере семнадцатом, сидели пять забавно остриженных французских пуделей. Правда, Майкл видел их, только когда его вели на прогулку мимо этой клетки, но слышал их, чуял их запах и от скуки даже затеял нечто вроде перебранки с Педро, самым рослым из пуделей, исполнявшим в этой собачьей труппе роль клоуна.</p>
     <p>Пудели являлись аристократами среди дрессированных животных, и самая свара Майкла с Педро была скорее игрой. Если бы их свели вместе, они немедленно стали бы друзьями. Они рычали и скалились друг на друга, чтобы скоротать томительно тянущееся время, отлично понимая, что никакой вражды между ними нет.</p>
     <p>Справа, в номере девятнадцатом, помещалась унылая, более того, трагическая компания. Это были дворняжки, содержавшиеся в безукоризненной чистоте, но еще незнакомые с дрессировкой. Они служили как бы запасным сырьем: если из уже сформированной труппы выбывала какая-нибудь собака, сырье немедленно отправлялось в переработку для замены выбывшей. А это значило: ад на арене в часы дрессировки. Кроме того, когда у Коллинза выбиралось свободное время, он со своими ассистентами испытывал способности этих собак к тем или иным трюкам. Так, например, одну собачонку, похожую на кокер-спаниеля, в течение многих дней обучали держаться на спине мчащегося по арене пони, прыгать на скаку через обручи и снова возвращаться ему на спину. После многократных падений и увечий она была признана негодной; ее стали испытывать в другом амплуа, а именно в качестве жонглера тарелками. Поскольку она и в этом не преуспела, собачонку заставили качаться ка доске, то есть отвели ей самую ничтожную роль в труппе из двадцати собак.</p>
     <p>Обитатели девятнадцатого номера были истинными страдальцами и к тому же постоянно грызлись между собой. Собаки, покалеченные во время тренировки, зализывали раны, скулили, выли и по малейшему поводу начинали драку. Как только взамен отправленной в какую-нибудь труппу собаки к ним вводили новую (а это случалось сплошь и рядом), в клетке поднималась свалка, продолжавшаяся до тех пор, покуда несчастная пленница силой не завоевывала себе место или же покорно не довольствовалась тем, которое ей предоставляли сильнейшие.</p>
     <p>Майкл не обращал никакого внимания на обитателей девятнадцатого номера. Они могли сколько угодно рычать и задирать его при встрече, он интересовался только разыгрыванием свар и потасовок с Педро. Кроме того, Майклу приходилось проводить на арене куда больше времени, чем кому-либо из его соседей.</p>
     <p>— Не может быть, чтобы Гарри ошибся в оценке этого пса, — объявил Коллинз, решив во что бы то ни стало выяснить, за какие именно таланты Майклу «обеспечен небывалый успех».</p>
     <p>С этой целью Майкла подвергли немыслимым унижениям. Его принуждали прыгать через препятствия, ходить на передних лапах, ездить верхом на пони, кувыркаться и изображать клоуна. Пробовали установить, не танцует ли он вальс, для чего ему на все четыре лапы накидывали веревочные петли и помощники Коллинза дергали и подтаскивали его кверху за веревки. Для некоторых трюков на него надевали парфорсный ошейник, чтобы не дать ему отклониться в сторону или упасть. Его били по носу хлыстом и тростниковой тростью. Пробовали заставить его изображать голкипера в футбольном матче между двумя «командами» забитых и замученных дворняг. Его гоняли по лестнице на вышку, откуда он должен был прыгать в бассейн с холодной водой.</p>
     <p>Наконец, Майкла заставили проделывать «мертвую петлю». Подгоняемый ударами хлыста, он должен был взбежать вверх по внутренней стороне вертикально поставленного обода, по инерции пробежать верхнюю его часть вниз головой, как муха на потолке, и, спустившись по противоположной стороне, выбежать из него. Пожелай этого Майкл, и ему бы ничего не стоило справиться с такой задачей, но он не хотел ни за что и, едва ступив на обод, всякий раз старался спрыгнуть с него, а если это не удавалось, то грузно вываливался на арену и больно ушибался.</p>
     <p>— Нет, бедняга Гарри явно имел в виду другие номера, — говорил Коллинз, всегда старавшийся на практике обучать своих ассистентов. — Но таким путем я все же надеюсь дознаться, в чем секрет этой собаки.</p>
     <p>Из любви к своему обожаемому стюарду и повинуясь его желанию, Майкл безусловно постиг бы все эти фокусы и отлично справился бы с ними. Но здесь, в Сидеруайльде, ни о какой любви не могло быть и речи, а натура Майкла, натура чистопородного пса, заставляла его упорно отказываться от насильственного выполнения того, что он охотно сделал бы из любви. Поэтому между ним и Коллинзом, безусловно не чистопородным человеком, поначалу происходили яростные стычки. Из этих стычек Майкл быстро понял, что ему не одержать верх над Коллинзом и что его удел — покорность. Согласно законам дрессировки, поражение Майкла было предопределено еще до начала боя. Ни разу ему не удалось вцепиться зубами в ногу Коллинза или Джонни. У него было достаточно здравого смысла, чтобы не продолжать борьбу, которая неминуемо сломила бы его душевные и физические силы. Он замкнулся в себе, стал угрюмым, вялым и хотя, даже и побежденный, никогда не трусил и в любую минуту готов был ощетиниться и зарычать — свидетельство того, что он остался самим собой и что внутренне он не был сломлен, — но приступы ярости на него больше не находили.</p>
     <p>В скором времени Джонни был отставлен, а Коллинз хотя больше и не испытывал Майкла в новых трюках, но почти все время держал его подле себя на арене. На горьком опыте Майкл понял, что должен всюду следовать за Коллинзом, и он выполнял свой долг, ненавидя Коллинза и постепенно, медленно отравляя свой организм выделениями желез, отказывавшихся нормально работать из-за ненависти, душившей его.</p>
     <p>Впрочем, у Майкла был достаточно крепкий организм, и на его физическом состоянии это существенно не отражалось. Зато тем горше была эта отрава для его ума, или души, или натуры, или мозга, или сознания — как угодно. Майкл все больше и больше замыкался в себе, мрачнел, ходил как в воду опущенный. И это, конечно, не способствовало его душевному здоровью. Майкл, такой веселый и задорный, еще более веселый и задорный, чем его брат Джерри, становился все более угрюмым, брюзгливым и озлобленным. Ему уже не хотелось играть, возиться и прыгать. Тело его стало малоподвижным и скованным, как и его мозг. Такое состояние овладевает узниками в тюрьме. Усталый и бесконечно равнодушный, он мог часами простаивать рядом с Коллинзом, покуда тот мучил какую-нибудь дворняжку, обучая ее новому трюку.</p>
     <p>Как часто видел Майкл эти пытки! При нем борзых обучали прыгать в высоту и в длину. Они старались изо всех сил, но Коллинз и его ассистенты стремились добиться от них чуда, — если чудом можно назвать то, что превосходит силы живого существа. Все, что они делали в меру своих сил, было естественно. Большее было противоестественно, а потому многих из них убивало или сокращало им жизнь. Высоко прыгнувшую с трамплина собаку еще в воздухе настигал страшный удар длинного бича, который, подстерегая этот момент, держал в руках помощник Коллинза. И собака старалась прыгнуть с трамплина выше, чем это было в ее силах, лишь бы избежать удара, настигавшего ее в воздухе и, словно жало скорпиона, впивавшегося в натянутое, как струна, тело.</p>
     <p>— Собака никогда как следует не прыгнет, если ее не заставить, — говорил Коллинз своим ассистентам. — А заставить ее — ваше дело. Потому-то собаки-прыгуны, выпущенные из моей школы, и отличаются от собак, проходивших дрессировку у какого-нибудь любителя, — эти проваливаются даже в самых захолустных городишках.</p>
     <p>Коллинз заботливо обучал своих ассистентов. Молодой человек, окончивший школу в Сидеруайльде и получивший рекомендательное письмо от Коллинза, очень высоко котировался в цирковом мире.</p>
     <p>— Ни одна собака не умеет от рождения ходить на задних лапах, а тем более на передних, — любил говорить Коллинз. — Они для этого не созданы, их надо заставить — вот и все. Заставить — в этом весь секрет дрессировки. Их долг — повиноваться. Ваш — принуждать их к повиновению. Это ваша профессия. Заставьте их повиноваться. Тому, кто этого не сумеет, здесь не место. Раз навсегда зарубите себе это на носу и принимайтесь за дело.</p>
     <p>Майкл видел, хотя толком и не понимал, что тут происходит, как дрессировали мула при помощи утыканного гвоздями седла. В первый день на арену вышел раскормленный и добродушный мул. До того, как острый глаз Коллинза приметил его, он был баловнем целой семьи, смешившим детей своим нелепым упорством, и не знал в жизни ничего, кроме добра и ласки. Но Коллинз сразу понял, какое это здоровое, сильное и выносливое животное и сколь комический эффект произведет появление на арене эдакого длинноухого благодушного создания.</p>
     <p>В день трагического перелома в его жизни мул получил новую кличку — Барней Барнато. Он нимало не подозревал о гвоздях в седле, — покуда на нем никто не сидел, они не давали себя чувствовать. Но едва только негр-акробат Сэмюэль Бэкон вскочил в седло, как колючки впились в спину мула. Негр знал об этом и был наготове. Но Барней, пораженный неожиданностью и болью, впервые в жизни вскинул задом, и притом так высоко, что глаза Коллинза блеснули удовлетворением. Сэм же отлетел вперед футов на двенадцать и шлепнулся в опилки.</p>
     <p>— Здорово, — одобрительно заметил Коллинз. — Когда я продам мула, вы тоже получите ангажемент, или я ничего не смыслю в своем деле. Это будет первоклассный номер. Надо найти и натренировать еще двух опытных наездников, которые сумеют хорошо падать. А ну, еще раз!</p>
     <p>И для Барнея начались муки дрессировки. (Впоследствии человеку, купившему его, предлагали больше ангажементов, чем он в состоянии был принять.) Каждый день Барней был обречен на невыносимые страдания. Правда, седла, утыканного гвоздями, да и вообще седла, на него больше не надевали, негр вскакивал ему прямо на спину, а брыкался и вздыбивался мул потому, что колючки были теперь прикреплены ремнями к ладоням наездника. В конце концов Барней стал так чувствителен, что достаточно было кому-нибудь взглянуть на его спину, как он уже приходил в неистовое волнение и, едва наездник приближался к нему, начинал брыкаться, вскидываться и вертеться на месте в предчувствии мучительной боли.</p>
     <p>К концу четвертой недели пребывания Барнея в Сидеруайльде, при участии еще двух, уже белых, акробатов был устроен просмотр номера для наметившегося покупателя- стройного французика с нафабренными усами. В результате он, не торгуясь, отдал за Барнея запрошенную сумму и предложил ангажемент не только Сэму, но и обоим белым, Коллинз сумел «подать» номер покупателю со всеми атрибутами настоящего циркового представления и даже сам выступил в роли шталмейстера.</p>
     <p>Жирного, лоснящегося, добродушного с виду Барнея ввели в огороженное стальными тросами пространство и сняли с него недоуздок. Почувствовав себя свободным, он забеспокоился, прижал уши: словом, повел себя, как норовистое животное.</p>
     <p>— Запомните, — обратился Коллинз к покупателю, — что, если вы его купите, вам придется взять на себя обязанности шталмейстера, и вы сами никогда не должны причинять ему боли. Когда он это поймет, вы получите полную власть над ним и сможете в любую минуту его успокоить. Он самый добродушный и благодарный мул из всех, какие мне когда-либо попадались. Он будет любить вас и ненавидеть тех троих. Но на всякий случай предупреждаю: если он озлобится и начнет кусаться — вырвите ему зубы и кормите его только отрубями и дробленой распаренной крупой. Я дам вам рецепт питательных веществ, которые следует добавлять в его пойло. А теперь — внимание!</p>
     <p>Коллинз спустился на арену и погладил Барнея; мул стал ласкаться к нему, заодно пытаясь выбраться из загородки и спастись от того, что — он это знал по горькому опыту — неизбежно должно было воспоследовать.</p>
     <p>— Видите, — пояснил Коллинз, — он мне доверяет. Он знает, что я не только никогда не обижаю его, но в конце номера всякий раз являюсь в качестве спасителя. Я для него — добрый самаритянин, и вам придется взять на себя ту же роль. Ну, а сейчас мы вам покажем этот номер. Впоследствии вы, разумеется, сможете изменить или дополнить его по своему усмотрению.</p>
     <p>Великий дрессировщик вышел за канаты, шагнул к воображаемой публике, затем как бы окинул взглядом оркестр, весь амфитеатр в целом и раек в отдельности.</p>
     <p>— Леди и джентльмены, — бросил он в зияющую пустоту так, словно обращался к битком набитому цирку, — разрешите представить вам Барнея Барнато, весельчака мула. Он ласков, как щенок-ньюфаундленд, и… прошу убедиться!</p>
     <p>Коллинз отступил к канатам и, протянув над ними руку, позвал:</p>
     <p>— Поди сюда, Барней, и покажи публике, кого ты любишь больше всех на свете.</p>
     <p>Барней рысцой подбежал к нему, перебирая своими маленькими копытцами, ткнулся носом в его ладонь, в локоть, затем слегка подтолкнул его в плечо и, привстав на дыбы, попытался перебраться через канат. И обнять его. На самом деле он упрашивал, умолял Коллинза увести его с арены, избавить от предстоящих ему мучений.</p>
     <p>— Вот что значит никогда не причинять ему боли, — обернулся Коллинз к господинчику с нафабренными усами и снова окинул взглядом воображаемый цирк, воображаемый оркестр и воображаемую публику.</p>
     <p>— Леди и джентльмены! Барней Барнато — великий шутник. Каждая из его четырех ног может выкинуть штук сорок таких фокусов, что ни одному человеку не удастся продержаться у него на спине и шестидесяти секунд. Честно предупреждаю вас об этом, прежде чем сделать вам следующее предложение. На первый взгляд кажется: что тут особенного — одну минуту, то есть шестидесятую долю часа, или, еще точнее, шестьдесят секунд, продержаться на спине такого ласкового и веселого животного, как наш мул Барней? Ну что ж, выходите-ка сюда, ребята, лихие наездники! Тому, кто усидит на Барнее одну минуту, я немедленно плачу пятьдесят долларов; а за две минуты, точно отсчитанные по часам, — все пятьсот.</p>
     <p>Это была условная реплика, после которой Сэмюэль Бэкон с конфузливой улыбкой, спотыкаясь и боясь поднять глаза на публику, вышел на арену и с помощью Коллинза, услужливо протягивавшего ему руку, перебрался через канаты.</p>
     <p>— Скажите, ваша жизнь застрахована? — деловито спросил Коллинз.</p>
     <p>Сэм отрицательно покачал головой и ухмыльнулся.</p>
     <p>— Тогда зачем вам понадобилось рисковать ею?</p>
     <p>— Из-за денег, — отвечал Сэм, — мне нужны деньги для моего дела.</p>
     <p>— А какое у вас дело? Разрешите узнать?</p>
     <p>— А это не ваше дело, мистер. — Тут Сэм расплылся в улыбке, как бы прося прощения за свою дерзость, и стал переминаться с ноги на ногу. — Может, я скупаю лотерейные билеты, вы почем знаете. А деньги-то я с вас получу? Это ведь уж будет наше общее дело.</p>
     <p>— Получите, получите, — заверил его Коллинз, — конечно, если заработаете. Станьте-ка здесь, в сторонке и повремените немножко. Леди и джентльмены, простите меня за задержку, но я бы хотел, чтоб вызвались еще охотники. Кто желает? Пятьдесят долларов за шестьдесят секунд. Почти доллар в секунду… Если вы справитесь с задачей. Да что там, даю по доллару за секунду… Шестьдесят долларов мальчику, мужчине, девушке или женщине, усидевшим минуту на Барнее. В первую очередь приглашаю дам! Сегодня у нас. полное равноправие. Вам предоставляется возможность заткнуть за пояс мужей, братьев, сыновей, отцов и дедов. Возраст значения не имеет… Кажется, вы изъявили желание, бабушка? — Он как будто и впрямь обращался к старушке в одном из первых рядов. — Вот видите (последнее уже относилось к французу-покупателю). У меня для вас даже заготовлено антре. Вам потребуется не больше двух репетиций. Можете, если хотите, провести их здесь совершенно бесплатно.</p>
     <p>На арене появились два других участника. Коллинз опять протянул руку, как бы помогая непривычным людям перебраться через барьер.</p>
     <p>— Вы можете изменять текст антре в зависимости от города, в котором будете находиться, — обратился он к французу. — Надо только сразу же узнать названия самых захолустных пригородов и деревень и изобразить, будто добровольцы явились именно оттуда.</p>
     <p>Продолжая разговор с воображаемой публикой, Коллинз подал знак к началу представления. Первая попытка Сэма немедленно потерпела неудачу. Он не успел даже толком взобраться на мула, как уже шлепнулся на арену. Три-четыре новых попытки, предпринятых одна за другой, оказались не более успешными; в последний раз ему, правда, удалось продержаться на спине Барнея около десяти секунд, но потом он кувырком перелетел через его голову. Сэм удалился с арены, в огорчении покачивая головой и потирая будто бы ушибленный бок. Ему на смену явились два других «наездника». Отличные акробаты, они падали, проделывая уморительнейшее сальто в воздухе. За это время Сэм успел оправиться и явился снова. Теперь они уже втроем предприняли комбинированную атаку на Барнея и одновременно с разных сторон пытались вскочить на него. Барней становился на дыбы, они то разлетались в разные стороны, то валились в кучу, как мешки с мукой. А один раз Сэм, падая, даже свалил с ног белых наездников, отошедших в сторонку, чтобы перевести дыхание.</p>
     <p>— Вот что это за мул! — обратился Коллинз к господину с нафабренными усами. — А если какие-нибудь оболтусы из публики и вправду польстятся на деньги — что ж, тем лучше! Они живо свое получат. Не родился еще человек, который целую минуту продержался бы на этом муле, если, конечно, вы и впредь будете репетировать с колючками. Он должен жить в постоянном страхе. Не позволяйте ему забывать о колючках. Если у вас окажется вынужденный перерыв, то порепетируйте с ним разок-другой, а не то он забудет о них и рысцой прокатит по арене какого-нибудь деревенского дурня, так что весь номер пойдет насмарку. Наконец, представьте себе, что сыщется ловкач, который удержится на нем, а минута уже будет на исходе, тогда пусть Сэм или другой участник номера подойдет и незаметно кольнет мула, Тут уж деревенщине несдобровать. А вы и при своих деньгах останетесь и публику насмешите до упаду. Ну, а теперь посмотрим финальный трюк! Внимание! Сейчас публика будет просто умирать со смеху. Приготовиться первым двум! Сэм, на место! Начали!</p>
     <p>Покуда белые пытались с обеих сторон вскарабкаться на Барнея и таким образом отвлекали его внимание, Сэм во «внезапном» приступе ярости и отчаяния перемахнул через канаты, вскочил на шею мула и, схватив ее руками и ногами, прижался лицом к его голове. Барней, памятуя свой горький опыт, немедленно взвился на дыбы.</p>
     <p>— Это же гвоздь программы! — воскликнул Коллинз, глядя, как Барней мечется по арене и, то и дело становясь на дыбы передними ногами, пытается сбросить седока. — Опасности нет никакой. На спину он не бросится. Мулы для этого слишком умные животные. А если б это даже случилось, то Сэм уж сумеет упасть, как надо.</p>
     <p>Номер окончился, и Барнея, охотно давшего надеть на себя недоуздок, подвели к французу.</p>
     <p>— Это — долговечное, здоровое животное, вы только посмотрите на него, — расхваливал свой товар Коллинз. — У вас будет прекрасный, законченный номер. Кроме вас, в нем участвуют еще трое, не считая самого мула и дураков из публики. С этим номером вы можете хоть завтра начинать выступления, так что пять тысяч, которые я за него прошу, еще очень недорогая цена.</p>
     <p>Француз поморщился, услышав о такой сумме.</p>
     <p>— Арифметика здесь простая, — продолжал Коллинз. — Вы подпишете ангажемент не меньше чем на тысячу двести долларов в неделю. На руках у вас еженедельно будет оставаться не менее восьмисот долларов чистыми. За шесть недель вы оправдаете покупку. А ангажемент вы подпишете не на шесть, а на сто недель, да и то вас еще будут упрашивать продлить его. Будь я помоложе и посвободнее, я бы сам поехал в турне с таким номером и сколотил бы себе порядочное состояние.</p>
     <p>Итак, Барней был продан в вечное рабство, для того чтобы мучения его вызывали смех у праздных зрителей всевозможных увеселительных заведений.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Дело в том, Джонни, что любовью и лаской ты не заставишь собак выполнять все нужные тебе трюки, в этом существенное различие между собакой и женщиной, — говорил Коллинз своему помощнику. — Ты же знаешь, как бывает с собаками. Ты любя обучаешь ее ложиться, кататься по полу, «умирать» и прочему вздору. А затем хочешь похвалиться ею перед друзьями, но оказывается, что окружающая обстановка изменилась, собака возбуждена, растерянна, и ты не можешь выжать из нее ни одного фокуса. Собаки как дети. На людях они теряют голову, забывают все, чему их учили, и ставят тебя в неловкое положение. Надо помнить, что на арене им приходится проделывать трудные трюки, и к тому же трюки, которые они ненавидят. Кроме того, может, например, случиться, что собака нездорова — простужена, запаршивела или просто не в духе. Что ж тогда прикажете делать? Приносить извинения публике? Далее учти, что программа распределена точно по часам. Спектакль начинается по звонку, и один и тот же номер иногда исполняется раз по семь в сутки, в зависимости от условий контракта. Самое важное, чтобы собаки всегда были наготове и, что называется, в «форме». Не следует ни ласкать, ни уговаривать их, ни нянчиться с ними. Существует только один способ обращения: они должны знать, что мы всегда добьемся от них того, что нам нужно.</p>
     <p>— Да, собаки отнюдь не глупы, — заметил Джонни. — Они отлично понимают, когда вы всерьез хотите чего-то от них добиться.</p>
     <p>— Безусловно, — согласился Коллинз. — Стоит только чуть-чуть распустить их, и они уже работают из рук вон плохо. Попробуйте ласково обходиться с ними, и они отблагодарят вас бесконечными накладками. Страх божий — прежде всего! Если собаки не будут вас бояться, то в скором времени вы будете, высунув язык, бегать в поисках ангажемента, хотя бы самого завалящего.</p>
     <p>Полчаса спустя Майкл опять слушал, ни слова, впрочем, не понимая, как великий дрессировщик преподавал другому ассистенту основы своего ремесла.</p>
     <p>— Работать, Чарльз, надо только с дворняжками. Из десятка чистопородных собак вы не подберете себе ни одной, разве только вам посчастливится напасть на особо трусливую; но ведь храбрость-то главным образом и отличает чистокровную собаку от дворняжки. У них такая же горячая кровь, как у породистых лошадей. Они обидчивы и горды. В этой гордости вся и беда. Я родился в семье дрессировщика и всю жизнь отдал этому делу. Я преуспел в нем. И преуспел по одной только причине: у меня есть профессиональное знание. Запомни это. Знание. Второе преимущество дворняг — они дешевы. Нам не страшно, если такая собака околеет или обессилеет. Можно сейчас же по дешевке приобрести другую. Они легко поддаются обучению и понимают, что такое страх божий. А чистокровной собаке никакими силами не внушить этого страха. Попробуй отстегать дворняжку. Что произойдет? Она будет лизать вам руки, ползать на брюхе и сделает все, чего вы от нее потребуете. Дворняжки — это собаки-рабы. Правда, они трусливы, но дрессированной собаке храбрость ни к чему. Мы хотим, чтобы она нас боялась. Ну, а если вы изобьете чистопородного пса, что из этого выйдет? Случается, что они околевают от оскорбленной гордости. А если не околевают, то становятся упрямы или злы, или то и другое вместе. Иногда они с пеной у рта бросаются на вас. Их можно убить, но нельзя утихомирить, они до последней минуты будут стараться вас укусить. А не то замкнутся в своем упорстве. И ничего с ними не поделаешь. Я называю это пассивным сопротивлением. Они не будут сражаться. Вы можете забить их до смерти, но толку не добьетесь. Они, как первые христиане, лучше позволят сжечь себя на костре или сварить в кипящем масле, но своими убеждениями не поступятся… Они предпочитают смерть. И умирают. Я видел таких. Я их изучал и… научился оставлять в покое. Они душу из вас вымотают, но не уступят. Уступите вы. И мало того, что они отнимают у вас кучу времени и портят вам нервы, они еще и дорого стоят. Возьмем хоть этого терьера. — Коллинз показал глазами на Майкла, который стоял несколько поодаль, мрачно созерцая сутолоку на арене. — Это чистокровнейший пес, и потому он ни на что не пригоден. Я ни разу не бил его по-настоящему и не буду бить. Это была бы неразумная трата времени. Если обойтись с ним очень круто, он затеет борьбу. И так и сдохнет в борьбе. Впрочем, с человеком, который не слишком жесток с ним, он бороться на станет. Для этого он слишком благоразумен. Но если не быть жестоким, он вот такой и останется — его уже ничему не обучишь. Я бы давно его сплавил, если бы не был уверен, что Дель Map не мог ошибиться. Бедняга Гарри знал о каком-то необыкновенном таланте этого пса, и я во что бы то ни стало должен доискаться, что это за талант.</p>
     <p>— Может быть, он работает со львами? — предположил Чарльз.</p>
     <p>— Да, такая собака не должна бояться львов, — согласился Коллинз. — Но в чем состоит эта его работа? Кладет голову в пасть льва? В жизни не слыхивал о такой собаке, хотя, честное слово, это идея! Надо испытать его. Все остальное мы, кажется, уже перепробовали.</p>
     <p>— У нас ведь есть старик Ганнибал, — заметил Чэрльз. — В труппе Сэйл-Синкера он проделывал этот номер с укротительницей.</p>
     <p>— Да, но старик Ганнибал последнее время совсем свихнулся, — отвечал Коллинз. — Я уже давно наблюдаю за ним и стараюсь сбыть его. У всякого животного может в конце концов помутиться разум, особенно у хищника. Ведь жизнь-то они ведут противоестественную. А хищник, если свихнется, — пиши пропало. Опытному дрессировщику это грозит потерей больших денег, а неопытному — возможно, и гибелью.</p>
     <p>Майкла, несомненно, попробовали бы на работе со львами, и его голова осталась бы в чудовищной пасти царя зверей, если бы за него не вступился всесильный бог — случай. Едва Коллинз проговорил последние слова, как к нему торопливо подошел смотритель, на попечении которого в Сидеруайльде находились хищники, и начал что-то докладывать. Это был человек лет сорока, но выглядевший чуть ли не вдвое старше. Глубокие вертикальные морщины, бороздившие его лицо, походили скорее на рубцы от когтей дикого зверя, чем на печать, наложенную его собственной звероподобной натурой.</p>
     <p>Старик Ганнибал взбесился — вот, собственно, к чему вкратце сводился его доклад.</p>
     <p>— Вздор, — отвечал Коллинз. — Не он взбесился, а вы постарели и уже не справляетесь с ним. Я вам это докажу. Идите за мной. Сделаем на четверть часа перерыв в работе, и я покажу вам номер, какого еще ни одна арена не видывала. За такой номер любой антрепренер даст десять тысяч в неделю, да только его не повторишь. Старик Ганнибал сдохнет от оскорбленной гордости. Идите все за мной, все до одного. Объявляю перерыв на пятнадцать минут.</p>
     <p>И Майкл поплелся следом за своим нынешним господином, самым грозным из всех, кто когда-либо властвовал над ним. За ними двинулись остальные — служащие Сидеруайльда и профессиональные дрессировщики. Все они знали, что Коллинз показывает свое искусство лишь в редких случаях и только избранному кругу профессионалов.</p>
     <p>Смотритель, чье лицо хранило следы не когтей зверя, а его собственной звериной сущности, попытался протестовать, увидев, что Коллинз собирается войти в клетку, вооруженный только палкой от метлы.</p>
     <p>Ганнибал, правда, уже старик, считался крупнейшим экземпляром укрощенного льва, и вдобавок у него были целы все зубы. Тяжело ступая и слегка раскачиваясь, как все хищники в неволе, он расхаживал взад и вперед по своей клетке, когда возле нее вдруг оказалась целая толпа людей. Не обратив на них ни малейшего внимания, он продолжал, тряся головой, мерить шагами тесное пространство; дойдя до конца клетки, Ганнибал легко повертывал свое огромное тело и шагал обратно с видом, говорившим о непоколебимости принятого им решения.</p>
     <p>— Вот так он ходит уже два дня, — плаксивым голосом объявил смотритель. — А только сунешься к клетке, сейчас бросается. Глядите, что со мной сделал. — Смотритель поднял правую руку, показывая разорванные в клочья рукава верхней и нижней рубашки и параллельные полосы на теле — следы львиных когтей. — А я к нему вовсе и не входил. Я стал снаружи чистить клетку, а он просунул лапу сквозь прутья да как хватит меня! Если бы хоть зарычал. Нет, ведь звука не издает, только все ходит и ходит.</p>
     <p>— Где ключ? — спросил Коллинз. — Хорошо! Теперь впустите меня. Когда я войду, заприте дверцу и выньте ключ. Забросьте его куда-нибудь подальше и забудьте о нем. Спешить мне некуда, я подожду, пока вы его найдете и выпустите меня.</p>
     <p>И Гаррис Коллинз, этот щуплый, низкорослый человек «в весе пера», живущий в постоянном страхе, как бы супруга не швырнула в него за обедом тарелку горячего супа, вооруженный всего-навсего палкой от метлы, на глазах у самой взыскательной публики — служащих его заведения и профессиональных дрессировщиков — вошел в клетку льва. Дверца тотчас захлопнулась за ним; не сводя глаз с шагающего из стороны в сторону Ганнибала, он повторил свое приказание: вынуть ключ из замка.</p>
     <p>Несколько раз лев прошел мимо, не удостаивая вниманием незваного гостя. Выждав мгновение, когда Ганнибал повернулся к нему спиной, Коллинз неожиданно шагнул вперед и заступил ему дорогу. Повернувшись и увидев помеху на своем пути, лев не зарычал, только мускулы его напряглись, заиграли под гладкой шкурой, и он прямо двинулся на неожиданно возникшее препятствие. Но Коллинз, раньше льва знавший, что тот собирается сделать, опередил его. Он ударил льва по носу палкой от метлы. С грозным рыком Ганнибал попятился и уже занес могучую лапу для удара. Но Коллинз снова опередил его: еще один удар по носу принудил льва вторично отступить.</p>
     <p>— Заставьте его наклонить голову, и вы в безопасности, — тихим, напряженным голосом говорил великий дрессировщик. — А, ты так! Ну, получай же!</p>
     <p>Разъяренный Ганнибал изготовился к прыжку и поднял голову, но, получив новый удар, опустил ее; ткнувшись носом в пол клетки, царь зверей попятился, рыча и издавая какие-то странные клокочущие звуки.</p>
     <p>— Внимание! — проговорил Коллинз, снова ударив льва и принуждая его к скорейшему отступлению.</p>
     <p>— Человек — господин над зверем, потому что у него мыслящий ум, — назидательно продолжал Коллинз, — а ум, господствуя над телом, предвосхищает мысль животного и тем самым предвосхищает его действия — вот вам и весь секрет. Сейчас вы увидите, как я его усмирю. Лев совсем не так грозен, как он воображает. Мы собьем с него спесь. Собьем при помощи вот этой метлы. Смотрите!</p>
     <p>Под градом ударов лев все ниже и ниже склонял голову и отходил дальше в глубь клетки.</p>
     <p>— Сейчас я загоню его в самый угол.</p>
     <p>И Ганнибал, ворча, фыркая, стараясь отвернуть голову от сыплющихся на нее ударов, отмахиваясь передними лапами от назойливой метлы, послушно отступил в угол и присел на задние лапы, весь съежившись от мучительного и тщетного усилия занять как можно меньше места своим огромным телом. Морду он все время держал книзу, отчего его туловище находилось в неудобном для прыжка положении. Внезапно он поднял голову и зевнул. Но движения его были медленны, и Коллинз, предвосхищавший любое намерение Ганнибала, предвосхитил и зевок, — на этот раз лев не получил удара по носу.</p>
     <p>— Вот он и капитулировал, — объявил Коллинз, и голос его впервые зазвучал свободно и непринужденно. — Когда лев начинает зевать в разгаре боя, можете быть уверены, что он не бешеный. Он вполне разумен, вернее, ему пришлось образумиться, в противном случае он бы не зевал, а бросался на меня. Но он понимает, что побежден, и этим зевком как бы говорит нам: «Я сдаюсь! Ради всего святого, оставьте меня в покое! Нос у меня болит. Я бы охотно расправился с вами, да не могу! Я сделаю все, что мне прикажут, я буду тих и смирен, только не колотите меня больше по моему бедному больному носу».</p>
     <p>Но человек — господин и малым не удовлетворится. Внушайте зверю, что вы господин. Вдалбливайте это ему в башку. Не обманывайтесь его смирением. Не золотите ему пилюлю. Заставьте его лизать ноги, втаптывающие его в грязь, целовать палку, которая его бьет. Внимание!</p>
     <p>И Ганнибал, царь зверей, крупнейший из подневольных хищников, уже взрослым привезенный из джунглей и еще сохранивший все зубы, из страха перед тонкой палочкой в руках тщедушного человека еще больше сжался в своем углу. Согнув спину — одно это уже исключало возможность прыжка, — в беспредельном унижении склонив на грудь некогда гордую голову и всей тяжестью тела опираясь на локтевые суставы, он защищал свой разбитый нос тяжелыми лапами, один удар которых мгновенно вышиб бы дух из тщедушного Коллинза.</p>
     <p>— Не исключено, что это — притворство, — заявил Коллинз, — но все равно ему придется поцеловать мою ногу и палку, которой я его бил. Внимание!</p>
     <p>Он быстро поднял левую ногу и без малейшего колебания поставил ее на шею Ганнибала. Палку Коллинз держал наготове, для того чтобы предвосхитить возможное действие льва, а мысль его уже опережала возможную мысль царя зверей.</p>
     <p>И Ганнибал сделал то, что было предсказано и предугадано Коллинзом. Он поднял голову и раскрыл гигантскую пасть с блеснувшими клыками, чтобы вонзить их в тонкую, обтянутую шелковым носком лодыжку человека. Но клыки не вонзились в нее. Они не успели и на пятую долю пути приблизиться к ноге Коллинза, как палка, больно ударившая льва по носу, принудила его еще ниже склониться, лапами защищаясь от ударов.</p>
     <p>— Он в полном уме, — объявил Коллинз, — и теперь знает — насколько ему вообще дано знать, — что окончательно побежден. Окажись он бешеным, он бы этого не знал, а я не мог бы предугадать его намерений, и сейчас в клетке уже валялись бы мои внутренности.</p>
     <p>Он принялся тыкать Ганнибала концом своей палки, держа ее так, чтобы она каждую секунду могла нанести новый болезненный удар. И огромный лев только рычал в жалкой своей беспомощности да после каждого прикосновения палки все выше поднимал морду и, наконец, разинул пасть и, высунув красный язык, лизнул ногу, покоившуюся на его шее, а затем и палку, причинившую ему столько боли и унижений.</p>
     <p>— Ну, теперь будешь умником? — спросил Коллинз, пнув его ногой в шею.</p>
     <p>Не в силах больше подавлять свою ненависть, Ганнибал грозно зарычал.</p>
     <p>— Так будешь умником? — повторил свой вопрос Коллинз.</p>
     <p>Лев поднял морду и снова лизнул кожаную туфлю и тонкую лодыжку человека, перегрызть которую мог бы в мгновение ока.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>С одним только существом из всех многочисленных обитателей Сидеруайльда подружился Майкл, но это была странная и печальная дружба. Сара — его новая подружка, маленькая зеленая обезьянка из Южной Америки — казалось, так и родилась на свет истеричной, негодующей и начисто лишенной чувства юмора. Случалось, что Майкл, плетясь за Коллинзом по арене, встречал ее среди зверей, ожидающих очередного занятия с дрессировщиком. Несмотря на ее полную неспособность или нежелание, Сару все-таки упорно пытались обучить хоть каким-нибудь трюкам или заставляли выступать в качестве статистки.</p>
     <p>Впрочем, из этого обычно ничего, кроме суеты и путаницы, не получалось; Сара либо болтала без умолку, либо визжала от страха, либо затевала драку с другими животными. Когда от нее требовали выполнения какого-нибудь трюка, она яростно протестовала, а если к ней применяли силу, поднимала такой крик и визг, что другие звери начинали волноваться, и вся работа на арене приостанавливалась.</p>
     <p>— Не стоит с ней возиться, — в конце концов решил Коллинз, — мы ее потом используем в обезьяньем оркестре.</p>
     <p>Страшнее приговора нельзя было вынести цирковой обезьяне: участвовать в оркестре значило быть беспомощной марионеткой, которую спрятанные за ширмами люди дергают за невидимые публике веревочки.</p>
     <p>Но Майкл познакомился с Сарой еще до ее превращения в марионетку. При первой встрече она внезапно налетела на него — визгливый, суматошный, сердито оскалившийся чертенок с выпущенными коготками. Майкл, как всегда теперь, угрюмо безразличный, даже ухом не повел; скользнув по ней невидящим взглядом, он тотчас же отвернулся от этого разъяренного, суетливого создания. Если бы он попытался укусить ее, зарычал, — словом, выказал гнев или недовольство, она подняла бы невообразимый крик и шум, умоляя о помощи и визгливо призывая всех окружающих в свидетели несправедливого, неспровоцированного нападения.</p>
     <p>Но спокойствие Майкла явно поразило ее. Она еще раз неуверенно приблизилась к нему. Мальчик, ходивший за ней, ослабил цепочку, подумав при этом: хорошо бы пес перегрыз ей спину. Мальчик всей душой ненавидел сварливую, неугомонную обезьянью самочку и мечтал, чтобы его приставили ко львам или слонам.</p>
     <p>Поскольку Майкл никакого внимания на Сару не обратил, она живо заинтересовалась им: потрогала его лапками, обвила руками его шею и прильнула головкой к его голове. И с этого момента началась нескончаемая болтовня. Каждую свободную минуту она ловила Майкла на арене и, тесно прижавшись к нему, тихим голосом, не переводя дыхания, рассказывала, без конца рассказывала ему что-то — по-видимому, историю своей жизни. Во всяком случае, звучал этот рассказ как перечень горестей, обид и несправедливостей, причиненных ей. Среди этих жалоб слышалась и жалоба на здоровье — ее мучили простуда и кашель, — у обезьянки, видно, болела грудь, так как она жалобным жестом то и дело прикладывала к ней ладонь. Но иногда сетования Сары вдруг прерывались, она ласкала и нежила Майкла, издавая какие-то монотонные, баюкающие звуки.</p>
     <p>Сара была единственным существом в Сидеруайльде, приласкавшим Майкла; всегда матерински нежная, она ни разу не ущипнула его, не дернула за ухо. Впрочем, и он был ее единственным другом. В часы утренних занятий с дрессировщиками Майкл всегда старался встретить ее — и это несмотря на то, что каждая встреча кончалась тяжелой сценой: Сара всеми силами противилась уводившему ее мальчику, ее крики и возгласы протеста переходили в рыдания и всхлипы, а люди вокруг хохотали над комической любовью обезьяны и ирландского терьера.</p>
     <p>Однако Гаррис Коллинз охотно терпел и даже поощрял их дружбу.</p>
     <p>— Эти два кисляя очень подходящая парочка, — говорил он. — Им полезно дружить, по крайней мере у обоих есть теперь смысл жизни, а это оздоровляюще действует на организм. Но только, помяните мое слово, в один прекрасный день она устроит какую-нибудь каверзу, и вся их дружба кончится трагедией.</p>
     <p>Он сказал это пророческим тоном, и пророчество его сбылось. Хотя Сара никакой каверзы Майклу не устроила, но дружба их в один злосчастный день и вправду кончилась трагедией.</p>
     <p>— Возьмем, к примеру, тюленей, — пояснял Коллинз в одной из импровизированных лекций, которые он любил читать своим помощникам. — Во время представления их постоянно приходится подкармливать рыбой. Попробуйте обойтись без этого, они откажутся работать, и ничего вы с ними не поделаете. Собаку нельзя заставить работать даже при помощи самых лакомых кусочков. А поросенок, например, выполнит все, что ему прикажут, если у дрессировщика в рукаве спрятан обыкновенный детский рожок с молоком. Все это вам надо запомнить и хорошенько обдумать. Ну можно ли предположить, что вон те борзые станут выбиваться из сил ради куска мяса? Работать их заставляет только кнут. Посмотрите, как действует Билли Грин. Иначе ему свою собачонку этому фокусу в жизнь не научить. Лаской вы с ней ничего не поделаете. Подкупить собаку нельзя. Остается только одно — принудить ее.</p>
     <p>Билли Грин в это время как раз работал с маленькой лохматой собачонкой неизвестной породы. На арене он производил фурор, когда, вытащив из кармана собаку, заставлял ее проделывать оригинальный трюк. Последняя его собачонка сломала себе хребет, и сейчас он готовил ей заместительницу. Схватив это крохотное создание за задние лапки, он подбрасывал ее кверху, и собачонка должна была, перевернувшись в воздухе, вниз головой опуститься к нему на ладонь и замереть, стоя на передних лапках. Он раз за разом наклонялся, хватал ее за задние лапки и подбрасывал в воздух. Собачонка, замирая от страха, тщетно старалась выполнить то, что от нее требовалось. Ей никак не удавалось удержать равновесие. Она падала, сжавшись в комочек, ему на ладонь и несколько раз едва-едва не свалилась на пол, а под конец шлепнулась боком, да так, что у нее перехватило дыхание. Билли Грин воспользовался этим моментом, чтобы утереть пот, катившийся по его лицу, затем пнул ее носком сапога, и дрожащая собачонка с трудом поднялась на ноги.</p>
     <p>— Нет на свете собаки, которая проделала бы эдакую штуку за кусок мяса, — продолжал Коллинз, — или пробежалась бы на передних лапах, прежде чем ее тысячу раз не хлестнут по задним. Возьмем, к примеру, хоть этот номер. Он имеет неизменный успех, особенно у женщин, — ведь это же прелесть что такое, сплошное умиление! Хозяин вытаскивает из кармана малюсенькую собачку, которая так его любит, так ему доверяется, что позволяет швырять себя высоко в воздух. Доверие и любовь — черта с два! Страх божий сумел он ей внушить, вот и все.</p>
     <p>И так же вот публике нравится, когда вы во время исполнения номера вынимаете из кармана какое-нибудь лакомство и потчуете им животное. Это, понятно, тоже только профессиональный прием. Публике приятно думать, что животные с удовольствием выступают на арене, что их нежат и холят, как балованных детей, а они, в свою очередь, обожают хозяина. Если публика, избави боже, увидит, что творится у нас за кулисами, — горе нам и нашим карманам! Номера с дрессированными животными будут немедленно запрещены, и нам с вами придется подыскивать себе какую-нибудь другую работенку.</p>
     <p>Конечно, к жестоким мерам приходится иногда прибегать на глазах у зрителей. Никто не умел дурачить публику лучше, чем Лотти. Она выступала с дрессированными кошками, в которых души не чаяла, — на публике, конечно. Что же, спрашивается, она делала, когда не удавался какой-нибудь номер? А вот что: брала кошку на руку и целовала ее. После этого поцелуя кошка отлично справлялась со своим номером, а дура-публика устраивала Лотти овацию за ее доброту и гуманность. Целовать кошку! Как бы не так! Она ее кусала в нос.</p>
     <p>Элинор Павало переняла этот прием Лотти и стала применять его на своих собачонках. Не забудьте также, что многие собаки работают в парфорсных ошейниках; кроме того, опытный дрессировщик всегда сумеет ущипнуть собаку за нос так, что ни один человек из публики этого не заметит. Но главное — страх, страх перед тем, что ждет ее по окончании спектакля, вот что заставляет собаку работать безупречно.</p>
     <p>Вспомните капитана Робертса и его датских догов, правда нечистопородных. У него их было двенадцать штук, я отродясь не видывал такой свирепой своры. Он дважды оставлял их здесь у меня. Мимо них нельзя было пройти без палки. Я приставил к ним одного мексиканского мальчонку, тоже не из добреньких. Но они напали на него и едва не загрызли. Врач наложил ему больше сорока швов и до отказа накачал его пастеровской вакциной. И все-таки он остался хромым на правую ногу. Повторяю, что злее собак я в жизни не видывал. И тем не менее капитан Роберте уже одним своим появлением с этой сворой приводил публику в неистовый восторг. Псы прыгали вокруг него, точно не зная, как лучше выразить ему свою любовь. Только не воображайте, что они и вправду его любили. Они его ненавидели. Здесь, в Сидеруайльде, он заходил к ним в клетку не иначе как с палкой в руках и раздавал удары направо и налево. Какая уж тут любовь! Дело в том, что он применял старый трюк с анисом. Набивал себе полные карманы мяса, смоченного анисовым маслом. Но такой фокус эффектен только с громадными псами. Будь на их месте обыкновенные собаки, все это имело бы просто глупый вид. А кроме того, они работали не ради мяса, а из страха перед палкой капитана Робертса. Этот капитан и сам был зверюгой. Он вечно твердил, что дрессировать животных — значит внушать им страх. Один из его ассистентов рассказал мне о нем довольно-таки грязную историю. В Лос-Анжелосе они однажды просидели целый месяц без ангажемента, и капитану Робертсу втемяшилось научить собаку балансировать серебряным долларом на горлышке бутылки из-под шампанского. Вдумайтесь-ка в эту штуку: ну можно ли научить этому собаку методами гуманной дрессировки? Ассистент уверял меня, что Роберте обломал об эту собаку столько же палок, сколько ее предшественниц забил до смерти, а забил он шесть штук. Он покупал собак за бесценок, и когда одна околевала, другая уже была наготове и ждала своей очереди. С седьмой собакой он своего добился. Она научилась балансировать серебряным долларом на горлышке бутылки! И околела от последствий своего обучения через неделю после первого показа этого номера, — абсцессы в легких в результате побоев.</p>
     <p>Я был еще совсем мальчишкой, когда к нам приезжал один англичанин со смешанной труппой пони, собак и обезьян. Он так кусал обезьянам уши, что на арене ему стоило только нагнуться к уху обезьяны, и та немедленно выполняла все, что от нее требовалось. Гвоздем его программы был шимпанзе — он делал раз за разом четыре кульбита на спине пущенного галопом пони; и вот этого-то шимпанзе англичанин регулярно порол два раза в неделю. После порки шимпанзе иногда не в силах был выступать даже на следующий день. Но дрессировщик и тут вышел из положения: перед каждым выходом на арену он не то чтобы избивал его, а так — давал попробовать палки. И он своего добивался, хотя у другого обезьяна со злости, пожалуй, и вовсе бы отказалась работать.</p>
     <p>В этот же самый день Коллинз преподал весьма ценные сведения одному дрессировщику львов. Человек этот в то время не имел ангажемента и поместил своих трех зверей в Сидеруайльде. Номер его и пугал публику и приводил ее в восторг: львы с рыканьем бросались на маленькую, тоненькую женщину, выступавшую с ними, и казалось, вот-вот разорвут ее; но эта особа с хлыстиком в руках, видимо, смиряла их своей необыкновенной храбростью.</p>
     <p>— Беда, что они очень уж привыкли к Айседоре, — жаловался дрессировщик. — Ей теперь не удается как следует раздразнить их. И настоящего спектакля не получается.</p>
     <p>— Я знаю этих львов, — заметил Коллинз. — Они очень стары, и дух у них сломлен. Возьмем, к примеру, хоть Сарка. Ему столько палили в уши холостыми зарядами, что он теперь глух как пень. А Селим — вместе с зубами он утратил все свое величие. Это — дело рук португальца, дрессировавшего его для Барнума и Бэйли. Вы, наверное, слыхали об этой истории.</p>
     <p>— Да, я не раз о ней думал. Воображаю, что это было!</p>
     <p>— Страшная штука. Португалец пустил в ход железный прут. Селим был зол в этот день, он наподдал его лапой и только открыл пасть, чтобы зарычать, как тот сунул ему в зубы этот самый прут. Он сам мне рассказывал. Зубы Селима посыпались на пол, точно домино из коробки. Португалец не должен был этого делать. Лев представлял собой большую ценность и являлся чужой собственностью. Португальца после этого случая выгнали, и поделом.</p>
     <p>— Да, и теперь всем трем моим львам — грош цена, — сказал дрессировщик. — Они уже не рычат на Айседору и не бросаются на нее. А в этом была вся соль номера. Такой финал всегда имел большой успех. Посоветуйте, как мне быть? Отставить этот номер? Или обзавестись молодыми львами?</p>
     <p>— Айседоре безопаснее работать со старыми, — отвечал Коллинз.</p>
     <p>— Слишком уж безопасно, — возразил ее супруг. — Конечно, на молодых львов мне придется положить немало труда, да и ответственность моя возрастет. Но жить-то нам надо, а этот номер уже сходит на нет.</p>
     <p>Гаррис Коллинз покачал головой.</p>
     <p>— Что вы хотите сказать? Что вам пришло на ум? — живо заинтересовался дрессировщик.</p>
     <p>— Ваши львы свыклись с неволей и еще долго протянут, — начал Коллинз, — а если вы потратитесь на молодых львов, они могут подвести вас — не выдержат такой жизни и околеют. Нет, старые львы вам еще послужат, надо только воспользоваться моим советом…</p>
     <p>Великий дрессировщик запнулся, его младший собрат открыл было рот, собираясь что-то возразить, но Коллинз неторопливо закончил:</p>
     <p>— …который обойдется вам в три сотни долларов.</p>
     <p>— Три сотни долларов только за совет? — быстро переспросил тот.</p>
     <p>— Да, за безусловно ценный совет. Подумайте, сколько вам пришлось бы уплатить за трех новых львов? А тут триста долларов дадут вам возможность огрести целую кучу денег. Хотя совет мой простейший. Он состоит всего из двух слов, но каждое это слово обойдется вам в полторы сотни долларов.</p>
     <p>— Мне это не по карману, — возразил дрессировщик. — Я ведь и так едва-едва свожу концы с концами.</p>
     <p>— Я тоже, — заверил его Коллинз. — Потому-то я и беседую здесь с вами. Я специалист, и вы платите гонорар специалисту. Вы только диву дадитесь, до чего прост выход, который я подскажу вам; и, честное слово, я не понимаю, как это вам самому не пришло в голову.</p>
     <p>— А если ваше средство не поможет? — подозрительно осведомился дрессировщик.</p>
     <p>— Тогда ваши деньги останутся при вас.</p>
     <p>— Хорошо! Говорите же!</p>
     <p>— Электризуйте клетку, — сказал Коллинз. Сначала дрессировщик опешил; затем смысл этих слов, по-видимому, начал уясняться ему.</p>
     <p>— Вы хотите сказать…</p>
     <p>— Да! — кивнул Коллинз. — И никто ни о чем не догадается. Несколько сухих батарей под полом клетки — и ваше дело в шляпе. Айседоре останется только нажать ногой выключатель; а когда электрический ток пройдет по лапам львов, можете быть уверены, что они начнут прыгать, бесноваться и рычать. Если этого не произойдет, я не только верну вам ваши триста долларов, но и приплачу еще столько же. Я знаю, что говорю. Я видел, как это делается, — тут эффект обеспечен. Звери ведут себя так, словно у них под ногами раскаленная печь. Они взвиваются в воздух, а стоит им коснуться пола, ток снова бьет их по лапам.</p>
     <p>Но помните, что ток надо давать постепенно, — предупреждал Коллинз. — Я научу вас, как сделать проводку. Сначала совсем слабый ток, а к концу номера все сильней и сильней. К такой штуке они никогда не привыкнут и до конца своих дней будут отплясывать так же бодро, как и в первый раз. Ну, что вы на это скажете?</p>
     <p>— Да, трехсот долларов такой совет, пожалуй, стоит, — признался дрессировщик. — Хотел бы и я с такой, же легкостью зарабатывать деньги.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Придется, видно, на ней поставить крест, — заметил Коллинз в разговоре с Джонни. — Я уверен, что Дель Map не ошибался, считая эту собаку бесценной. Но ключа у меня нет как нет.</p>
     <p>Это признание было сделано после отчаянной схватки Коллинза с Майклом. Все более ожесточавшийся Майкл стал болезненно раздражителен и почти без всякого повода набросился на ненавистного ему человека. Вцепиться в него зубами Майклу, как всегда, не удалось; дело кончилось тем, что он сам заработал несколько сокрушительных ударов ногой под нижнюю челюсть.</p>
     <p>— Пусть это не пес, а золотоносная жила, — вслух размышлял Коллинз, — но, черт возьми, я не знаю, с какой стороны к этой жиле подступиться, а он с каждым днем становится все несноснее. Ну чего он на меня накинулся? Я ему ничего не сделал. Скоро он так озлобится, что на полисменов начнет бросаться.</p>
     <p>Через несколько минут к Коллинзу подошел один из его клиентов — пышноволосый молодой человек, занимавшийся в Сидеруайльде подготовкой номера с тремя леопардами, и попросил у Коллинза замены своему эрдельтерьеру.</p>
     <p>— У меня осталась только одна собака, — пояснил он, — а мне для безопасности необходимы две.</p>
     <p>— Что же стряслось с вашей второй собакой? — поинтересовался Коллинз.</p>
     <p>— Альфонзо, самый крупный из моих леопардов, сегодня утром освирепел и расправился с ней. Мне пришлось добить беднягу. Альфонзо выпустил ей внутренности, так что арена выглядела, как после боя быков. Но меня эта собака спасла. Если бы не она — не знаю, что бы со мною было. На Альфонзо все чаще стали находить такие приступы. Он уж вторую собаку убивает.</p>
     <p>Коллинз покачал головой.</p>
     <p>— У меня нет эрделя, — сказал он, и тут взгляд его упал на Майкла. — Впрочем, попробуйте этого ирландского терьера, нрав у них схожий с эрделями, да и не удивительно, это ведь родственные породы.</p>
     <p>— Я полагаюсь только на эрделей, никакой другой собаке с хищниками не совладать, — нерешительно отвечал дрессировщик.</p>
     <p>— Ирландский терьер будет работать не хуже. Посмотрите хотя бы на этого и обратите внимание на его вес и размеры. Будьте уверены, это храбрый пес, его не запугаешь. Устройте ему испытание, сейчас я ничего за него не возьму, а если он подойдет вам, — уступлю по дешевке. Ирландский терьер среди леопардов — это будет сенсация.</p>
     <p>— Если он сцепится с этими кошками, ему конец, — проговорил Джонни, глядя вслед Майклу и уводившему его дрессировщику.</p>
     <p>— Да, и арена, может быть, лишится звезды, — пожав плечами, отвечал Коллинз. — Но я по крайней мере сбыл его с рук. Когда собака впадает в меланхолию, с ней уже ничего не поделаешь. Я это знаю по опыту.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Итак, Майкл познакомился с эрделем Джеком, пока уцелевшим от когтей леопарда, и приступил к выполнению своих новых обязанностей. В гигантской пятнистой кошке он немедленно учуял исконного врага всего собачьего племени и, прежде даже чем его втолкнули в клетку, весь ощетинился. Появление новой собаки в клетке дикого зверя — напряженный момент для всех участников будущего номера. Пышноволосый укротитель, именуемый на афишах Раулем Кастлемоном, а среди друзей известный просто как Ральф, уже находился в клетке. Эрдель Джек был подле него, а снаружи возле клетки стояло несколько человек, вооруженных железными прутьями и длинными стальными вилами. Эти орудия, просунутые сквозь прутья клетки, ежесекундно угрожали леопардам, которым предстояло репетировать ненавистный номер.</p>
     <p>Возмущенные вторжением Майкла, они зафыркали, забарабанили по полу своими длинными хвостами и изготовились к прыжку. В то же самое мгновение укротитель властным голосом заговорил с ними и поднял хлыст, а служители еще глубже продвинули свои орудия в клетку. Леопарды, за время неволи уже не раз изведавшие вкус железа, замерли, и только хвосты их продолжали яростно колотить об пол.</p>
     <p>Майкл не был трусом. Он не спрятался за человека, не стал искать у него защиты. Но, с другой стороны, он был слишком благоразумен, чтобы первому напасть на этих гигантских кошек. Ощетинившись, он медленно, на негнущихся ногах прошелся по клетке, глядя прямо в лицо опасности, затем повернул обратно и остановился возле Джека, который приветствовал его добродушным ворчанием.</p>
     <p>— Да, этот пес молодчина, — пробормотал дрессировщик странно сдавленным голосом, — он им так просто не дастся.</p>
     <p>Положение создалось напряженное, и Ральф повел себя крайне осмотрительно. Стараясь не делать ни одного резкого движения, он умудрялся, не спуская глаз с обеих собак и леопардов, в то же время настороженно следить и за служителями по ту сторону клетки. Ему удалось заставить леопардов переменить положение и дальше отойти друг от друга. Затем послышалась отрывистая команда, и Джек прошелся между хищниками. Майкл добровольно последовал за ним. Он, как и Джек, ступал с большой осторожностью, точно деревянный.</p>
     <p>Один из леопардов, Альфонзо, вдруг фыркнул на него. Майкл не остановился, только шерсть его поднялась еще выше и клыки обнажились. В ту же самую секунду вилы угрожающе пододвинулись к Альфонзо, взгляд его желтых глаз переметнулся на грозное оружие, потом вновь обратился к Майклу, но враждебных действий он уже более не предпринимал.</p>
     <p>Самым трудным был первый день. Позднее леопарды привыкли к Майклу так же, как привыкли к Джеку. Разумеется, привязанности или дружелюбия ни с той, ни с другой стороны не проявлялось. Майкл скоро смекнул, что леопарды враги как человека, так и собак и что поэтому человек и собаки должны стоять друг за друга. Каждый день, пока шла репетиция, он час или два проводил в клетке; делать ему, как и Джеку, там было нечего, роль собак сводилась к бдительному наблюдению: как бы хищники не бросились на человека. Когда леопарды были настроены менее злобно, Ральф даже разрешал обоим псам ложиться на пол клетки. В иные дни он зорко следил за тем, чтобы они были начеку, готовые в любую секунду прыгнуть между ним и леопардом.</p>
     <p>Все остальное время Майкл проводил с Джеком в обширном помещении, предоставленном им. Они пользовались хорошим уходом, как и все животные в Сидеруайльде: их мыли, скребли, избавляя от блох. Для своих трех лет Джек был весьма положительным псом. Возможно, впрочем, что он никогда не умел играть, а возможно, что и разучился. С другой стороны, у него был ровный, покладистый нрав, и он не обижался на раздражительные выходки Майкла. Но Майкл вскоре поборол свою раздражительность и наслаждался спокойной дружбой с Джеком. Они не играли, не возились, но часами лежали рядом, радуясь близости друг друга.</p>
     <p>Временами до Майкла доносился возглас Сары, впавшей в очередную истерику, или ее крики — он это твердо знал, — призывавшие его. Однажды она исхитрилась удрать от служителя и настигла Майкла, когда он выходил из клетки леопарда. Пронзительно взвизгнув от радости, она вскочила на него, прильнула к нему головкой и, истерически всхлипывая, завела рассказ о горестях, постигших ее за время их разлуки. Укротитель леопардов отнесся к ней снисходительно и не отгонял ее, но служитель в конце концов потащил ее за собой; обезьянка, цепляясь за Майкла, непрестанно и злобно визжала, как маленькая ведьма. Когда ее силой от него оторвали, она, разъярясь, бросилась на служителя, не успевшего схватить ее за ошейник, и впилась зубами ему в руку. Вся эта сцена немало рассмешила зрителей, но стоны и крики Сары так встревожили леопардов, что они стали фыркать и биться о прутья клетки. Когда ее уносили, она плакала жалобно, как обиженный ребенок.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Хотя Майкл отлично справлялся со своими обязанностями при укротителе леопардов, Рауль Кастлемон так и не купил его у Коллинза. Однажды утром, через несколько дней после описанной выше сцены, рев и шум в клетках хищников подняли на ноги весь Сидеруайльд. Волнение, вызванное раздавшимися где-то револьверными выстрелами, распространилось повсюду. Львы грозно рычали, собаки лаяли, словно одержимые. Работа на арене тотчас же прекратилась, так как животных уже нельзя было заставить сосредоточиться. Несколько человек, в том числе и Коллинз, ринулись к клеткам хищников. Служитель, приставленный к Саре, бросил цепочку и побежал за ними.</p>
     <p>— Бьюсь об заклад, что это Альфонзо, — крикнул Коллинз догонявшему его ассистенту. — Ральфу теперь плохо придется.</p>
     <p>Когда подоспел Коллинз, дело уже близилось к развязке. Кастлемона вытащили из клетки, и Коллинз, подбегая, увидел, что его кладут на пол, в сторонке от уже захлопнутой дверцы. Внутри клетки, свившись в клубок, так что с первого взгляда даже нельзя было понять, из каких зверей этот клубок состоит, яростно бились Альфонзо, Джек и Майкл. Служители метались как угорелые, стараясь поглубже просунуть в клетку железные прутья и разнять зверей. В дальнем углу клетки два леопарда поменьше зализывали раны, рычали и время от времени неистово бросались на железные палки, мешавшие им снова ввязаться в драку.</p>
     <p>Появление Сары и все, что за этим последовало, было делом нескольких секунд. Волоча за собой цепочку, маленькая зеленая обезьянка, хвостатая истеричная самочка, познавшая любовь и сердцем своим ставшая сродни женщине, стремглав бросилась к клетке и протиснулась сквозь ее частые прутья. В это самое мгновение клубок вдруг распался. Майкла со страшной силой отбросило в угол, он стукнулся об пол, попытался было вскочить на ноги, но весь как-то обмяк и снова упал, кровь ручьем лилась из его правого плеча, разодранного и сломанного. Сара подскочила к Майклу, обвила его передними лапками и с материнской нежностью прижала к своей плоской мохнатой груди. Она непрерывно издавала тревожные крики, а когда Майкл с огромным усилием попытался подняться, опираясь на свою растерзанную переднюю лапу, начала ласково распекать его, стараясь увести подальше от места свалки. Изредка отрывая взор от Майкла, Сара с ненавистью устремляла его на Альфонзо и пронзительным голосом выкрикивала проклятья по его адресу.</p>
     <p>От этой пары внимание леопарда отвлекла железная палка, упершаяся ему в бок. Он ударил по ней лапой, а когда палка снова коснулась его, прыгнул и яростно вонзился зубами в железо. За первым прыжком почти мгновенно последовал второй, и леопард в клочья разодрал руку человека, державшего палку. Человек отпрянул и выронил оружие. Альфонзо попятился и ринулся на Джека, врага к этому времени уже поверженного и корчившегося в предсмертных судорогах.</p>
     <p>Майкл, умудрившийся подняться на трех лапах, вырывался из цепких объятий Сары, чтобы снова кинуться в бой. Взбесившийся леопард уже готов был прыгнуть на них, но его остановил железный прут, просунутый в клетку другим служителем. На этот раз он прямо бросился на человека, с такой свирепой силой сотрясая прутья клетки, что казалось, они вот-вот поддадутся его натиску.</p>
     <p>Подбежали еще люди с железными палками и вилами, но Альфонзо был неукротим. Сара первой заметила его приближение и дико, пронзительно завизжала. Коллинз выхватил револьвер у одного из служителей.</p>
     <p>— Не убивайте его! — крикнул Кастлемон, хватая за руки Коллинза.</p>
     <p>Укротитель леопардов и сам был в тяжелом состоянии. Одна рука у него беспомощно висела вдоль туловища, а глаза его заливала кровь, хлеставшая из раны на голове; он вытер глаза о плечо Коллинза, чтобы хоть что-нибудь увидеть.</p>
     <p>— Альфонзо моя собственность, — пробормотал он, — и стоит больше, чем сотня таких дохлых обезьян или паршивых терьеров. А кроме того, мы извлечем их из клетки. Сейчас я попробую… Кто-нибудь вытрите мне глаза. Я ничего не вижу. И я уже истратил все свои холостые патроны. Не найдется ли у кого-нибудь запасных?</p>
     <p>Сара то пыталась заслонить собою Майкла от леопарда, которого все еще удерживали на месте направленные на него острия железных прутьев, то визжала перед самой оскаленной пастью гигантской кошки так пронзительно, словно крикливое проявление ее ненависти могло удержать чудовище от нападения.</p>
     <p>Майкл, весь ощетинившийся, рыча от ярости и таща Сару за собой, проковылял несколько шагов на трех лапах, но раненое плечо подвело его, и он рухнул наземь. И тогда Сара совершила свой подвиг. С истошным криком, задыхаясь от ярости, она ринулась прямо на огромную кошку, царапая, раздирая ей морду передними и задними лапками, а зубами вцепившись ей в ухо. Оторопевший было леопард взвился на дыбы, стараясь передними лапами сбросить, сорвать с себя этого чертенка.</p>
     <p>Борьба и жизнь зеленой обезьянки не продлилась и десяти секунд. Но Коллинзу этого времени достало на то, чтобы приоткрыть дверцу клетки и за ногу выволочь оттуда Майкла.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Если бы в Сидеруайльде Майклу оказали хирургическую помощь так поспешно и грубо, как это в свое время сделал Дель Map, он бы не выжил. Но на этот раз за него взялся опытный, искусный и к тому же смелый хирург. Правда, операция, которую он сделал Майклу, являлась скорее вивисекцией, ибо тот же хирург никогда бы не осмелился произвести ее на человеке, но Майклу она спасла жизнь.</p>
     <p>— Он навсегда останется хромым, — объявил хирург, вытирая руки и глядя на недвижно распростертого Майкла, у которого только голова и хвост торчали из гипсовых повязок. — Все зависит от того, как пойдет заживление. Если у него поднимется температура, беднягу придется пристрелить. Сколько он стоит?</p>
     <p>— Он ничему не обучен, — отвечал Коллинз, — возможно, долларов пятьдесят, а теперь и того меньше. Обучать хромых собак смысла не имеет.</p>
     <p>Время доказало, что оба они были неправы. Во-первых, Майкл не остался хромым на всю жизнь, хотя его плечо надолго сохранило чувствительность и при сырой погоде он слегка прихрамывал — так ему было легче. Во-вторых, его стоимость очень возросла, и среди собак он стал звездой первой величины, как то и предсказывал Гарри Дель Мар.</p>
     <p>А пока что он долгие, томительные дни проводил, лежа в полной неподвижности, и температура у него почти не повышалась. Уход за ним был превосходный. Но не любовь или привязанность заставляли людей так за ним ухаживать. Заботливое отношение к больному животному вошло в систему сидеруайльдского заведения и немало способствовало его популярности. Когда с Майкла сняли гипс, ему не дано было испытать того инстинктивного наслаждения, которое чувствуют животные, зализывая свои раны, так как на них были искусно наложены тугие повязки. А когда повязки наконец сняли, то уж и зализывать было нечего: раны зажили, и только где-то глубоко в плече чувствовалась боль, которая утихла лишь через много месяцев.</p>
     <p>Коллинз больше не донимал его дрессировкой и однажды одолжил в качестве статиста некоей супружеской чете, которая только что потеряла трех артистов из своей собачьей труппы, околевших от воспаления легких.</p>
     <p>— Если выяснится, что он вам подходит, я вам его продам за двадцать долларов, — сказал Коллинз владельцу труппы Уилтону Дэвису.</p>
     <p>— А если он околеет? — полюбопытствовал Дэвис. Коллинз пожал плечами:</p>
     <p>— Слез я по нем проливать не стану. Он не поддается обучению.</p>
     <p>И когда Майкла, опять посаженного в клетку, увезли в фургоне из Сидеруайльда, у него не оставалось ни единого шанса вернуться туда, так как Уилтон Дэвис был известен в цирковом мире своим жестоким обращением с собаками. О хорошо дрессированной собаке он еще как-то заботился, но статисты, по его мнению, этого не стоили, слишком они были дешевы — от трех до пяти долларов за штуку. А Майкл, на свою беду, достался ему и вовсе задаром. Околей он — Дэвису пришлось бы подыскать взамен новую собаку, и только.</p>
     <p>Первый этап новой жизни не был особенно труден для Майкла, хотя он не мог как следует распрямиться в тесной клетке, а дорожная тряска вызывала острые приступы боли в его раненом плече. Но путь он проделал не длинный — только до Бруклина, где его водворили во второразрядный театрик. Уилтон Дэвис считался очень средним дрессировщиком и не работал в первоклассных предприятиях.</p>
     <p>Настоящие страдания тесная клетка стала причинять Майклу, когда ее внесли в большое помещение над сценой и поставили среди других таких же клеток с собаками. Несчастные это были существа — все без исключения дворняжки, заморенные и по большей части совсем павшие духом. У многих на голове были болячки от палки Дэвиса. Болячки эти не лечили, а мазь, которой их замазывали на время представлений, только вредила собакам. Некоторые из них вдруг начинали жалобно выть, и все они время от времени разражались лаем, словно это было единственное утешение, оставшееся им в их тесных клетках.</p>
     <p>Только Майкл никогда не присоединялся к этому хору. Он давно уже перестал лаять, в чем тоже проявлялась его благоприобретенная угрюмость. Он стал слишком необщителен, чтобы выказывать свое настроение, и отнюдь не собирался следовать примеру своих злобных соседей, которые только и знали, что огрызаться и рычать друг на друга сквозь прутья клеток. Майкл находился в столь подавленном состоянии, что ему было не до ссор. Он хотел только одного — покоя и вдосталь насладился им в течение первых сорока восьми часов на новом месте.</p>
     <p>Уилтон Дэвис привез сюда свою труппу за пять дней до назначенного выступления. Воспользовавшись свободным временем для поездки к родным жены в Нью-Джерси, он за известную плату поручил одному из служителей театра кормить и поить собак. Служитель, несомненно, выполнил бы взятые им на себя обязательства, если бы, на свою беду, не затеял драки с владельцем бара, после которой его с проломленным черепом отвезли в больницу в карете скорой помощи. Вдобавок театрик закрыли на три дня, так как пожарная охрана потребовала кое-какого срочного ремонта.</p>
     <p>Никто не наведывался в помещение, где находились собаки, и через несколько часов Майкл ощутил голод и жажду. Время шло, и муки жажды заглушили чувство голода. С наступлением темноты лай и визг в собачнике уже не прекращались, постепенно переходя в жалобный вой и слабое тявканье. Только Майкл не издал ни звука и безмолвно страдал в этом аду.</p>
     <p>Занялось утро следующего дня; затем день стал клониться к ночи, и тьма на этот раз окутала картину столь страшную, что ее одной было бы достаточно для запрещения всех представлений с дрессированными животными во всех балаганах всего мира. Трудно сказать, дремал ли Майкл или находился в забытьи, но, так или иначе, в эти часы он вновь пережил всю свою прошлую жизнь. Опять он маленьким щенком носился по обширным верандам бунгало мистера Хаггина в Мериндже; вместе с Джерри крался по опушке джунглей к берегу реки — выслеживать крокодилов; проходил обучение у мистера Хаггина и Боба и, в подражание Бидди и Теренсу, считал всех чернокожих богами низшего разряда, которым нечего разгуливать где попало.</p>
     <p>Он плыл на шхуне «Евгении» с капитаном Келларом, своим вторым хозяином; на песчаном берегу в Тулаги он вновь всей душой предавался стюарду, обладателю магических пальцев, и уходил в открытое море вместе с ним и Квэком на пароходе «Макамбо». Стюард чаще других возникал в его видениях, среди сутолоки каких-то судов и различных людей вроде Старого моряка, Симона Нишиканты, Гримшоу, капитана Доуна и старичка А Моя. В этих видениях частенько мелькали Скрэпс и Кокки, крохотный комочек жизни с отважным сердцем, достойно проживший свой земной срок. Временами Майклу чудилось, будто Кокки, прильнув к его уху, лепечет что-то, а с другой стороны к нему прижимается Сара и быстро-быстро рассказывает свою нескончаемую бессвязную повесть. А затем он вдруг опять чувствовал за ушами магическое прикосновение ласкающих пальцев стюарда, возлюбленного стюарда!</p>
     <p>— И не везет же мне! — воскликнул Уилтон Дэвис, горестно оглядывая своих собак; воздух еще, казалось, сотрясался от проклятий, которые он только что изрыгал.</p>
     <p>— Не надо было доверяться какому-то пропойце, — спокойно отвечала ему жена. — Ничего не будет удивительного, если половина из них передохнет.</p>
     <p>— Ну, теперь не время языком чесать, — рявкнул Дэвис, скидывая пиджак. — Берись, душенька, за дело. Мы должны быть готовы к худшему. Прежде всего надо их напоить. Я сейчас налью воды в лоханку. — Он открыл кран в углу комнаты и ведрами натаскал воды в большую оцинкованную лохань.</p>
     <p>Услышав звук льющейся воды, собаки принялись скулить, выть, визжать. Некоторые пытались распухшим языком лизать руки Дэвиса, когда он грубо выволакивал их из клеток. Наиболее слабые на брюхе ползли к лохани, их отталкивали те, что были посильнее. Всем места не хватило, и первыми напились сильные собаки. Среди них был Майкл. Толкая других, сам отталкиваемый и оттираемый от живительной влаги, он все же одним из первых припал к ней. Дэвис суетился среди собак, раздавая пинки направо и налево и стараясь, чтобы все получили возможность напиться. Жена помогала ему, разгоняя собак шваброй. Это был ад кромешный, ибо несчастные собаки, едва промочив горло, снова начинали визжать и скулить, жалуясь на свое несчастье и боль.</p>
     <p>Несколько собак были уже так слабы, что не могли добраться до воды, поэтому Дэвису пришлось вливать воду им в глотки. Казалось, собаки никогда не напьются. Многие в полной прострации лежали на полу, но, очнувшись, вновь ползли к лохани. Тем временем Дэвис развел огонь и поставил на него котел с картошкой.</p>
     <p>— Здесь воняет, как в скунсовой норе, — заметила миссис Дэвис, кончив пудрить нос пуховкой. — Придется нам их выкупать, мой мальчик.</p>
     <p>— Хорошо, душенька, — согласился ее супруг. — И чем скорее, тем лучше. Мы управимся с ними, пока картофель сварится и остынет. Я буду их мыть, а ты вытирай. Только вытирай хорошенько, а то еще и эти околеют от воспаления легких.</p>
     <p>Купание было произведено быстро и без церемоний. Хватая первую попавшуюся собаку, Дэвис окунал ее в лоханку, из которой эти несчастные только что пили. Если испуганная собака противилась ему, он колотил ее по голове щеткой или здоровенным бруском мыла. Минута-другая — и купание считалось законченным.</p>
     <p>— Пей, черт тебя возьми, пей, коли не напилась, — приговаривал Дэвис, окуная собаку с головой в грязную мыльную воду.</p>
     <p>Казалось, он считал собак ответственными за то ужасное состояние, в котором он их нашел, а запущенный, грязный вид своих артистов воспринимал как личную обиду.</p>
     <p>Майкл покорно полез в лохань. Он знал, что купание — это обязательная повинность, хотя в Сидеруайльде оно было обставлено куда лучше, а Квэк и стюард, купая его, чуть ли не священнодействовали. Итак, Майкл терпеливо сносил то, что Дэвис скреб его, и все сошло бы благополучно, если бы тот не вздумал окунуть его с головой. Майкл немедленно высунул голову из воды и угрожающе зарычал. Рука с тяжелой щеткой, занесенная для удара, остановилась на полдороге, а сам Дэвис даже свистнул от удивления.</p>
     <p>— Вот так так! — проговорил он. — Посмотри-ка, душенька, знаешь, кто это? Ирландский терьер от Коллинза. Он ни на что не пригоден. Коллинз этого не скрывает. Статист — не больше того. А ну, вылезай, — скомандовал он Майклу. — На первый раз, наглец ты эдакий, хватит. Но скоро ты у меня завертишься так, что у тебя в глазах потемнеет.</p>
     <p>Покуда остывала картошка, миссис Дэвис резкими окриками отгоняла голодных собак от котелка. Майкл угрюмо лежал в сторонке и не принял участия в свалке, которая началась возле кормушки, когда, наконец, последовало разрешение приступить к еде. Дэвис опять метался среди собак, ногами отбрасывая более сильных и не в меру жадных.</p>
     <p>— Если они будут артачиться после всего, что мы для них сделали, надавай им хороших тумаков, душенька. — Велел он жене.</p>
     <p>— Вот тебе, вот! Будешь еще, будешь? — тут же крикнул он большой черной собаке, сопровождая свои слова зверским пинком в бок. Собака взвизгнула от боли и, отлетев в сторону, стала издали с тоской смотреть на дымящуюся пищу.</p>
     <p>— Ну, теперь уж никто не посмеет сказать, что я никогда не купаю своих собак, — заметил Дэвис, споласкивая руки под краном. — На сегодня, пожалуй, хватит: мы с тобой, душенька, немало потрудились. — Миссис Дэвис кивнула в знак согласия. — Репетиции мы успеем провести завтра и послезавтра. Времени у нас еще уйма. Я загляну сюда вечерком и сварю им отрубей. После двухдневного поста надо их хорошенько подкормить.</p>
     <p>Когда картошка была съедена, собак до следующего дня снова посадили в заточение. В миски им налили воды, а вечером Дэвис, не выпуская своих узников из клеток, досыта накормил их похлебкой из отрубей и «собачьими галетами». Для Майкла это была первая пища после долгой голодовки: к картофелю он так и не притронулся.</p>
     <p>Репетиции происходили на сцене, и огорчения Майкла начались немедленно. При поднятии занавеса двадцать собак должны были сидеть на расставленных полукругом стульях. Покуда их рассаживали по местам, на авансцене перед занавесом исполнялся другой номер, поэтому требовалось, чтобы собаки соблюдали полную тишину. Зато после поднятия занавеса им полагалось всем сразу залаять. Майклу, как статисту, делать было совершенно нечего, — вся его роль сводилась к сидению на стуле. Но прежде всего надо было взобраться на стул, и Дэвис, отдав ему такое приказание, подкрепил свои слова колотушкой. Майкл угрожающе зарычал.</p>
     <p>— Ишь ты, — усмехнулся дрессировщик, — наглец, видно, хочешь заработать неприятность. Придется тебе от этих штук отказаться и стать умником. Душенька, последи-ка за остальными, покуда я преподам этому псу урок номер первый.</p>
     <p>Чем меньше будет сказано о расправе, которая засим последовала, тем лучше. Майкл затеял борьбу заведомо безнадежную и был жестоко избит. Весь в кровоподтеках, он сидел на стуле, не принимая участия в представлении, и тосковал, тосковал так горько и страстно, как никогда в жизни.</p>
     <p>Молчать до поднятия занавеса ему было нетрудно, но он и потом не присоединился к хору неистово лающих и тявкающих собак.</p>
     <p>Собаки то поодиночке, то парами или группами по трое и больше, повинуясь приказу дрессировщика, соскакивали со стульев и проделывали все те штуки, которые обычно проделывают дрессированные собаки, — ходили на задних лапах, прыгали, изображали хромого, вальсировали и кувыркались. У Уилтона Дэвиса характер был крутой и рука тяжелая, о чем на репетициях свидетельствовали непрестанные взвизгивания наиболее бестолковых и неповоротливых собак.</p>
     <p>За один день и следующее утро были проведены три репетиции. Дела Майкла шли сносно. По команде он быстро взбирался на стул и молча сидел на нем.</p>
     <p>— Вот видишь, душенька, что делает палка, — похвалился Дэвис, обращаясь к жене.</p>
     <p>Почтенной чете и не снилось, какой конфуз учинит им Майкл на первом же представлении.</p>
     <p>На сцене, за спущенным занавесом, все уже было готово. Понурые, забитые собаки неподвижно сидели на стульях. Дэвис и его супруга с угрожающим видом расхаживали возле них, следя за соблюдением тишины, а в это время на просцениуме Дик и Дэзи Белл развлекали собравшуюся на утреннее представление публику пением и танцами.</p>
     <p>Все шло как по маслу, и никто из зрителей никогда бы не заподозрил, что за занавесом находится целая свора собак, если бы Дик и Дэзи в сопровождении оркестра не запели «Свези меня в Рио».</p>
     <p>Майкл ничего не мог с собой поделать. Как Квэк в давно прошедшие времена покорил его своим варганчиком, стюард любовью и Гарри Дель Map губной гармошкой, так теперь он был покорен звуками оркестра и этими двумя голосами, певшими давно знакомую песенку, которой его обучил стюард, — «Свези меня в Рио». Вопреки всему, вопреки даже нынешней подавленности Майкла какая-то неведомая сила заставила его разжать челюсти и запеть.</p>
     <p>На сцену донеслось хихиканье женщин и детей, быстро перешедшее в громовой хохот всего зала, совершенно заглушивший голоса Дика и Дэзи. Уилтон Дэвис, ругаясь что было мочи, через всю сцену бросился к Майклу. Но Майкл продолжал выть, а публика покатываться со смеху. Он еще не замолк, когда Дэвис изо всех сил огрел его палкой. Этот неожиданный удар заставил Майкла прекратить пение и невольно взвизгнуть от боли.</p>
     <p>— Сверни ему башку, милый, — посоветовала миссис Дэвис.</p>
     <p>И тут разыгралось генеральное сражение. Дэвис лупил Майкла, и в зрительном зале эти удары были слышны так же отчетливо, как рычание и визг собаки. Публика больше не обращала ни малейшего внимания на Дика и Дэзи. Их номер был сорван. Номер Дэвиса, по его выражению, тоже «пролетел». На теле Майкла не оставалось живого места. А публика по ту сторону занавеса веселилась напропалую.</p>
     <p>Дик и Дэзи вынуждены были прекратить свое выступление. Публика желала видеть то, что происходило за занавесом, а не перед ним. Один из служителей за шиворот выволок избитого Майкла со сцены, и занавес подняли. Глазам зрителей представилась вся собачья труппа, рассаженная по местам, и один пустующий стул. Мальчишки в зале первыми сопоставили эти два явления — незанятый стул и только что происшедшую свалку — и стали шумно требовать, чтобы им показали отсутствующую собаку; остальные зрители поддержали их. Собаки заливались неистовым лаем; всеобщее веселье минут на пять задержало номер, когда же он наконец начался, собаки работали рассеянно и бестолково, а Дэвис нервничал и злился.</p>
     <p>— Не беда, дружок, — сценическим шепотом успокаивала его невозмутимая супруга. — Мы избавимся от этого пса и подыщем другого, потолковее. Во всяком случае, мы насолили этой Дэзи Белл. Я ведь тебе еще не рассказывала, что она на прошлой неделе говорила обо мне одной моей приятельнице.</p>
     <p>Через несколько минут ее супруг, улучив момент, зашептал:</p>
     <p>— Все этот проклятый пес натворил. Ну, уж я до него доберусь. Мокрого места от него не останется.</p>
     <p>— Хорошо, дружок, — согласилась миссис Дэвис.</p>
     <p>Когда занавес наконец опустился перед глазами хохочущей публики и собак снова загнали в помещение над сценой, Уилтон Дэвис пошел разыскивать Майкла. Вместо того чтобы забиться в какой-нибудь дальний угол, Майкл стоял между колен одного из служителей, все еще дрожа от обиды, но готовый, в случае нового оскорбления, опять немедленно вступить в бой. По пути Дэвис столкнулся с четой Белл. Жена обливалась слезами ярости, муж находился в состоянии злобного раздражения.</p>
     <p>— Дрессировщик первый сорт, что и говорить, — задиристо обратился он к Дэвису. — Ну, ничего, скоро вы получите по заслугам.</p>
     <p>— Отвяжитесь от меня, или я вас так отделаю, что вы своих не узнаете! — рявкнул Дэвис, размахивая короткой железной палкой, которую он держал в руках. — Впрочем, можно и повременить, я еще успею расправиться с вами. Но прежде всего я отделаю этого пса. Ступайте за мной, тогда сами увидите! Ну мог ли я думать, что он устроит такую штуку? Он у меня выступал первый раз, а на репетициях вел себя тихо. Откуда я мог знать, что он завоет, когда вы работали на авансцене?</p>
     <p>— Черт знает что вы тут учинили, — вместо приветствия крикнул Дэвису директор театра, когда тот в сопровождении Дика Белла двинулся на Майкла, ощетинившегося, но по-прежнему стоявшего между колен служителя.</p>
     <p>— Сейчас я еще и не то учиню, — проговорил Дэвис, занося руку с крепко зажатой в ней железной палкой. — Я его убью. Запорю до смерти. Можете полюбоваться.</p>
     <p>Майкл зарычал, поняв угрозу, и, не спуская глаз с железной палки, изготовился к прыжку.</p>
     <p>— Ничего подобного вы не сделаете, — заверил Дэвиса служитель.</p>
     <p>— Он моя собственность, — гордо и с убеждением возразил Дэвис.</p>
     <p>— Ну, это уж вы сущую чепуху несете, — отвечал ему заступник Майкла. — Попробуйте только его стукнуть — и увидите, что из этого получится. Собака — это собака, человек — человек, а вот что вы такое — я, черт вас возьми, даже сказать затрудняюсь. Вы не смеете бить этого пса. Он первый раз в жизни очутился на сцене, да еще после того как ему двое суток ни есть, ни пить не давали. О, я это отлично знаю, господин директор.</p>
     <p>— Если вы убьете собаку, вам придется заплатить доллар мусорщику за уборку трупа, — напомнил директор.</p>
     <p>— Заплачу с удовольствием, — отвечал Дэвис, снова поднимая палку. — А свое все-таки с него возьму.</p>
     <p>— От этих дрессировщиков меня уже с души воротит! — воскликнул служитель. — Лучше не выводите меня из терпения и зарубите себе на носу: если вы дотронетесь до него этой железной штукой, я так вас отделаю, что придется вызывать скорую помощь. Даже если меня за это с места сгонят!</p>
     <p>— Потише, потише, Джексон, — с угрозой в голосе начал директор.</p>
     <p>— Вы меня не запугаете, — отвечал тот. — Я твердо решил: если этот мерзавец хоть пальцем тронет собаку, можете отказать мне от места. Сил моих больше нет смотреть, как эти подлецы издеваются над животными. Хватит, я сыт по горло.</p>
     <p>Директор посмотрел на Дэвиса и недоуменно пожал плечами.</p>
     <p>— По-моему, не стоит затевать скандала, — посоветовал он. — Мне не хочется расставаться с Джексоном, а он обязательно изувечит вас, если вы будете упорствовать. Отошлите собаку туда, откуда вы ее взяли. Ваша жена рассказала мне ее историю. Посадите этого пса в клетку и отправьте наложенным платежом, Коллинз не будет на вас в претензии. Он отучит его петь и приспособит к чему-нибудь дельному.</p>
     <p>Дэвис, покосившись на свирепого Джексона, заколебался.</p>
     <p>— И знаете что, — предложил директор, — пусть Джексон возьмет на себя его отправку. Он посадит его в клетку, погрузит и все прочее. Идет, Джексон?</p>
     <p>Служитель угрюмо кивнул, наклонился и ласково погладил окровавленную голову Майкла.</p>
     <p>— Я не возражаю, — бросил Дэвис, направляясь к двери. — Пусть строит из себя дурака и носится с собакой, если ему так хочется. Повозился бы он с этими тварями столько лет, сколько я…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В открытке, посланной Коллинзу, Дэвис объяснил причину отправки Майкла: «Мне такая «певчая» собака ни к чему», — и тем самым бессознательно дал Коллинзу в руки искомый ключ, который тот так же бессознательно упустил.</p>
     <p>— Запоешь от таких побоев, — обратился он к Джонни. — Беда наших дрессировщиков в том, что они не умеют беречь свое добро. Смотри, чуть не размозжил ему голову, и еще удивляется, что собака не ведет себя кротко, как ангел. Возьми его, Джонни, вымой и как следует перевяжи ему раны. Мне он тоже ни к чему, но я его пристрою со временем в какую-нибудь собачью труппу.</p>
     <p>Через две недели Коллинз совершенно случайно открыл наконец талант Майкла. В перерыве между занятиями на арене он велел привести его, чтобы показать дрессировщику, подыскивавшему себе собак-статистов. Майкл по команде вставал, ложился, подходил, уходил, но это и все. Он отказывался усвоить даже самые элементарные трюки, известные любой дрессированной собаке, и Коллинз, оставив его в покое, отошел на другую сторону арены, где сейчас должна была начаться репетиция с обезьяньим оркестром.</p>
     <p>Для того чтобы заставить испуганных и отчаянно сопротивляющихся обезьян изображать оркестр, их привязывали не только к стульям, но и к инструментам, на которых им надлежало играть; кроме того, тонкие проволочки, прикрепленные к конечностям обезьян, тянулись за кулисы. Дирижер оркестра, старый сердитый самец, был накрепко привязан к вращающейся табуретке. Из-за кулис его то и дело тыкали длинными шестами, и он с ума сходил от ярости. В это время табуретка под ним начинала вращаться в бешеном темпе благодаря протянутому за кулисы шнуру. Публике же должно было казаться, что дирижер злится на фальшивую игру оркестрантов; а от столь нелепого зрелища она, конечно, покатывалась со смеху.</p>
     <p>— Обезьяний оркестр — это номер беспроигрышный, — говорил Коллинз. — Публика смеется, а за смех все охотно платят деньги. Мы смеемся над обезьянами, потому что они так похожи на нас, и в то же время чувствуем свое бесконечное превосходство над ними. Представьте себе, что мы с вами идем по улице; вы поскользнулись и упали. Я, конечно, смеюсь. И смеюсь потому, что чувствую свое превосходство. Ведь я-то не растянулся на тротуаре. Или, допустим, ветер унес вашу шляпу. Я хохочу, покуда вы гоняетесь за ней, ибо чувствую свое превосходство: моя-то крепко сидит на голове. То же самое и с обезьяньим оркестром. Глупейший его вид позволяет нам чувствовать свое превосходство. Мы себя глупыми не считаем и охотно платим деньги, чтобы полюбоваться дурацким поведением обезьян.</p>
     <p>Репетиции устраивались не столько для тренировки обезьян, сколько людей, управляющих ими из-за кулис. Людьми главным образом и занимался Коллинз.</p>
     <p>— Почему бы вам, друзья мои, не заставить обезьян играть по-настоящему? Ничего невозможного в этом нет. Все зависит от того, как вы будете управлять проволочками. Давайте попробуем. Тут стоит потрудиться. Начните с какой-нибудь всем вам знакомой мелодии. Помните, что настоящий оркестр в любую минуту выручит вас. Чтобы нам такое выбрать легкое и знакомое публике?</p>
     <p>Коллинз очень увлекся разработкой своей идеи и даже призвал на помощь циркового наездника, который играл на скрипке, стоя на крупе галопирующей лошади; не переставая играть, он делал сальто-мортале в воздухе и снова возвращался на свою подвижную площадку. Коллинз попросил этого человека медленно сыграть какую-нибудь простенькую мелодию, так, чтобы люди, держащие проволочки, могли дергать их в такт аккомпанементу.</p>
     <p>— Если вы уж очень грубо наврете, — внушал им Коллинз, — тогда дергайте за проволочки все разом, тыкайте палками дирижера и изо всех сил вертите его табуретку. Публика будет умирать со смеху: она решит, что у обезьяны прекрасный слух и она беснуется оттого, что оркестранты сфальшивили.</p>
     <p>В самом разгаре репетиции к Коллинзу подошел Джонни с Майклом.</p>
     <p>— Этот тип говорит, что он его и даром не возьмет, — доложил Джонни своему патрону.</p>
     <p>— Ладно, ладно, отведи его обратно, — торопливо распорядился Коллинз. — Ну, ребята, давайте: Родина любимая моя! Начинайте, Фишер! А вы следите за ритмом. Так, хорошо!.. Когда будет настоящий оркестр, вам останется только повторять движения музыкантов. Симонс, побыстрее! Вы все время отстаете.</p>
     <p>Вот тут-то и открылся талант Майкла. Вместо того чтобы немедленно исполнить приказание Коллинза и отвести Майкла на место, Джонни замешкался, рассчитывая полюбоваться тем, как дирижера будут изо всех сил вертеть на табуретке. Скрипач, в двух шагах от Майкла, присевшего у ног Джонни, громко и отчетливо заиграл: «Родина любимая моя».</p>
     <p>И Майкл опять не справился с собой. Он не мог не петь, так же как не мог не рычать, когда на него замахивались палкой, он не справился с собой точно так же, как в тот день, когда, потрясенный звуками «Свези меня в Рио», сорвал выступление четы Белл, и как не справлялся с собой Джерри, когда Вилла Кеннан на палубе «Ариеля», окутав его волнами своих волос, пением воскрешала для него первобытную стаю. Майкл воспринимал музыку так же, как Джерри. Для них обоих она была наркотическим средством, вызывавшим блаженные сновидения. Майклу тоже вспоминалась утраченная стая, и он искал ее, искал заснеженные холмы под сверкающими звездами морозной ночи, прислушиваясь к вою других собак, доносившемуся с других холмов, где они собирались в стаю. Стаи не существовало уже давно, очень давно, предки Майкла тысячелетиями грелись у огня, разведенного человеком, — и тем не менее магия звуков, насквозь пронизывая Майкла, всякий раз заставляла его вспоминать утраченную стаю, воскрешала в его подсознании видения иного мира, мира, которого в жизни он не знал.</p>
     <p>С этими грезами об ином мире для Майкла связывалось и воспоминание о стюарде, о его великой любви к тому, с кем он разучил песни, лившиеся сейчас из-под смычка циркового наездника. И челюсти Майкла разжались, в горле что-то затрепетало, он стал часто-часто перебирать передними лапами, словно бежал куда-то вдаль, — и правда, где-то в глубине своего существа он стремился к стюарду, через тысячелетия порывался обратно к стае и с этой призрачной стаей носился по снежным пустыням и лесным тропам в погоне за добычей, за пищей.</p>
     <p>Призрачная стая окружала его, когда он пел и, грезя наяву, перебирал лапами. Пораженный скрипач перестал играть, люди из-за кулис тыкали палками дирижера обезьяньего оркестра и в бешеном темпе крутили табурет, на котором он сидел, а Джонни покатывался со смеху. Но Коллинз насторожился. Он явственно расслышал, что Майкл ведет мелодию. Более того, он расслышал, что Майкл не воет, а поет.</p>
     <p>Наступила тишина. Обезьяна-дирижер перестала крутиться и кричать. Люди, тыкавшие ее палками, опустили свои орудия. Остальные обезьяны дрожали, как в лихорадке, не зная, какие еще издевательства ожидают их. Скрипач застыл в изумлении. Джонни все еще трясся от смеха. Только Коллинз, видимо, что-то обдумывал, почесывал затылок.</p>
     <p>— По-моему… — нерешительно начал он. — Да что там, я же слышал собственными ушами: собака воспроизводит мелодию. Правда? Я обращаюсь ко всем вам. Разве не так? Проклятый пес поет. Я готов голову прозакладывать. Погодите, ребята, дайте передохнуть обезьянам. Это дело поинтереснее. Попрошу вас, сыграйте еще разок «Родина любимая моя», играйте медленно, громко и отчетливо. Теперь слушайте все… Ну, разве он не поет? Или, может быть, я рехнулся? Вот, вот, слышите? Что вы на это скажете? Ведь это факт!</p>
     <p>Сомнений быть не могло. После нескольких тактов челюсти Майкла разжались, передние лапы начали свой безостановочный бег на месте. Коллинз подошел к нему поближе и стал подпевать в унисон.</p>
     <p>— Гарри Дель Мар был прав, утверждая, что эта собака — чудо. Не зря он распродал остальных своих собак. Он-то знал, в чем тут дело. Этот пес — собачий Карузо. Настоящий певец-солист. Это уж вам не свора воющих дворняжек, вроде той, что Кингмен возил по циркам! Не удивительно, что он не поддавался дрессировке. У него свое амплуа. Подумать только! Я ведь уж совсем было отдал его этому живодеру Дэвису. Слава богу, что он отослал его обратно! Смотри за ним хорошенько, Джонни, а вечерком приведи его ко мне. Мы устроим ему настоящий экзамен. Моя дочь играет на скрипке. Она подберет для него какие-нибудь подходящие мотивы. Это золотое дно, а не собака, помяните мое слово.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Так открылся талант Майкла. Испытание сошло довольно удачно. После того как ему проиграли множество различных песен, Коллинз выяснил, что Майкл может петь «Боже, храни короля» и «Спи, малютка, спи». Он провозился с ним немало дней, тщетно стараясь обучить его новым песням. Майкл не выказывал к этому занятию ни малейшего интереса и угрюмо отказывался петь. Но, заслышав мелодию, разученную им со стюардом, вступал немедленно. Это было сильнее его, и он ничего с собой не мог поделать. В конце концов Коллинз открыл пять из шести исполняемых Майклом песен: «Боже, храни короля», «Спи, малютка, спи», «Веди нас, свет благой», «Родина любимая моя» и «Свези меня в Рио». «Шенандоа» Майклу петь больше не довелось, так как ни Коллинз, ни его дочь не знали этой старинной матросской песенки, а следовательно, не могли и сыграть ее для Майкла.</p>
     <p>— Пяти песен вполне достаточно, даже если он никогда больше не выучит ни одного нового такта, — решил Коллинз. — Он и без того — гвоздь программы. Золотое дно, а не собака. Клянусь честью, будь я помоложе и посвободнее, я ни за что не выпустил бы его из рук!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В конце концов Майкл был продан за две тысячи долларов некоему Джекобу Гендерсону.</p>
     <p>— Я вам его, можно сказать, задаром отдаю, — сказал Коллинз. — Через полгода вы не согласитесь продать его и за пять тысяч, или я ничего не смыслю в цирковом деле. Он живо уложит на обе лопатки вашу знаменитую собаку-математика, а кроме того, учтите, что с ним вам нет надобности работать не покладая рук. И вы будете дурак, если не застрахуете его на пятьдесят тысяч долларов, как только он прославится. Будь я помоложе и посвободнее, я бы почел за счастье отправиться с ним в турне.</p>
     <p>Гендерсон коренным образом отличался от всех прежних хозяев Майкла. На редкость бледная личность, он не был ни зол, ни добр. Он не пил, не курил и не ругался; никогда не ходил в церковь и не принадлежал к Христианской ассоциации молодежи; будучи вегетарианцем, не доводил свое вегетарианство до фанатизма; любил кино, в особенности фильмы о путешествиях, и большую часть своего досуга посвящал чтению Сведенборга <a l:href="#n_491" type="note">[491]</a>. Характер его никак и ни в чем не проявлялся. Никто никогда не видел его в гневе, и знакомые уверяли, что он обладает долготерпением Иова. Он робел перед полисменами, железнодорожными агентами и кондукторами, хотя и не боялся их. Впрочем, он ничего на свете не боялся, а любил одного только Сведенборга. Натура у него была такая же бесцветная, как костюмы, которые он носил, как его волосы, свисавшие на лоб, и глаза, которыми он глядел на мир. Он не был ни глупцом, ни умным человеком. Но не был и педантом. Он мало давал людям, но мало и спрашивал с них и среди цирковой сутолоки вел жизнь отшельника.</p>
     <p>Майкл не чувствовал к нему ни любви, ни отвращения, он просто терпел его. Они вдвоем изъездили все Соединенные Штаты и ни разу не повздорили. Гендерсон ни разу не прикрикнул на Майкла, тот ни разу не зарычал на него. Они сжились друг с другом, потому что обстоятельства свели их вместе. Конечно, сердечных уз между ними не существовало. Гендерсон был господином, Майкл — его движимым имуществом. Может быть, он воспринимал Майкла как неодушевленное существо, потому что и сам ничем не умел одушевиться.</p>
     <p>При всем том Джекоб Гендерсон был честен, деловит и методичен. Каждый день, если только они не были в пути, он купал и потом тщательно вытирал Майкла. Проделывал он это спокойно и неторопливо. Майкл теперь и сам не знал, приятно ему купание или неприятно. Оно стало неотъемлемой частью его жизненного уклада, так же как частью жизненного уклада Гендерсона стало обязательное купание Майкла.</p>
     <p>Обязанности Майкла были не обременительны, но однообразны. Не считая постоянных странствий, нескончаемых переездов из города в город, ему приходилось ежевечерне выступать на сцене, а дважды в неделю еще и на утренних представлениях. Когда занавес подымали, Майкл находился на сцене в полном одиночестве, как то и подобало прославленному солисту. Гендерсон, скрытый кулисами от глаз публики, внимательно следил за ним. Оркестр исполнял четыре песни из тех, которым его когда-то обучил стюард, и Майкл пел их, — да и, правда, звуки, им издаваемые, куда больше походили на пение, чем на вой. На «бис» он всегда исполнял только одну песню: «Родина любимая моя». Публика устраивала овацию собаке-Карузо, и тут из-за кулис выходил Джекоб Гендерсон, чтобы поклонами и стереотипно радостной улыбкой выразить свою благодарность публике; затем он с наигранным дружелюбием клал руку на голову Майкла, они вместе кланялись еще раз, и занавес наконец опускался.</p>
     <p>И все-таки Майкл был узником, приговоренным к пожизненному заключению. Его хорошо кормили, заботливо купали, водили на прогулки, но он ни на минуту не чувствовал себя свободным. Во время переездов он дни и ночи проводил в клетке, хотя и достаточно просторной, чтобы стоять в ней во весь рост или лежать, не скорчившись в три погибели. В гостиницах небольших провинциальных городов ему случалось спать вне клетки, в одной комнате с Гендерсоном. Случалось ему, если в программе не было других дрессировщиков, и в полном одиночестве находиться в специальном помещении для зверей при театре и в течение трех дней, самое большее — недели, наслаждаться там относительной свободой.</p>
     <p>Но ни разу, ни на одно мгновение не случилось ему побегать на воле, забыв о клетке, о четырех стенах комнаты, о цепочке и ошейнике. Днем, в хорошую погоду, Гендерсон часто водил его гулять, но всегда на сворке. Обычно они отправлялись в какой-нибудь парк, где Гендерсон усаживался на скамью, привязывал к ней Майкла и немедленно углублялся в Сведенборга. Майкл шагу не мог сделать свободно. Другие собаки бегали, играли друг с другом или затевали драку. Но стоило им приблизиться к Майклу на предмет более близкого знакомства, как Гендерсон отрывался от книги, — ровно на столько времени, сколько требовалось, чтобы их отогнать.</p>
     <p>Узник, приговоренный к пожизненному заключению и охраняемый бездушным тюремщиком, Майкл утратил всякий вкус к жизни. Мрачность его сменилась полнейшей апатией. Жизнь и воля перестали интересовать его. И не то, чтобы он с завистью смотрел на пеструю сутолоку жизни, — нет, просто его глаза перестали ее видеть. Отрешенный от жизни, он к ней и не рвался. Он сам превратил себя в покорную марионетку — ел, позволял себя купать, переезжал с места на место в своей клетке, пел на эстраде и очень много спал.</p>
     <p>Но гордость у него все же осталась — гордость породистого существа, гордость североамериканских индейцев, порабощенных, но не сломленных и безропотно умирающих на плантациях Вест-Индии. Так вот и Майкл смирился перед клеткой и цепью, потому что его мускулы и клыки все равно не могли справиться с железом. Он выполнял свой рабский труд на сцене и повиновался Джекобу Гендерсону, но он не любил своего хозяина, хотя не боялся его, и потому всецело ушел в себя. Он много спал, был мрачен и безропотно сносил свое страшное одиночество. Попытайся Гендерсон завладеть его сердцем, Майкл, безусловно, откликнулся бы на эту попытку; но Гендерсон любил лишь фантастические бредни Сведенборга, а Майкл был для него только источником существования.</p>
     <p>Временами Майклу приходилось переносить немалые тяготы, но он и с ними мирился. Особенно тяжки были железнодорожные переезды зимой, когда его прямо из театра привозили на вокзал и он на платформе часами дожидался поезда, который должен был увезти его в другой город, в другой театр. Однажды ночью в Миннесоте две собаки на соседней тележке замерзли насмерть. Майкл тогда тоже продрог до костей, и у него мучительно ныло плечо, некогда изорванное леопардом, но он выжил благодаря более крепкому организму и хорошему уходу, которым пользовался все последнее время.</p>
     <p>По сравнению с другими дрессированными животными Майклу жилось хорошо. Он даже не подозревал и не догадывался, каково приходилось многим его собратьям. Так, например, один номер, стоявший в той же программе, что и номер Майкла, вызывал бурное возмущение даже в среде цирковых артистов. Самые бывалые из них всем сердцем ненавидели некоего Дэкворта, хотя у публики номер «Дрессированные кошки и крысы Дэкворта» пользовался неизменным успехом.</p>
     <p>— Дрессированные кошки, — фыркала хорошенькая велосипедистка Перл Ла Перл. — Дохлые кошки, а не дрессированные, их доколотили до того, что они сами превратились в крыс. Это же ясно как день!</p>
     <p>— Дрессированные крысы! — вспылил Мануэль Фонсека, «человек-змея», отказываясь распить с Дэквортом бутылку вина в баре гостиницы «Аннандэйл». — Опоенные крысы! Так будет вернее! Почему они не спрыгивают с каната, а ползут по нему, да еще между двумя кошками? Потому что у них нет сил спрыгнуть. Он их ловит, поит каким-то зельем, а потом морит голодом, чтобы сэкономить деньги на покупку этого зелья. Дэкворт никогда их не кормит. Уж я-то знаю! Иначе куда он девает от сорока до пятидесяти крыс в неделю? Когда ему в городе крыс уже не добыть, ему их присылают откуда-нибудь еще целыми партиями, это факт.</p>
     <p>— Ей-богу, не понимаю, — говорила мисс Мерль Мерриуэзер, аккордеонистка, та самая, которой на сцене можно было дать лет шестнадцать, но которая в жизни любила хвалиться своими внуками и не скрывала, что ей уже сорок восемь. — Просто злость берет, как это публика ловится на такую удочку. Вчера утром я своими глазами видела: семь крыс из тридцати околели, околели с голоду. Он никогда их не кормит. Они ползут по канату уже полудохлые. Потому и ползут. Если б к ним в желудок попал хоть кусочек хлеба с сыром, они мигом бы удрали от кошек. Они подыхают голодной смертью на глазах у публики, а ползут по канату, потому что и умирающий человек пытался бы уползти от тигра, который вот-вот растерзает его. Бог ты мой! А тупоголовые зрители еще аплодируют этому поучительному зрелищу!</p>
     <p>Но что знает публика?!</p>
     <p>— Чего-чего только не сделаешь с животными добротой, — говорил один из зрителей, банкир и церковный староста. — Доброта способна и животным внушить человеческие чувства. Крыса и кошка враждовали с сотворения мира. А нынче вечером мы стали свидетелями их общего участия в сложной игре, и, подумать только, кошки не выказывали ни малейшей враждебности к крысам, а крысы нисколько не боялись кошек. Вот что значит человеческая доброта и какова ее сила!</p>
     <p>— Лев и ягненок! — восклицал другой. — Говорят, что в золотом веке лев и ягненок будут мирно лежать бок о бок. Ты только представь себе, милочка: бок о бок! А этот Дэкворт умудрился предвосхитить золотой век! Кошки и крысы! Вдумайтесь хорошенько, что это значит. Какое бесспорное доказательство всемогущества доброты! Я сейчас же приобрету разных зверюшек для наших малышей. Надо, чтобы они с детства приучались быть добрыми с собаками, кошками, даже с крысами, а уж с милыми птичками в клетках и подавно.</p>
     <p>— Так-то оно так, — заметила его благоверная, — но ведь говорит же Блэйк <a l:href="#n_492" type="note">[492]</a>, что даже «Птичку в клетку заточить значит бога прогневить».</p>
     <p>— Нет, милочка, это не так, если по-хорошему обходиться с ней. Я немедленно приобрету парочку-другую кроликов и кенаря с канарейкой. А ты обдумай, какую собачку нам лучше подарить детишкам.</p>
     <p>«Милочка» взглянула на своего супруга, до мозга костей проникнутого величественным сознанием собственной доброты, и увидела себя самое молоденькой сельской учительницей, приехавшей в Топика-Таун с заветными томиками Эллы Уилер Уилкокс <a l:href="#n_493" type="note">[493]</a> и лорда Байрона <a l:href="#n_494" type="note">[494]</a> — ее кумиров, с мечтою тоже написать «Поэмы страсти». Там-то она и вышла замуж за этого солидного, положительного дельца, что сидел теперь рядом с ней, восторгаясь мирным единением ползущих по канату кошек и крыс, и ни на мгновение не подозревал о том, что это про него и его жену сказано: «Птичку в клетку заточить значит бога прогневить».</p>
     <p>— Ну, крысы хоть противные животные, — продолжала мисс Мерль Мерриуэзер, — но как он обращается с кошками! Я наверняка знаю, что за последние две недели он уморил уже трех. Пускай это уличные кошки, но ведь они все равно живые существа. Он их со свету сживает этим своим «боксом».</p>
     <p>Кошачьим боксом, имевшим большой успех у публики, неизменно заканчивался номер Дэкворта. Двух кошек в маленьких боксерских перчатках на лапках ставили на стол. Само собой разумеется, что для такого «дружеского матча» кошки, работавшие с крысами, были непригодны. В этой сценке дрессировщик выпускал новых кошек-, еще не окончательно утративших пылкость и энергию. Они работали на Дэкворта, покуда пылкость и энергия в них не иссякали или же покуда они не подыхали от болезней и истощения. Для публики это был забавный спектакль, комическая борьба четвероногих существ, сделанных до смешного похожими на верховное двуногое существо — человека. Но для кошек ничего комического в этой борьбе не было. Их злили и натравливали друг на друга за кулисами и уже в разъяренном состоянии выпускали на сцену. В ударах, которые они наносили друг другу, чувствовались злоба и боль, ярость и страх. Перчатки быстро соскакивали с их лапок, они, точно фурии, налетали друг на друга, царапались, кусались, так что к моменту закрытия занавеса шерсть клочьями летала по сцене. Публика умирала со смеху, глядя на «неожиданный» финал этой схватки; под громкие аплодисменты занавес снова поднимался, открывая Дэкворта и одного из служителей, обмахивавших кошек полотенцами, точно заправских боксеров.</p>
     <p>Поскольку номер этот исполнялся ежедневно, раны и царапины у кошек не успевали подживать, загрязнялись, и тела их почти сплошь покрывались болячками. Многие кошки подыхали, другие, обессилев до того, что не могли напасть даже на крысу, уже не боксировали, но работали на канате вместе с одурманенными, изголодавшимися крысами, в свою очередь, не имевшими сил удрать от них. А тупоголовая публика, по справедливому замечанию мисс Мерль Мерриуэзер, аплодировала дрессированным кошкам и крысам как поучительному зрелищу.</p>
     <p>Большой шимпанзе, выступавший как-то в одном цирке с Майклом, ненавидел одеваться. Как лошадь, не дающая надеть на себя узду, а потом, когда узда уже надета, начисто забывающая о ней, шимпанзе оказывал яростное сопротивление людям, надевавшим на него костюм. Но уже одетый, он спокойно выходил на арену и исполнял свой номер. Вся загвоздка была в том, чтобы его одеть. Проделывали это хозяин и двое служителей, предварительно привязав его к кольцу, вбитому в стену, да еще держа за горло, — и все это несмотря на то, что хозяин давно уже вышиб ему передние зубы.</p>
     <p>Не испытывая на себе жестокости, Майкл чуял ее и принимал, считая, что таков порядок вещей, — так же как дневной свет и ночной мрак, как колючий мороз на не защищенных от ветра вокзальных платформах, как таинственное царство «иного», открывавшееся ему в сновидениях и песнях, и не менее таинственное небытие, поглотившее плантацию Мериндж, корабли, моря, знакомых ему людей и стюарда.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Два года пел Майкл свои песни по городам Соединенных Штатов, зарабатывая себе славу, а Джекобу Гендерсону богатство. Без ангажемента они никогда не оставались. Успех Майкла был настолько велик, что Гендерсон даже отклонил ряд лестных предложений выступить за океаном, в Европе. Передышка для Майкла наступила, только когда Гендерсон заболел брюшным тифом в Чикаго.</p>
     <p>Эти трехмесячные каникулы Майкл, заботливо опекаемый, но все же не покидавший своей клетки, провел в дрессировочном заведении некоего Мулькачи. Мулькачи, один из наиболее преуспевших учеников Коллинза, по примеру своего учителя открыл в Чикаго школу дрессировки, в основу которой были положены те же принципы идеальной чистоты, неукоснительного соблюдения всех санитарно-гигиенических правил и научно обоснованной жестокости. Майкл получал превосходную пищу и содержался в безупречной чистоте; но, сидя в своей клетке, одинокий и тоскующий, он чуял вокруг себя атмосферу страданий и страха, в которой жили животные, терзаемые на потеху человека.</p>
     <p>Мулькачи любил повторять афоризмы собственного сочинения, среди которых были и такие: «Если животное не сломишь болью, его вообще не сломишь. Боль — единственный учитель»; «Отучаем же мы лошадь бить задом, значит, и льва можно отучить кусаться»; «Метелочкой из перьев вы себе зверя не подчините»; «Чем толще череп, тем толще палка»; «Звери — мастера разрушать все ваши планы, поэтому первым делом выбейте из них дух противоречия»; «Сердечные узы между дрессировщиками и животными? Это, голубчик мой, чушь, пригодная разве что для газетных репортеров. Из всех сердечных уз я признаю только палку, да еще с железным наконечником»; «Конечно, вы можете приучить их есть у вас из рук, но тут надо глядеть в оба, чтобы они заодно не отъели вам пальцев. А для этого самое лучшее средство — холостой заряд в нос во время кормежки».</p>
     <p>В заведении Мулькачи бывали дни, когда, казалось, даже воздух содрогался от злобного рычания и страдальческого визга зверей на арене, так что в клетках начиналось неистовое волнение. Мулькачи вечно похвалялся, что может укротить самого неукротимого зверя, поэтому к нему то и дело доставляли наиболее «трудных» животных. Считалось, что он справится там, где у других дрессировщиков опускались руки. Смелый, бессердечный, хитрый, Мулькачи оправдывал эту репутацию. Он не останавливался ни перед какими мерами и если уж отказывался, значит, дело было безнадежное. Тогда животное было обречено на пожизненное одиночное заключение в клетке, и ему оставалось только до конца своих дней ходить взад и вперед по ее ограниченному пространству да горестно и гневно рычать на устрашение и потеху досужих зрителей.</p>
     <p>За те три месяца, что Майкл пробыл у Мулькачи, два случая особенно выделились своей жестокостью. В часы работы школа и без того оглашалась воем и воплями «благонравных» медведей, львов и тигров, которым преподавали науку подчинения человеку, или слонов, обучаемых с помощью подъемных кранов и уколов копьями играть на барабане и стоять на голове. Но эти два случая даже тут были исключением и повергли в страх и отчаяние остальных животных. Так должен чувствовать себя человек, войдя в преддверие ада и слыша крики своих собратьев, с которых живьем сдирают кожу.</p>
     <p>Первый случай произошел с большим бенгальским тигром. Рожденный в джунглях, выросший на свободе, благодаря своей силе и доблести господин над всеми встречавшимися ему живыми существами, в том числе и над другими тиграми, он все же попал в западню; высвобожденный из нее, он в тесной клетке, то на спине слона, то в вагоне железной дороги, то в трюме парохода проехал по морям и континентам и попал в заведение Мулькачи. Покупатели смотрели его, но купить не решались. Однако Мулькачи был непоколебим. Вся его кровь загоралась при одном взгляде на эту величественную полосатую кошку. Присущее ему звериное начало жаждало поединка для утверждения своего превосходства. И вот после двух недель ада для тигра и всех других животных Мулькачи решил, что огромному зверю преподан первый урок.</p>
     <p>Бен-Болт, как его нарекли люди, прибыл к Мулькачи озлобленный, неукротимый, но почти парализованный после двухмесячного пребывания в тесной клетке, не позволявшей ему как следует расправить члены. Мулькачи следовало бы немедленно заняться тигром, но он упустил две недели, так как только что женился и наслаждался медовым месяцем. За это время Бен-Болт в просторной железной клетке с цементным полом успел оправиться, мускулы его снова обрели былую силу, а ненависть к двуногим созданиям, таким жалким и тщедушным по сравнению с ним, но тем не менее сумевшим хитростью и коварством заточить его в клетку, еще возросла в его сердце.</p>
     <p>В тот роковой день он нетерпеливо ждал встречи с человеком. И люди пришли, вооруженные веревочными арканами и железными вилами, с заранее обдуманным стратегическим планом. Пятеро из них забросили арканы в клетку. Тигр зарычал и ринулся на извивающиеся по полу веревки; не менее десяти минут бушевал и метался по клетке этот злобный величественный зверь, которому, увы, не хватало изворотливости и терпения, отличавших его жалких двуногих врагов. Затем веревки ему наскучили, он оставил их в покое и зарычал на людей, но правая задняя лапа его уже запуталась в петле. В то же мгновение железные вилы, быстро поддев петлю, рванули ее вверх, и веревки впились в тело тигра, мучительно уязвив его гордое сердце. Он рассвирепел, прыгнул, и грозный рык потряс стены. Бен-Болт так метался по клетке, что веревки обдирали ладони державших их людей. Но они упорно вытаскивали петли из клетки и снова забрасывали, покуда — тигр не успел даже опомниться — петля не затянула и его переднюю лапу. Все, что он делал до сих пор, было ничто по сравнению с неистовством, в которое его повергла эта новая беда. Но он был глуп и нетерпелив. Люди же были умны и терпеливы, и мало-помалу им удалось заарканить третью, а потом и четвертую лапу; они стали тянуть за веревки, и вот он оказался постыдно лежащим на боку у решетки, а лапы его — самое грозное оружие тигра после могучих клыков — вытянутыми наружу между прутьев клетки.</p>
     <p>А затем тщедушное двуногое создание Мулькачи решительно и нагло вошел в клетку и приблизился к Бен-Болту. Тигр весь напрягся, готовясь прыгнуть на него, но прыгнуть он не мог: его заарканенные лапы торчали из клетки, и никакими силами он не мог втянуть их обратно. А Мулькачи опустился на колени рядом с ним — дерзнул опуститься рядом с ним — и набросил пятую петлю на шею Бен-Болта. И вот голова тигра уже подтянута к прутьям клетки и находится в том же беспомощном положении, что и все четыре лапы. Мулькачи кладет руки ему на голову, треплет его за уши, трогает ему нос — на расстоянии какого-нибудь дюйма от грозных клыков, — а тигр только рычит, храпит и задыхается от стянувшей ему горло петли.</p>
     <p>Весь дрожа не от страха, а от бешеной ярости, Бен-Болт волей-неволей дает надеть себе на шею широкий кожаный ошейник с длинной и толстой веревкой. Когда Мулькачи выходит из клетки, люди искусно сбрасывают петли с его лап и шеи. После всех страшных унижений он опять свободен — в пределах клетки. Бен-Болт взвивается в воздух. Дыхание вернулось к нему, и он оглашает стены неистовым ревом, дубасит лапами волочащуюся за ним веревку, которая его безмерно раздражает, когтями пытается разорвать ошейник, стягивающий ему шею, падает наземь, катается с боку на бок, запутывается еще больше в веревке, тем самым раздражая свои до предела натянутые нервы, и добрых полчаса проводит в изнурительной борьбе с неодушевленным предметом. Так укрощают тигров!</p>
     <p>В конце концов, изнемогши от непосильного нервного напряжения и собственной ярости, он ложится посреди клетки и бьет хвостом, глаза его пылают ненавистью, но он уже не пытается сорвать с себя ошейник, на опыте убедившись, что это невозможно.</p>
     <p>К величайшему его удивлению — если допустить, что тигр способен удивляться — кто-то открывает заднюю дверцу клетки, и она так и остается открытой. Бен-Болт смотрит на нее со злобной подозрительностью. Но никто оттуда не появляется, никакая опасность, видимо, не угрожает ему с той стороны. Тем не менее подозрительность его возрастает: никогда не знаешь, что сделают эти двуногие существа, чего можно ждать от них. Он предпочел бы остаться на месте, но у решетки раздаются крики, щелканье бичей, а главное — его опять колют железными вилами. Волоча за собой веревку и нисколько не помышляя о бегстве, а только в надежде наконец расправиться со своими мучителями он выскакивает в коридор, тянущийся позади клетки. В коридоре темно и пусто, только в конце его брезжит свет. Громко рыча, Бен-Болт огромными прыжками мчится по коридору под вой, визг и рев других животных.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_058.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_059.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Выскочив на свет, он остановился, ослепленный, потом вдруг припал к земле, забил своим длинным хвостом и стал осматриваться. Но оказалось, что он снова в клетке, только не такой тесной, — это была арена, залитая светом и обнесенная решеткой. Арена была пуста, хотя вверху, на блоке, висели семь громоздких железных стульев, мгновенно показавшихся ему подозрительными; он даже зарычал на них.</p>
     <p>С полчаса Бен-Болт бродил по арене, — за два с половиной месяца, прошедших со дня его пленения, он впервые передвигался по относительно свободному пространству. Вдруг длинный железный шест с крюком на конце зацепил его за веревку, и какие-то люди, стоявшие по ту сторону прутьев, потянули ее к себе. Десять человек мгновенно ухватились за конец веревки, и Бен-Болт ринулся бы на них, если б в это самое мгновение через заднюю дверцу на арену не вошел Мулькачи. Ничто теперь не разделяло человека и тигра. И Бен-Болт двинулся на Мулькачи, хотя ему все время чудилось что-то неладное: этот тщедушный человек не пятился от него, не пригибался к земле от страха, но спокойно ждал его приближения.</p>
     <p>Бен-Болт так и не бросился на Мулькачи. Сначала он из хитрости и осмотрительности помедлил с атакой, — распластавшись и колотя хвостом по песку арены, он изучал человека, который вот-вот станет его добычей. В руках Мулькачи держал хлыст и остро отточенные железные вилы, за поясом у него торчал револьвер, заряженный холостыми патронами.</p>
     <p>Еще ниже припав к земле, Бен-Болт медленно подкрадывался к нему, точно кошка к мыши. На расстоянии прыжка от Мулькачи он совсем распластался, изготовился и бросил взгляд на людей, столпившихся позади него, по ту сторону решетки. О веревке, прикрепленной к его ошейнику, конец которой эти люди держали в руках, Бен-Болт позабыл.</p>
     <p>— Ну, теперь, старина, придется тебе быть умником, — мягко и даже ласково заговорил с ним Мулькачи, делая шаг вперед и вытягивая руку, держащую вилы.</p>
     <p>Этот жест разъярил гигантского величественного зверя. Он зарычал громко и страшно, прижал уши и прыгнул, напружинив лапы с грозно выпущенными когтями; хвост его, прямой, как прут, вытянулся в воздухе вровень со спиной. Человек не пригнулся, не обратился в бегство, но и зверь не тронул его: когда тигр взвился в воздух, веревка на его шее натянулась, он перекувырнулся в воздухе и рухнул на бок.</p>
     <p>Прежде чем он успел снова вскочить, Мулькачи очутился подле него, крича своим помощникам и служителям: «Я выколочу из него дух противоречия!» И он стал колотить его по носу рукояткой бича и колоть вилами под ребра. Ураган ударов и уколов обрушился на самые чувствительные места зверя. Любая его попытка рассчитаться со своим мучителем мгновенно пресекалась десятью людьми, натягивавшими веревку, и всякий раз, когда Бен-Болт валился на бок, Мулькачи беспощадно колол его вилами и хлестал по носу. Боль он испытывал нестерпимую, особенно от ударов по чувствительному носу. А существо, причинявшее эту боль, не уступало ему, Бен-Болту, в неудержимой свирепости, более того, превосходило его в силу своего разума. Через несколько минут, ошеломленный болью, смертельно испуганный своей беспомощностью, Бен-Болт пал духом. Он униженно отступил перед мелким двуногим созданием, оказавшимся свирепее его — огромного бенгальского тигра. Он подпрыгнул, в ужасе заметался из стороны в сторону, низко пригибая голову, чтобы защитить ее от градом сыпавшихся ударов. Он бросился на решетки, окружавшие арену, и подскакивал, тщетно пытаясь вскарабкаться вверх по скользким отвесным прутьям.</p>
     <p>Мулькачи, точно ангел мщения, повсюду настигал его, бил, колол вилами и шипел сквозь зубы:</p>
     <p>— Будешь артачиться, будешь? Я тебе покажу, как сопротивляться! На, получай! Получай! Мало? Вот тебе еще!</p>
     <p>— Ну, теперь я запугал его, остальное уже будет легче, — тяжело дыша, объявил Мулькачи, в то время как огромный тигр, съежившись и дрожа всем телом, отползал к решетке. — Давайте, ребята, передохнем минут пять, чтобы собраться с силами.</p>
     <p>Спустив на арену один из висевших на блоке железных стульев, Мулькачи стал готовиться к первому сеансу дрессировки. Бен-Болт, тигр, рожденный и выросший в джунглях, теперь должен был сидеть в кресле: трагическая и нелепая карикатура на человека. Но Мулькачи считал, что сначала надо повторить урок страха, еще глубже внедрить это чувство в сердце животного.</p>
     <p>Подойдя к Бен-Болту на расстояние, большее, чем его возможный прыжок, он полоснул тигра хлыстом по носу, полоснул еще раз, и еще, и еще — несметное множество раз. Бен-Болт отворачивал голову то в одну, то в другую сторону, но бич всякий раз хлестал его по израненному, окровавленному носу; Мулькачи владел бичом не хуже циркового наездника и без промаха стегал Бен-Болта, сколько бы тот ни вертел головой.</p>
     <p>Обезумев от нестерпимой боли, тигр взвился в воздух, но тут же был брошен наземь десятью сильными мужчинами, державшими конец веревки. Ярость, жажда крови и разрушения были выбиты из его воспаленного мозга, — отныне он знал только страх, бесконечный унизительный страх, страх перед этим маленьким существом, так жестоко его истязавшим.</p>
     <p>Затем начался первый сеанс дрессировки. Чтобы привлечь внимание зверя к железному стулу, Мулькачи стукнул по нему рукояткой бича и тотчас же хлестнул этим бичом по носу Бен-Болта. В то же самое мгновение один из служителей ткнул его под ребра железными вилами, заставляя отойти от решетки и приблизиться к стулу. Тигр пополз было по направлению к Мулькачи, но тотчас же отпрянул. Мулькачи опять ударил по стулу, бич свистнул в воздухе, опускаясь на морду Бен-Болта, вилы снова вонзились ему под ребра — и боль заставила его приблизиться к середине арены. И так беспрерывно — четверть часа, полчаса, час; человек обладал терпением бога, а Бен-Болт был только бессловесной тварью. Так была сломлена — сломлена в точном смысле этого слова — природа тигра. Ибо дрессированное животное — это навеки сломленное существо, беспрекословно выделывающее всевозможные штуки на потеху публике, оплачивающей из своего кошелька это жалкое зрелище.</p>
     <p>Мулькачи приказал одному из служителей выйти на арену. Если нельзя просто заставить тигра усесться на стул, значит, надо прибегнуть к особым мерам. Веревку, прикрепленную к ошейнику Бен-Болта, подтянули кверху сквозь решетчатую крышу клетки и пропустили через блок. По знаку Мулькачи все десять человек разом натянули ее. Храпя, давясь, отбиваясь, обезумев от страха перед этим новым видом насилия, Бен-Болт, подтягиваемый за шею, стал медленно отрываться от земли и повис в воздухе. Он извивался, корчился, задыхался, как человек на виселице и, наконец, захрипел. Огромное тело тигра изгибалось в воздухе, скручивалось в клубок, чуть ли не завязывалось узлом — так гибки были его великолепные мускулы. Служители ухватили Бен-Болта за хвост и при помощи блока, передвигавшегося на роликах по верхней решетке, подтащили к тому месту, где стоял железный стул.</p>
     <p>Тут они сразу ослабили веревку, и Бен-Болт, у которого уже все плыло перед глазами — Мулькачи успел за это время несколько раз пырнуть его вилами, — оказался сидящим в кресле. Правда, он в то же мгновение соскочил, но тут же получил удар рукояткой по носу и холостой заряд прямо в ноздри. Ужас и боль повергли его в настоящее бешенство. Он прыгнул, надеясь спастись бегством, но Мулькачи крикнул: «Поднять его!» И тигр, хрипя и задыхаясь, вновь стал медленно отрываться от земли.</p>
     <p>И опять его потащили за хвост, опять ткнули вилами в грудь и спустили вниз так внезапно, что он, рванувшись, угодил брюхом прямо на железный стул. Полузадушенный веревкой, на которой его поднимали в воздух, после этого падения он лежал, казалось, вовсе бездыханный, его потускневшие глаза приняли бессмысленное выражение, голова болталась из стороны в сторону, из пасти стекала пена, кровь ручьем лилась по разбитому носу.</p>
     <p>— Поднимай! — заорал Мулькачи.</p>
     <p>И Бен-Болта, опять начавшего бешено отбиваться от душившего его ошейника, стали медленно подтягивать кверху на блоке. Он противился своим мучителям так яростно, что, как только его задние лапы оторвались от пола, стал раскачиваться, точно гигантский маятник. Когда его снова одним броском швырнули на стул, он на мгновение и вправду принял позу сидящего человека; потом вдруг взревел и молниеносно вскочил.</p>
     <p>«Взревел», собственно говоря, не то слово. Это не было ревом, так же как не было рыком или ворчанием, — это был страшный вопль потерявшего себя живого существа. Зверь бросился на Мулькачи, но тот уклонился и выстрелил холостым зарядом ему в другую ноздрю.</p>
     <p>На этот раз, когда его опустили, он повалился на стул, как неполный мешок с мукой, и тотчас же стал медленно сползать с него весь обмякший, поникнув огромной рыжей готовой, покуда не очутился на полу без памяти; черный распухший язык вывалился из его пасти. Когда Бен-Болта стали отливать водой, он испустил тяжелый вздох и застонал. На этом кончился первый урок.</p>
     <p>— Все в порядке, — говорил Мулькачи после ежедневных занятий с Бен-Болтом. — Терпение и труд все перетрут! Я поработил его, он меня боится. Мне нужно только время, а время, затраченное на такого зверя, неизбежно повышает его ценность.</p>
     <p>Но ни в первый, ни во второй, ни в третий день Бен-Болт еще не был достаточно укрощен. Лишь через две недели настал день, когда Мулькачи ударил по стулу рукояткой бича, служитель ткнул Бен-Болта вилами под ребра, и тигр, давно утративший всю свою царственность, пресмыкаясь, точно побитая кошка, и всем телом трепеща от страха, влез на стул и, как человек, уселся на нем. Теперь это был в полном смысле слова «благовоспитанный» тигр. И подумать только, что тигр, сидящий на стуле, эта жалкая, трагическая пародия на человека, многими воспринимается как весьма «поучительное» зрелище!</p>
     <p>Второй случай, с Сент-Элиасом, оказался еще более тяжким, но главное — в этом случае потерпел поражение обычно непобедимый Мулькачи. Впрочем, все вокруг утверждали, что иначе и быть не могло. Сент-Элиас, огромный аляскинский медведь, был существом скорее добродушным и даже веселым — конечно, на свой медвежий лад, — но при этом он отличался своеволием и упорством, пропорциональными его гигантским размерам. Его можно было уговорить выполнить тот или иной урок, но не заставить. А в цирковом мире, где программа слаженна, как часовой механизм, на уговоры не остается времени. Дрессированное животное должно исполнять свой номер и исполнять проворно. Публика не станет дожидаться, покуда дрессировщик уговорит сердитого или проказливого зверя выполнить то, что ей обязаны показать за ее деньги.</p>
     <p>Итак, Сент-Элиасу был насильно преподан первый урок, оказавшийся, впрочем, и последним, — на арене Сент-Элиас так никогда и не появился, ибо этот урок происходил в клетке.</p>
     <p>Прежде всего медведю сделали «маникюр». Для этого все четыре его лапы, стянутые веревками, были насильно просунуты сквозь прутья клетки, голова же с накинутой на шею тугой петлей, так называемым «душителем», накрепко прикручена к тем же прутьям. Самый «маникюр» заключался в том, что ему вырезали все когти до самого мяса. Производили эту операцию служители, стоявшие за решеткой. Едва они успели ее окончить, как Мулькачи, находившийся в клетке, проткнул ему в носу отверстие для кольца. Операция тоже отнюдь не из легких. Засунув инструмент в ноздрю медведя, Мулькачи вырезал из нее кружок живого мяса. Он-то знал, как обращаться с медведями: для того чтобы заставить дикого зверя повиноваться, надо причинить ему боль.</p>
     <p>Самые чувствительные места у него — уши, нос и глаза; глаза трогать, конечно, нельзя, значит, остаются нос и уши.</p>
     <p>Проткнув отверстие в носу медведя, Мулькачи немедленно продел в него металлическое кольцо, а к кольцу привязал веревку. Отныне медведь уже не мог своевольничать. Человек, держащий веревку, получал полную власть над ним, и Сент-Элиас до конца дней своих, до самого последнего вздоха, был обречен рабски покорствовать этой веревке.</p>
     <p>Петли, опутывавшие его лапы и шею, были сняты; теперь Сент-Элиасу предстояло освоиться с продетым ему в нос кольцом.</p>
     <p>Рыча и поднявшись на дыбы, он стал ощупывать кольцо своими могучими передними лапами. Но это было нелегкое дело. Нос пылал огнем, а он рвал, дергал, тер его, как рвал, дергал и тер, когда его жалили пчелы, вылетевшие из развороченной им колоды. В конце концов он вырвал кольцо вместе с клочьями живого мяса, превратив небольшое круглое отверстие в страшную рваную рану.</p>
     <p>Мулькачи разразился проклятиями: «С ним сам черт ногу сломит!» Медведя опять заарканили, повалили на бок и подтащили к решеткам, чтобы вторично подвергнуть той же операции. Ему продырявили другую ноздрю. И черт вправду сломил себе ногу. Как только Сент-Элиасу освободили лапы, он опять вырвал кольцо вместе с мясом.</p>
     <p>Мулькачи был вне себя.</p>
     <p>— Да образумься же ты, дурак! — укоризненно восклицал он.</p>
     <p>Образумиться, по мнению Мулькачи, значило дать продеть себе кольцо через обе ноздри, а для этого надо было предварительно пробить отверстие в носовой перегородке. Но Сент-Элиас не образумился. Он не сломился, подобно Бен-Болту, ибо не был так нервозен, так возбудим и внутренне слаб. Как только его развязали, он мгновенно вырвал кольцо вместе с половиной носа. Мулькачи продырявил ему правое ухо. Сент-Элиас в клочья разорвал его. Продырявил левое — Сент-Элиас разорвал и левое. Мулькачи сдался. Ничего другого ему, впрочем, не оставалось.</p>
     <p>— Мы потерпели поражение. Продеть ему кольцо мы уже не можем, а значит, он нам не подвластен, — огорченно заявил Мулькачи,</p>
     <p>Итак, Сент-Элиас до конца своих дней был обречен сидеть в зверинце, а Мулькачи, вспоминая его, всякий раз недовольно бормотал:</p>
     <p>— В жизни не видывал такого неразумного существа. Я ничего не мог с ним поделать. Не к чему было прицепить кольцо.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Это произошло в Калифорнии, в оклендском театре «Орфеум». Гарлей Кеннан уже наклонился, чтобы достать из-под кресла свою шляпу, но жена остановила его:</p>
     <p>— Да ведь это не антракт. Смотри, в программе стоит еще один номер.</p>
     <p>— Дрессированная собака, — коротко отвечал Гарлей, но этим было все сказано; он неизменно выходил из зала во время выступления дрессированных собак.</p>
     <p>Вилла Кеннан заглянула в программу.</p>
     <p>— Правда, — сказала она и, помолчав, добавила: — Но это поющая собака. Собака-Карузо. И тут сказано, что на сцене никого, кроме этой собаки, не будет. Давай разок останемся, сравним его с Джерри.</p>
     <p>— Какая-нибудь несчастная тварь, взвывшая от побоев, — пробурчал Гарлей.</p>
     <p>— Да, но ведь он один на сцене, — настаивала Вилла. — А потом, если зрелище окажется тяжелым, мы поднимемся и уйдем. И я уйду с тобой. Очень уж мне хочется знать, насколько Джерри поет лучше этой собаки. Смотри, в программе помечено, что это тоже ирландский терьер.</p>
     <p>Гарлей Кеннан остался. Два клоуна, вымазанных жженой пробкой, закончили свой номер на просцениуме, потом три раза бисировали его, и, наконец, занавес взвился, открыв совершенно пустую сцену. Из-за кулис размеренным шагом вышел жесткошерстный ирландский терьер, спокойно приблизился к рампе и стал напротив дирижера. Как и указывалось в программе, на сцене никого, кроме него, не было.</p>
     <p>Оркестр сыграл первые такты «Спи, малютка, спи». Пес зевнул и уселся. Оркестр точно следовал инструкции — повторять первые такты до тех пор, пока собака не вступит, а затем уже играть все до конца. После третьего повторения собака открыла пасть и запела. Воем эти звуки никак нельзя было назвать, настолько они были приятны и прочувствованны. Это не было и простым воспроизведением ритма, — собака точно и правильно выводила мелодию.</p>
     <p>Но Вилла Кеннан почти не слушала ее.</p>
     <p>— Ну, он совсем забил нашего Джерри, — шепнул ей Кеннан.</p>
     <p>— Скажи, — взволнованным шепотом отвечала Вилла, — ты никогда раньше не видел этой собаки?</p>
     <p>Гарлей отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Нет, ты видел ее, — настаивала Вилла. — Взгляни на это сморщенное ухо. Вспомни! Постарайся вспомнить! Прошу тебя!</p>
     <p>В ответ ее муж опять только покачал головой.</p>
     <p>— Вспомни Соломоновы острова, — требовала она. — Вспомни «Ариеля». Вспомни, когда мы вернулись с Малаиты в Тулаги, уже вместе с Джерри, у него там на какой-то шхуне оказался брат, охотник за неграми.</p>
     <p>— По кличке Майкл. Ну и что же дальше?</p>
     <p>— У него было вот такое же сморщенное ухо, — торопливо шептала Вилла, — и жесткая шерсть. Он был родной брат Джерри. А родители их — Терренс и Бидди — жили в Мериндже. И потом — наш Джерри ведь «певчий песик-дурачок». И эта собака тоже поет. И у нее сморщенное ухо. И ее зовут Майкл.</p>
     <p>— Ну, это что-то уж слишком неправдоподобно, — возразил Гарлей.</p>
     <p>— Когда неправдоподобное становится правдой, тогда и радуешься жизни, — отвечала она. — А это как раз и есть неправдоподобная правда. Я уверена.</p>
     <p>Как мужчина, Гарлей не мог поверить в невероятное, Вилла, как женщина, чувствовала, знала, что невероятное обернулось вероятным.</p>
     <p>В это время собака на сцене запела «Боже, храни короля».</p>
     <p>— Вот видишь, я права, — торжествовала Вилла. — Ни одному американцу, да еще живущему в Америке, не взбрело бы на ум учить собаку английскому гимну. Собака принадлежала раньше англичанину. А Соломоновы острова — английское владение.</p>
     <p>— Ну, это — сомнительное доказательство, — усмехнулся Гарлей. — А вот ухо больше убеждает меня. Я вспомнил теперь, ясно вспомнил, как мы с Джерри сидели у моря в Тулаги и его брата привезли на шлюпке с «Евгении». У того пса было точь-в-точь такое же куцее, сморщенное ухо.</p>
     <p>— А потом, — не унималась Вилла, — много ли мы с тобой видели поющих собак? Одного Джерри. Значит, они не часто встречаются. Это, видимо, семейная особенность. У Терренса и Бидди родился Джерри. А это его брат Майкл.</p>
     <p>— Это был жесткошерстный пес со сморщенным ухом, — вспоминал Гарлей. — Я как сейчас вижу его на носу шлюпки, а потом он бегал по берегу голова в голову с Джерри.</p>
     <p>— Если бы ты завтра увидел, как он бежит голова в голову с Джерри, ты бы перестал сомневаться? — допытывалась Вилла.</p>
     <p>— Да, это была их любимая забава и любимая забава Терренса и Бидди тоже. Но очень уж далеки Соломоновы острова от Соединенных Штатов.</p>
     <p>— Джерри из тех же краев, — отвечала она. — А вот оказался в Калифорнии; что ж удивительного, если судьба занесла сюда и Майкла?.. Слушай, слушай!</p>
     <p>Собака запела на бис «Родина любимая моя». Когда по окончании песни раздался взрыв аплодисментов, из-за кулис вышел Джекоб Гендерсон и стал раскланиваться. Вилла и Гарлей некоторое время молчали. Затем Вилла вдруг сказала:</p>
     <p>— Вот я сижу здесь и благодарю судьбу за одно обстоятельство…</p>
     <p>Он ждал, что последует дальше.</p>
     <p>— За то, что мы так бессовестно богаты.</p>
     <p>— Другими словами, ты хочешь получить эту собаку и знаешь, что получишь ее, так как я могу доставить тебе это удовольствие, — поддразнил ее Гарлей.</p>
     <p>— Потому что ты не можешь отказать мне в этом, — ответила Вилла. — Не забудь, что это брат Джерри. Ведь и ты в этом уже почти не сомневаешься…</p>
     <p>— Да, ты права. Невозможное иногда сбывается, и не исключено, что сейчас именно сбылось невозможное. Вряд ли это Майкл, но, с другой стороны, почему бы этому псу и не оказаться Майклом? Пойдем за кулисы и постараемся все выяснить.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>«Опять агенты Общества покровительства животным», — решил Джекоб Гендерсон, когда двое незнакомых людей, сопровождаемые директором театра, вошли в его тесную уборную. Майкл дремал на стуле и не обратил на них никакого внимания. Покуда Гарлей говорил с Гендерсоном, Вилла внимательно рассматривала Майкла; под ее взглядом он приоткрыл глаза, но тотчас же снова закрыл их. Обиженный на людей, всегда угрюмый и раздражительный, Майкл не был склонен ласково и приветливо относиться к людям, которые приходили невесть откуда, гладили его по голове, несли какую-то чепуху и тут же навсегда исчезали из его жизни.</p>
     <p>Вилла Кеннан, несколько уязвленная своей неудачей, отошла от него и прислушалась к тому, что говорил Джекоб Гендерсон. «Гарри Дель Map, опытный дрессировщик, подобрал эту собаку где-то на побережье Тихого океана, кажется, в Сан-Франциско, — услышала она. — Он увез собаку с собой на восток, но погиб от несчастного случая, не успев никому ничего о ней сообщить». Вот и весь рассказ Гендерсона, к нему он добавил только, что заплатил за нее две тысячи долларов некоему Коллинзу и считает, что это самая выгодная сделка в его жизни.</p>
     <p>Вилла снова подошла к собаке.</p>
     <p>— Майкл, — ласково окликнула она его, понизив голос почти до шепота.</p>
     <p>На этот раз Майкл шире открыл глаза и навострил уши, по телу его пробежала дрожь.</p>
     <p>— Майкл! — повторила она.</p>
     <p>Теперь уши Майкла приняли вертикальное положение; он поднял голову, широко раскрыл глаза и взглянул на Виллу. Со времени Тулаги никто не называл его Майклом. Через моря и годы донеслось до него это слово. Точно электрический ток пробежал по его телу, и в мгновение ока все прошлое, связанное с кличкой «Майкл», заполнило его сознание. Он увидел перед собой капитана «Евгении» Келлара, который последним так называл его, и мистера Хаггина, и Дерби, и Боба из Меринджа, и Бидди, и Терренса, и всего ярче среди теней былых времен — своего брата Джерри.</p>
     <p>Но разве это былое? Ведь имя, исчезнувшее на годы, вернулось снова. Оно вошло в комнату вместе с этими людьми. Конечно, Майкл всего этого не думал, но по тому, что он сделал, именно таков должен был быть ход его мыслей.</p>
     <p>Он соскочил со стула и одним прыжком очутился возле этой женщины. Обнюхал ее руку, обнюхал всю ее, покуда она его ласкала. Затем он узнал ее — и обезумел. Он отбежал от нее и начал кружить по комнате, сунул нос под умывальник, обнюхал все углы, опять, как одержимый, кинулся к ней и жалобно заскулил, когда она протянула руку, чтобы погладить его. В ту же секунду он отпрянул от нее и в неистовстве стал носиться по комнате, все так же жалобно скуля.</p>
     <p>Джекоб Гендесон поглядывал на него удивленно и неодобрительно.</p>
     <p>— Никогда не видел его в таком волнении, — заметил он. — Это очень спокойная собака. Может быть, у него припадок? Но почему бы вдруг?</p>
     <p>Никто ничего не понимал, даже Вилла Кеннан. Понимал только Майкл. Он бросился на поиски исчезнувшего мира, который вдруг снова открылся ему при звуке его прежнего имени. Если из небытия могло вернуться это имя и эта женщина, когда-то виденная им в Тулаги, значит, может вернуться и все остальное, что осталось в Тулаги или кануло в небытие. Если она во плоти стоит здесь, перед ним, и кличет его по имени, то возможно, что капитан Келлар, и мистер Хаггин, и Джерри тоже здесь, в этой комнате, или за дверью, в коридоре.</p>
     <p>Он подбежал к двери и с визгом стал царапать ее.</p>
     <p>— Наверно, он думает, что там кто-нибудь стоит, — сказал Гендерсон и распахнул дверь.</p>
     <p>Майкл и вправду так думал. Более того, он ждал, что в открытую дверь хлынет Тихий океан, неся на гребнях своих волн шхуны и корабли, острова и рифы, и вместе с ним наполнят эту комнату все люди, и звери, и вещи, которые он знал когда-то и помнил поныне.</p>
     <p>Но прошлое не хлынуло в дверь. За ней не было ничего, кроме обычного настоящего. Он понуро возвратился к женщине, которая ласкала его и называла Майклом. Она-то, как-никак, была из плоти и крови. Затем он тщательно обнюхал ее спутника. Да, этого человека он тоже видел в Тулаги и на палубе «Ариеля». Майкл опять пришел в возбуждение.</p>
     <p>— О Гарлей, я знаю, что это он! — воскликнула Вилла. — Проверь его на чем-нибудь, испытай его!</p>
     <p>— Но как? — недоуменно спросил Гарлей. — Похоже, что он узнал свое имя. Это и привело его в такое волнение. И хотя он никогда близко не знал нас с тобой, он, видимо, нас все-таки вспомнил, и это еще больше взволновало его. Если бы он умел говорить…</p>
     <p>— Ну, заговори же, милый, заговори, — умоляла Вилла, обеими руками держа голову Майкла и раскачивая ее взад и вперед.</p>
     <p>— Осторожнее, сударыня, — предостерег ее Гендерсон. — У этого пса угрюмый нрав, и никаких вольностей он с собой не позволяет.</p>
     <p>— Ну мне-то он позволит, — нервно смеясь, отвечала Вилла. — Ведь он меня вспомнил… Гарлей! — вскрикнула она, так как ее внезапно осенила блестящая мысль. — Я знаю, что делать! Слушай! Ведь Джерри был охотником за неграми, до того как попал к нам. И Майкл тоже. Скажи что-нибудь на жаргоне Южных морей. Притворись, что ты сердишься на какого-нибудь негра, и посмотрим, что он сделает.</p>
     <p>— Да я, пожалуй, уж ничего не припомню, — сокрушенно заметил Гарлей, одобривший ее затею.</p>
     <p>— А я постараюсь отвлечь его, — быстро сказала Вилла.</p>
     <p>Она села, наклонилась к Майклу, спрятала его голову у себя на груди и, раскачивая ее, принялась мурлыкать какую-то песенку; так они частенько сидели с Джерри. Майкл не обиделся на такую вольность и, в точности как Джерри, начал тихонько подвывать ей. Она сделала Гарлею знак глазами.</p>
     <p>— Убей, не понимаю, — начал он злым голосом. — За каким чертом твоя прилезла это место? Вот я сейчас твоя покажу…</p>
     <p>И Майкл вдруг ощетинился, высвободился из объятий Виллы и, рыча, забегал по комнате в поисках черного человека, своим вторжением, видимо, прогневившего белого бога. Но черного человека здесь не было. Майкл стал смотреть на дверь. Гарлей тоже перевел взгляд на дверь, и Майкл уже не сомневался, что по ту сторону стоит чернокожий с Соломоновых островов.</p>
     <p>— Эй, Майкл! — во весь голос крикнул Гарлей. — Возьми его, живо!</p>
     <p>Свирепо рыча, Майкл бросился к двери. В ярости он так сильно ударился об нее, что щеколда соскочила и дверь распахнулась. Неожиданная пустота в коридоре испугала Майкла, он отпрянул, потом весь как-то сник, ошеломленный и сбитый с толку этим призрачным и ускользающим прошлым.</p>
     <p>— Ну, а теперь, — обратился Гарлей к Джекобу Гендерсону, — перейдем к деловому разговору.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Когда поезд остановился на станции Глен Эллен, в Лунной долине, Гарлей Кеннан подошел к двери багажного вагона, сам принял на руки Майкла и опустил его на землю. Майкл впервые совершил переезд по железной дороге без клетки. На этот раз в Окленде ему надели только ошейник и цепочку. Вилла Кеннан уже сидела в автомобиле; с Майкла сняли цепочку, и он уселся между ней и Гарлеем.</p>
     <p>Машина поднималась по склону Сономы, но Майкл едва замечал лес и уходящие вдаль просеки. Три года в Соединенных Штатах он был узником, отрешенным от мира. Он знал только клетку, цепь, тесные помещения, багажные вагоны и станционные платформы. Природу он видел разве что в городских парках, Да и то издали, так как сидел привязанной к скамейке, покуда Гендерсон изучал Сведенборга. Поэтому деревья, холмы и поля перестали что-либо значить для него. Они были недоступны, как синева небес или медленно проплывающие облака. Итак, он равнодушно смотрел на деревья, холмы и поля, если можно назвать равнодушием то, что он вовсе не замечал их.</p>
     <p>— Ну, Майкл, ты, как видно, от здешних мест не в восторге, — заметил Гарлей.</p>
     <p>Майкл поднял глаза, услыхав свое старое имя, в знак понимания прижал уши и ткнулся носом в плечо Гарлея.</p>
     <p>— Просто он очень необщителен, — высказала свое мнение Вилла. — Прямая противоположность Джерри.</p>
     <p>— Погоди говорить до их встречи, — сказал Гарлей, заранее улыбаясь. — Джерри устроит шум за двоих.</p>
     <p>— Навряд ли они узнают друг друга после стольких лет, — отвечала Вилла. — Мне что-то не верится.</p>
     <p>— Узнали же они друг друга в Тулаги, — напомнил ей муж. — Ведь они расстались щенятами, а встретились уже взрослыми псами. Вспомни, как они лаяли и гонялись друг за другом по берегу моря. Майкл был тогда суматошнее Джерри и шуму производил вдвое больше.</p>
     <p>— Но сейчас он стал ужасно солидным и сдержанным.</p>
     <p>— Три года — немалый срок, чтоб научиться сдержанности, — стоял на своем Гарлей.</p>
     <p>Вилла в ответ только покачала головой.</p>
     <p>Когда машина затормозила у подъезда и Кеннан первым выскочил из нее, из дома послышался заливистый лай с радостными взвизгиваниями, показавшийся Майклу знакомым. Приветственный лай перешел в подозрительное ревнивое рычание, как только Джерри почуял запах другой собаки, исходивший от ласкающей его рука Гарлея. Почти в то же мгновение он заметил в автомобиле самого обладателя этого запаха и немедленно подскочил к нему. Майкл зарычал, прыгнул, на полпути столкнулся с рычащим Джерри и был отброшен назад в машину.</p>
     <p>Ирландский терьер — такая уж это порода — в любых обстоятельствах повинуется голосу своего хозяина. И окрик Кеннана немедленно отрезвил Майкла и Джерри. Они разлетелись в разные стороны и, хотя какие-то глухие звуки все еще перекатывались в их глотках, воздерживались от взаимного нападения, покуда не очутились на земле. Стычка эта, длившаяся лишь какую-то долю секунды, все же помешала им узнать друг друга. Теперь оба пса стояли, все еще ощетинившись, до смешного крепко упираясь лапами в землю, но уже усиленно втягивали воздух ноздрями.</p>
     <p>— Они узнали друг друга! — воскликнула Вилла. — Подожди, подожди, посмотрим, что будет дальше.</p>
     <p>Что касается Майкла, то его не удивлял тот несомненный факт, что Джерри возвратился из небытия. Последнее время такие случаи участились, и поражали его не они, а их таинственная связь. Если мужчина и женщина, которых он в последний раз видел в Тулаги, а теперь вот еще и Джерри вернулись из небытия, значит, в любую минуту мог вернуться и, видимо, вернется его обожаемый стюард.</p>
     <p>Не отзываясь на приветствие Джерри, Майкл нюхал воздух и оглядывался в поисках стюарда. Первый порыв дружелюбных чувств у Джерри принял форму непременного желания бегать. Он залаял, приглашая брата следовать за собой, сделал несколько прыжков, прискакал обратно, игриво шлепнул Майкла передней лапой и снова умчался.</p>
     <p>Майкл столько лет не бегал на свободе с другой собакой, что поначалу даже не понял, чего хочет от него Джерри. Но таково уж собачье обыкновение — изливать свою радость в прыжках и беготне, а Майкл унаследовал это от Бидди и Терренса, признанных чемпионов бега на Соломоновых островах. Поэтому, когда Джерри, вторично шлепнув его лапой, еще раз призывно залаял и помчался прочь, описывая на бегу соблазнительный полукруг, Майкл невольно последовал за ним, правда, довольно медленно. Но в отличие от Джерри он не лаял и после десятка-другого прыжков остановился и поглядел на Виллу и Гарлея, как бы испрашивая у них позволения.</p>
     <p>— Валяй, Майкл, валяй, — добродушно крикнул Гарлей и тут же повернулся к нему спиной, чтобы помочь Вилле выйти из машины.</p>
     <p>Майкл скакнул и понесся прочь; давно не испытанная смутная радость обуяла его, когда он догнал Джерри и помчался рядом с ним. Но Джерри радовался куда больше, — он летел стремглав, бесновался, толкал Майкла, на лету извивался всем телом, прядал ушами, взвизгивал. Кроме того, Джерри лаял, а Майкл нет.</p>
     <p>— Раньше он тоже лаял, — заметила Вилла.</p>
     <p>— И больше, чем Джерри, — добавил Гарлей.</p>
     <p>— Они отучили его лаять, — сказала она. — Видно, этот пес прошел через страшные испытания, раз он больше не лает.</p>
     <p>Зеленая калифорнийская весна уже перешла в бурое лето, когда Джерри, вечно бегавший по лугам и долам, познакомил Майкла с самыми глухими уголками и самыми высокими горами ранчо в Лунной долине. Пышный ковер полевых цветов поблек на обожженных солнцем склонах, маки из оранжевых стали светло-золотистыми, и стройные марипозы склонялись на ветру среди иссохшей травы, сверкая, как яркокрылые бабочки, опустившиеся на мгновение, перед тем как снова взлететь. А Майкл, постоянный спутник неутомимого Джерри, все время кого-то искал и не находил.</p>
     <p>— Он что-то ищет, упорно ищет, — говорил Гарлей Вилле. — Что-то, чего здесь нет. Хотел бы я знать, что это такое.</p>
     <p>Майкл искал и не находил стюарда, которого небытие скрыло и не отпускало. Но если бы Майкл мог совершить десятидневное путешествие по Тихому океану до Маркизских островов, он сыскал бы своего стюарда, а заодно еще Квэка и Старого моряка. Все трое беззаботно жили в земном раю на острове Тайохаэ. Поблизости от их тростниковой хижины, приютившейся под высокими авокадо, Майкл нашел бы множество разных домашних баловней: кошек с котятами, свиней, осликов, пони, парочку попугаев-неразлучек и даже несколько озорных обезьянок; только собак и какаду не было среди этого зверья. Дэг Доутри в самых энергичных выражениях объявил, что собаками он больше обзаводиться не намерен, ибо ни одна собака на свете не сравнится с Киллени-боем. А Квэк, со своей стороны, не вдаваясь ни в какие объяснения, наотрез отказывался покупать какаду, привозимых в Тайохаэ матросами торговых шхун.</p>
     <p>Майкл упорно не оставлял своих поисков, взбегая по горным тропинкам или скатываясь в глубокие каньоны, он всегда ждал стюарда, ежеминутно готов был к встрече с ним или к тому, что вот-вот почует неповторимый запах, который и приведет его к обожаемому богу.</p>
     <p>— Все что-то ищет, ищет, — с любопытством говорил Гарлей Кеннан, скача верхом рядом с Виллой и наблюдая за нескончаемыми поисками Майкла. — Ну Джерри, тот, я понимаю, выслеживает зайцев и лисьи тропы, но Майкла ведь это все нисколько не интересует. Он за зверем не гонится, а ведет себя так, словно потерял бесценное сокровище и сам не знает, где теперь его искать.</p>
     <p>Благодаря Джерри Майкл узнал многообразную жизнь полей и лесов. Носиться на воле вместе с Джерри, казалось, было единственным его удовольствием, ибо он никогда не играл. Игры для него более не существовало. Не то, чтобы он был мрачен или подавлен годами, проведенными на арене и в школе страданий Коллинза, нет, но теперь его отличительными чертами стали спокойствие и покорность. Он окончательно утратил былую веселую непосредственность. Старая рана, нанесенная ему леопардом, ныла в сырую и холодную погоду. Так и душа Майкла ныла от перенесенных обид. Он любил Джерри, любил носиться с ним по горам и долам, но вожаком оставался Джерри. Джерри с шумом поднимал зверя, Джерри, дрожа от нетерпения, заливался негодующим лаем при виде белки, скачущей по деревьям на высоте сорока футов. Майкл в таких случаях тоже задирал голову и прислушивался, но в неистовство не приходил.</p>
     <p>Так же спокойно наблюдал он за уморительными стычками между Джерри и Вождем Норманнов — громадным першероном. Это, конечно, была игра, так как на самом деле Джерри и Вождь Норманнов были закадычными друзьями; гигантский жеребец, прядая ушами и раскрыв пасть, как бешеный, кружился по загону вслед за Джерри, отнюдь не злоумышляя против него, а просто так — для игры. Но Майкл, несмотря на все призывы брата, участия в этих забавах не принимал. Он довольствовался тем, что смирно сидел по ту сторону забора и наблюдал за обоими друзьями.</p>
     <p>«Зачем все это?» — казалось, спрашивал Майкл, давно уже отученный от игры.</p>
     <p>Но когда дело доходило до серьезной работы, он оказывался впереди Джерри. По случаю эпидемии ящура чужим собакам был строго-настрого воспрещен доступ на территорию кеннановского ранчо. Майкл быстро это смекнул и стал беспощадно расправляться с бродячими псами. Он не лаял, не рычал, — в зловещем молчании налетал он на непрошеных гостей, сбивал их с ног, кусал и, предварительно вываляв в пыли, выпроваживал за пределы ранчо. Это напоминало ему его расправы с неграми; так он служил богам, которым был привержен и которые именно этой службы и ждали от него.</p>
     <p>Вилла и Гарлей не внушали ему той всепоглощающей страсти, которую он испытывал к стюарду, но он полюбил их преданной, спокойной любовью. Он не считал нужным извиваться всем телом, корчиться и визжать от восторга, выражая им свои чувства, — это предоставлялось Джерри. Но он всегда с удовольствием находился возле них и радовался, когда они, приласкав Джерри, ласкали и его. Счастливейшими минутами его жизни были теперь минуты, когда он сидел у камина подле Виллы или Гарлея, положив голову на колени кому-нибудь из них и ожидая, что ласковая рука вот-вот опустится на его лоб и потреплет сморщенное ухо.</p>
     <p>Джерри обожал играть с детьми, бывавшими у Кеннанов. Майкл терпел детей, лишь покуда они оставляли его в покое. Но стоило им начать фамильярничать с ним, как шерсть у него на спине становилась дыбом, он издавал глухое рычание и надменно удалялся.</p>
     <p>— Ничего не понимаю, — говорила Вилла, — ведь не было собаки игривее, веселей, задорнее Майкла. Он был куда глупее Джерри, легче возбуждался и производил несравненно больше шума. Если бы он мог говорить, он, наверно, рассказал бы нам страшные подробности о своей жизни со времен Тулаги и до того дня, когда мы нашли его в «Орфеуме».</p>
     <p>— По этим отметинам можно о многом догадываться, — отвечал Гарлей, указывая на плечо Майкла, разодранное леопардом в день гибели эрделя Джека и маленькой зеленой обезьянки Сары.</p>
     <p>— И он лаял, я отлично помню, что он часто лаял, — продолжала Вилла. — Почему же он теперь не лает?</p>
     <p>Гарлей, показав глазами на плечо Майкла, заметил:</p>
     <p>— Вот тебе ответ. И не исключено, что он испытал еще множество страданий, не оставивших заметных следов.</p>
     <p>Но вскоре настало время, когда они услыхали лай Майкла, и не один раз, а дважды.</p>
     <p>И все это было пустяком по сравнению с тем случаем, когда Майкл без лая сумел на деле доказать свою любовь и приверженность людям, которые спасли его от клетки и рампы для привольной жизни в Лунной долине.</p>
     <p>Еще до этого события Майкл, бегая с утра до ночи вместе с Джерри по ранчо, изучил его вдоль и поперек — от птичьего двора и утиных прудов до самой вершины горы Сонома. Теперь он знал, где в пору любви укрываются олени, в какое время года они совершают набеги на виноградники и фруктовые сады, когда уходят в глубокие, недоступные каньоны или носятся по лесным просекам на склонах холмов и самцы в жестоких боевых схватках сшибают и обламывают рога друг другу. Под водительством Джерри, в качестве сопровождающего неотступно следуя за ним по узким тропинкам, Майкл изучил все повадки лис, енотов, ласок и кошачьих хорьков, соединяющих в себе особенности и свойства кошек, енотов и ласок. Он узнал о существовании птиц, гнездящихся на земле, и до тонкости изучил разницу в нравах луговой и горной перепелки и фазанов. Он проник во все хитрости одичавших домашних кошек и разведал их логовища, а также узнал о любви между собаками с горных ферм и койотами.</p>
     <p>Он прознал о появлении кугуара, забредшего на земли ранчо из округа Мендосино, еще до того, как тот зарезал первого теленка, и вернулся домой после этой встречи израненный и окровавленный, так что на следующий день Гарлей Кеннан, прихватив винтовку, поехал по следам зверя. Майкл знал и то, чего не знал Кеннан и во что он бы никогда не поверил, а именно, что в чаще горного леса, в расселине среди камней, гнездились гремучие змеи, зимой уходившие в нору, а летом выползавшие из нее, чтобы погреться на солнышке.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тридцать шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Прелестная мягкая зима установилась в Лунной долине. Последние марипозы исчезли с выжженных солнцем лугов, и позднее калифорнийское лето растворилось в безветрии красноватого марева. Потом заладили тихие дожди, и снег лег на вершину горы Сонома. Утренний воздух был теперь прозрачным и колючим, но в полдень все обитатели ранчо искали тени; в саду же под лучами зимнего солнца цвели розы и золотистой желтизной наливались апельсины, грейпфруты и лимоны. А на тысячу футов ниже, в самой глубине долины, трава и деревья по утрам покрывались инеем.</p>
     <p>Итак, Майкл залаял дважды. В первый раз, когда Гарлей Кеннан во время верховой прогулки пытался заставить своего горячего гнедого жеребца перепрыгнуть узкий горный ручей. Вилла была на другом берегу и, сдерживая свою лошадь, спокойно наблюдала за тем, как Гарлей школит жеребца. Майкл находился подле Гарлея и тоже выжидал. Запыхавшись от стремительного бега, он было прилег на берегу ручья. Но недоверие к лошадям и страх за Гарлея заставили его быстро вскочить на ноги. Гарлей терпеливо, хотя в то же время и настойчиво, понуждал жеребца перепрыгнуть ручей. Он не очень натягивал поводья, и голос его звучал мягко, но горячий чистокровный конь упорно уклонялся от прыжка и весь покрылся потом и пеной. Бархатистая трава на берегу была уже вытоптана его копытами, но страх его перед ручьем был так силен, что, пущенный галопом, он вдруг круто остановился и взвился на дыбы. Этого Майкл уже не стерпел.</p>
     <p>Едва передние ноги жеребца коснулись земли, как Майкл подскочил к нему и… залаял. В этом лае слышалось порицание и угроза, и, когда конь вторично поднялся на дыбы, Майкл подпрыгнул вслед за ним и лязгнул зубами у самой его морды.</p>
     <p>Вилла подскакала к берегу с противоположной стороны и крикнула:</p>
     <p>— Бог мой! Ты только послушай! Ведь он лает!</p>
     <p>— Он боится, как бы жеребец не сбросил меня, — отвечал Гарлей, — и выражает свой гнев. Он отнюдь не разучился лаять. Этот лай — настоящая нотация жеребцу.</p>
     <p>— Ну, если он вцепится ему в нос, это будет уже нечто большее, чем нотация, — заметила Вилла. — Осторожней, Гарлей, а то он непременно это сделает.</p>
     <p>— Спокойно, Майкл! Ложись, — приказал Гарлей. — Все в порядке. Говорят тебе, все в порядке! Ложись!</p>
     <p>Майкл повиновался, но очень неохотно; мускулы его трепетали, он не спускал глаз с жеребца, готовый к прыжку, в случае если Гарлею будет угрожать опасность.</p>
     <p>— Если я уступлю ему сейчас, он никогда не выучится брать препятствия, — сказал Гарлей жене, пуская коня галопом, чтобы отъехать от берега на необходимую для прыжка дистанцию. — Я либо заставлю его прыгнуть, либо полечу с седла вниз головой!</p>
     <p>Он подскакал к берегу во весь опор, и жеребец, не в состоянии остановиться, но все же стремясь избежать пугавшего его ручья, прыгнул и неожиданно для самого себя очутился на другой стороне, на расстоянии добрых двух ярдов от воды.</p>
     <p>Второй раз Майкл залаял, когда Гарлей, верхом на том же норовистом жеребце, пытался закрыть калитку на отвесной горной тропе. Видя опасность, грозящую его богу и господину, Майкл из последних сил старался удержаться, но не стерпел и, подлетев к самой морде коня, залился неистовым лаем.</p>
     <p>— Так или иначе, но его лай помог мне, — заметил Гарлей, справившись наконец с неподатливой калиткой. — Видно, Майкл пригрозил жеребцу хорошенько расправиться с ним за неповиновение.</p>
     <p>— Во всяком случае, теперь мы знаем, что он не молчальник, хотя и не отличается разговорчивостью, — заметила Вилла.</p>
     <p>Разговорчивее Майкл со временем не стал. Он залаял всего два раза, когда его бог и господин был, по его мнению, в опасности. Он никогда не лаял на луну, не отвечал лаем на горное эхо и таинственные шорохи в кустах. Зато Джерри непрерывно перекликался с эхом, долетавшим до дома Кеннанов. Слушая эту перекличку, Майкл со скучающим видом, лежа в сторонке, дожидался, покуда она кончится. Не лаял он и нападая на бродячих собак, осмелившихся появиться в границах ранчо.</p>
     <p>— Он бьется, как бывалый солдат, — сказал однажды Гарлей, наблюдавший за такой схваткой, — хладнокровно и не утрачивая самообладания.</p>
     <p>— Он постарел раньше времени, — отвечала Вилла, — и утратил вкус к игре и разговору. Но я все равно знаю, что нас с тобой он любит…</p>
     <p>— Хотя и не очень-то выказывает свою любовь, — закончил за нее муж.</p>
     <p>— Эта любовь светится в его спокойных глазах, — добавила Вилла.</p>
     <p>— Майкл напоминает мне одного участника экспедиции, лейтенанта Грили <a l:href="#n_495" type="note">[495]</a>, которого я знавал, — заговорил Гарлей. — Это был рядовой солдат и один из немногих, кто вернулся домой. Ему столько пришлось испытать в жизни, что он стал угрюмым, как Майкл, и таким же неразговорчивым. Большинству людей, не понимавших его, он казался скучным. На деле же имело место обратное. Они были скучны ему, так как до смешного мало знали о жизни, которую он-то досконально изведал. Из него, бывало, слова не вытянешь. И не потому, что он разучился говорить, а потому, что говорить с людьми непонимающими не имеет смысла. Умудренный жизненным опытом, он замкнулся в себе. Но достаточно было взглянуть на него, чтобы понять — этот человек прошел через все круги ада и познал тысячи ледяных смертей. Глаза у него были такие же спокойные, как у Майкла. И такие же мудрые. Чего бы я только не отдал, чтобы узнать, откуда у Майкла этот шрам на плече. По-моему, это работа тигра или льва.</p>
     <p>Человек, подобно кугуару, встреченному Майклом в горах, явился из округа Мендосино и брел глухими горными тропами, заходя в населенные долины лишь по ночам из боязни встретиться с людьми. Подобно кугуару, человек этот был враг людям, и люди были врагами ему. Люди хотели отнять у него жизнь, ибо этой жизнью он причинил им больше зла, чем может причинить кугуар, убивающий телят, чтобы утолить свой голод.</p>
     <p>Подобно кугуару, человек этот был убийцей, с той только разницей, что его приметы и описания совершенных им преступлений были помещены во всех газетах, и люди интересовались им куда больше, чем кугуаром. Кугуар резал телят на горных пастбищах. Человек этот, чтобы ограбить почту, зарезал целую семью — почтмейстера, его жену и троих детей, живших в квартирке над почтовой конторой горной деревушки Чисхольм.</p>
     <p>Уже две недели преступник скрывался от преследователей. Последний переход, с гор Русской реки через плодородную и густо населенную долину Санта-Роса, привел его к горе Сонома. Два дня, забившись в дикий и неприступный уголок ранчо Кеннанов, человек отдыхал и отсыпался. У него был с собой пакетик кофе, захваченный в последнем из ограбленных им домов. На мясо ему пошла одна из ангорских коз Гарлея Кеннана. Обессиленный, он проспал сорок восемь часов кряду, просыпаясь только затем, чтобы с жадностью наброситься на козлятину, выпить кофе, все равно, холодного или горячего, и вновь погрузиться в тяжелый сон, полный кошмарных видений.</p>
     <p>Тем временем цивилизация, пользуясь всеми доступными ей средствами и хитроумными изобретениями, включая электричество, напала на его след. Электричество сплошным кольцом окружило его. Телефон сообщил о его местонахождении в далеком каньоне горы Сонома; и окрестные горы тотчас же были оцеплены отрядами полиции и вооруженных фермеров. Человек, который мог убить любого из здешних жителей, заблудившегося в горах, страшил их больше, чем кугуар. По телефону на ранчо Кенианов и на других ранчо в окрестностях Сонома то и дело велись взволнованные разговоры или передавались распоряжения, касающиеся поимки убийцы.</p>
     <p>Случилось так, что, когда вооруженные отряды начали прочесывать горную чащу и человек среди бела дня ринулся в Лунную долину, чтобы, миновав ее, сыскать себе убежище в горах, отделявших ее от долины Напа, Гарлей Кеннан отправился в путь на прекрасно объезженном чистокровном жеребце. Гарлей не искал следов человека, убившего семью почтмейстера в Чисхольме. Он знал, что горы и без него кишат добровольными преследователями, так как целый отряд их накануне ночевал у него на ранчо. Итак, встреча Гарлея Кеннана с тем человеком была случайной и непредвиденной.</p>
     <p>Для убийцы же это была уже не первая встреча с жителем здешних мест. Прошлой ночью он заметил костры преследователей. На рассвете, спускаясь по юго-западному склону в направлении Петалумы, он столкнулся с пятью отрядами фермеров, вооруженных винчестерами и дробовиками. Спасаясь от их преследования, убийца напоролся на толпу мальчишек из Глен Эллена и Калиенте. Мальчишкам не удалось подстрелить его, так как их ружья годились только для охоты На белок и ланей, но они изрешетили ему всю спину дробью; дробинки, застрявшие под кожей, до безумия раздражали человека. Спасаясь бегством по крутому склону, он угодил прямо в стадо короткорогих быков, которые, испугавшись куда сильнее, чем он, сбили его с ног и, перескакивая через него в паническом страхе, копытами растоптали его винтовку. Безоружный, отчаявшийся, страдающий от бесчисленных ранений и ушибов, он долго кружил по оленьим тропам, перебрался через два каньона и начал спускаться в третий.</p>
     <p>В то время как он спускался, по той же тропинке подымался вверх репортер. Репортер этот — что про него сказать? — был обыкновенным горожанином, знал только городскую жизнь и никогда до сих пор не принимал участия в охоте на человека. Кобылка, которую он взял напрокат в долине, едва передвигавшая ноги от старости, давным-давно утратила повадки норовистой лошади и теперь стояла совершенно спокойно, пока какой-то человек со страшным и свирепым лицом, выскочивший из-за крутого поворота, стаскивал с седла сидевшего на ней репортера. Репортер огрел злоумышленника хлыстом. И тут ему задали такую трепку, какие, судя по его ранним репортерским заметкам, он нередко наблюдал в матросских кабачках и какую ему впервые пришлось испытать на собственной шкуре.</p>
     <p>К великому разочарованию злоумышленника, единственным оружием его жертвы оказались карандаш и блокнот. Задав по этому случаю еще дополнительную трепку репортеру и предоставив ему оплакивать среди папоротников свою незадачу, злоумышленник вскочил на лошаденку, подбодрил ее репортерским хлыстом и стал спускаться дальше.</p>
     <p>Джерри, гораздо более страстный охотник, чем Майкл, убежал далеко вперед в то утро, когда оба пса сопровождали Гарлея Кеннана, выехавшего верхом на прогулку. Майкл, по пятам следовавший за лошадью Гарлея, не заметил и не понял, с чего все началось. И совершенно так же не понял этого Гарлей. Там, где крутой откос футов в восемь вышиной нависал над тропинкой, Гарлей и его гнедой жеребец сквозь заросли мансаниты заметили нечто непонятное. Всмотревшись попристальнее, Гарлей увидел упирающуюся лошадь и всадника, казалось, повисшего в воздухе над ним. Гарлей пришпорил своего жеребца, чтобы отскочить в сторону, так как успел заметить расцарапанные руки, изодранную одежду, дико горящие глаза и ввалившиеся, обросшие щеки человека, преследуемого своими собратьями.</p>
     <p>Лошаденка под злоумышленником упиралась изо всех сил, не желая прыгать с крутого откоса. Она слишком хорошо знала, как отзовется такой прыжок на ее разбитых ногах и ревматических суставах, и упорно зарывалась копытами в мягкий мох, но под конец все-таки прыгнула, испугавшись падения, ударила плечом бесновавшегося жеребца и сбила его с ног. Гарлей Кеннан сломал ногу, — ее прижало к земле всей тяжестью коня, а у судорожно дергавшегося на земле жеребца был сломан хребет.</p>
     <p>Новое разочарование ждало человека, преследуемого целым вооруженным краем: последняя его жертва, так же как и репортер, была безоружна. Рыча от злобы, он спешился и изо всей силы пнул беспомощного Кеннана в бок. Он поднял было ногу и для второго удара, но тут вмешался, вернее, вцепился Майкл, прокусив чуть ли не до кости занесенную для удара ногу.</p>
     <p>Человек с проклятием отдернул ногу, в клочья разорвав штанину.</p>
     <p>— Молодец пес! — похвалил Майкла Гарлей, неподвижно лежавший под тушей жеребца. — Эй ты, Майкл, — продолжал он, переходя на жаргон Южных мерей, — гони в шею этого парня!</p>
     <p>— Я тебе сейчас башку расшибу, — сквозь зубы прорычал злоумышленник.</p>
     <p>Беспощадный и злобный дикарь, он теперь готов был разрыдаться. Долгое преследование, злоба и борьба в одиночку против всего человечества надломили силы убийцы. Он был окружен врагами. Даже дети возмутились против него и изрешетили ему спину дробью, молодые бычки потоптали его копытами и сломали его ружье. Все, все было в заговоре против него. А теперь еще собака вцепилась ему в ногу. Видно, это уже конец. Впервые он почувствовал приближение смерти. Все против него. Истерическая потребность разрыдаться овладела им, а отчаявшегося человека истерия может подвигнуть на самые дикие и страшные поступки. Без всяких на то причин он приготовился выполнить свою угрозу — прикончить Кеннана. Неважно, что Гарлей Кеннан ему ничего худого не сделал. Неважно, что, напротив, это он напал на Кеннана, что по его вине тот свалился с лошади и сломал себе ногу. Гарлей Кеннан был человек, а ему внушал ненависть весь род человеческий. И сейчас ему почему-то казалось, что, убив Кеннана, он хоть отчасти отомстит за себя человечеству. Умирая, он хотел потащить с собой всех, кого только возможно.</p>
     <p>Но прежде чем он успел ударить распростертого на земле Кеннана, Майкл снова налетел на него. Вторая нога и вторая штанина в мгновение ока были разорваны в клочья. Отчаянным ударом в грудь ему удалось высоко подбросить собаку, и Майкл покатился вниз с крутого откоса. Падая, он, на беду, не достиг земли, а повис в воздухе, зажатый, как рогаткой, ветвями мансаниты.</p>
     <p>— Ну, теперь, — угрюмо заявил человек, — я сдержу свое слово и расшибу тебе башку.</p>
     <p>— А я ведь вам ничего худого не сделал. — Гарлей попытался вступить с ним в переговоры. — Убивайте меня, если вам это нужно, но я хотел бы все-таки узнать, за что меня убивают.</p>
     <p>— За то, что все вы охотитесь за мной, — зарычал человек, приближаясь к нему. — Я вашу породу знаю. Вы все травите меня; а что я могу один против всех? Ну вот теперь хоть с тобой сквитаюсь.</p>
     <p>Кеннан прекрасно отдавал себе отчет в серьезности положения. Он был совершенно беспомощен, а безумный человекоубийца собирался прикончить его, прикончить зверски и беспощадно. Майкл, не менее беспомощный, чем он, висел головой вниз в кустах, зажатый поперек туловища, и хотя он отчаянно бился и извивался, но подоспеть к нему на помощь, конечно, не мог.</p>
     <p>Человек замахнулся, чтобы ударить Гарлея в лицо, но тот закрылся руками; и прежде чем убийца успел нанести ему второй удар, на поле битвы появился Джерри. Он не стал дожидаться поощрения или приказаний своего господина. Он накинулся на убийцу, вонзился зубами ему в пояс и повис на нем всей своей тяжестью, едва не свалив его на землю.</p>
     <p>Вне себя от ярости человек бросился на Джерри. И правда, весь мир ополчился на него. Вот уж и собаки сыплются прямо с неба. И тут же его слух уловил шум голосов, перекликавшихся на склонах Сономы, — обстоятельство, которое заставило его изменить свое намерение. Это те люди угрожали ему смертью, и от них он должен был спасаться. Пинком отшвырнув Джерри, человек вскочил на репортерскую лошаденку, которая продолжала меланхолически стоять на том же месте, где он слез с нее.</p>
     <p>Она неохотно заковыляла на своих негнущихся ногах, а ощеренный Джерри, рыча, бросился за ней; ярость его была так велика, что рычание временами переходило в громкий визг.</p>
     <p>— Ничего, ничего, Майкл, — успокаивал собаку Гарлей. — Не волнуйся. Не растрачивай понапрасну силы. Беда миновала. Кто-нибудь обязательно проедет здесь и выручит нас обоих.</p>
     <p>Но не успел он это сказать, как более слабая из двух образовавших рогатку веток обломилась, и Майкл полетел наземь, от растерянности — даже вниз головой.</p>
     <p>В следующую же секунду он вскочил на ноги и помчался по направлению, откуда слышался неистовый лай Джерри. Внезапно этот лай перешел в пронзительный болезненный визг; Майкл уже не бежал, а летел. Через несколько мгновений он увидел Джерри, распростертого на земле. Злополучная лошаденка на скаку оступилась, чуть не упала и, пытаясь удержаться на ногах, нечаянно раздробила переднюю лапу Джерри.</p>
     <p>Человек оглянулся и, увидев Майкла, решил, что это уже третья собака, невесть откуда взявшаяся. Но собаки его не страшили. Гибель ему несли не собаки, а люди, вооруженные дробовиками и карабинами. Однако боль в окровавленных ногах, искусанных Майклом и Джерри, сейчас заставляла его так же остро ненавидеть собак.</p>
     <p>«Еще один пес», — с горечью подумал он и вытянул Майкла хлыстом поперек морды.</p>
     <p>К величайшему его удивлению, эта собака не вздрогнула от удара. Боль не заставила ее ни взвизгнуть, ни взвыть. Она не залаяла, не зарычала, не огрызнулась, но подлетела к всаднику так, словно он и не ударил ее, словно хлыст просвистел в воздухе, не коснувшись ее головы. Когда Майкл подскочил к его правой ноге, он снова ударил его между глаз. Оглушенный ударом, Майкл опустился на землю, но тут же пришел в себя и длинными прыжками помчался вслед за всадником.</p>
     <p>Между тем тот отметил поразительное явление. Наклоняясь с седла, чтобы полоснуть Майкла хлыстом, он увидел, что пес не закрыл глаза, ожидая удара. Более того, он не вздрогнул, не моргнул, когда хлыст засвистел над его головой. Это было уже просто страшно. Таких собак он не видывал. Майкл опять взвился, человек ударил его хлыстом — зловещее молчание! Собака, не дрогнув и не сморгнув, снесла удар.</p>
     <p>Новый, доселе неведомый ему страх охватил человека. Неужели это конец, конец после всего, что он пережил? Неужели этот зловеще молчащий пес уничтожит его, довершит то, что не удалось людям? Он даже потерял уверенность в том, что это живая, реальная собака. Может быть, это страшный мститель из потустороннего мира, посланный на землю затем, чтобы прикончить его на этой тропе, которую он считал теперь тропою смерти? Нет, это не живая собака! Безусловно, нет! Не может быть на свете собаки, которая снесла бы жестокий удар кнутом, не вздрогнув, не отпрянув назад.</p>
     <p>Собака еще дважды бросалась на него, дважды он наносил ей жестокие, меткие удары — и всякий раз собака молча и уверенно повторяла нападение. Охваченный необоримым страхом, человек так бил каблуками впалые бока своей лошаденки, так отчаянно колотил ее по голове, что она пустилась в галоп, каким не ходила уже много лет. Страх охватил даже эту полуживую клячу. Конечно, это был не страх перед собакой, — она-то отлично понимала, что за ними гонится самый обыкновенный пес, — но страх перед всадником. Ноги ее давно были разбиты, суставы одеревенели по милости пьяных ездоков, бравших ее напрокат из конюшни. И вот теперь она опять несет на себе пьяного и безумного ездока, и он изо всех сил вонзает каблуки в ее бока и нещадно колотит ее по морде, по носу, по ушам.</p>
     <p>Лошадь выбивалась из сил, но все же бежала не настолько быстро, чтобы оставить позади Майкла, хотя ему только изредка удавалось подскочить к ноге ездока. На каждый прыжок Майкла человек отвечал полновесным ударом хлыста, настигавшим его еще в воздухе. И хотя челюсти Майкла сжимались почти у самой ноги человека, но он всякий раз бывал отброшен назад и снова должен был собираться с силами и мчаться вслед за скачущей лошадью и обезумевшим от страха ездоком.</p>
     <p>Энрико Пикколомини видел эту гонку, более того — сам присутствовал при ее финише; она явилась величайшим событием в его жизни, которое не только сделало его зажиточным человеком, но и дало ему пищу для нескончаемых рассказов. Энрико Пикколомини был лесорубом на ранчо Кеннанов. Стоя на холме, откуда открывался вид на дорогу, он сначала услышал топот копыт и свист хлыста, затем увидел бешеную гонку и борьбу, в которой участвовали человек, лошадь и собака. Когда все они очутились у подножия холма на расстоянии каких-нибудь двадцати футов от него, он заметил, как собака прямо прыгнула под удар кнута и вцепилась в ногу человека, сидевшего на лошади. И тут же своими глазами увидел, что собака, падая на землю, тяжестью своего тела наполовину стащила человека с седла. Человек, пытаясь удержаться, изо всех сил уцепился за поводья. Лошадь взвилась на дыбы, зашаталась, споткнулась, и всадник, окончательно потеряв равновесие, полетел на землю вслед за собакой.</p>
     <p>— И тут они оба, словно два пса, катились по земле, — рассказывал Пикколомини много лет спустя, сидя за стаканом вина в своей маленькой гостинице в Глен Эллене. — Собака выпустила ногу человека и вцепилась ему в глотку. А человек подмял ее под себя и тоже сдавил ей горло обеими руками — вот так. Собака не издавала ни звука. За все время — ни звука. А когда он стал душить ее — и подавно. Такая уж это собака. Что ты с ней ни делай — молчит. Ну, а лошадь стоит рядом, смотрит и еле дышит. Очень, очень странно все это выглядело.</p>
     <p>А человек-то, видно, спятил, думаю я. Только сумасшедший может сделать такое: оскалился, как пес, и давай кусать собаку в лапы, в нос, в брюхо. Он кусает собаку в нос, а она его в щеку. Они дрались, как черти, а пес даже царапался задними лапами, точно кошка. Он, как кошка, разодрал рубаху на человеке, разодрал и кожу у него на груди, так что вся грудь пошла красными полосами. Человек то воет, то рычит, как кугуар. И все время знай душит собаку. Да, чертовская была, потасовка.</p>
     <p>Смотрю, собака-то мистера Кеннана. Мистер Кеннан хороший человек, я у него тогда уж два года работал. Что ж, прикажете мне стоять и смотреть, как какой-то бродяга, точно кугуар, разрывает на части собаку мистера Кеннана? Я опрометью кинулся с холма, да второпях позабыл свой топор. Так вот, значит, сбежал я с холма — расстояние было, как от этой двери до той, — футов двадцать или тридцать от силы. А собаке-то уж, можно сказать, конец приходит. Язык болтается, глаза мутные, а все дерет грудь этого бродяги когтями, а он рычит — ну точь-в- точь кугуар.</p>
     <p>Что тут делать? Топор остался наверху. Человек вот-вот прикончит пса. Смотрю, нет ли где хорошего камня. Как назло, ни единого камешка. Может, хоть палка найдется? И палки нет. А собака уж при последнем издыхании. Ну, тут я не будь дурак — как стукну этого парня. Сапоги у меня тогда были тяжеленные, не то что вот эти, а как положено лесорубу, на толстой кожаной подметке да еще с железными гвоздями. Я как дам этому малому по шее возле правого уха. Один только разок. Но уж больно здорово. Я ведь место знаю — как раз под правое ухо.</p>
     <p>Ну, он и выпустил пса. А сам закрыл глаза, открыл рот и лежит, не шелохнется. Гляжу — пес уж маленько отдышался, поднабрался сил и опять хочет кинуться на парня. Но я говорю: «Нельзя», — хоть сам до смерти боюсь этой собаки. Человек тоже начал оживать, открыл глаза и глядит на меня, как кугуар. И носом так же сопит. Я уж не знаю, кого больше бояться, человека или пса. Что же мне делать? Топор-то я позабыл. Сейчас скажу, что я удумал. Дал парню еще раз в ухо, потом снял с себя ремень, достал из кармана носовой платок, пестрый такой, и скрутил ему руки и ноги. И все время я говорил собаке «нельзя», чтобы она не бросалась на парня. Собака сидит и смотрит на меня, — понимает ведь, что я ей друг, раз связываю этого бродягу. И не кусается, хотя я боюсь ее до смерти. Очень уж страшный пес. Ведь я-то видел, как он стащил с седла эдакого здоровенного парня, сильного, точно кугуар.</p>
     <p>А тут и люди подоспели, с ружьями, револьверами, карабинами. Ну, я сначала подумал, что больно уж скор суд в Соединенных Штатах: не успел я треснуть этого малого по башке, как меня уже собираются тащить в тюрьму. Поначалу я ровно ничего не понял. Все на меня злятся, как только не обзывают меня, ругаются, а не арестовывают. Ага! Я начал соображать, в чем дело. Слышу, что-то они все говорят о трех тысячах. Я, мол, украл у них три тысячи долларов. Ну, я и говорю, что это неправда. Я сроду цента ни у кого не украл. А они как расхохочутся! Тут у меня от сердца отлегло, и я понял, что эти три тысячи долларов — награда, ее правительство назначило за поимку человека, которого я связал своим ремнем и носовым платком, пестрым таким. И эти три тысячи долларов мои, потому что я дал ему в ухо и связал его по рукам и ногам.</p>
     <p>Так вот я и перестал работать у мистера Кеннана. Теперь я богатый человек. Три тысячи долларов достались мне, и мистер Кеннан позаботился, чтобы я их получил и чтобы те люди с ружьями их не присвоили. И все за то, что я дал по башке человеку, похожему на кугуара… Вот это судьба! Вот это по-американски! Как я теперь рад, что уехал из Италии и нанялся в лесорубы к мистеру Кеннану. На эти три тысячи я и открыл здесь свою гостиницу. Я знал, что гостиница — прибыльное дело. У моего отца была гостиница в Неаполе, когда я был мальчишкой. Теперь у меня две дочки учатся в средней школе. И автомобиль я себе тоже завел.</p>
     <p>— Господи ты боже мой, да у нас теперь не ранчо, а лазарет! — воскликнула Вилла Кеннан, выходя на широкую террасу, где лежали Гарлей и Джерри; у Гарлея нога в лубках, а у Джерри лапа в гипсе. — А посмотрели бы вы на Майкла, — продолжала она. — Не у вас одних переломаны кости. Я сейчас осматривала его и поняла, что если нос у него не сломан от удара, который он получил, то это просто чудо. Я целый час прикладывала ему горячие компрессы. Покажись-ка, Майкл!</p>
     <p>Майкл не замедлил последовать ее приглашению. Он обнюхал Джерри своим распухшим носом и в знак приветствия помахал хвостом Гарлею, за что тот ласково погладил его по голове.</p>
     <p>— Он пострадал в битве, — заметил Гарлей. — Пикколомини рассказывает, что этот малый нещадно бил его хлыстом, а раз Майкл прыгал на него, то удары, конечно, приходились ему по носу.</p>
     <p>— И тот же Пикколомини говорит, что он ни разу не взвизгнул, а продолжал гнаться за ним, — восторженно подхватила Вилла. — Ты только подумай, такая собачонка, как Майкл, стаскивает с седла убийцу, которого не могли изловить целые отряды вооруженных людей.</p>
     <p>— Для нас он сделал много больше, — спокойно заметил Гарлей. — Если бы не Майкл и Джерри, я не сомневаюсь, что этот безумец проломил бы мне голову, как он грозился.</p>
     <p>— Сам бог послал нам этих собак! — воскликнула Вилла. Глаза ее заблестели, и она тепло пожала руку Гарлея. — Люди все еще не понимают, какое это чудо — собаки, — добавила она и заморгала глазами, чтобы стряхнуть с ресниц непрошеные слезы.</p>
     <p>— И никогда не поймут, — сказал Гарлей, отвечая ей таким же сердечным рукопожатием.</p>
     <p>— Ну, а теперь мы споем тебе, — улыбнулась Вилла. — Я и наши два пса репетировали потихоньку от тебя. Лежи и слушай. Это псалом. Да, да, не смейся. Я не собиралась каламбурить.</p>
     <p>Она нагнулась, притянула к себе Майкла, зажала его между колен, обхватив его голову обеими руками, так что нос его уткнулся ей в волосы.</p>
     <p>— Приготовиться, Джерри! — крикнула она, как заправский учитель пения, требующий внимания от ученика. Джерри повернул голову, понимающе улыбнулся ей глазами и стал ждать.</p>
     <p>Вилла запела псалом, и почти тотчас же вступили собаки. Они выли так музыкально, так мягко, что воем это даже нельзя было назвать. И все, что ушло в небытие, воскресало в памяти собак по мере того, как лилась песня. Пройдя через страну небытия, они вернулись в долины иного мира и вот уже мчались куда-то вместе с утраченной стаей, не забывая в то же время и о божестве из плоти и крови, которое было здесь, с ними, пело, любило их и звалось Виллой.</p>
     <p>— А почему бы нам, собственно, не составить квартет? — спросил Гарлей Кеннан и присоединился к поющим.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Н. Ман</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_060.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_061.jpg"/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Сердца трех</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Предисловие</p>
     </title>
     <p>Надеюсь, читатель извинит меня за то, что я начинаю это предисловие с похвальбы. Дело в том, что эта работа — юбилейная. Ее завершением я отмечаю свое сорокалетие, свою пятидесятую книгу, шестнадцать лет своей писательской деятельности и новое направление в своем творчестве. А «Сердца трех» — это новое направление. До сих пор я, безусловно, не создавал ничего подобного и почти убежден, что и впредь не создам. И я вовсе не намерен скрывать, что горжусь этой работой. А теперь я советовал бы читателю, который любит стремительное развитие действия, перескочить через все то бахвальство, что содержится в предисловии, и погрузиться с головой в повествование, — пусть он потом попробует сказать мне, что от моей книги легко оторваться.</p>
     <p>Для любопытствующих разрешу себе кое-что пояснить. По мере того как кинематограф становился наиболее популярной формой развлечения во всем мире, запас фабул и интриг, накопленный мировой беллетристикой, стал быстро истощаться. Какая-нибудь одна кинокомпания с помощью двух десятков режиссеров способна экранизировать все литературное наследие Шекспира, Бальзака, Диккенса, Скотта, Золя, Толстого и десятков менее плодовитых писателей. А поскольку на свете сотни кинокомпаний, нетрудно сообразить, как скоро они могут столкнуться с нехваткой сырья, из которого фабрикуют кинокартины.</p>
     <p>Право на экранизацию всех романов, рассказов и пьес, издаваемых или подлежащих изданию определенными издательствами или лицами, уже давно куплено и зафиксировано договорами; если же попадается материал, право собственности на который истекло за давностью лет, то он экранизируется с такой же быстротой, с какой матросы, очутившись на берегу, усеянном золотым песком, набросились бы на самородки. Тысячи сценаристов — точнее будет сказать десятки тысяч, ибо нет такого мужчины, женщины или младенца, которые не считали бы себя вполне созревшими для написания сценария, — итак, десятки тысяч сценаристов рыщут по литературе (как охраняемой авторским правом, так и не охраняемой) и хватают журналы чуть ли не из машины, в надежде поживиться какой-нибудь новой сценкой, фабулой или историйкой, придуманной их собратьями по перу.</p>
     <p>Кстати, справедливость требует отметить, что совсем недавно, в те дни, когда сценаристов еще не очень уважали, они надрывались в поте лица за пятнадцать-двадцать долларов в неделю, а случалось, что прижимистые директоры платили им и поштучно: десять-двадцать долларов за сценарий, да еще в пятидесяти случаях из ста не выдавали сценаристам и тех грошей, которые им причитались; бывало и так, что товар, украденный сценаристами, в свою очередь, крали у них не менее бессовестные и беззастенчивые люди, работающие в штате. Так было только вчера, а сегодня я знаю сценаристов, которые имеют по три машины и по два шофера, которые посылают своих детей в самые дорогие школы и вообще обладают устойчивой платежеспособностью.</p>
     <p>В значительной мере именно из-за нехватки беллетристического сырья и начали ценить и уважать сценаристов. На них появился спрос, они получили признание, их стали лучше оплачивать, а от них требовать продукцию более высокого качества. Начались новые поиски материала, выразившиеся, в частности, в попытке завербовать известных писателей для работы в качестве сценаристов. Но то, что человек написал двадцать романов, еще не может служить ручательством, что он способен написать хороший сценарий. Как раз наоборот: очень быстро обнаружилось, что успех в беллетристике — верная гарантия провала на экране.</p>
     <p>Но тут на сцене появляются хозяева кинокомпаний.</p>
     <p>Разделение труда — прежде всего. И вот, связавшись с могущественными газетными объединениями или с отдельными лицами, как это имело место в данном случае, — я имею в виду «Сердца трех», — они заказывают высококвалифицированным сценаристам (даже ради спасения собственной жизни не сумевшим бы написать роман) сценарий, который романисты (даже ради спасения собственной жизни не сумевшие бы написать сценарий) превращают затем в роман.</p>
     <p>Итак, является м-р Чарльз Годдард <a l:href="#n_496" type="note">[496]</a> к некоему Джеку Лондону и говорит ему: «Время действия, место действия и действующие лица определены; кинокомпании, газеты и капитал к нашим услугам; давайте договариваться». И мы договорились. Результат — «Сердца трех». Ни у кого не может возникнуть сомнения в искусстве и мастерстве м-ра Годдарда после того, как я перечислю его творения, перу его принадлежат: «Злоключения Полины», «Приключения Илейн», «Богиня», «Обогащайся, Уоллингфорд» и т. д. Кроме того, имя героини данного романа — Леонсия — тоже им придумано.</p>
     <p>Первые несколько эпизодов он написал на своем ранчо в Лунной долине. Но писал он быстрее, чем я, и закончил свои пятнадцать эпизодов на много недель раньше меня. Да не введет вас в заблуждение слово «эпизод». На первый эпизод ушло три тысячи футов пленки. А на последующие четырнадцать — по две тысячи футов на каждый. В каждом эпизоде около девяноста сцен, что составляет в общем около тысячи трехсот сцен. Итак, мы работали параллельно, каждый над своим куском. Когда я писал какую-то главу, я, естественно, не мог принимать в расчет того, что происходит в следующей или через двенадцать глав, так как я этого не знал. Не знал этого и м-р Годдард. Отсюда неизбежные последствия: нельзя сказать, чтобы повествование в «Сердцах трех» отличалось особой последовательностью, хотя, оно, безусловно, не лишено логики.</p>
     <p>Представьте себе мое изумление, когда я, будучи на Гавайях, вдруг получаю от м-ра Годдарда по почте из Нью-Йорка сценарий четырнадцатого эпизода (я же в то время только еще трудился над литературной обработкой десятого эпизода) и вижу, что мой герой женат совсем не на той женщине! И в нашем распоряжении всего только один эпизод, когда можно избавиться от нее и связать моего героя узами законного брака с единственной женщиной, на которой он может и должен жениться. Как это сделано — прошу посмотреть в последней главе или пятнадцатом эпизоде. Можете не сомневаться, что м-р Годдард надоумил меня, как это сделать.</p>
     <p>Дело в том, что м-р Годдард — мастер по части развития действия и гений по части быстроты. Развитие действия нимало не волнует его. «Изобразить», — спокойно указывает он в авторской ремарке киноактеру. Очевидно, актер «изображает», ибо м-р Годдард тут же начинает нагромождать одно действие на другое. «Изобразить горе!» — приказывает он, или «печаль», или «гнев», или «искреннее сочувствие», или «желание убить», или «стремление покончить жизнь самоубийством». Вот и все. Так и должно быть — иначе, когда же он завершил бы работу и написал свои тысячу триста сцен?</p>
     <p>Но можете себе представить, каково пришлось мне, несчастному, который не мог ограничиться волшебным словом «изобразить», а должен был описать — и притом весьма подробно — все те настроения и положения, которые одним росчерком пера наметил м-р Годдард! Черт побери! Диккенсу не казалось чрезмерным излишеством потратить тысячу слов на описание и возможно более тонкую обрисовку горестных переживаний того или иного из своих героев. А вот м-р Годдард говорит: «Изобразить», — и рабы киноаппарата делают все, что нужно.</p>
     <p>А развитие действия! В свое время я написал не один приключенческий роман, но во всех них вместе взятых вы не найдете столь стремительного развития действия, как в «Сердцах трех».</p>
     <p>Зато теперь я знаю, почему так популярен кинематограф. Я теперь знаю, почему «Г-да Барнес из Нью-Йорка» и «Техасский горшечник» разошлись в миллионах экземпляров. Я теперь знаю, почему какая-нибудь напыщенная агитационная речь может привлечь куда больше голосов, чем самый прекрасный и доблестный поступок или замысел государственного деятеля. Переделка сценария м-ра Годдарда в роман была для меня интересным опытом — и весьма поучительным. Эта работа по-новому осветила давно продуманные мною социологические обобщения, подвела под них новую основу и укрепила их. После этой попытки испробовать свои силы как писатель в новой для себя области я стал понимать душу народа в его массе глубже, чем понимал до сих пор, и осознал — полнее, чем когда-либо, — каким высоким искусством жеста и мимики должен владеть демагог, привлекающий голоса избирателей на свою сторону благодаря своему умению играть на коллективной душе масс. Я буду очень удивлен, если эта книга не получит самого широкого распространения. («Изобразить удивление», — сказал бы м-р Годдард; или: «Изобразить широкое распространение».)</p>
     <p>Если в основе этой авантюры, именуемой «Сердца трех», лежит сотрудничество, я восхищен идеей сотрудничества. Но только — увы! — боюсь, что такого коллегу, как м-р Годдард, можно встретить не чаще, чем одного на миллион. Мы ни разу не перебросились даже словом, у нас не было ни одного спора, ни единой дискуссии. Но в таком случае я, должно быть, и сам — не коллега, а мечта! Разве я не позволил ему — без единого намека на жалобу или возражение — «изображать» все, что ему заблагорассудится, на протяжении 15 эпизодов сценария, 1300 сцен и 31000 футов пленки, а затем 111000 слов, составивших роман? И все-таки теперь, когда я кончил сей труд, я очень был бы рад, если бы не начинал его, — по одной простой причине: мне хотелось бы самому прочесть книгу и посмотреть, как она читается. А меня это очень интересует. Очень.</p>
     <p><emphasis>Джек Лондон</emphasis></p>
     <p><emphasis>Уаикики, Гавайские о-ва,</emphasis></p>
     <p><emphasis>23 марта 1916 года</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <subtitle>СТАРАЯ ПИРАТСКАЯ ПЕСНЯ <a l:href="#n_497" type="note">[497]</a></subtitle>
     <empty-line/>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Кто готов судьбу и счастье</v>
       <v>С бою брать своей рукой,</v>
       <v>Выходи корсаром вольным</v>
       <v>На простор волны морской!</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>П р и п е в:</v>
       <v>Ветер воет, море злится, —</v>
       <v>Мы, корсары, не сдаем.</v>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Нож на помощь пистолету —</v>
       <v>Славный выдался денек!</v>
       <v>Пушка сломит их упрямство,</v>
       <v>Путь расчистит нам клинок.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>П р и п е в.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Славь, корсар, попутный ветер,</v>
       <v>Славь добычу и вино!</v>
       <v>Эй, матрос, проси пощады,</v>
       <v>Капитан убит давно!</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>П р и п е в.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Славь захваченное судно,</v>
       <v>Тем, кто смел, сдалось оно.</v>
       <v>Мы берем лишь груз и женщин,</v>
       <v>Остальное — все на дно!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p><emphasis>Джордж Стерлинг <a l:href="#n_498" type="note">[498]</a></emphasis></p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В это позднее весеннее утро события развивались очень быстро в жизни Френсиса Моргана. Если когда-либо человеку суждено было, переместившись во времени, стать участником жестокой, кровавой драмы, а точнее — трагедии бесхитростных душ, и одновременно свидетелем средневековой мелодрамы, насыщенной сентиментальностью и бурными страстями, свойственными обитателям Латинского Нового Света, то этим человеком Судьба предназначила быть Френсису Моргану, и притом весьма скоро.</p>
     <p>Однако сам Френсис Морган пребывал в ленивом неведении относительно того, что в мире что-то для него готовится, и едва ли был готов встретить надвигавшиеся события. Поздно засидевшись за бриджем, он поздно начинал свой день. За поздним пробуждением последовал поздний завтрак из фруктов и каши; покончив с ним, Френсис направился в библиотеку — строго, со вкусом обставленную комнату, откуда его отец в последние годы жизни руководил своими обширными и многообразными делами.</p>
     <p>— Паркер, — обратился Френсис к камердинеру, который служил еще его отцу, — ты не замечал признаков ожирения у Р. Г. М. в последние годы его жизни?</p>
     <p>— О нет, сэр, — отвечал тот со всей почтительностью хорошо вышколенного слуги, но невольно бросая беглый оценивающий взгляд на великолепную фигуру молодого человека. — Ваш батюшка, сэр, всегда отличался стройностью. Фигура у него никогда не менялась; он был широкоплечий, с могучей грудью, и хоть широковат в кости, но талия, сэр, у него была тонкая, всегда тонкая. Когда его обмыли, сэр, и положили на стол, многие молодые люди в нашем городе могли бы устыдиться своей фигуры. Он всегда тщательно следил за собой, сэр, — я имею в виду все эти упражнения, которые он делал в постели, полчаса каждое утро. Ничто не могло заставить его отступить. Он называл это своим культом.</p>
     <p>— Да, фигура у отца была редкостная, — рассеянно произнес молодой человек, глядя на биржевой телеграф и несколько телефонных аппаратов, установленных еще его отцом.</p>
     <p>— Совершенно верно, — убежденно подтвердил Паркер. — Ваш батюшка был строен, как аристократ, несмотря на широкую кость, могучие плечи и грудь. И вы это унаследовали, сэр; только вы еще лучше.</p>
     <p>Молодой Френсис Морган, унаследовавший от своего отца не только статную фигуру, но и немало миллионов, безмятежно развалился в широком кожаном кресле и вытянул ноги — совсем как могучий лев в клетке, не знающий, куда девать свои силы. Развернув утреннюю газету, он остановился взглядом на заголовке, извещавшем о новом оползне на Кьюлебрском участке Панамского канала.</p>
     <p>— Хорошо, что мы, Морганы, не склонны к полноте, — позевывая, произнес он, — не то ведь я мог бы и растолстеть от такой жизни… Правда, Паркер?</p>
     <p>Престарелый камердинер, не расслышав, смущенно посмотрел на своего хозяина.</p>
     <p>— О да, сэр, — поспешно сказал он. — То есть я хочу сказать: нет, сэр. Вы сейчас в наилучшей форме.</p>
     <p>— Ничего подобного, — убежденно заявил молодой человек. — Я, может, и не разжирел, но безусловно пообмяк… А, Паркер?</p>
     <p>— Да, сэр… То есть нет, сэр, — я хотел сказать: нет, сэр. Вы все такой же, каким вернулись из колледжа, три года назад.</p>
     <p>— И решил, что безделье — мое призвание, — рассмеялся Френсис. — Паркер!</p>
     <p>Паркер почтительно вытянулся. Однако хозяин его уже погрузился в глубокое раздумье, словно решая проблему первостепенной важности, а рука его то и дело принималась теребить топорщившиеся усики, которые он с некоторых пор стал отращивать.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_062.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_063.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Паркер, я намерен съездить на рыбную ловлю.</p>
     <p>— Да, сэр.</p>
     <p>— Я велел прислать несколько складных удочек. Пожалуйста, составь их и принеси сюда — я хочу их осмотреть. Мне думается, что уехать недельки на две куда-нибудь в лес — самое для меня полезное. Если я этого не сделаю, то, несомненно, начну толстеть и опозорю весь наш род. Ты ведь слышал про сэра Генри? Старого оригинала сэра Генри <a l:href="#n_499" type="note">[499]</a>, пирата и головореза?</p>
     <p>— Да, сэр. Я читал о нем, сэр.</p>
     <p>Паркер уже стоял в дверях и только ждал той минуты, когда словоохотливость молодого хозяина иссякнет, чтобы отправиться по его поручению.</p>
     <p>— Да, гордиться тут нечем — подумаешь, старый пират!</p>
     <p>— О нет, сэр, — запротестовал Паркер. — Он ведь был губернатором на Ямайке и умер в почете.</p>
     <p>— Счастье еще, что его не повесили, — расхохотался Френсис. — В сущности говоря, только он один и позорит наш род, который сам же основал. Но я вот что хотел сказать: я очень тщательно просмотрел все, что его касается. Он весьма заботился о своей фигуре и, слава богу, до самой смерти сохранил тонкую талию. В этом отношении он оставил нам хорошее наследство. А вот сокровища его мы, Морганы, так и не нашли; впрочем, тонкая талия, которую он нам завещал, дороже всех рубинов. Родовая черта, — говоря языком биологов, которому научили меня профессора.</p>
     <p>Наступила долгожданная пауза, и Паркер осторожно выскользнул из комнаты, а Френсис Морган погрузился в изучение газетной статьи о Панаме, из которой он выяснил, что канал будет открыт для судоходства, по-видимому, не раньше, чем через три недели.</p>
     <p>Зазвонил телефон, и с помощью электрических нервов современной высокой цивилизации Судьба сделала первую попытку протянуть свои щупальца и добраться до Френсиса Моргана, который сидел в эту минуту в библиотеке особняка, выстроенного его отцом на Риверсайд-драйв.</p>
     <p>— Но, дорогая мисс Каррузерс, — запротестовал он в трубку. — Что бы там ни было, это просто временный ажиотаж. «Тэмпико петролеум» в полном порядке. Это не спекулятивные бумаги, а вполне надежное помещение капитала. Держите их. Держите крепко… Все дело, наверно, в том, что какой-нибудь фермер из Миннесоты приехал в Нью-Йорк и решил купить пакета два акций просто потому, что они кажутся ему солидными, а так оно и есть… Ну и что тут такого, что они поднялись на два пункта? Все равно не продавайте. «Тэмпико петролеум» — это вам не лотерея и не рулетка. Это крепкое промышленное предприятие. Мне бы, например, очень хотелось, чтобы оно было не таким грандиозным, — я бы тогда мог финансировать его один… Да нет, выслушайте меня: совсем это не мыльный пузырь! Мы сейчас одних цистерн заказали больше чем на миллион долларов. Наша железная дорога и три нефтепровода стоят свыше пяти миллионов. Да одни только действующие нефтескважины дадут нам нефти на сто миллионов долларов, так что сейчас главная наша задача — доставить ее к морю на танкеры. Теперь самое время для вложения капитала. Пройдет год-другой, и государственные бумаги по сравнению с вашими акциями покажутся сущей чепухой…</p>
     <p>…Да-да, пожалуйста. Не обращайте внимания на биржевой рынок. И потом — я вовсе не советовал вам приобретать эти акции. Я никогда не давал своим друзьям таких советов. Но уж раз вы приобрели эти акции, то держитесь за них. «Тэмпико» такое же солидное предприятие, как Английский банк… Да, мы с Дикки поделили вчера вечером трофеи. Подобралась великолепная компания. Хотя Дикки, надо сказать, чересчур горяч для бриджа… Да, везло, как игроку на бирже… Ха-ха! Я горяч? Ха-ха!.. Да?.. Скажите Гарри, что я отбываю недели на две… Поеду форель удить… Весна, знаете ли, ручейки журчат, на деревьях сок выступил, распускаются почки, зацветают цветы и тому подобное… Да, всего наилучшего. И держитесь обеими руками за «Тэмпико петролеум». Если они немножко упадут, после того как этот миннесотский фермер кончит играть на повышение, прикупите еще. Я тоже собираюсь так сделать. Это все равно что найти деньги… Да… Да, конечно… Слишком это крепкие бумаги, чтобы вот так — ни с того ни с сего — взять и продать их: ведь они, может, никогда больше не понизятся… Ну конечно, я знаю, что говорю. Я проспал сегодня восемь часов и еще не выпил ни капли… Да, да… До свидания.</p>
     <p>Не поднимаясь с кресла, Френсис потянул к себе ленту от соединенного с биржей аппарата и лениво пробежал ее глазами; то, что в ней сообщалось, не вызвало у него особого интереса.</p>
     <p>Вернулся Паркер, неся несколько тоненьких удочек; каждая из них по своей полировке и отделке была верхом искусства и мастерства. Френсис мигом вскочил с кресла, отбросил в сторону телеграфную ленту, про которую тут же забыл, и, точно мальчишка, с радостью и восторгом принялся осматривать игрушки и пробовать их одну за другой: он то взмахивал удочками так, что леска со свистом, похожим на удар хлыста, разрезала воздух, то осторожно, рассчитанным движением, закидывал ее под высокий потолок, как если бы там, на другом конце комнаты, находился невидимый пруд, в котором таинственно поблескивала форель.</p>
     <p>Зазвонил телефон. Лицо Френсиса перекосилось от раздражения.</p>
     <p>— Ради бога, поговори ты, Паркер, — приказал он. — Если это опять какая-нибудь дура, играющая на бирже, скажи, что я умер, или пьян, или лежу в тифу, или женюсь, — словом, придумай что-нибудь пострашнее.</p>
     <p>После непродолжительных переговоров, проведенных в спокойном, вежливом тоне, так подходившем к величественному стилю этой холодной, чинной комнаты, Паркер произнес в трубку: «Одну минуту, сэр» — и, прикрыв ее рукой, сказал:</p>
     <p>— Это мистер Бэском, сэр. Он просит вас.</p>
     <p>— Скажи мистеру Бэскому, чтобы он убирался к черту, — отозвался Френсис, замахнувшись так, будто хотел невесть куда забросить удочку; и в самом деле, опиши леска кривую, начертанную его зачарованным взглядом, она вылетела бы в окно и, по всей вероятности, до смерти перепугала бы садовника, который, стоя на коленях, пересаживал розовый куст.</p>
     <p>— Мистер Бэском говорит, что это насчет положения на бирже, сэр, и что он задержит вас не более пяти минут, — настаивал Паркер, но так деликатно и мягко, словно передавал какое-то совсем несущественное, пустяковое поручение.</p>
     <p>— Хорошо. — Френсис осторожно прислонил удочку к столу и взял трубку. — Алло, — сказал он в аппарат. — Да, это я, Морган. Ну, валяйте. Что там такое?</p>
     <p>Он с минуту послушал, потом раздраженно перебил говорившего:</p>
     <p>— Продавать? Черта с два! Ни в коем случае… Конечно, я рад это слышать. Но даже если акции поднимутся на десять пунктов, — чего, конечно, не случится, — все равно держите их. Весьма возможно, что это закономерное повышение и они уже больше не упадут. Эти акции — штука солидная. Они стоят куда больше, чем котируются. Вообще этого могут и не знать, но я-то знаю. Через год они до двухсот дойдут — конечно, если в Мексике прекратятся эти вечные революции… А вот если акции упадут, вы получите от меня приказ покупать… Ерунда. Кто это хочет приобрести контрольный пакет? Да нет же, это чисто спорадическое явление… Что? Прошу прощения. Я хотел сказать: чисто временное. Так вот что: я уезжаю недели на две удить рыбу. Если акции упадут на пять пунктов, — покупайте. Покупайте все, что будут предлагать. М-да, когда у человека на руках солидное предприятие и начинается игра на повышение его акций, это почти так же опасно, как игра на понижение… Да… Конечно… Да… До свидания.</p>
     <p>Френсис с восторгом снова занялся своими удочками, а тем временем на другом конце города в кабинете Томаса Ригана уже неутомимо трудилась Судьба. Томас Риган отдал своей армии маклеров приказ скупать акции «Тэмпико петролеум», пустил через посредство многообразных каналов таинственный слушок, будто у «Тэмпико петролеум» какие-то осложнения с мексиканским правительством по поводу концессии, и погрузился в чтение отчета своего эксперта по нефти, который целых два месяца провел на месте, выясняя подлинные перспективы и возможности этой компании.</p>
     <p>Вошел клерк, подал визитную карточку и доложил, что какой-то иностранец просит принять его. Риган взглянул на карточку.</p>
     <p>— Передайте этому мистеру, сеньору Альваресу Торресу, — сказал он, — что я не могу его принять.</p>
     <p>Через пять минут клерк вернулся с той же карточкой, но теперь на обратной ее стороне было что-то нацарапано карандашом. Риган так и расплылся в улыбке, прочитав:</p>
     <empty-line/>
     <p>«Дорогой и многоуважаемый мистер Риган. Имею честь сообщить Вам, сэр, что мне известно местонахождение клада, который, еще в бытность свою пиратом, спрятал сэр Генри Морган.</p>
     <p><emphasis>Альварес Торрес</emphasis>».</p>
     <empty-line/>
     <p>Риган покачал головой; клерк был уже у двери, когда хозяин вдруг окликнул его:</p>
     <p>— Пусть войдет, немедленно.</p>
     <p>Оставшись один, Риган беззвучно рассмеялся, обмозговывая пришедшую ему в голову идею.</p>
     <p>— Молокосос! Щенок! — бурчал он сквозь облако дыма, раскуривая сигару. — Воображает себя львом, точно он сам старик Р. Г. М. Хорошая порка — вот что ему нужно, и старый стреляный воробей Риган уж позаботится об этом.</p>
     <p>Английский язык сеньора Альвареса Торреса был столь же безукоризнен, как и его модный весенний костюм; и хотя смуглая кожа выдавала его латиноамериканское происхождение, а блеск черных глаз достаточно красноречиво говорил о том, что в этом человеке течет давняя смесь испанской и индейской крови, — он казался настолько типичным ньюйоркцем, что Томас Риган большего и желать бы не мог.</p>
     <p>— После многих лет упорного труда и поисков, — начал Торрес, — я, наконец, догадался, где спрятан клад сэра Генри Моргана. Я уверен, что он зарыт на Москитовом Берегу. Скажу точнее: до него не больше тысячи миль от лагуны Чирикви, а ближайший к нему город, судя по всему, — Бокас-дель-Торо. Я там родился, хотя образование получил в Париже; знаю местность как свои пять пальцев. Для такой экспедиции достаточно было бы маленькой шхуны. Ведь снарядить ее недорого обойдется, совсем недорого, зато какая будет прибыль: в награду целое сокровище.</p>
     <p>Сеньор Торрес умолк: ему не хватало слов, чтобы выразиться определеннее, но Томас Риган, крутой и жесткий человек, привыкший иметь дело с людьми такого же склада, как и он сам, начал вытягивать из него сведения, точно адвокат, ведущий перекрестный допрос.</p>
     <p>— Да, — тотчас признался сеньор Торрес, — в настоящее время я несколько стеснен… как бы это сказать?.. — в средствах.</p>
     <p>— Вам нужны деньги, — грубо уточнил биржевик, и тот с горестным видом поклонился.</p>
     <p>И еще многое другое вынужден был признать Альварес Торрес под беглым огнем допроса. Да, он лишь недавно покинул Бокас-дель-Торо и надеется, что никогда больше туда не вернется. Тем не менее он готов вернуться, если они придут сейчас к какому-то соглашению…</p>
     <p>Но Риган остановил его властным жестом человека, привыкшего повелевать простыми смертными, он взял чековую книжку и выписал чек на имя Альвареса Торреса. Когда тот взглянул на бумажку, то увидел, что там проставлена сумма в тысячу долларов.</p>
     <p>— Так вот к чему сводится моя идея, — сказал Риган. — Я лично ничуть не верю вашим россказням. Но у меня есть один юный друг. Я очень люблю этого мальчика, и меня огорчает, что его слишком затягивают соблазны большого города — Бродвей с его красотками и тому подобное, — ну вы понимаете.</p>
     <p>Сеньор Альварес Торрес поклонился, как светский человек, разговаривающий со светским человеком.</p>
     <p>— Так вот, ради его здоровья, а также спасения не только его души, но и состояния, самое лучшее, что можно было бы придумать, — это путешествие за сокровищем, полное приключений, требующее физического напряжения, и… словом, я убежден, что вы меня понимаете.</p>
     <p>Альварес Торрес снова поклонился.</p>
     <p>— Вам нужны деньги, — продолжал Риган. — Постарайтесь заинтересовать его. Эта тысяча вам за труды. Заинтересуйте его так, чтобы он отправился разыскивать золото старика Моргана, — и еще две тысячи ваши. Если сумеете заинтересовать его настолько, что он пробудет в отлучке три месяца, — я добавлю вам еще две тысячи; а если полгода — то пять тысяч. Можете мне поверить: я хорошо знал его отца, мы с ним были товарищами, компаньонами, я… я могу даже сказать: почти братьями. Я готов пожертвовать любой суммой, чтобы наставить сына моего друга на правильный путь и сделать из него человека. Что вы на это скажете? Для начала вот вам тысяча. Идет?</p>
     <p>Сеньор Альварес Торрес дрожащими пальцами свертывал и развертывал чек.</p>
     <p>— Я… я согласен, — с запинкой произнес Торрес и даже начал заикаться от волнения. — Я… я… как бы это сказать?.. я весь в вашем распоряжении.</p>
     <p>За пять минут Торресу были даны все инструкции относительно той роли, которую ему предстояло играть, а его рассказ о кладе Моргана был несколько видоизменен, для большей правдоподобности, хитрым, практичным биржевиком; после этого испанец поднялся и, прежде чем откланяться, заметил шутливо, но не без грусти:</p>
     <p>— Самое забавное, мистер Риган, что все это чистейшая правда. Изменения, которые вы внесли в мою историю, делают ее более правдоподобной, но она правдива и без них. Мне нужны деньги. Вы очень щедры, и я буду стараться изо всех сил… Я… я горжусь тем, что обладаю даром артиста. И все-таки клянусь: я действительно разгадал, где спрятаны сокровища, которые награбил и зарыл Морган. Я имел доступ к документам, недоступным для широкой публики; да и все равно, едва ли кому-либо удалось бы в них разобраться. Эти документы хранятся в нашей семье, и многие мои предки трудились над ними всю жизнь, но так и не нашли разгадки. Однако они были на правильном пути — им только не хватало смекалки: они ошибались на двадцать миль. А ведь место точно указано в документах. Они ошибались, мне кажется, потому, что там нарочно все было зашифровано, запутано, написано в виде ребуса; и только я, один я, сумел понять это и разгадать. Все мореплаватели былых времен прибегали к таким трюкам, когда чертили свои карты. Мои испанские предки подобным образом скрыли Гавайские острова, переместив их на целых пять градусов долготы в сторону.</p>
     <p>Для Томаса Ригана все это было китайской грамотой, он слушал Торреса с терпеливой улыбкой, явно говорившей: «Вот заставляет занятого человека отрываться от дел и выслушивать какие-то небылицы».</p>
     <p>Не успел сеньор Торрес откланяться, как в кабинет вошел Френсис Морган.</p>
     <p>— Решил на минутку забежать к вам за советом, — сказал он после обычного обмена приветствиями. — Да и к кому же мне обращаться, как не к вам, — ведь вы столько лет работали с моим отцом. Насколько мне известно, вы были его компаньоном в крупнейших сделках. Он всегда советовал мне доверять вашим суждениям. Ну, вот я и пришел. Прежде всего скажите, что происходит с «Тэмпико петролеум»? Дело в том, что я хочу уехать на рыбную ловлю.</p>
     <p>— Что происходит с «Тэмпико петролеум»? — вопросом на вопрос ответил Риган, ловко разыгрывая полное неведение, хотя он один был во всем повинен.</p>
     <p>Френсис кивнул и, опустившись в кресло, закурил сигарету, а Риган стал просматривать ленту биржевого телеграфа.</p>
     <p>— Акции «Тэмпико петролеум» поднялись… на два пункта… А тебя, собственно, что беспокоит? — спросил он.</p>
     <p>— Да ничего, — ответил Френсис. — Ровно ничего. Но не думаете ли вы, что некая группа хочет прибрать «Тэмпико» к рукам, — ведь потенциальная ценность предприятия колоссальна. Это, как вы понимаете, между нами; то есть я хочу сказать: совершенно конфиденциально.</p>
     <p>Риган кивнул.</p>
     <p>— Предприятие огромное, — продолжал Френсис. — В полном порядке. Солидное во всех отношениях. Без обмана. И вдруг такой скачок! Не кажется ли вам, что какое-то лицо, или группа лиц, хочет завладеть контрольным пакетом акций?</p>
     <p>Компаньон его отца тряхнул своей седою копной, однако в голове, покрытой этими благородными сединами, таились далеко не благородные мысли.</p>
     <p>— Ну что ты, — заметил он, — скорей всего это просто случайный скачок. А может быть, публика, играющая на бирже, заподозрила, что акции «Тэмпико петролеум» — штука в самом деле стоящая. Ты-то сам как считаешь?</p>
     <p>— Конечно, стоящая, — горячо ответил Френсис. — Я получил такие приятные вести, Риган, что вы ахнете от удивления. Я всем моим друзьям говорю, что это дело солидное, без обмана. До чертиков обидно, что мне пришлось привлечь посторонний капитал. Но предприятие оказалось настолько крупным, что я просто вынужден был это сделать. Даже если бы я вложил все деньги, которые оставил мне отец, — я имею в виду свободный капитал, а не то, что уже вложено в другие предприятия, иными словами: наличность, — все равно мне одному не поднять этого.</p>
     <p>— У тебя что, туго со средствами? — спросил старик Риган.</p>
     <p>— О, у меня есть кругленькая сумма, которой я могу оперировать, — беспечно отвечал молодой человек.</p>
     <p>— Ты хочешь сказать…</p>
     <p>— Конечно. Вот именно. Если акции «Тэмпико» упадут, я буду покупать. Ведь это все равно, что найти деньги!</p>
     <p>— На сколько же ты намерен покупать? — спросил Риган, пытаясь прощупать своего гостя, но скрывая свою заинтересованность под личиной добродушия и одобрения.</p>
     <p>— На все, что у меня есть, — не задумываясь, ответил Френсис Морган. — Я же говорю вам, Риган: это колоссальное дело!</p>
     <p>— Я не интересовался по-настоящему этим предприятием и не могу сказать, чего оно стоит, Френсис, но из тех немногих фактов, которые мне известны, оно представляется вполне солидным.</p>
     <p>— Представляется! Говорю вам, Риган, что это золотое дно, без всякого обмана; и мне стыдно, что акции его пришлось выпустить на биржу. Но зато на них уж никто не разорится. Я только окажу услугу миру, выбросив на рынок… даже не могу сейчас точно сказать, сколько сотен миллионов баррелей отличной нефти… Да вы знаете, что у меня есть скважина на Хуастекских разработках, которая вот уже семь месяцев дает по двадцать семь тысяч баррелей в день. И фонтан еще не иссяк. Но это капля в море по сравнению с тем, что мы способны поставить на рынок. У этой нефти удельный вес двадцать два, я осадка в ней меньше двух десятых процента. Потом есть еще один фонтан — к нему надо только проложить миль шестьдесят нефтепровода, — который выбрасывает около семидесяти тысяч баррелей в день и, несмотря на принятые меры, буквально заливает нефтью всю окрестность. Это я сообщаю вам, конечно, по секрету, сами понимаете. Дела у нас идут неплохо, и я вовсе не хочу, чтобы акции «Тэмпико петролеум» подскочили до небес.</p>
     <p>— Можешь не беспокоиться об этом, сынок. Еще надо, чтобы нефть потекла по нефтепроводам и чтобы в Мексике прекратились революции, — только тогда акции «Тэмпико» могут взлететь вверх. А пока поезжай удить рыбу и забудь об этом. — Риган помолчал, потом, притворившись, будто вдруг что-то вспомнил, взял со стола визитную карточку Альвареса Торреса, на которой карандашом была нацарапана записка. — Взгляни, кто у меня только что был. — Риган помолчал, словно обдумывая внезапно пришедшую в голову мысль. — Ну зачем тебе ехать удить какую-то форель? Ведь это в конце концов пустое развлечение. А вот тут есть для тебя улов поинтереснее — это развлечение настоящее, достойное мужчины, не то что дача в Адирондакских горах наподобие персидского дворца, где вам и мороженое, и слуги, и электрические звонки. Твой отец всегда немало гордился этим пиратом, от которого пошел весь ваш род. Он утверждал, что похож на него, ну а ты безусловно похож на своего папашу.</p>
     <p>— На сэра Генри, — с улыбкой заметил Френсис, протягивая руку за карточкой. — А я ведь тоже немало горжусь этим старым бандитом!</p>
     <p>Прочитав каракули, нацарапанные на визитной карточке, он вопросительно взглянул на Ригана.</p>
     <p>— История, которую рассказал мне этот парень, звучит вполне правдоподобно, — пояснил Риган. — Он говорит, что родился на этом самом Москитовом Берегу и узнал про клад из документов, хранящихся у них в семье. Но я, конечно, не верю ни единому слову из всего этого. У меня нет ни времени, ни желания интересоваться тем, что не имеет отношения к моим делам.</p>
     <p>— Любопытно, что сэр Генри умер почти бедняком, — заметил Френсис, брови его сдвинулись, и между ними прорезались упрямые моргановские складки, — а спрятанный им клад так никто и не нашел.</p>
     <p>— Ну что ж, желаю удачи в рыбной ловле, — добродушно усмехнулся Риган.</p>
     <p>— А все-таки мне бы хотелось повидать этого Альвареса Торреса, — заявил молодой человек.</p>
     <p>— Все это пустые бредни насчет зарытого золота, — продолжал Риган. — Хотя, должен признаться, история, которую рассказал мне этот парень, звучит на редкость правдоподобно. М-да, будь я помоложе… но мне, как видно, суждено сиднем сидеть здесь.</p>
     <p>— Вы не знаете, где бы я мог найти его? — уже через минуту спрашивал Френсис, доверчиво всовывая шею в петлю, которую Судьба в образе Томаса Ригана приготовила, чтобы уловить его.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Свидание состоялось на следующее утро, в кабинете Ригана. При виде Френсиса сеньор Альварес Торрес вздрогнул, но тут же взял себя в руки. Это не ускользнуло от Ригана, который спросил с усмешкой:</p>
     <p>— Совсем точно старый пират собственной персоной, а?</p>
     <p>— Да, сходство поразительное, — солгал, или почти солгал, Торрес, ибо хотя он и заметил сходство Френсиса с портретами сэра Генри Моргана, но в то же время перед его мысленным взором предстал образ другого, только живого человека, который был похож и на Френсиса и на сэра Генри в такой же мере, в какой они оба походили друг на друга.</p>
     <p>Френсис был молод, а молодость не знает преград. Тотчас были вытащены современные атласы и старинные географические карты, равно как и документы, написанные выцветшими чернилами на пожелтевшей от времени бумаге, — и не прошло и получаса, как Френсис объявил, что отныне признает рыбную ловлю только на Быке или на Тельце, — то есть на одном из двух островков в лагуне Чирикви, где, по уверению Торреса, должен находиться зарытый клад.</p>
     <p>— Сегодня же вечером выезжаю поездом в Новый Орлеан, — объявил Френсис. — Тогда я как раз успею попасть на один из пароходов «Юнайтед фрут компани», который отправляется в Колон. О, я уже все выяснил вчера, прежде чем лечь спать.</p>
     <p>— Только не фрахтуйте шхуны в Колоне, — посоветовал Торрес. — Поезжайте верхом до Белена. Там лучше всего фрахтовать судно: матросы народ простой — туземцы, и вообще все просто.</p>
     <p>— Пожалуй, это разумно! — согласился Френсис. — Мне давно хотелось посмотреть тамошние края. А вы поспеете к этому поезду, сеньор Торрес?.. Вы, конечно, понимаете, что я беру на себя обязанности казначея и оплату всех расходов.</p>
     <p>Но, поймав взгляд Ригана, Альварес Торрес мигом сообразил, что от него требуется, и принялся вдохновенно лгать.</p>
     <p>— К сожалению, мистер Морган, я вынужден задержаться и присоединюсь к вам позже. У меня тут одно неотложное дельце… как бы это сказать?.. — небольшой судебный процесс, который мне надо довести до конца. Сумма иска, правда, незначительна, но тут затронуты интересы семьи, и потому это дело для меня чрезвычайно важное. У нас, Торресов, есть своя гордость. Я знаю, вам, американцам, это кажется смешным, но для нас — вещь очень серьезная.</p>
     <p>— Он потом присоединится к тебе и поможет, если ты собьешься со следа, — заверил Френсиса Риган. — Кстати, пока вы не забыли, не мешало бы вам заранее договориться о разделе добычи… если вы, конечно, когда-нибудь найдете этот клад.</p>
     <p>— Слово за вами. Что вы скажете? — спросил Френсис.</p>
     <p>— Разделите поровну. Точно пополам, — предложил Риган, великодушно деля между ними то, чего, по его убеждению, вовсе не существовало.</p>
     <p>— И вы сразу же приедете, как только сумеете, дар — спросил Френсис Торреса. — Послушайте, Риган, займитесь-ка его иском и уладьте все побыстрее. Ладно?</p>
     <p>— Непременно, мой мальчик, — был ответ. — А если ему потребуются деньги? Дать?</p>
     <p>— Безусловна — Френсис крепко пожал обоим руки. — Это избавит меня от лишних хлопот. Ну, а сейчас я бегу: надо уложиться, отменить все свидания, которые были у меня назначены, и успеть на поезд. Всего хорошего, Риган. До скорой встречи, сеньор Торрес, где-нибудь возле Бокас-дель-Торо или в какой-нибудь яме на Быке или Тельце. Так, по-вашему, клад на Тельце? Ну, в общем до встречи. Adios!</p>
     <p>А сеньор Альварес Торрес остался еще на некоторое время у Ригана и получил подробнейшие инструкции о той роли, которую ему предстояло играть: с самого начала пути и на всем его протяжении он должен всячески задерживать и затягивать экспедицию Френсиса.</p>
     <p>— Короче говоря, — заключил Риган, — я не буду очень горевать, если в интересах своего здоровья он останется там надолго, а если и вообще не вернется, тоже плакать не буду.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Деньги, как и молодость, не знают преград, и Френсис Морган, законный и естественный обладатель и молодости и денег, в одно прекрасное утро, через три недели после того, как он распрощался с Риганом, оказался на борту зафрахтованной им шхуны «Анджелика», попавшей неподалеку от берега в полосу штиля. Вода была точно стекло, шхуну еле покачивало, и Френсис Морган, томясь от скуки и избытка энергии, которая, так же как молодость, не знает преград, попросил метиса-капитана, сына ямайского негра и индианки, спустить за борт маленький ялик.</p>
     <p>— Похоже, что здесь можно подстрелить попугая, или обезьяну, или что-нибудь в этом роде, — заметил Френсис, разглядывая в мощный цейсовский бинокль берег, поросший непроходимым лесом, в полумиле от них.</p>
     <p>— Скорей всего, сэр, вы наткнетесь на лабарри, местную ядовитую змею, укус которой смертелен, — усмехнулся капитан и владелец «Анджелики», унаследовавший от своего отца ямайца способность к языкам.</p>
     <p>Но Френсиса уже невозможно было удержать: в эту самую минуту он увидел в бинокль сначала белую асьенду <a l:href="#n_500" type="note">[500]</a> вдали, а затем фигуру женщины в белом на берегу; он даже заметил, что женщина тоже рассматривает в бинокль его самого и шхуну.</p>
     <p>— Спустите ялик, капитан, — приказал он. — Кто там живет? Белые?</p>
     <p>— Семейство Энрико Солано, сэр, — был ответ. — Это родовитые испанские аристократы, уж поверьте моему слову. Им принадлежит вся эта местность, от моря до Кордильер, а также половина лагуны Чирикви. Земли у них много, а вот денег — мало. Гордецы страшенные, ну и вспыльчивые, как порох.</p>
     <p>Когда Френсис в крошечном ялике отплыл к берегу, зоркий глаз капитана подметил, что он не взял с собой ни ружья, ни дробовика для предполагаемой охоты на попугаев или обезьян. А еще глаз капитана уловил фигуру женщины в белом, выделявшуюся на темном фоне джунглей.</p>
     <p>Френсис греб прямо к берегу, покрытому белым коралловым песком, не решаясь оглянуться через плечо и посмотреть, там ли еще эта женщина, или уже исчезла. Б его помыслах не было ничего дурного — лишь вполне естественное для молодого человека желание познакомиться с молодой сельской жительницей, вероятно полудикаркой, а в лучшем случае — наивной провинциалочкой, с которой можно будет поболтать и подурачиться, пока штиль сковывает «Анджелику». Когда дно ялика зашуршало по песку, Френсис выпрыгнул из лодки, сильной рукой приподнял ее нос, втащил на берег и только после этого обернулся. Вокруг не было ни души. Френсис доверчиво пошел вперед. «Любой путешественник, попав на незнакомый берег, имеет право поискать местных жителей, чтобы узнать дорогу», — сказал он себе.</p>
     <p>И Френсис, рассчитывавший лишь на мимолетное развлечение, получил столько развлечений и таких, о каких и мечтать не мог. Из-за зеленой стены джунглей, точно фея из волшебной шкатулки, внезапно выскочила уже виденная им молодая женщина и обеими руками схватила его за руку. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, что это девушка, вполне созревшая и оформившаяся. Френсиса удивили сила и нежность, с какими она сжала его руку. Свободной рукой он сорвал с головы шляпу и поклонился незнакомке с невозмутимостью Моргана, воспитанного в Нью-Йорке и привыкшего ничему не удивляться, — и был удивлен, да еще как! Причем потрясла его не только красота девушки, но и взгляд, каким она в упор смотрела на него, — суровый и непреклонный. Ему даже показалось, будто он уже где-то встречался с нею. Он что-то не замечал, чтобы незнакомые люди так смотрели друг на друга.</p>
     <p>Девушка обеими руками потянула его за руку и взволнованно прошептала:</p>
     <p>— Скорей! Следуйте за мной! С минуту он колебался. Тогда она нетерпеливо дернула его, увлекая за собой. Решив, что это какая-то странная игра, принятая, вероятно, на побережье Центральной Америки, он с улыбкой уступил — и уже сам не знал, добровольно ли следует за нею, или она силой тащит его в джунгли.</p>
     <p>— Делайте то же, что и я, — бросила она ему через плечо, держа его теперь только одной рукой.</p>
     <p>Он повиновался с улыбкой: он полз, когда ползла она, сгибался в три погибели, когда она сгибалась, и то и дело сравнивал себя с Джоном Смитом и Покахонтасом.</p>
     <p>Внезапно девушка остановилась и села на землю, жестом приказав Френсису сесть рядом; она высвободила свою руку из его руки и прижала ее к сердцу.</p>
     <p>— Слава богу! — с трудом переводя дух, произнесла она. — О милосердная дева Мария!</p>
     <p>Подражая ей, — такова была ее воля и таковы были, по-видимому, правила игры, — он с улыбкой тоже прижал руку к сердцу, хоть и не обратился при этом ни к богу, ни к деве Марии.</p>
     <p>— Неужели вы никогда не научитесь быть серьезным? — гневно сверкнув глазами, напустилась на него девушка.</p>
     <p>Френсис тотчас принял самый серьезный и естественный вид.</p>
     <p>— Милая моя леди… — начал было он.</p>
     <p>Но она резким жестом оборвала его. С возрастающим удивлением Френсис увидел, как она наклонилась и стала прислушиваться, а потом и сам услышал шаги людей, спускавшихся по тропинке неподалеку от них.</p>
     <p>Повелительно положив свою мягкую теплую ладонь на его руку и как бы приказывая ему молчать, девушка порывисто поднялась, — Френсис уже пришел к выводу, что эта порывистость у нее в натуре, — и побежала вниз по дорожке. Он чуть не свистнул от изумления. Да он бы и свистнул, если бы не услышал невдалеке ее голос: она резко спрашивала что-то по-испански, а мужские голоса хотя и почтительно, но возражали ей.</p>
     <p>Затем Френсис услышал, как они пошли дальше, продолжая разговаривать. Минут на пять воцарилась мертвая тишина; потом до Френсиса снова донесся голос девушки: она приказывала ему выйти из засады.</p>
     <p>«Ну и ну! Интересно, как бы вел себя Риган в таких условиях?» — с усмешкой подумал он, вылезая из кустов.</p>
     <p>Он шел за ней следом, — теперь она уже не держала его за руку, — через джунгли к морю. Когда она остановилась, он подошел почти вплотную и стал перед нею, все еще считая, что это игра.</p>
     <p>— Запятнал! — рассмеялся он, дотрагиваясь до ее плеча. — Запятнал! — повторил он. — Теперь вам ловить!</p>
     <p>Ее черные глаза сверкнули испепеляющей яростью.</p>
     <p>— Глупец! — воскликнула она и, подняв руку, ткнула пальцем — как ему показалось, с излишней фамильярностью — в его усики. — Неужели вы думаете, что это делает вас неузнаваемым?</p>
     <p>— Но, милая моя леди… — начал было он, намереваясь объяснить девушке, что безусловно видит ее впервые.</p>
     <p>Однако то, что последовало, заставило его прикусить язык и было столь же неожиданно, как и все, что девушка делала до сих пор. Это случилось так молниеносно, что он даже не заметил, откуда был извлечен крошечный серебряный револьвер, дуло которого было не только направлено на него, но вплотную прижато к его животу.</p>
     <p>— Милая моя леди… — снова попытался начать он.</p>
     <p>— Я не желаю разговаривать с вами, — перебила она его. — Отправляйтесь на свою шхуну и уезжайте… — Френсису показалось, что она подавила рыдание. И лишь после паузы она договорила: — …навсегда.</p>
     <p>Он снова открыл было рот, но, почувствовав резкий толчок револьвером под ложечку, так ничего и не сказал.</p>
     <p>— Если вы еще когда-нибудь вернетесь — да простит мне мадонна! — я застрелю вас.</p>
     <p>— В таком случае мне, пожалуй, лучше убраться отсюда, — шутливо бросил он и, повернувшись, зашагал к ялику; ему было и стыдно и смешно при мысли о том, в какое непостижимо нелепое положение он попал.</p>
     <p>Он пытался сохранить последние остатки достоинства и делал вид, будто не замечает, что незнакомка идет за ним. Вытягивая из песка нос ялика, он подметил, что легкий ветерок зашелестел листьями пальм. От налетевшего с суши бриза море у берега стало темнеть; потемнело оно и там, у выхода из еще гладкой, как зеркало, лагуны Чирикви, где на горизонте вставали, точно мираж, далекие очертания рифов.</p>
     <p>Френсис уже занес ногу, чтобы сесть в ялик, как вдруг услышал рыдание, заставившее его остановиться и повернуть голову. Странная девушка стояла, опустив револьвер, и плакала. В один миг Френсис очутился рядом с ней и участливо дотронулся до ее плеча. Девушка вздрогнула от его прикосновения и, отшатнувшись, с укором посмотрела на него сквозь слезы. Френсис пожал плечами, как бы говоря, что отказывается понимать столь необъяснимую смену настроений, и снова повернулся было к лодке, но незнакомка остановила его.</p>
     <p>— Вы… — начала она, запнулась и тяжело вздохнула, — вы могли бы хоть поцеловать меня на прощанье.</p>
     <p>И девушка порывисто бросилась к нему, раскрыв объятия, но все еще продолжая держать в правой руке столь не подходящий к случаю револьвер. Френсис, вконец сбитый с толку, какое-то мгновение стоял в растерянности, потом обнял ее и был награжден страстным поцелуем в губы, повергшим его в полное изумление; а незнакомка уронила голову ему на плечо и разразилась потоком слез. У Френсиса в глазах помутилось, однако он все же чувствовал давящую тяжесть револьвера, прижатого к его спине между лопатками. Через некоторое время девушка подняла мокрое от слез лицо и поцеловала Френсиса несколько раз, а он подумал: не подло ли с его стороны отвечать на ее поцелуи с такой же, не менее загадочной страстностью?</p>
     <p>И только он успел сказать себе, что в общем ему безразлично, сколько времени продлится эта неясная сцена, как девушка вдруг отшатнулась от него и лицо ее снова запылало гневом и ненавистью, — угрожающе взмахнув револьвером, она указала ему на лодку.</p>
     <p>Пожав плечами и как бы говоря, что он ни в чем не может отказать красивой женщине, Френсис повиновался, сел на весла, лицом к ней, и начал грести от берега.</p>
     <p>— Да спасет меня дева Мария и не даст погибнуть из-за моего слабого сердца! — воскликнула девушка, свободной рукой срывая с шеи медальон. Золотые бусинки посыпались дождем, и медальон полетел в воду, разделявшую ее и Френсиса.</p>
     <p>В эту минуту из джунглей выскочили трое мужчин с ружьями и бегом устремились к девушке, которая в изнеможении опустилась на песок. Они стали поднимать ее и тут только заметили Френсиса, который греб теперь изо всех сил. Френсис поспешно оглянулся, чтобы удостовериться, далеко ли еще до «Анджелики», и увидел, что шхуна, слегка накренившись, разрезая носом воду, идет ему навстречу. В эту минуту один из трех мужчин на берегу — тот, что был постарше, с бородой, — выхватил у девушки бинокль и направил его на Френсиса. А в следующий миг, бросив бинокль, он уже целился в него из ружья.</p>
     <p>Пуля шлепнулась в воду на расстоянии какого-нибудь ярда от лодки, но, прежде чем раздался второй выстрел, девушка поспешно вскочила на ноги и ударом снизу выбила ружье из рук старика. Продолжая ожесточенно грести, Френсис увидел, как мужчины, отбежав от девушки, прицелились в него, но она выхватила револьвер и, наведя на них, заставила опустить ружья.</p>
     <p>«Анджелика», повернутая против ветра, приостановилась, вспенивая воду, и Френсис ловким прыжком вскочил на палубу; в ту же секунду капитан повернул рулевое колесо, паруса надулись, и шхуна понеслась в море. С мальчишеским озорством Френсис послал на прощанье воздушный поцелуй незнакомке, продолжавшей смотреть ему вслед, и увидел, как она, в полном изнеможении, упала на грудь бородатого старика.</p>
     <p>— Ну и порох, эти проклятые Солано! И гордые до сумасшествия, — заметил Френсису метис-капитан и улыбнулся, сверкнув белыми зубами.</p>
     <p>— Бешеные какие-то, настоящие психопаты! — рассмеялся Френсис и, подбежав к борту, послал еще несколько воздушных поцелуев эксцентричной молодой особе.</p>
     <p>Благодаря попутному ветру, дувшему с материка, «Анджелика» добралась до рифов, ограждающих вход в лагуну Чирикви, и, сделав еще миль пятьдесят вдоль них, к полуночи подошла к островам Быка и Тельца; тут капитан поставил судно на якорь, решив дождаться рассвета. После завтрака Френсис, посадив на весла матроса, негра с Ямайки, отправился в ялике обследовать остров Быка — более крупный, чем остров Тельца, и населенный в это время года, по словам шкипера, индейцами, которые перебираются сюда с материка для охоты на черепах.</p>
     <p>Еще не успев подъехать к острову, Френсис понял, что его отделяют от Нью-Йорка не только тридцать градусов широты, но и тридцать столетий, через которые он перемахнул, попав из ультрасовременной цивилизации в обстановку, можно сказать, первобытной дикости. Совсем голые, если не считать лоскутов мешковины на бедрах, вооруженные тяжелыми, необычайно острыми топорами-мачете, охотники на черепах очень быстро доказали, что они отъявленные попрошайки и не остановятся перед убийством. Остров Быка принадлежит им, — объявили они Френсису через переводчика-матроса, который привез его сюда, — а Телец, прежде тоже принадлежавший им в сезон охоты на черепах, теперь захватил один бешеный гринго <a l:href="#n_501" type="note">[501]</a>, отчаянный сорвиголова, несговорчивый и властный, сумевший с помощью страха завоевать их уважение — уважение перед двуногим существом, еще более свирепым, чем они сами.</p>
     <p>За серебряный доллар Френсис уговорил одного из индейцев отправиться к таинственному гринго и передать ему, что он хотел бы его навестить. Тем временем остальные окружили ялик, принялись разглядывать Френсиса, клянчить у него деньги и даже бесцеремонно стащили его трубку, которую он на минуту вынул изо рта и положил рядом. Френсис тотчас дал по уху вору, а затем и второму, выхватившему ее у первого, и вернул себе трубку. В один миг вся толпа ощетинилась мачете, угрожающе засверкали на солнце отточенные острия, но Френсис быстро унял пыл индейцев, наведя на них свой пистолет-автомат; они попятились и, сбившись в кучу, принялись зловеще шептаться. Тут Френсис обнаружил, что его единственный спутник и переводчик струсил: подойдя к охотникам на черепах, он заговорил с ними явно заискивающим тоном, очень не понравившимся Френсису.</p>
     <p>Тем временем вернулся посланный с запиской, и Френсис, поняв, что ему самому придется объясняться с ним, так как на ямайца надежда плохая, взял у него листок, поперек которого карандашом было нацарапано: «Vamos! Пошел ты к черту!»</p>
     <p>— Придется мне, как видно, самому поехать туда, — подозвав к себе негра матроса, сказал Френсис.</p>
     <p>— Будьте как можно осторожнее и осмотрительнее, сэр, — предупредил его негр. — Эти безмозглые скоты на все способны, сэр.</p>
     <p>— Садись в лодку и вези меня туда, — кратко приказал Френсис.</p>
     <p>— Нет, сэр. Очень сожалею, но нет, сэр, — отвечал чернокожий матрос. — Я нанимался, сэр, к капитану Трефэзену в матросы, но я не нанимался в самоубийцы, и я не поеду с вами, сэр, на верную смерть. Самое лучшее для нас было бы убраться из этого пекла; если же мы останемся, сэр, то нам тут зададут жару — это уж: точно.</p>
     <p>Возмущенный до глубины души, Френсис смерил матроса презрительным взглядом, сунул в карман пистолет, повернулся спиной к полуголым дикарям и зашагал прочь через пальмовую рощу. В том месте, где торчал огромный кусок кораллового рифа, выброшенный здесь давним землетрясением, он вышел к морю. У берега Тельца, от которого его отделял узкий проливчик, он увидел ялик на приколе. У того же берега, на котором находился он сам, стояло на приколе выдолбленное из дерева старое и явно дырявое каноэ. Френсис перевернул его, чтобы вылить воду, и тут заметил, что охотники на черепах последовали за ним и теперь с опушки кокосовой рощи наблюдают за его действиями; однако трусливого матроса среди них не было.</p>
     <p>Переехать через проливчик было для Френсиса делом нескольких минут, но на берегу Тельца его ждал не более радушный прием — из-за пальмы вышел высокий молодой человек, босиком, с пистолетом-автоматом в руке, и гаркнул:</p>
     <p>— Vamos! Убирайтесь вон отсюда! Живо!</p>
     <p>— О боги морских глубин со всеми их рыбами и рыбешками! — полушутя, полусерьезно воскликнул Френсис и улыбнулся. — Тут у вас человеку и шагу нельзя ступить, чтобы ему не ткнули пистолетом в физиономию. И все кричат: «Убирайся вон, pronto! <a l:href="#n_502" type="note">[502]</a>"</p>
     <p>— Никто вас не звал сюда, — возразил незнакомец, — Вы явились без спроса. Убирайтесь с моего острова. Даю вам полминуты.</p>
     <p>— Знаете ли, приятель, я начинаю злиться, — чистосердечно признался Френсис, в то же время искоса поглядывая на ближайшую пальму и соображая, какое расстояние отделяет его от нее. — Все, кого я здесь ни встречал, какие-то сумасшедшие и к тому же невежи: гонят человека без всякого стеснения. Так что под конец у меня тоже характер изменился. А вот насчет того, будто этот остров ваш, так одни слова еще не являются доказательством…</p>
     <p>И, не докончив фразы, Френсис метнулся под прикрытие пальмы. Едва он успел забежать за дерево, как в ствол ударилась пуля.</p>
     <p>— Ах так! — крикнул он и всадил пулю в ствол пальмы, за которой спрятался незнакомец.</p>
     <p>Несколько минут продолжалась перестрелка: противники то палили друг в друга, то выжидали, тщательно рассчитывая выстрелы. Наконец, Френсис выпустил восьмую, и последнюю, пулю и тут без особого удовольствия вспомнил, что насчитал всего семь выстрелов со стороны незнакомца. Тогда он надел на руку свой пробковый шлем и осторожно высунул его из-за пальмы, — шлем был тотчас же пробит пулей.</p>
     <p>— Какой системы у вас револьвер? — холодно-вежливым тоном осведомился он.</p>
     <p>— Кольт, — последовал ответ.</p>
     <p>Френсис смело вышел из-за своего укрытия.</p>
     <p>— В таком случае вы извели весь свой запас. Я считал выстрелы. Восемь. Теперь мы можем поговорить.</p>
     <p>Незнакомец тоже вышел из-за дерева. И Френсис невольно залюбовался его статной фигурой, которую не мог обезобразить даже костюм, состоявший из грязных парусиновых штанов, тельняшки и сомбреро с обвисшими полями. Больше того: Френсису показалось, что он уже где-то видел этого человека, хотя ему и в голову не пришло, что он смотрит на точную копию самого себя.</p>
     <p>— Поговорить! — фыркнул незнакомец и, отбросив револьвер, выхватил из-за пояса нож. — Вот сейчас отрежу тебе уши, а потом, может, и скальп сдеру.</p>
     <p>— Ишь ты! Какие, однако, милые и добродушные звери водятся в здешних лесах, — в тон ему заговорил Френсис, чувствуя, как в нем нарастают гнев и возмущение. Он тоже выхватил свой охотничий нож, совсем еще новенький и блестящий. — Давай-ка лучше померяемся силами — без всякой этой поножовщины из дешевого уголовного романа.</p>
     <p>— Мне нужны твои уши, — любезно возразил незнакомец и стал медленно наступать на Френсиса.</p>
     <p>— Очень хорошо. Кто первый будет положен на обе лопатки, тот и отдаст свои уши победителю.</p>
     <p>— Согласен! — Молодой человек в парусиновых штанах спрятал нож.</p>
     <p>— Жаль, что здесь нет киноаппарата, чтобы заснять эту сцену, — усмехнулся Френсис, в свою очередь пряча нож. — Я зол, как сто чертей! Как самый злющий индеец! Берегись! Я тебя сейчас любым способом положу на лопатки!</p>
     <p>Сказано — сделано, но блестящий натиск Френсиса привел к самым позорным результатам: незнакомец, на первый взгляд, казалось бы, способный выдержать любой наскок, как только они сшиблись, повалился на спину. Это была хитрость: подняв ногу, он пнул Френсиса в живот, да так, что тот, перекувырнувшись в воздухе, перелетел через него.</p>
     <p>От падения Френсис едва не лишился чувств, а тут еще противник набросился на него и так придавил к земле, что чуть дух из него не вышиб. Френсис лежал на спите, не в силах произнести ни слова, как вдруг заметил, что навалившийся на него человек с внезапным любопытством разглядывает его.</p>
     <p>— Зачем тебе эти усики? — спросил незнакомец.</p>
     <p>— Ладно, не разговаривай, отрезай уши, — проговорил Френсис, как только дыхание вернулось к нему. — Уши твои, а усы мои. Мы насчет них не уговаривались. А вообще ты положил меня на лопатки по всем правилам джиу-джицу <a l:href="#n_503" type="note">[503]</a>.</p>
     <p>— Ты же сам сказал: «Любым способом положу на лопатки», — процитировал со смехом незнакомец. — Так вот: уши можешь оставить себе; я и не собирался отрезать их, а теперь, посмотрев на них поближе, и вовсе не собираюсь: они мне не нужны. Вставай и убирайся отсюда. Я тебя побил. Vamos! И не смей больше появляться здесь и разнюхивать! Пошел вон! Живо!</p>
     <p>Возмущенный еще больше, чем прежде, и униженный сознанием своего поражения, Френсис вернулся на берег, где стояло его каноэ.</p>
     <p>— Эй, молодой человек, может хоть свою визитную карточку мне оставите? — крикнул ему вслед победитель.</p>
     <p>— Визитных карточек головорезам не оставляют, — бросил через плечо Френсис, прыгая в каноэ и отталкиваясь веслом от берега. — А фамилия моя — Морган.</p>
     <p>На лице незнакомца отразилось величайшее изумление; он открыл было рот, намереваясь что-то сказать, потом передумал и лишь пробормотал себе под нос: «Одной породы! Не удивительно, что мы так похожи».</p>
     <p>Все еще кипя от негодования, Френсис добрался до Быка, вытащил каноэ на берег, присел на борт, набил трубку, закурил и погрузился в мрачное раздумье. «Все здесь сумасшедшие, решительно все, — думал он. — Ни один человек не ведет себя по-человечески. Интересно, как бы старик Риган стал обделывать дела с такими людьми? Уж ему они бы наверняка уши отрезали».</p>
     <p>Если бы в эту минуту Френсис мог видеть обладателя парусиновых штанов и такой знакомой физиономии, он окончательно пришел бы к убеждению, что жители Латинской Америки — самые настоящие сумасшедшие, ибо вышеупомянутый молодой человек сидел в крытой травою хижине у себя на острове и, улыбаясь собственным мыслям, говорил вслух:</p>
     <p>— Кажется, я все-таки вселил божий страх в сердце этого представителя моргановской семейки. — И, подойдя к стене, принялся разглядывать висевшую на ней копию с портрета сэра Генри, родоначальника Морганов. — Итак, господин пират, — усмехнувшись, продолжал он, — двое ваших последних отпрысков чуть было не прикончили друг друга из пистолетов-автоматов, по сравнению с которыми ваше допотопное оружие — грошовая игрушка.</p>
     <p>Он нагнулся к старенькому, сильно побитому и изъеденному червями морскому сундучку, приподнял крышку с вырезанной на ней буквой «М» и снова обратился к портрету:</p>
     <p>— Да, благородный мой предок, пират валлиец, немного же ты мне оставил: старое тряпье да лицо, как две капли воды похожее на твое. Но если б меня обстреляли, как тебя в Порт-о-Пренсе, я бы тоже сумел себя показать.</p>
     <p>С этими словами он стал натягивать на себя изъеденную молью одежду, обветшавшую за долгие годы лежания в сундуке.</p>
     <p>— Вот я и принарядился, — добавил он через минуту. — А ну, дражайший предок, выйди-ка из рамы и посмей сказать, что мы с тобой не похожи как две капли воды!</p>
     <p>Теперь, когда молодой человек облекся в старинные одежды сэра Генри Моргана, перепоясался тесаком и засунул за широкий пояс два огромных, украшенных резьбою кремневых пистолета, сходство между ним, живым человеком, и портретом старого пирата, давно превратившегося в прах, было поистине разительно.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Ветер воет, море злится, —</v>
       <v>Мы, корсары, не сдаем.</v>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— запел молодой человек, перебирая струны гитары, старую пиратскую песню. Постепенно образ, смотревший на него с портрета, стал расплываться, и молодой человек увидел перед собой совсем другую картину.</p>
     <p>Прислонившись спиной к грот-мачте, со сверкающим тесаком в руке, стоял старый пират, а перед ним полукругом толпились причудливо одетые головорезы-матросы; спиной к нему, по другую сторону мачты, стоял другой человек, одетый в такой же костюм и тоже с тесаком в руке, и так же полукругом толпились перед ним головорезы-матросы, замыкая образовавшееся вокруг мачты кольцо.</p>
     <p>Яркое видение вдруг исчезло, разорванное звоном лопнувшей струны, которую молодой человек, увлекшись, сильно дернул. В наступившей тишине ему показалось, что старый сэр Генри вышел к нему из рамы и, став перед ним, теребит его за рукав, словно приказывая выйти из хижины, а сам с настойчивостью призрака все шепчет:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Послушный зову призрака, а может быть, собственной обостренной интуиции, молодой человек вышел из хижины и спустился к морю. Посмотрев через узкий проливчик на противоположный берег, он увидел на острове Быка своего недавнего противника, который, прислонившись спиной к огромному обломку кораллового рифа, отбивался от полуголых индейцев, наступавших на него со своими мачете; в руках у него был тяжелый сук, выловленный, очевидно, в воде.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В это время кто-то угодил Френсису камнем по голове, и все поплыло у него перед глазами; теряя сознание, он вдруг увидел нечто, почти убедившее его, что он уже мертв и находится в царстве теней: сэр Генри Морган собственной персоной, с тесаком в руке, спешил по берегу ему на выручку. Больше того — он размахивал этим тесаком и, круша индейцев направо и налево, пел зычным голосом:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Ветер воет, море злится, —</v>
       <v>Мы, корсары, не сдаем,</v>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Ноги у Френсиса подкосились, он весь обмяк и медленно опустился на землю; последнее, что он видел, были индейцы, которые бросились врассыпную, преследуемые таинственным пиратом.</p>
     <p>«Боже милосердный!» — «Святая дева, спаси нас!» — «Да ведь это призрак старика Моргана!» — донеслись до него их крики.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Френсис очнулся в крытой травою хижине в самом центре Тельца. Первое, что он увидел, придя в сознание, был портрет сэра Генри Моргана, глядевший на него со стены. А затем он увидел точную копию сэра Генри, только совсем молодого, из живой плоти и крови, — и этот сэр Генри поднес к его губам флягу с бренди и велел сделать глоток. Как только Френсис глотнул из фляги, силы сразу вернулись к нему, и он вскочил на ноги; движимые одним и тем же побуждением, молодые люди пристально посмотрели друг на друга, потом на портрет и, чокнувшись флягами, выпили за предка и друг за друга.</p>
     <p>— Вы сказали мне, что вы — Морган, — произнес незнакомец. — Я тоже Морган. Этот человек на стене дал начало моему роду. А ваш род откуда берет начало?</p>
     <p>— От него же, — ответил Френсис. — Меня зовут Френсис. А вас как?</p>
     <p>— Генри — так же, как нашего предка. Мы с вами, должно быть, дальняя родня — четвероюродные братья или что-то в этом роде. Я тут ищу сокровища, которые в свое время награбил этот хитрый старый скупердяй валлиец.</p>
     <p>— Я тоже, — сказал Френсис и протянул ему руку, — Только к черту всякий дележ!</p>
     <p>— Это в тебе говорит кровь Морганов, — одобрительно усмехнулся Генри. — Дескать, пусть достанется все тому, кто первый найдет. Я перекопал почти весь остров за эти полгода, и все, что нашел, — вот это тряпье. Я, конечно, постараюсь найти клад раньше тебя, но как только понадоблюсь тебе и ты меня позовешь, стану с тобой спина к спине у мачты.</p>
     <p>— Это замечательная песня, — сказал Френсис, — я бы хотел ее выучить. Ну-ка, повтори еще раз ту строфу.</p>
     <p>И, звякнув флягами, они запели:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Однако сильнейшая головная боль заставила Френсиса прекратить пение, и он с радостью позволил Генри уложить его в повешенный в тени гамак. Тем временем сам Генри отправился на «Анджелику» — передать капитану приказание своего гостя стоять на якоре и ни под каким видом не пускать матросов на берег Тельца. Лишь поздно утром на следующий день, проспав тяжелым сном немало часов кряду, Френсис, наконец, поднялся и заявил, что голова у него снова ясная.</p>
     <p>— Я знаю, как это бывает: сам однажды свалился с лошади, — сочувственно заметил его странный родственник, наливая ему большую кружку ароматного черного кофе. — Выпей-ка вот это, сразу станешь другим человеком. Не могу предложить тебе ничего особенного на завтрак, кроме солонины, сухарей да яичницы из черепашьих яиц. Яйца свежие, за это могу поручиться: я вырыл их сегодня утром, пока ты спал.</p>
     <p>— Этот кофе уже сам по себе целый завтрак, — тоном знатока отозвался Френсис, разглядывая своего нового родича и время от времени переводя взгляд с него на портрет.</p>
     <p>— Ты ведь тоже точная его копия; и схожи вы не только внешне, — рассмеялся Генри, поймав взгляд Френсиса. — Когда ты отказался вчера делить клад, ты рассуждал так, как рассуждал бы старик сэр Генри, будь он жив. У него была врожденная антипатия к дележу, он не делился даже с собственной командой. Отсюда все его беды. И уж, конечно, он не поделился бы ни одним пенни со своими потомками. А вот я совсем другой. Я не только готов отдать тебе половину Тельца, но и свою половину в придачу, вместе со всей движимостью и недвижимостью: бери себе и хижину, и прелестную обстановку, и фамильные ценности — все, даже черепашьи яйца, какие остались. Когда же вам угодно будет вступить во владение всем этим?</p>
     <p>— Как это понять?.. — спросил Френсис.</p>
     <p>— А вот так. Здесь ничего нет. Я, можно сказать, перекопал весь остров, и единственное, что я нашел, — это сундук, набитый тряпьем.</p>
     <p>— Но это должно было вдохновить тебя на дальнейшие поиски!</p>
     <p>— Еще бы! Я уж думал, что клад у меня в кармане.</p>
     <p>Во всяком случае этот сундук указывал, что я на правильном пути.</p>
     <p>— А почему бы нам не попытать счастья на острове Быка? — спросил Френсис.</p>
     <p>— Вот об этом я как раз и подумываю, хотя у меня есть основания предполагать, что сокровище зарыто где-то на материке. Ведь в старину люди имели обыкновение указывать долготу и широту с отступлением на несколько градусов.</p>
     <p>— Да, если на карте помечено десять градусов северной широты и девяносто восточной долготы, это вполне может означать двенадцать градусов северной широты и девяносто два восточной долготы, — подтвердил Френсис. — А может означать и восемь градусов северной широты и восемьдесят восемь восточной долготы. Пираты держали поправку в уме, и если умирали внезапно, что, как видно, было их обыкновением, то секрет умирал вместе с ними.</p>
     <p>— Я уже почти решил перебраться на остров Быка и всех этих охотников на черепах выставить оттуда на материк, — продолжал Генри. — А потом мне вдруг начало казаться, что, пожалуй, лучше начать с материка. У тебя ведь тоже, наверно, есть свои ключи для поисков клада?</p>
     <p>— Конечно, — кивнул Френсис. — Но знаешь, мне хотелось бы взять обратно свои слова по поводу дележа.</p>
     <p>— Валяй, бери, — подзадорил его Генри.</p>
     <p>— Ну, так беру! И, скрепляя свой договор, они крепко пожали друг другу руки.</p>
     <p>— «Морган и Морган» — компания только из двух человек, — рассмеялся Френсис.</p>
     <p>— Актив: все Карибское море, испанские колонии на материке, большая часть Центральной Америки, сундук, набитый никуда не годным старьем, и множество ям, вырытых в земле, — подхватывая шутку, в тон ему продолжал Генри. — Пассив: змеиные укусы, грабители индейцы, малярия, желтая лихорадка…</p>
     <p>— И красивые девушки, которые сначала целуют совершенно незнакомого человека, а потом тычут ему в живот блестящим серебряным револьвером, — вставил Френсис. — Я сейчас расскажу тебе одну занятную историю. Позавчера я отправился на шлюпке к материку. Не успел я высадиться на берег, как ко мне подскочила красивейшая в мире девушка и потащила за собой в джунгли. Я решил, что она либо собирается съесть меня, либо женить на себе. Но что из двух — понять не мог. И вот, прежде чем я успел это выяснить, как ты думаешь, что сделала эта прелестная особа? Сказала что-то весьма неблаговидное о моих усах и, пригрозив револьвером, погнала обратно к лодке. А там заявила, чтобы я немедленно уезжал и никогда больше не возвращался или что-то в этом роде.</p>
     <p>— Где же это случилось? — спросил Генри, весь превратившись в слух.</p>
     <p>Но Френсис, увлеченный воспоминаниями о своем злополучном приключении, не заметил повышенного интереса собеседника.</p>
     <p>— Да вон там, на противоположной стороне лагуны Чирикви, — ответил он. — Я узнал потом, что это родовое имение семейства Солано. Ну и люди же — настоящий порох! Но я еще не все тебе рассказал. Слушай. Сначала, значит, эта особа потащила меня в заросли и оскорбительно отозвалась о моих усах, потом, угрожая револьвером, погнала меня назад к лодке. А под конец пожелала узнать, почему я ее не поцеловал. Нет, слыхал ты что-нибудь подобное?</p>
     <p>— И ты поцеловал ее? — спросил Генри, и рука его непроизвольно сжалась в кулак.</p>
     <p>— А что еще оставалось делать несчастному чужеземцу, очутившемуся в чужой стране? Девчонка была прехорошенькая!..</p>
     <p>В следующую секунду Френсис был уже на ногах и, прикрыв рукою челюсть, едва успел отразить удар могучего кулака Генри.</p>
     <p>— Я… я… извини, пожалуйста, — пробормотал Генри, тяжело опускаясь на старинный морской сундучок. — Я идиот — знаю, но пусть меня повесят, не могу я вынести…</p>
     <p>— Ну вот, опять, — с упреком перебил его Френсис, — Нет, ты такой же сумасшедший, как и все в этой сумасшедшей стране. То ты перевязываешь мне рану на голове, а то готов снести эту самую голову с плеч. Ведешь себя не лучше той девчонки, которая сначала расцеловала меня, а потом стала тыкать револьвером в брюхо.</p>
     <p>— Правильно! Ругай меня, я заслужил это, — уныло произнес Генри и тут же, помимо воли, снова вспылил: — Да черт бы тебя побрал, ведь это была Леонсия!</p>
     <p>— Ну и что же, что Леонсия? Или Мерседес? Или Долорес? Неужели, если парень поцеловал хорошенькую девчонку, — да еще под дулом револьвера, — это дает право какому-то проходимцу в грязных парусиновых штанах, живущему на куче мусора, именуемой островом, снести ему голову с плеч?</p>
     <p>— А если хорошенькая девчонка помолвлена с проходимцем в грязных парусиновых штанах?..</p>
     <p>— Не может быть!.. — возбужденно прервал его Френсис.</p>
     <p>— Да, и этому оборванцу, — продолжал Генри, — не очень-то приятно слышать, что его невеста целовалась с проходимцем, которого она никогда не видела, до того как он высадился со шхуны какого-то сомнительного ямайского негра.</p>
     <p>— Значит, она приняла меня за тебя, — задумчиво произнес Френсис, начиная понимать, как все произошло. — Я не виню тебя за то, что ты вспылил; хотя, должен сказать, характер у тебя прескверный. Вчера ты, например, собирался отрезать мне уши, не так ли?</p>
     <p>— Ну и у тебя характер ничуть не лучше, мой милый Френсис. Как ты настаивал, чтоб я отрезал тебе уши, когда я положил тебя на обе лопатки, ха-ха!</p>
     <p>И оба весело расхохотались.</p>
     <p>— Это характер старика Моргана, — сказал Генри. — Он, судя по преданию, был задирист, как черт.</p>
     <p>— Но уж, наверно, не задиристее этих Солано, с которыми ты собираешься породниться. Ведь почти все семейство высыпало тогда на берег и хотело изрешетить меня, пока я греб к шхуне. А твоя Леонсия схватила свою пушку и пригрозила длиннобородому, должно быть ее отцу, что, мол, пристрелит его, если он не перестанет в меня палить.</p>
     <p>— Держу пари, что это и был ее отец, сам старый Энрико! — воскликнул Генри. — А остальные — ее братья.</p>
     <p>— Прелестные ящеры! — произнес Френсис. — Скажи, ты не боишься, что твоя жизнь станет слишком монотонной, после того как ты женишься и войдешь в эту мирную, кроткую семейку? — Но он тут же перебил сам себя: — Послушай, Генри, но если они приняли меня за тебя, какого же черта им так хотелось тебя укокошить? Опять, наверно, виноват сварливый моргановский нрав! Чем это ты привел в такое раздражение родичей своей будущей жены?</p>
     <p>Генри с минуту смотрел на него, как бы решая, сказать или не сказать, и, наконец, ответил:</p>
     <p>— Ну что ж, могу тебе, пожалуй, рассказать. Это преотвратительная история, и, должно быть, всему виною мой нрав. Я поссорился с ее дядей. Это был самый младший брат ее отца…</p>
     <p>— Был?.. — прервал его Френсис многозначительно.</p>
     <p>— Я же сказал, что был, — кивком подтверждая свои слова, продолжал Генри. — Его уже нет в живых. Звали его Альфаро Солано, и характерец у него был тоже преотменный. Все они считают себя потомками испанских конкистадоров <a l:href="#n_504" type="note">[504]</a> и важничают поэтому, как индюки. Альфаро нажил себе состояние на продаже ценных пород древесины и как раз в ту пору развел большую плантацию кампешевого дерева на побережье. Однажды я с ним поссорился. Произошло это в маленьком городке Сан-Антонио. Может, это было недоразумение, хотя я до сих пор считаю, что он был не прав. Он всегда искал со мной ссоры: понимаешь, не хотел, чтобы я женился на Леонсии.</p>
     <p>Ну и заваруха получилась! Началось все в пулькерии <a l:href="#n_505" type="note">[505]</a>. Альфаро пил там мескаль <a l:href="#n_506" type="note">[506]</a> и хватил, должно быть, лишнего. Он оскорбил меня не на шутку. Нас разняли и отобрали ружья; но, прежде чем разойтись, мы поклялись убить друг друга. И вся беда в том, что при нашей ссоре присутствовало человек двадцать и все они слышали, как мы угрожали друг другу.</p>
     <p>Часа через два комиссар с двумя жандармами проходил по глухому переулку в ту самую минуту, когда я наклонился над телом Альфаро: ему кто-то всадил нож в спину, и я споткнулся о его труп, идя к берегу. Что тут можно было сказать? Ничего! Все знали про ссору и угрозу мести. И вот не прошло и двух часов, как меня поймали с поличным у еще неостывшего трупа Альфаро. С тех пор я ни разу не был в Сан-Антонио: не теряя времени даром, я тогда моментально удрал. Альфаро был очень популярен — это был лихой парень, а толпа таких всегда любит. Меня даже и судить бы не стали, тут же выпустили бы кишки; так что я почел за благо исчезнуть побыстрее — pronto!</p>
     <p>Затем, когда я уже был в Бокас-дель-Торо, меня разыскал посланный от Леонсии и передал мне обручальное кольцо с брильянтом: она возвращала мой подарок. Теперь ты знаешь все. После этой истории мне все опротивело. Вернуться в те края я не решался, зная, что семейка Солано, да и тамошние жители жаждут моей крови; вот я и прибыл сюда пожить немного затворнической жизнью и поискать сокровища Моргана… Однако мне бы очень хотелось узнать, кто всадил нож в Альфаро. Если мне удастся когда-нибудь найти этого человека, я оправдаюсь перед Леонсией и остальными Солано; и тогда можно не сомневаться, что мы поженимся. А сейчас могу тебе признаться, что Альфаро был вовсе не такой уж плохой малый, хоть и вспыльчив до чертиков.</p>
     <p>— Ясно как день, — пробормотал Френсис. — Теперь я понимаю, почему ее отец и братья хотели продырявить меня… В самом деле, чем больше я смотрю на тебя, тем больше убеждаюсь, что мы похожи, как две горошины, если не считать моих усов…</p>
     <p>— И вот этого, — Генри закатал рукав, и Френсис увидел длинный тонкий рубец, белевший у него на левой руке. — Это у меня с детства: упал с ветряной мельницы и пролетел прямо через стеклянную крышу в оранжерею.</p>
     <p>— Теперь слушай, что я тебе скажу, — начал Френсис и весь просиял от осенившей его мысли. — Кто-то должен вытащить тебя из этой грязной истории. И сделает это не кто иной, как Френсис, компаньон фирмы «Морган и Морган»! Можешь оставаться здесь или отправиться на остров Быка и начать там разведку, а я поеду назад и объясню все Леонсии и ее родне…</p>
     <p>— Если они не ухлопают тебя прежде, чем ты сумеешь объяснить, что ты — это не я, — с горечью заметил Генри. — В том-то и беда с этими Солано. Они сначала стреляют, а уж потом разговаривают. Они могут внять рассудку, только когда противника уже не будет в живых.</p>
     <p>— И все-таки я попытаю счастья, старина, — заверил его Френсис, загоревшись своей идеей уладить печальное недоразумение между Генри и его возлюбленной.</p>
     <p>Однако он сам удивлялся тому чувству, с каким вспоминал о ней. Ему было невыразимо жаль, что это очаровательное существо принадлежит по праву человеку, который так на него похож. Френсис снова увидел девушку, какой она была в ту минуту на берегу, когда, обуреваемая противоречивыми чувствами, то загоралась любовью и устремлялась к нему, то обрушивалась на него с гневом и презрением. Он невольно вздохнул.</p>
     <p>— О чем это ты? — насмешливо спросил его Генри.</p>
     <p>— Леонсия на редкость красивая девушка, — откровенно признался Френсис. — Но, как бы то ни было, она твоя, и уж я позабочусь о том, чтобы она тебе досталась. Где то кольцо, которое она тебе вернула? Если я не надену его на палец Леонсии от твоего имени и не вернусь сюда через неделю с добрыми вестями, можешь отрезать мне не только уши, но и усы.</p>
     <p>Через час к берегу Тельца уж подходила шлюпка с «Анджелики», высланная капитаном Трефэзеном в ответ на поданный с берега сигнал. И молодые люди стали прощаться.</p>
     <p>— Еще два обстоятельства, Френсис. Во-первых, забыл тебе сказать, что Леонсия вовсе не Солано, хоть она этого и не знает. Об этом мне сказал сам Альфаро. Она приемная дочь, но старик Энрико положительно молится на нее, хотя в жилах ее и не течет его кровь и она даже не одной с ним национальности. Альфаро никогда не рассказывал мне подробностей, сказал только, что она вовсе не испанка. Я даже не знаю, кто она — англичанка или американка. Она довольно прилично говорит по-английски, хотя изучила этот язык в монастыре. Видишь ли, Энрико удочерил ее, когда она была совсем крошкой, она и не догадывается, что это не ее отец.</p>
     <p>— Неудивительно, что она с таким презрением и ненавистью отнеслась ко мне! — расхохотался Френсис. — Ведь она приняла меня за тебя; а она считала — да и до сих пор считает, — что это ты всадил нож в спину ее родному дядюшке.</p>
     <p>Генри кивнул и продолжал прерванный рассказ:</p>
     <p>— Во-вторых, я хочу предупредить тебя об одном чрезвычайно важном обстоятельстве. Речь идет о здешних законах, или, вернее, об отсутствии таковых. В этой богом забытой дыре законом вертят, как хотят. До Панамы далеко, а губернатор этого штата — или округа, или как он там у них называется — старик, настоящий сонный отец Силен. Зато начальник полиции Сан-Антонио — человек, с которым надо держать ухо востро. Он в этой глуши царь и бог, и подлец первостатейный, — уж кто-кто, а я это знаю. Взяточник — это слабое слово в применении к нему; а жесток он и кровожаден, как хорек. Для него самое большое удовольствие казнить человека: он обожает вешать. Берегись его и держи ухо востро… Ну, ладно, до свидания. Половина того, что я найду на острове Быка, — твоя… Да смотри, постарайся надеть кольцо на палец Леонсии.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Прошло два дня. После того как метис-капитан сам произвел разведку и привез известия, что вся мужская половина семьи Солано отсутствует, Френсис высадился на берег, где он впервые встретился с Леонсией. На этот раз поблизости не видно было ни девиц с серебряными револьверами, ни мужчин с ружьями. Кругом царил покой, и лишь оборванный мальчишка индеец сидел у воды; увидев монету, он охотно согласился отнести записку молодой сеньорите в большую асьенду. Френсис вырвал из блокнота листок и начал писать: «Я тот, кого Вы приняли за Генри Моргана; у меня к Вам поручение от него…», отнюдь не подозревая, какие необычайные события должны обрушиться на него с не меньшей стремительностью, чем во время его первого посещения здешних мест.</p>
     <p>Если бы ему пришло на ум заглянуть за выступ скалы, к которой он прислонился спиной, сочиняя это послание к Леонсии, глазам его предстала бы поразительная картина: Леонсия собственной персоной, точно морская царица, выходила после купанья из воды. Но Френсис продолжал спокойно писать, а маленький индеец был не менее его поглощен этой процедурой, так что Леонсия, выйдя из-за скалы, первая увидела их. Подавив возглас изумления, она повернулась и, не разбирая пути, бросилась бегом в зеленые заросли джунглей.</p>
     <p>Френсис почти тотчас узнал, что она где-то рядом, когда до него долетел ее испуганный крик. Бросив на песок карандаш и записку, он побежал на крик и столкнулся с мокрой, полуодетой девушкой — она в ужасе мчалась назад, спасаясь от чего-то. Не разобравшись, что Френсис прибежал ей на помощь, Леонсия снова вскрикнула.</p>
     <p>Она метнулась в сторону, чуть не сбив с ног мальчишку индейца, и остановилась, лишь когда выбежала на песчаную отмель. От страха лицо ее побелело как полотно. Только тут она обернулась и увидела, что перед нею не новый враг, а спаситель.</p>
     <p>— Что с вами? — взволнованно спросил Френсис. — Вы ушиблись? Что произошло?</p>
     <p>Девушка указала на свое голое колено, на котором алели две крошечные капельки крови, вытекшие из двух еле заметных ранок.</p>
     <p>— Гадюка, — сказала она. — Ее укус смертелен. Через пять минут я умру, и я рада этому, очень рада: по крайней мере тогда вы уже не будете больше терзать мое сердце.</p>
     <p>И Леонсия, укоризненно ткнув в него пальцем, хотела было высказать все, что она думает о нем, но силы изменили ей, и она без чувств упала на песок.</p>
     <p>Френсис знал о змеях Центральной Америки лишь понаслышке; и то, что он слышал, было ужасно: говорили, что даже мулы и собаки умирают в страшных мучениях через пять-десять минут после укуса какой-нибудь двадцатидюймовой змейки. «Ничего нет удивительного, что она потеряла сознание, — подумал он, — ведь яд этот очень быстро действует, и, по-видимому, он уже начал свою работу». О том, какую помощь оказывают при змеиных укусах, Френсис знал тоже лишь понаслышке. Но он мгновенно вспомнил, что надо туго перевязать ногу выше укуса, чтобы приостановить циркуляцию крови и не дать яду добраться до сердца.</p>
     <p>Он вынул носовой платок, перевязал им ногу Леонсии выше колена, просунул в узелок коротенькую палочку, валявшуюся на берегу и, по-видимому, выброшенную морем, и туго-натуго закрутил платок. Затем, действуя опять-таки понаслышке, быстро открыл перочинный нож, прокалил лезвие на нескольких спичках, чтобы продезинфицировать его, и осторожно, но решительно сделал несколько надрезов в том месте, где виднелись следы змеиных зубов.</p>
     <p>Френсис был донельзя перепуган; он действовал с лихорадочной поспешностью, каждую минуту ожидая появления на лежавшем перед ним прелестном существе страшных признаков смерти. Он слышал, что от змеиного укуса тело быстро распухает до невероятных размеров. Еще не покончив с надрезами, он уже решил, что будет делать дальше. Прежде всего он высосет, по возможности, весь яд, а затем раскурит сигарету и горящим концом прижжет ранки.</p>
     <p>Не успел Френсис сделать и двух крестообразных надрезов ножом, как девушка беспокойно зашевелилась.</p>
     <p>— Лежите смирно! — приказал он.</p>
     <p>Но Леонсия села как раз в ту минуту, когда он нагнулся, чтоб высосать из ранки яд. Ответом на его слова была звонкая пощечина, которую нанесла ему маленькая ручка Леонсии.</p>
     <p>В этот момент из джунглей выскочил мальчишка индеец, приплясывая и размахивая мертвой змейкой, которую он держал за хвост.</p>
     <p>— Лабарри! Лабарри! — захлебываясь от восторга, кричал он.</p>
     <p>Френсис, услышав это, решил, что дело совсем худо.</p>
     <p>— Лежите смирно! — резко повторил он. — Нельзя терять ни секунды.</p>
     <p>Но Леонсия так и впилась глазами в мертвую змею. На душе у нее явно стало легче, однако Френсис этого не заметил, — он снова нагнулся, собираясь по всем правилам приступить к лечению.</p>
     <p>— Да как вы смеете! — прикрикнула она на него. — Ведь это всего лишь лабарри, и притом не взрослая змея, а детеныш — его укус безвреден. А я думала, что это гадюка. Маленькие лабарри очень похожи на гадюк.</p>
     <p>Почувствовав, что нога у нее онемела, — жгут, которым она была перетянута, почти приостановил кровообращение, — Леонсия посмотрела вниз и увидела носовой платок Френсиса, обмотанный выше ее колена.</p>
     <p>— Что это вы придумали? — Яркий румянец залил ее лицо. — Ведь это всего лишь детеныш лабарри, — с упреком повторила она.</p>
     <p>— Вы же мне сами сказали, что это гадюка! — возразил он.</p>
     <p>Девушка спрятала лицо в ладонях, но скрыть своего смущения не могла: уши у нее так и пылали. Френсис мог бы поклясться, что она смеется, — если это, конечно, не истерика. Тут только он понял, как трудно ему будет выполнить взятую на себя задачу: надеть кольцо другого мужчины на палец Леонсии. Но он твердо решил не поддаваться ее чарам.</p>
     <p>— Ну, теперь ваши родичи, надо полагать, изрешетят меня на том основании, что я не могу отличить лабарри от гадюки, — с горечью заметил он. — Можете позвать кого-нибудь из рабочих с плантации, чтоб они выполнили эту миссию! Или, может, вы пожелаете пристрелить меня собственноручно?</p>
     <p>Но она, по-видимому, не слышала его: вскочив легко и грациозно, как и следовало ожидать от столь безукоризненно сложенного существа, она принялась изо всей силы топать ногой по песку.</p>
     <p>— У меня нога затекла, — пояснила она со смехом, уже не прячась от него.</p>
     <p>— Вы ведете себя просто позорно, — поддразнивая ее, заметил он. — Ведь вы считаете, что это я убил вашего дядюшку.</p>
     <p>Леонсия сразу перестала смеяться, и кровь отхлынула от ее лица. Она ничего не ответила, только нагнулась и дрожащими от гнева пальцами попыталась развязать платок, точно он жег ей ногу.</p>
     <p>— Давайте я помогу вам, — любезно предложил Френсис.</p>
     <p>— Вы зверь! — в запальчивости выкрикнула она. — Отойдите в сторону. Ваша тень падает на меня.</p>
     <p>— Вот теперь вы совершенно очаровательны, просто прелестны, — продолжал насмехаться Френсис, в то же время с трудом подавляя властное желание заключить ее в объятия. — Вы сейчас точь-в-точь такая, какой я вас запомнил, когда в первый раз увидел на берегу: то вы упрекали меня, почему я не поцеловал вас, то принимались сами целовать меня — да, да, вы меня целовали! — а в следующую секунду уже угрожали навеки испортить мне пищеварение этой вашей серебряной игрушкой. Нет, вы ни на йоту не изменились с тех пор. Вы все тот же вулкан, именуемый Леонсией. Давайте-ка я лучше развяжу вам платок. Неужели вы не видите, что узел затянут? Вашим пальчикам никогда с ним не справиться.</p>
     <p>Леонсия в безмолвной злобе топнула ногой.</p>
     <p>— Мне еще повезло, что вы не берете с собой вашу игрушку, когда идете купаться, — продолжал поддразнивать ее Френсис, — а не то здесь, на берегу, пришлось бы устраивать похороны очаровательному молодому человеку, чьи намерения по отношению к вам всегда отличались благородством.</p>
     <p>В эту минуту к ним подбежал мальчишка индеец с купальным халатом Леонсии; она схватила его и поспешно надела, а уже потом, с помощью мальчишки, снова принялась развязывать узел. Когда платок был развязан, она отшвырнула его от себя с таким видом, точно это была ядовитая змея.</p>
     <p>— Фу, гадость! — воскликнула она, чтобы уязвить Френсиса.</p>
     <p>Но Френсис, продолжая в душе вести борьбу с самим собой, чтобы не поддаться ее обаянию, медленно покачал головой.</p>
     <p>— Это вам не поможет, Леонсия, — заметил он. — Я оставил на вас метину, которая никогда не сойдет. — Он дотронулся до надрезов, сделанных на ее коленке, и рассмеялся.</p>
     <p>— Метина зверя, — бросила она через плечо и повернулась, чтобы уйти. — Предупреждаю вас, мистер Генри Морган, не попадайтесь больше на моем пути.</p>
     <p>Но он сделал шаг и преградил ей путь.</p>
     <p>— Ну, а теперь поговорим по-деловому, мисс Солано, — сказал он, меняя тон. — И вы выслушаете меня. Можете сверкать глазами, сколько вам угодно, но прошу меня не перебивать. — Он нагнулся и поднял записку, которую начал было писать. — Я как раз собирался послать это вам с мальчиком, когда вы вскрикнули. Возьмите ее и прочтите. Она вас не укусит. Это ведь не ядовитая змея.</p>
     <p>Хотя Леонсия решительно отказалась взять записку, однако глазами она непроизвольно пробежала первую строку:</p>
     <p>«Я тот, кого Вы приняли за Генри Моргана…»</p>
     <p>Девушка посмотрела на своего собеседника. По ее испуганным глазам видно было, что она многого не понимает, но о многом уже смутно догадывается.</p>
     <p>— Честное слово, — серьезно сказал он.</p>
     <p>— Вы… не… не Генри? — с запинкой спросила она.</p>
     <p>— Нет, я не Генри. Быть может, вы все-таки возьмете записку и прочтете?</p>
     <p>Она повиновалась и стала читать, а он не отрываясь смотрел на матовое лицо блондинки, позлащенное тропическим солнцем, которое не только опаляло тело, но и горячило кровь, а может быть, наоборот: именно горячая кровь придавала коже Леонсии этот чудесный золотисто-матовый оттенок.</p>
     <p>Френсис был точно во сне; внезапно он понял, что смотрит прямо в ее испуганные, вопрошающие бархатисто-карие глаза.</p>
     <p>— А чья подпись должна была стоять под этой запиской? — уже во второй раз спрашивала его Леонсия.</p>
     <p>Заставив себя очнуться, он поклонился.</p>
     <p>— Но имя? Как вас зовут?</p>
     <p>— Морган, Френсис Морган. Как я уже объяснил в записке, мы с Генри — дальние родственники, троюродные братья или что-то в этом роде.</p>
     <p>К удивлению Френсиса, в глазах ее вдруг появилось сомнение и взгляд снова загорелся гневом.</p>
     <p>— Генри, — с укоризной сказала она ему, — ведь это же обман, дьявольская хитрость! Вы просто пытаетесь разыграть меня. Конечно, вы Генри.</p>
     <p>Френсис указал на свои усы.</p>
     <p>— Вы успели отрастить их с тех пор, — не отступала она.</p>
     <p>Тогда он закатал рукав и показал ей свою левую руку от запястья до локтя. Но она только недоуменно глядела на него, явно не понимая, что он хочет этим доказать.</p>
     <p>— Вы помните рубец? — спросил он ее.</p>
     <p>Она кивнула.</p>
     <p>— Тогда попытайтесь его найти.</p>
     <p>Она наклонила голову, скользнула по его руке взглядом и медленно покачала головой.</p>
     <p>— Я… — запинаясь, произнесла она, — я прошу извинить меня. Это ужасная ошибка. Подумать только, как… как я обошлась с вами…</p>
     <p>— Вы подарили мне божественный поцелуй, — с озорством школьника заметил он.</p>
     <p>Но она вспомнила то, что произошло совсем недавно, взглянула на свое колено и, как ему показалось, подавила очаровательнейший смешок.</p>
     <p>— Вы сказали, что у вас есть поручение от Генри? — спросила она, внезапно меняя тему разговора. — И что он не виновен?.. Это правда? Ох, как бы мне хотелось вам поверить!</p>
     <p>— Я глубоко убежден, что Генри столь же невиновен в убийстве вашего дядюшки, как и я.</p>
     <p>— Тогда не говорите больше ничего, по крайней мере сейчас, — радостно прервала она его. — Прежде всего я должна принести вам свои извинения, хотя вы и не можете отрицать, что некоторые ваши слова и поступки были просто возмутительны. И вы не имели права меня целовать.</p>
     <p>— Если вы припомните, — возразил он, — я сделал это под угрозой револьвера. А вдруг вы бы меня пристрелили, если б я вас не поцеловал?</p>
     <p>— Ох, замолчите, замолчите! — взмолилась она. — А теперь пойдемте со мной к нам в дом. И по пути вы расскажете мне о Генри.</p>
     <p>Взгляд ее случайно упал на платок, который она так презрительно отшвырнула в сторону. Она подбежала и подняла его.</p>
     <p>— Бедный, обиженный платочек, как с тобой плохо обошлись, — нежно промолвила она. — Перед тобой мне тоже придется извиниться. Я сама тебя выстираю и… — Она подняла глаза на Френсиса. — И верну его вам, сэр, свежим и чистым, пропитанным благодарностью моего сердца…</p>
     <p>— Это к зверю-то? — спросил он.</p>
     <p>— Извините, пожалуйста, — покаянно сказала она.</p>
     <p>— И мне теперь будет дозволено отбрасывать свою тень на вас?</p>
     <p>— Да, да! — весело воскликнула она. — Вот! Видите: я стала в вашу тень. А теперь пойдемте.</p>
     <p>Френсис бросил песо обрадованному мальчишке индейцу и в самом веселом настроении повернулся и последовал за Леонсией по дорожке, которая сквозь густую тропическую растительность вела к белой асьенде.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Альварес Торрес, сидевший на широкой террасе перед асьендой Солано, увидел сквозь густой кустарник юную пару, приближавшуюся к дому по извилистой подъездной аллее. И то, что он увидел, заставило его заскрежетать зубами и сделать весьма ошибочные выводы. Он пробормотал про себя проклятье и от злости даже не заметил, что у него потухла сигарета.</p>
     <p>Он видел Леонсию и Френсиса, погруженных в оживленный разговор и, казалось, забывших обо всем на свете. Он видел, как Френсис размахивал руками, горячо что-то доказывая, — Леонсия даже остановилась, явно тронутая мольбами своего спутника. Он видел, — Торрес с трудом мог поверить собственным глазам, — как Френсис достал кольцо, а Леонсия, отвернувшись, протянула левую руку и позволила ему надеть это кольцо на ее безымянный палец — палец, на который надевают обручальные кольца. В этом Торрес мог бы поклясться.</p>
     <p>А на самом деле Френсис просто надел на палец Леонсии подарок Генри. Леонсия, сама не зная почему, без особой охоты приняла его обратно.</p>
     <p>Торрес отбросил потухшую сигарету, яростно, словно находя в этом какое-то облегчение, закрутил усы и направился навстречу молодым людям, уже поднимавшимся на террасу. Даже не ответив на приветствие девушки, он с перекошенным от гнева лицом набросился на Френсиса.</p>
     <p>— Трудно, конечно, ожидать, чтобы убийца устыдился своего поступка, но он мог бы по крайней мере соблюдать приличия!</p>
     <p>Френсис иронически усмехнулся.</p>
     <p>— Ну вот, опять начинается, — сказал он. — Еще один сумасшедший в этой сумасшедшей стране! Последний раз, Леонсия, я видел этого джентльмена в Нью-Йорке. Он был тогда преисполнен готовности участвовать со мной в одном деле. А теперь я его встречаю здесь, и первое, что он мне говорит, — это что я низкий, бесстыжий убийца.</p>
     <p>— Сеньор Торрес, вы должны извиниться, — вмешалась возмущенная девушка. — В доме Солано не принято оскорблять гостей.</p>
     <p>— В таком случае, насколько я понимаю, в доме Солано принято, чтобы проезжие авантюристы убивали членов их семьи, — в тон ей заявил он. — Конечно, нет такой жертвы, которую нельзя было бы принести во имя гостеприимства.</p>
     <p>— Возьмите себя в руки, сеньор Торрес, — любезно посоветовал ему Френсис. — Вы слишком много себе позволяете. Я скажу вам, в чем ваша ошибка. Вы считаете, что я Генри Морган. А я Френсис Морган, и мы с вами не так давно беседовали в кабинете Ригана в Нью-Йорке. Вот вам моя рука, пожмите ее — другого извинения при создавшихся обстоятельствах я от вас не потребую.</p>
     <p>Торрес, в первую минуту совершенно ошеломленный тем, что мог так ошибиться, взял протянутую Френсисом руку и рассыпался в извинениях перед ним и Леонсией.</p>
     <p>— А теперь, — сказала девушка, радостно рассмеявшись, и хлопнула в ладоши, вызывая служанку, — мне надо поместить куда-нибудь мистера Моргана, а самой пойти переодеться. После этого, сеньор Торрес, если вы разрешите, мы расскажем вам про Генри.</p>
     <p>Леонсия удалилась на свою половину. Френсис вслед за молоденькой хорошенькой метиской-горничной тоже направился в отведенную ему комнату. А Торрес тем временем несколько опомнился, и все-таки удивлению его и злобе не было предела. Так, значит, этому пришельцу, совершенно незнакомому человеку, Леонсия разрешила надеть ей на палец кольцо, словно он ее жених. И мозг Торреса заработал яростно и быстро. Леонсия, которую он называл в душе владычицей своих грез, вдруг в один миг обручилась с каким-то чужеземцем, с нью-йоркским гринго! Невероятно! Чудовищно!</p>
     <p>Хлопнув в ладоши, он велел подать экипаж, нанятый им в Сан-Антонио. И когда Френсис вышел на террасу, чтобы поговорить с ним поподробнее о местонахождении клада старика Моргана, Торрес в своем экипаже был уже у ворот.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>После завтрака Френсис заметил, что ветер переменился и подул с суши — следовательно, можно будет быстро пересечь лагуну Чирикви и вдоль берега добраться до островов Быка и Тельца. Горя желанием поскорее обрадовать Генри известием о том, что его кольцо снова украшает пальчик Леонсии, он решительно отклонил ее любезное предложение заночевать у них и познакомиться с Энрико Солано и его сыновьями. У Френсиса была и еще одна причина для поспешного отъезда: он не мог дольше оставаться в обществе Леонсии. И совсем не потому, что она была ему неприятна, — напротив: она очаровала его, увлекла так сильно, что он не смел больше оставаться здесь, подвергаясь воздействию ее чар и этого все возрастающего влечения, если собирался сдержать слово, данное человеку в парусиновых штанах, который сейчас искал клад на острове Быка.</p>
     <p>Итак, Френсис отбыл, унося в кармане письмо Леонсии к Генри. Прощание было кратким. Со вздохом, столь быстро подавленным, что Леонсия даже подумала, не почудилось ли ей это, оторвался он от ее руки и зашагал прочь по подъездной аллее. Она смотрела ему вслед, пока он не исчез из виду, затем со смутной тревогой перевела взгляд на кольцо, блестевшее у нее на пальце.</p>
     <p>Выйдя на берег, Френсис подал сигнал стоявшей на якоре «Анджелике», чтобы за ним выслали шлюпку. Но не успели матросы спустить ее на воду, как из лесу выскочили человек шесть всадников с револьверами за поясом и ружьями поперек седел и галопом помчались к нему. Двое скакали впереди. В одном из них Френсис узнал Торреса. Остальные четверо были метисы с физиономиями отъявленных бандитов. Все схватились за винтовки и прицелились в Френсиса, так что ему оставалось лишь повиноваться незнакомому вожаку, который рявкнул, чтобы он поднял руки вверх.</p>
     <p>— Подумать только, — сказал Френсис, — что еще совсем на днях — или это было миллион лет назад? — я считал бридж по доллару за фишку самым волнующим развлечением. А тут вдруг являетесь вы, сэры, верхом и угрожаете моей бедной плоти всякими чужеродными телами. Так, может, вы объясните мне, в чем дело? Неужели мне всегда суждено покидать этот берег под аккомпанемент выстрелов? Что вам собственно нужно: мои уши или хватит усов?</p>
     <p>— Нам нужен ты сам, — ответил незнакомый вожак, усы его свирепо щетинились, а черные бегающие глазки свирепо поблескивали.</p>
     <p>— Так, может, вы мне скажете, во имя Адама и Евы и всех распрекрасных ящеров, кто вы такие?</p>
     <p>— Это достопочтенный сеньор Мариано Веркара-и-Ихос, начальник полиции Сан-Антонио, короче — шеф, — ответил Торрес.</p>
     <p>— Ну, пропал! — рассмеялся Френсис, вспомнив, как описывал этого субъекта Генри. — Должно быть, вы считаете, что я нарушил какое-то правило стоянки судов или предписание санитарной комиссии, бросив здесь якорь. Но об этом вам надо говорить с моим капитаном — капитаном Трефэзеном, весьма почтенным джентльменом. А я — только лицо, зафрахтовавшее шхуну, обычный пассажир. Вы безусловно убедитесь, что капитан Трефэзен — большой знаток законов мореплавания и стоянки судов в порту.</p>
     <p>— Вы должны держать ответ за убийство Альфаро Солано, — сказал Торрес. — Вам не удалось одурачить меня, Генри Морган, вашими разговорами в асьенде о том, что вы якобы кто-то другой. Я знаю этого другого. Его зовут Френсис Морган, и я смело могу сказать, что он вовсе не убийца, а джентльмен.</p>
     <p>— О боги морских глубин со всеми их рыбами и рыбешками! — воскликнул Френсис, — Но ведь вы пожали мне руку, сеньор Торрес!</p>
     <p>— Я был одурачен, — со скорбной миной признался Торрес, — но только на какой-то миг. Ну, так сдаетесь вы мирным путем?</p>
     <p>— Точно я могу… — Френсис взглянул на шесть ружей и красноречиво пожал плечами. — Я полагаю, вы будете Судить меня pronto и на заре повесите?</p>
     <p>— Правосудие свершается очень быстро в Панаме, — ответил начальник полиции по-английски; говорил он более или менее понятно, только с забавным акцентом. — Но все-таки не так быстро. Мы не повесим вас на Заре, лучше в десять утра — так для всех будет удобнее. Как вы полагаете?</p>
     <p>— О, решайте сами, — ответил Френсис. — Можно и в одиннадцать и в двенадцать, мне все равно.</p>
     <p>— Попрошу вас следовать за нами, сеньор, — сказал Мариано Веркара-и-Ихос мягким тоном, который, однако, не мог скрыть железной твердости его намерений. — Хуан! Игнасио! — скомандовал он по-испански, — Слезайте с коней! Отберите у него оружие! Нет, руки связывать не надо. Посадите его на лошадь позади Грегорио.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Френсиса втолкнули в аккуратно выбеленную камеру с глинобитными стенами футов в пять толщиной; на земляном полу спали в разных позах человек шесть арестантов-пеонов. Прислушиваясь к глухим ударам топора, раздававшимся где-то неподалеку, Френсис вспомнил только что окончившийся суд и тихо, протяжно свистнул. Было половина девятого вечера. Суд начался в восемь. А топоры уже стучали по бревнам, из которых сооружали виселицу, — завтра в десять часов утра на этом помосте ему обовьют веревкой шею и вздернут. Разбор дела длился всего тридцать минут, по его часам. Они уложились бы и в двадцать, если бы в зал не ворвалась Леонсия и не задержала внимания судей еще на десять минут, любезно предоставленных ей, как даме из знатного рода Солано.</p>
     <p>«Шеф был прав, — заключил про себя Френсис. — Правосудие в Панаме на самом деле свершается быстро».</p>
     <p>Одно то, что в кармане у него нашли письмо от Леонсии на имя Генри Моргана, уже губило его. Остальное было просто. С полдюжины свидетелей присягнули в том, что было совершено убийство, и опознали его как убийцу. То же подтвердил и сам начальник полиции. Единственным светлым моментом было внезапное появление Леонсии в сопровождении трясущейся от старости дряхлой тетушки Солано. У Френсиса сладко замерло сердце, когда он увидел, с какой энергией прелестная девушка ринулась в борьбу за его жизнь, хотя борьба эта и была заранее обречена на провал.</p>
     <p>Первым делом она велела Френсису закатать рукав и показать левую руку, при этом Френсис заметил, как начальник полиции презрительно передернул плечами. Затем Леонсия повернулась к Торресу и заговорила по-испански, страстно доказывая что-то, — что именно, Френсис не мог понять, так как говорила она слишком быстро. А потом он видел и слышал, как орала и жестикулировала наполнявшая зал толпа, когда Торрес взял слово.</p>
     <p>Но чего он не видел — это как Торрес потихоньку обменялся несколькими словами с начальником полиции, прежде чем пробраться сквозь толпу к месту, отведенному для свидетелей. Он не видел этой сценки, как не знал и того, что Торрес находится на жалованье у Ригана, который платит, чтобы его, Френсиса, держали вдали от Нью-Йорка как можно дольше, а если удастся, то и всю жизнь. Не знал Френсис и того, что Торрес влюблен в Леонсию и терзается ревностью, способной толкнуть его на любой шаг.</p>
     <p>Поэтому Френсис не понял всего, что скрывалось за ответами Торреса на вопросы Леонсии, которая все-таки заставила его признать, что он никогда не видел шрама на левой руке Френсиса Моргана. Леонсия победоносно посмотрела на старикашку судью, но тут начальник полиции вышел вперед и, подойдя к Торресу, громовым голосом спросил:</p>
     <p>— А можете ли вы поклясться, что когда-либо видели шрам на руке Генри Моргана?</p>
     <p>Смущенный, сбитый с толку Торрес растерянно посмотрел на судью, потом умоляюще перевел взгляд на Леонсию и, наконец, молча покачал головой в знак того, что не может поклясться в этом.</p>
     <p>Толпа оборванцев, наполнявшая зал, торжествующе заревела. Судья произнес приговор, рев усилился, и комиссар с несколькими жандармами поспешно вывели Френсиса — не без сопротивления с его стороны — из зала суда и препроводили в камеру, — казалось, они стремились спасти его от толпы, не желавшей ждать до десяти часов завтрашнего утра, чтобы учинить над ним расправу.</p>
     <p>«Эх, как этот бедняга Торрес попался, когда его стали спрашивать про шрам Генри!» — дружелюбно размышлял Френсис; вдруг загромыхали засовы, дверь в его камеру отворилась, и на пороге показалась Леонсия.</p>
     <p>Френсис поднялся навстречу ей. Но она, не отвечая на его приветствие, повернулась к сопровождавшему ее комиссару и обрушилась на него, подкрепляя свою речь властными жестами. Комиссар, видимо, дал себя уговорить и приказал тюремщику перевести пеонов в другие камеры, а сам как-то нервно поклонился, словно извиняясь перед Леонсией, и вышел, прикрыв за собой дверь.</p>
     <p>Только тогда самообладание покинуло Леонсию: она бросилась в объятия Френсиса и разрыдалась у него на плече.</p>
     <p>— Проклятая страна, проклятая страна! Нет в ней справедливости!</p>
     <p>Держа в объятиях ее гибкое тело, такое волнующе прекрасное, Френсис вспомнил Генри — босого, в парусиновых штанах и обвисшем сомбреро, который там, на острове Быка, упорно роет песок в поисках сокровища.</p>
     <p>И хотя его влекло к Леонсии, он попытался высвободиться из ее объятий, но это не вполне удалось ему. И все же он отчасти сумел овладеть собой и заговорил с ней голосом рассудка, а не сердца, властно напоминавшего о себе.</p>
     <p>— Теперь по крайней мере я знаю, что такое сговор, — произнес он, хотя сердце его в этот миг подсказывало ему совсем иные слова. — Если бы ваши соотечественники умели спокойно рассуждать, вместо того чтобы действовать сгоряча, они бы прокладывали железные дороги и развивали свою страну. Посмотрите на этот суд — ведь он весь был построен на игре страстей, на сговоре. Те, кто меня судил, заранее знали, что я виновен, и им так хотелось наказать меня, что они даже не потрудились отыскать доказательства моей виновности или хотя бы установить личность обвиняемого. К чему откладывать? Они знали, что Генри Морган пырнул ножом Альфаро. Они знали, что я Генри Морган. А когда человек знает, чего ради утруждать себя проверкой?</p>
     <p>Не слушая его, Леонсия всхлипывала и все порывалась обнять его, а когда он умолк, она уже была в его объятиях, головка ее прильнула к его груди, губы — к его губам; и не успел он опомниться, как уже сам целовал ее.</p>
     <p>— Люблю тебя, люблю тебя! — сквозь рыдания шептала она.</p>
     <p>— Нет, нет! — сказал он, отталкивая от себя ту, которую больше всего желал. — Мы просто очень похожи с Генри. Ведь вы любите Генри, а я не Генри.</p>
     <p>Разжав объятия, она сдернула с пальца кольцо Генри и швырнула его на пол. Френсис совсем потерял голову; он и сам не знал, что могло бы произойти в следующий момент, если бы его не спасло появление комиссара с часами в руке, который, не поднимая головы, упорно смотрел на минутную стрелку и делал вид, что для него больше ничего не существует.</p>
     <p>Леонсия горделиво выпрямилась, но когда Френсис снова надел ей на палец кольцо Генри и на прощание поцеловал руку, она едва не разрыдалась. Уже у самой двери она обернулась и одними губами беззвучно шепнула: «Люблю тебя».</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Ровно в десять, с последним ударом часов, Френсиса вывели на тюремный двор, где стояла виселица. Все жители Сан-Антонио, а также и многих окрестных селений собрались здесь; толпа была возбуждена и весело настроена. Леонсия, Энрико Солано и пять его рослых сыновей были тоже тут. Отец и братья Леонсии, кипя от негодования, нетерпеливо прохаживались взад и вперед, но начальник полиции, окруженный жандармами во главе с комиссаром, оставался невозмутимым. Тщетно пыталась Леонсия пробиться к Френсису, когда его подвели к виселице, и тщетно пытались родные уговорить девушку покинуть двор. И так же тщетно протестовали ее отец и братья, утверждая, что Френсис не тот человек, которого ищет правосудие. Начальник полиции лишь презрительно усмехнулся и приказал начинать.</p>
     <p>Когда Френсис взошел на помост и ступил уже на лестницу, приставленную к виселице, к нему подошел священник; но Френсис отказался от его напутствия: он сказал ему по-испански, что если вешают невинного человека, то он и без чужих молитв попадет в рай, — пусть молятся те, кто его вешает.</p>
     <p>Френсису связали ноги и стали вязать руки, на него уже собирались надеть черный колпак и накинуть на шею петлю, как вдруг из-за тюремной ограды донесся голос приближающегося певца:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Леонсия, находившаяся в полуобморочном состоянии, услышав этот голос, пришла в себя и даже вскрикнула от радости, увидев Генри Моргана, который, расталкивая стражу, преграждавшую ему путь, входил в это время во двор.</p>
     <p>Один только Торрес огорчился при появлении Генри, но все были так возбуждены, что никто этого не заметил. Зрители не стали возражать, когда начальник полиции, пожав плечами, объявил, что ему безразлично, кого из этих двух вешать, — лишь бы повесить. Зато вся мужская половина семейства Солано горячо запротестовала, утверждая, что Генри тоже не виновен в убийстве Альфаро. Однако решил дело Френсис; все еще стоя на помосте, пока ему развязывали руки и ноги, он крикнул, перекрывая шум толпы:</p>
     <p>— Вы судили меня! Вы не судили его! Вы не можете повесить человека без суда! Раньше должен быть суд!</p>
     <p>Френсис спустился с помоста и обеими руками схватил руку Генри, но не успел он пожать ее, как к ним подошел комиссар, сопутствуемый начальником полиции, и с соблюдением всех формальностей арестовал Генри Моргана за убийство Альфаро Солано.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Надо действовать быстро — это главное, — заявил Френсис, обращаясь к небольшому семейному совету, собравшемуся на веранде асьенды Солано.</p>
     <p>— Главное — укоризненно воскликнула Леонсия, перестав взволнованно мерить шагами веранду. — Главное — спасти его!</p>
     <p>И она возмущенно потрясла пальцем перед носом Френсиса, как бы подчеркивая значение сказанного. Не удовольствовавшись этим, она потрясла пальцем и перед носом всех своих родных — отца и каждого из братьев.</p>
     <p>— И быстро! — с жаром продолжала она. — Мы должны действовать быстро, а не то… — И голос ее оборвался от несказанного ужаса, охватившего ее при мысли о том, что может произойти с Генри, если они не будут действовать быстро.</p>
     <p>— Для шефа все гринго одинаковы, — в тон ей заметил Френсис, а сам при этом подумал: «Какая она красивая и чудесная». — Шеф безусловно царь и бог в Сан-Антонио, — продолжал он, — и привык действовать не раздумывая. Он даст Генри не больше сроку, чем дал мне. Мы должны сегодня же вызволить беднягу из тюрьмы.</p>
     <p>— Слушайте! — снова заговорила Леонсия. — Мы, Солано, не можем допустить этой… этой казни. Наша гордость… наша честь… Мы не можем допустить этого. Ну, говорите же! Да говорите же кто-нибудь! Хоть ты, отец. Предложи что-нибудь…</p>
     <p>А пока шло обсуждение, Френсис молча слушавший их дебаты, терзался глубокой печалью. С каким великолепным пылом говорила Леонсия, но пыл этот был вызван чувством к другому человеку, что, конечно, не могло порадовать Френсиса. Сцена, разыгравшаяся на тюремном дворе после того, как его выпустили, а Генри арестовали, все еще стояла у него перед глазами. Он точно сейчас видел — и сердце его заныло при воспоминании об этом, — как Леонсия бросилась в объятия Генри, а тот отыскал ее руку, чтобы убедиться, на месте ли его кольцо, и, убедившись, крепко обнял девушку и поцеловал долгим поцелуем.</p>
     <p>«Ну ладно, хватит», — со вздохом подумал Френсис. Во всяком случае, он сделал все, что мог. Разве после того, как Генри увели, он не сказал Леонсии — спокойно и даже холодно, — что Генри ее жених и возлюбленный и что лучшего выбора дочь Солано и сделать не могла?</p>
     <p>Но от этих воспоминаний он ничуть не становился счастливее, как и от сознания, что поступил правильно. Да, правильно. Он ни разу в этом не усомнился, и это позволяло ему глушить в себе чувство к Леонсии. Однако сознания собственной правоты, как он обнаружил в данном случае, еще далеко не достаточно, чтобы чувствовать себя счастливым.</p>
     <p>Но на что же иное мог он рассчитывать? Просто ему не повезло: он приехал в Центральную Америку слишком поздно — вот и все; приехал, когда эта прелестная девушка уже отдала свое сердце тому, кто пришел до него, — человеку, ничуть не хуже его самого, а может быть, как подсказывало ему чувство справедливости, даже и лучше. И это чувство справедливости требовало, чтобы он честно относился к Генри — своему кровному родственнику Генри Моргану, необузданному потомку необузданного предка, человеку в парусиновых штанах и обвисшем сомбреро, неравнодушному к ушам незнакомых молодых людей, питающемуся сухарями и черепашьими яйцами и готовому перекопать целых два острова — Быка и Тельца — в поисках клада старого пирата.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Энрико Солано и его сыновья, сидя на широкой веранде своего дома, строили планы спасения Генри, а Френсис рассеянно слушал их; в это время из комнат вышла служанка, прошептала что-то на ухо Леонсии и повела ее за угол дома, на другой конец веранды, где произошла сцена, которая немало насмешила бы и разъярила Френсиса, присутствуй он при ней.</p>
     <p>Завернув за угол дома, Леонсия увидела Альвареса Торреса, разодетого в пышный средневековый костюм богатого плантатора, какие еще носят в Латинской Америке; Торрес снял сомбреро и, держа его в руке, склонился перед девушкой чуть не до земли, затем подвел ее к плетеному диванчику из индейского тростника и усадил. Леонсия грустно ответила на его приветствие, хотя в тоне ее прозвучало любопытство — точно она надеялась услышать от него какую-нибудь обнадеживающую весть.</p>
     <p>— Суд закончился, Леонсия, — сказал Торрес тихо и печально, словно говорил о покойнике. — Он приговорен. Завтра в десять утра — казнь. Все это очень грустно, чрезвычайно грустно, но… — Он пожал плечами. — Нет, я не стану говорить о нем ничего дурного. Он был достойный человек. Единственный его недостаток — характер. Слишком он был горяч, слишком вспыльчив. Это и погубило его, заставив погрешить против чести. Будь он в ту минуту спокойнее и хладнокровнее, никогда бы он не всадил нож в Альфаро…</p>
     <p>— Это не он убил моего дядю! — воскликнула Леонсия, поднимая голову и глядя на него.</p>
     <p>— Все это весьма печально, — мягко и грустно продолжал Торрес, избегая перечить ей. — Судья, народ, начальник полиции — все, к сожалению, в один голос утверждают, что он виновен. Весьма печально, конечно. Но не об этом я пришел с вами говорить. Я пришел предложить вам мои услуги. Располагайте мной, как вам угодно. Моя жизнь, моя честь — в вашем распоряжении. Приказывайте. Я ваш раб.</p>
     <p>И Торрес вдруг грациозно опустился перед ней на одно колено; взяв ее левую руку, он, видимо, собирался продолжать свою цветистую речь, но в эту минуту взгляд его упал на кольцо с брильянтом, украшавшее безымянный палец Леонсии. Он нахмурился и опустил голову; затем, поспешно придав своему лицу обычное выражение, заговорил:</p>
     <p>— Я знал вас, когда вы были еще совсем дитя, Леонсия, прелестная очаровательная крошка, и я уже тогда любил вас. Нет, выслушайте меня! Прошу вас. Я должен излить свое сердце. Выслушайте меня до конца. Я всегда любил вас. Но когда вы вернулись из-за границы, из этого монастыря, где вы учились, — вернулись уже взрослой, благородной и важной дамой, какой и подобает быть хозяйке дома Солано, — о, тогда я был просто сражен вашей красотой. Я был терпелив. Я не говорил вам о своих чувствах. Но вы могли догадаться о них. И вы, конечно, догадывались. С тех самых пор я воспылал к вам страстью. Меня пожирало пламя, зажженное вашей красотой, вашей душой, которая еще прекрасней вашей красоты.</p>
     <p>Леонсия знала, что остановить поток его излияний невозможно, и потому терпеливо слушала, глядя на склоненную голову Торреса и от нечего делать думая о том, почему у него волосы так некрасиво подстрижены и где он в последний раз стригся — в Нью-Йорке или в Сан-Антонио.</p>
     <p>— Знаете ли вы, чем вы были для меня с тех пор, как вернулись?</p>
     <p>Она не отвечала и не пыталась отнять у него руку, хотя он так сильно сжимал ее, что кольцо Генри Моргана впилось ей в пальцы, причиняя острую боль. Она не слышала речей Торреса, все дальше и дальше уносясь в мыслях. И первая ее мысль была о том, что вовсе не такими выспренними тирадами сказал ей Генри Морган о своей любви и завоевал ее взаимность. И почему это испанцы всегда так высокопарно и многословно выражают свои чувства? Генри вел себя совсем иначе. Он вообще почти ни слова не сказал ей. Он действовал. Поддавшись ее обаянию, чувствуя, что и она неравнодушна к нему, он без всякого предупреждения — так он был уверен, что не удивит и не испугает свою любимую, — обнял ее и прижался губами к ее губам. И она не испугалась и не осталась равнодушной. Только после этого первого поцелуя, продолжая держать ее в объятиях. Генри заговорил о своей любви.</p>
     <p>А о чем совещаются сейчас там, на другом конце террасы, ее родные и Френсис Морган, что они придумали? Мысли ее текли дальше — она была глуха к мольбам своего поклонника. Френсис! Ах!.. Она даже вздохнула: почему, несмотря на любовь к Генри, этот чужой гринго так волнует ее сердце? Неужели она такая уж безнравственная? Кто же из них ей более мил? Этот? Или тот? Или вообще любой мужчина может ее увлечь? Нет! Нет! Она не легкомысленна и не вероломна. И все же?.. Может быть, это потому, что Френсис и Генри так похожи друг на друга и ее бедное глупое любящее сердечко не в состоянии их различить? Прежде ей казалось, что она готова последовать за Генри на край света, делить с ним радости и горе; однако сейчас ей казалось, что она готова последовать за Френсисом еще дальше. Она безусловно любит Генри — сердце говорит ей это. Но она любит и Френсиса и почти уверена, что Френсис любит ее: ей не забыть, с каким пылом они целовались там, в тюремной камере. И хотя любила она этих двух людей по-разному, чувство это не укладывалось в ее сознании, а порой даже вынуждало прийти к позорному выводу: что она — последняя и единственная представительница женской линии в роду Солано — безнравственная женщина.</p>
     <p>Кольцо Генри сильно врезалось в палец Леонсии — Торрес в приливе страсти опять крепко сжал ей руку, — и это вернуло ее к действительности, волей-неволей заставив слушать его излияния.</p>
     <p>— Вы шип дивной розы, вонзившийся мне в сердце, острая шпора, терзающая мне грудь, но это раны любви, мучительно-сладостные. Я мечтал о вас… и о том, что совершу ради вас. И у меня было для вас особое имя, всегда только одно: владычица моих грез! И вы выйдете за меня замуж, моя Леонсия! Мы забудем этого сумасшедшего гринго, который сейчас уже все равно что мертв. Я буду с вами нежен и добр. Я буду вечно любить вас. И никогда образ того, другого, не встанет между нами. Что до меня, то я не позволю себе вспоминать о нем. Что же до вас… я буду любить вас так сильно: вы забудете об этом человеке, и воспоминание о нем ни на миг не даст вашему сердечку заныть.</p>
     <p>Леонсия молчала, обдумывая про себя, как ей поступить, и молчание это только разжигало надежды Торреса. Леонсия чувствовала, что надо выиграть время и не отвечать сразу. Если браться за спасение Генри… ведь Торрес предлагает ей свои услуги! Зачем же его отталкивать, когда от него, возможно, зависит жизнь человека.</p>
     <p>— Говорите! Я сгораю!.. — молил прерывающимся голосом Торрес.</p>
     <p>— Не надо! Не надо! — мягко сказала она. — Ну как же я могу слушать про чью-то любовь, когда тот, кого я любила, еще жив?</p>
     <p>Любила!.. Она даже вздрогнула, произнеся это слово в прошедшем времени. Вздрогнул и Торрес — и надежда разгорелась в нем еще более ярким пламенем. Он считал Леонсию уже почти своей. Ведь она сказала: «любила», значит, она уже больше не любит Генри. Она любила его, но теперь это все в прошлом. И, конечно, женщина с такой нежной и чуткой душой, как она, не может говорить с ним о любви, пока тот, другой, еще жив. Какая тонкость чувств! Торрес с гордостью подумал и о тонкости собственных чувств и даже поздравил себя в душе с тем, что сумел так правильно разгадать сокровенные мысли Леонсии. Теперь-уж он позаботится, решил Торрес, чтобы этот человек, которому предстоит умереть на следующий день в десять утра, не был помилован и не сбежал из тюрьмы. Для него было ясно одно: чем скорее Генри Морган умрет, тем скорее он получит Леонсию.</p>
     <p>— Не будем больше об этом говорить… пока, — сказал он с рыцарской галантностью, не менее галантно пожав руку Леонсии; потом встал с колен и долгим взглядом посмотрел на нее.</p>
     <p>Она ответила ему благодарным рукопожатием и, высвободив свою руку из его руки, тоже поднялась.</p>
     <p>— Пойдемте, — сказала она, — посмотрим, что делают остальные. Ведь они сейчас разрабатывают — или, вернее, пытаются разработать — план спасения Генри Моргана.</p>
     <p>Когда они подошли к сидевшим на террасе, разговор тотчас прекратился, словно присутствие Торреса вызвало недоверие собеседников.</p>
     <p>— Ну как, придумали что-нибудь? — спросила Леонсия.</p>
     <p>Старик Энрико, который, несмотря на свой возраст, был такой же прямой, стройный и ловкий, как любой из его сыновей, только покачал головой.</p>
     <p>— Я могу, если вы позволите, предложить вам один план, — начал было Торрес, но тут же умолк, поймав предостерегающий взгляд Алесандро.</p>
     <p>На аллее, у самой веранды, появилось двое мальчишек-оборванцев. По росту им нельзя было дать более десяти лет, но по хитрому выражению глаз и лиц они казались куда старше. Одеты они были весьма необычно: поделили между собой рубашку и штаны, так что каждому досталось по одежке. Но какая рубашка! И какие штаны! Были они старые, парусиновые и в свое время принадлежали рослому мужчине; мальчишка натянул их на себя до подбородка и обвязал бечевкой вокруг шеи, чтобы они не могли с него соскользнуть, а руки продел в дыры, зиявшие на месте боковых карманов; внизу штаны были обрезаны ножом — по его росту. На другом мальчишке была мужская рубаха, подол которой волочился по земле.</p>
     <p>— Пошли вон! — рявкнул на них Алесандро.</p>
     <p>Но мальчишка в штанах с самым невозмутимым видом снял камень, который он нес на голове, и извлек из-под него письмо. Алесандро перегнулся через балюстраду, взял письмо и, взглянув на конверт, передал Леонсии, а мальчишки принялись клянчить деньги. Френсис, глядя на это забавное зрелище, невольно рассмеялся, бросил несколько серебряных монеток, и рубашка со штанами тотчас помчались прочь по аллее.</p>
     <p>Письмо было от Генри, и Леонсия быстро пробежала его глазами. Письмо это нельзя было назвать прощальным, ибо писал он его как человек, который и не думает умирать, если, конечно, не произойдет чего-то непредвиденного. Однако, поскольку такая непредвиденность могла случиться. Генри считал своим долгом попрощаться с Леонсией; при этом он в шутку просил ее не забывать Френсиса, который заслуживает внимания хотя бы уже потому, что так похож на него. Генри.</p>
     <p>Сначала Леонсия хотела было показать письмо всем остальным, но строки о Френсисе заставили ее отказаться от своего намерения.</p>
     <p>— Это от Генри, — сказала она, пряча записку за корсаж. — Ничего существенного он не пишет. Но, видимо, ни на минуту не сомневается, что так или иначе ему удастся спастись.</p>
     <p>— Мы уж постараемся, чтоб ему это удалось, — решительно заявил Френсис.</p>
     <p>Благодарно улыбнувшись ему и с улыбкой же вопросительно взглянув на Торреса, Леонсия сказала:</p>
     <p>— Вы говорили, что у вас есть какой-то план, сеньор Торрес?</p>
     <p>Торрес осклабился, подкрутил усы и принял важный вид.</p>
     <p>— Существует только один способ — способ гринго, к которому обычно прибегают англосаксы, прямой и действенный. Именно прямой и действенный. Мы поедем и выкрадем Генри из тюрьмы — нагло, грубо и открыто, как это делают гринго. Уж этого-то они там никак не ожидают, а потому операция наверняка удастся. На побережье можно найти достаточно бандитов, по которым плачет веревка, и с их помощью атаковать тюрьму. Пообещайте им хорошо заплатить, только не все деньги давайте сразу, и дело будет сделано.</p>
     <p>Леонсия восторженно закивала головой. У старика Энрико заблестели глаза, а ноздри раздулись, точно он уже почуял запах пороха. Глядя на него, молодежь тоже загорелась. Все взоры обратились к Френсису: что думает он об этом, согласен ли? Он медленно покачал головой, и возмущенная Леонсия даже выкрикнула что-то резкое по его адресу.</p>
     <p>— Этот план безнадежен, — сказал Френсис. — Ну зачем всем нам рисковать головой, пускаясь на эту безумную авантюру, которая заранее обречена в провал? — Говоря это, он поднялся со своего места подле Леонсии и, подойдя к балюстраде, стал так, чтобы очутиться между Торресом и остальными; улучив минуту, он бросил предостерегающий взгляд Энрико и его сыновьям. — Что же до Генри, то похоже, что его песенка спета…</p>
     <p>— Иными словами, вы не доверяете мне? — рассердился Торрес.</p>
     <p>— Помилуйте, что вы! — запротестовал Френсис.</p>
     <p>Но Торрес, не обращая на него внимания, продолжал:</p>
     <p>— Значит, по-вашему, я не должен участвовать в семейном совете Солано, моих старейших и наиболее уважаемых друзей? И этот запрет накладываете вы — человек, с которым я едва знаком?</p>
     <p>Старый Энрико, заметив, как вспыхнуло гневом лицо Леонсии, поспешил предостеречь ее взглядом и, любезным жестом прервав тираду Торреса, сказал:</p>
     <p>— У Солано не может быть такого семейного совета, на который вы не были бы допущены, сеньор Торрес. Ведь вы действительно давний друг нашей семьи. Ваш покойный отец и я были товарищами и дружили, как братья. Но все это — уж вы простите старику, если он откровенно выскажет вам свое мнение, — не мешает сеньору Моргану быть правым, когда он говорит о безнадежности вашего плана. Штурмовать тюрьму — чистейшее безумие. Поглядите на толщину ее стен. Они могут выдержать многонедельную осаду. Впрочем, должен признаться, ваша мысль вначале очень подкупила меня. Когда я был еще совсем молодым человеком и сражался с индейцами в Кордильерах, у нас был такой случай. Сядемте поудобнее, и я расскажу вам эту историю…</p>
     <p>Но Торрес, которому предстояло немало дел, отклонил приглашение, дружески пожал всем руки, в нескольких словах извинился перед Френсисом и, сев на свою лошадь, седло и уздечка которой были отделаны серебром, поскакал в Сан-Антонио. Одним из таких важных дел была телеграфная переписка, которую он поддерживал с конторой Томаса Ригана на Уолл-стрите. Он имел тайный доступ на радиостанцию панамского правительства в Сан-Антонио и мог передавать депеши на телеграф в Вера-Крус. Союз с Риганом был не только выгоден ему, но и совпадал с его собственными планами в отношении Леонсии и Морганов.</p>
     <p>— Что вы имеете против сеньора Торреса и почему вы отклонили его план и так рассердили его? — спросила Леонсия Френсиса.</p>
     <p>— Ничего, — отвечал тот, — просто мы не нуждаемся в нем, и он не внушает мне особой приязни. Он дурак и потому способен погубить любой план. Вспомните, как он сел в калошу, давая показания по моему делу на суде. А может быть, ему и вообще доверять нельзя? Не знаю. Как бы то ни было, зачем доверять ему, раз он нам не нужен? Ну, а план его правильный. Мы так и поступим: отправимся прямо в тюрьму и выкрадем оттуда Генри, если все вы согласны. И нам вовсе не надо поручать это висельникам, по которым плачет веревка, и всяким оборванцам с побережья. Нас шестеро мужчин. Если мы своими силами не сумеем справиться с этим делом, значит, надо на нем ставить крест.</p>
     <p>— Но у тюрьмы всегда околачивается с десяток часовых, — возразил брат Леонсии, восемнадцатилетний Рикардо.</p>
     <p>Леонсия, снова было оживившаяся, с укоризной посмотрела на него; но Френсис поддержал юношу.</p>
     <p>— Правильно сказано! — согласился он. — Мы устраним часовых.</p>
     <p>— А стены толщиной в пять футов? — напомнил Мартинес Солано, один из близнецов.</p>
     <p>— Мы пройдем сквозь них, — ответил Френсис.</p>
     <p>— Но как? — воскликнула Леонсия.</p>
     <p>— Вот к этому-то я сейчас и подходку. Скажите, сеньор Солано, у вас много верховых лошадей? Отлично! А вы, Алесандро, случайно не могли бы достать несколько шашек динамита где-нибудь на плантации? Отлично! Великолепно! Ну, а вы, Леонсия, как хозяйка асьенды, должны, конечно, знать, есть ли у вас в кладовой достаточный запас виски «Три звездочки»?</p>
     <p>— Ага, заговор начинает созревать, — рассмеялся он, получив от Леонсии утвердительный ответ. — Теперь у нас есть все атрибуты для приключенческого романа в духе Райдера Хаггарда или Рекса Бича. Так слушайте… А впрочем, подождите. Я сначала хочу поговорить с вами, Леонсия, о некоторых частностях этого представления…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Было далеко за полдень; Генри стоял у зарешеченного окна своей камеры, смотрел на улицу и ждал, когда же, наконец, с лагуны Чирикви подует ветерок и хоть немного охладит раскаленный воздух. Улица была пыльная и грязная, — грязная потому, что со времени основания города, немало столетий назад, никто, кроме бродячих псов и отвратительных сарычей, которые даже и сейчас парили в небе и прыгали по отбросам, не очищал ее. Низкие, выбеленные известкой дома из камня или обожженной глины превращали эту улицу в настоящее пекло.</p>
     <p>От белизны и пыли у Генри даже заломило глаза, и он уже собирался отойти от окошка, как вдруг заметил, что несколько оборванцев, дремавших в дверной амбразуре дома напротив, встрепенулись и с интересом стали смотреть куда-то вдоль улицы. Генри ничего не было видно, но до него доносился грохот несшейся вскачь повозки. Затем в поле его зрения показался небольшой ветхий фургон, который мчала закусившая удила лошадь. Седобородый и седовласый старец, сидевший на козлах, тщетно пытался сдержать ее.</p>
     <p>Генри с улыбкой подивился тому, как еще не развалился ветхий фургон — так его подбрасывало на глубоких выбоинах, покосившиеся колеса еле держались на оси и вращались вразнобой. Но если фургон еще с грехом пополам держался, то как не разлетелась на куски ветхая упряжь, — это уж, по мнению Генри, было просто чудом. Поравнявшись с окном, у которого стоял Генри, старик сделал еще одну отчаянную попытку остановить лошадь; он приподнялся с козел и натянул вожжи. Одна вожжа оказалась гнилой и тут же лопнула. Возница повалился на сиденье, оставшаяся в его руках вожжа натянулась, и лошадь, повинуясь ей, круто повернула вправо. Что произошло затем — сломалось ли колесо, или сначала отскочило, а уж потом сломалось, — Генри не мог разобрать. Одно было несомненно: фургон разлетелся на части. Старик упал и, протащившись по пыльной мостовой, но упрямо не выпуская из рук оставшуюся вожжу, заставил лошадь описать круг, и она, фыркая, стала мордой к нему.</p>
     <p>Когда он поднялся на ноги, вокруг уже собралась толпа. Но любопытных быстро раскидали вправо и влево выскочившие из тюрьмы жандармы. Генри продолжал стоять у окна и с интересом, поистине удивительным для человека, которому осталось жить всего несколько часов, смотрел на разыгравшуюся перед ним сценку и прислушивался к долетавшим до него репликам.</p>
     <p>Старик дал жандармам подержать лошадь и, даже не стряхнув грязь и пыль с одежды, поспешно заковылял к фургону и принялся осматривать груз, состоявший из нескольких ящиков — большого и маленьких. Особенно заботился он о большом, даже попробовал приподнять его и, приподнимая, словно прислушивался.</p>
     <p>Тут один из жандармов окликнул его; старик выпрямился и стал отвечать охотно и многословно:</p>
     <p>— Вы спрашиваете, кто я? Я старый человек, сеньоры, и живу далеко отсюда. Меня зовут Леопольде Нарваэс. Мать моя была немкой — да хранят все святые ее покой! — зато отца звали Балтазар де Хесус-и-Сервальос-и-Нарваэс, а его отец был доблестный генерал Нарваэс, сражавшийся под началом самого великого Боливара <a l:href="#n_507" type="note">[507]</a>. А я — я теперь совсем пропал и даже домой не сумею добраться.</p>
     <p>Подстрекаемый вопросами, перемежавшимися с вежливыми выражениями сочувствия, в которых не бывает недостатка даже у самых жалких оборванцев, он несколько приободрился и с благодарностью продолжал свой рассказ:</p>
     <p>— Я приехал из Бокас-дель-Торо. Дорога заняла у меня пять дней, и пока я ничего не продал. Живу я в Колоне, и лучше было мне не выезжать оттуда. Но ведь даже и благородный Нарваэс может стать странствующим торговцем, а торговец тоже должен жить. Разве не так, сеньоры? Теперь скажите, не знаете ли вы такого Томаса Ромеро, который живет в вашем прекрасном Сан-Антонио?</p>
     <p>— В любом городе Панамы сколько угодно Томасов Ромеро, — расхохотался Педро Зурита, помощник начальника тюрьмы. — Придется вам описать его поподробнее.</p>
     <p>— Он двоюродный брат моей второй жены, — с надеждой в голосе произнес старец и, казалось, очень удивился, услышав взрыв хохота.</p>
     <p>— Да ведь не меньше десятка всяких Томасов Ромеро живет в Сан-Антонио и его окрестностях, — возразил ему помощник начальника тюрьмы, — и любой из них может быть двоюродным братом вашей второй жены, сеньор. У нас тут есть Томас Ромеро пьяница. Есть Томас Ромеро вор. Есть Томас Ромеро… впрочем, нет, этот был повешен с месяц назад за убийство с ограблением. Есть Томас Ромеро богач, у которого большие стада в горах. Есть…</p>
     <p>При каждом новом имени Леопольде Нарваэс лишь сокрушенно мотал головой, но при упоминании скотовода лицо его засветилось надеждой, и он прервал говорившего:</p>
     <p>— Извините меня, сеньор, это, по-видимому, он и есть! Во всяком случае, он должен быть кем-то в этом роде. Я разыщу его. Если бы можно было где-нибудь оставить на хранение мой драгоценный товар, я бы тут же отправился его искать. Хорошо еще, что эта беда приключилась со мной именно здесь. Я могу доверить свой груз вам — достаточно одного взгляда, чтобы понять, что вы честный и почтенный человек. — Говоря это, старик порылся в кармане, извлек оттуда два серебряных песо и протянул тюремщику. — Вот вам. Надеюсь, вы и ваши люди не пожалеете, что оказали мне помощь.</p>
     <p>Генри усмехнулся, заметив, с каким повышенным интересом и уважением стали относиться к старику Педро Зурита и жандармы после появления монет. Оттеснив от сломанного фургона любопытных, они тотчас принялись перетаскивать ящики в помещение тюрьмы.</p>
     <p>— Осторожнее, сеньоры, осторожнее, — умолял их старик, пришедший в неописуемое волнение, когда они взялись за большой ящик. — Несите его тихонько. Это очень ценный товар и уж больно хрупкий.</p>
     <p>Пока содержимое фургона переносили в тюрьму, старик снял с лошади всю сбрую, кроме уздечки, и положил ее в фургон.</p>
     <p>Но Педро Зурита, бросив красноречивый взгляд на столпившихся вокруг оборванцев, приказал внести и сбрую в тюрьму.</p>
     <p>— Стоит нам отвернуться, как мигом все исчезнет — вплоть до последнего ремешка и пряжки, — пояснил он.</p>
     <p>Взобравшись на обломки фургона, старик с помощью Педро Зуриты и стражи кое-как взгромоздился затем на лошадь.</p>
     <p>— Вот и отлично, — сказал он и с благодарностью добавил: — Тысячу раз спасибо, сеньоры. Как мне повезло, что я встретил таких честных людей, у которых мой товар будет в целости и сохранности. Правда, товар-то никудышный, — сами знаете, какой у странствующего торговца может быть товар, но для меня каждая малость имеет значение. Очень было приятно с вами познакомиться. Завтра я вернусь со своим родственником, которого я, конечно, найду, и избавлю вас от труда хранить мое жалкое достояние — Тут он снял шляпу. — Adios, сеньоры, adios!</p>
     <p>И он не спеша двинулся в путь, с некоторой недоверчивостью косясь на свою лошадь — виновницу всей катастрофы. Но Педро Зурита окликнул его. Старик натянул поводья и повернул голову.</p>
     <p>— Поищите на кладбище, сеньор Нарваэс, — посоветовал помощник начальника тюрьмы. — Там найдете целую сотню Томасов Ромеро.</p>
     <p>— А вы, сеньор, очень вас прошу, особенно берегите большой ящик, — крикнул в ответ торговец.</p>
     <p>На глазах у Генри улица опустела; жандармы поспешили разойтись и собравшаяся толпа тоже — уж очень сильно пекло солнце. Ничего нет удивительного, подумал Генри, что в интонациях старого торговца ему послышалось что-то знакомое. Ведь он только наполовину испанец, следовательно, и язык у него наполовину испанский, а наполовину немецкий, поскольку мать его была немка. Говорит он все-таки как местный житель. «Ну и обворуют его как местного жителя, если в этом тяжелом ящике, который он оставил на хранение в тюрьме, есть что-то ценное!» — заключил про себя Генри и перестал думать о происшедшем.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>А в караульне, в каких-нибудь пятидесяти футах от камеры Генри, тем временем грабили Леопольде Нарваэса. Начало положил Педро Зурита, внимательно и всесторонне осмотревший большой ящик. Он приподнял ящик за один конец, чтобы составить себе представление о его весе, и, найдя щель, стал принюхиваться, точно собака, в надежде по запаху определить, что находится внутри.</p>
     <p>— Оставь ты в покое ящик, Педро, — со смехом сказал ему один из жандармов. — Тебе же заплатили два песо за то, чтобы ты был честен.</p>
     <p>Помощник начальника тюрьмы вздохнул, отошел на несколько шагов, присел, снова посмотрел на ящик и опять вздохнул. Разговор не клеился. Жандармы то и дело поглядывали на ящик. Даже засаленная колода карт не могла отвлечь их внимание. Игра не клеилась. Жандарм, который подшучивал над Педро, сам теперь подошел к ящику и понюхал:</p>
     <p>— Ничего не чувствую, — объявил он. — От этого ящика ничем не пахнет. Что бы это такое могло быть? Кабальеро сказал, что в нем ценный товар!</p>
     <p>— Кабальеро! — фыркнул другой жандарм. — Папаша этого старика скорее всего торговал жареной рыбой на улицах Колона, и дед его небось тоже. Все эти вруны-нищие утверждают, будто они прямые потомки конкистадоров.</p>
     <p>— А почему бы и нет, Рафаэль? — парировал Педро Зурита. — Разве все мы не их потомки?</p>
     <p>— Само собой, — поспешил согласиться Рафаэль. — Конкистадоры перебили немало народу.</p>
     <p>— И стали предками тех, кто выжил, — докончил за него Педро. Все расхохотались. — А знаете, я, пожалуй, готов отдать одно из этих двух песо, только бы узнать, что в ящике.</p>
     <p>— А вот и Игнасио! — воскликнул Рафаэль, приветствуя вошедшего тюремщика, опухшие глаза которого были явным доказательством того, что он только-только встал после сиесты <a l:href="#n_508" type="note">[508]</a>. — Ему ведь не платили за то, чтобы он был честным. Иди сюда, Игнасио, удовлетвори наше любопытство и скажи нам, что в этом ящике.</p>
     <p>— А я почем знаю? — ответил Игнасио, хлопая глазами и глядя на предмет всеобщего внимания. — Я только сейчас проснулся.</p>
     <p>— Значит, тебе не платили за то, чтобы ты был честным? — спросил Рафаэль.</p>
     <p>— Всемилостивая матерь божья, да кто же мне станет платить за честность! — воскликнул тюремщик.</p>
     <p>— В таком случае возьми вон там топор и вскрой ящик, — довел свою мысль до конца Рафаэль. — Мы этого сделать не можем: ведь Педро должен поделиться с нами своими двумя песо, значит, нам тоже заплатили за честность. Вскрывай ящик, Игнасио, а не то все мы помрем от любопытства.</p>
     <p>— Мы только посмотрим, только посмотрим, — в волнении пробормотал Педро, когда Игнасио поддел одну из досок острием топора. — Потом мы снова закроем ящик и… Да просунь лее туда руку, Игнасио! Ну, что там такое, а?.. На что похоже?</p>
     <p>Игнасио долго дергал и вытягивал что-то; наконец, показалась его рука, в которой был зажат картонный футляр.</p>
     <p>— Ага! Доставай аккуратно: ведь придется обратно класть, — предупредил его Педро.</p>
     <p>Когда футляр и бесчисленные обертки были сняты, жандармы увидели большую бутылку с рисовой водкой.</p>
     <p>— Вот так упаковка! — в изумлении пробормотал Педро. — Должно быть, очень хорошее виски, раз его хранят с такими предосторожностями.</p>
     <p>— Американское! — вздохнул другой жандарм. — Только один раз в Сантосе мне довелось попробовать американского виски. Замечательная штука! Такая у меня сразу появилась от него храбрость, что я выскочил прямо на арену во время боя быков и с голыми руками бросился на разъяренного быка. Правда, бык меня сшиб, но на арену-то я все-таки прыгнул!</p>
     <p>Педро взял бутылку и хотел было отбить горлышко.</p>
     <p>— Стой! — воскликнул Рафаэль. — Тебе же заплатили за то, чтоб ты был честным.</p>
     <p>— Заплатить-то заплатили, да разве тот, кто дал мне деньги, сам честный? — возразил Педро. — Это же контрабанда. Старик наверняка не платил таможенной пошлины. У него контрабандный товар. Поэтому давайте возблагодарим судьбу и с чистой совестью вступим во владение им. Мы его конфискуем и уничтожим.</p>
     <p>Не дожидаясь, пока бутылка обойдет круг, Игнасио и Рафаэль достали еще несколько бутылок и отбили горлышки.</p>
     <p>— «Три звездочки», самое лучшее виски! — в наступившем молчании провозгласил Педро Зурита, показывая на торговую марку. — Понимаете, у гринго не бывает плохого виски… Одна звездочка означает, что это виски очень хорошее; две звездочки — отличное; а три звездочки — великолепное, замечательное, лучше быть не может. Уж я-то знаю. Гринго — мастаки по части крепких напитков. Наша пулька их не устроит.</p>
     <p>— А четыре звездочки? — спросил Игнасио; голос его звучал хрипло от водки, глаза маслянисто блестели.</p>
     <p>— Четыре звездочки? Друг Игнасио, четыре звездочки — это либо мгновенная смерть, либо вечное блаженство.</p>
     <p>Не прошло и нескольких минут, как Рафаэль, обняв другого жандарма, уже называл его «братец» и утверждал, что человеку очень мало нужно здесь, на этой земле, для полного счастья.</p>
     <p>— Старик — дурак, трижды дурак и еще трижды три раза дурак, — отважился вставить Аугустино, жандарм с мрачной физиономией, который впервые за все это время раскрыл рот.</p>
     <p>— Да здравствует Аугустино! — воскликнул Рафаэль. — Смотрите, какое чудо сделали три звездочки! Сняли замок со рта Аугустино!</p>
     <p>— И еще раз трижды три раза дурак ваш старик! — орал пьяным голосом Аугустино. — Этот божественный напиток был при нем, в полном его распоряжении, он целых пять дней ехал из Бокас-дель-Торо и ни разу не приложился! Да таких дураков надо голышом сажать на муравейник, вот что я вам скажу!</p>
     <p>— Старик — жулик, — прокудахтал Педро. — Когда он завтра утром явится сюда за своими «тремя звездочками», я арестую его как контрабандиста. Это всем нам будет зачтено в заслугу.</p>
     <p>— Если мы уничтожим доказательства — вот так? — спросил Аугустино, отбивая горлышко еще у одной бутылки.</p>
     <p>— Мы оставим доказательства — вот так! — возразил ему Педро, хватив пустой бутылкой о каменный пол. — Слушайте, друзья, давайте договоримся. Ящик был очень тяжелый. Его уронили. Бутылки разбились. Виски вытекло — и таким образом мы узнали о контрабанде. Ящик и разбитые бутылки будут достаточным доказательством.</p>
     <p>По мере того как запас спиртного уменьшался, шум все возрастал. Один жандарм затеял ссору с Игнасио по поводу забытого долга в десять сентаво. Двое других, усевшись в обнимку на полу, горючими слезами оплакивали свою несчастную семейную жизнь. Аугустино витиевато и многословно излагал собственные философские воззрения, в основе которых лежала мысль, что молчание — золото. А Педро Зурита, расчувствовавшись, доказывал, что все люди — братья.</p>
     <p>— Даже арестантов я люблю, как братьев, — еле ворочая языком, говорил он. — Жизнь — грустная штука. — Слезы брызнули у него из глаз; он умолк и глотнул еще виски. — Арестанты для меня — все равно что родные дети. У меня сердце кровью исходит за них. Смотрите! Я плачу. Давайте поделимся с ними. Пусть и они познают хоть минуту счастья. Игнасио, возлюбленный брат мой, сделай мне одолжение — видишь, я рыдаю на твоем плече. Отнеси бутылочку этого эликсира гринго Моргану. Скажи ему, что я очень горюю: мне так грустно, что он завтра будет повешен. Передай ему мой привет и попроси выпить: пусть он будет счастлив сегодня.</p>
     <p>Игнасио отправился выполнять поручение, а жандарм, который однажды спрыгнул на арену во время боя быков в Сантосе, заревел:</p>
     <p>— Быка мне сюда! Быка!</p>
     <p>— Ему хочется, этому славному малому, обнять быка и сказать, как он его любит, — пояснил Педро Зурита, проливая потоки слез. — Я тоже люблю быков. Я люблю всех божьих тварей. Я люблю даже москитов. Мир прекрасен. В нем царит любовь. Мне б хотелось иметь льва, чтоб я мог играть с ним…</p>
     <p>Мотив старой пиратской песни, которую кто-то громко насвистывал на улице, привлек внимание Генри, он бросился было к окну, но, услышав скрежет ключа в дверном замке, поспешно лег на пол и притворился спящим. В камеру, пошатываясь, ввалился пьяный Игнасио и торжественно протянул Генри бутылку.</p>
     <p>— С наилучшими пожеланиями от нашего добрейшего начальника Педро Зуриты, — пробормотал жандарм. — Он сказал, чтоб ты напился и забыл, что завтра ему придется вздернуть тебя.</p>
     <p>— Мои наилучшие пожелания сеньору Педро Зурите, и скажи ему от моего имени, чтоб он убирался к черту вместе со своим виски, — ответил Генри.</p>
     <p>Тюремщик выпрямился и даже перестал пошатываться, точно сразу протрезвел.</p>
     <p>— Очень хорошо, сеньор, — сказал он, вышел из камеры и запер за собой дверь.</p>
     <p>Генри стремглав кинулся к окну и очутился лицом к лицу с Френсисом, который тотчас просунул ему сквозь решетку револьвер.</p>
     <p>— Привет, дружище, — сказал Френсис. — Мы тебя мигом отсюда вызволим. — В руках он держал две шашки динамита с взрывателями и капсюлями. — Смотри, что я принес, — это лучше всякого лома. Беги в самый дальний угол — pronto! — в этой стенке скоро будет такая дыра, что через нее даже наша «Анджелика» сможет пройти. Кстати, «Анджелика» стоит тут рядом, у берега, и ждет тебя. А ну отойди. Я сейчас заложу шашку. Шнур совсем короткий.</p>
     <p>Не успел Генри отбежать в дальний угол камеры, как заскрежетал ключ, которым чья-то неверная рука тыкала в скважину, дверь распахнулась, и в камеру ворвался гул голосов. Генри услышал беспорядочные выкрики и отчетливо различил неизменный боевой клич латиноамериканцев: «Бей гринго!»</p>
     <p>Генри слышал также, как Рафаэль и Педро, входя в камеру, что-то бормотали. «Он не признает всеобщего братства», — возмущался один, а другой: «Он сказал, чтоб я убирался к черту? Правда, он так сказал, Игнасио?»</p>
     <p>В руках у жандармов были ружья; позади них толпились пьяные солдаты, вооруженные чем попало — кто тесаком, кто старинным пистолетом, кто топориком, а кто — просто бутылкой. При виде револьвера в руках Генри они остановились, и Педро, нетвердой рукой ощупывая свое ружье, провозгласил:</p>
     <p>— Сеньор Морган, вы сейчас по всем правилам будете отправлены в ад.</p>
     <p>Но Игнасио не стал ждать. Прижав винтовку к бедру для устойчивости, он выстрелил наугад и промахнулся: пуля ударила в стенку как раз посреди камеры, тогда как сам он в ту же секунду упал от пули Генри. Остальные поспешно отступили в коридор и, укрывшись там, принялись обстреливать камеру.</p>
     <p>«Слава богу, что стены такие толстые, только бы пуля не ударила рикошетом», — думал Генри, продолжая стоять в углу за выступом стены в ожидании взрыва.</p>
     <p>И дождался: в той стене, где было окно, теперь зияла огромная дыра. Но в эту минуту отлетевший обломок ударил Генри по голове, все поплыло у него перед глазами, и он тяжело рухнул на пол. Когда же пыль, поднятая взрывом, и пороховой дым рассеялись. Генри смутно различил Френсиса, который, казалось, прямо вплыл к нему в камеру. Френсис схватил его на руки и сквозь пробоину в стене вынес на улицу. Тут Генри сразу почувствовал себя лучше. Он увидел Энрико Солано и его младшего сына Рикардо, которые ружьями сдерживали толпу, запрудившую верхнюю часть улицы, тогда как два брата-близнеца, Альварадо и Мартинес, сдерживали толпу в нижней части улицы.</p>
     <p>Но жители сбежались сюда просто из любопытства, никто из них и не собирался рисковать жизнью и преграждать путь таким могущественным людям, которые взрывают стены и штурмуют тюрьмы среди бела дня. А потому толпа почтительно расступилась перед небольшой группой, когда та направилась вниз по улице.</p>
     <p>— Лошади ждут нас в соседнем переулке, — сказал Френсис, на ходу отвечая на рукопожатие Генри. — И Леонсия там же. За четверть часа мы доскачем до берега, где нас ожидает шхуна.</p>
     <p>— Послушай-ка, а ведь недурной я выучил тебя песенке, — с улыбкой заметил Генри. — Когда ты начал ее насвистывать, мне показалось, что ничего прекраснее быть не может. Эти собаки так торопились, что не могли дождаться завтрашнего утра. Они нализались виски и решили тут же меня прикончить. Занятная история получилась с этим виски. Какой-то бывший кабальеро, ставший торговцем, ехал мимо тюрьмы с фургоном, груженным этим зельем, и у самых ворот фургон рассыпался…</p>
     <p>— Ведь даже благородный Нарваэс, сын Балтазара де Хесус-и-Сервальос-и-Нарваэса, сына генерала Нарваэса, оставившего по себе память своею бранной славой, может стать торговцем, а торговец тоже должен жить, не так ли, сеньоры? — проговорил Френсис, точь-в-точь как давешний старик.</p>
     <p>Генри весело посмотрел на него и с признательностью сказал:</p>
     <p>— Знаешь, Френсис, я очень рад одному обстоятельству, чертовски рад…</p>
     <p>— Чему же это? — спросил Френсис, когда они заворачивали за угол, где их ждали лошади.</p>
     <p>— Тому, что не отрезал тебе уши в тот день на Тельце, когда я положил тебя на обе лопатки и ты настаивал, чтобы я это сделал.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Мариано Веркара-и-Ихос, начальник полиции Сан-Антонио, откинулся на спинку кресла в зале суда и, довольный собой, со спокойной улыбкой принялся скручивать сигарету. Все прошло так, как было задумано. Он весь день следил за тем, чтобы старикашка судья не выпил глотка мескаля, и теперь был вознагражден за это: судья провел процесс и вынес приговор, какого добивался шеф. Он не допустил ни одного промаха. Шесть беглых пеонов были оштрафованы на крупную сумму и отправлены назад на плантацию в Сантосе. Кабальный их контракт суд продлил на столько времени, сколько потребуется, чтобы отработать штраф. А начальник полиции благодаря этому стал богаче на двести золотых американских долларов. «Эти гринго из Сантоса, — улыбнулся он про себя, — люди, с которыми стоит иметь дело. Во-первых, они создают плантации и тем самым способствуют развитию страны. А во-вторых, — и это главное, — денег у них куры не клюют, и они хорошо платят за те мелкие услуги, которые я в состоянии им оказать».</p>
     <p>Тут он увидел Альвареса Торреса и широко улыбнулся.</p>
     <p>— Послушайте, — сказал испанец, пригибаясь к самому уху начальника полиции. — Мы можем прикончить обоих этих чертей Морганов. Свинью Генри завтра повесят. Почему бы в таком случае нам не отправить сегодня к праотцам и свинью Френсиса?</p>
     <p>Начальник полиции вопросительно поднял брови.</p>
     <p>— Я посоветовал этому гринго штурмовать тюрьму. Солано поверили его вракам и теперь заодно с ним. Они наверняка попытаются сегодня вечером совершить налет. Раньше им не успеть. Ваше дело приготовиться и проследить, чтобы Френсис Морган был непременно убит в стычке.</p>
     <p>— Ради чего и почему? — неторопливо спросил начальник полиции. — Мне нужно Генри убрать с дороги. Что же до Френсиса, то пусть возвращается к себе в свой любимый Нью-Йорк.</p>
     <p>— Он должен быть сегодня же отправлен к праотцам, а почему — вы сейчас поймете. Как вам известно из телеграмм, которые я посылаю через правительственную радиостанцию и которые вы читаете…</p>
     <p>— Позвольте, такова была наша договоренность, и на этих условиях я выхлопотал вам разрешение пользоваться правительственной радиостанцией, — напомнил начальник полиции.</p>
     <p>— Я на это и не жалуюсь, — заверил его Торрес. — Итак, вам известно, что у меня есть строго конфиденциальные и чрезвычайно важные дела с нью-йоркским Риганом. — Он приложил руку к нагрудному карману. — Я только что получил от него новую телеграмму. Он требует задержать свинью Френсиса здесь еще на месяц, а если этот молодой человек и вовсе не вернется в Нью-Йорк, то, насколько я понял сеньора Ригана, плакать никто не станет. Так вот, если мне это удастся, то и вам неплохо будет.</p>
     <p>— Но вы еще не сказали мне, сколько вы за это получили и сколько получите, — решил прощупать почву начальник полиции.</p>
     <p>— На этот счет у нас была договоренность частного характера, и сумма не так велика, как вам может показаться. Он скупердяй, этот сеньор Риган, страшный скупердяй. Тем не менее я по-честному поделюсь с вами, если наша затея увенчается успехом.</p>
     <p>Начальник полиции удовлетворенно кивнул и спросил:</p>
     <p>— Ну, уж тысчонку-то золотом вы получите?</p>
     <p>— Думаю, что да. Не может же этот ирландский боров заплатить мне меньше; а тогда пятьсот долларов — ваши, если, конечно, свинья Френсис сложит голову в Сан-Антонио.</p>
     <p>— А может, и сто тысяч золотом получите? — продолжал допрашивать начальник полиции.</p>
     <p>Торрес рассмеялся, словно услышал занятную шутку.</p>
     <p>— Ну, уж, во всяком случае, не тысячу, — не унимался его собеседник.</p>
     <p>— Может, расщедрится и даст больше, — подтвердил Торрес. — Вполне возможно, что прибавит еще сотен пять; в таком случае, разумеется, половина этих денег тоже будет ваша.</p>
     <p>— Я немедленно направляюсь в тюрьму, — заявил начальник полиции. — Можете положиться на меня, сеньор Торрес, как я полагаюсь на вас. Пойдемте сейчас же, не откладывая, и пойдемте вместе, чтобы вы сами могли убедиться, как я подготовлюсь к приему Френсиса Моргана. Я еще не разучился владеть ружьем. А кроме того, я скажу трем жандармам, чтоб они стреляли только в него. Так, значит, этот собака-гринго собирается штурмовать нашу тюрьму? Пошли. Пошли скорей.</p>
     <p>Он встал и решительным жестом отбросил в сторону сигарету. Но не успел он дойти и до середины комнаты, как к нему подлетел какой-то оборванный мальчишка, с которого градом струился пот, дернул его за рукав и, еле переводя дух, плаксивым голосом пропищал:</p>
     <p>— У меня для вас важная новость. Вы мне заплатите за нее, высокочтимый сеньор? Я бежал всю дорогу.</p>
     <p>— Я отправлю тебя в Сан-Хуан, чтобы тебя склевали сарычи, падаль ты этакая! — был ответ.</p>
     <p>Мальчишка даже съежился от такой угрозы, но, подстегиваемый пустотою в желудке, страшной бедностью и желанием иметь несколько монет, чтобы заплатить за вход на предстоящий бой быков, призвал на помощь всю свою храбрость и повторил:</p>
     <p>— Не забудьте, сеньор, что я первый принес вам эту новость. Я бежал всю дорогу, чуть не задохся, — вы же сами видите, сеньор. Я все скалку вам, только вы, пожалуйста, не забудьте, что я бежал всю дорогу и что я первый сказал вам.</p>
     <p>— Ах ты скотина! Ладно, не забуду. Но тебе же будет хуже, если я запомню, что ты первый мне сказал. Так что же у тебя за новость? Должно быть, она и сентаво не стоит! А если она действительно этого не стоит, вот тогда ты пожалеешь, что родился на свет божий. Сан-Хуан покажется тебе раем по сравнению с тем, что я с тобой сделаю.</p>
     <p>— Тюрьма… — в страхе пролепетал мальчишка. — Гринго — тот самый, которого должны были вчера повесить, — взорвал стену тюрьмы. Святые угодники! Дыра такая большая, как колокольня на нашем соборе! И другой гринго — тот, который так похож на него и которого должны были повесить завтра, — бежал вместе с ним через эту дыру. Тот гринго вытащил его. Это я сам видел, собственными глазами, и сейчас же побежал к вам сюда, всю дорогу бежал, и вы не забудете, сеньор…</p>
     <p>Но начальник полиции уже повернулся к Торресу и уничтожающим взглядом посмотрел на него.</p>
     <p>— Так, по-вашему, этот сеньор Риган проявит королевскую щедрость, если заплатит нам с вами ту великую сумму, которую обещал? Да он должен дать нам в пять раз больше, в десять раз больше — ведь этот тигр-гринго крушит наши законы и порядки, и даже крепкие стены нашей тюрьмы…</p>
     <p>— Ну, это, разумеется, только ложная тревога, перышко, которое показывает, в какую сторону дует ветер и каковы намерения Френсиса Моргана, — пробормотал Торрес с кислой улыбкой. — Не забудьте, что совет штурмовать тюрьму исходил от меня.</p>
     <p>— В таком случае, значит, это вы и сеньор Риган оплатите нам расходы по восстановлению тюрьмы? — спросил начальник полиции и, помолчав немного, добавил: — Но я все-таки не верю, что он это сделал. Это невозможно. Даже полоумный гринго не решился бы на такое.</p>
     <p>Тут в дверях появился жандарм Рафаэль, из раны на лбу у него текла кровь; расталкивая ружьем любопытных, которые уже начали собираться вокруг Торреса и начальника полиции, он предстал перед своим шефом.</p>
     <p>— Мы перебиты, — начал он. — Тюрьма почти вся разрушена. Динамит! Сто фунтов динамита! Тысяча! Мы храбро кинулись спасать тюрьму. Но она взлетела на воздух. Ведь не шутка — тысяча фунтов динамита! Я упал без сознания, но не выпустил винтовки из рук. После я пришел в себя и осмотрелся. Вокруг меня были одни мертвецы! Храбрый Педро, храбрый Игнасио, храбрый Аугустино — все, все лежали мертвые! — Рафаэлю следовало бы сказать: «мертвецки пьяные», но натура у него, как у всякого латиноамериканца, была сложная, и потому он в трагических чертах обрисовал эту катастрофу, так что он и все другие жандармы выглядели героями, как это искренне представилось его воображению. — Они лежали мертвые. Но, может, и не мертвые, а только оглушенные. Я пополз. Пробрался в камеру этого гринго Моргана. Пусто. В стене зияет огромная, страшная дыра. Я выполз через нее на улицу. Видку: стоит большая толпа. Но гринго Моргана уже и след простыл. Я поговорил с одним оборванцем, который видел, как это произошло. Их ждали лошади. Они поскакали к берегу. Там уже стояла под парусами шхуна. У Френсиса Моргана к седлу был привязан мешок с золотом: оборванец видел его своими глазами. Большой такой мешок…</p>
     <p>— А дыра большая? — спросил начальник полиции. — Дыра в стене?</p>
     <p>— Да побольше мешка будет, куда больше, — отвечал Рафаэль. — Хотя мешок у гринго большой — так мне этот оборванец сказал. И мешок был привязан у Моргана к седлу.</p>
     <p>— Моя тюрьма! — воскликнул начальник полиции; он выхватил кинжал и поднял вверх, держа за лезвие так, что рукоятка его, на которой с большим искусством был вырезан распятый Христос, казалась настоящим крестом. — Клянусь всеми святыми, я буду мстить! О, наша тюрьма! Наше правосудие! Наш закон!.. Лошадей! Скорее лошадей! Жандарм, лошадей, живо! — Он быстро обернулся к Торресу и накинулся на него, хотя тот не произнес ни слова: — К черту сеньора Ригана! Мне хоть бы уж свое-то вернуть! Меня оскорбили! Разрушили мою тюрьму! Надругались над моим законом — нашим законом, дорогие друзья! Лошадей! Лошадей! Отобрать их у проезжих! Да скорее же! Скорей!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Капитан Трефэзен, владелец «Анджелики», сын индианки из племени майя и негра с Ямайки, шагал взад и вперед по узкой палубе своей шхуны, посматривая в сторону Сан-Антонио, откуда уже отчалила переполненная людьми шлюпка, и раздумывал: не удрать ли ему от этого сумасшедшего американца, зафрахтовавшего его судно? Или, может быть, разорвать контракт и составить новый — на сумму в три раза большую? Трефэзена терзали противоречивые веления его смешанной крови: как негр, он был склонен к осторожности и соблюдению панамских законов, а как индеец — стремился к беззаконию и конфликтам.</p>
     <p>Верх одержала индейская кровь: капитан приказал поднять кливер и направил шхуну к берегу, чтобы поскорее подобрать приближавшуюся шлюпку. Разглядев, что все Солано и Морганы вооружены ружьями, он чуть было не пустился наутек и не бросил их на произвол судьбы. Но когда он увидел на корме женщину, склонность к романтике и алчность побудили его дождаться и взять шлюпку на борт, ибо он знал, что если женщина замешана в делах мужчин, то вместе с ней появляются опасность и деньги.</p>
     <p>Итак, на борту появилась женщина, а следовательно — опасность и деньги: Леонсия, ружья и мешок с золотом. Все, что было в шлюпке, не без труда попало на шхуну: поскольку ветер был слабым, капитан не потрудился даже приостановить судно.</p>
     <p>— Рад приветствовать вас на борту «Анджелики», сэр, — широко улыбнулся капитан Трефэзен, здороваясь с Френсисом. — А это кто? — спросил он, кивая на Генри.</p>
     <p>— Мой друг, капитан, мой гость и даже родственник.</p>
     <p>— Осмелюсь вас спросить, сэр, а что это за джентльмены с такой поспешностью скачут там по берегу?</p>
     <p>Френсис взглянул на группу всадников, галопом несшихся по песчаному пляжу, бесцеремонно выхватил из рук капитана бинокль и направил его на берег.</p>
     <p>— Во главе едет сам шеф, — сообщил он, обращаясь к Леонсии и ее родичам, — а следом за ним жандармы. — Внезапно он издал какое-то восклицание, потом долго смотрел в бинокль и, наконец, покачал головой: — Мне показалось, что я увидел с ними нашего друга Торреса.</p>
     <p>— С кем, с нашими врагами?! — не веря собственным ушам, вскричала Леонсия. Она вспомнила, как Торрес, только сегодня утром, на веранде асьенды, предлагал ей руку и сердце и говорил, что она может распоряжаться его жизнью и честью.</p>
     <p>— Я, должно быть, ошибся, — признался Френсис. — Они как-то все сбились в кучу. Но шефа я хорошо различил: он скачет головы на две впереди.</p>
     <p>— А что за субъект этот Торрес? — резко спросил Генри. — Он с самого начала мне не понравился, а у вас в доме, Леонсия, его всегда радушно принимают.</p>
     <p>— Прошу прощения, сэр, извините меня, пожалуйста, — вкрадчиво прервал их капитан Трефэзен, — и разрешите со всем смиреннейшим почтением повторить мой вопрос, сэр: кто эти всадники, которые так стремительно скачут там вдоль берега? Кто они такие, сэр?</p>
     <p>— Они чуть не повесили меня вчера, — расхохотался Френсис. — А завтра собирались повесить вот этого моего родственника. Только мы их надули. И, как видите, вот мы здесь. А теперь, мистер шкипер, прошу обратить внимание на то, что паруса наши только хлопают по ветру. Мы не двигаемся. Сколько еще вы намерены торчать тут?</p>
     <p>— Мистер Морган, сэр, — последовал ответ, — я с глубочайшей почтительностью служу вам как клиенту, зафрахтовавшему мое судно. Но должен поставить вас в известность, что я британский подданный. Король Георг <a l:href="#n_509" type="note">[509]</a> — мой король, сэр, и ему я прежде всего обязан повиноваться, а также установленным им законам о плавании в иностранных водах, сэр. Мне ясно, сэр, что вы нарушили законы этой страны, к берегам которой я доставил вас, — иначе вон те блюстители порядка не преследовали бы вашу милость с такой настойчивостью. А кроме того, мне ясно, что вы хотите, чтобы я нарушил законы мореплавания и помог вам бежать. Однако честь обязывает меня, сэр, оставаться здесь до тех пор, пока это маленькое недоразумение, которое, по всей вероятности, произошло на берегу, не будет улажено к удовлетворению всех заинтересованных сторон, сэр, а также к удовлетворению моего законного монарха.</p>
     <p>— Поднимай паруса и выходи в море, шкипер! — гневно прервал его Генри.</p>
     <p>— Надеюсь, вы всемилостивейше извините меня, сэр, но, к сожалению, я должен вам сказать две вещи. Во-первых, не вы являетесь лицом, зафрахтовавшим у меня судно; а во-вторых, не вы мой доблестный король Георг, которому я присягал служить верой и правдой.</p>
     <p>— Но я-то зафрахтовал твое судно, шкипер, — добродушно вмешался Френсис, научившийся уже ладить с метисом. — Так будь любезен взяться за штурвал и вывести нас из лагуны Чирикви — да ради бога поскорее, а то ветер стихает.</p>
     <p>— Но в контракте не указано, сэр, что «Анджелика» должна нарушать законы Панамы и короля Георга.</p>
     <p>— Я хорошо заплачу тебе, — пообещал Френсис, начиная терять терпение. — Берись за дело.</p>
     <p>— В таком случае, сэр, вы согласны заключить со мной новый контракт на сумму в три раза большую?</p>
     <p>Френсис утвердительно кивнул.</p>
     <p>— Тогда одну минуточку, сэр, я сейчас. Я только сбегаю в каюту за пером и бумагой, чтоб мы могли составить документ.</p>
     <p>— О господи! — простонал Френсис. — Да развернись же и сдвинься хоть немного с места. Ведь мы можем составить эту бумагу и на ходу, не обязательно во время стоянки. Смотри! Они стреляют!</p>
     <p>Капитан-метис, услышав залп, окинул взглядом развернутые паруса и обнаружил дырку от пули у самого верха грот-мачты.</p>
     <p>— Хорошо, сэр, — согласился он. — Вы джентльмен и человек чести. Я верю вам на слово и надеюсь, что вы подпишете документ при первой же возможности… Эй ты, черномазый! Берись за штурвал! Держи руль! Живо, черные дьяволы, ослабить главный парус! А ты, Персиваль, помоги вон там!</p>
     <p>Команда мигом повиновалась. Персиваль, вечно ухмыляющийся негр из Кингстона, а также другой, которого звали Хуаном, — светло-желтый цвет кожи и нежные и тонкие, как у девушки, пальцы, свидетельствовали о том, что он метис — полуиспанец, полуиндеец, — кинулись ослаблять паруса.</p>
     <p>— Дай этому черномазому по башке, если он и дальше будет дерзить, — буркнул Генри, обращаясь к Френсису. — Или поручи это мне, я в два счета с ним расправлюсь.</p>
     <p>Но Френсис покачал головой:</p>
     <p>— Он славный малый, только он из ямайских негров, а ты знаешь, какие они. К тому же в нем есть и индейская кровь. Лучше давай уде ладить с ним, раз такой это гусь. Ничего плохого у него в мыслях нет — просто хочет содрать подороже: ведь он рискует своей шхуной, ее могут конфисковать. А кроме того, он страдает манией vocabularitis: он просто лопнет, если не будет изрекать всякую мудреную чепуху.</p>
     <p>В эту минуту к ним подошел Энрико Солано — ноздри его раздувались, а пальцы нетерпеливо барабанили по ружью, в то время как глаза то и дело обращались к берегу, откуда велась беспорядочная стрельба.</p>
     <p>— Я серьезно виноват перед вами, сеньор Морган, — сказал он, протягивая руку Генри. — Я был так удручен смертью моего любимого брата Альфаро, что, признаюсь, в первую минуту счел вас повинным в его убийстве. — Тут глаза старого Энрико сверкнули гневом — неистребимым, но истребляющим. — Это было самое настоящее убийство, коварно совершенное каким-то трусом, удар в спину под покровом темноты. И как это я сразу не сообразил! Но я был так сражен горем, а все улики были против вас. Я даже забыл, что моя горячо любимая и единственная дочь помолвлена с вами; не подумал, что человек таких нравственных качеств — прямой, мужественный, храбрый — не способен нанести удар в спину под покровом темноты. Я сожалею о своей ошибке. Прошу извинить меня. И я снова с гордостью рад принять вас в нашу семью как будущего мужа моей Леонсии.</p>
     <p>Пока Генри Моргана столь чистосердечно принимали обратно в лоно семьи Солано, Леонсия с раздражением думала: зачем ее отцу нужно следовать этому глупому латиноамериканскому обычаю и говорить так много пышных слов, когда достаточно было бы одной-единственной фразы, крепкого рукопожатия и откровенного взгляда друг другу в глаза? Окажись на месте ее отца Генри или Френсис, они, несомненно, так и вели бы себя. Ну почему, почему все ее испанские родичи любят выражаться так цветисто и многословно, совсем как этот ямайский негр!</p>
     <p>Френсис же тем временем изо всех сил старался делать вид, что происходящее нимало не интересует его; тем не менее он все-таки заметил, что желтолицый матрос по имени Хуан шепчется о чем-то с остальной командой, многозначительно пожимает плечами и ожесточенно жестикулирует.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Ну вот, теперь мы упустили обоих этих свиней-гринго! — горестно воскликнул Альварес Торрес, увидев с берега, как «Анджелика», распустив паруса, надувшиеся от посвежевшего ветра, стала быстро удаляться и пули с суши не могли уже теперь ее достать.</p>
     <p>— Я бы, кажется, пожертвовал собору на три колокола, — провозгласил Мариано Веркара-и-Ихос, — только чтобы увидеть их в ста ярдах от моего ружья. Эх, будь на то моя власть, я бы так быстро отправил всех гринго на тот свет, что дьяволу в аду пришлось бы изучать английский язык!</p>
     <p>Альварес Торрес, задыхаясь от досады и бессильного гнева, несколько раз ударил кулаком по луке седла.</p>
     <p>— Владычица моих грез! — чуть не рыдая, воскликнул он. — Она уехала, исчезла вместе с обоими Морганами. Я сам видел, как она взбиралась на шхуну. Что же я теперь скажу Ригану в Нью-Йорке? Ведь если шхуна выберется из лагуны Чирикви, она может прямым ходом пойти в Нью-Йорк. И тогда окажется, что эта свинья Френсис не пробыл в отсутствии и месяца, и сеньор Риган не захочет ничего нам платить.</p>
     <p>— Они не выйдут из лагуны Чирикви, — мрачно заявил начальник полиции. — Что я — безмозглое животное, что ли? Нет, я человек! И я знаю, что они не выйдут отсюда. Разве я не поклялся мстить им до гроба? Закат такой, что к ночи ветер явно спадет. По небу это сразу понять можно. Видите эти перистые облачка? Если ветер и подымется, то небольшой, и наверняка с северо-востока. Значит, он их погонит прямо в пролив Чоррера. А они никогда не осмелятся войти в него. Этот черномазый капитан знает лагуну как свои пять пальцев. Он попытается сделать крюк и пройти мимо Бокас-дель-Торо или через пролив Картахо. Но и в таком случае мы перехитрим его. Я тоже кое-что соображаю. Да еще как соображаю-то! Слушайте. Нам предстоит долгий путь верхом. Мы проедем по берегу до самого Лас-Пальмас. А там сейчас капитан Розаро со своей «Долорес».</p>
     <p>— Это такой паршивенький старый буксир, который даже развернуться как следует не может? — спросил Торрес.</p>
     <p>— Но ведь ночью ветра не будет, да и утром тоже. И мы на этом буксире захватим «Анджелику», — успокоил его начальник полиции. — Вперед, друзья! Поскакали! Капитан Розаро — мой приятель. Он окажет нам любую услугу.</p>
     <p>На рассвете вконец измученные люди на загнанных лошадях протащились через заброшенную деревушку Лас-Пальмас к заброшенному причалу, у которого стоял совсем заброшенный на вид, облезлый буксир, показавшийся им, однако, лучшим в мире. Из трубы валил дым — признак того, что буксир стоит под парами; увидев это, начальник полиции, несмотря на усталость, возликовал.</p>
     <p>— Доброе утро, сеньор капитан Розаро! Рад вас видеть! — приветствовал он испанца-шкипера, старого морского волка, который, полулежа на круге каната, потягивал черный кофе из кружки, и зубы его, всякий раз как он подносил ее ко рту, выбивали на ней дробь.</p>
     <p>— Нечего сказать, доброе утро, когда эта проклятая лихорадка всю душу из меня вытрясла, — угрюмо проворчал капитан Розаро; руки его и все тело так дрожали, что горячая жидкость выплескивалась и текла по подбородку и за ворот расстегнутой рубашки, на волосатую седую грудь. — Да возьми ты это, чертова скотина! — крикнул он, запуская кружкой вместе с ее содержимым в мальчика-метиса, по-видимому, его слугу, который, как ни силился, не мог сдержать смеха.</p>
     <p>— Солнце взойдет, лихорадка уймется и оставит вас в покое, — учтиво сказал начальник полиции, делая вид, что не замечает дурного настроения капитана. — Ваши дела здесь закончены, вы направляетесь в Бокас-дель-Торо, и мы поедем с вами, всей компанией, — нам предстоит интереснейшее приключение. Мы захватим шхуну «Анджелика», которая из-за штиля не могла ночью выбраться из лагуны, я арестую уйму людей, и вся Панама заговорит, капитан, о вашей храбрости и находчивости, так что вы и думать забудете о том, что вас когда-либо донимала лихорадка.</p>
     <p>— Сколько? — напрямик спросил капитан Розаро.</p>
     <p>— Сколько? — с удивленным видом повторил начальник полиции. — Это же государственное дело, дорогой друг! И вы все равно идете в Бокас-дель-Торо. Ведь вам это не будет стоить ни одной лишней лопаты угля!</p>
     <p>— Muchacho! <a l:href="#n_510" type="note">[510]</a> Еще кофе! — рявкнул шкипер, обращаясь к мальчику.</p>
     <p>Наступила пауза, во время которой Торрес, начальник полиции и все их утомленные спутники с жадностью смотрели на горячий напиток, принесенный мальчиком. Зубы капитана Розаро стучали о кружку точно кастаньеты, но он все-таки сумел глотнуть кофе, не расплескав его, хотя и обжегся при этом.</p>
     <p>Какой-то швед с отсутствующим взглядом, в грязном комбинезоне и засаленной фуражке, на которой значилось: «механик», вылез из люка, закурил трубку и, присев на борт, казалось, весь ушел в свои мысли.</p>
     <p>— Так сколько же? — снова спросил капитан Розаро.</p>
     <p>— Давайте отчаливать, дорогой друг, — сказал начальник полиции. — А потом, когда лихорадка оставит вас в покое, мы с вами разумно обсудим все — ведь мы же разумные существа, а не какие-нибудь скоты.</p>
     <p>— Сколько? — повторил капитан Розаро. — Извините, я не скот. Я всегда в полном разуме — и когда есть солнце, и когда его нет, и даже когда меня треплет эта растреклятая лихорадка. Так сколько?</p>
     <p>— Ну ладно, отчаливайте. А сколько вы хотите? — сдаваясь, устало произнес начальник полиции.</p>
     <p>— Пятьдесят долларов золотом, — тотчас последовал ответ.</p>
     <p>— Но ведь вы все равно туда идете, не так ли, капитан? — мягко спросил Торрес.</p>
     <p>— Я же сказал: пятьдесят долларов золотом.</p>
     <p>Начальник полиции безнадежно всплеснул руками и повернулся на каблуках, делая вид, что собирается уйти.</p>
     <p>— Однако вы же поклялись мстить до гроба за разрушение вашей тюрьмы, — напомнил ему Торрес.</p>
     <p>— Но не в том случае, если мне придется платить за это пятьдесят долларов, — огрызнулся начальник полиции, краешком глаза наблюдая за дрожавшим от лихорадки капитаном: не начинает ли тот сдаваться.</p>
     <p>— Пятьдесят долларов золотом, — сказал капитан, допив кофе и трясущимися пальцами пытаясь скрутить себе сигарету. Потом он кивнул в сторону шведа и добавил: — И еще пятерку золотом моему механику. Таков уж: у нас обычай.</p>
     <p>Торрес подошел поближе к начальнику полиции и шепнул:</p>
     <p>— Я заплачу за буксир, а с гринго Ригана взыщу лишнюю сотню, разницу же мы с вами поделим пополам. Так что мы ничего не потеряем. Напротив — еще останемся в барыше. Риган наказывал мне, чтоб я не скупился на расходы.</p>
     <p>Когда солнце поднялось над линией горизонта и ослепительно засверкало в небе, один из жандармов направился обратно в Лас-Пальмас с измученными лошадьми, а остальные поднялись на палубу буксира; механик швед спустился в недра машинного отделения, и капитан Розаро, избавленный от лихорадки благостными лучами солнца, приказал матросам сняться с причала, а одному из них стать в рубке у компаса.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На рассвете «Анджелика» все еще дрейфовала недалеко от берега: ветра не было всю ночь, и ей не удалось выйти в море, хотя она и продвинулась к северу и находилась сейчас на полпути между Сан-Антонио и проливами Бокас-дель-Торо и Картахо. Эти два пролива, которые ведут в открытое море, все еще были милях в двадцати пяти от «Анджелики», а шхуна точно спала на зеркальной глади лагуны. Душная тропическая ночь заставила всех перебраться на палубу, и она была положительно устлана спящими. На крыше каюты капитана лежала Леонсия. В узких проходах, по обеим сторонам каюты, расположились ее братья и отец. А на носу, между каютой капитана и рубкой рулевого, лежали рядом оба Моргана; рука Френсиса покоилась на плече Генри, словно оберегая его. У штурвала, по одну его сторону, обхватив колени руками и положив голову на руки, сидя спал метис-капитан, а по другую сторону, точно в такой же позе, спал рулевой — не кто иной, как Персиваль, чернокожий негр из Кингстона. На шкафуте вповалку лежали матросы, тогда как на носу, на крошечном полубаке, уткнувшись лицом в скрещенные на груди руки, спал вахтенный.</p>
     <p>Первой проснулась Леонсия. Приподнявшись на локте и подоткнув под него край плаща, на котором она спала, девушка посмотрела вниз на палубу и увидела Генри и Френсиса, мирно спавших рядом. Ее влекло к ним обоим — ведь они были так походки друг на друга; она любила Генри, вспомнила, как он целовал ее, и, вспомнив об этом, вся затрепетала; она любила и Френсиса, вспомнила и его поцелуй — и вся залилась краской. Она сама дивилась тому, что в сердце ее уживается любовь к двум людям сразу. Она уже достаточно разобралась в своих чувствах и знала, что готова последовать за Генри на край света, а за Френсисом еще дальше. И ее терзала собственная безнравственность.</p>
     <p>Стремясь бежать от пугавших ее мыслей, Леонсия протянула руку и кончиком шелкового шарфа начала щекотать нос Френсиса; молодой человек зашевелился, взмахнул рукой, как бы отгоняя москита или муху, и спросонья ударил Генри по груди. Таким образом. Генри проснулся первым. Резким движением он поднялся и сел, разбудив при этом Френсиса.</p>
     <p>— Доброе утро, веселый родственничек, — приветствовал его Френсис. — Что это ты так резвишься?</p>
     <p>— Доброе утро, дружище, — проворчал Генри, — да только кто же из нас резвится? Ведь это ты стукнул меня и разбудил. Мне со сна даже показалось, будто это палач пришел за мной: ведь как раз сегодня утром меня собирались вздернуть. — Он зевнул, потянулся, посмотрел через поручни на спящее море и, толкнув Френсиса, указал ему на спящих капитана и рулевого.</p>
     <p>«Какие красавцы эти Морганы», — подумала Леонсия и тут же удивилась, поймав себя на том, что мысленно произнесла эту фразу не по-испански, а по-английски. Неужели потому, что они оба завладели ее сердцем, она и думать стала на их языке, а не на своем родном?</p>
     <p>Все было так запутано, что она решила бежать столь запутанных мыслей, она снова принялась щекотать кончиком шарфа нос Френсиса и была застигнута врасплох: пришлось ей со смехом признаться, что это она была причиной их внезапного пробуждения.</p>
     <p>Через три часа подкрепившись фруктами и кофе, Леонсия стала у руля, и Френсис принялся обучать ее, как вести судно и определять путь по компасу. «Анджелика», повинуясь свежему ветерку, гнавшему ее на север, шла со скоростью шести узлов. Генри, стоя на наветренной стороне палубы, изучал с помощью бинокля горизонт, изо всех сил стараясь не замечать, с каким увлечением занимаются учитель и ученица, хотя втайне ругательски ругал себя за то, что не ему первому пришла в голову мысль научить Леонсию обращаться с компасом и рулем. Все же он взял себя в руки и не только не смотрел на них, но даже и краешком глаза не поглядывал в их сторону.</p>
     <p>Зато капитан Трефэзен со свойственным индейцам жестоким любопытством и с беззастенчивостью негра — подданного короля Георга — был менее деликатен. Он во все глаза смотрел на молодых людей, и от него не укрылось неодолимое влечение, которое испытывали друг к другу американец, зафрахтовавший его судно, и хорошенькая испанка. Они стояли совсем рядом, и когда оба наклонились над штурвалом, заглядывая в нактоуз, прядь волос Леонсии коснулась щеки Френсиса; и тотчас они почувствовали, как их словно пронизало током. И метис-капитан заметил это. Но они почувствовали еще и то, чего не мог заметить метис-капитан: сильнейшее смущение. Они изумленно взглянули друг на друга и виновато опустили глаза. Френсис очень быстро и так громко, что было слышно на другом конце палубы, стал объяснять, как действует картушка компаса. Но капитан Трефэзен только усмехался, слушая его.</p>
     <p>Налетевший порыв ветра заставил Френсиса схватиться за штурвал. На нем уже лежала рука Леонсии, и Френсису ничего не оставалось, как положить свою руку поверх. И снова оба вздрогнули, и снова капитан усмехнулся.</p>
     <p>Леонсия подняла глаза на Френсиса и тут же в смущении опустила их. Она высвободила руку и, давая понять, что урок окончен, медленно отошла от штурвала, всем своим видом показывая, что руль и компас перестали интересовать ее. Френсис остался в полном смятении: он понимал, что это бесчестно, что это предательство, и, невольно взглянув на Генри, стоявшего к нему в профиль, мысленно пожелал, чтобы тот не видел, что произошло. Леонсия между тем смотрела невидящими глазами на поросший густым лесом берег, задумчиво вертя кольцо Генри вокруг пальца.</p>
     <p>Однако Генри случайно видел все: он как раз в ту минуту повернулся к ним, чтобы сообщить, что на горизонте появился какой-то дымок. И метис-капитан заметил это. Он подошел к Генри и с жестокостью индейца и беззастенчивостью негра сказал вполголоса:</p>
     <p>— Не падайте духом, сэр. У сеньориты доброе сердце, в нем найдется место для вас обоих — ведь вы такие благородные джентльмены.</p>
     <p>В тот же миг ему была преподана одна извечная истина: белые не любят, когда вмешиваются в их дела; придя в себя, капитан увидел, что лежит на спине, от сильного удара о палубу у него ныл затылок, а лоб — от не менее сильного удара, который нанес ему Генри.</p>
     <p>И тут в капитане заговорила индейская кровь: вне себя от ярости он вскочил на ноги, в руке его блеснул нож. Хуан, желтолицый метис, мигом оказался рядом, в руке его тоже был нож. Подбежало еще несколько бывших поблизости матросов — образовав полукруг, они стали наступать на Генри; но тот, с молниеносной быстротой отскочив к борту, ударом руки снизу выбил из гнезда железный поручень и, поймав его на лету, приготовился к самообороне. Френсис тотчас бросил штурвал и, выхватив пистолет-автомат, прорвался к Генри и стал с ним рядом.</p>
     <p>— Что он такое сказал? — спросил Френсис своего родственника.</p>
     <p>— Я повторю, что я сказал, — угрожающе произнес капитан: сейчас в нем взяла верх негритянская кровь, и он уже искал путь к компромиссу при помощи шантажа. — Я сказал…</p>
     <p>— Остановись, капитан! — закричал Генри. — Мне очень жаль, что я ударил тебя. Замнем это дело. Попридержи язык. Забудь. Мне очень жаль, что я тебя ударил. Я… — Генри невольно сделал паузу и судорожно глотнул: слова не шли у него с языка. И только потому, что Леонсия стояла тут рядом, смотрела на него и слушала, он сказал: — Я… я приношу свои извинения, капитан.</p>
     <p>— Вы оскорбили меня, — возмущенным тоном заявил капитан Трефэзен. — Вы нанесли мне увечья! А никто не имеет права наносить увечья подданному короля Георга — да благословит его господь! — без денежного возмещения.</p>
     <p>Услышав это откровенное требование шантажиста, Генри чуть было не набросился на него. Но Френсис примирительно положил руку ему на плечо и удержал. Совладав с собой. Генри издал нечто вроде добродушного смешка, достал из кармана два золотых по десять долларов и, словно эти деньги жгли его, сунул их в руку капитану Трефэзену.</p>
     <p>— Дешево отделался, — не сдержавшись, вполголоса пробормотал он.</p>
     <p>— Ничего, цена вполне приличная, — заверил его капитан. — Двадцать долларов за расшибленную голову вполне приличная цена. Распоряжайтесь мною, сэр, я к вашим услугам. Вы, безусловно, джентльмен. За такую сумму можете в любое время дать мне по уху.</p>
     <p>— И мне, сэр, мне тоже! — широко и подобострастно осклабившись, вставил Персиваль, негр из Кингстона. — За такие деньги, сэр, можете отлупить меня в любое время. И вообще можете лупить всякий раз, когда у вас будут лишние деньги…</p>
     <p>На этом происшествию и суждено было закончиться, ибо тут послышался крик впередсмотрящего:</p>
     <p>— Дым! Пароход прямо за кормой! Через час все уже знали, что это за дым и что он означает, так как буксиру «Долорес» не составило особого труда нагнать «Анджелику», снова попавшую в полосу штиля, и теперь со шхуны, которую отделяло от буксира всего каких-нибудь полмили, уже можно было рассмотреть в бинокль его крошечную переднюю палубу, положительно забитую вооруженными людьми. И Генри и Френсис сразу узнали среди них начальника полиции и нескольких жандармов.</p>
     <p>Ноздри старого Энрико Солано раздувались, — он выстроил своих четырех сыновей на корме, встал с ними рядом и приготовился к бою. Леонсия, терзаемая любовью к Генри и любовью к Френсису, была больше увлечена собственными переживаниями, хоть и не показывала виду: она смеялась вместе со всеми над жалким суденышком и вместе со всеми радовалась порыву ветра, накренившему «Анджелику» на левый борт так, что поручни ее чуть не коснулись воды, и погнавшему вперед со скоростью девяти узлов.</p>
     <p>Но погода и ветер были в это утро неустойчивы. Лик лагуны то морщился от налетавшего ветра, то снова становился гладким, как стекло.</p>
     <p>— К сожалению, должен сообщить вам, сэр, что нам не уйти от них, — заявил капитан Трефэзен Френсису. — Если бы ветер продержался, сэр, мы бы ушли. Но он все время меняется и то и дело спадает. Нас несет прямо на берег. Мы загнаны в тупик, сэр, теперь нам не уйти.</p>
     <p>Генри опустил бинокль, через который он изучал берег, и посмотрел на Френсиса.</p>
     <p>— А ну, выкладывай! — воскликнул Френсис. — Сразу видно: ты что-то придумал. Какой же у тебя план? Рассказывай.</p>
     <p>— Вон там лежат два островка, именуемые Тигровыми, — принялся излагать свой план Генри. — Они охраняют узкий вход в бухту Хучитан, который называют Эль Тигре. И поверьте, зубы у этого тигра не худее, чем у настоящего. Проходы по обе стороны островков, между ними и сушей, так мелки, что даже шлюпка садится там на мель. Пройти может лишь тот, кто знает все изгибы фарватера, а я их знаю. Правда, пролив Эль Тигре между островами достаточно глубок, но он такой узкий, что в нем и не развернешься. Шхуна может войти в него только в том случае, если ветер будет с кормы или с траверза. Сейчас ветер благоприятствует нам, и мы пройдем через пролив. Но это только половина моего плана…</p>
     <p>— А если ветер переменится или спадет, сэр, — ведь прилив и отлив в бухте бывает такой, что волны горами ходят, это уж мне хорошо известно, — моя красавица шхуна разобьется о скалы! — запротестовал капитан Трефэзен.</p>
     <p>— Если это случится, я уплачу тебе полную ее стоимость, — кратко заверил его Френсис и, не обращая больше на него внимания, повернулся к Генри, — Так в чем же заключается вторая половина твоего плана?</p>
     <p>— Даже стыдно сказать тебе, — рассмеялся Генри. — Но это вызовет столько проклятий на испанском языке, сколько не слыхала лагуна Чирикви с тех пор, как старик сэр Генри разграбил Сан-Антонио и Бокас-дель-Торо. Вот сейчас увидишь.</p>
     <p>Леонсия, сверкая глазами, захлопала в ладоши и воскликнула:</p>
     <p>— Это должно быть что-то замечательное. Генри! По вашему лицу это видно. Ну, скажите же хотя бы мне!</p>
     <p>Отведя Леонсию в сторону и поддерживая ее за талию, так как палуба ходила ходуном. Генри стал шептать ей что-то на ухо. Френсис лее, чтобы скрыть овладевшее им при этом чувство, навел бинокль на своих преследователей. Капитан Трефэзен лукаво усмехнулся и обменялся многозначительным взглядом с желтолицым матросом.</p>
     <p>— Вот что, шкипер, — сказал Генри, подходя к нему. — Мы сейчас как раз у входа в Эль Тигре. Возьмись за штурвал и направь судно прямо в пролив. Кроме того — и pronto! — чтоб мне принесли сюда бухту полудюймового старого мягкого троса, побольше бечевки и парусных ниток, ящик с пивом, что стоит в кладовой, кофейник и пятигаллоновый бидон, из которого мы вылили вчера вечером последние остатки керосина.</p>
     <p>— Но я с прискорбием должен обратить ваше внимание, сэр, на то, что этот канат стоит немалых денег, — заметил капитан Трефэзен, когда Генри принялся мастерить что-то из доставленных ему разнородных предметов.</p>
     <p>— Тебе за это заплатят, — успокоил его Френсис.</p>
     <p>— И кофейник тоже почти новый.</p>
     <p>— И за него тебе заплатят.</p>
     <p>Капитан вздохнул и сдался, но при виде последующих действий Генри, который принялся откупоривать бутылки с пивом и выливать их содержимое в шпигаты <a l:href="#n_511" type="note">[511]</a>, опять завздыхал.</p>
     <p>— Пожалуйста, сэр, — взмолился Персиваль, — если уж вам так нужно вылить это пиво, вылейте его лучше мне в глотку.</p>
     <p>Матросы мигом набросились на драгоценный напиток и вскоре сложили к ногам Генри пустые бутылки. Он снова заткнул их пробками и стал привязывать к канату на расстоянии шести футов одну от другой. Потом он отрезал от каната несколько кусков — каждый в две сажени длиной — и привязал их между бутылками, чтобы они служили своеобразными буйками. Сюда лее он прикрепил кофейник и две жестянки из-под кофе. К одному концу каната Генри привязал бидон из-под керосина, а к другому — ящик из-под пива и, покончив со всем этим, взглянул на Френсиса.</p>
     <p>— О, я понял, что ты затеял, еще пять минут назад, — рассмеялся Френсис. — Эль Тигре, по-видимому, и в самом деле очень узок — иначе ведь буксир мог бы обойти твою ловушку.</p>
     <p>— Эль Тигре как раз такой ширины, — был ответ. — Есть место, где проход между мелями не достигает и сорока футов. Если капитан направит свой буксир мимо нашего капкана, он наткнется на мель. Но его люди в таком случае вброд доберутся до берега. А теперь надо отнести это сооружение на корму и приготовиться к спуску его в воду. Ты встань на правом борту, а я встану на левом, и когда я тебе крикну — бросай ящик за борт как можно дальше.</p>
     <p>Хотя ветер немного утих, «Анджелика», шедшая прямо по ветру, все же делала пять узлов, но «Долорес», которая делала шесть узлов, стала постепенно нагонять ее. Когда с «Долорес» заговорили ружья, капитан под руководством Генри и Френсиса соорудил на корме невысокую баррикаду из мешков с картофелем и луком, старых парусов и бухт каната. Низко нагнувшись под этим укрытием, рулевой продолжал вести шхуну. Леонсия отказалась спуститься вниз, но когда стрельба участилась, она, уступая настояниям родных, прикорнула за каютой. Матросы попрятались в уголках и закоулках, тогда как старик Солано и его сыновья, залегшие на корме, вели обстрел буксира.</p>
     <p>Генри и Френсис заняли намеченные позиции и в ожидании, пока «Анджелика» подойдет к самому узкому месту Эль Тигре, тоже приняли участие в перестрелке.</p>
     <p>— Примите мои поздравления, сэр, — сказал капитан Трефэзен Френсису. Индейская кровь побуждала его время от времени приподнимать голову и выглядывать из-за поручней, тогда как негритянская кровь принуждала лежать ничком, точно он прилип к палубе. — Ведь это сам капитан Розаро ведет судно. А сейчас он так подпрыгнул и схватился за руку, что можно не сомневаться: вы аккуратно прошили ее пулей. Этот капитан Розаро чрезвычайно горячий hombre <a l:href="#n_512" type="note">[512]</a>, сэр. Мне кажется, я отсюда слышу, как он сыплет проклятьями.</p>
     <p>— Приготовься, Френсис, сейчас подам сигнал, — сказал Генри, кладя ружье и пристально вглядываясь в низкие берега, обрамлявшие Эль Тигре по обе стороны судна. — Мы почти добрались до нужного места. Не торопись, жди сигнала, и когда я скажу: «три» — бросай.</p>
     <p>Буксир был всего ярдах в двухстах от них и быстро нагонял шхуну, когда Генри подал сигнал. Он и Френсис выпрямились и по команде «три!» бросили свои концы. Ящик из-под пива и бидон из-под керосина упали в море, потащив за собой канат с привязанными к нему банками, жестянками и бутылками.</p>
     <p>Генри и Френсис были так увлечены своей затеей, что продолжали стоять, наблюдая, как растягивается по вспененной воде их капкан. Залп с буксира «Долорес» заставил их ничком броситься на палубу, а когда они выглянули из-за поручней, нос буксира уже подмял под себя канат с буйками. Через минуту они увидели, как судно замедлило ход и остановилось.</p>
     <p>— Недурно мы опутали его винт! — захлопал в ладоши Френсис. — Браво, Генри!</p>
     <p>— Теперь только бы ветер продержался… — скромно заметил Генри.</p>
     <p>«Анджелика» поплыла дальше, оставив позади застывший на месте буксир; он становился все меньше и меньше, и все же с борта шхуны увидели, что буксир сел на мель, а люди, попрыгав за борт, стали пробираться вброд к берегу.</p>
     <p>— Давайте-ка споем нашу песенку! — весело воскликнул Генри и затянул:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Все это очень хорошо, сэр, — прервал их капитан Трефэзен, когда Морганы закончили первый куплет; он поводил плечами в такт напеву, глаза у него блестели. — Но ветер упал, сэр. Мы опять заштилили. Как же мы теперь выберемся из бухты Хучитан? «Долорес» — то ведь не получила никаких повреждений. Мы только задержали ее, и все. Какой-нибудь негр нырнет под судно, очистит винт, и тогда они мигом нагонят нас.</p>
     <p>— Но здесь недалеко до берега, — заметил Генри, смерив взглядом расстояние, и, обернувшись к Энрико, спросил: — Что тут на берегу, сеньор Солано? Кто здесь живет: индейцы племени майя <a l:href="#n_513" type="note">[513]</a> или плантаторы?</p>
     <p>— Есть и плантаторы, есть и индейцы, — ответил Энрико. — Но я хорошо знаю эти места. Если на шхуне оставаться опасно, то на берегу, мне думается, мы будем в безопасности. Там мы достанем и лошадей, и седла, и мясо, и хлеб. Кордильеры недалеко. Чего нам еще надо?</p>
     <p>— А как же Леонсия? — заботливо осведомился Френсис.</p>
     <p>— Она прирожденная амазонка, и мало найдется американцев, которых она не перещеголяла бы в верховой езде, — отвечал Энрико. — Поэтому я посоветовал бы вам — если вы, конечно, согласны — спустить на воду большую шлюпку, как только «Долорес» станет нас нагонять.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Все в порядке, шкипер, все в порядке, — заверил Генри капитана-метиса, который стоял рядом с ними на берегу и, казалось, не решался проститься и вернуться на «Анджелику», дрейфовавшую неподалеку на застывшей в мертвом штиле поверхности бухты Хучитан.</p>
     <p>— Это, так сказать, отклонение от курса, — пояснил Френсис. — Приятное словцо — «отклонение». А еще приятнее, если удается отклониться по задуманному плану.</p>
     <p>— А если не удается, — возразил капитан Трефэзен, — тогда это называется совсем другим словом и весьма неприятным: «катастрофа».</p>
     <p>— Вот это как раз и случилось с «Долорес», когда мы опутали ее винт, — рассмеялся Генри. — Но мы не знаем, что такое катастрофа. Мы называем это иначе: отклонение от курса. И в доказательство нашей веры в успех оставляем с вами двух сыновей сеньора Солано. Альварадо и Мартинес знают фарватер как свои пять пальцев. Они выведут вас отсюда, когда подует благоприятный ветер. Начальник полиции ведь не за вами гонится. Он нас преследует. И как только мы двинемся в горы, он бросится за нами со всем своим отрядом.</p>
     <p>— Да неужели ты не понимаешь? — вмешался Френсис. — «Анджелика» в западне. Если мы останемся на борту, шеф захватит и нас и «Анджелику». Вот мы и решили отклониться от курса и уйти в горы. Он бросится за нами. И это даст «Анджелике» возможность скрыться. Ну, а уж нас-то он, конечно, не поймает.</p>
     <p>— А вдруг я потеряю свою шхуну? — не отставал темнокожий шкипер. — Если она наскочит на скалы, я наверняка потеряю ее: ведь проходы здесь такие опасные!</p>
     <p>— Тогда тебе заплатят за нее, я тебе все время об этом твержу! — сказал Френсис с возрастающим раздражением.</p>
     <p>— А сколько у меня еще было всяких других расходов…</p>
     <p>Френсис вытащил блокнот и карандаш, наскоро написал несколько слов и передал записку капитану.</p>
     <p>— Вручишь это сеньору Мельхиору Гонзалесу в Бокас-дель-Торо, — сказал он. — И получишь у него тысячу золотых. Это банкир, мой агент, — он и расплатится с тобой.</p>
     <p>Капитан Трефэзен недоверчиво посмотрел на записку.</p>
     <p>— Не бойся, он вполне платежеспособен, — заверил его Генри.</p>
     <p>— Да, сэр, я знаю, сэр, что мистер Френсис Морган известный и богатый джентльмен. Но вот насколько богатый? Может, все его богатство меньше моего скромного достояния. У меня вот есть «Анджелика», я за нее никому ни одного песо не должен. У меня есть два незастроенных городских участка в Колоне и еще четыре в порту Белене, — я могу на них здорово разбогатеть, когда «Юнайтед фрут компани» начнет строить там свои склады…</p>
     <p>— А ну-ка, Френсис, сколько твой папаша тебе оставил? — спросил Генри, чтобы поддразнить метиса. — Исчисляя в кругленьких?</p>
     <p>Френсис пожал плечами и неопределенно ответил:</p>
     <p>— Больше, чем у меня пальцев на руках и на ногах.</p>
     <p>— Это долларов, сэр? — спросил капитан.</p>
     <p>Генри резко мотнул головой.</p>
     <p>— Тысяч, сэр? Генри снова мотнул головой.</p>
     <p>— Миллионов, сэр?</p>
     <p>— Вот теперь ты попал в точку, — ответил Генри. — Мистер Френсис Морган достаточно богат, чтобы купить почти всю республику Панаму — без канала, конечно.</p>
     <p>Метис-капитан недоверчиво посмотрел на Энрико Солано.</p>
     <p>— Мистер Морган вполне уважаемый джентльмен, — подтвердил тот. — Мне это хорошо известно. Я получил деньги — тысячу песо — по его записке, адресованной сеньору Мельхиору Гонзалесу в Бокас-дель-Торо. Эти деньги вон там, в мешке.</p>
     <p>И он кивком указал в ту сторону, где Леонсия, сидя на тюках с багажом, развлечения ради заряжала винчестер. Мешок, который капитан уже давно приметил, лежал у ее ног.</p>
     <p>— Терпеть не могу путешествовать без денег, — смущенно пояснил Френсис своим спутникам. — Никогда не знаешь, в какую минуту тебе может понадобиться доллар. Однажды вечером у меня сломалась машина в Смит-Ривер-Корнерс, неподалеку от Нью-Йорка; при мне была только чековая книжка, и, представьте, я остался в этом городишке без сигарет.</p>
     <p>— Как-то раз в Барбадосе я поверил было одному белому джентльмену, который зафрахтовал мое судно, чтобы ловить летающих рыб… — начал капитан.</p>
     <p>— Ну ладно, капитан, до свидания, — оборвал его Генри. — Отправляйся-ка лучше к себе на борт, а мы сейчас тронемся в путь.</p>
     <p>И небольшой отряд во главе с Энрико зашагал в горы, так что капитану Трефэзену не оставалось ничего иного, как подчиниться. Он помог матросам столкнуть шлюпку в воду, влез в нее, сел за руль и приказал грести к «Анджелике». Поглядывая время от времени назад, он видел, как его пассажиры взвалили на себя поклажу и скоро исчезли в густой зеленой растительности.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Вскоре путники вышли на просеку, где несколько партий пеонов вырубали девственный тропический лес и выкорчевывали пни, чтобы на этом месте насадить каучуковые деревья: для автомобильных шин сейчас требовалось много каучука. Леонсия шагала рядом с отцом во главе отряда. Ее братья, Рикардо и Алесандро, шли следом, нагруженные тюками, а Френсис и Генри, тоже с ношей, замыкали шествие.</p>
     <p>Высокий худощавый старик с внешностью идальго, сидевший, несмотря на преклонный возраст, очень прямо в седле, при виде этой странной процессии пустил свою лошадь вскачь, прямо через поваленные деревья и ямы от выкорчеванных пней, навстречу путникам.</p>
     <p>Узнав Энрико, он спрыгнул с лошади, снял перед Леонсией сомбреро, а с Энрико обменялся крепким рукопожатием, как старый закадычный друг. В его приветствиях и взглядах сквозило явное восхищение Леонсией.</p>
     <p>Разговор велся по-испански, с быстротой пулемета: тотчас была изложена просьба помочь лошадьми и получено в ответ любезное согласие; затем состоялось представление обоих Морганов. По латиноамериканскому обычаю, плантатор моментально уступил свою лошадь Леонсии; он сам укоротил стремена и подсадил девушку в седло. Чума, пояснил он, истребила на его плантации почти всех верховых лошадей, но у его главного надсмотрщика еще осталась вполне приличная лошадь, которая будет предоставлена в распоряжение Энрико, как только ее приведут.</p>
     <p>Он сердечно и в то же время с большим достоинством пожал руку Генри и Френсису, а потом добрых две минуты витиевато заверял их в том, что всякий друг его дорогого друга Энрико — друг и ему. Энрико принялся расспрашивать плантатора о дороге в Кордильеры и упомянул о нефти. Френсис сразу навострил уши.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, сеньор, — вмешался он в разговор, — что в Панаме найдена нефть?</p>
     <p>— Конечно, — важно кивнув головой, подтвердил плантатор. — Еще наши предки знали, что у нас есть нефтяные фонтаны. Но по-настоящему взялась за дело только компания «Эрмосильо», которая втихомолку прислала сюда своих инженеров-гринго и, произведя разведку, стала скупать земли. Говорят, это целое нефтяное поле. Я лично ничего в нефти не понимаю. Знаю только, что уже пробурили немало скважин и продолжают бурить дальше, а нефти так много, что она заливает все вокруг. Говорят, что никак не могут удержать ее под землей — столько ее и под таким давлением она выходит. Им сейчас нужен нефтепровод, чтобы подавать нефть к океану, и они начали его строить. А пока нефть течет прямо по каньонам, и убытки от этого колоссальные.</p>
     <p>— А нефтехранилища у них уже выстроены? — спросил Френсис, с волнением вспомнив о «Тэмпико петролеум» — предприятии, поглотившем львиную долю его состояния, о котором со времени своего отъезда из Нью-Йорка, когда акции «Тэмпико» на бирже резко подскочили вверх, он ничего не слыхал.</p>
     <p>Плантатор покачал головой.</p>
     <p>— Все дело в транспорте, — пояснил он. — Перевозить материалы на мулах с морского побережья до месторождения просто невозможно. Но многое в этом отношении у них уже сделано. Они устроили в горных низинах своеобразные нефтяные резервуары — большие нефтяные озера, запрудив их земляными дамбами; и все-таки им не удается остановить поток, и драгоценная жидкость стекает вниз по каньонам.</p>
     <p>— А эти резервуары крытые? — поинтересовался Френсис, вспомнив, какое бедствие причинил пожар в первые дни существования «Тэмпико петролеум».</p>
     <p>— Нет, сеньор.</p>
     <p>Френсис неодобрительно покачал головой.</p>
     <p>— Их необходимо делать крытыми. Достаточно какому-нибудь пьяному или мстительному пеону бросить спичку — и все может сгореть. Плохо поставлено дело, очень плохо!</p>
     <p>— Но я же не владелец «Эрмосильо»! — возразил плантатор.</p>
     <p>— Я, конечно, имел в виду не вас, а компанию «Эрмосильо», — пояснил Френсис. — У меня самого вложен капитал в нефть. И я уже поплатился сотнями тысяч за подобные случайности или преступления. Никогда ведь толком не знаешь, как это случается. Но факт тот, что все-таки случается…</p>
     <p>Что еще собирался сказать Френсис о целесообразности защиты нефтехранилищ от глупых и злонамеренных пеонов, так и осталось неизвестным, ибо в эту минуту к ним подъехал главный надсмотрщик плантации с хлыстом в руке, — он с интересом разглядывал вновь прибывших и столь же зорко наблюдал за работавшим поблизости отрядом пеонов.</p>
     <p>— Сеньор Рамирес, сделайте одолжение, сойдите с лошади, — вежливо обратился к нему его хозяин-плантатор и, как только тот спешился, познакомил его с гостями.</p>
     <p>— Лошадь ваша, друг Энрико, — сказал плантатор. — Если она падет, пришлите мне, пожалуйста, при случае седло и уздечку. А если вам это будет трудно, то, пожалуйста, забудьте о том, что вам нужно что-либо мне присылать, кроме, конечно, привета. Мне жаль, что вы и ваши спутники не можете принять моего приглашения и посетить мои дом. Но шеф — кровожадный зверь, я это знаю. И уж мы постараемся направить его по ложному следу.</p>
     <p>Когда Леонсия и Энрико уселись на лошадей и багаж был привязан к седлам кожаными ремнями, кавалькада тронулась в путь; Алесандро и Рикардо побежали рядом, держась за стремена отцовского седла, — так было легче бежать. Френсис с Генри последовали их примеру, ухватившись за стремена притороченные к седлу Леонсии, и предварительно привязав к луке мешок с серебряными долларами.</p>
     <p>— Тут какая-то ошибка, — сказал плантатор своему надсмотрщику. — Энрико Солано — благородный человек. И все, что он делает, благородно. И если он за кого-нибудь ручается — значит, это люди благородные. Однако Мариано Веркара-и-Ихос преследует их. Если он явится сюда, мы направим его по ложному пути.</p>
     <p>— Да вот и он! — воскликнул надсмотрщик, — Только пока ему, видно, не удалось достать лошадей.</p>
     <p>И он, как ни в чем не бывало, со страшными ругательствами набросился на пеонов: ну хоть бы они за день сделали половину того, что следует.</p>
     <p>Плантатор краешком глаза следил за быстро приближавшейся группой во главе с Альваресом Торресом, делая вид, будто вовсе и не замечает их, и продолжал обсуждать с надсмотрщиком, как лучше выкорчевать пень, над которым трудились пеоны.</p>
     <p>Плантатор любезно ответил на приветствие Торреса и вежливо, но не без иронии спросил, куда это он ведет свой отряд — не на поиски ли нефти?</p>
     <p>— Нет, сеньор, — ответил Торрес. — Мы ищем сеньора Энрико Солано, его дочь, его сыновей и двух высоких гринго, что путешествуют вместе с ними. Нужны-то нам, собственно говоря, эти гринго. Они проходили тут, сеньор?</p>
     <p>— Да, проходили. Я подумал, что их тоже захватила нефтяная лихорадка: они так спешили, что даже из вежливости не задержались у нас и не сказали, куда путь держат. Неужели они провинились в чем-нибудь? Да что я спрашиваю! Сеньор Энрико Солано слишком достойный человек…</p>
     <p>— В каком направлении они пошли? — спросил запыхавшийся начальник полиции, протискиваясь сквозь группу жандармов, которых он только что нагнал.</p>
     <p>Плантатор и его надсмотрщик, стараясь выиграть время, отвечали неопределенно, а потом указали прямо противоположное направление. Однако Торрес заметил, что какой-то пеон, опершись на лопату, внимательно прислушивается к разговору. И пока одураченный начальник полиции отдавал приказание направиться по ложному следу, Торрес украдкой показал пеону серебряный доллар. Тот кивком дал понять, в каком направлении на самом деле уехали всадники, незаметно поймал монету и снова принялся подкапывать огромную корягу.</p>
     <p>Торрес тотчас отменил приказ шефа.</p>
     <p>— Мы пойдем не туда, — сказал он, подмигивая начальнику полиции. — Одна маленькая птичка сообщила мне, что наш уважаемый друг ошибается: они пошли совсем в другом направлении.</p>
     <p>И отряд жандармов устремился по горячему следу, а плантатор и его надсмотрщик, совершенно подавленные, в изумлении уставились друг на друга. Надсмотрщик одним движением губ показал своему хозяину, чтобы тот молчал, и быстро оглядел лесорубов. Предатель-пеон трудился рьяно, не разгибая спины, но сосед его едва заметным кивком указал на него надсмотрщику.</p>
     <p>— Вот она, эта маленькая птичка, — воскликнул надсмотрщик и, подскочив к предателю, принялся трясти его за плечи.</p>
     <p>Из лохмотьев пеона выкатился серебряный доллар.</p>
     <p>— Ага, — произнес плантатор, поняв все. — Он, оказывается, разбогател. Какой ужас, мой пеон стал богачом. Значит, он кого-нибудь убил и ограбил. Сечь его, пока не сознается.</p>
     <p>Несчастный пеон, стоя на коленях под градом ударов, которыми осыпал его надсмотрщик, признался, наконец, каким образом он заработал этот доллар.</p>
     <p>— Бейте его, бейте нещадно! Хоть до смерти забейте этого мерзавца, который предал моих лучших друзей, — равнодушно приговаривал плантатор. — Впрочем, нет, погодите! Бейте, но не до смерти! У нас сейчас мало рабочих рук, и мы не можем дать волю нашему справедливому гневу. Бейте его так, чтоб он на всю жизнь запомнил, но чтоб через два дня уже мог снова вернуться на работу.</p>
     <p>О том, через какие муки и злоключения пришлось вслед за этим пройти пеону, можно было бы написать целый том — эпопею его жизни. Но не так уж приятно смотреть, как избивают человека до полусмерти, и описывать это. Скажем только, что пеон, получив лишь какую-то часть предназначенных ему ударов, вдруг вскочил, рванулся, оставив в руках надсмотрщика добрую половину своих лохмотьев, и, как безумный, кинулся в джунгли, — где уж было догнать его надсмотрщику, привыкшему передвигаться быстро только верхом!</p>
     <p>И так стремительно мчался этот несчастный, подгоняемый болью от побоев и страхом перед надсмотрщиком, что мигом пролетел через полосу зарослей и нагнал Солано и его спутников в ту самую минуту, когда они переходили вброд небольшой ручеек. При виде их пеон упал на колени, моля о пощаде, — молил он о пощаде потому, что предал их. Но они этого не знали. Френсис, заметив жалкое состояние пеона, остановился, отвинтил металлический колпачок с карманной фляжки и, чтобы подкрепить беднягу, влил ему в горло половину ее содержимого; затем поспешил за своими спутниками. А несчастный пеон, что-то благодарно бормоча, нырнул в спасительные джунгли, но только в другую сторону. Однако он так ослабел от недоедания и непомерного труда, что ноги у него подкосились, и он тут же упал без чувств под зеленым лиственным шатром.</p>
     <p>Вскоре у ручья появилась и погоня: впереди, точно ищейка, шел Альварес Торрес, за ним жандармы, а позади всех, задыхаясь, ковылял начальник полиции. Влажные следы босых ног пеона на сухих камнях возле ручья привлекли внимание Торреса. Не прошло и секунды, как пеона обнаружили, вцепились в последние лохмотья, какие еще оставались на нем, и выволокли его из укрытия. Упав на колени, которым пришлось немало потрудиться за этот день, он стал просить пощады и был подвергнут суровому допросу. Он сказал, что и знать не знает об отряде Солано. Пеон предал этих людей и за это получил побои; те же, кого он предал, оказали ему помощь, — и теперь в нем шевельнулось что-то похожее на благодарность и желание сделать добро: он сказал, что не видел Солано с тех пор, как они ушли с той просеки, где он продал их за серебряный доллар. Палка Торреса обрушилась на голову пеона — пять ударов, десять, — казалось, им не будет конца, если он не скажет правду. А ведь пеон был всего-навсего несчастным, жалким существом, чья воля была сломлена побоями, которые он получал чуть ли не с колыбели, — и такова оказалась сила ударов Торреса, грозившего забить его до смерти (чего не мог позволить себе его хозяин-плантатор), что пеон сдался и указал преследователям, куда идти.</p>
     <p>Но это было только началом тех бед, которые суждено было вынести пеону в тот день. Не успел он, все еще стоя на коленях, вторично предать Солано, как из-за деревьев на взмыленных конях выскочили его хозяин и с ним несколько соседей и надсмотрщиков.</p>
     <p>— Это мой пеон, сеньоры, — провозгласил плантатор, которому не терпелось поскорее изловить беглеца. — А вы истязаете его.</p>
     <p>— А почему бы и нет? — спросил начальник полиции.</p>
     <p>— Потому что он мой, и я один имею право его бить.</p>
     <p>Пеон подполз, извиваясь, к ногам начальника полиции и принялся молить, чтобы тот не выдавал его. Но он просил жалости у того, кому неведомо было это чувство.</p>
     <p>— Конечно, сеньор, — сказал плантатору начальник полиции. — Берите его, пожалуйста, обратно. Мы должны поддерживать закон, а этот человек — ваша собственность. К тому же он больше нам не нужен. Но он замечательный пеон, сеньор. Он сделал то, чего не сделал ни один пеон за все время существования Панамы: он дважды в течение одного дня сказал правду.</p>
     <p>Пеону связали руки впереди и, прикрутив их веревкой к седлу надсмотрщика, поволокли обратно, — теперь уж он был совершенно уверен, что самые жестокие побои, предуготованные ему на этот день судьбой, еще ждут его. И он не ошибся. По возвращении на плантацию, его, как скотину, привязали к столбу в изгороди из колючей проволоки, а хозяин со своими друзьями, помогавшими ему в поимке беглеца, отправился в асьенду завтракать. Пеон хорошо знал, что его ждет. Но при виде колючей проволоки, ограждавшей выгон, и хромой кобылы, бродившей поблизости, отчаянная мысль зародилась в мозгу пеона. Не обращая внимания на страшную боль от колючек, вонзавшихся в кисти его рук, он быстро перетер свои путы об острую проволоку и, подумав, что теперь ему никто не страшен, кроме властей, прополз под изгородью, вывел хромую кобылу из ворот, вскочил на нее и, колотя голыми пятками по ее бокам, понесся галопом к спасительным Кордильерам.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Тем временем преследователи нагоняли Солано, и Генри начал поддразнивать Френсиса:</p>
     <p>— Вот уж где доллары ничего не стоят, так это здесь, в джунглях. Лошадей на них не купишь, даже этих нельзя подлечить, а они, наверно, тоже заражены чумой — ведь все остальные лошади у плантатора издохли.</p>
     <p>— Мне еще ни разу не приходилось бывать в таком месте, где деньги были бы бессильны, — возразил Френсис.</p>
     <p>— По-твоему, за деньги и в аду можно напиться, — заметил Генри.</p>
     <p>Леонсия захлопала в ладоши.</p>
     <p>— Право, не знаю, — в тон ему ответил Френсис. — Я там не бывал.</p>
     <p>Леонсия снова захлопала в ладоши.</p>
     <p>— И все-таки я думаю, что доллары сослужат мне службу и здесь, в джунглях. Я даже намерен сейчас же попытать счастья, — продолжал Френсис, отвязывая мешок с деньгами от седла Леонсии. — А вы поезжайте дальше.</p>
     <p>— Но мне-то вы должны сказать, что вы затеяли! — потребовала Леонсия. Она перегнулась к Френсису с седла, и он стал шептать ей что-то на ухо; девушка засмеялась, а Генри, беседовавший с Энрико и его сыновьями, услышав ее смех, втайне обозвал себя ревнивым дураком.</p>
     <p>Прежде чем деревья скрыли от них Френсиса, они увидели, что он достал блокнот и карандаш и стал что-то писать. То, что он написал, было кратко, но выразительно — просто цифра «50». Вырвав листок, Френсис положил его посредине тропинки на самом виду и придавил серебряным долларом. Отсчитав еще сорок девять долларов из мешка, он разбросал их неподалеку от записки и бегом кинулся догонять своих спутников.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Аугустино, жандарм, который больше помалкивал, когда был трезв, а выпив, начинал многословно доказывать, что молчание — золото, шел впереди всех, нагнув голову, словно вынюхивая следы зверя и зорко поглядывая по сторонам. Вдруг он заметил листок бумаги и на нем — серебряный доллар. Доллар он взял себе, а записку вручил начальнику полиции. Торрес заглянул через плечо шефа, и они оба увидели таинственную цифру «50». Начальник полиции бросил бумажку на землю, не обнаружив в ней ничего интересного, и хотел продолжать погоню, но Аугустино поднял листок и стал раздумывать, что бы могла означать цифра «50». Он все еще пребывал в раздумье, когда послышался громкий возглас Рафаэля. Тут уж Аугустино смекнул, в чем дело: значит, Рафаэль нашел еще доллар; и если поискать как следует, то где-то здесь можно найти пятьдесят таких монет. И, швырнув бумажку, он мигом опустился на четвереньки и стал искать. Остальные жандармы тотчас последовали его примеру. В общей свалке никто и внимания не обращал на Торреса и начальника полиции, которые тщетно сыпали проклятиями, требуя, чтобы отряд двинулся дальше.</p>
     <p>Когда выяснилось, что уже никто ничего больше не находит, жандармы решили подсчитать, сколько они подобрали монет. Оказалось — сорок семь.</p>
     <p>— Тут где-то должно быть еще три доллара! — воскликнул Рафаэль; и все жандармы снова распластались на земле и принялись за поиски. Прошло еще пять минут, пока были найдены недостающие три монеты. Каждый сунул в карман то, что ему удалось подобрать, и все послушно двинулись вслед за Торресом и начальником полиции.</p>
     <p>Они прошли примерно с милю, когда Торрес увидел на земле блестящий доллар и попытался втоптать его в грязь, но острые, как у хорька, глаза Аугустино успели заметить это, и его проворные пальцы быстро извлекли монету из мягкой сырой земли. Теперь его товарищи уже по опыту знали, что где один доллар, там есть и еще. Отряд остановился, и, как ни грозили и ни упрашивали начальники, жандармы тотчас рассыпались по лесу и принялись обшаривать землю вправо и влево от тропинки.</p>
     <p>Висенте, с круглым, как луна, лицом, похожий больше на мексиканского индейца, чем на майя или панамского метиса, первый напал на след. Все жандармы мигом окружили его, точно свора собак — дерево, на которое они загнали опоссума. Сходство усиливалось тем, что и Висенте стоял около дерева. Оно было без макушки, гнилое и дуплистое, футов двенадцати в высоту и примерно четырех в обхвате. На середине его было дупло — над ним висел приколотый колючкой такой же листок бумаги, как и тот, что они нашли раньше. На листке было написано «100».</p>
     <p>Началась драка, продолжавшаяся несколько минут, с полдюжины рук отталкивали одна другую: каждому хотелось первым залезть в дупло и добраться до сокровища. Но дупло было глубокое, и руки не доставали до его дна.</p>
     <p>— Давайте срубим дерево, — закричал Рафаэль, постукивая тыльной стороной своего мачете по коре, чтобы определить, где кончается дупло. — Свалим его все вместе, потом сосчитаем деньги, которые там найдем, и поделим поровну.</p>
     <p>Услышав это, начальство совсем рассвирепело, а шеф пригрозил, что, как только они вернутся в Сан-Антонио, он сошлет их всех в Сан-Хуан на съедение сарычам.</p>
     <p>— Но мы пока еще, благодарение богу, не вернулись в Сан-Антонио, — промолвил Аугустино, срывая печать молчания, сковывавшую его уста в минуты трезвости, и изрекая очередную мудрость.</p>
     <p>— Мы люди бедные и поделимся по-честному, — заявил Рафаэль. — Аугустино прав: благодарение богу, мы еще не в Сан-Антонио. Этот богач-гринго за один день рассыпал на своем пути куда больше монет, чем мы заработали бы на службе за целый год. Я, например, стою за революцию, чтобы у всех было много денег.</p>
     <p>— И чтоб вожаком был богатый гринго, — добавил Аугустино. — Если он и дальше будет вести нас по дороге, усыпанной серебром, я готов идти за ним хоть всю жизнь.</p>
     <p>— И я тоже, — подтвердил Рафаэль. — А если эти, — и он мотнул головой в сторону Торреса и начальника полиции, — не дадут нам собрать то, что боги нам послали, то пусть отправляются в преисподнюю, ко всем чертям. Мы люди, а не рабы. Мир велик. Кордильеры перед нами. Мы поселимся в Кордильерах, и все будем богаты и свободны. А какие там красивые и аппетитные индианки!..</p>
     <p>— И кстати избавимся от своих ясен, пусть остаются в Сан-Антонио! — сказал Висенте. — Давайте рубить драгоценное дерево.</p>
     <p>Под тяжелыми, ухающими ударами мачете дерево — гнилое и пористое — так и крошилось. Когда оно упало, жандармы сосчитали и разделили поровну не сто, а сто сорок семь серебряных долларов.</p>
     <p>— Щедрый парень этот гринго, — прокудахтал Висенте. — Оставляет даже больше, чем обещал. Может, там и еще есть?</p>
     <p>Из-под груды щепок и древесной трухи они извлекли еще пять монет, потеряв на этом ровно десять минут, так что Торрес и начальник полиции дошли уже до полного исступления.</p>
     <p>— Ишь какой богач, даже сосчитать не потрудился, — сказал Рафаэль. — Должно быть, просто развязывает мешок и высыпает оттуда деньги. Это, наверно, тот самый мешок, с которым он удирал из Сан-Антонио, после того как взорвал стену в нашей тюрьме.</p>
     <p>Погоня возобновилась, и с полчаса они шагали, не задерживаясь, пока не подошли к заброшенной плантации, на поля которой уже наступали джунгли. Полуразрушенный, крытый соломой домишко, обвалившиеся бараки для рабочих, рассыпавшийся хлев, самые столбы которого, казалось, пустили ростки и теперь превратились в настоящие деревья, и, наконец, колодец, из которого, по-видимому, еще недавно брали воду, так как бадья была привязана к валу совсем новым куском риаты <a l:href="#n_514" type="note">[514]</a>, — все говорило о том, что здесь человек отступил, так и не сумев покорить дикую природу. А к валу колодца на самом видном месте был прикреплен уже знакомый по виду листок бумаги, на котором было написано «300».</p>
     <p>— Пресвятая матерь божья! Ведь это же целое состояние! — воскликнул Рафаэль.</p>
     <p>— А, чтоб ему веки вечные жариться в аду на медленном огне! — добавил Торрес.</p>
     <p>— Он получше платит, чем ваш сеньор Риган, — ехидно заметил начальник полиции, доведенный уже до полного отчаяния.</p>
     <p>— Его мешок с серебром не такой и большой, — заметил Торрес. — Как видно, мы должны подобрать все содержимое этой сокровищницы, прежде чем поймаем ее владельца. Вот когда мы все подберем и мешок опустеет, тут мы его и накроем.</p>
     <p>— Пойдемте-ка дальше, друзья, — вкрадчивым тоном обратился к своему отряду начальник полиции. — Потом мы сюда вернемся и на досуге соберем все серебро.</p>
     <p>Тут Аугустино снова сорвал со своих уст печать молчания.</p>
     <p>— Никто не знает, каким путем будет возвращаться и вернется ли вообще, — пессимистически провозгласил он; и, вдохновленный перлом мудрости, который он из себя выдавил, решил одарить мир еще одним изречением: — Три сотни в руке лучше, чем три миллиона на дне колодца, который мы, может, никогда больше и не увидим.</p>
     <p>— Кто-то должен спуститься в колодец, — сказал Рафаэль, ухватился за плетеную веревку и повис на ней. — Видите, риата крепкая. Мы спустим на ней кого-нибудь. Так кто же тот храбрец, который полезет вниз?</p>
     <p>— Я, — вызвался Висенте. — Я этот храбрец, я полезу.</p>
     <p>— Да, и украдешь половину того, что там лежит, — высказал вслух Рафаэль мгновенно возникшее у него подозрение. — Если ты полезешь вниз, то сначала сдай-ка нам все свои деньги. А когда ты вылезешь, мы обыщем тебя и тогда узнаем, сколько ты нашел. Потом мы все поделим поровну и вернем тебе то, что у тебя раньше было.</p>
     <p>— В таком случае я не полезу вниз ради людей, которые мне не доверяют, — упрямо заявил Висенте. — Здесь, у колодца, я такой же богатый, как любой из вас. Тогда почему же именно я должен лезть вниз? Я не раз слышал, что люди погибали на дне колодцев.</p>
     <p>— Да лезь ты, ради бога! — рявкнул начальник полиции. — Живей! Живей!</p>
     <p>— Я слишком толстый, эта веревка меня не выдержит, я не полезу в колодец! — заявил Висенте.</p>
     <p>Все взгляды обратились к Аугустино, молчаливому жандарму, который за один этот день наговорил больше, чем за целую неделю.</p>
     <p>— Гиллермо — самый худой и самый тонкий, — сказал Аугустино.</p>
     <p>— Вот Гиллермо туда и полезет! — хором заявили остальные.</p>
     <p>Но Гиллермо боязливо заглянул в глубь колодца и попятился, мотая головой и крестясь.</p>
     <p>— Не полезу я туда, даже если бы там было священное сокровище таинственного города племени майя, — пробормотал он.</p>
     <p>Начальник полиции выхватил револьвер и вопросительно посмотрел на своих жандармов, как бы испрашивая у них одобрения. Они ответили ему взглядами и кивками головы.</p>
     <p>— Во имя всего святого, лезь в колодец! — угрожающе сказал он маленькому жандарму. — И поторапливайся, не то я тебя так награжу, что ты у меня больше никогда уже не спустишься и не поднимешься, а на веки вечные останешься здесь и сгниешь возле этого проклятого колодца… Правильно я поступлю, ребята, если убью его, раз он отказывается лезть?</p>
     <p>— Правильно! — поддержали жандармы.</p>
     <p>Итак, Гиллермо дрожащими пальцами пересчитал найденные раньше монеты, потом с перекошенным от страха лицом, не переставая креститься, подошел, подталкиваемый товарищами, к бадье, сел на нее, обхватил ногами, и жандармы начали поспешно спускать его вниз, в кромешную тьму колодца.</p>
     <p>— Стойте — раздался из глубины колодца его крик. — Стойте! Стойте! Вода! Я уже в воде!</p>
     <p>Жандармы навалились на вал и придержали его.</p>
     <p>— Я требую десять песо сверх того, что мне причитается, — снова донесся голос Гиллермо.</p>
     <p>— Обожди, мы тебе устроим крещение! — крикнул ему кто-то.</p>
     <p>И все загалдели:</p>
     <p>— Уж ты у нас сегодня вдосталь водички нахлебаешься!</p>
     <p>— Мы вот сейчас отпустим веревку!</p>
     <p>— Перережем ее — и все тут!</p>
     <p>— Одним будет меньше при дележе!</p>
     <p>— Вода уж больно противная, — снова донесся из темной глубины колодца голос Гиллермо, точно голос призрака. — Тут какие-то сонные ящерицы и дохлая птица, от которой здорово воняет. Может, здесь даже и змеи есть. Право же, десять лишних песо не слишком большая цена за такую работу.</p>
     <p>— Вот мы утопим тебя сейчас! — крикнул Рафаэль.</p>
     <p>— Я пристрелю тебя! — рявкнул начальник полиции.</p>
     <p>— Пристрелите или утопите, — долетел до них голос Гиллермо, — толку вам от этого никакого не будет: деньги-то все равно останутся в колодце!</p>
     <p>Наступило молчание: те, кто находился наверху, взглядами спрашивали друг друга, что же теперь делать.</p>
     <p>— А гринго скачут все дальше и дальше, — взорвался Торрес. — Хорошенькая дисциплина у вас, сеньор Мариано Веркара-и-Ихос! Нечего сказать, умеете держать в руках своих жандармов!</p>
     <p>— Это вам не Сан-Антонио, — огрызнулся начальник полиции. — Здесь дебри Хучитана. Мои псы верно служат мне, пока они в Сан-Антонио, а в этих дебрях с ними надо быть поосторожнее, не то взбесятся — и тогда что будет с нами?</p>
     <p>— А все это проклятое золото, — сдаваясь, грустно произнес Торрес. — Тут, право, можно стать социалистом: подумать только, какой-то гринго связывает руки правосудия золотыми путами.</p>
     <p>— Серебряными, — поправил его начальник полиции.</p>
     <p>— Пошли вы к черту! — сказал Торрес. — Вы совершенно правильно изволили заметить, что это не Сан-Антонио, а дебри Хучитана, и здесь я смело могу послать вас к черту. Ну кто виноват, что у вас вспыльчивый характер? Зачем нам из-за этого ссориться, когда все наше благополучие зависит от того, чтобы держаться вместе?</p>
     <p>— Эй вы, слышите? — долетел до них голос Гиллермо. — Вода-то здесь всего два фута глубиной. Так что вам не удастся утопить меня. Я только что добрался до дна и уже держу в руке четыре кругленьких серебряных песо. Они покрывают все дно, точно ковер. Так как же, отпустите веревку? Или я получу десять лишних песо за эту грязную работу? Вода здесь смердит, как разрытая могила.</p>
     <p>— Да! Да! — закричали жандармы, перегибаясь через край колодца.</p>
     <p>— Что да? Отпустите веревку? Или дадите еще десять монет?</p>
     <p>— Дадим! — хором ответили ему.</p>
     <p>— Ох, ради всего святого, да поторапливайся ты! Поторапливайся! — завопил начальник полиции.</p>
     <p>Из глубины колодца послышались всплеск и проклятья, и по тому, как ослабла риата, жандармы поняли, что Гиллермо вылез из бадьи и собирает монеты.</p>
     <p>— Клади их в бадью, милый Гиллермо, — крикнул ему Рафаэль.</p>
     <p>— Я кладу их к себе в карманы, — был ответ. — Если я положу их в бадью, вы еще вытянете ее, а про меня и забудете.</p>
     <p>— Но риата может лопнуть от такой тяжести, — предупредил его Рафаэль.</p>
     <p>— Риата-то, может, и не выдержит, зато воля моя выдержит, потому что тут уж я не сдамся, — заявил Гиллермо.</p>
     <p>— А если риата лопнет?.. — снова начал было Рафаэль.</p>
     <p>— Ну что же, есть выход, — сказал Гиллермо. — Спускайся ты вниз. Тогда первым поднимут меня. Потом в бадье поднимут деньги, а уж: в третью и последнюю очередь — тебя. Вот это будет справедливо!</p>
     <p>Рафаэль оторопел, у него даже челюсть отвисла, и он не мог произнести ни звука.</p>
     <p>— Ну, так как же, Рафаэль, ты спустишься?</p>
     <p>— Нет, — ответил он. — Клади все серебро в карманы и вылезай вместе с ним.</p>
     <p>— А, чтоб черт побрал это отродье и меня заодно! — теряя терпение, воскликнул начальник полиции.</p>
     <p>— Я уже давно это говорю, — сказал Торрес.</p>
     <p>— Эй, подымайте! — закричал Гиллермо. — Я забрал все, что тут было, кроме вони. И я задыхаюсь. Поднимайте, и побыстрее, не то я тут пропаду, а вместе со мной и все триста песо. Да что я: тут гораздо больше трехсот. Должно быть, этот гринго вывалил весь свой мешок сюда.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>А в это время беглецы — они ушли уже довольно далеко вперед, — чтобы дать роздых некормленым, тяжело дышавшим лошадям, остановились там, где тропинка начинала подниматься в гору; тут-то их и нагнал Френсис.</p>
     <p>— Теперь уж никогда не стану путешествовать без звонкой монеты, — заявил он и принялся описывать, что он видел, спрятавшись на заброшенной плантации. — Знаешь, Генри, когда я умру и отправлюсь на небо, я и туда прихвачу с собой мешок монет, да поувесистей. Даже и там он пригодится: ведь одному богу известно, какие могут ждать там неприятности. Слушайте! Жандармы устроили такую драку у колодца, точно кошки с собаками. Друг другу не доверяли, своего же парня не пускали в колодец, пока он не оставил им все, что подобрал раньше. Жандармы совсем вышли из повиновения. Шефу пришлось пригрозить пистолетом, чтобы заставить самого маленького и щуплого спуститься в колодец. А тот, как только добрался до дна, начал их шантажировать. Все, конечно, надавали ему обещаний, но когда он вылез из колодца, стали его бить. Они все еще лупили его, когда я уходил.</p>
     <p>— Но теперь мешок твой пуст, — заметил Генри.</p>
     <p>— Да, и это сейчас самая большая для нас беда, — согласился Френсис. — Будь у меня достаточно денег, они бы никогда не добрались до нас. Кажется, я чересчур расщедрился. Я не знал, что этот сброд можно так дешево купить. Но сейчас я сообщу вам такое, что вы ахнете: Торрес, сеньор Торрес, сеньор Альварес Торрес, элегантный джентльмен и старинный друг семейства Солано, возглавляет погоню вместе с шефом! Он вне себя, потому что они задерживаются. Он чуть всерьез не поссорился с шефом из-за того, что тот не может сладить со своими жандармами. Да, милые мои, он послал шефа ко всем чертям. Я отчетливо слышал, как он послал его ко всем чертям!</p>
     <p>Проскакав еще миль пять, утомленные лошади пали. Тропинка в этом месте спускалась в глубокое, мрачное ущелье и снова вилась вверх по противоположному склону; Френсис настоял на том, чтобы все продолжали путь, а сам остался. Он выждал несколько минут и, дав своим спутникам уйти вперед, последовал за ними, так сказать, в арьергарде. Немного спустя он вышел на открытое место, где землю покрывала лишь густая поросль травы и, к своему ужасу, увидел следы лошадиных копыт — они точно глубокие тарелки лежали перед ним на дерне. В образовавшихся углублениях скопилась темная маслянистая жидкость, в которой Френсис сразу распознал сырую нефть. Это были только первые следы нефти — она просачивалась сюда из ручейка, который протекал чуть выше и, видно, был ответвлением главного потока. А шагов через сто Френсис наткнулся и на самый поток — целую реку нефти, стекавшую с такого крутого склона, что, будь это вода, она образовала бы здесь водопад. Но поскольку это была сырая нефть, густая, как патока, она и текла с горы медленно — как текла бы патока. Здесь Френсис решил устроить засаду, чтобы не перебираться через нефтяную реку; он присел на камень, положил подле себя с одной стороны ружье, а с другой пистолет-автомат, скрутил цыгарку, закурил и стал прислушиваться, с минуты на минуту ожидая услышать звук приближающейся погони.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В это время избитый до полусмерти пеон, которому угрожало еще более жестокое избиение, нахлестывая свою и без того уже загнанную клячу, проезжал по верху ущелья, как раз над Френсисом. У самой нефтескважины измученное животное упало; пинками он заставил кобылу подняться на ноги и стал так лупить палкой, что она, прихрамывая, бросилась прочь от него в джунгли. Однако первый день его приключений еще не кончился, хоть он и не знал этого. Он тоже присел на камень, поджав под себя ноги, чтобы не касаться нефти, скрутил цыгарку, закурил и принялся смотреть на вытекавшую из скважины нефть. Вдруг он услышал чьи-то голоса и стремглав бросился в заросли, подступавшие к самому этому месту; выглянув оттуда украдкой, он увидел двух незнакомых мужчин. Они подошли прямо к скважине и, повернув при помощи железного колеса распределительный клапан, уменьшили ток нефти.</p>
     <p>— Хватит! — скомандовал тот, кто, по-видимому, был старшим. — Если туже завернуть, трубы могут лопнуть от напора — об этом меня особо предупреждал этот инженер-гринго.</p>
     <p>Теперь только маленький ручеек нефти, представлявший, однако, известную опасность, стекал вниз по склону горы. Не успели эти двое закончить работу, как из лесу выехал отряд всадников, в которых притаившийся пеон узнал своего хозяина и его соседей-плантаторов, а также их надсмотрщиков. Для этой компании охота на беглого рабочего была таким же удовольствием, как для англичан — охота на лисиц.</p>
     <p>Нет, нефтяники никого не видели. Но плантатор, ехавший во главе отряда, заметил отпечатки копыт и, пришпорив коня, помчался по следу, — остальные за ним.</p>
     <p>Пеон выжидал, пока они уедут, курил цыгарку и размышлял. Когда все скрылись из виду, он осторожно вышел из своего укрытия и раскрутил до отказа колесо, регулирующее подачу нефти. Под напором подземных газов нефть забила фонтаном и потекла вниз по горе уже настоящей рекой. Пеон прислушался: до него доносилось шипение, клокотание, бурление вырывавшегося из скважины газа. Что тут происходит, он не понимал и сохранил свою жизнь для дальнейших приключений только потому, что извел последнюю спичку, когда закуривал цыгарку, — это и спасло его. Тщетно обыскал он свои лохмотья, уши, за ушами и волосы — спичек не было.</p>
     <p>Тогда он посмотрел на нефтяную реку, торжествуя, что пропадает столько добра, и, вспомнив про тропу на дне каньона, ринулся вниз, где его и встретил Френсис с пистолетом-автоматом в руке. Пеон в ужасе рухнул на свои израненные, ободранные колени и стал молить о пощаде человека, которого он дважды предал в этот день. Френсис смотрел на него и не узнавал: лицо пеона было все исцарапано, кровь от ссадин запеклась и превратила его в подобие маски.</p>
     <p>— Amigo, amigo <a l:href="#n_515" type="note">[515]</a>, — лепетал он.</p>
     <p>Внизу, где пролегала тропа, послышался грохот камня, по-видимому потревоженного чьей-то ногой. И в ту же минуту Френсис узнал в этом жалком человеке пеона, которому он отдал добрую половину виски из своей фляги.</p>
     <p>— Ну, amigo, — сказал ему Френсис на местном наречии, — похоже, что они гонятся за тобой?</p>
     <p>— Они убьют меня, они засекут меня до смерти, они очень разгневаны, — лепетал несчастный. — Вы мой единственный друг, мой отец и моя мать! Спасите меня!</p>
     <p>— Ты умеешь стрелять? — спросил его Френсис.</p>
     <p>— Я был охотником в Кордильерах, сеньор, пока не продался в рабство.</p>
     <p>Френсис дал ему пистолет-автомат, жестом показал, где укрыться, и велел стрелять, только когда он будет уверен, что не промахнется. А про себя Френсис подумал: «В Территауне сейчас на кортах уже играют в гольф. А миссис Беллингхем сидит, наверно, на веранде клуба и ломает голову над тем, чем расплачиваться за три тысячи фишек, которые она проиграла, и молит бога, чтобы счастье улыбнулось ей. А я — я стою вот тут — господи боже мой! — и путь мне преграждает нефть…»</p>
     <p>Размышления его были внезапно прерваны появлением начальника полиции, Торреса и жандармов. Френсис мгновенно выстрелил, и столь же мгновенно они исчезли из виду. Он даже не мог сказать, задела ли кого-нибудь его пуля, или преследователи просто отступили. Они, как видно, не собирались атаковать в лоб, а решили продвигаться вперед, прячась за деревьями. Френсис и пеон последовали их примеру и спрятались за скалами в кустарнике, часто перебегая с места на место.</p>
     <p>По истечении часа в ружье у Френсиса остался всего один патрон. В пистолете у пеона благодаря наставлениям и угрозам Френсиса было еще два патрона. Но час они все-таки выиграли для Леонсии и для тех, кто был с ней; к тому же Френсиса поддерживало сознание, что он в любую минуту может перейти вброд через нефтяную реку и скрыться. Дело обстояло не так уж скверно, и все бы обошлось благополучно, если бы наверху не показался еще один отряд всадников, которые немедля стали спускаться по склону, стреляя на ходу из-за деревьев. Это были плантатор и его друзья, искавшие беглого пеона, но Френсис подумал, что еще какой-то полицейский отряд послан в погоню за ним; к тому же огонь, который открыли всадники, казалось, подтверждал его предположение.</p>
     <p>Пеон подполз к Френсису и отдал ему пистолет, показав, что в нем осталось всего два патрона, а взамен попросил коробку спичек. Затем он жестом велел Френсису перейти через ущелье и взобраться на противоположный склон. Смутно догадываясь о намерении пеона, Френсис повиновался и со своей новой, более выгодной позиции выпустил последнюю пулю из ружья в приближавшийся отряд и заставил его отступить назад в ущелье.</p>
     <p>В следующую минуту нефтяная река, в которую пеон бросил заложенную спичку, превратилась в огненную реку. Еще через минуту из нефтяной скважины на горе в воздух взвился столб вспыхнувшего газа высотою в сто футов. А еще через минуту огненный поток понесся вниз по ущелью, прямо на Торреса и жандармов.</p>
     <p>Изнемогая от жара пылающей нефти, Френсис и пеон взобрались на самый верх склона, сделали круг, обошли горящую нефть и, снова выйдя на тропу, побежали вперед.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава десятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Пока Френсис и пеон благополучно бежали дальше, ущелье, по дну которого текла нефть, уже превратилось в ложе огненной реки, так что начальнику полиции, Торресу и жандармам не оставалось ничего другого, как карабкаться вверх по отвесному склону. Плантатор и его друзья тоже вынуждены были повернуть назад и подняться вверх, чтобы избежать бушевавшего в ущелье пламени.</p>
     <p>Пеон то и дело оглядывался через плечо и, наконец, с радостным криком указал на второй столб черного дыма, взвившийся в воздух позади того места, где горела первая скважина.</p>
     <p>— Еще! — радовался он. — Там есть еще скважины! И все они будут гореть. Так и надо всей их породе! Они у меня заплатят за побои, которые я от них терпел. Знаете, там подальше есть целое озеро нефти, даже море, величиной с Хучитан.</p>
     <p>Френсис вспомнил, что плантатор говорил ему о нефтяном озере, содержавшем по меньшей мере пять миллионов баррелей нефти, которую до сих пор не было возможности перегнать к морю для погрузки на суда; нефть эта хранилась прямо под открытым небом в естественной котловине, огражденной земляной дамбой.</p>
     <p>— Сколько ты стоишь? — задал он пеону вопрос, казалось бы, не имевший никакого отношения к делу.</p>
     <p>Тот не понял.</p>
     <p>— Сколько стоит твоя одежда — все, что на тебе есть?</p>
     <p>— Половина песо… нет, даже половина половины песо, — уныло признался пеон, оглядывая то, что осталось от его лохмотьев.</p>
     <p>— А что у тебя еще есть? Бедняга развел руками в знак своей полной нищеты и горестно ответил:</p>
     <p>— У меня нет ничего, кроме долга. А должен я две сотни и пятьдесят песо. Я до самой смерти с этим долгом не разделаюсь: как больному не избавиться от рака, так и мне от него. Вот почему я в рабстве у плантатора.</p>
     <p>— Хм! — Френсис не мог удержаться от улыбки. — Ты стоишь, значит, двести пятьдесят песо — все равно что ничего; это даже не цифра, а абстрактная отрицательная величина, существующая лишь в представлении математика. И вот этот-то нуль сжигает сейчас на миллионы песо нефти. Ведь если почва здесь рыхлая, легко размываемая и нефтепровод подтекает, то может загореться все нефтяное поле, а это уже миллиард долларов убытку. Знаешь ли, ты не абстрактная величина в двести пятьдесят долларов — ты настоящий hombre!</p>
     <p>Из всей этой речи пеон не понял ничего, кроме слова «hombre».</p>
     <p>— Я человек, — горделиво сказал он, выпячивая грудь и поднимая свою окровавленную голову. — Да, я hombre, я — майя.</p>
     <p>— Разве ты индеец из племени майя? — усомнился Френсис.</p>
     <p>— Наполовину, — нехотя признался пеон. — Мой отец — тот настоящий майя. Он жил в Кордильерах, но женщины майя не нравились ему. И вот он влюбился в метиску из tierra canente <a l:href="#n_516" type="note">[516]</a>. От нее родился я; но потом она ушла от отца к негру из Барбадоса, а мой отец вернулся в Кордильеры. Мне тоже, как и отцу, суждено было влюбиться в метиску из tierra caliente. Она требовала денег, а я так любил ее, что совсем потерял голову и продал себя за двести песо. С тех пор я больше не видел ни ее, ни денег. Вот уже пять лет, как я пеон. Пять лет я был рабом и получал побои, — и что же? — теперь я должен не двести, а двести пятьдесят песо.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Пока Френсис Морган и многострадальный потомок племени майя пробирались в глубь Кордильер, стремясь нагнать своих, а нефтяные поля Хучитана продолжали пылать, выбрасывая в воздух черные клубы дыма, далеко впереди, в самом сердце Кордильер, назревали события, которым суждено было свести вместе и преследуемых и преследователей: Френсиса, Генри, Леонсию, ее родных и пеона — с одной стороны, а с другой стороны — плантаторов, отряд жандармов во главе с начальником полиции и Альвареса Торреса, которому не терпелось поскорее добиться не только обещанных Риганом денег, но и руки Леонсии Солано.</p>
     <p>В пещере сидели мужчина и женщина. Женщина-метиска была молода и очень хороша собой. Она читала вслух при свете дешевенькой керосиновой лампы, в руках у нее был переплетенный в телячью кожу том сочинений Блэкстона <a l:href="#n_517" type="note">[517]</a> на испанском языке. И мужчина и женщина были босые, в холщовых рясах с капюшоном, но без рукавов. У молодой женщины капюшон был отброшен назад, и ее черные густые волосы рассыпались по плечам. А у старика капюшон был надвинут на лоб, как у монаха. Его лицо аскета, с острыми чертами, выразительное и одухотворенное, дышало силой, — такое лицо могло быть только у испанца. Такое же лицо, наверное, было у Дон Кихота. Только глаза старика были закрыты, его окружала вечная тьма слепоты. Никогда не мог бы он увидеть мельницу и пожелать сразиться с нею.</p>
     <p>Он сидел в позе роденовского «Мыслителя» и рассеянно слушал чтение красавицы метиски. Но он вовсе не был мечтателем и не в его натуре было сражаться с мельницами, как это делал Дон Кихот. Несмотря на слепоту, закрывавшую от него мир непроницаемой пеленой, это был человек действия, и душа у него не была слепа: он безошибочно проникал в глубь вещей и явлений, равно как и в человеческие сердца, умел видеть и тайные пороки и чистые, благородные цели.</p>
     <p>Движением руки он остановил чтицу и стал размышлять вслух о прочитанном.</p>
     <p>— Законы, созданные людьми, — медленно, но убежденно произнес он, — сводятся в наши дни к состязанию умов. Они зиждутся не на справедливости, а на софистике. Законы создавались для блага людей, но в толковании их и применении люди пошли по ложному пути. Они приняли путь к цели за самую цель, метод действий — за конечный результат. И все же законы есть законы, они необходимы, они полезны. Но в наши дни их применяют вкривь и вкось. Судьи и адвокаты мудрствуют, состязаясь друг с другом в изворотливости ума, похваляются своей ученостью и совсем забывают об истцах и ответчиках, которые платят им и ждут от них не изворотливости и учености, а беспристрастия и справедливости.</p>
     <p>И все-таки старик Блэкстон прав. В основе законов, как краеугольный камень, на котором стоит цитадель правосудия, лежит горячее и искреннее стремление честных людей к беспристрастию и справедливости. Но что же говорит на этот счет Учитель? «Судьи и адвокаты оказались весьма изобретательными». И законы, созданные для блага людей, были столь изобретательно извращены, что теперь они уже не служат защитой ни обиженному, ни обидчику, а лишь разжиревшим судьям да тощим, ненасытным адвокатам, которые покрывают себя славой и наживают толстое брюхо, если им удается доказать, что они умнее своих противников и даже самих судей, выносящих приговор.</p>
     <p>Он замолчал и задумался все в той же позе роденовского «Мыслителя», — казалось, он взвешивал судьбы мира; метиска сидела и ждала привычного знака, чтобы возобновить чтение. Наконец, выйдя из глубокого раздумья, старик заговорил:</p>
     <p>— Но у нас здесь, в панамских Кордильерах, закон сохранился во всей своей неприкосновенности — справедливый, беспристрастный и равный для всех. Он служит не на благо какому-то одному человеку и не на благо богачам. Справедливому и беспристрастному судье более пристала холщовая одежда, нежели тонкое сукно. Читай дальше. Мерседес. Блэкстон всегда прав, если его правильно читать. По-твоему, это парадокс? Да! Но, кстати, все современные законы тоже парадокс. Читай же дальше! Блэкстон — это сама основа человеческого правосудия, но — более! — сколько хитроумия пускают в ход умные люди, чтобы прикрыть именем Блэкстона то зло, которое они творят.</p>
     <p>Минут через десять слепой философ приподнял голову, понюхал воздух и жестом остановил девушку. Следуя его примеру, она тоже втянула в себя воздух.</p>
     <p>— Может, это гарь от лампы, о Справедливый! — предположила она.</p>
     <p>— Нет, это горит нефть, — возразил слепой. — Лампа тут ни при чем. И горит где-то далеко. Мне еще послышались выстрелы в ущелье.</p>
     <p>— А я ничего не слышала… — начала было метиска.</p>
     <p>— Дочь моя, ты же зрячая, ты не нуждаешься в таком остром слухе, как я. В ущелье стреляли. Прикажи моим детям выяснить, в чем дело, и доложить.</p>
     <p>Почтительно поклонившись старику, который хоть и не видел ее, но привык ухом различать каждое ее движение и потому знал, что она поклонилась, молодая женщина приподняла полог из одеял и вышла на дневной свет. У входа в пещеру сидели два пеона. У каждого было ружье и мачете, а из-за пояса торчало лезвие ножа. Девушка передала им приказание; оба вскочили и поклонились, но не ей, а тому невидимому, от кого исходило приказание. Один из них постучал мачете по камню, на котором только что сидел, потом приложил к нему ухо и прислушался. Камень этот прикрывал рудную жилу, тянувшуюся через всю гору и выходившую в этом месте на поверхность. А за горой, на противоположном склоне, в орлином гнезде, из которого открывалась великолепная панорама отрогов Кордильер, сидел другой пеон. Он приложился ухом к такой же глыбе кварца и отстучал ответ своим мачете. Затем он подошел к высокому полузасохшему дереву, стоявшему шагах в шести от него, сунул руку в дупло и дернул за висевшую внутри веревку, как звонарь на колокольне.</p>
     <p>Но никакого звука не последовало. Вместо этого могучий сук, ответвлявшийся наподобие семафорной стрелки от главного ствола на высоте пятидесяти футов, дернулся вверх и вниз, как и подобает семафору. В двух милях от него, на гребне горы, ему ответили с помощью такого же дерева-семафора. А еще дальше, вниз по склонам, засверкали ручные зеркала, отражая солнечные лучи и посредством их передавая приказание слепого из пещеры. И скоро вся эта часть Кордильер заговорила условным языком звенящих рудных жил, солнечных бликов и качающихся веток.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Энрико Солано, прямой и подтянутый, точно юноша индеец, скакал вперед, стараясь возможно выгоднее воспользоваться преимуществом во времени, которое давал ему арьергардный бой Френсиса; Алесандро и Рикардо бежали рядом, держась за его стремена, тогда как Леонсия и Генри Морган не слишком торопились то она, то он непрестанно оглядывались, чтобы проверить, не догоняет ли их Френсис. Придумав какой-то предлог, Генри повернул обратно. А минут через пять и Леонсия, не менее его тревожившаяся о Френсисе, тоже решила вернуться. Но ее лошадь, не желая отставать от коня Солано, заупрямилась, встала на дыбы, принялась бить ногами и, наконец, остановилась. Леонсия спрыгнула с седла и, бросив поводья на землю, как это делают панамцы, вместо того чтобы стреножить или привязать оседланную лошадь, пешком пошла назад. Она шла так быстро, что почти нагнала Генри, когда он повстречал Френсиса и пеона. А через минуту оба — Генри и Френсис — уже бранили ее за безрассудство, но в голосе у каждого непроизвольно звучали любовь и неясность, вызывавшие ревность соперника.</p>
     <p>Любовь настолько полонила их, что они уже ни о чем не думали и потому были буквально ошеломлены, когда из джунглей вдруг выскочил отряд плантаторов с ружьями. Несмотря на то, что беглый пеон, на которого тотчас посыпался град ударов, был обнаружен в их обществе, никто не тронул бы Леонсию и обоих Морганов, если бы хозяин пеона, давний друг семейства Солано, оказался здесь. Но приступ малярии, трепавший его через два дня на третий, свалил плантатора, и он лежал теперь, дрожа от озноба, неподалеку от пылающего нефтяного поля.</p>
     <p>Тем не менее плантаторы, избив пеона до того, что он упал на колени и с рыданиями стал просить о пощаде, отнеслись рыцарски вежливо к Леонсии и не слишком грубо к Френсису и Генри, хотя и связали им руки назад, перед тем как подняться по крутому склону к тому месту, где у них были оставлены лошади. Зато на пеоне они продолжали срывать свой гнев с присущей латиноамериканцам жестокостью.</p>
     <p>Однако им не суждено было добраться до места и привести туда своих пленников. Радостно вопя, на склоне вдруг появились жандармы во главе со своим начальником и Альваресом Торресом. Мгновенно у всех заработали языки: в нарастающем гуле голосов тонули вопросы тех, кто требовал объяснения, и ответы тех, кто пытался что-то объяснить. А пока длилась эта сумятица и все кричали, не слушая друг друга, Торрес, кивнув Френсису и с победоносной усмешкой взглянув на Генри, подошел к Леонсии и, как настоящий идальго, почтительно склонился перед нею.</p>
     <p>— Послушайте! — тихо сказал он, заметив ее жест, исполненный отвращения. — Не ошибитесь относительно моих намерений. Поймите меня правильно. Я здесь, чтобы спасти вас и защитить от любой беды. Вы — владычица моих грез. Я готов умереть ради вас — и умер бы с радостью, хотя с еще большей радостью готов жить для вас.</p>
     <p>— Я вас не понимаю, — резко отвечала она. — Разве речь идет о нашей жизни или смерти? Мы никому не причинили зла. Ни я, ни мой отец, ни Френсис Морган, ни Генри Морган. Поэтому, сэр, нашей жизни не может ничто угрожать.</p>
     <p>Генри и Френсис подошли к Леонсии и стали рядом с нею, стараясь, несмотря на общий крик и гам, не пропустить ни слова из ее разговора с Торресом.</p>
     <p>— Генри Моргану, несомненно, грозит смерть через повешение, — настаивал Торрес. — Достоверно доказано, что он убил Альфаро Солано, родного брата вашего отца и вашего родного дядюшку. Спасти его невозможно. Но Френсиса Моргана я мог бы наверняка спасти, если…</p>
     <p>— Если — что? — спросила Леонсия, крепко стиснув зубы, точно тигрица, схватившая добычу.</p>
     <p>— Если… вы будете благосклонны ко мне и выйдете за меня замуж, — с невозмутимым спокойствием закончил Торрес, хотя в глазах обоих гринго, беспомощно стоявших рядом со связанными руками, одновременно вспыхнуло желание убить его на месте.</p>
     <p>В порыве искренней страсти Торрес схватил руки Леонсии в свои, но прежде метнул быстрый взгляд в сторону Морганов и еще раз убедился, что они не могут причинить ему никакого вреда.</p>
     <p>— Леонсия, — умоляющим тоном сказал он, — если я стану вашим мужем, я, возможно, кое-что смогу сделать для Генри. Мне даже, может быть, удастся спасти ему жизнь, если он согласится немедленно покинуть Панаму.</p>
     <p>— Ах ты испанская собака! — прохрипел Генри, тщетно пытаясь высвободить связанные назад руки.</p>
     <p>— Сам ты американский пес! — крикнул Торрес и наотмашь ударил Генри по зубам.</p>
     <p>В тот же миг Генри поднял ногу и так двинул Торреса в бок, что тот не устоял и отлетел к Френсису; Френсис, в свою очередь, не замедлил как следует пнуть его с другого бока. Так они кидали Торреса друг другу, точно футболисты, пасующие мяч, пока жандармы, наконец, не схватили их и не принялись, пользуясь их беспомощностью, избивать. Торрес не только поощрял жандармов возгласами, но и сам вытащил нож; дело, безусловно, кончилось бы кровавой трагедией, как это нередко случается, когда вскипит оскорбленная латиноамериканская кровь, если бы вдруг не появилось десятка два вооруженных всадников, которые бесшумно выехали из-за деревьев и так же бесшумно стали хозяевами положения. Иные из этих таинственных незнакомцев были одеты в парусиновые рубашки и штаны, другие — в длинные холщовые рясы с капюшонами.</p>
     <p>Жандармы и плантаторы в ужасе попятились, крестясь и бормоча молитвы.</p>
     <p>— Слепой разбойник! — Суровый судья! — Это его люди! — Мы погибли! — неслось со всех сторон.</p>
     <p>Только один многострадальный пеон метнулся вперед и упал на окровавленные колени перед человеком со строгим лицом, который, как видно, предводительствовал людьми Слепого разбойника. Из уст пеона полились громкие жалобы и мольбы о справедливости.</p>
     <p>— А знаешь ли ты, о какой справедливости просишь? — гортанным голосом спросил его предводитель отряда.</p>
     <p>— Да, о Суровой Справедливости, — ответил пеон. — Я знаю, что значит обращаться к Суровой Справедливости, и все же обращаюсь, потому что жажду справедливости, и дело мое — правое.</p>
     <p>— Я тоже требую Суровой Справедливости! — воскликнула Леонсия, сверкая глазами. И тихо добавила, обращаясь к Френсису и Генри: — Какова бы ни была эта Суровая Справедливость.</p>
     <p>— Едва ли это будет хуже того, что мы можем ожидать от Торреса и начальника полиции, — в тон ей шепнул Генри и, смело шагнув вперед, обратился к предводителю отряда: — Я тоже требую Суровой Справедливости.</p>
     <p>Вожак кивнул.</p>
     <p>— И я тоже, — сначала шепотом, а затем громко заявил Френсис.</p>
     <p>Жандармам, как видно, было все равно, а плантаторы дали понять, что готовы подчиниться любому приговору, какой соблаговолит им вынести Слепой разбойник. Запротестовал только начальник полиции.</p>
     <p>— Быть может, вы не знаете, кто я? — чванливо спросил он. — Я — Мариано Веркара-и-Ихос, представитель старинного именитого рода, всю жизнь занимающий высокие должностные посты. Я — начальник полиции Сан-Антонио, ближайший друг губернатора, доверенное лицо правительства Панамской республики. Я носитель закона. Вообще в стране нашей существует только один закон и одна справедливость — для всей Панамы и для Кордильер тоже. Я протестую против того, что вы тут установили у себя в горах закон, который называете Суровой Справедливостью. Я пошлю солдат арестовать вашего Слепого разбойника и упрячу его в Сан-Хуан, чтобы сарычи склевали там его.</p>
     <p>— Я бы советовал вам все-таки не забывать, — насмешливо предупредил Торрес разбушевавшегося начальника полиции, — что вы не в Сан-Антонио, а в дебрях Хучитана. И у вас здесь нет никакой армии.</p>
     <p>— Вот эти двое — нанесли они обиду кому-нибудь из тех, кто взывает сейчас к Суровой Справедливости? — резко спросил вожак.</p>
     <p>— Да, — заявил пеон. — Они били меня. Все меня били. И вот эти тоже били — без всякой причины. У меня рука вся в крови, а тело в ссадинах и кровоподтеках. Я снова прошу защиты и обвиняю этих двух в несправедливости.</p>
     <p>Вожак кивнул и жестом приказал своим людям разоружить пленных и приготовиться в путь.</p>
     <p>— Справедливости!.. Я тоже требую справедливости, одинаковой для всех! — крикнул Генри. — А у меня руки связаны за спиной. Пусть тогда всех свяжут или же развяжут и нас. Ведь связанному идти трудно.</p>
     <p>Тень улыбки мелькнула на губах вожака, и он велел своим людям разрезать ремни — убедительное доказательство того, что жалоба Генри была справедлива.</p>
     <p>— Ух! — Френсис лукаво посмотрел на Леонсию и Генри. — Если мне не изменяет память, то этак миллион лет тому назад я жил в одном тихом, захолустном городишке под названием Нью-Йорк, где мы наивно мнили себя отчаянными головорезами, потому что резались в гольф, воевали с Таммани-холлом <a l:href="#n_518" type="note">[518]</a>, как-то раз помогли отправить на электрический стул инспектора полиции и лихо брали прикуп, имея четыре взятки на руках.</p>
     <p>— Ух ты! — воскликнул через полчаса Генри, когда они вышли на перевал, с которого открывался вид на панораму вершин. — Ух ты черт рогатый! Эти длиннорясые парни с ружьями совсем уж не такие дикари. Смотри-ка, Френсис! Да у них тут целая система сигнализации! Видишь вот это дерево, а потом вон то, большое, на другой стороне ущелья. Посмотри, как у них качаются ветки.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Последние несколько миль пленников вели с завязанными глазами, затем, не снимая с них повязок, впустили в пещеру, где царил тот, кто олицетворял Суровую Справедливость. Когда повязки были сняты с их глаз, они обнаружили, что находятся в просторной и высокой пещере, освещенной множеством факелов, а перед ними на троне, высеченном в скале, восседает слепой старец в холщовой рясе; у ног его, касаясь плечом его колена, примостилась красавица метиска.</p>
     <p>Слепец заговорил; голос у него был чистый и звонкий, как серебряный колокольчик, а речь — человека, умудренного годами и тяжким жизненным опытом.</p>
     <p>— Вы взывали к Суровой Справедливости. Я слушаю. Кто требует беспристрастного и справедливого решения?</p>
     <p>Все невольно подались назад, и даже у начальника полиции не хватило храбрости протестовать против законов Кордильер.</p>
     <p>— Тут среди вас есть женщина, — продолжал Слепой разбойник. — Пусть она говорит первая. Все смертные — и мужчины и женщины — виновны в чем-нибудь или по крайней мере окружающие считают их виновными.</p>
     <p>Генри и Френсис хотели было удержать Леонсию, но она, одарив каждого из них улыбкой, посмотрела на Справедливого судью и звонким голосом отчетливо произнесла:</p>
     <p>— Я виновна лишь в том, что помогла своему жениху избежать казни за убийство, которого он не совершал.</p>
     <p>— Я выслушал тебя, — сказал Слепой разбойник. — Подойди ко мне.</p>
     <p>Люди в рясах подвели Леонсию к слепцу и заставили опуститься перед ним на колени; оба влюбленных в нее Моргана с волнением следили за каждым ее движением. Метиска положила руку старика на голову Леонсии. С минуту в пещере царило торжественное молчание, — пальцы слепца лежали на лбу Леонсии, прощупывая биение пульса на ее висках. Потом он снял руку и, откинувшись назад, стал обдумывать решение.</p>
     <p>— Встань, сеньорита, — произнес он. — В твоем сердце нет зла. Ты свободна… Кто еще взывает к Суровой Справедливости?</p>
     <p>Френсис тотчас шагнул вперед:</p>
     <p>— Я тоже помог этому человеку спастись от смертной казни, к которой он был несправедливо приговорен. Мы с ним родственники, хотя и дальние, и носим одну и ту же фамилию.</p>
     <p>Он тоже опустился на колени и почувствовал, как мягкие пальцы осторожно скользнули по его бровям и вискам, а потом нащупали руку и задержались на пульсе у запястья.</p>
     <p>— Здесь мне не все ясно, — сказал слепец. — В душе твоей нет мира и покоя. Что-то грызет тебя.</p>
     <p>В эту минуту пеон вдруг выскочил вперед и, не спрашивая позволения, заговорил; при звуке его голоса люди в рясах даже вздрогнули, словно он совершил богохульство.</p>
     <p>— О Справедливый, отпусти этого человека! — взмолился пеон. — Я дважды за сегодняшний день поддался слабости и предал его врагам, а он дважды за сегодняшний день защитил меня и спас от моих врагов.</p>
     <p>И пеон уже в который раз снова рухнул на колени, но только впервые — перед справедливым вершителем закона, и, дрожа и замирая от суеверного ужаса, почувствовал легкое и вместе с тем уверенное прикосновение пальцев этого самого необычного из всех судей, перед которым когда-либо преклонял колени человек. Эти пальцы быстро обследовали все рубцы и ссадины на коже пеона, даже на плечах и на спине.</p>
     <p>— Тот человек тоже может быть свободен! — провозгласил Справедливый судья. — И все-таки что-то гнетет и волнует его. Нет ли здесь кого-нибудь, кто знает, в чем дело, и мог бы нам рассказать?</p>
     <p>И Френсис сразу понял, какое волнение угадал в нем слепец: любовь к Леонсии, которая снедала его и грозила нарушить его преданность Генри. Столь же быстро догадалась об этом и Леонсия, и если бы слепец мог перехватить тот полный понимания взгляд, каким невольно обменялись молодые люди, и заметить, с каким смущением оба тотчас отвели глаза, он безошибочно угадал бы причину волнения Френсиса. Метиска же заметила это, и сердце подсказало ей, что здесь замешана любовь. Не ускользнуло это и от Генри, и он бессознательно нахмурился.</p>
     <p>Тут Справедливый снова заговорил.</p>
     <p>— Должно быть, это любовная история, — сказал он. — Боль, которую женщина вечно причиняет сердцу мужчины. И все-таки я освобождаю этого человека. Дважды за один день он пришел на помощь тому, кто дважды предал его. Его гнетет тоска — и все-таки он помог тому, кто был несправедливо приговорен к смерти. Остается испытать еще и другого человека, а кроме того надо решить, как поступить с этим жестоко избитым пеоном, который стоит передо мной и который ради собственного спасения дважды за сегодняшний день обнаружил слабость духа, а сейчас, отринув всякие помыслы о себе, проявил силу и мужество.</p>
     <p>Он нагнулся и стал ощупывать брови и лицо пеона.</p>
     <p>— Ты боишься смерти? — внезапно спросил он.</p>
     <p>— О великий и святой человек, страх как боюсь! — отвечал пеон.</p>
     <p>— Тогда скажи, что ты солгал про этого человека, скажи, что твои уверения, будто он дважды пришел тебе на помощь, — ложь, и ты останешься жить.</p>
     <p>Пеон весь съежился и поник под пальцами слепца.</p>
     <p>— Подумай как следует, — строго предупредил его старец. — Смерть страшна. Навеки застыть в неподвижности, стать таким, как земля или камень, — это ли не страшно! Скажи, что ты солгал, и ты будешь жить. Ну, говори!</p>
     <p>И хотя голос пеона выдавал его ужас, но он нашел в себе силы поступить, как человек большой и мужественной души.</p>
     <p>— Дважды за сегодняшний день я предал его, о святой человек. Но я не Петр. И в третий раз я не предам этого человека. Я страх как боюсь, но предать его в третий раз не могу.</p>
     <p>Слепой судья откинулся назад, лицо его преобразилось, словно освещенное внутренним светом.</p>
     <p>— Ты хорошо сказал! — промолвил он. — У тебя душа настоящего человека. А теперь выслушай мой приговор: отныне и впредь до конца дней твоих ты всегда будешь думать как человек и поступать как человек. Лучше в любой момент умереть человеком, чем вечно жить скотом. Экклезиаст был неправ. Мертвый лев лучше живой собаки. Иди, возрожденный сын мой, ты свободен!</p>
     <p>Но когда пеон по знаку метиски стал подниматься с колен. Слепой судья вдруг остановил его:</p>
     <p>— Скалки мне, о человек, который только сегодня сделался человеком, что было первопричиной всех твоих бед?</p>
     <p>— О Справедливый, мое слабое сердце жаждало любви женщины смешанной крови из tierra caliente. Сам я уроженец этих гор. Ради нее я задолжал плантатору две сотни песо. А она взяла деньги и сбежала с другим. Я же остался рабом у плантатора. Он неплохой человек, но ведь он все-таки плантатор. Я трудился, терпел побои и страдал целых пять лет, а долг мой теперь возрос до двухсот пятидесяти песо; у меня же ничего нет, только кожа да кости, прикрытые жалкими лохмотьями.</p>
     <p>— А она очень была хороша, эта женщина? — мягко спросил Слепой судья.</p>
     <p>— Я с ума сходил по ней, о святой человек. Теперь мне уже не кажется, что она была так хороша собой. Но тогда она казалась мне прекрасной. Любовь к ней, точно лихорадка, сжигала мне сердце и мозг и превратила меня в раба. А она сбежала от меня в первую же ночь, и с тех пор я никогда ее не видел.</p>
     <p>Пеон ждал, стоя на коленях, склонив голову, а Слепой разбойник, к общему удивлению, глубоко вздохнул и, казалось, забыл обо всем на свете. Его рука непроизвольно легла на голову метиски и погладила ее черные блестящие волосы.</p>
     <p>— Женщина… — заговорил он так тихо, что голос его, чистый и звонкий, как колокольчик, сейчас был не громче шепота. — Вечно женщина, прекрасная женщина! Все женщины прекрасны… для мужчины. Они любили наших отцов; они произвели нас на свет; мы любим их; они производят на свет наших сыновей, чтобы те любили их дочерей и называли девушек прекрасными, — так всегда было и всегда будет, пока на земле существует человек и человеческая любовь.</p>
     <p>Глубокое молчание воцарилось в пещере, а Суровый судья погрузился в свои думы. Наконец, красавица метиска ласково дотронулась до него и заставила вспомнить о пеоне, все еще стоявшем перед ним на коленях.</p>
     <p>— Вот мой приговор, — сказал слепец. — Ты получил немало ударов. Каждый удар по твоему телу уже был достаточной расплатой за долг плантатору. Ты свободен. Иди. Но оставайся в горах и в следующий раз полюби женщину с гор, раз уж ты должен любить женщину и раз без женщины вообще невозможна жизнь мужчины. Иди, ты свободен. Ты ведь наполовину майя?</p>
     <p>— Да, я наполовину майя, — пробормотал пеон. — Мой отец — майя.</p>
     <p>— Вставай и иди. И оставайся в горах с твоим отцом-майя. Tierra caliente — не место для человека, рожденного в Кордильерах. Плантатора же твоего здесь нет, а потому мы и не можем судить его. Плантатор есть плантатор. Его друзья могут считать себя свободными.</p>
     <p>Суровый судья чего-то ждал, ждал и Генри, а затем без приглашения шагнул вперед.</p>
     <p>— Я тот самый человек, — храбро заявил он, — который был приговорен к смерти за убийство, но я не совершал его. Убитый — родной дядя любимой мною девушки, и я женюсь на ней, если здесь в Кордильерах, в этой пещере, действительно царит справедливость.</p>
     <p>Но начальник полиции перебил его:</p>
     <p>— Двадцать человек были свидетелями того, как он грозил дядюшке этой сеньоры, что убьет его. А через час мы застали этого гринго возле еще теплого трупа.</p>
     <p>— Он правду говорит, — подтвердил Генри. — Я действительно угрожал тому человеку — нам обоим бросилось в голову вино и горячая кровь. И жандармы действительно наткнулись на меня, когда я стоял возле еще теплого тела. Но я не убивал его. И я не знаю, представить себе не могу, чья трусливая рука под покровом темноты всадила ему нож: в спину.</p>
     <p>— Встаньте оба на колени, чтобы я мог допросить вас, — приказал Слепой разбойник.</p>
     <p>Долго вел он допрос своими чуткими, пытливыми пальцами. Долго скользили они по лицам обоих мужчин; слепец щупал и пульс — и все-таки не мог прийти ни к какому выводу.</p>
     <p>— В этом деле замешана женщина? — напрямик спросил он Генри Моргана.</p>
     <p>— Да, прекрасная женщина. Я люблю ее.</p>
     <p>— Это хорошо, что любовь так сильно задела твое сердце, ибо мужчина, которого не ранит любовь к женщине, — только наполовину мужчина, — снисходительно заметил Слепой судья. И, обращаясь к начальнику полиции, добавил: — Вот твоего сердца не ранила женщина, однако тебя тоже что-то гнетет. Что же до этого человека, — он указал на Генри, — то я не думаю, чтобы одно только чувство к женщине ранило его сердце. Быть может, отчасти ты повинен в этом, а отчасти та злоба, которая побуждает его злоумышлять против тебя. Встаньте оба. Я не могу рассудить вас. Но есть такое испытание, которое дает непогрешимый ответ: это испытание Змеи и Птицы. Оно столь же непогрешимо, как непогрешим сам бог, ибо так он восстанавливает истину. Вот и Блэкстон говорит, что испытание божьим судом помогает восстановить истину.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава одиннадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В самом центре владений Слепого разбойника была котловина футов десяти глубиной и тридцати в диаметре, которая вполне могла бы служить крошечной ареной для боя быков. Эта впадина с ровным дном и отвесными стенами образовалась естественным путем и была столь совершенным творением природы, что человеку почти и рук не пришлось прикладывать, чтобы довести это совершенство до конца. Разбойники в длинных холщовых рясах, плантаторы и жандармы — все были тут, кроме Сурового судьи и метиски; все стояли на краю котловины, точно зрители, собравшиеся на бой быков или сражение гладиаторов.</p>
     <p>По знаку строгого предводителя отряда, взявшего их в плен. Генри и начальник полиции спустились по маленькой лесенке в котловину. За ними последовали предводитель отряда и несколько разбойников.</p>
     <p>— Одному небу известно, что сейчас произойдет, — со смехом сказал по-английски Генри, обращаясь к Леонсии и Френсису, остававшимся наверху. — Но если это будет борьба не на жизнь, а на смерть, если разрешат давать подножки, кусаться и боксировать по правилам маркиза Куинсбери или лондонских призовых боев, мистер толстопузый шеф непременно будет моей добычей. Впрочем, старик умен, уж он, конечно, позаботится о том, чтобы шансы в этой схватке у нас были равные. Так вот: если шеф одолеет меня, вы, как мои сторонники, поднимите вверх большие пальцы и орите во всю глотку. Можете не сомневаться: если я одолею его, вся его банда поднимет пальцы вверх.</p>
     <p>Начальник полиции, на которого котловина произвела самое удручающее впечатление, обратился по-испански к предводителю отряда.</p>
     <p>— Я не стану драться с этим человеком, — заявил Мариано Верхара-и-Ихос. — Он молодое меня, и у него лучше дыхание. К тому же все это несправедливо. По закону Панамской республики так не судят. А я не признаю экстерриториальности Кордильер и таких незаконных действий.</p>
     <p>— Это испытание Змеи и Птицы, — оборвал его вожак. — Ты будешь Змеей. В руки тебе дадут вот это ружье. Тот человек будет Птицей. Ему мы дадим колокольчик. Смотри! Сейчас ты поймешь, в чем состоит испытание.</p>
     <p>По его команде одному из разбойников дали ружье и завязали глаза. Другому разбойнику, которому глаз не завязывали, дали серебряный колокольчик.</p>
     <p>— Человек с ружьем — это Змея, — сказал вожак. — Он имеет право один раз выстрелить в Птицу — человека с колокольчиком.</p>
     <p>По сигналу второй разбойник вытянул руку с колокольчиком, позвонил и быстро отскочил в сторону. Первый прислушался к звону и, наугад прицелившись, сделал вид, что стреляет.</p>
     <p>— Понятно? — спросил предводитель отряда у Генри и его противника.</p>
     <p>Генри только кивнул в ответ, а начальник полиции, захлебываясь от удовольствия, воскликнул:</p>
     <p>— Так это я буду Змеей?</p>
     <p>— Да, — подтвердил предводитель.</p>
     <p>Начальник полиции живо схватил ружье, не протестуя больше против экстерриториальности Кордильер и незаконности такого суда.</p>
     <p>— Что ж, значит, попытаетесь уложить меня? — с угрозой в голосе спросил его Генри.</p>
     <p>— Нет, сеньор Морган. Не попытаюсь, а просто уложу. В Панаме всего два хороших стрелка, и я один из них. У меня больше сорока медалей за стрельбу. Я могу стрелять с закрытыми глазами. Могу стрелять в темноте. Я частенько стрелял в темноте — и стрелял без промаха. Так что можете считать себя покойником.</p>
     <p>В магазин был вложен один патрон, после чего начальнику полиции завязали глаза, вручили ружье и велели повернуться пока лицом к стене. Генри снабдили предательским колокольчиком и поставили у противоположной стены. Затем разбойники вылезли из ямы, втащили за собой лестницу, и предводитель их уже сверху сказал:</p>
     <p>— Слушайте меня внимательно, сеньор Змея, и стойте, пока не дослушаете. У Змеи один выстрел. Она не имеет права сдвигать повязку. Если она ее сдвинет, мы обязаны немедленно умертвить ее. Зато Змея не ограничена во времени. Она может ждать весь остаток дня и всю ночь и вообще столько, сколько ей будет угодно, прежде чем сделает свой единственный выстрел. Что же до Птицы, то она должна твердо помнить одно правило — ни на минуту не выпускать из рук колокольчика и ни в коем случае не дотрагиваться до язычка, чтобы помешать ему звенеть. В случае если Птица не выполнит этого правила, она будет немедленно умерщвлена. Мы ведь стоим наверху, над вами обоими, сеньоры, и у нас ружья в руках, так что тот из вас, кто нарушит правило, в ту же секунду умрет. А теперь за дело, и да будет бог на стороне правого!</p>
     <p>Начальник полиции медленно повернулся и прислушался. Генри неуверенно шагнул в сторону, и колокольчик зазвенел. Ружье тотчас поднялось и нацелилось. Генри заметался по яме — дуло ружья следовало за ним. Генри быстро перебросил колокольчик из одной вытянутой руки в другую, а сам метнулся в сторону — и дуло неумолимо метнулось за ним. Однако начальник полиции был слишком хитер, чтобы рисковать всем ради случайного выстрела, и начал медленно, осторожно пересекать яму. Генри замер, и колокольчик его умолк.</p>
     <p>Чуткое ухо начальника полиции столь безошибочно засекло то место, откуда в последний раз слышался серебряный звон, что, несмотря на завязанные глаза, он направился прямо к Генри и очутился совсем рядом с ним, как раз под вытянутой рукой, державшей колокольчик. С величайшей осторожностью, стараясь не издать ни малейшего звука. Генри приподнял руку, и его противник прошел под ней в каком-нибудь дюйме от колокольчика.</p>
     <p>Держа ружье на прицеле, начальник полиции остановился в нерешительности на расстоянии фута от стены, с минуту тщетно прислушивался, потом сделал еще шаг и дулом уткнулся в стену. Мгновенно повернувшись, он, как слепой, стал шарить ружьем по воздуху в поисках противника. И дуло непременно коснулось бы Генри, если бы тот поспешно не отпрыгнул в сторону и не принялся петлять, непрерывно звеня колокольчиком.</p>
     <p>Посредине ямы Генри остановился и замер. Его враг прошел в каком-нибудь ярде от него и наткнулся на противоположную стену. Тогда он пошел вдоль стены, ступая осторожно, как кошка, и все время шаря ружьем. Потом он решил пересечь яму. Он пересек ее несколько раз, но так и не обнаружил Генри: колокольчик его молчал. И тут начальник полиции прибег к весьма хитроумному способу. Бросив на землю свою шляпу, чтобы она служила ему исходной точкой, он пересек яму по кратчайшей хорде, сделал три шага вдоль стены и пошел назад по другой, более длинной хорде; сделал еще три шага вдоль стены, выверяя параллельность двух хорд по расстоянию, оставшемуся до шляпы, затем отмерил от шляпы еще три шага вдоль стены и стал пересекать котловину по третьей хорде.</p>
     <p>Глядя, как он прочесывает поле боя. Генри понял, что дело его худо и ему не избежать встречи с противником. Он не стал ждать, пока враг обнаружит его. Звеня колокольчиком и перебрасывая его из одной руки в другую, он запетлял по котловине, а потом вдруг застыл, но уже на новом месте.</p>
     <p>Начальник полиции возобновил свои многотрудные поиски противника, но Генри не склонен был затягивать эту столь мучительную по своей напряженности игру. Он дождался, когда последняя хорда свела его и начальника полиции лицом к лицу. Дождался, когда дуло ружья поднялось на уровень его груди в нескольких дюймах от сердца, и тогда, быстро присев, чтобы ружье оказалось выше его, громовым голосом крикнул:</p>
     <p>— Огонь! Это было так внезапно, что начальник полиции невольно спустил курок, и пуля просвистела над головой Генри. Сверху раздался взрыв аплодисментов — это бурно аплодировали люди в холщовых рясах. Начальник полиции сорвал с глаз повязку и увидел перед собой улыбающееся лицо противника.</p>
     <p>— Отлично, бог сказал свое слово, — объявил предводитель разбойников, спускаясь в яму. — Тот, кого не тронула пуля, — не виновен. Остается испытать другого.</p>
     <p>— Меня? — не своим голосом взвизгнул начальник полиции, потрясенный страхом и неожиданностью.</p>
     <p>— Поздравляю, шеф, — с усмешкой сказал Генри. — Вы действительно пытались уложить меня. Теперь мой черед. Давайте-ка сюда ружье.</p>
     <p>Но начальник полиции, ослепленный своей неудачей и гневом, забыв, что ружье было заряжено всего одной пулей, с проклятием ткнул дулом прямо в грудь Генри и нажал гашетку. Курок щелкнул с резким металлическим звуком.</p>
     <p>— Отлично, — сказал предводитель, отбирая у него ружье и перезаряжая его. — О твоем поведении будет доложено. Испытание продолжается; только теперь сразу видно, что ты не избранник божий.</p>
     <p>Точно раненый бык на арене, ищущий, куда бы укрыться, и в отчаянии озирающий амфитеатр, полный безжалостных лиц, начальник полиции посмотрел вверх и увидел лишь ружья разбойников, торжествующие лица Леонсии и Френсиса, любопытные физиономии своих жандармов и налитые кровью глаза плантаторов, какие бывают у зрителей, наблюдающих бой быков.</p>
     <p>Легкая улыбка промелькнула на сурово сжатых губах предводителя, когда, вручив ружье Генри, он стал завязывать его глаза.</p>
     <p>— Почему вы не велите ему стать лицом к стене, пока я приготовлюсь? — спросил начальник полиции, и серебряный колокольчик зазвенел в его дрожавшей от ярости руке.</p>
     <p>— Потому что он человек, угодный богу, — был ответ. — Он выдержал испытание. Значит, он не способен на вероломный поступок. Теперь ты подвергнешься божьему суду. Если ты человек правдивый и честный. Змея не причинит тебе никакого вреда. Таков промысел божий.</p>
     <p>Начальник полиции был куда более ловким в роли охотника, чем в роли дичи. Стоя напротив Генри, он пытался не шевелиться, но когда дуло ружья начало приближаться к нему, нервы его не выдержали, рука дрогнула, и колокольчик зазвенел. Ружье почти перестало двигаться — лишь дуло его зловеще колебалось, улавливая направление звука. Тщетно старался начальник полиции унять дрожь в руке, чтобы колокольчик не звенел, — он продолжал звенеть. Тогда шеф в отчаянии отшвырнул его в сторону, а сам ничком упал на землю. Но Генри, услышав звук падающего тела, опустил ружье и нажал курок. Начальник полиции взревел от боли — пуля пробила ему плечо: он поднялся было на ноги, но тут же с проклятиями снова растянулся на земле и так и остался лежать, продолжая изрыгать проклятия.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Все снова очутились в пещере, где Слепой разбойник, у ног которого сидела метиска, вершил суд.</p>
     <p>— Этот человек, который ранен и который слишком много болтал о законе tierra caliente, узнает теперь, что такое закон Кордильер. Испытание Змеи и Птицы доказало, что он виновен. За его жизнь назначается выкуп в десять тысяч долларов золотом; если деньги внесены не будут, он останется здесь рубить лес и носить воду до конца дней, которые господь дарует ему на земле. Я сказал все. Я знаю, что господь не даст ему долго дышать на земле, если не будет внесен выкуп.</p>
     <p>Последовало долгое молчание, во время которого даже Генри, который мог, не задумываясь, уложить противника в пылу боя, всем своим видом показал, что ему омерзительно столь хладнокровное решение уничтожить человека.</p>
     <p>— Закон беспощаден, — заявил Суровый судья, и снова воцарилось молчание.</p>
     <p>— Пусть подыхает без выкупа, — сказал один из плантаторов. — Он доказал, что он собака и предатель. Собаке — собачья смерть.</p>
     <p>— А ты что скажешь? — строго спросил Слепой разбойник у пеона. — Что скажешь ты, пеон, вытерпевший столько побоев, человек, заново родившийся сегодня на свет, полукровка, любитель прекрасных женщин? Должен ли он умереть собачьей смертью, потому что за него не хотят вносить выкуп?</p>
     <p>— Он жестокий человек, — проговорил пеон. — Но почему-то сердце мое сегодня очень мягко. Если бы у меня было десять тысяч долларов, я сам бы заплатил за него выкуп. А если бы, святой и справедливый человек, у меня было двести пятьдесят песо, я даже заплатил бы свой долг плантатору, от которого меня освободили теперь.</p>
     <p>Лицо слепца преобразилось, словно озаренное светом изнутри.</p>
     <p>— Твоими устами сегодня говорит бог, о возрожденный к жизни! — одобрительно сказал он.</p>
     <p>Но в эту минуту Френсис, поспешно нацарапав что-то в своей чековой книжке, протянул метиске чек, на котором даже еще не успели высохнуть чернила.</p>
     <p>— Позвольте мне тоже сказать слово, — проговорил он. — Хоть человек этот подлец и заслуживает собачьей смерти, — не надо, чтобы он умирал, пусть живет.</p>
     <p>Метиска громко прочитала то, что было написано на чеке.</p>
     <p>— Не трудись объяснять, — остановил Слепой разбойник Френсиса, догадываясь, что он хочет что-то сказать. — Я не такой уж глупый и не всегда я жил в Кордильерах. Я получил коммерческое образование в Барселоне. Я знаю банк «Кемикл нейшнл» в Нью-Йорке: в былое время я вел с ним дела через своих представителей. Это чек на десять тысяч долларов. Человек, который выписал его, уже сказал сегодня правду. Чек в полном порядке. Больше того: я уверен, что он не сообщит в банк, чтобы мне не выдали по нему денег. Тот, кто платит выкуп за своего врага, должен быть или очень добрым, или очень глупым, или уж очень богатым, — одно из трех. Скажи мне, о человек, не виновна ли в этом прекрасная женщина?</p>
     <p>И Френсис, не смея взглянуть ни направо, ни налево — ни на Леонсию, ни на Генри, — а глядя прямо в лицо Слепого разбойника, ответил, ибо иначе ответить он не мог:</p>
     <p>— Да, о Суровый судья, в этом виновна прекрасная женщина.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двенадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В том же месте, где по дороге в горы люди в холщовых рясах завязали пленникам глаза, кавалькада остановилась. Она состояла из нескольких разбойников, конвоировавших Леонсию, Генри и Френсиса верхом на мулах, с повязками на глазах, и пеона — тоже с повязкой на глазах, но пешком. Получасом раньше, под таким же конвоем, здесь проехала другая кавалькада, состоявшая из плантаторов, Торреса и начальника полиции с его жандармами.</p>
     <p>С разрешения строгого предводителя разбойников пленники, которых сейчас должны были освободить, сняли с глаз повязки.</p>
     <p>— Похоже, что я уже был здесь, — заметил, рассмеявшись, Генри, который сразу узнал виденные ранее места.</p>
     <p>— Похоже, что нефть все еще горит, — сказал Френсис, указывая на горизонт, наполовину скрытый черной завесой дыма. — Посмотри, пеон, на дело рук твоих! Для бедняка, у которого нет ни гроша за душой, ты величайший растратчик, каких я когда-либо встречал. Говорят, что нефтяные короли, напившись, раскуривают сигары тысячедолларовыми банкнотами, а вот ты каждую минуту сжигаешь по миллиону долларов.</p>
     <p>— Я не бедняк, — с таинственным видом гордо заявил пеон.</p>
     <p>— Переодетый миллионер! — пошутил Генри.</p>
     <p>— Где же ты держишь свои капиталы? — ввернула Леонсия. — В банке «Кемикл нейшнл»?</p>
     <p>Пеон не понял острот, но, сообразив, что над ним смеются, обиженно выпрямился и замолчал.</p>
     <p>Тут заговорил строгий предводитель разбойников:</p>
     <p>— Отсюда вы можете идти каждый своим путем. Так велел Справедливый. Вас, сеньоры, прошу спешиться и вернуть мне мулов. Что же до сеньориты, то она может оставить себе мула в качестве подарка от Справедливого, который никогда не позволил бы себе заставить даму идти пешком. А вам двоим, сеньоры, пройтись не вредно. Справедливый особенно рекомендовал богатому сеньору ходить побольше пешком. Богатство, сказал он, приводит к тому, что человек почти совсем пешком не ходит. А когда человек почти совсем не ходит, он обрастает жиром, ожирение же не способствует успеху у прекрасных женщин. Таковы мудрые слова Справедливого.</p>
     <p>А еще он настоятельно советует пеону оставаться в горах. Здесь он найдет прекрасную женщину, и раз уж он должен любить женщину, то самое благоразумное — любить женщину своего племени. Женщины из tierra caliente предназначены для мужчин из tierra caliente. А женщины Кордильер предназначены для мужчин Кордильер. Бог не любит смешения кровей. Недаром мул — самое отвратительное животное под солнцем. Мир был сотворен не для смешения племен — это все выдумки человека. Какие бы чистые ни были расы, если их перемешать, они перестанут быть чистыми. Не могут вода и нефть дать однородную смесь. У природы есть свои законы. Так сказал Справедливый, и я лишь повторил его слова. Он велел мне добавить, что знает, о чем говорит, ибо сам в свое время был грешен.</p>
     <p>От этих слов волнение и замешательство охватили англосаксов Генри и Френсиса, и не меньше их — Леонсию, дитя Латинской Америки. Леонсия, конечно, взглядом сказала бы каждому из любимых ею молодых людей, что она не желает с этим считаться, если бы другого не было поблизости; да и оба они громко запротестовали бы, останься любой из них наедине с нею. И все же глубоко в душе каждый невольно сознавал, что Слепой разбойник прав. И на сердце у них от этого стало тяжело.</p>
     <p>Хруст и треск в зарослях отвлекли их от этих мыслей: по отлогой стене каньона, на скользивших и спотыкавшихся лошадях, прямо на них, спускался оправившийся после болезни плантатор в сопровождении нескольких всадников. Как истый идальго, он склонился в глубоком поклоне перед дочерью Солано, а потом не менее учтиво, хотя и несколько суше, поздоровался с Генри и Френсисом, помня, что им все-таки покровительствует Энрико Солано.</p>
     <p>— Где же ваш благородный отец? — спросил он Леонсию. — У меня для него добрые вести. С тех пор как мы виделись с вами последний раз, — а это было неделю назад, — я несколько дней пролежал, прикованный к постели приступом лихорадки. Но я послал гонцов в Бокас-дель-Торо; благодаря попутному ветру они быстро переплыли лагуну Чирикви и, очутившись на месте, по правительственному радио — начальник полиции в Бокас-дель-Торо мой большой друг! — связались с президентом Панамы. Президент тоже мой старинный приятель — сколько раз я тыкал его носом в грязь, а он меня, когда мы учились в колонской школе и жили с ним в одной комнате. И вот от него пришел ответ, что все в порядке: правосудие было введено в заблуждение чрезмерными, но тем не менее достойными похвалы усилиями начальника полиции Сан-Антонио. Теперь все забыто и прощено, и благородное семейство Солано вместе с их благородными друзьями-американцами может на законном основании, не боясь политических преследований, вернуться домой…</p>
     <p>В подтверждение своей речи плантатор низко поклонился Генри и Френсису. Но в эту минуту взгляд его случайно упал на пеона, притаившегося за спиной Леонсии, и глаза его вспыхнули торжествующим огнем.</p>
     <p>— О матерь божия, ты не забыла меня! — с жаром воскликнул плантатор и, повернувшись к сопровождавшим его друзьям, добавил: — Вот он, этот бесстыжий, безмозглый скот, который сбежал от меня, не выплатив долга. Хватайте его! Я его так отлуплю, что он у меня месяц будет лежать пластом!</p>
     <p>Плантатор дернул поводья и одним скачком очутился позади мула Леонсии, но пеон так же поспешно нырнул под морду животного и безусловно успел бы убежать в джунгли, если бы другой плантатор, пришпорив коня, не бросился ему наперерез и не сбил его с ног. В один миг плантаторы, привычные к такого рода делам, рывком подняли беднягу с земли, скрутили ему руки за спиной и той же веревкой обмотали шею.</p>
     <p>Френсис и Генри запротестовали в один голос.</p>
     <p>— Сеньоры, — ответил плантатор, — мое уважение к вам, желание служить вам и быть полезным столь же глубоки, как и мои чувства к благородному семейству Солано, под чьим покровительством вы находитесь. Ваше благополучие и спокойствие — священны для меня. Я готов грудью защищать вас от любой беды. Приказывайте — я к вашим услугам. Моя асьенда в вашем распоряжении, как и все, чем я владею. Но что касается пеона — то это совсем другое дело. Он не ваш. Он мой пеон, мой должник, сбежавший с моей плантации. Я убежден, что вы поймете и извините меня. Это вопрос собственности. А он — моя собственность.</p>
     <p>Генри и Френсис растерянно и недоуменно посмотрели друг на дуга. Таков закон страны — они это отлично знали.</p>
     <p>— Справедливый судья простил мне мой долг — все здесь тому свидетели, — еле слышно пролепетал пеон.</p>
     <p>— Это правда. Справедливый судья простил ему его долг, — подтвердила Леонсия.</p>
     <p>Плантатор с усмешкой склонился в низком поклоне.</p>
     <p>— Но пеон подписал контракт со мной, — все с той же усмешкой заметил он. — Да и кто такой этот Слепой разбойник, чтобы устанавливать свои дурацкие законы на моей плантации и лишать меня двухсот пятидесяти песо, которые по праву принадлежат мне?</p>
     <p>— Это верно, Леонсия, — подтвердил Генри.</p>
     <p>— Тогда я вернусь в Кордильеры, — заявил пеон. — О воины Справедливого судьи, возьмите меня с собой в Кордильеры!</p>
     <p>Но строгий предводитель покачал головой.</p>
     <p>— Здесь мы отпустили тебя. Наши полномочия на этом кончились. Мы не имеем над тобой больше никаких прав. Нам осталось только проститься со всеми и уехать.</p>
     <p>— Стойте! — воскликнул Френсис, вытаскивая свою чековую книжку и начиная что-то писать. — Обождите минуту. Я сейчас рассчитаюсь за этого пеона. Но прежде чем вы уедете, я хочу попросить вас об одном одолжении. — И он вручил чек плантатору со словами: — Я добавил десять песо на обмен валюты.</p>
     <p>Плантатор взглянул на чек, спрятал его в карман и подал Френсису конец веревки, обвивавшей шею несчастного.</p>
     <p>— Теперь пеон ваш, — сказал он.</p>
     <p>Френсис посмотрел на веревку и расхохотался.</p>
     <p>— Смотрите-ка! Я стал рабовладельцем. Раб, ты мой, ты моя собственность, понятно?</p>
     <p>— Да, сеньор, — униженно пробормотал пеон. — Видно, когда я потерял голову из-за любви к той женщине и пожертвовал ради нее своей свободой, бог судил, чтобы я с тех пор всю жизнь был чьей-то собственностью. Справедливый судья прав. Бог покарал меня за то, что я польстился на женщину из другого племени.</p>
     <p>— Ты стал рабом из-за того, что всегда считалось самым прекрасным в мире, из-за женщины, — заметил Френсис, перерезая веревки на руках пеона. — А теперь я дарю тебя — тебе. — С этими словами он вложил в руку пеона конец веревки, опутывавшей его шею. — Отныне ты сам себе хозяин. И помни: никогда и никому не отдавай этой веревки.</p>
     <p>Пока все это происходило, откуда-то вдруг бесшумно вынырнул высокий тощий старик, под его сухой, как пергамент, кожей резко обозначались ребра. Это был чистокровный индеец племени майя. Он был совсем нагой, если не считать набедренной повязки. Нечесаные волосы грязно-серыми прядями свисали вдоль скуластого лица, высохшего, как у мумии. Мышцы жалкими мешочками висели на его руках и ногах. Из его впалого рта торчало несколько сломанных зубов, щеки ввалились, а глаза, точно черные бусины, глубоко запавшие в орбитах, горели диким огнем, как у человека, снедаемого лихорадкой.</p>
     <p>Он, словно угорь, проскользнул между столпившимися людьми и своими костлявыми руками обнял пеона.</p>
     <p>— Это мой отец, — гордо объявил пеон. — Посмотрите на него. Он чистокровный майя, и он знает все тайны этого племени.</p>
     <p>Пока обретшие друг друга отец и сын оживленно обменивались новостями, Френсис обратился к предводителю разбойников с просьбой разыскать Энрико Солано и его двух сыновей, блуждающих где-то в горах, и сообщить им, что закон больше не преследует их и они могут вернуться домой.</p>
     <p>— Они не совершали ничего дурного? — спросил предводитель.</p>
     <p>— Нет, ничего, — заверил его Френсис.</p>
     <p>— Хорошо. Я обещаю вам немедленно разыскать их, ибо нам известно, в каком направлении они поехали, и послать вслед за вами на побережье.</p>
     <p>— А пока прошу ко мне, — радушно предложил плантатор. — Около моей плантации в бухте Хучитан стоит на якоре грузовая шхуна, она скоро должна пойти в Сан-Антонио. Я могу задержать ее до тех пор, пока благородный Энрико и его сыновья не спустятся с Кордильер.</p>
     <p>— Ну, а Френсис, конечно, заплатит за простой, — съязвил Генри, что не укрылось от Леонсии, но не было замечено самим Френсисом.</p>
     <p>— Конечно, заплачу, — весело воскликнул он. — Еще одно доказательство в пользу того, что чековая книжка везде может пригодиться!</p>
     <p>Когда все простились с разбойниками, пеон и его отец, к великому изумлению окружающих, последовали за Морганами и спустились вместе со всеми через горящие нефтяные поля на плантацию — место, где столько лет томился в рабстве пеон. И отец и сын всячески выказывали свою преданность Френсису, а также Леонсии и Генри. За это время они не раз долго и оживленно о чем-то разговаривали между собой. Когда Энрико и его сыновья прибыли на плантацию и все направились к берегу, где поджидала их шхуна, пеон со своим отцом пошли вслед за ними. Френсис стал было прощаться с индейцами, но пеон заявил, что они тоже поедут на шхуне.</p>
     <p>— Я уже говорил вам, что я не бедняк, — пояснил пеон, отводя Морганов и семью Солано в сторону, чтобы его не услышали матросы. — И это правда. Мне известно, где спрятано сокровище племени майя, которое ни конкистадоры, ни монахи инквизиции не могли найти. Я его хранитель. Вернее, не я, а мой отец. Он прямой потомок древнего верховного жреца майя. Он последний жрец этого племени. Мы с отцом много говорили и решили, что богатство — не самое главное в жизни. Вы купили меня за двести пятьдесят песо, однако подарили мне свободу, отдали меня мне самому. Вы подарили человеку жизнь, теперь я сам себе господин. Я так думаю, и мой отец тоже. И вот, раз гринго и испанцы так уж созданы, что богатство для них — самое главное, мы проведем вас к сокровищам племени майя — мой отец и я: ведь мой отец знает дорогу. Идти в горы надо из Сан-Антонио, а не из Хучитана.</p>
     <p>— Твой отец действительно знает, где находится сокровище? Точно знает? — спросил Генри и тихонько шепнул Френсису, что это самое сокровище и заставило его бросить поиски клада Моргана на Тельце и перекочевать на материк.</p>
     <p>Пеон покачал головой.</p>
     <p>— Мой отец никогда там не был, зачем ему это — ему не нужны богатства. Отец, покажи-ка, что написано на нашем древнем языке, на котором один только ты из всех живых майя умеешь читать.</p>
     <p>Старик извлек из своей набедренной повязки грязный, потрепанный парусиновый мешочек. Из него он вытащил нечто похожее на спутанный клубок бечевок, сплошь в узлах. Но это были не настоящие бечевки, а какие-то косички из древесной коры, столь ветхие, что казалось, они вот-вот рассыплются от одного прикосновения; и в самом деле, когда старик дотронулся до них, из-под пальцев его посыпалась труха. Бормоча себе под нос молитвы на древнем языке майя, индеец поднял вверх клубок и благоговейно поклонился ему, прежде чем начать его распутывать.</p>
     <p>— Письмо узелками <a l:href="#n_519" type="note">[519]</a> — так писали майя в древности, но теперь никто их языка не знает, — тихо произнес Генри. — Этому можно верить, если только старик не разучился читать.</p>
     <p>Клубок был вручен Френсису, и все с любопытством склонились над ним. Он был походе на кисть, неумело связанную из множества бечевок, сплошь покрытых большими и маленькими узелками. Бечевки тоже были неодинаковые — одни потолще, другие потоньше, одни — длинные, другие — короткие. Старик пробежал по ним пальцами, бормоча себе под нос что-то непонятное.</p>
     <p>— Он читает, — торжествующе воскликнул пеон. — Узлы — это наш древний язык, и он читает по ним, как по книге!</p>
     <p>Френсис и Леонсия, склонившись пониже, чтобы лучше видеть, случайно коснулись друг друга волосами — оба вздрогнули и поспешно отодвинулись, но взгляды их при этом встретились, и снова искра пробежала между ними. Генри, всецело увлеченный тем, что рассказал индеец, ничего не заметил, — он смотрел лишь на таинственный клубок.</p>
     <p>— Что ты скажешь, Френсис? — шепотом спросил он. — Это же колоссально! Колоссально!</p>
     <p>— Меня уже ждут в Нью-Йорке. — Френсис явно колебался. — Нет, не какие-то люди или развлечения, а дела, — поспешно добавил он, почувствовав молчаливый упрек и огорчение Леонсии. — Не забудьте, что я связан с «Тэмпико петролеум» и биржевым рынком; мне даже страшно подумать, сколько миллионов у меня в это вложено.</p>
     <p>— Фу ты черт рогатый! — воскликнул Генри. — Да ведь если сокровище майя даже в десять раз меньше того, что о нем рассказывают, все равно доля каждого из нас — твоя, моя и Энрико — будет побольше, чем все твое теперешнее богатство.</p>
     <p>Френсис все еще колебался. Энрико стал пространно уверять его, что сокровище майя действительно существует, а Леонсия, улучив минуту, шепнула ему на ухо:</p>
     <p>— Неужели вам так скоро надоело… искать сокровище?</p>
     <p>Френсис испытующе посмотрел на нее, потом перевел взгляд на красовавшийся у нее на пальце подарок жениха и так же тихо ответил:</p>
     <p>— Разве я могу оставаться здесь, если я люблю вас, а вы любите Генри?</p>
     <p>Он впервые открыто признался ей в любви, и Леонсия почувствовала, что в душе ее вспыхнула радость, тотчас сменившаяся, однако, стыдом: как же может она считать себя добродетельной, если, оказывается, способна любить одновременно двоих? Она взглянула на Генри, словно желая это проверить, и сердце ответило ей: «да». Она любила Генри так же искренне, как Френсиса, и ей одинаково нравились те черты, которые были у них одинаковыми, и по-разному волновали те, которые были разными.</p>
     <p>— Боюсь, что мне придется сесть на «Анджелику» — скорее всего в Бокас-дель-Торо — и уехать, — говорил между тем Френсис ее жениху. — А вы с Энрико отправляйтесь за сокровищем и, если найдете его, поделите пополам.</p>
     <p>Пеон, услышав это, быстро заговорил с отцом на своем языке, а затем обратился к Генри.</p>
     <p>— Слышишь, что он говорит, Френсис? — сказал Генри, указывая на священную кисть. — Тебе придется пойти с нами. Ведь именно тебя хочет отблагодарить старик за спасение своего сына. И он отдает сокровище не нам, а тебе. Если ты не поедешь, он не прочтет нам ни одного узелка.</p>
     <p>Но побудила Френсиса переменить решение все-таки Леонсия — она молча, печально смотрела на него и словно просила взглядом: «Ну, пожалуйста, ради меня!»</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава тринадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Неделю спустя из Сан-Антонио в один и тот же день выехали в Кордильеры три разные экспедиции. Первая — на мулах — состояла из Генри, Френсиса, пеона и его престарелого отца, а также нескольких пеонов с плантации Солано. Каждый пеон вел на поводу мула, нагруженного продовольствием и снаряжением. Старый Энрико Солано в последний момент был вынужден отказаться от поездки из-за внезапно открывшейся раны, которую он получил давно, в дни своей молодости, участвуя в одной из многочисленных революций.</p>
     <p>Кавалькада проследовала по главной улице Сан-Антонио, мимо тюрьмы, стену которой взорвал Френсис и которую лишь недавно стали заделывать сами заключенные. Навстречу экспедиции попался Торрес, который неторопливо шел по улице; он только что получил очередную телеграмму от Ригана и, увидев двух Морганов во главе целой партии, изумленно воззрился на них.</p>
     <p>— Куда это вы направляетесь, сеньоры? — крикнул Торрес.</p>
     <p>Мгновенно, как будто заранее столковавшись и прорепетировав, Френсис указал на небо. Генри — прямо в землю, пеон — направо, а его отец — налево. Такая неучтивость взбесила Торреса, и он разразился грубой бранью, но это только вызвало общий смех, — смеялись даже пеоны, погонявшие мулов.</p>
     <p>Торреса ждал еще один сюрприз. Несколько позже, когда весь город спал во время сиесты, он увидел Леонсию и ее младшего брата Рикардо верхом на мулах; за ними на поводу шел третий мул, явно нагруженный снаряжением для лагеря.</p>
     <p>Третьей экспедицией была экспедиция самого Торреса, и народу в ней было не больше и не меньше, чем в экспедиции Леонсии, ибо состояла она всего-навсего из самого Торреса и некоего Хосе Манчено — известного в тех местах убийцы, которого Торрес по каким-то соображениям избавил от страшной смерти в Сан-Хуане. Однако, когда Торрес затеял эту экспедицию, у него были куда более обширные планы, чем это могло показаться. Почти у самого подножия Кордильер обитало странное племя кару. Оно вело свое начало от рабов-негров, бежавших из Африки, и рабов-караибов с Москитового Берега, осевших здесь и женившихся на женщинах, которых они похищали из долины, и на беглых, как они сами, рабынях. Эта единственная в своем роде колония, обосновавшаяся между верхними Кордильерами, населенными индейцами, и собственно Панамским государством в долине, сумела сохранить почти полную независимость. Позже, когда в эту колонию влились беглые каторжники-испанцы, произошло уже окончательное смешение рас и племен, и обо всем народе кару пошла такая дурная слава, что, не будь тогдашнее правительство по горло занято всякими политическими махинациями, оно непременно послало бы войска, чтобы уничтожить этот рассадник порока. Вот в этом-то рассаднике порока и родился Хосе Манчено от испанца-отца, убийцы по профессии, и метиски-матери, занимавшейся тем же. И сюда-то и вез Хосе Манчено Альвареса Торреса для того, чтобы тот мог выполнить приказ, исходивший из уолл-стритовской конторы Томаса Ригана.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Ну, и повезло же нам, что мы с ним встретились, — заметил Френсис, указывая Генри на последнего жреца племени майя, ехавшего впереди них.</p>
     <p>— Да, но уж очень он дряхлый, — сказал Генри. — Ты только посмотри на него!</p>
     <p>Старик, ехавший впереди, все время перебирал священную кисть и что-то бормотал про себя.</p>
     <p>— Будем надеяться, что старикан не искрошит ее, — от всей души пожелал Генри. — Можно было бы, кажется, прочесть один раз указания и запомнить их, а не теребить без конца кисть.</p>
     <p>Они выехали из зарослей на поляну — по всей вероятности, кто-то вырубил здесь джунгли и заставил их отступить. Отсюда открывался вид на далекую гору Бланке Ровало, вырисовывавшуюся на фоне залитого солнцем неба. Старый индеец остановил своего мула, провел пальцем по нескольким волокнам священной кисти и, указывая на гору, объяснил на ломаном испанском языке:</p>
     <p>— Тут сказано: «Там, где след от Стопы бога, жди, пока не вспыхнут глаза Чиа».</p>
     <p>И он показал на узелки одного из волокон, по которым он это прочел.</p>
     <p>— Но где же этот след, старик? — спросил Генри, оглядывая непримятую траву.</p>
     <p>Не сказав ни слова, старик тронул своего мула и, подгоняя его ударами голых пяток по бокам, рысцой пересек вырубку и въехал в расстилавшиеся за нею джунгли.</p>
     <p>— Он точно гончая идет по следу, и похоже, что по горячему, — заметил Френсис.</p>
     <p>Так они проехали с полмили; джунгли кончились, и перед всадниками раскинулись крутые склоны гор, поросшие густой травой. Тут старик пустил своего мула галопом и не сбавлял ходу до тех пор, пока они не добрались до естественной впадины в почве фута три глубиной, удивительно напоминавшей по форме отпечаток гигантской ступни. Здесь вполне могло бы разместиться двенадцать человек.</p>
     <p>— След Стопы бога, — торжественно провозгласил старый жрец, слез с мула и в молитве распростерся на земле. — «Там, где след от Стопы бога, жди, пока не вспыхнут глаза Чиа», — так говорят священные узлы.</p>
     <p>— Отличное место для завтрака! — заявил Генри. — В ожидании всяких чудес недурно было бы подкрепиться.</p>
     <p>— Если Чиа не возражает, — засмеялся Френсис.</p>
     <p>И Чиа не возражала, — во всяком случае старый жрец не мог обнаружить никаких возражений в своих узелках.</p>
     <p>На опушке леса стреножили мулов, из ближайшего ручейка принесли воды и посредине Стопы развели костер. Старик майя, казалось, ничего не видел и не слышал — он все бормотал нескончаемые молитвы, снова и снова перебирая свои узелки.</p>
     <p>— Только бы он не спятил! — сказал Френсис.</p>
     <p>— Мне еще там, в Хучитане, показалось, что у него какой-то дикий взгляд, — признался Генри. — А посмотри сейчас, какие у него глаза.</p>
     <p>Но тут в разговор вмешался пеон, который, хоть и ни слова не понимал по-английски, однако почувствовал, о чем идет речь.</p>
     <p>— Проникнуть в тайну древних святынь майя очень грешно и опасно. Это путь к смерти. Уж кто-кто, а мой отец это знает. Много людей здесь умерло. И умерло неожиданно и страшно. Среди них были и жрецы майя. Так умер отец моего отца. Он тоже полюбил женщину из tierra caliente. И из любви к ней за золото продал секрет майя: он прочитал по узелкам, где спрятано сокровище, и повел к нему людей из tierra caliente. Он умер. Все они умерли. Теперь, когда мой отец состарился, он уже не любит женщин из tierra caliente. А в молодости он очень любил их и даже сам согрешил. Он знает, как опасно вести вас к сокровищу. С тех пор как майя спрятали его, прошло несколько веков, и многие люди за это время пытались его найти. Из тех, кто дошел до тайника, ни один не вернулся. Говорят, что конкистадоры и пираты англичанина Моргана все-таки добрались до него, но оставили там свои кости.</p>
     <p>— А после того, как твой отец умрет, — спросил Френсис, — ты унаследуешь ему и тоже будешь верховным жрецом майя?</p>
     <p>— Нет, сеньор. — И пеон отрицательно покачал головой. — Я ведь только наполовину майя. Я не умею читать по узлам. Мой отец не научил меня этому, потому что я не чистокровный майя.</p>
     <p>— А если бы он сейчас умер, есть среди майя еще кто-нибудь, кто умеет читать по узлам?</p>
     <p>— Нет, сеньор. Мой отец — последний из живых, кто знает этот древний язык.</p>
     <p>Разговор был прерван появлением Леонсии и Рикардо, которые, стреножив своих мулов, пустили их пастись вместе с остальными, а сами подошли и робко заглянули вниз. При виде Леонсии Генри и Френсис просияли от радости, но встретили они ее упреками и как следует разбранили: они требовали, чтобы она вместе с Рикардо вернулась домой.</p>
     <p>— Но не можете же вы отослать меня назад, не дав даже поесть! — воскликнула она и, не дожидаясь ответа, соскользнула к ним в яму, с чисто женской хитростью намереваясь продолжить беседу в условиях, располагающих к большей задушевности.</p>
     <p>Их громкий разговор вывел старого жреца из молитвенного транса, и он негодующе посмотрел на Леонсию и с не меньшим негодованием обрушился на нее, перемежая свою гневную речь на языке майя испанскими словами и фразами.</p>
     <p>— Он говорит, что женщины — это зло, — перевел его сын, как только жрец на минуту умолк. — Он говорит, что из-за женщин мужчины ссорятся, пускают в ход нолей и убивают друг друга. Где женщины — там беды и божий гнев. Они сводят с божьего пути и направляют человека к гибели. Он говорит, что женщина — извечный враг бога и мужчины. Она всегда стоит между мужчиной и богом. Он говорит, что женщина всегда заглушает поступь бога и мешает мужчине приблизиться к нему. Он говорит, что эта женщина должна уйти отсюда.</p>
     <p>Френсис, внутренне давясь от смеха, только присвистнул в знак одобрения этой гневной диатрибы, а Генри сказал:</p>
     <p>— Будьте умницей, Леонсия! Вы слышите, что говорят индейцы про прекрасный пол. Значит, вам здесь не место. Ваше место в Калифорнии. Там женщины имеют право голоса.</p>
     <p>— Вся беда в том, что старик еще не забыл ту женщину, которая принесла ему столько горя в дни его молодости, — сказал Френсис и, повернувшись к пеону, добавил: — Попроси отца прочесть по узлам, сказано ли там, что женщине нельзя ступить на след Стопы бога?</p>
     <p>Тщетно дряхлый жрец перебирал священные узелки. Он не нашел в них ни малейшего возражения против участия женщины в экспедиции.</p>
     <p>— У него все перемешалось в голове — предания и события собственной жизни, — победоносно улыбнулся Френсис. — Так что, мне кажется, все почти в полном порядке, Леонсия, и вы можете остаться и перекусить с нами. Кофе уже готов. А потом…</p>
     <p>Но то, что должно было произойти потом, произошло сейчас. Не успели они усесться на землю и приняться за еду, как у Френсиса, приподнявшегося было, чтобы передать Леонсии тортильи <a l:href="#n_520" type="note">[520]</a>, пулей сбило с головы шляпу.</p>
     <p>— Эге! — сказал он, быстро садясь. — Вот это сюрприз!</p>
     <p>А ну-ка. Генри, погляди, кто там хотел подстрелить меня.</p>
     <p>В следующую минуту все, кроме старого индейца, подкрались к краю впадины и выглянули наружу. И вот что они увидели: со всех сторон к ним ползли какие-то люди в неописуемых одеяниях; судя по лицам и цвету кожи, они принадлежали не к одной определенной расе, а были помесью всех рас. Вся человеческая семья, по-видимому, участвовала в лепке их черт и окраске их кожи.</p>
     <p>— Ну и твари! Отроду не видывал таких, — воскликнул Френсис.</p>
     <p>— Это кару, — еле выдавил из себя пеон, всем видом своим изобличая страх.</p>
     <p>— А кто они такие, черт… — начал было Френсис, но тотчас спохватился: — Прошу прощения, скажи мне, во имя неба, кто они такие, эти кару?</p>
     <p>— Это дети дьявола, — отвечал пеон. — Они свирепее испанцев и страшнее майя. Мужчины у них не женятся, а девушки не выходят замуж. У них даже и жрецов-то нет. Они чертовы выродки, дети дьявола и даже еще хуже.</p>
     <p>Тут поднялся старый майя и ткнул пальцем в сторону Леонсии, как бы говоря этим обвиняющим жестом: «Вот, она — причина нашего несчастья!» В ту же минуту пуля задела его плечо, и он покачнулся.</p>
     <p>— Пригни его книзу! — крикнул Генри Френсису. — Ведь только он знает язык узлов, а глаза Чиа — или что бы там ни было — еще не вспыхнули.</p>
     <p>Френсис повиновался: он схватил старика за ноги и дернул вниз, — тот упал, точно мешок с костями.</p>
     <p>Генри же сорвал с плеча ружье и начал отстреливаться. В ответ посыпался град выстрелов. Через минуту к Генри присоединились Рикардо, Френсис и пеон. А старик, перебирая свои узелки, смотрел немигающим взглядом поверх впадины — туда, где торчал скалистый склон горы.</p>
     <p>— Остановитесь! — воскликнул Френсис, но возглас его потонул в грохоте стрельбы.</p>
     <p>Ему пришлось ползком пробираться от одного к другому, чтобы заставить своих спутников прекратить огонь. И каждому в отдельности он объяснял, что все их боеприпасы находятся на мулах и надо беречь патроны, еще оставшиеся в магазинах и в обоймах.</p>
     <p>— Да смотрите, чтобы они не попали в вас, — предупреждал всех Генри. — У них старинные мушкеты и аркебузы, которые могут проделать в вас дыру величиной с обеденную тарелку.</p>
     <p>Через час была выпущена последняя пуля, если не считать несколько зарядов, остававшихся в пистолете-автомате Френсиса, после чего те, кто сидел в углублении, прекратили огонь, несмотря на беспорядочную стрельбу кару. Хосе Манчено первым догадался, в чем дело. Он осторожно подполз к краю ямы, чтобы удостовериться в правильности своих предположений, и знаком дал понять своим, что у осажденных вышли все патроны и, следовательно, их можно взять голыми руками.</p>
     <p>— Недурно мы вас поймали, сеньоры, — злорадно заявил он оборонявшимся; слова его сопровождались хохотом кару, окруживших яму.</p>
     <p>Но то, что произошло в следующую минуту, было столь же внезапно и неожиданно, как это бывает в театре, когда меняются картины. Кару вдруг повернулись и с криками ужаса бросились бежать. Бежали они в такой панике и смятении, что многие даже побросали свои мушкеты и мачете.</p>
     <p>— А все-таки я уложу тебя, сеньор Сарыч, — любезно крикнул Френсис вслед Манчено, наводя на него пистолет.</p>
     <p>Он прицелился было в бандита, но передумал и не спустил курка.</p>
     <p>— У меня осталось всего три патрона, — как бы извиняясь, пояснил он Генри. — А в этой стране нельзя знать заранее, когда больше всего могут пригодиться три патрона, «как я заметил явно, явно», — пропел он.</p>
     <p>— Смотрите! — крикнул пеон, указывая на своего отца, а затем на видневшуюся вдали гору. — Вот почему они удрали. Они поняли, что святыни майя грозят им гибелью.</p>
     <p>Старый жрец в экстазе, вернее в трансе, перебирал узлы священной кисти и не отрываясь смотрел на далекую гору, на склоне которой, один подле другого, то и дело вспыхивали два ярких огонька.</p>
     <p>— Такую штуку кто угодно может устроить с помощью двух зеркал, — иронически заметил Генри.</p>
     <p>— Это глаза Чиа, это глаза Чиа, — повторял пеон. — Вы же слышали, что сказал мой отец. Он прочитал по узлам: «Там, где след от Стопы бога, жди, пока не вспыхнут глаза Чиа».</p>
     <p>Старик поднялся и не своим голосом возопил:</p>
     <p>— «Чтобы найти сокровище, нужно найти глаза!»</p>
     <p>— Хорошо, старик, — успокоительно сказал Генри и с помощью своего маленького карманного компаса засек местонахождение двух огней.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Да у него, видно, компас в голове, — заметил часом позже Генри, указывая на старого жреца, ехавшего на муле впереди всех. — Я проверяю его по компасу, и даже если какое-то естественное препятствие заставляет его сворачивать в сторону, он потом все равно выходит на верный путь, точно он — магнитная стрелка.</p>
     <p>Как только путешественники отъехали от Стопы бога, огоньки исчезли из виду. Поскольку местность была неровная, их можно было заметить, по-видимому, только оттуда. А местность, надо сказать, и в самом деле была неровная: высохшие русла речонок сменялись утесами, лес — песчаными дюнами и каменистым грунтом со следами вулканического пепла.</p>
     <p>Наконец, они добрались до такого места, где ехать верхом уже было нельзя: погонщиков вместе с мулами оставили на попечении Рикардо и велели ему разбить лагерь. Остальные двинулись дальше по крутому склону, поросшему кустарником, подтягивая друг друга и цепляясь за торчащие из земли корни. Старый индеец по-прежнему шел впереди и, казалось, забыл о присутствии Леонсии.</p>
     <p>Они прошли еще с полмили, как вдруг старик резко остановился и отпрянул назад, точно его укусила змея. А случилось вот что: Френсис расхохотался, и по скалам, передразнивая его, прокатилось гулкое нестройное эхо. Последний жрец племени майя поспешно пробежал пальцами по узлам, выбрал один из шнуров, дважды перебрал его узлы и объявил:</p>
     <p>— «Когда боги смеются, берегись!» — так говорят узлы.</p>
     <p>Добрых четверть часа Френсис и Генри смеялись и кричали на разные голоса, пытаясь убедить старого жреца, что это всего лишь эхо.</p>
     <p>Через полчаса путники дошли до отлогих песчаных дюн. И снова старик отпрянул назад. Каждый шаг по песку вызывал целую какофонию звуков. Люди замирали на месте — и все замирало вокруг. Но стоило сделать хотя бы шаг, и песок снова начинал петь.</p>
     <p>— «Когда боги смеются, берегись!» — предостерегающе воскликнул старик.</p>
     <p>Он начертил пальцем круг на песке, и, пока он чертил, песок выл и визжал; затем старик опустился на колени, — песок взревел и затрубил. Пеон, по примеру отца, тоже вступил в грохочущий круг, внутри которого старик указательным пальцем выводил какие-то каббалистические фигуры и знаки, — и при этом песок выл и визжал.</p>
     <p>Леонсия, до смерти напуганная всем этим, прильнула к Генри и Френсису. Даже Френсис был ошеломлен.</p>
     <p>— Эхо, конечно, гулкое, — сказал он. — Но ведь тут не только эхо. Ничего не понимаю! Говоря по совести, это начинает действовать мне на нервы.</p>
     <p>— Вздор! — возразил Генри и пошевелил песок ногой: послышался рев. — Это поющий песок. Мне доводилось видеть такой на Кауайе, одном из Гавайских островов, — дивное место для туристов, уверяю вас. Только здесь песок лучше и куда голосистее. Ученые придумали десяток мудреных теорий, объясняющих это явление. Я слышал, что оно наблюдается и в других местах земного шара. В таких случаях нужно брать в руку компас и, следуя ему, пересекать пески. Эти пески хоть и лают, но, к счастью, не кусаются.</p>
     <p>Однако жреца невозможно было уговорить выйти из начертанного им круга; единственное, чего достигли Морганы, — это что старик перестал молиться и в ярости накинулся на них, бормоча непонятные слова на языке майя.</p>
     <p>— Он говорит, — перевел его сын, — что мы просто совершаем святотатство, даже песок вопит от возмущения. Он не пойдет дальше: он боится подойти к страшному обиталищу Чиа. И я тоже не пойду: мой дед погиб там, это знают все майя. Отец говорит, что не хочет там умереть. Он говорит: «Мне еще не так много лет, чтоб умирать».</p>
     <p>— Ну да, всего-навсего восемьдесят! — расхохотался Френсис и тотчас испуганно вздрогнул от колдовских раскатов пересмешника-эхо, подхваченных песчаными дюнами.</p>
     <p>— Слишком молод, чтобы умирать! А как насчет вас, Леонсия? Вам тоже еще рановато желать смерти?</p>
     <p>— Ну-ка, ответь за меня, — шуткой откликнулась она и слегка пошевелила ногой песок, заставив его издать звук, похожий на вздох укоризны. — Как раз наоборот, я слишком стара, чтобы умирать от страха только потому, что скалы смеются, а дюны лают на нас. Пойдемте-ка лучше вперед. Мы ведь теперь совсем уже близко от этих огоньков. А старик пускай сидит себе в своем кругу и ждет нашего возвращения.</p>
     <p>Она выпустила их руки и пошла вперед, а Френсис и Генри последовали за ней. Как только они двинулись, дюны зароптали, а та, что была ближе к ним и осыпалась по склонам, — взревела и загрохотала. К счастью для них, как они вскоре убедились, Френсис запасся мотком тонкой, но крепкой веревки.</p>
     <p>Перейдя через пески, они попали в такое место, где эхо было еще сильнее. Их крики отчетливо повторялись по шесть и даже восемь раз.</p>
     <p>— Фу ты черт рогатый! — воскликнул Генри. — Не удивительно, что туземцы побаиваются таких мест!</p>
     <p>— А помните, у Марка Твена описан человек, который собирал коллекцию эхо? — спросил Френсис.</p>
     <p>— Первый раз слышу. Но майя безусловно могли бы собрать здесь недурную коллекцию. Умно придумали, где спрятать сокровище! Место это, несомненно, искони считалось священным — даже еще когда и испанцев здесь не было. Древние жрецы знали причину этих явлений, но пастве своей говорили о них как о величайших тайнах, о чем-то сверхъестественном.</p>
     <p>Через несколько минут они вышли на открытое ровное место, над которым низко нависала растрескавшаяся скала; дальше они пошли уже не гуськом, а все трое рядом. Земля вокруг была покрыта корой — такой сухой и каменистой, что невозможно было представить себе, будто где-то растут деревья и зеленеет трава. Леонсия, оживленная и веселая, не желая обижать ни одного из мужчин, схватила их обоих за руки и пустилась вместе с ними бегом. Не успели они пробежать и пяти шагов, как случилась беда. Кора дала трещину, и оба — Генри и Френсис — разом провалились выше колен, а вслед за ними провалилась и Леонсия, почти так же глубоко.</p>
     <p>— Фу ты черт рогатый! — пробормотал Генри. — Да тут и в самом деле вотчина дьявола!</p>
     <p>Слова эти, произнесенные шепотом, были тотчас подхвачены окружающими скалами, которые на все лады — тоже шепотом — принялись повторять их без конца.</p>
     <p>Леонсия и ее спутники не сразу уразумели всю опасность своего положения. Лишь когда после тщетных попыток выбраться они погрузились по пояс и стали погружаться еще глубже, мужчины поняли, чем это им грозит. Леонсия же продолжала смеяться, точно с ними приключилось забавное происшествие.</p>
     <p>— Зыбучие пески! — с ужасом прошептал Френсис.</p>
     <p>— Зыбучие пески! — с ужасом ответили дюны, без конца повторяя это замирающим жутким шепотом, как будто злорадно разбалтывая какую-то новость.</p>
     <p>— Тут впадина, засыпанная зыбучими песками, — догадался Генри.</p>
     <p>— А, видно, старикан был все-таки прав, оставшись там, на поющих песках, — сказал Френсис.</p>
     <p>Жуткий шепот возобновился, и отголоски его еще долго звучали, замирая вдали.</p>
     <p>К этому времени все трое уже погрузились в песок по самую грудь и медленно продолжали погружаться.</p>
     <p>— Но должен же кто-то выйти из этой передряги живым! — воскликнул Генри.</p>
     <p>Даже не сговариваясь, молодые люди стали приподымать Леонсию, хотя усилия, которых им это стоило, и тяжесть ее тела заставляли их самих быстрее погружаться в песок. Когда Леонсия, вскарабкавшись к ним на плечи, наконец выбралась на поверхность, Френсис сказал, а эхо насмешливо повторило за ним:</p>
     <p>— Теперь, Леонсия, мы вас выбросим отсюда. По команде «вперед!» прыгайте и падайте плашмя на кору, — только постарайтесь сделать это полегче. Вы сразу начнете скользить по ней. И очень хорошо — только не останавливайтесь. Ползите вперед. Передвигайтесь на четвереньках, пока не доберетесь до твердой почвы. Что бы там ни было, не вставайте, пока не почувствуете твердой почвы под ногами. Генри, приготовились?</p>
     <p>И они стали раскачивать ее — вперед, назад, — хотя при каждом движении и погружались все глубже в песок; раскачав Леонсию в третий раз, Френсис крикнул: «Вперед», и они с Генри подбросили ее с таким расчетом, чтобы она упала на твердую почву.</p>
     <p>Леонсия в точности выполнила их указания и ползком, на четвереньках, добралась до скал.</p>
     <p>— Теперь давайте веревку! — крикнула она им.</p>
     <p>Но Френсис увяз уже настолько глубоко, что не был в состоянии снять веревочный круг, который он повесил себе на шею, пропустив под руку. Генри сделал это за него и, изловчившись, бросил конец веревки Леонсии, хотя при этом и погрузился в песок на такую же глубину, как и Френсис.</p>
     <p>Леонсия поймала веревку и потащила к себе, потом обвязала ее вокруг камня величиной с автомашину и крикнула Генри, чтобы он подтягивался. Но из этой затеи ничего не вышло: Генри только еще глубже погрузился в песок; его засосало уже до подбородка, как вдруг Леонсия крикнула, вызвав в воздухе настоящий бедлам:</p>
     <p>— Подождите! Перестаньте тянуть! Я что-то придумала! Кидайте мне всю веревку! Оставьте себе ровно столько, чтобы обвязаться под мышками.</p>
     <p>И, таща за собой веревку, она принялась карабкаться вверх по скале. На высоте сорока футов, в расщелине, росло сучковатое карликовое дерево, — тут Леонсия остановилась. Перекинув веревку через ствол, как если бы это был блок, она высвободила ее конец и обмотала его вокруг огромного тяжелого камня, нависшего над обрывом.</p>
     <p>— Молодец девушка! Правда, Генри? — воскликнул Френсис.</p>
     <p>Оба сразу поняли, что она задумала: все зависело только от того, удастся ли ей сдвинуть с места висевшую над обрывом глыбу и сбросить ее вниз. Прошло пять драгоценных минут, прежде чем Леонсия нашла толстый сук, достаточно крепкий, чтобы он мог служить ей домкратом. Спокойно, напрягая все силы, она стала толкать камень, а тем временем оба любимых ею человека все глубже погружались в песок. Наконец, ей удалось сбросить глыбу.</p>
     <p>Падая, глыба с такой силой дернула веревку, что из груди Генри, внезапно сжатой тугой петлей, вырвался невольный стон. Его медленно вытягивало из зыбкой пучины нехотя выпускавших его песков, которые с громким причмокиванием смыкались за ним. Достигнув поверхности, он стремительно взлетел на воздух, перемахнул через полосу хрупкой коры и упал на твердую землю, прямо под деревом, а глыба прокатилась и замерла рядом с ним.</p>
     <p>Когда конец веревки был брошен Френсису, зыбучие пески засосали его уже по самую шею. Очутившись рядом с Генри и Леонсией на tierra firma <a l:href="#n_521" type="note">[521]</a>, он показал кулак зыбучим пескам, из которых едва вырвался, и со смехом принялся глумиться над ними. Генри с Леонсией вторили ему. А в ответ мириады духов глумились над ними, и весь воздух наполнился шуршаньем и шепотом, звучавшим злой издевкой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава четырнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Не за миллион же миль Стопа бога от этих двух огней, — заметил Генри, когда они втроем остановились перевести дух у подножия высокой отвесной скалы. — Ведь если б огни были где-то дальше, мы бы их не увидели: их заслоняла бы от нас эта громадная скала. Но лезть на нее невозможно, а чтобы обойти — понадобится уйма времени. Поэтому давайте прежде обследуем все здесь. По-моему, огоньки вспыхивали где-то поблизости.</p>
     <p>— А не мог ли это делать кто-нибудь с помощью зеркала? — предположила Леонсия.</p>
     <p>— Нет, скорей всего это какое-то явление природы, — ответил Френсис. — Я теперь уверовал в ее чудеса, после этих лающих песков.</p>
     <p>Леонсия, случайно взглянув вверх на скалу, так и замерла.</p>
     <p>— Смотрите! — воскликнула она.</p>
     <p>Генри и Френсис тоже подняли головы. То, что они увидели, была уже не вспышка, а ровный, немигающий свет, который слепил глаза, как солнце. Мужчины тотчас стали пробираться к подножию скалы. Судя по густоте зелени, здесь много лет не ступала нога человека. Тяжело дыша, они выбрались, наконец, на открытое место, где сравнительно недавний обвал уничтожил всякую растительность.</p>
     <p>Леонсия захлопала в ладоши. Теперь источник света был уже виден всем. На высоте тридцати футов в скале сверкали два огромных глаза, каждый в целую сажень, покрытых каким-то блестящим белым веществом.</p>
     <p>— Глаза Чиа! — воскликнула Леонсия.</p>
     <p>Генри почесал затылок, припоминая что-то.</p>
     <p>— Мне кажется, я догадываюсь, из чего они сделаны, — молвил он. — Я никогда не видал их до сих пор, но слышал рассказы стариков. Это древний трюк индейцев племени майя. Ставлю свою долю клада против дырявой монеты в десять центов, Френсис, что могу сказать тебе, что собой представляет это вещество.</p>
     <p>— Принимаю! — отозвался Френсис. — Надо быть круглым дураком, чтобы не согласиться на такое пари, даже если спор идет о таблице умножения. Ведь можно выиграть миллионы, а риску всего десять центов! Да на таких условиях я готов поспорить, что дважды два — пять, авось каким-нибудь чудом я сумею доказать это. Так говори же, что это такое? Пари заключено.</p>
     <p>— Устрицы, — улыбнулся Генри. — Раковины устриц.</p>
     <p>Я имею в виду перламутровые раковины, конечно. Это перламутр, искусно уложенный в виде мозаики, вот и получилась сплошная отражающая поверхность. Если хочешь доказать, что я не прав, — полезай и посмотри сам.</p>
     <p>Посредине, немного ниже глаз, торчал треугольный выступ, похожий на гигантский нос. Он казался своеобразным наростом на лике скалы. Камень был неровный, и благодаря своей кошачьей ловкости Френсису удалось довольно быстро преодолеть те десять футов, которые отделяли его от основания выступа. Дальнейший путь вверх по его ребру был уже гораздо легче. Однако свалиться с высоты двадцати пяти футов и сломать себе руку или ногу — перспектива малоприятная в таком безлюдном месте, и Леонсия, невольно вызвав ревнивый блеск в глазах Генри, крикнула:</p>
     <p>— Ради бога, Френсис, будьте осторожней! Остановившись на вершине треугольника, Френсис осмотрел сначала один, потом другой глаз. Затем он вытащил свой охотничий нож и начал ковырять правый глаз.</p>
     <p>— Если б старый джентльмен был здесь, его б кондрашка хватила при виде такого святотатства, — заметил Генри.</p>
     <p>— Ты выиграл десять центов! — крикнул Френсис, бросая в протянутую руку Генри выковырянный им уголок глаза.</p>
     <p>Это был перламутр — плоский кусочек, часть мозаики, которой был выложен глаз.</p>
     <p>— Дыма без огня не бывает, — сказал Генри. — Неспроста выбрали майя это дикое место и вделали в скалу глаза Чиа.</p>
     <p>— Пожалуй, мы совершили ошибку, что оставили там старого джентльмена с его священными узелками, — сказал Френсис. — Узелки бы все объяснили нам и подсказали, что делать дальше.</p>
     <p>— Где есть глаза, там должен быть и нос, — вставила Леонсия.</p>
     <p>— Вот же он! — воскликнул Френсис. — Бог мой, да ведь я сейчас по нему лазил. Мы слишком близко стоим, на него надо смотреть издали. С расстояния в сто ярдов это, наверно, выглядит как гигантское лицо.</p>
     <p>Леонсия подошла к скале и ткнула ногой в кучу гнилых листьев и веток, занесенных сюда, по-видимому, тропическими мистралями.</p>
     <p>— В таком случае и рот должен быть, где ему положено, под носом, — сказала она с самым серьезным видом.</p>
     <p>В один миг Генри и Френсис ногами разбросали кучу и обнаружили отверстие в скале — правда, слишком маленькое, чтобы в него мог пролезть человек. Недавний обвал, должно быть, частично засыпал его. Откатив в сторону несколько камней и просунув в отверстие голову и плечи, Френсис посветил зажженной спичкой.</p>
     <p>— Берегитесь змей, — предупредила его Леонсия.</p>
     <p>Френсис буркнул что-то в знак признательности и сообщил:</p>
     <p>— Это искусственная пещера. Она высечена в скале, и притом весьма умело, насколько я могу судить. А черт! — Последнее относилось к спичке, которая обожгла ему пальцы. — Да тут не нужно никаких спичек! — с удивлением воскликнул он. — Это пещера с естественным освещением… свет проникает откуда-то сверху… настоящий дневной свет. Ну и молодцы же были эти древние майя. Не удивлюсь, если мы обнаружим тут лифт, горячую и холодную воду, паровое отопление и швейцара. Итак, прощайте!</p>
     <p>Френсис пролез в отверстие и исчез в глубине. Вскоре из пещеры послышался его голос:</p>
     <p>— Идите сюда! Здесь замечательно!</p>
     <p>— А вы еще не хотели брать меня с собой! — укоризненно сказала Леонсия, спустившись, в свою очередь, на ровный пол высеченной в скале пещеры; в таинственном сумеречном свете, проникавшем сюда, все было на редкость хорошо видно. — Сперва я помогла вам найти глаза, потом — рот. Если бы не я, вы сейчас скорей всего огибали бы скалу и ушли уже на полмили отсюда и с каждым шагом все больше удалялись бы от цели.</p>
     <p>— Но здесь пусто, хоть шаром покати! — через минуту добавила она.</p>
     <p>— Вполне понятно, — сказал Генри. — Ведь это только вестибюль! Не такие уж: глупцы были эти майя, чтобы прятать тут сокровище, за которым так упорно охотились конкистадоры. Я даже готов побиться об заклад, что мы так же далеки сейчас от места, где оно спрятано, как если б мы были в Сан-Антонио.</p>
     <p>Тут они увидели проход шириной футов в двенадцать-пятнадцать; о высоте его судить было трудно. Все трое прошли, как показалось Генри, шагов сорок. Коридор резко сузился, повернул под прямым углом направо, затем под прямым углом — налево, и они вошли в другую просторную пещеру.</p>
     <p>Таинственный дневной свет, просачивавшийся откуда-то сверху, по-прежнему освещал им дорогу. Внезапно Френсис, шедший впереди, резко остановился, так что Леонсия с Генри даже наскочили на него. Все трое встали в ряд — Леонсия посередине — и увидели прямо перед собой длинную шеренгу людей, давно умерших, но не превратившихся в прах.</p>
     <p>— Индейцы майя, должно быть, как и египтяне, знали секрет бальзамирования и сохранения мумий, — сказал Генри, бессознательно понижая голос до шепота перед шеренгой непогребенных мертвецов, которые стояли навытяжку, глядя на него, точно живые люди.</p>
     <p>Все были одеты как европейцы, и лица у всех отличались свойственной европейцам бесстрастностью. На них были одежды конкистадоров и английских пиратов, теперь уже почти истлевшие. Двое стояли в ржавых рыцарских доспехах с поднятыми забралами. У некоторых были пристегнуты к поясам шпаги и тесаки, а другие держали их в высохших руках; и у всех из-за поясов торчали рукоятки огромных кремневых пистолетов старинного образца.</p>
     <p>— Старик майя был прав, — прошептал Френсис. — Все, кто пытался проникнуть в тайник, украсили его преддверие своими останками и стоят теперь здесь как предостережение тем, кому вздумается сюда прийти. Посмотрите-ка! Ведь правда — настоящий испанец?! Наверняка бренчал на гитаре, так же как его отец и дед.</p>
     <p>— А вот этот — типичный девонширец, — тоже шепотом сказал Генри. — Ставлю дырявый десятицентовик против старинного медяка, что он был браконьером, подстрелившим оленя в заповедном лесу и бежавшим от королевского гнева на первом же корабле в испанскую колонию!</p>
     <p>— Бр-р-р-р!.. — Леонсия вздрогнула и прижалась к Френсису и Генри. — От этих святынь веет смертью и разной чертовщиной. Классическая месть! Те, кто собирался ограбить сокровищницу, обречены теперь вечно стоять на страже и охранять ее своим нетленным прахом.</p>
     <p>Дальше идти никому не хотелось. Эти фигуры покойников в старинных костюмах точно загипнотизировали их. Генри впал в мелодраматический тон.</p>
     <p>— Смотрите, в какое дикое, страшное место завела людей погоня за богатством с первых же дней завоевания Америки! — сказал он. — И хоть они не смогли унести сокровище, чутье безошибочно привело их к самому порогу. Снимаю перед вами шляпу, пираты и конкистадоры! Приветствую вас, смелые бродяги и разбойники! У вас был тонкий нюх: вы сумели учуять золото и были достаточно храбры, чтобы драться за него!</p>
     <p>— Ух! — произнес Френсис, увлекая за собой Генри и Леонсию сквозь строй древних искателей приключений. — Старик сэр Генри тоже должен быть где-то здесь во главе шеренги.</p>
     <p>Они прошли шагов тридцать, тут коридор делал еще один поворот. У самого конца двойного ряда мумий Генри вдруг остановил своих спутников и, указывая на одну из них, воскликнул:</p>
     <p>— Не знаю, как насчет сэра Генри, но Альварес Торрес перед вами!</p>
     <p>Действительно, мумия с узким темным лицом под испанским шлемом, в полуистлевшем средневековом испанском костюме и с большой испанской шпагой в коричневой высохшей руке была поразительно похожа на Альвареса Торреса, у которого было точно такое же узкое и темное лицо. Леонсия даже ахнула и, отпрянув назад, перекрестилась.</p>
     <p>Френсис передал ее на попечение Генри, сам же подошел к мертвецу, потрогал его щеки, лоб и губы и успокоительно рассмеялся:</p>
     <p>— Хотел бы я, чтобы Альварес Торрес оказался на месте этого рыцаря. Но, знаете, у меня нет ни малейшего сомнения в том, что он был предком Торреса, прежде чем занял место здесь, в почетном карауле возле сокровищ майя.</p>
     <p>Леонсия, вся дрожа, прошла мимо страшной мумии. В узком проходе стало совсем темно, и Генри, который шел впереди, все время зажигал спички.</p>
     <p>— Ого! — вдруг воскликнул он, после того как они прошли шагов двести. — Взгляните-ка на эту работу! Здорово обтесан камень!</p>
     <p>Здесь откуда-то сверху в проход струился сумеречный свет, позволявший видеть все и без спичек. Перед путешественниками была ниша, из которой наполовину торчал камень, по размеру точно соответствовавший ширине прохода. Очевидно, его поместили здесь с целью закрыть проход. Камень был тщательнейшим образом обтесан, грани его и углы точно совпадали с отверстием в стене.</p>
     <p>— Бьюсь об заклад, что именно здесь погиб отец старика майя! — воскликнул Френсис. — Он знал секрет механизма, поворачивающего камень, и, как видите, камень наполовину сдвинут…</p>
     <p>— Фу ты черт рогатый! — ругнулся Генри, перебивая его и указывая на пол, где валялись человеческие кости. — Вот что от него осталось! Он умер много позднее тех — иначе его бы тоже превратили в мумию. По всей вероятности, он был последним, кто приходил сюда до нас.</p>
     <p>— Старый жрец рассказывал, что его отец повел сюда людей из tierra caliente, — напомнила Леонсия.</p>
     <p>— И еще он сказал, — добавил Френсис, — что ни один из них не вернулся.</p>
     <p>Генри заметил череп и поднял его; вдруг он издал какое-то восклицание и зажег спичку, теперь и его спутники увидели находку. Череп был не только раскроен надвое ударом меча или мачете, — на затылке виднелась дырочка, свидетельствовавшая о том, что он был пробит пулей. Генри потряс череп — что-то задребезжало внутри; потряс его снова — и из черепа вывалилась сплющенная пуля. Френсис внимательно осмотрел ее.</p>
     <p>— Из седельного пистолета, — заключил он. — Порох был, видно, плохой или подмоченный: стреляли ведь наверняка в упор — здесь и нельзя иначе, — и все-таки пуля не прошла насквозь. А череп этот бесспорно принадлежал индейцу.</p>
     <p>Еще один поворот направо — и они вошли в небольшую, хорошо освещенную пещеру. Из окна, расположенного очень высоко и забранного продольными каменными брусьями в фут толщиной и почти такими же поперечными, в пещеру проникал тусклый дневной свет. Весь пол был усеян белыми человеческими костями. Судя по черепам, это были европейцы. Тут же валялись ружья, пистолеты, ножи, а кое-где и мачете.</p>
     <p>— Они дошли до самого порога тайника, — заметил Френсис, — а здесь, как видно, передрались из-за шкуры еще не убитого медведя. Очень жаль, что с нами нет старого индейца и он не может увидеть, что приключилось с его отцом.</p>
     <p>— А вдруг кто-нибудь остался в живых и удрал с добычей? — высказал предположение Генри. Но, оторвавшись от печального зрелища, какое являли собой разбросанные по полу кости, и оглядев пещеру, сам же и ответил: — Впрочем, нет, не может быть. Вы только посмотрите на эти драгоценные камни в глазах идола. Ведь это рубины, если я хоть что-нибудь смыслю.</p>
     <p>Френсис и Леонсия проследили за его взглядом и увидели огромную каменную статую женщины с раскрытым ртом, которая сидела, поджав ноги, и смотрела на них красными глазами. Рот ее был так велик, что все лицо казалось уродливым. Рядом с нею высился еще более безобразный и отвратительный идол-мужчина, изваянный, правда, в более героическом стиле. Одно ухо истукана было обычного размера, а другое столь же уродливо большое, как рот у богини.</p>
     <p>— Эта красотка, должно быть, и есть сама Чиа, — усмехнулся Генри. — А вот кто же этот ее лопоухий кавалер с зелеными глазами?</p>
     <p>— Ей-богу не знаю! — расхохотался Френсис, — Но зато знаю, что вместо глаз у этого лопоухого джентльмена самые большие изумруды, какие я когда-либо видел наяву или во сне. Каждый из них так велик, что тут не каратами пахнет. Такие камни можно встретить разве что в коронах царей, или это стекляшки.</p>
     <p>— Но два изумруда и два рубина, пусть даже самые огромные, — это, конечно, не все сокровище майя, — заметил Генри. — Мы переступили порог сокровищницы, только у нас нет ключа к ее ларцам…</p>
     <p>— А вот старик майя, который остался на поющих песках, наверно, нашел бы его по узелкам своей священной кисти, — сказала Леонсия. — Здесь, кроме этих двух идолов и костей на полу, ничего больше нет.</p>
     <p>С этими словами она подошла к статуе мужчины и принялась рассматривать его огромное ухо.</p>
     <p>— Не знаю, как насчет ключа, — заметила она, — но замочная скважина тут есть… — И она показала на отверстие в ухе.</p>
     <p>И в самом деле, в том месте, где обычно бывает ушная раковина, ухо состояло из сплошного камня; в нем было лишь маленькое отверстие, весьма напоминавшее замочную скважину. Тщетно Леонсия, Френсис и Генри ходили по пещере, выстукивая ее стены и пол, в поисках искусно скрытых проходов или замаскированных путей к хранилищу.</p>
     <p>— Кости обитателей tierra caliente, два идола, два громадных изумруда, два таких же рубина и мы сами — это все, что здесь есть, — подытожил Френсис. — Нам остается только вот что: во-первых, пойти назад, привести сюда Рикардо вместе с мулами и у входа в пещеру разбить лагерь; а во-вторых — доставить сюда старого джентльмена с его священными узелками, даже если нам придется тащить его на руках.</p>
     <p>— Ты подожди здесь с Леонсией, а я вернусь и приведу их, — вызвался Генри, после того как они, пройдя по длинным коридорам и миновав ряды мертвецов, вышли, наконец, из пещеры на яркий солнечный свет.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>А в это время на поющих песках пеон и его отец продолжали стоять на коленях в круге, начертанном стариком. Шел сильный тропический дождь, и пеон весь дрожал от холода, а старик как ни в чем не бывало продолжал молиться, не задумываясь над тем, выдержит ли его бренное тело такой дождь и такой ветер. Именно потому, что пеону было тревожно и не по себе, он и заметил то, что ускользнуло от внимания его отца. Сначала он увидел Альвареса Торреса и Хосе Манчено, вышедших из джунглей и крадучись пробиравшихся через пески. А затем увидел чудо. Чудо это состояло в том, что Торрес и Манчено преспокойно шагали по песку — и песок молчал. Когда они скрылись из виду, пеон боязливо дотронулся пальцем до песка, но никаких жутких звуков не последовало. Он ткнул пальцем глубже — все по-прежнему было тихо; и так же было тихо, даже когда он стал колотить по песку всей ладонью: ливень лишил песок голоса.</p>
     <p>Пеон тряхнул отца и, заставив его оторваться от своих молитв, объявил:</p>
     <p>— Песок больше не кричит. Он немой, как могила. Я своими глазами видел, как враг богатого гринго прошел по песку. А ведь он очень грешный человек, этот Альварес Торрес, и все-таки песок молчал. Песок умер. У него нет больше голоса. А там, где могут идти грешники, мы с тобой, старик, тоже можем пройти.</p>
     <p>Старый индеец дрожащим указательным пальцем принялся чертить в круге кабалистические знаки — песок не издал ни звука; он молчал, даже когда старик попытался чертить и за пределами круга. Песок отсырел, а пески могут петь, лишь когда их насквозь прокалит солнце. Пальцы старика забегали по узелкам священной кисти.</p>
     <p>— Тут сказано, — сообщил он, — что, когда песок перестает говорить, можно спокойно идти дальше. До сих пор я свято следовал всем велениям бога. Будем следовать им и впредь; а потому пойдем, сын мой.</p>
     <p>И они зашагали так быстро, что вскоре вышли из полосы песков и почти нагнали Торреса и Манчено, а сия достойная пара, завидя их, поспешила спрятаться в кусты. Пропустив старика с сыном вперед и держась на почтительном расстоянии, они двинулись за ними следом. Тем временем Генри, выбравший более короткий путь, разминулся как с первой, так и со второй парой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава пятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— И все-таки напрасно я остался в Панаме, это было ошибкой и проявлением слабости с моей стороны, — заметил Френсис Леонсии. Они сидели рядом на камнях у входа в пещеру, поджидая возвращения Генри.</p>
     <p>— Неужели нью-йоркская биржа так много для вас значит? — кокетливо поддразнивая его, спросила Леонсия. Но слова эти были лишь частично продиктованы кокетством: главное — Леонсии хотелось выиграть время. Она боялась оставаться наедине с этим человеком, которого любила такой удивительной и пугавшей ее любовью.</p>
     <p>Но Френсис не хотел ждать.</p>
     <p>— Я человек прямой, Леонсия. Я говорю то, что думаю, — прямо, коротко и открыто…</p>
     <p>— Ив этом вы отличаетесь от нас, испанцев, — прервала она его. — У нас самые простые мысли принято облекать в цветистые слова.</p>
     <p>Френсис настойчиво продолжал, как если бы она и не прерывала его:</p>
     <p>— Вот вы, Леонсия, как раз и принадлежите к числу таких хитрюг. Я говорю прямо и откровенно, как говорят мужчины. А вы хитрите и увиливаете, точно бабочка, избегающая сачка, — что, должен признать, свойственно женщинам, и мне следовало ожидать этого. И все-таки это несправедливо… по отношению ко мне. Я ведь прямо выкладываю вам, что у меня на сердце, и вы все отлично понимаете. А сами ничего не говорите мне о своих чувствах. Вы хитрите и изворачиваетесь. И я уже просто ничего не понимаю. Следовательно, вы ставите меня в невыгодное положение. Вы же знаете, что я люблю вас. Я вам откровенно в этом признался. А вы ответили что-нибудь?</p>
     <p>Леонсия сидела красная, опустив глаза, и не знала, что сказать.</p>
     <p>— Вот опять! — не унимался Френсис. — Вы мне не отвечаете! Вы держитесь со мной теплее и оттого кажетесь мне прелестнее и желаннее, чем когда-либо, и все-таки вы лукавите и ничего не говорите о своих чувствах и намерениях. Почему? Потому что вы женщина или потому что испанка?</p>
     <p>Его слова взволновали Леонсию до глубины души. С трудом владея собой, но внешне сохраняя, однако, полную невозмутимость, она спокойно посмотрела на него и так же спокойно произнесла:</p>
     <p>— Я могу быть англичанкой, американкой или кем угодно, но я умею прямо смотреть на вещи и называть их своими именами. — Она помолчала, хладнокровно обдумывая, что сказать дальше, и столь же хладнокровно продолжала: — Вы сетуете на то, что вы вот сказали мне о своей любви, а я молчу. Сейчас я все вам объясню, — и вполне откровенно. Я люблю вас…</p>
     <p>Он протянул к ней руки, но она оттолкнула его.</p>
     <p>— Подождите! — повелительно сказала она, — Кто же из нас ведет себя как женщина… или как испанка? Я ведь еще не кончила. Я люблю вас. И я горжусь тем, что люблю вас. Но это не все. Вы спросили меня о моих чувствах и намерениях. На вопрос о чувствах я ответила. А что касается намерений, то вот вам мой ответ: я собираюсь выйти замуж: за Генри.</p>
     <p>Такая англосаксонская прямолинейность положительно ошеломила Френсиса, и он с трудом выдавил:</p>
     <p>— Но, ради бога, объясните почему?</p>
     <p>— Потому что я люблю Генри, — ответила она, смело глядя ему в глаза.</p>
     <p>— Но вы же… вы же говорите, что любите меня, — дрожащим голосом произнес он.</p>
     <p>— Вас я тоже люблю. Я люблю вас обоих. И я вовсе не такая уж дурная женщина — по крайней мере так мне всегда казалось. И до сих пор так кажется, хоть разум и подсказывает мне, что добродетельная женщина не может любить одновременно двух мужчин. Ну и ладно. Значит, я дурная, — такая уж я родилась, ничего не поделаешь.</p>
     <p>Она помолчала, но Френсис все еще не мог произнести ни слова.</p>
     <p>— Ну, так кто же из нас ведет себя как англосакс? — спросила она с легкой улыбкой, не то бросая ему вызов, не то забавляясь его замешательством. — Я сказала вам, не хитря и не увиливая, о своих чувствах и намерениях.</p>
     <p>— Но это нелепо! — горячо запротестовал он. — Не можете же вы, любя меня, выйти замуж за Генри!</p>
     <p>— По-видимому, вы меня не поняли, — с упреком сказала Леонсия. — Я собираюсь выйти замуж за Генри. Я люблю вас. И Генри тоже люблю. Но не могу же я выйти замуж за вас обоих! Это не разрешается законом. А потому я выйду замуж только за одного из вас. И я остановила свой выбор на Генри.</p>
     <p>— Тогда почему… почему же вы уговаривали меня остаться? — спросил он.</p>
     <p>— Потому что я люблю вас. Я ведь уже сказала вам!</p>
     <p>— Если вы будете повторять это, я с ума сойду! — воскликнул Френсис.</p>
     <p>— Мне самой подчас кажется, что я схожу с ума, — сказала она. — Если вы считаете, что мне легко сохранять англосаксонскую выдержку, то ошибаетесь. Зато ни один англосакс, даже вы, которого я так люблю, не может презирать меня за то, что я таю в душе какие-то постыдные чувства. Мне представляется куда менее постыдным сказать об этом вам напрямик. Если, по-вашему, это качество англосаксов — что ж, считайте так. Или, быть может, это качество испанцев или что-то чисто женское, присущее лично мне, как представительнице семьи Солано, — мне все равно, считайте как хотите, ибо — да! — я испанка, я женщина… И я представительница испанской семьи Солано, хоть и не жестикулирую, когда говорю, — шутливо закончила она после небольшой паузы.</p>
     <p>Френсис только собрался было что-то сказать, но Леонсия шикнула на него, и оба прислушались: в кустарнике раздался шорох — кто-то, видимо, приближался к ним.</p>
     <p>— Послушайте! — быстро прошептала она и умоляющим жестом дотронулась до его локтя. — Я буду в последний раз англосаксонкой и скажу вам все. А потом всегда буду хитрить и вилять, как это свойственно, по вашему мнению, испанкам, и мне в том числе. Итак, слушайте: я люблю Генри, это правда, сущая правда. Но вас я люблю больше, гораздо больше. Я выйду замуж за Генри… потому что люблю его и связана с ним клятвой. И все-таки вас я всегда буду любить больше.</p>
     <p>Прежде чем Френсис успел что-либо возразить, из кустарника, прямо на них, вышли старый жрец майя и его сын. Едва ли даже заметив Френсиса и Леонсию, жрец упал на колени и воскликнул по-испански:</p>
     <p>— Впервые глаза мои видят глаза Чиа! Он пробежал пальцами по узелкам священной кисти и стал молиться на языке майя. И если бы окружающие могли понять его, то они услышали бы следующее:</p>
     <p>— О бессмертная Чиа, великая супруга божественного Хцатцла, создавшего все сущее из небытия! О бессмертная супруга Хцатцла! Ты, которая есть мать злаков, божественная сердцевина прорастающего зерна, богиня дождя и оплодотворяющих солнечных лучей! Ты, которая питаешь семена, корни и плоды, необходимые для поддержания жизни человека! О славная Чиа, чей рот повелевает уху Хцатцла! Тебе смиренно возносит молитву твой жрец! Будь снисходительна ко мне и всемилостива. Выдай из твоего рта золотой ключ, открывающий ухо Хцатцла. Дозволь твоему верному жрецу добраться до сокровища Хцатцла… Не для себя прошу, о богиня, а для сына моего, которого спас гринго. Твои дети — племя майя — исчезают с земли. Им теперь уже не нужны сокровища. Я твой последний жрец. Вместе со мной умрет и то, что людям известно о тебе и о твоем великом супруге, чье имя я произношу лишь шепотом, пав ниц. Услышь меня, о Чиа, услышь меня! Я пал перед тобою ниц!</p>
     <p>Целых пять минут старый жрец лежал, распростершись на камне, содрогаясь и корчась, точно эпилептик, а Леонсия и Френсис с любопытством смотрели на него, невольно захваченные торжественностью молитвы, хоть она и была им непонятна.</p>
     <p>Не дожидаясь Генри, Френсис снова вошел в пещеру.</p>
     <p>Он и Леонсия шли впереди, показывая старому жрецу дорогу. А старик, не переставая перебирать свои узелки и что-то шептать про себя, следовал за ними, тогда, как пеон, остался на страже у входа. Когда они подошли к мумиям, жрец благоговейно остановился — не столько из-за мумий, сколько из-за священных узелков.</p>
     <p>— Тут вот что сказано, — важно молвил он, выбирая одно из усеянных узелками волокон. — Это были злые люди, разбойники. Их удел — вечно додать у порога пещеры, где скрыта тайна племени майя.</p>
     <p>Френсис поскорее провел старика мимо груды костей его отца и ввел во вторую пещеру, где старый майя сразу же распростерся перед двумя идолами и долго и горячо молился. Потом он внимательно осмотрел узелки священной кисти и сообщил Френсису с Леонсией то, что прочел, на языке майя. Френсис знаком показал, что они ничего не поняли. Тогда старик повторил на ломаном испанском языке:</p>
     <p>— «Изо рта Чиа в ухо Хцатцла» — так говорят узлы.</p>
     <p>Френсис выслушал эту загадочную фразу, заглянул в темную глубину рта богини, сунул острие своего охотничьего ножа в замочную скважину, видневшуюся в огромном ухе бога, постучал по камню рукояткой ножа и заявил, что статуя полая. Потом он вернулся к статуе Чиа и, постучав по ней ножом, убедился, что она тоже полая. Но тут старый майя пробормотал:</p>
     <p>— «Ноги Чиа покоятся на пустоте».</p>
     <p>Френсис, заинтересовавшись этим, заставил старика проверить свои слова по узелкам.</p>
     <p>— Ноги у нее действительно большие, — рассмеялась Леонсия, — но под ними крепкий каменный пол, а вовсе не пустота.</p>
     <p>Френсис толкнул богиню рукой, — оказалось, что она легко сдвигается с места. Обхватив ее, он рывками стал ее передвигать.</p>
     <p>— «Для тех, кто силен и бесстрашен, ноги Чиа сдвинутся с места», — прочел жрец. — Но дальше три узла говорят: «Берегись! Берегись! Берегись!»</p>
     <p>— Ну, будем надеяться, что эта пустота, какая там она ни есть, не укусит меня, — рассмеялся Френсис, выпуская из своих объятий богиню, которую ему удалось сдвинуть на добрый ярд. — Итак, старушенция, постой здесь немножко или посиди, отдохни. Ведь ноги у тебя, наверно, порядком устали: попробуй-ка опираться столько столетий на пустоту!</p>
     <p>Возглас Леонсии заставил Френсиса взглянуть на то место, где только что стояла Чиа. Шагнув назад, он едва не упал в яму, которую до сих пор прикрывали ноги богини. Оказалось, что в скале выдолблено круглое отверстие диаметром в целый ярд. Тщетно пытался Френсис определить глубину ямы, бросая вниз зажженные спички: они падали и, не достигнув дна, гасли на лету.</p>
     <p>— В самом деле похоже, что тут бездонная пропасть, — заметил Френсис, бросая вниз камешек.</p>
     <p>Прошло несколько секунд, прежде чем они услышали, как он стукнулся обо что-то.</p>
     <p>— Но ведь и это, возможно, еще не дно, — заметила Леонсия. — Камень мог удариться о какой-нибудь боковой выступ скалы и даже мог там остаться.</p>
     <p>— Ну, уж вот это штука даст нам точный ответ, — сказал Френсис и, схватив старинный мушкет, валявшийся среди костей на полу, хотел было бросить его вниз.</p>
     <p>Но старик остановил его:</p>
     <p>— Священные узлы говорят: «Кто посягнет на священную пустоту под ногами Чиа, умрет скорой и страшной смертью».</p>
     <p>— А я вовсе и не намерен посягать на священную пустоту, — усмехнулся Френсис, отбрасывая мушкет. — Но что же нам теперь делать, старик? Легко сказать: «Изо рта Чиа в ухо Хцатцла», — а как это выполнить? Проведи-ка, старина, пальцами по своим священным узелкам и узнай, как и что.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>А для сына жреца — пеона с израненными коленями — пробил последний час. Сам того не подозревая, он в тот день последний раз видел восход солнца. Что бы ни случилось в этот день, какие бы усилия он ни делал для того, чтобы избежать своей Судьбы, этому дню предстояло быть последним в его жизни. Останься он на страже у входа в пещеру, его, несомненно, убили бы Торрес и Манчено, шедшие за ним чуть ли не по пятам.</p>
     <p>Но, вместо того чтобы стоять на страже, боязливый и осторожный пеон решил сделать вылазку и посмотреть, нет ли поблизости каких-нибудь врагов. Так он избег смерти при свете дня под открытым небом. Но стрелки часов его жизни передвигались, и предуготованный ему конец был не дальше от него и не ближе, чем судила Судьба.</p>
     <p>Пока он обследовал окрестности, Альварес Торрес и Хосе Манчено достигли входа в пещеру. Огромные глаза Чиа, выложенные перламутром на каменном лике скалы, оказались слишком большим испытанием для суеверного кару.</p>
     <p>— Ты иди туда, — сказал он Торресу, — а я останусь здесь сторожить, чтобы никто не вошел.</p>
     <p>И Торрес, в ком текла кровь его предка, честно выстоявшего столетия в ряду мумий, вошел в пещеру майя столь же храбро, как некогда его предок.</p>
     <p>Едва он скрылся из виду, как Хосе Манчено, не побоявшийся бы предательски убить любого человека, но чрезвычайно боявшийся невидимого мира, сокрытого за непонятными для него явлениями, забыл свой долг часового и телохранителя и поспешно скользнул в кусты. Тем временем пеон, убедившись, что вокруг нет злоумышленников, и горя желанием узнать от отца тайны майя, вернулся на свое прежнее место. Здесь он тоже никого не обнаружил и вошел в пещеру, не зная, что следует по пятам за Торресом.</p>
     <p>А тот продвигался тихо и осторожно, из боязни открыть свое присутствие тем, кого он выслеживал. Да еще он задержался в пещере, пораженный парадом мертвецов. Он с любопытством принялся рассматривать этих людей, которые вошли в историю и для которых история остановилась здесь, в преддверии святилища майя. Особенно заинтересовала Торреса мумия, замыкавшая ряд. Ее сходство с ним самим было слишком заметно, чтобы не броситься ему в глаза, и он сразу догадался, что это его дальний предок.</p>
     <p>Он все еще в раздумье смотрел на мертвеца, как вдруг услышал звук шагов и оглянулся, ища, куда бы спрятаться. Тут дьявольская мысль пришла ему на ум. Сняв шлем с головы своего предка, он надел его себе на голову, потом закутался в его прогнивший плащ, вооружился огромной шпагой и натянул ботфорты с отворотами, которые едва не развалились при этом. Затем он бережно, чуть ли не с нежностью, положил голую мумию на спину, позади других мумий — туда, где сумрак сгущался до сплошной черноты. Проделав все это, он занял место покойника, замыкавшего ряд, положил руку на эфес шпаги и замер в той же позе, в какой стоял его предок.</p>
     <p>Подвижными оставались только его глаза, следившие за пеоном, который медленно и боязливо продвигался между двойным рядом мертвецов. Поравнявшись с Торресом, пеон вдруг остановился и, широко раскрыв от ужаса глаза, забормотал одну за другой молитвы майя. Торресу, перед которым он стоял, не оставалось ничего другого, как слушать с закрытыми глазами и догадываться о том, что происходит. Услышав, что пеон пошел дальше, Торрес покосился в его сторону: пеон как раз остановился, не решаясь завернуть в узкий проход. Обрадовавшись удобному моменту, Торрес занес шпагу, готовясь нанести удар, который раскроил бы череп пеона.</p>
     <p>Но, хотя это был и день и час, предопределенный Судьбою для смерти пеона, последняя секунда его жизни еще не истекла. Не тут, среди двойного ряда мертвецов, и не от руки Торреса суждено ему было умереть, ибо Торрес придержал руку и медленно опустил оружие, а пеон пошел дальше и скрылся за поворотом. Вскоре он нагнал своего отца, Леонсию и Френсиса, — последний как раз просил жреца вторично справиться по узелкам, как и чем можно открыть ухо Хцатцла.</p>
     <p>— Просунь руку в рот Чиа и вытащи ключ, — приказал старик, своему боязливому сыну, и тот с явной неохотой повиновался ему.</p>
     <p>— Да не укусит же она тебя, она ведь каменная! — со смехом сказал ему Френсис по-испански.</p>
     <p>— Боги майя никогда не бывают каменными, — с упреком заметил ему старик. — Они кажутся каменными, но на самом деле они живые, всегда были живыми и под камнем и сквозь камень вечно осуществляют свою неизменную волю.</p>
     <p>Леонсия, вздрогнув, отшатнулась от жреца и, взяв Френсиса под руку, прижалась к нему, словно ища у него защиты.</p>
     <p>— Что-то ужасное должно случиться — у меня такое предчувствие, — вырвалось у нее. — Не нравится мне это место в недрах горы, среди мертвецов. Я люблю синее небо, ласковое солнце, безбрежное море. Что-то ужасное должно случиться здесь с нами. У меня такое предчувствие — что-то должно случиться.</p>
     <p>Френсис принялся успокаивать ее, а часы жизни пеона отстукивали уже последние секунды. И когда, призвав на помощь всю свою храбрость, он сунул руку в рот богини, последняя секунда его жизни истекла и смертный час его пробил. С криком ужаса он выдернул руку и уставился на свое запястье, где, как раз над артерией, алела капелька крови. Пятнистая головка змеи высунулась изо рта богини, точно насмешливый язычок, и снова спряталась в темной впадине.</p>
     <p>— Ехидна! — закричала Леонсия, распознав змею.</p>
     <p>Пеон, который тоже распознал змею и понял, что его ждет неминуемая смерть, в ужасе попятился, оступился и полетел прямо в пропасть, которую столько веков прикрывали ноги Чиа.</p>
     <p>Целую минуту все молчали, потом старый жрец прошептал:</p>
     <p>— Я разгневал Чиа, и она убила моего сына.</p>
     <p>— Не верьте вы этому, — заметил Френсис, стремясь успокоить Леонсию. — Все это вполне естественно и объяснимо. Ну что тут удивительного, если змея поселилась в расщелине? Это часто бывает. И что тут удивительного, если человек, укушенный ехидной, отпрянул назад? И, наконец, что же удивительного, если он оступился и упал в яму, находившуюся позади него…</p>
     <p>— Тогда и в этом нет ничего удивительного? — воскликнула Леонсия, указывая на струю прозрачной воды, забулькавшую над отверстием и вскоре забившую из него фонтаном. — Старик прав. Даже сам камень служит богам орудием для выполнения их неизменной воли. Жрец предупреждал нас. Он ведь прочел об этом по своим священным узелкам.</p>
     <p>— Вздор! — фыркнул Френсис. — Никакая это не воля богов, а всего лишь воля древних жрецов майя, которые изобрели и своих богов и эту штуковину. Где-то глубоко внизу тело пеона ударило по рычагу, открывшему каменные шлюзы. И забил подземный источник. Вот откуда эта вода. Богинь с таким чудовищным ртом не бывает, их могли измыслить лишь люди с поистине чудовищным воображением. Настоящая же богиня должна быть прекрасна, ибо красота и божество неотделимы друг от друга. Только человек способен выдумать демонов во всем их безобразии.</p>
     <p>Вода хлестала из ямы с такой силой, что уже доходила им почти до щиколоток.</p>
     <p>— Ничего страшного, — сказал Френсис. — Я заметил, что на протяжении всего пути пол в пещерах и проходах — покатый. Эти древние индейцы были хорошими инженерами и все предусмотрели для стока. Видите, как вода бежит по галерее в направлении выхода. А ну, старина, прочти-ка по своим узелкам, где сокровище?</p>
     <p>— Где мой сын? — спросил вместо ответа старик глухим, полным отчаяния голосом. — Чиа убила моего единственного сына. Ради его матери я нарушил закон майя и запятнал чистую кровь майя нечистой кровью женщины из tierre caliente. Ведь я согрешил ради того, чтобы он появился на свет, и потому он мне трижды дорог. Какое мне теперь дело до сокровища? Нет у меня больше сына. Гнев богов майя обрушился на меня.</p>
     <p>С ревом, клокотанием и бульканием, указывающими на большое давление снизу, вода по-прежнему била фонтаном вверх. Леонсия первая заметила, что уровень воды в пещере повысился.</p>
     <p>— Вода уже почти дошла мне до колен, — сказала она Френсису.</p>
     <p>— Пора выбираться отсюда, — согласился он, поняв всю серьезность положения. — Сток, возможно, и был хорошо рассчитан, но обвал, очевидно, преградил выход воде. В других галереях, идущих под уклон, воды, конечно, еще больше, чем здесь. Однако и здесь уровень ее достаточно высок. А другой дороги наружу нет. Пошли!</p>
     <p>Подтолкнув Леонсию, чтобы она шла вперед, он схватил за руку подавленного горем жреца и потащил за собой. Там, где галерея поворачивала под прямым углом, вода доходила им до колен. А в пещере, где стояли мумии, они оказались уже по пояс в воде.</p>
     <p>И тут из воды перед остолбеневшей Леонсией поднялась голова в шлеме и задрапированное в старинный плащ тело. Но это еще не удивило бы Леонсию, ибо и все другие мумии тоже упали, сбитые бурлящими водами. Эта же мумия двигалась, прерывисто дыша, она живыми глазами смотрела в глаза Леонсии.</p>
     <p>Это было уже слишком необычное зрелище для обычного человека: перед Леонсией был воин, который умер четыреста лет назад и теперь умирал вторично смертью утопленника! Леонсия вскрикнула, рванулась было вперед и почти тут же стремглав помчалась обратно в пещеру; Френсис, пораженный не менее Леонсии, отступил и вытащил пистолет-автомат. Но в эту минуту покойник, нащупав, наконец, пол под ногами, вынырнул из быстрого потока, встал на ноги и закричал:</p>
     <p>— Не стреляйте! Это я, Торрес! Я был сейчас у входа в пещеру. Что-то случилось. Там не пройти. Вода стоит выше головы — даже входа не видно. Слышно, как падают камни.</p>
     <p>— Ну, так сюда ты тоже не пройдешь, — сказал Френсис, наводя на него пистолет.</p>
     <p>— Сейчас не время ссориться, — возразил Торрес. — Надо прежде всего спасать жизнь, а поссориться мы всегда успеем, если в этом будет необходимость.</p>
     <p>Френсис заколебался.</p>
     <p>— А что с Леонсией? — спросил хитрый Торрес, — Я видел, как она побежала назад. С ней ничего не может случиться?</p>
     <p>Помиловав Торреса, Френсис направился обратно в пещеру идолов, таща за собой старика. Следом за ним шел Торрес. Леонсия снова закричала от ужаса.</p>
     <p>— Не бойтесь, это Торрес, — успокоил ее Френсис. — Я сам до чертиков перепугался, когда увидел его. Но он такой же живой человек, как и все мы. Если его пырнуть ножом, из него потечет кровь. А ну, старина! Мы вовсе не хотим потонуть здесь, как крысы. Еще не все тайны майя раскрыты. Читай по узелкам и выводи нас отсюда!</p>
     <p>— Путь лежит не наружу, а внутрь, — дрожащим голосом пробормотал жрец.</p>
     <p>— Нам все равно, лишь бы как-нибудь выбраться отсюда. Но как же попасть внутрь?</p>
     <p>— Изо рта Чиа в ухо Хцатцла, — был ответ.</p>
     <p>Френсиса вдруг осенила страшная, чудовищная мысль.</p>
     <p>— Торрес, — сказал он, — во рту этой каменной леди есть ключ или что-то в этом роде. Вы ближе всех к ней стоите. Суньте туда руку и достаньте его.</p>
     <p>Леонсия подавила возглас ужаса, догадавшись о том, какого рода месть задумал Френсис. Но Торрес не заметил этого и весело направился к богине со словами:</p>
     <p>— Только рад быть вам полезен.</p>
     <p>Однако чувство порядочности не позволило Френсису довести дело до конца.</p>
     <p>— Стой! — резко приказал он и сам кинулся к идолу.</p>
     <p>И Торрес, сначала в недоумении посмотревший на него, вскоре понял, чего он избежал. Френсис несколько раз выстрелил из пистолета в каменный рот богини, в то время как старый жрец стонал: «Святотатство!» Затем, обернув курткой руку до плеча, он залез богине в рот и за хвост вытащил оттуда раненую змею. Несколько быстрых взмахов — и он размозжил ей голову о бок идола.</p>
     <p>Обернув снова руку и плечо курткой, на случай если там окажется вторая змея, Френсис опять полез в рот богини и вытащил оттуда тщательно отполированный брусочек золота, по форме и размеру соответствовавший отверстию в ухе Хцатцла. Старик указал на ухо, и Френсис вложил так называемый ключ в скважину.</p>
     <p>— Совсем как в автомате, — заметил он, когда брусочек провалился в отверстие, — Ну, что-то теперь будет? Следите за водой — она, наверно, сразу схлынет.</p>
     <p>Но вода продолжала хлестать вовсю. Вдруг Торрес издал какое-то восклицание и указал на стену, от которой отделилась огромная глыба и медленно поползла вверх.</p>
     <p>— Вот он — выход! — крикнул Торрес.</p>
     <p>— Вход, как сказал старик, — поправил его Френсис. — Ну, что бы там ни было, пойдемте.</p>
     <p>Они прошли сквозь стену и довольно далеко углубились по узкому проходу, как вдруг старик майя с криком: «Мой сын!» — повернулся и бросился назад.</p>
     <p>Поднявшаяся часть стены уже опускалась на свое место, и жрец лишь с трудом прополз под нею на животе. Еще миг — и стена заняла прежнее положение. И так точно были пригнаны составлявшие ее камни, что она тотчас перекрыла поток, хлынувший из пещеры идолов.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Снаружи, если не считать небольшого ручейка, вытекавшего из-под скалы, не было никаких признаков того, что творится внутри. Генри и Рикардо, подойдя ко входу в пещеру, заметили ручей, и Генри сказал:</p>
     <p>— Это что-то новое. Воды тут не было, когда я уходил.</p>
     <p>Минуту спустя он увидел свежий обвал.</p>
     <p>— Здесь был вход в пещеру, — сказал он. — Теперь его нет. Интересно, куда же все девались?</p>
     <p>И точно в ответ на его слова, пенящийся поток вынес из недр горы тело человека. Генри и Рикардо кинулись к нему и вытащили его из воды. Узнав в нем старого жреца, Генри положил его лицом вниз, опустился рядом с ним на колени и принялся откачивать, как откачивают утопленников.</p>
     <p>Прошло добрых десять минут, прежде чем старик стал проявлять признаки жизни, и еще столько же, прежде чем он открыл глаза и дико осмотрелся вокруг.</p>
     <p>— Где они? — спросил Генри.</p>
     <p>Старый жрец забормотал что-то на языке майя, но Генри встряхнул его и заставил прийти в себя.</p>
     <p>— Нет, никого нет… — пояснил он по-испански.</p>
     <p>— Кого нет? — спросил Генри, тряхнул его еще раз, чтобы вернуть ему память, и снова повторил свой вопрос.</p>
     <p>— Моего сына. Чиа убила его. Чиа убила моего сына, она убила их всех.</p>
     <p>— Кого это всех? Пришлось снова трясти старика и снова повторять вопрос.</p>
     <p>— Богатого молодого гринго, который был другом моему сыну, врага богатого молодого гринго, которого звали Торресом, и молодую женщину из семьи Солано, из-за которой все случилось. Я предупреждал вас. Она не должна была идти с нами. Женщины всегда навлекают проклятия на дела мужчин. Она прогневала богиню — ведь Чиа тоже женщина. Язык Чиа — ядовитая змея. И своим языком Чиа убила моего сына. И гора обрушила на нас целый океан. И все погибли. Всех убила Чиа. Горе мне! Я прогневил богов. Горе мне! Горе мне! И горе всем, кто будет искать священное сокровище, чтобы похитить его у богов майя!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава шестнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Генри и Рикардо, стоя между вытекавшим из скалы потоком и грудой обвалившихся камней, наскоро пытались разобраться в случившемся. А рядом, распростершись на земле, вздыхал и молился последний жрец майя. Генри принялся тормошить и трясти старика, чтобы хоть немного прояснить его сознание, но добился лишь сбивчивого лепета о том, что произошло в пещере.</p>
     <p>— Змея укусила только его сына, и только он один упал в эту дыру, — с надеждой в голосе сказал Генри.</p>
     <p>— Совершенно верно, — подтвердил Рикардо. — Остальные лишь вымокли как следует. Ничего более страшного, судя по его словам, с ними не произошло.</p>
     <p>— И вполне возможно, что они сейчас сидят в какой-нибудь пещере, куда не достигает вода, — продолжал свою мысль Генри. — Вот если бы нам удалось расчистить вход в пещеру и дать сток воде! Если они живы, они могут продержаться еще немало дней — ведь быстрая смерть наступает прежде всего от недостатка воды, а у них ее, конечно, больше чем нужно. Без пищи же можно обойтись довольно долго. Но вот что меня удивляет: каким образом очутился там Торрес?</p>
     <p>— Интересно, не по его ли милости напали на нас кару? — заметил Рикардо.</p>
     <p>Но Генри не стал в это вдаваться.</p>
     <p>— Может быть, но нам сейчас не до этого. Надо прежде всего придумать, как проникнуть внутрь горы, чтобы спасти их, если они еще живы. Мы с тобой и за месяц не разберем такой груды камней. Если бы нас было человек пятьдесят, то, работая в две смены, днем и ночью, мы могли бы откопать пещеру суток за двое. Таким образом, главное для нас сейчас — достать людей. Этим мы и должны прежде всего заняться. Я сейчас сяду на мула и отправлюсь к этим кару: пообещаю им всю чековую книжку Френсиса, если они придут сюда помочь нам. Если же ничего не выйдет, я поеду в Сан-Антонио и наберу там людей. Итак, этим займусь я. Тем временем ты расчисти тропу и приведи сюда всех пеонов с мулами, продовольствием и лагерным оборудованием. Да, смотри, прислушивайся, не раздастся ли стука в горе: они ведь могут перестукиванием дать нам о себе знать.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Итак, Генри направил своего мула в деревню кару — к великому неудовольствию мула и не менее великому изумлению кару, внезапно увидевших в своей твердыне врагов — точнее, одного врага, — да еще из числа тех, кого совсем недавно они пытались уничтожить. Они сидели на корточках возле своих хижин и лениво грелись на солнце, скрывая под сонной апатией удивление, которое точно иголками покалывало их и побуждало вскочить на ноги. Как всегда, отвага белого человека смутила дикарей-метисов и лишила их способности действовать. Неторопливо ворочая мозгами, они пришли к выводу, что только у человека на голову выше всех остальных, доблестного и наделенного таким могуществом, какое им и не снилось, могло хватить смелости въехать в многолюдное вражеское селение на усталом и строптивом муле.</p>
     <p>Они говорили на ломаном испанском языке, так что Генри понимал их, и они, в свою очередь, понимали его испанскую речь: однако его рассказ о несчастье, приключившемся в священной горе, не произвел на них никакого впечатления. Они выслушали с бесстрастными лицами его просьбу отправиться на помощь потерпевшим и обещание хорошо за это заплатить и только равнодушно пожали плечами.</p>
     <p>— Если гора проглотила ваших гринго, значит, на то воля бога. А кто мы такие, чтобы препятствовать его воле? — отвечали они. — Мы люди бедные, но мы работать ни на кого не будем и тем более идти против бога не хотим. Ведь во всем, что случилось, виноваты сами гринго. Это не их страна. И нечего им лазить по нашим горам. Пусть сами теперь и выпутываются из беды, коли бог разгневался на них, а у нас и без того забот хватает — одни непокорные жены чего стоят.</p>
     <p>Час сиесты давно миновал, когда Генри, успев сменить уже двух мулов, на третьем, самом строптивом, въехал в еще сонный Сан-Антонио. На главной улице, на полпути между судом и тюрьмой, он увидел начальника полиции и маленького толстого судью, следом за которыми шагали человек десять жандармов-конвоиров и двое несчастных пеонов, бежавших с плантации в Сантосе. Генри остановил мула и стал излагать судье и начальнику полиции свою просьбу о помощи. Пока он говорил, начальник полиции незаметно подмигнул судье — своему судье, своему ставленнику, который был предан ему телом и душой.</p>
     <p>— Да, конечно, мы вам поможем, — сказал начальник полиции, потягиваясь и зевая.</p>
     <p>— Когда же вы можете дать мне людей? — нетерпеливо спросил Генри.</p>
     <p>— Что до этого, то мы сейчас очень заняты, — с ленивой наглостью заявил начальник полиции. — Разве не так, достопочтенный судья?</p>
     <p>— Да, мы очень заняты, — подтвердил тот, зевая прямо в лицо Генри.</p>
     <p>— И будем заняты еще некоторое время, — продолжал начальник полиции. — Мы очень сожалеем, но ни завтра, ни послезавтра не сможем даже и подумать о том, чтобы оказать вам помощь. А вот немного позже…</p>
     <p>— Скажем, к рождеству, — вставил судья.</p>
     <p>— Да, да, к рождеству, — подтвердил начальник полиции, отвешивая галантный поклон. — Зайдите к нам около рождества, и если к тому времени дел у нас будет поменьше, быть может, мы и подумаем о том, чтобы снарядить такую экспедицию. А пока всего хорошего, сеньор Морган.</p>
     <p>— Вы это серьезно? — спросил Генри с перекошенным от гнева лицом.</p>
     <p>— Вот такое же, небось, было у него лицо, когда он нанес предательский удар в спину сеньору Альфаро Солано, — со зловещим видом изрек начальник полиции.</p>
     <p>Генри пропустил это оскорбление мимо ушей, — он думал о другом.</p>
     <p>— Я скажу вам, кто вы есть! — вскипел он, охваченный справедливым негодованием.</p>
     <p>— Берегитесь! — предупредил его судья.</p>
     <p>— Плевать мне на вас! — бросил Генри. — Вы ничего не можете со мной сделать. Меня помиловал сам президент Панамы. А вы — вы жалкие ублюдки, не люди, а свиньи, даже не поймешь кто!</p>
     <p>— Прошу вас продолжайте, сеньор, — сказал начальник полиции, скрывая под изысканной вежливостью свое бешенство.</p>
     <p>— Вы не обладаете ни одной из доблестей испанцев или караибов, зато пороки обеих рас у вас в изобилии. Свиньи вы — вот вы кто!</p>
     <p>— Вы все сказали, сеньор? Все до конца? — вкрадчиво осведомился начальник полиции и подал знак жандармам; те набросились сзади на Генри и обезоружили его.</p>
     <p>— Даже сам президент Панамы не может помиловать преступника, еще не совершившего преступления. Правильно, судья? — спросил начальник полиции.</p>
     <p>— А это новое преступление! — с готовностью подхватил судья, с полуслова поняв намек начальника полиции. — Этот пес-гринго оскорбил закон.</p>
     <p>— Тогда мы будем судить его, и судить немедленно, не сходя с места. Не будем возвращаться в суд и снова открывать заседание — к чему себя утруждать. Будем судить его здесь, вынесем приговор и пойдем дальше. У меня есть дома бутылочка доброго вина…</p>
     <p>— Я не любитель вина, — поспешил судья отклонить предложение. — Мне бы лучше мескаля. А пока что, поскольку я и свидетель и жертва оскорбления и поскольку надобности в дальнейших показаниях, помимо тех, какими я располагаю, нет, я признаю обвиняемого виновным. Какое наказание предложили бы вы, сеньор Мариано Веркара-и-Ихос?</p>
     <p>— Сутки в колодках, чтобы охладить чересчур горячую голову этого гринго, — ответствовал начальник полиции.</p>
     <p>— Такой приговор мы ему и вынесем, — объявил судья. — И он вступает в силу немедленно. Уведите заключенного, жандармы, и посадите его в колодки.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Рассвет застал Генри в колодках, в которых он провел уже целых двенадцать часов. Он лежал на спине и спал. Но сон его был тревожен: его мучили кошмары, он видел своих друзей, заточенных в недрах горы, ум его терзали заботы, а тело — укусы бесчисленных москитов. Итак, ворочаясь, извиваясь и отмахиваясь от крылатых мучителей, он, наконец, проснулся. А проснувшись, сразу вспомнил, какая с ним приключилась беда, и начал ругать себя на чем свет стоит. Раздраженный превыше меры тысячами ядовитых москитных укусов, он изрыгал такие проклятия, что привлек внимание прохожего, который шел мимо, неся ящик с инструментами. Это был стройный молодой человек с орлиным носом, одетый в военную форму летчика Соединенных Штатов. Он подошел к Генри, остановился возле него, послушал и с любопытством и восхищением принялся его разглядывать.</p>
     <p>— Дружище, — сказал он, когда Генри на минуту умолк, чтобы перевести дух. — Прошлой ночью, когда я сам застрял здесь, оставив на борту добрую половину оборудования для палатки, я тоже устроил хорошую руготню. Но это был детский лепет по сравнению с вашей. Я восхищен вами, сэр. Вы обставите любого армейца. А теперь, если не возражаете, не могли бы вы повторить все сначала, чтобы я мог взять это на вооружение и пустить в ход, когда мне потребуются крепкие словечки?</p>
     <p>— А кто вы, черт побери, такой? — спросил его Генри. — И какого черта вы тут околачиваетесь?</p>
     <p>— Не смею обижаться на вас сэр, — с улыбкой сказал летчик. — Когда у человека такая распухшая физиономия, он имеет полное право быть невежливым. Кто это вас так разукрасил? Ну, а что до меня, то у черта я еще не утвердился в правах, а вот здесь, на земле, известен как Парсонс, лейтенант Парсонс. В аду я пока тоже еще ничего не делаю, а в Панаме я затем, чтобы за сегодняшний день совершить перелет от Атлантического океана до Тихого. Не могу ли я быть вам чем-нибудь полезен, прежде чем отправлюсь в путь?</p>
     <p>— Конечно, можете — воскликнул Генри. — Достаньте-ка из вашего ящика какой-нибудь инструмент и сбейте замок с моих колодок. Я получу ревматизм, если мне придется еще просидеть здесь. Фамилия моя Морган, и никто меня не избивал, — это все укусы москитов.</p>
     <p>Несколькими ударами гаечного ключа лейтенант Парсонс сбил с колодок старый замок и помог Генри подняться. Растирая затекшие ноги, Генри наскоро рассказал летчику о том, в какую беду попали Леонсия и Френсис и сколь трагично все это может для них кончиться.</p>
     <p>— Я люблю этого Френсиса, — сказал он в заключение. — Он точная моя копия. Мы похожи друг на друга, как двое близнецов, — должно быть, мы все-таки дальние родственники. Что же до сеньориты, то я не только люблю ее, но и собираюсь на ней жениться. Итак, готовы вы нам помочь? Где ваш аэроплан? Пешком или на муле добираться до горы майя очень долго, но если вы подбросите меня на своей машине, то это займет совсем немного времени. А если вы мне еще достанете сотню шашек динамита, то я смогу взорвать скалу в том месте, где был обвал, и выпущу воду из пещеры.</p>
     <p>Лейтенант Парсонс медлил.</p>
     <p>— Скажите «да»! Скажите же! — молил его Генри.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>А тем временем, как только камень, закрывавший вход в пещеру идолов, стал на свое место, трое пленников, застрявших в сердце священной горы, сразу очутились в полной тьме. Френсис и Леонсия ощупью нашли друг друга и взялись за руки. Еще миг — и он обнял ее, и сладость этого объятия наполовину смягчила обуявший их ужас. Они слышали, как Торрес тяжело дышит рядом. Наконец, он пробормотал:</p>
     <p>— О матерь божья, вот это называется быть на волосок от смерти! Еле ноги унесли. Что-то с нами дальше будет?</p>
     <p>— Дальше будет еще много всяких страстей, прежде чем мы выберемся из этой дыры, — заверил его Френсис. — А выбраться все-таки надо — и чем скорее, тем лучше.</p>
     <p>Порядок продвижения был быстро установлен. Френсис пошел вперед, нащупывая левой рукой стену; за ним следовала Леонсия, которой он велел покрепче ухватиться за его куртку. А Торрес шел с ним рядом, держась рукой за другую стену. Они все время переговаривались, чтобы не отставать и не опережать друг друга и главное — не разминуться, свернув в боковую галерею. К счастью, пол в туннеле (ибо это был самый настоящий туннель) оказался ровный, так что они хоть и шли ощупью, но не спотыкались. Френсис решил не зажигать спичек, пока в этом не будет крайней необходимости, и, чтобы не свалиться в какой-нибудь колодец или яму, осторожно выставлял вперед сначала одну ногу и, только удостоверившись, что ступил на твердый грунт, переносил на нее всю тяжесть тела. В результате продвигались они медленно, делая не более полумили в час.</p>
     <p>Только раз на всем пути им встретилось такое место, где туннель разветвлялся на две галереи. Тут Френсис зажег драгоценную спичку, вынув ее из водонепроницаемого коробка, и увидел, что обе галереи совершенно одинаковы. Какую же из них выбрать, по какой пойти?</p>
     <p>— Придется сделать так, — сказал Френсис. — Пойдем по этой галерее. И если она нас никуда не приведет, вернемся к отправной точке и пойдем по другой. В одном можно быть твердо уверенным: эти галереи, безусловно, куда-нибудь ведут, иначе майя не трудились бы их прокладывать.</p>
     <p>Через десять минут Френсис вдруг остановился: под ногой, которую он занес вперед, была пустота. Он предостерегающе крикнул: «Стоп!» — и зажег вторую спичку. Оказалось, что он и его спутники стоят у входа в естественную пещеру таких размеров, что при слабом свете спички ни вправо, ни влево, ни наверху, ни в глубине не видно было стен. Все же они успели разглядеть грубое подобие лестницы естественного происхождения, лишь слегка подправленной человеческими руками, которая вела куда-то вниз, в кромешную тьму.</p>
     <p>А часом позже, спустившись по ступенькам и пройдя довольно большое расстояние по пещере, смелые путешественники вдруг увидели впереди проблеск дневного света, который становился все ярче по мере их продвижения. Источник света оказался куда ближе, чем они думали, и очень скоро Френсис, раздвинув ветки дикого винограда и густой кустарник, вылез прямо на открытое место, залитое ослепительным послеполуденным солнцем. В одну секунду Леонсия и Торрес оказались с ним рядом; внизу под ними расстилалась долина, которая хорошо была видна из этого орлиного гнезда. Долина была почти круглая, не меньше лиги в диаметре, — высокие горы и крутые скалы, точно стены, окружали ее.</p>
     <p>— Это Долина Затерянных Душ, — торжественно провозгласил Торрес. — Я не раз слышал о ней, но никогда не верил в ее существование.</p>
     <p>— Я тоже слышала и тоже никогда не верила, — вырвалось у Леонсии.</p>
     <p>— Ну, так что же? — отозвался Френсис. — Мы ведь не затерянные души, а люди во плоти и крови. Чего же нам бояться?</p>
     <p>— Видите ли, Френсис, — сказала Леонсия, — судя по тем рассказам, которые я слышала еще девочкой, ни один человек, раз попав сюда, не выходил обратно.</p>
     <p>— Предположим, что это так, — со снисходительной улыбкой заметил Френсис, — как же тогда выбрались отсюда те, кто об этом рассказывал? Если никто никогда не возвращался, откуда же стало известно об этом месте?</p>
     <p>— Право, не знаю, — призналась Леонсия. — Я передаю то, что слышала. К тому же я никогда в это не верила. Но только уж очень все здесь соответствует описанию таинственной долины.</p>
     <p>— Никто никогда не возвращался отсюда, — все так же торжественно подтвердил Торрес.</p>
     <p>— В таком случае, откуда вы знаете, что кто-то сюда заходил? — настаивал Френсис.</p>
     <p>— Здесь живут Затерянные Души, — ответил Торрес. — Мы потому никогда и не видели их, что никто отсюда не выходил. Я вам вот что скажу, мистер Френсис Морган: не такой уж я глупый человек. Я получил образование. Я учился в Европе и вел дела в вашем родном Нью-Йорке. Я изучал разные науки, философию. И тем не менее верю, что, кто однажды попал в эту долину, никогда уже отсюда не выйдет.</p>
     <p>— Но ведь мы же еще не там! — Френсис явно начинал терять терпение. — И нам вовсе не обязательно спускаться в долину, правда? — Он подполз к самому краю выступа, усеянного камнями и комьями земли, чтобы получше рассмотреть какой-то предмет, привлекший его внимание. — Держу пари, что это хижина с соломенной крышей…</p>
     <p>В тот же миг край выступа, за который он держался, осыпался, и вся площадка, где они стояли, рухнула. Френсис, Торрес и Леонсия покатилась по крутому склону, увлекая за собой лавину земли, гравия и дерна.</p>
     <p>Мужчины первыми встали на ноги возле густых зарослей кустарника, которые и задержали их; они кинулись было к Леонсии, но она уже тоже была на ногах и громко смеялась.</p>
     <p>— А вы-то говорили, что нам вовсе не обязательно спускаться в долину! — с хохотом сказала она Френсису. — Ну, что же вы сейчас скажете?</p>
     <p>Но Френсису было не до нее. Он потянулся и схватил на лету предмет, показавшийся ему знакомым, который, подскакивая, катился вслед за ними по крутому склону. Это был шлем Торреса, похищенный в пещере, где стояли мумии; и Френсис передал его испанцу.</p>
     <p>— Бросьте вы его, — сказала Леонсия.</p>
     <p>— Это моя единственная защита от солнца, — возразил Торрес, вертя шлем в руках. Вдруг он заметил какую-то надпись на внутренней стороне и показал ее своим спутникам, прочитав вслух: «Да Васко».</p>
     <p>— Я слышала о нем, — заметила Леонсия.</p>
     <p>— Правильно, должны были слышать, — подтвердил Торрес. — Да Васко был моим предком по прямой линии. Моя мать — урожденная да Васко. Он прибыл в испанские колонии с Кортесом <a l:href="#n_522" type="note">[522]</a>.</p>
     <p>— А когда прибыл, взбунтовался и поднял восстание, — продолжала начатый им рассказ Леонсия. — Я хорошо это помню: мне говорили об этом отец и дядя Альфаро. Вместе с двенадцатью товарищами он отправился на поиски сокровища майя. За ними следовало целое племя прибрежных караибов — человек сто мужчин и, наверно, столько же женщин. Кортес послал за ними погоню — отряд под предводительством некоего Мендозы; в докладе его, который лежит в архивах, — так рассказывал мне дядя Альфаро, — говорится, что их загнали в Долину Затерянных Душ, где и оставили погибать жалкой смертью.</p>
     <p>— И да Васко, по-видимому, пытался выбраться отсюда тем путем, каким шли мы, — закончил Торрес, — а майя поймали его, убили и превратили в мумию.</p>
     <p>Он надвинул на лоб старинный шлем и сказал:</p>
     <p>— Хоть солнце и низко стоит на небе, но оно жжет мне голову, как кислота.</p>
     <p>— А мне желудок точно кислотой жакет от голода, — признался Френсис. — В этой долине кто-нибудь живет?</p>
     <p>— Право, не знаю, сеньор, — ответил Торрес. — Из донесения Мендозы известно только, что они оставили да Васко и его отряд погибать здесь жалкой смертью и никто на свете не видел больше ни его, ни его спутников. Вот все, что я знаю.</p>
     <p>— Похоже, что здесь можно найти чем подкормиться… — начал было Френсис, но тотчас перебил сам себя, увидев, что Леонсия срывает с куста какие-то ягоды. — Послушайте, Леонсия! Прекратите это сейчас же! И так у нас полно забот, а тут еще возись с отравившейся красавицей.</p>
     <p>— Они совершенно безвредны, — сказала она, спокойно продолжая есть ягоды. — Вы же видите — их клевали птицы.</p>
     <p>— В таком случае прошу прощения и присоединяюсь к вам, — воскликнул Френсис, напихивая рот сочными ягодами. — А если бы мне удалось поймать птиц, которые ими лакомились, я бы их тоже съел.</p>
     <p>К тому времени, когда они несколько утолили муки голода, солнце было уже совсем низко, и Торрес снял с головы шлем да Васко.</p>
     <p>— Придется здесь заночевать, — сказал он. — Я оставил свои ботинки в пещере с мумиями, а старые ботфорты да Васко потерял, пока плавал. Мои ноги все изранены, но тут много сухой травы, из которой я могу сплести сандалии.</p>
     <p>Пока Торрес мастерил себе обувь, Френсис развел костер и собрал большую кучу хвороста, чтобы поддерживать огонь, ибо, несмотря на близость к экватору, в горах на такой высоте ночью бывает холодно. Френсис еще не кончил собирать хворост, а Леонсия, свернувшись в клубочек и положив голову на согнутую руку, уже спала крепким сном. Тогда он сгреб в кучу мох и сухие листья и заботливо подложил их под бок Леонсии, куда не достигало тепло от костра.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава семнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Долина Затерянных Душ. Рассвет. Большой дом посреди деревни, где обитает племя Затерянных Душ. Дом этот внушительных размеров: восемьдесят футов в длину, сорок в ширину и тридцать в высоту, глинобитный, с двускатной соломенной крышей. Из дома с трудом выходит жрец Солнца — древний старик, еле держащийся на ногах; на нем длинный хитон из грубого домотканого холста, на ногах сандалии; старое, сморщенное лицо индейца несколько напоминает лица древних конкистадоров. На голове у него забавная золотая шапочка, увенчанная полукругом из полированных золотых лучей. Это, несомненно, должно изображать восходящее солнце.</p>
     <p>Старец проковылял через поляну к большому полому бревну, висевшему между двумя столбами, покрытыми изображениями животных и разными знаками. Взглянув на восток, уже алевший от зари, и убедившись, что не опоздал, жрец поднял палку с мягким шариком на конце и ударил по бревну. Как ни слаб был старик и как ни легок его удар, полое бревно загудело и загрохотало, точно далекий гром.</p>
     <p>Жрец продолжал размеренно ударять по бревну — и из всех хижин, окружавших Большой дом, уже спешили к нему Затерянные Души. Мужчины и женщины, старые и молодые, с детьми и грудными младенцами на руках, — все явились на зов и обступили жреца Солнца. Трудно было представить себе более архаическое зрелище в двадцатом веке. Это были, несомненно, индейцы, но лица многих носили на себе следы испанского происхождения. Иные казались самыми настоящими испанцами, другие — типичными индейцами. Большинство же представляло собой помесь этих двух рас. Однако еще более странной, чем лица, была их одежда — мало чем примечательная у женщин, одетых в скромные длинные хитоны из домотканого холста, и весьма примечательная у мужчин, чей наряд из той же ткани был комичным подражанием костюмам, какие носили в Испании во времена первого путешествия Колумба <a l:href="#n_523" type="note">[523]</a>. Некрасивые и угрюмые были эти мужчины и женщины, что часто наблюдается у племен, где приняты браки между родственниками, — словно отсутствие притока свежей крови лишает их жизнерадостности. Отпечаток вырождения лежал на всех — на юношах и на девушках, на детях и даже на грудных младенцах — на всех, за исключением двоих: девочки лет десяти, с живым, сообразительным личиком, выделявшимся, точно яркий цветок, среди тупых физиономий Затерянных Душ; и старого жреца Солнца, со столь же незаурядным лицом — хитрым, коварным, умным.</p>
     <p>Пока жрец бил по гулкому бревну, все племя выстроилось полукругом, повернувшись лицом на восток. Едва только диск солнца показался над горизонтом, жрец приветствовал его на своеобразном староиспанском языке и трижды поклонился ему до земли, а все остальные пали ниц. Когда же солнце полностью вышло из-за горизонта и засияло на небе, все племя, по знаку жреца, поднялось и запело радостный гимн. Церемония была окончена, и народ уже собирался расходиться, как вдруг жрец заметил струйку дыма на другой стороне долины. Он указал на нее нескольким юношам.</p>
     <p>— Этот дым поднимается из Запретного Места Ужаса, куда не разрешено ступать никому из нашего племени. Это, верно, какой-нибудь дьявол, посланный врагами, которые вот уже сколько веков тщетно разыскивают наше убежище. Его нельзя выпускать живым — он выдаст нас. А враги эти могущественны, и они непременно нас уничтожат. Ступайте убейте его, чтобы нас потом не убили!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Около костра, в который всю ночь подбрасывали хворост, спали Леонсия, Френсис и Торрес, — последний в своих новых, сплетенных из травы сандалиях и в шлеме да Васко, низко надвинутом на лоб, чтобы не простудиться от росы. Леонсия проснулась первой; и столь необычайно было представшее ей зрелище, что она решила сначала разглядеть все как следует из-под полуопущенных ресниц. Три человека из странного племени Затерянных Душ стояли, натянув тетивы: они явно собирались выпустить свои стрелы в нее и ее спутников, но вид спящего Торреса так поразил их, что они замерли, в нерешительности переглянулись, опустили луки и покачали головой, как бы говоря, что отказываются его убивать. Потом подползли к Торресу, присели на корточки и стали разглядывать его лицо, а в особенности шлем, который чем-то их заинтересовал.</p>
     <p>Не меняя позы, Леонсия незаметно толкнула Френсиса ногой в плечо. Он проснулся и тихонько сел, однако это движение привлекло внимание незнакомцев, и они в доказательство своих мирных намерений сложили луки к его ногам и протянули ладони, показывая, что они разоружились.</p>
     <p>— Доброе утро, веселые незнакомцы! — крикнул им Френсис по-английски; но они лишь покачали головой.</p>
     <p>Слова Френсиса разбудили Торреса.</p>
     <p>— Это, должно быть, и есть Затерянные Души, — шепнула Леонсия Френсису.</p>
     <p>— Или местные агенты по продаже земельных участков, — с улыбкой шепнул он в ответ. — Как бы то ни было, долина населена. Торрес, кто такие эти ваши друзья? По тому, как они на вас смотрят, можно подумать, что это ваши родственники.</p>
     <p>Тем временем Затерянные Души отошли в сторонку и тихими, шипящими голосами стали о чем-то переговариваться.</p>
     <p>— Язык у них походе на испанский, только странный какой-то, — заметил Френсис.</p>
     <p>— Это просто средневековый испанский язык, вот и все, — подтвердила Леонсия.</p>
     <p>— На нем говорили конкистадоры, но теперь никто этот язык уже не помнит, — вставил Торрес. — Вот видите, я был прав. Затерянные Души с тех пор никогда не покидали долину.</p>
     <p>— Но замуж выходили и женились, как все, — иначе откуда появились бы эти три чучела? — сострил Френсис.</p>
     <p>К этому времени три чучела успели столковаться между собой и стали жестами приглашать незнакомцев следовать за ними в глубь долины.</p>
     <p>— Это, видно, добродушные и, в общем, неплохие ребята, хоть у них и унылые рожи, — сказал Френсис, намереваясь идти за ними. — Ох и мрачная же компания, нечего сказать! Они, верно, родились во время затмения луны, или у них перемерли все юные подружки, или приключилось что-нибудь еще более печальное.</p>
     <p>— А по-моему, именно такими и должны быть Затерянные Души, — заметила Леонсия.</p>
     <p>— М-да, если нам не суждено отсюда выбраться, то наши физиономии будут, пожалуй, куда мрачнее, — сказал Френсис. — Как бы то ни было, пока я очень надеюсь, что они ведут нас завтракать. Конечно, на худой конец можно есть и ягоды, но ведь ими не насытишься.</p>
     <p>Покорно следуя за своими проводниками, они через час пришли на поляну, где были жилища племени и Большой дом.</p>
     <p>— Это потомки участников экспедиции да Васко, перемешавшиеся с караибами, — авторитетно заявил Торрес, обведя взглядом лица собравшихся. — Достаточно посмотреть на них, чтобы убедиться в этом.</p>
     <p>— И они вернулись от христианской религии да Васко к древним языческим обрядам, — добавил Френсис. — Взгляните на алтарь: он каменный, и хотя в воздухе пахнет жареным барашком, это вовсе не завтрак для нас, а жертвоприношение.</p>
     <p>— Еще слава богу, что это барашек! — облегченно вздохнула Леонсия. — Ведь в старину поклонение Солнцу требовало человеческих жертв. А здесь у них самый настоящий культ Солнца. Посмотрите вон на того старика в длинном хитоне и золотой шапочке, увенчанной золотыми лучами. Это жрец Солнца. Дядя Альфаро много рассказывал мне об этом культе.</p>
     <p>Над алтарем, немного позади, возвышалось огромное металлическое изображение Солнца.</p>
     <p>— Золото, чистое золото! — прошептал Френсис. — Без всякой примеси. Взгляните на лучи: они очень большие и из чистого золота. Могу поклясться, что даже ребенок мог бы согнуть их как угодно и завязать узлом.</p>
     <p>— Боже милостивый! Да вы только посмотрите туда! — воскликнула Леонсия, указывая глазами на грубо высеченный каменный бюст, стоявший чуть пониже алтаря, по другую его сторону. — Это же лицо Торреса! Лицо той мумии, которую мы видели в пещере майя.</p>
     <p>— И там надпись… — Френсис подошел было поближе, чтобы прочесть ее, но тут же вынужден был отступить, повинуясь властному мановению жреца. — Написано: «Да Васко». Заметьте: на статуе такой же шлем, как и на Торресе… Слушайте! Да вы только взгляните на этого жреца! Ведь он похож на Торреса, как родной брат! Я никогда в жизни не представлял себе, что возможно такое сходство!</p>
     <p>Жрец, обозлившись, повелительным жестом заставил Френсиса умолкнуть и низко склонился над жарившейся жертвой. Словно знамение свыше, порыв ветра задул в эту минуту пламя под барашком.</p>
     <p>— Бог Солнца гневается, — мрачно провозгласил жрец; его своеобразный испанский язык, несмотря на всю свою архаичность, был, однако, понятен пришельцам. — Среди нас появились чужеземцы, и они до сих пор живы. Вот почему так разгневан бог Солнца. Говорите, юноши, приведшие чужеземцев к нашему алтарю: разве не повелел я вам убить их? А моими устами всегда говорит бог Солнца.</p>
     <p>Один из трех юношей, дрожа всем телом, выступил вперед и, все так же дрожа, пальцем показал сперва на лицо Торреса, а потом на лицо статуи.</p>
     <p>— Мы узнали его, — робко заговорил он, — и не посмели убить, ибо мы помним предсказание о том, что наш великий предок должен вернуться к нам. Может быть, этот чужеземец — он? Мы не знаем. И не смеем ни знать, ни судить. Тебе, о жрец, надлежит знать и судить. Это он?</p>
     <p>Жрец пристально вгляделся в Торреса и издал какое-то невнятное восклицание. Потом резко повернулся и разжег священный жертвенный огонь от горячих углей, лежавших в котелке у подножия алтаря. Пламя вспыхнуло, заколебалось и снова потухло.</p>
     <p>— Бог Солнца гневается, — повторил жрец; а Затерянные Души, услышав это, стали бить себя в грудь, вопить и рыдать. — Богу не угодна наша жертва, и потому священный огонь не желает гореть. Всего теперь можно ждать. Это великие тайны, которые будут открыты только мне одному. Мы не станем приносить в жертву чужеземцев сейчас. Мне нужно время, чтобы узнать волю бога Солнца. — И он жестом распустил племя, прервав на половине церемонию, и велел отвести всех трех пленников в Большой дом.</p>
     <p>— Никак не пойму, что он такое замышляет? — шепнул Френсис на ухо Леонсии. — Но, надеюсь, хоть там нас накормят.</p>
     <p>— Взгляните, какая прелесть! — сказала Леонсия, указывая глазами на девочку, выразительное личико которой так и светилось умом.</p>
     <p>— Торрес уже приметил ее, — также шепотом сказал Френсис. — Я видел, как он подмигнул ей. Он тоже не знает, что замыслил жрец и куда подует ветер, но не упускает случая завести друзей. Надо смотреть за ним в оба: он подлая, вероломная тварь и способен предать нас в любое время, если это поможет ему спасти свою шкуру.</p>
     <p>В Большом доме, как только они уселись на грубо сплетенные из травы циновки, им тотчас подали еду — вареное мясо с овощами в каких-то странных глиняных горшочках и чистую питьевую воду, — то и другое в изобилии. Кроме того, перед ними поставили кукурузные лепешки, напоминающие тортильи.</p>
     <p>Когда они поели, женщины, подававшие еду, удалились, осталась только девочка, которая привела их и распоряжалась всем в доме. Торрес снова принялся заигрывать с ней, но она вежливо избегала его и, как зачарованная, смотрела только на Леонсию.</p>
     <p>— Она, видимо, здесь вроде хозяйки, — пояснил Френсис. — Вот так же в деревнях на Самоа: девушки должны встречать и развлекать всех путешественников и приезжих, какого бы высокого ранга они ни были, и чуть ли не возглавлять все официальные торжества и церемонии. Их выбирает вождь племени за красоту, добродетель и ум. Эта девочка напоминает мне их, только она еще совсем ребенок.</p>
     <p>Девочка подошла поближе к Леонсии, и, хотя была явно очарована красотой незнакомки, в ее поведении не было и намека на подобострастие или приниженность.</p>
     <p>— Скажи, — заговорила она на своеобразном местном староиспанском диалекте, — этот человек в самом деле капитан да Васко, который вернулся к нам из своего дома на Солнце?</p>
     <p>Торрес, самодовольно ухмыльнувшись, поклонился и гордо объявил:</p>
     <p>— Да, я из рода да Васко.</p>
     <p>— Не из рода да Васко, а сам да Васко! — по-английски подсказала ему Леонсия.</p>
     <p>— Это верный козырь, ходите с него! — посоветовал ему Френсис тоже по-английски. — Благодаря ему, может, всем нам удастся выбраться из этой дыры. Я что-то не слишком влюблен в жреца, а он, видно, бог и царь у этих Затерянных Душ.</p>
     <p>— Да, я вернулся на землю с Солнца, — сказал Торрес девочке, послушно вступая в роль.</p>
     <p>Девочка подарила его долгим пристальным взглядом; чувствовалось, что она обдумывает, взвешивает и оценивает его слова. Потом она почтительно, с полным равнодушием, поклонилась ему, мельком взглянула на Френсиса и так и просияла улыбкой, повернувшись к Леонсии.</p>
     <p>— Я не знала, что бог создает таких красивых женщин, как ты, — сказала девочка своим нежным голоском и пошла к выходу. Уже у двери она остановилась и добавила: — Та, Что Грезит, — тоже красивая, но она на тебя совсем не похожа.</p>
     <p>Не успела девочка выйти, как появился жрец Солнца, его сопровождали несколько юношей, — по-видимому, для того, чтобы убрать посуду и остатки пищи. Двое или трое из них нагнулись за посудой, а остальные по сигналу жреца набросились на чужеземцев, крепко связали им руки за спиной и повели к алтарю бога Солнца, где собралось все племя. Здесь взорам пленников предстал тигель на треножнике, под которым был разведен яркий огонь, а рядом — три только что врытых в землю столба, к которым их и поспешили привязать, в то время как множество усердных рук набросало вокруг столько хворосту, что кучи его доходили им до самых колен.</p>
     <p>— Да встряхнитесь вы, наконец, и держитесь высокомерно, как настоящий испанец! — поучал и одновременно оскорблял Торреса Френсис, — Ведь вы же да Васко! Сотни лет назад вы были на земле, в этой самой долине, вместе с предками вот этих выродков.</p>
     <p>— Вы должны умереть, — сказал жрец Солнца, обращаясь к ним, и Затерянные Души дружно закивали. — Вот уже четыреста лет, как мы живем в этой долине, и мы всегда убивали всех, кто заходил к нам. Вас мы не убили, и вспомните, как разгневался бог Солнца: огонь на нашем алтаре потух. — Тут Затерянные Души завыли, застонали и опять начали бить себя кулаками в грудь. — Поэтому, чтобы умилостивить бога Солнца, вы умрете сейчас.</p>
     <p>— Поостерегитесь! — крикнул Торрес, которому Френсис и Леонсия подсказывали шепотом, что говорить дальше. — Я да Васко. Я спустился к вам с Солнца. — Руки у него были связаны, и он головой кивнул на каменный бюст. — Я вот этот самый да Васко. Я привел сюда ваших предков четыреста лет назад и повелел вам оставаться здесь до моего возвращения.</p>
     <p>Жрец Солнца заколебался.</p>
     <p>— Ну, жрец, говори! Отвечай же божественному да Васко! — резко выкрикнул Френсис.</p>
     <p>— Откуда я знаю, что он божественный? — быстро возразил жрец. — Ведь я сам похож: на него, но разве я — божественный? Разве я да Васко? Или он — да Васко? А быть может, да Васко все еще на Солнце? Про себя я точно знаю, что меня родила женщина, — это было три раза по двадцать и еще восемнадцать лет тому назад, — и что я не да Васко.</p>
     <p>— Разве так отвечают великому да Васко! — с угрозой в голосе сказал Френсис и униженно поклонился Торресу, а сам тем временем сквозь зубы зашипел по-английски: — Да будьте же высокомернее, чтоб вас черти съели! Высокомернее!</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_064.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_065.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Жрец помедлил и обратился к Торресу:</p>
     <p>— Я верный жрец Солнца. И я не могу легко и просто изменить свои верования. Если ты божественный да Васко, то ответь мне на один вопрос.</p>
     <p>Торрес кивнул с неподражаемым высокомерием.</p>
     <p>— Ты любишь золото?</p>
     <p>— Люблю ли я золото? — усмехнулся Торрес. — Я великий капитан солнца, а Солнце ведь само золото. Золото? Да оно для меня — все равно что грязь под ногами или вот этот камень, из которого состоят ваши могучие горы.</p>
     <p>— Браво! — одобрительно шепнула Леонсия.</p>
     <p>— Тогда, о божественный да Васко, — смиренно сказал жрец Солнца, не сумев, однако, скрыть торжества в голосе, — ты достоин подвергнуться древнему, издавна принятому у нас испытанию. Если, отведав золотого напитка, ты по-прежнему сможешь сказать, что ты да Васко, — я и все мы падем ниц перед тобой и будем поклоняться тебе. К нам в долину не раз проникали чужеземцы. И всегда их томила жажда золота. Мы удовлетворяли их жажду, но после этого они избавлялись от нее навсегда — ибо были мертвы.</p>
     <p>Он говорил, а Затерянные Души внимательно смотрели на него; и не менее внимательно, но только уже с опаской, смотрели на него чужеземцы. Жрец сунул руку в большой кожаный мешок и стал вытаскивать оттуда пригоршнями золотые самородки, которые он бросал затем в раскаленный тигель на треножнике. Френсис, Леонсия и Торрес стояли так близко, что им хорошо было видно, как плавится золото, превращаясь в жидкость, вернее — в то самое питье, которым жрец грозился напоить Торреса.</p>
     <p>В это время, пользуясь своим особым положением в племени, к старику смело подошла девочка и сказала так, чтобы всем было слышно:</p>
     <p>— Это же да Васко! Капитан да Васко, божественный капитан да Васко, который давно-давно привел сюда наших предков!</p>
     <p>Жрец сердито взглянул на нее, как бы повелевая ей молчать, но девочка повторила свои слова, убедительными жестами показывая то на каменный бюст, то на Торреса, то снова на бюст. И жрец, почувствовав, что победа ускользает от него, мысленно проклял пагубную любовь, которая связала его с матерью этой девочки и сделала его ее отцом.</p>
     <p>— Да замолчи ты! — сурово приказал он. — В этом ты ничего не понимаешь. Если он капитан да Васко, то, как существо божественное, выпьет золотой напиток и останется невредим.</p>
     <p>Он вылил расплавленное золото в грубый глиняный ковш, нагретый в котелке с углями у подножия алтаря. По его знаку несколько юношей сложили на землю свои копья и направились к Леонсии с явным намерением насильно разжать ей зубы.</p>
     <p>— Стой, жрец! — громовым голосом закричал Френсис. — Она же не божественна, как да Васко! Сначала испробуй твое золотое питье на да Васко.</p>
     <p>Услышав эти слова, Торрес метнул на Френсиса взгляд, исполненный нескрываемой ярости.</p>
     <p>— Держитесь со всем высокомерием и надменностью, — поучал его Френсис. — Отказывайтесь пить. Покажите им надпись внутри вашего шлема.</p>
     <p>— Я не буду пить! — в панике крикнул Торрес, когда жрец повернулся к нему.</p>
     <p>— Нет, будешь! И докажешь этим, что ты действительно да Васко, божественный капитан, спустившийся с Солнца. Тогда мы падем ниц и будем поклоняться тебе.</p>
     <p>Торрес умоляюще взглянул на Френсиса, что не преминули заметить узенькие глазки жреца.</p>
     <p>— Похоже, что вам придется выпить это, — сухо сказал Френсис. — Что делать! Осушите ковш ради дамы и умрите — как герой.</p>
     <p>Неожиданно резким движением Торрес высвободил руку из оплетавших ее пут, сорвал с головы шлем и протянул жрецу так, чтобы тот мог прочесть надпись внутри.</p>
     <p>— Смотри, что тут написано! — крикнул он.</p>
     <p>Жрец был так поражен, увидев надпись «да Васко», что ковш выпал из его рук. Жидкое золото, разлившись по земле, воспламенило валявшийся вокруг хворост, а один из копьеносцев, которому несколько капель металла попало на ногу, взвыл от боли и поскакал прочь на здоровой ноге. Однако к жрецу Солнца быстро вернулось самообладание: схватив котелок с углями, он хотел было поджечь хворост, наваленный вокруг трех жертв. Но тут снова вмешалась девочка:</p>
     <p>— Бог Солнца не хотел, чтобы великий капитан выпил из твоего ковша, — сказала она. — Бог Солнца заставил твою руку дрогнуть и расплескать питье.</p>
     <p>По толпе Затерянных Душ пронесся ропот: тут, мол, все далеко не так просто! И жрец вынужден был отказаться от своего намерения. Однако он твердо решил уничтожить трех пришельцев, а потому, призвав на помощь всю свою изворотливость, сказал собравшимся:</p>
     <p>— Будем ждать знамения свыше. Принесите масла. Пусть сам бог Солнца подаст нам знак. Принесите свечу.</p>
     <p>Вылив банку масла на хворост, чтобы он быстрее воспламенился, старик укрепил среди него огарок свечи и сказал:</p>
     <p>— Будем ждать знамения свыше столько времени, сколько будет гореть эта свеча. Правильно ли это, о народ мой?</p>
     <p>И все Затерянные Души шепотом ответили:</p>
     <p>— Правильно! Торрес умоляюще посмотрел на Френсиса, но тот сказал:</p>
     <p>— Старый негодяй здорово постарался укоротить свечу. Она в лучшем случае прогорит пять минут, а может, мы уже через три минуты запылаем.</p>
     <p>— Что же нам делать? — вне себя от ужаса спросил Торрес, тогда как Леонсия храбро посмотрела в глаза Френсису с печальной, полной любви улыбкой.</p>
     <p>— Молитесь, чтобы пошел дождь, — ответил Френсис. — Хотя небо ясно, как стеклышко. А когда придет время, умирайте, как мужчина. Да не визжите слишком уж громко.</p>
     <p>И взгляд его обратился к Леонсии и выразил обуревавшие его чувства: безграничную любовь к ней. Хотя их и отделяло друг от друга расстояние между столбами, к которым они были привязаны, они чувствовали, как между ними установилась особая, дотоле неведомая им близость, и их взоры были тем звеном, которое объединяло и связывало их.</p>
     <p>Первой увидела знамение девочка, во все глаза глядевшая на небо. Торрес, следивший только за огарком, который уже почти догорел, услышав возглас девочки, посмотрел вверх. И в ту же минуту он услышал — как услышали все — ровное гудение, словно в небе летело гигантское насекомое.</p>
     <p>— Аэроплан, — пробормотал Френсис. — Торрес, скажите им, что это и есть знамение божье.</p>
     <p>Но этого и не потребовалось. Над головой у них, на высоте не более ста футов, кружил, спускаясь, первый аэроплан, который когда-либо видели Затерянные Души, а с него, точно благословение свыше, доносились знакомые слова:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Описав полный круг, аэроплан поднялся футов на тысячу ввысь, от него отделился какой-то предмет, футов триста камнем пролетел вниз, а потом развернулся прямо над головами собравшихся огромным парашютом, под которым, точно паук на паутине, раскачивалась какая-то фигура. И когда парашют был уже совсем близко от земли, снова послышалась песня:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Тут события стали нагромождаться друг на друга с поразительной быстротой. Огарок свечи распался на кусочки, и горящий фитиль упал в лужицу жидкого сала; лужица вспыхнула, а вместе с нею вспыхнул и пропитанный маслом хворост. Но Генри, приземлившийся в самой гуще Затерянных Душ, накрыв парашютом, точно одеялом, добрую половину собравшихся, в два прыжка очутился подле своих друзей и принялся ногой расшвыривать горящий хворост. Только на миг отвлекся он от этого занятия, когда жрец Солнца сделал попытку помешать ему. Хорошо рассчитанный удар в скулу уложил престарелого служителя бога на спину, а пока он приходил в чувство и с трудом поднимался на ноги. Генри уже успел разрезать веревки, связывавшие Леонсию, Френсиса и Торреса. Он протянул было руки, чтобы обнять Леонсию, но та оттолкнула его, воскликнув:</p>
     <p>— Живо! Объяснять некогда! Падайте на колени перед Торресом и делайте вид, что вы его раб… и не говорите по-английски.</p>
     <p>Генри ничего не понимал, но Леонсия подкрепила свои слова красноречивым взглядом, а тут еще он увидел, что и Френсис распростерся у ног их общего врага.</p>
     <p>— Ну и ну! — пробормотал Генри, присоединяясь к Френсису. — Вот так штука. Это, пожалуй, будет похуже крысиного яда.</p>
     <p>Леонсия последовала их примеру, а вслед за нею и все Затерянные Души распростерлись перед капитаном да Васко: ведь к нему на их глазах прилетел небесный вестник с Солнца! Все лежали на земле, кроме жреца: потрясенный случившимся, он еще раздумывал, следует ли ему тоже признать божественность чужеземца, но в эту минуту коварный черт из мелодрамы, обитавший в душе Торреса, попутал его переусердствовать в исполнении своей роли.</p>
     <p>С высокомерием, о котором все время твердил ему Френсис, Торрес поднял правую ногу и поставил ее на шею Генри, больно придавив ему при этом ухо.</p>
     <p>Генри буквально взвился в воздух.</p>
     <p>— Да как вы смеете, Торрес! — завопил он, швыряя Торреса на землю, как незадолго перед этим швырнул на землю жреца.</p>
     <p>— Ну, теперь все пропало, — безнадежно вздохнул Френсис, — Крышка всей нашей божественной комедии!</p>
     <p>И действительно, жрец Солнца уже смекнул, в чем дело, и радостно махал руками, подзывая своих копьеносцев. Но Генри приставил пистолет-автомат к животу старого жреца, и тот вдруг вспомнил легенды о смертоносных снарядах, начиненных таинственным веществом, именуемым «порох», примирительно улыбнулся и жестом приказал копьеносцам отступить.</p>
     <p>— Это свыше моего понимания и разумения, — заявил он, обращаясь к своему племени и то и дело поглядывая на дуло пистолета Генри. — Я вынужден прибегнуть к последнему средству: пошлем гонца, чтобы он разбудил Ту, Что Грезит. Пусть он ей скажет, что чужеземцы, прибывшие с неба, а может, даже и с Солнца, спустились к нам в долину и что только мудрость ее грез способна прояснить для нас то, чего даже я не могу понять.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава восемнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Копьеносцы окружили группу, состоящую из Леонсии, двух Морганов и Торреса, и повели их через весело зеленевшие, отлично, хотя и примитивно обработанные поля, через быстрые ручьи и небольшие рощицы, через пастбища, на которых росла трава, доходившая им до колен, и где паслись низкорослые коровы, не крупнее телят.</p>
     <p>— Это, несомненно, настоящие дойные коровы, — сказал Генри. — А какие красивые! Но видели вы когда-нибудь таких карликов? Сильный мужчина мог бы без труда взвалить на плечи самую крупную и унести.</p>
     <p>— Думаю, что ты ошибаешься, — возразил Френсис. — Посмотри-ка вон на ту черную. Бьюсь об заклад, что она весит никак не меньше трехсот фунтов.</p>
     <p>— Сколько ставишь? — спросил Генри.</p>
     <p>— Называй сам цифру, — был ответ.</p>
     <p>— Сто долларов твоих против ста моих, — заявил Генри, — что я могу взвалить ее на плечи и унести.</p>
     <p>— По рукам.</p>
     <p>Но кто из них был прав, так и осталось неизвестным, ибо, как только Генри сделал шаг в сторону, копьеносцы гримасами и жестами заставили его вернуться и идти вперед вместе со всеми.</p>
     <p>Проходя у подножия мрачной скалы, они увидели наверху стадо коз.</p>
     <p>— Домашние козы, — заметил Френсис. — Видите: при них мальчишки-пастухи.</p>
     <p>— Недаром вы говорили, что рагу, которое вам подавали, было из козлятины, — сказал Генри. — Я всегда любил коз. Если эта самая Та, Что Грезит, или как там ее зовут, отменит решение жреца и оставит нас в живых и если нам придется жить с Затерянными Душами до конца наших дней, я буду просить, чтобы меня сделали главным пастухом при козах этого королевства. Тогда я построю вам, Леонсия, премиленький коттедж, и вы станете придворной поставщицей сыров.</p>
     <p>Но ему не пришлось развивать дальше свой фантастический план, ибо в эту минуту они вышли на берег озера такой неописуемой красоты, что Френсис даже присвистнул, Леонсия захлопала в ладоши, а Торрес пробормотал что-то одобрительное. Озеро это простиралось на целую милю в длину и больше чем на полмили в ширину и представляло собой безукоризненной формы овал. Только один-единственный дом вклинивался в обрамление из деревьев, бамбуковых зарослей и кустарников, кольцом окружавших озеро и не прерывавшихся даже у подножия утеса, где особенно пышно разросся бамбук. В гладкой поверхности озера так четко отражались окружающие горы, что глаз с трудом мог определить, где кончается действительность и где начинается отражение.</p>
     <p>Леонсия недолго восхищалась зеркальной гладью; через несколько минут она вдруг разочарованно заметила, что вода в озере отнюдь не кристальной чистоты.</p>
     <p>— Какая жалость, оно такое грязное!</p>
     <p>— Это потому, что в долине плодородная почва, — пояснил ей Генри. — Слой чернозема здесь достигает нескольких сот футов.</p>
     <p>— Вся эта долина когда-то, вероятно, была дном озера, — вмешался в разговор Френсис. — Взгляните на скалу — по ней видно, где была раньше вода. Интересно, отчего оно так обмелело?</p>
     <p>— Скорей всего от землетрясения: для воды открылся какой-нибудь выход под почву, и озеро обмелело до своего нынешнего уровня; оно и сейчас продолжает мелеть. Этот шоколадный цвет указывает на то, что в него все время вливаются новые потоки воды и чернозем, которым она насыщена, не успевает осесть. Несомненно, это озеро — своеобразный резервуар, куда стекает влага со всех окрестных мест.</p>
     <p>— Ну вот наконец-то и дом! — сказала Леонсия пятью минутами позже, когда, завернув за выступ скалы, они увидели низенькое, типа бунгало, строение, прилепившееся к утесу над самым озером.</p>
     <p>Сваями дому служили массивные стволы деревьев, но стены его были из бамбука, а крыша из соломы. Дом этот стоял так уединенно, что попасть в него можно было, либо подплыв в лодке, либо пройдя по мостику футов двадцати длиной и такому узенькому, что два человека не могли бы на нем разойтись. На каждом конце мостика стояло по два юноши-часовых. Повинуясь жесту жреца Солнца, шедшего впереди, юноши-часовые отступили в сторону и пропустили всю группу; при этом оба Моргана не преминули заметить, что копьеносцы, сопровождавшие их от самого Большого дома, остались по ту сторону мостика.</p>
     <p>Перейдя через мостик, они вошли в похожий на бунгало дом и очутились в большой комнате, обставленной лучше, чем можно было ожидать в Долине Затерянных Душ, хоть и очень примитивно. Травяные циновки на полу были красивого и тонкого плетения, а бамбуковые шторы, прикрывавшие прорези окон, были сделаны даже мастерски. В дальнем конце комнаты у стены возвышалась огромная золотая эмблема восходящего солнца — точно такая же, какая висела над алтарем возле Большого дома. Но в этом странном месте особенно поразили пленников два живых существа, которые даже не шевельнулись при их появлении. Под солнечным диском, на небольшом возвышении, стояло ложе со множеством подушек — полудиван, полутрон. А на этом ложе, среди подушек, спала женщина в хитоне из какой-то мягкой мерцающей ткани, какой никто из них никогда не видел. Грудь ее тихо вздымалась и тихо опускалась. Она, безусловно, не принадлежала к племени Затерянных Душ, этой вырождающейся помеси караибов с испанцами. На голове у нее была тиара из чеканного золота с драгоценными камнями такой величины, что она казалась короной.</p>
     <p>Перед женщиной на полу стояли два золотых треножника; под одним тлел огонь, а на другом, значительно большем, стоял огромный золотой котел. Между треножниками, не мигая и не шевелясь, точно сфинкс, лежала, распластав лапы, огромная собака, белая, как снег, похожая на русского волкодава. Увидев вошедших, собака уставилась на них.</p>
     <p>— Да эта женщина — настоящая леди, она похожа на королеву; и грезы у нее, конечно, тоже королевские, — шепнул Генри и тотчас был вознагражден за это гневным взглядом жреца.</p>
     <p>Леонсия глядела, затаив дыхание, а Торрес вздрогнул, перекрестился и сказал:</p>
     <p>— Вот уж никогда не слыхал, что в Долине Затерянных Душ есть такое чудо. Эта женщина — самая настоящая испанка. Больше того: в ней течет благородная кастильская кровь. И глаза у нее должны быть синие — это так же верно, как то, что я стою здесь. Но какая она бледная! — Он снова вздрогнул. — У нее какой-то неестественный сон. Похоже, что ее опоили чем-то и опаивают уже давно.</p>
     <p>— Совершенно верно! — взволнованным шепотом перебил его Френсис. — Та, Что Грезит погружена в наркотический сон. Они, должно быть, держат ее все время на наркотиках. Она у них, видно, что-то вроде верховной жрицы или верховного оракула… Да не волнуйся ты, старина, — обратился он по-испански к жрецу. — Ну что страшного, если мы ее разбудим? Ведь нас привели сюда, чтобы познакомить с ней, — и, я надеюсь, не со спящей!</p>
     <p>Красавица пошевелилась, словно этот шепот потревожил ее сон; и впервые за все время шевельнулась и собака: она повернула к хозяйке голову, и рука спящей ласковым жестом опустилась на ее шею. Жрец еще повелительнее загримасничал и замахал руками, требуя тишины. Все застыли в молчании, наблюдая пробуждение прорицательницы.</p>
     <p>Она медленно приподнялась на ложе и снова ласково погладила осчастливленного волкодава, который залился радостным лаем, обнажив свои страшные клыки. Зрелище это внушало благоговейный трепет; но еще больший трепет ощутили пленники, когда женщина посмотрела прямо на них. Никогда до сих пор не видели они таких глаз — в них словно отражалось сияние всех подзвездных и надзвездных миров. Леонсия невольно подняла руку, точно хотела перекреститься, а Торрес, потрясенный этим взглядом, не только перекрестился, но и стал дрожащими губами шептать свою излюбленную молитву деве Марии. Даже Френсис и Генри смотрели на нее как завороженные, не в силах оторвать взгляда от бездонной синевы этих глаз, казавшихся совсем темными под сенью длинных черных ресниц.</p>
     <p>— Синеглазая брюнетка! — прошептал все-таки Френсис.</p>
     <p>Какие глаза! Скорее круглые, чем продолговатые. Но и не совсем круглые. Квадратные? Нет, все-таки, вернее, круглые. Глаза такой формы, как если бы художник, не отрывая от бумаги перо, начертил несколько квадратов и все углы их заключил в один круг. Длинные ресницы затеняли глаза женщины, отчего они казались совсем бездонными. В глазах этих не появилось ни удивления, ни испуга при виде незнакомцев, а только мечтательное безразличие. Впрочем, несмотря на томный взгляд, до сознания красавицы явно доходило все, что она видела. Внезапно, к вящему изумлению пришельцев, в ее глазах отразилась целая гамма земных чувств. Где-то в глубине, все нарастая, задрожала затаенная боль. Сострадание вдруг заволокло их влажной пеленой, как заволакивает голубую морскую даль весенний дождь или утренний туман — горы. Боль, все та же боль таилась в их дремотной безмятежности. Огонь безграничного мужества, казалось, вот-вот вспыхнет в этих глазах электрической искрой воли, действия. Но сонное оцепенение тут же готово было опуститься, точно мягкий узорный полог, и отгородить спящую от всех переживаний и чувств. Однако все это отходило на задний план перед мудростью веков, которой веяло от всего облика незнакомки. Это впечатление особенно усиливалось при взгляде на ее впалые щеки, свидетельствовавшие об аскетическом образе жизни. На щеках этих горел яркий — не то чахоточный, не то косметический — румянец.</p>
     <p>Когда женщина поднялась со своего ложа, она оказалась тонкой и хрупкой, как фея. Она была узка в кости и худощава, но не производила впечатления тощей. Если бы у Генри и Френсиса спросили мнение о ней, они, пожалуй, сказали бы, что она самая соблазнительная из всех худощавых женщин на свете.</p>
     <p>Старый жрец Солнца распростер свое дряхлое тело на полу, уткнувши морщинистый лоб в травяную циновку. Остальные продолжали стоять, хотя у Торреса и подгибались колени, — и он, несомненно, последовал бы примеру жреца, если бы заметил со стороны своих спутников хоть малейшую к этому готовность. Вообще говоря, колени у него подогнулись, но, взглянув на стоявших очень прямо Леонсию и Морганов, он заставил себя выпрямиться.</p>
     <p>Сначала Та, Что Грезит глядела только на Леонсию; внимательно осмотрев девушку, она повелительным кивком приказала ей подойти. Слишком повелителен был этот кивок, по мнению Леонсии, для такого воздушного и прекрасного создания, и она сразу почувствовала неприязнь к красавице. Поэтому она не сдвинулась с места, пока жрец Солнца свистящим шепотом не приказал ей повиноваться. Тогда Леонсия направилась к красавице, не обращая внимания на огромного лохматого пса; она прошла между треножниками мимо собаки и остановилась лишь по вторичному знаку, столь же повелительному, как и первый. Целую минуту обе женщины в упор смотрели друг на друга, и тут, с невольным чувством торжества, Леонсия увидела, как та, другая, опустила глаза. Но радость ее была преждевременной: Та, Что Грезит просто с высокомерным любопытством разглядывала ее платье. Она даже протянула свою тонкую бледную руку и чисто по-женски пощупала ткань.</p>
     <p>— Жрец! — резким тоном сказала она. — Сегодня у нас третий день Солнца в Доме Манго. Я давно уже предсказывала тебе, что произойдет в этот день. Напомни, что именно.</p>
     <p>Угодливо извиваясь перед ней, жрец Солнца прогнусавил:</p>
     <p>— Что в этот день произойдут необычайные события. Так и случилось, о королева!</p>
     <p>Но королева уже забыла, о чем его спрашивала. Продолжая поглаживать ткань, из которой было сделано платье Леонсии, она внимательно разглядывала его.</p>
     <p>— Ты очень счастливая, — сказала королева, жестом показывая Леонсии, что она может вернуться к своим. — Тебя любят мужчины. Мне еще не все ясно, но я чувствую, что тебя слишком любят мужчины.</p>
     <p>Голос ее, мягкий и низкий, отличался какой-то удивительной чистотою звука и напевностью; он был как вечерний звон, призывающий верующих на молитву, а скорбящих духом — к вечному упокоению. Но Леонсии не дано было оценить этот чудесный голос. Она лишь чувствовала, как от гнева вспыхнули ее щеки и сильнее забилось сердце.</p>
     <p>— Я видела тебя раньше — и не раз, — продолжала королева.</p>
     <p>— Ничего подобного! — воскликнула Леонсия.</p>
     <p>— Т-сс! — зашипел на нее жрец Солнца.</p>
     <p>— Там, — сказала королева, указывая на большой золотой котел, — я тебя часто видела там.</p>
     <p>— И тебя тоже, — произнесла она, обращаясь к Генри.</p>
     <p>— И тебя, — сказала она Френсису, но тут ее большие синие глаза еще больше расширились, и она впилась в Френсиса таким долгим взглядом, что Леонсия почувствовала, как сердце ее, точно кинжалом, пронзила ревность, какую только женщина может внушить другой женщине.</p>
     <p>Глаза королевы сверкнули, когда она перевела взгляд с Френсиса на Торреса.</p>
     <p>— А ты кто, чужеземец? Ты так странно одет: на голове у тебя шлем рыцаря, а на ногах сандалии раба!</p>
     <p>— Я да Васко, — храбро ответил тот.</p>
     <p>— Это очень древнее имя, — улыбнулась она.</p>
     <p>— Так я и есть древний да Васко, — сказал он и без зова подошел к ней; она усмехнулась при виде его дерзости, но не остановила его. — Этот шлем был на моей голове четыреста лет назад, когда я привел предков Затерянных Душ в эту долину.</p>
     <p>Королева недоверчиво улыбнулась и тихо спросила:</p>
     <p>— Значит, ты родился четыреста лет назад?</p>
     <p>— И да — и нет. Я никогда не был рожден. Я да Васко. Я существовал вечно. Мой дом — Солнце.</p>
     <p>Изящно очерченные брови королевы недоуменно приподнялись, но она промолчала. Своими тонкими, почти прозрачными пальцами она взяла из золотого резного ящичка, стоявшего подле нее на ложе, щепотку какого-то порошка и небрежно бросила в большой котел на треножнике, при этом ее тонкие красивые губы искривились в слегка насмешливой улыбке. Из котла поднялся столб дыма, который тотчас растворился и исчез.</p>
     <p>— Гляди! — приказала она.</p>
     <p>И Торрес подошел к котлу и заглянул в него. Что он там увидел, его спутники так никогда и не узнали. Но королева также склонилась над котлом и, заглядывая в него со своего возвышения, увидела то, что увидел и он, и на лице ее появилась презрительно-сострадательная усмешка. А увидел Торрес спальню на втором этаже домика в Бокас-дель-Торо, доставшегося ему по наследству, и в ней колыбель с новорожденным. Жалостливое это зрелище раскрывало тайну его рождения — и жалостливей была улыбка на лице королевы. Яркое видение, вызванное волшебством перед глазами Торреса, открыло ему то, о чем он догадывался и что давно уже подозревал.</p>
     <p>— Ты увидишь еще кое-что, — с мягкой усмешкой произнесла королева. — Я показала тебе начало твоей жизни. А теперь посмотри на ее конец.</p>
     <p>Но Торрес, уже и без того потрясенный виденным, вздрогнул и отшатнулся от котла.</p>
     <p>— Прости меня, красавица! — взмолился он. — И разреши мне уйти. Забудь то, что ты видела, как и я надеюсь это забыть.</p>
     <p>— Там уже ничего нет, — сказала она, махнув рукой над котлом. — Но забыть я не могу. То, что я видела, навсегда остается в моей памяти. И тебя, о Человек, такого молодого годами и такого старого, судя по шлему, я тоже видела прежде в моем Зеркале Мира. Ты не раз возмущал меня своим поведением. Но не тем, что носишь этот шлем. — Она улыбнулась спокойной, мудрой улыбкой. — Всю жизнь, мне кажется, я видела перед собой пещеру мертвецов, где давно умершие рыцари стоят навытяжку, охраняя в веках тайны, чуждые их религии, чуждые их расе. И среди этих мертвецов, помнится мне, я и видела того, на ком был твой старинный шлем… Говорить дальше?</p>
     <p>— Нет, нет! — взмолился Торрес.</p>
     <p>Та, Что Грезит наклонила голову, давая этим понять Торресу, чтобы он отошел. Затем взгляд ее остановился на Френсисе, и она кивком подозвала его к себе. И тут же, видимо, спохватившись, что со своего возвышения она смотрит на него сверху вниз, смущенно ступила на пол и теперь, глядя на него уже снизу вверх, протянула ему руку. Френсис нерешительно пожал ее, не зная, что делать дальше. И, точно прочитав его мысли, она воскликнула:</p>
     <p>— Сделай это! Мне никогда и никто до сих пор не целовал руки. Я никогда не видела, как это делают в жизни, а видела лишь в своих грезах да в картинах, которые мне показывало Зеркало Мира.</p>
     <p>Френсис склонился и поцеловал ей руку. И так как она не проявляла ни малейшего желания отнять руку, он продолжал держать ее, ладонью чувствуя, как еле уловимо, но бесперебойно пульсирует кровь в розовых кончиках ее пальцев. Так они оба стояли, не говоря ни слова. Френсис был смущен, королева легонько вздыхала, а в сердце Леонсии бушевала чисто женская ревность. Вдруг Генри весело выпалил по-английски:</p>
     <p>— Да поцелуй ты ей руку еще раз, Френсис! Ей же это понравилось!</p>
     <p>Жрец Солнца зашикал на него. Но королева, с девическим смущением испуганно выдернувшая было руку из руки Френсиса, поспешно вложила ее обратно.</p>
     <p>— Я тоже говорю на этом языке, на котором говоришь ты, — сказала она Генри. — И я, никогда не знавшая мужчины, не постыжусь признаться, что мне это понравилось. Это первый поцелуй в моей жизни. Френсис — ведь так назвал тебя твой друг? — повинуйся ему. Мне это понравилось. Мне это очень понравилось. Поцелуй мне руку еще раз.</p>
     <p>И Френсис повиновался; рука ее по-прежнему оставалась в его руке, а сама королева, забыв обо всем на свете, словно завороженная, смотрела, не отрываясь, ему в глаза. Наконец, призвав на помощь всю свою волю, она овладела собой, быстро высвободила руку, жестом приказала Френсису отойти и обратилась к жрецу Солнца.</p>
     <p>— Итак, жрец, — начала она, и в голосе ее опять зазвучали резкие нотки, — мне уже известно, зачем ты привел сюда этих пленников. Но все же мне хотелось бы, чтобы ты рассказал об этом сам.</p>
     <p>— О королева! Разве не повелевает нам долг убить этих пришельцев, как требует обычай? Народ смущен, он не доверяет моему суждению и просит, чтобы решила ты.</p>
     <p>— А ты полагаешь, что их следует убить?</p>
     <p>— Да, таково мое суждение. Но я хочу знать твое, чтобы оно было у нас с тобой одинаковым.</p>
     <p>Она еще раз оглядела четырех пленников: Торреса — с жалостью. Генри — с сомнением, Леонсию — хмуро; на Френсиса же смотрела целую минуту взором, полным безграничной нежности, — во всяком случае, так показалось взбешенной Леонсии.</p>
     <p>— Есть ли среди вас не имеющие жен? — неожиданно спросила королева. — Впрочем, нет, — продолжала она, не дожидаясь ответа, — ведь мне дано знать, что вы все не имеете жен. — И она быстро повернулась к Леонсии: — А разве правильно, — спросила она, — чтобы у женщины было два мужа?</p>
     <p>Как Генри, так и Френсис не могли сдержать улыбки, услышав столь странный и неуместный вопрос. Однако Леонсии он вовсе не показался ни неуместным, ни странным, и щеки ее снова вспыхнули от возмущения. Она поняла, что перед нею настоящая женщина, которая и будет поступать с ней как женщина.</p>
     <p>— Нет, неправильно, — ответила Леонсия громко и без заминки.</p>
     <p>— Это очень странно, — продолжала размышлять вслух королева. — Странно и несправедливо. Раз в мире равное число мужчин и женщин, не может быть справедливым, чтобы у одной женщины было два мужа, — ведь это значило бы, что у какой-то другой его вовсе не будет.</p>
     <p>Она взяла щепотку порошка и бросила в свой золотой котел. Из него, как и прежде, взвился клуб дыма и тотчас растаял.</p>
     <p>— Зеркало Мира скажет мне, жрец, как должно поступить с нашими пленниками.</p>
     <p>Она склонилась было над котлом, но вдруг ее осенила новая мысль. Широким жестом, точно раскрывая им объятия, она подозвала всех к котлу.</p>
     <p>— Давайте смотреть все вместе — сказала она. — Я не обещаю вам, что все мы увидим одно и то же. И я не буду знать, что увидит каждый из вас. А каждый увидит лишь то, что его касается. Ты тоже можешь подойти, жрец.</p>
     <p>Котел, достигавший шести футов в диаметре, был до половины полон каким-то неизвестным жидким металлом.</p>
     <p>— Вроде бы ртуть, но это не ртуть, — шепнул Генри Френсису. — Я никогда не видел такого металла. По-моему, он расплавленный.</p>
     <p>— Напротив, он совсем холодный, — возразила ему королева по-английски. — И тем не менее это огонь… Ну-ка, Френсис, пощупай котел снаружи.</p>
     <p>Френсис повиновался и без колебания приложил ладонь к стенке котла.</p>
     <p>— Он холоднее, чем воздух в комнате, — объявил Френсис.</p>
     <p>— А теперь смотрите! — воскликнула королева и подбросила в котел еще немного порошку. — Это огонь, хоть он и холодный.</p>
     <p>— Просто это порошок, который самовоспламеняется и дымит, — изрек Торрес, шаря в кармане своего пиджака: он вытащил оттуда горсть искрошенного табака, несколько сломанных спичек и лоскутик материи. — А вот это гореть не будет! — И он с вызывающим видом приготовился кинуть все это в котел.</p>
     <p>Королева кивнула ему в знак позволения, и на глазах у всех Торрес выбросил в котел все, что было у него в руке. В ту же секунду из котла вырвался столб дыма и сразу исчез в воздухе. На гладкой поверхности металла не осталось ничего — даже пепла.</p>
     <p>— И все-таки он холодный, — настаивал Торрес и по примеру Френсиса пощупал стенку котла.</p>
     <p>— Опусти туда палец, — предложила ему королева.</p>
     <p>— Ну нет! — сказал он.</p>
     <p>— И ты прав! — согласилась она. — Если бы ты это сделал, у тебя стало бы сейчас одним пальцем меньше, чем было, когда ты родился. — Она подбросила в котел еще порошку. — Теперь глядите, и каждый увидит то, что суждено видеть только ему одному.</p>
     <p>Так оно и произошло.</p>
     <p>Леонсии дано было увидеть океан, разделивший ее и Френсиса. Генри увидел королеву и Френсиса, которых венчали таким странным образом, что он лишь под конец понял, какой это обряд. Сама же королева увидела себя в каком-то большом доме: она стоит на хорах и смотрит вниз на роскошную гостиную, в которой Френсис признал бы гостиную в доме своего отца. А подле себя королева увидела Френсиса, который обнимал ее за талию. Френсису же предстало видение, наполнившее тревогой его душу: лицо Леонсии, застывшее, как у мертвой, а во лбу, между глаз, торчит острый кинжал, воткнутый по самую рукоятку. Однако ни капли крови не вытекло из глубокой раны. У Торреса перед глазами мелькнуло то, что, как он понял, было началом его конца; он перекрестился и, единственный из всех, отпрянул на шаг, не желая смотреть дальше. А жрец Солнца увидел свой тайный грех: лицо и фигуру женщины, ради которой он нарушил обет богу Солнца, а затем лицо и фигуру девочки из Большого дома.</p>
     <p>Когда видения потускнели и исчезли и все, точно сговорившись, отошли от котла, Леонсия, сверкая глазами, как тигрица, накинулась на королеву:</p>
     <p>— Твое Зеркало Мира лжет! Лжет твое Зеркало Мира!</p>
     <p>Френсис и Генри, все еще находившиеся под сильным впечатлением виденного, даже вздрогнули, пораженные вспышкой Леонсии. Но королева мягко возразила:</p>
     <p>— Мое Зеркало Мира никогда не лжет. Я не знаю, что оно тебе показало. Но я знаю: то, что ты видела, — правда.</p>
     <p>— Ты чудовище! — воскликнула Леонсия. — Мерзкая, лживая колдунья!</p>
     <p>— Мы обе женщины, — с мягким укором возразила ей королева, — а поскольку мы женщины, то сами не знаем порой, что делаем и говорим. Пусть мужчины решат, кто я: лживая ведьма или женщина с женским любящим сердцем. А пока — уж раз мы обе женщины и, значит, существа слабые — будем великодушны друг к другу.</p>
     <p>Теперь, жрец Солнца, поговорим о нашем решении. Как жрец бога Солнца, ты лучше, чем я, знаешь старинные наши обычаи и обряды. Ты лучше, чем я, знаешь все, что касается меня, и то, как я здесь очутилась. Ты знаешь, что всегда от матери к дочери и через мать и дочь наше племя передавало и сохраняло тайну этого дома, в котором обитала Та, Что Грезит. Настало время и нам подумать о будущих поколениях. К нам пришли чужеземцы, все они неженаты. Надо объявить день свадьбы, если мы хотим, чтобы у нашего племени в будущем тоже была Та, Что Грезит. Так должно быть — время пришло, потребность назрела и место предопределено. Я вопрошала видения, и они подсказали мне, как поступить. И вот каково мое решение: я выйду замуж за того из этих трех, кто был предназначен мне судьбой еще до основания мира. Да будет так: если ни один из них не женится на мне, то они все умрут и их еще теплую кровь ты принесешь в жертву на алтаре бога Солнца. Если же один из них женится на мне, то все останутся живы и время определит нашу дальнейшую судьбу.</p>
     <p>Жрец Солнца, дрожа от гнева, попытался возразить, но она прервала его:</p>
     <p>— Молчи, жрец! Ты только благодаря мне правишь этим народом. Стоит мне сказать слово и… ты сам знаешь, что тебя ждет. Это будет нелегкая смерть. — И она повернулась к трем мужчинам со словами: — Так кто же из вас женится на мне?</p>
     <p>Они смущенно и растерянно посмотрели друг на друга, но ни один не произнес ни слова.</p>
     <p>— Ведь я женщина! — подзадоривая их, сказала королева. — Так неужели ни один мужчина не пожелает меня? Разве я не молода? Разве я не красива? Неужели мужчины такие странные, что ни одному я не кажусь прекрасной и ни один не хочет заключить меня в объятия и поцеловать в губы, как добрый Френсис поцеловал мне руку?</p>
     <p>Она посмотрела на Леонсию.</p>
     <p>— Будь ты судьей! Ты женщина, которую любит много мужчин. Разве я не такая, как ты, и разве я тоже не могу быть любимой?</p>
     <p>— Ты всегда будешь добрее к мужчинам, чем к женщинам, — отвечала ей Леонсия, и смысл ее слов, загадочный для всех троих мужчин, был вполне ясен для женского ума королевы. — Как женщина, — продолжала Леонсия, — ты на редкость хороша и обольстительна; на свете, конечно, найдется немало мужчин, которые все отдадут за право заключить тебя в свои объятия. Но предупреждаю тебя, королева: среди мужчин встречаются всякие.</p>
     <p>Выслушав Леонсию и поразмыслив над ее словами, королева резко повернулась к жрецу.</p>
     <p>— Ты все слышал, жрец. Сегодня я должна выйти замуж. Если ни один из чужеземцев на мне не женится, все трое будут принесены в жертву на твоем алтаре. И эта женщина тоже! Ей, видно, очень хочется опозорить меня и унизить. — Королева говорила это жрецу, но слова ее явно предназначались для всех. — Их здесь трое, и одному из них, еще задолго до рождения, суждено было стать моим мужем. Итак, жрец, вот что я тебе скажу: уведи пленников куда-нибудь в другое место, и пусть они решат между собой, кто из них женится на мне.</p>
     <p>— Раз это было так давно предопределено, — вырвалось у Леонсии, — зачем же предоставлять решение случаю? Ты знаешь своего избранника! Зачем же действовать наугад? Назови его, королева, назови сейчас!</p>
     <p>— Я уже сказала, как он будет избран! — возразила королева, рассеянно бросая щепотку порошка в золотой котел и так же рассеянно глядя в него. — А теперь ступайте, и да свершится неизбежный выбор! Нет, стойте! — вдруг закричала она, когда пленники уже выходили из комнаты. — Поди сюда, Френсис. Я вижу кое-что, касающееся тебя. Поди сюда и посмотри вместе со мной в Зеркало Мира.</p>
     <p>Все остановились в ожидании, а Френсис, подойдя к котлу, нагнулся над ним вместе с королевой и стал смотреть на поверхность неизвестного жидкого металла. Он увидел себя в библиотеке своего нью-йоркского дома, а рядом с собой — Ту, Что Грезит, и он обнимал ее за талию. Она с любопытством разглядывала биржевой телеграф. Френсис стал объяснять ей, как он действует, но, взглянув мельком на ленту, увидел столь неприятные известия, что кинулся к телефону звонить своему маклеру, — и тут видение исчезло.</p>
     <p>— Что вы там узрели? — спросила его Леонсия, когда они вышли.</p>
     <p>И Френсис солгал. Ни словом не обмолвившись, что видел Ту, Что Грезит в библиотеке своего нью-йоркского дома, он ответил:</p>
     <p>— Биржевой телеграф, который сообщал об огромном падении акций, грозящем вызвать панику на Уолл-стрите. Но откуда ей известно, что я имею какое-то отношение к Уолл-стриту и биржевым телеграфам?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава девятнадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Кто-то должен жениться на этой сумасшедшей, — начала Леонсия, как только все четверо расположились на циновках в комнате, куда привел их жрец. — И этим геройским поступком он спасет всем нам жизнь и себе тоже. Сеньор Торрес, вам представляется возможность спасти всем нам жизнь, а заодно и себе.</p>
     <p>— Брр! — содрогнулся Торрес. — Да я не женюсь на ней и за десять миллионов долларов. Она слишком умна. Она внушает мне ужас. Она — как бы это сказать? — она, говоря по-вашему, действует мне на нервы. Я ведь храбрый. Но при ней вся моя храбрость куда-то исчезает. От страха меня даже холодный пот прошиб. Нет, меньше чем за десять миллионов я и пытаться не стану побороть свой страх. Генри и Френсис храбрее меня. Пусть кто-нибудь из них и женится на ней.</p>
     <p>— Но я помолвлен с Леонсией! — быстро возразил Генри. — Как же я могу жениться на королеве?</p>
     <p>Взоры всех обратились к Френсису, однако Леонсия помешала ему ответить.</p>
     <p>— Это несправедливо, — сказала она. — Ведь никто из вас не хочет на ней жениться! Поэтому единственный справедливый выход — тянуть жребий. — С этими словами она выдернула три соломинки из циновки, на которой сидела, и одну обломила. — Тот, кто вытянет короткую соломинку, будет жертвой. Сеньор Торрес, тащите первым.</p>
     <p>— И первый, кто вытянет коротенькую, — пожалуйте под венец, — усмехнулся Генри.</p>
     <p>Весь дрожа, Торрес перекрестился и потянул. Соломинка оказалась явно длинной, он даже закружился по комнате и пропел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Не пойду я под венец,</v>
       <v>Вот какой я молодец…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Затем жребий тянул Френсис, — и на его долю тоже досталась длинная соломинка. Таким образом, для Генри уже не было выбора. Роковая соломинка, оставшаяся в руке Леонсии, решала его участь. Он посмотрел на Леонсию, и на лице его отразились все муки ада. Она заметила его взгляд и почувствовала безмерную жалость к нему, а это, в свою очередь, заметил Френсис и принял быстрое решение. Есть выход. И все сразу станет просто. Как ни велика его любовь к Леонсии, а преданность Генри — еще больше. Нечего колебаться. Френсис весело хлопнул Генри по плечу и воскликнул:</p>
     <p>— Итак, перед вами ничем не связанный холостяк, который не боится брачных уз. Я женюсь на ней.</p>
     <p>Генри вздохнул с таким облегчением, как если бы его спасли от неминуемой смерти. Он схватил руку Френсиса, и они обменялись крепким рукопожатием, глядя прямо друг другу в глаза, как могут смотреть только честные, порядочные люди. И ни один из них не заметил, какое смятение отразилось на лице Леонсии при столь неожиданной развязке. Та, Что Грезит говорила правду: Леонсия была несправедлива как женщина, — она любила двух мужчин и тем лишала Ту, Что Грезит ее законной доли счастья.</p>
     <p>Дальнейшему обсуждению этой темы положило конец появление девочки из Большого дома, которая вместе с женщинами принесла пленникам обед. Зоркий взгляд Торреса сразу приметил на шее у девочки ожерелье из драгоценных камней: это были рубины, и притом великолепные.</p>
     <p>— Та, Что Грезит подарила мне это, — сказала девочка, радуясь, что чужеземцам нравится ее новое украшение.</p>
     <p>— А у нее есть еще такие камни? — спросил Торрес.</p>
     <p>— Конечно! — был ответ. — Она только что показывала мне целый сундук, полный таких камней. У нее там есть всякие, есть даже гораздо больше этих, только те не нанизаны. Они лежат там грудой, как кукурузные зерна.</p>
     <p>Пока все ели и беседовали, Торрес нервно курил, потом встал и заявил, что есть он не хочет, — ему нездоровится.</p>
     <p>— Вот что, — внушительным тоном начал он. — Я говорю по-испански лучше вас обоих, Морганы. Кроме того, я уверен, что куда лучше вас знаю характер испанских женщин. И, чтобы доказать вам свое дружеское расположение, я сейчас пойду к этой даме и попытаюсь убедить ее отказаться от брака.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Один из копьеносцев преградил Торресу путь и пошел доложить о нем, но вскоре вернулся и жестом пригласил его войти. Королева, полулежа на диване, милостиво кивнула Торресу и разрешила приблизиться к ней.</p>
     <p>— Ты ничего не ел? — заботливо спросила она его; и когда Торрес заявил, что у него нет аппетита, предложила: — А не хочешь ли выпить?</p>
     <p>Глаза Торреса загорелись. Он почувствовал, что ему необходимо подкрепиться: за последние дни он пережил столько треволнений, а тут еще предстоит новая авантюра, в которой он решил любой ценой добиться успеха. Королева хлопнула в ладоши и отдала распоряжение служанке, явившейся на ее зов. И тотчас же слуга внес и откупорил небольшой деревянный бочонок.</p>
     <p>— Это очень старое вино, оно хранится уже не один век, — сказала королева. — Да, впрочем, тебе, да Васко, это должно быть известно: ведь ты сам привез его сюда четыре столетия назад.</p>
     <p>Относительно того, что бочонок старинный, не могло быть никаких сомнений, и Торрес почувствовал, как от мучительной жажды у него сразу пересохло в горле: подумать только, целых двенадцать поколений родилось и умерло с тех пор, как этот бочонок пересек Атлантический океан. Прислужница налила большой кубок, и Торрес, осушив его, был поражен мягкостью напитка. Но очень скоро все его тело и мозг ощутили колдовскую силу четырехсотлетнего вина.</p>
     <p>Королева предложила ему присесть на край лодка у ее ног — так ей было удобнее наблюдать за ним — и спросила:</p>
     <p>— Ты пришел ко мне без зова. Ты что-то хочешь мне сказать или о чем-то спросить?</p>
     <p>— Я тот, на кого пал выбор, — ответил он, подкручивая ус и стараясь принять возможно более бравый вид, какой и подобает настоящему мужчине, пустившемуся в любовную авантюру.</p>
     <p>— Странно, — сказала она. — Я не тебя видела в Зеркале Мира. Тут… какая-то ошибка, наверное?</p>
     <p>— Совершенно верно, ошибка, — охотно согласился он, поняв, что ее не обманешь. — Это все вино наделало. В нем какая-то колдовская сила, которая заставляет меня открыть тебе свое сердце, — ведь я так жажду тебя!</p>
     <p>Улыбнувшись одними глазами, она снова позвала прислужницу и велела снова наполнить его глиняный кубок.</p>
     <p>— Теперь, наверно, будет вторая ошибка, а? — поддразнивая его, заметила она, когда он осушил кубок.</p>
     <p>— О нет, королева! — отвечал Торрес. — Теперь в голове у меня полная ясность. И я могу справиться со своим сердцем. Выбор пал на Френсиса Моргана — того, кто целовал тебе руку; он и будет твоим мужем.</p>
     <p>— Это правда, — торжественно сказала она. — Именно его лицо я видела в Зеркале Мира и сразу поняла, что он предназначен мне.</p>
     <p>Поощренный ее словами, Торрес продолжал:</p>
     <p>— Я его друг, самый лучший друг. Ты, которая знаешь все, несомненно, знаешь и то, что за невестой обычно дают приданое. И вот он послал меня, своего лучшего друга, чтобы выяснить, какое приданое у его невесты, и осмотреть его. Тебе должно быть известно, что он один из богатейших людей у себя в стране, где много богатых.</p>
     <p>Королева так стремительно вскочила с ложа, что Торрес весь съежился от страха, ожидая удара ножом между лопаток. Однако королева быстро прошла, или, вернее, скользнула к двери, ведущей во внутренние покои.</p>
     <p>— Пройди сюда! — повелительно сказала она.</p>
     <p>Перешагнув через порог, Торрес сразу понял, что это ее спальня. Но где уж: тут было рассматривать комнату, когда королева сразу подняла крышку тяжелого, окованного медью сундука и жестом подозвала Торреса. Он подошел и увидел нечто такое, от чего кто угодно мог остолбенеть. Да, девочка сказала правду! Сундук был доверху полон бессчетным множеством драгоценных камней — бриллиантов, рубинов, изумрудов, сапфиров, самых редких, самой чистой воды и самых крупных, которые лежали грудой, точно кукурузные зерна.</p>
     <p>— Погрузи в них руки до самых плеч, — сказала королева, — и убедись, что это не стекляшки, не плод фантазии и не обманчивый сон, а настоящие драгоценные камни. И тогда ты сумеешь дать точный отчет своему богатому другу, который должен жениться на мне.</p>
     <p>И Торрес, чей мозг был воспламенен старым вином, сделал, как ему было сказано.</p>
     <p>— Неужели эти стекляшки такое для тебя диво? — подтрунивая над ним, спросила королева. — Ты так на них смотришь, будто перед тобой чудеса несказанные.</p>
     <p>— Мне никогда и не снилось, что где-либо на свете может существовать такое сокровище, — пробормотал он, совсем одурев.</p>
     <p>— Им нет цены?</p>
     <p>— Да, им нет цены.</p>
     <p>— Они дороже доблести, любви и чести?</p>
     <p>— Они дороже всего. Они могут свести с ума.</p>
     <p>— И на них можно купить настоящую любовь женщины или мужчины?</p>
     <p>— На них можно купить весь мир!</p>
     <p>— Ну, что ты! — сказала королева. — Вот ты мужчина, ты держал женщин в своих объятиях. Так неужели за эти камешки можно купить женщину?</p>
     <p>— От сотворения мира женщин покупали и продавали за них. И ради них женщины сами продавали себя.</p>
     <p>— А могут они купить мне сердце твоего доброго друга Френсиса?</p>
     <p>Только сейчас Торрес впервые посмотрел на нее, кивнул и что-то пробормотал; от выпитого вина и созерцания такого множества драгоценностей глаза его блуждали и дико горели.</p>
     <p>— Ты думаешь, твой славный друг Френсис будет так же, как и ты, высоко ценить их?</p>
     <p>Торрес молча кивнул.</p>
     <p>— И все люди так высоко их ценят? Торрес снова многозначительно кивнул.</p>
     <p>Королева рассмеялась серебристым смехом, в котором звучало презрение. Она нагнулась и наудачу захватила пригоршню дивных камней, которым цены не было.</p>
     <p>— Пойдем, — приказала она. — Я покажу тебе, как я ими дорожу.</p>
     <p>Она провела его через комнату и вышла вместе с ним на галерею, сооруженную над самой водой. Галерея эта опоясывала дом с трех сторон, тогда как четвертая стена его примыкала к скале. У подножия скалы бурлил водоворот, — Торрес подумал, что здесь, видно, и находится то отверстие, через которое вода вытекает из озера, как это и подозревали Морганы.</p>
     <p>А королева, поддразнивая его своим серебристым смехом, разжала руку и швырнула бесценные камни в самую воронку водоворота.</p>
     <p>— Вот как я ими дорожу! — сказала она.</p>
     <p>Торрес был потрясен, он разом протрезвел при виде такого расточительства.</p>
     <p>— И они уже никогда не вернутся ко мне! — со смехом продолжала она. — Оттуда ничто не возвращается! Гляди!</p>
     <p>И она бросила в воду букетик цветов, который стремительно завертелся, словно двигаясь по спирали, и исчез втянутый водоворотом.</p>
     <p>— Если ничто оттуда не возвращается, то куда же все исчезает? — хриплым голосом спросил Торрес.</p>
     <p>Королева пожала плечами, но Торрес понял, что ей известна тайна вод.</p>
     <p>— Не один человек ушел этим путем, — задумчиво сказала она. — И ни один из них не вернулся. Моя мать тоже ушла этой дорогой — ее бросили в водоворот, когда она умерла. Я была тогда еще совсем ребенком. — Вдруг она словно очнулась. — А теперь, человек в шлеме, уходи! И доложи обо всем твоему господину, я хочу сказать, твоему другу. Расскажи ему, какое у меня приданое. И если он хоть наполовину одержим такой же безумной страстью к этим камешкам, как ты, то руки его очень скоро обовьются вокруг меня. А я останусь здесь и помечтаю, пока он придет. Я могу без конца любоваться игрою вод.</p>
     <p>Получив приказание удалиться, Торрес прошел в спальню, но тут же на цыпочках вернулся к двери, чтобы посмотреть, что делает королева. Она опустилась на пол галереи и, подперев голову рукой, пристально глядела на водоворот. Тогда Торрес бросился к сундуку, поднял крышку, схватил полную пригоршню камней и высыпал их в карман. Но прежде чем он успел снова запустить руку в сундук, за спиной его раздался язвительный смех королевы.</p>
     <p>Страх и ярость до такой степени овладели им, что он ринулся на нее; она выскочила на галерею — он за ней, но в ту минуту, когда, казалось, он готов был схватить ее, она вдруг вытащила кинжал и занесла над ним.</p>
     <p>— Вор, — спокойно сказала она. — Бессовестный вор. А участь всех воров в нашей долине — смерть. Я сейчас позову моих копьеносцев и велю бросить тебя в пучину.</p>
     <p>Такой неожиданный поворот событий заставил Торреса призвать на помощь всю свою изворотливость. Взглянув на пенящуюся воду, в которую грозила бросить его королева, он вскрикнул, точно увидел там что-то ужасное, упал на одно колено и закрыл руками искаженное притворным страхом лицо. Королева повернула голову и посмотрела в направлении его взгляда. Это как раз и нужно было Торресу. Он, точно тигр, прыгнул на нее, схватил за руки и вырвал кинжал.</p>
     <p>Он отер с лица пот и прерывисто дышал, еще не сумев полностью овладеть собой. А королева с любопытством, но без всякого страха смотрела на него.</p>
     <p>— Ты исчадие ада, — злобно прошипел он, все еще трясясь от ярости, — ведьма, промышляющая силами тьмы и всякой чертовщиной! Однако ты женщина, рожденная женщиной, и потому смертна. Ты такая же слабая, как все смертные и все женщины, а потому я предоставляю тебе право выбора: либо ты будешь брошена в водоворот и погибнешь, либо…</p>
     <p>— Либо что? — переспросила она.</p>
     <p>— Либо… — Он помолчал, облизал пересохшие губы и выпалил: — Нет! Клянусь божьей матерью, я не боюсь! Либо ты выйдешь за меня замуж сегодня же! Выбирай!</p>
     <p>— Ты хочешь жениться на мне ради меня самой или ради сокровищ?</p>
     <p>— Ради сокровищ, — нагло признался он.</p>
     <p>— Но в Книге Жизни написано, что я выйду замуж за Френсиса, — возразила она.</p>
     <p>— Ну так что же: мы перепишем эту страницу в Книге Жизни!</p>
     <p>— Как будто это можно сделать! — рассмеялась она.</p>
     <p>— Тогда я докажу, что ты смертная, и брошу тебя в этот водоворот, как ты бросила цветы.</p>
     <p>В эту минуту Торрес был положительно неустрашим — неустрашим оттого, что старое крепкое вино горячило его кровь и мозг, а еще оттого, что он был хозяином положения. К тому же, как истый латиноамериканец, он не мог не наслаждаться такой сценой, где у него была возможность покрасоваться и дать волю своему красноречию.</p>
     <p>Внезапно он вздрогнул, услышав легкий свист королевы, — так латиноамериканцы обычно зовут слуг. Он подозрительно покосился на королеву, потом посмотрел на дверь в спальню и снова перевел взгляд на нее.</p>
     <p>На пороге, словно призрак, — Торрес смутно видел его краешком глаза — появился огромный белый пес. В страхе Торрес невольно попятился. Но нога его не нашла точки опоры, и, не удержавшись, он полетел вниз головой в пучину. Торрес отчаянно закричал и уже из воды увидел, что пес прыгнул вслед за ним.</p>
     <p>Хотя Торрес и был хорошим пловцом, он почувствовал себя в водовороте беспомощнее соломинки и. Та, Что Грезит, перегнувшись через перила галереи и, точно зачарованная, глядя вниз, увидела, как Торреса, а затем и собаку втянуло в водоворот, из которого нет возврата.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцатая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Долго еще Та, Что Грезит смотрела на бурлящую воду. Затем произнесла со вздохом: «Бедный мой пес!» — и выпрямилась. Гибель Торреса нимало не тронула ее. Она с детства привыкла распоряжаться жизнью и смертью своего полудикого вырождающегося народа, и человеческая жизнь не представлялась ей чем-то священным. Если жизнь у человека складывалась хорошо и красиво, то, конечно, надо дать ему возможность ее прожить. Но если он вел дурную, безнравственную жизнь и был опасен для других, — такого человека не жаль: пусть умирает, а то можно его и прикончить. Таким образом, смерть Торреса была для нее лишь эпизодом — неприятным, но быстро промелькнувшим. Жаль только было собаку.</p>
     <p>Она вернулась к себе в спальню и громко хлопнула в ладоши, вызывая прислужницу, при этом она не преминула удостовериться, что крышка сундука с драгоценностями все еще открыта. Отдав прислужнице распоряжение, она вернулась на галерею, откуда могла незаметно наблюдать за тем, что происходит в комнате.</p>
     <p>Через несколько минут прислужница ввела в комнату Френсиса и оставила его одного. Молодой человек был невесел. Как ни благородно было его отречение от Леонсии, оно не принесло ему особой радости. Не радовала его и мысль о предстоящем браке со странной женщиной, которая правила Затерянными Душами и жила в этом таинственном бунгало на берегу озера. Правда, в нем она не вызывала — как в Торресе — ни страха, ни враждебности, скорее наоборот: Френсис испытывал к ней жалость. Его невольно трогало трагическое положение этой красавицы в расцвете сил, которая так отчаянно, несмотря на свой властный, гордый характер, искала любви и спутника в жизни.</p>
     <p>С первого же взгляда Френсис понял, где он находится, и невольно подумал: не считает ли его королева уже своим мужем — без лишних разговоров, без его согласия, без всяких церемоний? Поглощенный своими невеселыми думами, он не обратил никакого внимания на сундук. Наблюдавшая за ним королева видела, что он стоит посреди комнаты, явно поджидая ее; постояв так несколько минут, он подошел к сундуку, захватил пригоршню драгоценных камней и по камешку — один за другим — бросил их обратно, точно это были простые стекляшки; потом повернулся и, подойдя к ее ложу, принялся разглядывать устилавшие его леопардовые шкуры; затем присел, одинаково равнодушный и к ложу и к сокровищам. Все это вызвало такой восторг в королеве, что она уже дольше не могла оставаться сторонней наблюдательницей. Войдя в комнату, она сказала со смехом:</p>
     <p>— Что, сеньор Торрес очень любил лгать?</p>
     <p>— Любил? — переспросил Френсис, чтобы сказать что-нибудь, и поднялся ей навстречу.</p>
     <p>— Да, теперь уже он ничего не любит. Тебе непонятны мои слова? Его нет, — пояснила она. — Нет нигде. — И добавила, заметив, что Френсиса заинтересовало это известие: — Он исчез — и это очень хорошо: теперь он уже никогда не вернется. Но он любил лгать, да?</p>
     <p>— Несомненно, — ответил Френсис. — Он отчаянный лжец.</p>
     <p>Он не мог не заметить, как изменилось ее лицо, когда он так охотно признал лживость Торреса.</p>
     <p>— А что он тебе говорил? — спросил Френсис.</p>
     <p>— Что его выбрали жениться на мне.</p>
     <p>— Лжец, — сухо заметил Френсис.</p>
     <p>— Потом он сказал, что тебя выбрали мне в мужья. И это тоже была ложь, — закончила она совсем упавшим голосом.</p>
     <p>Френсис отрицательно покачал головой.</p>
     <p>Крик радости, невольно вырвавшийся у королевы, тронул сердце Френсиса и породил в нем такую нежность и жалость, что у него даже мелькнуло желание обнять ее и утешить. Она ждала, чтобы он заговорил.</p>
     <p>— Я тот, кто женится на тебе, — твердым голосом сказал он. — Ты прекрасна. Когда же наша свадьба?</p>
     <p>По лицу ее разлилась такая неуемная радость, что он поклялся, если это будет от него зависеть, никогда не омрачать печалью ее лица. Хотя она и повелительница Затерянных Душ и обладает несказанными сокровищами и сверхъестественной способностью прозревать будущее, для него она просто одинокая, наивная женщина, с сердцем, исполненным любви, но совершенно в ней не искушенным.</p>
     <p>— Я расскажу тебе, что еще говорил этот пес Торрес, — радостно начала она. — Он сказал мне, что ты богат и что, прежде чем жениться на мне, ты хочешь знать, какое у меня приданое. Он сказал, что ты послал его посмотреть на мои богатства. Я знаю, что это ложь. Ты ведь женишься на мне не ради этого! — И она презрительно указала на сундук с драгоценностями.</p>
     <p>Френсис негодующе покачал головой.</p>
     <p>— Тебе нужна я сама, а не это, — победоносно заключила она.</p>
     <p>— Да, ты сама, — не мог не солгать Френсис.</p>
     <p>И тут он увидел нечто, глубоко его удивившее. Королева — эта деспотичнейшая из правительниц, которая властвовала над судьбами своих подданных, которая распорядилась жизнью Торреса и сочла достаточным лишь вскользь упомянуть об этом, которая избрала себе супруга, даже не спросив его согласия, — эта самая королева вдруг покраснела. По шее, заливая алой волной щеки, лоб и уши, поднялась краска девичьей стыдливости. Смятение королевы передалось и Френсису. Он не знал, что делать: кровь бросилась ему в лицо, окрасив ярким румянцем загорелую кожу. Никогда еще, подумал он, за всю историю рода человеческого не возникало между мужчиной и женщиной более странных отношений. Они оба были до такой степени смущены, что даже ради спасения своей жизни Френсис не мог бы ничего придумать, чтобы разрядить напряжение. И королева вынуждена была заговорить первой.</p>
     <p>— А теперь, — сказала она, краснея еще больше, — ты должен проявить свою любовь ко мне.</p>
     <p>Френсис попытался заговорить, но губы у него так пересохли, что он лишь облизнул их и промычал что-то нечленораздельное.</p>
     <p>— Меня никто никогда не любил, — храбро продолжала королева. — Мой народ не умеет любить. Это не люди, а животные, они не способны ни мыслить, ни рассуждать! Но мы с тобой — мы настоящие мужчина и женщина! А на свете есть и ласка и нежность — это я узнала из своего Зеркала Мира. Но я неопытна. Я не знаю, как это делается. Ты же — ты пришел из большого мира, и ты, конечно, знаешь, что такое любовь. Я жду. Люби же меня!</p>
     <p>Она опустилась на ложе, посадила рядом Френсиса и, верная своему слову, стала ждать. А Френсиса, которому надо было любить по приказу, точно всего сковало: он чувствовал, что не в состоянии пошевельнуться.</p>
     <p>— Разве я не красива? — спросила после паузы королева. — Неужели ты не жаждешь обнять меня так, как я жажду очутиться в твоих объятиях? Губы мужчины никогда еще не касались моих губ. Каким бывает этот поцелуй — поцелуй в губы? Когда ты коснулся губами моей руки, я ощутила блаженство. Ты поцеловал тогда не только мою руку, но и душу. Мне казалось, что мое сердце бьется в твоих руках. Разве ты этого не чувствовал?</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Ну вот, — сказала она через полчаса; они сидели на ложе, держась за руки, — я рассказала тебе то немногое, что я знаю о себе. А знаю я о своем прошлом только со слов других. Настоящее я вижу ясно в моем Зеркале Мира. Будущее я тоже могу видеть, но смутно, да и не все я понимаю из того, что вижу. Я родилась здесь, как и моя мать и моя бабка. В жизни каждой королевы рано или поздно появлялся возлюбленный. Порой они приходили сюда — так же, как ты. Мать рассказывала мне, что ее мать ушла из долины в поисках возлюбленного и пропадала долго — многие годы. Так же поступила и моя мать. Я знаю потайной ход, где давно умершие конкистадоры охраняют тайны майя и где стоит сам да Васко, шлем которого этот пес Торрес имел дерзость украсть и выдать за свой собственный. Если бы ты не явился, я тоже вынуждена была бы отправиться разыскивать тебя, ибо ты мой суженый и предназначен мне судьбой.</p>
     <p>Вошла прислужница, за которой следовал копьеносец; Френсис с трудом уловил, о чем они говорили на своем занятном староиспанском языке. Сердясь и в то же время радуясь, королева вкратце передала ему содержание их разговора:</p>
     <p>— Мы должны сейчас же идти в Большой дом. Там будет свадебная церемония. Жрец Солнца упрямится, не знаю почему, — быть может, оттого, что ему не дали пролить вашу кровь на алтаре. Он очень кровожаден. Хоть он и жрец Солнца, но разумом большим не обладает. Мне донесли, что он пытается восстановить народ против нашего брака. Жалкий пес! — Она сжала руки, лицо ее приняло решительное выражение, а глаза засверкали царственным гневом. — Я заставлю его поженить нас по старинному обычаю — перед Большим домом, у алтаря бога Солнца!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Послушай, Френсис, еще не поздно переменить решение, обратился к нему Генри. — Право, это несправедливо! Ведь я же вытянул коротенькую соломинку! Верно, Леонсия?</p>
     <p>Леонсия не могла произнести ни слова. Они стояли все вместе у алтаря, а за ними толпились Затерянные Души. В Большом доме заперлись королева и жрец Солнца.</p>
     <p>— Но вам ведь не хотелось бы, чтобы Генри женился на ней, не так ли, Леонсия? — спросил Френсис.</p>
     <p>— Как не хотелось бы, чтоб женились и вы, — возразила Леонсия. — Одного только Торреса я с радостью отдала бы ей в мужья. Она мне не нравится. Я не желала бы никому из моих друзей стать ее мужем.</p>
     <p>— Да вы, кажется, ревнуете, — заметил Генри. — А Френсис, по-моему, не так уже подавлен своей участью.</p>
     <p>— Но она же не какое-то чудовище, — сказал Френсис. — И я готов с достоинством — и даже без особого огорчения — встретить свою судьбу. А кроме того, должен тебе сказать. Генри, раз уж ты завел об этом речь, что она не вышла бы за тебя замуж, как бы ты ни просил.</p>
     <p>— Ну, не знаю… — начал было Генри.</p>
     <p>— В таком случае спроси у нее сам. Вот она идет. Посмотри, какие у нее стали глаза. Сразу видно: быть беде. А жрец мрачен, как туча. Сделай ей предложение, и ты увидишь, как она его примет, пока я здесь.</p>
     <p>Генри упрямо кивнул.</p>
     <p>— Хорошо… я это сделаю, но не для того, чтобы показать тебе, какой я покоритель женских сердец, а ради справедливости. Я нечестно вел себя, приняв твою жертву, теперь я хочу быть честным.</p>
     <p>И прежде чем они успели ему помешать, он растолкал толпу, подошел к королеве и, оттеснив в сторону жреца, принялся ей что-то с жаром говорить, а королева слушала и смеялась. Но смех ее предназначался не для Генри: она с победоносным видом смеялась над Леонсией.</p>
     <p>Не так уж много времени потребовалось королеве на то, чтобы отказать Генри, после чего она подошла к Леонсии и Френсису; жрец следовал за нею по пятам, за ним — Генри, тщетно старавшийся скрыть радость, которую вызвал в нем этот отказ.</p>
     <p>— Нет, ты только подумай! — воскликнула королева, обращаясь прямо к Леонсии. — Добрый Генри только что сделал мне предложение. Это уже четвертое за сегодняшний день. Значит, меня тоже любят! Ты когда-нибудь слышала, чтобы четверо мужчин признались женщине в любви в день ее свадьбы?</p>
     <p>— Как четверо? — удивился Френсис.</p>
     <p>Королева с неясностью посмотрела на него.</p>
     <p>— Ты сам и Генри, которому я только что отказала.</p>
     <p>А до вас — этот наглец Торрес. И только сейчас, в Большом доме, — вот этот жрец. — В глазах ее вспыхнул гнев, щеки зарделись румянцем. — Этот жрец Солнца, давно уже изменивший своим обетам, этот полумужчина, захотел, чтобы я вышла за него замуж! Собака! Тварь! И под конец этот дерзкий заявил, что я не выйду замуж за Френсиса! Пойдемте! Я сейчас проучу его.</p>
     <p>Она кивнула своим телохранителям, приказывая им окружить ее и чужеземцев, а двум копьеносцам велела стать позади жреца. Увидев это, толпа зароптала.</p>
     <p>— Приступай, жрец! — резко повелела королева. — Не то мои люди убьют тебя.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_066.jpg"/>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_067.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Жрец круто повернулся, видимо, собираясь воззвать к народу, но при виде приставленных к его груди копий прикусил язык и покорился. Он подвел к алтарю Френсиса и королеву, поставил их к себе лицом, сам поднялся на возвышение у алтаря и, глядя на жениха с невестой и на толпившийся позади них народ, сказал:</p>
     <p>— Я жрец Солнца. Мои обеты священны. И как жрец, давший обет, я должен обвенчать эту женщину Ту, Что Грезит — с этим пришельцем, с этим чужеземцем, вместо того чтобы пролить его кровь на нашем алтаре. Мои обеты священны. Я не могу изменить им. Я отказываюсь соединить эту женщину с этим мужчиной. От имени бога Солнца я отказываюсь совершить обряд…</p>
     <p>— Тогда ты умрешь, жрец, и немедленно! — злобно прошипела королева и кивком головы велела ближайшим копьеносцам приставить к нему копья, а остальным — направить их против зароптавших, готовых выйти из повиновения Затерянных Душ.</p>
     <p>Наступила томительная пауза. И длилась она почти целую минуту. Никто не произнес ни слова, никто не шелохнулся. Все стояли, точно окаменев, и смотрели на жреца, в чью грудь были нацелены копья.</p>
     <p>Тот, чья кровь и чья жизнь были поставлены на карту, первым нарушил тишину: он сдался. Спокойно повернувшись спиной к угрожавшим ему копьям, он опустился на колени и на старинном испанском языке вознес богу Солнца молитву о плодородии. Затем он повернулся к королеве и Френсису и жестом заставил их склониться в земном поклоне и чуть что не опуститься на колени перед ним. Когда пальцы старика коснулись их соединенных рук, лицо его искривилось в непроизвольной гримасе.</p>
     <p>По мановению жреца жених и невеста поднялись с колен, жрец разломил пополам кукурузную лепешку и протянул каждому по половинке.</p>
     <p>— Причастие, — шепнул Генри Леонсии, в то время как Френсис и королева откусили каждый от своей половины.</p>
     <p>— Римско-католический обряд, который, должно быть, завез сюда да Васко, и здесь он уже постепенно превратился в свадебный, — шепнула ему в ответ Леонсия. Сознание, что она навсегда теряет Френсиса, было ей бесконечно мучительно, и она едва владела собой: губы ее сжались и побелели, а ногтями она до боли впилась себе в ладони.</p>
     <p>Жрец взял с алтаря миниатюрный кинжал и миниатюрную золотую чашу и вручил их королеве. Та сказала что-то Френсису, он закатал рукав и, оголив левую руку, подставил ей. Королева же приготовилась сделать надрез на его коже, как вдруг остановилась, подумала — и вместо того, чтобы сделать это, осторожно лизнула кинжал кончиком языка.</p>
     <p>И тут ею овладела ярость. Попробовав лезвие на вкус, она отшвырнула от себя кинжал, готовая кинуться на жреца и приказать своим копьеносцам убить его, — она вся дрожала, тщетно пытаясь совладеть с собой. Проверив, куда упал кинжал, и убедившись, что его отравленное острие никого не задело и никому не причинило вреда, она вытащила из-под складок платья на груди другой миниатюрный кинжал. Его она тоже сначала лизнула языком и лишь после этого сделала надрез на руке Френсиса и собрала в золотую чашу несколько капелек его крови. Френсис проделал то же самое с ее рукой, а затем жрец под гневным взглядом королевы взял чашу с этой смешанной кровью и, пролив ее на алтарь, совершил обряд жертвоприношения.</p>
     <p>Наступила пауза. Королева стояла сердитая и хмурая.</p>
     <p>— Если чья-то кровь должна быть сегодня пролита на алтаре бога Солнца… — угрожающе начала она.</p>
     <p>И жрец, словно вспомнив про свою неприятную обязанность, повернулся к народу и торжественно объявил, что отныне Френсис и королева — муж и жена. Королева повернулась к Френсису с сияющим лицом, всем видом своим призывая его заключить ее в объятия. Он обнял ее и поцеловал, а Леонсия, увидев это, охнула и оперлась на руку Генри, чтобы не упасть. Однако от Френсиса не укрылась ее минутная слабость, — он заметил это и понял причину, хотя через минуту, когда раскрасневшаяся королева бросила ликующий взгляд на свою соперницу, Леонсия уже являла собой олицетворение горделивого безразличия.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать первая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Две мысли промелькнули в уме Торреса, когда он почувствовал, что водоворот засасывает его. Первая была об огромной белой собаке, прыгнувшей вслед за ним. А вторая — о том, что Зеркало Мира солгало. Торрес не сомневался, что ему пришел конец, однако то немногое, что он краешком глаза увидел в Зеркале Мира, менее всего было похоже на смерть в водной пучине.</p>
     <p>Он был прекрасный пловец, а потому, чувствуя, что вода стремительно засасывает его и увлекает в глубину, страшился лишь одного: как бы не размозжить себе голову о каменные стены или своды подземного туннеля, по которому его несло течение. Но судьбе было угодно, чтобы он ни разу даже не коснулся их. Порой только он чувствовал, как течением его выталкивает вверх: значит, рядом стена или выступ; тогда он нырял, весь съежившись, точно морская черепаха, которая втягивает голову при появлении акул.</p>
     <p>Но проходила минута — Торрес определял это по тому, сколько времени он удерживал дыхание, — и он снова замечал, что течение слабеет. Тогда он высовывал голову и наполнял легкие прохладным воздухом. Он переставал плыть, а лишь старался держаться на поверхности и раздумывал о том, что же произошло с собакой и какие новые треволнения готовит ему это путешествие по подземной реке.</p>
     <p>Вскоре Торрес увидел впереди свет — тусклый, но, несомненно, дневной свет. Мало-помалу становилось все светлее. Торрес обернулся и увидел то, что заставило его поплыть изо всех сил. А увидел он собаку, которая плыла, высоко задрав морду и оскалив свои страшные зубы. В том месте, где откуда-то сверху падал свет, Торрес заметил выступ скалы и вскарабкался на него. Прежде всего он сунул руку в карман, чтобы проверить, уцелели ли драгоценности, которые он украл у королевы. Но звонкий лай, точно раскаты грома прокатившийся по подземелью, напомнил Торресу о могучих клыках его преследователя, и вместо камней он поспешил вытащить кинжал королевы.</p>
     <p>И снова Торреса одолели сомнения. Убить ли этого страшного пса, пока он еще в воде, или вскарабкаться наверх, туда, откуда падает свет, в надежде, что поток пронесет собаку мимо? Он остановился на втором решении и поспешно стал карабкаться вверх по узкому выступу. Но собака выскочила из воды и помчалась вслед за ним со всей скоростью, на какую только способно четвероногое, так что быстро нагнала его. Торрес повернулся на крошечной площадке, где с трудом умещались его ноги, изогнулся и занес кинжал, готовясь вонзить его в собаку, если она прыгнет на него.</p>
     <p>Но собака не прыгнула. Широко раскрыв пасть, точно осклабившись, она присела на задние лапы и протянула ему переднюю, как бы здороваясь. Торрес взял эту лапу и потряс ее, — он едва не лишился чувств от облегчения. Рассмеявшись нервным истерическим смехом, он продолжал трясти эту лапу, а собака, высунув язык, глядела на него своими добрыми глазами и беззвучно смеялась.</p>
     <p>Продвигаясь дальше вдоль уступа в сопровождении собаки, которая с довольным видом следовала за ним по пятам и время от времени обнюхивала его икры, Торрес вскоре обнаружил, что узкая дорожка над рекой, взобравшись немного вверх, снова спускается к воде. И тут Торрес сделал два открытия: первое заставило его вздрогнуть и остановиться, а от второго сердце его забилось надеждой. Первым — была подземная река. Она с наскоку налетала на каменную стену и в хаосе кипящих волн и пены устремлялась куда-то под нее, — яростные всплески воды, высоко взметавшейся вверх, указывали на стремительную быстроту течения. Вторым — было отверстие в стене, сквозь которое струился дневной свет. Отверстие, футов пятнадцати в диаметре, было сплошь затянуто паутиной, куда более чудовищной, чем мог измыслить мозг самого безумного из безумцев. Еще более зловещими казались кости, валявшиеся кругом. Паутина была точно соткана из серебряных нитей толщиной с карандаш. Торрес вздрогнул, коснувшись одной из них. Нить прилипла к его пальцам, словно клей, и лишь с большим усилием, сотрясая всю паутину, ему удалось высвободить руку. Он попытался вытереть приставшую к коже липкую массу о свою одежду и о шерсть собаки.</p>
     <p>Две нижние нити огромной паутины достаточно далеко отстояли друг от друга, так что между ними можно было пролезть и выбраться на белый свет; но прежде чем сунуться туда самому, осторожный Торрес решил пропихнуть вперед собаку. Белый волкодав пополз и вскоре скрылся из виду, и Торрес уже собирался последовать за ним, как вдруг собака вернулась. Она мчалась с такой быстротой и была чем-то так напугана, что наскочила на него и оба упали. Но человеку удалось спастись, уцепившись руками за камни, а его четвероногий спутник кубарем покатился вниз, прямо в бурную стремнину. Торрес попробовал спасти пса, но его уже затянуло под скалу.</p>
     <p>Долго колебался Торрес. Страшно было подумать о том, чтобы снова броситься в подземную реку. А наверху, казалось, был открытый путь к дневному свету — и все в Торресе устремилось к этому свету, как пчела или цветок стремятся к солнцу. Но что же такое увидела там собака, что заставило ее так поспешно броситься назад? Погруженный в размышления, Торрес сразу не заметил, что его рука покоится на чем-то круглом. Он поднял этот предмет и увидел безглазый, безносый человеческий череп. Тут испуганному взгляду Торреса предстало пространство, устланное, точно ковром, человеческими костями, — он явственно различил ребра, позвонки и бедерные кости, составлявшие когда-то скелеты погибших здесь людей. Это зрелище склонило его в пользу прыжка в реку. Но, взглянув, как она, ярясь и пенясь, устремляется в отверстие под скалой, он отшатнулся.</p>
     <p>Вытащив кинжал королевы, Торрес с величайшей осторожностью прополз между двумя нижними нитями паутины, увидел то, что увидела собака, и в такой панике отскочил назад, что тоже упал в воду и, едва успев наполнить легкие воздухом, был втянут водоворотом в кромешную тьму под скалой.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Тем временем в доме королевы на берегу озера с не меньшей быстротой развивались не менее значительные события. Гости и новобрачные только что вернулись после брачной церемонии, состоявшейся у Большого дома, и рассаживались за столом, на котором, если можно так выразиться, был сервирован свадебный завтрак, как вдруг сквозь щель в бамбуковой стене влетела стрела и, просвистев между королевой и Френсисом, с такой силой вонзилась в противоположную стену, что оперенный конец ее нее еще продолжал дрожать. Генри и Френсис подбежали к окнам, выходившим на узенький мостик, и увидели, что положение создалось опасное. На глазах у них копьеносец королевы, охранявший подступ к мосту, бросился бежать к дому и на середине моста упал в воду, подбитый стрелой, которая продолжала дрожать у него в спине, — совсем как та, что ударилась в стену комнаты. За мостом, на берегу, толпилось все мужское население Долины Затерянных Душ во главе с жрецом, осыпая дом стрелами с перистыми концами. Позади стояли женщины и дети.</p>
     <p>Один из копьеносцев королевы, шатаясь, вбежал в комнату; он остановился, широко расставив ноги, чтобы не упасть, глаза его вылезали из орбит, а губы беззвучно шевелились, — он тщетно силился что-то сказать, ноги его подкосились, и он упал ничком: в спине его, как иглы дикобраза, торчали стрелы. Генри подскочил к двери, выходившей на мост, и, стреляя из пистолета, расчистил выход от наступавших Затерянных Душ, которые могли продвигаться по узкому мостику только гуськом и теперь падали один за другим, подкошенные огнем его пистолета.</p>
     <p>Осада легкого строения длилась недолго. Хотя Френсис под прикрытием пистолета-автомата Генри и сумел уничтожить мост, осажденные были бессильны потушить огонь на крыше, загоревшейся в двадцати местах от горящих стрел, которые выпустили нападающие по команде жреца.</p>
     <p>— Есть только один путь к спасению, — задыхаясь, произнесла королева; она стояла на галерее, нависшей над озером, и, сжав руку Френсиса, казалось, готова была броситься в его объятия и искать у него защиты. — И он выведет нас в широкий мир. — Она указала на воронку водоворота. — Никто никогда не возвращался оттуда. В моем Зеркале Мира я видела, как мертвецы плыли этим путем и вода выносила их на поверхность в широкий мир. Если не считать Торреса, я ни разу не видела, чтоб туда попал живой человек. То были только мертвецы. И они никогда не возвращались. Впрочем, Торрес тоже не вернулся.</p>
     <p>Все смотрели друг на друга в ужасе от того, что им предстоит.</p>
     <p>— А другой дороги нет? — спросил Генри, привлекая к себе Леонсию.</p>
     <p>Королева покачала головой. Вокруг них уже падали горящие куски крыши, а в ушах гудело от оглушительного рева жаждущих крови Затерянных Душ. Королева высвободила свою руку из руки Френсиса, видимо, решив зайти к себе в спальню, но тотчас же снова схватила его за руку и увлекла за собой. Ничего не понимая, он остановился вместе с ней возле сундука с драгоценностями; она поспешно захлопнула крышку сундука и заперла его на замок. Затем отбросила ногой циновку и открыла люк в полу, под которым оказалась вода. По ее указанию Френсис подтащил к люку сундук и бросил его в воду.</p>
     <p>— Даже жрец Солнца не знает этого тайника, — шепнула королева, снова схватила его за руку и вместе с ним бегом вернулась на галерею, где остались Генри с Леонсией.</p>
     <p>— Сейчас самое время бежать. Обними меня покрепче, Френсис, милый муж мой, обними и прыгай со мной в воду! — приказала она. — Мы покажем дорогу остальным.</p>
     <p>И они прыгнули. В ту же минуту крыша с треском рухнула в туче огненных искр. Тогда Генри тоже схватил Леонсию в охапку и прыгнул вместе с ней в водоворот, в котором уже исчезли Френсис и королева.</p>
     <p>Как и Торрес, четыре беглеца, ни разу не ударившись о скалы, были благополучно вынесены подземной рекой к отверстию, сквозь которое пробивался дневной свет и где выход стерег огромный паук. Генри было гораздо легче плыть, чем Френсису, так как Леонсия умела плавать. Правда, Френсис отлично держался на воде и потому без особого труда мог плыть вдвоем с королевой. Она беспрекословно слушалась его, не цеплялась за его руки и не тащила его вниз. Достигнув выступа в скале, все четверо вылезли из воды и решили передохнуть. Обе женщины принялись выжимать распустившиеся и намокшие волосы.</p>
     <p>— А это ведь не первая гора, в недра которой я попала с вами, — со смехом заметила Леонсия, обращаясь к обоим Морганам; впрочем, слова ее были предназначены скорее для королевы, чем для них.</p>
     <p>— А я впервые попадаю в такое место с моим мужем, — отпарировала королева, и колючее острие ее насмешки глубоко вонзились в сердце Леонсии.</p>
     <p>— Похоже, Френсис, что твоя жена не очень склонна ладить с моей будущей женой, — заметил Генри с той грубоватой прямолинейностью, какая появляется у мужчин, когда они хотят скрыть смущение, вызванное бестактностью женщин.</p>
     <p>Однако таким чисто мужским подходом к делу Генри добился лишь молчания, еще более натянутого и стеснительного для всех. Впрочем, обеим женщинам это, казалось, доставляло даже удовольствие. Френсис тщетно ломал голову, придумывая, что бы такое сказать и как разрядить атмосферу, а Генри в полном отчаянии вдруг встал и, объявив, что пойдет на разведку, предложил королеве сопутствовать ему. Он протянул ей руку и помог подняться. Френсис и Леонсия продолжали сидеть, храня упорное молчание. Френсис первый нарушил его:</p>
     <p>— Знаете что, Леонсия, я бы с удовольствием отшлепал вас.</p>
     <p>— А что я собственно такого сделала? — вызывающе спросила она.</p>
     <p>— Как будто вы не знаете! Вы вели себя ужасно.</p>
     <p>— Это вы вели себя ужасно! — с подавленным рыданием вырвалось у нее, хоть она и твердо решила не выказывать женской слабости. — Кто просил вас жениться на ней? Не вы же вытащили короткую соломинку! Ну чего ради вы добровольно связали себя, когда даже ангел не отважился бы на такое? Разве я просила вас об этом? У меня едва сердце не остановилось, когда я услышала, как вы сказали Генри, что женитесь на ней. Я чуть в обморок не упала. Вы даже не посоветовались со мной. А ведь это по моему предложению, чтобы спасти вас от нее, решено было тянуть соломинки, — и мне нисколько не стыдно признаться, что я поступила так, чтобы вы остались со мной. Генри любит меня как-то совсем иначе, чем вы. Да и я никогда не любила Генри так, как люблю вас, — люблю даже сейчас, да простит мне господь!</p>
     <p>Френсис потерял самообладание. Он схватил ее в объятия и крепко прижал к себе.</p>
     <p>— И это в день вашей свадьбы! — с упреком вырвалось у нее.</p>
     <p>Руки его тотчас опустились.</p>
     <p>— Ну что вы говорите, Леонсия, да еще в такую минуту! — с грустью пробормотал он.</p>
     <p>— А почему бы и нет? — вспылила она. — Вы любили меня. Вы дали мне это понять настолько ясно, что у меня не могло остаться никаких сомнений в вашей любви. И вдруг вы с самым веселым и радостным видом женились на первой встречной женщине, пленившей вас белизною кожи.</p>
     <p>— Вы ревнуете, — с упреком сказал он и почувствовал, как сердце у него подпрыгнуло от счастья, когда она утвердительно кивнула. — Я могу поручиться, что вы ревнуете, и в то же время, со свойственной всему женскому полу способностью лгать, — лжете. То, что я сделал, я сделал вовсе не с веселым и радостным видом. Я сделал это ради вас и ради себя. А вернее — ради Генри. Слава богу, я еще не забыл, что такое мужская честь!</p>
     <p>— Мужская честь далеко не всегда может привести женщину в восторг — возразила она.</p>
     <p>— Вы предпочли бы видеть меня бесчестным? — быстро спросил он.</p>
     <p>— Я всего лишь любящая женщина! — взмолилась она.</p>
     <p>— Вы злая оса, а не женщина, — вскипел он. — И вы несправедливы ко мне.</p>
     <p>— А разве женщина бывает справедливой, когда она любит? — спросила Леонсия, признавая тем самым эту величайшую на свете истину. — Для мужчин, возможно, главное — это правила чести, которые они сами же и изобретают, а для женщин главное — веления их любящего сердца; я сама, как женщина, вынуждена смиренно в этом признаться.</p>
     <p>— Возможно, что вы и правы. Честь, как математика, имеет свои логические, объяснимые законы. Стало быть, для женщин не существует никаких нравственных правил, а только…</p>
     <p>— Только настроение, — докончила за него Леонсия.</p>
     <p>Тут Генри и королева позвали их и положили таким образом конец их беседе. Френсис с Леонсией поспешили присоединиться к ним, и все вместе стали рассматривать огромную паутину.</p>
     <p>— Видали вы когда-нибудь такую чудовищную паутину? — воскликнула Леонсия.</p>
     <p>— Интересно было бы посмотреть на чудовище, которое соткало ее, — заметил Генри.</p>
     <p>— М-да, но все-таки лучше смотреть на него, чем быть таким, как он, — сказал Френсис.</p>
     <p>— Наше счастье, что нам не надо идти этим путем, — сказала королева.</p>
     <p>Все вопросительно посмотрели на нее.</p>
     <p>— Вот наш путь, — указала она рукой на поток. — Мне это хорошо известно. Я часто видела его в моем Зеркале Мира. Когда моя мать умерла и была погребена в водовороте, я следила в Зеркале Мира за ее телом и видела, как оно доплыло до этого места и поток понес его дальше.</p>
     <p>— Но это же было мертвое тело, — быстро возразила Леонсия.</p>
     <p>Соперничество между ними тотчас вспыхнуло с новой силой.</p>
     <p>— Один из моих копьеносцев, красавец юноша, — спокойно продолжала королева, — осмелился — увы! — посмотреть на меня глазами любви. Он был брошен живым в водоворот. Я тоже следила за ним в Зеркале Мира. Он доплыл до этого места и вылез из воды. Я видела, как он прополз сквозь паутину вон туда, к свету, и сразу же бросился назад, прямо в поток.</p>
     <p>— Еще один мертвец, — мрачно процедил Генри.</p>
     <p>— Нет, я продолжала следить за ним в Зеркале, и хотя некоторое время вокруг была сплошная тьма и мне ничего не было видно, под конец — и довольно скоро — он очутился на поверхности большой реки, освещенной ярким солнцем, подплыл к берегу, — я прекрасно помню, что это был левый берег, — вылез из воды и скрылся среди больших деревьев, какие не растут в Долине Затерянных Душ.</p>
     <p>Но, как и Торреса, их всех ужасала мысль, что надо броситься в эту темную реку, исчезавшую под скалой. Однако королева стояла на своем.</p>
     <p>— Вы видите эти кости животных и людей, которые убоялись реки и хотели выбраться на свет иным путем? Это все были живые существа — поймите! И вот что от них осталось! А скоро и этого не будет.</p>
     <p>— И все же, — сказал Френсис, — мне вдруг так захотелось посмотреть на солнце! Побудьте все здесь, пока я пойду на разведку.</p>
     <p>Вытащив свой пистолет-автомат, которому ничуть не повредила вода, ибо пули в нем были водонепроницаемые, он прополз в отверстие между нижними нитями паутины. Как только он исчез из виду, Леонсия, королева и Генри услышали выстрелы. И почти тут же снова появился Френсис: он пятился, отстреливаясь, а на него наступал творец паутины — гигантский паук, от одной его волосатой лапы до другой было не меньше двух ярдов. Одетое панцирем туловище, от которого в разные стороны расходились лапы, было величиной с корзину для бумаг. Весь изрешеченный пулями Френсиса, он все еще боролся со смертью. Падая, он гулко стукнулся о плечи и спину Френсиса и, отскочив, все еще продолжая беспомощно махать в воздухе волосатыми лапами, рухнул в бурлящую воду. Четыре пары глаз следили за тем, как поток домчал его до скалы, затянул под нее и унес прочь.</p>
     <p>— Где один, там должен быть и другой, — с сомнением глядя на отверстие, откуда лился дневной свет, заметил Генри.</p>
     <p>— Здесь, здесь единственный путь, — сказала королева, указывая на реку. — Пойдем, мой муж, в объятиях друг друга прорвемся сквозь тьму в солнечный мир. Помни, я никогда не видела его и скоро благодаря тебе увижу впервые.</p>
     <p>Она раскрыла ему объятия, и Френсис не мог отринуть ее.</p>
     <p>— Это всего лишь отверстие в отвесной скале, а под ним пропасть в тысячу футов глубиной, — поделился Френсис со своими спутниками тем, что видел, когда пролез сквозь паутину. И, обняв королеву, он прыгнул вместе с нею в поток.</p>
     <p>Генри тоже обнял Леонсию и собирался прыгнуть следом за ними, но она остановила его.</p>
     <p>— Почему вы приняли жертву Френсиса? — спросила она.</p>
     <p>— Потому что… — Он умолк и с удивлением уставился на нее. — Потому что я хотел быть с вами, — закончил он. — И еще потому, что я с вами обручен, а Френсис был тогда свободен. К тому же, если я не ошибаюсь, Френсис вполне доволен, своей участью.</p>
     <p>— Нет, — убежденно покачала она головой. — Просто он рыцарь по натуре и ведет себя соответственно, чтобы не оскорблять чувств королевы.</p>
     <p>— Ну, не знаю. Помните, перед алтарем у Большого дома я сказал, что пойду и предложу королеве руку и сердце, а он засмеялся и сказал, что она не выйдет за меня замуж, даже если я буду умолять ее об этом. Из этого можно сделать только один вывод: что он сам хотел на ней жениться. Да собственно почему бы ему и не жениться? Он холостяк. А она такая красавица.</p>
     <p>Но Леонсия едва ли слушала его. Внезапно она рывком откинулась назад и, глядя ему прямо в глаза, спросила:</p>
     <p>— Как вы меня любите? Любите страстно? Безумно? Можете ли вы сказать, что я для вас — все на свете и даже больше, гораздо больше?</p>
     <p>Он только с изумлением смотрел на нее.</p>
     <p>— Так можете или нет? — допытывалась Леонсия.</p>
     <p>— Конечно, могу, — с расстановкой ответил он. — Но мне никогда и в голову не пришло бы в таких выражениях объясняться вам в любви. Боже мой, да ведь вы для меня единственная женщина на свете! Если уж говорить о своем чувстве, то я бы скорее сказал, что люблю вас глубоко, горячо, нежно. Право же, я так свыкся с вами, что, кажется, знал вас всю жизнь. И такое чувство у меня было с первого дня нашего знакомства.</p>
     <p>— Она отвратительная женщина! — совсем невпопад воскликнула Леонсия. — Я с первого взгляда возненавидела ее.</p>
     <p>— Боже мой, какая вы злая! Страшно даже подумать, как вы возненавидели бы ее, если бы на ней женился я, а не Френсис.</p>
     <p>— Последуем лучше за ними, — сказала она, прекращая на этом разговор.</p>
     <p>И Генри, вконец озадаченный, крепко обнял ее и прыгнул вместе с ней в пенящийся поток.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На берегу реки Гуалака сидели две девушки-индианки и удили рыбу. Напротив них, немного выше по течению, торчал из воды отвесный утес — один из отрогов высоких гор. Река катила мимо свои шоколадные воды, но у ног девушек раскинулась тихая заводь. А в тихой заводи и рыба удилась потихоньку. Лески девушек неподвижно висели над водой: их приманка не соблазняла никого. Одна из девушек, по имени Никойя, зевнула, съела банан, снова зевнула и, взяв кончиками пальцев кожуру от съеденного плода, замахнулась ею, чтобы забросить подальше.</p>
     <p>— Мы с тобой все время сидели очень тихо, Конкордия, — заметила она своей подружке, — а смотри: ни одной рыбы не поймали. Обожди, я сейчас подниму шум и взбаламучу воду. Ведь говорится же: «Что бросишь вверх, то упадет на землю». А почему не может быть наоборот? Вот я брошу сейчас что-нибудь вниз — и посмотрим, не выплывет ли что-нибудь наверх. Ну-ка, попробую! Гляди!</p>
     <p>И, бросив кожуру от банана в воду, девушка лениво уставилась на то место, где она упала.</p>
     <p>— Если что-нибудь должно выплыть из воды, пусть это будет что-то большое, — так же лениво пробормотала Конкордия.</p>
     <p>И вдруг перед их удивленным взором из бурых глубин появилась огромная белая собака. Девушки рывком вытащили удочки из воды, бросили их на берег и, обнявшись, стали наблюдать за собакой, а та подплыла к берегу — там, где было пониже, вылезла из воды, отряхнулась и исчезла среди деревьев.</p>
     <p>Никойя и Конкордия взвизгнули от восторга.</p>
     <p>— Попробуй еще! — попросила Конкордия.</p>
     <p>— Нет, теперь ты! Посмотрим, что у тебя получится.</p>
     <p>Не веря в успех своей попытки, Конкордия бросила в реку комок земли. И из воды тотчас же показалась голова в шлеме. Крепко прижавшись друг к другу, девушки увидели, как человек в шлеме подплыл к берегу в том же месте, где вылезла собака, и тоже исчез в лесу.</p>
     <p>И снова девушки взвизгнули от восторга, но теперь уже, как они ни уговаривали друг друга, ни у одной не хватало смелости бросить что-нибудь в воду.</p>
     <p>Некоторое время спустя, когда они все еще продолжали визжать и смеяться, их заметили два молодых индейца, ехавшие в каноэ вверх по течению, совсем близко от берега.</p>
     <p>— Что это вас так рассмешило? — спросил один из них.</p>
     <p>— Мы тут такое видели! — расхохоталась Никойя.</p>
     <p>— Должно быть, напились пульки? — предположил юноша.</p>
     <p>Обе девушки отрицательно покачали головой, и Конкордия сказала:</p>
     <p>— Нам вовсе не нужно пить пульку, чтоб видеть всякие чудеса. Сначала Никойя бросила в воду кожуру от банана — и из воды выскочила собака; белая собака величиной с горного тигра…</p>
     <p>— А когда Конкордия бросила ком земли, — подхватила ее подружка, — из воды вылез человек с железной головой. Что, не чудо? Значит, мы с Конкордией — волшебницы!</p>
     <p>— Хосе, — сказал один индеец другому, — по этому поводу стоит выпить.</p>
     <p>И они, каждый по очереди, пока другой удерживал веслом каноэ на месте, приложились к большой квадратной бутылке из-под голландского джина, до половины наполненной пулькой.</p>
     <p>— Нет! — сказал Хосе, когда девушки попросили угостить их. — Один глоток пульки — и вы опять увидите белых собак величиной с тигров и людей с железной головой.</p>
     <p>— Хорошо, — сказала Никойя. — Тогда возьми и брось в воду свою бутылку с пулькой — вот увидишь, что будет. У нас из воды выскочили собака и мужчина, а у тебя, может, выскочит черт.</p>
     <p>— Мне бы очень хотелось увидеть черта, — сказал Хосе, снова прикладываясь к бутылке. — От этой пульки у меня столько храбрости, хоть отбавляй. До смерти охота увидеть черта.</p>
     <p>Он передал бутылку приятелю, жестом показывая, чтобы тот допил ее.</p>
     <p>— А теперь брось ее в воду! — приказал Хосе.</p>
     <p>Пустая бутылка с всплеском шлепнулась в воду, и тотчас на поверхность реки всплыло чудовищное волосатое тело убитого паука. Это уже было слишком для обыкновенного индейца. Молодые люди так стремительно шарахнулись в сторону, что перевернули каноэ. Когда головы их показались над водой, быстрое течение отнесло их уже далеко от заводи, а за ними, более медленно, плыло перевернутое каноэ.</p>
     <p>Тут девушкам стало не до смеха. Вцепившись друг в друга, они глядели на волшебные воды, в то же время краешком глаза наблюдая за перепуганными юношами, которые, наконец, поймали каноэ, подтащили его к берегу и, выбравшись на твердую землю, стремглав бросились в лес.</p>
     <p>Послеполуденное солнце уже склонялось к закату, когда девушки снова отважились бросить вызов волшебной реке. После долгого обсуждения они решили, наконец, что обе одновременно бросят по кому земли. И из воды тотчас появились мужчина и женщина — Френсис и королева. Девушки мгновенно залезли в кусты и из своего укрытия стали наблюдать за Френсисом, который, поддерживая королеву, плыл к берегу.</p>
     <p>— Очень может быть, что это просто так совпало… могли же они случайно появиться из воды в то самое время, когда мы туда что-то бросили, — минут через пять прошептала Никойя на ухо Конкордии.</p>
     <p>— Но ведь когда мы бросали одну вещь, из воды тоже появлялось что-то одно, — возразила Конкордия. — А когда бросили два комка — и появилось двое.</p>
     <p>— Хорошо, — сказала Никойя. — Давай попробуем еще раз. И обе вместе. Если ничего не появится, значит у нас нет никакой волшебной силы.</p>
     <p>Они снова бросили в реку по кому земли, и из воды опять появились мужчина и женщина. Но эта пара — Генри и Леонсия — умела плавать, они подплыли рядышком к тому месту, где легче всего было выбраться на берег, и, как все, кто появлялся здесь до них, скрылись за деревьями.</p>
     <p>Долго еще просидели на берегу две индианки. Они решили выждать и ничего больше не бросать: если что-нибудь появится из воды — значит, все, что они видели, было простым совпадением, а если нет — значит, они в самом деле обладают волшебной силой. Они лежали, притаившись в кустах, и следили за водой, пока темнота не скрыла от них реку. Тогда медленно и важно они пошли к себе в деревню, потрясенные сознанием, что на них снизошло благословение богов.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать вторая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Лишь на следующий день, после того как ему удалось выбраться из подземной реки, Торрес прибыл в Сан-Антонио. Он пришел в город пешком, оборванный и грязный, а за ним следовал мальчуган индеец, который нес шлем да Васко. Торрес хотел показать этот шлем начальнику полиции и судье как вещественное доказательство правдивости необычайных приключений, про которые ему не терпелось поскорее рассказать им.</p>
     <p>Первым, кого он встретил на главной улице, был начальник полиции, который даже вскрикнул при виде его.</p>
     <p>— Неужели это в самом деле вы, сеньор Торрес? — И, прежде чем пожать ему руку, начальник полиции с самой серьезной миной перекрестился.</p>
     <p>Мускулы, чувствовавшиеся под кожей этой руки, а еще больше грязь, ее покрывавшая, убедили сеньора Веркара-и-Ихос в том, что перед ним действительно Торрес во плоти и крови.</p>
     <p>Тогда начальник полиции пришел в неописуемую ярость.</p>
     <p>— А я-то считал вас мертвым! — воскликнул он. — Ну что за пес этот Хосе Манчено! Он пришел сюда и заявил, что вы умерли! Умерли и погребены до страшного суда в недрах горы майя.</p>
     <p>— Он дурак, а я, по-видимому, теперь самый богатый человек в Панаме, — с важным видом изрек Торрес. — Во всяком случае, я проявил не меньшую храбрость, чем древние герои-конкистадоры, преодолел все опасности и добрался до сокровища. Я видел его. Вот…</p>
     <p>Торрес сунул было руку в карман брюк, чтобы извлечь оттуда драгоценности, украденные у Той, Что Грезит, но вовремя спохватился: слишком много любопытных глаз смотрело на него, дивясь его жалкому виду.</p>
     <p>— Мне многое нужно рассказать вам, — продолжал Торрес. — Но здесь не место для таких разговоров. Я стучался в двери мертвецов и носил одежду покойников; я видел людей, которые умерли четыреста лет назад, но не обратились в прах, — на моих глазах они приняли вторую смерть, утонув в пучине; я шел и по горам и сквозь недра гор; я делил хлеб и соль с Затерянными Душами и смотрел в Зеркало Мира. Все это я расскажу, мой лучший друг, вам и достопочтенному судье в должное время, ибо я намерен обогатить не только себя, но и вас.</p>
     <p>— А не глотнули ли вы случайно прокисшей пульки? — с недоверием спросил начальник полиции.</p>
     <p>— Я не пил ничего крепче воды, с тех пор как выехал из Сан-Антонио, — был ответ. — Зато теперь я пойду к себе и напьюсь как следует, а потом смою с себя грязь и переоденусь во что-нибудь приличное.</p>
     <p>Но Торрес не сразу попал домой. На улице ему повстречался маленький оборвыш, который, увидев его, вскрикнул, подбежал к нему и протянул конверт, — такие Торрес не раз уже получал и сразу догадался, что это телеграмма с местной правительственной радиостанции, по-видимому, от Ригана.</p>
     <empty-line/>
     <p>«Доволен вашими успехами. Необходимо задержать возвращение в Нью-Йорк еще на три недели. Пятьдесят тысяч в случае удачи».</p>
     <empty-line/>
     <p>Взяв у мальчишки карандаш, Торрес написал ответ на обороте конверта:</p>
     <empty-line/>
     <p>«Высылайте деньги. Указанное лицо никогда не вернется. Погибло в горах».</p>
     <empty-line/>
     <p>Еще два происшествия помешали Торресу сразу напиться как следует и принять ванну. На пороге ювелирной лавки старого Родригеса Фернандеса, куда он собирался войти, его остановил древний жрец майя, которого Торрес последний раз видел в недрах священной горы. Испанец отпрянул назад, точно узрел привидение, — так он был уверен, что старик потонул в пещере богов, и испугался при виде его не меньше, чем начальник полиции при виде самого Торреса.</p>
     <p>— Сгинь! — вскричал Торрес. — Исчезни, беспокойный старец! Ведь ты же дух. А тело твое лежит в недрах затопленной горы — распухшее и ужасное. Ты привидение, призрак! Сгинь, бесплотный дух! Исчезни немедленно! Если б ты был живым человеком, я ударил бы тебя. Но ты призрак, — а мне не очень-то хочется драться с призраками.</p>
     <p>Но призрак схватил его за руку и так вцепился, что Торрес поневоле поверил в его материальность.</p>
     <p>— Денег! — залепетал старик. — Дай мне денег! Одолжи мне денег! Я ведь отдам — я же знаю тайну сокровищ майя. Мой сын заблудился в пещере, где спрятаны эти сокровища. Оба гринго тоже там. Помоги мне спасти моего сына! Верни мне его — и я отдам тебе все сокровища. Но нам нужно много людей и много чудесного порошка, который есть у белых. Мы этим порошком проделаем дыру в скале и выпустим оттуда воду. Мой сын не утонул. Просто вода не дает ему выйти из пещеры, где стоят Чиа и Хцатцл, у которых глаза из драгоценных камней. За одни только эти зеленые и красные камни можно купить весь чудесный порошок, какой есть в мире. Дай же мне денег, чтобы я мог купить чудесного порошка.</p>
     <p>Но Альварес Торрес был странный человек. В его натуре была одна своеобразная особенность или черта: если нужно расстаться даже с самой незначительной суммой, он никак не мог заставить себя это сделать. И чем богаче он становился, тем сильнее проявлялась у него эта странность.</p>
     <p>— Хм, денег! — грубо повторил он и, оттолкнув в сторону жреца, распахнул дверь в лавку Фернандеса. — Да откуда у меня могут быть деньги? Я весь в лохмотьях, сам как нищий. У меня и для себя-то денег нет, не то что для тебя, старик. К тому же ты ведь сам провел сына к горе майя, я тут ни при чем. И на твою голову — не на мою — ляжет смерть твоего сына, который провалился в яму под ногами Чиа, вырытую твоими, а не моими предками.</p>
     <p>Но старик не унимался и продолжал просить денег, чтобы купить на них динамита. На этот раз Торрес отпихнул его с такою силой, что жрец не удержался на своих старческих ногах и упал на каменную мостовую.</p>
     <p>Лавка Родригеса Фернандеса была маленькая и грязная, в ней была одна-единственная витрина, тоже маленькая и грязная, покоившаяся на таком же маленьком и грязном прилавке. Казалось, что место это не подметалось и не убиралось целый век. Ящерицы и тараканы ползали по стенам. Пауки свили паутину во всех углах, а по потолку пробиралось какое-то насекомое, при виде которого Торрес поспешно отскочил в сторону. Это была сколопендра в целых семь дюймов длиной, и он вовсе не хотел, чтобы она ненароком свалилась ему на голову или за воротник. Когда же из какой-то затхлой каморки в глубине выполз, подобно огромному пауку, сам Фернандес, он оказался точной копией Шейлока <a l:href="#n_524" type="note">[524]</a>, как его представляли актеры времен королевы Елизаветы, — только Шейлока такого грязного, что его не потерпели бы даже на елизаветинской сцене.</p>
     <p>Ювелир раболепно склонился перед Торресом и скрипучим фальцетом приветствовал его куда более униженно, чем того требовала даже его жалкая лавчонка. Торрес наугад вытащил из кармана с десяток драгоценных камней, украденных у королевы, выбрал самый маленький и молча протянул его ювелиру, а остальные сунул обратно в карман.</p>
     <p>— Я бедный человек, — прокудахтал Фернандес, но Торрес не преминул заметить, с каким вниманием он изучает камень.</p>
     <p>Наконец, ювелир бросил его на крышку витрины, точно грошовый пустяк, и вопросительно посмотрел на своего посетителя. Торрес молча ждал, зная, что это наилучший способ заставить болтливого старика разговориться.</p>
     <p>— Правильно ли я понимаю, что достопочтенный сеньор Торрес хочет услышать мое мнение о качестве камня? — спросил старый ювелир.</p>
     <p>Торрес лишь молча кивнул.</p>
     <p>— Это настоящий камень. Небольшой. Как вы сами видите — не безукоризненный. И вполне понятно, что он еще уменьшится при шлифовке.</p>
     <p>— А сколько он стоит? — не скрывая своего нетерпения, спросил Торрес.</p>
     <p>— Я бедный человек, — повторил Фернандес.</p>
     <p>— Я ведь не предлагаю тебе купить его, старый дурак. Но уж раз ты завел об этом речь, сколько же ты дашь за него?</p>
     <p>— Как я уже сказал, полагаясь на ваше долготерпение, почтенный сеньор, как я уже имел честь сказать вам: я очень бедный человек. Бывают дни, когда я не могу потратить и десяти сентаво, чтобы купить себе кусок лежалой рыбы, бывают дни, когда я не могу себе позволить даже глотка дешевого красного вина, а оно очень полезно для моего здоровья, — я это узнал еще в юности, когда служил подмастерьем в Италии, далеко от Барселоны. Я очень беден и не покупаю дорогих камней…</p>
     <p>— Даже если можно потом перепродать их с выгодой для себя? — перебил его Торрес.</p>
     <p>— Лишь в том случае, если я вполне уверен, что выгода будет, — прокудахтал старик. — Да, тогда я куплю, но только, по моей бедности, я не могу много заплатить. — Он взял камень и долго, внимательно рассматривал его. — Я дам за него, — нерешительно начал он, — я дам… но прошу вас, досточтимый сеньор, поймите, что я очень бедный человек. За весь сегодняшний день я съел только ложку лукового супа да корку хлеба с утренним кофе…</p>
     <p>— О господи, ну сколько же, наконец, ты мне дашь за него, старый дурак? — громовым голосом закричал Торрес.</p>
     <p>— Пятьсот долларов, — и то я сомневаюсь, не останусь ли внакладе.</p>
     <p>— Золотом?</p>
     <p>— Нет, мексиканскими долларами, — отвечал ювелир; это означало ровно половину, и Торрес понял, что старик хитрит. — Конечно, мексиканскими, только мексиканскими! Мы все наши расчеты ведем в мексиканских долларах.</p>
     <p>Услышав, что за такой маленький камешек дают такую большую сумму, Торрес обрадовался, но разыграл возмущение и потянулся, чтобы взять свою собственность обратно. Однако старик быстро отдернул руку, в которой держал камень, не желая упускать выгодной сделки.</p>
     <p>— Мы с вами старые друзья! — В голосе старика появились визгливые нотки. — Я впервые увидел вас, когда вы совсем ребенком приехали в Сан-Антонио из Бокас-дель-Торо. Так и быть, ради старой дружбы я уплачу вам эту сумму золотом.</p>
     <p>Только тут Торрес с полной уверенностью представил себе, как велика ценность сокровищ королевы, которые Затерянные Души похитили в давние времена из тайника в пещере майя, хотя и не знал еще, какова она в действительности.</p>
     <p>— Отлично, — сказал Торрес и быстрым, изысканно вежливым движением отобрал у ювелира камень. — Этот камень принадлежит одному моему другу. Он хотел занять у меня денег под него. Теперь благодаря вам я знаю, что могу одолжить ему до пятисот долларов золотом.</p>
     <p>И я буду счастлив в следующий раз, когда мы встретимся в пулькерии, поднести вам стаканчик — да что я, столько стаканчиков, сколько вам захочется, — легкого, красного, полезного для здоровья вина.</p>
     <p>И Торрес вышел из лавки, далее не стараясь скрыть свое торжество и презрение к одураченному им ювелиру; в то же время он не без внутреннего ликования подумал, что эта хитрая испанская лиса Фернандес, несомненно, предложил ему только половину действительной стоимости камня.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Тем временем Леонсия, королева и двое Морганов спускались в каноэ по реке Гуалака и куда быстрее Торреса достигли побережья. Но перед самым их прибытием в асьенду Солано там произошло нечто такое, чему в тот момент не было придано должного значения. По извилистой тропинке, ведущей к асьенде, медленно поднимался самый странный посетитель, какой когда-либо бывал здесь; его сопровождала дряхлая старушонка в черной шали, из-под которой выглядывало худое сморщенное лицо, в молодости, должно быть, живое и красивое.</p>
     <p>Посетитель этот был китаец средних лет, толстый и круглолицый; его лунообразная физиономия так и светилась добродушием, которое обычно считают присущим толстым людям. Звали его И Пын; манеры у него были мягкие, вкрадчивые и такие же слащавые, как его имя. К древней старушонке, семенившей с ним рядом, тяжело опираясь на его руку, он был необычайно внимателен. Когда она спотыкалась от слабости и утомления, он останавливался и ждал, пока она отдохнет и наберется сил. Трижды за время подъема он давал ей по ложечке французского бренди из своей карманной фляги.</p>
     <p>Усадив старуху в тенистом уголке двора, И Пын храбро постучал в парадную дверь. Обычно, являясь куда-нибудь по своим делам, он пользовался черным ходом, но опыт и ум подсказывали ему, когда нужно пользоваться парадной дверью.</p>
     <p>Горничная индианка, открывшая на его стук, пошла доложить о нем в гостиную, где сидел в окружении своих сыновей безутешный Энрико Солано: он все никак не мог успокоиться после того, как Рикардо привез известие о гибели Леонсии в пещере майя. Горничная вернулась на крыльцо и передала посетителю, что сеньор Солано плохо себя чувствует и никого не принимает. Все это она сказала очень учтиво, хотя перед нею был простой китаец.</p>
     <p>— Хм, — произнес И Пын и принялся бахвалиться, чтобы внушить к себе уважение и побудить горничную вторично пойти к хозяину и передать ему записку. — Я ведь не какой-нибудь кули. Я приличный китаец. Я много учился в школе. Я говорю по-испански. Я говорю по-английски. Я пишу по-испански. Я пишу по-английски. Видишь: сейчас я напишу кое-что по-испански сеньору Солано. Ты не умеешь писать и не прочтешь, что я написал. А я написал, что я — И Пын. И живу в Колоне. Пришел сюда, чтобы повидать сеньора Солано. У меня к нему большое дело. Очень важное. Очень секретное. Я написал все это здесь — на бумаге, но ты не можешь этого прочесть.</p>
     <p>Однако он не сказал служанке, что его записка заканчивалась словами:</p>
     <p>«Сеньорита Солано. Я знаю большой секрет».</p>
     <p>Записку эту, по-видимому, получил Алесандро — старший из сыновей Солано, ибо он сразу помчался к двери, опережая горничную.</p>
     <p>— Говори, в чем дело! — чуть не крича, накинулся он на толстого китайца. — Что там такое? Рассказывай! Живо!</p>
     <p>— Очень хорошее дело. — И Пын не без удовлетворения отметил, как взволнован Алесандро. — Я зарабатываю большие деньги. Я покупаю… — как это называется? — секреты. Я продаю секреты. Очень симпатичное дело.</p>
     <p>— Что тебе известно о сеньорите Солано? — крикнул Алесандро, хватая его за плечо.</p>
     <p>— Все. Очень важные сведения…</p>
     <p>Но Алесандро уже больше не в состоянии был сдерживаться. Он чуть не волоком втащил китайца в дом, прямо в гостиную, где сидел Энрико.</p>
     <p>— У него есть вести о Леонсии! — крикнул Алесандро. Где она? — хором воскликнули Энрико и его сыновья.</p>
     <p>«Ого!» — мелькнуло в голове И Пына. Такое всеобщее возбуждение хоть и благоприятствовало его затее, однако взволновало даже его самого.</p>
     <p>Приняв его размышления за испуг, Энрико поднял руку, приказывая сыновьям умолкнуть, и спокойно обратился к своему гостю с вопросом:</p>
     <p>— Где она?</p>
     <p>«Ого!» — опять подумал И Пын. Сеньорита, значит, пропала. Это новый секрет. Он может кое-что принести И Пыну — пусть не сейчас, зато со временем. Красивая девушка из такой знатной и богатой семьи пропала неизвестно куда, — в латиноамериканской стране такими сведениями недурно обладать. В один прекрасный день она может выйти замуж: — ходили же такие слухи по Колону! — а впоследствии когда-нибудь может поссориться с мужем или муж с ней, и тогда она или ее муж — не важно кто из них — будет рад, пожалуй, заплатить немалую сумму за этот секрет.</p>
     <p>— Эта сеньорита Леонсия, — сказал он, наконец, с хитрой вкрадчивостью, — она не ваша дочь. У нее другие папа и мама.</p>
     <p>Горе, в котором пребывал сейчас Энрико, оплакивая гибель Леонсии, было настолько велико, что он даже не вздрогнул, когда китаец сообщил ему давнишнюю семейную тайну.</p>
     <p>— Верно, — подтвердил Энрико. — Я удочерил ее ребенком, хотя это и не известно за пределами моей семьи. Странно, что вы это знаете. Но меня не интересует то, что мне и без вас известно. Меня интересует сейчас другое: где она?</p>
     <p>И Пын серьезно и сочувственно покачал головой.</p>
     <p>— Это совсем другой секрет, — сказал он. — Быть может, я узнаю его тоже. Тогда я продам его вам. А пока у меня есть старый секрет. Вы не знаете, кто были папа и мама сеньориты Леонсии. А я знаю.</p>
     <p>Старый Энрико не сумел скрыть интерес, который пробудило в нем столь интригующее сообщение.</p>
     <p>— Говори, — приказал он. — Назови имена, докажи, что это действительно так, и я вознагражу тебя.</p>
     <p>— Нет, — И Пын отрицательно покачал головой, — так плохо вести дела. Я свои дела веду иначе. Вы мне заплатите — я вам скажу. Мои секреты — хорошие секреты. Я всегда доказываю свои секреты. Вы дадите мне пятьсот песо и оплатите большие расходы на дорогу из Колона в Сан-Антонио и обратно в Колон, а я назову вам имя папы и мамы.</p>
     <p>Энрико Солано кивнул в знак согласия и только было собрался приказать Алесандро принести деньги, как вдруг горничная индианка ворвалась, точно ураган, в комнату. Подбежав к Энрико Солано с такой стремительностью, какой никто не мог от нее ожидать, она в слезах заломила руки, бормоча что-то нечленораздельное, но видно было, что не от горя, а от счастья.</p>
     <p>— Сеньорита!.. — наконец, произнесла она сдавленным шепотом, кивком головы и взглядом указывая на двор. — Сеньорита!..</p>
     <p>Тут все забыли про И Пына и про его секрет. Энрико вместе со своими сыновьями выскочил в боковой дворик и увидел там Леонсию, королеву и обоих Морганов, покрытых с ног до головы пылью и слезавших в эту минуту с верховых мулов, которых, судя по виду, они наняли в верховьях реки Гуалака. А тем временем двое слуг индейцев, позванные на помощь горничной, выпроваживали из асьенды толстого китайца и его дряхлую спутницу.</p>
     <p>— Приходите в другой раз, — говорили они, — Сейчас сеньор Солано занят очень важным делом.</p>
     <p>— Конечно, я приду в другой раз, — любезно заверил их И Пын, ничем не выдавая своего огорчения и разочарования по поводу того, что сделка была прервана в ту самую минуту, когда деньги были почти в его руках.</p>
     <p>Но уходил он с великой неохотой. Здесь было полное раздолье для его деятельности. Самый воздух, казалось, кишел секретами. Он чувствовал себя жнецом, которого изгоняют с земли Ханаанской <a l:href="#n_525" type="note">[525]</a>, не дав снять богатый урожай. Если бы не усердие слуг индейцев, И Пын непременно спрятался бы где-нибудь за углом дома и хоть одним глазком глянул бы на вновь прибывших. Но волей-неволей приходилось повиноваться и уходить; на полпути, чувствуя, как тяжело повисла на нем старуха, он остановился и, чтобы подбодрить свою спутницу, влил ей в рот двойную порцию бренди.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Энрико снял Леонсию с мула прежде, чем она успела спрыгнуть сама, — так не терпелось ему поскорее прижать ее к сердцу. Несколько минут слышались лишь шумные приветствия: это братья Леонсии, обступив девушку со всех сторон, бурно выражали ей свою радость и любовь. Немного успокоившись, они увидели, что Френсис уже помог другой женщине сойти с мула и теперь стоит с ней рядом, держа ее руку в своей и ожидая, пока на них обратят внимание.</p>
     <p>— Это моя жена, — представил Френсис незнакомку. — Я отправился в Кордильеры за сокровищем и вот что нашел. Видали вы когда-нибудь человека, которому бы так везло?</p>
     <p>— Но и она пожертвовала огромным сокровищем, — храбро пробормотала Леонсия.</p>
     <p>— Она была королевой в маленьком королевстве, — пояснил Френсис, бросив на Леонсию благодарный и восхищенный взгляд.</p>
     <p>И та поспешила объяснить:</p>
     <p>— Она спасла всем нам жизнь и пожертвовала своим маленьким королевством.</p>
     <p>И Леонсия в порыве великодушия обняла королеву за талию и, оторвав ее от Френсиса, повела в асьенду.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать третья</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В великолепном средневековом испанском костюме, сшитом с учетом вкусов Нового Света, — такие костюмы и по сей день можно видеть на знатных плантаторах Панамы, — Торрес ехал по дороге вдоль берега, направляясь к дому Солано. Рядом с ним упругими прыжками — видно было, что при необходимости он может обогнать лучшего из коней Торреса, — мчался тот самый огромный белый пес, что плыл с ним по подземной реке. Торрес как раз сворачивал на дорогу, вившуюся вверх к асьенде Солано, когда ему повстречался И Пын, — китаец остановился на перекрестке, чтобы дать немного передохнуть своей дряхлой спутнице. Однако Торрес обратил на эту странную пару не больше внимания, чем на дорожную грязь. Маска чванливой важности, которую он надел на себя вместе с роскошным костюмом, не позволяла ему проявлять к ним интерес, и он лишь скользнул по их лицам отсутствующим взглядом.</p>
     <p>Зато И Пын как следует рассмотрел его своими раскосыми глазками, не упустив ни единой мелочи, и подумал: «Он, должно быть, очень богатый. Он друг этих Солано. И едет к ним в дом. Возможно, это даже возлюбленный сеньориты Леонсии или отвергнутый ею поклонник. В любом случае он безусловно не откажется купить тайну рождения сеньориты. Да, по виду он человек богатый, очень богатый».</p>
     <p>В это время в гостиной асьенды собрались все, кто участвовал в поисках сокровища, и все члены семейства Солано. Королева, решив внести свою лепту в рассказ об их приключениях, сверкая глазами, описывала, как Торрес украл у нее драгоценные камни и как затем упал в водоворот, испугавшись ее собаки. Вдруг Леонсия, стоявшая вместе с Генри у окна, громко вскрикнула.</p>
     <p>— Вот черт, легок на помине! — сказал Генри. — Смотрите-ка, сам сеньор Торрес изволил к нам пожаловать.</p>
     <p>— Я первый! — крикнул Френсис, сжимая кулаки и многозначительно напрягая бицепсы.</p>
     <p>— Нет, — заявила Леонсия. — Он удивительный лгун. Мы все имели возможность убедиться, что лжет он поистине удивительно. Давайте немного позабавимся. Вот он сейчас сходит с лошади. Спрячемся все четверо. А вы, — она жестом обвела отца и братьев, — сядьте-ка в кружок и сделайте вид, будто горюете о моей гибели. Этот мерзавец войдет сюда. Вы, конечно, захотите узнать у него, что произошло с нами. Он наврет вам с три короба. А мы пока спрячемся вон за той ширмой… Ну, пойдемте же!</p>
     <p>Она схватила королеву за руку и бросилась к ширме, приказав взглядом Френсису и Генри следовать за ними.</p>
     <p>Когда Торрес вошел, глазам его представилась весьма мрачная картина. Энрико и его сыновья еще совсем недавно пребывали в таком горе, что им ничего не стоило разыграть это сейчас. При виде гостя Энрико поднялся было со своего места, чтобы его приветствовать, но тут же снова бессильно опустился в кресло. Торрес обеими руками схватил его руку и изобразил на лице величайшее сочувствие, притворяясь, что от волнения не может вымолвить ни слова.</p>
     <p>— Увы! — наконец, произнес он трагическим тоном. — Они погибли. И ваша прекрасная дочь Леонсия погибла. И оба Моргана тоже. Рикардо ведь, наверно, рассказал вам, что они погибли в недрах горы майя. Это какое-то заколдованное место, — продолжал он, выждав, пока уляжется первый взрыв горя у Энрико. — Я был с ними, когда они умирали. Если б они послушались меня, — сейчас все были бы живы. Но даже Леонсия не захотела послушать старого друга! Нет! Она предпочла послушаться этих двух гринго. А я, преодолев неописуемые опасности, выбрался из пещеры, спустился вниз в Долину Затерянных Душ, а когда вернулся, они были уже в агонии…</p>
     <p>В этот миг в комнату влетел белый волкодав, за которым бежал слуга индеец. Дрожа и повизгивая от возбуждения, он обнюхал комнату, учуяв в ней запах, говоривший о присутствии его хозяйки. Но пес не успел подбежать к ширме, за которой скрывалась королева: Торрес схватил его за шею и передал в руки двум слугам индейцам, чтобы они подержали его.</p>
     <p>— Пусть собака побудет здесь, — сказал Торрес. — Я расскажу вам о ней после. А сначала взгляните-ка вот на это. — И он вытащил из кармана целую пригоршню драгоценных камней. — Я постучался в двери мертвецов — и смотрите: сокровище майя — мое. Я теперь самый богатый человек не только в Панаме, но и в обеих Америках. Я буду могуществен.</p>
     <p>— Вы ведь были с моей дочерью, когда она умирала, — прервал его Энрико с рыданием. — Неужели она не просила ничего передать мне?</p>
     <p>— Да, — тоже с рыданием ответил Торрес, и в самом деле взволнованный сценой смерти Леонсии, которую нарисовала ему его богатая фантазия. — Она умерла с вашим именем на устах. Ее последние слова были…</p>
     <p>Но тут он вытаращил глаза и замер, не докончив фразы: Генри и Леонсия с самым естественным видом неторопливо проходили в этот момент по комнате, занятые разговором. Не замечая Торреса и продолжая беседовать, они подошли к окну.</p>
     <p>— Вы говорили мне, что она велела вам передать мне перед смертью… — напомнил Энрико.</p>
     <p>— Я… я солгал вам, — запинаясь, произнес Торрес, выгадывая время, чтобы как-то выпутаться из неприятного положения. — Я был убежден, что они все равно умрут, никогда уже не выберутся из той пещеры, — и я хотел смягчить для вас удар, сеньор Солано, сказав то, что, несомненно, сказала бы, умирая, ваша дочь. А потом еще этот Френсис, который так полюбился вам… Я решил, что лучше вам считать его умершим, нежели узнать, каким трусом оказался этот гринго.</p>
     <p>Тут собака радостно залаяла, рванулась к ширме, и слугам стоило огромного труда удержать ее. А Торрес, не подозревая правды, на свою беду продолжал рассказ:</p>
     <p>— В Долине Затерянных Душ есть слабоумное, придурковатое существо, которое утверждает, будто может читать будущее при помощи всякой чертовщины. Это страшная, кровожадная женщина. Не стану отрицать, что она хороша собой. Но это красота сколопендры, которая может понравиться лишь тому, кто любит сколопендр. Теперь я понимаю, как все произошло: она показала Генри с Леонсией какой-то потайной ход, по которому они выбрались из долины, а Френсис предпочел остаться и жить с ней во грехе, — ведь иначе как грехом не назовешь эту связь, раз в долине нет католического священника, который мог бы благословить их союз. О, не думайте, что Френсис влюблен в эту ужасную женщину, — отнюдь нет! Он влюблен в ее богатства! Вот каков ваш гринго Френсис! Вы пригрели змею на своей груди! Ведь он даже прекрасную Леонсию осмеливался осквернять своими влюбленными взглядами. О, я знаю, что говорю. Я сам видел…</p>
     <p>Радостный, заливистый лай собаки заглушил его голос, и в тот же миг Торрес увидел Френсиса и королеву: как и предыдущая пара, они вышли из-за ширмы и, беседуя о чем-то, пошли через комнату. Королева остановилась и приласкала собаку; пес был так велик, что, когда положил лапы на плечи своей хозяйки, голова его оказалась выше ее головы. А Торрес, облизывая вдруг пересохшие губы, тщетно ломал голову над тем, как ему вывернуться из такого ужасного положения.</p>
     <p>Энрико Солано первый разразился смехом. Сыновья вторили ему — они хохотали до слез.</p>
     <p>— Я бы сам мог на ней жениться, — с ядовитой усмешкой заметил Торрес. — Она на коленях умоляла меня об этом.</p>
     <p>— Ну, хватит, — сказал Френсис, — я избавлю вас всех от грязной работы и собственноручно вышвырну этого подлеца за дверь.</p>
     <p>Но Генри, быстро подойдя к нему, сказал:</p>
     <p>— Я тоже люблю иногда грязную работу, а эту выполню с особенным удовольствием.</p>
     <p>Оба Моргана уже приготовились наброситься на Торреса, но тут королева подняла руку.</p>
     <p>— Сначала, — сказала она, — пусть вернет мне кинжал, который торчит у него из-за пояса. Он украл его у меня.</p>
     <p>— Кстати, — сказал Энрико, когда это было выполнено, — а не должен ли он также вернуть вам, прелестная леди, и те драгоценные камни, которые он у вас украл?</p>
     <p>Торрес не стал мешкать: сунув руку в карман, он вытащил пригоршню драгоценностей и высыпал их на стол. Энрико взглянул на королеву, но та продолжала стоять, не говоря ни слова, — она ждала.</p>
     <p>— Еще! — сказал Энрико.</p>
     <p>Торрес выложил на стол еще три прекрасных неграненых камня.</p>
     <p>— Вы, может, станете обыскивать меня, как обыкновенного воришку? — со страхом и злобой спросил он, выворачивая пустые карманы брюк.</p>
     <p>— Ну, теперь я возьмусь за дело, — сказал Френсис.</p>
     <p>— Нет, я! — сказал Генри.</p>
     <p>— Ладно, хорошо, — согласился Френсис. — Давай вместе. Так он у нас дальше пролетит по ступенькам.</p>
     <p>Они вдвоем схватили Торреса за шиворот и за ноги и поволокли к двери.</p>
     <p>Все, кто был в комнате, бросились к окнам, чтобы посмотреть, как Торрес будет вылетать из дому; проворнее всех оказался Энрико, который первым подбежал к окну. Когда же, удовлетворившись интересным зрелищем, они снова вернулись в глубь комнаты, королева сгребла в кучку разбросанные по столу драгоценности и, захватив две полные пригоршни, передала Леонсии со словами:</p>
     <p>— От Френсиса и меня — свадебный подарок вам и Генри.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Между тем И Пын, оставив старуху на берегу, подкрался обратно к асьенде и, укрывшись в кустах, стал наблюдать за тем, что происходит в доме. Увидев, как богатого кабальеро сбросили вниз по ступенькам с такой силой, что он растянулся во всю длину на песке, И Пын удовлетворенно хихикнул. Однако он был слишком умен, чтобы высунуться из своего укрытия и показать, что он все видел. Вместо этого он помчался вниз с холма и был уже на полпути к берегу, когда Торрес на своей лошади нагнал его.</p>
     <p>Сын неба смиренно обратился к нему, но разъяренный Торрес замахнулся хлыстом с явным намерением наотмашь хватить его по лицу. Однако И Пын не растерялся.</p>
     <p>— Сеньорита Леонсия… — быстро произнес он, и хлыст замер в руке Торреса. — У меня есть большой секрет. — Торрес ждал, не опуская хлыста. — Вы бы не хотели, чтобы другой мужчина женился на прекрасной сеньорите Леонсии?</p>
     <p>Торрес опустил хлыст.</p>
     <p>— Ну, выкладывай, — резко приказал он. — Что у тебя там за секрет?</p>
     <p>— Вы бы не хотели, чтобы другой мужчина женился на сеньорите Леонсии?</p>
     <p>— Предположим, что нет. Ну и что?</p>
     <p>— Представьте себе, что есть секрет, и тогда тот, другой мужчина, не может жениться на сеньорите Леонсии.</p>
     <p>— Что же это за секрет? Говори, живо!</p>
     <p>— Сначала, — И Пын покачал головой, — вы заплатите мне шестьсот долларов золотом, а уж потом я скажу вам свой секрет.</p>
     <p>— Хорошо, заплачу, — с готовностью сказал Торрес, хотя у него и в мыслях не было сдержать слово. — Ты сначала скажи мне, в чем дело, и если я увижу, что ты не наврал, я заплачу тебе. Вот, смотри!</p>
     <p>И он вытащил из своего нагрудного кармана бумажник, до отказа набитый банкнотами. И Пын, нехотя согласившись, повел его к старухе, ожидавшей на берегу.</p>
     <p>— Эта старая женщина никогда не лжет, — сказал он. — Она больная. Скоро умрет. Она боится. Она говорила со священником в Колоне. Священник сказал, что она должна раскрыть секрет, иначе после смерти она пойдет прямо в ад. Она не соврет.</p>
     <p>— Предположим, что она не врет. Что же все-таки она может сказать мне?</p>
     <p>— Вы мне заплатите?</p>
     <p>— Конечно. Шестьсот долларов золотом.</p>
     <p>— Ну так вот. Она родилась в Кадиксе, в Испании. Она была служанка первый сорт и кормилица первый сорт. И вот она нанялась в одну английскую семью, которая путешествовала по ее стране. Она долго жила в этой семье. Даже уехала с ними в Англию. Потом — вы же знаете: испанская кровь очень горячая — она очень на них обозлилась. В этой семье была маленькая девочка. Она украла девочку и бежала вместе с ней в Панаму. Эту маленькую девочку сеньор Солано удочерил. У него было много сыновей и ни одной дочери. И вот он сделал эту маленькую девочку своей дочкой. Но старуха не сказала ему фамилии этой девочки. А она из очень знатной и очень богатой семьи. Вся Англия знает их. Их фамилия Морганы. Вы слышали эту фамилию? В Колон приехали люди из Сан-Антонио, которые сказали, что дочка сеньора Солано выходит замуж за англичанина по фамилии Морган. Так этот гринго Морган — брат сеньориты Леонсии.</p>
     <p>— Ага! — воскликнул Торрес с нескрываемым злобным восторгом.</p>
     <p>— А теперь заплатите мне шестьсот долларов золотом, — сказал И Пын.</p>
     <p>— Я тебе очень благодарен за то, что ты такой дурак, — сказал Торрес тоном, исполненным издевки. — Когда-нибудь ты, может быть, научишься умнее продавать свои секреты. Секреты — это ведь не туфли и не красное дерево. Сказал секрет — и нет его, ищи его потом как ветер в поле. Вот он дует на тебя — смотришь, а его и нет. Как призрак. Кто его видел? Ты можешь потребовать назад туфли или красное дерево. Но ты не можешь потребовать назад секрет, если ты его рассказал.</p>
     <p>— Мы с вами говорим о призраках, — спокойно сказал И Пын. — А призраки действительно исчезают. Никакого секрета я вам не говорил. Вам это все приснилось. Если вы станете об этом рассказывать, вас спросят, кто вам сказал. Вы скажете: «И Пын». А И Пын скажет: «Нет». И тогда все скажут: «Вам это привиделось», и станут над вами смеяться.</p>
     <p>И чувствуя, что собеседник начинает сдаваться перед превосходством его логики, И Пын многозначительно умолк.</p>
     <p>— Мы с вами поговорили, и наш разговор растаял в воздухе, — продолжал он через несколько секунд. — Вы правильно сказали, что слова — это призраки. А я когда продаю секреты, то продаю не призраки. Я продаю туфли. Я продаю красное дерево. Продаю доказательства. Верные доказательства. Они много на весах потянут. Если их записать на бумаге — по всем правилам, чтобы запись была законной, — бумагу можно порвать. Но факты — не бумага, их можно укусить и сломать себе зуб. Слова исчезли, как утренний туман. А в руках у меня остались доказательства. И за доказательства вы заплатите мне шестьсот долларов золотом, иначе люди будут смеяться над вами за то, что вы слушаете призраков.</p>
     <p>— Ладно, — сказал Торрес, которого убедили доводы И Пына. — Показывай мне твои доказательства, — чтобы одни я мог порвать, как бумагу, а другие — попробовать на зуб.</p>
     <p>— Раньше заплатите мне шестьсот долларов золотом.</p>
     <p>— После того как ты покажешь мне свои доказательства.</p>
     <p>— Вы сначала выложите шестьсот долларов — и доказательства ваши: хотите рвите их, как бумагу, хотите — кусайте. Вы обещали заплатить. Но обещание — ветерок, призрак. Мне же нужны деньги настоящие, а не призраки. Заплатите мне настоящими деньгами, чтоб я мог порвать их или попробовать на зуб.</p>
     <p>В конце концов Торресу пришлось уступить и заплатить вперед за документы, старые письма, детский медальон и несколько детских вещичек, осмотром которых он остался вполне доволен. И Торрес не только заверил И Пына, что вполне удовлетворен сделкой, но, по настоянию последнего, даже выплатил ему лишнюю сотню, чтобы тот исполнил для него одно поручение.</p>
     <p>Тем временем в ванной, соединявшей их спальни, Генри и Френсис, переодевшись в свежее белье, брились безопасными бритвами и напевали:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>А на своей изящно обставленной половине Леонсия, с помощью двух портних индианок, приветливо и великодушно посвящала королеву в тайны туалета цивилизованной женщины, и ей было и смешно и грустно. Королева — женщина до мозга костей — не скрывала своего безудержного восторга перед прелестными платьями, бельем и украшениями, которыми был полон гардероб Леонсии. Обе получали искреннее удовольствие от возни с тряпками, а искусные портнихи, сделав тут стежок, там складку, подгоняли тем временем несколько платьев Леонсии на более тонкую фигуру королевы.</p>
     <p>— Вам совсем не нужен корсет, — заметила Леонсия, окидывая королеву оценивающим взглядом. — Такие фигуры, как у вас, бывают у одной женщины из ста. Первый раз вижу столь округлые формы у худенькой женщины. Вы… — Леонсия умолкла и отвернулась, словно для того, чтобы взять булавку с туалетного столика, на самом же деле — чтобы скрыть душившее ее волнение; и только справившись с ним, продолжала: — Вы очаровательная невеста, и Френсис может гордиться вами.</p>
     <p>Тем временем Френсис, распевая в ванной комнате, только что покончил с бритьем, когда стук в дверь спальни заставил его оборвать песню; он пошел открыть и увидел Фернандо, одного из младших сыновей Солано, державшего в руке телеграмму. Френсис взял ее и прочел:</p>
     <empty-line/>
     <p>«Срочно возвращайтесь. Необходимы более обширные полномочия. Цены на бирже колеблются — сильное наступление на все ваши акции, кроме «Темпико петролеум», которые по-прежнему котируются высоко. Телеграфируйте, когда вас ждать. Положение серьезное. Надеюсь продержаться, если выедете немедленно. Жду срочного ответа.</p>
     <p><emphasis>Бэском</emphasis>.»</p>
     <empty-line/>
     <p>Выйдя в гостиную, оба Моргана увидели там Энрико и его сыновей, которые открывали бутылки с вином.</p>
     <p>— Не успел получить свою дочь обратно, — сказал Энрико, — как снова теряю ее. Но на этот раз. Генри, я легче перенесу ее потерю. На завтра назначена свадьба. И чем скорее она будет, тем лучше. Ведь этот мерзавец Торрес, наверно, уже сейчас раструбил по всему Сан-Антонио, что Леонсия вдвоем с вами ездила в горы.</p>
     <p>Но прежде чем Генри успел выразить ему свою признательность, в комнату вошли Леонсия и королева. Тогда Энрико поднял бокал и произнес:</p>
     <p>— За здоровье невесты…</p>
     <p>Леонсия, не поняв, взяла со стола бокал и посмотрела на королеву.</p>
     <p>— Нет, нет, — сказал Генри, беря у нее бокал, чтобы передать его королеве.</p>
     <p>— Ну, знаете ли, — сказал Энрико, — нельзя пить неизвестно за что, когда тост недоговорен. Дайте-ка лучше я провозглашу его. Итак, за здоровье невест!</p>
     <p>— Вы с Генри завтра венчаетесь! — пояснил Алесандро Леонсии.</p>
     <p>Как ни была неожиданна и горька эта весть для Леонсии, она совладала с собой и даже отважилась с наигранной веселостью посмотреть Френсису в глаза.</p>
     <p>— Еще один тост! — воскликнула она. — За здоровье женихов!</p>
     <p>Френсису и так уже стоило немалых усилий согласиться на брак с королевой и сохранять при этом внешнее спокойствие, теперь же, услышав о предстоящем венчании Леонсии, он не мог оставаться спокойным. И Леонсия сразу заметила, каких трудов ему стоит взять себя в руки. Его страдания доставили ей тайную радость, и с чувством чуть ли не торжества она увидела, как он под каким-то предлогом вышел из комнаты.</p>
     <p>Еще до этого он показал всем телеграмму. Его состояние поставлено на карту, сказал он, нужно немедленно дать ответ. И он попросил Фернандо снарядить верхового, чтобы тот отвез телеграмму на правительственную радиостанцию в Сан-Антонио.</p>
     <p>Леонсия не стала долго додать и последовала за Френсисом. Она нашла его в библиотеке; он сидел у письменного стола перед чистым листом бумаги, мечтательно глядя на большую фотографию Леонсии, которую он снял с низкого книжного шкафчика и поставил перед собой. Тут Леонсия уже не могла больше сдерживаться — она невольно всхлипнула и покачнулась. Френсис тотчас вскочил и схватил ее в объятия, чтобы она не упала. И прежде чем они могли сообразить, что происходит, губы их слились в страстном поцелуе.</p>
     <p>Внезапно Леонсия вырвалась из объятий Френсиса и с ужасом посмотрела на него.</p>
     <p>— Довольно, Френсис, этому надо положить конец! — воскликнула она. — Больше того: вы не должны быть на моей свадьбе. Если вы останетесь, я не отвечаю за себя. Сегодня из Сан-Антонио в Колон уходит пароход. Вы должны уехать на нем вместе с вашей женой. Оттуда вы без труда доберетесь до Нового Орлеана на пароходе какой-нибудь фруктовой компании, а затем поездом — до Нью-Йорка. Я люблю вас, вы это знаете.</p>
     <p>— Но мы с королевой еще не обвенчаны! — воскликнул Френсис, переставая владеть собой. — Нельзя же считать настоящим венчанием этот обряд перед алтарем бога Солнца! Мы не муж и жена — ни по обряду, ни на самом деле. Уверяю вас, Леонсия. Еще не поздно…</p>
     <p>— Но этот обряд перед алтарем бога Солнца до сих пор связывал вас, — спокойно и решительно прервала она его. — Пусть он и связывает вас до тех пор, пока вы не приедете в Нью-Йорк или хотя бы… в Колон.</p>
     <p>— Королева не захочет венчаться по нашим правилам, — сказал Френсис. — Она утверждает, что все женщины в ее роду венчались именно так и что обряд перед алтарем бога Солнца связывает священными узами.</p>
     <p>Леонсия неопределенно пожала плечами, но на лице ее по-прежнему читалась твердая решимость.</p>
     <p>— Женаты вы или не женаты, — сказала она, — вы должны оба уехать, и сегодня же. Иначе я сойду с ума. Предупреждаю вас: я не выдержу, если вы тут будете. Я не смогу, я знаю, что не смогу у вас на глазах венчаться с Генри и после венчания снова видеть вас… Пожалуйста, пожалуйста, не поймите меня неправильно. Я в самом деле люблю Генри, но… но не так, как вас. Я… мне не стыдно смело сказать вам об этом — я люблю Генри примерно так, как вы любите королеву, а вас я люблю так, как должна была бы любить Генри, как вы должны были бы любить королеву и как, я знаю, вы любите меня.</p>
     <p>Она схватила его руку и прижала к своему сердцу.</p>
     <p>— Вот! В последний раз! А теперь уходите! Но его руки уже обвились вокруг нее, и Леонсия ответила на его поцелуй. Однако она тотчас вырвалась из его объятий и бросилась к двери. Френсис смирился перед ее решением, потом взял ее фотографию.</p>
     <p>— Я возьму это на память, — сказал он.</p>
     <p>— Вы не должны этого делать, — сказала Леонсия, и лицо ее осветила нежная прощальная улыбка. — А впрочем, берите! — добавила она, повернулась и исчезла.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Итак, И Пыну предстояло еще выполнить поручение, за которое Торрес заплатил ему сто долларов вперед. На следующее утро, через несколько часов после отъезда Френсиса и королевы в Колон, И Пын явился в асьенду Солано. Энрико курил сигару на веранде, очень довольный собой и всем миром, а также тем, как в этом мире все складывается. Увидев И Пына, он сразу признал в нем вчерашнего посетителя и, прежде чем начать с ним беседу, велел Алесандро принести пятьсот песо, как было договорено накануне. Таким образом И Пын, занимавшийся торговлей секретами, не без удовольствия продал свой товар вторично. Но он остался верен указаниям, полученным от Торреса, и заявил, что сообщит секрет только в присутствии Леонсии и Генри.</p>
     <p>— Этот секрет завязан веревочкой, — сказал И Пын, когда Генри с Леонсией явились и он стал при них развязывать пакет с доказательствами. — Сеньорита Леонсия и ее жених должны первыми осмотреть эти вещи. А потом будут смотреть все остальные.</p>
     <p>— Что вполне справедливо, поскольку это касается прежде всего их самих, — великодушно согласился Энрико, хотя по тому, как он подозвал к столу дочь и Генри, чувствовалось, что ему не терпится поскорее ознакомиться с содержимым пакета.</p>
     <p>Он старался сохранять равнодушный вид, но украдкой все время наблюдал за молодыми людьми. К его великому изумлению, Леонсия вдруг бросила на стол какую-то бумагу, которую она прочла вместе с Генри, и без всякого стеснения, от всего сердца обняла жениха, а потом от всего сердца и без всякого стеснения поцеловала прямо в губы. А Генри отступил и в смятении и тоске воскликнул:</p>
     <p>— Но боже, Леонсия, ведь это же конец всему! Мы никогда не сможем быть мужем и женой!</p>
     <p>— Что такое? — вскипел Энрико. — Какой об этом может быть разговор теперь, когда все уже готово к свадьбе? Что это значит, сэр? Это оскорбление! Вы обвенчаетесь, и обвенчаетесь сегодня же!</p>
     <p>Генри, на которого чуть ли не столбняк нашел, лишь посмотрел на Леонсию, как бы предоставляя ей говорить.</p>
     <p>— Но по законам божеским и человеческим, — сказала она, — ни один человек не может жениться на своей сестре. Теперь мне понятно, почему я питала к Генри такое странное чувство. Он мой брат. Мы родные брат и сестра, если эти документы не врут.</p>
     <p>И Пын понял, что может передать Торресу приятную весть: свадьба не состоится ни сегодня, ни вообще.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать четвертая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Добравшись до Колона на маленьком судне, курсировавшем вдоль берега, королева и Френсис уже через четверть часа были на борту парохода, принадлежавшего «Юнайтед фрут компани». Вообще весь путь до Нью-Йорка они проделали благодаря удачному стечению обстоятельств на редкость быстро. В Новом Орлеане Френсис взял в порту такси, которое мигом примчало их с королевой на вокзал, а там быстроногие носильщики подхватили их ручной багаж и помогли вскочить в поезд, когда он уже отходил от перрона. В Нью-Йорке Френсиса встречал Бэском, и молодая чета уже в собственном автомобиле была доставлена в чересчур, пожалуй, пышную резиденцию на Ривер-сайд-драйв, которую сам Р. Г. М., отец Френсиса, построил на свои миллионы.</p>
     <p>И так получилось, что королева, попав в Нью-Йорк, едва ли узнала мир больше, чем в ту минуту, когда начала свое путешествие, бросившись в подземную реку. Будь она обычным человеком, она была бы потрясена окружающей цивилизацией. Она же принимала все с царственной небрежностью, как дар своего царственного супруга. А в том, что Френсис — царь, она не сомневалась: ведь ему прислуживало столько рабов! Разве не была она свидетельницей этого на пароходе, да и в поезде? И здесь, прибыв в его дворец, она восприняла как нечто само собой разумеющееся то, что множество слуг выстроилось приветствовать их. Шофер распахнул дверцу лимузина. Другие слуги внесли в дом чемоданы. Френсис за все время и пальцем ни к чему не притронулся, если не считать того, что поддержал ее при выходе из машины. Даже Бэском — человек, который, как она догадалась, не принадлежал к числу слуг, — тоже служил Френсису. Она не преминула заметить, что, когда они уже входили во дворец, Бэском по приказу Френсиса сел обратно в автомобиль и куда-то спешно уехал.</p>
     <p>У себя она правила горсткой дикарей в отрезанной от всего мира долине. А муж ее царил над королями здесь, в этой могущественной стране. Все это было так чудесно, и она с восторгом говорила себе, что ее королевское достоинство нисколько не пострадало от союза с Френсисом.</p>
     <p>Внутреннее убранство особняка привело ее в детски-наивное восхищение. Забыв о присутствии слуг, или, вернее, не обращая на них внимания, как она не обращала внимания на прислужниц и телохранителей в своем доме у озера, она всплеснула руками при виде величественного вестибюля и мраморной лестницы, быстро взбежала наверх и заглянула в ближайшую комнату. Это была библиотека, которую она видела в Зеркале Мира в день своей встречи с Френсисом. И видение это стало сейчас явью: Френсис, обняв ее за талию, вошел вместе с нею в эту большую комнату, полную книг, — все было точно так, как она это видела на поверхности жидкого металла в золотом котле. Она вспомнила и телефоны, и биржевой телеграф, которые тоже тогда видела, — и совершенно так же, как тогда, подошла поближе к телеграфу, желая посмотреть, что это за диковина; Френсис последовал за ней, не снимая руки с ее талии.</p>
     <p>Он начал было объяснять королеве, как действует аппарат, но тут же убедился, что посвятить ее за несколько минут во все сложности биржевых операций просто невозможно. Вдруг взгляд его выхватил на ленте цифру, указывавшую, что акции «Фриско консолидэйтед» упали на двадцать пунктов, — ничего подобного ни разу еще не случалось с акциями этой маленькой железной дороги в Айове, которую построил и финансировал еще Р. Г. М. До последнего дня своей жизни он верил, что акции этой железной дороги способны выдержать любую бурю и устоять, даже если половина банков и весь Уолл-стрит вылетят в трубу.</p>
     <p>Королева, разволновавшись, заметила, что Френсис взволнован не меньше ее.</p>
     <p>— Эта вещь тоже волшебная, как мое Зеркало Мира… — полуутвердительно, полувопросительно сказала она.</p>
     <p>Френсис кивнул.</p>
     <p>— Я понимаю: она раскрывает тебе тайны, — продолжала королева, — как мой золотой котел. Она показывает тебе здесь, в этой комнате, что творится во всем мире. То, что ты видишь сейчас, тревожит тебя. Это мне ясно. Но только что же может тревожить тебя в этом мире, где ты один из величайших королей?</p>
     <p>Френсис открыл было рот, чтобы ответить, но так ничего и не сказал: как объяснить ей все это, как описать картины, что замелькали в эту минуту перед его мысленным взором, — убегающие вдаль железнодорожные пути и огромные пароходные пристани; многолюдные вокзалы и шумные доки; рудокопы, работающие в рудниках Аляски, Монтаны и Долины Смерти; оседланные мостами реки и обузданные водопады; провода высокого напряжения, перекрещивающиеся над долинами, низинами и болотами на высоте двухсот футов, — словом, всю технику, экономику и финансы в условиях цивилизации XX века.</p>
     <p>— Тебя что-то тревожит, — настойчиво повторила королева. — А я — увы! — не могу тебе помочь. Нет больше моего золотого котла. Никогда я не увижу в нем того, что творится в мире. У меня нет уже власти над будущим. Я теперь просто женщина, беспомощная и беззащитная в этом огромном чужом мире, в который ты меня привел. Я просто женщина и твоя жена, Френсис, — жена, которая гордится тобой.</p>
     <p>В эту минуту Френсису даже показалось, что он любит ее. Бросив ленту биржевого телеграфа, он крепко прижал ее к себе, а затем подошел к батарее выстроившихся на столе телефонов. «Она — прелесть, — подумал он. — В ней нет ни хитрости, ни коварства, она просто женщина, настоящая женщина, до мозга костей, любящая и достойная любви. Но, увы, Леонсии суждено, видно, вечно стоять между нами».</p>
     <p>— Еще одно волшебство! — пробормотала королева, когда Френсис, вызвав контору Бэскома, заговорил в трубку.</p>
     <p>— Мистер Бэском должен через полчаса вернуться к себе. Это говорит Морган, Френсис Морган. Мистер Бэском уехал к себе в контору минут пять назад. Когда вы его увидите, скажите ему, что я выехал следом за ним и буду у вас почти одновременно с ним. У меня к нему важное дело. Скажите, что я уже выехал. Благодарю вас. До свидания.</p>
     <p>Естественно, что королева, очутившись в этом огромном, полном чудес доме, думала, что Френсис покажет ей все, и была очень огорчена, услышав, что он должен немедленно выехать в некое место, именуемое Уолл-стритом.</p>
     <p>— Что же заставляет тебя расстаться со мной и гонит куда-то, точно ты раб? — с оттенком недовольства в голосе спросила она.</p>
     <p>— Бизнес — и это для меня очень важно, — сказал он с улыбкой и поцеловал ее.</p>
     <p>— А кто этот Бизнес и почему он имеет такую власть над тобой, могущественным королем? Так зовут твоего бога, которому все вы поклоняетесь, как мой народ поклоняется богу Солнца?</p>
     <p>Френсис улыбнулся, удивляясь меткости ее сравнения, и сказал:</p>
     <p>— Да, это великий американский бог. И бог очень грозный: когда он карает, то карает быстро и ужасно.</p>
     <p>— И ты вызвал его недовольство? — спросила она.</p>
     <p>— Увы, да, хоть я и не знаю чем. Мне нужно ехать сейчас на Уолл-стрит…</p>
     <p>— Это там его алтарь находится? — перебила она его вопросом.</p>
     <p>— Да, там находится его алтарь, — подтвердил он, — и там я узнаю, чем я его прогневил и чем могу умилостивить, чтобы искупить свою вину.</p>
     <p>Френсис попытался наскоро объяснить ей роль и обязанности горничной, которую он еще телеграммой из Колона распорядился здесь нанять, но это нимало не заинтересовало его молодую супругу; перебив его, она заметила, что горничные — это, по-видимому, то же самое, что женщины индианки, которые прислуживали ей в Долине Затерянных Душ, и прибавила, что привыкла к их услугам с самого детства, с тех пор как мать еще только начинала учить ее английскому и испанскому языкам.</p>
     <p>Но когда Френсис, взяв шляпу, поцеловал на прощанье королеву, она все-таки смягчилась и пожелала ему удачи перед алтарем его бога.</p>
     <p>После нескольких интереснейших часов, проведенных на своей половине, где ее водила по всем уголкам и нас водила горничная француженка, говорившая по-испански, а затем некая пышная матрона, по виду тоже королева (но на самом деле безусловно нанятая служить ей и Френсису), вместе с двумя девушками-помощницами обмерила ее со всех сторон и долго восхищалась ее фигурой, новая хозяйка дома спустилась вниз по величественной лестнице, чтобы хорошенько осмотреть библиотеку с ее волшебными телефонами и биржевым телеграфом.</p>
     <p>Долго глядела она на биржевой телеграф, прислушиваясь к его прерывистому постукиванию. Как странно: она ведь умеет читать и по-английски и по-испански, но что значат эти таинственные значки на ленте — понять не может. Затем она принялась обследовать телефон. Она видела, как делал Френсис, и приложила ухо к микрофону. Потом, припомнив, что он поступал иначе, сняла трубку с крючка и поднесла к уху. И вдруг в ушах ее раздался чей-то голос — несомненно, женский, да так близко, что королева, вздрогнув от неожиданности, в испуге уронила трубку и отскочила от аппарата. В эту минуту Паркер, старый камердинер Френсиса, случайно вошел в комнату. Королева не заметила его раньше в толпе слуг; костюм камердинера был столь безукоризнен и осанка столь благородна, что она приняла его скорее за друга Френсиса, чем за слугу, — за доверенного человека, вроде Бэскома, который встретил их на вокзале в машине Френсиса и ехал вместе с ними, как равный, а потом без рассуждении отправился выполнять приказания ее мужа.</p>
     <p>Серьезная мина Паркера смутила ее, она рассмеялась и жестом указала на телефон, как бы спрашивая, что это такое. Камердинер все с той же серьезной миной поднял трубку, негромко сказала в нее: «Ошибка» — и повесил на место. За эти несколько секунд в сознании королевы произошла целая революция. Голос, который она слышала, был вовсе не голосом бога или духа, а просто голосом женщины.</p>
     <p>— Где эта женщина? — спросила она.</p>
     <p>Паркер еще больше выпрямился, принял еще более сосредоточенный вид и поклонился.</p>
     <p>— Здесь, в доме, спрятана женщина, — возбужденно заговорила королева. — Я слышала ее голос в этой штуке. Она, должно быть, рядом, в соседней комнате…</p>
     <p>— Это телефонистка, — сказал Паркер, пытаясь приостановить поток ее слов.</p>
     <p>— Мне безразлично, как ее зовут! — прервала его королева. — Я не потерплю, чтобы в этом доме была еще какая-то женщина, кроме меня. Попросите ее уйти. Я гневаюсь!</p>
     <p>Но Паркер лишь еще больше выпрямился и принял еще более сосредоточенный вид. Тогда вдруг новая мысль пришла в голову королеве: быть может, этот почтенный джентльмен занимает в иерархии малых царьков куда более высокое положение, чем она думала? Быть может, он почти равен Френсису? А она обращается с ним, как с человеком, намного, очень намного ниже ее мужа.</p>
     <p>Королева схватила Паркера за руку и, несмотря на его явное сопротивление, потащила за собой на диван и заставила сесть рядом. Окончательно смутив старого камердинера, она взяла из коробки несколько конфет и стала угощать его, суя ему в рот шоколадку всякий раз, как он пытался что-то возразить.</p>
     <p>— Скажите, — спросила она, наконец, набив ему полный рот конфет, — разве в вашей стране принято многоженство?</p>
     <p>Услышав столь прямой и откровенный вопрос, Паркер вытаращил глаза и чуть не подавился шоколадом.</p>
     <p>— О, я отлично понимаю, что значит это слово, — заверила она его. — И спрашиваю вас еще раз: разве в вашей стране принято многоженство?</p>
     <p>— В этом доме, сударыня, нет женщин, кроме вас, если не считать служанок, — проговорил, наконец, Паркер. — Этот голос, который вы слышали, принадлежит женщине, находящейся не здесь, а за много миль отсюда, и она к вашим услугам, как и к услугам всех, кто желает разговаривать по телефону.</p>
     <p>— Она рабыня тайны? — спросила королева, начиная смутно понимать, в чем дело.</p>
     <p>— Да, — подтвердил камердинер ее мужа. — Она рабыня телефона.</p>
     <p>— Летающих слов?</p>
     <p>— Да, сударыня, если вам угодно — летающих слов. — Он уже дошел до полного отчаяния, не зная, как ему выпутаться: в такую переделку он еще ни разу не попадал за все время своей службы. — Хотите, сударыня, я покажу вам, как пользоваться телефонным аппаратом? Рабыня летающих слов — к вашим услугам в любое время дня и ночи. Если вы пожелаете, она соединит вас с вашим супругом, мистером Морганом, и вы сумеете поговорить с ним.</p>
     <p>— Сейчас?</p>
     <p>Паркер кивнул, встал с дивана и подвел королеву к телефону.</p>
     <p>— Сначала, — поучал он ее, — вы будете разговаривать с рабыней. Как только вы снимете эту штуку с крючка и поднесете к уху, рабыня заговорит с вами. Она всегда спрашивает одно и то же: «Номер?» А иногда говорит: «Номер? Номер?» Порой она бывает очень раздражительна. Когда она спросит: «Номер?», вы скажете: «Эддистоун, двенадцать-девяносто два». Рабыня повторит за вами: «Эддистоун, двенадцать-девяносто два?» А вы скажете: «Да, пожалуйста…»</p>
     <p>— Я должна сказать рабе «пожалуйста»? — прервала его королева.</p>
     <p>— Да, сударыня. Эти рабыни летающих слов — рабыни совсем особенные, которых никто никогда не видит. Я уже немолодой человек, однако за всю свою жизнь я ни разу не видел телефонистки… Итак, через несколько секунд другая рабыня, тоже женщина, но находящаяся на расстоянии многих миль от первой, скажет вам: «Эддистоун, двенадцать-девяносто два». А вы скажете: «Я, миссис Морган. Я хочу поговорить с мистером Морганом, который, насколько мне известно, находится в кабинете мистера Бэскома». Потом вы подождете — с полминуты или с минуту, — и мистер Морган начнет говорить с вами.</p>
     <p>— Через много-много миль?</p>
     <p>— Да, сударыня, и будет слышно его так, точно он в соседней комнате. А когда мистер Морган скажет: «До свидания», вы тоже скажете: «До свидания» — и повесите трубку, как я это сделал.</p>
     <p>И королева проделала все, что сказал ей Паркер. Две разные рабыни ответили ей, повинуясь названной ею магической цифре. И вот уже Френсис разговаривает с нею, смеется, просит не скучать и обещает быть дома не позже пяти часов.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>А для Френсиса весь этот день был заполнен делами и волнениями.</p>
     <p>— Что за тайный враг у вас завелся? — снова и снова спрашивал его Бэском, но Френсис всякий раз лишь качал головой, отказываясь понять, кто бы это мог быть.</p>
     <p>— Ведь вы же сами видите: там, где вы ни при чем, положение на бирже вполне устойчивое. А что происходит с вашими акциями? Начнем с «Фриско консолидэйтед». Никакими причинами и домыслами нельзя объяснить, почему акции этой компании так резко падают вниз. И заметьте: падают акции только ваших предприятий. Компания «Нью-Йорк, Вермонт энд Коннектикут» выплачивала последние четыре квартала пятнадцать процентов дивиденда, и акции ее казались так же непоколебимы, как стены Гибралтара. Тем не менее они полетели вниз, и полетели здорово. То же самое происходит с акциями «Монтана Лоуд», медных рудников в Долине Смерти, «Импириэл Тангстен» и «Норс-Уэстерн электрик». А возьмите акции «Аляска Тродуэлл»? Они были устойчивее скалы. Наступление на них началось лишь вчера под вечер. К закрытию биржи они упали на восемь пунктов, а сегодня — на целых шестнадцать. Все это акции предприятий, в которые вложен ваш капитал. Никакие другие бумаги не затронуты. Во всем остальном положение на бирже вполне устойчиво.</p>
     <p>— Но ведь и акции «Тэмпико петролеум» тоже устойчивы! — возразил Френсис. — А в это предприятие у меня больше всего денег вложено.</p>
     <p>Бэском в отчаянии пожал плечами:</p>
     <p>— Вы уверены, что не можете назвать никого, кто способен на такое? Неужели вам не приходит на ум, кто этот ваш враг?</p>
     <p>— Ей-богу, нет, Бэском! Ни на кого не могу подумать. У меня нет никаких врагов просто потому, что после смерти отца я совсем не занимался делами. «Тэмпико петролеум» — единственное предприятие, которым я интересовался, но с его акциями пока все обстоит благополучно. — Он неторопливо подошел к биржевому телеграфу. — Вот видите, продано еще пятьсот акций по цене на полпункта выше, чем до сих пор.</p>
     <p>— И все-таки кто-то за вами охотится, — заверил его Бэском. — Это ясно как божий день. Я просматриваю все отчеты об этих предприятиях, которые я назвал вам. Факты в них подтасованы — подтасованы искусно и тонко, чтобы создать как можно более мрачное впечатление. Почему, например, «Норс-Уэстерн» не выплатила дивидендов? Почему в таких черных тонах составлен отчет Малэни о предприятиях «Монтана Лоуд»? Ладно, не будем говорить об этих тенденциозных отчетах. Но почему такое количество акций выбрасывается на рынок? Дело ясное: кто-то ведет наступление, по-видимому, на вас — и, поверьте, наступление это не случайно; оно подготавливалось медленно и неуклонно. Катастрофа может разразиться при первых же слухах о войне, о большой забастовке или финансовой панике, — словом, при первом же событии, которое ударит по всему биржевому рынку.</p>
     <p>Посмотрите, в каком вы сейчас положении: акции всех предприятий, кроме тех, что вы финансируете, вполне устойчивы. Я все это время старался покрывать разницу между себестоимостью и продажной ценой акций, и это мне удавалось. Но значительная часть ваших дополнительных обеспечении уже израсходована, а разница между себестоимостью и продажной ценой акций продолжает уменьшаться. Это не пустяк. Это может привести к краху. Положение весьма щекотливое.</p>
     <p>— Но у нас есть «Тэмпико петролеум» — тут счастье все еще улыбается нам: эти акции могут пойти в качестве обеспечения под все остальное, — сказал Френсис. — Правда, мне бы очень не хотелось трогать их, — добавил он.</p>
     <p>Бэском покачал головой:</p>
     <p>— Мы должны считаться с возможностью революции в Мексике и с тем, что наше собственное правительство отличается удивительной мягкотелостью. Если мы введем в игру акции «Тэмпико петролеум», а там начнется какая-нибудь серьезная заваруха — вам конец, вы будете разорены и пущены по миру.</p>
     <p>И все-таки, — в заключение сказал Бэском, — я не вижу иного выхода, как прибегнуть к помощи акций «Тэмпико петролеум». Я истощил почти все ресурсы, которые вы мне оставили. А то, что происходит с нами, — это не внезапный наскок. Это медленное и упорное наступление, которое напоминает мне движение ледника, сползающего с горы. Все эти годы, что я веду ваши дела на бирже, мы впервые попадаем в такой тупик. Теперь поговорим о вашем финансовом положении вообще. Финансами вашими ведает Коллинз, и ему должно быть все известно. Но вам необходимо быть в курсе всех дел. Какие бумаги вы можете дать мне в качестве обеспечения? Какие — сейчас и какие — завтра? Какие на будущей неделе и в последующие три недели?</p>
     <p>— Сколько же вам надо? — в свою очередь, спросил Френсис.</p>
     <p>— Миллион долларов сегодня, до закрытия биржи. — Бэском красноречиво указал на биржевой телеграф. — И по крайней мере еще двадцать миллионов в ближайшие три недели, если — советую вам хорошенько запомнить это «если» — если все в мире будет спокойно и положение на бирже останется таким же, каким оно было последние полгода.</p>
     <p>Френсис с решительным видом встал и потянулся за шляпой.</p>
     <p>— Я немедленно еду к Коллинзу. Он гораздо лучше осведомлен о состоянии моих дел, чем я сам. Я вручу вам до закрытия биржи по крайней мере миллион, и я почти уверен, что смогу вручить вам остальное в течение ближайших недель.</p>
     <p>— Помните, — предупредил его Бэском, пожимая ему руку, — самое зловещее в этой направленной против вас атаке — методическая неторопливость, с какою она развертывается. И это не маскарадная шутка, а широко задуманная кампания, и ведет ее, по всей вероятности, какой-нибудь крупный туз.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Не раз за этот день и вечер рабыня летающих слов подзывала королеву к аппарату и соединяла с мужем. К своему великому восторгу, королева обнаружила у себя в спальне, возле кровати, телефон, по которому, вызвав кабинет Коллинза, она пожелала спокойной ночи Френсису и попыталась даже поцеловать его, в ответ на что услышала какой-то странный, неясный звук — его ответный поцелуй.</p>
     <p>Королева сама не знала, долго ли она спала. Но, проснувшись, она из-под полуопущенных век увидела, что Френсис глядит на нее с порога; потом он тихонько вышел из спальни. Она тут же вскочила и побежала к дверям, но Френсис уже спускался по лестнице.</p>
     <p>«Опять у него неприятности с американским богом», — подумала королева, догадавшись, что Френсис, видимо, направляется в эту удивительную комнату — библиотеку, чтобы прочесть на ленте стрекочущего аппарата угрозы и предупреждения гневного бога. Королева посмотрелась в зеркало, заколола волосы и, самодовольно улыбаясь, надела капот — еще одно чудесное доказательство внимания, предупредительности и заботы Френсиса.</p>
     <p>У входа в библиотеку она остановилась, услышав за дверью чей-то чужой голос. Первой ее мыслью было, что это волшебный телефон, — но нет, не может быть, слишком громко и слишком близко звучит этот голос. Заглянув в щелку, она увидела двух мужчин, сидящих в больших кожаных креслах друг против друга. Френсис, осунувшийся от забот и волнений, был все еще в дневном костюме, тогда как другой был во фраке. Она слышала, как тот, другой, называл ее мужа «Френсис», а ее муж в ответ называл его «Джонни». Это обстоятельство, а также непринужденный тон беседы дали ей понять, что они старые, близкие друзья.</p>
     <p>— Так я тебе и поверю, Френсис, — говорил тот, другой, — что ты там, в Панаме, вел монашеский образ жизни! Уж, наверно, раз десять дарил свое сердце прекрасным сеньоритам!</p>
     <p>— Только одной, — после паузы сказал Френсис, глядя, как заметила королева, прямо в глаза своему другу. — Больше того, — продолжал он, снова помолчав, — я в самом деле потерял сердце… но не голову. Джонни Пасмор, ох, Джонни Пасмор, ты просто повеса и ловелас, и ничего ты в жизни не знаешь. Так вот: в Панаме я встретил самую чудесную девушку на свете; я счастлив, что дожил до встречи с нею, и был бы рад умереть за нее. Это пылкое, страстное, нежное, благородное существо — королева, да и только.</p>
     <p>И королева, которая слышала его слова и видела его восторженное лицо, улыбнулась горделиво и неясно: какого любящего мужа обрела она.</p>
     <p>— Ну, а дама… мм… отвечала тебе взаимностью? — спросил Пасмор.</p>
     <p>Королева увидела, как Френсис многозначительно кивнул.</p>
     <p>— Она любит меня так же, как я люблю ее, — серьезно ответил он. — Это я знаю наверное. — Он вдруг поднялся со своего кресла. — Подожди, я сейчас покажу тебе ее.</p>
     <p>Френсис направился к двери, а королева, несказанно обрадованная признанием мужа, мгновенно шмыгнула в соседнюю роскошную комнату непонятного назначения, которую горничная называла гостиной. Она с поистине детским волнением представляла себе, как удивится Френсис, не найдя ее в постели, и лукаво смотрела ему вслед. А он взбежал по широкой мраморной лестнице и через минуту вернулся. Сердце королевы слегка сжалось, когда она заметила, что он не проявляет никакого беспокойства по поводу ее отсутствия в спальне. В руке он нес свернутый в трубку кусок тонкого белого картона и, не глядя по сторонам, прошел прямо в библиотеку.</p>
     <p>Посмотрев в щелку, королева увидела, что он развернул свиток и, положив его перед Джонни Пасмором, сказал:</p>
     <p>— Суди сам. Вот она.</p>
     <p>— Но почему у тебя такой похоронный вид? — спросил Джонни Пасмор после тщательного изучения фотографии.</p>
     <p>— Потому что мы встретились слишком поздно. Я был вынужден жениться на другой. И я расстался с ней навсегда за несколько часов до ее венчания с другим. Этот брак был решен еще прежде, чем мы узнали о существовании друг друга. Та, на которой я женился, да будет тебе известно, — хорошая, чудесная женщина. Я всю жизнь буду предан ей. Но, к несчастью, сердцем моим она никогда не завладеет.</p>
     <p>Эти слова открыли королеве всю горькую правду. Ей стало дурно, и, едва не лишившись чувств, она схватилась за сердце. Хотя разговор в библиотеке продолжался, она уже не слышала ни слова из того, что там говорилось. Медленно, огромным усилием воли она овладела собой. Наконец, ссутулившись, похожая больше на скорбную тень той блестящей красавицы и гордой жены, какою она была всего несколько минут назад, королева, шатаясь, прошла через вестибюль и медленно, точно в страшном сне, точно на каждой ноге у нее гиря привязана, стала подниматься по ступенькам. Очутившись в спальне, она утратила всякую власть над собой. В ярости сорвала с пальца кольцо Френсиса и принялась топтать его ногами. Сорвала с себя ночной чепец и черепаховые шпильки и тоже принялась их топтать. Потом, содрогаясь от рыданий и бормоча что-то невнятное, королева бросилась на кровать, ее трясло как в лихорадке; но когда Френсис, направляясь к себе в комнату перед сном, заглянул к ней в спальню, она нашла в себе силы притвориться спящей и ничем не выдать своего горя.</p>
     <p>Целый час, показавшийся ей вечностью, она дожидалась, чтобы он уснул. Лишь после этого встала, взяла острый, украшенный драгоценными камнями кинжал, который она привезла с собой из Долины Затерянных Душ, и осторожно, на цыпочках, прокралась в его комнату. Там, на туалетном столике, лежал этот кусок картона — большая фотография Леонсии. Королева в нерешительности остановилась, сжимая кинжал так, что драгоценные камни на рукоятке впились ей в пальцы и в ладонь. Кого же ударить: мужа или Леонсию? Она шагнула к его постели и уже занесла руку для удара, но тут дотоле сухие глаза ее увлажнились, и слезы, точно завеса из тумана, скрыли от нее мужа. Она всхлипнула и опустила руку, сжимавшую кинжал.</p>
     <p>Тогда она приняла другое решение и быстро направилась к туалетному столику. Внимание ее привлекли лежавшие там карандаш и блокнот. Она нацарапала два слова, вырвала из блокнота листок, положила фотографию Леонсии на блестящую, полированную поверхность стола, накрыла ее этим листком и нанесла удар, — он пришелся точно между глаз соперницы; острие кинжала вонзилось в дерево, рукоятка качнулась и застыла.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать пятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Пока в Нью-Йорке происходили всякие события и Риган ловко продолжал свое гигантское наступление на все акции Френсиса, а Френсис и Бэском тщетно пытались выяснить, кто этим занимается, в Панаме тоже происходили не менее важные события, которые столкнули Леонсию и семейство Солано с Торресом и начальником полиции и в которых отнюдь не последнюю роль играл некто И Пын — толстый китаец с лунообразной физиономией.</p>
     <p>Маленький старикашка судья — ставленник начальника полиции — похрапывал на заседании суда в Сан-Антонио. Он безмятежно проспал таким образом уже около двух часов, время от времени вскидывая голову и что-то глубокомысленно бормоча во сне, хотя дело, которое разбиралось, и было весьма серьезным: обвиняемому грозила ссылка на двадцать лет в Сан-Хуан, где даже самые крепкие люди выдерживали не более десяти. Но судье не было нужды вслушиваться в показания свидетелей или в прения сторон: прежде, чем начался разбор дела, в мозгу его уже сложилось решение, и он заранее вынес приговор в соответствии с пожеланиями шефа. Наконец, защитник окончил свою весьма пространную речь, секретарь суда чихнул, и судья проснулся. Он проворно огляделся вокруг и изрек:</p>
     <p>— Виновен.</p>
     <p>Никто не удивился, даже сам подсудимый.</p>
     <p>— Предстать завтра утром перед судом для заслушания приговора! Следующее дело!</p>
     <p>Отдав такое распоряжение, судья уже приготовился погрузиться снова в сон, как вдруг увидел Торреса и начальника полиции, входивших в зал. По тому, как блестели глаза шефа, судья сразу понял, что надо делать, и быстро закрыл судебное присутствие.</p>
     <p>Через пять минут, когда зал опустел, начальник полиции заговорил:</p>
     <p>— Я был у Родригеса Фернандеса. Он говорит, что это настоящий камень и что хотя от него немало отойдет при шлифовке, тем не менее он готов дать за него пятьсот долларов золотом. Покажите камешек судье, сеньор Торрес, а заодно и остальные — из тех, что побольше.</p>
     <p>Тут Торрес начал лгать. Он вынужден был лгать: не мог же он признаться в том, что Солано и Морганы с позором отобрали у него камни и самого его вышвырнули из асьенды! И так искусно он лгал, что убедил даже начальника полиции, а судья — тот принимал на веру решительно все, что требовал шеф, сохраняя независимое суждение только по части спиртных напитков. Вкратце рассказ Торреса, если освободить его от множества цветистых подробностей, которыми тот его уснастил, сводился к следующему: он, Торрес, был уверен, что ювелир занизил оценку камней, и потому отправил их своему агенту в Колон с приказанием переслать дальше — в Нью-Йорк, фирме «Тиффани» — для оценки, а возможно, и для продажи.</p>
     <p>Когда они вышли из зала суда и стали спускаться по ступеням между глинобитными колоннами, хранившими следы пуль всех революций, какие были, начальник полиции сказал:</p>
     <p>— Так вот, поскольку нам необходима защита закона, чтобы отправиться за этими драгоценностями, а главное — поскольку мы оба любим нашего доброго друга — судью, мы выделим ему скромную долю из того, что найдем. Он будет замещать нас на время нашего отсутствия из Сан-Антонио и, если потребуется, окажет нам поддержку законом.</p>
     <p>Как раз в это время за одной из колонн, низко надвинув на глаза шляпу, сидел И Пын. Был он тут не случайно. Давно уже он понял, что ценные секреты, порождающие тревоги и волнения в сердцах людей, как правило, витают вокруг судебных помещений, где эти волнения, достигнув наивысшего накала, выставляются напоказ. Никто не знает, в какую минуту можно наткнуться на тайну или услышать секрет. И вот И Пын, подобно рыболову, забросившему в море сеть, наблюдал за истцами и ответчиками, за свидетелями той и другой стороны и даже приглядывался к завсегдатаям судебных заседаний и случайной публике.</p>
     <p>В это утро единственным человеком, внушившим И Пыну смутные надежды, был оборванный старик пеон, который выглядел так, точно он всю жизнь чересчур много пил и теперь немедленно погибнет, если ему не поднесут стаканчик. Глаза у него были мутные, с красными веками, но на изможденном лице читалась отчаянная решимость. Когда зал суда опустел, он вышел и занял позицию на ступеньках у колонны.</p>
     <p>«Зачем собственно он тут стоит? — недоумевал И Пын. — Ведь в суде осталось лишь трое заправил Сан-Антонио — шеф, Торрес и судья!» Какая связь могла существовать между ними, или кем-нибудь из них, и этим жалким пьянчужкой, который под палящими лучами полуденного солнца трясется точно на морозе? Хотя И Пын и не знал ничего, но подсознательно чувствовал, что подождать стоит: а вдруг, как это ни маловероятно, что-нибудь да клюнет! И так, растянувшись на камне за колонной, где ни один атом тени не защищал его от испепеляющего и столь ненавистного ему солнца, И Пын принял вид человека, любящего погреться на солнышке. Старый пеон сделал шаг, покачнулся, чуть было не упав при этом, но все-таки ухитрился привлечь внимание Торреса и побудить его отстать от своих спутников. А те прошли немного и остановились, поджидая его. Они переминались с ноги на ногу и всячески выражали сильнейшее нетерпение, точно стояли на раскаленной жаровне, хотя вели в это время между собою оживленный разговор.</p>
     <p>И Пын тем временем внимательно следил за разговором между величественным Торресом и жалким пеоном, не упуская ни единого слова или жеста.</p>
     <p>— Ну, что там еще? — грубо спросил Торрес.</p>
     <p>— Денег, немного денег! Ради бога, сеньор, немножко денег! — затянул старик.</p>
     <p>— Ты же получил свое, — рявкнул на него Торрес. — Когда я уезжал, я дал тебе вдвое больше того, что тебе нужно, чтобы прожить не две недели, как обычно, а целый месяц. Так что теперь ты у меня еще две недели не получишь ни одного сентаво.</p>
     <p>— Я кругом должен, — продолжал хныкать старик, весь дрожа от жажды алкоголя, хотя он совсем недавно предавался возлияниям.</p>
     <p>— Хозяину пулькерии «У Петра и Павла»? — с презрительной усмешкой безошибочно угадал Торрес.</p>
     <p>— Хозяину пулькерии «У Петра и Павла», — откровенно признался тот. — И доска, на которой он записывает мои долги, уже вся заполнена. Мне теперь ни капли в долг не дадут. Я бедный, несчастный человек: тысяча чертей грызет меня, когда я не выпью пульки.</p>
     <p>— Безмозглая свинья, вот ты кто! Старик вдруг выпрямился с удивительным достоинством, словно осененный величайшей мудростью, и даже перестал дрожать.</p>
     <p>— Я старый человек, — торжественно произнес он. — В моих жилах и в моем сердце остывает кровь. Желания молодости исчезли. Мое разбитое тело не дает мне возможности работать, хоть я и хорошо знаю, что труд дает облегчение и забвение. А я не могу ни работать, ни забыться. Пища вызывает у меня отвращение и боль в желудке. Женщины для меня — все равно что чума; мне противно подумать, что я когда-то желал их. Дети? Последнего из своих детей я похоронил двенадцать лет назад. Религия пугает меня. Смерть? Я даже во сне с ужасом думаю о ней. Пулька — о боги! — это единственная моя отрада, только она и осталась у меня в жизни!</p>
     <p>Ну, и что же, если я пью слишком много? Ведь это потому, что мне нужно многое забыть и у меня осталось слишком мало времени, чтобы погреться в лучах солнца, прежде чем тьма навеки скроет его от моих старческих глаз.</p>
     <p>Торрес сделал нетерпеливое движение, точно собираясь уйти: разглагольствования старика явно раздражали его.</p>
     <p>— Несколько песо, всего лишь несколько песо! — взмолился старый пеон.</p>
     <p>— Ни одного сентаво! — решительно отрезал Торрес.</p>
     <p>— Очень хорошо! — так же решительно сказал старик.</p>
     <p>— Что это значит? — раздраженно спросил Торрес, заподозрив недоброе.</p>
     <p>— Ты что, забыл? — ответил старик столь многозначительно, что И Пын навострил уши: по какой это причине Торрес выплачивает старику что-то вроде пенсии или пособия?</p>
     <p>— Я ведь плачу тебе, как мы условились, за то, чтоб ты забыл, — сказал Торрес.</p>
     <p>— А я никогда не забуду того, что видели мои старые глаза, а они видели, как ты всадил нож в спину сеньора Альфаро Солано, — ответил старик.</p>
     <p>Хотя И Пын продолжал неподвижно сидеть за колонной, изображая греющегося на солнышке человека, — внутренне он «вскочил на ноги». Солано — люди именитые и богатые. И то, что Торрес убил одного из них, — секрет, за который можно получить немалый куш.</p>
     <p>— Скотина! Безмозглая свинья! Грязное животное! — Торрес в ярости сжал кулаки. — Ты смеешь так разговаривать потому, что я слишком добр к тебе. Только сболтни что-нибудь — и я мигом сошлю тебя в Сан-Хуан. Ты знаешь, что это значит. Тебя не только во сне будет преследовать страх перед смертью, но и наяву. При одном взгляде на сарычей ты задрожишь от страха, — ведь ты будешь знать, что очень скоро они растащат твои кости. И в Сан-Хуане тебе уже не видать пульки. Те, кого я отправляю туда, забывают даже, какой у нее вкус. Так как же? А? Ну вот, так-то лучше. Ты подождешь еще две недели, и тогда я снова дам тебе денег. А не станешь ждать — не видать тебе ни капли пульки до самой смерти: я уж постараюсь, чтобы сарычи Сан-Хуана занялись тобой.</p>
     <p>Торрес круто повернулся на каблуках и пошел дальше. И Пын смотрел вслед ему и двум его спутникам до тех пор, пока все трое не скрылись из виду; тогда он вышел из-за колонны и увидел, как старик, потеряв надежду опохмелиться, рухнул на землю и, охая, стеная, завывая, содрогался всем телом, как содрогается в агонии умирающее животное; пальцы его бессознательно щипали лохмотья вместе с кожей, точно он срывал с себя множество сколопендр. И Пын уселся рядом с ним и разыграл спектакль, — он был большой выдумщик и мастер на такие штуки. Вытащив из кармана несколько золотых и серебряных монет и позвякивая ими, он начал их пересчитывать; этот мелодичный и чистый звон казался уху обезумевшего от жажды пеона журчанием и бульканьем целых фонтанов пульки.</p>
     <p>— Мы с тобой мудрые люди, — сказал ему И Пын в напыщенном испанском стиле, продолжая позвякивать монетами, в то время как пьяница снова принялся хныкать и клянчить несколько сентаво на стаканчик пульки. — Мы с тобой мудрые люди, старик. Давай посидим здесь и расскажем друг другу, что нам известно о мужчинах и женщинах, о жизни и любви, о гневе и внезапной смерти, о ярости, сжигающей сердце, и о холодной стали, вонзающейся в спину; и вот если ты расскажешь мне что-нибудь интересное, я дам тебе столько пульки, что она у тебя из ушей потечет и затопит глаза. Ты любишь пульку, а? Ты хочешь выпить сейчас стаканчик, сейчас, очень скоро?</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Этой ночи, когда начальник полиции и Торрес снаряжали под покровом темноты свою экспедицию, суждено было остаться в памяти всех, кто жил в асьенде Солано. События начали развиваться еще до наступления ночи. На широкой веранде только что отобедали, и все мужчины Солано, включая Генри, который вошел теперь в состав семьи благодаря своему родству с Леонсией, пили кофе и курили сигареты. Внезапно на ступеньках, озаренных луной, показалась какая-то странная фигура.</p>
     <p>— Ни дать ни взять привидение! — сказал Альварадо Солано.</p>
     <p>— Но привидение весьма в теле, — добавил его брат-близнец Мартинес.</p>
     <p>— Никакое это не привидение, а обыкновенный китаец, такого не проткнешь пальцем! — рассмеялся Рикардо.</p>
     <p>— Да ведь это тот самый, который спас нас с Леонсией от женитьбы, — заметил Генри Морган, узнавая гостя.</p>
     <p>— Продавец секретов! — со смехом ввернула Леонсия. — И я буду очень разочарована, если он не принес ничего новенького.</p>
     <p>— Что тебе надо, китаец? — резко спросил Алесандро.</p>
     <p>— Симпатичный новый секрет, очень симпатичный новый секрет. Может, купите? — радостно залопотал И Пын.</p>
     <p>— Твои секреты слишком дорого стоят, — охлаждая его пыл, сказал Энрико.</p>
     <p>— Да, и этот новый симпатичный секрет очень дорогой, — смиренно подтвердил И Пын.</p>
     <p>— Убирайся вон! — прикрикнул на него старый Энрико. — Я надеюсь еще долго прожить, но до самой своей смерти не стану больше слушать твои секреты.</p>
     <p>Однако И Пын, несмотря на смиренный тон, держался весьма уверенно.</p>
     <p>— У вас был очень замечательный брат, — сказал он. — И этот ваш очень замечательный брат, сеньор Альфаро Солано, однажды умер от удара ножом в спину. Очень хорошо. Интересный секрет, а?</p>
     <p>Но Энрико, весь дрожа, уже вскочил на ноги и срывающимся от нетерпения голосом закричал:</p>
     <p>— Что ты об этом знаешь?</p>
     <p>— Сколько дадите? — спросил И Пын.</p>
     <p>— Все, что у меня есть! — крикнул Энрико и, повернувшись к Алесандро, добавил: — Ты договорись с ним, сынок. Хорошо заплати ему, если он может подтвердить свои слова свидетельством очевидца.</p>
     <p>— Будьте покойны, — сказал с достоинством И Пын, — свидетель есть. Он своими глазами все видел. Он видел, кто воткнул в темноте нож в спину сеньора Альфаро. Его зовут…</p>
     <p>— Ну, ну? — задыхаясь, произнес Энрико.</p>
     <p>— Тысячу долларов за его имя, — сказал И Пын, прикидывая, в какой валюте потребовать эту сумму. — Тысячу долларов золотом, — наконец проговорил он.</p>
     <p>Энрико забыл, что все денежные переговоры он поручил вести старшему сыну.</p>
     <p>— Где твой свидетель? — завопил он.</p>
     <p>И Пын тихонько кликнул кого-то, и из кустов, что росли у подножия веранды, вылез старый пьяница, — он, как настоящий призрак, медленно приблизился к лестнице и, пошатываясь, стал подниматься по ступенькам.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В это самое время на краю города двадцать всадников, среди которых находились и жандармы Рафаэль, Игнасио, Аугустино и Висенте, охраняли караван из двадцати с лишним мулов, ожидая приказала шефа выступить в Кордильеры для никому не ведомой таинственной экспедиции. Они знали только то, что на спине у самого большого мула, которого держали в стороне от остальных животных, нагружено двести пятьдесят фунтов динамита. Еще они знали, что задержка происходит из-за сеньора Торреса, ускакавшего куда-то по берегу залива с этим страшным убийцей из племени кару — Хосе Манчено, который только по милости божьей и их шефа вот уже сколько лет ускользает от виселицы, хотя веревка давно по нем плачет.</p>
     <p>Торрес между тем стоял в ожидании на берегу, держа под уздцы лошадь Хосе Манчено и еще одну, запасную, в то время как сам Хосе поднимался по извилистой дороге, которая вела к вершине холма, где стояла асьенда Солано. Торрес и не подозревал, что всего в каких-нибудь двадцати футах от него, в зарослях, подступавших к самому берегу, мирно спал вдрызг пьяный старик, а возле него бодрствовал совсем не сонный и совсем трезвый китаец, в поясе которого была спрятана недавно полученная им тысяча долларов. И Пын едва успел оттащить пеона с дороги и укрыться, когда Торрес показался на песчаном берегу и остановился чуть ли не рядом с ним.</p>
     <p>А наверху, в асьенде, все члены семейства Солано отправлялись уже ко сну. Леонсия только начала было расчесывать волосы, но, услышав шуршание камешков по стеклу, подошла к окну. Предупредив ее шепотом, чтобы она не поднимала шума и никого не звала, Хосе Манчено протянул девушке измятую бумажку — записку Торреса — и с таинственным видом сказал:</p>
     <p>— Это вам от чудака китайца, который ждет вас тут внизу, за кустами.</p>
     <p>И Леонсия прочла нижеследующее, написанное на ужасном испанском языке:</p>
     <p>«В первый раз я сказал вам секрет про Генри Моргана. На этот раз у меня есть секрет про Френсиса. Выйдите ко мне для разговора».</p>
     <p>Сердце Леонсии забилось, когда она прочитала имя Френсиса, и, накинув на себя мантилью, она последовала за кару, ни минуты не сомневаясь, что ее ждет И Пын.</p>
     <p>И Пын, сидевший на берегу и наблюдавший за Торресом, тоже ни минуты не сомневался относительно того, что происходит, когда убийца Хосе Манчено появился на дороге, неся на плече, точно мешок муки, сеньориту Солано, которую он предварительно связал и заткнул ей кляпом рот. Не сомневался И Пын и относительно того, что должно за этим последовать: он видел, как Хосе и Торрес привязали Леонсию к седлу запасной лошади и галопом поскакали по берегу. Оставив пьяного пеона спать в кустах, толстяк китаец вышел на дорогу и побежал в гору со всей прытью, на какую только был способен. Добежав до асьенды, он, еле переводя дух, поднялся по ступенькам и стал колотить в дверь руками и ногами, моля про себя всех китайских богов, чтобы какой-нибудь из этих бешеных Солано не пристрелил его, прежде чем он успеет объяснить причину такой спешки.</p>
     <p>— Ах, боже мой, да убирайся ты к черту! — сказал ему Алесандро, когда, открыв дверь, при свете свечи разглядел лицо назойливого гостя.</p>
     <p>— У меня большой секрет, — задыхаясь, выпалил И Пын. — Очень большой и совсем новый.</p>
     <p>— Приходи завтра в те часы, когда люди занимаются делами, — рявкнул Алесандро, намереваясь дать китайцу пинка.</p>
     <p>— Я не продаю этот секрет, — лепетал И Пын. — Я его вам дарю. Слушайте: сеньорита, ваша сестра… ее украли! Привязали к седлу и очень быстро погнали лошадь по берегу.</p>
     <p>Но Алесандро, который всего каких-нибудь полчаса назад пожелал Леонсии спокойной ночи, громко рассмеялся, не веря ни одному слову китайца, и снова собрался было пинком вытолкать за дверь торговца секретами. И Пын пришел в полное отчаяние. Он вытащил из-за пояса мешочек с деньгами и, сунув его в руки Алесандро, — сказал:</p>
     <p>— Пойдите скорее и посмотрите. Если сеньорита сейчас дома, можете оставить эту тысячу себе. Если сеньориты нет, вы отдадите деньги мне назад…</p>
     <p>Это убедило Алесандро. Через минуту он уже будил весь дом. А еще через пять минут конюхи и пеоны, с трудом продрав глаза от крепкого сна, уже седлали и вьючили лошадей и мулов, тогда как Солано натягивали верховые костюмы и вооружались.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Вправо и влево по берегу, по множеству тропинок, ведущих в Кордильеры, рассыпался отряд Солано, ища в непроглядной тьме следы похитителей. Случаю было угодно, чтобы тридцать часов спустя одному Генри удалось напасть на след и нагнать шайку в той самой котловине, которую старый жрец майя называл Стопою бога и откуда он впервые увидел глаза богини Чиа. Там Генри и обнаружил всю банду, а также похищенную Леонсию.</p>
     <p>Похитители только что приготовили себе завтрак и теперь уплетали его. У Генри был типичный для англосакса склад ума: ему и в голову не пришло выступить одному против двадцати и попытаться добиться справедливости — это было бы чистейшим безумием. Зато ему пришло в голову посмотреть на груженного динамитом мула, который был стреножен отдельно от других сорока мулов и, по легкомыслию, оставлен пеонами со своим опасным грузом на спине. Вместо того чтобы попытаться совершить невозможное и вызволить Леонсию, Генри, поразмыслив, решил, что в такой большой компании ничто не может угрожать женской чести, и увел мула с динамитом.</p>
     <p>Увел он его, однако, недалеко. Притаившись в низкорослом леске. Генри вскрыл тюк и напихал во все карманы динамитных шашек, потом прихватил коробку детонаторов и небольшой моток фитилей. Сокрушенно посмотрев на остальной динамит, который он с удовольствием взорвал бы, но не посмел. Генри занялся подготовкой пути, по которому придется отступать, если ему удастся выкрасть Леонсию у ее похитителей. Подобно тому как Френсис в Хучитане усеял путь своего отступления серебряными долларами, так теперь Генри усеял путь своего отступления динамитными шашками: он закладывал шашки небольшими пучками, следя за тем, чтобы шнуры были не длиннее детонаторов и чтобы последние были прочно прикреплены к концу каждого из них.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Целых три часа бродил Генри вокруг лагеря, разбитого в Стопе бога, прежде чем ему удалось, наконец, дать знать Леонсии о своем присутствии; и еще два драгоценных часа было упущено, прежде чем она нашла возможность прокрасться к нему. Но потеря времени не была бы такой уж большой бедой, если бы их бегство не было тотчас обнаружено жандармами и остальными участниками экспедиции Торреса. Все мигом бросились к лошадям и быстро догнали беглецов.</p>
     <p>Когда Генри, пригнув Леонсию к земле, залез вместе с ней под нависшую скалу и зарядил ружье, Леонсия запротестовала.</p>
     <p>— У нас нет ни малейшего шанса. Генри! — сказала она. — Их слишком много. Начнется перестрелка, и тебя убьют. А тогда что станется со мной? Лучше беги, беги один и приведи сюда помощь, а пока пусть меня снова заберут в плен: так будет лучше, — твоя смерть все равно не спасет меня!</p>
     <p>Но он покачал головой.</p>
     <p>— Они не возьмут нас в плен, дорогая сестричка. Доверься мне и смотри в оба. Вот они едут. Теперь смотри!</p>
     <p>Послышался цокот копыт, и на дороге показались Торрес, начальник полиции и жандармы — кто на лошадях, а кто на мулах, — видно было, что они впопыхах собирались в погоню. Генри прицелился, но не в них, а в ближнюю кочку, подле которой он заложил свою первую шашку динамита. Он нажал курок — и все вокруг заволокло густым облаком дыма и пыли. Когда это облако медленно рассеялось. Генри и Леонсия увидели, что половина людей и животных лежит на земле, а остальные стоят, потрясенные и ошеломленные взрывом.</p>
     <p>Генри схватил Леонсию за руку, рывком поднял на ноги, и они побежали. Миновав то место, где Генри зарыл вторую партию динамита, беглецы присели передохнуть.</p>
     <p>— На этот раз они не так скоро нас догонят! — торжествующе сказал Генри. — И чем дольше они будут нас преследовать, тем медленнее будут продвигаться вперед.</p>
     <p>И действительно, когда преследователи снова показались в виду. Генри и его сестра заметили, что они продвигаются очень медленно и очень осторожно.</p>
     <p>— Надо было бы всех их перебить, — сказал Генри. — Но им повезло: у меня не хватает духа их прикончить. Зато жару я им, конечно, задам.</p>
     <p>И он снова выстрелил в заложенный динамит и снова, пользуясь смятением неприятеля, побежал вместе с Леонсией к тому месту, где была зарыта третья партия динамита.</p>
     <p>Взорвав третий заряд, беглецы бросились к стреноженной лошади. Генри посадил девушку в седло, а сам побежал рядом, держась за стремя.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать шестая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Френсис велел Паркеру разбудить его в восемь часов утра, и когда Паркер, осторожно ступая, вошел в назначенное время к своему хозяину, тот еще крепко спал. Пустив воду для ванны и приготовив все для бритья, камердинер вернулся в спальню. Продолжая неслышно двигаться по комнате, чтобы дать возможность своему хозяину поспать еще несколько минут, Паркер вдруг увидел кинжал, торчащий из полированной крышки туалетного столика, — острие его проткнуло записку вместе с лежавшей под нею фотографией. Паркер посмотрел, подивился, потом, не колеблясь, приоткрыл дверь в спальню миссис Морган и, заглянув туда, быстро направился к хозяину и стал трясти его за плечо.</p>
     <p>Френсис открыл глаза, секунду посмотрел перед собой, ничего не понимая, как это бывает, когда человек внезапно пробуждается от крепкого сна, но очень быстро вспомнил об отданном накануне приказании.</p>
     <p>— Пора вставать, сэр, — тихим голосом сказал камердинер.</p>
     <p>— Это всегда самое неприятное для меня время, — с улыбкой сказал Френсис и, зевнув, снова закрыл глаза: — Дай мне еще полежать минутку, Паркер. Если я задремлю, ты меня потряси.</p>
     <p>Но Паркер тут же начал трясти его.</p>
     <p>— Вставайте скорее, сэр. Мне кажется с миссис Морган что-то случилось: ее нет в спальне, а тут я нашел какую-то странную записку и нож. Быть может, это вам что-нибудь объяснит. Я, право, не знаю, сэр…</p>
     <p>Френсис одним прыжком вскочил с постели; с минуту он не отрываясь смотрел на кинжал, затем извлек его из дерева, прочел и снова перечел записку, словно никак не мог понять смысл двух простых слов: «Прощай навсегда».</p>
     <p>Но еще больше, чем записка, поразил его кинжал, воткнутый между глаз Леонсии; глядя на отверстие, оставленное кинжалом в тонком картоне, Френсис вдруг отчетливо вспомнил, что уже видел это когда-то, — и сразу в его памяти возник дом королевы на берегу озера: вот они все стоят возле золотого котла, смотрят в него и каждый видит свое. А ему тогда привиделась Леонсия, и между глаз у нее торчал нож. Френсис даже снова воткнул кинжал в фотографию и еще раз посмотрел на нее.</p>
     <p>Объяснение напрашивалось само собой. Королева с самого начала ревновала его к Леонсии, и здесь, в Нью-Йорке, обнаружив ее фотографию на туалетном столике своего мужа, сделала столь же верный вывод, как верен был удар стального клинка в мертвое изображение. Но где она сама? Куда она девалась? Чужая в самом буквальном смысле слова всем и всему в этом огромном городе, наивная, неискушенная душа, считающая телефон волшебством, Уолл-стрит — храмом, а бизнес — нью-йоркским богом, она, должно быть, чувствует себя здесь все равно как обитательница Марса, свалившаяся вдруг на землю. Где и как провела она ночь? Где она сейчас? Да и жива ли вообще?</p>
     <p>Френсису явственно представился морг с рядами неопознанных трупов, потом — берег океана, на который прилив выбрасывает тела утопленников… Вернул его к действительности Паркер.</p>
     <p>— Не могу ли я быть чем-нибудь полезен, сэр? Быть может, позвонить в сыскное агентство? Ваш батюшка всегда…</p>
     <p>— Да, да, — поспешно перебил его Френсис. — Был один человек, услугами которого он пользовался особенно охотно, — молодой такой, он работал у Пинкертона… Ты не помнишь, как его фамилия?</p>
     <p>— Бэрчмен, сэр, — быстро ответил Паркер, направляясь уже к двери. — Я сейчас же пошлю за ним.</p>
     <p>И вот Френсис в поисках своей жены вступил на путь новых приключений, которые открыли ему, исконному нью-йоркцу, такие стороны и уголки жизни огромного города, о которых он до этого времени не имел ни малейшего представления. Королеву искал не только один Бэрчмен — с ним работало еще около десятка сыщиков, которые прочесали весь город вдоль и поперек, а в Чикаго и Бостоне работали под его руководством другие сыщики.</p>
     <p>Жизнь Френсиса в этот период никак нельзя было бы назвать однообразной: на Уолл-стрите он вел борьбу с неизвестным противником, а дома отвечал на бесконечные вызовы сыщиков, требовавших, чтобы он летел то туда, то сюда, то еще куда-нибудь для опознания какого-то только что найденного женского трупа. Френсис забыл, что значит спать в определенные часы, и привык к тому, что его могут вытащить в любое время из-за стола или даже из постели и погнать неизвестно куда для опознания все новых и новых трупов. По сведениям Бэрчмена, ни одна женщина, отвечающая описаниям королевы, не покидала Нью-Йорк ни поездом, ни пароходом, и он продолжал старательно обыскивать город, убежденный, что она все еще здесь.</p>
     <p>Таким образом, Френсис побывал и в Мэттенуэне, и в Блэкуэлле, и в тюрьме, именуемой «Гробница», и в ночном полицейском суде. Не избежал он и бесчисленных вызовов в больницы и морги. Однажды его даже свели с только что задержанной магазинной воровкой, на которую в полиции не имелось карточки и чью личность никак не могли установить. Не раз он сталкивался с таинственными женщинами, которых подручные Бэрчмена обнаруживали в задних комнатах подозрительных гостиниц, а на какой-то из пятидесятых улиц Вест-Сайда он наткнулся на две сравнительно невинные любовные сценки, к величайшему смущению обеих пар и своему собственному.</p>
     <p>Но, пожалуй, самым интересным и трагическим было то, что он увидел в особняке Филиппа Джэнуери, угольного короля, которому этот его особняк стоил десять миллионов долларов. Какая-то неизвестная красавица, высокая и стройная, явилась в дом Джэнуери неделю назад, и Френсиса вызвали посмотреть на нее. При Френсисе она была столь же невменяема, как и в течение всей недели. Ломая руки и обливаясь слезами, она бормотала страстным шепотом:</p>
     <p>— Отто, ты не прав. На коленях заверяю тебя, что ты не прав. Отто, я люблю тебя и только тебя. Никого, кроме тебя, Отто, для меня не существует. И никого никогда не было, кроме тебя. Все это ужасная ошибка. Поверь мне, Отто, поверь, иначе я умру…</p>
     <p>И все это время на Уолл-стрите продолжалась борьба против так и не обнаруженного могущественного противника, начавшего, по общему мнению Френсиса и Бэскома, решительное наступление на состояние молодого магната, — наступление с целью уничтожить Френсиса.</p>
     <p>— Только бы нам продержаться, не пуская в ход «Тэмпико петролеум»! — от души пожелал Бэском.</p>
     <p>— У меня вся надежда на «Тэмпико петролеум», — отвечал Френсис. — После того, как будут поглощены все ценные бумаги, которые я могу выбросить на рынок, я пущу в бой «Тэмпико петролеум», — это будет равносильно вступлению свежей армии на поле почти проигранного сражения.</p>
     <p>— А представьте себе, что неизвестный нам враг достаточно силен, чтобы проглотить и этот последний великолепный куш и даже попросить еще? — спросил Бэском.</p>
     <p>Френсис пожал плечами.</p>
     <p>— Что ж, тогда я буду разорен. Но отец мой разорялся раз пять, прежде чем прочно стал на ноги, он и родился в разоренной семье, — так что мне уже можно о такой ерунде не беспокоиться.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Некоторое время в асьенде Солано события развивались очень медленно. Вообще говоря, после того как Генри — не без помощи динамита — спас Леонсию, никаких событий больше и не происходило. Даже И Пын ни разу не появлялся с какими-нибудь свежими и абсолютно новыми секретами для продажи. Казалось, ничего не изменилось, если не считать того, что Леонсия ходила вялая и скучная и что ни Энрико, ни брат ее Генри, ни остальные шесть ее братьев, которые уже, в сущности, не были ее братьями, не могли ее развеселить.</p>
     <p>А пока Леонсия хандрила. Генри и рослым сыновьям Энрико все не давала покоя мысль о сокровище Долины Затерянных Душ, к которому Торрес в это время динамитом прокладывал себе путь. Им было известно лишь одно, а именно: что экспедиция Торреса отправила Аугустино и Висенте в Сан-Антонио еще за двумя мулами с грузом динамита.</p>
     <p>Поговорив с Энрико и получив его разрешение. Генри посвятил в свои планы Леонсию.</p>
     <p>— Милая сестричка, — начал он, — мы хотим съездить в горы и посмотреть, что поделывает там этот мерзавец Торрес со своей шайкой. Благодаря тебе нам теперь известна их цель. Они хотят взорвать динамитом часть горы и проникнуть в долину. Мы знаем, где Та, Что Грезит спрятала свои камни, когда загорелся ее дом, а Торрес не знает. Вот мы и решили, когда они осушат пещеры майя, проникнуть вслед за ними в долину и попытаться овладеть сундуком с драгоценностями. Я думаю, что у нас будет для этого не меньше, а, пожалуй, побольше шансов, чем у них. Говорю я все это к тому, что мы очень хотели бы взять тебя с собой. Мне кажется, что если нам удастся добыть сокровище, ты не станешь возражать против того, чтобы повторить наше путешествие по подземной реке.</p>
     <p>Но Леонсия устало покачала головой.</p>
     <p>— Нет, — сказала она в ответ на его уговоры. — Мне не хочется не только видеть Долину Затерянных Душ, но и слышать о ней. Ведь там я уступила Френсиса этой женщине.</p>
     <p>— Получилась ошибка, дорогая сестричка. Но кто тогда мог это знать? Я не знал, ты не знала, и Френсис ведь тоже не знал. Он поступил честно и благородно, как подобает мужчине. Он и не подозревал, что мы с тобой брат и сестра, считал, что мы с тобой помолвлены, — а ведь так оно и было тогда, — не стал отбивать тебя у меня и, чтобы не поддаться соблазну и спасти всем нам жизнь, женился на королеве.</p>
     <p>— Я все вспоминаю ту песню, которую вы с Френсисом пели в те дни: «Мы — спина к спине — у мачты…» — грустно и вне всякой связи с предыдущим пробормотала Леонсия. На глазах у нее появились слезы и закапали с ресниц.</p>
     <p>Она повернулась, сошла с веранды, пересекла лужайку и бесцельно начала спускаться с холма. Уже, наверное, в двадцатый раз, с тех пор как Френсис уехал, бродила девушка по этой дороге, где все напоминало ей о нем. Вот здесь она впервые увидела его, когда он подъезжал к берегу в шлюпке с «Анджелики»; сюда, вот в эти кусты, она увлекла его, чтобы спасти от разгневанных братьев и отца, а потом, угрожая ему револьвером, заставила поцеловать себя, вернуться в шлюпку и уехать. Это был его первый приезд сюда.</p>
     <p>Затем Леонсия стала перебирать в памяти мельчайшие подробности, связанные с его вторым посещением, — с той минуты, когда, выйдя из-за скалы после купания в лагуне, она увидела его: прислонившись к скале, он писал ей свою первую записку. События того памятного дня встали перед ней: она в испуге бросилась в джунгли, вот ее укусила за ногу лабарри (которую она приняла тогда за ядовитую змею), вот, убегая, она столкнулась с Френсисом и, потеряв сознание, упала на песок.</p>
     <p>Леонсия раскрыла зонтик и села: ей вспомнилось, как она пришла в себя и увидела, что Френсис собирается высасывать яд из ранки, которую он успел уже надрезать. Теперь она понимала, что именно боль от этого надреза и привела ее тогда в чувство.</p>
     <p>Леонсия вся ушла в милые ее сердцу воспоминания: как она ударила Френсиса по щеке, когда его губы приблизились к ее колену, как она вспыхнула и закрыла лицо руками, как потом смеялась, почувствовав, что у нее затекла нога от его чрезмерных стараний потуже затянуть повязку; вспомнила, как страшно рассердилась на него, когда он упрекнул ее за то, что она считает его убийцей своего дяди Альфаро, и как, наконец, отвергла его предложение развязать жгут. Все это было словно вчера — и вместе с тем словно с тех пор прошло уже полвека. А сколько за это время выпало на ее долю необычайных приключений, волнующих событий, лирических сцен!</p>
     <p>Леонсия так глубоко погрузилась в эти приятные воспоминания, что даже не заметила показавшийся на дороге наемный экипаж: из Сан-Антонио. Не заметила она и того, что какая-то дама, похожая на картинку нью-йоркского журнала мод, вышла из экипажа и пешком направилась к ней. Это была не кто иная, как королева, жена Френсиса. Она шла тоже под зонтиком, прикрываясь от тропического солнца.</p>
     <p>Остановившись за спиною Леонсии, королева, конечно, и не подозревала, что девушка в эту минуту отрешается от всего самого ей дорогого. Она видела только, что Леонсия держит в руке крошечную фотографию, которую вынула из-за корсажа, и пристально смотрит на нее. Заглянув через ее плечо, королева узнала на фотографии лицо Френсиса, и слепая ревность вспыхнула в ней с новой силой. Она выхватила спрятанный на груди кинжал и занесла было руку, но как ни быстро было это движение, Леонсия почувствовала его и, наклонив немного зонтик вперед, оглянулась, чтобы узнать, кто стоит за ее спиной. Глубоко измученная, утратив способность удивляться, Леонсия поздоровалась с женой Френсиса Моргана так, точно они расстались всего час назад.</p>
     <p>Даже кинжал не возбудил в ней ни страха, ни любопытства. Быть может, если бы она проявила одно из этих чувств, соперница и пронзила бы ее стальным клинком. Так или иначе, королева лишь воскликнула:</p>
     <p>— Ты низкая женщина! Низкая, низкая! На что Леонсия только пожала плечами и сказала:</p>
     <p>— Советую вам лучше держать зонтик так, чтоб он защищал вас от солнца.</p>
     <p>Королева вышла из-за спины Леонсии и встала прямо перед нею, глядя на свою соперницу сверху вниз. Гнев и ревность душили ее, и она не могла вымолвить ни слова.</p>
     <p>— Но почему же я гадкая? — первой заговорила Леонсия после долгого молчания.</p>
     <p>— Потому что ты воровка! — вскипела королева. — Потому что ты крадешь мужчин, когда у тебя есть свой муж. Потому что ты не верна своему мужу, — по крайней мере в душе: для большего у тебя пока не было возможности.</p>
     <p>— У меня нет мужа, — спокойно возразила Леонсия.</p>
     <p>— Ну, есть жених… Вы ведь, по-моему, должны были пожениться на следующий день после нашего отъезда.</p>
     <p>— У меня нет и жениха, — продолжала Леонсия с тем же спокойствием.</p>
     <p>Все тело королевы так напряглось, а лицо приняло такое выражение, что Леонсия невольно сравнила ее с тигрицей.</p>
     <p>— А Генри Морган? — вскричала королева.</p>
     <p>— Он мой брат.</p>
     <p>— Это слово, Леонсия Солано, может значить очень многое. Я теперь узнала это. В Нью-Йорке есть люди, которые поклоняются каким-то непонятным божествам и называют всех людей в мире «братьями», а всех женщин — «сестрами».</p>
     <p>— Отец Генри был моим отцом, — терпеливо пояснила ей Леонсия. — Его мать была моей матерью. Мы родные брат и сестра.</p>
     <p>— А Френсис? — спросила королева, с внезапно пробудившимся интересом. — Ему ты тоже сестра?</p>
     <p>Леонсия покачала головой.</p>
     <p>— Значит, ты любишь Френсиса? — воскликнула королева в порыве горького разочарования.</p>
     <p>— Но ведь он принадлежит вам, — сказала Леонсия.</p>
     <p>— Нет, ты отняла его у меня.</p>
     <p>Леонсия медленно и грустно покачала головой и так же грустно посмотрела вдаль — туда, где простиралась курящаяся под солнцем лагуна Чирикви.</p>
     <p>После долгого молчания она устало промолвила:</p>
     <p>— Если хотите, верьте этому. Верьте всему, чему вам угодно.</p>
     <p>— Я сразу разгадала тебя, — воскликнула королева. — Ты обладаешь странной властью над мужчинами. Я — женщина, и тоже красива: здесь, в большом мире, и на меня заглядываются мужчины, — я заметила это. Я знаю, что могу быть желанной. Даже во взорах жалких мужчин моей Долины Затерянных Душ, которые вечно смотрят в землю, я читала любовь. Один из них осмелился высказать мне это — и умер ради меня, или, вернее, из-за меня: он был брошен в водоворот. Но ты своими чарами настолько подчинила себе Френсиса, что даже в моих объятиях он думает о тебе. Я знаю это. Я знаю, что и тогда он думает о тебе!</p>
     <p>Эти последние слова были криком пораженного страстью, наболевшего сердца. И в следующую минуту, нимало не удивив этим Леонсию, которая в своей беспросветной апатии ничему уже не была способна удивляться, королева выронила кинжал, опустилась на песок и, закрыв лицо руками, истерически разрыдалась. Вяло и чисто машинально Леонсия обняла ее за плечи и стала утешать. Прошло немало времени, пока королева успокоилась.</p>
     <p>— Я ушла от Френсиса в ту же минуту, как только узнала, что он любит тебя, — сказала она решительным тоном. — Я пронзила кинжалом твой портрет, который стоит у него в спальне, и приехала сюда, чтобы пронзить вот так же тебя самое. Но я была не права. Ведь это не твоя вина и не вина Френсиса. Одна я виновата, что не сумела завоевать его любовь. Не ты, а я должна умереть. Но сначала мне надо вернуться к себе в долину и взять свои камни. Френсис сейчас в большой тревоге, потому что бог, храм которого называется Уолл-стритом, разгневался на него. Он хочет отнять у Френсиса его богатство, и Френсису нужно другое богатство, чтобы спасти свое. У меня оно есть. Нельзя терять времени. Можешь ли ты помочь мне — ты и твои родные? Ведь это ради Френсиса!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать седьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Таким образом, в Долину Затерянных Душ одновременно с двух сторон пробирались сквозь горы две партии искателей сокровища. С одной стороны — и очень быстро — продвигались королева, Леонсия, Генри Морган и вся семья Солано. Куда медленнее, хоть она и выступила в поход гораздо раньше, продвигалась партия Торреса и начальника полиции. Подойдя к горе, Торрес понял, что проникнуть в ее недра не так-то легко. Чтобы взорвать вход в пещеры, требовалось больше динамита, чем он предполагал: скала с трудом поддавалась их упорным усилиям. Когда они, наконец, взорвали часть скалы и в ней образовалась брешь, оказалось, что она все равно не может служить стоком, так как гораздо выше уровня воды в пещере. Пришлось взрывать скалу еще раз. И еще один взрыв понадобился, когда они уже попали в пещеру, где плавали в воде мумии конкистадоров, а затем по узкому проходу добрались и до зала, где стояли бог и богиня. Но прежде чем двинуться дальше, в сердце горы, Торрес похитил рубиновые глаза Чиа и изумрудные глаза Хцатцла.</p>
     <p>Тем временем королева и ее спутники почти без задержек проникли в долину через гору, ограждавшую ее с противоположной стороны. Они шли сейчас несколько иным путем, чем когда выбирались из долины. Королева, долгие годы смотревшая в Зеркало мира, знала каждый дюйм пути. Там, где подземная река вливалась в отверстие под скалой и затем впадала в реку Гуалака, пришлось бросить лодки. Мужчины вместе с королевой обследовали все вокруг и обнаружили в почти отвесной скале узкий вход в пещеру, скрытый зарослями кустарника; обнаружить его мог лишь тот, кто знал, где он находится. Обвязав лодки канатами, путешественники втянули их в пещеру, затем пронесли на плечах по извилистому проходу и спустили в подземную реку там, где она спокойно и мирно текла между сравнительно широких берегов, так что без труда можно было грести против течения. В иных местах, где течение становилось слишком быстрым, они выскакивали на берег и тянули лодки бечевой. А там, где река ныряла в недра горы, королева показывала своим спутникам проходы, безусловно, прорубленные рукой человека, по-видимому, еще в древние времена. По проходам этим они без труда пронесли свои легкие лодки.</p>
     <p>— Здесь мы расстанемся с лодками, — сказала, наконец, королева; и мужчины при колеблющемся свете факелов стали привязывать их к громоздившимся на берегу глыбам. — Нам осталось пройти очень немного. Этот последний проход выведет нас к небольшому отверстию в скале, скрытому диким виноградом и папоротником. Оттуда мы увидим то место, где когда-то стоял мой дом над озером. Затем мы на веревках спустимся со скалы, — это невысоко, футов пятьдесят, не больше.</p>
     <p>Генри с электрическим фонариком шел впереди, рядом с ним — королева, а старик Энрико с Леонсией замыкали шествие, бдительно следя за тем, чтобы какой-нибудь малодушный пеон или индеец лодочник не вздумал сбежать. Но когда они дошли до того места, где должно было быть отверстие, его не оказалось. Выход был завален снизу доверху камнями разной величины — от обыкновенных булыжников до огромных глыб величиной с хижину туземца.</p>
     <p>— Кто мог это сделать? — возмущенно воскликнула королева.</p>
     <p>Но Генри, быстро осмотревшись, успокоил ее.</p>
     <p>— Это просто обвал, — сказал он. — Осыпались камни, составляющие верхний покров горы. Мы быстро устраним эту преграду с помощью динамита. Хорошо, что мы его прихватили с собой.</p>
     <p>Однако времени на это ушло немало. Пришлось потрудиться весь остаток дня и всю ночь. Взрывчатку закладывали небольшими зарядами, так как Генри опасался большого обвала. В восемь часов утра они взорвали очередную шашку, в скале образовалась щель, и они увидели впереди дневной свет. Тогда они стали действовать еще осторожнее. Наконец, осталась только одна огромная глыба, тонн в десять весом, которая загораживала проход. По обе стороны глыбы были щели, в них свободно можно было просунуть руку и даже почувствовать, как припекает солнце, но вылезть наружу было невозможно. Все попытки приподнять глыбу не приводили ни к чему — она лишь качалась, но не двигалась с места. Тогда Генри решил еще раз заложить динамит, в надежде, что взрывная волна сбросит глыбу в долину.</p>
     <p>— Затерянные Души, конечно, догадались, что к ним идут гости: ведь мы уже пятнадцать часов стучимся к ним с черного хода, — рассмеялся он, готовясь поджечь фитиль.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Все население Долины Затерянных Душ, собравшееся у алтаря бога Солнца перед Большим домом, и в самом деле не без ужаса догадывалось о приближении непрошеных гостей. Столь тягостна была их последняя встреча с чужеземцами, когда сгорел дом у озера и погибла их королева, что теперь они молили бога Солнца не посылать им больше гостей. Но в то же время, подстрекаемые страстными призывами жреца, они приняли твердое решение на этот раз немедленно и без всяких разговоров убивать всех, кто явится к ним в долину.</p>
     <p>— Даже если это будет сам да Васко! — воскликнул жрец.</p>
     <p>— Даже если сам да Васко! — вторили ему Затерянные Души.</p>
     <p>Все они были вооружены копьями, боевыми дубинками, луками и стрелами и в ожидании пришельцев с жаром молились перед алтарем. Чуть не каждую минуту с озера прибегали гонцы и сообщали одно и то же: гора грохочет, но никто из нее не показывается.</p>
     <p>Маленькая девочка из Большого дома, принимавшая в прошлый раз Леонсию, первой увидела чужеземцев. А вышло так потому, что все внимание племени было сосредоточено на горе над озером и никто не ожидал вторжения чужеземцев с противоположной стороны.</p>
     <p>— Да Васко! — закричала девочка. — Да Васко!</p>
     <p>Все посмотрели в указанном направлении: в эту минуту Торрес, начальник полиции и вся их шайка как раз выходили на поляну и были всего в пятидесяти ярдах от алтаря. На голове Торреса снова был шлем, который он снял с головы своего высохшего предка в пещере мумий. Гостей радушно приветствовали градом стрел, которые мигом уложили двоих. И сразу Затерянные Души — мужчины и женщины — двинулись в наступление. Но тут заговорили ружья полицейских и Торреса. Захватчики меньше всего ожидали такого наскока, да еще со столь близкого расстояния, и хотя многие Затерянные Души упали, сраженные пулями, большинство все же добежало до своих врагов, — и тут началась отчаянная рукопашная схватка. В эти минуты преимущества огнестрельного оружия были сведены до минимума, и копья Затерянных Душ пронзили немало жандармов и прочих участников экспедиции, а дубинки их дробили направо и налево черепа врагов.</p>
     <p>В конце концов Затерянные Души были все-таки отброшены — ведь из револьвера можно стрелять и в свалке, — а оставшиеся в живых бежали. Но и потери пришельцев были тоже велики: половина из них валялась на земле, и женщины племени позаботились о том, чтобы они недолго мучились. Начальник полиции рычал от боли и ярости, стараясь вытащить стрелу, пронзившую его руку. Однако все его усилия были тщетны, и Висенте пришлось отрезать заостренный конец стрелы и только после этого извлечь ее.</p>
     <p>Торрес, если не считать того, что у него ныла рука от удара дубиной, в общем отделался легким испугом; он чуть не запрыгал от радости, увидев распростертого на земле жреца: старик умирал, положив голову на колени дочери.</p>
     <p>Видя, что их раненые уже не нуждаются в медицинской помощи, Торрес и начальник полиции повели остатки отряда к озеру и по берегу добрались до развалин жилища королевы. Лишь обуглившиеся сваи, выступая из воды, показывали то место, где прежде был дом. При виде этого Торрес растерялся, а начальник полиции пришел в полную ярость.</p>
     <p>— Но ведь тут, в этом доме, и стоял сундук с сокровищем! — заикаясь, пробормотал Торрес.</p>
     <p>— Ищи синицу в небе! — прорычал начальник полиции. — Сеньор Торрес, я всегда подозревал, что вы дурак!</p>
     <p>— Откуда же я мог знать, что этот дом сгорел?</p>
     <p>— Должны были знать! Ведь вы хвастаетесь, что все знаете! — осадил его начальник полиции. — Только меня вам не провести. Я давно уже слежу за вами. Я видел, как вы украли изумруды и рубины из глаз идолов. Извольте поделиться со мной, и сейчас же!</p>
     <p>— Обождите, пожалуйста. Чуточку терпения! — взмолился Торрес, — Давайте сначала посмотрим. Конечно, я поделюсь с вами, но что значат какие-то четыре камня в сравнении с целым сундуком! Дом был легкий, непрочный. Сундук вполне мог провалиться в воду, когда рухнула крыша. А драгоценные камни от воды не портятся.</p>
     <p>Шеф велел своим людям обследовать дно вокруг обугленных свай, и они — кто вброд, кто вплавь — обыскивали мелкие места, тщательно избегая водоворота. Обнаружил находку Аугустино-Молчальник — почти у самого берега, где вода едва доходила ему до колен.</p>
     <p>— Я стою на чем-то твердом, — объявил он.</p>
     <p>Торрес нагнулся и ощупал предмет, на котором стоял Аугустино.</p>
     <p>— Это сундук, я уверен, — провозгласил он. — Ну-ка, все сюда! Все! Тащите ее на берег — посмотрим, что там в нем.</p>
     <p>Но когда сундук вытащили и Торрес уже собрался поднять крышку, начальник полиции остановил его.</p>
     <p>— Марш обратно в воду! — приказал он своим людям. — Там еще много таких сундуков, их надо найти, иначе наша экспедиция будет зряшной потерей времени. Разве один какой-то сундук может окупить все наши расходы?!</p>
     <p>И только когда все залезли в воду и принялись нырять и обыскивать дно, Торрес поднял крышку. Начальник полиции стоял громом пораженный. Он лишь смотрел и бормотал что-то нечленораздельное.</p>
     <p>— Ну что, поверили мне, наконец? — спросил Торрес. — Ведь этому сокровищу цены нет! Мы с вами теперь самые богатые люди в Панаме, в Южной Америке и во всем мире! Это и есть сокровище майя. Мы слышали о нем, еще когда были детьми. О нем мечтали наши отцы и деды. Конкистадорам не удалось найти его. А теперь оно наше! Наше!</p>
     <p>Пока они, оцепенев, стояли и смотрели на свое богатство, жандармы, один за другим, вылезли из воды, молча выстроились полукругом за их спинами и тоже уставились на сундук. Ни начальник полиции, ни Торрес этого не подозревали, как не подозревали в свою очередь и стоявшие позади, что к ним неслышно подкрадываются Затерянные Души. И когда хозяева долины обрушились на пришельцев, те, точно завороженные, все еще смотрели на сокровище.</p>
     <p>Стрела, выпущенная из лука на расстоянии десяти ярдов, всегда смертельна, особенно если у стрелка есть время прицелиться. Две трети искателей сокровища рухнули на землю, пронзенные стрелами Затерянных Душ. В тело Висенте, который, к счастью для Торреса, оказался позади него, вонзилось сразу по меньшей мере два копья и пять стрел. Горстка оставшихся в живых едва успела схватить винтовки и обернуться к нападающим, как те уже ринулись на них, размахивая дубинками.</p>
     <p>Рафаэлю и Игнасио — двум жандармам, тем самым, которые участвовали еще в перипетиях на хучитанском нефтяном поле, — почти тотчас проломили головы. А женщины из племени Затерянных Душ, как и раньше, постарались, чтобы раненые недолго мучились.</p>
     <p>Торресу и начальнику полиции оставалось жить считанные минуты, как вдруг оглушительный треск в недрах горы над озером и последовавший за этим грохот обвала отвлекли внимание нападающих. Сверху на поле битвы скатился огромный камень. Положение сразу изменилось. Несколько Затерянных Душ, которые уцелели при этом, кинулись, пораженные ужасом, со всех ног в кусты. На месте происшествия остались лишь начальник полиции и Торрес. Они взглянули вверх на скалу, из которой все еще валил дым, и вдруг увидели вылезающих из щели Генри Моргана и королеву.</p>
     <p>— Вы цельтесь в дамочку, — рявкнул начальник полиции, — а я прикончу этого гринго Моргана, пусть даже это будет мой последний выстрел в жизни, — ведь жить-то, видно, недолго осталось.</p>
     <p>Оба подняли винтовки и выстрелили. Торрес, который никогда не был особенно хорошим стрелком, как ни странно, попал прямо в сердце королеве. Но начальник полиции, прекрасный стрелок и обладатель нескольких медалей за меткость, на этот раз промахнулся. В следующее мгновение пуля из ружья Генри прострелила ему правую кисть и вышла у локтя. И когда винтовка шефа со стуком упала на землю, он понял, что у него перебита кость и что он никогда уже больше не сможет держать оружие.</p>
     <p>Но Генри на сей раз оказался далеко не метким стрелком. После суток пребывания во тьме пещеры глаза его не могли сразу освоиться с ярким солнечным светом. Его первый выстрел был удачным; однако сколько он потом ни стрелял в начальника полиции и Торреса, ни одна пуля их не задела, они повернулись и как сумасшедшие бросились в кусты.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Десять минут спустя, на глазах у Торреса, из-за дерева выскочила женщина из племени Затерянных Душ и, бросив огромный камень, размозжила голову раненому начальнику полиции, который шел впереди. Торрес пристрелил ее, потом с ужасом перекрестился и, спотыкаясь, побежал дальше. Издали доносились голоса Генри и братьев Солано, преследовавших его, — и тут ему вспомнилось то, что он видел в Зеркале мира, но не досмотрел до конца. Неужели ему и в самом деле суждено вот так погибнуть? Однако эти деревья, этот колючий кустарник, эти джунгли вовсе не походили на то место, которое он видел в Зеркале мира. Там не было никакой растительности — лишь суровые голые скалы, слепящее солнце да кости животных. В душе Торреса снова затеплилась надежда. Быть может, конец его наступит не сегодня, быть может, даже не в этом году? Кто знает, быть может, ему суждено еще жить добрых двадцать лет!</p>
     <p>Выбравшись из леса, Торрес увидел впереди голое пространство, как бы покрытое застывшей лавой. Тут по крайней мере не останется следов, — и Торрес, осторожно перебравшись через это место, снова нырнул в заросли; он уже считал себя спасенным. Мало-помалу план бегства окончательно сложился у него в уме: он отыщет укромное местечко, где можно спрятаться до наступления темноты, а когда стемнеет, вернется к озеру — туда, где водоворот. Там уже никто и ничто не сможет остановить его. Он прыгнет в воду и — он спасен. Вторичное путешествие по подземной реке теперь уже не пугало его. И воображению его снова представилась приятная картина: река Гуалака, которая, поблескивая под солнцем, катит свои воды к морю. У него теперь есть два огромных изумруда и два таких же рубина из глаз Чиа и Хцатцла! Это уже само по себе целое состояние, и притом немалое. Ну пусть ему не удалось захватить сокровище майя и стать самым богатым человеком в мире — хватит с него и этих четырех камней. Сейчас Торрес мечтал лишь о том, чтобы поскорее стемнело, — тогда он в последний раз прыгнет в водоворот, проплывет по подземной реке сквозь недра горы и выберется в текущую к морю Гуалаку.</p>
     <p>И так живо представилась Торресу эта картина, что, не заметив, куда ступает, он потерял равновесие и покатился вниз. Но полетел он не в бурлящие воды, а вниз по отвесной скале. Скала была такой скользкой, что он стремительно летел вниз, но он сумел перевернуться и теперь скользил лицом к скале, делая отчаянные попытки зацепиться хоть за что-нибудь руками и ногами. Однако все его усилия были тщетны; правда, падал он уже не столь стремительно, но задержаться не сумел.</p>
     <p>Достигнув дна ущелья, Торрес пролежал несколько минут оглушенный, почти без дыхания. Когда он пришел в себя, то прежде всего почувствовал, что рука его сжимает что-то странное. Он мог бы поклясться, что это зубы. Наконец, собравшись с силами, он призвал на помощь всю свою решимость, открыл глаза и отважился посмотреть — и тотчас облегченно вздохнул: это в самом деле были зубы свиньи, выбеленные солнцем и ветром, а рядом валялась свиная челюсть. Вокруг него и под ним лежали груды костей; приглядевшись, он увидел, что это кости свиней и каких-то более мелких животных.</p>
     <p>Где это он видел столько костей?.. Торрес напряг память и вспомнил большой золотой котел королевы. Он взглянул вверх. О матерь божья! То самое место! Он сразу узнал эту воронку, как только поднял голову. До ее края не меньше двухсот футов! И все эти двести футов — отвесная голая скала! Торрес с одного взгляда понял, что ни одному смертному никогда не взобраться на эту кручу.</p>
     <p>Видение, всплывшее в памяти Торреса, заставило его вскочить и поспешно оглядеться вокруг. Эта западня, в которую он так неожиданно попал, напомнила ему колодцы-западни, какие вырывает в песке паук, терпеливо поджидая на дне свою жертву, — только этот был в миллион раз больше. Разгоряченное воображение подсказывало ему, что здесь тоже может прятаться какой-нибудь паук-чудовище, под стать этой пропасти, подстерегающий его, чтобы сожрать. Ему стало жутко от этих мыслей. Но страхи его оказались напрасными. Дно колодца, совершенно круглое, достигало футов десяти в диаметре и было сплошь усеяно толстым слоем костей каких-то мелких животных. «Интересно, зачем это древние майя вырыли такой глубокий колодец?» — подумал Торрес. Он был почти уверен, что западня, в которую он попал, сделана человеческими руками.</p>
     <p>Прежде чем наступила ночь, Торрес сделал по меньшей мере десять попыток вскарабкаться наверх и убедился, что это невозможно. После каждой отчаянной попытки он сгибался в три погибели, чтобы укрыться в жалкой тени, которая, к счастью, увеличивалась по мере того, как садилось солнце, и отдыхал, тяжело дыша, облизывая сухие, растрескавшиеся от жары и жажды губы. Здесь было жарко, точно в печке; он чувствовал, как сквозь поры вместе с потом выходят последние его жизненные соки. Ночью он несколько раз просыпался, тщетно ломая голову над тем, как спастись. Выбраться отсюда можно было только вскарабкавшись наверх, но как это сделать? И он с ужасом думал о приближении дня, ибо знал, что ни один человек не сможет прожить десять часов в такой жаре. Еще прежде, чем снова наступит ночь, последняя капля влаги испарится из его тела, и солнце превратит его в сморщенную, высохшую мумию.</p>
     <p>Наступивший день усилил его ужас и подхлестнул изобретательность, подсказавшую ему новый и чрезвычайно простой способ избежать смерти. Раз он не может вскарабкаться наверх и не может пройти сквозь стены, значит, единственный возможный путь — это вниз. Вот идиот! Ведь он мог бы работать в прохладные ночные часы, а теперь изволь трудиться, когда солнце с каждым часом будет все сильнее припекать. И он принялся в порыве энергии разрывать крошащиеся кости. Ну, конечно, тут есть ход вниз! Иначе куда бы девалась отсюда дождевая вода? Она доверху заполнила бы колодец, если бы тут не было стока. Идиот! Трижды идиот!</p>
     <p>Торрес копал у одной стены, выбрасывая кости к противоположной. Он работал с таким отчаянием и так спешил, что обломал себе ногти и в кровь изодрал пальцы. Но тяга к жизни была в нем очень сильна, и он знал, что в этом состязании с солнцем на карту поставлена его жизнь. По мере того как он рыл, слой костей становился все плотнее, так что ему приходилось разбивать его дулом ружья, а потом отбрасывать измельченные кости пригоршнями.</p>
     <p>К полудню, когда в голове у него уже начало шуметь от зноя, он вдруг сделал открытие. На той части скалы, которую он успел обнажить, показались какие-то буквы, явно нацарапанные ножом. С возродившейся надеждой Торрес по самые плечи засунул голову в вырытую им дыру и принялся, как собака, разрывать и скрести костяную массу, отбрасывая крошащиеся кости назад. Часть их отлетала прочь, а часть — и притом большая — падала обратно на Торреса. Но он вошел уже в такой раж, что не замечал, сколь тщетны его усилия.</p>
     <p>Наконец, он расчистил всю надпись и прочел:</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Питер Мак-Гил из Глазго. 12 марта 1829 года.</emphasis></p>
     <p><emphasis>Я выбрался из Чертова колодца через этот проход, который я обнаружил и раскопал.</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <p>Проход! Значит, под этой надписью должен быть проход! Торрес с яростью возобновил работу. Он так перепачкался в пыли и земле, что похож был на огромное четвероногое, что-то вроде гигантского крота. Земля то и дело попадала ему в глаза, забивалась в ноздри и в гортань, — тогда он поневоле высовывал голову из ямы и начинал чихать и кашлять. Дважды он терял сознание. Но солнце, к этому времени уже стоявшее прямо у него над головой, заставляло его снова браться за работу.</p>
     <p>Наконец, Торрес обнаружил верхнюю закраину прохода. Он не стал рыть дальше и освобождать все отверстие. Как только оно оказалось достаточно широким для того, чтобы он мог протиснуть в него свое тощее тело, он изогнулся и влез туда, стремясь поскорее укрыться от палящих лучей солнца. В темноте и прохладе он немного пришел в себя, но после радостного возбуждения наступил упадок сил, и у него так заколотилось сердце, что он в третий раз потерял сознание.</p>
     <p>Придя в себя, он бессвязно прошептал черными распухшими губами какую-то молитву и пополз по проходу. Он вынужден был ползти, так как проход был столь низок, что даже карлик не мог бы выпрямиться в нем. Это был настоящий склеп. Под ногами Торреса хрустели и крошились кости, и он чувствовал, как их острые обломки раздирают ему кожу. Он прополз таким образом примерно футов сто, когда увидел первый проблеск дневного света. Но чем ближе было спасение, тем медленнее подвигался вперед Торрес; он чувствовал, что силы его иссякают — не от усталости, не от голода, а главным образом от жажды. Воды, несколько глотков воды — и силы снова вернулись бы к нему. Но воды не было.</p>
     <p>Тем временем свет становился все ярче. Торрес все ближе подползал к нему. Скоро он заметил, что проход стал спускаться вниз под углом в целых тридцать градусов. Теперь продвигаться было легче. Торрес скользил вниз, сила тяготения увлекала его слабеющее тело вперед, к источнику света. Почти у самого отверстия костей стало больше. Но это не встревожило Торреса — он уже привык к ним, да и слишком был измучен, чтобы думать об этом.</p>
     <p>Хотя перед глазами у него все кружилось и пальцы почти утратили чувствительность, он обратил внимание на то, что проход суживается. Торрес продолжал спускаться вниз все под тем же углом в тридцать градусов, и вдруг ему пришло в голову, что проход этот очень похож на крысоловку, а сам он — на крысу, скользящую головой вперед неизвестно куда. Еще прежде, чем он добрался до отверстия во внешний мир, сквозь которое проникал яркий дневной свет, он подумал, что оно слишком узко для его тела. И опасение его оправдалось. Не задумываясь, он переполз через скелет, в котором сразу признал скелет мужчины, и ухитрился, обдирая уши, просунуть голову в узкую щель. Солнце нестерпимо жгло ему лицо, но он не замечал этого, жадно впиваясь глазами в раскинувшиеся перед ним просторы, куда неумолимая скала не желала его пустить.</p>
     <p>Можно было помешаться от одного вида ручья, с таким мелодичным журчанием бежавшего всего в каких-нибудь ста ярдах, среди лесистых берегов, куда вел поросший травою склон. А в ручье этом, под тенью деревьев, стояли по колено в воде сонные коровы той карликовой породы, каких он видел в Долине Затерянных Душ; время от времени они лениво помахивали хвостами, отгоняя мух, и переступали с ноги на ногу. Торрес с ненавистью смотрел на них: вот они могут пить, сколько хотят, но, по-видимому, не испытывают никакой жажды. Глупые создания! Как можно не пить, когда вокруг столько лениво журчащей воды!</p>
     <p>Вдруг коровы насторожились и повернули головы: из лесной чащи вышел большой олень. Коровы выставили рога и принялись бить копытами по воде так, что до Торреса донесся плеск, но олень, не обращая внимания на их недовольство, нагнул голову и принялся пить. Это было уж слишком: из груди Торреса вырвался безумный крик, — будь он в эту минуту в своем уме, он ни за что не признал бы своего голоса.</p>
     <p>Олень отпрянул, а коровы повернулись в ту сторону, откуда раздался этот страшный крик, потом снова впали в дремоту, закрыв глаза и время от времени отгоняя хвостом мух. Резким усилием, едва ли понимая, что он может оторвать себе уши, Торрес втянул назад голову и без сознания упал на скелет.</p>
     <p>Часа через два — хотя сам-то он, конечно, понятия не имел о том, сколько прошло времени, — Торрес очнулся и обнаружил, что лежит, прижавшись щекой к черепу скелета. Заходящее солнце бросало косые лучи в узкую щель, и перед Торресом вдруг блеснуло лезвие заржавленного ножа; острие его было выщерблено и сломано, и Торрес сразу понял почему. Это был тот самый нож, которым была нацарапана надпись на скале, у входа в подземный коридор, а скелет, на котором он сейчас лежал, был остовом человека, сделавшего надпись. И тут Альварес Торрес окончательно лишился рассудка.</p>
     <p>— А-а, Питер Мак-Гил, так это ты мой враг? — пробормотал он. — Питер Мак-Гил из Глазго, предатель! Ты нарочно заставил меня протащиться по этому проходу до конца! Так вот тебе! Вот! Вот!</p>
     <p>С этими словами он всадил тяжелый нож в хрупкий лоб черепа. Пыль от костей, что некогда хранили мозг Питера Мак-Гила, ударила Торресу в ноздри и привела его в еще большую ярость. Он набросился на скелет и руками стал раздирать его на части, кости так и летели вокруг. Это было похоже на сражение, в котором он уничтожил то, что осталось от человека, некогда бывшего жителем города Глазго.</p>
     <p>Торрес еще раз просунул голову в узкую щель, чтобы взглянуть на угасающую красоту мира. Точно крыса, пойманная за горло в крысоловке древних майя, он смотрел, как дивный мир погружается во тьму, и вместе с угасающим днем погружалось во тьму смерти его собственное сознание.</p>
     <p>А коровы продолжали стоять в воде и сонно отмахиваться от мух; потом опять появился олень и, не обращая внимания на стадо, наклонился к воде и стал пить.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать восьмая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Недаром коллеги называли Ригана Волком Уолл-стрита! Как правило, он очень осторожно играл на бирже, — правда, с большим размахом, — но время от времени он, точно запойный пьяница, вдруг пускался в самые смелые и невероятные авантюры. По крайней мере, пять раз за свою долгую карьеру он вызывал панику на бирже и неизменно клал себе в карман миллионы. Но Риган лишь изредка так буйствовал и никогда не марал рук по пустякам.</p>
     <p>Несколько лет подряд он держался спокойно, чтобы усыпить подозрения противников и внушить им, будто Волк, наконец, постарел и утихомирился. И вдруг обрушивался, точно гроза, на тех, кого задумал сокрушить. Но хотя удар разражался как гром среди ясного неба, он никогда не бывал внезапным. Долгие месяцы, а иногда и годы Риган день за днем тщательно готовился к этому удару, терпеливо вынашивая планы будущего генерального сражения.</p>
     <p>Так же было разработано и подготовлено неминуемое Ватерлоо для Френсиса Моргана. В основе здесь лежала месть, но месть покойнику: не против Френсиса, а против отца Френсиса был задуман этот удар, хотя он и поражал лежащего в могиле через его живого сына. Восемь лет Риган ждал и искал случая для удара, пока старый Р. Г. М. — Ричард Генри Морган — был еще жив. Но такая возможность не представилась. Хоть Риган и был Волком Уолл-стрита, но ему так и не посчастливилось ни разу напасть на Льва — до самой его смерти.</p>
     <p>И вот, неизменно прикрываясь маской доброжелательства, Риган перенес свою ненависть с отца на сына. Однако возникла эта ненависть из неверно понятых действий и побуждений. За восемь лет до смерти Р. Г. М. Риган пытался провести его, но безуспешно. Однако Ригану и в голову не пришло, что Р. Г. М. разгадал его намерения и не только разгадал, а и удостоверился в правильности своей догадки, и тогда быстро и ловко подставил ножку своему вероломному коллеге. Если бы Риган подозревал, что Р. Г. М. известны его вероломные замыслы, он, вероятно, проглотил бы пилюлю и не помышлял бы о мести. Но, будучи уверен, что Р. Г. М. — такой же бесчестный человек, как и он сам, и такой же низкий, Риган воспринял это как очередную, ничем не вызванную и не обоснованную низость и решил поквитаться с дерзким: разорить если не его, так его сына.</p>
     <p>И Риган стал ждать своего часа. Сначала Френсис не вмешивался в биржевую игру, довольствуясь доходами от солидных предприятий, в которые были вложены деньги его отца. И только когда Френсис стал одним из заправил компании «Тэмпико петролеум», когда он вложил в это предприятие, сулившее миллионные прибыли, несколько миллионов, Риган увидел возможность уничтожить молодого Моргана. Но уж теперь, раз эта возможность появилась, он не стал терять времени даром, хотя ему и надо было еще немало месяцев, чтобы не спеша и методично подготовиться к атаке. Прежде чем приступить к ней, Риган подробно выяснил, какие акции у Френсиса на онкольном счету и какими он владеет непосредственно.</p>
     <p>Ригану потребовалось свыше двух лет, чтобы подготовиться. В нескольких корпорациях, где у Френсиса были вложены значительные суммы, Риган был одним из директоров и пользовался немалым влиянием: в «Фриско консолидэйтед» он был председателем; в компании «Нью-Йорк, Вермонт энд Коннектикут» — вице-председателем; в «Норс-Уэстерн электрик», где сначала ему удалось прибрать к рукам лишь одного из директоров, он постепенно, с помощью закулисных интриг, подчинил себе две трети голосов. И так всюду — прямо или косвенно: через корпорации и банковские филиалы — он сосредоточил в своих руках все тайные пружины и рычаги финансов и коммерции, от которых зависело богатство Френсиса.</p>
     <p>Однако все эти предприятия были мелочью по сравнению с самым крупным — «Тэмпико петролеум». Тут, если не считать каких-то жалких двадцати тысяч акций, купленных на бирже, Риган не имел никакой опоры и ничего не контролировал, а между тем близилось время гигантских финансовых манипуляций. «Тэмпико петролеум» фактически была единоличной собственностью Френсиса. Кроме него самого, в этом предприятии были крупно заинтересованы несколько его друзей, в том числе и миссис Каррузерс. Эта беспокойная особа без конца теребила Френсиса и даже, не стесняясь, надоедала ему телефонными звонками. Однако были и такие — вроде Джонни Пасмора, — которые никогда не тревожили его и при встречах лишь вскользь, да и то оптимистически, говорили о состоянии биржи и о финансах вообще. Но Френсиса это удручало куда больше, чем бесконечные приставания миссис Каррузерс.</p>
     <p>Вследствие махинаций Ригана акции «Норс-Уэстерн электрик» упали на целых тридцать пунктов и продолжали котироваться очень низко. Люди, считавшие себя компетентными, пришли к выводу, что предприятие это весьма ненадежно. Затем настала очередь маленькой старой, устойчивой, как Гибралтар, компании «Фриско консолидэйтед». О ней пошли самые скверные слухи, поговаривали даже о банкротстве. «Монтана Лоуд» все еще не могла оправиться после весьма придирчивого и далеко не лестного отчета Малэни о состоянии ее дел, и даже Уэстон, крупный специалист в своей области, посланный на место английскими вкладчиками, тоже не смог сообщить ничего утешительного. «Импириэл тангстен», которая вот уже полгода не приносила никакого дохода, сейчас терпела огромные убытки вследствие крупной забастовки, которой не предвиделось конца. И никто, кроме нескольких подкупленных профсоюзных заправил, и не подозревал, что в основе всего этого лежит золото Ригана.</p>
     <p>Таинственность и смертоносность этого наступления на Френсиса парализовали энергию Бэскома. Казалось, медленно сползающий с горы ледник увлекает за собой в пропасть все, во что Френсис вложил хоть какие-то деньги. Со стороны ничего особенного нельзя было заметить — это было просто неуклонное падение, вследствие которого богатство Френсиса таяло с каждым днем. Падали не только акции, принадлежавшие лично ему, но и те, по которым он был должен банкам.</p>
     <p>В это время поползли слухи о войне. Иностранным послам одному за другим вручали паспорта, создавалось впечатление, будто полмира становится под ружье. Именно теперь, когда положение на бирже было неустойчивым и, казалось, вот-вот начнется паника, а крупные державы медлили с объявлением моратория <a l:href="#n_526" type="note">[526]</a>, Риган решил нанести окончательный удар. Это был самый подходящий момент, чтобы провести игру на понижение, да еще вкупе с десятком других крупных «медведей» <a l:href="#n_527" type="note">[527]</a>, которые молчаливо приняли главенство Ригана. Но далее они толком не знали, в чем состоят его планы, и не догадывались, какова их подоплека. Они участвовали в игре ради того, чтобы заработать, и полагали, что он играет по той же причине. Им и в голову не приходило, что главная мишень — Френсис Морган, или, вернее, призрак его отца, против которого собственно и направлен был этот могучий удар.</p>
     <p>Фабрика слухов под руководством Ригана заработала вовсю. Быстрее всех и ниже всех падали акции предприятий Френсиса, которые и без того уже котировались очень низко — еще прежде, чем «медведи» начали сбивать цены. Однако Риган избегал делать какой-либо нажим на «Тэмпико петролеум». Среди всеобщего краха и смятения акции этой компании непоколебимо удерживались на высоком уровне. Риган с нетерпением ждал лишь той минуты, когда отчаяние вынудит Френсиса выбросить их на рынок, чтобы заткнуть другие бреши.</p>
     <p>— Боже мой! Боже мой! Бэском схватился рукой за щеку и сморщился так, точно у него вдруг разболелись зубы.</p>
     <p>— Боже мой! Боже мой! — повторил он. — Рынок полетел ко всем чертям. И вместе с ним «Тэмпико петролеум»! Кто бы мог предвидеть такое!</p>
     <p>Френсис сидел в кабинете Бэскома, упорно стараясь затянуться сигаретой и не замечая, что она у него не горит.</p>
     <p>— Все продают и продают, прямо наперегонки, — промолвил он.</p>
     <p>— Мы протянем самое большее до завтрашнего утра, а потом вас пустят с молотка, и меня вместе с вами, — просто сказал маклер, бросив быстрый взгляд на часы.</p>
     <p>Френсис тоже машинально взглянул на циферблат: стрелки показывали двенадцать.</p>
     <p>— Выбрасывайте на рынок остатки «Тэмпико», — устало сказал он. — Это даст нам возможность продержаться до завтра.</p>
     <p>— А что будет завтра? — спросил маклер. — Ведь почва выбита у нас из-под ног, и все вплоть до младших клерков стремятся сбыть поскорее свои акции.</p>
     <p>Френсис пожал плечами.</p>
     <p>— Вы же знаете, я заложил и дом, и Дримуорлд, и дачу в Адирондакских горах — и по самой высокой цене.</p>
     <p>— У вас есть друзья?</p>
     <p>— В такое-то время! — с горечью заметил Френсис.</p>
     <p>— Вот именно в такое время! — подтвердил Бэском. — Послушайте, Морган. Я знаю, с кем вы были дружны в колледже. Взять, к примеру, Джонни Пасмора…</p>
     <p>— Да ведь он тоже по уши влез во все это. Когда я прогорю, прогорит и он. И Дэйву Дональдсону придется скоро начать жить на сто шестьдесят долларов в месяц. А Крису Уэстхаузу придется пойти работать в кино. Он всегда был хорошим актером, и, говорят, у него идеальное лицо для экрана.</p>
     <p>— Но у вас еще есть один друг — Чарли Типпери, — напомнил Бэском, хотя явно было, что он сам не возлагает на этого друга особых надежд.</p>
     <p>— Есть, — столь же безнадежно согласился Френсис. — Одна беда: его отец пока еще жив.</p>
     <p>— Старый пес ни разу в жизни не рискнул и долларом, — добавил Бэском. — Зато у него всегда под рукой несколько миллионов. К несчастью только, он все никак не умрет.</p>
     <p>— Чарли мог бы уговорить его и сделал бы это для меня, если бы не одно маленькое «но».</p>
     <p>— У вас не осталось ценных бумаг под залог? — живо спросил маклер.</p>
     <p>Френсис кивнул:</p>
     <p>— Попробуйте-ка выудить у старика хоть доллар без залога!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Тем не менее несколько минут спустя Френсис, в надежде застать Чарли Типпери в его конторе, уже передавал секретарю свою визитную карточку. Фирма Типпери была самой крупной ювелирной фирмой в НьюЙорке, да и, пожалуй, самой крупной в мире. У старика Типпери было вложено в брильянты куда больше, чем подозревали даже те, кому известно очень многое.</p>
     <p>Как и предвидел Френсис, разговор с Чарли не привел ни к чему. Старик все еще крепко держал в руках узды правления, и сын почти не надеялся, что ему удастся заручиться его помощью.</p>
     <p>— Я ведь его знаю, — сказал он Френсису. — Я попробую уломать его, но ни минуты не надейся, что из этого что-нибудь выйдет. Кончится тем, что мы с ним разругаемся. Досаднее всего, что у него ведь есть наличные деньги, не говоря уже о великом множестве всяких ценных бумаг и государственных облигаций. Но, видишь ли, мой дед в дни своей молодости, когда он еще только становился на ноги и основывал дело, одолжил одному своему другу тысячу долларов. Он так и не получил своих денег обратно и до самой смерти не мог этого забыть. Не может забыть этого и мой папаша. Этот печальный опыт запомнился им обоим на всю жизнь. Отец не даст ни пенни даже под Северный полюс, если не получит закладную на все эти льды, да еще прежде он пошлет туда экспертов, чтобы оценить их. А ведь у тебя нет никакого обеспечения. Но я вот что тебе скажу. Я поговорю со стариком сегодня после обеда — в этот час он почти всегда бывает благодушно настроен. Затем я посмотрю, чем располагаю сам и что могу для тебя сделать. О, я понимаю, что несколько сот тысяч не устроят тебя, но я сделаю все возможное и невозможное, чтобы раздобыть побольше. Как бы там ни было, завтра в девять утра я буду у тебя…</p>
     <p>— Мда, для меня это будет хлопотливый денек, — слабо улыбнувшись, заметил Френсис и пожал руку приятелю. — Меня уже в восемь часов не будет дома.</p>
     <p>— В таком случае я приеду до восьми, — сказал Чарли Типпери и еще раз сердечно пожал ему руку. — А пока займемся делом. У меня уже появились кое-какие идеи…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В тот же день у Френсиса было еще одно деловое свидание. Когда он вернулся в контору своего маклера Бэскома, тот сообщил ему, что звонил Риган и хотел встретиться с ним. Риган просил передать, что у него есть для Френсиса интересные новости.</p>
     <p>— Я немедленно поеду к нему, — сказал Френсис, берясь за шляпу; лицо его сразу посветлело от вспыхнувшей надежды. — Он старинный друг моего отца, и если кто-нибудь еще может вытащить меня из беды, то уж, конечно, он.</p>
     <p>— Не будьте в этом так уверены, — покачав головой, сказал Бэском и помолчал немного, не решаясь высказать то, что вертелось у него на языке. — Я звонил ему перед самым вашим возвращением из Панамы. Я был с ним очень откровенен. Я сказал ему, что вы в отъезде и что положение ваше весьма печально, и… ну, да вот так напрямик и спросил: могу ли я рассчитывать на его помощь в случае нужды? И тут он начал увиливать от ответа. Вы знаете, как люди умеют увиливать, когда их просят об одолжении. Вот так же было и с ним. Но мне показалось, что тут кроется еще кое-что… Нет, я не решился бы сказать, что это враждебность, а только у меня создалось впечатление… Ну, в общем, мне показалось, что он как-то уж очень равнодушно и хладнокровно относится к перспективе вашего разорения.</p>
     <p>— Какая ерунда! — рассмеялся Френсис. — Он был слишком хорошим другом моего отца.</p>
     <p>— А вы когда-нибудь слышали о слиянии «Космополинтен реилуэйз»? — многозначительно спросил Бэском.</p>
     <p>Френсис кивнул.</p>
     <p>— Но меня тогда еще не было на свете, — немного погодя сказал он. — Я только знаю кое-что понаслышке. Так расскажите же, в чем там было дело? Почему вы вдруг об этом вспомнили?</p>
     <p>— Слишком долго рассказывать, но послушайтесь моего совета: когда увидите Ригана, не выкладывайте ему всех своих карт. Пусть он сыграет первым. И если он что-нибудь собирается вам предложить, пусть сделает это без всякой просьбы с вашей стороны. Конечно, быть может, я и ошибаюсь, но вам не вредно было бы сначала посмотреть его карты.</p>
     <p>Через полчаса Френсис уже сидел один на один с Риганом в его кабинете. Он настолько ясно сознавал, какая ему грозит беда, что с трудом сдерживался, чтобы не признаться в этом откровенно; однако, памятуя совет Бэскома, старался возможно небрежнее говорить о состоянии своих дел. Он даже пробовал разыгрывать полное спокойствие.</p>
     <p>— По уши завяз, а? — начал Риган.</p>
     <p>— Ну, не так глубоко, голова у меня еще на поверхности, — шутливо откликнулся Френсис. — Я еще могу дышать и тонуть не собираюсь.</p>
     <p>Риган ответил не сразу. Несколько минут он изучал последние данные на ленте биржевого телеграфа.</p>
     <p>— И все-таки ты выбросил на рынок довольно много акций «Тэмпико петролеум».</p>
     <p>— Зато их прямо рвут из рук, — парировал Френсис и впервые за все время с удивлением подумал, что, быть может, Бэском и прав. — Ничего, я заставлю своих противников проглотить столько акций, что их тошнить начнет.</p>
     <p>— И все-таки, заметь, акции «Тэмпико» начинают падать, хоть их и раскупают вовсю. Вот что очень странно! — сказал Риган.</p>
     <p>— Когда на бирже идет игра на понижение, всякие странные вещи случаются, — спокойно и мудро возразил Френсис. — Но когда мои враги напихают себе брюхо тем, отчего я с радостью готов избавиться, у них начнутся колики. И тогда кое-кому придется дорого заплатить за то, чтоб избавиться от последствий своего обжорства. Я думаю, что они вывернут карманы еще прежде, чем я разделаюсь с ними.</p>
     <p>— Но ведь ты уже дошел до точки, мой мальчик. Я следил за этой битвой на бирже, когда тебя еще здесь не было. «Тэмпико петролеум» — твоя единственная и последняя опора.</p>
     <p>Френсис покачал головой.</p>
     <p>— Это не совсем так, — солгал он. — У меня есть капиталовложения, о которых мои противники на бирже и не подозревают. Я их заманиваю в западню — нарочно заманиваю. Конечно, Риган, я говорю вам это по секрету. Вы ведь были другом моего отца. Я выкручусь из этой заварухи. И если хотите послушаться моего совета, то покупайте, пока цены на рынке такие низкие. Можете не сомневаться, что свободно расплатитесь за все, когда цены поднимутся.</p>
     <p>— Какие же это капиталовложения у тебя еще есть? Френсис пожал плечами.</p>
     <p>— Мои противники узнают об этом, когда биржа будет затоварена моими акциями.</p>
     <p>— Втираешь очки! — с восхищением воскликнул Риган. — Но держишься ты крепко, совсем как, бывало, старик Р. Г. М. Только, чтобы я поверил, тебе придется доказать мне, что это не очковтирательство.</p>
     <p>Риган ждал ответа, и тут Френсиса вдруг осенило.</p>
     <p>— Что тут доказывать, вы правы, — пробормотал он. — Я действительно втирал вам очки. Я тону: вода уже дошла мне до ушей. Но я выплыву, если вы мне поможете. Вспомните о моем отце и протяните руку помощи сыну. Если вы поддержите меня, им всем кисло придется.</p>
     <p>И вот тут-то «Волк» Уолл-стрита и показал свои зубы. Он ткнул пальцем в портрет Ричарда Генри Моргана.</p>
     <p>— Как ты думаешь, почему я держу его у себя на стене столько лет? — спросил он.</p>
     <p>Френсис кивнул: понятно, мол, между вами была проверенная годами давняя дружба.</p>
     <p>— Нет, не угадал, — с мрачной усмешкой произнес Риган.</p>
     <p>Френсис недоуменно пожал плечами.</p>
     <p>— Для того, чтобы всегда помнить о нем! — продолжал Волк. — И я не забываю его ни на миг. Помнишь историю со слиянием «Космополитен рейлуэйз»? Твой отец провел меня на этом деле. И здорово провел, уж поверь! Но он был слишком хитер, чтобы я мог с ним поквитаться. Вот почему я повесил тут его портрет и стал терпеливо ждать. И дождался!</p>
     <p>— Вы хотите сказать?.. — спокойно спросил Френсис.</p>
     <p>— Вот именно, — прорычал Риган. — Я ждал и подготавливал наступление. И сейчас мой день настал. Щенок, во всяком случае, у меня в руках. — Он с ехидной усмешкой взглянул на портрет. — И если это не заставит старого хрыча перевернуться в гробу, тогда уж…</p>
     <p>Френсис поднялся с кресла и долго с любопытством смотрел на своего противника.</p>
     <p>— Нет, — сказал он, точно разговаривая сам с собой. — Нет, не стоит.</p>
     <p>— Что не стоит? — сразу заподозрив неладное, спросил Риган.</p>
     <p>— Отлупить вас, — был спокойный ответ. — Я мог бы в пять минут вот этими руками отправить вас на тот свет. Никакой вы не волк, вы просто помесь дворняжки с хищным хорьком. Мне говорили, что от вас можно этого ожидать, но я не поверил и пришел сюда, чтобы самому убедиться. Мои друзья были правы. Вы вполне заслуживаете всех тех прозвищ, какими они вас награждали. Уф, надо поскорее убираться отсюда. Здесь пахнет, как в лисьей норе. Ну, и вонища!</p>
     <p>Уже взявшись за ручку двери, он помедлил и оглянулся. Ему не удалось вывести Ригана из себя.</p>
     <p>— Так что же ты собираешься предпринять? — с издевкой спросил тот.</p>
     <p>— Если разрешите мне позвонить по телефону моему маклеру, тогда, может, узнаете, — ответил Френсис.</p>
     <p>— Пожалуйста, мой мальчик, — любезно отозвался Риган, но тут же, заподозрив подвох, добавил: — Я сам соединю тебя с ним.</p>
     <p>И только убедившись, что у телефона действительно Бэском, он передал трубку Френсису.</p>
     <p>— Вы были правы, — сказал тот Бэскому. — Риган заслуживает всех тех прозвищ, какими вы его награждали, и даже больше того. Продолжайте придерживаться выработанного нами плана. Мы можем прижать его, когда нам заблагорассудится, хотя старая лиса ни минуты не верит этому. Он считает, что ему удастся обобрать меня до нитки. — Френсис помолчал, обдумывая, как бы половчее обмануть противника, затем продолжал: — Я скажу вам сейчас кое-что, чего вы пока не знаете. Это он с самого начала вел на нас наступление. Так что теперь нам известно, кого придется хоронить.</p>
     <p>Сказав еще несколько фраз в том же духе, он повесил трубку.</p>
     <p>— Видите ли, — пояснил он, снова останавливаясь у порога, — вы так ловко заметали следы, что мы никак не могли догадаться, чья это работа. Черт возьми, Риган, мы ведь собирались измордовать какого-то неизвестного противника, которого считали в десять раз сильнее вас. Теперь, когда оказалось, что это вы, все будет куда проще. Мы готовились к тяжелым боям, а сейчас все сведется к легкой победе. Завтра в это время, вот здесь, в вашем кабинете, состоится панихида, и вы не будете в числе плакальщиков. Вы будете покойником, самым настоящим финансовым трупом, после того как мы разделаемся с вами.</p>
     <p>— Точная копия Р. Г. М., — с усмешкой заметил старый Волк. — Боже мой, как он умел втирать очки!</p>
     <p>— Какая жалость, что он не похоронил вас и не избавил меня от этих хлопот! — бросил ему на прощание Френсис.</p>
     <p>— И от всех расходов, связанных с этим, — крикнул ему вслед Риган. — Вам это дороговато обойдется, молодой человек, а панихид в этом кабинете никаких не будет.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Ну-с, завтра решающий день, — заявил Френсис Бэскому, когда они прощались в этот вечер. — Завтра к этому времени с меня уже сдерут скальп и я буду препарирован по всем правилам: этакий высушенный на солнце и прокопченный экземпляр для частной коллекции Ригана. Но кто бы мог поверить, что этот старый подлец имеет против меня зуб! Ведь я никогда не делал ему ничего дурного. Напротив, я всегда считал его лучшим другом отца. Если бы только Чарли Типпери удалось выудить что-нибудь у своего папаши…</p>
     <p>— Или если бы Соединенные Штаты вдруг объявили мораторий, — в тон ему заметил Бэском, нимало, впрочем, не надеясь на это.</p>
     <p>А Риган в эту минуту говорил собравшимся у него агентам и мастерам по фабрикации слухов:</p>
     <p>— Продавайте! Продавайте! Продавайте все, что у вас есть, и тут же вручайте акции покупателям. Я не вижу конца этому понижению!</p>
     <p>А Френсис, купив по дороге домой последний выпуск вечерней газеты и пробежав ее глазами, увидел заголовок, набранный огромными буквами:</p>
     <p>«НЕ ВИЖУ КОНЦА ПОНИЖЕНИЮ, — ПРЕДСКАЗЫВАЕТ ТОМАС РИГАН».</p>
     <p>На следующее утро, в восемь часов, когда Чарли Типпери прибыл к Френсису, его уже не было дома. В эту ночь правительство в Вашингтоне не спало, и ночные телеграммы разнесли по всей стране сообщение о том, что хотя Соединенные Штаты и не вступили в войну, однако объявлен мораторий и платежи прекращаются. В семь часов, когда Френсис еще был в постели, к нему явился сам Бэском с этими вестями, и Френсис тут же поехал с ним на Уолл-стрит. То, что правительство объявило мораторий, вселило в них надежду, и им предстояло многое сделать.</p>
     <p>Чарльз Типпери, однако, был не первым, кто приехал в то утро во дворец на Риверсайд-драйв. Около восьми часов у парадного входа позвонили черные от загара, пропыленные Генри и Леонсия. Оттолкнув в сторону младшего камердинера, открывшего им дверь, они прямо направились в комнаты, к великому смятению выбежавшего им навстречу Паркера.</p>
     <p>— Напрасно будете подниматься, — сказал им Паркер. — Мистера Моргана нет дома.</p>
     <p>— Где же он? — спросил Генри, перекладывая чемодан из руки в руку. — Нам нужно увидеть его pronto. А pronto, да будет вам известно, означает немедленно. Кто вы такой, черт возьми?</p>
     <p>— Я камердинер мистера Моргана, — торжественно ответил Паркер — А вы кто будете?</p>
     <p>— Моя фамилия Морган, — отрезал Генри и оглянулся вокруг, словно ища чего-то; затем он открыл дверь в библиотеку и увидел там телефоны. — Где Френсис? По какому номеру я могу его вызвать?</p>
     <p>— Мистер Морган специально наказал, чтобы никто не беспокоил его по телефону, разве только по очень важному делу.</p>
     <p>— Ну, так у меня как раз важное дело. Давайте номер.</p>
     <p>— Мистер Морган чрезвычайно занят сегодня, — упрямо повторил Паркер.</p>
     <p>— Его здорово прижало, а? — спросил Генри.</p>
     <p>Лицо камердинера оставалось бесстрастным.</p>
     <p>— Похоже, что его сегодня разденут до нитки, да? Лицо Паркера словно одеревенело, казалось, он не понимает, что ему говорят.</p>
     <p>— Повторяю вам еще раз: мистер Морган очень занят… — начал он.</p>
     <p>— Фу-ты, черт рогатый! — рассердился Генри. — Ведь это же ни для кого не секрет, что его схватили на бирже за горло. Это всем известно. Все утренние газеты кричат об этом. Да ну же, господин камердинер, говорите номер. У меня к нему очень важное дело.</p>
     <p>Но Паркер был неумолим.</p>
     <p>— Как фамилия его адвоката? Или фамилия его маклера? Или кого-нибудь из его представителей?</p>
     <p>Паркер покачал головой.</p>
     <p>— Если вы скажете мне, какое у вас к нему дело… — начал камердинер.</p>
     <p>Генри бросил чемодан на пол и, казалось, готов был ринуться на Паркера и вытрясти из него ответ, но тут вмешалась Леонсия.</p>
     <p>— Скажи ему! — посоветовала она.</p>
     <p>— Сказать ему?! Зачем же: я лучше покажу ему. Эй, вы, подите сюда! — Генри вошел в библиотеку, положил чемодан на письменный стол и начал отпирать его. — Слушайте, господин камердинер, у нас настоящее, что ни на есть самое важное дело к мистеру Моргану. Мы приехали спасти его, вытащить из беды. Мы привезли ему миллионы — вот здесь, в этом чемодане…</p>
     <p>Паркер, который до сих пор слушал с холодным, осуждающим видом, при последних словах испуганно попятился. Эти странные гости либо сумасшедшие, либо хитрые злоумышленники. Ведь в эту самую минуту, пока они удерживают его тут своими баснями о миллионах, их соучастники, может быть, уже очистили весь верхний этаж. Что же до чемодана, то, может, в нем и динамит — кто его знает!</p>
     <p>— Стой!</p>
     <p>И прежде чем Паркер успел выскочить из комнаты, Генри схватил его за шиворот и повернул лицом к столу.</p>
     <p>Другой рукой Генри приподнял крышку чемодана, и глазам Паркера предстала груда нешлифованных драгоценных камней. Паркер был близок к обмороку, но Генри совсем неверно истолковал причину его волнения.</p>
     <p>— Надеюсь, я убедил вас? — торжествующе спросил Генри. — А теперь будьте славным малым и дайте мне номер телефона.</p>
     <p>— Присядьте, пожалуйста, сэр… и вы, сударыня, — пробормотал Паркер, почтительно кланяясь и весьма удачно сумев взять себя в руки. — Присядьте, пожалуйста. Я оставил номер телефона мистера Моргана в его спальне; он записал мне его сегодня утром, когда я помогал ему одеваться. Я сию минуту вам его принесу. А пока присядьте, пожалуйста.</p>
     <p>Выйдя за дверь библиотеки, Паркер вновь обрел ясность ума и тотчас проявил необычайную деловитость и распорядительность. Поставив младшего швейцара у парадного хода, а старшего — у двери в библиотеку, он разослал остальных слуг обследовать комнаты верхнего этажа — посмотреть, не прячутся ли там сообщники этих преступников. Сам же по телефону из буфетной вызвал ближайший полицейский участок.</p>
     <p>— Да, сэр, — повторил он в ответ на вопрос дежурного сержанта. — Это либо двое сумасшедших, либо двое преступников. Пожалуйста, сэр, пришлите немедленно полицейскую карету с охраной. Я еще не знаю, какие страшные преступления, быть может, сейчас совершаются под крышей этого дома…</p>
     <p>Тем временем швейцар, выйдя на звонок к парадной двери, с явным облегчением впустил Чарли Типпери, одетого во фрак, несмотря на утренний час, — швейцар знал, что это давний и испытанный друг хозяина. Так же обрадовался ему и старший швейцар, который, подмигивая и всячески предостерегая Чарли Типпери, распахнул перед ним дверь библиотеки.</p>
     <p>Ожидая увидеть там бог знает что или бог знает кого, Чарли Типпери вошел в комнату, где сидели незнакомые мужчина и женщина. Их загорелые и усталые после дороги лица не вызвали у него, как у Паркера, никаких подозрений, а, скорее, побудили отнестись к ним с большим вниманием, чем то, которое обычно уделяет житель Нью-Йорка заурядным приезжим. Красота Леонсии поразила его, и он сразу понял, что перед ним настоящая леди. Бронзовое лицо Генри, так похожее на Френсиса и Р. Г. М., понравилось ему и внушило уважение.</p>
     <p>— Доброе утро, — обратился он к Генри, отвешивая поклон обоим. — Вы друзья Френсиса?</p>
     <p>— О, сэр! — воскликнула Леонсия. — Больше чем друзья! Мы приехали, чтобы спасти его. Я читала утренние газеты. Если бы не глупость слуг…</p>
     <p>У Типпери исчезли последние сомнения. Он протянул руку Генри.</p>
     <p>— Чарльз Типпери, — отрекомендовался он.</p>
     <p>— Морган, Генри Морган, — в свою очередь, назвал себя Генри, хватаясь за его руку, как утопающий за спасательный круг. — А это мисс Солано. Сеньорита Солано, мистер Типпери. Собственно говоря, мисс Солано — моя сестра.</p>
     <p>— Я, видите ли, пришел по тому же делу, что и вы, — объявил Чарли Типпери после того, как с представлениями было покончено. — Спасти Френсиса, насколько я понимаю, может лишь звонкая монета или такие ценности, которые могут быть превращены в деньги. Я принес все, что мне удалось наскрести за эту ночь, хотя я убежден, что этого недостаточно.</p>
     <p>— Сколько вы принесли? — напрямик спросил Генри.</p>
     <p>— Миллион восемьсот тысяч. А вы?</p>
     <p>— Да так, пустяки, — сказал Генри, указывая на раскрытый чемодан и не подозревая, что он говорит с представителем третьего поколения ювелиров — экспертов по драгоценным камням.</p>
     <p>Чарли Типпери взял наугад с полдюжины камней и быстро осмотрел их, а еще быстрее определил на взгляд, сколько их тут; лицо его вспыхнуло — так он был потрясен.</p>
     <p>— Да ведь тут на миллионы и миллионы долларов камней! — воскликнул он. — Что вы намерены с ними делать?</p>
     <p>— Продать их, чтобы помочь Френсису выпутаться, — ответил Генри. — Их примут как обеспечение под любую сумму, не правда ли?</p>
     <p>— Закройте чемодан! — приказал Чарли Типпери. — Я сейчас позвоню по телефону. Я хочу застать отца, пока он еще дома, — бросил он через плечо, уже стоя у телефона и дожидаясь, когда его соединят с отцом. — Отсюда до нас всего пять минут ходу.</p>
     <p>Он как раз заканчивал краткий разговор с отцом, когда в комнату вошел Паркер в сопровождении лейтенанта полиции и двух полисменов.</p>
     <p>— Вот она, вся шайка, лейтенант, арестуйте их, — сказал Паркер, — Ах, прошу прощения, мистер Типпери! Не вас, конечно! Только вот этих двух, лейтенант. Пускай суд решает, кто они. Сумасшедшие-то наверняка, а может, что и посерьезнее.</p>
     <p>— Здравствуйте, мистер Типпери, — сказал лейтенант, узнав молодого человека.</p>
     <p>— Никого не надо арестовывать, лейтенант Берне, — улыбнувшись, заметил Чарли. — Можете отослать свою карету назад в участок. Я объясню потом все инспектору. Но вам придется проводить меня и этих подозрительных людей с их чемоданом ко мне домой. Вы будете нас охранять. О, не меня, а этот чемодан: в нем миллионы — холодные, ослепительные, прекрасные. Когда я открою этот чемодан перед моим отцом, вы увидите зрелище, какое мало кому доводилось видеть. А теперь идемте! Мы только зря теряем время.</p>
     <p>Он вместе с Генри схватился за ручку чемодана. Заметив это, лейтенант Берне тотчас подскочил к ним.</p>
     <p>— Пока мы еще не договорились, я, пожалуй, сам понесу его, — сказал Генри.</p>
     <p>— Конечно, конечно, — согласился Чарли Типпери. — Только не будем терять драгоценного времени. Ведь нам еще надо договориться. Пойдемте же! Быстрее!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава двадцать девятая</p>
     </title>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Мораторий, объявленный правительством США, помог стабилизировать положение, и акции на бирже перестали падать, а некоторые даже поднялись в цене. Такая картина наблюдалась в отношении акций почти всех предприятий, кроме тех, в которые были вложены капиталы Френсиса и которыми Риган играл на понижение. Он продолжал играть на понижение, вызывая неуклонное падение цен, и с радостью отметил, что на рынке появились большие пакеты акций «Тэмпико петролеум», которые, очевидно, выбрасывал не кто иной, как Френсис.</p>
     <p>— Теперь пришло наше время, — скомандовал Риган своим сообщникам. — Продавайте и покупайте. В обоих случаях будете в выигрыше. И все время помните о списке предприятий, который я вам дал. Продавайте только эти акции, да так, чтобы их побыстрее вручить покупателю. Они будут падать и падать. А все остальное покупайте, и покупайте немедленно; и вручайте покупателю все, что продадите… Поймите, это дело беспроигрышное, а продолжая сбывать акции, указанные в списке, вы убьете сразу двух зайцев.</p>
     <p>— А вы-то сами что будете делать? — спросил один из «медведей».</p>
     <p>— Я? Мне покупать нечего, — был ответ. — Пусть это служит вам доказательством, что я даю вам честный совет и что у меня нет сомнений в правильности этой тактики. Я не продал ни одной акции, кроме тех, которые указаны в списке, так что я ничего не должен покупателям. Я тут же рассчитываюсь с ними и продолжаю держаться списка, и только списка. В этом и заключается моя игра, и вы можете принять в ней участие: надо только продавать и тут же рассчитываться с покупателем.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Вот и вы, наконец! — в отчаянии воскликнул Бэском, когда Френсис в половине одиннадцатого вошел в его кабинет. — На бирже цены на все пошли вверх, кроме акций ваших предприятий. Риган хочет пустить вам кровь. Вот уж никогда бы не подумал, что он может проявить такую силу! Мы не способны выдержать этот натиск, нам крышка. Мы раздавлены — и вы, и я, и все мы…</p>
     <p>Никогда еще Френсис не был так спокоен, как сейчас. «Раз все потеряно, чего же волноваться?» — рассуждал он. Не будучи большим специалистом в биржевой игре, он все же вдруг увидел просвет, которого не заметил многоопытный и слишком детально ее знавший Бэском.</p>
     <p>— Не принимайте все так близко к сердцу, — посоветовал Френсис, меж: тем как зародившийся в его мозгу план с каждой секундой принимал все более ясные очертания. — Давайте покурим и обсудим немного положение.</p>
     <p>Бэском нетерпеливо махнул рукой.</p>
     <p>— Да подождите же, — взмолился Френсис. — Постойте! Послушайте! Вы говорите, что мне крышка?</p>
     <p>Маклер кивнул.</p>
     <p>— И вам тоже?</p>
     <p>Снова кивок.</p>
     <p>— Значит, мы с вами разорены, разорены дотла, продолжал Френсис развивать созревший у него в голове план. — А для вас и для меня совершенно ясно, что не может быть ничего хуже полного, абсолютного, стопроцентного, окончательного разорения.</p>
     <p>— Мы теряем драгоценное время, — запротестовал Бэском, кивком головы все же давая понять, что он согласен с этим выводом.</p>
     <p>— Что же нам осталось терять, если мы с вами разорены, как мы только что признали? — с улыбкой произнес Френсис. — Если человек разорен дотла, то уже ни время, ни покупка, ни продажа акций — ничто не имеет для него значения. Все ценности перестали теперь для нас существовать. Вам это понятно или нет?</p>
     <p>— Ну, и что вы предлагаете? — спросил Бэском с внезапным спокойствием, какое порождает отчаяние. — Меня разорили, я вылетел в трубу, да еще с каким треском!</p>
     <p>— Вот теперь вы меня поняли! — обрадовался Френсис. — Вы — член биржи. Так кто же вам мешает участвовать в игре? Продавайте или покупайте. Делайте все, что вашей душе угодно. И моей тоже. Нам нечего терять. Сколько бы вы ни вычитали из нуля, все равно будет нуль. Мы спустили все, что у нас было. А теперь давайте спустим то, чего у нас нет.</p>
     <p>Бэском еще пытался слабо протестовать, но Френсис решительно положил конец его сопротивлению.</p>
     <p>— Помните: сколько бы вы ни вычитали из нуля, все равно будет нуль.</p>
     <p>И вот Бэском, следуя советам Френсиса, но действуя уже не как маклер, а на собственный страх и риск, пустился в самую сумасшедшую финансовую авантюру, какую он когда-либо предпринимал в своей жизни.</p>
     <p>— Ну, вот и все, — со смехом сказал Френсис в половине двенадцатого, — теперь мы можем и выйти из игры. И помните: положение наше в данную минуту ничуть не хуже, чем оно было час назад. Тогда мы были на нуле. Мы и сейчас на нуле. Теперь вы в любое время можете вывесить объявление о распродаже имущества.</p>
     <p>Бэском тяжело опустился в кресло и устало взялся за телефонную трубку, намереваясь отдать распоряжение прекратить борьбу и объявить безоговорочную капитуляцию, как вдруг дверь распахнулась и в комнату ворвался знакомый припев старой пиратской песни. При первых же звуках этой песни Френсис вырвал трубку из рук маклера и бросил ее на рычаг.</p>
     <p>— Стойте — закричал Френсис. — Слушайте!</p>
     <p>И они услышали</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мы — спина к спине — у мачты,</v>
       <v>Против тысячи вдвоем!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>А затем и сам Генри ввалился в комнату, таща огромный чемодан, но уже не тот, который был у него утром. Увидев его, Френсис подхватил припев.</p>
     <p>— Что случилось? — спросил Бэском у Чарли Типпери.</p>
     <p>Друг Френсиса был по-прежнему во фраке, но выглядел совсем серым и измученным после бессонной ночи и пережитых волнений.</p>
     <p>Типпери вынул из внутреннего кармана и вручил Бэскому три индоссированных чека на общую сумму в миллион восемьсот тысяч долларов.</p>
     <p>Бэском грустно покачал головой.</p>
     <p>— Слишком поздно, — сказал он. — Это лишь капля в море. Положите их обратно в карман. Нечего пускать деньги на ветер!</p>
     <p>— Подождите-ка, — воскликнул Чарли Типпери, выхватил чемодан из рук Генри, продолжавшего распевать во все горло, и открыл его. — А вот это вам не поможет?</p>
     <p>«Это» состояло из огромной кипы аккуратно сложенных пачек облигаций и ценных бумаг с золотым обрезом.</p>
     <p>— Сколько тут? — задыхаясь, спросил Бэском, и мужество вспыхнуло в нем, словно разгоревшееся пламя костра.</p>
     <p>А Френсис, пораженный столь солидным подкреплением, перестал петь и замер с раскрытым ртом. Но когда Генри вытащил из внутреннего кармана еще двенадцать индоссированных чеков, Френсис и Бэском совсем онемели и вытаращили глаза, ибо каждый чек был на миллион долларов.</p>
     <p>— И мы можем получить еще сколько угодно там, где получили это, — небрежно бросил Генри. — Достаточно тебе сказать слово, Френсис, и мы сотрем эту банду «медведей» в порошок. А теперь живо принимайся за дело! Все только и говорят о том, что ты разорен дотла. Покажи-ка им, где раки зимуют! Разори всех до единого, кто полез на тебя! Вытряси из них все золото вплоть до часов и коронок на зубах.</p>
     <p>— Значит, вы все-таки нашли сокровище старого сэра Генри? — обрадованно спросил Френсис.</p>
     <p>— Нет, — покачал головой Генри. — Это часть древнего сокровища майя; тут примерно одна треть. Вторая треть находится у Энрико Солано, а последняя отдана на хранение «Национальному банку ювелиров и торговцев». Знаешь, у меня для тебя много новостей. Я расскажу тебе их, когда ты сможешь меня выслушать.</p>
     <p>Но Френсис уже готов был их слушать. Бэском лучше его знал, что надо делать, и уже отдавал по телефону распоряжения своим помощникам покупать акции в таких огромных количествах, что всего состояния Ригана не могло хватить на то чтобы вручить покупателям все, что он продал с обязательством доставить в кратчайший срок.</p>
     <p>— Торрес умер, — сообщил Генри.</p>
     <p>— Урра! — возликовал Френсис, услышав эту новость.</p>
     <p>— И умер, точно крыса в крысоловке. Я видел его голову, которая торчала из щели в скале. Зрелище было не из приятных. И начальник полиции тоже умер. И… и еще кое-кто умер…</p>
     <p>— Неужели Леонсия! — воскликнул Френсис.</p>
     <p>Генри покачал головой.</p>
     <p>— Кто-нибудь из Солано? Старый Энрико?</p>
     <p>— Нет, твоя жена, миссис Морган. Ее убил Торрес, застрелил самым подлым образом. Я был рядом с ней, когда она упала. А теперь держись: у меня есть для тебя еще новости. Леонсия тут рядом, в соседней комнате, и ждет тебя. Стой, куда ты! Погоди! Выслушай до конца! Есть еще новости, которые я должен сообщить тебе, прежде чем ты ее увидишь. Фу-ты, черт рогатый! Будь сейчас на моем месте один знакомый китаец, уж он бы заставил тебя заплатить миллиончик за этот секрет, который я тебе собираюсь выложить задаром.</p>
     <p>— Ну, так выкладывай, что там еще? — нетерпеливо спросил Френсис.</p>
     <p>— Новость безусловно приятная, даже очень, самая приятная, какую ты когда-либо слышал. Я… только, пожалуйста, не смейся и не вздумай снести мне голову с плеч… Так вот: у меня появилась сестра.</p>
     <p>— Ну, и что же? — грубо перебил Френсис. — Я всегда знал, что у тебя есть сестры в Англии.</p>
     <p>— Но ты меня не понимаешь — продолжал интриговать его Генри. — У меня появилась совсем новая сестра, вполне взрослая, и такая красавица, что другой такой на свете нет.</p>
     <p>— Ну и что же? — пробурчал Френсис. — Для тебя это, наверно, очень приятная новость. Но я-то тут при чем?</p>
     <p>— Ну вот, мы и подошли к самому главному, — ухмыльнулся Генри. — Ты женишься на ней. Даю тебе на это полное разрешение…</p>
     <p>— Даже если бы она была десять раз твоя сестра и сто раз красавица, я бы все равно на ней не женился, — перебил его Френсис. — Такой женщины, на которой я мог бы жениться, нет на свете.</p>
     <p>— И все-таки, Френсис, мой мальчик, на этой женщине ты женишься. Я это знаю. Я это всем своим нутром чувствую. Хочешь пари?</p>
     <p>— Ставлю тысячу, что не женюсь.</p>
     <p>— Нет, уж ты повысь ставку, чтобы это было настоящее пари, — сказал Генри.</p>
     <p>— Могу поставить, сколько хочешь.</p>
     <p>— Отлично. В таком случае тысячу пятьдесят долларов. А теперь пройди в соседнюю комнату и посмотри на невесту.</p>
     <p>— Она там с Леонсией?</p>
     <p>— Ничего подобного. Она одна.</p>
     <p>— Мне послышалось, что ты сказал — там Леонсия.</p>
     <p>— Да, сказал. Я это сказал. И Леонсия действительно там. И с ней нет ни одной живой души: она ждет тебя, чтобы поговорить с тобой.</p>
     <p>Тут уж Френсис начал сердиться.</p>
     <p>— Ну чего ты меня водишь за нос? — спросил он. — Ни черта не пойму из твоего кривляния. То у тебя там твоя новая сестрица, то твоя жена…</p>
     <p>— Кто это сказал, что у меня есть жена? — в свою очередь, вспылил Генри.</p>
     <p>— Сдаюсь, — воскликнул Френсис. — Пойду к Леонсии. А с тобой мы поговорим позже, когда к тебе вернется здравый рассудок.</p>
     <p>Он шагнул было к двери, но Генри остановил его.</p>
     <p>— Еще одну секунду, Френсис, и я отпущу тебя, — сказал он. — Может быть, ты хоть сейчас что-нибудь поймешь. Я не женат. В соседней комнате тебя ждет одна девушка. Эта девушка — моя сестра. И она же — Леонсия.</p>
     <p>Потребовалось целых полминуты, чтобы Френсис понял смысл этих слов. А когда понял, то стремглав ринулся к двери, но Генри опять задержал его.</p>
     <p>— Так я выиграл? — спросил Генри.</p>
     <p>Но Френсис, оттолкнув его в сторону, распахнул дверь и захлопнул ее за собой.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Т. Кудрявцевой</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Приключение</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава I</p>
      <p>На что-нибудь надо решиться</p>
     </title>
     <p>Бледнолицый человек был болен. Он сидел верхом на плечах у косматого дикаря. Отвислые уши чернокожего были пробиты насквозь. На одном из них висело серьгой деревянное кольцо трех дюймов в диаметре, а мочка другого была изорвана, поэтому второе отверстие, просверленное выше первого, было поуже, и в нем могла поместиться всего только небольшая глиняная трубка.</p>
     <p>Двуногий конь лоснился от грязи; весь костюм его состоял из узенькой грязной повязки на бедрах — и только.</p>
     <p>Белый всадник старался сидеть прямо и крепился изо всех сил, но порою от слабости голова его невольно валилась на сторону и опускалась, как на подушку, на косматую гриву чернокожего дикаря. Потом опять он поднимал голову кверху и помутневшими глазами смотрел на верхушки кокосовых пальм, чуть заметно покачивавшиеся в знойном, раскаленном воздухе.</p>
     <p>Стан белого прикрывала кисейная рубашка и кусок бумажной материи, спускавшейся от талии до колен. На голове красовалась помятая шляпа «Стэтсон», иначе называемая «Баден-Пауэль». Автоматический пистолет большого калибра и несколько запасных обойм с патронами висели на поясе.</p>
     <p>Сзади плелся черномазый мальчишка лет четырнадцати или пятнадцати, нагруженный всевозможными лекарствами, пузырьками и медицинскими принадлежностями и тащивший ведро кипяченой воды.</p>
     <p>Они вышли из ограды усадьбы через небольшую плетеную калитку и продолжали путь под прямыми лучами палящего солнца. Молодые посадки кокосовых пальм, между которыми они теперь пробирались, еще не могли давать тени. Не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка; тяжелый раскаленный воздух дышал миазмами. С той стороны, куда они направлялись, доносился дикий вой, похожий на плач и скрежет несчастных душ, терзаемых пыткой.</p>
     <p>Впереди обозначился длинный низкий сарай с тростниковыми стенами и соломенной крышей, откуда исходил этот вой и эти стоны, вызываемые тягостным томлением и нестерпимыми муками.</p>
     <p>По мере приближения к бараку белый господин начинал различать более тихие непрерывные стенанья и вздохи. Его лицо исказилось при мысли о том, что ему надлежало туда войти, и он почувствовал головокружение, близкое к обмороку. Берандскую плантацию поразил злейший бич Соломоновых островов<a l:href="#n_528" type="note">[528]</a> — дизентерия, и хозяину плантации приходилось бороться с этим страшным врагом одному. А между тем он и сам уже подвергся заразе.</p>
     <p>Продолжая восседать на спине чернокожего и пригнувшись пониже, белый всадник приказал ему войти в низкую дверь. Переступив через порог, он выхватил у сопровождавшего его мальчугана пузырек нашатырного спирта и поднес его к лицу, чтобы очнуться и получше приготовиться к предстоящему испытанию. После того он скомандовал: «Смирно», — и больные сразу замолкли.</p>
     <p>Во всю длину барака тянулись слегка покатые досчатые нары футов<a l:href="#n_529" type="note">[529]</a> в шесть ширины. Узкий проход отделял этот помост от стены. На нем лежали вповалку, плечом к плечу чернокожие пациенты. Их было десятка два. С первого взгляда бросалось в глаза, что люди эти принадлежат к самым низшим расам. Они были людоедами. Неправильные черты лица и уродливые члены придавали им некоторое сходство с обезьянами.</p>
     <p>Безобразные фигуры чернокожих пестрели разноцветными ракушками, багрянками<a l:href="#n_530" type="note">[530]</a>, продетыми через кончик носа, проволочными усиками с нанизанными на них бусами. Просверленные в ушах дырки были сильно разворочены и приспособлены к ношению всевозможных деревянных бирюлек, трубочек и прочих варварских украшений. Тела и лица у них были иссечены и татуированы разными отвратительными рисунками. Больные лежали совершенно голые, скинув с себя даже набедренные повязки, но все же не расставались со своими браслетами из раковин, бисерными ожерельями и ременными поясами с заткнутыми за них набедренными повязками, прилегавшими непосредственно к голому телу.</p>
     <p>У большинства больных кожа была покрыта гноившимися болячками. Мухи тучей кружились над ними, и то садились, прилипая к болячкам, то опять отлетали.</p>
     <p>Белый человек произвел обход и каждому больному дал лекарства. Кое-кому отпустил хлородина. Он всячески старался припомнить, кому можно дать ипекакуану<a l:href="#n_531" type="note">[531]</a> и кому из них были не под силу приемы этого сильнодействующего средства.</p>
     <p>Один дикарь лежал без дыхания; плантатор распорядился убрать его труп. Белый человек отдавал приказания резким, повелительным голосом, не допускающим никаких возражений, и здоровые слуги злобно хмурились, исполняя его приказания. Один из них заворчал что-то, неохотно вытаскивая покойника за ноги. Белый человек вспыхнул, выругался и, хотя ему стоило огромного напряжения, замахнулся и ударил ворчуна по губам.</p>
     <p>— Ты что там бормочешь, Ангара? — окрысился он. — Будешь у меня разговаривать, а? Ужо я выколочу из тебя эту дурь, погоди!</p>
     <p>Чернокожий присел, как зверь, готовый кинуться на врага. Зловещая искра мелькнула в его глазах; но господин держал в руке рукоятку револьвера, и туземец не отважился на прыжок. Напряжение мускулов его ослабело и, покорно склонившись над трупом, он помог его вынести.</p>
     <p>— Свиньи, — процедил хозяин сквозь зубы, относя это замечание ко всем туземцам Соломоновых островов.</p>
     <p>Он был сильно болен, этот белый человек, и страдал той же самой болезнью, как и эти жалкие, беспомощные людоеды, которых он лечил. Каждый раз, переступая порог зловонного барака, он сомневался в возможности выдержать обход до конца. Но нисколько не сомневался в том, что, случись ему в этом месте потерять на минуту сознание, чернокожие пациенты, кто только в силах, накинутся на него и растерзают, как алчные волки.</p>
     <p>Один из них умирал. Он распорядился убрать его, как только умирающий испустит последний вздох. В наружную дверь просунулся чернокожий и доложил:</p>
     <p>— Заболело еще четыре фелла<a l:href="#n_532" type="note">[532]</a>.</p>
     <p>Говорившего окружали вновь заболевшие, еле державшиеся на ногах. Белый господин отрядил наиболее слабого из них на то место, откуда только что убрали покойника. Другому, тоже слабому, приказал дожидаться, пока для него освободится постель умирающего. Потом он послал одного из здоровых чернокожих за полевыми работниками, приказав ему сделать пристройку к баракам, а сам продолжал свой обход, отпуская лекарства и обращаясь к больным с шутливыми замечаниями для поддержания душевной бодрости страждующих. Порою в отдаленном уголке сарая раздавались чьи-то горькие жалобы. Добравшись до этого угла, он увидел, что жалобы испускал здоровый мальчишка. Белый человек вспыхнул, как порох.</p>
     <p>— Что ты тут распеваешь? — заорал он.</p>
     <p>— Этот фелла — мой брат, — отвечал мальчуган. — Много фелла умирают.</p>
     <p>— Ты причитаешь над братом? Вот я те задам, толстомордый! Цыц, говорят тебе, перестань! Ты его заживо отпеваешь, дурацкая ты башка! Замолчи, или я тебя выброшу. — Он погрозил ему кулаком, и черномазый мальчишка притаился, сверкая белками.</p>
     <p>— Нечего кудахтать, — продолжал белый человек, примирительным тоном. — Чем нюни распускать отгонял бы от брата мух. Смотри, как его облепили. Да принеси воды и обмой его, братишку-то своего. Обмой как следует, и он тебе скажет спасибо. Ну, поворачивайся! — прикрикнул он под конец, и воля его магнетически подействовала на слабый ум дикаря: мальчик выпрямился и принялся отгонять рой отвратительных мух, летавших над тельцом страдальца.</p>
     <p>Белый всадник очутился снова под лучами палящего солнца.</p>
     <p>Он крепко уцепился за шею двуногого коня своего и вздохнул полной грудью, но знойный воздух, казалось, обжигал его легкие; он свесил голову и погрузился в полузабытье. Очнулся он, только добравшись до дому. Малейшее усилие причиняло большие мучения, но ему все время приходилось делать эти усилия. Он поднес своему вознице стаканчик виски. Камердинер Вайсбери притащил раствор сулемы, и он тщательно обтерся дезинфицирующей жидкостью. Потом проглотил порцию хлородина, пощупал сам себе пульс, поставил себе термометр и повалился на постель с подавленным стоном. Время было не позднее, а он уже за этот день успел совершить три обхода. Он кликнул слугу.</p>
     <p>— Поставь-ка трубку да погляди, не видать ли там «Джесси»?</p>
     <p>Слуга вынес на веранду длинную подзорную трубку и принялся обыскивать море.</p>
     <p>— Там, фелла, шхуна, далеко-далеко. Там, фелла, «Джесси», — объявил он.</p>
     <p>У больного плантатора отлегло от сердца.</p>
     <p>— Коли это «Джесси», получишь от меня пять пачек табаку, — промолвил он.</p>
     <p>Водворилось молчание. Больной насторожился. Спустя некоторое время слуга нерешительно произнес:</p>
     <p>— Может, «Джесси», может, другой, фелла, шхуна.</p>
     <p>Хозяин свалился с кровати, дополз на коленях до стула. Ухватившись за его спинку, он приподнялся. Опираясь все время на стул и продвигая понемногу его вперед, он осилил расстояние до веранды. От напряжения пот градом катился с его лица и рубашка промокла. Кое-как добравшись до кресла, он опустился в него в состоянии полного изнеможения, но минуту спустя привстал и взялся за трубку. Слуга положил конец подзорной трубы на перила веранды, и хозяин уставился на море. Вскоре он уловил в поле зрения белые паруса и начал пристально разглядывать шхуну. — Нет, это не «Джесси», — произнес он совершенно спокойно. — Это «Молекула».</p>
     <p>Он поднялся с кресла и пересел в качалку. Дом стоял в трехстах футах от берега моря, где пенились небольшие волны. С левой стороны виднелась белая линия прибоя, отмечающая устье реки Бейльсуны, а за нею выступали суровые очертания острова Сэйво. Прямо впереди, за проливом с дюжину миль шириной, возвышался остров Флорида: а с правой стороны на огромном расстоянии отсюда в туманной дали маячили чуть заметными точками берега Малаиты<a l:href="#n_533" type="note">[533]</a> — дикого острова, притона разбоя, грабежа и людоедства, родины тех самых двухсот рабочих рук, которых завербовала для себя Берандская плантация. Между домом и морем параллельно береговой линии шла тростниковая ограда поместья. Ворота стояли настежь открытые, и хозяин велел прислужнику запереть их. По сю сторону частокола, внутри усадьбы, росло много кокосовых пальм. В конце дорожки, проложенной к воротам, с обеих сторон высились флагштоки, поставленные на искусственных холмиках, футов в десять вышиною. Вокруг основания каждого флагштока вкопаны были короткие поддерживающие его столбики, выкрашенные в белый цвет и туго обмотанные тяжелой цепью. Флагштоки походили на мачты: они убраны были по-настоящему: на них красовались ванты, выбленки, гафеля и фалы<a l:href="#n_534" type="note">[534]</a>. На одном из гафелей вывешены были два ярких флага: один — вроде шахматной доски с белыми и синими клетками, а другой — в виде белого вымпела с красным диском посередине. Согласно правилам международного морского устава, этот сигнал давал знать о беде.</p>
     <p>В отдельном уголке усадьбы сидел нахохлившись ручной сокол.</p>
     <p>Белый человек посмотрел на птицу и подумал, похоже ли его самочувствие на ощущения сокола, и улыбнулся при мысли о сродстве между человеком и птицей. Он встал с качалки и распорядился ударить в большой колокол, возвещавший работникам плантации об окончании дневных трудов и о возвращении с полей в шалаши. Спустя некоторое время он опять оседлал человека-коня и отправился совершать свой последний обход.</p>
     <p>В барак привели двух вновь заболевших. Он заставил их принять касторового масла и поздравил себя: день выдался легкий — умерло всего только трое; осмотрев мимоходом сушильню для копры<a l:href="#n_535" type="note">[535]</a>, где еще продолжалась работа, он обошел жилища своих рабочих, чтобы посмотреть, не скрываются ли там больные, которых велено было тотчас же подвергать изоляции. Возвратившись домой, он выслушал доклады своих приказчиков и отдал необходимые распоряжения на завтрашний день. Лодочников он отправил в дом на ночевку, как это всегда было принято делать из осторожности, после того как вельботы<a l:href="#n_536" type="note">[536]</a> вытащены из воды и поставлены под замок. Предосторожность нелишняя, ибо на чернокожих нельзя было положиться, и если оставить вельбот вечером на берегу, то на следующее утро не досчитаешься человек двадцати. С тех пор, как доставка каждого чернокожего на плантацию стала обходиться хозяину в тридцать долларов или около того, смотря по тому, на какой срок он был завербован, на бюджете Берандской плантации тяжело отзывалась потеря в людях. Кроме того, и вельботы стоят недешево на Соломоновых островах. Участившаяся смертность ежедневно сокращала оборотный капитал. С неделю тому назад семеро туземцев сбежали в лесные дебри; четверо беглецов вернулись изнуренные донельзя лихорадкой и сообщили, что двоих товарищей зарезали и сожрали гостеприимные лесовики, а седьмой все еще бродит недалеко от берега и высматривает, как бы украсть челнок или лодку и отправиться в ней к себе на родину.</p>
     <p>Вайсбери принес показать хозяину пару зажженных фонарей. Белый человек осмотрел их и, удостоверившись, что они горят хорошо, широким, ярким пламенем, одобрительно кивнул головой.</p>
     <p>Один фонарь подвесили на гафель флагштока, а другой оставили на открытой веранде. Фонари эти служили путеводными огнями для судов, прибывавших в Беранду. Их зажигали, осматривали и вывешивали ежедневно по вечерам в течение круглого года.</p>
     <p>Отделавшись, наконец, от всех дневных забот и попечений, белый человек вздохнул с облегчением и повалился, как сноп, на кровать. Возле него лежали ружье и револьвер. Целый час он пролежал неподвижно, в состоянии полудремоты, полулетаргии. И вдруг очнулся. Что-то хрустнуло на веранде. Помещение имело вид буквы «L»; угол комнаты, в котором стояла его кровать, погружен был во мрак; хотя за углом, в конце длинного коридора, ярко горела лампа, висевшая над биллиардом, но свет ее не проникал сюда. Веранда также была освещена. Он притаился и выжидал, что будет дальше. Скрип повторился несколько раз, и он догадался, что на веранду взобралось несколько человек.</p>
     <p>— Кто там?! — крикнул он что есть мочи.</p>
     <p>Дом, возведенный на сваях в двенадцать футов высоты, весь зашатался от топота удирающих посетителей.</p>
     <p>— Они становятся чересчур дерзкими, — пробормотал он… — На что-нибудь надо решиться.</p>
     <p>Над Малаитой взошел полный месяц и облил своим светом Беранду. Неподвижный воздух застыл в тишине. Со стороны барака продолжали доноситься глухие стоны больных. В тростниковых сараях отдыхало от дневных трудов двести человек косматых людоедов. Они спали не все. Один из них проклинал громогласно белого человека, не знавшего сна, а другие внимали этим проклятиям. На всех четырех верандах господского дома горели фонари. А в стенах дома между ружьями с одного бока и револьверами — с другого лежал сам этот проклинаемый человек и стонал, и метался, то просыпаясь, то вновь засыпая тревожным сном.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава II</p>
      <p>Кое-что уже сделано</p>
     </title>
     <p>Нa следующее утро Давид Шелдон почувствовал себя значительно хуже. Сказался заметный упадок сил и появились некоторые другие неблагоприятные симптомы. Приступая к обходу, он предвидел смуту. Он даже желал, чтобы произошла какая-нибудь вспышка. Напряженное положение, создавшееся за последнее время, могло внушить серьезные опасения даже и в том случае, если бы он был совершенно здоров; но в виду беспомощного состояния, в котором он находился и которое ухудшалось с каждым днем, необходимо было во что бы то ни стало проявить какую-нибудь инициативу.</p>
     <p>Чернокожие становились час от часу все мрачнее и подозрительнее, и появление прошлою ночью нескольких человек на веранде, — проступок, считавшийся одним из самых тяжких в Беранде, — не предвещало ничего хорошего. Рано или поздно они нападут на него, если только он сам на них не обрушится первый, не поразит их темные души пламенной силой цивилизованного человека.</p>
     <p>На этот раз он вернулся домой весьма недовольный. Не представилось ни малейшего повода проучить кого-нибудь за дерзость или непослушание, такого повода, каких было немало за последнее время, с тех пор как в Беранде развилась эпидемия. Сам по себе уже этот факт был довольно подозрительным. Дикари становились коварными. Он раскаивался в том, что преждевременно спугнул забравшихся к нему ночью бродяг. Если бы он только дождался, пока они войдут в комнату, то он уложил бы на месте одного или двух и проучил бы таким образом остальных. Он был один среди двухсот чернокожих и до смерти боялся, как бы болезнь не сокрушила его и не отдала во власть дикарей. Воображение его рисовало картину, как чернокожие нападают на усадьбу, грабят припасы, устраивают грандиозный пожар и бегут на Малаиту, и как его собственная голова, основательно провяленная на солнце и прокопченная в дыму, украшает красный угол какой-нибудь лачужки.</p>
     <p>Либо вызволит «Джесси», либо надо непременно что-нибудь предпринять.</p>
     <p>Загудел колокол, призывающий на полевые работы, и в то же время к Шелдону явился гость. Шелдон лежал на веранде, куда перед тем приказал вынести свою кровать, и отлично мог видеть, как к берегу причалила целая флотилия челноков.</p>
     <p>Сорок человек туземцев, вооруженных копьями, луками, стрелами и дубинами, выглядывали из-за ограды усадьбы, а один из них вошел в ворота. Пришельцам были хорошо известны правила Беранды, ибо все туземцы вообще на всем протяжении раскинувшихся на тысячи миль Соломоновых островов отлично знают те правила, которыми белые оберегают свои дома. В дикаре, переступившем порог усадьбы и приближавшемся к дому, Шелдон признал вождя из поселка Бэйльсуны, по имени Сили. Подойдя к дому, дикарь не решился подняться на лестницу, и вступил в переговоры с белым господином, остановившись внизу на дворе.</p>
     <p>По уму Сили превосходил многих своих сородичей, но превосходство его развития еще более подчеркивалось тем низким уровнем, на котором стояли эти последние. Узкие, маленькие глаза его светились жесткостью и коварством. Вся его одежда состояла из пояса и перевязи. Резное перламутровое украшение, висевшее на носу, спускалось до подбородка и мешало ему говорить. Это украшение удовлетворяло чисто эстетической потребности, тогда как отверстия, проделанные в ушах, служили исключительно для ношения курительных принадлежностей: табака и трубки.</p>
     <p>Редкие острые зубы почернели от жвачки — бетеля<a l:href="#n_537" type="note">[537]</a>, сок которого он выплевывал то и дело.</p>
     <p>При разговоре Сили все время кривлялся, как обезьяна. Произнося слово «да», он каждый раз выпячивал подбородок и щурил глаза. Чисто ребяческая заносчивость, сквозившая в его жестах, плохо согласовалась с тем положением, которое он занимал в настоящую минуту, стоя, задрав голову, под верандой. Он был предводителем отряда и вождем населения Бейльсуны. Но белый человек, хотя и не предводительствовал никаким отрядом, однако, шутка сказать, стоял во главе Беранды, и однажды сам-друг явился в Бейльсуну и сумел подчинить своей воле всю деревню.</p>
     <p>Воспоминание об этом случае не доставляло Сили ни малейшего удовольствия. Тогда он только еще учился понимать и ненавидеть белых дьяволов. Как-то раз Сили был уличен в укрывательстве троих беглецов из Беранды. Беженцы отдали им все, что у них было, за оказанный им прием и обещание сплавить их на Малаиту. Он возомнил тогда, что обрел обильный источник постоянных доходов, что его деревушка легко может стать передаточным пунктом для эвакуации всех желающих с Беранды.</p>
     <p>Но, увы! Он не знал еще в то время, что за люди эти белые черти и на что они только способны. Вот этот самый белый живо прописал ему первый урок, явившись наутро чуть свет в его тростниковую хижину. На первых порах этот визит показался Сили забавным. Среди своих, в самом центре деревни он чувствовал себя господином положения. Но не успел он хорошенько опомниться, как белый человек ударил его парой ручных кандалов по зубам и заткнул ему рот, не дав проронить ни звука. Вдобавок он получил еще ошеломляющий удар кулаком по уху, и мгновенно почувствовал полнейшее равнодушие ко всему на свете. Когда Сили пришел в себя, то увидел, что находится в вельботе белого человека по дороге на Беранду. В Беранде с ним расправились без всякой церемонии и посадили на цепь, с кандалами на руках и ногах. На свободу не выпустили до тех пор, пока его племя не выдало всех трех беглецов. К довершению ужаса грозный белый тиран наложил на него и на селение Бейльсуну огромный штраф в десять тысяч кокосовых орехов. После этого случая он уже больше не укрывал никого. Отказавшись от соблазнительного плана переправы дезертиров с Беранды на Малаиту, он приступил к операциям совершенно противоположного характера и занялся поимкой беглецов. Это дело оказалось много надежней. За каждую поимку давали ящик табаку. Но попадись ему этот белый где-нибудь за кустами да оступись он и упади, — ну, тогда в его, Сили, руках очутилась бы голова, за которую дорого дали бы на Малаите.</p>
     <p>Шелдон проявил большой интерес к тому, о чем ему рассказывал Сили. Он узнал не без удовольствия, что седьмой беглец из последней партии попался в плен и в настоящую минуту уже стоит за воротами. Его тут же ввели во двор, связанного по рукам кокосовыми жгутами. Свирепое лицо его было обезображено злобой, на теле виднелись пятна запекшейся крови. Видно было, что он оказывал отчаянное сопротивление при поимке.</p>
     <p>— Молодец, Сили! Спасибо, — сказал Шелдон и распорядился поднести гостю здоровенную кружку дешевого джина, которую тот не замедлил осушить одним залпом. — Слуга вынесет кое-что для тебя. Я дам тебе, фелла, ящик табаку; верное слово, — целый ящик. А вдобавок за верную службу, гуд-фелла, ты получишь от меня еще пять ярдов<a l:href="#n_538" type="note">[538]</a> коленкора и нож, фелла, большой нож!</p>
     <p>Двое прислужников принесли из кладовой табак и подарки и отдали их властителю Бейльсуны, который принял эти подношения с жадным рычанием и немедленно повернул по дорожке обратно к своим челнокам. По распоряжению Шелдона домашние слуги схватили пленника и привязали его за руки и за ноги к одному из свайных столбов. В одиннадцать часов утра, когда рабочие вернулись с поля, Шелдон приказал им выстроиться перед балконом.</p>
     <p>За исключением приставленных к госпиталю сторожей, все здоровые батраки собрались во дворе. Они выстроились в два ряда вместе с женщинами и немногими ребятишками, жившими на плантации, — настоящая орда голых дикарей человек в двести без малого. Черные тела пестрели навешенными на них раковинами, бусами и костяными украшениями. В ушах и ноздрях висели всевозможные серьги, талисманы, шпильки и даже металлические ручки от посуды и патентованные ключи от консервных коробок, а у некоторых даже защелкнутые предохранительной пружиной перочинные ножи. У одного на груди красовалась фарфоровая дверная ручка, у другого — бронзовое колесо от будильника.</p>
     <p>С высоты веранды на них взирал больной белый человек, навалившийся на перила, чтобы не упасть от слабости. Любой из них легко мог бы одним щелчком сшибить его с ног. Огнестрельное оружие плантатора не помешало бы им напасть на него. Им ничего не стоило дать ему тумака и завладеть его головой и всей плантацией. Сердца рабочих были преисполнены ненавистью, местью и кровожадностью. Им недоставало только одного: того дьявольского властолюбия, которое продолжало гореть ярким пламенем в изможденном болезнью теле заядлого англичанина и которое готово было моментально вспыхнуть и испепелить их своим огнем.</p>
     <p>— Нарада! Билли! — крикнул Шелдон резким голосом. Двое чернокожих лениво выступили вперед и остановились в выжидательных позах.</p>
     <p>Шелдон отдал ключ от ручных кандалов прислужнику, который спустился вниз и расковал арестанта.</p>
     <p>— Ну-ка, фелла Нарада и фелла Билли, подведите этого молодца к дереву да подтяните ему руки повыше! — скомандовал Шелдон.</p>
     <p>Пока палачи медлительно выполняли отданное им приказание под аккомпанемент недовольного ропота толпы зрителей, прислужник принес тяжелый бич с увесистой рукояткой, — настоящее орудие пытки. Шелдон повел такую речь:</p>
     <p>— Этот фелла Арунга задал мне немало хлопот. Я не украл фелла Арунга. Я никого не обманываю. Я говорю ему так: «Хорошо, пойдем ко мне в батраки на три года». Он говорит: «Хорошо, пойду к тебе в батраки на три года». Я его привез сюда. Получил он от меня много денег. Какого черта ему надо было еще? Зачем он отсюда сбежал? Я рассердился и решил выбить дурь из его фелла-башки. Я заплатил за поимку фелла вождю Бейльсуны, Сили, целый ящик табаку. Он стоит шесть фунтов. Арунга должен мне отработать эти деньги и лишний год оставаться в Беранде. Ну, а теперь я велю ему всыпать трижды десять плетей. Берись-ка, фелла Билли, за кнут и отпусти фелла Арунге тридцать порций. Все, фелла-джоны, смотрите и все, фелла-мэри<a l:href="#n_539" type="note">[539]</a>, смотрите и запомните хорошенько. Как зачешутся у кого из вас пятки, то вы вспомните, к чему эта чесотка приводит, и они у вас перестанут зудеть. Принимайся за дело, Билли, всыпь Арунге, фелла, трижды десять плетей.</p>
     <p>Прислужник протянул ему бич, но Билли не взял его. Шелдон флегматически выжидал. Глаза людоедов вперились в плантатора: они озирались тревожно и дико. Наступала решительная минута, от которой зависела жизнь или смерть белого человека.</p>
     <p>— Три раза по десятку, Билли, — процедил Шелдон сквозь зубы.</p>
     <p>В голосе его при этом дрогнула нотка металлического тембра.</p>
     <p>Билли сдвинул брови, поглядел вверх, поглядел вниз, но не тронулся с места.</p>
     <p>— Билли!</p>
     <p>Это слово прогремело, как выстрел. Дикарь машинально подпрыгнул. Чернокожие оскалили зубы; послышался сдержанный смех.</p>
     <p>— Мое, ты назначил много ударов Арунге. Он не фелла Тулага, — ответил Билли. — Его накажет фелла комиссар по закону. Мое знает закон.</p>
     <p>Действительно, по закону так и следовало, и Шелдону это было отлично известно. Но Шелдон спасал свою шкуру и боялся, что его не сегодня-завтра убьют, если, повинуясь закону, он отложит наказание на целую неделю.</p>
     <p>— Долго ты будешь ломаться? А? — вскричал он грозно.</p>
     <p>— Мое по закону! — упрямо твердил чернокожий.</p>
     <p>— Асту!</p>
     <p>На сцену бойко выступил другой дикарь и вызывающе вскинул голову кверху. Шелдон преднамеренно отбирал самых упрямых, чтобы сломить их.</p>
     <p>— Ты, фелла Асту, и ты, фелла Нарада, хватай фелла Билли, ставь его рядом с Арунгой и подвешивай к дереву!</p>
     <p>— Да покрепче вяжите! — прибавил он.</p>
     <p>— Бери кнут, Асту! Влепи ему тридцать здоровых ударов. Валяй!</p>
     <p>— Нет, — буркнул Асту.</p>
     <p>Шелдон взял ружье, приставленное к перилам, и щелкнул курком.</p>
     <p>— Я тебя знаю отлично, Асту, — проговорил он спокойно. — Ты шесть лет проработал в Квинслэнде<a l:href="#n_540" type="note">[540]</a>.</p>
     <p>— Мое — фелла-миссионер! — дерзко вставил чернокожий.</p>
     <p>— Ты целый год отсидел там в тюрьме. Твой белый фелла-хозяин свалял дурака, что не повесил тебя. Ты, фелла, порядочный негодяй. В Квинслэнде тебя два раза сажали в тюрьму на шесть месяцев. Два раза ты, фелла, проворовывался. Ладно, ты — миссионер. А скажи-ка молитву.</p>
     <p>— Да, я знаю молитву! — настаивал тот.</p>
     <p>— Хорошо, помолись немножко. Да молись скорее, шельма, потому что я сейчас тебя застрелю!</p>
     <p>Шелдон вскинул ружье и нацелился. Чернокожий оглянулся направо, налево, но никто из товарищей не поддерживал его. Их занимало предстоящее зрелище, и они не сводили глаз с одинокого белого человека на веранде, в чьих руках была смерть. Шелдон выиграл ставку, и он почувствовал это. Асту нерешительно переминался с ноги на ногу. Он воззрился на белого человека, наводившего мушку.</p>
     <p>— Асту, — сказал Шелдон, учитывая психологию момента. — Я просчитаю до трех и буду стрелять, а ты умрешь, фелла. Прощай! Кончено твое дело!</p>
     <p>И Шелдон твердо знал, что, просчитав до трех раз, он убьет его наповал. Дикарь тоже знал это. И потому дело не дошло до исполнения угрозы, ибо, как только Шелдон сказал «раз», Асту потянулся рукой за бичом и принялся лупить несчастных изо всей силы, вымещая с каждым ударом на неповинных людях ту досаду, которая накипела в нем против товарищей, отказавшихся его поддержать.</p>
     <p>Шелдон со своей веранды подзадоривал его хлестать все сильней и сильней, пока несчастные арестанты не закричали благим матом и пока кровь не потекла у них со спины. Урок вышел за красной печатью.</p>
     <p>Когда вся ватага вместе с обоими пострадавшими, издававшими глухие стоны, удалилась со сцены и очутилась за оградой усадьбы, Шелдон опустился на ложе в состоянии, близком к обмороку.</p>
     <p>— Ты, однако, друг, здорово болен! — пробормотал он, обращаясь к самому себе. — Ты совсем занемог. Но, по крайней мере, сегодня ты можешь спать спокойно, — добавил он спустя полчаса.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава III</p>
      <p>«Джесси»</p>
     </title>
     <p>Прошло двое суток, и Шелдон пришел к заключению, что при такой слабости ему несдобровать и уж во всяком случае придется отказаться от четырех ежедневных санитарных обходов. Эпидемия выхватывала в среднем ежедневно человек четырех, и число новых заболеваний превышало цифру выздоравливающих. Чернокожих обуяла настоящая паника. Всякий вновь заболевший, казалось, желал одного — поскорее умереть, и упорно отказывался сопротивляться болезни. Они проникались уверенностью, что непременно умрут, и всячески старались оправдать на самом деле эту свою уверенность. Даже здоровые убеждены были в том, что очередь за ними и что им ни в коем случае не миновать заражения и гибели. И все-таки, несмотря на эту абсолютную уверенность, им недоставало силы воли накинуться на белого человека, похожего на привидение с того света, и бежать на вельботах из этого проклятого места. Они предпочитали лучше пасть жертвой заразы, нежели добровольно подставлять лоб под пулю хозяина.</p>
     <p>Они думали, что он никогда не спит и ни за что не поддастся заговорщикам; они убедились в этом на опыте. Его не берет даже лютая немочь, которая так немилосердно косит ряды чернокожих.</p>
     <p>Расправа, учиненная на дворе усадьбы, заметно подтянула дисциплину. Железная рука белого человека придавила их своей тяжестью. Они отводили глаза при встрече с хозяином и обжигали его злобными взорами только тогда, когда он поворачивался к ним спиной. Они позволяли себе роптать и бурчать только по ночам в бараках, когда он был от них далеко.</p>
     <p>Побеги и ночные похождения совсем прекратились.</p>
     <p>На другой день после порки ранним утром показались на морском горизонте белые паруса «Джесси». Но только к двум часам дня поднявшийся ветерок пригнал ее к берегу. Она подошла к Беранде и бросила якорь на расстоянии одной четверти мили от прибрежной полосы. Появление «Джесси» обрадовало и ободрило Шелдона, и томительные часы ожидания не возмущали его. Он распорядился по хозяйству и совершил очередные обходы госпиталя. Никакие жгучие заботы больше не допекали его. Тревоги его улеглись. Он мог спокойно лежать, отдыхать и думать только о том, как бы поправиться. «Джесси» прибыла. Она привезла его компаньона, здорового, бодрого, свежего, возвращавшегося из шестинедельной экскурсии на Малаиту, куда ездил набирать рабочих для Беранды. Он возьмет теперь на себя всю работу, и хозяйство завертится у него колесом.</p>
     <p>Шелдон развалился в качалке и поджидал, пока вельбот, спущенный шхуною, причалит к берегу. Он не мог понять, почему это на лодке гребут всего только тремя веслами, а еще более озадачивала его странная медлительность вновь прибывших, которые почему-то замешкались и долго не выходили из шлюпки. Но вскоре он понял, в чем дело. Три чернокожих матроса выбрались, наконец, на берег с носилками на плечах. Белый человек, в котором он признал капитана «Джесси», шел впереди. Он раскрыл ворота, пропустил носилки и отстал немного, закладывая подворотню.</p>
     <p>Шелдон догадался, что на носилках лежит Хью Друммонд — его друг, и глаза его затуманились. Он почувствовал страстное желание поскорее умереть. Разочарование было слишком велико. Состояние ужасающей слабости, до которого довела его дизентерия, разжало его крепкий кулак, и он чувствовал, что не сможет удержать в обессилевших руках Берандскую плантацию. Но адская сила воли потом опять вспыхнула в нем, и он приказал чернокожим внести носилки и поставить их около него. Хью Друммонд, которого он видел в последний раз совершенно здоровым, походил на мумию. Впалые глаза его были закрыты, зубы оскалены, а скулы остро выступали.</p>
     <p>Шелдон послал прислужника за термометром и вопросительно взглянул на капитана.</p>
     <p>— Желтая лихорадка, — доложил капитан. — Он уже целую неделю в таком состоянии и не приходит в сознание. Кроме того, на борту у нас появилась дизентерия. А как ваши дела?</p>
     <p>— Ежедневно хоронят трех-четырех, — отвечал Шелдон, нагибаясь с качалки и засовывая умирающему градусник под язык.</p>
     <p>Капитан Ольсон испустил проклятие и послал слугу за содой с виски. Шелдон вытащил градусник.</p>
     <p>— Сорок один, — сказал он со вздохом, — бедный Хью!</p>
     <p>Капитан Ольсон предложил хозяину виски.</p>
     <p>— И думать нечего, — отказался Шелдон.</p>
     <p>Он послал за приказчиком и распорядился вырыть яму и сколотить из ящиков гроб. Для покойников черной масти гробов не полагалось. Их выносили из барака на щите из оцинкованного железа и сваливали голых в общую яму. Отдав приказание, Шелдон снова растянулся на своей качалке и сомкнул веки.</p>
     <p>— Это был сущий ад! — изрек капитан, подливая в стакан свой живительной влаги. — Это был сущий ад! — повторил он, вытирая усы. — Встречный ветер и штиль. Верите ли, мистер Шелдон? Целых десять дней мы дрейфовали<a l:href="#n_541" type="note">[541]</a> возле банки! Акулы гнались за нами целыми стаями, привлеченные трупами, которые мы то и дело выбрасывали за борт. Они хватались за весла, когда мы подъезжали на ялике к берегу. Провались эти проклятые Соломоновы острова в преисподнюю!</p>
     <p>Все это от воды в устье Оуга. Я накачал ее во все наши бочки. Нельзя было знать, какая это вода. Когда мы набирали ее, все обстояло благополучно. Мы завербовали шестьдесят человек — полный комплект. Да судовой команды было у меня человек пятнадцать. Мы не переставали хоронить днем и ночью. Эта сволочь, черт их знает, и жить не хотят. Они околевают вам назло. Из команды моей на ногах осталось всего только трое. Пятеро свалилось. Семеро умерло. О, это — ад кромешный! Что тут делать прикажете?</p>
     <p>— А сколько завербованных остается в живых? — спросил Шелдон.</p>
     <p>— Половина. Человек тридцать. Из них два десятка валяются, а десять кое-как еще держатся на ногах.</p>
     <p>Шелдон вздохнул.</p>
     <p>— Значит, госпиталь придется развернуть. Надо как-нибудь их высадить на берег. Вайсбери, эй, ты, Вайсбери, звони в колокола, фелла, во всю мочь!</p>
     <p>Полевых работников, оторванных от дела в неурочный час, поделили на отряды. Одних послали в лес за бревнами для построек, других — за кровельным тростником, а сорок человек подняли вельбот, на головах отнесли его к берегу и спустили в воду. Шелдон стиснул зубы и нечеловеческим усилием воли лишний раз показал, что он в кулаке держит ускользавшую власть над Берандской плантацией.</p>
     <p>— Вы видели барометр? — крикнул ему с нижней площадки лестницы капитан Ольсон, отправлявшийся выгружать больных.</p>
     <p>— Нет еще, — ответил Шелдон. — А что, падает?</p>
     <p>— Упал здорово!</p>
     <p>— Так вы лучше оставайтесь на борту и ночуйте там, — посоветовал Шелдон, — не беспокойтесь о предстоящих похоронах. Я позабочусь о бедном Хью…</p>
     <p>— Один негр издох, мы бросили якорь.</p>
     <p>Капитан просто-напросто доводил до сведения хозяина о свершившемся факте, но в то же время как будто и ожидал приказания. Шелдон неожиданно вспылил.</p>
     <p>— Выкиньте его за борт! — вскричал он. — Ведь на них не напасешься могил!</p>
     <p>— Мне надо было только узнать, вот и все! — отвечал капитан, нисколько не обижаясь.</p>
     <p>Шелдон устыдился своей ребяческой выходки.</p>
     <p>— О-о, капитан Ольсон! — закричал он вдогонку. — Приходите, пожалуйста, если можно, навестить меня завтра утречком. Если же вам самим нельзя будет оторваться, присылайте штурмана.</p>
     <p>— Ладно, я сам приду к вам. Мистер Джонсон скончался, сэр. Я и забыл вам сказать. Три дня назад, сэр. Упокой, Господи, его душу.</p>
     <p>Шелдон проводил глазами капитана «Джесси», быстро удалявшегося по дорожке, размахивая руками и призывавшего все громы небесные на эти трижды проклятые Соломоновы острова.</p>
     <p>Потом он посмотрел на «Джесси», лениво колыхавшуюся на блещущих волнах, и перевел взгляд на северо-запад, где вырастали над островом Флоридой целые горы массивных и грозных туч. Отвернувшись от моря, он грустно посмотрел на своего компаньона и велел внести его в комнату. Но Хью Друммонд уже расставался с жизнью. Дыхания уже не было слышно. Прикоснувшись к его телу рукой, Шелдон убедился, что температура умирающего стремительно падает. Должно быть, она уже понижалась в то время, когда градусник показывал 41. Больной догорал. Шелдон опустился перед ним на колени. Его обступила домашняя челядь в белых сорочках и трусиках, резко контрастировавших с их темной лоснящейся кожей, дикими лицами, обвешенными тяжелыми серьгами и блестящими кольцами. Наконец, Шелдон кое-как приподнялся и опять повалился, как подкошенный, в свое кресло. Как ни тяжела была весь день жара, теперь ее гнет увеличился еще более. Становилось трудно дышать. Больной положительно задыхался. На лицах и голых телах собравшихся прислужников крупными каплями выступил пот.</p>
     <p>— Хозяин, — робко заикнулся один из них, — идет ветер, большой ветер.</p>
     <p>Шелдон, молча и не оборачиваясь, кивнул головой. Он был очень привязан к Друммонду. Кончина друга и предстоящие похороны прибавляли новое и невыносимо тяжелое бремя ко всему тому, что он уже перенес. Его охватило такое чувство, — нет, не чувство, а полная уверенность в том, что ему не остается ничего другого, как махнуть рукой на все, сомкнуть веки, забыться и раствориться в бесконечности, умереть. Он знал, что так будет. Казалось, стоило только закрыть глаза и отдаться течению, ибо жизнь его уже висела на волоске и поддерживалась единственно лишь усилием воли. Ему казалось, что начинается агония и что предсмертные муки готовы накинуться и окончательно растерзать его бренное тело. Глупо было цепляться за жизнь. Он столько раз уже умирал. К чему умножать эти мучительные опыты, отодвигая от себя настоящую смерть? Ведь он нисколько не страшится и даже призывает ее. Его изможденная плоть и подавленный дух ищут смерти. Огонь едва тлеет, так пусть же погаснет. Но его мозг продолжал работать, и он наблюдал за тем, что происходило на побережье. Два вельбота пристали к берегу. Высаженные больные, — одни — на носилках, другие — на плечах у товарищей, — тащились печальной процессией. Шелдон видел, как гонимые ветром тучи заволокли небо, и вспомнил о больных чернокожих в бараке. Там, наверно, ожидали от него каких-нибудь распоряжений. Лежать и спать или умирать, когда предстояло выполнить неотложную задачу, было противно его натуре.</p>
     <p>Приказчикам было велено спешно укрепить барак и обе его пристройки, использовав, между прочим, для этой цели недавно приобретенную и только-что выкрашенную длинную якорную цепь, развешанную на перекладинах под домом.</p>
     <p>Другие сподручные принесли гроб, кое-как сколоченный из нескольких пустых ящиков, и уложили в него под наблюдением Шелдона бездыханное тело умершего друга. Шестеро прислужников понесли покойника на песчаный берег, а седьмой поволок туда же на плечах своего господина, повисшего на его черной шее с молитвенником в руках.</p>
     <p>Пока хозяин читал отходную, чернокожие боязливо поглядывали на потемневшие волны и громоздившиеся на небе зловещие тучи.</p>
     <p>Первое дуновение приближавшейся бури, очень слабое, нежное, но свежее и живительное, коснулось его истомленного зноем тела, когда он закончил чтение и закрыл молитвенник. Второй порыв ветра, резкий и бурный, налетел после того, как слуги взялись за лопаты и начали торопливо засыпать могилу песком. Порыв был так силен, что Шелдон, все еще стоявший на ногах, уцепился за своего возницу, чтобы не упасть. «Джесси» куда-то скрылась; море заклокотало мелкими пенистыми волнами. Оно превратилось в кипящий котел. Со всех сторон доносился глухой стук градом падавших на землю кокосовых орехов. Высокие гибкие пальмы извивались и щелкали, как хлысты. В воздухе летали сорванные листья, из которых каждый легко мог своим черенком размозжить голову человеку. Хлынул дождь, как во время потопа. Косой ливень низвергался рекой под таким острым углом, что, казалось, были нарушены законы тяготения. Чернокожий слуга, тащивший на своей спине Шелдона, пригибался как можно ниже, опасаясь свалиться с ног, и шагал широко.</p>
     <p>«Он опочил теперь навеки, Забылся непробудным сном…» — пронеслось в голове у Шелдона при мысли о покойнике, зарытом в сырой песок и мирно почивающем теперь в гробу, сквозь щели которого сочится дождевая вода.</p>
     <p>Они с трудом подвигались вперед. Остальные чернокожие шли за ними вплотную сомкнутым строем. Между ними были и такие, которых сильно подмывало воспользоваться удобным случаем: сбросить всадника на песок, растоптать и смешать его с грязью. Но дуло автоматического револьвера, торчавшее у него из-за пояса, и неуязвимость этого бесстрашного человека обуздывали их злобу, и вместо того, чтобы напасть на него, они старались, наоборот, помочь ему укрыться от бури.</p>
     <p>Шелдон промок до костей и выбился из последних сил, но, несмотря на страшную слабость, он, к немалому своему удивлению, переодевшись, вдруг почувствовал себя несравненно лучше. Очевидно, организм справился с болезнью, и наступил благодетельный перелом.</p>
     <p>— Только бы не схватить теперь лихорадки! — проговорил он вслух, и тут же решил принять порцию хинина, как только немного окрепнет.</p>
     <p>Он выполз на веранду. Ливень пронесся, дождя уже не было, но ветер бушевал во всю мочь. Море взыграло, и огромные длинные волны вздымали загнутые гребни свои до высоты двухсот ярдов и с грохотом разбивались о берег. «Джесси» бешено прыгала на своих двух якорях, и каждая вторая или третья волна перекатывалась через ее палубу. Два флага упруго извивались на гарделе<a l:href="#n_542" type="note">[542]</a> подобно двум листам гибкой жести. Один был синий, другой — красный. На Беранде этот условный сигнал означал: «Каков ваш приказ? Не попытаться ли выслать на берег лодку?» Шелдон знал это, но, прежде чем ответить, он все-таки подошел к стене, где между полкой с сигнальными флагами и таблицей правил биллиардной игры висела диаграмма сигнального кодекса, и проверил по ней значение условных знаков. После этого приказал вывесить на гафеле флагштока белый флаг, а под ним еще другой, красный, что означало: «Спешите укрыться к Нил-Айланду!»</p>
     <p>Что капитан Ольсон нетерпеливо ожидал именно такого сигнала, было видно из той поспешности, с которой были подняты якоря. «Джесси» дрогнула и понеслась на зарифленных парусах<a l:href="#n_543" type="note">[543]</a>, галопируя, как скаковая лошадь, и обогнула Бейльсунскую отмель, отойдя от нее на половину кабельтова<a l:href="#n_544" type="note">[544]</a>. Но тут на нее налетел новый ужасающей силы шквал и подхватил, как легкое перышко.</p>
     <p>Всю эту ночь Шелдон проспал, как убитый. Он не слышал, как свирепствовал шторм, как яростные шквалы опустошали Беранду, как они вырывали с корнем деревья, как они сорвали крышу с сушильни и потрясли дом на его свайных столбах. Он ничего этого не слышал. Он не проснулся ни разу, ни разу не шевельнулся и не видел никаких сновидений. На утро, поднявшись, он почувствовал себя обновленным и свежим. У него появился аппетит. Целую неделю он не мог ничего есть. Теперь же охотно выпил стакан разбавленных водой сливок, а в десять часов рискнул подкрепиться тарелкой бульона.</p>
     <p>Его порадовало также и положение дел в бараке. Вопреки ожиданиям и несмотря на бушевавшую бурю, никто из больных за ночь не умер, и вновь заболел всего лишь один человек; зато оказалось около полдюжины выздоравливающих, которые поднялись на ноги и разбрелись по домам. Эта резкая перемена крайне озадачила Шелдона. Можно было подумать, что сильный ветер развеял заразу и очистил страну от эпидемии.</p>
     <p>К одиннадцати часам прибыл посланный с Бейльсуны с известием от Сили. Он сообщил, что «Джесси» выбросило на берег на полдороге между Бейльсунской отмелью и Нил-Айландом. Поздним вечером прибыли двое из команды и донесли, что капитан Ольсон и третий из товарищей утонули при крушении шхуны. Что касается самого судна, то Шелдон из их слов убедился, что оно окончательно для него потеряно. К довершению удовольствия он почувствовал лихорадочную дрожь. Через каких-нибудь полчаса он уже горел, как в огне. Ему было известно, что хинин можно будет принять не раньше, как через день после начала болезни. Он свернулся под ворохом одеял и, полежав немного, вдруг разразился неистовым хохотом. Дальше некуда идти; он достиг предельной черты. Все решительно беды обрушились на него. Недоставало разве только потопа или землетрясения. Остальные он все испытал. Впрочем, «Флибберти-Джиббет», пожалуй, избегла участи «Джесси». Она могла укрыться в проливе Мболли. Ничего худшего не могло случиться, и ему ничего не остается больше, как сложить руки и ждать событий. Вот почему он хохотал, как сумасшедший, лежа под одеялами и дрожа так, что не попадал зуб на зуб. А черные, столпившись кучкой, дивились, разиня рот, на хозяина, которым завладели дьяволы.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IV</p>
      <p>Джен Лэкленд</p>
     </title>
     <p>Прошло два дня. Северо-западный продолжал свирепствовать. Шелдон впал в полную расслабленность от обуявшей его лихорадки. Хотя это была самая простая, обыкновенная малярия, но она так извела за эти два дня надломленный организм, как будто бы трепала его уже суток десять. Зато Беранда избавилась от дизентерии. Человек двадцать выздоравливающих еще остались в бараке, но быстро поправлялись. За последние дни умер только один больной, тот самый, брат которого так жалобно причитал, пока его кусали мухи.</p>
     <p>Утром, на четвертый день болезни, Шелдон лежал на веранде и мрачно глядел на бушующий океан. Ветер затихал понемногу, но гигантские волны все еще грохотали, разбиваясь о песчаную отмель Беранды, и брызги прибоя долетали до холмиков, на которых стояли флагштоки; клубившаяся пена докатывалась почти до самых ворот ограды. Шелдон проглотил тридцать гран хины, от которой в ушах жужжало, как в осиновом гнезде, тряслись колени и закатывались глаза. Опомнившись, он увидел нечто, похожее на сон. Недалеко от берега, на месте бывшей стоянки «Джесси», из гребня высокой волны вдруг выставился нос какого-то вельбота и тут же скользнул вниз и исчез, как полагается исчезать всякому не призрачному, а настоящему вельботу, ныряющему в волнах во время шторма. Шелдон твердо знал, что никакого вельбота там быть не могло; кроме того, был совершенно уверен, что на всем протяжении Соломоновых островов не найдется такого безумца, который решился бы пуститься в море на лодке в такую погоду. Однако, странное видение не исчезало. Он зажмурился, чтобы прогнать его, и посмотрел опять через минуту. На этот раз вельбот, взлетевший на гребень новой волны, показался весь, целиком. Три пары гребцов сидели на веслах, а у кормы, резко выделяясь на белом пенистом фоне, стоял настоящий великан, навалившийся всем своим корпусом на рулевое весло. Все это было ясно видно, как на ладони; да еще на носу сидел восьмой человек, наклонившийся вперед и приглядывавшийся к берегу. Но что больше всего поразило его, так это фигура женщины, сидевший на капитанском месте, между гребцами и штурманом. Да, разумеется, это была женщина. Вот выбилась прядь ее волос и развевается по ветру, а она безуспешно пытается овладеть прядью и запрятать под шляпу, точь в точь похожую на его собственный «Баден-Пауэль».</p>
     <p>Лодка нырнула вниз и снова взмыла на новом гребне. Он опять уставился на нее. Люди отличались от туземцев Соломоновых островов большим ростом и бронзовым оттенком кожи; но лицо женщины было положительно белое. Он терялся в догадках: что за человек эта женщина и что ее сюда привело. Его живо заинтересовало это загадочное явление, но он все еще не верил своим глазам и думал, что это мираж. Но он ясно видел, что гребцы старательно налегали на весла, а женщина и штурман зорко следили за выраставшими позади них громадами.</p>
     <p>«Отличные моряки», — подумал Шелдон, увидев, как лодка вскочила на гребень колоссальной волны и как быстро заработали весла, удерживая эту скорлупу на вершине двигающегося холма, стремительно гнавшего ее к берегу. Маневр удался как нельзя лучше. Вельбот, уже зачерпнувший немало воды, вынесло на песчаную прибрежную отмель. Гребцы выскочили из него, подтащили его к воротам и поставили носом к столбу. Шелдон тщетно звал своих слуг, которые еще не успели вернуться из барака, где они раздавали лекарства выздоравливающим больным, сам же он был неспособен подняться и пойти навстречу гостям. Ему ничего не оставалось делать, как, лежа, ждать, пока они управятся с лодкой. Время тянулось ужасно медленно. Люди возились около вельбота, а женщина стояла возле них, опершись рукой о забор. По временам вода добиралась до ее ног, обутых в резиновые морские полусапожки. Женщина испытующе поглядывала в сторону дома и при этом косилась на развалившегося в кресле хозяина. Наконец, она подозвала к себе двух проводников и вместе с ними направилась по дорожке к дому.</p>
     <p>Шелдон попробовал приподняться немного в кресле, но тотчас же обессиленный упал. Он удивился высокому росту мужчин, сопровождавших девушку. Рядом с нею они казались богатырями. Молодцы были ростом футов по шести и широкоплечие. Он ни разу еще не видел таких крупных островитян. Их нельзя было назвать чернокожими. Цвет их кожи был скорее светло-коричневый; а черты лица, правильные и округленные, отличались своеобразной мужественной красотой.</p>
     <p>Женщина, или, вернее, девушка, взошла на веранду, сопровождавшие же ее остановились наверху лестницы и с любопытством разглядывали жилье. Гостья была, очевидно, не в духе. Шелдон заметил, когда она подходила к нему, что серые глаза ее мечут искры, а губы дрожат. Он решил, что девушка с сильным характером. Но глаза у нее удивительные. Сначала ему показалось, что они серые, а потом, что как будто и нет или, по крайней мере, не совсем. Большие и широко расставленные, они сверкали из-под насупленных тонких бровей. Строгий профиль лица напоминал античную камею. Поразили его также и некоторые другие особенности: ковбойская шляпа «Стэтсон», густые, темные косы и длинноствольный револьвер Кольта № 38, висевший на поясе в кобуре.</p>
     <p>— Гостеприимный хозяин, нечего сказать, — произнесла она взамен приветствия. — По-видимому, вы совершенно равнодушны к бедным чужеземцам, которые тонут или выбрасываются на берег на ваших глазах.</p>
     <p>— Я… я прошу прощения, извините, — пробормотал Шелдон невнятно, привставая с кресла с невероятным трудом.</p>
     <p>Ноги его подкосились, дыхание захватило и он почувствовал, что опускается на пол. Но, падая в обморок, он успел подметить выражение испуга в глазах встревоженной незнакомки, и это доставило ему мимолетное утешение. Последней его мыслью было, что первый раз в жизни он теряет сознание.</p>
     <p>Удар колокола вывел его из забытья. Придя в сознание, он увидел, что лежит на своей постели в комнате. Часы показывали седьмой час, а по направлению заливавших комнату солнечных лучей он догадался, что было утро. Прежде всего он подумал, что на него было совершено какое-то покушение. Потом он увидел висевшие на стене шляпу «Стэтсон», пояс с патронами и длинноствольный револьвер Кольта № 38.</p>
     <p>Изящный ремешок перевязи напомнил ему что-то женственное, и он сразу представил себе всю картину событий вчерашнего дня. В воображении мелькнули: вельбот, серые глаза, сверкавшие задорным огоньком, и насупленные брови. Должно быть, это она и звонила сейчас в колокол. Спешные заботы опять нахлынули на него; он приподнялся на кровати, опираясь о стенку, и кисейный полог от москитов закружился перед его глазами. Он все еще сидел в таком положении, закрыв глаза, чтобы избавиться от головокружения и держась за стену, как вдруг услышал голос самозваной сиделки:</p>
     <p>— Извольте снова прилечь, милостивый государь!</p>
     <p>Интонация была повелительная, резкая, свидетельствующая о решительном и своенравном характере девушки.</p>
     <p>Вместе с тем он почувствовал, что одной рукой его заставляют лечь спиной на подушку, а другой осторожно поддерживают сзади, смягчая падение.</p>
     <p>— Вы пролежали без сознания целые сутки, — добавила она, — мне пришлось взять все хозяйство на себя. Вы не встанете с постели, пока я вам этого не разрешу, не раньше. Скажите, какое лекарство вы принимаете? Хинин? Вот порошок в десять гран. Так, хорошо. Вы должны меня слушаться.</p>
     <p>— Милая барышня… — запротестовал он.</p>
     <p>— Замолчите, вам не позволяется говорить, — перебила она его, — то есть спорить нельзя. Говорить что-нибудь другое вы можете.</p>
     <p>— Но плантация…</p>
     <p>— Плантация не нуждается в вашей смерти. Не хотите ли узнать что-нибудь обо мне? Ваше молчание обижает меня. Я потерпела кораблекрушение, а вам до меня, как будто, нет никакого дела, и у вас только и разговора, что об этой злосчастной плантации. Разве вы не чувствуете, что я сгораю желанием рассказать кому-нибудь о моем первом кораблекрушении?</p>
     <p>Шелдон улыбнулся. Это была первая его улыбка за все эти долгие, мучительные недели. И улыбку эту вызвали не столько сами слова, сколько сопровождавшее их выражение лица этой девушки, веселое, шутливое и лукавое в одно и то же время, ее смеющиеся глаза и уморительные гримасы. Его заинтересовало, сколько ей может быть лет, и он ответил:</p>
     <p>— Да, пожалуйста, расскажите!</p>
     <p>— Нет, не стану, теперь не стану, — возразила она капризно, тряхнув головкой. — Я найду себе какого-нибудь другого собеседника, которого не придется упрашивать выслушать интересную историю моих приключений. Прежде всего мне нужны ваши указания. Когда надо звонить в колокол на полевые работы, я уже знаю, но этим ограничивается почти все то, что мне удалось выведать до сих пор. Я не понимаю диковинного жаргона ваших людей. Когда им звонить на обед?</p>
     <p>— В одиннадцать часов. Во втором часу они снова принимаются за работу.</p>
     <p>— Хорошо, благодарю вас. А теперь извольте сказать, где находится ключ от кладовой? Мне нужно накормить своих людей.</p>
     <p>— Ваших людей?! — воскликнул он с ужасом. — Консервами? О, нет! Пошлите их в людскую: пусть обедают вместе с рабочими.</p>
     <p>Глаза девушки сверкнули так же, как и третьего дня, и брови ее так же точно насупились.</p>
     <p>— Этого я не допущу; мои слуги — люди. Я побывала в ваших жалких бараках и видела, чем питаются эти несчастные рабочие, фу, картошкой. Без соли. Без всякой приправы. Одним только картофелем. Может быть, я не разобрала как следует, но они, кажется, уверяли, что никогда ничего другого не видели за столом. Два раза в день, и так всю неделю. Неужели правда? Мои люди ни за что на свете не согласились бы на такой режим. Где ключи?</p>
     <p>— Они висят на вешалке над часами.</p>
     <p>Он уступил довольно кротко, но когда она отыскала ключи и стала снимать их, то услышала, как он пробормотал:</p>
     <p>— Этого еще не хватало, неграм консервы!</p>
     <p>Замечание это задело ее за живое. Она рассердилась не на шутку и вся вспыхнула румянцем.</p>
     <p>— Мои люди — не негры; чем вы скорее это усвоите, тем будет лучше для наших взаимных отношений. Что же касается консервов, то я за них заплачу. Пожалуйста, не беспокойтесь на этот счет. Вам не следует волноваться, это может вам повредить. А я не засижусь у вас долго: я пробуду здесь до тех пор, пока вы не поправитесь, и уеду с сознанием, что не оставила на произвол судьбы нуждающегося в помощи белого человека.</p>
     <p>— Вы — американка, скажите? — спросил он смиренно.</p>
     <p>Неожиданный вопрос несколько смутил ее.</p>
     <p>— Да, американка, — призналась она, косясь на него вопросительно. — А вам на что это нужно знать?</p>
     <p>— Так себе, ни за чем. Я так и думал!</p>
     <p>— Продолжайте!</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Что вы хотите этим сказать? — спросил он.</p>
     <p>— О, ничего. Я подумала, что вы собрались отпустить какую-нибудь шутку по этому поводу.</p>
     <p>— А меня зовут Шелдон, Давид Шелдон, — сказал он просто, протягивая ей свою исхудалую руку.</p>
     <p>Она сначала попятилась, но потом тоже отрекомендовалась:</p>
     <p>— Мое имя Лэкленд, Джен Лэкленд. Ну, будем друзьями, — сказала она, пожимая протянутую руку.</p>
     <p>— Иначе и быть не могло… — заикнулся он.</p>
     <p>— Так что же, могу я кормить своих людей вашими консервами? — повторила она.</p>
     <p>— До тех пор, пока не пригонят коров, — пошутил он, подлаживаясь под ее игривое настроение. — В Беранду, хочу я сказать. Вы понимаете, что у нас тут, в Беранде, коров не водится.</p>
     <p>Она холодно посмотрела на него.</p>
     <p>— Что это, шутка?</p>
     <p>— Право не знаю… я… я полагаю, что да… но, впрочем, вы видите — я совсем болен.</p>
     <p>— А вы англичанин? Да? — спросила она после некоторой паузы.</p>
     <p>— Нет, это уже чересчур даже и для больного человека! — воскликнул он. — Вы и без того знаете, что я англичанин.</p>
     <p>— О, — сказала она рассеянно, — я так и знала, что вы англичанин.</p>
     <p>Он нахмурился, поджал губы, но потом прыснул со смеху, и они оба весело расхохотались.</p>
     <p>— Сам виноват, — признался он. — Не надо было поддразнивать вас. Вперед буду осторожнее.</p>
     <p>— Продолжайте в том же духе, а я пойду готовить завтрак. Чего бы вам хотелось съесть?</p>
     <p>Он отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Вам будет полезно чего-нибудь скушать. Лихорадка у вас прошла, и остается только окрепнуть. Подождите чуть-чуть.</p>
     <p>Она выбежала из комнаты, подняв с пола у дверей непомерно большие сандалии, и, сконфузившись, побежала на кухню.</p>
     <p>«Клянусь, она унесла мои сандалии, — подумал он про себя. — Бедняжка! У нее нет ничего, кроме резиновых сапог, в которых ее выбросило на берег».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава V</p>
      <p>Она хочет стать плантатором</p>
     </title>
     <p>Шелдон стал быстро поправляться. Лихорадка скоро прошла, и осталось только набираться сил. Джен завладела кухней, и за обедом в Беранде появились такие вкусные блюда, от которых Шелдон давно уже отвык. Джен сама приготовляла кушанье для выздоравливающего, и благодаря ее заботливому уходу за какие-нибудь двое суток Шелдон окреп настолько, что уже мог понемножку прогуливаться по веранде. Создалось весьма странное положение, которое решительно ставило Шелдона в тупик; но удивительнее всего, что девушка, по-видимому, совершенно не замечала никакой неловкости. Она расположилась здесь, как у себя дома, и вошла в роль домашней хозяйки, как будто гостила у родного отца или брата, или же, как будто сама была тоже мужчиной.</p>
     <p>— Какое интересное приключение, говорила она. — Это похоже на страницу романа. Море забрасывает меня в неведомые страны, где я нахожу беспомощного больного окруженного двумя сотнями рабов…</p>
     <p>— Наемников, — внес поправку Шелдон, — законтрактованных по договору рабочих. Они закабаляются только на три года и вступают в соглашение добровольно.</p>
     <p>— Так, так, — перебила она торопливо, — и где я встречаю полуживого белого человека, окруженного двумястами завербованных людоедов. Ведь они людоеды, не так ли? Или это все только басни?</p>
     <p>— Басни, — улыбнулся он. — Хороши басни, нечего сказать. Добрая половина моих батраков — людоеды. Они бы не задумались скушать вас, если бы им представился подходящий для этого случай.</p>
     <p>— Что вы говорите?! — обомлела она. — Это только предположение или же вы серьезно в этом убеждены?</p>
     <p>— Убежден.</p>
     <p>— Почему? На каком основании? Ваши собственные рабочие…</p>
     <p>— Да, да, мои собственные рабочие и домашние слуги и даже тот самый поваренок, который благодаря вам научился делать такие вкусные пирожки. Не далее как три месяца тому назад одиннадцать человек из них утащили у меня вельбот и бежали на Малаиту. Девять беглецов добрались до Малаиты. Остальные двое были с Сан-Кристоваля.<a l:href="#n_545" type="note">[545]</a> Что за идиоты эти двое с Сан-Кристоваля! Ведь то же самое произошло бы, если бы двое малаитян доверились девяти туземцам с Сан-Кристоваля и сели с ними в одну лодку!</p>
     <p>— Как? — спросила она порывисто. — Что вы хотите этим сказать?</p>
     <p>— А то, что девять человек родом с Малаиты съели двух человек родом с Сан-Кристоваля, и съели дочиста, оставив нетронутыми одни только головы, ибо головы у них расцениваются слишком дорого и предназначаются для другого употребления. Они их сунули под палубу, а теперь эти две основательно прокопченные головы вывешены напоказ в какой-нибудь деревушке, расположенной в лесах Ланга-Ланга.</p>
     <p>Она всплеснула руками, и глаза ее закрылись.</p>
     <p>— Так они в самом деле подлинные людоеды! Каково! В двадцатом столетии! А я-то сокрушалась, что романы и приключения отошли в вечность.</p>
     <p>Шелдон высоко поднял брови и покосился на нее с притворным недоумением.</p>
     <p>— В чем дело? — задорно спросила она.</p>
     <p>— Не взыщите, пожалуйста, только мне кажется, что перспектива быть съеденным кучкой грязных дикарей не отличается особенно заманчивой романтической прелестью.</p>
     <p>— Нет, нет! — подхватила она. — Но попасть в их среду, наблюдать за ними, управлять целыми сотнями таких дикарей и избежать той участи, на которую вы намекаете, это если и не романтично, то, во всяком случае, составляет квинтэссенцию приключений. А мир приключений и романтики тесно связаны между собой, как вы знаете.</p>
     <p>— Так что, по-вашему, очутиться в брюхе негра, это — квинтэссенция приключений? — улыбнулся он благодушно.</p>
     <p>— У вас положительно нет ни капли поэтического чутья! — воскликнула Джен. — Вы так же тупы, угрюмы и скаредны, как все те скучные деловые люди, которые, бывало, приходили к нам в гости. Зачем вы только сюда забрались, не понимаю. Вам бы следовало оставаться дома и мирно прозябать в роли какого-нибудь банковского клерка или… или…</p>
     <p>— Или лавочника. Благодарю!</p>
     <p>— Да, именно что-нибудь в этом роде. Какими судьбами вас занесло сюда, на край света?</p>
     <p>— Я хочу зарабатывать хлеб и пробить себе дорогу.</p>
     <p>— «Горек путь младшего сына. Нелегко ему устроить себе очаг и обзавестись седлом»<a l:href="#n_546" type="note">[546]</a>, — продекламировала она нараспев. — Что может быть романтичнее этого положения? Подумайте, сколько этих обездоленных младших сыновей скитается по миру в поисках «очага и седла» и сколько бесчисленных приключений открывается на их горьком пути. И вот мы оба вступили на этот путь и забрели в самую чащу.</p>
     <p>— Я… я прошу извинения… — заикнулся он.</p>
     <p>— У меня нет ни очага, ни седла, да и вообще ничего и никого не осталось; и я тоже, подобно вам, забралась на край света.</p>
     <p>— Готов согласиться, что в вашем положении, действительно, имеется известная доля романтизма, — признался он.</p>
     <p>Шелдон невольно подумал о том, как эта девушка проводит ночь на веранде в гамаке, под пологом от москитов и как ее сторожат эти телохранители — таитяне, прикорнув поодаль в углу.</p>
     <p>До сего дня он по болезни не мог воспротивиться этому, но теперь он непременно настоит на том, чтобы она ночевала в доме, а сам перейдет на веранду.</p>
     <p>— Знаете, я всю жизнь мечтала о приключениях, но я встречалась с ними только в романах. Мне никогда и в голову не приходило, что я на самом деле буду переживать что-нибудь в этом роде. Все это произошло как-то совершенно неожиданно. Года два тому назад я была вполне уверена, что впереди… — Тут она замялась немного и скривила губки. — Да, мне казалось, что впереди у меня одна только перспектива — замужество.</p>
     <p>— И вы предпочли этой перспективе общество каннибалов и «Кольт», — подсказал он с улыбкой.</p>
     <p>— О людоедах я не помышляла, но перевязь с патронами… Да, это я люблю.</p>
     <p>— Но, наверное, вы не решились бы выстрелить из револьвера даже в случае крайней необходимости. А если бы и спустили курок, — добавил он, — то, наверное, промахнулись бы.</p>
     <p>Она вскочила и направилась к дверям. Он догадался, что она пошла за своим револьвером.</p>
     <p>— Постойте, куда вы? — остановил он ее. — Вот мой револьвер. Но что вы с ним будете делать?</p>
     <p>— Я попаду вон в тот блок на флагштоке.</p>
     <p>Он недоверчиво улыбнулся.</p>
     <p>— Только вот я незнакома с этой системой, — промолвила она нерешительно, поворачивая во все стороны револьвер хозяина.</p>
     <p>— Курок не тугой. Нажимайте слегка!</p>
     <p>— Знаю, знаю, — перебила она торопливо. — Автоматический… стоит только нажать. Но система другая. — Она тщательно осмотрела оружие. — Он заряжен. Много ли в нем патронов?</p>
     <p>Она выстрелила в цель, но блок не дрогнул.</p>
     <p>— Чересчур далеко, — сказал он ей в утешение.</p>
     <p>Но Джен закусила губы и выстрелила вторично. Пуля взвизгнула, отлетела рикошетом от цели. Металлический блок закачался во все стороны. Девушка продолжала стрелять, пока не выпустила все восемь зарядов, и шесть раз попала в цель. Блок не сорвался с гафеля, но был приведен в негодность. Шелдон изумился немало. Очевидно, эта барышня стреляет лучше его и даже покойника Хью Друммонда. Женщины, которых он видел до сих пор, когда, бывало, брались за ружье или револьвер, обыкновенно, закрывали глаза, ахали и палили в пространство…</p>
     <p>— Замечательное искусство… для женщины, — сказал он. — Вы только два раза промахнулись и притом стреляя из чужого револьвера.</p>
     <p>— Не понимаю, как это я могла два раза промазать? — сокрушалась она. — Такой чудесный револьвер. Дайте мне другую обойму, и я не промахнусь больше ни разу в какую хотите цель.</p>
     <p>— Верю вам на слово. Надо будет переменить блок. Вайсбери! Поди-ка, фелла, достань новый блок из кладовой.</p>
     <p>— Бьюсь об заклад, что вы не попадете подряд восемь раз в любую цель, — задорно проговорила она.</p>
     <p>— На этот счет не беспокойтесь, — ответил он. — А кто же вас учил стрелять?</p>
     <p>— О, сначала отец, а потом Фон и его ковбой. Папа был замечательный стрелок, но молодчина Фон не уступал ему нисколько.</p>
     <p>Шелдон подумал про себя, кем мог быть этот Фон? Уж не тот ли самый молодец, который внушал ей два года назад, что ее участь — замужество?</p>
     <p>— Где лежит ваша родина, в какой области Соединенных Штатов? — спросил он. — Чикаго, Чолинг или где-нибудь дальше? Ведь вы мне еще ничего про себя не рассказали. До сих пор я узнал только ваше имя; Джен Лэкленд неизвестно откуда.</p>
     <p>— Родина моя лежит гораздо дальше на запад.</p>
     <p>— А ну, постойте: Невада?</p>
     <p>Она отрицательно покачала головой.</p>
     <p>— Калифорния?</p>
     <p>— Еще того дальше!</p>
     <p>— Дальше идти некуда, или я позабыл географию.</p>
     <p>— Не географию, а политические события, — рассмеялась она. — Разве вы не помните про «аннексию»?</p>
     <p>— Филиппины<a l:href="#n_547" type="note">[547]</a>, — спохватился он.</p>
     <p>— Нет, Гавайские острова. Я родом оттуда. Прекрасная страна. Я все тоскую по ней. Мне пришлось побывать и на чужбине. Я жила в Нью-Йорке, когда случился крах. Но Гавайские острова… По-моему, нет лучше места на свете!</p>
     <p>— Но тогда каким-же образом и зачем вас занесло сюда, в эти позабытые Богом края? — удивился он, и добавил с горькой усмешкой: — Сюда приезжают искать счастья одни дураки.</p>
     <p>— Но Нильсона, однако же, нельзя было назвать дураком, не так ли? — возразила она. — Насколько мне известно, он составил себе тут состояние в три миллиона.</p>
     <p>— Да, это слишком верно, и вот это-то меня и заманило и привело сюда.</p>
     <p>— Так же, как и меня, — сказала она. — Папа наслышался про него, когда жил на Маркизских островах<a l:href="#n_548" type="note">[548]</a>, и мы с ним отправились в путь-дорогу. Только бедный папа не доехал до места.</p>
     <p>— Он умер, ваш папа? — заикнулся Шелдон.</p>
     <p>Джен кивнула в ответ головой и глаза ее затуманились слезами.</p>
     <p>— Лучше я вам расскажу все по порядку. — Она встряхнула головой, гордо отгоняя от себя нахлынувшие мрачные мысли, как подобает женщине, вооруженной длинноствольным кольтом и в «Баден-Пауэле» вместо шляпки. — Моя родина — Хило на острове Гаваи, самом большом и самом лучшем из всей группы Сандвичевых островов. Меня воспитали так, как обыкновенно воспитывают девочек в этих местах. Они растут на воле и выучиваются отлично ездить верхом и отлично плавать, не зная еще таблицы умножения. Про себя я не помню, когда мне случилось в первый раз вскарабкаться на лошадь и как я выучилась плавать. Во всяком случае, это было в ту пору, когда я еще не умела читать по складам. Папа владел обширными пастбищами на острове Гаваи и на острове Мауи. В одной Хохуне у него было с лишком двести тысяч акров луговой земли. Эта местность расположена между Маун Коа и Маун Лоа; там-то я научилась стрелять, охотясь за сернами и разной другой дичью. На Молокаи водятся тигры. Фон был управляющим в Хохуне. Обе дочери его были моими ровесницами и подругами, и летом я всегда жила вместе с ними и даже один раз прожила у них круглый год. Нас всех трудно было отличить от индианок. Нельзя сказать, чтобы мы стали дикарками, но мы страстно хотели уподобиться настоящим дикаркам. Само собой разумеется, что у нас были и гувернантки, и уроки, и шитье, и что мы занимались домашним хозяйством; но склонить нас ко всем этим скучным занятиям можно было только обещаниями дать лошадей и пустить на охоту.</p>
     <p>Фон был когда-то бравый вояка, а папа был старым морским волком, и оба они любили старую дисциплину; но ни у тех двух девочек, ни у меня не было матери, а они оба, бедняги, были вдовцы. Они отчаянно баловали нас. Можете судить, что это было, когда мы кончали уроки. Они забирали нас с собой на охоту и обращались с нами по-товарищески. Всякую домашнюю работу мы должны были научиться делать сами вдвое лучше, чем это делают местные слуги, и таким образом мы готовились с честью занять положение настоящих хозяек. Мы всегда сами приготовляли для них коктейль. Это дело настолько важное, что его никак нельзя было поручать слуге. И вообще, мы должны были выучиться все делать сами так, чтобы в случае надобности могли обойтись без посторонней помощи. Например, лошадей всегда, конечно, ловили и седлали нам ковбои, но мы и сами сумели бы при случае отправиться в загон и управиться с ними.</p>
     <p>— Что значит управиться? — спросил Шелдон.</p>
     <p>— А поймать коня, накинуть на него аркан, лассо. И папа и Фон показывали нам, как седлать лошадей, и проверяли строжайшим образом наши успехи в этом искусстве. То же самое по части револьверов и ружей. Обыкновенно, чистили и смазывали их наши слуги, но мы следили за тем, чтобы это сделано было основательно и аккуратно. На первых порах нас наказывали не раз то одну, то другую, отнимая на целую неделю ружье, если, бывало, проглядишь на нем какое-нибудь пятнышко неотчищенной ржавчины. Мы должны были уметь развести костер в сырую погоду и даже во время проливного дождя, когда кругом не найти сухой щепки. Кажется, ничего не может быть труднее этой задачи, разве только выучить урок по грамматике. От папы и от Фона мы перенимали гораздо больше, нежели от наших гувернанток. Папа выучил нас говорить по-французски, а Фон — по-немецки. Мы довольно сносно изъяснялись на обоих этих языках, и совершенствовались в них, сидя в седле или болтая во время привалов.</p>
     <p>Когда наступал холодный сезон, подруги навещали меня в Хило, где у отца было два своих дома, один из которых стоял на набережной. А то, бывало, отправимся втроем в другое папино имение — Пунта. Там у нас челноки, лодки, рыбная ловля, плавание. Тогда еще папа был членом Королевского Гавайского яхт-клуба и забирал нас с собой на гонки и в плавание. Понимаете, папу все время тянуло к морю. Четырнадцати лет я уже занимала в доме положение полноправной хозяйки и в качестве таковой распоряжалась всем штатом прислуги. Воспоминание об этом периоде жизни наполняет мое сердце гордостью. Когда же мне исполнилось шестнадцать лет, нас всех трех отправили в Калифорнию, в пансион Милля, считавшийся самым аристократическим. Там мы томились ужасно долго. Как мы рвались домой! Мы сторонились товарок, которые дразнили нас людоедками по той причине, что мы приехали с Сандвичевых островов, и язвительно подтрунивали, что будто бы наши предки загрызли капитана Кука, тогда как наши предки вовсе и не жили на этих островах, да и исторически это неверно.</p>
     <p>Я провела целых три года в пансионе Милля, разумеется, с перерывами во время каникулярных путешествий на родину. Кроме того, мы были в Нью-Йорке и прожили там два года. Тут разразился крах, сахарная плантация на острове Мади прогорела. Расчеты инженеров оказались неверными. Тогда папа затеял строить железную дорогу, которая получила прозвище «Сумасбродство Лэкленда», хотя в сущности это предприятие могло окупить себя при другой конъюнктуре. Но в то время оно только ускорило развязку. Прорытие канала Пелаулау нанесло окончательный удар нашему состоянию. И все бы это повернулось иначе, если бы только не совпало случайно с разразившейся на Уол-Стрите финансовой катастрофой. Дорогой, милый папочка! Он старался все это скрыть от меня. Но это ему не удалось: я случайно узнала о случившейся с ним беде из газет и поспешила вернуться домой. Перед этим мне жужжали в уши со всех сторон, что единственная карьера, достойная порядочной женщины, это — замужество, и тогда прощай романтизм. Как раз напротив: с тех пор, как отец разорился, передо мной стала раскрываться жизнь, полная романтизма.</p>
     <p>— Давно ли это произошло? — спросил Шелдон.</p>
     <p>— В прошлом году, во время промышленного кризиса и паники.</p>
     <p>— Постойте! — Шелдон принялся загибать пальцы с самым серьезным видом. — Шестнадцать плюс пять, плюс один — двадцать два. Итак, вы родились в 1887 году.</p>
     <p>— Да, но нельзя сказать, чтобы вы отличались особенной вежливостью.</p>
     <p>— Я, право, не знаю и весьма сожалею, — замялся он, — но вывод напрашивался сам собой.</p>
     <p>— Вы всегда так мило ведете себя? Или это английская манера? — В серых глазах ее блеснул огонек, а губки надулись. — Советую вам, мистер Шелдон, прочесть брошюру под заглавием «Американские жены и английские мужья», принадлежащую перу Гертруды Азертон.</p>
     <p>— Благодарю вас. У меня имеется эта книжка; она лежит вон там. — При этом он указал на заваленные книгами полки. — Впрочем, если не ошибаюсь, автор судит пристрастно.</p>
     <p>— Все, что направлено против англичан, вам будет казаться пристрастным, — возразила она. — Я терпеть не могу англичан. В последнее время у отца служил англичанин-приказчик. Папе пришлось все-таки его рассчитать.</p>
     <p>— Люди бывают разные. Нельзя судить по одному.</p>
     <p>— Но этот противный англичанин доставил нам массу неприятностей. Да-с. И, пожалуйста, не сбивайте меня с толку вашими неуместными замечаниями. Я не так уж глупа, как вы думаете.</p>
     <p>— Я вовсе не думал этого!</p>
     <p>— О, на этот счет… — Она вскинула голову и уже раскрыла было рот, собираясь возразить, но передумала. — Буду продолжать свое повествование. Папа лишился всего своего состояния и решил снова пуститься в плавание. Он всегда любил море, и я почти уверена, что он даже был в сущности рад, что обстоятельства сложились именно таким образом. Он положительно помолодел, и с утра до вечера возился с разными планами и приготовлениями. Он засиживался до глубокой ночи, обсуждая вместе со мной всевозможные подробности своего нового предприятия. Это было уже после того, как он убедился окончательно, что я, действительно, решилась не расставаться с ним…</p>
     <p>Он, видите ли, занимался когда-то ловлей жемчуга и жемчужных раковин в Южных морях и был совершенно уверен, что так или иначе, но можно будет из этого дела извлечь большую выгоду. Кроме того, папу чрезвычайно занимала мысль о разведении кокосовой плантации, а пока плантация начнет приносить доход, мы бы пробавлялись исканием жемчуга и кое-какими торговыми оборотами. Он променял свою яхту на шхуну, и мы пустились с ним в море. Я берегла его, как умела, и в то же время знакомилась с морским делом. У него не было шкипера, и он сам исправлял эту службу. Помощником его был датчанин, мистер Эриксон, а команда была смешанная; она состояла из японцев и гаваитян. Мы изъездили вдоль и поперек весь Южный архипелаг, и, наконец, папа выбился из сил. Все пошло прахом. Острова в это время переходили из рук в руки путем аннексий и политических разделов, а крупные компании, пользуясь этим обстоятельством, захватывали земли, присваивали себе торговые права, права на рыбную ловлю и всевозможные привилегии.</p>
     <p>Наконец, мы попали на Маркизские острова. Места были прекрасные, но туземцев уцелело очень немного. Отца крайне поразило неожиданное известие, что французы обложили пошлиной экспорт копры. Он считал эту меру пережитком средневекового невежества, но само место пришлось ему по душе. Там, в Нука-Хива, расстилалась на протяжении пятнадцати тысяч акров долина, которую омывал чудный, удобный для стоянки залив. Долина ему очень понравилась, и он приобрел ее за тысячу двести английских долларов. Но французская пошлина была весьма тяжела, — вот почему и земля так дешево ценилась, — а хуже всего было то, что ощущался крайний недостаток в рабочих руках. Туземцы — канаки — отказывались работать, а чиновники, казалось, просиживали целые ночи напролет, придумывая, какие бы поставить еще новые препоны на нашем пути.</p>
     <p>Положение наше оказалось безнадежным. Не прошло и шести месяцев, как папа окончательно в этом убедился. «Ладно, поедем на Соломоновы острова, — сказал он, — посмотрим, как живется людям под английским протекторатом. Ну, а если и там не посчастливится, тогда отправимся на Бисмарков архипелаг. Готов биться об заклад, что Адмиралтейские острова<a l:href="#n_549" type="note">[549]</a> находятся еще в диком состоянии». Сказано — сделано. Собрались, перенесли все свое имущество на борт корабля и набрали новую команду из таитян и маркизонцев. Мы уже было совсем приготовились двинуться в путь, намереваясь только остановиться на Таити для починки и переоснастки шхуны, как вдруг бедный мой папа слег и вскоре скончался.</p>
     <p>— И вы остались совсем одиноки?</p>
     <p>Джен печально наклонила голову.</p>
     <p>— Совсем, совсем. У меня не было ни братьев, ни сестер, а все папины родные погибли еще до моего рождения, в Канзасе<a l:href="#n_550" type="note">[550]</a>, во время случившегося там наводнения. Мне можно было, конечно, вернуться к дяде Фону. Его дом был всегда открыт для меня. Но к чему мне было туда возвращаться? Притом же папа не довел до конца своего предприятия, и я чувствовала, что он как бы завещал мне его довести до конца. Эта мысль меня увлекла, и я решила привести ее в исполнение. И… и вот я очутилась тут.</p>
     <p>Послушайтесь моего совета, — не вздумайте переселяться на Таити. Там восхитительная природа и очень милые туземцы. Но белые! Настоящие разбойники, воры, грабители, мошенники, — вот они кто. Честных людей там — раз-два и обчелся. Так как я женщина, то им обманывать меня было очень легко. Они придирались по всякому поводу, чтобы грабительски меня обсчитать, но врали они уже безо всякого повода или нужды.</p>
     <p>Бедного мистера Эриксона они ухитрились подкупить. Он перешел на их сторону и поддерживал все их претензии, хотя бы они доходили до тысячи за сто. Если они надували меня на десять франков, то ему отдавали три. Один уплаченный мною счет в пятнадцать тысяч франков доставил ему ровно пятьсот. Обо всем этом я узнала позднее. Но «Мьеле» была старая шхуна, необходимо требовала ремонта, и с меня драли не втридорога, а в семь раз больше, чем следует.</p>
     <p>Я так и не знаю до сих пор, сколько Эриксон заработал на этих операциях. Он жил на берегу в прекрасно обставленном доме. Плоды, овощи, рыба, мясо, лед доставлялись к нему в изобилии на дом совершенно бесплатно. Он получал все эти продукты от благодарных поставщиков. Впрочем, это не мешало ему постоянно горько сетовать на то, что эти подлецы его обижают. Нет, но ведь я же попала не в вертеп разбойников. Я была на острове Таити. Когда же разбойники, наконец, не поладили между собой и перессорились, то у меня открылись глаза. Один ограбленный грабитель зашел ко мне темным вечером и выдал своих товарищей, представив целый ряд фактов и документов. Я знала, что подать в суд равносильно полному разорению. Судьи там такие же взяточники, как и все прочие белые. Но придумала выход. Явившись к Эриксону поздней ночью, я застигла его врасплох. У меня в руках был тот самый револьвер, который вы знаете, и я заставила Эриксона выслушать неприятные вещи, не давая ему даже подняться с постели. Я отобрала у него тысячу девятьсот с лишним франков. Он не осмелился заявить в полицию, и с тех пор уже больше не показывался мне на глаза. Остальные же молодчики только посмеивались надо мной. Там жили два американца, которые сочли нужным предупредить меня, чтобы я ни в коем случае не обращалась в суд, если только не хочу расстаться со шхуной. После того я отправилась в Новую Зеландию и вывезла оттуда нового штурмана — немца. У него был капитанский диплом, и в судовых бумагах он числился у меня в этом чине, но я была лучшим, нежели он, мореплавателем и фактически была сама капитаном. Шхуна погибла, но не по моей вине. Мы дрейфовали целых четыре дня, попав в полосу мертвого штиля. Потом внезапно поднялся северо-западный ветер и погнал нас прямо к берегу. Мы старались взять паруса на гитовы<a l:href="#n_551" type="note">[551]</a>, но тут на деле сказались все мошеннические проделки корабельных мастеров на Таити. Утлегарь<a l:href="#n_552" type="note">[552]</a> и все реи сорвало. Нас могло спасти только одно: лечь на другой галс<a l:href="#n_553" type="note">[553]</a> и попытаться пройти между Флоридой и Изабеллой. Мы благополучно миновали этот пролив, но тут же в сумерках наткнулись на коралловый риф, хотя на морской карте в этом районе значилось двенадцать сажен глубины на самом мелком месте. Бедная старушка «Мьеле» стукнулась всего один только раз и пошла было дальше, но оказалось, что и легкого толчка она не могла перенести безнаказанно, и мы едва успели пересесть в шлюпку, прежде чем она пошла ко дну. Немец-штурман утонул. Всю ночь мы проболтались на водяном якоре, а на рассвете увидели вот эти ваши места.</p>
     <p>— Вероятно, теперь вы намерены вернуться к старому Фону? — спросил Шелдон.</p>
     <p>— Ни в коем случае. Ведь папа хотел поселиться на Соломоновых островах. Я хочу присмотреть себе тут подходящий кусочек земли и попробую насадить небольшую плантацию. Не можете ли вы указать мне где-нибудь неподалеку отсюда какое-нибудь недурное местечко и не слишком дорогое.</p>
     <p>— Клянусь Георгом, вы, янки, удивительные люди, воистину удивительные! — воскликнул Шелдон. — Могло ли мне во сне присниться нечто подобное, столь дерзкая предприимчивость?</p>
     <p>— Не предприимчивость, а погоня за приключениями, хотите вы сказать, — поправила она его.</p>
     <p>— Да, это так. Это называется любовь к приключениям. Однако, если бы вместо Гвадалканара<a l:href="#n_554" type="note">[554]</a> вас занесло на Малаиту, то уже давно вас превратили бы в жаркое вместе с вашими благородными таитянами и учинили бы над всеми вами «кай-кай».</p>
     <p>Джен поморщилась.</p>
     <p>— По правде сказать, — призналась она, — мы немножко побаивались приставать к вашему берегу. Я читала в «Морском указателе», что туземцы Гвадалканара отличаются коварством и жестокостью. Когда-нибудь я заберусь на Малаиту. Есть там плантации?</p>
     <p>— Никаких плантаций там нет. Туда не решаются заглядывать даже торговцы.</p>
     <p>— В таком случае я отправлюсь туда на каком-нибудь судне, производящем вербовку туземцев.</p>
     <p>— Немыслимо! — вскричал Шелдон. — Там женщинам не место!</p>
     <p>— А я все-таки поеду туда, — упрямо повторила она.</p>
     <p>— Ни одна порядочная женщина…</p>
     <p>— Осторожнее! — предупредила она. — Когда я уеду, то вы пожалеете, что позволили себе так выразиться по моему адресу.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VI</p>
      <p>Буря</p>
     </title>
     <p>В первый раз в жизни Шелдону случилось так близко соприкоснуться с американским характером в лице этой девушки, с которой волею судеб он теперь очутился под одной крышей. Ему легко могло бы прийти в голову, что все американские девицы похожи на Джен Лэкленд, как две капли воды, однако, у него хватило ума догадаться, что в ее характере преобладают не типичные, а совершенно оригинальные черты. Ее умственная живость и быстрая смена настроений часто огорашивали его, а ее убеждения были так непохожи на те правила поведения, какими должна была бы руководствоваться, по его мнению, всякая женщина ее круга, что он частенько терялся, становился в тупик и не знал, как к этому отнестись. Предвидеть ее слова и поступки не было никакой возможности. Наоборот, он всегда ждал услышать от нее что-нибудь самое необыкновенное. В ее движениях сквозила какая-то истеричность. Обладая бойким и порывистым нравом, она стойко отстаивала свою независимость. Это совершенно не соответствовало его представлению о женщине, рядом с которой находится мужчина. Он не понимал ее взглядов на женское равноправие, фактически проводимых ею при столкновениях с ним, и иной раз им овладевало бессознательное беспокойство при виде этой вынырнувшей при шуме урагана из морской пучины, потерпевшей крушение девицы, со свитой из дюжины полинезийцев, высадившихся у него в Беранде, перед этим грозившей револьвером Эриксону и удивлявшей его теперь своей развязностью и бесцеремонностью. Однако, все это вполне гармонировало как с ее «Баден-Пауэлем», так и с увесистым кольтом. Как бы там ни было, но она — не то, что о ней можно было подумать при первой встрече. И Шелдон не мог этого забыть.</p>
     <p>Если бы эта женщина отличалась стрижеными волосами, широкими скулами и неуклюжей фигурой, а не обладала бы столь привлекательной наружностью, — все это было бы в порядке вещей. Но она была полна чисто женственной красоты. Его особенно пленяла ее тяжелая, длинная коса. Она была статной, изящной девушкой, и его так неприятно поражал резкий тон ее громкой команды. Он представлял себе, как она закидывает на шею лошади лассо, и эта картина вызывала в нем неприятное чувство.</p>
     <p>Но мисс Лэкленд, кроме того, обладала еще самыми разнообразными способностями. Он удивлялся ее знаниям по части искусства и литературы, но что особенно задевало его за живое, это ее умение крепить паруса, бросать якорь и командовать шхунами в Южных морях. Что же касается поезди на Малаиту, то этот невозможный проект казался ему просто безобразным.</p>
     <p>Особенно смущала Шелдона женственность ее натуры. Она умела играть на фортепьяно, и даже лучше, кажется, его сестры, там, на родине, не говоря уже о бедняге Хью, который так отважно барабанил на этом самом инструменте. Когда же она бралась за гитару, напевая плавные, нежные гавайские «гулы», он приходил в совершенный восторг. В эти минуты она становилась очаровательной, и прелести этого чудного создания помогали ему забыть про дневные заботы и позабыть вместе с тем о ее кольте, «Баден-Пауэле» и прочем. Однако, тут же его начинала сверлить мысль: зачем эта девушка строит из себя мужчину и искателя приключений. Любительниц приключений называют авантюристками, и это ему вовсе не нравилось. К тому же Давид Шелдон и сам был не великий охотник до приключений. Он с детства никогда не стремился к таким вещам, и, право, ему трудно было бы теперь решить, какая блажь привела его из Англии на Соломоновы острова.</p>
     <p>Шелдону положительно не везло. Создавшееся неловкое положение чересчур резко расходилось с его консервативными взглядами и наклонностями. Беранда, где, кроме него, не было больше ни одного белого человека, по его мнению, — совсем неподходящее место для Джен Лэкленд. Он все время ломал себе голову, куда бы ее отсюда сплавить, и даже попробовал заговорить с ней об этом. На пароход из Австралии нельзя рассчитывать раньше, чем через три недели.</p>
     <p>— Я вижу одно, — процедила она в ответ на его слова, — вам неприятно мое присутствие; завтра я уезжаю на вельботе в Тулаги.</p>
     <p>— Но ведь я уже вам говорил, что это немыслимо! — воскликнул он. — Там нет ни души. Комиссар уехал в Австралию, и единственный белый человек там, это простой матрос, его третий помощник. Он олицетворяет теперь на Соломоновых островах всю правительственную власть и сторожит там сотню черных арестантов. Это такой болван, который постарается еще оштрафовать вас на пять фунтов стерлингов за то, что вы не прошли через таможню. Это человек совершенно неотесанный, и я настойчиво повторяю, что вам туда ехать немыслимо.</p>
     <p>— А если в Гувуту? — спросила она.</p>
     <p>Он только махнул рукой.</p>
     <p>— Там нет ничего, кроме болотной лихорадки и пяти белых, которые пьют целый день без просыпу. Я вас туда не пущу.</p>
     <p>— Благодарю покорно, — проговорила Джен невозмутимым тоном. — Пора собираться. Вайсбери! Пошли-ка ко мне Ноа-Ноа.</p>
     <p>Ноа-Ноа был у нее старшим матросом; он служил боцманом на «Мьеле».</p>
     <p>— Куда вы? Куда вы? — взмолился Шелдон. — Постой, Вайсбери!</p>
     <p>— Я немедленно отправляюсь в Гувуту!</p>
     <p>— Но я не согласен пустить вас.</p>
     <p>— Потому-то я и поеду. Вы позволяете себе говорить со мной таким тоном, которого я не переношу.</p>
     <p>— Что такое? — Он не мог понять, почему она так рассердилась. — Если я вас чем-нибудь невольно обидел…</p>
     <p>— Вайсбери! Ступай же, тебе говорят, позови сюда фелла Ноа-Ноа! — топнула Джен.</p>
     <p>Чернокожий двинулся исполнять приказание.</p>
     <p>— Вайсбери, ни с места, или я размозжу тебе череп! Я настаиваю на объяснении, мисс Лэкленд! Скажите на милость, чем я провинился перед вами?</p>
     <p>— Вы воображаете, вы смеете… — она поперхнулась и невольно замолкла.</p>
     <p>Шелдон совершенно опешил.</p>
     <p>— Признаюсь откровенно, от всего этого у меня голова идет кругом, — произнес он. — Объясните же, наконец, поясней!</p>
     <p>— Я, кажется, выражаюсь достаточно ясно, и в этом отношении не уступаю вам. Ведь вы же позволили себе заявить, что не пустите меня ехать в Гувуту.</p>
     <p>— А что же тут такого?</p>
     <p>— А то, что вы не в праве позволять или запрещать мне что бы то ни было, и никто другой не имеет на это ни малейшего права. Я не маленькая, не нуждаюсь в опеке и не за тем приехала на Соломоновы острова, чтобы найти здесь няньку.</p>
     <p>— Но долг каждого джентльмена быть заступником женщины.</p>
     <p>— Я не принадлежу к числу тех, которые в этом нуждаются. Надеюсь, вы разрешите мне послать вашего прислужника за Ноа-Ноа. Я намерена распорядиться, чтобы спустили вельбот. Или мне самой прикажете идти за ним?</p>
     <p>Они выпрямились оба и стояли друг перед другом: она с пылающим лицом и злыми глазами, а он — растерянный, взволнованный и огорченный.</p>
     <p>Черный слуга застыл на месте, как каменное изваяние, и безучастно наблюдал этих непонятных белых людей. Ему мерещилась в это время родная деревушка, заброшенная в зеленых джунглях Малаиты, соломенные хижины и голубой дымок на сером фоне скалистых гор.</p>
     <p>— Надеюсь все-таки, что благоразумие удержит вас от подобного предприятия! — рискнул сказать Шелдон.</p>
     <p>— Вы опять за свое! — вспыхнула она.</p>
     <p>— Вы меня не так поняли. — Он говорил многозначительно и с расстановкой. — Мои слова о том, что я вас не пущу, — это только известный способ выражения. Разумеется, я не ваша гувернантка. Можете себе отправляться куда вам угодно: в Гувуту… — «или ко всем чертям», чуть было не сорвалось у него с языка. — Меня это огорчает, вот и все. Очень жаль, если мои слова вас задели. Но, подумайте, ведь я англичанин.</p>
     <p>Джен улыбнулась и опустилась в кресло.</p>
     <p>— Я немного погорячилась, — призналась она. — Понимаете, я не выношу никаких приказаний. Я всегда упорно отстаивала свою независимость. Это мое больное место, когда господа самозваные властители мира берутся указывать мне, что я должна и чего не должна делать. Вайсбери! Пошел на кухню и не надо звать Ноа-Ноа. Как же мне теперь поступить и что делать, мистер Шелдон? Вы не хотите, чтобы я здесь оставалась, но скажите, куда же мне деться?</p>
     <p>— Помилосердствуйте. Ваше несчастье спасло меня. Я остался совершенно один и едва дышал. Без вас мне бы несдобровать. Но дело не в этом. Лично для меня было бы большим горем, если бы вы уехали, — это с чисто эгоистической стороны. Но в данном случае я не о себе думаю. Я беспокоюсь за вас. Вот в чем суть дела. Будь бы я человек женатый, живи здесь еще какая-нибудь дама, тогда дело другое, но ведь создалось такое положение…</p>
     <p>Джен взмахнула руками с притворным отчаянием.</p>
     <p>— Затрудняюсь понять вашу логику. Вы требуете, чтобы я убиралась отсюда прочь, и в то же самое время запрещаете ехать куда бы то ни было. Куда же мне, бедной, деться?</p>
     <p>— Вот в том-то и штука! — развел он руками.</p>
     <p>— И это несносное положение вам, я вижу, надоело.</p>
     <p>— Поймите, я думаю исключительно только о вас.</p>
     <p>— Обо мне вам беспокоиться нечего! Это положение мне не нравится только тем, что оно служит постоянным источником всех этих ваших треволнений. Я никогда не тревожусь о том, чего изменить не в силах. Что толку воевать с неизбежностью? Взглянем на положение трезво. Вы тут. И я тут. Ехать мне, по вашим словам, некуда. Само собой понятно, что и вы не можете никуда удалиться отсюда, оставляя на моих руках целую плантацию и двести человек чернокожих людоедов. А потому остаетесь вы — остаюсь и я. Вот вам и приключение. Не опасайтесь никаких брачных намерений с моей стороны. О них не может быть и речи. Я приехала на Соломоновы острова искать не мужа, а плантацию.</p>
     <p>Шелдон густо покраснел, но не нашелся, что возразить.</p>
     <p>— Я угадываю ваши мысли, — расхохоталась она. — Вы бы свернули мне шею, будь я мужчиной, не правда ли? Я отчасти этого заслуживаю, к сожалению. И готова повиниться. Я оскорбила ваши благородные чувства.</p>
     <p>— Очевидно, я был тоже неправ, — смиренно промолвил он, радуясь признакам затихающей бури.</p>
     <p>— Давайте сделаем вот что, — спохватилась она. — Отрядите в мое распоряжение партию рабочих на сегодняшний день. Я возведу для себя небольшую беседку из тростника в уголке вашей усадьбы. На столбах, разумеется. Мне можно будет перебраться туда сегодня же к вечеру. Я устроюсь там отлично и в полной безопасности. Телохранители мои, таитяне, будут держать по ночам вахту, как на корабле. Потом начну изучать разведение кокосовых пальм. А в благодарность за гостеприимство возьму на себя наблюдение за вашей кухней и позабочусь о том, чтобы устроить для вас порядочный стол. Вы собираетесь возражать, но я предвижу заранее все ваши предложения и заранее отклоняю их. Вы хотите предоставить мне дом, а сами перебраться в беседку? Этому не бывать! Дело решено и подписано. Если же вы вздумаете спорить, то я поселюсь на противоположном берегу реки, за пределами принадлежащей вам территории устрою маленькую деревушку для себя и для своих матросов, которых буду посылать на вельботе в Гувуту за съестными припасами. А теперь, прошу вас, покажите мне, как играют на биллиарде.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VII</p>
      <p>Отчаянные головорезы</p>
     </title>
     <p>Джен взяла хозяйство в свои руки и с таким увлечением принялась за дело, что произвела в доме целую революцию. Шелдон не узнавал своего собственного жилища: такая водворилась везде чистота и опрятность. Слуги перестали бездельничать, а повар жаловался, что «у него кругом идет голова», что всю его стряпню вывернули наизнанку и весь кухонный обиход переделали наново. Досталось порядком и самому хозяину за небрежное отношение к пище. Она его пробирала за то, что он слишком злоупотребляет консервами. Она его называла неряхой, увальнем и другими неприятными прозвищами и упрекала за неповоротливость и невнимание к здоровой диете.</p>
     <p>Джен посылала своих молодцов на вельботе за лимонами и апельсинами, которые можно было доставить миль за двадцать, и приставала к Шелдону, почему он не устроил у себя в Беранде фруктового сада и огорода. Дикие яблоки, которые он считал негодными для стола, появились за завтраком и оказались очень вкусными, а к обеду она приготовляла из них знаменитые пуддинги, вызывавшие в нем восхищение. Собираемые в лесу бананы подавались и сырые и печеные, подвергались всевозможным кулинарным манипуляциям и превращались в разнообразные кушанья, из которых одно было лучше другого. Матросы ежедневно отправлялись на рыбную ловлю, иногда вместе с нею самой, и глушили рыбу динамитом, а жители Бейльсуны получали от нее порции табаку за доставку устриц. Пирожные, приготовляемые ею из кокосовых орехов, были верхом совершенства. Она научила повара приготовлять дрожжи из молока, благодаря чему явилась возможность выпекать отличные пышные булки. Из сердцевины молодых кокосовых побегов она приготовляла чудесный салат. Из орехового молочного сока и мякоти она устраивала великолепные соусы, то сладкие, то кислые, с которыми подавали рыбу и пуддинги.</p>
     <p>Она доказала Шелдону, что кокосовые сливки гораздо лучше сгущенных, когда их подливают в кофе. В приготовлении салатов она доходила до виртуозности. Больше всего понравился Шелдону замечательный салат из молодых побегов бамбука. Дикие помидоры, которые росли, как бурьян, и истреблялись в Беранде до той поры самым хищническим образом, запасались для приправы к супам, соусам и салатам. Куры, предоставленные самим себе, бродившие где попало и несшие свои яйца по кустам, превратились в наседок. Иногда Джен отправлялась сама на охоту за дикими утками и голубями.</p>
     <p>— Нельзя сказать, чтобы это занятие мне особенно нравилось, — объясняла она свое кулинарное увлечение. — Но тут сказывается результат полученного мною под руководством отца воспитания.</p>
     <p>Между прочим, она настояла на том, чтобы сжечь заразный барак, повздорила с Шелдоном из-за его системы уборки покойников и с раздражением приказала своим людям приступить к возведению нового госпиталя, более «приличного», по ее словам.</p>
     <p>Она посдирала с окон батистовые и кисейные занавески и повесила новые шторы из веселенького ситца, найденного ею в кладовых, и из него же сшила себе новое платье. Составленный ею длинный список разных вещей, туалетных принадлежностей и материй на предмет закупки в Сиднее с первым направляющимся туда пароходом заставил Шелдона призадуматься: до каких же пор она будет здесь жить.</p>
     <p>Джен совершенно не похожа была на тех женщин, которых ему приходилось встречать в жизни или даже видеть во сне. Она вовсе не походила на женщину. Ни томных вздохов, ни сентиментальных слов, ни малейшего кокетства. Ее отношение к нему было чисто товарищеским. Со стороны можно было подумать, что он ее брат, — настолько разница полов ничем не проявлялась. Она отвергала и высмеивала всякие любезные услуги, вроде подавания руки, чтобы помочь войти в лодку или перейти через ручеек. Шелдон убедился, что она прекрасно умеет все делать сама. Не обращая никакого внимания на его постоянные предостережения, она, не боясь ни крокодилов, ни акул, продолжала купаться и плавать на глубоких местах вдали от берега. Он не мог также уговорить ее отказаться от удовольствия собственноручно бросать динамитные шашки и предоставить матросам глушить рыбу таким опасным способом. Она уверяла его, что в силу своего умственного превосходства сумеет осторожнее обращаться с динамитом, нежели ее люди. Он никогда не встречал еще такого поразительного сочетания мужества и женственности в одном лице.</p>
     <p>Яблоком раздора между ними служила разница взглядов на то, как относиться к чернокожим. Она считала нужным обращаться с рабочими ласково, воздерживаться, по возможности, от выговоров, отрицала всякие наказания, и Шелдон не мог не видеть, что ее телохранители обожают ее, а домашние слуги стали работать при ней втрое больше и гораздо охотнее, чем прежде.</p>
     <p>Джен подметила глухое недовольство среди закабаленных рабочих и не закрывала глаз на тот факт, что жизнь ее и Шелдона все время висит на волоске. Без револьвера они не решались выходить из дому ни на шаг, а матросы, державшие по ночам вахту у ее новой тростниковой беседки, всегда держали ружья наготове. Но Джен объясняла водворившийся в Беранде хронический террор теми строгостями, которые практиковались здесь раньше и даже как будто возводились в систему. Она выросла среди благодушных гавайцев, с которыми никогда не обращались грубо и сурово, и полагала, что нравы жителей Соломоновых островов значительно смягчились бы, если бы с ними тоже обращались по-человечески.</p>
     <p>Однажды под вечер в бараках рабочих поднялся страшный шум, и Шелдон в сопровождении матросов-таитян отправился усмирять бунт. Им удалось вырвать из рук дикарей двух женщин, приговоренных чернокожими к смерти, и они заперли этих несчастных в кухне, чтобы спасти их от разъяренной толпы. Проступок этих двух женщин, которые приставлены были варить пищу рабочим, состоял в том, что они искупались в чану, предназначенном для варки картофеля. Дикари не отличались брезгливостью и сами частенько парились в этих котлах, но в данном случае их чувства были оскорблены тем обстоятельством, что в чану осмелились искупаться женщины, — существа, которых они считали низшими и которые на Соломоновых островах были крайне забиты и влачили самое жалкое существование.</p>
     <p>За завтраком поутру Джен и Шелдон вновь были встревожены гулом возбужденной толпы. Самое строгое правило домашнего устава Беранды было нарушено. Чернокожие вторглись в усадьбу без всякого разрешения или распоряжения и притом все гуртом в числе двухсот человек, исключая только приказчиков, и таким образом все они совершили вопиющее преступление с точки зрения местных плантаторов. Чернокожие дикари столпились у веранды, выкрикивая проклятия и угрозы. Шелдон подошел к перилам веранды и посмотрел вниз. Джен остановилась немного поодаль, выглядывая из-за его спины. Когда бурные возгласы немного утихли, вперед выступили два брата. Эти два молодца выделялись из толпы своим высоким ростом, сильно развитой мускулатурой и особенно свирепыми лицами. У них были прозвища. Одного звали Карем-Джама — Молчаливый; другого — Беллин-Джама — Кичливый. Оба служили прежде на квинслэндских плантациях, и хозяева всегда опасались их.</p>
     <p>— Мы, фелла-рабочие, требуем, чтобы нам выдали двух фелла-марий, — заявил Беллин-Джама.</p>
     <p>— А что вы намерены с ними делать, с этими вашими фелла-мариями? — спросил Шелдон.</p>
     <p>— Убьем, — ответил Беллин-Джама.</p>
     <p>— Как ты смеешь так со мной разговаривать? — бешено крикнул Шелдон, выходя из себя. — Как вы смели войти без спросу? Разве не слышали колокола? Вам место не здесь, а на поле. Колокол звонил, а вы тут разговариваете о ваших женщинах. Убирайтесь сейчас же в поле!</p>
     <p>Толпа выжидала, что будет делать Беллин-Джама, а Беллин-Джама собирался с духом.</p>
     <p>— Моя не пойдет, — выговорил он наконец.</p>
     <p>— Ты дождешься, Беллин-Джама, что я тебя отправлю в Тулаги! — зарычал Шелдон. — И тебя там вздуют — лучше не надо.</p>
     <p>Беллин-Джама сделал воинственный жест.</p>
     <p>— А этого хочешь? — огрызнулся он, потрясая кулаком, на квинслэндский манер.</p>
     <p>На Соломоновых островах, где белых очень мало, а черных огромное большинство, и где все белые являются представителями правящего класса, подобный вызов со стороны дикаря считается самой смертельной обидой. Трудно было представить себе, что кто-нибудь из чернокожих возымеет дерзость предложить белому бокс. Довольно с них и того, что белые их беспощадно колотят.</p>
     <p>Героическая выходка Беллин-Джама вызвала ропот восхищения в толпе насторожившихся чернокожих.</p>
     <p>Брошенный вызов звучал еще в воздухе, а ропот восхищения только поднимался, как Шелдон вдруг мигом спрыгнул с веранды, перемахнув через перила. Оттуда до поверхности земли было добрых двенадцать футов. Беллин-Джама стоял под самыми перилами. Шелдон смял его при падении и Беллин-Джама рухнул замертво наземь. Бить беспощадно лежащего было уже незачем.</p>
     <p>Джен содрогнулась при виде неожиданного прыжка и увидела, что Карем-Джама — Молчаливый — подбежал и схватил Шелдона за горло, что Шелдон едва удержался на ногах и что с полсотни дикарей накинулось на него. Она выхватила револьвер, и в ту же секунду Карем-Джама разжал пальцы и упал сраженный пулей, попавшей ему в плечо. Джен рассчитывала прострелить ему руку, что было бы не трудно ввиду близости расстояния, но нахлынувшая толпа оттолкнула Карем-Джама, и пуля попала ему в плечо. Наступил тот решительный момент, когда самое малейшее обстоятельство могло повести к важным последствиям.</p>
     <p>Как только Шелдон высвободил шею из цепких рук, душивших его за горло, он нанес сильный удар кулаком Молчаливому, и тот беспрекословно улегся рядом со своим братом. Мятеж был подавлен, и пять минут спустя после этого пострадавших братьев уже тащили в барак, а бунтари, предводительствуемые надсмотрщиками, мирно поплелись на полевые работы.</p>
     <p>Войдя на веранду, Шелдон застал свою гостью в горячих слезах. Она лежала, беспомощно растянувшись в качалке.</p>
     <p>Это зрелище смутило Шелдона гораздо больше, нежели только-что испытанная им неприятность. Он вообще не переносил женских слез, но на этот раз заливавшаяся слезами женщина была не кто иная, как мисс Джен Лэкленд, от которой он всегда ожидал чего-нибудь непредвиденного, и он струсил, как мальчишка. Он выпучил глаза и растерянно переминался с ноги на ногу.</p>
     <p>— Я ваш должник отныне, — промолвил он. — Вне всякого сомнения, вы спасли мою жизнь, и я должен сказать…</p>
     <p>Девушка порывисто отвела руки от своего лица, и он обомлел при виде гневного выражения устремленных на него серых глаз.</p>
     <p>— Вы зверь! Вы низкий человек! — закричала она, как ужаленная. — Вы заставили меня ранить человека; я еще ни разу в жизни не провинилась ни в чем подобном.</p>
     <p>— Рана ничтожная, он не умрет, — попытался оправдаться Шелдон.</p>
     <p>— Что из этого? Ведь я все-таки поранила его. Вам совершенно незачем было прыгать. Это — зверский и низкий поступок!</p>
     <p>— О, да, но подумайте… — произнес он смиренно.</p>
     <p>— Уйдите с глаз моих! Я вас ненавижу! Слышите, ненавижу! О, когда же вы, наконец, уйдете.</p>
     <p>Шелдон побледнел от досады.</p>
     <p>— Но во имя здравого смысла, зачем же в таком случае было стрелять?</p>
     <p>— Затем, что вы — человек белой расы, — всхлипнула она. — А мой отец никогда не отказывал белому в защите. Но виноваты вы сами. Вы сами создали безвыходное положение. Вы не имели права этого делать. И к тому же ваш поступок не вызывался необходимостью.</p>
     <p>— Кажется, мы совершенно не понимаем друг друга, — коротко отрубил он и повернулся к дверям. — Мы вернемся в другой раз к этой теме.</p>
     <p>— Вы бы посмотрели, как я обращаюсь со слугами, — продолжала она говорить, заставляя его из вежливости остановиться в дверях. — Двое из них заболели: я сама за ними ухаживаю. Когда они выздоровеют, то вы не можете себе представить, как они мне будут признательны и как охотно они будут исполнять все мои приказания. Мне не придется опасаться их каждую минуту. Все это зверство и все эти жестокие расправы совершенно излишни. Пусть они людоеды. Но они все-таки люди, они такие же люди, как и мы с вами. Они — разумные существа, и этим мы все отличаемся от низших животных.</p>
     <p>Он поклонился и вышел.</p>
     <p>— Послушайте, давеча я вела себя непростительно глупо, — обратилась она к нему по прошествии некоторого времени, после того как он вернулся домой с очередного обхода плантации. — Я заходила в барак и видела раненого. Он уже чувствует себя гораздо лучше. Рана в самом деле пустяшная.</p>
     <p>Шелдон чрезвычайно обрадовался перемене ее настроения и почувствовал себя счастливым человеком.</p>
     <p>— Вы не отдаете себе еще надлежащего отчета в нашем положении, — начал он поучать ее. — Прежде всего надо держать их в узде. Снисходительность и гуманность обращения — против этого нельзя ничего возразить, но править ими одним только этим способом невозможно. Гавайцы и таитяне, это — дело другое. Что касается их, то я с вами согласен. Вы полагаете, что они ценят ласковое обращение. Охотно вам верю. Лично мне с ними не приходилось сталкиваться. А вы не знаете негров, и здесь вы должны на меня положиться. Они совсем не то, что ваши земляки. Вы привыкли к полинезийцам. А здешний народ — меланезийцы. Посмотрите на их курчавую шевелюру. Они стоят на гораздо более низкой ступени развития, нежели американские негры. Смею вас уверить, что разница между теми и другими огромная.</p>
     <p>Вы не добьетесь от них ни благодарности, ни любви. Если будете обращаться с ними гуманно, они припишут это вашей глупости. Если вы будете снисходительны, то они подумают, что вы их боитесь. А если они будут думать, что вы их боитесь, то будьте настороже, они до вас доберутся. Обратите внимание, например, на тот процесс, который обычно совершается в мозгу бушмена, когда он встречает в своих родимых зарослях белого человека. Его первая мысль исполнена ужаса: «Убьет или не убьет меня этот белый дьявол?» Второй проблеск мысли, когда он почувствовал, что его еще не убили, это: «Не могу ли я убить его сам?» Недалеко отсюда, милях в двадцати, на нашем побережье проживал некий Пакарт, колониальный торговец. Он гордился тем, что обращается с туземцами по-человечески и что ни разу ни в кого не стрелял. В конце концов он лишился всякого авторитета. Он, бывало, садился в вельбот и приезжал навестить меня и моего друга Хью. Когда его команда решала, что пора возвращаться домой, он должен был подчиняться ее воле и следовать за нею, хотя он был не прочь погостить и подольше. Помню, как-то раз, в воскресенье, Пакарт сидел с нами за обедом. Не успели поставить суповую миску на стол, как Хью заметил выглядывавшую из дверей черную рожу. Хью встал из-за стола, чтобы дать нагоняй нарушителю устава Беранды. Негр, в случае надобности, должен обращаться к слуге, а сам ожидать у калитки. А этот нахал, принадлежавший к команде Пакарта, осмелился без спросу взойти на веранду, отлично сознавая, что нарушает строгое постановление.</p>
     <p>«Чего тебе нужно?» — спросил его Хью.</p>
     <p>«Скажите белому человеку, который тут с вами, что мы, фелла-матросы, собрались уезжать. Пускай поторопится, мы ждать не будем. Мы уедем!»</p>
     <p>Хью отвесил ему такого тумака, что тот кубарем слетел с лестницы.</p>
     <p>— Но ведь этот бесчеловечный поступок ничем нельзя оправдать! — возразила Джен. — Ведь вам бы и в голову не пришло спустить с лестницы белого человека.</p>
     <p>— В том-то и дело, что он был не белый, а черный. Этот негодяй-негр поступал сознательно дерзко и оскорблял своим вызывающим поведением не только своего хозяина, но в его лице также и всех белых хозяев-плантаторов на Соломоновых островах. Он оскорбил меня. Он оскорбил Хью. Он нанес оскорбление всей Беранде.</p>
     <p>— С вашей точки зрения только; не упускайте этого из вида, с точки зрения права сильного…</p>
     <p>— Да, — прервал ее Шелдон. — А Пакарт уступал праву слабого. И к чему же это привело? Я вот живу еще до сих пор, а Пакарт давно убрался со света. Он остался верен себе до конца; он в высшей степени деликатно обходился со слугами, а они выжидали только, пока его свалит с ног лихорадка. Теперь голова его украшает витрину национального музея на острове Малаите. Они унаследовали после него два вельбота, доверху нагруженных добычей. Был тут еще некий капитан Мэкензи с «Миноты». Он тоже был сторонником гуманного обращения. Он считал, что взаимное доверие несовместимо с употреблением оружия. Набирая рабочих на Малаите, он при вторичной поездке завернул в Бину, которая расположена неподалеку от Ланга-Ланга. Команда его была безоружна. Он держал винтовки под замком у себя в каюте. Отправляясь к берегу на вельботе с целью произвести набор, он разгуливал по палубе, не имея при себе даже револьвера. Его убили томагавком. Голова его осталась на Малаите. Можно сказать, что он покончил самоубийством. И Пакарта я тоже причисляю к самоубийцам.</p>
     <p>— Я не спорю, что приходится соблюдать известную осторожность при сношениях с дикарями, — согласилась Джен, — но я убеждена, что следует обращаться с ними по-человечески — кротко и снисходительно.</p>
     <p>— Готов подписаться обеими руками. Но взвесьте, пожалуйста, следующее: Беранда, безусловно, — самая скверная плантация на Соломоновых островах с точки зрения рабочей силы. Причина этого явления лучше всего доказывает справедливость вашего принципа. Прежние владельцы Беранды не отличались особенной деликатностью. Их было двое. Оба они были, можно сказать, грубые животные. Один из них был янки родом из Южной Америки: другой — пьяница-немец. Они торговали рабами. Начать с того, что они скупили рабочих у Джонни Битого, известного вербовщика Соломоновых островов. В настоящее время Джонни отбывает десятилетнюю каторгу на островах Фиджи, за ничем не вызванное убийство чернокожего. За последнее время его пребывания в здешних местах он до того вооружил против себя всех местных жителей своими подвигами, что туземцы его возненавидели, и чернокожие на Малаите наотрез отказывались от всяких сношений с ним. Единственный способ, каким он мог с тех пор закабалять рабочих, состоял в том, что, прослышав об убийстве или о целом ряде убийств, он являлся на место действия и забирал преступников, укрывавшихся от преследования. Последние, избегая наказания, добровольно отдавались ему. Этих беглых убийц называют здесь «головорезами». На побережье затевается свалка; какой-нибудь несчастный негр бежит к морю, не чуя под собой земли, а вдогонку ему летит куча стрел и копий. Вельбот Джонни Битого стоит наготове и принимает к себе беглеца. За последнее время ему оставалось промышлять исключительно вышеуказанным способом.</p>
     <p>Прежние владельцы Беранды, мои предшественники, как раз скупили у него партию этих самых «головорезов», закабаливших себя на пять лет. Понимаете, какую выгоду извлекает вербовщик, спекулируя на таком товаре? Он легко мог бы закабалить любого «головореза» даже на целый десяток лет, если бы только закон не противился этому. Так вот видите, с какими отчаянными людьми нам приходится иметь дело. Правда, многие из них вымерли, одних поубивали, некоторые из них отбывают тюремное заключение в Тулаги. Первые владельцы плантации мало занимались расчисткой почвы и насаждениями. У них убили управляющего. Одному из хозяев чуть не отсекли всю руку ударом ножа. Другого дважды ранили копьем. Оба они были буйного нрава и в то же время порядочные трусы, и в конце концов им пришлось убраться отсюда. Их выгнали в буквальном смысле слова, выгнали их же собственные негры. На смену им пришли ваш покорнейший слуга и бедняга Хью — два малоопытных новичка, которым и пришлось кое-как ладить с этими отчаянными людьми. Мы не отдавали себе надлежащего отчета в положении вещей, когда приобретали плантацию. И что же нам оставалось делать, как не выкручиваться и приспособляться по мере сил.</p>
     <p>Первым нашим промахом следует считать неблагоразумно-снисходительное отношение к этим черным «сорви-головам». На первых порах мы старались воздействовать на них разумным убеждением, мягкостью. Негры вывели отсюда такое заключение, что мы их боимся. Мне стыдно вспомнить, до чего мы глупо вели себя в первое время. Они зазнавались, дерзко угрожали нам и даже оскорбляли; а мы упорно продолжали вести свою линию в надежде на то, что наша порядочность подействует на них благотворно. Но мы обманулись в наших расчетах; дела с каждым днем шли все хуже и хуже. Дошло, наконец, до того, что, когда бедному Хью случилось как-то выручать одного из прислужников, он чуть за это не поплатился жизнью. К счастью, мне удалось в тот раз поспеть к нему на выручку вовремя.</p>
     <p>С тех пор мы переменили свою политику и ввели режим крепкого кулака. Нам оставалось только два выхода: или прибегнуть к силе, или бросить все и уйти.</p>
     <p>Но мы вложили в это предприятие все свои деньги. И ликвидировать его, — это значило окончательно разориться. Помимо того, тут замешался вопрос самолюбия. Мы решили добиться успеха во что бы то ни стало. Предстояло выдержать жестокую схватку. Тем более, что Беранда была и осталась до сих пор самой худшей из всех плантаций Соломоновых островов в отношении качества рабочих рук. Изволите видеть: никто из белых не решался поступить к нам на службу. Напрасно мы соблазняли их выгодными предложениями. Шестерым мы предлагали занять место управляющего. Не скажу, чтобы они боялись; нет, они ничего не боялись, но, по-видимому, они считали наше предприятие малонадежным. По крайней мере, последний из приглашенных и отказавшихся от места управляющего мотивировал свой отказ именно таким образом. Так что нам вместе с Хью пришлось кое-как самим управляться, без всякой посторонней помощи.</p>
     <p>— И когда его не стало, то вы решили продолжать двигать дело один как есть? — воскликнула Джен, и при этом у нее загорелись глаза.</p>
     <p>— Я думаю, что справлюсь, что пробьюсь как-нибудь. Будьте же снисходительны ко мне, мисс Лэкленд, памятуя, что мое положение представляет столь исключительные особенности, и не упрекайте меня так беспощадно в жестокости. В нашем распоряжении толпа очень плохих работников, и нам приходится заставлять их работать. Вы сами видели, как обстоят дела на нашей плантации. Что касается саженцев на нашей плантации, которым уже года по три, по четыре, то смею вас уверить, что лучших вы не найдете на всем протяжении Соломоновых островов. Мы упорно добивались привести плантацию в самый цветущий вид. Мы постоянно пополняли состав наших служащих. С этой целью мы приобрели шхуну «Джесси». Мы решили заняться вербовкой рабочих рук сами. В будущем году потребуется удвоить число рабочих. Срок найма завербованных в первый срок истекает вскоре. Эти последние, конечно, портили до некоторой степени вновь прибывших; но надо полагать, что зло излечимо и что Беранда рано или поздно займет свое место в ряду наиболее благоустроенных местных плантаций.</p>
     <p>Джен молча кивнула головой в знак согласия. Она погрузилась в созерцание картины, которая яркими штрихами рисовалась в ее воображении. Она видела на этой картине одинокого белого человека, разбитого лихорадкой, как параличом, беспомощно раскинувшегося в креслах. А в груди его бьется сердце, которое, подчиняясь закону какой-то непонятной расовой алхимии, до последнего своего удара не утрачивает стремления к власти.</p>
     <p>— Жаль, — прошептала она. — Но белому человеку, видимо, трудно отказаться от роли властителя.</p>
     <p>— Я вовсе не стремлюсь к власти, — поправил Шелдон. — Клянусь жизнью, я и сам не понимаю, как попал сюда. Но как бы то ни было, я очутился здесь. А коли так, то я отсюда не уйду.</p>
     <p>— Такова уже историческая судьба нашей расы, — слабо улыбнулась Джен. — Мы, белые, с незапамятных времен были разбойниками и пиратами. Мы пропитаны этим ядом насквозь, это в нашей крови, и трудно нам отрешиться от этого.</p>
     <p>— Я никогда, признаюсь, не вдавался в такие абстракции, — сказал он в заключение. — Мне некогда было доискиваться, какие исторические причины привели меня сюда. Я был слишком занят делом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VIII</p>
      <p>Местный колорит</p>
     </title>
     <p>На закате к берегу подошел маленький кетч, стал на якорь, и вскоре после этого на берегу появился сам шкипер. Этот молодой двадцатилетний парень, обладавший певучим голосом, гладкой речью, особенно заинтересовал Джен после того, как Шелдон сообщил ей, что он разъезжает один с черными матросами и что в настоящее время он возвращается из поездки на Малаиту. Джен почуяла веяние романтизма, узнав, что этот молодой человек, по имени Христиан Юнг, — уроженец острова Норфолька, прямой потомок знаменитого Джона Юнга, прославившегося своим участием в историческом мятеже на «Баунти». Бархатные глаза, смуглый цвет лица выдавали его смешанное происхождение. В его жилах текла англо-саксонская и таитянская кровь; казалось, в его характере совершенно отсутствовала черта жестокости, свойственная англичанину. Но он не лишен был закала, благодаря которому он только и мог управлять своим кетчем и уцелеть, постоянно имея дело с воинственным населением Соломоновых островов. Молодой человек не ожидал встретить женщину в доме Шелдона, и был несколько смущен при виде Джен. Но Джен очень скоро рассеяла это чувство неловкости; она держала себя совершенно по-товарищески, и ее свободные манеры, непринужденная речь даже несколько коробили Шелдона. Юнг не привез никаких важных новостей. Но зато у него в запасе оказалась целая куча мелких новостей местного характера и интереса. Он знал решительно все, что делается на Соломоновых островах. Пятнадцать человек чернокожих батраков сбежали с плантации Лунга, похитив несколько ружей; они бродят в лесах восточной части Гвадалканарского побережья. Недавно они подали весть, что скоро вернутся на плантацию, чтобы убить трех надсмотрщиков, из которых двое в настоящее время устраивают на них облаву. Юнг высказывал предположение, что если их только не поймают, то они, пожалуй, доберутся до Беранды, рыская по побережью, чтобы стибрить вельбот.</p>
     <p>— Я позабыл сообщить вам, что ваш торговый агент на юге недавно убит, — обратился он к Шелдону. — Пять больших челноков прибыло в Порт-Адамс. Дикари темной ночью незаметно пристали к берегу и захватили Оскара врасплох. Чего им не удалось украсть, они подожгли. Это известие доставила «Флибберти-Джиббет», проходившая через Мболи. Я как раз находился в Мболи, когда туда донеслась эта весть.</p>
     <p>— Должно быть, мне придется ликвидировать свою контору на юге, — вставил Шелдон.</p>
     <p>— В течение последнего года вы теряете вот уже второго агента, — заметил Юнг. — Там надо непременно жить вдвоем — одному уцелеть трудно. Туда постоянно заглядывают дикари с Малаиты, а вы знаете, что за милое местечко этот Порт-Адамс. Я привез вам собаку. Ее вам посылает Томми Джонс с острова Нила. Он говорит, она была вам обещана. Это первоклассная ищейка. Стоило этому псу показаться у меня на борту, как вся черная команда уже очутилась на реях. Томми дал ему очень подходящую кличку. Этот пес настоящий «Сатана».</p>
     <p>— Удивляюсь, как вы до сих пор не завели у себя собаки, — вставила Джен.</p>
     <p>— Неудобное здесь для собак место. Их пожирают крокодилы. Месяца два назад в лагуне Мэйрову убили Джека Ханлея, — пропел Юнг своим сладким голоском. — Эту новость мы узнали от «Апостола».</p>
     <p>— Где находится Мэйрову? — спросила Джен.</p>
     <p>— В Новой Георгии, в двухстах милях отсюда на восток, — ответил Шелдон. — Как раз за нею лежит Бугенвиль<a l:href="#n_555" type="note">[555]</a>.</p>
     <p>— Его прикончили подручные слуги, — продолжал докладывать Юнг. — На это дело их подбили туземцы Лагуны. Его команда на Санта-Круце<a l:href="#n_556" type="note">[556]</a> улизнула на одном из вельботов в Шуазель, а Мазэр отправился к Мэйрову на «Лилли». Мазэр предал огню их деревушку и отобрал у них голову Ханлея. Он отыскал ее в одном из шалашей, где ее вялили негры. Вот вам и все мои новости. Да, вот еще: на восточном побережье Изабеллы откопали целый склад Лиэнфильдских винтовок новейшей системы. Трудно понять, как они попали в руки туземцев. Не мешало бы правительству навести об этом следствие. Потом еще вот что: в наши края недавно заходило военное судно «Комбриан». Оно истребило три поселка в отместку за «Миноту», знаете, и бомбардировало лес. А оттуда отправилось в Суу наводить такие же порядки.</p>
     <p>Разговор перешел на темы более общего характера, и когда Юнг поднялся уходить, Джен спросила у него:</p>
     <p>— Как вы успеваете управляться со всеми этими делами один?</p>
     <p>Он уставился на нее своими большими девичьими глазами и, повременив немного, ответил нежным голоском, с самой изысканной любезностью:</p>
     <p>— О, я отлично справляюсь и с людьми, и с делами. Разумеется, иной раз приходится туго. Без этого не обойдешься. Главное старание надо приложить к тому, чтобы они не подумали, что вы их боитесь. Мне частенько приходилось пугаться, но никогда я не показывал этого.</p>
     <p>— А вы думали, что он и комара не обидит, — заметил шутливо Шелдон, когда молодой человек отправился восвояси. — Все потомки знаменитых бунтарей, высадившихся на Норфолькских островах, слеплены из одного теста. Но посмотрите на Юнга. Года три назад, когда он уже командовал «Минервой», ему пришлось заехать в Суу на Малаиту. Там было много каторжников, отбывших срок наказания в Квинслэнде. Их собралась там целая шайка. И вот они задумали раздобыть его голову. Сын их вождя, старого кривого Билли, служивший по договору в Лунга, умер от дизентерии. По их понятиям, необходимо было компенсировать эту потерю головой бледнолицего человека, и притом безразлично чьей, лишь бы белой. А Юнг в то время был еще безусым юношей, и им казалось, что до него добраться ничего не стоит. Они пустились на военную хитрость: заманили его вельбот к берегу, обещая доставить рекрутов, и перебили всех его матросов. Тем временем шайка каторжан из Суу накинулась на Юнга, остававшегося на борту «Минервы» и приготовлявшего в ту минуту динамитную шашку для глушения рыбы. Он запалил ее и запустил в негров. Юнг не любит, когда ему напоминают об этом. Трубка была коротенькая; уцелевшие кинулись за борт, а Юнг обрубил якорный канат и дал тягу. Дикари теперь готовы уплатить за его голову целых сто сажен монетных раковин, цена которых — сто фунтов стерлингов. Тем не менее, Юнг продолжает время от времени заезжать в Суу. Он был там не так давно: отвозил на родину тридцать человек, отслуживших свои сроки рабочих с плантации братьев Фурклум на мысе Мари.</p>
     <p>— Во всяком случае, сообщенные им сегодня новости до некоторой степени проливают яркий свет на окружающую обстановку, — сказала Джен. — Как бы там ни было, но жизнь эта полна ярких красок. Чтобы подчеркнуть местный колорит, следовало бы на географических картах залить Соломоновы острова красной краской с желтыми по ней крапинками в виду свирепствующих здесь эпидемий.</p>
     <p>— Соломоновы острова не везде одинаковы, — ответил Шелдон. — Бесспорно, Беранда — самая худшая плантация, и дела ее идут все хуже и хуже. Нигде кругом нет такого огромного числа заболеваний. Даже «Джесси» не убереглась от заразы. В этом отношении Беранде не повезло. Упоминая о ней, местные старожилы только покачивают головой. Над Берандой тяготеет какое-то проклятие.</p>
     <p>— Беранда оправится, — заявила решительно Джен. — Смешно поддаваться суевериям. Важно начало. Потом вы увидите, все пойдет, как по маслу — не вечно же одни неудачи, хотя мне думается, что климат Соломоновых островов губителен для людей белой расы.</p>
     <p>— Но эту местность можно оздоровить. Дайте сроку лет пятьдесят, и, если расчистить болотистые заросли до самых гор, лихорадки исчезнут, местность оздоровится. Вырастут здесь и города, и местечки. Тут ведь раскинулись огромные пространства превосходной, плодородной земли.</p>
     <p>— Как хотите, но климат все-таки крайне неблагоприятен для белого человека, — настаивала Джен. — Кроме того, я думаю, белым людям здесь слишком трудно выполнять самим земляные работы.</p>
     <p>— Это верно.</p>
     <p>— Иначе говоря, для работы здесь поневоле всегда нужно иметь рабов, — подчеркнула она многозначительно.</p>
     <p>— Да, как и повсюду в тропических странах. Людям черным, медным и желтокожим приходится работать под руководством белых. Однако, труд черных слишком невыгоден, и со временем начнут ввозить сюда китайских или индийских кули. Плантаторы уже готовятся к этому. Меня лично тошнит при виде того, как работают негры.</p>
     <p>— Но позвольте! В таком случае чернокожие обречены на вымирание.</p>
     <p>Шелдон повел плечами и флегматично произнес:</p>
     <p>— Да, так же, как и индейцы Северной Америки, которые, к слову сказать, принадлежат к более благородному типу, нежели меланезийцы. Свет как будто велик, а людям все кажется тесно.</p>
     <p>— И слабые должны погибнуть.</p>
     <p>— Да, слабые обречены на гибель.</p>
     <p>На следующий день Джен вскочила, разбуженная ужасающим гвалтом и кутерьмой. Она инстинктивно потянулась за револьвером, но, услышав громкий смех Ноа-Ноа, стоявшего на вахте, она моментально успокоилась и вышла наружу посмотреть, в чем дело. Капитан Юнг высадил на берег собаку как раз в ту минуту, когда рабочие, сооружавшие мост, подошли к берегу. Сатана был огромный, черный, короткошерстый, мускулистый пес, более семидесяти фунтов весом. Страшилище это недолюбливало чернокожих. Томми Джонс подвергал его перед тем своеобразной дрессировке: он сажал его ежедневно на цепь и заставлял одного или двух чернокожих дразнить его по целым часам. И таким образом Томми добился того, что Сатана от души возненавидел всю черную расу, и не успел он выйти на берег, как весь отряд чернокожих бросился врассыпную. Моментально одни очутились за забором, другие — на кокосовых пальмах.</p>
     <p>— Доброе утро! — прокричал с веранды Шелдон. — Как вам нравится эта милая собачка?</p>
     <p>— Боюсь, что нам будет трудно приручить его к челяди, — отозвалась Джен.</p>
     <p>— Да, и к нашим таитянам тоже. Берегись, Ноа! Удирай!</p>
     <p>Сатана, сообразив, что на пальмы ему не взобраться, кинулся на здоровенного таитянина.</p>
     <p>Ноа смутился, но не двинулся с места. Сатана, ко всеобщему изумлению, подбежав к нему, завилял хвостом и запрыгал, дружелюбно поглядывая на Ноа смеющимися глазами.</p>
     <p>— Теперь я вижу, что это отличная собака, — заметила Джен. — И во всяком случае она умнее вас, мистер Шелдон. Ее не приходится учить распознавать разницу между таитянами и неграми.</p>
     <p>— Как ты думаешь, Ноа? Почему он не тяпнул тебя. Он догадался, что ты таитянин? Да?</p>
     <p>— Нет, он не знает, что я таитянин, — пояснил он. — Он увидел на мне штаны такие же, как у белых господ.</p>
     <p>— Видно, он начитался «Sartor Resartus»<a l:href="#n_557" type="note">[557]</a>, — улыбнулся Шелдон, спустившийся вниз, чтобы поближе познакомиться с понимающим толк в штанах Сатаной.</p>
     <p>В это самое время в усадьбу через дальнюю калитку входили два матроса из команды мисс Лэкленд: Адаму-Адам и Матауаре. Они возвращались с Бейльсуны, где устраивали западню для крокодилов. Они не носили штанов. На них были особого рода изящные повязки, так называемые «лава-лава», из которых выглядывали выпуклые очертания их стальных ножных мускулов. Сатана их приметил и, вырвавшись из рук Шелдона, бросился на них.</p>
     <p>— Они без штанов, — засмеялся Ноа при виде удиравшего во все лопатки Адама.</p>
     <p>Бедный Адам вскочил на площадку, устроенную для металлических водоемов, собиравших стекавшую с крыш дождевую воду. Разъяренный Сатана, потерпевший фиаско, бросился на Матауаре.</p>
     <p>— Беги скорее, Матауаре, спасайся! — закричала Джен.</p>
     <p>Но тот не послушался.</p>
     <p>— Его имя в переводе означает Бесстрашный, — сказала Шелдону Джен.</p>
     <p>Таитянин хладнокровно поджидал собаку, и в тот самый момент, когда это кровожадное животное прыгнуло на него, он размахнулся и ударил его изо всей силы под нижнюю челюсть. Сатана описал в воздухе полукруг и перекувырнулся. После этого он еще два раза пытался вцепиться в противника, и с одинаковым результатом. Наконец, Сатана внял голосу благоразумия и смирно поплелся за Матауаре, принюхиваясь к его запаху.</p>
     <p>— Молодец, Сатана, славный пес! — подбодрял его Шелдон. — Это свой человек, гуд-фелла, свой.</p>
     <p>Но Сатана не спускал глаз с Матауаре и целый час следил за всеми его движениями, пока окончательно не пришел к заключению, что этот человек, действительно, свой. Тогда он занялся другими делами. Загнал Орифайри на кухню и припер его к горячей плите; успел сорвать повязку с ног Лаланеру прежде, нежели этот храбрец успел вскарабкаться, как дикая кошка, на столб веранды, а Вайсбери вскочил на биллиард и отражал оттуда нападения Сатаны до тех пор, пока его, наконец, не выручила милосердная Джен.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IX</p>
      <p>Разность полов</p>
     </title>
     <p>Усердию и резвости Сатаны не было границ, и этим он больше всего донимал чернокожих. У него как будто все время чесались зубы, так что когда вблизи не видно было черных икр, то он бросался на кокосовые орехи, падавшие с дерева, гонялся за неосторожными курами, пролезавшими через ограду, и со злобой поглядывал на приходящих для доклада надсмотрщиков. Его с детства научили ненавидеть чернокожих, он твердо запомнил эти уроки и наводил ужас на негров. Когда в ограде появлялся какой-нибудь посторонний туземец, Шелдону приходилось сажать Сатану на цепь. Цепь всегда страшно злила пса и до того разжигала в нем ярость, что даже домашним слугам, и тем приходилось остерегаться его некоторое время после того, как его спускали на волю.</p>
     <p>Христиан Юнг уехал на своей «Минерве» с поручением пригласить Томми Джонса заехать в Беранду при первой возможности. Впрочем, неизвестно было, когда это приглашение будет ему передано.</p>
     <p>— А что вы собираетесь делать в Сиднее? — спросил Шелдон за обедом.</p>
     <p>— Для меня это новость, — отвечала Джен, — я не знала, что мне предстоит ехать в Сидней. Уж не получили ли вы извещения по лесному телеграфу о том, что третий помощник и эксматрос из Тулаги намерен выслать меня отсюда, как неблагонадежного иммигранта.</p>
     <p>— Что вы, что вы? Ничего подобного! — перебил ее сконфуженно Шелдон, испугавшись, не рассердил ли он ее опять чем-нибудь нежданно-негаданно. — Я только полюбопытствовал… Мне пришло в голову, что после потери шхуны… и всего остального… — поспешил он добавить, — вы понимаете? Я подумал, что если… гм… если… что до тех пор, пока вы войдете в сношения с вашими друзьями… то мои сиднейские агенты могли бы ссудить вам некоторую сумму, на время, конечно. Мне было бы очень приятно… Вот именно… Вы понимаете… Собственно говоря… — Красноречие иссякло, и он досадливо поглядел на нее.</p>
     <p>У Джен засверкали глаза; она презрительно шевельнула губами.</p>
     <p>— Я так и знала, — проговорила она равнодушно. — Вы не ставите меня ни во что, как всегда. Обычная манера мужчины — божества, существа высшего порядка. Вы не обратили ни малейшего внимания на мои слова, что мне и в голову не приходило ехать в Сидней. По-вашему, я должна ехать туда просто потому, что с высоты вашего величия вы преподносите мне этот мудрый совет. — Она остановилась и пристально поглядела на него, как бы пытливо разглядывая новоявленного представителя необычайной породы существ. — Ваше предложение очень любезно и, разумеется, я вам весьма признательна за него, но оно все же не излечивает раны, нанесенной моему самолюбию. Впрочем, иначе и быть не могло. Приятно помочь моряку, потерпевшему кораблекрушение. Но я не из тех, которые нуждаются в помощи. Благодарю вас, я не поеду в Сидней.</p>
     <p>— Что же вы будете делать?</p>
     <p>— Постараюсь найти для себя такой уголок, где бы можно было избавиться от унизительной опеки представителей высшего пола.</p>
     <p>— Но ведь вы делаете из мухи слона! — громко засмеялся Шелдон. Но трусливая нотка, проскользнувшая в его голосе, испортила весь эффект его притворной развязности. — Вы видите сами, что создалось невозможное положение.</p>
     <p>— Отнюдь нет; а если бы даже и так, то я отлично сумею выйти из всякого положения.</p>
     <p>— Но невозможно допустить, чтобы оно без конца продолжалось.</p>
     <p>— Нет, это вполне возможно. Раз началось, то может и продолжаться. Хотя я и намерена остаться на Соломоновых островах, но только не в Беранде. Я расспрашивала капитана Юнга. Он сообщил мне, что на Пэри-Сулай наверняка можно рассчитывать найти акров четыреста свободной, годной для обработки земли. Завтра я еду туда на вельботе. Там, по его словам, нет кабанов, которые обыкновенно портят молодые деревья, ибо это остров. Вся работа сведется к тому, чтобы выпалывать сорные травы до тех пор, пока не подрастут посаженные деревца. Прежде всего я куплю себе этот островок, а потом наберу человек пятьдесят или сорок рабочих и примусь за расчистку почвы и посадку пальм; построю себе дом, и таким образом перестану надоедать вам и мозолить глаза. Попробуйте на это что-нибудь возразить!</p>
     <p>— Надоедать, — повторил он. — Зачем мне спорить с вами, если вы не хотите меня понять? Оставим это! Будьте уверены, что я готов со своей стороны оказать вам всяческое содействие в этом… в этом вашем проекте. Не пренебрегайте моими советами по части разведения кокосовых пальм. В этом деле я гораздо опытнее, нежели вы. Слушая вас, можно подумать, что вы капиталистка. Я не знаю, какими средствами вы располагаете. Впрочем, вряд ли можно предполагать, чтобы вы «купались в золоте», как выражаются американцы. Но я знаю, во что обходится расчистка почвы. Допустим, что правительство продаст вам Пэри-Сулай по цене фунт стерлингов за акр; расчистка вам обойдется не менее четырех фунтов. В общем, считая по пяти фунтов за акр, за Пэри-Сулай, в котором всего четыреста акров, и за расчистку вам придется выплатить десять тысяч долларов. Хватит ли у вас на это средств?</p>
     <p>Джен живо заинтересовалась, и Шелдон почувствовал, что началось перемирие. Видно было, что она побеждена его доводами.</p>
     <p>— Нет. К сожалению, у меня несколько менее восьми тысяч долларов.</p>
     <p>— Но это еще не все. Вам нужно будет, как вы говорите, по крайней мере пятьдесят человек рабочих. Не считая наградных, заработная плата обойдется на каждого рабочего по тридцати долларов в год.</p>
     <p>— А своим таитянам я плачу по пятнадцати в месяц, — вставила Джен.</p>
     <p>— Эти люди вряд ли будут пригодны для выполнения тяжелых земляных работ. Но вернемся к нашему расчету. Плата пятидесяти рабочим ежегодно будет обходиться в триста фунтов, то есть в тысячу пятьсот долларов. Так. Деревья начнут приносить доход не раньше, как через семь лет. Помножив полторы тысячи на семь, получим десять тысяч пятьсот долларов. Таким образом одна только заработная плата поглотила бы всю сумму вашего капитала. А постройки, а орудия, а хинин, а поездки в Сидней и т. д., и т. д.</p>
     <p>Шелдон покачал головой с сосредоточенным видом.</p>
     <p>— Нет, от этой мысли вам придется отказаться.</p>
     <p>— Но я не хочу ехать в Сидней! — вскричала девушка. — Не хочу, да и только. Я войду в компанию с кем-нибудь из местных плантаторов. Не примете ли вы меня в качестве пайщика Беранды?</p>
     <p>— Силы небесные! — воскликнул он с ужасом, столь непритворным, что Джен весело расхохоталась.</p>
     <p>— Не бойтесь, пожалуйста, я приставать к вам не стану. Я никогда еще никому не навязывалась. Да, да, вы всячески стараетесь дать мне понять обиняком, что я навязываюсь вам с тех самых пор, как высадилась на вашем берегу, хотя из вежливости не высказываете этого прямо. Но так как вы сами же все время твердите, что мне некуда перебраться отсюда, то я вынуждена оставаться здесь. Вы не пускаете меня в Тулаги. Вы сами заставляете меня надоедать вам. Но я не хочу вступать в долю с кем попало. Я куплю Пэри-Сулай, но найму всего только десять рабочих и буду расчищать землю постепенно. Я приобрету какой-нибудь подержанный старый кетч и выправлю себе торговое свидетельство. После этого я отправлюсь вербовать рабочих на Малаиту.</p>
     <p>Она испытывающе посмотрела на Шелдона, ожидая нового протеста с его стороны. Каждая морщинка его гладко выбритого лица выдавала его возмущение. Он стиснул кулаки.</p>
     <p>— Ну, что же? Говорите, пожалуйста! Не стесняйтесь, будьте откровенны! Я… уже привыкла к вашим выходкам. Право же, привыкла.</p>
     <p>— Хотел бы я быть женщиной, чтобы иметь возможность внушить вам, до чего безумна и неприлична ваша затея, — прорвало его наконец.</p>
     <p>Она задумчиво поглядела на него и сказала:</p>
     <p>— Что из того, что вы мужчина? Какая разница? Забудьте, пожалуйста, о разнице полов. Она нисколько не препятствует говорить совершенно свободно. Я не за тем приехала сюда, чтобы подметать подолом Соломоновы острова. Прошу вас забыть, что я случайно родилась женщиной. Я прежде всего человек, и хочу, чтобы вы видели во мне человека, и притом такого, который хочет жить по-человечески.</p>
     <p>Шелдон мысленно негодовал. Что это? Она издевается над ним? Или она от природы лишена нормальных женственных черт? Или перед ним яркий образчик поразительной, сентиментальной, дурацкой наивности?</p>
     <p>— Я уже докладывал вам, — сухо ответил он, — что производить вербовку на Малаите для женщины не годится. Прибавить к этому нечего. Вот все, что я должен и осмеливаюсь вам доложить.</p>
     <p>— А я на это скажу вам, что вы ошибаетесь. Прошу вас помнить, что я совершила на «Мьеле» в качестве ее капитана весь переезд от Таити, и что потеряла я свою шхуну только по вине карты вашего адмиралтейства. Я настоящий мореплаватель, а это важнее, чем быть капитаном на Соломоновых островах. Капитан Юнг не откажется подтвердить мои слова. Он мне сам сказал это. Я моряк, и лучше вашего знаю морское дело. Вы сами это отлично знаете. Я умею стрелять. Я не дура. Я всегда умею за себя постоять. Непременно приобрету себе кетч и буду сама на нем плавать и производить вербовку рабочих на Малаите.</p>
     <p>Шелдон беспомощно развел руками.</p>
     <p>— Хорошо, хорошо, — добавила она, возвышая голос. — Вы можете умыть себе руки. Но не мешало бы вам, как любил говаривать дядя Фон, «подлить масла в огонь». Я вижу, толку мало продолжать этот спор. Давайте лучше послушаем музыку.</p>
     <p>Он встал и подошел к большому граммофону. Но не успела завертеться пластинка заведенного инструмента, как Шелдон услышал ее слова:</p>
     <p>— Как вам не надоест эта вечная Джени Эйрс. Вот почему вы и не понимаете меня! Пойдем, Сатана! Пусть его наслаждается своими избитыми ариями.</p>
     <p>Шелдон насупил брови и решил промолчать, но увидев, что она сняла со стены ружье, осмотрела затвор и направилась к дверям, он не выдержал и спросил:</p>
     <p>— Куда вы идете?</p>
     <p>— Памятуя разницу полов, — ехидно улыбнулась Джен, — не считаете ли вы неуместным и неприличным спрашивать меня, почему и зачем я иду на охоту за крокодилами? Спокойной ночи! Выспитесь хорошенько.</p>
     <p>Шелдон сердито захлопнул крышку граммофона, двинулся, было вслед за ней к двери, но вдруг передумал и упал в кресло.</p>
     <p>— Вы уповаете на то, что меня съест крокодил? Не правда ли? — крикнула она ему, спускаясь с веранды, и закатилась переливчатым смехом, который долетал до него через открытую дверь.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава X</p>
      <p>Записка от Баучера</p>
     </title>
     <p>Весь следующий день Шелдон провел в одиночестве. Джен отправилась осматривать Пэри-Сулай и не могла вернуться назад раньше позднего вечера. Тоскливое чувство одиночества угнетало его, а тут еще поднялся свежий ветер, и встревоженный Шелдон то и дело выскакивал на веранду и наводил на волны свою подзорную трубу в надежде увидеть возвращающийся вельбот. Чтобы убить как-нибудь время, он угрюмо перелистывал конторские книги своей плантации, подводил итоги, балансы и хмурился час от часу все больше и больше. Потеря «Джесси» нанесла Беранде жестокий удар.</p>
     <p>Не говоря уже о том, что пропали те деньги, которые были за нее заплачены, иссяк вместе с тем источник приносимых ею доходов, покрывавших доселе большую часть текущих расходов плантации.</p>
     <p>— Бедный друг Хью, — произнес он вслух, обращаясь в пространство. — Хорошо, что ты не дожил до этого, старина! Какой провал, какой провал!</p>
     <p>В промежутке между двумя особенно бурными порывами ветра к берегу пристала «Флибберти-Джиббет», и спустя некоторое время на лестнице раздались тяжелые шаги шкипера Пита Ольсона, брата того самого Ольсона, который погиб при крушении «Джесси». Взобравшись с трудом на веранду, этот старый, седой, изможденный лихорадкой моряк упал в кресло, еле переводя дух от усталости.</p>
     <p>Подкрепившись доброй порцией виски с содовой, он приступил к своему отчету и деловым донесениям.</p>
     <p>— Вас совсем истрепало лихорадкой, — заметил Шелдон. — Вам бы следовало отдохнуть немного в Сиднее, чтобы подышать другим воздухом.</p>
     <p>Старый шкипер отрицательно покачал головой:</p>
     <p>— Нельзя! Я слишком долго прожил на островах: как бы мне там не стало хуже.</p>
     <p>— На вашем месте я бы рискнул, будь что будет: либо смерть, либо выздоровление, — посоветовал Шелдон.</p>
     <p>— Но я заранее уверен, что тамошний климат убьет меня. Я уже испытал однажды на себе его действие. Мне случилось побывать в Сиднее в позапрошлом году. Не успел я тогда сойти на берег, как ненастье уже свалило меня с ног. Меня стащили в госпиталь. Я пластом пролежал две недели. Доктора отослали меня назад в эти края, уверяя, что другого спасения нет! И действительно, как видите, я еще жив до сих пор, но организм мой сильно подорван. В Австралии я бы не вынес и тридцати дней.</p>
     <p>— Но как же быть? — сказал Шелдон. — Нельзя же поддаваться болезни!</p>
     <p>— Меня излечит одна только смерть. Я бы предпочел лучше всего возвратиться на родину, но не доеду. Буду уж болтаться здесь, пока не издохну. Зачем я только попал сюда? Бог меня знает!</p>
     <p>Он отказался переночевать в доме и, получив от хозяина надлежащие распоряжения, отправился к себе на корабль.</p>
     <p>К вечеру ветер усилился, и Шелдон тревожно припадал к своей подзорной трубе, надеясь разглядеть в темной дали вельбот. Когда, наконец, показался на горизонте знакомый парус, медленно приближавшийся к берегу, Шелдон невольно вздрогнул, увидев Джен, стоявшую у руля и навалившуюся на него всем своим корпусом.</p>
     <p>Разбушевавшийся ветер как-то боком гнал лодку вперед, и Джен, видимо, старалась изо всех сил преодолеть это опасное направление, прежде чем вельбот попадет в бурун. Наконец ее таитяне спрыгнули на берег и втащили вельбот на песок. Джен в сопровождении своей редкостной свиты вошла в ворота усадьбы.</p>
     <p>В это самое время градом застучали первые капли надвигавшегося ливня. Высокие кокосовые пальмы закивали верхушками во все стороны, уступая порывам разгулявшегося ветра, и грозовые тучи мгновенно превратили тропические сумерки в темную ночь.</p>
     <p>В душе Шелдона как-то бессознательно изменилось настроение. Напряженная тревога ожидания сменилась радостью, когда он увидел перед собою запыхавшуюся девушку, которая взбежала на веранду с веселым смехом, разгоревшимся личиком и развевающимися волосами.</p>
     <p>— Милое, очень милое местечко Пэри-Сулай, — защебетала она. — Я непременно его куплю. Сегодня же вечером напишу заявление комиссару. Я уже наметила там место для усадьбы. Прелестный уголок! Вы должны туда как-нибудь съездить и помочь мне советом. Мне ужасно хочется поскорее туда перебраться. Ах, как хороши эти шквалы! Я опоздала к обеду. Побегу переодеться и мигом вернусь к вам.</p>
     <p>Пока ее не было, Шелдон шагал из угла в угол по комнате, с нетерпением ожидая ее возвращения.</p>
     <p>— Теперь я больше никогда не буду с вами ругаться, — сказал он ей, когда они уселись за стол.</p>
     <p>— Ругаться! — фыркнула она. — Какое противное слово! Оно звучит так вульгарно и жестоко. Гораздо лучше, я думаю, было бы сказать: ссориться.</p>
     <p>— Называйте, как хотите, но только мы с вами больше не будем этого делать, правда? — Сказав это, он слегка поперхнулся, ибо выражение ее глаз, казалось, предвещало немедленный и резкий отпор.</p>
     <p>— Прошу вас, извините меня, — поспешил он прибавить. — Я говорю только про одного себя. Я не так выразился. Я хотел сказать, что не буду вам больше перечить. У вас ужасная манера: вы как-то умеете, не обмолвившись ни единым словом, поставить человека в дурацкое положение. До чего это странно! Я одушевлен самыми лучшими намерениями, и вы опять…</p>
     <p>— Задираете нос, — договорила она за него.</p>
     <p>— Вы все только ножку мне подставляете, — жаловался бедняга.</p>
     <p>— Что вы выдумываете? Я ведь молчу и спокойно сижу себе, убаюканная сладкими обещаниями вечного мира и тому подобное, а вы вдруг ни с того ни с сего начинаете выпаливать разные дерзости.</p>
     <p>— Помилуйте, какие же дерзости?</p>
     <p>— А как же? Вы утверждаете, что я ужасное существо, или, что у меня ужасные манеры. Ведь это, в сущности, одно и то же. Жаль, что мой домик еще не готов. Завтра же улетучилась бы отсюда.</p>
     <p>Но видно было, как она старается подавить смех, который, однако, очень скоро прорвался и поверг ее смущенного собеседника в совершенное недоумение.</p>
     <p>— Я вас поддразниваю. А вы и поверили. Что вы насупились? Расправьте брови! Мой смех вас шокирует? Вы делаете такие гримасы, как будто бы у вас зубы болят. Ладно, ладно, отмалчивайтесь! Но ведь вы же обещали не ссориться и великодушно даровали мне право надоедать вам сколько угодно. Пользуясь этой привилегией, обращаю прежде всего внимание на плачевное состояние «Флибберти-Джиббет». Я не воображала увидеть такой большой катер, но, повторю, состояние его плачевное. Оснастка у него не в порядке. Его может привести в негодность первый напористый шквал. Я поглядывала на Ноа-Ноа, когда мы проходили мимо. Он ничего не сказал. Только раза два подмигнул. И я не нашлась ничего возразить.</p>
     <p>— Дело в том, что шкипер болен: его совсем извела лихорадка, — оправдывался Шелдон. — Вдобавок, к несчастью, он еще лишился штурмана, на которого обыкновенно возлагаются все эти заботы. Это случилось в Уги, там, где убили моего торгового агента Оскара. А чернокожие, как вы знаете, — плохие матросы.</p>
     <p>Джен призадумалась, а он воспользовался минутой, пока она взвешивала его веские доводы, и попросил у нее вторично коробку консервов: не то, чтобы у него особенно разыгрался аппетит, нет, но ему просто хотелось лишний раз взглянуть на эти тонкие, крепкие пальчики, лишенные всяких украшений, и на выглядывавшую из-под рукава полную женскую ручку.</p>
     <p>При виде этих потемневших от загара пальчиков, его внезапно, как луч света, осенила мысль. Да, это так! Теперь он разгадал немудреную тайну ее привлекательного характера. Эти пальчики все ему рассказали. Ясно, почему он так часто попадался впросак.</p>
     <p>До сих пор он смотрел на нее, как на женщину, но она далеко еще не сформировалась. Она все еще девочка, и притом девочка с мальчишескими наклонностями. Эти обожженные солнцем пальчики любят делать все то, за что обыкновенно хватаются молодые ребята, увлекающиеся всяким спортом, всякими занятиями, требующими сильного мускульного напряжения. Она отличается смелостью, но смелость эта не выходит из ограниченных пределов чисто ребяческого пристрастия к приключениям, ружьям, револьверам, Баден-Пауэлям и непринужденного, чисто товарищеского общения со всеми встречными, не разбирая пола.</p>
     <p>По мере того как он вглядывался теперь все глубже и глубже в эти милые черты, на него снисходило то блаженное настроение, которое он испытывал в детстве у себя на родине, когда, бывало, слушал в церкви пение детского хора. Она напоминала ему этих мальчиков-певчих, голоса которых не отличишь от женских. Чисто женские свойства характера еще не развернулись в ней. Это объясняется ее воспитанием. Матери у нее не было. Ее окружали такие люди, как Фон, ее отец и туземные слуги. Она росла на полной свободе, в грубой обстановке малокультурной жизни на отдаленных островах. Ее игрушками были не куклы, а ружья, лошади, и не картонные, а настоящие. И забавлялась она не в четырех стенах, а под открытым небом. Вот почему, как она и признавалась ему, пансион был для нее чем-то вроде тюрьмы, а ученье — наказанием. Тюрьма эта отрывала ее от диких скачек, от морских прогулок там, у себя на родине, на островах. Мальчишеское воспитание и мальчишеские привычки и кругозор! Вот чем объясняются эти частые вспышки и мятежные выходки против всяких условных приличий. Когда-нибудь в ней проснется женское чувство, но пока оно еще дремлет.</p>
     <p>Прекрасно: по крайней мере он теперь понял, как к ней следует подходить. Подружиться с нею можно, очевидно, только на почве чисто товарищеских отношений. Но теперь он откажется от своего ошибочного взгляда и перестанет подчеркивать обязывающую к условностям разницу пола.</p>
     <p>Он постарается забыть, что имеет дело с женщиной. Удивительно, как он мог полюбить эту девочку, в которой женщина еще дремлет. Но как бы то ни было, а она заполнила огромный пробел в его одинокой жизни; он почувствовал это сегодня вечером, когда присматривался к расходившимся волнам с таким неясным волнением, ожидая с минуты на минуту появление знакомого паруса. Тут он вспомнил про свои счета, про неустойчивое материальное положение Беранды, угрожавшее крахом, и погрузился в меланхолию.</p>
     <p>Но вдруг встряхнулся: она что-то ему говорит.</p>
     <p>— Виноват, — спохватился он. — Что такое вы сказали?</p>
     <p>— Кажется, вы ни слова не слышали из того, что я вам говорю, — обиделась Джен. — Я говорила о том, что состояние «Флибберти-Джиббет» весьма плачевное и что завтра утром, если только вы согласитесь предупредить шкипера и если это не заденет его самолюбия, я пойду туда со своими молодцами и тщательно осмотрю все неисправности. Кроме того, мы очистим дно судна. Не упускайте из виду, что мне придется рано или поздно поплавать на этой посудине, хотя бы в том случае, если придется отсюда удирать.</p>
     <p>Когда они расположились пить кофе на веранде, со двора донесся свирепый лай Сатаны и отчаянный гвалт. Шелдону пришлось выручать перепуганного пришельца-чернокожего, которого во дворе он подверг допросу.</p>
     <p>— Кто твой фелла-мастер? — спросил он. — Откуда ты взялся и чего тебе надо?</p>
     <p>— Мой мастер — Баучер. Много челноков из Порт-Адамса к фелла-мастеру. Много, много.</p>
     <p>Черный посланец вытащил из-за пояса записку. Шелдон поднес ее к глазам.</p>
     <p>— Это от Баучера, — обернулся он к Джен, — который водворился на месте Пакарта. Помнится, я вам рассказывал про Пакарта, которого убили собственные матросы. Баучер уведомляет, что с полсотни дикарей из Порт-Адамса пристали к берегу на своих челноках; все они расположились лагерем на берегу. Они уже успели похитить у него и зарезать шесть штук свиней, и, кажется, намерены поднять бунт. Он опасается, что к ним пристанут пятнадцать беглых из Лунга.</p>
     <p>— И тогда?.. — подсказала Джен.</p>
     <p>— И тогда Билли Бэту придется поставить на место Баучера кого-нибудь другого. Этот пункт, видите ли, принадлежит Билли Бэту. Не придумаю, как тут быть. Я не хотел бы вас тут оставить одну.</p>
     <p>— А почему бы мне не отправиться вместе с вами?</p>
     <p>Он улыбнулся и покачал головой.</p>
     <p>— В таком случае возьмите с собой моих людей, — предложила она. — Они прекрасные стрелки и не трусы. Один только Утами боится, да и то не людей, а злых духов.</p>
     <p>Ударили в колокол; полсотни рабочих потащили вельбот к берегу; Джен пошла провожать. Команда гребцов разместилась по своим местам. Патауре и трое других таитян, вооруженные ружьями и патронами, уселись на корме, а Шелдон встал у руля.</p>
     <p>— Досадно, что вы не берете меня с собой, — сказала, поморщившись, Джен, когда гребцы собирались отчаливать.</p>
     <p>Шелдон отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Я ведь ни в чем не уступлю мужчине, — настаивала она.</p>
     <p>— Вы тут нужнее, — ответил он. — Неподалеку шатаются беглые из Лунга: они могут заявиться в Беранду, и если мы оба будем отсутствовать, — прощай плантация! До свиданья! К утру мы вернемся. Отсюда всего только двенадцать миль.</p>
     <p>На обратном пути Джен пришлось миновать толпу чернокожих, спускавших вельбот. Они оживленно толковали о чем-то между собой и кривлялись, как обезьяны. Когда девушка очутилась в самом центре этой толпы, ее охватило жуткое чувство. Их было так много. Что могло бы удержать их от дикой расправы, если бы они вздумали накинуться на нее? Впрочем, она вспомнила, что стоит только ей крикнуть, и на ее зов прибежит Ноа-Ноа со всеми оставшимися товарищами, из коих каждый в отдельности мог легко справиться с целым отрядом чернокожих. Когда она уже подходила к воротам, к ней приблизился один из толпы. Было уже очень темно, и ей трудно было распознать лицо подошедшего.</p>
     <p>— Ты кто? — спросила она его резким голосом. — Как тебя зовут?</p>
     <p>— Мой Ароа, — выговорил дикарь.</p>
     <p>Джен припомнила, что это один из тех двух болевших, за которыми она сама ухаживала в госпитале. Второй из них умер.</p>
     <p>— Мой принимала очень много, фелла, лекарств, — заявил Ароа.</p>
     <p>— Ну, вот ты и выздоровел, — ответила она ему.</p>
     <p>— Мой надо табак, много, фелла, табак; мой надо ситец; мой надо бусы; мой надо, фелла, хороший пояс.</p>
     <p>Она сочла это шуткой и ожидала увидеть улыбку, похожую на гримасу, но чернокожий не шутил. Он, очевидно, заявлял серьезную претензию. Весь его наряд состоял из узкой повязки на бедрах, пары деревянных сережек в ушах и украшения из белых ракушек на густой шапке курчавых волос. Тело его было вымазано жиром, а зрачки глаз блестели в темноте, как у дикой кошки. Остальные дикари толпились за ним плотной стеной.</p>
     <p>Одни из них зубоскалили, другие угрюмо и напряженно молчали.</p>
     <p>— Вот тебе раз! — удивилась она. — Чем же ты заслужил все эти подарки?</p>
     <p>— Мой принимал лекарства, — сказал Ароа, — заплати.</p>
     <p>«Хороша благодарность, — промелькнуло у нее в голове. — Выходит как будто, что Шелдон был прав».</p>
     <p>Ароа уставился в землю. Водворилось молчание. Слышно было, как плеснула летучая рыба, с берега доносился легкий невнятный шум морского прибоя.</p>
     <p>В чуткой ночной тишине пронеслась над их головами большая летучая мышь. Прохладный ветерок, предвестник утра, коснулся щеки Джен.</p>
     <p>— Ступайте домой, — приказала она, и повернулась на каблуках, намереваясь войти в ворота.</p>
     <p>— Заплати, — повторил чернокожий.</p>
     <p>— Ароа, ты совсем ошалел! Ничего я тебе не должна. Убирайся!</p>
     <p>Но Ароа стоял на своем. Она почувствовала, что он становится дерзким. Он все твердил одно и то же:</p>
     <p>— Мой ел лекарство. Плати. Плати сейчас!</p>
     <p>Наконец, ее взорвало, и она отвесила ему такую звонкую оплеуху, что Ароа упал бы, наверное, если бы не поддержала сзади толпа. На его место выступил другой претендент.</p>
     <p>— Заплати и мне! — крикнул он.</p>
     <p>Глаза у него бегали совершенно как у обезьяны; и хотя он избегал смотреть в лицо, но закусил свои толстые губы с выражением мрачной решимости.</p>
     <p>— За что? — спросила она.</p>
     <p>— Мой Гугуми, — ответил он. — Бэво — мой брат!</p>
     <p>Джен припомнила, что так звали ее умершего пациента.</p>
     <p>— Убирайся, тебе говорят!</p>
     <p>— Бэво глотал лекарство. Бэво, брат, умер. Заплати. Наш отец — большой фелла, вождь в Норт-Адамсе.</p>
     <p>Джен усмехнулась.</p>
     <p>— Гугуми большой дурак. Такой же дурак, как Ароа. Скажите, пожалуйста, а кто же мне будет платить за лекарства?</p>
     <p>Она переступила порог и захлопнула за собою ворота. Но Гугуми двинулся за ней и нахально приставал:</p>
     <p>— Отец большой фелла, вождь. Ты мой по голове не дашь. Ты боишься!</p>
     <p>— Я боюсь? — встрепенулась она.</p>
     <p>— Ты боишься! Ты не бьешь мой голова! — сказал гордо Гугуми.</p>
     <p>Джен обернулась и, размахнувшись, изо всей силы влепила ему такую затрещину, что гордый сын вождя зашатался, но, однако, устоял и бросился к воротам, чтобы помешать ей задвинуть засов. Толпа шарахнулась за ним вслед. Джен вспомнила, что револьвер висит на стенке в соломенном домике. Стоит только позвать матросов, и она спасена. Однако, она не позвала на помощь. Вместо этого она свистнула и позвала Сатану, хотя и знала, что собака сидит на цепи. Но уже эта кличка оказала магическое действие на толпу. Чернокожие с воем рассыпались во все стороны и исчезли во тьме. Гугуми неохотно покинул Джен. Последняя благополучно вошла в дом и сначала нервно расхохоталась, но потом ей стало до того досадно, что она заплакала.</p>
     <p>Каково! Она провела целую ночь у изголовья опасно больного, а брат его требует с нее платы за его жизнь.</p>
     <p>— Неблагодарное животное! — выругалась она и подумала, стоит ли рассказывать об этом Шелдону.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XI</p>
      <p>Нашествие из Порт-Адамса</p>
     </title>
     <p>— Мы справились со всей этой музыкой довольно легко, — рассказывал Шелдон, сидя на веранде и отхлебывая из чашки утренний кофе. — Вельбот уже стоял под навесом. Баучер побаивался сначала решительных действий, но потом, когда мы подоспели к нему, он повел себя молодцом. Мы учинили суд и расправу, и старому негодяю Телепассу пришлось уступить. Он там у них предводительствует в Порт-Адамсе. Это продувная бестия. Мы содрали с него такой штраф, который стоит в десять раз дороже порезанных свиней, и изгнали его оттуда со всей его шайкой. О, это отборная банда, доложу вам! Их было там по меньшей мере человек шестьдесят в пяти больших челноках, и они готовились учинить бунт. Они откуда-то достали целую дюжину спайдеров; не мешало бы отобрать у них эти ружья.</p>
     <p>— Почему же вы этого не сделали? — спросила Джен.</p>
     <p>— Не развяжешься потом с комиссаром, который ужасно щепетилен во всем, что касается его «черных воспитанников», как он их называет. Мы их оттуда выбили, но они отплывут несколько миль и опять высадятся где-нибудь на побережье, чтобы съесть своих убитых. Пожалуй, они скоро и к нам заглянут.</p>
     <p>Слова Шелдона оказались пророческими.</p>
     <p>Не прошло и двух часов, как челноки, действительно, пристали к Беранде. Никто не заметил, как они подошли. Слуги сидели в это время на кухне за завтраком. Рабочие ушли на плантацию. Сатана мирно почивал под биллиардным столом, и сонный лениво отмахивался от досаждавшей ему мошкары. Джен рылась у себя в кладовой, а Шелдон отдыхал в гамаке на веранде. Внезапно он проснулся, почувствовав, что вокруг творится что-то неладное. Продолжая лежать, он повернул голову, посмотрел вниз и увидел, что весь двор наполнился вооруженными дикарями. Это были те самые дикари, с которыми он недавно посчитался. Но их стало заметно больше. Между ними были и такие, которых он раньше не видел.</p>
     <p>Шелдон вылез из гамака, медленно подошел к перилам, потянулся, зевнул и вялым взором окинул толпу. Он притворялся совершенно спокойным. Видно, ему уж такая судьба: вечно торчать на этом возвышении и усмирять то и дело наводнявшие его двор грозные скопища чернокожих. Шелдон поглядывал на них беззаботно, но душа у него была не на месте. Незнакомые гости были вооружены новенькими винтовками. А! Он так и знал. Это беглецы из Лунга. Их там человек пятнадцать стоит в сторонке. Да в руках местных туземцев штук двенадцать старых спайдеров. Остальные вооружены копьями, стрелами и томагавками. А там, вдали, красуются причудливые большие военные пироги с высокими изогнутыми кормами и носами, украшенными резными фигурками и обвешанные блестящими раковинами. Это были те самые разбойники, которые недавно убили его агента Оскара в Учи.</p>
     <p>— В чем дело? Чего вы здесь не видели? — обратился к ним Шелдон.</p>
     <p>Вместе с тем он бросил белый взгляд на море, где «Флибберти-Джиббет» отражалась на зеркальной поверхности вод. На палубе под навесом не видно было ни души. Вельбот отцеплен. Очевидно, таитяне отправились глушить рыбу в Бейльсуне. Он был совершенно один на своей вышке перед этой оравой. Люди его мирно дремали, усыпленные полуденным тропическим зноем.</p>
     <p>Никто не ответил ему ни полслова. И он вынужден был повторить свой вопрос; на этот раз он заговорил уже более властным и гневным голосом. Заслышав этот тон, чернокожие задвигались на месте, как стадо баранов. Но никто не раскрывал рта. Все глаза устремлены были на него, ожидая чего-то. Что-то такое должно было произойти. И они выжидали этого чего-то, проникнутые неустойчивым, стадным чувством солидарности, они ждали, что кто-нибудь сделает первый решительный шаг, который всех их увлечет за собой. Шелдон старался угадать этого зачинщика, так как бояться приходилось только его одного. И вдруг прямо под собой он заметил дуло ружья, осторожно просовывающееся между двух черных тел и медленно наводимое на него. Целился дикарь, стоявший во втором ряду.</p>
     <p>— Эй, ты! — гаркнул Шелдон, впиваясь ему прямо в глаза. Дикарь отшатнулся и опустил дуло.</p>
     <p>Шелдон все еще господствовал над человеческим стадом и удерживал власть.</p>
     <p>— Уходите-ка, фелла-джоны, отсюда подобру-поздорову, — предложил он им. — Уходите к Соленому морю, вон туда!</p>
     <p>— Мой будет говорить! — задрал голову кверху тучный, грязный дикарь, лохматая грудь которого была покрыта толстым слоем годами накопившейся грязи.</p>
     <p>— А, это ты, Теленасс? — развязно вопросил Шелдон. — Прикажи им уйти, а сам оставайся! Мы с тобой потолкуем.</p>
     <p>— Они хороший, фелла, народ, — возразил Теленасс. — Они будут стоп.</p>
     <p>— Ну, ладно! Чего тебе надо? — спросил Шелдон, стараясь притворной беспечностью прикрыть свою невольную уступку.</p>
     <p>— Эта фелла — мой сын. — Дряхлый вождь указал на Гугуми, которого Шелдон узнал в ту же минуту.</p>
     <p>— Твоя белая Мария очень злой, — продолжал Теленасс. — Ударила в ухо Гугуми. Гугуми — мой сын. Когда я умру, Гугуми будет большой фелла, вождь. Белая Мария бил его по голове. Нехорошо. Заплати много табак, много порох, много ситец.</p>
     <p>— Ах ты, старая шельма! — выругался Шелдон.</p>
     <p>Не прошло и часу с тех пор, как Джен потешала его рассказом о ночном эпизоде, и вот, как из земли, вырос перед ним Теленасс во главе целого войска и требует возмездия за поношение сына.</p>
     <p>— Гугуми! — скомандовал Шелдон. — Чего ты здесь околачиваешься? Убирайся на свое место. Живо!</p>
     <p>— Мой стоп! — прозвучал дерзкий ответ.</p>
     <p>— Белая Мария бил голова, — повторил старый Теленасс. — Не заплатишь, будет большая, фелла, беда.</p>
     <p>— Ты прикажи сначала уйти всем отсюда, — произнес с возрастающим раздражением Шелдон. — Прикажи им убираться ко всем чертям… к берегу. Тогда потолкую с тобой.</p>
     <p>Шелдон почувствовал легкую вибрацию досчатой веранды и догадался, что к нему подошла сзади Джен. Но он не решился оглянуться. Там, внизу, торчало слишком много заряженных ружей.</p>
     <p>Веранда опять дрогнула, и он сообразил, что Джен ушла в комнаты. Минуту спустя она опять стояла возле него. Джен прежде никогда не курила, и Шелдон удивился, услыхав запах табачного дыма.</p>
     <p>Но скоро он понял в чем дело. Покосившись в сторону, он заметил в ее руках знакомый сверток с динамитом. Он приметил также кончик трубки, расщепленной пополам, со вставленной в скважину восковой спичкой.</p>
     <p>— Теленасс, ты, старый негодяй! Вели же им, говорят тебе, убраться! Пускай идут на берег. Долго ты еще будешь лясы точить?</p>
     <p>— Мой не точит, — сказал вождь. — Мой хочет получить за битый голова Гугуми.</p>
     <p>— Вот я тебе сам пробью голову, — заорал Шелдон, ухватившись за перила и делая вид, что собирается спрыгнуть.</p>
     <p>Поднялся негодующий ропот, и толпа чернокожих зашевелилась. Дула нескольких ружей выставились кверху. Джен приложила к трубке свертка кончик раскуренной папиросы. Выстрел из старого спайдера грянул со двора, и Шелдон услыхал сзади звон разбитого стекла. В этот же самый момент Джен швырнула свой снаряд в самую гущу чернокожего войска; загоревшаяся трубка бомбы адски трещала и шипела. Толпа бросилась врассыпную. Никто из дикарей не успел выстрелить больше ни разу. Разбуженный выстрелом Сатана бешено залаял и заметался в биллиардной комнате, порываясь выскочить наружу. Джен услышала лай и поспешила выпустить пса; на этом трагедия закончилась и уступила место комедии.</p>
     <p>Дикари побросали копья и ружья и в панике попрятались за стволы кокосовых пальм. Сатана превзошел сам себя. Никогда ему еще не предоставляли такой полной свободы действий и не давали рвать и терзать столько черного мяса. Он разошелся вовсю. Хватал, цапал, кусал бегущие черные икры, до тех пор, пока последняя пара пяток не очутилась выше его головы.</p>
     <p>Вся ватага повисла на пальмах, кроме одного Теленасса, который был слишком тучен и стар, чтобы лазить по деревьям, и неподвижно лежал, растянувшись ничком на земле, на том самом месте, на котором споткнулся. Благородный Сатана не тронул поверженного врага и только перебегал от дерева к дереву и лаял на тех, которые висели пониже.</p>
     <p>— Вам бы следовать подучиться немного, как вставлять детонаторы, — заметил строго Шелдон.</p>
     <p>Джен ответила ему на это насмешливым взглядом.</p>
     <p>— Там вовсе и не было детонатора, — сказала она. — Да к тому же еще не выдумали такого детонатора, который мог бы заставить взорваться бутылку хлородина.</p>
     <p>Она заложила два пальца в рот и протяжно свистнула.</p>
     <p>Шелдона каждый раз коробило от этого мальчишеского способа собирать своих матросов.</p>
     <p>— Они отправились глушить рыбу в Бейльсуне, — предупредил он ее. — Но вот подплывает Ольсон со своей командой. Он старый вояка, стоит только его раззадорить. Смотрите, как он лупит гребцов. Ему сдается, что они очень вяло гребут.</p>
     <p>— Что же мы теперь будем делать? — спросила Джен. — Вы загнали свою дичь на деревья, но не можете же вы ее там оставить навеки!</p>
     <p>— Нет, но я могу их проучить как следует. — Шелдон подошел к большому колоколу.</p>
     <p>— Очень будет хорошо, — ответил он на ее протестующий жест. — Мои рабочие — все местные жители, а эти людоеды — с прибрежной полосы; те и другие ненавидят друг друга. Вот будет потеха!</p>
     <p>Он ударил в набат, и вскоре все двести рабочих прибежали на двор. Сатану заперли на замок, и он взвыл от такого ужасного с ним обращения.</p>
     <p>Рабочие плантации немедленно устроили военную пляску под каждым деревом и наполнили воздух отборной руганью по адресу своих заклятых врагов. Шкипер «Флибберти-Джиббет» появился на сцене. Он шатался и трясся от жестокого приступа лихорадки, еле-еле удерживая в руках тяжелое ружье. Лицо его посинело, как у мертвеца, и зубы выбивали барабанную дробь; ему было холодно под горячими лучами припекавшего солнца.</p>
     <p>— Я ссс-яду тут и ббб-уду ссс-торожить их, — затараторил он, щелкая зубами. — Ччч-ерт побери, меня всегда ллл-ихорадит, когда я чем-нибудь ррр-астроен. Что же вы ннн-амерены предпринять?</p>
     <p>— Первым делом надо подобрать все эти ружья.</p>
     <p>Под руководством Шелдона слуги принялись подбирать разбросанное оружие и сложили его в кучу на полу веранды. Шелдон отобрал новенькие винтовки, украденные в Лунга, и отложил их в сторону. Спайдеры он превратил в щепки, а коллекцию дротиков, томагавков и другие трофеи он презентовал Джен.</p>
     <p>— Редкостный вклад в вашу коллекцию, — улыбнулся он, — собранный прямо на поле битвы.</p>
     <p>Затем он велел развести на берегу костер и предать всесожжению содержимое челноков, которое с наслаждением принялись ломать, коверкать и грабить его чернокожие работники. А самые челноки они нагрузили песком и камнями и, отведя их подальше, затопили на десятисаженной глубине.</p>
     <p>— Двадцать ярдов — глубина изрядная, и им придется не мало-таки попотеть над ними, — заметил Шелдон, когда рабочие возвратились назад.</p>
     <p>После этого подвига началась настоящая сатурналия<a l:href="#n_558" type="note">[558]</a>. Военные песни и пляски возобновились с новым одушевлением и начали переходить уже границы приличия. Рабочие стали швырять камнями и палками в безоружных врагов своих. А семьдесят пять людоедов стоически выдерживали на своих насестах эту бомбардировку и только огрызались, обещая жестоко отомстить.</p>
     <p>— Теперь из-за этого столкновения на Малаите затеется сорокалетняя война, — смеялся Шелдон, — но я полагаю, что старый Теленасс больше уже никогда не решится нападать на плантацию.</p>
     <p>— Эй, ты, старое чучело! — обратился он к дряхлому, восседавшему на нижней ступеньке лестницы вождю, бормотавшему в бессильной злобе что-то непонятное. — Теперь бы можно было побарабанить и по твоей дурацкой башке. Мисс Лэкленд, попробуйте, как она у него звучит?</p>
     <p>— О, он ужасно грязен, уж лучше я умою его. Ну-ка, Адаму-Адам, искупай его! Давай сюда воды; налей в это корыто! Орифайри, сбегай поскорей за мылом и мочалкой!</p>
     <p>Таитяне, вернувшись с рыбной ловли, ухмылялись, поглядывая на светопреставление, происходившее на дворе и немедленно вошли в свою роль.</p>
     <p>— Табу! Табу!<a l:href="#n_559" type="note">[559]</a> — закудахтали в ужасе людоеды, повисшие на деревьях, при виде того, как их вождя повалили в корыто и принялись кощунственно сдирать с его жирного тела священную грязь.</p>
     <p>Джен ушла в дом и выбросила в окно лоскут белого коленкора, которым тут же обмотали бедра выгруженного из корыта старого Теленасса, блиставшего причудливой чистотой. Сиятельный вождь, подавившийся мыльною пеной и содой, которую Ноа-Ноа напустил ему в рот, чихал и плевал во все стороны.</p>
     <p>Прислужникам велело было принести ручные кандалы. Всех беглецов из Лунга одного за другим поснимали с деревьев. Шелдон выступил в роли тюремщика. Надевал им на руки кандалы, он продевал в ушки кандалов стальные цепочки и соединял арестантов попарно.</p>
     <p>Гугуми за непоседливый нрав посадили в карцер до вечера.</p>
     <p>После этого Шелдон распорядился вознаградить полдневным отпуском рабочих плантаций, и, когда они удалились, разрешил гостям из Порт-Адамса спуститься с насестей. После обеда Джен и Шелдон долго прохлаждались под сенью веранды, наблюдая дикарей, которые ныряли, выгружая песок и камни из своих затопленных лодок. Дикари провозились до самого вечера, доставая со дна свои челноки. Наступили уже густые сумерки, когда они отплыли от берега, с трудом гребя поломанными веслами. Поднялся ветерок. «Флибберти-Джиббет» снялась с якоря и направилась в Лунга сдавать арестантов.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XII</p>
      <p>Мистер Морган и мистер Рафф</p>
     </title>
     <p>Шелдон наблюдал за работами по постройке моста, когда к берегу подошла и бросила якорь шхуна «Молекула». Джен с интересом настоящего моряка следила за тем, как матросы на шхуне убирали паруса и спускали шлюпку, и сама пошла навстречу высадившимся на берег гостям.</p>
     <p>Пока прислужник бегал за хозяином, она угощала двух визитеров виски с содой и занимала их разговорами.</p>
     <p>Гости чувствовали себя не совсем ловко в ее присутствии, и Джен заметила, что то один, то другой присматривался к ней со скрытым любопытством. Она сознавала, что они как будто взвешивают и оценивают ее, и впервые болезненно почувствовала всю неловкость своего оригинального положения в Беранде. С другой стороны, и сама Джен тоже стеснялась их. Она не знала, за кого их принять: они не походили ни на торговцев, ни на моряков. По их речам нельзя было подумать, что они джентльмены, хотя, видимо, они умели держать себя в обществе и не говорили ничего неприличного. Без сомнения, это были люди деловые, но довольно своеобразного типа. Однако, какие у них могли быть дела на Соломоновых островах и зачем они прибыли на Беранду?</p>
     <p>Старший, мистер Морган, был здоровенный мужчина с бронзовой физиономией и длинными усами. Он говорил басом, с гортанными интонациями. Другой, мистер Рафф, был субъект щуплый и слабый, с выцветшими, водянистого цвета глазами; он нервно подергивал руками и говорил с легким акцентом, напоминавшим какой-то незнакомый жаргон. Но кто бы они ни были, ясно было, что это люди незаурядные, самостоятельно пробившие себе дорогу в жизни. Так думала Джен. Но она чуть не вздрогнула при мысли о том, каково попасть в лапы этим дельцам. В деловых сношениях они, вероятно, не знают пощады. Она внимательно посмотрела на Шелдона, когда тот вошел в комнату, и по выражению его лица сразу догадалась, что он не особенно обрадовался их визиту. Но в то же время ясно было, что эти люди ему нужны, так как после непродолжительного и незначительного общего разговора он пригласил их к себе в контору.</p>
     <p>Вечером она спросила у Лаландру, куда они ходили.</p>
     <p>— Ай, много ходили, много смотрели. Смотрели деревья, смотрели земля под деревьями, смотрели, фелла, мост, смотрели сушильня, смотрели луга, смотрели река, смотрели вельбот. Ай, ай, много большой фелла смотрел, очень много.</p>
     <p>— Какие это, фелла, люди, эти два фелла? — спросила она.</p>
     <p>— Большой фелла — мастер белого человека, — только и мог объяснить черный.</p>
     <p>Отсюда Джен вывела заключение, что эти господа — люди влиятельные на Соломоновых островах, и что факт осмотра ими плантации и проверки ее счетов не предвещает ничего хорошего.</p>
     <p>За обедом разговор вращался вокруг общих мест и не было произнесено ни слова, в котором содержался бы самый отдаленный намек на цель их визита. Однако, от внимания Джен не ускользнуло беспокойство, сквозившее в глазах Шелдона. После того как подали кофе, она ушла к себе. До полуночи прислушивалась она к доносившимся до нее через весь двор голосам разговаривавших и видела вспыхивающие огоньки их сигар. На следующее утро, поднявшись рано, она выведала, что они уже отправились вторично осматривать плантацию.</p>
     <p>— Что это значит? — спросила она у Вайсбери.</p>
     <p>— Мистер Шелдон немножко время, скоро конец.</p>
     <p>— Что это значит? — спросила она опять у Орифайри.</p>
     <p>— Мистер Шелдон с большим фелла поедут в Сидней. Да, мой так думает. Скоро Беранда конец.</p>
     <p>Осмотр плантации продолжался в течение целого дня, и шкипер «Молекулы» не раз посылал гонцов в усадьбу, прося гостей поторопиться с осмотром. Солнце уже садилось, когда приезжие подошли к шлюпке, которая должна была их доставить на шхуну, но и тут, на берегу, они еще битый час толковали с Шелдоном. Джен видела издали, как Шелдон что-то доказывал им; она видела также и то, что оба его собеседника не сдавались на его доводы.</p>
     <p>— В чем дело? — весело спросила она Шелдона, когда они расположились обедать вдвоем.</p>
     <p>Он, улыбаясь, посмотрел на нее. Но улыбка его была какая-то кислая.</p>
     <p>— Ай, ай, — продолжала она, подражая чернокожему. — Толстый фелла говорил, говорил. Солнце заходит — говорил. Солнце всходит — говорил. Все время говорил. О чем это он, фелла, говорил?</p>
     <p>— О, ничего особенного! — Шелдон встряхнул плечами. — Им хотелось купить Беранду, вот и все.</p>
     <p>Она посмотрела на него недоверчиво.</p>
     <p>— Должно быть, не совсем так было дело. По-видимому, вы сами хотели ее продать!</p>
     <p>— Право же нет, мисс Лэкленд! Поверьте, я далек от этой мысли.</p>
     <p>— Нечего в прятки играть, — настаивала она. — Давайте говорить откровенно. Вы смущенны и расстроены. Я не настолько глупа, чтобы этого не видеть. Говорите прямо. Ведь я, пожалуй, могу вам и пригодиться — хотя бы советом.</p>
     <p>Наступила пауза. Видимо, он не то, чтобы боялся быть откровенным, но не знал, с чего начать.</p>
     <p>— Ведь вы знаете, что я — американка? — сказала она, вызывая его на откровенность. — А американцы наделены от рождения практической сметкой. Я не хвастаюсь этим, а только уверена, что в этом отношении преимущество на моей стороне. Во всяком случае, у меня больше практического чутья, нежели у вас. Давайте обсудим дело вместе. И вместе поищем выхода. Сколько вы задолжали?</p>
     <p>— Тысячу фунтов с лишком — пустяки, как вы думаете? Да еще, вдобавок, на следующей неделе истекает срок найма тридцати рабочих, и в среднем каждому придется заплатить по десяти фунтов. Но к чему вам понапрасну забивать себе голову всем этим? В самом деле, вы знаете…</p>
     <p>— Во что вы цените Беранду? В настоящее время?</p>
     <p>— Приходится ценить ее, смотря по тому, сколько готовы будут дать за нее Морган и Рафф.</p>
     <p>Поглядев на недовольную мину Джен, Шелдон решился раскрыть ей все свои карты.</p>
     <p>— В свое время мы с Хью вложили в это дело восемь тысяч фунтов. Имение наше очень хорошее и стоит гораздо дороже этой суммы. Но оно станет приносить чистый доход не раньше, как года через три. Вот что заставило нас с ним заняться торговлей и вербовкой. «Джесси» и наши торговые конторы почти покрывали все текущие расходы Беранды.</p>
     <p>— А сколько дают вам Морган и Рафф?</p>
     <p>— Они предлагают, сверх перевода на них всех долгов, всего только тысячу фунтов наличными.</p>
     <p>— Бессовестные жулики! — воскликнула она.</p>
     <p>— Нет, они просто деловой народ, и больше ничего. По их словам, цена вещи определяется тем, сколько за нее дают и берут.</p>
     <p>— А сколько вам предстоит затратить на Беранду в течение трех лет? — нетерпеливо добивалась Джен.</p>
     <p>— Двести рабочих по шести фунтов в год каждому — за три года составит три тысячи шестьсот фунтов, это — главная сумма.</p>
     <p>— Ой, ой, как вздорожали рабочие руки! Три тысячи шестьсот фунтов или, иначе говоря, целых восемнадцать тысяч долларов одним людоедам! Но все-таки имение это может служить солидным обеспечением. Почему бы вам не заложить землю в Сиднее?</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Вы их калачом сюда не заманите для осмотра плантации. Их слишком часто обманывали плантаторы Соломоновых островов. Но мне тяжело расставаться с этим уголком, и, клянусь вам, не столько ради себя, сколько ради покойника Хью. Он так привязан был к этому месту! Он был страшно настойчивый парень, понимаете, и никогда не пасовал. А потому-то и мне так тяжело сдаваться. Мы постепенно с ним разорились, но «Джесси» позволяла нам надеяться, что, пожалуй, протянем как-нибудь.</p>
     <p>— Разумеется, вы оба были простаками. Но вам все-таки незачем продавать плантацию Моргану и Раффу. Я отправляюсь в Сидней с первым пароходом и приведу вам шхуну. Не первоклассную шхуну, конечно. Я не в состоянии затратить на это тысяч пять или шесть долларов.</p>
     <p>Он остановил ее, подняв руку в виде протеста.</p>
     <p>— На обратном пути я приму поручение отвезти какой-нибудь груз. Во всяком случае, шхуна заменит вам «Джесси». Вы же за это время подготовьтесь к тому, чтобы найти для нее подходящую работу, когда я приеду назад. Я намерена сделаться пайщиком Беранды, чтобы потуже набить свой кошелек соверенами<a l:href="#n_560" type="note">[560]</a>. У меня, как вы знаете, их наберется до полутора тысяч с лишним. Мы с вами вступим в соглашение, если вы только не прочь, но я уверена, что вы мне не откажете.</p>
     <p>Он поглядел на нее с ласковой улыбкой.</p>
     <p>— Вы ведь знаете, что я затем и прибыла сюда за тридевять земель, с Таити, чтобы завести плантацию, — настойчиво твердила она. — Вы хорошо знаете, каковы были мои намерения. Теперь они видоизменились отчасти, — вот и все. Я предпочитаю вступить в долю в Беранде и вернуть свои деньги по прошествии трех лет. Это интереснее, чем ковырять землю на Пэри-Сулай и ждать доход целых семь лет.</p>
     <p>— А эта… а… а… эта шхуна…</p>
     <p>Шелдон раздумал договаривать и промолчал.</p>
     <p>— Ну, ну!.. Что же дальше?</p>
     <p>— А вы не рассердитесь? — только спросил Шелдон.</p>
     <p>— Нет, нет, будьте спокойны: ведь мы ведем деловой разговор.</p>
     <p>— Вы… вы на ней сами собираетесь плавать… быть на ней капитаном, короче, говоря? И сами собираетесь заниматься вербовкой на Малаите?</p>
     <p>— Непременно! Чтобы скинуть со счетов вознаграждение шкипера. Мы заключим между собой условие, по которому вы будете получать жалование управляющего, а я буду получать жалование капитана. Это так просто. А если вы не захотите взять меня в долю, то я приобрету Пэри-Сулай, заведу себе маленькое судно и буду ездить на свой страх. Разницы мало.</p>
     <p>— Мало разницы? Что вы говорите! Разница огромная. Если вы приобретете Пэри-Сулай, то вы сами будете отвечать за себя. Хотя бы вы сделались людоедкой, что мне за дело! Но если вы вступите со мной в компанию, то я буду отвечать за вас. И тогда я не позволю вам, как совладелице, разъезжать в качестве шкипера, занимающегося вербовкой. Повторяю вам: я не позволил бы этого делать ни моей сестре, ни моей жене.</p>
     <p>— Но ведь я, слава Богу, не жена, а только ваш компаньон.</p>
     <p>— Наконец, все это похоже на шутку, — упорно стоял на своем Шелдон. — Мужчина и девушка, оба молодые, совместно хозяйничают на отрезанной от всего мира плантации! Единственный трезвый выход из положения, это — женитьба!</p>
     <p>— Я предлагаю вам чисто деловое соглашение, — ответила она резким тоном. — Видно, мне не найти во всем мире такого мужчины, который отнесся бы ко мне по-товарищески!</p>
     <p>— Но не забывайте того, что вы женщина, — завел он опять свою песню. — И что существуют известные общепринятые условности, известные приличия, обя…</p>
     <p>Она вскочила со своего места, как ужаленная, и топнула ногой.</p>
     <p>— Вы знаете мое любимое выражение?</p>
     <p>— Знаю, знаю, — улыбнулся он: — проклятые юбки.</p>
     <p>Она кивнула головой и продолжала:</p>
     <p>— Иду спать. Прошу вас взвесить мое предложение и дать на него ответ завтра утром. Препираться толку мало. Вы меня только злите. Я вижу, что вы трус и эгоист. Вы боитесь, что скажут какие-нибудь дураки. Как бы ни были честны ваши побуждения, нам станет не по себе, если посторонние люди будут вас осуждать. Вы больше заботитесь о своем спокойствии, нежели обо мне. И, будучи трусом, — ведь все мужчины в душе своей трусы! — вы прикрываете свою трусость личиною рыцарского благородства. Благословляю небо, что я не мужчина. Покойной ночи. Поразмыслите все же. Постарайтесь откинуть глупые опасения. Если Беранда в чем-либо нуждается, так это в хорошей американской сметке. У вас ее нет. Вы — увалень, простофиля. Кроме того, ваше здоровье подорвано. А для меня этот климат еще внове… Возьмите меня себе в компаньоны и посмотрите, как я растормошу ваши Соломоновы острова. Признайтесь, что уже вас я порядком растормошила.</p>
     <p>— Да, могу сказать, — ответил он. — Как нельзя более! Мне еще ни разу в жизни не приходилось подвергаться такой дрессировке. Если бы мне кто-нибудь прежде сказал, что я попаду в такое положение… да, признаюсь, вы-таки разделали меня на все корки.</p>
     <p>— Но все это пустяки по сравнению с тем, что будет дальше. Поверьте мне, что все будет отлично, — сказала она ему напоследок, поднимаясь со стула и протягивая ему руку. — Покойной ночи! Извольте мне завтра утром дать разумный ответ.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIII</p>
      <p>Логика молодости</p>
     </title>
     <p>— Хотел бы я знать, что это: упрямство, простой каприз, или же вы на самом деле серьезно захотели сделаться плантатором на Соломоновых островах? — сказал Шелдон за завтраком.</p>
     <p>— А мне хотелось бы, чтобы вы стали попроще, — возразила Джен. — Вы пропитаны насквозь предрассудками. Но, во имя здравого смысла и… и порядочности, согласитесь, наконец, признать, что я не похожа на тех женщин, с которыми вам приходилось встречаться. И что со мной надо обращаться иначе! Вы не можете этого отрицать. Я приехала сюда шкипером на собственной шхуне, прошу покорно заметить, чтобы зарабатывать себе хлеб. Вы отлично это знаете. Я уже не раз повторяла вам это. Я иду по стопам отца и хочу довести до конца его предприятие, одушевляемая чувством, подобным тому, которое заставляет вас держаться Беранды в память вашего друга Хью. Отец скитался по морю, отыскивая на островах подходящее место для плантации. Он умер, а я продолжала следовать его примеру, пока не попала сюда. Ну, и вот… — пожала она плечами, — моя шхуна оказалась на дне морском, и я не могу продолжать идти дальше, а потому и остаюсь здесь. Плантацию я разведу непременно.</p>
     <p>— Примите во внимание… — начал было он.</p>
     <p>— Выслушайте меня до конца. Взвешивая свое поведение с той самой минуты, когда я ступила на этот берег, и вплоть до сегодняшнего дня, я не припоминаю ничего такого, чем бы я могла ввести вас в заблуждение относительно своих планов и дальнейших намерений. Я выложила вам все начистоту, а вы тут сидите и преспокойно заявляете мне, что хотели бы знать, вожу я вас за нос или нет. В последний раз повторяю вам, я действительно хочу стать плантатором, не взирая на то, будете ли вы мне помогать или противодействовать. Хотите вы, чтобы я сделалась вашим компаньоном?</p>
     <p>— Но подумайте: ведь надо мною все будут смеяться. Меня прославят на весь архипелаг таким дураком, какого еще свет не видал. Поселить в Беранде в качестве компаньона такую молодую девушку, как вы! Да на что это похоже, скажите на милость?</p>
     <p>— Решительно не вижу, что тут особенного? Вы боитесь зубоскальства каких-то идиотов? А я-то воображала, что Беранда научила вас полагаться на себя самого и что вы не нуждаетесь в нравственной поддержке всякого прощелыги и пьяницы из тех, что шатаются по Южным морям.</p>
     <p>Он улыбнулся:</p>
     <p>— С вами беда, да и только! Вы всегда сумеете так припереть человека к стене, что решительно не знаешь, что вам возразить. Ваша логика — победоносная логика молодости. Она не считается с трезвыми фактами, ей нет дела до жизненной прозы. Видно, молодость должна пройти через это, иначе она ничему не научится.</p>
     <p>— Так отчего же не попробовать? — подхватила она.</p>
     <p>— Беда в том, что факты опровергают логику молодости и вместе с тем разбивают пылкие молодые сердца. Взять хотя бы платоническую дружбу и… все такое; в теории это все хорошо, но на практике никогда не удается. Я когда-то тоже во все это верил. Это-то и привело меня на Соломоновы острова.</p>
     <p>Джен начинала терять терпение. Он почувствовал, что она его не понимает. Она выставляет против него лишь чистосердечные, неотразимые доводы молодости. В оболочке этой женщины живет душа юноши. Он любовался этим разгоревшимся личиком, этими пышными локонами, обрамляющими маленькую головку, волнообразными линиями стройного стана, откровенно просвечивающими сквозь легкую ткань самодельного платья, этими мальчишески-задорными глазами и вытянувшимися в струнку ровными бровями и диву давался, как могла такая прелестная девушка оставаться непохожей на женщину? Черт возьми, зачем она не рыжая, не кривая, зачем у нее не заячья губа?</p>
     <p>— Допустим, что вы стали моим компаньоном в Беранде, — заговорил он опять, испытывая при этой перспективе смешанное чувство ужаса и чарующей радости. — Выйдет то, что или я влюблюсь в вас, или вы влюбитесь в меня. Такая близость опасна, понимаете ли вы это? На деле, на практике случается обыкновенно то, что именно такое сближение опрокидывает логику молодости.</p>
     <p>— Если вы подозреваете, что я приехала на Соломоновы острова, чтобы выйти замуж… — вспыхнула она и зарделась от гнева. — Да, на Гаваях публика гораздо более благородная, я вижу. Знаете, что я вам скажу? Если бы кто-нибудь послушал со стороны, как вы наигрываете все на одной и той же струне, то легко мог бы подумать, что вы сами горите желанием…</p>
     <p>Лицо ее собеседника из багрового вдруг стало белым, как полотно. Ясно было, что он сильно разгневался. Она проглотила остаток кофе, поднялась с места и добавила в заключение:</p>
     <p>— Отложим этот разговор до тех пор, пока на вас снизойдет более веселое настроение. С вами трудно разговаривать. Вы слишком вспыльчивы. Идите-ка вы лучше купаться. Теперь самое время — прилив.</p>
     <p>— Если бы ты только не была женщиной, — пробормотал он, когда она вышла из комнаты, — то я бы тебя, друг мой, вышвырнул со своей плантации к черту со всеми твоими пожитками и таитянами, и вельботом, и соверенами, и всякою всячиной!</p>
     <p>Но в этом-то и штука, что она все-таки женщина. Да и куда ей идти и что с ней может случиться?</p>
     <p>Он встал, закурил папиросу, и взор его упал на стэтсоновскую шляпу и кольт, висевшие на стене. В этом-то все и дело: он не хочет, чтобы она уходила. В сущности, она еще только подросток, потому-то и логика ее удивляет его. Это просто логика молодости, но такая логика способна чертовски злить. Во всяком случае, он раз и навсегда уже твердо решил никогда больше не выходить из себя. Джен ведь ребенок. Он не должен этого забывать. Он тяжело вздохнул. Какое удивительное сочетание ребячества и женственности! Он долго не отрывал взгляд от шляпы. Досада, вызванная разговором, исчезла бесследно, и он стал ломать голову над вопросом: как бы вывернуться из затруднительного положения, как бы найти какой-нибудь способ, дающий возможность ей остаться в Беранде? «Разве пригласить для нее компаньонку? — осенила его вдруг блестящая мысль. — А почему бы не так?» Он пошлет за ней в Сидней при первой возможности. Да, да, он непременно…</p>
     <p>Серебристый смех прервал его думы. Шелдон подошел к выходным дверям, через которые видно было, как Джен бежит по дорожке к берегу. За нею едва поспевали два проводника, матросы Панехара и Махамеме, в красных набедренных повязках, с заткнутыми за пояс кинжалами. Вот еще тоже причуда. Сколько раз он предупреждал, уговаривал и упрашивал ее остерегаться акул! Она ни за что не хотела послушаться и упражнялась в плавании, как нарочно, в наиболее опасные послеобеденные часы. Он следил за ней, как она бросилась в воду с верхушки небольшой сваи, подражая манере ныряющих ребятишек, как она поплыла вперед, делая размашистые движения рукой, и как двое телохранителей плыли рядом с ней по обе стороны, на расстоянии нескольких футов. Он не особенно полагался на их искусство и ловкость в борьбе с нападающей акулой, хотя и был твердо уверен, что они — беззаветно преданные слуги и не задумаются пожертвовать жизнью, спасая свою госпожу.</p>
     <p>По мере того, как они удалялись от берега, головы их превращались в еле заметные точки на поверхности моря. Между тем, поднялось небольшое волнение. Еле заметные точки стали совсем исчезать. Чтобы не потерять их из виду, он сначала прищуривался, а потом вынес на веранду подзорную трубу. Налетел шквал со стороны Флориды, но Джен и ее телохранители беззаботно ныряли в волнах. Действительно, она плавает мастерски, надо ей отдать справедливость; он уже давно в этом убедился. Уроки плавания на Гаваях не пропали даром. Но акулы оставались акулами. Кроме того, он знал несколько случаев, когда весьма искусные пловцы погибали при сильном волнении.</p>
     <p>Небо заволокло тучами, и океан запенился. Шелдон потерял из виду своих пловцов. Полил проливной дождь. Когда ливень прекратился и обновленная Беранда засияла на солнце, на поверхности вала показались три головы. Шелдон, захватив подзорную трубу, вошел в дом и скоро увидел Джен, взбегавшую вверх по тропинке, распуская на ходу слипшиеся волосы, которые ей надо было промыть пресной водой. В послеобеденное время, за разговором на веранде он в самой деликатной форме коснулся щекотливого вопроса о компаньонке, мотивируя это предложение тем соображением, что для Беранды нужна экономка для присмотра за челядью и кладовыми и для выполнения разных других хозяйственных функций.</p>
     <p>Выдвинув этот благоразумный проект, он замолчал, не без тревоги ожидая, какое впечатление произведут на Джен его слова.</p>
     <p>— Так, значит, вы недовольны тем, как я веду домашнее хозяйство? — было первым ее вопросом. И не давая ему разинуть рот, она продолжала:</p>
     <p>— Произойдет неизбежно одно из двух. Либо мне придется расстаться с мыслью вступить с вами в товарищеское соглашение и уехать, предоставляя вам выписывать еще новую лишнюю компаньонку для той компаньонки, которая займет место экономки, либо я заманю на вельбот и утоплю эту старую курицу. Как вы могли допустить, хотя бы на одну минуту, что я явилась сюда, на край света, прибыв на собственной шхуне, ради удовольствия попасть под начало какой-то дуэньи?<a l:href="#n_561" type="note">[561]</a></p>
     <p>— Но ведь… компаньонка… так сказать, некоторым образом… необходимое зло, — заикнулся он.</p>
     <p>— Мы до сих пор великолепно обходились без нее. Разве я брала с собой компаньонку на «Мьеле», а ведь я была единственной женщиной на борту своей шхуны. Ничего я так не боюсь, как ос, скарлатины и компаньонок. Ух! Это противные, зловредные чудовища, откапывающие все дурное, усматривающие в самом невинном поступке греховные побуждения и сами наталкивающие на грех, вовлекающие в соблазн своим больным и развращенным воображением.</p>
     <p>— С нами крестная сила! — Шелдон с комическим ужасом отскочил от стола. — Вы всегда сможете без труда зарабатывать хлеб, — рискнул он пошутить. — Если лопнет ваша плантация, вы сможете взяться за перо и начать успешно писать тенденциозные повести. Я уверен, что на этом поприще вы легко завоюете популярность.</p>
     <p>— Я не знаю, кому будут нужны на Соломоновых островах такие книги, — отрезала она. — Они полезны только для вас и подобных вам моралистов.</p>
     <p>Он поморщился, но Джен продолжала с оригинальной находчивостью и задором, свойственными юности:</p>
     <p>— Ибо какую же цену имеет вынужденная добродетель, скованная по рукам и ногам? Ваш проект приставить ко мне сторожа показывает, что вы не слишком-то высокого мнения обо мне. Я хочу быть хорошей, потому что хорошо быть хорошей, а не потому, что меня будет сторожить какая-нибудь старая карга с глазами Аргуса<a l:href="#n_562" type="note">[562]</a>.</p>
     <p>— Не в том дело. Дело в том, что скажут о вас другие.</p>
     <p>— Пускай они думают, что им угодно. Что мне за дело до грязных сплетен. Люди, подобные вам, из боязни пересудов готовы подчиняться мнению, всяких проходимцев.</p>
     <p>— Вы заговорили языком Шелли<a l:href="#n_563" type="note">[563]</a>, — ответил он. — Я вижу, что мне придется сделаться вашим компаньоном хотя бы для того, чтобы принять вас под свое покровительство.</p>
     <p>— Ежели вы принимаете меня компаньоном для того, чтобы учредить надо мной опеку, то я… я… отказываюсь наотрез… Вот и все. Придется, видно, приобрести Пэри-Сулай.</p>
     <p>— Тем более вам понадобится… — начал было он.</p>
     <p>— Знаете, что я сделаю? — перебила она его. — Я поищу для себя какого-нибудь другого советчика на Соломоновых островах, который не подумает учреждать надо мной опеку.</p>
     <p>Эти слова поразили Шелдона в самое сердце, и он не мог скрыть своего испуга.</p>
     <p>— Вы шутите, — застонал он.</p>
     <p>— Нет, не шучу, я так и сделаю. Мне, наконец, надоело это непрошеное покровительство. Пожалуйста, не забывайте ни на минуту, что я сама отлично умею постоять за себя. А кроме того, у меня целых восемь лучших защитников, каких только можно желать: я говорю про своих матросов.</p>
     <p>— Вам бы надо было родиться лет за тысячу или через тысячу лет, — засмеялся он. — Вы какая-то первобытная и в то же время архисовременная. Двадцатый век не по вас.</p>
     <p>— Но зато Соломоновы острова пришлись мне как раз по вкусу. Вы жили здесь совсем как дикарь, когда я впервые встретилась с вами, пробавлялись одними только мясными консервами да лепешками, то есть такой пищей, которая способна расстроить пищеварение верблюда. Как-никак, а я вам наладила обиход. И если мы станем совладельцами, то на этот счет вы вполне обеспечены. Во всяком случае, вы у меня не умрете от плохого питания.</p>
     <p>— Если только мы станем совладельцами, — сказал он, — то имейте в виду, что нам на шхуне разъезжать не придется. Вы можете отправиться в Сидней и выбрать там шхуну, но шкипера нужно будет нанять.</p>
     <p>— Чтобы тратить лишние деньги на содержание безответственного, неспособного пьяницы? Между тем как я могла бы сама отлично справиться с этим делом, которое так близко моему сердцу. И притом гораздо лучше всякого наемника. Вам небезызвестно, что в этой части я перещеголяю любого опытного капитана в Южных морях.</p>
     <p>— Но, сделавшись моим компаньоном, вы становитесь в положение хозяйки.</p>
     <p>— Благодарю за комплимент, из которого вывожу заключение, что вы считаете мое поведение недостойным почтенной хозяйки!</p>
     <p>Обиженная донельзя и расстроенная, со слезами на глазах она поднялась со своего места и подошла к граммофону.</p>
     <p>— Неужто все мужчины подобно вам пропитаны столь смехотворными взглядами?</p>
     <p>Шелдон встряхнул плечами и улыбнулся. Спорить было бесполезно; он изведал это на опыте; он решил взять себя в руки. И к вечеру она, наконец, ему уступила. Решено было, что она с первым же пароходом отправляется в Сидней, покупает там шхуну и возвращается со шкипером на борту. Шелдон, со своей стороны, пошел тоже на уступки: Джен будет предоставлено право время от времени совершать небольшие путешествия на острова. Но он оставался непреклонным, как камень, в одном отношении: чтобы она сама производила набор на Малаите, — этого он никак не мог допустить.</p>
     <p>После того, как предварительные переговоры были закончены и подписан составленный по ее настоянию формальный письменный договор, Шелдон целый час прохаживался из угла в угол, размышлял о том, какого он свалял дурака. Что за нелепое положение! Впрочем, пожалуй, не хуже того, которое ему предшествовало из во всяком случае, менее невозможное, нежели то, в котором он очутился бы, если бы Джен вздумала поселиться на Пэри-Сулай.</p>
     <p>Ему ни разу не случалось встречать более самостоятельной женщины, которая вместе с тем более нуждалась бы в покровительстве, чем эта, походившая на мальчика девушка, сопровождаемая живописной своей свитой, появившаяся на этом берегу в оригинальном костюме, с долгоствольным револьвером на поясе, с сумкой золота и целым ворохом романтических бредней в голове.</p>
     <p>Ни в каких романах ему до сих пор не приходилось встречать ничего подобного. Действительность, правда, иногда превышает фантастичностью всякую сказку. Все это было так странно и необычно, что казалось неправдоподобным. Он кусал усы и курил папиросы одну за другой. Сатана, прибежавший со двора, подскочил к нему и прикоснулся влажным холодным носом к его руке. Шелдон погладил его по голове. Появление собаки вывело его из задумчивости. Он кинулся в кресло и весело расхохотался. Что только подумает правительственный комиссар Соломоновых островов? Что подумают его знакомые и родные? Он заодно и радовался состоявшемуся между ними соглашению и сожалел о том, что Джен Лэкленд появилась на горизонте Соломоновых островов.</p>
     <p>Шелдон вошел к себе в комнату, достал карманное зеркальце и долго и пристально всматривался в свое отображение.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIV</p>
      <p>«Марта»</p>
     </title>
     <p>— Большой, фелла, шхуна у берега! — объявил Вайсбери, входя в комнату, где после завтрака Джен и Шелдон с азартом сражались на биллиарде.</p>
     <p>Одновременно с этим послышался лязг цепей, и, выйдя на веранду, они увидели большую черную шхуну, стоявшую недалеко от берега и плавно покачивавшуюся на якоре.</p>
     <p>— Да ведь это янки! — воскликнула Джен. — Взгляните на форму носа, на овальные очертания кормы… А! Да вот и доказательство!</p>
     <p>В это время на шхуне взвился полосатый американский флаг, усеянный звездочками.</p>
     <p>Шелдон распорядился, чтобы на флагштоке Беранды также был поднят флаг. Ноа-Ноа побежал исполнять его приказание.</p>
     <p>— С какой это стати заявились сюда американцы? — удивлялась Джен. — Это не яхта, но держу пари, что она отлично ходит и на парусах. Прочтите, как название?</p>
     <p>— «Марта», Сан-Франциско, — ответил Шелдон, посмотрев в подзорную трубу. — Я в первый раз вижу на Соломоновых островах американское судно. Вот они уже высаживаются. Взгляните-ка на гребцов: одни только белые. Как их сюда занесло?</p>
     <p>— Да разве они похожи на моряков? — сказала Джен. — Если бы у меня были такие гребцы, даже хотя бы чернокожие, мне и то было бы совестно за такую ухватку. Полюбуйтесь на этого парня, что вылезает из лодки. Ему гораздо больше пристало бы вычищать навоз из телятника.</p>
     <p>Новоприбывшие рассыпались по берегу и с любопытством озирались по сторонам, а двое, что восседали на корме шлюпки, вошли в ворота и направились к дому. Один из них, высокий и стройный молодой человек, был в белом кителе, напоминавшем военную форму. Другой, похожий на большую, неуклюжую обезьяну, был в каком-то странном наряде: полуморском, полусухопутном. Сходство его с обезьяной подчеркивалось густыми косматыми рыжими баками и маленькими щелочками колючих и беспокойных глаз.</p>
     <p>Шелдон встретил гостей на пороге и представил их Джен. Бородатый субъект шотландского типа имел немецкую фамилию фон Бликса и говорил с ярко выраженным американским акцентом. Высокий молодой человек в щегольском кителе носил английскую фамилию: его звали Джон Тюдор. Он говорил почти совершенно чисто по-английски, как полагается говорить всякому благовоспитанному янки, с легким, едва уловимым немецким акцентом. Акцент этот гармонировал, как нельзя более, с короткими, торчавшими кверху усами, открывавшими полные красные губы, похожие на лук купидона, и с некоторой жестокостью в выражении лица.</p>
     <p>Фон Бликс был неотесан и мужиковат. Тюдор же отличался изящной развязностью. Его манеры, жесты и мина изобличали в нем светского человека. Голубые глаза метали искорки, а подвижные складки гладко выбритого лица подчеркивали малейшие оттенки его мысли и настроений. Он сыпал остротами, улыбался и посмеивался в высшей степени непринужденно. Но вначале он говорил мало, так как фон Бликс повел рассказ об их задачах, приключениях, и Тюдор ограничивался пока только коротенькими вставками.</p>
     <p>Они предприняли экскурсию в поисках золота. Фон Бликс был ее предводителем, а Тюдор был его помощником. Вся их артель, насчитывающая двадцать восемь человек, состояла из пайщиков предприятия, заинтересованных в различной степени. Некоторые из них были матросы, но большинство были золотопромышленники, собравшиеся из разных уголков Мексики и Южной Америки. На Соломоновы острова привела их вечная, неустанная погоня за золотом. Они предполагали разбиться на два отряда. Один отряд, под предводительством Джона Тюдора, намеревался направиться на разведку вверх по течению речки Бейль и проникнуть в гористые недра Гвадалканара. Другой же, под начальством фон Бликса, отправлялся на Малаиту на «Марте» с аналогичной целью.</p>
     <p>— Итак, — заявил фон Бликс, — для того, чтобы Тюдор мог отправиться в свою экспедицию, ему потребуется взять с собой несколько человек чернокожих. Не можете ли вы уступить нам своих людей?</p>
     <p>— Разумеется, не бесплатно, — вставил Тюдор, — и вы можете назначить цену по своему усмотрению. От вас они получают по шести фунтов, не так ли?</p>
     <p>— Нам приходится в этом отношении быть экономными, — сказал Шелдон, — у нас и так не хватает рабочих рук на плантации.</p>
     <p>— Нам? — удивился Тюдор. — Разве вы вошли в компанию с кем-нибудь? В Гувуту, мне помнится, говорили, что ваш компаньон недавно скончался и что вы остались одни.</p>
     <p>Шелдон повернул голову в сторону Джен, и, когда он заговорил, она почувствовала, что ему было неловко.</p>
     <p>— С тех пор мисс Лэкленд состоит совладельцем этой плантации. Но вернемся к делу. У нас не хватает рабочих рук; с другой стороны, вам от этих людей будет мало пользы. Они не пойдут с вами дальше, чем до Бину, а это отсюда всего один переход. Они все уроженцы Малаиты и побоятся, что их там съедят. Они удерут при первом удобном случае. Вам придется взять других проводников в Бину, которые пройдут с вами еще один день пути, но как только вы с ними доберетесь до подошвы холмов, вам придется караулить и этих. Им тоже не улыбается перспектива быть съеденными.</p>
     <p>— Неужели дела обстоят так скверно? — спросил фон Бликс.</p>
     <p>— Никто еще не проникал до сих пор в глубь Гвадалканара, — стал объяснять Шелдон. — Лесовики-бушмены принадлежат к числу самых диких людей, какие только в настоящее время существуют на свете. Мне самому не приходилось видеть их, и я не встречал до сих пор еще никого, кто бы их видел. Они никогда не спускаются к побережью, хотя иногда их бродячие банды нападают на низовых жителей, слишком далеко забравшихся в глубь острова. Они их пожирают. Это совсем неизвестный народ. Они даже не научились еще курить табак. Австрийская научная экспедиция пробовала производить изыскания, но весь состав ее погиб. Их растерзали на части. На берегу, в нескольких милях отсюда, стоит памятник. Уцелел и вернулся назад один только член этой экспедиции, от которого и узнали о происшествии. Вот и все, что вы можете узнать от меня или от кого бы то ни было другого относительно внутренней области Гвадалканара.</p>
     <p>— А про золото ничего не слыхать? — заерзал Тюдор. — Вы ничего не слыхали про золото?</p>
     <p>Шелдон усмехнулся и оба визитера впились в него глазами.</p>
     <p>— Вы можете подняться на две мили вверх по Бейльсуне и там приступить к промывке золотоносного песка. Я частенько проделывал это. А в горах, что подальше, несомненно, имеется золото.</p>
     <p>Тюдор и фон Бликс переглянулись с видом победителей.</p>
     <p>— Старый Уптешиф был прав, — заметил Тюдор. Фон Бликс только кивнул головой. — А если и Малаита не обманет нас… — Тюдор не договорил и повернулся к Джен.</p>
     <p>— Нас привели сюда указания этого старого золотопромышленника, — пояснил он. — Фон Бликс подружился с ним, и тот открыл ему свой секрет.</p>
     <p>Обратившись к Шелдону, он добавил:</p>
     <p>— Я полагаю, что нам удастся доказать, что белые проникали в недра Гвадалканара еще задолго да австрийской ученой экспедиции.</p>
     <p>Шелдон пожал плечами.</p>
     <p>— Об этом мы здесь ничего не слыхали, — ответил он просто. Затем он обратился к фон Бликсу. — Что же касается моих рабочих, то вы можете взять их с собой в любом количестве. Но только с тем условием, что они будут сопровождать вас не дальше, чем до Бину. Скажите, сколько человек будет в вашем отряде и когда вы намерены выступить?</p>
     <p>— Нас будет десять человек со мною включительно, — ответил Тюдор.</p>
     <p>— Вам следует выступить послезавтра, — сказал ему фон Бликс. — Лодки будут готовы сегодня вечером. Завтра мы упакуем припасы и снаряжение. А «Марта» простоит здесь до вечера, мистер Шелдон, на закате же снимется с якоря.</p>
     <p>Когда оба гостя спускались к берегу по дорожке, возвращаясь на судно, Шелдон насмешливо посмотрел на Джен.</p>
     <p>— Вот приключение, как нельзя более в вашем духе. Поиски золота в стране людоедов.</p>
     <p>— Заманчивое заглавие для книги, — промолвила она, — или еще лучше: «Поиски золота в стране охотников за черепами»! — и тираж обеспечен.</p>
     <p>— А вы не раскаиваетесь, что сделались плантатором? — поддразнил он ее. — Не интереснее ли было бы принять участие в такой экспедиции?</p>
     <p>— Если бы я решилась на это, — сказала она, — то фон Бликс, наверное, не стал бы меня отговаривать от экскурсии на Малаиту.</p>
     <p>— Без сомнения. Он был бы даже рад.</p>
     <p>— Какое вы составили мнение об этих людях? — спросила она.</p>
     <p>— О, старый фон Бликс, это — дельный и в своей области опытный и сведущий человек; а Тюдор — порядочный лоботряс, поверхностный, легкомысленный малый. Доведись мне быть выброшенным на необитаемый остров, я предпочел бы общество фон Бликса.</p>
     <p>— Не совсем понимаю вас, — заметила Джен. — Что вы имеете против Тюдора?</p>
     <p>— А читали вы роман Броунинга «Последняя герцогиня?»<a l:href="#n_564" type="note">[564]</a>.</p>
     <p>Она кивнула головой.</p>
     <p>— Так вот Тюдор напоминает мне характером героиню этого романа…</p>
     <p>— Но она очаровательна.</p>
     <p>— Да, это верно. Но она была женщиной. От мужчины мы вправе ожидать большего — больше самообладания, выдержки, солидарности. Мужчина должен быть более энергичным, настойчивым, хладнокровным. Меня раздражают люди его пошиба. От мужчины требуется больше уравновешенности.</p>
     <p>Джен не могла согласиться с его оценкой. Шелдон почувствовал это, и ему стало не по себе. Раньше он заметил, как она оживленно беседовала с молодым гостем. Принимая во внимание оба эти впечатления, он задался вопросом: уж не ревность ли это? Какое ему дело до того: загораются у нее глаза или нет?</p>
     <p>С «Марты» спустили вторую шлюпку, и остальная часть малого отряда пристала к берегу. Двенадцать человек экипажа занялись на берегу сколачиванием лодок. Лодок было пять штук, они были чрезвычайно длинные и узкие, с выпуклыми бортами. На каждой лодке было по три весла и по несколько окованных железом шестов.</p>
     <p>— Вы, друзья, видно, опытные мастера по части речных разведок, — обратился к плотникам Шелдон.</p>
     <p>Один из них сплюнул наземь табачную жвачку и ответил:</p>
     <p>— Мы научились этому делу на Аляске. Мы их строим по типу тех лодок, которые ходят на шестах по Юкону. Этот ручей — безделица в сравнении с большими северными реками. Положат в этакий челночек фунтов пятьсот клади, и два человека так быстро погонят его по реке, что вы только руками разведете.</p>
     <p>Когда солнце стало садиться, «Марта», спустив флаг и отсалютовав из пушки, снялась с якоря и тронулась в путь.</p>
     <p>«Юнион-Джек» закивал на флагштоке Беранды, и Шелдон дал ответный салют из сигнального орудия.</p>
     <p>Оставшиеся американцы разбили на дворе палатки и развели костры на берегу, а Тюдор ужинал вместе с Шелдоном и Джен.</p>
     <p>Гость, видимо, побывал во всех уголках земного шара и знал все и вся. Польщенный вниманием Джен, он пустился в рассказы о своих многочисленных приключениях. Это был авантюрист высшей марки и, по его собственным словам, он родился на свет из любви к приключениям. Он происходил из древнего рода в Новом Южном Уэльсе; отец его был театральным консулом, родился же он в Германии, где получил начальное образование и откуда вывез свой легкий немецкий акцент. Будучи еще подростком, он отправился со своим отцом в Турцию, а потом сопровождал его в Персию, куда отец его был назначен посланником. Тюдор весь век свой скитался по разным местам. Он очень весело и остроумно рассказывал про свои путешествия, переходил от одного эпизода к другому, и видно было, что он не выдвигал свою собственную роль в них, а рассказывал о своих приключениях только потому, что они и в самом деле были весьма занимательны. Он участвовал в южно-американских восстаниях, побывал на Кубе, был скаутом в Южной Африке, военным корреспондентом в русско-японскую войну. Он разъезжал на собаках в Клондайке, работал на золотых приисках в Поме и издавал газеты в Сан-Франциско. Он был в дружеских отношениях с президентом Соединенных Штатов. Он был своим человеком в аристократических клубах Лондона и европейского континента, и Гранд-Отеля Йокогамы. Он выступал на избирательных собраниях в Невер-Невер. Он охотился на красного зверя в Сиаме, ловил жемчуг в На-Меру, побывал у Толстого, видел представление страстей господних и объездил Анды верхом на муле. Вместе с тем он мог служить живым справочником всех лихорадок Западной Африки.</p>
     <p>Шелдон, развалившись в своем портшезе на веранде, пил кофе и внимательно слушал. Вопреки сложившемуся в нем предубеждению, он невольно симпатизировал этому человеку, который пережил столько разнообразных приключений. И все-таки Шелдон чувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что рассказчик обращается главным образом к Джен. Он расточал свои слова и улыбки в обе стороны, однако Шелдон прекрасно видел, что если бы они друг с другом остались наедине, то разговор у них имел бы другой колорит.</p>
     <p>Тюдор, видя, что его рассказы производят сильное впечатление на Джен, нарочно расписывал свои приключения, стараясь очаровать ее их романтическим характером.</p>
     <p>Шелдон следил за ее напряженным вниманием, прислушивался к ее заразительному смеху, к ее вопросам и мимолетным замечаниям и чувствовал, как в груди его вырастает чувство, весьма похожее на любовь.</p>
     <p>Хотя Шелдон сохранял при этом известное спокойствие, окрашенное легкой грустью, но иногда им овладевала досада на этого героя, и он взвешивал все время: как велика доля правды в каждом из его рассказов и насколько можно доказать или опровергнуть любое из его утверждений.</p>
     <p>Во время одного из этих повествований и как бы согласно замыслу искусного драматурга на сцену появился Утами, чтобы доложить Джен, что в устроенную по ее приказанию западню попался крокодил.</p>
     <p>В это время Тюдор закуривал папиросу, и Утами пристально уставился на его лицо, освещенное огнем зажженной спички. Он был до того поражен, что даже забыл рассказать Джен про попавшегося крокодила.</p>
     <p>— Хелло, Тюдор! — воскликнул он, протягивая гостю руку и удивляя Шелдона столь непринужденным обхождением.</p>
     <p>— Кто ты такой? — спросил Тюдор, пожимая руку полинезийцу. Я не узнаю тебя.</p>
     <p>— Я Утами.</p>
     <p>— Утами? Но я, друг мой, не помню, где же мы с тобой встречались?</p>
     <p>— И вы не помните про «Гуахин»? — произнес Утами с оттенком укоризны. — Не помните наше последнее плавание на «Гуахине?»</p>
     <p>Тюдор с жаром схватил опять руку таитянина и крепко, сердечно пожал ее:</p>
     <p>— Из всей нашей партии уцелел один только канак<a l:href="#n_565" type="note">[565]</a> Джо, — сказал он. — Черт возьми, как я рад тебя видеть! Но я не знал твоего нового имени.</p>
     <p>— Мое настоящее имя Утами, но на «Гуахине» меня прозвали Джо. Да иначе меня в то время и не называли.</p>
     <p>— Но как ты сюда попал? — спросил его Тюдор, выпуская руку матроса.</p>
     <p>— Мы плавали на шхуне «Мьеле» с мисс Лэкленд. Мы много плавали: Таити, Райэта, Техас, Пора-Пора, Мануа, Тутуила, Апия, Савойя и Фиджи. А теперь мы застряли с мисс Лэкленд здесь, на Соломоновых островах, пока у нас не будет другой шхуны.</p>
     <p>— Нас только двое осталось в живых после крушения «Гуахина», — стал объяснять Тюдор. — Вот он, да я. Из пятидесяти семи человек, отплывших из Гуаны, никто решительно не спасся, кроме Джо и меня. В Номату нас настиг страшнейший ураган: я там ловил жемчуг.</p>
     <p>— А я и не знала, Утами, что ты чуть не погиб от урагана во время кораблекрушения. Ты мне про это ничего не рассказывал, — сказала с упреком Джен.</p>
     <p>Здоровенный полинезиец потоптался на месте и смущенно осклабился.</p>
     <p>— А я и не думал про это, — сказал он.</p>
     <p>Он повернулся уходить, полагая, что так надо. Но видно было, что он с удовольствием остался бы еще на некоторое время.</p>
     <p>— Ну, ладно, Утами, — сказал Тюдор, — завтра утром мы с тобой еще увидимся и побеседуем.</p>
     <p>— Он спас мне жизнь, этот молодец, — сказал Тюдор, когда таитянин, тяжело, и в то же время осторожно ступая по ступеням лестницы, спускался с веранды. — Лучшего пловца я в жизни никогда не видел.</p>
     <p>Джен попросила Тюдора рассказать про историю с «Гуахином».</p>
     <p>Шелдон курил и думал про себя, что какой бы там ни был этот самый Тюдор, но, по крайней мере, он не лжец.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XV</p>
      <p>Разговор о благовоспитанности</p>
     </title>
     <p>Дни тянулись за днями, а Тюдор и не думал покидать гостеприимную Беранду. Все было готово к отъезду, но он мешкал и большую часть времени проводил в обществе Джен, все более и более раздражая Шелдона. Состязался с ней в плавании, превосходя даже ее безрассудством, вместе с нею ходил глушить рыбу, показывая при этом необыкновенную удаль, ныряя среди голодных акул и отбивая добычу, на которую те жадно накидывались. Своими подвигами он завоевал даже уважение таитян. Арагу подзадоривал Тюдора на разные штуки, например, вырвать часть рыбы из пасти акулы, оставляя другую половину ей на съедение, и Тюдор блестяще выполнял эту задачу, поплатившись лишь тем, что сильно ободрал плечо о колючки плавников удивленной акулы.</p>
     <p>Джен восхищалась его удальством, и Шелдон поневоле принужден был сознаться, что этот молодец явился как бы живым воплощением того сказочного героя, образ которого витал доселе в ее фантастических грезах. Джен, очевидно, не помышляла о любви, но Шелдон чувствовал, что если ей суждено кого-нибудь полюбить, то именно такого героя или «выдающегося человека», выражаясь ее языком.</p>
     <p>Тюдор отлично умел выставлять напоказ все свои таланты и качества, и Шелдон чувствовал себя как-то приниженным в его присутствии. Шелдон и сам обладал не меньшим мужеством, но он не подчеркивал своих достоинств. Он знал, что не задумался бы нырнуть среди акул, спасая чью-либо жизнь, но он считал безумием выходки Джен.</p>
     <p>Разница между ними сводилась к тому, что Шелдон, так сказать, завешивал витрину своей лавочки. Жизнь и без того в нем била ключом, и он не считал нужным искусственно волновать ее поверхность для того, чтобы другие могли видеть, как она пенится. При виде того, как другие показывают свою удаль, он только все более уходил в себя и все глубже погружался в флегматическое спокойствие, составляющее отличительную черту англо-саксонской расы.</p>
     <p>— Вы как-то отупели за последние дни, — отметила с сожалением Джен. — Можно подумать, что у вас разыгралась печень или что вы заболели. Вам как будто, кроме ваших чернокожих рабочих и кокосовых орехов, ни до чего другого нет дела. Что с вами?</p>
     <p>Шелдон только улыбался в ответ и еще больше притихал, вслушиваясь в разглагольствования Тюдора, поучавшего Джен с высоты своего величия. Тюдор развивал перед нею теорию ежовых рукавиц, с помощью которых белым людям подлежит устраивать жизнь низших рас. Эта лекция напоминала Шелдону про те порядки, какие он сам наводит в Беранде. То, о чем Тюдор красноречиво философствует, он, Шелдон, давно уже применяет на практике, и в качестве представителя высшей расы без зазрения совести угнетает представителей низшей расы, которые работают на его плантации или угрожают ей со стороны. «Но к чему об этом разглагольствовать? — подумал он про себя. — И без того уже тошно!»</p>
     <p>Шелдон коротко и сухо высказал эту мысль, а Джен и Тюдор, воспользовавшись брошенным им вскользь замечанием, вовлекли его в спор. Они оба напали на него с самой неожиданной стороны, принявшись высмеивать английскую выдержку и самообладание, коими он втайне гордился.</p>
     <p>— Янки любят говорить о том, что они делают или сделали, — сказал Тюдор, — а англичане смотрят на них свысока, как на пустых хвастунов. Но янки — простодушный ребенок. По-настоящему он совсем не умеет хвастать. Как видите, он любит распространяться о своих деяниях, тогда как англичанин превозносится молча. Скромная, вошедшая в пословицу сдержанность англичан представляет собою не что иное, как утонченную форму бахвальства. Признайтесь, что это так!</p>
     <p>— А, я до сих пор этого и не подозревала! — воскликнула Джен. — Да, да, это так. Англичанин способен совершить потрясающе героический подвиг, но, оставаясь верен себе, замыкается и молчит. Он скромен, сдержан и чужд самохвальства. Но молчание его чрезвычайно красноречиво. Эффект равносилен тому, как если бы он сказал: «Да, я всегда делаю то же самое. Для меня это сущие пустяки. Но отсюда вы можете заключить, на какие истинно великие подвиги я способен при случае. А это, это — безделица; это ничтожный эпизод, знаете ли, не заслуживает внимания. В нем нет ничего из ряда вон выходящего». А про себя скажу, что если бы мне довелось, например, рискнуть жизнью при взрыве или спасти от смерти человека, то я бы хотела, чтобы об этом непременно узнали все мои друзья и все друзья моих друзей. Я возгордилась бы пуще самого Люцифера. Признайтесь, мистер Шелдон, разве вы не гордитесь внутренне, в глубине души, когда вам случается совершить что-нибудь смелое, отважное?</p>
     <p>Шелдон кинул головой.</p>
     <p>— А если так, — сказала она, налегая на слова с особенным ударением, — то разве гордость, скрывающаяся под личиною притворного равнодушия, не равносильна лжи?</p>
     <p>— Да, это верно, — согласился он. — Но ведь нам ежедневно приходится лгать таким образом. Это — плод воспитания, а англичане — самые благовоспитанные люди на свете, вот и все. Когда-нибудь и ваши соотечественники сделаются столь же благовоспитанными людьми. Не даром мистер Тюдор считает янки еще несовершеннолетними.</p>
     <p>— Слава Богу, что мы еще не начали привыкать к такой лжи! — вырвалось у Джен от души.</p>
     <p>— О, что касается вас, то вы уже начали, — поспешно возразил Шелдон. — Не далее, как третьего дня, вы солгали как раз таким образом. Помните, когда вы взобрались на одних руках по гарделю на флагшток? Ваше лицо являло образ воплощенного лицемерия.</p>
     <p>— Правда, ничего подобного не было!</p>
     <p>— Позвольте, позвольте, — продолжал он. — Выражение вашего лица было такое покойное, безмятежное, как будто бы вы нежились в кресле. Судя по вашему лицу, можно было подумать, что взбираться на руках по канату совершенно пустяковое дело. Надеюсь, вы не станете спорить, если я выскажу предположение, что когда вы в первый раз пробовали подняться на одних руках по канату, то, наверное, порядочно пыхтели и гримасничали. А теперь подобно чемпиону, выступающему на арене цирка, вы уже настолько тренированы, что легко можете удержаться от подобных гримас. Вы приучили себя скрывать свои ощущения, скрывать от людей то напряженное усилие, которое заставляет напрягаться ваши мускулы. А в этом сказывается, выражаясь словами мистера Тюдора, самое тонкое проявление самохвальства. Вот так-то и наша английская сдержанность представляет собою не что иное, как своего рода тренировку, и только. Слов нет, мы гордимся в душе своими поступками и деяниями, гордимся, не уступая в этом чувстве самому Люциферу и даже, пожалуй, еще того больше. Но мы — взрослые люди, и нам претит величаться.</p>
     <p>— Сдаюсь, — вскричала Джен. — В конце концов вы не так уж глупы, как кажется.</p>
     <p>— Да, признаюсь, вы нас приперли к стене, — согласился Тюдор. — Однако, вам бы не удалось этого сделать, если бы вы не отступили от своих собственных правил.</p>
     <p>— Как так?</p>
     <p>— Вы погрешили против вашей благовоспитанности тем, что заговорили о ней.</p>
     <p>Джен восторженно забила в ладоши.</p>
     <p>Тюдор вынул из портсигара и закурил новую папиросу, а Шелдон даже не пошевельнулся и продолжал невозмутимо молчать.</p>
     <p>— Ага, попались! — поддразнивала его Джен. — Почему вы не разобьете в пух и прах его доводы?</p>
     <p>— Право, мне сказать больше нечего, — ответил ей Шелдон. — Я знаю, что моя позиция неприступна, и довольствуюсь этим сознанием.</p>
     <p>— Вы могли бы сказать, — подзадоривала она его, — что когда взрослый человек находится в обществе ребятишек дошкольного возраста, то он должен приноравливаться к их языку для того, чтобы они могли его понимать. Вот причина, ради которой вы позволили себе на время отступить от ваших благовоспитанных правил. Только таким образом и можно было вразумить нас, малолетних детей.</p>
     <p>— Вы перешли на сторону противника, мисс Лэкленд, и в самом пылу сражения, — жалобно простонал Тюдор.</p>
     <p>Но она уже его не слушала. Отвернувшись от своих собеседников, она стала пристально всматриваться в море.</p>
     <p>Они последовали ее примеру и увидели зеленые огни и туманные очертания парусов какого-то корабля.</p>
     <p>— Неужели это возвращается «Марта»? — забеспокоился Тюдор.</p>
     <p>— Нет, боковые огни поставлены слишком низко, — заметила Джен. — Слышите? Вот они весла вытаскивают. Такое большое судно, как «Марта», на веслах не тронулось бы с места.</p>
     <p>— Имейте в виду, что «Марта» снабжена газолиновым двигателем в двадцать пять лошадиных сил, — сказал Тюдор.</p>
     <p>— Как раз такое судно, какое нам нужно, — деловито заметила Джен, обращаясь к Шелдону. — Я постараюсь раздобыть себе шхуну с подобной машиной. Пусть это будет хотя бы подержанный двигатель.</p>
     <p>— Но это поведет к лишним затратам на машиниста, — возразил он.</p>
     <p>— Расход окупится быстротой передвижения, — доказывала Джен, — я в этом совершенно уверена. Если бы вы не отличались таким чрезмерным консерватизмом, то, заменяя шкипера, я бы сэкономила гораздо больше, чем обошлось бы жалование машинисту.</p>
     <p>Шелдон не соблаговолил ответить на этот выпад, и она посмотрела на него с укоризной. Он смотрел на море, а она вглядывалась в черты его лица, озаренные светом фонаря, — упрямые, строгие, резко обозначенные, с девственной линией рта и более тонкими, чем у Тюдора, губами. В первый раз ей бросилось в глаза это выражение самоуверенной силы, спокойствия, прямоты и стойкой решимости. Потом она перевела глаза на Тюдора. У этого более миловидное, более смазливое лицо, такое лицо, которое привлекает с первого взгляда. Но ей не нравились очертания рта, который как будто был нарочно устроен для поцелуев, а она ненавидела поцелуи.</p>
     <p>Ощущение, испытанное Джен, нельзя было назвать вполне сознательным. Фигура Тюдора производила на нее какое-то неуловимое, смутное, отталкивающее впечатление. На этот раз она как-то усомнилась в этом молодом человеке. Возможно, что Шелдон высказал справедливое суждение о его характере. Впрочем, этот вопрос мало ее интересовал в настоящее время, ибо все, что связано с морем, — корабли, морские приключения, — занимали ее несравненно больше, нежели какие бы то ни было кавалеры.</p>
     <p>В настоящую минуту она пронизывала взором темноту тропических сумерек, вглядываясь в смутные очертания парусов, освещаемых зелеными огоньками, и прислушиваясь к скрипу весел в уключинах. Она угадывала особенные формы нагих чернокожих гребцов, ритмично выпрямляющихся при взмахе весел. Ей мерещилась фигура капитана, направляющего свой корабль на якорную стоянку, присматривающегося к темным силуэтам деревьев на берегу, соразмеряющего обманчивые в темноте расстояния, ощущающего на лице своем свежее прикосновение берегового бриза, который только что стал подувать, взвешивающего, обдумывающего всю совокупность различных сил, действующих на курс корабля, тех сил, благодаря которым, или вопреки сопротивлению которых он вел свое судно вперед. Все это она инстинктивно угадывала, потому что все это увлекало, захватывало ее, как может захватывать только настоящего моряка. Она уловила всплеск два раза выброшенного лота и ожидала услышать обычно следующий за этим возглас.</p>
     <p>Вот заговорил мужской голос, отдававший приказание рулевому, и она вздрогнула от удовольствия. Капитан скомандовал басом: «Лево руля!» Джен догадалась, что перемена направления была сделана с целью противопоставить подувшему ветерку бездействовавшие паруса, и собиралась тотчас же услышать, как этот же самый басок скомандует: «Так держать!» Она снова вздрогнула, когда услышала ожидаемый возглас. Лот плеснул еще раз, и за этим последовало донесение: «Семьдесят футов!»</p>
     <p>— Отдавай! — донесся из темноты отчетливый голос.</p>
     <p>Загремела якорная цепь, завертелись шкивы на блоках со скрипом, которые прозвучали в ее ушах слаще всякой музыки. Передние паруса были спущены прежде всего. Она различала все маневры парусами и почти угадывала нетерпеливые движения матроса, тянувшего канат. Ее нисколько не интересовали теперь стоявшие возле нее двое мужчин и она не обращала на них ровно никакого внимания до тех пор, пока не приблизились оба огонька, зеленый и красный, и пока выброшенный якорь не оставил судна.</p>
     <p>Шелдон задавался вопросом: какое бы это могло быть судно? Тюдор настаивал на том, что это должна быть «Марта».</p>
     <p>— Это «Миневра», — решила Джен.</p>
     <p>— Почем вы знаете? — спросил недоверчиво Шелдон.</p>
     <p>— Во-первых, это кетч. А во-вторых, я безошибочно различаю скрип его блоков, которые слишком велики для гарделя.</p>
     <p>Темная фигура отделилась от ворот и пересекла по диагонали усадьбу. Очевидно, эта фигура наблюдала подходившее судно.</p>
     <p>— Это ты, Утами? — окликнула Джен.</p>
     <p>— Нет, мисси, Матаму! — отвечал фигура.</p>
     <p>— Какое это судно? Как ты думаешь?</p>
     <p>— Мой думает, «Минерва».</p>
     <p>Джен победоносно взглянула на Шелдона, который в ответ поклонился ей.</p>
     <p>— Ежели так думает Матаму, то, значит, верно, — пробормотал он.</p>
     <p>— А если это говорит мисс Лэкленд, то позволительно усомниться, — воскликнула она, — как вы сомневаетесь в ее способностях заменять на корабле капитана. Ну, подождите же! Когда-нибудь вы раскаетесь в своей неучтивости. Вот уж спускают шлюпку и через несколько минут мы будем пожимать руку Христиана Юнга.</p>
     <p>Лалаперу подал стаканы, папиросы и неизбежное виски с содой. Не прошло и пяти минут, как перед ними предстал смуглый, нежный, изящный молодой человек — Христиан Юнг.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVI</p>
      <p>Девочка, которая еще не выросла</p>
     </title>
     <p>Христиан Юнг привез опять, как и в прошлый раз, целую кучу новостей. В Гукуту царит повальное пьянство, люди хвастают тем, что пьют даже в промежутках между выпивками. На Изабелле у туземцев завелись откуда-то новенькие ружья. На Малаите идет разбой. Том Бутлер болен. Последняя и самая важная новость, это то, что «Матамбо» застряла в рифах в Шортлендсе и должна будет потерять рейс из-за необходимости произвести ремонт.</p>
     <p>— В виду этого придется отложить поездку в Сидней недель на пять, — сказал Шелдон, обращаясь к Джен.</p>
     <p>— И потерять драгоценное время, — добавила она с досадой.</p>
     <p>— Если вам нужно ехать в Сидней, — сказал Юнг, — то имейте в виду, что завтра вечером из Тулаги выходит «Юполу».</p>
     <p>— Разве она не идет вербовать чернокожих для немцев в Самоа? — спросила Джен. — Впрочем, я могу отправиться кружным путем через Самоа и пересесть в Апнии на пароход Компании Транспорта. Хотя это и крюк, но все-таки выигрыш во времени будет.</p>
     <p>— На этот раз «Юполу» направляется прямо в Сидней, — объявил Юнг. — Она, видите ли, идет в сухой док; если хотите, вы успеете застать ее завтра до пяти часов вечера. Я сам говорил с капитаном.</p>
     <p>— Но я должна сначала заехать в Гувуту, — сказала она капризным тоном, как бы призывая в свидетели остальных собеседников. — Ведь мне нужно сделать кое-какие закупки. Не могу же я показаться в столицу в этом берандском костюме. Я должна запастись в Гувуту всем необходимым и дорогой сошью себе платье. Я пойду собираться и через час буду готова, Лалаперу! Позови сюда Адаму-Адама и скажи фелла Орифайри, чтобы он отнес на вельбот съестные припасы.</p>
     <p>Она встала с места и обратилась к Шелдону:</p>
     <p>— Распорядитесь, пожалуйста, чтобы ваши люди спустили вельбот, мой вельбот, разумеется. Я отправлюсь ровно через час.</p>
     <p>Тюдор и Шелдон одновременно вынули свои карманные часы.</p>
     <p>— Зачем вам так торопиться? Вам придется ехать всю ночь. Не лучше ли выехать рано утром?</p>
     <p>— И не успеть ничего закупить? Нет, благодарю покорно. Притом, может случиться, что «Юполу» раньше назначенного времени снимется с якоря; ведь это не регулярный пассажирский пароход. А, принимая во внимание изнеженные нравы обывателей Гувуту, надо полагать, что самое лучшее время для закупок, это — утренние часы. Извините, иду укладываться.</p>
     <p>— Я поеду вас провожать, — объявил Шелдон.</p>
     <p>— Я бы мог доставить вас на «Минерве», — предложил Юнг.</p>
     <p>Она улыбнулась и отклонила его предложение.</p>
     <p>— Я пойду в вельботе. Вы все так беспокоитесь обо мне, как будто бы я никогда в жизни не выходила из дому. Вам, мистер Шелдон, я, в качестве вашего компаньона, не могу разрешить покинуть Беранду и оторваться от хозяйственных дел и забот из-за ошибочного представления о правилах рыцарской вежливости. Если вы не позволяете мне исправлять должность шкипера, то я, в свою очередь, не позволю вам разгуливать по морю в качестве покровителя молодой особы, которая не нуждается ни в каком покровительстве. А что касается вас, капитан Юнг, то вы прекрасно знаете, что вышли из Гувуты не далее, как сегодня утром, по пути в Марау и что, как вы сами сказали, через два часа вам предстоит трогаться в дальнейший путь.</p>
     <p>— А мне не дозволено будет проводить вас? — пропел Тюдор умоляющим голосом, ударившим Шелдона по нервам.</p>
     <p>— Нет, нет, ни в коем случае. Вы делайте свое дело, а я буду делать свое. Я приехала на Соломоновы острова для того, чтобы работать, а не для того, чтобы со мной носились, как с какой-нибудь куклой. У меня своих провожатых довольно: еще семеро таких же молодцов, как вот этот.</p>
     <p>Адаму-Адам уже стоял перед ней, как колосс. Он был головой выше всех трех белых мужчин. Легкая ткань, облегавшая его исполинские члены, не скрывала пластических выпуклостей его чудовищных мускулов.</p>
     <p>— Вот это кулак — так кулак, — воскликнул Тюдор, — не особенно-то приятно получить пинка от такой махины.</p>
     <p>— Вполне с вами согласна! — Джен покатилась со смеху, припомнив потешный случай. — Однажды он отделал при мне капитана шведского корабля в бухте Левука на островах Фиджи. Капитан, действительно, провинился. Я видела эту сцену собственными глазами. Поразительно! Адаму чуть дотронулся до него и сломал ему руку. Помнишь, Адаму?</p>
     <p>Дюжий таитянин осклабился и кивнул головой. Карие глаза его, как у лани, казалось, совершенно противоречили представлению о столь воинственных наклонностях.</p>
     <p>— Мы отправляемся, большой брат, через час на вельботе в Гувуту, — обратилась к нему Джен. — Скажи всем братьям, чтобы они приготовились. Мы захватим «Юполу» и поедем в Сидней. Назад вернемся на новой шхуне. Заберите с собой смену белья и денгары<a l:href="#n_566" type="note">[566]</a>. Там стоят холода. Беги скорее и прикажи им поторопиться. Ружья оставьте здесь. Сдайте их мистеру Шелдону. Они нам не понадобятся.</p>
     <p>— Если вы серьезно решили ехать… — начал было Шелдон.</p>
     <p>— Это давно решено, — оборвала она. — Иду укладывать свои вещи. Сделайте одолжение, отпустите, пожалуйста, моим людям табаку и всякой всячины на дорогу.</p>
     <p>Через час после этого трое мужчин распрощались с Джен, проводив ее на берег. Она подала знак, и вельбот отчалил. Шесть матросов взялись за весла, седьмой сел на носу, а Адаму-Адам стал с большим веслом у руля. Джен устроилась на офицерском месте и посылала оттуда прощальные приветствия. Она опять была в том же самом наряде, в котором спаслась при кораблекрушении: тесная курточка, с долгоствольным кольтом на просторном кожаном поясе, широкополая стэтсоновская шляпа, из-под которой выбивались ее пышные волосы.</p>
     <p>— Уходите скорее домой! — крикнула она им. — Поднимается сильный ветер. Надеюсь, что якорь у вас на длинной цепи, капитан Юнг! До свиданья, до свиданья, прощайте!</p>
     <p>Последние слова доносились из мглы, окутавшей удалявшийся вельбот. А они продолжали стоять на берегу, и долго еще всматривались в темную даль, поглотившую лодку, прислушиваясь к равномерному скрипу весел в уключинах до тех пор, пока эти звуки совсем не замерли.</p>
     <p>— Она совсем еще девочка, — протянул решительно Христиан Юнг. Видимо, он только сейчас сделал это открытие. — Да, она совсем еще девочка, — повторил он еще раз и еще более внушительно.</p>
     <p>— Чертовски мила, и турист, каких мало, — весело рассмеялся Тюдор. — С огоньком, не правда ли, Шелдон, а?</p>
     <p>— Да, она очень смелая, — уклончиво ответил Шелдон. Ему не хотелось поддерживать этот неприятный для него разговор.</p>
     <p>— Настоящая американка, — продолжал Тюдор. — Раз, два — и готово. Энергия, независимость. Ваше мнение, капитан?</p>
     <p>— Очень молода, очень молода, совсем еще девочка, — ответил капитан «Минервы», продолжая впиваться взором в черную мглу, застилавшую море.</p>
     <p>Ночная темь, казалось, внезапно сгустилась, когда они повернули назад и стали ощупью пробираться к воротам.</p>
     <p>— Берегитесь орехов, — предупредил Шелдон. Сильный порыв ветра прошумел между пальмами. Они схватились за руки и, пошатываясь, быстро зашагали вверх по дорожке, на которую дождем сыпались спелые кокосовые орехи.</p>
     <p>Добравшись до веранды и комфортабельно расположившись на ней, они молча потягивали свое виски и поглядывали в сторону моря, где сквозь завесу хлынувшего дождя можно было различить плясавшие огоньки «Минервы».</p>
     <p>«Там, во мраке, — думал Шелдон, — затерялась эта несозревшая девушка, женщина по виду и мальчик в душе. Она оставила Беранду в бурную непогоду, подобную той, которая выкинула ее на этот берег; в том же вельботе, с тем же Адаму-Адамом у руля и с той же экзотической командой здоровенных матросов на веслах; в той же самой стэтсоновской шляпе и с тем же самым длинноствольным револьвером у пояса». И вдруг он почувствовал прилив нежности ко всем этим принадлежащим ей вещам, над которыми он тайком так ехидно посмеивался, когда увидел их в первый раз. Заметив, какое сентиментальное направление приняли его мысли, он хотел было рассмеяться. Но из этого ничего не вышло. В ту же минуту он опять предался своим мечтам о револьвере, поясе и шляпе. «Несомненно, это — любовь!» — подумал он, и в душе у него шевельнулось гордое сознание того, что Соломоновы острова еще не иссушили в нем сердца.</p>
     <p>Час спустя Христиан Юнг встал, выколотил свою трубку и собрался уходить.</p>
     <p>— Славная девушка, — кинул он на прощанье Шелдону. Слова эти вырвались у него без всякого повода, но точно выразили то, что каждый из них думал про себя. — Она набрала себе отличную команду и сама превосходный моряк. Спокойной ночи, мистер Шелдон! Нет ли каких поручений в Марау? Готов служить.</p>
     <p>Он отвернулся и взглянул на звезды, пробивавшиеся из-за туч.</p>
     <p>— Ночка выдается на славу. Пользуясь попутным ветром, они уже, наверное, поставили парус и на рассвете уже будут в Гувуту. Покойной ночи!</p>
     <p>— Видно, и мне, старику, пора трогаться, — сказал Тюдор, поднимаясь с места и ставя на стол стакан. — Завтра спозаранку отправляюсь в поход. Я бессовестно злоупотребляю вашим гостеприимством. Спокойной ночи!</p>
     <p>Оставшись один, Шелдон стал думать о том, что вряд ли Тюдор собрался бы с духом отправиться в поход завтра утром, если бы Джен не уехала. Пусть так, но, во всяком случае, в этом есть кое-что утешительное: ясно, что Джен ни о ком из оставшихся в Беранде гостей не вздыхает, и даже к Тюдору, очевидно, совершенно равнодушна. «Я отправлюсь через час», — прозвучало у него в ушах, и, закрыв глаза, он живо представил себе ее фигуру, когда она произносила эти слова. Он улыбнулся. Как только Джен узнала о пароходе, она тотчас же решила ехать. Разумеется, для мужчины это не очень лестно, но какой интерес мог для нее представлять любой мужчина, когда в Сиднее ее дожидается шхуна, которую нужно было купить. Что за создание! Что за удивительное, в самом деле, создание!</p>
     <p>Потянулись дни одиночества, и Беранда стала казаться Шелдону какой-то пустыней. На следующее утро после отъезда Джен он проводил экспедицию Тюдора, отправлявшуюся на Бейльсуну. Под вечер этого дня он разглядел в подзорную трубу на горизонте дымок «Юполу», увозившей Джен в Сидней; а за ужином он гораздо чаще поглядывал на ее пустой стул, чем в свою тарелку. Каждый раз, выходя на веранду, он первым делом обращал свой взор на опустевшую тростниковую беседку в глубине двора; а однажды вечером, постукивая от нечего делать шарами на биллиарде, он вдруг поймал себя на том, что не отводит глаз от вешалки, на которую она всегда вешала свою стэтсоновскую шляпу и кольт.</p>
     <p>— Что это я, в самом деле, так о ней беспокоюсь? — рассердился он на самого себя. Мог ли он прежде допустить мысль, что когда-нибудь будет мечтать о подобной подруге? Ни разу в жизни ему еще не приходилось встречать такой женщины, которая до такой степени раздражала бы его, издевалась над ним, высмеивала все его представления об условных приличиях и до такой степени противоречила бы его идеалу женщины. Быть может, он слишком отстал от света, забыл, в чем состоят особенности женщины? Да и женщина ли это? Это похоже на маскарад. Как будто под внешней оболочкой женщины скрывается переодетый мальчик, выкидывающий разные штуки, ныряющий среди акул, забавляющийся стрельбой, мечтающий о приключениях, мало того, рыскающий в погоне за ними по морю на вельботе с сумкой золота в чемодане и в компании диких островитян. Но поразительнее всего то, что он все-таки полюбил ее и даже не пытается подавить в себе это чувство, и ничуть не сожалеет об этом. Удивительно, как только он мог ее полюбить?</p>
     <p>Шелдон опять увлекся Берандой. Суровая обстановка жизни на Соломоновых островах, казалось, разбила все его воздушные замки и плантаторские иллюзии: они полопались, как мыльные пузыри. После смерти Хью он некоторое время пытался кое-как продержаться с плантацией, но изверился в возможности успеха, и если тянул это дело, то только в силу упрямства, свойственного его натуре.</p>
     <p>Теперь же дело совсем другое. Теперь Беранда для него, это — все. Он хочет, чтобы она процветала не только потому, что Джен отныне заинтересована в успехе плантации, но и для того, чтобы союз их упрочился. Через три года плантация станет приносить прекрасный доход. У них появятся средства, которые дадут им возможность раз в год и даже чаще ездить в Австралию, а впоследствии можно будет побывать и на родине, в Англии, или на Гаваях.</p>
     <p>По вечерам он проверял конторские счета, ломал голову над бесчисленными выкладками, рассчитанными на удешевление провоза копры и основанными на различных соображениях о возможном максимуме и минимуме рыночных цен. Он проводил целые дни на плантации, занялся расчисткой новых зарослей. Работы по расчистке и насаждению пальм производились теперь под его непосредственным наблюдением и подвигались ускоренным темпом. Он назначил премии для чернокожих за сверхурочные работы. Недостаток рабочих рук давал себя знать все сильнее и сильнее, но от увеличения числа рабочих приходилось отказаться впредь до возвращения Джен с новой шхуной, так как профессиональные вербовщики уже все надолго законтрактованы братьями Фулькрум, Морганом и Раффом и компанией «Файрс и Филиппс». А «Флибберти-Джиббет» всецело занята курсированием между отдаленными торговыми пунктами, разбросанными на всем протяжении от берегов Новой Георгии и до Юлавы и Сикианы. Без лишних рабочих рук ему не обойтись, и если Джен посчастливится достать шхуну, то пройдет еще, по крайней мере, месяца три, покуда первая партия новых рабочих прибудет в Беранду.</p>
     <p>Спустя неделю после отплытия «Юполу» к берегу Беранды подошла «Молекула» и бросила якорь. Капитан ее решил выждать ветра, сыграть партию на биллиарде и поболтать с хозяином. Судовому своему приказчику он признался, что высаживается не только для того, чтобы передать Шелдону запас семян и инструкций, присланных Джен, но и для того, чтобы удивить его сногсшибательной новостью.</p>
     <p>Капитан Оклэнд не торопился: он сперва поиграл на биллиарде, потом подкрепился горячим виски, комфортабельно раскинувшись в кресле, и только после всего этого, принимаясь потягивать из второго стакана, выпустил, наконец, свою бомбу.</p>
     <p>— Ну, и бойкая же барышня, эта ваша мисс Лэкленд, — ввернул он, посмеиваясь в бороду. — Выдает себя за совладелицу Беранды. Называет себя вашим компаньоном. Что, это правда?</p>
     <p>Шелдон холодно подтвердил кивком головы.</p>
     <p>— Что вы говорите? Вот так диковинка! А вы знаете, в Тувуту и в Тулаги ей не поверили. Они там довольно нагляделись всяких чудес, но… ха-ха-ха!..</p>
     <p>Он покатился со смеху и передохнул немного, вытирая носовым платком свою плешь.</p>
     <p>— Но известие об этом новом товариществе показалось им чересчур невероятным. Впрочем, они придрались к случаю и вспрыснули эту новость соответствующими возлияниями.</p>
     <p>— Ничего тут нет странного и необыкновенного. Заурядное деловое соглашение. — Шелдон говорил таким тоном, как будто подобные сделки — самое обычное явление на Соломоновых островах. — Она вложила около полутора тысяч фунтов в это предприятие.</p>
     <p>— Подлинные ее слова.</p>
     <p>— И отправилась по делам Беранды в Сидней.</p>
     <p>— О, нет, ничего подобного!</p>
     <p>— Виноват, как это? — полюбопытствовал Шелдон.</p>
     <p>— Уверяю вас, это факт!</p>
     <p>— Но разве «Юполу» не отплыла? Ручаюсь вам, что я видел на горизонте ее дымок в прошлый вторник, когда она проходила под вечер в Сэво.</p>
     <p>— «Юполу», действительно, отплыла. — Капитан Оклэнд потягивал виски с нарочитой медлительностью. — Но только мисс Лэкленд не было в числе ее пассажиров.</p>
     <p>— В таком случае, где же она?</p>
     <p>— Я ее видел в последний раз в Гувуту. Она ведь собиралась покупать шхуну в Сиднее. Не так ли?</p>
     <p>— Да, да!</p>
     <p>— Это самое она и говорила. Ну-с, она уже ее приобрела. Такую, что я лично не рискнул бы заплатить за нее и десяти шиллингов, если подует норд-вест; а он, наверное, не замедлит подняться. У вас слишком долго продолжалось затишье.</p>
     <p>— Если вы задались целью, старина, разжечь во мне любопытство, — сказал Шелдон, — то вы уже добились своего. Валяйте же дальше и расскажите все по порядку. Какая там шхуна? Где это? Как она могла ее приобрести?!</p>
     <p>— Во-первых, шхуна эта называется «Мартой», — отвечал шкипер, отгибая один за другим на руке свои пальцы. — Во-вторых, эта самая «Марта» застряла на рифах по ту сторону Пунга-Пунга. Ее уже основательно разграбили, и она разлетится в щепки при первом же шквале. В-третьих, мисс Лэкленд купила ее с аукциона за пятьдесят пять соверенов, и третий помощник резидента утвердил уже акт. Я в курсе дела, ибо сам предложил за «Марту» пятьдесят фунтов по поручению Моргана и Раффа. Даю вам слово, они ужасно рассердились! Но я их послал к черту, ведь сами же виноваты: они разрешили мне набавлять только до пятидесяти, а между прочим, хорошо понимали, что очень даже стоит рискнуть и гораздо большей суммой. Они, видите ли, не чаяли не гадали наткнуться на конкурента. На торгах не было доверенных представителей ни от Фулькрума, ни от компании «Файрс и Филиппс», и единственно, кого можно было опасаться, это агента Нильсена-Сквайрса. Но последнего они постарались так угостить, что он провалялся весь день пьяный в Гувуту и проспал торги.</p>
     <p>«Двадцать» — назначил я с своей стороны. «Двадцать пять» — набавила маленькая мисс. «Тридцать» — заявил я. «Сорок» — перебила она. «Пятьдесят» — предложил я. «Пятьдесят пять» — крикнула барышня. И я остался за флангом. «Стойте, — говорю я, — обождите, пока я снесусь со своими доверителями». «Нет, это недопустимо» — заявляет она. «Это так принято» — говорю я. «Нигде решительно не существует такого обычая» — говорит она. «Таково правило вежливости на Соломоновых островах» — говорю я.</p>
     <p>— И, верьте моему слову, Бернет непременно дал бы мне отсрочку, но она так задорно взглянула на него и так умильно пропела: «Мистер аукционер, потрудитесь утвердить сделку на основании общепринятых правил! У меня много других неотложных дел и не могу же я дожидаться здесь целую ночь, пока эти господа узнают, чего они сами хотят!» При этом она подарила Бернета такою улыбкой, такою, знаете, лукавой, игривой улыбкой, что Бернет, черт возьми, тут же принялся считать: «Пятьдесят пять соверенов, кто больше?» Раз, два, три, и готово! «За вами мисс ээ… как ваше имя, пожалуйста?» «Джен Лэкленд» — ответила она и посмотрела на меня иронически.</p>
     <p>Вот так-то она и купила «Марту».</p>
     <p>Шелдона даже в жар бросило. «Марту», каково! Ведь эта шхуна получше «Молекулы», и в своем роде, пожалуй, даже лучше всех трех, которые плавают в водах Соломоновых островов. Она хороша именно для вербовки и притом стоит на самом месте, у Малаиты. Но вслед за этим он спохватился: ведь не даром ее продавали с аукциона и всего за полсотню фунтов. Значит, мало же шансов выручить ее.</p>
     <p>— Однако, как же это случилось? — спросил он. — Разве они уж так спешили развязаться с «Мартой»?</p>
     <p>— Конечно. Ведь вы знаете, какие рифы у Пунга-Пунга. Поднимись на море маленькое волнение, и судно не будет стоить выеденного яйца. А норд-вест не заставит себя долго ждать. Экипаж совсем отказался от нее. Им самим даже и в голову не приходило продавать ее с аукциона. Их подбили на это Морган и Рафф. Они ведь, знаете, пайщики, у них предприятие на кооперативных началах; от первого до последнего, — и рабочие, и повар, — все они пайщики. Они устроили собрание и постановили продать шхуну с аукциона.</p>
     <p>— Но почему же они не остались и не попробовали снять ее с камней?</p>
     <p>— Оставаться! Вы хорошо знаете Малаиту. А тем более Пунга-Пунга. Как раз в тех местах разбойники захватили «Шотландских Героев» и перебили всех матросов до одного. И экипажу «Марты» ничего не оставалось делать, как только спустить шлюпку и удрать. «Марта» наскочила на риф у самого входа в бухту и очутилась во власти чернокожих, которые вскарабкались на судно и загнали команду в шлюпки. Я расспрашивал их. Они рассказывали, что их окружили через каких-нибудь полчаса штук двести военных челноков, а до пяти тысяч бушменов сбежалось на берег. Они уверяли, что дым сигнальных костров застилал от глаз Малаиту. Как бы то ни было, но они удрали в Тулаги.</p>
     <p>— Но почему же они не отбивались? — спросил Шелдон.</p>
     <p>— Конечно, это смешно, но, и то сказать, ведь они были разъединены. Две трети людей, и притом людей безоружных, находилось в шлюпках. Они тащили якорь и не помышляли о нападении дикарей. Они спохватились, когда уже было поздно. Туземцы навалились внезапно. Новички здесь, обыкновенно, попадаются на этом. Ни вас, ни меня и никого из бывалых людей эти дикари не застигли бы врасплох.</p>
     <p>— Что же намерена делать мисс Лэкленд?</p>
     <p>Капитан Оклэнд ехидно улыбнулся.</p>
     <p>— Она, должно быть, собирается выручать «Марту». Иначе, зачем было ей выбрасывать свои пятьдесят пять фунтов? А если снять судно и не удастся, то она постарается, во всяком случае, вернуть свои деньги, забрав с него снасти, лебедки, патентованный руль и другие вещи. По крайней мере, я бы так поступил, будучи на ее месте. Когда я собирался к отъезду, проворная девочка уже зафрахтовала «Эмилию». Мюнстер, шкипер и хозяин этого судна, говорит: «Я отправляюсь вербовать чернокожих». «А сколько вы думаете выручить за этот рейс?» — спрашивает она. «О, пятьдесят соверенов» — отвечает он. «Хорошо, — говорит она, — поезжайте со мной, и я вам заплачу семьдесят пять». Вы знаете, там валяется за навесом для угля огромный корабельный якорь с цепью. Когда я отплывал, она его сторговала. Ну, и бойкая же эта ваша девица, доложу вам по совести!</p>
     <p>— Она мой компаньон, — поправил Шелдон.</p>
     <p>— Да, примерная девушка, и какое самообладание! Подумайте только: белая женщина на Малаите и в Пунга-Пунга, и всюду в подобных местах! О, я забыл вам сказать, она выклянчила у Бернета восемь винтовок для своих людей и еще три ящика динамита. Забавно было видеть, как она обходится с этими пройдохами в Гувуту. И как они все около нее увиваются и стараются отличиться друг перед другом любезностью. О, Господи, что за создание эта бойкая девушка, это… это ураган, а не человек. Вот именно, ураган. Она налетела на Гувуту и Тулаги, как буря, она вскружила голову всем этим тамошним свиньям. Они все влюблены в нее, кроме Раффа. Он негодует за аукцион и сунул ей в руки свой контракт с Мюнстером, касающийся набора чернокожих. А она поклонилась ему, взглянула мельком на представленную ей бумагу и объяснила, что хотя Мюнстер и обязался доставить всех завербованных им рабочих Моргану и Раффу, но условие не содержит статьи, запрещающей ему зафрахтовать «Эмилию».</p>
     <p>«Получите, — говорит она ему, возвращая документ. — Бумага отлично составлена. Советую вам только наперед вставлять лишний параграф, который предусматривал бы случайности подобного рода». И, о, Господи! она пленила под конец даже и этого выжигу.</p>
     <p>— Но вот поднимается бриз, — добавил Оклэнд, — и мне пора отправляться. Прощай, старина! Желаю девице успеха. «Марта» — замечательное судно и вознаградит вас за «Джесси».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVII</p>
      <p>«Ваша Джен Лэкленд»</p>
     </title>
     <p>Когда на следующее утро Шелдон возвращался с плантации к завтраку, он увидел стоявшее на якоре миссионерское судно «Апостол» и трех матросов, плывших на трех лошадях к берегу. Шелдон догадался, что это лошади правительственного комиссара и что их купила у него Джен. Очевидно, она начинает приводить в исполнение свою угрозу встряхнуть хорошенько всех обывателей Соломоновых островов, и ему пора перестать чему бы то ни было удивляться.</p>
     <p>Миссионер доктор Уэлшмир, выйдя на берег и здороваясь с ним, объяснил, что лошадей прислала мисс Лэкленд.</p>
     <p>— Вот вам ящик с седлами. Вот письмо от нее. А вот вам и сам шкипер ваш с «Флибберти-Джиббет».</p>
     <p>Не успел Шелдон ответить на его приветствие, как из шлюпки вышел сам Ольсон и тотчас же заговорил:</p>
     <p>— Она отняла у меня «Флибберти», мистер Шелдон! Мисс Лэкленд отплыла на ней. Это какая-то экстравагантная особа. Своими выходками она довела меня до приступа лихорадки. Кроме того, ведь она напоила меня, и напоила как сапожника.</p>
     <p>Доктор Уэлшмир от души расхохотался.</p>
     <p>— И, однако, нельзя сказать, чтобы она походила на ведьму. Ведь вы знаете Брамса, Куртаса и Фоулера. Она увезла их на «Флибберти-Джиббет», взявши с них слово не пить.</p>
     <p>— Она теперь на «Флибберти» за шкипера, — вставил Ольсон, — и неминуемо пустит судно ко дну; это так же несомненно, как то, что Соломоновы острова созданы не Господом Богом.</p>
     <p>Доктор Уэлшмир попытался нахмуриться, но не выдержал и снова рассмеялся.</p>
     <p>— Ей невозможно ни в чем отказать, — сказал он. — Я пытался отклонить ее просьбу доставить вам лошадей. Говорил, что «Апостол» считается яхтой, что груза я принять не могу и что мне нужно обойти Сэво в дальний конец Гвадалканара. А она твердит все свое: «Возьмите! Взгляните, говорит, на дело проще, по-человечески, и возьмите, пожалуйста, на борт моих лошадей, а я когда-нибудь отплачу вам услугой за услугу, когда буду плавать на „Марте“.»</p>
     <p>— «Вы делайте, что вам приказывают», — сказала она мне, — ввернул Ольсон. — «Отныне я являюсь вашим хозяином, и вы обязаны мне во всем подчиняться». Я говорю: «Поймите, я везу груз орехов». А она: «Уберите ваши орехи, мое дело поважнее орехов. Мы их, говорит, выбросим за борт, как только выйдем в открытое море».</p>
     <p>Шелдон зажал себе уши руками.</p>
     <p>— Я ничего не знаю, а вы рассказываете с конца. Пойдемте ко мне, сядем в тени, и вы мне расскажете все по порядку.</p>
     <p>Когда они вошли в дом и уселись, Ольсон опять спросил:</p>
     <p>— Верно ли то, что она действительно вошла с вами в компанию? Это прежде всего.</p>
     <p>— Да, это так! — сказал Шелдон.</p>
     <p>— Хорошо. Но мог ли кто-нибудь этому поверить? — Ольсон растерянно оглянулся на доктора Уэлшмира и опять перевел глаза на Шелдона. — Немало я перевидал всяких диковинок на Соломоновых островах. Видал и крыс длиною в два фута, и мотыльков, на которых охотится с ружьем комиссар, и такие украшения в ушах, от которых отвернулся бы сам сатана, и охотника за головами — таких чернокожих чертей, перед которыми настоящие черти — сущие ангелы. Все это я видел и ко всему этому я пригляделся, но эта ваша девчон…</p>
     <p>— Мисс Лэкленд — мой компаньон, и Беранда — наша общая собственность, — остановил его Шелдон.</p>
     <p>Расходившийся шкипер смутился.</p>
     <p>— Как раз это самое она мне и говорила, но не представляла при этом никаких доказательств, никаких бумаг. Как же мне было знать? А тут еще эти орехи. Целых восемь тонн, имейте в виду!</p>
     <p>— Силы небесные! Да расскажите же толком! — пытался прервать его Шелдон.</p>
     <p>— А потом она наняла и подпоила трех самых отчаянных негодяев, какие когда-либо позорили Соломоновы острова, да еще посулила им по пятнадцать долларов каждому в месяц. Что вы на это скажете? И уплыла вместе с ними! Фу! Дайте мне выпить! Господин миссионер не посетует. Ведь четверо суток я находился под его неусыпным надзором, и теперь буквально умираю от жажды.</p>
     <p>Доктор Уэлшмир кивнул головой в ответ на вопросительный взгляд Шелдона, и Вайсбери послали за виски и за сифонами.</p>
     <p>— Из ваших слов я усматриваю одно, капитан Ольсон! — заговорил Шелдон после того, как моряк промочил себе горло. — Мисс Лэкленд укатила на вашем судне? Расскажите же мне все обстоятельно, прошу вас!</p>
     <p>— Так! Теперь мне полегчало… Прибыл я на место на «Флибберти». И не успел еще отдать якорь, как, вижу, стоит она в вельботе с этими своими таитянами — с верзилой Адаму-Адамом и другими. «Не отдавайте якоря, капитан! — пропела она. — Вам предстоит отправиться в Пунга-Пунга». Я подумал, уж не пьяна ли она? Ну, что же другое мог я подумать? В это время, спустив передние паруса, я обходил мель — самое опасное место. «Простите, мисс Лэкленд! — крикнул я ей, и приказал: — Отдай!».</p>
     <p>— Перебравшись на «Флибберти», она преспокойно говорит мне: «Ну, что же! Вы не послушались, и только задали себе лишнюю работу — тут, знаете ли, не меньше пятнадцати сажен глубины. Распорядитесь сейчас же поднять якорь!» Между нами пошли пререкания. Я ей не верил. Я не мог допустить мысли, что она ваш компаньон. Я ей это сказал и потребовал доказательств. Тут она заговорила со мной так высокомерно, что я вынужден был поставить ей на вид, что гожусь ей в дедушки и не привык выслушивать дерзостей, да еще от такого цыпленка. Я предложил ей сойти с «Флибберти». Тогда она переменила тактику и заговорила таким, знаете, сладеньким голоском: «Капитан Ольсон, у меня на „Эмилии“ превосходное виски. Не хотите ли попробовать? Поверьте, я задержу вас не более, как на несколько минут. Мне бы надо с вами посоветоваться относительно застрявшего на рифах судна. Всем известно, что вы настоящий „морской волк“.» Так и сказала, знаете ли, «морской волк»! Ну, я и поддался, и пересел на ее вельбот. У руля стоял Адаму-Адам со своей похоронной рожей. По дороге она все распространялась о «Марте», о том, как она ее сторговала, потом как она на ней собирается плавать. Объявила мне, что зафрахтовала «Эмилию» и что хотела бы отплыть вместе с «Флибберти». Соображения ее мне показались довольно основательными, и я согласился отправиться в Беранду, чтобы с вашего разрешения идти в Пунга-Пунга. А она говорит мне на это, что время дорого: надо плыть прямо в Пунга-Пунга, и что если я не поверю ей на слово, что она ваш компаньон, то она обойдется и без меня и без «Флибберти». Тут-то она и одурачила меня. Трое завзятых пьяниц — Фоулер, Куртас и прощелыга Брамс — уже восседали в каюте «Эмилии». «Давайте-ка выпьем!» — говорит она и достает из шкапчика бутылки виски. Чернокожий побежал за стаканами, а господа эти переглянулись между собой, как будто несколько удивленные. Но, очевидно, они были уже предупреждены, и вели свою линию. «Извините, — сказала она, — я отлучусь на минутку. Мне надо распорядиться на палубе». А минутка эта продолжалась с добрых полчаса. Перед тем за целую неделю у меня не было во рту ни росинки. Человек я, знаете, старый, да еще от лихорадки совсем ослабел. Выпил я натощак, подзадориваемый этими тремя забулдыгами, которые старались убедить меня всячески вести «Флибберти» на Пунга-Пунга и сбить меня с толку. Беда в том, что аргументы свои они подкрепляли выпивкой, а я, можно сказать, человек непьющий и притом знаете, очень уж ослабел от лихорадки. Как бы то ни было, но только через полчаса она возвратилась к нам и все на меня, знаете ли, этак поглядывает. «Ну, теперь хватит!» — помнится, сказала она, убирая со стола бутылки. «Больше вы от меня не получите, — объявила она этим трем забулдыгам, — до тех пор, пока вы не выручите „Марту“ и не вернетесь в Гувуту!» Да и засмеялась. Потом этак пристально поглядела на меня и говорит, — не мне, понимаете, а этим пьяницам: «Пора, говорит, этому почтенному джентльмену на берег». Это я-то почтенный! «Фоулер… — и даже не мистер, изволите видеть, а просто Фоулер, — велите Адаму-Адаму приготовить вельбот, и пусть он свезет капитана Ольсона на берег, а я отправлюсь в шлюпке на „Флибберти“. Вы все трое поедете со мной. Собирайте пожитки! Один из вас, который получше, будет за штурмана! У капитана Ольсона, как вы знаете, штурмана нет».</p>
     <p>Я почти совершенно не помню, что было потом. Кажется, меня спустили на руках в вельбот, и я клевал носом, сидя на офицерском месте под присмотром этого черта, рулевого Адаму. Вдруг очнулся и вижу, что на «Флибберти» поднимают паруса. Загремела якорная цепь. «Скорей на „Флибберти!“», — кричу я Адаму. А он мне на это: «Мой, говорит, вас повез на берег. Мисс Лэкленд, говорит, сказала: берег для вас очень хорош». Я вскочил, заорал, ухватился за руль, то есть, как видите, сделал все, что возможно. Но этот проклятый Адаму повалил меня, придавил одной ногой и продолжал себе править к берегу, как ни в чем не бывало. Вот и все. От всего этого меня стала трепать лихорадка. А теперь мне крайне интересно узнать, кто же в конце концов шкипер на «Флибберти» — я или эта птичка со своими оголтелыми дикарями-разбойниками?</p>
     <p>— Ничего, капитан! Пусть это вам будет отпуск с сохранением содержания, — Шелдон говорил спокойно, не выдавая овладевшего им волнения. — Если мисс Лэкленд, которая состоит моим компаньоном, нашла нужным взять на свою ответственность «Флибберти-Джиббет», значит, так и надо. Ведь вы сами хорошо понимаете, что нельзя было терять драгоценного времени, если она хотела спасти «Марту». Эти рифы очень опасны, и при первом волнении судно разнесло бы в щепы. Оставайтесь пока у меня, капитан, отдохните как следует, попробуйте справиться с вашей лихорадкой. А как только возвратится «Флибберти-Джиббет», вы опять будете на ней шкипером.</p>
     <p>И только после того, как доктор Уэлшмир отплыл на «Апостоле», а капитан Ольсон уснул в гамаке на веранде, Шелдон вскрыл и стал читать письмо Джен:</p>
     <cite>
      <p>Дорогой мистер Шелдон! Надеюсь, вы простите меня за похищение «Флибберти-Джиббет». Это как-то вышло само собой. Ведь она стоит всего только 55 фунтов, то есть 275 долларов. Если даже мы ее и не снимем, то, во всяком случае, легко можно будет вернуть все затраты, забрав с нее все, что еще не успели растащить туземцы. А вдруг я ее спасу? Представьте себе! В противном случае я привезу на «Эмилии» и «Флибберти-Джиббет» необходимых для Беранды рабочих. Очень, очень прошу не сердиться на меня, ведь вот вы просили не вербовать на «Флибберти», я этого и не делаю, а зафрахтовала «Эмилию». У Сэма Виллиса, сотоварища умершего от лихорадки в Ноги торгового агента, я купила нынче двух коров. Он согласился доставить их сюда на «Минерве», и, наверное, они скоро прибудут. Уж чересчур долго Беранда пробавлялась одним сгущенным молоком.</p>
      <p>А доктор Уэлшмир обещал мне раздобыть и привезти вам на «Апостоле» несколько апельсиновых и лимонных деревьев. Они культивируются миссионерами на Юлаве. Из Сиднея на пароходе вам доставят маис. Если пароход опередит меня, то посадите маис на высоком берегу Бейльсуны, между молодыми саженцами. Имейте в виду, что там вода подмывает берег, и надо поразмыслить о том, как бы его укрепить. Я выписала из Сиднея несколько фиговых деревьев и манго. Манго — огромные деревья, и потому семена их следует рассаживать на порядочном расстоянии друг от друга. Подъемная сила «Марты» — сто десять тонн. Это одно из лучших, если не самое лучшее судно на Соломоновых островах. Я уже немного с ним ознакомилась и догадываюсь об остальном. Ход замечательный. Виноват машинист, который начал проделывать то, что делается, обыкновенно, или в порту или в открытом море: чтобы прочистить трубы, он закрыл их; машина перестала работать, и только поэтому судно налетело на камни. Машина, если только ее не залило совсем водой, должна быть в порядке. Все деревья сажайте внутри ограды; возможно, что потом придется из-за них удалить некоторые пальмы. Кукурузу же не сейте всю сразу, а постепенно, в несколько дней.</p>
      <text-author>Ваша Джен Лэкленд.</text-author>
     </cite>
     <p>Держа письмо в руках, он как-то невольно долго и пристально присматривался к почерку. Какой удивительно четкий и вместе с тем характерный мальчишеский почерк! Этот почерк напомнил ему лицо Джен: тонкие брови, прямой, точеный носик, губки, резко, но изящно очерченные, шейка, — не очень нежная и не очень сильная, великолепная подставка для такой красивой вещицы, как ее головка, — и он долго всматривался в ее подпись — Ваша Джен Лэкленд. Сколько таится в этих немногих буквах чего-то волнующего, чарующего. Имя это так внедрилось в его сознание и так сплелось со всеми его помыслами, что в настоящую минуту эта подпись, нацарапанная ее рукой, казалась для него чем-то бесконечно дорогим. Эти несколько самых обыкновенных букв тронули его и заставили ощутить в сердце щемящую и в то же время сладкую пустоту. Джен Лэкленд! При каждом взгляде на эту подпись она вставала в его воображении такой, какой он ее видел в разные моменты ее повседневной жизни. Вот она выходит на берег во время бури, которая разбила ее шхуну; вот садится в вельбот, направляясь на рыбную ловлю; вот она возвращается бегом с морского купанья, чтобы поскорей обмыть себе голову пресной водой. Волосы развеваются, одежда прилипла к телу. То разгоняет восемьдесят человек людоедов, напугав их пустой бутылкой из-под хлородина; то учит Орифайри делать хлеб; то вешает на стенку свою стетсоновскую шляпу и пояс с револьвером; то отдается мечтам о приобретении «собственного очага и седла» или о разных романтических приключениях… Лицо разгорается, глаза блестят. Джен Лэкленд! О, какое это великое чувство — любовь! Он сочувствовал тем влюбленным, которые вырезают на дереве или выводят на песке дорогое для них имя.</p>
     <p>Но вдруг он очнулся и возвратился к трезвой действительности. Он вспомнил, что в настоящий момент она подвергается большой опасности, находясь в Пунга-Пунга, в самой дикой местности Малаиты, где живут и скрываются всякие разбойники, — убийцы и головорезы.</p>
     <p>Встрепенувшись, он хотел было сейчас же сесть в вельбот со своими людьми и отправиться в Пунга-Пунга. Но, подумав немного он отказался от этого намерения. Ну, что он будет там делать? Прежде всего она рассердится на него, потом расхохочется и назовет его дураком. Он может прибавить только одну лишнюю винтовку, а у нее их и без того довольно. Прибыв на место действия, он может, во-первых, приказать ей вернуться; во-вторых, отобрать у нее «Флибберти-Джиббет» и, наконец, в-третьих, расторгнуть товарищеский договор. Но и то, и другое, и третье в одинаковой степени бесполезно и глупо. Она просто-напросто оборвет его и поставит ему на вид, что, будучи совершеннолетней, никому не обязана отдавать отчета в своем поведении и никому не позволит собой распоряжаться. Нет, это несовместимо с его достоинством. Дело другое, если бы она просила его оказать ей содействие, подать руку помощи. О, как бы он был тогда бесконечно счастлив! А сам он ни за что не поедет в Пунга-Пунга. «Подать руку помощи», — ведь это ее собственные слова, он их как будто слышит.</p>
     <p>Своенравный характер девушки заставлял его часто страдать. Он возмущался при одной мысли о том, как она там толкалась в Гувуту среди всех этих пьяниц, спекулянтов и праздношатающихся. Это было бы неприятно всякому порядочному мужчине, а ей, молодой девушке, почти ребенку, — и вдруг очутиться в такой среде!.. Нет, это ужасно! Похищение «Флибберти-Джиббет» само по себе довольно забавное приключение, но приемы, пущенные ею при этом в ход, сильно шокировали его. Он утешался лишь тем, что Ольсена накачивала она не собственноручно, а возложила эту задачу на тех мерзавцев. И тут же перед его глазами встала другая картина: она одна с этими самыми тремя мерзавцами темною ночью выходит из Гувуту в море на своей «Эмилии». Вслед за этим он опять успокоился, вспомнив бравую таитянскую команду с Адаму-Адамом и Ноа-Ноа во главе. Но минутное успокоение опять сменилось возмущением при мысли о том, что она способна на такие дикие выходки, и он, донельзя раздраженный, вошел к себе в дом. Когда он увидел вешалку, на которой обыкновенно висела ее стэтсоновская шляпа и пояс с револьвером, им овладело вдруг страстное желание увидеть вновь эти милые, знакомые предметы на обычном месте.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVIII</p>
      <p>Книга говорит правду</p>
     </title>
     <p>Прошло несколько спокойных дней. Необычная для Беранды полоса частых посещений ее различными судами миновала, и она опять впала в прежнее свое одиночество. Шелдон погрузился в свои хозяйственные дела: он следил за работами, расчищал заросли, сажал кокосовые пальмы, сушил копру, строил мост и разъезжал верхом на присланных Джен лошадях. О самой Джен не было ни слуху ни духу. Суда, производившие вербовку на Малаите, не заглядывали в Пунга-Пунга, и только однажды на закате солнца к Беранде подошел самоанский вербовщик Клэнсмен. Шкипер его зашел к Шелдону поболтать, и рассказал ему, что среди туземцев Спо носятся слухи о стычке, происшедшей в Пунга-Пунга. Но полагаться на это известие трудно, ибо слухи эти, прежде чем дойти сюда, должны были обойти сперва целый большой остров.</p>
     <p>Пароход «Каммамбо», возвращаясь из Сиднея, прервал спокойствие Беранды всего только на один час. Он выгрузил почту, припасы, а также деревья и семена, выписанные Джен.</p>
     <p>«Минерва», шедшая на мыс Марей, доставила двух коров из Ноги; а «Апостол», спешивший в Тулаги, чтобы перехватить сиднейский пароход, отрядил на берег шлюпку с апельсиновыми и лимонными саженцами из Юлавы. В течение этих нескольких недель все время стояла прекрасная погода.</p>
     <p>Под конец выпало несколько дней полнейшего штиля, и только легкий ветерок порой морщил зеркальную поверхность моря. Впрочем, береговые бризы регулярно поднимались по вечерам, и случайно проходившие мимо катеры и кетчи спешили воспользоваться ими, минуя Беранду.</p>
     <p>Наконец, задул давно ожидаемый норд-вест. В течение восьми дней он положительно свирепствовал. Время от времени он только слегка изменял направление и немного затихал, а потом опять принимался бушевать с удвоенной силой.</p>
     <p>Шелдон принял все необходимые меры предосторожности для защиты построек от бурно разлившейся Бейльсуны и послал всех своих рабочих отстаивать наиболее угрожаемую часть берега, относительно которой его предупреждала Джен.</p>
     <p>Когда миновали ненастные дни, Шелдон поставил своих рабочих на обычные полевые работы, а сам оседлал коня и поехал охотиться на голубей. Не успел он провести и двух часов на охоте, как к нему прибежал запыхавшийся слуга с известием, что прибыли «Марта», «Флибберти» и «Эмилия». Они уже становятся на якорь.</p>
     <p>Подъезжая к усадьбе с задней стороны ограды, Шелдон не мог ничего увидеть, пока не завернул за угол дома. Потом он увидел все сразу: блеск моря, огромный корпус «Марты», возвышавшийся над стоявшими рядом с нею катером и кетчем, которым «Марта» обязана была своим спасением, и, наконец, двор перед верандой и на нем толпу вновь доставленных людоедов. Заметив, что на них были новые белоснежные пояса, Шелдон понял, что все они — вновь завербованные рабочие. Последний, которого вызвали по списку, всходил на ступеньки веранды. Он узнал голос Джен, и приостановил свою лошадь. Джен сидела за столом наверху в обществе Мюнстера и его белого штурмана. Они втроем проверяли список. Джен вызывала чернокожих, задавала им вопросы и записывала ответы в толстую конторскую книгу.</p>
     <p>— Имя? — вопрошала она чернокожего, стоявшего на ступеньках.</p>
     <p>— Тэгари, — отвечал дикарь, тараща глаза и раздвигая рот до ушей.</p>
     <p>Первый раз в жизни он видел дом белого человека.</p>
     <p>— Откуда?</p>
     <p>— Бэнгура.</p>
     <p>Никем еще не замеченный, Шелдон продолжал наблюдать эту сцену. Показания чернокожего расходились с отметками в списках, но Мюнстер выяснил недоразумение и положил конец возникшему было спору.</p>
     <p>— Бэнгура? — сказал он. — Это маленькая коса у входа в залив Лэтта. В списке он отнесен к туземцам Лэтты. Смотрите, тут так и записано: Тэгари, Лэтта.</p>
     <p>— Куда пойдешь, когда отслужишь срок у белого мастера? — спросила Джен.</p>
     <p>— Бэнгура, — ответил тот, и Джен занесла его в книгу.</p>
     <p>— Огу! — вызвала Джен.</p>
     <p>Тэгари отошел в сторону, а другой дикарь занял его место. Но Тэгари еще не успел сойти с последней ступеньки, как заметил Шелдона. Он впервые видел лошадь и, взвизгнув от ужаса, повернул назад и, как полоумный, бросился опять вверх по ступенькам. В ту же секунду и вся толпа чернокожих отшатнулась от страшного всадника.</p>
     <p>Слуги со смехом стали уговаривать их не бояться, и чернокожие новобранцы мало-помалу успокоились. Панический страх уступил место любопытству. Они жались друг к другу, разглядывая издали невиданное дотоле страшилище.</p>
     <p>— Хелло! — крикнула Джен. — Что это вы вздумали пугать моих новых рабочих? Идите сюда!</p>
     <p>— Ну, как вам нравятся эти молодцы? — спросила она, пожимая ему руку. — И как вам нравится вот это? — добавила она, указывая рукою на «Марту». — Я уже думала, что вы сбежали с плантации, и сама собиралась отправлять этих негров в бараки. Красавчики, а? Взгляните вон на того, с расплющенным носом. Изо всей партии он только один не из Пунга-Пунга; а они уверяли, что с Пунга-Пунга никого не заманишь. Полюбуйтесь же на них и поздравьте меня. Среди них нет ни одного малыша или подростка. Они все до единого взрослые люди. У меня много набралось чего вам рассказать, но не знаю, с чего начать, да и не хочу начинать, пока мы не кончим нашего дела и пока не услышу от вас, что вы не сердитесь на меня.</p>
     <p>— Огу, ты откуда? — продолжала она свою перекличку.</p>
     <p>Но Огу был совсем дикий бушмен, не понимавший почти ни слова из универсального английского жаргона, и окружавшие его сотоварищи всячески старались втолковать ему суть дела.</p>
     <p>— Таких у нас не более двух или трех, — сказал Джен Шелдону. — Ну, вот мы и покончили с ними! А вы все еще не ответили мне на вопрос: вы сердитесь на меня или нет?</p>
     <p>Шелдон посмотрел в ее глаза. Светлый холодный блеск этих глаз угрожал принять вызывающее выражение. А он смотрел на нее и думал о том, что ему никогда и в голову не приходило, что он так обрадуется ее возвращению.</p>
     <p>— Я сердился, — сказал он, пытаясь придать своему лицу суровость. — Я и до сих пор сержусь на вас, очень сержусь! — Тут он заметил, что в ее глазах забегали подозрительные огоньки, и вздрогнул. — Но я простил вам, я все вам прощаю. Хотя все же полагаю…</p>
     <p>— Что мне нужна старая нянька, — перебила она его. — Но этого вы никогда не добьетесь. Слава Богу, я совершеннолетняя и в праве вести дела по своему усмотрению. Но вернемся к делу: как вам нравятся мои американские приемы быстроты и натиска?</p>
     <p>— Мистер Рафф, насколько я слышал, не очарован ими, — уклончиво ответил Шелдон. — Во всяком случае, вы задали им встряску. Но любопытно знать, однако, многим ли американцам удается столь же успешно вершить дела, как вам?</p>
     <p>— Счастливая случайность. Мне просто повезло, — скромно пояснила Джен. Но в то же время глаза ее заблестели от удовольствия, и он понял, что его деликатная похвала необыкновенно польстила ее мальчишескому тщеславию.</p>
     <p>— Да, повезло, нечего сказать! — отозвался долговязый штурман Спэррохоук, с лицом, просиявшим от восхищения. — Признаться, пришлось нам попотеть. Не даром достались нам денежки. Она просто нас замучила работой. А тут еще напала на нас лихорадка. Но она не поддалась лихорадке и все нас подбадривала. Право слово, она истый рабовладелец. «Понатужьтесь еще немножко, пожалуйста, мистер Спэррохоук, и после того ложитесь себе в постель хоть на целую неделю», — подъезжала она ко мне, а я шатаюсь, как полумертвый, и в глазах у меня желто-зеленые огоньки, а голова, как котел. Что с меня взять? Но я все-таки крепился, честное и благородное слово, и исполнял кое-как ее просьбу. «Еще одно маленькое усилие, мистер Спэррохоук, еще маленькое», — приставала она опять. Можете себе представить, она каким-то чудом даже старого Кипа-Кипа заставила себя полюбить. Провались я на этом месте!</p>
     <p>Он укоризненно покачал головой и засмеялся тихим смешком, как будто в горле у него что-то заклокотало.</p>
     <p>— Он дряхлее и безобразнее самого Теленасса, — заметила Джен, обращаясь к Шелдону, — и, я уверена, еще гораздо зловреднее, нежели тот. Но пора покончить со списками.</p>
     <p>Она обратилась к чернокожему, остановившемуся на ступеньках.</p>
     <p>— Огу, кончишь срок у мастера, у белого человека, пойдешь в Нот-Нот. Ну-ка, Тэнгари, растолкуй этому фелла Огу: когда выйдет срок, он отправится в Нот-Нот. Записали, мистер Мюнстер?</p>
     <p>— Однако, вы поступили противозаконно, — сказал Шелдон, когда новобранцев-негров отвели в бараки. — Таким судам, как «Флибберти» и «Эмилия», не разрешается вербовать столь большое количество дикарей — целых полтораста человек. Как мог это допустить Вернет?</p>
     <p>— Он их всех пропустил, уверяю вас, — ответила она. — Не обошлось, разумеется, без некоторых пререканий. Капитан Мюнстер расскажет вам, как было дело. А я побегу умываться. Прибыли мои заказы из Сиднея?</p>
     <p>— Ваши вещи у вас, — сказал Шелдон. — Поторопитесь, пожалуйста, завтрак уже на столе! Отдайте мне вашу шляпу и кольт. Позвольте, пожалуйста. Я знаю, куда их надо повесить.</p>
     <p>Она обожгла его испытующим взором, в котором как будто промелькнуло на этот раз нечто женственное, и вздохнула с облегчением, снимая с себя и опуская ему на руки свой тяжелый кольт.</p>
     <p>— Кажется, я больше никогда не захочу таскать на себе револьвер, — пожаловалась она. — Он мне надоел до смерти. Я и не воображала, что он может до такой степени мне наскучить!</p>
     <p>Шелдон проводил ее глазами до нижней ступеньки лестницы; тут она обернулась и прокричала ему:</p>
     <p>— О, если бы вы только знали, как приятно вернуться к себе домой.</p>
     <p>И в то время, как он задумчиво смотрел ей вслед, ему внезапно пришла в голову поразившая его мысль, что Беранда и эта маленькая соломенная беседка, куда она пробирается через двор усадьбы, являются единственным в мире местом, где она может чувствовать себя вполне «дома».</p>
     <p>— А Вернет говорит: «Извините, говорит, мисс Лэкленд, но будь я проклят, если вы не нарушили правил вербовки; впрочем, вы, разумеется, сделали это не предумышленно».</p>
     <p>Капитан Мюнстер рассказывал, как было дело. Они сидели с Шелдоном, потягивая виски, и поджидали Джен.</p>
     <p>— А она говорит ему: «Мистер Вернет! Разве существует закон, запрещающий снимать пассажиров с корабля, засевшего на рифах?» «Но этот закон не имеет никакого отношения к данному случаю», — говорит он. «Очень даже имеет, — возражает она, — зарубите себе это на носу и пропустите моих рабочих. Вы можете донести на меня главному комиссару. Но здесь целых три судна ожидают вашего пропуска, и если вы их долго продержите, то главному комиссару будет также послано вслед и другое донесение». «Ответственность ляжет на вас, капитан Мюнстер», — обращается он ко мне, доведенный до белого каления. «Отнюдь нет, — говорит она — „Эмилия“ зафрахтована мною, и капитан Мюнстер действует по моему распоряжению». Что тут прикажете делать? Вернет взял да и пропустил всех полтораста человек, хотя «Эмилия» имела право принять не более сорока, а «Флибберти-Джиббет» — не более тридцати пяти.</p>
     <p>— Но я все-таки не понимаю, — сказал Шелдон.</p>
     <p>— Вот как она обработала все это дело: когда «Марту» сняли с камней, нам пришлось подвести ее ближе к берегу у входа в залив, и пока производился ремонт, пока налаживали новый руль, ставили паруса, отбирали у негров разграбленные части, мисс Лэкленд поручила Спэррохоуку отправиться на «Флибберти» вместе с Куртасом, отрядила ко мне Брамса взамен Спэррохоука, и мы отправились на двух судах вербовать дикарей. После неудачи «Шотландских Героев» никто не решался заглядывать в эти места для набора; а мы там нагнали такого страха, что негры на всем побережье присмирели, как овцы. Набрав полную партию, мы вернулись назад поглядеть, как идет дело с «Мартой».</p>
     <p>— И собрались уже возвращаться с ними восвояси, — ввернул Спэррохоук, — но не тут-то было! Мисс Лэкленд и этого было мало. «Я их возьму на „Марту“, — говорит она, — а вы езжайте обратно и наберите еще столько же».</p>
     <p>— Но я объяснил ей, что это невозможно, — продолжал рассказывать Мюнстер. — Я объяснил ей, что у «Марты» нет необходимого свидетельства на право вербовки. «О, — сказала она, — так этого нельзя сделать?» и впала в непродолжительное раздумье.</p>
     <p>— Я уже знаю, чего надо ждать, когда она этак задумывается, — вскричал Спэррохоук, — значит, дело выгорит наверняка.</p>
     <p>Мюнстер закурил папиросу и начал рассказывать дальше.</p>
     <p>— «Посмотрите в ту сторону, — говорит она мне. — Эту отмель, там, где легкая рябь, огибают встречные течения. Видите, вот там, где вздымаются белые барашки? Погода хорошая и наступает штиль. Устройте так, чтобы оба ваши судна немного задели друг друга. Стоит только вовремя не повернуть, и течение отнесет вас обоих помаленьку на мель».</p>
     <p>— «Волнение там такое ничтожное, вы отделаетесь, вероятно, одной — двумя царапинами медной обшивки. А я подберу ваших чернокожих и увезу их отсюда; ведь просто, не правда ли?» — говорит она, — продолжал Мюнстер. — «Один прилив вы переждете, а следующий будет посильнее, и вы сниметесь с мели и отправитесь вербовать новую партию. Нет такого закона, который запрещал бы вербовать свободным судам». «Но они подохнут с голоду! — возразил я. — Ведь вы же знаете сами, что у нас не осталось припасов на борту, да и на „Марте“ тоже ни крошки».</p>
     <p>— Мы уже и без того кормились все время только тем, что доставали на берегу у туземцев, — сказал Спэррохоук.</p>
     <p>— «Не сокрушайтесь на счет припасов, капитан Мюнстер, — говорит она. — Если я сумею прокормить восемьдесят четыре рта на „Марте“, то, без сомнения, вы тоже ухитритесь как-нибудь достать съестного, располагая двумя судами. Итак, поспешите, пока не поднялся бриз, а то наш маневр не удастся. Как только вы столкнетесь друг с другом, я вышлю к вам шлюпку. В добрый час, господа!»</p>
     <p>— И мы послушались и все так и сделали, — промолвил торжественно Спэррохоук, и вновь разразился клокочущим смехом. — Мы пошли правым галсом, и я прижал «Эмилию» к отмели. «Отходи! — заорал капитан Мюнстер, — отходи же, такой-сякой!» Он стал ругаться на чем свет стоит. Но я не обращал никакого внимания на его любезные окрики и не повернул оверштаг; само собой разумеется, «Флибберти» сдрейфила и задела «Эмилию», после чего нас обоих отнесло к берегу, и мы преспокойно уселись на мель, как на стол. Мисс Лэкленд переправила на «Марту» своих новобранцев, и трюк наш удался как нельзя лучше.</p>
     <p>— Но где же она была, когда поднялся норд-вест? — спросил Шелдон.</p>
     <p>— В Пунга-Пунга. Она укрылась туда, когда он начался, и провела там целую неделю, выторговывая у негров съестные припасы. Когда мы пришли в Тулаги, она была уже там и отчаянно препиралась с Бернетом. Уверяю вас, мистер Шелдон, эта барышня — просто чудо, дивная барышня, да и только!</p>
     <p>Мюнстер снова наполнил стакан, а Шелдон поглядывал с нетерпением в сторону соломенной хижины, ожидая увидеть Джен. Спэррохоук возобновил прерванный рассказ.</p>
     <p>— Решительная особа! Таких отважных к нам на Соломоновы острова еще ни разу не заносило ни женщин, ни мужчин. Посмотрели бы вы, что творилось в Пунга-Пунга в то прекрасное утро, когда мы туда показались. Спайдеры палили с берега из-за манговых деревьев, в лесу воинственно гремели какие-то барабаны и со всех сторон поднимались сигнальные дымки. «Всех взбаламутила», — говорит капитан Мюнстер.</p>
     <p>— Да, я это сказал, — подтвердил почтенный моряк. — Они, в самом деле, все поднялись. Это было и видно и слышно.</p>
     <p>— «Вы похожи на старую бабу», — говорит она ему, — засмеялся Спэррохоук. — «Мы еще не доехали, а уже вы на попятный. Бросьте якорь сначала, а потом можете куда-нибудь спрятаться».</p>
     <p>— Можете себе представить, она так и сказала мне, — поддакнул Мюнстер. — Я, разумеется, взбесился, махнул рукой на все: будь что будет! Мы пытались выслать шлюпку на берег для переговоров, но по ней дали залп. Да и все время они продолжали палить в нас из-за манговых деревьев.</p>
     <p>— Мы стояли от них на расстоянии не более четверти мили, — перебил Спэррохоук, — и нам, черт возьми, пришлось очень солоно. «Не отвечайте им, покуда не полезут на абордаж», — приказала мисс Лэкленд; но черномазые черти не лезли на абордаж. Они залегли в кустах и осыпали нас пулями. Вечером мы держали военный совет в каюте «Флибберти». «Нам нужно заложника. — сказала мисс Лэкленд, — вот что нам нужно!»</p>
     <p>— «Так пишут в книжках», — сказал я, рассчитывая поднять ее на смех, — вставил Мюнстер. — «Верно, — говорит она, — а разве вы не знаете, что книги часто говорят правду?» Я кивнул в ответ головой. «Так поучитесь, ваше время еще не ушло», — говорит она. «Я знаю только одно, — говорю я, — это то, что от меня останется только мокрое место, если вы меня пошлете ночью ловить негров на этом пагубном берегу».</p>
     <p>— Вы выразились не так; вы сказали: «Будь я проклят, если я пойду красть негров», — поправил его Спэррохоук.</p>
     <p>— Ну да, но я так ведь и думал!</p>
     <p>— «Никто вас и не посылает на берег», — подхватила она, — ухмыльнулся Спэррохоук. — И прибавила кое-что еще почище этого. Она сказала: «А если вы куда-нибудь затеете высадиться без моего приказания, то вам за это достанется, понимаете, капитан?»</p>
     <p>— Да кто же, черт подери, будет рассказывать, вы или я? — обозлился сконфуженный шкипер.</p>
     <p>— Так ведь она же именно так и сказала; разве я лгу? — настаивал неугомонный штурман.</p>
     <p>— Ну, сказала, так что же? Но уж если на то пошло, так вы расскажите и про то, что она и вам залепила, когда вы отказывались от набора в Пунга-Пунга хотя бы за двойное жалование!</p>
     <p>Загорелое, бронзовое лицо Спэррохоука заметно побагровело, хотя он всячески старался скрыть свое смущение разными гримасами, ужимками и клокочущим смехом.</p>
     <p>— Продолжайте, продолжайте, — торопил рассказчика Шелдон, и Мюнстер стал рассказывать дальше:</p>
     <p>— «Нам нужно действовать смело, — говорит она, — иначе мы с ними ничего не поделаем; мы с самого начала должны проявить решительность. Я высажусь ночью на берег и притащу к вам на борт самого Кипа-Кипа, и не буду вызывать охотников на это дело, потому что я уже придумала, кому что надо делать. С собой я возьму своих матросов и одного белого». «Разумеется, вы возьмете с собой меня», — сказал я, так как опять совсем очумел и до того разошелся, что готов был сойти в преисподнюю. «Ну, нет, — говорит она, — вовсе это не разумеется. Вы отправитесь на шлюпке для прикрытия отступления. Куртас будет стоять в лодке у берега. Со мной пойдет Фоулер. Брамс возьмет команду на „Флибберти“, а Спэррохоук на „Эмилии“. Мы отправимся после полуночи».</p>
     <p>Невесело, признаюсь, мне было сидеть в этой шлюпке, предназначенной для прикрытия. Никогда я не думал, что мне придется ввязаться в такое щекотливое дело и очутиться в таком гнусном положении. Мы остановились саженях в сорока с лишком от берега и следили за пробиравшейся к самому берегу лодкой. За манговыми деревьями стояла густая тьма и ничего не было видно. Вы помните, Шелдон, этого маленького негра, похожего на мартышку, который служил на «Флибберти» поваром? Так вот этот самый повар лет двадцать тому назад служил лакеем на «Шотландских Героях», а после того как этих «Героев» растащили, он попал в плен и был долго рабом в Пунга-Пунга. Мисс Лэкленд пронюхала эту историю и взяла его с собой в качестве проводника. За это она ему посулила пол-ящика табаку.</p>
     <p>— И напугала его до смерти, пока уговорила ехать с нею, — заметил Спэррохоук.</p>
     <p>— Да, я никогда в своей жизни не видел ничего чернее этих манговых деревьев. Я всматривался в них так пристально, что глаза мои чуть не лопнули. Потом я глядел на звезды и прислушивался к шуму прибоя. И вдруг слышу собачий лай. Помните эту собачку, Спэррохоук? Я чуть не умер от разрыва сердца, когда это животное в первый раз тявкнуло. Значит, лаяла не на наших. После этого водворилась мертвая тишина, манговые великаны как будто еще больше почернели, и я с трудом удерживался от искушения перекликнуться с Куртасом, стоявшим в лодке у самого берега, чтобы осязательно убедиться, что я не один изо всех наших белых остался в живых.</p>
     <p>И вдруг поднялся ужасный гвалт. Этого надо было ожидать, к этому надо было быть готовым, и все-таки я содрогнулся. Такого дикого концерта, раздирающих душу воплей и визгов я в жизни своей не слыхал. Негры, видимо, бросились врассыпную в кусты, а верные таитяне палили в воздух, драли горло и разгоняли перепуганных негров, как зайцев. После этого сразу опять наступила неожиданная тишина, прерываемая писком покинутых ребятишек, заблудившихся в зарослях и жалобно призывавших своих матерей.</p>
     <p>Наконец, я услышал шум раздвигаемых зарослей, стук весла о планшир, смех мисс Лэкленд и понял, что все сошло благополучно. Мы отошли от берега без единого выстрела. И, клянусь честью, она доказала, что книги говорят правду, ибо на нашем судне очутился не кто другой, как старикашка Кипа-Кипа, которого мы без всяких церемоний переправили через борт. Он дрожал, как осиновый лист, и щелкал зубами, как перепутанная обезьяна. После этого наше дело пошло на лад. Слово Кипа-Кипа было для дикарей законом, а он нас боялся до смерти. Пока мы стояли в Пунга-Пунга, он все время оставался у нас в плену и отдавал своим подданным, распоряжения.</p>
     <p>Этот удачный маневр оказался полезным и в других отношениях. Мисс Лэкленд заставила Кипа-Кипа приказать дикарям, чтобы они возвратили нам все корабельные принадлежности, снятые с «Марты». Каждый день они доставляли разные вещи: компас, блоки и тали, паруса, канатные бухты, медикаменты, сигнальные флаги, словом, все, кроме съестных припасов и консервов, которые они уже того… сожрали. Разумеется, для поощрения она им всем раздавала пачки табаку.</p>
     <p>— Да, да, — вставил Спэррохоук, — она подарила этим бродягам штуку коленкора за нижний парус грот-мачты<a l:href="#n_567" type="note">[567]</a>, два ящика табаку за хронометр, финский нож (стоящий одиннадцать с половиною пенсов) за девяносто саженей пятидюймового троса. Все это она достала потому, что имела в руках этого старикашку Кипа-Кипа. А вот и она сама!</p>
     <p>Шелдон обомлел от удивления, увидев перед собою совершенно преобразившуюся Джен. Пока тянулся рассказ о ее похождениях на Пунга-Пунга, он все время представлял ее себе, как всегда, плохо одетой, в платье, сшитом из оконных занавесок, в рубашке мужского фасона вместо кофточки, в соломенных сандалиях, в стэтсоновской шляпе и с неизбежным револьвером у пояса. Готовое платье, выписанное из Сиднея, совершенно преобразило ее. Простенькая юбка и кофточка из легкой материи придавали ее стройной фигурке элегантный, чисто женственный вид, дотоле ему незнакомый. Ему бросились в глаза также цветные туфли и ажурные чулки, когда он смотрел на нее, проходившую через двор. Необычайный для нее наряд придал ей вид настоящей женщины, и ее дикие приключения, как будто из «Тысячи и одной ночи», показались ему вдвойне чудесными.</p>
     <p>Он заметил, когда они пошли завтракать, что Мюнстер и Спэррохоук были поражены не менее его самого ее видом и раскрыли рты от удивления. Они перестали обращаться с ней запросто, по-товарищески, и как будто сразу прониклись глубочайшим почтением и уважением к ее особе.</p>
     <p>— Я открыла новое место для вербовки, — сказала она, принимаясь разливать кофе. — Старик Кипа-Кипа, я уверена, никогда меня не забудет, и отныне я имею возможность сколько угодно вербовать там рабочих, когда захочу. В Гувуту я виделась с Морганом. Он готов заключить контракт на доставку тысячи рабочих по сорока шиллингов с головы. Говорила я вам или нет, что получила разрешение вербовать чернокожих на «Марте»? Я выправила свидетельство, дающее мне право набирать по восьмидесяти чернокожих в каждую поездку на «Марте».</p>
     <p>Шелдон с горечью улыбнулся. Изящная женщина в европейском костюме куда-то исчезла, и вместо нее перед ним очутился опять своенравный, авантюристически настроенный мальчик.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIX</p>
      <p>Потерянная игрушка</p>
     </title>
     <p>— Хороши вы, нечего сказать! — вздохнула Джен. — Я демонстрирую перед вами усовершенствованные американские методы, которые оказываются удачными и приводят к осязательным результатам, а вы по-прежнему хандрите.</p>
     <p>Прошло пять дней со времени ее возвращения. Джен и Шелдон стояли на веранде и смотрели на «Марту», отходившую от берега. В продолжение этих пяти дней Джен ничем ни разу не выказала своего задушевного желания, но Шелдон, который в данном случае читал в ее душе, как по книге, подметил раз двадцать, как она старается навести разговор на известную тему в надежде, что он сам предложит ей взять на себя командование «Мартой».</p>
     <p>Они долго не могли найти подходящего шкипера. Джен дорожила «Мартой», и никто из предложенных кандидатов не удовлетворял ее.</p>
     <p>— Ольсон? — перебила она. — Для «Флибберти» он годится, в особенности если я со своими людьми нахожусь при нем и осматриваю судно, когда оно по его небрежности, того и гляди, расползется по всем швам. Но шкипером на «Марте»? Невозможно!</p>
     <p>Мюнстер? Да, это единственный моряк на Соломоновых островах, на которого, казалось, можно было бы положиться. А все-таки он в некотором роде побил рекорд. Он погубил «Юмбаву», причем утонуло сто сорок человек. Он стоял на вахте в качестве старшего офицера и провинился в умышленном отступлении от данных ему предписаний. Понятно, его отставили от должности.</p>
     <p>Христиан Юнг ни разу еще не управлял большими судами. Кроме того, мы не в состоянии платить ему столько, сколько он выручает на «Минерве».</p>
     <p>Спэррохоук хорош, когда ему приказывают. Сам же он не способен проявлять инициативу. Он опытный моряк, но командовать не может. Уверяю вас, я не имела ни минуты покоя, пока он распоряжался на «Флибберти» у Пунга-Пунга, в то время как мне самой пришлось оставаться на «Марте».</p>
     <p>И со всеми та же история. Никто из предложенных кандидатов не удовлетворял ее требованиям. Много раз она уже почти приводила Шелдона к убеждению, что из всех моряков на Соломоновых островах она — единственное лицо, способное командовать «Мартой». Но он каждый раз отмалчивался, а ей самолюбие не позволяло договаривать до конца.</p>
     <p>— Моряки, способные править вельботом, не всегда бывают способны хорошо управлять шхуной, — ответила она ему на одно из его замечаний. — Кроме того, капитан такого судна, как «Марта», должен быть с головой. Он должен обладать широким взглядом на вещи, талантом, предприимчивостью.</p>
     <p>— Но с вашими таитянами на борту… — заикнулся Шелдон.</p>
     <p>— На борту не будет никаких таитян, — оборвала она его. — Мои люди останутся со мной. Они могут мне понадобиться каждую минуту. Когда я отправлюсь в плавание, то и они отправятся вместе со мной. Когда я проживаю на суше, то и они проживают со мной. Они пригодятся и для плантации. Вы видели, как они расчищают заросли. Каждый из них стоит дороже полудюжины ваших людоедов.</p>
     <p>Джен стояла рядом с Шелдоном на веранде и глубоко вздыхала, поглядывая на «Марту», уходящую в море под командой старого Кинросса из Сэво.</p>
     <p>— Кинросс — допотопное чучело, — выпалила она с раздражением. — О, он никогда не потерпит крушения от избытка горячности, будьте уверены! Он робок, как дитя, но робкие шкипера теряют корабли столь же часто, как и отчаянные. Когда-нибудь Кинросс погубит «Марту», увидите, и погубит из-за того, что не рискнет воспользоваться единственным остающимся средством для спасения. Опасаясь воспользоваться свежим ветром, который доставил бы его на место в каких-нибудь двадцать часов, он попадет в полосу штиля и потеряет целую неделю. «Марта» и с ним будет приносить доходы, бесспорно, но она несравненно больше бы доставляла выгоды под командой другого, более надежного капитана.</p>
     <p>Джен раскраснелась от волнения и сверкающим взором следила за удалявшейся шхуной.</p>
     <p>— Красота! Посмотрите, как она свободно несется, хотя ветра совсем почти нет. Она вся обшита медью, как настоящий военный корабль. Я ее отчищала кокосовой скорлупой, когда мы ее кренговали<a l:href="#n_568" type="note">[568]</a> у Пунга-Пунга. Прежде чем попасть в руки этой экспедиции золотоискателей, она ходила на тюленей у сибирских берегов и не раз убегала от преследования русских второстепенных крейсеров.</p>
     <p>— Знаете, честное слово, если бы я только могла предвидеть, что мне улыбнется такое счастье в Гувуту, и что смогу приобрести такое судно за какие-нибудь триста долларов, я бы ни за что не вступила с вами в компанию, а занялась бы им!</p>
     <p>Справедливость этого замечания поразила Шелдона. То, чего она достигла, она могла бы отлично добиться и не будучи его компаньоном. Ведь он не принимал никакого участия в спасении «Марты». Предоставленная самой себе, высмеиваемая теплой компанией обывателей Гувуту и преодолевая конкуренцию таких дельцов, как Морган и Рафф, она смело кинулась в это предприятие и блестяще завершила его.</p>
     <p>— Глядя на вас, я чувствую себя как будто в положении взрослого человека, который отобрал у ребенка конфекты, — сокрушенно промолвил он.</p>
     <p>— И ребенок расплакался?</p>
     <p>Она повернулась к нему, и он заметил, что губы ее дрожат, а в глазах стоят слезы. Он подумал, что она, действительно, дитя прежде всего, мальчуган, у которого отняли игрушечный кораблик. И вместе с тем она женщина. Что за вопиющее противоречие! И тут же подумал, что вряд ли он влюбился бы в нее так сильно, если бы она была простой, обыкновенной женщиной. В глубине души он почувствовал, что полюбил ее именно такою, какова она есть; он полюбил в ней и мальчишеские, и женственные черты характера, словом, все, что в ней было, все, что, несмотря на кажущееся противоречие, так гармонически слилось в ней в одно целое.</p>
     <p>— Но ребеночек не будет больше реветь, — сказала она. — Это в последний раз. Когда-нибудь, я знаю, вы вернете эту игрушку вашему компаньону, если только Кинросс не погубит ее. Я больше к вам приставать с этим не буду. Только, надеюсь, вы отлично понимаете, что я должна теперь чувствовать. Дело в том, что я не купила «Марту» и не выстроила ее. Я спасла ее. Я сняла ее с камней. Я вырвала добычу у океана, когда никто не хотел давать более пятидесяти пяти фунтов за этот рискованный выигрыш. Она моя, бесспорно моя. Без меня она бы не существовала. Этот бурный норд-вест, разнес бы ее в щепки за каких-нибудь три часа. И, потом, я ее испробовала; о, это чародейка, настоящая чародейка! Она удивительно слушается руля и удивительно лавирует. Троньте только руль, и она вам повернется, как конь на уздечке. Вы даже можете пустить ее задним ходом, если хотите, как какой-нибудь пароход. Я это проделывала у Ланга-Ланга между отмелью и береговыми рифами. Замечательное судно! Вы, я знаю, не способны, подобно мне, увлекаться такими вещами и, наверное, удивляетесь моему сумасбродству. Но «Марта» не уйдет от меня, и я доберусь когда-нибудь до нее. Вот увидите!</p>
     <p>В ответ на это Шелдон совершенно бессознательно и нежно коснулся ее руки, покоившейся на перилах. Не могло быть и тени сомнения, что она отнеслась к этой ласке только как капризный ребенок, которого стараются утешить в том, что он лишился игрушки. Эта мысль охладила его. Никогда он еще так близко не соприкасался с ней и в то же время никогда еще не чувствовал с такой силой, до чего она далека от него. Очевидно, она даже не отдавала себе отчета, что это именно его рука дотронулась до нее. Зрелище удалявшейся «Марты» так сильно огорчило ее, что ей было не до того, кто пожимает ей руку. Она сознавала только, что это есть выражение сочувствия со стороны дружески расположенного к ней человека.</p>
     <p>Он отнял руку и отодвинулся, испытывая легкое разочарование.</p>
     <p>— Почему бы ему не поднять большого паруса? — придиралась она. — Какой чересчур осторожный старик. Он принадлежит к числу тех капитанов, которые готовы трое суток выжидать с зарифленными парусами шторма, которого нет и в помине. Осторожность, скажете? О, да, он осторожен, но чересчур!</p>
     <p>Шелдон опять приблизился к ней.</p>
     <p>— Не горюйте, — сказал он ей. — Можете плавать на «Марте» сколько хотите, и даже ходить на Малаиту за чернокожими.</p>
     <p>Говоря это, он сделал со своей стороны большую уступку, и пошел на эту уступку вопреки собственному убеждению. Тем более поразило его, как она отнеслась к этой его уступке.</p>
     <p>— Под командой старика Кинросса? О, нет, благодарю покорно! Он бы довел меня до самоубийства. Я не могу спокойно видеть, как он командует. Нога моя не ступит на «Марту» до тех пор, пока я не возьму ее на полную свою ответственность. Я — моряк, такой же, каким был мой отец, а он не выносил плохих командиров! Вы обратили внимание на приемы Кинросса, когда он выходил в открытое море? Верх безобразия! И какую кутерьму он поднял на палубе. Наверное, Ной лучше командовал на своем ковчеге!</p>
     <p>— Бывает, что и мы управляем не лучше, — усмехнулся Шелдон.</p>
     <p>— Чем Ной?</p>
     <p>— Да, это очень нелегко!</p>
     <p>— Для допотопного человека — да!</p>
     <p>Она долго провожала «Марту» глазами, а затем снова повернулась к Шелдону.</p>
     <p>— Вы все тут плохие моряки или, по крайней мере, почти все. Христиан Юнг еще туда-сюда. Мюнстер проявляет известное искусство, да про старого Нильсена говорят, что он морской волк. Но остальные никуда не годятся. У них нет ни ловкости, ни сноровки, ни быстроты, ни сообразительности, ни настоящего мужества, — словом, никаких достоинств. Тупые, неотесанные, медленные, тяжелые на подъем простаки. Когда-нибудь я покажу вам, как надо править «Мартой». Сорвусь с якоря и полечу с такой быстротой и удалью, что у вас голова закружится, и остановлю ее у пристани в Гувуту без якоря и каната.</p>
     <p>Она проговорила все это, захлебываясь от увлечения, потом замолчала и расхохоталась, видимо, сама над собой.</p>
     <p>— Старый Кинросс поднимает большой парус, — заметил ровным голосом Шелдон.</p>
     <p>— Быть не может! — вскрикнула она, сверкнув глазами, и побежала за подзорной трубой.</p>
     <p>Она долго и пристально приглядывалась в трубу к палубе судна, но по выражению ее лица Шелдон заметил, что она все-таки недовольна поведением шкипера.</p>
     <p>Наконец, она капризным жестом опустила трубу.</p>
     <p>— Он все перепутал, — простонала она. — А теперь старается исправить ошибку. И этот человек распоряжается такой очаровательной волшебницей, как «Марта»! Вот вам наглядный довод против замужества. Нет, не хочу больше смотреть на это жалкое зрелище! Пойдемте лучше в биллиардную комнату и займемся этой степенной, консервативной игрой. А потом я велю оседлать себе лошадь и поеду поохотиться на голубей. Не хотите ли отправиться со мной вместе?</p>
     <p>Часом позднее, когда они выезжали из усадьбы, направляясь на охоту, Джен повернулась в седле, чтобы последний раз взглянуть на «Марту», которая еще мелькала вдали чуть заметным пятнышком на пути к берегам Флориды.</p>
     <p>— Воображаю, как удивится Тюдор, когда узнает, что «Марта» перешла в наши руки, — засмеялась она. — Подумайте только! Если он не отыщет золота, то ему придется взять место на пассажирском пароходе и удирать отсюда.</p>
     <p>Заливаясь веселым смехом, Джен выехала за ворота. Но вдруг ее смех оборвался, и она натянула поводья.</p>
     <p>Шелдон посмотрел на нее с беспокойством и увидел, что на лице у нее выступили желто-зеленые пятна.</p>
     <p>— Это лихорадка, — сказала она. — Придется вернуться домой.</p>
     <p>Проезжая через усадьбу, она так тряслась и шаталась в седле, что ему пришлось ее поддерживать, когда она слезала с лошади.</p>
     <p>— Забавно, не правда ли? — процедила она сквозь зубы. — Похоже на морскую болезнь — не опасно, но ужасно неприятно, если затянется. Пойду, лягу в постель. Пошлите мне Ноа-Ноа и Вайсбери. Прикажите Орифайри заготовить кипятку. Через четверть часа я потеряю сознание, но к вечеру я буду уже на ногах. Меня здорово схватило, но скоро отпустит. Жаль, очень жаль, что не пришлось поохотиться. Благодарю вас, не беда — это в порядке вещей.</p>
     <p>Шелдон тотчас исполнил все ее просьбы, поспешил отправить ей бутылки с горячей водой и расположился на веранде, тщетно пытаясь развлечься перелистыванием целой кипы сиднейских газет двухмесячной давности.</p>
     <p>Он то и дело отрывался от чтения и поглядывал на соломенную сторожку в глубине усадьбы. «Да, — подумал он, — тяжелую борьбу приходится выдерживать белым людям на островах. Нет, здесь не место для женщин!»</p>
     <p>Он ударил в ладоши, и на его зов прибежал Лалаперу.</p>
     <p>— Живо, — приказал он, — сбегай в бараки и приведи ко мне черных фелла-марий, много, слышишь, всех!</p>
     <p>Не прошло и пяти минут, как перед ним уже стояли все двенадцать чернокожих обитательниц Беранды. Он сделал им строгий осмотр и выбрал из них одну помоложе и помиловидней, такую, у которой не видно было на теле никаких следов кожных болезней.</p>
     <p>— Как твое имя? — спросил он женщину.</p>
     <p>— Мой Магда, — ответила она.</p>
     <p>— Ну, так вот что, фелла Магда! Ты кончай стряпать рабочим. Будешь служить белой Марии. Ты будешь все время с ней. Поняла?</p>
     <p>— Поняла, — пропищала она и немедленно отправилась по приказанию в соломенную сторожку.</p>
     <p>— Как дела? — спросил он у Вайсбери, который только-что оттуда вернулся.</p>
     <p>— Больна, фелла-барин! — ответил он. — Белая фелла Мария все время говорит, очень много говорит. Все время говорит про большой, фелла, шхуна.</p>
     <p>Шелдон повесил голову. Он понял в чем дело. Очевидно, ее погнала в лихорадку история с «Мартой». Лихорадка бы все равно ее не пощадила, он это знал. Но огорчение, причиненное отобранной от нее игрушкой, ускорило появление первого приступа. Он закурил папиросу и, глядя на расплывающиеся кольца дыма, вспомнил о своей матери, оставшейся в Англии, и представил себе, как бы удивилась она, если бы ей сказали, что ее сын способен полюбить женщину, которая разливается плачем по поводу того, что ей запрещают быть шкипером на шхуне и вербовать людоедов на островах.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XX</p>
      <p>Деловой разговор</p>
     </title>
     <p>Нет более нетерпеливых людей, чем влюбленные, а Шелдоном овладела любовь. Раз двадцать в день он обзывал себя дураком и старался всячески сдерживать себя и направить мысль в другую сторону, но, тем не менее, гораздо чаще, чем двадцать раз в день, его мысль настойчиво возвращалась к милому образу. Джен казалась ему натурой чрезвычайно загадочной, и он упорно бился над вопросом: как ему к ней подойти?</p>
     <p>До сих пор он весьма мало помышлял о любви. Весь его жизненный опыт в этом отношении ограничивался одним единственным случаем (причем ухаживал не он, а ухаживали за ним), и этот опыт не многому его научил. В данном случае дело было совершенно другого рода, и он любил повторять самому себе, что случай этот совершенно исключительный, из ряда вон выходящий. Эта женщина не только не расположена к замужеству, но это такая женщина, которую даже нельзя назвать женщиной, женщина, которая искренно ужасается при одной мысли о предстоящем замужестве, которая увлекается мальчишескими забавами, сентиментально мечтает об одних приключениях, которая отличается необыкновенной трезвостью, цельность натуры, настолько еще не созрела, что муж для нее представляется не чем иным, как досадной помехой на облюбованном ее мечтами жизненном пути.</p>
     <p>Но как же им сблизиться, как ему к ней подойти? Он сознавал, что она фанатически любит свободу и питает глубочайшее отвращение ко всякого рода стеснениям. Ласки она не признает и никем не способна увлечься. Она готова ежеминутно встрепенуться, упорхнуть, как испуганная птица. Дотронуться до нее немыслимо, нежностей она не выносит. Его рукопожатие должно оставаться таким, каким оно было до сих пор — сердечно-дружеским рукопожатием, и только. Он ни за что не должен высказывать своих чувств внешним образом. Он может только разговаривать с нею. Но как ему с ней говорить? Домогаться любви? Но ведь она не любит его. Обращаться к ее уму? Но у нее склад ума чисто мальчишеский. Она чарует прелестью и изяществом прекрасно воспитанной женщины, но, насколько он пригляделся к ней, характер мышления ее ничем не отличается от мужского. И все же он должен с нею сердечно поговорить. Надо выбрать время и подходящий случай. Так или иначе, надо направить ее внимание в эту сторону, надо приучить ее к мысли о возможности замужества.</p>
     <p>Объезжая свои владения, он хмурил брови, морщил лоб и ломал голову над решением трудной проблемы и набирался храбрости сделать ей предложение. Он придумывал всевозможные комбинации, путем которых надеялся пробить лед; но все его хитроумные планы каждый раз проваливались, ибо вдруг выпадало какое-нибудь звено и разговор принимал непредвиденное и нежелательное направление. Наконец, в одно прекрасное утро совершенно неожиданно представился давно ожидаемый благоприятный случай.</p>
     <p>— Самое пламенное мое желание, это — процветание Беранды, — мимоходом заметила Джен в пылу разговора на тему о снижении рыночных цен на копру в связи с удешевлением транспорта.</p>
     <p>— А хотите ли знать, в чем состоит мое самое задушевное желание? — поторопился он вставить. — То, о чем я постоянно мечтаю, вздыхаю, томлюсь? То, чем я дорожу больше всего на свете?</p>
     <p>Он намеренно остановился и посмотрел на нее в упор; но ясно было, что она не угадывает значения его слов и ожидает услышать нечто, имеющее прямое отношение к разговору.</p>
     <p>— Разумеется, говорите же! — капризно добавила она, недовольная паузой.</p>
     <p>— Я люблю мечтать об успехе плантации, — сказал он, — но для меня это дело второстепенное. Несравненно дороже для меня мечта о том, чтобы когда-нибудь вы стали полной хозяйкой Беранды, нежели в настоящее время, и чтобы узы нашего содружества стали более тесными. Самая заветная моя мечта, это то, чтобы вы когда-нибудь, когда придет время, стали моей женой.</p>
     <p>Она отшатнулась в сторону, как ужаленная. Лицо ее побледнело, как полотно. Ясно было, что ее охватил гнев, а не смущение девушки, застигнутой врасплох любовным признанием.</p>
     <p>— Какова уверенность! Каково это: когда придет время! — возмутилась она. Но вслед затем она заговорила совершенно спокойным, холодным тоном, тем самым деловым тоном, каким она, должно быть, разговаривала с Морганом и Раффом в Гувуту. — Слушайте, что я вам скажу, мистер Шелдон! Вы мне очень понравились, несмотря на вашу тупость и тяжеловесность. Но усвойте же себе раз и навсегда, что я приехала на Соломоновы острова не за тем, чтобы составлять себе партию. Если бы я этого хотела, то давно бы вышла замуж у себя на родине и незачем мне было бы с этой целью делать столь большие, отдаленные путешествия и отправляться в поисках мужа за тридевять земель. У меня свой собственный жизненный план, я явилась на Соломоновы острова пробивать свою собственную дорогу. Замужество не соответствует моему плану и не входит в мои расчеты. Брачные узы в пору другим женщинам, но они не по мне. Знайте же, что когда я завожу деловой разговор и обсуждаю вопрос о стоимости провоза копры, то не расположена выслушивать между скобками вводные признания и предложения. Помимо того… кроме того…</p>
     <p>Она вдруг замолкла, и когда заговорила вновь, то в голосе ее прозвучала жалобная нотка, которая окончательно убедила его в том, что он свалял дурака и обошелся с ней грубо.</p>
     <p>— Разве вы не видите, что это портит все дело и что благодаря этому создается совершенно невозможное положение… а я… а я так дорожила нашим товариществом, так гордилась им. Разве же вы не видите, что я не могу оставаться вашим компаньоном, если вы приметесь за мною ухаживать и объясняться в любви. А я была так счастлива…</p>
     <p>В голосе Джен дрожали слезы разочарования, но она проглотила их.</p>
     <p>— Я вас предостерегал, — сказал Шелдон внушительно. — Подобные необычайные отношения между мужчиной и женщиной без конца продолжаться не могут. Я вам это говорил с самого начала.</p>
     <p>— О, да! Теперь я совершенно уяснила себе ваше поведение. — Она опять возмутилась, и минутная женская слабость уступила место негодованию. — Вы действовали очень благоразумно и осмотрительно, предупреждая меня об опасности. Вы предостерегали меня против всех и каждого на Соломоновых островах, кроме себя самого.</p>
     <p>Шелдон почувствовал, как будто его ударили по лицу. Слова эти обожгли его и тем, что в них была доля правды, и тем, что в них было несправедливого и обидного для него. Злорадный огонек, мелькнувший в ее глазах, когда она увидела, что задела его за живое, придал Шелдону решимости.</p>
     <p>— Вы, кажется, расположены смотреть на дело только с одной стороны, — начал он. — До вашего приезда в Беранду мне жилось здесь довольно сносно. По крайней мере, никто не бросал мне в лицо оскорблений, подобных тому, которое вы мне сейчас нанесли. Вы обвиняете меня в низости. Но вспомните, пожалуйста, ведь я не вызывал вас в Беранду. И я не предлагал вам поселиться в Беранде. Неприятное для вас положение создалось благодаря тому, что вы сами решили остаться здесь. А оставаясь здесь, вы тем самым подвергли меня непосильному искушению, за которое теперь так браните. Я не уговаривал вас оставаться. Наоборот, я старался вас отговорить. В то время я вас еще не любил. Я посылал вас в Сидней, на Гаваи. Но вы настояли на том, чтобы остаться. Вы положительно…</p>
     <p>Он замялся, стараясь подыскать более деликатное выражение, нежели то, которое вертелось у него на языке.</p>
     <p>— Я навязалась вам, вы это хотите сказать? — вспыхнула она, и яркие пятна выступили у нее на щеках. — Продолжайте, пожалуйста! Не щадите меня!</p>
     <p>— Хорошо, я не буду, — сказал он решительно, опасаясь, что спор их принимает школьнический характер. — Вы, между прочим, настойчиво требовали, чтобы я обращался с вами, как мужчина с мужчиной. Оставаясь последовательной, вы должны и говорить, как мужчина, ведущий деловой разговор, и спокойно выслушать все до конца. Неприятность возникла не по вашей вине. Я вас ни в чем не упрекаю, запомните это получше. Но и вы не должны меня упрекать.</p>
     <p>Шелдон видел, как у нее от волнения колышется грудь и сжимаются руки, и ему стоило невероятных усилий удержаться от страстного желания. Ему хотелось схватить и задушить ее в объятиях. Вместо того, чтобы продолжать чинно и холодно проводить заранее обдуманный свой план, у него чуть с языка не сорвалось, что она самый очаровательный мальчик на свете. Но он сдержался, подавил все эти сумасбродные порывы и стойко продолжал вести «деловой разговор».</p>
     <p>— Вы не можете перестать быть для меня самым пленительным, самым привлекательным существом. Вы заставили меня влюбиться в вас. Вы этого не хотели и не добивались. Вы так созданы, — вот и все. Но я создан так, что не могу не влюбиться в вас. И я тоже не в силах стать другим, чем я есть. Я не могу никаким усилием воли подавить своего трепетного влечения к вам, так же как и вы не можете простым усилием воли перестать быть для меня самым возлюбленным существом.</p>
     <p>— О, эти африканские страсти! Желания, влечения! — перебила она, возмущенная до глубины души. — Я ведь не дура! Я кой-что понимаю, и все это ужасно глупо, нелепо, противно! Как бы мне хотелось всего этого избежать. Право, лучше бы мне было выйти замуж за Ноа-Ноа, или Адаму-Адама, или Лалаперу, или хотя бы за какого-нибудь первого встречного негра. Я могла бы командовать им и держать его от себя на почтительном расстоянии, а такие люди, как вы… Пожалуйста, отстаньте от меня с вашими предложениями, и «влюбленностью», и «влечением».</p>
     <p>Шелдон расхохотался, несмотря на то, что ему было совсем не до схема.</p>
     <p>— Вы положительно бессердечное существо, — простонал он.</p>
     <p>— Это потому, что мне противно подчиняться мужчине! — ответила она ему в тон. — Но допустим, что ваша правда. Если я бессердечное существо, то чего же вы хотите?</p>
     <p>— Я хочу вас спросить: почему вы так милы? Почему вы похожи на женщину? Почему у вас женские губки? Чудные женские локоны? И я вам отвечу на это сам: потому, что вы все-таки женщина, хотя женщина в вас еще дремлет. Но настанет тот день, когда в вас проснется женское сердце.</p>
     <p>— Боже упаси! — вскрикнула она с таким непритворным ужасом, что он не мог удержаться от смеха и даже на ее собственных губах появилась невольная улыбка.</p>
     <p>— Я даже больше скажу вам, — продолжал Шелдон. — Я старался защитить вас от всякого другого ухаживателя на Соломоновых островах и уберечь вас от вашей собственной удали. Что касается меня, то мне и во сне не снилось, что опасность грозит вам с другой стороны. Вот почему я и не думал охранять вас от себя самой. Я отказался от всякой опеки. Вы шли своевольно своей дорогой, как будто бы меня совсем тут не было. Вы топили и спасали корабли, вербовали чернокожих на Малаите, командовали на шхунах; беззащитная девушка одна путешествовала в обществе самых отъявленных негодяев, какие только водятся на Соломоновых островах. Подумайте только: Фоулер! Брамсби! Куртас! И такова извращенность человеческой натуры, — вы видите, насколько я откровенен, — такова, повторяю, извращенность человеческого сердца, что я вас люблю еще больше за это. Я вас люблю за все, что в вас есть, я вас люблю именно такою, какая вы есть!</p>
     <p>Она поморщилась и сделала протестующий жест.</p>
     <p>— Постойте, — сказал он. — Вы не должны отказываться выслушать меня до конца, хотя я и признаюсь вам в любви. У нас деловой разговор. Мы разговариваем между собой, как мужчины. Не забывайте вашу условную точку зрения: вы как бы мужчина; женщина в вас — это нечто случайное, приходящее, чуждое вам. Вы обязаны спокойно выслушать простое утверждение факта; как это ни странно, но факт тот, что я вас люблю!</p>
     <p>А теперь я перестану приставать к вам со своими признаниями. Пускай все у нас останется по-прежнему. Здесь, в Беранде, вам все-таки будет лучше и покойнее, чем где бы то ни было в другом месте на Соломоновых островах, даже невзирая на то, что я вас люблю. Но в заключение нашего делового разговора позвольте выразить пожелание, чтобы вы вспоминали время от времени о том, что я вас люблю, и что самым счастливым днем в моей жизни был бы тот день, когда вы согласились бы стать моей женой. Прошу вас, не забывайте об этом! Впрочем, я знаю, вы не забудете моих слов. А теперь мы больше не будем возвращаться к этому разговору. Вашу руку, товарищ!</p>
     <p>Он подал ей руку. Она сначала придержала было свою, но потом сердечно ответила на рукопожатие и улыбнулась сквозь слезы.</p>
     <p>— Я бы хотела… — запнулась она, — я бы хотела, чтобы вы мне прислали какую-нибудь другую женщину вместо этой черной Магды, и такую, которой я могла бы поручить вас выругать хорошенько.</p>
     <p>На этих загадочных словах разговор оборвался, и они расстались друзьями.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXI</p>
      <p>Контрабанда</p>
     </title>
     <p>Шелдон сдержал свое слово. Отношение его к Джен нисколько не изменилось. В его поведении не было ничего такого, что бы напоминало страждущего вздыхателя или изнывающего любовника. Никакой неловкости они не испытывали. Отношения их оставались по-прежнему простыми и дружескими. Он наивно надеялся, что его отважное признание в любви заденет в душе Джен чисто женские струны, но ожидания его оказались напрасными. Джен оставалась все такой же, какой была и всегда, и в этом отношении между ними большой разницы не было, но он знал про себя, что затаил в душе нежное чувство, а ей, как видно, было нечего скрывать от него. Но его все-таки не покидала надежда, что брошенное им семя когда-нибудь даст ростки. На это он крепко рассчитывал, но не был уверен в том, к чему это приведет. Девичья душа, как говорится, потемки, а тем более трудно было предвидеть, что произойдет в душе этой необыкновенной девушки. Женское чувство проснется в ней; да, это так; но, с другой стороны, столько же шансов за то, что он сам ей в мужья не годится и что его объяснение в любви только еще более укрепит в ней уверенность, что в свободном одиночестве — лучшее счастье.</p>
     <p>Большую часть своего времени Шелдон проводил теперь на плантации, а Джен с еще большим рвением занялась домашним хозяйством. Она распоряжалась в доме, как капитан на корабле. Она перевернула вверх дном всю систему правления и установила строгую дисциплину. Положение рабочих в Беранде изменилось к лучшему.</p>
     <p>«Марта» отвезла на родину пятьдесят человек чернокожих, которые уже отслужили свой срок и которые принадлежали к числу самых опасных людей на плантации. Это были те рабочие, которых завербовал еще Билли-Битый и которые пережили времена террора, завершившегося изгнанием первоначальных владельцев Беранды. Вновь прибывшие попали в условия нового режима и обещали быть более надежными.</p>
     <p>Джен согласилась с Шелдоном, что этих новых рабочих с самого начала надо взять в руки, соблюдая притом абсолютную справедливость, и тогда можно надеяться, что старые рабочие их не испортят.</p>
     <p>— Мне сдается, что недурно было бы поставить нынче после полудня всех чернокожих на работу вблизи дома, — сказала однажды за завтраком Джен. — Я привела в порядок дом, а вы осмотрите бараки: ведь у вас там много завелось воровства.</p>
     <p>— Мысль хорошая, — сказал Шелдон. — Давайте пощупаем их сундуки. У меня недавно пропали две рубашки и самая лучшая зубная щетка.</p>
     <p>— А у меня, — добавила она, — стащили два ящика патронов, много носовых платков, полотенец, простынь и лучшую пару туфель. Не могу только понять, зачем понадобилась им ваша зубная щетка? Скоро они, пожалуй, доберутся и до биллиардных шаров!</p>
     <p>— А что вы думаете? Один шар уже пропал; это случилось еще до вашего приезда, — засмеялся Шелдон. — Но мы пошарим сегодня у них в сундуках.</p>
     <p>На этот раз выдался горячий денек. Джен и Шелдон, оба вооруженные и сопровождаемые надсмотрщиками и полдюжиной понятых, обыскали поочередно все бараки.</p>
     <p>Каждого рабочего вызывали по имени, и он приносил ключ от своего сундука, а приказчики в его присутствии осматривали его сундук, перебирая все вещи.</p>
     <p>Было найдено множество украденных предметов: двенадцать ножей, предназначенных для вырезывания тростника (эти огромные ножи были остры, как бритва, и ими легко было одним взмахом снести голову человеку), полотенца, простыни, рубахи, туфли, зубная щетка, мыло и даже пропавший биллиардный шар. Много нашлось такого, о чем уже давно позабыли.</p>
     <p>Но особенно страшно было то, что отыскалась масса военных припасов — очень много патронов разных систем для ли-метфордов, винчестеров, мэрлингов, для револьверов от 32 до 45 калибра включительно, дробовых патронов, два патронных ящика Джен для тридцативосьмикалиберного револьвера, объемистые патроны для старинных малаитских спайдеров, динамитные шашки, пороховницы черного пороха, связки фитилей, ящики с детонаторами. Но самая важная находка оказалась в том шалаше, где ночевали Гугуми и те пятеро дикарей, которые были завербованы в Норт-Адамсе. В их сундуках не было ничего, и Шелдон, догадавшись, что тут что-то неладно, велел взрыть земляной пол; из-под верхнего слоя земли вытащили две совершенно новеньких винтовки Винчестера, оказавшиеся в полном порядке, так как они были завернуты в циновки и смазаны так хорошо, что на них не могло быть ни пятнышка ржавчины. Шелдон не признал эти ружья своими. Очевидно, они попали в Беранду со стороны, так же как и сорок коробок пороха и восемь ящиков детонаторов; как он ни старался, но не мог припомнить, чтобы эти ящики принадлежали ему. Большой револьвер Кольта, тридцатидвухкалиберный Айвори и Джонсон были признаны: первый — собственностью Хью Друммонда, а второй — Матанцу, который хватился его еще на первой неделе по приезде в Беранду. В этом месте патронов никаких не было, и это заставило Шелдона продолжать раскопки. В результате была найдена пятидесятифунтовая металлическая коробка. Когда Шелдон стал вынимать из этой коробки обоймы для Винчестера и массу патронов самых различных калибров, то на Гугуми было страшно смотреть.</p>
     <p>На задней веранде дома, куда были сложены все найденные вещи, образовался целый арсенал. Сорок с лишним человек негров, у которых были обнаружены краденые вещи, выстроились внизу около лестницы, а сзади их плотной массой выстроилась толпа рабочих плантации, состоявшая из нескольких сот человек чернокожих. Джен и Шелдон сидели на веранде, а по ступенькам лестницы расположились надсмотрщики. Заподозренных в краже выкликали по очереди и подвергали допросу. Но добиться от них каких-либо определенных показаний оказалось совершенно невозможно. Все они врали упорно, без зазрения совести и нагромождали одну ложь на другую. Так, например, один из них беззастенчиво объявил, что одиннадцать динамитных шашек он нашел на морском берегу.</p>
     <p>Капу про найденный у него револьвер сочинил, будто получил его в подарок от Лервуми; опрошенный Лервуми признался, что получил его от Нони, а Нони от Сулефатон, а Сулефатон от Гока, а Гок от Ичавы, а Ичава ничего лучшего не нашел сказать, как то, что он получил его от Капу. Таким образом ложный круг завершился, но Капу клялся и божился, что получил револьвер от Лервуми, и в доказательство приводил всевозможные подробности о том, когда, где и как это произошло. Лервуми же в свою очередь с разными подробностями рассказывал, как он получил револьвер от Нони, а Нони — от Сулефатон, и так далее, пока снова не завершился круг.</p>
     <p>Предметы, пропавшие в доме, были, очевидно, похищены домашней прислугой, но прислужники запирались упорно и оговаривали других. Тот из них, у которого был найден биллиардный шар, до того заврался, что в конце концов принужден был признаться, что шар этот подбросила ему нечистая сила, а впрочем, не исключена возможность, что он свалился с неба и попал прямо в сундук. Вот и все, что ему было об этом известно.</p>
     <p>Относительно же тех вещей, которые попали в Беранду со стороны, и, в частности, относительно целой кучи военных припасов рабочие утверждали, что все они достались им от повара и матросов различных судов, останавливавшихся в Беранде за последние годы, и это, пожалуй, можно было допустить. Ясно, что оружие и патроны большею частью завозились посетителями Беранды, но установить это было трудно.</p>
     <p>— Каков арсенал! — заметил Шелдон, обращаясь к Джен. — Ведь мы спали на вулкане. Их бы всех надо перепороть…</p>
     <p>— Мой не пороть! — крикнул снизу Гугуми. — Мой отец большой фелла, вождь! Мой пороть, будет плохо вам!</p>
     <p>— Что такое Гугуми? — закричал Шелдон. — Ты у меня запоешь, погоди! Ну-ка, Квэк, нацепи ему кандалы!</p>
     <p>Квэк, статный молодец, главный приказчик плантации, схватил Гугуми с помощью других надсмотрщиков и связал ему назади руки и надел на них тяжелые кандалы.</p>
     <p>— Мой задаст вам, мой вас всех перебьет, — огрызался Гугуми с искаженным злобой лицом.</p>
     <p>— Только, ради Бога, не надо пороть, — тихо промолвила Джен. — Если наказания нельзя никак избегнуть, то пусть их наказывает правительство, а не мы; отправьте их лучше в Тулаги. А то предложите им на выбор: высылку или штраф.</p>
     <p>Шелдон кивнул головой, встал с места и обратился к чернокожим.</p>
     <p>— Мэнонми! — крикнул он, — выходи!</p>
     <p>Мэнонми вышел и стал впереди.</p>
     <p>— Ты отчаянный, фелла, вор! — обрушился на него Шелдон. — Ты украл целый воз вещей. Ты украл у меня один, фелла, рушник, один, фелла, тесак, двадцать, фелла, лядунок с патронами. Тебя надо было бы вздуть хорошенько. Выбирай любое: или штраф — один, фелла, фунт, который я запишу за тобой в толстую книгу, или Тулаги, где правительство тебе пропишет плетей. Там, в тюрьме, много вашего брата и из Нью-Джерси, и с Изабеллы. Там, фелла, малаитских не любят и зададут тебе перцу. Так вот, выбирай…</p>
     <p>— Бери, фелла, фунт, — согласился бедняга.</p>
     <p>Он смиренно вздохнул и сошел со ступенек, а Шелдон записал за ним штраф в конторскую книгу.</p>
     <p>Таким же образом Шелдон вызвал по очереди всех остальных провинившихся и всем им предложил то же самое, все они предпочли ссылке и наказанию штраф. Иных оштрафовали только на несколько шиллингов, но размер пени повышался сообразно вине и в более тяжких случаях доходил до нескольких фунтов. Особенно сильно досталось тем, у кого были обнаружены ружья и вообще военные припасы.</p>
     <p>На Гугуми и его пятерых соплеменников возложили взыскание по три фунта на каждого, но, обменявшись парою слов на своем гортанном наречии, все они по примеру Гугуми наотрез отказались от штрафа.</p>
     <p>— Попадешь в Тулаги, — грозил ему Шелдон. — Там всыплют тебе, фелла, плетей и засадят в тюрьму на три года. Мистер Бернет узнает про винчестер, узнает про патроны, узнает про револьвер, узнает про черный порох, узнает про динамит и рассердится не на шутку: запрет тебя на три года. Не согласен на штраф — насидишься в остроге. Слышишь, что ль?</p>
     <p>Гугуми покряхтывал.</p>
     <p>— Это сущая правда. Бернет с ними не будет церемониться, — промолвил Шелдон на ухо Джен.</p>
     <p>— Мой три, фелла, фунта бери, — промычал Гугуми, глядя на Шелдона исподлобья и переводя пылающий взор на Джен и приказчика Квэка. — Мой кончал вас, убил! Мой отец большой фелла, вождь в Порт-Адамсе!</p>
     <p>— Ладно, знаем, — крикнул Шелдон. — Молчать!</p>
     <p>— Мой не трус, — отвечал сын вождя, пытаясь озорством поддержать свой престиж перед товарищами.</p>
     <p>— Запри его на ночь, — приказал Шелдон Квэку. — А как солнце взойдет, поведи этого феллу и тех пятерых фелла косить траву. Понимаешь?</p>
     <p>Квэк усмехнулся злорадно.</p>
     <p>— Мой понимает, — отвечал он. — Резал трава «нгари-нгари»<a l:href="#n_569" type="note">[569]</a> хорош!</p>
     <p>— За Гугуми теперь смотри в оба! — сказал Шелдон, когда толпа схлынула и надсмотрщики повели чернокожих отдельными партиями на работы. — Остерегайтесь его, пожалуйста, — просил он Джен. — В особенности, когда будете одна на плантации. Он страшно озлился за то, что у него отобрали винчестеры. Это подействовало на него сильнее, чем то оскорбление, которое вы ему нанесли. Теперь он готов на убийство.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXII</p>
      <p>Гугуми расправляется к Квэком</p>
     </title>
     <p>— Интересно бы знать, что поделывает мистер Тюдор? Прошло уже месяца два, как он забился в лесные дебри. И ни слуху ни духу о нем с тех пор, как он вышел из Вину.</p>
     <p>Джен Лэкленд, сидя верхом на коне, осматривала маисовые насаждения на берегу Бейльсуны, а рядом с ней, опираясь на плечо ее лошади, стоял Шелдон, который приплелся сюда пешком из дома.</p>
     <p>— Да хоть бы весточку подал какую-нибудь, давно бы пора, — ответил он, пытливо глядя на наездницу из-под полей своей шляпы и стараясь угадать, насколько велика ее тревога об этом молодом, отважном золотоискателе. — Надеюсь, что он скоро вернется, и в добром здоровье. Напрасно только он уговорил бину-Чарли отправиться с ним в качестве проводника. Я бы на его месте не стал его уговаривать, потому что всякого бину в этих лесах ожидает одинаковая участь — «кай-кай». А Тюдор…</p>
     <p>— Вон, вон, смотрите! — перебила вполголоса Джен, указывая на огромного крокодила, всплывшего на середину реки и издали похожего на бревно. — Ах, как жаль, что я не захватила винтовки!</p>
     <p>Крокодил вдруг исчез под водой, оставив на поверхности мелкую рябь.</p>
     <p>— Возможно, что это тот самый великан, который сегодня наделал дел. Ко мне спозаранку приходил один бину за бинтом и лекарствами. Несколько женщин бину возились на том берегу реки, и одна из них, зашедшая в воду, нечаянно наступила на огромного крокодила, который и схватил ее за ногу. Остальные женщины кинулись спасать ее. Спасти-то они ее спасли, но крокодил все-таки успел отхватить ей ногу до колена. Так передавал этот человек. Я надавал ему разных снадобий. Вероятно, она останется жива.</p>
     <p>— Ах, какая гадина! — нервно вздрогнула Джен. — Отвратительное чудовище. Я их терпеть не могу!</p>
     <p>— А акул не боитесь, когда ходите купаться, — сказал Шелдон.</p>
     <p>— Здесь только такие акулы, которые для людей не опасны. Когда много рыбы, они на человека не нападают; вот если голодные, тогда дело другое — могут и цапнуть.</p>
     <p>Шелдона всего передернуло. В его воображении промелькнула картина: нежная нагота милой девушки в зубастой пасти акулы.</p>
     <p>— А все-таки надо быть осторожнее, — робко промолвил Шелдон. — Вы сами признались, что это рискованно.</p>
     <p>— Вот то-то мне и нравится! — воскликнула Джен.</p>
     <p>«Но вы не думаете о том, каково бы мне было вас потерять», — чуть не сорвалось у него с языка; он вовремя удержался от этого неуместного восклицания. Он боялся ее раздразнить. Было бы бестактно с его стороны упоминать, хотя бы только случайно, о своих личных чувствах.</p>
     <p>— Кому что нравится: кому стихи, кому пастушеские идиллии, а кому брюхо акулы, — продекламировал он с меланхолической улыбкой и тотчас же добавил: — Хотелось бы мне уметь так же хорошо плавать, как вы. Может быть, это придало бы мне больше уверенности и спокойствия.</p>
     <p>— Знаете, что я думаю? Что приятно быть женою такого человека, каким вы, кажется, понемногу становитесь, — заметила она, обнаруживая одну из тех внезапных метаморфоз, которые его всегда так внезапно поражали. — По-моему, из вас может выйти со временем великолепный муж: не властный, знаете ли, олух, а такой разумный человек, который будет смотреть на свою жену, как на совершенно ему равное и свободное существо. Право, знаете что? Вы, положительно, выправляетесь!</p>
     <p>И, засмеявшись, она тронула лошадь и ускакала, повергнув Шелдона в величайшее недоумение. О, будь в ее словах хоть капля лукавства, или чисто женского кокетства, или хотя бы слабый намек на нежные чувства, — в каком бы он был восторге! Но нет, он был твердо уверен, что это опять лишь мальчишеская выходка без всякой примеси женственности.</p>
     <p>Джен поехала по аллее из молодых саженцев кокосовых пальм; заметив клюворога<a l:href="#n_570" type="note">[570]</a>, улетавшего в лес на границе плантации, она повернула в том же направлении; по дороге спугнула пару диких голубей, залетевших в гущу леса, потом попала на свежий след кабана и, поблудив немного, повернула домой по узкой тропинке между густыми зарослями тростника.</p>
     <p>Трава доходила ей до пояса и даже выше, и, пробираясь сквозь эту чащу, она вдруг вспомнила, что Гугуми отрядили сегодня вместе с другими ворами косить эту траву. Она уже доехала до того места, где они должны были быть, но их не было там и следа. Неподкованный конь мягко ступал по песчаному грунту. Вскоре она различала чьи-то голоса, доносившиеся к ней из-за зарослей. То был голос Гугуми, и когда она разобрала его слова, то задрожала от гнева и натянула поводья.</p>
     <p>— Собака бегал ночью кругом дома. — Гугуми объяснялся на ломаном английском языке, потому что разговаривал не с одними только своими сородичами.</p>
     <p>— Ты, фелла-бой, лови свинья, сажал сало на крюк, бросил собака «кай-кай»; ты, фелла, тащи за крюк как акула. Собака кончал… Большой фелла-мастер спит в большой фелла-дом. Белый Мария спит в маленький вигвам. Фелла Адаму стоит около маленький вигвам. Ты, фелла-бой, бей ли собака, бей ли Адаму, бей ли большой мастер, бей ли белый Мария, лупи всех! Много ружья, много порох, много томагавк, много, много дельфин-зуб, много табак, много коленкор, ай, ай, много всего кладем вельбот, гребем, как черти; солнце всходил, наша далеко-далеко.</p>
     <p>— Мой ловил свинья, когда солнце на низ, — пропищал тонким фальцетом ответ подручного, в котором Джен признала голос Косси, одного из соплеменников Гугуми.</p>
     <p>— Мой тащил собака, — вызвался кто-то другой.</p>
     <p>— А мой кончал белый фелла Мария! — торжественно провозгласил гордый Гугуми. — Мой кончал Квэка, скоро проклятый кончал.</p>
     <p>Наслушавшись этих речей и забыв всякую осторожность, Джен хлестнула коня и крикнула:</p>
     <p>— Вы тут что собрались? А? Кого убивать?</p>
     <p>Дикари заметались и расступились, и, к немалому своему удивлению, Джен увидела перед собой целую дюжину чернокожих. Их возбужденные рожи и длинные двухфутовые ножи, которыми косят тростник, образумили Джен, и она поняла, что поступила чересчур опрометчиво. Будь тут при ней еще револьвер или ружье — дело другое. Но она была безоружна и заметила, как злорадно осклабился Гугуми, взглянув на ее пояс и увидев, что на нем не висит страшный кольт, угрожающий смертью.</p>
     <p>На Соломоновых островах первое правило у белых никогда и ни за что не выказывать страха перед туземцами, и Джен попыталась бравировать опасностью.</p>
     <p>— Много тут, фелла-бой, языки распускаете! — строго сказала она. — Много слов, мало дела. Поняли?</p>
     <p>Гугуми, не ответив ни слова, молча шагнул вперед. Остальные обступили девушку со всех сторон и тоже молча пробирались все ближе и ближе. Грозные ножи в их руках выдавали преступное намерение.</p>
     <p>— Косите тростник! — приказала она.</p>
     <p>Но Гугуми опять неприметно шагнул вперед. Она прикинула взглядом. Кольцо, в котором она очутилась, было уже так тесно, что нельзя было рассчитывать повернуть лошадь и ускакать. Ее могли достать ножом сзади.</p>
     <p>В этот убийственный миг лица всех подступивших к ней дикарей неизгладимо запечатлелись в памяти Джен. Один — старик с надорванными и растянутыми ушными мочками, свисавшими до плеч; другой — с приплюснутым африканским носом, с косыми щелками глаз, так глубоко поставленными, что нездоровые, желтоватые белки едва просвечивали из-под нависших бровей; третий — толстогубый, со щетинистой бородой. А Гугуми — она раньше и не подозревала, что он мог быть так хорош по-своему, одушевленный страстною злобою. Во всей его фигуре сказывался оттенок какого-то прирожденного благородства, которого недоставало его товарищам. Очертания его тела были менее угловаты, чем у них, лоснящаяся кожа была нежнее и чище. На груди его красовался большой полумесяц, вырезанный из перламутра и привешенный к ожерелью из дельфиновых зубов. На лбу венок из блестящих белых раковин. Под коленом нитка белых бус, что-то вроде подвязки. Все это вместе придавало ему щеголеватый вид. Узкая полоска белой ткани на бедрах завершала наряд. А еще ей метнулся в глаза беспокойно кривлявшийся, подвижный морщинистый старичок, удивительно похожий на сердитую обезьяну.</p>
     <p>— Гугуми! — взвизгнула Джен. — Режь тростник сейчас, не то стукну по голове, даю слово!</p>
     <p>Гугуми окинул ее презрительным взглядом и ничего не ответил. Вместо ответа он оглянулся по сторонам, соразмеряя расстояние, на какое подошли остальные товарищи, и в то же время украдкой подался на несколько дюймов вперед.</p>
     <p>Положение становилось отчаянным. Оставалось только броситься вперед и прорваться.</p>
     <p>Она взмахнула хлыстом и вонзила шпоры в коня. Конь взвился на дыбы и обрушился на Гугуми. Это произошло во мгновение ока. Вся орава, за исключением Гугуми, кинулась за ней с поднятыми ножами. Гугуми успел отскочить в сторону и уже размахнулся ножом своим, собираясь нанести сокрушительный удар, который рассек бы наездницу пополам. Но последняя пригнулась к луке, и удар его пришелся по краю седла. Стальное лезвие, задев юбку, рассекло седло и чепрак и даже поранило спину коня. Замахнувшаяся правая рука Джен опустилась. Гибкий хлыст свистнул в воздухе. Она видела белый след на темном красивом лице, заклейменном хлестким ударом. В тот же миг, смятый лошадью, морщинистый старикашка опрокинулся навзничь, и она услышала уже издали позади себя его злобное бормотание, напоминавшее рычание рассерженной обезьяны.</p>
     <p>Прорваться удалось. Джен очутилась на свободе и понеслась к дому во весь опор.</p>
     <p>Обладая выправкой настоящего моряка, Джен способна была оценить по достоинству быструю распорядительность Шелдона. Когда она влетела к нему, как бомба, со своими вестями, он, вскочив с кресла, в котором сидел до того развалясь в ожидании завтрака, неистово захлопал в ладоши, скликая прислужников.</p>
     <p>Прислушиваясь одним ухом к тому, что она договаривала, он одновременно пристегивал к поясу сумку с патронами и спешно проверял механизм своего автоматического револьвера.</p>
     <p>— Орифайри! — скомандовал он. — Ступай, фелла, бей во всю мочь в большой колокол! Отзвонишь, седлай мне коня! Вайсбер, беги скорей на деревню, скажи Сили, что у нас сбежало много народу, десять фелла и два фелла-чернокожих, фелла-чертей!</p>
     <p>Потом он черкнул наскоро пару слов и сунул листок Лалаперу:</p>
     <p>— Лалаперу, живо иди к белому фелла, мастеру Баучеру! Мы их отрежем от берега с обеих сторон, — обернулся он к Джен. — Старый Сили всю деревню отправит за ними в погоню.</p>
     <p>По набату первыми сбежались впопыхах таитяне. А через час уже все чернокожие рабочие были налицо.</p>
     <p>Шелдон раздал таитянам-матросам оружие, патроны и наручники. Адаму-Адама он поставил с заряженным ружьем караулить вельботы, Ноа-Ноа и Матану он приказал следить за толпой чернокожих и стараться занять ее чем-нибудь во избежание возможного бунта. Остальные пятеро таитян должны были сопровождать пешими хозяев.</p>
     <p>— Хорошо, что мы откопали их оружейный склад, — заметил Шелдон, когда они выехали со двора.</p>
     <p>Вскоре они повстречали один из возвращавшихся отрядов. Это был отряд Квэка, но самого Квэка не было с ними. Шелдон встревожился и спросил:</p>
     <p>— Где же фелла Квэк? Почему его нет?</p>
     <p>Все затараторили разом так, что ничего нельзя было разобрать.</p>
     <p>— Замолчите! — скомандовал Шелдон.</p>
     <p>Он заговорил властным голосом белого человека, привыкшего обращаться с неграми, как со скотиной.</p>
     <p>— Слушай, ты, Бабатаки, разевай рот один!</p>
     <p>Бабатаки выступил вперед, чванясь тем, что выбор пал на него.</p>
     <p>— Гугуми кончал Квэка совсем, — доложил он. — Он чик-чик голова и бежал, как чертяка!</p>
     <p>В коротких словах и довольно отчетливо передал он, как произошло убийство, после чего Шелдон и Джен двинулись дальше. В зарослях, на том месте, где чернокожие атаковали Джен, все еще валялся, кривляясь и гримасничая, морщинистый старичок, сбитый с ног скакуном. Оказывается, лошадь наступила ему на ногу и совершенно раздробила стопу. Он отполз все-таки шагов на сто от того места, где свалился, но тут почувствовал, что ему не уйти.</p>
     <p>Второй партии рабочих, возвращавшейся из наиболее отдаленного уголка плантации, велено было отнести его в дом.</p>
     <p>На расстоянии одной мили от этого места, там, где следы вели в лес, они нашли распростертое тело несчастного Квэка. Голова была отрезана и унесена. Все же Шелдон был уверен, что это труп Квэка. Очевидно, тут происходила упорная борьба, ибо от трупа тянулся кровавый след.</p>
     <p>Когда они добрались до леса, им пришлось сойти с лошадей. Папахера остался на опушке стеречь лошадей, а Джен, Шелдон и остальные таитяне двинулись дальше пешком. Тропинка вела к болотистой поляне, которую заливала в половодье речка Беранда. Кровавые следы в этом месте пересеклись следами крокодила. Сбежавшиеся дикари, очевидно, наткнулись на дремавшего на солнцепеке крокодила и изрубили его в куски. Это обстоятельство задержало их бегство и дало возможность их раненому товарищу отдохнуть.</p>
     <p>Целый час они продвигались по протоптанной дикими кабанами тропинке, и, наконец, Шелдон остановился. Кровавые следы исчезли. Таитяне рассыпались по чаще, и скоро Утами подал знак, что сделал находку. Джен остановилась ждать на тропинке.</p>
     <p>— Это Мзуко, — сообщил вернувшийся оттуда Шелдон. — Квэк ранил его, а он сюда притащился и умер. Двоих уже разыскали. Остается еще целый десяток. Не довольно ли с вас, вы, должно быть, замучились?</p>
     <p>Джен кивнула головой.</p>
     <p>— Тяжело на это смотреть, — сказала она. — Я лучше вернусь назад, к лошадям, и буду вас поджидать там.</p>
     <p>— Но вам нельзя возвращаться одной. Возьмите с собой двух провожатых.</p>
     <p>— В таком случае поеду дальше, — сказала она. — Было бы неблагоразумно оставлять погоню, а я физически не устала.</p>
     <p>Следы повернули в правую сторону, как будто свидетельствуя о том, что бежавшие изменили свой первоначальный план и направились к Бейльсуне. Но следы забирали все правее и правее, образуя петлю, которая вела назад, к тому закоулку плантации, где погоня оставила своих лошадей. В то время, как они пересекали глухой кустарник, из которого выпорхнула двенадцатидюймовая бархатистая бабочка, они услыхали треск ружейной пальбы.</p>
     <p>— Восемь выстрелов, — насчитала Джен. — И все из одного и того же ружья. Это, должно быть, стрелял Папахера.</p>
     <p>Они заспешили на помощь к нему, но, добравшись до места, остановились в крайнем недоумении. Спутанные лошади щипали траву, а Папахера, сидя на корточках, преспокойно раскуривал трубку. Подойдя к нему, Шелдон споткнулся о мертвое тело, лежавшее в густой траве, и чуть не упал. Привстав, он заметил рядом другое. Одного из убитых признала Джен. Это был Косси, один из сородичей Гугуми, тот самый, который вызвался изловить, когда «солнце на низ», поросенка, и поймать на крючок Сатану.</p>
     <p>— Не везет, мисси! — вздохнул Папахера, обращаясь к Джен. — Подцепил только двух. Целил в Гугуми, сорвалось, промахнулся.</p>
     <p>— Но ты их убил! — возмутилась Джен. — Зачем ты их убил? Почему не схватил живыми?!</p>
     <p>Таитянин виновато улыбнулся.</p>
     <p>— Как их было поймать? — развел он руками. — Я покуривал трубку, вспоминал Таити, плоды хлебного дерева и славное времечко в Бора-Бора. Вижу, из леса выскочило десять человек, и на меня! У каждый длинный нож. Гугуми держал одной рука длинный нож, другой рука голову Квэка. Я не мог хватать. Я стрелял, как черт. Как ловить? Десять бой, десять нож и голова Квэка в одной руке!</p>
     <p>Разбросанные следы остальных дикарей опять сошлись вместе после неудачной попытки нападения на Папахеру. Все они вели теперь к Беранде, через которую перешли беглецы с явным намерением укрыться в болотистых зарослях по ту сторону плантации.</p>
     <p>— Нам незачем идти дальше — объявил Шелдон. — Сили выйдет из своей деревни и выгонит их оттуда. Они ни за что не укроются от него. Наше дело теперь охранять побережье и не дать им напасть на плантацию и учинить там разгром. А вот и они как-раз: я так и думал!</p>
     <p>В густых темных зарослях на противоположном берегу реки промелькнул небольшой челнок. Он пронесся, как тень. Трое голых дикарей бесшумно опускали весла. На планшире челнока сложены были длинные тонкие копья с костяными наконечниками, а за спиной у каждого дикаря висел колчан, наполненный стрелами. От зорких глаз охотников за беглецами ничто не могло ускользнуть. Они сразу заметили Шелдона и Джен, но не подали вида. На том месте, где Гугуми со своими товарищами выходил перед тем из реки, челнок сразу остановился, потом поворотил назад и скрылся за частыми и тенистыми деревьями. Вслед за тем из-за поворота реки выскользнули одна за другой вторая и третья такие же лодки и все они пронеслись, как привидения, исчезли в том же направлении, как и первая.</p>
     <p>— Надеюсь, убивать больше никого не будут, — молвила Джен, когда они повернули домой своих коней.</p>
     <p>— Полагаю, что так, — успокаивал ее Шелдон. — Я уговорился с Сили платить ему за одних только пленных, и уверен, что он будет соблюдать в виду этого крайнюю осторожность.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIII</p>
      <p>Вести из леса</p>
     </title>
     <p>Никогда еще так упорно не преследовали беглецов из Беранды, как в этот раз. Пример Гугуми и его сотоварищей мог оказаться соблазнительным для полутораста вновь завербованных негров. Беглецы затевали разбой, убили надсмотрщика и нарушили договор найма. Шелдон находил, что надо показать вновь набранным людям, как опасно подражать дурному примеру, и он не давал Сили покоя ни днем ни ночью, беспрестанно его понукая, а сам все время жил в лесу вместе с таитянами, предоставив Джен управляться с плантацией.</p>
     <p>С северной стороны беглецам давал отпор Баучер. Он дважды отбрасывал их от берега, к которому они пытались пробраться. Вскоре их переловили одного за другим. При первой же облаве Сили поймал двух из них на болоте. Его же охотники подобрали и третьего, которого ранил в ногу Баучер, обходивший беглецов с севера. Всех этих трех злосчастных пленников заковали крепко-накрепко в кандалы и ежедневно выставляли напоказ во дворе усадьбы в назидание ста пятидесяти полудиким людям из Пунга-Пунга. Когда же мимо Беранды проходила «Минерва», шедшая из Тулаги, ей подали сигнал выслать на берег шлюпку, и отправили всех трех арестантов к комиссару в Тулаги. Там их засадили в тюрьму до суда. Пока на свободе оставалось еще четверо, но им улизнуть было трудно. К берегу им нельзя было спуститься, а забраться в глубь леса не давал страх перед бушменами. Спустя некоторое время один из пяти явился сам добровольно и сдался. Он донес Шелдону, что в лесу осталось только трое: Гугуми и двое других. Четвертого, по его словам, убили и съели товарищи. А он испугался подобной участи и потому решил сдаться. Он был родом с Малаиты, так же как и его соратник, которого убили и съели Гугуми и его двое соплеменников из Порт-Адамса. Сдавшийся заявил, что предпочитает правительственный суд и расправу горькой участи быть съеденным своими же товарищами-беглецами.</p>
     <p>— Гугуми меня скоро «кай-кай», — говорил он, — мой, ей-ей, не хочет «кай-кай»!</p>
     <p>На третий день после этого Шелдону попался в руки еще один из этих оставшихся в лесу беглецов, который заболел болотной лихорадкой и не в силах был ни драться, ни убегать. Одновременно Сили схватил и еще одного при таких же условиях. На свободе оставался один только Гугуми, и когда погоня стала чересчур наседать на него, он преодолел страх свой перед бушменами и подался в лесные дебри, туда, где пролегал горный хребет. Шелдон с четырьмя таитянами и Сили со своими тридцатью охотниками погнались по его следам и прошли миль двенадцать по открытой лощине, но у Сили и его людей не хватило мужества идти дальше. Он признался, что ни разу еще никто из них не рисковал забираться так далеко в глубину острова, и предостерегал Шелдона, рассказывая ему разные ужасающие истории о зверстве лесных жителей. Бывало, в прежние годы, по его словам, бушмены спускались по этой лощине к берегу и нападали на туземцев, живших у моря, но с тех пор, как на берегу поселились белые люди, они не показываются, и никто из прибрежных жителей уже больше никогда не видал их.</p>
     <p>— Гугуми, фелла, бушмен кончал, — уверял он Шелдона. — Ей-ей, скоро кончал. «Кай-кай», верно!</p>
     <p>А потому экспедиции пришлось вернуться назад. Туземцы ни за что не соглашались идти дальше, а Шелдон отлично понимал, что продолжать погоню одному с четырьмя таитянами было безрассудно. Перед ним расстилалась равнина, а вдали — отлогие склоны холмов. Он стоял в высокой траве, доходившей ему до пояса, и с сожалением глядел вдаль, на массивную скалистую вершину горы, на эту «Львиную Голову», вырисовывавшуюся на голубом фоне неба в самом центре Гвадалканара. Эта вершина, на которую не ступала еще нога белого человека, служила указателем пути кораблям, проходившим мимо Гвадалканара.</p>
     <p>Вечером того же дня, после обеда, Шелдон и Джен играли на биллиарде. Вдруг они услышали лай Сатаны, и Лалаперу, которого послали узнать в чем дело, привел усталого, измученного туземца, который просил, чтобы ему дали возможность переговорить с «большим фелла». Хотя в такой поздний час никого постороннего, обыкновенно, в дом не пускали, но он так настойчиво добивался, что ему было разрешено войти во двор. Шелдон вышел к нему на веранду и с первого взгляда, — по осунувшемуся лицу и изнуренному виду пришельца, — понял, что последний принес важную весть.</p>
     <p>Тем не менее Шелдон строго спросил его:</p>
     <p>— Что такое? Зачем ты пришел сюда после захода солнца?</p>
     <p>— Мой Чарли, — пробормотал чуть слышно и робко пришелец. — Мой — бину.</p>
     <p>— А, бину-Чарли! Ну, что тебе? Где твой большой фелла, белый мастер?</p>
     <p>Шелдон и Джен стали слушать доклад бину-Чарли. Он рассказывал им про движение экспедиции вверх по Бейльсуне, о том, как они перетаскивали челноки через пороги, как они переплыли то место, где река протекает по лугам, как белые промывали много раз золотоносный поток, как они подступили к холмам, какие опасные западни попадались в лесу по тропинкам, как они впервые повстречались с лесовиками, которые еще не знакомы с употреблением табака и притворяются людьми весьма кроткими, как они добрались до подножья «Львиной Головы», как мучила белых людей лихорадка и как они страдали от ран, причиненных кустарниками, наконец, как безрассудно доверились белые люди бушменам.</p>
     <p>— Все время я говорил белому фелла-мастер: «Этот фелла-бушмен не отводит глаз, он понимает много. Пока держит он ружье, он хорош. Но глаз не сводит все время. Когда нет ружье, ей-ей, снесет голову, он „кай-кай“ тебе сделает, вот что!»</p>
     <p>Лесовики перехитрили белых путешественников, они проявили большую выдержку. В течение нескольких недель они ничем не выдавали своих преступных намерений. Число бушменов, заходивших в лагерь белых, стало постепенно возрастать. Они то и дело приносили белым разные подарки: дичь, поросят, дикие овощи и плоды. Куда бы золотоискатели ни переносили свой лагерь, везде находились охотники помогать им в переноске вещей. Белые становились час от часу все более доверчивыми и беспечными. Им тяжело было таскать на себе ружья и патроны во время утомительных разведок и, отлучаясь, они часто оставляли свое оружие в лагере.</p>
     <p>— Мой не раз говорил: «Белый мастер, держи ухо востро!» Фелла-мастер смеялся, говорил: «Бину-Чарли — дите». Ей же ей, говорил мой дите.</p>
     <p>В одно утро бину-Чарли заметил, что их женщины и дети исчезли. Тюдор в это время валялся без памяти, подкошенный приступом лихорадки, на месте прежней стоянки, в пяти милях от нового лагеря, передвинутого поближе к золотоносной кварцевой жиле, выходившей концом на поверхность земли. Бину-Чарли показалось весьма подозрительным то обстоятельство, что вблизи лагеря не видно ни черных Марий, ни детворы, и он побежал к Тюдору.</p>
     <p>— Мой ворочал мозгами, как черт! — рассказывал он. — Черный Мария, малютка ушел. Отчего? Мой понял — дело плохо, большой беда. Мой пужался, как черт. Мой подсаливал пятки. Ей-ей, мой бежал!</p>
     <p>Он взвалил себе на плечи больного Тюдора и отнес, его в лес на целую милю от того места, где тот лежал в лихорадке. Потом, заметив чьи-то следы, отошел еще дальше на четыре мили, в самую глушь, и запрягал его в сучьях бананового дерева.</p>
     <p>После этого бину-Чарли вернулся назад, чтобы унести ружье и спасти остальное имущество, но натолкнулся на банду лесовиков и спрятался в чаще. Тут он услыхал два ружейных выстрела, раздавшихся со стороны главного лагеря. Больше он ничего не услышал. Он не знает, какая судьба постигла остальных членов экспедиции, ибо не решался подойти к главному лагерю. Он вернулся к Тюдору и прожил там вместе с ним целую неделю, питаясь дикими плодами и несколькими подстреленными из лука голубями и какаду. Наконец, он решил возвратиться в Беранду и донести о случившемся. Тюдор, по его словам, изнемогал от болезни, бредил по целым дням, а приходя в сознание, чувствовал себя ослабевшим настолько, что не в силах стоять на ногах.</p>
     <p>— А почему ты не убил большого фелла, белого мастера? — спросила Джен. — У него хорошее ружье, много коленкора, табаку, ножей и два маленьких ружьеца, что стреляют так быстро, вот так: пиф, паф, паф!</p>
     <p>Бину скорчил хитрую рожу.</p>
     <p>— Мой хорошо понимал, что если мой убил большой фелла, много белых фелла ходил к бину, спросил: «откуда ружье?» и будет бину-Чарли конец. А если мой не убил, большой фелла много давал табак, ситец, всего много, много!</p>
     <p>— Остается только одно! — сказал Шелдон, обращаясь к Джен. Она молча барабанила пальцами по перилам. Бину-Чарли уставился на нее воспаленными, немигающими глазами.</p>
     <p>— Я отправлюсь завтра же поутру, — объявил Шелдон.</p>
     <p>— Мы отправляемся, — поправила его Джен. — Я со своими таитянами сделаю вдвое больше, чем вы. Да и, кроме того, белому человеку не годится оставаться одному в таких случаях.</p>
     <p>Он пожал плечами не в виде протеста, а в знак того, что уступает ей, зная, что спорить было бы бесполезно. Он утешал себя тем, что если оставить ее одну в Беранде на целую неделю, то Бог знает, что она может натворить. Он позвал слуг, и через каких-нибудь четверть часа они передали его приказание по баракам. Послали на деревню Бейльсуну с приказанием Сили немедленно явиться. Отправили матросов на вельботе к Баучеру с просьбой приехать в Беранду.</p>
     <p>Роздали снаряжение таитянам и перенесли на лодки целую кладовую, запасаясь пищей на несколько дней. Вайсбери пожелтел от страха, когда ему приказали собираться в горы, но Лалаперу, к всеобщему удивлению, вызвался заменить его.</p>
     <p>Сили явился преисполненный гордости, что большой мастер Беранды пригласил его в поздний час на совет, но с твердым решением ни за какие блага не переступать больше опасной черты, за которой находилось царство лесовиков.</p>
     <p>Он заявил, что если бы золотоискатели спросили его совета, когда отправлялись в дорогу, то он предсказал бы им ожидавший их печальный конец. Всякому, кто только осмелится вступить во владения лесовиков, не миновать быть съеденными. И хотя его об этом не спрашивали, но все-таки он счел нужным предупредить Шелдона, что и его, Шелдона, ожидает та же участь.</p>
     <p>Шелдон послал за приказчиком и велел ему отобрать и привести десять человек самых рослых и крепких дикарей из Пунга-Пунга.</p>
     <p>— Не из прибрежных жителей, а из лесовиков, — наказывал Шелдон. — Те, которые не умеют обращаться с оружием, не годятся. Приведите мне таких, фелла, ребят, которые хорошо умеют стрелять.</p>
     <p>Вскоре на веранде выстроились при свете фонарей отобранные приказчиком молодцы. Мускулистые толстые икры их свидетельствовали о том, что они настоящие бушмены — лесные люди. Все они говорили, что им не раз приходилось воевать в лесных дебрях у себя на родине, и в подтверждение своих слов некоторые из них указывали на застарелые рубцы, свидетельствующие довольно красноречиво о боевых схватках, в которых они участвовали. Они пришли в восторг от предложения отправиться в опасную экспедицию, отрывавшую их от однообразной и скучной работы на плантации. Им надоело корчевать деревья, их манили воинственные приключения. Пожалуй, они не рискнули бы отправиться в неведомые дебри Гвадалканара одни. Но, отправляясь с таким белым хозяином, как Шелдон, и с такой белой Марией, как Джен, они рассчитывали весело провести время. К тому же еще большой мастер объявил им, что с ними вместе пойдут эти восемь великанов-таитян.</p>
     <p>Волонтеры из Пунга-Пунга весело поглядывали по сторонам и широко улыбались. Наготу их прикрывали одни только набедренные пояса да варварские украшения. В ноздрях у каждого висело плоское черепаховое колечко, а в ушной мочке или на бисерном нарукавнике — глиняная трубка. На груди у одного из них красовалась пара великолепных кабаньих клыков. А у другого — блестящий диск огромной ископаемой раковины.</p>
     <p>— Большой будет, фелла, бой! — предупредил их все-таки Шелдон.</p>
     <p>Они осклабились, выказывая признаки удовольствия.</p>
     <p>— А что, если попадетесь бушменам, «кай-кай»? — спросил он.</p>
     <p>— Мы не боимся, — ответил один из них, статный парень с толстыми губами, по имени Кугу. — Может быть, мы сами их «кай-кай»!</p>
     <p>Шелдон отпустил их, а сам пошел в кладовую, чтобы выбрать холста на палатку для Джен.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIV</p>
      <p>В лесных дебрях</p>
     </title>
     <p>На рассвете следующего утра из Беранды выступила весьма внушительная экспедиция. В состав ее входили: Джен, Шелдон, бину-Чарли, Лалаперу, восемь человек таитян и десять дикарей из Пунга-Пунга, чрезвычайно гордившихся тем, что у каждого из них была в руках новенькая блестящая винтовка современной системы. Наконец, вдобавок еще две команды гребцов из числа рабочих плантации, до шести человек каждая. Экспедиция двинулась вперед, вначале вверх по реке в челноках и пирогах.</p>
     <p>Впрочем, двенадцать гребцов не шли дальше Карли, где водный путь прекращался и где их оставили сторожить челноки. Баучера просили остаться в Беранде для присмотра за плантацией.</p>
     <p>К одиннадцати часам утра экспедиция прибыла в Бину — поселок из двадцати хижин. Здесь к ней примкнуло еще тридцать туземцев из Бину, вооруженных стрелами и копьями. Они кривлялись и оживленно болтали, восхищаясь боевым снаряжением выстроившихся по-военному людей. Широкая, просторная гладь реки осталась позади и сменилась более быстрым течением в более узком русле реки. Продвигаться вперед по воде становилось все труднее и труднее. Бейльсуна постепенно мельчала, и тяжело нагруженные лодки часто задевали песчаное дно. Местами узкое верховье реки загромождали стволы упавших деревьев. Приходилось останавливаться и перетаскивать челноки.</p>
     <p>К ночи отряд добрался до Карли, сделав в один день расстояние, на которое экспедиция Тюдора потратила двое суток.</p>
     <p>Здесь, в Карли, экспедиция оставила лодки под присмотром гребцов. Толпа туземцев из Бину отстала от экспедиции. Некоторые смельчаки прошли еще с версту, но скоро струсили и удрали назад. Один бину-Чарли шел вперед и указывал дорогу, по которой продвигалась компания золотоискателей.</p>
     <p>На ночь они расположились между холмами, забравшись в самую чащу тропических джунглей. Утро третьего дня застало их уже на тропинках, проложенных бушменами. По этим узеньким тропинкам, беспрестанно скрещивающимся, приходилось пробираться гуськом. Кустарник сменился лесом, молчаливым, глухим. Воздух здесь напитан был ароматическими испарениями. От времени до времени тишина нарушалась только воркованием дикого голубя или резким смехом белоснежного какаду, перелетавшего с ветки на ветку.</p>
     <p>Здесь около полудня приключилось несчастье. Бину-Чарли куда-то запропастился, и вместо него во главе отряда очутился Кугу из Пунга-Пунга, тот самый молодец, который хвастал, что сам будет бушменов «кай-кай». Джен и Шелдон услышали, что впереди что-то треснуло, и в то же время увидели, что Кугу взмахнул руками, выпустил ружье и упал на колени. Из его спины торчал кверху костяной наконечник стрелы, пронзившей его насквозь. Моментально защелкали со всех сторон взводимые курки ружей. Но кругом продолжала царить тишина, ни звука, ни шелеста — одна только тягостная, влажная тишина.</p>
     <p>— Бушмена нет! — крикнул догонявший их бину-Чарли, и этот окрик заставил вздрогнуть не одного из шедших. — Чертово дело, ловушка! Фелла Кугу плохо смотрел свой глаз. Он не понимай ничего.</p>
     <p>Кугу лежал ничком в агонии на том месте, где свалился. Когда Чарли подбежал к нему, он конвульсивно содрогнулся и испустил дыхание.</p>
     <p>— Прямо в сердце — промолвил наклонившийся над ним Шелдон. — Это, очевидно, какая-то западня!</p>
     <p>Оглянувшись на Джен, он заметил, что лицо ее побледнело, как полотно. Она уставилась широко раскрытыми глазами на жалкие останки того, кто за минуту перед тем был живым человеком.</p>
     <p>— Я сама завербовала этого молодца, — прошептала она. — Он сам явился ко мне на «Марту» из лесов Пунга-Пунга. Я гордилась этим. Он был первым туземцем, которого я завербовала.</p>
     <p>— Эй-эй, посмотри сюда, фелла, — прервал ее речь бину-Чарли, отодвигая нависшую над тропинкой густую листву, из-под которой выпячивался массивный лук такой величины, что натянуть его было не под силу одному человеку.</p>
     <p>Проводник проследил механизм западни и обнаружил запрятанный в дереве конец шнура, наступив на который, Кугу спустил тетиву.</p>
     <p>Теперь отряд проник в самую глубь девственной чащи. В этом месте царили вечные сумерки. Солнечные лучи не могли прорваться сквозь сплошную массу листьев и лиан. Таитян подавляло таинственное и мрачное безмолвие леса, особенно после этого печального происшествия, но они хотели казаться бесстрашными и торопились идти вперед. Дикари же из Пунга-Пунга, наоборот, сохраняли полную невозмутимость. Они сами были лесовики и давно свыклись с военными хитростями молчаливой борьбы, хотя у них на родине применялись другие приемы. Джен и Шелдону было не по себе. Настроение у них было в высшей степени угнетенное. Они были подавлены больше всех, но должны были побороть в себе тревожные чувства и бравировать опасностью, чтобы поддержать престиж белого человека, большого фелла-мастера, людей высшей породы.</p>
     <p>Бину-Чарли шел по-прежнему впереди, и от его взгляда не могла укрыться ни одна западня. Их путь был уставлен множеством всевозможных препятствий. Самыми неприятными из них были замаскированные колючки, воткнутые в грунт и вонзавшиеся в босые ноги неосторожных пришельцев. Однажды вечером бину-Чарли сам чуть не упал в волчью яму, устроенную посредине дорожки. Иной раз всему отряду приходилось останавливаться и долго ждать, пока бину-Чарли осмотрит все подозрительные места впереди. А иногда проводнику приходилось даже сворачивать в сторону и пробираться через густые заросли, чтобы подойти к ловушке сзади. Но несмотря на все предосторожности, он однажды наступил на шнурок, разрядивший запрятанный лук, но сорвавшаяся стрела пролетела мимо него и только оцарапала плечо одному из сородичей Кугу.</p>
     <p>Когда они вышли на более просторную дорожку, к которой привела их тропинка, Шелдон остановился и спросил бину-Чарли, знает ли он, куда она ведет.</p>
     <p>— Скоро, фелла, сад, — ответил он. — Дай вперед мой смотрел.</p>
     <p>Он отправился на разведку и скоро вернулся.</p>
     <p>— Идите тихо за мной, — сказал он. — Близко, фелла, сад. Тут, фелла, мы можем захватить кого-нибудь из бушменов.</p>
     <p>Подкравшись к огороду и дойдя до просеки, бину-Чарли поманил к себе Шелдона. Джен пошла за Шелдоном и выглянула из-за его спины. Расчищенная площадка размером в пол-акра была обнесена частоколом, защищавшим садик от кабанов. В огороде росли банановые деревья, усыпанные почти созревшими плодами, а между ними был посажен сладкий картофель и ямс<a l:href="#n_571" type="note">[571]</a>. В уголке, у забора стоял легкий навес. Около него сидел на корточках сухощавый бородатый лесовик.</p>
     <p>Над костром был подвешен и коптился в густом дыму какой-то круглый темный предмет. Лесовик не отводил от него глаз.</p>
     <p>Шелдон подошел, подал знак своим людям подойти поближе и приказал им не стрелять, а попытаться схватить дикаря. Джен наградила Шелдона улыбкой одобрения. Чернокожие бесшумно разместились таким образом, чтобы им можно было одновременно накинуться на бушмена с разных сторон. Лица их выражали отвагу и были серьезны, глаза горели: для них эта игра на жизнь и смерть была единственным развлечением в жизни, хотя приемы этой игры были низкие, они предпочитали нападать исподтишка, убивая сзади и избегая вступать в открытый бой.</p>
     <p>По знаку Шелдона десять вооруженных людей бросились вперед, в том числе и бину-Чарли. Насторожившийся уже перед тем бушмен вскочил на ноги. В его руках очутился лук. В одно мгновение он вставил в него стрелу и выпустил ее в нападавших. Человек, в которого он метил, увернулся, и прежде чем он успел пустить вторую стрелу, чернокожие навалились на него и обезоружили.</p>
     <p>— Да ведь это настоящий древний вавилонянин! — воскликнула Джен, взглянув на него. — Это ассириец, финикиянин! Посмотрите на этот прямой нос, узкий овал лица, высоко поставленные скулы и скошенный лоб! Посмотрите на эту бороду, на эти глаза…</p>
     <p>— И вьющиеся кудри, — добавил со смехом Шелдон.</p>
     <p>Видно было, что лесовик испугался ужасно и ожидал, что его тут же убьют. Однако, он не думал становиться на колени и просить пощады. Наоборот, он оглядывался с тупым высокомерием и, наконец, увидев Джен, уставился на нее во все глаза, так как это была первая белая женщина, которую он видел в своей жизни.</p>
     <p>— Ей-ей, лесные жители съели этого человека! — заметил бину-Чарли.</p>
     <p>Он выговорил эти слова так просто, что Джен спокойно повернулась посмотреть на то, что обратило на себя его внимание, и вдруг увидела перед собою лицо Гугуми. Этот темный предмет, висящий над костром и коптившийся в дыму, был головой Гугуми. Очевидно, ее сняли с плеч еще очень недавно, и она не успела еще почернеть от копоти. Глаза были закрыты, но с красивого лица, покачивавшегося в клубах дыма, не стерлась печать живого злобного мужества.</p>
     <p>Поведение дикарей Пунга-Пунга коробило Джен. Они сразу признали, чья это голова, и покатывались со смеху, пронзительно взвизгивая и отпуская какие-то шутки. Им казалось забавным, что Гугуми попался, как кур во щи. Его бегство не удалось, он потерпел неудачу. Какую, в самом деле, ловкую шутку сыграли с ним лесовики: они его взяли и слопали.</p>
     <p>— Вот смешно-то!</p>
     <p>Все это казалось им очень просто. Гугуми завершил свой жизненный путь самым обычным в стране людоедов способом. Он сам был головорезом, а теперь ему отрубили голову. Он ел людей, а теперь люди съели его самого.</p>
     <p>Натешившись вдоволь, дикари, наконец, утихли и разглядывали со всех сторон голову, сверкая белками. Таитяне же, наоборот, были смущены, и Адаму-Адам покачивал головой и громко выражал свое отвращение. Джен возмутилась. Лицо ее побледнело от негодования, и на нем выступили красные пятна. В душе ее шевельнулось желание мести.</p>
     <p>Шелдон посмеивался над неё.</p>
     <p>— Нечего сердиться! — сказал он. — Вспомните, что он отрубил голову Квэку и зарезал одного из своих товарищей-беглецов. Такова их повадка. С ним расправились так же, как он расправлялся с другими.</p>
     <p>Джен смотрела на него исподлобья, и губы ее нервно подергивались.</p>
     <p>— Не забывайте еще того, — продолжал Шелдон, — что он сын вождя и что его соплеменники в Порт-Адамсе не успокоятся до тех пор, пока в отместку не снесут голову белому человеку.</p>
     <p>— Как это все смешно и ужасно! — проговорила, наконец, Джен.</p>
     <p>— И… и романтично, не правда ли? — лукаво добавил Шелдон.</p>
     <p>Она ничего не ответила ему на это и отвернулась, но Шелдон почувствовал, что задел ее за живое.</p>
     <p>— Тот фелла-бой — больной, живот мутит, — сказал бину-Чарли, указывая на малого из Пунга-Пунга, которому стрела недавно оцарапала плечо.</p>
     <p>Негр сидел на корточках, обхватил руками колени и стонал, вертя головой. Шелдон тотчас же сорвал с него повязку и промыл ему рану марганцем. Очевидно, стрела была отравлена, и, несмотря на принятые меры предосторожности, плечо распухало все больше и больше.</p>
     <p>— Пойдемте дальше и поведем его за собой, — сказала Джен. — Ему полезно движение — усиленное кровообращение обезвредит яд. Адаму, бери его за руку и присматривай за ним. Если упадет, не давай ему спать. Если он заснет, он умрет!</p>
     <p>Теперь им стало легче пробираться вперед, ибо бину-Чарли заставил лесовика идти впереди и расчищать путь.</p>
     <p>На одном из поворотов дорожки выдавалась густая листва, за которую кто-нибудь из них уж, наверно, зацепил бы плечом. Здесь проводник-бушмен остановился и особенно осторожно стал раздвигать ветки. Оттуда торчало острее копья, поставленного с таким расчетом, чтобы оно могло оцарапать прохожего.</p>
     <p>— Ей-ей, — сказал бину-Чарли, — тут, фелла, копье — сам черт!</p>
     <p>Он взял его в руки и, как будто подшучивая над лесовиком, сделал вид, что хочет царапнуть его. Лесовик отскочил с ужасом. Оказалось, что острее отравлено, и бину-Чарли после этого все время угрожал им бушмену, неся копье у него за спиной.</p>
     <p>Солнце уже садилось за вершиной скалистой горы. Ранние сумерки спустились на землю. Путники медленно подвигались вперед по таинственному, мрачному лесу, полному ужасов, безмолвной, внезапной смерти, угрожавшей на каждом шагу, и первобытных, животных инстинктов звероподобных дикарей. Пот катился с путников градом… Влажный воздух напоен был удушливыми испарениями, поднимавшимися от опавшей гниющей листвы, устилавшей мягким ковром слой плодородного чернозема.</p>
     <p>По указанию бину-Чарли они свернули с дорожки в сторону и ползком на четвереньках по грязи стали с трудом пробираться между высоких зарослей и кустарников, доходивших кое-где до двенадцати футов высоты. Наконец, они подошли к величественному банановому дереву, покрывавшему своей кроною до пол-акра земли. Оно образовало среди окружающих джунглей свое собственное царство еще более густой тени. Из мрачной глубины этой чащи исходили какие-то хриплые звуки, похожие на напев одичалого существа.</p>
     <p>— Ей-ей, фелла-мастер не сдох еще!</p>
     <p>Пение оборвалось, и слабый надтреснутый голос издал восклицание:</p>
     <p>— Хелло!</p>
     <p>Джен откликнулась немедленно, и голос задребезжал опять:</p>
     <p>— Я не бредил, не думайте! Я напевал, чтобы поддержать в себе бодрость. Нет ли чего-нибудь поесть?</p>
     <p>Тюдора немедленно сняли с дерева и положили на разостланное одеяло. Развели костер, достали и нагрели воды, раскинули палатку для Джен. Лалаперу распаковал тюки и достал оттуда консервы. Тюдор хотя и оправился от жестоких приступов лихорадки, но был изнурен до последней степени и умирал от голода. Москиты искусали его до того, что физиономию его было трудно узнать, и оставалось только принимать на веру, что это Тюдор, а не кто-нибудь другой. Джен имела с собою домашнюю аптечку и забинтовала его распухшее лицо.</p>
     <p>Шелдон одним глазом следил за людьми, устраивавшими лагерь и располагавшимися на ночевку, а другим ревниво поглядывал на Джен и страдал от каждого прикосновения ее рук к лицу и телу Тюдора. Теперь эти руки, умело и нежно облегчавшие ужасные страдания, уже перестали казаться ему руками мальчишки, руками той девицы-кавалериста, которая, побледнев, сверкающими глазами смотрела на окутанную дымом голову Гугуми. Теперь это были настоящие женские руки, и Шелдон улыбнулся при мысли о том, как хорошо было бы нарочно провести целую ночь без защитной сетки, чтобы заставить наутро эти милые женские ручки заботливо прикладывать примочки к его собственному пострадавшему от москитов лицу.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXV</p>
      <p>Охотники за головами</p>
     </title>
     <p>Дальнейший план похода наметили накануне вечером. Тюдор должен был остаться в своем убежище под банановым деревом и набраться сил, пока отряд не закончит своих дел. Джен решила, что надо идти дальше и попытаться спасти хотя бы одного из оставшихся в живых участников экспедиция Тюдора. Ни Шелдон, ни Тюдор не могли никоим образом уговорить ее остаться на месте, пока Шелдон будет продолжать поиски. Адаму-Адаму и Арагу поручено было охранять больного Тюдора. Таитянина Арагу выбрали потому, что он хромал от занозившей ему ногу колючки, отравленной ядом. Видно было, что яд, которым пользовались лесовики, был медленно действующим и не особенно сильным, ибо раненый дикарь из Пунга-Пунга был еще жив, и хотя плечо у него раздулось ужасно, но воспаление уже проходило. Этот тоже остался с Тюдором.</p>
     <p>Бину-Чарли указывал дорогу, но для безопасности заставлял пленного бушмена идти вперед, угрожая ему сзади отравленным копьем. Тропинка все еще вела через болотистый кустарник, и они знали, что, пока не выберутся на более возвышенное место, нельзя рассчитывать встретить какой-нибудь поселок. Они с трудом пробирались сквозь чащу, вдыхая душные испарения и обливаясь потом. Их со всех сторон окружало море роскошной, буйной растительности. Из земли выпирали и загораживали путь толстые, узловатые корни огромных деревьев, сучья которых были переплетены извивающимися змееподобными лианами толщиной в человеческую руку. Сочные стебли травянистых растений распростирали чудовищные свои листья с влажным, бархатистым покровом. Местами, подобно скалистым островам, возвышающимся над морем, росли величественные бананы, распространяющие во все стороны волны зелени. Огромные их вершины прикрывали куполом бесчисленные колонны ниспадавших побегов, похожих издали на портики храма, под сводом которого царила вечная мгла. Пышные папоротники, мхи и мириады тропических пестрых грибовидных растений переплетались с легким, воздушным кружевом вьющихся лиан, усыпанных нежными, трепещущими цветочками. Бледно-золотые и пунцовые орхидеи раскрывали свои причудливые цветы навстречу ярким солнечным бликам, пробивавшимся сквозь густые покровы листвы. Это был волшебный, таинственный лес, какой-то радужный, но в то же время зловещий, замкнутый склеп безмолвия и тишины, в котором ничего не двигалось, кроме каких-то миниатюрных птичек, бесшумно перепрыгивавших с ветки на ветку. Странные, молчаливые, удивительные птички эти, похожие на летающие цветки и окраскою напоминающие болезненную пестроту орхидей, еще более усугубляли сказочную, зловещую таинственность леса.</p>
     <p>Между сучьями громадного дерева метнулся какой-то леший. Он скользнул вниз, как тень, спрыгнул на землю, присел на корточки и пустился бежать по дорожке. Трудно было поверить, что это живой человек, а не призрак, не гном. Видение это смутило всех, кроме Чарли. Бину-Чарли моментально нацелился и пустил в него через голову пленника свое отравленное копье. Бросок был легкий, но лесовик в это время подпрыгнул, и копье пролетело между ног, не задев его. Однако, он споткнулся об рукоятку копья и упал. Не успел он подняться, как бину-Чарли навалился на него и схватил его за волосы. Оказалось, что это был молодой человек, и притом большой щеголь: лицо у него было вымазано углем, волосы посыпаны пеплом, в просверленном носу торчал свежеотрубленный хвост дикого кабана, в ушах висели сережки из таких же хвостов, шею украшало ожерелье из человеческих пальцев. Заметив другого пленника, он нахмурился, дико сверкнул белками и сердито залопотал высоким фальцетом. Его поставили в средний ряд, и один из дикарей Пунга-Пунга повел его, как пойманного зверька.</p>
     <p>Тропинка стала понемногу подниматься в гору, лишь местами спускаясь в сырые ложбины. Но потом, забирая все выше и выше по склонам холмов, то покатым, то крутым, привела, наконец, на скалистую возвышенность, где лес редел и над головой стали проглядывать клочки темно-голубого неба.</p>
     <p>— Близко, тут, — прошептал бину-Чарли.</p>
     <p>Не успел он выговорить эти слова, как сверху донеслись раскатистые удары деревенского барабана. Но удары медленно следовали один за другим, в них не слышалось тревоги. Путники подошли к деревушке так близко, что могли расслышать крик петуха, перебранку двух женщин и плач ребенка. Здесь дорожка была сильно протоптана и сделалась до того крутой, что порой приходилось останавливаться, чтобы перевести дух. Она не расширялась, а только углублялась, ливень так размыл ее, а следы множества поколений настолько ее утоптали, что местами она уходила вглубь футов на двадцать ниже уровня почвы.</p>
     <p>— Если здесь поставить одного часового с ружьем, он может устоять против тысячи, — сказал Шелдон на ухо Джен. — Двадцать человек, вооруженные копьями и стрелами, сделают то же.</p>
     <p>Вскоре показалась деревушка, ютившаяся на небольшой выдающейся площадке, поросшей травой. Кое-где на ней высились немногочисленные деревья. Заприметив приближавшийся отряд, женщины повыскакивали из хижин с дикими воплями и, как вспугнутые перепелки, кинулись в противоположную сторону деревушки, унося с собою на руках детей. В то же время на нежданных гостей посыпались стрелы и копья.</p>
     <p>По команде Шелдона таитяне и стрелки из Пунга-Пунга дали залп. Стрелы, копья, бушмены — все мгновенно исчезло, и сражение так же быстро окончилось, как и началось. При этом столкновении из членов отряда никто не был ранен, а бушменов было убито шесть человек. Одни только убитые остались на месте, раненых лесовики унесли с поля битвы. Таитяне и их соратники из Пунга-Пунга так разошлись, что хотели преследовать отступавших, но Шелдон воспротивился этому и был очень обрадован, когда Джен поддержала его решение. Он не ожидал этого от нее, ибо во время схватки ее обуял воинственный пыл. Ее лицо было серо, как сталь, ноздри раздувались, глаза искрились огнем.</p>
     <p>— Бедные дикари! — сказала она. — Они повинуются своей свободной природе, и только. Снимают головы и пожирают себе подобных, полагая, что так и надо!</p>
     <p>— Но их можно заставить щадить головы белых людей, — вставил Шелдон.</p>
     <p>Она утвердительно кивнула головой и добавила:</p>
     <p>— Если мы найдем у них хотя одну голову белого человека, мы истребим их деревню.</p>
     <p>— Эй, ты, Чарли! Где, фелла, у них место для голов!</p>
     <p>— Голова держат в дом Чорт-Чорт! — ответил Чарли.</p>
     <p>— Вот большой, фелла, дом. Тут Чорт-Чорт!</p>
     <p>Это была самая большая хижина деревни, украшенная прихотливым переплетом из циновок и резными деревянными фигурами, изображавшими каких-то безобразных чудовищ — полулюдей, полуживотных. Шелдон и его спутники вошли в хижину, спотыкаясь в потемках о бревенчатые койки и задевая головами за подвешенные к потолку на веревках какие-то иссохшие очистительные жертвы и амулеты.</p>
     <p>Вдоль стен стояли бесформенные, плохо отесанные чурбаны, изображавшие каких-то идолов и увешанные невероятно грязными тряпками. Смрадный воздух отдавал плесенью и едкой вонью, исходившей от рыбьих хвостов и плохо очищенных крокодильих черепов, развешанных по стенам.</p>
     <p>В центре этого довольно просторного помещения слабо курился огонек, возле которого копошился на куче золы дряхлый старик. Он вяло повернулся и уныло посмотрел на вошедших. Это был совершенно древний старик, он был так стар, что дряблая кожа его свисала складками и походила скорее на чешую, скрюченные пальцы — на длинные когти, а лицо его, худое и истощенное, напоминало голову мертвеца. Очевидно, его обязанностью было поддерживать огонь, и даже в их присутствии он продолжал подбрасывать хворост.</p>
     <p>Над струйкой дыма висело то самое, что они искали. Джен почувствовала такое омерзение, что ее затошнило. Она задохнулась и поспешила выскочить на свежий воздух.</p>
     <p>— Сосчитайте, все ли? — простонала она упавшим голосом и вышла, пошатываясь и вдыхая полной грудью свежий воздух.</p>
     <p>На долю Шелдона выпала неприятная задача опознать копченые головы. Они все были тут — ровно девять голов белолицых спутников Тюдора, к которым Шелдон успел достаточно приглядеться во время их пребывания в Беранде. Бину-Чарли, заинтересованный этой процедурой, усердно помогал ему поворачивать эти иссеченные топорами головы во все стороны, чтобы можно было получше разглядеть их искаженные черты. Дикари из Пунга-Пунга, видимо, наслаждались безобразным зрелищем, а таитяне высказывали явное отвращение и бормотали проклятия. Матапу до того рассердился, что толкнул в бок ветхого старика, продолжавшего как ни в чем не бывало подкидывать хворост в огонь. Старик упал ничком в кучу золы и захрюкал, как свинья, которую собираются резать.</p>
     <p>Нашлось много других провяленных и прокопченных голов в этом своеобразном музее, но, за исключением только двух, все это были головы чернокожих.</p>
     <p>«Вот какая охота идет в этой мрачной, злокозненной пуще», — подумал Шелдон, разглядывая эти черепа. Как ни хотелось ему поскорее выбраться из этой удушливой атмосферы, но он не мог не остановиться при виде одной из находок бину-Чарли.</p>
     <p>— Мой знает черный Мария, мой знает белый Мария! — докладывал бину-Чарли. — Но мой не знает такой Мария. Какой это Мария?</p>
     <p>Шелдон посмотрел на находку. Это было старое, сморщенное, почерневшее, как мумия, лицо китаянки. Видно было, что голова эта уже много лет висела в дымной хижине Чорта-Чорта. Как она сюда попала, трудно было понять. Это было несомненно, лицо женщины-китаянки, но он не слышал, чтобы на Соломоновых островах когда-либо появлялись китайцы.</p>
     <p>В ушах ее были огромные серьги в два дюйма длиной. Когда бину-Чарли по приказанию Шелдона стер с них наросший слой грязи и копоти, то из-под пальцев его засверкали изумруд и жемчуг и червонное восточное золото. Другая голова, попавшая, очевидно, сюда тоже давным-давно, принадлежала белому человеку, как об этом неоспоримо свидетельствовали густые, закрученные рыжие усы, уцелевшие на иссохшей верхней губе. Вероятно, этот ужасный трофей оставил здесь какой-нибудь несчастный рыбак или торговец сандаловым деревом. Шелдон приказал бину-Чарли вынуть из ушей китаянки серьги, а молодцам из Пунга-Пунга — вытащить на двор старика и подпалить дом. Вскоре заполыхали и все другие дома деревушки на глазах у старого деда. С горных высот, на которых, очевидно, находились такие же деревушки, донесся барабанный бой и трубные звуки. Но Шелдон свою задачу выполнил.</p>
     <p>Ему здесь больше уже нечего было делать. Участь всех участников экспедиции Тюдора была выяснена, и оставалось только возвращаться восвояси. Предстоял длинный и трудный путь из страны охотников за головами.</p>
     <p>Отпустив на волю двух пленников, которые сейчас же убежали, они спустились по крутой и глубокой дорожке и погрузились вновь в удушливую атмосферу джунглей.</p>
     <p>Перед глазами Джен стояла безобразная картина, так сильно взволновавшая ее, и она шла впереди Шелдона подавленная и пришибленная. С полчаса они продвигались молча. Потом на ее посиневших губах появилась улыбка, и она обернулась к Шелдону:</p>
     <p>— Не думаю, чтобы меня потянуло когда-либо опять нанести визит этим охотникам за головами. Приключение, действительно, интересное, но, знаете ли, хорошенького понемножку. Отныне с меня довольно будет экскурсий вокруг плантации, или, быть может, при случае, приму участие в спасании какой-нибудь другой шхуны вроде «Марты». Но бушменам Гвадалканара нечего бояться, что я приду к ним опять. Я уверена, что в течение целых месяцев меня будут душить по ночам кошмары. Ух, какие звери!</p>
     <p>К ночи они дошли до лагеря, где лежал Тюдор. Тюдор хотя и окреп немного, но все же его пришлось нести на носилках.</p>
     <p>Опухоль на плече раненого дикаря из Пунга-Пунга понемногу спадала, но Арагу все еще сильно хромал. У него не переставала болеть раненая нога.</p>
     <p>Спустя двое суток путники добрались до Карлы, где их ожидали оставленные ими лодки. Спустившись вниз по реке и обойдя пороги, они к вечеру третьего дня, наконец, прибыли в Беранду. Джен отстегнула свой кольт со вздохом облегчения и повесила его на гвоздь, на обычное место, а Шелдон тоже вздохнул полной грудью при виде того, как она это делала, радуясь, что они возвратились к своему домашнему очагу. Впрочем, эта радость отравлялась тем обстоятельством, что Джен немедленно принялась ухаживать за Тюдором и долго оставалась на веранде, где он лежал в гамаке под задернутой сеткой.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVI</p>
      <p>Пламя разгорается</p>
     </title>
     <p>Пока выздоравливал Тюдор, в Беранде царили невозмутимая тишина и спокойствие. Прошло таким образом недели полторы мирной и тихой жизни. Работа на плантации протекала равномерно, как заведенные часы. После подавления мятежа, затеянного Гугуми и его сотоварищами, водворился полный порядок. «Марта» увезла из Беранды еще два десятка наемников, отбывших свой срок, а вновь завербованные, с которыми обращались как следует, оказались хорошими работниками. Объезжая плантацию, Шелдон удивлялся, как ему самому не приходило в голову до сих пор завести верховую лошадь. Он наслаждался комфортом и теми улучшениями, которыми обязан был Джен. Она привела этих работников из Пунга-Пунга, она развела эти новые питомники и огороды. Она же выхватила у моря и прибрела почти даром это превосходное судно, «Марту», которое приносило отличные барыши, несмотря на медлительность чересчур осторожного капитана Кинроса, и Беранда справлялась с финансовым кризисом и обещала в недалеком будущем превратиться в очень доходное предприятие. По мере того как черные работники расчищали кустарник и лес, вырубали тростник и сажали новые саженцы кокосовых пальм, плантация разрасталась все шире и шире. Все это вместе взятое, не говоря о тысяче других мелочей, постоянно напоминало Шелдону, сколь многим он обязан Джен, этой стройной девушке, любительнице приключений с длинноствольным кольтом у пояса, в серых глазах которой светился из-под низких бровей романтический огонек. Он вспомнил, как ее выбросила на эти берега вместе с этой храброй дружиной таитян ревущая буря и как она смело тогда вошла в его дом и повесила над биллиардным столом свою кобуру с револьвером и широкополую шляпу. Он давно уже позабыл о том, как она на первых порах выводила его из себя, и всецело поддался обаянию этой чудной девушки. Его приводили в восторг те самые черты, которые сначала так отталкивали его: мальчишеский задор и любовь к приключениям; рискованные забавы, вроде плавания в таком месте, где водятся акулы; настойчивое желание самой отправиться вербовать рабочих на Малаиту; пристрастие к морским прогулкам и кораблям; резкие командные окрики при спуске вельбота, когда она отправлялась со своими спутниками глушить рыбу в Бейльсуне, с фитилем в одной руке и пироксилиновой шашкой в другой; наивное до последней степени пренебрежение к самым общеприятным приличиям и условностям; ребяческий пыл при спорах; ретивая любовь к свободе, как у пугливой птички, и страстное отстаивание своей независимости. Теперь он все это любил и ценил в ней. Теперь уже он не пытался и не хотел сдерживать и укрощать ее, хотя и трудно было, укротив ее, покорить.</p>
     <p>Порою мысль о ней доводила его до исступления. Охваченный любовным пламенем, он останавливал коня, закрывал глаза и забывался. Перед ним вставал ее образ, он видел ее такою, какой она была в тот день, когда бешеные волны выкинули ее на берег, и она появилась перед ним на веранде с воинственным видом и бросила ему упрек в том, что он равнодушно относится к людям, рискующим утонуть на его глазах. А опомнившись и тронув поводья, он тысячи раз спрашивал себя: как ему быть? Каким образом подойти к этому прелестному существу, похожему на дикую птичку, ежеминутно готовую вспорхнуть и улететь от него.</p>
     <p>Было ясно, как день, что Тюдор тоже влюбился. Этот выздоравливающий проходимец, отлежавшийся на веранде, был еще настолько слаб, что не мог подняться на ноги, и, тем не менее, уже требовал, чтобы его посадили за обеденный стол вместе с ними. Шелдон заметил, что Тюдор все более и более начинает интересоваться девушкой и перестает подшучивать над ним при встречах. Это прекращение шутливой пикировки походило на разрыв дипломатических сношений перед объявлением открытой войны. Возникшее подозрение не замедлило подтвердиться целым рядом других доказательств. Тюдор не скрывал того удовольствия, которое ему доставляло присутствие Джен, и, очевидно, изо всех сил старался заинтересовать ее и очаровать рассказами о своих собственных героических приключениях. Нередко, возвращаясь по утрам с объезда плантации, со склада или сушилки, Шелдон заставал эту парочку на веранде. Джен жадно слушала рассказы Тюдора, а тот с увлечением расписывал ей свои похождения в самых различных уголках света.</p>
     <p>Вдобавок Шелдон не раз подмечал, как Тюдор пожирает ее глазами и как при этом на лице его появляется чисто животное выражение, и невольно задавался вопросом: неужели и сам он так же противно выглядит по временам. Про себя он был твердо уверен, во-первых, в том, что Тюдор совсем неподходящий человек для Джен и не способен доставить ей счастье, во-вторых, что Джен слишком чуткая девушка, чтобы попасть на удочку столь поверхностного и легкомысленного франта, и, наконец, в том что Тюдор ошибется в своих расчетах. И тем не менее, неугомонная ревность искушала его мучительным страхом: а ну, как этот франт не ошибется и сумеет ослепить и обмануть ее своей фальшью? Впрочем, не могло быть сомнения в том, что Тюдор не распознал ее души и совершенно не догадывается, до чего сильна в ней дикая любовь к свободе и независимости. Вот тут он и попадется: пускай-ка попробует поймать и удержать ее. А все-таки, наперекор очевидности, Шелдона беспокоила мысль: а вдруг он сам ошибается в оценке характера Джен, а Тюдор попал в точку.</p>
     <p>Положение создалось неприятное и заставляло задумываться. На долю Шелдона выпала трудная роль, ему волей-неволей приходилось только наблюдать и выжидать, между тем как его соперник всячески изловчался завладеть капризной добычей. Кроме того, Тюдор усвоил крайне неприятную манеру по отношению к Шелдону. Наступивший разрыв дипломатических отношений между ними делал Тюдора совершенно неуязвимым. Шелдон чувствовал, что вспыхнувший между ними антагонизм разгорается час от часу все больше и больше. И, охваченный ревностью, он сильно преувеличивал его размеры. Тюдор гостил в чужом доме. Он был в Беранде не свой человек, и теперь, когда поправился, ему давно пора собираться в отъезд. Однако, невзирая на это и на то, что к ним уже заходил почтовый пароход по дороге в Сидней, Тюдор и не думал подниматься с места. Он расположился у них, как у себя дома, занимался спортом, ездил глушить рыбу в компании Джен, ходил на охоту за голубями, расставлял капканы на крокодилов и упражнялся в стрельбе из ружья и револьвера.</p>
     <p>Но правила гостеприимства не позволяли Шелдону даже заикнуться о том, что гостю пора сложить свои чемоданы. Ему хотелось предостеречь Джен, но он удержался бы от этого, даже если бы он знал что-нибудь такое, что могло бы скомпрометировать Тюдора в ее глазах. Но хуже всего было то, что ему нечего было сказать против Тюдора, и ему временами казалось, что его отвращение к гостю вызвано неосновательным пробуждением ревности. А наружно он всегда оставался спокойным, приветливая улыбка не сходила с его лица. Работа на плантации шла своим чередом, «Марта» и «Флибберти-Джиббет» то прибывали, то уходили, их капитаны, как водится всегда в таких случаях, заходили поболтать, пропустить стаканчик-другой и сыграть партию на биллиарде в ожидании бриза. Сатана по-прежнему исполнял свою службу и держал чернокожих на приличном расстоянии от усадьбы.</p>
     <p>Баучер приезжал в гости аккуратно каждое воскресенье на своем вельботе. Два раза на день, за завтраком и обедом, Джен, Шелдон и Тюдор дружески сходились за общим столом, а вечера мило проводили на веранде.</p>
     <p>В конце концов сорвалось. Тюдор не выдержал, не рассчитал и промахнулся, совершенно не подозревая, до чего Джен дика и капризна, до какой степени она возмущается малейшим принуждением и насилием, до чего она ненавидит всякие замашки господства, и приняв ее лучистый, загоревшийся энтузиазмом взор во время его рассказа за проявление чувства неги и страсти, он внезапно привлек ее к себе и обнял. Она вспыхнула от негодования, а он ее суровый отпор объяснил девичьей стыдливостью. Столкновение это произошло на веранде после завтрака. Шелдон сидел у себя в кабинете за письменным столом и перелистывал новый прейскурант оптового торговца в Сиднее, делая на нем отметки о необходимых заказах. Вдруг он услышал резкое восклицание Джен и тотчас вслед за этим столь же резкий звук пощечины. Вырвавшись из противных рук, силившихся ее удержать, Джен со всего размаха влепила Тюдору такую затрещину, которая была почувствительней удара кулаком негодяю Гугуми. Шелдон быстро поднялся, но опять уселся на место, так что, когда Джен распахнула дверь, входя в комнату, он уже вполне овладел собою.</p>
     <p>На бледном лице оскорбленной девушки выступили красные пятна, напомнившие ему ту минуту, когда он впервые увидел ее разгневанной. Она крепко стискивала левой рукой локоть своей правой руки.</p>
     <p>— Он ушиб мне локоть, — бросила она, отвечая на его вопросительный взгляд.</p>
     <p>Он улыбнулся невольно. Так это шло к ней. Так она походила на обиженного мальчика, прибежавшего с жалобой, что его больно ударили. Видно было, что она совсем не знала мужчин и не знает, как с ними надо обращаться в таких случаях. В ушах Шелдона все еще раздавался звук пощечины, и, глядя на эту плачущую девушку, жалующуюся на ушибленную руку, его улыбка расплывалась все шире и шире.</p>
     <p>Эта улыбка заставила Джен почувствовать, в какое невозможно глупое положение она себя поставила своим плачем, и яркая краска залила ее лицо, лоб и шею по самые уши.</p>
     <p>— Он… он… — тщетно пыталась она объяснить свое возмущение и, не договорив, бросилась вон из комнаты вниз по ступенькам.</p>
     <p>Шелдон сидел и раздумывал. Сначала он взглянул на дело с комической его стороны, но чем глубже взвешивал поступок Тюдора, тем более негодовал. Будь на месте Джен другая женщина, это событие могло показаться забавным, но как можно было решиться насильно целовать такую девушку, как Джен? Какое кощунство! Как только у него хватило ума выкинуть такую штуку. Наконец, Шелдон чувствовал себя оскорбленным и лично. У него пытались отнять сокровище, которое он привык считать своим, и необузданная ревность душила его при мысли об этом подлом насилии.</p>
     <p>Размышления его были прерваны Тюдором, который вошел, хлопнув дверью, и уставился молча на Шелдона. Видно было, что он взбешен. Шелдон не ожидал с его стороны такого нахальства.</p>
     <p>— Ну, что? — произнес Тюдор вызывающим тоном.</p>
     <p>Дар слова вернулся к ошеломленному от изумления Шелдону.</p>
     <p>— Я надеюсь, что ничего подобного больше не повторится, вот и все! Кроме того, мой вельбот всегда к вашим услугам. Он может всегда очень скоро доставить вас в Тулаги.</p>
     <p>— Вы думаете, что дело так просто? — возразил Тюдор.</p>
     <p>— Не понимаю, что вы хотите сказать!</p>
     <p>— Вы не понимаете, потому что не хотите понять!</p>
     <p>— Опять-таки не понимаю вас, — хладнокровно заметил Шелдон. — Мне ясно только одно, что вы делаете из мухи слона и преувеличиваете значение вашей собственной выходки.</p>
     <p>Тюдор ехидно улыбнулся на это и возразил:</p>
     <p>— Похоже на то, что вы сами раздуваете это дело, предлагая мне убираться отсюда вон. Вы намекаете на то, что в Беранде нам тесно вдвоем. Так позвольте же вам заметить, что и на Соломоновых островах мы не сможем с вами ужиться, они тоже чересчур тесны для нас обоих. С этим делом надо основательно покончить, немедленно и на месте!</p>
     <p>— Я могу понять, что вам нравится корчить из себя шарлатана, — продолжал усталым голосом Шелдон, — но решительно отказываюсь понять, при чем тут я и почему вы пристаете ко мне. Или вы хотите затеять ссору?</p>
     <p>— Да, я хочу, разумеется!</p>
     <p>— Но зачем же вам это?</p>
     <p>Тюдор смерил Шелдона убийственным взором.</p>
     <p>— У вас душа какой-то мокрицы! Вы сквозь пальцы смотрите, когда ухаживают за вашей женой…</p>
     <p>— У меня нет жены! — прервал его Шелдон.</p>
     <p>— Вам следовало бы ее иметь. Иначе такое положение оскорбительно для вас. Почему вы не женитесь на ней? Даже я был бы рад этой чести!</p>
     <p>На этот раз Шелдон не выдержал и вскипел.</p>
     <p>— Вы… — начал он зычным голосом, но тотчас же взял себя в руки и продолжал в более умеренном топе: — Не мешало бы вам чего-нибудь выпить и чуть-чуть успокоиться. Советую вам это от души. Уверен, что, придя немного в себя, вы сами увидите, что вам здесь больше нечего делать после всего того, что вы тут наговорили. Немного охладившись, вы можете отправляться в поход. Я сейчас позову людей и прикажу спустить на море шлюпку. К восьми часам вечера вы попадете в Тулаги.</p>
     <p>Он встал и направился к выходу, чтобы немедленно привести в исполнение задуманный план, но Тюдор схватил его за плечо и заставил вернуться.</p>
     <p>— Вот что, Шелдон! Я говорил уже вам, что Соломоновы острова слишком тесны для нас обоих. Я говорил это не зря!</p>
     <p>— Что это значит? Вы хотите купить у меня Беранду со всем инвентарем? — спросил с недоумением Шелдон.</p>
     <p>— Нет, не то! Я предлагаю вам драться!</p>
     <p>— Ну, какого черта вам от меня нужно? С какой стати мы будем драться?</p>
     <p>Чем более упрямился Тюдор, тем более возмущался Шелдон.</p>
     <p>— Нам нечего с вами делить. Чего вы от меня хотите? Я вас не трогал и не становлюсь вам поперек дороги. Вы у меня в гостях. Мисс Лэкленд — мой компаньон. Если вы вздумали влюбиться в нее и наскочили на неприятность, то при чем же тут я? С какой стати вы хотите драться со мною? Слава Богу, мы живем в двадцатом столетии, и дуэль вышла из моды, когда мы с вами еще не родились!</p>
     <p>— Вы сами подали повод, — упорствовал Тюдор. — Вы указали мне на дверь. Вы просто выгоняете меня из дому и еще спрашиваете, чем я недоволен! Это вам так не пройдет. Вы меня оскорбили, и я вам этого не прощу!</p>
     <p>Шелдон снисходительно улыбнулся и стал закуривать папиросу. Но Тюдора унять было трудно.</p>
     <p>— Вы сами скандалите и учиняете ссору, — твердил он свое.</p>
     <p>— Никакой ссоры не может быть. Ссора предполагает две стороны, а я решительно отказываюсь ссориться с вами из-за таких пустяков.</p>
     <p>— Я настаиваю на том, что вы сами подали повод, и я вам скажу почему.</p>
     <p>— Вы, сударь, пьяны, должно быть! — заметил Шелдон. — Иначе я не могу объяснить себе ваше неприличное поведение.</p>
     <p>— А я вам все-таки скажу почему. Вы неспроста раздуваете этот ничтожный инцидент и придаете ему серьезный характер. Я охочусь в ваших владениях, и вы хотите меня выгнать отсюда. Без меня вам здесь было уютно, и вы могли безмятежно ворковать с этой барышней. А теперь в вас заговорила ревность, милостивый государь! И вы затеяли ссору. Но я не уйду!</p>
     <p>— В таком случае оставайтесь, пожалуйста! Никто вам не мешает. Из-за этого я шума не подниму. Располагайтесь, как дома, живите себе на здоровье хоть целый год!</p>
     <p>— Она вам не жена, — продолжал Тюдор, не обращая внимания на слова хозяина. — Каждый вправе ухаживать за нею, если она не ваша жена. Но, должно быть, тут недоразумение, в которое я не впал бы, если бы внимательнее прислушивался к тем разговорам, которые ведутся на берегу. Тогда мне легче было бы догадаться. В Гувуту и Тулаги все хохочут над вами. Я свалял дурака и наивно верил, что дело обстоит так невинно, как вы его выставляете.</p>
     <p>Шелдон был взбешен до того, что лицо и фигура Тюдора запрыгали у него перед глазами. Но наружно он все еще сдерживался и казался только уставшим от скучного спора.</p>
     <p>— Прошу вас оставить ее в покое и не упоминать о ней больше! — сказал он.</p>
     <p>— Почему? — воскликнул Тюдор. — Вы оба сделали из меня дурака. Подшутили надо мною. Почем я знал, что здесь дело нечисто. И вы и она держали себя, как порядочные люди. Но теперь я понял, в чем дело. А она в совершенстве разыграла роль оскорбленной супруги! Оттолкнула от себя ловеласа и упорхнула под вашу защиту. Блестящие доказательства всего того, над чем потешаются на том берегу! Компаньоны, а? Хороши компаньоны, деловые товарищи! Шутники, ей-богу!</p>
     <p>Тут Шелдон совершенно спокойно размахнулся и изо всей силы ударил его кулаком по уху. Тюдор отлетел в сторону, споткнулся о стул и, падая, сломал его. Потом медленно встал, но не кинулся в свою очередь на обидчика.</p>
     <p>— Теперь будете драться! — прошипел он со злостью.</p>
     <p>Шелдон невольно расхохотался. Положение показалось ему чрезвычайно комичным. Он сделал вид, что собирается нанести удар снова. Тюдор, бледный, как смерть, стоял перед ним, сложив руки и не думая сопротивляться.</p>
     <p>— Я не намерен драться на кулачках. Я желаю драться на смерть! — процедил он сквозь зубы. — Вы, я знаю, хороший стрелок из ружья и револьвера. И я тоже. Таким образом мы это дело и порешим!</p>
     <p>— Да вы с ума сошли! Белены, что ли, вы объелись?</p>
     <p>— И не думал, — ответил Тюдор. — Я просто влюблен. И вновь предлагаю вам разделаться основательно и предоставляю вам выбор оружия.</p>
     <p>Шелдон посмотрел на него внимательно и на этот раз вполне серьезно недоумевая, что за странная прихоть овладела этим человеком.</p>
     <p>— Но трезвым людям несвойственно выкидывать такие фортели в действительной жизни, — заметил он.</p>
     <p>— Однако, перед вами стоит человек из реальной действительности. И этот человек убьет вас сегодня же!</p>
     <p>— Вздор и чепуха, любезнейший! — Терпение Шелдона иссякло, и он перестал сдерживаться. — Вздор и чепуха, вот и все! Люди не дерутся на дуэли в двадцатом столетии. Это… это что-то допотопное, говорю я вам!</p>
     <p>— А что касается Джен…</p>
     <p>— Замолчите, не упоминайте ее имени! — вспыхнул Шелдон.</p>
     <p>— Я замолчу, ежели вы будете драться.</p>
     <p>Шелдон развел руками безнадежно.</p>
     <p>— А что касается Джен…</p>
     <p>— Берегитесь, говорю я вам! — снова вспыхнул Шелдон.</p>
     <p>— Валяйте, валяйте! Вы можете меня сколько хотите бить, но рта не закроете. Вы можете бить меня хоть каждый день с утра до вечера, но как только отпустите, я опять заговорю о Джен. Итак, дуэль? Идет?</p>
     <p>— Слушайте, сударь… — с отчаянной решимостью заговорил Шелдон, — я не привык выслушивать и сотой доли таких дерзостей, какие вы себе позволяете преподносить мне!</p>
     <p>— Вы наслушаетесь от меня еще больше. Я буду твердить до самого вечера одно и то же. Я настаиваю на дуэли. Я предоставляю вам все шансы избавиться от меня раз и навсегда. Но я сам вас убью еще до начала заката солнца. Мы живем вне условий цивилизации. Мы с вами находимся на Соломоновых островах, и я предлагаю примитивный способ разделки. Король Эдуард, закон и порядок олицетворяются здесь комиссаром Тулаги да заезжим военным судном. Двое мужчин и женщина между ними — это старая проблема, которую мы и решим по способу доброго старого времени.</p>
     <p>Глядя на него, Шелдону пришло в голову, что этот человек, вероятно, добивается присоединить еще одно лишнее приключение к серии своих многочисленных авантюр. Пуститься на такие штуки и затеять дикую дуэль, живя в двадцатом веке, для этого надо быть авантюристом именно такого закала.</p>
     <p>— Зажать мне рот можно только таким способом, — продолжал дразнить Тюдор. — К личным оскорблениям вы относитесь равнодушно, я знаю. Вы слишком уравновешенны или трусливы, или то и другое вместе, чтобы быть в состоянии разговаривать и реагировать на них, как порядочный человек. Но я буду рассказывать о том, как перемывают вам косточки на том берегу… Ага, вас это задевает маленько, не правда ли? Я могу сообщить вам некоторые пикантные отрывки из того, что болтают там про вас и про эту юную особу, разделяющую с вами хозяйственные заботы в качестве заинтересованного компаньона…</p>
     <p>— Довольно! — заорал Шелдон не своим голосом, ибо фигура Тюдора опять запрыгала перед ним. — Вы хотите дуэли? Согласен! — Но здравый смысл и боязнь очутиться в смешном положении опять заговорили в нем с новой силой, и он прибавил вслед за этим тотчас же:</p>
     <p>— Но это нелепо, абсурд, невозможно!</p>
     <p>— Джен и Давид — совладельцы плантации, а? Компаньоны, деловое содружество — Джен и Давид!</p>
     <p>Тюдор на разные темы склонял и спрягал одни и те же слова певучим насмешливым голосом.</p>
     <p>— Замолчите же, наконец, ради… — застонал Шелдон. — И пусть будет по-вашему! Я еще ни разу в жизни не встречал такого безнадежного дурака. Какой же вы хотите дуэли? Тут ведь нет секундантов. На чем мы будем драться?</p>
     <p>Моментально Тюдор скинул личину кривляющейся обезьяны и вернулся к обычной роли холодного, сдержанного, светского человека.</p>
     <p>— Я часто думал о том, что идеальная дуэль — это схватка, отрешенная от всяких условностей, — сказал он. — Мне приходилось не раз участвовать в дуэлях…</p>
     <p>— Французских? — прервал Шелдон.</p>
     <p>— Называйте их, как хотите. Но идеальная дуэль должна происходить без секундантов и без свидетелей. Два противника, только и всего. Они могут пользоваться каким угодно оружием: револьверами, ружьями, пушками, пулеметами… Они становятся на расстоянии одной мили друг от друга. Они вправе укрываться, прятаться, отступать, заходить в тыл, пускаться на всевозможные хитрости. Все и вся допускается. Словом, противники охотятся друг на друга…</p>
     <p>— Как два диких индейца?</p>
     <p>— Вот, вот! — воскликнул оживившийся Тюдор. — Вы схватили суть дела. И Беранда — самое подходящее место для подобной охоты, и как-раз теперь самое подходящее время. Мисс Лэкленд отдыхает и, наверное, думает что и мы отдыхаем. У нас в распоряжении два часа до тех пор, пока она встанет. Не будем терять дорогого времени, идемте! Вы будете наступать от Бейльсуны, я — от Беранды. Обе реки обозначают границы плантации, не так ли? Отлично. Полем дуэли будет служить вся плантация. Противники обязуются не переступать границы. Вы согласны на эти условия?</p>
     <p>— Идет! Но с вашей стороны не последует возражений против того, чтобы я отдал кое-какие распоряжения?</p>
     <p>— Пожалуйста! — Тюдор сделал эту уступку, повинуясь чувству деликатности, которая вновь вернулась к нему после того, как он настоял на своем.</p>
     <p>Шелдон хлопнул в ладоши, и по его приказанию немедленно слуга сбегал за Адаму-Адамом и Ноа-Ноа.</p>
     <p>— Слушайте! — обратился к ним Шелдон. — Слушайте, этот мастер и я — мы будем драться сегодня. Или он умрет, или я. Ежели он умрет, ладно! Если я умру, вы оба охраняйте мисс Лэкленд, как зеницу ока. Возьмите ружья и сторожите ее день и ночь. Захочет она разговаривать с мистером Тюдором, хорошо! Не захочет — не впускайте его! Поняли?</p>
     <p>Они промычали что-то в ответ и усердно закивали головами. Им много приходилось иметь дело с белыми людьми, они привыкли к обхождению с ними и никогда не задавали вопросов относительно странного поведения людей этой своеобразной породы. Если эти два господина почему-либо порешили отправиться убивать друг друга, то это их дело, и островитян не касается. Последним нет никакого решительно дела до этого, они только слушаются и исполняют приказания. Они подошли к стойке и взяли себе по ружью.</p>
     <p>— Лучше бы всем таитянам ружья, — предложил Адаму-Адам, — может произойти большой бунт.</p>
     <p>— Ладно, раздайте им всем! — одобрил эту мысль Шелдон, выдавая патроны.</p>
     <p>Таитяне ушли, забрав восемь ружей. Тюдор пристегнул себе пояс с патронами для ружья и револьвера. Взял в руки винтовку и остановился в дверях, поджидая соперника.</p>
     <p>— Идемте скорей! Жаркий полдень в самом разгаре, — торопил он Шелдона, который доставал пули «экстра» для своего автоматического пистолета. Они спустились с лестницы вместе и вышли из усадьбы на пляж. Здесь они повернулись спиной друг к другу и каждый из них пошел в свою сторону: Тюдор — к Беранде, а Шелдон — к Бейльсуне.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVII</p>
      <p>Современная дуэль</p>
     </title>
     <p>Не успел еще Шелдон добраться до берега Бейльсуны, как до него донесся слабый звук отдаленного ружейного выстрела. Это Тюдор ему давал знать о том, что дошел до реки Беранды и возвращается теперь назад. Шелдон подал ответный сигнал в свою очередь, а затем повернулся и двинулся навстречу противнику. Он шагал, точно во сне, не помышляя о том, что идет по открытому месту. Ему просто не верилось, что это безобразие, глупое дело совершается наяву, и ему надо было сделать над собою усилие, чтобы вернуться к сознанию действительности. Он вспомнил разговор с Тюдором и пытался согласовать с здравым смыслом то, что он делает в настоящую минуту. Он вовсе не хотел убивать Тюдора. То обстоятельство, что любовные похождения этого праздного щеголя не увенчались успехом, не могло никоим образом послужить достаточным основанием для того, чтобы его убивать. Так в чем же, наконец, дело? Правда, этот молодец нанес оскорбление Джен своими повторными инсинуациями и за это получил должное возмездие. Так зачем же его теперь убивать?</p>
     <p>Погруженный в размышления, Шелдон незаметно сам для себя прошел четверть расстояния, отделявшего одну реку от другой. И тут спохватился, что Тюдора и след простыл. Да, его не видать в самом деле! По условиям дуэли он имел право спрятаться, и, очевидно, воспользовался этим правом. Он идет, вероятно, навстречу под прикрытием кокосовых пальм. Шелдон быстро свернул влево и спрятался в свою очередь. В это время он услышал слабый звук ружейного выстрела, и моментально вслед за этим на расстоянии каких-нибудь ста шагов от него в песок ударила пуля, отскочила от земли и рикошетом полетела в пространство. Наглядное доказательство, что как ни безумно и невероятно глупо это дело, в котором он, Шелдон, принимает участие, тем не менее, это факт! Выстрел был направлен в него. И все-таки даже теперь ему как-то не верилось. Он окинул взглядом знакомый пейзаж и море, подернутое легкой рябью. Со стороны Тулаги виднелись на нем белые паруса шхуны, шедшей в Беранду. Поодаль на низком берегу паслась одинокая лошадь, и он зачем-то спросил себя: где же остальные? Дымок над сушильней привлек его взор, который он затем перевел сначала на бараки рабочих, потом на машинный сарай, на навесы для лодок, на усадьбу, на дом… и остановил, наконец, на маленькой сторожке, выглядывавшей из-за угла ограды.</p>
     <p>Пробираясь теперь под защитой деревьев, Шелдон прошел еще с четверть мили. Если бы Тюдор подвигался вперед одинаковым темпом, то они должны были бы встретиться здесь. Отсюда Шелдон заключил, что Тюдор кружит. Задача в том, чтобы определить, где он теперь находится.</p>
     <p>Ряды деревьев, расположенные под прямыми углами, давали возможность проследить взглядом одну только узенькую аллейку. Его недруг может идти по соседней аллее справа или слева. Возможно, что он находился от него в настоящую минуту на расстоянии ста шагов или полумили. Шелдон терялся и не знал, куда ему лучше идти, и подумал, что обыкновенная дуэль куда проще и удобнее, чем эта замысловатая игра в прятки. Он попробовал тоже взять в сторону, рассчитывая пересечь дугу, описываемую его противником, но тот ускользал от него, и Шелдон вышел, наконец, на расчищенное местечко, где молодые саженцы были ему ростом по пояс и служили плохой защитой и слабым прикрытием. Как-раз в тот момент, когда он сделал первый шаг по открытому месту, с правой стороны грянул выстрел, и хотя он не расслышал свиста пули, но зато услыхал, как она ударилась неподалеку в ствол пальмы.</p>
     <p>Он подался вперед, под прикрытие старых деревьев. Вот уже вторично он попадает под обстрел, а между тем еще ни разу не видал противника. Шелдону становилось не по себе, и его разбирала досада. Чертовски неприятная штука! Как ни глупо все это, но, однако же, смертельно опасно. Здесь нельзя было избежать убийства, нельзя было отделаться выстрелом в воздух, как при старомодной дуэли. Эта взаимная охота друг за другом могла завершиться только тем, что один сразит другого, и если один из них упустит случай подстрелить противника, то этим самым увеличит шансы противника. Тут уже не приходится нежничать. «Тюдор — хитрая бестия, не даром предпочел этот род современной дуэли!» — думал Шелдон, пробираясь осторожно вперед по тому направлению, откуда раздался последний выстрел.</p>
     <p>Тюдор опять исчез, но по следам было видно, что он углубился в самую чащу плантации. Минут через десять Шелдону удалось приметить Тюдора. Его фигура промелькнула перед ним невдалеке, в каких-нибудь ста шагах, не более. Он проходил по той самой аллее, по которой только что перед тем шагал Шелдон, но продвигался в противоположную сторону. Не успел Шелдон вскинуть винтовку, как тот уже спрятался. Шелдону пришла фантазия испугать хитреца, и он выпустил наобум восемь пуль из своего автоматического пистолета по тому направлению, по которому скрылся Тюдор. Пули застукали по древесным стволам. Шелдон подумал, что хорошо было бы, в самом деле, если в его распоряжении был пулемет. Он присел на травку под деревом и снова зарядил свой пистолет.</p>
     <p>Тюдор вскоре после этого проделал такую же штуку. Пули дождем посыпались около Шелдона, застучали по пальмовым стволам. Некоторые пули, взвизгивая, рикошетом отлетали в разные стороны. Одна из них, дав двойной рикошет и утратив силу, ударила Шелдона по лбу и упала к его ногам. Удар оглушил его на время, но дело ограничилось шишкой на лбу величиной с голубиное яйцо.</p>
     <p>Охота шла своим чередом. Подойдя к опушке возле дома, Шелдон увидел домашних слуг, столпившихся на задворках и с жадным любопытством старавшихся разглядеть что-нибудь из-за деревьев. Они пересмеивались между собою и оживленно болтали на своем визгливом жаргоне. Потом он подошел к партии рабочих, расчищавших бурьян. Они сделали вид, как будто не замечают его присутствия, хотя они отлично знали, что происходит дуэль. Что им за дело до того, что эти белолицые чудаки вздумали охотиться друг за другом, и что бы они ни думали по поводу исхода дуэли, они, во всяком случае, постараются утаить свои чувства от Шелдона. Он приказал им перейти на другое место подальше и пошел опять разыскивать Тюдора.</p>
     <p>Наконец, ему наскучило кружиться и он пошел на врага прямиком. Но последний тщательно избегал открытой встречи, предпочитая хитрить, и, воспользовавшись отвагою Шелдона, дал по нему пару выстрелов и тотчас же снова пропал.</p>
     <p>Битый час они гонялись таким образом друг за дружкой, виляя в разные стороны среди пальм: то подаваясь вперед, то отступая назад, то обходя кругом, то делая петли.</p>
     <p>Иногда, случалось, они замечали друг друга, но лишь на одно мгновение, и выстрелы, которыми они при этом обменивались, не попадали в цель. Шелдон напал на местечко, где перед этим отдыхал и курил Тюдор, прислонившись к дереву.</p>
     <p>Высокая трава была здесь притоптана и на земле валялся окурок папиросы и обгорелая спичка. Тут же были разбросаны какие-то блестящие мелкие стружки. Шелдон понял в чем дело. Тюдор, очевидно, надрезал свои пули и притуплял их концы, чтобы они делали более широкую рану, то есть, попросту говоря, превращал в пули «дум-дум», запрещаемые в современной войне. Шелдон живо представил себе, что было бы, если бы такая пуля попала в него. Вонзаясь в тело, она просверлила бы лишь ничтожную дырочку, но, вылетая, образовала бы рану величиной с чайное блюдце.</p>
     <p>Он внезапно решил прекратить погоню и прилег на траву, защищенный справа и слева рядами пальм. А сзади и спереди у него была открытая аллея. Здесь он решил выжидать. Одно из двух: либо Тюдор пойдет к нему, либо этому делу не будет конца. Он смахнул капли пота с лица и обернул себе шею носовым платком от надоедливой мошкары и насекомых, кишевших в густой траве. Никогда еще он не чувствовал такого беспредельного отвращения к так называемым приключениям, как в эту минуту. И без того уже тошно от всех этих баден-пауэлей и длинноствольных кольтов. Довольно, казалось бы, с него одной Джен, а тут еще навязался этот проходимец, искатель приключений, черт бы его взял, тоже не придумавший ничего лучшего, как втянуть мирного плантатора в эту дикую, портящую деревья дуэль. Если когда-либо кто-нибудь по-настоящему проклинал приключения, так это Шелдон, лежавший в траве, обливаясь потом, и сражавшийся с одолевавшими его комарами да ворочавший ежеминутно головой то назад, то вперед!</p>
     <p>Наконец, показался Тюдор. В этот момент Шелдон как-раз смотрел в ту сторону, откуда он появился. Прежде чем выйти на аллею, Тюдор высунул голову из-за деревьев и осторожно оглянулся направо, налево, потом сделал шаг вперед и остановился как будто в раздумье, куда ему двинуться. Он стоял лицом к противнику, лежавшему в засаде в двухстах шагах от него. Тюдор служил превосходной мишенью. Шелдон нацелился было в самую грудь, но тотчас же наставил мушку левее, на правое плечо, и с мыслью: «Это обезвредит его», нажал собачку. Винтовка была такой силы, что могла бы прострелить насквозь человека, стоящего за версту. Пуля ударила Тюдора в плечо с такой силой, что заставила его повернуться вполоборота и сбила его с ног.</p>
     <p>— Надеюсь, не убил молодца, — буркнул Шелдон, вскакивая с места и бросаясь к нему.</p>
     <p>Опасения его рассеялись скоро. Не успел он пробежать ста шагов, как Тюдор повернулся и, стреляя левой рукой из автоматического револьвера, выпустил в Шелдона все восемь пуль. Последний отпрянул и укрылся за пальмой. Насчитав восемь выстрелов, Шелдон опять кинулся к раненому, выбил из его левой руки пистолет и навалился на него.</p>
     <p>— Сдавайтесь! — сказал он. — Я не выпущу вас. Бороться бесполезно.</p>
     <p>Тюдор все еще пытался бросить его с себя.</p>
     <p>— Успокойтесь же, наконец, говорят вам! — скомандовал Шелдон. — С меня довольно, и вам нечего кипятиться. Сдавайтесь, и кончено дело!</p>
     <p>Тюдору поневоле пришлось уступить.</p>
     <p>— Милая штучка, нечего сказать, эта ваша современная дуэль! — улыбнулся Шелдон и отпустил его. — Ни тени достоинства. Если бы вы еще минуту сопротивлялись, я должен был бы тыкать вас носом в землю. Я чуть не сделал этого, чтобы проучить вас как следует и убедить, что дуэли вышли из моды. Ну-ка, покажите ваше плечо!</p>
     <p>— Вы взяли только тем, — угрюмо произнес Тюдор, — что лежали в засаде, как…</p>
     <p>— Как дикий индеец? Совершенно верно. Вы схватили суть дела, товарищ!</p>
     <p>На этом Шелдон отложил шутки в сторону и встал на ноги.</p>
     <p>— Лежите тут смирно! Я пришлю за вами носилки. Рана не тяжелая. Ваше счастье, что я не следовал вашему примеру. Если бы я вас угостил вашей собственной пулей, то через отверстие можно было бы провести карету, запряженную парою лошадей, а тут только незначительная дырочка. Стоит лишь аккуратно промыть и перевязать ее, и заживет через месяц, ручаюсь! Лежите смирно и не шевелитесь! Сейчас я пришлю за вами людей.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVIII</p>
      <p>Капитуляция</p>
     </title>
     <p>Когда Шелдон вышел из пальмовой рощи, он увидел, что Джен стоит у ворот усадьбы, и не мог не заметить, что она сильно обрадовалась ему.</p>
     <p>— Как я рада вас видеть, и выразить не могу! — приветствовала она его. — Что сталось с Тюдором? Эти последние частые выстрелы ужасно неприятно было слышать. Кто это палил, вы или он?</p>
     <p>— Так, значит, вы уже обо всем осведомлены? — холодно ответил Шелдон. — Последние выстрелы принадлежат Тюдору. Только на этот раз он уже стрелял левой рукой. Теперь он лежит со сквозной раной в плече.</p>
     <p>Шелдон покосился на нее исподлобья.</p>
     <p>— Вы огорчены, да? — произнес он небрежно.</p>
     <p>— Чем?</p>
     <p>— Тем, что я не прикончил его.</p>
     <p>— Разве я могла желать, чтобы вы его убили за то, что он меня поцеловал? — воскликнула она.</p>
     <p>— Ага, так он вас поцеловал? — удивился Шелдон, как будто сделав открытие. — Помнится, вы жаловались, что он вам руку ушиб!</p>
     <p>— Да, это можно назвать и поцелуем, хотя он попал только в самый кончик носа! — Она весело засмеялась. — Но я уже отплатила ему за это, ударив его по щеке. А он так больно стиснул мне руку, что до сих пор еще не сошел синяк! Посмотрите!</p>
     <p>Она вздернула кверху просторный рукав своей кофточки и показала ему два синих пятнышка выше локтя.</p>
     <p>В это время из-за деревьев показались носилки, окруженные толпой чернокожих.</p>
     <p>— Как романтично, не правда ли? — подтрунивал Шелдон, следя за насторожившейся Джен. — А теперь мне придется выступить в роли фельдшера и врача. Забавная штучка, нечего сказать, эта дуэль двадцатого века. Сначала проткнешь человека насквозь, а потом затыкаешь дыру.</p>
     <p>Она отстранилась, чтобы пропустить носилки, а Тюдор, до слуха которого донеслись слова разговора, приподнялся на локте здоровой руки и промолвил с злорадной улыбкой.</p>
     <p>— Если бы я вас проткнул, то пришлось бы затыкать рану тарелкой!</p>
     <p>— О, мерзавец! — воскликнула Джен. — Вы надрезали ваши пули?</p>
     <p>— Не нарушая условий дуэли, — добавил Тюдор, — разрешается все. Можно было хоть динамит пустить в ход.</p>
     <p>— Он прав! — подтвердил Шелдон, когда шествие удалилось. — Разрешалось пользоваться каким угодно оружием. Я подстерегал его, лежа в засаде, и подстрелил, как зайца, самым достойным способом. Вот вам плоды просвещения и прямой результат того, что на плантации поселилась женщина. А теперь придется пойти промыть и перевязать рану. Это сложная процедура. Надо будет сначала заглянуть в лечебник, прежде чем за нее приниматься.</p>
     <p>— Чем же я виновата? — сказала Джен. — Что же мне было делать, когда он вздумал меня обнимать? Могло ли мне в голову придти, что он затеет такую ссору?</p>
     <p>— Да ведь мы дрались не из-за этого! Впрочем, сейчас некогда разговаривать. Приготовьте бинты и карболку, а я тем временем почитаю медицинские руководства об огнестрельных ранах и узнаю, что и как в таких случаях нужно делать.</p>
     <p>— А что, у него сильное кровотечение?</p>
     <p>— Нет, пуля, по-видимому, не задела важных сосудов. А могло бы быть хуже!</p>
     <p>— Ну, в таком случае нечего ломать голову над медицинскими книгами! — сказала она. — Мне до смерти хочется узнать поскорее, что такое между вами произошло. К нам подходит «Апостол». Ветра нет, и его буксируют шлюпки. Минут через пять шхуна станет на якорь. Наверное, приехал доктор Уэлшмир. Нам следует сделать только одно: устроить Тюдора получше. Давайте внесем его в вашу комнату и положим под сетку. А доктора Уэлшмира надо предупредить, чтобы он захватил инструменты. Вышлите поскорее лодку навстречу.</p>
     <p>Часом позднее Уэлшмир уже осматривал пациента. Он сделал ему перевязку и опять отправился на борт, обещая к обеду вернуться. Джен и Шелдон проводили его с веранды глазами.</p>
     <p>— С тех пор, как я познакомилась с миссионерами на Соломоновых островах, я никогда еще так не радовалась их прибытию, — проговорила Джен, покачиваясь в кресле. Она взглянула на Шелдона и засмеялась.</p>
     <p>— Это верно, — заметил Шелдон. — Я тоже, после того как свалял дурака и рисковал убить гостя.</p>
     <p>— Но вы еще мне не рассказали, как это вышло.</p>
     <p>— Из-за вас, — отвечал коротко Шелдон.</p>
     <p>— Из-за меня?! Но ведь вы же сами отвергали это!</p>
     <p>— О, тут поцелуй не при чем. — Он подошел к перилам, облокотился на них и пристально посмотрел на собеседницу. — А все-таки из-за вас же. Так и быть, расскажу. Помните, как я предупреждал вас давным-давно, что может выйти, если вы станете совладелицей Беранды. И вот, видите, теперь на том берегу пошли разговоры, разные сплетни на этот счет, и Тюдор настойчиво приставал ко мне с этими сплетнями. Согласитесь сами, что вам неудобно оставаться здесь при настоящих условиях. Лучше бы вам уехать отсюда!</p>
     <p>— Но я не хочу уезжать отсюда! — возразила она плаксивым голосом.</p>
     <p>— В таком случае пригласите компаньонку…</p>
     <p>— Нет, не хочу никакой компаньонки!</p>
     <p>— Ну, что же вы хотите, наконец? Чтобы я объезжал острова и подстреливал каждого сплетника, который осмелится пройтись на ваш счет? — спросил он в упор.</p>
     <p>— Нет, нет, я этого не хочу! — ответила она, оживившись. — Я вам скажу, что мы сделаем. Мы просто поженимся, ну, и кончено дело! Вот!</p>
     <p>Шелдон вытаращил глаза от изумления и, наверно, принял бы эти слова за насмешку, если бы только не видел, как горячая краска залила ее лицо.</p>
     <p>— Как это понять? — робко спросил он. — Зачем?</p>
     <p>— А затем, чтобы положить конец сплетням. Уважительная причина, как вы думаете?</p>
     <p>Соблазн был велик и предстал до того неожиданно, что Шелдон чуть не поддался ему. Но его вновь охватило то чувство отвращения, которое поднялось в нем в то время, когда он лежал на траве, сражаясь с облепившими его комарами и проклиная зуд приключений. Он ответил решительно:</p>
     <p>— Нет, лучше бы не существовало никаких уважительных причин. Я не согласен жениться ради причин…</p>
     <p>— Какой вы смешной, в самом деле! — оборвала она его. — Вы мне прожужжали уши бесконечными разговорами о любви и браке. Бродите по плантации, как лунатик, вздыхая о том, что я для вас недоступна, пожираете меня глазами, воображая, что я этого не замечаю, и притом такими глазами, как будто третий день не обедали, мечтательно поглядываете на мой револьвер и пояс, что висят там, на гвоздике, наконец, деретесь из-за меня на дуэли и все такое прочее… А… теперь, когда я говорю, что хочу за вас выйти замуж, вы вдруг высокомерно отказываете мне в этой чести.</p>
     <p>— Я и без того сознаю, что смешон, — ответил он, потирая шишку на лбу. — Но если такова общепринятая романтическая программа дуэли, что предмет любви, девушка, бросается в объятия счастливого победителя, то я, воля ваша, такого дурацкого колпака на себя не надену!</p>
     <p>— А я-то вообразила, что вы запрыгаете от счастья! — вздохнула она с таким простодушными видом, который показался ему подозрительным, тем более что в глазах у нее запрыгали искорки.</p>
     <p>— Выходит, что мое представление о любви расходится с вашим, — сказал он. — Я хотел бы, чтобы женщина выходила за меня замуж по любви, а не из-за романтических бредней и преклонения перед человеком, которому посчастливилось всадить пулю в лоб противника. Признаюсь, мне до нельзя опротивели эти глупые и гадкие приключения. Не по мне это все! Тюдор, этот типичный авантюрист и бретер, затевает ссору со мною и, кривляясь, как обезьяна, настаивает на дуэли. Он желает драться, и не просто драться, изволите видеть, а непременно «насмерть»!</p>
     <p>— Ужасны подобные страсти!</p>
     <p>Джен закусила губы, и хотя глаза ее смотрели как будто холодно и равнодушно, но по лицу ее видно было, что она возмущена.</p>
     <p>— Конечно, если вы не хотите жениться на мне…</p>
     <p>— Неправда, я хочу! — поспешно возразил он.</p>
     <p>— Так вы хотите?</p>
     <p>— Да разве вы не понимаете, дорогая, что я хочу, чтобы вы меня полюбили?! — вскричал он. — Что же это за брак без любви? Я не могу допустить, чтобы вы выходили за меня замуж просто из-за того, чтобы зажать рты болтунам, или под влиянием каких-нибудь романтических бредней. Я не хочу, чтобы вы… Я не хочу этого!</p>
     <p>— О, в таком случае… — заговорила она деловым тоном, который его не мог обмануть, ибо он готов был поклясться, что в глазах у нее промелькнула плутовская искорка. — В таком случае, коль скоро вы соглашаетесь обсудить мое предложение, разрешите сделать несколько добавочных примечаний. Во-первых, не резон высмеивать приключения, когда ваша собственная жизнь вся соткана из приключений. Когда я познакомилась с вами, вы уже жили в атмосфере приключений. Вы лежали без памяти в лихорадке, окруженный двумястами дикарей-людоедов, жаждущих вашей крови. Потом явилась я…</p>
     <p>— Да, потом появились вы, выброшенная бурей после кораблекрушения, со свитою живописных таитян, вошли ко мне в дом в баден-пауэлевской шляпе, в морских сапогах, с убийственным кольтом у пояса… О, я готов признать, разумеется, что вы походили на меня… духа приключений!</p>
     <p>— Чудесно! — вскричала она восторженно. — Теперь сложите вместе ваши приключения и мои — тут самая простая арифметика. Итак, вы видите ясно, что вам нечего больше смеяться над приключениями. Далее, я не усматриваю ни капли романтизма в пошлой выходке Тюдора, когда он вздумал меня обнимать, и эта бессмысленная дуэль нисколько не похожа на настоящие интересные приключения. А что вы влюбились в меня — это обстоятельство, бесспорно, полно романтизма. Наконец, складывая романтизм с романтизмом, я думаю, что… я люблю вас, Давид, о, Давид.</p>
     <p>Последние слова прозвучали, как стон воркующей голубки, когда Шелдон уже душил ее в своих объятиях.</p>
     <p>— Но я люблю вас не за то, что вы сегодня дрались на дуэли, — прошептала она, склонившись к нему на плечо, — белые не должны охотиться друг за другом и убивать друг друга.</p>
     <p>— Так за что же вы полюбили меня? — спросил он покорно, повторяя вопрос, который задают все влюбленные, этот неизменный вопрос, всегда остающийся без ответа.</p>
     <p>— Не знаю, просто полюбила! Вы то же самое сказали мне, помните, тот раз, когда мы провели «деловой разговор»! Я вас уже давно полюбила, но больше всего в последнее время, когда вы так мило и сдержанно ревновали меня к Тюдору.</p>
     <p>— Так, так, продолжайте! — проговорил он, задыхаясь от волнения, когда она замолчала.</p>
     <p>— Я все ожидала, что вы нет-нет да и проговоритесь. И чем больше вы крепились, тем больше я вас любила. Вы напоминаете папу и Фона. Вы умеете себя сдерживать. Вы не беспокоились и вели себя чрезвычайно достойно.</p>
     <p>— За исключением сегодняшнего дня, — вставил он.</p>
     <p>— Да, но я и за это люблю вас. Надо же было когда-нибудь… Я уже начинала бояться, что вы больше никогда не заговорите на этом языке. А теперь, когда я сама сделала вам предложение, вы даже не приняли его.</p>
     <p>Он держал ее за плечи, вытянув руки, и долго смотрел ей в глаза, уже не холодные, как бывало прежде, а подернутые влажным, упоительным блеском. Под его пристальным взором она опустила ресницы, но потом посмотрела на него доверчиво и открыто. Тогда он нежно привлек ее к себе и с каким-то торжественным чувством прижал ее к груди.</p>
     <p>— А что сталось с вашей мечтой о собственном очаге и седле? — спросил он минуту спустя.</p>
     <p>— Они здесь. Соломенная сторожка — мой очаг, «Марта» — мое седло… Посмотрите на эти деревья, которые я насадила, не говоря уже о сладком маисе. И все-таки виноваты вы сами. Я бы, вероятно, никогда не полюбила вас, если бы вы не заронили мне в голову этой мысли.</p>
     <p>— Вон из-за мыса показалась «Нангасла», — вдруг прервал ее Шелдон. — Ее тянут шлюпки. Она везет правительственного комиссара. Он направляется на Сан-Кристоваль расследовать дело об убийстве миссионера. Какое нам счастье!</p>
     <p>— Не понимаю, что вы говорите! В чем же счастье? — сказала она с оттенком горечи в голосе. — Я предполагала провести этот вечер с вами и поговорить о многом наедине. Мне нужно задать вам тысячу вопросов… И это уже был бы не «деловой разговор», — добавила она.</p>
     <p>— Но мой план лучше вашего! — Шелдон остановился и подумал немного. — Знаете что? Ведь комиссар это — единственное лицо на островах, от которого зависит официально скрепить наши узы. И на наше счастье (вот оно счастье!) доктор Уэлшмир случился тут же. Он может совершить обряд венчания, и нынче вечером мы будем с вами мужем и женой.</p>
     <p>— Я… я думала… — прошептала она.</p>
     <p>Но потом выражение ее лица изменилось. Оно загорелось опять так же, как несколько минут тому назад. Ее обычно холодные, равнодушные глаза стали опять неузнаваемыми, они опустились стыдливо, и она уже была не в силах поднять их вновь и встретиться с его глазами. Он обнял ее, и, чувствуя себя в его руках, как птичка, устраивающаяся в гнезде, она прошептала:</p>
     <p>— Я твоя, Давид!..</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Т. Кудрявцевой</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Мятеж на «Эльсиноре»</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава I</p>
     </title>
     <p>С самого начала путешествие не предвещало ничего доброго. Поднятый с постели в холодное мартовское утро (на дворе был лютый мороз), я вышел из моего отеля, проехал Балтимору и явился на пристань как: раз вовремя. В девять часов катер должен был перевезти меня через бухту и доставить на борт «Эльсиноры», и я, промерзший насквозь, сидел в моем таксомоторе и с возрастающим раздражением ждал. На наружном: сиденье ежились от холода, шофер и мой Вада, при температуре, пожалуй, еще на полградуса пониже, чем внутри. А катер все не показывался.</p>
     <p>Поссум, щенок фокстерьер, легкомысленно навязанный мне Гольбрэтом, скулил и дрожал под моим теплым: пальто и меховым плащом и ни за что не хотел угомониться. Он не умолкая визжал и царапался, стараясь вырваться: на свободу. Но стоило ему высунуть мордочку и почувствовать укусы мороза, как он снова и так же настойчиво принимался визжать и царапаться, заявляя о своем желании вернуться в тепло.</p>
     <p>Этот непрекращающийся визг и беспокойная возня действовали отнюдь не успокоительно на мои натянутые нервы. Начать с того, что этот зверек нимало не был мне интересен. Я его не знал и не питал к нему нежных чувств. Несколько раз, утомленный ожиданием, я был уже готов отдать его шоферу. А один раз, когда мимо нас проходили две девочки (должно быть, дочки смотрителя пристани), я потянулся было к дверце мотора, чтобы подозвать их и презентовать им это несносное, скулящее существо.</p>
     <p>Этот прощальный подарок Гольбрэта привезен был из Нью-Йорка экспрессом и явился в мой отель сюрпризом накануне ночью. Обычная манера Гольбрэта. Что стоило ему поступить прилично, как все люди, и прислать мне фруктов или… даже цветов. Так нет же: дружеские чувства его любящего сердца непременно должны были выразиться в образе визжащего, тявкающего двухмесячного щенка.</p>
     <p>Черт бы побрал эту собаку! Черт бы побрал и Гольбрэта! И, замерзая в моем моторе на этой проклятой пристани, открытой всем ветрам, я заодно проклинал и себя, и сумасбродную свою затею объехать на парусном судне вокруг мыса Горна.</p>
     <p>Около десяти часов на пристань явился пешком: неописуемого вида юноша с каким-то свертком в руках, который через несколько минут был передан мне смотрителем пристани. «Это для лоцмана», — сказал он и дал шоферу указание, как добраться до другой пристани, откуда через неопределенное время меня должны будут доставить на «Эльсинору» другим катером. Это только усилило мое раздражение. Почему же не уведомили меня об этом раньше?</p>
     <p>Через час, когда я все еще сидел в автомобиле, но уже на другой пристани, явился наконец лоцман. Я не мог себе представить ничего менее похожего на лоцмана. Передо мной стоял никак уж не сын моря в синей куртке, с обветренным лицом, а сладкоречивый джентльмен, чистейший тип преуспевающего дельца, каких можно встретить в каждом клубе. Он тотчас же представился мне, и я предложил ему место в моем промерзшем моторе рядом с Поссумом и моим багажом. Перемена в расписании произошла по распоряжению капитана Уэста — вот все, что было известно ему. Впрочем, он полагал, что пароходик придет за нами рано или поздно.</p>
     <p>И он пришел в час дня, после того, как я был принужден прождать на морозе четыре убийственных часа. За это время я окончательно решил, что возненавижу капитана Уэста. Правда, мы с ним ни разу еще не встречались, но его обращение со мной с самого начала было по меньшей мере развязно. Еще в то время, когда «Эльсинора», вскоре по прибытии из Калифорнии с грузом ячменя, стояла в бассейне Эри, я приезжал из Нью-Йорка нарочно, чтобы ознакомиться с судном, которому предстояло много месяцев быть моим домом. Я пришел в восторг и от судна и от устройства кают. Вполне удовлетворяла меня и предназначенная мне офицерская каюта, оказавшаяся даже просторнее, чем я ожидал. Но когда я заглянул в каюту капитана, то был поражен царившим в ней комфортом — достаточно упомянуть, что дверь из нее открывалась прямо в ванную, и что в числе удобной мебели там стояла большая бронзовая кровать, присутствие которой никак нельзя было подозревать на судне дальнего плавания.</p>
     <p>Естественно, я решил, что и эта ванная, и эта чудная кровать должны быть моими. Когда я попросил моих агентов уладить это дело по соглашению с капитаном, они, как мне показалось, смутились и не выразили ни малейшей готовности исполнить мою просьбу.</p>
     <p>— Я не имею понятия, во сколько это мне обойдется, но это неважно, — сказал я. — Полтораста долларов или пятьсот — все равно: я готов заплатить, если мне отдадут эту каюту.</p>
     <p>Мои агенты Гаррисон и Грэй посоветовались между собою и затем высказались в том смысле, что едва ли капитан Уэст пойдет на эту сделку.</p>
     <p>— В первый раз слышу о таком капитане морского судна, который может на это не согласиться, — заявил я с убеждением. — Капитаны всех атлантических линий постоянно продают свои каюты.</p>
     <p>— Но капитан Уэст не из тех, которые служат на атлантических линиях, — заметил мягко мистер Гаррисон.</p>
     <p>— Не забывайте, что мне придется много месяцев прожить на судне, — возразил я. — Ну, предложите ему тысячу, если нужно.</p>
     <p>— Попытаемся, — сказал мистер Грэй. — Но предупреждаем: не слишком полагайтесь на результат наших попыток. Капитан Уэст в данный момент в Сирспорте, и мы сегодня же напишем ему.</p>
     <p>Спустя несколько дней мистер Грэй зашел ко мне и сообщил, к моему удивлению, что капитан Уэст отклонил мое предложение.</p>
     <p>Через день я получил письмо от капитана Уэста. И почерк и язык были старомодны, тон — официальный. Он выражал сожаление, что мы с ним до сих пор не встречались, и спешил заверить меня, что лично присмотрит за тем, чтобы мое помещение было удобно. Он уже сделал на этот счет некоторые распоряжения: написал мистеру Пайку, старшему своему помощнику на «Эльсиноре», чтобы тот приказал снять переборку между отведенной мне офицерской каютой и такою же свободной каютой, смежной с ней. Затем — с этого-то и началась моя антипатия к капитану Уэсту — он добавлял, что если, когда мы выйдем в море, я все-таки буду недоволен моим помещением, он охотно уступит мне свою каюту.</p>
     <p>Понятно, после такого отпора я решил, что ничто не принудит меня воспользоваться бронзовой кроватью капитана Уэста. И это был тот самый капитан Уэст, которого я в глаза не видал и который теперь продержал меня на морозе целых четыре невыносимых часа. Чем меньше будем мы видеться во время плавания, тем лучше, — думал я. И не без удовольствия вспомнил об огромном числе ящиков с книгами, отправленных мной на «Эльсинору» из Нью-Йорка. Слава Богу, я не зависел ни от каких капитанов: у меня было чем развлечься и без них.</p>
     <p>Я передал Поссума Ваде, сидевшему рядом с шофером, и пока матросы перетаскивали на пароходик мой багаж, лоцман повел меня знакомиться с мистером Уэстом. С первого же взгляда мне стало ясно, что он был таким же капитаном, как этот лоцман был лоцманом. Видал я лучших представителей этой породы — капитанов пассажирских пароходов, — и этот походил на них не больше, чем на тех, широколицых, горластых шкиперов, про которых мне случалось читать в книгах. Рядом с ним стояла женщина. Но ее почти не было видно: это был какой-то цветной ком из великолепной теплой шубы, огромной муфты и боа из красной лисицы, в котором она исчезла почти без остатка.</p>
     <p>Я бросился к лоцману.</p>
     <p>— Господи боже! Его жена! — в ужасе прошептал я. — Едет с нами?</p>
     <p>— Это его дочь, — объяснил мне шепотом лоцман, — должно быть, проводить его пришла. Жена его умерла больше года тому назад. Оттого-то, говорят, он вернулся к морю. А то он, знаете, в отставку было вышел.</p>
     <p>Капитан Уэст двинулся мне навстречу, и прежде чем соприкоснулись наши протянутые руки, прежде чем лицо его вышло из состояния покоя и распустилось в любезную улыбку, прежде чем зашевелились его губы, чтобы заговорить, я почувствовал необычайную силу его личности. Высокий, сухощавый, с породистым лицом, он был холоден, как этот холодный день, самоуверен, как король или император, далек, как самая далекая звезда, бесстрастен, как теорема Эвклида.</p>
     <p>И вдруг, за один миг до того, как встретились наши руки, в его зрачках зажглась чуть заметная искорка сдерживаемой веселости, разгладившая мелкие морщинки вокруг глаз; светлая лазурь этих глаз потемнела, словно согретая приливом внутренней теплоты, и все лицо смягчилось: тонкие губы, за секунду перед тем крепко сжатые, разом приняли то милое выражение, какое бывает у Сарры Бернар<a l:href="#n_572" type="note">[572]</a>, когда она начинает говорить.</p>
     <p>Так сильно было первое мое впечатление от наружности капитана Уэста, что я почти ожидал от него каких-то несказанно мудрых и проникновенных слов. Однако не услышал ничего, кроме самых ординарных извинений. Он высказал свое сожаление по поводу случившейся задержки, но сказал это таким голосом, который был для меня новым сюрпризом. Голос был низкий и мягкий, почти слишком низкий, но ясный, как звук колокольчика, и чуть-чуть носовой, отдаленно напоминавший говор старинной Новой Англии.</p>
     <p>— И в задержке виновата вот эта молодая особа, — закончил он, представляя меня своей дочери. — Маргарэт, это мистер Патгерст.</p>
     <p>Из лисьего меха быстро высвободилась ручка в перчатке, чтобы пожать мою руку, и я встретился взглядом с парой серых глаз, смотревших на меня пристально и серьезно. Меня смутил этот холодный, пытливый, проницательный взгляд. Нельзя сказать, чтобы он был вызывающим, но он был оскорбительно деловым. Так смотрят на нового кучера, которого собираются нанять. Я не знал тогда, что она едет с нами, и что поэтому ее желание узнать, каков человек, который в течение полугода будет ее попутчиком, было естественно. Впрочем, она тотчас же поняла неловкость своего поведения, и ее глаза и губы улыбнулись при первых ее словах.</p>
     <p>Когда мы взошли на пароход и направились к каюте, я услышал, что Поссум, слабо подвывавший перед тем, отчаянно визжит, и прошел вперед сказать Ваде, чтобы он прикрыл его потеплее. Ваду я застал хлопочущим около моего багажа: он старался с помощью моей маленькой автоматической винтовки втиснуть мой чемодан между чьими-то сундуками. Я был поражен наваленной на палубе горой вещей, перед которой мой багаж совершенно терялся. «Судовые запасы», — было первой моей мыслью, но когда я разглядел, какое множество тут было всевозможных сундуков, чемоданов, баулов, картонок и свертков, я должен был отбросить эту мысль. На одной из укладок, подозрительно смахивавшей на картонку для дамских шляпок, мне бросились в глаза инициалы «М.У.». А между тем имя капитана Уэста было Натаниэль. При ближайшем исследовании я нашел на нескольких укладках инициалы «Н.У.», но на всех остальных стояло «М.У.». Тогда я вспомнил, что он назвал ее Маргарэт.</p>
     <p>Это так меня рассердило, что мне не захотелось входить в каюту, и я принялся шагать по палубе взад и вперед, кусая губы с досады. Ведь я, кажется, определенно договаривался с агентами, чтобы с нами в этом плавании не было никакой капитанской жены. Присутствие женщины в корабельных каютах было последней приманкой под солнцем, которая могла бы меня соблазнить. Но мне не приходило в голову, что у капитана может быть дочка. Я почти был готов отказаться от путешествия и возвратиться в Балтимору.</p>
     <p>Пока я расхаживал по палубе, и встречный ветер, вызванный ходом парохода, пронизывал меня насквозь, я увидел мисс Уэст. Она шла по узкой палубе мне навстречу, и меня невольно поразила ее упругая, живая походка. В ее лице, несмотря на резкие его очертания, было что-то хрупкое, не гармонировавшее с ее крепкой фигурой. Впрочем, прийти к заключению, что у нее крепкое, здоровое тело, можно было только по ее манере ходить, так как контуры тела совершенно исчезли под бесформенной массой мехов.</p>
     <p>Я круто повернул в обратную сторону и с мрачным видом погрузился в созерцание горы багажа. Один огромный ящик привлек мое внимание, и я рассматривал его, когда она заговорила у моего плеча.</p>
     <p>— Вот из-за этой вещи и вышла задержка, — сказала она.</p>
     <p>— А что в этом ящике? — спросил я, чтобы что-нибудь сказать.</p>
     <p>— Пианино с «Эльсиноры». Как только я решила ехать, я протелеграфировала мистеру Пайку — это, знаете, наш старший помощник, — чтобы он отдал его починить. Он сделал все, что мог. Задержка случилась по вине мастерской. Ну, ничего: сегодня, пока мы ждали, они получили от меня такую нахлобучку, что не скоро забудут.</p>
     <p>Она рассмеялась при этом воспоминании и принялась рыться в багаже, видимо, отыскивая что-то. Удостоверившись, что нужная ей вещь на месте, она повернула было обратно, но вдруг остановилась и сказала:</p>
     <p>— Отчего вы не спуститесь в каюту? Там тепло. Нам идти еще по крайней мере полчаса.</p>
     <p>— Когда вы решили отправиться в это плавание? — спросил я резко.</p>
     <p>По быстрому взгляду, который она бросила на меня, я увидел, что она в этот момент поняла мою досаду.</p>
     <p>— Два дня назад, — ответила она. — А что?</p>
     <p>Ее готовность отвечать на вопросы обезоружила меня, но прежде чем я успел заговорить, она продолжала:</p>
     <p>— Напрасно вы волнуетесь из-за моей поездки, мистер Патгерст. Дальние плавания мне, вероятно, привычнее, чем вам, и вот увидите — все мы устроимся удобно и весело проведем время. Вы ничем не можете обеспокоить меня, а я обещаю не беспокоить вас. Мне и раньше случалось плавать с пассажирами, и я научилась мириться с такими вещами, с которыми не могли мириться многие из них. Так вот, будемте сразу действовать начистоту, тогда нам нетрудно будет и продолжать в том же духе. Я знаю, в чем дело. Вы боитесь, что вам придется занимать меня. Так, пожалуйста, знайте, что мне не нужно, чтобы меня занимали. Самое длинное путешествие никогда не казалось мне слишком длинным, и даже к концу всегда оказывалось много такого, чего я не доделала в пути. Значит, как видите, во время плавания мне некогда будет скучать.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава II</p>
     </title>
     <p>«Эльсинора», только что нагруженная углем, очень глубоко сидела в воде, когда мы причалили к ней. Я слишком мало понимал в морских судах, чтобы восторгаться ее линиями, да, кроме того, был не в таком настроении, чтобы вообще чем-нибудь восторгаться. Я все еще решал и не мог решить вопроса, не отказаться ли мне от моей затеи и не вернуться ли на берег на пароходике.</p>
     <p>Из этого, однако, отнюдь не следует, чтобы я был нерешительным человеком. Наоборот.</p>
     <p>Все дело было в том, что уже с первого момента, когда у меня мелькнула мысль о путешествии, оно не слишком манило меня. А ухватился я за него потому, что и ничто другое меня не привлекало. С некоторого времени жизнь потеряла для меня свою прелесть.</p>
     <p>Коротко говоря, я пускался в это плавание потому, что уехать было легче, чем остаться. Но и все остальное было, на мою погибель, одинаково легко. В этом-то и заключалось проклятие тогдашнего моего настроения. Вот почему, шагая по палубе «Эльсиноры», я уже наполовину решился оставить мой багаж там, где он был, и распрощаться с капитаном Уэстом и его дочерью.</p>
     <p>Я склонен думать, что решающую роль тут сыграла радушная, приветливая улыбка, какою одарила меня мисс Уэст, перед тем, как повернула обратно к каюте, да еще мысль о том, что там, в каюте, должно быть, в самом деле очень тепло.</p>
     <p>Мистера Пайка, старшего помощника капитана, я уже видел в первое мое посещение «Эльсиноры», когда она стояла в бассейне Эри. Теперь он улыбнулся мне деревянной, похожей больше на гримасу, улыбкой, точно он с усилием выдавил её из себя. Но он ничем не проявил желания пожать мне руку и тотчас же отвернулся, отдавая приказания десятку полузамерзших с виду людей — взрослых и юношей, — лениво выползавших откуда-то. Мистер Пайк выпил — это было ясно. У него было распухшее, зеленовато-бледное лицо, и его большие серые глаза смотрели мрачно и были налиты кровью.</p>
     <p>Я все еще колебался, уныло наблюдая, как перетаскивали на борт мои вещи, и браня себя за малодушие, мешавшее мне произнести те несколько слов, которые положили бы конец всей этой канители. Ни один из людей, переносивших вещи в каюту, не отвечал моему представлению о матросах. По крайней мере, на пассажирских судах я не видал ничего похожего на них.</p>
     <p>Один из них, юноша лет восемнадцати, с необыкновенно выразительным лицом, улыбнулся мне своими чудесными итальянскими глазами. Но он был карлик — такой крошечный, что весь исчезал в высоких сапогах и непромокаемой куртке. «Он не чистокровный итальянец», — решил я. Я был твердо в этом уверен, но все-таки обратился за подтверждением к помощнику капитана, и тот ответил ворчливо:</p>
     <p>— Который? Вон тот коротышка?.. Да, он полукровок: второй своей половиной японец или малаец.</p>
     <p>Один старик — боцман, как мне потом сказали — был такой инвалид, что я подумал, не был ли он искалечен при каком-нибудь несчастном случае. У него было тупое, бычачье лицо. Он с трудом волочил по палубе свои сапожищи и через каждые несколько шагов останавливался, прижимал обе руки к животу и резкими движениями подтягивал его кверху. За многие месяцы нашего плавания я тысячу раз видел, как он проделывал эту штуку, и только позднее узнал, что у него ничего не болело, а просто была такая привычка. Его лицо напоминало дурачка из сказки. И имя было какое-то странное: его звали, как я узнал потом, Сендри Байерс. И этот-то человек был боцманом прекрасного парусного судна «Эльсиноры», считавшегося одним из лучших среди всех американских парусных судов.</p>
     <p>Из всей этой кучки людей — взрослых, пожилых и юношей, — перетаскивавших наш багаж, только один, юноша лет шестнадцати, по имени Генри, хоть в слабой степени приближался, на мой взгляд, к тому представлению, какое я составил себе о моряках.</p>
     <p>Большая часть команды еще не прибыла на борт. Ее ожидали каждую минуту, и сердитое ворчанье старшего помощника по поводу этой новой задержки наводило на дурные предчувствия. Те из команды, которые уже явились на судно, были набраны с бору да с сосенки. Это был всякий сброд. Нанялись они еще в Нью-Йорке и не через посредство какой-либо конторы, а каждый сам по себе. «Бог знает, какою окажется и вся-то команда», — говорил мистер Пайк.</p>
     <p>Карлик-полукровок, помесь японца или малайца с итальянцем, по словам того же мистера Пайка, был хороший моряк, хотя раньше он плавал на пароходах, а на парусном судне служил в первый раз.</p>
     <p>— Настоящие моряки! Вишь, чего захотели! — фыркнул мистер Пайк в ответ на мой вопрос. — Таких мы не берем. Забудьте и думать о них. У нас береговой народ. В наше время всякий мужик, любой подпасок сойдет за моряка. Их нанимают за настоящих моряков и платят им жалованье. Торговый наш флот пропал — отправился ко всем чертям. Нет больше моряков; все они перемерли давным-давно, еще прежде, чем вы родились.</p>
     <p>От дыхания мистера Пайка отдавало свежевыпитой водкой. Однако он не шатался и вообще не обнаруживал никаких признаков опьянения. Впоследствии я узнал, что он вообще не отличался болтливостью и только в пьяном виде давал волю своему языку.</p>
     <p>— Лучше было бы мне давно умереть, чем дожить до такого позора, — продолжал он. — Каково мне видеть теперь, как и моряки наши и суда все больше отвыкают от моря.</p>
     <p>— Но ведь «Эльсинора», кажется, считается одним из лучших судов, — заметил я.</p>
     <p>— Да, — по нашему времени. Но что такое «Эльсинора»? Несчастный грузовик. Она строилась не для плаваний, а если бы даже она и годилась для плаваний, так все равно нет моряков, чтобы плавать на ней. О Господи, Господи! Как вспомнишь наши старые клипера!.. «Боевой Петух», «Летучая Рыба», «Морская Волшебница», «Северное Сияние», «Морская Змея»… То-то были суда, не нынешним чета! А взять хоть прежние флотилии клиперов, торговавших чаем, что нагружались в Гонконг и делали рейсы в восточных морях. Это красота была, красота!..</p>
     <p>Я был заинтересован. Передо мной был человек, живой человек. И я не торопился вернуться в каюту, — где, я знал, Вада распаковывал мои вещи, — а продолжал ходить по палубе с огромным мистером Пайком. Он был в самом деле великан во всех смыслах: широкоплечий, ширококостный и, несмотря на то, что он сильно горбился, был ростом никак не меньше шести футов.</p>
     <p>— Вы великолепный экземпляр мужчины, сделал я ему комплимент.</p>
     <p>— Был когда-то, — пробормотал он с грустью, и в воздухе разнесся крепкий запах виски.</p>
     <p>Я украдкой взглянул на его узловатые руки. Из каждого его пальца можно было бы выкроить три моих; из каждого его кулака — три моих кулака.</p>
     <p>— Много ли вы весите? — спросил я.</p>
     <p>— Двести десять. А в лучшие мои дни я вытягивал до двухсот сорока.</p>
     <p>— Так «Эльсинора», говорите вы, плохо плавает? — сказал я, возвращаясь к той теме, которая так оживила его.</p>
     <p>— Готов побиться об заклад на что угодно, от фунта табака до моего месячного жалованья включительно, что она не закончит рейса и в полтораста дней, — проговорил он. — А вот в былые дни мы на «Летучем Облаке» в восемьдесят девять дней — в восемьдесят девять дней, сэр! — прошли весь путь от Сэнди-Гука до Фриско. Шестьдесят человек команды — и каких людей! Да еще восемь юнг. И уж летели мы, летели! Триста семьдесят четыре мили в день при попутном ветре, а в шторм не меньше восемнадцати узлов в час. За восемьдесят девять дней перехода никто не мог нас обогнать. Один только раз, уже спустя девяти лег, нас обогнал «Эндрю Джэксон»… Да, было времечко!</p>
     <p>— В каком году вас обогнал «Эндрю Джэксон»? — спросил я, поддаваясь все возраставшему подозрению, что он морочит меня.</p>
     <p>— В тысяча восемьсот шестидесятом, — ответил он не задумываясь.</p>
     <p>— Вы, значит, плавали на «Летучем Облаке» за девять лет до этого, а теперь у нас тысяча девятьсот тринадцатый год. Стало быть, это было шестьдесят два года тому назад, — высчитал я.</p>
     <p>— Да, мне было тогда семь лет. — Он засмеялся. — Моя мать служила горничной на «Летучем Облаке». Я родился в море. Двенадцати лет я уже служил юнгой на «Герольде», когда он сделал круговой рейс в девяносто девять дней. И все это время половина команды была закована: пять человек мы потеряли у мыса Горна; у всех у нас ножи были обломаны; трех человек в один и тот же день пристрелили офицеры; второй помощник был убит наповал, и никто так и не узнал, чьих рук это была работа. А мы летели и летели вперед. Девяносто девять дней мчались от гавани к гавани, семнадцать тысяч миль отмахали с востока на запад и обогнули Суровый Мыс<a l:href="#n_573" type="note">[573]</a>.</p>
     <p>— Но ведь тогда выходит, что вам шестьдесят девять лет, — вставил я.</p>
     <p>— Да так оно и есть, — подтвердил он с гордостью. — И вот я в мои годы больше похож на мужчину, чем все эти нынешние юнцы. Все их чахлое поколение перемерло бы от первой такой переделки, через какие прошел я. Слыхали вы когда-нибудь о «Солнечном Луче»? Это тот клипер, что был продан в Гаване под перевозку невольников и переменил свое название на «Эмануэлу».</p>
     <p>— Вы, значит, плавали в Среднем Проходе? — воскликнул я, припомнив это старое название.</p>
     <p>— Да, я был на «Эмануэле» в Мозамбикском канале в то время, когда нас настиг «Быстрый», и в трюме у нас было запрятано девятьсот человек черных. Только ни за что бы ему не нагнать нас, будь он не паровым, а парусным судном.</p>
     <p>Я продолжал шагать рядом с этой массивной реликвией прошлого и выслушивать обрывки воспоминаний о добром старом времени, когда жизнь человеческая не ставилась ни во что. С трудом верилось, что мистер Пайк действительно так стар, как он говорил, но когда я внимательно поглядел на его сутулые плечи и на то, как он по-стариковски волочил свои огромные ноги, я должен был поверить, что он не прибавляет себе лет.</p>
     <p>Он заговорил о капитане Соммерсе.</p>
     <p>— Великий был капитан, — сказал он. — За два года, что я плавал с ним в качестве его помощника, я не пропустил ни одного порта, чтобы не удрать с судна. И пока мы стояли на якоре, я все время прятался и только перед самым выходом в море тайком пробирался опять на судно.</p>
     <p>— Отчего же?</p>
     <p>— Из-за команды. Матросы поклялись отомстить мне, — грозились убить меня за то, что я учил их по-своему, как надо быть настоящими моряками. А сколько раз меня ловили! Сколько штрафов пришлось уплатить за меня капитану! И все-таки только благодаря моей работе судно приносило огромные барышу.</p>
     <p>Он поднял свои чудовищные лапы, и, взглянув на уродливые, исковерканные суставы его пальцев, я понял, в чем состояла его работа.</p>
     <p>— Теперь всему этому пришел конец, — проговорил он грустно. — В наше время матрос — джентльмен. Не смеешь даже голос возвысить, а не то что руку на него поднять.</p>
     <p>В эту минуту его окликнул с юта второй помощник, среднего роста, коренастый, гладко выбритый блондин.</p>
     <p>— Показался пароход с командой, сэр, — доложил он.</p>
     <p>— Ладно, — пробурчал мистер Пайк и добавил: — Сойдите к нам, мистер Меллэр, познакомьтесь с нашим пассажиром.</p>
     <p>Я не мог не обратить внимания на особенную манеру, с какою мистер Меллэр спустился с кормовой лестницы и принял участие в церемоний представления. Он был по-старомодному чрезвычайно учтив, сладкоречив до приторности, и можно было безошибочно сказать, что он уроженец юга.</p>
     <p>— Вы южанин? — спросил я его.</p>
     <p>— Из штата Георгия, сэр.</p>
     <p>Он поклонился и улыбнулся, как может кланяться и улыбаться только южанин.</p>
     <p>Черты и выражение его лица были мягки и симпатичны, но такого жестокого рта я никогда еще не видел на человеческом лице. Это был не рот, а рваная рана. Я не могу придумать лучшего сравнения для этого грубого, бесформенного рта с тонкими губами, так мило произносившего приятные вещи. Невольно взглянул я на его руки. Как и у старшего помощника, они были уродливы, ширококостны, с исковерканными суставами пальцев. Я заглянул в его голубые глаза. Снаружи они были как будто затянуты пленкой мягкого света, говорившего о добродушии и сердечности, но чувствовалось, что за этим внешним лоском не найдешь ни искренности, ни пощады. В глубине этих глаз сидело что-то холодное и страшное, что-то кошачье, враждебное и смертоносное: оно притаилось и ждало, выслеживая добычу. За этой светлой пленкой общительности была своя жизнь, — жестокая жизнь, превратившая этот рот в рваную рану. То, что я увидел в глубине этих глаз, заставило меня содрогнуться от отвращения.</p>
     <p>Пока я смотрел на мистера Меллэра, разговаривал с ним, улыбался, и мы обменивались любезностями, у меня было такое чувство, точно я стою в дремучем лесу и знаю, что откуда-то из темноты за мной следят невидимые глаза хищного зверя. Говорю чистосердечно: меня серьезно пугало то, что сидело в засаде в черепе мистера Меллэра. Обыкновенно бывает так, что лицо и вообще всю внешность мы отождествляем с внутренним содержанием человека. Но я не мог этого сделать по отношению ко второму помощнику капитана. Его лицо, его манера держаться, его мягкое обращение — были одно, а за ними скрывался он сам — существо, не имевшее ничего общего с этой внешностью.</p>
     <p>Я заметил, что Вада стоит в дверях каюты, очевидно, выжидая момента, чтобы обратиться ко мне за инструкциями. Я кивнул ему и хотел войти за ним в каюту. Но мистер Пайк быстро взглянул на меня и сказал:</p>
     <p>— На одну минутку, мистер Патгерст.</p>
     <p>Он отдал какие-то приказания второму помощнику, и тот повернулся налево кругом и отошел. Я стоял и ждал, что скажет мне мистер Пайк, но он заговорил только тогда, когда убедился, что второй помощник не может услышать его. Тогда он близко наклонился ко мне и сказал:</p>
     <p>— Пожалуйста, никому не говорите о моем возрасте. Я ежегодно убавляю в договоре мои годы. Теперь официально мне пятьдесят четыре года.</p>
     <p>— Да вы ни на один день не кажетесь старше, — вставил я из любезности. (Впрочем, я искренно это думал).</p>
     <p>— Я и не чувствую себя старше. Я и в работе и в спорте перещеголяю самого прыткого из нынешней молодежи. Так я очень вас прошу, мистер Патгерст: ради Бога, чтобы никто не знал, который мне год. Шкипера не слишком-то ценят помощников, которым подвалило под семьдесят. Да и владельцы судов тоже. Я возлагал большие надежды на это судно и, вероятно, получил бы его, не вздумай наш старик опять пуститься в море. Очень нужны ему деньги! Старый скряга!</p>
     <p>— А он богат? — спросил я.</p>
     <p>— Богат?! Да будь у меня десятая часть его денег, я ушел бы на покой. Купил бы себе в Калифорнии хорошенькое ранчо, разводил бы цыплят и жил бы себе припеваючи, — да будь у меня не то что десятая, а хоть пятидесятая часть тех: денег, которые он засаливает впрок! Ведь у него паи во всех торговых судах Блэквуда, а блэквудским судам всегда была удача, — они неизменно приносят хорошую прибыль. А я старею, и уж пора бы мне быть командиром судна. Так нет же: приспичило этому старому хрену идти в море именно тогда, когда мне очищалось теплое местечко.</p>
     <p>Я опять направился было в каюту, и опять он меня остановил.</p>
     <p>— Мистер Патгерст! Так вы не проговоритесь насчет моего возраста?</p>
     <p>— Нет, мистер Пайк, конечно нет, — будьте покойны, — сказал я.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава III</p>
     </title>
     <p>Продрогнув до костей, я с особенным удовольствием ощутил уют и тепло каюты. Все двери в смежные каюты были открыты, образуя длинную анфиладу<a l:href="#n_574" type="note">[574]</a> комнат. Выход на палубу с левой стороны вел через просторную прихожую, устланную ковром. В эту прихожую с левой ее стороны выходило пять кают: каюта старшего помощника — первая от входа; затем две офицерские каюты, превращенные в одну — для меня; за ними каюта буфетчика и, наконец, последняя в ряду офицерская каюта, отведенная под кладовую для платья и белья.</p>
     <p>По другую сторону прихожей тянулся ряд кают, с которыми я еще не успел ознакомиться, хотя и знал, что там столовая, ванные комнаты, кают-компания, представлявшая обыкновенную просторную жилую комнату, и капитанская каюта. Там же, очевидно, была и каюта, где помещалась мисс Уэст. Было слышно, как она напевала какую-то арию, распаковывая свои вещи. Кладовая буфетчика, отделённая от остального помещения боковыми коридорами и лестницей, выходившей через кормовую палубу в каюту, где хранились морские карты, помещалась в стратегическом центре всех его операций. Так справа от нее были каюты капитана и мисс Уэст, прямо за ней — столовая и кают-компания, а слева ряд кают, уже описанных мною, из коих две занимал я.</p>
     <p>— Я прошел до конца коридора в сторону кормы и через открытую дверь вошел во внутреннее кормовое помещение судна, представлявшее одну очень большую каюту, не менее тридцати пяти футов от борта до борта и от пятнадцати до восемнадцати футов в длину, и имевшее, разумеется, неправильную форму, согласно очертаниям кормы. По-видимому, эта каюта служила складом судовых принадлежностей. Я заметил несколько кадок для воды, свертки парусины, много ящиков, подвешенные к потолку окорока и сало, лестницу, которая вела на кормовую палубу через маленький люк, и другой люк в полу.</p>
     <p>Я заговорил с буфетчиком. Это был старик-китаец с безбородым лицом, удивительно подвижный. Имени его я не запомнил, а его возраст в договоре был обозначен цифрой пятьдесят шесть.</p>
     <p>— Что там такое внизу? — спросил я его, указывая на люк в полу.</p>
     <p>— Лазарет, — ответил он.</p>
     <p>— А кто здесь обедает? — и я указал на стол с двумя привинченными к полу стульями.</p>
     <p>— Здесь вторая столовая. Второй помощник и плотник едят за этим столом.</p>
     <p>Отдав последние распоряжения Ваде насчет расстановки моих вещей, я взглянул на часы. Было еще рано — семь минут четвертого, — и я опять поднялся на палубу посмотреть на прибытие команды.</p>
     <p>Собственно, к посадке матросов на судно я опоздал, но, подходя к средней рубке, я столкнулся с несколькими отставшими людьми, еще не успевшими пройти на бак. Все они были пьяны, и более жалких, отвратительных оборванцев мне не случалось видеть даже на самых глухих, самых грязных улицах предместий. Все были в лохмотьях. У всех были опухшие лица, в грязи и кровоподтеках. Не скажу, чтобы они производили впечатление отъявленных негодяев, — нет. Они просто были так грязны, что противно было смотреть на них. Отталкивающими были и внешность их, и манера говорить, и движения.</p>
     <p>— Эй, вы! Живее! Живее! Тащите на место ваш скарб!</p>
     <p>Мистер Пайк выкрикнул эти слова с верхнего мостика. Изящный, легкий мостик из стальных прутьев и тонких досок тянулся по всей длине судна, начинаясь на корме, проходя над средней рубкой и баком и кончаясь у самого носа судна.</p>
     <p>Услышав команду начальника, люди обернулись, подняли головы и с угрюмым видом посмотрели на него. Двое или трое лениво двинулись дальше, исполняя приказание. Остальные прекратили свои пьяные перекоры и продолжали молча смотреть на мистера Пайка. А один, с таким блинообразным лицом, точно какой-то полоумный Бог, создавая его, приплюснул ему нос шутки ради (я узнал потом, что звали его Ларри), громко захохотал и с дерзким вызовом сплюнул на палубу. Затем с величайшей развязностью повернулся к товарищам и хриплым голосом спросил:</p>
     <p>— Какого черта торчит там это гнилое полено?</p>
     <p>Я видел, как огромное тело мистера Пайка судорожно дернулось помимо его воли и как напряглись мускулы его звериных лап, державшихся за перила. Однако он сдержался.</p>
     <p>— Проходите, проходите, — сказал он. — Вы мне не нужны. Ступайте на бак.</p>
     <p>Затем, к моему изумлению, он повернулся и пошел по мостику в другую сторону, к тому месту, где причалил пароходик. «Так вот и вся грозная расправа с матросами, которою он так хвастался!» — подумал я. И только потом я припомнил, что, возвращаясь, я видел капитана Уэста: он стоял на корме, облокотившись на перила, и пристально смотрел вперед.</p>
     <p>Концы канатов были отданы, и я с интересом следил за маневрированием пароходика, как вдруг в тот момент, когда он, отчалив, задним ходом удалялся от нашего судна, со стороны бака послышался смешанный гул пьяных голосов. В общем гвалте можно было разобрать только три слова: «Человек за бортом». Второй помощник стремглав сбежал с кормовой лестницы и промчался по палубе мимо меня. Старший же помощник, все еще стоявший на выкрашенном белой краской легком, как паутина, мостике, удивил меня проворством, с каким он пробежал по мостику до средней рубки, вскочил в подвешенную за бортом, прикрытую брезентом шлюпку и перевесился за борт, чтобы лучше видеть. Прежде чем матросы успели добежать до борта, второй помощник догнал их и первый догадался бросить в воду веревку, свернутую кольцом.</p>
     <p>Больше всего меня поразило это умственное и физическое превосходство обоих офицеров. Несмотря на свой возраст — старшему помощнику было шестьдесят девять, а второму по меньшей мере пятьдесят лет, — и ум их и тело действовали с быстротой и точностью стальных пружин. Эти были — сила. Эти были железные. Эти умели видеть, хотеть и действовать. По сравнению с людьми, бывшими у них под командой, они казались существами другой, высшей породы. Пока те, очевидцы случившегося, находившиеся тут же на месте, беспомощно метались и кричали и неуклюже карабкались на борт, раскидывая неповоротливым умом, что делать дальше, второй помощник успел спуститься с кормы по крутой лестнице, пробежать по палубе расстояние в двести футов, вскочить на перила и, улучши благоприятный момент, бросить в воду веревку.</p>
     <p>Такого же характера и такого же достоинства были и поведение мистера Пайка. И он и мистер Меллэр были полновластными господами этого жалкого сброда в силу поразительной разницы в степени воли и уменья действовать, Поистине, по своему развитию они стояли дальше от подчиненных им людей, чем те от готтентотов или даже от обезьян.</p>
     <p>Я между тем взобрался на битсы<a l:href="#n_575" type="note">[575]</a>, откуда мне был хорошо виден человек в воде. По-видимому, он преспокойно плыл прочь от корабля. Это был очень смуглый человек — должно быть, с побережья Средиземного моря. Его искаженное лицо, насколько позволял судить брошенный мною на него беглый взгляд, было лицом сумасшедшего: черные глаза горели как у маньяка. Второй помощник так ловко бросил свернутую кольцом веревку, что она упала ему через голову прямо на плечи, и с каждым взмахом рук он запутывался в этой веревке. Когда, наконец, ему удалось высвободиться, он принялся выкрикивать что-то дикое, и один раз, когда он поднял руки, потрясая ими в воздухе для пущей убедительности, в его правой руке блеснуло лезвие длинного ножа.</p>
     <p>На пароходе ударили в колокол и пустились на выручку утопавшего. Я украдкой бросил взгляд в сторону капитана Уэста. Он перешел на левую сторону кормы и стоял там, заложив руки в карманы и поглядывая то вперед, на плывущего человека, то назад — на догонявший его пароход. Капитан не отдавал никаких приказаний, не проявлял никакого волнения и вообще имел вид самого безучастного из всех зрителей.</p>
     <p>Человек в воде теперь силился стащить с себя платье. Я видел, как из воды показалась сперва одна рука, голая до плеча, потом другая, тоже голая. В этой возне он иногда исчезал под водой, но всякий раз, как поднимался на поверхность, он размахивал ножом и выкрикивал какую-то бессмыслицу. Он даже попытался уйти от погони, ныряя и плывя под водой.</p>
     <p>Я прошел на бак и подоспел как раз вовремя, чтобы видеть, как его поднимали на борт. Он был совершенно нагой, весь залитый кровью, — в припадке бешенства он нанес себе раны в нескольких местах. Из раны на кисти руки, кровь брызгала с каждым биением пульса. Это было гнусное, почти нечеловеческое существо. Я как-то видел в зоологическом саду чем-то напуганного орангутана, и — честное слово — этот человеческий экземпляр со звериным лицом, гримасами и бессмысленным лопотаньем напомнил мне того орангутана. Матросы окружили его, старались успокоить, тащили за собой, и все это с хохотом и остротами. Оба помощника расталкивали толпу. Наконец они схватили сумасшедшего и потащили по палубе в каюту средней рубки. Я не смог не заметить, какую чудовищную силу проявили они оба. Я слыхал о сверхчеловеческой силе сумасшедших, но этот сумасшедший был как пучок соломы в их руках. Как он ни бился, его все же втолкнули в каюту. Когда его уложили на деревянную скамью, мистер Пайк без всякого усилия удерживал его одной рукой, а второго помощника отправил за марлей, чтобы перевязать ему раны.</p>
     <p>— Сущий бедлам, — сказал мне с усмешкой мистер Пайк. — Немало видел я на своем веку сумасшедших матросов, но такого еще не встречал.</p>
     <p>— Что вы хотите с ним делать? — спросил я. — Ведь он истечет кровью.</p>
     <p>— А умрете, — туда ему и дорога, — буркнул мистер Пайк. — С ним теперь не оберешься хлопот. Самое лучшее было бы отделаться от него. Когда он успокоится, я наложу ему швы. А успокоить его очень просто: дать в зубы — только и всего.</p>
     <p>Я посмотрел на страшную лапу мистера Пайка и вполне оценил ее успокоительное свойство. Когда я снова вышел на палубу, то увидел на корме капитана Уэста: он стоял по-прежнему заложив руки в карманы и с равнодушным видом смотрел на северо-восток, где виднелся голубой просвет на облачном небе. Больше, чем оба капитанских помощника, больше, чем этот сумасшедший, больше, чем пьяная грубость команды, дала мне почувствовать эта спокойная, с заложенными в карманы руками фигура, что я попал в новый мир, о котором раньше не имел никакого понятия.</p>
     <p>Вада прервал мои размышления, объявив, что его прислала мисс Уэст доложить мне, что в каюте подан чай.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IV</p>
     </title>
     <p>Когда я вошел в каюту, меня поразил контраст между тем, происходило на палубе, и тем, что я увидел здесь. Впрочем, все контрасты на «Эльсиноре» обещали быть поразительными. Вместо холодной твердой палубы я почувствовал под ногами мягкий ковер. Вместо мизерной, узкой каюты с голыми железными стенами и полом, где я оставил сумасшедшего, я очутился в чудесном, просторном помещении. В моих ушах еще звучали грубые крики, перед моими глазами еще стояла отвратительная картина — опухшие от пьянства, грязные лица, — а тут мне улыбалась изящно одетая, с нежным личиком женщина, сидевшая за лакированным столиком в восточном вкусе, на котором был расставлен прелестный чайный сервиз китайского фарфора. Тут была тишина и покой. Буфетчик в мягкой обуви, с ничего не выражающий лицом, ничем не напоминая о своем присутствии, скользил как тень, незаметно появляясь для какой-нибудь услуги и так же незаметно исчезая.</p>
     <p>Я пришел в себя не сразу, и мисс Уэст, наливая мне чаю, засмеялась и сказала:</p>
     <p>— У вас такой вид, точно вы увидели привидение. Буфетчик мне сказал, что там человек упал за борт. Надеюсь, что холодная вода протрезвила его.</p>
     <p>Мне не понравился ее равнодушный тон.</p>
     <p>— Этот человек — сумасшедший, и ему не место на судне, — горячо сказал я. — Следовало бы поскорее отправить его на берег в больницу.</p>
     <p>— Боюсь, что если мы начнем так нянчиться с ними, нам придется: отправить на берег две трети нашей команды…Вам один кусочек?</p>
     <p>— Да, пожалуй… Но этот человек страшно изранил себя. Он может истечь кровью.</p>
     <p>Пока она передавала мне чашку, ее серые глаза смотрели на меня серьезно и пытливо, но вдруг смех заиграл в этих глазах, и она неодобрительно покачала головой.</p>
     <p>— Пожалуйста, мистер Патгерст, не начинайте нашего плавания с протестов. Такие вещи случаются на судах сплошь да рядом. Вы привыкнете. Вам, наверно, вспомнились какие-нибудь чудаки, которые бросались в море с судна. А этот человек ведь спасен. Положитесь на мистера Пайка: он умеет перевязывать раны и присмотрит за ним. Я ни разу не плавала с мистером Пайком, но много слышала о нем. Он форменный хирург. В прошлый рейс он, говорят, сделал очень удачную ампутацию<a l:href="#n_576" type="note">[576]</a> и после этого так возомнил о своем искусстве, что обратил свое благосклонное внимание на нашего плотника, который страдал чем-то вроде несварения желудка. Мистер Пайк был так твердо убежден в правильности своего диагноза, что пытался уговорить плотника, чтобы тот позволил удалить свой аппендикс. — Она залилась веселым смехом и потом добавила: — Говорят, будто он предлагал бедняге чуть ли не пятьдесят фунтов табаку, если тот согласится на операцию.</p>
     <p>— Но не опасно ли… во время плавания… оставлять на судне сумасшедшего? — нерешительно заметил я.</p>
     <p>Она пожала плечами, точно не желая отвечать, но потом все-таки сказала:</p>
     <p>— Нет, это пустяки. Среди каждой судовой команда найдется несколько сумасшедших или идиотов. И все они всегда являются на борт насквозь пропитанные водкой, в пьяном бреду. Один раз, помню, — это было давно, мы тогда выходили в море из Ситтля, — у нас на судне оказался такой безумец. Сначала он не проявлял никаких признаков сумасшествия. Но вдруг подошел к двум агентам мореходной конторы, схватил их за руки и вместе с ними спрыгнул за борт. Мы в тот же день вышли море, и я не знаю, нашли ли их тела.</p>
     <p>И она опять пожала плечами.</p>
     <p>— Что вы хотите? Море сурово, мистер Патгерст. А в нашу команду мы набираем людей самого худшего сорта. Я иной раз удивляюсь, где они выкапывают таких. Мы делаем все, что можем, натаскиваем их по мере наших сил и как-то ухитряемся заставить их помогать нам нести нашу долю труда в этом мире. Но плохи они… очень плохи.</p>
     <p>Слушая, я изучал ее лицо, сравнивал ее женственную грацию и ее прелестный костюм с грубыми лицами, размашистыми жестами и лохмотьями тех людей, и не мог в душе не признать, что она стоит на правильной точке зрения. И тем не менее, и даже, думается мне, именно поэтому, меня коробили — сентиментальность, конечно — жестокость и равнодушие, с какими она высказывала свой взгляд.</p>
     <p>Именно потому, что она была женщина столь не похожая на тех выродков, мне было обидно за нее, — обидно, что она получила такое суровое воспитание в школе жизни моряков.</p>
     <p>— Я заметил, и меня поразило хладнокровие вашего отца во время этого происшествия, — рискнул я сказать.</p>
     <p>— Ни разу не вынул рук из карманов? — подхватила она.</p>
     <p>И когда я кивком подтвердил ее замечание, глаза ее весело сверкнули.</p>
     <p>— Я так и знала. Это всегдашняя его манера. Я так часто это видела, что уже привыкла. Помню… мне шел тогда тринадцатый год… мы плыли в Сан-Франциско, а мама оставалась дома. Шли мы на «Дикси». Это — большое судно, почти такое же, как «Эльсинора». Дул сильный попутный ветер, и отец решил войти в гавань без буксирного парохода. Мы держали курс через Гольден-Гэт прямо на внутренний рейд Сан-Франциско. Кроме ветра, нас подгоняло быстрое течение, и людям обеих смен было приказано крепить паруса. И вдруг… Виноват был капитан одного парохода. Он не рассчитал, желая перерезать нам путь. Произошло столкновение: «Дикси» врезалась носом прямо в бок пароходу, разворотила кузов и начисто снесла каюты. На пароходе было несколько сот пассажиров — мужчин, женщин и детей. Отец спокойно стоял на палубе, не вынимая рук из карманов. Он послал на бак помощника присмотреть за спасением пассажиров (многие из них уже карабкались на бушприт нашего «Дикси») и таким голосом, точно просил передать ему хлеб и масло, приказал второму помощнику поставить все паруса. Он даже объяснил ему, с каких парусов начинать.</p>
     <p>— Зачем же нужны были паруса? — перебил я ее.</p>
     <p>— Этого требовало создавшееся положение, и отец это видел. Вы понимаете, пароход был перерезан пополам. Он в один миг пошел бы ко дну, если б его не удерживал нос нашего судна, врезавшийся ему в бок. И тем, что мы подняли все паруса и шли полным ходом, мы не давали ему освободиться и затонуть. Я страшно испугалась. Люди, спрыгнувшие или упавшие в воду, со всех сторон тонули на моих глазах, а мы все шли, не убавляя хода. Я взглянула на отца. Он был такой же, каким я его знала: руки в карманах, не спеша, ровным шагом ходит по палубе. Отдаст какое-то приказание рулевому (ему ведь надо было провести «Дикси» между скопившимися в гавани судами), посмотрит на спасшихся пассажиров, толпившихся у нас на палубе, и опять смотрит вперед, выбирая путь между стоящими на якоре судами. А иногда взглянет и на несчастных, тонувших на наших глазах, но без малейшего волнения, совершенно спокойно… Конечно, утонуло много народу, но своим хладнокровием, — вот именно тем, что он держал руки в карманах, — отец спас сотни человеческих жизней. Только тогда, когда на пароходе не осталось ни одного человека (он посылал людей удостовериться в этом), было приказано убрать часть парусов. И пароход тотчас же затонул.</p>
     <p>Она замолчала и, ожидая одобрения, смотрела на меня сияющими глазами.</p>
     <p>— Да, это было великолепно, — согласился я. — Я преклоняюсь перед спокойствием людей с сильной волей, хотя, признаюсь, такое спокойствие в критических случаях кажется мне чем-то нечеловеческим, противоестественным. Я представляю себя на месте вашего отца и чувствую, что я не мог бы держать себя, как он. Я убежден, например, что пока этот бедняга был в воде, я страдал за него гораздо больше, чем остальные зрители, взятые вместе.</p>
     <p>— Отец тоже страдает, только виду не подает, — заступилась она за него, как преданная дочь.</p>
     <p>Я молча наклонил голову: я почувствовал, что она не понимает меня.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава V</p>
     </title>
     <p>Когда я после чая вышел из каюты на палубу, буксирный пароход «Британия» был уже хорошо виден, Он должен был вывести нас из Чизапикской бухты в открытое море. Я прошел на бак. Там Сендри Байерс, по своему обыкновению, нежно прижимая обе руки к животу, выгонял матросов на работу. Ему помогал в этом другой человек, и а спросил мистера Пайка, кто это такой.</p>
     <p>— Это Нанси, мой боцман. Правда — молодец-мужчина? — последовал быстрый ответ, и по тону мистера Пайка я догадался, что это было сказано в насмешку.</p>
     <p>Нанси могло быть лет тридцать, не больше, хотя по его виду можно было подумать, что он живет на свете очень давно. Беззубый, с вялыми движениями усталого человека, с мутными глазами цвета аспидной доски, с бритым, болезненно желтым лицом, узкоплечий, с впалой грудью, с ввалившимися щеками, он имел вид человека в последнем градусе чахотки. Как ни мало жизни проявлял Сендри Байерс, Нанси проявлял ее еще меньше. И это были боцманы, — боцманы прекрасного американского парусника «Эльсиноры»! Ни одна из иллюзий за всю мою жизнь не терпела такого безнадежного крушения.</p>
     <p>Мне было ясно, что эти люди, мягкотелые, без капли энергии, должны были бояться тех, над которыми они были поставлены как начальство. А матросы!.. Дорэ не мог бы найти лучших моделей для своего «Ада»! В первый раз я увидел их в полном составе, и не мог осудить боцманов за то, что они боялись этих людей. Матросы не ходили: они тяжело волочили ноги, опустив голову; некоторые даже шатались от слабости или просто оттого, что были пьяны.</p>
     <p>Но хуже всего были их лица. Я невольно вспомнил то, что мне только что сказала мисс Уэст, — что среди судовой команды всегда найдется несколько сумасшедших или идиотов. Но эти все казались или сумасшедшими или идиотами. Я, как и мисс Уэст, удивлялся, где могли набрать такое множество человеческого хлама. У каждого был какой-нибудь изъян — скрюченное тело, искаженное лицо, — и почти все без исключения были малорослы. У немногих, оказавшихся хорошего мужского роста, были тупоумные лица. А один высокий человек, несомненно ирландец, был столь же несомненно помешанный. Он все время что-то бормотал, разговаривая сам с собой. Другой — маленький, сутулый, кривобокий человечек с кривой шеей, с хитрым, плутоватым лицом и белесыми голубыми глазами — обратился к этому сумасшедшему с каким-то непристойным замечанием, но тот не обратил на него никакого внимания и продолжал бормотать. Вслед за кривобоким человечком из трюма вынырнул великовозрастный толстый балбес, а за ним другой, такой долговязый и развинченный, что оставалось только удивляться, каким чудом мясо держится у него на костях.</p>
     <p>Следом за этим ходячим скелетом показалось такое сверхъестественное существо, каких я еще и не видывал. Это была какая-то пародия на человека. Все тело его было скрючено, а лицо искажено, точно от боли. Можно было подумать, что его безостановочно пытали по крайней мере тысячу лет. Это было лицо забитого, слабоумного фавна. Большие черные глаза, горевшие диким огнем, говорили о невыносимом страдании; они вопросительно перебегали с одного лица на другое и так же вопросительно останавливались на всем окружающем. Эти жалкие глаза глядели так пытливо, как будто были обречены судьбой вечно отыскивать ключ к неразрешимой и грозной загадке. Только потом я узнал причину такого странного выражения глаз: человек этот был совершенно глух: у него лопнули барабанные перепонки при взрыве парового котла, искалечившего и все его тело.</p>
     <p>Я заметил, что буфетчик стоит в дверях кухни и наблюдает издали за людьми. Глаз отдыхал на его живом, смышленом азиатском лице, так же, как и на подвижном лице «Коротышки», выбежавшего из трюма вприпрыжку, с громким смехом. Но и с ним было не совсем-то ладно. Он был карлик, и, как мне сказали потом, его веселый нрав и слабый ум сделали из него шута.</p>
     <p>Мистер Пайк на минуту остановился подле меня, и пока он следил за людьми, я наблюдал его. У него было выражение лица скотопромышленника, и ясно было, что ему внушает отвращение качество приобретенного скота.</p>
     <p>— Всех до одного чем-то пришибло от рождения, — пробурчал он.</p>
     <p>А они все шли: один — бледный как мертвец, с бегающими глазами, про которого я тотчас же решил, что он отпетый мерзавец; другой — сухонький, сморщенный старикашка с птичьей физиономией и крошечными, как бисеринки, злыми голубыми глазками; третий — небольшого роста, плотный малый, показавшийся мне более нормальным и не таким тупоумным, как все те, что появлялись до сих пор. Но, видно, у мистера Пайка был более наметанный глаз.</p>
     <p>— Что такое с тобой? — прорычал он, обращаясь к этому человеку.</p>
     <p>Разговаривая с матросом, мистер Пайк не говорил, а рычал.</p>
     <p>— Ничего, сэр, — ответил тот, тотчас же остановившись.</p>
     <p>— Имя твое?</p>
     <p>— Чарльз Дэвис, сэр.</p>
     <p>— Отчего ты хромаешь?</p>
     <p>— Я не хромаю, сэр, — проговорил человек почтительно, и только после того, как начальник отпустил его кивком головы, бодро двинулся дальше, покачивая на ходу плечами.</p>
     <p>— Правильный матрос, но я готов прозакладывать фунт табаку и даже месячное жалованье, что с ним что-то неблагополучно, — пробурчал мистер Пайк.</p>
     <p>Трюм теперь, по-видимому, опустел, но мистер Пайк вдруг напустился на боцманов со своим обычным рычаньем:</p>
     <p>— Какого черта вы торчите тут? Заснули?.. Думаете, здесь санаторий для отдыха, что ли? Марш в бак, и выволакивайте остальных!</p>
     <p>Сендри Байерс осторожно подтянул свой живот и продолжал нерешительно топтаться на месте, а Нанси, с выражением упорного, застарелого страдания на лице, неохотно полез в бак. Вслед за тем оттуда посыпалась отборная площадная ругань, и послышался робкий, просительный голос Нанси, на чем-то кротко настаивающий.</p>
     <p>Я заметил, какой свирепый, зверский взгляд бросил мистер Пайк в сторону бака, и приготовился увидеть бог знает каких сверхъестественных чудищ, когда матросы покажутся на свет. Вместо этого, к моему изумлению, из бака вышли три парня, казавшиеся неизмеримо выше того сброда, который предшествовал им. Я снова взглянул на мистера Пайка, ожидая увидеть смягчившееся выражение на его лице. Но, наоборот, его голубые глаза сузились и превратились в щелки, а ворчанье его превратилось в рычанье собаки, которая собирается укусить.</p>
     <p>А те трое… Все они были невысокого роста и молодые — так, между двадцатью пятью и тридцатью годами. На всех было грубое, но приличное платье, а двигавшиеся под платьем твердые мускулы говорили об их хорошем физическом состоянии. Лица у всех были тонко очерченные и интеллигентные. И хоть и чувствовалось в них что-то странное, но что именно — я не мог определить.</p>
     <p>Они не были голодными пропойцами, как остальные, которые, пропив последний свой заработок, околевали с голоду на берегу, пока не получили и не пропили денег, выданных им вперед за предстоящее плавание. Эти трое были здоровые парни с гибкими членами, с непроизвольно быстрыми и точными движениями. Быть может, то странное, что мне почувствовалось в них, объяснялось тем равнодушным и в то же время испытующим взглядом, каким они смотрели на меня, и от которого, казалось, ничто не ускользало. Слишком самоуверенными, слишком опытными казались они. Я был уверен, что они не моряки, а между тем не мог определить, какое место они могли занимать на суше. Я никогда не встречал людей такого типа. Пожалуй, я дам читателю более верное представление о них, описав то, что произошло.</p>
     <p>Проходя мимо нас, они окинули мистера Пайка тем же равнодушным, острым взглядом, каким он одарил меня.</p>
     <p>— Имя твое, имя? — рявкнул мистер Пайк на первого из тройки, явно представлявшего собой помесь ирландца с евреем. Нос был, бесспорно, еврейский, и так же бесспорно ирландскими были глаза, нижняя челюсть и верхняя губа.</p>
     <p>Все трое сейчас же остановились, и хотя они не смотрели друг на друга, ясно было, что они о чем-то молча сговариваются между собой. Второй из тройки, в жилах которого текла бог весть какая кровь — еврейская, вавилонская или, может быть, латинская, — подал товарищам предостерегающий сигнал. Он не сделал ничего резкого, вроде подмигивания или кивка головы. Я даже не был уверен, что я перехватил этот сигнал, и тем не менее я твердо знал, что он о чем-то предупредил двух остальных, — то была слабая тень какой-то мысли, промелькнувшая в его глазах. Одним словом, что бы это ни было, а только сигнал был подан и достиг цели.</p>
     <p>— Мерфи, — ответил на вопрос мистера Пайка первый из троих.</p>
     <p>— Сэр! — поправил мистер Пайк свирепым голосом.</p>
     <p>Мерфи пожал плечами в знак того, что он не понимает. Холодная самоуверенность этого человека, самоуверенность всех, троих — вот что поразило меня всего больше.</p>
     <p>— Когда ты говоришь с офицером нашего судна, ты должен к каждой фразе прибавлять «сэр», — пояснил мистер Пайк тем же свирепым тоном и с таким же свирепым лицом. — Понял?</p>
     <p>— Да… сэр, — промямлил Мерфи с умышленной затяжкой, — я понял…</p>
     <p>— Сэр! — заорал мистер Пайк.</p>
     <p>— Сэр, — повторил Мерфи так тихо и небрежно, что это еще больше разозлило мистера Пайка.</p>
     <p>— Так вот что, брат: Мерфи — слишком мудреное имя, — сказал он. — У нас здесь ты будешь прозываться Носатым. Понял?</p>
     <p>— Понял… сэр, — последовал ответ, сознательно дерзкий по мягкости и равнодушию тона. — Носатый Мерфи? Что же, идет… сэр.</p>
     <p>И он засмеялся — все трое засмеялись, если только можно назвать смехом смех беззвучный и ничем не выражающийся на лице. Смеялись одни лишь глаза, смеялись невесело и хладнокровно.</p>
     <p>Уж разумеется, мистер Пайк не получил большого удовольствия от беседы с этими прожженными молодцами. Он опрокинулся на вожака, на того, который подал товарищам предостерегающий сигнал и который производил впечатление ублюдка всех семитических и средиземноморских рас:</p>
     <p>— <emphasis>Тебя</emphasis> как зовут?</p>
     <p>— Берт Райн… сэр, — ответил этот таким же мягким, небрежным и раздражающим тоном, как и первый.</p>
     <p>— А тебя?</p>
     <p>Это относилось к третьему, самому, молодому, темноглазому малому, с оливкового цвета кожей и поразительно красивым, как на камее, лицом. «Родившийся в Америке потомок эмигрантов из Южной Италии — из Неаполя или даже из Сицилии», — определил я.</p>
     <p>— Твист… сэр, — ответил и этот точь-в-точь таким же тоном, как и двое других.</p>
     <p>— Скверное имя, — насмешливо отрезал мистер Пайк. — У нас ты будешь Козленком. Понял?</p>
     <p>— Понял… сэр. Козленок Твист… Мне это подойдет… сэр.</p>
     <p>— Не Твист, а просто Козленок.</p>
     <p>— Козленок так Козленок. Слушаю… сэр.</p>
     <p>И опять все трое засмеялись своим беззвучным, невеселым смехом. Между тем мистер Пайк уже дошел до точки кипения, и ярость его искала только предлога, чтобы вылиться наружу.</p>
     <p>— А теперь я вам, всей вашей троице, скажу кое-что, что будет полезно для вашего здоровья. — У него срывался голос от сдерживаемого бешенства. — Я знаю вашу братию. Вы — сволочь. Поняли? Сволочь. И на нашем судне с вами будут обращаться как со сволочью. Или вы будете работать, как нужно, или я доберусь до вас. В первый же раз, как вы вздумаете отлынивать от работы или даже будет только похоже на это, — вы получите свое. Поняли?.. А теперь ступайте: марш вперед к брашпилю!</p>
     <p>Он повернулся на каблуках и пошел в обратную сторону, а я пошел рядом с ним.</p>
     <p>— Что вы хотите с ними сделать? — поинтересовался я.</p>
     <p>— Осадить, — проворчал он. — Я знаю эту породу. Много будет с ними хлопот. Таким отбросам даже в аду не место…</p>
     <p>Тут речь его была прервана зрелищем, ожидавшим нас у люка номер второй. На крышке люка лежали врастяжку пять или шесть человек, и между ними Ларри, тот самый оборванец, который перед тем обозвал мистера Пайка «гнилым поленом». Ясно было, что этот Ларри не исполнил приказания, так как теперь он полулежал, прислонившись спиной к мешку со своими пожитками, который ему было приказано снести на бак. Кроме того, и он и вся эта компания должны были в эту минуту работать на носу.</p>
     <p>Мистер Пайк ступил на крышку люка и подошел вплотную к Ларри.</p>
     <p>— Встань! — приказал он.</p>
     <p>Ларри сделал движение, чтобы подняться, но застонал и снова опустился на мешок.</p>
     <p>— Не могу, — проговорил он.</p>
     <p>— Сэр!</p>
     <p>— Не могу, сэр. Вчера вечером я был пьян и заснул на Джеферсоновом рынке. А к утру я совсем окоченел, сэр. Пришлось разминать мне кости, а то я был как деревянный.</p>
     <p>— От холода одеревенел, бедняга? — проворчал со злой усмешкой мистер Пайк.</p>
     <p>— Верно говорю вам, сэр: совсем как деревянный; не чувствовал ни ног ни рук.</p>
     <p>— Ничего не чувствовал — да? Все равно как «гнилое полено»?</p>
     <p>Ларри заморгал с беспокойным видом испуганной обезьяны. Он почуял опасность, но еще не знал, чего бояться. Он понимал лишь, что над ним стоит человек, за которым право и сила.</p>
     <p>— Постой же, я тебе покажу, может ли чувствовать гнилое полено, — передразнил его мистер Пайк.</p>
     <p>А дальше случилось вот что. Я попрошу читателя припомнить, что я говорил об огромных лапах мистера Пайка. Я говорил, что пальцы этих лап были гораздо длиннее и вдвое толще моих, что руки были огромны, а плечи необыкновенно массивны. И вот теперь он поднял правую руку, и даже не кулаком, а только кончиками пальцев, наотмашь, ударил Ларри по лицу, но так, что тот перекувыркнулся и кубарем перекатился через свой мешок с пожитками.</p>
     <p>Человек, лежавший рядом с ним, угрожающе зарычал и с воинственным видом подался вперед, собираясь вскочить на ноги. Но он не спел вскочить. Мистер Пайк той же правой рукой ударил его по щеке. Удар прозвучал весьма внушительно. Старший помощник, видимо, обладал чудовищной силой. Казалось, он ударил совсем легко, без всякого усилия, как мог бы ударить, играя, добродушный медведь; но так велик был вес костей и мускулов ударившей руки, что человек повалился на бок и скатился с крышки люка на палубу.</p>
     <p>В этот момент на нас набрел слонявшийся по палубе О'Сюлливан. Его бессвязное бормотанье донеслось до ушей мистера Пайка. Мгновенно ощетинившись, как дикий зверь, он уже поднял свою лапу, чтобы ударить его, и выпалил, как из пистолета:</p>
     <p>— Чего ты? Как смеешь!.. — Но тут ему бросилось в глаза безумное лицо О'Сюлливана, и он сдержался. — Тоже из бедлама, — пояснил он.</p>
     <p>Я невольно стал искать глазами капитана Уэста, ожидая увидеть его на корме, но оказалось, что корму от нас заслоняет средняя рубка.</p>
     <p>Не обращая внимания на человека, лежавшего на палубе и стонавшего, мистер Пайк стоял над Ларри, который тоже стонал. Все остальные, валявшиеся раньше на крышке люка, теперь стояли на ногах, почтительные и покорные. Я тоже преисполнился почтения к этой грозной фигуре старика. Заданное им представление окончательно убедило меня в правдивости его рассказов о былых днях жестокой расправы на судах.</p>
     <p>— Ну, кто из нас теперь гнилое полено? — спросил он у Ларри.</p>
     <p>— Я, сэр, — сокрушенно простонал тот.</p>
     <p>— Вставай!</p>
     <p>Ларри поднялся без всякого усилия.</p>
     <p>— А теперь живо на нос! Марш! И вы все тоже!</p>
     <p>И все пошли, — угрюмо, еле волоча ноги, но все же пошли как укрощенные животные, какими, в сущности, они и были.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VI</p>
     </title>
     <p>Я поднялся по трапу на нос (где, как оказалось, помещались бак, кухня и каморка с маленьким паровым насосом) и прошел по мостику до фок-мачты, откуда можно было видеть, как поднимают якорь. «Британия» уже причалила к нашему борту, мы готовились к отплытию.</p>
     <p>Группа людей ходила по кругу, ворочая брашпиль<a l:href="#n_577" type="note">[577]</a>; остальные тоже исполняли какую-то работу на баке. Команда делилась на две смены, по пятнадцати человек в каждой. Кроме этих смен были еще парусники, юнги, боцманы и плотник, — всего около сорока человек. Но что это были за люди! Угрюмые, безжизненные, ленивые, неподвижные! Каждый шаг, каждое движение стояло им усилий, словно это были не живые люди, а поднятые из гробов мертвецы или выгнанные из больниц на работу тяжело больные. Да это и были больные, отравленные водкой, голодные, ослабевшие от плохого питания. Но что всего хуже — все они были слабоумные или помешанные.</p>
     <p>Я взглянул наверх, на сеть переплетающихся снастей, на мачты, поддерживавшие стальные реи и тянувшиеся все и выше. Там, наверху, переплетающиеся снасти казались тонким кружевом на фоне неба. Было невероятно, чтобы такая никуда не годная команда могла благополучно провести это великолепное судно через все бури, ночной мрак и опасности, какими грозит море. Я представил себе двух помощников капитана, Меллэра и Пайка, подумал об их умственном и физическом превосходстве и спросил себя, смогут ли два действительно энергичных человека заставить действовать этот человеческий хлам. По крайней мере сами они не сомневались в своих силах. Но море? Кто окажется сильнее — море или они? Если они сумеют справиться с морем, если такой фокус возможен, то ясно, что я не имею никакого представления о море.</p>
     <p>Я стал смотреть на уродливых, ковыляющих больных, заморенных людей, тяжело топтавшихся по кругу у брашпиля. Мистер Пайк был прав. Не такими были те живые, сильные, чертовски проворные люди, что управляли судами в былые дни щегольских клиперов, — те, что дрались с офицерами, обламывали в борьбе клинки своих ножей, убивали и сами погибали в драке, но умели работать как настоящие люди. А эти спотыкающиеся скелеты, ворочающие брашпиль… Смотрел-смотрел я на них — и тщетно старался представить их себе карабкающимися по мачтам и реям, «вызывающими на поединок судьбу, — как говорит Киплинг, — со складными ножами в зубах». «Отчего они не поют, снимаясь с якоря?» — думал я. В старину, читал я, якорь всегда поднимался под удалые песни истых сынов моря, прирожденных моряков.</p>
     <p>Мне надоело смотреть на эту вялую работу, и я отправился на разведки по мостику. Это было прекрасное сооружение, легкое, но крепкое, тремя воздушными скачками пересекавшее судно по всей его длине. Начиналось оно у самого бака, проходило над передней и над средней рубкой и кончалось у кормы. Ют, представлявший в сущности крышу или верхнюю палубу, тянувшуюся над всем пространством, отведенным под каюты, и занимавший всю заднюю часть судна, был очень велик. Площадь его пересекалась посередине, у самой кормы, только полукруглой и полуоткрытой будкой для штурвала, командной рубкой и каютой для хранения морских карт. По обе стороны этой каюты были двери, выходившие в маленькую переднюю, откуда лестница вела в нижнее помещение, где были жилые каюты.</p>
     <p>Я заглянул в командную рубку, и сидевший там капитан Уэст приветствовал меня улыбкой. Он очень уютно расположился в кресле-качалке, откинув голову на спинку и вытянув ноги на соседнюю конторку. Тут же, на широкой, мягкой кушетке сидел лоцман. Оба курили сигары. Я на минуту остановился в дверях послушать, о чем говорят, и понял из их разговора, что лоцман был раньше капитаном судна.</p>
     <p>Когда я спускался вниз, из каюты мисс Уэст доносилось ее мурлыканье и шум какой-то возни: это она разбирала свои вещи. И судя по ее бодрому, веселому голосу, она вкладывала головокружительную энергию в свое занятие.</p>
     <p>Проходя мимо кладовой, я просунул голову в дверь и поздоровался с буфетчиком, вежливо давая ему знать, что я помню об его существовании. Его крошечные владения были поистине царством действенной воли. Все здесь было в порядке, нигде ни единого пятнышка, и я знаю, что на суше, при всем моем желании, я не нашел бы более бесшумного слуги. На его лице, когда он взглянул на меня, было так же мало или так же много выражения, как на лице сфинкса, но его раскосые черные глазки светились умом.</p>
     <p>— Как вы находите нашу команду? — спросил я, чтобы как-нибудь объяснить мое вторжение в его царство.</p>
     <p>— Сумасшедший дом, — ответил он быстро, с отвращением качая головой. — Слишком много сумасшедших. Все сумасшедшие. Сами видите. Мало добра. Мусор и гниль. Ни к черту.</p>
     <p>Вот и все, что он сказал, но это подтверждало мое собственное впечатление. Быть может, и верно было то, что говорила мисс Уэст, — что в каждой судовой команде найдется несколько сумасшедших и идиотов; но можно было смело заключить, что в нашей команде их было не несколько, а много больше. И действительно, как оно и вышло на поверку, наша команда даже для нынешнего времени выродившегося мореходства была ниже среднего уровня во своей неумелости и полной непригодности к какому бы то ни было труду.</p>
     <p>Я пришел в восхищение от моей каюты (собственно, от двух моих кают). Вада распаковал и развесил весь мой гардероб и разложил на бесчисленных полках всю библиотеку, какую я захватил с собой. Все было в полном порядке, на своем месте, начиная с моего бритвенного прибора, уложенного в ящик умывальника, моих непромокаемых брюк и сапог, подвешенных таким образом, чтобы они всегда были под рукой, и кончая моими письменными принадлежностями, аккуратно разложенными на конторке, перед которой стояла обитая кожей и наглухо привинченная к полу качалка, приглашая меня присесть отдохнуть. Моя пижама и халат лежали наготове, мои туфли стояли на обычном месте у кровати и тоже призывали меня к покою.</p>
     <p>Здесь, внизу, царил разум и комфорт. А на палубе было то, что я только что описал, — кошмарный подбор низших существ, лишь по виду человеческих, исковерканных духовно и физически, каких-то карикатур на людей. Да, необыкновенная была у нас команда, и я никак не мог допустить, чтобы мистер Пайк с мистером Меллэром сумели обломать этих выродков и превратить их в работоспособных людей, необходимых для управления таким огромным, сложным и прекрасным механизмом, как это судно.</p>
     <p>Я был совершенно подавлен тем, чему был только что свидетелем на палубе, и когда, вернувшись к себе в каюту, я удобно устроился в своем кресле и раскрыл второй том «Hail Farewell»<a l:href="#n_578" type="note">[578]</a> Джорджа Мура, у меня на минуту мелькнуло что-то вроде предчувствия, что наше плавание будет неблагополучным. Но когда, оглядев мою каюту и оценив ее простор и комфорт; я подумал, что ни на одном пассажирском пароходе я не мог бы устроиться так удобно, я отогнал мрачные мысли и с удовольствием стал рисовать себе картину, как хорошо и спокойно я проведу несколько месяцев за чтением, которое в последнее время я сильно запустил.</p>
     <p>Как-то раз я спросил Ваду, видел ли он команду. Нет, сам он не видел, но буфетчик говорил ему, что за все годы, что он ходит в море, такой плохой команды он еще не знавал.</p>
     <p>— Он говорит: все безголовые, не моряки, ненадежный народ, — сказал Вада. — Большие дураки, говорит, и много с ними будет хлопот. Вот увидишь, — говорит. А он уже старый человек — пятьдесят пять ему, говорит. Хороший человек, хоть и китаец. Он раньше плавал, но бросил, а теперь идет в море в первый раз. А перед тем вел большое дело в Сан-Франциско. Только вышли у него неприятности с полицией. Говорят, он опиум продавал из-под полы. Ох, много, много неприятностей он нажил. Только он хитрый: нанял хорошего законника и не попал в тюрьму. Но тот законник очень долго копался, а когда все уладилось и все неприятности кончились, тогда он — законник, то есть — забрал в свои руки все его дело, все деньги, все. И вот пришлось ему опять идти в море, как в прежнее время. Он хорошо зарабатывает здесь, получает шестьдесят пять долларов в месяц. Но ему здесь не нравится. Команда очень уж плоха. Как только кончится рейс, он уйдет с судна и снова заведет дело в Сан-Франциско.</p>
     <p>Некоторое время спустя, когда Вада по моему приказанию открыл один из вентиляторов, я услыхал плеск и бульканье воды за бортом и понял, что мы подняли якорь и идем на буксире у «Британии» по Чизапикской бухте в открытое море. На один миг у меня опять мелькнула мысль, что еще не поздно вернуться. Не отказаться ли в самом деле от дальнейшего путешествия? Ничего не могло быть легче, как пересесть на «Британию», когда она будет уходить от нас, и вернуться в Балтимору. Но тут до меня донеслось звяканье посуды (это буфетчик собирался накрывать на стол), а в каюте, было так тепло и уютно, и так увлекателен был Джордж Мур…</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VII</p>
     </title>
     <p>Обед во всех отношениях превзошел мои ожидания, и я отметил про себя, что повар — кто бы он ни был — мастер своего дела. Хозяйничала мисс Уэст, и хотя она с буфетчиком были чужими друг другу, действовали они удивительно согласно. Судя по тому, как гладко проходил обед благодаря расторопности буфетчика, можно было принять этого человека за старого слугу, с давних пор знавшего свою хозяйку и изучившего все ее привычки.</p>
     <p>Лоцман обедал в капитанской рубке, и здесь нас сидело за столом только четверо постоянных сотрапезников. Капитан Уэст сидел против дочери, а я по правую его руку, лицом к лицу с мистером Пайком. Таким образом место мисс Уэст приходилось справа от меня.</p>
     <p>Мистер Пайк; в темном сюртуке (он надел его для обеда), морщившемся на выпуклых мускулах его сутулых плеч, совсем не говорил. Но он столько лет обедал за капитанским столом, что не мог не приобрести приличных манер. Сначала мне казалось, что его смущает присутствие мисс Уэст, но потом я решил, что не ее он стесняется, а капитана. Только теперь я заметил, как капитан обращается с ним. Как ни велико было расстояние, отделявшее команду от двух помощников капитана, людей совершенно другой, высшей породы, ничуть не меньше было расстояние между ними и капитаном Уэстом. Он был чистокровный аристократ. С мистером Пайком он не удостаивал говорить даже о судовых делах, а не то что о чем-нибудь постороннем.</p>
     <p>Со мной же он обращался как с равным. Но, правда, я ведь был пассажиром. Так же обращалась со мной и мисс Уэст. Она и с мистером Пайком держалась проще. А мистер Пайк отвечал ей: «Да, мисс», или: «Нет, мисс», кушал, как благовоспитанный мальчик, и в то же время его серые глаза, блестевшие из-под косматых бровей, изучали меня через стол. Я, со своей стороны, тоже изучал его. Несмотря на его бурное прошлое, на его жестокие расправы с людьми в былые времена, мне он нравился. Это был честный, прямой человек. И даже не столько этим привлекал он меня, сколько тем наивным детским смехом, каким он разражался всякий раз, как я рассказывал что-нибудь смешное. Так не мог смеяться дурной человек. И я был рад, что он, а не мистер Меллэр, будет сидеть против меня за столом во время нашего плавания. И еще больше был рад, что мистер Меллэр вообще не будет сидеть с нами за одним столом.</p>
     <p>Кажется, мы с мисс Уэст одни только и поддерживали разговор. Общительная, живая, находчивая, она задавала тон, и я еще раз обратил внимание на то, что нежный овал ее лица не соответствовал ее крепкой фигуре. Она была здоровой, сильной молодой особой, — не толстой — боже упаси — ее нельзя было назвать даже пухленькой, но очертания ее тела отличались приятной округлостью, какая обыкновенно сопровождает здоровые мускулы. В этом теле чувствовалась сила, а между тем она была худощавее, чем казалась. Помню, что когда мы встали из-за стола, я с удивлением заметил, какая у нее тонкая талия. «Молодая ива», — подумал я в этот момент. И в самом деле, она напоминала иву с гибким станом и тем избытком здоровой растительной жизни, благодаря которому казалась полнее и тяжеловеснее, чем была.</p>
     <p>Это завидное здоровье заинтересовало меня. Присмотревшись внимательнее к ее, я лицу, я заметил, что только овал его был нежен. Самое же лицо не было ни нежным ни хрупким. Ткань кожи была тонка, но плотна, как это было видно при каждом движении крепких мускулов лица и шеи. Шея былая прекрасной белой колонной, с тонкой кожей и сильными мускулами. Обратил я внимание и на руки, — не маленькие, но красивой формы, — тонкие, белые, холеные, но сильные руки. Оставалось только прийти к заключению, что она — такая же необыкновенная капитанская дочка, каким необыкновенным капитаном был ее отец. У них и носы были одинаковые: прямые, с легкой горбинкой, говорившие о силе и породе.</p>
     <p>Пока мисс Уэст распространялась о том, как неожиданно она решила ехать (ей вдруг пришла такая фантазия, сказала она), и пока она перечисляла все осложнения, какие ей пришлось преодолевать при ее спешных сборах в дорогу, я поймал себя на том, что занимаюсь подсчетом тех людей на борту «Эльсиноры», которые окажутся способными действовать. Такими были капитан Уэст и его дочь, два его помощника, Вада, буфетчик и, разумеется, я, да еще, вне всякого сомнения, повар, в чью пользу красноречиво свидетельствовал обед. Итак, в общем итоге нас, способных действовать, оказалось восемь человек. Но повар, буфетчик и Вада были слуги, а не матросы, а я и мисс Уэст — сверхкомплектные. Стало быть, из сорока пяти человек, составлявших население судна, настоящих работников, имевших прямое касательство к управлению этим судном, было только трое. Наверное, были и еще в этом смысле полезные люди. Очень возможно, что мое первое впечатление от команды обмануло меня. Был еще плотник, и может быть, он был таким же мастером своего дела, как повар. Были еще два матроса, парусники, Правда, я их еще не видал, но, может быть, и они окажутся хорошими работниками.</p>
     <p>В конце обеда я попробовал навести разговор на занимавшую меня тему. Я рассказал, в какое восхищение привели меня мистер Пайк и мистер Меллэр своим уменьем обламывать эту распущенную, никуда не годную команду. Для меня это ново, сказал я, но я вполне признаю необходимость таких мер. Когда в дальнейшем разговоре я коснулся происшествия на люке номер второй и стал рассказывать, как мистер Пайк заставил Ларри подняться одним лишь легким шлепком концами пальцев, я прочел в глазах мистера Пайка предостережение, чуть ли не угрозу. Тем не менее я досказал все до конца.</p>
     <p>Когда я кончил, за столом воцарилось молчание. Мисс Уэст углубилась в разливанье кофе. Мистер Пайк усердно занялся раскалыванием орехов и, как ни старался, не мог скрыть полуюмористического, полусердитого выражения, промелькнувшей в его глазах. А капитан Уэст смотрел на меня в упор, но — боже! — с какого далекого расстояния, точно я был за миллионы миль от него! Его светлые голубые глаза глядели ясно и спокойно; его голос был тих и мягок, как всегда.</p>
     <p>— У нас принято за правило, мистер Патгерст, и я попросил бы вас придерживаться его, — никогда не говорить о нашей команде.</p>
     <p>Это был удар прямо в лицо, и, подчеркивая мое сочувствие к оборванцу Ларри, я поспешил ответить:</p>
     <p>— В данном случае меня заинтересовал не только вопрос дисциплины, но и способ проявлять свою силу.</p>
     <p>— Матросы и так доставляют нам довольно неприятностей мистер Патгерст, и нам неинтересно слушать про них, — продолжал капитан Уэст таким ровным и невозмутимым тоном как будто не слышал моих слов. — Я предоставляю моим помощникам управляться с матросами. Это их дело, и им известно, что я не потерплю незаслуженного грубого или чересчур сурового обращения с людьми.</p>
     <p>Мистер Пайк упорно рассматривал скатерть, но на его деревянном лице чуть заметно скользнула тень веселой улыбки. Я взглянул на мисс Уэст, в надежде хоть встретить сочувствие. Она откровенно расхохоталась и сказала:</p>
     <p>— Как видите, матросы для отца не существуют. И, право, это хороший взгляд на вещи.</p>
     <p>— Очень хороший, — пробормотал мистер Пайк.</p>
     <p>Тут мисс Уэст дипломатично перевела разговор на другое, вскоре все мы от души смеялись, слушая ее остроумный рассказ о недавнем ее столкновении с бостонским извозчиком.</p>
     <p>Обед кончился. Я прошел в мою каюту за папиросами и мимоходом заговорил с Вадой о поваре. Вада был большой любитель собирать всякие сведения.</p>
     <p>— Его зовут Луи, — сказал он, — Он тоже китаец, только не совсем китаец: другая половина английская. Как называется этот остров?.. Знаете, тот остров, где долго жил Наполеон, там он и умер.</p>
     <p>— Остров Святой Елены?</p>
     <p>— Да, да. Вот этот самый Луи родился на том острове, очень хорошо говорит по-английски.</p>
     <p>В эту минуту с палубы спустился мистер Меллэр, только что сменившийся с вахты. Он прошел мимо меня в большую кормовую каюту, где был уже накрыт второй обеденный стол. Его «Добрый вечер, сэр» было сказано с таким достоинством и так учтиво, как мог бы это сказать какой-нибудь старосветский джентльмен из южных штатов. И все-таки не нравился мне этот человек. Слишком расходилась его внешность с внутренним содержанием, скрывавшимся за ней. И в ту минуту, когда он поздоровался со мной и улыбнулся, я почувствовал, что что-то, сидящее в его черепе, наблюдает за мной, изучает меня. И не знаю почему, как бы по внезапному наитию, я вспомнил вдруг тех трех странного вида молодцов, вышедших из трюма последними, которым мистер Пайк сделал такое строгое внушение. Такое точно впечатление произвели на меня и они.</p>
     <p>За мистером Меллэром со смущенным видом ковылял какой-то субъект, с лицом тупоумного ребенка и с телом великана. Ноги у него были еще больше, чем у мистера Пайка, но руки (я бросил быстрый взгляд на его руки) были не так велики.</p>
     <p>Когда они прошли, я вопросительно взглянул на Ваду.</p>
     <p>— Это плотник. Обедает за вторым столом. Зовут его Сэм Лавров. Приехал из Нью-Йорка на пароходе. Буфетчик говорит — слишком молод для плотника: двадцать два, двадцать три года.</p>
     <p>Когда, подойдя к открытому вентилятору над моей конторкой, я снова услышал плеск воды, я вспомнил, что наше судно идет. Но так был ровен и бесшумен его ход, что, пока мы сидели за столом, мне в голову не приходило, что мы двигаемся и что вообще мы не на твердой земле. Я всю жизнь плавал на пароходах, привык к пароходам, и мне было трудно сразу приноровиться к отсутствию шума и тряски от вращающегося винта.</p>
     <p>— Ну что, нравится тебе здесь? — спросил я Ваду, который, как и я, еще ни разу не плавал на парусном судне.</p>
     <p>Он улыбнулся из вежливости.</p>
     <p>— Смешной корабль. Смешные матросы. Не знаю, может быть, все будет хорошо. Увидим.</p>
     <p>— Ты думаешь, кончится худо? — спросил я напрямик.</p>
     <p>— Я думаю, матросы очень уж несуразные. Смешные матросы, — увильнул он от прямого ответа.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VIII</p>
     </title>
     <p>Закурив папироску, я вышел на палубу и направился к баку, где шла работа. Над моей головой на звездном небе вырисовывались темные очертания парусов. Матросы поднимали паруса и делали это вяло и медленно, насколько мог судить такой новичок в этом деле, как я. Еле различимые силуэты человеческих фигур, выстроившихся в длинную линию, выбирали канаты. Работа шла среди унылого, гробового молчания, если не считать доносившегося со всех сторон рычанья вездесущего мистера Пайка, отдававшего приказания или извергавшего проклятия на головы несчастных людей.</p>
     <p>Судя по тому, что мне приходилось читать, уж конечно в старину ни одно судно не выходило в море так невесело и так неумело. Вскоре к мистеру Пайку присоединился мистер Меллэр для руководства ходом работ.</p>
     <p>Еще не было восьми часов, и все руки были за работой. Время от времени, когда не действовали нерешительные внушения боцманов, я видел, как тот или другой из помощников капитана бросался к поручням и сам совал нужную веревку в руки матросам.</p>
     <p>«Здесь, внизу, конечно, самые безнадежные из команды, — решил я. (По доносившимся сверху звукам голосов я знал, что на мачтах тоже работают люди.) — Наверное те, что там, наверху крепят паруса, все-таки больше похожи на моряков».</p>
     <p>Но что творилось на палубе! Человек двадцать — тридцать жалких выродков тянули канаты, поднимая рею, — тянули без согласованных усилий, с мучительной медлительностью. «Живее! Живее! Понатужьтесь!» — орал мистер Пайк. Тогда они вытягивали канат на два, на три ярда и опять останавливались, как запаленные лошади на подъеме… Но как только кто-нибудь из помощников капитана подбегал к ним и налегал на канат со всей своей силой, канат продвигался дальше уже без остановок. Каждый из этих двух стариков, помощников капитана, по своей физической силе стоил полудюжины тех несчастных калек.</p>
     <p>— Вот во что превратились плавания на парусных судах, — рявкнул мне в ухо мистер Пайк во время одной из передышек. — Не дело офицера выбирать фалы, работать, как простой матрос. Но что поделаешь, когда боцманы хуже команды!</p>
     <p>— Я думал, матросы поют за работой, — сказал я.</p>
     <p>— Конечно, поют. Хотите послушать?</p>
     <p>Я почуял злорадство в его тоне, но все-таки ответил, что мне интересно послушать.</p>
     <p>— Эй, боцман! — крикнул мистер Пайк. — Проснись! Затяни-ка песню! Про Падди Дойля — ну-ка!</p>
     <p>Я мог бы поклясться, что во время наступившей паузы Сендри Байерс подтягивал обеими руками свой живот, а Нанси, с застывшим на лице мрачным отчаянием, облизывал губы языком и прочищал горло, собираясь начать.</p>
     <p>Затянул песню Нанси, ибо, я уверен, другой смертный не способен был бы издать такие немузыкальные, такие некрасивые, безжизненные, неописуемо заунывные, похоронные звуки.</p>
     <p>А между тем, судя по словам, это была веселая, ударная, разбойничья песня!</p>
     <p>Бедняга Нанси грустно тянул:</p>
     <empty-line/>
     <p>Ой, хороши у Падди сапоги!</p>
     <p>Убьем за сапоги мы Падди Дойля.</p>
     <p>Тяни, тяни, потягивай, тяни!</p>
     <empty-line/>
     <p>— Довольно! Будет! — заорал мистер Пайк. — У нас тут не похороны. Неужели не найдется у вас запевалы? Ну-ка, попробуйте еще раз!</p>
     <p>Он оборвал на полуслове, подскочил к матросам, выхватил у них из рук канат (они взялись было не за тот, за какой было нужно) и сунул им другой:</p>
     <p>— Ну-ка, боцманы, другую песню! Валяй!</p>
     <p>Тогда в темноте раздался голос Сендри Байерса, разбитый, слабый и, пожалуй, еще более похоронный, чему Нанси:</p>
     <empty-line/>
     <p>Взвейся выше, выше, рея!</p>
     <p>Водочки для Джонни!</p>
     <empty-line/>
     <p>Предполагалось, что вторую строчку подхватывает хор, но подтянули два-три человека — не больше. Сендри Байерс срывающимся голосом затянул дальше:</p>
     <empty-line/>
     <p>Убила водочка мою сестрицу Сью…</p>
     <empty-line/>
     <p>Но тут вступил в хор мистер Пайк. Ухватившись обеими руками за канат, он громко, с редким ухарством и шиком пропел:</p>
     <empty-line/>
     <p>И старичка она убила. Не беда!</p>
     <p>Плесните водочки для Джонни.</p>
     <empty-line/>
     <p>И он допел до конца эту залихватскую песню, подбодряя команду к работе и заставляя ее подхватывать хором припев: «Водочки для Джонни».</p>
     <p>И под его голос все ожили: тянули канат, подвигались вперед, пели, пока он разом не оборвал, скомандовав:</p>
     <p>— Крепить снасти!</p>
     <p>И тотчас же вся жизнь ушла из этих людей, и снова это были прежние никчемные существа, без толку топчущиеся на месте, спотыкающиеся и натыкающиеся в темноте друг на друга, нерешительно хватающиеся то за одну, то за другую веревку, и неизменно не за ту, за какую надо. Конечно, были между ними и такие, которые сознательно отлынивали от работы, а один раз со стороны средней рубки до меня донеслись звуки ударов, ругань и стоны, и из темноты выскочили два человека, а следом за ними пронесся мистер Пайк, грозя им самыми ужасными карами, если он еще хоть раз поймает их на такой штуке.</p>
     <p>Все это подействовало на меня так удручающе, что я не мог выдерживать дальше: я повернул назад и поднялся на ют. По подветренной стороне командной рубки тихим шагом ходил взад и вперед капитан Уэст и лоцман. Я прошел дальше к штурвалу и там увидел того самого маленького, сухонького старичка, которого заметил ещё днем. При свете фонаря его маленькие голубые глазки смотрели еще ехиднее и злее. Он был такой миниатюрный и сухой, а штурвал — такой большой, что они казались одной вышины. Лицо у него было обветренное, корявое, все в морщинах, и по виду он казался на пятьдесят лет старше мистера Пайка. Меньше всего можно была ожидать встретить в качестве рулевого на одном из наших лучших парусных судов такую ископаемую фигуру дряхлого старика. Позднее я узнал через Ваду, что его зовут Энди Фэй и что, по его словам, ему никак не больше шестидесяти трех лет.</p>
     <p>Я прислонился к борту на подветренной стороне будки штурвала и стал смотреть на высокие мачты и на мириады веревок, слабо проступавшие в темноте. Нет, меня положительно не прельщало это плавание. Вся атмосфера здесь, на судне, была какая-то неприятная. И началось плохо. В течение нескольких часов я мерз на пристани, пока ждал парохода. А потом еще этот приятный сюрприз, когда оказалось, что мисс Уэст едет с нами. А эта команда из калек и помешанных!.. «Хотел бы я знать, — думал я, — торчит ли еще тот раненый грек в средней рубке, и зашил ли его мистер Пайк?» Но я твердо знал одно — что я не хотел бы быть пациентом у такого хирурга.</p>
     <p>Даже у Вады, никогда не плававшего на парусных судах, были свои сомнения насчет нашего путешествия. Были они и у буфетчика, который б<emphasis>о</emphasis> льшую часть жизни провел на парусных судах. Что касается капитана Уэста, то для него команда не существовала. Ну, а мисс Уэст была так возмутительно нормально здорова, что не могла не быть оптимисткой в такого рода вещах. В ней жизнь била ключом. Ее красная кровь говорила ей, что она будет жить вечно и что ничего дурного не может случиться с ее великолепной особой.</p>
     <p>О, верьте мне, я знаю, на что способна красная кровь! И таково было мое тогдашнее настроение, что это здоровое полнокровие мисс Уэст было для меня оскорблением, ибо я знал, как неразумна и как порывиста может быть красная кровь. И вот по меньшей мере пять месяцев — недаром же мистер Пайк предлагал держать пари на все его месячное жалованье, что мы не закончим рейса раньше этого срока, — по меньшей мере пять месяцев мне предстоит провести в обществе этой девицы. Как верно то, что космическая пыль есть космическая пыль, так же верно и то, что прежде чем кончится наше плавание, она начнет преследовать меня своей любовью.</p>
     <p>Пожалуйста, не поймите меня превратно. Моя уверенность в этом вытекала отнюдь не из преувеличенно лестного мнения о моей привлекательности для женского пола, а только из моего далеко не лестного мнения о женщинах. Я считаю, что почти все женщины инстинктивно охотятся за мужчинами, — этот инстинкт вложен в них природой. Женщина тянется к мужчине с такою же слепою стихийностью, с какой подсолнечник тянется к солнцу, с какой цепляются усики виноградной лозы за все, за что только могут уцепиться.</p>
     <p>Можете сказать, что я blase<a l:href="#n_579" type="note">[579]</a>, — я не обижусь, если под этим словом вы подразумеваете пресыщение жизнью, интеллектуальное и моральное, какое может постигнуть даже молодого, тридцатилетнего человека. Да, мне только тридцать лет, и я устал от жизни, устал и терзаюсь сомнениями. Потому-то я и пустился в это плавание. Мне хотелось уйти от всех этих переживаний, побыть наедине с самим собой и подумать, как жить дальше.</p>
     <p>Мне иногда казалось, что пресыщение жизнью и усталость были вызваны успехом моей пьесы, — первой моей пьесы, как это всем известно. Но это был успех такого рода, что в моей душе он поднял сомнения, как поднял их и успех нескольких томиков моих стихотворений. Права ли публика? Правы ли критики? Конечно, назначение художника — живописать жизнь, но что я знал о жизни?</p>
     <p>Итак, теперь вы, может быть, начинаете понимать, что я разумею под болезнью, называющейся «пресыщение жизнью», которой я страдал. И я в самом деле страдал, страдал серьезно. Меня преследовали сумасшедшие мысли навсегда уйти от мира. У меня в голове даже сложилась было идея отправиться на Молокаи и посвятить остаток моих дней прокаженным. Такая дикая идея у тридцатилетнего человека, здорового и сильного, не пережившего никакой особенной трагедии, обладающего таким огромным доходом, что он не знал, куда его девать, — у человека, чье имя, благодаря его заслугам, было у всех на устах, у человека, доказавшего свое право на внимание общества! И я был этим сумасшедшим человеком, который был готов избрать себе в удел уход за прокаженными.</p>
     <p>Могут, пожалуй, сказать, что успех вскружил мне голову. Прекрасно, допустим, что так. Но от чего бы ни происходила моя болезнь, хотя бы даже от успеха, вскружившего мне голову, она была фактом, — неопровержимым фактом. Мне было хорошо известно, что я достиг полного умственного и артистического развития, что я достиг в некотором роде границы своего развития. И я поставил диагноз моей болезни и прописал себе лекарство — путешествие. И вдруг появляется эта возмутительно здоровая и глубоко женственная мисс Уэст и едет с нами. Это был последний из ингредиентов, какой могло прийти мне в голову включить в рецепт прописанного мною лекарства.</p>
     <p>Женщины! Женщины! Видит Бог, меня достаточно изводили их преследования, чтобы я мог не знать их. Судите сами: тридцать лет отроду, не совсем урод, занимает видное положение в свете, как интеллигентный человек и художник, и сногсшибательный доход, — как же не гоняться за таким человеком! Да будь я горбун, калека, урод, за мной гонялись бы уже из-за одного моего имени, из-за одних моих денег.</p>
     <p>Да и любовь! Разве не знал я любви — лирической, страстной, безумной, романтической любви! И это тоже испытал я в свое время. Я тоже трепетал и пел, рыдал и вздыхал. И горе знал, и хоронил своих мертвых. Но это было так давно! Ох, как я был тогда молод! Мне едва исполнилось двадцать четыре года тогда. А после того жизнь преподала мне тяжелый урок, и я понял горькую истину, что даже бессмертное горе умирает. И я опять смеялся и принимал участие в игре в любовь с хорошенькими свирепыми мотыльками, летевшими на свет моего богатства и артистической славы. А потом я с отвращением отвернулся от женских приманок и пустился в новую длительную авантюру ломанья копий в царстве мысли. И вот теперь очутился на борту «Эльсиноры», выбитый из седла столкновением с кончеными проблемами жизни, выбывший из строя с проломленной головой.</p>
     <p>Пока я стоял у борта, стараясь отогнать мрачные предчувствия насчёт нашего плавания, мне вспомнилось, как мисс Уэст энергично хлопотала внизу над разборкой своего багажа и как весело она напевала, устраивая свое гнездышко. А от нее мысль моя перенеслась к извечной тайне женщины. Да, со всем моим футуристическим презрением к женщине, я всегда вновь и вновь поддавался этим чарам, — чарам тайны женщины.</p>
     <p>Я не создаю себе иллюзий — боже меня упаси! Женщина, ищущая любви, воительница и победительница, хрупкая и свирепая, нежная и жестокая, гордая, как Люцифер, и лишенная всякого самолюбия, представляет вечный, почти болезненный интерес для мыслителя. Где источник того огня, что прорывается сквозь все ее противоречия, сквозь ее низменные инстинкты? Откуда эта ненасытная жажда жизни, вечная жажда жизни, — жизни на нашей планете? Иногда мне это кажется чем-то ужасным, бесстыдным и бездушным. Иногда меня это сердит, иногда я преклоняюсь перед величием этой тайны. Нет, не убежать от женщины. Как дикарь всегда возвращается в темный бор, где обитают злые духи, а может быть, боги, так и я все возвращаюсь к созерцанию женщины.</p>
     <p>Голос мистера Пайка прервал мои размышления. С бака через все судно несся его рев:</p>
     <p>— Эй, вы там! На верхнюю рею!.. А ты смотри: только оборви мне ревант, я тебе башку проломлю.</p>
     <p>Он опять закричал, но уже не таким грубым голосом. Теперь он обращался к Генри — тому юноше, который поступил на «Эльсинору» с учебного судна.</p>
     <p>— Эй, Генри, на верхнюю рею! — кричал он. — Прочь эти реванты! Закрепи их на рее!</p>
     <p>Выведенный таким образом из задумчивости, я решил лечь спать. Я уже взялся за ручку двери рубки, чтобы спуститься вниз, когда мне вслед опять прогремел голос мистера Пайка.</p>
     <p>— Ну-ка, молодчики, переодетые дворянские сынки! Проснитесь! Живо наверх!</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IX</p>
     </title>
     <p>Я плохо спал. Сначала зачитался и долго читал в постели. Только в два часа утра я погасил керосиновую лампу, которую Вада достал для меня. Заснул я мгновенно (способность скоро засыпать — самое драгоценное мое свойство), но почти тотчас же проснулся. И с той минуты началось: я беспокойно метался, стараясь заснуть, задремал и вдруг, как от толчка, опять просыпался и наконец бросил пытаться заснуть. Я чувствовал какое-то раздражение по всей коже. Недоставало только, чтобы при моих расстроенных нервах я заболел крапивной лихорадкой, да еще в холодную зимнюю пору.</p>
     <p>В четыре часа я зажег лампу, взялся опять за книгу и позабыл про свою раздраженную кожу, увлекшись восхитительными выпадами Вернон Ли против Вильяма Джемса и его «воли к вере». Я был на наветренной стороне судна, и мне слышны были раздававшиеся на палубе над моей головой мирные шаги вахтенного офицера. Это не были шаги мистера Пайка, или мистера Меллэра или лоцмана. «Значит, там наверху кто-то бодрствует, и работа идет своим чередом, — думал я. — За ходом судна бдительно наблюдают и — ясное дело — будут наблюдать каждый час и все часы нашего плавания».</p>
     <p>В половине пятого я услышал звон будильника, который буфетчик тотчас же остановил. Через пять минут буфетчик встал. Я поманил его рукой в мою открытую дверь и попросил подать мне кофе. Вада служил у меня уже несколько лет, и я был уверен, что он отдал буфетчику самые точные инструкции на этот счет и передал ему мой кофе и мой спиртовый кофейник.</p>
     <p>Буфетчик был настоящее золото. Через десять минут он подал мне чашку превосходного кофе. Я читал до самого рассвета, а в половине девятого, позавтракав в постели, был уже на палубе, выбритый и одетый. Дул легкий попутный северный ветер. Мы все еще шли на буксире, но с поднятыми парусами. В командной рубке капитан Уэст и лоцман курили сигары. У штурвала стоял человек, про которого я тотчас же решил, что он настоящий работник. Он был невысок — ниже среднего роста; лицо у него было интеллигентное, с широким умным лбом. Потом мне сказали, что зовут его Том Спинк и что он англичанин. У него были голубые глаза, светлая кожа, в волосах заметно пробивалась седина, и на глаз ему смело можно было дать лет пятьдесят. На мое приветствие он весело ответил: «С добрым утром, сэр» — и, произнося эти простые слова, улыбнулся. Он не был похож на моряка, как Генри, юнга с учебного судна, и все-таки я сразу почувствовал, что он — моряк, и опытный моряк.</p>
     <p>На вахте стоял мистер Пайк, и на мое одобрительное замечание о Томе Спинке он ворчливо согласился, что этот человек — «лучший из всего котла».</p>
     <p>Из командной рубки вышла мисс Уэст своей живой, эластичной походкой, розовая после сна, и немедленно начала устанавливать свои отношения с внешним миром. Когда на ее вопрос, как я спал, я ответил: «Отвратительно», она потребовала объяснения. Я ей сказал о моей предполагаемой крапивнице и показал волдыри на руках.</p>
     <p>— Вам надо очистить кровь, — быстро решила она. — Погодите минутку. Я посмотрю, не найдется ли у меня чего-нибудь для вас.</p>
     <p>С этими словами она сбежала вниз и мигом вернулась со стаканом воды, в которой развела чайную ложку кремортартара<a l:href="#n_580" type="note">[580]</a>.</p>
     <p>— Выпейте! — приказала она безапелляционным тоном.</p>
     <p>Я выпил. А в одиннадцать часов (я сидел на палубе) она подошла к моему стулу со второй порцией того же снадобья и, кстати, распекла меня за то, что я позволяю Ваде кормить Поссума мясом. От нее мы с Вадой и узнали, что давать мясо маленьким щенкам — смертный грех. Затем она предписала диету для Поссума и дала на этот счет строгий наказ не только мне и Ваде, но и буфетчику, и плотнику, и мистеру Меллэру. К двум последним она отнеслась особенно подозрительно, так как они обедали за отдельным столом в большой задней каюте, где Поссум часто играл, и, не стесняясь, высказала им свои подозрения прямо в глаза. При этом плотник робким тоном бормотал что-то непонятное на ломаном английском языке, стараясь уверить ее в своей невинности как в прошлом, так и в настоящем и в будущем, и со сконфуженным видом топтался перед ней на своих огромных ногах. Оправдания мистера Меллэра были такого же характера, с тою лишь разницей, что произносились с мягкостью и галантностью лорда Честерфильда.</p>
     <p>Короче, питание Поссума подняло целую бурю в домашнем обиходе «Эльсиноры», а к тому времени, когда буря улеглась, между мисс Уэст и мной установилась своего рода близость: у меня явилось такое чувство, что мы с ней оба хозяева щенка. Позднее, днем, я заметил, что Вада уже не ко мне, а к мисс Уэст обращается за инструкциями относительно количества теплой воды, каким следует разбавлять сгущенное молоко для Поссума, и так далее.</p>
     <p>Завтрак, так же как и обед накануне, заслужил мое полное одобрение и еще более возвысил повара в моих глазах. Перед обедом я прогулялся в кухню, чтобы познакомиться с поваром. Он был несомненно китаец, пока не начинал говорить, а если судить только по его голосу — он был англичанин. Он говорил таким культурным языком, что я не преувеличил бы, если бы сказал, что он говорит как оксфордец. Он был тоже старик, по меньшей мере шестидесятилетний (сам он сознавался в пятидесяти девяти). Самым заметным в его наружности были три вещи: улыбка, освещавшая все его начисто выбритое азиатское лицо и азиатские глаза; ровные, белые, великолепные зубы (я даже думал, что они искусственные, пока Вада не уверил меня, что они настоящие), и его руки и ноги. Руки, до смешного маленькие и очень красивые, заставили меня обратить внимание на его ноги. Ноги были тоже замечательно малы и очень аккуратно, почти щегольски обуты.</p>
     <p>В полдень мы высадили лоцмана, но «Британия» вела нас на буксире до самого обеда и отпустила только тогда, когда нас окружал широкий океан, и земля казалась лишь неясным пятнышком на западном горизонте. Собственно, только с того момента, как мы расстались с «Британией», можно было считать, что мы «вышли в море», то есть начали плавание в буквальном смысле, хотя прошли уже весь двадцатичетырехчасовой путь от Балтиморы до океана.</p>
     <p>Незадолго до того, как мы отпустили буксир, я стоял на корме и смотрел вперед, облокотившись на перила. В это время ко мне подошла мисс Уэст. Она весь день была занята в своей каюте и теперь вышла подышать воздухом, сказала она. Минут пять она с видом опытного моряка осматривала горизонт, затем сказала:</p>
     <p>— Барометр стоит очень высоко — 30.60. Этот легкий северный ветер недолго продержится. Он или совсем стихнет или перейдет в северо-восточный шторм.</p>
     <p>— Что бы вы предпочли? — спросил я.</p>
     <p>— Разумеется, шторм. Он отнесет нас от берега и поможет мне скорее справиться с морской болезнью… О да, — добавила она, — я хороший моряк, но я ужасно страдаю от качки в начале каждого плавания. Теперь вы, вероятно, не увидите меня дня два. Вот почему я так торопилась устроиться в своей каюте.</p>
     <p>— Я читал, что лорд Нельсон никогда не мог преодолеть своего отвращения к морю, — сказал я.</p>
     <p>— Отца тоже укачивает иногда; мне случалось видеть его в этом состоянии, — сказала она. — Да, даже самые крепкие, самые закаленные моряки часто страдают от качки.</p>
     <p>Тут к нам присоединился мистер Пайк, прекратив на минуту свое вечное хождение взад и вперед, и стал рядом с нами, облокотившись на перила.</p>
     <p>Нам видна была б<emphasis>о</emphasis> льшая часть команды, выбиравшей канаты на главной палубе под нами. На мой неопытный глаз эти люди не внушали никакого доверия.</p>
     <p>— Незавидная команда — как вы находите, мистер Пайк? — заметила мисс Уэст.</p>
     <p>— Чего уж хуже! — проворчал мистер Пайк. — А я уж, кажется, довольно насмотрелся всяких команд. Теперь мы их учим обращаться с талями.</p>
     <p>— У них голодный вид, — вставил я.</p>
     <p>— Да так оно и есть: они почти всегда приходят к нам голодными, — отозвалась мисс Уэст, и глаза ее остановились на матросах с тем самым выражением оценивающего скот скотопромышленника, какое я подметил раньше у мистера Пайка. — Но это ничего: от регулярной жизни они скоро растолстеют. Не будут водки пить, будут хорошо питаться — и живо поправятся. Не правда ли, мистер Пайк?</p>
     <p>— Конечно. Они всегда поправляются на море. Вот вы увидите, как они оживут, когда мы приберем их к рукам… если нам это удастся. А все-таки препаршивый народ.</p>
     <p>Я взглянул вверх, на широкие полотнища парусов. Наши четыре паруса, казалось, занимали все место, на каком только можно было распустить паруса, а между тем матросы под наблюдением мистера Меллэра натягивали между мачтами еще какие-то треугольные паруса вроде кливеров, и их было так много, что они заходили один на другой. Люди работали так неловко и так медлительно, что я спросил:</p>
     <p>— А что бы вы делали, мистер Пайк, с этой зеленой командой, если бы вот сейчас налетел шторм на всю паутину из парусов?</p>
     <p>Он пожал плечами с таким видом, точно я спросил, что бы он делал, если бы его застигло землетрясение посреди улицы и с двух сторон ему валились бы на голову нью-йоркские небоскребы.</p>
     <p>— Что бы мы делали? Убрали бы паруса, — ответила за него, мисс Уэст. — О, будьте покойны, мистер Патгерст, это можно: сделать со всякой командой. Если бы это было недостижимо, я бы давно уже утонула.</p>
     <p>— Так же, как и я. Совершенно верно, — поддержал ее мистер Пайк.</p>
     <p>— В критические минуты офицеры делают чудеса с самой плохой командой, — добавила мисс Уэст.</p>
     <p>Мистер Пайк снова подтвердил ее слова одобрительным кивком, и я заметил, как его огромные лапы, перед тем свободно лежавшие на перилах, бессознательно напряглись и сжались в. кулаки. Заметил я и свежие ссадины на суставах его пальцев. Вдруг мисс Уэст весело рассмеялась, точно вспомнив о чем-то.</p>
     <p>— Помню, один раз шли мы из Сан-Франциско с самой безнадежной командой. Это было на «Лалла Рук». Помните вы «Лалла Рук», мистер Пайк?</p>
     <p>— Пятое судно под командой вашего отца. Как не помнить? Оно потом погибло на западном берегу во время землетрясения. Его сорвало с якорей и набежавшей волной выкинуло на берег прямо под скалу, и скала обрушилась на него.</p>
     <p>— Ну да, вот это самое судно. Ну-с, так состав команды был тогда такой: чернорабочие, каменщики, погонщики скота и бродяги. Больше всего было бродяг. Не могу себе представить, откуда выкопали наши агенты такой сброд. Много было между ними и китайцев. Посмотрели бы вы на них, когда их в первый раз послали на ванты. Клоуны — да и только, лучше всякого цирка. — Она опять рассмеялась. — И как только мы вышли в открытое море, задул жестокий ветер, и пришлось убрать часть парусов. Вот тут-то наши офицеры и показали себя. Как они управились — Бог один знает! Это было какое-то чудо… Помните мистера Гардинга, Сайлеса Гардинга, мистер Пайк?</p>
     <p>— Еще бы не помнить! — с восторгом подхватил мистер Пайк. — Человек был, настоящий человек. И ведь уже и тогда был старик.</p>
     <p>— Да. Страшный человек, — проговорила она, и добавила почти с благоговением: — Удивительный человек! — Она повернулась ко мне. — Он служил на «Лалла Рук» помощником капитана. Матросы были самые жалкие, неумелые люди — новички. Почти всех укачало. Но мистер Гардинг все же ухитрился убрать паруса… Ах да, я вот что хотела рассказать… Я стояла на корме, вот как сейчас, а кучка этих оборванцев под наблюдением мистера Гардинга устанавливала реванты на марселе. На какой это будет высоте от палубы, мистер Пайк?</p>
     <p>— Позвольте… «Лалла Рук»… — Мистер Пайк помолчал, соображая. — Да около ста футов будет, я думаю.</p>
     <p>— Мне и самой так казалось. Ну вот, один из новичков, бродяга (должно быть, он уже попробовал тяжелую руку мистера Гардинга) сорвался с марса-реи. Я была тогда еще девочкой, но и я понимала, что это верная смерть, потому что он падал с наветренной стороны судна прямо на палубу. Но он попал на парус, в самую середину, и это ослабило его падение. Он перекувырнулся и стал на палубу на ноги, целый и невредимый. И очутился против мистера Гардинга лицом к лицу. Не знаю, кто из двух больше удивился, но думаю, что мистер Гардинг, потому что он буквально остолбенел. Он ожидал, что этот человек убьется. А тот… Казалось бы, он должен был совсем растеряться. Не тут-то было: он только взглянул на мистера Гардинга и отскочил, потом, как кошка, стал карабкаться на снасти и мигом взобрался на ту же самую марса-рею.</p>
     <p>Мисс Уэст и мистер Пайк. смеялись так громко, что я даже не понимаю, как они расслышали, когда я сказал:</p>
     <p>— Удивительно! Воображаю, как должно было подействовать на нервы этого человека, пока он падал, сознание, что его ожидает верная смерть.</p>
     <p>— Очевидно, вид мистера Гардинга подействовал на него сильнее, — проговорил мистер Пайк с новым взрывом смеха, к которому присоединилась и мисс Уэст.</p>
     <p>Все это было очень хорошо в своем роде. Море есть море, и судно есть судно, и судя по тем экземплярам команды, какие я видел, суровое обращение с ними было необходимо. Но то, что молодая женщина, такая изящная, как мисс Уэст, знала о подобных вещах и была до такой степени поглощена этой стороной судовой жизни, было уже нехорошо. Нехорошо — с моей точки зрения, хотя я, сознаюсь, был заинтересован, и благодаря такому факту мне становилась понятнее реальная жизнь. А все-таки, чтобы мириться с такими вещами, надо было иметь крепкие нервы, и мне неприятно было думать, что мисс Уэст так очерствела.</p>
     <p>Я взглянул на нее и не мог еще раз не заметить, как плотна и тонка ее кожа: У нее были темные волосы и темные брови, почти прямые и низко лежавшие над глазами. Глаза были серые, теплого серого цвета, с продолговатым разрезом и со спокойным, открытым выражением — умные и живые глаза. Пожалуй, и вообще самым характерным выражением ее лица было большое спокойствие. Казалось, она не знает волнений и всегда пребывает в согласии с самой собой и с внешним миром. Самым красивым в ее лице были глаза, окаймленные темными, как и брови и волосы, ресницами. Замечательно красив был и ее нос, совершенно прямой, напоминавший нос ее отца. Безукоризненные очертания переносицы и ноздрей бесспорно свидетельствовали о хорошей породе.</p>
     <p>Рот у нее был подвижной, с красивым изгибом тонких губ, благородный, выразительный рот, не очень большой, но и не маленький, — я бы сказал — богатый рот, богатый по разнообразию выражении, — выражавший силу в серьезные минуты и умевший хорошо смеяться. Вся ее здоровая, живая натура сказывалась в очертаниях этого рта и в глазах. Когда она улыбалась, зубов не было видно: улыбалась она больше глазами. Но когда она смеялась, вы видели два рада крепких, ровных белых зубов, не маленьких, как у ребенка, а как раз тех сильных, нормальной величины зубов, какие ожидаешь увидеть у такой здоровой, нормальной женщины, как она.</p>
     <p>Я не назвал бы ее красавицей, а между тем она обладала многими данными, делающими женщину красивой. У нее была красота сочетания красок, здоровая белизна кожи, которую подчеркивали темные волосы, темные ресницы и брови. А темные ресницы и брови и белизна кожи только ярче выставляли теплые тона ее серых глаз. Лоб у нее был не слишком широкий и не очень высокий, но совершенно гладкий. На нем не видно было ни одной морщинки, ни намека на излишнюю чувствительность или нервность, ни следа мрачных дней упадка духа и белых, бессонных ночей.</p>
     <p>Бесспорно, у нее были все необходимые атрибуты здоровой человеческой самки, не знавшей ни горя, ни тяжелых забот, все признаки нормальной женщины с крепким телом, в котором все процессы совершались автоматически, без всяких трений.</p>
     <p>— Сейчас мисс Уэст показала себя в новой роли предсказательницы погоды, — сказал я мистеру Пайку. — Интересно, что вы предскажете насчет ближайшей погоды?</p>
     <p>— Не удивительно, что мисс Уэст берется предсказывать погоду, — отозвался мистер Пайк, переводя глаза с тихо волнующегося моря на небо. — Она не в первый раз плывет по северной части Атлантического океана зимой. — С минуту он соображал, изучая море и небо. — Принимая во внимание высоту барометра, я бы сказал, что скоро или поднимется небольшой северо-восточный ветер или наступит полный штиль. Но больше шансов в пользу штиля.</p>
     <p>Мисс Уэст одарила меня торжествующей улыбкой и вдруг схватилась за перила, так как в этот момент «Эльсинору» подкинуло особенно высокой волной и разом бросило в провал между волнами, так что все паруса ослабли и заполоскались с глухим рокотом.</p>
     <p>— Так и есть — штиль, — проговорила мисс Уэст с легкой гримаской. — Если будет так продолжаться, я через пять минут буду лежать пластом на моей койке.</p>
     <p>Она отмахнулась от изъявлений моего сочувствия.</p>
     <p>— Не беспокойтесь обо мне, мистер Патгерст. Правда, морская болезнь противна и неприятна, как противна всякая грязь или дождливая погода. Но это пройдет. Во всяком случае морскую болезнь я предпочитаю крапивной лихорадке.</p>
     <p>Внизу с матросами было что-то неладное: чего-то они не поняли, в чем-то промахнулись — это было ясно, так как мистер Меллэр вдруг повысил голос. У него, как и у мистера Пайка, была манера рычать на людей, что очень неприятно резало ухо.</p>
     <p>У многих матросов были на лицах синяки, а у одного так распух глаз, что совсем закрылся.</p>
     <p>— Похоже на то, что он впотьмах наткнулся на пиллерс<a l:href="#n_581" type="note">[581]</a>, — заметил я.</p>
     <p>Как нельзя более красноречив был быстрый взгляд, бессознательно брошенный мисс Уэст на лежавшие на перилах огромные лапы мистера Пайка со свежими ссадинами на суставах пальцев. Это было ударом кинжала мне в сердце: она знала.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава Х</p>
     </title>
     <p>В тот вечер нас обедало в столовой только трое: «Эльсинору» раскачивало мертвой зыбью наступившего штиля, заставившей мисс Уэст спрятаться в своей каюте.</p>
     <p>— Теперь вы не увидите ее несколько дней, — сказал мне капитан Уэст. — Совершенно то же бывало и с ее матерью. Она была прирожденным моряком, но ее укачивало в начале каждого плавания.</p>
     <p>— Это обычная встряска от перемены обстановки.</p>
     <p>Мистер Пайк удивил меня: еще ни разу я не слыхал от него за столом такой длинной фразы.</p>
     <p>— Каждый из нас, расставшись с сушей, испытывает эту встряску. Приходится забыть о покойных днях на берегу, обо всех хороших вещах, которые можно получить за деньги, и отстаивать вахту за вахтой — четыре часа на палубе и четыре внизу. Это не легко достается, — нервы натягиваются, и чувствуешь себя очень скверно, пока не привыкнешь к перемене. Приходилось вам, мистер Патгерст, слышать в Нью-Йорке этой зимой Карузо и Бланш Арраль?</p>
     <p>Я кивнул, все еще удивляясь такой его многоречивости за столом.</p>
     <p>— Ну вот, вы только представьте себе: слушать их всех — и Карузо, и Бланш Арраль, и Уизерспуна, и Амато, — слушать в столице вечер за вечером, а потом распрощаться со всем этим, выйти в море и отбывать вахту за вахтой. Оно не слишком приятно.</p>
     <p>— Вы не любите моря? — спросил я.</p>
     <p>Он вздохнул.</p>
     <p>— Не знаю. Я ведь ничего не знал, кроме моря.</p>
     <p>— И музыки, — вставил я.</p>
     <p>— Да. Но море и бесконечные плавания лишили меня большей части той музыки, какою я хотел бы наслаждаться.</p>
     <p>— Вы, вероятно, слышали Шуман Гейнк?</p>
     <p>— Поразительно! Поразительно! — пробормотал он с благоговением и взглянул на меня. В его глазах стоял нетерпеливый вопрос. — Если хотите… у меня есть с полдюжины ее пластинок, а до ночной моей вахты еще далеко. Если капитан Уэст разрешит… — Капитан Уэст кивнул в знак того, что он разрешает. — Так хотите послушать? У меня довольно хороший граммофон.</p>
     <p>Затем, к моему изумлению, как только буфетчик убрал со стола, этот заплесневелый старый пережиток былых дней жестокой кулачной расправы с людьми, этот видавший всякие вида, потрепанный морем обломок вынес из своей каюты граммофон с великолепнейшей коллекцией пластинок и все это расставил и разложил на столе. Открыли настежь широкие двери каюты, образовав таким образом из столовой и задней каюты одну большую комнату. Мы с капитаном Уэстом расположились в широких кожаных креслах в задней каюте, пока мистер Пайк устанавливал граммофон. Его лицо было освещено висячими лампами, и каждый оттенок выражения на этом лице был ясно виден мне.</p>
     <p>Я ожидал услышать какой-нибудь популярный мотив — и ошибся. Мистер Пайк, очевидно, признавал только серьезную музыку, и его бережное обращение с пластинками уже само по себе было откровением для меня. Каждую пластинку он брал в руки как святыню, с почтительной осторожностью развязывал, развертывал ее и, прежде чем поставить под иголку, обчищал мягкой щеточкой из верблюжьего волоса. В первые минуты я видел только огромные грубые руки грубого человека, с ободранными суставами пальцев, — грубые руки, в каждом движении которых чувствовалась любовь. Каждое прикосновение их к пластинкам было лаской, и пока пластинка звучала, он стоял над ней в благоговении, уносясь мечтой в какой-то рай небесной музыки, известный ему одному.</p>
     <p>Все это время капитан Уэст сидел, откинувшись на спинку кресла, и курил сигару. Его лицо ничего не выражало, музыка его не трогала; по-видимому, он витал где-то далеко. Я склонен думать, что он даже не слыхал граммофона. Он не делал никаких замечаний, ничем не проявлял ни одобрения, ни неодобрения исполнявшейся пьесе. Он казался сверхъестественно невозмутимым, сверхъестественно далеким. И наблюдая за ним, я спрашивал себя, в чем состоят его обязанности. Ни разу я не видел, чтобы он что-нибудь делал. Мистер Пайк наблюдал за нагрузкой судна. Капитан Уэст явился на борт только тогда, когда судно было готово к отплытию. Ни разу я не слышал, чтобы он отдавал приказания. Выходило так, как будто всю работу делали мистер Пайк и мистер Меллэр. А капитан Уэст только курил сигары, знать не хотел своей команды и пребывал в блаженном неведении того, что творилось на «Эльсиноре».</p>
     <p>Когда граммофон кончил хор — «Аллилуйя» из оратории «Мессия» и псалом «Он накормит стадо свое», — мистер Пайк сказал мне почти извиняющимся тоном, что он любит духовную музыку, может быть, потому, что, когда он был мальчиком, ему пришлось петь в церковном хоре Сан-Франциско.</p>
     <p>— А потом я ударил попа по голове палочкой дирижера. Пришлось удирать, и я опять ушел в море, — заключил он с жестким смехом.</p>
     <p>И вслед затем он опять замечтался над мейерберовским «Царем Небесным» и над «О, покойся во Господе» Мендельсона.</p>
     <p>Когда пробило три четверти восьмого, он старательно завернул свои пластинки и унес их вместе с граммофоном к себе в каюту. Я побыл с ним, пока он свертывал себе папиросу в ожидании восьми часов.</p>
     <p>— У меня еще много хороших вещей, — сказал он мне конфиденциальным тоном. — Кенена «Придите ко мне», «Распятие» Фора, а потом еще «Поклонимся Господу» и «Свете тихий» для хора. А еще вот «Иисус, возлюбленный души моей». Это такая прелесть! — за сердце хватает. Как-нибудь вечерком я вам сыграю все это.</p>
     <p>— Вы верующий? — спросил я его.</p>
     <p>Это восторженное преклонение перед духовной музыкой и эти грубые руки мясника… Я не мог отделаться от этого впечатления, что и побудило меня задать мой вопрос.</p>
     <p>Он заметно колебался, прежде чем ответил:</p>
     <p>— Я верю… когда слушаю эти вещи.</p>
     <empty-line/>
     <p>* * *</p>
     <p>Я опять отвратительно спал ночью. Не выспавшись накануне я рано закрыл книгу и погасил лампу. Но не ушел я задремать, как меня опять разбудил приступ крапивной лихорадки. Весь день она не беспокоила меня, но как только погасил лампу и уснул, опять начался этот проклятый зуд во всем теле. Вада еще не ложился, и я попросил его принести мне порцию кремортартара. Это не помогло, и в полночь я накинул халат и поднялся на ют.</p>
     <p>Мистер Меллэр только что начал свою четырехчасовую вахту. Он ходил взад и вперед по левой стороне кормы. Я тихонько пробрался за его спиной мимо рулевого, которого не узнал, и укрылся от ветра на подветренной стороне будки штурвала.</p>
     <p>И снова, глядя на смутно проступавшие в темноте сложные сплетения снастей и очертания высоких мачт с поставленными парусами, я вспомнил бестолковую, полоумную команду, и сердце у меня сжалось от предчувствия беды. Можно ли рассчитывать на благополучное плавание с такой командой и на таком огромном судне, как «Эльсинора», представлявшем лишь тонкую полудюймовую стальную скорлупу с грузом угля в пять тысяч тонн весом! Страшно было и думать об этом. Это путешествие не ладилось с самого начала. И в том мучительном, неуравновешенном состоянии, какое вызывается у каждого нормального человека отсутствием сна, я, разумеется, не мог не прийти к заключению, что нашему плаванию не суждено окончиться благополучно.</p>
     <p>Но что в действительности готовила нам судьба, о том не могло и пригрезиться не только мне, но даже сумасшедшему.</p>
     <p>Я вспомнил мисс Уэст с ее красною кровью, — мисс Уэст, которая всегда жила полной жизнью и не сомневалась, что будет жить вечно. Вспомнил мистера Пайка, любителя музыки, дающего волю рукам. Многие, даже еще более крепкие представители блаженной памяти прошлого выходили в море, не подозревая, что это их последнее плавание. А капитан Уэст?.. Ну, этот не шел в счет. Он был существом слишком нейтральным, слишком далеким, чем-то вроде привилегированного пассажира, на котором не лежало никаких обязанностей, которому предоставлялось безмятежно и пассивно пребывать в некоей нирване собственного его изобретения.</p>
     <p>Затем я вспомнил сумасшедшего грека, который изранил себя и которого зашивал мистер Пайк, — вспомнил, что он лежит теперь между стальными стенами средней рубки в безумном бреду. Эта картина почти заставила меня решиться, ибо в моем лихорадочно возбужденном воображении этот грек олицетворял собой все это беспомощное сборище сумасшедших и идиотов. Конечно, я еще мог вернуться в Балтимору. Слава Богу, у меня нет недостатка в деньгах, и я мог позволить себе такую прихоть. Как-то раз мистер Пайк на мой вопрос сказал мне, что, по его подсчету, затраты на содержание «Эльсиноры» составляют около двухсот долларов в день. Ну что ж, я мог заплатить не то что двести, а хоть тысячу долларов в день за те несколько дней, которые понадобились бы, чтобы доставить меня на берег или на лоцманское судно или на какое-нибудь судно, идущее к Балтимору.</p>
     <p>Я был уже почти готов сойти вниз, поднять с постели капитана Уэста и сообщить ему о принятом мною решении, но тут мне пришло в голову такое соображение: «Так, стало быть, ты, мыслитель и философ, страдающий пресыщением жизнью, боишься утонуть, перестать существовать, погрузиться во мрак небытия?» И вот потому только, что я был горд моим презрением к жизни, капитан Уэст был спасен; его сон не был нарушен. Конечно, сказал я себе, я доведу до конца эту авантюру, если только можно назвать авантюрой путешествие вокруг мыса Горна на судне, населенном сумасшедшими, и даже хуже, ибо я вспомнил тех трех субъектов вавилоно-палестинского типа, которые вызвали взрыв гнева со стороны мистера Пайка и смеялись таким беззвучным, страшным смехом.</p>
     <p>Ночные мысли! Мысли, навеянные бессонницей! Я отогнал их и направился вниз, продрогший до костей. В дверях капитанской рубки я столкнулся с мистером Меллэром.</p>
     <p>— Добрый вечер, сэр, — приветствовал он меня. — Досадно, нет ветра, чтобы нас отнесло подальше от берега.</p>
     <p>Я помолчал с минуту, потом спросил:</p>
     <p>— Какого вы мнения о команде?</p>
     <p>Он пожал плечами.</p>
     <p>— Я видел в свое время много всяких команд, но такой разнокалиберной, такой несуразной команды никогда не видал. Все какие-то мальчишки или старики или калеки. Видели вы Тони — того сумасшедшего грека, что бросился тогда в воду? И это только начало. Он только образчик многих таких, как он. В моей смене есть один ирландец, огромный детина; так с ним тоже что-то неладно. А заметили вы маленького старикашку-шотландца, сухого, как треска?</p>
     <p>— Того, у которого такой сердитый вид? Третьего дня он стоял на руле.</p>
     <p>— Да, да, этот самый, Энди Фэй. Так вот этот Энди Фэй только что жаловался мне на О'Сюлливана. Уверяет, что О'Сюлливан грозился убить его, что будто, когда он, Энди Фэй, сменился с вахты в восемь часов, он застал О'Силлювана на том, что тот точил бритву. Да лучше я вам все передам словами самого Энди Фэя:</p>
     <p>«Говорит мне О'Сюлливан: „Мистер Фэй, я хочу сказать вам два слова“. — „Сделайте милость, — говорю. — Чем могу быть вам полезен?“ — „Продайте мне ваши непромокаемые сапоги, мистер Фэй“, — говорит он, — учтиво так говорит, надо отдать ему справедливость. — „А на что вам мои сапоги?“ — говорю. — „Мне они очень нужны, — говорит, — и вы сделаете мне большое одолжение, если уступите их“. — „Да ведь это единственная моя пара — говорю, — а у вас есть ваши сапоги“. — „Мистер Фэй, свои я ношу только в дурную погоду“, — говорит он. — „А кроме того, как же вы их купите? Ведь у вас нет денег“, — говорю. — „Я заплачу вам, когда нам выдадут жалованье в Ситтле“. — „Нет, — говорю, — я несогласен. И потом вы не сказали, что вы думаете с ними делать“. — „Так я вам скажу: я их выброшу за борт“, — говорит. Тут уж я увидел, что с ним не столкуешься, и повернулся уходить, а он и говорит, все так же учтиво, медовым таким голосом, а сам все точит бритву: — „Мистер Фэй, — говорит, — не подойдете ли вы поближе ко мне, чтобы я мог перерезать вам горло?“ Тогда я понял, что жизнь моя в опасности, и вот пришел вам доложить, сэр, что этот человек — буйный сумасшедший».</p>
     <p>— Или скоро будет таким, — сказал я. — Я еще вчера его заметил: высокий малый и все бормочет что-то про себя.</p>
     <p>— Да, он самый, — подтвердил мистер Меллэр.</p>
     <p>— И много таких у нас на судне? — спросил я.</p>
     <p>— Больше, чем я желал бы.</p>
     <p>В эту минуту он закуривал папиросу. Вдруг быстрым движением он сдернул с головы фуражку, наклонил голову и поднял над ней горящую спичку, чтобы мне было виднее.</p>
     <p>Я увидел поседевшую голову с почти облысевшей макушкой, лишь местами покрытой редкими длинными волосами. И через все темя, исчезая в более густой бахроме волос над ушами, проходил огромный и глубокий шрам. Я видел его одно лишь мгновение, пока горела спичка, и, может быть, поэтому и еще потому, что этот шрам поразил меня своими размерами, — он показался мне больше, чем был, но я готов поклясться, что в него свободно вошли бы два моих пальца и что шириной он был тоже по меньшей мере в два пальца. Кости в этом месте как будто совсем не было, а была только огромная щель, глубокая впадина, затянутая кожей, и я был уверен, что непосредственно под згой кожей помешается мозг.</p>
     <p>Он надел фуражку и засмеялся, очень довольный эффектом своей демонстрации.</p>
     <p>— Я этим обязан сумасшедшему повару на одном судне, мистер Патгерст: он рассек мне голову сечкой. Мы были тогда в Южном Индийском океане, за тысячи миль от земли, но этому человеку взбрело в его безумную голову, что мы стоим в Бостонской гавани и я не позволяю ему съехать на берег. В ту минуту я стоял спиной к нему и так и не понял, что свалило меня с ног.</p>
     <p>— Но как могли вы оправиться от такой страшной раны? — удивился я. — Должно быть, вы очень живучи, и, вероятно, у вас на судне был очень хороший хирург.</p>
     <p>Он покачал головой.</p>
     <p>— Хирург тут ни при чем. Меня спасла моя живучесть, конечно, и еще… патока.</p>
     <p>— Патока?</p>
     <p>— Да. У нашего капитана было старомодное предубеждение против антисептики. Он всегда употреблял патоку при перевязке свежих ран. Много томительных недель провалялся я на своей койке (переход был длинный), и к тому времени, как мы пришли в Гонконг, рана моя зажила, и не понадобилось никакого хирурга. Я уже начал отбывать мои вахты третьего помощника, — в то время у нас на парусных судах обычно держали трех помощников капитана.</p>
     <p>Много долгих дней протекло, прежде чем мне пришлось оценить ту роковую роль, какую сыграл шрам на голове мистера Меллэра в его судьбе и в судьбе «Эльсиноры». Знай я это в ту минуту, сон капитана Уэста был бы прерван самым необычайным образом, ибо к нему явился бы весьма решительный полуодетый пассажир и поднял бы его с постели диким заявлением, что он готов, если нужно, хоть сейчас купить «Эльсинору» со всем ее грузом, но с условием, чтобы она немедленно вернулась в Балтимору.</p>
     <p>Теперь же я только еще раз подивился тому, что мистер Меллэр мог прожить столько лет с такой дырой в голове.</p>
     <p>Мы еще немного поболтали. Он рассказал мне подробности этого происшествия, рассказал и о других происшествиях в том же роде, случавшихся в море, и тоже с сумасшедшими, какими, по-видимому, кишит все море.</p>
     <p>И все-таки не нравился мне этот человек. Ни к тому, что он говорил, ни к его манере говорить нельзя было придраться. Он казался человеком благородным, с широкими взглядами и для моряка достаточно светским. Я легко прощал ему его чрезмерную сладкоречивость и некоторую манерность в обращении, происходившую от его желания быть учтивым. Не в этом было дело. Но, разговаривая с ним, я все время мучительно и, вероятно, интуитивно чувствовал, хоть и не мог видеть в темноте его глаз, что где-то там, за этими глазами, в глубине его черепа сидит в засаде другое существо, которое наблюдает за мной, изучает, подстерегает меня и говорит одно, а думает другое.</p>
     <p>Простившись с ним, я сошел вниз с таким чувством, точно только что беседовал с одной половиной некоего двуликого существа. Другая половина молчала. Но я все время ощущал ее присутствие, — я чувствовал, что она все время начеку и шпионит за мной, скрываясь где-то за внешним обликом этого человека.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XI</p>
     </title>
     <p>И опять я не мог заснуть. Я принял кремортартару и наконец решил, что приступы моей крапивницы вызываются теплотой постели. А между тем как только я переставал стараться уснуть, как только я зажигал лампу и начинал читать, раздражение кожи уменьшалось, но стоило мне погасить лампу и закрыть глаза, как все тело начинало чесаться. Так проходил час за часом, и в промежутке между тщетными попытками уснуть я успел пробежать много страниц «Отшельника» Рони — занятие, должен сказать, не слишком веселое, ибо произведение это целиком посвящено микроскопическому, утомительно добросовестному исследованию телесных страданий, нервных потрясений и умственных аномалий Ноэля Сервэза. Я наконец бросил книгу, послал к чертям всех французов, питающих пристрастие к анализу, и до известной степени успокоился на более жизнерадостном и циничном Стендале.</p>
     <p>Над моей головой раздавались мерные шаги мистера Меллэра, ходившего взад и вперед» В четыре часа была смена вахт, и я узнал старчески тяжелую поступь мистера Пайка. Полчаса спустя, как раз в тот момент, когда замолчал будильник буфетчика, мгновенно остановленный этим бессонным азиатом, «Эльсинора» накренилась. Мне было слышно, как мистер Пайк зарычал и залаял, отдавая какие-то приказания, а потом до меня донеслись топот и шарканье нескольких десятков ног: очевидно, команда возилась со снастями. А «Эльсинору» кренило все больше и больше, и наконец через мой иллюминатор я увидел воду. И вдруг судно выпрямилось и понеслось вперед с такой быстротой, что сквозь кружок из толстого стекла надо мной я услышал шипенье пены и плеск волн.</p>
     <p>Буфетчик принес мне кофе. Уже совсем рассвело, а я еще долго читал, пока Вада не подал мне завтрак и не помог мне одеться. Он тоже жаловался, что ему не давали спать. Его поместили вместе с Нанси в одной из кают средней рубки. По его описанию, положение было такое: в крошечной каюте с железными стенками, когда дверь была заперта, было буквально нечем дышать. А Нанси требовал, чтобы дверь была закрыта. И вот мой Вада, занимавший верхнюю койку, задыхался. По его словам, воздуха было так мало, что лампа, как ни выкручивал он фитиль, начинала мигать и наконец совершенно отказывалась гореть. Нанси храпел как ни в чем не бывало, а он, Вада, не мог сомкнуть глаз.</p>
     <p>— Он нечистый, — говорил Вада. — Он свинья. Я больше не буду там спать.</p>
     <p>Поднявшись на ют, я увидел, что «Эльсинора» с подобранными парусами несется по бурному морю под низко нависшим, покрытым тучами небом. На вахте был мистер Меллэр, шагавший взад и вперед совершенно так, как он шагал за несколько часов перед тем, и мне понадобилось некоторое усилие, чтобы сообразить, что он сменялся с вахты от четырех до восьми. Но и за такой короткий промежуток он, по его словам, успел поспать с четырех до половины восьмого.</p>
     <p>— Да, чем я могу похвастаться, так это способностью спать, мистер Патгерст, — сказал он. — Я сплю как малый ребенок, а это означает чистую совесть, сэр, — да, чистую совесть.</p>
     <p>И пока он изрекал эту плоскость, у меня было неприятное ощущение, что то постороннее существо внутри его черепа все время неотступно наблюдает за мной.</p>
     <p>В кают-компании капитан Уэст курил и читал Библию. Мисс Уэст не показывалась, и я благодарил судьбу за то, что к моей бессоннице не присоединилась еще и морская болезнь.</p>
     <p>Ни у кого не спрашивая позволения, Вада устроил себе ночлег в дальнем углу большой задней каюты, загородив этот угол основательно скрепленной веревками стеной из моих сундуков и пустых ящиков из-под книг.</p>
     <p>День выдался довольно унылый — без солнца; поминутно брызгал дождь, и не смолкал плеск волн о борты. Я не отрывал глаз от открытой двери кают-компании, выходившей на главную палубу, и мне было видно, как несчастных, уже и так насквозь промокших, матросов окатывало водой, когда они возились с канатами. Несколько раз я видел, как их валило с ног и швыряло по палубе под брызгами шипящей пены. И среди этих жалких, падавших, цеплявшихся за что попало, перепуганных людей твердыми шагами, ничуть не шатаясь, прямой и спокойный, уверенный в своей силе и своем уменье удерживать равновесие, расхаживал или мистер Пайк или мистер Меллэр. Ни того, ни другого ни разу не свалило с ног. Ни тот, ни другой никогда не отскакивали от летевших брызг пены и даже от тяжелой, набежавшей на палубу волны. Эти двое питались другой пищей, были проникнуты другим духом. Эти двое были железные по сравнению с теми несчастными подонками человечества, которых они подчиняли своей воле.</p>
     <p>Перед обедом я задремал на полчаса в одном из больших мягких кресел кают-компании. Если б не сильная качка, я проспал бы несколько часов в этом кресле, так как моя крапивница не мучила меня. Капитан Уэст, в мягких ковровых туфлях, растянулся на диване в той же каюте и спал завидным сном. Но и во сне, по какому-то инстинкту, он держался крепко на месте и не падал на пол. Он даже не выронил недокуренной сигары, которую слегка придерживал двумя пальцами правой руки. Я наблюдал за ним целый час. Я видел, что он крепко спит, и мог только удивляться, как он ухитряется сохранять свое удобное положение на диване и не роняет сигары.</p>
     <p>В этот день у нас после обеда не было музыки. Мистер Пайк должен был идти на вторую ночную вахту. И кроме того, как он мне объяснил, нас слишком сильно качало: иголка граммофона шла бы неровно и могла поцарапать столь дорогие его сердцу пластинки.</p>
     <p>А я все не спал. Ещё одна томительная бессонная ночь, и еще один печальный, пасмурный день, и свинцовое бурное море. И никаких следов мисс Уэст. Ваду тоже укачало, хотя он геройски оставался на ногах и даже пытался прислуживать мне со стеклянными, невидящими глазами. Я отослал его на койку и читал без конца, час за часом, пока не устали глаза, и мозг от бессонницы и переутомления не отказался служить.</p>
     <p>Капитан Уэст неразговорчив. Чем больше я его вижу, больше становлюсь в тупик. Я не нашел еще объяснения тому первому впечатлению, какое он произвел на меня. У него вид и манеры человека, стоящего выше окружающей среды; но, право, я начинаю подозревать, не есть ли это только вид и манера держаться, и ничего больше. Как в первую нашу встречу, прежде чем он заговорил, я ожидал услышать от него слова неизреченной мудрости, проникновенные слова, и не услышал ничего, кроме банальных фраз светского человека, так и теперь я был почти вынужден прийти к заключению, что за всей этой его породистостью, — за его орлиным профилем, говорящим о нравственной силе, за всей его изящной, высокоаристократической; внешностью не скрывается ровно ничего.</p>
     <p>А с другой стороны, я не нахожу причин отбросить мое первое впечатление. Правда, он еще ничем не проявил своей силы, но ничем не проявил и слабости. Минутами я дорого бы дал, чтобы узнать, что таится за этими ясными голубыми глазами. Несомненно одно: моя попытка разгадать его со стороны его умственного багажа не удалась. Попробовал я дать ему прочесть Вильяма Джемса. Он пробежал несколько страниц и возвратил мне книгу с откровенным заявлением, что она не интересует его. Своих книг у него нет. Он, очевидно, не любитель чтения. Так что же он такое? Я решился пощупать его со стороны политики. Он вежливо слушал, говорил «да» или «нет», и когда я замолчал, совершенно обескураженный, он не сказал ни слова. Как ни далеки были оба помощника капитана от матросов, еще более далек был от своих помощников капитан Уэст. Я ни разу не слышал, чтобы к мистеру Меллэру, когда они встречались на юте, он обратился хоть с одним словом, кроме: «Доброе утро, сэр». Немногим многословнее были и его разговоры с мистером Пайком, с которым он три раза в день ел за одним столом. Меня даже удивляет то, резко бросающееся в глаза почтение, с каким мистер Пайк относится к своему капитану.</p>
     <p>И вот еще что: в чем состоят обязанности капитана Уэста? До сих пор все его занятия заключались в том, что он ел три раза в день, выкуривал много сигар и каждый день отмеривал шагами на юте по меньшей мере милю. Всю работу исполняют помощники, и работу тяжелую — четыре часа на палубе и четыре внизу, днем и ночью, без всяких изменений. Смотрю я на капитана Уэста и изумляюсь. Он способен часами валяться в качалке и смотреть в пространство прямо перед собой. Я выхожу из себя, глядя на него, и меня так и тянет спросить, — о чем он думает? Я даже начинаю сомневаться, думает ли он вообще о чем-нибудь. Нет, Бог с ним, я решительно отказываюсь его понимать.</p>
     <p>Безнадежно удручающий день: потоки дождя и потоки морской воды, хлещущие через палубу. Теперь я вижу, что провести судно вокруг мыса Горна с грузом угля в пять тысяч тонн — задача много серьезнее, чем я полагал. «Эльсинора» сидит в воде так глубоко, что снаружи ее можно принять за плывущее бревно. Ее высокие, шестифутовые стальные борты не спасают ее от нападении моря. У нее совершенно нет той поворотливости, какую мы привыкли приписывать парусным судам. Напротив, она до того перегружена, что совсем омертвела, и я прихожу в ужас, когда думаю, сколько тысяч тонн кипящей воды Атлантического океана вкатилось в один только сегодняшний день на ее палубу, и какое количество этой воды она выплюнула обратно через свои шпигаты и клюзы.</p>
     <p>Да, удручающий день. Два помощника аккуратно сменяли друг друга на палубе и на койках. Капитан Уэст дремал на диване в кают-компании или читал Библию. Мисс Уэст все еще страдает от качки. Я дочитался до изнеможения; в голове от бессонницы стоит туман, наводящий на меня меланхолию. Даже Вада представляет далеко не веселое зрелище, когда он выползает со своей койки и смотрит на меня стеклянными больными глазами, стараясь угадать, нуждаюсь ли я в его услугах. Мне почти хочется, чтобы и меня тоже укачало. Я и не воображал, чтобы путешествие по морю могло быть таким беспросветно унылым.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XII</p>
     </title>
     <p>Еще одно утро с обложенным тучами небом и свинцовым морем. А «Эльсинора» с наполовину подобранными парусами несется на восток, в самое сердце Атлантики. И за всю ночь мне не удалось поспать и получаса. Если так пойдет и дальше, то в очень короткое время я истреблю весь судовой запас кремортартара. Раньше у меня никогда не бывало такой свирепой крапивницы. Понять не могу, с чего она ко мне привязалась, и в чем тут дело. Пока у меня горит лампа, и я читаю, она не беспокоит меня, но как только я гашу свет и начинаю дремать, поднимается зуд во всем теле, и по всей коже вскакивают волдыри.</p>
     <p>Мисс Уэст, может быть, и страдает от качки, но уже, конечно, не страдает спячкой, так как через короткие промежутки она присылает ко мне буфетчика с новой порцией кремортартара.</p>
     <p>Сегодня на меня снизошло откровение: я разгадал капитана Уэста. Он — Самурай. Помните вы самураев, описанных Уэллсом в его «Современной Утопии»? Это высшая порода людей всеведущих хозяев жизни и по праву властвующих над своими собратьями-людьми в своей сверхблагостной мудрости. Так вот таков и есть капитан Уэст. Сейчас я расскажу все по порядку.</p>
     <p>Сегодня ветер переменился. В самый развал юго-западного шквала ветер вдруг повернул к северу на восемь румбов, что равняется четверти круга. Вообразите эту картину. Представьте себе сильнейший ветер, дующий с юго-запада. Представьте себе затем, что еще более свирепый порыв ветра налетает на вас с северо-запада. Капитан Уэст мне объяснил, что мы проходим через циклон, и можно было ожидать еще более сильного ветра, который сделает полный круг.</p>
     <p>В непромокаемых сапогах, в кожаных брюках и куртке, я стоял на мостике юта и, перевесившись через перила борта, смотрел, как зачарованный, на горемычных матросов, которых обдавало водой по самую шею и швыряло по палубе точно щепки, в то время, когда они выбирали канаты и крепили паруса, одурелые, ослепленные водой и ветром, перепуганные, исполняя команду мистера Пайка.</p>
     <p>Мистер Пайк был среди них, заставлял их работать и работал сам. Он находился в одинаковых с ними условиях, подвергался тем же опасностям, но почему-то его не валило с ног, хотя несколько раз волна накрывала его с головой. Тут было нечто большее, чем простая удача. Два раза я видел его стоящим в голове шеренги матросов, у самого шпиля, и оба раза ревущий Атлантический океан, хлестнув через борт, набрасывался на людей. И каждый раз он один оставался на ногах, придерживая канат на шпиле, тогда как всех остальных раскидывало в разные стороны.</p>
     <p>Меня почти забавляло смотреть, как они кувыркались точно клоуны в цирке. Но я не понимал всей серьезности положения, пока, во время особенно свирепого напора ветра, когда море все побелело от ярости, два человека не остались лежать на палубе. Их подняли и унесли — одного со сломанной ногой (это был Ларс Якобсен, слабоумный малый откуда-то из Скандинавии), другого — Кида Твиста — в бессознательном состоянии, с окровавленной головой.</p>
     <p>Когда ураган разыгрался вовсю, я на моей высокой позиции, куда волны не достигали, был вынужден крепко держаться за перила, чтобы меня не снесло в море. От ветра у меня болело лицо, и мне казалось, что этим ветром выдувает паутину из моего истощенного бессонницей мозга.</p>
     <p>И все это время высокий, стройный, сохраняя свой аристократический вид под развевавшимся от ветра, клеенчатым плащом, с равнодушным лицом постороннего зрителя, не отдавая никаких приказаний, без всякого усилия приноравливая свое тело к яростным раскачиваниям «Эльсиноры», расхаживал по мостику капитан Уэст.</p>
     <p>Вот в эту-то минуту разыгравшегося шторма он и удостоил объяснить мне, что мы проходим через циклон и что ветер может обойти все направления по компасу. Я заметил, что он все время внимательно всматривался в нависшее, обложенное тучами небо. Наконец, в тот момент, когда ветер задул с такой силой, что, казалось, уже нельзя было дуть сильнее, он, по-видимому, нашел в небе то, что искал. И тут я впервые услыхал его голос, — голос повелителя моря, звонкий, как колокол, чистый, как серебро, неизреченно мягкий и звучный. Так должна была звучать труба архангела Гавриила. О, что это был за голос, все собой покрывавший без всяких усилий! Могучие угрозы бури завывали в вантах, трепали канаты о стальные мачты, а там, где сплетались мириады тонких снастей, раздавался дьявольский хор пронзительного визга и свиста. И над всем этим диким хаосом звуков звенел голос капитана Уэста, как голос бесплотного духа, отчетливый, непередаваемо ясный, мягкий, как музыка, и мощный, как голос архангела, зовущий на страшный суд. И этот голос нес указания рулевому и мистеру Пайку, и рулевой и мистер Пайк понимали его и повиновались ему. И мистер Пайк, рыча и лая, передавал приказание несчастным, валившимся с ног людям, и те кое-как поднимались и повиновались ему в свою очередь. И так же, как голос, поражало лицо. Такого лица я никогда не видел раньше. Это было лицо бесплотного духа, безгрешное в своей мудрости, озаренное всем величием силы и спокойствия. Больше всего, может быть, и поражало именно это спокойствие. Это было спокойствие того, кто пронесся сквозь хаос разбушевавшихся стихий, чтобы обрадовать несчастных, побежденных морем людей утешительным словом, что все окончится хорошо. Это не было лицо воителя. Моему взволнованному воображению оно представлялось лицом высшего существа, стоящего вне борьбы враждебных страстей разгоряченной крови.</p>
     <p>При блеске молний, под раскаты грома, на крыльях бури прилетел Самурай и взял в свои руки гигантскую, тяжелую, изнемогающую в борьбе «Эльсинору» со всем ее сложным механизмом и подчинил матросов, эти отбросы человечества, своей воле — воле высшей мудрости.</p>
     <p>И когда смолк его удивительный голос, и пока подвластные ему существа выполняли его веления, капитан Уэст, спокойный, равнодушный, далекий, как случайный гость, от всего окружающего, казавшийся еще стройнее и выше, еще изящнее в своем развевающемся плаще, прикоснулся к моему плечу и указал мне на что-то за кормой, в наветренной стороне. Я взглянул и не увидел ничего, кроме вспенившегося моря и гряды темных туч на краю горизонта. И в тот же миг ветер, дувший с юго-запада, прекратился. Не только шквал затих, — затихло всякое движение воздуха, настала полная тишина.</p>
     <p>— Что это? — вырвалось у меня, и я чуть не упал, выведенный из равновесия внезапным прекращением ветра.</p>
     <p>— Перемена ветра, — отвечал он. — Вот идет новый шквал.</p>
     <p>И он пришел с северо-запада, — такой свирепый порыв ветра, такой ошеломляющий атмосферический толчок, что «Эльсинора» опять закачалась и затряслась, протестуя всеми своими снастями. Порывом ветра меня прижало к перилам. Я чувствовал себя какой-то соломинкой. Я стоял лицом к ветру; в мои легкие ворвалась струя воздуха, так что я задохнулся и должен был отвернуться, чтобы перевести дух. Человек у штурвала снова прислушивался к голосу архангела Гавриила; внизу, на палубе, прислушивался к нему и мистер Пайк и повторял веления этого голоса, а капитан Уэст, легко балансируя на ходу, наклоняясь вперед навстречу ветру, спокойно, не слеша шагал по мостику взад и вперед.</p>
     <p>Это было великолепно. Теперь впервые я узнал море и людей, повелевавших им. Капитан Уэст показал и оправдал себя. В самый критический момент разыгравшегося шторма он принял на себя ответственность за «Эльсинору», а мистер Пайк стал тем, чем он был в действительности, — застрельщиком в цепи стрелков, погонщиком рабов, служившим существу другого, высшего мира — Самураю.</p>
     <p>Еще минуты две капитан Уэст ходил взад и вперед, то слегка наклоняясь навстречу ветру, то выпрямляясь, когда поворачивал назад, а затем направился вниз, в каюту. На секунду он остановился перед рубкой, положив руку на ручку ее двери, и в последний раз окинул испытующим взглядом побелевшее от ярости морей хмурое, гневное небо, побежденные им.</p>
     <p>Спустя десять минут я тоже сошел вниз. Проходя мимо открытой двери кают-компании, я заглянул туда и увидел его. На нем уже не было ни непромокаемых сапог, ни плаща; его ноги в мягких туфлях были вытянуты на циновке; он сидел, откинувшись назад, в кожаном кресле и, ушедший в свои мысли, курил с мечтательным видом — с широко открытыми, невидящими глазами, или если они и видели, то нечто такое, что было вне качающихся стен каюты и вне моего кругозора. Я проникся глубоким почтением к капитану Уэсту, хотя и знал его теперь меньше, чем даже тогда, когда я думал, что совсем его не знаю.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIII</p>
     </title>
     <p>Не удивительно, что мисс Уэст еще не оправилась от морской болезни, когда океан превратился в какую-то фабрику, где работают переменные шквалы, воздвигая целые горы встречных валов. Поразительно стойко борется бедная «Эльсинора», вся содрогаясь от усилий, зарываясь носом в воду и переваливаясь с боку на бок со своими высокими мачтами и пятью тысячами тонн мертвого груза. Мне она представляется самой неустойчивой посудиной, какую только можно вообразить; но мистер Пайк, которому я теперь часто сопутствую в его прогулках по палубе, уверяет, что уголь — очень хороший груз, и что «Эльсинора» нагружена равномерно, так как за нагрузкой наблюдал он сам.</p>
     <p>Иногда он вдруг прерывает свое бесконечное хождение, останавливаясь, чтобы полюбоваться на сумасшедшие проделки «Эльсиноры». Я вижу, что они ему нравятся, потому что глаза его начинают блестеть, и все лицо озаряется внутренним светом, граничащим с экстазом. Я убежден, что «Эльсинора» занимает не последнее место в его сердце. Он говорит, что она ведет себя восхитительно, и в такие минуты чуть ли не в сотый раз повторяет, что за нагрузкой ее присматривал он сам.</p>
     <p>Любопытно, до чего этот человек за долгие годы своих скитаний по морям привык угадывать движения моря. В этом хаосе бурных перекрещивающихся волн несомненно есть свой ритм. Я чувствую этот ритм, но не могу его уловить. А мистер Пайк знает его. Сегодня, пока мы с ним ходили по палубе и я не ожидал никаких особенных сюрпризов от «Эльсиноры», он несколько раз хватал меня за руку, когда я терял равновесие оттого, что она начинала вдруг крениться и все больше и больше валилась на один борт. Казалось, этому не будет конца, но всякий раз это кончалось неожиданным резким толчком, после чего она начинала валиться в обратную сторону. Я тщетно старался понять, как мистер Пайк предугадывает наступление таких припадков, и в конце концов склонился к такому мнению, что он не предугадывает их сознательно. Он чувствует их, узнает чутьем. Все, что касается моря, впиталось в него.</p>
     <p>К концу сегодняшней нашей прогулки я провинился перед ним, нетерпеливо сбросив его лапу, неожиданно схватившую меня за плечо. Перед тем «Эльсинора» целый час не проделывала своих гимнастических упражнений, — по крайней мере я ничего не замечал. Поэтому я и сбросил его руку, поддерживавшую меня. Но в следующий момент «Эльсинора» вдруг легла на бок и всем своим дсятифутовым правым бортом погрузилась в воду выше перил, а я покатился по палубе и ударился о стенку капитанской рубки. У меня захватило дух от испуга, и до сих пор болят ребра и плечо. Но как он узнал, что это должно случиться?</p>
     <p>Сам он никогда не шатается от качки, ему не грозит опасность упасть. Напротив, у него такой избыток уверенности в своем равновесии, что в критические минуты он делится им со мной. Я начинаю все больше проникаться уважением — не к морю, а к морякам, — не к тому мусору человечества, не к тем рабам, которые заменяют матросов на наших судах, к настоящим морякам, стоящим над ними, — к капитану Уэсту, к мистеру Пайку и — да, да, — и к мистеру Меллэру, хотя я его и не люблю.</p>
     <p>Уже к трем часам пополудни ветер, все еще дувший с силой шквала, опять переменился и задул с юго-запада. На вахте стоял мистер Меллэр. Он сошел вниз и доложил капитану Уэсту о перемене ветра.</p>
     <p>— В четыре часа мы повернем судно через фордевинд, мистер Патгерст, — сказал он мне. — Это стоит посмотреть: интересный маневр.</p>
     <p>— Зачем же ждать до четырех? — спросил я.</p>
     <p>— Так приказал капитан, сэр. В четыре часа смена вахт. Нам для работы нужны обе смены, а вызывать сейчас вторую смену неудобно, так как она отдыхает внизу.</p>
     <p>И когда обе смены были на палубе, из капитанской рубки вышел, опять в своем клеенчатом плаще, капитан Уэст. Мистер Пайк, стоя на мостике, распоряжался людьми, орудовавшими на палубе и на корме с бизань-брасами, а мистер Меллэр прошел вперед с своей сменой и на работу с фок— и грот-брасами. Это был красивый маневр — игра рычагов, посредством которой ослабляли силу ветра в задней части судна, чтобы всю ее использовать в передней его части.</p>
     <p>Капитан Уэст не отдавал никаких приказаний и, судя по его виду, пребывал в полном неведении происходившего. Опять он был привилегированным пассажиром, совершавшим рейс для поправления здоровья. И несмотря на это, я знал, что оба его помощника не совсем приятно чувствуют себя в его присутствии и напрягают внимание, стараясь блеснуть перед ним своим искусством.</p>
     <p>Теперь я знаю, какую роль играет капитан Уэст на борту «Эльсиноры». Он — ее мозг. Он главный стратег. Управление судном дальнего плавания требует большего, чем отбывание вахт и отдача приказаний матросам. Матросы — пешки, а два помощника капитана — фигуры, с которыми капитан Уэст ведет игру против моря, ветра, времени года и морских течений. Он тот, кто знает, а они — его язык, с помощью которого он передает свои знания.</p>
     <p>Скверная ночь, — одинаково скверная и для меня и для «Эльсиноры». Ей достается жестокая трепка от бушующего Атлантического океана. Измученный бессонницей, я заснул очень рано, но через час проснулся вне себя от нестерпимого зуда: вся кожа у меня горела и была в волдырях. Опять кремортартар, опять бесконечное чтение, опять тщетные попытки уснуть, и наконец, в конце пятого часа утра, когда буфетчик подал мне кофе, я завернулся в халат и, как неотпетая душа, перекочевал в кают-компанию. Там я задремал было в мягком кресле и был выброшен сильным размахом неожиданно накренившегося судна. Я попробовал прилечь на диван и мгновенно заснул, но так же мгновенно очутился лежащим на полу. Я убежден, что, когда капитан Уэст спит на диване, он спит только наполовину, иначе — как мог бы он удержаться в таком непрочном положении? Или он, как и мистер Пайк, весь пропитался жизнью моря.</p>
     <p>Я перекочевал в столовую, уселся поплотнее на привинченный к полу стул и заснул, положив голову на руки, а руки на стол. В четверть восьмого буфетчик разбудил меня, прикоснувшись к моему плечу: пора было накрывать на стол.</p>
     <p>Отяжелевший от слишком короткого, не вовремя прерванного сна, я оделся и выполз на корму в надежде, что ветер прочистит мои мозги. Мистер Пайк был на вахте и ходил взад и вперед своими твердыми, старчески тяжелыми шагами. Это не человек, а какое-то чудо природы: шестьдесят девять лет, вся жизнь прошла в тяжелом труде, а силен, как лев. За одну только прошлую ночь вот сколько часов он был на работе: с четырех до шести пополудни на палубе, с восьми до двенадцати и с четырех до восьми утра опять на палубе. Через несколько минут он должен был смениться, но в полдень будет опять там дежурить.</p>
     <p>Я облокотился на перила и стал смотреть вперед вдоль палубы, представлявшей довольно унылую картину. Все шпигаты и клюзы были открыты, чтобы ослабить напор океана, поминутно заливавшего палубу. Между потоками воды виднелись полосы ржавчины. На правом борту сорвало деревянный шпиль, на котором держались бизань-ванты, а по палубе катался огромный клубок перепутавшихся талей. Тут спорадически работало, распутывая эти тали и ежеминутно рискуя жизнью, с полдюжины людей, и в том числе Нанси.</p>
     <p>Терпеливое страдание было написано на его лице, и всякий раз, как высокая стена воды, перехлестнув через борт, низвергалась на палубу, он первый бросался к спасательной веревке протянутой через все судно от носа до кормы.</p>
     <p>Не отставали от него и остальные: всякий раз, как их накрывало волной, они бросали работу и хватались за веревку — ради безопасности, если можно считать себя в безопасности, когда ты держишься обеими руками за веревку, а ноги уезжают из-под тебя, и ты ложишься врастяжку, обдаваемый шипящей пеной ледяной воды. Неудивительно, что эти люди имели жалкий вид. Уж, кажется, в достаточно плохом состоянии были они, когда вступили на борт «Эльсиноры», теперь же, после нескольких дней тяжелой работы, когда они часами мокли и замерзали на ветру, они были окончательно ни на что не похожи.</p>
     <p>Иногда мистер Пайк, как бы заканчивая свой круг, на минуту останавливался и, прежде чем повернуть обратно, издавал что-то вроде сардонического фырканья по адресу несчастных матросов, копошившихся внизу. У этого человека черствое сердце. Сам он железный, ему все нипочем, и у него нет сострадания к этим обойденным судьбой жалким существам, которым недостает его железной силы.</p>
     <p>Между ними я заметил и того глухонемого скорченного малого, лицо которого я описал, сравнивая его с лицом пришибленного, слабоумного фавна. Его блестящие, прозрачные глаза выражали последнюю степень страдания; его измученное, худое лицо еще больше осунулось и похудело. Но вместе с тем лицо это дышало избытком нервной энергии и трогательного желания угодить своей работой. Я не мог не заметить, что, несмотря на свое безнадежное слабоумие и исковерканное, тщедушное тело, он работал больше всех, всегда последним хватался за спасательную веревку, первым бросал ее и по колено или по пояс в бурлящей воде гонялся за огромным клубком спутанных талей, и через силу тащил эту страшную тяжесть куда-нибудь на свободное место.</p>
     <p>Я сказал мистеру Пайку, что, по-моему, люди еще больше похудели и ослабели с того дня, как пришли на судно. Он на минуту прекратил свою прогулку, посмотрел на них своим оценивающим взглядом скотопромышленника и проговорил с отвращением:</p>
     <p>— Конечно, и похудели и ослабели. Лядащий народ — что и говорить! В чем только душа держится. Ни капли жизненной силы. На такого дунь, и он свалится с ног. Наш брат в мое время разжирел бы на такой работе. Но мы-то не жирели, — мы работали вовсю и не успевали жиреть. Мы всегда держали себя в полной боевой готовности. Ну, а эти подонки, — на что они годны?.. Помните вы, мистер Патгерст, того человека, с которым я заговорил в первый раз нашего плавания? Он еще сказал тогда, что его зовут Чарльз Дэвис.</p>
     <p>— Это тот, про которого вы подумали, что с ним что-то неблагополучно? — спросил я.</p>
     <p>— Да, да. Так оно и оказалось. Теперь он в соседней рубке вместе с сумасшедшим греком. За все плавание он не прикоснется к работе. Это форменный клинический случай, я вам скажу. Говорят, можно изрешетить человека пулями, и он останется жив. А в этом малом такие дыры, что можно засунуть кулак. Я уж и не знаю, что у него — сквозные ли язвы, рак или раны от пушечных ядер. И у него хватает наглости уверять, будто с ним это сделалось уже после того, как он поступил к нам на судно.</p>
     <p>— А у него и раньше были эти раны?</p>
     <p>— Давным-давно были. Поверьте моему слову, мистер Патгерст, он болен уже много лет. Но это удивительный парень. Первые дни я следил за ним: посылал его и на ванты и в трюм убирать уголь, — словом, всячески испытывал его, и он, не сморгнув, исполнял все, что ему было приказано. И только после того, как он несколько дней пробыл в воде по самую шею, он, наконец, не выдержал и слег. А теперь он освобожден от работы на все время плавания. И за все время получит жалованье и будет спокойно спать всю ночь и палец о палец не ударит. О, это, должно быть, продувной малый, если он нас провел, как последних дураков. А в результате на «Эльсиноре» еще одним матросом меньше.</p>
     <p>— Еще одним? — воскликнул я. — Разве тот грек умирает?</p>
     <p>— И не думает. Через несколько дней он будет стоять у штурвала. Я говорю о тех двух других хулиганах. Из дюжины таких, как они, не выкроить и одного настоящего человека. Я говорю это не затем, чтобы пугать вас, потому что в этом нет ничего страшного, а только чтобы сказать, что в это плавание у нас здесь будет сущий ад. — Он помолчал, задумчиво разглядывая свои искалеченные суставы, как будто высчитывал, много ли еще в них осталось боевой энергий, потом вздохнул и добавил: — Ну, словом, я вижу, на мою долю достанется довольно работы.</p>
     <p>Выражать сочувствие мистеру Пайку бесполезно; он от этого становится еще мрачнее. Я было пробовал, и вот что он на это сказал:</p>
     <p>— Посмотрели бы вы на того болвана с искривленным хребтом, что дежурит в смене мистера Меллэра. Он совершенный олух и не нюхал моря, и весу-то в нем не больше ста фунтов; да и стар уже, — ему по крайней мере пятьдесят лет, — вдобавок калека, с искривленной спиной. А на «Эльсиноре» — как вам нравится! — он сходит за опытного моряка. Но что всего хуже — он лезет вам в нос, грубит или подлизывается. Это — ехидна, оса. Он ничего не боится, потому что знает, что ты не смеешь ударить его, чтобы как-нибудь не сломать. О, это такое золото!.. Другой такой гадины днем с огнем не сыскать. Если вы не узнаете его по всем этим признакам, так знайте, что зовут его Муллиган Джэкобс.</p>
     <p>После завтрака, во время вахты мистера Меллэра, я опять вышел на палубу и открыл еще одного настоящего работника. Он стоял на руле. Это был маленький стройный человек лет сорока пяти, с крепкими мускулами, смуглый, с черными, седеющими на висках волосами, с большим орлиным носом и живыми, умными черными глазами.</p>
     <p>Мистер Меллэр подтвердил мое впечатление, сказав, что это лучший матрос в его смене, настоящий моряк. Говоря о нем, он сказал: «этот мальтийский кокней», и когда я спросил, почему — мальтийский, он ответил:</p>
     <p>— Во-первых, потому, что он мальтиец, а во-вторых, он говорит как подлинный кокней, точно он родился в самом сердце Лондона. И уж поверьте, он знал, где раки зимуют, еще прежде, чем пролепетал свое первое слово.</p>
     <p>— А что, купил О'Сюлливан сапоги у Энди Фэя? — спросил я.</p>
     <p>В эту минуту на юте появилась мисс Уэст, всё такая же розовая, полная жизни, и уж конечно, если она и страдала морской болезнью, то теперь от этой болезни не оставалось и следов. Когда она подходила ко мне, чтобы поздороваться, я не мог еще раз не заметить, как свободны и эластичны все ее движения и какая у нее чудесная, здоровая кожа. Ее шея, выступавшая из свободного матросского воротника и открытого спереди джерсея<a l:href="#n_582" type="note">[582]</a>, моим помутневшим от бессонницы глазам показалась даже чересчур крепкой. Ее тщательно причесанные волосы лежали гладким бандо<a l:href="#n_583" type="note">[583]</a> под белой вязаной шапочкой. И вообще вся она производила впечатление такой заботливости о своей внешности, какой никак нельзя было ожидать от дочери морского волка, а тем более от женщины, только что поднявшейся с постели после приступа морской болезни. Жизненная сила — вот разгадка этой натуры, а основной ее тон — жизненная сила и здоровье. Готов побиться об заклад, что в этой практичной, уравновешенной, умной головке никогда не зарождалось ни одной болезненной мысли.</p>
     <p>— Ну что, как вы себя чувствуете? — спросила она и, прежде чем я успел ответить, весело затараторила: — А я отлично спала эту ночь. Я еще вчера была совсем здорова, но решила еще денек поваляться и хорошенько отдохнуть. Десять часов спала, не просыпаясь. Недурно? Как вы думаете?</p>
     <p>— Я был бы очень рад, если бы мог то же самое сказать о себе, — ответил я с кислым видом, балансируя на ходу рядом с ней, так как она выказала решительное намерение прогуливаться.</p>
     <p>— А-а, так значит вас тоже укачало?</p>
     <p>— Вовсе нет. Уж лучше бы укачало, — проговорил я сухо. — Я и пяти часов не спал с того дня, как взошел на судно. Эта проклятая крапивница…</p>
     <p>И я показал ей мою покрытую волдырями руку. Она взглянула, остановилась и, ловко приноравливаясь к качке, взяла мою руку в обе свои и принялась внимательно разглядывать ее.</p>
     <p>— Ах, боже мой! — воскликнула она и вдруг начала хохотать.</p>
     <p>У меня было двойное чувство. Ее смех звучал восхитительно, — в нем было столько мягкости, столько искренности и здорового веселья. Но с другой стороны — ведь смеялась она над моим несчастьем, и это выводило меня из себя. Должно быть, на моем лице было написано недоумение, потому что, когда она перестала смеяться и взглянула на меня уже с серьезным видом, на нее вдруг опять напал приступ неудержимого смеха.</p>
     <p>— Ах вы, бедное дитя! — еле выговорила она сквозь смех. — И подумать только, какую уйму кремортартара я извела на вас!</p>
     <p>С ее стороны немножко смело было говорить мне «бедное дитя», и я решил использовать уже имевшиеся у меня данные, чтобы с точностью установить, на сколько лет она моложе меня. Она сказала мне, что ей было двенадцать лет в то время, когда «Дикси» столкнулось с речным пароходом в бухте Сан-Франциско. Прекрасно: стало быть, мне оставалось только узнать, в каком году случилось это несчастье, и она у меня в руках. Но пока что она хохотала надо мной и над моей крапивницей.</p>
     <p>— Может быть, это и смешно с какой-нибудь точки зрения, — сказал я довольно сурово, и тут же убедился, что суровость в применении к мисс Уэст не приводит ни к каким результатам, ибо мои слова вызвали только новый взрыв смеха.</p>
     <p>— Вам нужно наружное лечение, — объявила она, продолжая смеяться.</p>
     <p>— Чего доброго, вы еще скажете, что у меня корь или ветряная оспа, — запротестовал я.</p>
     <p>— Нет. — Она торжественно качнула головой и снова залилась веселым хохотом. — Вы были жертвой жестокого нападения…</p>
     <p>Она многозначительно замолчала, глядя мне прямо в глаза.</p>
     <p>— Нападения клопов, — докончила она. И затем с полной серьезностью продолжала, как настоящая практичная особа: — Но мы это живо уладим. Я переверну вверх дном все кормовое помещение «Эльсиноры», хотя ни в каюте отца, ни в моей, я знаю, нет клопов. И хоть это — первое мое плавание с мистером Пайком, но я знаю, что он слишком старый боевой моряк (тут уж я засмеялся ее невольному каламбуру), чтобы не заботиться о чистоте своей каюты. Ваши клопы (я замер от страха: а вдруг она скажет, что это я занес их на судно)… ваши, вероятно, наползли к вам с бака. Там у них всегда есть клопы… А теперь, мистер Патгерст, я иду вниз и сейчас же займусь вашей каютой. А вы скажите вашему Ваде, чтобы он приготовил вам все нужное для бивачной жизни. Одну или две ночи вам придется провести в кают-компании или в рубке. Да не забудьте распорядиться, чтобы Вада убрал из вашей каюты все серебряные и вообще все металлические вещи, а то они потускнеют. У нас начнется теперь генеральная чистка: будем окуривать каюты, отдирать деревянную обшивку и прибивать ее наново. Положитесь на меня. Я знаю, как надо обращаться с этими зловредными насекомыми.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIV</p>
     </title>
     <p>Вот это так чистка! Все перевернули вверх дном. Две ночи — одну в капитанской рубке, другую в кают-компании на диване — я упивался сном; я так много и крепко спал, что совсем одурел. Земли не видно: она ушла куда-то вдаль. Странно: у меня такое чувство, точно прошли недели или месяцы с тех пор, как я выехал из Балтиморы в то морозное мартовское утро. А между тем прошло немногим больше недели. Тогда было двадцать восьмое марта, а теперь только первая неделя апреля.</p>
     <p>Оказывается, я не ошибся в своей первой оценке мисс Уэст. Я никогда еще не встречал такой способной, такой практически умелой женщины. Что произошло между нею и. мистером Пайком — я не знаю, но что бы это ни было, она осталась при своем убеждении, что в истории с клопами он не при чем. По какой-то странной случайности только две мои каюты были наводнены этими подлыми насекомыми. Под наблюдением мисс Уэст все деревянные предметы — скамьи, табуретки и ящики — были вынесены, полки сняты, и ободрана вся деревянная обшивка стен. По ее приказанию, плотник проработал с утра до поздней ночи. Ночью каюты окуривали серой, а затем два матроса с помощью скипидара и белил закончили чистку. Теперь плотник вновь обивает деревом стены. Потом пойдет окраска, и через два-три дня, надеюсь, мне можно будет снова водвориться в моём помещении.</p>
     <p>Всех людей, присланных для побелки кают, было четверо. Двоих мисс Уэст быстро спровадила, как непригодных для этой работы. Один из них — Стив Робертс — так он мне назвал себя — интересный субъект. Я успел побеседовать с ним, прежде чем мисс Уэст его забраковала, заявив мистеру Пайку, что ей нужен настоящий матрос.</p>
     <p>Стив Робертс раньше никогда не видел моря. Как случилось, что ему пришлось перекочевать из западных скотопромышленных штатов в Нью-Йорк, он мне не объяснил, как не объяснил и того, каким образом он попал на «Эльсинору». Но так или иначе, он — ковбой — очутился здесь на судне. Он маленького роста, но очень крепкого сложения. У него широкие плечи, и под рубашкой выступают развитые мускулы. И, однако, он сухощав, тонок в талии, а лицо у него совсем худое с запавшими щеками. Но это у него не от болезни и не от слабого здоровья. Хоть на море и новичок, этот Стив Робертс очень сметливый, проворный малый… ну, и хитер. У него манера, когда он говорит, смотреть вам прямо в глаза с самым простодушным видом, а между тем именно в такие минуты я не могу отделаться от впечатления, что с этим человеком надо держать ухо востро. Но в случае беды на него можно рассчитывать. Судя по всем его повадкам, у него есть что-то общее с той неприятной тройкой, которую сразу так невзлюбил мистер Пайк, — с Кидом Твистом, с Нози Мерфи и с Бертом Райном. И я еще раньше заметил, что во время ночных вахт Стив Робертс водит с ними компанию.</p>
     <p>Второй матрос, которого отвергла мисс Уэст после пятиминутного безмолвного наблюдения за его работой, оказался тем самым Муллиганом Джэкобсом, «ехидной» с искривленным хребтом, о котором говорил мне мистер Пайк. Но прежде чем его прогнали с работы, случилась одна вещь, отчасти касавшаяся и меня. Я был в каюте, когда Муллиган Джэкобс явился на работу, и сейчас же заметил, с каким изумлением и с какими жадными глазами он смотрит на мои полки с книгами. Он подходил к ним, как может подходить только грабитель к тайному хранилищу сокровищ; и как скупец любуется своим золотом, лаская его взглядом, так любовался Муллиган Джэкобс заголовками книг.</p>
     <p>И какие у него глаза! Вся горечь, весь яд, какие мистер Пайк приписывает этому человеку, выливаются в выражении его глаз. Это маленькие, бледно-голубые, острые, как буравчики, горящие глаза. Воспаленные веки только подчеркивают горькое, холодно-ненавистническое выражение зрачков. Этот человек по природе своей ненавистник, и мне вскоре пришлось убедиться, что он ненавидит все на свете, кроме книг.</p>
     <p>— Хотите, я вам дам почитать что-нибудь? — спросил я радушно.</p>
     <p>Выражение нежной ласки, с какой он смотрел на книги, разом потухло, когда он повернул голову и взглянул на меня, и прежде чем он заговорил, я уже знал, что он и меня ненавидит.</p>
     <p>— Не возмутительно ли? Вы — человек со здоровым телом, и все эти сотни фунтов книг за вас таскают ваши слуги, а я, с моей кривой спиной — что я могу, когда у меня весь мозг горит от адской боли?</p>
     <p>Как передать ту ядовитую язвительность, с какою были произнесены эти слова! Знаю только, что, увидав в открытую дверь шагающего по коридору своею шаркающей походкой мистера Пайка, я почувствовал облегчение от сознания своей безопасности. Оставаться в каюте наедине с этим человеком было приблизительно то же самое, что сидеть я запертой клетке вдвоем с тигром. Дьявольская злоба, а главное — жгучая ненависть, с какою он смотрел на меня и говорил со мной, была в высшей степени неприятна. Клянусь, я испугался. Это не была обдуманная осторожность перед опасностью, это не была робкая боязнь, — это был слепой, панический, не рассуждающий ужас. Озлобленность этого человека заставляла стыть кровь, она не нуждалась в словах для проявления, — она выпирала из него, выливалась из его воспаленных, горящих глаз, читалась на его изможденном, сморщенном лице, сидела в его скрюченных, с обломанными ногтями руках. И в то же время, в самый момент моего инстинктивного испуга и отвращения, у меня было сознание, что мне ничего не стоит схватить одной рукой за горло этого бессильного калеку и вытряхнуть из него его неудавшуюся жизнь.</p>
     <p>Но в этой мысли мало было утешения — не больше, чем было бы его у человека, попавшего в нору гремучих змей или стоножек, потому что, прежде чем он успел бы их раздавить, они впустили бы в него свой яд. Вот то же чувствовал я в присутствии Муллигана Джэкобса. Я боялся его, потому что боялся быть отравленным его ядом. Я не мог отделаться от этого страха. Мне живо представлялось, как торчащие у него во рту черные, обломанные зубы впиваются в мое тело, разъедают его своим ядом, отравляют, убивают меня.</p>
     <p>Одно было не ясно: у него не было страха. Он абсолютно не знал страха. Он был так же чужд этому чувству, как зловонная слизь, на которую иногда наступаешь в кошмаре. Вот что такое этот человек — кошмар!..</p>
     <p>— Вы сильно страдаете? — спросил я его, призывая на помощь сострадание к ближнему для того, чтобы легче было справиться с собой.</p>
     <p>— У меня такое ощущение, точно мозг мой рвут железными крюками, раскаленными крюками, и он горит и горит, — был ответ. — Но по какому проклятому праву у вас такая куча книг и сколько угодно времени на чтение, так что вы можете читать и наслаждаться хоть всю ночь напролёт, а у меня огонь в мозгу, и я должен отбывать вахту за вахтой, и из-за сломанной спины мне не снести и сотой части тех книг, какие я хотел бы иметь?..</p>
     <p>«Еще один сумасшедший», — подумал я, но тотчас же принужден был изменить мое мнение. Думая пошутить, я спросил его, какие книги у него есть с собой и каких авторов он предпочитает. И он сказал, что в его библиотеке, в числе других книг, имеется, во-первых, весь Байрон. Затем, весь Шекспир и весь Броунинг в одном томе. Да еще на баке у него лежит с полдюжины томов Ренана, разрозненный том Лекки, «Мученичество человека» Виндвуда Рида, несколько книжек Карлейля и томов восемь-десять Золя. Он не уставал восхищаться Золя, но главным его любимцем был Анатоль Франс<a l:href="#n_584" type="note">[584]</a>.</p>
     <p>Он, может быть, и сумасшедший, но не такой сумасшедший, каких мне приходилось встречать до сих пор, — таково было мое изменившееся мнение о нем. Мы еще долго беседовали о книгах и о писателях. У него были самые универсальные познания в литературе и очень разборчивый литературный вкус. Ему нравился О. Генри. Джордж Мур был паразит и бахвал. «Анатомия отрицания» Эдгара Салтуса, по его мнению, глубже Канта. Метерлинк — пропитанная мистицизмом старая ведьма. Эмерсон — шарлатан. «Привидения» Ибсена хорошая вещь, хотя Ибсен, говоря вообще, блюдолиз буржуазии. Гейне — неподдельный добротный товар. Флобера он предпочитал Мопассану, и Тургенева Толстому, но из русских лучше всех был Горький. Джон Мэзфильд знал, что он хочет сказать, а Джозеф Конрад так зажирел от хорошей жизни, что уже не мог разбираться в своем материале.</p>
     <p>И он продолжал в том же духе! Я в первый раз слышал такие удивительные комментарии к произведениям литературы. Я был страшно заинтересован и решился пощупать его по части социологии. Да, он красный и знал Кропоткина, но он не анархист. А с другой стороны политическая агитация — тот же тупик, заканчивающийся реформизмом и квиетизмом. Политический социализм окончательно провалился, и логическим завершением марксизма может быть только индустриальный унионизм. Он за прямую активную борьбу. Самое действительное средство — массовые забастовки. Лучше оружие — саботаж, не только как воздержание от работы, но и как действенная политика уничтожения прибылей. Он, разумеется, верит в пропаганду действия, но глупо кричать об этом на всех перекрестках. Надо действовать и держать язык за зубами, а чтобы действовать с пользой, надо уметь заметать следы. Правда, сам он говорит, но что же из этого? Он — калека со сломанной спиной. Ему все равно, поймают его или нет, но горе тому, кто попробует его поймать.</p>
     <p>И говоря со мной, он все время меня ненавидел. Казалось, он ненавидит даже то, о чем говорит, даже те идеи, которые защищает. Я решил, что он ирландец по крови, и было ясно, что он самоучка. Когда я спросил его, как ему пришло в голову поступить на судно, он ответил, что раскаленные крюки везде одинаково рвут его мозг. Затем он удостоил сообщить мне, что в ранней молодости он был атлетом и профессиональным скороходом в восточной Канаде. А там начался его недуг, и около четверти столетия он был простым бродягой. Он как будто даже чванился своим близким знакомством с таким количеством городских тюрем, о каком и понятия не имел ни один смертный.</p>
     <p>На этом месте нашего разговора мистер Пайк просунул голову в дверь. Он ничего мне не сказал, но одарил меня сердитым взглядом: он не одобрял меня. Лицо мистера Пайка почти окаменело. От всякой перемены выражения оно как будто раскалывается, за исключением выражения неудовольствия, ибо когда мистер Пайк хочет казаться сердитым, он достигает этого без всякого труда. На этом лице с грубой кожей и твердыми мускулами как будто навсегда застыла злоба. Очевидно, ему не понравилось, что я заставляю Муллигана Джэкобса даром тратить время. Ему он сказал со своим обычным рычаньем:</p>
     <p>— Ступай, займись своим делом. Не все еще тряпки перебрали вы в вашей смене.</p>
     <p>Вот тут-то и показал себя Муллиган Джэкобс! Написанная на его лице ядовитая ненависть, уже замеченная мною раньше, была ничто в сравнении с тем, что оно выражало теперь. Я невольно подумал, что если бы дотронуться до него в эту минуту, из него посыпались бы искры, как от кошки, когда ее погладишь в темноте.</p>
     <p>— Пошел ты к черту, гнилое полено! — сказал он мистеру Пайку.</p>
     <p>Если когда-нибудь глаза человека грозили убийством, то я прочел такую угрозу в глазах старшего помощника капитана. Он ринулся в каюту с поднятым для удара кулаком. Один удар этой медвежьей лапы, и Муллиган Джэкобс со всей своей жгучей ненавистью, со всем своим ядом погрузился бы в вечный мрак. Но он не испугался. Как прижатая в угол крыса, как преследуемая гремучая змея, не сморгнув, насмешливо осклабившись, он посмотрел прямо в глаза разъяренному великану. Более того: он даже подался вперед и вытянул голову на скрюченной шее навстречу удару.</p>
     <p>Это было уже слишком даже для мистера Пайка: немыслимо было ударить это бессильное, искалеченное, отвратительное существо.</p>
     <p>— Да, ты — гнилое полено, и я не боюсь тебе это сказать, — повторил Муллиган Джэкобс. — Я не Ларри. Ну, что ж, ударь меня! Отчего ты меня не бьешь?</p>
     <p>Но мистер Пайк был так ошеломлен, что не ударил его. Он, чья жизнь на море была жизнью погонщика скота на мясном рынке, не смел ударить этот исковерканный обломок человека. Готов поклясться, что он боролся с собой, убеждая себя, что надо ударить. Я видел это.</p>
     <p>Но он не смог.</p>
     <p>— Марш на работу! — приказал он. — Плавание только что началось, Муллиган, и ты еще попробуешь моего кулака, прежде чем оно кончится.</p>
     <p>Физиономия Муллигана. Джэкобса на скрюченной шее подвинулась еще на дюйм ближе к начальнику. Казалось, его сосредоточенная ненависть дошла до белого каления. Так сильна, так необузданна была сжигавшая его ярость, что он не находил слов, чтобы выразить ее. Он мог только издавать какие-то хриплые звуки, словно в горле у него что-то переливалось; я не удивился бы, если бы он выхаркнул яд прямо в лицо мистеру Пайку.</p>
     <p>И мистер Пайк круто повернулся и вышел из каюты побежденный, безусловно побежденный.</p>
     <p>Не могу забыть этой сцены. Эта картина — старший помощник и калека, стоящие друг против друга — все время у меня перед глазами. Это не похоже ни на то, что мне приходилось читать, ни на то, что я знаю о жизни. Это — откровение. Жизнь — поразительная вещь. Откуда эта горечь, этот огонь ненависти, что горит в Муллигане Джэкобсе? Как осмеливается он, без всяких расчетов на какие-нибудь выгоды, — он, не герой, не провозвестник далекой мечты и не мученик христианства, а просто злая, мерзкая крыса, — как он осмеливается, спрашиваю я, держать себя так вызывающе, так бесстрашно глядеть в глаза смерти? Думая о нем, я начинаю сомневаться в учениях всех метафизиков и реалистов. Никакая философия не выдерживает критики, если ока не может объяснить психологию Муллигана Джэкобса. И сколько бы ни жег я керосина, читая по ночам философские книги, это мне не поможет понять Муллигана Джэкобса… если только он не сумасшедший. Но даже и этого я не знаю.</p>
     <p>Бывал ли когда-нибудь на море груз таких человеческих душ, как те, с которыми свела меня судьба на «Эльсиноре»?</p>
     <p>А теперь в моих каютах, промазывая стены белилами и скипидаром, работает другой тип. Я узнал: зовут его Артур Дикон. Это тот самый бледнолицый человек с бегающими глазами, которого я заметил еще в первый день нашего плавания, когда матросов выгоняли с бака вертеть брашпиль, — тот, про которого я сразу подумал, что он любит выпить. У него, бесспорно, такой вид.</p>
     <p>Я спросил мистера Пайка, что он думает об этом человеке.</p>
     <p>— Маклак по торговле белыми рабами, — ответил он. — Должен был бежать из Нью-Йорка, чтобы спасти свою шкуру. Будет под пару тем трем молодцам, которым я дал почувствовать мой характер.</p>
     <p>— Ну, а про тех что вы скажете?</p>
     <p>— Готов прозакладывать мое месячное жалованье на фунт табаку, что какой-нибудь судейский крючок или комитет сыщиков, осведомляющих нью-йоркскую, полицию, разыскивает их в эту минуту. Хотел бы я иметь столько денег, сколько кто-то получил в Нью-Йорке за то, что дал им улизнуть на нашем судне. О, знаю я эту породу!</p>
     <p>— Комиссионеры по запрещенным товарам? — спросил я.</p>
     <p>— Вот именно. Но я вычищу их грязные шкуры. Я им покажу!.. Мистер Патгерст, наше плавание только начинается, а старому гнилому полену не пришел еще конец. Я проманежу их за их деньги! Я похоронил за бортом этого судна людей получше, чем лучший из них. И похороню еще кое-кого из тех, что обзывают меня старым поленом.</p>
     <p>Он замолчал и с полминуты смотрел на меня торжествующим взглядом.</p>
     <p>— Мистер Патгерст, вы пишете, я слыхал. Когда мне сказали в агентстве, что вы едете с нами пассажиром, я решил непременно сходить посмотреть вашу пьесу. Ну, о пьесе вашей я ничего не скажу — ни хорошего, ни худого. Я хотел только сказать вам, что вы, как писатель, соберете груду материалов за это плавание. У нас тут разыграется адская катавасия, будьте уверены, и перед вами то самое старое полено, которое сыграет в ней не последнюю роль. Многие на своей спине испытают, умеет ли еще орудовать старое полено.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XV</p>
     </title>
     <p>Ох, как я спал! Какое это восхитительное ощущение — восстановление нормального сна! И этим я обязан мисс Уэст. Но почему ни капитан Уэст, ни мистер Пайк — оба люди опытные — не могли определить моей «болезни»? Не мог и Вада. И дело не обошлось без мисс Уэст. И опять я становлюсь в тупик перед загадкой — женщиной. Случай со мной — один из миллиона случаев, приковывающих внимание мыслителя к женщине. Поистине женщина — мать и охранительница рода.</p>
     <p>Сколько бы я ни иронизировал насчет красной крови мисс Уэст и ее привязанности к жизни, я должен поклониться ей в ножки за то, что она вернула меня к жизни. Ее практичность, рассудительность, упорство остаются при ней; она — устроительница гнезда; она любит комфорт, обладает всеми приводящими в отчаяние атрибутами слепоинстинктивной матери рода, и все-таки я глубоко признателен провидению за то, что она едет с нами. Не будь ее на «Эльсиноре», я к этому времени так извелся бы от недостатка сна, что готов был бы кусаться и выть не хуже любого из тех сумасшедших, коими переполнено наше судно. И вот мы вновь приходим к тому же — к известной тайне — женщине. Не всякий, может быть, способен уживаться с ней, но ясно, как оно было и встарь, нельзя прожить без нее. Что же касается мисс Уэст, то меня поддерживает одна горячая надежда, а именно — что она не суфражистка. Это было бы уж слишком.</p>
     <p>Капитан Уэст может быть Самураем, но в то же время он — человек. При всей своей сдержанности и уменьи владеть собой, он с искренним огорчением говорил о нападении на меня проклятых насекомых. По-видимому, он отличается живым чувством гостеприимства, — он понимает, что на «Эльсиноре» я его гость; и хотя он безразлично относится к нуждам команды, это не мешает ему заботиться о моих удобствах. Из немногих сказанных им по этому поводу слов видно, что он не может себе простить того небрежного легковерия, с каким он принял ошибочный диагноз моей «болезни». Да, капитан Уэст настоящий человек. Недаром же он — отец своей жизнерадостной дочки с ее крепким телом и нежным лицом.</p>
     <p>— Ну, слава Богу, значит, все в порядке! — воскликнула мисс Уэст сегодня поутру, когда мы с ней встретились на юте, и я сказал ей, как чудесно я спал.</p>
     <p>И непосредственно вслед за этим, отбросив в сторону кошмарный эпизод с клопами, как окончательно ликвидированный с практической точки зрения, она сказала:</p>
     <p>— Пойдемте смотреть цыплят.</p>
     <p>И я направился следом за ней по паутинному мостику к средней рубке, смотреть на петуха и на четыре дюжины откормленных кур, сидевших в устроенном на крыше рубки курятнике.</p>
     <p>Пока она шла впереди, и я любовался ее живой, эластичной походкой, мне вспомнилось, как, переезжая со мной на пароходике из Балтиморы, она обещала ничем не беспокоить меня и уверяла, что не нуждается в том, чтобы ее занимали.</p>
     <p><emphasis>«Пойдемте смотреть цыплят!»</emphasis> О, сколько чисто женской властности в этом простом приглашении! Что может превзойти в дерзости ту наивную властность, которая сидит в каждой свивающей себе гнездышко человеческой самке — женщине? <emphasis>«Пойдемте смотреть цыплят!»</emphasis> Есть моряки — старые воробьи, видавшие всякие виды, но да было бы известно мисс Уэст, что есть на «Эльсиноре» один пассажир мужского пола, неженатый и решивший никогда не жениться, который тоже пускался во всякие авантюры на матримониальном море: он тоже старый воробей, и его не проведешь на мякине. Перебирая мысленно перечень моих романтических похождений, я вспоминаю несколько женщин с большими данными, чем у мисс Уэст, которые пели мне свою песню пола и однако не принудили меня к капитуляции.</p>
     <p>Перечитывая только что написанное, я вижу, как сильно мои мыслительные процессы пропитались морской терминологией. Я невольно пользуюсь морскими словечками. И еще одно наблюдение: я начал злоупотреблять превосходными степенями. Но, впрочем, все на «Эльсиноре» в превосходных степенях. Я постоянно ловлю себя на старании очистить мой словарь, подыскать для всех понятий точные, подходящие выражения. И постоянно сознаю, что это мне не удается. Так, например, никакие слова, ни в каких словарях не могут дать даже приблизительного представления о том леденящем ужасе, какой наводит на меня Муллиган Джэкобс.</p>
     <p>Но вернемся к цыплятам. Было видно, что, несмотря на все предосторожности, им недешево достались последние бурные дни. Видно было и то, что мисс Уэст не забывала о них даже в то время, когда страдала морской болезнью. По ее приказанию буфетчик установил в курятнике маленькую керосиновую печку, и теперь, когда он по дороге на кубрик проходил мимо нас, она подозвала его, чтобы дать ему дальнейшие указания насчет кормления цыплят.</p>
     <p>Где же отруби? Им необходимы отруби. Он этого не знал. Мешок с отрубями был заложен где-то между другими запасами, но мистер Пайк обещал отрядить двух матросов с приказанием разыскать этот мешок.</p>
     <p>— Побольше золы, помните, — сказала буфетчику мисс Уэст. — Курятник надо чистить ежедневно, и если он когда-нибудь окажется невычищенным, доложите мне. И корм давайте только чистый. Никаких остатков — слышите? Сколько яиц было вчера?</p>
     <p>У буфетчика заблестели глаза, когда он с гордостью ответил, что накануне он вынул девять яиц, а завтра рассчитывает на целую дюжину.</p>
     <p>— Бедняжки! Вы не можете себе представить, как дурно отзывается ненастная погода на кладке яиц, — сказала она мне; потом повернулась к буфетчику. — Следите за теми курами, которые не несутся, и таких режьте первыми. И всякий раз спрашивайте меня, прежде чем резать.</p>
     <p>Пока мисс Уэст говорила о цыплятах с этим экс-контрабандистом, я чувствовал себя заброшенным, но зато это доставило мне случай рассмотреть ее. Длинный разрез ее глаз подчеркивает пристальность ее взгляда, чему помогают темные ресницы и брови. Я еще раз отметил теплый колорит ее серых глаз. И я начал определять ее, разбирать по всем статьям. Физически — она представительница лучшего типа женщин старинной Новой Англии. Природа была щедра к ней: не худая, но и не полная, она в меру плотна и крепка, хотя ее и нельзя назвать богатыршей. Самое верное сказать про мисс Уэст, что она — воплощение жизненности.</p>
     <p>Мы вернулись на ют, и когда мисс Уэст ушла в каюту, я обратился к мистеру Меллэру с всегдашней своей шуткой:</p>
     <p>— Ну что, купил наконец О'Сюлливан сапоги у Энди Фэя?</p>
     <p>— Нет, не купил, — отвечал он, но сегодня утром они чуть не достались ему. Пойдемте, сэр, я кое-что покажу вам.</p>
     <p>И без дальнейших объяснений, он повел меня по мостику вперед. Мы прошли среднюю и потом переднюю рубку. Взглянув вниз, я увидел двух японцев. Они сидели на крышке люка номер первый и толстыми иглами зашивали какой-то тюк, завернутый в парусину, — несомненно заключавший человеческое тело.</p>
     <p>— О'Сюлливан пустил в ход свою бритву, — сказал мне мистер Меллэр.</p>
     <p>— Так это Энди Фэй? — воскликнул я.</p>
     <p>— Нет, сэр, не Энди. Это один голландец. В списках он значится Христианом Иесперсеном. Он попался на дороге О'Сюлливану, когда тот шел за сапогами. Это и спасло Энди Фэя. Энди оказался проворнее. Иесперсен был увалень и не сумел увернуться от О'Сюлливана. Вон Энди сидит.</p>
     <p>Я проследил глазами за взглядом мистера Меллэра и увидел загорелого, пожилого шотландца маленького роста. Он сидел, скорчившись, на деревянном брусе и сосал трубку. Одна рука была у него на перевязи, и на голове была повязка. Рядом с ним сидел в такой же позе Муллиган Джэкобс. Их была пара: глаза у обоих были голубые, и у обоих злые. И оба казались одинаково истощенными. Не трудно было заметить, что уже с самого начала плавания они — оба озлобленные, насквозь пропитанные горечью — почувствовали сродство душ. Энди Фэю, я знал, было шестьдесят три года, хотя по виду ему можно было дать и сто; но Муллиган Джекобс, которому было только около пятидесяти лет, восполнял разницу в годах белокалильным жаром ненависти, горевшей в его лице и в глазах. «Интересно, подсел он к этому раненому из сочувствия или затем, чтобы в конце концов слопать его», — подумал я.</p>
     <p>Из-за угла рубки показался Коротышка и послал по моему адресу свою неизменную клоунскую улыбку. У него одна рука была тоже перевязана.</p>
     <p>— Задали они, однако, работы мистеру Пайку, — заметил я.</p>
     <p>— Да, все часы своей вахты, с четырех до восьми, он зашивал этих калек, — сказал мистер Меллэр.</p>
     <p>— Как?! Разве есть еще раненые?</p>
     <p>— Еще один, сэр, — еврей. Я раньше даже не знал, как его зовут, но мистер Пайк сказал мне: его зовут Исаак Шанц. Всю жизнь, кажется, плаваю, а никогда еще не видел такого множества евреев, как теперь у нас на «Эльсиноре». Евреи, говоря вообще, не любители моря. А у нас их больше, чем нужно. Этот Шанц ранен легко, но если бы вы слышали, как он хныкал!</p>
     <p>— А где же О'Сюлливан? — спросил я.</p>
     <p>— В средней рубке с Дэвисом, — цел и невредим, — хоть бы одна царапина. Мистер Пайк разнимал их и уложил его спать кулаком по скуле. Теперь он лежит связанный и бредит. Дэвиса он до полусмерти напугал. Дэвис сидит на своей койке со свайкой в руках, грозится размозжить ему голову, если только он попробует освободиться, и жалуется на непорядки в нашем лазарете. Ему, видно, нужны палаты с обитым войлоком стенами, смирительные рубашки, дневные и ночные сиделки, усиленная охрана и для выздоравливающих на корме помещение в стиле королевы Анны.</p>
     <p>— О Господи! — вздохнул мистер Меллэр. — Никогда еще не бывал я в таком рискованном плавании и такой дикой команды никогда не видал. Это не кончится добром — и слепому видно. Мы будем огибать Горн в самый развал зимы, а на баке у нас полно сумасшедших и калек. Кто же будет работать?.. Взгляните вы вон хоть на этого. Совсем сумасшедший! Каждую минуту того и жди, что он прыгнет за борт!</p>
     <p>Я взглянул, куда он указывал, и увидел того самого, грека Тони, который бросился в море в первый день нашего плавания. Он только что вышел из-за угла рубки, если не считать, что одна рука у него была на перевязи, он казался совершенно здоровым. Он шел свободным, твердым шагом, — доказательство — хороших результатов примитивной хирургии мистера Пайка.</p>
     <p>Мой взгляд помимо моей воли поминутно возвращался к завернутому в парусину телу Христиана Иесперсена и к двум японцам, зашивавшим бечевками его матросский саван. У одного из них вся правая рука была обмотана бинтами.</p>
     <p>— А этот тоже ранен? — спросил я.</p>
     <p>— Нет, сэр. Это наш парусник. Они оба парусники. А этот очень хороший работник. Его зовут Ятсуда. Но у него было заражение крови, и он полгода пролежал в больнице Нью-Йорка. Он решительно отказался от ампутации. Теперь он поправился, но рука почти омертвела: действуют только большой и указательный пальцы, и вот он учится шить левой рукой. Другого такого искусного парусника, пожалуй, не найдется на наших судах.</p>
     <p>— Однако, сумасшедший и бритва — довольно опасная комбинация, — заметил я.</p>
     <p>— Да, пять человек выведены из строя, — вздохнул мистер Меллэр. — Во-первых, сам О'Сюлливан, потом Христиан Иесперсен (этот уже вовсе вычеркнут из списков), потом Энди Фэй и Коротышка, и, наконец, тот еврей. А плавание, можно сказать, еще не началось. А тут еще Ларс сломал ногу, и Дэвис лежит все равно что без ноги. Так-то, сэр! Скоро у нас будет такая нехватка в людях, что, когда понадобится ставить паруса, придется вызывать наверх обе смены.</p>
     <p>Пока я беседовал с мистером Меллэром и он спокойно излагал мне факты, я не мог отделаться от неприятного чувства. Не то меня смущало, что наше судно посетила смерть. Я слишком долго имел дело с философией, чтобы меня могли смутить убийство и смерть. Меня смущала в этой истории полнейшая ее бессмысленность. Я могу понять даже убийство — убийство, имеющее основания. Можно понять, что люди убивают друг друга, ослепленные страстью — любовью или ненавистью, — или из чувства патриотизма или из религиозной вражды. Но тут было совершенно другое. Тут было убийство без всякой причины, какая-то оргия слепого зверства, чудовищно бессмысленная вещь.</p>
     <p>В тот же день позднее, гуляя с Поссумом по главной палубе и проходя мимо открытой двери лазарета, я услыхал бормотанье О'Сюлливана и заглянул в дверь. Он лежал на спине, привязанный к нижней койке, дико поводил глазами и бредил. Над ним на верхней койке лежал Чарльз Дэвис и спокойно посасывал трубку. Я поискал глазами свайку. Оказалось, что она лежит на койке возле него, чтобы быть под рукой на всякий случай.</p>
     <p>— Ну, не адская ли это жизнь, сэр? — встретил он меня. — Скажите сами, можно ли сомкнуть глаза, когда эта обезьяна все время лопочет? Он ни на секунду не умолкает. Как заведет свою шарманку, так и не жди конца, даже во сне говорит — во сне еще хуже. А как зубами скрипит — просто слушать страшно! Ну, сами посудите, сэр: справедливо ли помещать такого сумасшедшего вместе с больным человеком? А я ведь больной человек.</p>
     <p>Пока он говорил, мимо меня промелькнула массивная фигура мистера Пайка и остановилась так, что лежавший на койке человек не мог ее видеть. Дэвис продолжал говорить:</p>
     <p>— По всем правам мне следовало бы получить нижнюю койку. Мне вредно карабкаться наверх. Это просто бесчеловечно — иначе этого нельзя назвать. А между тем в наше время закон, лучше, чем раньше защищает права матросов в плавании. Я вызову вас свидетелем в суд, когда мы придем в Ситтль.</p>
     <p>Мистер Пайк вошел в дверь.</p>
     <p>— Замолчи ты, проклятый законник! — зарычал он. — Мало тебе, что ты сыграл с нами такую подлую штуку, явившись на судно в таком состоянии. А если ты еще будешь тут разглагольствовать, так я…</p>
     <p>Он был так разозлен, что не мог докончить угрозы. Сплюнув на пол, он все-таки сделал попытку договорить.</p>
     <p>— Т-ты… мне надоел, — слышал?</p>
     <p>— Я знаю законы, сэр, — сейчас же огрызнулся Дэвис. — Я исполнял на вашем судне всю работу по положению: вся команда может это подтвердить. С первого же дня я лазал на мачты. Да, сэр, и днем и ночью я мок в соленой воде по самую шею. И в трюм вы меня посылали уголь убирать. Я делал все, что полагается, и даже больше, пока на меня не напала эта болезнь.</p>
     <p>— Ты уже насквозь прогнил задолго до того, как в первый раз увидел это судно, — перебил его мистер Пайк.</p>
     <p>— Суд нас разберет, сэр, — ответил Дэвис невозмутимо.</p>
     <p>— А если ты будешь продолжать разводить бобы насчет законов, я вышвырну тебя отсюда и покажу тебе, какая бывает настоящая работа, — сказал мистер Пайк.</p>
     <p>— И заставите владельцев судна заплатить хорошенький штраф, когда мы придем в порт, — усмехнулся Дэвис.</p>
     <p>— Да, если раньше я не похороню тебя в море, — был быстрый зловещий ответ. — Да будет тебе известно, Дэвис: ты не первый законник из тех, которых я спустил за борт с мешком угля.</p>
     <p>И с заключительным: «Проклятый законник!» — мистер Пайк вышел и зашагал по палубе. Я вышел вслед за ним. Вдруг он остановился и повернулся ко мне.</p>
     <p>— Мистер Патгерст!</p>
     <p>На этот раз он обращался ко мне не как офицер к пассажиру, — тон был повелительный, и я насторожился.</p>
     <p>— Мистер Патгерст! С этого дня чем меньше вы будете видеть, что делается у нас на судне, тем будет лучше. Вот и все.</p>
     <p>Он круто повернулся и пошел своей дорогой.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVI</p>
     </title>
     <p>Нет, море не мать, а злая мачеха. Отчего все моряки такой суровый народ? Конечно, от суровой жизни. Понятно, что капитан Уэст не хочет знать о существовании своей команды; понятно, что мистер Пайк и мистер Меллэр никогда не обращаются к матросам иначе, как с приказаниями. Но и мисс Уэст, такой же пассажир, как и я, игнорирует этих людей. Выходя утром на палубу, она никогда не скажет даже рулевому «доброе утро». Ну, как ей угодно, а я буду здороваться, по крайней мере хоть с рулевым. Я ведь только пассажир.</p>
     <p>Собственно говоря, я не пассажир с формальной точки зрения. «Эльсинора» не имеет разрешения возить пассажиров, и в списках я значусь третьим помощником на жалованья в тридцать пять долларов в месяц. Вада записан прислугой в каютах, хотя я внес довольно крупную сумму за его проезд, и он — мой слуга.</p>
     <p>Не много времени берут на море похороны умерших. Через час после того, как я видел двух парусников за работой над саваном Христиана Иесперсена, его спустили за борт ногами вперед, привязав к ним для тяжести мешок с углем.</p>
     <p>Был тихий, ясный день, и «Эльсинора» лениво тащилась по два узла в час и вообще вела себя спокойно. В последний момент капитан Уэст явился на бак с молитвенником в руках, прочел положенную при морских похоронах краткую молитву и тотчас же вернулся на ют. Я в первый раз видел его на баке.</p>
     <p>Я не стану описывать похороны. Скажу только, что они были так же печальны, как и вся жизнь и смерть Христиана Иесперсена.</p>
     <p>А мисс Уэст сидела на юте в кресле и прилежно занималась каким-то дамским рукоделием. Как только Христиан Иесперсен и его мешок погрузились в воду, команда разбрелась по местам: свободная смена спустилась вниз к своим койкам, а очередная осталась на палубе и стала на работу. Не прошло и минуты, как мистер Меллэр уже отдавал приказания, и люди выбирали или травили канаты. А я вернулся на ют и был неприятно поражен безмятежным видом мисс Уэст.</p>
     <p>— Ну вот и похоронили, — сказал я.</p>
     <p>— Да? — откликнулась она равнодушным тоном и продолжала шить.</p>
     <p>Но, должно быть, она почувствовала мое настроение, потому что через минуту опустила свою работу на колени и подняла на меня глаза.</p>
     <p>— Вы в первый раз видите похороны на море, мистер Патгерст?</p>
     <p>— А на вас смерть на море, по-видимому, не производит впечатления? — сказал я резко.</p>
     <p>Она пожала плечами.</p>
     <p>— Не больше, чем на суше. Столько народу везде умирает… А когда умирают чужие вам люди, то… Ну, например, если на берегу вы узнаете, что на такой-то фабрике, мимо которой вы проезжаете каждый день по дороге в город, убито несколько человек рабочих, как вы это примете? Ну, то же самое и на море.</p>
     <p>— Во всяком случае печально уж то, что у нас одним рабочим стало меньше, — проговорил я не без язвительности.</p>
     <p>Мой выстрел попал в цель. С подчеркнутой иронией она ответила:</p>
     <p>— Да, это печально. Да еще в самом начале плавания.</p>
     <p>Она взглянула на меня, и я не мог удержаться от улыбки. И она тоже улыбнулась в ответ.</p>
     <p>— Я отлично знаю, мистер Патгерст, что вы считаете меня бессердечной. Но, это не то, это… это, вероятно, море. И кроме того, я ведь не знала этого человека. Не помню даже, видела ли я его. Теперь, когда наше плавание только еще начинается, я едва ли узнаю в лицо полдюжины наших матросов. Так с чего же мне огорчаться, что какого-то там дурака, совершенно мне чужого, убил другой чужой человек, такой же дурак? Ведь этак надо умирать от горя всякий раз, как пробегаешь столбцы ежедневной газеты с описанием убийств.</p>
     <p>— Ну, это не совсем одно и то же, — возразил я.</p>
     <p>— Ничего, вы привыкнете, — проговорила она весело и снова взялась за шитье.</p>
     <p>Я спросил ее, читала ли она «Корабль душ» Муди. Она не читала. Я продолжал исследование. Оказалось, что ей нравится Броунинг, в особенности «Кольцо и книга». Это характерно для нее. Ей нравится только здоровая литература, только такая, которая позволяет нам тешить себя иллюзиями, самообманом<a l:href="#n_585" type="note">[585]</a>.</p>
     <p>Так, например, мое упоминание о Шопенгауэре вызвало у нее только смех. Все философы пессимизма кажутся ей смешными. Ее красная кровь не позволяет ей принимать их всерьез. Чтобы испытать ее, я передал ей разговор, бывший у меня с де-Кассером незадолго до моего отъезда из Нью-Йорка. Де-Кассер, проследив философическую генеалогию Жюля де Готье вплоть до Шопенгауэра и Ницше, заключил предложением, что из двух формул двух последних философов де-Готье построил третью, даже более глубокую формулу. «Воля к жизни» одного и «воля к власти» другого являются, по его мнению, только частями высшей, обобщающей формулы де-Готье, а именно — «воли к иллюзии».</p>
     <p>Я льщу себя надеждой, что сам де-Кассер остался бы доволен моей передачей его аргументации. А когда я кончил, мисс Уэст быстро спросила:</p>
     <p>— А разве не бывает, и даже очень часто, что философы-реалисты обманывают себя собственными фразами совершенно так же, как обманываем себя мы, простые смертные, теми иллюзиями, в которых нам не приходит и в голову сомневаться?</p>
     <p>Вот к чему привела моя философия! Обыкновенная молодая женщина, никогда не утруждавшая своих мозгов философскими проблемами, в первый раз слышит о таких высоких материях и тотчас же со смехом отметает их прочь. Я убежден, что де-Кассер согласился бы с ней.</p>
     <p>— Верите вы в Бога? — спросил я довольно неожиданно.</p>
     <p>Она уронила на колени работу, задумчиво посмотрела на меня, потом перевела глаза на сверкающее море и на лазурный небосвод. И наконец, с истинно женской уклончивостью, ответила:</p>
     <p>— Отец мой верит.</p>
     <p>— А вы? — не отставал я.</p>
     <p>— Право, не знаю. Я никогда не ломаю головы над такими вещами. Я верила, когда была ребенком. А теперь… Впрочем, я, кажется, и теперь верю в Бога, временами совсем даже не думая об этом, я верю, что все устроено к лучшему, и вера моя в такие минуты так же сильна, как вера этого вашего друга-еврея в рассуждения философов. Надо думать, что в конце концов все сводится к вере. Но зачем мучить себя?</p>
     <p>— А-а, теперь я знаю, кто вы, мисс Уэст! — воскликнул я. — Вы истинная дочь Иродиады.</p>
     <p>— Это что-то некрасиво звучит, — промолвила она с милой гримаской.</p>
     <p>— Да оно и на самом деле некрасиво, — подхватил я. — Тем не менее оно верно. Есть такая поэма Артура Симонса — «Дочери Иродиады». Когда-нибудь я вам ее прочту и посмотрю, что вы скажете. Я знаю, вы скажете, что вы тоже часто смотрели на звезды.</p>
     <p>Потом мы заговорили о музыке. У нее весьма солидные познания в этой области. Но только что она начала было: «Дебюсси и его школа не особенно прельщают меня», — как послышался отчаянный визг Поссума.</p>
     <p>Щенок пробежал вперед до средней рубки, где он, очевидно, пробовал знакомиться с цыплятами, когда с ним случилась беда. Он взвизгнул так пронзительно, что мы оба вскочили. Теперь он со всех ног мчался к нам по мостику, не переставая визжать и поминутно оборачиваясь в сторону курятника.</p>
     <p>Я ласково окликнул его и протянул было к нему руку, но в благодарность он только щелкнул зубами, цапнул меня за руку и помчался дальше. Задрав голову, он, не глядя, летел прямо вдоль кормы. Прежде чем я успел сообразить, что ему грозит опасность упасть в море, мисс Уэст и мистер Пайк уже пустились вдогонку за ним. Мистер Пайк был ближе к нему. Гигантским прыжком он очутился у борта как раз вовремя, чтобы перехватить щенка, который слепо летел все вперед и непременно полетел бы в воду. Ловким толчком ноги мистер Пайк отбросил его в сторону, и он, перекувырнувшись, покатился по палубе. Завизжав еще громче, он вскочил на ноги и, шатаясь, направился к противоположным перилам.</p>
     <p>— Не трогайте его! — закричал мистер Пайк, когда мисс Уэст нагнулась было, чтобы схватить обезумевшее животное. — Не трогайте! У него припадок.</p>
     <p>Но это не остановило ее. Щенок был уже под перилами, когда она поймала его.</p>
     <p>Она держала его на весу в вытянутой руке, он лаял и выл, и изо рта у него шла пена.</p>
     <p>— Да, это припадок, — сказал мистер Пайк, когда ослабевший зверек уже лежал на палубе, судорожно подергиваясь.</p>
     <p>— Может быть, его клюнула курица, — сказала мисс. Уэст. — Принесите-ка ведро воды.</p>
     <p>— Позвольте, я возьму его, — вызвался я со своими услугами, довольно, впрочем, нерешительно, так как не имел ни малейшего понятия о собачьих припадках.</p>
     <p>— Нет, вы не беспокойтесь, я позабочусь о нем, — сказала мисс Уэст. — Холодная вода ему поможет. Наверное, он слишком близко подошел к курятнику, курица клюнула его в нос и от испуга с ним сделался припадок.</p>
     <p>— Никогда не слыхал, чтобы у собак делались припадки от испуга, — заметил мистер Пайк, поливая водой Поссума под руководством мисс Уэст. — Это просто обыкновенный припадок, какие часто бывают у щенят, особенно в море.</p>
     <p>— А я думаю, не парусов ли он испугался, — предложил я свое объяснение. — Я заметил, что он боится парусов. Всякий раз, как они захлопают, он сперва присядет в ужасе, а потом пустится бежать. Заметили вы, как на бегу он все время оборачивался?</p>
     <p>— У собак бывают припадки и тогда, когда им нет никаких причин пугаться, — стоял на своем мистер Пайк.</p>
     <p>— Отчего бы это ни случилось, а у него припадок, — заключила прения мисс Уэст. — А это значит, что его неправильно кормят. С этих пор я буду кормить его сама. Передайте это вашему Ваде, мистер Патгерст. Пусть никто ничего не дает ему без моего разрешения.</p>
     <p>В эту минуту показался Вада с маленьким ящиком, в котором Поссум спал, и они с мисс Уэст приготовились нести его вниз.</p>
     <p>— Это был подвиг с вашей стороны, мисс Уэст, положительно подвиг, — сказал я ей. — Я не буду даже пытаться вас благодарить. Но знаете что: берите Поссума себе. Теперь это ваша собака.</p>
     <p>Она засмеялась и покачала головой, проходя в дверь рубки, которую я открыл перед ней.</p>
     <p>— Нет, не надо; но я буду заботиться о нем вместо вас. Пожалуйста, не трудитесь спускаться. Это уж мое дело, в вы будете только мешать. Мне поможет Вада.</p>
     <p>Меня самого удивило, когда, вернувшись на свое место и усевшись в кресло, я почувствовал, до чего меня взволновал этот маленький эпизод. Я припомнил, что у меня от волнения усиленно забилось сердце. И теперь, когда я, прислонившись к спинке кресла и закурив сигару, уже спокойно думал об этом, передо мной живо предстала вся необычайная картина нашего плавания. Мы с мисс Уэст философствуем и рассуждаем об искусстве; капитан Уэст мечтает о своем далеком доме; мистер Пайк и мистер Меллэр отбывают свои вахты и рычат на матросов; люди-рабы выбирают канаты; Поссум катается в припадке; Энди Фэй и Муллиган Джэкобс пылают неугасимой ненавистью ко всему живому; миниатюрный полукитаец стряпает на всю братию; Сендри Байерс без устали подтягивает свой живот; О'Сюлливан бредит в душной стальной каюте средней рубки; Чарльз Дэвис лежит над ним, держа наготове свайку, а Христиан Иесперсен ушел на дно морское с мешком в ногах и остался на много миль позади.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVII</p>
     </title>
     <p>Сегодня две недели, как мы вышли в море. Море спокойное, по небу плывут легкие облачка, и мы плавно скользим со скоростью восьми узлов в час, подгоняемые легким восточным ветром. Капитан Уэст почти уверен, что мы попали в полосу северо-восточного пассата. И еще я узнал, что «Эльсинора», чтобы не наткнуться на мыс Сан-Рок у берегов Бразилии, должна сначала держать курс на восток почти что к берегам Африки. На этом переходе нам встретятся острова мыса Верде. Не удивительно, что путь от Балтиморы до Ситтля определяется в восемнадцать тысяч миль.</p>
     <p>Поднявшись сегодня утром на палубу, я застал у штурвала грека Тони. По-видимому, он в здравом уме: на мое приветствие он очень вежливо снял шапку. Больные быстро поправляются — все, кроме Чарльза Дэвиса и О'Сюлливана. О'Сюлливан все еще привязан к койке, а Дэвиса мистер Пайк заставил ухаживать за ним. В результате Дэвис разгуливает по палубе, приносит с кубрика воду и еду для больного и всем и каждому рассказывает о своих обидах.</p>
     <p>Вада рассказал мне сегодня престранную вещь. По-видимому, он, буфетчик и оба парусника собираются по вечерам в каюте повара — все пятеро азиаты — и занимаются пересудами домашних дел судна. Им, кажется, решительно все известно, и все это Вада передает мне. Сегодня он мне рассказал о странном поведении мистера Меллэра. Они там обсуждали этот вопрос и решительно не одобряют близости мистера Меллэра с теми тремя хулиганами на баке.</p>
     <p>— Да нет же, Вада, не такой он человек, — сказал я, выслушав его. — Он даже груб с матросами. Он обращается с ними, как с собаками, ты же сам знаешь.</p>
     <p>— Да, — согласился Вада, — но только не с этими, а с другими. С этими тремя он дружит, а они очень дурные люди. Луи говорит, что место второго помощника — на юте, так же, как и первого помощника и капитана. Не годится второму помощнику водить дружбу с матросами. Нехорошо это для судна. Быть беде — вот увидите. Луи говорит, мистер Меллэр с ума сошел, что вздумал выкидывать такие глупые шутки. Все это побудило меня навести справки. Оказывается, что эти проходимцы — Кид Твист, Нози Мерфи и Берт Райн — сделались какими-то царьками на баке. Они крепко держатся друг за друга, и общими силами установили царство террора и командуют всем баком. Нью-йоркский их опыт, когда они помыкали скотоподобными и слабосильными членами своей шайки, теперь им пригодился. Насколько я мог понять из рассказа Вады, они прежде всего принялись за двух итальянцев, — за Гвидо Бомбини и за Мике Циприани, состоящих в общей с ними смене. Как они этого достигли — я не знаю, но этих двух несчастных они довели до состояния бессловесных, трепещущих перед ними рабов. Да вот хороший пример: вчера ночью, как гласит судовая молва, Берт Райн заставил Бомбини подняться с постели и принести ему напиться.</p>
     <p>Исаак Шанц тоже у них под началом, хотя с ним они обращаются лучше. А Герман Лункенгеймер, добродушный, но глуповатый немец, получил от этой милой троицы здоровую трепку за то, что отказался выстирать грязное белье Нози Мерфи. Оба боцмана до смерти боятся этой клики, а она все разрастается: в нее приняты новые члены — Стив Робертс, бывший ковбой, и Артур Дикон, торговец белыми рабами.</p>
     <p>На юте я один получаю эти сведения и, признаться, недоумеваю, что мне с ними делать. Мистер Пайк, я знаю, посоветовал бы мне не путаться в чужие дела. О мистере Меллэре не может быть и речи. Для капитана Уэста команда не существует. А мисс Уэст, боюсь, только посмеется надо мной за все мои труды. Да, кроме того, я ведь и сам понимаю, что на каждом судне среди команды всегда найдется какой-нибудь грубый буян или кучка буянов, захватчиков власти, так что, строго говоря, это уж дело команды, не касающееся старшего персонала судна. Работа на судне идет своим порядком. Единственным последствием этой мелкой тирании, по моим соображениям, может быть только то, что еще горше станет жизнь тех несчастных, которым приходится ее терпеть.</p>
     <p>Ах да, Вада рассказал мне еще вот что. Эта подлая клика присвоила себе привилегию выбирать лучшие куски солонины из общего котла, так что всем остальным достаются остатки. Но я должен сказать, что, вопреки моим ожиданиям, на «Эльсиноре» по части питания дело поставлено хорошо. Еду дают не порциями; люди едят сколько хотят. На баке всегда стоит открытый бочонок хороших сухарей. Три раза в неделю Луи печет свежий хлеб для команды. Стол, конечно, не изысканный, но разнообразный. Вода для питья дается в неограниченном количестве. И я могу засвидетельствовать, что с тех пор, как настала хорошая погода, люди поправляются с каждым днем.</p>
     <p>Поссум совсем болен. Он с каждым днем худеет. Его нельзя даже назвать ходячим скелетом, потому что он так слаб, что не может ходить. В эти чудные теплые дни, по приказанию мисс Уэст, ежедневно выносит его в ящике на палубу и ставит под тентом в каком-нибудь уголке, защищенном от ветра. Она окончательно взяла щенка на свое попечение; по ночам он даже спит в ее каюте. Вчера я застал ее в капитанской рубке за чтением медицинских книг из библиотеки «Эльсиноры». А потом я видел, как она рылась в походной аптечке. Да, она типичная человеческая самка, дающая жизнь и охраняющая жизнь рода. Все ее инстинкты, все стремления направлены на охранение жизни — своей и чужой.</p>
     <p>А между тем — и это так любопытно, что я не могу не думать об этом — она не проявляет ни малейшего интереса к больным и раненым матросам. Для нее они — скот, даже хуже скота. Я представлял себе, что, как дающая жизнь и охранительница рода, она должна бы быть чем-то вроде благодетельной феи, регулярно посещающей кошмарное помещение лазарета в средней рубке, наделяющей больных кашей, вносящей солнечный свет в эту душную каюту со стальными стенами и даже раздающей больным душеспасительные книги. Но нет: для нее, как и для ее отца, эти несчастные не существуют. А с другой стороны, когда буфетчик засадил себе под ноготь занозу, она приняла это близко к сердцу, вооружилась щипчиками и вытащила занозу. «Эльсинора» напоминает мне рабовладельческую плантацию до войны за освобождение рабов, и мисс Уэст — владелица плантации, интересующаяся только домашними рабами. Невольники, работающие в поле, не входят в круг ее интересов, а матросы «Эльсиноры» как раз такие рабы. Да вот еще пример: несколько дней тому назад у Вады была жестокая головная боль, и мисс Уэст очень тревожилась и лечила его аспирином. Вероятно, все эти странности объясняются ее морским воспитанием. Море — суровая школа.</p>
     <p>Теперь, в хорошую погоду, во время второй вечерней вахты мы через день слушаем граммофон. В другие вечера мистер Пайк дежурит на палубе. Но когда он свободен, то уже за обедом начинает проявлять плохо сдерживаемое нетерпение. И однако всякий раз он неукоснительно дожидается, чтобы мы спросили, не угостит ли он нас музыкой. Тогда его деревянное лицо озаряется внутренним светом, хотя глубокие складки на нем и не разглаживаются, и, стараясь скрыть свой восторг, он ворчливо, как будто нехотя, отвечает, что, пожалуй, для нескольких вещиц найдется время. Итак, через день мы по вечерам наблюдаем, как этот истязатель, этот убийца с ободранными суставами пальцев и с руками гориллы, нежно обчищает щеточкой своих любимцев — пластинки, предвкушая ожидаемое наслаждение музыкой и, как он сказал мне в начале нашего плавания, в такие минуты веруя в Бога.</p>
     <p>Странные противоречия представляет жизнь на «Эльсиноре». Хоть мне и кажется, что я живу здесь долгие годы, до такой степени я вошел во все интересы нашего маленького кружка, но, сознаюсь, я не мог ориентироваться в этой жизни. Мысль моя постепенно перебегает от непонятного к понятному — от капитана Самурая с чудным голосом архангела Гавриила, звучащем только при раскатах бури, к забитому, слабоумному фавну с блестящими, прозрачными, страдальческими глазами; от трех негодяев, терроризирующих команду и сманивающих в свою шайку второго помощника, к безумолчно бормочущему, закупоренному в душной норе со стальными стенами О'Сюлливану; от надоевшего всем своими жалобами Дэвиса, не расстающегося со свайкой, к Христиану Иесперсену, затерянному где-то среди беспредельного простора океана с мешком угля в ногах. В такие минуты жизнь на «Эльсиноре» кажется мне такою же нереальной, какою представляется философу жизнь вообще.</p>
     <p>Я — философ. Следовательно, для меня жизнь «Эльсиноры» нереальна. Но кажется ли она нереальной господам Пайку или Меллэру? Или тем идиотам и сумасшедшим и всему бессмысленному стаду на баке? Мне невольно вспоминаются слова де-Кассера. Как-то сидели мы с ним у Мукена за бутылкой вина, и он сказал: «Глубочайший инстинкт человека — борьба с правдой, то есть с реальным. С самого детства человек уклоняется от фактов. Жизнь его — вечное уклонение. Чудо, химера, „завтра“, „на той неделе“ — вот чем он живет. Он питается фикцией, мифами… Только ложь делает его свободным. Одним животным дана привилегия приподнимать покрывало Изиды<a l:href="#n_586" type="note">[586]</a>; люди не смеют. Животное, в состоянии бодрствования, не может убежать от действительности, потому что у него нет воображения. Человек, даже когда бодрствует, бывает вынужден искать спасения в надежде, в вере, в басне, в искусстве, в Боге, в социализме, в бессмертии, в алкоголе, в любви. Он убегает от Медузы-Истины и взывает за помощью к Майе-Лжи<a l:href="#n_587" type="note">[587]</a>.</p>
     <p>Бен должен согласиться, что я цитирую его добросовестно. И вот я прихожу к заключению, что для рабов «Эльсиноры» действительно есть действительность, потому что они убегают от нее в область фикции. Все до одного они твердо верят, что их действиями управляет их свободная воля. Для меня же действительность нереальна потому, что я сорвал все покрывала фикции и мифов. Когда-то обуревавшее меня желание, убежать от действительности, превратив меня в философа, накрепко привязало этим к колесу реального. Я, сверхреалист, оказываюсь единственным отрицателем реальной жизни на «Эльсиноре». И потому-то я, глубже других обитателей «Эльсиноры» проникший в корень вещей, во всех проявлениях ее жизни вижу только фантасмагорию.</p>
     <p>Парадоксы? Пусть так, готов допустить. Все глубокие мыслители тонут в море противоречий. Но вся остальная публика «Эльсиноры», плавающая на поверхности этого моря, не тонет, право, только потому, что не представляет себе, как оно глубоко. Воображаю, какой практичный, безапелляционный приговор вынесла бы мне мисс Уэст за такие мои рассуждения. Что ж, строго говоря, слова вообще ловушки. Я не знаю, что я знаю, и думаю ли я то, что думаю…</p>
     <p>Но вот что я знаю: я не могу ориентироваться. Я — самая безумная, самая затерявшаяся в противоречиях душа на борту «Эльсиноры». Возьмите мисс Уэст. Я начинаю восхищаться ею, — почему? — и сам не знаю, разве только потому, что она так возмутительно здорова. А между тем именно ее здоровье, это отсутствие в ней всякого намека на вырождение мешает ей подняться выше посредственности… хотя бы, например, в музыке.</p>
     <p>Много раз за это время я опускался в каюты послушать ее игру. Пианино хорошее, и видно, что у нее были хорошие учителя. К моему удивлению, я узнал, что она имеет ученую степень Брина Моура, и что отец ее много лет назад тоже получил ученую степень от старика Баудуина. И все-таки ее игре чего-то не хватает.</p>
     <p>Удар у нее мастерский. У нее твердость и сила мужской игры, и притом без всякой резкости, — сила и уверенность, которых недостает большинству женщин (некоторые женщины сами это осознают). Ни одной ошибки она себе не прощает и повторяет пассаж до тех пор, пока не преодолеет всех его трудностей. И преодолеваете она их очень быстро.</p>
     <p>Есть в ее игре и темперамент, но нет чувства, нет огня. Когда она играет Шопена, она прекрасно передает всю определенность, всю отчетливость его мелодий. Она вполне овладела техникой Шопена. Но никогда не воспаряет она на те высоты, где витает Шопен. Впрочем, для полноты исполнения ей не хватает очень немногого.</p>
     <p>Мне нравится ее исполнение Брамса, и по моей просьбе она несколько раз проиграла мне его «Три рапсодии». Лучше всего выходит у нее третье интермеццо: тут она, можно сказать, на высоте.</p>
     <p>— Вот вы заговорили как-то о Дебюсси, — сказала она однажды. — У меня есть тут некоторые его вещи. Но мне он не нравится. Я не понимаю его и думаю, что бесполезно и пытаться понять. По-моему, это не настоящая музыка. Она меня не захватывает, или, может быть, я просто не умею ее оценить.</p>
     <p>— Однако вы любите Мак-Доуэлля, — заметил я.</p>
     <p>— Д-да, — согласилась она неохотно, — мне нравится его «Идиллии Новой Англии» и «Сказки у домашнего очага». Мне нравятся и некоторые вещи этого финна Сибелиуса, хотя на мой вкус — не знаю, поймете ли вы, что я хочу сказать, — слишком уж они нежны, слишком красивы, сладки до приторности.</p>
     <p>Как жаль, подумал я, что с этой мужественной, сильной игрой она не понимает глубины музыки. Когда-нибудь я выведаю от нее, что говорят ей Бетховен и Шопен. Она не читала «Вагнеристки» Шоу и даже не слыхала о «Деле Вагнера» Ницше. Она любит Моцарта и старика Боккерини и Леонардо Лео. Очень ценит Шумана, в особенности его «Лесные картины». Его «Мотыльков «она играет блестяще. Я пробовал закрыть глаза, и тогда готов был бы поклясться, что по клавишам бегают пальцы мужчины.</p>
     <p>И все же, должен сказать, ее игра, когда долго ее слушаешь, действует на нервы. Все время ждешь чего-то и обманываешься в ожидании. Все кажется — вот-вот сейчас она поднимется на вершину, и всякий раз она чуть-чуть не доходит до нее. Всякий раз, когда я уже предвкушаю достижение кульминационной точки озарения, мне преподносят совершенство техники. Она холодна. Она и должна быть холодна… Или, быть может, — и такое объяснение заслуживает внимания — или она просто слишком здорова.</p>
     <p>Непременно прочту ей «Дочерей Иродиады».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVIII</p>
     </title>
     <p>Бывало ли еще когда-нибудь подобное плавание? Сегодня утром, поднявшись на палубу, я никого не застал у штурвала. Картина была потрясающая: огромная «Эльсинора», на всех парусах, начиная с бизани и кончая триселями, при попутном ветре скользит по гладкой поверхности моря, и никто не правит рулем.</p>
     <p>Никого не оказалось и на юте. Была вахта мистера Пайка, и я пошел вдоль мостика, разыскивая его. Он стоял у люка номер первый, делая какие-то указания парусникам. Я выждал минуту, и когда он поднял на меня глаза, поздоровался с ним и спросил:</p>
     <p>— Скажите, пожалуйста, кто из людей стоит сейчас на руле?</p>
     <p>— Кто? Тони стоит, тот сумасшедший грек, — помните?</p>
     <p>— Ну, так держу пари — месячное жалование за фунт табаку, — что там его нет, — сказал я.</p>
     <p>Мистер Пайк быстро взглянул на меня. — Так кто же на руле?</p>
     <p>— Никого.</p>
     <p>Его словно ветром подхватило: мистер Пайк начал действовать. Куда девалось старческое шарканье его огромных ног! Его массивная фигура понеслась по палубе с такой быстротой, что ни один человек на борту «Эльсиноры» не перегнал бы его, да, я думаю, немногие догнали бы. Он взбежал на кормовую лестницу, шагая через три ступеньки, и скрылся за рубкой в направлении штурвала.</p>
     <p>Вслед за тем раздался его оглушительный лай: он выкрикнул какое-то приказание, и вся смена бросилась ослаблять брасы на правом борту и натягивать брасы на левом. Мне был уже знаком этот маневр: мистер Пайк поворачивал судно на другой галс.</p>
     <p>Когда я возвращался по мостику на ют, из каюты выскочили мистер Меллэр и плотник. Их, очевидно, потревожили за завтраком, так как оба вытирали рты. Тут подошел и мистер Пайк. Он дал инструкции второму помощнику, который тотчас прошел вперед, а плотнику приказал стать на руле.</p>
     <p>Дождавшись, чтобы «Эльсинора» сделала полный поворот, мистер Пайк провел ее обратно на некоторое расстояние. Внимательно осмотрев в бинокль поверхность моря, он опустил бинокль и указал мне на открытый люк, служивший входом в большую заднюю каюту: трап исчез.</p>
     <p>— Должно быть, этот идиот захватил его с собой, — сказал мистер Пайк. –</p>
     <p>Из рубки вышел капитан Уэст. Он, как всегда, поздоровался — очень учтиво со мной и сухо-официально с помощником — и направился к штурвалу. Там он остановился, взглянул на нактоуз и не спеша пошел обратно на корму. Дойдя до нас, он добрых две минуты молчал, прежде чем заговорил.</p>
     <p>— Что тут случилось, мистер Пайк? Человек упал за борт?</p>
     <p>— Так точно, сэр, — ответил мистер Пайк.</p>
     <p>— И взял с собой трап от лазарета?</p>
     <p>— Да, сэр. Это тот самый грек, который бросился в воду в Балтиморе.</p>
     <p>Дело, очевидно, было не настолько серьезно, чтобы стоило принимать на себя роль Самурая. Капитан Уэст закурил сигару и принялся опять ходить. И однако он ничего не пропустил: он заметил даже исчезновение трапа.</p>
     <p>Мистер Пайк послал по одному матросу на каждую рею, с приказанием смотреть, не видно ли где-нибудь плывущего человека. Между тем «Эльсинора» продолжала спокойно скользить вперед. На палубу вышла мисс Уэст и, остановившись возле меня, тоже оглядывала поверхность моря, пока я ей рассказывал то немногое, что знал. Она не проявляла никакого волнения и даже успокаивала меня, уверяя, что самоубийцы такого типа, как этот грек, очень редко тонут.</p>
     <p>— Припадок сумасшествия находит на них всегда в хорошую погоду, когда им не грозит опасность утонуть, — говорила она, улыбаясь, — когда можно спустить шлюпку, или когда по близости виднеется буксирный пароход. А иногда они даже запасаются спасательным кругом или хоть деревянной лестницей, как сделал этот грек.</p>
     <p>Через час мистер Пайк снова повернул «Эльсинору» и взял тот курс, который она должна была держать в то время, когда Тони бросился в воду. Капитан Уэст все еще ходил и курил, а мисс Уэст успела сбегать вниз и отдать Ваде дополнительные распоряжения насчет Поссума. К штурвалу поставили Энди Фэя, а плотник отправился доканчивать свой завтрак.</p>
     <p>Все это поражало меня своею грубой бесчувственностью. Никто не волновался за человека, одиноко боровшегося с волнами среди безбрежной пустыни океана. Тем не менее я должен был признать, что для его спасения делалось все возможное. Из моего короткого разговора с мистером Пайком я убедился, что он по-своему все-таки огорчен: он не любил, чтобы работа на судне прерывалась такими сюрпризами.</p>
     <p>Точка зрения мистера Меллэра была иная.</p>
     <p>— У нас и так не хватает рабочих рук, — сказал он мне, вернувшись на ют. — Мы не можем позволить себе роскошь терять людей, хотя бы даже сумасшедших. Этот человек нам нужен. В свои здоровые часы он — хороший матрос.</p>
     <p>В эту минуту послышался крик с бизань-реи. Мальтийский кокней первым увидел в море человека и крикнул об этом вниз. Старший помощник посмотрел в бинокль в подветренную сторону и вдруг опустил бинокль, протер глаза в недоумении и снова стал смотреть. Тогда мисс Уэст взяла другой бинокль, взглянула, вскрикнула от удивления и расхохоталась.</p>
     <p>— Что это такое по-вашему, мисс Уэст? — спросил ее мистер Пайк.</p>
     <p>— Он не в воде: он плывет стоймя.</p>
     <p>Мистер Пайк кивнул утвердительно.</p>
     <p>— Да, да, он стоит на лестнице. Я и забыл, что лестница при нем. В первую минуту я так ошалел, что не сообразил, в чем дело. — Он повернулся ко второму помощнику. — Мистер Меллэр, спустите вельбот и соберите людей, пока я тут управлюсь с грот-реей. Я сам буду править рулем. Да подберите таких из команды, которые умеют грести.</p>
     <p>— Поезжайте с ними, — сказала мне мисс Уэст. — Вот вам хороший случай посмотреть снаружи на «Эльсинору», когда она идет под всеми парусами.</p>
     <p>Мистер Пайк кивнул мне в знак согласия, и я спустился в лодку и сел рядом с ним на корме. Он правил рулем, а шесть матросов гребли, быстро приближаясь к самоубийце, так нелепо стоявшему на воде. Мальтийский кокней был загребным<a l:href="#n_588" type="note">[588]</a>, а в числе остальных пяти гребцов был норвежец Дитман Олансен (я только недавно узнал, как его зовут). Он состоит в смене мистер Меллэра, и мистер Меллэр сказал мне про него: «Хороший моряк, но с норовом». И когда я спросил, что он хочет этим сказать, он объяснил, что на этого человека из-за всякого пустяка находят приступы слепой ярости, и невозможно предугадать, когда на него это найдет. Насколько я могу судить, Дитман Олансен страдает истерией. А между тем, глядя, как правильно он работал веслом и как спокойно смотрели при этом его светло-голубые, большие, почти бычьи глаза, я говорил себе, что это последний человек в мире, про которого можно было бы подумать, что с ним бывают истерические припадки.</p>
     <p>Мы быстро приближались к сумасшедшему греку. Но как только мы подошли к нему вплотную, он начал угрожающе кричать на нас и размахивать ножом. Под тяжестью его тела лестница опустилась, — и он стоял в воде по колено и балансировал на этой плавучей подставке, дико изгибаясь и вскидывая вверх руки. На его лицо, гримасничавшее, как лицо обезьяны, не слишком-то приятно было смотреть. «Однако спасти этого субъекта нелегкая задача», — подумал я, видя, что он продолжает яростно грозить нам ножом.</p>
     <p>Но я забыл, что в такого рода делах можно смело положиться на мистера Пайка. Он вытащил подножку из-под ног мальтийского кокнея и положил ее возле себя, чтобы она была под рукой, потом повернул лодку кормой к сумасшедшему. Ловко увертываясь от ножа, он выжидал, и когда набежавшей волной лодку приподняло, а Тони на своей подставке опустился в образовавшийся провал, для дальнейших действий настал удобный момент. Тут я еще раз имел случай полюбоваться тем молниеносным проворством, с каким этот старый шестидесятидевятилетний человек умел управлять своим телом. Точно рассчитанным, быстрым ударом подножка тяжело опустилась на голову сумасшедшего. Нож упал в воду, и Тони, потеряв сознание, последовал за ним. Мистер Пайк выудил его без всякого видимого усилия и бросил к моим ногам на дно лодки.</p>
     <p>В следующий момент люди уже работали веслами, и мистер Пайк правил обратно к «Эльсиноре». Здоровым ударом угостил он бедного грека! Из его рассеченного черепа по мокрым, слипшимся волосам текли струйки крови. В остолбенении смотрел я на эту кучу бесчувственного мяса, с которой к моим ногам стекала морская вода. Человек, который только что был олицетворенной жизнью и движением и вызывал на бой вселенную, вдруг в одно мгновение стал неподвижным и погрузился в беспросветную пустоту смерти. Любопытный объект наблюдения для философа. А в данном случае все это было проделано так просто, с помощью деревянного бруса, резким движением приведенного в соприкосновение с черепом.</p>
     <p>Если грека Тони можно считать явлением, то чем был он теперь? Исчезновением? И если так, то куда он исчез? И откуда появится он вновь, чтобы занять это тело, когда то, что мы зовем сознанием, вернется к нему? Психологи не сказали не только последнего, но даже и первого слова в ответ на вопрос, что такое личность и сознание.</p>
     <p>Размышляя на эту тему, я случайно поднял глаза и был поражен великолепной картиной, которую представляла «Эльсинора». Я так долго был в море и на борту «Эльсиноры», что совсем позабыл, в какой она окрашена цвет. Ее белый кузов так глубоко сидел в воде и казался таким нежным и хрупким, что в высоких, уходящих в небо мачтах и реях с огромными полотнищами распущенных парусов было что-то нелепое, невозможное, чувствовалась какая-то дерзкая насмешка над законами тяготения. Нужно было сделать усилие, чтобы представить себе, что этот изящно изогнутый корпус вмещает в себе и несет над морским дном пять тысяч тонн угля. И каким-то чудом казалось, что муравьи-люди изобрели и построили такое удивительное, величественное сооружение, не боящееся стихий, муравьи-люди, в большинстве такие же слабоумные, как этот грек, лежавший у моих ног, и которых, как и его, ничего не стоило пришибить простой деревяшкой.</p>
     <p>У Тони заклокотало в горле, потом он откашлялся и застонал. Он возвращался из неведомых стран. Я заметил, как мистер Пайк бросил на него быстрый взгляд, как будто опасаясь повторного приступа бешенства, который мог потребовать повторного лечения подножкой. Но Тони только широко раскрыл свои большие черные глаза, с минуту поглядел на меня с бессознательным удивлением и снова опустил веки.</p>
     <p>— Что вы думаете делать с ним? — спросил я мистера Пайка.</p>
     <p>— Опять поставлю на работу, — был ответ. — На это он годится, — с ним ведь ничего не случилось. Надо же кому-нибудь провести судно вокруг мыса Горна.</p>
     <p>Когда мы поднялись на борт «Эльсиноры», мисс Уэст уже не было на палубе: она сошла вниз. В командной рубке капитан Уэст проверял хронометры. Мистер Меллэр тоже спустился в свою каюту, чтобы вздремнуть часа два перед своей полуденной вахтой. Кстати, я забыл сказать: мистер Меллэр спит не в кормовых каютах. Он занимает в средней рубке общую каюту с Нанси из смены мистера Пайка.</p>
     <p>Никто не проявил сочувствия к несчастному греку. Его свалили на крышу люка номер второй, как какую-нибудь падаль, и оставили там без надзора, предоставив ему прийти в сознание, когда ему вздумается. Да и сам я так свыкся с здешними нравами, что, признаться, не испытывал никакой жалости к этому человеку. Перед глазами у меня все еще стояло чудесное видение — красавица «Эльсинора».</p>
     <p>В море черствеешь.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIX</p>
     </title>
     <p>Мы не боимся пассатных ветров. Вот уже несколько дней, как мы идем, подгоняемые северо-восточным пассатом, и мили убегают назад, а патентованный лаг вертится и позвякивает у бак-борта. Вчера лаг и наблюдения определили наш пробег в двести пятьдесят две мили, третьего дня мы прошли двести сорок миль, а еще днем раньше — двести шестьдесят одну. Но сила ветра не чувствуется. Воздух ароматичен и бодрит, как вино. Я с наслаждением дышу полной грудью и всеми порами тела. И ветер не холодный. В любой час ночи, когда в каюте все спят, я отрываюсь от книги и выхожу на палубу в тончайшей пижаме.</p>
     <p>Я не имел понятия о пассатных ветрах. Теперь я упиваюсь ими. По часу и более шагаю я по мостику с тем из помощников, который в это время на вахте. Мистер Меллэр всегда выходит одетый, а мистер Пайк в эти чудные ночи на первую свою ночную вахту является в пижаме. Поразительно, до чего он мускулист. Когда я смотрю на его фигуру, обтянутую, как тонким трико, надетой на голое тело фуфайкой, и на его выступающие под ней массивные кости и богатырские мускулы, я не верю, что ему шестьдесят девять лет. Великолепная фигура мужчины! Нельзя даже представить себе, чем он был во дни цветущей молодости, лет сорок или больше назад.</p>
     <p>Заполненные рутиной, без всяких изменений, дни проходят как во сне. Здесь, где время строго размерено и отмечается только сменой вахт, где звон склянок на юте и на баке напоминает о каждом канувшем в вечность часе и получасе, время перестает существовать. Дни бегут за днями, недели за неделями, и по крайней мере я лично никогда не помню, ни какой у нас день недели, ни которое число.</p>
     <p>На «Эльсиноре» никогда не бывает, чтобы все спали. День и ночь, стоят люди на вахте, караульный на носу, рулевой у штурвала и офицер на мостике. Я лежу в своей каюте на подветренной стороне, судна и читаю, и во все долгие часы ночи над моей головой раздаются шаги то одного, то другого помощника, и я отлично знаю, что он, стоя на юте, или смотрит вперед, или идет взглянуть на нактоуз, или подставляет щеку ветру, чтобы определить его силу и направление, или следит за бегущими по небу облаками. Всегда, всегда, во всякий час дня и ночи есть на «Эльсиноре» зоркие, недремлющие глаза.</p>
     <p>Вчера ночью или, вернее, нынче утром, часов около двух, я задремал было над развернутой книгой, и был разбужен внезапно раздавшимся надо мной рычаньем мистера Пайка. По голосу я определил, что он стоит на юте у самого края, а рычал он на Ларри, стоявшего, очевидно, на главной палубе под ним. Только тогда, когда Вада подал мне завтрак, я узнал от него, что там у них произошло.</p>
     <p>На Ларри, на этого забитого человека с приплюснутым носом, до странности плоским лицом и сердито-жалобными обезьяньими глазами, вдруг нашел злосчастный стих протеста, и он под прикрытием ночной темноты позволил себе дерзкое замечание по адресу мистера Пайка. Но мистер Пайк, стоя наверху у края юта, безошибочно определил виновного. Тут-то и произошел первый взрыв. Тогда Ларри, полудьявол и полуребенок, окончательно разозлился и ответил ему новой дерзостью. А дальше он помнил только, что мистер Пайк налетел на него ураганом, надел на него наручники и привязал его к бизань-мачте.</p>
     <p>Со стороны мистера Пайка это был не только удар по провинившемуся Ларри, но главным образом камень в огород Кида Твиста, Нози Мерфи и Берта Райна. Нелепо было бы думать, что старший помощник боится этих разбойников. Я сомневаюсь даже, испытывал ли он когда-нибудь страх. Это не в его натуре. Но, с другой стороны, я уверен, что он опасается больших неприятностей от этих людей и, чтобы они знали, чего можно от него ожидать, показал пример на Ларри. Ларри не мог выстоять в наручниках больше часа. К концу этого срока его звериная тупость превозмогла всякий страх, и он заорал на корму, чтобы пришли и отвязали его для честного боя. В тот же миг мистер Пайк очутился подле него с ключом от наручников. Мог ли слабосильный Ларри иметь хоть какой-нибудь шанс на победу в борьбе с этим страшным стариком! Вада мне рассказал, что помимо других увечий, он лишился двух передних зубов и на весь день был уложен на койку. В девятом часу, встретив мистера Пайка на палубе, я посмотрел на суставы его пальцев: они подтверждали показание Вады.</p>
     <p>Мне самому смешно, с каким живым интересом я отношусь здесь к маленьким происшествиям вроде вышеописанного. Не только время, но и мир перестал существовать для меня. Странно даже подумать, что за все эти недели я не получил ни одного письма, ни одной телеграммы, ни с кем не говорил по телефону, не принимал гостей, ни разу не был в театре, не прочел ни одной газеты. Нет больше ни театров, ни газет. Все это исчезло вместе с исчезнувшим миром. Существует только «Эльсинора» с ее необычайным человеческим грузом и грузом угля, рассекающая пустыню океана с окружающим ее горизонтом, уходящим вдаль на десятки миль.</p>
     <p>Мне вспоминается капитан Скотт, замерзший во время экспедиции к Южному полюсу. Целых десять месяцев после его смерти его считали в живых, и пока не узнали, что он умер, в представлении мира он был живым. Не все ли поэтому равно, был ли он на самом деле жив? И не все ли равно для меня здесь, на «Эльсиноре», существует или прекратилась жизнь на берегу? Не может разве быть, что зрачки наших глаз не только центр вселенной, но и сама вселенная? Вполне допустимо, что мир существует только в нашем сознании. «Мир — моя идея», — сказал Шопенгауэр. «Мир — мое изобретение», — говорил Жюль де-Готье. Воображение создало действительность — вот его догма. О, я знаю, что практичная мисс Уэст назвала бы мою метафизику нездоровой, наводящей тоску игрой ума.</p>
     <p>Сегодня на юте (мы сидели с ней рядом на наших всегдашних местах) я прочел ей «Дочерей Иродиады». Эффект поразительный — именно такой, какого я ожидал. Пока я читал, она подрубливала тонкий полотняный носовой платок для отца. Как истая устроительница гнезда и домашнего уюта и как типичная охранительница рода, она никогда не сидит сложа руки, и у нее целая груда таких платков для отца.</p>
     <p>Когда я прочел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Они невинно улыбаются и пляшут,</v>
       <v>И мысль одна, недремлющая мысль их занимает:</v>
       <v>«Не хороша ли я? Не буду ль я любима?»</v>
       <v>Будь терпелив: они не понимают</v>
       <v>И будут до окончания веков плести</v>
       <v>Тенета незаметных козней</v>
       <v>Для уловления мужских сердец.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Когда я это прочел, она улыбнулась — как было это определить? — недоверчиво, торжествующе, и вся самоуверенная мудрость всех поколений женщин отразилась в ее продолговатых, теплых серых глазах.</p>
     <p>— Да, это так, на ведь мир от этого только выигрывает, — сказала она.</p>
     <p>Да, Симонс знал женщин. И она только подтвердила безошибочность его мнения, когда я прочел ей следующее великолепное место:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Нет, не поймут они, что меж землей и солнцем</v>
       <v>Есть что-либо желаннее их собственных особ.</v>
       <v>Им кажется, что быстрый взгляд мужчины</v>
       <v>Был создан зеркалом для них, а не затем, чтоб видеть</v>
       <v>Далекое, недостижимое, зловеще-роковое.</v>
       <v>«Не нами ль все кончается? — так говорят они. —</v>
       <v>«Зачем искать чего-то, кроме нас?</v>
       <v>«Взгляни на небо. Что ты там увидишь? Звезды?</v>
       <v>«Звездами часто любовалися и мы».</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Да, это правда. Мы тоже часто смотрим на звезды, — сказала она, когда я замолчал, чтобы посмотреть, как она примет эту мысль.</p>
     <p>Это было как раз то, чего я ожидал от нее: ведь я ей предсказывал, что она это скажет.</p>
     <p>— Постойте, — перебил ее я. — Слушайте дальше.</p>
     <p>И я прочел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Изо всего прекрасного в сем мире</v>
       <v>Мы, мы одни реальны, все остальное — сны.</v>
       <v>Зачем же вам гоняться за мечтами,</v>
       <v>Когда мы ждем вас, и вы можете мечтать о нас,</v>
       <v>Наш образ воплощая в ваших грезах…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Верно, поразительно верно, — пробормотала она, и бессознательная гордость и сознание своей силы засветились в ее глазах. — Удивительная поэма, — согласилась, нет — решительно объявила она, когда я кончил.</p>
     <p>— Но неужели вы не видите… — начал было я, думая ее убедить, но тотчас же отказался от этой попытки.</p>
     <p>В самом деле, как могла она, будучи женщиной, видеть «далекое, недостижимое, зловеще-роковое», когда она, как и сама с гордостью заявила, тоже часто смотрела на звезды?</p>
     <p>Что могла она видеть кроме того, что видят все женщины, — кроме того, что лишь они одни живы и реальны, а все остальное — сны?</p>
     <p>— Я горжусь тем, что я дочь Иродиады, — сказала она.</p>
     <p>— Значит, мы сходимся во мнениях, — проговорил я сконфуженно. — Помните, я говорил вам как-то, что вы истинная дочь Иродиады.</p>
     <p>— Я благодарна вам за этот комплимент, — сказала она, и в ее продолговатых серых глазах всеми красками заиграло все самодовольство, вся самоуверенность, вся снисходительность высшего существа к простым смертным, — все то, что составляет главную часть соблазнительной тайны, окружающей женщину, и ее власти над нами.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XX</p>
     </title>
     <p>Как хорошо читается на корабле в хорошую погоду! Я так мало двигаюсь, что не испытываю большой потребности в сне, и здесь так мало тех помех, с какими приходится считаться на берегу, что я зачитываюсь буквально до одурения. Я рекомендовал бы путешествие по морю в любое время года всякому, кто запустил свое чтение и хочет наверстать потерянное время. Я теперь наверстываю целые годы. Это какой-то разгул, какая-то оргия чтения. Я убежден, что таким практическим деловым людям, как моряки, я должен казаться не последним чудаком.</p>
     <p>Временами я так шалею от чтения, что бываю рад, когда что-нибудь оторвет меня от книги. Я прикажу Ваде достать мою маленькую автоматическую винтовку и попробую учиться стрелять. Я стрелял, когда был мальчишкой. Помню, что, гуляя по полям и холмам, я вечно таскал с собой ружье. Было у меня и духовое ружье, из которого мне удавалось — правда, очень редко — убить реполова.</p>
     <p>Корма достаточно велика для прогулок, но кресла стоят только под тентом, натянутым по обе стороны капитанской рубки и такой же ширины, как рубка. И это пространство опять-таки ограничено в зависимости от положения солнца утром и после полудня и от свежести ветра. Таким образом место мисс Уэст и мое по большей части оказываются рядом. У капитана Уэста есть свое кресло, но оно редко бывает занято. Он так мало участвует в управлении судном и так быстро заканчивает свои ежедневные наблюдения, что почти никогда не остается подолгу в капитанской рубке. Он предпочитает проводить время в кают-компании, но не читает и вообще ничего не делает, а только мечтает с широко открытыми глазами, сидя на сквозняке, разгуливающем между открытыми иллюминаторами и дверями.</p>
     <p>Мисс Уэст всегда занята. Внизу, в большой задней каюте, она сама стирает свое белье. Никому не позволяет она дотронуться и до тонкого белья своего отца. В кают-компании она поставила свою швейную машину. А всей ручной швейной работой, всякими вышиваниями и изящными рукоделиями она занимается на воздухе, когда мы с ней сидим на юте в наших креслах. Она уверяет, что любит море и атмосферу судовой жизни, и, однако, она взяла с собой в плавание все свои домашние «береговые» вещи, вплоть до хорошенького чайного сервиза китайского фарфора.</p>
     <p>Просто поразительно, до чего она — женщина и домовитая хозяйка. Она прирожденный повар. Луи с буфетчиком изобретают самые экстраординарные, изысканные блюда для капитанского стола, но мисс Уэст ухитряется в какой-нибудь один момент сделать их еще вкуснее. Она ни за что не позволит подать на стол кушанье, не обсудив его предварительно с поваром и не отведав. Соображает она быстро, и у нее безошибочный вкус и необходимая твердость в решениях. Ей стоит, кажется, только взглянуть на кушанье, кто бы ни приготовил его, и она сейчас же угадывает, чего в нем не хватает и чего переложено, и прописывает рецепт, превращающий его в нечто совершенно другое и восхитительное. И — боже ты мой — как я ем! Меня самого поражает моя невероятная обжорливость. Я положительно рад, что мисс Уэст едет с нами. Теперь я твердо знаю, что я этому рад.</p>
     <p>Она вышла в море «с Востока», как иногда говорит она в шутку, и у нее огромный выбор вкусных, пряных восточных блюд. Луи мастерски приготовляет рис, но по части острых приправ к рису он — неумелый дилетант по сравнению с мисс Уэст. В приготовлении приправ она настоящий гений. Однако как часто наши мысли в море останавливаются на еде!..</p>
     <p>Итак, в эти чудные дни пассатных ветров я часто и подолгу вижу мисс Уэст. Я все время читаю, и очень часто читаю ей вслух отрывки из книг и даже целые книги, чтобы узнать, какое они произведут на нее впечатление. Кроме того, такое чтение приводит к спорам, и ни разу еще не сказала она ничего такого, что изменило бы мое первоначальное мнение о ней. Она — родная дочь Иродиады.</p>
     <p>А между тем ее нельзя назвать наивной девушкой. Она не девочка, она зрелая женщина со всею свежестью ребенка. У нее склад ума, манера держаться и апломб взрослых женщин, и все-таки никак нельзя сказать, чтобы она была хоть чуточку высокомерна. Она умна, великодушна, внимательна к людям, чутка и избыток в ней жизненности, — той жизненности, которая придает такую красоту ее движениям, ее походке, — умеряет ее кажущуюся зрелость. Иногда ее можно принять за тридцатилетнюю женщину, а иногда, когда она в веселом, смешливом настроении, я не дал бы ей и тринадцати лет. (Непременно спрошу у капитана Уэста, в котором году произошло столкновение «Дикси» с тем речным пароходом в бухте Сан-Франциско). Одним словом, мисс Уэст — самая нормальная, самая здоровая, самая естественная женщина, какую я когда-либо встречал.</p>
     <p>И она женственна; как бы она ни причесалась, ее волосы всегда лежат гладко и, как и все в ней, имеют аккуратный, выхоленный вид. А с другой стороны, эта неизменная заботливость о прическе и костюме умеряется свободными фасонами ее платьев. Она никогда не перестает быть женщиной. Ее пол и приманка ее пола всегда при ней. Может быть, у нее и есть высокие воротнички, но я ни разу не видал на ней такого воротничка за все наше плавание. Все ее блузки с вырезом у горла дают возможность любоваться ее главной приманкой — мускулистой, правильной шеей с тонкой, гладкой кожей. Мне иной раз становится неловко, когда я ловлю себя на том, что заглядываюсь на эту красивую обнаженную шею и на чуть видный кусочек прекрасного, нежного, но крепкого плеча.</p>
     <p>Визиты наши к цыплятам сделались повседневной повинностью. По меньшей мере раз в день мы совершаем путешествие по мостику на крышу средней рубки. Поссум, теперь уже выздоравливающий, сопутствует нам. Буфетчик тоже неукоснительно является туда, когда мы приходим, для получения инструкций и для доклада о кладке яиц и о поведении кур в этом отношении. В настоящее время наши сорок восемь кур приносят, по две дюжины яиц в день, что очень радует мисс Уэст.</p>
     <p>Большую часть кур она уже окрестила разными именами. Петух, конечно, носит имя Петьки. Пеструю курицу зовут Долли Варден. Другую — хорошенькую, изящную курочку, которая ходит по пятам за Петькой, — мисс Уэст назвал Клеопатрой. А еще одну, со сравнительно мелодичным голосом, она зовет Саррой Бернар. Я вот что заметил: когда она вдвоем с буфетчиком выносят смертный приговор какой-нибудь из кур, которая не несется (что случается регулярно раз в неделю), мисс Уэст не ест ее мяса, даже когда оно превращено в нечто неузнаваемое при помощи необычайных приправ. В такие дни она приказывает готовить для нее отдельный соус из консервов — омаров, креветок или цыплят.</p>
     <p>Ах да, как бы не забыть! Я узнал, что внезапное ее решение ехать с нами было вызвано отнюдь не интересом к мужчине (ко мне, с вашего разрешения). Она пустилась в это плавание из-за отца. С капитаном Уэстом что-то неладно. Несколько раз я замечал, что она смотрит на него с выражением бесконечной тревоги в глазах.</p>
     <p>Вчера за завтраком я рассказывал какую-то забавную историю, когда мой взгляд случайно упал на мисс Уэст. Ее вилка с куском мяса застыла в воздухе: с минуту она смотрела на отца. В ее глазах был страх. Она заметила, что я за ней наблюдаю, и с удивительным самообладанием, не торопясь, естественным движением опустила вилку на тарелку, не отрывая глаз от лица отца.</p>
     <p>Но я видел. Да, я подметил даже больше. Я видел, что лицо капитана Уэста стало вдруг прозрачно-бледным, что веки у него задергались и опустились, а губы беззвучно шевелились. Затем веки приподнялись, губы сжались в привычную суровую складку, и кровь стала понемногу приливать к лицу. Казалось, он был где-то далеко и только что вернулся.</p>
     <p>Но я все видел и разгадал ее тайну.</p>
     <p>А между тем семь часов спустя этот самый капитан Уэст сделал выговор мистеру Пайку, унизив его гордый дух моряка. Случилось это в тот же день, во вторую ночную смену. Была темная ночь, и команда выбирала канаты на главной палубе. Я выходил из рубки, когда капитан Уэст, держа руки в карманах, скорым шагом прошел на корму мимо меня.</p>
     <p>Вдруг со стороны бизань-мачты послышался треск, и что-то упало в воду. И в тот же миг люди попадали навзничь и покатились по палубе.</p>
     <p>Наступило минутное молчание, затем раздался голос капитана Уэста:</p>
     <p>— Что там у вас сломалось, мистер Пайк?</p>
     <p>— Верхняя рея, сэр, — послышался ответ из темноты.</p>
     <p>Новая пауза. И снова голос капитана Уэста:</p>
     <p>— В следующий раз не забудьте первым делом ослабить снасти.</p>
     <p>Мистер Пайк, бесспорно, превосходный моряк. Но на этот раз он проштрафился. Я теперь достаточно его знаю и легко представляю себе, как была уязвлена его гордость. Мало того, это недобрая, злопамятная, примитивная натура, и хоть он почтительно ответил: «Есть, сэр», — я предугадывал, что в ближайшие ночные его вахты подчиненные ему бедняги не замедлят почувствовать его обиду на своей спине.</p>
     <p>Так оно и вышло. Уже сегодня утром у Джона Хаки я заметил подбитый глаз, а у Гвидо Бомбини за одну ночь раздуло щеку. Я спросил Ваду, как было дело, и он сообщил мне все, что знал. Оказывается, на палубе идет регулярный мордобой в часы ночных вахт, когда мы, обитатели юта, мирно спим.</p>
     <p>Сегодня весь день мистер Пайк ходит мрачнее тучи, больше обыкновенного рычит на людей и холодно вежлив с мисс Уэст и со мной. Когда мы с ним заговариваем, он односложно отвечает на вопросы, и выражение лица у него самое кислое. Мисс Уэст (она не знает о ночном инциденте) смеется и говорит, что у него «морской сплин», — обычное явление, с которым, по ее словам, она хорошо знакома.</p>
     <p>Но я изучил мистера Пайка — этого упрямого, заматерелого морского волка. Пройдет дня три, прежде чем он придет в себя. Он страшно гордится своими познаниями в мореходном искусстве, и больше всего его мучит сознание, что он действительно был виноват.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXI</p>
     </title>
     <p>Сегодня, на двадцать восьмой день пути, рано утром, когда я пил кофе, мы, все еще под пассатным ветром, пересекли экватор. И это событие ознаменовалось убийством: Чарльз Дэвис убил О'Сюлливана. Бони, худой, как щепка, с дряблой физиономией юноша из смены мистера Меллэра, первый принес эту новость. Мы с мистером Меллэром тотчас же пошли в лазарет, и вслед за нами туда вошел мистер Пайк.</p>
     <p>Кончились невзгоды О'Сюлливана. Человек с верхней койки ударом свайки оборвал последнюю нить печальной жизни этого помешанного.</p>
     <p>Я не пойму Чарльза Дэвиса. Он преспокойно сидел на своей койке, когда мы вошли, и прежде чем ответить мистеру Меллэру, так же спокойно стал раскуривать свою трубку. Он, несомненно, не сумасшедший. Он хладнокровно, с заранее обдуманным намерением убил беззащитного человека.</p>
     <p>— Почему ты это сделал? — спросил его мистер Меллэр.</p>
     <p>— Потому, сэр, — начал Чарльз Дэвис, поднося вторую спичку к трубке, — потому… пуф, пуф… что он мешал мне спать. — Тут он поймал на себе горящий взгляд мистера Пайка. — Потому… пуф, пуф… что он мне надоел. В следующий раз… пуф, пуф… я надеюсь, прежде чем поместить кого-нибудь в одной каюте со мной, будут выбирать людей осторожнее. Да кроме того… пуф, пуф… верхняя койка мне не подходит. Мне вредно карабкаться наверх, и я… пуф, пуф… займу нижнюю койку, как только уберут О'Сюлливана.</p>
     <p>— Да почему же все-таки ты это сделал? — зарычал мистер Пайк.</p>
     <p>— Я уже сказал вам; сэр: потому, что он мне надоел. Мне наскучило его бормотанье, и вот нынче утром я выпустил его душу из тела. О чем вы хлопочете? Ведь человек уже мертв. И я убил его из чувства самозащиты. Я знаю законы. Какое право вы имели посадить буйного сумасшедшего со мной — больным, беспомощным человеком?</p>
     <p>— Клянусь Богом, Дэвис, ты не дождёшься своего жалованья в Ситтле, — разразился мистер Пайк. — Убить помешанного, связанного, безобидного человека! Я тебе этого не спущу, мой голубчик. Ты полетишь за борт следом за ним.</p>
     <p>— А вас за это повесят, сэр, — ответил Дэвис как ни в чем не бывало. Он перевел на меня спокойный взгляд. — Я прошу вас, сэр, запомнить, чем он мне грозил. Вы покажете это на суде. А что он будет висеть — это верно; если только меня спустят за борт. Я знаю все его грешки. Он боится суда. Не один раз его обвиняли в убийствах и в зверском обращении с людьми во время плавания. Я мог бы всю жизнь прожить на покое на одни только проценты с тех штрафов, которые переплатили за него владельцы судов, где он служил.</p>
     <p>— Заткни свою глотку, пока я не свернул тебе шеи! — заорал мистер Пайк, бросаясь к нему, с поднятым кулаком.</p>
     <p>Дэвис невольно отшатнулся. Плоть его была слаба, но дух бодр. Он быстро овладел собой и чиркнул новой спичкой.</p>
     <p>— Ничего вы со мной не сделаете, сэр, — проговорил он насмешливо под грозящим ему кулаком. — Я не боюсь смерти. Двум смертям не бывать, одной не миновать, и умереть вовсе не такой уж трудный фокус. О'Сюлливан умер поразительно легко. Я, впрочем, и не собираюсь умирать. Я намерен закончить это плавание и подать в суд на владельцев «Эльсиноры», когда мы придем в Ситтль. Я знаю законы и свои права. И у меня есть свидетели.</p>
     <p>Я боролся между восхищением перед смелостью этого негодяя и с сочувствием к положению мистера Пайка, оскорбляемого больным человеком, которого он не мог себе позволить ударить.</p>
     <p>Он все-таки бросился на него с рассчитанной яростью, схватил его за шею и за плечи своими корявыми лапами и беспощадно, изо всей силы тряс его с добрую минуту. Удивительно, как он не свернул ему шеи.</p>
     <p>— Будьте свидетелем, сэр, — прохрипел Дэвис, как только его отпустили.</p>
     <p>Он кашлял, давился, ощупывал свою шею и поводил ею, показывая, что она повреждена.</p>
     <p>— Через несколько минут выступят синяки, — пробормотал он, вполне удовлетворенный, как только опомнился.</p>
     <p>Это было слишком даже для мистера Пайка. Он повернулся и вышел, ворча себе под нос что-то бессвязное. Когда, спустя минуту, я тоже уходил, Дэвис снова набивал свою трубку и говорил мистеру Меллэру, что он вызовет его свидетелем на суд в Ситтле.</p>
     <p>Итак, у нас уже вторые похороны в море. Мистер Пайк недоволен слишком быстрым ходом «Эльсиноры», так как, по морским традициям, только при тихом ходе судна можно приличным образом совершить церемонию похорон. Пришлось потерять несколько минут, так как спустили грот-марсель и убавили ход «Эльсиноры» на то время, пока читали молитву и опускали в воду тело с неизбежным мешком угля, привязанным к ногам.</p>
     <p>— Надеюсь, уголь выдержит, — сердито пробурчал мистер Пайк.</p>
     <p>И вот мы с мисс Уэст сидим на юте за накрытым столом, прихлебываем чай, занимаемся изящными рукоделиями, философствуем, рассуждаем об искусстве, а в нескольких шагах от нас, в этом маленьком плавучем мирке, разыгрывается грязная и печальная трагедия уродливой жизни. А капитан Уэст, отсутствующий, невозмутимый, сидит и грезит в полумраке каюты, обдуваемый сквозняком из открытых иллюминаторов и дверей. Нет у него ни тревоги, ни сомнений. Он верит в Бога. Все для него решено, все понятно, все хорошо устроено. Завидная ясность духа! Но я не могу забыть, каким я видел его в ту минуту, когда жизнь готова была покинуть его, когда углы его губ и веки опустились, и по лицу разлилась восковая бледность смерти. Эта картина все еще стоит у меня перед глазами.</p>
     <p>Хотел бы я знать, кто будет следующим вышедшим из игры игроком и отправится в дальний путь с мешком угля…</p>
     <p>— О, это пустяки, сэр, — с улыбкой сказал мистер Меллэр по поводу только что окончившихся похорон, когда мы с ним ходили по корме во время первой вахты. — Один раз я был в плавании на эмигрантском пароходе. Мы везли пятьсот человек косоглазых… то бишь китайцев. Это были китайские кули, нанимавшиеся по контракту на полевые работы и возвращавшиеся на родину, отработав свой срок.</p>
     <p>Он помолчал, закуривая, потом продолжал. –</p>
     <p>— И вот на пароходе у нас разразилась холера. Мы спустили за борт больше трехсот человек, сэр, в том числе обоих боцманов, большую часть команды, капитана, старшего и третьего помощников, первого и третьего механиков. Когда мы пришли в порт; внизу оставались только второй помощник да один белый кочегар, и я наверху за капитана. Врачи отказались приехать на пароход. Меня заставили бросить якорь, не входя на рейд, приказали спустить умерших в море. Вот это были похороны, мистер Патгерст! Хоронили без саванов, без угля, без всякого груза. Ничего не поделаешь. Мне никто не помогал. Косоглазые, сидевшие в трюме, ни за что не хотели даже притронуться к мертвецам. Приходилось самому спускаться в трюм, подтаскивать и подвязывать трупы к стропам<a l:href="#n_589" type="note">[589]</a>, потом взбираться на палубу и поднимать их лебедкой. После каждого такого похода я опрокидывал стаканчик, и здорово же я нализался к окончанию похорон!</p>
     <p>— И вы не заразились? — спросил я.</p>
     <p>Мистер Меллэр молча поднял левую руку. Я еще раньше заметил, что на ней не хватало указательного пальца.</p>
     <p>— Вот только эта беда и приключилась со мной, сэр. У одного старика была собака — фокстерьер вроде вашего. Старик умер, собачонка сильно привязалась ко мне. И вот когда я поднимал мертвое тело, эта собачонка, все время вертевшаяся у меня под ногами, вдруг подпрыгнула и лизнула мою руку. Я повернулся оттолкнуть ее и не заметил, как моя рука попала в привод, и мне оторвало палец.</p>
     <p>— О, Господи, как ужасно! — вырвалось у меня. — Пройти через такое страшное испытание и вдобавок остаться без пальца!</p>
     <p>— Да, не слишком приятно, — согласился мистер Меллэр.</p>
     <p>— Что же вы сделали?</p>
     <p>— Что сделал? Поднял оторванный палец, посмотрел на него, сказал: «Вот горе-то!» — и осушил еще стаканчик.</p>
     <p>— У вас и потом не было холеры?</p>
     <p>— Нет, сэр. Должна быть, я так пропитался алкоголем, что все холерные бациллы умирали, не успев добраться до нутра. — Он помолчал с минуту, соображая. — Откровенно говоря, мистер Патгерст, я не понимаю этой теории насчет алкоголя. Тот старик и оба помощника умерли в пьяном виде, так же, как и третий механик. А капитан был членом общества трезвости — и тоже умер.</p>
     <p>Никогда больше не буду удивляться тому, что море сурово. Я отошел от второго помощника и стал смотреть на великолепную оснастку «Эльсиноры» и на темные изгибы парусов на фоне звездного неба.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXII</p>
     </title>
     <p>Что-то случилось. Но ни на корме, ни на баке никто, кроме заинтересованных лиц, не знает — что именно, а они ничего не говорят. Но по всему судну идет шушуканье, передаются слухи и догадки.</p>
     <p>Я знаю только вот что: мистер Пайк получил жестокий удар по голове. Вчера я к завтраку пришел последним и, проходя за его стулом, увидел у него на голове огромную шишку. Сижу я против него, и когда я сел, то заметил, что у него какие-то мутные глаза и что они несомненно выражают страдание. Он не принимал участия в разговоре, ел через силу и минутами казался каким-то ошалелым. Было ясно, что он едва владеет собой.</p>
     <p>Никто не смеет у него спросить, в чем дело. Про себя лично я знаю, что не решусь спросить, хотя я — пассажир, привилегированная особа. Этот страшный пережиток прошлого внушает мне почтение, граничащее с благоговением, но к которому примешивается и страх.</p>
     <p>Судя по всем признакам, у него сотрясение мозга. Что у него что-то болит, это видно не только по его глазам и напряженному выражению лица, но по всему его поведению, когда он думает, что никто за ним не наблюдает. Вчера ночью я на минуту вышел из каюты подышать воздухом и взглянуть на звезды и стоял на главной палубе у кормы. Вдруг прямо над моей головой послышались тихие, протяжные стоны. Заинтересовавшись, я тихонько вернулся в каюту, прошел на корму через среднюю рубку и бесшумно (я был в ночных туфлях) сделал несколько шагов вперед. Стонал мистер Пайк. Он стоял, бессильно свесившись через перила и сжав руками голову, и тихо стонал, давая выход терзавшей его боли.</p>
     <p>Шагов за десять, за двенадцать его уже не было слышно. Но, стоя у него за спиной, я хорошо слышал его подавленные стоны, такие размеренные, что их можно было принять за напев. Через определенные промежутки он приговаривал: «Ох, Боже мой! Ох, Боже мой! Ох, Боже мой!» Эта фраза повторялась раз пять, а потом снова начинались стоны. Я прокрался обратно так же тихо, как и подошел.</p>
     <p>Но, несмотря ни на что, он храбро отбывает свои вахты и исполняет все обязанности старшего офицера. Ах да, я и забыл: мисс Уэст решилась спросить его, что с ним, и он ответил, что у него болит зуб, и что если боль не утихнет, он вырвет этот зуб.</p>
     <p>Вада не мог узнать, что произошло. Свидетелей не было. Он говорит, что клуб азиатов, обсуждая это дело, пришел к заключению, что тут не обошлось без трех висельников. У Берта Райна болит плечо. Нози Мерфи хромает так сильно, точно у него вывихнуто бедро, а Кид Твист так избит, что вот уже два дня не поднимается с койки. Вот и все данные. Что на них построишь? Трое разбойников не разжимают рта, как и мистер Пайк. Клуб азиатов решил, что было покушение на убийство, и что своим спасением старший помощник обязан своему крепкому черепу.</p>
     <p>Вчера ночью во вторую смену я получил новое доказательство, что капитан Уэст не так мало, как это кажется, замечает то, что делается на «Эльсиноре». Я прошел по мостику к бизань-мачте и остановился под ней. С главной палубы меня не было видно. Оттуда, из прохода между средней рубкой и бортом доносились голоса Берта Раина, Нози Мерфи и мистера Меллэра. Разговор шел не о служебных делах. Это была просто дружеская мирная беседа, голоса звучали весело; и иногда то тот, то другой, то все трое смеялись.</p>
     <p>Я вспомнил то, что говорил, мне Вада о не принятой у моряков близости второго помощника с тремя проходимцами, и начал вслушиваться в их разговор. Но они говорили пониженными голосами, и все, что я мог уловить, — это дружеский, веселый тон.</p>
     <p>Вдруг с кормы раздался голос капитана Уэста. Это не был голос Самурая, прилетевшего под раскаты грома на крылатом коне, это был голос Самурая спокойного и холодного, — чистый, мягкий, мелодичный, как голос самого мелодичного из колоколов, отлитых восточными мастерами древности для призыва верующих на молитву. Легкий мороз пробежал у меня по спине от этого голоса, — так он был сладок и нежен, но и бесстрастен, как звон стали в морозную ночь. И я знаю: на стоявших внизу людей он подействовал точно электрический ток. Я чувствовал, что они, как и я, замерли и похолодели. А между тем он произнес только:</p>
     <p>— Мистер Меллэр!</p>
     <p>— Здесь, сэр, — отозвался мистер Меллэр после минутного напряженного молчания.</p>
     <p>— Подите сюда! — приказал голос.</p>
     <p>Мне было слышно, как второй помощник прошел по палубе подо мной и остановился у подножия кормовой лестницы.</p>
     <p>— Ваше место на юте, мистер Меллэр, — снова раздался тот же холодный, бесстрастный голос.</p>
     <p>— Есть, сэр! — ответил второй помощник.</p>
     <p>И все. Больше не было произнесено ни слова. Капитан Уэст продолжал свою прогулку по подветренной стороне кормы, а мистер Меллэр поднялся по трапу и зашагал по другой стороне.</p>
     <p>Я прошел по мостику к баку и нарочно пробыл там с полчаса, а потом вернулся в каюту через главную палубу. Хоть я и не анализировал моих побуждений, я понял, что мне не хотелось, чтобы кто-нибудь знал, что я подслушал разговор капитана со вторым помощником.</p>
     <p>Я сделал открытие. Девяносто процентов нашей команды — брюнеты. В кормовом помещении, за исключением Вады и буфетчика, то есть наших слуг, все мы — блондины. К этому открытию привела меня книга Вудреффа «Действие тропического света на белых», которую я теперь читаю. Майор Вудрефф утверждает, что белокожие, голубоглазые арийцы, рожденные, чтобы повелевать и управлять, покидая свою неприветливую, туманную родину, действительно всегда повелевают и управляют миром и всегда погибают от слишком яркого света тропических стран. Гипотеза вполне допустимая, на которой стоит остановиться.</p>
     <p>Но вернемся к населению «Эльсиноры». Все мы, представители «юта», сидящие за одним столом на почетных местах — белокурые арийцы. На баке, за вычетом десяти процентов выродившихся блондинов, остальные девяносто процентов работающих на нас невольников — брюнеты. Они не погибнут. Если верить Вудреффу, они унаследуют землю не потому, что они. Обладают даром повелевать и управлять, а потому, что окраска их кожи помогает им противостоять разрушительному действию солнца.</p>
     <p>Взять хотя бы нас четверых, сидящих за одним столом, — капитана Уэста, его дочь, мистера Пайка и меня, — у всех у нас светлая кожа и светлые глаза, и хотя мы и повелители мира, все мы погибнем, как погибли до нас наши предки, и как будут погибать наши потомки, пока наша раса не исчезнет с лица земли. Ну что ж, наша история — благородная история. Пусть мы обречены на вымирание, но в свое время мы попирали ногами все другие народы, давали им чувствовать нашу власть, принуждали их к повиновению и жили во дворцах, которые, по праву сильного, заставляли их строить для нас.</p>
     <p>На «Эльсиноре» повторяется в миниатюре та же картина. Лучшая пища, просторное и удобное помещение принадлежат нам. Помещение на баке — свинушник и загон для рабов. Над всеми царит капитан Уэст. Мистер Пайк творит волю своего повелителя. Мисс Уэст — принцесса царской крови. Что же такое я? — Я просто почетный, благородного происхождения пенсионер, живущий плодами трудов и заслуг моего отца, который в свое время заставлял тысячи людей низшего типа создавать материальное благосостояние, каким я теперь пользуюсь.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIII</p>
     </title>
     <p>Северо-западным пассатом нас отнесло почти что в полосу юго-восточных пассатов, а затем несколько дней мы покачивались, не подвигаясь вперед и изнывая от жары. За это время я открыл в себе талант: я оказался хорошим стрелком. Мистер Пайк божился, что у меня, наверно, была многолетняя практика, и, признаюсь, я сам был поражен, как легко мне далось это искусство. Разумеется, во всем нужна сноровка, но чтобы приобрести сноровку, надо, я думаю, все-таки быть от природы способным на это.</p>
     <p>С полчаса простоял я на качающейся палубе, стреляя в брошенные в море бутылки, и к концу получаса я уже с одного раза попадал в каждую бутылку. Мистер Пайк так заинтересовался моими успехами, что когда запас пустых бутылок иссяк, он приказал плотнику напилить для меня маленьких квадратных дощечек из твердого дерева. Это оказалось удобнее. При каждом удачном выстреле дощечку подкидывало кверху, затем она опять падала в воду, и таким образом одна дощечка служила мне целью до тех пор; пока ее не относило слишком далеко. Через час, быстро выпуская заряды в дощечку, я уже попадал девять, а то и десять раз из одиннадцати.</p>
     <p>Я не считал бы мою ловкость в стрельбе исключительной, если бы не убедил мисс Уэст и Ваду тоже попытать счастья. Они не могли сравняться со мной. Тогда я стал упрашивать мистера Пайка, чтобы и он попробовал пострелять. Он согласился, но зашел за штурвал, чтобы никто из команды не мог видеть, какой он жалкий стрелок. Он ни разу не попал в цель, и смешно было смотреть, как далеко от дощечки падали его пули.</p>
     <p>— Меня никогда не прельщала стрельба из ружья, — заявил он презрительно. — Другое дело стрелять на близком расстоянии из пистолета: тут уж я постою за себя. Постойте: я сейчас принесу свой пистолет.</p>
     <p>Он спустился в каюту и вернулся с огромным автоматическим пистолетом и горстью патронов.</p>
     <p>— Поразительно, скажу я вам, мистер Патгерст, что можно сделать с человеком этой штукой, если стрелять на расстоянии десяти-двенадцати шагов, — сказал он. — Но надо целиться справа и всего лучше в живот. В общей свалке ружье бесполезно. Один раз на меня напала целая шайка. Меня сбили с ног, навалились на меня всей кучей, и спас меня вот этот пистолет. И разделал же я их под орех! Под конец все они лежали врастяжку. Один уже наступил мне на голову своими сапожищами, но тут я выстрелил. Пуля скользнула ему по колену, раздробила ключицу и оторвала ухо. Так хорошо она летела, что, пожалуй, и теперь еще летит. У нее хватило силы пронзить тело рослого человека. То-то вот я и говорю: когда дойдет до драки, дайте мне только хороший пистолет, и я постою за себя… А вы не боитесь расстрелять все ваши патроны? — спросил он меня, видя, что я продолжаю забавляться моей новой игрушкой.</p>
     <p>Но когда я сказал ему, что Вада захватил для меня пятьдесят тысяч патронов, он успокоился.</p>
     <p>В самый разгар нашей стрельбы недалеко от судна показались две акулы. Мистер Пайк сказал, что это крупные акулы, и определил длину каждой в пятнадцать футов. Было воскресное утро, так что вся команда, за исключением людей, обслуживающих судно, была свободна, и вскоре плотник при помощи крепкой веревки вместо лесы с большим железным крюком на конце и насаженным на него куском соленой свинины, величиной с мою голову, поймал одного за другим обоих чудовищ.</p>
     <p>Их подняли на палубу. И тут я увидел хорошую иллюстрацию жестокости моря.</p>
     <p>Вся команда сбежалась на палубу со складными ножами, с топорами, с дубинами и огромными, взятыми с кубрика, секачами. Не стану описывать подробностей этой сцены, скажу только, что люди ревели и ржали от восторга, упиваясь теми зверствами, которые они проделывали над несчастными рыбами. Наконец, одну акулу выбросили в море, воткнув предварительно ей в пасть заостренную палку так, что одним концом она упиралась в верхнюю, а другим в нижнюю челюсть и не давала акуле закрыть рот. Таким образом, эту акулу ждала неизбежная, медлительная голодная смерть.</p>
     <p>— Подите-ка сюда, ребята, я вам кое-что покажу! — закричал Энди Фэй, готовясь приняться за вторую акулу.</p>
     <p>Мальтийский кокней показал себя самым умелым церемониймейстером в расправе с акулой. И мне кажется, что ничто так не восстановило меня против этих скотов, как то, что я затем увидел. К концу пытки истерзанная рыба билась на палубе, совершенно выпотрошенная: от нее не оставалось ничего, кроме костей и мяса, и все-таки она не умирала. Поразительно, как держалась в ней жизнь, когда все внутренние органы были удалены. Но то, что было дальше, еще поразительнее.</p>
     <p>Муллиган Джэкобс с окровавленными по самые локти руками, как у мясника, не потрудившись даже сказать «если позволите», неожиданно сунул мне в руку какой-то кровавый кусок. Я отскочил в испуге и уронил его на палубу, причем, разумеется, раздался радостный хохот всех сорока человек. Как это ни глупо, но я сконфузился. Эти скоты отнеслись ко мне не слишком почтительно, а человеческая натура, в конце концов, представляет такую странную смесь самых разнородных чувств и побуждений, что даже философу бывает неприятно, когда ему выказывают неуважение животные такой же, как и он, породы.</p>
     <p>Я взглянул на предмет, который уронил. Это было сердце акулы, — лежа на раскаленной палубе с выступавшей между досок растопленной смолой, оно на моих глазах пульсировало, как живое.</p>
     <p>И я решился. Я не хотел допустить, чтобы эти скоты смеялись над моей брезгливостью. Я нагнулся, поднял сердце и, преодолевая тошноту и стараясь, чтобы этого не заметили, держал его и чувствовал, как оно билось у меня в руке.</p>
     <p>Как бы то ни было, а я одержал бескровную победу над Муллиганом Джэкобсом. Он отошел, променяв меня на более интересное развлечение: он снова принялся мучить акулу, не хотевшую умирать. Несколько минут она пролежала неподвижно. Муллиган Джэкобс изо всей силы ударил её по носу топорищем. Это вернуло ее к жизни; она задергалась, и этот ядовитый, злой человечишка завизжал в диком восторге:</p>
     <p>— Железные крюки! И ее рвут на части железные крюки! И у нее горит в мозгу!</p>
     <p>Он еще долго кривлялся с дьявольским злорадством и еще раз ударил по носу акулу, заставив ее подскочить.</p>
     <p>Нет, это было слишком, и я забил отбой, притворившись, разумеется, что мне просто надоело смотреть, и по рассеянности продолжал держать в руке все еще бившееся сердце.</p>
     <p>Поднявшись на корму, я увидел, что мисс Уэст выходит из рубки с рабочей корзинкой в руках. Палубные кресла стояли с моей стороны, и я обошел кругом на противоположную сторону, чтобы незаметно выбросить за борт ужасный предмет. Но высохшее сверху от тропической жары и продолжавшее пульсировать сердце прилипло к моей ладони, и я не добросил его. Вместо того, чтобы перелететь через перила, оно ударилось о них и упало на палубу, где и осталось лежать. И когда, спускаясь в каюту вымыть руки, я взглянул на него, оно все еще билось.</p>
     <p>Оно продолжало биться и тогда, когда я вернулся. Я услышал громкий всплеск и понял, что выбросили в море остатки акулы. Я не подошел к мисс Уэст, а стоял, как зачарованный, глядя на мертвое сердце, бившееся на тропическом зное.</p>
     <p>Шумные возгласы команды привлекли мое внимание. Люди взобрались на реи и следили за чем-то в море. Я посмотрел в ту сторону и увидел любопытную вещь. Выпотрошенная акула была еще жива. Она двигалась, плыла, била хвостом, силясь уйти с поверхности моря в глубину. Иногда она опускалась на пятьдесят, на сто футов, но тотчас же непроизвольно всплывала на поверхность. И каждая неудачная ее попытка скрыться вызывала дикий хохот людей. Чему они смеялись? Картина была ужасна, потрясающа, но уж совсем не смешна. Судите сами. Истерзанное животное беспомощно бьется на поверхности моря, подставляя жгучим лучам солнца зияющую пустоту своего тела, — что же тут смешного?</p>
     <p>Я отвернулся, но возобновившийся гвалт снова возбудил мое любопытство. В море показалось с полдюжины акул поменьше двух первых, футов по девяти, по десяти длиной. Все они набросились на своего беспомощного товарища. Они рвали его на части, пожирали, уничтожали его. Я видел, как последние куски его тела исчезли в их пасти. От акулы ничего не осталось, — разорванная на части, она была похоронена в живых телах ее сородичей и уже переваривалась в их желудках. А здесь, в тени борта, все еще билось ее чудовищное живучее сердце.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIV</p>
     </title>
     <p>Наше плавание грозит бедой. Теперь я узнал мистера Пайка и знаю, что если когда-нибудь ему станет известно, кто такой мистер Меллэр, он его убьет. Мистер Меллэр — не Меллэр. Он не из Георгии, он из Виргинии. Его зовут Вальтгэм — Сидней Вальтгэм. Он из семьи виргинских Вальтгэмов — правда, паршивая овца, но все же Вальтгэм. Я в этом так же твёрдо уверен, как в том; что мистер Пайк убьет его, если узнает, кто он.</p>
     <p>Сейчас я расскажу, как я узнал все это. Вчера около полуночи я вышел наверх освежиться. (Сейчас мы идем, подгоняемые юго-восточным пассатом, держа курс круто к ветру, чтобы обогнуть мыс Сан-Рок). На вахте был мистер Пайк. Мы с ним стали ходить рядом, и он рассказывал мне разные случаи из своей жизни. Он часто рассказывает мне о себе, когда бывает в хорошем настроении, и уже не раз и раньше с гордостью, почти с благоговением упоминал он о капитане, с которым проплавал пять лет. «Старик Соммерс» — так он его называл. «Честнейший был, благороднейший человек, самый лучший из всех капитанов, с какими я служил», — говорил он.</p>
     <p>И вот прошлой ночью как-то перешел у нас разговор на мрачные темы, и мистер Пайк, сам далеко не безгрешный, начал распространяться о греховности мира вообще и в частности о подлости человека, убившего капитана Соммерса.</p>
     <p>— Он был уже старик, ему за семьдесят перевалило, — говорил мистер Пайк. — В последнее время он, говорят, был в параличе. Сам я не видал его несколько лет. Надо вам сказать, что мне пришлось убраться с берега подальше в глубь страны, во избежание неприятностей, и подлость случилась как раз в мое отсутствие. Его убил второй помощник — сущий дьявол. Напал на него, сонного, ночью и убил. Просто ужасно! Мне потом рассказали, как это было. В самом Сан-Франциско это случилось, в гавани, на борту «Язона Гаррисона», одиннадцать лет назад. И знаете, как поступило правительство? Прежде всего — помиловало преступника, когда его следовало повесить. Смертный приговор был заменен пожизненной ссылкой. Поводом к смягчению приговора послужила его якобы ненормальность, причиной которой был несчастный случай. Такой случай действительно был за много лет до того: сумасшедший повар на одном судне раскроил ему череп. Он пробыл в ссылке семь лет, а потом, по распоряжению губернатора, был освобожден. Он — негодяй, но у него была влиятельная родня. Вальтгэмы — старинный род в Виргинии, я думаю вы о них слышали, — и они нажали все пружины, чтобы вызволить его. Его зовут Сидней Вальтгэм.</p>
     <p>В эту минуту пробили склянки — один удар за пятнадцать минут до смены вахт — сперва у штурвала, затем сигнал был повторен караульным на носу. Мистер Пайк в пылу негодования остановился, и мы стояли у края кормы. Случайно мистер Меллэр вышел наверх на четверть часа раньше срока. Он поднялся на корму и остановился возле нас в тот момент, когда мистер Пайк заканчивал свой рассказ.</p>
     <p>— Я был спокоен, пока он был в ссылке, — продолжал мистер Пайк. — Правда, его не повесили, — ну, да Бог с ним, думал я. Но когда, пробыв в ссылке только семь лет, он был освобожден, я поклялся, что доберусь до него. И доберусь. Я не верю ни в Бога, ни в черта. Все в этом проклятом мире прогнило насквозь. Но я верю своему кулаку и знаю, что рано или поздно я до него доберусь.</p>
     <p>— Что же вы с ним сделаете? — спросил я.</p>
     <p>— Что сделаю? — В голосе мистера Пайка слышалось неподдельное изумление перед моей недогадливостью. — Что сделаю? А что он сделал со стариком Соммерсом? Досадно: вот уже три года, как негодяй куда-то скрылся. О нем ни слуху, ни духу. Но он моряк, он вернется на море, и когда-нибудь…</p>
     <p>При свете спички, которой второй помощник раскуривал трубку; я увидел, как обезьяньи руки мистера Пайка со сжатыми кулаками поднялись к небу, и лицо исказилось злобой. В тот же короткий миг увидел я, что рука второго помощника, державшая спичку, дрожала.</p>
     <p>— Я не знаю его в лицо, никогда не видел даже его фотографической карточки, — добавил мистер Пайк. — Но я знаю приблизительно, каков он из себя, да кроме того у него есть безошибочная примета. Я в темноте его узнаю, стоит мне только ощупать его голову. Уж запущу я когда-нибудь пальцы в эту щель!</p>
     <p>— Как вы сказали, сэр, звали того капитана? — равнодушным тоном спросил мистер Меллэр.</p>
     <p>— Соммерс, капитан Соммерс, — ответил мистер Пайк.</p>
     <p>Мистер Меллэр несколько раз повторил эту фамилию вслух, потом опять спросил:</p>
     <p>— Не он ли командовал «Ламермуром» тридцать лет назад?</p>
     <p>— Он самый.</p>
     <p>— Я так и подумал. Я помню его. Мы в то время стояли на якоре в бухте Тэбль рядом с его судном.</p>
     <p>— О подлый, подлый мир! — пробормотал мистер Пайк, отходя от нас.</p>
     <p>Я пожелал второму капитану доброй ночи и направился к каютам, как вдруг он тихонько окликнул меня:</p>
     <p>— Мистер Патгерст!</p>
     <p>Я остановился, и он заговорил сконфуженно и торопливо:</p>
     <p>— Простите, сэр, что я вас беспокою, но я… Впрочем, нет, ничего… Я передумал…</p>
     <p>Вернувшись к себе, я лег и взялся было за книгу, но почувствовал, что не могу читать. Мысли мои все возвращались к тому, что произошло на палубе, и в голову мне, помимо моей воли, лезли самые мрачные предчувствия.</p>
     <p>Вдруг ко мне вошел мистер Меллэр. Через люк он спустился в заднюю каюту и оттуда прошел коридором ко мне. Вошел он бесшумно, на цыпочках, предостерегающе прижимая палец к губам. Он заговорил, только подойдя к моей койке, да и то шепотом.</p>
     <p>— Прошу прощения, мистер Патгерст… мне очень совестно, сэр… но дело в том, что, проходя мимо, я увидел, что вы не спите, и… и подумал, что, может быть, вам нетрудно будет… Я, видите ли, хотел вас попросить о маленьком одолжении, если, конечно, вы найдете это удобным… Я, сэр…</p>
     <p>Я выжидал, что он скажет, и во время наступившей паузы, пока он смачивал языком пересохшие губы, таинственное, страшное существо, сидевшее в засаде в его черепе, вдруг выглянуло из его глаз. Казалось, оно было почти готово выскочить и броситься на меня.</p>
     <p>— Так вот, сэр, — начал он снова, на этот раз более связно, — это сущий пустяк. Глупо даже с моей стороны просить вас… Это просто фантазия моя, так сказать. Помните? — в начале нашего плавания я показывал вам шрам у меня на голове? Несчастный случай, знаете… Да впрочем, я вам рассказывал. Пустяк, конечно, но все же это — уродство, и мне неприятно, чтобы об этом знали. Ни за что на свете я не хотел бы, чтобы, например, мисс Уэст узнала о нем. Мужчина есть мужчина, сэр, вы понимаете… Вы ей ничего не говорили?</p>
     <p>— Нет, как-то не пришлось, — ответил я.</p>
     <p>— И никому другому не говорили? Капитану Уэсту, например, или мистеру Пайку?</p>
     <p>— Нет, никому не говорил.</p>
     <p>Он, видимо, почувствовал облегчение: он даже не мог этого скрыть. Его лицо приняло спокойное выражение, и сидевшее в засаде страшное существо снова спряталось в глубине его черепа.</p>
     <p>— Так вот, мистер Патгерст, я хотел просить вас, как об одолжении, никому не рассказывать об этом шраме. Я понимаю (он улыбнулся, и его голос сделался до отвращения сладким)… я понимаю, что это глупая щепетильность с моей стороны, но право…</p>
     <p>Я кивнул толовой и нетерпеливо подвинул к себе книгу, чтобы показать ему, что я хочу читать.</p>
     <p>— Так, значит, я могу положиться на вас, мистер Патгерст?</p>
     <p>И голос его и манера держать себя разом изменились. Его вопрос был в сущности приказанием, и я почти видел, как то существо, что пряталось за его глазами, угрожающе оскалило клыки.</p>
     <p>— Конечно, можете, — ответил я холодно.</p>
     <p>— Благодарю вас, сэр, благодарю, — проговорил он и тотчас же вышел на цыпочках из каюты.</p>
     <p>Я, разумеется, не читал. Можно ли было читать? Я и спать не мог. Голова моя лихорадочно работала, и только в шестом часу, после того, как буфетчик подал мне кофе, я задремал.</p>
     <p>Очевидно одно: мистер Пайк и не воображал, что убийца капитана Соммерса в эту минуту на борту «Эльсиноры». Он ни разу не видел страшной трещины на черепе мистера Меллэра — вернее, Сиднея Вальтгэма. А я уж во всяком случае ничего не скажу. Но теперь я знаю, отчего я с первого взгляда невзлюбил второго помощника. И я наконец разгадал то страшное существо, то второе «я», что выглядывает исподтишка из его глаз. Я видел это существо и в глазах тех трех висельников на баке. Видно птиц по полету, и все они четверо — тюремные птицы. Железная дисциплина тюрьмы и необходимость все затаивать в себе вызвали у всех у них к жизни это страшное второе «я».</p>
     <p>И еще кое-что очевидно. На этом судне; пересекающем в настоящее время южную часть Атлантического океана для зимнего обхода Горна, имеются все элементы страшной трагедии, которая разыграется в море. Мы нагружены человеческим динамитом, который в любой момент может взорваться и развеять по ветру наш маленький плавучий мирок.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXV</p>
     </title>
     <p>Дни бегут. Дует резкий юго-восточный пассат, и в мой открытый иллюминатор часто попадают брызги. Вчера залило каюту мистера Пайка. Это — самое крупное событие за довольно долгое время. Три висельника продолжают царить на баке. У Ларри с Коротышкой вышла драка — правда, довольно безобидная. У Муллигана Джэкобса по-прежнему горит в мозгу, и железные крюки рвут его тело. Чарльз Дэвис живет один в своей стальной каморке и выходит только на кубрик за едой. Мисс Уэст играет и поет, лечит Поссума, а в остальное время занимается изящными рукоделиями. Мистер Пайк аккуратно через день во вторую вечернюю смену заводит граммофон. Мистер Меллэр старательно прячет свой шрам. Я храню его тайну. А капитан Уэст, отсутствующий больше прежнего, сидит на сквозняке в полумраке каюты.</p>
     <p>Вот уже тридцать семь дней, как мы в море, и за все это время до сегодняшнего дня мы не видели ни одного судна. А сегодня с палубы было видно не менее шести судов одновременно. Только увидев эти суда, я ясно представил себе, до чего пустынен океан.</p>
     <p>Мистер Пайк говорит, что мы находимся в нескольких стах милях от берегов Южной Америки. А между тем, кажется, не дальше, как вчера, мы были на таком же приблизительно расстоянии от африканских берегов. Сегодня утром на судно залетела большая бархатная бабочка, и мы теряемся в догадках по этому поводу. Как могла она попасть к нам из Южной Америки, пролететь сотни миль при сильном ветре?</p>
     <p>Южный Крест, разумеется, давно уже виден — по крайней мере несколько недель. Полярная Звезда скрылась за выпуклостью земли, и Большая Медведица, даже при высшем своем восхождении, стоит очень низко. Скоро и она скроется, и мы будем подходить к Магелланову проливу.</p>
     <p>Интересную вещь рассказал мне Вада по поводу драки Ларри с Коротышкой. Мистер Пайк некоторое время молча смотрел, как они дерутся, и, наконец, возмущенный их неумелостью, надавал им обоим пощечин, прекратив таким образом драку и объявив, что пока они не научатся искусству драться, он берет на себя все обязанности по части битья на «Эльсиноре».</p>
     <p>Как ни стараюсь, не могу поверить, что ему шестьдесят девять лет. А когда смотрю на его богатырскую фигуру и на его страшные руки, я в своем воображении вижу его мстящим за убийство капитана Соммерса.</p>
     <p>Жизнь жестока.</p>
     <p>Между пятью тысячами тонн угля на «Эльсиноре» сидят тысячи крыс. Они не могут выбраться из своей железной темницы, так как все вентиляторы в трюме затянуты крепкой проволочной сеткой. В предыдущее плавание, когда «Эльсинора» была нагружена ячменем, крысы размножились, а теперь они заперты в угле, и между ними неизбежно начнется каннибализм. Мистер Пайк говорит, что, когда мы придем в Ситтль и разгрузимся, в трюме окажется десятка два огромных, самых сильных и свирепых крыс, переживших своих сородичей. Иногда, проходя мимо открытого вентилятора в задней стене командной рубки, я слышу доносящийся из трюма жалобный писк.</p>
     <p>Некоторые крысы оказались счастливее: они живут на баке, в промежутке между двумя палубами, где хранятся запасные паруса. По ночам они вылезают, бегают по палубе, воруют в кубрике еду и лижут росу, чтобы утолить жажду. Это напомнило мне одну вещь: мистер Пайк возненавидел Поссума. Оказывается, Вада, по его наущению, поймал крысу в каморке, где стоит паровой насос. Вада клянется, что это была родоначальница всех крыс, что по самым точным измерениям в ней было восемнадцать дюймов длины от носа до кончика хвоста. Оказывается также, что мистер Пайк и Вада принесли эту крысу в каюту мистера Пайка и, заперев все двери, стравили ее с Поссумом, и Поссум был побежден. Им пришлось самим убить крысу, а Поссум после драки катался по полу в припадке.</p>
     <p>Мистер Пайк терпеть не может трусов и теперь возненавидел Поссума. Он никогда больше не играет с ним, не заговаривает, и если встречает его на палубе, сердито на него косится.</p>
     <p>Я прочел «Руководство к плаванию по Атлантическому океану», и узнал, что мы входим теперь в полосу самых прекрасных солнечных закатов в мире. И уже сегодня вечером мы видели образчик такого заката. Я сидел у себя и разбирал свои книги, как вдруг мисс Уэст крикнула мне с трапа рубки:</p>
     <p>— Мистер Патгерст! Идите скорее! Скорее, скорее, а то пропустите!</p>
     <p>Половина неба, от самого зенита до западной линии горизонта, была сплошным морем чистого, бледного золота. И сквозь этот золотой щит на краю горизонта просвечивал солнечный диск более темного золота. Золото неба становилось все ярче, потом потускнело на наших глазах и начало принимать красноватый оттенок. Затем все золотое поле неба и горящее желтое солнце стали ярко-красными и заволоклись прозрачным туманом. Сам Тернер<a l:href="#n_590" type="note">[590]</a> не решился бы изобразить эту оргию пылающего красками тумана.</p>
     <p>Внезапно по всему горизонту, заполняя все полукружие моря и неба, сплошной грудой поползли облака, и по мере того, как каждое облако принимало определенные очертания, верхние его края окрашивались в розоватый цвет, а пульсирующая середина оставалась голубовато-белой. Я говорю это умышленно: все краски этой картины пульсировали.</p>
     <p>Когда сияющий туман начал рассеиваться, все цвета стали ярче: бирюзовый перешел в зеленый, розовый — в кроваво-красный. Пурпурный и темно-синий оттенки морских волн позолотились от буйного разгула красок неба, и по воде, как гигантские змеи, поползли отраженные красные и зеленые полосы. Затем все это великолепие разом потускнело, и нас окутал теплый мрак тропической ночи.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVI</p>
     </title>
     <p>«Эльсинора» — поистине корабль человеческих душ, вселенная в миниатюре: И этот маленький мирок, рассекающий необъятную ширь океана, как другой, большой мир — наша земля — рассекает пространство, постоянно поражает странными контрастами.</p>
     <p>Сегодня, например: перед обедом сидим мы на корме — мисс Уэст и я. Мисс Уэст в парусиновом матросском костюме девственной белизны, с вырезом на шее и с черным шелковым галстуком, завязанным морским узлом под широким воротником. Ее чудесные волосы аккуратно приглажены и лишь слегка выбиваются спереди на ветру. И я — тоже весь в белом, в белых башмаках, в белой шелковой рубашке, такой же безукоризненно чистенький и выхоленный, как и она. Буфетчик только что поставил перед ней хорошенький чайный сервиз; на заднем плане мелькает мой Вада.</p>
     <p>Мы философствуем или, вернее, я экзаменую ее. Начав с краткого очерка предсказаний Спинозы относительно современных мировоззрений, перечислив затем спекулятивные комментарии сэра Оливера Лоджа и сэра Вильяма Рамсэя по поводу последних открытии в области физики, я, по обыкновению, дошел до де-Кассера и стал цитировать его.</p>
     <p>— «В этом взлете в высь чистого познания, достижимого лишь для очень немногих человеческих существ, зарождается созерцательное чувство, — читал я. — Жизнь перестает быть добром или злом. Она становится непрестанной игрой разнородных сил без начала и конца. Освобожденный Разум сливается с Мировой Волей и воспринимает часть ее сущности, которая не есть моральная сущность, но эстетическая»…</p>
     <p>В эту минуту раздалось рычанье мистера Пайка, отдававшего приказания команде. И тотчас же матросы бросились на корму и принялись натягивать снасти. Они пробегали мимо нас, работали бок о бок с нами, но не поднимали на нас глаз. Они не удостаивали нас взглядом: слишком далеки мы были от них, слишком им чужды. Этот-то контраст и поразил меня. Тут были рядом высшие и низшие, господа и рабы, красота и безобразие, чистота и грязь. Их босые ноги были перепачканы смолой. На их немытых телах мешком висела грязная, рваная, грубая одежда. На каждом было всего по две принадлежности туалета: короткие штаны и засаленная бумажная рубаха.</p>
     <p>А мы, сидя в наших удобных палубных креслах, с двумя слугами за спиной — воплощенная квинтэссенция элегантного безделья, — прихлебывали дорогой чай из красивых чашечек тонкого фарфора и равнодушно смотрели на этих подневольных людей, чей труд делал возможным путешествие нашего плавучего мирка. Мы не говорили с ними, не замечали их существования, как и они не посмели бы заговорить с нами и не замечали нас.</p>
     <p>А мисс Уэст смотрела на них взглядом плантаторши, оценивающей состояние своих рабов.</p>
     <p>— Заметили вы, как они вошли в тело? — сказала она мне, когда последние кольца канатов были навернуты на шпили, и люди вернулись на бак. — Вот что значит правильный образ жизни, тихая погода, тяжелая работа, свежий воздух, хорошее питание и воздержание от водки. Они продержатся в таком состоянии, пока мы не подойдем к Горну. Тогда вы увидите, как они день ото дня начнут сдавать. Зимний переход вокруг Горна всегда тяжело отзывается на матросах… Но как только мы обойдем Горн и войдем в полосу хорошей погоды в Тихом океане, они опять начнут поправляться с каждым днем. И когда мы придем в Ситтль, они будут в отличном виде. Но, съехав на берег, они в несколько дней пропьют свое жалованье и явятся на другие суда такими же жалкими идиотами, какими они были, когда мы выходили в море из Балтиморы.</p>
     <p>В это время в дверях командной рубки показался капитан Уэст. Он прошелся по палубе, приветливо нам улыбнулся, перекинулся с нами двумя-тремя словами и, окинув все замечающим взглядом небо, судно, паруса, и определив направление ветра и состояние погоды, снова скрылся в рубке — белокурый ариец, господин, царь, Самурай.</p>
     <p>А я, допив ароматный, дорогой чай, продолжал читать вслух де-Кассера.</p>
     <p>— «Инстинкт создает, исполняет работу видов. Разум разрушает, критикует, отрицает и кончает чистым нигилизмом. Инстинкт творит жизнь, бесконечно, слепо, щедрой рукой выбрасывая в мир своих клоунов, своих комиков и трагиков. Разум остается вечным зрителем представления. Он принимает участие в игре, когда ему вздумается, но никогда не отдается всецело наслаждению спортом. Освободившись из тенет личной воли, Разум воспаряет в высь познание, куда инстинкт следует за ним под тысячью различных личин, стараясь снова и снова притянуть его на землю».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVII</p>
     </title>
     <p>Мы теперь уже южнее Рио и идем все к югу. Мы вышли из широт пассатов, и ветер капризен. Дожди и штормы преследуют «Эльсинору». То мы качаемся почти на месте в мертвой зыби, то через какой-нибудь час несемся со скоростью четырнадцати узлов, убавляя паруса так быстро, как только успевают люди взбираться на мачты и спускаться вниз. Безветренная ночь, когда почти невозможно уснуть в сыром насыщенном электричеством воздухе, неожиданно сменяется жарким солнечным днем и идущей с юга зыбью, предвестницей сильных штормов в той стороне океана, куда мы держим курс. А бывает и так, что целый день «Эльсинора», под обложенным тучами небом, с убранными брамселями и крюйселями, подгоняемая короткими порывами ветра, ныряет и качается на неровных волнах.</p>
     <p>И все это задает лишнюю работу людям. Если верить мистеру Пайку, все они народ неумелый, хотя теперь они научились разбираться в снастях. Наблюдая за их работой, он неизменно ворчит и рычит, и фыркает, и издевается над ними. Сегодня к одиннадцати часам утра поднялся такой ветер, дувший порывами, с каждым разом становившимися все сильнее, что мистер Пайк приказал убрать грот. Но очередная смена никак не могла справиться с гротом: тянули, дергали, кричали, пробовали затягивать песню, — ничто не помогало. Пришлось вызывать снизу на подмогу вторую смену.</p>
     <p>— О, Господи! — стонал мистер Пайк. — Две смены возятся с лоскутом, с которым легко управилась бы половина смены настоящих матросов. Вы только взгляните на этого красавца, моего боцмана.</p>
     <p>Бедный Нанси! Какой несчастный, жалкий, беспомощный, пришибленный был у него вид! Да и Сендри Байерс был не лучше. Его лицо выражало страдание и полнейшую безнадежность. Подтягивая свой живот, он бесцельно слонялся по палубе, выискивая, что бы такое ему сделать, и ничего не находя. Он бездельничал. Он мог стоять и целую минуту глазеть на какой-нибудь трос, следя за ним глазами сквозь запутанную сеть снастей, с напряженным вниманием человека, решающего сложную математическую задачу. Затем, держа руки на животе, он отходил на несколько шагов и выбирал для изучения другую веревку.</p>
     <p>— О, Господи, Господи! — вздыхал мистер Пайк. — Ну, как тут управлять судном с такими боцманами и с такой командой! Положим, будь я капитаном, я бы управился с ними. Я показал бы им, как вести судно, если бы даже для этого мне пришлось лишиться кое-кого из них. А что мы станем делать, когда они ослабеют после Горна? Придется все время держать наверху обе смены, и тогда они окончательно свалятся с ног.</p>
     <p>Очевидно, зимний обход Горна вполне оправдывал рассказы о нем мореплавателей. Даже такие железные люди, как два капитанских помощника «Эльсиноры», относятся с большим почтением к «Суровому Мысу», как называют они крайнюю южную точку материка Америки.</p>
     <p>Кстати о двух наших помощниках: хоть оба они и железные люди и отчаянно ругаются, но в серьезные минуты оба взывают к Господу Богу. Забавная вещь!</p>
     <p>В часы затишья с большим удовольствием занимаюсь стрельбой. Я расстрелял уже пять тысяч патронов, и теперь начинаю считать себя заправским стрелком. В чем бы ни состояла сноровка в этом деле, я ее приобрел. Когда вернусь домой, непременно буду упражняться в стрельбе в цель. Это приятный спорт.</p>
     <p>Поссум боится не только парусов и крыс, он пугается и выстрелов, — при каждом выстреле визжит, убегает вниз и долго там скулит. Просто смешно, с какой ненавистью относится мистер Пайк к бедному щенку. Он даже сказал мне, что, будь это его собака, он бросил бы ее за борт в качестве мишени для стрельбы в цель. А это такой ласковый, такой привязчивый плутишка! Я положительно полюбил его и теперь даже рад, что мисс Уэст от него отказалась.</p>
     <p>И вообразите — он решительно желает спать со мной, в ногах моей постели, что очень скандализирует старшего помощника.</p>
     <p>— Скоро, я думаю, он будет пользоваться вашей зубной щеточкой, — буркнул он, когда я рассказал ему об этом.</p>
     <p>Что же мне делать, когда щенок любит мое общество и нигде не чувствует себя таким счастливым, как на одной постели со мной! Но и постель моя для него не совсем-то райское убежище, — он страшно пугается, когда мы оказываемся на подветренной стороне, и волны бьются о стекла иллюминатора. Тогда этот негодяй, наэлектризованный страхом до кончика хвоста, начинает дрожать и то угрожающе рычит на ревущее за бортом чудовище, то жалобно скулит, стараясь умилостивить его.</p>
     <p>— Отец мой знает море, — сказала мне сегодня мисс Уэст. — Он понимает и любит его.</p>
     <p>— Может быть, он просто привык к морю, — позволил я себе сказать.</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Тут дело не в привычке. Нет, он знает море. Он любит его. Оттого-то он и вернулся к нему. Все наши предки были моряками. Его дед, Энтони Уэст, сделал сорок шесть плаваний между тысяча восемьсот первым и тысяча восемьсот сорок седьмым годом. А отец его, Роберт Уэст, еще до золотых дней ходил шкипером к северо-западному побережью, а после открытия золотых приисков командовал некоторыми из самых быстроходных клиперов, огибавших мыс Горн. Элия Уэст, прадед отца, служил в военном флоте во время революции и командовал вооруженным бригом «Новая Оборона». А еще раньше отец и дед этого Элии были шкиперами и владельцами купеческих судов дальнего плавания.</p>
     <p>Мисс Уэст говорила с возраставшим увлечением:</p>
     <p>— Энтони Уэст в тысяча восемьсот тринадцатом и четырнадцатом годах командовал «Давидом Брюсом», имевшим каперское свидетельство. Он был совладельцем этого судна в половинной доле с фирмой «Грэси и Сыновья». Это была шхуна в двести тонн, построенная на Майне. На ней была одна длинная восемнадцатифунтовая пушка, две десятифунтовых и десять шестифунтовых, и летела она, как стрела. Она прорвала блокаду Ньюпорта и ушла в Английский канал, а потом в Бискайский залив. Стоила она всего двенадцать тысяч долларов, но представьте — в Англии она больше трехсот тысяч заработала одними призами. А брат Энтони Уэста служил на «Осе». Как видите, море у нас в крови. Оно — наша мать. Насколько можно проследить нашу родословную, все мы прирожденные моряки.</p>
     <p>Она засмеялась и продолжала:</p>
     <p>— В нашем роду, мистер Патгерст, есть пираты, настоящие пираты, торговцы невольниками и всевозможные, не слишком почтенные, искатели морских приключений. Ездра Уэст — я уж не помню, как давно это было, — был казнен за морские разбои, и в Плимуте висел его труп, закованный в цепи.</p>
     <p>Она опять улыбнулась.</p>
     <p>— Да, море — в крови отца. Она распознает суда, как мы с вами распознает собак и лошадей. Каждое судно, на котором он плавает, для него определенная личность. Я наблюдала за ним в критические минуту и знала, о чем он думает. А сколько раз я видела его в такие минуты, когда он не думает, а просто чувствует и знает все. Во всем, что касается моря и судов, он настоящий артист. Другого слова не придумаю.</p>
     <p>— Я вижу, вы высоко ставите вашего отца, — заметил я.</p>
     <p>— Я не встречала другого такого удивительного человека, — сказала она. — Не забывайте, вы не видели его в лучшее его время. Со смерти матери он ни разу не был самим собой. Если когда-нибудь муж и жена были «плоть едина», так это были они. — Она замолчала и закончила коротко: — Вы не знаете, вы совсем не знаете его.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVIII</p>
     </title>
     <p>— Кажется, сегодня у нас будет хороший закат, — сказал капитан Уэст вчера вечером.</p>
     <p>Мы с мисс Уэст в это время играли в криббэдж. Не доиграв роббера, мы оба выбежали наверх. Закат еще не начинался, но все уже готовились к нему. На наших глазах небо собирало все нужные материалы: расставляло облака длинными рядами, громоздило их одно на другое и покрывало свою палитру постепенно разгоравшимися бликами и неожиданными мазками ярких красок.</p>
     <p>— Гольден-Гэт<a l:href="#n_591" type="note">[591]</a> — смотрите! — воскликнула мисс Уэст, указывая на запад. — Совершенно такое впечатление, как будто мы вошли в гавань. А теперь взгляните-ка на юг. Ну, разве это не Сан-Франциско там, вдали? Вон Коль-Бильдинг, вон Ферри-Тауэр, а вон Фэрмаунт. — Ее взгляд остановился на просвете между грудами облаков, и она захлопала в ладоши, — Ах, Боже мой, закат в закате! Видите? А вон и Фарралоны, освещенные собственным оранжево-красным закатом. Ну, скажите, разве это не Гольден-Гэт, не Сан-Франциско, не Фарралоны? — повернулась она к мистеру Пайку, который стоял рядом с нами и, облокотившись на перила, то кисло поглядывал вниз на Нанси, бесцельно слонявшегося по главной палубе, то не менее кисло косился на Поссума, вертевшегося на мостике и корчившегося в ужасе всякий раз, как повисший парус громко хлопал над ним.</p>
     <p>В ответ на обращение к нему, мистер Пайк повернул голову и удостоил чудную, картину неба снисходительным взглядом.</p>
     <p>— Не знаю, право, — проворчал он. — Может быть, по-вашему это и похоже на Фарралоны, а по-моему оно больше напоминает военное судно, входящее в гавань со скоростью двадцати узлов.</p>
     <p>И правда: плававшие в воздухе Фарралоны превратились в гигантское военное судно.</p>
     <p>Затем началась вакханалия красок с преобладающими зелеными тонами. Каких только тут не было оттенков зеленого цвета! И голубовато-зеленый ранней весны и желто-зеленый и буро-зеленый осени. Был и зеленовато-оранжевый оттенок, и зеленовато-бронзовый, и золотисто-зеленый. И вся эта гамма оттенков поражала богатством тонов. Не успели мы насмотреться на эту роскошь зелени, как она из серых облаков спустилась на воду, и море приняло прелестный золотисто-розовый оттенок полированной меди, а промежутки между высокими гладкими, атласистыми волнами окрасились в самый нежный бледно-зеленый цвет.</p>
     <p>Серые облака растянулись в длинный-длинный рубиновый или гранатовый свиток. Таким цветом, если смотреть его на свет, отливает густое бургунское вино. Такая бездонная глубина была в этом красном цвете! А под этим рубиновым свитком, отделённая от него полосой беловатого тумана или, может быть, линией горизонта, тянулась другая струйка темно-красного вина, но поуже.</p>
     <p>Я перешел по корме на левый борт.</p>
     <p>— Куда вы? Вернитесь. Смотрите; смотрите! — крикнула мне мисс Уэст.</p>
     <p>— Зачем? — откликнулся я. — Здесь тоже есть на что посмотреть.</p>
     <p>Она перешла ко мне, причем я заметил, что по лицу мистера Пайка промелькнула кислая усмешка.</p>
     <p>Действительно, и на восточную сторону неба стоило посмотреть. Она имела вид нежной голубоватой раковины, верхние края которой все время меняли краску, гармонично переходя из бледно-голубого в бледно-розовый, теплый цвет. Отражение этой голубой раковины превращало всю поверхность моря в сверкающий водянистым блеском шелк, отливавший голубым, светло-зеленым и розовым. А бледная луна, точно, влажная жемчужина, выглядывала из-за окрашенной всеми цветами радуги дымки, застилавшей внутренность раковины.</p>
     <p>Совершенно иной вид имел закат в южной части неба. Тут это был обыкновенный оранжево-красный закат с серыми, низко нависшими облаками, освещенными и окрашенными на нижних краях, но тоже прекрасный в своем роде.</p>
     <p>— Ну, что там! — проворчал мистер Пайк, услышав, что мы восхищаемся нашим новым открытием. — Взгляните-ка лучше на север: у меня здесь тоже недурная картина.</p>
     <p>И в самом деле, картина была недурная. Вся северная сторона неба была сплошным хаосом окрашенных облаков, от которых во все стороны — и к зениту и к горизонту — тянулись завитками перистые розовые полосы. Поразительно: одновременно четыре заката! Каждая сторона неба сверкала, горела и пульсировала своим собственным, особым закатом.</p>
     <p>И когда все краски потускнели в надвигавшихся сумерках, луна, все еще затянутая прозрачной дымкой, стала ронять тяжелые, блестящие серебряные слезы в темно-лиловое море. А затем на море спустились мрак и тишина ночи, и, стоя рядом у борта, мы пришли в себя, очнулись от чар, насыщенные красотой, склонившиеся друг к другу.</p>
     <p>Я никогда не устаю наблюдать за капитаном Уэстом. Не знаю, в чем, но у него есть сходство с некоторыми портретами Вашингтона. При своих шести футах роста, он аристократически тонок и отличается свободной и величественной грацией движений. Худобу его можно назвать почти аскетической. По наружности своей и по манерам он типичный представитель старинного дворянства Новой Англии.</p>
     <p>У него такие же серые глаза, как и у его дочери, но его глаза скорее живые, чем теплые, и так же, как у нее, они умеют улыбаться. Цвет кожи у него темнее, а брови и ресницы светлее, чем у нее. У него вид человека, который не знает страстей, который чужд даже простому энтузиазму. У мисс Уэст твердый характер, но в этой твердости чувствуется теплота. Он мягок и вежлив, но холодно мягок, холодно вежлив. С равными ему по общественному положению он удивительно приветлив, и все же это холодная приветливость, высокомерная, слишком тонкая.</p>
     <p>Он — настоящий артист в искусстве ничего не делать. Он ничего не читает, кроме Библии, и никогда не скучает. Я часто смотрю, как он, сидя в кресле на палубе, рассматривает свои безукоризненно отточенные ногти и — я готов поклясться — даже не видит их. Мисс Уэст говорит, что он любит море. А я в тысячный раз задаю себе вопрос: «Но как?» Он не проявляет никакого интереса ни к каким состояниям моря. Правда, он первый обратил наше внимание на только что описанный великолепный солнечный закат, но сам он не остался на палубе, чтобы полюбоваться им. Все это время он просидел внизу в большом кожаном кресле и не читал; даже не дремал, а просто смотрел прямо перед собой в пустое пространство.</p>
     <p>Проходят дни, проходят и времена года. Мы вышли из Балтиморы в самом конце зимы, пережили на море весну и лето, а теперь приближаемся к осени и продвигаемся к югу, навстречу — зиме мыса Горна. А когда мы обогнем Горн и повернем на север, мы встретим новую весну и новое длинное лето, следуя за солнцем на его пути к северу, и летом же придем в Ситтль. И все эти времена года чередовались и будут чередоваться на протяжении каких-нибудь пяти месяцев.</p>
     <p>Все наши летние белые одежды сданы в архив, и здесь, под тридцать пятым градусом южной широты, мы ходим в костюмах умеренного климата. Я замечаю, что Вада подает мне более теплое нижнее белье, а Поссум по ночам норовит залезть под одеяло. Мы теперь на параллели Ла-Платы, в районе, известном своими штормами, и мистер Пайк ждет бури. Капитан Уэст по-видимому ничего не ждет, но я замечаю, что он проводит больше времени на палубе в те часы, когда небо и барометр становятся угрожающими.</p>
     <p>Вчера бурный район Ла-Платы дал нам предостерегающий намек, а сегодня он задал нам жестокую трепку. Намек мы получили вчера вечером перед наступлением темноты. Настоящего, ровного ветра не было; ход «Эльсиноры» поддерживался перемежающимися легкими порывами северного ветра, и она ползла как черепаха по зеркальной поверхности больших отлогих волн мертвой зыби, докатывающейся с юга, как эхо после какого-нибудь только что затихшего шторма.</p>
     <p>Впереди, разрастаясь с волшебной быстротой, стояла непроницаемая тьма. Может быть, она образовалась из туч, но была ничуть не похожа на тучи. Это была сплошная чернота, которая поднималась все выше и выше и наконец нависла над нами, распространяясь вправо и влево и захватив половину поверхности моря.</p>
     <p>Но легкие порывы ветра с севера продолжали наполнять наши паруса; «Эльсинора» все еще качалась на гладких, отлогих волнах; паруса то надувались, то хлопали с глухим рокотом, и мы медленно продвигались навстречу зловещей черноте. На востоке, в том месте, где уже несомненно собиралась грозовая туча, сверкнула молния и на один миг разорвала нависшую над нами черную мглу.</p>
     <p>Порывы ветра слабели и наконец совсем прекратились, и в наступившем затишье, в промежутки между раскатами грома, голоса людей, работавших на реях, доносились так явственно, как будто люди были тут же, рядом с нами, а не висели в воздухе на высоте нескольких сот футов. По тому, как усердно они работали, было видно, что они достаточно прониклись важностью момента. Работали обе смены под начальством обоих помощников. А капитан Уэст, по своему обыкновению, расхаживал по палубе как посторонний зритель, не отдавая никаких приказаний, и только когда мистер Пайк поднимался на корму посоветоваться с ним, отвечал ему спокойным, тихим голосом.</p>
     <p>Мисс Уэст, исчезавшая в каюты на несколько минут, вернулась на палубу заправским моряком — в клеенчатом плаще, в кожаной куртке и в высоких непромокаемых сапогах. Безапелляционным тоном она приказала мне последовать ее примеру. Но, боясь пропустить что-нибудь, я не мог решиться уйти с палубы и скомпрометировал себя, приказав Ваде принести мне наверх мой штормовой костюм.</p>
     <p>Вырвавшись из тьмы, с молниеносной быстротой налетел на нас ветер. В тот же миг раздался адский удар грома, и полил дождь. И с громом и дождем надвинулась тьма. Она была осязаема. Она проносилась мимо нас вместе с завывающим ветром как что-то вещественное, что можно было ощупать. Эта тьма и этот ветер душили.</p>
     <p>— Ну, не красота ли это? — прокричала мне в ухо мисс Уэст. Мы стояли рядом у борта, уцепившись за перила.</p>
     <p>— Поразительно красиво! — закричал и я в ответ, приложив губы к ее уху, так что ее волосы защекотали мне лицо.</p>
     <p>И — не знаю, как это случилось, — вероятно, непроизвольно с той и с другой стороны, — в этом ревущем мраке наши руки встретились на перилах, — я сжал ее руку, и так мы продолжали стоять, крепко держась за перила и не разжимая рук.</p>
     <p>«Дочь Иродиады», — сердито комментировал я про себя этот факт, но моя рука не выпускала ее руки.</p>
     <p>— Что такое у нас происходит? — снова прокричал я ей в ухо.</p>
     <p>— Мы потеряли курс, — донесся ее ответ. — Нас, кажется, относит назад. Судно не слушается руля.</p>
     <p>Раздался трубный глас архангела Гавриила.</p>
     <p>— Полный поворот! — мелодичным штормовым голосом крикнул Самурай рулевому.</p>
     <p>— Полный поворот, сэр! — слабо донесся ответ рулевого, заглушённый ревом ветра.</p>
     <p>Сверкнула молния — одна, другая, третья. Они блистали впереди, за нами, со всех сторон, заливая нас светом в течение нескольких минут. И в то же время нас оглушали непрерывные раскаты грома. Это была сказочная картина. Высоко над нами вздымались черные остовы мачт; пониже — матросы, точно огромные пауки, цеплялись за реи, крепя паруса; еще ниже немногие штормовые паруса, надувшиеся в обратную сторону, белели, как призраки, в этом зловещем освещении, а в самом низу были палуба, мостик, рубки «Эльсиноры», качались спутанные веревки, и копошились кучки шатающихся, хватающихся за канаты людей.</p>
     <p>Это был великий решающий момент. Огромный кузов нашего судна со всем его грузом, с бесчисленными снастями, с уходящими в небо над нашими головами двухсотфутовыми мачтами, относило назад. Но под ослепительным сверканием молний стоял наш властелин, стройный, спокойный, невозмутимый, передавая свои веления через двух помощников (из которых один был убийца), а ватага неумелых выродков должна была приводить в исполнение его волю — травить, натягивать канаты и простым напряжением мускулов своего тела управлять нашим плавучим мирком так, чтобы он мог противостоять ярости стихий.</p>
     <p>Что было дальше — я не знаю; не знаю ничего, кроме того, что время от времени я слышал голос архангела Гавриила. Я ничего не видел, так как нас окутала тьма, и дождь полил косыми, почти горизонтальными струями. Вода попадала мне в рот, и я задыхался, все равно как если бы упал за борт. Казалось, что дождь льет не только сверху, но и снизу. Вода проникала повсюду; забиралась под клеенчатый плащ, под кожаную куртку, лилась за туго застегнутый воротник, в сапоги. Я был ослеплен, оглушен этим дружным нападением грома, молний, ветра, темноты и воды. И тут же на корме, в нескольких шагах от меня, стоял наш властелин, уверенный и спокойный, и возвещал свою мудрую волю букашкам, которые, повинуясь ему, напрягали грубую силу своих мускулов, натягивая брасы, ослабляя паруса, поднимая и опуская реи — и худо ли, хорошо ли, но все же управлялись с огромными полотнищами парусов.</p>
     <p>Опять-таки не знаю, как это случилось, но, стоя рядом, под защитой намокшего тента, и уцепившись за перила, чтобы нас не снесло в море, мы с мисс Уэст прижались друг к другу. Моя рука, обняв ее талию, ухватилась за перила, ее плечо прижалось к моему, и одной рукой она крепко держалась за мой плащ. Час спустя мы пробирались по мостику к рубке, помогая друг другу удерживать равновесие, а «Эльсинора» подпрыгивала и ныряла в разгулявшемся море, зарываясь носом в воду под напором ветра, наполнявшего ее немногие неубранные паруса. Ветер, затихший было после дождя, стал снова налетать порывами и наконец задул с силой шторма. Но благородное судно устояло. Кризис миновал, судно наше было живо, были живы и мы, и очутившись в ярко освещенной рубке, насквозь промокшие, с мокрыми лицами, мы сияющими глазами смотрели друг на друга и смеялись.</p>
     <p>— Как можно не любить моря? — восторженно говорила мисс Уэст, выжимая воду из своих волос, распустившихся от дождя и ветра. — И как не любить моряков, повелителей моря? Видели вы моего отца?..</p>
     <p>— Он — повелитель, — сказал я.</p>
     <p>— Он — повелитель, — повторила она с гордостью.</p>
     <p>«Эльсинору» подняло на гребень волны и повалило на бок так неожиданно, что мы налетели друг на друга и, ошеломленные, задыхаясь, отлетели к стене.</p>
     <p>Внизу, у трапа, я пожелал мисс Уэст доброй ночи и, проходя мимо открытой двери кают-компании, заглянул туда. Я удивился, увидав там капитана Уэста, — я думал, что он еще наверху. Его штормовой костюм был снят, непромокаемые сапоги заменены туфлями. Он сидел, откинувшись назад, в большом кресле и широко открытыми глазами следил за видениями, являвшимися ему в клубах табачного дыма, на фоне отчаянно раскачивающейся каюты…</p>
     <p>Жестокая трепка, которую задала нам Ла-Плата, началась с одиннадцати часов утра. Вчера вечером был настоящий шторм, но сравнительно мягкий. Сегодня ожидалось худшее, но разрешилось просто космической шуткой. Ветер за ночь настолько стих, что к девяти утра мы подняли все паруса. В десять часов мы качались в мертвом штиле. Но к одиннадцати в южной стороне неба появились зловещие признаки.</p>
     <p>Хмурое небо низко нависло над нами. Казалось, что верхушки наших мачт задевают за тучи. Горизонт придвинулся на расстояние какой-нибудь мили от нас. «Эльсинора» была словно замкнута в маленьком мирке тумана и воды. Молнии играли. Небо и горизонт совсем надвинулись на «Эльсинору», как бы грозя поглотить, всосать ее в себя.</p>
     <p>И вдруг все небо от зенита до горизонта прорезала зигзагами длинная молния, и насыщенный парами воздух принял зловещий зеленоватый оттенок. Дождь, начавшийся еще при штиле и сначала небольшой, превратился в поток. Зеленая мгла все сгущалась, и хотя было двенадцать часов дня, Вада с буфетчиком зажгли в кают-компании лампы. Молнии сверкали ближе и ближе, и наконец судно оказалось запертым в кольце грозы. Зеленая мгла, беспрерывно прорезываемая отдельными вспышками молний, все время дрожала от их мерцающего света. По мере того, как дождь ослабевал, гроза все усиливалась, и мы оказались в самом центре этого электрического шторма, так что невозможно было разобрать, какою молнией вызывается тот или другой удар грома. Вся окружающая атмосфера то загоралась ярким пламенем, то погружалась во тьму. Все кругом трещало, грохотало. Мы каждую минуту ожидали, что молния ударит в «Эльсинору». И никогда я не видал таких оттенков молний. Нас поминутно ослепляли отдельные яркие вспышки, но в промежутках не прекращалась игра более слабого дрожащего света, то голубоватого, то красноватого, переходившего в тысячи оттенков.</p>
     <p>А ветра не было — ни малейшего дуновения. И ничего не случилось. «Эльсинора», с подобранными парусами, с оголенными реями, под одними марселями, была готова ко всему. Неубранные паруса, отяжелев от дождя, свисали с мачт и хлопали о них всякий раз, как судно покачивалось. Сгрудившиеся тучи редели, небо прояснялось, зеленая мгла перешла в серый сумрак, молнии блистали реже и слабее, гром рокотал где-то вдали, а ветра все не было. Через полчаса засияло солнце, гром глухо доносился с горизонта, а «Эльсинора» продолжала покачиваться в мертвом штиле.</p>
     <p>— Этого нельзя было предвидеть, сэр, — проворчал мистер Пайк, обращаясь ко мне. — Тридцать лет назад у меня на этом самом месте у Ла-Платы сломало мачту порывом ветра, налетевшим после такой же грозы.</p>
     <p>Наступило время смены вахт, и мистер Меллэр, поднявшись на корму, чтобы сменить старшего помощника, стоял возле меня.</p>
     <p>— Это одно из самых коварных мест океана, — подтвердил он. — Восемнадцать лет назад Ла-Плата и меня хорошо угостила. Мы тогда потеряли половину наших мачт, наш груз съехал к одному борту, судно легло на бок и в конце концов затонуло. Я двое суток проплавал на шлюпке, и, вероятно, мы погибли бы, если бы нас не подобрало английское судно. А из остальных шлюпок ни одной не нашли.</p>
     <p>— «Эльсинора» хорошо вела себя вчера ночью, — весело сказал я.</p>
     <p>— Ну, разве это буря! Не стоит и внимания, — проворчал мистер Пайк. — Вы подождите, пока не увидите настоящего шторма. Это — премерзкое место; не знаю, как другие, а я буду рад, когда мы выберемся отсюда. Я предпочел бы иметь дело с полдюжиной ревунов мыса Горна, чем с одним здешним. А вы, мистер Меллэр?</p>
     <p>— Я тоже, сэр, — отозвался тот. — Те, юго-западные ветры — честные ребята. Знаешь, чего от них ожидать. А тут ничего не поймешь. Самый лучший из капитанов легко может споткнуться у Ла-Платы.</p>
     <p>— «Как убедился я без всякого сомненья», — замурлыкал мистер Пайк из «Селесты» Ньюкомба, спускаясь по трапу.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIX</p>
     </title>
     <p>Закаты становятся все причудливее и красивее у берегов Аргентины. Вчера вечером была такая картина: высокие облака белые с золотом, щедро и беспорядочно разбросанные по западной половине неба, а на востоке горит другой закат — вероятно, отражение первого. Но что бы это ни было, только вся восточная часть неба представляла сплошную гряду бледных облаков, от которых во все стороны тянулись нежно-голубые и белые лучи, падавшие на голубовато-серое море.</p>
     <p>А накануне мы любовались роскошным пиршеством заката на западе. Начиная от самого моря, груды облаков громоздились друг на друга, разрастаясь вширь и ввысь, и наконец мы увидели Большой Каньон, в тысячи раз превосходивший размерами Каньон Колорадо. Облака приняли очертания таких же слоистых, зазубренных скал, а все впадины заполнялись опаловыми, голубыми и пурпурными тонами.</p>
     <p>В «Морском Указателе» сказано, что эти необыкновенные закаты объясняются тонкой пылью, которую поднимают ветры, дующие в пампасах Аргентины, и которая потом долго носится в воздухе.</p>
     <p>А сегодняшний закат… Я пишу это в полночь, сидя на койке, закутанный в одеяло и обложенный подушками, пока «Эльсинора» адски качается в огромной мертвой зыби, докатывающейся сюда от мыса Горна, где, по-видимому, никогда не прекращаются штормы. Ах да, я начал о сегодняшнем закате. Тернер мог бы увековечить его. Вся западная сторона неба имела такой вид, будто живописец шутя раскидал мазки серой краски по зеленому полотну. На этом зеленом фоне неба то скучивались, то расходились облака.</p>
     <p>Но что за фон! Какое обилие зеленого цвета! Между молочными кудрявыми облаками были решительно все оттенки зеленого, — ни один не был забыт, начиная с цвета нильской воды и кончая голубовато-зеленым, буровато-зеленым, серовато-зеленым и удивительным оливковым, который, потускнев, перешел в богатейший бронзово-зеленый цвет.</p>
     <p>В то же время вся остальная часть горизонта расцветилась широкими розовыми, голубыми, бледно-зелеными и желтыми полосами. Позднее, когда солнце уже заходило, на заднем плане клубящихся, облаков одно облако зарделось винно-красным светом, который вскоре превратился в бронзовый и окрасил зеленый фон своим кровавым отблеском. А там все облака порозовели, и от них потянулись веером к зениту гигантские бледно-розовые лучи. Потом они вспыхнули розовым пламенем и долго горели в медленно сгущавшихся сумерках.</p>
     <p>А несколько часов спустя, когда во мне еще не остыло впечатление от этих чудес природы, я услышал над головой рычанье мистера Пайка и топот и шарканье ног людей, перебегавших от каната к канату. Очевидно, снова надвигался шторм, и, судя по тому, как спешно работали люди, он был недалеко.</p>
     <empty-line/>
     <p><strong>* * *</strong></p>
     <p>И однако сегодня на рассвете мы все еще качались в том же мертвом штиле и в той же тошнотворной зыби. Мисс Уэст говорит, что барометр упал, но что прошло слишком много времени после данного нам предостережения, и, вероятно, оно кончится ничем. Шторм Ла-Платы налетает быстро, и хотя «Эльсинора» приготовилась к бою, может вполне случиться, что через какой-нибудь час она снова поставит все свои паруса.</p>
     <p>Мистер Пайк был настолько обманут, что и в самом деле приказал поставить марсели, когда на палубу вышел Самурай, прошелся раза два по мостику и что-то вполголоса сказал. Мистеру Пайку это не понравилось. Даже мне, профану, было ясно, что он не согласен со своим командиром. Тем не менее он прорычал людям на реях приказ крепить паруса. И снова закипела работа: взяли паруса на гитовы, спустили верхние реи. Убрали некоторые второстепенные паруса, названий которых я не помню.</p>
     <p>С юго-запада потянул ветерок, весело игравший при безоблачном небе. Я видел, что мистер Пайк в душе очень доволен: Самурай ошибся. И всякий раз, когда мистер Пайк поднимал глаза на оголенные реи, я читал его мысли: он думал, что они могли бы без всякого риска продолжать нести паруса.</p>
     <p>Я был вполне уверен, что Ла-Плата обманула капитана Уэста. Такого же мнения была и мисс Уэст и, будучи, как я, привилегированной особой, откровенно высказала это мне.</p>
     <p>— Через полчаса отец велит поставить паруса, — предсказала она.</p>
     <p>Каким высшим чутьём предугадывает погоду капитан Уэст — я не знаю, но знаю, что обладает этим чутьем по праву Самурая. На небе, как я уже сказал, не было ни облачка. Воздух был пронизан солнечным светом. И вот — представьте себе — через каких-нибудь десять минут резкая перемена. Я ненадолго спускался в каюты и только что успел вернуться наверх, а мисс Уэст, поворчав на глупые шутки Ла-Платы, собралась идти вниз и сесть за швейную машину, как мы услышали тяжкий вздох мистера Пайка. Это был демонстративный, иронический вздох человека, раздосадованного тем, что ему приходится сдаться и признать превосходство своего командира.</p>
     <p>— Река Ла-Платы идет на нас всей ратью, — простонал он.</p>
     <p>И мы, взглянув на юго-запад, по направлению его взгляда, увидели, что она в самом деле идет. Это была огромная туча, затмившая солнечный свет. Казалось, что она вздувается, растет и перекатывается через самое себя, приближаясь с невероятной быстротой, свидетельствовавшей о силе ветра, подгонявшего ее сзади. Скорость ее бега была стремительна, ужасающа, а под ней, приближаясь вместе с ней и заволакивая море, надвигалась гряда густого тумана.</p>
     <p>Капитан Уэст опять что-то сказал старшему помощнику. Тот прокричал команду, и очередная смена, подкрепленная вызванной наверх второй сменой, принялась карабкаться по вантам и брать на гитовы паруса.</p>
     <p>— Лево руля! Полный поворот! — спокойно скомандовал капитан Уэст рулевому.</p>
     <p>И огромное колесо обошло полный круг, и нос «Эльсиноры» повернулся таким образом, что ее не могло снести назад порывом ветра.</p>
     <p>Катившуюся на нас темноту прорезала молния, и, когда темнота докатилась до нас, прогремел гром.</p>
     <p>Полил дождь. Налетел ветер. Нас обступила полная тьма. Молнии сверкали одна за другой. При каждой вспышке я видел людей на нижних реях, но в остальное время их не было видно в темноте. Их было по пятнадцать человек на каждой рее, и они сели убрать паруса, прежде чем налетел шквал. Как они спустились на палубу — я не знаю, не видел, так как «Эльсинора», неся только нижние и верхние паруса, вдруг легла на бок, черпнув воду левым бортом.</p>
     <p>Не было никакой возможности без поддержки устоять на ногах на покатой палубе. Все за что-нибудь держались. Мистер Пайк откровенно обеими руками ухватился за перила кормы, а мы с мисс Уэст балансировали, цепляясь за что попало. Но Самурай — я это заметил — стоял в свободной позе, точно птица, готовая взлететь, и только одну руку положил на перила. Он не отдавал никаких приказаний.</p>
     <p>Я понял, что в них и не было надобности: ничего нельзя было сделать. Он ждал — и только, спокойно и терпеливо. Положение было ясно: или мачты сломаются, или «Эльсинора» поднимется с уцелевшими мачтами, или не поднимется совсем.</p>
     <p>А она лежала как мертвая, почти касаясь воды левыми реями, и море бурлило у ее люков, врываясь через погруженный в воду левый борт.</p>
     <p>Минуты казались веками. Наконец нос судна поднялся, оно повернулось кормой вперед и выпрямилось. Как только это случилось, капитан Уэст снова поставил его под ветер. И тотчас же большой фок сорвало со стропов. Последовавший за этим толчок, или, вернее, ряд толчков, жестоко встряхивавших кузов «Эльсиноры», был ужасен. Казалось, судно развалится на куски. Командир и его помощник, когда сорвало фок, стояли рядом, и характерно для обоих было выражение их лиц. Ни то, ни другое лицо не выражало страха. На лице мистера Пайка блуждала кислая, ядовитая усмешка по адресу никуда не годных матросов, не удержавших фок. На лице капитана Уэста было ясное, задумчивое выражение.</p>
     <p>Но делать пока было нечего. «Эльсинору» колотило и трепало так жестоко, словно она попала в пасть огромного свирепого зверя, и это продолжалось по крайней мере пять минут, пока не были сорваны последние лоскутья паруса.</p>
     <p>— Наш фок отправился в Африку, — со смехом прокричала мне в ухо мисс Уэст.</p>
     <p>Она, как и ее отец, не знают страха.</p>
     <p>— А теперь мы смело можем сойти вниз и устроиться там по-домашнему, — сказала она спустя пять минут. — Худшее миновало. Теперь будет только дуть, дуть без конца и сильно качать.</p>
     <p>Дуло весь день, и развело такое волнение, что поведение «Эльсиноры» стало почти нестерпимым. Единственным спасением было забраться на койку и обложиться подушками, которые Вада подпер со всех сторону пустыми ящиками из-под мыла. Мистер Пайк, проходя по коридору, остановился в дверях моей каюты и, держась за притолоку и широко расставив ноги для большей устойчивости, заговорил со мной.</p>
     <p>— Никогда еще на моей памяти не бывало такого странного шторма, — сказал он. — С самого начала все шло навыворот. Шквал налетел не по правилам: для него не было причин.</p>
     <p>Он постоял еще немного и, как будто случайно, мимоходом, заговорив сперва о другом (его дипломатические подходы при данных обстоятельствах были до смешного прозрачны), выложил наконец то, что бродило у него в голове.</p>
     <p>Он начал с того, что ни к селу ни к городу приплел Поссума, спросив, не проявляет ли он каких-нибудь симптомов морской болезни. Затем облегчил свою душу, излив свое негодование на негодяев матросов, погубивших фок, и выразил свое сочувствие парусникам, на долю которых досталась лишняя работа. Потом он попросил позволения взять у меня книжку почитать, снял с полки, держась за мою койку, «Силу и Материю» Бюхнера и тщательно заложил пустое место сложенным вдвое журналом, употреблявшимся мной для этой цели.</p>
     <p>И все-таки не уходил. Подыскивая предлог, чтобы заговорить, о чем ему хотелось, он стал распространяться о коварной погоде Ла-Платы. Все это время я недоумевал, что же кроется за всем этим. Наконец выяснилось.</p>
     <p>— Кстати, мистер Патгерст, не помните ли, как сказал мистер Меллэр: сколько лет назад их судно потерпело крушение у этих берегов?</p>
     <p>Я сразу догадался, куда он гнет.</p>
     <p>— Кажется, восемь лет назад, — солгал я.</p>
     <p>Он проглотил мое заявление и так медленно переваривал его, что «Эльсинора» успела три раза перевалиться на левый борт и обратно.</p>
     <p>— Какое же это судно затонуло у берегов Ла-Платы восемь лет назад? — размышлял он вслух. — Надо будет спросить мистера Меллэра, как оно называлось. Я что-то не припомню такого случая в те годы.</p>
     <p>С несвойственной ему любезностью он поблагодарил меня за «Силу и Материю», — из которой, я знал, он не прочтет ни строчки, — и, придерживаясь за мою койку, направился к двери. В дверях он вдруг остановился, как будто пораженный какой-то новой, неожиданно осенившей его мыслью.</p>
     <p>— А восемь ли, — не восемнадцать ли лет назад? Как он сказал?</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Нет, восемь лет. Я хорошо это помню, хотя и сам не знаю, право, почему я запомнил. Но только он, наверное, сказал — восемь лет, — добавил я еще увереннее. — Да, восемь, — я отлично помню.</p>
     <p>Мистер Пайк задумчиво посмотрел на меня, выждал момент, когда «Эльсинора» выпрямилась, и отошел от двери.</p>
     <p>Мне кажется, я проследил весь ход его мыслей. Я давно уже заметил, какая замечательная у него память на все, что касается судов, их грузов, служащих на них офицеров, а также штормов и кораблекрушений. Он — настоящая энциклопедия мореходства. Мне было ясно, кроме того, что он заражен историей Сиднея Вальтгэма, и что ему просто хочется знать, не служил ли мистер Меллэр вместе с этим Вальтгэмом восемнадцать лет назад на том судне, которое погибло у Ла-Платы.</p>
     <p>А пока что я не мог не сказать, что мистер Меллэр сделал непростительный промах. Ему следовало бы быть поосторожнее.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXX</p>
     </title>
     <p>Ужасная ночь! Удивительная ночь! Спал ли я? Кажется, засыпал на несколько минут, но клянусь, что я слышал каждую склянку вплоть до половины четвертого. Затем стало полегче. Не было больше этой упорной борьбы с ветром. «Эльсинора» двигалась. Я чувствовал, как она скользила по воде, ныряя носом и приподнимаясь на гребнях волн. Раньше она все время норовила лечь на левый борт, теперь она раскачивалась в обе стороны.</p>
     <p>Я понял, что произошло. Вместо того, чтобы продолжать лежать в дрейфе, капитан Уэст повернул судно тылом к ветру и теперь уходил от него. А это, я знал, означало серьезную опасность, так как менее всего капитан Уэст хотел держать курс на северо-восток. Как бы то ни было, но раскачиванья судна стали не так резки, и я уснул.</p>
     <p>Меня разбудил глухой тихий рокот волн, перехлестнувших через борт «Эльсиноры», катившихся по палубе и разбивавшихся о стену моей каюты. В открытую дверь мне было видно, как залило коридор по крайней мере на полфута, а из-под моей койки выкатывалась вода и разливалась по полу всякий раз, как судно переваливалось на правый бок.</p>
     <p>Буфетчик подал мне кофе, и я, обложенный подушками и ящиками, сел и, балансируя как эквилибрист, кое-как выпил его. По счастью я допил чашку вовремя, ибо рядом страшнейших толчков с одной из моих полок сбросило все книги. Поссум, лежавший у меня в ногах, пополз ко мне под прикрытием борта моей койки, взвизгивая в ужасе от каждого удара волн о стенку каюты, и окончательно ошалел, когда на нас обрушилась лавина книг. Я невольно улыбнулся, когда меня ударила по голове «Картонная корона», а бедному щенку досталось от честертоновского «Что нехорошо идет на свете?»</p>
     <p>— Ну, что вы на это скажете? — спросил я буфетчика, помогавшего мне приводить в порядок книги.</p>
     <p>Он пожал плечами, и его быстрые раскосые глазки заблестели, когда он ответил:</p>
     <p>— Я много раз видел такое. Я — старый человек. Много раз видал и похуже. Много ветра — много работы. Плохо дело.</p>
     <p>Я сообразил, что палуба должна представлять интересное зрелище, и в шесть часов, как только в моих иллюминаторах, в те промежутки, когда они не были под водой, показался серый свет рассвета, я с ловкостью гимнаста перелез через борт моей койки, поймал мои убегающие туфли и задрожал от холода, ступив босыми ногами на их мокрые подошвы. Я не стал тратить времени на одеванье. В одной пижаме я пустился в путь, направляясь к корме, провожаемый грустным подвыванием Поссума, укорявшего меня в измене.</p>
     <p>Пробираться по узким коридорам было настоящим подвигом. Время от времени я приостанавливался, цепляясь за все, что было под рукой, изо всей силы, так что у меня начали болеть пальцы. Выждав момент сравнительного затишья, я двинулся вперед. Но я плохо рассчитал. Широкий трап капитанской рубки нижним концом выходил в поперечный коридор футов в двенадцать длиной. Вся беда, приключилась от излишней моей самоуверенности и оттого, что «Эльсиноре» вдруг вздумалось выкинуть одну из самых диких ее шуток. Она бросилась на правый борт так неожиданно, что пол убежал у меня из-под ног, и я беспомощно поехал по наклонной плоскости. Я попытался было ухватиться за перила трапа, но успел только вовремя подставить руку, чтобы не удариться о них лицом, и, проделав в высшей степени ловкое сальто-мортале, уже падая, всею своею тяжестью ударился плечом о дверь каюты капитана Уэста.</p>
     <p>Молодость всегда возьмет свое. То же можно сказать и о судне в море. Возьмут свое и сто тридцать фунтов человеческого мяса. Изящная, твердого дерева филенка двери раскололась, щеколда отскочила, и я обломал четыре ногтя на правой руке в тщетной попытке ухватиться за убегающую дверь, оставив на ее полированной поверхности четыре параллельные царапины. И продолжая нестись вперед, я влетел в просторную каюту капитана Уэста с большой бронзовой кроватью.</p>
     <p>Мисс Уэст, в теплом шерстяном капоте, с заспанными глазами и на этот раз с непричесанными чудными волосами, уцепившись за косяк двери каюты, выходившей в кают-компанию, ответила на мой испуганный взгляд таким же испуганным взглядом.</p>
     <p>Мне было не до извинений. Продолжая мою бешеную скачку, я уцепился за спинку кровати и, описав полукруг, упал ничком на кровать капитана Уэста.</p>
     <p>Мисс Уэст засмеялась.</p>
     <p>— Входите, милости просим, — сказала она.</p>
     <p>У меня вертелось на языке десятка два весьма остроумных, но, к сожалению, неподходящих ответов, поэтому я ничего не сказал и удовольствовался тем, что, держась левой рукой за кровать, засунул подмышку правую ноющую руку. Из-за спины мисс Уэст был виден буфетчик, носившийся по полу кают-компании в погоне за Библией капитана Уэста и за тетрадью нот мисс Уэст. А она все смеялась надо мной, и пока я глядел на нее в этой интимной обстановке, в моем мозгу вдруг вспыхнула мысль: «<emphasis>Она — женщина. Она — желанная</emphasis>».</p>
     <p>Почувствовала ли она это мимолетное невысказанное влечение? Не знаю, но она перестала смеяться, и долгая тренировка в понятиях условных приличий сказалась в следующих ее словах:</p>
     <p>— Я только что проснулась, услышала, что в каюте отца катаются по полу вещи и подумала, что у него тут, наверное, страшнейший кавардак. Он не ложился всю ночь… Но что с вами? Вы ушиблись?</p>
     <p>— Ободрал пальцы — только и всего, — ответил я, глядя на свои обломанные ногти и осторожно поднимаясь на ноги.</p>
     <p>— Да-а, хороший был толчок, — сочувственно отозвалась она.</p>
     <p>— Я направлялся на палубу и не рассчитывал очутиться на кровати вашего отца, — сказал я. — Боюсь, что я испортил дверь.</p>
     <p>Тут «Эльсинору» снова начало трепать. Я опустился на кровать и ухватился за спинку. Мисс Уэст, прочно стоя в дверях, принялась опять смеяться, а за ней по ковру кают-компании пулей пролетел буфетчик, держа в объятиях маленькую конторку, которая, очевидно, сорвалась с подставки, когда он уцепился за нее, ища опоры. Новая партия волн ударилась о наружную стену каюты, и буфетчик, не найдя пристанища, пронесся обратно, продолжая бережно прижимать конторку к груди.</p>
     <p>Улучив благоприятный момент, я кое-как вышел из каюты, но как только я добрался до трапа, начался новый ряд жестоких бросков. Держась за перила в ожидании возможности подняться, я не мог не думать о том, что только что видел. Ярким видением вставала передо мной мисс Уэст с заспанными глазами, с распущенными волосами, со всею своей женственной прелестью. «<emphasis>Женщина, желанная</emphasis>», — билось у меня в мозгу.</p>
     <p>Но все это выскочило у меня из головы, когда, добравшись уже почти до верхушки трапа, я полетел вверх также стремительно, как обыкновенно падают вниз. Ноги мои сами собой перелетали со ступеньки на ступеньку, спасая меня от падения, и я несся или падал вверх, пока, очутившись на палубе, не уцепился за что-то ради спасения живота, так как корма «Эльсиноры» летела под небеса на гребне огромной волны.</p>
     <p>Как могло такое громадное судно выделывать такие гигантские прыжки? Старое, стереотипное слово «игрушка» было бы вполне применимо в данном случае: «Эльсинора» была действительно игрушкой, игрушечной дощечкой в когтях стихий. И все-таки, несмотря на подавляющее чувство своей беспомощности при такой микроскопически малой величине судна, у меня было сознание нашей безопасности. С нами был Самурай. Подчиняясь его мудрой воле, «Эльсинора», я знал, не легко достанется на съедение морю. Все было предусмотрено Самураем, все было под его контролем. Она делала то, что он ей приказывал. Пусть ревут вокруг нее и треплют ее хоть все титаны бури, она будет продолжать делать то, что он ей прикажет.</p>
     <p>Я заглянул в капитанскую рубку. Он сидел там на привинченном к полу кресле, откинувшись назад, упираясь ногами в стойку и сохраняя таким образом прочное положение при самой сильной качке. Его черный клеенчатый плащ сверкал при свете лампы мириадами капель морской воды, свидетельствующими о том, что он только что был на палубе. Его черная блестящая шапка казалась шлемом легендарного героя. Он курил сигару и, увидев меня, приветливо улыбнулся. Он казался очень утомленным, очень старым, но мудрым, а не слабым старцем. Его измученное лицо, с которого сбежали все краски, было прозрачнее прежнего, но никогда еще не было оно таким спокойно-ясным, и никогда он не был таким самодержавным владыкой нашего крошечного, хрупкого мирка. Не годы земной человеческой жизни состарили его. Это не была обыкновенная старость. Он не имел возраста, не знал страстей, он был сверхчеловеком. Никогда не представлялся он мне таким великим, таким далеким, таким бесплотным гостем из нездешнего мира.</p>
     <p>Серебристо-мелодичным голосом он предостерегал меня и давал мне советы, когда я стал пытаться открыть дверь рубки, чтобы выйти на палубу. Он знал, когда наступит для этого удобный момент, которого я сам ни за что не угадал бы, и объяснил мне, как пробраться на корму.</p>
     <p>По всей палубе гуляла вода. «Эльсинора» пробивалась сквозь бурлящий поток. Море пенилось и лизало край кормовой палубы то справа, то слева. Взлетая высоко в воздух, волны гнались за кормой и низвергались на нее, грозя гибелью судну. Воздух был насыщен водяными каплями, как туман или как пена. На корме не было вахтенного офицера. Она была пуста, если не считать двух рулевых в кожаных куртках, с которых струилась вода, — стоявших под сомнительным прикрытием полуоткрытой будки штурвала. Я поздоровался с ними.</p>
     <p>Один был Том Спинк, пожилой, но очень живой и надежный английский матрос. Другой — Билль Квигли, один из трех друзей, всегда державшихся вместе на баке, хотя двое остальных — Фрэнк Фицджиббон и Ричард Гилер — были в смене мистера Меллэра. Эта тройка умела работать кулаками и была сильна своей сплоченностью. Она вела правильную войну с шайкой трех висельников и отвоевала себе некоторую независимость. Ни один из них не был матросом в строгом смысле (мистер Меллэр в насмешку называл их «каменщиками»), но они решительно отказались подчиниться тем троим и добились успеха.</p>
     <p>Пройти по палубе расстояние от рубки до кормы было нелегкой задачей, но я справился с ней. Я стоял на корме, крепко держась за перила, а ветер больно хлестал меня по лицу полами моего плаща. На один момент «Эльсинора» выпрямилась и рванулась вперед, нырнув в провал между волнами. Вся палуба наполнилась водой от борта до борта. Над этим потопом, по колено в воде, уцепившись за ванты бизань-мачты, стояли мистер Пайк и с полдюжины матросов. В числе их был плотник с двумя своими помощниками.</p>
     <p>Следующим валом плеснуло через борт с полтысячи тонн воды; все шпигаты правого борта открылись, вода хлынула из них широкими струями. Затем, когда качнуло в обратную сторону, железные дверцы правых шпигатов со звоном захлопнулись, и сотни тонн воды вылились через левый борт и в открывшиеся дверцы левых шпигатов. Не надо забывать, что все это время «Эльсинора» бешено неслась, взлетая на гребни волн и падая в провалы между ними.</p>
     <p>Из парусов, были поставлены только три верхних марселя. Мне до сих пор еще не приходилось видеть «Эльсинору» с такой минимальной парусностью, но три узких полоски парусины, казавшиеся железными листами, — так туго они надулись под напором ветра, — гнали ее вперед с невероятной быстротой.</p>
     <p>Когда с палубы схлынула вода, матросы принялись за работу. Одна группа, под предводительством страшного мистера Пайка, занялась вылавливанием досок и кусков стали. В ту минуту я не мог понять, что это за обломки. Плотник и еще два человека бросились к люку номер третий и торопливо стали работать топорами. И я понял, почему капитан Уэст повернул судно тылом к шторму. Люк номер третий был разворочен. В числе других повреждений был сломан большой брус, который называют «твердым хребтом». «Эльсиноре» надо было спасаться бегством от шторма, чтобы не затонуть. Прежде чем палубу снова залило водой, я успел разглядеть, какой починкой занимался плотник: он заколачивал новыми досками люк, чтобы тот не пропускал воды.</p>
     <p>Когда «Эльсинора» окунулась в море левым бортом, зачерпнув несколько сот тонн воды Атлантического океана, и непосредственно, вслед за тем погрузилась в воду правым бортом и на нее обрушились еще сотни тонн воды, все люди побросали работу и снова уцепились за ванты, спасая свою жизнь. Они скрылись с головой в шипящей пене. Когда они снова показались из воды, я пересчитал их: все были целы. Они выжидали, когда с палубы схлынет вода.</p>
     <p>Груда обломков, за которой гонялись мистер Пайк и матросы, пронеслась по палубе к носу, а когда корма «Эльсиноры» нырнула в пропасть, — понеслась обратно и ударилась о стенку рубки. Я признал в этой груде обломки мостика. Не хватало той его части, которая шла от бизань-мачты к средней рубке. Шлюпка у правого борта против средней рубки была разбита в щепы.</p>
     <p>Следя за усилиями людей поймать сорванную часть мостика, я вспомнил великолепное описание у Виктора Гюго борьбы матросов с корабельной пушкой, сорвавшейся с цепей в бурную ночь. Но это было не совсем то же. Во всяком случае картина, нарисованная Виктором Гюго, волновала меня сильнее, чем эта подлинная борьба, происходившая у меня на глазах.</p>
     <p>Я уже не раз повторял, что в море черствеешь. И теперь, стоя на краю юта в своей промокшей и пронизываемой ветром пижаме, я понял, насколько я сам очерствел. Я не испытывал никакого беспокойства за этих людей, представителей бака, с опасностью для жизни барахтавшихся подо мной в тяжелой борьбе. Они шли не в счет. Мне даже любопытно было посмотреть, что произойдет, если лавина воды, обрушившись на судно, захватит их прежде, чем они успеют добежать до спасительных вантов.</p>
     <p>И я увидел. Мистер Пайк, разумеется, во главе своей артели, по пояс в бурлящей воде, бросился вперед поймать часть обломков мостика, обмотал их веревкой и закрепил на месте, обернув другой конец веревки вокруг бизань-мачты. «Эльсинора» легла на левый бок, и над бортом поднялась футов на двенадцать огромная зеленая стена. Люди бросились спасаться. Но мистер Пайк, не выпуская веревки, остался на месте и, храбро глядя на эту зеленую стену, принял ее на себя. Когда вода схлынула, я увидел, что он продолжает стоять с веревкой в руках.</p>
     <p>Слабоумный фавн, глухой, как тетеря, первый двинулся на помощь к мистеру Пайку. За ним пошел и Тони, грек-самоубийца, а за Тони и остальные — Коротышка, Генри, юнга с учебного судна; последним, разумеется, Нанси, с таким, лицом, точно его вели на казнь.</p>
     <p>Воды на палубе было теперь только по колено, но она бежала со стремительностью горного потока, когда мистер Пайк и шестеро матросов подняли обломки и понесли их к баку. Они шатались, спотыкались, но все-таки шли.</p>
     <p>Плотник первый заметил новую грозную опасность: на них шла справа огромная гора воды. Я слышал, прежде чем бросился бежать, как он крикнул матросам, потом мистеру Пайку. Но для мистера Пайка и его людей не было спасения. С высоты не менее пятнадцати футов над бортом и двадцати над палубой море ринулось через правый борт по направлению к средней рубке. С крыши рубки точно слизало обломки шлюпки. Волна, ударившись о стену рубки, взметнулась вверх до нижнего рея. И вся эта масса воды вместе с обломками, накрыла мистера Пайка и его людей.</p>
     <p>Они исчезли. Мостик тоже исчез. «Эльсинора» качнулась влево, и всю палубу залило водой от борта до борта. Затем она зарылась носом, и вся эта масса воды хлынула к носу. Из бурлящей пены показывалась то чья-нибудь рука, то голова, то спина, а острые края сорванных досок и перекрученных стальных прутьев свидетельствовали о том, что в этом водовороте носятся обломки. Я спрашивал себя, кто из матросов оказался под обломками, и с ужасом думал о том, что должны были перенести попавшие туда люди.</p>
     <p>Но все же не об этих людях беспокоился я. Я чувствовал, что тревожусь только о мистере Пайке. По своему общественному положению он был мне равным: он принадлежал к одному со мной классу, был человеком моей касты. Мы оба занимали на «Эльсиноре» почетное место, ели за одним столом. От всей души я желал, чтобы он не погиб. До остальных мне не было дела. Они не принадлежали моему миру. Я думаю, шкипера блаженной памяти прошлого чувствовали то же самое по отношению к своему грузу невольников, запертых в зловонном трюме.</p>
     <p>Нос «Эльсиноры» подскочил вверх, а корма упала в кипящую бездну. Ни один человек не встал на ноги. И обломки мостика и людей понесло назад в мою сторону и прижало к снасти бизань-мачты. И тут этот удивительный, невероятный старик, поднялся из воды во весь рост и пошел, волоча за собой — по одному человеку в каждой руке, — безжизненные тела Нанси и фавна. Сердце чуть не выскочило у меня из груди при виде этой мощной фигуры. Правда, этот человек был истязатель и убийца, но он первый бросился навстречу опасности, подавая пример своим рабам, и он же спас двоих от смерти, ибо они, наверно, захлебнулись бы, если бы не он.</p>
     <p>Я почувствовал гордость, почти благоговение, глядя на него. Я был горд сознанием, что и у меня, голубые глаза, как у него, что и у меня, как у него, белая кожа, что мое место на юте рядом с ним и с Самураем, — почетное место одного из правящих, из господ. Я чуть не плакал от горделивого чувства, пробегавшего холодной дрожью по моей спине и в моем мозгу. Ну, а остальные — эти выродки и отверженцы, эти темнокожие полукровки, ублюдки, остатки давно покоренных рас, — могли ли они идти в счет? У меня не дрогнул ни один мускул, когда они погибали. О Господи! В течение десяти тысяч поколений и веков мы попирали их ногами, порабощали, заставляя творить нашу волю.</p>
     <p>Опять «Эльсинора» качнулась вправо, потом влево, и пену дохлестнуло до нижних рей, и тысячи тонн Атлантического океана покатились от борта к борту. И опять всех сбило с ног, и они очутились под катившимися над ними обломками досок. И снова этот необыкновенный белокожий гигант вынырнул невредимым, крепко держась на ногах и держа, точно крыс, по человеку-ублюдку в каждой руке. По пояс в воде, он пробился сквозь ревущий поток, сдал свою ношу на попечение плотника и вернулся за Ларри. Он помог ему подняться на ноги и довел его до перил. Когда вода немного спала, Тони сам пополз на четвереньках и в изнеможении упал у перил. Теперь он не проявлял никаких поползновений на самоубийство. Но как он ни старался, он не мог подняться, пока мистер Пайк, схватив его за шиворот одной рукой, не поднял на воздух и не бросил в объятия плотника.</p>
     <p>Следующий на очереди был Коротышка. По лицу его текла кровь, одна рука висела как мертвая, сапоги свалились. Мистер Пайк и его сунул к перилам и вернулся за последним потерпевшим. Это был Генри, юнга с учебного судна. Он был недвижим. Я еще раньше заметил, что он не боролся с волнами. Когда палубу заливало водой, он, как утопленник, всплывал на поверхность, а когда вода катилась к корме, его уносило потоком и прибивало к рубке. Мистер Пайк, теперь уже по горло в воде, два раза падал на колени под напором волн, но все-таки поймал бедного малого, взвалил на плечи и донес до бака.</p>
     <p>Час спустя я встретил мистера Пайка в каюте: он шел завтракать. Он переоделся и даже побрился. Скажите, можно ли было отдать должное такому герою иначе, чем это сделал я, сказав как будто вскользь:</p>
     <p>— А вам пришлось поработать в эту вахту!</p>
     <p>— Да, признаюсь, я порядком промок, — ответил он небрежно.</p>
     <p>И только. Ему некогда было заметить, что я стоял на корме и видел все. Для него это была повседневная судовая работа, работа <emphasis>человека</emphasis>. Я был единственным из представителей юта, знавшим об его подвиге и знавшим только потому, что случайно был его очевидцем. Не окажись я на юте в этот ранний час, никто так и не узнал бы, на какие великие дела способен этот человек в минуты опасности.</p>
     <p>— Никто не пострадал? Все целы? — спросил я.</p>
     <p>— Кое-кого из матросов помяло. Но кости у всех целы. Генри полежит денек. Его перевернуло волной, и он ушиб голову. А у Коротышки, кажется, вывихнуто плечо… А знаете, ведь Дэвис-то опять на верхней койке. Его каюту затопило, и ему пришлось перебраться наверх. Лежит теперь мокрый, как мышь. Да так ему и надо; жалею только, что ему еще мало досталось. — Он замолчал и вздохнул. — Старею я — вот мое горе. Надо было свернуть ему шею, да что-то нет охоты. Ну да все равно: уж быть ему за бортом, прежде чем мы придем на место.</p>
     <p>— Месячное жалованье на фунт табаку, что он не будет за бортом, — предложил я.</p>
     <p>— Нет, будет, — сказал мистер Пайк, — Держу пари хоть на фунт табаку, хоть на все мое месячное жалованье, что я буду иметь удовольствие привязать ему к ногам мешок угля так, что он никогда не отвяжется.</p>
     <p>— Идет! — сказал я.</p>
     <p>— Идет! — повторил мистер Пайк. — А теперь я, пожалуй, непрочь и поесть малость.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXI</p>
     </title>
     <p>Чем больше я вижу мисс Уэст, тем больше она нравится мне. Объясняйте это постоянным общением, моим одиночеством, — чем хотите. Я, по крайней мере, не берусь объяснить. Знаю только, что она — женщина, и желанная. И я, кажется, даже горжусь тем, что я такой же мужчина, как и всякий другой. Ночные чтения и настойчивое преследование, которому я подвергался в прошлом со стороны женского пола, на мое счастье, не окончательно испортили меня.</p>
     <p>Меня преследуют эти слова: <emphasis>женщина — и желанная</emphasis>. Они горят в моем мозгу, заполняют мои мысли. Направляясь на палубу, я часто делаю крюк, чтобы только взглянуть в открытую дверь каюты на мисс Уэст, когда она не знает, что я на нее смотрю. Удивительное создание — женщина! Удивительные женские волосы! В женственной мягкости есть что-то чарующее… О, я знаю, что такое женщины, но именно потому, что я знаю, меня еще сильнее тянет к ним. Я знаю — готов прозакладывать душу, — что мисс Уэст разбирала меня по статьям, как возможного мужа, в тысячу раз чаще, чем я ее как жену, и все же она — женщина, и желанная.</p>
     <p>Мне беспрестанно вспоминается неподражаемое четверостишие Ришара Ле-Галльена:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Будь я женщиной, я весь день воспевал бы</v>
       <v>В святых песнопениях свою красоту,</v>
       <v>Пред ней склонялся бы в благоговейном страхе</v>
       <v>И «женщина я!» твердил бы весь день.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Советую всем философам, страдающим мировой скорбью, предпринять продолжительное путешествие морем в обществе такой женщины, как мисс Уэст.</p>
     <p>Отныне я в этом рассказе не буду больше называть ее «мисс Уэст». Для меня она уже не мисс Уэст. Она — Маргарэт. Я больше не думаю о ней как о мисс Уэст, — я думаю о ней как о Маргарэт. Это — красивое, женственное имя. Какой поэт придумал его? Я никогда не устаю его повторять. Маргарэт! Оно само просится на язык. Маргарэт Уэст! Оно околдовывает, это имя, вызывает мечты, оно преисполнено таинственного значения. В нем вся история нашей непостоянной расы. В нем гордость, власть, отвага и победа. Когда я твержу его про себя, предо мной проносятся видения изящных, с изогнутыми носами кораблей, крылатых шлемов, стальных шпор, беспокойных людей, царственных любовников, отважных искателей приключений, смелых бойцов. Да, даже и теперь, в эти дни, когда нас убивает жгучее солнце, мы все-таки сидим на почетных местах правящих и господ.</p>
     <p>Кстати — ей двадцать четыре года. Я спрашивал мистера Пайка, в котором году произошло столкновение «Дикси» с речным пароходом в бухте Сан-Франциско. Оказывается, в тысяча девятьсот первом. Маргарэт было тогда двенадцать лет, а теперь у нас тысяча девятьсот тринадцатый год. Да будет благословенна умная голова, выдумавшая арифметику. Ей двадцать четыре года, ее зовут Маргарэт, и она желанная.</p>
     <p>О многом еще придется рассказать. Где и как кончится это сумасшедшее плавание с этой сумасшедшей командой — невозможно предугадать. Но «Эльсинора» подвигается вперед день за днем, и день за днем ее история записывается кровью. А пока здесь совершаются убийства, пока вся эта плавучая драма приближается к холодным широтам Южного океана и к ледяным ветрам мыса Горна, я сижу на почетном месте с господами и — говорю это с гордостью — не боюсь (и опять-таки с гордостью говорю) в экстазе и без конца про себя: «<emphasis>Маргарэт — женщина, Маргарэт — желанная</emphasis>».</p>
     <p>Но возвращаюсь к рассказу. Сегодня первое июня. Со дня шторма прошло десять дней. Как только люк номер третий был исправлен, капитан Уэст снова повернул судно по ветру, лег в дрейф и ушел от шторма. С тех пор и в штиль, и в дождь, и в туман, и в бурю мы подвигаемся на юг, и сегодня мы уже почти поровнялись с Фалкландскими островами. Берега Аргентины остались на западе, далеко за линией горизонта, и сегодня утром мы пересекли пятидесятую параллель южной широты. Отсюда начинается обход Горна — с пятидесятой южной параллели Атлантического океана до пятидесятой параллели Тихого океана, — так определяют его мореплаватели.</p>
     <p>В отношении погоды у нас пока все благополучно. «Эльсинору» мчит попутный ветер. С каждым днем становится холоднее. Большая печь в кают-компании раскалена добела и гудит, и все выходящие сюда двери открыты, так что во всем кормовом помещении тепло и уютно. Но на палубе лютый холод, и мы с Маргарэт надеваем теплые перчатки, когда прогуливаемся по корме или идем по исправленному мостику к средней рубке смотреть цыплят. Вот уж подлинно несчастные существа, рабы инстинкта и климата! Приближаясь к южной зиме Горна, когда им нужны все их перья, они начинают линять, потому, надо думать, что на их родине теперь лето. Или, быть может, период линяния обуславливается тем временем года, когда они родились? Надо будет спросить Маргарэт, — она должна знать.</p>
     <p>Вчера делались зловещие приготовления к обходу Горна. Все брасы были сняты со шпилей главной палубы и приспособлены таким образом, чтобы можно было орудовать ими с крыш всех трех рубок.</p>
     <p>Так, фок-брасы проходят теперь к крыше бака, грот-брасы к крыше средней рубки, а бизань-брасы к корме. Очевидно, ожидается, что главную палубу будет часто заливать водой. Так как нагруженное судно глубоко сидит в воде, то на случай сильного волнения от кормы к носу вдоль обоих бортов протянули спасательные веревки на высоте плеч человека. Кроме того обе железные двери, открывающиеся прямо на палубу на правой и на левой стороны заделаны наглухо. Их откроют только тогда, когда мы войдем в Тихий океан на пути к северу.</p>
     <p>А пока мы подходим к самой бурной полосе в мире, готовимся к битве со стихиями, и наше положение на судне становится все мрачнее. Сегодня утром Петро Маринкович, матрос из смены мистера Меллэра, был найден мертвым у люка номер первый. На теле было несколько ножевых ран, и горла было перерезано. Вне всякого сомнения, это — дело рук одного или нескольких разбойников с бака, но из них ничего не выжмешь. Виновные, конечно, молчат, а остальные, может быть, и знают, но боятся говорить.</p>
     <p>Еще до полудня тело спустили за борт с неизбежным мешком угля. Человек был и отошел в прошлое. А те, живые, на баке напряженно чего-то ждут. Перед обедом я ходил на бак и в первый раз заметил определенную враждебность по отношению ко мне. Они хорошо понимают, что я принадлежу к почетной гвардии юта. Ничего не было сказано, но по тому, как все они смотрели на меня или избегали смотреть, можно было с уверенностью сказать, в чем тут дело. Только Муллиган Джэкобс и Чарльз Дэвис снизошли до беседы со мной.</p>
     <p>— Туда ему и дорога, — сказал Муллиган Джэкобс об убитом. — Он был не лучше какой-нибудь вши. Избавились от него наконец. Он жил свиньей и умер свиньей, — теперь с ним покончено, и слава Богу. Здесь на судне есть люди, которые могли бы позавидовать ему. Ну да придет и их черед.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что… — начал было я.</p>
     <p>— Можете думать все, что вам угодно, — ядовито засмеялся мне в лицо гнусный уродец.</p>
     <p>Я заглянул в железную каморку Чарльза Дэвиса, и он тотчас же начал изливаться передо мной.</p>
     <p>— Хорошенькое дельце для суда в Ситтле, — радовался он. — Оно только подкрепит мою жалобу. А вы посмотрите, что будет, когда за мое дело возьмутся репортеры. Они хорошо заработают на нем. «Безобразные порядки на „Эльсиноре“! Возмутительные порядки!» и так далее.</p>
     <p>— Я не видел пока никаких безобразий, — проговорил я холодно.</p>
     <p>— А вы не видели, как обращаются со мной! Не знаете, в каком аду мне приходится жить?</p>
     <p>— Я знаю только, что вы — хладнокровный убийца.</p>
     <p>— Это выяснит суд, сэр. Вам придется лишь удостоверить факты.</p>
     <p>— Я покажу, что, будь я на месте старшего помощника, я повесил бы вас за убийство.</p>
     <p>Его глаза метали искры.</p>
     <p>— Я прошу вас, сэр, припомнить этот наш разговор, когда вы будете говорить под присягой! — крикнул он вне себя.</p>
     <p>Признаюсь, этот человек внушал мне невольное уважение, почти восхищение.</p>
     <p>Я оглядел его убогую железную каморку. Во время шторма ее затопило водой. Белая краска облезла во многих местах, и на обнажившемся железе была ржавчина. Пол был до невозможности грязен. Каюта вся пропиталась зловонным запахом его болезни. На полу стояла кастрюля и прочая немытая после еды посуда. Одеяло его было мокро, платье на нем тоже мокро. В углу валялась куча мокрого грязного белья. Он лежал на той самой койке, на которой он пробил голову О'Сюлливану. Много месяцев прожил он в этой гнусной дыре, и если он хотел жить, ему предстояло провести в ней еще много месяцев. Но хоть я не мог не восхищаться его кошачьей живучестью, сам он был ненавистен и противен мне до тошноты.</p>
     <p>— И вы не боитесь? — спросил я его. — Почему вы думаете, что доживете до конца нашего плавания? Вы знаете, состоялось пари по этому вопросу.</p>
     <p>Он быстро приподнялся на локте и навострил уши: он, видимо, был задет за живое.</p>
     <p>— Вы, конечно, побоитесь сказать мне, кто держал это пари, — усмехнулся он.</p>
     <p>— Я лично держу за вас, за то, что вы доживете, — сказал я.</p>
     <p>— Это значит, что другая сторона полагает, что я не доживу, — подхватил он с волнением. — А это в свою очередь значит, что здесь, на «Эльсиноре», есть люди, материально заинтересованные в том, чтобы отправить меня на тот свет.</p>
     <p>В эту минуту буфетчик, направлявшийся с кубрика на ют, мимоходом остановился в дверях и, ухмыляясь, стал прислушиваться к нашему разговору.</p>
     <p>— Ну что ж, так и запишем, — продолжал Чарльз Дэвис. — А вас, сэр, я попрошу показать на суде в Ситтле насчет этого пари. Если только вы не солгали беспомощному больному человеку, то, я надеюсь, вы не станете лгать под присягой.</p>
     <p>Чарльз Дэвис положительно не угадал своего призвания. Ему следовало бы быть юристом на суше, а не матросом на море. Он добился чего хотел, уязвив меня и заставив ответить:</p>
     <p>— Да, я расскажу на суде все, как было. Но, откровенно говоря, я не думаю, чтобы я выиграл пари.</p>
     <p>— Вы его наверняка проиграете, — вмешался буфетчик, кивая головой. — Этот парень очень скоро умрет.</p>
     <p>— Держите с ним пари, сэр, — подзадорил меня Дэвис. — Ручаюсь, что вы останетесь в барышах.</p>
     <p>Положение создавалось достаточно нелепое и смешное, и меня припутали так неожиданно; что я не нашелся, что ответить.</p>
     <p>— Деньги верные, — приставал ко мне Дэвис. — Я не умру. Послушайте, буфетчик, — сколько вы предполагаете поставить?</p>
     <p>— Пять долларов, десять долларов, двадцать долларов, — ответил буфетчик, презрительно пожимая плечами и давая этим понять, что для него тут дело не в сумме.</p>
     <p>— Очень хорошо. Мистер Патгерст принимает пари — скажем, на двадцать долларов. Согласны, сэр?</p>
     <p>— Отчего же вы сами не держите с ним пари? — спросил я.</p>
     <p>— Я тоже буду держать. Буфетчик, я ставлю двадцать долларов за то, что я не умру.</p>
     <p>Буфетчик покачал головой.</p>
     <p>— Ну, мои двадцать против ваших десяти, — хотите? — настаивал больной. — Что же вы упираетесь? Чего вы боитесь?</p>
     <p>— Ты жив — я проиграл, я плати. Ты умер — я выиграл, а ты мертвый. Кто же будет платить? — объяснил буфетчик.</p>
     <p>И он отправился своей дорогой, продолжая ухмыляться и качать головой.</p>
     <p>— Все равно, сэр, он будет полезным свидетелем, — засмеялся Дэвис. — А репортеры… Увидите, как жадно они набросятся на мое дело.</p>
     <p>Собирающаяся в каюте повара клика азиатов имеет свои подозрения относительно смерти Маринковича, но не высказывает их. Ни от Вады, ни от буфетчика я ничего не мог вытянуть. Оба только покачивают головами и бормочут что-то непонятное. Попробовал я говорить с парусником, но он только жалуется, что у него опять разболелась рука, и говорит, что не дождется, когда мы придем в Ситтль, и можно будет посоветоваться с врачами. А когда я стал допрашивать его об убийстве, он дал мне понять, что это дело не касается служащих на судне китайцев и японцев. «А я — японец», — добавил он.</p>
     <p>Но Луи, китаец-полукровок с оксвордским произношением, был откровенен. Я поймал его по дороге от кубрика к складу, куда он шел за провизией.</p>
     <p>— Мы чужие этим людям, сэр, мы другой расы, и для нас всего безопаснее не вмешиваться в их дела, — сказал он. — Мы много толковали об этом между собой и ничего не можем сказать, сэр, решительно ничего. Войдите в мое положение. Я работаю на баке, я нахожусь в постоянном общении с матросами, я даже сплю в одном с ними помещении, и я один против многих. Единственный мой соплеменник на судне — буфетчик, но он помещается на юте. Ваш слуга и оба парусника — японцы. Нам они не слишком близкая родня, хоть мы и условились держаться вместе и в стороне ото всего, что бы ни случилось.</p>
     <p>— А Коротышка? — сказал я, вспомнив то, что говорил мистер Пайк об его смешанной национальности.</p>
     <p>— Мы его не признаем, сэр, — сладко протянул Луи. — Не то он португалец, не то малаец, немножко, правда, японец, но он полукровок, сэр, а полукровок — тот же ублюдок. К тому же он дурачок. Не забывайте, сэр, что нас очень мало я что наше положение вынуждает нас держать нейтралитет.</p>
     <p>— У вас, я вижу, мрачный взгляд на вещи, — сказал я. — Но чем же все это кончится, — как вы думаете?</p>
     <p>— До Ситтля-то мы, вероятно, дойдем, по крайней мере некоторые из нас. Но я вам вот что скажу: всю мою долгую жизнь я провел на море, но никогда еще не видал такой команды. Настоящих матросов у нас почти нет, дурных людей много, а остальные— сумасшедшие или что-нибудь еще похуже. Заметьте, сэр, я не называю имен, но есть здесь люди, с которыми я не хотел бы быть во вражде. Я всего только повар Луи. Я делаю свое дело по мере сил и уменья — вот и все.</p>
     <p>— Ну, а дойдет до Ситтля Чарльз Дэвис, — как, по-вашему? — спросил я и, меняя тему разговора в знак того, что я признаю за ним права на сдержанность.</p>
     <p>— Не думаю, сэр, — ответил он, поблагодарив меня взглядом за внимание. — Буфетчик мне говорил, будто вы держали пари, что он доживет до Ситтля. Думаю, сэр, что вы проиграете. Нам скоро предстоит обход Горна. Я делал его много раз. У нас теперь середина зимы, и мы идем с востока на запад. Каюта Дэвиса целыми неделями будет под водой, никогда не просыхая. Даже здоровый, крепкий человек не выдержит такой сырости, а Дэвис далеко не здоров. Сказать вам, одним словом, сэр, я знаю, в каком он состоянии: ему совсем плохо. Врачи могут продлить его жизнь, но здесь, в этой мокрой норе, его ненадолго хватит. Много раз приходилось мне видеть, как люди умирают в море. Для меня это не ново, сэр… Прошу прощения, сэр, благодарю вас.</p>
     <p>И хитрый китаец-англичанин поспешил ретироваться с низким поклоном.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXII</p>
     </title>
     <p>Дела обстоят хуже, чем я воображал. За последние семьдесят два часа произошло два эпизода. Во-первых, мистер Меллэр спасовал. Он, видимо, не в силах выдерживать то напряженное состояние, в какое приводит его сознание, что на одном с ним судне находится человек, поклявшийся отомстить за убийство капитана Соммерса, тем более, что человек этот — грозный мистер Пайк.</p>
     <p>Уже несколько дней, как мы с Маргарэт обратили внимание на налитые кровью глаза и на измученное лицо второго помощника; нам даже приходило в голову, не болен ли он. А сегодня секрет вышел наружу. Вада не любит мистера Меллэра, и утром, когда он принес мне кофе, я по его лукаво блестевшим раскосым глазам догадался, что он заряжен какой-то свежей сенсационной судовой сплетней.</p>
     <p>И я узнал от него, что в течение нескольких дней они с буфетчиком старались раскрыть некую тайну. Из большой жестянки с древесным спиртом, стоявшей на полке в задней каюте, исчезла значительная часть ее содержимого. Поделившись друг с другом своими наблюдениями, они превратились в Шерлока Холмса и доктора Ватсона. Они начали с того, что установили ежедневную убыль спирта. Затем, измеряя количество спирта в жестянке по несколько раз в день, дознались, что убывает он всегда непосредственно после обеда. Это заставило их обратить внимание на двух подозрительных лиц — на второго помощника и на плотника, так как только они двое обедали в задней каюте. Остальное было легко. Всякий раз, как мистер Меллэр приходил к обеду раньше плотника, спирт убывал, а когда они приходили и уходили вместе, он оставался нетронутым. Кроме того, плотник никогда не оставался один в задней каюте. Силлогизм был закончен. И теперь буфетчик прячет спирт у себя под койкой.</p>
     <p>Но ведь древесный спирт — смертельный яд. Какой крепкий организм должен быть у этого пятидесятилетнего человека! Не удивительно, что его глаза налились кровью. Остается только удивляться, что эта гадость еще не убила его.</p>
     <p>Я ни слова не сказал об этом Маргарэт и не скажу. Мне хотелось бы предостеречь мистера Пайка, но я знаю, что разоблачить мистера Меллэра — значит, вызвать новое убийство. А «Эльсинора», подгоняемая ветром, идет все к югу, к негостеприимному концу материка. Сегодня мы уже южнее линии, соединяющей Магелланов пролив с Фолклендскими островами, а завтра, если ветер продержится, мы пройдем побережье Тьерра-дель-Фуэго и поравняемся со входом в пролив Ле-Мэр, через который думает пройти капитан Уэст, если ветер будет благоприятен.</p>
     <p>Второй эпизод случился вчера ночью. Мистер Пайк ничего не говорит, но ему известно настроение команды. С некоторых пор, со дня смерти Маринковича, я наблюдаю за ним и знаю наверное, что теперь он никогда не выходит на главную палубу после наступления темноты. Но он держит язык за зубами, никому не поверяет своих мыслей и ведет свою опасную игру как самое обыкновенное дело, входящее в круг его повседневных обязанностей.</p>
     <p>А эпизод был такой. Вскоре после второй вечерней вахты я, по поручению Маргарэт, ходил к средней рубке посмотреть цыплят. Надо было удостовериться, все ли ее приказания исполнил буфетчик. Он должен был прикрыть курятник парусиновой покрышкой, посмотреть, хорошо ли действует вентилятор и не погасла ли керосиновая печка. Убедившись в аккуратности буфетчика, я уже хотел вернуться на ют, когда меня, остановили доносившиеся из темноты дикие крики пингвинов и несомненный шум фонтана, выпускаемого китом неподалеку от нашего судна.</p>
     <p>Я перешел на левый борт, обошел вокруг подвешенной там шлюпки и стоял совершенно скрытый темнотой, как вдруг услышал старческое шарканье ног старшего помощника, шагавшего по мостику от кормы. Была звездная ночь, и «Эльсинора», защищенная от ветра берегами Тьерра-дель-Фуэго, скользила по воде ровным ходом со скоростью восьми узлов.</p>
     <p>Мистер Пайк остановился у переднего конца рубки и стоял, прислушиваясь. Снизу, с главной палубы, от люка номер второй, доносились голоса. Я различил голоса Кида Твиста, Нози Мерфи и Берта Райна — трех висельников. Но там были и Стив Робертс, ковбой, и мистер Меллэр — оба из другой смены, которой полагалось в этот час отдыхать, так как в полночь она должна была вступить на вахту. Особенно странно было присутствие здесь мистера Меллэра и его дружеская беседа с командой, что было непростительным нарушением судового этикета.</p>
     <p>Любопытство всегда было моим пороком. Мне всегда хотелось все знать, а на «Эльсиноре» я уже бывал очевидцем таких сценок, которые являлись поистине алмазами для драматурга. Поэтому я не выдал своего присутствия, а напротив — притаился за шлюпкой.</p>
     <p>Прошло пять минут. Прошло десять минут. А люди все еще разговаривали. Меня изводили крики пингвинов и этот разыгравшийся кит, подплывший так близко, что брызги от его фонтана почти долетали до судна. Я видел, как голова мистера Пайка повернулась на шум. Он взглянул в мою сторону, но не заметил меня; потом стал слова прислушиваться к доносившимся снизу голосам.</p>
     <p>Случайно ли оказался тут Муллиган Джэкобс или он вышел на разведку — я не знаю. Я просто рассказываю то, чему был свидетелем. По стенке средней рубки спускается трап. Джэкобс поднялся по этому трапу так бесшумно, что мне только потому стало известно его присутствие, что я услышал, как мистер Пайк зарычал:</p>
     <p>— Какого черта ты тут делаешь?</p>
     <p>Тогда я различил в темноте фигуру Джэкобса, стоявшего в двух ярдах от старшего помощника.</p>
     <p>— А тебе какое дело? — огрызнулся он.</p>
     <p>Голоса внизу умолкли. Я знал, что там каждый навострил уши и слушал. Нет, положительно философы еще не раскусили Муллигана Джэкобса. В нем есть нечто побольше того, что сказало даже последнее слово науки. Несчастный калека, не человек, а бессильный червяк с кривым позвоночником, он стоял в темноте лицом к лицу со страшным мистером Пайком и не боялся.</p>
     <p>Мистер Пайк осыпал его ужаснейшей бранью и еще раз спросил, что он тут делает.</p>
     <p>— Я забыл здесь мой табак после вахты, — сказал уродец. Впрочем, нет, не сказал, а выплюнул эти слова, как яд.</p>
     <p>— Убирайся прочь, или я вышвырну тебя отсюда вместе с твоим табаком! — заорал в неистовстве мистер Пайк.</p>
     <p>Муллиган Джэкобс подобрался к нему еще ближе, и мне было видно в темноте, как он закачался в такт качке у него перед носом.</p>
     <p>— Черт бы тебя побрал! — мог только выговорить мистер Пайк.</p>
     <p>— Старое полено! — вывалил ему в лицо бесстрашный калека.</p>
     <p>Мистер Пайк схватил его за шиворот и поднял на воздух.</p>
     <p>— Сойдешь ты вниз, или мне придется сбросить тебя? — прохрипел он.</p>
     <p>Их тон не поддается описанию. Это был какой-то рев диких зверей.</p>
     <p>— Ну, что ж, я еще не пробовал вашего кулака, — послышался ответ.</p>
     <p>Продолжая держать Джэкобса на весу, мистер Пайк пытался что-то сказать, но задохнулся в своей бессильной ярости.</p>
     <p>— Старое полено! Старое полено! Старое полено! — повторял Муллиган Джэкобс, тоже не находя слов от душившей его зверской злобы.</p>
     <p>— Повтори-ка еще раз, и полетишь вниз, — выговорил наконец мистер Пайк сдавленным голосом.</p>
     <p>— Старое полено! — прохрипел, задыхаясь, Муллиган Джэкобс.</p>
     <p>И он полетел вниз. Сначала он взлетел кверху от силы размаха, а пока падал, все время повторял в темноте:</p>
     <p>— Старое полено! Старое полено!</p>
     <p>Он упал среди людей, стоявших у люка. Там произошла суматоха, и послышались стоны.</p>
     <p>Мистер Пайк зашагал по узкому мостику, скрипя зубами. Потом остановился, оперся обеими руками о перила мостика, опустил на руки голову, постоял так с минуту и застонал:</p>
     <p>— Ах, Боже мой, Боже мой, Боже мой!</p>
     <p>И все. Затем тихим шагом, волоча ноги, он направился к корме.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXIII</p>
     </title>
     <p>Дни становятся серыми. Солнце утратило свою теплоту, и в полдень оно стоит ниже на северном небе. Все знакомые звезды давно скрылись, и кажется; будто и солнце уходит за ними. Мир — единственный, мне известный, — остался на севере далеко позади; нас разделяет целое полушарие. Печальный, пустынный океан, холодный и серый, кажется концом света, каким-то гиблым местом, где прекращается жизнь. Он становится все холоднее, все мрачнее, несмотря на близость земли. По ночам кричат пингвины, чудовищнее амфибии стонут в воде, и большие альбатросы, посеревшие от борьбы со штормами, реют над нами.</p>
     <p>«Земля!» — раздался крик сегодня утром. Я задрожал, близко увидев землю, — первую землю с тех пор, как мы вышли из Балтиморы века тому назад. Солнце не показывалось, утро было сырое и холодное, с резким ветром, пронизывавшим насквозь. Термометр на палубе показывал тридцать градусов по Фаренгейту, то есть на два градуса ниже точки замерзания, и время от времени налетали легкие снежные шквалы.</p>
     <p>Вся видимая земля была одним сплошным снежным полем. Из океана торчала длинная, невысокая гряда скал. Подойдя ближе, мы не открыли никаких признаков жизни, — это была пустынная, дикая, холодная, заброшенная земля. К одиннадцати утра, у входа в Ле-Мэр, шквалы прекратились, установился ровный ветер, и нас несло течением как раз в ту сторону, куда мы и хотели идти.</p>
     <p>Капитан Уэст не колебался. Распоряжения, с которыми он обращался к мистеру Пайку, отдавались быстро и спокойно. Рулевой изменил курс, и обе смены выбежали наверх ставить паруса. Тем не менее капитан Уэст ни секунды не заблуждался насчет риска, который он брал на себя, вводя свое судно в эту могилу судов.</p>
     <p>Когда мы под всеми парусами, подгоняемые сильным течением, вошли в узкий пролив, зазубренные береговые скалы Тьерра-дель-Фуэго побежали назад мимо нас с головокружительной быстротой. Мы были совсем близко к ним и так же близко к скалистому берегу острова Стэтен с противоположной стороны. Здесь, в этой коварной ловушке, между двумя стенами черных отвесных утесов, на которых не держался даже снег, капитан Уэст, до сих пор лишь иногда подносивший к глазам свой бинокль, вдруг стал упорно смотреть в одну точку. Я навел и мой бинокль на эту точку и весь похолодел, увидев, что из воды торчат четыре мачты большого судна. Это судно было не меньше «Эльсиноры» и затонуло недавно.</p>
     <p>— Немецкое судно, с грузом нитроглицерина, — сказал мистер Пайк.</p>
     <p>Капитан Уэст кивнул головой, продолжая рассматривать затонувший корабль, потом сказал:</p>
     <p>— По-видимому, там нет людей. Но все-таки, мистер Пайк, отрядите на ванты несколько человек из самых дальнозорких: пусть посмотрят, да и вы смотрите. Может быть, на берегу есть уцелевшие люди, которые могут подать нам сигнал;</p>
     <p>Мы продолжали путь, но никаких сигналов не видели. Мистер Пайк был в восторге от нашей удачи. Он козырем расхаживал взад и вперед, потирая руки и улыбаясь своим мыслям. С тысяча восемьсот восемьдесят восьмого года он не бывал, как он мне говорил, в проливе Ле-Мэр. Он сказал мне еще, что он знавал капитанов, которые до сорока раз обходили Горн, и ни одному из них ни разу не посчастливилось пройти этим проливом. Обычный путь лежит значительно дальше к востоку, в обход острова Стэтен, но он сопряжен с уклонением от западного направления, а здесь, на краю света, где сильный западный ветер, не встречая препятствий, дует беспрерывно вокруг узкой полоски земли, приходится бороться милю за милей, дюйм за дюймом, чтобы не уклониться от западного направления. «Руководство к мореплаванию», говоря о мысе Горне, советует капитанам: «Держите на запад во что бы то ни стало».</p>
     <p>Когда, вскоре после полудня, мы вышли из пролива, дул тот же ровный ветер, и мы делали восемь узлов в час по гладкой поверхности океана под прикрытием берегов Тьерра-дель-Фуэго, которые тянутся к Горну в юго-западном направлении.</p>
     <p>Мистер Пайк не помнил себя от радости. Даже сменившись с вахты, он не мог расстаться с палубой. Он потирал руки, тихонько смеялся и беспрестанно напевал отрывки из «Двенадцатой Мессы». Он стал даже разговорчивым.</p>
     <p>— Завтра утром мы подойдем к Горну, — говорил он. — Мы сократили путь на двенадцать, на пятнадцать миль. Вы только подумайте: мы и не заметим, как проскользнем вокруг него. Никогда еще мне так не везло, как в этот раз; я никак не рассчитывал на такую удачу… Ах ты, моя старушка «Эльсинора»! Гнилая у тебя команда, но, видно, тебя ведет десница господня.</p>
     <p>Один раз я с ним столкнулся под тентом. Он что-то бормотал про себя, — кажется, это была молитва.</p>
     <p>— Только бы не изменилась погода. Авось, продержится еще денек, — твердил он.</p>
     <p>Мистер Меллэр был другого мнения.</p>
     <p>— Ну нет, на это не рассчитывайте, — сказал он. — Ни одно судно еще не обходило Горна благополучно. Вот увидите — налетит, шквал. Он всегда налетает с юго-запада.</p>
     <p>— Но неужели ни одно судно не может рассчитывать здесь на тихую погоду? — спросил я.</p>
     <p>— На это очень мало шансов, сэр, — ответил он. — Один шанс на миллион. Я готов держать с вами пари — обычное пари на фунт табаку, — что через двадцать четыре часа мы будем дрейфовать под одними верхними парусами. Я поставлю хоть десять против пяти, что мы и через неделю не обогнем Горна, а так как этот обход определяется от пятидесятой до пятидесятой параллели, я готов поставить двадцать против пяти, что через две недели, считая от этого дня, мы еще не дойдем до пятидесятой параллели Тихого океана.</p>
     <p>А капитан Уэст, как только опасности пролива Ле-Мэр остались позади, засел в каюте, вытянув ноги в мягких туфлях, с сигарой во рту. Он не проронил ни слова, хотя мы с Маргарэт сияли от радости и распевали дуэты в течение всей второй вечерней вахты.</p>
     <p>А сегодня утром, при спокойном море и легком ветерке, на севере вырос Горн, не дальше чем в шести милях от нас. Итак, мы были у цели, держа правильный курс на запад.</p>
     <p>— А в какой цене табак сегодня? — поддразнил я мистера Меллэра.</p>
     <p>— Цены на табак растут, — ответил он. — Я был бы рад держать хоть тысячу таких пари, как это.</p>
     <p>Я взглянул на море, на небо, мысленно измерил скорость нашего хода, но не увидел ничего такого, что подтверждало бы его слова. Погода была несомненно хорошая, в доказательство чего буфетчик даже пробовал ловить залетевших с Горна голубей при помощи привязанного к бечевке изогнутого гвоздя.</p>
     <p>На юте я встретил мистера Пайка, и, к моему удивлению, он поздоровался со мной весьма мрачно.</p>
     <p>— Ну что, хорошо мы идем, не так ли? — заговорил я с ним весело.</p>
     <p>Он ничего не ответил. Он только повернулся и посмотрел на серый юго-запад с таким кислым лицом, какого я никогда еще у него не видал. Он пробормотал что-то, чего я не разобрал, и когда я переспросил его, он сказал:</p>
     <p>— Подлая погода. Разве вы не видите?</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Так отчего же мы убираем паруса — как вы думаете?</p>
     <p>Я взглянул вверх. Трюмселя были уже свернуты, люди сворачивали бом-брамсели и опускали брам-реи. А между тем ничто, кажется, не изменилось, только легкий северный ветерок стал еще слабее.</p>
     <p>— Воля ваша, я не вижу ничего похожего на шторм, — сказал я.</p>
     <p>— Так пойдите взгляните на барометр, — проворчал он и, повернувшись на каблуках, отошел от меня.</p>
     <p>В капитанской рубке капитан Уэст натягивал высокие непромокаемые сапоги. Этим одним уже все было сказано, хотя и барометр сам по себе был достаточно красноречив. Накануне он еще показывал 30, 10, а теперь опустился до 28. Даже во время последнего шторма он не падал так низко.</p>
     <p>— Обычная программа мыса Горн, — улыбнулся капитан Уэст, выпрямляясь во весь рост. Тонкий и стройный, он потянулся за своим клеенчатым плащом.</p>
     <p>Но мне все не верилось.</p>
     <p>— А далеко еще шторм? — спросил я.</p>
     <p>Он, не отвечая, покачал головой и поднял руку, давая мне этим знать, чтобы я прислушался. «Эльсинора» неровно покачивалась, и снаружи доносился глухой, мягкий шум колотившихся о мачты пустых парусов.</p>
     <p>Мы не проговорили и пяти минут, как он опять поднял руку. Теперь «Эльсинора» накренилась и не выпрямлялась, а в снастях свистел все крепчавший ветер.</p>
     <p>— Начинается, — сказал капитан Уэст, приправив свое заявление принятым у моряков крепким словцом.</p>
     <p>Тут я услышал рычанье мистера Пайка, отдававшего приказания, и почувствовал возрастающее почтение к мысу Горну — к Суровому Мысу, как называют его моряки.</p>
     <p>Час спустя мы лежали в дрейфе на левом галсе под верхними топселями и фоком. Ветер дул с юго-запада, и нас сносило к земле. Капитан Уэст приказал старшему помощнику повернуть судно через фордевинд. Для уборки парусов на палубу были вызваны обе смены.</p>
     <p>Поразительно было, до чего быстро развело волнение в такой короткий срок. Ветер превратился в шторм, усиливавшийся с каждым порывом. На сто ярдов кругом ничего не было видно. День из серого стал почти черным. В каютах горели лампы. Великолепен был вид с кормы на огромное судно, пробивавшее себе путь по бурному морю. Волны перехлестывали через борт, и половина палубы была залита, несмотря на выпускавшие воду шпигаты и клюзы.</p>
     <p>У двух рубок на корме стояла отдельными группами вся команда «Эльсиноры», все в клеенчатых плащах. На баке распоряжался мистер Меллэр. На попечении мистера Пайка были корма и средняя рубка. Капитан Уэст ходил взад и вперед, все видел и ничего не говорил: распоряжаться было делом старшего помощника. Когда мистер Пайк скомандовал крутой поворот руля, паруса бизани и часть гротов ослабли и были спущены; напор ветра уменьшился. Нижние и верхние топселя были подготовлены для порывов ветра. Все это потребовало довольно много времени. Малосильные люди работали медленно и неумело. Мне они напоминали неповоротливых волов, — так вяло они двигались и так лениво натягивали канаты. А буря свирепела все больше. Группа людей на крыше передней рубки была мне видна лишь в промежутках между набегавшими волнами. Матросы у средней рубки, прижавшись к ее стене и пригнув головы навстречу ветру, совершенно исчезали за гребнями волны, врывавшихся на палубу, дохлестывавших до нижних рей и катившихся на подветренную сторону. А мистер Пайк, точно огромный паук в раскачиваемой ветром паутине, ходил по легкому мостику, казавшемуся тонкой ниточкой и качавшемуся при каждом порыве ветра.</p>
     <p>Так ужасны были эти налетавшие порывы, что «Эльсинора» отказывалась бороться. Она покорно лежала в одном положении; ее швыряло и трепало, но нос ее не поворачивался, и нас продолжало нести к страшным берегам. Все кругом было черно; холод был жестокий. Падавшие на палубу брызги превращались в лед.</p>
     <p>Мы ждали. Пригнув головы, съежившись, ждали группы матросов. Ждал мистер Пайк, беспокойный, сердитый, с холодными, как окружающая стужа, и злыми глазами, с несмолкающим рычаньем, не уступавшим реву стихий, с которыми он боролся! Ждал Самурай, спокойный и далёкий, как случайный гость. Ждал и мыс Горн с подветренной стороны, — ждал костей нашего судна и наших.</p>
     <p>Но вот нос «Эльсиноры» повернулся. Направление ветра переменилось, и вскоре мы с ужасающей быстротой неслись прямо по ветру и прямо к невидным нам скалам. Но все сомнения отпали. Успех маневра был обеспечен. Мистер Меллэр, получив приказание от мистера Пайка с посланным им матросом, ослабил передние паруса. Мистер Пайк, не опуская глаз с рулевого и сигнализируя ему рукой свои распоряжения, приказал держать руль влево, чтобы сдержать бег «Эльсиноры» по ветру, поставив ее на правый галс. Работа кипела. Грот и бизань были поставлены, и перед «Эльсинорой» расстилалась на тысячу миль пустыня Южного океана.</p>
     <p>И все это было выполнено в толчее бушующих волн, на краю света, — выполнено горсточкой жалких выродков, руководимых двумя сильными людьми, за которыми была спокойная воля Самурая.</p>
     <p>Понадобилось тридцать минут, чтобы повернуть судно, и я понял, что даже самый опытный капитан может погубить свое судно без всякой вины со своей стороны. Представьте себе, что «Эльсинора» продолжала бы упорствовать в своем отказе слушаться руля. Представьте себе, что унесло бы в море какую-нибудь нужную снасть. И тут-то на сцену выступает мистер Пайк, ибо его обязанность смотреть, чтобы каждая веревка, каждый блок и мириады всевозможных снастей обширного и сложного снаряжения «Эльсиноры» были в порядке, прочно закреплены, и не могли быть сорваны ни при каком ветре. Властители нашей расы всегда нуждались в таких слугах, как мистер Пайк, и наша раса, по-видимому, щедро поставляла таких слуг.</p>
     <p>Я уже хотел спуститься в каюту, когда услышал, как капитан Уэст сказал мистеру Пайку, что, пока обе смены наверху, следовало бы взять рифы у парусов. Грот и бизань были убраны, и мне были видны черные фигуры людей на фок-рее. Я простоял с полчаса, наблюдая за матросами. Работа с рифами не продвигалась.</p>
     <p>Мистер Меллэр непосредственно следил за матросами, а мистер Пайк на корме рычал, ворчал и изрыгал проклятия.</p>
     <p>— В чем дело? — спросил я его.</p>
     <p>— Две смены работают и не могут управиться с лоскутком чуть не в носовой, платок! — фыркнул он. — Что ж будет, если мы задержимся здесь месяц!</p>
     <p>— Месяц?! — вырвалось у меня.</p>
     <p>— Для Сурового Мыса месяц ничего не значит, — проговорил он угрюмо. — Я семь недель здесь провертелся однажды, а потом повернул налево кругом и отправился другой дорогой.</p>
     <p>— Вокруг света?</p>
     <p>— Это был единственный способ добраться до Фриско, — ответил он. — Горн есть Горн, и по соседству с ним мне что-то не доводилось еще видеть теплых морей.</p>
     <p>У меня онемели пальцы, и я промерз насквозь. Бросив последний взгляд на несчастных людей на фок-рее, я пошел, в каюту греться.</p>
     <p>Немного погодя, направляясь обедать, я выглянул из люка кают-компании и увидел, что люди все еще возились с рифами на обледенелой рее.</p>
     <p>Мы четверо сидели за столом, и было очень уютно, несмотря на жестокие толчки, которыми нас угощала «Эльсинора». В каюте было тепло. Штормовые рейки на столе держали блюда на местах. Буфетчик прислуживал и двигался легко и, по-видимому, свободно, хотя я подмечал тревожное выражение в его глазах всякий раз, как он ставил на стол блюдо в тот момент, когда «Эльсинору» швыряло и подкидывало особенно резко.</p>
     <p>Но у меня не выходили из головы жалкие выродки на обледенелой рее. Правда, их место было там, по справедливости, как наше — здесь, в этом оазисе судна. Я смотрел на мистера Пайка и говорил себе, что полдюжины таких богатырей, как он, легко управились бы с этими упрямыми рифами. А уж о Самурае и говорить нечего: я был убежден, что он мог выполнить эту задачу один, даже не вставая с места, одним спокойным усилием воли.</p>
     <p>Зажженные лампы качались и подпрыгивали в своих кольцах, и свет их боролся с пляшущими тенями в сером сумраке каюты, Деревянная обшивка скрипела и стонала. Огромная стальная мачта, пустая внутри, проходившая сквозь пол и потолок каюты, неприятно гудела от ветра. На палубе об нее колотились канаты с такой силой, что она звенела как пустой котел. Снаружи доносился непрерывный шум волн, катившихся по палубе и ударявших о стены каюты, и тысячи снастей уныло завывали и скрипели под жестокими ударами шторма.</p>
     <p>Но все это было снаружи. Здесь, за этим прочно укрепленным столом, не чувствовалось ни струйки ветра, не было ни брызг, ни налетавших волн. Мы были в обители блаженного покоя, в центре шторма.</p>
     <p>Маргарэт была в особенном ударе, и ее чудесный смех звенел не хуже звона мачты. Мистер Пайк был мрачен, но я знал его достаточно хорошо и не приписывал его мрачности бушующим стихиям, — я знал, что его возмущает неумелость ничтожных людишек, понапрасну мерзнущих на рее. А я… Я смотрел на нас четверых — голубоглазых, сероглазых, светлокожих, царственно белокурых, и мне казалось, что я давным-давно переживал всё это, что здесь со мной и во мне были все мои предки, что их жизнь, их воспоминания были моими, и что все наши теперешние невзгоды — эту борьбу нашего судна с бурным морем — я испытал уже раньше, давно, и не один, а тысячу раз.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXIV</p>
     </title>
     <p>— Хотите прогуляться наверх? — спросила меня Маргарэт вскоре после того, как мы встали из-за стола.</p>
     <p>Она с вызывающим видом стояла в дверях моей каюты, в клеенчатом плаще, в кожаной куртке и в непромокаемых сапогах.</p>
     <p>— Я еще ни разу с тех пор; как мы вышли в море, не видала вас ни на фут выше палубы, — продолжала она. — У вас крепкая голова?</p>
     <p>Я заложил закладкой мою книгу, слез с койки, на которой лежал, и хлопнул в ладоши, призывая Ваду.</p>
     <p>— Значит, идете? — радостно воскликнула она;</p>
     <p>— Да, если вы пустите меня вперед и обещаете крепко держаться, — ответил я важно. — Куда же мы полезем?</p>
     <p>— На марс. Это легче всего. Ну, а насчет того, чтобы крепко держаться, я попрошу вас помнить, что мне эти вещи не в диковинку. Если кто из нас двоих и под сомнением, то уж, конечно, вы.</p>
     <p>— Очень хорошо. Тогда вы полезайте вперед, а я буду крепко держаться.</p>
     <p>— Из наших пассажиров, не моряков, многое срывались на моих глазах, — поддразнивала она меня. — У нас на марсах нет собачьих дыр<a l:href="#n_592" type="note">[592]</a>, так что влезать придется снаружи.</p>
     <p>— Ну что ж, возможно, что я и сорвусь, — согласился я. — Я никогда в жизни не лазил на мачты, и если нет собачьих дыр, то дело мое плохо.</p>
     <p>И пока Вада помогал мне одеваться, она смотрела на меня с сомнением, не зная, верить ли моему признанию в слабости.</p>
     <p>На корме было страшно мрачно, но чудесно. Вся вселенная была вокруг нас. Она окутывала нас бушующим ветром, летящими брызгами и мраком. Главная палуба была непроходима, и рулевые сменялись через мостик. Было два часа дня. Уже больше двух часов несчастные люди, замерзая, висели на рее. Они все еще были там, бессильные, измученные, ни на что не годные. Капитан Уэст вышел из командной рубки с подветренной стороны и несколько минут смотрел на них молча, потом сказал мистеру Пайку:</p>
     <p>— Придется оставить в покое эти рифы. Приготовьте паруса. Поставьте второй ревант.</p>
     <p>И, волоча ноги и часто приостанавливаясь, когда его накрывало гребнем волны, старший помощник направился по мостику к баку изливать свое презрение на команду судна, которая в полном составе двух смен не смогла справиться с фоком.</p>
     <p>Эти люди действительно не могли, — не могли при всем своем желании. Я сделал вот какое наблюдение: слабосильные матросы только тогда напрягают все свои силы, когда им приказывают убавлять паруса. Должно быть, оттого, что боятся. Им не хватает ни железной воли мистера Пайка, ни железной воли и мудрости капитана Уэста. Я заметил, что на приказание убавить или убрать паруса они отзываются с полной готовностью и со всем проворством, на какое только способны. Потому-то они и сидят на баке, в этом свинушнике, что у них нет железной воли. Одно могу сказать: если бы ничто другое не помешало мне «сорваться» с мачты, как пугала меня Маргарэт, то уж одна грустная картина, какую представляли эти безвольные, мягкотелые существа, была бы достаточной гарантией того, что этого не случилось бы. Мог ли я спасовать при виде их дряблости, — я, живущий на юте, сидящий на почетном месте?</p>
     <p>Маргарэт удостоила принять поддержку моей руки, карабкаясь на веревочную нагель под талями. Но с ее стороны это было простой любезностью за любезность, ибо в следующую минуту она высвободила руку, храбро повисла над бортом, качнулась навстречу буре и стала карабкаться выше. Я последовал за ней, почти не сознавая всей трудности такого подвига для новичка, — так подбодрял меня ее пример и презрение к тем слизнякам на рее. Что могут другие, могу и я. Куда взбираются другие, могу взобраться и я. И никакая дочь Самурая не перещеголяет меня. Но дело подвигалось не быстро. Нас раскачивало порывами ветра и прибивало к мачте, беспомощных, как мотыльков. Так силен был напор ветра в такие минуты, что невозможно было шевельнуть ни рукой, ни ногой. Не было даже надобности держаться. Как я уже сказал, нас держал ветер, прижимая к мачте.</p>
     <p>Палуба все удалялась и сквозь начавший идти снег казалась еще дальше. Упасть на палубу — значило бы убиться насмерть или сломать спину; упасть в море — значило утонуть в ледяной воде. А Маргарэт поднималась выше и выше. Не останавливаясь, она добралась до площадки марса, уцепилась обеими руками за протянутые над ней снасти, повисла на них и, перекачнувшись, легко и свободно закачалась в такт качке, а затем твердо встала на площадку.</p>
     <p>Я полез за нею. Я не шептал молитв, не испытывал страха, даже не ощущал дурноты. Вися на руках, спиной к палубе, и перехватывая выше и выше невидимые снасти, я думал только о том, чтобы покрепче держаться. Я был в экстазе. Я был на все готов. Если бы она вдруг распростерла руки, взлетела на воздух и понеслась вдаль на крыльях бури, я, не колеблясь, бросился бы за ней.</p>
     <p>Когда моя голова поднялась над краем площадки, так что я мог видеть эту дочь Самурая, я увидел, что она смотрит на меня сияющими глазами. А когда, качнувшись на снастях так же легко, как она, я стал, рядом с ней, я прочел в этих глазах одобрение, быстро сменившееся выражением веселого задора.</p>
     <p>— О, вы меня обманули, вы уже проделывали это раньше, — прокричала она мне, приложив губы к самому моему уху.</p>
     <p>Я покачал головой в знак отрицания, и ее глаза опять засияли. Она кивнула мне, улыбнулась и села, свесив с площадки ноги в непромокаемых сапогах и болтая ими в снежном вихре. Я уселся возле нее и заглянул вниз. Падавший снег скрывал палубу, и от этого глубина, из которой мы поднялись, казалась еще внушительнее.</p>
     <p>Мы были одни — пара буревестников, примостившихся в воздухе на стальном шесте, внизу выходившем из снега и вверху исчезавшем в снегу. Мы добрались до края света и даже этого края не существовало для нас… Впрочем, нет, — из снежной метели с наветренной стороны неподвижно распростертыми крыльями со скоростью восьмидесяти-девяносто миль в час летел огромный альбатрос. В нем было не менее пятнадцати футов от крыла до крыла. Еще прежде, чем мы заметили его, он увидел опасность и, ловко повернув против ветра свое тяжелое тело, спокойно увернулся от столкновения. Его голова и шея побелели от старости или от мороза, — и его блестящий, как бусинка, глаз заметил нас, когда он пролетал мимо; описав большой круг, он скрылся за снегом с подветренной стороны.</p>
     <p>Рука Маргарэт потянулась к моей.</p>
     <p>— Ради одного этого стоило взобраться сюда! — воскликнула она.</p>
     <p>Тут «Эльсинора» нырнула, рука Маргарэт крепче ухватилась за мою, а из невидимой глубины донесся рев нового порыва ветра и рокот катившихся по палубе волн.</p>
     <p>Снежный вихрь прекратился так же быстро, как начался, и мы увидели под собой судно во всю его длину, главную палубу, залитую клокочущим потоком, верхушку бака, зарывшуюся в воду, караульного, стоящего у передней рубки, с низко опущенной головой против ветра, и прямо под нами корму со струящейся по ней водой и мистера Меллэра с горсточкой людей, возившихся со снастями. Увидели мы еще, как из командной рубки с подветренной стороны вышел Самурай и, уверенно балансируя на взбесившейся палубе, что-то говорил мистеру Пайку, должно быть, давал ему какие-то инструкции.</p>
     <p>Окружавшее нас серое кольцо вселенной раздвинулось на несколько сот ярдов, и теперь мы могли любоваться могучей яростью моря. С наветренной стороны из серой мглы бесконечной процессией один за другим выскакивали седобородые гребни валов футов в шестьдесят вышиной и набрасывались на «Эльсинору», то грозно вздымаясь над ее хрупким телом, то низвергая на ее палубу сотни тонн воды, то проносясь под ней и подкидывая ее вверх, и, пенясь и ворча, скрывались из виду в той же серой мгле с подветренной стороны. А над нами кружили альбатросы, бесстрашно бросаясь в самую гущу шторма, и, величественно повернув в обратную сторону, уносились прочь с такой быстротой, что никакой ветер не мог их догнать.</p>
     <p>Маргарэт отвела взгляд от палубы. Теперь она смотрела на меня красноречивым, вопрошающим взглядом. Окоченевшими в толстой перчатке пальцами я отодвинул наушник ее меховой шапки и прокричал ей в ухо:</p>
     <p>— Все это не ново для меня. Я уже бывал здесь раньше. Я здесь бывал в жизни моих предков. Мороз щиплет мои щеки, морская соль забирается мне в нос, в моих ушах поет ветер, и все это — знакомое, пережитое. Теперь я знаю, что предки мои были викингами. Я — плоть от плоти их. С ними делал я набеги на берега Англии, с ними доходил до Геркулесовых Столбов<a l:href="#n_593" type="note">[593]</a>, рыскал по Средиземному морю; с ними сидел на почетном месте правящих слабосильными, разнежившимися на солнце народами. Я — Генгист и Горса<a l:href="#n_594" type="note">[594]</a>; я — один из легендарных героев древности. Я исколесил ледяные моря, и еще до того, как наступил ледниковый период, я прикрывал плечи шкурой оленя, убивал мастодонта, нацарапывал историю своих подвигов на стенах глубоких пещер и сосал волчиц вместе с моими братьями-волчатами, следы чьих клыков остались на моем теле и по сей день.</p>
     <p>Она восхитительно засмеялась, и опять закружился над нами снежный вихрь, и «Эльсинора» подпрыгивала и ныряла так глубоко, как будто не намерена была когда-нибудь подняться, а мы держались за мачту и неслись в воздухе с головокружительной быстротой. Маргарэт, продолжая смеяться, отняла от мачты руку и отодвинула наушник моей шапки.</p>
     <p>— Я ничего об этом не знаю! — прокричала она. — Это уж как будто поэзия. Но я верю. Должно быть, все это так, все это было. Я слышала об этом раньше, в то время, когда люди в звериных шкурах пели, сидя вокруг пылающих костров, отгоняющих от них стужу и ночную тьму.</p>
     <p>— А что же книги? — лукаво спросила она, когда мы собрались спускаться.</p>
     <p>— А ну их к черту вместе со всеми больными мировой скорбью, глупыми головастиками, которые их написали, — ответил я.</p>
     <p>Она опять засмеялась, но ветер далеко отнес ее голос, когда она повисла в пространстве и, укрепившись на руках и нащупав ногами невидимый канат, прочно утвердилась на нем и затем скрылась из моих глаз под площадкой.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXV</p>
     </title>
     <p>— Почем табак? — встретил меня сегодня утром мистер Меллэр, когда я вышел на палубу, разбитый и усталый, с болью во всех костях, во всех мускулах, после шестидесятичасовой трепки.</p>
     <p>К утру ветер совершенно стих. Был мертвый штиль, и «Эльсинору» с хлопающими пустыми парусами качало на мертвой зыби хуже прежнего. Мистер Меллэр указал мне вперед и в правую сторону.</p>
     <p>Я различил белый от снега унылый берег с зазубренными скалами.</p>
     <p>— Остров Статен, восточная его сторона, — сказал мистер Меллэр.</p>
     <p>Я понял, что мы оказались в положении судна, которому предстоит обогнуть остров Стэтен, прежде чем огибать Горн. А между тем четыре дня назад мы прошли пролив Ле-Мэр и уже подходили к Горну, а три дня назад были против Горна и даже на несколько миль дальше. И вот теперь мы отброшены назад, гораздо дальше, чем были, когда входили в Ле-Мэр, и нам приходится начинать все сначала!..</p>
     <p>Состояние команды поистине ужасно. Во время шторма бак был два раза затоплен. А это значит, что там все вещи плавали, и все одежды, все тюфяки и одеяла намокли и не просохнут при таком холоде, пока мы не обогнем Горна и не войдем в теплые широты. То же можно сказать и о средней рубке. Все ее каюты, за исключением кают повара и двух парусников на носу, с выходом в люк номер второй, насквозь пропитались водой. И ни в одной нет печки, а следовательно — никакой возможности просушить вещи.</p>
     <p>Я заглянул в каюту Чарльза Дэвиса. Она неописуема. Он улыбнулся, увидав меня, и кивнул мне.</p>
     <p>— А хорошо все-таки, сэр, что О'Сюлливан вовремя убрался отсюда. Он захлебнулся бы на своей нижней койке, — сказал он. — Да и мне, знаете, пришлось поплавать, прежде чем я взобрался наверх. А соленая вода вредно действует на мои болячки. Не полагалось бы по-настоящему держать меня в такой дыре во время штормов мыса Горна. Взгляните-ка на пол: видите — лед. Здесь и сейчас температура ниже нуля, и мое одеяло хоть выжми. А я больной человек. Это вам всякий скажет, кто не потерял обоняния.</p>
     <p>— Если бы вы вели себя прилично со старшим помощником, к вам относились бы лучше, — сказал я.</p>
     <p>На это он ничего не ответил, только усмехнулся; потом продолжал:</p>
     <p>— Не беспокойтесь; сэр, вы не лишитесь меня. Я могу растолстеть даже в такой обстановке. Одна уже мысль о том, что будет в Ситтле на суде, не даст мне умереть. И вот вам мой совет, сэр: держите пари с буфетчиком. Вы не проиграете. Я говорю вам это, сэр, из участия к вам, потому что вы похожи на человека. А всякий, кто побьется об заклад, что я окажусь за бортом, наверняка проиграет.</p>
     <p>— Как вы решились пуститься в плавание в вашем состоянии? — спросил я.</p>
     <p>— В моем состоянии? — переспросил он с хорошо разыгранным невинным видом. — Да отчего же было мне не поступить на судно? Я был совершенно здоров, когда мы выходили в море. Все это случилось потом. Вспомните, сэр: разве вы не видели меня на мачтах и работающим по горло в воде? И уголь убирал я в трюме. Больной не может так работать. И не забудьте, сэр: вы должны будете удостоверить на суде, что в начале плавания я исполнял свои обязанности, пока меня не свалила с ног эта болезнь… Я и сам готов держать с вами пари, если вы думаете, что я собираюсь умирать, — крикнул он мне вдогонку, когда я уходил.</p>
     <empty-line/>
     <p><strong>* * *</strong></p>
     <p>На матросах уже сказываются тяжелые условия, в которых им приходится жить. Удивительно, до чего они исхудали, и как осунулись их лица за такой короткий срок. Свое белье они просушивают теплотой собственного тела. Совершенно мокро и верхнее их платье под непромокаемыми плащами. А между тем — это кажется чем-то парадоксальным — несмотря на исхудалые, вытянувшиеся лица, они как будто стали крепче. Они переваливаются на ходу и точно стали полнее. А объясняется это очень просто — количеством одежды, которую они навьючивают на себя. Сегодня я нарочно спросил Ларри: оказывается, на нем надето два жилета, две куртки, пальто и поверх всего этого еще непромокаемый плащ. Они теперь напоминают слонов, ибо, вдобавок ко всему прочему, они поверх непромокаемых сапог обертывают ноги рогожей.</p>
     <p>Очень холодно, хотя сегодня в полдень наружный термометр стоял на тридцати трех. Я приказал Ваде взвесить одежду, которую я надеваю, выходя на палубу. Вышло восемнадцать фунтов, не считая плаща и сапог. И во всем этом облачении, когда дует ветер, мне нисколько не жарко. Не понимаю, как решаются матросы, хоть раз попробовав Горна, снова наниматься на суда, идущие в этот рейс! Это показывает, до чего они тупоумны.</p>
     <p>Мне жалко Генри, юнгу с учебного судна. По своему общественному положению он мне ближе, чем остальная команда. Со временем он будет слугой почетной гвардии юта и помощником вроде мистера Пайка. А пока он вместе с Буквитом, другим юношей, который помещается с ним в средней рубке, терпит те же невзгоды, что и остальные. У него светлая, очень нежная кожа, и сегодня, когда он натягивал брасы, я заметил, что пропитанные соленой водой рукава его куртки до такой степени натерли ему руки, что они имеют вид кровавого сырого мяса: кожа с них слезла, и они покрылись болячками. Мистер Меллэр говорит, что через какую-нибудь неделю у всей команды будут на руках такие болячки.</p>
     <p>— Как вы думаете, скоро мы опять подойдем к Горну? — невинно спросил я мистера Пайка.</p>
     <p>Он повернулся ко мне с таким свирепым видом, как будто я нанес ему оскорбление, и положительно зарычал прямо мне в лицо, прежде чем зашагал прочь, не удостоив меня ответом. Ясное дело: он принимает море всерьез. Потому-то, должно быть, он такой превосходный моряк.</p>
     <empty-line/>
     <p><strong>* * *</strong></p>
     <p>Дни идут, если только можно назвать днями промежутки серой мглы между рассветом и наступлением полной темноты. Вот уже неделя, как мы не видели солнца. Положение нашего судна в этой пустыне бурного моря гадательно. Один раз мы, считая по лагу, уже доходили почти до самого Горна и были на сто миль южнее его, а там опять налетел юго-западный шквал, сорвавший наш марсель и загнавший нас на сомнительную долготу к востоку от острова Стэтена.</p>
     <p>О, теперь я знаю этот Великий Западный Ветер, что непрерывно дует вокруг света к югу от пятьдесят пятой параллели. И знаю, почему составители морских карт пишут его с прописной буквы, как например: «Сила Великого Западного Ветра». Знаю я также, почему «Руководство к мореплаванию» советует: «Держите на запад, во что бы то ни стало держите на запад».</p>
     <p>А западный ветер и сила западного ветра не дают «Эльсиноре» держать на запад. Шквал налетает за шквалом, и всегда с запада — и мы идем на восток. А холод жестокий, и каждый шквал служит прелюдией к снежному вихрю.</p>
     <p>В каютах с утра до ночи горят лампы. Мистер Пайк больше не заводит своего граммофона, и Маргарэт не прикасается к пианино. Она жалуется на синяки и на ломоту во всем теле. Меня ударило о стену, и у меня повреждено плечо. Вада и буфетчик хромают. Я чувствую себя спокойно только на своей койке, где я так плотно закупорен ящиками и подушками, что никакие прыжки «Эльсиноры» не могут сбросить меня. Там, за исключением часов еды и небольших прогулок по палубе ради моциона и воздуха, я лежу и читаю по восемнадцать-девятнадцать часов в сутки. Но непрерывное напряжение мозга крайне утомительно.</p>
     <p>Представить себе не могу, как должны себя чувствовать те бедняги на баке! Бак уже несколько раз заливало водой, и все там промокло. Вдобавок, люди ослабели, и приходится ставить две смены на работу, которую могла бы выполнить одна нормальная смена. Выходит, таким образом, что они столько же часов проводят на залитой водой палубе и на обледенелых реях, сколько я провожу на моей сухой, теплой койке. Вада говорит, что они никогда не раздеваются и ложатся на свои мокрые койки в плащах, в высоких сапогах и в мокром белье.</p>
     <p>Довольно взглянуть на них, когда они ползают по палубе или висят на снастях. Они действительно слабы. У них запавшие щеки, землистый цвет кожи и большие темные круги вокруг глаз. Предсказанная мистером Меллэром новая беда — болячки — уже началась: у всех у них руки от кисти почти до плеча сплошь покрыты болячками. То один, то другой, а то и по несколько человек сразу — из-за ушибов ли во время шторма или от общей слабости — ложатся на койки и не встают дня по два. А это означает лишнюю работу для остальных. Поэтому те, кто еще держится на ногах, относятся к больным весьма нетерпимо, и человек должен серьезно заболеть, чтобы товарищи не выволокли его с койки на работу.</p>
     <p>Я не могу не удивляться Энди Фэю и Муллигану Джэкобсу. Просто непостижимо, как такие старые и тщедушные люди могут выносить то, что выносят они. Я не могу даже понять, что заставляет их вообще работать. Не могу понять, почему и тот и другой выбиваются из сил, повинуясь приказаниям в этом ледяном аду Горна. Не из-за страха ли смерти они не бросают работы и не навлекают смерть на всех нас? Или они просто порабощенные скоты с психологией рабов и до такой степени привыкли всю жизнь быть погоняемыми своими господами, что им и в голову не приходит возможность неповиновения?</p>
     <p>И как это ни странно, но большинство из них через неделю после того, как мы придем в Ситтль, наймутся на другие суда и опять пойдут к Горну. По мнению Маргарэт, это объясняется тем, что моряки забывчивы. Мистер Пайк согласен с ней. Он говорит, что за неделю юго-восточных пассатов в Тихом океане они позабудут, что когда-нибудь ходили вокруг Горна. Меня это удивляет. Неужели они так глупы? Неужели страдания не оставляют в них по себе никакого следа, и они боятся только непосредственно грозящей опасности? Должно быть, их умственный горизонт не простирается дальше завтрашнего дня. В таком случае — они на своем месте и не заслуживают лучшего.</p>
     <p>Они бесспорно трусы. Они доказали это с достаточной убедительностью сегодня в два часа ночи. Никогда еще не приходилось мне наблюдать такого панического, глупого, животного страха. Была вахта мистера Меллэра. Случилось как раз, что я читал «Ум первобытного человека» Боа, когда услыхал над головой топот ног. «Эльсинора» в это время лежала в дрейфе на левом галсе, со свернутыми парусами. Я недоумевал, что могло вызвать на корму всю смену, как вдруг опять раздался наверху топот бегущей второй смены. Не слышно было, чтобы люди возились со снастями, и у меня мелькнула мысль о мятеже.</p>
     <p>Но не было никакой суматохи, и, подстрекаемый любопытством, я напялил высокие сапоги, надел меховую куртку и перчатки, накинул плащ, шапку и вышел на палубу. Мистер Пайк, уже одетый, опередил меня. Капитан Уэст, который в бурную погоду ночует в командной рубке, стоял с подветренной стороны в дверях рубки, откуда свет от лампы падал на испуганные лица людей:</p>
     <p>Обитатели средней рубки отсутствовали, но люди с бака все (кроме Энди Фэя и Муллигана Джэкобса, как я потом узнал) бросились бежать на корму. Энди Фэй, принадлежавший к неочередной смене, спокойно остался лежать на своей койке, а Муллиган Джэкобс воспользовался случаем пробраться на бак и набить себе трубку.</p>
     <p>— Что случилось, мистер Пайк? — спросил капитан Уэст.</p>
     <p>Но прежде чем успел ответить старший помощник, Берт Райн сказал, усмехаясь:</p>
     <p>— Черт забрался на судно, сэр.</p>
     <p>Но его усмешка была явно лишь старанием показать, что он этому не верит, хотя в действительности было как раз наоборот. Чем больше я об этом думаю, тем больше удивляюсь, что такие пройдохи, как эти три негодяя, могли испугаться того, что произошло. Но не подлежит сомнению, что они испугались все трое, иначе они не соскочили бы со своих коек и не пожертвовали бы несколькими драгоценными минутами своего короткого отдыха.</p>
     <p>Ларри с перепугу что-то лопотал, гримасничал, как обезьяна, и работал локтями, силясь выбраться из темноты к полосе света, падавшего из рубки. Не лучше был и грек Тони: он тоже что-то бормотал про себя и поминутно крестился. В этом его поддерживали, как запевалу вторые голоса, оба итальянца — Гвидо Бомбини и Мике Циприани. Артур Дикон был почти в обмороке, и они с евреем Шанцем откровенно держались друг за друга, чтобы не упасть. Боб, толстый, огромного роста детина, рыдал, а другой юноша, Бонн Сплинтер, дрожал и щелкал зубами. И даже два лучших матроса — Том Спинк и мальтийский кокней, стоявший на заднем плане — повернулись спиной к темноте и, судя по их лицам, всеми своими помышлениями тянулись к свету.</p>
     <p>Из всех противных вещей, какие существуют на свете, я больше всего ненавижу и презираю истеричность в женщине и трусость в мужчине. Первое превращает меня в кусок льда. При виде истерических припадков я не испытываю никакой жалости. Вторая действует мне на желудок. Когда я вижу проявление трусости у мужчины, меня положительно тошнит. И, глядя на эту кучку ошалевших от страха животных, топчущихся на качающейся палубе, я чувствовал, что тошнота подступает мне к горлу. Право, будь я богом в тот момент, я без всякого сожаления уничтожил бы всю эту кучку…</p>
     <p>Впрочем, пожалуй, нет, — я пощадил бы одного из них — фавна. Его прозрачные, страдальческие, вопрошающие глаза с мучительной тревогой перебегали с одного лица на другое, стараясь понять. Он не знал, что случилось, и по своей глухоте подумал, что все бросились на корму в ответ на вызов к работе всех рук.</p>
     <p>Я обратил внимание на мистера Меллэра. Он убийца и боится мистера Пайка, но уж во всяком случае не боится сверхъестественного. В присутствии двух начальников, хоть это была его вахта, ему нечего было делать. Он покачивался на ногах в такт резким толчкам «Эльсиноры» и осматривался кругом с насмешливым, циничным выражением.</p>
     <p>— А скажи-ка, братец, каков из себя этот черт? — спросил Берта Райна капитан Уэст.</p>
     <p>Тот молчал, робко улыбаясь.</p>
     <p>— Отвечай капитану! — прикрикнул на него мистер Пайк.</p>
     <p>Угроза смертью выглянула на один миг из глаз этого парня в ответ на окрик старшего помощника. Потом он спокойно ответил капитану Уэсту:</p>
     <p>— Я не успел рассмотреть его, сэр. Только ростом он будет с кита.</p>
     <p>— Так точно, сэр, и уж никак не меньше слона, — вмешался Билль Квигли. — Я видел его лицом к лицу. Он чуть не схватил меня, когда я выбежал с бака.</p>
     <p>— О господи! — застонал Ларри. — Если бы вы слышали, сэр, как он дубасил к нам в стену, словно на страшный суд призывал.</p>
     <p>— Ну, брат, твоя теология немножко хромает; — спокойно улыбнулся капитан Уэст.</p>
     <p>Но я не мог не заметить, какое измученное было у него лицо, и какими усталыми казались его удивительные глаза Самурая. Он повернулся к старшему помощнику.</p>
     <p>— Мистер Пайк, пожалуйста, сходите на бак и повидайте этого черта. Да свяжите его покрепче, а завтра я приду взглянуть на него.</p>
     <p>— Есть, сэр, — отозвался мистер Пайк, и мне вспомнились строки Киплинга:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мужчина ль, женщина ль, сам Бог или сам дьявол —</v>
       <v>На свете есть ли что-нибудь такое,</v>
       <v>Что испугало б нас?..</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>И когда я вслед за мистером Пайком и мистером Меллэром направился по воздушному обледенелому мостику к баку сквозь непроницаемую стену ночной темноты, ни один человек не отважился последовать за нами. И в голове у меня промелькнули другие строки — из «Каторжника»:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Наши склады ломились от хлопка,</v>
       <v>И в золоте мачты стояли. Мы везли богатейший товар,</v>
       <v>Везли мы невольников в трюме.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>И дальше:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Клянусь клеймом, горящем на моем плече,</v>
       <v>И ранами; мне нанесенными звенящей сталью,</v>
       <v>Клянусь рубцами от бичей, что никогда не заживут…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>И еще:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Помятые жизнью невольники долга,</v>
       <v>Обломки поседелые годов давно минувших…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>И перед моим умственным взором в лучезарном ореоле встала фигура мистера Пайка, этого каторжника нашей расы, погонщика людей, действующего по приказу тех, кто выше его, верного подначального, искусного моряка, помятого жизнью и поседелого, битого и клейменного слуги того, кто покорил море. Теперь я знаю его и никогда больше не буду на него обижаться. Я все ему прощаю — и запах водки изо рта в тот день, когда я вступил на судно в Балтиморе, и его ворчливость в бурную погоду, и жестокость в обращении с людьми, и его рычанье и злую усмешку.</p>
     <p>На крыше средней рубки мы приняли такой душ, что я дрожу, как только вспоминаю о нем. Я одевался на скорую руку и не застегнул как следует плаща у шеи, так что вымок насквозь. Следующий пролет мостика мы прошли под фонтанами пены и были на крыше передней рубки, как вдруг что-то плававшее по палубе ударилось об ее стену с ужасающим треском.</p>
     <p>— Вот это-то, должно быть, и сошло у них за черта, — прокричал мне в ухо мистер Пайк, направляя на неизвестный предмет свет электрического фонарика, который он держал в руке.</p>
     <p>Луч света побежал по белой от пены воде, заливавшей палубу.</p>
     <p>— Вот оно! — вскрикнул мистер Пайк, когда «Эльсинора» нырнула носом, и вода покатилась через бак.</p>
     <p>Но свет погас, когда мы все трое ухватились за что попало и присели под потоками воды, хлынувшей через борт. Когда вода сбежала, мы услышали страшнейший грохот, доносившийся со стороны бака. Затем, когда нос поднялся, перед глазами у меня на один миг в скользнувшем и тотчас же убежавшем луче света мелькнули смутные очертания какого-то черного предмета, катившегося по наклонной палубе там, где уже не было воды. Куда он девался потом — мы не могли разглядеть.</p>
     <p>Мистер Пайк спустился на палубу в сопровождении мистера Меллэра. И вот, когда «Эльсинора» опять зарылась носом, и с кормы к баку хлынула вода, я увидел, что таинственный черный предмет катится прямо на двух помощников. Они успели отскочить, но свет опять погас, когда через борт на палубу обрушилась новая ледяная волна.</p>
     <p>Некоторое время мне не видно было ни того, ни другого. Затем при мелькнувшем на секунду свете фонарика я разглядел, что мистер Пайк гоняется за черным предметом. Он, очевидно, догнал его у снастей правого борта и успел обмотать свободным концом троса. Когда судно накренилось в правую сторону, я услышал там какую-то возню. Второй помощник бросился на помощь к старшему, вдвоем при помощи веревок они задержали убегавший предмет.</p>
     <p>Я тоже сошел вниз взглянуть, в чем дело. При свете фонарика мы увидели большую, всю обросшую раковинами, бочку.</p>
     <p>— Она плавает, по крайней мере, сорок лет, — решил мистер Пайк. — Взгляните, какие огромные раковины и какие у нее бакенбарды.</p>
     <p>— Она не пустая, в ней что-то жидкое. Надеюсь, не вода, — сказал мистер Меллэр.</p>
     <p>Я храбро предложил свою помощь, когда они, пользуясь промежутками между налетавшими волнами, покатили бочку к баку. В результате я сквозь перчатку порезал себе руку острым краем сломанной раковины.</p>
     <p>— Тут, несомненно, какая-то жидкость, но мы не будем пробовать ее до утра, — сказал Мистер Пайк.</p>
     <p>— Но откуда взялась эта бочка? — спросил я.</p>
     <p>— Ясное дело, что из-за борта; больше ей неоткуда было явиться, — ответил мистер Пайк, направляя на нее свет фонарика. — Вы только посмотрите: она, наверно, плавает в море уже многие-многие годы.</p>
     <p>— Если это вино, оно должно быть достаточно выдержанным, — заметил мистер Меллэр.</p>
     <p>Предоставив им привязывать бочку, я заглянул на бак. Матросы в своем стремительном бегстве не позаботились затворить дверь, и все помещение бака было затоплено. При мерцающем свете маленькой висячей лампочки, сильно коптившей, моим глазам предстала грустная картина. Я убежден, что ни один уважающий себя пещерный человек не согласился бы жить в такой дыре.</p>
     <p>В то время, когда я стоял и смотрел, набежавшая волна заполнила все пространство между бортом и рубкой, и через открытую дверь бака меня по пояс окатило ледяной водой. Я должен был уцепиться за косяк, чтобы удержаться на месте. Лежа на боку на верхней койке, Энди Фэй пристально смотрел на меня своими злыми голубыми глазами. А на грубом, сколоченном из толстых досок столе сидел Муллиган Джэкобс, болтал в воде ногами в высоких сапогах и посасывал трубку.</p>
     <p>Увидев меня, он выразительно указал мне на плававшие намокшие листки из книг.</p>
     <p>— Моя библиотека пошла к черту, — грустно проговорил он. — Вон мой Байрон. А вон Золя и Броунинг и кусочек Шекспира гоняются друг за другом, а за ними тащатся остатки «Антихриста». А вон там Золя и Карлейль так крепко склеились, что их не оторвать друг от друга.</p>
     <p>Тут «Эльсинора» качнулась в правую сторону, и хлынувшая с бака вода намочила мне ноги выше колен. Мои мокрые перчатки скользнули по железу, и меня отбросило к шпигатам, где еще раз перевернуло новой волной, набежавшей с наветренной стороны.</p>
     <p>Я был ошеломлен и наглотался соленой воды, прежде чем мне удалось ухватиться за перила трапа и взобраться на крышу рубки. Когда я шел по мостику к корме, навстречу мне попалась возвращавшаяся на бак команда. Мистер Меллэр и мистер Пайк разговаривали под прикрытием навеса рубки, а в рубке, когда я проходил через нее, сидел капитан Уэст и курил сигару.</p>
     <p>Переодевшись в сухую пижаму, я забрался на свою койку, но не успел приняться за «Ум первобытного человека», как над моей головой снова раздался топот ног. Я ждал, не повторится ли этот топот. И услышал.</p>
     <p>Тогда я стал одеваться.</p>
     <p>Сцена, которую я застал на корме; была повторением предыдущей, только люди были еще более возбуждены и еще больше напуганы.</p>
     <p>Они говорили все зараз, перебивая друг друга.</p>
     <p>— Замолчите! — рычал на них мистер Пайк, когда я подошел. — Говорите по одному и отвечайте на вопросы капитана.</p>
     <p>— Теперь это уже не бочка, сэр, — сказал Том Спинк. — Это что-то живое. И если не черт, так выходец с того света. Я видел его, как вижу вас сейчас. Он — человек, или когда-нибудь был человеком.</p>
     <p>— Их было двое, сэр, — перебил его Ричард Гиллер, один из «каменщиков».</p>
     <p>— Мне показалось, сэр, что он смахивает на Петро Маринковича, — заговорил опять Том Спинк.</p>
     <p>— А другой был Иесперсен — я хорошо его рассмотрел, — добавил Гиллер.</p>
     <p>— Не двое, а трое их было, сэр, — вмешался Нози Мерфи. — Третий был О'Сюлливан. Это не черти, сэр, это утопленники. Первого увидел Соренсен. Он схватил меня за руку и показал, и тогда я тоже увидел его. Он стоял на крыше передней рубки. И Олансен его видел, и Дикон, и Хаки.</p>
     <p>Все мы видели его, сэр. А потом и второго. А когда все бросились бежать, я еще оставался, и тогда увидел третьего. Может быть, их там и больше. Я не стал ждать и тоже убежал.</p>
     <p>Капитан Уэст остановил его.</p>
     <p>— Мистер Пайк, потрудитесь выяснить эту чепуху, — проговорил он усталым голосом.</p>
     <p>— Есть, сэр, — ответил мистер Пайк и повернулся к команде. — Идемте все со мной. На этот раз придется вязать трех чертей.</p>
     <p>Но люди подались назад, не слушаясь приказания.</p>
     <p>— За два цента… — буркнул было себе под нос мистер Пайк, но сдержался и не продолжал.</p>
     <p>Он повернулся на каблуках и зашагал к мостику. В том же порядке, как и в первый раз, мы двинулись все трое, — мистер Меллэр вторым, а я в хвосте шествия. Этот второй наш поход ничем не отличался от первого, только теперь мы получили два душа — один на середине первого пролета мостика, а второй на крыше средней рубки.</p>
     <p>На баке мы остановились. Тщетно мистер Пайк светил своим фонариком. Ничего не было видно, ни слышно, кроме темной, с пятнами белой пены, воды, бурлившей на палубе, рева ветра в снастях и плеска и грохота волн, перехлестывавших через борт. Мы пошли дальше, но, дойдя до половины последнего пролета мостика, принуждёны были остановиться и ухватиться за фок-мачту, чтобы нас не снесло в море набежавшей огромной волной.</p>
     <p>Улучив благоприятный момент между двумя валами, мистера Пайк стал светить своим фонариком, и я слышал, как он что-то сказал мистеру Меллэру. Затем оба они направились дальше, я остался ждать их у фок-мачты, крепко держась за нее, причем получил новый душ. Иногда мне виден был луч света от фонаря, то появлявшийся, то исчезавший, мелькавший то тут, то там. Через несколько минут они вернулись ко мне.</p>
     <p>— Половина нашего бушприта снесена, — сказал мне мистер Пайк. — Очевидно, мы на что-то наткнулись.</p>
     <p>— Вскоре после того, сэр, как вы в последний раз сошли вниз, я почувствовал толчок, но подумал, что это море злится, — сказал мистер Меллэр.</p>
     <p>— Я тоже слышал удар, — сказал мистер Пайк. — Я в ту минуту снимал сапоги. И тоже подумал, что море. Где же, однако, те три черта?</p>
     <p>— Откупоривают бочку, надо полагать, — пошутил мистер Меллэр.</p>
     <p>Мы прошли над баком, опустились по железному трапу вниз, туда, где не было ни ветра, ни воды. Там стояла бочка, прочно привязанная. Облепившие ее раковины поражали своими размерами. Каждая раковина была величиной с хорошее яблоко. Нос «Эльсиноры» нырнул, и струей воды нам залило ноги, а когда нос поднялся и вода побежала к корме, за ней от бочки потянулись нити водорослей не менее фута длиной.</p>
     <p>Под предводительством мистера Пайка, пользуясь каждой минутой между набегами волн, мы обыскали палубу на всем пространстве от бака до передней рубки, но не нашли чертей. Мистер Пайк заглянул в дверь бака, и яркий луч света от его фонарика прорезал полумрак под коптившей лампочкой. И тут-то мы увидели чертей. Нози Мерфи был прав: их было трое.</p>
     <p>Я опишу всю картину. Мокрая, обледенелая каюта с облезшей краской на железных, проржавевших стенах, с низким потолком и двумя этажами коек, пропитанная зловонными испарениями тридцати человек. На одной из верхних коек, на боку, в высоких сапогах и в плаще, лежал Энди Фэй, глядя на нас в упор злыми глазами. На столе, свесив в воду ноги, сидел Муллиган Джэкобс и сосал свою трубку, спокойно разглядывая трех человек невысокого роста, в высоких сапогах и окровавленном платье, стоявших рядом и качавшихся в такт ныряньям «Эльсиноры».</p>
     <p>Но что это были за люди! Я знаю Ист-Сайд и Ист-Энд и присмотрелся к лицам представителей всевозможных национальностей, но к какой расе принадлежали эти три человека, я отказался бы определить. Уж, конечно, не Средиземное море создало эту породу. И не Скандинавия. Они не были блондинами, не были и брюнетами. Их нельзя было назвать ни чернокожими, ни краснокожими, ни желтокожими. Несмотря на покрывавший их лица бронзовый загар от солнца и от ветра, было видно, что у них белая кожа. Волосы у них были бесцветные, песочного оттенка, хотя теперь, мокрые, они казались темнее. Но глаза были темные и — не темные. Они были не голубые и не серые, и не зеленые, и не карие, и не черные. Они были цвета топаза, бледного топаза. Они блестели и глядели мечтательно, как глаза большого ленивого кота. Эти белобрысые, заброшенные к нам бурей люди с бледными топазовыми глазами смотрели на нас как лунатики.</p>
     <p>Они не поклонились нам, не улыбнулись, ничем не выразили, что они замечают наше присутствие. Они только смотрели на нас и мечтали или грезили наяву.</p>
     <p>С нами заговорил Энди Фэй.</p>
     <p>— Адская ночь, и ни минуты сна с этими происшествиями, — сказал он.</p>
     <p>— Хотел бы я знать, откуда принесло сюда этих уродов? — проворчал Муллиган Джэкобс.</p>
     <p>— У тебя есть язык во рту. Отчего же ты их не спросил? — окрысился на него мистер Пайк.</p>
     <p>— Я умею пользоваться своим языком, когда захочу. Уж тебе-то, старое полено, это хорошо известно, — огрызнулся в ответ Джэкобс.</p>
     <p>Но мистеру Пайку было некогда сводить личные счеты. Он, не отвечая, повернулся к полусонным пришельцам и заговорил с ними на всех наречиях теми фразами, которые имеет полную возможность изучить каждый скитающийся по свету англосакс, но ради которых, по своему упорному презрению к чуждым народам, он считает излишним ломать свой язык.</p>
     <p>Странные гости ничего не ответили. Ни один даже головой не качнул. Их лица оставались совершенно спокойными и не выражали даже любопытства, а в их топазовых глазах отражались глубокие грезы. Но лица у всех были приятные. Во всяком случае, это были живые люди. Кровь текла по их лицам и присыхала к одежде.</p>
     <p>— Голландцы, — пробурчал мистер Пайк с должным презрением ко всем чуждым народам и сделал им знак рукой ложиться на свободные койки.</p>
     <p>Знакомство мистера Пайка с нациями невелико. Кроме собственного народа, он различает только три: негров, голландцев и цыган.</p>
     <p>Наши гости ещё раз доказали, что они живые люди. Они поняли приглашение старшего помощника и, переглянувшись между собой, вскарабкались на верхние койки и закрыли глаза. Я мог бы поклясться, что первый из них через полминуты уже спал.</p>
     <p>— Надо расчистить наверху, а то совсем завалило обломками, — сказал мистер Пайк, собираясь уходить. — Пошлите матросов наверх, мистер Меллэр, и вызовите плотника.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXVI</p>
     </title>
     <p>Мы распростились с западным направлением. Нас отнесло назад к востоку на три градуса с той ночи, когда на судно к нам явились незваные гости. Появление с моря этих людей — большая загадка. «Цыгане с Горна» — зовет их Маргарэт, а мистер Пайк продолжает величать их голландцами. Несомненно одно: они говорят между собой на каком-то особенном языке. Но во всей нашей мешанине национальностей — как на баке, так и на юте — нет ни одного человека, который понимал бы хоть слово из этого языка и мог бы определить их национальность.</p>
     <p>Мистер Меллэр высказал догадку, что они родом из Финляндии, но это было с негодованием опровергнуто вашим косолапым юношей плотником, который клянется, что он сам — финн. Повар Луи уверяет, что во время одного из своих кругосветных путешествий он встречал людей такого типа, но не может припомнить, ни когда это было, ни к какой расе принадлежали те люди. И он, и остальные азиаты принимают присутствие на судне этих трех незнакомцев как нечто естественное.</p>
     <p>Но вся команда, за исключением Энди Фэя и Муллигана Джэкобса, продолжает смотреть на них с суеверным страхом и сторониться от них.</p>
     <p>— Не будет от них добра, сэр, — говорил нам Том Спинк, стоя у штурвала и с зловещим видом покачивая головой.</p>
     <p>Мы стояли возле него, балансируя в такт легкой качке судна, и рука Маргарэт лежала на моей. Мы только что кончили нашу прогулку, которая теперь вошла у нас в обязательный ритуал, так как мы совершаем ее с гигиенической целью ежедневно между одиннадцатью и двенадцатью часами.</p>
     <p>— Да что же в них худого? — спросила Маргарэт, незаметно подтолкнув меня локтем, чтобы обратить мое внимание на то, что ответит Том Спинк.</p>
     <p>— Они не люди, мисс, — не такие, как обыкновенные люди. Не настоящие люди.</p>
     <p>— Они, правда, выбрали не совсем обыкновенный способ явиться к нам на судно, — засмеялась она.</p>
     <p>— Вот именно, — подхватил Том Спинк, заметно обрадовавшись, что его понимают. — Откуда они взялись? Они не говорят и, конечно, не скажут. Они не люди. Они — выходцы с того света, души моряков, давно утонувших, — души матросов с того самого погибшего судна, с которого была пущена и эта бочка. А это было много-много лет назад. Вам это всякий скажет, мисс: стоит только взглянуть, какими огромными раковинами она успела с той поры обрасти.</p>
     <p>— И вы серьезно так думаете? — спросила Маргарэт.</p>
     <p>— Мы все так думаем, мисс. Не даром же всю жизнь мы провели в море. Сухопутный народ, сказать к примеру, не верит в Летучего Голландца. Но что они знают? Они не моряки. Наверно, ни одного из них не хватал за ноги выходец с того света, как это было со мной на «Кетлин» тридцать пять лет назад, когда я сидел в трюме между бочками с водой. Он даже башмак с меня стащил. И отчего же через два дня после того я провалился в люк и сломал себе руку? И вот что я скажу вам, мисс. Я видел, как они знаками показывали мистеру Пайку, что будто мы наткнулись на их судно, когда оно лежало в дрейфе. Так вы не верьте этому. Никакого судна не было.</p>
     <p>— Но чем же вы объясняете, что у нас обломан бушприт? — спросил я его.</p>
     <p>— Мало ли, сэр, на свете такого, чего нельзя объяснить, — ответил он. — Кто объяснит, каким образом финны ухитряются налаживать погоду? А между тем все мы знаем, что они это делают. Скажите, сэр, отчего вам на этот раз так трудно достается обход Горна? Отчего — спрашивается. А знаете отчего?</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Из-за плотника, сэр. Теперь открылось, что он — финн. Но отчего же он молчал об этом всю дорогу от Балтиморы?</p>
     <p>— Да зачем же было ему говорить? — сказала Маргарэт.</p>
     <p>— Он и не говорил, до тех пор, пока к нам не явились эти трое. Я подозреваю, что ему известно о них больше, чем он признается. Заметьте, мисс, как мы задерживаемся из-за погоды. А кто же не знает, что финны — колдуны и могут заговаривать погоду!</p>
     <p>Я навострил уши.</p>
     <p>— С чего вы взяли, что финны — колдуны? — спросил я.</p>
     <p>— То есть как с чего? Я давно это знаю. Финны — колдуны, это сущая правда.</p>
     <p>— Но ведь эти три человека не финны, — возразила Маргарэт.</p>
     <p>Том Спинк торжественно качнул головой.</p>
     <p>— Нет, мисс. Они — утопленники, матросы, утонувшие очень давно. Вы присмотритесь к ним и сами увидите. А плотник мог бы порассказать о них кое-что, если бы хотел.</p>
     <p>Как бы то ни было, наши таинственные гости — весьма желательное добавление к нашей ослабевшей команде. Я наблюдаю их за работой. Они сильны и работают охотно. Мистер Пайк говорит, что они настоящие моряки, — он это видит, хотя и не понимает их языка. Он полагает, что они шли на каком-нибудь маленьком английском или иностранном судне, и в то время, когда оно лежало в дрейфе, «Эльсинора» наскочила на него и пустила его ко дну.</p>
     <p>Я позабыл сказать, что занесенная к нам морем бочка оказалась почти доверху наполненной чудеснейшим вином, но как оно называется — никто из нас не знает. Как только шторм немного поутих, мистер Пайк распорядился перенести бочку на ют и откупорить, а буфетчик и Вада разлили вино по бутылкам. Ему очень много лет. Мистер Пайк уверяет, что это даже не вино, а какая-то легкая неизвестная водка. Мистер Меллэр только причмокивает над своим стаканом, а капитан Уэст и мы с Маргарэт твердо стоит на том, что это — вино.</p>
     <p>Состояние команды становится поистине плачевным. Эти люди и всегда-то были плохи при работе со снастями, а теперь нужны два-три человека там, где раньше управлялся один. Счастье еще, что они хорошо, хоть и грубой пищей, питаются, — они едят, сколько хотят, — а убивают их ужасные условия жизни — холод и сырость, недостаток сна и почти непрерывная работа наверху. Обе смены так слабы и так мало работоспособны, что при мало-мальски трудной работе одна смена не может обойтись без помощи другой.</p>
     <p>Вот вам пример: в конце концов нам удалось взять рифы и наладить фок во время шторма, но над этим два часа проработали обе смены, а мистер Пайк говорит, что в прежнее время при таких же условиях команда среднего достоинства, в составе одной только смены, выполняла эту работу в двадцать минут.</p>
     <p>Я узнал одно из главных преимуществ стальных судов. Стальное судно, даже тяжело нагруженное, не дает течи при самом сильном волнении. За исключением маленькой течи в одном из отделений трюма, с которой мы вышли из Балтиморы и которая дает такое незначительное количество воды, что ее вычерпывают ведром один раз в несколько недель, «Эльсинора» совершенно непроницаема. Мистер Пайк говорит, что если бы деревянное судно таких же размеров и с таким же количеством груза выдержало такую трепку, как мы, оно текло бы как решето. После рассказа мистера Меллэра, основанного на личном его опыте, мое уважение к мысу Горну усугубилось. Однажды, когда мистер Меллэр был еще молодым человеком, их судно восемь недель пробивалось от пятидесятой параллели Атлантического океана до пятидесятой параллели Тихого. А в другой раз им дважды пришлось возвращаться на Фалкландские острова для починок. И еще раз, когда деревянное судно, на котором он служил, возвращалось, потерпев аварию, на Фалкланды, налетевшим шквалом его потопило у самого входа в порт Стэнли.</p>
     <p>— Мы целый месяц просидели там, сэр, — рассказывал он, — и вдруг видим, входят в порт старушка «Люси Пауэрс». Но в каком виде! Фок-мачта и половина рей срезаны как ножом; капитан убит свалившейся на него реей; у старшего помощника сломаны обе руки; второй помощник болен; а остатки команды у помп — выкачивают воду. Наше судно погибло, поэтому наш шкипер принял командование над «Люси Пауэрс», починил ее, оснастил, взял обе команды, и мы отправились дальше другим, кружным путем, выкачивая воду по два часа в каждую смену до самого Гонолулу.</p>
     <empty-line/>
     <p><strong>* * *</strong></p>
     <p>Бедные куры! Благодаря своему несвоевременному линянью они остались без перьев. Казалось бы, было бы чудом, если бы выжила хоть одна, а их издохло только шесть штук. По распоряжению Маргарэт в керосиновой печке все время поддерживается огонь, и хоть куры перестали нестись, она с уверенностью утверждает, что они исправятся, как только мы войдем в теплые широты.</p>
     <p>Не стоит описывать все эти нескончаемые западные шквалы, — так они однообразны. Один похож на другой, и они так быстро следуют друг за другом, что море не успевает успокоиться. Нас так давно качает и подкидывает, что представление о чем-нибудь неподвижном, хотя бы, например, о прочно установленном биллиарде, как-то даже не укладывается в голове. В прежних моих воплощениях мне попадались неподвижные предметы, но… но то было в прежних воплощениях.</p>
     <p>За последние десять дней мы два раза подходили к утесам Диэго Рамирец. В настоящий момент, по приблизительному подсчету, мы находимся в двухстах милях к востоку от них. За последнюю неделю мы три раза лежали в дрейфе, и вода доходила до люков. У нас сорвало с рей шесть больших парусов из толстейшей парусины. Бывает, что команда так ослабевает, что на вызов «все наверх» является лишь половина двух смен.</p>
     <p>Ларса Якобсена, который сломал ногу еще в начале плавания, несколько дней назад подшибло набежавшей волной, и он опять сломал ту же ногу. С Дитманом Олансеном, косоглазым норвежцем, вчера во вторую вечернюю вахту сделался припадок бешенства, и он долго буянил на баке. Вада мне говорил, что четыре человека — «каменщики» Фицджиббон и Гиллер, мальтийский кокней и Стив Робертс, ковбой, еле-еле справились с сумасшедшим. Все они из смены мистера Меллэра. Джон Хаки из смены мистера Пайка, державшийся раньше в стороне от трех висельников, под конец не выдержал и присоединился к ним. А сегодня утром мистер Пайк выволок за шиворот Чарльза Дэвиса с бака, где тот вздумал разъяснять морские законы этим жалким слизнякам. Мистер Меллэр, как я замечаю, продолжает поддерживать неподобающую близость с этой гнусной кликой. Но пока ничего серьезного не произошло.</p>
     <p>А Чарльз Дэвис не умирает. По-видимому, он даже прибавляется в весе. Он не пропускает ни одной еды. Стоя под тентом на краю юта, я часто вижу, как он, не обращая внимания ни на ветер, ни на захлестывающие на палубе волны, с кастрюлей или тарелкой в руках пробирается через потолки ледяной воды за едой из своей каюты на кубрик. Он умеет предугадывать движение судна, — по крайней мере, я ни разу не видел, чтобы его как следует окатило водой. Случается, конечно, что его обрызгает пеной, или он окажется по колено в воде, но от больших седобородых валов он как-то всегда ухитряется увернуться.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXVII</p>
     </title>
     <p>Сегодня удивительное событие: в полдень было видно солнце в течение пяти минут. Но какое! Бледное, холодное, хилое, стоявшее всего на 9°18′ над горизонтом. А через час мы убрали паруса и легли в дрейф под снежным вихрем, налетевшего с юго-запада шквала.</p>
     <p>«Во что бы то ни стало держите на запад», — это правило для мореплавателей при обходе Горна выковано из железа. Теперь я понимаю, почему шкипера при благоприятном направлении ветра предоставляют матросам, упавшим за борт, тонуть и не останавливаются, чтобы спустить шлюпку. Мыс Горн — железный мыс, и нужны железные люди, чтобы обойти его с востока на запад.</p>
     <p>А мы все время идем на восток. Западному ветру не предвидится конца. Я с недоверием слушаю рассказы мистера Пайка и мистера Меллэра о тех случаях, когда в этих широтах дули восточные ветры. Не могло этого быть. Здесь всегда дует западный ветер; шквал за шквалом налетая с запада, всегда с запада, иначе почему же на морских картах печатается: «Полоса Великого Западного Ветра»? Мы, почетная гвардия юта, устали от этой вечной трепки. Наши матросы окончательно раскисли и размокли, покрылись болячками и превратились в какие-то тени людей. Я не удивлюсь, если капитан Уэст повернет, наконец, налево кругом и пойдет на восток, чтобы попасть в Ситтль, обойдя вокруг света. Но Маргарэт качает головой, спокойно улыбается и утверждает, что ее отец пробьется до пятидесятой параллели Тихого океана.</p>
     <p>Почему Чарльз Дэвис не умирает в своей мокрой, обледенелой, с облезшими стенами каюте — это выше моего разумения, так же, как и то, что несчастные матросы продолжают жить в прогнившем помещении бака вместо того, чтобы лечь на койки и умереть или, по крайней мере, отказаться выходить на вахты.</p>
     <p>Прошла еще неделя, и сегодня, согласно наблюдений, мы находимся в шестидесяти милях к югу от пролива Ле-Мэр и лежим в дрейфе под сильнейшим штормом. Барометр упал до 28,58, и даже мистер Пайк признается, что этот шторм — один из самых злых ревунов Сурового Мыса, с каким ему когда-либо приходилось бороться.</p>
     <p>В былое время мореплаватели держали курс на юг к антарктическим плавучим льдам до шестидесятого-шестьдесят пятого градуса, в надежде, что при первом благоприятном ветре их быстро погонит на запад. Но за последние годы все шкипера предпочитают при обходе Горна не слишком удаляться от берегов. Из ста тысяч случаев обхода Сурового Мыса они сделали вывод, что такой способ обхода оказывается самым верным. И капитан Уэст старается не удаляться от берегов. Он лежит в дрейфе на левом галсе, имея берег с подветренной стороны; а когда близость земли становится опасной, он поворачивает судно и снова ложится в дрейф на правый галс, чтобы судно относило от берега.</p>
     <empty-line/>
     <p><strong>* * *</strong></p>
     <p>Пусть я устал от вечной качки, от этих судорожных подергиваний судна, борющегося с суровым морем, но эта усталость мне нипочем. Мой мозг воспламенен великим открытием и великим достижением. Я открыл то, что выше всяких книг: я достиг того, что, как утверждает моя философия, является величайшим достижением человека. Я нашел любовь к женщине. Я не знаю, любит ли она меня. Да и не в этом суть. Суть в том, что сам я достиг высочайшей вершины, на какую только может подняться человеческий самец.</p>
     <p>Я знаю одну женщину, и. зовут ее Маргарэт. Она — Маргарэт; она — женщина и желанная. У меня тоже красная кровь. Я не из тех сухарей-книгоедов, к каким я с гордостью причислил себя. Я — мужчина и влюбленный, несмотря на проглоченные мною книги. А де-Кассер… Если когда-нибудь я вернусь в Нью-Йорк таким, каков я сейчас, в полном вооружении, я разобью его по всем пунктам так же легко, как сам он разбивал философские школы. Любовь есть заключительный аккорд. Разумному человеку одна любовь дает сверхнациональную санкцию его жизни. Подобно Бергсону с его недосягаемым небом и подобно тому, кто очистился в огне Пятидесятницы и узрел Иерусалим, попрал я ногами материалистические выводы науки, вознесся на высочайшую вершину философии и нашел свое небо, которое в сущности заключено во мне самом. Естество, меня составляющее, то, что я зову моим «я», так уже создано, что высшее свое осуществление оно находит в любви к женщине. Эта любовь — оправдание бытия. Да, оправдание и оплата, вознаграждение полностью за эфемерность и бренность нашей плоти и духа.</p>
     <p>И она только женщина, как и всякая другая, а мне — видит Бог — хорошо известно, что такое женщины. И я не заблуждаюсь насчёт Маргарэт, я знаю, что она только женщина, и все-таки влюбленным сердцем знаю, что она не совсем такая, как другие женщины. Ее движения, все ее повадки не такие, как у других женщин, и все они восхищают меня. Должно быть, кончится тем, что я стану строителем гнезда, ибо стремление к устройству гнезда есть одно из самых привлекательных ее свойств. А кто может сказать, что ценнее — написать библиотеку книг или свить гнездо?</p>
     <empty-line/>
     <p><strong>* * *</strong></p>
     <p>Монотонной вереницей тянутся дни, — серые, холодные, сырые, безотрадные дни. Вот уже месяц прошел, как мы начали обход Горна, и мы не только не подвинулись вперед, но даже попятились, так как теперь мы находимся миль на сто южнее пролива Ле-Мэр. Но даже и это наше положение гадательно, так как оно вычислено по лагу. Мы лежим в дрейфе и часто меняем направление, при непрерывно дующем встречном Великом Западном Ветре. Прошло четыре дня с тех пор, как мы в последний раз видели солнце.</p>
     <p>Взбудораженный штормами океан гонит к одному месту суда. Ни одно судно не может обогнуть Горн, и с каждым днем нашего полку прибывает. Не проходит дня, чтобы на горизонте не показалось двух, трех, а иногда до дюжины лежащих в дрейфе судов на правом или на левом галсе. По подсчету капитана Уэста, их должно быть в нашем соседстве не менее двухсот. Управлять лежащим в дрейфе судном невозможно. Каждую ночь мы рискуем роковым столкновением. Временами мы видим сквозь снежные вихри, как мимо нас проходят суда, идущие на восток попутным западным ветром, и проклинаем их. И так склонен ум человеческий увлекаться дикими фантазиями, что мистер Пайк и мистер Меллэр все еще утверждают, что они знают случаи, когда суда огибали Горн с востока на запад при попутном ветре. Наверное, не меньше года прошло с тех пор, как «Эльсинора» вышла из-под прикрытия берегов Фьерра-дель-Фуэго и очутилась в гуще ревущих юго-западных штормов, и уж по меньшей мере протекло столетие с того дня, когда мы отплыли из Балтиморы.</p>
     <p>А я только смеюсь над яростью серого моря на краю света. Я сказал Маргарэт, что люблю ее. Сказано это было вчера, под защитой тента, где мы стояли рядом у борта во вторую вечернюю вахту. И еще раз было это сказано, уже нами обоими, в ярко освещенной рубке, после того, как пробило восемь склянок и сменились вахты. Лицо Маргарэт горело от ветра, и вся она сияла гордостью, только глаза смотрели мягко и тепло, и веки трепетали женственно, по-девичьи. Великий был час — наш великий час… Бедняга человек всего счастливее тогда, когда он любит и любим. И в самом деле, печально для влюбленного, когда его не любят. И я, по этой и по другим еще причинам, могу поздравить себя с колоссальной удачей. Потому что, видите ли, будь Маргарэт женщиной другого склада, будь она… ну, скажем, будь она одною из тех обворожительных женщин, которые как будто созданы, чтобы любить, быть любимыми и искать защиты в сильных объятиях мужчины, тогда не было бы ничего необычайного и удивительного, в том, что она полюбила меня. Но Маргарэт есть Маргарэт, сильная, спокойная, уравновешенная, с замечательной выдержкой, госпожа своего «я». И это положительно чудо, что я мог пробудить любовь в такой женщине. Это просто невероятно. Выходя из своей каюты, я часто делаю крюк только для того, чтобы лишний раз заглянуть в эти продолговатые, холодные серые глаза и увидеть, как смягчится их выражение при виде меня. Она не Джульетта, благодарение творцу, и я, слава тебе Господи, не Ромео. И, однако, я выхожу один на обледенелую корму и бросаю вызов ревущему ветру и грохочущим седобородым валам, напевая вполголоса, что я люблю и любим. И одиноким альбатросам, кружащим надо мной в полумраке, я шлю все ту же весть, что я люблю и любим. И я гляжу на несчастных матросов, ползающих по залитой пеной палубе, и знаю, что, проживи они хоть десять тысяч жизней, никогда не испытать им того чувства любви, которое переполняет меня, и недоумеваю, зачем их создал Бог.</p>
     <p>— А знаете, — призналась мне сегодня утром Маргарэт в каюте, когда я выпустил ее из своих объятий, — я с самого начала нашего плавания твердо решила, что не позволю вам ухаживать за мной.</p>
     <p>— Истая дочь Иродиады, — весело сказал я. — Так значит вот в каком направлении шли ваши мысли с самого начала! Уж и тогда вы смотрели на меня оценивающими глазами женщины.</p>
     <p>Она гордо рассмеялась и не ответила.</p>
     <p>— Но что навело вас на эту мысль? — допрашивал я. — Почему вы ожидали, что я непременно начну ухаживать за вами?</p>
     <p>— Потому что так поступают все молодые пассажиры-мужчины в дальних плаваниях, — ответила она.</p>
     <p>— Стало быть, другие…</p>
     <p>— Всегда, — серьезно сказала она.</p>
     <p>В этот момент я впервые почувствовал приступ смешной ревности, но отогнал его притворным смехом и сказал:</p>
     <p>— Про одного очень древнего китайского философа говорят, будто он сказал то, что задолго до него наверно говорили пещерные люди, а именно, что женщина преследует мужчину; притворяясь, что убегает от него.</p>
     <p>— Бессовестный! — воскликнула она. — Я никогда не притворялась. Когда и в чем я притворялась, — скажите!</p>
     <p>— Ну, это щекотливый вопрос… — начал было я с напускным смущением.</p>
     <p>— Нет, говорите, — когда я притворялась? — не отставала.</p>
     <p>Я воспользовался одною из уловок Шопенгауэра, чтобы выйти из затруднения.</p>
     <p>— Вы с самого начала делали вид, что не замечаете ничего, что только можно было позволить себе не заметить, — сказал я. — Держу пари, что вы не хуже меня знали, в какой момент мне стало ясно, что я вас полюбил.</p>
     <p>— Я знала, в какой момент вы меня возненавидели, — это верно, — уклонилась она от прямого ответа.</p>
     <p>— Да, я знаю, это было, когда я увидел вас в первый раз и узнал, что вы плывете с нами, — сказал я. — Но я повторяю мое обвинение. Вы знали, в какой момент я понял, что люблю вас.</p>
     <p>О, как хороши были ее глаза и как внушительна ее спокойная уверенность, когда, положив руку мне на плечо, она сказала тихим голосом:</p>
     <p>— Да, я… я думаю, что я знала. Это было у Ла-Платы, в тот день, когда разыгрался шторм и вас ударило о дверь каюты моего отца. Я догадалась по вашим глазам. Да, так, это была самая первая минута: вы тогда поняли, что любите меня.</p>
     <p>Я мог только кивнуть в ответ и притянуть ее к себе. А она подняла на меня глаза и добавила:</p>
     <p>— Какой вы были смешной! Сидите на кровати, одной рукой держитесь за нее, а другую запрятали подмышку, и смотрите на меня сердитыми глазами. И тут-то, сама не знаю, почему… я догадалась, что вы поняли…</p>
     <p>— И в следующий же момент вы заморозились, — довольно нелюбезно перебил я ее.</p>
     <p>— Ну да, потому и заморозилась, что поняла, — без смущения созналась она. Потом отклонилась от меня, оставив руки на моих плечах, рассмеялась своим переливчатым смехом, и губы ее, улыбаясь, обнажили чудные белые зубы.</p>
     <p>Я, Джон Патгерст, знаю одно: никто и никогда не слышал такого восхитительного переливчатого смеха, каким смеется она.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXVIII</p>
     </title>
     <p>Я думаю, думаю, и ничего не понимаю. Неужели Самурай ошибся? Или, может быть, мрак приближающейся смерти затмил его холодный, ясный ум и насмеялся над его мудростью? Или же именно этот промах его был причиной его преждевременной смерти? — Не знаю и никогда не узнаю, ибо это такой вопрос, которого никто не решится коснуться даже намеком, а тем не менее обсуждать.</p>
     <p>Начну с начала, со вчерашнего дня. Вчера после полудня, ровно через пять недель после того, как мы вышли из пролива Ле-Мэр в пустыню угрюмого бурного океана, мы снова оказались лежащими в дрейфе прямо против Горна. В четыре часа, когда сменялись вахты, Уэст приказал мистеру Пайку повернуть судно через фордевинд.</p>
     <p>Мы в это время шли правым галсом, удаляясь от берега. С этим маневром курс наш менялся: теперь мы должны были идти левым галсом и, следовательно (так мне, по крайней мере, казалось) приближаться к берегу, хотя, разумеется, под острым углом.</p>
     <p>Я из любопытства зашел в командную рубку взглянуть на карту. Определив на глазомер расстояние, я решил, что мы находимся в довольно близком соседстве с Горном — не дальше как в пятнадцати милях от него.</p>
     <p>Я набрался храбрости и спросил капитана Уэста:</p>
     <p>— Ведь при скорости нашего хода мы к утру будем у самого берега, не так ли?</p>
     <p>Он кивнул головой.</p>
     <p>— Да, если бы не западный ветер, — и если бы берег не загибался на северо-восток, — мы были бы к утру на берегу. Но принимая во внимание эти два условия, мы подойдем к берегу на рассвете, с тем, чтобы обогнуть его, если ветер переменится, или, если не будет никакой перемены, снова повернуть судно через фордевинд.</p>
     <p>Мне и в голову не приходило оспаривать его выводы. Раз он это говорит, значит, это верно. Разве он не Самурай?</p>
     <p>Но вот через несколько минут, когда он спустился в каюты, я увидел, как в рубку вошел мистер Пайк. Я прошелся по мостику, постоял и посмотрел, как Нанси и еще несколько человек переносили брезенты с подветренной на наветренную сторону, и прошел к рубке. Меня словно подтолкнуло что-то заглянуть в нее сквозь иллюминатор.</p>
     <p>Там был мистер Пайк. Без шапки, в плаще, с которого струилась на пол вода, с циркулем и со шкалой в руках, он стоял, наклонившись над картой. Меня поразило выражение его лица. От его обычной угрюмости не оставалось и следа. Тревогу, граничащую со страхом, — вот что прочел я на его лице… и возраст. Никогда еще он не казался мне таким старым. Только теперь я понял, какую усталость должен был он испытывать от своего шестидесятилетнего созерцания моря, от борьбы с морем.</p>
     <p>Я тихонько отошел от иллюминатора, прошел на корму и сквозь туман и брызги пены стал всматриваться в ту сторону, куда предполагалось держать курс. Я знал, что где-то там, на северо-востоке и на севере тянется железный берег из зазубренных скал, о которые разбиваются седобородые валы. А здесь, в командной рубке опытный моряк, с тревогой наклонившись над картой, измеряет, вычисляет и, не веря себе, снова измеряет и вычисляет положение судна и его предполагаемый курс.</p>
     <p>Но Самурай не мог быть не прав — я это твердо знал. Не Самурай ошибается, а слуга Самурая. На нем начинает наконец сказываться возраст, чего и надо было ожидать, если принять во внимание, что из десяти тысяч человек, может быть, он один боролся со старостью так успешно.</p>
     <p>Я посмеялся над моим мимолетным приступом глупого страха и сошел вниз, радуясь, что увижу сейчас мою милую, и успокоенный мыслью, что я смогу, вполне положиться на мудрость ее отца. Вне всякого сомнения, он был прав. Он достаточно часто доказывал свою правоту за время нашего долгого плавания.</p>
     <p>За обедом мистер Пайк был очень рассеян. Он не принимал никакого участия в общем разговоре и все время как будто прислушивался к звукам извне — к несносному звону стальной полой мачты, о которую колотились канаты, к заглушённому вою ветра в снастях, к плеску и грохоту волн, катившихся по палубе и ударявших о железные стены каюты.</p>
     <p>И опять я почувствовал, что разделяю его опасения, хотя из деликатности я ни тогда, ни потом не стал расспрашивать его о причинах его беспокойства. В восемь часов он снова поднялся на палубу, чтобы вступить на вахту до полуночи, а я улёгся в постель, и, отогнав зловещие предчувствия, раздумывал о том, на сколько еще плаваний хватит этого человека после его внезапного приступа старости.</p>
     <p>Я скоро заснул, а в полночь проснулся при еще горящей лампе и с «Зеркалом моря» на груди, которое я выронил из рук, засыпая. Я слышал, как сменились вахты, и, совершенно выспавшись, читал, когда мистер Пайк сошел вниз и прошел по коридору, мимо моей открытой двери, по дороге в свою каюту.</p>
     <p>Я хорошо изучил его привычки и по наступившей тишине догадался, что он свертывает папиросу. Затем я услыхал, что он кашляет, что всегда бывало с ним, как только, закурив, он затягивался в первый раз, и дым попадал к нему в легкие.</p>
     <p>В четверть первого, на середине восхитительной главы «Тяжесть ноши» Конрада, я услышал, что мистер Пайк опять идет по коридору.</p>
     <p>Незаметно взглянув поверх книги, я увидел, что он в полной штормовой амуниции — в высоких сапогах, в плаще и в теплой шапке. Это были часы его отдыха, а при этом нескончаемом ветре ему и так приходилось очень мало спать, и тем не менее он шел на палубу.</p>
     <p>Я читал и ждал, но прошел целый час, а он не возвращался, и я знал, что где-нибудь там, наверху он внимательно всматривается в надвигающуюся ночную тьму. Я облекся во все свои тяжелые штормовые доспехи, начиная с меховой куртки и сапог и кончая клеенчатым плащом и шапкой. Дойдя до трапа, я увидел в конце коридора свет, выходивший из каюты Маргарэт. Я заглянул к ней (она оставляла на ночь свою дверь открытой для вентиляции) и увидел, что она читает.</p>
     <p>— Нет, мне просто не спится, — ответила она на мой вопрос, не больна ли она.</p>
     <p>Я не думаю, чтобы у нее были какие-нибудь опасения. Она и теперь еще не знает, я уверен, об ошибке Самурая — если была ошибка; Ей просто не спалось, как она и сказала, хотя — как знать? — не передалась ли ей каким-нибудь таинственным путем тревога мистера Пайка, хоть она и не сознавала ее.</p>
     <p>Поднявшись по трапу и проходя по маленькой передней, чтобы выйти на палубу с подветренной стороны, я заглянул в рубку. На диване лежал на спине с неловко подвернутой головой на слишком высокой подушке, капитан Уэст и, как показалось мне, спал. В рубке было тепло от поднимавшегося из каюты нагретого воздуха, и он лежал ничем не прикрытый, но в верхнем платье, только сняв плащ и сапоги. Он дышал легко и ровно, и тонкие, аскетические черты его лица казались мягче при слабом свете лампочки. И от одного взгляда этого человека ко мне вернулись спокойствие и вера в его мудрость, и мне стало смешно, что я имел глупость променять теплую постель на прогулку по обмерзшей палубе.</p>
     <p>Под тентом у края кормы я застал мистера Меллэра. Он был бодр и, по-видимому, не беспокоился. Должно быть, он не задумывался над вопросом о произведенном накануне повороте судна через фордевинд, и ему не приходило в голову усомниться в целесообразности этого маневра.</p>
     <p>— Шторм стихает, — сказал он мне, указывая рукой в теплой перчатке на ясный кусок неба, показавшийся на один миг из-за редеющих туч.</p>
     <p>Но где же был мистер Пайк? И знал ли второй помощник, что он был наверху? Я попробовал выведать это от мистера Меллэра, пока мы с ним шли по корме к штурвалу. Я заговорил о том, как плохо спать в бурную погоду, сказал, что, по крайней мере, у меня от сильной качки делается какое-то тревожное настроение и бессонница, и спросил, так же ли действует дурная погода на моряков.</p>
     <p>— Сейчас, проходя через среднюю рубку, я видел капитана Уэста: он спит как младенец, — добавил я.</p>
     <p>На этом месте разговора мы остановились возле средней рубки и дальше не пошли. Мистер Меллэр рассмеялся.</p>
     <p>— Поверьте, мистер Патгерст, что и все мы спим не хуже, — сказал он. — Чем сильнее ветер, тем тяжелее наша работа, и тем крепче мы спим. Мне стоит только положить голову на подушку, и я уже сплю мертвым сном. У мистера Пайка это выходит подольше, потому что он, сойдя вниз, непременно должен выкурить папиросу. Но, пока курит, он раздевается, так что ему требуется всего какая-нибудь лишняя минута, чтобы заснуть. Держу пари, что с десяти минут первого он ни разу не пошевелился во сне.</p>
     <p>Итак, второй помощник не подозревал, что старший на палубе. Я опять сошел вниз посмотреть, не там ли он. В его каюте горела висячая лампочка, и койка была не занята. Я прошел в кают-компанию, погрелся там у печки и снова поднялся на палубу. Я не пошел к тому краю кормы, где, как я знал, стоял мистер Меллэр, а, обойдя с подветренной стороны, поднялся на мостик и направился к баку.</p>
     <p>Мне некуда было спешить, и я несколько раз останавливался во время этой прогулки по холодной и сырой палубе. Шторм действительно стихал, так как из-за редеющих нависших туч то и дело проглядывали звезды. В средней рубке мистера Пайка не было. Я обошел ее под ледяными брызгами пены и стал внимательно всматриваться в крышу передней рубки, где в бурную погоду, как мне было известно, обыкновенно стоял вахтенный. Я был в двадцати шагах от этой рубки, когда, при свете звезд внезапно прояснившегося неба, я увидел на крыше стоявших рядом — вахтенного (кого именно — я не мог различить) и мистера Пайка. Не выдавая своего присутствия, я долго наблюдал за ними и знал, что глаза старшего помощника, как, два буравчика, просверливали темноту, отделявшую «Эльсинору» от осаждаемого седобородыми валами железного берега, который он силился разглядеть.</p>
     <p>Когда я вернулся на корму, меня окликнул удивленный мистер Меллэр.</p>
     <p>— Я думал, сэр, вы спите, — сказал он.</p>
     <p>— Я чувствую себя как-то тревожно, — объяснил я. — Я читал, пока не устали глаза, а теперь вышел, чтобы хорошенько прозябнуть, — может быть, тогда, согревшись, я скорее засну.</p>
     <p>— Завидую вам, сэр, — проговорил он. — Подумать только! Располагать всею ночью для отдыха! Не удивительно, что вы уже не можете спать. Если когда-нибудь я разбогатею, я тоже пущусь в плавание в качестве пассажира и все вахты буду проводить внизу. Какое это счастье — все вахты внизу! И по вашему примеру, сэр, я возьму с собой слугу японца. Он будет меня будить при каждой смене вахт, чтобы, проснувшись, я мог вполне оценить преимущества быть пассажиром. А через несколько минут я повертываюсь на другой бок и снова засыпаю.</p>
     <p>Смеясь, мы пожелали друг другу доброй ночи. Я еще раз заглянул в командную рубку: капитан Уэст все еще спал. Должно быть, он ни разу не пошевелился, хотя тело его двигалось с каждым качанием судна. Внизу, в каюте Маргарэт еще горел огонь, но она спала, и книга выпала у нее из рук, как это часто случалось и с моими книгами.</p>
     <p>Я был в недоумении. Половина нас, обитателей «Эльсиноры», спала. Самурай спал. А старший помощник, старик, которому следовало бы спать, отбывал тяжелую вахту на баке. Имело ли основание его беспокойство? Неужели он был прав? Или это была просто преувеличенная заботливость старости? Неужели мы так дрейфуем, что нас несет ветром на погибель? Или старик впал в детство, стоя на служебном посту?</p>
     <p>У меня совершенно не было желания спать. Я захватил «Зеркало моря» и устроился с ним у обеденного стола. Я остался, как был, в штормовом костюме, снял только намокшие перчатки и повесил их у печки просушить. Пробило четыре склянки, шесть склянок, а мистер Пайк не возвращался. Услышав восемь склянок — час смены вахт, я подумал, какая трудная ночь предстоит старшему помощнику. С восьми до двенадцати он отбывал собственную вахту наверху, теперь прошли четыре часа вахты второго помощника, и опять начиналась его вахта, которая продлится до восьми утра. Двенадцать часов без перерыва в шторм и при температуре ниже нуля!</p>
     <p>Я задремал на несколько минут. Вдруг я услышал у себя над головой громкие крики, несколько раз повторившиеся. Только потом я узнал, что это была команда мистера Пайка повернуть руль, передававшаяся с бака людьми, которых он расставил через определенные промежутки по всему мостику.</p>
     <p>Еще не совсем очнувшись от внезапно прерванного сна, я понял только, что что-то случилось наверху. Натягивая дымящиеся перчатки и торопливо карабкаясь по качающемуся трапу, я слышал топот ног, на этот раз не волочившихся, а бежавших. Из рубки я услышал голос мистера Пайка, успевшего пробежать всю длину мостика от самого бака и кричавшего:</p>
     <p>— Бизань-брасы! Ослабляй, черт тебя возьми! Ослабляй ход! Держи поворот! Все сюда, на корму! Прыгай! Живее, если не хотите пойти ко дну! Левые брасы — скорее! Не давай им сорваться! Левые брасы! Я раскрою башку, если упустите канат! Живее! Живее!.. Повернул руль? Что ж ты черт тебя побери, не отвечаешь?</p>
     <p>Все это доносилось до меня, когда я выбегал с подветренной стороны рубки, удивляясь, отчего я не слышу голоса Самурая. Затем, проходя через рубку, я увидел его. Он сидел на диване, бледный как мертвец, держа в руках один сапог, и я мог бы поклясться, что руки у него дрожали. Только это я и успел заметить, — в следующий момент я был уже на палубе.</p>
     <p>Сначала, выйдя в темноту со света, я ничего не видел, — я только слышал возню работавших матросов и голос старшего помощника, выкрикивавшего приказания. Но маневр был мне знаком. Со слабосильной командой, в самом опасном месте океана, еще не успокоившегося после затихающего шторма, с бурунами и гибелью, грозившею нам с подветренной стороны, «Эльсинору» надо было повернуть через фордевинд. Всю ночь мы шли под одними верхними парусами и с зарифленным фоком. Первым делом мистера Пайка, после поворота руля, было поставить реи. Ослабив напор воздуха сзади, легче было повернуть корму против ветра, и напором на передние паруса поставить нос под ветер.</p>
     <p>Но чтобы повернуть судно с наполовину убранными парусами и при сильном волнении, нужно время. Я чувствовал на своей щеке, как медленно, очень медленно меняется направление ветра. Луна, вначале чуть видная из-за туч, светила все ярче и ярче, по мере того, как уносились последние клочки заволакивавшей ее тучи! Я всматривался в ту сторону, где должна была быть земля, но никакой земли не видел.</p>
     <p>— Грот-брасы! Все к грот-брасам! Скорей! — орал мистер Пайк, бросаясь к корме впереди всех.</p>
     <p>И матросы действительно «бросались», бежали во весь дух. За все время нашего плавания я ни разу не видел их такими энергичными и проворными.</p>
     <p>Я пробрался к штурвалу. Там стоял Том Спинк. Он заметил меня. Придерживая одной рукой неподвижное колесо, он наклонился в сторону, уставившись в одну точку, как зачарованный. Я стал смотреть в ту же сторону, между средней рубкой и левыми парусами, и через горы волн, смутно видневшихся при лунном свете, увидел… Корма «Эльсиноры» взлетела под небеса, и за полосой холодного океана я увидел землю — черные утесы с покрытыми снегом склонами и провалами. И к этим утесам нас несло почти попутным ветром.</p>
     <p>Со стороны средней рубки доносилось рычанье старшего помощника и крики матросов. Они работали изо всех сил, спасая свою жизнь. Затем по корме с невероятной быстротой пронесся мистер Пайк, опережаемый своим рычаньем.</p>
     <p>— Отдать<a l:href="#n_595" type="note">[595]</a> руль! Какого черта ты зеваешь! Прямо руль<a l:href="#n_596" type="note">[596]</a>, тебе сказал. Это все, что надо.</p>
     <p>Тут что-то закричали на баке, и я догадался, что мистер Меллэр на крыше средней рубки управляет реями фок-мачты.</p>
     <p>— Эй ты! — кричал мистер Пайк. — Ворочай колесо! Еще на несколько зубцов. Вот так. Довольно! Довольно!</p>
     <p>И он умчался с кормы, скликая людей к бизань-брасам. И люди прибежали — одни из его смены, другие из смены второго помощника, сдернутые с коек, полуодетые, без шапок, без сапог, с помертвелыми от страха лицами, но готовые броситься хоть к черту на рога по первому слову человека, который все знал и мог спасти их печальную жизнь от печальной насильственной смерти. И между нами я заметил белоручку повара и парусника Ятсуду, тянувшего за канат одной, непарализованной рукой. Чтобы спасти судно, нужны были все руки, и все они это знали. Даже Сендри Байерс, прибежавший по своему тупоумию на корму вместо того, чтобы оставаться при своем начальстве, перестал таращить глаза и не подтягивал своего живота. Он работал теперь с силой двадцатилетнего юноши.</p>
     <p>Луна снова спряталась, и в полной темноте. «Эльсинора» повернула против ветра и легла на правый галс. В данном случае, когда она шла под одними нижними марселями, это означало, что она отошла на восемь румбов от ветра, или, выражаясь обыкновенным языком, стала под прямым углом к направлению ветра.</p>
     <p>Мистер Пайк был удивителен, великолепен. В те минуты, когда «Эльсинора» поворачивала против ветра, когда брасопили верхние реи, он, неусыпно следя за движением судна и за штурвалом, в промежутки между приказаниями Тому Спинку: «Ворочай руль! Еще на два зубца! Еще на два! Вот так держи. Довольно. Теперь ослабь!» — не забывал выкрикивать команду людям, работавшим на реях. Я думал, что, когда выполнят маневр с поворотом судна, мы будем спасены, но постановка всех трех марселей разубедила меня.</p>
     <p>Луна не показывалась, и на подветренной стороне ничего не было видно. По мере того, как один за другим поднимались паруса, «Эльсинора» шла быстрее и быстрее, и я убедился, что ветер был еще свеж, несмотря на то, что шторм затих или затихал. Мистер Пайк послал мальтийского кокнея к штурвалу, на подмогу Тому Спинку, а сам стал у среднего люка, откуда он мог определять положение судна, смотреть на подветренную сторону, где был берег, и следить за рулевыми.</p>
     <p>— Полный поворот, но не круто! — повторил он несколько раз. — Держи на полном повороте, не отпускай. Держи, держи! Гони вперед!</p>
     <p>На меня он не обращал никакого внимания, хотя я, по дороге к средней рубке, с минуту простоял у самого его плеча, давая ему возможность заговорить со мной. Он знал, что я тут, так как задел меня своим богатырским плечом, быстро повернувшись к рулевым с новым приказанием. Но у него не хватало времени, ни любезности для пассажиров в такие минуты.</p>
     <p>Пока я стоял под прикрытием командной рубки, показалась луна. Она светила все ярче, и я увидел землю с подветренной стороны, почти у самого борта, не дальше чем в трехстах ярдах от нас. Страшная была это картина — черные утесы с покрытыми снегом провалами, совершенно отвесные, так что «Эльсинора» могла бы лечь костьми под ними в глубокой воде, и над ней грохотали бы громадные буруны, перекатывая пену по всей длине ее кузова.</p>
     <p>Теперь наше положение было ясно. Нам надо было обогнуть ломаную линию берега и острова, куда нас сносило, так как море и ветер работали против нас. Единственным для нас выходом было дрейфовать, — дрейфовать без конца. Я это понял потому, что мистер Пайк пронесся мимо меня на корму, и я услышал, как оттуда он крикнул мистеру Меллэру, чтобы ставили грот.</p>
     <p>Должно быть мистер Меллэр колебался, потому что мистер Пайк закричал ему:</p>
     <p>— К черту рифы! Раньше все мы провалимся в преисподнюю. Полный грот! Все к черту!</p>
     <p>Сразу почувствовалась разница, когда ветер встретил сопротивление этого огромного куска парусины. «Эльсинора» буквально запрыгала и задрожала под напором ветра, и я почувствовал, что она прибавила ходу. И под порывом ветра она так сильно черпала воду подветренным бортом, что волны, пенясь, дохлестывали до ее люков. Мистер Пайк следил за ней, как ястреб, и не спускал грозных глаз с мальтийского кокнея и Тома Спинка у штурвала.</p>
     <p>— Земля у носа под ветром! — донесся крик с бака, передававшийся из уст в уста вдоль всего мостика.</p>
     <p>Мистер Пайк кивнул с угрюмой саркастической усмешкой. Он уже видел это с кормы, а чего не видел, то угадал. Раз двадцать я замечал, как он пробовал на своей щеке напор ветра и, напрягая все силы своего ума, изучал движение «Эльсиноры». И я знал, какая мысль поглощала его: снесет ли «Эльсинора» все поставленные паруса и не снесет ли больше?</p>
     <p>Не удивительно, что в этом напряженном состоянии я позабыл о капитане Уэсте. Я вспомнил о нем только тогда, когда распахнулась дверь командной рубки, и я успел подхватить его под руку. Он шатался, силясь устоять на ногах и глядя на ужасную картину черных утесов, снега и ревущих бурунов.</p>
     <p>— Полный поворот, или я исколочу тебя! — ревел мистер Пайк: — Черт бы тебя побрал, Том Спинк! Ты не матрос, а дворовая собака. Отдать руль! Отдать! Держи против волны, будь ты проклят! Не давай носу зарываться! Довольно, так держи. Где ты учился править рулем? В каком хлеву ты воспитывался?</p>
     <p>— Хорошо бы поставить бизань-бом-брамсель, — пробормотал капитан Уэст слабым, прерывающимся голосом. — Мистер Патгерст, будьте добры, скажите мистеру Пайку, чтобы он поставил бизань-бом-брамсель.</p>
     <p>И в тот же миг с кормы прозвенел голос мистера Пайка:</p>
     <p>— Мистер Меллэр! Бизань-бом-брамсель!</p>
     <p>Голова капитана Уэста упала на грудь, и так тихо, что мне пришлось нагнуться, чтобы расслышать, он прошептал:</p>
     <p>— Хороший офицер. Превосходный офицер… Мистер Патгерст, пожалуйста, помогите мне войти в рубку. Я… я не успел надеть сапога.</p>
     <p>Нелёгким подвигом было открыть тяжелую железную дверь рубки и удержать ее открытой во время качки. Я кое-как справился с этой задачей, но когда я помог капитану Уэсту войти, он поблагодарил меня и отказался от моих дальнейших услуг. И даже тогда мне не пришло в голову, что он умирает.</p>
     <p>Никогда ни одно судно не неслось так бешено, как мчалась «Эльсинора» в следующие полчаса. Кроме других парусов, был поставлен еще кливер, а когда он разлетелся в клочки, был поставлен фор-стаксель. Мистер Меллэр с половиной команды кое-как вскарабкался на крышу рубки, а остальная часть команды оставалась с нами на корме в сравнительной безопасности. Даже Чарльз Дэвис был наверху: отстоял возле меня, насквозь промокший, дрожа от холода, держась за медную ручку двери рубки.</p>
     <p>Ах, как мы мчались! Это была поистине безумная скорость хода. «Эльсинора» пролегала через грохочущие, несущиеся к берегу седые валы, прорезывала их носом, мчалась под ними. Были минуты, когда волны и ветер нападали на нас одновременно, и я готов был поклясться, что «Эльсинора» касается воды концами своих нижних рей.</p>
     <p>Был один шанс из десяти за то, что мы уцелеем. Все это знали, и все знали, что не остается ничего, как только ждать исхода. И мы ждали в молчания. Раздавался один только голос — голос старшего помощника, выкрикивавшего, вперемежку с угрозами и проклятиями, приказания двум рулевым у штурвала. И в то же время он определял силу ветра и не сводил глаз с грот-брам-рея. Ему хотелось поднять еще один парус. Несколько раз я видел, как он открывал уже рот, чтобы отдать приказание, и не решался. И как я, так и все остальные смотрели ему в рот. Помятый жизнью, жестокий по натуре, со своим одеревеневшим лицом, он был единственным человеком — слугою нашей расы, хозяином момента. «Но где Самурай? — вспомнилось мне. — О, где же Самурай?»</p>
     <p>Один шанс из десяти? — Нет, из ста шансов один был за нас, когда, чтобы пробиться сквозь бушующие волны в открытый океан, мы огибали последний врезавшийся в море острый зуб утеса. Мы были так близко к нему, что я подумал: «Вот сейчас, наши реи заденут за него», — так близко, что сухарь, брошенный с судна, ударился бы о его железную твердыню, — так близко, что, когда мы нырнули в последний провал между двумя волнами, каждый из нас, я уверен, затаил дыхание, ожидая, что «Эльсинора» сейчас налетит на скалу.</p>
     <p>Но мы благополучно вышли на простор. И в тот же миг, как будто разъяренный тем, что мы спаслись, шторм набросился на нас, собрав все свои силы. Мистер Пайк почувствовал приближение чудовищной волны, потому что он бросился к штурвалу, прежде чем она налетела на нас. Я смотрел вперед и видел, как под носом судна поднялась гора воды и обрушилась на него. «Эльсинора» оправилась от удара и вынырнула, залитая водой от борта до борта. Затем порывом ветра подхватило паруса и повалило ее на бок, и половина воды схлынула в море.</p>
     <p>Вдоль мостика пронесся несколько раз повторившийся крик:</p>
     <p>— Человек за бортом!</p>
     <p>Я взглянул на мистера Пайка, который только что передал руль рулевым. Он только тряхнул головой с явной досадой на то, что его отвлекают от дела такими пустяками, затем прошел к углу будки штурвала и стал смотреть на страшный берег с черными утесами, который ему посчастливилось обойти, — холодный, белый снизу берег в сиянии луны.</p>
     <p>На корму, пришел мистер Меллэр, и они сошлись на подветренной стороне командной рубки, где стоял и я.</p>
     <p>— Всех наверх, мистер Меллэр, и убирайте грот, — сказал старший помощник. — А потом бизань-бом-брамсель.</p>
     <p>— Есть, сэр, — отозвался второй помощник.</p>
     <p>— А кто упал за борт? — спросил мистер Пайк, когда мистер Меллэр уже уходил.</p>
     <p>— Бони. Ну да потеря невелика, — последовал ответ.</p>
     <p>И только. Бони исчез навсегда, и все матросы бросились выполнить приказание мистера Меллэра — убирать грот. Но им не пришлось его убирать, ибо в этот момент парус сорвало, и через несколько секунд от него ничего не осталось, кроме коротких, развевающихся лент.</p>
     <p>— Бизань-бом-брамсель! — приказал мистер Пайк.</p>
     <p>Тут только в первый раз он удостоил заметить меня.</p>
     <p>— Начисто слизало парус, — проворчал он. — Ну, да он никогда не действовал как следует. У меня всегда чесались руки поколотить того парусника, который его мастерил.</p>
     <p>По дороге вниз я заглянул в командную рубку и понял причину ошибки Самурая, если только он действительно ошибся, чего никто никогда не узнает. Он лежал безжизненно на полу и перекатывался с боку на бок в такт покачиванию «Эльсиноры».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXXIX</p>
     </title>
     <p>Так много приходится рассказывать сразу. Прежде всего — о капитане Уэсте. Его смерть была не совсем неожиданной. Маргарэт говорит, что с самого начала плавания и даже раньше она боялась за него. Потому-то она и изменила свои прежние планы и решила ехать с отцом.</p>
     <p>Отчего, собственно, он умер — мы не знаем, но все сходимся на предположении, что он умер от сердечного припадка. Но ведь выходил же он на палубу уже после припадка. Или, быть может, за первым припадком, уже после того, как я помог ему войти в рубку, последовал второй, оказавшийся роковым? Но если и так, то все же я никогда не слыхал, чтобы сердечному припадку, за несколько часов до его наступления, предшествовало помрачение ума. Казалось, что у капитана Уэста ум вполне ясен, и он был в здравом уме, когда повернул «Эльсинору» через фордевинд и повел к берегу. Следовательно, он сделал промах. Самурай ошибся, и его сердце убило его, когда он осознал свою ошибку.</p>
     <p>Во всяком случае Маргарэт не приходит в голову мысль о возможности ошибки. Она уверена, что это было одним из симптомов приближающейся развязки его болезни. И. разумеется, никто не станет разубеждать ее. Ни мистер Пайк, ни мистер Меллэр, ни я даже между собой не упоминаем о том, что едва не повлекло за собой катастрофы. Мистер Пайк вообще не говорит об этом. И была ли это болезнь сердца? А может быть, что-нибудь другое? Или же к болезни сердца примешалось еще что-нибудь, помутившее его ум перед смертью? Никто не знает, и по крайней мере я лично даже в сокровенных тайниках моей души не позволю себе судить о происшедшем.</p>
     <p>К полудню того дня, когда мы выбрались из-под Тьерра-дель-Фуэго, «Эльсинора» качалась в мертвом штиле, качалась до самого вечера в двух десятках миль от земли. Капитана Уэста похоронили в четыре часа, а вечером, как только пробило восемь склянок, мистер Пайк принял командование судном и обратился с несколькими замечаниями к обеим сменам. Замечания были весьма откровенного свойства. Он рубил с плеча, или, как сам он выразился, «вколачивал гвозди».</p>
     <p>Между прочим, он сказал матросам, что теперь у них новый начальник и что они должны быть на высоте положения, до какой никогда еще не поднимались. До сих пор они жили на даровых хлебах и бездельничали, но с этого дня начнут работать как следует.</p>
     <p>— На этом судне отныне будет так, как было в старину, когда даже в последний день плавания матросы влезали на мачты и спрыгивали так же легко, как и в первый, — ораторствовал он. — И помогай Бог тому, кто откажется прыгать. Вот и все… Смените рулевых и караульного.</p>
     <p>И все-таки люди в отчаянном виде. Представить себе не могу, как они будут «попрыгивать». Прошла еще неделя западных штормов, перемежающихся с короткими периодами затишья, что в общей сложности составляет шесть недель близ Горна. Люда совсем ослабели и окончательно упали духом, — даже три висельника. Они так боятся старшего помощника, что, действительно, из последних сил стараются прыгать, когда он их подгоняет, а подгоняет он их все время. Мистер Меллэр только покачивает головой. Вчера он удивил меня, сказав:</p>
     <p>— Подождите, пока мы обогнем Горн и попадём в полосу хорошей погоды. Когда они отдохнут, выспятся и пообсохнут, когда заживут их болячки, кости обрастут мясом, и кровь разогреется, — вот тогда они покажут себя. Тогда они не станут терпеть такое обращение. Мистер Пайк не может понять, что времена переменились, что теперь и законы не те и люди стали другими. Он — старый человек, и, поверьте, я не на ветер говорю.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что подслушивали разговоры матросов? — дерзко бросил я, возмущенный таким недостойным поведением судового офицера.</p>
     <p>Выстрел попал в цель. В одно мгновение тонкая пленка мягкого света слетела с его глаз, и притаившееся в его черепе выслеживающее, страшное существо выглянуло наружу, готовое броситься на меня, а черствая складка рта растянулась в узкую щель и стала еще более жесткой. И в то же время мне померещилась странная картина неистово пульсирующего мозга под тонкой кожей, которою была затянута трещина в черепе под намокшей шапкой. Но он овладел собою: складка рта смягчилась, и глаза опять затянулись пленкой мягкого света.</p>
     <p>— Я хотел только сказать, сэр, что я говорю на основании долголетнего опыта, — проговорил он сладко. — Времена переменились. Былые дни понуканья канули в вечность. И я надеюсь, мистер Патгерст, что вы поймете меня и не перетолкуете в дурную сторону того, что я сказал.</p>
     <p>Разговор перешел на другие, более спокойные темы, но то, что он не опроверг моего обвинения в подслушивании разговоров матросов, оставалось фактом. И все же (с чем ворчливо соглашался даже сам мистер Пайк) он был хороший моряк и дельный помощник капитана, если не считать его неприличного панибратства с командой, — что даже китайцы — повар и буфетчик — осуждают, как недостойное морского офицера и опасное для судна.</p>
     <p>Несмотря на то, что даже такие неунывающие молодцы, как три висельника, вконец истощены работой и лишениями, так что у них не хватает больше духа ни на какие протесты, трое самых слабых обитателей бака не только не умирают, но выглядят не хуже прежнего. Эти трое — Энди Фэй, Муллиган Джэкобс и Чарльз Дэвис. Откуда берется у них эта необъяснимая живучесть? Конечно, Чарльзу Дэвису давно следовало бы быть за бортом с мешком угля в ногах, а Энди Фэй и Муллиган Джэкобс всегда были слизняками, а не людьми. И однако люди гораздо сильнее их очутились за бортом, и сейчас более сильные люди лежат пластом на мокрых койках бака. А эти двое — две еле тлеющие щепки — не гаснут и выстаивают все свои вахты и выбегают на работу при каждом вызове наверх обеих смен.</p>
     <p>Такую же живучесть проявляют и наши куры. Без перьев, полузамерзшие, несмотря на керосиновую печку, окатываемые брызгами ледяной воды сквозь брезентовую покрышку, они все-таки живут, — ни одна не издохла. Не действует ли в данном случае естественный подбор? Быть может, эти экземпляры, пережившие все трудности пути от Балтиморы до Горна, отличаются железной выносливостью и могут вынести все, что угодно? Если так, то де-Ври хорошо бы сделал, если бы взял их себе, сохранил и вывел бы от них самую крепкую породу кур на нашей планете. А я после этого решительно отказываюсь признавать старинное выражение «куриная душа». Судя по нашим курам, оно лишено всякого смысла.</p>
     <p>Не унывают и занесенные к нам бурей гости — три «цыгана с Горна» с мечтательными топазовыми глазами. Отрезанные от остальной команды по милости ее суеверных страхов, всем чужие за неимением общего языка, они тем не менее работают как исправные матросы и всегда первыми берутся за работу и бросаются навстречу опасности. Они попали в смену мистера Меллэра и держатся особняком от остальной команды. А когда выходит задержка в работе или передышка, когда им ничего не надо делать, они стоят отдельной кучкой, покачиваются в такт движениям судна, и в их белесых топазовых глазах проносятся мечты о той далекой стране, где матери с белесыми топазовыми глазами и песочно-белокурыми волосами производят на свет сыновей и дочерей, которые родятся верными своей расе — с такими же топазовыми глазами и песочно-белокурыми волосами.</p>
     <p>Но на что похожа остальная команда! Например, мальтийский кокней. Он слишком интеллигентен, слишком впечатлителен, чтобы безнаказанно переносить такую жизнь. От него осталась одна тень. Щеки ввалились, вокруг глаз появились темные круги, и эти глубоко запавшие, наполовину латинские, наполовину англо-саксонские глаза горят как в лихорадке и красноречиво говорят о страдании.</p>
     <p>Том Спинк, здоровый англосакс, хороший моряк, выдержавший все экзамены у мистера Пайка, окончательно упал духом. Он трусит и хнычет. Он до такой степени развинтился, что хотя и исполняет всю свою работу, но нет у него больше ни гордости, ни стыда.</p>
     <p>— Никогда больше не пойду в плавание вокруг Горна, сэр, — сказал он мне как-то на днях у штурвала, в ответ на мое пожелание ему доброго утра. — Я уже и раньше давал такой зарок, да потом отступился, ну, а уж теперь не отступлюсь. Никогда больше не пойду в такое плавание. Никогда!</p>
     <p>— Отчего же вы раньше зарекались идти? — спросил я.</p>
     <p>— Это было четыре года назад, на «Нагоме». Двести тридцать дней шли мы тогда от Ливерпуля до Фриско. Вы только представьте себе это, сэр — двести тридцать дней! Судно было нагружено цементом и креозотом, а креозот весь размок. Мы похоронили капитана как раз против Горна. Съестные припасы все вышли. Большинство людей умирало от цинги. Во Фриско всех нас сдали в больницу. Это был сущий ад, сэр, и продолжалось это двести тридцать дней.</p>
     <p>— Однако вы опять записались в плавание вокруг Горна, — засмеялся я.</p>
     <p>А сегодня утром он сделал мне такое признание:</p>
     <p>— Лучше бы черт унес плотника, сэр, вместо Бони.</p>
     <p>В ту минуту я не догадался, что он хочет этим сказать, но потом припомнил эти слова. Плотник был финн, колдун, умевший заговаривать погоду, злобствующий на горемычных матросов и всегда готовый накликать беду на их головы.</p>
     <p>Я позволю себе откровенно сознаться, что мне до тошноты надоел этот нескончаемый Великий Западный Ветер. И не мы одни боремся с ним в этом унылом океане. Не проходит дня, чтобы, как только расступится серая мгла или прекратится снежный вихрь, не оказалось в виду одного или нескольких судов, лежащих, как и мы, в дрейфе и прилагающих тщетные старания держаться западного направления. А иногда, когда поднимается серая завеса тумана, мы видим счастливое судно, идущее на восток попутным ветром и отмахивающее милю за милей. Вчера я видел, как мистер Пайк с ненавистью грозил кулаком такому судну, нахально промелькнувшему мимо нас на расстоянии какой-нибудь четверти мили.</p>
     <p>А ведь люди «попрыгивают»! Мистер Пайк погоняет их своими страшными кулачищами, как об этом свидетельствуют их физиономии. Они так ослабели, и он нагнал на них такой страх, что мог бы один, я уверен, перепороть всю смену. Я не мог не заметить, что мистер Меллэр не принимает никакого участия в таком способе понуканья. А между тем я знаю, что он завзятый истязатель людей, и это не претило ему в начале нашего плавания. Но теперь он, видимо, желает сохранить добрые отношения с командой. Хотел бы я знать, что думает об этом мистер Пайк. Не может же он не видеть того, что происходит. Но мне слишком хорошо известно, что было бы, если бы я поднял этот вопрос. Он обругал бы меня скверными словами и дня три ходил бы мрачным, как туча. А нам с Маргарэт достаточно грустно и достаточно скучно за обеденным столом и без таких неприятностей, как неудовольствие старшего помощника.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XL</p>
     </title>
     <p>Грубые суеверия моряков продолжают заявлять о себе. Наши дураки раз и навсегда решили, что финны — колдуны и что финн приносит несчастье судну. Мы находимся к западу от скал Диэго Рамирец и идем на запад со скоростью двенадцати узлов в час, подгоняемые дующим нам в спину восточным ветром. А плотник исчез. Его исчезновение совпало с переменой ветра.</p>
     <p>Вчера утром, когда Вада помогал мне одеваться, меня поразило торжественное выражение его лица. И, сообщая мне свежую новость, он с похоронным видом качал головой. Плотник исчез. Обыскали сверху донизу все судно, но его нигде не нашли.</p>
     <p>— А что думают об этом буфетчик, Луи и Ятсуда? — спросил я.</p>
     <p>— Его убили матросы — это верно, — был ответ. — Дурное судно. Дурные люди. Все равно что свиньи. Все равно что собаки. Им нипочем убить человека. Скоро всех перебьют — вот увидите.</p>
     <p>Старик буфетчик, возившийся в своей кладовой, злобно оскалил зубы, когда я заговорил с ним об этом.</p>
     <p>— Они надо мной, издеваются, — сказал он. — Ну, да я им это припомню. Пусть они меня убьют, но и я кое-кого укокошу.</p>
     <p>Он откинул полу своей куртки, и я увидел у левого его бока нож в парусиновых ножнах, прилаженный таким образом, чтобы рукоятка всегда была под рукой. Это был тяжелый нож-секач, какой употребляют мясники для рубки мяса. Он вынул его из ножен (нож оказался около двух футов длиной) и, чтобы показать мне, как он остер, несколько раз провел им по листу газеты, превратив его в лохмотья.</p>
     <p>— Ха-ха! — засмеялся он сардоническим смехом. — Так я косоглазый черт, китайская харя, обезьяна, нестоящий человек?.. Хорошо же, я им покажу, как издеваться надо мной.</p>
     <p>Но до сих пор нет никаких доказательств наличности преступления. Никто не знает, куда исчез плотник. Ночь была тихая, снежная. Палубу не заливало волнами. Наверно, этот неуклюжий, косолапый детина упал за борт и утонул. Но вот вопрос: сам ли он упал за борт, или его сбросили?</p>
     <p>В восемь часов мистер Пайк приступил к допросу команды. Он стоял, опершись на перила, у края кормы, и смотрел вниз на матросов, собравшихся на главной палубе под ним.</p>
     <p>Он допрашивал их поочередно одного за другим, и все повторяли одно и то же. Они не больше его самого знают об этом деле — так, по крайней мере, они говорили.</p>
     <p>— Я так и жду, что вы взвалите на меня, будто я собственноручно спустил за борт этого верзилу, — проворчал Муллиган Джэкобс, когда до него дошла очередь отвечать. — Я, может быть, и спустил бы его, будь я здоровый, как бык.</p>
     <p>У старшего помощника потемнело лицо, но он не ответил на дерзость и перешел к Джону Хаки, бродяге из Сан-Франциско.</p>
     <p>Никогда мне не забыть этой сцены — гигант начальник на возвышении, и под ним куча подвластных ему людей, упорно молчащих с угрюмыми лицами. Мягкий снег падает на палубу, «Эльсинора» с глухим рокотом парусов спокойно покачивается на отлогих волнах океана, нежно лижущих отверстия шпигатов, и люди в теплых перчатках, в высоких сапогах, обернутых рогожей, с больными, изможденными лицами, покачиваются в такт дыхания моря. Покачиваются и три мечтателя с топазовыми глазами и грезят наяву, не любопытствуя, о чем идет речь, не принимая никакого участия в происходящем.</p>
     <p>И тут-то началось: восточный ветер давал знать о своем приближении слабым намеком. Мистер Пайк заметил это первым. Я видел, как он выпрямился и подставил щеку чуть заметному дуновению ветра.</p>
     <p>Тогда уже и я почувствовал его. Мистер Пайк выждал минуту, чтобы окончательно удостовериться, что он не ошибся, потом, позабыв об утонувшем плотнике, бросился к штурвалу, и посыпались приказания рулевым и команде. И люди «запрыгали» и полезли на мачты, хотя при их слабости это было очень трудным делом. Снимали реванты с бом-брамселей, поднимали реи и натягивали шкоты; наверху распустили трюмселя.</p>
     <p>И пока шла эта работа, «Эльсинора», с повернутым к западу носом, начала заметно подвигаться вперед под первым попутным ветром за целых полтора месяца.</p>
     <p>Мало-помалу тянувший с востока чуть слышный ветерок перешел в ровный, но не сильный ветер, а снег продолжал падать мягкими хлопьями. Барометр, опустившийся до 28,80, продолжал опускаться, и ветер все крепчал. Том Спинк, проходя мимо меня на корму, на подмогу к людям, поднимавшим реи, бросил на меня торжествующий взгляд. Морская примета оправдывалась; события доказали, что она верна. С исчезновением плотника пришел попутный ветер: ясное дело, что этот колдун унес с собой свой мешок с заговоренными ветрами.</p>
     <p>Мистер Пайк расхаживал по корме, потирая руки (он был так счастлив, что даже позабыл надеть перчатки), улыбаясь своим мыслям, посмеиваясь и бросая восхищенные взгляды то на туго надутые паруса, то в снежную мглу, откуда дул попутный ветер. Он даже остановился на минуту возле меня, чтобы поболтать о французских ресторанах в Сан-Франциско и рассказать мне, как там чудесно научились калифорнийскому способу жарить диких уток.</p>
     <p>— Их на большом огне надо жарить — это главное… И подавать с пылу горячими, — вспомнил он. — И на огне держать не больше шестнадцати минут, лучше даже — четырнадцать.</p>
     <p>Около полудня снег перестал идти, и мы подвигались при легком ровном ветре. К трем часам ветер перешел в шторм, крепчавший с каждой минутой, и мы неслись по взбесившемуся океану, гнавшему волны с востока против встречного западного течения и поднимавшему целые горы воды. А бедный наивный верзила плотник-финн плыл где-то там, за кормой, в ледяной воде, и, может быть, еще заживо достался на съедение рыбам и птицам.</p>
     <p>«Держите на запад». И мы рвались на запад, пересекая сходящиеся меридианы около южного полюса, где одна миля считается за две. И мистер Пайк, глядя на гнущиеся от ветра верхние реи, клялся, что они снесут не такие паруса, и что он ни на дюйм не убавит ни одного паруса. Он сделал больше. Он приказал поднять самый большой из парусов и громогласно предлагал и сатане и Богу попробовать сорвать его.</p>
     <p>Он не мог себя заставить сойти вниз. В счастливых случаях попутного ветра он считал нужным выстаивать все вахты, и теперь без устали шагал по корме молодым, бодрым шагом, совсем не волоча ног. Он, Маргарэт и я были в командной рубке, когда, взглянув на барометр, упавший до 28,55 и продолжавший падать, он даже вскрикнул от восторга. А потом, когда мы трое были на корме, «Эльсинора» обогнала маленькое парусное судно, лежавшее в дрейфе под одними верхними парусами. Мы проходили совсем близко от него, и мистер Пайк вскочил на перила и, держась одной рукой за ванты, принялся отплясывать какой-то дикий танец, торжествуя нашу победу, а свободной рукой махал каким-то желтокожим фигурам, стоявшим на корме этого суденышка, и весело выкрикивал по их адресу всякие обидные слова.</p>
     <p>Мы продолжали мчаться среди непроглядной ночной темноты. Матросы явно трусили. Мне хотелось спросить Тома Спинка, как он думает, не развязал ли колдун-плотник своего мешка с ветрами и не напустил ли всех их на нас. Но я тщетно искал Тома Спинка: он не выходил ни на одну из двух ночных вахт. Буфетчик, я заметил, был тоже очень встревожен, — в первый раз за все плавание.</p>
     <p>— Много парусов, слишком много, — сказал он мне, качая головой со зловещим видом. — Все полетим в тартарары. Слишком скорый ход — конец ходу. Всему конец — увидите.</p>
     <p>— Убрать паруса? Как же! Не на таковского напали. В кои-то веки дождались хорошего ветра — и упустить его! — кричал мне в ухо мистер Пайк, стоя возле меня.</p>
     <p>Стоять можно было, только крепко уцепившись за перила, чтобы не сломать себе шеи или не очутиться за бортом.</p>
     <p>Славная была ночь, но и жуткая. Спать было немыслимо, по крайней мере для меня. Негде было даже погреться. В большой печке кают-компании что-то испортилось, — вероятно, благодаря нашему сумасшедшему ходу, — так что пришлось погасить огонь. Таким образом мы испытали на себе прелести жизни на баке, хотя мы были все-таки в лучших условиях: у нас было сухо, нас не заливало водой. В наших каютах горели керосиновые печки, но моя так коптила, что я погасил ее, предпочитая зябнуть.</p>
     <p>Идти под всеми парусами на лодке в закрытой бухте — большое удовольствие для человека, любящего сильные ощущения. Но идти под всеми парусами на большом судне в открытом море, огибая мыс Горн, — невероятно жутко. Течение с запада, поднятое Великим Западным Ветром, столкнувшись со шквалом, налетевшим с востока, развело такое страшное волнение, о каком я до тех пор и понятия не имел. У штурвала работало два человека, сменяясь каждые полчаса, и, несмотря на холод, они обливались потом задолго до того, как приходила их смена.</p>
     <p>Мистер Пайк — человек какой-то другой, древней породы: его выносливость положительно сверхъестественна. Он выстаивает вахту за вахтой, не сходя с кормы.</p>
     <p>— Я и не мечтал о таком счастье, — сказал он мне сегодня в полночь, когда на нас налетал шквал за шквалом и я со страхом прислушивался, ожидая, что вот-вот наши легкие верхние реи сломаются и упадут на палубу. — Я думал, уж никогда больше мне не придется поплавать в свое удовольствие, нестись по волнам так, чтобы дух захватывало. И вот дождался, дождался! О Господи, Господи! Помню, шел я третьим помощником на маленьком суденышке «Вампир». Вас тогда еще и на свете не было. Пятьдесят шесть человек команды при мачтах, и даже самый завалящий между ними матрос — хороший морж. Восемь человек одних только юнг, два боцмана, и боцманы настоящие. Были и парусники, и плотники, и буфетчики, и даже пассажиры торчали на юте. Нас, помощников, трое, да капитан Броун, «Маленькое Чудо Природы», как мы его называли. В нем не было и ста фунтов весу, а как он умел погонять! Он держал в руках нас, троих помощников, а мы… У него-то мы и научились погонять людей… Плавание так и началось с потасовок. В первый же час, когда понадобилось ставить людей на работу, мы ободрали всё суставы на пальцах. У меня следы до сих пор остались. Пришлось перерыть у матросов все их укладки, все мешки. Отобрали и выбросили за борт все бутылки с водкой, кистени, кривые ножи и ружья. А когда распределяли матросов по сменам, каждый должен был положить свой нож на крышку люка, и плотник обрубал топором кончик лезвия… «Вампир» был маленьким судном, всего в восемьсот тонн. Оно могло бы свободно поместиться на палубе «Эльсиноры». Но то было судно, настоящее судно, да и времена были другие, когда на судах плавали настоящие моряки…</p>
     <p>Маргарэт не беспокоит скорость нашего хода, если не считать того, что она не может спать; но мистер Меллэр имеет на этот счет некоторые опасения.</p>
     <p>— У мистера Пайка есть свои пунктики, — говорил он мне по секрету. — Нельзя так гнать грузовое судно. Это не яхта с балластом. Груз угля в пять тысяч тонн — не шутка. Мне случалось ходить на судах, которые неслись с такой же скоростью, но то были легкие парусные суда. Наши мачты не выдержат. Скажу вам откровенно, мистер Патгерст: поднять самый большой парус на грузовом тяжелом судне в такой шторм — преступление, убийство. Это и вы поймете, сэр, хоть вы и не моряк. Это — задний, добавочный парус. И если случится, что хоть на две секунды судно выйдет из повиновения рулю и выйдет из ветра, то…</p>
     <p>— То что? — спросил или, вернее, прокричал я, так как рев ветра заглушал голоса, и, разговаривая, приходилось кричать собеседнику в самое ухо.</p>
     <p>Он пожал плечами и без слов, но всем лицом своим сказал так ясно, что нельзя было ошибиться, — «конец».</p>
     <p>В восемь часов утра мы с Маргарэт с великими усилиями пробрались на ют.</p>
     <p>Неукротимый, железный старик был все еще там. Всю ночь он не сходил вниз. Глаза его сияли, и по всем признакам он чувствовал себя на седьмом небе. Он потирал руки, смеялся и, поздоровавшись с нами, отдался воспоминаниям.</p>
     <p>— В пятьдесят первом году, мисс Уэст, «Летучее Облако» в двадцать четыре часа прошло триста семьдесят четыре мили под всеми парусами. Вот была гонка, я вам доложу! В тот день мы побили рекорд, заткнули за пояс все парусные суда и все пароходы.</p>
     <p>— А какая наша средняя скорость, мистер Пайк? — спросила Маргарэт, гладя на главную палубу и следя за тем, как судно то одним, то другим бортом погружалось в море и, черпая воду, едва успевало выбрасывать ее обратно, чтобы тотчас же черпать опять.</p>
     <p>— Тринадцать узлов, считая с пяти часов вечера вчерашнего дня, а в разгар шторма до шестнадцати, — ответил он с восторгом. — Недурной ход для «Эльсиноры», а?</p>
     <p>— Если бы я была капитаном, я убрала бы большой парус, — позволила себе заметить Маргарэт.</p>
     <p>— И я убрал бы, мисс Уэст, если бы мы целых шесть недель не потеряли около Горна, — сказал он.</p>
     <p>Она пробежала глазами по всем мачтам, до деревянных бом-брамселей, гнувшихся под порывами ветра, точно лук в руках невидимого стрелка.</p>
     <p>— Замечательно крепкое дерево, — проговорила она.</p>
     <p>— Это вы верно сказали, мисс Уэст, — согласился он. — Я и сам не думал, что оно выдержит. Но вы взгляните наверх. Взгляните: гнутся, а стоят.</p>
     <p>Для команды не варили завтрака. Кухню три раза заливало водой, и люди в мокром помещении бака должны были довольствоваться сухарями и холодной соленой кониной. Для нас, обитателей юта, буфетчик ухитрился сварить кофе на керосинке, но два раза при этом обварил себе руки.</p>
     <p>В полдень мы увидели впереди небольшое судно, шедшее в том же направлении, что и мы. Под марселями и с одним брамселем.</p>
     <p>— Противно смотреть, как тащится этот шкипер, — фыркнул мистер Пайк. — Видно, совсем Бога забыл. Да не мешало бы ему помнить и о владельцах судна, и о пайщиках, и о министерстве торговли.</p>
     <p>Мы мчались так стремительно, что в несколько минут догнали и обогнали незнакомое судно. Мистер Пайк вел себя как вырвавшийся из школы мальчишка. Он изменил наш курс, так что мы прошли мимо этого судна в расстоянии каких-нибудь ста ярдов. Око шло хорошим ходом, но такова была наша скорость, что оно казалось стоящим на месте. Мистер Пайк вскочил на перила и начал издеваться над стоявшими на корме судна людьми, махая им концом веревки в знак того, что он предлагает взять их на буксир.</p>
     <p>Маргарэт исподтишка указала мне кивком головы на гнущиеся брам-стеньги, но мистер Пайк поймал ее на месте преступления и закричал:</p>
     <p>— Не бойтесь: чего она не снесет, то на себе потащит.</p>
     <p>Час спустя я поймал Тома Спинка, только что сменившегося у штурвала и совсем ослабевшего от усталости, и спросил его:</p>
     <p>— Ну, как вы теперь полагаете насчет плотника и его мешка с заговоренными ветрами?</p>
     <p>— Должно быть, сэр, он и помощника заговорил, разрази меня Бог! — был ответ.</p>
     <p>К пяти часам пополудни мы прошли триста четырнадцать миль, считая от пяти вечера вчерашнего дня, то есть, другими словами, в течение двадцати четырех часов непрерывно скорость нашего хода на две мили превышала среднюю скорость в тринадцать узлов.</p>
     <p>— Скажу вам о капитане Броуне с «Вампира», — говорил мне, улыбаясь, мистер Пайк, потому что наш стремительный ход привел его в хорошее расположение духа. — Капитан Броун никогда не убирал парусов до самой последней минуты, словно ждал, чтоб их сорвало ветром и чтобы они свалились ему на голову. А когда шторм задувал во всю мочь, и мы рисковали потерять половину нашей оснастки, он преспокойно уходил вздремнуть и говорил нам: «Позовите меня, если судно замедлит ход». Никогда не забыть мне той ночи, когда я разбудил его, чтобы сказать, что у нас на палубе все поплыло и что разбило в щепки и снесло две шлюпки. Он открыл глаза, посмотрел на меня и говорит: «Хорошо, мистер Пайк, вы сами там присмотрите», — и повернулся на другой бок. «Ах, да, еще вот что, мистер Пайк…» — «Слушаю, сэр», — говорю. — «Если увидите, что брашпиль отказывается служить, разбудите меня». Только всего и сказал — этими самыми словами, а через минуту, будь я проклят, он уже храпел.</p>
     <p>Сейчас полночь, и, укрепившись на койке, я сижу, так как спать не могу, пишу эти строки, и карандаш прыгает у меня в руке. Больше, даю себе слово, не буду писать, пока этот адский ветер не стихнет или не умчит нас в царство теней.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLI</p>
     </title>
     <p>Прошло несколько дней, и я изменил своему слову: вот я опять пишу, а «Эльсинора» продолжает нестись по великолепному, бурному, сердитому морю. Но у меня были причины нарушить данное слово. Их две. Первая причина та, что сегодня утром мы видели настоящий рассвет. Сквозь серую мглу неба на горизонте проглянула голубая полоска, и облака окрасились розовым отблеском солнца.</p>
     <p>Вторая, главная причина та, что <emphasis>мы обогнули мыс Горн</emphasis>. Теперь мы в Тихом океане, к северу от пятидесятой параллели, на 80°49′ долготы. Мыс Пиллр и Магелланов пролив остались уже за нами, к юго-востоку от нас, и мы держим курс на северо-запад. <emphasis>Мы обогнули мыс Горн</emphasis>. Только тот, кто пробивался мимо него с востока на запад, может вполне оценить глубокое значение этого факта. Теперь пусть сорвутся с цепи хоть все ветры всех четырех стран света, — уже ничто не остановит нас. Еще ни одного судна, перевалившего пятидесятую параллель с юга на север, не относило назад. Отныне и впредь нам предстоит покойное плавание, и Ситтль начинает казаться совсем близким.</p>
     <p>Все население «Эльсиноры» воспрянуло духом, — все, кроме Маргарэт. Она, правда, спокойна, но немного грустна, хоть и не в ее натуре слишком поддаваться горю. Ее здоровая, жизнерадостная философия всегда видит Бога в небесах. Я лучше охарактеризую ее настроение, если скажу, что она стала как-то мягче, нежнее и как будто покорилась судьбе. Я заметил, что она очень дорожит всяким знаком внимания, всяким проявлением нежности с моей стороны. Она, в конце концов, настоящая женщина. Она нуждается в поддержке мужчины, и я льщу себя приятной уверенностью, что я стал в десять раз более сильным мужчиной, чем был в начале нашего плавания. И это потому, что я стал в тысячу раз человечнее с тех пор, как послал ко всем чертям книги и начал наслаждаться сознанием своей мужественности, как человек, который любит женщину и любим ею.</p>
     <p>Но возвращаюсь к населению «Эльсиноры». Законченный обход Горна, улучшение погоды, которая с каждым днем становится все лучше и лучше, облегчение тяжелых условий жизни, более легкая работа и избавление от опасностей, а также близкая перспектива тропического тепла и мягкого воздуха юго-восточных пассатов — все это способствует подъему духа нашей команды. Температура воздуха настолько поднялась, что люди начали уже снимать лишнюю одежду и перестали обматывать рогожей свои высокие сапоги. Вчера вечером во вторую вахту я слышал даже, как кто-то из них пел.</p>
     <p>Буфетчик расстался со своим, огромным секачом и до того повеселел, что иногда поднимает возню с Поссумом (правда, очень скромную). Вада уже не ходит больше с торжественно вытянутой физиономией, а оксфордское произношение повара Луи сделалось еще сладкозвучнее. Муллиган Джэкобс и Энди Фэй остались теми же ядовитыми скорпионами, какими и были. Трое висельников со своей шайкой опять воцарились на баке и держат в ежовых рукавицах остальных мягкотелых слизняков. Чарльз Дэвис решительно отказывается умирать, и то, что все эти долгие недели, пока мы огибали Горн, он прожил в своей сырой, насквозь промерзшей, железной каморке и не умер, поражает даже мистера Пайка, которому в точности известно, что может и чего не может вынести человек.</p>
     <p>Воображаю, как восхищался бы мистером Пайком Ницше с его вечным припевом: «Будь тверд! Будь тверд!»</p>
     <p>У Ларри вырвали зуб. Он несколько дней промучился зубной болью и наконец пришел к мистеру Пайку просить, чтобы тот ему помог. Мистер Пайк не пожелал «пачкаться» с «новоизобретенными» щипцами из судовой аптечки. Он действовал по старинке, при помощи гвоздя и молотка. Я присутствовал при этой операции и могу засвидетельствовать, что она удалась. Одним ударом молотка был вышиблен зуб, а Ларри запрыгал по каюте, схватившись за челюсть. Как это ни удивительно, но челюсть осталась цела. Впрочем, мистер Пайк заверил, что он вырвал этим способом до сотни зубов и ни разу не сломал челюсти пациенту. И еще он рассказал, что когда-то он плавал с одним шкипером, который брился каждое воскресенье без всякой бритвы и вообще не прикасаясь к лицу никаким острым инструментом. Для этой цели, по словам мистера Пайка, он употреблял зажженную свечу и мокрое полотенце. Вот еще один кандидат в число тех «твердых» людей, которых воспевает Ницше.</p>
     <p>А мистер Пайк теперь самый жизнерадостный, самый обходительный человек на борту. Гонка, которую он задал «Эльсиноре», была для него жизненным эликсиром. Он потирает руки и хихикает, как только вспомнит о ней.</p>
     <p>— А что — ведь я показал им хороший образчик того, как плавали в старину, — сказал он, говоря со мной о команде. — Они не скоро забудут этот урок, по крайней мере те из них, кто не окажется за бортом с мешком угля в ногах, прежде чем мы придем в порт.</p>
     <p>— Что вы хотите этим сказать? Неужели вы ожидаете, что у нас будут еще похороны? — спросил я его.</p>
     <p>Он круто повернулся ко мне и с минуту смотрел мне прямо в глаза.</p>
     <p>— Да настоящий ад у нас еще и не начинался, — буркнул он и, отвернувшись, отошел от меня.</p>
     <p>Приняв командование судном, он все-таки продолжает отбывать свои вахты, чередуясь с мистером Меллэром. Он твёрдо убежден, что на баке нет никого, кто мог бы заменить второго помощника. И жить он остался в прежнем своем помещении. Быть может, он поступил так из чувства деликатности по отношению к Маргарэт, потому что, как я узнал, вообще у моряков принято за правило, что в случае смерти капитана старший помощник занимает его каюту. И мистер Меллэр продолжает обедать в большой задней каюте, только теперь, со дня исчезновения плотника, он обедает один, а спит по-прежнему в средней рубке вместе с Нанси.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLII</p>
     </title>
     <p>Мистер Меллэр был прав. Матросы отказались терпеть понуканье, как только «Эльсинора» вступила в широты хорошей погоды. И мистер Пайк был прав. Настоящий ад у нас еще не начинался. Но теперь он начался, и люди оказались за бортом даже без утешения иметь мешок угля в ногах. А между тем не они вызвали взрыв, хоть он и назрел. Взрыв вызвал мистер Меллэр. Или, пожалуй, вернее — Дитман Олансен, косоглазый норвежец. А может быть, даже не он, а Поссум. Во всяком случае все вышеупомянутые, включая и Поссума, сыграли в этом происшествии свою роль.</p>
     <p>Начну по порядку. Прошло две недели с тех пор, как мы пересекли пятидесятую параллель, и теперь мы находимся на тридцать седьмой — на одинаковой широте с Сан-Франциско, или точнее будет сказать, что мы теперь настолько же южнее экватора, насколько Сан-Франциско севернее его. Вся каша заварилась вчера утром в десятом часу, и с Поссума началась цепь событий, закончившихся открытым мятежом. Была вахта мистера Меллэра, и он стоял на мостике у самой бизань-мачты, отдавая приказания Сендри Байерсу, который вместе с Артуром Диконом и мальтийским кокнеем крепили паруса наверху.</p>
     <p>Постараюсь нарисовать картину создавшегося положения во всем ее комизме. Мистер Пайк, с термометром в руке, возвращался по мостику из трюма, где он измерял температуру угля. Дитман Олансен в это время взбирался на крюйс-марс со свернутым тросом на плече. Для какой-то надобности к концу этого троса был подвязан блок фунтов в десять весом. Поссум, бегавший на свободе, вертелся на крыше средней рубки у курятника, а куры, с еще не отросшими перьями, но презадорные, наслаждались теплой погодой, поклевывая зерна и отруби, которые буфетчик только что насыпал им в корыто. Брезентовая покрышка курятника уже несколько дней была снята.</p>
     <p>Теперь слушайте внимательно. Картина такая: я стою у края кормы, опершись на перила, и смотрю, как Дитман Олансен раскачивается под крюйс-марсом со своей громоздкой ношей. Мистер Пайк, проходя на корму, только что поравнялся с мистером Меллэром. Поссум, из-за бурной погоды и брезентовой покрышки не видавший кур все шесть недель, пока мы огибали Горн, возобновляет свое знакомство с ними, обнюхивая их и тычась мордой, и получает по носу удар достаточно острого куриного клюва, а чуткий нос Поссума очень чувствителен к боли.</p>
     <p>Подумав, я, пожалуй, готов сказать, что мятеж начался из-за той курицы, которая клюнула Поссума. Люди, раздраженные понуканьем мистера Пайка, ждали только повода для взрыва, а Поссум и курица доставили им этот повод.</p>
     <p>Поссум отскочил от курятника и, в справедливом негодовании, поднял отчаянный визг. Это привлекло внимание Дитмана Олансена. Он вытянул шею, чтобы посмотреть, в чем дело, и, сделав неловкое движение, упустил блок. Блок полетел вниз, стащив за собой с его плеча несколько кругов развернувшегося каната. Оба помощника успели отскочить. Блок упал возле мистера Меллэра, не задев его, но канат, развертываясь на лету, как черная змея, сорвал с него фуражку.</p>
     <p>Мистер Пайк, закинув голову, уже открыл было рот, чтобы обругать Олансена, как вдруг взгляд его упал на страшный шрам на голове мистера Меллэра. Этот шрам был теперь у всех перед глазами, так что каждый имел возможность прочесть его историю, но прочесть ее могли только глаза мистера Пайка и мои. Редкие волосы нисколько не скрывали зияющего рубца. Он прикрыт был более густой бахромой волос лишь над ушами, а посередине был весь на виду.</p>
     <p>Поток ругательств, предназначавшихся Дитману Олансену, застрял в горле у мистера Пайка. Он буквально окаменел. Он мог только смотреть на страшный шрам, выглядывавший из-под седеющих редких волос, — ни на что другое он не был способен в этот момент. Он был как во сне, его огромные руки непроизвольно сжимались в кулаки, и, не отводя глаз, как зачарованный, он смотрел на безошибочную примету, по которой, как он говорил, он всегда узнал бы убийцу капитана Соммерса. И тут я вспомнил, как он клялся, что когда-нибудь запустит пальцы в эту примету.</p>
     <p>Все еще как во сне, вытянув вперед правую руку с загнутыми, как когти ястреба, пальцами, он подкрадывался ко второму помощнику с явным намерением вонзить пальцы в страшный шрам на голове и прекратить жизнь мозга, пульсировавшего под тонкой пленкой кожи.</p>
     <p>Второй помощник пятился назад вдоль мостика. Наконец мистер Пайк, по-видимому, пришел в себя. Его вытянутая рука опустилась, и он остановился.</p>
     <p>— Я знаю, кто вы, — проговорил он каким-то странным, не своим голосом, срывавшимся от гнева. — Восемнадцать лет назад вы служили на «Кире Томпсоне», потерпевшем крушение у Ла-Платы. У вас сломало мачты, и судно затонуло. Вы попали на единственную лодку, которая спаслась. А одиннадцать лет назад в Сан-Франциско капитан Соммерс был убит на «Язоне Гаррисоне» своим вторым помощником — тем самым; который спасся с «Кира Томпсона». У этого человека есть особая примета: глубокий шрам на голове. Когда-то раньше судовой повар рассек ему череп кухонным ножом. У вас рассечен череп. Этого второго помощника звали Сидней Вальгтэм, и если вы не Сидней Вальгтэм, то…</p>
     <p>Тут мистер Меллэр, или, вернее, Сидней Вальгтэм, сделал то, что мог сделать только моряк. Ухватившись за снасти, натянутые вдоль бизань-мачты, он перескочил перила мостика и легким движением стал на ноги на крышку люка номер третий. Но он не остановился. Пробежав по люку, он юркнул в дверь своей каюты в средней рубке.</p>
     <p>Как это ни странно, но мистер Пайк не бросился вслед за ним. Должно быть, его приковала к месту сила его гнева. Еще с минуту он простоял как лунатик, потом протер глаза тыльной стороной руки и, по-видимому, очнулся.</p>
     <p>Но мистер Меллэр побежал в свою каюту не затем, чтобы спрятаться. Спустя минуту он выбежал со Смитом-и-Вессоном 32-го калибра в руке и тотчас же начал стрелять.</p>
     <p>Мистер Пайк, я заметил, колебался между двумя побуждениями — перескочить через перила мостика и броситься на стрелявшего в него человека или отступить. Он отступил. И вот в тот момент, когда он бежал к корме по узкому мостику, вспыхнул мятеж. Артур Дикон перегнулся с крюйс-марса и запустил в бегущего железной свайкой. Она упала в двадцати шагах от мистера Пайка, чуть не задев Поссума, который, испугавшись стрельбы, дико метался по мостику и визжал. Свайка своим острым концом вонзилась в деревянную настилку мостика с такой силой, что еще долго вибрировала после того, как воткнулась.</p>
     <p>Должен сознаться, что я не заметил и десятой части того, что произошло в следующие несколько минут. Потом уже, сопоставив тогдашние свои впечатления, я убедился, что многое пропустил. Я знаю, что люди, работавшие на крюйс-марсе, спустились на палубу, но я не видел, как они спускались. Я знаю, что второй помощник выпустил все заряды из своего револьвера, но я слышал не все выстрелы. Я знаю, что Ларс Якобсен оросил штурвал и на своей дважды сломанной и не совсем еще сросшейся ноге проковылял по корме к трапу, спустился на палубу и скрылся на баке. Знаю, что так оно должно было быть и что я должен был это видеть, но у меня не осталось впечатления, что я действительно это видел.</p>
     <p>Я слышал топот ног людей, бежавших по палубе с бака. Я видел, как мистер Пайк спрятался за стальной мачтой, как мистер Меллэр бросился к левому борту и вскочил на люк номер третий, чтобы оттуда выпустить свой последний заряд, и как мистер Пайк отскочил вправо за угол командной рубки и, обежав ее кругом, сбежал по трапу вниз через кормовой люк. Слышал я и звук последнего, не попавшего выстрела и свист пули, отлетевшей рикошетом от стальной стены рубки.</p>
     <p>Я был, так заинтересован всем происходящим, что не двигался с места. Мне хотелось все видеть. От недостатка ли мужества или от непривычки к активному участию в такого рода сценах, но только я ничего не предпринимал и продолжал стоять у края кормы и смотреть. Я был совершенно один в ту минуту, когда мятежники под предводительством второго помощника и трех висельников ворвались на корму. Я видел, как они взбегали по трапу, но мне и в голову не пришло оказать им сопротивление. И это было счастье для меня, ибо я все равно не смог бы их удержать и несомненно был бы убит.</p>
     <p>Я был один на корме, и люди растерялись, не видя врагов. Берт Райн, пробегая мимо меня, приостановился, как будто с намерением пырнуть меня отточенным складным ножом, который он держал в правой руке; но тотчас же раздумал (я, уверен, что верно проследил ход его мыслей) и, придя к нелестному для меня выводу, что о таких, как я, не стоит и рук марать, пробежал дальше.</p>
     <p>Вообще меня поразило отсутствие какого бы то ни было определенного плана в их действиях. Мятеж вспыхнул так внезапно и неорганизованно, что сами мятежники растерялись и действовали наобум. Так, например, за все время с того дня, как мы вышли из Балтиморы, ни днем ни ночью не было такого момента, чтобы у штурвала не стоял рулевой. И все матросы так к этому привыкли, что замерли от ужаса при виде брошенного руля. Затем Берт Райн что-то быстро сказал итальянцу Гвидо Бомбини, и тот побежал к штурвалу, обогнув рулевую будку. Было ясно, что за будкой никого нет.</p>
     <p>И опять я должен сознаться, что в этом быстром ходе событий я заметил лишь очень немногое. Я сознавал, что по трапу на корму взбираются все новые и новые люди, но я их не видел. Я следил за кровожадной группой у штурвала и заметил самое главное, а именно, что не второй помощник, а Берт Райн отдавал приказания, и что все повиновались ему.</p>
     <p>Он сделал знак еврею Исааку Шанцу (тому, которого еще в начале плавания ранил О'Сюлливан), и Шанц повел людей к той двери командной рубки, которая выходила на правый борт. Все это длилось не больше секунды, а тем временем Берт Райн стоял на карауле у открытого кормового люка, который вел в лазарет.</p>
     <p>Исаак Шанц распахнул открывавшуюся наружу дверь командной рубки. События следовали одно за другим с молниеносной быстротой. Как только железная дверь рубки распахнулась, оттуда сверкнул огромный двухфутовый нож в сморщенной желтой руке и быстро опустился на еврея. Едва не задев головы и шеи, он ударил его в левое плечо.</p>
     <p>Все невольно попятились перед таким сюрпризом, а Шанц отскочил к борту, зажимая рану правой рукой, и я видел, что у него из-под пальцев течет темная кровь. Берт Райн бросил свои наблюдения над люком и вместе со вторым помощником, не выпускавшим из руки своего разряженного Смита-и-Вессона, вмешался в толпу, собравшуюся у командной рубки.</p>
     <p>О мудрый, предусмотрительный старый китаец буфетчик! Он не показывался. Тяжелая дверь качалась взад и вперед в такт качке «Эльсиноры», и никто не догадывался, что там, за дверью прячется буфетчик со своим огромным, готовым для удара секачом. А пока все колебались, глядя в отверстие то открывавшейся, то закрывавшейся двери, из кормового люка, помещавшегося между командной рубкой и штурвалом, началась стрельба. Стрелял мистер Пайк из своего автоматического кольта.</p>
     <p>Стрелял не он один. Я слышал много выстрелов, но кто еще стрелял — не знаю. Все перепуталось, все смешалось, и сквозь общий гвалт и разноголосые крики до меня доносились громкие выстрелы из кольта.</p>
     <p>Я видел, как итальянец Мике Циприани схватился за живот и медленно опустился на палубу. А Коротышка, японец-полукровок, который и всегда ломался как клоун, а теперь приплясывал и гримасничал в стороне от общей свалки, с истерическим хихиканьем пустился наутек и, пробежав корму, кубарем скатился с трапа. Никогда еще не доводилось мне видеть такой поразительной иллюстрации психологии толпы. Коротышка, наименее стойкий из всей этой толпы, именно благодаря своей неустойчивости ускорил отступление, к которому присоединилась вся толпа. Как только, не выдержав, он отступил перед упорной стрельбой автоматического пистолета в руке старшего помощника, все остальные потянулись за ним. Самый легковесный из всех перевесил чашку весов.</p>
     <p>Шанц, истекая кровью, был одним из первых, бросившихся по следам Коротышки. Нози Мерфи — я видел — прежде чем побежать, бросил ножом в старшего помощника. Нож отлетел в сторону, с металлическим звоном ударившись об одну из медных спиц штурвала, и упал на палубу. Второй помощник с разряженным револьвером и Берт Райн со своим складным ножом пробежали мимо меня.</p>
     <p>Мистер Пайк вышел из люка и случайным выстрелом уложил на месте Билля Квигли, одного из «каменщиков», упавшего у моих ног. Последним уходил с кормы мальтийский кокней. На верхней ступеньке трапа он остановился и оглянулся на мистера Пайка. Взяв свой пистолет в обе руки, тот стал прицеливаться в него. Тогда мальтийский кокней пренебрег трапом и спрыгнул с кормы прямо на палубу. Но кольт только щелкнул: та пуля, которая уложила Билля Квигли, оказалась последней.</p>
     <p>Итак, корма осталась за нами.</p>
     <p>События продолжали разыгрываться так быстро, что я опять многое прозевал. Я видел, как буфетчик, с воинственным видом, держа наготове свой длинный секач, выполз из командной рубки. За ним вышла Маргарэт, а за ней появился Вада с моим автоматическим винчестером. Он принес его, как сказал мне впоследствии, по приказанию Маргарэт.</p>
     <p>Мистер Пайк с хладнокровно деловым видом осматривал свой кольт, чтобы удостовериться, дал ли он осечку или был пуст. В это время Маргарэт спросила его, как держать курс.</p>
     <p>— По ветру! — крикнул он ей и бросился к трапу. — Держите румпель твердо, а не то все мы полетим к черту.</p>
     <p>Грубый слуга своей расы, он оставался верным находящемуся под его командованием судну. Железная выдержка, приобретенная им за долгие годы железной тренировки, теперь проявлялась во всей своей красе. Мятеж разгорался, и смерть витала над мистером Пайком, но никакая опасность не могла заставить его забыть свои обязанности в отношении вверенного ему судна, в отношении «Эльсиноры», этого мертвого механизма из стали, дерева и пеньки, который для него был любимым живым существом.</p>
     <p>Маргарэт послала Ваду ко мне и побежала к штурвалу. В ту минуту, когда мистер Пайк огибал угол командной рубки, с палубы раздался выстрел, и пуля ударилась о стену рубки. Я заметил, кто стрелял, — это был ковбой Стив Робертс.</p>
     <p>Мистер Пайк нырнул под прикрытие стальной мачты, и в то время, как он бежал, его левая рука опускалась в боковой карман куртки, чтобы появиться с новым запасом зарядов. Теперь он был в безопасности. Пустая обойма его пистолета упала на палубу, а заряженная скользнула в освободившийся магазин и могла дать еще восемь выстрелов.</p>
     <p>Вада подошел ко мне (я все еще стоял на прежнем месте, под тентом у края кормы) и подал мне мою маленькую автоматическую винтовку.</p>
     <p>— Готово, — сказал он. — Можете спокойно стрелять.</p>
     <p>— Подстрелите Робертса! — крикнул мне мистер Пайк. — Он у них лучший стрелок. Если и не попадете, то хоть попугайте его как следует.</p>
     <p>В первый раз в жизни передо мной была живая человеческая мишень. И тут, должен сказать, я убедился, что у меня крепкие нервы. Стив Робертс стоял передо мной, меньше чем в ста шагах от меня, в проходе между каютой Дэвиса и правым бортом, готовясь еще раз выстрелить в мистера Пайка.</p>
     <p>В первый раз я не попал в него, но пуля пролетела так близко от него, что он подскочил. В следующий момент он увидел, что это я стрелял, и направил на меня револьвер. Но шансы были не на его стороне. Моя автоматическая винтовка выпускала пулю за пулей так быстро, как только я успевал нажимать курок. А его первый выстрел оказался неудачным, потому что моя пуля попала в него, прежде чем он успел прицелиться. Он зашатался и повалился навзничь, но из моего винчестера пули сыпались градом, как вода из лейки. Я, можно сказать, окатил его целым потоком свинца. Не знаю в точности, сколько раз я попал в него, знаю только, что уже после того, как он зашатался, в него вонзились по крайней мере еще три пули, прежде чем он упал. И уже падая, отмеченный печатью смерти, он машинально, не целясь, еще два раза разрядил свой револьвер.</p>
     <p>Упав, он уже больше не шевелился. Мне кажется, он умер, прежде чем упал.</p>
     <p>Еще с винтовкой в руках, глядя на внезапно опустевшую палубу, я почувствовал, что кто-то прикоснулся к моему плечу. Я оглянулся и увидел Ваду. Он держал в руке двенадцать штук маленьких бездымных патронов. Он хотел, чтобы я снова зарядил ружье. Я откинул предохранитель, открыл магазин, вытряхнул пустые патроны и вставил новые.</p>
     <p>— Принеси еще, — сказал я Ваде.</p>
     <p>Но едва успел он уйти, как неподвижно лежавший у моих ног Билль Квигли произвел неожиданное нападение. Я подскочил и, откровенно сознаюсь, закричал от страха и боли, почувствовав, что его лапы обхватили мои лодыжки, а зубы впились в икру моей ноги.</p>
     <p>Меня спас прибежавший ко мне на выручку мистер Пайк. Мне показалось, что он не прибежал, а прилетел по воздуху — так быстро очутился он возле меня. В тот же миг своей огромной ногой он отпихнул от меня Билля Квигли, а в следующее мгновение Билль Квигли был уже за бортом. Он был выброшен так ловко, что упал в море, даже не задев перил.</p>
     <p>Пробирался ли Мике Циприани, где-то скрывавшийся до тех пор, на корму в поисках более безопасного убежища, или он хотел напасть на Маргарэт, стоявшую у штурвала, — мы никогда этого не узнаем, ибо ему не дали обнаружить, какую цель имел он в виду. Мистер Пайк пронесся по палубе своими гигантскими прыжками, и не успел итальянец опомниться, как был поднят на воздух и полетел за борт вслед за Биллем Квигли.</p>
     <p>Возвращаясь на корму, мистер Пайк обыскал всю палубу своими ястребиными глазами. На палубу никто не показывался. Даже караульный бросил свой пост на носу, и «Эльсинора», управляемая Маргарэт, лениво ползла по тихому морю со скоростью двух узлов в час.</p>
     <p>Мистер Пайк опасался выстрелов из засады и только после тщательного обследования палубы опустил пистолет в боковой карман куртки и закричал в сторону бака:</p>
     <p>— Эй вы, подпольные крысы! Выходите! Покажите нам ваши богопротивные хари. Я хочу с вами говорить.</p>
     <p>Первым показался Гвидо Бомбини, очевидно, вытолкнутый Бертом Райном. Он знаками давал нам понять, что вышел с самыми мирными намерениями. Когда на баке увидели, что мистер Пайк перестал стрелять, понемногу стали выползать и остальные. Наконец на палубе оказались все, кроме повара, двух парусников и второго помощника. Последними вышли Том Спинк, юнга Буквит и Герман Лункенгеймер, добродушный, но глуповатый немец. Все трое вышли только после угроз, несколько раз повторенных Бертом Райном, который, при содействии Нози Мерфи и Кида Твиста, явно руководил всем делом. Возле него, как верная собака, вертелся и Гвидо Бомбини.</p>
     <p>— Ни шагу дальше! Стайте, где стоите! — скомандовал мистер Пайк, когда все столпились у люка номер третий, кто с правой, кто с левой стороны.</p>
     <p>Картина была поразительная. <emphasis>Мятеж в открытом море</emphasis>. Эта фраза из Купера, заученная мною еще в детстве, теперь воскресла в моей памяти. Да, это был мятеж в открытом море в девятьсот тринадцатом году, и я, белокурый представитель нашей расы, обреченный на гибель вместе с другими, такими же обреченными белокурыми властелинами, замешался в общую свалку и уже убил человека.</p>
     <p>Мастер Пайк, этот неукротимый старик, стоял на возвышении у края кормы, положив руку на перила борта, и смотрел в упор на мятежников, на этот мусор человечества, подобное которому, я готов поклясться, не собирал под свое знамя еще ни один мятеж. Тут стояли все три висельника, бывшие тюремные пташки, — все, что угодно, только не моряки, и тем не менее распоряжавшиеся всем этим делом, типично морским. Возле них вертелся и этот итальянский пес Бомбини, и они были окружены таким странным подбором людей; как Антон Соревсен, Ларс Якобсен, Фрэнк Финджиббон и Ричард Гиллер. Был тут и Артур Дикон, торговец белыми рабами, и Джон Хаки, бродяга из Сан-Франциско, и мальтийский кокней, и грек-самоубийца Тони.</p>
     <p>Заметил я и наших трех странных гостей. Они стояли тесной кучкой отдельно от других, качаясь в такт ленивым покачиваниям судна, и в их белесых топазовых глазах проносились далекие грезы. Был тут и фавн, глухой, как камень, но зорко за всем наблюдавший и силившийся понять, что такое происходит кругом. Были тут и Муллиган Джэкобс и Энди Фэй, озлобленные, как всегда, и, как всегда, цеплявшиеся друг за друга, а между ними из-за их плеч, торчала голова косоглазого Дитмана Олансена, словно его притягивало к тому и другому сродство их озлобленных душ. Последним подошел Чарльз Дэвис — человек, которому по всем законам давно пора было умереть, и лицо его своею восковою бледностью резко выделялось среди всех остальных, загорелых, обветренных лиц.</p>
     <p>Я оглянулся на Маргарэт, спокойно стоявшую у штурвала. Она улыбнулась мне, и в глазах ее была любовь. И она тоже была из погибающей породы белокурых властелинов, и ее место было высокое место, и ее наследием по праву были власть, руководительство и господство над тупоумными смуглыми представителями низшей расы, над отбросами и мелкотой человечества.</p>
     <p>— Где Сидней Вальтгэм? — закричал старший помощник. — Мне он нужен. Приведите его, и тогда все вы, остальная мелюзга, возвращайтесь к работе или… помогай вам Бог!</p>
     <p>Люди беспокойно задвигались, шаркая ногами по палубе.</p>
     <p>— Сидней Вальтгэм, вы мне нужны — слышите? Выходите! — снова заорал мистер Пайк через головы матросов, обращаясь к убийце любимого им капитана.</p>
     <p>Удивительный старый герой! Ему и в голову не приходило, что он уже не господин над стоявшей перед ним толпой. Его поглощала одна лишь мысль, одна страсть — жажда мести: он хотел тут же, не сходя с места отомстить убийце своего бывшего капитана.</p>
     <p>— Старое полено! — бросил ему Муллиган Джэкобс.</p>
     <p>— Замолчи, Муллиган! — оборвал его Берт Райн, и в ответ на этот окрик калека обдал его злобным, ядовитым взглядом.</p>
     <p>— А ты чего суешься, голубчик? — накинулся на Берта Райна мистер Пайк. — Не беспокойся, я и о тебе позабочусь. А пока суд да дело, тащи сюда ту собаку. Ну, живо!</p>
     <p>Показав таким образом, что он не желает признавать вожака мятежников, мистер Пайк опять закричал:</p>
     <p>— Эй, Вальтгэм, трусливый пес! Выходите, — я вам говорю!</p>
     <p>«Еще один помешанный, — пронеслось у меня в голове. — Еще один помешанный, раб навязчивой идеи, в жажде личной мести забывший про мятеж, забывший о долге, о верности своему судну».</p>
     <p>Но так ли это было? Нет. Даже забывшись на миг и выкрикивая то, чего так жаждала его душа — а жаждала она одного — смерти второго помощника, — даже тогда бессознательно, машинально его бдительный взгляд моряка перебегал от паруса к парусу. Он опомнился и вернулся к своему долгу.</p>
     <p>— Ну, возвращайтесь, мерзавцы, на бак, прежде чем я успел на вас плюнуть, — зарычал он. — Даю вам две минуты на размышление, а через две минуты выходите на работу.</p>
     <p>В ответ на это вожак и его подручные засмеялись своим беззвучным зловещим смехом.</p>
     <p>— Советую тебе прежде выслушать нас, старый пес! — грубо крикнул ему Берт Райн. — Эй, Дэвис, выходи вперед и покажи нам твою ученость. Да ног не застуди, смотри. Выложи это старому дураку все по порядку.</p>
     <p>— Проклятый законник! — заревел мистер Пайк, как только Дэвис открыл рот, собираясь заговорить.</p>
     <p>Берт Райн пожал плечами и, собираясь уходить, сказал спокойно:</p>
     <p>— Что ж, коли вы не желаете разговаривать…</p>
     <p>Мистер Пайк пошел на уступки.</p>
     <p>— Ну, Дэвис, говори! — буркнул он. — Выкладывай всю грязь, какая накопилась у тебя во рту. Но помни: ты за это поплатишься, поплатишься головой. А теперь говори.</p>
     <p>Знаток морских законов прочистил горло и начал:</p>
     <p>— Прежде всего — я лично не участвовал в этом деле. Я — больной человек, и мне по-настоящему следовало бы спокойно лежать на койке. Я еле на ногах стою. Но товарищи просили меня посоветовать им насчет законов, и я им советую…</p>
     <p>— А что говорит закон, — ты знаешь? — перебил его мистер Пайк.</p>
     <p>Но Дэвис не смутился.</p>
     <p>— Закон говорит, что когда морской офицер оказывается непригодным, команда имеет право взять судно на свою ответственность и привести его в порт. Таков закон — писаный закон. В восемьсот девяносто втором году такой случай был на «Абиссинии», когда капитан умер, а оба помощника начали пьянствовать.</p>
     <p>— Мне не нужны твои примеры, — снова прервал его мистер Пайк. — Говори дело, да поживей. Чего вы от меня хотите? Выкладывай.</p>
     <p>— Так вот… Я говорю как посторонний зритель, как больной человек, освобожденный от работы, — говорю потому, что мне поручено вести переговоры… Ну-с, вот как обстоит дело. Наш капитан был хорош, но он умер. А старший наш помощник жестокий человек и покушается на жизнь второго помощника. Нам-то это все равно, нам нужно только добраться до порта живыми. А наша жизнь в опасности. Мы пальцем никого не тронули, вся пролитая кровь на вашей совестя. Вы стреляли и убивали. Двух человек вы выбросили за борт, как это удостоверят свидетели на суде. Вот и Робертс убит и достанется на съедение акулам, — а за что? Только за то, что он защищался от вероломного нападения, что может засвидетельствовать каждый из нас Мы будем говорить только правду, всю правду, и плохо вам придется тогда. Так ли я говорю, ребята?</p>
     <p>В толпе послышался смешанный гул одобрения.</p>
     <p>— Вы, стало быть, хотите взять на себя мою работу? — заговорил насмешливо мистер Пайк. — Ну, а со мной как вы думаете поступить?</p>
     <p>— Вы посидите под арестом, пока мы не придем в порт и не сдадим вас законным властям, — ответил, не сморгнув, Дэвис. — А вы, если хотите дешево отделаться, можете притвориться помешанным.</p>
     <p>В эту минуту кто-то тронул меня за плечо. Это была Маргарэт с длинным ножом буфетчика, которого она поставила к штурвалу вместо себя.</p>
     <p>— Придумай что-нибудь другое, Дэвис, — сказал мистер Пайк. — С тобой мне больше не о чем говорить. Я буду говорить с командой. Даю вам, ребята, две минуты на размышление. У вас два выхода — выбирайте. Или вы выдадите мне второго помощника, возьметесь за работу и покоритесь тому, что вас ожидает, или сядете в тюрьму и получите сполна все, что вам будет следовать по приговору. Через две минуты вы должны решить. Те, кто не желает сесть в тюрьму и предпочитают честно работать, пусть идут ко мне на корму. Те, кто предпочитает тюрьму, пусть остаются на месте. Итак, думайте две минуты, и пока думаете — помолчите.</p>
     <p>Он повернулся ко мне и сказал вполголоса:</p>
     <p>— Приготовьте ваше ружье на случай тревоги. И — без колебаний! Жарьте по этим свиньям, которые воображают, что сила на их стороне, потому что их много.</p>
     <p>Первым двинулся Буквит, но так нерешительно, что его движение можно было принять скорее за слабую попытку двинуться, не кончившуюся ничем: он только чуть-чуть подался вперед, выставив одну ногу. Тем не менее этого было довольно, чтобы сдвинуть с места Германа Лункенгеймера, который вышел из толпы и решительно зашагал к корме. Код Твист нагнал его одним прыжком. Обхватив его сзади одною рукою за горло, он уперся коленом ему в спину и отогнул его голову назад. И не успел я вскинуть ружье на плечо, как мерзавец Бомбини подскочил к ним, выхватил нож и перерезал горло Лункенгеймеру.</p>
     <p>Тут я услышал крик мистера Пайка: «Стреляйте!» — и спустил курок.</p>
     <p>И надо же было случиться несчастью: пуля пролетела мимо Бомбини и попала в фавна. Он откачнулся назад, опустился на люк и начал кашлять. И кашляя кровью, он все осматривался кругом своими красноречивыми страдальческими глазами, силясь понять, что такое тут происходит.</p>
     <p>Никто больше не двигался. Кид Твист выпустил Лункенгеймера, и тот упал на палубу. Я больше не стрелял. Кид Твист снова очутился возле Берта Райна, и Гвидо Бомбини по-прежнему вертелся около них.</p>
     <p>Теперь Берт Райн откровенно улыбался.</p>
     <p>— Не желает ли еще кто-нибудь прогуляться на корму? — обратился он медовым голосом к матросам.</p>
     <p>— Две минуты прошли, — объявил мистер Пайк.</p>
     <p>— Прошли. Ну, и что же вы, дедушка, намерены теперь делать? — засмеялся Берт Райн.</p>
     <p>В одно мгновение огромный автоматический пистолет был выхвачен из кармана, и мистер Пайк стал выпускать заряд за зарядом так быстро, как только рука его успевала, спускать курок. Все бросились спасаться. Но, как он и сам признавался мне раньше, он был плохой стрелок и мог успешно работать своим пистолетом только целясь в упор и предпочтительно в живот.</p>
     <p>Пока мы смотрели на главную палубу, совершенно опустевшую, если не считать лежавшего на спине мертвого ковбоя и фавна, который все еще сидел на люке и кашлял, у переднего края средней рубки показалась кучка людей.</p>
     <p>— Стреляйте! — крикнула стоявшая у меня за спиной Маргарэт.</p>
     <p>— Не надо! — зарычал на меня мистер Пайк.</p>
     <p>Я уже приложил было ружье к плечу, собираясь выстрелить, но, услышав этот окрик, приостановился. Через крышу средней рубки и потом вдоль мостика к нам быстро подвигалась процессия из шести человек. Впереди шел повар Луи. За ним гуськом шли или почти бежали оба японца-парусника, Генри, юнга с учебного судна, и другой юнга — Буквит. Том Спинк замыкал шествие. Когда он поднимался по трапу на крышу средней рубки, кто-то снизу, должно быть, схватил его за ногу, стараясь стащить вниз. Нам была видна только верхняя половина его туловища, но по его движениям можно было догадаться, что он брыкается, стараясь освободиться. Наконец он вырвался, одним прыжком взобрался на рубку и со всех ног пустился бежать. На мостике он догнал и толкнул Буквита, и тот в испуге вскрикнул, вообразив, что его схватил кто-нибудь из мятежников.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLIII</p>
     </title>
     <p>Мы, осажденные на юте, оказываемся численностью сильнее, чем я предполагал, когда делал подсчет силам обеих сторон. Разумеется, Маргарэт, мистер Пайк и я стоим особняком. Мы трое — представители правящего класса. Но у нас есть верные слуги и рабы, которые смотрят на нас как на своих спасителей и ждут от нас указаний.</p>
     <p>Говоря «слуги» и «рабы», я употребляю эти слова вполне обдуманно. Том Спинк и Буквит — рабы, и ничего больше. Генри, юнга с учебного судна, занимает в моей классификации неопределенное место. Он нашего полку, но его едва ли можно назвать даже ополченцем. Когда-нибудь он нас догонит и будет капитаном или помощником капитана, но пока его прошлое говорит против него. Он — кандидат, пробивающийся в высший класс из низов. Притом он еще юноша; железная сила его наследственности еще не успела проявиться.</p>
     <p>Вада, Луи и буфетчик — слуги азиатского племени. То же можно сказать и о двух парусниках-японцах. Эти не то чтобы слуги и не то чтобы рабы, а нечто среднее между теми и другими.</p>
     <p>Итак, нас на корме, в цитадели, одиннадцать человек. Но наши сторонники слишком приближаются к типу слуг и рабов, чтобы быть серьезными бойцами. Они помогут нам защитить нашу цитадель от нападений, но не присоединятся к нам при нашем наступлении. Они будут драться, как прижатые в угол крысы, защищая свою жизнь, но не бросятся, как тигры, первыми на врага. Том Спинк — верный человек, но у него нет мужества. Буквит безнадежно тупоумный малый. Генри еще не заслужил своих шпор. Итак, настоящих бойцов у нас только трое — Маргарэт, мистер Пайк и я. Остальные будут сражаться на стенах нашей крепости до последнего издыхания, но на них нечего рассчитывать ни при каких вылазках.</p>
     <p>А на другом конце судна находятся: второй помощник Меллэр, или Вальтгэм, человек нашей породы, сильный, но ренегат; три висельника, убийцы и хищники, Берт Райн, Нози Мерфи и Кид Твист; затем мальтийский кокней и сумасшедший грек Тони; Фрэнк Фицджиббон и Ричард Гиллер, двое уцелевших из тройки «каменщиков»; Антон Соренсен и Ларс Якобсен, глупые матросы из Скандинавии; косоглазый Дитман Олансен, Джон Хаки и Артур Дикон, торговец белыми рабами; Коротышка, клоун полукровок; итальянская собака Бомбини; скорпионы Энди Фэй и Муллиган Джэкобс; три мечтателя с топазовыми глазами, не поддающиеся классификации; раненый еврей Исаак Шанц; верзила Боб; слабоумный фавн с пробитым пулей легким; Нанси и Сендри Байерс, два безнадежных, беспомощных боцмана; и наконец — знаток морских законов Чарльз Дэвис.</p>
     <p>Таким образом выходит двадцать семь человек против одиннадцати. Но между ними есть люди, сильные именно своею порочностью. И у них тоже есть свои слуги, есть наемные головорезы. А такие слизняки, как Соренсен, Якобсен и Боб, могут быть, конечно, только рабами людей, составляющих ядро их шайки.</p>
     <p>Я забыл рассказать, что случилось вчера, после того как мистер Пайк выпустил все свои заряды и очистил палубу. Корма бесспорно осталась за нами, и для мятежников не представляется никакой возможности напасть на нас среди бела дня. Маргарэт, в сопровождении Вады, сошла вниз, чтобы осмотреть двери, выходящие из кают прямо на главную палубу, к правому и левому борту. Обе эти двери остаются в том же виде, как были в тот день, когда мы начали обход мыса Горна, то есть обе наглухо заперты.</p>
     <p>Мистер Пайк поставил к штурвалу одного из парусников, и буфетчик, освободившись от обязанностей рулевого, хотел спуститься в каюты, когда внимание его было привлечено к левому борту, где был прикреплен лаг, тащившийся за кормой. Перед тем Маргарэт возвратила ему нож, и он держал его в руке. Выброшенные за борт мистером Пайком Мике Циприани и Билль Квигли успели ухватиться за волочившийся лаг-линь и теперь плыли, держась за него. «Эльсинора» подвигалась как раз таким ходом, что они легко могли держаться на поверхности воды. Над ними кружили любопытные и голодные альбатросы и другие хищные птицы с Горна. И в ту самую минуту, когда я увидел людей за бортом, огромная птица, футов в десять от крыла до крыла и с десяти дюймовым клювом, опустилась на итальянца. Освободив одну руку, тот ударил ее ножом. Посыпались перья, и отброшенная ударом огромная птица тяжело шлепнулась в воду.</p>
     <p>Методически, словно исполняя повседневную работу, буфетчик перерезал ножом лаг-линь, зажав его между стальным краем борта и перилами. Раненые, не поддерживаемые больше лаг-линем, принуждены были пуститься вплавь и стали тонуть. Кружившие над ними стаи морских птиц спустились на них и принялись долбить их в головы и в плечи своими железными клювами. Жутко было слушать, какой крик подняли крылатые хищники, добравшись до живого мяса. Но странно — я не был потрясен этим зрелищем. Это были те самые люди, которые потрошили акулу и бросили ее за борт еще живую, и дико вопили от радости, следя за тем, как ее сородичи пожирали ее. Они играли в жестокую игру, издевались над живыми существами, и теперь живые существа издевались над ними, играя в ту же самую жестокую игру. И как поднявший меч от меча погибает, так и эти два жестоких человека умирали жестокой смертью.</p>
     <p>— Вот и чудесно: мы сэкономили два мешка хорошего угля, — вот все, что сказал по этому поводу мистер Пайк.</p>
     <p>Бесспорно, наше положение могло быть хуже. Для стряпни у нас есть уголь и керосинки. У нас имеются люди, которые готовят нам обед и прислуживают. И — главное — в наших руках все продовольствие «Эльсиноры».</p>
     <p>Мистер Пайк действует правильно. Понимая, что с нашими людьми мы не можем атаковать толпу мятежников, засевших на другом конце судна, он спокойно выдерживает осаду. Он уверяет, что нам нечего бояться. Мы, осажденные, располагаем всеми наличными съестными припасами; тогда как осаждающие находятся на границе неминуемой голодовки.</p>
     <p>— Будем морить голодом этих собак, — рычит он. — Будем морить их голодом, пока они не приползут сюда и не станут лизать нам ноги. Вы, может быть, думаете, что обычай держать провиант в кормовой части судна сложился случайно? Вы заблуждаетесь, если так думаете. Этот обычай установился задолго до того, как мы с вами явились на свет, и он имеет под собой твердое основание. Старые морские волки знали, что делают.</p>
     <p>Луи говорит, что в кухне осталось провизии не больше как на три дня, что бочонок с сухарями скоро опустеет, а наших кур, которых они прошлой ночью выкрали из курятника, хватит им только, чтобы протянуть лишний день. Словом, даже при самом широком подсчете их запасов, надо думать, что через какую-нибудь неделю они принуждены будут сдаться.</p>
     <p>Мы больше не идем под парусами. Вчера ночью мы слышали в темноте, как матросы возились с парусами и реями, но разумеется, не могли этому помешать. По совету мистера Пайка, я несколько раз выстрелил наугад, но без всякого результата; в ответ на мою стрельбу послышались выстрелы с их стороны, и несколько пуль ударилось о стену командной рубки. Сегодня у нас даже никто не стоит у штурвала. «Эльсинора» лениво покачивается на мирных волнах, а мы регулярно отбываем свои вахты под прикрытием командной рубки и стальной мачты. Мистер Пайк говорит, что он не знал такого отдыха за все время плавания.</p>
     <p>Мы с ним выходим на вахту поочередно, хотя и на вахте почти нечего делать. Днем стоишь с ружьем за рубкой, а ночью поглядываешь с кормы. За рубкой, готовая отбить атаку, стоит моя смена из четырех человек: Том Спинк, Вада, Буквит и Луи. А Генри, два японца-парусника и старик-буфетчик составляют смену мистера Пайка.</p>
     <p>По его приказу мы не даем никому показаться на баке. Так, например, сегодня, когда второй помощник вздумал было высунуться из-за угла средней рубки, моя пуля, ударившись о стену рубки на фут от его головы, заставила его живо нырнуть вниз. Чарльз Дэвис попробовал ту же игру и тоже принужден был спрятаться.</p>
     <p>Кроме того, сегодня вечером, когда стемнело, мистер Пайк распорядился сложить все блоки и тали на первый пролет мостика и опустил его на корму. Затем велел поднять трап, который ведет с кормы на палубу, и тоже убрал его на корму. Мятежникам придется не мало покарабкаться, если они вздумают произвести атаку.</p>
     <p>Я пишу эти строки внизу. Я сменился с вахты в восемь вечера, а в полночь буду снова на вахте до четырех утра. Вада покачивает головой и говорит, что Блэквудская компания должна сделать нам скидку с платы за проезд по первому классу, оплаченный вперед. Мы заработали наш проезд, — говорит он.</p>
     <p>Маргарэт принимает наши приключения весело. В первый раз в жизни ей пришлось видеть мятеж, но она такой хороший моряк, что кажется опытной и в этом деле. Заботы о палубе она предоставляет мистеру Пайку и мне, но, признавая его главенство, как капитана судна, она взяла на себя заведывание внутренним помещением юта и все распоряжения по части стряпни, уборки кают и вообще наших удобств. Мы остались в наших прежних каютах, а новых пришельцев она устроила на ночлег в большой задней каюте, снабдив их всех одеялами из склада матросских вещей.</p>
     <p>В одном отношении этот мятеж ей на пользу: с точки зрения ее самочувствия ничего лучшего нельзя было бы ей пожелать. Это отвлекает ее мысли от отца и заполняет работой часы ее бодрствования. Сегодня днем, стоя у открытого кормового люка, я слышал ее звонкий смех, какого не слыхал с тех — уже далеких — дней, когда мы шли еще по Атлантическому океану. А работая, она часто напевает отрывки из разных арий. Сегодня во вторую вечернюю вахту, когда мистер Пайк, отобедав, пришел к вам на корму, она заявила ему, что если он не заведет своего граммофона, она непременно начнет играть на пианино. Она привела и причину такого решения — психологическое действие бодрых музыкальных звуков на голодающих мятежников.</p>
     <p>Дни идут, но ничего важного не происходит. Мы не подвигаемся вперед. «Эльсинора» без парусов бестолково качается на море и идет каким-то сумасшедшим курсом. Она то поворачивает носом по ветру, то против ветра, и вообще кружится нерешительно и бесцельно, словно только затем, чтобы не стоять на месте. Так, например, сегодня на рассвете она стала по ветру, как будто собираясь двинуться вперед. Через полчаса она повернула так, что оказалась носом против ветра, а еще через полчаса стала опять по ветру. Только к вечеру ей удалось стать к ветру левым бортом, но, добившись этого, она снова начала заворачивать и, описав полный круг в течение часа, возобновила свою утреннюю тактику, стараясь стать по ветру.</p>
     <p>Нам ничего не остается делать, как только защищать корму от нападений, которых пока нет. Мистер Пайк, скорее в силу привычки, чем по необходимости, регулярно производит наблюдения и определяет положение «Эльсиноры». Сегодня в полдень она, оказалась на восемь миль восточнее вчерашнего своего положения; все же место, которое она занимает сегодня, отстоит на милю дальше от того, которое она занимала четыре дня назад. В общей сложности она проходит, меняя направление, по семи-восьми миль в день, то есть почти не подвигаясь вперед.</p>
     <p>Оснастка судна представляет грустную картину. Это сплошной хаос. Неубранные паруса неряшливо свисают с рей концами и уныло болтаются при покачивании судна. Один только грот-рей ослаблен. Счастье еще, что нет сильного ветра и море спокойно, иначе этот стальной рей свалился бы на мятежников.</p>
     <p>Одного мы не можем понять. Прошла неделя, а мятежники не обнаруживают никаких признаков голодовки и готовности сдаться. Мистер Пайк много раз спрашивал по этому поводу наших людей, и все в один голос, начиная с повара и кончая Буквитом, клянутся, что, насколько им известно, на баке нет провианта, кроме небольшого запаса солонины и бочонка с сухарями. А между тем совершенно очевидно, что на баке не голодают. Каждый день мы видим дым над их помещением; остается заключить, что там варят пищу.</p>
     <p>Берт Райн два раза пытался вступить с нами в переговоры о перемирии, но оба раза, как только над углом средней рубки показывался его белый флаг, мистер Пайк открывал огонь из пистолета. В последний раз это было два дня назад. Мистер Пайк намерен взять их измором, но теперь его начинает беспокоить вопрос, из какого таинственного источника они добывают еду.</p>
     <p>Мистер Пайк стал на себя непохож. Его, я знаю, преследует одна неотвязная мысль — мысль о мести второму помощнику. В последние дни мне случилось несколько раз неожиданно натыкаться на него, и я ловил его на том, что он, с нахмуренным лбом и злыми глазами, что-то бормочет про себя, сжимает свои кулачищи и скрипит зубами. Всякий разговор он сводит на то, могли ли бы мы с успехом произвести атаку на бак, и беспрестанно спрашивает Луи и Тома Спинка, как они думают, где спит тот или другой из мятежников, что неизменно сводится к вопросу, где спит второй помощник.</p>
     <p>Не дальше как вчера днем он дал мне положительное доказательство того, что он одержим манией мести, было четыре часа дня, начало первой вечерней вахты, и он только что сменил меня. Теперь мы стали настолько беспечны, что среди бела дня стоим на юте открыто. В нас никто не стреляет, и только иногда над крышей передней рубки появляется улыбающееся или строящее шутовские рожи лицо Коротышки. Мистер Пайк в таких случаях вооружается биноклем и разглядывает Коротышку, в надежде открыть на нем следы голодовки, после чего с грустью заявляет, что Коротышка, к сожалению, имеет упитанный вид.</p>
     <p>Но возвращаюсь к рассказу. Вчера перед вечером мистер Пайк только что сменил меня с вахты, как вдруг на баке выросла фигура второго помощника. Он подошел к борту и стоял на виду, глядя вперед.</p>
     <p>— Стреляйте в него, — сказал мне мистер Пайк.</p>
     <p>Боясь промахнуться, я стал старательно прицеливаться. Вдруг он тронул меня за плечо.</p>
     <p>— Нет, не стреляйте, не надо, — сказал он.</p>
     <p>Я опустил ружье и в недоумении взглянул на него.</p>
     <p>— Вы его, пожалуй, убьете, а я берегу его для себя, — объяснил он.</p>
     <empty-line/>
     <p><strong>* * *</strong></p>
     <p>Жизнь полна неожиданностей. Все наше плавание от Балтиморы до самого Горна и дальше было отмечено насилиями и смертями. А теперь, когда оно завершилось открытым мятежом, нет больше насилий, и стало меньше смертей. Мы сидим у себя на корме, а они у себя на баке. Не слышно больше ни рычанья, ни громких распоряжений вперемежку с ругательствами. Все мы как будто празднуем хорошую погоду.</p>
     <p>В кают-компании чередуются мистер Пайк у граммофона и Маргарэт у пианино, а на баке, хоть нам его и не видно, играет самый дикий оркестр из сборных испорченных инструментов и дерет нам уши день и ночь. Гвидо Бомбини играет на разбитом аккордеоне (собственность Мике Циприани, по словам Тома Спинка). По-видимому, он уже у них и капельмейстер, так как он отбивает такт. У них имеются две поломанные гармоники. Есть еще самодельные дудки, свистки и барабаны. Играют и на гребешках, обтянутых тонкой бумагой, и на треугольниках, и даже на костях от лошадиных ребер, вроде тех, какие употребляются негритянскими музыкантами.</p>
     <p>В оркестре, по-видимому, участвует вся команда, и как стая обезьян, наслаждающаяся грубым ритмом, все колотят кто во что горазд — в сковороды, в жестянки из-под керосина, — словом, во всевозможные звенящие металлические предметы. Какой-то гениальный артист привязал веревку к язычку судового колокола и в самых сильных местах исполняемой пьесы принимается неистово звонить. Мы, впрочем, слышим, как Бомбини строго останавливает его всякий раз. И, в довершение удовольствия, в самые неожиданные моменты начинает реветь наша сирена, должно быть, заменяющая у них духовые инструменты.</p>
     <p>И это-то мятеж в открытом море! Почти все часы моих вахт я обречен слушать этот адский гвалт и дохожу до исступления, до сумасшедшего желания поддержать мистера Пайка в его намерении произвести ночную вылазку на бак и засадить за работу этих лишенных всякого чувства гармонии взбунтовавшихся рабов.</p>
     <p>Впрочем, нет, нельзя сказать, чтобы они были совсем не музыкальны. У Бомбини весьма приличный, хотя и необработанный тенор, и он, признаться, удивил меня своим разнообразным репертуаром. Оказывается, он имеет понятие не только о Верди, но и о Вагнере и о Массенэ. Берт Райн все время повторяет припев какой-то уличной песни, и вся эта тройка, а за ней и остальные орут в один голос: «Так это был медведь! Так это был медведь! Медведь — и никто больше!..» Сегодня утром Нанси, должно быть, после долгих упрашиваний, угостил нас весьма грустным исполнением «Летучего Облака». А вчера во вторую вечернюю вахту наши три мечтателя пропели какую-то народную песенку, очень оригинальную и печальную.</p>
     <p>Да неужели это мятеж? Да, мятеж, говорю я и сам себе не верю. И, однако, я знаю, что мистер Пайк в эту минуту стоит на карауле над моей головой. И я слышу пронзительный смех буфетчика и Луи, сострившего на старинный китайский манер. Вада и парусники сидят в кладовой и, я уверен, разговаривают о японской политике. А через узкий коридор до меня доносится из крайней каюты мурлыканье Маргарэт, укладывающейся спать.</p>
     <p>Но все мои сомнения улетучиваются с первым ударом восьми склянок.</p>
     <p>Я выхожу на палубу сменять мистера Пайка. Он на минуту задерживается, чтобы «покалякать», как он это называет.</p>
     <p>— А знаете, нам с вами ничего не стоит разделать под орех всю эту свору, — говорит он мне конфиденциальным тоном. — Надо только незаметно пробраться на бак и поднять там тревогу. Как только мы начнем стрелять, половина шайки разбежится. Мозгляки вроде Нанси, Сендри Байерса, Якобсена, Боба и Коротышки, да и три чужака неизвестной породы бросятся спасаться на корму. А пока наши будут расправляться с ними, мы с вами начисто отделаем остальных. Ну-с, что вы на это скажете?</p>
     <p>Я колебался, думая о Маргарэт.</p>
     <p>— Мне, понимаете, только бы забраться на бак и сцепиться с ними в рукопашную, а там я уж сумею постоять за себя. Раз, два, три — и готово. Вы не успеете и глазом моргнуть, как я управлюсь со всеми. Первым делом уложу этих трех подлецов зачинщиков, а там примусь за Бомбини, за Дэвиса, за Дикона, за кокнея, за Муллигана Джэкобса и… и… за Вальтгэма.</p>
     <p>— Всех-то выходит девять человек, а в вашем кольте только восемь зарядов, — улыбнулся я.</p>
     <p>Он на минуту задумался, проверяя свой список.</p>
     <p>— Правда, — согласился он. — Придется, видно, оставить в покое Джэкобса… Ну что же, согласны? Идет?</p>
     <p>Я все еще колебался, не зная, что ответить. Но он заговорил первым. Он вспомнил о своей верности долгу.</p>
     <p>— Нет, это не годится, мистер Патгерст. А вдруг они убьют нас обоих. Нет, мы должны оставаться на своем посту, пока они не начнут дохнуть от голода… Но вот что меня интересует: откуда они добывают еду? На баке по этой части хоть шаром покати, как оно и должно быть на всяком порядочном судне, а между тем взгляните вы на них: жиреют, точно свиньи. А ведь по всем расчетам уже неделю назад они должны были съесть все до крошки.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLIV</p>
     </title>
     <p>Да, это несомненно, мятеж. Сегодня утром, набирая воду из кадки у командной рубки после только что прошедшего ливня, Буквит был ранен в плечо выстрелом с бака из револьвера. Пуля малого калибра и была наизлете, так что рана оказалась поверхностная, но этот парень так отчаянно вопил, что можно было подумать, что он умирает. Его угомонили только затрещины мистера Пайка.</p>
     <p>Не хотел бы я попасть в руки такого хирурга, как мистер Пайк. Он нащупывал и выковыривал пулю мизинцем, слишком большим для отверстия раны, а свободной рукой грозил пациенту дать новую затрещину. Окончив операцию, он отправил Буквита вниз, где Маргарэт произвела дезинфекцию и перевязала рану.</p>
     <p>Я так редко вижу ее теперь, что побыть с ней наедине полчаса для меня уже целое событие. С утра до ночи она занята заботами о поддержании порядка в нашем хозяйстве. Вот и сейчас, пока я пишу, я слышу через открытую дверь, как она предписывает законы обитателям задней каюты. Она выдала всем им простыни и нижнее белье из склада и теперь требует, чтобы они вымылись только что набранной дождевой водой. А чтобы быть уверенной, что они в точности исполнят ее требование, она отрядила Луи и буфетчика для надзора за этой процедурой. Кроме того, она запретила курить в задней каюте. И в довершение всех этих обязательных постановлений — всем им было приказано обмести в задней каюте стены и потолок, а с завтрашнего утра приступить к их окраске. Все это почти убеждает меня, что мятеж не состоялся, и что всю эту историю я просто вообразил.</p>
     <p>Но нет. Я слышу, как Буквит хнычет и спрашивает, как же будет он мыться; когда у него рана в плечо. Я жду и слушаю, что скажет Маргарэт, и не обманываюсь в моих ожиданиях. Раненый поручается заботам Тома Спинка и Генри, и, следовательно, основательное его омовение обеспечено.</p>
     <p>Мятежники не голодают. Сегодня они ловили альбатросов, и труп первого же пойманного альбатроса спустя несколько минут был выброшен за борт. Мистер Пайк разглядывал в бинокль этот труп, и я слышал, как он заскрежетал зубами, когда убедился, что выброшена не только кожа с перьями, но вся туша. Взяты были только кости от крыльев на трубки. Вывод ясен: голодные люди не стали бы выбрасывать мясо.</p>
     <p>Но откуда же достают они еду? Вот еще одна из морских тайн, хотя, быть может, мне и не казалось бы это странным, если бы не мистер Пайк.</p>
     <p>— Я думаю, думаю до того, что голова трещит, и ничего не могу понять, — говорит он. — Я знаю каждый дюйм свободного места на «Эльсиноре», и знаю, что на баке нет и не может быть ни унции съестного, и тем не менее они едят. Я осмотрел нашу кладовую, и, по-моему, там все цело, ничего не пропало. Так где же добывают они пищу? Необходимо дознаться — где.</p>
     <p>И действительно — я это знаю — сегодня утром он провел в кладовой несколько часов вместе с поваром и буфетчиком, проверяя по списку балтиморских агентов наличное количество запасов. Знаю и то, что все трое вышли из кладовой, обливаясь потом и окончательно сбитые с толку. Буфетчик высказал такую гипотезу: во-первых, возможно, что от прежнего или от прежних плаваний оставались запасы, и во-вторых, — что эти запасы выкрадены в одну из ночных вахт, но только не в вахту мистера Пайка.</p>
     <p>Так оно или нет, но мистер Пайк эту тайну добывания пищи мятежниками почти так же горячо принимает к сердцу, как существование в столь близком соседстве Сиднея Вальтгэма.</p>
     <empty-line/>
     <p>Я начинаю понимать, что значит выстаивать вахту за вахтой. Из двадцати четырех часов в сутки двенадцать с лишком часов я провожу на палубе — это первое. И из этих остающихся двенадцати часов значительная часть уходит на еду, на одеванье и раздеванье и на беседы с Маргарэт. В результате я чувствую, что мне мало остается времени для сна. Я теперь почти не читаю. Не успеет моя голова коснуться подушки, как я уже сплю. О, я сплю как младенец, ем как матрос, и давным-давно не наслаждался таким физическим благосостоянием. Вчера вечером я взялся было за Джорджа Мура — и нашел его невероятно скучным. Быть, может, он и реалист, но я торжественно утверждаю, что в тесном кругу своей замкнутой жизни на архипелаге он не имеет никакого понятия о действительности. Попробуй он хоть раз пробиться против ветра вокруг Горна, он, может быть, стал бы настоящим писателем.</p>
     <p>Вот мистер Пайк — тот знает действительность, знает реальную жизнь. В шестьдесят девять лет он как ни в чем не бывало выстаивает вахту за вахтой. Да, этот человек выкован из железа. Я убежден, что, вздумай я с ним бороться, он переломил бы меня как соломинку. Он положительно какое-то чудо природы и в наше время является анахронизмом.</p>
     <p>Фави не умер, несмотря на мой злосчастный выстрел. Генри уверяет, что видел его вчера, а сегодня я и сам его видел. Он подошел к углу средней рубки и долго смотрел на корму печальными, силящимися понять глазами. Так точно смотрит на меня Поссум — я это часто замечал.</p>
     <p>Только сейчас меня осенило, что из восьми наших сторонников пятеро — азиаты, и только трое люди нашей расы. Почему-то мне это напомнило Индию.</p>
     <p>А хорошая погода продолжается, и мы все спрашиваем себя, сколько еще пройдет времени, пока наши мятежники съедят свои таинственные запасы, и голод принудит их взяться за работу.</p>
     <p>Теперь мы находимся почти что к западу от Вальпарайзо и немногим меньше, чем за тысячу миль, от западных берегов Южной Америки. Легкие северные бризы, дующие то с северо-востока, то с северо-запада, очень скоро, если верить мистеру Пайку, доставили бы нас в Вальпарайзо, если бы можно было привести в порядок паруса. А в том виде, в каком «Эльсинора» сейчас, она кружится почти на одном месте и продвигается при северном ветре на каких-нибудь три-четыре мили в день.</p>
     <empty-line/>
     <p>Мистер Пайк вне себя. За последние два дня его навязчивая идея мести второму помощнику окончательно захватила его. Мятеж и собственное бессилие в этом деле, конечно, досаждают ему. Но не мятеж его угнетает — его угнетает присутствие убийцы друга его молодости, капитана Соммерса, перед которым он преклонялся.</p>
     <p>Над мятежом он смеется, называет его «холостым выстрелом», весело говорит о том, что его жалованье все растет, и жалеет, что он не на берегу, где мог бы хорошо заработать на перестраховке. Но видеть, как Сидней Вальтгэм торчит на баке, спокойно всматриваясь в даль, или сидит верхом на бушпирте, охотясь на акул, — нет, это выше его сил. Вчера, поднявшись на корму мне на смену, он попросил у меня ружье и выпустил целый поток маленьких пуль во второго помощника. Но тот хладнокровно прежде закрепил лесу и только тогда вернулся на бак. Конечно, из ста шансов, может быть, только один за то, что мистер Пайк попадет в Сиднея Вальтгэма, но Сидней Вальтгэм, очевидно, не имеет никакого желания доставить ему этот шанс.</p>
     <p>Нет, это непохоже на мятеж, по крайней мере, на тот традиционный мятеж, о каких я, захлебываясь от восторга, читал, когда был мальчишкой, — на тот мятеж, который стал классическим в морской литературе. Здесь у нас нет ни рукопашных схваток, ни грохочущих пушек, ни сверкающих тесаков; наши матросы не напиваются грогом и не подносят горящих фитилей к открытым пороховым складам. У нас на всем судне не найдется ни одного тесака и нет никаких пороховых складов. Что же касается грога, так с самой Балтиморы никто из нас даже не нюхал его.</p>
     <empty-line/>
     <p>И все же это мятеж. Я больше не буду в этом сомневаться. Правда, это современный мятеж — он вспыхнул в девятьсот тринадцатом году на грузовом судне, с командой из слабоумных, калек и преступников, но как бы то ни было — это мятеж, и по числу смертей во всяком случае напоминает старые годы. Ибо с тех пор, как я занес в мой шканечный журнал<a l:href="#n_597" type="note">[597]</a> последнюю запись, произошли новые события. Отныне я — хозяин «Эльсиноры» и уже как официальное лицо веду ее шканечный журнал, в чем мне помогает Маргарэт.</p>
     <p>Я мог бы предвидеть, что это случится. Вчера в четыре часа утра я сменил мистера Пайка. Когда я поднялся на корму и подошел к нему в темноте, мне пришлось два раза окликнуть его, прежде чем он сообразил, что я тут. Да и тогда он только пробурчал что-то невнятное, видимо, поглощенный чем-то своим.</p>
     <p>Но в следующий момент он вдруг оживился и снова стал самим собой. Мне даже показалось странным такое внезапное оживление. Было видно, что он что-то задумал. Я чувствовал это, но был совершенно не подготовлен к тому, что последовало.</p>
     <p>— Я сейчас вернусь, — сказал он, и перекинув ногу через перила мостика, быстро исчез в темноте.</p>
     <p>Я ничего не мог сделать. Закричать и попытаться урезонить его значило только привлечь внимание мятежников. Я слышал стук его сапог, когда он соскочил на палубу и побежал на бак. Он забыл всякую осторожность. Готов поклясться, что когда, по моим соображениям, он добрался уже до средней рубки, мне было еще слышно старческое шарканье его ног. Затем все смолкло, и больше ничего я не слышал.</p>
     <p>И это было все. Ни одного звука не доносилось с бака. Я простоял на вахте до рассвета, когда пришла Маргарэт с веселым вопросом: «Ну что, как провели ночь, храбрый моряк?» Я отстоял и следующую вахту, уже за мистера Пайка, до самого полудня, позавтракав под прикрытием стальной мачты. Я продежурил на палубе весь день, выстоял и обе вечерние вахты, так что и обед мне подали наверх.</p>
     <p>И — повторяю — это было все. Ничего не случилось. Из помещения мятежников три раза шел дым, свидетельствуя о том, что на баке три раза варили еду. Коротышка, по обыкновению, строил мне рожи из-за угла передней рубки. Мальтийский кокней поймал альбатроса. Было заметно некоторое оживление, когда грек Тони поймал на крючок акулу, такую большую, что шесть человек тянули веревку с ней и не могли вытащить. Но я ни разу не видел ни мистера Пайка, ни ренегата Вальтгэма.</p>
     <p>Одним словом, день прошел без всяких приключений, — обычный, спокойный, солнечный день с легким ветром. Не было никаких указаний на то, куда исчез старший помощник. Был ли он захвачен мятежниками? Очутился ли за бортом? Почему не слышно было выстрелов? Его автоматический пистолет был при нем. Непонятно, почему он не пустил его в дело хоть раз. Мы с Маргарэт на все лады обсуждали этот вопрос, но не пришли ни к какому заключению.</p>
     <p>Она настоящая дочь своей расы. К концу второй вечерней вахты, вооружившись револьвером отца, она настояла на том, чтобы я уступил ей первую ночную вахту. Видя, что ее не отговоришь, я пошел на компромисс: я велел Ваде постелить мне постель на палубе между кормовым люком и мачтой. Генри, два парусника и буфетчик стали на карауле вдоль края кормы, вооруженные ножами и дубинами.</p>
     <p>Не могу пройти молчанием одной из слабых сторон современного мятежа. На таких судах, как «Эльсинора», не хватает оружия на всех людей. Из огнестрельного оружия у нас на корме имеются только кольт 38-го калибра капитана Уэста и мой винчестер 22-го калибра. Буфетчик питает пристрастие к холодному оружию и не расстается со своим длинным ножом. Генри, кроме своего складного ножа, запасся еще железным ломом. Луи, несмотря на имеющийся в его распоряжении самый смертоносный ассортимент кухонных ножей и кочергу, все свои упования возлагает на кипяток и неусыпно следит за тем, чтобы у него всегда кипела вода в двух котлах. У Буквита, который, по случаю своей раны, вот уже две ночи проводит внизу, есть сечка.</p>
     <p>Остальные наши сторонники вооружены ножами и дубинами. У Ятсуды, одного из парусников, имеется топор, а Учино, другой парусник, даже когда спит, не расстается с большим молотком. У Тома Спинка гарпун. А Вада настоящий гений. Он взял железный прут, раскалил его в печке, заострил с одного конца и прикрепил к длинной палке. Завтра он собирается наделать таких наконечников для остальных наших союзников.</p>
     <p>Жутко, однако, становится, как подумаешь, какое огромное количество режущих, колющих и долбящих инструментов могут набрать мятежники из склада плотника. Если дойдет до атаки на корму, оставшимся в живых придется иметь дело с самыми разнообразными ранами. Большое счастье, что я научился мастерски владеть моим ружьем: днем ни один из мятежников не посмеет сунуться на корму. Если они нападут, то нападут, разумеется, ночью, когда мое ружье окажется бесполезным. Тогда у нас пойдет бой в рукопашную, и в общей свалке победят, конечно, самые крепкие головы и самые сильные руки.</p>
     <p>Но нет. Меня только что осенила новая мысль. Мы будем готовы к любой ночной атаке. Я покажу им образчик современной войны и докажу не только то, что мы «высшей породы псы» (любимое выражение старшего помощника), но и <emphasis>почему</emphasis> мы «высшей породы». Моя идея очень проста: устроить ночью иллюминацию. Уже и сейчас, пока я пишу, я разрабатываю эту идею. Газолин, шары из пакли, пистоны и порох от патронов, римские свечи, бенгальские огни, помещенные в двух-трех мелких металлических сосудах. Затем приспособление вроде курка, посредством которого, дернув за веревку, можно взорвать порох, и огонь передастся пропитанной газолином пакле и римским свечам. Вот как действует ум против грубой силы.</p>
     <p>Весь день я работал как каторжный, и моя идея близится к осуществлению. Маргарэт помогала, наводя меня на новые мысли; всю же черную работу делал Том Спинк. У нас над головами с мачты спускаются стальные штаги, от которых идут тросы через главную палубу до самой бизань-мачты. Том Спинк, дождавшись темноты, влез на мачту и повесил на тросы проволочные кольца так, чтобы они свободно скользили по ним. Затем в кольца он продел веревку длиною в пятьдесят футов, с толстым узлом на конце.</p>
     <p>Моя идея заключается в следующем: каждую ночь, как только стемнеет, мы будем поднимать к штагам наши три металлических сосуда с горючим веществом. Все приспособлено таким образом, что при первой же тревоге, дернув за веревку, мы спустим курок. Порох воспламенится, и одновременно придет в движение вся система. Кольца скользнут по тросам вместе с подвешенными сосудами с пылающей паклей и, опустившись на всю пятидесятифутовую длину веревки, автоматически остановятся. Вся палуба посредине будет залита ярким светом, тогда как мы на корме окажемся в относительной темноте.</p>
     <p>Конечно каждое утро до рассвета мы будем все это сооружение убирать, так что на баке не догадаются, какой камень мы держим за пазухой против них. Даже та небольшая часть наших приспособлений, которую пришлось оставить наверху, уже возбудила сегодня их любопытство. Над передней рубкой высовывалась то одна голова, то другая. Они внимательно осматривали мачту и тросы, стараясь догадаться, что мы затеваем. А я — можете вообразить! — ловлю себя на том, что с нетерпением жду атаки, чтобы посмотреть, как будет действовать мое изобретение.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLV</p>
     </title>
     <p>А что случилось с мистером Пайком, так и остается загадкой. Загадкой остается и то, что случилось со вторым помощником. За последние три дня мы общими силами подсчитали число мятежников. Мы видели их всех за единственным исключением — за исключением мистера Меллэра, или Сиднея Вальтгэма, как, я думаю, правильнее будет его называть.</p>
     <p>Он не показывался и не показывается, и нам остается только строить всякие предположения.</p>
     <p>За эти дни случилось много интересного. Маргарэт отбывает вахты, чередуясь со мной, ибо из наших людей нет никого, кому можно было бы доверить такое ответственное дело. Хотя мятеж все еще продолжается, и мы в засаде, но море так спокойно, и людям приходится так мало работать, что они распустились и преспокойно спят за рубкой в часы своих вахт. И так как ничего важного не случается, они, как истые моряки, ленятся и толстеют. Даже Луи, буфетчика и Ваду я ловил на том, что они засыпают на вахте. Один только юнга Генри ни разу не провинился.</p>
     <p>Вчера я прибил Тома Спинка. Он не доверяет моим познаниям в морском деле, и со времени исчезновения старшего помощника я замечаю с его стороны некоторое поползновение быть дерзким и не слушаться приказаний. И я и Маргарэт это заметили и третьего дня говорили об этом.</p>
     <p>— Он хороший матрос, но легко распускается, — сказала она. — И если не подтягивать его, он заразит остальных.</p>
     <p>— Хорошо же, так я приберу его к рукам, — храбро заявил я.</p>
     <p>— Да и придется, — поддержала меня она. — Будьте тверды. В таких случаях твердость необходима.</p>
     <p>Конечно, тот, кто занимает командное место, должен быть тверд, но я на собственном опыте убедился, как трудно быть твердым. Мне было нетрудно застрелить Стива Робертса, когда он целился в меня. Но несравненно труднее действовать круто с таким тупоголовым малым, как Том Спинк, тем более, что он все-таки не переступает границ и не подает достаточно веских поводов для острастки. Целые сутки после разговора моего с Маргарэт я был как на иголках, выискивая предлог, чтобы задать ему головомойку, и, право, кажется, согласился бы выдержать атаку на корму, лишь бы избежать объяснений с этим парнем.</p>
     <p>Новичку не научиться в один день терроризировать людей свирепым рычаньем, как это делает мистер Пайк, и не перенять у капитана Уэста его уменья спокойно, не повышая голоса, заставить человека повиноваться. Мое положение было весьма затруднительно. Я не привык командовать людьми, и Том Спинк понимал это своей глупой башкой. Кроме того, с исчезновением старшего помощника он окончательно упал духом. Как ни боялся он мистера Пайка, он верил, что тот благополучно проведет его через все опасности и доставит в порт с целой шкурой или по крайней мере — живым. А на меня он не надеялся. Какие шансы были за то, что какой-то барин-пассажир и дочь капитана сумеют управиться с восставшей командой!</p>
     <p>Таков должен был быть ход его рассуждений, и, рассуждая так, он впал в отчаяние.</p>
     <p>После того как Маргарэт сказала, чтобы я был тверд, я, как ястреб, следил за Томом Спинком, и, должно быть, он это почувствовал, потому что всячески старался не выходить из границ, хотя все время был на волоске от этого. А Буквит, я заметил, внимательно следил, чем кончится моя замаскированная борьба с Томом Спинком. Не ускользнуло положение дел и от внимания наших востроглазых азиатов. Повара Луи я несколько раз ловил на том, что он еле удерживается, чтобы не сунуться ко мне со своими советами. Но Луи знает свое место и умеет держать язык за зубами.</p>
     <p>Но вот вчера, когда я стоял на вахте, Том Спинк наконец проштрафился: выплюнул на палубу табачную жвачку. Надо сказать, что в море это считается таким же преступлением, как богохульство в церкви.</p>
     <p>Маргарэт подошла ко мне (я стоял за мачтой и не видел, как он плюнул) и сказала об этом, затем взяла у меня ружье и стала на мое место, так что я мог отойти.</p>
     <p>Я подошел к Тому Спинку. У моих ног был преступный плевок, а передо мной стоял сам преступник с оттопырившейся щекой, за которой была новая жвачка.</p>
     <p>— Сейчас же возьми швабру и вытри эту гадость, — приказал я самым строгим тоном.</p>
     <p>Но он спокойно переложил языком свою жвачку от одной щеки к другой и поглядел на меня глубокомысленно насмешливым взглядом. Я убежден, что он не меньше меня удивился тому, что за сим последовало. Мой кулак мелькнул в воздухе, как выпущенная из лука стрела. Он пошатнулся, ударился об угол покрытого брезентом ворота лаг-линя и растянулся на палубе. Он попытался было вступить со мной в драку, но я насел на него и продолжал его бить, не давая ему времени прийти в себя от изумления после первого моего тумака.</p>
     <p>Надо сказать, что с тех пор, как я был мальчишкой, мне ни разу не приходилось пускать в ход кулаки, и — сознаюсь чистосердечно — трепка, которую я задал бедному Тому Спинку, доставила мне истинное наслаждение. Но увлечение битвой не помешало мне украдкой бросить взгляд в ту сторону, где была Маргарэт. Она стояла у командной рубки и глядела на нас из-за ее угла; но она не просто глядела, — она оценивала мое поведение холодным испытующим взглядом.</p>
     <p>Все это, конечно, было очень дико. Но ведь и мятеж в открытом море в девятьсот тринадцатом году достаточно дикая вещь. Тут был не турнир между двумя рыцарями в железных доспехах из-за благосклонности прекрасной дамы, — тут просто колотили глупого парня за то, что он плюнул на палубу грузового судна. Тем не менее тот факт, что моя дама смотрит на меня, поддал мне жару, прибавил весу моим кулакам и, без сомнения, ускорил темп ударов, так что злосчастному матросу досталось по крайней мере полдюжины сверхсметных тумаков.</p>
     <p>Да, странно создан человек. Теперь, обсуждая этот инцидент хладнокровно, я вижу, что наслаждение, которое я испытывал, колотя Тома Спинка, в существенных своих чертах сродни тому чувству, с каким я побивал на умственных турнирах моих высокоумных оппонентов. В одном случае человек доказывает свое умственное превосходство, а в другом — превосходство своих мускулов. Уистлер и Уайльд были совершенно такими же драчунами в умственном отношении, каким был я в физическом отношении вчера утром, когда свалил с ног Тома Спинка и принялся его бить.</p>
     <p>Суставы у меня на пальцах распухли и болят. Я даже бросил писать на минуту, чтобы хорошенько их осмотреть. Надеюсь, они не останутся такими уродливыми навсегда.</p>
     <p>В окончательном результате Том Спинк укрощен и обещает впредь быть послушным.</p>
     <p>— Сэр! — заревел я на него самым кровожадным голосом — совсем как мистер Пайк.</p>
     <p>— Сэр, — повторил он, еле шевеля расшибленными в кровь губами. — Так точно, сэр. Я вытру, сэр, сейчас вытру.</p>
     <p>Я едва удерживался, чтобы не расхохотаться, — так все это было смешно. Но мне удалось сохранить самый строгий, самый свирепый вид, пока я наблюдал за чисткой палубы. Во всем этом самое забавное то, что Том Спинк, получив тумака, должно быть, проглотил свою жвачку, потому что пока он скреб и тер, он все время икал, перхал, и видно было, что его позывает на рвоту.</p>
     <p>С этого дня у нас на корме атмосфера прояснилась. Том Спинк исполняет приказания по первому слову. Не меньше его усердствует и Буквит. А наши пятеро азиатов, с тех пор как я доказал, что умею повелевать, стали — я это чувствую — крепче держаться за меня. Я искренне думаю, что, отколотив человека, я удвоил наши союзные силы. И теперь нет никакой надобности колотить остальных. Азиаты — смышленый народ и работают охотно. Генри — подлинный Вениамин нашей расы; Буквит во всем подражает Тому Спинку, а Том Спинк, этот типичный англосаксонский крестьянин, после полученной им потасовки уж конечно не научит Буквита дурному.</p>
     <empty-line/>
     <p>Прошло два дня, и у нас случилось два знаменательных события. Таинственные запасы продовольствия на баке, по-видимому, приходят к концу, и по этому случаю у нас состоялось первое перемирие.</p>
     <p>Наблюдая в бинокль за мятежниками, я заметил, что туши пойманных альбатросов уже не выбрасываются за борт. Это значит, что мятежники начали есть жесткое и невкусное мясо, хотя, разумеется, из этого еще не следует, что у них вышли все запасы.</p>
     <p>Маргарэт, которая все замечает своими зоркими глазами моряка, обратила мое внимание на падение барометра, на изменившийся вид неба, предвещающий приближение шторма.</p>
     <p>— Как только разведет волнение, наша грот-рея и другие незакрепленные реи свалятся на палубу, — сказала она.</p>
     <p>Это заставило меня поднять белый флаг для переговоров. Берт Райн и Чарльз Дэвис вышли к средней рубке, и, пока мы переговаривались, то одна, то другая голова высовывалась из-за крыши рубки, и по обе ее стороны на палубе показывались фигуры матросов.</p>
     <p>— Что? Надоело ждать? — нахально обратился ко мне Берт Райн. — Чем мы можем быть вам полезны?</p>
     <p>Я резко ответил:</p>
     <p>— Вот чем. Если вы хотите сохранить ваши головы, так выходите на работу, пока все вы живы.</p>
     <p>— Если вы будете нам грозить… — начал было Чарльз Дэвис, но свирепый взгляд вожака заставил его замолчать.</p>
     <p>— Ну, в чем дело? Выкладывайте, — сказал Берт Райн.</p>
     <p>— В наших же интересах сделать то, что я вам сейчас предложу, — ответил я. — Надвигается буря, и все эти реи свалятся вам на головы. Мы здесь, на корме в безопасности. Вы одни рискуете быть убитыми, и это уж ваше дело расшевелить ваших бездельников и заставить их прибрать все, что надо, быстро и как следует.</p>
     <p>— А если мы на это не пойдем? — спросил он дерзко.</p>
     <p>— Что ж, это опять-таки ваше дело, — ответил я небрежно. — Я хотел только предупредить вас об опасности.</p>
     <p>Берт Райн обратился к Чарльзу Дэвису за подтверждением моих слов, спрашивая его красноречивым взглядом, какого он об этом мнения, и тот молча кивнул.</p>
     <p>— Прежде чем ответить вам, мы должны посоветоваться, — сказал он.</p>
     <p>— Хорошо. Даю вам на это десять минут. Если через десять минут вы не начнете работать, будет слишком поздно. И тогда я всажу пулю в первого, кто высунет нос на палубу.</p>
     <p>— Ладно, мы переговорим между собой.</p>
     <p>Они повернулись уходить, но я им крикнул:</p>
     <p>— Одну минуту!</p>
     <p>Они остановились:</p>
     <p>— Что вы сделали с мистером Пайком? — спросил я.</p>
     <p>Даже невозмутимый Берт Райн не мог при этом вопросе скрыть своего изумления.</p>
     <p>— А что вы сделали с мистером Меллэром? — спросил он. — Ответьте нам, тогда и мы вам ответим.</p>
     <p>Я уверен в искренности его изумления. Очевидно, мятежники считали нас виновниками исчезновения мистера Меллэра, как мы считали виновниками исчезновения мистера Пайка. Чем больше я об этом думаю, тем больше склоняюсь к предположению, что это случай взаимного истребления.</p>
     <p>— Еще один вопрос! — крикнул я Берту Райну: — Откуда вы достаете еду?</p>
     <p>Он засмеялся своим беззвучным смехом; лицо Чарльза Дэвиса приняло таинственное выражение человека, который многое знает, но не намерен говорить, а Коротышка, выскочив из-за угла рубки, принялся отплясывать победную джигу.</p>
     <p>Я вынул часы и сказал:</p>
     <p>— Помните, — вы располагаете десятью минутами. Через десять минут вы должны прийти к какому-нибудь решению.</p>
     <p>Они повернулись и пошли, и не прошло еще десяти минут, как вся команда была на мачтах и приводила в порядок снасти и паруса.</p>
     <p>Все это время дул северо-западный ветер. Снасти опять загудели старым, знакомым гудением, напоминающим звуки арфы, — воем разыгрывающегося шторма, а люди — должно быть, от недостатка практики — работали как-то особенно медленно.</p>
     <p>— Хорошо бы поставить марсели и брамсели, — сказала Маргарэт. — Это придаст устойчивости судну, и удобнее будет им управлять.</p>
     <p>Я ухватился за эту идею.</p>
     <p>— Эй, слушайте: поставьте марсели и брамсели. Тогда легче будет управлять судном, — крикнул я на бак Берту Райну, который, как настоящий начальник, отдавал команде приказания с крыши средней рубки.</p>
     <p>Поразмыслив над поданной ему идеей, он отдал соответственное приказание, и мальтийский кокней вместе с Нанси и Сендри Байерсом бросились приводить его в исполнение.</p>
     <p>Я поставил Тома Спинка к давно уже бездействовавшему штурвалу и сказал ему, чтоб он держал курс по компасу прямо на восток. Это поставило «Эльсинору» левым бортом к ветру, и она заметно двинулась вперед под свежим бризом.</p>
     <p>А на востоке, меньше чем в тысяче миль от нас, был берег Южной Америки и порт Вальпарайзо!..</p>
     <p>Странная вещь: никто из мятежников не возражал против моего распоряжения, и когда стемнело (мы в это время шли уже скорым ходом, подгоняемые разгулявшимся штормом), я отрядил моих людей на крышу командной рубки снимать реванты с контр-бизани. Это был единственный парус, находившийся под полным нашим контролем.</p>
     <p>Правда, бизань-брасы, еще со времени обхода Горна, были проведены на корму, и мы могли распоряжаться ими, но что касается самих парусов, то постановка и уборка их были в руках мятежников.</p>
     <p>Маргарэт, стоя в темноте возле меня, слегка и тепло пожала мне руку, когда обе наши маленькие смены людей полезли наверх, исполняя мое приказание, и оба мы затаили дыхание, стараясь уловить, насколько прибавит ходу «Эльсинора».</p>
     <p>— Я не хотела выходить замуж за моряка, — сказала Маргарэт. — Жизнь с человеком, которому не приходится постоянно расставаться с сушей, казалась мне спокойнее и привлекательнее. И что же вышло? Вы, мой жених, — человек сухопутный, и вдруг в вас заговорила морская жилка, и вы ведете судно как настоящий моряк. Скоро, должно быть, я вас увижу с секстантом в руках, вычисляющим, как полагается капитану, положение судна по солнцу и звездам.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLVI</p>
     </title>
     <p>Прошло еще четыре дня. Шторм прекратился. Мы находимся теперь не больше чем в трехстах милях от Вальпарайзо, и «Эльсинора», на этот раз благодаря мне и моей настойчивости, не держа никакого определенного курса, подвигается тихим ходом или, вернее, лежит в дрейфе под небольшим ветром. А в эти трое суток, в самый разгар шторма, мы проходили по восемь и даже по девять узлов в час.</p>
     <p>Меня беспокоит та готовность, с какою мятежники согласились выполнять мою программу. Они все-таки обладают элементарными сведениями в географии и понимают, какую цель я имею в виду. Управление парусами в их руках, и тем не менее они допускают меня вести судно к берегам Южной Америки.</p>
     <p>Мало того — когда к утру третьего дня шторм начал стихать, они по собственному почину полезли наверх, поставили бом-брамсели и трюмсели и подтянули их к ветру. Это было выше моего саксонского разумения, поэтому я сделал поворот руля и поставил «Эльсинору» носом против ветра. Мы с Маргарэт остановились на предположении, что их план заключается в том, чтобы идти к берегу, пока не покажется земля, а затем бежать с судна на шлюпках.</p>
     <p>— Но мы не можем допустить их бежать, — сказала она со сверкающими глазами. — Нам нужно прийти в Ситтль. Они должны вернуться к своим обязанностям. И ждать этого уже недолго, так как они начинают голодать.</p>
     <p>— Но горе в том, что у нас нет настоящего моряка, — возразил было я.</p>
     <p>Она с негодованием накинулась на меня.</p>
     <p>— Неужели же вы, такой книгоед и с вашей морской жилкой, не сможете одолеть теорию мореплавания? И потом не забывайте, что я могу прекрасно сойти за матроса. Да каждый тупоголовый мужик, пройдя шестимесячный курс навигации в любом мореходном училище, легко выдержит экзамен на шкипера. А для вас это — дело каких-нибудь шести часов. Даже меньше. Если же после часового чтения и часовой практики с секстантом вы не сумеете вычислить широту и определить положение судна, так я это сделаю за вас.</p>
     <p>— А вы разве сумеете?</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Я хочу только сказать, что за какие-нибудь два часа я могу научиться вычислять широту и долготу.</p>
     <p>Странно: шторм, перешедший было в мягкий бриз, вдруг завернул с новой силой, точно спохватившись, что он забыл нанести нам последний удар. Можете себе представить, как захлопали неубранные паруса и загудела вся оснастка. Это вызвало тревогу на баке.</p>
     <p>— Эй, вы там! Подтяните реи! — крикнул я Берту Райну, который, в сопровождении своих адъютантов Чарльза Дэвиса и мальтийского кокнея, подошел к корме и стоял на главной палубе подо мной, прислушиваясь к завыванию ветра в снастях.</p>
     <p>— Держите судно по ветру, и не понадобится трогать реи, — прокричал он в ответ.</p>
     <p>— Что, видно, на берег захотелось? Проголодались, небось? — засмеялся я. — Так знайте: вы и через тысячу лет не попадете на берег, да и никуда не попадете, когда все стеньги и реи свалятся на палубу.</p>
     <p>Я забыл сказать, что этот разговор происходил вчера в полдень.</p>
     <p>— А что вы сделаете, если мы подтянем реи? — вмешался Чарльз Дэвис.</p>
     <p>— Мы поведем судно прочь от берега и будем держать всю вашу шайку в открытом море, пока голод не принудит вас взяться за работу.</p>
     <p>— Что ж, мы уберем паруса. Ставьте потом сами, — сказал Берт Райн.</p>
     <p>Я покачал головой и поднял ружье.</p>
     <p>— Чтобы сделать это, вам придется лезть наверх, и первый из вас, кто дотронется до парусов, — получит вот это.</p>
     <p>— А когда так, то пусть судно провалится к черту со всеми нами вместе! — закончил он решительным тоном.</p>
     <p>И, словно поймав его на слове, вдруг сорвался фор-брам-рей. По счастью, как раз в этот момент нос судна нырнул в провал между двумя огромными валами, тяжелый рей, запутавшись в снастях, медленно опустился и, проломив в своем падении оба бульварка, лег поперек той части мостика, которая идет от фок-мачты к баку.</p>
     <p>Берт Райн слышал треск, но не мог видеть всех повреждений. Он бросил на меня вызывающий взгляд и спросил со смехом:</p>
     <p>— Вы, верно, хотите, чтобы еще что-нибудь свалилось на нас?</p>
     <p>И в тот же миг, как нельзя более кстати, порывом ветра сорвало левые, а вслед за тем и правые брасы. Свалился большой, самый нижний рей, и когда он, падая, закачался во все стороны, то и главарь шайки и оба его адъютанта обернулись на шум и в страхе присели, глядя вверх. Затем рей обрушился на люк номер третий, разрушив по дороге тот пролет мостика, который проходит над ним.</p>
     <p>Для Берта Райна все это было ново, как и для меня, но Чарльз Дэвис и мальтийский кокней прекрасно учли создавшееся положение.</p>
     <p>— Советую вам отойти в сторону от греха, — сказал я с язвительным смехом, и все трое поспешили последовать моему совету, испуганно отыскивая глазами, какой еще из тяжелых рей собирается свалиться на них.</p>
     <p>Клочья марселя, разорванного падением фор-брам-рея, трепались по ветру; казалось, вот-вот обрушится и фор-марса-рей. Картина такого разрушения была для меня еще нова, и я был уверен, что от прочной оснастки судна ничего не уцелеет.</p>
     <p>Главарь мятежников, хоть и не моряк, но после нескольких месяцев плавания успевший приобрести некоторый опыт в морском деле и достаточно интеллигентный, чтобы оценить всю степень опасности, поднял голову и взглянул на меня. И — надо отдать ему справедливость — он не терял больше времени на разговоры.</p>
     <p>— Мы закрепим реи, — сказал он.</p>
     <p>— Прежде пусть уберут марсели и трюмсели, — шепнула мне на ухо Маргарэт.</p>
     <p>— Уберите прежде марсели и трюмсели! — крикнул я вниз. — И работайте живее!</p>
     <p>Чарльз Дэвис и мальтийский кокней, видимо, с облегчением перевели дух, услышав мои слова, и, по знаку своего вожака, мигом отправились исполнять приказание.</p>
     <p>Ни разу за все время плавания не проявляла наша команда такой расторопности и прыткости в работе. Да правду сказать, чтобы спасти судно, и нужна была расторопность. Остатки марселя были живо отрезаны складными ножами.</p>
     <p>Но из-за грот-марселя произошло первое нарушение нашего договора. Они сделали было попытку убрать его. Пустота, образовавшаяся от разрушения в снастях и реях, давала мне возможность смотреть и прицеливаться, и когда маленькие пульки моего ружья начали пробивать паруса и стукаться о стальные части, сидевшие вверху люди приостановили работу. Я махнул рукой Берту Райну. Он понял меня и приказал снова поднять убранные паруса и укрепить реи.</p>
     <p>— Какой нам смысл удаляться от берега? — сказал я Маргарэт, когда все снасти были приведены в порядок. — Триста пятьдесят миль от берега так же действительны, как тридцать пять тысяч миль, если вся суть дела в голоде.</p>
     <p>Итак, вместо того, чтобы уходить в открытое море, я положил «Эльсинору» в дрейф на правый галс, и легким ветром ее начало относить к юго-западу.</p>
     <p>Но в ту же ночь наши мятежники поставили на своем. Нам было слышно в темноте, как наверху шла работа: опускали паруса, возились с реями. Я наудачу выпустил несколько зарядов, но в ответ донесся только скрип тросов в шкивах и раздалось несколько револьверных выстрелов, пущенных тоже наугад.</p>
     <p>Создалось презабавное положение. Мы, представители юта, управляем «Эльсинорой», а они, обитатели бака, — полные хозяева ее двигательной силы. Единственный парус, которым мы владеем безраздельно, это контр-бизань. А в их распоряжении находятся все паруса фок— и грот-мачты. Брасы бизань-мачты у нас, а они управляют ее парусами. И мы с Маргарэт не можем понять, почему они, выбрав ночь потемнее, не отрежут бизань-брасов от концов рея. Мы думаем, что этому мешает их лень, потому что, если они обрежут брасы, проведенные на корму и, следовательно, находящиеся в наших руках, им придется провести новые брасы на бак, иначе при сильной качке с бизань-мачты будут сорваны все реи.</p>
     <p>Есть что-то дикое и смешное в этом мятеже, который мы сейчас переживаем. Такого мятежа никогда еще не бывало. Он уклоняется от всех образцов и идет вразрез всем прецедентам. В старинных, классических мятежах, случавшихся задолго до нашего времени, мятежники бросались в атаку как тигры, и будь у нас такой классический мятеж, наши храбрые молодцы давно бы ворвались на корму и перебили бы всех нас, или сами были бы перебиты.</p>
     <p>Поэтому я смеюсь в лицо нашим мятежникам и, совсем как мистер Пайк, советую им обзавестись опытными няньками. Но Маргарэт с сомнением качает головой и говорит, что человеческая натура никогда не изменит себе и при одинаковых условиях всегда проявит себя одинаково. Короче говоря, она напоминает мне о количестве уже имевших место смертей и утверждает, что рано или поздно, в одну из темных ночей, когда положение благодаря голоду обострится, мы еще дождемся того, что наши разбойники пойдут приступом на корму.</p>
     <p>А пока что, если не считать постоянного напряжения нервов вследствие необходимости быть всегда начеку (обязанность, лежащая исключительно на мне и на Маргарэт), все это приключение напоминает скорее страничку из романа с благополучным концом.</p>
     <p>Да это и есть роман. Любящие друг друга мужчина и женщина выстаивают поочередно вахту за вахтой. Каждая смена — любовный эпизод. Никогда еще не бывало такого оригинального положения. Таинственные совещания под рокот волн и вой ветра, деловые распоряжения вперемежку с пожатием рук и поцелуями под покровом ночной темноты.</p>
     <p>Да, это верно, с тех пор, как началось наше плавание, я часто посылал к черту книги. И тем не менее книги лежат в основе моей расовой жизни. Я таков, каким меня создали десять тысяч поколений моего рода. Это бесспорно. И мои полунощные бдения над философскими книгами доказывают только, что я сын своей расы. Что определило выбор моих книг, как не десять поколений, создавших меня? Я убил человека — Стива Робертса. Будь я погибающим русым властелином, не учившимся грамоте, я убил бы его без всяких колебаний. И, как погибающий русый властелин, но уже грамотный, с прибавлением того, чем обогатила мой мозг философия всех веков, я, убивая этого человека, тоже не испытывал никаких колебаний. Культура не ослабила меня. Я убил его совершенно спокойно. Это входило в круг моей повседневной работы, а мои сородичи всегда были работниками, и в чем бы ни заключалась их работа — в смелых ли приключениях и в схватках с врагом, или в скучном отбывании тяжелых повинностей — всегда выполняли ее добросовестно.</p>
     <p>Никогда я не пожелаю отвести назад стрелку циферблата времени и вычеркнуть из моей жизни уже случившиеся события. Я опять убил бы Стива Робертса, как это было в тот раз, если бы повторились те же условия. Но сказав, что я отнесся к этому случаю совершенно спокойно, я выразился не вполне точно. Он произвел на меня сильное впечатление: с гордостью я почувствовал, что это нужно было сделать, что это должен был сделать каждый, раз это входило в круг его повседневных обязанностей.</p>
     <p>Да, я — погибающий русый властелин и мужчина; я занимаю высокое место и подчиняю своей воле тупоумных скотов. И я — любовник, любящий властную женщину своей расы, и вместе с ней мы занимаем и будем занимать высокие места правящих и господствующих, пока не исчезнет с лица земли наша раса.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLVII</p>
     </title>
     <p>Маргарэт была права. Наш мятеж не уклонился от своих образцов и прецедентов. Много дней и ночей мы были завалены работой. Дитман Олансен, косоглазый норвежец, был убит моим Вадой, а юнга Генри, единственный Вениамин нашей расы, отправился за борт с традиционным мешком угля в ногах. Корму пытались взять приступом. Изобретенная мною иллюминация имела успех. Мятежники начинают голодать, а мы по-прежнему сидим на корме и остаемся господами положения.</p>
     <p>Прежде всего — об атаке на корму. Случилось это два дня назад, в ночную вахту Маргарэт. Впрочем, нет, — прежде скажу несколько слов о моем новом изобретении. С помощью буфетчика, большого знатока по части фейерверков, как оно и полагается китайцу, я смастерил около полудюжины бомб, добыв материал из наших сигнальных ракет и из римских свечей. Не думаю, чтобы мои бомбы отличались слишком смертоносной силой, и знаю, что наши импровизированные трубки загораются, пожалуй, даже медленнее, чем мы подвигаемся вперед в настоящее время, но тем не менее эти бомбы, как вы сейчас увидите, сослужили нам хорошую службу.</p>
     <p>Перехожу теперь к попытке атаковать корму. Как я уже сказал, это случилось в ночную вахту Маргарэт, между полуночью и четырьмя часами утра. Я спал на палубе возле командной рубки, в двух шагах от Маргарэт, как вдруг услышал сквозь сон, что она выстрелила из своего револьвера и продолжает стрелять.</p>
     <p>Я первым делом бросился к проводам моих светильников. Оказалось, что «они действуют превосходно. Я потянул за два провода, и два сосуда с паклей вспыхнули ярким светом, автоматически скользнули по тросам и автоматически же остановились на концах веревок. Иллюминация загорелась мгновенно и не оставляла желать ничего лучшего. Генри, оба парусника и буфетчик (трое последних, я уверен, пробудились от глубокого сна) прибежали на корму. Все преимущества были на нашей стороне, так как мы стояли в темноте, а наши враги были ярко освещены сзади.</p>
     <p>Да, это была иллюминация, можно сказать! Порох трещал, шары пылающей пакли шипели и выбрасывали излишек газолина, падавший на главную палубу огненными струями, а из сигнальных ракет сыпались красные, синие и зеленые искры.</p>
     <p>До боевых схваток дело не дошло, ибо мятежники были ошеломлены нашим фейерверком. Маргарэт стреляла наугад из своего револьвера, а я держал ружье наготове для тех, кто вздумает ворваться на корму. Но атака прекратилась так же быстро, как началась. Я видел, как Маргарэт выстрелила в человека, карабкавшегося на корму через перила левого борта, а в следующий момент Вада, как дикий буйвол, налетел на него, ударил его в грудь своим самодельным копьем и сбросил вниз. Этим и кончилось. Мятежники пустились бежать со всех ног. А в это время три триселя у самых штаг бизань-мачты загорелись от падавшего горящего газолина, вспыхнули ярким пламенем и быстро сгорели дотла, не передав огня дальше. Вот еще одно из преимуществ судов со стальными частями и штагами.</p>
     <p>А на палубе под нами лежал скорчившийся человек, которого Вада проткнул своим копьем. Он лежал лицом вниз, так что мы не могли его опознать.</p>
     <p>Теперь я подхожу к той фазе наших приключений, которая была совершенно нова для меня. Ничего подобного не попадалось в книгах. С моей стороны тут была беспечность с примесью лени, или обратно — как хотите. Я использовал два моих светильника; оставался только один. Час спустя, удостоверившись, что мятежники опять подходят к корме, я пустил в дело последний светильник и снова заставил их отступить. Подбирались ли они к корме только затем, чтобы узнать, все ли светильники я истратил, или выручать упавшего в первой схватке, — этого мы никогда не узнаем. Но факт тот, что они подбирались к корме, что мой светильник заставил их убраться восвояси, и что это был последний светильник. Как мог я не позаботиться заранее наготовить их побольше! Времени на это было достаточно. Я этого не сделал по беспечности, по лени. Я, может быть, рисковал жизнью многих людей, основываясь лишь на психологическом расчете, что мятежники подумают, что у нас неисчерпаемый запас таких светильников.</p>
     <p>Последний час вахты Маргарэт, который я провел с ней, прошел спокойно. В четыре часа я потребовал, чтобы она сошла вниз и легла спать. Но она пошла на компромисс, заняв мою постель на палубе за рубкой.</p>
     <p>Когда рассвело, я опять увидел труп, лежавший там же, где я видел его в последний раз. В семь часов, перед завтраком, когда Маргарэт еще спала, я отрядил Генри и Буквита убрать труп. Я стоял над ними у перил с ружьем наготове. Но бак не подавал никаких признаков жизни. Генри и Буквит перевернули тело на спину, и мы узнали косоглазого норвежца. Затем они общими силами подтащили его к борту, просунули под перила и столкнули в море. Копье Вады проткнуло его насквозь.</p>
     <p>Но не прошло еще суток, как мятежники поквитались с нами. Они отплатили нам даже с лихвой, ибо нас так мало, что потеря человека для нас чувствительнее, чем для них. Начать с того (надо заметить, что я это предвидел, потому и приготовил мои бомбы), что пока мы с Маргарэт завтракали под прикрытием мачты, несколько человек мятежников незаметно прокрались в кормовую часть судна и забрались под навес кормы. Буквит это заметил и поднял тревогу, но было уже поздно. У нас не было возможности выкурить их из-под навеса. Я знал, что, как только я наклонюсь над перилами, чтобы прицелиться в них, они выстрелят в меня снизу.</p>
     <p>На этот раз все преимущества были на их стороне; они могли стрелять из засады, а я, чтобы выстрелить, должен был подставить себя под их огонь.</p>
     <p>Две стальных двери, выходившие из кают на главную палубу, наглухо заколоченные и законопаченные еще со времени обхода Горна, приходились как раз под навесом кормы. Забравшись под навес, мятежники принялись колотить в эти двери тяжелыми молотками, пытаясь их взломать, между тем как остальная шайка, притаившись за средней рубкой, ждала только момента, когда двери будут взломаны, чтобы ворваться на корму.</p>
     <p>Буфетчик, со своим секачом, караулил изнутри одну дверь; а Вада с копьем — другую. Но, поручив им охранять двери, я и сам не терял времени даром. Спрятавшись за мачту, я поджигал трубку одной из моих бомб. Когда трубка хорошо разгорелась, я пробежал на край кормы и бросил бомбу на главную палубу, стараясь закинуть ее под навес, где мятежники работали молотками, пытаясь взломать левую дверь. Несколько револьверных выстрелов со стороны средней рубки отвлекли мое внимание, и бомба была брошена неудачно. Поневоле будешь нервничать, когда вокруг тебя жужжат пули. В результате бомба откатилась на открытую палубу.</p>
     <p>Но моя иллюминация, очевидно, произвела впечатление на мятежников. Услышав шипенье трубки, они выскочили из-под навеса и пустились наутек, как вспуганные зайцы. Я легко мог бы подстрелить одного-двух человек, не будь я занят в ту минуту поджиганием второй трубки. Маргарэт успела выстрелить три раза, но безрезультатно, и тотчас же корма была обстреляна с бака.</p>
     <p>Как человек предусмотрительный (и ленивый, ибо я убедился на опыте, что изготовление бомб требует времени и труда), я оторвал горящий кончик трубки, которую держал в руке. Но трубка первой бомбы, откатившейся на палубу, все еще шипела, и бомба не взрывалась, и я решил тем временем укоротить оставшиеся трубки. Ведь кто-нибудь из мятежников, похрабрее, мог оторвать трубку от бомбы или бросить бомбу за борт, или же — что было бы похуже — швырнуть ее к нам на корму.</p>
     <p>Прошло добрых пять минут, пока эта злосчастная трубка прогорела, и бомба наконец взорвалась. Но этот взрыв был для меня грустным разочарованием. На этой бомбе можно было смело сидеть, рискуя разве только нервным потрясением. И, однако, в качестве острастки она сделала свое дело. После того ни один из мятежников уже не отваживался соваться на корму.</p>
     <p>Что же касается питания, то было ясно, что в этом отношении им приходится круто. В то утро «Эльсинора» лежала в дрейфе, предоставленная на волю ветра и волн, и с бака было, заброшено несколько удочек для ловли альбатросов и других морских птиц. Ну и беспокоил же я этих голодных рыбаков моими выстрелами! Ни один человек не мог показаться на баке без того, чтобы моя пуля не ударилась в опасном для него соседстве о стальную обшивку борта. И все-таки они продолжали удить с опасностью для жизни и беспрестанно упуская добычу по милости моего ружья.</p>
     <p>Их способ ловли птиц заключался в следующем: сидя где-нибудь под прикрытием, человек закидывал крючок с приманкой (поддерживаемой на поверхности воды деревянной дощечкой) через перила, и леса медленно тащились за судном. Когда птица попадалась на крючок, надо было втащить ее на палубу, не выходя из-под прикрытия. Это был самый трудный момент. Крючок, или, вернее, остроугольный треугольник в виде ободка из листового железа, при натягивании лесы зажимал своим острым углом клюв птицы, схватившей приманку. Как только лесу ослабляли, птица освобождалась. Поэтому вся задача состояла в том, чтобы выхватить ее из воды быстрым взмахом ни на секунду не ослабив лесы. А втащить птицу на борт таким способом было почти невозможно, не выходя из-под прикрытия, и удильщики неизменно всякий раз упускали ее.</p>
     <p>Тогда они выработали такую систему. Как только птица попадалась на крючок, несколько человек направляли на меня револьверы, а один подскакивал к перилам и быстро втаскивал лесу на борт. Их дальнобойные револьверы не на шутку пугали меня. Трудно оставаться спокойным, когда смерть, в виде летящего кусочка свинца, стукается возле тебя о перила или о мачту над твоей головой или отлетает рикошетом от стальной обшивки борта. Тем не менее мое ружье настолько беспокоило того человека, который стоял у перил под огнем, что из двух пойманных птиц он непременно упускал одну. Чтобы прокормить в течение суток двадцать шесть человек, нужно не два и не три альбатроса, а много ли их поймаешь при таких условиях, особенно, когда охотиться на них можно только днем?</p>
     <p>К концу дня я усовершенствовал мою тактику. Я заметил, что когда «Эльсинора» стоит носом к ветру, то, быстро повернув колесо штурвала, можно заставить ее сделать крутой поворот. При этом, по моим соображениям, плавучие капканы мятежников должны были отойти от борта.</p>
     <p>Первый мой опыт оказался удачным. Мы приготовили заранее несколько крюков на длинных веревках. Улучив благоприятный момент при повороте судна, мы закинули в воду эти крюки и оборвали девять лес с капканами. Но такое большое судно, как «Эльсинора», поворачивается настолько медленно, что в следующий раз мятежники успели благополучно вытащить из воды свои лесы, прежде чем они подплыли к нам на такое расстояние, что можно было захватить их.</p>
     <p>Тогда я внес новое усовершенствование. Когда «Эльсинора» стояла носом к ветру, они не могли удить. После нескольких опытов я убедился, что, с помощью контр-бизани и внимательно правя рулем, ее можно удерживать в таком положении. И мы добились этого, поочередно выстаивая у штурвала. И в результате охота прекратилась.</p>
     <empty-line/>
     <p>Маргарэт отбывала первую вечернюю вахту. Генри стоял у штурвала. Вада и Луи были заняты внизу: они готовили ужин. Я только что поднялся наверх и стоял шагах в шести от Генри и штурвала. Должно быть, какой-нибудь странный звук, доносившийся со стороны вентилятора, привлек мое внимание, потому что я смотрел на него, когда случилось то, о чем я сейчас расскажу.</p>
     <p>Но прежде о вентиляторе. Это стальная труба, которая идет из трюма, где хранится уголь, затем проходит под лазаретом и между двойными стенами командной рубки выходит наружу. Отверстие этого вентилятора на высоте человеческого роста забрано такой частой железной решеткой, что взрослая крыса не пролезет сквозь нее, и приходится оно как раз над штурвалом, шагах в пятнадцати от кормового люка. Очевидно, кто-нибудь из мятежников, пробравшись в свободное пространство между углем и палубой нижнего трюма, вскарабкался по трубе вентилятора до наружного его отверстия и теперь мог свободно прицеливаться и стрелять сквозь решетку.</p>
     <p>Я одновременно увидел дым и услышал звук выстрела. Вслед за тем я услышал, что Генри застонал, и, обернувшись в его сторону, увидел, что он цепляется за спицы штурвала и падает. Выстрел был меткий. Пуля пробила бедному юноше сердце или прошла очень близко от сердца — наверно не могу сказать, так как нам на «Эльсиноре» некогда вскрывать трупы.</p>
     <p>Том Спинк и парусник Учино подбежали к Генри. А револьвер продолжал стрелять сквозь решетку, и пули били в полуоткрытую будку штурвала над головами Спинка и Учино. К счастью, они не были ранены и поспешили отбежать в сторону, куда не попадали пули.</p>
     <p>Генри судорожно бился несколько секунд, а затем перестал шевелиться. Так погиб еще один из будущих представителей нашей погибающей расы, погиб за своей повседневной работой, стоя у штурвала на грузовом судне в то время, когда оно, направляясь из Балтиморы в Ситтль, проходило близ берегов Южной Америки.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLVIII</p>
     </title>
     <p>Положение дикое до смешного. Мы на нашем высоком месте господ располагаем всем продовольствием «Эльсиноры», а мятежники завладели средствами управления ею. Но, завладев средствами управления, они не могут ими пользоваться. Они, так же как и мы, не могут управлять судном. Корма, господское место, в наших руках. Штурвал на корме, но мы не можем дотронуться до штурвала. Из-за решетки вентилятора они могут подстрелить каждого, кто подойдет к рулю, и, чувствуя себя в неприступной крепости между стальными стенами командной рубки, они, сколько душе угодно, могут издеваться над нами.</p>
     <p>У меня созрел один план, но не стоит приводить его в исполнение без крайней необходимости. Выбрав ночь потемнее, нетрудно будет разобщить румпель с рулем и, оснастив руль добавочными талями, править с двух боков кормы, находясь вне обстрела из вентилятора.</p>
     <p>Но пока стоит хорошая погода, «Эльсинора» распоряжается собой по своему усмотрению, или, вернее, ею распоряжается по своему усмотрению ветер и волны. Во всяком случае дрейфовать она может. Пусть мятежники поголодают. Если что-нибудь заставит их опомниться, так всего скорее состояние их желудков.</p>
     <p>Да и зачем же человеку ум, как не затем, чтобы пользоваться им для практических целей? Я довожу до отчаяния этих голодных людей. Преинтересная забава в своем роде! Морские птицы, следуя за «Эльсинорой», по своему обыкновению, удалились от своих широт. Это значит, что в нашем соседстве их осталось определенное число, и что число это не возрастает. Силлогизм: первая предпосылка — определенное, ограниченное количество птичьего мяса; вторая предпосылка — птичье мясо в настоящее время единственная пища мятежников; вывод — уничтожьте эту пищу, и мятежники будут вынуждены вернуться к исполнению своих обязанностей.</p>
     <p>И я стал действовать, основываясь на этом выводе. Я попробовал бросать за борт кусочки жирной свинины и корки черствого хлеба. Как только птицы, соблазнившись предлагаемым им угощением, опускались на воду, я в них стрелял. А для мятежников каждая оставшаяся на поверхности воды убитая птица означает уменьшение количества их пищи.</p>
     <p>Но я внес еще некоторые поправки в этот метод. Вчера я перерыл судовую аптечку и во все приготовленные кусочки свинины и хлеба положил по небольшой дозе из содержимого каждой бутылки, на которой был ярлык с черепом и перекрещивающимися костями. Для того, чтобы дело было крепче, я, по совету буфетчика, подбавил к этой смеси отравы для крыс.</p>
     <p>И сегодня в воздухе не видно ни одной птицы. Правда, вчера, пока я развлекался моей новой забавой, мятежники выловили несколько птиц, но остальные исчезли, и, следовательно, им больше неоткуда добывать себе пищу, пока они не сдадутся.</p>
     <p>Нет, я вижу, что мы ведем не детскую игру. Ведь мы потеряли треть нашего состава, а даже самые кровопролитные битвы, какие знает история, редко давали такой процент смертей. Уже четырнадцать человек из населения «Эльсиноры» отправились за борт, а кто предскажет, какой будет конец?..</p>
     <p>Как бы то ни было, мы — господа положения, вычисляющие вес планет, производящие анализ химического состава солнца, к звездам воспаряющие богоискатели, вооруженные мудростью всех веков, — и все же, столкнувшись с неумолимой действительностью, мы превратились в стаю диких зверей, воющих по-звериному, убивающих по-звериному и по-звериному дерущихся из-за еды и питья, из-за воздуха для наших легких, из-за сухого места над морской пучиной, из-за целости наших шкур. И над этим зверинцем стоим мы с Маргарэт, с подчиненными нам слугами-азиатами за нашей спиной. Все мы собаки, сказать по правде. Но мы — собаки высшей породы. Мы, светлокожие, по наследству, доставшемуся нам от наших властелинов-предков, всегда останемся на высоких местах, собаками высшей породы, повелевающими всеми другими собаками. О, тут богатый материал для размышлений философа, плывущего на грузовом судне во время мятежа в тысяча девятьсот тринадцатом году!</p>
     <p>Генри — четырнадцатый по счету из числа тех из нас, кому было суждено распасться на составные части в соленой морской глубине. И в тот же день он был отомщен, ибо за ним последовали двое из числа мятежников. Буфетчик обратил мое внимание на то, что происходило на баке. В своем волнении он даже забылся до того, что тронул меня за плечо, глядя горящими глазами на людей, спускавших за борт два трупа. С мешками угля в ногах, они погрузились в воду так быстро, что мы не успели их опознать.</p>
     <p>— Наверно, их убили в драке, — сказал я. — Это хорошо, что они начали драться.</p>
     <p>Но старик-китаец только усмехнулся и покачал головой.</p>
     <p>— Вы значит, думаете, что дело тут, было не в драке? — спросил я.</p>
     <p>— Не в драке — нет. Они поели мяса альбатросов, а альбатросы ели нашу свинину. Вот и умерло двое, а сколько их там еще заболело! Будь я проклят, но я очень рад.</p>
     <p>Я думаю, он верно угадал. В то время, когда я приманивал птиц, мятежники ловили их и, наверное, поймали несколько таких, которые ели отравленную свинину.</p>
     <p>Обоих отравившихся людей спустили в море вчера. И со вчерашнего дня мы стали проверять, кто остался. На баке не показывались только двое — долговязый, развинченный Боб и, на мое горе, мой любимец Фавн. Такая уж видно мне судьба — стать убийцей бедного страдальца Фавна, всегда готового исполнять приказания, всегда и всем старавшегося угодить. Право, это насмешка судьбы. Почему бы не оказаться этими двумя мертвецами Чарльзу Дэвису и греку Тони? Или Берту Райну и Киду Твисту? Или Бомбини и Энди Фэю? Я знаю, что я чувствовал бы себя лучше, будь на месте Фавна Исаак Шанц, или Артур Дикон, или Нанси, или Сендри Байерс, или Коротышка, или Ларри.</p>
     <p>Буфетчик только что преподал мне почтительный совет:</p>
     <p>— В следующий раз, когда нам придется спускать кого-нибудь за борт, лучше будет употребить на это какой-нибудь железный лом вместо угля.</p>
     <p>— А что — у нас кончается уголь? — спросил я.</p>
     <p>Он молча кивнул головой.</p>
     <p>Мы тратим много угля на стряпню, и когда выйдет весь наш запас угля, придется разобрать одну из переборок в трюме и доставать уголь из груза.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XLIX</p>
     </title>
     <p>Положение обостряется. Птиц больше нет, и мятежники голодают. Вчера я говорил с Бертом Райном. Сегодня мы опять говорили по душам, и, я уверен, он никогда не забудет тех немногих прочувствованных слов, которые я ему сказал.</p>
     <p>Началось с того, что вчера вечером в пять часов я услышал его голос, доносившийся из-за решетки вентилятора. Став за угол командной рубки, вне его выстрелов, я заговорил с ним в таком тоне:</p>
     <p>— Ну что, голодаете? А не хотите ли знать, что будет сегодня у нас на обед? Я только что был внизу и видел, что там готовят. Слушайте же, что у нас будет: во-первых, гренки с икрой, затем бульон, соус из омаров, бараньи котлеты с французским горошком — знаете, такой сладкий горошек, который тает во рту, — потом калифорнийская спаржа с сабайоном. Ах да, забыл: еще жареный картофель, холодная свинина и бобы. А на сладкое — пирог с абрикосами, и наконец кофе, настоящий кофе. Что, ведь недурно? Вы теперь, чего доброго, затоскуете? Пожалуй, будете вспоминать те разнообразные завтраки, какими угощают в бесчисленных ресторанах нашего доброго старого Нью-Йорка.</p>
     <p>Я сказал ему сущую правду. Описанный мною обед (приготовленный, конечно, из консервов) был именно тот обед, какой ожидал нас сегодня.</p>
     <p>— Довольно болтать, — огрызнулся он. — Я хочу говорить с вами о деле.</p>
     <p>— Ну, так выпаливайте, в чем ваше дело, — грубо сказал я. — Но прежде скажите, когда вы и вся ваша подлая шайка намерены приняться за работу.</p>
     <p>— Будет вам мочалку жевать, — оборвал он меня. — Лучше послушайте, что я вам скажу. Теперь вы у меня в руках. Верьте — не верьте, но это сущая правда. Я не хочу ее скрывать и говорю вам прямо: вы в моей власти. Я не скажу, как я этого добился, но знайте: мы можем раздавить вас, как червей. Когда я сделаю то, что задумал, вам будет крышка.</p>
     <p>— Что будет с нами — еще неизвестно, а вот что вам жариться в аду, так это верно, — проговорил я со смехом, хоть и не воображал в ту минуту, какие адские муки ожидают его в ближайшем будущем.</p>
     <p>— К черту ад, я его не боюсь, — сказал он. — А вам все-таки скоро капут. Я хотел предупредить вас об этом — только и всего.</p>
     <p>— Я старый воробей, и меня не так-то легко околпачить, — засмеялся я. — Вы говорите, что нам скоро капут? Так извините, приятель, я вам не поверю, пока вы не докажете этого на деле.</p>
     <p>И, разговаривая с этим человеком в таком духе, я думал о том, как легко я подбирал слова и фразы из собственного его лексикона, чтобы он мог меня понимать. Положение было самое скотское. Уже шестнадцать человек из нашего состава отправились на тот свет, и выражения, которые я позволял себе употреблять в этом разговоре, были скотские выражения. Не мог я не сокрушаться и о своем человеческом достоинстве. Разговаривая с этим типичным продуктом нью-йоркских трущоб, я должен был сказать «прости» мечтам утопистов, видениям поэтов и царственным мыслям всех царственных мыслителей. С таким субъектом можно было говорить только об элементарных вещах, о пище и питье, о жизни и смерти, и только зверскими, жестокими словами.</p>
     <p>— Я предлагаю вам на выбор, — продолжал он, — остаться в живых или полететь в тартарары. Сдавайтесь, и мы вас пальцем не тронем — ни одного из вас.</p>
     <p>— А если мы не сдадимся? Что тогда?</p>
     <p>— Тогда вы пожалеете, что родились на свет. Одна голова, говорят, не бедна. Но вы не один, при вас еще есть девушка, для которой вы не чужой. Не мешало бы вам хоть о ней подумать. Вы не дурак и понимаете, к чему я гну.</p>
     <p>О да, я понял. И почему-то в моем мозгу пронеслось все то, что я читал и слышал об осаде иностранных посольств в Пекине и о том, какие планы были у белых относительно их женщин на тот случай, если бы орды желтокожих прорвались сквозь последние линии обороны. Понял и старик буфетчик. Я видел, как злобно сверкнули его черные раскосые глазки в их узких щелках. Он понял, на что намекал этот скот.</p>
     <p>— Ну что, смекнули, что я хотел сказать? — повторил Берт Райн.</p>
     <p>И я узнал гнев, — не тот безудержный гнев, когда человек весь горит, теряет голову и через минуту остывает, — а злой, холодный гнев. Передо мною пронеслось видение: я видел моих предков, сидящих на высоких местах, веками господствовавших во всех землях, на всех морях. Я видел их, и наших женщин с ними, изнемогающих в неравной борьбе, обманутых в своих надеждах, засевших в неприступных крепостях, притаившихся в дремучих лесах, вырезанных до последнего человека на палубах кораблей. И всегда мы господствовали, и наши женщины господствовали вместе с нами. Жили мы или умирали, с нами жили или умирали и наши женщины; но, живые, мы всегда повелевали. Да, то было царственное видение. И, ослепленный его пурпурным сиянием, я осознал его этику — продукт веков, ее создавших. То был священный завет потомкам, долг, унаследованный нами от предков.</p>
     <p>И пламя моего гнева начало остывать. Ведь это был не животный, красный гнев, — это был гнев интеллектуальный. Он был основан на здравом суждении и на уроках истории. Это была, философия поступков сильных и гордость сильных своей силой. Вот когда я, наконец, понял Ницше. И я оценил значение книг, отношение высокого мышления к высоким поступкам, переход полунощных мыслей в действие у человека в моем положении, занимающего высокое место на юте грузового судна в девятьсот тринадцатом году, с моей женщиной возле меня, с моими предками за мной, с моими косоглазыми слугами подо мной, и со скотами у меня под пятой. Я чувствовал себя владыкой. Я понял все значение верховной власти.</p>
     <p>Да, гнев мой был холодный, белый гнев. Эта подпольная крыса в образе ничтожного человека проползла по внутренностям судна, чтобы грозить мне. Притаившись в норе за стальными стенами, она подняла свой писк, на какой способна только крыса. И под влиянием таких чувств я в таком же духе ответил этому негодяю:</p>
     <p>— Когда вы, как последний пес, которого пинками принудили к повиновению, приползете к нам по открытой палубе, среди белого дня, и каждым вашим поступком докажете, что вы рады повиноваться, что вы счастливы вашим рабством; тогда — и только тогда — я стану разговаривать с вами.</p>
     <p>После этого он по крайней мере десять минут осыпал меня из-за решетки вентилятора площадной бранью. Но я не отвечал. Я слушал, слушал хладнокровно и, слушая, понимал, почему много лет назад англичане в Индии расстреливали из пушек восставших сипаев.</p>
     <p>Но когда сегодня утром я увидел, что буфетчик носится с пятигаллонной бутылью серной кислоты, мне ни на миг не пришло в голову, какое употребление он намерен из нее сделать.</p>
     <p>А я тем временем обдумывал другой способ устранить смертельную опасность, какою нам грозил вентилятор. Мне стало даже стыдно, что эта мысль не пришла мне в голову с самого начала, — так она была проста. Отверстие вентилятора было невелико. Достаточно было подвесить перед ним с крыши рубки деревянный ящик с двумя мешками муки, чтобы совершенно закупорить его и защитить себя от выстрелов.</p>
     <p>Сказано — сделано. Том Спинк, Луи и я влезли на крышу рубки и уже собирались опустить ящик с мукой, когда из вентилятора послышался голос.</p>
     <p>— Кто там? — спросил я. — Говорите.</p>
     <p>— Это я. Пришел предупредить вас в последний раз, — ответил Берт Райн.</p>
     <p>В эту минуту из-за угла рубки показался буфетчик. В одной руке у него было большое ведро, и первой моей мыслью было, что он пришел набрать из кадки дождевой воды. Но не успел я этого подумать, как он взмахнул ведром и, описав им полукруг, выплеснул его содержимое в вентилятор. И в тот же миг я по запаху догадался, что это такое. Это была неразбавленная серная кислота — два галлона из большой бутыли.</p>
     <p>Должно быть, Берту Райну обожгло лицо, попало в глаза, и, вероятно, от жестокой боли он, сорвавшись в трубе вентилятора, упал в трюм на уголь. Его вопли были ужасны, и мне вспомнились издыхающие от голода крысы, пищавшие в этой самой трубе в первые месяцы нашего плавания. Мне стало жутко и тошно. Уж если убивать людей, так лучше действовать начистоту — открыто.</p>
     <p>Я только тогда ясно представил себе, какие муки должен был испытывать этот несчастный, когда буфетчик, которому брызнуло из ведра на голые руки, вдруг почувствовав укусы огненной жидкости, опрометью бросился к кадке с водой. А Берту Райну, этому молчальнику с беззвучным ядовитым смехом, теперь вопившему от боли где-то там, внизу, серная кислота попала в глаза!</p>
     <p>Мы завесили вентилятор мешками с мукой. Крики внизу прекратились: очевидно, товарищи перетащили несчастную жертву из трюма на бак. Но, сознаюсь, все это утро было отравлено для меня. Карлейль сказал: «Умереть легко, все люди умирают». Но получить два галлона серной кислоты прямо в лицо — совсем другое дело; это несравненно ужаснее, чем просто умереть. По счастью, Маргарэт была в это время внизу, и через несколько минут, когда я пришел в равновесие, я всех моих людей заставил поклясться, что они скроют от нее это происшествие.</p>
     <empty-line/>
     <p>Ну да и мы получили свое, — они хорошо нам отплатили. Вчера весь день, после истории с вентилятором, из-под пола в каютах доносился какой-то странный стук. Стук этот был слышен и в столовой под столом, и в кладовой буфетчика, и в каюте Маргарэт. Полы всех кают покрыты деревянной настилкой, но под деревом проложено железо, или, вернее, сталь, из какой построен весь кузов «Эльсиноры».</p>
     <p>Мы с Маргарэт, в сопровождении буфетчика, Луи и Вады, обошли все места, откуда слышался стук, — такой стук, точно долбили долотом по железу. Стук доносился отовсюду, но мы решили, что пробить в полу отверстие такой величины, чтобы мог пролезть человек, можно было только сосредоточив удары в одном месте, и что такое место непременно обратило бы на себя наше внимание. Маргарэт сказала:</p>
     <p>— Если им даже удастся пробить пол, то тому, кто вздумает забраться в каюты, придется лезть головой вперед, а раз это так, какие же могут они иметь шансы против нас?</p>
     <p>И я успокоился. Но все же на всякий случай я отпустил с вахты Буквита и приказал ему стоять на карауле в каюте до начала вахты Маргарэт, когда его должен был сменить буфетчик.</p>
     <p>Перед самым вечером после отчаянной стукотни во всех местах пола кают, стук прекратился, и ни в первую и вторую вечерние вахты, ни в первую ночную не возобновлялся. В полночь, как только началась моя вахта, Буквит сменил буфетчика на его посту в каютах, и пока тянулись бесконечные часы моей вахты, я, стоя у перил на краю кормы, меньше всего ожидал опасности со стороны кают, особенно, когда вспоминал о ведре с двумя галлонами серной кислоты, стоявшем наготове для первой головы, которая покажется из-под пола (кстати, еще не пробитого). Наши разбойники на баке могли взобраться на корму, могли перелезть по снастям с мачты на мачту и опуститься нам на головы, но как они могли добраться до нас из-под пола — это было выше моего разумения.</p>
     <p>Но они добрались. Суда современного типа — очень сложная вещь. Как мог я предугадать, какой способ изберут враги для нападения?</p>
     <p>Было два часа утра, и уже целый час я ломал голову, стараясь отгадать, отчего из заднего отделения будки над баком идет дым, и удивляясь, с чего мятежникам вздумалось разводить огонь в донке<a l:href="#n_598" type="note">[598]</a> в такой неурочный час. За все время плавания донку ни разу не пускали в дело.</p>
     <p>Только что пробило четыре склянки, и я еще стоял на своем посту у перил, как вдруг услышал, что в каюте кто-то отчаянно кашляет, словно задыхаясь от дыма, и вслед за тем увидел Ваду, бежавшего ко мне со всех ног.</p>
     <p>— С Буквитом беда приключилась, — выпалил он. — Идите скорей!</p>
     <p>Я сунул ему мое ружье, оставил его на вахте вместо себя и побежал к рубке. Том Спинк зажег спичку и светил мне. На палубе, между кормовым люком и штурвалом, раскачиваясь и размахивая руками, сидел Буквит. Из глаз у него ручьем бежали слезы. Первой моей мыслью было, что он, по глупости, схватился за ведро с серной кислотой и выжег себе глаза. Но душивший его отчаянный кашель скоро заставил бы меня отбросить эту мысль, если бы даже я не услышал, как вскрикнул Луи около открытого люка.</p>
     <p>Я подошел к нему, и только на меня пахнуло тянувшим снизу воздухом, как у меня сдавило в груди, и я начал задыхаться. Я вдохнул пары серы. И в тот же миг я забыл и про «Эльсинору», и про мятежников на баке, забыл все на свете, кроме одного.</p>
     <p>Следующее, что я помню, было то, что я сбежал вниз по трапу и, шатаясь от головокружения, стал ощупью пробираться по большой задней каюте. Сера ела мои легкие и душила меня. При тусклом свете фонаря я увидел буфетчика. Он стоял на четвереньках и, задыхаясь и кашляя, тряс парусника Ятсуду, стараясь его разбудить. Учино, другой парусник, тоже задыхался во сне.</p>
     <p>Мне пришло в голову, что ближе к полу будет легче дышать, в чем я и убедился, как только стал на четвереньки. Я сдернул со спящего Учино одеяло, окутал им голову, лицо и рот, вскочил на ноги и выбежал в коридор. Наткнувшись несколько раз на разные предметы, я опять стал на четвереньки и поправил одеяло таким образом, чтобы, оставляя рот закрытым, можно было надвигать одеяло на глаза и сдвигать на лоб.</p>
     <p>Достаточно мучительно было уже и само удушье, но всего ужаснее было то, что у меня жестоко кружилась голова. Я неожиданно попал в кладовую. Выбравшись оттуда кое-как, я пропустил поперечный коридорчик, ввалился в следующую открытую дверь и скорчился от боли, ударившись об обеденный стол.</p>
     <p>Но теперь я уже мог ориентироваться. Обойдя ощупью вокруг стола и стараясь не дышать отравленным воздухом, я выбрался назад в поперечный коридорчик и свернул направо. К этому времени мое состояние стало настолько серьезным, что, уже не думая о препятствиях, на которые я мог наткнуться, я большими прыжками пронесся по коридору до каюты Маргарэт.</p>
     <p>Дверь оказалась открытой. Я вскочил в каюту. И в тот момент, когда я сдернул с головы одеяло, я познал слепоту и частицу тех страданий, какие должен был испытывать Берт Райн. О, как нестерпимо щипала сера мои легкие, мои ноздри, глаза!.. В каюте не было света.</p>
     <p>Задыхаясь, почти теряя сознание, я мог только добраться до кровати Маргарэт и в изнеможении упал на нее.</p>
     <p>Маргарэт там не было. Я всю кровать обшарил руками и нащупал только теплую ямку, которую оставило по себе ее тело в постеле. Даже в моем состоянии агонии и полной беспомощности интимная теплота ее тела была бесконечно мне дорога. Несмотря на недостаток кислорода в легких, несмотря на боль от разъедавших их серных паров, несмотря на смертельное головокружение, я чувствовал, что мне легче будет умереть здесь, где ее белье так нежно грело мою руку.</p>
     <p>Я, может быть, и умер бы, если бы не услышал страшного кашля, доносившегося со стороны коридора. Это воскресило меня. Я упал с кровати на пол, с великим усилием поднялся на ноги и выбрался в коридор, где опять свалился. Кое-как, на четвереньках, я дополз до трапа, уцепился за перила, поднялся на ноги и стал слушать. Около меня шевелилось и задыхалось что-то живое. Я бросился и почувствовал в своих объятиях Маргарэт.</p>
     <p>Как описать мою борьбу, когда я поднимался по трапу? Это была пытка, агония, длившийся веками кошмар. Минутами, когда мое сознание мутилось, у меня являлось искушение перестать бороться и опуститься в вечный мрак. Я пробивал себе путь шаг за шагом.</p>
     <p>Маргарэт была без сознания, я нес ее и, протащив на несколько шагов, падал вместе с ней и съезжал назад по трапу, теряя то, что мне давалось с таким трудом. И среди этого кошмара я твердо помню одно: ее теплое, мягкое тело было для меня дороже всего на свете, — несравненно дороже смутно вспоминавшейся мне родины, дороже всех книг, когда-либо прочитанных мною, дороже всех людей, которых я когда-либо знал, дороже чистого воздуха, там, наверху, струившегося мягко, живительно под холодным звездным небом.</p>
     <p>Оглядываясь на прошлое, я отдаю себе отчет в одном: мысль бросить ее и спастись самому ни на секунду не пришла мне в голову. Мое место было там, где была она.</p>
     <p>То, что я сейчас пишу, может показаться абсурдом. Но мне не казались абсурдом те долгие, мучительные минуты, которые я переживал тогда, поднимаясь по трапу. Тому, кто заглянул в глаза смерти, кто пережил несколько столетий такой агонии, можно простить, если, описывая свои переживания, он несколько сгущает краски.</p>
     <p>И пока я боролся с моей кричащей плотью, с моим помутившимся рассудком, я об одном молился — чтобы выходившие на корму двери рубки оказались незапертыми. Жизнь и смерть зависели от этой единственной возможности выхода. Найдется ли среди наших людей человек со здравым смыслом, настолько предусмотрительный, чтобы догадаться отпереть эти двери? О, как я мечтал о таком человеке, о таком испытанном, верном слуге, как мистер Пайк!</p>
     <p>Я добрался до верха, но так ослабел, что уже не мог держаться на ногах. Не мог даже на колени встать. Я полз, как четвероногое, — нет, как змея или червяк, — на животе. До двери оставалось несколько футов. Я двадцать раз умирал на протяжении этих нескольких футов, но каждый раз возвращался к мукам жизни и тащил за собой Маргарэт. Иногда, напрягая все свои силы, я не мог сдвинуть ее с места, и падал вместе с ней, и кашлял, и задыхался до следующего момента возвращения к жизни.</p>
     <p>Обе двери — и правая и левая — были открыты. Рубку продувало сквозняком, и чистый, холодный воздух наполнил мои легкие. Протащившись через высокий порог и перетащив за собой Маргарэт, я услышал, — как мне казалось, откуда-то издалека — крики людей и выстрелы из ружей и револьверов. Мои страдания дошли до предела и закончились полной потерей сознания, но прежде чем я погрузился в темноту, я как сквозь сон увидел четкий силуэт перил кормы, темные фигуры, которые дрались, кололи, резали, рубили и над ними бизань-мачту, ярко освещенную моими светильниками.</p>
     <empty-line/>
     <p>Но мятежникам не удалось взять нас приступом. Мои пять азиатов и двое белых слуг отстояли нашу цитадель, пока мы с Маргарэт лежали рядом без чувств.</p>
     <p>Все дело объяснилось очень просто. Согласно современным требованиям морского карантина, на судах не должно быть вшей — этих носителей заразы. В том отделении бака, где стоит донка, имеется полный прибор для окуривания. Стоило только длинные трубы этого прибора провести через трюм в кормовое помещение, продолбить дыры в двойном полу каюты и начать покачивать — и готово. Мятежники так и сделали. Буквит заснул и проснулся от удушья, когда пары серы начали наполнять помещение. И вот нас, на наших высоких местах, эти скоты выкурили, как крыс.</p>
     <p>Вада открыл одну дверь, буфетчик — другую. Они оба пытались спуститься в каюты, но принуждены были отступить перед удушливыми серными парами. Тогда они приняли участие в общей свалке и общими силами отбросили наступление с бака.</p>
     <p>Мы с Маргарэт убедились на опыте, что продолжительное вдыхание серных паров надолго оставляет легкие больными. Только теперь, спустя двенадцать часов, мы можем вздохнуть сравнительно легко и свободно. Но мои больные легкие не помешали мне сказать ей, что я теперь только узнал, как она мне дорога. А между тем она только женщина — я ей и это сообщил. Я прибавил еще, что на нашей планете живет по меньшей мере семьсот пятьдесят миллионов таких же, как она, двуногих, длинноволосых существ с нежным, мягким телом и нежным голосом, и что она, Маргарэт, исчезает без остатка в несметном множестве существ ее пола и ее расы. Но я сказал ей и кое-что поважнее: я признался ей, что среди всех них она — единственная. И — что еще важнее для меня — я верю в это. Я это знаю. Весь я и каждый атом моего тела громко заявляет об этом.</p>
     <p>Удивительная вещь — любовь. Любовь, как чудо, служит вечным источником изумления. Поверьте, мне знаком старый, сухой научный метод взвешивания, подсчитывания и классификации любви. Для созерцательного взора философа любовь — безумие, космический обман, насмешка. Но когда отбросишь эти интеллектуальные предпосылки и станешь просто человеком и человеческим самцом, короче говоря — любовником, — тогда все, что остается делать и чего невозможно не сделать, это — уступить требованиям жизни, обнять обеими руками и прижать ее, единственную, к себе, как можно ближе к сердцу. В этом венец твоей жизни и всякой человеческой жизни. Выше этого не может подняться человек. Пусть философы копошатся где-то внизу на холмиках кротовых нор. Кто не любил, тот не вкусил всей сладости жизни. Я это знаю. Я люблю женщину, Маргарэт. Она — желанная.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава L</p>
     </title>
     <p>За последние двадцать четыре часа случилось много нового. Прежде всего — вчера во вторую вечернюю вахту чуть не убили нашего буфетчика. Кто-то из мятежников просунул нож в решетку вентилятора и распорол мешки с мукой сверху донизу. Мука просыпалась на палубу, и в темноте никто этого не заметил.</p>
     <p>Конечно, спрятавшийся за мешками не мог видеть людей на корме, но когда буфетчик проходил мимо вентилятора, шлепая своими туфлями, тот выстрелил наудачу. К счастью, он промахнулся; пуля все же пролетела так близко от старика, что ему контузило щеку и шею.</p>
     <p>В шесть часов утра, в первую вахту — новый сюрприз. Том Спинк прибежал ко мне на край кормы, где я стоял на вахте, и дрожащим голосом сказал:</p>
     <p>— Ради самого Бога, сэр, что нам делать? Они пришли.</p>
     <p>— Кто? — спросил я.</p>
     <p>— Да они… те трое, что явились к нам с Горна… три утонувших матроса. Вон они, сэр, — все трое… Стоят у штурвала.</p>
     <p>— Как же они сюда попали?</p>
     <p>— Они ведь колдуны, сэр. Должно быть, прилетели!.. Вы их не видели? Они не проходили мимо вас?</p>
     <p>— Нет, не проходили.</p>
     <p>Бедный Том Спинк был в отчаянии.</p>
     <p>— Да, впрочем, дело очень просто, — сказал я. — Они могли перелезть по снастям… Пошли ко мне Ваду.</p>
     <p>Вада сменил меня, и я пришел к штурвалу. Там, действительно, стояли — чинно в ряд — занесенные к нам бурей белобрысые гости с топазовыми глазами. При свете фонаря, который навел на них Луи, глаза их были поразительно похожи на глаза больших кошек. О бог ты мой! — да они даже мяукали, как кошки. По крайней мере, издаваемые ими нечленораздельные звуки больше всего напоминали мяуканье. Но было ясно, что эти звуки говорят об их дружеских чувствах. Кроме того, все трое протянули руки ладонями кверху — безошибочный знак миролюбивых намерений. Затем все, один за другим, сняли шапки, и каждый взял мою руку и положил ее к себе на голову. Не могло быть никаких сомнений в том, что это должно было означать: они предлагали нам свою верность и признавали меня своим господином.</p>
     <p>Я молча кивнул. Что мог я сказать людям, мяукавшим по-кошачьи? А при тусклом свете фонаря язык знаков был затруднителен. Том Спинк что-то проворчал, протестуя, когда я приказал Луи свести их вниз и дать им одеяла.</p>
     <p>Я предложил им знаками лечь спать. Они благодарно закивали, потом нерешительно переглянулись, и каждый показал себе на рот и потер желудок.</p>
     <p>— Утопленники не едят, — сказал я, смеясь, Тому Спинку. — Сведите их вниз и присмотрите за ними. Да хорошенько накормите их, Луи. Это хороший знак, что они пришли, — как видно, на баке сильно сократили паек.</p>
     <p>Через полчаса Том Спинк вернулся.</p>
     <p>— Ну что, поели они? — спросил я его.</p>
     <p>Но он остался при своем мнении. Подозрительно само по себе было уже то, что они так много съели. Ведь всякие бывают выходцы с того света. Он слыхал о таком, который поедал мертвецов на кладбищах, так что когда человек много ест, это еще не доказательство, что он не выходец с того света.</p>
     <p>Третье важное событие случилось нынче утром в семь часов. Мятежники запросили мира, и когда Нози Мерфи, мальтийский кокней и неизбежный Чарльз Дэвис стояли подо мной на главной палубе, я не мог не заметить, как похудели и осунулись их лица. Голод оказался моим верным союзником. И, право, стоя рядом с Маргарэт на краю кормы и глядя вниз на этих голодных людей, я чувствовал себя очень сильным. Неравенство между кормой и баком в численности людей теперь почти сгладилась. С присоединением к нам трех дезертиров нас было уже не девять, а двенадцать человек, а мятежников, со смертью Дитмана Олансена, Боба и Фавна, оставалось только двадцать. Да и из этих двадцати Берт Райн, наверное, выбыл из строя, а среди остальных были такие слабосильные люди, как Сендри Байерс, Нанси, Джэкобс, Ларри и Ларс Якобсен.</p>
     <p>— Ну, говорите, что вам нужно? — спросил я троих, стоявших внизу. — Мне некогда долго разговаривать с вами. Меня ждет завтрак.</p>
     <p>Чарльз Дэвис выступил вперед, собираясь заговорить, но я оборвал его:</p>
     <p>— С вами, Дэвис, мне не о чем говорить, по крайней мере теперь. Потом, когда мы с вами явимся в суд, с которым вы мне так надоедали все эти месяцы, настанет ваш черед говорить. Но не забудьте, что тогда и у меня найдется кое-что сказать о вас.</p>
     <p>Он опять открыл было рот, но на этот раз его остановил Нози Мерфи.</p>
     <p>— Помолчи, Дэвис, а не то я заткну тебе глотку, — крикнул он на него. Потом взглянул на меня и сказал: — Мы хотим стать на работу — вот чего мы хотим.</p>
     <p>— Так не просят, — сказал я.</p>
     <p>— Сэр, — добавил он поспешно.</p>
     <p>— Вот так-то лучше.</p>
     <p>— Ради всего святого, сэр, не пускайте их на корму! — вдруг зашептал мне на ухо Том Спинк. — Они всех нас прикончат. И даже если вас не тронут, так мне-то несдобровать — спустят меня за борт в какую-нибудь темную ночь. Они мне ни за что не простят, что я перешел на вашу сторону, сэр.</p>
     <p>Я пропустил мимо ушей его причитания и обратился к трем висельникам:</p>
     <p>— Лучше ничего и придумать нельзя, как стать на работу, когда людям приходится круто, как теперь вам. Что ж, чтобы доказать ваши благие намерения, беритесь, не откладывая, за работу.</p>
     <p>— Мы хотели бы сперва поесть, сэр, — проговорил он робко.</p>
     <p>— А я хотел бы, чтобы вы сперва поставили паруса. И знайте раз и навсегда: моя воля на этом судне — закон.</p>
     <p>Нози Мерфи нерешительно взглянул на мальтийского кокнея, спрашивая у него совета. Тот подумал, посмотрел вверх на мачты, как будто сравнивая степень своих сил с требуемой работой, и, наконец, кивнул в знак согласия.</p>
     <p>— Ладно, сэр, мы поставим паруса, — сказал он. — Только пока мы будем работать, нельзя ли сварить нам поесть?</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Я не имел этого в виду и теперь не намерен менять мои распоряжения. Когда паруса будут приведены в порядок и все свалившееся на палубу убрано, вы получите полный обед.</p>
     <p>Надо правду сказать: когда они полезли на мачты, было видно, до чего они ослабели. У некоторых даже не хватало сил подняться. Бедняга Сендри Байерс поминутно подтягивал свой живот, а лицо Нанси никогда еще не имело такого безнадежного выражения, как когда он, по приказанию мальтийского кокнея, полез на мачту.</p>
     <p>Я должен мимоходом отметить случившееся на наших глазах чудо, которое привело нас в восторг. С помощью одного из патентованных шпилей люди поднимали брам-рею. Работа была трудная, и им приходилось круто. Сендри Байерс, грек Тони, Бомбини и Муллиган Джэкобс ворочали шпиль, Ларс Якобсен на своей сломанной ноге ковылял за ними. Нози Мерфи следил за работой.</p>
     <p>Когда, выбившись из сил, они на минуту остановились, взгляд Мерфи случайно упал на Чарльза Дэвиса — единственного человека, который не работал с самого начала плавания и теперь не принимал участия в общей работе.</p>
     <p>— Ну-ка, Дэвис, подсоби! — крикнул ему Мерфи.</p>
     <p>Маргарэт тихонько засмеялась, с интересом ожидая, чем это кончится.</p>
     <p>Морской законовед с изумлением взглянул на Мерфи и ответил:</p>
     <p>— Мне кажется, это не мое дело.</p>
     <p>Мерфи мигнул Сендри Байерсу, чтобы тот занял его место, выпрямился, подошел к Дэвису и спокойно сказал:</p>
     <p>— А мне кажется, что твое.</p>
     <p>И только. С минуту ни тот ни другой не говорили. Дэвис, по-видимому, обдумывал вопрос с юридической точки зрения. Люди у шпиля стояли тяжело дыша и с любопытством смотрели на них — все, кроме Бомбини, который незаметно улизнул и теперь стоял возле Мерфи.</p>
     <p>При создавшихся условиях решение, к которому пришел Чарльз Дэвис, было совершенно правильным, хотя и тут он не мог не поторговаться.</p>
     <p>— Я буду следить за работой, — сказал он.</p>
     <p>— Нет, ты будешь ковылять по кругу у одной из вымбовок<a l:href="#n_599" type="note">[599]</a>, — сказал Мерфи.</p>
     <p>Морской законовед не сделал промаха. Он хорошо знал, что ему приходится выбирать между жизнью и смертью: он подошел к шпилю и занял место.</p>
     <p>Пока шла работа, и люди ходили гуськом по маленькому кругу, мы с Маргарэт бессовестно громко смеялись, испытывая большое удовлетворение. И все наши люди выстроились вдоль края кормы, чтобы взглянуть на интересное зрелище — на Чарльза Дэвиса за работой.</p>
     <p>Должно быть, Нози Мерфи был тоже доволен, потому что, продолжая свое дело, он не спускал критического взгляда с Дэвиса.</p>
     <p>— Побольше перцу, Дэвис! — вдруг грубо скомандовал он. И Дэвис, вздрогнув, заметно приналег на работу.</p>
     <p>Это было уж слишком для наших молодцов — и желтокожих и белых, — все они захлопали в ладоши, хохоча. Я ничего не мог с ними поделать. Ведь это был праздник, день нашего торжества, и наши верные слуги заслуживали награды в виде невинного развлечения. Поэтому я им спустил нарушение дисциплины и этикета юта, и мы с Маргарэт отошли подальше в глубь кормы.</p>
     <p>У штурвала стоял один из наших гостей с Горна. Я велел ему держать курс на восток, на Вальпарайзо, и послал буфетчика вниз за едой для мятежников.</p>
     <p>— А когда нам выдадут следующую порцию, сэр? — спросил Нози Мерфи, когда буфетчик передал ему припасы.</p>
     <p>— В полдень, — ответил я. — И пока вы и вся ваша братия будете вести себя прилично, вам будут давать еду три раза в день. Порядок ваших смен можете устанавливать по своему усмотрению. Но судовая работа должна быть сделана, и сделана хорошо. И как только вы начнете отлынивать от работы, выдача пищи прекратится. Я кончил. Можете теперь отправляться на бак.</p>
     <p>— Еще одно слово, сэр, — сказал он поспешно. — Берту Райну совсем плохо. Он ничего не видит, сэр. Лицо у него страшно изуродовано, и как бы он не остался без глаз. И спать не может, все стонет.</p>
     <p>Хлопотливый выдался день. Я выбрал из нашей аптечки все, какие там были, средства от ожогов, и, узнав, что Мерфи умеет обращаться со шприцем для подкожного впрыскивания, дал ему шприц.</p>
     <p>Потом я долго работал с секстантом и, кажется, правильно произвел наблюдения и определил положение солнца в полдень. Впрочем, определять широту сравнительно легко, долгота дается труднее. Я читаю, изучая это искусство.</p>
     <p>Всю вторую половину дня легкий северный ветер гнал «Эльсинору» со скоростью пяти узлов в час. Теперь мы шли на восток, туда, где была земля, где были человеческие жилища, где были закон и порядок, какой всегда устанавливают люди, когда они организуются в группы. Как только мы придем в Вальпарайзо, где развевается государственный флаг, наши мятежники будут переданы в распоряжение береговых властей.</p>
     <p>Еще одним из моих дел в этот день было организовать смены вахты таким образом, чтобы три заморских гостя были разлучены. Одного из них Маргарэт взяла в свою смену вместе с парусниками, с Томом Спинком и с Луи наполовину белой расы и вполне благонадежен, и ему сказано, чтобы во всякое время — и на палубе и внизу — он неотступно следил за этим мечтателем с топазовыми глазами.</p>
     <p>В моей смене буфетчик, Буквит, Вада и двое мечтателей. К одному из них приставлен Вада, к другому — буфетчик. Мы не хотим рисковать. И днем и ночью, работают они или отдыхают, всегда есть бдительный надзор одного из наших верных людей.</p>
     <empty-line/>
     <p>Вчера вечером я сделал экзамен этим чужакам. Но прежде посоветовался с Маргарэт. Она уверена, и я с ней согласен, что наши мятежники хоть и пошли на уступки, но отнюдь не желают идти в Вальпарайзо и засесть там в тюрьму. Их план, по нашим соображениям, заключается в том, чтобы бежать с «Эльсиноры» на шлюпках, как только покажется земля. А если принять в расчет, что на баке есть отчаянные головы, которые ни перед чем не остановятся, то нет ничего невозможного в том, что они, перед тем как бежать, просверлят стальные стены судна и пустят его ко дну, ибо в морской практике это старый, известный прием, как и мятеж в открытом море.</p>
     <p>И вот я решил испытать наших таинственных незнакомцев. Это было вчера в час ночи. Двоих из них я взял с собой на бак в набег на шлюпки, которые надо было сломать, а одного оставил с Маргарэт, стоявшей в то время на вахте, и приставил к нему буфетчика с его длинным секачом. Тем двоим, которые должны были сопровождать меня, я дал понять знаками, что при первом же намеке на измену с их стороны их товарищ будет убит. А буфетчик в свою очередь подтвердил мою угрозу таким выразительным жестом, в значении которого нельзя было ошибиться, и мы с Маргарэт вынесли такое впечатление, что он не задумается подкрепить эту угрозу действием.</p>
     <p>С Маргарэт я оставил еще Буквита и Тома Спинка. Вада, оба парусника, Луи и два мечтателя с топазовыми глазами пошли со мной. Кроме боевого оружия, мы взяли с собой топоры. Палубу мы прошли незамеченными, по трапу средней рубки поднялись на мостик и по мостику дошли до передней рубки. Здесь были подвешены первые шлюпки, над которыми нам предстояло работать. Но прежде чем приступить к работе, я позвал караульного, стоявшего на носу.</p>
     <p>Это был Муллиган Джэкобс. Он перелез через обломки мостика, где все еще лежал упавший рей, и подошел ко мне бесстрашный, злой и неукротимый, как всегда.</p>
     <p>— Джэкобс, — заговорил я шепотом, — ты постоишь здесь возле меня, пока мы покончим со шлюпками. Согласен?</p>
     <p>— Уж не думаете ли вы, что я испугаюсь? — проворчал он, не понижая голоса. — Вы ломать шлюпки пришли? Что ж, валяйте! Какое мне дело! Я понимаю вашу игру. Понимаю и игру тех чертей, что дрыхнут в эту минуту под нами. Они хотят бежать на шлюпках, а вы хотите сломать шлюпки, чтобы не дать им бежать.</p>
     <p>— Тише! — попытался я заставить замолчать его, но тщетно.</p>
     <p>— Да чего вы боитесь? — продолжал он так же громко. — Они теперь набили животы и спят. У нас на ночных вахтах стоит только один человек — караульный. Даже Райн, и тот спит. После нескольких уколов нашей иголкой он перестал стонать… Делайте ваше дело, ломайте! Мне все равно. Моя больная спина мне дороже голов того сброда, что спит там внизу.</p>
     <p>— Если вы так их не любите, почему же вы не присоединились к нам? — спросил я.</p>
     <p>— Потому что вас я люблю еще меньше. Они такие, какими их сделали вы и ваши отцы. А кто такие вы и ваши отцы, черт вас возьми? — грабители человеческого труда. Да, их я не очень люблю, а вас и ваших отцов совсем не люблю. Я люблю только себя и свою несчастную спину — живое доказательство того, что нет никакого бога и что Броунинг — лжец.</p>
     <p>— Право, переходите к нам, — сказал я, идя навстречу его настроению. — Вашей спине станет легче.</p>
     <p>— А ну вас к черту! — огрызнулся он. — Делайте свое дело, ломайте шлюпки. Вы можете повесить некоторых из тех мерзавцев, а мне вы ничего не сделаете: про меня закон не писан. Я — калека, жертва тяжелых условий, былинка, закружившаяся в кипящем котле взаимной вражды людей с крепкими спинами и безмозглыми головами. Я слишком слаб, чтобы поднять руку на человека.</p>
     <p>— Ну, как хотите, — сказал я.</p>
     <p>— Как я могу хотеть — такой, как я есть? И что такое вся моя жизнь, да и вообще жизнь человеческая? Минутная вспышка света между вечной тьмой позади и вечной тьмой впереди. Отчего бы не родиться мне мотыльком или хоть обыкновенным смертным человеком со здоровой спиной, которого любили бы женщины? Да будь я даже свиньей, стоял бы себе у полного корыта, жирел бы и ни о чем не тужил… Ну, что же вы? Ломайте шлюпки. Играйте в вашу чертову игру, когда есть охота. А кончите вы так же, как и я: уйдете в темноту, и ваша темнота будет не светлее моей.</p>
     <p>— Как видно, на сытое брюхо человек становится храбрее, — сказал я язвительно.</p>
     <p>— А у меня на голодное брюхо яд моей ненависти становится вдвое сильнее… Ну, будет болтать. Ломайте шлюпки.</p>
     <p>— А чья это была мысль выкурить нас серой? — спросил я.</p>
     <p>— Я не скажу вам — чья, но знаю, что я завидовал этому человеку, пока его план не провалился. А чья была мысль облить Райна серной кислотой? У него мясо с лица отваливается клочьями.</p>
     <p>— Я тоже вам не скажу, чья это была мысль. Могу только сказать — не моя, и я рад, что не моя.</p>
     <p>— Оно всегда, конечно, приятно, чужими руками жар загребать, — проговорил он с усмешкой.</p>
     <p>Итак, мы уничтожили шлюпки. Благодаря хорошим топорам и ломам эта работа оказалась легче, чем я предполагал. Мечтатели с топазовыми глазами усердствовали больше всех. На крышах обеих рубок мы оставили груду обломков и благополучно вернулись на ют. Дело обошлось без единого выстрела. На баке, разумеется, проснулись от стука, но даже не пытались помешать нам.</p>
     <p>Как ошибаются авторы романов из морского быта, описывая нравы моряков! На судне двадцать человек команды, двадцать матросов-головорезов с самым темным прошлым, с тюрьмой и виселицей, ожидающими их в самом близком будущем. Казалось бы, что им нет другого выбора, как отстаивать себя с оружием в руках. В таком духе обыкновенно и ведется рассказ авторами морских романов. А между тем на «Эльсиноре» эти двадцать человек и голоса не подали, когда мы уничтожали последний их шанс на спасение.</p>
     <p>— А все-таки хотел бы я знать, где они добывали еду? — спросил меня буфетчик чуть не в сотый раз.</p>
     <p>Этот вопрос он задавал мне ежедневно с того дня, как еще мистер Пайк стал ломать над ним голову. И я подумал: что, если бы спросить об этом Муллигана Джэкобса, ответил бы он или нет? Во всяком случае эта загадка разрешится на суде в Вальпарайзо, а до тех пор мне, как видно, остается только покориться ежедневным приставаниям буфетчика.</p>
     <empty-line/>
     <p>— Мятеж в открытом море и убийство — преступления, а с преступниками нельзя церемониться, — сказал я сегодня утром нашим мятежникам, когда они все подошли к корме с жалобой на то, что мы уничтожили шлюпки, и с запросом о моих дальнейших намерениях.</p>
     <p>И пока я, стоя на краю кормы, с моего высокого места смотрел на этих жалких людей, передо мною встало видение прошлого: передо мной прошли все поколения моих жестоких, неукротимых властелинов-предков. С тех пор, как мы вышли из Балтиморы, уже три человека, три господина, стоявшие на этом высоком месте, ушли из жизни — Самурай, мистер Пайк и мистер Меллэр. И вот теперь здесь я, четвертый, не моряк, господин только по крови, как потомок моих предков, а работа на «Эльсиноре» шла по-прежнему своим чередом.</p>
     <p>Подо мной стоял Берт Райн с забинтованной головой, и я чувствовал к нему что-то вроде уважения. Он ведь тоже по-своему, по-подпольному, повелевал своей шайкой крыс. Плечом к плечу со своим изувеченным вожаком стояли Нози Мерфи и Кид Твист. Это он хотел, из-за своего страшного увечья, как можно скорее добраться до берега, чтобы обратиться к врачам. Риск попасть под суд он предпочитал риску лишиться жизни или, по крайней мере, потерять зрение.</p>
     <p>Команда разделилась на два лагеря. Предводителем восставших против трех висельников был, по-видимому, еврей Исаак Шанц, — тот самый, который был ранен в плечо. Уже сама по себе его рана свидетельствовала бы против него на суде, и он хорошо это знал.</p>
     <p>Вокруг Шанца плотной кучкой стояли мальтийский кокней, Энди Фэй, Артур Дикон, Фрэнк Фицджиббон, Ричард Гиллер и Джон Хаки.</p>
     <p>В группе союзников прежних вожаков были Коротышка, Соренсен, Ларс Якобсен и Ларри. Симпатии Чарльза Дэвиса явно склонялись к этой группе. Третью группу составляли Сендри Байерс, Нанси и грек Тони. Это была нейтральная группа. И наконец, не входя ни в одну из трех групп, стоял особняком Муллиган Джэкобс, должно быть, прислушиваясь к далеким отголоскам былых обид и уж, наверно, мучительно чувствуя, как раскаленные железные крюки впиваются ему в мозг.</p>
     <p>— Что вы намерены с нами сделать, сэр? — обратился ко мне Исаак Шанц, бросая этим вызов трем висельникам, так как по этикету они должны были начать переговоры.</p>
     <p>Берт Райн сердито обернулся на голос еврея, а сторонники еврея теснее сомкнулись вокруг него.</p>
     <p>— Отправить вас в тюрьму, — ответил я сверху. — И к вам будет применено самое строгое наказание, насколько это зависит от меня.</p>
     <p>— Зависит это от вас или нет — еще неизвестно, — дерзко оборвал меня Шанц.</p>
     <p>— Замолчи, Шанц! — прикрикнул на него Берт Райн.</p>
     <p>— А уж ты-то, мерзавец, получишь свое, если не от кого другого, так от меня, — окрысился Шанц.</p>
     <p>Боюсь, что я напрасно гордился собой, воображая, что я стал человеком действия, ибо теперь я так заинтересовался развитием происходившей на палубе драмы, что совершенно упустил из виду, что эта драма может завершиться трагедией.</p>
     <p>— Бомбини! — крикнул Берт Райн.</p>
     <p>Голос звучал повелительно: хозяин приказывал своей собаке. Бомбини ответил тем, что выхватил нож и шагнул к еврею. Но из кучки окружавших Шанца послышался громкий ропот, — звериный, грозный ропот по звуку и по смыслу.</p>
     <p>Бомбини остановился в нерешительности и оглянулся через плечо на своего вожака, хоть и не мог под повязками видеть его лицо и знал, что и тот не видит его;</p>
     <p>— Это — хорошее дело, Бомбини, — вмешался Чарльз Дэвис. — Делай, что тебе велят.</p>
     <p>— Не суйся с советами, Дэвис! — донесся из-за повязок голос Берта Райна.</p>
     <p>Кид Твист вынул револьвер и наставил его дулом сперва на Бомбини, а потом на кучку сторонников Шанца.</p>
     <p>Мне стало почти жаль итальянца, внезапно очутившегося между двух огней.</p>
     <p>— Бомбини, заколи этого жида! — приказал Берт Райн.</p>
     <p>Бомбини подвинулся еще на шаг, и вместе с ним подвинулись стоявшие по обе стороны вожака Кид Твист и Нози Мерфи.</p>
     <p>— Я не вижу его, — сказал Берт Райн, — но, клянусь Богом, увижу!</p>
     <p>И с этими словами он резким движением сдернул с головы повязки. Боль, которую при этом он должен был испытывать, была, надо думать, выше всякой меры. Тут я увидел его обезображенное лицо, но в моем английском языке нет слов, чтобы описать этот ужас.</p>
     <p>Я слышал, как испуганно вскрикнула стоявшая позади меня Маргарэт, и, оглянувшись, увидел, что она дрожит.</p>
     <p>— Бомбини, говорят тебе, — коли его и каждого, кто вздумает за него заступаться, — повторил Берт Райн. — Мерфи, присмотри, чтобы Бомбини сделал свое дело.</p>
     <p>Мерфи занес нож над спиной итальянца. Кид Твист продолжал угрожать револьвером группе еврея. И все трое подвигались вперед.</p>
     <p>Тут только я наконец опомнился и перешел от созерцания к действию.</p>
     <p>— Бомбини! — резко крикнул я.</p>
     <p>Он остановился и взглянул на меня.</p>
     <p>— Стой, где стоишь, пока я буду говорить, — приказал я ему. — Шанц! А ты смотри не промахнись. Райн — главарь на баке. Все вы должны слушаться его приказаний… пока мы не придем в Вальпарайзо. Тогда вы все вместе посидите в тюрьме, а до тех пор слово Райна для вас должно быть свято. Помни это и не дури. Пока к нам на борт не явилась полиция, я — за Райна… Бомбини, сделай то, что тебе приказывает Райн. Я застрелю первого, кто вздумает тебе помешать… Дикон, отойди от Шанца. Иди к борту.</p>
     <p>Все они знали, каким градом свинца может обсыпать их моя винтовка, — знал это и Артур Дикон. С секунду он колебался, но потом исполнил то, что я приказал.</p>
     <p>— Фицджиббон! Гиллер! Хаки! — окликнул я по очереди еще троих. — Отойдите! — И все трое повиновались.</p>
     <p>— Фэй!</p>
     <p>Этого пришлось окликнуть два раза, прежде чем он отошел к борту.</p>
     <p>Исаак Шанц стоял теперь один, и Бомбини заметно осмелел.</p>
     <p>— Щанц, а не находишь ли ты, что для тебя было бы полезнее перестать хорохориться и тоже отойти к борту? — сказал я ему.</p>
     <p>Он не медлил ни секунды и последовал моему совету.</p>
     <p>О, как сладок вкус власти! Я чуть было не увлекся моим литературным талантом: я был на волосок от того, чтобы прочесть лекцию этим негодяям, но, слава Богу, у меня хватило чувства меры, чтобы воздержаться.</p>
     <p>— Райн! — позвал я.</p>
     <p>Он поднял изуродованное лицо и замигал, силясь взглянуть на меня.</p>
     <p>— Пока Шанц будет слушаться вас, не трогайте его. Нам нужны рабочие руки, чтобы довести судно до места… Ах да, еще два слова о вас, о вашем леченье. Через полчаса пришлите ко мне Мерфи, — я выберу в нашей аптечке все лекарства от ожогов и дам ему для вас. Ну вот, теперь все. Ступайте на бак.</p>
     <p>И все они поплелись на бак, понурив головы, побежденные.</p>
     <p>— Но что такое с лицом этого человека? Что с ним случилось? — спросила меня Маргарэт.</p>
     <p>Скрывать дальше можно было, только прибегнув ко лжи, и я предпочел сказать ей правду. Я рассказал ей, как и почему старик-буфетчик, хорошо знавший белых людей и их нравы, облил Райна серной кислотой.</p>
     <p>Мне больше почти нечего писать. Мятеж на «Эльсиноре» прекратился. Расколовшейся было на два лагеря командой опять управляют три висельника, которым так же не терпится доставить в порт своего вожака, как мне не терпится засадить их в тюрьму. Первый этап нашего путешествия подходит к концу. При нашей теперешней скорости мы через два дня — самое большое — придем в Вальпарайзо. А оттуда, уже новым рейсом, «Эльсинора» направится в Ситтль.</p>
     <empty-line/>
     <p>Мне остается внести еще одну запись в этот необычайный шканечный журнал необычайного плавания, и тогда он будет закончен. Случилось это прошлой ночью. Я весь еще полон впечатлений этих счастливых минут, весь полон трепета и радостных ожиданий.</p>
     <p>Мы с Маргарэт вместе проводили последний час второй ночной вахты, стоя у края кормы. Так приятно было чувствовать, как «Эльсинора» под напором ветра несется на всех парусах, легко и плавно скользя по спокойному морю.</p>
     <p>Скрытые темнотой, прижавшись друг к другу, мы говорили о нашей любви и строили планы на будущее. И я нисколько не стыжусь сознаться, что я стоял за то, чтобы венчаться не откладывая. Я говорил: как только придем в Вальпарайзо, — посадим на «Эльсинору» новый состав команды и новых офицеров и отправим ее к месту ее назначения. А нас двоих пароходы и скорые поезда живо доставят домой. Ведь в Вальпарайзо, как во всяком городе, есть церкви, и можно взять разрешение на брак, так что мы можем обвенчаться перед тем, как сядем на пароход.</p>
     <p>Но Маргарэт была непреклонна. Уэсты никогда не покидали своих судов, — говорила она. Они всегда приводили их в порт, на место их назначения, или вместе с ними опускались на дно. «Эльсинора», выходя из Балтиморы в Ситтль, была под командой Уэста, и теперь, выходя из Вальпарайзо с новым составом команды и офицеров, она должна прийти в Ситтль с одной из Уэстов на борту.</p>
     <p>— Но подумай, моя дорогая, ведь это плавание займет еще несколько месяцев, — возражал я. — Вспомни, что сказал Генлей: «Каждый поцелуй отнимает у нас частицу нашей жизни».</p>
     <p>Она прижалась своими губами к моим.</p>
     <p>— А мы все-таки будем целоваться, — сказала она.</p>
     <p>Но я, дурак, не понял.</p>
     <p>— Ах, эти скучные, скучные месяцы, — жалобно затянул я.</p>
     <p>Она засмеялась своим журчащим смехом.</p>
     <p>— Глупый, глупый ты мальчик! Неужели ты не понимаешь?..</p>
     <p>— Я понимаю только, что от Вальпарайзо до Ситтля тысячи миль.</p>
     <p>— Нет, ты не хочешь понять.</p>
     <p>— Да, я дурак, — согласился я. — Я знаю одно: мне нужна ты, мне нужна ты!</p>
     <p>— Ты милый, и я тебя очень люблю, но ты ужасно глуп. — И, говоря это, она взяла мою руку и приложила ее ладонью к своей щеке. — Ну, говори, что ты чувствуешь?</p>
     <p>— Горячую, очень горячую щеку.</p>
     <p>— Это оттого, что я краснею за твою недогадливость, благодаря которой мне приходится сказать все самой, — пояснила она. — Ты ведь сам только что сказал, что в Вальпарайзо можно добыть разрешение на брак. Ну, и… и…</p>
     <p>— Ты хочешь сказать?.. — пролепетал я, не смея верить.</p>
     <p>— Вот именно, — подтвердила она.</p>
     <p>— Так наш медовый месяц мы проведем на «Эльсиноре», в пути из Вальпарайзо в Ситтль? — воскликнул я, не помня себя от радости.</p>
     <p>— Ах, эти скучные, скучные месяцы! Ах, эти тысячи миль! — затянула она, передразнивая меня, но я поцелуями заставил ее умолкнуть.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод М. Шишмаревой</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Лунная долина</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Часть первая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
      </title>
      <p>Слушай, Саксон, пойдем со мной. А если бы и в «Клуб каменщиков»? Чем плохо? У меня там найдутся знакомые кавалеры, у тебя тоже. И потом оркестр Ола Виста… Ты же знаешь, он чудно играет. А ты любишь потанцевать…</p>
      <p>Девушку прервала грузная пожилая женщина, работавшая поодаль. Она стояла спиной к подругам, и эта спина, рыхлая, сутулая и неуклюжая, начала вдруг судорожно вздрагивать.</p>
      <p>— Господи! — простонала женщина. — О го-осподи!</p>
      <p>Как затравленный зверь, бросала она вокруг себя яростные взгляды.</p>
      <p>В большой комнате, где было жарко, как в пекле, работало несколько десятков гладильщиц, и пар от шипевшего под их утюгами влажного белья густым слоем сырости оседал на выбеленных стенах. Девушки и женщины, работавшие с нею рядом, безостановочно и быстро водили утюгами; услышав крик, они стали озираться, невольно нарушая равномерный ритм своих ловких и быстрых движений, а это не могло не отразиться на их работе, так как гладильщицы тонкого крахмального белья были на сдельщине.</p>
      <p>Женщина, наконец, овладев собой, схватила утюг и стала машинально водить им по воздушной блузке с рюшами, лежащей на доске.</p>
      <p>— Я уж думала, с ней опять начинается… — сказала девушка.</p>
      <p>— Слыханное ли дело! Женщина в ее возрасте, с этакой семьей… — отозвалась Саксон, разглаживая горячим утюгом для плойки кружевную оборку. Трудно было не залюбоваться ее бережными, уверенными и быстрыми движениями. Хотя ее лицо побледнело от усталости и невыносимой жары, движения оставались точными и быстрыми.</p>
      <p>— У бедняжки семеро детей, двое из них в исправительной школе, — сочувственно заметила ее подруга. — Но только ты, Саксон, непременно приходи завтра в Визелпарк, — вернулась она к прежнему разговору. — У «Каменщиков» всегда бывает весело: перетягивание каната, бег толстяков, настоящая ирландская джига и… многое другое. И танцевальный зал там отличный.</p>
      <p>Однако пожилая женщина снова ее прервала: утюг выскользнул у нее из рук прямо на блузку, женщина попробовала было ухватиться за доску, но колени ее ослабели, и она, как мешок, упала на пол. Протяжный крик раздался в душной комнате, и тут же едко запахло спаленной тканью. Соседки бросились прежде всего к горячему утюгу, чтобы спасти блузку, а затем уже к упавшей. В проходе показалась старшая мастерица, она с грозным видом спешила к месту происшествия. Женщины, стоявшие подальше, продолжали работать, но в их движениях чувствовалась неуверенность. В общей сложности они, должно быть, потеряли не меньше минуты.</p>
      <p>— От такой жизни собака околеет, — пробормотала первая гладильщица, решительно ставя свой утюг на подставку. — А девушке — впору удавиться. Брошу я это, вот и все.</p>
      <p>— Мери! — Саксон произнесла имя приятельницы с такой глубокой укоризной, что и ей самой пришлось поставить утюг и потерять еще с десяток движений.</p>
      <p>Мери испуганно покосилась на нее.</p>
      <p>— Я не то хотела сказать, Саксон, — прошептала она. — Даю честное слово, я бы никогда не пошла по дурной дорожке. Но сама посуди, разве человеческие нервы могут выдержать хотя бы такой день, как сегодня! Нет, ты послушай!</p>
      <p>Упавшая женщина, лежа на спине, колотила ногами по полу и выла однообразно и непрерывно, точно заводская сирена. Две работницы, подхватив товарку под руки, поволокли ее вдоль прохода, но она не переставала колотить ногами и кричать. Дверь открылась, ворвавшийся рев и грохот машин заглушили шум и крики еще до того, как она захлопнулась. В комнате от всего этого происшествия остался только едкий запах сожженной ткани.</p>
      <p>— Дышать нечем, — сказала Мери.</p>
      <p>Потом утюги снова заходили вперед-назад, гладильщицы уже не замедляли темпа, а старшая мастерица прогуливалась между досками и грозно следила, не рухнет ли опять кто-нибудь на пол, не сделается ли еще с кем-нибудь истерика. Иногда то одна, то другая гладильщица останавливалась, чтобы утереть пот и перевести дыхание, затем снова с отчаянной решимостью бралась за утюг, стараясь наверстать потерянное время.</p>
      <p>Длинный летний день кончался, но жара не спадала, и работа продолжалась при ослепительном электрическом свете.</p>
      <p>Только около девяти часов работницы начали расходиться по домам. Гора крахмального кружевного белья почти исчезла, осталось всего несколько штук на досках, у которых гладильщицы еще заканчивали работу.</p>
      <p>Саксон освободилась раньше Мери и перед уходом задержалась у ее доски.</p>
      <p>— Вот и суббота, еще одна неделя прошла, — сказала печально Мери; ее бледные щеки впали, усталые черные глаза были обведены синими кругами. — Сколько ты, Саксон, по-твоему, заработала?</p>
      <p>— Двенадцать с четвертью, — ответила Саксон не без гордости. — И я бы заработала еще больше, если бы не эти чертовки крахмальщицы.</p>
      <p>— Молодчина! Поздравляю, — отозвалась Мери. — За тобой не угонишься, у тебя работа прямо кипит в руках. Я заработала всего десять с половиной, а ведь неделя была очень тяжелая… Ну, приходи к поезду в девять сорок. Да не опоздай. Мы еще успеем погулять до танцев. К вечеру там соберется пропасть знакомой молодежи.</p>
      <p>Пройдя два квартала, Саксон увидела на углу под электрическим фонарем группу хулиганов и ускорила шаг. Когда она проходила мимо них, ее лицо невольно приняло суровое выражение. Она не разобрала слов, сказанных ей вслед, но догадалась о их смысле по наглому смеху, которым они сопровождались; кровь хлынула ей в лицо, и щеки разгорелись от гнева. Миновав еще три квартала, она свернула сначала налево, потом направо. Ночь становилась холоднее. По обе стороны улицы тянулись дома, где жили рабочие, — ветхие деревянные хибарки с облупившейся штукатуркой. Дома эти отличались своим убожеством и относительной дешевизной квартир.</p>
      <p>Было очень темно, Саксон сразу нашла знакомые покосившиеся ворота, и их укоризненный скрип, как обычно, приветствовал ее. Она прошла по узкой дорожке к заднему крыльцу, машинально перешагнула через недостающую ступеньку и вошла в кухню, где слабо мерцал одинокий газовый рожок. Саксон насколько возможно прибавила света. Комнатка была маленькая, но в ней царил порядок, ибо для беспорядка здесь стояло слишком мало предметов. Штукатурка позеленела от частых стирок и вся потрескалась — результат сильного землетрясения, случившегося прошлой весной. Пол был неровный, с широкими трещинами, перед печкой он прогорел, и на этом месте был прибит расплющенный пятигалонный бидон из-под керосина, сложенный вдвое. Ушат, грязное полотенце на ролике, несколько стульев, деревянный стол — вот и вся обстановка.</p>
      <p>Огрызок яблока хрустнул у нее под ногой, когда она поставила стул к столу. На протертой клеенке ждал ужин. Саксон попробовала холодную фасоль с застывшим салом, но отодвинула ее и намазала маслом ломтик хлеба.</p>
      <p>Шаткий пол затрясся от тяжелых медленных шагов, и из внутренней двери вошла в кухню Сара, женщина средних лет, растрепанная, с отвисшей грудью и сердитым лицом, которое постоянные заботы избороздили морщинами.</p>
      <p>— А, это ты… — пробурчала она вместо привета. — Ужин остыл, ничего не поделаешь. Ну и денек! Я чуть не умерла от жары. К тому же Гарри ужасно порезал себе губу. Доктор наложил ему четыре шва.</p>
      <p>Сара подошла ближе и грузно навалилась на стол.</p>
      <p>— Почему это ты не ешь фасоль? — вызывающе спросила она.</p>
      <p>— Ничего, просто… — Саксон смолкла, удерживая подступившие рыдания, — просто есть не хочется. Весь день стояла такая жара; в прачечной положительно дышать было нечем.</p>
      <p>Саксон храбро отхлебнула холодного чаю, успевшего уже прокиснуть, и, чувствуя на себе взгляд невестки, сделала отчаянное усилие и выпила всю чашку. Она вытерла рот носовым платком, затем поднялась.</p>
      <p>— Я, кажется, лягу спать.</p>
      <p>— Удивляюсь, как это ты не пошла на танцы, — язвительно заметила Сара. — Странно, ты каждый день приходишь домой полумертвая от усталости — и все-таки готова танцевать все ночи напролет.</p>
      <p>Саксон хотела было ответить, но передумала и крепко сжала губы; затем не удержалась и вдруг выпалила:</p>
      <p>— Ты, видно, никогда молодой не была! Не дожидаясь ответа, она пошла в свою спальню, смежную с кухней. Это была тесная комнатенка — пять метров в длину и три в ширину; землетрясение и здесь оставило следы на штукатурке. Вся обстановка состояла из дешевой сосновой кровати, стула и старого-престарого комода. Этот комод Саксон помнила с раннего детства, с ним были связаны самые далекие воспоминания. Он еще путешествовал в повозке по прериям вместе с ее родными. Комод был из цельного красного дерева, один его угол треснул, когда повозка опрокинулась в Рок-Кэньон; отверстие от пули в верхнем ящике осталось после стычки с индейцами возле Литтл Мэдоу. Обо всех этих приключениях ей рассказывала мать; она рассказала ей также, что этот комод был вывезен их предками из Англии очень давно — еще до того, как родился Джордж Вашингтон.</p>
      <p>Над комодом висело небольшое зеркальце. За его раму были засунуты фотографии молодых людей и девушек, группы, снятые на пикниках; молодые люди, залихватски сдвинув шляпы на затылок, обнимали своих дам. Рядом висел иллюстрированный календарь и множество цветных реклам и картинок, вырезанных из журналов. На большей части картинок были изображены лошади. Целая коллекция густо исписанных каракулями бальных карточек висела на газовом рожке.</p>
      <p>Саксон начала было снимать шляпу, но вдруг опустилась на кровать. Она тихонько заплакала, стараясь, чтобы ее всхлипываний не было слышно. Однако дощатая дверь вдруг бесшумно распахнулась, и девушку испугал голос невестки:</p>
      <p>— Ну, чего еще? Если тебе не нравится фасоль…</p>
      <p>— Нет, нет, — заверила ее Саксон. — Я очень устала, вот и все; и ноги у меня болят. Я не голодна, Сара, я ужасно устала.</p>
      <p>— Пришлось бы тебе возиться с хозяйством, — резко ответила Сара, — да печь, да варить, да стирать — словом, делать все, что я делаю, ты бы знала, что такое усталость. А то живешь, как барыня. Но, подожди, — Сара злорадно засмеялась, — тебе тоже заморочат голову, как и всем девушкам, ты выйдешь замуж: и пойдут у тебя ребята, ребята, ребята, и уже не будет ни танцев, ни шелковых чулок, ни трех пар туфель зараз. Теперь какие у тебя заботы? Только и думаешь о своей драгоценной особе да о молодых лодырях, которые пялят на тебя глаза и напевают тебе про твои прекрасные глазки. Но погоди! В один прекрасный день свяжешься с кем-нибудь из них, и он тебя для разнообразия так разукрасит синяками, что мое почтение!</p>
      <p>— Зачем ты это говоришь, Сара, — упрекнула ее Саксон. — Мой брат никогда тебя пальцем не тронул. Ты отлично знаешь!</p>
      <p>— Еще бы! Где уж ему! Но во всяком случае он лучше тех лодырей, с которыми ты шляешься, хоть и не может купить жене три пары башмаков сразу; да, получше твоих хулиганов, — порядочной женщине на них плевка жалко. Не понимаю, как ты до сих пор не попала с ними в беду. Может, молодое поколение умнее нас в этих делах, не знаю. Знаю только, что если у молодой девицы три пары башмаков — значит, она ни о чем не думает, кроме своего удовольствия, и допляшется до беды, уж поверь мне. Когда я была девушкой, мы не позволяли себе этого. Мать шкуру бы с меня спустила, кабы я вела себя так, как ты! И она была права. А теперь все идет шиворот-навыворот. Взять хотя бы твоего брата: бегает по митингам социалистов, горячится, болтает там всякий вздор, платит взносы в этот их забастовочный фонд и вырывает у своих детей изо рта последний кусок хлеба, вместо того чтобы поладить с хозяином. Да на эти взносы я могла бы себе купить семнадцать пар башмаков! Но только я не такая дура, чтобы форсить. И, помяни мое слово, добром это не кончится. А что тогда будет с нами? Что я буду делать, если у меня пять ртов и некому их кормить?</p>
      <p>Она замолчала, чтобы перевести дыхание, но все в ней кипело, и она готова была разразиться новой тирадой.</p>
      <p>— Сара, прошу тебя, закрой дверь, — попросила Саксон.</p>
      <p>Дверь с шумом захлопнулась, и Саксон, перед тем как снова расплакаться, услышала, что Сара гремит чем-то на кухне и сама с собой разговаривает вслух.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
      </title>
      <p>Обе девушки купили себе билеты у входа в Визел-парк, и каждая, выкладывая свои полдоллара, ясно представляла себе, сколько штук крахмального белья надо выгладить, чтобы добыть эту сумму.</p>
      <p>Было еще рано, но каменщики, нагруженные объемистыми корзинами с завтраком и неся детей на руках, уже гуляли по парку, — все дюжие молодцы, сытые, с хорошим заработком. Подле них семенили дедушки и бабушки, поменьше ростом и потоньше; несмотря на приличную американскую одежду, было видно, что высохли они не от старости, но от недоедания в молодые годы, от ранних трудов и лишений: большинство из них родилось еще в Ирландии. И сейчас их лица сияли удовольствием и гордостью, когда они ковыляли вслед за своим потомством, выросшим на более сытных хлебах и питавшимся несравненно лучше.</p>
      <p>Мери и Саксон чувствовали себя чужими среди этих людей, не знали их, не были ни с кем знакомы. Девушкам было все равно, кто празднует — ирландцы, немцы или словаки, кто устраивает это гулянье — каменщики, конюхи или кузнецы. Подруги принадлежали к тем любительницам потанцевать, благодаря которым на всяких празднествах сборы с входных билетов повышаются на несколько процентов.</p>
      <p>Девушки побродили между палатками, где продавцы жарили кукурузные зерна и земляные орехи, затем наведались в павильон для танцев. Саксон, как будто прижимаясь к воображаемому кавалеру, сделала несколько плавных туров вальса. Мери захлопала в ладоши.</p>
      <p>— Здорово! — воскликнула она. — Ты чудо как хороша! А чулки твои прямо прелесть!</p>
      <p>Саксон поблагодарила ее улыбкой, выставила ногу, обутую в бархатную туфлю на высоком французском каблуке, и слегка приподняла узкую черную юбку, открывая красивую лодыжку и изящную линию икр; ее белая нога просвечивала сквозь самый тонкий и прозрачный черный шелковый чулок, какой можно купить по пятьдесят центов пара. В очертаниях ее стройной, хоть и невысокой фигуры была женственная мягкость. На белой блузке красовалось плиссированное жабо из дешевых кружев, приколотое огромной брошкой из поддельного коралла. Поверх блузки была надета ловко сидящая жакетка с короткими рукавами. Перчатки из поддельной замши доходили до локтя. Зато волосы у нее не были завиты щипцами, а вились от природы, и несколько непокорных локонов выбивалось из-под задорной черной бархатной шляпки, низко надвинутой на лоб.</p>
      <p>Черные глаза Мери заблестели от восхищения; подбежав к подруге, она схватила ее в объятия, стиснула что есть силы и поцеловала, а потом тут же отпустила, краснея за свой порыв.</p>
      <p>— Мне ты очень нравишься! — воскликнула она, как бы оправдываясь.</p>
      <p>— Будь я мужчиной, я не могла бы от тебя оторваться. Я бы съела тебя, честное слово!</p>
      <p>Подруги вышли из павильона и стали гулять по солнечным дорожкам, взявшись за руки и весело раскачивая их, наслаждаясь отдыхом после целой недели изнурительного труда. Они постояли около «медвежьей ямы» и, перегнувшись через барьер, с содроганием смотрели на ее огромного одинокого обитателя, а оттуда прошли к клетке с обезьянами и хохотали там добрых десять минут. Обойдя весь парк, они поглядели сверху на беговую дорожку у подножья естественного амфитеатра, где после полудня должны были начаться игры; потом пошли бродить по рощам, по бесчисленным тропинкам, неожиданно приводившим в укромные тенистые уголки с зелеными столами и скамейками, многие из которых уже были заняты гуляющими и их семьями. В конце концов они выбрали заросший деревьями склон, разложили газету и сели на коротко подстриженную траву, уже порыжевшую под лучами калифорнийского солнца. Им хотелось лениво понежиться после недели напряженной работы и сберечь силы для предстоящих танцев.</p>
      <p>— Берт Уонхоп наверняка будет, — болтала Мери. — И он сказал, что непременно приведет Билла Робертса — «Большого Билла», как его зовут товарищи. Это огромный взрослый мальчуган, но с фанаберией. Он боксер, и все девушки бегают за ним. Я прямо боюсь его. Не слишком боек на язык, — скорее вроде того огромного медведя, которого мы только что видели. Бр-р! — возьмет да и откусит тебе голову. На самом деле он не боксер, а возчик, и состоит в союзе. Служит у Корберли и Моррисона. Но когда клубы устраивают боксерские матчи, он иногда участвует в них. Все перед ним трепещут: у него отвратительный характер — его хлебом не корми, а дай кого-нибудь поколотить. Тебе он не понравится, но он отлично танцует. Такой здоровенный, а танцует очень легко — прямо как будто летает. Тебе непременно надо потанцевать с ним хоть разок. И щедрый, не скаред. Но характер — боже упаси!</p>
      <p>Разговор, скорее монолог. Мери перешел, как всегда, на Берта Уонхопа.</p>
      <p>— Вы, как видно, очень дружите? — осторожно заметила Саксон.</p>
      <p>— Да я бы за него хоть завтра пошла, — горячо выпалила та; на мгновенье лицо ее померкло и стало почти суровым в своей откровенной печали, — но он молчит. Он… — И Мери продолжала с внезапно вспыхнувшей! страстью: — Остерегайся его, Саксон, если он вздумает ухаживать за тобой! Берт человек легкомысленный… И все-таки я бы за него вышла хоть завтра. А иначе он меня не получит. — Губы ее приоткрылись, но она ничего не сказала, а только вздохнула. — Чудной этот мир, не правда ли? — неожиданно добавила она. — И какой бестолковый! И звезды — это тоже миры. Хотела бы я знать, где же бог? Берт Уонхоп уверяет, что никакого бога нет. Но он ужасный человек и говорит ужасные вещи. Я верю в бога. А ты? Что ты на этот счет думаешь, Саксон?</p>
      <p>Саксон пожала плечами и засмеялась.</p>
      <p>— Ведь если мы поступаем дурно, мы будем наказаны, верно? — настаивала Мери, — Так говорят все, кроме Берта. А он говорит, что ему наплевать, как он себя ведет, потому что мертвому все трын-трава. «Уж коли, говорит, я мертвый, хотел бы я посмотреть, каким наказанием меня можно разбудить!» Ну, не ужасный ли человек? Но все это так страшно… Мне иногда становится жутко, когда вспомню, что бог все время видит меня. Как ты думаешь, он слышит, что я сейчас говорю тебе? Ну хоть как он, по-твоему, выглядит?</p>
      <p>— Не знаю, — ответила Саксон. — По-моему, бога нарочно выдумывают, каждый выдумывает по-своему.</p>
      <p>— Ой! — ахнула Мери.</p>
      <p>— Но, судя по тому, что все говорят о нем, — он все-таки существует, — решительно продолжала Саксон. — Мой брат считает, что он похож на Авраама Линкольна. Сара говорит, что у него баки.</p>
      <p>— А я никак не могу себе представить, что у бога пробор, — призналась Мери, вздрагивая оттого, что осмелилась высказать вслух столь дерзостную мысль. — Он не может носить пробор, это было бы странно.</p>
      <p>— Ты знаешь такого низенького сморщенного мексиканца, который продает игрушки-головоломки? — спросила Саксон. — Так вот бог, по-моему, чем-то похож на него.</p>
      <p>Мери расхохоталась.</p>
      <p>— Вот уж ты действительно говоришь странные вещи. Мне никогда ничего подобного в голову не приходило. Чем же он походе?</p>
      <p>— Ну, мне кажется, что он, подобно тому коротышке-мексиканцу, каждому задает мудреную головоломку, а люди всю свою жизнь стараются разрешить ее. Но никто с ней не справляется. И я не могу разрешить свою головоломку. Не знаю, с чего и начать. Посмотри, какую головоломку он задал Саре. А сама Сара составляет часть головоломки Тома и только мешает ему. И все они — все, кого я знаю, и ты тоже, — вы все составляете часть моей головоломки.</p>
      <p>— Может быть, насчет головоломок и правильно, — согласилась Мери,</p>
      <p>— Но только бог не похож на этого старичка мексиканца. Тут я не согласна. Бог ни на кого не похож. Помнишь, на стене в помещении Армии спасения была надпись: «Бог есть дух»?</p>
      <p>— А это тоже одна из его загадок: ведь никто не знает, как выглядит дух.</p>
      <p>— И это верно… — Мери вздрогнула от ужасного воспоминания. — Когда я пытаюсь представить себе, что бог есть дух, я вспоминаю Хэна Миллера. Он как-то завернулся в белую простыню и побежал прямо на нас, девушек. Мы не знали, что это он, и до смерти перепугались. Маленькой Мэгги Мэрфи сделалось дурно, а Беатриса Перальта упала и разбила себе лицо. Когда я думаю о духе, то все, что я могу вообразить, — это белая простыня, бегущая в темноте. Но во всяком случае бог не похож на мексиканца, и нет у него пробора.</p>
      <p>Музыка, донесшаяся из танцевального зала, заставила обеих девушек проворно вскочить на ноги.</p>
      <p>— Мы можем до обеда протанцевать несколько танцев, — предложила Мери. — А после полудня соберутся все кавалеры. Большинство из них жаднюги и приходят попозже, чтобы не приглашать барышень к обеду. Но Берт не такой и Билл тоже. Они пригласят нас в ресторан, если им кто-нибудь не подвернется раньше. Пойдем скорее, Саксон.</p>
      <p>Когда девушки вошли в павильон, там кружилось только несколько пар, и первый вальс они танцевали друг с другом.</p>
      <p>— А вот и Берт, — прошептала Саксон, когда они заканчивали второй тур.</p>
      <p>— Не смотри на них, — прошептала Мери в ответ. — Будем танцевать, как и раньше. Пусть не думают, будто мы гоняемся за ними.</p>
      <p>Но Саксон заметила, что ее подруга покраснела, и услышала ее учащенное дыхание.</p>
      <p>— А ты обратила внимание на его товарища? — спросила Мери, увлекая Саксон в фигуре вальса на другой конец зала. — Это и есть Билл Роберте. Берт сказал, что приведет его. Он пригласит обедать тебя, а Берт — меня. Сегодня будет здорово, вот увидишь. Только бы музыка не перестала играть, пока мы вернемся на тот конец.</p>
      <p>И обе девушки продолжали кружиться в вальсе, мечтая о кавалерах и об обеде. Молоденькие и хорошенькие, они танцевали с увлечением; когда музыка оборвалась и они очутились в опасной близости от обоих молодых людей, обе сделали вид, будто приятно удивлены.</p>
      <p>Берт и Мери звали друг друга по имени, но Саксон величала Берта: «Мистер Уонхоп» хотя он и называл ее просто Саксон. Оставалось только познакомить ее с Биллом Робертсом. Мери представила их друг другу с напускной небрежностью.</p>
      <p>— Мистер Роберте — мисс Браун! Это мой лучший друг. Ее зовут Саксон. Не правда ли, странное имя?</p>
      <p>— А мне очень нравится, — ответил Билл, снимая шляпу и протягивая руку. — Рад познакомиться с вами, мисс Браун!</p>
      <p>Саксон тоже протянула руку и ощутила мозоли на ладони возчика; впрочем, за одно мгновение она успела рассмотреть еще очень многое. Он же видел только ее глаза; и сначала ему показалось, что они голубые, лишь много позже он разобрал, что они серые. Она-то сразу разглядела цвет его глаз — темно-синие, большие, красивые, а выражение мальчишески-упрямое.</p>
      <p>Ей понравился его открытый взгляд, понравилось прикосновение и пожатие его руки. Она разглядела также — правда, не так отчетливо — его короткий прямой нос, здоровый румянец на щеках и решительно вздернутую верхнюю губу; с особенным удовольствием она остановила свой взгляд на красивой линии четко очерченного, хотя довольно большого рта, улыбавшегося алыми губами, за которыми блестели ослепительно белые зубы.</p>
      <p>«Мальчуган, огромный, взрослый мальчуган», — подумала она. Они улыбнулись друг другу, и, когда их руки разомкнулись, девушка про себя удивилась цвету его волос — коротких, вьющихся и отливающих золотом, хотя они были светлые, как лен.</p>
      <p>Он был так белокур, что напомнил ей виденные на сцене образы какого-нибудь Оле Ольсона или Иона Ионсона; но на том сходство и кончалось. Брови и ресницы его были темнее, взгляд отнюдь не ребяческий, а по-мужски твердый и выразительный. Костюм из хорошего темного сукна явно был сшит у портного. Саксон тотчас одобрила его и решила, что он стоит уж никак не меньше пятидесяти долларов. Кроме того, в Билле не было и тени той неуклюжести, которая присуща выходцам из скандинавских стран. Напротив, он принадлежал к числу тех немногих, в ком грация мощного телосложения чувствуется, несмотря даже на современный неуклюжий мужской костюм. Каждое его движение было гибким, уверенным, неторопливым. Конечно, всего этого Саксон не могла ни заметить сразу, ни осознать. Она видела перед собой лишь хорошо одетого человека, его плавные, гибкие движения и статную фигуру, улавливала спокойную и уверенную игру всех его мышц; чувствовала также, что с ним она обретет покой и отдых, которых так жаждала после целой недели непрерывного и неистового глажения тонкого крахмального белья. И, так же как прикосновением руки, он действовал на нее благотворно всем своим существом — телом и душой.</p>
      <p>Когда Билл взял у нее карточку и, как все молодые люди, принялся шутить и перебрасываться с нею остротами, она сразу поняла, как сильно он ей понравился. Никогда еще за всю свою жизнь Саксон не была в таком восхищении от мужчины, и девушка удивленно спрашивала себя: «Неужели это „? «?“</p>
      <p>Билл танцевал превосходно, и она почувствовала то удовольствие, какое испытывают хорошие танцоры, найдя подходящего партнера. Его плавные, красивые движения в совершенстве гармонировали с музыкой. Ни колебаний, ни заминок. Она поглядывала на Берта: тот лихо отплясывал с Мери, то и дело налетая на другие пары, число которых все увеличивалось. Берт — высокий, стройный, гибкий — тоже считался хорошим танцором, но Саксон не помнила, чтобы, танцуя с ним, она когда-нибудь испытывала особенное удовольствие. Мешала какая-то его порывистость, — она сказывалась далеко не всегда, но могла проявиться в любую минуту. В натуре Берта чувствовалось что-то судорожное, торопливое. Он был слишком неуравновешен, и всегда можно было ожидать от него какого-нибудь резкого движения. Казалось, он вечно боится куда-то опоздать. Своим постоянным беспокойством он действовал на нервы.</p>
      <p>— Вы замечательно танцуете, — сказал Билл Роберте. — Я это уже от многих слышал.</p>
      <p>— Я люблю танцевать, — ответила Саксон.</p>
      <p>Но по тому, как она это сказала, он почувствовал, что она предпочитает не разговаривать во время танцев, и продолжал танцевать молча, а у нее стало тепло на душе, — она оценила его внимание. В той жизни, которая окружала, редко можно было встретить бережное и чуткое отношение к женщине. «Неужели это действительно он?» Саксон вспомнила слова Мери относительно Берта: «Я завтра же вышла бы за него» — и поймала себя на мысли, что и сама готова была бы выйти за Билла Робертса хоть завтра, сделай он ей предложение.</p>
      <p>Его сильные, властные руки кружили ее в танце, и ей хотелось, грезя, сомкнуть глаза. Боксер! Представив себе, что сказала бы Сара, если бы могла сейчас увидеть ее, Саксон позлорадствовала в душе. Но ведь он не профессиональный боксер, а возчик…</p>
      <p>Внезапно движения танцующих стали более плавными, объятия Билла более настойчивыми, и Саксон показалось, что ее подняли и понесли, хотя ее ножки в бархатных туфельках и не отрывались от пола. Затем ритм танца опять изменился, партнер Саксон слегка отпустил ее, и, глядя друг другу в глаза, они рассмеялись над тем, как ловко это у них выходит.</p>
      <p>В конце, на последних тактах, оркестр замедлил темп, и они, словно замирая вместе с музыкой, стали медленно скользить по залу и остановились только с последним звуком.</p>
      <p>Пробираясь с ней сквозь толпу в поисках Мери и Берта, он сказал:</p>
      <p>— Что касается танцев, то мы с вами неплохая парочка!..</p>
      <p>— Это был сон, — отвечала она.</p>
      <p>Она сказала это так тихо, что ему пришлось наклониться, чтобы расслышать, и он увидел, как пылают ее щеки и этот пламень словно отражается в ее глазах мягким чувственным блеском. Он взял у нее из рук карточку и торжественно написал на ней свое имя огромными буквами через весь листок.</p>
      <p>— А теперь, — сказал он задорно, — ее можно бросить. Она уже не нужна.</p>
      <p>И он разорвал бумажку.</p>
      <p>— Следующий вальс со мной, Саксон, — заявил Берт, когда они встретились. — А ты, Билл, поверти Мери.</p>
      <p>— Никак нельзя, Берт, — ответил тот. — Мы с Саксон сговорились танцевать вместе весь день.</p>
      <p>— Смотри, Саксон, — лукаво предупредила ее Мери, — он еще влюбится в тебя!</p>
      <p>— Что ж, мне кажется, я умею ценить хорошее с первого взгляда, — галантно отвечал Билл. меньше пятидесяти долларов. Кроме того, в Билле не было и тени той неуклюжести, которая присуща выходцам из скандинавских стран. Напротив, он принадлежал к числу тех немногих, в ком грация мощного телосложения чувствуется, несмотря даже на современный неуклюжий мужской костюм. Каждое его движение было гибким, уверенным, неторопливым. Конечно, всего этого Саксон не могла ни заметить сразу, ни осознать. Она видела перед собой лишь хорошо одетого человека, его плавные, гибкие движения и статную фигуру, улавливала спокойную и уверенную игру всех его мышц; чувствовала также, что с ним она обретет покой и отдых, которых так жаждала после целой недели непрерывного и неистового глажения тонкого крахмального белья. И, так же как прикосновением руки, он действовал на нее благотворно всем своим существом — телом и душой.</p>
      <p>Когда Билл взял у нее карточку и, как все молодые люди, принялся шутить и перебрасываться с нею остротами, она сразу поняла, как сильно он ей понравился. Никогда еще за всю свою жизнь Саксон не была в таком восхищении от мужчины, и девушка удивленно спрашивала себя: «Неужели это он?»</p>
      <p>Билл танцевал превосходно, и она почувствовала то удовольствие, какое испытывают хорошие танцоры, найдя подходящего партнера. Его плавные, красивые движения в совершенстве гармонировали с музыкой. Ни колебаний, ни заминок. Она поглядывала на Берта: тот лихо отплясывал с Мери, то и дело налетая на другие пары, число которых все увеличивалось. Берт — высокий, стройный, гибкий — тоже считался хорошим танцором, но Саксон не помнила, чтобы, танцуя с ним, она когда-нибудь испытывала особенное удовольствие. Мешала какая-то его порывистость, — она сказывалась далеко не всегда, но могла проявиться в любую минуту. В натуре Берта чувствовалось что-то судорожное, торопливое. Он был слишком неуравновешен, и всегда можно было ожидать от него какого-нибудь резкого движения. Казалось, он вечно боится куда-то опоздать. Своим постоянным беспокойством он действовал на нервы.</p>
      <p>— Вы замечательно танцуете, — сказал Билл Роберте. — Я это уже от многих слышал.</p>
      <p>— Я люблю танцевать, — ответила Саксон.</p>
      <p>Но по тому, как она это сказала, он почувствовал, что она предпочитает не разговаривать во время танцев, и продолжал танцевать молча, а у нее стало тепло на душе, — она оценила его внимание. В той жизни, которая ее окружала, редко можно было встретить бережное и чуткое отношение к женщине. «Неужели это действительно он?» Саксон вспомнила слова Мери относительно Берта: «Я завтра же вышла бы за него» — и поймала себя на мысли, что и сама готова была бы выйти за Билла Робертса хоть завтра, сделай он ей предложение.</p>
      <p>Его сильные, властные руки кружили ее в танце, и ей хотелось, грезя, сомкнуть глаза. Боксер! Представив себе, что сказала бы Сара, если бы могла сейчас увидеть ее, Саксон позлорадствовала в душе. Но ведь он не профессиональный боксер, а возчик…</p>
      <p>Внезапно движения танцующих стали более плавными, объятия Билла более настойчивыми, и Саксон показалось, что ее подняли и понесли, хотя ее ножки в бархатных туфельках и не отрывались от пола. Затем ритм танца опять изменился, партнер Саксон слегка отпустил ее, и, глядя друг другу в глаза, они рассмеялись над тем, как ловко это у них выходит.</p>
      <p>В конце, на последних тактах, оркестр замедлил темп, и они, словно замирая вместе с музыкой, стали медленно скользить по залу и остановились только с последним звуком.</p>
      <p>Пробираясь с ней сквозь толпу в поисках Мери и Берта, он сказал:</p>
      <p>— Что касается танцев, то мы с вами неплохая парочка!..</p>
      <p>— Это был сон, — отвечала она.</p>
      <p>Она сказала это так тихо, что ему пришлось наклониться, чтобы расслышать, и он увидел, как пылают ее щеки и этот пламень словно отражается в ее глазах мягким чувственным блеском. Он взял у нее из рук карточку и торжественно написал на ней свое имя огромными буквами через весь листок.</p>
      <p>— А теперь, — сказал он задорно, — ее можно бросить. Она уже не нужна.</p>
      <p>И он разорвал бумажку.</p>
      <p>— Следующий вальс со мной, Саксон, — заявил Берт, когда они встретились. — А ты, Билл, поверти Мери.</p>
      <p>— Никак нельзя, Берт, — ответил тот. — Мы с Саксон сговорились танцевать вместе весь день.</p>
      <p>— Смотри, Саксон, — лукаво предупредила ее Мери, — он еще влюбится в тебя!</p>
      <p>— Что ж, мне кажется, я умею ценить хорошее с первого взгляда, — галантно отвечал Билл.</p>
      <p>— И я тоже, — поддержала его Саксон.</p>
      <p>— Я бы даже с закрытыми глазами узнал вас, — добавил Билл.</p>
      <p>Мери посмотрела на них с притворным ужасом, а Берт добродушно заявил:</p>
      <p>— Одним словом, я вижу, вы времени не теряете. Но если вы все-таки можете пожертвовать нам несколько минут после танцев — Мери и я будем очень рады вместе пообедать.</p>
      <p>— Совершенно верно! — подтвердила Мери.</p>
      <p>— Сами хороши! — отшутился Билл и, обернувшись, заглянул Саксон в глаза. — Не слушайте их. Они злятся, что им приходится танцевать друг с другом. Берт — никудышный танцор, да и Мери не так чтобы очень. Ну, пошли. Слышите, музыка заиграла. Увидимся через два танца.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
      </title>
      <p>Они обедали на открытом воздухе, в ресторане, где стенами служили деревья, и Саксон заметила, что по счету за всех четверых платит Билл. Среди молодых людей и женщин, сидевших за другими столиками, у них оказалось много знакомых, и обе пары оживленно перебрасывались с ними приветствиями и шутками. Берт настойчиво и даже грубо подчеркивал свое право на Мери, ловил и сжимал ее руку, клал на нее свою и даже, завладев ее двумя кольцами, долго не хотел отдавать их. Время от времени он обнимал ее за талию, и Мери то порывисто отталкивала его, то с притворной рассеянностью, которая никого, однако, не могла обмануть, делала вид, что не замечает его маневра.</p>
      <p>Саксон, говорившая мало, но очень внимательно изучавшая своего спутника, с удовлетворением решила, что Билл стал бы, наверное, делать все это совсем иначе — если бы вообще стал вести себя так. Во всяком случае он никогда бы не облапил девушку, как это позволяет себе Берт, да и многие другие парни. Она невольно остановила взгляд на могучих плечах своего кавалера.</p>
      <p>— Почему вас зовут «Большой Билл»? — спросила она. — Вы ведь не такой уж высокий.</p>
      <p>— Пожалуй, — согласился он. — Во мне росту только пять футов восемь и три четверти дюйма. Должно быть, из-за моего веса.</p>
      <p>— На ринге его вес считается за сто восемьдесят фунтов, — вмешался Берт.</p>
      <p>— Ну, хватит, — резко прервал приятеля Билл, и его глаза потемнели. — Я вовсе не боксер. Вот уже полгода, как я не выступаю. Надоело. Игра не стоит свеч.</p>
      <p>— Однако за тот вечер, когда ты сокрушил Слэшера из Фриско, ты получил двести долларов, — с гордостью заявил Берт.</p>
      <p>— Сказал — хватит! Замолчи! Знаете, Саксон, ведь и вы не бог весть какая громадная, а? Как раз в точку: кругленькая и стройная. Держу пари, что я отгадаю ваш вес.</p>
      <p>— Вряд ли. Многие старались, да ничего не вышло, — ответила Саксон; она не знала — радоваться, что он бросил бокс, или жалеть об этом.</p>
      <p>— Только не я, — отвечал он, — я на этом собаку съел. Вот погодите, — Билл окинул ее критическим взглядом, и было ясно, что он не просто оценивает ее сложение, но и восхищается ею. — Подождите минутку!</p>
      <p>Он перегнулся к ней и пощупал ее бицепс. Девушка почувствовала, что рука, сжавшая ее мышцы, — крепкая и честная рука. И она вздрогнула. В этом полумужчинеполумальчике было что-то обаятельное и влекущее. Если бы ей так сжал руку Берт или другой парень, она бы только рассердилась. Но Билл!.. «Может быть, он и есть тот самый?» — спрашивала она себя. Но тут он прервал ее мысли, высказав свое заключение:</p>
      <p>— Ваша одежда весит не больше семи фунтов, а отнять семь от… ну, скажем, от ста двадцати трех, — словом, ваш вес сто шестнадцать фунтов без одежды.</p>
      <p>Мери воскликнула с упреком:</p>
      <p>— Слушайте, Билл Роберте! О таких вещах не говорят, это не прилично.</p>
      <p>Он посмотрел на нее с возрастающим недоумением.</p>
      <p>— О каких вещах? — спросил он, наконец.</p>
      <p>— Ну вот опять! Бессовестный! Посмотрите, вы заставили Саксон покраснеть.</p>
      <p>— Вовсе нет! — возразила Саксон с негодованием.</p>
      <p>— А если вы. Мери, будете продолжать в том же духе, — проворчал Билл, — я, пожалуй, покраснею. Мне кажется, я знаю, что хорошо и что дурно! Дело не в том, какие слова мужчина говорит, а что он при этом думает. А я не думаю ни о чем дурном, и Саксон это знает. Ни у нее, ни у меня и в мыслях нет того, о чем думаете вы.</p>
      <p>— Ой-ой! — воскликнула Мери. — Час от часу не легче! Я никогда не думаю о гадостях.</p>
      <p>— Стой, Мери! Замолчи! — решительно остановил ее Берт. — Зачем говорить зря? Билл себе никогда подобных вещей не позволит.</p>
      <p>— Тогда не надо так грубо выражаться, — настаивала она.</p>
      <p>— Ну ладно. Мери, перестаньте, не сердитесь, и довольно об этом, — отрезал Билл и повернулся к Саксон. — Ну что, угадал?</p>
      <p>— Сто двадцать два, — отвечала она, задумчиво глядя на Мери. — Сто двадцать два с одеждой.</p>
      <p>Билл расхохотался, Берт тоже.</p>
      <p>— Как хотите, — запротестовала Мери, — но вы ужасны! Вы оба, да и ты тоже, Саксон. Вот уж никогда бы про тебя не подумала.</p>
      <p>— Послушай, детка, — вкрадчиво начал Берт, и его рука обвилась вокруг ее талии.</p>
      <p>В своем притворном возмущении Мери резко оттолкнула его, но затем, боясь, что ее поклонник обидится, принялась подтрунивать над ним и дразнить его. Она снова пришла в хорошее настроение, его рука вернулась на прежнее место, и, склонившись друг к другу, они зашептались.</p>
      <p>Билл степенно продолжал разговаривать с Саксон.</p>
      <p>— А знаете, у вас все-таки чудное имя. Я никогда не слышал, чтобы кого-нибудь так звали. Но оно хорошее. Мне нравится.</p>
      <p>— Меня мать так назвала. Она была образованная и каких только мудреных слов не знала. И вечно сидела с книгой, чуть не до самой смерти. А сколько она писала! Я нашла ее стихи, напечатанные очень давно в газете, которая издавалась в Сан-Хосе. Саксы — это был такой народ, — она мне все рассказала про них, когда я была маленькой. Они были дикие, как индейцы, только белые. У них были голубые глаза и белокурые волосы, и они были страшно воинственные.</p>
      <p>Пока девушка говорила, Билл сосредоточенно слушал, и глаза его не отрывались от ее глаз.</p>
      <p>— Никогда про них не слыхал, — сознался он. — Они, что же, жили где-нибудь тут в окрестностях?</p>
      <p>Она рассмеялась.</p>
      <p>— Нет. Они жили в Англии. Это были первые англичане, а вы ведь знаете, что американцы произошли от англичан. Мы ведь все саксы — вы, я. Мери, Берт. Словом, каждый, если только он настоящий американец, а не какой-нибудь даго <a l:href="#n_600" type="note">[600]</a> или японец.</p>
      <p>— Мои предки издавна жили в Америке, — начал Билл, медленно обдумывая все то новое, что она ему о себе рассказала. — По крайней мере предки моей матери. Они высадились в Мэне сотни лет тому назад.</p>
      <p>— Мой отец тоже из Мэна, — радостно прервала его Саксон. — А мать родилась в Огайо, вернее — там, где теперь находится Огайо. Она обычно звала это место Великой Западной Резервацией. А кто был ваш отец?</p>
      <p>— Не знаю. — Билл пожал плечами. — Он и сам не знал, да и никто не знал, хотя отец был чистокровный американец.</p>
      <p>— У вас настоящая староамериканская фамилия, — сказала Саксон. — И сейчас в Англии есть известный генерал по фамилии Роберте. Я в газете читала.</p>
      <p>— Но ведь фамилия моего отца не Роберте. Он не знал своих родителей. Роберте — фамилия золотоискателя, который усыновил его. Вот как было дело. Во время войны с индейским племенем модоков очень многие из золотоискателей и поселенцев приняли в ней участие. Роберте командовал таким отрядом. И вот после одного сражения было взято очень много пленных, среди них оказались женщины, дети и даже грудные младенцы. Один из этих малышей и был мой отец. Ему было тогда, вероятно, около пяти лет, и он умел говорить только по-индейски.</p>
      <p>Саксон всплеснула руками, и ее глаза заблестели.</p>
      <p>— Индейцы держали его в плену!</p>
      <p>— Так предполагают. Потом многие припомнили, что это племя за четыре года до того перебило целую партию орегонских поселенцев. Роберте усыновил мальчика, и вот почему я не знаю настоящей фамилии отца. Но уж через прерии-то он прошел, можете быть уверены!</p>
      <p>— Мой отец тоже, — сказала Саксон с гордостью.</p>
      <p>— И моя мать, — добавил Билл дрогнувшим голосом. — Во всяком случае она родилась в повозке, возле реки Платт, когда ее родители миновали прерии.</p>
      <p>— А моей матери, — сказала Саксон, — было восемь лет. Волы выбились из сил, и ей пришлось большую часть дороги идти пешком.</p>
      <p>Билл протянул ей руку.</p>
      <p>— Давайте вашу лапку, детка, — сказал он. — В судьбе наших родителей очень много сходного, и мы все равно что старые друзья.</p>
      <p>Глаза Саксон засияли, она протянула ему руку, и они обменялись торжественным рукопожатием.</p>
      <p>— Разве это не чудесно? — пробормотала она. — Мы оба от того же старого американского корня, и если уж вы — с вашими глазами, цветом волос и кожи и так далее — не сакс, то не знаю, кого и назвать саксом! И к тому же вы герой!</p>
      <p>— Уж если на то пошло, я думаю, что наши предки были закаленный народ. И это естественно: они, черт побери, были вынуждены бороться, а не то погибли бы!</p>
      <p>— О чем это вы так оживленно беседуете? — вмешалась Мери в их разговор.</p>
      <p>— Успели уже подружиться, — поддразнил их Берт. — Можно подумать, они знакомы по крайней мере неделю.</p>
      <p>— О, мы знали друг друга гораздо раньше, — возразила Саксон. — Нас еще на свете не было, а наши предки уже совершили переход через прерии.</p>
      <p>— А ваши, чтобы отправиться в Калифорнию, ждали, пока им построят железную дорогу да перебьют всех индейцев, — словно желая подчеркнуть свою близость к Саксон, заявил Билл, обращаясь к Мери. — Нет! Мы — Саксон и я — коренные жители здесь; так и скажите, если кто-нибудь спросит.</p>
      <p>— Ну, не знаю, — надменно и с тайным раздражением возразила Мери.</p>
      <p>— Мой отец предпочел остаться в Восточных штатах, он хотел принять участие в Гражданской войне. Он был барабанщиком. Вот отчего он только потом попал в Калифорнию.</p>
      <p>— А мой отец вернулся, чтобы участвовать в Гражданской войне, — сказала Саксон.</p>
      <p>— И мой, — подхватил Билл.</p>
      <p>Они радостно взглянули друг на друга: еще и это их сближало.</p>
      <p>— Ну, хорошо, но ведь они все умерли, верно? — желчно заявил Берт.</p>
      <p>— Все равно, где умереть, — в бою или в богадельне. Суть-то в том, что их уже нет. А мне вот наплевать, хоть бы моего отца повесили. Кто об этом спросит через тысячу лет? Довольно вам хвастаться своими предками, надоело! Да мой отец и не мог бы тогда сражаться: он родился спустя два года после войны. Зато двое моих дядей были убиты при Геттисберге. Кажется, хватит с нас!</p>
      <p>— Еще бы, — поддержала его Мери.</p>
      <p>Берт снова обнял ее.</p>
      <p>— Зато мы живы. Верно? А это главное. Мертвые — мертвы, и — голову даю на отсечение! — мертвыми и останутся.</p>
      <p>Мери зажала ему рот рукой и начала бранить за то, что он говорит такие ужасные вещи, а он поцеловал ее ладонь и придвинулся к ней.</p>
      <p>По мере того как ресторан наполнялся публикой, веселый стук тарелок становился все громче. Там и сям сквозь гул голосов прорывалась песня, слышался пронзительный визг и восклицания женщин, взрывы басовитого мужского хохота. Это молодые люди, как всегда, шутили со своими приятельницами. Многие мужчины были заметно навеселе. Какие-то девушки, сидевшие за одним из соседних столиков, стали звать Билла, и Саксон с новым проснувшимся в ней ревнивым чувством отметила, что он всеобщий любимец и эти девушки очень хотели бы его заполучить.</p>
      <p>— Какой ужас! — неодобрительно сказала Мери. — Экие нахалки! Ни одна уважающая себя девушка этого себе не позволит! Нет, вы послушайте!</p>
      <p>— Билл! Билл! — звала одна из них, пухленькая молоденькая брюнетка. — Надеюсь, ты узнаешь меня, Билл?</p>
      <p>— Конечно, цыпленок, — галантно отозвался он.</p>
      <p>Но Саксон заметила с радостью, что он морщится, и почувствовала к брюнетке решительную неприязнь.</p>
      <p>— Потанцуем? — крикнула брюнетка.</p>
      <p>— Может быть, — отвечал он и тут же круто повернулся к Саксон.</p>
      <p>— Мы, старые американцы, должны держаться друг друга, правда? Как вы думаете? Ведь нас осталось так мало. К нам сюда валом валят всякие иностранцы…</p>
      <p>Он говорил спокойно, вполголоса, в тоне интимной доверчивости, склонив к ней голову и как бы давая этим понять той девушке, что он занят.</p>
      <p>Молодой человек, сидевший за столиком напротив, обратил внимание на Саксон. Одет он был неряшливо и казался грубым, его спутники — мужчина и женщина — тоже. Лицо у него побагровело, глаза дико сверкали.</p>
      <p>— Эй, вы! — крикнул он. — Вы там, бархатные туфельки, наше вам!</p>
      <p>Девушка, сидевшая рядом с ним, обняла его за шею и пыталась успокоить, но он бормотал из-под ее руки:</p>
      <p>— Вот это краля так краля. Увидишь… я пойду туда и отобью ее у этих обормотов!</p>
      <p>— Хулиганы из мясных рядов, — презрительно фыркнула Мери.</p>
      <p>Саксон встретила взгляд девушки, с ненавистью смотревшей на нее. Потом она посмотрела на Билла и увидела гневные искорки в его взоре. Теперь его голубые глаза были особенно красивы и задумчивы, они то темнели и затуманивались, то вспыхивали, то снова меркли. Ей стало в конце концов казаться, что они таят в себе какую-то бездонную глубину. Он смолк, видимо ему не хотелось говорить.</p>
      <p>— Не затевай скандала! — заметил Берт. — Они с того берега и не знают тебя, вот и все.</p>
      <p>Вдруг Берт поднялся, подошел к соседнему столику, что-то шепнул сидевшим и вернулся. Все трое сразу же повернулись и посмотрели на Билла. Парень, пристававший к Саксон, поднялся, стряхнул с себя руку девушки, пытавшейся удержать его, и, пошатываясь, подошел к Биллу. Это был широкоплечий малый с жестким, злым лицом и колючим взглядом. Он, видимо, утихомирился.</p>
      <p>— Так это вы. Большой Билл Роберте? — спросил он заплетающимся языком и, покачнувшись, уцепился за стол. — В таком случае отступаю… Страшно извиняюсь… Восхищен вашим вкусом по женской части… А уж я в этом деле знаток! Я же не представлял, кто вы, а то бы и глазом не мигнул в вашу сторону… Поняли? Еще раз прошу извинить… Дайте мне вашу руку…</p>
      <p>— Ну ладно, — сказал Билл мрачно. — Все в порядке. Забудем это недоразумение. — Он, насупившись, пожал парню руку и медленным мощным толчком пихнул его обратно к столу.</p>
      <p>Щеки Саксон пылали. Вот это мужчина, это защитник, на него можно положиться! Достаточно было назвать его имя — и даже такой хулиган оробел!</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
      </title>
      <p>После обеда оркестр сыграл еще два танца, затем музыканты перекочевали на спортивное поле.</p>
      <p>Танцоры и вся публика, сидевшая за столиками, а также гулявшая в парке, последовали за ними. Пять тысяч человек разместились на поросших травой склонах естественного амфитеатра, а часть зрителей хлынула на спортивное поле. Первым номером было объявлено перетягивание каната. Состязание происходило между каменщиками Окленда и Сан-Франциско, и участники игры, плечистые, грузные, уже занимали места вдоль каната. Они каблуками вырывали ямки в земле для опоры, натирали землей руки, шутили и балагурили.</p>
      <p>Судьи и наблюдатели напрасно старались удержать напиравшую толпу родственников и друзей — кельтская кровь взыграла и кельтский дух соревнования жаждал победы. Стоял невероятный шум: крики, подбадривания, советы, угрозы. Некоторые из участников одной команды подходили к другой, чтобы предупредить нечестную игру. Среди разгоряченных зрителей было не меньше женщин, чем мужчин. От шаркающих, топающих ног стояла в воздухе неоседающая пыль. Мери кашляла, задыхалась и умоляла Берта увести ее. Но Берт, возбужденный, как подросток, предстоящей свалкой, старался протиснуться еще ближе. Саксон прижалась к Биллу, который медленно и настойчиво пробивал для нее локтями и плечами дорогу.</p>
      <p>— Разве здесь место для девушки, — проворчал он, глядя на нее с высоты своего роста, и будто в рассеянности своим могучим локтем так дал под ребра какому-то верзиле ирландцу, что тот сейчас же попятился.</p>
      <p>— Как только начнут, страсти, конечно, разгорятся. Ребята слишком здорово выпили, а вы представляете, как в таких случаях могут разойтись этакие буяны.</p>
      <p>Саксон чувствовала себя очень неуютно среди обступивших ее коренастых мужчин и женщин. Она казалась рядом с ними совсем девочкой, нежной и хрупкой, словно существо другой породы. Только сила и ловкость Билла спасали ее. Его взгляд то и дело скользил по лицам женщин, затем неизменно возвращался к ней, — и она не могла не заметить, в чью пользу было сравнение.</p>
      <p>В нескольких шагах от них произошла какая-то заминка, раздались возмущенные восклицания, посыпались удары. Толпа тревожно всколыхнулась. Какой-то огромный мужчина в толкотне боком налетел на Саксон и притиснул ее к Биллу, тот схватил его за плечо и отшвырнул гораздо решительнее, чем действовал обычно. У жертвы невольно вырвалось рычание, мужчина повернул голову; он оказался загорелым блондином с сердитыми, бесспорно ирландскими глазами.</p>
      <p>— Эк тебя, черт… — огрызнулся он.</p>
      <p>— Ты чего стоишь, я тебя не держу, — с презрительным спокойствием ответил Билл и толкнул ирландца еще решительнее.</p>
      <p>Ирландец опять зарычал и сделал отчаянное усилие, чтобы повернуться, однако, зажатый с двух сторон теснившимися людьми, не смог пошевельнуться.</p>
      <p>— А вот я тебе сейчас морду набью! — заорал он с бешенством; но вдруг выражение его лица изменилось — губы распустились в улыбку и в сердитых глазах засветилась радость.</p>
      <p>— Так это вот кто! — сказал он. — А я и не знал, что это вы так толкаетесь. Я видел, как вы тогда поколотили «Свирепого Шведа», хотя дело было решено в его пользу.</p>
      <p>— Нет, не видели, приятель, — шутливо ответил Билл. — Вы видели, как здорово меня отлупили в тот вечер. И решение было совершенно правильное.</p>
      <p>Ирландец совсем просиял. Он намеревался своей ложью польстить Биллу, но тот так горячо опроверг ее, что это только усилило его преклонение перед молодым боксером.</p>
      <p>— Что верно, то верно, драка была жестокая, — согласился он, — но и вы в долгу не остались. Как только освобожу руку, я пожму вашу и постараюсь, чтобы вашей даме стало посвободнее.</p>
      <p>Потеряв всякую надежду на то, что толпу удастся оттеснить, судья выстрелил в воздух из револьвера — это был сигнал. И тут начался сущий ад. Саксон, защищенная двумя рослыми мужчинами, стояла достаточно близко, чтобы видеть играющих. Участники двух состязавшихся команд изо всех сил тянули канат, их лица побагровели, суставы затрещали. Канат был новый, руки по нему скользили и жены и дочери, прорвавшись вперед, набирали полные горсти земли и посыпали канат землею, чтобы мужчины могли крепче за него ухватиться.</p>
      <p>Какая-то толстуха средних лет в пылу азарта сама ухватилась за канат и стала тянуть вместе с мужем, ободряя его громкими выкриками. Наблюдатель из другой команды оттащил толстуху, несмотря на ее протестующие вопли, но, получив по уху от одного из ее соратников, упал, как бычок, от удара. Не удержался и его противник: сильные мускулистые женщины поспешили на помощь к своим мужьям. Тщетно судьи и наблюдатели просили, уговаривали, кричали, грозили кулаками. Мужчины и женщины из публики бросались к канату и помогали тянуть. Это уже не команда состязалась с командой, а Окленд с Сан-Франциско, это была борьба всех против всех. Руки ложились на руки в три этажа, лишь бы где-нибудь уцепиться за канат. А те, кому никак не удавалось ухватиться, лупили по зубам наблюдателей, силившихся оторвать постороннюю публику от каната.</p>
      <p>Берт визжал с упоеньем. Мери в ужасе прижималась к нему. Люди падали, и их топтали ногами. Пыль поднималась тучей, а над толпой стоял бешеный и бессильный рев и крик мужчин и женщин, тщетно рвавшихся к канату.</p>
      <p>— Безобразие, форменное безобразие, — бормотал время от времени Билл и, хотя отлично видел, что творится вокруг, продолжал, поддерживаемый ирландцем, спокойно выбираться вместе с Саксон из толпы.</p>
      <p>Наконец, одна из команд победила. Побежденных вместе с канатом и добровольцами проволокли по земле, и они исчезли под обрушившейся на них лавиной зрителей.</p>
      <p>Выведя Саксон из свалки и оставив ее в более безопасном месте и под защитой ирландца, Билл вновь нырнул в людское месиво. Через несколько минут он вынырнул оттуда с Бергом и Мери: Берт был в крови от удара по уху, хотя по-прежнему весел, а Мери, вся измятая, была, казалось, близка к истерике.</p>
      <p>— Разве это спорт? — повторяла она. — Это стыд, стыд и позор!</p>
      <p>— Давайте-ка скорей выбираться отсюда, — сказал Билл. — Потеха только начинается.</p>
      <p>— Ах, подожди, — просил Берт, — я бы за такое зрелище не пожалел отдать восемь долларов! Да не только восемь, а что хочешь. Я давно не видел столько синяков и разбитых физиономий.</p>
      <p>— Ну, лезь обратно и наслаждайся, — отозвался Билл. — Я поведу девочек вон в ту сторону, на холм, оттуда мы отлично все увидим. Только смотри, как бы эти черти тебя не разукрасили, если ты попадешься им в лапы.</p>
      <p>Давка кончилась почти мгновенно: с трибуны, расположенной на краю спортивного поля, кто-то прокричал, что начинаются бега для мальчиков, и огорченный Берт присоединился к Биллу и обеим девушкам, расположившимся на склоне холма.</p>
      <p>Состоялся бег для мальчиков и для девочек, для молодых женщин и для старых, для толстяков и для толстух, бег в мешках и бег на трех ногах <a l:href="#n_601" type="note">[601]</a>. Бегуны мчались по беговой дорожке под рев аплодирующих зрителей. Недавняя свалка была уже забота, и в толпе опять царило добродушнейшее настроение.</p>
      <p>Пять молодых людей присели на корточки, вцепившись кончиками пальцев в землю, и ожидали сигнального выстрела, чтобы сняться со старта. Трое из них были в носках, двое других — в подбитой шипами беговой обуви.</p>
      <p>— «Бег молодых людей, — прочел Берт в программе. — Всего один приз</p>
      <p>— двадцать пять долларов». Посмотрите на рыжего в башмаках с шипами, — вон тот, второй с краю. На него ставит Сан-Франциско. Это их фаворит, за него держит пропасть народу.</p>
      <p>— А кто, по-вашему, выиграет? — спросила Мери, полагавшаяся на исключительные познания Билла в области атлетики и спорта.</p>
      <p>— Откуда я знаю? Я их вижу первый раз. По-моему, все хороши. Пусть победит достойнейший, это главное.</p>
      <p>Выстрел раздался, и пятеро бегунов ринулись вперед. Трое из них отстали с самого начала. Первым шел рыжий, а за ним, у самого его плеча, черноволосый, и вопрос мог идти только относительно этих двоих.</p>
      <p>Но, сделав полкруга, черноволосый обошел рыжего и повел бег, причем было ясно, что он до конца удержит первое место. Он обогнал рыжего на десять шагов, и тому не удавалось ни на дюйм сократить это расстояние.</p>
      <p>— Молодец! — обрадовался Билл. — Он еще совсем свеж, а рыжий уже выдыхается.</p>
      <p>Держась неизменно на десять шагов впереди рыжего, черный пришел к финишу первым и под оглушительные приветствия коснулся грудью ленточки. Однако слышались и возмущенные возгласы.</p>
      <p>Берт ликовал.</p>
      <p>— Ага-а! — закричал он, пожирая победителя глазами. — Утерли нос Фриско? Теперь будет потеха! Смотрите! Ему хотят сделать отвод. Судьи не выдают деньги. А вон за ним идет вся его партия. Ого-го! Я уж давно так не веселился!</p>
      <p>— Отчего же они ему не платят, Билл? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Партия Фриско обвиняет его в том, что он профессионал, — ответил Билл, — Вот они и спорят. Но это несправедливо. Каждый из них бежал ради денег — значит, все они профессионалы.</p>
      <p>Толпа волновалась, спорила и шумела перед судейской трибуной. Это было ветхое двухэтажное сооружение, причем второй ярус не имел передней стены, и было видно, что находившиеся там судьи пререкаются между собой так же горячо, как и толпа внизу.</p>
      <p>— Начинается! — закричал Берт. — Вот нахалы!</p>
      <p>В сопровождении десятка приверженцев черноволосый взбирался по наружной лестнице на балкон трибуны.</p>
      <p>— Они с казначеем приятели, — сказал Билл, — видите, тот платит ему; некоторые из судей согласны, другие возражают. А вон идет и партия рыжего. — Он повернулся к Саксон с успокаивающей улыбкой. — На этот раз мы во-время убрались оттуда. Там, внизу, через несколько минут будет жарко!</p>
      <p>— Судьи хотят, чтобы он отдал деньги обратно, — пояснил Берт. — А если он не отдаст, «рыжие» отнимут их. Смотрите, они уже до него добираются.</p>
      <p>Победитель держал бумажный сверток с двадцатью пятью долларами серебром, высоко подняв его над головой. Приверженцы, окружив его, отшвыривали тех, кто пытался вырвать у него деньги. Драка еще не началась, но возня все усиливалась, и шаткое сооружение, наконец, дрогнуло и покачнулось. Из толпы, окружавшей победителя, раздавались самые разнообразные восклицания:</p>
      <p>— Верни деньги, пес!</p>
      <p>— Держи их, Тим!</p>
      <p>— Ты их честно выиграл, Тим!</p>
      <p>— Верни, грязный вор! Дружеские советы перемешались с непечатной бранью. Столкновение грозило перейти в свалку. Сторонники Тима совершенно запарились, приподнимая его так, чтобы тянувшиеся к нему жадные руки не могли достать до свертка. Один раз он на мгновенье опустил руку, затем поднял снова, но бумага все же разорвалась, и Тим последним отчаянным усилием вытряхнул из нее деньги, которые пролились серебряным дождем на головы стоявших внизу людей. Затем начались долгие и скучные споры.</p>
      <p>— Скорее бы кончали, мы могли бы хоть разочек еще потанцевать. Тут совсем не весело, — сказала Мери.</p>
      <p>Судейскую трибуну с трудом очистили от народа, распорядитель подошел к краю балкона, поднял руку и призвал к молчанию. Сердитый ропот внизу затих.</p>
      <p>— Судьи постановили, — прокричал он, — пусть будет этот день днем товарищества и братства…</p>
      <p>— Слушайте! Слушайте! Более рассудительные зааплодировали:</p>
      <p>— Вот это правильно!</p>
      <p>— Долой драку!</p>
      <p>— Долой грубость!</p>
      <p>— … и поэтому, — стал вновь слышен голос распорядителя, — судьи еще раз назначают приз в двадцать пять долларов, — будет перебежка.</p>
      <p>— А Тим? — заревели десятки голосов. — А как же с Тимом? Его ограбили! Долой судей!</p>
      <p>Снова распорядитель жестом успокоил толпу:</p>
      <p>— Готовые идти навстречу желаниям публики, судьи решили: пусть Тимоти Мак-Манус тоже бежит. Победит — деньги его.</p>
      <p>— Разве это справедливо? — проворчал Билл с негодованием. — Если Тим может быть допущен сейчас, он мог быть допущен и в первый раз. А если он мог быть допущен в первый раз, то бесспорно деньги его.</p>
      <p>— Ну уж теперь рыжий из кожи будет лезть! — восторженно заявил Берт.</p>
      <p>— И Тим тоже, — добавил Билл. — Он, наверное, взбешен и себя не пожалеет.</p>
      <p>Еще четверть часа ушли на то, чтобы очистить беговую дорожку от возбужденной толпы, и на этот раз у старта остались только Тим и рыжий. Остальные трое молодых людей выбыли из состязания.</p>
      <p>— Я все-таки думаю — он профессионал, и хороший, очень хороший, — заметил Билл. — Вы только посмотрите, как он бежит!</p>
      <p>Сделав полукруг, Тим пошел на пятьдесят шагов впереди и, сохраняя это расстояние, легко и красиво понесся по беговой дорожке к финишу. И тут-то, когда он поравнялся с нашей группой на склоне холма, случилось нечто неожиданное и немыслимое. У внутренней стороны беговой дорожки стоял щегольски одетый молодой человек с тонкой, как хлыст, тросточкой. Он казался совершенно не на месте в этой толпе, и его вид говорил о том, что он не имеет никакого отношения к рабочему классу. Впоследствии Берт говорил, что он выглядел как шикарный учитель танцев, а Билл называл его хлюстом.</p>
      <p>Но, поскольку дело касалось Тимоти Мак-Мануса, молодой человек сыграл роковую роль: как только Тим поравнялся с ним, хлюст с чрезвычайно независимым видом метнул свою трость Тиму в ноги. Тим перекувырнулся в воздухе и упал лицом вниз, подняв облако пыли.</p>
      <p>На миг воцарилась мертвая тишина, у всех перехватило дыхание. Даже сам молодой человек, казалось, был поражен низостью своего поступка. Понадобилось немало времени для того, чтобы и он и зрители поняли, что произошло. Но вот они опомнились, и из тысячи глоток вырвался воинственный рев ирландцев.</p>
      <p>Когда рыжий достиг финиша, не раздалось ни одного хлопка. Буря гнева обрушилась на молодого человека с тростью. Услышав рев, он с минуту колебался, затем повернулся и побежал по дорожке.</p>
      <p>— Беги, парень! — кричал ему вслед Берт, махая шляпой. — Хорош! Дальше некуда! Что придумал! Нет, что придумал! Скажи, а? Скажи! — повторял он.</p>
      <p>— Ну и ну! Такого ловкача поискать надо! — сказал Билл с насмешливым восхищением. — Только зачем это ему понадобилось? Он не каменщик.</p>
      <p>Подгоняемый бешеным воем, молодой человек, точно затравленный кролик, несся по дорожке к открытому месту на склоне холма. Тут он вскарабкался наверх и исчез между деревьями. За ним гналась, запыхавшись, сотня жаждущих мести преследователей.</p>
      <p>— Экая жалость, он так и не увидит, чем все кончится, — сказал Билл. — Посмотри на эту публику.</p>
      <p>Берт был вне себя. Он подпрыгивал и все время кричал:</p>
      <p>— Смотри! Смотри! Смотри! Оклендская партия была оскорблена. Ее фаворита дважды лишили выигрыша. То, что произошло сейчас, — было, несомненно, тоже гнусными кознями партии Фриско. Поэтому Окленд грозил Сан-Франциско своими увесистыми кулаками и жаждал крови. И хотя совесть другой партии была чиста, она ничего не имела против того, чтобы помериться силами с противником: обвинение в подобном злодействе не менее чудовищно, чем само злодейство. Кроме того, ирландцы и так уже сдерживали себя в течение стольких утомительных часов, и теперь пять тысяч мужчин упоенно рвались в драку. К ним присоединились и женщины. Весь амфитеатр был вовлечен в эту потасовку. Шло наступление и отступление, люди бросались в атаку и контратаку. Более слабые отряды были оттеснены на склоны холма. Другие группы хитрили, рассыпались между деревьями, вели партизанскую войну, внезапно набрасываясь на зазевавшихся противников. Десятку полисменов, специально нанятых правлением Визелпарка, обе стороны надавали по загривку, не жалея сил.</p>
      <p>— Разве кто любит полицию? — засмеялся Берт, прижимая платок к поврежденному уху, из которого все еще шла кровь.</p>
      <p>В кустах за ним раздался треск, он отскочил в сторону, и мимо них под откос покатились двое сцепившихся парней — каждый, как только оказывался наверху, колотил того, кто лежал под ним, — а следом бежала женщина, вопя и осыпая ударами того из противников, который не принадлежал к ее клану.</p>
      <p>Во время второй истории с призом судьи на своей вышке мужественно оказывали сопротивление бешеному натиску толпы, пока, наконец, шаткое сооружение не рухнуло.</p>
      <p>— Что эта старуха собирается делать? — спросила Саксон, указывая мужчинам на пожилую женщину внизу на дорожке: она села наземь и начала стаскивать с ноги весьма почтенных размеров башмак на резинках.</p>
      <p>— Верно, собирается купаться, — засмеялся Берт, когда за башмаком последовал и чулок.</p>
      <p>Удивленные, они продолжали наблюдать за женщиной. Башмак был снова надет, но уже на босу ногу. Затем она засунула в снятый чулок камень величиной с кулак и, размахивая этим древним и ужасным оружием, неуклюже переваливаясь, ринулась в свалку.</p>
      <p>— Ого! Ого! — вскрикивал Берт при каждом ее ударе. — Ах ты, чертова перечница! Держись! Берегись, а то как бы самой не нарваться! Ловко! Вот прелесть! Видали? Да здравствует старушка! Смотрите, как она взялась за них! Держись, мамаша!.. А… а… ах!..</p>
      <p>Он огорченно смолк, когда другая амазонка, подбежав сзади, схватила женщину с чулком за волосы и завертела ее.</p>
      <p>Напрасно Мери висла на его руке, трясла его и бранила.</p>
      <p>— Неужели ты не уймешься? — кричала она. — Это же ужасно! Говорю тебе, ужасно!</p>
      <p>Но Берт был неукротим.</p>
      <p>— Так ее! Так, старушка! — поощрял он ту. — Ты победишь! Держу за тебя! Не зевай, теперь тебе повезло! О! Ловко! Прелесть! Прелесть!</p>
      <p>— Я, кажется, такой зверской свалки еще не видел, — сказал Билл, обращаясь к Саксон. — На это способны только ирландцы. Но зачем понадобилось этому типу выкинуть сегодня такую штуку, вот чего я никак не пойму! Он во всяком случае не каменщик и даже не рабочий — настоящий хлюст; у него тут в парке ни души знакомой не было. Но если он хотел вызвать драку, то добился своего. Посмотрите-ка, дерутся везде.</p>
      <p>Вдруг он рассмеялся так искренне, что на глазах даже выступили слезы.</p>
      <p>— Почему вы смеетесь? — спросила Саксон, боясь что-нибудь упустить.</p>
      <p>— Да все этот хлюст! — объяснял Билл между приступами смеха. — Нет, зачем ему понадобилось бросать трость? Вот что мне не дает покоя! Зачем?</p>
      <p>В кустах опять послышался треск, и оттуда вынырнули две женщины — одна убегала, другая ее преследовала.</p>
      <p>Маленькая компания не успела опомниться, как была втянута в эту борьбу, которая охватила если и не весь мир, то во всяком случае все обозримые участки парка.</p>
      <p>Огибая садовую скамью, убегавшая женщина споткнулась об нее и, наверное, была бы поймана, но, желая удержать равновесие, схватила Мери за руку и швырнула ее затем прямо в объятия своей преследовательницы; а та — коренастая пожилая женщина, потерявшая от гнева способность соображать, — одной рукой вцепилась Мери в волосы, другую занесла для удара. Однако он не успел обрушиться, так как Билл удержал женщину за руки.</p>
      <p>— Хватит, бабушка, довольно, — сказал он рассудительно. — Вы ошиблись. Она тут ни при чем.</p>
      <p>Тогда женщина повела себя очень странно. Не сопротивляясь, но и не выпуская волос Мери, она остановилась и преспокойно начала вопить. В этих воплях отвратительно сочетались и ее собственный страх и желание запугать. Однако ее лицо не выражало ни того, ни другого. Она холодно рассматривала Билла, видимо стараясь узнать, как он относится к этим спокойным крикам, которыми она призывала на помощь членов своего клана.</p>
      <p>— Ах, да заткнись ты, наконец! Развоевалась! — заорал Берт, схватив ее за плечи и стараясь оттащить от Мери.</p>
      <p>Следствием было то, что все четверо закачались на месте, а женщина продолжала кричать. И когда в кустах послышался треск, в ее воплях появились торжествующие нотки.</p>
      <p>Вдруг Саксон увидела, что спокойные глаза Билла сверкнули стальным блеском, и он стиснул руки женщины. Женщина отпустила Мери и, отброшенная назад, оказалась на свободе. Но тут появился один из ее защитников. Он не стал расспрашивать и вникать в суть дела: для него было достаточно, что его знакомая, шатаясь, отступает от Билла и притом кричит от боли, скорее воображаемой.</p>
      <p>— Это все ошибка, — поспешно крикнул Билл, — недоразумение, приятель!..</p>
      <p>Ирландец тяжело замахнулся. Билл, сразу же оборвав свои объяснения, наклонился, — и в ту минуту, когда подобный молоту кулак пронесся над его головой, ударил противника левой рукой в челюсть. Огромный ирландец повалился на бок и упал на край откоса. Едва он попытался встать на ноги, как его настиг кулак Берта, и он покатился вниз по склону, хватаясь за короткую скользкую траву.</p>
      <p>Берт был страшен.</p>
      <p>— А это тебе, старая ведьма, получай! — крикнул он и спихнул женщину на предательский откос. Из кустов вынырнули еще трое.</p>
      <p>Тем временем Билл поставил Саксон позади садового стола, который должен был ей служить прикрытием. Мери, близкая к обмороку, хотела было за него уцепиться, но он посадил ее на стол и толкнул к Саксон.</p>
      <p>— Ну-ка, идите сюда, вы, мразь! — кричал Берт своим новым противникам. Он был в азарте. Его черные глаза сверкали, обычно смуглое лицо стало багровым, кровь так и кипела. — Подходите, мерзавцы! Плевать нам на всякие там Геттисберги! Мы вам покажем, что есть еще на свете американцы!</p>
      <p>— Заткни глотку! Мы не можем драться, с нами девушки! — свирепо зарычал на него Билл, не покидая своих позиций перед столом. Он обернулся к трем защитникам, которые недоумевали, не найдя никого, кто бы нуждался в их заступничестве.</p>
      <p>— Проваливайте отсюда, друзья. Мы не собираемся ссориться. Это недоразумение. Мы в драке не участвуем. Понимаете?</p>
      <p>Они все еще колебались. И Биллу, может быть, удалось бы уговорить их, если бы именно в эту весьма неподходящую минуту скатившийся под откос ирландец не появился снова: он с трудом полз вверх на четвереньках, и по его лицу все еще текла кровь. Берт схватил его и снова швырнул вниз, а трое пришедших с яростным криком бросились на Билла, который ударил одного кулаком, затем переменил позицию, наклонился, ударил другого и снова переменил позицию, прежде чем сделать третий выпад.</p>
      <p>Удары, которые он обрушивал на своих противников, были беспощадны, четки, метки, он наносил их по всем правилам искусства, усиливая их тяжестью всего своего тела.</p>
      <p>Саксон, неотрывно следившая за ним, в эти минуты узнала его с какой-то новой стороны. Хотя сердце ее замирало от страха, но зрение оставалось зорким, и она была поражена: в его глазах уже не было никакой глубины, никакой светотени, они словно стали стеклянными — жесткие, блестящие, пустые, лишенные всякого выражения, кроме выражения суровой серьезности. У Берта глаза сверкали безумием. В глазах ирландцев была злость и тоже серьезность, но где-то светилась озорная радость по случаю лишней драки. В глазах Билла радости не было. Казалось, он выполняет какую-то трудную работу и твердо решил довести ее до конца, — ничего другого не выражало это лицо, совершенно непохожее на то, которое она видела перед собой в течение всего дня. Все мальчишеское исчезло. Это был вполне зрелый человек, но какой-то безвозрастной страшной зрелостью. Его лицо не было злобным, оно даже не было безжалостным, — на нем как бы застыло то же леденящее спокойствие, какое было и в глазах. Ей вспомнились захватывающие рассказы матери о древних саксах, и Билл показался ей одним из этих людей; где-то в глубине сознания промелькнула тень длинной темной лодки — нос ее напоминает клюв хищной птицы, а в лодке какие-то рослые полуобнаженные мужчины в крылатых шлемах, причем лицо одного удивительно напоминает лицо Билла. Она не выдумала, она ощутила, она действительно увидела эту картину при помощи какого-то непостижимого ясновидения… и тут же удивилась, что бой уже кончен. Он продолжался всего несколько секунд. Берт приплясывал на самом краю скользкого откоса и издевался над побежденными, которые беспомощно катились вниз. Но Билл сразу призвал всех к порядку.</p>
      <p>— Ну, девушки, пойдемте, — сказал он. — А ты, Берт, опомнись. Надо выбираться отсюда. Мы не можем биться с целым войском.</p>
      <p>Держа Саксон под руку, Билл начал отступление; за ним следовали Берт, продолжавший ликовать и зубоскалить, и возмущенная Мери, которая тщетно изливала на него свое негодование.</p>
      <p>Они пробежали между деревьями около ста ярдов, а потом, не обнаружив погони, пошли тише, с видом фланирующих людей. Но Берт, всегда жаждавший приключений, вдруг насторожился — из кустов доносились приглушенные удары и вздохи — и пошел посмотреть, в чем дело.</p>
      <p>— О! Идите сюда скорее! — позвал он остальных.</p>
      <p>Они догнали его на краю высохшего рва и заглянули вниз. Там, на дне, двое мужчин, видимо отбившихся от общей свалки, все еще крепко держали друг друга и боролись. По их лицам текли беспомощные слезы, и удары, которым они время от времени обменивались, были вялыми и бессильными.</p>
      <p>— Эй, ты, приятель, кинь ему песку в глаза, — посоветовал Берт. — Он не будет видеть, и ты его обработаешь!</p>
      <p>— Стой! — заорал Билл, увидев, что тот последовал совету Берта. — Или я слезу и сам тебя поколочу! Все уже кончено, и все помирились. Пожмите друг другу руку. Выпивка с обоих. Вот так! А теперь давайте я вас вытащу.</p>
      <p>Когда они уходили, противники уже мирились и чистили друг другу платье.</p>
      <p>— Все скоро кончится, — усмехаясь, обратился Билл к Саксон. — Я знаю их. Для них подраться первое удовольствие. И благодаря свалке сегодняшний день будет считаться особенно удачным. Что я говорил? Посмотрите на тот вон стол.</p>
      <p>Невдалеке кучка еще растрепанных, тяжело дышавших мужчин и женщин дружески пожимали друг другу руки.</p>
      <p>— Пойдемте же, давайте потанцуем, — просила Мери, увлекая их к павильону.</p>
      <p>Народ рассыпался по всему парку, недавние враги обменивались рукопожатиями, а вокруг баров, торговавших под открытым небом, толпились жаждущие выпить.</p>
      <p>Саксон шла рядом с Биллом. Она гордилась им. Он умел драться, но умел и избегать драк. Во время всех сегодняшних событий он только об этом и заботился. И она понимала, что он вел себя так прежде всего ради нее и Мери.</p>
      <p>— Вы храбрый, — сказала она ему.</p>
      <p>— Какая там храбрость! Это все равно что отнять конфету у ребенка,</p>
      <p>— возразил он. — Они просто буяны. Никто из них понятия не имеет о боксе. Они не умеют защищаться, и остается только бить их. Это, знаете ли, не настоящая драка.</p>
      <p>Печальным взглядом, совсем как мальчик, посмотрел он на свои в кровь разбитые суставы.</p>
      <p>— А мне завтра вот этими руками править надо, — сказал он жалобно.</p>
      <p>— Очень невесело, доложу я вам, когда они распухают.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
      </title>
      <p>В восемь часов оркестр заиграл «Дом мой, дом», и, следуя в сумерках за потоком гуляющих, которые спешили на дополнительный поезд, обеим парам удалось занять в вагоне места друг против друга. Когда площадки и проходы оказались набитыми публикой, поезд тронулся в свой недолгий путь — из предместья в Окленд. Пассажиры пели кто во что горазд, и Берт, лежа головой на груди у обнимавшей его Мери, затянул свою любимую «На берегах Уобэша» и допел ее до конца, нимало не смущаясь шумом драки, которая продолжалась на обеих площадках вагона до тех пор, пока сопровождавшие поезд полисмены, под крики женщин и звон разбитых стекол, не уняли буянов.</p>
      <p>Билл спел печальную балладу о ковбое; она была очень длинная, и каждая строфа заканчивалась припевом: «Заройте меня в пустынной степи».</p>
      <p>— Этой песни вы никогда не слышали; мой отец часто ее певал, — сообщил он Саксон, которая была рада, когда он кончил.</p>
      <p>Наконец-то она открыла в нем недостаток! У него совершенно отсутствовал слух. Он не взял ни одной верной ноты.</p>
      <p>— Я пою редко, — прибавил он.</p>
      <p>— Еще бы! — воскликнул Берт. — Друзья убили бы его на месте.</p>
      <p>— Они все издеваются над моим пением, — обратился он к Саксон. — Ну скажите по совести, разве у меня выходит так уж плохо?</p>
      <p>— Вы… вы… может быть… вы берете не совсем в тон… — заметила она нерешительно.</p>
      <p>— А мне вот не кажется, что не в тон, — возразил он. — Чудно. Все точно сговорились. И вас, наверно, Берт подучил. Ну, теперь спойте-ка вы, Саксон. Пари держу, что вы поете хорошо! Это сразу видишь по вашему лицу.</p>
      <p>Она запела «Когда кончится жатва», Берт и Мери вторили ей. Но едва Билл попытался присоединить к ним свой голос, как Берт толкнул его ногой, и ему пришлось замолчать. Саксон пела чистым, верным сопрано, голос у нее был небольшой, но очень приятный, и она чувствовала, что поет для Билла.</p>
      <p>— Вот это пенье так пенье, — заявил он, когда она замолчала, — Спойте еще раз. Да ну же, начинайте! У вас так хорошо выходит, просто замечательно!</p>
      <p>Его рука потянулась к ее руке, забрала ее целиком в свою, и когда она опять запела, то почувствовала, как его сила, словно тепло, проникает в нее.</p>
      <p>— Посмотрите, они держатся за ручку! — насмешливо сказал Берт. — Чего вы боитесь? Берите с нас пример! Да придвиньтесь же, наконец, друг к другу, мямли! Не то я могу подумать… и уже думаю, вы что-то скрываете!..</p>
      <p>Намек был слишком прозрачен» и Саксон почувствовала, как ее щеки вспыхнули.</p>
      <p>— Ну, ты не очень-то увлекайся, — укоризненно остановил его Билл.</p>
      <p>— Замолчите, — рассердилась и Мери. — Вы ужасно грубы, Берт Уонхоп, я больше не желаю с вами знаться, вот вам!</p>
      <p>Она разомкнула объятия и оттолкнула его, но через несколько минут уже простила, и они уселись по-прежнему.</p>
      <p>— Пойдемте еще куда-нибудь вчетвером, — не унимался Берт. — Ведь время детское. Кутить так кутить! Сначала к Пабсту в кафе, а там видно будет. Ты как на этот счет, Билл? А вы, Саксон? Мери пойдет.</p>
      <p>Саксон ждала, мучительно волнуясь, что ответит этот сидевший рядом с нею юноша, которого она узнала так недавно.</p>
      <p>— Нет, — медленно проговорил он. — Мне завтра рано вставать и предстоит тяжелый рабочий день; девушкам, я думаю, тоже.</p>
      <p>Тут Саксон простила ему его немузыкальность. Она знала, она чувствовала, что такие люди должны быть на свете. И такого человека она ждала. Теперь ей двадцать два; первое предложение она получила, когда ей было шестнадцать, а последнее — всего месяц назад — от старшего мастера прачечной, человека доброго и порядочного, но уже немолодого. Этот же был силен, добр и молод. Она сама еще слишком молода и не может не тянуться к молодости. Правда, с тем, из прачечной, она жила бы спокойно и отдохнула бы от вечных утюгов, но какая же это безрадостная жизнь! А вот с этим… Саксон поймала себя на том, что чуть не пожала его руку, в которой все еще лежала ее рука.</p>
      <p>— Нет, Берт, не приставай, он прав, — сказала Мери. — Надо же поспать. Завтра ведь опять эти крахмальные оборки и весь день на ногах.</p>
      <p>Саксон вдруг кольнула мысль, что она, вероятно, старше Билла. Она взглянула украдкой на его свежее лицо с гладкой кожей, и та юность, которой дышало все его существо и которая так нравилась ей, вдруг стала ее раздражать. Конечно, он женится на девушке моложе себя и моложе Саксон. Сколько ему может быть лет? Неужели он действительно слишком молод для нее? Становясь недостижимым, он тем самым становился еще привлекательнее. Он был такой сильный — и в то же время такой мягкий. Девушка вспомнила весь проведенный с ним день. Он не совершил ни одного промаха, относился к ней и Мери с неизменным уважением, он разорвал ее программу и танцевал только с ней одной. Если бы она ему не нравилась, он, конечно, так бы себя не вел.</p>
      <p>Она пошевелила пальцами и ощутила его жесткую, покрытую мозолями ладонь. Ощущение это было необыкновенно приятно. Он тоже слегка повернул руку, применяясь к ее движению, и она ждала с трепетом, что теперь будет. Саксон очень не хотелось, чтобы он поступил, как другие мужчины, — она, кажется, возненавидела бы его, если б он воспользовался этим легким движением ее пальцев и обнял ее за талию. Но он не обнял ее, и в сердце Саксон вспыхнуло горячее чувство к нему. Оказывается, в нем есть и деликатность, он не пустоголовый болтун, как Берт, не груб, как другие мужчины, с которыми ей случалось встречаться! Она пережила в этом смысле много неприятного и очень страдала от отсутствия того, что можно было бы назвать рыцарством, хотя Саксон, конечно, и не догадывалась, что это именно так называется.</p>
      <p>Кроме того, он был боксером. При одной мысли об этом у нее перехватило дыхание. Правда, он нисколько не подходил к тому представлению о боксерах, которое она себе составила. Ведь он в сущности и не боксер. Он же сказал, что нет. Саксон дала себе слово расспросить его подробнее, если… если он когда-нибудь опять ее пригласит. Да, наверно, так и будет, ведь когда мужчина танцует с девушкой чуть не целый день, он об ней тут же не забывает. Ей даже захотелось, чтобы он все-таки оказался боксером. В этом было что-то манящее и жуткое. Боксеры — страшные, таинственные люди! И поскольку они не принадлежат к числу заурядных рабочих, вроде плотников и прачечников, они, несомненно, фигуры романтические. Они работают не на хозяев, но для публики, в героическом единоборстве своими силами отвоевывают себе у мира, далеко не щедрого, роскошную жизнь. У иных даже собственные автомобили, и путешествуют они с целой свитой тренеров и слуг. Может быть, Билл только из скромности сказал, что он бросил бокс? Однако на его руках мозоли, значит он говорит правду.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестая</p>
      </title>
      <p>У ворот они простились. При этом Билл смутился, и это Саксон очень понравилось. Он, видно, не из тех парней, которые считают себя вправе фамильярничать с девушкой. Остановившись, оба замолчали, и она сделала вид, что хочет войти в дом, хотя на самом деле с тайным трепетом ждала тех слов, которые так мечтала от него услышать.</p>
      <p>— Когда же я опять вас увижу? — спросил он, не выпуская ее руки.</p>
      <p>Она радостно засмеялась.</p>
      <p>— Я живу в восточной части Окленда, — продолжал он. — Знаете, там, где наша конюшня; и работаем мы больше в тех краях, так что в вашей местности мне бывать почти не приходится. А все-таки, — продолжал он, и его рука крепче сжала ее руку, — все-таки нам непременно нужно еще потанцевать вместе. Я вам вот что предложу: в Ориндорском клубе танцы бывают по средам. Если вы не заняты… Или вы заняты?</p>
      <p>— Нет…</p>
      <p>— Значит, в среду. В котором часу зайти за вами?</p>
      <p>Когда они договорились обо всех подробностях и он согласился, чтобы она танцевала некоторые танцы с другими парнями, они еще раз пожелали друг другу спокойной ночи, его рука сжала ее руку, и он привлек девушку к себе. Она слегка, но твердо воспротивилась: таков был обычай, да она и боялась, что Билл может неверно истолковать ее уступчивость. Но все же ей так хотелось поцеловать его, как ни одного мужчину. И когда она подставила ему свое лицо, она почувствовала, что поцелуй его честен. В нем не было никакого скрытого умысла, скорее что-то целомудренное, непосредственное и доброе, как он сам. Этот поцелуй показал, что Билл не слишком опытен в прощаниях с девицами. «Видно, не все мужчины скоты», — подумала она.</p>
      <p>— Спокойной ночи, — прошептала Саксон; калитка скрипнула, и она быстро пошла по узкой дорожке, которая огибала двор и вела к ее дому.</p>
      <p>— Так до среды? — вполголоса бросил он ей вслед.</p>
      <p>— До среды, — откликнулась она.</p>
      <p>Но в сумраке узкого прохода между двумя домами она остановилась, с трепетом прислушиваясь к звуку его шагов, удалявшихся по асфальтовому тротуару, и вошла в дверь, только когда шаги замерли совсем. Саксон поднялась по черной лестнице и прошла через кухню в свою комнату, благодаря судьбу за то, что Сара не проснулась.</p>
      <p>Она зажгла газ и, снимая с головы бархатную шляпку, почувствовала, что на ее губах еще горит его поцелуй. А ведь такой поцелуй ровно ничего не доказывает. У молодых людей это принято. Они все так делают. Но их поцелуи при прощании никогда не жгли, а поцелуй Билла жег не только ее губы, но и мозг. Что же произошло? Откуда это? Подчиняясь внезапному порыву, она подошла к зеркалу. Ее глаза сияли счастьем; щеки, обычно чуть окрашенные нежным румянцем, теперь пылали. Из зеркала на нее смотрела прехорошенькая девушка. И Саксон улыбнулась, радостная и довольная своим видом; улыбка эта стала еще шире, когда в зеркале отразился ровный ряд ее крепких белых зубов. «Почему бы это личико не понравилось Биллу?» — задала она себе безмолвный вопрос. Другим мужчинам она ведь нравится. Даже подруги одобряют ее внешность. И, судя по тому, как Чарли Лонг преследует ее и отравляет ей жизнь, можно сказать наверняка, что он считает ее привлекательной.</p>
      <p>Она покосилась на край зеркала, — там была засунута за рамку фотография Чарли, — содрогнулась и презрительно надула губки. В его глазах было что-то животное и жестокое. Он и в самом деле порядочное животное. Вот уже год, как он ее преследует. Другие парни и подойти к ней боятся: он всех отпугнул своими угрозами. Удостоив ее вниманием, он сделал ее, рабой этого внимания. Она вспомнила молодого бухгалтера из прачечной, — это был уже не рабочий, а настоящий джентльмен, с мягким голосом и нежными руками; а Чарли избил его втихомолку только за то, что бухгалтер осмелился пригласить ее в театр. А разве она виновата? Из жалости к нему она с тех пор ни разу не решилась принять его приглашение.</p>
      <p>И вот в, среду вечером она пойдет с Билли! Билли! Сердце ее забилось. Конечно, будет скандал, но Билл защитит ее от Чарли. Хотела бы она видеть, как Чарли изобьет Билла! Быстрым движением она выхватила карточку из-за рамы и бросила ее на комод лицом вниз. Карточка упала возле небольшого старенького ларчика, обитого темной потертой кожей. Словно оскорбленная таким кощунством, она опять схватила противную карточку и швырнула ее через всю комнату в дальний угол, затем взяла в руки кожаный ларчик. Нажав пружину и открыв его, она долго глядела на дагерротип: перед ней было усталое женское лицо с умными серыми глазами и смело очерченным выразительным ртом; внутри, на бархатной подушечке, золотыми буквами были вытиснены слова: «Карлтону от Дэзи». Она прочла их с благоговением, ибо это было имя ее отца, которого она совсем не знала, и имя матери, которую она знала так недолго, но чьи умные и грустные серые глаза запомнила навсегда.</p>
      <p>Саксон, с детства не знавшая религиозных обрядностей, была по природе натурой глубоко религиозной. Но ее мысли о боге оставались крайне смутными и неопределенными, и тут она откровенно признавала себя бессильной. Она никак не могла представить себе бога. На дагерротипе же она видела нечто вполне реальное; этот образ так много давал ей и так много обещал в будущем! Саксон не ходила в церковь. Ее алтарь, ее святая святых были здесь. К этому изображению обращалась она, когда ее постигало горе или угнетало одиночество; здесь она искала совета, помощи и утешения. Она чувствовала, что во многом не похожа на знакомых девушек, и, вглядываясь в дорогое лицо, старалась найти в нем черты духовного сходства с собой. Ведь мать ее была тоже не такая, как все. Мать действительно являлась для нее тем, чем для других является бог. Этому идеалу она стремилась остаться верной, не уронить его, ничем не оскорбить. Саксон не отдавала себе отчета в том, что на самом деле знает о своей матери очень мало, что все это зачастую ее собственные вымыслы и догадки. В течение многих лет создавала она этот миф о своей матери.</p>
      <p>Но разве все в этом образе было только мифом?</p>
      <p>Она решительно оттолкнула от себя сомнения и, открыв нижний ящик комода, вынула оттуда потертый портфель. Выпали старые пожелтевшие рукописи, повеяло легким, нежным ароматом былого. Почерк был тонкий, изящный, с завитками, — как принято было писать полстолетия назад. Она прочла стансы, обращенные автором к самой себе:</p>
      <p>Словно нежная арфа Эола,</p>
      <p>Муза поет все нежней…</p>
      <p>Калифорнийские долы</p>
      <p>Эхом откликнулись ей <a l:href="#n_602" type="note">[602]</a>.</p>
      <p>Она в тысячу первый раз подивилась тому, что такое Эолова арфа; и все же смутные воспоминания об этой необыкновенной матери будили чувство чего-то невыразимо прекрасного. Саксон некоторое время стояла задумавшись, затем раскрыла другую рукопись. «Посвящается К. Б. «, — прочла она. Это было любовное стихотворение, которое ее мать посвятила своему мужу, Карлтону Брауну.</p>
      <p>И Саксон погрузилась в чтение следующих строк:</p>
      <p>От толпы убежала, укрывшись плащом,</p>
      <p>И увидела статуй торжественный ряд:</p>
      <p>Вакх, увенчанный свежим зеленым плющом,</p>
      <p>И Пандора с Психеей недвижно стоят.</p>
      <p>Это тоже было выше ее понимания, но она вдыхала в себя невнятную красоту этих строк. Вакх, Пандора, Психея — эти имена звучат как волшебное заклинание! Но увы! — ключ к загадке был только у матери. Странные, бессмысленные слова, таившие вместе с тем какой-то глубокий смысл! Ее волшебница-мать понимала, что они означают. Саксон медленно прочла их, букву за буквой, ибо не смела прочесть целиком, не зная, как они произносятся, и в ее сознании смутно блеснул их величественный смысл, глубокий и непостижимый. Ее мысль замерла и остановилась на сияющих, как звезды, границах некоего мира, где ее мать чувствовала себя так свободно, гораздо более высокого, чем действительность, в которой живет она, Саксон. Задумчиво перечитывала она все вновь и вновь эти четыре строчки. И казалось, что в сравнении с той действительностью, в которой она жила, терзаемая горем и тревогой, мир ее матери был полон света и блеска. Здесь, в этих загадочно-певучих строках, скрывалась нить, ведущая к пониманию всего. Если бы Саксон только могла ухватить ее — все стало бы ясно. В этом она была вполне уверена. И она поняла бы тогда и злые речи Сары, и судьбу своего несчастного брата, и жестокость Чарли Лонга, и то, почему он избил бухгалтера, и почему надо стоять у гладильной доски и работать, не разгибая спины, дни, месяцы, годы.</p>
      <p>Она пропустила строфу — увы, совершенно для нее недоступную — и попробовала читать дальше.</p>
      <p>В теплице последние краски дрожат,</p>
      <p>В них отблеск опала и золота дрожь.</p>
      <p>Едва зарумянел далекий закат,</p>
      <p>Закат, что с вином упоительным схож,</p>
      <p>Наяду, застывшую в зыбкой тени,</p>
      <p>Осыпали брызги ей руки и стан,</p>
      <p>Блеснув на груди аметистом, они</p>
      <p>Дождем осыпаются в светлый фонтан.</p>
      <p>— Прекрасно, как прекрасно, — вздохнула она. Смущенная длиной стихотворения, она снова закрыла рукопись и спрятала ее; затем опять стала шарить в комоде, надеясь, что хранящиеся там реликвии дадут ей ключ к неразгаданной душе матери.</p>
      <p>На этот раз она вынула маленький сверток в тонкой бумаге, перевязанный ленточкой. Бережно она развернула его, с благоговейной серьезностью священника, стоящего перед алтарем. Там лежал красный атласный испанский корсаж на китовом усе, напоминавший маленький корсет, — такие корсажи были обычным украшением женщин, которые прошли с пионерами через прерии. Корсаж: был ручной работы и сшит по старинной испано-калифорнийской моде. Даже китовый ус был обработан домашним способом из материала, купленного, вероятно, на китобойном судне, торговавшем кожей и ворванью. Черным кружевом его обшила мать, и стежки на тройной кайме из черных бархатных полос тоже были сделаны ее рукой.</p>
      <p>Саксон задумалась над ним, в голове ее проносились бессвязные мысли. Здесь перед ней было нечто реальное. Это она понимала. Этому она поклонялась, как поклонялись люди ими же созданным богам, хотя их вера и опиралась на гораздо менее осязаемые доказательства пребывания бога на земле.</p>
      <p>Корсаж имел в окружности двадцать два дюйма. Саксон уже не раз убеждалась в этом. Она встала и примерила его на себя. Это было частью обычного ритуала. Корсаж почти сходился. В талии он сходился совсем. Если бы снять платье, он пришелся бы как раз по ней. Этот корсаж, овеянный воспоминаниями о пионерской эпопее в Калифорнийской Вентуре, больше всего волновал Саксон: он как бы хранил отпечаток фигуры ее матери. Стало быть, внешностью она похожа на мать. Свою железную выдержку, свою ловкость в работе, изумлявшую всех, она тоже унаследовала от нее. Так же изумлялись люди прошлого поколения, глядя на ее мать — эту куколку, это создание, самое миниатюрное и молодое из целого выводка рослых пионеров, — создание, воспитывавшее, однако, этот выводок. Все обращались к ее необычайному уму, даже сестры и братья, которые были на десяток лет старше ее. Именно она, Дэзи, решительно повелела своим спутникам переменить зараженные лихорадкой низменности Колюзы на здоровый воздух Вентурских гор; это она восстала против старика отца, который считался грозой индейцев, и боролась со всей семьей за то, чтобы Вилла вышла замуж по своему выбору; это она, бросая вызов семье и общепринятой морали, потребовала, чтобы Лаура развелась со своим мужем, безволие которого граничило с преступностью; а с другой стороны — она, и только она, не давала семье распасться, когда взаимное непонимание или человеческие слабости грозили ее разрушить.</p>
      <p>Поистине, она была и воином и миротворцем! И перед глазами Саксон воскресали забытые предания. Они были полны живых подробностей, так как она много раз вызывала их в своем воображении, хотя они и касались вещей, которых она никогда не видела. Эти подробности, конечно, были плодом ее собственной фантазии: ей ведь никогда не приходилось встречать ни вола, ни дикого индейца, ни степной повозки. И все же она видела перед собой орды этих жаждущих земли англосаксов, они пересекали материк и шли с востока на запад, они мелькали сквозь поднятую тысячами копыт, пронизанную солнцем пыль и были полны трепета и жизни. Они казались ей частью ее самой. Эти предания старины и рассказы о подлинных событиях она слышала из уст живых свидетелей и участников. Ей отчетливо рисовались длинные вереницы повозок, впереди шагают исхудавшие загорелые мужчины, юноши подгоняют ревущих волов, которые падают от усталости и подымаются, чтобы снова упасть. И во всем этом, как легкий челнок, тянущий золотую лучезарную пряжу, мелькает образ ее матери — ее маленькой непокорной мамы, которой минуло и восемь и девять лет, а поход был еще не кончен, — волшебницы и законодательницы, во всяком деле осуществлявшей свою волю, — причем и дело и воля ее всегда были правильны и хороши.</p>
      <p>Саксон видела Панча, крошечного скай-терьера с жесткой шерстью и преданными глазами, — Панча (он с таким трудом следовал за путешественниками в течение долгих месяцев), наконец охромевшего и всеми покинутого; и она видела, как Дэзи, эта крошка, спрятала Панча в повозку; видела, как ее одичавший, истощенный старик отец обнаружил этот дополнительный груз, когда волы и без того выбивались из сил, видела его ярость и как он поднял Панча за шиворот. Видела потом, как Дэзи стояла между дулом длинноствольного ружья и собачонкой и как после этого девочка много дней тащилась, спотыкаясь, по солончакам среди зноя и пыли, поднимаемой повозками, держа на руках, словно ребенка, больную собаку.</p>
      <p>Но живее всего вставала перед Саксон битва при Литтл Мэдоу. Дэзи одета, как на праздник, в белое платье, опоясанное лентой, с лентами и круглой гребенкой в волосах, с маленькими ведерками в руках; вот она выходит из-под прикрытия поставленных полукругом и сцепленных колесами фургонов, где раненые кричат в бреду и грезят о холодных рудниках, шагает по залитой солнцем, поросшей цветами луговине, мимо оцепеневших от изумления вооруженных индейцев, к водоему за сто ярдов и — возвращается обратно.</p>
      <p>Саксон с горячим благоговением поцеловала атласный испанский корсаж, торопливо свернула его и с еще влажными глазами решила больше не грезить ни об обожаемой матери, ни о странных загадках жизни.</p>
      <p>И все-таки, лежа в постели, она снова вызвала в своем воображении те немногие, но важные для нее сцены, где участвовала ее мать и которые память сохранила ей с детства. Она больше всего любила засыпать именно так — унося с собой в подобную смерти пропасть сна запечатленный в меркнущем сознании образ матери. Но это не была ни Дэзи из прерий, ни Дэзи с дагерротипа. Та Дэзи существовала до Саксон. Мать, с образом которой она засыпала, была намного старше — измученное бессонницей, мужественно-скорбное, бледное, хрупкое и тихое существо, которое держалось только напряжением воли и только напряжением воли не допускало себя до сумасшествия, но чья воля не могла побороть бессонницу, — ни один врач не в силах был дать бедняжке ни минуты сна. И вот она бродила, бродила по дому, от постели к креслу и опять к постели, в течение долгих мучительных дней и месяцев, никогда не жалуясь, хотя ее неизменно улыбавшиеся губы кривились от боли. И ее умные серые глаза — все еще серые, все еще умные — стали огромными и глубоко запали.</p>
      <p>В эту ночь Саксон не скоро удалось заснуть; мать, бродившая по дому, появлялась и исчезала, а в промежутках вставал образ Билла с его красивыми и печальными, словно затуманенными глазами и жег ей веки; и еще раз, когда ее уже заливали волны сна, она спросила себя: «Может быть, это он?»</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава седьмая</p>
      </title>
      <p>Работа в гладильной шла своим чередом, но эти три дня до среды показались Саксон ужасно длинными. Разглаживая тонкие крахмальные вещи, которые так и летали под ее утюгом, Саксон что-то напевала вполголоса.</p>
      <p>— Просто не понимаю, как ты ухитряешься! — дивилась Мери. — Этак ты к концу недели заработаешь тринадцать, а то и четырнадцать долларов!</p>
      <p>Саксон рассмеялась, и в облачках пара, поднимавшихся из-под утюга, перед ней заплясали золотые буквы, — из них складывалось слово «среда».</p>
      <p>— Какого ты мнения о Билле? — спросила Мери.</p>
      <p>— Он мне нравится, — откровенно призналась Саксон.</p>
      <p>— Только смотри не увлекись им.</p>
      <p>— Захочу, так увлекусь, — задорно отозвалась Саксон.</p>
      <p>— Лучше не надо, — предостерегающе заметила подруга. — Только неприятности наживешь. Он не женится. Многие девушки уже убедились в Этом, они ведь прямо вешаются ему на шею.</p>
      <p>— Я не собираюсь вешаться на шею ни ему, ни другому…</p>
      <p>— Ну, я тебя предупредила, — сказала Мери, — имеющие уши да слышат.</p>
      <p>Саксон задумалась.</p>
      <p>— У него нет…? — и она глазами досказала вопрос, для которого не подобрала слов.</p>
      <p>— О, ничего подобного! Хотя я не знаю, что ему мешает? Завидный парень, ничего не скажешь! А просто он не юбочник. Танцует, гуляет, веселится, но насчет прочего — ни-ни! Много девушек по нем с ума сходят. Держу пари, что и сейчас в него влюблены по крайней мере десяток. А он всем дает отставку. Взять хотя бы Лили Сэндерсон. Да ты ее знаешь, ты видела ее прошлым летом на гулянье словаков в Шеллмаунде, — высокая такая интересная блондинка, она еще все время ходила с Бэтчем Виллоу.</p>
      <p>— Да, помню, так что же с ней случилось?</p>
      <p>— Ну, она дружила с Бэтчем, и у них дело уж совсем налаживалось, да Билл заметил, что она недурно танцует, и давай с ней танцевать на всех вечеринках. Но Бэтч ведь отчаянный. Он подходит к Биллу, отчитывает его при всех и предупреждает. Билл слушает, знаешь, с этим своим полусонным спокойным видом, а Бэтч распаляется, распаляется — и все ждут, вот сейчас будет драка.</p>
      <p>Тогда Билл спрашивает: «Все?» — «Да, — отвечает Бэтч. — Я-то все сказал, а вот что ты теперь мне ответишь?» И как ты думаешь, что он сказал, когда все смотрели на него, а у Бэтча глаза даже кровью налились? «Да ничего», говорит… Ты представляешь, как удивился Бэтч? Его можно было, как говорится, пальцем перешибить! «И никогда больше с ней танцевать не будешь?» — говорит Бэтч. «Конечно, нет, раз ты говоришь — нельзя». Так и ответил!</p>
      <p>Ну, ты понимаешь, всякого другого, кто бы так отступил перед Бэтчем, стали бы презирать, а Биллу все можно. Он прославился как боксер, и если он посторонился и дал дорогу другому, каждый понимает, что он не струсил и не бьет отбой, — словом, ничего такого. Просто у него не было никакого чувства к Лили Сэндерсон; и всем стало ясно, что это она влюблена в него как кошка.</p>
      <p>Рассказ Мери крайне встревожил Саксон. Правда, в ней жила своя женская гордость, однако насчет покорения мужских сердец она вовсе не отличалась излишней самоуверенностью. Билл с удовольствием танцевал с ней, но, может быть, на этом все и кончится? И если Чарли Лонг устроит ему скандал, Билл от нее отступится, как отступился от Лили Сэндерсон? Говорят, он жениться не собирается, — все же Саксон отлично понимала, что жених он весьма завидный. Не мудрено, если девушки за ним бегают. Он и мужчин покоряет так же легко, как женщин. Мужчины любят его. Берт Уонхоп прямо влюблен в него. Она вспомнила случай с хулиганом из мясных рядов, который подошел к их столу и извинился, вспомнила ирландца, который мгновенно отказался от всякой мысли о драке, как только узнал, кто перед ним.</p>
      <p>«Наверно, страшно избалованный молодой человек», — не раз мелькало в уме Саксон, но она отгоняла эту мысль, как недостойную. Он был мягок и деликатен, но и при этом сохранял свою несносную медлительность. Несмотря на огромную силу, он никого не задевал и не обижал. Саксон не могла забыть истории с Лили Сэндерсон и то и дело мысленно к ней возвращалась. Он был равнодушен к девушке и поэтому сейчас же отступил, не встал между нею и Бэтчем. Берт, например, из одного задора и злорадства затеял бы драку, нажил себе врага, и Лили ничего бы при этом не выиграла. Билл поступил именно так, как следовало, и сделал это с присущей ему ленивой невозмутимостью, решительно никого не обидев. От всего этого Билл становился для нее все более желанным и все менее доступным.</p>
      <p>В результате она купила себе еще пару шелковых чулок, хотя очень долго не решалась на такую трату, а ночь на среду просидела над шитьем новой блузки, то и дело засыпая от усталости под ворчанье Сары, бранившей ее за безрассудный расход газа.</p>
      <p>Удовольствие, полученное ею в среду вечером на ориндорском балу, было далеко не полным. Девушки бессовестно ухаживали за Биллом, и его снисходительность к ним просто злила ее. Все же она должна была признать, что Билл ничем не задевал чувства других кавалеров так, как девушки задевали ее собственные чувства. Они чуть ли не сами просили, чтобы он с ними потанцевал, и их навязчивое ухаживание за ним не могло от нее укрыться. Саксон твердо решила, что она-то уж никогда не кинется ему на шею; поэтому она отказывала ему в одном танце за другим, и вскоре почувствовала, что тактика ее правильная. И если он невольно обнаруживал перед ней свой успех у всех этих девушек, то и она давала ему почувствовать, что нравится другим мужчинам.</p>
      <p>И она дождалась награды, когда он спокойно пренебрег ее отказом и потребовал от нее сверх обещанных еще два танца. Ее и рассердили и вместе с тем обрадовали перехваченные ею замечания двух здоровенных девиц с консервного завода. «Противно смотреть, — сказала одна, — как эта пигалица забирает его в руки!» На что другая ответила: «Хоть бы из приличия бегала за кавалерами своего возраста, а не за такими молокососами. Ведь это называется совращением малолетних!» Последние слова кольнули ее больнее всего, и Саксон покраснела от гнева, а девушки уже уходили, даже не подозревая, что их подслушали.</p>
      <p>Билл довел ее до ворот и поцеловал, взяв обещание пойти с ним в пятницу на танцы в зал «Германия».</p>
      <p>— Я собственно туда не собирался, — сказал он, — но если вы согласны… Берт тоже там будет.</p>
      <p>На другой день, стоя у гладильной доски. Мери сообщила ей: они с Бергом сговорились идти в пятницу на вечер.</p>
      <p>— А ты пойдешь? — спросила Мери.</p>
      <p>Саксон кивнула.</p>
      <p>— С Биллом Робертсом?</p>
      <p>Опять последовал кивок. И Мери, держа утюг на весу, пристально и с любопытством взглянула на подругу.</p>
      <p>— Ну, а что, если вмешается Чарли Лонг? Саксон пожала плечами.</p>
      <p>С четверть часа они гладили торопливо и молча.</p>
      <p>— Что ж, если он сунется, — решила Мери, — он, может быть, получит по носу. А мне бы очень хотелось на это посмотреть… нахал противный! Все зависит от того, какие чувства у Билли, то есть к тебе…</p>
      <p>— Я не Лили Сэндерсон. — с негодованием возразила Саксон, — и никогда у Билли не будет повода при всех дать мне отставку.</p>
      <p>— Придется, если в дело вмешается Чарли Лонг. Поверь мне, Саксон, он все-таки дрянь человек. Помнишь, как он отделал бедного Муди? Избил до полусмерти!.. А что такое мистер Муди? Просто тихий человечек, он и мухи не обидит… Ну а с Биллом Робертсом дело так не кончится!</p>
      <p>В тот же вечер Саксон увидела у дверей прачечной Чарли Лонга, он поджидал ее. Когда он подошел поздороваться и зашагал рядом, она почувствовала то мучительное замирание сердца, которое всегда ощущала при его появлении. От страха Саксон сразу побледнела. Она боялась этого рослого, грубого парня с его бычьей силой, боялась тяжелого и наглого взгляда его карих глаз, боялась огромных рук, какие бывают у кузнецов — с толстыми волосатыми пальцами. У него была неприятная наружность, и он ничем не привлекал ее душевно. Не его сила сама по себе оскорбляла ее, а характер этой силы и то, как он применял ее. Она долго потом не могла забыть избиения кроткого Муди; при виде Чарли она всегда с внутренним содроганием вспоминала об этом случае.</p>
      <p>А ведь совсем недавно она присутствовала при том, как Билл дрался в Визел-парке, но то было совсем другое. Чем другое — она не могла бы сказать, но чувствовала разницу между Биллом и Лонгом; у Лонга по-звериному грубы и руки и душа.</p>
      <p>— Вы сегодня бледная, у вас измученный вид! — заметил он, поздоровавшись. — Какого черта вы не бросите эту канитель? Ведь все равно рано или поздно придется! От меня вы не отделаетесь, малютка!</p>
      <p>— Очень жаль, если так, — возразила она.</p>
      <p>Он самоуверенно рассмеялся.</p>
      <p>— Нет, Саксон, и не старайтесь. Вы прямо созданы быть моей женой. И будете.</p>
      <p>— Хотела бы я быть такой уверенной, как вы, — сказала она с насмешкой, которой он, впрочем, даже не заметил.</p>
      <p>— Я вам говорю, — продолжал он, — в одном вы можете быть уверены: что я своему слову верен, — и, довольный своей шуткой, которую, видимо, счел весьма остроумной, он захохотал. — Когда я чего-нибудь захочу, так добуду! И лучше мне поперек дороги не становись, не то сшибу. Поняли? Мы с вами пара — и все тут; поэтому нечего волынить, переходите-ка лучше работать ко мне в дом, чем возиться в прачечной. Да и дела-то с воробьиный нос! Какая у меня работа? Денег я зашибаю достаточно, все у вас будет. Я и сейчас удрал с работы и прибежал сюда, чтобы еще раз все это вам напомнить, не то, пожалуй, забудете. Я даже еще не ел сегодня — видите, все время вас в уме держу!</p>
      <p>— Нет, лучше уж ступайте пообедайте, — посоветовала она, хотя знала по опыту, как трудно бывает от него отделаться.</p>
      <p>Она едва слышала, что он ей говорил. Саксон вдруг почувствовала себя очень усталой, маленькой и слабой рядом с этим великаном. «Неужели он никогда не отстанет?» — спрашивала она себя с тоской, и ей на миг представилось ее будущее, вся ее жизнь, словно длинная дорога, и она идет по ней с этим неуклонно преследующим ее кузнецом.</p>
      <p>— Ну, давайте решайте, малютка, — продолжал он. — Теперь как раз золотое летнее времечко, самая пора для свадеб.</p>
      <p>— Но я ведь вовсе не собираюсь за вас замуж! — негодующе возразила Саксон. — Я вам уже тысячу раз говорила!</p>
      <p>— Ах, бросьте! Выкиньте эти глупости из головы! Конечно, вы за меня пойдете. Это дело решенное. И еще одно — в пятницу мы с вами махнем во Фриско: там кузнецы задают грандиозный вечер.</p>
      <p>— Нет, я не поеду, — решительно заявила она.</p>
      <p>— Поедете! — ответил он безапелляционно. — Вернемся с последним пароходом, и вы здорово повеселитесь. Познакомлю вас с лучшими танцорами… Я ведь уж не такой жадный. Я знаю, вы потанцевать любите.</p>
      <p>— Но я вам говорю, что не могу, — повторила она.</p>
      <p>Он подозрительно покосился на нее из-под черных нависших бровей, густо сросшихся на переносице и образовавших как бы одну черту.</p>
      <p>— Почему не можете?</p>
      <p>— Я уже обещала…</p>
      <p>— Кому это?</p>
      <p>— Не ваше дело, Чарли Лонг. Обещала… и все тут.</p>
      <p>— Не мое дело? Нет, будет мое, коли захочу! Помните вашего обожателя, этого сопляка бухгалтера? Ну так советую не забывать, чем все это кончилось!</p>
      <p>— Прошу вас, оставьте меня в покое! — обиженно проговорила она. — Ну хоть один раз не мучьте!</p>
      <p>Кузнец язвительно засмеялся.</p>
      <p>— Если какой-нибудь сопляк намерен встать между нами, пусть не воображает… я ему вправлю мозги… Так в пятницу вечером? Да? А где?</p>
      <p>— Не скажу.</p>
      <p>— Где? — повторил он.</p>
      <p>Губы девушки были крепко сжаты, на щеках двумя небольшими пятнами вспыхнул гневный румянец.</p>
      <p>— Подумаешь! Точно я не отгадаю! В зале «Германия», конечно! Ладно, я там буду и провожу вас домой. Поняли? И уж лучше предупредите своего сопляка, чтобы он убирался подобру-поздорову, если не хотите, чтобы я ему морду набил.</p>
      <p>Саксон, чье женское достоинство было оскорблено таким обращением ее поклонника, хотелось бросить ему в лицо имя и подвиги своего нового защитника. Но она тут же испугалась: Чарли — взрослый мужчина, и в сравнении с ним Билл — мальчик. По крайней мере ей он показался таким. Она вспомнила свое первое впечатление от рук Билла и взглянула на руки своего спутника. Они показались ей вдвое больше, а шерсть, которой они обросли, свидетельствовала об его ужасной силе. Нет, не может Билл драться с этаким громадным животным! И вместе с тем в ней вспыхнула тайная надежда, что благодаря чудесному, баснословному искусству, каким владеют боксеры, Биллу, может быть, удастся проучить этого забияку и избавить ее от преследований. Но когда она опять посмотрела на кузнеца и увидела, как широки его плечи, как морщится сукно костюма на мощных мышцах и рукава приподняты глыбами бицепсов, ее снова охватили сомнения.</p>
      <p>— Если вы опять хоть пальцем тронете кого-нибудь, с кем я… — начала она.</p>
      <p>— Ему, конечно, не поздоровится, — осклабился кузнец. — И поделом. Всякого, кто становится между парнем и его девушкой, необходимо вздуть.</p>
      <p>— Я не ваша девушка и, что бы вы ни говорили, никогда не буду.</p>
      <p>— Ладно, злитесь, — кивнул он. — Мне нравится, что вы такая задорная. Нужно, чтобы жена была с огоньком, а то — что в них толку, в этих жирных коровах! Колоды! Вы по крайней мере огонь, злючка!</p>
      <p>Она остановилась возле своего дома и положила руку на щеколду калитки.</p>
      <p>— Прощайте, — сказала она. — Мне пора.</p>
      <p>— Выходите-ка попозднее, прогуляемся в Андорский парк, — предложил он.</p>
      <p>— Нет, мне нездоровится. Поужинаю и сразу лягу.</p>
      <p>— Понятно, — проговорил он с ехидной усмешкой. — Приберегаете, значит, силы к завтрашнему дню? Да?</p>
      <p>Она нетерпеливо толкнула калитку и вошла.</p>
      <p>— Я вас предупредил, — продолжал он, — если вы завтра надуете меня, кому-то придется плохо.</p>
      <p>— Надеюсь, что вам! — отпарировала она.</p>
      <p>Он захохотал, откинул голову, выпятил чугунную грудь и приподнял тяжелые руки. В эту минуту он напоминал Саксон огромную обезьяну, когда-то виденную ею в цирке.</p>
      <p>— Ну, до свиданья! — крикнул он ей вслед. — Увидимся завтра вечером в «Германии».</p>
      <p>— Я не говорила вам, что буду именно там.</p>
      <p>— Но и не отрицали. Я все равно приду. И я вас провожу домой. Смотрите оставьте мне побольше вальсов. Беситесь сколько угодно — это вам идет!</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава восьмая</p>
      </title>
      <p>Когда вальс кончился и музыка смолкла, Билл и Саксон оказались у главного входа в танцевальный зал. Ее рука слегка опиралась на его руку, и они прогуливались, отыскивая местечко, где бы сесть. Вдруг прямо перед ними вырос Чарли Лонг, который, видимо, только что пришел.</p>
      <p>— Так это ты тут отбиваешь девушек? — угрожающе спросил он; лицо его было искажено неистовой злобой.</p>
      <p>— Кто? Я? — спокойно спросил Билл. — Ошибаетесь, я никогда этим не занимаюсь.</p>
      <p>— А я тебе голову снесу, если ты сию минуту не уберешься!</p>
      <p>— Ну, с головой-то мне вроде жалко расстаться. Что ж, пойдемте отсюда, Саксон. Здесь неподходящее для нас соседство.</p>
      <p>Он хотел пройти с ней дальше, но Лонг опять загородил ему дорогу.</p>
      <p>— Уж очень ты занесся, парень, — прохрипел он, — и тебя следует проучить! Понятно?</p>
      <p>Билл почесал затылок и изобразил на своем лице притворное недоумение.</p>
      <p>— Нет, непонятно, — ответил он. — Повторите, что вы сказали?</p>
      <p>Но огромный кузнец презрительно отвернулся и обратился к Саксон:</p>
      <p>— Пойдите-ка сюда. Дайте вашу карточку.</p>
      <p>— Вы хотите с ним танцевать? — спросил Билл.</p>
      <p>Она отрицательно покачала головой.</p>
      <p>— Очень жаль, приятель, ничего не поделаешь, — и Билл опять сделал попытку отойти.</p>
      <p>Но кузнец в третий раз надвинулся на них.</p>
      <p>— А ну-ка давайте отсюда, — сказал Билл, — я вас не держу.</p>
      <p>Лонг чуть не бросился на него; его кулаки сжались. Одну руку он отвел назад, готовясь нанести ею удар, а плечи и грудь выпятил, — но невольно остановился при виде невозмутимого спокойствия Билла и его невозмутимых, как будто затуманенных глаз. В лице Билла не дрогнула ни одна черта, в теле — ни одна мышца. Казалось, он даже не сознает, что ему угрожает нападение. Все это было для кузнеца чем-то совершенно новым.</p>
      <p>— Ты, может, не знаешь, кто я? — вызывающе спросил Лонг.</p>
      <p>— Отлично знаю, — так же невозмутимо ответил Билл. — Ты первейший хулиган (лицо Лонга выразило удовольствие). Специалист по избиению малолетних. Тебе полицейская газета должна бы дать брильянтовый жетон. Сразу видно, что ни черта не боишься.</p>
      <p>— Брось, Чарли, — посоветовал один из обступивших их молодых людей. — Это же Билл Роберте, боксер. Ну, знаешь… Большой Билл…</p>
      <p>— Да хоть бы сам Джим Джеффис! Я никому не позволю становиться мне поперек дороги!</p>
      <p>Но даже Саксон заметила, что его свирепый пыл сразу угас. Казалось, одно имя Билла уже действует усмиряюще на самых отчаянных скандалистов.</p>
      <p>— Вы с ним знакомы? — обратился к ней Билл.</p>
      <p>Она ответила только взглядом, хотя ей хотелось громко закричать обо всех обидах, которые ей нанес этот человек, так упорно ее преследовавший. Билл обернулся к кузнецу:</p>
      <p>— Осторожнее, приятель, тебе со мной ссориться не стоит. Хуже будет. Да и чего ради, собственно говоря? Ведь в таком деле решать ей, а не нам.</p>
      <p>— Нет, не ей. Нам.</p>
      <p>Билл медленно покачал головой:</p>
      <p>— Нет, ошибаешься. Слово за ней.</p>
      <p>— Ну, так скажите его! — зарычал Лонг, обращаясь к Саксон. — С кем вы пойдете? С ним или со мной? Давайте выясним это сейчас же!</p>
      <p>Вместо ответа Саксон положила и другую руку на руку Билла.</p>
      <p>— Вот и сказала, — заметил Билл.</p>
      <p>Лонг злобно посмотрел на Саксон, потом на ее защитника.</p>
      <p>— А все-таки я с тобой еще посчитаюсь, — пробурчал он сквозь зубы.</p>
      <p>Когда Саксон и Билл отошли, девушку охватила глубокая радость. Нет, ее не постигла судьба Лили Сэндерсон, и этот невозмутимый, неторопливый мужчина-мальчик укротил ужасного кузнеца, ни разуме пригрозив ему и не ударив.</p>
      <p>— Он все время прохода мне не дает, — шепнула она Биллу. — Везде меня преследует и избивает каждого, кто только приближается ко мне. Я больше не хочу его видеть! Никогда!</p>
      <p>Билл вдруг остановился. Чарли, нехотя удалявшийся остановился тоже.</p>
      <p>— Она говорит, — обратился к нему Билл, — что больше не хочет с тобой знаться. А ее слово свято. Если только я услышу, что ты к ней опять пристаешь, я возьмусь за тебя по-настоящему. Понял?</p>
      <p>Лонг с ненавистью посмотрел на него и промолчал.</p>
      <p>— Ты понял? — сказал Билл еще более решительно.</p>
      <p>Кузнец глухо прорычал что-то, означавшее согласие.</p>
      <p>— Тогда все в порядке. И смотри — заруби себе на носу. А теперь катись отсюда, не то я тебя сшибу.</p>
      <p>Лонг исчез, бормоча несвязные угрозы, а Саксон шла точно во сне. Итак, Чарли Лонг отступил. Он испугался этого мальчика с нежной кожей и голубыми глазами! Билл избавил ее от преследователя; он сделал то, на что до сих пор не решался никто другой. И потом… он отнесся к ней совсем иначе, чем к Лили Сэндерсон.</p>
      <p>Два раза Саксон принималась рассказывать своему защитнику подробности знакомства с Лонгом, и каждый раз он останавливал ее.</p>
      <p>— Да бросьте вы вспоминать! Все это чепуха, — сказал он во второй раз. — Вы здесь, — а это главное.</p>
      <p>Но она настояла на своем, и когда, волнуясь и сердясь, кончила свой рассказ, он ласково погладил ее руку.</p>
      <p>— Пустяки, Саксон. Он просто нахал. Я как взглянул на него, сразу понял, что это за птица. Больше он вас не тронет. Я знаю таких молодцов: это трусливые псы. Драчун? Да, с грудными младенцами он храбр, хоть сотню поколотит.</p>
      <p>— Но как это у вас получается? — спросила она с восхищением. — Почему мужчины вас так боятся? Нет, вы просто удивительный!</p>
      <p>Он смущенно улыбнулся и переменил разговор.</p>
      <p>— Знаете, — сказал он, — мне очень нравятся ваши зубы. Они такие белые, ровные, но и не мелкие, как у детишек. Они… они очень хорошие… и вам идут. Я никогда еще не видел таких ни у одной девушки. Честное слово, я не могу спокойно на них смотреть! Так бы и съел их.</p>
      <p>В полночь, покинув Берта и Мери, танцевавших неутомимо, Билл и Саксон отправились домой. Так как именно Билл настоял на раннем уходе, то он счел нужным объяснить ей причину.</p>
      <p>— Бокс заставил меня понять одну очень важную штуку, — сказал он,</p>
      <p>— надо беречь себя. Нельзя весь день работать, потом всю ночь плясать и оставаться в форме. То же самое и с выпивкой. Я вовсе не ангел. И я напивался, и знаю, что это такое. Я и теперь люблю пиво, — да чтобы пить не по глоточку, а большими кружками. Но я никогда не выпиваю, сколько мне хочется. Пробовал — и убедился, что не стоит. Возьмите хоть этого хулигана, который сегодня приставал к вам. Я бы шутя его взгрел. Конечно, он и так буян, а тут еще пиво бросилось ему в голову. Я с первого взгляда увидел и потому легко бы с ним справился. Все зависит от того, в каком человек состоянии.</p>
      <p>— Но ведь он такой большой! — возразила Саксон. — У него кулак вдвое больше вашего.</p>
      <p>— Ничего не значит. Важны не кулаки, а то, что за кулаками. Он бы набросился на меня, как зверь. Если бы мне не удалось его сразу сбить, я бы только оборонялся и выжидал. А потом он вдруг выдохся бы, сердце, дыхание — все. И тут уж я бы с ним сделал, что хотел. Главное, он сам это прекрасно знает.</p>
      <p>— Я никогда еще не встречалась с боксером, — сказала Саксон, помолчав.</p>
      <p>— Да я уже не боксер, — возразил Билл поспешно. — И еще одному научил меня бокс: что надо это дело бросить. Не стоит. Тренируется человек до того, что сделается как огурчик, и кожа атласная и все такое, — ну, словом, в отличной форме, жить бы ему сто лет, и вдруг — нырнул он под канаты и через каких-нибудь двадцать раундов с таким же молодцом все его атласы — к чертям, и еще целый год жизни потеряет! Да что год, иной раз и пять лет, а то и половину жизни… бывает и так, что на месте останется. Я насмотрелся. Я видел боксеров. Иной здоров, как бык, а глядишь — года не пройдет, умирает от чахотки, от болезни почек или еще чего-нибудь. Так что же тут хорошего? Того, что он потерял, ни за какие деньги не купишь. Вот потому-то я это дело и бросил и опять стал возчиком. На здоровье не могу пожаловаться и хочу сохранить его. Вот и все.</p>
      <p>— Вы, наверно, гордитесь сознанием своей власти над людьми, — тихо сказала Саксон, чувствуя, что и сама она гордится его силой и ловкостью.</p>
      <p>— Пожалуй, — откровенно признался он, — Я рад, что тогда пошел на ринг, и рад теперь, что с него ушел… Да, все-таки я многому там научился: научился глядеть в оба и держать себя в руках. А какой у меня раньше был характер! Кипяток! Я сам иной раз себя пугался. Чуть что — так вспылю, удержу нет. А бокс научил меня сразу не выпускать пары и не делать того, в чем после каяться будешь.</p>
      <p>— Полно! — перебила она его. — Я такого спокойного, мягкого человека еще не встречала.</p>
      <p>— А вы не верьте. Вот узнаете меня поближе — увидите, какой я бываю: так разойдусь, что уже ничего не помню. Нет, я ужасно бешеный, стоит только отпустить вожжи!</p>
      <p>Этим он как бы выразил желание продолжать их знакомство, и у Саксон радостно екнуло сердце.</p>
      <p>— Скажите, — спросил он, когда они уже приближались к ее дому, — что вы делаете в следующее воскресенье? У вас есть какие-нибудь планы?</p>
      <p>— Нет, никаких нет.</p>
      <p>— Ну… Хотите, возьмем экипаж и поедем на целый день в горы?</p>
      <p>Она ответила не сразу — в эту минуту ею овладело ужасное воспоминание о последней поездке с кузнецом; о том, как она его боялась, как под конец выскочила из экипажа и потом бежала, спотыкаясь в темноте, много миль в легких башмаках на тонкой подошве, испытывая при каждом шаге мучительную боль от острых камней. Но затем она почувствовала прилив горячей радости: ведь теперешний ее спутник — совсем другой человек, чем Лонг.</p>
      <p>— Я очень люблю лошадей, — сказала она. — Люблю даже больше, чем танцы, только я ничего почти про них не знаю. Мой отец ездил на большой чалой кавалерийской лошади. Он ведь был капитаном кавалерийского полка. Я его никогда не видела, но всегда представляю себе верхом на рослом коне, с длинной саблей и портупеей. Теперь эта сабля у моего брата Джорджа, но второй брат. Том, у которого я живу, говорит, что она моя, потому что мы от разных отцов. Они ведь мои сводные братья. От второго мужа у моей матери родилась только я. Это был ее настоящий брак… я хочу сказать — брак по любви.</p>
      <p>Саксон вдруг умолкла, смутившись своей болтливости, но ей так хотелось рассказать этому молодому человеку про себя все, — ведь ей казалось, что эти заветные воспоминания составляют часть ее самой.</p>
      <p>— Продолжайте! Рассказывайте! — настаивал Билл. — Я очень люблю слушать про старину и тогдашних людей. Мои родители ведь тоже все это испытали, но почему-то мне кажется, что тогда жилось лучше, чем теперь. Все было проще и естественнее. Я не знаю, как это выразить… словом — не понимаю я теперешней жизни: все эти профсоюзы и компанейские союзы, стачки, кризисы, безработица и прочее; в старину ничего этого не знали. Каждый жил на земле, занимался охотой, добывал себе достаточно пищи, заботился о своих стариках, и каждому хватало. А теперь все пошло вверх дном, ничего не разберешь. Может, я просто дурак — не знаю. Но вы все-таки продолжайте, расскажите про свою мать.</p>
      <p>— Видите ли, моя мать была совсем молоденькая, когда они с капитаном Брауном влюбились друг в друга. Он был тогда на военной службе, еще до войны. Когда вспыхнула война, капитана послали в Восточные штаты, а мама уехала к своей больной сестре Лоре и ухаживала за ней. Потом пришло известие, что он убит при Шайлоу, и она вышла замуж за человека, который уже много-много лет любил ее. Он еще мальчиком был в той же партии, что и она, и вместе с нею прошел через прерии. Она уважала его, но по-настоящему не любила. А потом вдруг оказалось, что мой отец жив. Мама загрустила, но не дала горю отравить ей жизнь. Она была хорошей матерью и хорошей женой, кроткая, ласковая, но всегда печальная, а голос у нее был, по-моему, самый прекрасный на свете.</p>
      <p>— Держалась, значит, молодцом, — одобрил Билл.</p>
      <p>— А мой отец так и не женился. Он все время продолжал ее любить. У меня хранится очень красивое стихотворение, которое она ему посвятила,</p>
      <p>— удивительное, прямо как музыка. И только через много лет, когда, наконец, ее муж умер, они с отцом поженились. Это произошло в тысяча восемьсот восемьдесят втором году, и жилось ей тогда хорошо.</p>
      <p>Многое еще рассказала ему Саксон, уже стоя у калитки, и потом уверяла себя, что на этот раз его прощальный поцелуй был более долгим, чем обычно.</p>
      <p>— В девять часов не рано? — окликнул ее Билл через калитку. — Ни о завтраке, ни о чем не хлопочите. Я все это устрою. Будьте только готовы ровно в девять.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава девятая</p>
      </title>
      <p>В воскресенье утром Саксон оказалась готовой даже раньше девяти, и когда она вернулась из кухни, куда бегала уже второй раз, чтобы посмотреть в окно, не подъехал ли экипаж, Сара, как обычно, на нее накинулась.</p>
      <p>— Стыд и срам! Некоторые особы не могут жить без шелковых чулок…</p>
      <p>— начала она. — Посмотрите на меня, я день и ночь гну спину, а разве у меня когда-нибудь были шелковые чулки да по три пары туфель? Но я одно говорю: бог справедлив, и некоторые люди не обрадуются, когда придет расплата и они получат по заслугам.</p>
      <p>Том, который в это время покуривал трубку и держал на коленях своего младшего сына, незаметно подмигнул Саксон, что, мол, на Сару опять «наехало». А Саксон тщательно перевязывала лентой волосы одной из девочек и казалась всецело погруженной в свое занятие. Сара грузно шлепала по кухне, перемывая и убирая посуду после завтрака. Наконец, она, охнув, выпрямила спину и, отойдя от раковины, с новым приливом злобы уставилась на Саксон.</p>
      <p>— Что? Небось молчишь? А почему молчишь? Потому что еще, должно быть, не совсем стыд потеряла. Хороша! С боксером спуталась! Слышала, слышала я кое-что насчет твоих похождений с этим Робертсом. Тоже гусь! Да подожди, голубушка, дай только Чарли Лонгу до него добраться! Тогда увидишь!</p>
      <p>— Ну, не знаю, — вмешался Том. — По всему, что я слышал, Билл Роберте очень хороший парень.</p>
      <p>Саксон снисходительно улыбнулась, но Сара, перехватив эту улыбку, окончательно рассвирепела.</p>
      <p>— Почему бы тебе не выйти за Чарли Лонга? Он об тебе с ума сходит, не пьяница…</p>
      <p>— Насколько мне известно, он пьет гораздо больше, чем следует, — возразила Саксон.</p>
      <p>— Это-то верно, — подтвердил брат. — А кроме того, я знаю, что он и дома держит бочонок пива.</p>
      <p>— Может, ты сам к нему прикладывался? — съязвила Сара.</p>
      <p>— Может, и прикладывался, — спокойно ответил Том, невольно отерев рот рукой.</p>
      <p>— А почему бы ему и не держать у себя бочонка, коли ему хочется? — вновь перешла она в наступление, направленное теперь и на мужа. — Он чужого не берет, зарабатывает хорошо, во всяком случае побольше, чем иные прочие.</p>
      <p>— Да, но у него нет на руках жены и ребят, — сказал Том.</p>
      <p>— И он не платит дурацких взносов во всякие там союзы.</p>
      <p>— Ошибаешься. Взносы и он платит, — невозмутимо возразил Том. — Черта с два он работал бы на этом предприятии, да и на любом в Окленде, если бы не был в ладах с союзом кузнецов. Ты ведь, Сара, ничего не понимаешь насчет профсоюзных дел. Коли человек не хочет умереть с голоду, он должен держаться за союз.</p>
      <p>— Ну еще бы, — презрительно фыркнула Сара. — Я всегда ничего не понимаю! Где уж мне! Я дура набитая! И ты мне это говоришь при детях?!</p>
      <p>— Она с бешенством обернулась к старшему мальчику, который вздрогнул и отскочил. — Слышишь, Билли? Оказывается, твоя мать дура! Понимаешь? Твой отец это ей заявляет в лицо, и при вас — детях! Она круглая дура! Скоро он скажет, что она спятила, и отправит ее в сумасшедший дом. А что ты на это скажешь. Билли? Тебе понравится, если твоя мать будет сидеть взаперти, в халате, в отделении для буйных, без солнца, без света, и ее будут бить, как били негров, когда они были рабами. Билли, как настоящих черномазых негров? Вот какой у тебя папаша! Подумай об этом. Билли! Представь себе свою мать, которая тебя родила, в буйном отделении, среди сумасшедших! Они воют и вопят, а кругом валяются залитые известью трупы тех, кого эти звери сторожа били так, что забили до смерти!..</p>
      <p>Она продолжала неутомимо рисовать в самых мрачных красках то ужасное будущее, которое ей готовит ее супруг, а мальчик, охваченный смутным предчувствием какой-то непонятной катастрофы, начал беззвучно плакать, и его нижняя губа судорожно вздрагивала.</p>
      <p>Саксон, наконец, вышла из себя.</p>
      <p>— Ради бога! — вспылила она. — Пяти минут мы не можем пробыть вместе, чтобы не ссориться!</p>
      <p>Сара тут же забыла о сумасшедшем доме и опять набросилась на Саксон:</p>
      <p>— Это кто же ссорится? Я рта не могу раскрыть, вы оба тут же на меня накидываетесь!</p>
      <p>Саксон в отчаянии полсала плечами, а Сара повела новую атаку на мужа:</p>
      <p>— Уж если сестра тебе дороже жены, так зачем же ты на мне женился? Я тебе детей народила, я работала на тебя, как каторжная, я все руки себе отмотала! Ты и спасибо не скажешь… при детях оскорбляешь меня, кричишь, что я сумасшедшая! А ты для меня хоть что-нибудь сделал? Ты вот что скажи! Я на тебя и стряпала, и твое вонючее белье стирала, и носки чинила, и ночи не спала с твоими щенками, когда они болели! А вот на — посмотри! — И она высунула из-под юбки бесформенную распухшую ногу, обутую в стоптанный, нечищенный потрескавшийся башмак. — На это посмотри! Вот я про что говорю! Полюбуйся! — Ее крик постепенно переходил в хриплый визг. — А ведь других башмаков у меня нет! У твоей жены! И тебе не стыдно? Уж трех пар ты у меня не найдешь! А чулки? Видишь?..</p>
      <p>Вдруг голос ее оборвался, и она рухнула на стул у стола, задыхаясь от нестерпимой обиды и злобы; но тут же опять поднялась, деревянным угловатым движением, как автомат, налила себе чашку остывшего кофе и таким же деревянным движением снова села. Она вылила на блюдце подернутую жиром, противную жидкость, — словно кофе был горяч и мог обжечь ей рот, — и продолжала бессмысленно смотреть перед собой, а грудь ее приподнималась судорожными, короткими вздохами.</p>
      <p>— Ну, Сара, успокойся! Пожалуйста, успокойся! — тревожно упрашивал ее Том.</p>
      <p>Вместо ответа она медленно, осторожно, словно от этого зависела судьба целого государства, опрокинула блюдечко на стол, — затем подняла правую руку, медленно, тяжело, и так же неторопливо и тяжело ударила Тома ладонью по щеке и тут же истерически завыла — пронзительно, хрипло, все на тех же нотах, как одержимая — села на пол и принялась раскачиваться взад и вперед, словно в порыве безысходного горя.</p>
      <p>Тихие всхлипывания Билли перешли в громкий плач; к нему присоединились обе девочки с новыми лентами в волосах.</p>
      <p>Лицо Тома вытянулось и побелело, хотя щека его все еще пылала. Саксон очень хотелось ласково обнять его и утешить, но она не решилась.</p>
      <p>Он наклонился над женой:</p>
      <p>— Сара, ты нездорова. Дай я уложу тебя в постель, а тут уж: сам приберу.</p>
      <p>— Не трогай! Не трогай меня! — судорожно завопила она, вырываясь.</p>
      <p>— Уведи детей во двор. Том, и погуляй с ними, во всяком случае уведи их отсюда, — сказала Саксон; сердце ее сжималось, она была бледна и дрожала.</p>
      <p>— Иди, иди. Том, пожалуйста! Вот твоя шляпа. Я успокою ее. Я знаю, что ей нужно.</p>
      <p>Оставшись одна, Саксон с судорожной поспешностью принялась за дело. Всеми силами старалась она казаться спокойной, чтобы успокоить эту раскричавшуюся, обезумевшую женщину, все еще бившуюся на полу. Тонкие дощатые стены дома пропускали малейший звук, и Саксон догадывалась, что шум скандала слышен не только в соседних домах, но и на улице и даже на той стороне. Больше всего она боялась, чтобы именно в эту минуту не появился Билл. Саксон чувствовала себя униженной, оскорбленной до глубины души. Каждый ее нерв трепетал, вид Сары вызывал в ней почти физическую тошноту, и все же она не теряла самообладания и медленным, успокаивающим движением гладила волосы кричавшей женщины, затем обняла ее — и постепенно ужасный, пронзительный визг Сары стал затихать. Еще несколько минут — и та уже лежала в постели, судорожно всхлипывая, с мокрым полотенцем на голове и на глазах.</p>
      <p>— Это облегчит головную боль, — сказала Саксон.</p>
      <p>Когда на улице раздался топот копыт и затих перед домом, Саксон уже могла оставить Сару и, выскочив на крыльцо, помахала рукою Биллу. В кухне она увидела брата, тревожно ожидавшего дальнейших событий.</p>
      <p>— Все в порядке, — сказала она. — За мной приехал Билл Роберте, и мне надо уходить. А ты поди посиди с ней; может, она заснет. Но только не раздражай ее, пусть себе куражится. Если она позволит тебе подержать ее руку, подержи; во всяком случае — попробуй. Но прежде всего, ничего не говоря, намочи опять полотенце, положи ей на голову и посмотри, как она к этому отнесется.</p>
      <p>Том был человек мягкий и покладистый. Но, как большинство жителей Запада, он не привык и не умел выражать свои чувства. Он кивнул, повернулся к двери и нерешительно остановился. Во взгляде, который он бросил на Саксон, была и благодарность и братская любовь. Она это почувствовала и так и потянулась к нему.</p>
      <p>— Ничего, ничего, все хорошо! — поспешила она его успокоить.</p>
      <p>Том отрицательно покачал головой.</p>
      <p>— Нет, не хорошо! Стыдно, гадко, а не хорошо! — Он повел плечами.</p>
      <p>— Мне не за себя, а за тебя горько… Ведь ты, сестренка, только начинаешь жить. Молодые годы пройдут так быстро, что и опомниться не успеешь. Вот у тебя уже и день испорчен. Постарайся как можно скорее забыть все это, удирай отсюда со своим приятелем и хорошенько повеселись. — Уже взявшись за дверную ручку, он опять остановился. Лицо его было мрачно. — Черт! Подумать только! Ведь и мы с Сарой когда-то уезжали кататься на целый день! И у нее, наверно, тоже было три пары туфель! Даже не верится!</p>
      <p>В своей комнате Саксон, кончая одеваться, влезла на стул, чтобы посмотреть в маленькое стенное зеркальце, как на ней сидит полотняная юбка; эту юбку и жакетку она купила готовыми, сама переделала и даже прострочила двойные швы, чтобы придать костюму такой вид, словно он от портного. Все еще стоя на стуле, она уверенным движением поправила складки и подтянула юбку. Нет, теперь все хорошо. Понравились ей и ее стройные лодыжки над открытыми кожаными туфлями и мягкие, но сильные линии икр, обтянутых новенькими бумажными коричневыми чулками.</p>
      <p>Соскочив со стула, она надела, приколов шляпной булавкой, плоскую белую соломенную шляпу с коричневой лентой, под цвет кушака, потом свирепо растерла себе щеки, чтобы вернуть тот румянец, который исчез из-за истории с Сарой, и задержалась еще на минуту, натягивая свои нитяные перчатки: в модном отделе воскресного приложения к газете она прочла, что ни одна уважающая себя дама не надевает перчаток на улице.</p>
      <p>Решительно встряхнувшись, она прошла через гостиную, мимо Сариной спальни, откуда сквозь тонкую перегородку доносились тяжелые вздохи и жалобные всхлипывания, и вынуждена была сделать огромное усилие, чтобы щеки ее опять не побледнели и блеск в глазах не померк. И это ей удалось. Глядя на сияющее, жизнерадостное молодое создание, так легко сбежавшее к нему с крыльца, Билл никогда бы не поверил, что девушка сейчас только выдержала мучительную сцену с полубезумной истеричкой. Она же была поражена его освещенной солнцем белокурой красотой. Щеки с гладкой, как у девушки, кожей были чуть тронуты легким румянцем; синева глаз была темнее обычного, а короткие кудрявые волосы больше чем когда-либо напоминали бледное золото. Никогда он не казался ей таким царственно-юным. Здороваясь, он ей улыбнулся, между алыми губами медленно сверкнула белизна зубов, — и она опять почувствовала в этой улыбке обещание покоя и отдыха. Саксон еще находилась под впечатлением полубезумных выкриков невестки, и несокрушимое спокойствие Билла подействовало на нее особенно благотворно; она невольно рассмеялась про себя, вспомнив его уверения, будто бы у него бешеный нрав.</p>
      <p>Ей и прежде приходилось кататься, но всегда в одноконном тяжелом, неуклюжем экипаже, нанятом на извозчичьем дворе и рассчитанном главным образом на прочность. А тут она увидела пару красивых лошадок, которые поматывали головами и от нетерпения едва стояли на месте, и каждый золотистый блик на их гнедых шелковистых спинах как бы говорил о том, что они за всю свою молодую и славную жизнь никогда еще не отдавались внаймы. Их разделяло до смешного тонкое дышло, и вся их сбруя казалась легкой и хрупкой. А Билл, точно по праву, как будто являясь главной и неотъемлемой частью всей этой упряжки, сидел в узкой, изящной, до блеска начищенной коляске на резиновом ходу с высокими желтыми колесами, — такой сильный и ловкий, такой бесконечно не похожий на молодых людей, которые возили ее кататься на старых, нескладных клячах. Он держал вожжи в одной руке и уговаривал молодых нервных лошадок своим негромким спокойным голосом, в котором были и ласка и твердость; и они подчинялись его воле и внутренней силе.</p>
      <p>Однако времени терять было нечего. Зорким женским взглядом Саксон окинула улицу, и женское чутье не обмануло ее: она увидела, что со всех сторон сбежалась не только любопытная детвора — из окон и дверей высовывались лица взрослых, открывались ставни, откидывались занавески. Свободной рукой Билл отстегнул фартук и помог ей сесть рядом с ним. Роскошное, на пружинах, сиденье с высокой спинкой, обитое темной кожей, оказалось чрезвычайно удобным; но еще приятнее была близость ее спутника, его сильного тела, полного спокойной уверенности.</p>
      <p>— Ну как — нравятся они вам? — спросил он, забирая вожжи в обе руки и пуская лошадей, которые сразу стремительно взяли с места, — Это ведь хозяйские. Таких не наймешь. Он мне дает их иногда для проездки. Если их время от времени не объезжать, так потом и не справишься. Посмотрите на Короля, вон того, — видите какой аллюр! Шикарный! Да? Но другой все-таки лучше. Его зовут Принц. Пришлось его взять на мундштук, а то не удержишь. Ах ты! Озоруешь? Видели, Саксон? Вот это лошади! Это лошади!</p>
      <p>Им вслед понеслись восторженные возгласы соседских ребят, и Саксон с глубоким и радостным вздохом подумала, что ее счастливый день, наконец, начался.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава десятая</p>
      </title>
      <p>— Я ничего не понимаю в лошадях, — сказала Саксон. — Ни разу в жизни не ездила верхом, а если и приходилось править, то всегда какими-то хромыми клячами, которые едва ноги переставляют. Но я лошадей не боюсь. Я их ужасно люблю, — по-моему, это у меня врожденное.</p>
      <p>Билл бросил на нее довольный и восхищенный взгляд.</p>
      <p>— Это хорошо. Вот это я в женщине люблю — смелость! Мне случалось катать таких девушек, что, поверьте, тошно становилось. Ах, как они меня сердили! Нервничают, дрожат, пищат, трясутся!.. Верно, они и ездили-то не ради катанья, а из-за меня. А мне нравится девушка, которая любит лошадей и не боится… Вот вы такая, Саксон, даю слово. С вами я могу болтать без конца. А с другими — тощища. Молчу, словно в рот воды набрал. Они ничего не знают и не понимают, все время трусят… Ну, мне кажется, вы понимаете, что я имею в виду…</p>
      <p>— Я думаю, — сказала она, — что любовь к лошадям — это врожденное. Может, мне так кажется оттого, что я постоянно вспоминаю об отце, как он сидел на своей чалой лошади. Ну в общем, я их люблю. Когда я была ребенком, я постоянно рисовала их. И мать меня в этом поощряла. У меня сохранилась целая тетрадка таких рисунков. И знаете. Билли, я очень часто вижу во сне, что у меня есть лошадь, моя собственная. А сколько раз я видела, что еду верхом или правлю!</p>
      <p>— Я вам дам править немного погодя, когда они успокоятся; теперь вы их не удержите. Возьмитесь-ка за вожжи впереди меня и держите крепче. Чувствуете? Конечно, чувствуете! И это еще что! Я боюсь пустить вас править — уж: очень в вас мало весу.</p>
      <p>Ее глаза засияли, когда она ощутила в тугих, напряженных вожаках живую силу прекрасных животных, и Билл, глядя на нее, тоже сиял, разделяя ее восхищение.</p>
      <p>— Какой толк в женщине, если она не может быть для мужчины товарищем? — воскликнул он.</p>
      <p>— Нам всегда лучше всего с теми, кто любит то же, что и мы, — рассудительно откликнулась она, втайне радуясь тому, что между ними действительно так много общего.</p>
      <p>— Знаете, Саксон, сколько раз мне приходилось драться добросовестно, не щадя себя, чтобы победить, перед толпой зрителей — спившихся, прокуренных насквозь, еле живых мозгляков! От одного их вида меня тошнило! И эта мразь, которая не вынесла бы и одного удара в подбородок или под ложечку, подстрекала меня и требовала крови. Заметьте — крови, — а у самих и рыбьей-то нет в жилах! Даю слово, я предпочел бы выйти в бой перед одним зрителем, — хотя бы перед вами, — только пусть это будет кто-нибудь, кто мне приятен. Тогда бы я гордился. Но драться перед этими слабоумными болванами, перед этими слизняками, и чтобы они аплодировали мне? Мне?.. Неужели вы осудите меня за то, что я покончил с этим грязным делом? Да я бы охотнее выступал перед старыми заезженными клячами, которым место только на свалке, чем перед этой мразью, ведь у нее и в жилах-то не кровь, а мутная вода с Контра-Косты в пору дождей.</p>
      <p>— Я… я не думала, что бокс… такая вещь, — сказала Саксон упавшим голосом и, невольно выпустив вожаки, опять откинулась на спинку сиденья.</p>
      <p>— Не бокс, а публика, которая на него смотрит, — вдруг возразил он ревниво. — Конечно, бокс может повредить здоровью молодого человека, постепенно отнять у него силы и прочее. Но меня больше всего возмущают эти болваны в публике. Даже их восторг и их похвала унизительны. Понимаете? Это меня роняет. Представьте себе, что этакий пьяный дохляк, который больной кошки боится и не достоин даже пальто подать порядочному человеку, становится на дыбы, орет и подзуживает меня — меня!.. Ха-ха! Посмотрите-ка, что он делает! Вот шельма!</p>
      <p>Большой бульдог, крадучись перебиравшийся через улицу, прошел слишком близко от Принца, и Принц вдруг оскалил зубы, опустил голову и натянул вожжи, стараясь схватить собаку.</p>
      <p>— Вот он — настоящий храбрец, наш Принц, — сказал Билл, — и у него все естественно. Он старается куснуть собаку вовсе не потому, что какой-то бездельник его на пса натравил, — он поступает так по собственному побуждению. И это правильно. Это хорошо. Потому что естественно. Но на ринге, перед публикой — нет, бог с ними, Саксон!..</p>
      <p>И Саксон, поглядывавшая на него сбоку и наблюдавшая, как он уверенно правит лошадьми, проезжая в это воскресное утро по улицам, и как осадил их, когда им попались по пути два мальчика в детской повозке, — Саксон вдруг почувствовала в нем скрытые глубины и порывы, мощное и пленительное сочетание пылкого темперамента и затаенных страстей с далекой и суровой, как звезды, печалью; первобытной дикости, смелой, как у волка, и прекрасной, как у породистой лошади, с гневом карающего ангела и с какой-то неистощимой вневозрастной юностью, полной огня и жизни. Она была испугана и потрясена, по-женски рвалась к нему через все эти пропасти, ибо сердце ее и объятия жаждали его, и она невольно шептала, отзываясь на это чувство всеми струнами своей души: «Милый… милый!»</p>
      <p>— И знаете, Саксон, — продолжал он прерванный разговор, — я иногда так их ненавидел, что мне хотелось перепрыгнуть через канаты, ворваться в эту толпу, надавать им по шее. Я бы им показал, что такое бокс! Был такой вечер, когда мы дрались с Биллом Мэрфи. Ах, если бы вы знали его! Это мой друг. Самый чудесный и веселый парень, когда-либо выходивший на ринг! Мы вместе учились в школе, вместе росли. Его победы были моими победами. Его неудачи — моими неудачами. Оба мы увлекались боксом. Нас выпускали друг против друга, и не раз. Дважды мы кончали вничью; потом раз победил он, другой раз — я. И вот мы вышли в пятый раз. Вы понимаете — в пятый раз должны бороться два человека, которые любят друг друга. Он на три года старше меня. У него есть жена и двое-трое ребят, я их тоже знаю. И он мой друг. Вы представляете себе?</p>
      <p>Я на десять фунтов тяжелее его, но для тяжеловесов это неважно. Я лучше чувствую время и дистанцию. И лучше веду нападение. Но он сообразительнее и проворнее меня. Я никогда не отличался проворством. И оба мы одинаково работаем и левой и правой, и у обоих сильный удар. Я знаю его удары, а он мои, и мы друг друга уважаем. У нас равные шансы: две схватки вничью и по одной победе. У меня — говорю по чести</p>
      <p>— никакого предчувствия, кто победит, — словом, мы равны!</p>
      <p>И вот… начинается бой… Вы не трусиха?</p>
      <p>— Нет, нет! — воскликнула она. — Рассказывайте! Я хочу слушать! Вы такой удивительный!</p>
      <p>Он как должное принял эту похвалу, не отводя от Саксон спокойных ясных глаз.</p>
      <p>— И вот мы начали. Шесть раундов, семь, восемь; и ни у того, ни у другого нет перевеса. Отражая его выпады левой рукой, мне удалось дать ему короткий апперкот правой, но и он двинул меня в челюсть и по уху, да так сильно, что в голове зашумело и загудело. Словом, все шло великолепно, и казалось, дело кончится опять вничью. Матч ведь, как вы знаете, — двадцать раундов.</p>
      <p>А потом случилось несчастье. Мы только что вошли в клинч, и он нацелился левым кулаком мне в лицо. Попади он в подбородок — я бы рухнул. Я наклонился вперед, но недостаточно быстро, и удар пришелся по скуле. Даю слово, Саксон, у меня от этого удара посыпались искры из глаз. Но все-таки это не могло мне повредить, потому что тут кости крепкие. А себя он этим погубил, он сильно зашиб себе большой палец, который разбил еще мальчиком, когда боксировал на песках Уоттс-Тракта. И вот этим пальцем он ударил меня по скуле, — а она у меня каменная, — вывихнул его и повредил опять те же мышцы, они уже не были такими крепкими. Но я не хотел этого. Это коварная уловка, хотя в состязаниях и допускается, а состоит она в том, что противник ушибает себе руку о вашу голову. Но не между друзьями. Я бы не сделал этого по отношению к Биллу Мэрфи ни за какие деньги. Несчастье случилось только из-за моей медлительности, — да уж я такой родился.</p>
      <p>Вы не знаете, Саксон, что такое ушиб! Это можно понять, только когда ударишься ушибленным местом. Что оставалось делать Биллу Мэрфи? Он уже не мог нападать, пользуясь обеими руками. И он знал это. И я знал. И судья. Но больше никто. И он старался делать вид, что его левая в полном порядке, — но ведь это было не так. Каждое прикосновение причиняло ему такую боль, точно в его тело вонзали нож. Он не мог нанести левой рукой ни одного стоящего удара. И все-таки ему было нестерпимо больно. Двигай не двигай — все равно больно. А тут каждый выпад левой, от которого я и не думал увертываться, так как знал, что ничего за ним нет, отдавался у него прямо в сердце и вызвал более мучительные страдания, чем тысячи болячек или самых увесистых ударов, — и с каждым разом все хуже и хуже.</p>
      <p>Теперь представьте себе, что мы деремся с ним для забавы, где-нибудь во дворе, и он ушиб себе палец. Мы сняли бы перчатки, я мгновенно перевязал бы этот бедный палец и наложил на него холодный компресс, чтобы не было воспаления. Но нет! Это состязание для публики, которая заплатила деньги, чтобы видеть кровь, и она хочет ее увидеть! Разве это люди? Это волки!</p>
      <p>Нечего и говорить, что ему уже было не до драки, да и я на него не наседал. Со мной черт знает что творилось, и я не знал, как мне быть дальше. А в публике это заметили и кричат: «Кончай! Жульничество! Обман! Дай ему хорошенько! Держу за тебя, Билл Роберте!» — и тому подобный вздор.</p>
      <p>«Бейся, — шепчет мне в бешенстве судья, — а то я объявлю, что ты бьешься нечестно, и дисквалифицирую тебя. Слышишь ты, Билл?» Он сказал мне это и еще ткнул в плечо, чтобы я понял, кого он имеет в виду.</p>
      <p>Разве это хорошо? Разве это честно? А знаете, из-за чего мы боролись? Из-за ста долларов. Подумайте только! И нужно было довести борьбу до конца и сделать все, чтобы погубить своего друга, потому что публика на нас ставила! Мило, не правда ли? Ну, это и был мой последний матч, навсегда! Хватит с меня!</p>
      <p>«Выходи из игры, — шепнул я Мэрфи во время клинча, — ради бога, выходи!» А он шепнул мне в ответ: «Не могу, Билл, ты знаешь, что не могу».</p>
      <p>Тут судья нас растащил, и публика начала орать и свистать.</p>
      <p>«Ну-ка, черт тебя возьми, наддай, Билл Роберте, прикончи его», — говорит мне судья. А я посылаю его к дьяволу, и опять мы с Мэрфи входим в клинч, и он опять ушибает палец, и я вижу — лицо у него скривилось от боли. Спорт? Игра? Да разве это спорт? Видишь муку в глазах того, кого любишь, знаешь, что он любит тебя, и все-таки причиняешь ему боль! Я не мог этого вынести. Но публика поставила на нас свои деньги! А мы сами не в счет. Мы продали себя за сто долларов, и теперь хочешь не хочешь, а доводи дело до конца.</p>
      <p>Честное слово, Саксон, мне тогда хотелось нырнуть под канат, избить этих крикунов, которые требовали крови, и показать им, что такое кровь.</p>
      <p>«Ради бога, Билл, — просит он меня во время клинча, — кончай со мной. Я не могу сдаться сам…»</p>
      <p>— И знаете что — я там же, на ринге, во время клинча заплакал. «Не могу, Билл», — говорю, — и обнял его, как брата. А судья рычит и расталкивает нас, публика ревет: «Наддай! Бей его! Кончай! Чего ты смотришь? Дай ему в зубы, свали его!»</p>
      <p>«Ты должен, Билл, не поступай по-свински», — просит Мэрфи и так ласково глядит мне в глаза, а судья опять растаскивает нас.</p>
      <p>А волки все воют: «Жулье! Жулье! Обман!» — и не хотят успокоиться.</p>
      <p>Ну что же, я выполнил их требование. Мне ничего другого не оставалось. Я сделал ложный выпад. Он выбросил левую руку, я быстро отклонился вправо, подставил плечо и нанес ему удар справа в челюсть. Он знал этот трюк. Сотни раз он пользовался им сам и защищался от него плечом. Но теперь он не защищался. Он открылся для удара. Что ж, это был конец. Мой друг повалился на бок, проехал лицом по просмоленному холсту и замер, подогнув голову, будто у него шея сломана. И я — я сделал это ради ста долларов и ради людей, которые плевка моего не стоят! Потом я схватил Мэрфи на руки, унес его и помог привести в чувство. Все эти мозгляки были довольны: они же заплатили свои денежки и видели кровь, видели нокаут! А человек, которого они мизинца не стоят и которого я любил, лежал на матах без чувств, с разбитым лицом…</p>
      <p>Билл замолчал, глядя прямо перед собой, на лошадей. Лицо его было сурово и гневно. Затем он вздохнул, посмотрел на Саксон и улыбнулся.</p>
      <p>— С тех пор я больше не выступаю. Мэрфи смеется надо мной. Он продолжает участвовать в матчах, но так, между прочим. У него хорошая специальность. А время от времени, когда нужны деньги — крышу покрасить, либо на врача, либо старшему мальчику на велосипед, — Мэрфи выступает в клубах за сотню или полсотни долларов. Я хочу, чтобы вы познакомились, когда это будет удобно. Он, как я вам уже говорил, золото-парень. Но от всей этой истории мне было в тот вечер очень тяжело.</p>
      <p>Снова лицо Билла стало жестким и гневным, и Саксон бессознательно сделала то, что женщины, стоящие выше ее на социальной лестнице, делают с притворной непосредственностью: она положила руку на его руку и крепко ее сжала. Наградой была улыбка его глаз и губ, когда он повернулся к ней.</p>
      <p>— Чудно! — воскликнул он. — Никогда я ни с кем так много не болтал. Я всегда больше молчу и берегу свои мысли про себя. Но к вам у меня другое отношение — мне почему-то хочется, чтобы вы меня знали и понимали; вот я и делюсь с вами своими мыслями. Танцевать-то может всякий.</p>
      <p>Они ехали городскими улицами, миновали ратушу, Четырнадцатую улицу с ее небоскребами и через Бродвей направились к Маунтэн-Вью. Повернув от кладбища направо, они выехали через Пьемонтские холмы к Блэрпарку и углубились в прохладную лесную глушь Джэкхейского ущелья. Саксон не скрывала своего удовольствия и восхищения: лошади мчали их с такой быстротой.</p>
      <p>— Какие красавцы! — сказала она. — Мне никогда и не снилось, что я буду кататься на таких лошадях. Боюсь вот-вот проснуться, и все окажется только сном. Я уже говорила вам, как я люблю лошадей. Кажется, отдала бы все на свете, чтобы иметь когда-нибудь собственную лошадь.</p>
      <p>— А ведь странно, правда, — отвечал Билл, — что и я люблю лошадей именно вот так? Хозяин уверяет, что у меня на лошадей особый нюх. Сам он болван, ни черта в них не смыслит. Между тем у него, кроме вот этой пары выездных, двести огромных тяжеловозов, а у меня ни одной лошади.</p>
      <p>— Но ведь лошадь создал господь бог, — сказала Саксон.</p>
      <p>— Да уж, конечно, не мой хозяин. Так почему же у него их столько? Двести голов, говорю вам! Уверяет, будто он завзятый лошадник. А я даю слово, Саксон, что все это вранье; вот мне дорога последняя облезлая лошаденка в его конюшне. И все-таки лошади принадлежат ему! Разве это не возмутительно?</p>
      <p>Саксон сочувственно засмеялась:</p>
      <p>— Еще бы! Я вот, например, ужасно люблю нарядные блузки и целые дни занимаюсь разглаживанием самых очаровательных, какие только можно себе представить, — но блузки-то чужие! И смешно — и несправедливо!</p>
      <p>Билл стиснул зубы в новом приступе гнева.</p>
      <p>— А какими путями иные женщины добывают эти блузки? Меня зло берет, что вы должны стоять и гладить их. Вы понимаете, что я имею в виду, Саксон. Нечего играть в прятки. Вы знаете. И я знаю. И все знают. А свет устроен так по-дурацки, что мужчины иногда не решаются говорить об этом с женщинами. — Тон у него был смущенный, но в то же время чувствовалось, что он уверен в своей правоте. — С другими девушками я таких вопросов даже не касаюсь: сейчас вообразят, что это неспроста и я чего-то от них хочу добиться. Даже противно, до чего они везде ищут нехорошее. Но вы не такая. С вами я могу говорить обо всем. Я знаю. Вы — как Билл Мэрфи, — словом, как мужчина!</p>
      <p>Она вздохнула от избытка счастья и невольно бросила на него сияющий любовью взгляд.</p>
      <p>— И я чувствую то же самое, — сказала она. — Я никогда не решилась бы говорить о таких вещах с знакомыми молодыми людьми, они сейчас же этим воспользовались бы. Когда я с ними, мне кажется, что мы друг другу лжем, обманываем, ну… морочим друг друга, как на маскараде. — Она нерешительно помолчала, потом заговорила опять, тихо и доверчиво:</p>
      <p>— Я ведь не закрывала глаза на жизнь. Я многое видела и слышала; и меня мучили искушения, когда прачечная, бывало, надоест до того, что, кажется, готова на все пойти. И у меня могли бы быть нарядные блузки и все прочее… может быть, даже верховая лошадь. Был тут один кассир из банка… и заметьте, женатый. Так он прямо предложил мне… Ведь не церемониться же со мной! Он же не считал меня порядочной девушкой, с какими-то чувствами, естественными для девушки, а так — ничтожеством. Разговор между нами был чисто деловой. Тут я узнала, каковы мужчины. Он объяснил мне точно, что он для меня сделает. Он…</p>
      <p>Голос ее печально замер, и она слышала, как в наступившей тишине Билл заскрипел зубами.</p>
      <p>— Можете не рассказывать! — воскликнул он. — Я знаю. Жизнь грязна, несправедлива, отвратительна! Неужели люди могут так жить? В этом же нет никакого смысла. Женщин — славных, хороших женщин — продают и покупают, как лошадей. И я не понимаю женщин. Но не понимаю и мужчин. Если мужчина покупает женщину, она его, конечно, надует. Это же смешно. Возьмите хотя бы моего хозяина с его лошадьми. У него ведь есть и женщины. Он может, пожалуй, купить и вас, потому что даст хорошую цену. Ах, Саксон, вам, конечно, очень пристали нарядные блузки и всякая мишура, но, даю слово, я не могу допустить и мысли, чтобы вы платили за них такой ценой. Это было бы просто преступлением…</p>
      <p>Он вдруг смолк и натянул вожжи. За крутым поворотом дороги показался мчавшийся автомобиль. Шофер резко затормозил машину, и сидевшие в ней пассажиры с любопытством уставились на молодого человека и девушку, легкий экипаж которых мешал им проехать. Билл поднял руку.</p>
      <p>— Объезжайте нас с наружной стороны, приятель, — сказал он шоферу.</p>
      <p>— И не подумаю, милейший, — отвечал тот, смерив опытным взглядом осыпающийся край дороги и крутизну склона.</p>
      <p>— Тогда будем стоять, — весело заявил Билл. — Я правила езды знаю. Эти кони никогда не видели машины, и если вы воображаете, что я позволю им понести и опрокинуть коляску на крутизне, жестоко ошибаетесь.</p>
      <p>Сидевшие в автомобиле шумно и возмущенно запротестовали.</p>
      <p>— Не будь нахалом, хоть ты и деревенщина, — сказал шофер, — ничего с твоими лошадьми не случится. Освободи место, и мы проедем. А если ты не…</p>
      <p>— Это сделаешь ты, приятель, — ответил Билл. — Разве так разговаривают с товарищем? Со мной спорить бесполезно. Поезжайте-ка обратно вверх по дороге, и все. Доедете до широкого места, и мы прокатим мимо вас. Как же быть, раз влипли? Давай задний ход.</p>
      <p>Посоветовавшись с пассажирами, которые начинали нервничать, шофер, наконец, послушался, дал задний ход, и вскоре машина исчезла за поворотом.</p>
      <p>— Вот прохвосты! — засмеялся Билл, обращаясь к Саксон. — Если у них есть автомобиль да несколько галлонов бензина, так они уже воображают себя хозяевами всех дорог, которые проложили мои и ваши предки.</p>
      <p>— Что ж, до вечера, что ли, будем канителиться? — раздался голос шофера из-за поворота. — Трогайте. Вы можете проехать.</p>
      <p>— Заткнись! — презрительно отвечал Билл. — Проеду, когда надо будет. А если вы мне не оставили достаточно места, так я перееду и тебя и твоих дохлых франтов.</p>
      <p>Он слегка шевельнул вожжами, и мотавшие головой, неутомимые кони без всякого понукания, легко взяли крутой склон и объехали машину, стоявшую с включенным мотором.</p>
      <p>— Так на чем мы остановились? — снова начал Билл, когда перед ними опять потянулась пустынная дорога. — Да взять хотя бы моего хозяина. Почему у него могут быть двести лошадей, сколько хочешь женщин и все прочие блага, а у нас с вами ничего?</p>
      <p>— У вас красота и здоровье. Билли, — сказала Саксон мягко.</p>
      <p>— И у вас тоже. Но мы этот товар продаем, точно материю за прилавком — по стольку-то за метр. Вы и сами знаете, что сделает из вас прачечная через несколько лет. А посмотрите на меня! Я каждый день продаю понемногу свою силу. Поглядите на мой мизинец. — Он переложил вожжи в одну руку и показал ей другую. — Я не могу его разогнуть, как другие пальцы, и я владею им все хуже и хуже. И вывихнул я его не во время бокса — это от моей работы. Я продал свою силу за прилавком. Видали вы когда-нибудь руки старого возчика, правившего четверкой? Они точно когти — такие же скрюченные и искривленные.</p>
      <p>— В старину, когда наши предки шли через прерии, все было по-другому, — заметила Саксон. — Правда, они, наверно, тоже калечили себе руки работой, но зато ни в чем не чувствовали недостатка — и лошади у них были и все.</p>
      <p>— Конечно. Ведь они работали на себя. И руки калечили ради себя. А я калечу ради хозяина. Знаете, Саксон, у него руки мягкие, как у женщины, которая никогда не знала труда. А ведь у него есть и лошади и конюшни, но он палец о палец не ударит. Я же с трудом выколачиваю деньги на харчи да на одежду. И меня возмущает: почему все так устроено на свете? И кто так устроил? — вот что я хотел бы знать. Ну хорошо, теперь другие времена. А кто сделал, что они стали другие?</p>
      <p>— Да уж, конечно, не бог.</p>
      <p>— Голову готов дать на отсечение, что не он! И это тоже меня очень занимает: существует он вообще где-нибудь? И если он правит миром, — а на что он нужен, если не правит, — то почему он допускает, чтобы мой хозяин или такие вот люди, как этот ваш кассир, имели лошадей и покупали женщин — милых девушек, которым бы только любить своих мужей да рожать ребят, и не стыдиться их, и быть счастливыми, как им хочется?..</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава одиннадцатая</p>
      </title>
      <p>Лошади; хотя Билл и давал им часто передохнуть, были все в мыле после подъема по крутой старой дороге, ведшей в долину Мораги; перевалив через холмы Контра-Коста, экипаж стал по такому же крутому склону спускаться в зеленое, тихое, освещенное солнцем Редвудское ущелье.</p>
      <p>— Ну, разве не здорово? — спросил Билл, указывая широким жестом на группы деревьев, под которыми журчала невидимая вода, и на гудящих пчел.</p>
      <p>— Мне здесь ужасно нравится, — подтвердила Саксон. — Так и тянет пожить в деревне, а ведь я всю жизнь провела в городе.</p>
      <p>— Я тоже, Саксон, никогда не жил в деревне, хотя все мои предки всю жизнь провели в деревне.</p>
      <p>— А ведь в старину не было городов. Все жили в деревне.</p>
      <p>— Вы, пожалуй, правы, — кивнул Билл. — Им поневоле приходилось жить в деревне.</p>
      <p>У легкого экипажа не было тормозов, и Билл все свое внимание обратил теперь на лошадей, сдерживая их при спуске по крутой извилистой дороге. Саксон закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья, отдаваясь чувству невыразимо блаженного отдыха. Время от времени он поглядывал на ее лицо и закрытые глаза.</p>
      <p>— Что с вами? — спросил он, наконец, с ласковой тревогой. — Нездоровится?</p>
      <p>— Нет, — ответила она, — но все так хорошо, что я боюсь глаза открыть. Хорошо до боли. Все такое честное…</p>
      <p>— Честное? Вот чудно!</p>
      <p>— А разве нет? По крайней мере мне так кажется — честное! А в городе дома, и улицы, и все — нечестное, фальшивое. Здесь совсем другое. Я не знаю, почему я сказала это слово. Но оно подходит.</p>
      <p>— А ведь вы правы! — воскликнул он. — Теперь я и сам вижу, когда вы сказали. Здесь нет ни притворства, ни жульничества, ни лжи, ни надувательства. Деревья стоят, как выросли, — чистые, сильные, точно юноши, когда они первый раз вышли на ринг и еще не знают всех его подлостей, тайных нечестных сговоров, интриг и уловок в пользу тех, кто поставил больше денег для обмана публики. Да, тут действительно все честно. И вы все это понимаете, верно, Саксон?</p>
      <p>Он смолк, задумался, долго изучал ее мягким, ласкающим взглядом, и этот взгляд вызвал в ней сладкий трепет.</p>
      <p>— Знаете, мне очень хотелось бы как-нибудь драться при вас, только чтобы встреча была серьезная, когда надо каждое мгновение быть начеку. Я бы до смерти гордился этим. И если бы я знал, что вы смотрите на меня, я бы наверняка победил; это было бы честное состязание, ручаюсь вам. И вот что занятно: за всю мою жизнь мне еще ни разу не хотелось драться на глазах у женщин. Визжат, пищат и ничего не понимают. Но вы бы поняли. Спорю на что угодно, все бы поняли.</p>
      <p>Немного спустя, когда они ехали крупной рысью мимо расположенных в долине мелких фермерских участков с золотившимися на солнце зрелыми колосьями, Билл снова обратился к Саксон:</p>
      <p>— Слушайте, вы, наверно, уже не раз были влюблены? Расскажите-ка. Что это такое — любовь?</p>
      <p>Она медленно покачала головой:</p>
      <p>— Я только воображала, что влюблена, да и то не часто это было…</p>
      <p>— Значит, все-таки бывало? — воскликнул он.</p>
      <p>— В сущности ни разу, — успокоила она его, втайне радуясь его бессознательной ревности. — А по-настоящему я никогда не была влюблена. Иначе я была бы уже замужем. Когда любишь человека, по-моему единственное, что остается — это выйти за него.</p>
      <p>— А если он вас не любит — тогда что?</p>
      <p>— Ну, не знаю, — отвечала она с улыбкой, шутливой и вместе с тем гордой. — Мне кажется, я заставила бы его полюбить меня.</p>
      <p>— Уверен, что заставили бы! — пылко откликнулся Билл.</p>
      <p>— Беда в том, — продолжала она, — что тем мужчинам, которые в меня влюблялись, я никогда не отвечала взаимностью… О, посмотрите!</p>
      <p>Дорогу перебежал дикий кролик, оставив за собой легкое облачко пыли, которое тянулось по его следу, как дымок. На следующем повороте из-под самых лошадиных копыт выпорхнула стайка перепелок. Билл и Саксон невольно вскрикнули от восхищения.</p>
      <p>— Эх, жалко, что я не родился фермером! Люди не затем были созданы, чтобы жить в городах.</p>
      <p>— Во всяком случае не такие, как мы, — прибавила она с глубоким вздохом и, помолчав, продолжала: — Здесь все так прекрасно! Прожить всю жизнь среди природы — это похоже на блаженный сон. Иногда я жалею, что не родилась индианкой.</p>
      <p>Билл несколько раз пытался что-то сказать, но, видимо, удерживался.</p>
      <p>— А насчет этих молодых людей, в которых, вам казалось, что вы влюблены, — начал он, наконец, — вы так и не договорили…</p>
      <p>— Вам непременно хочется знать? — спросила она. — Право, они того не стоят.</p>
      <p>— Конечно, я хочу знать. Ну же! Валяйте!</p>
      <p>— Первым был некий Ол Стэнли…</p>
      <p>— Чем он занимался? — строго спросил Билл, точно имел право задавать ей такие вопросы.</p>
      <p>— Он был игрок.</p>
      <p>Лицо Билла сразу помрачнело, глаза затуманились, и в его быстро брошенном на нее взгляде Саксон прочла внезапное сомнение.</p>
      <p>— О, это не так страшно, — засмеялась она. — Мне было всего восемь лет. Видите, я начинаю с самого начала. Я его встретила вскоре после смерти моей матери, когда меня взял на воспитание некто Кэди. Этот Кэди содержал гостиницу и бар в Лос-Анжелосе. Гостиница была маленькая; в ней останавливались главным образом рабочие, даже чернорабочие, а также железнодорожные служащие, и, как я теперь думаю, Ол Стэнли клал себе в карман немалую часть их заработка. Он был такой красивый, тихий; голос ласковый, чудесные глаза и такие мягкие, чистые руки. Как сейчас вижу их. После обеда он иногда играл со мной, угощал конфетами и делал маленькие подарки. Большую часть дня он спал. Я тогда не понимала — почему. Мне казалось, что это переодетый волшебный принц. Его убили тут же в баре, но перед тем он успел убить того, кто нанес ему смертельную рану. Так и кончилась моя первая любовь.</p>
      <p>Потом я влюбилась, когда мне минуло тринадцать и я после приюта жила у брата, — я и до сих пор у него живу. Мой герой был мальчишка-булочник, он развозил булки. Почти каждое утро, идя в школу, я встречала его. Он ехал вниз по Вуд-стрит, затем сворачивал на Двенадцатую. Может быть, меня привлекло к нему то, что он правил лошадью. Во всяком случае я любила его месяца два; но он лишился места или с ним еще что-то случилось и хлеб стал развозить другой подросток. Так мы и слова не сказали друг другу.</p>
      <p>Потом, уже в шестнадцать, появился бухгалтер. Мне везет на бухгалтеров! Ведь это бухгалтера нашей прачечной избил Чарли Лонг, когда приревновал меня. А с тем я познакомилась, когда работала у Хикмейера на консервном заводе. У него тоже были неясные руки. Но он скоро мне опротивел. Он был… как бы сказать… ну… из того же теста, что и ваш хозяин. И я никогда по-настоящему не любила его, честное слово. Билли. Я сразу почувствовала, что в нем что-то не так. А когда я работала на фабрике картонных коробок, мне показалось, что я полюбила приказчика из «Эмпориума» Кана, — знаете, на Одиннадцатой и на Вашингтон-стрит. Этот был такой приличный. Прямо горе было с ним. Слишком приличный! Никакого огонька, никакой жизни. Он хотел на мне жениться. Но это меня ничуть не соблазняло. Ясно, что я его не любила. Такой узкогрудый, тощий, руки всегда холодные, потные. А уж зато одет</p>
      <p>— прямо картинка! Он уверял, что утопится и все такое, однако я порвала с ним.</p>
      <p>— А потом… потом ничего больше и не было. Наверно, я стала уж очень разборчивой, мне казалось — никто не стоит любви. Мои отношения с мужчинами были скорее какой-то игрой или борьбой. Но мы не боролись честно и открыто. Всегда казалось, будто мы прячем друг от друга свои карты. Мы никогда не объяснялись начистоту, каждый словно старался другого перехитрить. Чарли Лонг все-таки вел себя честно. И тот кассир из банка — тоже. Но и они возбуждали во мне враждебное чувство. Всегда у меня появлялось такое ощущение, что с мужчинами надо быть начеку. Они меня при случае не пощадят, — это я знала твердо.</p>
      <p>Саксон замолчала и посмотрела на четкий профиль Билла, внимательно правившего лошадьми. Он вопросительно взглянул на нее и встретил ее смеющийся взгляд. Она устало потянулась.</p>
      <p>— Вот и все! Я вам все рассказала — первому мужчине за всю мою жизнь. Теперь ваша очередь.</p>
      <p>— Мне тоже особенно нечего рассказывать, Саксон. Меня к девушкам никогда сильно не тянуло, — то есть настолько, чтобы жениться. Я больше привязывался к мужчинам, к таким парням, как Билл Мэрфи. А потом я слишком увлекался — сначала тренировкой, затем боксом, и возиться с женщинами мне было некогда. Поверьте, Саксон, хоть я и не всегда вел себя безукоризненно, — вы понимаете, про что я говорю, — все же я ни одной девушке еще не объяснился в любви. Не было основания.</p>
      <p>— Но ведь девушки все равно вас любили, — поддразнила она его, хотя сердце ее радостно затрепетало от этого признания чистой и нетронутой души.</p>
      <p>Он повернулся к лошадям.</p>
      <p>— И не одна и не две, а очень, очень многие, — настаивала она.</p>
      <p>Он все еще не отвечал.</p>
      <p>— Разве не правда?</p>
      <p>— Может быть, и правда, да не моя вина, — медленно проговорил он.</p>
      <p>— Если им хотелось строить мне глазки, так я тут при чем? Но и я волен был сторониться их, верно? Вы не представляете себе, Саксон, как женщины бегают за боксерами. Иной раз мне казалось, что у всех у них — и у женщин и у девушек — нет ни на столечко стыда, обыкновенного женского стыда. И я вовсе не избегал их, нет, но я и не гонялся за ними. Дурак тот мужчина, который из-за них страдает.</p>
      <p>— Может, вы просто не способны любить? — заметила она.</p>
      <p>— Может быть, — последовал ответ, повергший ее в уныние. — Во всяком случае я не могу себе представить, чтобы полюбил девушку, которая сама мне вешается на шею. Это хорошо для мальчишек, а настоящему мужчине не нравится, когда женщина за ним бегает.</p>
      <p>— Моя мать всегда говорила, что выше любви нет ничего на свете, — заметила Саксон. — И она писала стихи о любви. Некоторые из них были напечатаны в газете «Меркурий в Сан-Хосе».</p>
      <p>— А как вы смотрите на любовь?</p>
      <p>— О, я не знаю… — уклончиво отвечала она, глядя ему в глаза с неторопливой усмешкой. — Но в такой день, как сегодня, мне кажется, что жить на свете — очень хорошо!</p>
      <p>— Несомненно, — поспешно добавил он. — И еще когда такая прогулка…</p>
      <p>В час Билл свернул с дороги и остановился на лесной полянке.</p>
      <p>— Теперь мы закусим, — сказал он. — Я решил, что будет приятнее позавтракать вдвоем в лесу, чем заезжать в какой-нибудь деревенский трактир. Здесь мы можем расположиться удобно и спокойно, и я прежде всего распрягу лошадей. Спешить нам некуда. А вы займитесь завтраком, выньте все из корзинки и разложите на фартуке от экипажа.</p>
      <p>Саксон принялась распаковывать корзину и ужаснулась расточительности Билла. Она извлекла оттуда множество всяких припасов: груду сандвичей с ветчиной и цыплятами, салат из крабов, крутые яйца, свежий студень, маслины и пикули, швейцарский сыр, соленый миндаль, апельсины и бананы и несколько бутылок пива. Ее смутило и разнообразие закусок и их обилие; казалось, Билл задался целью опустошить целый гастрономический магазин.</p>
      <p>— Ну зачем вы истратили столько денег? — упрекнула его Саксон, когда он опустился на траву рядом с ней. — Этим можно артель каменщиков накормить.</p>
      <p>— Уж очень все вкусные вещи… верно?</p>
      <p>— Ну конечно, — успокоила она его, — только уж очень много, вот в чем беда.</p>
      <p>— Тогда все в порядке, — заявил он. — Не люблю, когда в обрез. Возьмите немного пива, промочить горло с дороги. Кстати, осторожнее со стаканами — придется их вернуть.</p>
      <p>Когда они позавтракали, Билл лег на спину, закурил папиросу и стал расспрашивать Саксон о ее детстве и юности. Она рассказала про жизнь у брата, — она платит ему четыре с половиной доллара в неделю за свое содержание. Пятнадцати лет она окончила школу и поступила на джутовую фабрику, на четыре доллара в неделю, из которых три приходилось отдавать Саре.</p>
      <p>— А тот трактирщик, помните? — спросил Билл. — Почему он взял вас на воспитание?</p>
      <p>Саксон пожала плечами.</p>
      <p>— Право, не знаю. Может быть, оттого, что всем моим родственникам плохо жилось. Едва на жизнь хватало. Кэди — трактирщик, он был солдатом в роте отца и клялся именем «капитана Кита» — так они его прозвали. Отец не дал хирургам отрезать Кэди ногу, когда его ранили во время войны, и тот навсегда сохранил благодарность к своему старому командиру. Гостиница и бар давали ему хороший доход, и я потом узнала, что он нам очень много помогал, платил врачам и похоронил мою мать рядом с отцом. Я должна была, по желанию мамы, поехать к дяде Виллу, но в Вентурских горах, где находилось его ранчо, произошли беспорядки и были даже убитые. Все вышло из-за гуртовщиков и каких-то там изгородей. Дядя долго просидел в тюрьме, а когда он вышел, ранчо его было продано с молотка по иску адвокатов. Он был тогда уже стариком — нищий, с больной женой на руках; и ему пришлось поступить ночным сторожем за сорок долларов в месяц. Поэтому он ничем не мог мне помочь, и меня взял Кэди.</p>
      <p>Кэди был очень хороший человек, хоть и трактирщик.</p>
      <p>Жена у него была рослая, красивая такая… Правда, вела она себя не совсем хорошо… Так я потом слышала. Но ко мне она относилась прекрасно, потому мне дела нет до того, что про нее рассказывали, — даже если это и верно. От нее я видела только хорошее. После смерти мужа она совсем сбилась с пути, вот я и попала в сиротский приют. Жилось мне там очень неважно, однако я пробыла в нем три года. А тут Том женился, получил постоянную работу и взял меня к себе. И вот с тех пор я у него и почти все время работаю.</p>
      <p>Она устремила вдаль печальный взгляд и остановила его на какой-то изгороди, поднимавшейся среди цветущих маков. Билл все еще лежал на траве, с удовольствием разглядывая снизу вверх чуть заостренный овал ее женственного личика; наконец, он неторопливо коснулся ее и прошептал:</p>
      <p>— Бедная детка! При этом его рука ласково обхватила запястье ее обнаженной до локтя руки; и когда, опустив глаза, она посмотрела на него, то прочла на его лице удивление и радость.</p>
      <p>— Какая у вас прохладная кожа, — заметил он, — а я всегда горячий. Троньте-ка.</p>
      <p>Его рука была теплая и влажная, и она заметила у него на лбу и на чисто выбритой верхней «губе мелкие, как бисер, капельки пота.</p>
      <p>— Ой, да вы весь мокрый! Она склонилась над ним и отерла своим платком сначала его лоб и губы, а затем и ладони.</p>
      <p>— Я, верно, дышу через кожу, — засмеялся он. — Наши умники в гимнастических школах и тренировочных лагерях уверяют, что это признак здоровья. Но сегодня я почему-то потею больше, чем обычно. Чудно, правда?</p>
      <p>Чтобы вытереть ему ладони, ей пришлось снять его руку со своей, но, как только она кончила, пальцы Билла опять легли на прежнее место.</p>
      <p>— Нет, на самом деле у вас замечательно прохладная кожа, — повторил он, опять удивившись. — Неясная, как бархат, и гладкая, как шелк… очень приятно.</p>
      <p>Рука его осторожно скользнула от кисти к локтю и, возвращаясь, замерла на полпути. Охваченная сладкой истомой и утомленная этим долгим солнечным днем, она призналась себе, что ее волнуют его прикосновения, и в полудремоте решила, что этого человека она могла бы полюбить — его руки и все…</p>
      <p>— Ну вот, всю свежесть я себе забрал, — сказал он, не глядя на нее, но она видела лукавую улыбку, тронувшую его губы. — Теперь согрею ладонь.</p>
      <p>Он нежно скользнул рукой по ее руке, она же, глядя вниз, на его губы, невольно вспомнила странное и волнующее ощущение от его первого поцелуя.</p>
      <p>— Ну говорите, продолжайте, — попросил он после нескольких восхитительных минут молчания. — Я люблю смотреть на ваши губы, когда вы говорите; это очень смешно, но каждое их движение похоже на легкий поцелуй.</p>
      <p>Ей так не хотелось нарушать это настроение, однако она сказала:</p>
      <p>— Боюсь, вам не понравится то, что я скажу.</p>
      <p>— Скажите, — настаивал он, — вы не можете сказать ничего, что бы мне не понравилось.</p>
      <p>— Ну, слушайте: вон там, под изгородью, растет красный мак, мне очень хочется сорвать его. А потом… пора возвращаться.</p>
      <p>— Я проиграл, — засмеялся он. — А все-таки вы послали в воздух двадцать пять поцелуев. Я сосчитал. И знаете — что? Спойте-ка «Когда кончится жатва»… А пока вы будете петь, дайте мне подержать вашу другую прохладную руку. Тогда и поедем.</p>
      <p>Она запела, глядя в его глаза, а он смотрел на ее губы. Когда она кончила, то тихонько сняла его руки со своих и встала. Он хотел было пойти к лошадям, но она протянула ему свою верхнюю кофточку. Несмотря на самостоятельность, естественную для девушки, которая сама зарабатывает себе кусок хлеба, она очень ценила в мужчинах внимание и предупредительность; кроме того, она еще с детства помнила рассказы жен первых американских пионеров о галантности и рыцарских нравах приехавших в Калифорнию испано-калифорнийских кабальеро былых времен.</p>
      <p>Солнце уже заходило, когда, описав большой круг к юго-востоку, они перевалили через холмы Контра-Коста и начали спускаться по пологому склону, мимо Редвудского пика в Фрутвэйл. Внизу под ними простиралась до моря плоская равнина с шахматной доской полей и разбросанными там и сям городками: Элм-Хэрст, Сан-Леандро, Хейуордс. На западе дымы Окленда затянули горизонт туманной пеленой, а дальше, по ту сторону залива, уже загорались первые огни Сан-Франциско.</p>
      <p>Но вот спустился мрак, и Биллом овладела странная молчаливость. Он на целых полчаса как будто совсем забыл о существовании Саксон и вспомнил о ней только раз, чтобы плотнее закутать фартуком ноги себе и ей, так как подул холодный вечерний ветер. Саксон раз десять была готова прервать молчание и спросить: «О чем вы думаете? «, но почему-то все не решалась. Она сидела к нему очень близко, почти прижавшись. Их тела грели друг друга, и она испытывала чувство блаженного покоя.</p>
      <p>— Слушайте, Саксон, — вдруг сказал он. — Незачем дольше молчать. Весь день, с самого завтрака, это вертится у меня на языке. А почему бы нам не пожениться?</p>
      <p>Охваченная тихой радостью, Саксон поняла, что он говорит серьезно. Однако чутье подсказало ей, что лучше помедлить, не соглашаться сразу, пусть он добивается ее, пусть она станет для него еще желаннее, еще дороже. Кроме того, он задел ее женскую мечтательность и гордость. Она никогда не представляла себе, что человек, которому она отдаст себя, сделает ей предложение так спокойно и трезво. Эта простота и прямолинейность почти оскорбили ее. С другой стороны, только теперь, когда он вдруг стал для нее доступен, она поняла, до какой степени он дорог ей.</p>
      <p>— Ну, скажите же что-нибудь, Саксон. Да или нет, вы должны мне ответить. Имейте в виду, что я люблю вас. Я черт знает как сильно люблю вас, Саксон. И это наверно так, раз я прошу вас выйти за меня, я еще ни одной девушке этого не предлагал.</p>
      <p>Вновь наступило молчание, и Саксон поймала себя на том, что всецело отдается ощущению волнующего тепла под фартуком экипажа, где их колени соприкасались. Когда она поняла, куда ведут эти мысли, она виновато покраснела в темноте.</p>
      <p>— Сколько вам лет. Билли? — спросила она с той внезапной расхолаживающей трезвостью, с какой было сделано и его предложение.</p>
      <p>— Двадцать два, — ответил он.</p>
      <p>— А мне двадцать четыре.</p>
      <p>— Разве я не знаю! Вы сказали, сколько вам было, когда вы вышли из приюта, сколько времени проработали на фабриках, на консервном заводе, в прачечной… Что ж, вы думаете, я считать не умею? Конечно, я мог отгадать, сколько вам лет, и чуть ли не день вашего рождения.</p>
      <p>— А все-таки факт остается фактом — я на два года старше вас.</p>
      <p>— Ну и что же? Если бы это имело какое-нибудь значение, я не любил бы вас, — верно? Ваша мать была совершенно права: очень много значит в жизни любовь. В этом все дело. Разве вы не видите? Я вас люблю и хочу, чтобы вы были моей. Ведь это же естественно. Когда я имею дело с лошадьми, с собаками, да и с людьми, я вижу, что все, что естественно, правильно и хорошо. Тут уж ничего не поделаешь. Саксон, вы мне нужны, и, надеюсь, я вам тоже. Может быть, у меня не такие нежные руки, как у разных там бухгалтеров да приказчиков, но эти руки будут работать для вас и защищать вас черт знает как. А главное, Саксон, они будут вас любить.</p>
      <p>Та настороженная враждебность, с какой Саксон обычно относилась к мужчинам, на этот раз как будто исчезла. Она не чувствовала необходимости обороняться. Это была уже не игра. Это было то, о чем она грезила, чего желала. Перед Биллом она чувствовала себя беззащитной, и сознание этого давало ей глубокую радость. Она ни в чем не могла ему отказать, даже если бы он вел себя, как остальные. И из этой потрясшей ее мысли выросла другая, еще более восхитительная: он-то и не будет вести себя, как все.</p>
      <p>Она продолжала молчать. Наконец, под влиянием внезапного порыва, охватившего все ее существо, девушка вместо ответа протянула руку и тихонько попыталась оторвать его руку от вожжей. Он не понимал, чего она хочет, но, видя, что она настаивает, забрал вожаки в правую и предоставил ей левую. Она наклонилась, и ее губы прильнули к мозолям на его ладони.</p>
      <p>На минуту он ошалел.</p>
      <p>— Ты… в самом деле? — пробормотал он.</p>
      <p>Она опять поцеловала его руку и прошептала:</p>
      <p>— Я люблю твои руки. Билли. Для меня — это самые прекрасные руки на свете, и мне пришлось бы говорить много часов, чтобы рассказать до конца все, что я к ним чувствую.</p>
      <p>— Стой! — вдруг осадил он лошадей.</p>
      <p>Он успокоил их и обмотал вожаки вокруг кнутовища, потом повернулся к Саксон, обнял ее и прижался губами к ее губам.</p>
      <p>— О Билли, я буду тебе хорошей женой, — сказала она, и, когда он ее выпустил, всхлипнула.</p>
      <p>Он поцеловал ее влажные от слез глаза и вновь нашел ее губы.</p>
      <p>— Теперь ты знаешь, о чем я думал во время завтрака и отчего меня в испарину бросало. Я уже не в силах был молчать. Ты ведь мне понравилась с первой же минуты, как я тебя увидел.</p>
      <p>— И я полюбила тебя с той самой встречи, помнишь, Билли? И я ужасно весь день тобой гордилась: ты был такой деликатный, внимательный — и вместе с тем такой сильный; и я видела, что все мужчины уважают тебя, а девушки за тобой бегают. И потом, ты так замечательно дрался с теми тремя ирландцами, когда я стояла позади садового стола. Я бы не могла полюбить или выйти за человека, которым бы не гордилась; а тобой я так горжусь, так горжусь!</p>
      <p>— Наверно, меньше, чем я сейчас горжусь собой, — отвечал он, — я ведь добился своей цели и получил тебя. И это так хорошо, что даже не верится. Вдруг через несколько минут зазвонит будильник, я проснусь — и все окажется сном. Ну, а если даже и зазвонит, я воспользуюсь этими двумя-тремя минутами. Смотри, как бы я тебя не съел. Я так по тебе изголодался!</p>
      <p>Он обнял ее и прижал к себе крепко-крепко, до боли. После этих мгновений, показавшихся ей годами блаженства, он, с трудом оторвавшись, выпустил ее из своих объятий.</p>
      <p>— А будильник-то еще не звонит, — прошептал он, прижавшись щекой к ее щеке, — и вокруг нас темная ночь, а внизу огни Фрутвэйла. И смотри, как смирно Принц и Король стоят посреди дороги. Вот не думал, что настанет время, когда мне не захочется взять в руки вожжи и править парой таких чудесных лошадок. И такое время все-таки настало! Я просто не могу оторваться от тебя, а надо. До смерти не хочется ехать, но пора.</p>
      <p>Он усадил ее на прежнее место, укрыл ей ноги фартуком и свистнул лошадям, уже выказывавшим нетерпение.</p>
      <p>Через полчаса он снова остановил их.</p>
      <p>— Сейчас-то я знаю, что не сплю, но мне надо проверить — не сон ли все, что было?</p>
      <p>И, снова замотав вождей, он ее обнял.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двенадцатая</p>
      </title>
      <p>Саксон не замечала, как летят дни. Она усердно работала в прачечной, вырабатывая даже больше, чем обычно, а все свое свободное время посвящала Биллу и предстоящей ей великой перемене в жизни. Он оказался весьма пылким возлюбленным и пожелал обвенчаться на другой же день после своего предложения; с трудом удалось уговорить его на недельную отсрочку, никак не больше.</p>
      <p>— Зачем ждать? — спрашивал он. — Молодости это нам, насколько мне известно, не прибавит, а ты подумай — как много мы каждый день теряем!</p>
      <p>В конце концов он согласился на отсрочку, и это было очень хорошо, так как спустя две недели его с десятком товарищей перебросили на работу из больших конюшен Корберли и Моррисона в западную часть Окленда. Кончились поиски квартиры в другом конце города, и молодой паре удалось снять на Пайн-стрит, между Четвертой и Пятой улицей, возле самого вокзала Южно-Океанской железной дороги, уютный домик — четыре небольших комнатки — за десять долларов в месяц.</p>
      <p>— Это прямо дешевка, если сравнить с тем, что я платил за свои прежние каморки, — сказал Билл. — Моя теперешняя комната не больше самой маленькой из этих, а с меня дерут за нее целых шесть долларов.</p>
      <p>— Зато в твоей есть мебель, — напомнила Саксон, — потому и разница.</p>
      <p>Но Билл ничего и слушать не хотел.</p>
      <p>— Хотя я, Саксон, и неученый, но арифметику знаю. В трудные времена я не раз закладывал часы и отлично высчитывал проценты. Как ты думаешь, сколько будет стоить обставить весь дом — дорожки, линолеум для кухни и прочее?</p>
      <p>— Я считаю, что все это можно отлично сделать на триста долларов,</p>
      <p>— отвечала Саксон. — Я уже обдумала и уверена, что такой суммы хватит.</p>
      <p>— Триста! — пробормотал он, сосредоточенно хмуря брови. — Триста, скажем, из шести процентов… Значит, шесть центов с доллара, шестьдесят с десяти долларов, шесть долларов со ста, восемнадцать с трехсот. Я мастер умножать на десять! А теперь раздели восемнадцать на двенадцать: выходит полтора доллара процентов в месяц.</p>
      <p>Он остановился, очень довольный, что удачно решил задачу. Вдруг его лицо озарилось новой мыслью:</p>
      <p>— Постой! Это же не все! Это ведь процент за мебель для четырех комнат. А теперь раздели на четыре. Сколько получится, если разделить полтора доллара на четыре?</p>
      <p>— Пятнадцать на четыре — три и три в остатке, — быстро начала Саксон подсчитывать. — Тридцать на четыре — семь, двадцать восемь и два в остатке; две четверти составляют половину. Все.</p>
      <p>— Молодец! Вот ты умножаешь здорово. — После минутного колебания он продолжал: — Я не следил… какая сумма, ты говоришь, вышла?</p>
      <p>— Тридцать семь с половиной центов.</p>
      <p>— Ага! Теперь мы посмотрим, сколько лишнего с меня дерут за мою комнату. Если четыре комнаты стоят в месяц десять долларов, то одна стоит два с половиной. Прибавь еще тридцать семь с половиной центов за мебель, — выходит, два доллара восемьдесят семь с половиной центов. Вычти из шести долларов…</p>
      <p>— Остается три доллара двенадцать с половиной центов, — тут же подытожила Саксон.</p>
      <p>— Видишь, значит, я плачу за комнату лишних три доллара двенадцать с половиной центов. Вот так штука! Выходит, жениться — все равно что копить деньги.</p>
      <p>— Но ведь мебель изнашивается. Билли.</p>
      <p>— Ах, черт! Об этом я и не подумал. Это тоже нужно принять в расчет. Во всяком случае наш домик — находка! Ты изволь в следующую субботу уйти из прачечной минута в минуту, и мы отправимся покупать мебель. Я заходил вчера к Сэлингеру. Я дам им пятьдесят долларов задатку, а остальные буду выплачивать по десяти долларов в месяц. Через два года и один месяц обстановка будет наша. И помни, Саксон, покупай все, что тебе нужно, сколько бы это ни стоило, слышишь?</p>
      <p>Она кивнула головой, ничем не выдавая своих планов относительно бесчисленных крошечных сбережений, которые себе уже наметила. Глаза ее стали влажными.</p>
      <p>— Ты такой добрый, — прошептала она, прижимаясь к нему, и мигом очутилась в его объятиях.</p>
      <p>— Тебя, кажется, можно поздравить, ты решила выйти замуж? — заметила Мери однажды утром, когда они встретились в прачечной. Не успели они проработать и десяти минут, как она увидела на среднем пальце левой руки у Саксон колечко с топазом. — Кто же счастливец? Чарли Лонг или Билли Роберте?</p>
      <p>— Билли, — последовал ответ.</p>
      <p>— Гм, берешь себе мальчика на воспитание? По лицу Саксон Мери заметила, что попала в больное место, и тут же пожалела о своих словах.</p>
      <p>— Уде и пошутить нельзя! Это замечательно, что он будет твоим мужем. Билли превосходный человек, и я очень за тебя рада. Таких, как он, не скоро найдешь, а если они и есть, так не больно-то их женишь. Вам обоим повезло. Вы на редкость подходящая пара, и лучшей жены, чем ты, ему не найти. Когда же свадьба?</p>
      <p>Несколько дней спустя, возвращаясь из прачечной, Саксон встретилась с Чарли Лонгом. Он решительно преградил ей дорогу и вызвал на разговор.</p>
      <p>— Значит, вы теперь хороводитесь с боксером? — сказал он презрительно. — Только слепому не видно, чем это кончится!</p>
      <p>Впервые она не испугалась стоявшего перед нею огромного парня с мохнатыми бровями и волосатыми пальцами. Она показала ему свою левую руку.</p>
      <p>— Видите? При всей вашей силе, вам ни за что бы не удалось надеть мне на палец обручальное кольцо. А Билли Роберте сделал это в одну неделю. Он и вас не побоялся, Чарли Лонг, и со мной сумел поладить.</p>
      <p>Лонг только выругался в ответ.</p>
      <p>— Он не чета вам, — продолжала Саксон. — Это настоящий мужчина, честный, чистый.</p>
      <p>— А ловко он вас обработал! — хрипло заржал Лонг.</p>
      <p>— И вас обработает, если нужно, — отрезала она.</p>
      <p>— Я бы мог вам кое-что про него рассказать, Саксон… Между нами, он порядочный жулик. Если бы только я…</p>
      <p>— Знаете что? Оставьте-ка вы меня в покое, — прервала она его. — А то я скажу Билли, и вы прекрасно понимаете, что вам за это будет, хвастун вы этакий, нахал…</p>
      <p>Лонг смущенно потоптался на месте, потом нехотя отошел в сторону.</p>
      <p>— Вон, оказывается, какая вы штучка, — пробормотал он с оттенком восхищения.</p>
      <p>— И Билли Роберте такой… — засмеялась она и пошла своей дорогой. Однако, пройдя несколько шагов, остановилась. — Послушайте! — крикнула она.</p>
      <p>Огромный кузнец быстро обернулся.</p>
      <p>— Я тут видела одного хромого. Идите поколотите его, если уж вам очень хочется подраться.</p>
      <p>За время своей помолвки Саксон позволила себе только один крупный расход: она истратила целый дневной заработок на полдюжины своих собственных фотографических карточек. Билл уверял, что для него жизнь не в жизнь, если он не сможет каждый вечер любоваться ее изображением, перед тем как заснуть, и утром — как только проснется. Взамен она получила две его карточки, на одной он был в спортивном трико, на другой — в обычном костюме, и украсила ими свое зеркало. Первая карточка почему-то напомнила ей увлекательные рассказы матери о древних саксах и о морских викингах, нападавших на берега Англии. Она вынула из старинного комода, совершившего путь через прерии, еще одну священную реликвию — альбом матери, в котором были наклеены вырезки из газет со стихами о жизни пионеров в Калифорнии, а также копии с картин и старых гравюр, которые помещались в журналах прошлого поколения, а может быть, и в более давних. Саксон перелистывала знакомые страницы и скоро нашла то, что искала. На фоне прибрежных скал и серого неба с мчавшимися облаками были изображены несколько лодок, длинных, темных и узких, с изогнутыми носами, делавшими их похожими на чудовищных птиц; они стояли у кипящего белой пеной песчаного берега. Эти лодки были полны обнаженных сильных белокурых воинов в крылатых шлемах. В руках они держали мечи и копья, некоторые прыгали в воду, доходившую им до пояса, другие уже вылезали на песок. А на берегу, охраняя его, виднелись фигуры голых дикарей, нисколько не похожих, однако, на индейцев. Они стояли кучками, а некоторые — по колено в воде. Туземцы уже обменялись первыми ударами с завоевателями, и тела раненых и убитых омывал прибой. Один из белокурых завоевателей лежал поперек лодки, причем торчавшая в его груди стрела показывала, какое оружие явилось причиной его смерти. Другой, прыгавший через него в воду, с мечом в руке, был вылитый Билл. Сомненья быть не могло: те же необычно светлые волосы, те же лицо, глаза, губы. Даже выражение было то же, как у Билла в тот день на гулянке, когда он дрался с тремя ирландцами.</p>
      <p>Из лона этих двух воинствующих рас, подумала Саксон, вышел ее народ, далекие предки ее и Билли. И с этой мыслью она захлопнула альбом и положила его обратно в ящик. Кто-то из ее предков смастерил этот старинный, уже облезлый комод, который проехал через океан и через прерии и был пробит пулей во время сражения переселенцев с индейцами при Литтл Мэдоу. Ей казалось, она видит перед собой и женщин, державших в его ящиках свои безделушки и домотканые материи, — женщин тех кочующих поколений, к которым принадлежали бабушки и прабабушки ее матери. И она вздохнула. Что ж, иметь таких предков неплохо: крепкий, трудолюбивый народ. А как бы сложилась ее жизнь, родись она китаянкой или итальянкой? Она постоянно встречала их на улицах: приземистые, неловкие, смуглые, в платках и простоволосые, они обычно тащили с набережной, держа на голове, тяжелые охапки прибитых волнами щепок. Но тут она засмеялась над своими мыслями, вспомнила Билли, их домик в четыре комнатки на Пайн-стрит и заснула, в сотый раз представляя себе всю их обстановку до последних мелочей.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава тринадцатая</p>
      </title>
      <p>— Скота у нас больше не было, — рассказывала Саксон, — а зима надвигалась, и мы не могли отважиться на путешествие через Великую американскую пустыню, поэтому наш караван остановился в Солт-Лейк-сити. Мормонам в те времена еще жилось неплохо, и они приняли нас сердечно.</p>
      <p>— Вы рассказываете так, будто сами были при этом, — заметил Берт.</p>
      <p>— Там была моя мать, — ответила Саксон с гордостью. — Ей исполнилось в ту зиму девять лет.</p>
      <p>Они сидели вокруг кухонного стола в маленьком домике на Пайн-стрит и завтракали сандвичами и пивом в бутылках. По случаю воскресенья все четверо были свободны, и они собрались спозаранку, так как их ждала работа более тяжелая, чем в любые будни: надо было вымыть стены и окна, выскрести полы, положить дорожки и линолеум, повесить занавески, наладить плиту, расставить мебель, убрать кухонную и столовую посуду.</p>
      <p>— Ну, продолжай же, Саксон, — сказала Мери. — До смерти хочется послушать твой рассказ. А ты, Берт, замолчи и не мешай.</p>
      <p>— Так вот. В эту зиму объявился у нас Дэл Хэнкок. Он родом из Кентукки, но провел много лет на Западе. Он был разведчиком, как и Кит Карсон, и хорошо знал Карсона. Они с Китом не раз спали под одним одеялом. И оба побывали с генералом Фремонтом в Калифорнии и Орегоне. Итак, Дэл Хэнкок проходил через СолтЛейк-сити, так как собирался повести группу трапперов со Скалистых гор на ловлю бобров в какое-то новое место. Красивый парень: носил длинные волосы, как на картинках, шелковый пояс поверх куртки, как носят испанцы в Калифорнии, а за поясом торчали два револьвера. Все женщины влюблялись в него с первого взгляда. Он увидел Сэди, старшую сестру моей матери, и она, видно, очень приглянулась ему, так как он остановился в Солт-Лейк-сити и дальше шагу не сделал. Он много и успешно сражался с индейцами, и я слышала от своей тети Виллы, когда была еще совсем маленькая, что у него были удивительно черные сверкающие глаза и орлиный взгляд. По обычаю того времени, он не раз дрался на дуэлях и не боялся ничего на свете.</p>
      <p>Сэди была настоящая красавица, она кокетничала с ним, и он совсем потерял голову. Может быть, она еще сама не была уверена в своем чувстве, я не знаю, но только она не дала ему слово так легко, как я, например, дала его Билли. В конце концов он уже не мог выносить неопределенности своего положения, — он прискакал к ней однажды вечером как сумасшедший.</p>
      <p>«Сэди, — сказал он, — если вы не обещаете завтра со мной повенчаться, я застрелюсь этой ночью здесь же, позади загона».</p>
      <p>Он так бы и сделал. И Сэди знала это и согласилась. Видите, как быстро решались в те дни любовные дела.</p>
      <p>— Ну, не знаю, — заметила Мери насмешливо. — Ты тоже дала Биллу слово через неделю после того, как увидела его в первый раз. А разве Билл уверял тебя, что застрелится позади прачечной, если ты ему откажешь?</p>
      <p>— Я его не довела до этого, — созналась Саксон. — Во всяком случае Дэл Хэнкок и тетя Сэди поженились на другой же день. И они были потом очень счастливы. Но она скоро умерла, а его убили индейцы вместе с генералом Костером и всеми остальными. Хэнкок был тогда уже стариком, но, наверно, перебил их немало, прежде чем они укокошили его. Люди вроде него всегда умирают сражаясь и дорого продают свою жизнь. В детстве я знавала некоего Ола Стэнли. Игрок, но какой молодец! Однажды, когда он сидел за столом и играл, один железнодорожник выстрелил ему в спину; от этого выстрела он умер через несколько секунд, но успел перед смертью поднять ружье и всадить три пули в своего убийцу.</p>
      <p>— Я не люблю ни драк, ни сражений, — заявила Мери. — Это мне действует на нервы. Берт меня ужасно раздражает: он вечно ищет случая подраться. По-моему, все это совершенно ни к чему.</p>
      <p>— А для меня наоборот — человек, в котором нет задора, ничего не стоит, — сказала Саксон. — Разве мы с вами были бы здесь, если бы не мужество наших предков?</p>
      <p>— Ну, Билл природный воин, — заявил Берт. — Замечательный парень во всех смыслах. Он из племени могикан, настоящий охотник за скальпами, и если рассердится — берегись!</p>
      <p>— Вот именно, — подтвердила Мери.</p>
      <p>Билл, не участвовавший в их разговоре, встал, заглянул в маленькую комнатку за кухней, затем прошел в гостиную, в спальню, вернулся и, остановившись у двери в эту заднюю комнату, нахмурился.</p>
      <p>— Что с тобой, дружище? — спросил Берт. — У тебя такой вид, точно ты что-то потерял или заблудился между трех сосен. Что с тобой? Валяй говори.</p>
      <p>— Я все думаю, а где же, черт ее возьми, кровать и прочее для этой комнатки?</p>
      <p>— Мы же для нее не заказывали мебель, — пояснила Саксон.</p>
      <p>— Так я завтра закажу.</p>
      <p>— Зачем вам еще кровать? — спросил Берт. — Разве вам вдвоем мало одной кровати?</p>
      <p>— Замолчи, Берт! — воскликнула Мери. — Держись прилично.</p>
      <p>— Ну, ну! — засмеялся Берт, — Вечно ты со своими замечаниями.</p>
      <p>— У нас эта комната лишняя, — обратилась Саксон к Биллу, — поэтому я и не собиралась покупать для нее мебель, а взяла дорожки и плиту получше.</p>
      <p>Билл подошел к ней, поднял со стула и посадил к себе на колени.</p>
      <p>— Правильно, девочка! Я очень рад, что ты так сделала. У нас всегда должно быть все самое лучшее. А все-таки завтра вечером мы с тобой сбегаем к Сэлингеру и выберем ковер и мебель и для этой спальни, хорошую мебель! И никаких!</p>
      <p>— Но ведь это будет стоить пятьдесят долларов! — возразила она.</p>
      <p>— И отлично! Пусть стоит пятьдесят долларов и ни на цент меньше. Зато мебель будет хорошая. А что толку в пустой комнате? Это придает всей квартире какой-то нищенский вид. С тех пор как мы ее сняли, заплатили деньги и получили ключи, я только и думаю о нашем гнездышке и вижу, что оно становится все теплее и уютнее. И пока я работаю и вожусь с лошадьми, я ни на минуту об нем не забываю. Уверен, что, когда мы поженимся, оно мне будет так же мило. Вот я и хочу, чтобы все комнаты были обставлены как следует. Если эта комната будет стоять пустая, с голым полом, я только и буду видеть ее, пустую и неуютную. И выйдет обман. А наш дом не должен лгать. Посмотри, Саксон, вон ты повесила занавески, — пусть, мол, соседи думают, что она обставлена. Эти занавески лгут, и каждый поверит в то, чего нет. Но у нас так не должно быть. Я хочу, чтобы занавески говорили правду.</p>
      <p>— Вы можете сдать ее, — предложил Берт. — Вы будете жить совсем близко от железнодорожных мастерских и в двух шагах от ресторана.</p>
      <p>— Ни за что! Я не для того женюсь на Саксон, чтобы брать жильцов. Если я увижу, что не могу устроить ее жизнь, — знаешь, что я сделаю? Пойду на Долгую набережную, скажу: «Игра кончена», повешу себе камень на шею и прыгну в воду. Верно, Саксон?</p>
      <p>Покупка лишней мебели казалась неразумной, но слова Билла польстили ей. Она обвила руками шею своего жениха и, прежде чем поцеловать его, сказала:</p>
      <p>— Ты хозяин. Билли. Как ты захочешь, так и будет. И теперь и всегда.</p>
      <p>— Слышала? — насмешливо обратился Берт к Мери. — Вот как женщина должна рассуждать! Саксон свое место знает.</p>
      <p>— Я думаю, мы всегда будем советоваться друг с другом, прежде чем что-нибудь решить, — ответил Билл своей невесте.</p>
      <p>— Слышал? — торжествующе повторила Мери. — Имей в виду, что человек, который захочет стать моим мужем, тоже должен будет во всем со мной советоваться!</p>
      <p>— Билл ей просто очки втирает, — возразил Берт. — Все так говорят, пока не женятся.</p>
      <p>Мери презрительно фыркнула:</p>
      <p>— А я ручаюсь, что Саксон будет им и потом вертеть. Что касается меня, так я объявляю во всеуслышание, своим мужем хочу вертеть — и буду.</p>
      <p>— Нет. Если ты будешь его любить, — заметила Саксон.</p>
      <p>— Наоборот. Тем более, — настаивала Мери.</p>
      <p>Берт скорчил грустную гримасу.</p>
      <p>— Вот видите, поэтому мы с Мери до сих пор и не поженились, — сказал он. — Я — как тот упрямый индеец: черт меня побери, если уж я построю себе вигвам, да не буду в нем хозяином!</p>
      <p>— А я не индианка, — возразила Мери, — и не вышла бы замуж за такого упрямого индейца, даже если бы на свете не осталось ни одного мужчины.</p>
      <p>— Этот упрямый индеец вас, кажется, еще не сватал!</p>
      <p>— Он знает, какой получит ответ.</p>
      <p>— Поэтому он, может быть, десять раз подумает, прежде чем сделать предложение.</p>
      <p>Саксон, которой хотелось перевести разговор на более приятные темы, всплеснула руками и воскликнула:</p>
      <p>— А я и забыла! Я хотела вам кое-что показать. — Она вынула из кошелька гладкое золотое кольцо, и присутствующие передали его друг другу. — Это обручальное кольцо моей матери. Я его всегда носила на шее, как медальон. В приюте я так плакала и умоляла вернуть его, что начальница разрешила мне его носить. И только подумайте! — в следующий вторник оно будет уже у меня на пальце! Посмотри, Билли, что внутри вырезано:</p>
      <p>— «Д. от К. 1879», — прочел он.</p>
      <p>— Дэзи от Карлтона. Карлтон — имя моего отца. А теперь. Билли, ты должен вырезать на нем наши имена.</p>
      <p>Мери была в восторге.</p>
      <p>— Замечательно! — воскликнула она. — «С. от Б. 1907».</p>
      <p>Билл на минуту задумался.</p>
      <p>— Нет, это нехорошо, ведь вовсе не я дарю его Саксон.</p>
      <p>— Знаешь что? — предложила Саксон. — Пусть на нем будет просто «Б. и С. «.</p>
      <p>— Нет, — Билл покачал головой, — «С. и Б. «, потому что ты для меня на первом месте.</p>
      <p>— Если я для тебя на первом месте, то ведь и ты для меня тоже. Билл, милый, пусть будет «Б. и С. «.</p>
      <p>— Видишь, — сказала Мери Берту, — она уже теперь из него веревки вьет.</p>
      <p>Саксон почувствовала укол в словах Мери.</p>
      <p>— Впрочем, как хочешь. Билли, — сдалась она.</p>
      <p>Он обнял ее.</p>
      <p>— Мы еще об этом потолкуем.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четырнадцатая</p>
      </title>
      <p>Сара была крайне консервативна. С тех пор как кончилась пора ее любви и родился первый ребенок, она словно остановилась на одной точке. Ее душа как будто раз и навсегда приняла определенную форму и так и застыла. В Саре еще жили вкусы и предубеждения ее девической поры и той семьи, в которой она выросла. Малейшее нарушение обычного уклада жизни казалось ей чуть ли не революцией. Том пережил много таких революций. Три из них произошли при перемене квартиры. Третья сломила его, и он решил больше никогда не переезжать.</p>
      <p>Поэтому же и Саксон молчала о своей предстоящей свадьбе до тех пор, пока молчать уже было нельзя. Она ждала бурной сцены и не ошиблась.</p>
      <p>— Как? Боксер? Хулиган? Драчун? — издевалась Сара после целого потока самых мрачных предсказаний относительно судьбы, ожидающей и ее, Сару, и ее детей без тех четырех с половиной долларов, которые еженедельно платила Саксон. — Не знаю, что сказала бы твоя мать, если бы она дожила до того, что ты свяжешься с таким типом, как этот Билл Роберте. Билл! Она никогда бы не вышла за человека, которого зовут Билл, она была слишком деликатно воспитана. Одно могу сказать, тебе придется распроститься и с шелковыми чулками и с тремя парами туфель. Скоро ты будешь бога благодарить, что у тебя на ногах старые гетры да бумажные чулки по двадцать пять центов за две пары.</p>
      <p>— О!.. Я уверена, что у Билли хватит средств купить мне любые башмаки, — возразила Саксон, гордо откинув голову.</p>
      <p>— Ты не знаешь, что говоришь… — Сара злорадно захохотала. — Вот подожди, пойдут ребята… а они родятся гораздо быстрее, чем растет заработная плата.</p>
      <p>— Но мы вовсе не собираемся иметь детей… то есть пока. Во всяком случае не раньше, чем выплатим долг за мебель.</p>
      <p>— Вот какие вы теперь умные стали! В мое время девушки были поскромнее и понятия не имели о таких неприличностях.</p>
      <p>— Это насчет детей? — спросила Саксон с лукавой усмешкой.</p>
      <p>— Да, насчет детей.</p>
      <p>— В первый раз слышу, что дети — неприличность. А у тебя, Сара, их пять. Значит, как неприлично ты себя вела! Мы с Биллом решили вести себя скромнее. У нас будут только мальчик и девочка.</p>
      <p>Том чуть не подавился от смеха, но, чтобы не подливать масла в огонь, спрятал лицо за чашкой с кофе. Сара на минуту опешила оттого, что ее оружие обратилось против нее самой, но она была в этих делах стреляный воробей и не замедлила повести нападение с другой стороны:</p>
      <p>— А почему это вам так вдруг загорелось устраивать свадьбу? Очень подозрительно, очень… До чего вы, молодые девушки, дойдете! Срам! Ни стыда, ни совести! И все — от этих ваших воскресных танцулек да праздников. Нынче молодые женщины стали прямо как животные. Такой распущенности я никогда еще не видела.</p>
      <p>Саксон была вне себя от гнева, но, пока Сара продолжала обличать современные нравы. Том ухитрился многозначительно подмигнуть сестре, знаками умоляя ее не сердиться и сохранить мир.</p>
      <p>— Ничего, сестренка, — утешал он Саксон, когда они остались одни.</p>
      <p>— С Сарой спорить бесполезно. А Билл Роберте парень хороший. Я о нем много слышал. Ты вполне можешь гордиться таким мужем. И наверняка будешь с ним счастлива. — Его голос вдруг сорвался, лицо стало сразу старым и очень усталым. Он продолжал с тревогой: — Только не бери пример с Сары. Не пили его. Что бы ни случилось, не пили. Не читай ему постоянно нравоучений. Дай и ему иногда высказать свой взгляд. Ведь у мужчин тоже есть здравый смысл, даже если Сара этого не признает. И все-таки она меня любит, хотя этого, может быть, и не заметно. А ты должна любить мужа не только про себя, но так, чтобы твою любовь он видел и чувствовал. И он сделает все, что ты захочешь. Пусть иной раз поступит по-своему, — тогда, поверь мне, он и тебе даст больше воли. А главное, люби его и считайся с его мнением, — ведь он же в конце концов не дурак. И жизнь пойдет у вас отлично. Сара все заставляет меня делать из-под палки, а ведь от меня молено этого же добиться лаской.</p>
      <p>— Обещаю тебе. Том, я буду делать все, как ты говоришь, — сказала Саксон, улыбаясь сквозь слезы и тронутая сочувствием брата. — Но я прежде всего буду стремиться к другому: я буду стараться, чтобы Билли любил меня и не переставал любить. Тогда не нужны будут и все эти хитрости. Понимаешь? Он сделает то, что я пожелаю, просто из любви ко мне.</p>
      <p>— Правильно надумала, сестренка! Держись этого, и вам будет хорошо.</p>
      <p>Когда через некоторое время Саксон надела шляпу и отправилась в прачечную, оказалось, что брат поджидает ее за углом.</p>
      <p>— Слушай, Саксон, — начал он торопливо и вместе с тем запинаясь, — то, что я сказал насчет Сары… знаешь… ты не подумай чего плохого или что я несправедлив к ней… Она женщина честная, верная. И ведь, право, жизнь у нее очень нелегкая. Я скорее откушу себе язык, чем скажу про нее плохое. У всякого свое. Проклятая бедность — вот в чем дело. Верно?</p>
      <p>— Ты всегда так хорошо относился ко мне. Том.</p>
      <p>Я этого никогда не забуду. И я знаю, у Сары, несмотря на все, самые лучшие намерения.</p>
      <p>— Я не смогу сделать тебе никакого свадебного подарка, — сказал Том виноватым тоном, — Сара и слышать не хочет. Она говорит, — когда мы женились, мои родственники нам тоже ничего не подарили. Но все-таки у меня для тебя есть сюрприз. И ты ни за что не угадаешь, какой.</p>
      <p>Саксон посмотрела на него вопросительно.</p>
      <p>— Когда ты сказала, что выходишь замуж, мне сразу же пришла одна мысль. Я написал брату Джорджу и попросил его прислать эту вещь для тебя. И он ее прислал. Я ничего тебе не говорил, потому что боялся, не продал ли он ее. Серебряные шпоры он действительно продал — должно быть, деньги были нужны. А эту вещь я просил его выслать мне на мастерскую, чтобы не раздражать Сару, и вчера вечером потихоньку принес ее и спрятал в дровяном сарае.</p>
      <p>— Наверно, что-нибудь принадлежавшее отцу? Да? Правда? Скажи скорее, что?</p>
      <p>— Его сабля.</p>
      <p>— Та, которую он брал с собой, когда ездил на чалом коне? Ах, Том! Ты не мог мне сделать лучшего подарка! Идем обратно. Я хочу сейчас же ее видеть. Пройдем потихоньку с черного хода. Сара в кухне стирает и раньше чем через час белье развешивать не будет.</p>
      <p>— Я говорил с Сарой насчет того, чтобы отдать тебе старый материнский комод, — шептал Том, пробираясь с Саксон по узкому проулку между домами, — но она встала на дыбы и заявила, что Дэзи была не только твоей, но и моей матерью, хоть у нас и разные отцы, что комод этот всегда принадлежал ее роду, а не семейству капитана Кита, и что, значит, он мой, а раз он мой, так она…</p>
      <p>— Не беспокойся, — возразила Саксон. — Вчера вечером она мне продала его. Сара ждала меня и была очень возбуждена.</p>
      <p>— Странно. Она сердилась на меня весь день после того, как я заговорил с ней об этом. Сколько ты ей отдала за него?</p>
      <p>— Шесть долларов.</p>
      <p>— Грабеж! Разве он стоит этих денег? — возмутился Том. — Он очень старый и с одного боку треснул!</p>
      <p>— Я бы дала и десять. Я не знаю, что бы дала за него, Том. Ведь он мамин, ты же знаешь. Я помню, как он стоял у нее в комнате, когда она еще была жива.</p>
      <p>В сарае Том достал спрятанное в дровах сокровище и развернул бумагу, в которую оно было завернуто. Перед ними оказалась ржавая зазубренная тяжелая сабля старинного образца, какую обычно носили кавалерийские офицеры в Гражданскую войну. Она висела на изъеденном молью поясе из плотного малинового шелка, украшенном тяжелыми шелковыми кистями. Саксон в нетерпении почти вырвала ее у брата, вынула из ножен и приложилась к холодной стали губами.</p>
      <p>Наступил последний день ее работы в прачечной. Вечером Саксон должна была окончательно с нею распроститься. А на другой день в пять часов пополудни они с Биллом пойдут к судье, и тот их поженит. Берт и Мери будут свидетелями, потом они отправятся вчетвером в ресторан Барнума, и там, в отдельном кабинете, состоится свадебный ужин. После ужина Берт и Мери отправятся на вечеринку в зал Миртл, а Билл и Саксон поедут на трамвае на Пайн-стрит. У рабочих медового месяца не бывает, и Биллу предстояло на другой день в обычный час явиться на работу.</p>
      <p>Все женщины в гладильной тонкого крахмального белья знали, что Саксон с ними последний день. Многие за нее радовались, иные завидовали, что она заполучила себе мужа и освободится от каторжной работы у гладильной доски. Ей пришлось выслушать немало шуток по своему адресу, — но такова была участь всех девушек, выходивших замуж из прачечной, да и, кроме того, она чувствовала себя такой счастливой, что не могла обижаться на эти иногда и грубоватые, но всегда добродушные шутки.</p>
      <p>Среди облаков пара, на фоне воздушного батиста и кисеи, быстро скользивших под ее руками, перед нею одна за другой вставали картины ее будущей жизни в маленьком домике на Пайн-стрит. И она, не смолкая, мурлыкала себе под нос, переиначивая по-своему припев одной очень известной в то время песенки:</p>
      <p>Когда тружусь, когда тружусь,</p>
      <p>Тружусь я ради Билли.</p>
      <p>К трем часам усталость работниц-сдельщиц в этой душной и сырой комнате достигла крайних пределов. Пожилые женщины тяжело вздыхали, молодые побледнели, их черты заострились, под глазами легли черные тени, — но все продолжали с неослабным усердием водить утюгами. Недремлющее око старшей мастерицы зорко следило за тем, чтобы вовремя предупредить любой истерический припадок. Одна молодая девушка, сутулая и узкогрудая, была тотчас же удалена из комнаты, как только старшая заметила, что она готова потерять сознание.</p>
      <p>Вдруг Саксон вздрогнула от дикого, нечеловеческого вопля. Натянутые нервы не выдержали, и десятки женщин разом приостановили работу, — одни замерли, держа утюги на весу, у других они выпали из рук. Этот ужасный вопль издала Мери, и Саксон увидела на ее плече странного черного зверька с большими изогнутыми крыльями. Вскрикнув, Мери в испуге присела, и странный зверь, взлетев над нею, метнулся соседней гладильщице прямо в лицо. Та взвизгнула и лишилась чувств. Летающее существо бросалось туда и сюда, а женщины вопили, визжали, размахивали руками, пытались выбежать из гладильни или прятались под гладильные доски.</p>
      <p>— Да это просто летучая мышь! — кричала старшая мастерица в бешенстве. — Что, вы никогда летучей мыши не видели? Съест она вас, что ли?</p>
      <p>Но это были женщины из простонародья, и успокоить их оказалось нелегко. Те, кто не мог видеть причины переполоха, но были взвинчены и переутомлены не меньше остальных, тоже поддались панике и закричали: «Пожар!» Давка у дверей усилилась.</p>
      <p>Все они выли в один голос — пронзительно, бессмысленно, отчаянно; и в этом вое бесследно утонул увещевающий голос старшей. Саксон сначала просто испугалась, но общая паника захватила и ее. Правда, она не кричала, но бросилась бежать вместе со всеми. Когда орда обезумевших женщин хлынула в соседнее помещение, все работавшие там присоединились к ней и тоже бежали от неизвестной опасности. Через десять минут прачечная опустела, осталось только несколько мужчин бродивших по комнатам с ручными гранатами и тщетно пытавшихся выяснить причину переполоха.</p>
      <p>Старшая мастерица, женщина серая, но решительная, была вначале тоже подхвачена толпой, однако она вырвалась, повернула обратно и быстро поймала незрячую нарушительницу спокойствия, накрыв ее бельевой корзиной.</p>
      <p>— Я не знаю, как выглядит бог, но черта я теперь видела, — проговорила, захлебываясь смехом и слезами, взволнованная Мери.</p>
      <p>Саксон очень сердилась на себя за то, что так перепугалась и вместе со всеми бессмысленно бежала из прачечной.</p>
      <p>— Какие мы дуры! — сказала она. — Ведь это просто летучая мышь. Я слышала о них. Они живут в лесу. Говорят, они совершенно безобидные, а днем они слепые. Вот почему все и случилось. Просто маленькая летучая мышь!</p>
      <p>— Ну, ты меня не разуверишь, — отозвалась Мери. — Это, несомненно, был черт. — Она несколько раз всхлипнула, потом снова засмеялась нервным смехом. — Ты видела — миссис Бергстром упала в обморок. А ведь оно едва коснулось ее лица! Мне что-то село на плечо, а потом я почувствовала что-то на шее — точно рука мертвеца. Однако я не упала.</p>
      <p>— Она снова засмеялась. — Может быть, я слишком напугалась, и мне было уже не до обморока…</p>
      <p>— Вернемся, — предложила Саксон. — Мы и так потеряли полчаса.</p>
      <p>— Ни за что! Хоть бы мне расстрелом грозили. Я иду домой. Да разве я могу сейчас гладить? Меня всю трясет.</p>
      <p>Одна из женщин сломала себе руку, другая — ногу, у многих оказались ссадины и ушибы. Никакие уговоры и объяснения старшей мастерицы не могли заставить напуганных гладильщиц вернуться к работе. Они слишком переволновались и разнервничались, и только немногие нашли в себе достаточно мужества, чтобы вернуться в помещение прачечной за шляпами и корзинками остальных. Лишь несколько девушек опять взялись за утюги. Среди них была Саксон, и она проработала до шести часов.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятнадцатая</p>
      </title>
      <p>— Ах, Берт! Ну зачем ты напился? — воскликнула Мери с укором.</p>
      <p>Они сидели вчетвером в отдельном кабинете у Барнума. Скромный свадебный ужин, показавшийся Саксон, однако, чересчур роскошным, был съеден. Берт, держа в руке стакан красного калифорнийского вина, которое здесь стоило пятьдесят центов бутылка, поднялся и пожелал произнести речь. Лицо его раскраснелось, черные глаза лихорадочно блестели.</p>
      <p>— Ты уже выпил еще до того, как зайти за мной, — продолжала Мери.</p>
      <p>— Я это вижу по всему.</p>
      <p>— Ошибаетесь, дорогая, разуйте глаза, — возразил он. — Бертрам сегодня в наилучшем виде, — Он встал для того, чтобы пожать руку своему старому товарищу. — Билл! Дружище! Давай лапу! Приходится нам с тобой распрощаться! Здравствуйте и до свидания! Ты теперь человек женатый, Билл, и будешь домоседом. Гулять с парнями уже не придется. Ты должен теперь беречь себя, застраховать свою жизнь от несчастных случаев… вступить в строительный кооператив… сделаться членом кассы взаимопомощи и похоронного бюро…</p>
      <p>— Перестань, Берт, — прервала его Мери. — Разве на свадьбе говорят о похоронах? Как тебе самому не стыдно!</p>
      <p>— Стой! Подожди, Мери. Я вовсе не хотел… Я сейчас скажу, что я думал… Совсем не про то, про что она говорит… Подождите… Я сказал «похоронное бюро»? Да? Я же не собирался омрачить настроение веселого общества… Наоборот…</p>
      <p>Он явно запутался, и Мери торжествующе покачала головой. Но это его снова подстегнуло.</p>
      <p>— Подождите, дайте сказать, почему я упомянул… Потому, что ты, друг, подцепил такую зажигательную жену, такую раскрасотку. Все молодые люди от нее без ума, и если они начнут за ней бегать, то что ты сделаешь, Билл? У тебя окажется много работы. И разве тебе не понадобится похоронное бюро, чтобы их всех хоронить? По-моему — да. Я только хотел похвалить твой вкус по части женщин, это Мери мне помешала.</p>
      <p>Его блестящие глаза с насмешливым торжеством остановились на Мери.</p>
      <p>— Кто говорит, что я нализался? Я? Ничего подобното. Я вижу все совершенно ясно, как днем. Я вижу моего старого друга Билла — и, заметьте, одного, а не двух Биллов. Он от роду не бывал двуличным. Билл! Друг! Когда я вижу тебя теперь в брачном хомуте, мне становится грустно — да, грустно. — Он оборвал свою речь и обратился к Мери. — Не кипятись, старуха! Я знаю, что говорю. Мой дед был сенатором в своем штате и мог с утра и до ночи вести приятные разговоры. Я тоже могу… Так вот, Билл, когда я смотрю на тебя, мне делается грустно. Да, грустно. — Он вызывающе взглянул на Мери. — Сам-то я разве не вижу, сколько ты забрал себе счастья? Верь моему слову — ты умный парень, черт бы побрал всех женщин! Ты хорошо начал; так и продолжай. Женись, брат, женись хоть на всех! Чокнемся, Билл! Ты могикан и храбрец! А скво у тебя первый сорт. Пью за ваше здоровье, и за вас обоих, и за ваших будущих крикунов. Дай вам бог!</p>
      <p>Он залпом осушил стакан, упал на стул и уставился на молодых, из его глаз медленно катились слезы. Мери тихонько погладила его руку, и он совсем раскис.</p>
      <p>— Господи, имею же я право поплакать, — всхлипывал Берт. — Лучшего дружка своего лишаюсь! Прошлого уже не вернешь, нет… никогда… Как подумаю о прежних веселых днях с Биллом, о наших проделках, и вижу, что вот вы, Саксон, теперь сидите с ним и держитесь за ручки, — я возненавидеть вас готов.</p>
      <p>— Не грустите, Берт, — ласково улыбнулась Саксон. — Вот и вы с Мери тоже держитесь за руки.</p>
      <p>— Ах, он любит нюни распускать, — сказала Мери резко, в то время как ее пальцы нежно перебирали его волосы. — Не грусти, Берт. Пусть теперь Билл ответит на твою замечательную речь.</p>
      <p>Берт подкрепился новым стаканом вина.</p>
      <p>— Валяй, Билл, — воскликнул он. — Теперь твой черед!</p>
      <p>— Я говорить не мастер, — проворчал Билл. — Что мне сказать им, Саксон? Сказать, как мы счастливы? Они и так знают.</p>
      <p>— Поблагодари за добрые пожелания и пожелай им от нас того же. Скажи им, что мы всегда будем счастливы. И что мы всегда все четверо будем дружить, как и раньше. И что мы их приглашаем в следующее воскресенье к нам обедать. Пайн-стрит, пятьсот семь. А если ты, Мери, захочешь приехать в субботу с вечера, ты можешь переночевать в комнате для гостей.</p>
      <p>— Ты сказала гораздо лучше, чем сказал бы я! — и Билл захлопал в ладоши. — Молодчина, Саксон! Что я могу прибавить к твоим словам? Очень немногое. А все-таки кое-что прибавлю.</p>
      <p>Он встал и взял в руку стакан. От темных густых бровей и темных ресниц его голубые глаза казались синими и еще больше оттеняли белокурые волосы и светлую кожу; гладкие юношеские щеки покрылись легким румянцем, но не от вина, — он пил всего второй стакан, — а от здоровья и счастья. Саксон смотрела на него с чувством гордости, радуясь тому, что он так хорошо одет, такой сильный, красивый, опрятный. Он — ее муж-мальчик, и она гордилась собой, своей женской прелестью и желанностью, благодаря которым у нее такой удивительный возлюбленный.</p>
      <p>— Так вот, Берт и Мери, — начал он. — Вы сидите с нами за нашим свадебным ужином. Мы приняли к сердцу все ваши добрые пожелания, желаем того же и вам, и, говоря так, мы имеем в виду гораздо больше, чем вы думаете. Мы с Саксон считаем, что долг платежом красен. И хотим, чтобы наступил день, когда мы, наоборот, будем гостями на вашем свадебном ужине! И тогда, если вы соберетесь к нам в воскресенье обедать, вы оба можете ночевать в свободной комнате. Разве зря я обставил ее? Как вы думаете, а?</p>
      <p>— Вот уде чего никак от вас не ожидала. Билли! — воскликнула Мери.</p>
      <p>— Да вы хуже Берта. Ну, все равно…</p>
      <p>Из глаз ее неожиданно брызнули слезы. Голос дрогнул и оборвался; затем, улыбнувшись, она обернулась к Берту, который обнял ее и посадил к себе на колени.</p>
      <p>Выйдя из ресторана, все четверо пошли вместе по Восьмой и Бродвею и остановились у трамвайной остановки.</p>
      <p>Берт и Билл чувствовали себя неловко и молчали под влиянием какой-то внезапно возникшей между ними отчужденности. Но Мери обняла Саксон с нежной заботливостью.</p>
      <p>— Ничего, детка, — шептала Мери. — Ты не пугайся, все обойдется. Подумай обо всех прочих женщинах на свете.</p>
      <p>Кондуктор дал звонок, и обе пары расстались, торопливо бормоча всякие пожелания.</p>
      <p>— Ах ты, могикан! — крикнул Берт, когда трамвай тронулся. — И вы, могиканша!</p>
      <p>— Не забудь того, что я тебе сказала, — напомнила Мери, прощаясь с Саксон.</p>
      <p>Трамвай остановился на углу Седьмой и Пайн-стрит, это была конечная остановка. Отсюда до дома молодых оставалось не больше двух кварталов. На крыльце Билл вынул из кармана ключ.</p>
      <p>— Правда, чудно? — сказал он, поворачивая ключ в замке. — Ты да я, и больше никого. Одни!</p>
      <p>Пока он зажигал в гостиной лампу, Саксон стала снимать шляпу. Затем он прошел в спальню, зажег свет и там, вернулся и остановился в дверях. Саксон, все еще в смущении возившаяся со шпильками от шляпы, украдкой взглянула на него. Он протянул к ней руки.</p>
      <p>— Ну? — сказал он.</p>
      <p>Она подошла к нему, и он почувствовал, как она задрожала в его объятиях.</p>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Часть вторая</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
      </title>
      <p>Вечером, на другой день после свадьбы, когда Билл, возвращаясь домой, поднялся на крыльцо, Саксон встретила его в дверях. Поцеловавшись, они пошли рука об руку через гостиную в кухню, и Билл, остановившись на полдороге, с удовольствием потянул носом.</p>
      <p>— Послушай, Саксон, у нас в доме ужасно хорошо пахнет! Это не только запах кофе, хотя я различаю и его. Пахнет во всех комнатах, пахнет… ну я не знаю чем, просто хорошо пахнет!</p>
      <p>Пока он мылся над раковиной, она поставила на плиту сковородку. Вытирая руки и наблюдая за женой, он издал одобрительное восклицание, когда она положила на сковородку бифштекс.</p>
      <p>— Где это ты научилась жарить бифштекс на раскаленной сковородке без масла? Это лучший способ, но почему-то женщины его не признают.</p>
      <p>Когда она сняла крышку со второй сковородки, чтобы помешать кухонным ножом какое-то аппетитное кушанье, он подошел к Саксон сзади, просунул руки под ее опущенные локти, обхватил грудь и склонил голову ей на плечо, так что его щека коснулась ее щеки.</p>
      <p>— М-м-м!.. Жареная картошка с луком, как, бывало, готовила моя мать. Чудесная штука! И до чего хорошо пахнет!</p>
      <p>Он отпустил жену, и его щека ласково скользнула вдоль ее щеки. Но затем он снова обнял ее; она почувствовала его губы на своих волосах и слышала, как он вдыхает их запах.</p>
      <p>— М-м-м!.. А как хорошо пахнет от тебя самой! Я раньше никак не мог понять, когда говорили про женщину, что она упоительная. А теперь понимаю. Но такой упоительной, как ты, я еще не встречал.</p>
      <p>Он был несказанно счастлив. Причесавшись в спальне, он сел против нее за маленький столик и, уже взяв в руки нож и вилку, сказал:</p>
      <p>— Знаешь, быть женатым очень приятно, а послушаешь всех этих женатых людей… Даю слово, Саксон, мы могли бы их кое-чему научить. Мы можем дать им много очков вперед и все-таки выиграть. Одним только я недоволен.</p>
      <p>Мгновенно вспыхнувший в ее глазах испуг заставил его рассмеяться.</p>
      <p>— Тем, что мы не поженились раньше. Подумай, сколько дней я потерял!</p>
      <p>Ее глаза засияли счастьем и благодарностью, и она поклялась себе, что так будет в течение всей их супружеской жизни.</p>
      <p>Они кончили ужинать, она убрала со стола и принялась мыть над раковиной посуду. Когда он сделал попытку перетирать ее, Саксон схватила его за полу пиджака и толкнула обратно на стул.</p>
      <p>— Сиди и радуйся, что можешь отдохнуть. Нет, нет, изволь слушаться! Выкури сигару. Нечего следить за тем, что я делаю. Вот тебе сегодняшняя газета. И если ты не очень спешишь прочесть ее, ты оглянуться не успеешь, как я кончу с посудой.</p>
      <p>Пока он курил и читал газету, она то и дело украдкой на него поглядывала. Еще одного не хватает для полного уюта — туфель.</p>
      <p>Через несколько минут Билл со вздохом отодвинул от себя газету.</p>
      <p>— Бесполезно, — сказал он. — Я все равно не могу читать.</p>
      <p>— Почему? — лукаво спросила она. — Глаза болят?</p>
      <p>— Да нет. Что-то застилает их; это пройдет, если я буду смотреть на тебя.</p>
      <p>— Сейчас, мой мальчик. Я освобожусь через минутку.</p>
      <p>Прополоскав кухонное полотенце и вычистив раковину, она сняла с себя фартук, подошла к Биллу и поцеловала его сначала в один глаз, потом в другой.</p>
      <p>— Ну, теперь лучше?</p>
      <p>— Немножко получше.</p>
      <p>Она повторила свое лечение.</p>
      <p>— А теперь?</p>
      <p>— Еще лучше.</p>
      <p>— А теперь?</p>
      <p>— Совсем хорошо.</p>
      <p>Однако, подумав, он заявил, что правый глаз еще немного болит.</p>
      <p>Во время лечения этого глаза она вдруг вскрикнула, словно от боли.</p>
      <p>— Что с тобой? Тебе больно?</p>
      <p>— Глаза. Они тоже ужасно заболели.</p>
      <p>Тут они поменялись ролями, и Билл стал врачом, а она пациенткой. Когда оба вылечились, она повела его в гостиную, где они ухитрились усесться вдвоем в большом мягком кресле, стоявшем у открытого окна. Это была самая дорогая вещь в доме. Кресло стоило семь с половиной долларов, и Саксон, даже не мечтавшая о таком великолепии, ощущала в течение всего дня легкие уколы совести.</p>
      <p>В комнату лился свежий соленый запах моря, который по вечерам так радует жителей приморских городов. На железнодорожных путях пыхтели паровозы и слышался грохот поездов, замедлявших ход между молом и Оклендским вокзалом; доносились крики детей, обычно игравших на улице в летние вечера, и негромкие голоса хозяек из соседнего дома, вышедших посидеть на крылечке и посудачить.</p>
      <p>— Что может быть лучше этого? — прошептал Билл. — Как вспомню о своей меблированной комнатенке за шесть долларов, так даже грустно становится! Сколько времени я зря потерял. Одно только меня утешает: если бы я оттуда съехал раньше, я бы не встретил тебя. Ведь я еще месяц назад даже не подозревал, что ты живешь на свете.</p>
      <p>Его рука скользнула вверх по ее обнаженной руке и пробралась под рукав.</p>
      <p>— Какая у тебя свежая кожа, — сказал он. — Не холодная, а именно свежая. Так приятно ее касаться.</p>
      <p>— Ты скоро сделаешь из меня холодильник! — засмеялась она.</p>
      <p>— И голос у тебя какой-то свежий, — продолжал он. — Когда я слышу его, у меня такое чувство, будто ты кладешь мне руку на лоб. Очень странно. Я не знаю, как объяснить, но твой голос словно проходит через всего меня — чистый и свежий. Как ветерок — такой приятный, знаешь, когда он подует с моря после — жаркого, душного дня. А если ты говоришь тихо, твой голос звучит мягко и певуче, точно виолончель в оркестре театра Макдоноу. И никогда у тебя он не доходит до высоких нот, никогда не бывает резким, визгливым, не дерет слух, как голоса иных женщин, если они сердятся или возбуждены; они напоминают мне заигранную граммофонную пластинку. А твой голос так и льется в душу, я даже дрожать начинаю, будто от свежести. Просто наслажденье. Мне кажется, у ангелов, если только они существуют, должен быть такой голос.</p>
      <p>Несколько минут прошло в молчании; она чувствовала такое невыразимое счастье, что только провела рукой по его волосам и без слов прижалась к нему. Затем Билл продолжал:</p>
      <p>— Хочешь знать, кого ты мне напоминаешь? Видела ты когда-нибудь молодую породистую кобылу с блестящей атласной шерстью и до того нежной кожей, что на ней остается след от малейшего прикосновения хлыста? Она такая чуткая, нервная, а может превзойти выносливостью самую крепкую необъезженную лошадь, — и в один миг разорвать себе сухожилия или простудиться насмерть, если проведет ночь без попоны. Такие лошади — самые прекрасные создания на свете; они стройные, сильные, неясные, и обращаться с ними нужно очень бережно. Знаешь, как со стеклянной посудой: «Осторожно, бьется, не переворачивать, не бросать наземь!» Ты напоминаешь мне такую лошадку. И мое дело присмотреть, чтобы обращение с тобой было самое аккуратное. Ты так же не похожа на других женщин, как породистая кобыла на рабочих кляч. Знаешь, ты кто? Ты чистокровка. Ты и стройна по-особому и порывиста… А уж сложена… Знаешь, какая у тебя фигура? Да, да, куда до тебя Анетте Келлерман. Она австралийка, ты американка. Но разве американки такие?.. Ты особенная. Ты — первый класс… Нет, я не знаю, как объяснить… Остальные женщины сложены не так. Ты будто из другой страны. Прямо француженка. И сложением и тем, как ты ходишь, садишься, встаешь, просто ничего не делаешь, — всем ты напоминаешь француженку, и даже лучше…</p>
      <p>Билл, никогда не выезжавший из Калифорнии и не ночевавший ни одной ночи вдали от своего родного Окленда, не ошибся. Саксон была прекрасным цветком на англосаксонском дереве; необычайно маленькие руки и ноги, узкие кости, пластичность тела и движений — все в ней напоминало одну из тех женщин давнего прошлого, которые произошли от смешения французов-норманнов с крепким племенем саксов.</p>
      <p>— А как на тебе сидит платье! Ты точно срослась с ним. Оно такая же часть тебя, как свежесть твоего голоса и твоей кожи. И всегда ты так хорошо одета, что, кажется, лучше и быть не может. А ведь ты знаешь: мужчине очень приятно показываться с женщиной, когда она одета, как картинка, и слышать, как другие парни говорят: «С кем это сегодня Билл? Правда, прелесть? И я бы от такой не отказался!» Ну, и все в таком роде.</p>
      <p>И Саксон, прижавшись к его щеке, чувствовала, что она вполне вознаграждена за долгие часы ночного бдения, когда после мучительного трудового дня ее голова невольно клонилась над шитьем: она старалась восстановить в памяти и украдкой перенять фасоны тех нарядных вещей, которые каждый день разглаживала.</p>
      <p>— Знаешь, Саксон? Я придумал тебе новое имя. Ты мой Эликсир Жизни. Вот ты кто!</p>
      <p>— И я тебе никогда не надоем? — спросила она.</p>
      <p>— Надоешь? Да мы же созданы друг для друга!</p>
      <p>— Разве не удивительно, что мы встретились. Билли?</p>
      <p>Ведь мы могли никогда и не встретиться. Это чистая случайность…</p>
      <p>— Значит, такие уж мы счастливцы! — воскликнул он. — Так нам было на роду написано!</p>
      <p>— А может, наша встреча больше, чем счастливая случайность, — задумчиво проговорила она.</p>
      <p>— Наверняка. Мы должны были встретиться. Мы не могли не найти друг друга.</p>
      <p>Они замолчали и сидели в тишине, не замечая времени, отдавшись любви, невыразимой словами. Затем она почувствовала, как он привлек ее ближе, и его губы прошептали у самого ее уха:</p>
      <p>— А не пойти ли нам спать? Много вечеров провели они так вдвоем; а случалось, они вносили в них некоторое разнообразие — ходили на танцы, в кинематограф, в театр Орфей или театр Белла, либо на музыку, которая играла вечером по пятницам в городском парке. Порой по воскресеньям Саксон брала с собой завтрак, и они уезжали в горы в коляске, запряженной Принцем и Королем, которых хозяин по-прежнему охотно давал Биллу для проездки.</p>
      <p>Каждое утро Саксон просыпалась от звонка будильника. В первый день их совместной жизни Билл настоял на том, чтобы встать вместе с ней и развести огонь в плите. В этот раз Саксон уступила ему, но затем стала накладывать дрова с вечера, так что утром оставалось только поднести к ним спичку. И она убедила его, что можно еще подремать в постели, пока завтрак не будет готов. Первое время она готовила ему завтрак, затем с неделю он ходил домой обедать. А потом был принужден брать что-нибудь с собой. Все зависело от того, в какой части города он работал.</p>
      <p>— Ты неправильно себя поставила с мужем, — заявила ей однажды Мери. — Ты так ухаживаешь за ним, что окончательно его избалуешь. Это ему за тобой ухаживать надо, а не тебе за ним…</p>
      <p>— Да ведь зарабатывает он, — возразила Саксон. — Его труд гораздо тяжелее моего, а у меня свободного времени хоть отбавляй. И потом — мне хочется ухаживать за ним, потому что я его люблю… Ну и… просто… мне хочется.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
      </title>
      <p>Несмотря на то, что Саксон вела хозяйство крайне тщательно, вскоре, когда она распределила все свои ежедневные обязанности, оказалось, что у нее остается много свободного времени. Особенно в те дни, когда Билл брал с собой завтрак и ей не нужно было готовить полдник, Саксон имела в своем распоряжении несколько свободных часов. Привыкнув годами работать на фабрике или в прачечной, она тяготилась этой неожиданной праздностью. Ей было трудно сидеть без дела, но и ходить в гости к своим проясним подругам она не могла, — те были весь день на работе. С соседками же она еще не успела свести знакомство, кроме одной старухи, которая жила рядом; с этой женщиной они иногда перекидывались несколькими словами через забор, разделявший их дворы.</p>
      <p>Одним из любимейших ее занятий стало купанье, и она имела возможность наслаждаться этим неограниченно. В приюте и у Сары она привыкла брать ванну только раз в неделю. Когда она подросла, ей захотелось мыться чаще. Но такое желание вызвало сначала насмешки со стороны Сары, а затем и ее гнев. Сама Сара выросла в те годы, когда было в обычае купаться только по субботам, и в поползновении Саксон мыться больше чем раз в неделю она усматривала нечто высокомерное и оскорбительное для своей личной чистоплотности. По ее мнению, это значило попусту переводить дрова и прибавлять к семейной стирке лишние полотенца. Но теперь у Саксон была собственная плита, ванна, полотенца и мыло, и никто не мог ничего ей запретить, — поэтому она ежедневно наслаждалась купаньем. Правда, ванной ей служил просто большой бак для стирки, она ставила его в кухне на пол и наливала воду ведром, но все же это была роскошь, и возможность пользоваться ею она получила только в двадцать четыре года. Старуха соседка открыла ей в случайном разговоре главную прелесть такого купания: оказывается, совсем простая штука — нужно влить в воду несколько капель нашатырного спирта. Саксон никогда раньше об этом не слышала.</p>
      <p>Ей вообще было суждено узнать от этой странной женщины еще очень многое. Они познакомились ближе, когда Саксон однажды развешивала во дворе свои выстиранные лифчики и несколько штук самого тонкого белья. Старуха стояла, облокотившись на перила своего крыльца, и, поймав взгляд молодой женщины, кивнула ей, причем Саксон показалось, что этот кивок предназначается не столько ей самой, сколько ее развешанному белью.</p>
      <p>— Вы только что замуж вышли? Верно? — спросила женщина. — Меня зовут миссис Хиггинс. Но я предпочитаю, чтобы меня звали по имени — Мерседес.</p>
      <p>— Меня зовут миссис Роберте, — ответила Саксон, испытывая радостное волнение оттого, что может называться этой новой фамилией. — А имя мое Саксон.</p>
      <p>— Странное имя для янки, — заметила собеседница.</p>
      <p>— О, я не янки, я из Калифорнии, — воскликнула Саксон.</p>
      <p>— О-ля-ля! — засмеялась миссис Хиггинс. — Я забыла, что мы в Америке. В других странах всех американцев зовут янки. Значит, вы недавно вышли замуж?</p>
      <p>Саксон кивнула с радостным вздохом. Мерседес тоже вздохнула.</p>
      <p>— Ах вы, счастливое, нежное молодое создание!.. Я готова вам бешено завидовать! Перед вами вся жизнь, и вы можете любого мужчину обернуть вокруг своего хорошенького пальчика. Но вы даже не понимаете своего счастья. Ни одна женщина его не понимает, а потом уже слишком поздно.</p>
      <p>Саксон была смущена и удивлена этим заявлением, однако ответила с готовностью:</p>
      <p>— О, я знаю, что я счастливая. Мой муж лучше всех на свете.</p>
      <p>Мерседес Хиггинс снова вздохнула и перевела разговор на другое. Она кивком указала на белье.</p>
      <p>— Вы, я вижу, любите красивые вещи. Очень похвально, молодой женщине так и следует. Это прекрасная приманка для мужчин, — от тряпок зависит половина дела. Такими вещами их завоевывают, а потом удерживают… Вы ведь хотите удержать своего мужа, чтобы он был с вами всегда-всегда?</p>
      <p>— Конечно. И я сделаю так, что он будет всегда-всегда любить меня.</p>
      <p>Саксон умолкла, смущенная своей неожиданной откровенностью с этой чужой женщиной.</p>
      <p>— Странная штука — любовь мужчины, — продолжала Мерседес. — И ошибка всех женщин в том, что они воображают, будто мужчина для них — открытая книга. Именно по незнанию мужчин большинство женщин и становятся несчастными, но все-таки продолжают верить, что они мужчин прекрасно понимают. Ах, дурочки, дурочки! Значит, вы, маленькая женщина, надеетесь, что заставите мужа всю жизнь любить вас? Так все говорят, думая, что знают и причуды мужского сердца и их самих. Но, уверяю вас, легче получить главный выигрыш в лотерее «Литтл Луизиана», чем достигнуть этого, и бедные молодые женщины всегда слишком поздно убеждаются в своей ошибке. Хотя вы — вы начали хорошо. Следите за собой и носите изящное белье. Чем вы мужа покорили — тем и удержите. Но это далеко не все. Когда-нибудь мы поговорим с вами, и я расскажу вам то, что, к сожалению, очень немногие женщины хотят знать, а узнают только исключения. Саксон! Какое энергичное и красивое имя. Но оно к вам не подходит. Не думайте, я наблюдала за вами, вы скорее француженка. Да, в вас есть что-то французское, несомненно. Передайте мистеру Робертсу, что я поздравляю его с таким удачным выбором. — Она замолчала и взялась за ручку кухонной двери. — Заходите ко мне как-нибудь. Не пожалеете. Я многому могу вас научить. Приходите вечерком. Мой муж служит ночным сторожем на вокзале и днем отсыпается. Вот и сейчас он спит.</p>
      <p>Саксон вернулась к себе задумчивая и заинтригованная. Эта худая смуглая женщина, с лицом поблекшим и словно опаленным зноем, с большими черными глазами, сверкающими и горящими каким-то неугасимым внутренним пламенем, казалась ей необыкновенной. Она, конечно, стара — так между пятым и седьмым десятком. В ее волосах, когда-то черных, как вороново крыло, уже белеет немало седых прядей. Особенно удивила Саксон чистота ее речи. Язык Мерседес был гораздо лучше того, к какому Саксон привыкла. Однако Мерседес не американка. С другой стороны, она говорит без всякого акцента. И налет чего-то иностранного в ее речи настолько неуловим, что трудно определить его.</p>
      <p>— Ага, — отозвался Билл, когда она рассказала ему вечером о своем знакомстве. — Так вот она какая — миссис Хиггинс! Да, ее муж — ночной сторож. У него нет руки. Оба они — занятная парочка! Есть такие, что даже боятся ее. Некоторые старушки ирландки и даго считают ее колдуньей и не хотят иметь с ней никакого дела. Берт рассказывал мне. Есть и такие, что твердо верят, будто, если она разозлится или ей не понравится чья-нибудь физиономия или еще что-нибудь, достаточно ей посмотреть на того человека, и он — хлоп наземь и умер. Один из наших конюхов — да ты видала его, Гендерсон, он живет тут за углом на Пятой,</p>
      <p>— уверяет, что у нее не все дома.</p>
      <p>— Не знаю, право, — отозвалась Саксон, желая вступиться за свою новую знакомую. — Может быть, она и сумасшедшая, но говорит она то же самое, что и ты: будто я похожа на француженку, а не на американку.</p>
      <p>— В таком случае я начинаю уважать ее, — ответил Билл. — Значит, котелок у нее варит.</p>
      <p>— И она говорит на таком правильном английском языке. Билли, прямо как учитель в школе… мне кажется, так говорила моя мама. Она образованная.</p>
      <p>— Уж, наверное, она не сумасшедшая, раз так тебе понравилась.</p>
      <p>— Она велела поздравить тебя, что ты выбрал меня. «У вашего мужа хороший вкус», говорит… — засмеялась Саксон.</p>
      <p>— Да? Тогда передай ей от меня сердечный привет; она, как видно, умеет ценить хорошее, и ей следовало бы собственно поздравить и тебя с выбором хорошего мужа!</p>
      <p>Несколько дней спустя Саксон опять встретилась с соседкой, и Мерседес Хиггинс снова кивнула головой не то молодой женщине, не то белью, которое та развешивала для просушки.</p>
      <p>— Я смотрю, как вы стираете, маленькая женщина, — приветствовала ее старуха. — Смотрю и огорчаюсь.</p>
      <p>— Что вы! Я четыре года работала в прачечной, — поспешно ответила Саксон.</p>
      <p>Мерседес презрительно засмеялась:</p>
      <p>— Паровая прачечная? Подумаешь, стирка!.. Дурацкая работа. В паровую прачечную должно было бы попадать только самое обыкновенное белье, — на то оно и обыкновенное. Но изящные вещи, кружевные, легкие</p>
      <p>— о-ля-ля, милочка, они требуют особой стирки, это целое искусство! Тут нужен ум, талант, осторожность и такое же деликатное обращение, как деликатны сами эти вещицы. Я вам дам рецепт домашнего мыла. Оно не портит ткани, оно придает ей мягкость, белизну и оживляет ее. Вы будете носить такие вещи очень долго, ведь белое никогда не надоедает. Да, стирка — дело тонкое, настоящее искусство! Стирать нужно так, как рисуют картину или пишут стихотворение, — с любовью, благоговейно; это своего рода священнодействие.</p>
      <p>Я научу вас, милочка, всяким занятным штукам, о каких янки и понятия не имеют. Я научу вас новой красоте! — Она опять кивнула на белье. — Вы вяжете кружева? Я знаю все виды кружев: бельгийские, мальтийские, мехельнские — все, все сорта кружев, самых восхитительных! И я научу вас плести те, которые попроще, чтобы вы могли делать их сами и ваш милый муж любил вас всегда, всегда.</p>
      <p>В первое свое посещение старухи Хиггинс молодая женщина получила от нее рецепт, как изготовлять домашнее мыло, и самые подробные наставления относительно стирки тонкого белья. Кроме того, Саксон была потрясена и взволнована всеми странностями и причудами, таившимися в этой увядшей женщине, от рассказов которой веяло дыханием далеких стран и чуждых морей.</p>
      <p>— Вы испанка? — решилась спросить Саксон.</p>
      <p>— И да и нет, как говорится — ни то ни се. Мой отец — ирландец, моя мать — испанка из Перу. На нее я походка лицом и цветом кожи, но похожа чем-то и на отца — голубоглазого мечтательного кельта с песней на устах, неутомимыми ногами и роковой страстью к путешествиям, — она и погубила его. Эта страсть передалась и мне и увела меня в такие же дали, как увлекла когда-то и его.</p>
      <p>Саксон вспомнила школьную географию, и ей смутно представилась географическая карта с материками и изломанной линией их берегов.</p>
      <p>— О! — воскликнула она. — Значит, вы из Южной Америки!</p>
      <p>Мерседес пожала плечами.</p>
      <p>— Человеку надо где-то родиться. У моей матери было огромное ранчо. Весь Окленд поместился бы на самом маленьком из ее пастбищ.</p>
      <p>Старуха, улыбаясь, вздохнула и на некоторое время погрузилась в свои воспоминания. Саксон очень хотелось узнать как можно больше об этой женщине, которая, вероятно, прожила свою юность так, как жили когда-то в испанской Калифорнии.</p>
      <p>— Вы, должно быть, получили хорошее образование? — начала Саксон вопросительно. — Вы так безукоризненно говорите по-английски.</p>
      <p>— Ах, английский — ему я научилась потом, не в школе. Да, я получила хорошее образование и знала многое, только не знала главного</p>
      <p>— мужчин. Это тоже пришло потом. Моей матери, конечно, никогда и не снилось, — она была страшно богатой леди, тем, что вы называете «королевой пастбищ», — ей, конечно, и не снилось, что я, несмотря на свое образование, окажусь в конце концов женой ночного сторожа. — Она засмеялась над нелепостью этого предположения. — У нас дома были сотни, даже тысячи ночных сторожей и рабочих, и все они нам служили. Были и пеоны — это, по здешним понятиям, почти что рабы — и ковбои, которым приходилось делать двести миль верхом, чтобы проехать ранчо из конца в конец. А уж слуг в доме нельзя было и сосчитать. Да, да, у моей матери их были десятки.</p>
      <p>Мерседес Хиггинс, болтливая, как гречанка, продолжала делиться с Саксон своими воспоминаниями.</p>
      <p>— Но все они были ужасно грязные и ленивые. Вот китайцы, как правило, — превосходные слуги. Японцы тоже, если попадутся надежные; хотя китайцы все-таки лучше. Служанки-японки — хорошенькие и веселые, но в любую минуту могут все бросить и уйти от вас. Индусы слабосильны, но очень послушны. Их сагибы и мэмсагибы для них прямо какие-то божества! Я была для них мэмсагиб, потому что я женщина. У меня был однажды повар, русский, — так он всегда плевал в плиту — «на счастье». Очень смешно. Но мы мирились с этим. Таков обычай.</p>
      <p>— Вы, наверно, много путешествовали, раз у вас были такие странные слуги? — спросила Саксон, чтобы старуха продолжала свой рассказ.</p>
      <p>Мерседес засмеялась и кивнула.</p>
      <p>— Но чуднее всего — это черные рабы в Океании: маленькие, курчавые, с костяными украшениями, продетыми через нос. Когда они лодырничали или крали, их привязывали к стволу кокосовой пальмы за оградой и стегали кнутами из кожи носорога. Они были с острова людоедов и охотников за головами и никогда не издали ни одного стона. Этого требовала их гордость. Я помню маленького Виби — ему было всего двенадцать лет, — он прислуживал мне; и когда ему исполосовали всю спину и я плакала над ним, он только смеялся и говорил: «Подожди еще чуточку, и я отрежу голову большому белому хозяину». Он имел в виду Брюса Анстея, англичанина, который его избил. Но маленькому Виби так и не досталась голова хозяина. Он убежал, и дикари ему самому отрезали голову и съели его начисто.</p>
      <p>У Саксон пробежал мороз по коже, лицо ее потемнело, а Мерседес Хиггинс продолжала трещать:</p>
      <p>— Ах, какие это были веселые, бурные и дикие времена! Вы не поверите, дорогая, эти англичане с плантаций выпили за три года целое море шампанского и шотландского виски и истратили тридцать тысяч фунтов. Заметьте, не долларов, а фунтов, а это составляет сто пятьдесят тысяч долларов. Но пока было что тратить, они жили, как короли. Это была великолепная, сказочная и безумная, совершенно безумная жизнь.</p>
      <p>Чтобы уехать, мне пришлось продать в Новой Зеландии половину моих замечательных драгоценностей. В конце концов Брюс Анстей застрелился. Роджер поступил штурманом на торговое судно с черной командой, за восемь фунтов в месяц. А Джэк Гилбрайт был самый чудной из всех. Он происходил из богатой и знатной семьи. Вернувшись в Англию, он стал торговать мясом для кошек в окрестностях своего родового замка и делал это до тех пор, пока родственники не дали ему денег на покупку каучуковой плантации, и он уехал не то в Индию, не то на Суматру, а может быть на Новую Гвинею… Не помню.</p>
      <p>Вернувшись домой и стряпая в кухне обед для Билла, Саксон долго думала о том, какие неистовые желания и страсти заставили эту старуху с обожженным солнцем лицом совершить весь огромный путь — от роскошного перуанского ранчо до Окленда и — до Барри Хиггинса. Старик Хиггинс не принадлежал к числу тех, кто выбросил бы деньги на шампанское, да у него, вероятно, и случая такого не было. В своих рассказах она упоминала имена других мужчин, но не его.</p>
      <p>Еще не раз Мерседес пускалась в воспоминания; о многом она говорила лишь отрывочно, намеками. Не было, кажется, ни одной страны, ни одного большого города в Старом и Новом Свете, где бы она не побывала. Она посетила десять лет тому назад даже Клондайк и несколькими яркими штрихами обрисовала своей слушательнице закутанных в меха и обутых в мокасины золотоискателей, которые сорили в барах золотым песком, стоившим не одну тысячу долларов. Казалось, миссис Хиггинс всегда имела дело только с такими мужчинами, для которых деньги — все равно что вода.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
      </title>
      <p>Саксон, занятая тем, как удержать любовь Билла, сохранить свежесть их взаимного чувства и никогда не спускаться с тех вершин, которых они сейчас достигли, охотно встречалась с миссис Хиггинс и слушала ее рассказы. Ведь та знала, должна была знать, секрет вечного счастья. Недаром Мерседес сама не раз делала намеки на то, что ей ведомо больше, чем заурядным женщинам.</p>
      <p>В течение ближайших недель молодая женщина часто бывала у нее, но старуха говорила о чем угодно, только не об интересовавших Саксон предметах. Она учила ее плести кружева, стирать тонкое белье и закупать провизию. Однажды Саксон нашла Мерседес более оживленной, чем обычно. Журчащая речь старухи лилась особенно торопливо. Глаза пылали, пылали и щеки. И слова жгли, точно пламя. В комнате пахло спиртом, и Саксон поняла, что Мерседес напилась. Испуганная и оробевшая, Саксон все же уселась рядом с ней и, подрубая носовой платок для Билла, стала слушать ее беспорядочную, отрывистую речь.</p>
      <p>— Так вот, милочка. Я вам расскажу про мужчин. Не будьте такой глупой, как другие, которые считают, что я сумасшедшая, колдунья, что у меня дурной глаз. Ха-ха! Как вспомню эту дурочку Мэгги Донэхью, — она всегда закрывает платком своего ребенка, когда мы встречаемся на улице, — а мне просто смешно. Да, я была колдуньей, но я околдовывала мужчин. О, я мудра, очень, очень мудра, дорогая моя! Я расскажу вам, как женщины любят мужчин и как мужчины любят женщин — все равно: и хорошие мужчины и дурные. О том, какое животное сидит в каждом мужчине, и о некоторых их странностях, разбивающих сердца женщинам, которые не понимают того, что нужно понимать, — ибо все женщины дуры. Но я не дура. Да, да, послушайте.</p>
      <p>Я сейчас старуха; как женщина, я не скажу вам, сколько мне лет, — но я и до сих пор сохранила власть над мужчинами. И я могла бы ее сохранить, будь я даже столетней и беззубой. Не над молодыми, конечно,</p>
      <p>— те были моими рабами в мои молодые годы, — нет, над старыми, как и подобает моему возрасту. И хорошо, что я обладаю этой властью. У меня нет ни денег, ни родных, никого в целом мире, — у меня есть только моя мудрость и мои воспоминания; один пепел, но пепел царственный и драгоценный. Такие старухи, как я, обычно или нищенствуют и умирают с голоду, или идут в богадельню, но не я. Я добыла себе мужа. Правда, это только Барри Хиггинс… старик Барри, грузный, как бык; но, дорогая моя, он все же мужчина, и притом со странностями, как и все они. Правда, у него одна рука, — Она пожала плечами. — Зато он не может меня бить, а ведь старые косточки становятся особенно чувствительными, когда мясо на них высыхает и теряет свою упругость.</p>
      <p>Но я вспоминаю моих молодых любовников, безумцев, одержимых безумием юности… Да, я жила. С меня хватит! И я ни о чем не жалею. А со стариком Барри мне спокойно, — я знаю, что у меня есть кусок хлеба, кров и угол у огня. А почему? Да потому, что я умею обходиться с мужчинами и никогда не разучусь. Такое знание и горько и сладостно, — нет, скорее сладостно. Ах, мужчины, мужчины! Конечно, не тупицы, не жирные свиньи-дельцы, а мужчины с темпераментом, с огнем, — может быть, безумцы, но особое, стоящее вне закона племя безумцев.</p>
      <p>Маленькая женщина, я хочу вас научить мудрости! Разнообразие — вот в чем тайна этой магии, вот ее золотой ключ, вот игрушка, которая забавляет мужчин. Если муж этого не найдет в жене, он будет вести себя, как турок; а если найдет — он ее раб, верный раб. Жена должна воплощать в себе многих женщин. И если вы хотите, чтобы ваш муж: вас любил, вы должны воплотить в себе всех женщин на свете. Будьте всегда новой, иной. Пусть на вас всегда сверкает утренняя роса новизны, будьте ярким цветком, который никогда не раскрывается вполне и поэтому никогда не вянет. Будьте целым садом, полным всегда новых, всегда свежих, всегда неожиданных цветов, и пусть мужчина не воображает, что в этом саду он сорвал последний.</p>
      <p>Слушайте меня, маленькая женщина! В саду любви живет змея. Имя ей</p>
      <p>— пошлость. Наступите ей на голову, иначе она погубит ваш сад. Запомните это слово: пошлость. Никогда слишком не откровенничайте. Мужчины только кажутся грубыми. На самом деле женщины гораздо грубее… Нет, милочка, не спорьте; вы еще девочка. Женщины менее деликатны, чем мужчины. Неужели я не знаю? Они рассказывают друг другу самые интимные вещи о своих отношениях с мужьями; мужчины же о женах никогда не рассказывают. Чем объяснить такую откровенность? По-моему, только одним: во всем, что касается любви, женщины менее деликатны, чем мужчины. В этом и состоит их ошибка. Тут-то и кроется начало всякой пошлости. Пошлость — отвратительный слизняк, который оскверняет и разрушает любовь.</p>
      <p>Будьте деликатны, маленькая женщина. Будьте всегда под покрывалом, под многими покрывалами. Закутывайтесь в тысячи радужных сверкающих оболочек, в прекрасные ткани, украшенные драгоценными камнями. И никогда не давайте сорвать с себя последнего покрывала. Каждый раз набрасывайте на себя все новые, и так — без конца. Но не давайте мужу это заметить. Пусть жаждущий вас возлюбленный будет уверен, что вас отделяет от него только одно, последнее, покрывало, что каждый раз именно его-то он и срывает. Пусть он будет в этом уверен. На самом деле должно быть иначе: пусть наутро он убедится, что последний покров все же ускользнул у него из рук, — и тогда он не узнает пресыщения.</p>
      <p>Помните, каждое покрывало должно казаться последним и единственным. Пусть он всегда думает, что вы оставили последнее в его руках; новое приберегите на завтра; и на все будущие завтра оставляйте больше того, что вы открыли. Тогда вы каждый день будете казаться мужу новой и неожиданной, и он станет искать эту новизну не у других женщин, а у вас. Ведь и к вам вашего мужа привлекли свежесть и новизна вашей красоты, ваша тайна. Когда мужчина сорвал цветок и вдохнул всю сладость его аромата, он ищет других цветов. В этом его особенность. Вы всегда должны оставаться для него цветком, который почти сорван и все же не дается в руки, источником сладости, который так и останется неизведанным до конца.</p>
      <p>Глупы те женщины, — впрочем, они все глупы, — которые воображают, будто, завоевав мужчину, они достигли окончательной победы. А потом успокаиваются, жиреют, вянут, киснут и становятся несчастными. Увы, они, к сожалению, слишком глупы. Но вы, маленькая женщина, пусть ваша первая победа в любви превратится в бесконечный ряд побед. Каждый день вы должны заново покорять своего мужа. А когда вы выиграете последнюю битву и увидите, что завоевывать уже нечего, — любовь умрет. Конец настанет неизбежно, — но пока его нет, пусть ваш муж бродит по волшебным садам. Запомните, что любовь должна оставаться ненасытной. Пусть она возбуждает голод, острый, как лезвие ножа, он никогда не должен быть утолен вполне. Следует хорошо кормить своего возлюбленного; насыщайте, насыщайте его, но отпускайте несытым, — и он вернется к вам еще более голодным.</p>
      <p>Миссис Хиггинс внезапно встала и вышла из комнаты. Саксон не могла не заметить, какая легкость и грация были в ее исхудавшем, увядшем теле.</p>
      <p>Когда старуха вернулась, молодая женщина еще раз проверила свое впечатление: нет, грация и легкость ей не померещились.</p>
      <p>— Я вам показала только первые буквы в азбуке любви, — сказала та, снова усаживаясь.</p>
      <p>Она держала в руках небольшой музыкальный инструмент из на диво отполированного драгоценного дерева, напоминавший четырехструнную гитару. Мерседес стала ритмически перебирать струны и запела тонким, но приятным голосом какую-то мелодию, какую-то странную песнь на чужом языке, состоявшую только из чередования гласных, звучавших с особой тягучей и страстной мягкостью. И в голосе и в звуках аккомпанемента слышалась трепетная дрожь; они то нарастали в каком-то чувственном порыве, то гасли, переходя в ласкающий шепот, и словно замирали в сладостном изнеможении, затем вновь поднимались до воплей бешеного, всепокоряющего желания, и опять нежные жалобы сплетались с безумным лепетом, обещавшим любовь. Это пение настолько захватило Саксон, что она скоро почувствовала себя самое каким-то напряженно и страстно звучащим инструментом. Ей казалось, что все это сон; и когда Мерседес кончила, голова у нее кружилась.</p>
      <p>— Если муж к вам охладеет и все в вас покажется ему давно известным, как старый знакомый рассказ, спойте ему эту песню, как я спела, и его объятия снова для вас раскроются и в глазах вспыхнет прежнее безумие. Видите, в чем тут дело, дорогая? Понимаете?</p>
      <p>Саксон только молча кивнула головой. Ее губы пересохли, она не могла произнести ни слова.</p>
      <p>— Это золотое коа, король лесов, — задумчиво бормотала Мерседес, склоняясь над инструментом. — Укулеле — как этот инструмент называют на Гавайе, что означает: «прыгающая блоха». У гавайцев золотистая кожа; это племя любовников, покорное чарам теплых и освежающих тропических ночей, насыщенных дыханием муссонов.</p>
      <p>И снова она ударила по струнам и запела на другом языке. Саксон решила, что это по-французски. То была лукавая, задорная, жгучая песенка. Большие глаза Мерседес расширялись и начинали сверкать, затем сужались, как у хищника, и становились коварными. Кончив, она обернулась к Саксон, ожидая ее одобрения.</p>
      <p>— Мне эта песня нравится меньше, — отозвалась Саксон.</p>
      <p>Мерседес пожала плечами.</p>
      <p>— Каждая из них по-своему хороша, маленькая женщина, — вам еще многому надо научиться. Иногда мужчин покоряют вином, а иногда их можно привлечь хмельной песней. Вот они какие чудные. Да, да, способов много, очень много. Тут действуют и наша наружность и наши наряды. Это волшебная сеть. Ни один рыбак так успешно не ловит рыбу в море своими сетями, как мы — мужчин всеми этими нашими финтифлюшками. Вы на верной дороге. Я видела мужчин, плененных вот такими же лифчиками, как ваши,</p>
      <p>— там, на веревке, — они не были ни роскошнее, ни изящнее.</p>
      <p>Я назвала стирку тонкого белья — искусством, но важно оно не само по себе. Высшее искусство в мире — это искусство покорять мужчин. Любовь — конечная цель всех искусств, и она же их первооснова.</p>
      <p>Слушайте: во все века и времена живали великие мудрые женщины. Им незачем было быть красивыми, — их мудрость была выше всякой красоты. Принцы и монархи склонялись перед ними, из-за них сражались народы, гибли целые государства, ради них основывались религии. Афродита, Астарта — владычица ночи… Слушайте, маленькая женщина, о великих женщинах, покорявших мужчин целых стран.</p>
      <p>И тогда Саксон, потрясенная, услышала какую-то невероятную смесь всяких историй, в которой отдельные фразы, казалось, были полны сокровенного значения. Перед нею мелькали просветы каких-то невообразимых и непостижимых бездн, таивших в себе ужасы и преступления. Речь этой женщины текла, как лава, все сжигая и испепеляя на своем пути. Щеки, лоб и шея Саксон были залиты румянцем, пылавшим все жарче. Она трепетала от страха, минутами подступала тошнота, ей казалось, что она сейчас потеряет сознание, — такой вихрь подхватил и перепутал все ее мысли. Однако она не могла оторваться от этих рассказов и слушала, слушала, уронив на колени забытое шитье и вперяясь внутренним взором в мелькавшие перед нею чудовищные картины, превосходившие всякое воображение. И когда ей уже казалось, что она больше не выдержит, и она, облизывая сухие губы, хотела крикнуть, чтобы Мерседес замолчала, та вдруг действительно умолкла.</p>
      <p>— На этом я кончаю первый урок, — сказала она хрипло, затем рассмеялась каким-то вызывающим сатанинским смехом. — Что с вами? Вы шокированы?</p>
      <p>— Мне страшно, — пробормотала Саксон прерывающимся голосом и судорожно всхлипнула. — Вы меня напугали. Я такая глупая, ничего не знаю, я даже вообразить не могла… что это… бывает…</p>
      <p>Мерседес кивнула.</p>
      <p>— Да, можно действительно испугаться, — сказала она. — Это чудовищно, это величественно, это великолепно!</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
      </title>
      <p>Саксон не привыкла закрывать глаза на жизнь, хотя ее кругозор и был крайне ограниченным. С детства, проведенного у трактирщика Кэди и его добродушной, хотя не слишком добродетельной супруги, она многое видела, наблюдала за отношениями между мужчиной и женщиной и в более зрелые годы сделала из всего этого соответствующие выводы. Лишь немногие женщины, к какому бы сословию они ни принадлежали, задумывались с такой серьезностью над тем, как удержать любовь мужа после первой брачной ночи, и лишь немногие девушки из рабочего класса придавали такое значение выбору подходящего мужа.</p>
      <p>Саксон создала себе свою, очень разумную, философию любви. Ее — и сознательно и инстинктивно — тянуло ко всему утонченному, она избегала всякой пошлости и банальности. Она прекрасно понимала, что, роняя себя, она роняет любовь. За все эти месяцы их брака Билл ни разу не видел ее безвкусно одетой, раздражительной, вялой. Она распространила и на весь дом присущую ей самой атмосферу свежести, спокойствия и сдержанности. Она понимала также значение маленьких неожиданностей, сюрпризов и очаровательных мелочей. У нее было живое воображение и деятельный ум. Она знала, что Билл — находка; она ценила его пылкость любовника и гордилась ею. Его щедрость, его желание, чтобы у них было все самое лучшее, его чистоплотность и привычка к опрятности ставили его в ее глазах значительно выше большинства мужчин. Он никогда не позволял себе быть грубым, на деликатность он отвечал деликатностью, — хотя она понимала, что почин исходит от нее и должен всегда от нее исходить. Билл действовал чаще всего бессознательно, сам не зная, отчего и почему. Зато она ясно и трезво судила обо всем — и считала его идеальным мужем.</p>
      <p>Разговоры с Мерседес Хиггинс заставили Саксон не только осознать до конца, что ее главная задача — удержать любовь. Билла, они не только обогатили ее знаниями и опытом, но и значительно расширили ее жизненный кругозор. Старуха помогла Саксон проверить ее собственные выводы, пробудила в ней новые мысли, прояснила прежние, подчеркнула трагическую важность всей проблемы брака в целом. Многое из ее безумных речей Саксон запомнила, многое она и прежде угадывала и чувствовала, а многое так и осталось за пределами ее понимания. Однако смысл всех этих покрывал и цветов и правило о том, что, одаряя, надо всегда что-то утаивать, она очень хорошо усвоила, и ей казалось, что более глубокой и мудрой философии любви и быть не может. Все предстало перед ней в новом свете. Саксон перебрала в памяти все браки, какие знала, и увидела совершенно отчетливо, как и почему они оказались неудачными.</p>
      <p>С удвоенным жаром отдалась Саксон хозяйству, нарядам, заботам о своей наружности. Провизию она покупала самую лучшую, хотя никогда не забывала о необходимости экономить. Из воскресных приложений и женских журналов в ближайшей читальне она почерпнула много полезного относительно того, как ухаживать за собой. Она систематически занималась гимнастикой, а также массажем, чтобы сохранить силу и упругость мышц, свежий, здоровый цвет кожи. Билл ни о чем не догадывался. Да и незачем ему было все это знать. Его касались только результаты. В библиотеке Карнеги она доставала книги по физиологии и гигиене и узнала множество таких вещей о самой себе и о здоровье женщины, о которых ей не говорили ни Сара, ни приютские воспитательницы, ни миссис Кэди.</p>
      <p>После долгих обсуждений Саксон, наконец, подписалась на женский журнал, выкройки и советы которого больше всего отвечали ее вкусам и средствам. Другие журналы получала читальня, и Саксон унесла с собой оттуда не один тщательно срисованный узор кружева или вышивки. Подолгу простаивая перед витринами магазинов льняных изделий, она изучала выставленные в них образцы, а делая мелкие покупки, не могла удержаться от того, чтобы не полюбоваться какими-нибудь модными вышивками в отделе дамского белья. Она даже соблазнилась как-то чайным сервизом, разрисованным от руки, но пришлось отказаться от мысли его купить, так как он стоил слишком дорого.</p>
      <p>Постепенно она заменила свое простенькое девичье белье новым, хотя и скромным, но отделанным прекрасной французской вышивкой, складочками и ажуром. Она обвязала кружевами дешевенькое трикотажное белье, которое носила зимой. Сделала себе лифчики и рубашки из тонкого, хоть и недорогого полотна, а ее ночные сорочки благодаря вышитым на них цветам и искусной стирке выглядели всегда свежими и нарядными. В одном журнале она прочитала, что в Париже только что начали носить за утренним завтраком очаровательные ночные чепчики с гофрированными оборками. Ее нисколько не смущало то, что ей в ее положении приходится сначала самой приготовлять этот завтрак. Тотчас же был куплен ярд швейцарского батиста, вышитого белым горошком, и Саксон погрузилась в выбор фасона для чепчика и в пересмотр всяких кружевных обрезков, годных для отделки. Сшитый ею прелестный чепчик заслужил живейшее одобрение Мерседес Хиггинс.</p>
      <p>Для дома она сшила себе простенькие капоты из хорошенького ситца, с отложным воротом, открывавшим ее свежую точеную шейку. Она навязала целые ярды кружев для белья и нашила массу салфеточек и дорожек для обеденного стола и шифоньерки. Особенно радовался Билл приобретению афганского покрывала на постель. Саксон даже отважилась расстелить перед кроватью ковер из лоскутков, так как вычитала в женских журналах, что такие ковры стали опять входить в моду. Кроме того, она приобрела все столовое и постельное белье из самого лучшего полотна, какое им позволяли их средства, и отделала его ажурной строчкой.</p>
      <p>В эти счастливые месяцы их супружеской жизни она ни одной минуты не сидела сложа руки. Не забывала она и о Билле. С наступлением зимы связала ему напульсники, и он каждое утро, выходя из дому, благоговейно натягивал их, а затем, дойдя до угла, клал в карман. Два свитера ее изделия удостоились лучшей участи, так же как и туфли, которые она заставляла Билла надевать по вечерам, если они оставались дома.</p>
      <p>Мерседес Хиггинс с ее трезвым практическим умом оказывала ей огромную помощь, и Саксон усердно старалась раздобывать все самое лучшее и вместе с тем откладывать деньги. И тут ей пришлось столкнуться с современной экономической и финансовой проблемой ведения хозяйства при таком социальном строе, когда цены растут быстрее, чем заработная плата. Однако Мерседес научила ее, где и как закупать провизию, чтобы та обходилась ей вдвое дешевле, чем соседкам.</p>
      <p>По субботам Билл неизменно высыпал ей в передник весь свой недельный заработок. Он ни разу не потребовал у нее отчета в ее тратах и постоянно уверял, что никогда так хорошо не питался. Еще не притронувшись к деньгам, она обычно просила его оставить себе столько, сколько ему понадобится на этой неделе. И не только это: она требовала, чтобы он в любое время брал сверх того, сколько ему захочется, на экстренные расходы. Пусть он даже не объясняет ей, для чего ему нужна эта сумма.</p>
      <p>— Ты ведь привык всегда при себе иметь деньги, — говорила она. — Почему же ты, женившись, должен стеснять себя? Нет, нет, а то я пожалею, что вышла за тебя. Разве я не знаю: когда мужчины бывают вместе, они любят угощать друг друга. Сначала один, потом другой… и тут нужны деньги. Если ты не сможешь тратить так же свободно, как они,</p>
      <p>— я ведь знаю тебя, — ты будешь держаться в стороне. А это совсем не годится, как мне кажется. Я хочу, чтобы у тебя были товарищи, — мужчине нужно иметь товарищей.</p>
      <p>Тогда Билл сжимал ее в объятиях и клялся, что она самая замечательная маленькая женщина, какая когда-либо существовала на свете.</p>
      <p>— Подумай! — радостно восклицал он, — Я не только лучше ем, живу с большим комфортом и могу угощать приятелей, я теперь даже откладываю деньги — вернее, ты! И за мебель выплачиваю аккуратно, и женушка у меня такая, что я по ней с ума схожу, и в довершение всего — даже есть деньги в сберегательной кассе. Сколько у нас теперь?</p>
      <p>— Шестьдесят два доллара, — заявила она. — Не так плохо на черный день! Ты можешь заболеть, расшибиться, мало ли что…</p>
      <p>Однажды, в середине зимы, Билл, явно смущенный, заговорил о деньгах. Его старинный друг Билл Мэрфи схватил грипп, а один из его мальчиков, играя на улице, попал под экипаж, и его здорово помяло. Билл Мэрфи еще не оправился после двух недель лежания в постели, и он просил Робертса одолжить ему пятьдесят долларов.</p>
      <p>— Тут мы ничем не рискуем, он отдаст, — уверял Билл. — Я знаю его с детства, вместе в школу ходили. Он парень надежный.</p>
      <p>— Дело совсем не в том, — отозвалась Саксон, — ведь если бы ты был холост, ты бы ему сейчас же одолжил эти деньги, верно?</p>
      <p>Билл кивнул.</p>
      <p>— Ну и ничего не изменилось оттого, что ты женат. Деньги-то ведь твои, Билл.</p>
      <p>— Вовсе нет, черт возьми! — воскликнул он. — Не только мои. Наши! Я бы никому на свете их не одолжил, не поговорив с тобой.</p>
      <p>— Надеюсь, ты ему этого не сказал? — озабоченно спросила Саксон.</p>
      <p>— Да нет, — рассмеялся Билл. — Я ведь знаю, что ты бы рассердилась. Я сказал ему, что постараюсь раздобыть. В душе я ведь был уверен, что ты согласишься, раз деньги есть.</p>
      <p>— О, Билли, — прошептала она голосом, трепещущим от любви. — Ты, может быть, не знаешь, но это самое приятное, что ты мне сказал за все время нашего брака.</p>
      <p>Чем чаще Саксон виделась с Мерседес Хиггинс, тем меньше ее понимала. Что старуха ужасно скупа, молодая женщина заметила очень скоро, и эта черта никак не вязалась с рассказами Мерседес о своей былой расточительности. С другой стороны, Саксон поражало, что для себя Мерседес ничего не жалеет. Ее белье — конечно, с ручной вышивкой</p>
      <p>— стоило очень дорого. Мужа она кормила хорошо, но сама питалась несравненно лучше. Ели они вместе, но если Барри довольствовался куском бифштекса, она кушала самое нежное белое мясо, и если на тарелке Барри лежал огромный кусок баранины, то Мерседес ожидали деликатные отбивные котлеты. Даже чай и кофе заваривались для каждого отдельно: Барри пил из огромной тяжелой кружки двадцатипятицентовый чай, а Мерседес тянула душистый трехдолларовый напиток из маленькой бледно-розовой фарфоровой чашечки, хрупкой, точно яичная скорлупа. Так же и с кофе: двадцатипятицентовый с молоком готовился для Барри, а турецкий, в восемьдесят центов, со сливками, — для Мерседес.</p>
      <p>— Старик и так доволен, — говорила она Саксон. — Он все равно ничего лучшего не видел, и было бы просто грешно тратить на него такое добро.</p>
      <p>Между женщинами началось нечто вроде меновой торговли. Научив Саксон игре на укулеле, старуха заявила, что ей уже не по возрасту столь игривый инструмент и не обменяет ли его Саксон на тот чепчик, который вышел у нее так удачно.</p>
      <p>— Укулеле все же стоит несколько долларов. Я за него заплатила двадцать, правда, давно. Но уж чепчика-то он стоит. Играть на укулеле</p>
      <p>— это легкомыслие.</p>
      <p>— А разве чепчик — не легкомыслие? — спросила Саксон, очень, однако, довольная предложением соседки.</p>
      <p>— Он не для моих седых волос, — откровенно призналась Мерседес. — Я его продам. Очень многое из того, что я делаю, когда ревматизм не терзает мне пальцев, я продаю. Неужели вы, моя дорогая, воображаете, что пятидесяти долларов моего старика хватало бы на мои потребности и нужды? Недостающую сумму подрабатываю я. Старикам нужно гораздо больше, чем молодежи. Когда-нибудь вы это испытаете на себе.</p>
      <p>— Я очень довольна вашим предложением, — сказала Саксон. — А как только накоплю денег на материал, сделаю себе новый чепчик.</p>
      <p>— Знаете что, сделайте несколько, — посоветовала Мерседес. — Я их продам, — разумеется, я оставлю себе небольшой процент за комиссию. А вам я могу дать по шести долларов за штуку. Выберем вместе фасоны. И у вас будет оставаться денег больше, чем надо, на материал для ваших собственных чепчиков.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
      </title>
      <p>За эту зиму произошли четыре события: Берт и Мери поженились и сняли домик по соседству. Биллу, как и всем возчикам в Окленде, сбавили зарплату; Билл начал бриться безопасной бритвой; и, наконец, сбылось предсказание Сары, а Саксон ошиблась в своих планах на будущее.</p>
      <p>Она сообщила мужу великую новость только тогда, когда сомнений уже быть не могло. Вначале, при первой шевельнувшейся в ней догадке, ее сердце мучительно сжалось и ее охватил страх перед тем, что было для нее так ново и неведомо. К тому же ее пугали неизбежные расходы. Но прошло время, и когда она окончательно убедилась в своих предположениях, волна горячей радости поглотила все страхи. «Мой и Билли — наш! — беспрестанно повторяла она про себя, и каждый раз эта мысль отдавалась у нее в груди каким-то почти физически ощутимым сладостным толчком.</p>
      <p>В тот вечер, когда она сказала об этом Биллу, он скрыл от нее свою новость относительно заработной платы и только порадовался вместе с нею, что у них будет малыш.</p>
      <p>— Как нам отпраздновать такое событие? Пойти в театр? — спросил он, разжимая объятия, чтобы дать ей возможность говорить. — Или просто посидим дома вдвоем, нет… втроем?</p>
      <p>— Лучше посидим, — решила она. — Я хочу только одного: чтобы ты вот так держал меня, держал всегда.</p>
      <p>— Мне тоже хотелось остаться дома, но я думал, что ты и так весь день была дома и, может быть, тебе приятнее пройтись.</p>
      <p>На улице морозило. Билл принес кресло в кухню и поставил его к самому огню. Саксон свернулась комочком в его объятиях и положила голову к нему на плечо, так что ее волосы щекотали его щеку.</p>
      <p>— Мы правильно сделали, что поженились сразу же после недавнего знакомства, — размышлял он вслух. — Ведь я и теперь еще на тебя не нагляжусь, точно жених на невесту. А потом твоя новость! Боже мой, Саксон, все это так хорошо, что просто не верится. Только подумай! Собственный! И нас будет трое! Держу пари, что родится мальчик. Ты увидишь, как быстро я научу его действовать кулачками и защищаться. И плавать тоже. Я не я, если к шести годам он не выучится…</p>
      <p>— А если он будет девочка?</p>
      <p>— Нет, она будет мальчиком, — возразил Билл, подхватывая ее шутку.</p>
      <p>И они стали целоваться, смеясь и вздыхая от счастья.</p>
      <p>— Но теперь я сделаюсь скупердяем, — объявил он вдруг, помолчав. — Больше никаких выпивок с приятелями! Перехожу на воду. Затем надо подсократить курение. Гм! А почему бы мне самому не свертывать себе папиросы? Это выйдет в десять раз дешевле, чем покупать готовые. Потом я могу отпустить себе бороду. На то, что с нас дерут за год парикмахеры, можно прокормить ребенка.</p>
      <p>— Если вы себе отпустите бороду, мистер Роберте, я с вами разведусь, — пригрозила Саксон. — Ты так красив и молод без бороды! Я слишком люблю твое лицо, чтобы ты закрыл его бородой. Ах, Билли, милый, милый! Я понятия не имела, что такое счастье, пока не вышла за тебя!</p>
      <p>— И я тоже.</p>
      <p>— И так будет всегда?</p>
      <p>— Уверен, — отвечал он.</p>
      <p>— Правда, мне почему-то всегда казалось, что я буду счастлива в браке, — продолжала она. — Но никогда и не снилось, что будет так хорошо.</p>
      <p>Она повернула голову и поцеловала его в щеку.</p>
      <p>— Билли, это даже нельзя назвать счастьем, это блаженство.</p>
      <p>И Билл дал себе слово пока не говорить об урезке заработной платы. И только через две недели, когда постановление стало фактом и ему пришлось высыпать ей в передник меньше, чем обычно, он сказал. На другой день к обеду пришли Берт и Мери, которые были женаты уже целый месяц, и разговор зашел об этом больном для всех вопросе. Берт смотрел на дело особенно пессимистически и намекал на забастовку, ожидавшуюся в железнодорожных мастерских.</p>
      <p>— Если бы вы все помалкивали, лучше было бы, — заметила Мери. — Это профсоюзные агитаторы мутят. Я прямо из себя выхожу, когда вижу, как они во все встревают и подзуживают рабочих. Будь я хозяином, я бы каждому, кто их слушает, сбавляла зарплату.</p>
      <p>— Но ведь и ты состояла в союзе прачек, — мягко возразила Саксон.</p>
      <p>— Потому что иначе я бы не получила работы. А что он мне дал, твой союз?</p>
      <p>— Ну вот, посмотри на Билла, — возразил Берт. — Возчики сидели смирно, рта не раскрывали, ни в чем не участвовали, и вдруг — раз! Нате вам, пожалуйста! Как обухом по голове! Десять процентов сбавки. То ли еще будет! В этой стране, которую создали своими руками наши отцы и матери, на нашу долю не осталось ничего. Нам остались только рожки да ножки. И скоро нам совсем будет крышка, нам — потомкам тех людей, которые бросили Англию, вывезли тут весь навоз, освободили рабов, сражались с индейцами, создали Запад! Всякий дурак видит, куда мы идем!</p>
      <p>— А что же нам делать? — с тревогой спросила Саксон.</p>
      <p>— Бороться! Только одно! Страна в руках шайки разбойников! Возьмите хотя бы Южную Тихоокеанскую дорогу: разве она не управляет Калифорнией?</p>
      <p>— Глупости, Берт, — прервал его Билл. — Ты просто несешь чепуху. Железная дорога не может управлять Калифорнией.</p>
      <p>— Эх ты, простофиля! — насмешливо воскликнул Берт. — Подожди, придет время — и все вы, дуралеи, окажетесь перед совершившимся фактом, да будет поздно! Все прогнило насквозь! Воняет! Помилуй, нет ни одного человека, который мог бы попасть в законодательное собрание, если он не съездит в Сан-Франциско да не побывает в главном управлении Южной Тихоокеанской дороги и там не поклонится тому, кому следует. Почему в губернаторы Калифорнии попадают всегда только бывшие директора дороги? Так повелось, когда нас с тобой еще на свете не было. Да, нам крышка! Мы побиты. Но сердце мое взыграло бы в груди, если бы мне удалось перед смертью вздернуть хоть кого-нибудь из этих гнусных воров. Ты знаешь — кто мы? Те — что бились на полях сражений, и вспахали землю, и создали все, что вокруг нас. Мы — последние могикане.</p>
      <p>— Я его до смерти боюсь, он прямо себя не помнит, — сказала Мери, и в ее тоне чувствовалась враждебность. — Если он, наконец, не заткнет свою глотку, его наверняка выставят из мастерских. А что мы тогда будем делать? Обо мне он не думает. Но одно я вам скажу: в прачечную я не вернусь! — Она подняла руку и произнесла торжественно, словно клятву: — Никогда и ни за что на свете!</p>
      <p>— Знаю я, куда ты метишь, — возразил Берт гневно. — Все равно, сдохну я или буду жив, попаду в переделку или нет, — если ты захочешь идти по дурной дорожке, ты пойдешь; со мной или без меня — не важно.</p>
      <p>— Кажется, я вела себя вполне прилично до встречи с тобой, — возразила Мери, закинув головку, — да и сейчас никто не скажет про меня плохого.</p>
      <p>Берт хотел ей ответить какой-то резкостью, но вмешалась Саксон и восстановила мир. Она очень тревожилась за их брачную жизнь. Оба вспыльчивые, несдержанные, раздражительные, и их постоянные стычки не сулят ничего хорошего.</p>
      <p>Покупка безопасной бритвы была для Саксон серьезным шагом. Сначала она посоветовалась со знакомым приказчиком из магазина Пирса и уже тогда решилась на это приобретение. В одно воскресное утро, после завтрака, когда Билл собирался в парикмахерскую, Саксон позвала его в спальню и, приподняв полотенце, показала ему приготовленные бритвенные ножи, мыло, кисточку и все необходимое для бритья. Билл, удивленный, попятился, потом снова подошел и принялся рассматривать покупку. Огорченно уставился он на безопасную бритву.</p>
      <p>— Ну, это не для мужчины!</p>
      <p>— И такая бритва сделает свое дело, — сказала Саксон. — Сотни людей бреются ею каждый день.</p>
      <p>Но Билл отрицательно покачал головой.</p>
      <p>— Ты же ходишь к парикмахеру три раза в неделю, и бритье стоит тебе каждый раз сорок пять центов. Считай — полдоллара, а в году пятьдесят две недели. Двадцать шесть долларов в год на бритье! Не возмущайся, милый, попробуй. Сколько мужчин бреются таким способом!</p>
      <p>Он опять покачал непокорной головой, и туманные глубины его глаз еще больше потемнели. Она так любила в нем эту хмурость, которая делала его по-мальчишески красивым. Саксон, смеясь, обняла его, толкнула на стул, сняла с него пиджак, расстегнула воротник верхней и нижней рубашки и подвернула их.</p>
      <p>— Если ты будешь ругаться, — сказала она, покрывая его щеки мыльной пеной, — то получишь в рот вот это.</p>
      <p>— Подожди минутку, — удержала она его, когда он хотел взяться за бритву. — Я видела, как орудуют парикмахеры. Они начинают брить, когда пена впитается.</p>
      <p>И она стала втирать ему в кожу мыльную пену.</p>
      <p>— Вот, — сказала она, вторично намыливая ему щеки. — Теперь можешь начинать. Только помни, что я не всегда буду это делать вместо тебя. Только пока ты учишься.</p>
      <p>Всячески подчеркивая свое шутливое негодование, Билл попытался несколько раз провести бритвой по лицу, потом схватился за щеку и сердито воскликнул:</p>
      <p>— Ах, черт проклятый! Он стал разглядывать в зеркало свое лицо и увидел полоску крови, алевшую среди мыльной пены.</p>
      <p>— Порезался! Безопасной бритвой! Черт! Наверно, мужчины клянут эти бритвы. И правы! Порезался! Хороша безопасность!</p>
      <p>— Да подожди минутку, — уговаривала его Саксон. — Нужно сначала ее наладить. Приказчик мне говорил… Вот посмотри, тут маленькие винтики. Они… Поверни их… вот так…</p>
      <p>Билл снова принялся за бритье. Через несколько минут он внимательно поглядел на себя в зеркало, ухмыльнулся и продолжал свою операцию. Легко и быстро соскреб он с лица всю пену. Саксон захлопала в ладоши.</p>
      <p>— Здорово! — сказал Билл. — Великолепно! Дай лапку. Посмотри, как хорошо получилось.</p>
      <p>Он продолжал тереть ее руку о свою щеку. Вдруг Саксон издала легкое восклицание, притянула его к себе и стала огорченно рассматривать его лицо.</p>
      <p>— Да она совсем не бреет.</p>
      <p>— В общем, надувательство! Твоя бритва режет кожу, но не волос. Я все-таки предпочитаю парикмахера.</p>
      <p>Но Саксон стояла на своем:</p>
      <p>— Ты еще недостаточно приспособился. Ты ее слишком подвинтил. Дай я попробую. Вот так! Не очень сильно и не очень слабо. Теперь намылься еще раз, и попробуем.</p>
      <p>На этот раз было слышно, как бритва соскабливает волос.</p>
      <p>— Ну как? — спросила она с тревогой.</p>
      <p>— Рвет… ой! рвет… волосы, — рычал Билл, делая гримасы. — Да… рвет… тянет, ой!.. Как черт!</p>
      <p>— Ну, ну, продолжай, — подбадривала его Саксон. — Не сдавайся! Будь смел, как охотник за скальпами, как последний могикан… Помнишь, что сказал Берт?</p>
      <p>Через четверть часа он вымыл и вытер лицо и облегченно вздохнул.</p>
      <p>— Конечно, так можно в конце концов побриться, но я не очень стою за этот способ. Он всю душу из меня вымотал.</p>
      <p>Вдруг он застонал, сделав новое открытие.</p>
      <p>— Что еще стряслось? — спросила она.</p>
      <p>— А затылок-то? Ну как же я буду брить затылок? Уж за этим-то придется идти к парикмахеру.</p>
      <p>На лице Саксон появилось огорченное выражение, но лишь на миг. Она взяла в руки кисточку.</p>
      <p>— Сядь, Билли!</p>
      <p>— Как? Ты хочешь сама? — спросил он возмущенно.</p>
      <p>— Ну да! Если это может сделать парикмахер, то могу и я.</p>
      <p>Билл ворчал и охал, он чувствовал себя униженным, но все же ему пришлось уступить.</p>
      <p>— Видишь, как чисто, — сказала она. — Ничего нет легче. А кроме того, двадцать шесть долларов в год останутся в кармане. Ты на них купишь и колыбель, и коляску, и пеленки, и кучу всяких мелочей. А теперь потерпи еще немного. — Она обмыла и вытерла ему затылок, затем припудрила. — Теперь ты чист и мил, как настоящий младенец, мальчик Билли!</p>
      <p>Несмотря на его недовольство, долгий поцелуй в шею, которым она неожиданно наградила его, был ему очень приятен.</p>
      <p>Хотя Билл и клялся, что он больше в руки не возьмет этой чертовой бритвы, через два дня он все же разрешил Саксон помогать ему и еще раз попробовал.</p>
      <p>На этот раз дело пошло гораздо лучше.</p>
      <p>— В общем, не так уж плохо, — снисходительно заметил он. — Я начинаю привыкать. Все дело в том, как ее отрегулировать. Тогда можно сбривать волосы дочиста и все-таки не порезаться. У парикмахера это не выходит, он нет-нет да и порежет меня.</p>
      <p>Третий сеанс удался на славу, и оба были на верху блаженства, когда Саксон поднесла ему бутылку квасцов. Он стал убежденным сторонником безопасных бритв, не мог дождаться прихода Берта, сам понес ему показывать приобретение своей жены и продемонстрировал способ употребления.</p>
      <p>— Ведь надо же быть такими дураками — бегать по парикмахерским, транжирить деньги, — заявил он. — Посмотри на эту штуку! Как берет! И легко, точно по гладкому месту. Смотри — шесть минут по часам! Каково? Когда я набью себе руку, то обойдусь и тремя! Этими ножами можно бриться и в темноте и под водой. Хотел бы зарезаться, да не можешь! И потом — сбережешь двадцать шесть долларов в год. Это придумала Саксон. Ты знаешь — она прямо гений!</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестая</p>
      </title>
      <p>Торговля между Саксон и Мерседес продолжала развиваться. Мерседес тотчас же сбывала все те изящные вещицы, которые делала Саксон, а Саксон занималась работой с увлечением. Будущий ребенок и сокращение заработной платы заставляли ее относиться к материальной стороне жизни серьезнее, чем когда-либо. В сберегательную кассу было в сущности отложено очень мало, Саксон теперь частенько корила себя за то, что расходует деньги на всякие пустяки для себя и для дома. Впервые тратила она чужой заработок, — ведь она привыкла с самых юных лет жить только на свои средства; к счастью, благодаря Мерседес теперь Саксон получила снова возможность зарабатывать и с тем большим удовольствием расходовала деньги на покупку нового, более дорогого белья.</p>
      <p>Мерседес делала ей указания, а Саксон следовала им, иногда привнося кое-что от себя, и изготовляла всевозможные легкие красивые кружевные вещицы: гофрированные батистовые рубашки с ажурной строчкой и французской вышивкой на плечах и груди, нарядные комбинации из тонкого полотна, обшитые ирландским кружевом, похожие на паутинки ночные сорочки. По указаниям Мерседес она сделала восхитительный чепчик, и та заплатила ей, за вычетом комиссионных, двенадцать долларов.</p>
      <p>Саксон с радостью отдавала этой работе каждую свободную минуту, не забывая притом и о приданом для ребенка.</p>
      <p>Единственное, что она купила, были три нарядные вязаные фуфаечки. Все остальное, до самых мелочей, она сделала сама: вышитые елочкой пеленки, вязанные крючком кофточку и капор, варежки, вышитые чепчики, крошечные пинетки, длинные крестильные платьица, рубашечки на крошечных бретельках, кажется годные только для куклы, расшитые шелком белые фланелевые юбочки, чулочки и вязаные сапожки, которые она видела уже на брыкающихся розовых ножках с пухлыми пальчиками и толстенькими икрами, множество мягких полотняных простынок. Однако венцом всего явилось маленькое вышитое пальтецо из белого шелка. И в каждую вещицу, в каждый стежок Саксон вкладывала свою любовь. Но когда она отдавала себе отчет в характере этой постоянно наполнявшей ее любви, то не могла не признаться, что любовь эта скорее относится к Биллу, чем к тому туманному и неопределенному живому комочку, которого, при всей своей неясности к нему, она еще не могла себе представить.</p>
      <p>— Гм… — сказал Билл, пересмотрев весь этот маленький гардероб и возвращаясь к фуфаечкам. — Из всех твоих смешных финтифлюшек вот это больше всего помогает мне представить себе нашего малыша. Я прямо вижу его в этих настоящих мужских фуфаечках.</p>
      <p>И Саксон, охваченная внезапным порывом счастья, от которого у нее на глазах выступили слезы, поднесла одну из фуфаечек к его губам. Он торжественно поцеловал ее, не сводя глаз с жены.</p>
      <p>— Это и мальчику, но больше всего тебе.</p>
      <p>Однако заработок Саксон вдруг прекратился самым неожиданным и трагическим образом. Однажды, узнав о дешевой распродаже, она переправилась на пароме в Сан-Франциско. Проходя по Сатер-стрит, она обратила внимание на выставку в витрине небольшого магазинчика. Сначала она глазам своим не поверила — там на почетном месте красовался тот самый восхитительный утренний чепчик, за который Мерседес ей заплатила двенадцать долларов и на котором теперь стояла цена: двадцать восемь. Саксон вошла в магазин и обратилась к хозяйке, худой пожилой женщине с проницательными глазами, по-видимому иностранке.</p>
      <p>— Нет, я ничего покупать не собираюсь, — сказала Саксон. — Я сама делаю такие же вещи, какие у вас тут продаются, и хотела бы только знать, сколько вы платите за них, ну хотя бы вон за тот выставленный в витрине чепчик?</p>
      <p>Женщина бросила пристальный взгляд на руку Саксон, большой и указательный пальцы которой носили на себе бесчисленные следы уколов, затем осмотрела ее с головы до ног.</p>
      <p>— А вы умеете делать такие вещи? Саксон кивнула головой?</p>
      <p>— Я заплатила за него женщине, которая его сделала, двадцать долларов.</p>
      <p>Саксон подавила невольный возглас изумления и с минуту помолчала, размышляя. Мерседес заплатила ей всего двенадцать — значит, восемь она положила себе в карман ни за что ни про что, тогда как Саксон затратила и свой материал и свой труд!</p>
      <p>— Будьте добры, покажите мне другие вещи ручной работы — сорочки и вообще белье и скажите, сколько вы за них дали?</p>
      <p>— Так, значит, вы умеете делать такие вещи?</p>
      <p>— Умею.</p>
      <p>— И согласны мне их продавать?</p>
      <p>— Конечно, — сказала Саксон. — Я затем сюда и вошла.</p>
      <p>— Мы набавляем при продаже очень немного, — продолжала женщина. — Но вы понимаете — плата за помещение, электричество и прочее, да надо же немного и подработать. Без этой прибавки мы не могли бы торговать.</p>
      <p>— Ну ясно, — кивнула Саксон.</p>
      <p>Разглядывая восхитительное белье, Саксон нашла еще ночную рубашку и комбинацию своего изделия. За первую она получила от Мерседес восемь долларов, — здесь она продавалась за восемнадцать, а хозяйка за нее заплатила четырнадцать; за вторую Саксон получила шесть, цена на ней стояла — пятнадцать, а хозяйке она обошлась в одиннадцать.</p>
      <p>— Благодарю вас, — сказала Саксон, надевая перчатки. — Я с удовольствием принесу вам свою работу по этим ценам.</p>
      <p>— А я с удовольствием куплю… если вещи будут так же хорошо сделаны. — Хозяйка строго на нее посмотрела. — Не забудьте, что качество должно быть не хуже. Я часто получаю специальные заказы, и если я буду довольна вашей работой, то дело для вас найдется.</p>
      <p>Мерседес и бровью не повела, когда Саксон обрушилась на нее с упреками:</p>
      <p>— Вы же говорили, что берете только за комиссию!</p>
      <p>— Говорила. Так я и делала.</p>
      <p>— Но ведь я покупала весь материал и я работала, а вы получали львиную долю платы.</p>
      <p>— А почему бы мне ее и не получать, милочка? Я же была посредницей. Посредникам обычно достается львиная доля. Так уж заведено.</p>
      <p>— А по-моему, это очень несправедливо, — сказала Саксон скорее печально, чем сердито.</p>
      <p>— Ну, уж это вы на жизнь обижайтесь, а не на меня, — возразила Мерседес язвительно, однако тон ее внезапно смягчился, — настроения у нее быстро менялись. — Но зачем нам, милочка, ссориться? Я ведь вас так люблю. Все это пустяки при вашей молодости и здоровье да еще с таким сильным молодым мужем. А я старуха, и мой старик тоже может сделать для меня очень мало, он и так уж не жилец на этом свете. Ведь у него больные ноги, хоронить-то его мне придется. И я оказываю ему честь: спать вечным сном он будет рядом со мной! Правда, он глупый, тупой, неуклюжий старик; но, несмотря на глупость, в нем нет ни капли злобы. Я уже купила места на кладбище и заплатила за них — частью из тех комиссионных, которые брала с вас. Но остаются еще похороны. Все должно быть сделано как следует. Мне еще нужно накопить не мало, а Барри может протянуть ноги в любую минуту.</p>
      <p>Саксон осторожно понюхала воздух и догадалась, что старуха опять пьяна.</p>
      <p>— Пойдемте, дорогая, я вам кое-что покажу. — Она повела Саксон в свою спальню и приподняла крышку большого сундука. На Саксон повеяло тонким ароматом розовых лепестков. — Смотрите, вот мое погребальное приданое. В этом платье я обвенчаюсь с могилой.</p>
      <p>Удивление Саксон все росло, по мере того как старуха показывала ей вещь за вещью, изящное, нарядное и роскошное приданое, которое годилось бы для самой богатой невесты. Наконец, Мерседес извлекла на свет веер из слоновой кости.</p>
      <p>— Это мне подарили в Венеции, дорогая. А вот, смотрите, черепаховый гребень; его заказал для меня Брюс Анстей за неделю до того, как выпил свой последний бокал и прострелил свою сумасбродную голову из кольта. А этот шарф! Да, да, этот шарф из либерти…</p>
      <p>— И все это уйдет с вами в могилу? — воскликнула Саксон. — Какое безумие!</p>
      <p>Мерседес рассмеялась:</p>
      <p>— А почему бы и нет? Умру, как жила. В этом моя радость. Я сойду в могилу невестой. Я не могу лежать в холодном и тесном гробу, мне хотелось бы, чтобы вместо него меня ждало широкое ложе, все покрытое мягкими восточными тканями и заваленное грудами подушек.</p>
      <p>— Но ведь на ваше приданое можно было бы устроить двадцать похорон и купить двадцать мест! — возразила Саксон, задетая этим кощунственным разговором о смерти.</p>
      <p>— Пусть моя смерть будет такой же, как моя жизнь, — самодовольно заявила Мерседес. — Старик Барри ляжет рядом с шикарной невестой! — Она закрыла глаза и вздохнула. — Хотя я предпочла бы, чтобы рядом со мной во мраке великой ночи лежал Брюс Анстей или еще кто-нибудь из моих возлюбленных и вместе со мной обратился в прах, потому что это и есть настоящая смерть. — Она посмотрела на Саксон; в глазах ее был пьяный блеск и вместе с тем холодное презрение. — В древности, когда погребали великих людей, с ними вместе зарывали живьем их рабов. Я же, моя дорогая, беру с собой только свои тряпки!</p>
      <p>— Значит, вы… совсем не боитесь смерти? Ни чуточки?</p>
      <p>Мерседес покачала головой и торжественно ответила:</p>
      <p>— Смерть честна, добра и справедлива. Я не боюсь смерти. Я людей боюсь и того, как они со мной поступят после моей смерти. Потому-то я все и приготовляю заранее. Нет, когда я умру, они меня не получат.</p>
      <p>Саксон была смущена.</p>
      <p>— А на что же вы им будете нужны?</p>
      <p>— Им нужно много мертвецов, — последовал ответ. — Вы знаете, какая судьба постигает стариков и старух, которых не на что хоронить? Их не хоронят вовсе. Вот послушайте. Однажды мы стояли перед высокими дверями. Меня сопровождал профессор — странный человек, которому следовало быть пиратом, или осаждать города, или грабить банки, но отнюдь не читать лекции. Стройный, как Дон Жуан, руки стальные… Так же силен был и его дух. И он был сумасшедший, как и все мои кавалеры, чуть-чуть сумасшедший. «Пойдем, Мерседес, — сказал он, — посмотрим на наших ближних, проникнемся смирением и возвеличимся духом оттого, что мы не похожи на них — пока не похожи. А потом поужинаем с особым, дьявольским аппетитом и выпьем за их здоровье золотого вина, которое засверкает еще жарче после всего, что мы видели. Пойдем же. Мерседес».</p>
      <p>Он распахнул двери и, взяв меня за руку, заставил войти. Мы оказались в печальной компании. На мраморных столах лежали и полусидели, опираясь на подпорки, двадцать четыре тела, а множество молодых людей с блестящими глазами и блестящими ножичками в руках склонились над этими столами. При нашем появлении они подняли головы и принялись с любопытством меня разглядывать.</p>
      <p>— Они были мертвы, эти тела? — спросила Саксон с трепетом.</p>
      <p>— Это были трупы бедняков, милочка. «Пойдем, Мерседес, — снова позвал он меня. — Я покажу вам кое-что, от чего наша радость, что мы живы, станет еще сильнее». И он повел меня вниз, туда, где находились чаны — чаны с засолом, милочка. Мне было страшно, но когда я заглянула в них, я невольно подумала о том, что будет со мной, когда я умру. Мертвецы лежали в этих чанах, как свинина в рассоле. В это время сверху потребовали женщину, непременно старуху. И служитель, приставленный к чанам, стал вылавливать старуху. Сначала он выудил мужчину… опять пошарил — еще мужчина… Он торопился и принялся ворчать. Наконец, он вытащил из этой каши женщину, и так как, судя по лицу, это была старуха, он остался доволен.</p>
      <p>— Неправда! Этого не может быть! — закричала Саксон.</p>
      <p>— Я видела все это своими собственными глазами, милочка, и знаю, что говорю. И я вам повторяю: не бойтесь кары божьей, — бойтесь только этих чанов с рассолом! И когда я стояла и смотрела, а тот, кто привел меня туда, смотрел на меня и улыбался, и просил, и завораживал меня своими черными сумасшедшими глазами усталого ученого, — я решила, что подобная судьба не может и не должна постичь мою земную оболочку… Потому что она ведь мила мне — моя оболочка, моя плоть; и была мила многим в течение моей жизни. Нет, нет, чаны с рассолом не место для моих губ, знавших столько поцелуев, не место для моего тела, расточавшего столько любви!</p>
      <p>Мерседес опять приподняла крышку сундука и полюбовалась на свои похоронные наряды.</p>
      <p>— Вот я и приготовила себе все для вечного сна. В этом я буду лежать на смертном ложе. Некоторые философы говорят: «Люди знают, что непременно умрут, а все равно не верят этому». Но старики верят. И я верю.</p>
      <p>Вспомните, дорогая, о чанах с рассолом и не сердитесь на меня за большие комиссионные. Чтобы избежать такой участи, я бы ни перед чем не остановилась! Украла бы лепту вдовицы, сухую корку сироты, медяки, положенные на глаза умершего!</p>
      <p>— А вы в бога верите? — отрывисто спросила Саксон, силясь сдержать себя, несмотря на овладевший ею холодный ужас.</p>
      <p>Мерседес опустила глаза и пожала плечами.</p>
      <p>— Кто знает — есть он или нет? Во всяком случае, я буду отдыхать спокойно.</p>
      <p>— А наказание? — И Саксон вспомнила жизнь Мерседес, представлявшуюся ей какой-то чудовищной сказкой.</p>
      <p>— Никакого наказания быть не может, моя дорогая. Бог, как выразился один старый поэт, «в общем добрый малый». Когда-нибудь мы с вами потолкуем о боге. Но вы его не бойтесь. Бойтесь только чанов с рассолом и того, что люди могут сделать после вашей смерти с вашим прекрасным телом.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава седьмая</p>
      </title>
      <p>Билла начал смущать их образ жизни. Ему стало казаться, что на его заработок нельзя жить так, как живут они с Саксон. Ведь они и в сберегательную кассу откладывают, и выплачивают ежемесячно за обстановку, и хорошо питаются; у него всегда есть карманные деньги, а Саксон еще находит возможным при всех этих расходах покупать материал для своего шитья. Он несколько раз пытался выяснить беспокоившие его обстоятельства, но Саксон только загадочно посмеивалась.</p>
      <p>— Я не понимаю, как ты устраиваешься с деньгами, — начал он однажды вечером.</p>
      <p>Он хотел продолжать, но вдруг смолк и минут пять размышлял, нахмурившись.</p>
      <p>— Скажи, пожалуйста, куда девался тот нарядный чепчик, над которым ты так трудилась? Ты его ни разу не надела, а ведь для маленького он, наверное, велик.</p>
      <p>Саксон, видимо, колебалась; надув губки, она задорно смотрела на него.</p>
      <p>Ложь ей всегда давалась нелегко. Солгать же Биллу она была решительно не в силах. По его потемневшим глазам и суровому выражению лица она поняла, что он оскорблен ее молчанием.</p>
      <p>— Скажи, Саксон, ты… ты… не продаешь своих изделий?</p>
      <p>Тут Саксон не удержалась и все выложила. Она рассказала и о посредничестве Мерседес и о ее замечательном похоронном приданом. Но Билл не дал себя отвлечь от того, что ему было важно. Решительным тоном он заявил жене, чтобы она и не думала работать ради денег.</p>
      <p>— Билли, дорогой мой, но ведь у меня остается так много свободного времени! — взмолилась она.</p>
      <p>Он покачал головой.</p>
      <p>— Мало ли что. И слушать не хочу! Раз я на тебе женился, я должен о тебе и заботиться. Пусть никто не посмеет сказать, что жена Билла Робертса вынуждена работать. Я этого не хочу. Да и надобности нет никакой.</p>
      <p>— Но, Билли… — начала она опять.</p>
      <p>— Нет. Тут я не уступлю, Саксон. И не потому, что я не люблю женского рукоделия. Напротив, очень люблю. Каждый пустяк, который ты делаешь, мне нравится до черта, но я хочу, чтобы все сшитое тобой было надето на тебе; и ты не стесняйся, шей себе наряды, сколько хочешь, а за материал заплачу я. На работе я весь день в отличном настроении — посвистываю себе и думаю о мальчике, представляю, как ты тут сидишь и шьешь все эти красивые штучки, — потому что знаю, тебе приятно их шить. Но, даю слово, Саксон, все удовольствие будет мне испорчено, если окажется, что ты работаешь для продажи. Жене Билла Робертса незачем зарабатывать. Я горжусь этим — конечно, перед собой. А кроме того, это вообще лишнее.</p>
      <p>— Дорогой мой, — прошептала она, чувствуя себя счастливой, несмотря на огорчение, вызванное его отказом.</p>
      <p>— Я хочу, чтобы у тебя было все, чего бы ты ни пожелала, — продолжал он. — И ты будешь все иметь, пока у меня есть здоровые, крепкие руки. Я ведь вижу, как красиво ты всегда одета, и мне это тоже нравится. Я уже не молокосос, и до знакомства с тобой я, может быть, узнал кое-что, чего мне знать и не следовало бы. Но могу тебя уверить, что никогда я не видел ни одной женщины, которая бы так следила не только за своими платьями, но и за бельем.</p>
      <p>Он поднял руки, пытаясь выразить в этом жесте то, что думал и чувствовал и на что у него не хватило слов, затем продолжал:</p>
      <p>— Дело не в одной только чистоплотности, хотя и это очень важно. Многие женщины чистоплотны. Дело не в том… Ну, словом, каждая вещь на тебе ласкает взгляд… все такое беленькое, красивое, со вкусом. Это действует на воображение, это неотделимо от мысли о тебе. Есть сотни мужчин, на которых и смотреть противно, когда они разденутся, да и женщин тоже. Но ты — ты чудо, вот и все! И никогда мне твои наряды не надоедят, и мне хочется, чтобы ты была одета все лучше и лучше. Знаешь, собственно говоря, тебе незачем стеснять себя в деньгах. Деньги можно заработать очень легко и сколько хочешь. Вот Билл Мэрфи заработал на прошлой неделе не больше не меньше, как семьдесят кругленьких долларов за то, что победил молодца по прозванию «Гордость Севера». Из этих денег он и отдал нам долг.</p>
      <p>На этот раз запротестовала Саксон, но Билл прервал ее.</p>
      <p>— Подожди, — продолжал он. — Есть еще такой Карл Гансен — «Второй Шарки», как об нем пишут в серьезных спортивных журналах; сам он называет себя чемпионом американского флота. Так вот, я прекрасно знаю ему цену: просто огромная дубина! Я видел его на ринге, и, право же, я могу его побить. Секретарь спортивного клуба предлагал мне вызвать его. Победитель получит сто долларов. И все эти деньги я отдам тебе: можешь их истратить как тебе угодно. Ну, что ты на это скажешь?</p>
      <p>— Если ты не хочешь, чтобы я шила, то ты не должен участвовать в матчах, — решительно сказала Саксон. — Но мы с тобой не заключали никаких условий. Даже если бы ты разрешил мне зарабатывать, я бы все равно не позволила тебе выступать на ринге. Я никогда не забуду твоего рассказа о боксе и о том, как боксеры губят свое здоровье. А я не хочу, чтобы ты губил свое. Твое здоровье теперь — все равно что мое. Если ты откажешься от матчей, я не буду работать и, кроме того, никогда не сделаю ничего, что бы тебе было неприятно.</p>
      <p>— Ну, ладно, — согласился Билл. — Хотя мне, по правде сказать, до смерти хочется проучить этого балду Гансена. — Он даже улыбнулся такой мысли. — Знаешь что, давай бросим все это. Спой-ка мне лучше «Когда кончится жатва» и поаккомпанируй на этой бренчалке… ну как ты ее там зовешь…</p>
      <p>Исполнив его просьбу и спев под аккомпанемент укулеле, она предложила ему самому спеть «Жалобу ковбоя». Из любви к нему она все же ухитрилась полюбить единственную песню, которую пел ее муж. И так как ее пел именно Билл, ей нравилось и заунывное однообразие этой песни и даже то, что он безнадежно фальшивил на каждой ноте. Она научилась сама подпевать ему, добросовестно фальшивя вместе с ним. Она никогда и не пыталась убедить его, что пение не его дело.</p>
      <p>— Теперь я вижу, что Берт и другие ребята попросту дурачили меня,</p>
      <p>— сказал он.</p>
      <p>— А мы с тобою очень хорошо спелись! — ловко обошла она этот щекотливый вопрос, ибо в подобных случаях не считала отклонение от правды грехом.</p>
      <p>Весной в железнодорожных мастерских вспыхнула забастовка. В воскресенье, накануне стачки, Билл и Саксон обедали у Берта. Пришел и брат Саксон, но без Сары, которая категорически отказалась, — у нее, как всегда, было много дел по дому. Берт был настроен крайне мрачно и распевал с язвительной усмешкой:</p>
      <p>Противен нам мил-ли-онер,</p>
      <p>Наживший много денег,</p>
      <p>Всем подает дурной пример</p>
      <p>Отъявленный мошенник.</p>
      <p>Ведь скупость воровству под стать,</p>
      <p>А деньги только бремя,</p>
      <p>Их, право, стоит промотать,</p>
      <p>Такое нынче время!</p>
      <p>Мери, выражая всем своим видом крайнее возмущение, готовила обед. Саксон решила ей помочь: засучив рукава и надев фартук, она начала перемывать посуду, оставшуюся от завтрака. Берт принес из соседней пивной кувшин пенящегося пива, и мужчины, усевшись втроем и закурив, стали обсуждать события.</p>
      <p>— Такую забастовку надо было объявить уже много лет назад, — говорил Берт, — и сейчас нечего тянуть, чем скорее, тем лучше; но вообще-то мы опоздали. Можно сказать заранее, что мы проиграем. Вот когда последние могикане действительно получат по шеям, но так им и надо!</p>
      <p>— Ну, не знаю, — степенно отвечал Том, медленно раскуривая свою трубку. — Рабочие организации становятся с каждым днем сильнее. Я помню время, когда в Калифорнии не было никаких союзов. А теперь, смотрите — нормированная заработная плата, рабочий день и все прочее…</p>
      <p>— Ты рассуждаешь, как профсоюзный организатор, — насмешливо отозвался Берт, — заладил одно! Но это для дураков: мы-то знаем, как обстоит на деле. Теперь на нормированную зарплату того не купишь, что прежде на ненормированную. Надули вас ваши профсоюзные деятели. Посмотри, что делается во Фриско. Рабочие лидеры проводят более грязную политику, чем даже представители старых партий; они спорят и ссорятся, но никак не поделят взятки и то и дело садятся в тюрьму. А каково положение плотников во Фриско? Конечно, Том Браун, если ты развесишь уши и будешь слушать всякую брехню, то тебе, пожалуй, скажут, будто каждый тамошний плотник — член профсоюза и получает зарплату полностью, как требует союз. И ты, может быть, поверишь. Все это вранье! Нет ни одного плотника, который в субботу вечером не отдавал бы часть своего заработка подрядчику. Вот тебе и хваленые союзы строительных рабочих в Сан-Франциско! А их руководители либо катаются по Европе на доходы с увеселительных учреждений, либо суют эти деньги юристам, чтобы избежать тюрьмы.</p>
      <p>— Верно, — согласился Том. — Никто этого и не отрицает. Беда в том, что рабочие еще не вполне прозрели. Профсоюзы должны заниматься политикой, но только политика-то должна быть правильная.</p>
      <p>— Социализм? Да! — насмешливо подхватил Берт. — А не продадут они нас, как всякие Руэфы и Шмидты?</p>
      <p>— Выбирайте честных людей, — сказал Билл. — Все дело в этом. Я не говорю, что я за социализм. Вовсе нет. Наши предки слишком давно живут в Америке, и я совсем не желаю, чтобы какие-то толстопузые немцы или оборванцы из русских евреев объясняли мне, как нужно править моей родиной, а сами двух слов по-английски связать не умеют!</p>
      <p>— Твоя родина! — воскликнул Берт. — Да у тебя, дуралей, нет никакой родины. Этой басней тебе взяточники морочат голову каждый раз, когда хотят тебя ограбить.</p>
      <p>— Так не голосуй за взяточников, — сказал Билл. — Если мы выберем честных людей, к нам и относиться будут по-честному.</p>
      <p>— Очень жаль, что ты не бываешь на наших собраниях, Билл, — с огорчением заметил Том. — У тебя открылись бы глаза, и ты при следующих выборах голосовал бы за социалистов.</p>
      <p>— Не будет этого! — воскликнул Билл. — Тебе только тогда удастся залучить меня на социалистический митинг, когда они научатся разговаривать по-человечески.</p>
      <p>И Берт замурлыкал себе под нос:</p>
      <p>А деньги только бремя,</p>
      <p>Их, право, стоит промотать!</p>
      <p>Мери была так зла на мужа за его сочувствие стачечникам и его зажигательные речи, что не поддерживала разговор с Саксон, а озадаченная всем этим Саксон тоже молчала, прислушиваясь к спору мужчин.</p>
      <p>— Ну, как дела? — бодро спросила она, стараясь скрыть свою тревогу.</p>
      <p>— Никак! — отвечал Берт резко. — Нам крышка!</p>
      <p>— Мясо и масло опять поднялись в цене, — волнуясь, продолжала Саксон. — Зарплату Билли урезали, а железнодорожникам — еще в прошлом году. Нужно же что-нибудь предпринять!</p>
      <p>— Сделать можно только одно — бороться, как дьяволы, — ответил Берт, — и в борьбе погибнуть. Вот и все. Мы будем разбиты, это ясно, но надо хоть напоследок доставить себе удовольствие.</p>
      <p>— Разве можно так говорить! — остановил его Том.</p>
      <p>— Теперь уже не до разговоров, старина, — возразил Берт, — теперь надо бороться.</p>
      <p>— Не много ты сделаешь против регулярных войск и пулеметов! — вмешался Билл.</p>
      <p>— О, я не об этом! — возразил Берт. — Но ведь есть такие короткие палочки, которые очень громко взрываются и делают большие дыры; есть порошок, который…</p>
      <p>— Ах, так! — накинулась на него Мери, подбоченившись. — Вот в чем дело! Вот какую гадость я нашла у тебя в кармане!</p>
      <p>Берт сделал вид, что не слышит. Том курил с озабоченным видом. Лицо Билла выражало тревогу.</p>
      <p>— Но ведь не станешь же ты заниматься такими делами, Берт? — спросил он, видимо, надеясь услышать отрицательный ответ.</p>
      <p>— Стану наверняка, если хочешь знать. Я бы их всех отправил к чертям в ад, прежде чем сам подохну!</p>
      <p>— Он настоящий кровожадный анархист, — заохала Мери. — Вот такие, как он, убили Мак-Кинли и Гарфилда <a l:href="#n_603" type="note">[603]</a> и… и… всех других. Его повесят. Увидите. Попомните мои слова! Хорошо, что у нас пока хоть детей не предвидится.</p>
      <p>— Да он только так, болтает, — попытался ее успокоить Билл.</p>
      <p>— Он просто дразнит тебя, — сказала Саксон. — Берт ведь любит пошутить.</p>
      <p>Но Мери покачала головой.</p>
      <p>— Нет, уж позвольте мне знать. Я слышу, что он бормочет во сне. Ругается, клянется, скрипит зубами. Вот опять!</p>
      <p>Берт с ухарским выражением на красивом лице откачнул свой стул к стене и снова запел:</p>
      <p>Противен нам мил-ли-о-нер…</p>
      <p>Том снова заговорил было о благоразумии и справедливости, но Берт, оборвав пение, опять наскочил на него:</p>
      <p>— Справедливость? Очередная дурацкая выдумка! Я вам скажу, какая для рабочего класса существует справедливость. Помните Форбса? Аллистона Форбса, еще он довел калифорнийский Альта-трест до банкротства и спокойно положил себе в карман два миллиончика чистоганом! Так вот, я видел его вчера в шикарном автомобиле. А ведь он был под судом и получил восемь лет. Сколько же он просидел? Меньше двух — и был прощен по слабости здоровья. Это он-то — по слабости здоровья! Мы и умрем и сгнить успеем, пока он подохнет. А вот посмотрите-ка в окно. Видите задний фасад того дома со сломанными перилами у крыльца? Там живет миссис Дэнэкер. Она занимается стиркой. Ее мужа раздавило поездом, а вознаграждения от дороги — ни шиша! Все дело обернули так, что будто он сам виноват, — небрежность и прочий вздор. Суд так и постановил. Ее сыну Арчи было шестнадцать, он совсем от рук отбился — настоящий маленький бродяга, удрал во Фресно и обокрал пьяного. И знаете, сколько он украл! Два доллара восемьдесят центов. Понимаете? Два восемьдесят! А к чему его приговорил судья? К пятидесяти годам. Восемь он уже отсидел в Сен-Квентине. И будет сидеть, пока не околеет. Миссис Дэнэкер говорит, что у него развивается скоротечная чахотка, — заразился в тюрьме, — но у нее нет протекции, и она не может добиться его освобождения. Арчи, мальчик, стибрил у пьяного два доллара восемьдесят центов и получил пятьдесят лет тюрьмы, а Аллистон Форбс нагревает Альта-трест на два миллиона — и сидит меньше двух лет! Так вот, скажите, для кого эта страна — мать? Для вас и маленького Арчи? Нет, простите! Для Аллистона Форбса — вот для кого, а нам она — мачеха! О!..</p>
      <p>Никто не любит мил-ли-о-неров…</p>
      <p>Подойдя к раковине, у которой Саксон домывала посуду, Мери сняла с нее фартук и поцеловала с той особой нежностью, какую каждая женщина питает к той, которая ожидает ребенка.</p>
      <p>— Ты теперь посиди, милочка, тебе нельзя утомляться; они еще не скоро кончат. Я принесу тебе твою работу, и можешь шить и слушать их разговоры. Только не слушай Берта. Он сумасшедший.</p>
      <p>Саксон стала шить и слушать, а на лице Берта, когда он увидел детские вещицы, разложенные у нее на коленях, появилось выражение горечи и злости.</p>
      <p>— Ну вот, — сказал он, — рожаете детей, а как вы их прокормите — неизвестно!</p>
      <p>— Ты, должно быть, вчера вечером здорово хватил, — добродушно осклабился Том.</p>
      <p>Берт покачал головой.</p>
      <p>— Да будет тебе ворчать, — добродушно заметил Билл. — Все-таки Америка — хорошая страна.</p>
      <p>— Была, — возразил Берт, — и очень хорошая, когда все мы были могиканами. Но теперь? Нас скрутили в бараний рог, нас предали и загнали в тупик. Мои предки боролись за этот край с оружием в руках и ваши тоже, мы освободили негров, перебили индейцев, голодали, мерзли, сражались. Здешняя земля понравилась нам. Мы ее очистили от лесов, мы вспахали ее, провели дороги, построили города. И всем хватало с избытком. И мы продолжали сражаться за нее. У меня убили двух дядей при Геттисберге; все мы так или иначе участвовали в той войне. Послушайте, что Саксон рассказывает про своих предков, через какие трудности они прошли, пока, наконец, не обзавелись усадьбами, скотом, лошадьми и прочим. И они всего этого добились. Мои предки тоже и предки Мери…</p>
      <p>— И удержали бы и свои усадьбы и остальное, кабы поумнее были, — вставила она.</p>
      <p>— Несомненно, — продолжал Берт, — в этом вся соль. А мы все упустили, позволили себя ограбить. Мы не умели играть краплеными картами и подтасовывать их, как делали другие. Мы те белые люди, которые дали себя надуть — и остались ни с чем. Да и времена уже стали не те. Люди разделились на львов и кляч. Клячи только работали, львы — пожирали. Они захватили фермы, копи, фабрики и заводы, а теперь захватили и правительственную власть. Мы — те белые, вернее мы потомки тех белых, которые остались честными себе в убыток. И мы проиграли. С нас содрали шкуру. Понимаете?</p>
      <p>— Ты был бы хорошим оратором на митингах, — заметил Том, — если бы отказался от кое-каких заскоков.</p>
      <p>— Все это как будто и так, Берт, — заметил Билл, — да не совсем. Нынче каждый может стать богатым.</p>
      <p>— И президентом Соединенных Штатов! — насмешливо подхватил Берт. — Спору нет, если он ловкач. Только что-то не слышно, чтобы ты стал миллионером или президентом. А почему? Да потому, что ты не ловкач. Ты дуралей. Ты кляча. Ну и пропади ты пропадом! Да и всем нам туда же дорога!</p>
      <p>За обедом, во время еды. Том рассказывал о радостях деревенской жизни, памятной ему с юных дней, и признался, что у него одна мечта: взять себе где-нибудь участок казенной земли, как делали его деды. Но, к несчастью, объяснил он, Сара против, поэтому его мечта останется мечтой.</p>
      <p>— Такова уж игра, которую мы зовем жизнью, — вздохнул Билл. — У нее свои правила, кто-нибудь непременно должен потерпеть поражение.</p>
      <p>Немного спустя, когда Берт снова увлекся и начал произносить обличительные речи, Билл поймал себя на ряде невольных сравнений. Этот дом был не похож на его дом. Здесь не чувствовалось той приятной атмосферы, к какой он привык у себя. Все, казалось, идет как-то негладко. Он вспомнил, что, когда они пришли, посуда от завтрака была еще не вымыта. Как мужчина, он, конечно, многих хозяйственных недочетов не заметил, но все утро размышлял и сравнивал и по тысячам примет убеждался, что Мери не такая хорошая хозяйка, как его Саксон. Он с гордостью поглядел на жену, и ему захотелось встать со стула, подойти и обнять ее. Да, вот это настоящая жена! Он вспомнил ее нарядное белье. Но в ту минуту, когда он мысленно любовался ею, голос Берта грубо нарушил его раздумье.</p>
      <p>— Ты, Билл, видно, думаешь, что я просто обозлился. И это верно. Я злюсь. Ты не пережил того, что я. Ты всегда только и делал, что правил своими лошадьми да зарабатывал легкие денежки боксом. Ты не знаешь, что такое безработица, ты не участвовал в больших забастовках. У тебя не было старухи матери, тебе не приходилось получать плевки и ради нее смиряться и молчать. Только после ее смерти я поднял голову и почувствовал себя свободным.</p>
      <p>Возьми хотя бы то, как со мной поступили в Найлской электрической компании, как там обращаются с нашим братом. Пришел я, управляющий оглядел меня с головы до ног, закидал нелепыми вопросами и дал, наконец, бланк для подачи заявления. Я заполнил его и истратил доллар на доктора, чтобы получить свидетельство о том, что я здоров. Затем пошел к фотографу и снял свою рожу для их портретной галереи. Отдал еще доллар. Потом управляющий берет у меня заявление, медицинское свидетельство, фотокарточку и опять задает вопросы. Прежде всего — принадлежал ли я когда-нибудь к какому-нибудь рабочему союзу? Это я-то! Конечно, я не мог ему ответить правду — работа была нужна до зарезу, в лавочке больше в долг не давали, а тут мать…</p>
      <p>«Ну, — подумал я, — наконец-то мне подвезло. Теперь я вагоновожатый. Стой себе на передней площадке да перемигивайся с хорошенькими девочками». Однако ничего подобного! Плати еще два доллара — два доллара за дрянной оловянный значок! Потом за форменную куртку, — здесь за нее надо было отдать девятнадцать с половиной долларов, а в другом месте я бы купил точно такую же за пятнадцать. Правда; они соглашались подождать до первой получки. Кроме того, оказывается, надо иметь в кармане пять собственных долларов мелочью. Я занял их у знакомого полисмена Тома Донована. А потом? Потом они заставили меня работать две недели бесплатно, пока я будто бы обучался.</p>
      <p>— Девушки-то хоть интересные попадались? — смеясь, спросила Саксон.</p>
      <p>Берт мрачно покачал головой.</p>
      <p>— Я проработал там всего месяц. Мы сорганизовались в союз, и всех нас вышвырнули вон.</p>
      <p>— Если вы в мастерских объявите забастовку, с вами поступят так же, — вмешалась Мери.</p>
      <p>— Вот это я тебе все время и твержу, — ответил Берт. — У нас нет ни одного шанса на успех.</p>
      <p>— Зачем же тогда затевать? — удивилась Саксон.</p>
      <p>Он несколько мгновений смотрел на нее потухшим взором, потом ответил:</p>
      <p>— А зачем мои дяди были убиты при Геттисберге?</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава восьмая</p>
      </title>
      <p>Саксон с тяжелым сердцем теперь вела хозяйство. Она уже не занималась шитьем изящных вещиц: материал стоил денег, а она не решалась их тратить. Стрела, пущенная Бертом, попала в цель, она засела в ней, колола и не давала покоя. Ведь они с Билли несут ответственность за жизнь их будущего ребенка! Разве они уверены, что смогут его прокормить, одеть и подготовить к жизненной борьбе? Где ручательство? Ей смутно вспоминались тяжелые времена, пережитые в детстве, и жалобы матерей и отцов приобретали для нее новый смысл. Теперь ей становилось понятным даже постоянное нытье Сары.</p>
      <p>По соседству, у забастовавших рабочих железнодорожных мастерских, началась нужда. Владельцы лавчонок, куда Саксон бегала по утрам за провизией, уже впадали в уныние. Все ходили мрачные. Особенно угрюмы были лица женщин-матерей. Когда они по вечерам болтали на своих крылечках или у калиток, их голоса звучали подавленно и смех раздавался все реже.</p>
      <p>Мэгги Донэхью, бравшая обычно у молочника три пинты молока, теперь ограничивалась одной. Люди уже не ходили целыми семьями в кинематограф, и стало труднее доставать мясные обрезки. Нора Дилэйни, жившая за три дома от Саксон, перестала покупать по пятницам свежую рыбу; теперь она подавала на стол соленую треску, да и то не первого сорта. Румяные ребятишки, выбегавшие прежде на улицу между обедом и ужином с огромными ломтями хлеба, густо намазанными маслом и посыпанными сахаром, теперь выходили с маленькими ломтиками, на которых было очень мало масла, а сахара не было совсем. Даже самый обычай этот постепенно отмирал, и многие дети уже ничего не получали в неурочное время.</p>
      <p>Везде сказывалось стремление сократить расходы, сжаться, урезать себя во всем до последней возможности. И всеобщее раздражение росло. Женщины стали гораздо чаще ссориться между собой и обращаться с детьми гораздо грубее, чем раньше. Саксон знала, что Мери и Берт бранятся целыми днями.</p>
      <p>— Надо, чтобы она хоть когда-нибудь поняла, что у меня есть свои заботы и огорчения, — жаловался он Саксон.</p>
      <p>Она пристально взглянула на него и почувствовала вдруг какой-то смутный, неопределенный страх за него. В его черных глазах, казалось, тлел огонь безумия. Смуглое лицо исхудало, и резче выступили скулы; губы слегка кривились, словно на них застыла горькая усмешка. В том, как он лихо сдвигал шляпу на затылок, и во всей его манере держаться чувствовался еще более бесшабашный вызов, чем обычно.</p>
      <p>Иногда, сидя в долгие послеобеденные часы без дела у окна, Саксон рисовала в своем воображении великий переход ее предков через степи, горы и пустыни к обетованной земле у Западного моря. И она представляла себе то идиллическое время, когда они жили простой жизнью, близкой к природе, и никто понятия не имел ни о каких рабочих союзах и объединениях предпринимателей. Она вспоминала рассказы стариков о том, как они сами добывали себе все нужное для жизни: охота и домашний скот давали мясо, каждый выращивал овощи на своем огороде, каждый был сам себе кузнецом и плотником, сам шил себе обувь и одежду и даже ткал ткань для этой одежды. И глядя на брата, она понимала, о чем он тоскует и почему мечтает взять участок казенной земли и поселиться в деревне.</p>
      <p>А хорошо, вероятно, быть фермером, думала она. И зачем людям понадобилось непременно жить в городах? Почему времена изменились? И если раньше всем хватало, то почему не хватает теперь? Зачем людям спорить и ссориться, бороться и бастовать — и все только для того, чтобы получить работу? Почему работы не хватает на всех? Еще сегодня утром у нее на глазах стачечники поколотили двух штрейкбрехеров, которые шли в мастерские, — рабочих этих она знала, кого в лицо, кого по фамилии, они жили неподалеку. Начали дети — они принялись кидать в штрейкбрехеров камнями и выкрикивали такие слова, каких детям и знать-то не следует. На шум драки прибежали полисмены с револьверами, и забастовщики попрятались в домах и узких проходах между домами. Одного штрейкбрехера унесли в амбулаторию — он был без сознания; другой под охраной железнодорожной полиции все же добрался до мастерских. Мэгги Донэхью, стоявшая на своем крылечке с ребенком на руках, проводила штрейкбрехера таким потоком брани, что Саксон сгорела от стыда. Когда побоище было в разгаре, Саксон увидела на крыльце соседнего дома Мерседес, — старуха смотрела на эту сцену с загадочной усмешкой; она жадно следила за всем происходившим на улице, и ее ноздри вздрагивали и раздувались. Однако Саксон была поражена ее полным спокойствием, — в старухе говорило только любопытство.</p>
      <p>И к ней-то, столь мудрой в любви, Саксон пришла за разрешением мучивших ее вопросов о жизни. Но оказалось, что и на экономику и на рабочий вопрос Мерседес смотрит как-то дико и странно.</p>
      <p>— О-ля-ля, дорогая, все это очень просто. Люди в большинстве прирожденные дураки, — это и есть рабы. Ум дан только очень немногим,</p>
      <p>— это и есть господа. Мне кажется, сам бог создал людей такими.</p>
      <p>— А как же бог допустил эту ужасную драку сегодня утром?</p>
      <p>— Боюсь, что он такими вещами не интересуется, — улыбнулась Мерседес. — Едва ли он даже знал о ней.</p>
      <p>— Я перепугалась до смерти, — сказала Саксон, — мне чуть дурно не сделалось. А вы… я ведь смотрела на вас, — вы глядели на эту драку так равнодушно, точно на какое-то представление.</p>
      <p>— Это и было представление!</p>
      <p>— О! Как вы можете…</p>
      <p>— Ну, знаете, у меня на глазах людей убивали. Ничего особенного. Все люди умирают. Дураки умирают, как скот, не зная почему. Даже смешно. Колотят друг друга дубинками и кулаками, проламывают друг другу головы, грызутся, точно собаки из-за кости. Ведь работа, из-за которой они бьются, — это та же кость. Если бы они еще убивали друг друга из-за женщин, из-за идей, золота, сказочных брильянтов! Но нет — они только голодны и дерутся ради каких-то крох, лишь бы набить желудок!</p>
      <p>— О, если бы только я могла понять, — прошептала Саксон, стиснув руки. Ее томила тоска неведения и жажда знания.</p>
      <p>— Тут нечего и понимать. Все ясно, как день. Всегда существовали дураки и умники, рабы и господа, мужики и принцы. И всегда будут существовать.</p>
      <p>— Но почему же?</p>
      <p>— Почему мужик — мужик, моя дорогая? Потому, что он мужик! Почему блоха — блоха?</p>
      <p>Саксон огорченно качала головой.</p>
      <p>— Но я же вам ответила, милочка. Ни один философ в мире не даст вам более ясного ответа. Почему вы выбрали себе в мужья именно этого мужчину, а не другого? Потому что именно он вам понравился. А почему? Понравился, и все! Почему огонь жжет, а мороз морозит? Почему есть дураки и умные? Хозяева и рабы? Предприниматели и рабочие? Почему черное — черно? Ответьте на это — и вы ответите на все.</p>
      <p>— Но разве правильно, что люди голодают и не имеют работы, когда они только и хотят работать, лишь бы их труд оплачивался по справедливости, — возразила Саксон.</p>
      <p>— Это так же правильно, как то, что камень не горит, что морской песок не сахар, что терновник колется, а вода мокрая, что дым поднимается кверху, а вещи падают вниз.</p>
      <p>Но такое объяснение действительности не убедило Саксон. Откровенно говоря, она просто не постигала смысла того, что говорила Мерседес. Это казалось ей нелепым.</p>
      <p>— Тогда, значит, у нас нет ни свободы, ни независимости! — пылко воскликнула она. — Люди неравны, и мой ребенок не имеет права жить так, как живет дитя богатой матери!</p>
      <p>— Конечно, нет, — отозвалась Мерседес.</p>
      <p>— Но ведь весь мой народ именно за это и боролся, — возразила Саксон, вспоминая уроки истории и саблю отца.</p>
      <p>— Демократия — мечта глупцов. Ах, милочка, поверьте, демократия — такая же ложь, такой же дурман, как религия, и служит лишь для того, чтобы рабочие — этот вьюченный скот — не бунтовали. Когда они стонали под бременем нужды и непосильного труда, их уговаривали терпеть и нужду и труд и кормили баснями о царстве небесном, где бедные будут счастливы и сыты, а богатые и умные — гореть в вечном огне. Ох, как умные смеялись! А когда эта ложь выдохлась и у людей возникла мечта о демократии, умные постарались, чтобы она так и осталась мечтой, только мечтой. Миром владеют сильные и умные.</p>
      <p>— Но ведь вы же сами принадлежите к рабочему люду, — заметила Саксон.</p>
      <p>Старуха почти гневно выпрямилась.</p>
      <p>— Я? К рабочему люду? Да, но только потому, что я неудачно поместила деньги, что я стара и уже не могу покорять смелых молодых людей, потому что я пережила всех друзей моей молодости и у меня никого не осталось, потому что я живу здесь, в этом рабочем квартале, с Барри Хиггинсом и готовлюсь к смерти. Но я родилась, дорогая моя, среди господ и всю жизнь топтала ногами дураков. Я пила редчайшие вина, я веселилась на празднествах, которые стоили столько, что на эти деньги можно было бы прокормить наших соседей в течение всей их жизни. Мы с Диком Голденом — правда, эти деньги принадлежали ему, но они были все равно что мои, — мы спустили за неделю в Монте-Карло четыреста тысяч франков. Он был еврей и мот отчаянный. В Индии я носила такие драгоценные камни, что, продав их, можно было бы спасти жизнь десяти тысячам семейств, умиравшим у меня на глазах.</p>
      <p>— Вы видели, как они умирают, и… ничего для них не сделали? — спросила Саксон задыхаясь.</p>
      <p>— Я сберегла свои драгоценности… да, а в том же году их у меня украл русский офицер… такая скотина!</p>
      <p>— И вы дали этим людям умереть?.. — снова повторила Саксон.</p>
      <p>— Это жалкое людское отребье, они гниют и размножаются, как черви. Просто ничтожество, ничтожество, ничтожество, моя дорогая, как и ваши здешние рабочие, самая непростительная глупость которых состоит в том, что они беспрерывно плодят такое же глупое потомство и поставляют рабов для господ.</p>
      <p>И вот Саксон, жаждавшая получить от других хоть какое-нибудь объяснение окружавшей ее действительности и слышавшая так мало вразумительного от этой страшной старухи, так и не получила ничего. Теперь она поняла, что и многое другое, о чем рассказывала Мерседес, лишь игра ее воспаленного воображения.</p>
      <p>По мере того как проходили недели, забастовка в железнодорожных мастерских принимала все более острый и угрожающий характер. Билл только качал головой и сознавался, что он просто голову теряет, когда думает о том, что ждет рабочих.</p>
      <p>— Никак я не разберусь во всем этом, — жаловался он Саксон. — Все как-то перепуталось. Точно драка в полной темноте. Взять хотя бы нас, возчиков. Ведь — и у нас уже поговаривают о том, чтобы объявить забастовку из сочувствия заводским рабочим. Они не работают больше недели, многие из них уже уволены, и если мы не прекратим работать для их завода, они проиграют дело наверняка.</p>
      <p>— Однако вы и не подумали бастовать, когда вам самим урезали заработную плату, — заметила Саксон, нахмурившись.</p>
      <p>— О, тогда мы были не готовы. А теперь нас поддержат и возчики из Фриско и союз портовых рабочих. Но это пока только разговоры. Конечно, если уж мы решимся, то непременно попытаемся вернуть и те десять процентов, которые у нас отняли.</p>
      <p>— А все эти негодяи политиканы, — сказал он ей как-то в другой раз, — нет ни одного порядочного. Хоть бы мы, рабочие, когда-нибудь поумнели и сговорились выбирать только честных людей!</p>
      <p>— Но если даже вы трое — ты, Берт и Том — не можете сговориться, то как же вы надеетесь, что сговорятся все остальные? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Сам не знаю, — сознался Билл. — Начнешь думать — и голова идет кругом. А вместе с тем ведь ясно, как дважды два: найти честных людей</p>
      <p>— и все пойдет как следует. Честные люди создадут честные законы, и тогда каждый честный человек получит то, что ему причитается. Но Берт хочет все разрушить, а Том покуривает себе трубочку и мечтает, мечтает, как люди помаленьку да полегоньку придут в конце концов к таким же взглядам, как у него, и будут голосовать за его программу. Но с этим «помаленьку да полегоньку» ничего не добьешься. Нам надо, чтобы хорошо было уже сейчас. Том говорит, что мы пока ничего не добьемся, а Берт — что не добьемся никогда. Ну, как тут быть, если у каждого свой взгляд? Посмотри, даже социалисты вечно спорят, откалываются, выставляют друг друга из партии. Прямо сумасшедший дом, я сам теряю разум, когда об этом думаю. Одно мне ясно: нужно, чтобы уже сейчас жить стало легче.</p>
      <p>Вдруг он остановился и взглянул на Саксон.</p>
      <p>— Что с тобой? — спросил он прерывающимся от волнения голосом. — Ты… больна или… или… это…</p>
      <p>Она прижала руку к сердцу; внезапный испуг в ее глазах постепенно перешел в выражение скрытой радости, а на губах заиграла легкая загадочная улыбка. Казалось, она не видит стоящего перед ней мужа и прислушивается к чему-то идущему издалека, что ему слышать не дано! Но вот ее лицо просияло радостью и удивлением, она взглянула на него и протянула ему руку.</p>
      <p>— Это жизнь! — прошептала она. — Это — он!.. Я так счастлива, так рада!</p>
      <p>Когда Билл на следующий день вернулся домой с работы, Саксон заставила его серьезнее, чем когда-либо, задуматься над его родительскими обязанностями.</p>
      <p>— Я все решила. Билли, — начала она. — Я такая здоровая и крепкая, что особых расходов не потребуется. Можно позвать Марту Скелтон. Она хорошая акушерка.</p>
      <p>Но Билл покачал головой.</p>
      <p>— Нет, Саксон, это невозможно. Мы позовем доктора Гентли. Он принимал у жены Билла Мэрфи, и Билл за него ручается. Правда, он старый ворчун, но в своем деле собаку съел.</p>
      <p>— А она принимала у Мэгги Донэхью, — возразила Саксон, — и посмотри, какие здоровые и мать и ребенок.</p>
      <p>— Нет, уж одна она во всяком случае у тебя принимать не будет.</p>
      <p>— Но ведь доктору придется заплатить двадцать долларов, — продолжала Саксон, — и он заставит меня, кроме того, взять сиделку, ведь у меня нет родственницы, чтобы побыть у нас. А Марта сделает все, и выйдет гораздо дешевле.</p>
      <p>Билл нежно обнял ее, однако настоял на своем:</p>
      <p>— Послушай меня, моя милая женушка. Мы, Робертсы, за дешевизной не гонимся. Запомни это раз навсегда. Ты должна родить ребенка. Это твое дело — и хватит с тебя. Мое дело достать денег и заботиться о тебе. В таких случаях излишняя осторожность не помешает. Я и за мильон долларов не соглашусь на малейший риск для тебя. Все дело в тебе. А деньги что? Деньги — мусор. Как по-твоему, разве я уже не люблю малыша? Конечно, люблю. Он у меня целыми днями не выходит из головы. Если меня прогонят, то по его милости. Я совсем дурею от мысли о нем. И все-таки, даю слово, Саксон, я бы лучше согласился видеть его мертвым, чем допустить, чтобы ты повредила себе хотя бы мизинчик. Теперь ты понимаешь, как ты мне дорога?</p>
      <p>Прежде я думал, что, когда люди женятся, — это они просто хотят зажить своим домом. Проходит какое-то время, и им в пору только думать о том, чтобы кое-как друг с другом поладить; да так оно и бывает у других. Но не у нас с тобой. Я с каждым днем люблю тебя сильнее. И вот сейчас, например, я люблю тебя сильнее, чем когда говорил с тобой пять минут назад. И сиделку тебе брать незачем. Доктор Гентли будет приходить каждый день, а Мери присмотрит и за хозяйством и за тобой — словом, сделает все, что сделаешь для нее ты, если она окажется в твоем положении.</p>
      <p>По мере того как проходили недели и грудь у Саксон наливалась, молодую женщину все больше охватывала гордость материнства. Она была созданием настолько нормальным и здоровым, что материнство давало ей лишь горячую радость и внутреннее удовлетворение. Правда, и на нее минутами находила тревога, но так редко и мимолетно, что только обостряла ее счастье.</p>
      <p>Одно продолжало ее смущать: все осложнявшееся положение рабочих, в котором, кажется, никто не мог разобраться, и меньше всего она сама…</p>
      <p>— Вот все уверяют, что благодаря машинам товаров производится гораздо больше, чем в прежние времена, — говорила она брату. — Тогда почему же теперь, когда машин так много, мы нисколько не богаче прежнего?</p>
      <p>— Ты ставишь вопрос совершенно правильно, — отвечал он. — Этак ты скоро к социализму придешь!</p>
      <p>Но Саксон смотрела на вещи практически:</p>
      <p>— Том, ты давно социалист?</p>
      <p>— Лет восемь.</p>
      <p>— А много это тебе дало?</p>
      <p>— Даст… со временем.</p>
      <p>— Ты, пожалуй, раньше умрешь.</p>
      <p>Том вздохнул:</p>
      <p>— Боюсь, что ты права. Все развивается так медленно.</p>
      <p>Он снова вздохнул. Она с грустью отметила терпеливое и усталое выражение его лица, сутулые плечи, натруженные руки, — все это как бы подтверждало бессилие его социальных воззрений.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава девятая</p>
      </title>
      <p>Началось с пустяков, как часто начинается непредвиденное и роковое. Дети всех возрастов играли на Пайн-стрит, а Саксон сидела у открытого окна и, глядя на них, грезила о своем ребенке, который должен был скоро родиться на свет. Мягко светило солнце; и у свежего ветерка, дувшего с моря, был легкий привкус соли. Вдруг кто-то из детей указал в сторону Седьмой улицы. Все бросили игру и стали смотреть, показывая пальцами в том же направлении. Затем они разбились на кучки: более взрослые мальчики, от десяти до двенадцати лет, образовали особую группу, а девочки постарше испуганно привлекали к себе самых маленьких или брали их на руки.</p>
      <p>Саксон не могла видеть того, что так встревожило ребят, но, заметив, с какой поспешностью старшие мальчики бросились к канаве и, набрав камней попрятались в проходах между домами, догадалась о причине их волнения. Мальчики поменьше подражали им. Девочки потащили малышей в дома, они скрипели калитками и шумно взбегали на крылечки убогих хибарок. Двери захлопали, улица опустела, хотя там и сям из-за приоткрытых ставней выглянули встревоженные женские лица. Саксон услышала шипение и пыхтение поезда городской железной дороги, отходившего с Центральной улицы. Затем со стороны Седьмой раздался хриплый рев множества мужских голосов. Ей все еще ничего не было видно, но, услыхав эти крики, она невольно вспомнила слова Мерседес: «Они грызутся, точно собаки из-за кости. Ведь работа, из-за которой они дерутся, — это та же кость».</p>
      <p>Рев приближался, и Саксон, высунувшись в окно, увидела с десяток штрейкбрехеров в сопровождении и под охраной десятка полицейских и сыщиков. Они шли сомкнутым строем вдоль улицы, как раз по той стороне, где стоял ее дом, а за ними, крича и ежеминутно нагибаясь за камнями, бежала беспорядочная толпа, состоявшая примерно из сотни бастующих рабочих. Саксон почувствовала дрожь, но, зная, что волнение ей вредно, постаралась овладеть собой. В этом ей отчасти помогла Мерседес Хиггинс: вытащив стул, старуха поставила его на высокое крыльцо и преспокойно уселась.</p>
      <p>В руках у полисменов были дубинки. Сыщики казались невооруженными. Забастовщики, все время следуя сзади, видимо, пока довольствовались бранью и угрозами. Ускорили события дети. Из прохода между домом Олсена и домом Айшэма вдруг полетели камни. Большинство не долетело, но одному из штрейкбрехеров угодило в голову, — его отделяло от Саксон не больше двадцати шагов. Спотыкаясь, он подошел к ее воротам и выхватил из кармана револьвер. Одной рукой он отер с лица кровь, заливавшую ему глаза, другой спустил курок и выстрелил в дом Айшэма. Сыщик схватил его за руку, чтобы удержать от второго выстрела, и потащил за собой. Тут в толпе забастовщиков послышались еще более угрожающие крики, и из прохода между домом Саксон и домом Мэгги Донэхью полетел град камней. Штрейкбрехеры и их защитники остановились и вытащили револьверы. И Саксон поняла, глядя на жесткие, решительные лица этих людей, для которых драка была профессией, что от них можно ждать только кровопролития и смерти. Какой-то пожилой человек, по-видимому их предводитель, снял мягкую фетровую шляпу и отер потную лысую голову. Он был большого роста, рыхлый и тучный и с виду довольно беспомощный. Он курил сигару, и его седые бакенбарды местами пожелтели от табачной жвачки. Саксон заметила, что его покатые плечи сутулятся, а воротник осыпан перхотью.</p>
      <p>Один из сыщиков указал на что-то рукой, и его спутники засмеялись. Причиной тому был четырехлетний маленький Олсен: он каким-то образом ускользнул от матери и теперь ковылял на кривых ножонках к своим классовым врагам; в правой руке он тащил самый большой камень, какой был в силах поднять, и тоже лепетал угрозы. Розовое личико было искажено гневом, и малыш не переставая кричал штрейкбрехерам: «Пошли к черту! Пошли к черту! К черту!» Смех, которым они отвечали на его крик, еще больше обозлил мальчугана. Он подбежал к ним, переваливаясь, и изо всех своих силенок бросил камень, упавший тут же, в пяти шагах от него.</p>
      <p>Все это Саксон видела; видела и миссис Олсен, которая кинулась на улицу за ребенком. Треск револьверных выстрелов, донесшийся из толпы забастовщиков, заставил Саксон обратить внимание на людей под ее окном. Один из них свирепо бранился, разглядывая бицепс своей бессильно повисшей левой руки. Она видела, как кровь стекает по его пальцам на землю. Саксон понимала, что ей не следует тут оставаться и смотреть на улицу, но в ней пробудилась отвага — наследие воинственных предков — и заглушила остатки естественного женского страха. В пылу сражения, неожиданно разыгравшегося на ее тихой улице, она забыла о своем ребенке, а при виде того, что случилось с курившим сигару толстяком, забыла и о забастовщиках и обо всем. Каким-то странным, непонятным образом его голова оказалась втиснутой между кольями забора; тело свисало на улицу, колени почти касались земли. Шляпа свалилась, и лысое темя лоснилось на солнце. Сигара тоже исчезла. Она видела, что он смотрит на нее, одна из его рук, застрявшая между кольями, казалось, делала ей знаки, — он даже как будто игриво подмигивал ей, хотя она понимала, что это была судорога отчаянной боли.</p>
      <p>Саксон смотрела на него секунду, может быть две, и вдруг услышала голос Берта. Он бежал по мостовой, как раз мимо ее дома; за ним неслось несколько забастовщиков, которым он кричал: «Сюда, могикане, сюда! Мы им покажем!»</p>
      <p>В левой руке он держал кирку, в правой револьвер, уже без пуль, и на бегу щелкал пустой обоймой. Вдруг Берт остановился и, выронив кирку, повернулся лицом к Саксон. Он стал медленно оседать, потом на мгновение выпрямился, швырнул револьвер в лицо подскочившему штрейкбрехеру. И тут же пошатнулся. Колени его опять начали подгибаться. Медленно, с неимоверным усилием, ухватился он правой рукой за столб калитки и все так же медленно стал опускаться, точно хотел сесть на землю; между тем толпа забастовщиков пронеслась мимо него.</p>
      <p>Битва была беспощадной, настоящее побоище. Окруженные рабочими, штрейкбрехеры и их охрана, прислонившись спинами к забору Саксон, защищались, как загнанные в угол крысы, но не могли устоять против напора ста человек. Мелькали дубинки и кирки, щелкали сухие револьверные выстрелы, булыжники летели с расстояния в два шага и разбивали головы. Саксон видела, как молодой парень Фрэнк Дэвис, друг Берта и отец полугодовалого ребенка, приставил дуло револьвера к животу штрейкбрехера и выстрелил. Она слышала хриплые угрозы и проклятья, крики ужаса и боли. Да, Мерседес права. Это уже не люди. Это звери, грызущиеся из-за кости, убивающие из-за нее друг друга.</p>
      <p>«Работа — это кость, работа — это кость…» — повторяла про себя Саксон. И, как бы она ни хотела, она была уже не в силах отойти от окна. Ей казалось, что она парализована. Мозг больше не работал. Она сидела онемев, с широко раскрытыми глазами, и следила не отрываясь за всеми этими ужасами, проносившимися перед ней подобно киноленте, пущенной с сумасшедшей скоростью. Она видела, как падают сыщики, полисмены, забастовщики. Один тяжело раненный штрейкбрехер на коленях молил о пощаде, его пнули ногой в лицо. Когда он повалился назад, другой рабочий, склонившись над ним, стал стрелять ему в грудь — торопливо и беспрерывно — раз, раз, пока не расстрелял всю обойму. Другому штрейкбрехеру стиснули горло, перекинули его головой через ограду и стали бить по лицу стволом револьвера. Рабочий бил ожесточенно, не останавливаясь. Саксон знала его. Это был Честер Джонсон. Она встречалась с ним до замужества и не раз танцевала. Он всегда казался ей мягким и добродушным. Она вспомнила, как однажды в пятницу, после обычного концерта в городской ратуше, он повел ее и еще двух девушек в ресторанчик к Тони Тэмельгротту на Тринадцатой улице, а затем они отправились в кафе Пабста и выпили по стакану пива, перед тем как идти домой. И теперь она не могла поверить, что это тот самый Честер Джонсон. Вдруг она увидела, как толстяк, голова которого все еще торчала между кольями забора, свободной рукой достал револьвер и, зверски скосив глаза, прижал дуло к боку Честера. Она сделала усилие, чтобы вскрикнуть и предупредить его. Она действительно вскрикнула, — он поднял голову и увидел ее. В ту же секунду толстяк выстрелил, и Честер упал на труп штрейкбрехера. На заборе остались висеть три тела.</p>
      <p>Теперь уже ничто не могло ее поразить. Она смотрела почти равнодушно на то, как стачечники перескочили в ее палисадник, растоптали скудные кустики герани и виол и скрылись в проходе между ее домом и домом Мерседес. По Пайн-стрит, со стороны вокзала, приближался отряд железнодорожной полиции и сыщиков, стрелявших на ходу. А с другого конца со звоном и грохотом неслись три машины, набитые полисменами. Рабочие оказались в ловушке, бежать можно было только через проходы между домами, а затем через заборы задних дворов. Но в одном из проходов произошла давка и помешала многим спастись. С десяток рабочих оказались зажатыми между крыльцом Саксон и стеной дома, и полицейские этим воспользовались. Забастовщиков даже не пытались арестовать. Взбешенные стражи порядка повалили их наземь и перестреляли всех до единого.</p>
      <p>Когда расправа кончилась, Саксон, хватаясь за перила, как в полусне, сошла с крыльца. Толстяк все еще подмигивал ей и размахивал рукой, хотя два дюжих полисмена старались освободить его. Калитка оказалась сорванной с петель, и Саксон очень удивилась, что не заметила, когда это произошло.</p>
      <p>Глаза Берта были закрыты, губы в крови, в горле у него клокотало, и казалось, он хочет что-то сказать.</p>
      <p>Когда она наклонилась над ним, вытирая платком кровь со щеки, на которую кто-то наступил, он открыл глаза. В них горела все та же ненависть. Он не узнал ее. Губы его зашевелились, и он едва слышно прошептал, словно припоминая что-то:</p>
      <p>— Последние могикане, последние могикане…</p>
      <p>Потом он застонал, и его веки снова сомкнулись. Он был еще жив. Она знала это. Его грудь бурно вздымалась, в ней по-прежнему клокотало.</p>
      <p>Она подняла глаза. Рядом с ней стояла Мерседес, — ее глаза блестели, на морщинистых щеках пылал румянец.</p>
      <p>— Вы поможете мне перенести его в дом? — спросила Саксон.</p>
      <p>Мерседес кивнула и, обратившись к бывшему тут же полисмену, попросила его помочь. Тот бросил быстрый взгляд на Берта, и в его глазах сверкнула зверская злоба.</p>
      <p>— К черту! Мы будем заботиться о своих.</p>
      <p>— Может быть, мы одни справимся? — сказала Саксон.</p>
      <p>— Не будьте дурочкой! — И Мерседес поманила к себе миссис Олсен. — А вы уходите-ка скорее в дом, маленькая мамаша. Вам тут нечего делать. Мы внесем его. Вон идет миссис Олсен, и я еще позову Мэгги Донэхью.</p>
      <p>Саксон повела их в комнату за кухней, обставленную мебелью, по настоянию Билла. Когда она открыла дверь, первое, что ей бросилось в глаза, был ковер, лежавший на полу; она вспомнила, как Берт помогал им устраиваться. А когда Берта положили на кровать, она опять вспомнила, что именно с ним устанавливала в одно воскресное утро эту кровать.</p>
      <p>Затем она почувствовала себя очень странно и увидела устремленный на нее встревоженный и вопрошающий взгляд Мерседес. Вскоре ей стало еще худее, и начались те особые нестерпимые боли, которые дано испытывать только женщинам. Почти на руках ее отнесли в спальню. Вокруг она видела многих — Мерседес, миссис Олсен, Мэгги Донэхью. Ей все хотелось спросить миссис Олсен, удалось ли той увести маленького Эмиля с улицы, но Мерседес послала ее к Берту, а Мэгги Донэхью пошла посмотреть, кто стучится в парадную дверь. С улицы доносились громкий гул голосов, крики, брань, приказания и время от времени звонки санитарных и полицейских автомобилей.</p>
      <p>Потом Саксон увидела полное доброе лицо Марты Скелтон, затем явился и доктор Гентли.</p>
      <p>Один раз, когда схватки на миг прекратились, Саксон услышала сквозь тонкую стенку отчаянные крики Мери, а через некоторое время ее уже более спокойный голос, повторявший все вновь и вновь:</p>
      <p>— Я ни за что не вернусь в прачечную. Никогда! Никогда!</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава десятая</p>
      </title>
      <p>Билл никак не мог привыкнуть к той перемене, которая произошла с Саксон. Каждое утро перед уходом на работу и каждый вечер по возвращении домой он должен был, входя к ней в комнату, делать героические усилия, чтобы скрыть свои чувства и придать себе веселый и беспечный вид. Она лежала на постели такая маленькая-маленькая, худая и измученная, что действительно напоминала девочку. Он садился возле нее, брал ее бледную, худую, прозрачную руку, неясно гладил и удивлялся тонкости и хрупкости ее костей.</p>
      <p>Первый вопрос Саксон, вначале очень удививший и Билла и Мери, был:</p>
      <p>— Удалось ли спасти маленького Эмиля Олсена? И когда она рассказала им, как мальчуган один напал на двадцать пять вооруженных людей, лицо Билла засияло восхищением.</p>
      <p>— Ах, мошенник! — сказал он. — Таким ребенком можно гордиться!</p>
      <p>Вдруг он растерянно смолк, и его страх причинить ей боль этим замечанием тронул Саксон. Она протянула ему руку.</p>
      <p>— Билли, — начала она и, подождав, пока Мери вышла из комнаты, продолжала: — Я тебя до сих пор не спрашивала… Теперь ведь уж все равно… Я ждала, что ты сам скажешь… Это был…</p>
      <p>Он покачал головой:</p>
      <p>— Нет, девочка. Чудесная девочка… Только… роды были преждевременные.</p>
      <p>Она пожала его руку, как будто он теперь больше нуждался в утешении и поддержке, чем она.</p>
      <p>— Я тебе никогда не говорила. Билли… ты ведь так хотел мальчика; но я все равно решила, если будет девочка, назвать ее Дэзи. Помнишь, так звали мою мать…</p>
      <p>Он сочувственно кивнул головой.</p>
      <p>— Знаешь, Саксон, я ведь до чертиков хотел мальчика… А теперь… мне все равно. Я так же любил бы и девочку… И я надеюсь, что следующую мы назовем… Ты ничего не будешь иметь против, если…</p>
      <p>— Что?</p>
      <p>— Если мы и ее назовем Дэзи?</p>
      <p>— О Билли! Я бы тоже хотела…</p>
      <p>Его лицо вдруг омрачилось, и он продолжал:</p>
      <p>— Только следующего не будет. Я раньше понятия не имел, каково это иметь детей. Ты больше не должна подвергаться такому риску.</p>
      <p>— И это говорит большой, сильный, бесстрашный мужчина! — пошутила она со слабой улыбкой. — Ничего ты в этих делах не понимаешь, да и где тебе! Я здоровая, нормальная женщина. И все бы обошлось отлично, если бы не… не это побоище. Где похоронили Берта?</p>
      <p>— Ты знала, что он умер?</p>
      <p>— Да, с тех самых пор. А где Мерседес? Она не заходит вот уже два дня.</p>
      <p>— Старик Барри заболел. Она ухаживает за ним.</p>
      <p>Он не сказал ей, что старик лежит при смерти там, в нескольких шагах от нее, за тонкими стенами этого дома.</p>
      <p>Губы Саксон дрогнули, и она тихонько заплакала, сжимая обеими руками руку Билла.</p>
      <p>— Я… я не могу… — всхлипывала она. — Это сейчас пройдет… Наша девочка. Билли! Подумай! Я никогда ее не увижу!..</p>
      <p>Однажды вечером, когда Саксон еще лежала в постели, Мери вдруг с горечью заявила: она-де благодарит судьбу за то, что хоть избежала тех страданий, которые выпали на долю Саксон.</p>
      <p>— Ах, что вы говорите! — воскликнул Билл. — Вы же выйдете еще раз замуж, пари держу на что хотите.</p>
      <p>— Ни за что! — возразила Мери. — Да и незачем. На свете и так слишком много народу, на каждое место по двое, по трое безработных. А потом — рожать это так ужасно.</p>
      <p>Саксон с выражением какой-то страдальческой мудрости, словно засиявшей на ее лице, возразила:</p>
      <p>— Хотя я многое пережила, я отказываюсь тебя понимать. Несмотря на все страдания, которые я испытала и еще продолжаю испытывать, несмотря на горе и боль, я утверждаю, что иметь детей — это самая прекрасная, самая чудесная вещь на свете.</p>
      <p>Когда силы к ней вернулись и доктор Гентли заверил Билла, что она теперь как новенький доллар, Саксон сама заговорила о трагедии рабочих, разыгравшейся перед ее окном. Билл рассказал ей, что тогда же немедленно были вызваны войска, которые и заняли пустырь возле железнодорожных мастерских, в конце Пайн-стрит. Что же касается забастовщиков, то пятнадцать из них сидят в тюрьме. Полиция обшарила по соседству каждый дом и таким образом нашла их. Почти все оказались ранеными.</p>
      <p>— Им плохо придется, — закончил Билл.</p>
      <p>Газеты требовали крови за кровь, и во всех церквах Окленда священники произносили свирепые проповеди, клеймя забастовщиков. Все места в железнодорожных мастерских были заняты другими, и было объявлено, что участники стачки никогда не будут приняты ни в эти, ни в какие-либо иные железнодорожные мастерские в США, их имена занесли на черную доску. Постепенно они разъехались: некоторые отправились на Панамский перешеек, четверо собирались в Эквадор, чтобы поступить в мастерские при железной дороге, идущей через Анды в Кито.</p>
      <p>Тщательно скрывая свою тревогу, Саксон старалась узнать, как смотрит Билл на все случившееся.</p>
      <p>— Вот и видно, к чему приводят насильственные меры, которых требовал Берт, — начала она.</p>
      <p>Билл медленно и задумчиво покачал головой.</p>
      <p>— Честера Джонсона безусловно повесят, — заметил он, уклоняясь от прямого ответа. — Ты ведь знаешь его. Помнишь, ты говорила, что не раз с ним танцевала. Его нашли лежащим на трупе штрейкбрехера, которого он убил, и взяли на месте преступления. Этот старый толстяк Трясучье Пузо, по-видимому, останется жив, хотя в нем и сидят три пули, и он теперь все припомнит Честеру. Именно его показания и позволят им повесить Честера. Вся эта история была в газетах. Трясучье Пузо сам и подстрелил его, когда висел на нашем заборе.</p>
      <p>Саксон содрогнулась: Трясучье Пузо — это, наверно, и есть тот лысый толстяк.</p>
      <p>— Да, — сказала она. — Я видела. Толстяк очень долго провисел под нашим окном, наверно несколько часов.</p>
      <p>— Все продолжалось не больше пяти минут.</p>
      <p>— А мне казалось, что прошли годы.</p>
      <p>— Наверно, так казалось и Пузу, когда он висел на заборе, — мрачно усмехнулся Билл. — Но он живучий, черт… Уж сколько в него стреляли и били его, а все ничего. Говорят, теперь он на всю жизнь останется калекой, придется ходить на костылях… или ездить в колясочке. По крайней мере уже не сможет делать рабочим всякие пакости. У железнодорожной компании он был одним из их главных бандитов; как где потасовка, он тут как тут. Ему было на всех наплевать… Эта история ему очень полезна.</p>
      <p>— А где он живет? — спросила Саксон.</p>
      <p>— На Аделайн-стрит, недалеко от Десятой, в богатом квартале и в отличном двухэтажном доме. Он платит за него, наверное, не меньше тридцати долларов в месяц. Я думаю, что он здорово получал с правления железной дороги.</p>
      <p>— Он, наверно, женат?</p>
      <p>— Да. Жены его я никогда не видал, но знал сына Джека, инженера. Хороший был боксер, хотя никогда не выступал. А другой его сын преподает в школе. Этого зовут Паулем. Мы примерно сверстники. Он отлично играл в бейсбол. Мы встречались еще мальчишками. На школьных состязаниях он три раза мне забил гол.</p>
      <p>Саксон откинулась на спинку качалки и задумалась. Дело, оказывается, гораздо сложнее: у этого старого, лысого и пузатого разбойника есть жена и дети. А тут еще Фрэнк Дэвис, женатый меньше года и с грудным ребенком… Может быть, есть семья и у того штрейкбрехера, которому он выстрелил в живот… Все они так или иначе знают друг друга, все — точно члены одной большой семьи; и вместе с тем каждый, спасая свою собственную семью, дрался и убивал остальных. Она видела, как Честер Джонсон убил штрейкбрехера, а теперь они собираются повесить Честера Джонсона, женатого на Китти Брэнди, с которой она работала несколько лет на картонажной фабрике.</p>
      <p>Но тщетно Саксон ждала от Билла чего-нибудь, что показывало бы его отношение к убийству штрейкбрехеров.</p>
      <p>— Рабочие поступили нехорошо, — рискнула она, наконец, заметить.</p>
      <p>— А те убили Берта, — возразил он, — и многих других. Между прочим, и Фрэнка Дэвиса. Ты не знала, что он умер? Ему всю нижнюю челюсть оторвало пулей, не успели даже отправить в больницу. Никогда еще в Окленде не было перебито зараз столько народу.</p>
      <p>— Но рабочие сами виноваты, — сказала она. — Они начали первые. Они убивали.</p>
      <p>Билл только хрипло что-то пробурчал себе под нос, и она поняла, что он говорит: «Черта с два!» Но когда она переспросила его: «Что?» — он не ответил. Его взор стал сумрачным, лицо решительным, возле рта легли суровые складки.</p>
      <p>Для нее это было ударом. Неужели и он такой же, как все, и способен убивать людей, у которых есть семьи, как убивали Берт, Фрэнк Дэвис и Честер Джонсон? Неужели и он дикий зверь, дерущийся из-за добычи?</p>
      <p>Она тяжело вздохнула. Жизнь — такая загадка! Может быть. Мерседес права в своих жестоких оценках?</p>
      <p>— Ну, так что же? — с недоброй усмешкой сказал Билл, как бы в ответ на ее немые вопросы. — Собака грызет собаку. И, насколько я знаю, в мире так было испокон веков. Возьми хотя бы эту драку у нашего забора: они убивали друг друга так же, как северяне и южане в Гражданскую войну.</p>
      <p>— Но рабочие таким способом ничего не добьются, Билли. Ты же сам говорил: они этим только навредили себе.</p>
      <p>— Может быть, и не добьются… — неохотно согласился он. — Но разве у них есть возможность победить другим способом? Что-то я не вижу. Взять хотя бы нас. Теперь очередь за нами.</p>
      <p>— Как, возчики? — воскликнула она.</p>
      <p>Он мрачно кивнул головой.</p>
      <p>— Давно пора! Хозяева совсем распоясались, нарушают все нормы. Они говорят, что заставят нас на коленях умолять о прежних местах. После той свалки они особенно почувствовали свою силу и власть. За ними ведь стоят войска, а это уже полдела, не говоря о том, что их поддерживает и печать, и духовенство, и общественное мнение. Они уже сейчас хвастают предстоящей расправой и прямо-таки подбивают нас на беспорядки. Прежде всего они вздернут Честера Джонсона и как можно больше из тех пятнадцати. Об этом говорится совершенно открыто, об этом трубят каждый день и «Трибюн», и «Тайме», и «Энкуайрер». Профсоюзам объявлена война. Долой закрытые мастерские! К чертям рабочие организации! Эта грязная газетка «Интеллидженсер» сегодня утром уже заявляет, что всех профсоюзных вожаков Окленда надо либо выгнать из города, либо вздернуть. Здорово, а? Ловко придумали!</p>
      <p>То же самое и у нас. Мы объявим забастовку уже не из сочувствия заводским рабочим, — у нас свои заботы. Они уволили четверых лучших наших товарищей, которые были нашими уполномоченными в согласительных комиссиях. Уволили без всякого повода. Говорю тебе, хозяева сами вызывают беспорядки, и они их добьются, если будут себя так вести. Мы уже договорились с союзом портовых рабочих Сан-Франциско. Если они нас поддержат, это уже кое-что.</p>
      <p>— Значит… вы решили бастовать? — спросила Саксон.</p>
      <p>Он кивнул.</p>
      <p>— Но ведь ты же говоришь, что хозяевам это на руку?</p>
      <p>— Не все ли равно? — пожал Билл плечами и продолжал: — Лучше забастовка, чем ждать, чтобы тебя выкинули на улицу. Главное — выиграть время и начать, пока они еще не подготовились. Разве мы не знаем, что они сейчас делают? Они набирают штрейкбрехеров по всему штату, всяких конюхов, живодеров и прочий сброд. Они уже набрали человек сорок, поместили их в гостинице в Стоктоне, кормят и содержат, а затем выпустят их на нас; но уже не сорок, а несколько сотен. Так что я в эту субботу, должно быть, последний раз принесу заработную плату… на некоторое время.</p>
      <p>Саксон закрыла глаза и несколько минут молча обдумывала создавшееся положение. Не в ее натуре было сразу впадать в панику. Та спокойная уравновешенность, которая в ней так нравилась Биллу, никогда не покидала ее в критические минуты. Саксон понимала, что и она только ничтожная мошка, попавшая вместе со многими другими мошками в паутину всех этих непонятных и запутанных событий.</p>
      <p>— Что ж, придется взять из сберегательной кассы, чтобы заплатить за квартиру, — спокойно сказала она.</p>
      <p>Лицо Билла вытянулось.</p>
      <p>— У нас в кассе не так много, как ты думаешь, — признался он. — Надо было хоронить Берта, и я, знаешь ли, доплатил, сколько не хватало.</p>
      <p>— Сколько же?</p>
      <p>— Сорок долларов. Я надеялся, что мясник и другие потерпят. Они же знают, что за мной деньги не пропадут. Но они сказали мне прямо: все это время они давали бастовавшим рабочим в долг, — они же сочувствуют нам, — а теперь, когда забастовка провалилась, они сами сели на мель. И я взял, сколько надо было, в кассе. Я был уверен, что ты не рассердишься. Ведь правда?</p>
      <p>Саксон храбро улыбнулась и храбро подавила страх, сжавший ей сердце.</p>
      <p>— Только так и можно было поступить. Билли. Если бы ты лежал больной, я поступила бы совершенно так же; и то же самое сделал бы для нас с тобой Берт, если бы ты оказался на его месте.</p>
      <p>Его лицо просияло.</p>
      <p>— Молодец, Саксон! Ты настоящий товарищ, и на тебя всегда можно положиться. Ты для меня — все равно что правая рука. Вот почему я говорю: не надо больше ребят. Если я потеряю тебя, то останусь на всю жизнь вроде калеки.</p>
      <p>Саксон ласково кивнула ему.</p>
      <p>— Надо будет экономить, — задумчиво сказала она. — Сколько у нас осталось?</p>
      <p>— Что-то около — тридцати долларов. Мне, видишь ли, пришлось еще заплатить Марте Скелтон и за… ну и за другое. А тут еще союз решил приготовиться на всякий случай и обложил каждого экстренным взносом в четыре доллара. Доктор Гентли подождет; так он сказал мне. Вот настоящий человек, Саксон, даю слово! Понравился он тебе?</p>
      <p>— Да, очень. Но ведь я ничего в докторах не понимаю. Я ни разу к ним не обращалась, — только когда мне прививали оспу, и то это делал городской врач.</p>
      <p>— Похоже, что скоро выступят и трамвайщики. Говорят, в городе появился Дэн Фэллон. Он прямехонько из Нью-Йорка. Думал пробраться тайком, а рабочие узнали, когда он выехал из Нью-Йорка, и следили за ним все время. Да и как не следить! Он всегда тут как тут, раз дело касается трамвайщиков. И сколько стачек он сорвал! У него есть в запасе целая армия штрейкбрехеров, и он по мере надобности перебрасывает их с места на место в особых поездах. Окленд еще не видел таких рабочих беспорядков, как теперешние. А что еще будет! Небу жарко станет!</p>
      <p>— В таком случае береги себя. Билли. А то я и тебя потеряю.</p>
      <p>— Ах, пустяки! Я умею быть осторожным. Да к тому же не думаю, чтобы мы проиграли. У нас есть некоторые шансы на успех.</p>
      <p>— Но вы их потеряете, если начнете убивать людей.</p>
      <p>— Да. Мы постараемся этого избежать.</p>
      <p>— Не нужно насилия.</p>
      <p>— Револьверов и динамита мы в ход пускать не будем, — сказал он, — но многим из этих мерзавцев штрейкбрехеров мы морды разукрасим. Без этого не обойдется.</p>
      <p>— Но ты, Билли, ничего такого делать не будешь, правда?</p>
      <p>— Во всяком случае не так, чтобы какой-нибудь подлец мог потом доказать на меня в суде. — Он быстро перешел на другое: — Знаешь, Барри-то умер. Я не хотел тебе говорить, пока ты совсем не поправишься. Его похоронили на прошлой неделе. А старуха уезжает во Фриско. Она сказала, что зайдет попрощаться. Первые несколько дней твоей болезни она очень хорошо за тобой ухаживала, но потом довела Марту Скелтон до белого каления; та уж и не знала, как от нее отделаться.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава одиннадцатая</p>
      </title>
      <p>С тех пор как Билл бастовал и часто уходил дежурить в пикетах. Мерседес уехала и умер Берт, Саксон оказалась в таком одиночестве, которое не могло не повлиять даже на ее здоровую натуру. Мери тоже уехала, — она будто бы получила место экономки в другом городе.</p>
      <p>Билл мало что мог сделать для Саксон в ее теперешнем состоянии. Он смутно чувствовал, что она страдает, но не понимал причины и глубины этих страданий. Его практическая, чисто мужская натура была слишком далека от той душевной драмы, какую переживала она. Он, в лучшем случае, присутствовал при этой драме как свидетель, — правда, благожелательный свидетель, но видевший очень мало. Для нее ребенок был живым и реальным; таким она чувствовала его и до сих пор. В этом и состояла ее мука. Никаким усилием воли не могла она заглушить ощущения гнетущей пустоты. Реальность этого ребенка доводила ее иногда до галлюцинаций. Ей казалось, что где-то он все же существует и она должна найти его. Она ловила себя на том, что прислушивается, напрягая слух, к его детскому крику, которого на самом деле не слышала ни разу, но слышала в своем воображении тысячи раз в счастливые месяцы беременности. Дважды она вставала во сне с постели и бродила, разыскивая его, и просыпалась перед комодом своей матери, где хранилось приданое ребенка. В такие минуты Саксон говорила себе: «И у меня был когда-то ребенок». Она повторяла это вслух и днем, сидя у открытого окна и глядя на игравших ребят.</p>
      <p>Однажды, когда она проезжала в трамвае по Восьмой улице, около нее села молодая мать с лепечущим малышом на руках. И Саксон сказала ей:</p>
      <p>— У меня тоже был ребенок. Он умер.</p>
      <p>Мать испуганно взглянула на нее и невольно крепче прижала к себе ребенка; но затем выражение ее лица смягчилось, и она ласково сказала:</p>
      <p>— Бедненькая!</p>
      <p>— Да, — повторила Саксон. — Он умер.</p>
      <p>Глаза ее наполнились слезами, но то, что она сказала вслух о своем горе, принесло ей как бы некоторое облегчение. Весь день потом ее преследовало настойчивое желание поведать о нем всем и каждому — и кассиру в банке, и пожилому приказчику в магазине Сэлингера, и слепой женщине, которую водил маленький мальчик, игравший на концертино, — всем, кроме полисмена. Полисмены стали теперь для нее какими-то новыми, страшными существами. Она видела, как беспощадно они убивали забастовщиков, не менее беспощадно, чем те — штрейкбрехеров. Но они убивали не из-за куска хлеба, не из-за работы, это были профессиональные убийцы. Убивать было их обязанностью. В тот день, когда они загнали кучку рабочих в угол у ее крыльца, они могли просто взять и арестовать их, но они этого не сделали. И с тех пор, завидев полисмена, она сходила с тротуара, стараясь обойти его как можно дальше. Она чувствовала в нем чуждую силу, в корне враждебную ей и ее близким.</p>
      <p>Как-то, когда она ждала трамвая на углу Восьмой улицы и Бродвея, стоявший на углу полисмен узнал ее и поклонился. Она страшно побледнела, и сердце ее мучительно забилось. Но ведь это был просто-напросто Нэд Германманн, ее старый знакомый, толстый, мордастый малый, и он казался сейчас добродушнее, чем когда-либо. В школе они были с ним в течение трех полугодий соседями; потом оба они целых полгода выдавали в классе книги перед письменной работой по литературе. В тот день, когда в Пиноле взлетели на воздух пороховые заводы и в окнах школы не осталось ни одного целого стекла, только они одни не поддались общей панике и не бросились, подобно другим ученикам, бежать на улицу. Они остались в школе, и рассерженный директор потом водил их из класса в класс, показывая струсившим ученикам, а затем отпустил домой, наградив за смелость месячными каникулами. Окончив ученье, Нэд Германманн поступил в полицию, женился на Лине Хайлэнд, и Саксон слышала, что у них уже пятеро детей.</p>
      <p>И все-таки он был теперь полисменом, а Билл забастовщиком. Разве тот же Нэд Германманн не может в один прекрасный день броситься на Билла и бить его и стрелять в него, как это делали перед ее крыльцом так недавно другие полисмены?</p>
      <p>— Что с тобою, Саксон? — спросил Нэд. — Больна?</p>
      <p>Она покачала головой и, не будучи в силах произнести ни слова, поспешила к трамваю, который как раз остановился.</p>
      <p>— Давай я помогу тебе, — предложил он, когда она хотела подняться на подножку.</p>
      <p>В испуге она отшатнулась и отрывисто пробормотала:</p>
      <p>— Нет, я сама… я не поеду на нем; я забыла одну вещь.</p>
      <p>И она поспешно свернула с Бродвея на Девятую улицу, Пройдя несколько шагов по Девятой, она вернулась по Кэли-стрит обратно на Восьмую и села в другой трамвай.</p>
      <p>По мере того как проходили летние месяцы, положение в Окленде все обострялось. Можно было подумать, что капиталисты выбрали именно этот город для борьбы с рабочим движением. В результате забастовок, локаутов, а также свертывания производства во многих смежных отраслях, появилось столько безработных, что поступить куда-нибудь даже чернорабочим стало очень трудно. Билл иной раз доставал поденную работу, но сводить концы с концами они все же не могли, несмотря на небольшое пособие, выдаваемое вначале стачечным комитетом, и суровую бережливость Саксон.</p>
      <p>Их питание совсем не походило на то, какое они позволяли себе в первый год после свадьбы. Не только все продукты были худшего качества, но от многого пришлось совсем отказаться. Мясо, даже самое плохое, подавалось очень редко. Свежее молоко они заменили сгущенным, но и его теперь уже не покупали. Масло, если оно было, съедалось в пять раз медленнее, чем раньше. Билл, привыкший выпивать за завтраком три чашки кофе, ограничивался теперь одной. А Саксон каждый раз кипятила этот кофе невероятно долго, и стоил он всего двадцать центов за фунт.</p>
      <p>Безработица наложила свой отпечаток и на всех окрестных жителей. Рабочие, не участвовавшие в забастовке непосредственно, вовлекались в нее косвенно или лишались работы, оттого что предприятие свертывалось. Многие холостые молодые люди съезжали с квартир, где они снимали комнаты, и квартирная плата ложилась еще большим бременем на плечи их хозяев.</p>
      <p>— Господи, боже мой! — жаловался мясник в разговоре с Саксон. — Мы, рабочий люд, все страдаем! Моей жене не на что пойти к зубному врачу. А мне скоро грозит банкротство.</p>
      <p>Однажды, когда Билл хотел заложить часы, Саксон посоветовала ему занять денег у Билла Мэрфи.</p>
      <p>— Я и сам об этом думал, — возразил Билл. — Но теперь просить у него невозможно. Я не рассказал тебе, что произошло во вторник вечером в спортивном клубе? Ты помнишь этого болвана, чемпиона флота Соединенных Штатов? Билл должен был бороться с ним и считал, что деньги у него в кармане. К концу шестого раунда тот уж совсем выбился из сил, и Билл надеялся на седьмом покончить с ним. А тут, как назло,</p>
      <p>— такое уде его счастье, ведь он тоже сидит без работы, — Билл неизвестно каким образом ломает себе правую руку и ключицу. Разумеется, этот дурак бросается на него, и — плакали его денежки! Да! Вот уж можно сказать, нам, могиканам, теперь как-то особенно не везет.</p>
      <p>— Не надо! — воскликнула Саксон, невольно вздрогнув.</p>
      <p>— Чего не надо? — спросил Билл, разинув рот от удивления.</p>
      <p>— Не повторяй этого. Так всегда говорил Берт.</p>
      <p>— Ах, могикане! Ладно, не буду. Ты, надеюсь, не суеверна?</p>
      <p>— Нет, но это очень меткое слово, и я боюсь его.</p>
      <p>Иногда мне кажется — Берт был прав. Да, все изменилось.</p>
      <p>Даже со времени моего детства. Мы перешли через прерии и открыли эту страну, а теперь мы даже не можем получить работу, чтобы прожить в ней. И ни ты, ни я в этом не повинны. Будем мы жить хорошо или плохо — оказывается, только дело случая. Иначе всего этого никак не объяснишь.</p>
      <p>— Меня что поражает, — отозвался Билл. — Вспомни, как я прошлый год работал! Ни одного дня не пропустил. И в этом году не собирался пропускать, а теперь вот проходят недели и месяцы, а я палец о палец не ударю.</p>
      <p>Саксон перестала выписывать газету, но сын Мэгги Донэхью, газетчик, нередко забрасывал ей экстренный выпуск «Трибьюн». В передовицах говорилось о том, что профсоюзы пытаются управлять страной и только сбивают народ с толку и вредят. «Во всем виноват восставший рабочий класс», — изо дня в день твердили передовицы. А Саксон и верила и не верила: социальная загадка была слишком запутанна и сложна.</p>
      <p>Забастовка возчиков, поддерживаемая возчиками Сан-Франциско и союзом портовых рабочих, обещала затянуться надолго, даже вне зависимости от ее исхода.</p>
      <p>Оклендские конюхи и их помощники, за немногими исключениями, также примкнули к забастовщикам. Транспортные фирмы не могли и наполовину справиться со своими обязательствами, но им помогал оклендский союз предпринимателей. А большая часть предпринимательских объединений Тихоокеанского побережья поддерживала оклендских предпринимателей.</p>
      <p>Саксон уже месяц не платила за квартиру, а так как платить надо было вперед, то это равнялось двум месяцам. В течение двух месяцев она не вносила и за мебель. Однако Сэлингер пока терпел и не слишком нажимал с деньгами.</p>
      <p>— Мы готовы всячески идти вам навстречу, — сказал ей представитель фирмы. — Моя задача — получить с вас все, что только возможно, но притом не слишком вас притесняя. Сэлингеры стараются поступать по справедливости, но ведь и хозяевам приходится туго. Вы понятия не имеете, сколько у них теперь таких должников, как вы! Рано или поздно им придется принять меры, а то они сами сядут на мель. А вы пока постарайтесь набрать к будущей неделе хоть пять долларов, чтобы их успокоить.</p>
      <p>Один из конюхов по фамилии Гендерсон, работавший там же, где и Билл, не примкнул к забастовке. Несмотря на требование хозяев, чтобы штрейкбрехеры и ели и ночевали в конюшнях, он, не в пример прочим, каждый вечер уходил в свой маленький домик. Гендерсон жил тут же за углом, недалеко от Саксон. Она нередко видела, как он отправляется на работу, с независимым видом помахивая своим обеденным судком, а соседские ребята бегут за ним на почтительном расстоянии и хором кричат ему вслед, что он штрейкбрехер и негодяй.</p>
      <p>Но однажды вечером, словно бросая всем вызов, он рискнул зайти в бар «Приют плотников», находившийся на углу Седьмой и Пайн-стрит. На свое несчастье, он встретился там с Отто Фрэнком, предадим товарищем по конюшне, участвовавшим в забастовке. Не прошло и нескольких минут, как карета скорой помощи уже во весь дух везла его с разбитой головой в больницу, а полицейский автомобиль мчал с неменьшей скоростью Фрэнка в городскую тюрьму.</p>
      <p>Мэгги Донэхью рассказала об этом Саксон, и лицо ее сияло.</p>
      <p>— Так ему и надо, подлецу штрейкбрехеру, — закончила она.</p>
      <p>— Ну, а его бедная жена? — воскликнула Саксон. — У нее плохое здоровье! А дети? Ей ни за что не прокормить их, если он умрет.</p>
      <p>— И ей тоже поделом, мерзавке!</p>
      <p>Саксон была огорчена и возмущена жестокостью ирландки. Но Мэгги оставалась непреклонной.</p>
      <p>— Ни она, ни другие женщины ничего лучшего не заслуживают, раз они продолжают жить с мужем штрейкбрехером… А ребята? Пусть передохнут,</p>
      <p>— ведь их отец отнимает кусок хлеба у наших детей.</p>
      <p>Другое дело миссис Олсен. Та пожалела бедных детей и жену Гендерсона, но только поохала, а все свое внимание обратила на семью Отто Фрэнка, — его жена была ее родной сестрой.</p>
      <p>— Если Гендерсон умрет, — сказала она, — Отто повесят. А что тогда ждет бедную Гильду? У нее же расширение вен, и она не в состоянии работать целый день стоя… А я — я тоже не могу ей помочь. Ведь и мой Карл сидит без работы.</p>
      <p>Билла это беспокоило еще и с другой стороны.</p>
      <p>— Это плохо для всего нашего дела, в особенности если Гендерсон подохнет, — огорченно пояснил он, придя домой. — Фрэнка немедленно повесят. Кроме того, придется нанимать защитника, а они дерут, как дьяволы! Эти юристы прогрызут в нашем бюджете такую дыру, что проезжай хоть на четверке. Если бы не водка, Фрэнк никогда бы этого не сделал. Трезвый — он самый смирный и кроткий человек на свете.</p>
      <p>В тот вечер Билл два раза ходил справляться, жив Гендерсон или умер. Утренние газеты подавали мало надежды на его выздоровление, а в вечерних уже было извещение о его смерти. Отто Фрэнк сидел в тюрьме, и на поруки его не отпустили. Газета «Трибыон» требовала немедленного суда и казни, призывая присяжных мужественно выполнить свой долг, и подробно распространялась о том, какое моральное воздействие это окажет на преступный рабочий класс. Далее газета подчеркивала, что еще более благотворное влияние на чернь, схватившую Окленд за горло, оказали бы пулеметы.</p>
      <p>Все эти события не могли не затрагивать Саксон. Она чувствовала, что совершенно одинока, муж был единственный близкий ей человек, а происходившее угрожало их жизни и их взаимной любви. С той минуты, как он уходил из дому, и до его возвращения она не знала покоя. Иногда она видела на его руках свежие ссадины и, хотя он ничего не говорил ей, угадывала, что и он участвует в драках. В такие дни он бывал обычно особенно мрачен и молчалив и либо сидел, о чем-то размышляя, либо тут же ложился спать. Она стала бояться, как бы его мрачная скрытность не перешла в привычку, и смело решилась вызвать его на откровенность. Однажды она взобралась к нему на колени, одной рукой обвила его шею, а другой откинула ему волосы и стала разглаживать на его лбу морщинки.</p>
      <p>— Билли, милый, послушай, — начала она шутливо. — Ты поступаешь нечестно, я так больше не согласна! — Она зажала ему рукой рот. — Нет, теперь дай уж мне сказать, раз ты сам молчишь. Помнишь наш уговор — все друг другу рассказывать и вместе обсуждать. Правда, я первая нарушила этот договор, когда стала продавать свои вещицы миссис Хиггинс и все от тебя скрыла. И мне очень жаль, что я так поступила. До сих пор жаль. Но потом это больше не повторялось. А теперь ты нарушаешь наше условие: ты мне о своих делах ничего не говоришь.</p>
      <p>Билли, ты же мне дороже всего на свете. Ты это знаешь. И всегда мы делили друг с другом и радость и горе, но теперь ты что-то скрываешь. Каждый раз, когда у тебя разбиты пальцы, ты что-то не договариваешь. Если ты мне не можешь довериться, то уж не знаю — кому. А ведь я так сильно люблю тебя, что, как бы ты ни поступал, все равно буду любить.</p>
      <p>Билл ласково, но с недоверием посмотрел на нее.</p>
      <p>— Не скрытничай, — настаивала она. — Помни, ты всегда можешь на меня опереться.</p>
      <p>— А ты бранить меня не станешь? — спросил он.</p>
      <p>— Ну как я могу? Разве я твой хозяин. Билли? Я ни за что на свете не стала бы тобой командовать. Если бы ты позволил собой командовать, я бы любила тебя гораздо меньше.</p>
      <p>Он медленно обдумывал ее слова и, наконец, кивнул головой.</p>
      <p>— Так ты не рассердишься?</p>
      <p>— На тебя-то? А ты меня видел сердитой? Ну, будь умницей, расскажи, отчего у тебя в кровь разбиты суставы? Сегодня ссадины совсем свежие. Сразу видно.</p>
      <p>— Ну, ладно. Я расскажу тебе… — Он смолк и, что-то вспомнив, рассмеялся с мальчишеским задором. — Вот как было дело. Нет, ты в самом деле не рассердишься? Мы это делаем, чтобы отстоять свои интересы. Прямо кинематограф, только с разговорами! Идет этакий здоровенный дылда, сразу видно, что деревенщина, — руки как окорока, ноги как колоды, вдвое больше меня ростом и совсем молодой. Рожа самая невинная, насчет стачек ему и невдомек. Ну, невинный, как… не знаю что. Идет через заставу и наскочил на наши сторожевые пикеты. Не настоящий, понимаешь, штрейкбрехер, а просто так — деревенский парень, прочел объявление компании и потащился в город за длинным долларом.</p>
      <p>А тут идем мы: я и Бэд Стродзерс. Мы всегда ходим по двое, а иногда и целыми кучками. Я окликаю парня. «Эй, послушай! — говорю я. — Ищешь работы?» — «Ага», — отвечает. — «Править умеешь?» — «Умею». — «Четверкой?» — «Давай их сюда!» — «Без шуток, — говорю я, — ты на самом деле ищешь работы?» — «Затем и в город приехал». — «Нам как раз такого и нужно; пойдем с нами, мы тебя живо пристроим».</p>
      <p>Видишь ли, Саксон, разделаться с ним тут же было неудобно: кварталом выше от нас стоял полисмен — знаешь, тот рыжий. Том Скэнлон,</p>
      <p>— и следил за нами во все глаза, хоть и не узнавал. Поэтому мы с Бэдом и увели этого молодца, который хотел отнять у нас работу. Свернули в переулок, — знаешь, за лавкой Кэмпуэлла, — никого нет. Тут Бэд остановился, и мы тоже.</p>
      <p>«Я не думаю, чтобы он хотел получить место возчика», — начал Бэд, будто сомневаясь. А парень на это живо отвечает: «Нет, конечно хочу».</p>
      <p>— «Будто уж так в самом деле хочешь?» — говорю. Да, да, несомненно хочет, готов побожиться. Ничто его не может удержать. Ведь он за этим приехал в город, и чем скорее мы отведем его на место, тем лучше.</p>
      <p>«В таком случае, друг мой, — заявляю я ему, — мой долг сказать тебе, что ты сильно ошибся». — «Как так?» — спрашивает. А я ему вдруг: «Ну чего ты стоишь, я тебя не держу». И представь, Саксон, этот дуралей, подвинулся. «Не понимаю», — говорит. «А вот мы тебе сейчас все разъясним».</p>
      <p>И тогда я ему показал: раз! раз! справа! слева! Хлоп! еще! еще! Прямо фейерверк! Четвертое июля! Второе пришествие! У него из глаз искры посыпались, небо показалось с овчинку, ну прямо в ад попал! Все это, если ты изучил бокс, дело нескольких секунд. Только, конечно, рукам без перчаток больно. Но если бы ты видела парня до этой встречи и после, ты бы подумала, что он актер-трансформатор, так я перекроил ему рожу. Ты бы лопнула со смеху!</p>
      <p>Билл разразился новым взрывом хохота. Саксон заставила себя тоже рассмеяться, но ее охватил ужас. Да, Мерседес была права. Дуралеи рабочие ссорились и грызлись из-за работы. Умные хозяева разъезжали в автомобилях; они не ссорились и не грызлись, — они натравливали дураков, чтобы те дрались и грызлись вместо них — таких людей, как Берт и Фрэнк Дэвис, Честер Джонсон, и Отто Фрэнк, Трясучье Пузо, и сыщиков, и всех штрейкбрехеров. И этих дураков колотили и убивали, арестовывали и вешали. О, умные знали, что они делают! Они оставались целы и невредимы. Они только разъезжали в автомобилях.</p>
      <p>Тем временем Билл продолжал:</p>
      <p>— «Ах вы хулиган», — скулит парень, с трудом поднимаясь на ноги. «Ну что, — спрашиваю я, — ты все еще желаешь получить эту работу?» Он только помотал головой. Тогда я его хорошенько пробрал. «Теперь тебе, парень, одно остается — удирай! Понимаешь? Убирайся отсюда. Твое место в деревне. А если ты опять покажешь в городе свой нос, мы за тебя возьмемся как следует. Сейчас мы только с тобой поиграли. Но попадись ты нам еще раз, мы тебя так разукрасим, что родная мать не узнает».</p>
      <p>И посмотрела бы ты, как он улепетывал! Откуда только прыть взялась! Наверно, и теперь еще бежит! А когда он вернется в какой-нибудь свой Милпитас или другую сонную дыру и расскажет, как его отделали парни в Окленде, так вряд ли найдется какой-нибудь охотник занять наши места, предложи ему хоть десять долларов в час.</p>
      <p>— А все-таки это ужасно! — сказала Саксон и снова насильственно засмеялась.</p>
      <p>— Но это ничего, — продолжал Билл, все более увлекаясь. — Сегодня утром наши парнишки поймали еще одного. Уж и обработали же они его! Мать честная! Через две минуты они его привели в такой вид, что в госпитале ужаснулись. Вечерние газеты поместили об этом отчет: нос сломан, на голове три глубокие раны, все передние зубы выбиты, два ребра и ключица сломаны. Словом, получил все, что ему причиталось. Но и это еще пустяки. А знаешь, как возчики из Фриско расправлялись со штрейкбрехерами во время большой забастовки перед землетрясением? Они хватали их и каждому ломом перебивали обе руки, чтобы он не мог править. Больницы были полны. И в этой забастовке возчики победили.</p>
      <p>— Но разве непременно нужны такие жестокости, Билли? Я понимаю: они штрейкбрехеры, они отнимают хлеб у детей забастовщиков, чтобы отдать его своим детям, — и все это очень дурно… Но… неужели с ними все-таки надо расправляться так… ужасно?</p>
      <p>— Непременно, — отвечал Билл убежденно. — Мы должны пользоваться каждым случаем, чтобы нагнать на них страх божий, лишь бы была уверенность, что при этом не попадешься.</p>
      <p>— А если попадешься?</p>
      <p>— Ну, тогда союз наймет тебе защитников, хотя, по правде сказать, пользы от этого никакой, потому что судьи не больно нас любят, а газеты подзуживают их выносить все более суровые приговоры. И все-таки и в эту забастовку, как бы она там ни кончилась, немало подлецов проклянут себя за то, что стали штрейкбрехерами.</p>
      <p>Саксон в течение получаса старалась осторожно выпытать у мужа, как он относится к тем насилиям, которые себе позволяют и он и его товарищи возчики. Но Билл был глубоко и непоколебимо уверен в своей и их правоте! Ему никогда и в ум не приходило, что он, быть может, не совсем прав. Таковы были условия игры. И, став ее участником, он не мог добиваться выигрыша иными путями, чем все остальные. Правда, ни динамита, ни убийства из-за угла он не одобрял. Впрочем, не одобряли этих способов борьбы и союзы. Однако и здесь его мотивировка была весьма проста. Не нужно потому, что не достигает цели; подобные способы восстанавливают общественное мнение и способствуют провалу стачки; зато хорошенько поколотить такого парня и нагнать на него «страх божий», как выражался Билл, это единственно правильный и необходимый образ действия.</p>
      <p>— Однако нашим отцам никогда не приходилось так поступать, — сказала Саксон. — В те времена не было ни забастовщиков, ни штрейкбрехеров.</p>
      <p>— Ну, еще бы, — согласился Билл. — Доброе старое время! Эх, жить бы нам тогда! — Он глубоко и горестно вздохнул. — Да ведь прошлого не воротишь.</p>
      <p>— А ты бы хотел жить в деревне? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Конечно!</p>
      <p>— Теперь очень многие живут в деревне.</p>
      <p>— А я замечаю, что очень многие лезут в город на наши места, — отвечал он.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двенадцатая</p>
      </title>
      <p>Билл нанялся к подрядчикам, строившим большой мост в Найлсе, и в жизни молодой пары настал некоторый просвет. Прежде чем взять это место, он предварительно убедился, что все рабочие — члены союза. Но через два дня бетонщики побросали свои инструменты. Подрядчики, видимо ожидавшие этого, тотчас же взяли на их место итальянцев, не членов союза. Тогда ушли и плотники, каркасники, возчики. Биллу, у которого не было ни гроша, пришлось идти пешком. И он только к вечеру добрался домой.</p>
      <p>— Не мог же я стать штрейкбрехером, — закончил он свой рассказ.</p>
      <p>— Нет, конечно не мог, — согласилась Саксон.</p>
      <p>Но в душе она недоумевала: почему, если человек хочет работать и работа есть, он должен ее бросать, как только ему прикажет союз? И для чего существуют союзы? А если уже без союзов нельзя, то почему не все рабочие в них входят? Тогда не было бы штрейкбрехеров и Билл мог бы работать каждый день. Раздумывала она также и о том, где ей взять мешок муки, — они уже давно отказались от роскоши покупать печеный хлеб. И столько хозяек по соседству поступали так же, что валлиец-булочник вынужден был прикрыть лавочку и уехать, прихватив с собой жену и двух маленьких дочек. Куда Саксон ни обращала взгляд, она всюду видела разрушительные следы промышленного конфликта.</p>
      <p>Как-то раз, после полудня, к ним зашел незнакомый человек, а вечером Билл принес очень странную новость: ему, как он рассказал Саксон, предложили работу; стоило дать согласие, и он мог вернуться к прежнему хозяину старшим по конюшне, на сто долларов в месяц.</p>
      <p>Возможность получить такую сумму подействовала на Саксон почти ошеломляюще. Они сидели за ужином, состоявшим из вареной картошки, разогретых бобов и маленькой сырой луковицы. У них не было ни хлеба, ни кофе, ни масла. Луковицу Билл вытащил из кармана, — он нашел ее на улице. А тут вдруг — сто долларов в месяц! Она облизнула сухие губы, но постаралась быть спокойной.</p>
      <p>— Почему они тебе это предложили? — спросила она.</p>
      <p>— Очень просто. Причин немало. Во-первых, парень, которому хозяин доверил проезжать Принца и Короля, оказался ослом: Король захромал. А потом они, вероятно, догадываются, что я вывел из строя немало их штрейкбрехеров. У них служил старшим по конюшне некий Маклин (я был еще совсем мальчишкой, когда он к ним поступил). А теперь он болен, и им нужен кто-нибудь на его место. Кроме того, я долго работал у них, а главное — я именно тот человек, какой там необходим. Они знают, что я в этом деле собаку съел. Единственное, на что я способен, кроме мордобоя.</p>
      <p>— Подумай только, — сказала Саксон, и сердце у нее забилось. — Сто долларов в месяц! Сто долларов!</p>
      <p>— И предать товарищей… — подсказал он.</p>
      <p>Это был не вопрос, но и не утверждение. Саксон предоставлялось понять его ответ как угодно. Они взглянули друг на друга. Она ждала, чтобы он заговорил. Он же продолжал молча смотреть на нее. И вдруг она почувствовала, что наступила одна из самых критических минут в ее жизни, и собрала все свои силы, чтобы встретить ее с возможным самообладанием. Она понимала, что Билл не протянет ей руку помощи; как бы он ни относился к этому делу, он сидел перед ней с равнодушным видом. Он скрыл от нее свои мысли. Его глаза не говорили ничего. Он просто смотрел и ждал.</p>
      <p>— Нет, ты… ты не можешь вернуться туда. Билли, — проговорила она, наконец. — Ты не можешь предать товарищей.</p>
      <p>Он порывисто протянул ей руку, его лицо мгновенно озарилось радостью.</p>
      <p>— Давай! — воскликнул он, схватив руку Саксон и стискивая ее. — Ты самая лучшая, самая преданная жена на свете! Будь у всех рабочих такие жены, мы победили бы в любой забастовке.</p>
      <p>— Как бы ты поступил, если бы не был женат. Билли?</p>
      <p>— Послал бы это место к черту, конечно!</p>
      <p>— Но это ничего не меняет. Я должна всегда и во всем тебя поддерживать. Иначе какая же я жена?</p>
      <p>Она вспомнила приходившего в тот день незнакомца; минута была благоприятная.</p>
      <p>— Билли, — начала она, — сегодня заходил один человек. Ему нужна комната. Я сказала, что поговорю с тобой. Он согласен платить за нашу комнату за кухней шесть долларов в месяц. Мы могли бы отдать половину месячного взноса за мебель и купили бы мешок муки, а то у нас совсем нет муки.</p>
      <p>Но в Билли снова заговорила его мужская гордость. Ухон с тревогой следила за выражением его лица.</p>
      <p>— Наверно, какой-нибудь штрейкбрехер?</p>
      <p>— Нет, он служит кочегаром на товарном поезде, который ходит в Сан-Хосе, его зовут Джеймс Гармон. Он только что переведен сюда из Траки. Говорит, что днем почти всегда отсыпается и потому ищет тихий дом, без детей.</p>
      <p>Билл долго колебался, а она настаивала. Наконец, ей удалось убедить его, что с жильцом у нее не будет больших хлопот, и получить согласие на сдачу комнаты; однако он все еще продолжал возражать и, наконец, заявил:</p>
      <p>— Только ты ни одному мужчине на свете не должна прибирать постель. Это не годится, Саксон. Я обязан оберегать тебя от этого.</p>
      <p>— А тогда, мой милый, — живо возразила она, — надо было принять предложение насчет работы. Но ведь ты не можешь. Это тоже было бы нехорошо. Раз ты считаешь меня своей помощницей, не мешай мне помогать тебе, чем я могу.</p>
      <p>Однако Джеймс Гармон доставил Саксон меньше хлопот, чем она ожидала. Для кочегара он был необычайно чистоплотен и всегда, прежде чем идти домой после работы, тщательно мылся. Он брал ключ от кухни, уходил и приходил с черного хода. Он едва успевал сказать Саксон «здравствуйте» и «спокойной ночи», — днем спал, ночью работал. И прошла целая неделя, прежде чем Билл впервые его увидел.</p>
      <p>Сам Билл стал теперь являться домой все позднее и часто исчезал куда-то даже после ужина. Куда — он не говорил. А Саксон не спрашивала. Да и не много нужно было проницательности, чтобы угадать. В таких случаях от него пахло виски. Его неторопливые, степенные движения делались еще неторопливее — виски не действовало ему на ноги; он шагал твердо и уверенно, как совершенно трезвый человек; его мышцы не становились вялыми и слабыми. Виски ударяло ему только в голову, веки тяжелели, взгляд еще больше затуманивался. Он не делался ни легкомысленнее, ни оживленнее, ни раздражительнее. Наоборот, вино придавало его мыслям и суждениям особую вескость и почти торжественное глубокомыслие. Говорил он мало, но если уж изрекал что-нибудь, то с непреложностью оракула. Он не допускал ни споров, ни возражений, и всякая его мысль, казалось, внушена ему самим господом богом, — можно было подумать, что она плод глубочайших размышлений и вынашивалась им с такой же обстоятельностью, с какой выражалась вслух.</p>
      <p>Саксон впервые сталкивалась с этой чертой его характера, и она ей не нравилась; иногда ей чудилось, что в их доме поселился совершенно чужой человек, и она невольно стала отдаляться от мужа. Мысль о том, что это не его настоящее «я», служила плохим утешением: с тем большей грустью вспоминала она его былую деликатность, внимательность и душевную тонкость. Раньше он всячески старался избегать какого бы то ни было повода для ссор и драк. Теперь, наоборот, прямо-таки искал случая подраться, словно находил в этом удовольствие. Изменилось и его лицо, — оно уже не было приветливым и по-мальчишески красивым. И улыбался он редко. Черты его стали чертами мужчины. Рот, глаза, все лицо казалось огрубевшим, как и его мысли.</p>
      <p>С Саксон он не был резок, но и ласковым бывал редко. Стена отчужденности между ними вырастала с каждым часом. Он относился теперь к жене с каким-то безучастием, словно она перестала для него существовать; хотя она делила с ним все тяготы забастовки, в его мыслях она занимала очень мало места. Когда он бывал с ней мягок, в этом чувствовалось что-то автоматическое, и всякий раз, как он называл ее нежными именами и ласкал, ей казалось, что это делается по привычке. Непосредственность и теплота исчезли. В минуты протрезвления в нем еще вспыхивали проблески прежнего Билла, но эти проблески мелькали все реже. Он становился все более озабоченным и угрюмым. Нужда и тяготы разраставшейся экономической борьбы сделали из него другого человека. Особенно это было заметно ночью, когда Билл под влиянием мучительных сновидений стонал и сжимал кулаки, скрежетал зубами: мышцы его тела напрягались, лицо искажалось бешенством, с губ срывались брань и проклятия. Саксон, лежа рядом с ним, просто боялась этого чуждого ей человека и невольно вспоминала то, что Мери рассказывала о Берте: он тоже сжимал во сне кулаки и скрежетал зубами, переживая ночью те схватки, в которых участвовал днем.</p>
      <p>Однако Саксон прекрасно понимала, что не по своей воле Билл становится другим, неприятным ей человеком. Не будь этой беспощадной борьбы из-за куска хлеба, он остался бы прежним Биллом, тем самым, которого она так беспредельно любила. Дремлющие в нем черты его характера так бы и не получили развития. А теперь что-то новое пробуждалось в нем, словно жестокие, безобразные и преступные картины действительности породили в его душе свое отражение. И Саксон не без оснований боялась, что, если стачка еще продлится, этот другой, страшный Билл разовьется и окрепнет. Тогда, — она ясно это видела, — наступит конец их любви. Такого Билла она любить не могла; такой Билл не мог по самой сущности своей ни любить, ни вызывать любовь. Она теперь содрогалась при мысли о возможности иметь детей. Это было бы слишком страшно. В минуты этих печальных размышлений из ее души вырывался неизбежный, жалобный и вечный человеческий вопрос: отчего? отчего? отчего?</p>
      <p>У Билла тоже были свои вопросы, остававшиеся без ответа.</p>
      <p>— Отчего строительные рабочие до сих пор не выступают? — спрашивал он, негодуя на тот туман, который застилал перед ним жизнь людей и их поступки. — О'Брайен — противник стачек, а совет союза пляшет под его дудку. Но почему они его не прогонят и не решат вопрос самостоятельно? Мы бы тогда получили поддержку по всей линии. Но нет, О'Брайен сидит крепко, а сам по горло увяз в грязной политике и интригах, продажная душа! Черт бы побрал эту Федерацию труда! Если бы все железнодорожники объединились, разве рабочие мастерских не победили бы? А теперь их стерли в порошок!.. Господи! Я уже забыл вкус приличного табака и хорошего кофе, забыл, что такое сытный обед! Вчера я взвесился: оказывается, я потерял за время стачки пятнадцать фунтов. Если так будет продолжаться, я сделаюсь боксером в среднем весе. Разве я для этого столько лет платил взносы в союз? Я не могу заработать на обед, а моя жена стелет постели чужим мужчинам. Просто зло берет! Вот рассержусь когда-нибудь и выкину вон этого — жильца.</p>
      <p>— Но ведь он же ни в чем не виноват, Билл, — как-то раз запротестовала Саксон.</p>
      <p>— А я разве говорю, что виноват? — грубо огрызнулся Билл. — Неужели уж нельзя и поворчать, если хочется? Он меня раздражает. Какой толк от рабочих организаций, когда все действуют врозь? Я бы, кажется, на все это плюнул и перешел на сторону предпринимателя. Да только не хочу, черт бы их побрал! Если они воображают, что нас можно поставить на колени, пусть попробуют! Мне надоело все на свете. Все бессмысленно. К чему поддерживать союз, раз он даже не может выиграть забастовки? Какой смысл проламывать головы штрейкбрехерам, если они лезут отовсюду, точно клопы? Куда ни повернешься, везде какой-то сумасшедший дом; да и я сам, кажется, тоже рехнулся.</p>
      <p>Вспышка Билла была настолько необычной, что Саксон другой такой и не помнила. Обычно он сердито и упрямо молчал, а виски делало его еще самоувереннее и мрачнее.</p>
      <p>Однажды Билл вернулся домой лишь после полуночи. Саксон тем более тревожилась, что в этот день, как стало известно, произошли кровопролитные столкновения рабочих с полицией. Вид Билла только подтвердил это известие: рукава пиджака почти оторваны, галстук исчез, отложной воротничок расстегнут, на рубашке не осталось ни одной пуговицы. Когда он снял шляпу, она ужаснулась огромной, чуть не с яблоко, шишке, вскочившей у него на голове.</p>
      <p>— Знаешь, кто это сделал? Этот идиот Германманн дубинкой! Ну, уж я ему отплачу! Света не взвидит! А потом разделаюсь еще с одним молодчиком, когда вся эта история кончится. Его зовут Бланшар, Рой Бланшар.</p>
      <p>— Не из фирмы Бланшар, Перкинс и Компания? — спросила Саксон, обмывая мужу голову и, как всегда, стараясь его успокоить.</p>
      <p>— Ну да, сын старика. Всю жизнь свою он только и делал, что проматывал денежки папаши, а теперь, видишь, пошел в штрейкбрехеры. Пофорсить захотелось, вот как я это называю! Желает, чтобы об нем написали в газетах и чтобы бабы, за которыми он бегает, шептали: «Ну, и молодец, этот Рой Бланшар, вот молодец!» Когда-нибудь я посчитаюсь с этим молодцом!.. Руки чешутся дать ему по морде!</p>
      <p>А с немчурой полицейским, так и быть, не стану связываться. Он уже свое получил. Кто-то ему расшиб башку куском угля величиной с лохань,</p>
      <p>— как раз в то время, когда повозки поворачивали с Восьмой на Франклин-стрит, возле старой гостиницы Галиндо. Там была свирепая драка, и кто-то швырнул эту глыбу угля из окна второго этажа.</p>
      <p>Они дрались за каждый квартал, пустили в ход все кирпичи, булыжники, полицейские дубинки. Однако войска побоялись вызвать, да и сами стрелять не решились. Ну, мы полицейских потрепали основательно, так что и кареты скорой помощи и полицейские машины поработали как следует. На углу Бродвея и Четырнадцатой, как раз против ратуши, мы загородили дорогу всей их процессии, набросились на задние повозки, выпрягли из пяти повозок лошадей, а студентикам хорошенько наклали по шее. Только полицейские резервы и спасли их от больницы. Но все равно мы задержали их на целый час. Посмотрела бы ты, сколько трамваев остановилось на Бродвее, и на Четырнадцатой, и на улице святого Павла! Прямо без конца…</p>
      <p>— А что же все-таки сделал Бланшар? — напомнила Саксон.</p>
      <p>— Он ехал на первой повозке и правил моей упряжкой. И все упряжки были из моей конюшни. Он набрал своих товарищей студентов — членов братства, как это у них называется, — таких же маменькиных сынков, которые только и умеют спускать родительские денежки. Они приехали в конюшню на туристских автомобилях, вытащили и запрягли повозки, а провожать их явилась чуть не половина всех полисменов Окленда. Да, уж и денек! Камни летели градом. Ты послушала бы, как дубинки ходили по нашим головам: ра-та-тат-тат, ра-та-тат-тат! А начальник полиции сидел в полицейском автомобиле, прямо всемогущий бог Саваоф! В одном месте, как раз возле Перальт-стрит, произошла драка с полицией, и какая-то старуха из-за своей калитки швырнула начальнику прямо в лицо дохлую кошку. Да! Было слышно, как та шлепнулась об его голову. «Арестовать эту бабу!» — орет он и вытирается платком. Но рабочие окружили ее и спасли от полиции. Ну уж и денек! Ближайший приемный пункт был так переполнен, что раненых стали потом уж отправлять и в госпиталь святой Марии, и в больницу Фабиолы, и не знаю еще куда. Задержали восемь человек наших да еще человек двенадцать возчиков из Сан-Франциско; они приехали на подмогу. Вот уж ребята, доложу тебе, — огонь! Кажется, нам помогала половина всех оклендских рабочих; в тюрьме, наверно, сидит целая рота! Придется нашим юристам взять на себя все их дела.</p>
      <p>Но уж: поверь мне, что ни Бланшар, ни его приятели больше к нам не сунутся. Мы им показали, что такое футбол! Ты знаешь кирпичный дом, который строится на набережной? Вот тут-то мы и запаслись!.. Как только они выехали из конюшен, мы так забросали их кирпичами, что ни их самих, ни повозок не было видно. Бланшар правил первым; в него пустили кирпичом, и он свалился с козел, а все-таки поехал дальше!</p>
      <p>— Он, верно, храбрый, — заметила Саксон.</p>
      <p>— Храбрый? — возмутился Билл. — Будешь храбрым, когда за тобой стоят и полиция, и войска, и флот! Ты, кажется, скоро перейдешь на их сторону! Храбрый на то, чтобы отнимать хлеб у наших ясен и детей! А ты знаешь, что вчера у Джонсов умер малыш? Молоко у матери пропало, потому что ей было нечего есть! И ты не хуже меня знаешь, сколько старых теток и своячениц пришлось отправить в богадельню, потому что родственники больше не могли прокормить их.</p>
      <p>В утренней газете Саксон прочла сенсационное сообщение о неудавшейся попытке сорвать забастовку возчиков. Бланшара объявили героем и выставляли его как образец капиталиста, доблестно выполнившего свой гражданский долг. И Саксон не могла не признать его храбрости. В том, как он встретил лицом к лицу эту рычащую толпу, она видела что-то особенно благородное. В газете приводилось также мнение одного бригадного генерала, сожалевшего, что власти не вызвали войска, которые бы хорошенько проучили эту чернь и показали бы ей ее место. «Теперь как раз пора сделать небольшое и весьма полезное кровопускание, — заявил генерал в заключение, пожалев о миролюбии полиции, — у нас до тех пор не восстановится спокойствие в промышленности, пока чернь не узнает, что такое дубинка и власть».</p>
      <p>В тот вечер Билл, вернувшись домой и не найдя никакой еды, взял Саксон под руку, перекинул пальто через другую руку и отправился с ней в город. Пальто заложили в ломбарде и скромно пообедали в японском ресторанчике, умудрявшемся кормить довольно приличным обедом за десять центов; они решили истратить еще по пять центов на кинематограф.</p>
      <p>У здания Центрального банка к Биллу подошли два бастующих возчика и увели с собой. Саксон осталась ждать его, и когда он через три четверти часа возвратился, она заметила, что он выпил.</p>
      <p>Пройдя кафе «Форум», он вдруг остановился. На углу стоял лимузин, и какой-то молодой человек усаживал в него несколько роскошно разодетых женщин. Шофер сидел на своем месте. Билл тронул молодого человека за рукав. Молодой человек был такой же широкоплечий, как Билл, только немного выше ростом, голубоглазый, стройный. Он показался Саксон очень красивым.</p>
      <p>— На одно слово… приятеле — сказал Билл неторопливо и вполголоса.</p>
      <p>Молодой человек быстро окинул взглядом Билла и Саксон.</p>
      <p>— Ну, в чем дело? — нетерпеливо обратился он к ним.</p>
      <p>— Вы Бланшар, — начал Билл. — Я видел, как вы вчера ехали впереди всех.</p>
      <p>— А что, я все же неплохо справился? — весело спросил тот, метнув взгляд на Саксон.</p>
      <p>— Неплохо. Но я не об этом собираюсь говорить.</p>
      <p>— А вы кто? — спросил тот, вдруг насторожившись.</p>
      <p>— Забастовщик. Вы правили как раз моей упряжкой. Вот и все… Стоп, не вынимайте револьвер! (Бланшар потянулся было к карману.) Я здесь вас не трону, но хочу сказать вам одну вещь.</p>
      <p>— Ну, тогда говорите скорее.</p>
      <p>Бланшар уже занес ногу, чтобы сесть в автомобиль.</p>
      <p>— Сейчас, — ответил Билл, не изменяя своей обычной несносной медлительности. — Я хотел сказать, что я вам этого не спущу — не теперь, а когда забастовка кончится. Я вас найду, где бы вы ни были, и вздую так, что вы будете помнить всю жизнь.</p>
      <p>Бланшар с интересом окинул Билла взглядом и, видимо, одобрил.</p>
      <p>— Я вижу, вы и сами не промах. А вы уверены, что вам удастся выполнить ваше намерение?</p>
      <p>— Уверен. Это моя цель.</p>
      <p>— Отлично, друг мой! Разыщите меня после забастовки, и я вам дам возможность помериться со мной силами.</p>
      <p>— Так помните, это дело решенное.</p>
      <p>Бланшар кивнул, весело улыбнулся им обоим, поклонился Саксон и сел в машину.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава тринадцатая</p>
      </title>
      <p>С этого дня жизнь казалась Саксон уже вовсе лишенной порядка и смысла. Хуже того — она стала нелепой, кошмарной. Каждое мгновение могло принести с собой все что угодно. В этой анархии событий не было ничего устойчивого и надежного, и ей чудилось, что она несется навстречу какой-то катастрофе. Если бы на Билла можно было положиться, она не стала, бы унывать. С ним она бы все вынесла легко и бесстрашно. Но общее безумие захватило и его и умчало далеко. Совершившиеся в нем перемены были настолько глубоки, что он казался чужим в собственном доме. Он и был чужим. И глаза его стали чужими: глаза человека, у которого на уме только насилие и ненависть, который всюду видит одно дурное и служит злу, царящему везде и во всем. Этот человек уже не считал, что Берт не прав, но и сам бормотал что-то о динамите, саботаже и революции.</p>
      <p>Саксон всеми силами старалась сохранить ту бодрость и свежесть души и тела, которыми Билл когда-то так восхищался.</p>
      <p>Один только раз она не выдержала. Он был в этот день особенно мрачно настроен и вывел ее из себя какой-то уж слишком грубой и недостойной выходкой.</p>
      <p>— С кем ты говоришь? — вспылила она, обращаясь к нему.</p>
      <p>Он стоял перед ней пристыженный и молча смотрел на ее побледневшее от гнева лицо.</p>
      <p>— Никогда не смей так со мной говорить. Билли, — решительно заявила она.</p>
      <p>— Неужели нельзя уж и потерпеть, если человек не в духе? — пробормотал он виноватым и вместе обиженным тоном. — У меня столько неприятностей, что можно рехнуться!</p>
      <p>Когда он ушел, Саксон упала на кровать и в глубоком отчаянии разрыдалась. Она, которая так умела смиряться в любви, была в сущности женщиной гордой, ибо только сильному дается истинная кротость и только гордый знает подлинное смирение. Но зачем ей ее храбрость и гордость, если единственный в мире человек, который ей близок, потерял и гордость и ясность духа и взвалил на ее плечи тяжелейшую долю их общих невзгод?</p>
      <p>И так же, как ей пришлось пережить наедине с собой глубокую, почти физическую боль от утраты ребенка, несла она теперь одна свое личное горе, может быть, еще более мучительное. И если даже она продолжала любить Билла не меньше, чем прежде, то эта любовь уже не была ни гордой, ни радостной, ни доверчивой. Она была проникнута жалостью — той жалостью, которая граничит со снисхождением. Ее верность готова была заколебаться, и она с ужасом ощущала, как к ней в душу закрадывается презрение.</p>
      <p>Саксон призвала на помощь все свои силы, чтобы мужественно встретить случившееся. Наконец, она почувствовала, что может простить, и на время ей стало легче, пока в ее сознании вдруг не вспыхнула мысль, что в подлинной, высокой любви прощению места нет. И снова она начала плакать, и ее внутренняя борьба продолжалась. Одно казалось несомненным: этот Билл не тот человек, которого она любила. Это другой человек, он не в себе и столь же мало ответствен за свои поступки, как горячечный больной за свой бред. Она просто должна стать его нянькой, его сиделкой, для которой не существует ни гордости, ни всяких там презрении и прощений. К тому же он действительно несет на себе всю тяжесть борьбы, он в самой гуще ее и совершенно обезумел от ударов, которые получает и наносит. Если здесь и есть чья-то вина, то ее надо искать не в нем, а в тех непонятных законах жизни, которые заставляют людей грызться друг с другом, как собаки грызутся из-за кости.</p>
      <p>Так Саксон вооружилась для труднейшей в мире борьбы — для борьбы одинокой женщины. Она отбросила всякое сомнение и недоверие. Она ничего не прощала, потому что и прощать было нечего. Она требовала от себя твердой веры в то, что их любовь все так же незапятнана, светла и нерушима и такой же останется, когда он к ней вернется и жизнь войдет в какую-то разумную колею.</p>
      <p>Вечером, в разговоре с Биллом, она сказала, что готова — в виде экстренной меры, пока забастовка не кончится, — вновь заняться шитьем, чтобы подрабатывать на питание. Но Билл и слышать об этом не хотел.</p>
      <p>— Все в порядке, — заявил он. — Тебе совершенно незачем работать. На этой неделе я получу кое-какие деньте. И все тебе отдам. А в субботу мы пойдем в театр — в настоящий театр, не в кинематограф. В город приезжают негритянские певцы из труппы Гарвея, и мы пойдем непременно. Деньги у меня будут, головой ручаюсь.</p>
      <p>В пятницу вечером Билл к ужину не вернулся. Саксон очень жалела об этом, так как Мэгги Донэхью отдала ей занятые на прошлой неделе мерку картофеля и два килограмма муки и его ждал хороший ужин. Она не гасила плиту до девяти часов, потом с большой неохотой легла спать. Она бы предпочла дождаться его, но боялась, зная, как ему будет неприятно, если он вернется домой нетрезвый.</p>
      <p>В час ночи скрипнула калитка. Она слышала, как он медленным, тяжелым шагом поднимается по лестнице и шарит ключом у замка. Он вошел в спальню, сел и тяжело вздохнул. Она лежала не шевелясь, зная его особую раздражительность, когда он бывал навеселе, и стараясь даже не подать виду, что она не спит из-за него. Однако это было нелегко. Она так стиснула руки, что ногти впились в ладони и тело одеревенело от напряженной неподвижности. Он еще ни разу не возвращался домой в таком виде.</p>
      <p>— Саксон, — с трудом проговорил он, — Саксон! Она шевельнулась и зевнула.</p>
      <p>— В чем дело? — спросила она.</p>
      <p>— Зажги-ка лампу. Я руками не владею.</p>
      <p>Не глядя на него, она исполнила его просьбу; но пальцы ее так дрожали, что стекло со звоном ударилось о колпак, и спичка погасла.</p>
      <p>— Я же не пьян, Саксон, — сказал он, все так же едва ворочая языком; и в его осипшем голосе прозвучала добродушная насмешка. — Просто я получил два-три очень основательных удара… Очень…</p>
      <p>Наконец, ей удалось зажечь лампу. Она обернулась к нему — и вскрикнула от ужаса: только что она слышала его голос и не сомневалась, что это Билл, а теперь далее не узнавала его. Лицо его казалось ей совершенно незнакомым, — опухшее, избитое, все в ссадинах и синяках, оно было до того изувечено, что не осталось ни одной знакомой черты. Один глаз совсем закрылся, другой едва поблескивал между распухшими веками; ухо было почти все ободрано, лицо обратилось в распухший комок сырого мяса; правая скула казалась вдвое больше левой.</p>
      <p>«Немудрено, что он едва говорит», — подумала она, глядя на его разбитые, опухшие губы, из которых все еще шла кровь. Ей чуть не сделалось дурно от испуга, и сердце рванулось к нему в порыве нежности. Ей хотелось обнять его, приласкать, утешить… Но трезвый рассудок подсказывал другое.</p>
      <p>— Ах ты бедный, бедный мальчик! — воскликнула она. — Скажи скорее, что нужно сделать? Я ведь не знаю!</p>
      <p>— Если бы ты помогла мне раздеться, — попросил он хрипло и робко.</p>
      <p>— Я весь распух… уже после того, как надел куртку.</p>
      <p>— И потом горячей воды, правда? — сказала она и бережно начала стягивать рукав с его беспомощно повисшей, отекшей руки.</p>
      <p>— Говорю тебе, что они не действуют, — сказал он, морщась, поднимая руки и разглядывая их уголком заплывшего глаза.</p>
      <p>— Сиди и жди, сейчас я разведу огонь и поставлю воду, — отозвалась она. — Это минутное дело. А потом кончу тебя раздевать.</p>
      <p>Из кухни она услышала его бормотанье, и, когда вернулась в комнату, он все еще повторял:</p>
      <p>— Ведь нам деньги нужны были, Саксон, деньги…</p>
      <p>Теперь она видела, что он не пьян, и по его бормотанью поняла, что он бредит.</p>
      <p>— Все случилось так неожиданно, — продолжал он, раздеваясь.</p>
      <p>И постепенно из его бессвязных слов ей удалось в общих чертах восстановить картину того, что произошло.</p>
      <p>— Приехал боксер из Чикаго, никому не известный; они его выставили против меня. Секретарь клуба меня предупредил, что справиться с ним будет трудно. Я бы все-таки победил, будь я в спортивной форме… но я потерял пятнадцать фунтов и не тренировался. Потом я здорово выпивал, а от этого бывает одышка…</p>
      <p>Саксон, снимавшая с него рубашку, уже перестала его слушать. Как она не узнала его лица, так не узнавала теперь его великолепной мускулистой спины. Белый покров шелковистой колеи был весь иссечен и окровавлен. Большинство ссадин шли поперек тела, хотя были и продольные.</p>
      <p>— Кто это тебя так обработал? — спросила она.</p>
      <p>— Канаты. Я уже даже не помню, сколько раз я на них налетал. Да, мне здорово досталось. Но все-таки я водил его за нос… Никак ему не удавалось прикончить меня… Я выдержал все двадцать раундов и ему тоже оставил памятку о себе. Держу пари, что у него перебито несколько суставов на левой руке… Пощупай мою голову, вот здесь! Чувствуешь, как распухла? Теперь небось жалеет, что все время лупил меня по этому месту. Ну и колотил же он меня! Ну и колотил! Никогда я не испытывал ничего подобного. Его прозвали «Гроза Чикаго». Но я уважаю его. Молодец!.. А все-таки счет был бы другой, будь я в спортивной форме! Ох! Ох! Осторожней! Это прямо как нарыв!</p>
      <p>Расстегивая пояс, Саксон нечаянно коснулась багровой опухоли на спине величиной с тарелку.</p>
      <p>— Это от ударов в почки… Его специальность… — пояснил Билл. — В каждой схватке он меня непременно угощал таким ударом. Я от них в конце концов совсем обалдел, даже ноги ослабели, ничего уж не соображал. Это, конечно, не нокаут, но ужасно изнуряет, когда матч затягивается. Совсем силы теряешь…</p>
      <p>Саксон увидела его колени, они тоже были в ссадинах.</p>
      <p>— Никакая кожа не выдержит, если такой тяжелый парень, как я, то и дело грохается на колени, — пошутил он. — А смола на холсте — знаешь, как щиплет!..</p>
      <p>В глазах Саксон стояли слезы, она готова была зарыдать при виде изувеченного тела своего красавца, своего дорогого мальчика!</p>
      <p>Когда она взяла брюки и понесла их через комнату, чтобы повесить, в кармане звякнули деньги. Билл окликнул ее и вынул горсть серебра.</p>
      <p>— Нам нужны были деньги, нам нужны были деньги, — забормотал он, тщетно стараясь их сосчитать; видимо, его мысли опять начали путаться.</p>
      <p>Ее как ножом резануло воспоминание о том, как она всю неделю про себя бранила его и осуждала. В конце концов Билл — этот большой великолепный мужчина — был только мальчиком, ее мальчиком! И он пошел на все эти мучения и перенес их ради нее, ради дома и обстановки, которые были их домом и их обстановкой. И теперь, в бреду, он высказал это. Он же сказал: «Нам нужны были деньги». Значит, он вовсе не забывал о ней, как она полагала. Там, в глубинах его души, бессознательно и упорно жила одна мысль о ней: «Нам нужны деньги. Нам!»</p>
      <p>Когда она склонилась над ним, по ее щекам текли слезы; и, кажется, еще никогда она его так сильно не любила, как в эти минуты.</p>
      <p>— На, сосчитай ты… — сказал он, отчаявшись и передавая ей деньги. — Сколько тут?..</p>
      <p>— Девятнадцать долларов тридцать пять центов.</p>
      <p>— Верно… Проигравший… получает… двадцать долларов. Пришлось угостить товарищей… потом трамвай… Если бы я выиграл, я бы принес сто… Ради них я и дрался. Хоть немножко поправил бы наши дела… Возьми их себе, спрячь. Все-таки лучше, чем ничего.</p>
      <p>Он не мог заснуть от боли, и Саксон сидела над ним долгие ночные часы, сменяя компрессы на ушибах и бережно смазывая ссадины настоем квасцов и кольдкремом. Его бормотанье прерывалось тяжелыми стонами, — он переживал снова все перипетии боя, искал облегчения в рассказе о своих невзгодах, сетовал на потерю денег, вскрикивал от оскорбленной гордости. От нее он страдал больше, чем от физической боли.</p>
      <p>— И все-таки он не мог меня прикончить! Временами я так слабел, что уже рук поднять не мог, и он бил меня почем зря. Публика с ума сходила: она видела, какой я живучий. Иногда я только пошатывался под его ударами, — ведь и он порядком выдохся, ему здорово досталось от меня в первых раундах. Несколько раз он меня швырял. Все было как сон… К концу он уже стал у меня в глазах троиться, и я не знал, которого бить, от которого увертываться…</p>
      <p>А все-таки я провел и его и публику. Когда я уже ничего не видел и не слышал, и мои колени дрожали, и в голове все вертелось, как карусель, — я не выпускал его из клинча… Судьи, наверное, устали нас растаскивать…</p>
      <p>Но как он меня лупил! Как лупил! Саксон, ты… где ты?! А… здесь… Да, я думал, что все это мне снится. Пусть это будет тебе уроком. Я нарушил свое обещание не выступать — и вот что вышло. Не вздумай и ты сделать тоже самое — не начни продавать свое шитье…</p>
      <p>А все-таки я их провел всех! Вначале на нас ставили одинаково. С шестого раунда ставки на него удвоились. Собственно, все было ясно уже с первой минуты, только слепой мог этого не заметить… Но ему очень долго не удавалось меня прикончить. На десятом раунде стали спорить: продержусь ли я этот раунд; на одиннадцатом — продержусь ли до пятнадцатого… А я выдержал все двадцать…</p>
      <p>В течение четырех раундов я был как во сне… а на ногах все-таки держусь и отражаю его удары, а уж если упаду — стараюсь досчитать до восьми и потом встаю; опять наступаю, отступаю, наступаю…</p>
      <p>Я не помню, что я делал, но, должно быть, именно так и было. С тринадцатого, когда он швырнул меня на ковер вверх тормашками, по восемнадцатый я вообще ничего не сознавал…</p>
      <p>… Так о чем же я рассказывал?.. Я открыл глаза, вернее — один глаз: один глаз у меня только и открывался, — и вижу, лежу я в моем углу, меня обмахивают полотенцами, дают нюхать нашатырь. Билли Мэрфи держит у меня лед на затылке. А на другом конце ринга стоит «Гроза Чикаго». И я даже не мог сразу вспомнить, что дрался именно с ним, — точно я где-то был и только что вернулся. «Который сейчас раунд?» — спрашиваю Билла. «Восемнадцатый», — говорит. «Вот черт, — говорю я, — а куда же девались остальные? Последний был, по-моему, тринадцатый». — «Ты прямо какое-то чудо, — говорит Мэрфи. — Четыре раунда ты был без сознания, только никто этого, кроме меня, не заметил. Я все время уговаривал тебя кончать». В это время звонит гонг, и я видку, что «Гроза Чикаго) ко мне приближается. „Кончай!“ — говорит мне Билл; и я вижу, что он уже собирается бросить полотенце. „Ни за что!“ — говорю я. „Оставь, Билл!“ Он продолжал меня убеждать. В это время „Гроза Чикаго“ подошел к моему углу. Вижу — стоит, опустив руки, и смотрит на меня. Судьи тоже смотрят. А публика замерла; слышно, как муха пролетит. Голова моя прояснилась, но не очень. „Ты все равно не выиграешь“, — говорит мне Билл. „А вот посмотрим“, — говорю я и неожиданно бросаюсь на противника, пользуясь тем, что он этого не ждал. Я так шатаюсь, что не могу стоять, а все-таки гоню его через арену в его угол; но вдруг он поскользнулся и падает, и я падаю на него. Публика прямо взбесилась…</p>
      <p>… Что я хотел сказать? У меня все еще голова идет кругом, и в ней точно пчелиный рой гудит.</p>
      <p>— Ты рассказывал, как упал на него в его углу… — напомнила Саксон.</p>
      <p>— Да… Ну вот, как только мы встали на ноги, — я-то уж не стою, — я опять загнал его в мой угол и опять на него упал. Это было счастье, мы встали, я непременно упал бы, но я вошел в клинч и держусь за противника. «Ну, конец тебе, говорю, я сейчас тебя прикончу!»</p>
      <p>Однако я не мог его прикончить… но я, конечно, не сдаюсь. Как раз когда судьи разнимали нас, мне удалось нанести ему такой удар в живот, что он одурел… и тут он стал осторожнее, даже слишком. Он воображал, что у меня сил осталось больше, чем их было на самом деле, и боялся войти со мною в клинч. Так что, как видишь, я все-таки его обманул!.. И он не мог меня прикончить, никак не мог…</p>
      <p>А в двадцатом раунде мы стояли посреди ринга и обменивались ударами с одинаковыми шансами. При моем состоянии я все же очень хорошо держал себя в руках… но ему присудили приз, и это совершенно справедливо… А все-таки я провел его… Он меня не прикончил… И я провел этих болванов, которые держали пари, что он со мной мигом справится…</p>
      <p>Наконец, уже на рассвете Билл заснул. Он охал и стонал, его лицо подергивалось от боли, он метался и никак не мог лечь удобно.</p>
      <p>«Так вот что такое быть боксером», — думала Саксон. Это было гораздо хуже, чем она себе представляла. Ей и в голову не приходило, что боксерскими перчатками можно так изувечить человека. Нет, нет, он больше никогда не будет выступать. Уж пусть уличные свалки — все-таки лучше! Она размышляла о том, насколько серьезны полученные им повреждения, когда он что-то забормотал и открыл глаза.</p>
      <p>— Чего ты хочешь? — спросила она и только потом заметила, что он смотрит перед собой отсутствующим взглядом и бредит.</p>
      <p>— Саксон!.. Саксон!.. — звал он ее.</p>
      <p>— Я здесь. Билли. Что такое?</p>
      <p>Его рука потянулась к тому месту на кровати, где обычно лежала она.</p>
      <p>Опять он стал звать ее, и она закричала ему на ухо, что она здесь. Тогда он облегченно вздохнул и пробормотал:</p>
      <p>— Я не мог отказаться… Ведь нам нужны были деньги…</p>
      <p>Его глаза снова закрылись, сон стал как будто более глубоким, хотя он все еще продолжал бормотать. Она слышала, что бывает сотрясение мозга, и очень испугалась. Потом вспомнила, что Мэрфи прикладывал ему лед к затылку.</p>
      <p>Саксон накинула платок и побежала в ближайший бар «Приют плотников» на Седьмой. Хозяин только что открыл свое заведение и подметал пол. Он дал ей столько льда из холодильника, сколько она могла захватить с собой, расколов его на куски, чтобы ей удобнее было нести. Вернувшись домой, она приложила лед к затылку Билла, к ногам поставила горячие утюги и стала смачивать голову настоем квасцов, предварительно остудив его на льду.</p>
      <p>В комнате были завешены окна, и Билл проспал почти до вечера; проснувшись, он, к ужасу Саксон, вдруг заявил, что должен встать и выйти.</p>
      <p>— Я хочу показаться им, — пояснил он. — Я не желаю, чтобы надо мной смеялись.</p>
      <p>Одолев при помощи Саксон мучительный процесс одевания, он с трудом встал и вышел из дома: он хотел всем показать, что не так уж сильно избит и не слег в постель.</p>
      <p>Это была тоже своего рода гордость, хотя и непохожая на женскую. Но Саксон не знала, которая из них заслуживает большего уважения.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четырнадцатая</p>
      </title>
      <p>Опухоль на лице Билла опала, и ссадины зажили удивительно скоро — в ближайшие же дни. Столь быстрое заживление говорило об исключительной силе и крепости его организма. Остались только синяки под глазами, — они держались около двух недель и особенно подозрительно выделялись на его белом лице. А за эти две недели произошло немало важных событий.</p>
      <p>Суд над Отто Фрэнком тянулся недолго. Присяжные, состоявшие преимущественно из купцов и промышленников, признали, конечно, его виновным и приговорили к смертной казни; для исполнения приговора его перевели в сен-квентинскую тюрьму.</p>
      <p>Разбор дела Честера Джонсона и остальных четырнадцати хоть и продолжался несколько дольше, но и он был закончен к концу той же недели. Джонсона приговорили к повешению, двоих — к пожизненному заключению, троих — к двадцати годам; оправданы были только двое, остальные семь получили от двух до десяти лет.</p>
      <p>Все это повергло Саксон в глубокое уныние. Билл стал еще мрачнее, но его воинственный пыл не угас.</p>
      <p>— Конечно, в сражении всегда есть убитые, — сказал он, — иначе и быть не может. Но меня поражает приговор. Или все виновны в убийстве, или никто. Если все — то и надо было вынести всем одинаковый приговор и всех повесить, как Джонсона, или не вешать никого. Хотел бы я знать, как судья додумался до такого решения? Наверно, гадал на лотерейных билетах или на пальцах, кому сколько лет назначить. Ну почему Джонни Блэк получил четыре, а Кол Хэтчинс — двадцать? Точно он выбирал наудачу, и Кол Хэтчинс мог бы с таким же успехом получить четыре, а Джонни двадцать.</p>
      <p>Я их обоих знаю еще с детства. Они водились с мальчиками с Десятой и с Киркхэм-стрит, а также и с моей компанией. После уроков мы ходили купаться на Песчаную отмель и к плавучим докам, где, как говорят, шестьдесят футов глубины, — но только это вранье. Как-то в четверг мы нашли кучу ракушек и в пятницу прогуляли уроки, чтобы распродать их. Мы ходили к Каменной стене и ловили там треску. Однажды, как раз во время затмения, Кол поймал морского окуня с целую дверь. Я никогда такой рыбины не видал… А вот теперь он будет гнить в тюрьме двадцать лет! Хорошо еще, что он не женат. Если не умрет от чахотки, так выйдет совсем стариком… Его мать ужасно боялась, чтобы он не утонул: как заподозрит, что он купался, сейчас лизнет его волосы; если окажется, что волосы соленые, тут же отстегает его ремнем. Но он был малый не промах: возвращаясь домой, непременно перелезет в чей-нибудь двор и сунет голову под кран…</p>
      <p>— Я с Честером Джонсоном много раз танцевала, — сказала Саксон. — И с женой его встречалась, с Китти Брэйди, — давным-давно; мы работали вместе на картонажной фабрике. Она уехала в Сан-Франциско к замужней сестре. Китти ждет ребенка. Она была удивительно хорошенькая, и за ней всегда увивалась целая толпа поклонников.</p>
      <p>Суровые приговоры и казни произвели на забастовщиков совсем иное впечатление, чем ожидали власти. Приговоры их не обескуражили, а, напротив, еще больше озлобили. Нежность и любовь, опять вспыхнувшие между Саксон и Биллом в то время, когда она за ним ухаживала, и его раскаяние в том, что он участвовал в матче, уступили место прежним настроениям. Дома он хмурился и ворчал, а если и говорил, то его речи чрезвычайно напоминали речи Берта — в последние дни перед смертью этого могикана. И опять его целыми днями не было дома — он снова запил.</p>
      <p>Саксон потеряла всякую надежду. Она невольно готовилась к той ужасной и неизбежной трагедии, которую ее воображение рисовало ей в тысяче картин. Чаще всего ей представлялось, что Билла приносят домой на носилках. Или ей казалось, что ее вот-вот позовут к телефону в лавочке на углу и незнакомый голос сообщит о том, что ее муж в больнице или в морге. А когда произошли загадочные отравления лошадей и дом одного из магнатов гужевого транспорта был наполовину разрушен взрывом динамита, она уже видела Билла в тюрьме, в полосатой куртке каторжника, или всходящим на виселицу в Сен-Квентине, а их домик на Пайн-стрит осажденным репортерами и фотографами.</p>
      <p>Но беда пришла неожиданно и не с той стороны, откуда она могла грозить. Их жилец Гармон, как-то проходя через кухню на работу, остановился, чтобы рассказать ей о крушении, происшедшем накануне возле болот Элвайзо, и о том, как машинист, лежавший под опрокинувшимся паровозом, хотя и остался цел и невредим, но не имел возможности спастись от надвигавшегося прилива и умолял пристрелить его. В это время в кухню вошел Билл, и по мрачному блеску его глаз, по опухшим векам она поняла, что он опять сильно выпил. Он злобно посмотрел на Гармона и, не поздоровавшись ни с ним, ни с женой, привалился плечом к стене.</p>
      <p>Гармон почувствовал создавшуюся неловкость, но сделал вид, будто ничего не замечает.</p>
      <p>— Я только что рассказывал вашей жене… — начал он.</p>
      <p>Но Билл тотчас с бешенством прервал его:</p>
      <p>— А мне наплевать, что вы ей рассказывали! Но я хочу кое-что сказать вам, мистер! Моей жене приходится убирать вашу постель, и это мне не нравится.</p>
      <p>— Билли! — воскликнула Саксон, побагровев от гнева, обиды и стыда.</p>
      <p>Билл сделал вид, что не слышит.</p>
      <p>Гармон пробормотал:</p>
      <p>— Я не понимаю…</p>
      <p>— Ну, мне просто не нравится твоя рожа! — крикнул Билл. — Одним словом, проваливай, я тебя не держу!</p>
      <p>Вон! Чтобы духу твоего здесь не было! Понял?</p>
      <p>— Не знаю, что это на него нашло, — задыхаясь, шепнула Саксон кочегару. — Он не в себе. Господи, как мне стыдно, как стыдно!</p>
      <p>Билл повернулся к ней:</p>
      <p>— А ты заткни глотку и не суйся не в свое дело!</p>
      <p>— Но, Билли, подумай только, что ты говоришь! — пыталась она его урезонить.</p>
      <p>— Убирайтесь, говорю вам! А ты пошла в свою комнату.</p>
      <p>— Послушайте, — вмешался, наконец, Гармон, — разве так с человеком разговаривают?</p>
      <p>— Я и то вас слишком долго терпел! — огрызнулся Билл.</p>
      <p>— Платил я, кажется, исправно. Верно?</p>
      <p>— А мне давно следовало пробить тебе башку, да и теперь еще не поздно.</p>
      <p>— Билли, если ты позволишь себе… — начала Саксон.</p>
      <p>— А ты все еще тут? Сейчас же уходи в другую комнату, не то я заставлю тебя…</p>
      <p>Он схватил ее за локоть. Она уперлась. Но это продолжалось мгновенье: его пальцы так больно стиснули ее мышцы, что она поняла, как бесполезно противиться такой силе. В гостиной она упала в кресло, рыдая и прислушиваясь к тому, что происходит в кухне.</p>
      <p>— Во всяком случае я доживу до конца недели, — заявил кочегар, — Я заплатил вперед.</p>
      <p>— Берегись, если хочешь остаться цел… ты и твое барахло! — Голос Билла дрожал от ярости, хотя он говорил очень медленно, почти нараспев. — Мое терпение может каждую минуту лопнуть…</p>
      <p>— Да я знаю, вы известный скандалист… — начал опять кочегар.</p>
      <p>Но тут раздался звук — несомненно, звук удара, затем звон разбитого стекла, шум свалки на крыльце и глухой стук тела, катящегося по ступенькам. Саксон слышала, как Билл вернулся в кухню, повозился там и начал заметать битое стекло у кухонной двери. Потом он вымылся под краном, посвистывая, вытер лицо и руки полотенцем и вошел к ней в комнату. Она даже на него не взглянула; ей было слишком тяжело и больно. Он постоял в нерешительности, словно что-то обдумывал.</p>
      <p>— Пойду в город, — сказал он, наконец. — Там митинг нашего союза. Если я не вернусь, значит, этот негодяй подал на меня жалобу.</p>
      <p>Он открыл дверь в прихожую и остановился. Она знала, что он смотрит на нее. Потом дверь закрылась, и она слышала, как он спустился по ступенькам.</p>
      <p>Саксон была ошеломлена. Она ни о чем не думала, ничего не понимала. Все случившееся казалось ей невероятным, невозможным. Оцепенев, с закрытыми глазами, лежала она в кресле, голова ее была пуста; нестерпимо угнетала и томила уверенность, что теперь всему, всему конец.</p>
      <p>Ее привели в себя голоса детей, игравших на улице. Уже совсем стемнело. Она ощупью нашла лампу и зажгла ее. В кухне она долго смотрела остановившимся взглядом на жалкий недоварившийся ужин, и губы ее дрожали. Огонь в плите потух, из кастрюли с картошкой вода вся выкипела; когда она подняла крышку, в лицо ей пахнуло пригоревшим. Она машинально опорожнила и вычистила кастрюлю, привела кухню в порядок, почистила и нарезала картошку на завтра. Так же машинально легла в постель. Это спокойствие, это равнодушие не были естественными, но они так сильно овладели ею, что едва она закрыла глаза, как тотчас заснула. Она проснулась, когда солнце ярким светом уже заливало комнату.</p>
      <p>Миновала первая ночь, которую она провела в разлуке с Биллом. Саксон была поражена: как это она могла спать и не беспокоиться о нем? Она лежала с широко открытыми глазами, почти без мыслей, пока не обратила внимание на какую-то боль в руке. Оказалось, что болит то место, которое стиснул Билл. Осмотрев руку, она обнаружила кровоподтек и огромный синяк. И она удивилась не тому, что это с ней сделал тот, кого она любила больше всего на свете, но тому, что можно, сжав руку на миг, так повредить ее. Да, мужская сила — страшная штука. И совершенно безучастно, как будто это ее вовсе не касалось, она задумалась над вопросом: кто же сильнее, Чарли Лонг или Билл?</p>
      <p>Только одевшись и разведя огонь, она стала размышлять о более насущных вещах. Билл не вернулся. Значит, он арестован. Что ей делать? Оставить его в тюрьме? Уйти и начать жизнь сначала? Конечно, немыслимо продолжать жизнь с человеком, который мог так поступить. «Но, — подумала она, — с другой стороны, разве это уж так немыслимо? Все же он ее муж». «На горе и на радость» — эти слова не переставали звучать в ее сознании, как однообразный аккомпанемент к ее мыслям. Бросить его</p>
      <p>— значило сдаться. Она попыталась представить себе, как бы решила этот вопрос ее мать. Нет, Дэзи никогда бы не сдалась. Значит, и она, Саксон, должна бороться. И кроме того, нельзя не признать, — правда, она думала об этом теперь холодно и равнодушно, — что Билл все-таки лучше многих мужей; действительно, он был лучше всех, о ком она когда-либо слыхала, и ей невольно вспомнились его былая мягкость и деликатность, а особенно его постоянная поговорка: «Нет, нам подавай самое лучшее. Робертсы не скряги».</p>
      <p>В одиннадцать часов к ней зашел товарищ Билла — Бэд Стродзерс, несший вместе с ним обязанность пикетчика. Он сообщил ей, что Билл отказался от того, чтобы его взяли на поруки, отказался от защитника, просил, чтобы его дело разбиралось в суде, признал себя виновным и приговорен к шестидесяти долларам штрафа или к месяцу тюрьмы. Кроме того, он не пожелал, чтобы товарищи внесли за него этот штраф.</p>
      <p>— Он ничего и слышать не хочет, — закончил Стродзерс, — он прямо как полоумный. «Отсижу, говорит, сколько положено». По-моему, он немножко рехнулся. Вот он написал вам записку. Как только вам что-нибудь понадобится, пошлите за мной. Мы все поможем жене Билла. Как у вас насчет денег?</p>
      <p>Она гордо отказалась от всяких денег и только после ухода Стродзерса прочла записку Билла:</p>
      <p>«Дорогая Саксон, Бэд Стродзерс передаст тебе эту записку. Не горюй обо мне. Я решил принять горькое лекарство. Я заслужил его, ты знаешь. Вероятно, я спятил. Но я все равно очень сожалею о том, что натворил. Не приходи меня навещать. Я не хочу. Если тебе нужны деньги, обратись в союз, он даст; тамошний секретарь очень хороший человек. Я выйду через месяц. Помни, Саксон, я люблю тебя, и скажи себе, что на этот раз ты меня прощаешь. Поверь, тебе никогда больше не придется меня прощать».</p>
      <p>После Стродзерса явились Мэгги Донэхью и миссис Олсен, они пришли, как добрые соседки, навестить ее и развлечь и, предлагая ей свою помощь, были настолько тактичны, что почти не коснулись неприятной истории, в которую попал Билл.</p>
      <p>Под вечер явился Джеймс Гармон. Он слегка прихрамывал, но Саксон видела, что кочегар изо всех сил старается скрыть это явное доказательство самоуправства Билла. Она начала извиняться, однако он и слушать ее не хотел.</p>
      <p>— Я вас и не виню, миссис Роберте. Я знаю, что вы тут ни при чем. Ваш муж был, видно, не в себе. У него много всяких неприятностей, и я, к несчастью, попался ему под руку. Вот и все.</p>
      <p>— Да, но…</p>
      <p>Кочегар покачал головой.</p>
      <p>— Я все это очень хорошо понимаю. Я и сам прежде частенько напивался и тоже куролесил порядочно. Зря я подал на него жалобу. Но уж очень я в ту минуту был обижен, вот и погорячился. Теперь-то я поостыл и жалею, что не сдержался и затеял всю эту историю.</p>
      <p>— Вы очень милый и добрый… — сказала Саксон и замялась, но потом все же решилась высказать то, что ее тревожило: — … Вы… вам теперь неудобно оставаться у нас… раз его нет дома… Вы же понимаете…</p>
      <p>— Ну конечно. Я сейчас переоденусь и уложусь, а к шести часам пришлю лошадь за вещами. Вот ключ от кухонной двери.</p>
      <p>Как он ни отказывался, она заставила его взять обратно уплаченные вперед деньги. Он крепко и сердечно пожал ей на прощанье руку и взял обещание, что в случае необходимости она непременно займет у него денег.</p>
      <p>— Тут ничего плохого нет, — уверял он ее. — Я ведь женат, у меня два мальчика. У одного из них легкие не в порядке, вот они и живут с матерью в Аризоне, на свежем воздухе. Правление дороги устроило им проезд со скидкой.</p>
      <p>И когда он спускался с крыльца, она подивилась, что в этом злом и жестоком мире нашелся такой добрый человек.</p>
      <p>В этот вечер малыш Донэхью забросил ей газету, — в ней полстолбца были посвящены Биллу. Читать было очень невесело. Газета отмечала тот факт, что Билл предстал на суде весь в синяках, полученных, очевидно, в какой-то другой драке. Он был изображен буяном, озорником и бездельником, который не должен состоять в союзе, ибо только позорит организованных рабочих. Его нападение на кочегара — безобразное и ничем не вызванное хулиганство, и если, возмущалась газета, бастующие возчики все на него похожи, то единственная разумная мера — это разогнать весь союз и выселить его членов из города. В заключение автор статьи жаловался на излишнюю мягкость приговора. Преступника следовало закатать по крайней мере на полгода. Приводились слова судьи, будто бы высказавшего сожаление по поводу того, что он не мог посадить его на шесть месяцев, так как тюрьмы переполнены по случаю многочисленных эксцессов, имевших место во время последних забастовок.</p>
      <p>В эту ночь Саксон, ледка в постели, впервые почувствовала свое одиночество. Ее мучили кошмары, она то и дело просыпалась, ей все чудилось, что она видит смутные очертания лежащего рядом Билла, и она тщетно шарила по кровати. Наконец, она зажгла лампу и продолжала лежать с широко открытыми глазами, глядя в потолок и все вновь и вновь перебирая в уме подробности постигшего ее несчастья. Она и прощала Билла — и не могла простить вполне. Удар, нанесенный ее любви, был слишком внезапен, слишком жесток. Ее гордость была оскорблена, и она не могла забыть о теперешнем Билле и вспоминать только о том, которого когда-то любила. Напрасно она повторяла себе, что с пьяного какой спрос: это не могло оправдать поведение того, кто спал рядом с ней, кому она отдала себя, отдала целиком. И она плакала от одиночества на своей чересчур широкой постели, стараясь забыть его непонятную жестокость и прижимаясь щекой к зашибленному им локтю даже с какой-то неясностью. И все-таки в ней кипело возмущение против Билла и всего, что он натворил. Горло у нее пересохло, в груди была ноющая боль, сердце мучительно замирало, в мозгу неотвязно стучало: отчего? Отчего? Но она не находила ответа.</p>
      <p>Утром к ней пришла Сара, — второй раз после ее замужества, — и Саксон без труда отгадала причину этого посещения. В ее душе мгновенно пробудилась вся былая гордость. Она не стала защищаться. Она держалась так, словно и не нужно было никаких объяснений или оправданий. Все в порядке, да и ее дела никого не касаются. Но такой тон только оскорбил Сару.</p>
      <p>— Я ведь предупреждала тебя! — начала она свою атаку. — Этого ты отрицать не можешь. Я всегда говорила, что он негодяй, хулиган, что место ему только в тюрьме. У меня душа ушла в пятки, когда я узнала, что ты хороводишься с боксером. И я тебе тогда же прямо сказала. Так нет! Ты и слушать не хотела! Как же! С твоими фанабериями да с дюжиной туфель, каких не бывает ни у одной порядочной женщины! Но ведь тебе нельзя слова сказать! И я тогда же предупредила Тома: «Ну, говорю, теперь Саксон погибла!» Вот этими самыми словами! Коготок увяз, всей птичке пропасть! Почему ты не вышла за Чарли Лонга? Хоть семью-то не позорила бы! И помни, это только начало! Только начало! Чем он кончит</p>
      <p>— одному богу известно! Он еще убьет кого-нибудь, этот твой негодяй. Ты дождешься, что его повесят! Погоди! Придет время, вспомнишь мои слова. Как постелешь, так и поспишь!</p>
      <p>— Лучшей постели у меня никогда не было! — возразила Саксон.</p>
      <p>— Да уж конечно, конечно! — издевалась Сара.</p>
      <p>— Я не променяла бы ее на королевское ложе, — прибавила молодая женщина.</p>
      <p>— Все равно каторжник, как ни защищай! — продолжала кипятиться Сара.</p>
      <p>— Ничего, теперь это модно! — беспечно возразила Саксон. — С каждым может приключиться. Ведь Том, кажется, тоже был арестован на каком-то уличном митинге социалистов? Теперь не шутка попасть в тюрьму!..</p>
      <p>Напоминание о Томе достигло цели.</p>
      <p>— Но Тома оправдали, — поспешно отозвалась Сара.</p>
      <p>— Все равно он провел ночь в тюрьме, даже на поруки не отпустили.</p>
      <p>На это Саре возразить было нечего, и она, по своему обыкновению, повела атаку с другой стороны:</p>
      <p>— Тоже, хороша эта история с кочегаром! Есть с чем поздравить особу, воспитанную так деликатно, как ты! Спутаться с жильцом!</p>
      <p>— Кто смеет это говорить? — вспылила Саксон, но тотчас же овладела собой.</p>
      <p>— Ну, есть вещи, которые даже слепой увидит! Жилец, молодая женщина, потерявшая всякое уважение к себе, и муж — боксер!.. Спрашивается, из-за чего же они могли подраться?</p>
      <p>— Мало ли из-за чего ссорятся добрые супруги, — лукаво улыбнулась Саксон.</p>
      <p>Сара онемела и в первую минуту даже не нашлась, что ответить.</p>
      <p>— Я хочу, чтобы ты поняла меня, — продолжала Саксон. — Женщина должна гордиться, если из-за нее дерутся мужчины. И я горжусь! Слышишь? Горжусь! Так и скажи! Всем своим соседям скажи! Я не корова. Я нравлюсь мужчинам. Мужчины из-за меня дерутся! Идут в тюрьму из-за меня! Зачем женщине и жить на свете, как не для того, чтобы нравиться мужчинам? А теперь ступай, Сара! Ступай и расскажи всем о том, что «увидит даже слепой»… Поди и скажи, что Билл каторжник, а я дурная женщина, за которой гоняются все мужчины. Кричи об этом на всех перекрестках, желаю тебе удачи… Но из моего дома уходи. И чтобы твоей ноги здесь больше не было! Ты слишком порядочная женщина, и тебе у нас не место! Ты можешь испортить свою репутацию! Подумай о своих детях. Уходи!</p>
      <p>Только когда пораженная и возмущенная Сара ушла, Саксон бросилась на постель и судорожно разрыдалась. До сих пор ей было стыдно только оттого, что Билл так грубо и несправедливо обошелся с их жильцом, но теперь она поняла, как смотрят на дело посторонние. Ей самой и в голову не приходило такое объяснение. Она была уверена, что ничего подобного не приходило в голову и Биллу. Она знала его отношение к этому вопросу: он не хотел пускать жильца из гордости, чтобы не обременять жену лишней работой; только нужда заставила его согласиться. И, оглядываясь назад, Саксон вспомнила, что с трудом уговорила его пустить кочегара.</p>
      <p>Но все это не меняло точки зрения соседей и всех, кто ее знал. И здесь опять-таки виноват Билл. Положение, в которое он ее поставил, ужаснее, чем все его проступки. Теперь она никому не сможет смотреть в глаза. Правда, и Мэгги Донэхью и миссис Олсен были к ней очень добры. Но о чем они все время думали, беседуя с ней, когда сюда приходили? И что они друг другу говорили, уйдя от нее? Что говорили все, выходя к своим калиткам, на свои крылечки? Что говорили мужчины, стоя на углу и выпивая в барах?</p>
      <p>Позднее, когда она уже устала от своего горя и выплакала все свои слезы, она постаралась взглянуть на дело со стороны, представив себе, что должны были пережить сотни женщин с тех пор, как начались стачка и беспорядки, — особенно такие, как жена Отто Фрэнка, Гендерсона, Мери, хорошенькая Китти Брэйди и вообще жены тех, кто теперь сидел в сен-квентинской тюрьме. Привычный мир рушился вокруг нее. Судьба никого не пощадила, не пощадила и ее, — наоборот, к ее бедствиям прибавился еще позор. С отчаянием старалась она внушить себе, что просто спит, что все это только дурной сон… вот-вот затрещит будильник, и она встанет, примется готовить завтрак и Билл уйдет на работу. Весь этот день она провела в постели, но так и не уснула. Все у нее в голове кружилось и путалось; возбужденное воображение то рисовало ей снова ряд постигших ее несчастий и ее позор, как она его называла, а также множество самых фантастических подробностей, — то уносило к воспоминаниям детских лет, развертывая перед ней все новые и новые будничные картины: она выполняла опять всю работу, какой когда-либо в жизни занималась, мысленно повторяя сделанные ею некогда бесчисленные автоматические движения: резала и клеила картон в картонажной мастерской, гладила белье в прачечной, сучила нитки на джутовой фабрике, перебирала фрукты на консервном заводе и заготовляла тысячи банок с очищенными томатами. Она снова танцевала на балах и веселилась на прогулках; она вспоминала вновь свои школьные годы, лица и имена товарищей и где кто сидел, тяжелые мрачные времена приюта, рассказы матери о былом и, наконец, свою жизнь с Биллом. Но всякий раз</p>
      <p>— и это было самое мучительное — от всех этих далеких воспоминаний ее словно отрывала чья-то злая рука, неумолимо возвращая к действительности. И тогда она опять чувствовала, как у нее пересохло горло, как болит сердце, какая во всем теле пустота и мучительная слабость.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятнадцатая</p>
      </title>
      <p>Всю ночь Саксон не спала и даже не раздевалась, а когда утром встала, умылась и причесала волосы, то ощутила в руках и в ногах странное онемение, голова была точно стиснута тяжелым железным обручем. Она заболевала, хотя и не догадывалась об этом, и только чувствовала, что с ней творится что-то странное. Не лихорадка и не простуда, — физически она была совсем здорова, и потому решила, что все дело в нервах, а, по ее понятиям и понятиям людей ее класса, нервы</p>
      <p>— это не болезнь.</p>
      <p>У нее было странное ощущение, словно она потеряла себя, словно она чужда самой себе, а окружающий мир казался ей каким-то тусклым и мглистым, — он утратил определенность своих очертаний, стал неживым. В ее памяти появились какие-то провалы, она все время ловила себя на том, что делает то, что вовсе не собиралась делать. Так, к своему удивлению, она вдруг застала себя на заднем дворе, развешивающей белье после еженедельной стирки. Но она не помнила, чтобы занималась стиркой, хотя все было выполнено ею в точности, как полагалось: она прокипятила простыни, наволочки и столовое белье; шерстяные вещи Билла выстирала в теплой воде домашним мылом, изготовленным по рецепту Мерседес. Далее выяснилось, что за завтраком она съела баранью котлету. Очевидно, она ходила в мясную за мясом, но совершенно этого не помнила. С любопытством вошла она в спальню. Постель была прибрана, и все оказалось в полном порядке.</p>
      <p>В сумерки она нашла себя сидящей в кресле у окна и плачущей от какой-то великой радости. Сначала она не знала, что это за радость, но потом поняла, что радуется смерти своего ребенка.</p>
      <p>— Счастье! Счастье! — повторяла она нараспев, ломая руки, но ломая их от радости, — она была уверена, что от радости.</p>
      <p>Дни приходили и уходили. Она почти не замечала времени. Иногда ей казалось, что прошли века с тех пор, как Билла посадили в тюрьму; а иногда — что это произошло только прошлой ночью. Но две мысли не выходили у нее из головы: что не нужно навещать Билла и что смерть ее ребенка — счастье.</p>
      <p>Однажды ее навестил Бэд Стродзерс. Она сидела с ним в гостиной и разговаривала, но почему-то не могла отвести глаз от его обтрепанных брюк. В другой раз приходил секретарь союза. Ему, так же как и Стродзерсу, она сказала, что все в порядке, деньги ей не нужны, она отлично доживет до того, как муж выйдет на волю.</p>
      <p>Временами ее охватывал ужас. «Выйдет на волю!» Нет! Этого не может быть, не должно быть! Не нужно другого ребенка! А вдруг он будет жить? Нет, тысячу раз нет! Лучше убежать из дому. Лучше никогда не видеть Билла. Только не это. Только не это!</p>
      <p>Ее страх не проходил. В сновидениях, полных кошмаров, это опасение становилось фактом; она вскрикивала и просыпалась, дрожа, в холодном поту. Саксон начала страдать бессонницей. Иногда ей казалось, что она совсем разучилась спать, — и тут она вспомнила, что ее мать умерла от бессонницы.</p>
      <p>В один прекрасный день молодая женщина очнулась в кабинете доктора Гентли. Он озабоченно смотрел на нее.</p>
      <p>— Питаетесь вы хорошо? — спросил он.</p>
      <p>Она кивнула.</p>
      <p>— Серьезные неприятности? Она покачала головой.</p>
      <p>— Все в порядке, доктор… Кроме…</p>
      <p>— Ну? Ну? — поддержал он ее.</p>
      <p>Тогда она поняла, зачем пришла сюда. Она рассказала ему все — ясно и просто. Он медленно покачал головой.</p>
      <p>— Этого нельзя, маленькая женщина, — сказал он.</p>
      <p>— Нет! Я знаю, что можно! — воскликнула она.</p>
      <p>— Не в этом дело, — возразил он. — Я не могу дать вам никакого средства. Я не имею права… Это запрещено законом. Сейчас один врач как раз за это сидит в ливенуортской тюрьме.</p>
      <p>Напрасно она умоляла его. Он отказывался: у него жена и дети, он не может рисковать.</p>
      <p>— И потом — пока нет никаких данных, что это случится.</p>
      <p>— Случится, непременно случится.</p>
      <p>В ответ он только грустно покачал головой.</p>
      <p>— Зачем вам нужно такое средство? Тогда Саксон излила ему всю свою душу. Она рассказала о первых месяцах счастья с Биллом, о тяжелых временах, вызванных стачкой и беспорядками, о мучительной перемене в Билле и о своем глубоком и непреодолимом ужасе перед новой беременностью. Не смерти ребенка боится она теперь: она перенесла бы ее, — она боится, что он будет жить. Скоро Билл вернется домой, и тогда ей опять будет угрожать опасность. Пусть доктор скажет только несколько слов. Никто не узнает. Никакими пытками из нее не вытянут этого секрета.</p>
      <p>Но доктор продолжал покачивать головой.</p>
      <p>— Не могу, маленькая женщина. Мне очень стыдно, но я не вправе рисковать. У меня связаны руки. Наши законы отстали от жизни. Но я должен беречь судьбу тех, кто мне дорог.</p>
      <p>Он сдался лишь, когда она встала, чтобы уходить.</p>
      <p>— Подите сюда, — позвал он ее. — Сядьте поближе.</p>
      <p>Он наклонился к ее уху, но потом еще раз встал, быстро подошел к двери, из предосторожности открыл ее и выглянул наружу.</p>
      <p>Когда он снова сел, то придвинул к ней свой стул так близко, что их локти соприкасались и его борода щекотала ей ухо.</p>
      <p>— Нет, нет, — прервал он ее в ответ на слова благодарности. — Я вам ничего не сказал. Вы пришли за советом насчет общего состояния своего здоровья. Вы потеряли много сил и чувствуете себя плохо…</p>
      <p>С этими словами он проводил Саксон до двери. Когда он открыл ее, в приемной стоял другой пациент, он ожидал зубного врача, принимавшего в соседнем кабинете. Доктор Гентли проговорил очень громко:</p>
      <p>— Пейте лекарство, которое я вам прописал; а главное, налегайте на еду, когда аппетит вернется. Ешьте здоровую, питательную пищу, как можно больше бифштексов, и притом не пережаривайте их. До свиданья!</p>
      <p>Иногда Саксон становилось невыносимо в ее молчаливом доме; она накидывала шарф и уходила на Оклендский мол или, миновав железнодорожные мастерские и болота, отправлялась на Песчаную отмель, где, как ей рассказывал Билл, он любил купаться. Ходила она и к докам, спускалась со свай по вбитым в них железным костылям и по настилу пробиралась к Каменной стене, которая далеко выдавалась в море и отделяла илистые отмели от устья реки Окленд, наполнявшегося водой во время прилива. Здесь дул свежий морской ветер; позади нее Окленд тонул в мглистом облаке дыма, а по ту сторону бухты — перед ней — таким же мглистым пятном лежал Сан-Франциско. Мимо нее по устью реки проплывали буксирные пароходики, таща за собой большие суда и яхты с высокими мачтами.</p>
      <p>Саксон смотрела на эти суда и на сновавших матросов и думала о том, в какие дальние странствия, к каким неведомым свободным берегам они уходят. Или жизнь там так же несправедлива и жестока, как в Окленде! И люди поступают со своими товарищами так же грубо, гадко и бесчестно? Ей казалось почему-то, что это не так, и хотелось пуститься в дальнее плавание, почувствовать себя совершенно свободной и плыть неизвестно куда — все равно, лишь бы уйти от этой жизни, которой она отдала лучшее, что у нее было, а жизнь в ответ растоптала ее душу.</p>
      <p>Она часто не замечала, что уходит из дома, и не знала, куда пойдет. Однажды она очнулась в какой-то странной, незнакомой ей части города. Перед ней тянулась широкая улица, обсаженная ровными рядами тенистых деревьев. Бархатистые лужайки, пересеченные асфальтовыми тротуарами, спускались к водостокам. Большие дома не теснились друг к другу. Они ей казались прямо замками. На углу стоял автомобиль, и ее привел в себя вид молодого человека, сидевшего на шоферском месте. Молодой человек с любопытством смотрел на нее, и она узнала в нем Роя Бланшара, того самого, которого тогда, у «Форума», Билл обещал хорошенько проучить. Подле автомобиля стоял без шляпы другой молодой человек. Его она тоже узнала: это он когда-то на пикнике, где она впервые встретилась с Биллом, бросил свою трость в ноги бегущему Тиму и вызвал этим всеобщую свалку. Он тоже смотрел на нее с удивлением. И она вдруг поняла, что разговаривает вслух сама с собой, — она еще слышала свои последние слова. Саксон смутилась, горячий румянец стыда окрасил ее щеки, и она ускорила шаг. Бланшар выскочил из автомобиля и подошел к ней, держа шляпу в руке.</p>
      <p>— С вами что-нибудь случилось? — спросил он.</p>
      <p>Она покачала головой и приостановилась, всем своим видом показывая, что хочет идти дальше.</p>
      <p>— Я знаю вас, — сказал он, всматриваясь в ее лицо. — Вы были тогда с тем парнем, который обещал меня поколотить.</p>
      <p>— Это мой муж, — сказала она.</p>
      <p>— А-а. Ну и бог с ним!.. — Он смотрел на нее веселым и открытым взглядом. — Но что с вами? Не могу ли я вам чем-нибудь помочь? Я вижу, что-то у вас неладно.</p>
      <p>— Нет, все в порядке, просто я была больна, — солгала она; вернее, она думала, что солгала, ибо ей не приходило в голову объяснить свое странное поведение болезнью.</p>
      <p>— Но у вас очень усталый вид, — настаивал он. — Я могу посадить вас в машину и отвезти, куда вы захотите. У меня есть время.</p>
      <p>Саксон покачала головой.</p>
      <p>— Нет… Пожалуйста, скажите мне только, где здесь трамвай, который идет на Восьмую улицу? Я редко бываю в этой части города.</p>
      <p>Он сказал ей, где трамвайная остановка и какие нужны пересадки, и она удивилась тому, как далеко зашла.</p>
      <p>— Благодарю вас, — проговорила она. — Прощайте.</p>
      <p>— Я действительно ничем вам не могу помочь?</p>
      <p>— Действительно ничем.</p>
      <p>— Ну, тогда до свиданья, — приветливо улыбнулся он. — И скажите вашему мужу, чтобы он хорошенько тренировался. Ему это очень пригодится при нашей встрече.</p>
      <p>— Но вы не должны драться с ним, — поспешила она предостеречь его.</p>
      <p>— Не деритесь… Не деритесь… Ничего хорошего для вас из этого не выйдет.</p>
      <p>— Однако вы молодец, — удивился он. — Вот как надо защищать честь своего мужа! Другая женщина испугалась бы, что его поколотят…</p>
      <p>— Но я боюсь… не за него. За вас. Он боксер и чудовищно силен. У вас нет никакой надежды на победу. Избить вас — ему все равно что… что…</p>
      <p>— Отнять у ребенка конфету? — подсказал Бланшар.</p>
      <p>— Да, да, — кивнула она. — Он так бы и выразился.</p>
      <p>И если он скажет вам: «Что ты стоишь, я не держу тебя», — берегитесь… А теперь мне пора. До свиданья и еще раз спасибо.</p>
      <p>Она пошла дальше по улице, и его приветливое «до свиданья» все еще звучало у нее в ушах. Он, по-видимому, не злой, надо это честно признать. А все-таки он не из «глупцов», он из класса господ, которые, по словам Билла, виноваты и в угнетении женщин и в тех жестоких карах, которым подвергались рабочие, брошенные на долгие годы в тюрьму или томившиеся в камерах смертников в ожидании казни. И подумать только, что он показался ей добрым, мягким, чистым! Она читала это в каждой черте его лица. Но как это могло быть, раз он нес ответственность за такие преступления? Саксон печально покачала головой. Ответа не было, и не было объяснения этому миру, где гибли дети и разбивались сердца матерей.</p>
      <p>Это дальнее путешествие, которое неожиданно завело ее в кварталы богачей, нисколько не удивило ее. Она забрела сюда в особом состоянии. Она делала теперь множество вещей, совершенно не зная, зачем она их делает.</p>
      <p>Однако надо быть поосторожнее. Лучше уж ограничить свои прогулки болотами и Каменной стеной.</p>
      <p>Больше всего полюбилась ей Каменная стена. Здесь был такой простор, такое приволье! Она инстинктивно старалась дышать как можно глубже и протягивала руки, словно желая обнять всю природу и слиться с ней. Этот мир казался ей и более естественным и более разумным. Его она понимала: понимала зеленых крабов с беловатыми клешнями, которые удирали от нее, а в часы отлива паслись на скалах, поросших зелеными водорослями; здесь, несмотря на возведенную человеческими руками стену, не было ничего искусственного, здесь не было людей с их жестокими законами, с их борьбой. Прилив сменялся отливом; солнце вставало и садилось. Каждый вечер в Золотые ворота врывался смелый западный ветер, рябил воду, вздымал небольшие волны и подгонял легкие парусные суда. Все совершалось по строго заведенному порядку. И все здесь было свободно. Кругом валялись сучья для топлива, его никто не продавал — бери сколько хочешь. Мальчишки ловили со скал самодельными удочками рыбу, и никто их за это не преследовал; так ловил когда-то рыбу и Билл и Кол Хэтчинс. Билл рассказывал ей про громадного окуня, которого Хэтчинс поймал в день солнечного затмения. Наверно, Колу тогда и не грезилось, что свои лучшие годы он проведет в тюрьме.</p>
      <p>Здесь можно было найти пищу — даровую пищу. Однажды, когда она пришла сюда совсем голодная, она стала наблюдать за мальчишками и решила последовать их примеру: набрала ракушек, оставленных на скалах приливом, и зажарила их на углях костра, который тут же развела. Они ей показались необыкновенно вкусными. Потом она научилась отдирать от камней мелких устриц, а однажды нашла связку только что пойманной рыбы, которую забыл какой-то мальчуган.</p>
      <p>Однако волны иногда выносили на берег предметы, напоминавшие ей и о зловредной людской деятельности там, в городах. Раз во время прилива она увидела, что всюду на воде плавают дыни; они подпрыгивали на волнах, тысячами подплывали к берегу; и когда их выбрасывало на скалы, она легко могла их достать. Но все — хотя она терпеливо пересмотрела несколько десятков — не годились для еды: на каждой был длинный надрез, из которого сочилась соленая вода. Она не могла понять, зачем понадобилось делать эти надрезы, и спросила старуху португалку, собиравшую выброшенные морем щепки.</p>
      <p>— Это делают люди, у которых слишком много всего, — пояснила старуха, выпрямляя одеревеневшую от работы спину с таким усилием, что Саксон казалось, она слышит, как трещат ее кости. Черные глаза старухи гневно сверкнули, и горькая улыбка растянула морщинистые губы над беззубыми деснами. — Да, люди, у которых всего хоть завались. Они делают это, чтобы цены стояли высокие. Эти дыни, наверно, выкинуты в воду с судов в Сан-Франциско.</p>
      <p>— Но почему же их не раздадут беднякам? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Чтобы не упали цены.</p>
      <p>— Да ведь бедняки все равно их покупать не могут, — возразила Саксон. — При чем же тут цена?</p>
      <p>Старуха пожала плечами:</p>
      <p>— Не знаю. Почему-то так делается. Они взрезают каждую дыню, чтобы бедняки не могли их вылавливать и есть. То же самое они делают и с яблоками и с апельсинами. А рыбаки!.. Теперь всем у них заправляет трест. Когда улов слишком велик, трест вываливает рыбу с Рыбацкой пристани прямо в море, лодку за лодкой, полные доверху чудной рыбой. И эта рыба пропадает даром и никому не достается, хотя она уже мертвая и годится только для еды. А рыба — вещь очень вкусная.</p>
      <p>И опять Саксон не понимала, что это за мир, где происходят такие дела, где у одних столько еды, что они ее выбрасывают, да еще платят за то, чтобы ее портили; а в то же время так много, так бесконечно много голодных, и дети мрут оттого, что пьют молоко истощенных матерей, и мужчины убивают друг друга, чтобы как-нибудь добыть работу, и старики и старухи вынуждены уходить в богадельню, потому что в жалких лачугах, которые они, плача, покидают, их уже не могут прокормить. «Неужели везде на земле одинаково?» — спрашивала она себя, вспоминая рассказы Мерседес. Да, видно, мир так устроен! Разве Мерседес не была свидетельницей того, как в далекой Индии десять тысяч семейств умирали от голода, в то время как брильянты, которые она носила, могли бы их всех спасти? Да, для глупцов — богадельня и чаны с рассолом, а для умных — автомобили и брильянты.</p>
      <p>Она принадлежит к «глупцам». Так оно и есть. По всему видно. Однако Саксон не хотела с этим соглашаться. Она — не глупая. И мать и ее предки-пионеры отнюдь не были глупыми. А все-таки выходило, что так. Ведь вот она сидит тут, дома есть нечего, любимый муж огрубел, озверел и томится в тюрьме, а из ее объятий, из ее сердца вырван ребенок, который мог бы лежать там, если бы глупцы, сражаясь из-за работы, не превратили ее палисадника в поле боя.</p>
      <p>И вот она сидела, терзаясь этими вопросами. Позади тусклым пятном маячил Окленд; впереди, по ту сторону бухты, тусклым пятном лежал Сан-Франциско. А между тем солнце было доброе, и ветер был добр, и чист соленый свежий воздух, овевавший ей лицо, и добрым было голубое небо с белыми облачками. Природа дышала правдой, красотой и лаской. И только мир человека нес в себе ложь, безумие и жестокость.</p>
      <p>Но почему же глупцы — глупы? Что это — закон, данный богом? Нет, не может быть — бог создал ветер, воздух, солнце. Человеческий мир создан человеком. И какой же он никудышный. Однако она очень хорошо помнит, ее учили этому в сиротском приюте, что бог создал все. Ее мать тоже верила в это, верила в такого бога. Другим мир и не мог быть. Это было предрешено.</p>
      <p>Некоторое время Саксон сидела подавленная и беспомощная. Но вдруг в ней проснулся мятежный дух. Тщетно вопрошала она, почему господь бог к ней так несправедлив. Что она совершила, чтобы заслужить такую участь? Она торопливо пересмотрела свою жизнь и не нашла в ней никаких смертных грехов. Она слушалась матери, слушалась трактирщика Кэди и его жены, слушалась надзирательницы и других женщин в приюте. Слушалась Тома, когда переехала к нему жить, и никогда не шаталась по улицам с подругами, потому что он был против. В школе она исправно переходила из класса в класс и вела себя безукоризненно. С первого же дня по окончании школы она работала не покладая рук до дня своего замужества. Работницей она тоже считалась хорошей. Владелец картонажной фабрики, маленький еврей, чуть не плакал, узнав, что она уходит. Так же было и на консервном заводе. Она была одной из лучших ткачих, когда ткацкая фабрика закрылась. И она оставалась честной девушкой — не потому, что была уродлива и непривлекательна. нет, — она тоже изведала и соблазны и опасности. Парни с ума сходили по ней. Они бегали за ней и дрались за нее с таким азартом, что большинству девушек это бы вскружило голову. Но она не поддалась. А затем появился Билли — ее награда. Она всем существом предалась ему, его дому, всему, что поддерживало бы и питало его любовь. А теперь и ее и Билли втягивало в водоворот бессмысленной нужды и горестей, созданных людьми в этом безумном мире.</p>
      <p>Нет, не бог устроил все это. Она и то устроила бы мир лучше, справедливее. А значит — бога нет. Не мог он так все запутать. Значит, ошибалась ее мать, ошибалась заведующая приютом — и никакого бессмертия нет; и прав был Берт, павший у ее калитки с неистовым предсмертным воплем. Человек бывает мертв задолго до своей смерти.</p>
      <p>Так, размышляя о жизни, лишенной сверхчувственного ореола, Саксон впала в угрюмый пессимизм. Нигде во всей вселенной нельзя было найти оправдания добру, и ниоткуда нельзя было ждать справедливой награды — ни ей, которая как-никак заслужила награду, ни тем миллионам несчастных, которые работали, как вьючные животные, умирали, как животные, и уже при жизни обречены были на вечную смерть. Подобно многим, жившим до нее и гораздо более образованным мыслителям, она пришла к заключению, что мир равнодушен к добру и ему нет дела до человека.</p>
      <p>Теперь Саксон чувствовала себя еще более подавленной и беспомощной, чем тогда, когда включала бога в систему общей несправедливости. Пока был бог, всегда оставалась надежда на какое-то чудо, на сверхъестественное вмешательство, на загробную награду в виде несказанного блаженства. А без бога мир — это просто западня. Жизнь — западня. И сама она — как пойманная мальчишками коноплянка в железной клетке. Душа ее трепещет и бьется о железную беспощадность фактов, точно коноплянка о железные прутья клетки. Но она не глупая. Она вырвется из западни. Ей там не место. Выход должен быть. Если какие-нибудь угольщики и дровосеки, последние из глупцов, могли выбиться, как говорилось в учебнике истории, если они становились президентами и правили всеми умными с их богатствами и автомобилями, то неужели она не найдет пути хотя бы к маленькой награде, о которой так мучительно грезит, — к Билли, — не добьется чуточки любви и счастья? Ей все равно, что мир равнодушен к добру, что нет ни бога, ни бессмертия. Она согласна лечь в могилу и остаться в ее мраке навеки, согласна на чаны с рассолом и на то, чтобы молодые люди кромсали инструментами ее тело, — но пусть ей дадут сначала хоть немножко счастья.</p>
      <p>Как бы она стала работать ради этого счастья! Как ценила бы каждую крупицу! Но где оно? Где к нему дорога? Этого она не знала, не могла себе представить. Она видела только мглу Сан-Франциско и мглу Окленда, там люди проламывали друг другу головы и убивали, там умирали младенцы, рожденные и не рожденные, там рыдали женщины о своем разбитом сердце.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестнадцатая</p>
      </title>
      <p>Это призрачное, как бы нереальное существование продолжалось. Саксон чудилось, что Билли ушел от нее во время какой-то другой жизни и что должна наступить новая жизнь, прежде чем он снова появится. Ее все еще мучила бессонница. Бывали ночи, много ночей, когда она ни на минуту не смыкала глаз. Случалось и так, что она засыпала на долгие часы и приходила в себя совершенно разбитая, не в силах открыть отяжелевшие веки. Ощущение железного обруча, сжимавшего голову, так и не проходило. Она очень плохо питалась, — денег у нее не было ни гроша. Иногда она не ела целыми днями. Однажды провела трое суток без пищи. Чтобы не умереть с голоду, она выкапывала из ила моллюсков, отдирала от скал маленьких устриц, собирала ракушки.</p>
      <p>И все-таки, когда Бэд Стродзерс заходил проведать ее, она уверяла, что ни в чем не нуждается. Однажды вечером, после работы, ее навестил Том и почти насильно сунул два доллара. Он был ужасно измучен. Охотно дал бы он ей больше, да Сара опять ждет ребенка, а в его работе наступило затишье — в результате забастовок на других производствах. Он положительно не знает, куда страна идет. А дело, в сущности, очень просто: нужно только смотреть на вещи так, как он на них смотрит, и голосовать за тех, за кого он голосует. Тогда каждый получал бы по справедливости.</p>
      <p>— Христос был социалист, — сказал Том.</p>
      <p>— Но Христос умер две тысячи лет назад, — заметила Саксон.</p>
      <p>— Ну и что же? — спросил Том, недоумевая.</p>
      <p>— А ты подумай, — продолжала она, — подумай обо всех мужчинах и женщинах, которые успели умереть за эти два тысячелетия, — а социализм все еще не наступил. Как знать, быть может, пройдет еще две тысячи лет, а мы будем все так же далеки от него. Твой социализм. Том, тебе никогда не дал ничего хорошего. Это мечта.</p>
      <p>— Он не был бы мечтой, если бы… — начал он с гневом.</p>
      <p>— Если бы все верили в него, как ты. А вот не верят.</p>
      <p>И тебе никак не удается убедить их.</p>
      <p>— Но мы с каждым годом становимся сильнее, — возразил Том.</p>
      <p>— Две тысячи лет — очень долгий срок, — проговорила она вполголоса.</p>
      <p>На усталом лице брата появилось печальное выражение, он кивнул.</p>
      <p>— Что ж, Саксон, если это и мечта, то прекрасная мечта.</p>
      <p>— А я не хочу мечтать, — последовал ответ. — Я хочу, чтобы это в жизни было. И хочу, чтобы теперь же.</p>
      <p>В ее воображении пронеслись бесчисленные поколения обездоленных глупцов, всех этих Биллов и Саксон, Бергов и Мери, Томов и Сар. К чему вся их жизнь? Впереди только чаны с рассолом да могилы. Мерседес злая и жестокая женщина, но она права: дуралеи и глупцы всегда окажутся под пятою умных. Только она, Саксон, дочь Дэзи, женщины, писавшей стихи, и храброго солдата на кавалерийской лошади, дочь тех мощных поколений, которые отвоевали полмира у первобытной природы и у дикарей, — только она не глупая. Это бесспорно. И она найдет выход.</p>
      <p>На данные ей Томом два доллара Саксон купила мешок муки и полмешка картофеля. Это внесло некоторое разнообразие в ее питание устрицами и ракушками. Следуя примеру итальянок и португалок, она собирала щепки и относила домой, однако из гордости старалась выбрать время, когда уже становилось темно. Однажды, сидя на низкой илистой отмели возле Каменной стены, она увидала рыбачью лодку, которую вытащили на песок, нанесенный из канала. Со своего места Саксон могла отчетливо разглядеть рыбаков итальянцев, собравшихся вокруг яркого костра; они ели поджаристый итальянский хлеб и рагу из мяса и овощей, запивая все это большими глотками дешевого красного вина. И она позавидовала их свободе, их аппетиту, их оживленному смеху и болтовне, в которых сказывалось влияние вольной кочевой жизни; позавидовала их лодке, которая не была привязана к одному месту, а несла их, куда они пожелают. Поужинав, они закинули сети на илистую отмель и, вытянув невод на песок, выбрали из него только самую крупную рыбу. Когда они, наконец, отплыли от берега, на песке остались издыхать тысячи мелких рыбешек, таких, как, например, сардины. Саксон набрала целый мешок этих рыбешек, отнесла их в два приема домой и посолила в кадке.</p>
      <p>По-прежнему она страдала провалами памяти. Самый странный свой поступок она совершила на Песчаной отмели. Однажды, после обеда, — было очень ветрено, — она вдруг оказалась лежащей в выкопанной ею яме; мешки служили ей одеялом. Она устроила над ямой даже нечто вроде крыши, смастерив ее из щепок и морской травы, а сверху еще насыпала песку.</p>
      <p>В другой раз она опомнилась, когда шла по болотам с вязанкой щепок за спиной. Рядом с ней шагал Чарли Лонг. Она видела его лицо при свете звезд и спрашивала себя, давно ли он тут и что он ей сказал. Несмотря на темноту и одиночество, несмотря на его силу и дикий нрав, она не боялась.</p>
      <p>— И такой женщине приходится собирать щепки. Какой позор! — говорил он, видимо, повторяя не раз уже сказанное. — Ведь вам стоит произнести только одно слово, Саксон, одно слово…</p>
      <p>Саксон остановилась и спокойно посмотрела на него.</p>
      <p>— Слушайте, Чарли Лонг. Билли приговорен к месяцу тюрьмы, и скоро его срок истекает. Когда я ему расскажу, с чем вы ко мне приставали, считайте, что вам больше не жить. Слушайте, если вы сейчас уйдете и не будете мне больше надоедать, — так и быть, я ему ничего не скажу. Вот и все, что я могу вам ответить.</p>
      <p>Огромный кузнец стоял перед ней в угрюмой нерешительности. Его лицо горело страстным желанием, руки бессознательно сжимались и разжимались.</p>
      <p>— Но вы такая маленькая, такая крошка… — сказал он с отчаянием,</p>
      <p>— я мог бы вас одной рукой переломить. Я мог бы… да, я мог бы сделать с вами все, что захочу. Но я не желаю причинять вам зло, Саксон, вы знаете… Скажите одно только слово…</p>
      <p>— Я уже все вам сказала.</p>
      <p>— Удивительно! — пробормотал он с невольным восхищением. — Вы не боитесь. Вы совсем не боитесь…</p>
      <p>Они долго смотрели друг на друга в молчании.</p>
      <p>— Почему вы не боитесь? — спросил он, наконец, вглядываясь в окружающую темноту, словно отыскивая там ее защитников.</p>
      <p>— Потому что вышла замуж за настоящего мужчину, — коротко ответила Саксон. — А теперь лучше уходите.</p>
      <p>Когда он ушел, она перекинула вязанку на другое плечо и отправилась домой с чувством горделивой радости. Хотя Билл и отделен от нее тюремными решетками, она все же находит поддержку в его силе. Одного его имени оказалось достаточно, чтобы укротить такое животное, как Чарли Лонг.</p>
      <p>В тот день, когда повесили Отто Фрэнка, она не выходила из дому. Вечерние газеты поместили подробный отчет. Приговоренному не дали даже времени для обжалования. В Сакраменто проживал железнодорожный магнат, который мог при желании отсрочить или даже отменить приговор любому грабителю или преступнику, — но в защиту рабочего и он не смел шевельнуть пальцем. Так говорили соседи, и то же она слышала от Билла и от Берта.</p>
      <p>На другой день Саксон отправилась к Каменной стене; рядом с ней шел призрак повешенного, а за ним — еще более смутный и жуткий — призрак Билла. Неужели и ему угрожает такой же страшный конец? Несомненно, если кровопролитие и вражда будут продолжаться! Билли — бесстрашный борец и боксер. Он считает, что обязан бороться. А убить человека при подобных обстоятельствах так нетрудно, далее не желая этого, — если он, например, начнет колотить штрейкбрехера, а тот ударится о камень или о тротуар и раскроит себе голову. И тогда Билла повесят. Ведь повесили же за это Отто Фрэнка. Он тоже не собирался убивать Гендерсона. Чистая случайность, что у Гендерсона череп оказался поврежденным. А все-таки Фрэнка повесили.</p>
      <p>Саксон шла, спотыкаясь о камни, плакала и ломала руки. Часы проходили незаметно, а она все еще предавалась своему горю. Она опомнилась лишь на дальнем конце стены, выступавшей в море между Оклендом и Аламида-Моле. Но самой стены она уже не видела. Было время полнолуния, и высокие волны прилива покрыли камни. Саксон стояла по колена в воде, а вокруг нее плавали десятки крупных крыс; они визжали, барахтались и карабкались по ней, стараясь спастись от воды. Саксон закричала от страха и отвращения и попыталась их сбросить. Некоторые нырнули и исчезли под водой, другие продолжали плавать возле нее, готовые напасть, а одна огромная крыса вонзила зубы в ее башмак. Саксон наступила на нее другой ногой и раздавила. Наконец-то она, все еще дрожа от ужаса, могла оглядеться более спокойно. Она схватила большой сук, плававший неподалеку, и быстро отогнала крыс. В это время к стене подъехал какой-то мальчуган в маленьком, ярко раскрашенном ялике. Он распустил парус, и ветер играл им.</p>
      <p>— Хотите в лодку? — крикнул он.</p>
      <p>— Да, — отозвалась Саксон, — здесь тысячи огромных крыс. Я их очень боюсь.</p>
      <p>Он кивнул и направил к ней лодку, подгоняемую легким ветром.</p>
      <p>— Отпихните нос, — приказал он. — Вот так. Я боюсь поломать выдвижной киль… А теперь прыгайте скорее на корму, рядом со мной!</p>
      <p>Она послушалась, легко прыгнула в лодку и встала рядом с ним. Он придержал локтем румпель, и когда парус слегка надулся, лодка легко понеслась по водной ряби.</p>
      <p>— Видно, что вы не новичок, — сказал мальчик одобрительно.</p>
      <p>Это был стройный худенький подросток, лет двенадцати-тринадцати, но довольно крепкий на вид, с загорелым веснушчатым лицом и большими серыми глазами, ясными и задумчивыми. Несмотря на то, что у него был нарядный ялик, Саксон сразу почувствовала, что он, так же как и она, дитя народа.</p>
      <p>— А ведь я никогда не каталась на лодке, только на пароме ездила,</p>
      <p>— засмеялась Саксон.</p>
      <p>Мальчик с любопытством взглянул на нее.</p>
      <p>— Этого не скажешь. Вы на лодке как дома. Куда вы хотите, чтобы я вас отвез?</p>
      <p>— Все равно.</p>
      <p>Он открыл рот, желая что-то сказать, но еще внимательнее на нее посмотрел и спросил через мгновение:</p>
      <p>— У вас есть свободное время? Она кивнула.</p>
      <p>— Весь день? Она кивнула опять.</p>
      <p>— Видите ли, в чем дело: я хочу воспользоваться отливом. Еду на Козий остров за треской и вернусь обратно только вечером, с приливом. У меня с собой много удочек и приманки. Хотите поехать со мной? Будем вместе удить, и что поймаете — ваше.</p>
      <p>Саксон колебалась. Независимость и быстрота маленькой лодки привлекали ее. Этот ялик, как и те суда, на которые Саксон столько раз любовалась, уходил в море.</p>
      <p>— А может, вы меня утопите? — спросила она шутливо.</p>
      <p>Мальчик гордо тряхнул головой:</p>
      <p>— Не первый раз я выезжаю один и, как видите, до сих пор не утонул.</p>
      <p>— Ну, ладно, — согласилась она. — Только помните, грести я не умею.</p>
      <p>— Неважно. Сейчас поверну. И как только крикну: «Нагнись!» — вы должны наклонить голову и пересесть к другому борту, а то вас заденет канатом.</p>
      <p>Он сделал то, о чем говорил. Саксон наклонила голову и оказалась сидящей рядом с ним на другой стороне лодки, тогда как сама лодка, изменив направление, понеслась к Долгой набережной, где находились угольные склады. Саксон была в восхищении, тем более что ничего не понимала в искусстве управления парусом, и оно казалось ей загадочным и сложным.</p>
      <p>— Где вы научились? — спросила она.</p>
      <p>— Научился сам по себе. Это дело мне всегда нравилось, а когда какое-нибудь дело нравится, так ему легко и научишься. Это моя вторая лодка. Первая была без выдвижного киля. Я купил ее за два доллара и научился на ней очень многому, хотя она вечно текла. А как вы думаете, сколько я заплатил за эту? Теперь за нее дают двадцать пять.</p>
      <p>— Не знаю, — сказала Саксон. — Ну, сколько?</p>
      <p>— Шесть долларов! Подумайте только — за такой ялик! Конечно, с ним пришлось повозиться; два доллара стоил парус, весла — доллар сорок центов, и семьдесят пять центов краска. Но все равно получить такую штуку за одиннадцать долларов пятнадцать центов — это прямо дешевка. Я очень долго копил деньги на лодку. Обыкновенно я утром и вечером разношу газеты; сегодня за меня пошел другой мальчик, — я ему плачу десять центов, и все экстренные номера он продает в свою пользу. Я бы уже давно купил лодку, если бы не пришлось тратить деньги на уроки стенографии. Моя мать хочет, чтобы я стал стенографом при суде; они иной раз зарабатывают до двадцати долларов в день. Но это мне совсем не по душе. Где же это видано — тратить деньги на уроки!</p>
      <p>— А кем же вы хотели бы стать? — спросила Саксон, отчасти от нечего делать, отчасти из любопытства.</p>
      <p>— Кем стать? — повторил он.</p>
      <p>Медленно повернув голову, он обвел глазами горизонт, остановил свой взгляд на коричневой линии холмов Контра-Коста, затем устремил его к океану, мимо Алькатраса, — туда, где были Золотые ворота. И столько затаенной грусти было в этом взгляде, что ее сердце сжалось.</p>
      <p>— Вот, — сказал он, сделав рукой широкое движение, как будто охватывая весь горизонт.</p>
      <p>— Что вот?.. — спросила она.</p>
      <p>Он посмотрел на нее, удивленный тем, что она не поняла.</p>
      <p>— Разве вы никогда… — начал он, точно ища сочувствия своим любимым грезам, — разве вам никогда не кажется, что вы просто умрете с тоски, если не узнаете, что за теми холмами, за следующими и за следующими? А Золотые ворота! За ними Тихий океан, Китай, Япония, Индия и… и Коралловые острова. Вы можете через Золотые ворота поплыть куда угодно: в Австралию, в Африку, на лежбища котиков, на Северный полюс, к мысу Горн. И вот мне кажется, что все эти места только и ждут, чтобы я приехал на них посмотреть. Все детство я прожил в Окленде, но я вовсе не хочу прожить здесь всю жизнь. Нет уж, спасибо! Я уеду отсюда далеко-далеко…</p>
      <p>И опять, бессильный передать в словах всю безмерность своих желаний, он сделал рукой широкий жест, точно охватывая весь мир.</p>
      <p>Его волнение передалось Саксон. Она тоже, кроме своих ранних детских лет, прожила всю жизнь в Окленде. И здесь ей было не плохо… до сих пор. А теперь, после всех этих ужасов, ей неудержимо захотелось уехать отсюда, как хотелось когда-то ее предкам уйти с Востока на Запад. И почему бы не уехать? Мир звал ее, она чувствовала, что мечты мальчика находят отзвук в ее сердце. И потом — ведь ее родичи тоже никогда долго не сидели на одном месте, они постоянно передвигались. Саксон вспомнила рассказы матери, вспомнила хранившуюся у нее гравюру, на которой ее полуобнаженные предки с мечом в руках прыгали со своих узких остроносых лодок и бросались в битву на окровавленных песках Англии.</p>
      <p>— Ты когда-нибудь слышал об англосаксах? — спросила она мальчика.</p>
      <p>— Еще бы! — воскликнул он; его глаза заблестели, и он посмотрел на нее с новым интересом. — Я самый настоящий англосакс, до мозга костей. Посмотрите на мои глаза, на мою кожу. Я совсем белый, где нет загара. А когда я был маленький, у меня были белокурые волосы. Моя мать говорит, что, когда я вырасту, они, к сожалению, потемнеют. Но все равно я англосакс. Я из племени воинов. Мы ничего не боимся! Вы думаете, я боюсь этого залива? — И он с презрением посмотрел на волны.</p>
      <p>— Я пересекал его в такую бурю, что матросы с шаланды мне потом не верили и говорили, будто я вру. Дураки! Мы таких колотили еще сотни лет назад. Мы побеждали все и всех, кто становился нам поперек дороги. Мы прошли через мир победителями и на море и на суше — везде. Вспомните лорда Нелсона, Дэви Крокета, вспомните Поля Джонса, и Клайва, и Китченера, и Фремонта, и Кита Керсона, и всех других.</p>
      <p>Он продолжал говорить, а Саксон кивала; ее глаза блестели, и она думала о радости иметь такого сына, как этот мужественный мальчик. Все ее существо напрягалось, словно в ней уже трепетала новая жизнь. Да, крепкое племя, крепкое племя! Ее мысли вернулись к ней самой и к Биллу: они тоже здоровые отпрыски того же корня, но обречены на бездетность; оба попали в число «глупых» и сидят в западне, в которую люди обратили этот мир.</p>
      <p>И снова она заслушалась своего маленького спутника.</p>
      <p>— Мой отец был солдатом в Гражданскую войну, — рассказывал он, — скаутом и лазутчиком. Южане дважды ловили его как шпиона и чуть не повесили. Во время сражения при Вилсон-крик он бежал полмили, унося на спине своего раненого капитана. У него и сейчас еще в ноге сидит пуля повыше колена. Так он с ней и ходил все эти годы и как-то даже давал мне пощупать. А до войны он охотился на бизонов и ставил капканы на диких зверей. Когда ему минуло двадцать лет, он стал шерифом в своей провинции. А после войны сделался начальником полиции в Силвер-Сити и выгнал оттуда всех хулиганов и драчунов. Кажется, нет штата, где бы он не побывал. Во время набора он мог в те годы справиться с любым солдатом и еще подростком был грозой плотовщиков Сусквеханны. Его отец в драке убил человека ударом кулака, а ведь ему в то время уже исполнилось шестьдесят лет. Когда ему было семьдесят четыре, его вторая жена родила двойню, а умер он девяноста девяти лет от роду, — в поле, когда пахал на волах. Он только что выпряг их, сел отдыхать под деревом — и так и умер сидя. Мой отец такой же. Он уже очень стар, а все еще ничего не боится. Как видите, настоящий англосакс! Он служит в заводской полиции, но до сих пор пальцем не тронул ни одного забастовщика. Ему разбили все лицо камнями, а он просто взял да и переломил свою дубинку над головой какого-то буяна.</p>
      <p>Мальчик остановился, чтобы перевести дух.</p>
      <p>— Не хотел бы я быть на месте этого парня!</p>
      <p>— Меня зовут Саксон, — сказала она.</p>
      <p>— Это ваше имя?</p>
      <p>— Да, мое имя.</p>
      <p>— Здорово! — воскликнул он. — Счастливица! Вот если бы меня звали Эрлинг! Понимаете, Эрлинг Смелый, или Вольф, или Свен, или Ярл!</p>
      <p>— А как лее вас зовут? — спросила она.</p>
      <p>— Просто Джон, — печально признался он. — Но я никому не позволяю звать меня Джоном. Все должны звать меня Джек. Я уже отлупил с десяток ребят за то, что они вздумали звать меня Джон, даже Джонни. Ну разве это не отвратительно — Джонни!</p>
      <p>Они миновали угольные склады Долгой набережной, и мальчик взял курс на Сан-Франциско. Их вынесло в открытый залив. Западный ветер усилился, и на крутых волнах вскакивали гребешки белой пены. Лодка весело неслась вперед. Иногда их окатывали брызги. Саксон смеялась, и мальчик одобрительно поглядывал на нее. Когда они проезжали мимо парома, пассажиры на верхней палубе столпились у борта, чтобы посмотреть на них. Попав в кильватерную волну, лодка зачерпнула воды на четверть. Саксон взяла со дна пустую жестянку и вопросительно посмотрела на мальчугана.</p>
      <p>— Правильно, — сказал он. — Валяйте вычерпывайте! — А когда она кончила, заявил: — Скоро мы будем на Козьем острове. Я ловлю рыбу обычно возле Торпедной станции, на глубине в пятьдесят футов, — там очень сильно чувствуется прилив и отлив. Вы, кажется, насквозь промокли, и ничего? Молодчина! Недаром у вас такое имя: ведь Саксон — это значит: из племени саксов? Вы замужем?</p>
      <p>Саксон кивнула, и мальчик нахмурился.</p>
      <p>— Жаль! Теперь вам уже нельзя будет странствовать по свету, как буду странствовать я. Вы отдали якорь. Вы навсегда пришвартовались к берегу.</p>
      <p>— Все-таки быть замужем очень хорошо, — улыбнулась она.</p>
      <p>— Ну конечно, все женятся. Но с этим не стоит торопиться. Почему вы не подождали, как я? Я тоже думаю жениться, но не раньше, чем стану стариком и сначала побываю повсюду.</p>
      <p>Они подходили к Козьему острову с подветренной стороны. Саксон послушно сидела не двигаясь, мальчик убрал парус и, когда лодку отнесло к намеченному им месту, бросил маленький якорь; затем достал удочки и показал Саксон, как насаживать на крючки соленых колюшек в виде приманки. Они закинули удочки на дно и, глядя на поплавки, которые трепетали в быстром течении, стали ждать, когда рыба клюнет.</p>
      <p>— Поклевки скоро начнутся, — подбадривал он молодую женщину. — Я всегда увожу отсюда кучу рыбы. Только два раза мне не повезло. Как вы думаете, не перекусить ли нам пока?</p>
      <p>Напрасно она уверяла его, что не голодна: он поделил свой завтрак, как и полагается добрым товарищам, аккуратно разрезав пополам даже крутое яйцо и большое румяное яблоко.</p>
      <p>Однако рыба все еще не брала. Тогда он достал из кормовой части лодки какую-то книгу в холщовом переплете.</p>
      <p>— Это из бесплатной библиотеки, — вежливо пояснил он Саксон и углубился в чтение, придерживая одной рукой страницу, а другой лесу, чтобы не упустить мгновение, когда рыба клюнет.</p>
      <p>Саксон прочла заглавие: «В затопленном лесу».</p>
      <p>— Вот послушайте, — сказал он немного погодя и прочел ей вслух несколько страниц, где описывался огромный, затопленный паводком тропический лес, по которому какие-то мальчики плыли на плоту.</p>
      <p>— Вы только представьте себе, — воскликнул он, — вот что делается с Амазонкой во время разлива! Это в Южной Америке. И в мире страшно много интересных мест. Везде есть на что посмотреть, кроме Окленда. По-моему, Окленд — это такое место, откуда надо отправляться в странствия; он только начало пути. А вот они пережили настоящие приключения, скажу я вам! Подумайте, как этим мальчикам повезло! Ну, ничего! Я тоже когда-нибудь перейду Анды у верховьев Амазонки, сяду на лодку и проеду через всю страну каучука, а там спущусь по реке на много тысяч миль до самого устья, где она так широка, что с одного берега не виден другой, и где вы за сотни миль от земли можете черпать из океана чудесную пресную воду.</p>
      <p>Но Саксон не слушала его. Одна магическая фраза засела у нее в мозгу: Окленд — это только начало пути. Она никогда не смотрела на свой родной город с такой точки зрения. Она принимала его как конечную цель, как место, где ей придется прожить всю жизнь, но не как место, откуда надо отправляться в путь. А почему бы и нет? Почему не считать его просто железнодорожной станцией или пароходной пристанью? При настоящем положении вещей оставаться здесь, конечно, нет смысла; мальчик прав. Отсюда надо уезжать. Но куда? Тут ее мысль перебил сильный рывок, и леса задергалась у нее между пальцами. Она быстро начала тащить ее, перебирая руками, а мальчик подбадривал свою спутницу, пока, наконец, на дно лодки не шлепнулась, задыхаясь, большая треска. Сняв рыбу, Саксон насадила новую приманку и опять закинула удочку, а он отметил в книге место, на котором остановился, и захлопнул ее.</p>
      <p>— Скоро клев начнется такой, что только поворачивайся, — сказал мальчик.</p>
      <p>Однако рыба все еще не шла.</p>
      <p>— Вы когда-нибудь читали капитана Майн-Рида? — спросил он. — Или капитана Марриета? Или Беллентайна?</p>
      <p>Она покачала головой.</p>
      <p>— А еще из племени англосаксов! — воскликнул он презрительно. — Да таких книг пропасть в бесплатной библиотеке! У меня два абонемента — мамин и мой, и я всегда меняю книги после школы, прежде чем разносить газеты. Я засовываю их спереди под рубашку, за помочи, и они держатся. Как-то раз, когда я разносил газеты в районе Второй улицы и Маркет-плейс — знаете, какие там хулиганы! — я подрался с их главарем. Он было размахнулся что есть силы и метил мне прямо под ложечку, а напоролся на книжку. Вы бы видели его рожу! И уж тут я залепил ему! На меня хотела наброситься вся шайка. Спасибо, в дело вмешались двое рабочих-литейшиков и потребовали, чтобы все делалось по правилам. Я дал им подержать мои книжки.</p>
      <p>— Кто же победил? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Да никто, — неохотно признался мальчик. — По-моему, победить должен был я, но литейщики решили, что вничью, потому что дежурный полицейский разнял нас, когда мы дрались всего только полчаса. Но вы бы видели, какая собралась толпа! Пари держу, что там было человек пятьсот, не меньше!</p>
      <p>Он резко оборвал свой рассказ и стал подсекать лесу. У Саксон тоже клевало, и в течение ближайших двух часов они поймали вдвоем около двадцати фунтов рыбы.</p>
      <p>Вечером, когда уже давно стемнело, маленькая лодочка возвращалась в Окленд. Дул свежий, но слабый ветер, и лодка плыла медленно, таща за собой огромную сваю, которую мальчик выловил и привязал к корме, заявив, что она пойдет вместо дров, — «за нее кто хочешь три доллара даст». Воды прилива тихо поднимались в сиянии полной луны, и Саксон узнавала все места, мимо которых они проплывали: ремонтные доки. Песчаную отмель, корабельные верфи, гвоздильные заводы, причал Маркет-стрит.</p>
      <p>Мальчик направил лодку к ободранной лодочной пристани в начале Кастро-стрит, где дремали пришвартованные к берегу шаланды с песком и гравием. Он настоял на разделе улова поровну, так как Саксон помогала вытаскивать рыбу, но самым подробным образом объяснил ей права и обязанности лиц, вылавливающих из воды бесхозяйственное имущество, — в доказательство того, что свая целиком принадлежит ему.</p>
      <p>На углу Седьмой и Поплар-стрит они расстались, и Саксон со своей ношей одна пошла домой на Пайн-стрит. Несмотря на то, что она очень устала за этот долгий день, она испытывала странное чувство бодрости. Она вычистила рыбу и легла в постель. Засыпая, она думала о том, что непременно попросит Билла, когда жизнь опять наладится, купить лодку, и они будут вдвоем выезжать на ней по воскресеньям в море, как Саксон ездила сегодня.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава семнадцатая</p>
      </title>
      <p>Саксон спала эту ночь спокойно, без сновидений и впервые за много дней проснулась освеженная и отдохнувшая. Она чувствовала, что стала опять самой собой, словно с нее сняли давящую тяжесть или убрали тень, застилавшую от нее солнце. Мысли были ясны. Железный обруч, сжимавший так туго ее голову, распался. Какое-то радостное чувство владело ею. Она даже поймала себя на том, что напевает вслух, деля рыбу на три равные части: себе, миссис Олсен и Мэгги Донэхью. Она с удовольствием поболтала с каждой из них и, вернувшись домой, весело принялась прибирать свой запущенный дом. За работой она пела, и в звуках мелодии ей все время слышались магические слова: Окленд — это только начало пути.</p>
      <p>Все было совершенно ясно. Поставленная перед ней и Биллом задача так же проста, как школьная арифметическая задача: какой величины требуется ковер, чтобы покрыть пол в столько-то футов длиной и столько-то шириной? Сколько обоев потребуется, чтобы оклеить комнату таких-то размеров. Все это время голова у нее плохо работала, она наделала много ошибок, она была невменяема. Верно. Но ведь это от трудностей. И в этих трудностях она была неповинна. То же самое, что произошло с Биллом, произошло и с ней. Он вел себя так странно потому, что был невменяем. И все их трудности были трудностями людей, попавших в западню. Окленд и есть западня. Окленд — это такое место, откуда надо уезжать!</p>
      <p>Она перебрала в памяти все события своей замужней жизни. Всему были причиной забастовка и тяжелые времена. Не будь забастовки и побоища перед их домом, она не лишилась бы своего ребенка. Не будь Билл доведен до отчаяния вынужденным бездельем и безнадежной борьбою возчиков, он бы не запил. Если бы им не пришлось так туго, они бы не взяли жильца и Билл не попал бы в тюрьму.</p>
      <p>И вот она приняла решение: город не место для нее и Билла, не место для любви и маленьких детей. Выход очень прост. Они уедут из Окленда. Сидят дома и покоряются судьбе только глупцы. Нет, она и Билл не глупцы. Они не покорятся. Они уедут отсюда и будут бороться с судьбой. Куда уедут, она не знала. Там видно будет. Мир велик. Где-нибудь, за окружающими город холмами, за Золотыми воротами, они найдут то, что им нужно. В одном мальчик ошибся: несмотря на замужество, ничто не связывает ее с Оклендом. Мир открыт для нее и Билла, как он был открыт для предшествующих поколений, которые тоже отправлялись в странствия. Одни лишь глупцы всегда оставались позади, когда целые народы пускались в путь. Сильные всегда шли вперед. А они с Биллом сильные. Они пойдут вдаль за коричневые холмы Контра-Коста либо через Золотые ворота.</p>
      <p>Накануне выхода Билла из тюрьмы Саксон закончила скромные приготовления к его встрече. Денег у нее не было, и если бы не боязнь опять рассердить мужа, она перехватила бы у Мэгги Донэхью на билет до Сан-Франциско, а там бы продала кое-что из своих хорошеньких вещиц. Дома у нее были только хлеб, картофель и соленые сардины, и она под вечер, в часы отлива, пошла на берег набрать ракушек. Она собрала принесенные морем щепки и куски дерева и в девять вечера отправилась домой с вязанкой топлива и лопаткой на плече, неся в руке ведро, полное ракушек. Дойдя до угла, она поспешила перейти на более темную сторону улицы и быстро пересекла освещенное электрическими фонарями пространство, чтобы избежать взора любопытных соседей. Но навстречу ей шла какая-то женщина, она пристально взглянула на Саксон и остановилась. Это была Мери.</p>
      <p>— Боже мой, Саксон! — воскликнула она. — Неужели ты дошла до этого?</p>
      <p>Саксон посмотрела на свою прежнюю подругу, и ей достаточно было беглого взгляда, чтобы понять всю трагедию этой женщины. Мери похудела, щеки ее были румянее, чем когда-то, — однако этот румянец не обманул Саксон. Большие глаза ее прежней подруги стали еще красивее и больше, — они были, пожалуй, слишком большие, слишком яркие и тревожные. Она была хорошо одета, но чересчур нарядно, и Саксон чудилась во всем ее облике какая-то болезненная нервность. Мери боязливо оглянулась назад, в темноту.</p>
      <p>— Господи! — прошептала Саксон. — Ты… — Она сжала губы, потом заговорила снова: — Пойдем ко мне.</p>
      <p>— Если тебе стыдно, что тебя увидят со мной… — резко прервала ее Мери, вспылив, как прежде.</p>
      <p>— Нет, нет! — успокоила ее Саксон. — Эта вязанка и ракушки… Я не хочу, чтобы соседи знали. Идем.</p>
      <p>— Нет, не могу, Саксон. И рада бы, да не могу. Мне нужно попасть на ближайший поезд в Фриско. Я тебя давно поджидаю, стучалась с черного хода. У вас везде темно. Билл все еще сидит, верно?</p>
      <p>— Да, он выйдет завтра.</p>
      <p>— Я узнала обо всем из газет, — торопливо продолжала Мери. — Сама я была в Стоктоне, когда это случилось. Ты-то, надеюсь, не осуждаешь меня? — чуть не со злобой накинулась она на Саксон. — Я просто была не в силах пойти работать после того, как пожила своим домом. Работа мне осточертела, она, видно, совсем меня измотала, и я уже ни на что не гожусь. Если бы ты знала, как я возненавидела прачечную еще до замужества! А теперь эта жизнь — какой ужас! Ты и представить себе не можешь. Честное слово, Саксон, ты и сотой доли не подозреваешь! О, если бы мне умереть, если бы умереть и освободиться от всего. Послушай… нет, не сейчас, сейчас я не могу. Слышишь, поезд уже подходит к Эделайн-стрит, надо спешить. Можно мне прийти к тебе?</p>
      <p>— Ну, поторапливайся, заболталась! — прервал ее мужской голос.</p>
      <p>Позади нее из темноты вынырнул человек. Не рабочий, — Саксон сразу определила. Несмотря на свой хороший костюм, этот человек стоял на общественной лестнице ниже любого рабочего.</p>
      <p>— Иду, одну минуточку! — взмолилась Мери.</p>
      <p>По словам и по тону подруги Саксон поняла, что та боится этого парня, который предпочитает держаться подальше от освещенной части тротуара.</p>
      <p>Мери опять повернулась к ней.</p>
      <p>— Ну, мне пора, прощай, — сказала она, доставая что-то из перчатки.</p>
      <p>Она схватила руку Саксон, и та почувствовала в своей ладони небольшую горячую монетку. Она ни за что не хотела ее взять и совала обратно.</p>
      <p>— Нет, нет! — умоляла Мери. — Вспомни прошлое. В другой раз ты мне поможешь. Скоро увидимся. Прощай.</p>
      <p>Зарыдав, она внезапно обняла Саксон и припала к ее груди, ломая о вязанку щепок перья своей шляпы. Затем вырвалась, отступила на шаг и, вся дрожа, вперила в подругу горящий взгляд.</p>
      <p>— Ну, пошли, пошли! — послышался из темноты повелительный мужской голос.</p>
      <p>— О Саксон… — всхлипнула Мери и исчезла.</p>
      <p>Придя домой, Саксон зажгла свет и вынула деньги. Это была монета в пять долларов, для нее — целое состояние! Потом она стала думать о Мери и о человеке, которого Мери так боялась. Саксон и эту трагедию поставила в вину Окленду. Вот еще одна из погубленных им. Саксон где-то слышала, что средняя продолжительность жизни этих несчастных женщин около пяти лет. Она поглядела на монету и бросила ее в раковину. Занявшись чисткой ракушек, она слышала, как монета со звоном катится вниз по трубе.</p>
      <p>Только мысль о Билле заставила ее на следующее утро полезть под раковину, развинтить трубу и вытащить монету из ловушки. Ей говорили, что заключенных плохо кормят, и перспектива встретить мужа после тридцатидневной тюремной кормежки тарелкой креветок и куском черствого хлеба казалась ей ужасной. Она знала, как он любит густо намазывать масло на хлеб, с каким удовольствием уплетает толстый мягкий бифштекс, поджаренный на сухой раскаленной сковородке, и как радуется кофе, когда он настоящий, крепкий и пить его можно сколько захочешь.</p>
      <p>Билл пришел уже в десятом часу, и она встретила его в своем самом хорошеньком домашнем платьице. Она следила глазами за мужем, пока он медленно поднимался на крыльцо, и выбежала бы ему навстречу, если бы не соседские дети, пялившие на него глаза с противоположного тротуара. Зато едва он коснулся ручки двери, как она широко перед ним распахнулась, им затворить ее пришлось спиной, потому что руки его уже крепко обхватили Саксон. Нет, он не завтракал и не хочет есть теперь, когда он с ней. Он только задержался у парикмахера, чтобы побриться, а затем прошел всю дорогу пешком, потому что у него не было денег. Но ему ужасно хочется помыться и переодеться. Пусть она не подходит к нему, пока он не приведет себя в порядок.</p>
      <p>Покончив с мытьем и переодеванием, он уселся в кухне и стал смотреть, как она готовит завтрак. Он сразу же заметил, чем она топит, и спросил, откуда это у нее. Собирая на стол, она рассказывала ему, как добывала себе топливо, как ухитрилась прожить, ничем не затрудняя союз, а когда они сели завтракать, упомянула о вчерашней встрече с Мери, но о пяти долларах не обмолвилась ни словом.</p>
      <p>Билл, жевавший первый кусок бифштекса, вдруг остановился. Выражение его лица испугало ее. Он тут же выплюнул кусок на тарелку.</p>
      <p>— Это ты на ее деньги купила мясо? — грозно спросил он. — У тебя не было ни денег, ни кредита в мясной, откуда же мясо? Скажи, я угадал?</p>
      <p>Саксон только опустила голову.</p>
      <p>Его лицо стало страшным, в глазах появилось то же выражение леденящего спокойствия, которое она впервые увидела в Визел-парке, когда он один дрался с тремя ирландцами.</p>
      <p>— Что еще ты купила? — спросил он не грубо, не раздраженно, но с той страшной холодной яростью, которая не находит себе выражения в словах.</p>
      <p>Однако Саксон, как ни странно, успокоилась. Разве все это имеет значение? Чего же ждать от Окленда? Ведь и это останется позади, когда Окленд отступит в прошлое, станет только началом пути.</p>
      <p>— Кофе и масло, — отвечала она.</p>
      <p>Он вывалил содержимое своей и ее тарелки на сковороду, положил сверху масло и намазанный ломоть хлеба и высыпал туда же кофе из жестянки. Все это он вынес во двор и бросил в мусорный ящик. Кофе он вылил в раковину.</p>
      <p>— Сколько у тебя осталось? — спросил он затем.</p>
      <p>— Три доллара восемьдесят центов. — Она сосчитала и протянула ему деньги. — Я заплатила сорок пять центов за мясо.</p>
      <p>Он посмотрел на деньги, пересчитал и пошел с ними к двери. Она слышала, как дверь открылась и закрылась, и поняла, что он выбросил деньги на улицу. Когда он вернулся в кухню, Саксон уже подавала ему на чистой тарелке жареный картофель.</p>
      <p>— У Робертсов должно быть всегда все самое лучшее, — сказал он. — Но, даю слово, от таких деликатесов с души воротит. Они прямо воняют.</p>
      <p>Билл поглядел на жареный картофель, на вновь отрезанный ломоть сухого хлеба и стакан воды, который она ставила у его прибора.</p>
      <p>— Все в порядке, — улыбнулась она, видя его колебания. — В доме не осталось ничего нечистого.</p>
      <p>Он быстро взглянул на нее, словно опасаясь увидеть на ее лице насмешку, вздохнул и сел. Затем тут же вскочил и привлек ее к себе.</p>
      <p>— Сейчас я буду есть, но сначала нам необходимо поговорить, — заявил он, усаживаясь и обнимая ее. — Да и вода ведь не кофе — если и остынет, то не станет худее. Так вот слушай! Ты — это все, что у меня есть на свете. Ты не испугалась меня и того, что я только что сделал; и я очень рад. Давай забудем теперь о Мери. И у меня сердце не камень: мне тоже ее жаль, как и тебе. Я готов все для нее сделать, что в моих силах, готов ей ноги мыть, как делал Христос. Пусть бы кормилась за моим столом и спала под моей крышей. Но все это не причина для того, чтобы я позволил себе дотронуться до денег, которые она заработала. А теперь забудь ее. Сейчас есть только ты да я, Саксон, — только ты да я, и пропади они все пропадом! Остальное не важно. Тебе никогда больше не придется меня бояться. Виски и я — мы не ладим друг с другом; и я решил забыть о виски. Я был не я и с тобою обращался плохо. Но это все прошло и никогда больше не повторится. Я хочу начать все сначала.</p>
      <p>Теперь послушай: мне не следовало действовать так опрометчиво. А я действовал. Надо было раньше все обсудить с тобой. А я не обсудил. Моя проклятая вспыльчивость подвела меня, — ты ведь знаешь мой характер. Но если человек способен сохранять хладнокровие на ринге, значит, он может сохранить его и в своей семейной жизни. У меня просто не было времени подумать. Есть вещи, которых я не выношу и никогда не выносил. И ты также не захочешь, чтобы я от этого страдал, как и я не хочу, чтобы ты мирилась с чем-нибудь, что тебе противно.</p>
      <p>Сидя у него на коленях, она выпрямилась и поглядела ему прямо в лицо, захваченная одной мыслью.</p>
      <p>— Ты серьезно, Билл?</p>
      <p>— Ну конечно.</p>
      <p>— Тогда я скажу тебе, чего я больше не могу выносить. Для меня это хуже смерти.</p>
      <p>— Что же? — спросил он после некоторого молчания.</p>
      <p>— И все зависит от тебя, — сказала она.</p>
      <p>— Ну, тогда выкладывай.</p>
      <p>— Ты не знаешь, что ты берешь на себя, — предупредила она. — Может, тебе лучше отступить, пока не поздно?</p>
      <p>Он упрямо покачал головой.</p>
      <p>— Того, чего ты не в силах выносить, тебе и не придется выносить. Валяй.</p>
      <p>— Во-первых, — начала она, — довольно этой охоты на штрейкбрехеров.</p>
      <p>Он было открыл рот, но подавил невольный протест.</p>
      <p>— А во-вторых, хватит с нас Окленда.</p>
      <p>— Вот этого я не понимаю.</p>
      <p>— Хватит с нас Окленда. Довольно. Для меня эта жизнь хуже смерти. Бросим все — и прочь отсюда.</p>
      <p>Он медленно взвешивал ее предложение.</p>
      <p>— Куда же? — спросил он, наконец.</p>
      <p>— Куда-нибудь. Куда угодно. Давай-ка закури и подумай.</p>
      <p>Он покачал головой, пристально глядя на нее.</p>
      <p>— Ты это серьезно? — спросил он после долгой паузы.</p>
      <p>— Вполне. Мне так же хочется покончить с Оклендом, как тебе хотелось выбросить бифштекс, кофе и масло.</p>
      <p>Она видела, что, прежде чем ответить, он весь собрался, даже мышцы его напряглись.</p>
      <p>— В таком случае — ладно, раз тебе так хочется. Мы уедем из Окленда. Навсегда. Черт с ним, с этим Оклендом! Я здесь ничего хорошего не видел. Надеюсь, у меня хватит сил заработать на нас обоих где угодно. А теперь, когда это решено, расскажи мне, за что ты так его возненавидела?</p>
      <p>И она рассказала ему все, что передумала в последнее время, привела все факты, сделавшие для нее этот город ненавистным, не упустила ничего, даже своего недавнего визита к доктору Гентли и пьянства Билла. Он только сильнее прижал ее к себе и снова повторил свое обещание. Время шло. Жареный картофель остыл, и печка погасла.</p>
      <p>Наконец, она замолчала. Билл встал, не выпуская ее из своих объятий. Он покосился на жареный картофель.</p>
      <p>— Холодный, как лед, — сказал он, затем повернулся к ней: — Оденься понаряднее. Давай выйдем. Поедем в город, где-нибудь поедим и отпразднуем мое возвращение. Полагаю, что нам нужно его отпраздновать, раз мы собираемся все бросить и сняться с якоря. Пешком нам идти не придется. Я займу десять центов у парикмахера, и у меня найдутся кое-какие побрякушки, которые можно заложить и кутнуть напоследок.</p>
      <p>«Побрякушками» оказались несколько золотых медалей, полученных им в былые дни на состязаниях любителей.</p>
      <p>Дядюшка Сэм, закладчик, не мало перевидал таких медалей, и, когда они выходили из ссудной кассы, у Билла позвякивала в кармане целая пригоршня серебра.</p>
      <p>Билл был весел, как мальчик, и она тоже. Он остановился на углу у табачного киоска, чтобы купить пачку табаку, но передумал и купил папирос.</p>
      <p>— Кутить так кутить! — засмеялся он. — Сегодня все должно быть самое лучшее, — даже курить я буду готовые папиросы. И никаких столовок и японских ресторанчиков. Сегодня мы идем к Барнуму.</p>
      <p>И они направились к ресторану на углу Седьмой улицы и Бродвея, где когда-то состоялся их свадебный ужин.</p>
      <p>— Давай сделаем вид, будто мы не женаты, — предложила Саксон.</p>
      <p>— Ладно, — согласился он, — возьмем отдельный кабинет, и пусть лакей каждый раз стучит, перед тем как войти.</p>
      <p>Но Саксон была против отдельного кабинета.</p>
      <p>— Это обойдется слишком дорого. Билли. За стук надо давать чаевые. Лучше пойдем в общий зал.</p>
      <p>— Заказывай все, что тебе вздумается, — щедро предложил он, когда они уселись. — Вот бифштекс по-домашнему, полтора доллара порция. Хочешь?</p>
      <p>— Только поджаристый, — заявила она. — И потом черный кофе. Но сначала устрицы, — интересно сравнить их с теми, которые я собирала.</p>
      <p>Билл кивнул головой и поднял глаза от меню.</p>
      <p>— Здесь есть и ракушки. Закажи себе порцию и посмотри, лучше ли они твоих с Каменной стены.</p>
      <p>— Отлично! — воскликнула Саксон, и глаза ее заблестели. — Мир принадлежит нам! Мы путешественники и в этом городе проездом.</p>
      <p>— Да, вот именно, — рассеянно пробормотал Билл (он читал столбец театральных объявлений), затем поднял глаза: — Дневное представление у Бэлла. Мы можем получить места по двадцать пять центов… Эх, не повезло! Ошибся я!</p>
      <p>Его голос прозвучал вдруг так горестно и гневно, что она с тревогой посмотрела на него.</p>
      <p>— Если бы я вовремя сообразил, — пожаловался он, — мы могли бы поесть в «Форуме». Это шикарный притон, где днюют и ночуют разные типы вроде Роя Бланшара и просаживают там денежки, которые мы добываем для них своим горбом.</p>
      <p>Они купили билеты в театр Бэлла, но было еще рано, и, чтобы скоротать время, они прошлись по Бродвею и заглянули в кинематограф. Первой шла картина из жизни ковбоев, за ней французская комическая, а под конец — сельская драма, действие которой происходило где-то в Центральных штатах. Начиналась она сценой во дворе фермы. Перед зрителями был ярко освещенный солнцем угол сарая и изгородь, на земле лежала кружевная тень от высоких развесистых деревьев. Двор был полон кур, уток, индеек, они бродили, переваливаясь, и разгребали ногами землю; огромная свинья в сопровождении целого выводка — семь толстеньких поросят — торжественно выступала среди кур, бесцеремонно расталкивая их. Куры, в свою очередь, вымещали обиду на поросятах и клевали их, как только те отставали от матери. Из-за ограды сонно поглядывала лошадь и то и дело равномерно и лениво взмахивала хвостом, который вспыхивал на солнце шелковистым блеском.</p>
      <p>— Чувствуешь, какой жаркий день и как лошади надоедают мухи? — шепнула Саксон.</p>
      <p>— Конечно, чувствую. А хвост у нее какой! Самый настоящий. Уверен, что она им бьет по вожжам, когда что-нибудь не по ней; я бы ничуть не удивился, если бы узнал, что ее зовут «Железный Хвост».</p>
      <p>Пробежала собака. Свинья испугалась, коротким смешным галопом стала удирать вместе со своим потомством, и все они, преследуемые собакой, скрылись. Из дома вышла молодая девушка, за спиной ее висела широкая шляпа, передник был полон зерна, которое она принялась бросать сбежавшейся к ней птице. Откуда-то сверху слетели голуби и смешались с курами. Собака вернулась и бродила незамеченная среди всех этих представителей пернатого царства, она виляла хвостом и улыбалась девушке. А позади, высунувшись из-за ограды, лошадь сонно махала хвостом и кивала головой.</p>
      <p>Во двор вошел молодой человек, и воспитанная на кинематографе публика сразу поняла, в чем тут дело. Но Саксон не интересовала любовная сцена, страстные мольбы юноши и робкое сопротивление девушки,</p>
      <p>— ее взгляд то и дело возвращался к цыплятам, к кружевной тени деревьев, к нагретой солнцем стене сарая и к сонной лошади, неустанно махавшей хвостом.</p>
      <p>Саксон теснее прижалась к Биллу и, продев руку под его локоть, сжала его пальцы.</p>
      <p>— О Билли, — вздохнула она. — Я, кажется, чувствовала бы себя на седьмом небе. — И когда фильм кончился, она сказала: — У нас много времени до начала представления! Останемся и посмотрим еще раз эту картину.</p>
      <p>Они опять просмотрели всю программу, и когда на экране появилась ферма, Саксон глядела на нее с возрастающим волнением. Теперь она заметила новые подробности. Она увидела раскинувшиеся за фермой поля, волнистую линию холмов на горизонте и небо в светлых барашках. Она уже выделяла несколько кур из общей массы, особенно одну — озабоченную старую наседку, которая больше всех негодовала на свинью, расталкивавшую кур своим рылом. Эта наседка яростно клевала поросят и набрасывалась на зерно, которое дождем сыпалось сверху. Саксон смотрела на холмы за полями, на небо: все здесь дышало простором, привольем и довольством. Слезы выступили у нее на глазах, и она беззвучно заплакала от переполнявшей ее радости.</p>
      <p>— Я знаю, как отучить такую лошадь, если она вздумает хлестнуть меня своим хвостом, — прошептал Билл.</p>
      <p>— А я знаю, куда мы направимся, когда уедем из Окленда, — объявила она.</p>
      <p>— Куда же?</p>
      <p>— Да вот туда…</p>
      <p>Он посмотрел на нее и последовал за ее взглядом, устремленным на экран.</p>
      <p>— О!.. — сказал он и задумчиво прибавил: — А почему бы и нет?</p>
      <p>— Билли, ты согласен? Ее губы дрожали от волнения, голос не повиновался ей, она шептала что-то невнятное.</p>
      <p>— Ну конечно, — сказал он: в этот день он был щедр, как король. — Ты получишь все, что захочешь. Я буду из кожи лезть… Меня самого всегда тянуло в деревню. Знаешь, я видел, как таких вот лошадей отдавали за полцены… а отучить их от дурных повадок я сумею.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава восемнадцатая</p>
      </title>
      <p>Было еще рано, когда Билл и Саксон возвращались домой и вышли из трамвая на углу Седьмой и Пайн-стрит. Они вместе сделали покупки и расстались. Саксон пошла домой готовить ужин, а Билл отправился навестить своих ребят-возчиков, бастовавших весь месяц, пока он сидел в тюрьме.</p>
      <p>— Будь осторожен. Билли, — крикнула она ему вслед.</p>
      <p>— Не бойся, — отвечал он, обернувшись к ней через плечо.</p>
      <p>Ее сердце забилось от его улыбки. Это была прежняя улыбка Билла, чистая, полная любви. Эту любовь ей хотелось бы видеть на его лице всегда, и за нее Саксон, умудренная личным опытом и опытом Мерседес, готова была бороться всеми доступными женщине средствами. Радостная мысль об этом промелькнула у нее в голове, и она с горделивой усмешкой вспомнила обо всех нарядных вещицах, лежавших дома в ящиках комода.</p>
      <p>Спустя три четверти часа ужин был готов, и Саксон только ждала, когда раздадутся шаги Билла на лестнице, чтобы положить приготовленные бараньи котлеты на горячую сковороду. Калитка скрипнула, захлопнулась, но вместо шагов Билла она услыхала странное, беспорядочное шарканье многих ног. Она кинулась к двери. Перед ней стоял Билл, но совершенно не похожий на того Билла, с которым она только что рассталась на улице. Он был без шляпы, ее держал в руках какой-то мальчик. Лицо Билла было только что вымыто, вернее — залито водой, плечи и рубашка совсем мокрые, влажные светлые волосы потемнели от сочившейся крови и прилипли ко лбу, руки неподвижно висели вдоль тела. Но лицо было спокойно, и он даже усмехался.</p>
      <p>— Ничего, все в порядке, — успокоил он Саксон. — На этот раз мне не повезло. Маленько пощипали, ну да мы еще покажем себя. — Он осторожно переступил через порог. — Входите, ребята. Все мы болваны.</p>
      <p>За ним вошли в комнату мальчик с шляпой, Бэд Стродзерс, еще один возчик, которого она знала, и двое незнакомцев. Это были рослые, кряжистые парни. Они виновато поглядывали на Саксон, словно боялись ее.</p>
      <p>— Все в порядке, Саксон, — снова начал Билл, но Бэд прервал его:</p>
      <p>— Первым делом надо уложить его в постель и разрезать на нем одежду. У него обе руки сломаны, а вот и молодцы, которые обработали его.</p>
      <p>Он указал на незнакомых парней, те смущенно переминались с ноги на ногу с весьма виноватым видом.</p>
      <p>Билл сел на кровать, Саксон держала лампу, а Бэд и незнакомцы разрезали и сняли с него куртку, рубашку и нижнюю рубаху.</p>
      <p>— Не захотел пойти на приемный пункт, — обратился Бэд к Саксон.</p>
      <p>— Ни за что на свете, — отозвался Билл. — Я послал за доктором Гентли. Он будет здесь сию минуту. Вот эти две руки — мое единственное достояние. Они мне честно служили, и я должен отплатить им той же монетой. Не позволю я студентам учиться на них.</p>
      <p>— Но как же это случилось? — спросила Саксон, переводя взгляд с Билла на незнакомцев; ее сбивали с толку дружелюбные чувства, которые все они явно питали друг к другу.</p>
      <p>— Они ни в чем не виноваты, — торопливо вмешался Билл. — Тут произошла ошибка. Это возчики из Фриско, они пришли оттуда, чтобы помочь нам, — их много сейчас в Окленде.</p>
      <p>При этих словах возчики слегка приободрились и кивнули.</p>
      <p>— Правильно, миссис… — хрипло пробасил один из них. — Ошибка вышла… Ну, словом, черт попутал!</p>
      <p>— А главное — выпили… — усмехнулся Билл.</p>
      <p>Саксон не только не волновалась — она словно ждала этого. Это должно было случиться. Ничего другого от Окленда и ждать нельзя — еще одна неприятность ко всем тем, которые он уже причинил ей и ее близким; кроме того, увечья Билла не были особенно опасными. Переломы рук и рана на голове заживут. Она принесла стулья и всех усадила.</p>
      <p>— Теперь расскажите, как это произошло, — спокойно повторила она.</p>
      <p>— Я не возьму в толк, зачем эти парни переломали моему мужу руки, а потом привели его домой и сидят тут, словно они его лучшие друзья.</p>
      <p>— Вы совершенно правы, — заверил Бэд Стродзерс. — Видите ли, случилось это…</p>
      <p>— Заткнись, Бэд, — прервал его Билл. — Ты же ничего не видел.</p>
      <p>Саксон с удивлением смотрела на возчиков из Сан-Франциско.</p>
      <p>— Дело в том, что мы приехали сюда на подмогу, — заговорил один из них, — мы знали, что оклендским ребятам приходится туго. И некоторым штрейкбрехерам уже показали, что на свете есть и другие занятия, кроме перевозки грузов. Ну вот мы с Джексоном и бродили да караулили, не попадется ли нам какая птичка, а тут видим, ваш муж торопится — удирает. Когда он…</p>
      <p>— Постой, — перебил его Джексон. — Говори все по порядку. Мы всех своих ребят знаем в лицо, а вашего мужа никогда раньше не видали, он ведь…</p>
      <p>— Как говорится, временно был изъят, — продолжал свой рассказ первый возчик. — И вот когда мы увидели его, то и приняли за штрейкбрехера, который улепетывает от нас кратчайшим путем через проулок…</p>
      <p>— Проулок за лавкой Кэмбела, — добавил Билл.</p>
      <p>— Да, за Кэмбелом, — продолжал первый возчик. — Мы были уверены, что это один из мерзавцев, нанятых агентством Мюррея и Рэди, и что он намерен прошмыгнуть задворками в конюшни.</p>
      <p>— Мы с Биллом как-то поймали там одного, — вставил Бэд.</p>
      <p>— И, конечно, мы не стали терять времени, — продолжал Джексон, обращаясь прямо к Саксон. — Нам не раз приходилось вправлять мозги штрейкбрехерам, и они у нас становились шелковые. Вашего мужа мы накрыли как раз в этом проулке.</p>
      <p>— А я искал Бэда, — пояснил Билл. — Ребята сказали, что я найду его на том конце проулка. Тут ко мне подошел Джексон и попросил огонька.</p>
      <p>— И я сразу принялся за работу, — заключил первый.</p>
      <p>— Какую работу? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Вот какую. — И он указал на голову Билла. — Я оглушил его. Он упал, как бык на бойне, потом поднялся на колени и что-то начал бормотать: что вы там стоите, — проваливайте, я вас не держу. Тогда мы и сделали вот это…</p>
      <p>Парень замолчал, полагая, что все ясно.</p>
      <p>— Перебили ему обе руки ломом, — пояснил Бэд.</p>
      <p>— Когда кости затрещали, я очухался, — подтвердил Билл. — А они оба стоят надо мной да зубы скалят: «Придется тебе отдохнуть маленько», — говорит Джексон. А Энсон говорит: «Посмотрел бы я, как ты этими руками да вожжи держать будешь». Тут Джексон снова начал: «Дадим-ка ему еще разок на счастье!» — и как даст мне в зубы.</p>
      <p>— Нет, — поправил его Энсон, — это я дал тебе разочек.</p>
      <p>— Все равно, я опять повалился без памяти, — вздохнул Билл. — А когда пришел в себя, то оказалось, что и Бэд, и Энсон, и Джексон — все втроем обливают меня водой у колонки. А затем мы все удрали от репортера и вместе пошли домой.</p>
      <p>Бэд Стродзерс поднял кулак и показал свежие ссадины.</p>
      <p>— Репортер здорово наседал, так ему хотелось узнать, в чем дело! — Он обратился к Биллу: — Потому-то я и свернул с Девятой и нагнал вас только на Шестой.</p>
      <p>Спустя несколько минут явился доктор Гентли и выпроводил всех мужчин из комнаты. Они дождались, пока Билла перевязали, так как хотели убедиться, что он чувствует себя хорошо, а затем ушли. Доктор Гентли, моя в кухне руки, давал Саксон последние указания. Вытирая их, он потянул носом и поглядел на плиту, где кипел котелок.</p>
      <p>— Ракушки, — сказал он. — Где вы их купили?</p>
      <p>— Я их не купила, — отвечала Саксон. — Я сама их набрала.</p>
      <p>— На болоте? — спросил он с внезапным интересом.</p>
      <p>— Да.</p>
      <p>— Выбросьте! Выбросьте их подальше! В них смерть и гибель! У меня было три случая тифа, а виною — эти самые ракушки и болото.</p>
      <p>Когда он ушел, Саксон выполнила его приказ: «Еще одно обвинение против Окленда, — подумала она. — Окленд — западня, он отравляет тех, кого не удается уморить голодом».</p>
      <p>— Тут, пожалуй, запьешь, — простонал Билл, когда Саксон вернулась к нему. — Ну можно ли было вообразить такое несчастье? Сколько я ни дрался на ринге, ни одной кости не сломал, а тут раз-раз — и обе руки к черту!</p>
      <p>— О, могло быть и хуже, — сказала Саксон, улыбаясь.</p>
      <p>— Хотел бы я знать — что?</p>
      <p>— Они могли сломать тебе шею.</p>
      <p>— Может, оно и лучше было бы. Нет, Саксон, ты мне скажи, что могло бы быть хуже?</p>
      <p>— Пожалуйста, — уверенно отозвалась она.</p>
      <p>— Ну?</p>
      <p>— А разве не хуже было бы, если бы ты все-таки решил остаться в Окленде, где такая история всегда может повториться?</p>
      <p>— Воображаю, какой из меня теперь получится фермер и как я буду пахать землю вот такими поленьями вместо рук, — упорствовал Билл.</p>
      <p>— Доктор Гентли уверяет, что в месте перелома они будут еще крепче, чем раньше. Ты сам знаешь, так всегда бывает с простыми переломами. А теперь, закрой-ка глаза и постарайся уснуть. Ты измучен, тебе пора успокоиться и перестать думать.</p>
      <p>Он послушно закрыл глаза. Она подложила прохладную руку ему под затылок и сидела не шевелясь.</p>
      <p>— Как хорошо, — пробормотал он. — Ты такая прохладная, Саксон. И твоя рука, и ты, вся ты. Побыть с тобою — это все равно что после танцев в душной комнате выйти на свежий ночной воздух.</p>
      <p>Пролежав несколько минут спокойно, он вдруг тихонько засмеялся.</p>
      <p>— Что такое? — спросила она.</p>
      <p>— Ничего. Я только представил себе, как эти болваны расправлялись со мной — со мной, который на своем веку обработал столько штрейкбрехеров, что и не запомнишь!</p>
      <p>На следующее утро, когда Билл проснулся, от вчерашних мрачных мыслей не осталось и следа. Саксон из кухни услышала, что он старательно выделывал голосом какие-то странные фиоритуры.</p>
      <p>— Я выучил новую песню, ты ее еще не знаешь, — пояснил он, когда она вошла к нему с чашкой кофе. — Я запомнил только припев. Старик наставляет парня-батрака, который хочет жениться на его дочери. Мэми, подружка Билла Мэрфи, с которой он гулял до женитьбы, постоянно напевала ее. Это очень грустная песенка. Мэми всегда ревела от нее. Вот, слушай припев, — и помни, что это поет старик.</p>
      <p>Отчаянно фальшивя, Билл с величайшей торжественностью затянул:</p>
      <p>Будь добр к моей дочурке,</p>
      <p>Не обижай ее!</p>
      <p>Когда умру, и дом и ферму -</p>
      <p>Я вам оставлю все,</p>
      <p>Коня и плуг, овцу, корову</p>
      <p>И всех моих кур во дворе…</p>
      <p>— Меня эти куры пронзили, — объяснил он. — Я и песню-то вспомнил из-за вчерашних кур в кинематографе. Когда-нибудь и у нас с тобой будут куры во дворе! Верно, старушка?</p>
      <p>— И дочка, — дополнила картину Саксон.</p>
      <p>— А я, как тот старикан, скажу эти самые слова батраку, который к ней посватается, — продолжал фантазировать Билл. — Ведь дочь вырастить недолго, если не спешишь.</p>
      <p>Саксон извлекла из футляра давно забытое укулеле и настроила его.</p>
      <p>— У меня тоже есть для тебя новая песенка, Билл. Ее всегда напевает Том. Ему до смерти хочется взять казенную землю и хозяйничать на ней, да Сара об этом и слышать не хочет. Вот эта песенка:</p>
      <p>И будет у нас ферма,</p>
      <p>Скотина, сад, гумно,</p>
      <p>Пахать я буду землю,</p>
      <p>А ты возить зерно.</p>
      <p>— Только полагаю, что пахать землю буду я, — заметил Билл. — Спой мне, Саксон, «Жатву». Это тоже фермерская песня.</p>
      <p>Исполнив его просьбу, она заявила, что кофе наверняка остынет, и заставила Билла приняться за еду. Он был совершенно беспомощен, ей пришлось кормить его, как ребенка, и они болтали.</p>
      <p>— Я хочу сказать тебе одну вещь, — обратился к ней Билл между двумя глотками кофе. — Дай нам только устроиться в деревне, и ты получишь лошадь, о которой мечтала всю жизнь. Она будет твоей полной собственностью, можешь кататься на ней верхом, запрягать ее или продать — словом, делать с ней все, что захочешь.</p>
      <p>Подумав немного, он начал снова:</p>
      <p>— Мне в деревне здорово пригодится мое знание лошадей; это большой козырь. Я всегда найду себе работу при лошадях, хотя бы и не по союзным ставкам. А другим полевым работам я живо научусь. Скажи, ты помнишь день, когда ты первый раз сказала мне, что всю жизнь мечтаешь иметь верховую лошадь?</p>
      <p>Да, Саксон помнила, и ей стоило больших усилий сдержать навертывающиеся слезы. Радость охватила ее, и ей пришло на память многое — все светлые надежды на счастливую жизнь с Биллом, окрылявшие ее, до того как наступили тяжелые времена. Теперь эти надежды воскресли. Если счастье обмануло, что ж — она и Билл сами отправятся на поиски нового счастья, претворят мечту в действительность, и этот фильм станет для них самой жизнью.</p>
      <p>Под влиянием внезапного — впрочем, скорее притворного — страха она прокралась в комнату, где умер Берт, чтобы внимательно разглядеть себя в зеркале. Нет, она почти не изменилась. Она все еще вооружена для битвы за любовь. Красавицей ее не назовешь, и она знала это, — но разве Мерседес не говорила ей, что знаменитые женщины, покорявшие мужчин, отнюдь не были красавицами? И все-таки, глядя на себя в зеркало, Саксон не могла не признать, что она очаровательна. Вот ее большие глаза такого чудесного серого цвета, они всегда оживлены и блестят, на их поверхности и в глубине то и дело всплывают невысказанные мысли, мелькают и тонут, уступая место все новым и новым. Вот ее брови, они безупречны, с этим нельзя не согласиться: чудесного рисунка, чуть темнее светлорусых волос; и они удивительно гармонируют с формой ее носа, слегка неправильного, женственного, но отнюдь не выражающего слабость характера, наоборот — задорного и, пожалуй, даже дерзкого.</p>
      <p>Она заметила также, что лицо ее слегка осунулось, губы не так алы, как прежде, живой румянец на щеках не так ярок. Но все это вернется. Рот у нее не похож на рот красавиц в иллюстрированных журналах, не рот-бутончик, — она уделила ему особое внимание, — но это хороший рот, на него приятно смотреть, он создан для того, чтобы смеяться и заражать своим смехом других. Она тут же заулыбалась, и в углах рта появились ямочки. Она знала, что, когда улыбается, люди невольно отвечают ей улыбкой. Саксон засмеялась: сначала одними глазами, — она сама придумала этот фокус, — потом откинула голову и засмеялась и глазами и ртом, обнажая ряд ровных и крепких белых зубов.</p>
      <p>Она вспомнила, как Билл расхваливал их в тот вечер в «Германии», после того как он отшил Чарли Лонга.</p>
      <p>«Они и не крупные, но в то же время и не мелкие, как у детишек, — сказал тогда Билл. — Они очень хороши и вам идут». А затем прибавил: «Они так хороши, что хочется съесть их».</p>
      <p>Ей пришли на память все комплименты, какие она когда-либо слыхала от Билла. Его ласковые слова и похвалы, его восхищение были ей дороже всех сокровищ мира. Он говорил, что кожа у нее прохладная, нежная, как бархат, и гладкая, как шелк. Она завернула рукав до плеча и потерлась щекой о белую кожу руки, придирчиво проверяя ее нежность. Он называл ее «упоительной», говорил, что раньше не понимал значения этого слова, когда другие парни так выражались про девушек, пока не узнал ее. Затем он говорил, что у нее свежий голос и что его звук действует на него так же, как ее рука, лежащая у него на лбу. Этот голос глубоко проникает в него, прохладный и трепетный, как легкий ветерок. И он сравнивал его с первым вечерним дыханием моря после знойного дня. А когда она говорит тихо, ее голос бархатист и нежен, точно виолончель в оркестре.</p>
      <p>Он называл ее своим «Жизненным Эликсиром», чистокровной лошадкой, живой и смелой, тонко чувствующей, нежной и чуткой. Ему нравилось, как она носит одежду. По его мнению, любое платье на ней — прямо мечта, — оно кажется неотъемлемой ее частью, как прохлада ее голоса и кожи и аромат ее волос.</p>
      <p>А фигура! Она встала на стул и наклонила зеркало, чтобы видеть себя от бедер до кончика туфель. Она разгладила на талии юбку и слегка приподняла ее: щиколотки все так же стройны, икры не утратили своей женственной и зрелой полноты. Она окинула критическим взглядом свои бедра, талию, грудь, проверила изгиб шеи и постановку головы и удовлетворенно вздохнула. Билл, должно быть, прав, когда уверяет, что она сложена, как француженка, и что в отношении линий и форм она может дать сто очков вперед Анетте Келлерман.</p>
      <p>Сколько же хорошего он наговорил когда-то, — думала она, вспоминая все это. Ее губы! В то воскресенье, когда он просил Саксон быть его женой, он сказал: «Я люблю смотреть на ваши губы, когда вы говорите. Это очень смешно, но каждое их движение похоже на легкий поцелуй». И позже, в тот же день: «Ты ведь мне понравилась с первой же минуты, как я тебя увидел». Он хвалил ее хозяйственность; говорил, что, живя с ней, питается лучше, пользуется большим комфортом, угощает товарищей и еще откладывает. Она вспомнила и тот день, когда он сжал ее в объятиях и заявил, что она самая восхитительная женщина из всех, когда-либо живших на этом свете.</p>
      <p>Саксон снова оглядела себя в зеркале с головы до ног, как бы охватывая все в целом. Вот она какая — крепкая, ладная! Да, она прелестна. И она победит. Если Билл великолепен своей мужественностью, то и она ему под стать своей женственностью. Она знала, что они отличная пара и она вполне заслужила многое, все лучшее, что он может дать ей. Но любование собой не ослепило ее; честно оценивая себя, она так же честно оценивала и его. Когда он был самим собой, не терзался заботами, не мучился безвыходностью положения, не был одурманен алкоголем — он, ее муж и возлюбленный, тоже заслуживал всего, что она ему давала и могла дать.</p>
      <p>Саксон окинула себя прощальным взглядом. Нет! Она еще полна жизни, как еще жива любовь Билла и ее любовь. Нужна только благоприятная почва, и их любовь расцветет пышным цветом. Они покинут Окленд и пойдут искать эту благоприятную почву.</p>
      <p>— О Билли! — крикнула она ему через перегородку, все еще стоя на стуле и то поднимая, то опуская зеркало, чтобы видеть свое отражение от щиколоток до зардевшегося теплым румянцем задорного и оживленного лица.</p>
      <p>— Что случилось? — спросил он в ответ.</p>
      <p>— Я влюблена в себя, — крикнула она.</p>
      <p>— Это еще что за игра? — послышался его недоумевающий голос. — Что это тебе вздумалось в себя влюбляться?</p>
      <p>— Потому, что ты меня любишь, — ответила она. — Я люблю себя всю, Билли, каждую жилку, потому что… потому что… ну, потому что и ты все это любишь.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава девятнадцатая</p>
      </title>
      <p>Дни летели для Саксон незаметно: она ухаживала за Биллом, работала по дому, строила бесконечные планы на будущее и распродавала свои запасы вышитых вещиц. Нелегко было Саксон добиться от Билла согласия на эту продажу, но в конце концов она уломала его.</p>
      <p>— Я расстанусь только с теми вещами, которые не носила, — настаивала она. — Мне нетрудно будет вышить новые, когда мы прочно где-нибудь устроимся.</p>
      <p>Все, что ей не удалось продать, а также часть столового и постельного белья и лишнюю одежду, свою и Билла, она оставила на хранение у Тома.</p>
      <p>— Ладно, — сказал Билл. — Сегодня на твоей улице праздник. Все будет, как тебе хочется. Ты — Робинзон Крузо, а я — твой Пятница. Ты уже решила, куда мы двинемся?</p>
      <p>Саксон покачала головой.</p>
      <p>— А каким способом мы будем путешествовать? Она подняла одну ногу, потом другую, — на ногах были грубые дорожные башмаки, которые она надела лишь в это утро, чтобы они немного разносились.</p>
      <p>— На своих на двоих, да?</p>
      <p>— Так наши предки пришли на Запад, — ответила она с гордостью.</p>
      <p>— Значит, мы пойдем пешедралом, как настоящие бродяги? Я еще не слыхал о женщинах-бродягах!</p>
      <p>— Такая женщина перед тобой. И потом. Билли, идти пешедралом вовсе не позор. Моя мать прошла пешком большую часть пути через прерии. В те времена матери почти всех американцев отправлялись в дальние странствия. Мне нет никакого дела до того, что скажут люди. По-моему, наше племя странствует испокон веков, и так же пойдем странствовать мы, отыскивая клочок земли, который бы нам приглянулся для постоянного житья.</p>
      <p>Через несколько дней, когда рану на голове Билла затянуло и кости рук начали срастаться, он уже мог вставать и двигаться по дому. Но обе руки еще лежали в лубках, и он был по-прежнему беспомощен.</p>
      <p>Доктор Гентли не только согласился, но сам предложил, чтобы они оплатили его услуги позже, когда для них настанут лучшие времена. Относительно казенной земли, которая так интересовала Саксон, он ничего не знал. Но, по его мнению, времена раздачи казенных земель прошли.</p>
      <p>Том, напротив, утверждал, что казенной земли сколько хочешь. Он рассказывал о Медовом озере, об округе Шаста и Гумбольдта.</p>
      <p>— Но в это время года вам нечего туда и соваться, ведь зима на носу, — старался он отговорить Саксон. — Вам надо двинуться на юг, в теплые края, — скажем, вдоль побережья. Там не бывает снега. Вот что я вам скажу: идите на Сан-Хосе и Салинас и выбирайтесь на побережье у Монтери. К югу от Монтери вы найдете участки казенной земли вперемежку с лесными заповедниками и мексиканскими ранчо. Местность там очень дикая, даже дорог настоящих нет. Все жители занимаются только скотоводством. Но вы увидите прекрасные каньоны, поросшие секвойями, и плодородные земли, они тянутся до самого океана. Я прошлый год как-то толковал с одним парнем, который побывал в этих местах и все там излазил. С какой бы охотой я ушел из города, как и вы, да Сара слышать об этом не хочет. А там и золото сейчас найдено. Туда уже понаехало немало золотоискателей, и открылись два-три прииска, будто бы очень богатые. Но это гораздо дальше и в сторону от побережья. Вы могли бы наведаться туда.</p>
      <p>Саксон покачала головой:</p>
      <p>— Мы ищем не золото, а место, где разводить кур и выращивать овощи. Наши предки имели когда-то полную возможность искать золото, а что осталось от всего их богатства?</p>
      <p>— Ты права, — согласился Том. — Они вечно гонялись за журавлями в небе и упускали тысячи синиц у себя под носом. Взять хотя бы твоего отца. Он рассказывал, что продал три участка на Маркет-стрит в Сан-Франциско по пятидесяти долларов. Теперь им цена пятьсот тысяч. А дядя Билл? У него было этих ранчо без счета. Удовлетворился он этим? Нет. Он непременно хотел стать скотоводческим магнатом, настоящим Миллером и Люксом. А умер ночным сторожем в Лос-Анжелосе, получая сорок долларов в месяц. Не забывай о духе времени — он сейчас совсем другой. Сейчас везде царят большие дела, а мы с тобой мелкие сошки. По рассказам наших родичей, они жили в Западном заповеднике, это примерно те места, где теперь штат Огайо. В те годы каждый мог получить участок, нужно было только запрячь волов и идти за повозками тысячи миль на запад, вплоть до Тихого океана. Эти тысячи миль и земельных участков только и ждали тех, кто их обработает. Сто шестьдесят акров — это нее пустяк! В те ранние годы в Орегоне не было участков меньше, чем по шестьсот сорок акров.</p>
      <p>— Таков был тогда дух времени: перед тобою нетронутые земли, бери, сколько хочешь. Но когда мы дошли до Тихого океана — времена изменились: тут пошли большие дела. А крупные дела требуют крупных дельцов; и на каждого крупного дельца приходятся тысячи маленьких людей, которым остается одно — работать на богачей. Маленькие люди — это те, кто проигрывает, понимаешь? А если это им не нравится — пожалуйста, пусть бросают, но легче им не станет. Они уже не могут запрячь волов и ехать дальше: ехать-то больше некуда! Китай далеко, а между Китаем и нами порядочное пространство соленой воды, ее ведь не вспашешь.</p>
      <p>— Это все очень понятно, — заметила Саксон.</p>
      <p>— Да, — продолжал брат, — но мы поняли, когда все кончилось и было уже поздно.</p>
      <p>— Крупные дельцы — это те, что поумнее, — заметила Саксон.</p>
      <p>— Нет, им просто повезло, — возразил Том. — Кое-кто победил, но большинство было побеждено, хотя побежденные ни в чем не уступали победителям. Ну, вроде драки мальчишек, которые сцепились на улице из-за брошенной им мелочи. И нельзя сказать, чтобы все они были так уж недальновидны. Но возьмем хотя бы твоего отца: он родился в Новой Англии, крепкая семья, у его предков был деловой нюх, они умели приумножать свое состояние. А представь, что у твоего отца оказалась бы больная печень или почки или что он подцепил бы ревматизм и не имел бы сил рыскать по свету в поисках счастья и сражаться, покорять женские сердца и обследовать на Западе каждый уголок? Тогда он поселился бы в Сан-Франциско, застроил бы свои три участка на Маркет-стрит, стал бы прикупать новые владения, сделался бы акционером пароходных компаний, спекулировал бы недвижимостью и прокладывал железнодорожные пути и туннели.</p>
      <p>Ну чем, скажи, не крупный делец! Это был энергичнейший человек, он мгновенно принимал самые рискованные решения, был холоден, как лед, и неукротим, как индеец из племени команчей. И он, конечно, пробил бы себе дорогу среди всех этих беззастенчивых дельцов и бандитов тех времен так же, как находил путь к сердцам прекрасных леди, когда проносился мимо них галопом на своем здоровенном коне, — сабля гремит, шпоры звенят, длинные волосы развеваются по ветру, а сам он строен, как индеец, и изящен, как голубоглазый принц из волшебной сказки или как мексиканский кабальеро. Удалось же ему в дни Гражданской войны с небольшим отрядом совершить рейд в тыл мятежников и вернуться обратно, непрерывно отстреливаясь и крича, как дикарь, и требуя от своих людей новых подвигов. Кэди рассказывал мне об этом; он воевал вместе с твоим отцом.</p>
      <p>Если бы только твой отец поселился в Сан-Франциско, он стал бы наверняка одним из первых богачей Запада. И ты была бы тогда богатой молодой особой, разъезжала бы по Европе, построила себе целый дворец на Ноб-Хилле, где живут все эти Флуды и Крокеры, и владела бы большей частью акций Фэйрмаунт-отеля и еще нескольких таких же концернов.</p>
      <p>А почему этого нет? Разве твой отец был недостаточно умен? Ничего подобного: его ум действовал, как стальной капкан. Но ему не давал покоя дух времени, все в нем бродило, кипело, он не мог усидеть на месте. Просто тебе повезло меньше, чем всем этим молодым женщинам из семейств Флудов или Крокеров. Твой отец не догадался подцепить ревматизм — вот и все!</p>
      <p>Саксон вздохнула, затем улыбнулась.</p>
      <p>— Все равно я их всех за пояс заткнула! — сказала она. — Девушки из этих семейств не могут выйти замуж за боксера, а я вышла.</p>
      <p>Том поглядел на нее сначала растерянно, затем с все возрастающим восхищением.</p>
      <p>— Ну, одно я могу сказать, — заявил он торжественно, — Биллу повезло — он даже не подозревает, как здорово ему повезло!</p>
      <p>Наконец-то доктор Гентли разрешил снять лубки с рук Билла. Саксон потребовала, чтобы он отдыхал еще две недели, тогда уж никакого риска не будет. К тому времени опять подойдет срок уплаты за квартиру, и они будут должны уже за два месяца, но домовладелец соглашался подождать, пока Билл встанет на ноги.</p>
      <p>В назначенный Саксон день Сэлингер прислал за мебелью, и агент вернул Биллу семьдесят долларов.</p>
      <p>— Все остальное мы засчитали за прокат, — пояснил агент. — Теперь уж ваша мебель пойдет как подержанная. Для Сэлингера это чистейший убыток, и он не обязан был брать все обратно, сами понимаете. Запомните же: он благородно поступил с вами, и если будете снова устраиваться, не забывайте его.</p>
      <p>Благодаря этой сумме и деньгам, вырученным за продажу рукоделий Саксон, они уплатили все мелкие долги, и у них осталось еще несколько долларов.</p>
      <p>— Для меня долги — хуже яда, — сказал Билл, обращаясь к Саксон. — А теперь мы не должны ни одной душе, кроме домовладельца и доктора Гентли.</p>
      <p>— И ни того, ни другого не следует заставлять ждать слишком долго. Это им не по карману, — сказала она.</p>
      <p>— Они и не будут ждать, — спокойно отвечал Билл.</p>
      <p>Она одобрительно улыбнулась: как и Билл, она ненавидела долги; так же ненавидели их первые пионеры Запада, воспитанные в духе строгой пуританской морали.</p>
      <p>Воспользовавшись отсутствием Билла, Саксон разобрала вещи в комоде, пересекшем в свое время Атлантический океан на борту парусного судна и прерии — в повозке, запряженной волами. Она поцеловала дырку, пробитую пулей в сражении при Литтл Мэдоу, поцеловала саблю отца — и перед ней, как всегда, встал его образ: он сидел на чалом боевом коне. Она благоговейно перечла стихи своей матери в альбоме и — на прощание</p>
      <p>— обвила свою талию атласным алым испанским корсажем, затем снова раскрыла альбом, чтобы в последний раз полюбоваться на гравюру, где были изображены викинги, которые с мечами в руках выскакивают на песчаный берег Англии. И опять Билл представился ей викингом, и она задумалась над удивительными странствиями ее родного племени. Ее народ всегда жаждал земли, и Саксон была счастлива, чувствуя, что она — истинная дочь своего народа! Разве, несмотря на жизнь в большом городе, она не ощутила в себе ту же тягу к земле? И разве она, побуждаемая этой тягой, не собирается пуститься в далекий путь, как это делали в старину ее предки, как это сделали ее отец и мать? Она вспомнила рассказ матери о том, какой волшебной показалась им обетованная земля, когда их разбитые повозки и измученные волы спустились по раннему снегу Сиерры в широкие долины цветущей, солнечной Калифорнии. Саксон часто представлялось, что она — девятилетняя девочка и смотрит с покрытых снегом вершин вниз, в долину, как смотрела некогда ее мать. Она вспомнила и прочла вслух стансы матери:</p>
      <p>Словно нежная арфа Эола,</p>
      <p>Муза поет все нежней…</p>
      <p>Калифорнийские долы</p>
      <p>Эхом откликнулись ей.</p>
      <p>Саксон блаженно вздохнула и отерла глаза. Быть может, тяжелые времена миновали? Быть может, это был ее переход через прерии и они с Биллом благополучно его совершили, а сейчас взбираются на вершины Сиерры, чтобы потом спуститься на цветущую равнину?..</p>
      <p>Утром, в день отъезда, повозка Сэлингера подъехала к дому, чтобы забрать мебель. Домовладелец, стоявший у калитки, взял у них ключи, пожал им руки и пожелал удачи.</p>
      <p>— Вы правильно делаете, — заявил он одобрительно. — Ведь и я сорок лет назад пришел в Окленд пешком, со скаткой за плечами. Покупайте дешевую землю, как покупал я. На старости лет она спасет вас от богадельни. Теперь новые города вырастают как грибы, — начинайте и вы с малого. Ваши руки всегда вас прокормят и дадут крышу над головой, а земля принесет вам достаток. Мой адрес вы знаете. Когда скопите много денег, пришлите мне ваш должок. Ну, желаю удачи! И не обращайте внимания на то, что скажут люди. Кто ищет — тот находит!</p>
      <p>Когда Билл и Саксон тронулись в путь, соседи с любопытством смотрели на них из-за полуоткрытых ставен, а ребята изумленно таращили глаза. Билл нес за плечами одеяла и подушки в чехле из просмоленного брезента. Кроме одеял, там лежало белье и другие необходимые в дороге вещи. Снаружи к ремням были привязаны сковородка и котелок. Билл держал в руке кофейник. Саксон несла небольшую складную корзинку, обтянутую черной клеенкой; за спиной у нее висел маленький футляр с укулеле.</p>
      <p>— Мы, наверно, похожи на огородные пугала, — ворчал Билл, ежась от каждого брошенного на него взгляда.</p>
      <p>— Представь себе, что мы отправляемся на экскурсию, — успокаивала его Саксон.</p>
      <p>— Но ведь мы идем не на экскурсию…</p>
      <p>— Никто же этого не знает, — возразила она. — Это знаешь только ты. А если ты думаешь, будто они это думают, так они на самом деле вовсе этого не думают. По всей вероятности, они говорят себе: люди отправляются на экскурсию. А самое лучшее — что ведь оно так и есть! Так и есть! Правда!</p>
      <p>Тут и Билл воспрянул духом, но на всякий случай пробормотал, что он голову оторвет первому негодяю, который захочет над ним посмеяться. Он украдкой взглянул на Саксон. Ее щеки горели, глаза сияли.</p>
      <p>— Знаешь, Саксон, — вдруг начал он, — я видел как-то раз оперу, там ребята странствовали с гитарой за плечами, как ты со своей музыкой. Ты мне их напомнила. Они все время пели песни.</p>
      <p>— Поэтому я и взяла с собой укулеле, — ответила Саксон. — Мы будем петь на проселочных дорогах и у костров на привалах. Мы с тобой отправляемся на экскурсию — вот и все. У нас каникулы, и мы решили посмотреть окрестности. Увидишь, как будет весело! Мы даже не знаем, где нам придется сегодня ночевать, — да и вообще ничего не знаем. Подумай, как забавно!</p>
      <p>— Верно, верно, это своего рода спортивное задание, — согласился Билл. — А все-таки давай свернем, чтобы не идти этой улицей. На том углу стоят несколько знакомых ребят, и мне совсем не хочется с ними драться.</p>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Часть третья</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Глава первая</p>
      </title>
      <p>Трамвай доходил до Хейуордса, но Саксон предложила выйти у Сан-Леандро.</p>
      <p>— Не все ли равно, откуда мы начнем свой поход, — сказала она, — ведь идти пешком нам все равно придется. Раз мы решили подыскать себе земельный участок и хотим хорошенько разузнать, что и как, то чем скорее мы примемся за дело, тем лучше. И потом нам же надо ознакомиться с разного рода участками — и пригородными и расположенными далеко в горах.</p>
      <p>— Это верно штаб-квартира португалов, — неизменно, как припев, повторял Билл, когда они проходили по Сан-Леандро.</p>
      <p>— Похоже, что они совсем вытеснили наших, — решила Саксон.</p>
      <p>— Их тут полным-полно! — ворчал Билл. — Видно, для свободного американца уже нет места в его собственной стране.</p>
      <p>— Значит, он сам виноват, — сердито отозвалась Саксон, болезненно воспринимавшая все эти обстоятельства, над которыми ей впервые пришлось задуматься.</p>
      <p>— Не знаю, по-моему — американец, если захочет, ни в чем не уступит португалу. Но только он, слава богу, этого не хочет. Он не способен жить, как свинья.</p>
      <p>— В деревне, может быть, и нет, — возразила Саксон. — А в городе я видела множество американцев, живущих, как свиньи.</p>
      <p>Билл нехотя согласился с ней:</p>
      <p>— Вероятно, они бросают фермы и убегают в город в поисках лучшего, а там им тоже приходится несладко.</p>
      <p>— Погляди, сколько ребятишек! — воскликнула Саксон. — Это они идут из школы. Почти все — португальцы; заметь. Билли: португальцы, а не португалы, — Мерседес научила меня правильно произносить это слово.</p>
      <p>— Небось у себя дома не бегали такими франтами, — усмехнулся Билл.</p>
      <p>— Пришлось тащиться в этакую даль, чтобы раздобыть порядочную одежду и порядочную жратву. А какие кругленькие, прямо масляные шарики!</p>
      <p>Саксон утвердительно кивнула.</p>
      <p>— В том-то и дело. Билли, — обрадовалась Саксон, словно сделала очень важное для себя открытие. — Эти люди обрабатывают землю, — им не мешают забастовки.</p>
      <p>— И это, по-твоему, называется обрабатывать? — возразил он, указывая на участок, размерами не больше акра, мимо которого они проходили.</p>
      <p>— Да, у тебя размах широкий, — засмеялась она. — Ты вроде дяди Билла: он имел тысячи акров, мечтал о миллионе, а кончил тем, что стал ночным сторожем. Это-то и губит нас, американцев. Нам подавай большие масштабы! Об участке меньше ста шестидесяти акров мы и слышать не хотим.</p>
      <p>— Все равно, — упрямился Билл. — Большие масштабы куда лучше, чем маленькие, вроде этих дурацких садиков.</p>
      <p>Саксон вздохнула.</p>
      <p>— Уде не знаю, что хуже, — сказала она, помолчав, — обрабатывать несколько акров собственной земли собственной упряжкой или не иметь ни кола ни двора, работать на чужих лошадях и получать жалованье.</p>
      <p>Билл поморщился.</p>
      <p>— Продолжай в том же духе, Робинзон Крузо, — добродушно пробурчал он. — Хорошенько прочисть мне мозги. Как ни грустно, а все это истинная правда. Черта лысого! Какой же я был свободный американец, если, чтобы жить, мне приходилось править чужими лошадьми, бастовать, лупить штрейкбрехеров, а после всего этого я оказался даже не в состоянии выплатить деньги за какие-то несчастные столы и стулья. Что ни говори, ужасно обидно было отдавать наше кресло, — тебе оно так нравилось. Немало хороших часов провели мы в нем.</p>
      <p>Сан-Леандро давно остался позади. Теперь они брели по местности, где вся земля была разбита на маленькие участки; Билл называл их «хуторками». Саксон вынула свое укулеле, чтобы развлечь его песней. Для начала она спела «Будь добр к моей дочурке», а затем перешла к старинным негритянским духовным песням, одна из которых начиналась словами:</p>
      <p>О страшный суд, последний час</p>
      <p>Все ближе, ближе, ближе,</p>
      <p>Уже я слышу трубный глас…</p>
      <p>Все ближе, ближе, ближе!</p>
      <p>Большой дорожный автомобиль, пролетев мимо, поднял облако пыли. Саксон пришлось прервать песню, и она воспользовалась этим для того, чтобы изложить Биллу свои последние соображения:</p>
      <p>— Запомни, Билли, мы ни в коем случае не должны хвататься за первый же участок, который нам попадется. Мы должны решать это дело с открытыми глазами.</p>
      <p>— Да, они пока у нас закрыты, — согласился он.</p>
      <p>— А нам необходимо их открыть. Кто ищет — тот находит. У нас сколько угодно времени, чтобы всему научиться. Неважно, если на это потребуется несколько месяцев; мы ведь ничем не связаны. Как говорится, семь раз отмерь, один раз отрежь! Надо как можно больше беседовать с людьми и все разузнать. Мы должны заговаривать с каждым встречным и расспрашивать. Всех расспрашивать. Это единственный способ узнать все, что надо.</p>
      <p>— Не очень-то я умею расспрашивать, — смущенно отозвался Билл.</p>
      <p>— Тогда я возьму это на себя, — воскликнула Саксон. — Нам нужно выиграть эту игру, а потому необходимо все знать. Погляди, как живут португальцы! Куда девались все американцы? Ведь после мексиканцев они первые завладели этой землей. Почему же они ушли отсюда? Как португальцы добились таких успехов? Видишь, нам придется задавать миллион вопросов.</p>
      <p>Она ударила по струнам, и снова весело зазвенел ее чистый голос:</p>
      <p>Я возвращаюсь в Дикси,</p>
      <p>Я возвращаюсь в Дикси,</p>
      <p>К цветущим апельсинам в глухом саду,</p>
      <p>А здесь уже морозы,</p>
      <p>А здесь тоска и слезы…</p>
      <p>Вновь потянуло в Дикси,</p>
      <p>И я иду!</p>
      <p>Саксон оборвала пение и воскликнула:</p>
      <p>— Какой чудесный уголок! Погляди вон на ту беседку, она вся увита виноградом!</p>
      <p>Все вновь и вновь восхищалась она маленькими владениями, мимо которых они шли. Саксон то и дело останавливала Билла словами: «Посмотри, какие цветы! „, или: «Вот так овощи! «, или: «Гляди-ка, у них и корова есть!“</p>
      <p>Мужчины-американцы, проезжавшие мимо них в колясках или в легковых машинах, с любопытством поглядывали на Саксон и Билла. Саксон относилась к этому гораздо спокойнее, чем Билл, который то и дело недовольно ворчал. Они увидели монтера телефонной компании, сидевшего у обочины дороги и уплетавшего свой завтрак.</p>
      <p>— Давай остановимся и расспросим его, — шепнула Саксон.</p>
      <p>— А что толку? Это же телефонист. Что он смыслит в сельском хозяйстве?</p>
      <p>— Как знать! Во всяком случае, это свой парень, рабочий. Пойди, Билли, и заговори с ним. Он сейчас отдыхает и будет рад поболтать с нами. Видишь дерево за калиткой? Как странно срослись его ветви. Прямо чудо какое-то! Спроси про это дерево — это хорошее начало, а там разговоритесь.</p>
      <p>Поравнявшись с монтером, Билл остановился.</p>
      <p>— Добрый день! — буркнул он.</p>
      <p>Монтер, совсем молодой парень, который только что собирался разбить крутое яйцо, помедлил и взглянул на них.</p>
      <p>— Добрый день, — откликнулся он.</p>
      <p>Билл сбросил с плеч поклажу, а Саксон поставила наземь корзинку.</p>
      <p>— Торгуете? — спросил парень, не решаясь адресоваться прямо к Саксон и обращаясь сразу к обоим; при этом он покосился на обшитую клеенкой корзинку.</p>
      <p>— Нет, — поспешно ответила она. — Мы присматриваем для себя участок. Вы не слыхали о хорошем свободном участке в этих краях?</p>
      <p>Он снова отложил яйцо и окинул их пристальным взглядом, словно оценивая их денежные возможности.</p>
      <p>— А вы знаете, сколько в этих краях стоит земля? — спросил он.</p>
      <p>— Нет, — отвечала Саксон. — А вы?</p>
      <p>— Еще бы мне не знать! Я здесь родился. Участки вроде этого идут от двух и трех до четырех и пяти сот долларов за акр.</p>
      <p>— Фью-ю! — свистнул Билл. — Нет, нам такой земли не надо.</p>
      <p>— Но почему такая дороговизна? Разве это городские участки? — допытывалась Саксон.</p>
      <p>— Нет. Португальцы взвинтили цены на землю.</p>
      <p>— А я думал, хорошая, плодородная земля идет по сто долларов за акр, — сказал Билл.</p>
      <p>— О, эти времена давно прошли. Верно, когда-то ее отдавали за эту цену, а иной раз, если покупатель попадался солидный, то и со всем скотом в придачу.</p>
      <p>— А как тут насчет казенной земли? — осведомился Билл.</p>
      <p>— Казенной тут нет и никогда не было. Все это раньше принадлежало мексиканцам. Мой дед купил тысячу шестьсот акров лучшей здешней земли за тысячу пятьсот долларов — пятьсот сразу, остальные в рассрочку на пять лет, без процентов. Но это было давно. Он пришел с Запада в сорок восьмом году, так как искал мягкий и здоровый климат.</p>
      <p>— Что ж, места здесь хорошие, — согласился Билл.</p>
      <p>— Да, конечно. Если бы он и отец удержали эту землю, она бы кормила их лучше всякого золотого прииска и мне бы не пришлось работать из-за куска хлеба. А вы чем занимаетесь?</p>
      <p>— Я возчик.</p>
      <p>— В оклендской забастовке участвовали?</p>
      <p>— А как же! Я всю жизнь проработал в Окленде.</p>
      <p>Тут оба пустились в рассуждения о профсоюзных делах и ходе забастовки, но Саксон не позволила им уклониться в сторону и снова вернулась к разговору о земле.</p>
      <p>— Каким образом португальцы взвинтили цену на землю? — спросила она.</p>
      <p>Парень с трудом оторвался от профсоюзных дел и некоторое время недоуменно смотрел на нее, пока, наконец, вопрос дошел до его сознания.</p>
      <p>— Потому что они работают до седьмого пота. Они работают утром, днем, вечером, причем все выходят в поле — и женщины и дети. Потому что они из двадцати акров извлекают больше дохода, чем мы из ста шестидесяти. Посмотрите на старика Сильву, Антонио Сильву. Я помню его, когда сам еще вот такой был. У него денег на обед не хватало, когда он попал в наши края и снял в аренду землю у моих родных. А теперь у него двести пятьдесят тысяч долларов чистоганом, да и кредита наберется почитай что на миллион. Я уж не говорю про имущество всех остальных членов его семьи.</p>
      <p>— И он добыл все это из земли, которая принадлежала вашей семье? — спросила Саксон.</p>
      <p>Парень нехотя кивнул.</p>
      <p>— Так почему же они сами не сделали этого? Монтер пожал плечами:</p>
      <p>— Почем я знаю?</p>
      <p>— Деньги ведь лежали в земле, — настаивала она.</p>
      <p>— Черта с два они там лежали! — ответил он с раздражением. — Мы и не догадывались, что она может дать такие деньги. Полагаю, что деньги были в голове у португальцев: они знали больше нашего, вот и все.</p>
      <p>Однако Саксон была так явно неудовлетворена его объяснением, что задетый за живое монтер сорвался с места.</p>
      <p>— Пойдемте, я покажу вам, — сказал он, — я покажу вам, почему должен работать на других, хотя мог быть миллионером, если б мои родичи не оказались растяпами. Мы, природные американцы, всегда были растяпами! Растяпами с большой буквы!</p>
      <p>Он провел их в сад — к дереву, которое с первой же минуты привлекло внимание Саксон. От ствола отходили четыре ветви; двумя футами выше ветви снова сходились, скрепленные друг с другом живой древесиной.</p>
      <p>— Вы думаете, оно само так выросло? Его заставил так вырасти старик Сильва: он связал молодые побеги, пока дерево было молодым. Ловко, а? Вот видите! Это дерево не боится бури: естественные скрепы сильнее железных. Поглядите на ряды деревьев. Тут они все такие. Видите? И это только один из их фокусов. А у них этих выдумок — миллион!</p>
      <p>Сами посудите: таким деревьям не нужны подпорки, когда ветви гнутся от плодов. А у нас бывали годы, когда к каждому дереву приставляли до пяти подпорок. Представьте себе десятки акров плодовых деревьев: для них понадобится несколько тысяч подпорок. Подпорки стоят денег, а какая возня их ставить и потом убирать! Естественные же скрепы не требуют никаких хлопот, они всегда на месте. Да, португальцы здорово нас обогнали! Идемте, я все покажу вам.</p>
      <p>Билл с его городскими понятиями о нарушении границ чужих владений был смущен свободой, с какой они разгуливали по чужому участку.</p>
      <p>— Не беда, лишь бы мы ничего не потоптали, — успокоил его монтер.</p>
      <p>— А потом ведь это бывшая земля моего деда. Здесь все меня знают. Сорок лет назад старик Сильва приехал с Азорских островов. Годика два-три он пас овец в горах, затем появился у нас в Сан-Леандро. Эти пять акров — первая земля, которую он арендовал. С этого началось. Потом он брал в аренду участки уже по сотне и больше акров. А тут с Азорских островов к нему так и повалили всякие дяди, тетки, сестры — все они, как вам известно, там между собой в родстве, — и очень скоро Сан-Леандро превратился в португальский поселок.</p>
      <p>Сильва купил эти пять акров у деда. Мой отец к тому времени совсем влез в долги, и Сильва стал покупать у него участки в сто и в сто шестьдесят акров. Да и родственники старика не зевали — Отец, сколько я его помню, всегда собирался быстро разбогатеть — и в конце концов не оставил своим наследникам ничего, кроме долгов. А старик Сильва не гнушался самым мелким дельцем, лишь бы оно обещало ему барыш. И все они такие. Видите там, за изгородью на дороге, конские бобы посажены до самой колеи. Мы бы с вами постыдились заниматься такой чепухой. А Сильва не постыдился! Потому-то он и построил дом в Сан-Леандро и разъезжает на автомобиле, который стоит четыре тысячи долларов. И все равно засадил луком даже площадку перед городским домом, до самого тротуара. Один этот клочок земли дает ему триста долларов в год. Он и прошлый год сторговал участок в десять акров, — я это случайно знаю, — с него взяли по тысяче за акр, а он и глазом не моргнул. Он знал, что не прогадает, — вот и все. Знал, что земля все ему вернет сторицей. В горах у него есть ранчо в пятьсот восемьдесят акров, оно досталось ему прямо даром; уверяю вас, я мог бы каждый день разъезжать на автомобиле только на то, что он выручает с этого ранчо, продавая лошадей всех пород — от тяжеловозов до рысаков.</p>
      <p>— Но как? Как это ему удалось? — воскликнула Саксон.</p>
      <p>— Умеет хозяйничать. Да и вся его семья работает. Никто из них не стыдится, засучив рукава, взяться за мотыгу, — будь то сын, дочь, невестка, старик, старуха, ребенок. У них считается, что если четырехлетний карапуз не способен пасти корову на проселочной дороге и доглядеть, чтобы она сыта была, то он не стоит той соли, которую съедает. Сильва и все его сородичи держат сотню акров под горохом, восемьдесят под помидорами, тридцать под спаржей, десять под ревенем, сорок под огурцами — да всего не перечтешь.</p>
      <p>— Но как это им удалось? — допытывалась Саксон. — Мы тоже никогда не стыдились работы. Мы гнули спину всю свою жизнь. Я могу за пояс заткнуть любую португальскую девушку. И сколько раз так бывало на джутовой фабрике: у нас на ткацких станках работало очень много португальских девушек, и мне всегда удавалось соткать больше любой из них. Нет, тут дело не в работе… Так в чем?</p>
      <p>Монтер смущенно посмотрел на нее.</p>
      <p>— Я много раз спрашивал себя о том же. «Мы ведь гораздо лучше этих дохлых эмигрантов, — говорил я себе. — Мы пришли сюда первые, и эта земля принадлежала нам. Я могу дать сто очков вперед любому даго с Азорских островов. И я образованнее его. Так каким же образом, черт их дери, они взяли над нами верх, прибрали к рукам нашу землю, завели текущие счета в банках?» Я могу объяснить это только одним: нет у нас смекалки, котелок не варит! Нам чего-то не хватает. Во всяком случае, как фермеры мы провалились. Мы никогда серьезно на это не смотрели. Показать вам, как обрабатывают землю Сильва и его сородичи? Я вас затем и привел сюда. Поглядите на эту ферму. Один из его родственников только что приехал с Азорских островов и начал с этого клочка, причем вносит Сильве весьма приличную арендную плату. Очень скоро он осмотрится и купит себе участок у какого-нибудь захудалого фермера-американца.</p>
      <p>Вот посмотрите, — хоть сейчас и не время, здесь главная работа летом, — у него не пропадает ни дюйма земли. Там, где мы собираем один тощий урожай, они собирают четыре, да еще каких! И обратите внимание, как он все рассадил: между деревьями — ряды смородинных кустов, между кустами смородины — фасоль; фасоль растет везде, на каждом свободном местечке. Теперь Сильва не продал бы этого участка и по пятьсот долларов за акр наличными, а когда-то он заплатил моему деду по пятьдесят за акр. И вот я работаю в телефонной компании и ставлю телефон родственнику старика Сильвы, который только что приехал с Азорских островов и еще двух слов по-английски связать не умеет.</p>
      <p>Ведь надо же! Посадить конские бобы вдоль дороги! Но благодаря этой затее Сильва больше получил доходу со своих свиней, чем мой дед со всей своей фермы. Дед нос воротил от конских бобов. Так с отвороченным носом и умер, а закладных оставил больше, чем волос на голове! Вы слыхали когда-нибудь, чтобы помидоры завертывали в бумагу? Отец только презрительно фыркнул, когда впервые увидел, что португальцы это делают. Он только и знал, что фыркать. Но они собрали богатейший урожай, а помидоры отца были поедены жуком. У нас нет смекалки, нет настоящей хватки или как там говорят. Посмотрите на этот клочок земли — он приносит четыре урожая в год, и каждый дюйм использован до отказа. Здесь, в Сан-Леандро, есть такие участки, где один акр приносит больше, чем приносили в прежнее время пятьдесят акров. Португальцы — прирожденные фермеры, в этом весь секрет. А мы ничего в земледелии не смыслим и никогда не смыслили.</p>
      <p>Саксон проболтала с монтером до часу дня, разгуливая с ним по участку. Спохватившись, что уже поздно, молодой человек тут же попрощался и снова принялся за установку телефона для только что приехавшего эмигранта с Азорских островов.</p>
      <p>Шагая по городским улицам, Саксон несла свою корзинку в руке, но к корзинке были приделаны петли, и за городом она продевала в них руки и несла ее на спине. Тогда маленький футляр с укулеле сдвигался в сторону и висел у нее через левое плечо.</p>
      <p>Расставшись с монтером, они прошли около мили и остановились у протекавшего в тени кустов ручейка. Билл готов был удовольствоваться завтраком, который Саксон захватила с собой еще из дому, но она предпочла развести костер и сварить кофе. Сама она вполне обошлась бы бутербродами, но ей казалось чрезвычайно важным, чтобы в начале их замечательного путешествия Билл не терпел никаких лишений. Стремясь пробудить в нем такой же энтузиазм, как у нее, она боялась, что столь скучное угощение, как холодный завтрак, погасит и те скупые искры, которые в нем тлели.</p>
      <p>— Нам раз и навсегда. Билли, надо выкинуть из головы мысль, что мы куда-то торопимся. Мы никуда не торопимся, и нам все равно, начались занятия в школе или нет. Мы пустились в путь для собственного удовольствия. Это такое же приключение, как те, которые описываются в книгах. Вот если бы меня теперь увидел тот мальчуган, с которым мы ездили удить рыбу на Козий остров! «Окленд — это такое место, откуда надо отправляться в странствия, — говорил он. — Это только начало пути». Вот мы с тобой и двинулись в путь, не правда ли? А сейчас мы сделаем привал и сварим кофе. Ты разведи огонь, а я принесу воду и приготовлю все, что нужно.</p>
      <p>— Послушай, — заметил Билл, пока они ждали, чтобы закипела вода, — знаешь, что это мне напоминает?</p>
      <p>Саксон была уверена, что знает, но покачала головой. Пусть сам скажет.</p>
      <p>— Нашу поездку в долину Мораги на Принце и Короле во второе воскресенье после нашего знакомства. Ты тогда тоже готовила завтрак.</p>
      <p>— Только завтрак был более роскошный, — прибавила она со счастливой улыбкой.</p>
      <p>— Но почему мы тогда не догадались сварить кофе? — спросил он.</p>
      <p>— Это было бы слишком по-семейному, — засмеялась она. — Мери сочла бы это нескромным…</p>
      <p>— Или «неприличным», — вставил Билл. — Это было ее любимое словечко.</p>
      <p>— И вот как она кончила…</p>
      <p>— Они все так кончают, — сердито проворчал Билл. — В тихом омуте черти водятся, я давно это заметил. Такие притворщицы строят из себя недотрог, а на деле им сам черт не брат.</p>
      <p>Саксон молчала: упоминание о вдове Берта навеяло на нее смутную, щемящую печаль.</p>
      <p>— А я знаю еще что-то, что случилось в тот день, а ты и не догадываешься, — вспоминал Билл. — Пари держу, что не догадываешься.</p>
      <p>— Нет, не помню, — прошептала Саксон, хотя глаза ее говорили другое.</p>
      <p>В ответ на ее взгляд его глаза засияли, и, повинуясь безотчетному порыву, он взял руку жены и ласковым движением прижал к своей щеке.</p>
      <p>— Маленькая, а какая сильная! — сказал он, обращаясь к захваченной в плен руке; затем посмотрел на Саксон, и сердце ее радостно забилось от его слов. — Мы начинаем нашу любовь сначала, верно?</p>
      <p>Они плотно закусили, и Билл выпил целых три чашки кофе.</p>
      <p>— Да, ничего не скажешь, на свежем воздухе аппетит зверский, — пробормотал он, запуская зубы в пятый бутерброд с мясом. — Я, кажется, мог бы целого быка съесть и выпить столько кофе, что бык утонул бы в нем с головой и рогами.</p>
      <p>Саксон нет-нет да и вспоминала свой недавний разговор с монтером и, как бы подводя итог всему, что ей пришлось услышать, воскликнула:</p>
      <p>— Да! Чего мы только не узнали сегодня. Билли!</p>
      <p>— Одно-то мы узнали наверняка, — сказал Билл. — Не про нас это место, где земля стоит тысячу долларов за акр, а у нас в кармане всего-навсего двадцать долларов.</p>
      <p>— Но ведь мы и не собираемся здесь остаться, — поспешила она его успокоить. — Важно то, что благодаря этим португальцам земля поднялась в цене. И посмотри, как они живут: посылают детей в школу и… позволяют себе иметь их; ты сам сказал, что у них ребята кругленькие, как масляные шарики.</p>
      <p>— Что ж, честь и слава им за это, — отвечал Билл. — Но все-таки я бы предпочел купить сорок акров по сто долларов, чем четыре акра по тысяче. Мне было бы тесновато на четырех акрах, того и гляди свалишься.</p>
      <p>Она была с ним согласна. Сорок акров больше говорили ее душе, чем четыре. Хотя она принадлежала к другому поколению, но так же тосковала по широким просторам, как некогда тосковал ее дядя Билл.</p>
      <p>— Но мы же не собираемся здесь оставаться, — убеждала она Билла. — Наша цель — не сорок акров, а участок казенной земли в сто шестьдесят акров.</p>
      <p>— И я полагаю, что правительство обязано их дать нам, — хотя бы за то, что сделали наши матери и отцы. Право же, Саксон, когда женщина прошла через прерии, как прошла твоя мать, или когда муж и жена убиты индейцами, как убиты мой дед и бабушка, — правительство в долгу перед их детьми.</p>
      <p>— Что ж, нам остается только потребовать с него должок!</p>
      <p>— И потребуем! Где-нибудь подальше, в лесистых горах к югу от Монтери.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава вторая</p>
      </title>
      <p>До Найлса, через город Хейуордс, было добрых полдня пути. Все же Саксон и Билл свернули с большой дороги, предпочитая идти проселками, среди тщательно обработанных участков, где вся земля была использована до самой дорожной колеи. Саксон с удивлением разглядывала низкорослых смуглых переселенцев, которые пришли на эту землю с пустыми руками и сумели поднять ее стоимость до двухсот, пятисот и даже тысячи долларов за акр.</p>
      <p>Всюду кипела работа. В поле бок о бок с мужчинами трудились женщины и дети. Они неустанно ворошили землю, казалось, они ни на минуту не давали ей покоя. И земля вознаграждала их за труд, несомненно, вознаграждала, иначе дети не могли бы учиться в школе, а сколько взрослых разъезжает тут в старых рыдванах, подержанных колясках и ладных, новеньких шарабанчиках.</p>
      <p>— Погляди на них, — говорила Саксон. — Они счастливы и довольны. Разве такие лица были у наших соседей, когда началась забастовка?</p>
      <p>— Ясное дело, им повезло, — согласился Билл. — Это у них на роже написано. Но передо мной им нечего нос задирать: не слишком велика заслуга выжить нас из нашей страны и пустить по миру!</p>
      <p>— Но они, кажется, и не собираются задирать нос, — возразила Саксон.</p>
      <p>— Нет, конечно, нет, это я и сам понимаю. И все-таки не так уж они умны, как ты воображаешь. Ручаюсь, что по части лошадей они многому могли бы у меня поучиться.</p>
      <p>Солнце садилось, когда они вошли в маленький городишко Найлс. Билл, который шел последние полмили молча, нерешительно предложил жене:</p>
      <p>— Послушай, Саксон, отчего бы нам не переночевать в гостинице? Как ты на этот счет, а?</p>
      <p>Но Саксон решительно тряхнула головой.</p>
      <p>— Ты думаешь, нам надолго хватит наших двадцати долларов, если мы будем так роскошествовать? Нет, уж начинать, так по-настоящему. Мы ведь не рассчитывали на ночлеги в гостиницах.</p>
      <p>— Ладно, — согласился он. — Я-то все могу. Я думал только о тебе…</p>
      <p>— Запомни раз и навсегда, что я тоже все могу, — наставительно заметила она. — А теперь нам надо поискать чего-нибудь на ужин.</p>
      <p>Они купили кусок мяса, картофель, лук, десяток хороших яблок и, выйдя из города, направились к ручью, окаймленному деревьями и кустами. Путешественники расположились на песчаном берегу в тени деревьев. Кругом было сколько угодно валежника, и Билл, весело насвистывая, принялся собирать и рубить его. Саксон, внимательно следившая за его настроением, втихомолку радовалась этому безнадежно фальшивому свисту и про себя улыбалась. Скатертью ей послужили одеяла, разостланные на брезенте, из-под которого она предварительно убрала все сучья. Она только еще училась готовить пищу на костре, и первым ее открытием было то, что лучше поддерживать огонь непрерывно, чем развести сразу большой костер. Когда кофе вскипел, она влила в кофейник немного холодной воды, чтобы осела гуща, и поставила его с краю на угли: так он и не остынет и не будет зря выкипать.</p>
      <p>Картофель ломтиками и лук она поджарила на одной сковородке, но отдельно, и, переложив их в свою оловянную тарелку, поставила на кофейник, накрыв сверху перевернутой тарелкой Билла; затем поджарила мясо по любимому способу Билла на сухой горячей сковороде. Покончив с этим, она подала мясо и, пока Билл разливал кофе, положила лук и картофель на сковородку и с минуту подержала на огне, чтобы хорошенько подогреть.</p>
      <p>— Что еще нужно человеку! — воскликнул Билл, чрезвычайно довольный, свертывая папиросу после кофе.</p>
      <p>Он лежал на боку, вытянувшись во весь рост и опершись на локоть. Костер жарко пылал, и щеки Саксон казались еще румянее от алых отблесков пламени.</p>
      <p>— Что только не угрожало нашим предкам в их странствиях — и индейцы, и дикие звери, да мало ли!.. А нам с тобой здесь хорошо и спокойно, как дома за печкой. Посмотри на этот песок: о лучшей постели и мечтать нечего. На нем мягко, как на перине. А уж ты, милая моя индианочка, такая хорошенькая, просто прелесть! Бьюсь об заклад, что сейчас моей «девочке в лесу» никто не даст больше шестнадцати лет.</p>
      <p>— Будто бы! — оживилась она, тряхнув головой и поблескивая белыми зубами. — А если бы вы сейчас не курили, я бы спросила: знает ли ваша мама, что вы ушли из дому, мистер «мальчик, играющий в песочек»?</p>
      <p>— Скажите, пожалуйста… — начал он с напускной торжественностью.</p>
      <p>— Мне хочется вас кое о чем спросить, если только вы не против. Я, конечно, не намерен задевать ваши чувства, но мне все-таки чрезвычайно важно получить ответ.</p>
      <p>— Что такое? — осведомилась она, так как разъяснении не последовало.</p>
      <p>— А вот что, Саксон. Вы мне ужасно нравитесь и так далее, но наступает ночь, мы чуть не за тысячу миль от человеческого жилья и… словом, я хотел бы знать: мы на самом деле, по-настоящему женаты, мы действительно муж и жена?</p>
      <p>— Да, на самом деле и по-настоящему, — успокоила его Саксон. — А почему ты спрашиваешь?</p>
      <p>— Не важно. Я что-то запамятовал, и мне стало неловко: сами понимаете, при том воспитании, какое я получил, мне было бы неудобно оставаться с вами в такой час…</p>
      <p>— Ну, хватит болтать! — строго перебила она его. — Прошелся бы лучше да набрал сучьев на утро, пока я вымою посуду и приведу кухню в порядок.</p>
      <p>Он вскочил, чтобы выполнить приказание, но остановился, обнял ее и привлек к себе. Оба молчали, но когда он отошел от нее, грудь ее радостно вздымалась и с уст просилась благодарственная песнь.</p>
      <p>Наступила ночь — темная, едва озаренная слабым мерцанием звезд, да и те скоро скрылись за неизвестно откуда надвинувшимися тучами. Калифорнийское «бабье лето» еще только началось. Погода стояла теплая, вечерняя прохлада едва давала себя знать, в воздухе не чувствовалось ни ветерка.</p>
      <p>— У меня такое ощущение, как будто наша жизнь начинается сначала,</p>
      <p>— сказала Саксон, когда Билл, набрав сучьев, опустился рядом с ней на одеяло у костра. — Я за сегодняшний день узнала больше, чем за десять лет жизни в Окленде. — Она глубоко вздохнула и откинула голову. — Оказывается, обрабатывать землю гораздо более сложная штука, чем я думала.</p>
      <p>Билл не ответил. Он пристально смотрел в огонь, явно что-то обдумывая.</p>
      <p>— Ну, что такое? — спросила она, увидев, что он пришел к какому-то решению, и положила руку на руку мужа.</p>
      <p>— Да я все прикидываю насчет нашего ранчо, — ответил он. — Они не плохи, эти игрушечные фермы. Как раз для иностранцев. А нам, американцам, нужен простор. Я хочу видеть холм и знать, что весь он мой, до самой вершины, что и другой его склон и вся земля до вершины соседнего холма — тоже мои, и что за этими холмами вдоль ручья спокойно пасутся мои кобылы, и рядом с ними пасутся или резвятся мои жеребята. Знаешь, разводить лошадей очень выгодно, особенно крупных рабочих лошадей, весом от тысячи восьмисот до двух тысяч фунтов, — на них большой спрос. За пару четырехлеток одинаковой масти в любое время получишь до семисот — восьмисот долларов. Хороший подножный корм — больше им в этом климате ничего не нужно, разве что какой-нибудь навес да немного сена на случай затяжной непогоды. Раньше мне это и в голову не приходило; но, признаться, чем больше я думаю о таком ранчо, тем больше наша затея мне нравится.</p>
      <p>Саксон была в восторге! Вот и еще новые доводы в пользу ее плана! А особенно хорошо то, что они исходят от такого авторитета, как Билл. А главное: Билл и сам увлекся возможностью заняться сельским хозяйством.</p>
      <p>— На казенном участке хватит места и для лошадей и для всего остального, — подбадривала она его.</p>
      <p>— Конечно. Вокруг дома у нас будут грядки, фруктовые деревья, куры</p>
      <p>— словом, все что нужно, как у португальцев; а кроме того, будет достаточно места и для пастбищ и для наших прогулок.</p>
      <p>— Но разве жеребята не обойдутся нам слишком дорого, Билли?</p>
      <p>— Нет, не обойдутся. На городских мостовых лошади очень скоро разбивают ноги. Вот из таких-то непригодных для города кобыл я и подберу себе племенных маток, — я знаю, как за это взяться. Их продают с аукциона; и потом они еще служат много лет — только по мостовой больше не могут ходить.</p>
      <p>Наступило молчание. В угасающих отблесках костра оба старались представить себе свою будущую ферму.</p>
      <p>— Как здесь тихо, верно? — наконец, очнулся Билл и посмотрел вокруг. — И темно, хоть глаз выколи. — Зябко вздрагивая, он застегнул куртку, подбросил сучьев в огонь. — А все-таки лучше нашего климата нет на всем свете. — Помню, — я еще малышом был, — мой отец всегда говорил, что климат в Калифорнии райский. Он как-то ездил на Восток, проторчал там лето и зиму и натерпелся. «Меня теперь туда ничем не заманишь», — говаривал он после.</p>
      <p>— И моя мать считала, что нигде в мире нет такого климата. Воображаю, каким чудесным им все показалось здесь после перехода через пустыни и горы! Они называли Калифорнию страной молока и меда. Земля оказалась настолько плодородной, что, как говорил Кэди, достаточно ее поковырять — и она принесет богатый урожай.</p>
      <p>— И тут сколько хочешь дичи, — добавил Билл. — Мистер Роберте — тот, который усыновил моего отца, — гонял скот от Сан-Хоакино до реки Колумбия. У него работало сорок человек, и они брали с собой только соль и порох: всю дорогу кормились дичью.</p>
      <p>— Горы кишели оленями, а моя мать видела в окрестностях Санта-Росы целые стада лосей. Мы когда-нибудь отправимся туда. Билли. Я всегда мечтала об этом.</p>
      <p>— Когда мой отец был еще молодым, у ручья Каш-Слоу, севернее Сакраменто, водились в зарослях медведи. Он частенько охотился на них. Если удавалось застигнуть их на открытом месте, отец и мексиканцы охотились верхами, набрасывая на них аркан, — ты ведь знаешь, как это делается. Он всегда говорил, что лошадь, которая не боится медведей, стоит в десять раз больше всякой другой. А пантеры! Наши отцы принимали их за пум, за рысей, за лисиц. Конечно, мы с тобой проберемся и в Санта-Росу. Может быть, земля на побережье нам не подойдет и придется продолжить наши странствия.</p>
      <p>Тем временем костер погас, и Саксон кончила расчесывать и заплетать на ночь свои косы. Приготовления ко сну были несложны, и очень скоро они улеглись рядом под одеялом. Саксон закрыла глаза, но уснуть не могла. Никогда еще сон не был от нее так далек. Ей впервые приходилось ночевать под открытым небом, и сколько она ни старалась забыться в этой непривычной обстановке — все ее усилия были напрасны. К тому же она устала от долгой ходьбы, а песок, к ее удивлению, оказался вовсе не так мягок. Прошел час. Саксон убеждала себя, что Билл заснул, хотя чувствовала, что ему так же не спится, как и ей. Потрескивание тлеющего уголька заставило ее вздрогнуть. Билл тоже зашевелился.</p>
      <p>— Билли, — шепнула она, — ты не спишь?</p>
      <p>— Нет, — послышался тихий ответ. — Я все ледку и думаю: а ведь этот проклятый песок тверже, чем цементный пол. Мне-то все равно, но вот уж никогда не думал!</p>
      <p>Оба улеглись поудобнее, но это не помогало, — их лодке оставалось по-прежнему мучительно жестким.</p>
      <p>Вдруг где-то поблизости пронзительно резко затрещал кузнечик, и Саксон снова вздрогнула. Несколько минут она сдерживалась. Билл первым подал голос:</p>
      <p>— Знаешь, что-то мне эта штука не нравится.</p>
      <p>— Ты думаешь, не гремучая ли это змея? — спросила она, стараясь не выдать голосом своего волнения.</p>
      <p>— Да, я как раз это и подумал.</p>
      <p>— Я видела двух змей в витрине аптекарского магазина Баумана. Знаешь, Билл, у них ведь один зуб пустой, и когда они укусят, яд по дуплу стекает в ранку.</p>
      <p>— Бр-р-р! — повел плечами Билл, но его шутливый тон показался ей не очень искренним. — Все говорят, это верная смерть, разве что ты второй Боско. Помнишь Боско?</p>
      <p>— «Боско глотает змей живьем! Боско глотает змей живьем!» — отозвалась Саксон, подражая крику ярмарочного зазывалы.</p>
      <p>— Не беспокойся: у змей Боско мешочки с ядом были предусмотрительно вырезаны, иначе у него бы ничего не вышло. И почему я никак не могу уснуть? Хоть бы эта проклятая трещотка замолчала. Интересно, змея это или не змея?</p>
      <p>— Никакая не змея, — решила Саксон. — Все гремучие змеи давно уничтожены.</p>
      <p>— А откуда же Боско достает своих? — вполне резонно заметил Билл.</p>
      <p>— Ты-то почему не спишь?</p>
      <p>— Наверно, оттого, что мне это все в диковинку, — отвечала она. — Ведь я же никогда не ночевала под открытым небом.</p>
      <p>— Я тоже. До сих пор я думал, что это большое удовольствие. — Он повернулся на другой бок и тяжело вздохнул. — Но, по-моему, мы со временем привыкнем. Что могут другие, то сможем и мы, а ночевать под открытым небом приходится очень многим. Значит, все в порядке. Нам и здесь хорошо! Мы свободны и независимы, никому ничего не платим, сами себе хозяева…</p>
      <p>Он внезапно замолк. Из кустов время от времени доносился какой-то шорох. Когда они пытались определить, откуда он, шорох почему-то затихал, но как только ими овладевала дремота, он столь же таинственно возобновлялся.</p>
      <p>— Кажется, кто-то подползает к нам, — прошептала Саксон, теснее прижимаясь к Биллу.</p>
      <p>— Во всяком случае, не дикий индеец, — попытался он ее утешить, — Это было все, что он мог придумать для ее успокоения; затем он притворно зевнул. — Чепуха! Чего нам бояться! А ты вспомни, что приходилось переживать первым пионерам!</p>
      <p>Несколько минут спустя у Билла затряслись плечи, и Саксон поняла, что он смеется.</p>
      <p>— Я вспомнил одну историю, которую частенько рассказывал отец, — пояснил он. — О старухе Сюзен Клегхорн, одной из орегонских пионерок. У нее было бельмо на глазу, и прозвали ее «Кривая Сюзен», но стрелок она была отличный, с нею никто не мог сравниться. Однажды, когда пионеры шли через прерии, на обоз напали индейцы. Пионеры живо поставили повозки в круг, люди и волы укрылись внутри круга. Это дало им возможность отразить нападение и убить много врагов. Индейцы ничего с ними не могли поделать, и тогда они придумали вот какую штуку: чтобы выманить белых на открытое место, они взяли двух девушек, захваченных из другой партии переселенцев, и начали пытать их. Проделывалось это у всех на виду, но на таком расстоянии, что пули не могли их достать. Индейцы рассчитывали, что белые не утерпят, выскочат из-за своих фургонов — и тут-то они их и прикончат.</p>
      <p>Белые не знали, как быть: если они бросятся на выручку девушек, индейцы всех их перебьют, а затем нападут и на обоз. И все до одного погибнут. Что же делает старуха Сюзен? Она приволакивает откуда-то старое длинноствольное кентуккийское ружье, загоняет в него тройной заряд пороха, прицеливается в громадного индейца, особенно усердно хлопотавшего около девушек, и как бабахнет! Ее отбросило назад, и плечо у нее отнялось — она не владела им до самого Орегона, — но этого индейца уложила на месте. Он так и не узнал, откуда его стукнули.</p>
      <p>Но я, собственно, не эту историю хотел рассказать. Старуха Сюзен весьма уважала Джона Ячменное Зерно. Она только и ждала случая, как бы нализаться, так что ее сыновьям, дочерям и старику вечно приходилось прятать его подальше.</p>
      <p>— Кого прятать? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Джона Ячменное Зерно. Ах, да, ты, конечно, не знаешь! Это старинное название виски. Ладно. Вот в один прекрасный день вся семья собралась куда-то уйти, — это было в местности, называвшейся Бодега; они перебрались туда уже из Орегона. Сюзен уверяла, будто у нее ревматизм так разыгрался, что она шагу ступить не может, и осталась дома. Но ее родственники были тоже не дураки. В доме имелась большая бутыль виски, галлона на два. Они ничего не сказали Сюзен, а перед уходом велели одному из ее внуков влезть на высокое дерево во дворе за коровником и привязать бутыль на высоте шестидесяти футов над землей. Однако и это не помогло: когда они вечером вернулись домой, то нашли Сюзен в кухне на полу мертвецки пьяной.</p>
      <p>— Неужели она влезла на дерево? — удивленно спросила Саксон, когда увидела, что Билл не намерен продолжать.</p>
      <p>— Ничего подобного! — весело засмеялся он. — Она поставила под бутылью большую лохань, затем извлекла на свет свое старое ружье и вдребезги разнесла бутыль, вот и все. После этого она просто начала лакать виски прямо из лохани.</p>
      <p>И опять, едва Саксон задремала, шорох возобновился, на этот раз еще ближе. Ей казалось, будто кто-то крадется, и ее возбужденному воображению представился подползающий к ним хищный зверь.</p>
      <p>— Билли, — шепнула она.</p>
      <p>— Да я и сам прислушиваюсь, — отозвался Билл; голос его звучал удивительно бодро.</p>
      <p>— Может быть, это пантера или… дикая кошка?</p>
      <p>— Нет, не может быть. Все дикие звери здесь давно перебиты. Это мирный фермерский район.</p>
      <p>Легкий ветерок тронул листья и заставил Саксон вздрогнуть. Загадочный треск сверчка оборвался с подозрительной внезапностью. Затем вместе с шорохом послышался глухой, но тяжелый удар, от которого Саксон и Билл сразу вскочили и сели на своем ложе. Все стихло, и они снова улеглись, но теперь даже тишина казалась им зловещей.</p>
      <p>— У-уф! — вдруг с облегчением вздохнул Билл. — Будто бы я не знаю, что это такое. Самый обыкновенный кролик. Я же слышал, как ручные кролики стучат задними лапками об пол, когда прыгают.</p>
      <p>Саксон изо всех сил старалась заснуть. Но песок как будто становился все жестче, суставы ныли от лежания на нем. И хотя рассудок решительно отвергал возможность настоящей опасности, воображение не уставало рисовать их яркими красками.</p>
      <p>Послышались новые звуки. Они уже не были похожи ни на треск, ни на шорох; видимо, какое-то крупное животное продиралось сквозь кусты. Сучья трещали и ломались под ним, а один раз путешественники ясно услышали, как ветки раздвинулись, чтобы пропустить кого-то, а затем снова сомкнулись.</p>
      <p>— Если раньше была пантера, то теперь это, наверное, слон, — уныло заметил Билл. — Ух, какой тяжеленный! Прислушайся-ка. Сюда подходит!</p>
      <p>Звуки по временам смолкали, потом раздавались снова, все громче и ближе. Билл опять приподнялся, сел и обнял рукой Саксон, которая тоже села.</p>
      <p>— Я сегодня еще ни на минуту не заснул, — пожаловался он. — Тс-с! Опять начинается. Хотелось бы мне разглядеть, что это за зверь.</p>
      <p>— Шум от него такой, будто лезет медведь, — прошептала Саксон; у нее зуб на зуб не попадал — то ли от нервного возбуждения, то ли от ночной свежести.</p>
      <p>— Да уж, конечно, не кузнечик.</p>
      <p>Билл хотел было встать, но Саксон схватила его за руку.</p>
      <p>— Что ты хочешь делать?</p>
      <p>— Я ничуть не боюсь, — ответил он. — Но, даю слово, это действует мне на нервы. Если я не выясню, в чем дело, я могу, пожалуй, испугаться. Уж: лучше я пойду на разведку. Не беспокойся, я буду осторожен.</p>
      <p>Ночь была так темна, что едва Билл отполз на расстояние вытянутой руки, как его уже не стало видно. Саксон сидела и ждала. Загадочные звуки прекратились, но можно было следить за продвижением Билла по треску сухих веточек и сучков. Спустя несколько минут он вернулся и забрался под одеяло.</p>
      <p>— Видно, я его спугнул. У него, должно быть, хороший слух: услышал, что я к нему подбираюсь, и махнул куда-то в кусты. А я уж: так старался ступать как можно тише…</p>
      <p>Господи, опять!</p>
      <p>Они снова сели. Саксон подтолкнула Билла.</p>
      <p>— Тут он, — беззвучно прошептала она. — Слышно, как дышит… Вот сейчас фыркнул…</p>
      <p>Сухая ветка обломилась с таким треском и так близко от них, что оба, уже не стыдясь друг друга, в тревоге вскочили на ноги.</p>
      <p>— Я больше не позволю ему нас дурачить! — рассердился Билл. — Он нам этак скоро на голову полезет.</p>
      <p>— Что же ты намерен делать? — тревожно спросила она.</p>
      <p>— Орать буду во всю глотку. Как-нибудь да заставлю его показаться.</p>
      <p>И, набрав воздуху в легкие, он закричал что есть мочи.</p>
      <p>Результат далеко превзошел все их ожидания, и у Саксон сердце заколотилось от страха. Окружавшая их темнота мгновенно наполнилась шумом и движением, кусты трещали и ломались, слышался тяжелый топот разбегающихся животных. К великому облегчению Билла и Саксон, звуки все удалялись и, наконец, замерли вдали.</p>
      <p>— Ну, что ты на это скажешь? — нарушил Билл наступившую тишину. — Про меня в свое время говорили, что на ринге я ни черта не боюсь. Хорошо, что они не видели меня сегодня. — Он застонал. — Мне этот проклятый песок до смерти надоел. Лучше я встану и разведу огонь.</p>
      <p>Это было нетрудно: под золою еще тлели угольки, и скоро костер запылал. Несколько звездочек проглянули в туманном небе. Билл посмотрел на них, подумал и собрался идти.</p>
      <p>— Куда ты? — окликнула его Саксон.</p>
      <p>— Мне кое-что пришло в голову, — уклончиво ответил Билл и решительно вышел из освещенного костром круга.</p>
      <p>А Саксон сидела, плотно закутавшись в одеяло, и восхищалась его смелостью. Он даже топора не взял с собой, а пошел в ту сторону, в которую удалились загадочные животные.</p>
      <p>Минут десять спустя он вернулся, посмеиваясь.</p>
      <p>— Здорово надули меня мерзкие твари! Скоро я, кажется, собственной тени испугаюсь! Что это было? Уф! Ты ни за что на свете не угадаешь. Стадо телят! И они перепугались больше нашего.</p>
      <p>Он закурил папироску, а затем тоже лег под одеяло рядом с Саксон.</p>
      <p>— Хороший из меня фермер получится, — бурчал он, — если десяток сопливых телят может напугать меня до смерти. Ручаюсь, что твой отец или мой и глазом бы не моргнули. Измельчал нынче народ, вот что.</p>
      <p>— Неправда, — возмутилась Саксон. — Народ такой же, как и был. И мы не отступим перед тем, перед чем не отступили бы наши отцы, мы даже куда крепче их. Только мы по-другому воспитывались, вот и все. Всю жизнь прожили в городе, привыкли к городским звукам и к городским условиям и не знаем деревенских. Мы выросли вдали от природы, вот тебе и все объяснение. А теперь мы с тобой собираемся стать детьми природы. Дай срок, и мы будем так же крепко спать под открытым небом, как спал твой отец или мой.</p>
      <p>— Но только, пожалуйста, не на песке, — взмолился Билл.</p>
      <p>— Об этом не может быть и речи. Это мы сегодня поняли раз и навсегда. А теперь молчи и попытайся заснуть.</p>
      <p>Страхи рассеялись, но сейчас песок особенно раздражал их, и лежать на нем казалось невыносимым. Билл задремал первым, глаза Саксон сомкнулись только тогда, когда где-то в отдалении запели петухи. Однако песок все время давал себя знать, и сон путников был неспокоен.</p>
      <p>Как только начало светать, Билл выполз из-под одеяла и развел яркий костер. Саксон, дрожа, подсела к нему. У них был измученный вид, глаза ввалились. И все-таки первой рассмеялась она. Билл нехотя присоединился к ней, но, увидев кофейник, просиял и немедленно поставил его на огонь.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава третья</p>
      </title>
      <p>От Окленда до Сан-Хосе сорок миль, и Саксон с Биллом легко прошли это расстояние за три дня. Они больше не встречали словоохотливых и сердитых на весь свет монтеров, и им вообще редко представлялся случай побеседовать со встречными. Иногда попадались бродяги со скатками через плечо, — они шли кто на север, кто на юг; из разговоров с ними Саксон скоро поняла, что они очень мало, а подчас и совсем ничего не понимают в сельском хозяйстве. В большинстве случаев это были старики, изможденные и отупевшие, у них на уме была только работа да где хорошо платят или когда-то хорошо платили, причем всегда оказывалось, что это очень далеко отсюда. От них ей удалось узнать одно: что местность, через которую они проходили, была областью мелких хозяйств, наемный труд здесь применялся редко, а если это и бывало, то приглашались рабочие-португальцы.</p>
      <p>Фермеры были неприветливы; они обгоняли Билла и Саксон на своих повозках, часто порожняком, но ни разу никто не предложил подвезти их. Если при случае Саксон обращалась к одному из них с вопросом, он с любопытством или подозрительно оглядывал ее и отвечал шуткой, а то и вовсе уклонялся от ответа.</p>
      <p>— Разве это американцы, черт бы их побрал! — возмущался Билл, — В старину люди были добрее, общительнее.</p>
      <p>Но Саксон помнила свой последний разговор с братом.</p>
      <p>— Это дух времени. Билли. Он изменился. А кроме того, они живут слишком близко к городу. Подожди судить, пока мы не будем далеко от городов, — там они, наверное, окажутся приветливее.</p>
      <p>— Нет, до чего же здесь народ вредный! — не унимался Билл.</p>
      <p>— Может быть, они по-своему правы, — засмеялась Саксон. — Почем знать, а вдруг это ближайшие родственники тех самых штрейкбрехеров, которым пришлось иметь дело с тобой?</p>
      <p>— Если бы еще это было так! — горячо воскликнул Билл. — Но все равно, будь у меня хоть десять тысяч акров, это не помешало бы мне твердо знать, что любой человек, который идет по дороге со скаткой через плечо, ничем не хуже меня, а может быть, и лучше. Во всяком случае, я бы отнесся к нему с полным уважением.</p>
      <p>Поначалу Билл спрашивал насчет работы на каждой ферме, а потом только на больших. Ответ всегда был один — работы нет. Некоторые фермеры говорили, что после первых дождей понадобятся рабочие руки для пахоты. То здесь, то там понемногу начиналась сухая вспашка, но большая часть фермеров выжидала.</p>
      <p>— Ты же не умеешь пахать, — сказала Саксон.</p>
      <p>— Нет, но я полагаю, что это дело нехитрое. А кроме того, я поучусь у первого, кого увижу за плугом.</p>
      <p>Возможность поучиться представилась Биллу на следующее же утро. Он влез на изгородь, окаймлявшую небольшое поле, и стал наблюдать, что делает идущий за плугом старик.</p>
      <p>— Пустяки, ничего не может быть легче, — пренебрежительно заметил он, — Если такой старый хрыч справляется с одним плугом, я справлюсь с двумя.</p>
      <p>— А ты пойди попробуй, — стала его подзадоривать Саксон.</p>
      <p>— Зачем?</p>
      <p>— Трусишка! — накинулась она на него, хотя с лица ее не сходила улыбка. — Ну что тебе стоит, попроси! В крайнем случае он откажет. Подумаешь! Ты выстоял двадцать раундов против «Грозы Чикаго» — и не дрогнул!</p>
      <p>— Нашла с чем сравнивать, — возразил он, однако перескочил через изгородь. — Ставлю два доллара против одного, что старикашка меня вытурит.</p>
      <p>— Ничего он тебя не вытурит! Скажи, что хочешь поучиться, и попроси разрешения пройти два-три раза за плугом. Объясни, что это ему ничего не будет стоить.</p>
      <p>— Ладно! А если он заупрямится, я у него просто отберу его проклятый плуг.</p>
      <p>Саксон, сидя на изгороди, следила за переговорами, хотя ничего не могла расслышать. Через несколько минут вожжи были перекинуты за шею Билла, а руки его легли на рукоятки плуга. Лошади двинулись, старик поплелся рядом, и на Билла посыпались указания. Сделав несколько поворотов по вспаханному полю, старик подошел к Саксон.</p>
      <p>— Он и прежде пахал малость, а? Саксон покачала головой.</p>
      <p>— Нет, ни разу в жизни. Но он умеет править лошадьми.</p>
      <p>— Да, видно, что он не совсем новичок в деле и смекалка есть. — Старик усмехнулся и отрезал себе кусок жевательного табаку, — Думаю, что засидеться с вами он мне не даст.</p>
      <p>Невспаханная площадь все уменьшалась, но Билл не обнаруживал желания бросить работу, а Саксон и старик, наблюдавшие за ним, понемногу разговорились. Саксон немедленно повела на него атаку и скоро убедилась в том, что старик фермер чрезвычайно подходит под то описание, какое дал монтер своему отцу.</p>
      <p>Билл кончил вспашку всего поля, и старик пригласил их к себе переночевать, — в усадьбе имеется пустой домик с маленькой плитой, и он даст им парного молока. А если Саксон хочет испытать свои таланты, она может подоить корову.</p>
      <p>Урок доения прошел не так успешно, как урок пахоты, но когда Билл исчерпал, весь запас своего остроумия, Саксон предложила ему попробовать, и он не менее позорно провалился. Саксон неутомимо наблюдала и выспрашивала и очень скоро поняла, что эта усадьба совсем непохожа на ту, которую она видела в Сан-Леандро. И усадьба и фермер безнадежно устарели. Здесь и не слыхали о новой системе интенсивного земледелия. Участок непомерно велик и очень плохо обрабатывается. В доме, в конюшнях, в амбарах — всюду полное запустение, все разваливается. Двор перед домом зарос сорной травой. Огорода нет. Небольшой фруктовый сад заглох и одичал: деревья зачахли, стали сучковатыми и поросли серым мхом. Саксон узнала, что сыновья и дочери фермера разъехались по разным городам. Одна дочь замужем за врачом, другая преподает в педагогическом училище штата; один сын служит машинистом на железной дороге, другой — архитектор, третий — репортер уголовного суда в Сан-Франциско. Время от времени они посылают родителям немного денег.</p>
      <p>— Что ты на это скажешь? — спросила Саксон Билла, курившего после ужина папиросу.</p>
      <p>Он выразительно пожал плечами.</p>
      <p>— Что ж, здесь все яснее ясного. Старый чудак оброс мохом, как и его деревья. После Сан-Леандро и слепому видно, что он ни черта не смыслит. А его клячи! Для них было бы благодеянием, а для него чистой экономией, если бы кто-нибудь взял да пристрелил их. Ручаюсь, что у португальцев таких лошадей не увидишь. И тут дело вовсе не в чванстве и не в желании щегольнуть хорошими лошадьми. Это просто правильный подход. Это выгоднее. Само хозяйство это подсказывает. Старые лошади и больше корма требуют, чем молодые, и так работать не могут. А подковывать что молодых, что старых — цена одна. Его клячи совсем не годятся, они только разоряют его. Достаточно поглядеть на их работу и вспомнить, сколько работают лошади в городах.</p>
      <p>Саксон и Билл спали как убитые и после раннего завтрака собрались идти дальше.</p>
      <p>— Я бы охотно оставил вас на несколько дней, — с сожалением говорил, расставаясь с ними, старик, — да никак не выйдет. Теперь, когда дети разбрелись, ферма только-только кормит нас со старухой, и то не всегда. Вот как нынче затянулись плохие времена. С самого Гровера Кливленда <a l:href="#n_604" type="note">[604]</a> светлого дня не видали.</p>
      <p>Вскоре после полудня они вошли в предместье Сан-Хосе, и Саксон предложила передохнуть.</p>
      <p>— Я хочу зайти к этим людям и поговорить с ними, — объявила она, — если только они на меня собак не спустят. Это самое красивое местечко, какое мы видели. Верно?</p>
      <p>Билл, мечтавший о холмах и обширных выгонах для своих будущих лошадей, согласился без особого энтузиазма.</p>
      <p>— А какие у них овощи! Погляди только! И все грядки обсажены цветами. Это почище помидоров, завернутых в папиросную бумагу.</p>
      <p>— Не пойму, зачем им понадобились цветы? — заметил Билл с недоумением. — Какой в них толк? Они только занимают место, где могли бы расти отличные овощи.</p>
      <p>— Вот это-то мне и хочется узнать. — Она указала на женщину, которая склонилась над клумбой, разбитой возле самого дома. — Яне знаю, кто она, но в худшем случае она наговорит нам грубостей. Видишь, она смотрит на нас. Положи-ка свою ношу рядом с моей и пойдем.</p>
      <p>Билл сбросил тюк с одеялом на землю, но предпочел подождать. Когда Саксон пошла по узкой, окаймленной цветами дорожке, она заметила двух работавших на огороде мужчин: один из них был старик китаец, другой — тоже старик, темноглазый и тоже иностранец неизвестно какой национальности. Здесь все радовало глаз своей чистотой и порядком, каждый клочок земли был возделан так образцово, что это заметил бы даже неопытный взгляд. Женщина выпрямилась и повернулась к Саксон. Она была средних лет, стройна и очень просто, но мило одета. Она смотрела на Саксон через очки, и лицо у нее было доброе, но какое-то нервное.</p>
      <p>— Мне сегодня ничего не понадобится, — сказала она, смягчая отказ приветливой улыбкой.</p>
      <p>Саксон в душе застыдилась своей клеенчатой корзинки. Очевидно, эта женщина видела, как она поставила ее на землю.</p>
      <p>— Мы не разносчики, — торопливо пояснила она.</p>
      <p>— Ах, простите! Незнакомка улыбнулась еще приветливее, ожидая дальнейших объяснений.</p>
      <p>Саксон, не чинясь, выложила, в чем ее дело.</p>
      <p>— Мы хотели бы купить землю. Понимаете, мы решили стать фермерами, но, прежде чем взять участок, надо же осмотреться и выяснить, какая земля тебе нужна. Когда я увидела ваш чудесный уголок, мне захотелось задать вам сотни вопросов. Видите ли, мы ничего не смыслим в сельском хозяйстве. Всю нашу жизнь мы прожили в городе, а теперь решили навсегда поселиться в деревне и найти здесь свое счастье.</p>
      <p>Она умолкла. Лицо женщины оставалось таким же приветливым, но в нем как будто появилась легкая ирония.</p>
      <p>— А почему вы решили, что найдете свое счастье в деревне? — спросила она.</p>
      <p>— Сама не знаю. Я только знаю, что для бедняков нет жизни в городе, где эти вечные рабочие беспорядки. Если бедняки даже в деревне не могут быть счастливы, значит, счастья вообще нет. А это же очень несправедливо, правда?</p>
      <p>— Вы рассуждаете правильно, милочка, но только вы забыли об одном, что и в деревне сколько угодно бедняков и несчастных людей.</p>
      <p>— Вы не кажетесь мне ни бедной, ни несчастной, — возразила Саксон.</p>
      <p>— Ах вы, душечка моя! Саксон заметила, что лицо ее собеседницы вспыхнуло от удовольствия.</p>
      <p>— А может быть, я просто создана для деревенской жизни, — продолжала женщина. — Вы же сами говорите, что вы коренные горожане и решительно ничего не знаете о деревне. А вдруг вы здесь погибнете?</p>
      <p>Саксон вспомнила ужасные месяцы, проведенные в домике на Пайн-стрит.</p>
      <p>— В городе я наверняка погибну! Может быть, мне и в деревне будет тяжело, но, видите ли, это единственный выход. Или деревня — или ничего! Да и наши отцы и матери всегда жили в деревне. Наконец, я недаром стою здесь, перед вами: это доказывает, что меня всегда тянуло прочь из города, и я, вероятно, тоже, как вы сказали, создана для деревенской жизни, — иначе бы я не была здесь.</p>
      <p>Собеседница одобрительно кивнула, она смотрела на Саксон с все возраставшим интересом.</p>
      <p>— Этот молодой человек… — начала она.</p>
      <p>— Мой муж. Он был возчиком до того, как началась большая забастовка. Моя фамилия Роберте, Саксон Роберте, а мужа зовут Вильям Роберте.</p>
      <p>— Меня зовут миссис Мортимер, — сказала собеседница с легким поклоном. — Я вдова. А теперь, если вы позовете вашего мужа, я постараюсь ответить на некоторые из ваших многочисленных вопросов. Пусть он внесет вещи сюда. Так о чем же именно вам хотелось меня спросить?</p>
      <p>— О, обо всем сразу. Приносит ли вам ферма доход? Как вы со всем управляетесь? Сколько стоила ваша земля? Сами ли вы построили этот хорошенький домик? Сколько вы платите вашим рабочим? Как вы научились всему и как узнали, что лучше сажать и что выгоднее? Где выгоднее продавать овощи? Как вы их продаете? — Тут Саксон остановилась и рассмеялась. — О, я, собственно, даже еще не начала спрашивать. Почему вы посадили цветы по краям грядок? Я видела участки португальцев в окрестностях Сан-Леандро, они никогда не сажают на одной грядке цветы и овощи.</p>
      <p>Миссис Мортимер остановила ее движением руки.</p>
      <p>— Дайте мне сначала ответить на ваш последний вопрос. Это, можно сказать, ключ ко всему остальному.</p>
      <p>Но тут подошел Билл, и объяснение пришлось отложить. Саксон представила его миссис Мортимер.</p>
      <p>— Не правда ли, милочка, цветы вам сразу бросились в глаза? — продолжала та. — Они-то и заставили вас войти в мой сад и заговорить со мной. Вот поэтому-то они и посажены вместе с овощами, чтобы привлекать внимание. Вы и представить себе не можете, сколько людей обращает на них внимание и скольких они заманили сюда, ко мне. Дорога эта крайне оживленная, горожане, часто катаются по ней. Нет… с автомобилями мне не везет. Людям, сидящим в автомобилях, ничего из-за пыли не видно. Но когда я начинала, почти все еще ездили на лошадях. Мимо меня постоянно проезжали городские дамы. Мои цветы, да и весь участок бросались им в глаза; они останавливали свои экипажи. А я — я всегда оказывалась здесь, перед домом, и меня можно было окликнуть. Обычно мне удавалось зазвать их к себе, чтобы показать цветы — и, понятно, овощи. Все у меня было красиво, опрятно, в образцовом порядке. Это привлекает людей. И… — миссис Мортимер пожала плечами,</p>
      <p>— вы же знаете, соблазняют человека глаза его. Овощи, растущие среди цветов, прельщали их. Им хотелось моих овощей, непременно моих. И они получали их по цене вдвое против рыночной и платили с большим удовольствием. Я в некотором роде вошла в моду, стала предметом увлечения этих дам. И никто не был внакладе. Овощи были прекрасные, ничуть не хуже других овощей на рынке, а подчас и гораздо свежее. Не забывайте, что мои покупатели одним ударом убивали двух зайцев: помимо всего прочего, они совершали доброе дело — они не только получали самые лучшие и самые свежие овощи прямо с грядки, но и гордились сознанием, что помогают достойной вдове. Стало даже признаком хорошего тона покупать овощи у миссис Мортимер. Но не стоит вдаваться в эту тему, она завела бы нас слишком далеко. Короче говоря, моя маленькая усадьба стала излюбленным местом, куда ездили прокатиться или просто убить время. Стало известно, кто я такая, кем был мой муж и что я делала раньше. С некоторыми из дам я была знакома в лучшие времена. Они всячески старались содействовать мне. К тому же я завела обычай угощать своих клиентов чаем. Таким образом, покупательницы становились как бы моими гостями. Я и теперь подаю чай, когда они приезжают, желая похвастать мною перед своими приятельницами. Итак, вы видите, что цветы сослужили мне немалую службу.</p>
      <p>Саксон с увлечением выслушала этот рассказ, зато Билл явно не разделял ее восторга. Его синие глаза словно затуманились.</p>
      <p>— Ну, говорите, не стесняйтесь, — обратилась к нему миссис Мортимер. — С чем вы не согласны?</p>
      <p>К удивлению Саксон, он ответил прямо и — к еще большему ее удивлению — выдвинул против миссис Мортимер такие доводы, какие ей самой и в голову бы не пришли.</p>
      <p>— Все это ловкие фокусы, — сказал он. — Вот что я увидел из ваших слов…</p>
      <p>— Да, но эти фокусы достигают цели, — прервала его миссис Мортимер, и ее живые глаза весело сверкнули за стеклами очков.</p>
      <p>— И да, и нет, — упрямо отозвался Билл со своей обычной внушительной неторопливостью. — Если бы каждый хозяин сажал овощи на одной грядке с цветами, то каждый хозяин получал бы за свои овощи двойную цену против рыночной, и тогда никаких двойных рыночных цен уже не было бы. Значит, ничего бы не изменилось.</p>
      <p>— Это теория, а я говорю о фактах, — настаивала миссис Мортимер. — А факт тот, что другие хозяева этого не делают. И факт, что я получаю двойные цены. С этим-то вы спорить не можете.</p>
      <p>Ей, видимо, не удалось переубедить Билла. Но и он затруднялся ей ответить.</p>
      <p>— Все равно, — пробормотал он, медленно покачивая головой. — Я в этом смысла не вижу. Я хочу сказать: нам это не годится — моей жене и мне. Может быть, погодя я как-нибудь разберусь, где закавыка.</p>
      <p>— А пока давайте пройдемся по моим — владениям, — предложила миссис Мортимер. — Я хочу, чтобы вы все видели, и я расскажу, как и что я делаю. Потом мы присядем, и вы узнаете, с чего я начинала. Видите ли, — она посмотрела на Саксон, — мне хочется хорошенько втолковать вам, что в сельском хозяйстве главное — как взяться за дело. Я ведь сперва ничего не понимала, и у меня не было такого славного, сильного муженька, как у вас. Я была совсем одна. Но это я вам расскажу потом.</p>
      <p>За час, проведенный среди овощей, ягодных кустов и фруктовых деревьев, на Саксон обрушилось столько новых сведений, что она лишь старалась их запомнить, с тем чтобы разобраться после, на досуге. Билл тоже смотрел и слушал с интересом, но он предоставил Саксон беседовать с хозяйкой, а сам лишь изредка задавал вопросы. Во дворе, где все было так же чисто и благоустроенно, как перед домом, хозяйка показала им птичий двор. Здесь, в особых вольерах, разгуливало несколько сот мелких белоснежных курочек.</p>
      <p>— Белые леггорны, — пояснила миссис Мортимер. — Вы не представляете, какой доход они мне дали в этом году. Я никогда не держу курицу после того, как она перестает нестись.</p>
      <p>— То же самое говорил я тебе, Саксон, насчет лошадей, — прервал ее Билл.</p>
      <p>— И только благодаря тому, что я вывожу цыплят в те сроки, какие мне нужны, — что у нас пока делают разве какие-нибудь единицы из десятков тысяч, — куры у меня несутся зимой, когда птица обычно перестает нестись и когда цена на яйца особенно высока. У меня свои постоянные покупатели. Они платят мне за дюжину на десять центов больше рыночной цены, потому что я поставляю только однодневные яйца.</p>
      <p>Она мельком взглянула на Билла и увидела, что он все еще хмурится и занят своими мыслями.</p>
      <p>— Ну как, не согласны? — спросила она.</p>
      <p>Он помотал головой:</p>
      <p>— Нет, не согласен. Если бы каждый хозяин продавал однодневные яйца, вам не удалось бы продавать ваши на десять центов дороже рыночной цены, и все опять осталось бы по-прежнему.</p>
      <p>— Но тогда все яйца были бы однодневные, не забывайте этого! Все решительно, — настаивала миссис Мортимер.</p>
      <p>— А нам с Саксон это ни к чему, — возразил он. — Вот в этом-то я все время и старался разобраться и, наконец, разобрался. Вы говорите о теории и о фактах. Десять центов выше рыночной цены — это для Саксон и для меня теория. А факт — что у нас нет ни яиц, ни кур, нет земли, на которой эти куры могли бы разгуливать, и места, где бы они могли нестись.</p>
      <p>Хозяйка сочувственно кивнула головой.</p>
      <p>— И еще что-то тут есть, с чем я не согласен. Я чувствую, но пока мне трудно сказать, что именно, — продолжал он. — Но есть, есть…</p>
      <p>Они осмотрели коровник, свинарник и псарню. Все было невелико, но все приносило доход, уверяла миссис Мортимер и тут же подсчитывала свои барыши. У них дух захватывало от цен, которые она платила и получала за породистых персидских кошек, свиней, шотландских колли и джерсейских коров. И для молока джерсейских коров у нее был особый рынок сбыта, причем она получала за кварту на пять центов больше, чем стоило молоко коров лучших местных пород. Билл сразу отметил разницу между ее фруктовым садом и тем, который они осматривали накануне, а миссис Мортимер указала ему на ряд дополнительных преимуществ; многое из ее объяснений Билл так и не понял и вынужден был принять на веру.</p>
      <p>Затем она познакомила их еще с одной отраслью своего хозяйства — изготовлением домашнего варенья и джемов, которые она поставляла заказчикам по совершенно несуразным ценам. Саксон и Билл сидели в удобных плетеных креслах на веранде и слушали рассказы миссис Мортимер о том, как она подняла цену на свои варенья и джемы, сбывая их только лучшему ресторану и самому аристократическому клубу в Сан-Хосе. Начиная это дело, она отправилась с образцами к владельцу ресторана и буфетчику клуба и после долгих споров убедила их создать себе из ее товаров «специальность», всячески рекламируя их посетителям, а главное</p>
      <p>— резко повысив цену на все блюда, в состав которых они входят.</p>
      <p>Пока она говорила, глаза Билла снова затуманились. Миссис Мортимер увидела это, смолкла и стала ждать, что последует.</p>
      <p>— А теперь начните сначала, — попросила Саксон.</p>
      <p>Миссис Мортимер согласилась только при условии, если они останутся на ужин. Несмотря на явную неохоту Билла, Саксон приняла приглашение.</p>
      <p>— Итак, — продолжала свой рассказ миссис Мортимер, — вначале я ничего не понимала в сельском хозяйстве, ведь я родилась и выросла в городе. О деревне я знала лишь, что туда ездят отдыхать, но я всегда предпочитала курорты, горы или море. Я много лет была старшим библиотекарем донкастерской библиотеки и почти всю свою жизнь провела среди книг; потом вышла замуж за мистера Мортимера. Он тоже имел дело только с книгами, — мой муж был профессором Санмигельского университета. Он долго болел, а когда умер, я осталась без всяких средств. Даже его страховка была истрачена до того, как я могла развязаться с кредиторами. Что касается меня, то я была совершенно измучена, нервы сдали окончательно, я ни на что больше не годилась. Но у меня еще оставалось пять тысяч долларов, и я, недолго думая, решила заняться сельским хозяйством. Климат здесь превосходный, участок этот недалеко от Сан-Хосе — конечная остановка трамвая всего в четверти мили отсюда, — и я купила его. Две тысячи заплатила наличными, а на остальные две дала закладную. Таким образом, земля обошлась мне по двести долларов за акр.</p>
      <p>— Двадцать акров! — воскликнула Саксон.</p>
      <p>— Это ведь ужасно мало, — заметил Билл.</p>
      <p>— Много, даже слишком много! Прежде всего я сдала десять акров в аренду, и до сих пор сдаю их. Даже с теми десятью акрами, которые я себе оставила, я долго не знала, что делать. И только сейчас я чувствую, что мне стало тесновато.</p>
      <p>— И эти десять акров кормят вас и двух работников? — удивился Билл.</p>
      <p>Миссис Мортимер всплеснула руками и засмеялась.</p>
      <p>— А вы слушайте! Я же много лет была библиотекарем и умею разбираться в книгах. И вот я прежде всего перечитала почти все, что написано по этому вопросу, и подписалась на лучшие сельскохозяйственные журналы и газеты, И вы еще спрашиваете, как это десять акров могут прокормить меня и моих двух работников! Я вам расскажу. У меня работают не два, а четыре человека. Десять акров должны прокормить и кормят не только их, а еще и Анну, — это шведка, вдова, она ведет у меня домашнее хозяйство и положительно незаменима в сезон варений и джемов, — да еще ее дочку, которая ходит в школу и помогает ей, да моего племянника, взятого мною на воспитание. Таким образом, десять вполне заменяют мне все двадцать и дают возможность содержать и дом, и службы, и весь мой племенной скот.</p>
      <p>Саксон вспомнила, что монтер говорил о португальцах.</p>
      <p>— Десять акров здесь ни при чем! — воскликнула она. — Все это вы сделали благодаря вашим знаниям, и вы это прекрасно понимаете.</p>
      <p>— В том-то и дело, милочка. Это доказывает, что человек с головой может преуспеть в сельском хозяйстве. Помните всегда, что земля щедра. Но и она требует щедрости, а старозаветному американскому фермеру это невдомек. Соображать надо, вот в чем суть. Когда такой допотопный хозяин и догадывается, что его истощенная земля нуждается в удобрении, он не желает видеть разницу между дешевыми — плохими, и хорошими — дорогими удобрениями.</p>
      <p>— Как бы мне хотелось все это узнать! — воскликнула Саксон.</p>
      <p>— Я поделюсь с вами всем, что знаю сама. Но вы, наверно, очень устали; по-моему, вы даже прихрамываете. Войдемте в дом. А о вещах не беспокойтесь — я пошлю за ними Чанга.</p>
      <p>Для Саксон, при ее врожденной любви к красоте и изяществу, внутреннее убранство домика оказалось своего рода откровением. Ей еще не приходилось бывать у людей среднего достатка, и то, что она увидела, не только превзошло все, что она могла себе представить, но и сильно отличалось от тех картин, какие она себе рисовала. Подметив, как заблестели глаза молодой женщины, как она внимательно разглядывает все вокруг, миссис Мортимер с величайшей готовностью стала показывать ей дом. Будто бы для того, чтобы похвастать перед гостями, она рассказала, как все сделала своими руками, не забывая упомянуть, что сама красила полы, сколачивала книжные полки и собирала присланное ей антикваром старинное кресло. Билл, осторожно ступая, следовал за женщинами. Хотя он держался свободно и независимо, ему удалось избежать слишком явных промахов даже за столом, а ведь им с Саксон впервые пришлось обедать в частном доме, где во время еды прислуживают.</p>
      <p>— Если бы вы пожаловали ко мне в будущем году, — с сожалением сказала миссис Мортимер, — я бы поместила вас в комнате для гостей, которая у меня к тому времени будет готова.</p>
      <p>— Ничего, не беда, — отозвался Билл, — и так большое вам спасибо. Мы доедем до Сан-Хосе, а там переночуем в гостинице.</p>
      <p>Видя, что миссис Мортимер все еще очень огорчена тем, что ей негде уложить их, Саксон перевела разговор на другое и попросила рассказать еще о себе и своем хозяйстве.</p>
      <p>— Помните, я говорила вам, что земля обошлась мне всего две тысячи наличными, — продолжала миссис Мортимер. — У меня оставалось три тысячи на все мои начинания. Конечно, друзья и родственники предсказывали мне полную неудачу. И, конечно, я натворила кучу ошибок. Но их было бы еще больше, если бы я не продолжала расширять свои познания по сельскому хозяйству. Я делаю это и до сих пор. — Она указала на тянувшиеся вдоль стен полки с книгами и журналами. — Я все время не переставала учиться. Я твердо решила быть в курсе всего нового и выписала себе отчеты опытных станций. Скоро я пришла к выводу, что наши фермеры, которые хозяйничают по старинке, делают все шиворот-навыворот, — и, знаете ли, была недалека от истины. Вы не можете себе представить, до чего доходит их тупость. Я и советовалась с ними, и обсуждала разные новшества, и критиковала их устаревшие методы, и требовала, чтобы они хоть как-то обосновали свою нетерпимость, свои предвзятые мнения. Но результат был всегда один: они говорили, что я сумасшедшая и сама себе яму рою.</p>
      <p>— Но ведь вы победили! Вы победили! Миссис Мортимер благодарно улыбнулась Саксон.</p>
      <p>— Иногда мне и самой удивительно, как я не провалилась. Но мои предки были люди упорные, и мы так долго были оторваны от земли, что сумели увидеть вещи по-новому. Если мне что-нибудь представлялось правильным, я тут же применяла это на практике, каким бы нелепым оно ни казалось. Возьмем хотя бы прежний фруктовый сад. Он никуда не годился. Ну никуда! Старик Кэлкинс чуть не умер от разрыва сердца, когда увидел, что я с ним сделала. А поглядите на этот сад сейчас! Вместо дома стояла какая-то старая развалина. На время я поселилась в нем, но сразу же снесла коровник, свиной хлев, курятник, все подчистую. Соседи только головой покачивали да вздыхали, глядя, как безрассудно хозяйничает бедная вдова, которой в пору только прокормиться. Но худшее было впереди. Они просто остолбенели, узнав, сколько я заплатила за трех прекрасных свиней улучшенной честерской породы, — шестьдесят долларов за трех маленьких, только что отнятых от матки поросят. Затем я отправила всех непородных кур на рынок и заменила их белыми леггорнами. Обе старые коровы, которые перешли ко мне вместе с усадьбой, были проданы мяснику по тридцать долларов каждая, а за двести пятьдесят я купила двух чистокровных джерсейских телок — и получила на этом прибыль, между тем как тот же Кэлкинс и остальные фермеры продолжали возиться с лядащими коровенками, дававшими так мало молока, что оно не окупало даже кормов.</p>
      <p>Билл одобрительно кивнул.</p>
      <p>— Помнишь, что я тебе говорил о лошадях, — опять обратился он к Саксон; и, поощренный вниманием хозяйки, очень толково рассказал о лошадях — с деловой точки зрения.</p>
      <p>Когда он после ужина вышел покурить, миссис Мортимер вызвала Саксон на разговор о ней самой и Билле и не обнаружила ни малейшего смущения, узнав о его склонности к боксу и к избиению штрейкбрехеров.</p>
      <p>— Красивый молодой человек, и очень порядочный, — сказала она Саксон. — Это видно по его лицу. А уж как любит вас и гордится вами! Я прямо сказать не могу, до чего мне понравилось, как он смотрит на вас, особенно когда вы говорите. Он очень считается с вашим мнением, иначе он бы не отправился с вами в это странствие, — ведь это же ваша затея.</p>
      <p>— Миссис Мортимер вздохнула. — Вы счастливица, дорогое дитя, действительно счастливица. И вы еще не знаете, что такое мужской ум. Посмотрите, что будет, когда он проникнется вашими планами. Вы будете поражены, как он примется за дело. Тогда уж вы за ним не угонитесь. Но пока — ваше дело руководить им. Не забудьте, что он дитя города. Нелегко будет отучить его от привычного образа жизни.</p>
      <p>— О… ему город тоже опротивел… — начала Саксон.</p>
      <p>— Не так, как вам. Любовь не заполняет целиком существования мужчины. Город причинил вам больше зла, чем ему. Ребеночка ведь вы потеряли. А его интерес к ребенку и чувство к нему были довольно мимолетны, и их нельзя сравнить с глубиной и живостью ваших чувств!</p>
      <p>Миссис Мортимер повернулась к входившему в комнату Биллу.</p>
      <p>— Ну что, поняли, наконец, чем вам не нравится моя система?</p>
      <p>— Кажется, понял, — ответил он, усаживаясь в указанное ему миссис Мортимер большое кресло, — Дело в том…</p>
      <p>— Минуточку, — прервала она его, — это отличное, большое и крепкое кресло, и вы тоже большой и сильный, а ваша женушка очень устала… Нет, нет, сидите, — ей нужна ваша сила. Да, да, прошу вас, дайте и ей местечко.</p>
      <p>Она подвела Саксон к мужу и посадила к нему на колени.</p>
      <p>— Вот так, сэр! Вместе вы прямо картинка. А теперь выкладывайте ваши возражения против моего способа пробивать себе дорогу в жизни.</p>
      <p>— Дело не в вашем способе, — быстро возразил Билл. — Он совершенно правильный. Он замечательный. Я только хочу сказать, что для нас-то он не годится. У нас ничего бы не вышло. У вас было много преимуществ — богатые знакомые, люди, знавшие, что вы были библиотекарем, а ваш муж</p>
      <p>— профессором. У вас… — Тут он запнулся, не находя слов, которые могли бы выразить мысли, еще неясные ему самому. — У вас были возможности, каких у нас нет. Вы образованная, и… как бы это сказать… умеете держаться и знаете, как надо вести дела. Все это не для нашего брата.</p>
      <p>— Но, голубчик, и вы можете этому научиться, — убежденно заявила она.</p>
      <p>Билл покачал головой.</p>
      <p>— Нет. Вы меня не поняли. Ну вот, представьте себе, что я, к примеру, являюсь со своим вареньем и джемом в этот шикарный ресторан,</p>
      <p>— как явились вы, — и хочу поговорить с главным метрдотелем. Так вот, я с первой минуты оказался бы не к месту в его конторе. Да я и сам чувствовал бы себя не на месте и от этого обиделся бы и тут же полез бы на стену, а так дела не делаются. А потом я бы вообразил, будто он считает меня неотесанным дикарем, — где уме мне вареньем торговать! А дальше? Меня взорвало бы от любого пустяка: «Пусть не думает, что я задаюсь, это он задается», и так далее. Понимаете? Уж я так воспитан. Либо принимайте, какой я есть, либо ничего не надо, а варенье я так бы и не продал.</p>
      <p>— Все, что вы сказали, — правда, — весело подхватила миссис Мортимер. — Но у вас есть жена. Поглядите на нее. Она произведет самое выгодное впечатление на любого дельца. Каждый из них с удовольствием выслушает ее.</p>
      <p>Билл выпрямился, в его глазах вспыхнул опасный огонек.</p>
      <p>— В чем я еще провинилась? — смеясь, спросила хозяйка.</p>
      <p>— Я пока еще не собираюсь пользоваться для таких дел красотой моей жены, — сердито пробурчал он.</p>
      <p>— И вы совершенно правы. Вся беда в том, что вы оба отстали лет на пятьдесят от современности. Вы — американцы старого покроя. И то, что вы очутились в самой гуще современной жизни, просто чудо. Вы — Рип Ван Вникли <a l:href="#n_605" type="note">[605]</a>. Где это видано в наш век упадка, чтобы молодая пара из большого города, взвалив на плечи тюки с одеялами, пешком отправилась искать себе землю? В вас живет все тот же дух наших аргонавтов! Вы принадлежите к той же породе людей, которые некогда запрягали своих волов и держали путь на Запад, к странам, лежащим по ту сторону заходящего солнца. Держу пари, что это были ваши отцы и матери, деды и бабушки!</p>
      <p>Глаза Саксон засияли, а глаза Билла снова стали приветливыми.</p>
      <p>— Я сама принадлежу к этой старой породе, — горделиво продолжала миссис Мортимер. — Моя бабушка была одной из немногих уцелевших участниц партии Доннера. Мой дед, Язон Уитни, обогнул мыс Горн и участвовал в восстании на Сономе. Он находился в Монтери, когда Джон Маршалл нашел золото в Сэттери. Одна из улиц в Сан-Франциско названа его именем.</p>
      <p>— Я знаю эту улицу, — вставил Билл. — Это Уитни-стрит. Она вблизи Рашин-Хилл. Мать Саксон тоже прошла через прерии.</p>
      <p>— А дедушку и бабушку Билла убили индейцы, — добавила Саксон. — Его отец был совсем малышом и жил у индейцев, пока белые его не освободили. Он даже не знал своего имени и был усыновлен неким мистером Робертсом.</p>
      <p>— Да что вы говорите! Значит, мы с вами, дорогие дети, почти что родственники, — радостно воскликнула миссис Мортимер. — На меня так и повеяло былыми временами! Теперь они, в наше столь быстротечное время, увы, забыты. Я особенно интересовалась нашим прошлым, потому что составляла каталог для библиотеки, и прочла все, что касается тех лет.</p>
      <p>— Вы, — указала она на Билла, — вошли в историю, или, вернее, ваш отец. Я теперь вспоминаю. Все это описано в «Истории» Бенкрофта. На партию пионеров, в которой находился ваш отец, напало племя модоков. В обозе было восемнадцать повозок. В живых остался только ваш отец; он был еще совсем крошкой и не понимал, что произошло. Его потом усыновил начальник отряда белых.</p>
      <p>— Совершенно верно, — отозвался Билл. — Это были модоки. Партия белых, вероятно, направлялась в Орегон. Все они были перебиты. Интересно, не знаете ли вы чего-нибудь о матери Саксон? Она в те времена писала стихи.</p>
      <p>— Они где-нибудь печатались?</p>
      <p>— Да, — отвечала Саксон, — в старых газетах Сан-Хосе.</p>
      <p>— А вы помните наизусть какое-нибудь стихотворение?</p>
      <p>— Помню. Одно из них начиналось так:</p>
      <p>Словно неясная арфа Эола,</p>
      <p>Муза поет все нежней…</p>
      <p>Калифорнийские долы</p>
      <p>Эхом откликнулись ей.</p>
      <p>— Мне почему-то знакомы эти строки, — задумчиво сказала миссис Мортимер.</p>
      <p>— Там было еще другое. Оно начиналось так:</p>
      <p>От толпы убежала туда, где лучом</p>
      <p>Озарен изваянии торжественный ряд;</p>
      <p>Вакх, увенчанный свежим зеленым плющом,</p>
      <p>И Психея с Пандорой недвижно стоят… И дальше в том же роде. Я не все понимаю в этих стихах. Они были посвящены моему отцу…</p>
      <p>— Это любовное стихотворение, — прервала ее миссис Мортимер. — Я помню его. Подождите минуточку… та-та-та, та-та-та, та-та-та, та-та!..</p>
      <p>Осыпали брызги ей руки и стан,</p>
      <p>Блеснув на груди аметистом, они</p>
      <p>Дождем осыпаются в светлый фонтан.</p>
      <p>— У меня так и остались в памяти эти «брызги аметистов», хотя имени вашей матушки я не припомню.</p>
      <p>— Ее звали Дэзи, — начала Саксон.</p>
      <p>— Нет, Дэйелл, — внезапно вспомнив, поправила ее миссис Мортимер.</p>
      <p>— Ее так никто не называл!</p>
      <p>— Но она подписывалась этим именем. А как дальше?</p>
      <p>— Дэзи Уилей Браун.</p>
      <p>Миссис Мортимер подошла к книжным полкам и скоро вернулась с большой книгой в простом холщовом переплете.</p>
      <p>— Это сборник «Из архивов прошлого», — пояснила она. — Между прочим, здесь собраны и все лучшие стихи, печатавшиеся в газетах того времени. — Она быстро пробежала глазами оглавление; вдруг ее взгляд на чем-то остановился. — Я была права: Дэйелл Уилей Браун. Вот она. Десять стихотворений: «Поход викинга», «За золотом», «Верность», «Кабальеро», «Могилы Литтл Мэдоу»…</p>
      <p>— Мы отбивались там от индейцев, — взволнованно перебила ее Саксон. — И моя мать, она была тогда еще совсем девочкой, вышла из лагеря и принесла воды для раненых. И индейцы не стали стрелять в нее. Все говорили, что это было настоящее чудо. — Она вскочила с колен Билла и, протянув руки к книге, воскликнула: — Дайте мне взглянуть на эти стихотворения! Дайте взглянуть! Это для меня новые стихи. Я их не знаю. Можно мне переписать их? Я выучу их наизусть. Подумать только — стихи моей матери!</p>
      <p>Миссис Мортимер стала усиленно протирать очки; и в течение целого получаса, пока Саксон жадно читала дорогие строки, написанные ее матерью, миссис Мортимер и Билл сидели молча. Кончив, Саксон заложила пальцем знаменательные страницы; не сводя глаз с книги, она несколько раз благоговейно повторила:</p>
      <p>— И я не знала, ничего не знала! За последние полчаса миссис Мортимер, видимо, что-то усиленно обдумывала. Потом она изложила свой план. Она уже на опыте убедилась в преимуществе интенсивного метода как в земледелии, так и в молочном хозяйстве и поэтому намерена по истечении срока аренды устроить на остальных десяти акрах молочную ферму. Ферма, как и все ее начинания, должна стать образцовой, что потребует дополнительных рабочих рук. Билл и Саксон именно те люди, какие ей подойдут. Будущим летом она сможет поселить их в домике, который собирается выстроить. А пока что она так или иначе достанет Биллу работу на зиму, она гарантирует ему работу, а у конечной остановки трамвая есть маленький домик, который сдается внаем. Под ее наблюдением Билл мог бы сразу же взять на себя руководство постройкой. Таким образом, они будут кое-что зарабатывать, готовясь самостоятельно вести хозяйство, и у них будет время хорошенько осмотреться.</p>
      <p>Но напрасно она их уговаривала. В конце концов Сак сон высказала за себя и Билла их общую точку зрения:</p>
      <p>— Мы не можем остановиться на первом же месте, хотя бы даже таком красивом и приветливом, как ваша долина. Мы даже еще не уяснили себе, чего мы хотим. Мы должны идти дальше, посмотреть всякие места и всякие способы вести хозяйство — и тогда уже решить, что нам нужно. И нельзя спешить с таким решением. Все это надо делать основательно. А кроме того… — она заколебалась, — кроме того, нам не нравится плоская равнина. Биллу хочется, чтобы на нашем участке были холмы. И мне тоже.</p>
      <p>Когда они собрались уходить, миссис Мортимер решила подарить Саксон сборник «Из архивов прошлого», но молодая женщина покачала головой и взяла у Билла деньги.</p>
      <p>— Там указано, что сборник стоит два доллара, — сказала она. — Не можете ли вы купить мне такую книгу и оставить ее у себя? Когда мы устроимся, я напишу вам, и вы мне перешлете.</p>
      <p>— Ох уж эти американцы! — пожурила ее миссис Мортимер, принимая деньги. — Но обещайте мне писать время от времени, как у вас идут дела.</p>
      <p>Она проводила их до большой дороги.</p>
      <p>— Вы молодчины, — сказала она, прощаясь. — Как бы и мне хотелось пойти вместе с вами, — вот так, с мешком за спиной. Вы оба чудесные ребята. Если я смогу чем-нибудь вам помочь — дайте мне знать. Я уверена, что вас ждет удача, и мне хотелось бы приложить к этому руку. Напишите, если у вас выйдет с казенной землей, хотя, предупреждаю, я не очень-то в это верю. Как бы она не оказалась слишком далеко от рынков сбыта.</p>
      <p>Миссис Мортимер пожала руку Биллу, крепко обняла и поцеловала Саксон.</p>
      <p>— Ничего не бойтесь, — серьезно сказала она на ухо Саксон. — Вы победите. Вы стоите на верном пути, и вы были совершенно правы, отказавшись от моего предложения. Но помните, что это предложение, а может быть, и более заманчивое, никуда от вас не уйдет. Вы оба еще очень молоды. Не спешите. Где бы вы ни остановились, хотя на время, давайте мне знать, и я вам пришлю всякие сельскохозяйственные отчеты и материалы. До свидания. Желаю вам больших, больших, больших успехов!</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четвертая</p>
      </title>
      <p>В этот вечер Билл неподвижно сидел на краю кровати в маленьком номере гостиницы; он глубоко задумался.</p>
      <p>— Что ж, — заметил он, наконец, с протяжным вздохом. — Можно сказать одно: на свете еще есть хорошие люди. Возьмем миссис Мортимер. Чудесный человек, настоящая американка старого закала.</p>
      <p>— Умная, образованная женщина, — согласилась Саксон, — и ничуть не стыдится такой работы. Все наладила сама, своими силами.</p>
      <p>— На двадцати акрах — нет, на десяти! И заплатила за них, и ввела всякие усовершенствования, и себя кормит, и четырех работников, кухарку-шведку с дочерью, своего племянника! Просто не верится. Десять акров! Мой отец не признавал участка меньше ста шестидесяти акров. Даже твой братец Том и тот все на мили мерит… А ведь она женщина, и притом совершенно одинокая! Нам повезло, что мы с ней встретились.</p>
      <p>— Чем не приключение! — воскликнула Саксон. — В пути именно так и бывает. Никогда не знаешь, что тебя ждет завтра. Мы встретились с ней как раз в то время, когда ужасно устали, и все спрашивали себя, скоро ли будет этот Сан-Хосе. Мы и не мечтали с такой встрече. И обошлась она с нами вовсе не как с бродягами. А какой дом у нее — чистый, красивый. На полу ни пылинки. Я и не думала, что комнаты могут быть обставлены так уютно и изящно.</p>
      <p>— И пахнет в них так хорошо, — добавил Билл.</p>
      <p>— Да-да! В журнале для женщин это называется «создать атмосферу». Я раньше не понимала, что это значит. А про дом миссис Мортимер действительно скажешь, что в нем царит атмосфера красоты и уюта.</p>
      <p>— Это вроде твоих вышитых вещиц, — сказал Билл.</p>
      <p>— И это следующий шаг после того, как человек научился держать свое тело чистым, свежим и красивым; нужно, чтобы и его дом был свежим, чистым и красивым.</p>
      <p>— Но так не может быть в помещении, которое сдается жильцам, а только в собственном доме, Саксон. Для сдачи внаем таких домов не строят. Одно мне ясно: дом миссис Мортимер в конце концов стоил недорого. Дело не в цене, — дело в том, как он построен. Лес-то самый обыкновенный, его можно купить на любом лесном складе. И наш домик на Пайн-стрит из такого же точно леса, но построен он совсем по-другому. Я не умею объяснить, но ты сама понимаешь, что я хочу сказать.</p>
      <p>Саксон, занятая воспоминаниями о только что оставленных уютных комнатах, рассеянно повторила:</p>
      <p>— Да, все дело в том — как…</p>
      <p>На следующее утро они рано двинулись в путь и принялись отыскивать в предместье Сан-Хосе дорогу на Сан-Хуан и Монтери. Саксон хромала все сильнее. Началось с водяной мозоли на пятке, затем волдырь лопнул, и теперь башмак мучительно натирал ногу. Билл вспомнил советы отца относительно ухода за ногами и зашел в мясную лавку, чтобы купить на пять центов бараньего сала.</p>
      <p>— Вот что тебе нужно, — сказал он Саксон: — иметь удобную обувь и хорошенько смазывать ноги салом. Как только мы выберемся из города, мы все это наладим. Хорошо бы прервать наше путешествие. Хорошо бы мне раздобыть работу и дать тебе несколько дней передохнуть. Уж я постараюсь.</p>
      <p>Когда они достигли городской окраины, он оставил Саксон на шоссе и, свернув в длинную подъездную аллею, направился к видневшейся вдали большой ферме. Он возвратился сияющий.</p>
      <p>— Все в порядке! — воскликнул он, подходя ближе. — Дойдем вон до тех деревьев — там есть ручеек, и мы раскинем лагерь. Я начну работать завтра с утра. Два доллара в день на моих харчах. А если на его харчах, так полтора. Я ему сказал, что предпочитаю первое и что все мое хозяйство при мне. Погода прекрасная, и мы тут отлично перебудем несколько дней, пока твоя нога не заживет. Идем. Устроим настоящий, заправский лагерь.</p>
      <p>— Как ты достал работу? — спросила Саксон, когда они бродили по берегу ручья, выбирая место для лагеря.</p>
      <p>— Подожди, устроимся, тогда и расскажу. Все это было прямо как сон.</p>
      <p>Только когда были сделаны постели, разведен костер и в котелке закипели бобы, Билл, бросив у костра последнюю охапку хвороста, начал:</p>
      <p>— Во-первых, Бенсон — отнюдь не старозаветный старикашка. По виду и не скажешь, что фермер. Современный тип, крепкой хватки, говорит и действует как настоящий делец. Я понял это сразу, когда попал на ферму, хотя еще не видел его самого. А он меня в пятнадцать секунд раскусил.</p>
      <p>— Пахать умеете? — спрашивает.</p>
      <p>— Конечно, — отвечаю.</p>
      <p>— А насчет лошадей как?</p>
      <p>— Я вырос в конюшне, говорю. И тогда — помнишь, за мной ехала фура с машинами, запряженная четверкой? Только я это сказал, она как раз во двор и въехала.</p>
      <p>— И с четверкой справитесь? — роняет будто так, мимоходом.</p>
      <p>— Еще бы! Можете их запрячь хоть в плуг, хоть в швейную машину, хоть в карусель.</p>
      <p>— Ну-ка, садитесь на козлы, берите вожжи, — говорит он тут же, не теряя ни секунды. — Видите сарай! Объезжайте-ка его справа и станьте задом для разгрузки. А надо тебе сказать, что не так просто объехать этот сарай. Я сразу по следам колес заметил, что все объезжают его слева. Ну, а мне предстояло сделать двойной поворот, вроде восьмерки — с одной стороны угол загона, с другой — угол сарая. Вот тут и обогни! Да еще кучи навоза набросаны на самой дороге, их не успели убрать. Но я стою себе как ни в чем не бывало. Возчик передал мне вожжи, и я вижу, что он про себя ухмыляется: думает, где уж ему! Пари держу, что сам он бы с этим не справился! Я и виду не подал, когда поехали, а ведь я и лошадей-то хорошенько не разглядел. Ты бы посмотрела, как я погнал их прямехонько на кучу навоза: левая чуть не задела стенку сарая, а ступица правого колеса прошла дюймов на шесть от углового столба загона! Иначе никак не получалось. А лошади у него — красота! Передние чуть наземь не сели, когда я их осадил, дал тормоз и остановился как раз там, где было велено.</p>
      <p>— Ладно, я вас беру, — говорит Бенсон. — Вы мастер.</p>
      <p>— Ерунда, — говорю с этаким ледяным равнодушием. — Вы мне по-настоящему трудную работу дайте. — Он улыбнулся, — должно быть, понял.</p>
      <p>— Вы здорово знаете свое дело, — говорит. — Я не всякому лошадей доверю. Большая дорога не место для вас. Вы хороший работник, да, верно, с пути сбились. Ладно, будете пахать на моих лошадях, начнете завтра с утра. — Вот и видно, что умен парень, да не совсем. Он ведь не узнал, умею я пахать или нет.</p>
      <p>Когда Саксон подала бобы, а Билл — кофе, она задержалась, осматривая все, что стояло на разостланном одеяле — сахар в жестянке, сгущенное молоко, нарезанную солонину, салат-латук, помидоры, ломти свежего хлеба, тарелки с бобами, от которых шел пар, и кружки с кофе.</p>
      <p>— Совсем не то, что вчерашний ужин! — воскликнула она, всплеснув руками. — Вчера у нас было настоящее приключение, прямо из книжки. Прав был тот мальчуган, с которым мы ловили рыбу. Помнишь, как красиво был вчера сервирован стол и как красив был дом, а теперь погляди на это. Мы с тобой могли бы тысячу лет прожить в Окленде и никогда не встретить такую женщину, как миссис Мортимер, и мы не подозревали бы даже, что бывают на свете такие дома. Подумай, Билли, а мы ведь только начали наше путешествие.</p>
      <p>Билл проработал в поле три дня. Он уверял, что отлично справляется с плугом и что пахать, пожалуй, гораздо интереснее, чем он предполагал. Узнав, что ему это дело нравится, Саксон потихоньку радовалась.</p>
      <p>— Вот уж не думал, что это мне доставит удовольствие, — заметил он. — Пахать — замечательное занятие. И здорово укрепляет мышцы ног; возчику этого особенно недостает. Если бы мне когда-нибудь опять пришлось тренироваться для бокса, я бы непременно занялся вспашкой. И знаешь, как хорошо пахнет земля, когда ее переворачиваешь! Страшно вкусный запах! Идешь себе весь день, поднимаешь толстые пласты земли, свежей, жирной! А лошади — умницы! Знают свое дело не хуже людей. Да, уж у Бенсона во всей усадьбе не найдешь плохой лошади.</p>
      <p>В последний день небо покрылось тучами, воздух стал влажным, с юго-востока подул сильный ветер — словом, появились все признаки того, что надвигаются зимние дожди. Когда Билл пришел вечером с работы, он принес небольшой сверток старого брезента и натянул его на раму, чтобы защитить их постель от дождя. Несколько раз он жаловался на боль в мизинце левой руки. Этот палец мучил его весь день, признался он Саксон; по правде сказать, уже несколько дней: боль как при нарыве, — по всей вероятности, заноза; но где она сидит, он никак не найдет.</p>
      <p>Билл продолжал готовиться к непогоде. Он подложил под одеяло несколько старых досок, которые выломал из стен заброшенного, развалившегося сарая на другом берегу ручья; вместо матраца навалил на доски кучу сухих листьев; брезент укрепил при помощи обрывков веревок и проволоки.</p>
      <p>Когда брызнули первые капли дождя, Саксон пришла в восторг. Билл остался равнодушен. «Слишком болит палец», — заявил он. Однако ни он, ни Саксон не могли ничем помочь этой беде и все острили, а вдруг будет нарыв.</p>
      <p>— А может, ногтееда? — сказала Саксон.</p>
      <p>— Это что за штука?</p>
      <p>— Право, не знаю. Помню, то же самое случилось с миссис Кэди, — но я была тогда еще слишком мала, — и тоже на мизинце. Кажется, она прикладывала вытяжной пластырь и потом мазала какой-то мазью. Нарывало все сильнее, и под конец сошел ноготь. А после этого палец очень скоро зажил, и вырос новый ноготь. Давай я тебе сделаю пластырь из горячего хлеба.</p>
      <p>Но от пластыря Билл отказался, — он уверял, что к утру боль затихнет. Саксон очень встревожилась. Невольно поддаваясь дремоте, она чувствовала, что Билл не спит. Через несколько минут ее разбудил бурный порыв ветра и потоки дождя, хлеставшие по брезенту, и она услышала, что Билл тихонько стонет. Она приподнялась на локте и свободной рукой стала растирать ему лоб и виски, как делала не раз, когда он не мог заснуть.</p>
      <p>Потом она опять задремала, и опять ее разбудили, — но на этот раз не буря. Было совершенно темно, однако она сразу почувствовала, что Билла нет рядом. Оказалось, что он стоит на коленях, упершись лбом в доски, и плечи у него сводит от нестерпимой боли, хотя он и силится ее подавить.</p>
      <p>— Всю руку дергает, черт этакий! — сказал он, услышав ее голос. — Во сто раз худее всякой зубной боли. Но это все пустяки. Только бы брезент не сорвало. Подумай, каково было нашим отцам! — говорил он, пересиливая боль. — Отцу как-то пришлось быть в горах с одним товарищем, и тому медведь ногу ободрал почитай что до самой кости. Жратва у них вся вышла, и надо было двигаться дальше. Отец сажает его на лошадь, а с тем — обморок, и так два-три раза. Пришлось его к лошади привязать. Они ехали пять недель… И отец все это вынес. А Джек Кингли? У него ружье разорвалось, и всю правую руку отхватило к черту, а охотничий щенок возьми да и сожри на его глазах три пальца! Джек был один-одинешенек на болоте, и…</p>
      <p>Саксон не пришлось услышать продолжение рассказа о Джеке Кингли: внезапно налетел ветер, сорвал веревки, сломал деревянную раму и на одно мгновенье прикрыл их обоих брезентом. В следующий миг брезент, раму и веревку унесло в темноту, и Саксон с Биллом залило дождем.</p>
      <p>— Делать нечего, — крикнул он ей в ухо, — бери вещи и пошли в тот сарай.</p>
      <p>Они перебрались в сарай под проливным дождем и в полной темноте, два раза им пришлось переходить по камням через ручей по колено в воде. Старый сарай протекал, как решето, но в конце концов им удалось найти сухое местечко и расстелить там мокрые насквозь одеяла. Страдания Билла терзали Саксон. Ей понадобился целый час, чтобы заставить его уснуть, — но едва она переставала поглаживать ему лоб, как он просыпался. Хотя и ее пробирали холод и сырость, она охотно примирилась бы с бессонной ночью, лишь бы он забылся и не страдал.</p>
      <p>Когда, по ее расчетам, было уже за полночь, кто-то вдруг вошел в сарай. В открытую дверь блеснул свет электрического фонаря, точно луч миниатюрного прожектора обежал все помещение и остановился на ней и Билле.</p>
      <p>Послышался грубый голос:</p>
      <p>— Ага, попались! Ну-ка, вылезайте! Билл сел, ослепленный светом. Человек с фонарем приближался, повторяя свое требование.</p>
      <p>— Кто здесь? — раздался голос Билла.</p>
      <p>— Это я, — последовал ответ, — и я вам покажу, как тут валяться!</p>
      <p>Голос звучал совсем рядом, на расстоянии ярда, не больше, но они ничего не могли разглядеть из-за света, который то вспыхивал, то гас, когда владелец фонаря уставал нажимать на кнопку.</p>
      <p>— Ну, пошевеливайтесь! Выходите! — продолжал голос. — Свертывайте-ка ваше барахло и топайте за мной. Некогда мне с вами канителиться.</p>
      <p>— Да кто вы такой, черт вас возьми! — раздраженно прервал его Билл.</p>
      <p>— Я здешний констебль. Пошли!</p>
      <p>— Что же вам от нас нужно?</p>
      <p>— Вы мне нужны. Вы оба.</p>
      <p>— По какому случаю?</p>
      <p>— Бродяжничество! А теперь — живо! Не торчать же мне тут всю ночь из-за вас!</p>
      <p>— Ах, проваливай откуда пришел! — огрызнулся Билл, — Я не бродяга. Я рабочий.</p>
      <p>— Может, да, а может, и нет, — заявил констебль. — Это ты уж сам расскажешь утром судье Ньюсбаумеру.</p>
      <p>— И ты, грязная скотина, воображаешь, что я пойду с тобой? — начал Билл. — Поверни-ка свет на себя, я хочу взглянуть на твою рожу. Забрать меня? Меня? Да я из тебя котлету сделаю…</p>
      <p>— Успокойся, Билл, — умоляла его Саксон. — Не поднимай истории. Так и в тюрьму угодишь.</p>
      <p>— Правильно, — одобрил ее констебль. — Слушайся своей барышни.</p>
      <p>— Это моя жена, и потрудись обращаться с ней повежливее, — с угрозой сказал Билл. — А теперь катись отсюда, если хочешь остаться цел.</p>
      <p>— Видал я таких молодцов! — отозвался констебль. — У меня найдется чем тебя убедить. Видал?</p>
      <p>Луч света скользнул в сторону, и из темноты выступила зловеще освещенная рука, державшая револьвер. Эта рука казалась самостоятельным существом, не имеющим никакой телесной опоры. Она исчезала, точно рука привидения, и снова появлялась, когда палец нажимал кнопку фонаря. То они на миг видели перед собой руку с револьвером, то все окутывалось непроницаемой темнотой, а затем из нее опять выступала рука с револьвером.</p>
      <p>— Полагаю, что теперь вы со мной пойдете? — издевался констебль.</p>
      <p>— Как бы тебе не пришлось пойти в другое место… — начал Билл.</p>
      <p>Но тут свет опять погас. Они услышали, как полицейский сделал какое-то движение, и фонарь упал наземь. И Билл и констебль стали торопливо шарить по полу, но Билл первый нашел фонарь и в свою очередь направил свет на констебля. Они увидели седобородого старика в клеенчатом плаще, с которого ручьями стекала вода. Саксон не раз видела таких стариков ветеранов среди участников процессий в День возложения венков <a l:href="#n_606" type="note">[606]</a>.</p>
      <p>— Отдай фонарь! — рявкнул констебль.</p>
      <p>Билл только усмехнулся в ответ.</p>
      <p>— Тогда я продырявлю твою шкуру насквозь! Он направил револьвер прямо на Билла, который не спускал пальца с кнопки фонарика; блеснули кончики пуль в барабане.</p>
      <p>— Эй ты, старая бородатая вонючка, да у тебя духу не хватит выстрелить в кислое яблоко! — воскликнул Билл. — Знаем мы вашего брата! Когда надо забрать какого-нибудь несчастного, забитого бедняка, так вы храбры, как львы, а когда перед вами настоящий мужчина, вы чуть что — ив кусты, как последние трусы! Ну, чего же ты не стреляешь, мразь ты этакая? Ведь поджав хвост побежишь, если на тебя хорошенько цыкнуть!</p>
      <p>И, переходя от слов к делу, Билл заорал:</p>
      <p>— Вон отсюда!..</p>
      <p>Саксон невольно рассмеялась испугу констебля.</p>
      <p>— В последний раз говорю тебе, — процедил он сквозь зубы, — отдай фонарь и ступай со мной, не то я уложу тебя на месте.</p>
      <p>Саксон испугалась за Билла, но не очень: она была уверена, что констебль не посмеет выстрелить, — и, как в былое время, почувствовала трепет восхищения перед мужеством Билла — Лица его она не могла видеть, но была уверена, что оно такое же леденяще-бесстрастное, как и в тот день, когда он дрался с тремя ирландцами.</p>
      <p>— Мне не впервой убивать людей, — угрожающе продолжал констебль. — Я старый солдат и не боюсь крови.</p>
      <p>— Постыдились бы, — перебила его Саксон, — срамить да поносить мирных людей, которые не сделали ничего дурного!</p>
      <p>— Вы не имеете права ночевать здесь, — заявил он, наконец, — этот сарай не ваш, вы нарушаете закон. А те, кто нарушает закон, должны сидеть в тюрьме. Я уже немало бродяг засадил на месяц за ночевку в этом сарае. Это прямо ловушка для них. Я хорошо разглядел вас, и вижу, что вы люди опасные. — Он повернулся к Биллу. — Ну, довольно я тут с вами прохлаждался. Вы когда-нибудь подчинитесь и пойдете со мной по доброй воле?!</p>
      <p>— Я тебе, старая кляча, вот что скажу, — ответил Билл. — Забрать тебе нас не удастся — это раз. А два — эту ночь мы доспим здесь.</p>
      <p>— Отдай фонарь! — решительно потребовал констебль.</p>
      <p>— Брось, борода! Ты мне надоел! Проваливай! А что касается твоей коптилки, то ты найдешь ее вон там, в грязи.</p>
      <p>Билл направил луч света на дверь, потом зашвырнул фонарь, как мяч. Теперь их окружал полный мрак, и было слышно, как констебль в бешенстве заскрежетал зубами.</p>
      <p>— Ну-ка, выстрели — посмотришь, что с тобой будет! — прорычал Билл.</p>
      <p>Саксон нашла его руку и с гордостью пожала ее. Констебль буркнул какую-то угрозу.</p>
      <p>— Это что? — строго прикрикнул на него Билл. — Ты еще тут? Послушай-ка, борода! Надоела мне твоя болтовня. Убирайся, не то я тебя отсюда выброшу. А если ты опять явишься, я тебе покажу! Вон!</p>
      <p>За ревом бури они ничего не слышали. Билл свернул себе папиросу. Когда он стал закуривать, они увидели, что в сарае пусто. Билл засмеялся:</p>
      <p>— Знаешь, я так взбесился, что даже забыл про палец.</p>
      <p>Он только теперь опять заныл.</p>
      <p>Саксон уложила его и снова принялась поглаживать ему лоб.</p>
      <p>— До утра нам двигаться не стоит, — сказала она, — А как только рассветет, мы поедем в Сан-Хосе, возьмем комнату, закажем горячий завтрак и достанем в аптеке все, что нужно для компресса.</p>
      <p>— А Бенсон? — нерешительно напомнил Билл.</p>
      <p>— Я позвоню ему из города. Это стоит всего пять центов. Я видела, что у него есть телефон. Даже если бы палец не болел, ты все равно не мог бы пахать из-за дождя. Мы с тобой оба полечимся. Пока погода прояснится, моя пятка заживет окончательно, и мы двинемся дальше.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятая</p>
      </title>
      <p>Три дня спустя, в понедельник, Саксон и Билл рано утром сели в трамвай, чтобы доехать до конечной остановки и оттуда вторично направиться в Сан-Хуан. На дорогах стояли лужи, но небо было голубое, солнце сияло, повсюду виднелась молодая трава. Саксон поджидала Билла возле усадьбы Бенсона, пока он ходил получать свои шесть долларов за три дня пахоты.</p>
      <p>— Он ногами затопал и взревел, как бык, когда узнал, что я ухожу,</p>
      <p>— сказал Билл, выйдя от Бенсона. — Сначала и слушать не хотел. Уверял, что через несколько дней переведет меня к лошадям и что не так легко найти человека, который умеет править четверкой, поэтому нельзя упускать такого работника, как я.</p>
      <p>— А ты что ответил?</p>
      <p>— Что мне пора двигаться. А когда он пытался уговорить меня, я объяснил, что со мною жена и что она меня торопит.</p>
      <p>— Но ведь и тебе хочется идти дальше. Билли?</p>
      <p>— Да, конечно, детка; а все-таки у меня пылу меньше, чем у тебя. Черт побери, мне даже начала нравиться работа в поле. Теперь уж я не буду бояться, если придется пахать. Я понял, в чем тут загвоздка, и могу поспорить в этом деле с любым фермером.</p>
      <p>Спустя час, пройдя добрых три мили, они услыхали за собой шум мотора и отошли на обочину дороги. Однако машина не обогнала их. В ней сидел Бенсон и, поравнявшись с ними, остановился.</p>
      <p>— Куда же вы направляетесь? — спросил он Билла, окинув Саксон быстрым, внимательным взглядом.</p>
      <p>— В Монтери, если вы туда едете, — с усмешкой ответил Билл.</p>
      <p>— Могу подвезти вас до Уотсонвиля. На своих на двоих, да с грузом, вы будете тащиться туда несколько дней. Влезайте-ка, — обратился он прямо к Саксон. — Хотите сесть впереди?</p>
      <p>Саксон посмотрела на Билла.</p>
      <p>— Валяй, — одобрил тот. — Впереди очень хорошо.</p>
      <p>Это моя жена, мистер Бенсон, — миссис Роберте.</p>
      <p>— Ого, так это вы похитили у меня вашего мужа, — добродушно напал на нее Бенсон, закрывая ее фартуком.</p>
      <p>Саксон охотно приняла вину на себя и стала внимательно наблюдать, как он правит машиной.</p>
      <p>— Н-да, не богат был бы я, если бы имел столько земли, сколько вы вспахали, перед тем как попасть ко мне, — через плечо насмешливо бросил он Биллу, и глаза его заискрились.</p>
      <p>— Я всего раз в жизни имел дело с плугом, — признался Билл. — Но ведь человеку надо и поучиться.</p>
      <p>— За два доллара в день?</p>
      <p>— Раз нашелся любитель платить за учебу… — отпарировал Билл.</p>
      <p>Бенсон добродушно расхохотался.</p>
      <p>— Вы способный ученик. А я ведь сразу заметил, что вы с плугом не очень-то дружите. Но вы правильно взялись за дело. Из десяти человек, нанятых на большой дороге, ни один не освоился бы так быстро, как вы,</p>
      <p>— уже на третий день. А главный ваш козырь в том, что вы знаете лошадей. Я больше в шутку велел вам в то утро править моей четверкой. Сразу видно, что у вас большой опыт и, кроме того, это у вас врожденное.</p>
      <p>— Он очень ласков с лошадьми, — сказала Саксон.</p>
      <p>— Да, но одной ласки мало, — возразил Бенсон. — Ваш муж: понимает, как надо обходиться с ними. Этого не объяснишь. А в том-то и вся суть</p>
      <p>— в понимании. Это качество почти прирожденное. Доброта необходима, но твердая хватка важнее. Ваш муж сразу забирает коней в руки. Вот я, чтобы испытать его, и задал ему задачу с фурой, запряженной четверкой. Выполнить ее было очень сложно и трудно. Тут лаской не возьмешь, тут нужна твердость. И я сразу увидел, что она у него есть, как только он взял в руки вожжи. Он не обнаружил ни малейшего колебания. И лошади тоже. Они сразу почувствовали его волю. Они поняли, что эту задачу надо выполнить и что именно они должны ее выполнить. Они нисколько его не боялись, но твердо знали, что хозяин положения — он. Взяв в руки вождей, он взял в руки и лошадей. Он держал их, как в тисках. Он заставил их тронуться и погнал, куда хотел — вперед, назад, направо, налево, — то натянет вожжи, то ослабит их, то вдруг сразу осадит, — и они ощущали, что все идет правильно, как надо. О, может быть, у лошадей нет разума, но они многое понимают. Они сразу чувствуют, когда к ним подходит настоящий лошадник; хотя, почему они это чувствуют, я не скажу вам.</p>
      <p>Бенсон замолчал, слегка смущенный своей болтливостью, и посмотрел на Саксон — слушает она или нет. Выражение ее лица и глаз успокоило его, и он с коротким смешком добавил:</p>
      <p>— Лошади — моя страсть. И если я веду эту вонючую машину, то это ничего не доказывает. Я бы гораздо охотнее прокатил вас на парочке рысаков. Но я бы потерял много времени и — что еще хуже — не переставал бы за них тревожиться. А эта штука — что же, у нее нет ни нервов, ни хрупких суставов, ни сухожилий; гони ее что есть мочи, и все.</p>
      <p>Миля проносилась за милей, и Саксон скоро увлеклась беседой с Бенсоном. Она сразу поняла, что перед ней еще один тип современного фермера. Она многое узнала за последние дни и теперь сама поражалась тому, что понимает решительно все, о чем он говорит. В ответ на его прямой вопрос она подробно рассказала ему о своих планах и в общих чертах обрисовала жизнь в Окленде.</p>
      <p>Когда они миновали питомники у Морган-Хилла, выяснилось, что позади уже двадцать миль, — время пролетело незаметно. Пешком им бы и за день столько не пройти. А машина все продолжала жужжать, пожирая бежавшее им навстречу пространство.</p>
      <p>— Я все удивлялся, почему такой отличный работник, как ваш муж, очутился на большой дороге? — сказал Бенсон.</p>
      <p>— Да, — улыбнулась она, — он говорил мне. Вы решили, что он на чем-то споткнулся… Он хороший работник.</p>
      <p>— Ведь я тогда ничего не знал о вас. Теперь-то я все понял. Хотя, должен признаться, в наши дни это очень необычно, чтобы молодая парочка, вроде вас, собрала свои пожитки и отправилась искать себе землю. И пока я не забыл, я хочу сказать вам кое-что. — Он повернулся к Биллу. — Я как раз говорил вашей жене, что у меня для вас всегда найдется постоянная работа; найдется и хорошенький домик в три комнаты, где вы отлично могли бы устроиться. Не забудьте.</p>
      <p>Саксон узнала, что Бенсон кончил агрономическую школу при Калифорнийском университете (она и не подозревала, что существует такая отрасль знания). Относительно казенной земли он не стал ее обнадеживать.</p>
      <p>— Остались только те участки, — пояснил он, — которые по той или иной причине не годятся для обработки. А если там, куда вы направляетесь, и найдется хорошая земля, значит, оттуда до рынка не добраться. Я что-то не слыхал, чтобы в тех местах проводили железную дорогу.</p>
      <p>— Подождите, сейчас мы въедем в Пахарскую долину, — сказал он, когда они миновали Гилрой и мчались к Сардженту. — Я покажу вам, что можно сделать с почвой; и этого добились не ученые агрономы, а люди неученые, иностранцы, над которыми так насмехаются зазнавшиеся американцы. Вот увидите. Это одно из главных достопримечательностей нашего штата.</p>
      <p>В Сардженте он на несколько минут оставил их в машине, пока заходил куда-то по делу.</p>
      <p>— Здорово! Это тебе не пешее хождение! — сказал Билл. — И посмотри, как рано… Когда он нас высадит, мы сможем пройти еще несколько миль пешком. И все-таки, если нам с тобой повезет, мы купим лошадей. Лошадок я ни на что не променяю.</p>
      <p>— Машина хороша, только когда спешишь, — согласилась Саксон. — Конечно, если мы с тобой будем очень, очень богаты…</p>
      <p>— Послушай, Саксон, — прервал ее Билл, пораженный мыслью, внезапно пришедшей ему в голову, — насчет одного я теперь спокоен: я больше не боюсь остаться в деревне без работы. Вначале я боялся, только тебе не говорил. И когда мы вышли из Сан-Леандро, я совсем было приуныл. А видишь, мне уже два места предложили — миссис Мортимер и Бенсон; и к тому же постоянные. Видно, в деревне человек всегда может получить работу.</p>
      <p>— Нет, — поправила его с горделивой улыбкой Саксон, — ты ошибаешься. Хороший работник всегда может получить работу. Крупные фермеры не станут нанимать людей из одного великодушия.</p>
      <p>— Да уж конечно, они заботятся о себе, не о других, — усмехнулся Билл.</p>
      <p>— За тебя-то они сразу хватаются. А потому, что ты хороший работник. Они видят это с первого взгляда. Вспомни, Билл, всех рабочих, которых мы встречали на дороге. Ни одного нельзя сравнить с тобой. Я к ним присматривалась очень внимательно. Все они какие-то слабосильные, и телом и духом, какие-то ненадежные во всех отношениях.</p>
      <p>— Да, никудышные ребята, — скромно согласился Билл.</p>
      <p>— Сейчас неподходящее время года для осмотра Пахарской долины, — сказал Бенсон, когда снова уселся рядом с Саксон и Сарджент был уже далеко позади. — А все-таки ее стоит посмотреть. Подумайте, двенадцать тысяч акров под яблоками! Знаете, как ее теперь зовут? Новой Далмацией. Нас отовсюду выживают. Мы, янки, воображали, что мы дельцы, а вот появились эти парни из Далмации и утерли нам нос. Когда они приехали сюда, это были просто жалкие эмигранты, нищие, как церковные мыши. И вначале они просто нанимались на поденную во время сбора фруктов. Затем понемногу начали скупать яблоки на корню. Чем больше становились их доходы, тем решительнее они расширяли свои операции. Очень скоро они стали брать сады в долгосрочную аренду. А за последнее время они скупают землю и не сегодня-завтра окажутся владельцами всей долины, и последним американцам придется убираться оттуда.</p>
      <p>Ох, уж эти наши янки! Какие-то нищие славяне, при первых же мелких сделках с ними получали две-три тысячи процентов барыша. Теперь они довольствуются стопроцентными прибылями. А когда их доходы падают до двадцати пяти — пятидесяти процентов, они считают это катастрофой.</p>
      <p>— Все равно, как в Сан-Леандро, — заметила Саксон, — первые землевладельцы почти исчезли. Теперь там интенсивное земледелие. — Саксон очень гордилась этой фразой. — Дело не в том, сколько у тебя земли, а в том, сколько ты выжимаешь из каждого акра.</p>
      <p>— Да, но это еще не все, — отозвался Бенсон, многозначительно закивав головой. — Многие из них, как, например, Люк Скурич, ведут дело на широкую ногу. Некоторые уже стоят до четверти миллиона долларов. И я знаю по меньшей мере с десяток фермеров, из которых каждый уже имеет капитал в среднем в сто пятьдесят тысяч. Дело в том, что они умеют выращивать яблони. Это у них врожденное. Они чувствуют деревья, как ваш муж чувствует лошадей. Каждое дерево для них живое существо, как для меня лошадь. И они знают каждое дерево, его историю, все, что с ним когда-либо случалось, все, чего оно не выносит. Они как будто слышат его пульс и могут сказать вам, так же ли хорошо оно чувствует себя сегодня, как вчера. А если нет, то они сразу поймут, какая у него хворь, и будут лечить его. Они посмотрят на дерево в цвету и точнейшим образом предскажут вам, сколько ящиков яблок оно принесет и какого качества и величины будут эти яблоки. Они знают каждое яблочко и снимают его бережно и любовно, чтобы не повредить, бережно и любовно укладывают его и отправляют в путь; когда такие яблоки доходят на рынок — они не побиты и не подгнили и идут по самой высокой цене.</p>
      <p>Да, это больше, чем интенсивное хозяйство. Адриатические славяне — большие деляги. Они не только умеют вырастить яблоки, они умеют и продать их. Нет рынка? Подумаешь! Создайте рынок! Так они и поступают, а у наших под деревьями груды яблок гниют. Возьмите хотя бы Петра Монгола. Он каждый год ездит в Англию и отвозит туда сотни вагонов яблок. Эти далматинцы возят яблоки из Пахарской долины на южноафриканские рынки и сколачивают громадные капиталы.</p>
      <p>— Куда они девают деньги? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Выкупают у американцев Пахарскую долину; и уже немалую часть ее выкупили.</p>
      <p>— А что будет потом? — продолжала она свои расспросы.</p>
      <p>Бенсон кинул на нее быстрый взгляд.</p>
      <p>— Потом они начнут выживать американцев из какой-нибудь другой долины. Американцы же быстро спустят полученные за землю денежки, и следующее поколение будет погибать в городах, как погибли бы вы и ваш муж, если бы вовремя не ушли оттуда.</p>
      <p>Саксон невольно содрогнулась. «Как погибла Мери, — подумала она, — как погиб Берт и еще многие; как погибает Том и все остальные».</p>
      <p>— Да, страна у нас великая, — продолжал Бенсон. — Но мы не великий народ. Прав Киплинг: нас выгнали из нашего дома, и мы сидим на крылечке. Сколько нас учили и учат! Ведь к нашим услугам и сельскохозяйственные школы, и опытные станции, и передвижные выставки, но наука не идет нам впрок, и чужаки, которые прошли тяжелую школу жизни, отовсюду вытесняют нас. Знаете, когда я кончил учиться, — тогда еще был жив отец, а он придерживался старых взглядов и смеялся над тем, что называл моими бреднями, — я несколько лет путешествовал. Мне хотелось посмотреть, как ведут хозяйство в более старых странах. Ну и нагляделся же я!</p>
      <p>… Сейчас мы въедем в долину… Да, я нагляделся. Первым делом я увидел в Японии горные склоны в виде террас. Представьте себе гору, такую крутую, что и лошади не взобраться. Но японцам на это наплевать. Они строят террасы: поставят крепкую подпорную стену футов в шесть высотой да шириною шесть футов и засыпают землей; все выше и выше. Стены и террасы по всей горе, стены над стенами, террасы над террасами. Я видел на стенах в десять футов террасы в три фута, и на стенах в двадцать футов площадки в четыре-пять футов, лишь бы только вырастить что-нибудь. А землю они таскают наверх на спине, в корзинах.</p>
      <p>То же я видел всюду — ив Греции, и в Ирландии, и в Далмации, — я видел и там был. Люди ходят и подбирают каждый комочек земли, какой им удается найти, воруют землю лопатами, даже горстями, копят ее, а потом тащат на спине в гору и создают поля, — создают из ничего, на голых скалах. А во Франции я видел больше того: там крестьяне горных районов берут землю из русла ручьев, как наши отцы копали русла рек в Калифорнии в поисках золота. Только наше золото уплыло, а крестьянская земля осталась; ее перепахивают из года в год, обрабатывают и что-нибудь на ней да выращивают. Ну, я сказал достаточно, пора мне и помолчать.</p>
      <p>— Боже мой, — пробормотал Билл, пораженный. — Наши отцы ничего подобного не делали. Не мудрено, что они все растеряли.</p>
      <p>— Вот и долина, — сказал Бенсон. — Взгляните на деревья, на склоны холмов… Вот она. Новая Далмация! Взгляните повнимательнее. Это же яблочный рай! А какая почва! Как она обработана!</p>
      <p>Долина, открывшаяся перед Саксон, была невелика. Но и в низинах и на пологих склонах — повсюду бросались в глаза результаты усердия и настойчивости трудившихся здесь далматинцев. Саксон смотрела по сторонам, в то же время внимательно прислушиваясь к словам Бенсона.</p>
      <p>— Вы знаете, что делали прежние поселенцы с этой богатейшей землей? В долинах они сеяли пшеницу, а на холмах пасли стада. Теперь же двенадцать тысяч акров засажены яблонями. Из Восточных штатов люди приезжают в своих автомобилях в Дель-Монте, чтобы полюбоваться на цветущие или осыпанные яблоками деревья. Возьмем Маттео Летунича, — он был одним из первых поселенцев, — он начал с того, что мыл в здешнем кабачке посуду. Но когда увидел эту долину, он сразу понял, что это его Клондайк. Теперь он семьсот акров арендует да сто тридцать ему принадлежат; у него лучший плодовый сад во всей округе, и он экспортирует от сорока до пятидесяти тысяч ящиков яблок в год. И ни одному человеку не позволит он сорвать хоть яблочко с дерева, кроме далматинца. Я как-то в шутку спросил его, за сколько он продал бы свои сто тридцать акров. Летунич ответил вполне серьезно. Он назвал мне цифру доходов, которые получает с них из года в год, и вывел среднюю сумму, затем предложил мне определить стоимость акра, считая доход из шести процентов с капитала. Так я и сделал. Оказалось, свыше трех тысяч долларов за акр!</p>
      <p>— А что китайцы тут делают? — обратился к нему Билл. — Тоже выращивают яблоки?</p>
      <p>Бенсон покачал головой:</p>
      <p>— Нет, но есть еще одно дело, которое мы, американцы, тоже прозевали. Тут в долине ничего не пропадает, ни сердцевина яблок, ни кожура; да только не мы, американцы, их используем. Здесь построено пятьдесят семь сушилен для яблок, не говоря уж: о фабриках консервов, уксуса и сидра, и все они принадлежат китайцам. Они ежегодно вывозят пятнадцать тысяч бочонков сидра и уксуса.</p>
      <p>— Подумать только, что этот край создан руками наших отцов, — размышлял Билл вслух, — они боролись за него, исследовали его — словом, сделали все…</p>
      <p>— Но ничего не развивали, — прервал его Бенсон. — Напротив, мы сделали все, что могли, чтобы разорить его, как уже разорили и истощили почву в Новой Англии. — Он махнул рукой, указывая куда-то за холмы. — В той стороне лежит Салинас. Если бы вы побывали там, вам показалось бы, что вы в Японии. Да, немало хороших плодородных долин в Калифонии попало в руки японцев. Они действуют несколько иначе, чем далматинцы. Сначала они нанимаются поденно собирать фрукты; они работают лучше американских рабочих, и янки охотно берут их. Затем, когда их наберется достаточно, они объединяются в союз и вытесняют рабочих-американцев. Владельцы садов пока не возражают. Но за этим следует вот что: японцы не хотят работать, а рабочие-американцы все ушли, — и владельцы оказываются в совершенно беспомощном положении: урожай должен погибнуть. Тогда появляются на сцене их профсоюзные главари. Они скупают весь урожай; хозяева-садоводы всецело зависят от них. А через короткий срок уже вся долина оказывается в руках японцев. Владельцы земли сдают ее в аренду, а сами либо перебираются в город, где быстро спускают свои деньги, или уезжают путешествовать по Европе. Остается сделать последний шаг: японцы скупают землю. Владельцам поневоле приходится продавать, потому что контроль над рабочей силой принадлежит японцам и они могут довести любого хозяина до полного разорения.</p>
      <p>— Но если так будет продолжаться, какая же судьба ждет нас? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Вы же видите, какая. Те из нас, у кого ничего нет, погибают в городах. Те, у кого есть земля, продают ее и тоже уходят в город. Иные наживают большие капиталы, иные учатся какому-нибудь ремеслу, а остальные проживают свои денежки и, истратив их, гибнут, а если денег на их век хватает, то вместо них гибнут их дети.</p>
      <p>Поездка приближалась к концу, и на прощанье Бенсон напомнил Биллу о том, что его в любое время ждет на ферме постоянная работа, — достаточно черкнуть слово.</p>
      <p>— Надо сначала посмотреть ее, эту самую казенную землю, — отозвался Билл. — Уж не знаю, на чем мы остановимся, но одним делом мы наверняка заниматься не будем.</p>
      <p>— Каким же?</p>
      <p>— Не купим фруктовый сад по три тысячи за акр.</p>
      <p>Билл и Саксон, неся за спиной свои тюки, прошли около ста ярдов. Первым нарушил молчание Билл.</p>
      <p>— И еще одно я скажу тебе, Саксон. Мы с тобой никогда не будем бродить и вынюхивать, где бы стащить горсточку земли и потом волочь ее в корзине на вершину горы. В Соединенных Штатах земли еще хватит. Пусть Бенсон и другие болтают сколько им угодно, будто Соединенные Штаты прогорели и их песенка спета. Миллионы акров стоят нетронутыми и ждут нас — наше дело их найти.</p>
      <p>— А я скажу тебе другое, — заметила Саксон. — Мы с тобой проходим хорошую школу. Том вырос на ферме, а он знает о сельском хозяйстве куда меньше нашего. И потом вот еще что: чем больше я думаю, тем больше мне кажется, что эта самая казенная земля никак нас не устроит.</p>
      <p>— Охота тебе верить всему, что люди болтают, — запротестовал Билл.</p>
      <p>— Нет, дело не в этом. Дело в том, что и я так думаю. Сам посуди! Земля здесь стоит три тысячи за акр; так почему же казенная земля, совсем рядом отсюда, будет ждать, чтобы ее взяли задаром, если «только она чего-нибудь стоит!</p>
      <p>Следующие четверть мили Билл размышлял над этим вопросом, но не пришел ни к какому заключению. В конце концов он откашлялся и заметил:</p>
      <p>— Что ж, подождем судить, сначала посмотрим, какая она. Верно?</p>
      <p>— Ладно, — согласилась Саксон. — Подождем и сначала посмотрим.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестая</p>
      </title>
      <p>Вместо того чтобы идти по дороге, которая тянется вдоль берега на семнадцать миль, они свернули от Монтери на проселок, ведущий прямо через холмы, и бухта Кармел совершенно неожиданно предстала перед ними во всей своей красе. Они спустились через сосновую рощу, миновали окруженные деревьями причудливые и живописные сельские домики художников и писателей, перебрались через сыпучие песчаные холмы, укрепленные цепким лупином и поросшие бледными цветами калифорнийского мака. Саксон вскрикнула от восторга и замерла, любуясь открывшимся перед нею зрелищем: пронизанные золотом солнечных лучей ослепительно синие валы прибоя, длиною с милю, величавым изгибом мощно обрушивались на берег, и кайма белой пены с грохотом рвалась, оставляя клочья на столь же белом песке покатого берега.</p>
      <p>Саксон не помнила, сколько они простояли, наблюдая торжественное шествие валов, вздымавшихся из глубин взволнованного моря, чтобы с грохотом разбиться у их ног. Она очнулась, когда Билл, смеясь, стал стаскивать с ее плеч корзинку.</p>
      <p>— Ты, видно, собираешься здесь отдохнуть, — заметил он, — так давай хоть устроимся поудобней.</p>
      <p>— Я даже представить себе не могла… представить не могла, что есть такая красота!.. — повторяла она, сжимая руки. — Я… я думала, что прибой у маяка в Окленде великолепен, но куда уж там… Посмотри! Нет, посмотри! Ты когда-нибудь видел такой невероятный цвет? А солнце так и сверкает сквозь волны! Замечательно!</p>
      <p>Наконец она оторвалась от зрелища прибоя и взглянула вдаль, на линию горизонта, где над глубокой лазурью моря клубились облака, затем на южную излучину бухты с зазубренными скалами и на громаду гор, синеющих за пологими холмами, обступившими Кармелскую долину.</p>
      <p>— Давай-ка лучше присядем, — сказал Билл, идя навстречу ее желанию, — никто нас не гонит. Здесь слишком хорошо, нечего сразу же уходить отсюда.</p>
      <p>Саксон согласилась и тут же принялась расшнуровывать башмаки.</p>
      <p>— Хочешь побегать босиком? — и Билл с восторгом последовал ее примеру.</p>
      <p>Но не успели они разуться, чтобы ринуться к той белесой и влажной кромке песка, где грозный океан встречался с землей, как их вниманье было привлечено новым удивительным явлением: из-под темных сосен выбежал человек, совершенно голый, в одних трусах, и помчался вниз по песчаным холмам. Кожа у него была нежная и розовая, лицо — как у херувима, кудрявые волосы цвета ржи, но тело мускулистое и сильное, как у Геркулеса.</p>
      <p>— Смотри! Это, верно, Сэндоу! — тихо прошептал Билл.</p>
      <p>А Саксон вспомнилась гравюра в альбоме матери: викинги на влажном песчаном взморье Англии.</p>
      <p>Человек пронесся мимо них на расстоянии нескольких шагов, пересек полоску мокрого песка и остановился, лишь когда пена дошла ему до колен, а перед ним выросла стена готовой обрушиться на него воды, высотой по крайней мере в десять футов. Даже его громадное, сильное тело казалось нежным и хрупким перед вздыбившейся грозной стихией. Саксон замерла от страха и, украдкой взглянув на Билла, увидела, что и он напряженно следит за купальщиком.</p>
      <p>Незнакомец бросился навстречу водной стене и, в то мгновенье, когда, казалось, она должна была раздавить его, нырнул под нее и исчез. Мощные массы воды с грохотом обрушились на берег, но из волн показалась белокурая голова, затем рука и часть плеча; всего несколько взмахов, и ему снова пришлось нырнуть под следующий вал. Это была настоящая борьба человека, плывущего в открытое море, с рвущимися к берегу, напирающими волнами. И всякий раз, когда он нырял и пропадал из виду, у Саксон замирало сердце и она судорожно стискивала руки. Иногда они не могли найти его за прокатившейся волной, но потом оказывалось, что он отброшен бородатым буруном, игравшим с ним, как со щепкой. Не раз они решали, что он будет побежден и вышвырнут обратно на берег, но уже через полчаса он оказался за линией прибоя и продолжал быстро плыть вперед, уже не ныряя, а вскидываясь на гребни волн. Скоро он уплыл так далеко, что лишь временами в воде мелькало небольшое пятнышко, а там и оно скрылось. Саксон и Билл переглянулись, она — пораженная отвагою пловца, он — полный восхищения и зависти.</p>
      <p>— Вот это пловец, это пловец! — восторгался Билл. — Какой смельчак! Знаешь, я плавал только в бассейне и в бухте, но теперь я хочу научиться плавать в океане. Если бы я мог плавать, как он, я бы так загордился, что ко мне и не подступись. Даю слово, Саксон, я предпочел бы плавать вот так, чем иметь тысячу ферм! Нет, конечно, я умею плавать, уверяю тебя; я плаваю, как рыба. Однажды в воскресенье я проплыл от причала Нэрроу Годж до бассейна Сешенс, — а это несколько миль. Но такого пловца, как этот парень, я в жизни не видел. Нет, я отсюда не уйду, пока он не вернется… И ведь совсем один среди этих водяных гор, подумай только! Да, это выдержка! Молодец! Молодец!</p>
      <p>Саксон и Билл бегали босиком по берегу, размахивая длинными змеевидными водорослями, догоняли друг друга и резвились в течение часа, как дети. Только когда они стали обуваться, они увидали приближавшуюся к берегу белокурую голову. Билл подошел к самой воде, чтобы встретить смельчака. Когда тот вынырнул из воды, его кожа от потасовки с морем из бело-розовой стала багровой.</p>
      <p>— Вы молодчина, и я не могу удержаться, чтобы вам этого не сказать, — приветствовал его с чистосердечным восхищением Билл.</p>
      <p>— Да, сегодня прибой в самом деле свирепый, — отвечал молодой человек, признательно кивнув головой.</p>
      <p>— Уж не боксер ли вы? Может быть, я просто о вас не слышал? — Осведомился Билл, пытаясь определить, кто это чудо природы.</p>
      <p>Тот засмеялся и покачал головой, а Билл, конечно, никак не мог догадаться, что незнакомец раньше был капитаном университетской футбольной команды, а в настоящее время — он отец семейства и автор многих книг. Он окинул Билла с головы до ног испытующим взглядом человека, привыкшего иметь дело с новичками, мечтающими о футбольном поле.</p>
      <p>— Вы прекрасно сложены, — одобрил он. — И можете поспорить с лучшими спортсменами. Я не ошибусь, если скажу, что вы не новичок на ринге?</p>
      <p>Билл кивнул.</p>
      <p>— Мое имя Роберте.</p>
      <p>Пловец нахмурился, тщетно стараясь припомнить, кто же это.</p>
      <p>— Билл… Билл Роберте, — прибавил Билл.</p>
      <p>— О-о! Неужто Большой Билл Роберте? Я же видел вас на ринге в Павильоне механиков, еще до землетрясения. После вас вышел Эдди Хенлон. Как же, я помню: вы одинаково ловко работаете обеими руками, у вас удар страшной силы, только вы очень медлительны. Да, я отлично помню, вы слишком затянули схватку в тот вечер, но в конце концов победили. — Он протянул Биллу свою мокрую руку. — Мое имя Хэзард, Джим Хэзард.</p>
      <p>— Так это вы были футбольным тренером года два назад? Верно? Я читал про вас в газетах.</p>
      <p>Они обменялись сердечным рукопожатием. И Саксон тоже была представлена Хэзарду. Она казалась себе очень ничтожной рядом с этими юными великанами, но в душе гордилась тем, что принадлежит к тому же крепкому корню, как и они. Ей оставалось только слушать их разговор.</p>
      <p>— Я бы охотно занимался с вами боксом полчаса в день, — сказал Хэзард, — и у вас многому научился бы. Вы пробудете некоторое время в наших краях?</p>
      <p>— Нет. Мы бродим по побережью — землю ищем. Но я готов заняться с вами, а меня вы могли бы научить плавать при высокой волне.</p>
      <p>— Готов в любое время обменяться с вами уроками, — заявил Хэзард; затем обернулся к Саксон. — Почему бы вам не пожить некоторое время в Кармеле? Здесь совсем неплохо.</p>
      <p>— Здесь чудесно, — отозвалась она с благодарной улыбкой. — Но… — она повернулась и указала на их вещи, лежавшие поблизости, среди лупинов. — Мы странствуем и ищем казенную землю.</p>
      <p>— Не вздумайте искать ее вдоль берега к югу, вы ее там не скоро найдете, — засмеялся он. — Ну, мне пора бежать, надо одеться. Если будете возвращаться этой дорогой, загляните ко мне. Вам здесь всякий скажет, где я живу. До свиданья!</p>
      <p>И он тем же аллюром пустился обратно через песчаные холмы.</p>
      <p>Билл следил за ним восторженным взглядом.</p>
      <p>— Молодец, молодец, — бормотал он. — Знаешь, Саксон, ведь он знаменитость. Я тысячу раз видел его портрет в газетах. И он ничуть не загордился. Говорит как человек с человеком. Послушай… я снова начинаю верить в наше крепкое племя.</p>
      <p>Они повернули прочь от берега и на узенькой Главной улице купили мяса, овощей и пяток яиц. Биллу едва удалось оттащить Саксон от витрины, где заманчиво сверкали изделия из перламутра и жемчуг в оправе и без оправы.</p>
      <p>— Здесь вдоль всего берега можно было найти раковины-жемчужницы, — убеждал ее Билл. — Я тебе достану сколько хочешь. Их надо искать во время отлива.</p>
      <p>— У моего отца были перламутровые запонки, — сказала она. — Они были в оправе из чистого золота. Вот уже много лет, как я не вспоминала о них. Интересно, у кого они сейчас?</p>
      <p>Они повернули на юг. Всюду между соснами виднелись красивые и оригинальные домики художников. Но особенно путники были поражены, когда при спуске дороги к реке Карм ел их глазам открылось совсем необычное здание.</p>
      <p>— Я знаю, что это такое, — чуть не шепотом сказала Саксон: — Старинная испанская миссия. Очевидно, это и есть миссия кармелитов. Именно этой дорогой испанцы шли из Мексики; они строили на своем пути миссии и обращали индейцев в христианство…</p>
      <p>— Пока мы всех не выгнали — и испанцев и индейцев, — спокойно докончил Билл.</p>
      <p>— Все равно, здание чудесное, — задумчиво проговорила Саксон, глядя на громадный полуразвалившийся глинобитный храм. — В Сан-Франциско есть миссия Долорес, но она меньше этой и не такая древняя.</p>
      <p>Защищенная со стороны океана грядой низких холмов и, казалось, забытая и покинутая людьми, стояла церковь, построенная из высушенной на солнце глины, смешанной с соломой и известняком; а ее окружали остатки глинобитных хижин, в которых некогда ютились тысячи ее прихожан. Пустынность этих мест и тишина так подействовали на Саксон и Билла, что они старались ступать неслышно, говорили шепотом и почти со страхом решились войти в храм, портал которого был открыт. В храме не было ни священника, ни молящихся, но все указывало на то, что он посещается верующими, хотя их, как заметил Билл, бывает, судя по числу скамеек, очень немного. Потом они взобрались на треснувшую во время землетрясения колокольню и увидели, что ее балки обтесаны вручную. А когда они оказались на хорах, Саксон, заметив, как музыкально звучат их голоса, тихонько запела, трепеща от своей смелости, первые такты псалма «О возлюбленный Христос».</p>
      <p>Восхищенная чистотою звуков она облокотилась на перила и продолжала, причем ее голос постепенно достиг своей полной силы:</p>
      <p>О возлюбленный Христос,</p>
      <p>Дай припасть к твоей груди!</p>
      <p>В час свирепствующих гроз</p>
      <p>Защити и огради!</p>
      <p>Ах, укрой меня, укрой!</p>
      <p>Дай мне выдержать искус,</p>
      <p>В царстве божьем упокой</p>
      <p>Душу грешную, Иисус!</p>
      <p>Билл прислонился к древней стене и с любовью смотрел на нее; когда она кончила, он прошептал:</p>
      <p>— Замечательно, просто замечательно! Жаль, что ты не видела своего лица, пока ты пела. Оно было так же прекрасно, как твой голос. Вот странно! Я думаю о религии, только когда думаю о тебе.</p>
      <p>Расположившись в поросшей ивами лощине, они приготовили обед и провели весь день на выступе низкой скалы к северу от устья реки. Они не собирались оставаться здесь весь день, но все вокруг пленяло их, и они были не в силах оторваться от бьющегося о скалы прибоя и от разнообразных и многокрасочных обитателей моря — морских звезд, крабов, моллюсков и морских анемон; потом они увидели в лужице, оставшейся после прилива, маленькую «рыбу-черт» и начали бросать ей крошечных крабов, невольно содрогаясь всякий раз, когда она обвивалась вокруг них своим колючим телом. Начался отлив, и они набрали кучу раковин, среди них были прямо громадины — в пять-шесть дюймов, бородатые, как патриархи. А пока Билл расхаживал вдоль берега, пытаясь найти жемчужницы, Саксон прилегла неподалеку от лужи, которую оставил после себя прилив, и, плескаясь в ее кристально-чистой воде, извлекала из нее пригоршни сверкающих драгоценностей: обломки раковин и камешки, отливавшие розовым, синим, зеленым, фиолетовым. Билл вернулся и вытянулся рядом с женой. Нежась в лучах солнца, жар которых смягчался морской прохладой, они следили, как оно погружалось в густую синеву океана.</p>
      <p>Саксон нашла руку Билла, сжала и вздохнула от переполнявшего ее чувства радости и покоя. Ей казалось, что никогда еще в ее жизни не было такого чудесного дня, — словно воплотились все ее былые мечты. А что мир может быть настолько прекрасен — этого она не представляла себе даже в своих самых пылких грезах. Билл в ответ неясно пожал ее руку.</p>
      <p>— О чем ты думала? — спросил он, когда они, наконец, встали.</p>
      <p>— Право, не знаю, Билл. Может быть, о том, что один такой день лучше, чем десять тысяч лет, проведенных в Окленде.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава седьмая</p>
      </title>
      <p>Они расстались с рекой и с долиной Кармел и, едва взошло солнце, направились к югу — через холмы, отделяющие горы от океана. Дорога была размыта и вся в выбоинах, — видимо, ею мало пользовались.</p>
      <p>— А дальше она совсем пропадает, — сказал Билл, — есть только следы подков. Но я что-то не вижу изгородей, — должно быть, почва тут не такая уж плодородная: одни пастбища, и почти нет обработанной земли.</p>
      <p>Голые холмы поросли только травой. Лишь в каньонах виднелись деревья, а более высокие и более отдаленные холмы были покрыты кустарником. Один раз путники увидели скользнувшего в кусты койота, а в другой раз Билл пожалел, что у него нет ружья: крупная дикая кошка ехидно уставилась на них и не пожелала сойти с места до тех пор, пока метко пущенный ком земли не разлетелся, подобно шрапнели, над ее головой.</p>
      <p>Они прошли уже несколько миль, и Саксон все время мучилась жаждой. Когда они достигли того места, где дорога, спускаясь почти до уровня моря, пересекала узкое ущелье, Билл стал искать воду; в ущелье было сыро от влаги, выступавшей каплями на стенах. Оставив жену отдыхать, Билл отправился посмотреть, нет ли где-нибудь поблизости родника.</p>
      <p>— Эй! — крикнул он несколько минут спустя. — Иди сюда, Саксон! Скорее! Здесь удивительно! Дух захватывает!</p>
      <p>Саксон стала спускаться по узенькой крутой тропинке, извивавшейся среди зарослей кустарника. На полпути от того места, где над выходом ущелья к морю было поставлено высокое заграждение из колючей проволоки, укрепленное тяжелыми каменными глыбами, она увидела небольшой пляжик. Только подъезжая с моря, можно было догадаться о существовании этого заливчика, так тщательно был он закрыт с трех сторон отвесными скалами и замаскирован кустарником. Перед пляжем тянулась примерно на четверть мили гряда скал; прибой с ревом разбивался об них и, укрощенный, набегал на берег лишь небольшими волнами. А за этой грядой в море были разбросаны отдельные утесы, и на них-то и обрушивались волны со всей своей силой, взметывая лохмотья пены и фонтаны брызг. Эти скалы, то и дело выступавшие из волн, были черны от множества раковин. На верхушках лежали, растянувшись, огромные морские львы, поблескивая в солнечных лучах мокрой шкурой, и громко ревели, а над ними с пронзительным криком реяло и кружилось множество морских птиц.</p>
      <p>От загородки из колючей проволоки спускался откос, высотой футов в двенадцать и настолько крутой, что Саксон сидя съехала на мягкий сухой песок.</p>
      <p>— Ну вот! Замечательное местечко! — взволнованно встретил ее Билл.</p>
      <p>— Прямо создано для стоянки. Здесь, под деревьями, ты увидишь самый восхитительный родник. А сколько тут отличного хвороста, а сколько…</p>
      <p>— он осмотрелся вокруг, потом его глаза обратились к морю, где они видели то, что не выразить никакими словами, — … ну, словом, всего, чего хочешь! Мы могли бы пожить здесь. Видишь, какая пропасть ракушек. Я уверен, что можно было бы и рыбы наловить. Что, если мы остановимся здесь на несколько дней? У нас с тобой ведь каникулы… А я бы сбегал обратно в Кармел за удочками и крючками…</p>
      <p>Внимательно всматриваясь в его разгоревшееся лицо, Саксон поняла, что он с городом действительно покончил.</p>
      <p>— И ветра нет, — продолжал он расхваливать бухточку. — Совсем тихо. А посмотри, какая дичь и глушь! Будто мы с тобой за тысячу миль от всякого жилья!</p>
      <p>Действительно, резкий и свежий ветер, проносившийся над обнаженными холмами, не достигал этого уединенного местечка. Здесь было тепло и тихо и воздух был напоен ароматом цветущих кустов. То там, то здесь среди кустарников виднелись низкорослые дубки и другие незнакомые Саксон деревца. Она восхищалась всем этим не меньше, чем Билл, и, держась за руку, они принялись осматривать бухту.</p>
      <p>— Вот здесь мы действительно можем играть в Робинзона Крузо, — воскликнул Билл, когда они переходили полосу плотного песка, заливаемого во время прилива. — Давай, Робинзон, останемся здесь. Я, конечно, буду твоим Пятницей, и твои желания будут для меня законом.</p>
      <p>— А что нам делать с Субботой? — с комическим ужасом воскликнула она, указывая на свежий отпечаток человеческой ноги на песке. — А вдруг это свирепый людоед?</p>
      <p>— Никакой надежды. Это не босая нога, а теннисная туфля.</p>
      <p>— Но ведь людоед мог снять туфлю с ноги утонувшего и съеденного им матроса, не правда ли? — возразила она.</p>
      <p>— Матросы же не носят теннисных туфель, — быстро отпарировал Билл.</p>
      <p>— Что-то ты больно много знаешь для Пятницы, — пожурила она его. — Ну да все равно, доставай-ка вещи и расположимся поудобнее. А потом — мог быть съеден вовсе не матрос… предположим, что это пассажир.</p>
      <p>Через час был разбит уютный лагерь: одеяла разостланы, запас топлива из принесенных морем и высохших на солнце щепок приготовлен, и подвешенный над костром кофейник уже мурлыкал свою песенку. Саксон позвала Билла, мастерившего стол из прибитой волнами доски, и показала в сторону моря: на дальнем конце каменной гряды стоял человек в купальных трусах. Он смотрел в их сторону, и они видели длинные, развевающиеся на ветру черные пряди волос. Когда он начал карабкаться по скалам, приближаясь к берегу, Билл обратил внимание Саксон на то, что незнакомец в теннисных туфлях. Через несколько минут он соскочил наземь и направился прямо к ним.</p>
      <p>— Смотри-ка! — шепнул Билл. — Сам тощий, а какие мускулы! Видно, все они здесь здорово тренируются.</p>
      <p>Незнакомец приблизился, и его лицо сразу напомнило Саксон первых пионеров или тот тип людей, какие часто встречаются среди старых солдат. Хотя он был еще молод, — она решила, что ему не более тридцати лет, — у него было такое же длинное узкое лицо, выступающие скулы, высокий лоб, длинный крючковатый нос и тонкие выразительные губы. Но глаза отличались от глаз пионеров, ветеранов и вообще от всех когда-либо виденных ею глаз: они были серые, но настолько темные, что казались почти черными; они смотрели вдаль зорко и настороженно, словно исследовали глубины пространства. У Саксон было такое ощущение, будто она когда-то видела его.</p>
      <p>— Алло! — приветствовал он их. — Вы здесь удобно расположились! — Он бросил на землю до половины наполненный мешок. — Ракушки. Все, что удалось достать. Отлив еще только начался.</p>
      <p>Билл что-то пробормотал, и его лицо выразило крайнее изумление.</p>
      <p>— Как я рад, что встретился с вами, даю слово! — выпалил он. — Здравствуйте! Я всегда говорил, что, если мне удастся вас увидеть, я непременно пожму вашу руку. Ну кто бы мог подумать!</p>
      <p>Билл радовался от всей души. Его смех перешел в бурное веселье. Они все еще держались за руки.</p>
      <p>Незнакомец с любопытством разглядывал его, затем вопросительно посмотрел на Саксон.</p>
      <p>— Вы уж меня извините, — прерывающимся от смеха голосом продолжал Билл, раскачивая его руку. — Но я не могу не смеяться. Даю слово, я по ночам иной раз проснусь, вспомню, нахохочусь — и опять засыпаю. Неужто ты не узнаешь его, Саксон? Да это тот самый хлюст… Скажите, дружок, вы, верно, здорово наловчились орудовать битой?..</p>
      <p>Тут и Саксон вдруг вспомнила, где она видела его раньше: это он стоял рядом с Роем Бланшаром возле автомобиля в тот день, когда она, больная, бессознательно блуждала по незнакомым улицам. Но и тогда она видела его не в первый раз.</p>
      <p>— Вы помните праздник каменщиков в Визел-парке? — воскликнул Билл.</p>
      <p>— А состязание в беге? Да я вас узнал бы в какой хочешь толпе! Ведь это вы тот тип, который швырнул тросточку под ноги Тимоти Мак-Манусу и вызвал такой скандал, какого еще не бывало ни в Визел-парке, ни в каком-либо парке вообще!</p>
      <p>Теперь засмеялся и незнакомец. Он хохотал все громче и от смеха переступал с ноги на ногу. В конце концов он уселся на выкинутое морем бревно.</p>
      <p>— И вы тоже там были? — выговорил он, наконец. — И видели, все видели? — Он обратился к Саксон. — А вы?</p>
      <p>Она кивнула.</p>
      <p>— Скажите, — снова начал Билл, когда оба немного успокоились, — мне все время хотелось узнать, на кой черт вам это понадобилось? Вы можете объяснить, зачем вы это сделали? Я много раз себя спрашивал…</p>
      <p>— И я тоже, — последовал ответ.</p>
      <p>— Вы ведь не были знакомы с Тимоти Мак-Манусом? Нет, никогда не видел его до того, не видел и после.</p>
      <p>— Так почему же вы это сделали? — настаивал Билл.</p>
      <p>Молодой человек рассмеялся, но тут же лицо его стало серьезным.</p>
      <p>— Хоть убейте, не знаю! У меня есть приятель, очень умный парень, пишет серьезные научные книги, — так вот ему всегда до смерти хочется бросить яйцо в электрический вентилятор и посмотреть, что из этого выйдет. Вероятно, то же произошло и со мной, только у меня никаких мучений не было. Когда я увидел мелькавшие передо мной ноги, я просто сунул между ними свою трость, — я за секунду не знал, что сделаю это. Просто сунул трость — и все. Я был поражен не меньше, чем Тимоти Мак-Манус.</p>
      <p>— Они вас поймали? — спросил Билл.</p>
      <p>— Разве я похож на человека, которого можно поймать? Никогда в жизни не был я так перепуган, как в тот раз. Сам Тимоти Мак-Манус не догнал бы меня. А что было потом? Я слышал, как началась свалка, но не мог остановиться, чтобы поглядеть.</p>
      <p>Прошло с добрых четверть часа, пока Билл описал завязавшуюся тогда драку, и лишь после этого начались взаимные представления. Молодого человека звали Марк Холл, и жил он в одном из домиков среди кармелских сосен.</p>
      <p>— Но каким образом вы попали в бухту Бирса? — полюбопытствовал он.</p>
      <p>— Проходящие наверху по дороге и не подозревают о ее существовании.</p>
      <p>— Ах, вот как называется это место, — заметила Саксон.</p>
      <p>— Да, мы так назвали его. Один из нашей компании прожил здесь все лето и дал бухте свое имя. Я с удовольствием выпью чашку кофе, если разрешите, — обратился он к Саксон. — А после кофе покажу тут все вашему мужу. Мы очень гордимся нашей бухтой. Здесь никого, кроме нас, не бывает.</p>
      <p>— Но эти мускулы вы едва ли нажили, удирая от Мак-Мануса, — заметил, попивая кофе, Билл.</p>
      <p>— Это результат массажа мускулов, когда они напряжены, — последовал загадочный ответ.</p>
      <p>— Так… — рассеянно отозвался Билл. — А с чем это едят?</p>
      <p>Холл рассмеялся.</p>
      <p>— Я сейчас покажу вам. Напрягите любой мускул, хотя бы вот этот, а затем хорошенько разминайте его — вот так и так…</p>
      <p>— И вы одним этим добились таких результатов? — усомнился Билл.</p>
      <p>— Да, этим, — горделиво заявил Холл. — На каждый мускул, который вы видите, приходится пять мускулов, которых не видно, но он ими управляет. Троньте пальцем любое место на моем теле…</p>
      <p>Билл послушно коснулся правой стороны груди.</p>
      <p>— Вы, видно, хорошо знаете анатомию, коли выбираете такое место, где мускулов нет, — проворчал Холл.</p>
      <p>Билл торжествующе улыбнулся, но, к его удивлению, под его пальцем начал набухать мускул. Он нажал на него, и мускул оказался твердым, как сталь.</p>
      <p>— Это сделал массаж напряженных мускулов, — торжествующе заявил Холл, — Валяйте дальше, где хотите.</p>
      <p>Какой бы точки Билл ни касался, всюду под его пальцами проступали все мускулы и, вздрагивая, исчезали; наконец, все тело Холла затрепетало этой искусственно пробужденной жизнью мышц.</p>
      <p>— Ничего подобного не представлял себе, — говорил пораженный Билл.</p>
      <p>— Уж я ли не перевидал на своем веку крепких ребят. А вы весь — живая сила!</p>
      <p>— Это все результат такого массажа, дружок. Доктора от меня отказались. Друзья называли меня дохлой крысой, тощим поэтом и прочими милыми прозвищами. Тогда я удрал из города и поселился в Кармеле, — и вот вам что сделала жизнь на свежем воздухе и массаж мускулов, когда они напряжены.</p>
      <p>— Но Джим Хэзард нарастил себе мускулы ведь не этим способом! — скептически отозвался Билл.</p>
      <p>— Конечно, нет. Он счастливчик, этот подлец! Он уж таким родился. А мои я сам создал, вот в чем разница. Я — произведение искусства. А он — пещерный медведь. Ну, пойдемте, я покажу вам наши места. Снимите-ка лишнюю одежду; оставайтесь в башмаках и брюках, пока у вас нет трусов.</p>
      <p>— Моя мать была поэтессой, — говорила Саксон, пока Билл разоблачался в кустах; она слышала, что Холл назвал себя поэтом.</p>
      <p>Он равнодушно промолчал, и она решила продолжать:</p>
      <p>— Некоторые из ее стихотворений были напечатаны.</p>
      <p>— А как ее звали? — рассеянно спросил Холл.</p>
      <p>— Дэйелл Уилей Браун. Она написала «Поход викинга», «Золотые годы», «Верность», «Кабальеро», «Могилы Литтл Мэдоу» и много других стихотворений. Десять из них были помещены в сборнике «Из архивов прошлого».</p>
      <p>— У меня дома есть эта книга, — отозвался он, видимо, наконец, заинтересовавшись. — Дэйелл Браун была одним из первых пионеров. Конечно, это было еще до меня. Я поищу ее стихи, когда вернусь домой. Мои родители тоже были пионерами. Они в пятидесятых годах прибыли сюда с Лонг-Айленда через Панаму. Мой отец был врачом, но потом занялся коммерцией в Сан-Франциско и так грабил своих ближних, что до сих пор нам хватает на жизнь — и мне и всем, кто остался от нашей большой семьи… А скажите, куда собственно вы оба направляетесь?</p>
      <p>Когда Саксон рассказала ему об их уходе из Окленда и о поисках подходящей земли, он одобрил первое, но относительно второго недоверчиво покачал головой.</p>
      <p>— К югу от Сура чудесно, — заметил он. — Я побывал во всех этих лесистых каньонах, в них так и кишит дичью. Есть и казенные земли. Но жить в тех краях — безумие. Это от всего слишком далеко. Да и земля не годится для обработки, разве что участки в каньонах. Я знаю там одного мексиканца, который мечтает продать свои пятьсот акров за полторы тысячи долларов. По три доллара за акр! Что это означает? Да что они большего не стоят. А может быть, даже этого не стоят, потому что он никак не найдет покупателя. Земля, знаете ли, всегда стоит той цены, за какую ее продают и покупают.</p>
      <p>Тут из кустов вышел Билл, в одних башмаках и брюках, закатанных до колен, и их разговор прервался. Саксон смотрела, как эти два человека, столь разные по внешности, карабкаются на скалы, чтобы выбраться на южную сторону бухты. Сначала ее взгляд рассеянно следил за ними, но вскоре она заинтересовалась, а потом встревожилась. Стремясь достичь гребня скалы. Холл вел Билла по краю утеса, казавшегося совершенно отвесным. Билл следовал за ним с величайшей осторожностью, дважды она видела, как он поскользнулся, — выветрившийся камень рассыпался у него под рукой и скатился вниз, на пляж. Когда Холл добрался до вершины, поднимавшейся футов на сто над морем, он выпрямился и уверенно и непринужденно стал разгуливать по острому, как лезвие, гребню скалы, которая, как Саксон знала, обрывалась отвесно и с другой стороны. Билл же, добравшись доверху, удовольствовался тем, что опустился на колени и на руки. Холл продолжал путь с такой легкостью, словно шел по ровному полю. Билл встал с колен, последовал за ним, прижимаясь к скале и цепляясь за камни руками.</p>
      <p>Острый скалистый гребень состоял из нескольких зубцов, и когда они скрылись в одной из расселин, Саксон надолго потеряла обоих из виду. Она не могла отделаться от беспокойства и поднялась на скалы с северной стороны бухты, где они были менее суровы и обрывисты и взбираться на них было легче. Все же непривычная высота, осыпавшаяся под ногами почва и резкие порывы ветра пугали ее. Вскоре она увидела обоих мужчин. Они только что перепрыгнули через узкую щель и теперь взбирались на следующий выступ. Билл двигался уже смелее, но его проводник по-прежнему часто задерживался, поджидая его. Путь становился все труднее; им несколько раз приходилось перебираться через трещины, стены которых спускались прямо в воду, — и тогда ревущие волны, врывавшиеся в них, обдавали путников пенными брызгами. Иногда же, чтобы перебросить тело через глубокие узкие трещины, они выпрямлялись и падали вперед, вытянув руки, пока их ладони не упирались в противоположную стену пропасти. Впиваясь в камень пальцами, они подтягивались и шли дальше.</p>
      <p>Приближаясь к концу гряды. Холл и Билл скрылись за гребнем. Когда же Саксон вновь увидела их, они уже обходили край хребта и возвращались к берегу со стороны бухты. Тут дорога, казалось, прерывалась. Широкая расщелина, похожая на раскрытую пасть, возносила в небо свои совершенно отвесные скалы; они поднимались из недр пенящегося водоворота, разъяренные волны которого то вздымались на двенадцать футов ввысь, то внезапно обрушивались в черную пучину, полную камней и извивающихся водорослей.</p>
      <p>Осторожно цепляясь за выступы, мужчины спустились до того места, куда долетали брызги волн; здесь они остановились. Саксон видела, как Холл показал вниз, на ту сторону, и подумала, что он обращает внимание Билла на что-то любопытное, но она никак не ожидала того, что последовало. Волны отхлынули, и Холл спрыгнул на узенький выступ, где секунду назад бешено бурлила вода. Не задерживаясь, так как водяной вал снова возвращался, он быстро обогнул острый край и, цепляясь руками и ногами, пополз вверх, спасаясь от настигающих его волн. Теперь Билл остался один. Он даже не мог видеть Холла, а тем более получить от него указания, и Саксон следила за ним с таким напряжением, что боль в кончиках пальцев, которыми она держалась за камни, заставила ее опустить руки. Билл выжидал подходящей минуты, дважды готовился к прыжку и отступал, потом все-таки спрыгнул на узкий, мгновенно открывшийся выступ, метнулся за угол и пополз вверх за Холлом, причем волна окатила его по самую грудь, но не смыла.</p>
      <p>Саксон успокоилась, только когда они вернулись к костру. Взглянув на Билла, она увидела, что он ужасно недоволен собой.</p>
      <p>— Для начала вы вели себя молодцом, — воскликнул Холл, весело похлопывая его по голому плечу. — Эта прогулка — мой коронный номер. Немало храбрецов пускались в путь вместе со мной — и на полпути выдыхались. Я раз десять дрейфил на этом большом прыжке, пока не научился. Он удается только атлетам.</p>
      <p>— Мне ничуть не совестно признаться, что я струсил, — сердито пробурчал Билл, — А вы лазаете, как горный козел; и я уверен, что вы здорово сердились на меня. Но теперь я не успокоюсь. Здесь все дело в тренировке, и я тут останусь и буду тренироваться до тех пор, пока не смогу вызвать вас на состязание: кто кого обгонит — наверх, кругом и обратно к берегу.</p>
      <p>— Идет, — сказал Холл, протягивая руку в подкрепление договора. — А когда-нибудь, когда мы встретимся в Сан-Франциско, я сведу вас с Бирсом — с тем, в честь кого мы назвали бухту. Его любимый фокус — если он только не собирает гремучих змей — дождаться, когда подует ветер со скоростью сорока миль в час, влезть на крышу небоскреба и прогуливаться по перилам с подветренной стороны, — заметьте, с подветренной, — так что если он сверзится, то уж прямехонько на мостовую. Он как-то предложил мне сделать то же самое.</p>
      <p>— Ну и что же? — нетерпеливо осведомился Билл.</p>
      <p>— Без подготовки я бы, конечно, не мог. Но я целую неделю тайком тренировался, выиграл пари и получил с него двадцать долларов.</p>
      <p>Море достаточно далеко отошло от берега, и можно было собирать ракушки. Саксон сопровождала мужчин за северную гряду скал. Холлу предстояло набрать несколько мешков; днем должна была прийти лошадь, чтобы доставить ракушки в Кармел. Когда мешки были наполнены, они принялись обшаривать все впадины и расщелины и были вознаграждены: они нашли три раковины жемчужниц, а Саксон обнаружила между створками одной из них притаившуюся жемчужину. Холл посвятил их в таинство приготовления мяса жемчужниц-абелонов <a l:href="#n_607" type="note">[607]</a>.</p>
      <p>Саксон казалось, что они давным-давно знакомы. Это напомнило ей прежние времена, когда с ними был Берт, распевавший куплеты или остривший насчет последних могикан.</p>
      <p>— А теперь слушайте! Мне надо вас кое-чему научить, — скомандовал Холл, занося большой круглый камень над белой массой. — Никогда, никогда не разбивайте мясо абелонов без песни, которую я вам сейчас спою. И никогда не пойте этой песни по какому-нибудь другому случаю. Это было бы самым низким святотатством. Абелоны — пища богов. Их приготовление — целая религиозная церемония. Итак, слушайте, подпевайте и помните, что мы священнодействуем.</p>
      <p>Холл опустил камень, издавший глухой стук, на белую массу абелона. Потом еще и еще, и казалось, это там-там аккомпанирует песне поэта:</p>
      <p>Кто любит плов, перепелов,</p>
      <p>Еще бы! Ужин тонный,</p>
      <p>А мне бы денежки считать,</p>
      <p>Смакуя абелоны.</p>
      <p>Сойдется ль вдруг знакомых круг,</p>
      <p>И крабы там — персоны!</p>
      <p>Но все ж милей душе моей</p>
      <p>На блюде абелоны!</p>
      <p>В морях живут, с волной всплывут</p>
      <p>На берег оголенный,</p>
      <p>Потом взгрустнут и запоют -</p>
      <p>Заплачут абелоны.</p>
      <p>Кто любит Джейн, кто тянет джин</p>
      <p>На побережье Коней,</p>
      <p>Но, черт возьми, в Кармеле мы</p>
      <p>Глотаем абелоны!</p>
      <p>Он смолк с открытым ртом и занесенным камнем. Послышался шум колес и чей-то голос, окликавший его сверху — оттуда, куда они отнесли мешки с ракушками. Он опустил руку, ударил камнем в последний раз и встал.</p>
      <p>— Таких строф наберется еще тысячи, — сказал он. — Я очень жалею, что у меня нет времени разучить их с вами. — Он вытянул руки ладонями вниз. — А теперь, дети мои, благословляю вас, отныне вы члены Племени Пожирателей Абелонов, и я торжественно приказываю вам никогда и ни при каких обстоятельствах не разбивать мясо абелонов, не распевая при этом священных слов, которым я вас научил.</p>
      <p>— Но нам не запомнить с одного раза все слова, — возразила Саксон.</p>
      <p>— Этому горю мы поможем. В следующее воскресенье все Племя Пожирателей Абелонов спустится к вам в бухту Бирса, и вы увидите все наши обряды и отряды наших поэтов и поэтесс, увидите даже Железного Человека с глазами василиска, известного в просторечье под именем Король Священных Ящериц.</p>
      <p>— А Джим Хэзард будет? — крикнул Билл вслед Холлу, уже исчезнувшему в кустах.</p>
      <p>— Конечно, будет, — отозвался тот. — Разве он не Пещерный Медведь и Орясина, самый бесстрашный и, после меня, самый древний член Племени Пожирателей Абелонов?</p>
      <p>Саксон и Билл только молча смотрели друг на друга, пока не смолк вдали шум колес.</p>
      <p>— Ах, черт меня побери! — наконец, вырвалось у Билла. — Вот это парень! Ничуть не задается. Вроде Джима Хэзарда. Приходит и ведет себя, как дома, — наше вам! — ты ничем не хуже его, а он ничем не хуже тебя, и все мы между собой приятели…</p>
      <p>— Он тоже из старого племени поселенцев, — сказала Саксон. — Он рассказал мне, пока ты раздевался. Его родители попали сюда через Панаму еще до постройки железной дороги, и из его слов я поняла, что у него денег сколько хочешь.</p>
      <p>— Но он ведет себя совсем не как богач.</p>
      <p>— А какой он веселый! — добавила Саксон.</p>
      <p>— Настоящий весельчак! И подумать, что он поэт!</p>
      <p>— Не знаю, правда ли, но я слыхала, что многие поэты ужасные чудаки.</p>
      <p>— Да, это правда. Я вспоминаю. Взять хотя бы Хоакина Миллера — он живет в горах за Фрутвейлом. Конечно, он чудак. Помнишь, как раз возле его ранчо я сделал тебе предложение… Но все-таки я думал, что поэты носят бакенбарды и очки, и не могут давать бегунам подножку на воскресных гуляньях, и не ходят в таком голом виде, как только можно, не нарушая закона, и не собирают раковин, и не лазают по скалам, точно козы.</p>
      <p>В эту ночь, ледка под одеялом, Саксон никак не могла уснуть; она смотрела на звезды, вдыхала опьяняющее благоухание цветущих зарослей, прислушивалась к отдаленному рокоту прибоя и к журчанью струй в защищенной бухте, всего в нескольких шагах от нее. Билл завозился, и она поняла, что он тоже не спит.</p>
      <p>— Ты рад, что мы ушли из Окленда, Билли? — шепнула она, прижимаясь к нему.</p>
      <p>— Гм, — послышалось в ответ, — спроси рыбу: хорошо ли ей в воде?</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава восьмая</p>
      </title>
      <p>Как только море в часы отлива уходило достаточно далеко, Билл взбирался на южные скалы и проделывал весь тот опасный путь, по которому он прошел с Холлом; и каждый раз это требовало все меньше времени.</p>
      <p>— Подожди до воскресенья, — говорил он Саксон, — я заставлю этого поэта побегать за свои денежки! Теперь для меня уже нет ни одного трудного места, я чувствую себя вполне уверенно. И там, где я в первый раз полз на четвереньках, я теперь прохожу бегом. А знаешь, как я этого добился? Я говорил себе: вообрази, что и по ту и по другую сторону ты можешь упасть не больше как с высоты одного фута, и то на мягкое сено. И тогда ничуть не страшно, и ни за что не свалишься, а помчишься во всю прыть. И тебе все равно, если даже с каждой стороны будет обрыв глубиною в милю. Тебя это не должно касаться. Тебе важно одно — оставаться наверху и бежать во всю прыть. Знаешь, Саксон, когда я до этого додумался, то совершенно перестал бояться. Пусть он теперь приезжает со своей компанией в воскресенье — я готов к встрече.</p>
      <p>— Интересно, какая у него компания? — задумчиво сказала Саксон.</p>
      <p>— Наверно, такие же славные ребята, как и он. Рыбы ходят стаями. Никто из них не станет важничать, вот увидишь.</p>
      <p>Холл прислал им удочки и купальные костюмы с мексиканским ковбоем, который ехал на свое ранчо, и от него они узнали многое о казенных землях и о том, как получить участок. Неделя пролетела незаметно. Каждый вечер Саксон счастливым вздохом провожала заход солнца; каждое утро они встречали его возвращение радостным смехом, приветствуя начало нового блаженного дня. Они не строили никаких планов, а просто удили рыбу, собирали ракушки и абелоны и лазали, когда им хотелось, по скалам. Они разбивали абелонов с благоговением, сопровождая церемонию немудрящими виршами, сочиненными Саксон. Билл блаженствовал. Саксон никогда еще не видела его таким здоровым и сильным. Что касается ее, то незачем и глядеться в зеркальце, — она знала и без того, что никогда, со времени ранней юности, ее щеки не горели таким румянцем и оживлением.</p>
      <p>— У меня первый раз за всю мою жизнь настоящий праздник, — как-то сказал Билл. — Ведь у нас с тобой, с тех пор как мы женаты, никогда не было праздника. А теперь — миллионеры и те позавидовали бы нам.</p>
      <p>— Никаких гудков в семь утра на работу, — торжествовала Саксон. — Я бы нарочно валялась по утрам в постели, — только здесь так хорошо, что даже обидно валяться. А теперь, мой Пятница, ступай поиграй в сбор хвороста и поймай крупного окуня, если ты рассчитываешь получить обед.</p>
      <p>Билл, который лежал ничком, зарывшись в песок пальцами босых ног, вскочил и взял топор.</p>
      <p>— Но долго так продолжаться не может, — сказал он с глубоким сожалением. — В любую минуту могут начаться дожди. Прямо чудо, что ясная погода все еще держится.</p>
      <p>Когда он в субботу утром вернулся со своей прогулки по гребню южных скал, Саксон на месте не оказалось. Громко позвав ее несколько раз и не получив ответа, он выбрался наверх, на дорогу, и увидел ее в полумиле, — она сидела верхом на неоседланной, невзнузданной лошади, которая неохотно тащилась по луговине.</p>
      <p>— Твое счастье, что это старая кобыла, ходившая под седлом, — видишь, вот и следы от него, — проворчал он, когда Саксон, наконец, остановилась около него и он снял ее с лошади.</p>
      <p>— О Билли! — она сияла от радости. — Я же никогда не ездила верхом. Это было замечательно! Я и растерялась — и была полна отваги.</p>
      <p>— Я просто горжусь тобой, — отозвался он еще более сердито, — не всякая замужняя женщина полезет на чужую лошадь, да еще если она ни разу не ездила верхом.</p>
      <p>И я помню, что обещал тебе хорошую верховую лошадь в полное твое распоряжение, — лошадка будет первый сорт!</p>
      <p>Пожиратели абелонов приехали в двух экипажах, а часть — верхом, и спустились в бухту Бирса. Среди них было человек десять мужчин и почти столько же женщин. Все молодые — между двадцатью и сорока годами, — и все, видимо, добрые друзья. Большинство были женаты. Они подняли веселый шум, толкали друг друга на скользкой тропинке и сразу создали вокруг Саксон и Билла товарищескую атмосферу, искреннюю и теплую. Дамы окружили Саксон, — она никак не могла поверить, что это замужние женщины, — они очень ласково отнеслись к ней, расхваливали ее лагерное и дорожное снаряжение, засыпали ее вопросами. Саксон сразу поняла, что и сами они опытные туристки, — достаточно было взглянуть на их котелки, сковороды и бак для раковин.</p>
      <p>Между тем мужчины разделись и отправились искать ракушки и абелоны. Женщины же, увидев укулеле, решили, что это страшно интересно, и Саксон не помогли никакие отговорки — ей пришлось играть и петь. Некоторые из них побывали в Гонолулу, и этот инструмент был им знаком; они подтвердили, что да. Мерседес правильно назвала укулеле «скачущей блохой». Они также знали те гавайские песенки, которым ее научила Мерседес, и очень скоро под аккомпанемент Саксон все пели хором «Алоха Оэ», «Сорванец из Гонолулу» и «Прелестная Леи Легуа». Саксон искренне смутилась, когда некоторые из них, даже наименее молодые, стали плясать на песке «алу».</p>
      <p>Наконец, мужчины вернулись, нагруженные мешками с ракушками, и Марк Холл, в качестве первосвященника, приступил к торжественному обряду племени. Он взмахнул рукой, и камни сразу опустились на белое мясо жемчужниц, а все голоса слились в гимне абелонам. Старые, знакомые куплеты пелись всеми, а время от времени кто-нибудь один исполнял новый, который затем подхватывался хором. Вилл выдал Саксон: он вполголоса попросил ее спеть стихи, сочиненные ею самою; и она робко начала своим чистым, приятным голоском:</p>
      <p>Сидим кругом и камнем бьем,</p>
      <p>Для нас ведь нет законов.</p>
      <p>Ведь все мы — о! — хотим давно</p>
      <p>Покушать абелонов.</p>
      <p>— Замечательно! — воскликнул поэт, слегка поморщившись от рифмы «о! — давно». — Она заговорила на языке племени! Ну, пойте, дети мои, все разом!</p>
      <p>И все пропели стихи Саксон. Затем были исполнены новые строфы, сочиненные Хэзардом, одной из девушек и Железным Человеком с зеленовато-серыми глазами василиска, которого Саксон сразу узнала по описанию Холла. Но самой ей казалось, что лицом он похож на священника.</p>
      <p>Кто любит шпик, а кто язык,</p>
      <p>Кто просто макароны.</p>
      <p>А я, простак, тяну коньяк,</p>
      <p>Когда есть абелоны.</p>
      <p>Пьют за столом коньяк и ром,</p>
      <p>Ликер и пунш с лимоном.</p>
      <p>Мне подавай лишь каравай</p>
      <p>Впридачу к абелонам!</p>
      <p>Кому дурман сулит обман,</p>
      <p>А кто творит законы,</p>
      <p>Но хитрый кот навагу жрет,</p>
      <p>А с нею абелоны.</p>
      <p>Черноволосый и черноглазый человек с озорным лицом сатира, — Саксон узнала, что он художник и продает свои картины по пятьсот долларов за штуку, — вызвал всеобщее возмущение, пропев:</p>
      <p>Их всех не съесть, не перечесть,</p>
      <p>На дне их — миллионы:</p>
      <p>Ведь как-никак вступают в брак,</p>
      <p>Плодятся абелоны.</p>
      <p>Пенье продолжалось, и без конца чередовались старые и новые строфы в честь сочного кармелского моллюска. Саксон веселилась вовсю, и ей было трудно уверить себя, что все это происходит на самом деле. Казалось — это волшебная сказка или воплотившийся в жизнь рассказ из книжки. Напоминало это и театр, где приезжие были актерами, причем она и Билл каким-то непонятным образом тоже попали на сцену. Смысл многих услышанных ею острот ускользнул от нее, многое она поняла, — впервые она присутствовала при том, что называют «игрой ума». И тут сказалось полученное ею пуританское воспитание: иные вольности удивляли ее и смущали, но она чувствовала, что не может судить этих людей. Они, эти легкомысленные художники, все же казались ей хорошими, и, конечно, в них не чувствовалось такой грубости и вульгарности, как во многих мужчинах, с которыми она когда-то встречалась на воскресных гуляньях. Ни один из мужчин не напился, хотя в термосах были коктейли, а в большой оплетенной бутыли — красное вино.</p>
      <p>Особенно ее поразило их бьющее через край веселье, чисто ребячья жизнерадостность и ребяческие шутки. Это впечатление еще усиливалось тем, что перед нею были писатели и художники, поэты и критики, скульпторы и музыканты. Один из мужчин, с тонкими выразительными чертами лица, — ей сказали, что это театральный критик известной газеты, выходящей в Сан-Франциско, — показал номер, который после него пытались повторить остальные мужчины, но самым смехотворным образом проваливались. На берегу, на равном расстоянии, поставили доски — они служили как бы барьерами, и театральный критик, встав на четвереньки, пустился галопом по песку, в совершенстве подражая лошади и перескакивая через одну доску за другой, как лошадь, когда она берет препятствия.</p>
      <p>Затем все с увлечением занялись метанием колец. После этого перешли к прыжкам. Словом, игра сменялась игрой. Билл принимал участие во всех состязаниях, но выигрывать ему приходилось не так часто, как он хотел бы. Один писатель англичанин метнул копье на двенадцать футов дальше, чем Билл, Джим Хэзард победил его при метании камня, Марк Холл</p>
      <p>— в прыжках с места и с разбега. Но в прыжке назад взял верх Билл. Несмотря на больший вес, он вышел на первое место благодаря великолепной мускулатуре спины и живота. И тут же, после этого триумфа, сестра Марка Холла, рослая юная амазонка в мужском костюме для верховой езды, три раза позорно перекувырнула его в индейской борьбе.</p>
      <p>— С вами не надорвешься, — рассмеялся Железный Человек; потом они узнали, что его имя Пит Бидо. — Я тоже могу вас положить на обе лопатки, и мигом!</p>
      <p>Билл принял вызов и вскоре убедился, что его противник вполне заслужил свое прозвище. На тренировках Биллу приходилось участвовать в вольном бое с такими прославленными боксерами, как Джим Джеффрис и Джек Джонсон, и испытать на себе их чудовищную силу, но никогда еще не встречал он равного Железному Человеку. Как Билл ни сопротивлялся, все было напрасно, противник дважды вдавил его плечи в песок.</p>
      <p>— Вы можете взять реванш, — сказал ему на ухо Хэзард, — я привез с собой перчатки. Понятно, что в борьбе вы не могли с ним справиться: он боролся в лондонских мюзик-холлах с Хакеншмидтом. Пока молчите, а мы, как будто случайно, предложим бокс. Он о вас ничего не знает.</p>
      <p>Вскоре метавший копье англичанин стал упражняться в вольном бое с театральным критиком, Хэзард и Холл разыграли карикатуру на бокс, а затем, держа в руках перчатки, стали искать следующую подходящую пару. Было ясно, что выбор падет на Бидо и Билла.</p>
      <p>— Он может страшно обозлиться, если вы его прижмете! — предостерег Билла Хэзард, завязывая на его руке перчатку. — Бидо по происхождению американский француз, и нрав у него бешеный. Но вы не теряйте хладнокровия и, знай, щелкайте его, не давайте ему передышки.</p>
      <p>«Потише, Бидо! „, «Без грубости, Бидо! «, «Не очень увлекайся, знаешь!“ — сыпались со всех сторон предостережения в адрес Железного Человека.</p>
      <p>— Погодите минуточку, — обратился он к Биллу, опустив руки. — После первой взбучки я начинаю горячиться. Но не обращайте внимания. Я ничего не могу с собой поделать. Это сейчас же пройдет. Я сам потом не рад.</p>
      <p>Саксон очень встревожилась, перед ней возникли все кровавые драки Билла и все штрейкбрехеры, над которыми он чинил расправу. Но она ни разу не видела, как ее муж боксирует, и нескольких секунд было достаточно, чтобы она успокоилась: Железному Человеку с ним не справиться. Билл сразу оказался хозяином положения: он ловко избегал ударов и, словно играя, беспрерывно наносил противнику удары по лицу и по телу. Эти удары не были тяжелы, они казались легкими, звонкими щелчками, но он осыпал ими противника, и их меткость раздражала Железного Человека. Зрители напрасно кричали ему, чтобы он не увлекался. Его лицо побагровело от злости, и удары становились все яростнее, а Билл продолжал обрабатывать его — раз, раз, раз, спокойно, точно, невозмутимо. Железный Человек окончательно потерял самообладание, в бешенстве бросался на Билла, нанося ему суинги и апперкоты убийственной силы. Билл уклонялся, отскакивал в сторону, парировал, увертывался и искусно избегал его ударов. В неизбежных клинчах Билл лишал Железного Человека возможности двигать руками, тот начинал смеяться и приносить свои извинения, но, освободившись, при первом же ударе вновь терял голову и еще яростнее кидался на противника.</p>
      <p>А когда матч был окончен и инкогнито Билла раскрыто, Железный Человек вместе со всеми добродушно подтрунивал над тем, как его провели. Билл показал себя с наилучшей стороны. Его высокое спортивное мастерство, его выдержка произвели большое впечатление на всю компанию, и Саксон, гордая успехами своего мужа-мальчика, с радостью читала на всех лицах восхищение.</p>
      <p>Но и она не ударила лицом в грязь. Когда усталые и разгоряченные спортсмены улеглись на песок, чтобы остыть, ее упросили аккомпанировать на укулеле их шуточным песням. Вскоре она сама приняла участие в пении и стала учить своих новых приятельниц смешным и милым песенкам былых времен, которым ее в раннем детстве обучил Кэди, Кэди-трактирщик, пионер и бывший кавалерист, который в те дни, когда еще не существовало железных дорог, был мясником и одним ударом валил быков на Солтлейкской тропе. Его любимая песенка имела особенный успех:</p>
      <p>Горький ручей… Никогда не позабыть тех времен,</p>
      <p>«Выдержи или умри» — переселенцев закон,</p>
      <p>Горло забито песком, пыль застилает глаза.</p>
      <p>Выдержи или умри, но отступать нельзя.</p>
      <p>После того как были пропеты несколько строф этой песни, Марк Холл заявил, что ему особенно нравится строфа:</p>
      <p>Обадии приснился сон:</p>
      <p>Десятком мулов правит он…</p>
      <p>Проснувшись, тяжело вздохнул,</p>
      <p>Ведь коренник его лягнул.</p>
      <p>Потом Марк Холл завел разговор о состязании с Биллом на скорость пробега по южной гряде скал, окружавших бухту, но как о чем-то предстоявшем в весьма отдаленном будущем. Он был очень удивлен, когда Билл сказал, что готов в любую минуту. И все тотчас же шумно потребовали состязания. Холл хотел с кем-нибудь поспорить, что добежит быстрее, однако охотников не нашлось. Он предложил два против одного Джиму Хэзарду, но тот покачал головой и заявил, что согласится лишь на три против одного. Билл услышал это и заскрипел зубами.</p>
      <p>— Поспорим на пять долларов, — обратился он к Холлу, — но не на таких условиях. Ставлю один против одного.</p>
      <p>— Мне ваши деньги не нужны; мне нужны деньги Хэзарда, — ответил Холл. — Хотя я готов держать пари с каждым из вас на три против одного.</p>
      <p>— Или на равных условиях, или совсем не надо, — упрямо настаивал Билл.</p>
      <p>В конце концов Холл держал пари с обоими — на равных условиях с Биллом и на три против одного с Хэзардом.</p>
      <p>Тропинка, извивавшаяся по острому гребню скал, была настолько узка, что состязавшиеся не могли обгонять друг друга, поэтому решили выпустить их одного за другим. Холл должен был бежать первым, а Билл через полминуты после него.</p>
      <p>Провели черту, и по сигналу Холл помчался, как настоящий спринтер. У Саксон замерло сердце. Она знала, что Билл никогда не пробегал с такой скоростью эту песчаную полосу. Билл ринулся вперед на тридцать секунд позже и достиг подножья скал, когда Холл был уже на полпути к гребню. Оба вскоре оказались наверху и понеслись от одного зубца к другому. Тогда Железный Человек заявил, что они взобрались на скалу за то же самое время, секунда в секунду.</p>
      <p>— Я пока за свои деньги не беспокоюсь, — заметил Хэзард, — и надеюсь, что ни один из них не свернет себе шею. Лично я ни за какие деньги не рискнул бы на такой пробег.</p>
      <p>— Но ты подвергаешь себя гораздо большей опасности, когда плаваешь в Кармелской бухте при шторме, — с упреком заметила его жена.</p>
      <p>— Право, не знаю, — ответил он. — В воде не упадешь с такой высоты.</p>
      <p>Билл и Холл исчезли из глаз, они огибали конец гряды. Стоящие на берегу были убеждены, что поэт обгонит Билла в этом головокружительном беге по гребню, острому как лезвие ножа. Даже Хэзард допускал эту возможность.</p>
      <p>— Сколько вы даете за мой выигрыш? — воскликнул он в азарте, приплясывая от нетерпенья.</p>
      <p>Показался Холл, сделал решительный прыжок и побежал к берегу. Но Билл не отставал. Он несся за ним по пятам и так, вплотную, пробежал всю дорогу вниз, вплоть до отметки на берегу. Биллу удалось совершить весь пробег на полминуты быстрее Холла.</p>
      <p>— Это только по часам так выходит, — тяжело дыша, заявил он. — Между нами все время были те же полминуты. Я не отставал, как я и думал, но он проворнее. Он мчится, как спринтер. Он легко может обогнать меня в любую минуту, разве что помешает какая-нибудь случайность. Тут его на прыжке задержал прибой. Вот я его и нагнал. Я прыгнул сразу за ним, не дожидаясь следующей волны, а затем он пошел к финишу, и мне оставалось только пристроиться к нему в затылок.</p>
      <p>— Так, — сказал Холл. — Но вы сделали кое-что потруднее, чем обогнать меня. В первый раз за всю историю бухты Бирса двое прыгнули на тот же выступ и в тот же промежуток между двумя волнами. Весь риск выпал на вашу долю — ведь вы прыгнули вторым.</p>
      <p>— Мне просто повезло, — настаивал Билл.</p>
      <p>Саксон прекратила эту борьбу великодушии. Она ударила по струнам укулеле и, вызвав всеобщий смех, затянула, подражая негритянским духовным песнопениям:</p>
      <p>Господь ведет его дорогою греха,</p>
      <p>Чтоб спотыкался он и падал…</p>
      <p>После полудня Джим Хэзард и Холл пошли купаться и, нырнув в высокие валы прибоя, поплыли к отдаленным скалам, согнали с них негодующих морских львов и овладели одной из белых от пены твердынь. Билл с такой нескрываемой завистью следил за пловцами загоревшимся взором, что миссис Холл сказала:</p>
      <p>— Отчего бы вам не провести эту зиму в Кармеле? Джим вас научит плавать при высокой волне. А он мечтает заняться с вами боксом. Он часами сидит за письменным столом, и ему необходимо поразмяться.</p>
      <p>Лишь после заката веселая компания собрала свои котелки и сковородки, вытащила все это на дорогу и уехала. Саксон и Билл смотрели им вслед, пока те не скрылись за первым холмом, и пешие и всадники, — а затем, взявшись за руки, спустились через кусты к своей стоянке. Билл бросился на песок и потянулся.</p>
      <p>— Кажется, никогда еще так не уставал, — заметил он, зевая. — Одно я знаю наверно: никогда еще мне не было так весело. За один такой день стоит отдать двадцать лет жизни, а то и больше.</p>
      <p>Он протянул руку к лежавшей рядом Саксон.</p>
      <p>— Я так гордилась тобой. Билли, — сказала она. — Я ведь никогда не видела, как ты боксируешь. И я совсем не представляла себе что это такое. Железный Человек был все время в твоей власти, а ты не допустил в борьбе ни насилия, ни жестокости. Все это видели и восхищались тобой.</p>
      <p>— А ты, скажу тебе, была очень мила. Ты им всем очень понравилась. Даю слово, Саксон, ты пела лучше всех под свое укулеле, и женщинам очень понравилось, а это чего-нибудь да стоит!</p>
      <p>Таков был их первый успех в обществе, и они наслаждались им.</p>
      <p>— Мистер Холл сказал, что просматривал сборник «Из архивов прошлого», — начала Саксон, — и что моя мать настоящий поэт. Он сказал, что просто удивительно, какие замечательные люди совершили переход через прерии. И очень много говорил о тех временах и о людях, о которых я до сих пор ничего не знала. Оказывается, он прочел все о сражении при Литтл Мэдоу, у него дома есть такая книга. И когда мы вернемся в Кармел, он мне покажет ее.</p>
      <p>— А ему в самом деле хочется, чтобы мы вернулись. Знаешь, Саксон, он дал мне письмо к одному человеку, у которого есть клочок казенной земли; этот парень — поэт и хозяйничает на небольшом участке. Мы у него сможем остановиться, и это будет очень кстати, если нас застигнут дожди. И… вот к чему я веду… Холл говорит, что у него есть хибарка; он жил в ней, пока строился его дом. Сейчас ее занимает Железный Человек, но он скоро уедет в какой-то католический колледж, он хочет стать священником, и Холл предлагает нам эту хибарку на сколько мы захотим. И он сказал еще, что я могу делать то же, что делал Железный Человек, и тем же способом заработать себе на жизнь. Холл совсем смутился, когда предлагал мне работу. Он говорит, что работа будет нерегулярная, но мы, мол, поладим. Я помогу ему сажать картофель, сказал он, а потом ужасно обозлился и заявил, что дрова колоть я не буду, это уже его специальность; видно было, что он прямо ревнует, никого к этому делу и подпустить не хочет.</p>
      <p>— Миссис Холл говорила мне то же самое, слово в слово. Провести дождливое лето в Кармеле не так уж плохо. А затем ты бы поплавал с мистером Хэзардом.</p>
      <p>— Выходит, мы с тобой можем устроиться, где нам только захочется,</p>
      <p>— отозвался Билл. — Кармел — уже третье место, где нам предлагают остаться. Теперь я вижу, что не страшно уходить из города, — в деревне каждый найдет работу.</p>
      <p>— Каждый хороший работник, — поправила его Саксон.</p>
      <p>— Вероятно, ты права, — ответил Билл после некоторого раздумья. — Но все равно — даже дурню легче устроиться в деревне, чем в городе.</p>
      <p>— Кто бы мог подумать, что на свете есть такие милые люди, — размышляла вслух Саксон, — даже удивительно.</p>
      <p>— Ничего не удивительно, — пустился в рассуждения Билл, — он богач и поэт, он способен дать подножку бегуну на ирландском празднике. Этакий парень и компанию ведет только с такими же, как он сам. Либо он их всех обратил в свою веру. А уж сестрица у него — только что на морском льве не катается! И борется она здорово, она прямо создана для этой индейской борьбы. И жена у него прехорошенькая, верно?</p>
      <p>Некоторое время они молча лежали на теплом песке. Билл первый нарушил тишину, и его слова, казалось, явились плодом глубокого размышления:</p>
      <p>— Знаешь, Саксон, теперь мне наплевать — попаду я еще хоть раз в жизни в кино или нет.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава девятая</p>
      </title>
      <p>Саксон и Билл в течение нескольких недель шли все на юг, но в конце концов вернулись обратно в Кармел. Они остановились у Хэфлера, поэта, жившего в мраморном доме, который он построил своими собственными руками. В этом причудливом жилище имелась всего одна комната, стены которой почти целиком были из белого мрамора. Хэфлер готовил себе пищу словно на бивачном костре — в громадном мраморном камине, которым он обычно пользовался для стряпни. Вдоль стен тянулись полки с книгами, и эти полки, как и остальную массивную мебель, он сделал сам из красного дерева и сам обтесал балки потолка. Саксон устроила себе уголок, отделив его одеялами. Поэт собирался уезжать в Сан-Франциско и Нью-Йорк, но задержался на денек, чтобы показать Виллу окрестности и участки казенной земли. В то утро (таксой хотела сопровождать их, но Хэфлер насмешливо заявил, что у нее ноги коротки для таких прогулок. И когда вечером мужчины вернулись, Билл чуть не падал от усталости. Он признался, что Хэфлер прямо загнал его и что с первого же часа он, Билл, бегал за ним высунув язык. Хэфлер считал, что они прошли пятьдесят пять миль.</p>
      <p>— Да, но какие мили! — принялся объяснять Билл. — Полдня то в гору, то под гору и почти все время без дорог. А каким шагом! Он был совершенно прав, когда говорил, что у тебя ноги коротки, Саксон, ты бы и первой мили не одолела. А какие места! Мы до сих пор ничего подобного не видели!</p>
      <p>Хэфлер ушел на следующий день в Монтери, чтобы сесть в поезд, идущий на Сан-Франциско. Он предоставил им свой мраморный дом — пусть живут всю зиму, если захочется. В день отъезда Хэфлера Билл вознамерился побродить вокруг дома и отдохнуть от вчерашнего путешествия. Он был разбит, все тело ломило, и он поражался выносливости поэта.</p>
      <p>— Похоже, в этих местах что ни человек, то рекордсмен, — удивлялся он. — Возьмем к примеру Хэфлера. Он крупнее меня и весит больше, — а вес мешает при ходьбе. Но ему все нипочем. Он говорил мне, что за сутки прошел восемьдесят миль, а за три дня сто семьдесят. Ну и смеялся же он надо мной! Я себя чувствовал прямо мальчишкой перед ним!</p>
      <p>— Не забывай. Билли, — утешала его Саксон, — что каждому свое. Уж кто-кто, а ты побиваешь все рекорды. Когда коснется бокса, никому из них не справиться с тобой.</p>
      <p>— Ты, должно быть, права, — согласился он. — Но все равно обидно, что поэт оказался лучшим ходоком, чем я, понимаешь ты — поэт!</p>
      <p>Они целыми днями бродили по окрестностям, осматривая казенные земли, и в конце концов скрепя сердце решили не брать их. Лесистые каньоны и гигантские утесы хребта Санта-Лучиа пленили Саксон, но она помнила то, что Хэфлер рассказывал ей о летних туманах, которые закрывают солнце на целую неделю или две и держатся здесь месяцами. И потом — отсюда не доберешься ни до какого рынка. До почты, где начинается проезжая дорога, и то много миль, а проезд по ней через Пойнт Сур до Кармела труден и опасен. Билл своим опытным глазом возчика сразу определил, что возить тяжелые грузы по этой дороге — небольшое удовольствие. На участке Хэфлера имелась каменоломня с превосходным мрамором. Он говорил, что, будь поблизости железная дорога, каменоломня представляла бы собою целое состояние, но при данных условиях он готов им подарить это сокровище, если только они пожелают.</p>
      <p>Билл мечтал именно о таких поросших травой склонах, на которых бы паслись его лошади и скот, и он не без сожаления покидал эти места, но охотно прислушивался к доводам Саксон в пользу фермы, какую они видели в оклендском кинематографе. Да, он согласен, им нужна именно такая ферма, и они найдут ее, если бы даже им пришлось проискать целых сорок лет.</p>
      <p>— Но там непременно должны быть секвойи, — не сдавалась Саксон. — Я просто влюблена в них. И мы прекрасно обойдемся без туманов. А поблизости должно быть хорошее шоссе и железная дорога, не дальше чем за тысячу миль.</p>
      <p>Непрерывные зимние дожди продержали их в течение двух недель пленниками в мраморном доме. Саксон рылась в книгах Хэфлера, хотя большая их часть доводила ее до отчаяния своей непонятностью, а Билл отправлялся на охоту с дробовиком поэта. Но он оказался неважным стрелком и еще худшим охотником. Его единственной добычей были кролики, которых ему удавалось убивать в тех случаях, когда они сидели смирно. Еще хуже он владел винтовкой, а ведь ему раз шесть довелось стрелять в оленей и один раз даже в какую-то громадную кошку с длинным хвостом, — он был уверен, что это горный лев. Хотя он и ругал себя за неудачи, Саксон видела, что это новое занятие доставляет ему огромное удовольствие. Несколько запоздалое пробуждение охотничьего инстинкта как будто преобразило его. Он пропадал с раннего утра до поздней ночи, взбирался на отвесные кручи и делал громадные концы, однажды дошел даже до золотых приисков, о которых им рассказывал Том, и отсутствовал двое суток.</p>
      <p>— Как можно целую неделю гнуть спину в городе, а по воскресеньям ходить в кинематограф и на гулянье, — возмущался он. — Понять не могу, какого черта я тянул эту лямку. Мне следовало жить здесь или в каком-нибудь другом таком же месте.</p>
      <p>Он был увлечен своим новым образом жизни и то и дело рассказывал Саксон давнишние охотничьи истории, которые слышал от отца.</p>
      <p>— Знаешь, у меня больше не ломит ноги, даже если я проброжу целый день, — торжествовал он. — Втянулся! Если я когда-нибудь встречу Хэфлера, то уж я его позову на прогулку, и он у меня походит!</p>
      <p>— Вот сумасшедший, вечно тебе не дают спать чужие успехи, ты хочешь перещеголять каждого, будь он хоть бог знает какой специалист,</p>
      <p>— радостно смеялась Саксон.</p>
      <p>— Что ж, может оно и так, — проворчал он. — Нет, с Хэфлером мне будет трудно тягаться. Он создан для ходьбы. Но все равно в один прекрасный день, если только я его встречу, я предложу ему надеть перчатки… хотя я и не позволю себе такой низости и не буду мучить его так, как он мучил меня…</p>
      <p>Когда они возвращались в Кармел, состояние дороги убедило их в том, что они поступили весьма благоразумно, отказавшись от мысли о казенных землях. Им попалась опрокинутая повозка, потом другая — со сломанной осью, а подальше на откосе, ярдов на сто ниже, видна была яма, куда вместе с обвалившейся дорогой рухнула почтовая карета, пассажиры, лошади — все.</p>
      <p>— Думаю, что зимой они здесь ездить не будут, — сказал Билл. — Эта дорога — смерть для лошадей и для людей. Нечего сказать, хорошо бы тут выглядели повозки с мрамором!</p>
      <p>Устроиться в Кармеле было нетрудно. Железный Человек уже уехал в католический колледж, а «хибарка» оказалась очень удобным и уютно обставленным домиком в три комнаты. Холл дал Биллу работу на картофельном поле, — у него было три акра под картофелем, и он, к величайшему удовольствию всей компании, обрабатывал их самым необыкновенным образом. Он сажал картофель во всякое время года, и жители Кармела были уверены, что картофель, который не успевал сгнить в земле, делят между собою суслики и забредающие на его огород коровы. Холл взял у кого-то плуг, нанял упряжку лошадей, и Билл принялся за работу. Он обнес поле изгородью, а затем выкрасил гонтовую крышу своего домика. Холл влез к Биллу на конек крыши и снова предупредил, чтобы тот не касался его дров. Однажды утром он пришел и стал наблюдать, как Билл колет дрова для Саксон. Поэт ревниво следил за работой Билла и в конце концов не выдержал:</p>
      <p>— Мне совершенно ясно, что вы не умеете взять в руки топор, — насмешливо заявил он. — Давайте я покажу вам.</p>
      <p>Он проработал с час, непрерывно рассуждая об искусстве колки дров.</p>
      <p>— Хватит! — наконец, воскликнул Билл, отбирая у Холла топор. — Мне теперь придется наколоть вам целый штабель, чтоб сосчитаться с вами!</p>
      <p>Холл неохотно отдал ему топор.</p>
      <p>— Смотрите не попадайтесь около моих дров, — пригрозил он. — Мои дрова неприкосновенны, зарубите это себе на носу.</p>
      <p>С деньгами все обстояло благополучно, Саксон и Билл даже откладывали. За квартиру они не платили, простая пища стоила дешево, а Билл получал работы столько, сколько хотел. Все члены этой веселой компании словно сговорились не давать ему бездельничать. Работа была самая разная и случайная, но это было удобно, ибо давало возможность согласовывать свои свободные часы с Джимом Хэзардом: они ежедневно занимались боксом и долго плавали в море. Утром Хэзард писал, потом выходил в сосны и издавал призывный клич, а Билл тут же бросал любое дело и бежал на его зов. После купанья они принимали душ в доме у Хэзарда и массировали друг друга по всем правилам науки и, только покончив с этим, обедали. Во второй половине дня Хэзард возвращался к письменному столу, а Билл к работе на свежем воздухе. Частенько они отправлялись на прогулку в горы и делали несколько миль. Они постоянно тренировались. Хэзард, семь лет подряд занимавшийся футболом, отлично знал, какая участь ожидает спортсмена, сразу оборвавшего тренировку, и был вынужден продолжать ее. Она являлась для него не только необходимостью, он полюбил физические упражнения. Билл тоже любил их, ему было приятно чувствовать себя в форме.</p>
      <p>Ранним утром, захватив ружье, он частенько уходил на охоту с Холлом, учившим его стрелять. Холл бродил с дробовиком по лесам, когда еще носил короткие штанишки, и его зоркая наблюдательность, а также близкое знакомство с жизнью природы являлись для Билла прямо-таки откровением. Места здесь были густо населены и крупные хищники в лесах не водились, но Билл усердно снабжал Саксон белками, перепелками, одичавшими кроликами, зайцами, бекасами и дикими утками. Они скоро научились жарить дикую утку по-калифорнийски, за шестнадцать минут в горячей печке. Билл, наконец, овладел искусством стрельбы из дробовика и винтовки и теперь горько жалел об упущенных за Суром горном льве и оленях; ко всем требованиям, которым должна была удовлетворять их будущая усадьба, он прибавил еще обилие дичи в окружающих лесах.</p>
      <p>Но не все было игрою в Кармеле. Та часть колонии, которую Билл и Саксон знали как «теплую компанию», очень много работала. Одни работали регулярно, по утрам или ночью. Другие работали запоем, по примеру неистового ирландского драматурга, который иногда запирался на целую неделю, а потом выходил изнуренный и похудевший и веселился как сумасшедший до следующего запоя.</p>
      <p>Бледный и моложавый отец семейства, похожий лицом на Шелли, писал для заработка водевили, а для души — трагедии в белых стихах и циклы сонетов, которые наводили страх на антрепренеров и издателей, и прятался от людей в бетонной келье со стенами толщиной в три фута. Эта келья была оборудована такой системой труб, что достаточно было хозяину повернуть кран, и струи воды заливали назойливого посетителя. Но обычно каждый считался с рабочим временем другого. Они заходили друг к другу, когда им хотелось, но если видели, что хозяин работает, то тихонько уходили. Так относились ко всем, кроме Марка Холла, которому не нужно было писать ради денег; и чтобы спокойно работать, он, спасаясь от гостей, нередко взбирался на дерево.</p>
      <p>«Теплая компания» выгодно отличалась своим демократизмом и царившей между его членами солидарностью. Ее участники мало общались с остальным здравомыслящим и добронравным населением Кармела. То были аристократы от искусства и литераторы, и их звали «буржуями». А они, в свою очередь, осуждали «компанию», считая ее неисправимой богемой. Табу распространялось также на Билла и Саксон. Билл держался своих и не искал работы в другом лагере. Да ему и не предлагали ее.</p>
      <p>У Холла был открытый дом. Местом для сборищ служила большая комната, — там был огромный очаг, диваны, книжные полки и столы, на которых были навалены книги и журналы. Здесь Саксон и Билл встречали не менее радушный прием, чем остальные члены компании, и чувствовали себя, как дома. Здесь, когда смолкали споры решительно обо всем на свете, Билл играл в педро, пятерку, бридж, бунк и другие игры. Саксон, ставшая любимицей всех молодых женщин, шила с ними, учила их делать красивые вещицы и, в свою очередь, училась у них новым вышивкам.</p>
      <p>Не прошло и нескольких дней их жизни в Кармеле, как Билл робко заметил, обращаясь к Саксон:</p>
      <p>— Знаешь, Саксон, ты себе и представить не можешь, насколько мне недостает всех этих твоих нарядных финтифлюшек. Отчего бы тебе не написать Тому, чтобы он их выслал срочной почтой? А когда мы опять тронемся в путь, мы их отошлем обратно.</p>
      <p>Саксон написала Тому, и весь этот день ее сердце радовалось. Значит, муж все еще остался ее любовником, в его глазах опять вспыхивали прежние огни, которые угасли в кошмарные дни забастовки.</p>
      <p>— Тут много хорошеньких мордочек, но ты лучше всех, или я ничего в женщинах не понимаю, — рассуждал Билл.</p>
      <p>И в другой раз:</p>
      <p>— Я тебя люблю до смерти. Но если твоих вещиц не пришлют, будет чертовски обидно.</p>
      <p>У Холла и его жены были две верховые лошади, стоявшие в платных конюшнях, и Билла, конечно, тянуло к этим конюшням. Владелец лошадей обслуживал всю местность и возил почту между Кармелом и Монтери, а также давал напрокат коляски и линейки на девять мест. К экипажу полагался и кучер. Кучеров часто не хватало, и в таких случаях призывали на помощь Билла; он стал запасным кучером. Когда он ездил, то получал три доллара в день, и не раз приходилось ему возить компании туристов по Семнадцатимильной дороге в Кармелскую долину и вдоль побережья, к различным живописным местам и пляжам.</p>
      <p>— Ну уж и публика эти туристы, такие кривляки! — рассказывал он потом Саксон. — Мистер Роберте то да мистер Роберте ее — всякие китайские церемонии, — не забывай, мол, что мы поблагороднее тебя. Дело в том, что я ведь хоть и не слуга, а все-таки им не ровня. Я кучер — нечто среднее между батраком и шофером. Уф! Если они кушают, то дают мне мою порцию отдельно, либо когда уже сами наедятся. Нет того, чтобы обедать всей семьей, как у Холла и у его ребят. А сегодняшняя компания просто-напросто не позаботилась о завтраке для меня. Теперь уж ты, пожалуйста, давай мне завтрак с собой, я ничем не желаю быть обязанным этим проклятым зазнайкам. Ты бы видела, как один из них пытался дать мне на чай. Я ничего не сказал, только поглядел на него так, точно он пустое место, и через минуту будто случайно повернулся к нему спиной. Он прямо опешил.</p>
      <p>И все-таки Биллу приятно было работать с лошадьми. Ему нравилось держать в руках вожжи и вместо четверки тяжелых битюгов править четверкой рысаков; нравилось, поставив ногу на мощный тормоз, делать опасные повороты над головокружительной пропастью или на узкой горной дороге, под испуганные крики дам. А когда приходилось выбирать лошадей и определять их качества или лечить их болезни и увечья, то даже хозяин конюшни уступал первенство Биллу.</p>
      <p>— Я могу в любое время получить здесь постоянную работу, — хвастался он Саксон. — В деревне всегда найдется пропасть дела для мало-мальски смышленого парня.</p>
      <p>Держу пари на что хочешь: стоит мне только заикнуться, что я требую шестьдесят долларов в месяц и готов работать постоянно, — хозяин прямо ухватится за меня. Он уже не раз закидывал удочку. Послушай, Саксон! А ты понимаешь, что твой благоверный научился новому ремеслу? Право же, научился! Я теперь мог бы получить работу и на почте, — в Озерной области почтовые кареты запрягают шестеркой. Если мы с тобой попадем туда, я подружусь с каким-нибудь кучером и поучусь править шестеркой. А ты сядешь рядом со мной на козлы. Вот будет потеха! Вот потеха!</p>
      <p>Билл мало интересовался спорами, происходившими в большой комнате Холла. Он называл их «переливаньем из пустого в порожнее» и считал это занятие потерей драгоценного времени, которое можно употребить на игру в «педро», плавание или борьбу на песке. Напротив, Саксон с удовольствием слушала эти словопрения; правда, понимала она далеко не все, и только чутье помогало ей время от времени улавливать какие-то новые мысли.</p>
      <p>Но чего она никак не могла понять, так это пессимизма, который порой овладевал этими людьми. Ирландский драматург был натурой неуравновешенной, и на него находили приступы самой тяжелой ипохондрии. «Шелли», писавший в своей бетонной келье водевили, тоже оказался безнадежным меланхоликом. Сент-Джон, молодой журналист; считал себя анархистом и последователем Ницше. Художник Мэзон уверял, что все в мире повторяется, и делал отсюда самые убийственные выводы. Холл же, обычно такой веселый, способен был перещеголять их всех, когда пускался в рассуждения о космическом пафосе религии и нелепом антропоморфизме тех, кто боится смерти. В такие минуты эти сыны искусства подавляли Саксон своей мрачностью. Бедной женщине трудно было понять, почему из всех людей на свете именно они почитают себя самыми несчастными.</p>
      <p>Однажды вечером Холл внезапно повернулся к Биллу, который рассеянно следил за разговором; он понимал только одно: этим людям решительно все в жизни кажется несправедливостью и ложью.</p>
      <p>— Слушайте, вы — язычник, вы — флегматичный вол, убойное животное, вы — чудовищный образец кичливого здоровья и жизнерадостности! Что вы думаете на этот счет? — обратился к нему Холл.</p>
      <p>— О, и у меня были свои горести, — отозвался Билл с обычной неторопливостью. — Я пережил тяжелые времена, участвовал в безнадежной забастовке, заложил часы, не имел гроша в кармане, голодал, задолжал за квартиру, колотил штрейкбрехеров и меня колотили, сидел в тюрьме за то, что свалял дурака. Но если я вас верно понял, то лучше быть жирным, тупым боровом, которого откармливают на продажу, чем человеком, который готов повеситься оттого, что он не понимает, почему так устроен мир и какой во всем этом смысл.</p>
      <p>— Ну что ж, этот ваш жирный боров — прелесть! — засмеялся Холл. — Ни возмущения, ни усилий — компромисс между нирваной и жизнью! Это же идеальное существование. Медуза, которая плавает в тепловатых тихих водах, в сумеречной глубине.</p>
      <p>— Но вы забываете, что в жизни все-таки много хорошего, — заметил Билл.</p>
      <p>— Назовите, что именно? — последовал вызывающий вопрос.</p>
      <p>Билл помолчал. Жизнь представлялась ему чем-то большим и щедрым. У него прямо руки ныли оттого, что он не мог обнять ими весь мир; и, вначале запинаясь, он начал говорить о том, что чувствовал так ясно.</p>
      <p>— Если бы вам пришлось стоять на ринге после двадцати раундов, когда вы победили боксера, который ничем не хуже вас, вы бы поняли, что я имею в виду. Джим Хэзард и я знаем это ощущение, когда мы выплываем в море и смеемся в лицо высоченным валам или когда выходим из душа: разотрешься, оденешься, вся кожа и мышцы словно силой наливаются, тело и душа играют…</p>
      <p>Он смолк от неуменья выразить свои мысли, смутно встававшие в его сознании, ибо это были на самом деле только воспоминания об испытанных ощущениях.</p>
      <p>— Ну, когда все тело наливается силой, это же чудесно! — пробормотал он, чувствуя, что не способен найти подходящих слов, и смущенный вниманием своих слушателей.</p>
      <p>— Это мы все испытали, — возразил Холл. — Это самообман плоти. А потом приходит ревматизм и диабет. Вино жизни опьяняет, но оно слишком скоро превращается в…</p>
      <p>— Мочевую кислоту, — подсказал неистовый ирландский драматург.</p>
      <p>— Нет, есть еще очень много прекрасных вещей, — продолжал Билл, и теперь слова нахлынули на него потоком. — Начиная от сочного филе и чудесного кофе, которым угощает миссис Холл, до… — он замялся в нерешительности, затем сразу выпалил: — … женщины, которую вы любите и которая любит вас. Смотрите хотя бы на Саксон, вон она сидит с укулеле на коленях. Это вам не медуза в тепленькой водице и не призовой боров, освежеванный мясником.</p>
      <p>Женщины приветствовали его слова громкими возгласами и аплодисментами, и Билл почувствовал мучительную неловкость.</p>
      <p>— А представьте себе, что вы потеряете свою силу и будете скрипеть, как ржавая тачка? — продолжал Холл. — Допустите, хоть на минутку, что Саксон уйдет от вас к другому. Что тогда?</p>
      <p>Билл на миг задумался.</p>
      <p>— Пожалуй, тогда я тоже заговорю о тепленькой водице и медузе… — Он выпрямился, расправил плечи и невольно скользнул рукой по напрягшимся бицепсам. Затем снова взглянул на Саксон. — Но я слава богу, еще сохранил силу в руках и любящую жену, которую эти руки могут обнять.</p>
      <p>Женщины снова зааплодировали, а миссис Холл воскликнула:</p>
      <p>— Посмотрите на Саксон! Она краснеет!.. Что вы по этому случаю можете сказать?</p>
      <p>— Что нет на свете женщины счастливее меня, — пробормотала она срывающимся голосом, — и королевы более гордой. И что…</p>
      <p>Она не докончила свою мысль и, ударив по струнам укулеле, запела:</p>
      <p>Господь ведет его дорогою греха,</p>
      <p>Чтоб спотыкался он и падал…</p>
      <p>— Вы победили, — усмехнулся Холл, обращаясь к Биллу.</p>
      <p>— О, я, право, не знаю, — скромно отозвался тот. — Вы столько читали и знаете гораздо больше, чем я.</p>
      <p>— Вот предатель! Он берет свои слова обратно! — воскликнули женщины.</p>
      <p>Билл набрался смелости и, успокаивая их, улыбнулся своей спокойной улыбкой:</p>
      <p>— Все равно — я предпочитаю быть самим собой, чем забивать себе голову книгами. А что касается Саксон, то один ее поцелуй стоит больше, чем все библиотеки в мире.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава десятая</p>
      </title>
      <p>— Там должны быть холмы и долины, плодородная земля, чистые, прозрачные ручьи, хорошие проезжие дороги и не очень далеко — железная дорога; много солнца и настолько прохладные ночи, чтобы нужно было накрываться одеялом; не только сосны, но и другие деревья; широкие луга для скота и табунов Билла; олени и зайцы, чтобы он мог охотиться, и целые рощи секвой, и… и… там не должно быть туманов, — закончила Саксон описание фермы, которую она и Билл искали.</p>
      <p>Марк Холл весело рассмеялся.</p>
      <p>— И соловей на каждом дереве, — воскликнул он. — Цветы, которые не вянут и не опадают, нежалящие пчелы, по утрам медвяная роса, иногда дожди из манны, источники молодости и залежи философского камня. Что ж, я знаю такое место. Я сейчас его покажу вам.</p>
      <p>Саксон ждала, пока он рылся в дорожных картах штата. Не найдя того, что он искал. Холл извлек большой атлас, но, хотя в нем были все страны света, нужного ему места и там не оказалось.</p>
      <p>— Не беда, — заявил он. — Зайдите сегодня вечерком, и я покажу вам вашу ферму.</p>
      <p>Вечером он пригласил Саксон на веранду, подвел к телескопу и показал в нем полную луну.</p>
      <p>— Вот, где-нибудь наверху, в одной из лунных долин, вы найдете то, что ищете, — поддразнил он ее.</p>
      <p>Миссис Холл вопросительно посмотрела на них, когда они вернулись в комнату.</p>
      <p>— Я показал Саксон долину на луне, где она предполагает обосноваться, — рассмеялся Холл.</p>
      <p>— Когда мы двинулись в путь, мы готовы были пройти любое расстояние, — сказала Саксон. — И если даже нам придется добираться до луны, мы, вероятно, и тут не отступим.</p>
      <p>— Но, дорогое дитя, вы же не можете рассчитывать, что найдете такой рай на земле, — продолжал Холл. — Вы, например, не встретите секвойю в местности, где не бывает тумана. Они неразлучны. Такие деревья растут только в полосе туманов.</p>
      <p>Саксон задумалась.</p>
      <p>— Что ж, небольшой туман — куда ни шло, — сказала она со вздохом,</p>
      <p>— лишь бы там росли эти деревья. Я не знаю, что такое залежи философского камня, но если они похожи на мрамор мистера Хэфлера да поблизости есть железная дорога, то мы уж как-нибудь приладимся. И незачем отправляться за медвяной росой на луну. Такая роса бывает на кустарниках в Неваде. Это факт, отец рассказывал об этом матери, а она рассказала мне.</p>
      <p>Обсуждение будущей фермы продолжалось и вечером. Холл разразился громовой речью против «рая игроков», как он называл Соединенные Штаты.</p>
      <p>— Какие великие возможности были у этой страны, — говорил он. — Новая земля, окруженная океанами, прекрасные климатические условия, плодороднейшая почва, богатейшие источники сырья — им нет равных на всем земном шаре! И эта страна населена людьми, которые отбросили все предрассудки Старого Света и готовы установить у себя демократию. Только одно могло им помешать сделать ее еще более совершенной, это их жадность.</p>
      <p>Они, как стадо свиней, пожирали все, что видели; а пока они жрали, демократия погибла. Это были игроки и обжоры. Если одна ставка была потеряна, тогдашнему фермеру стоило только перейти границу на несколько миль к западу и расположиться на новом месте. Они шли по стране, как саранча, они уничтожали все на своем пути — индейцев, почву, леса, так же как они уничтожали бизонов и голубей. Их мораль и в коммерции и в политике была моралью игроков. Их законы были законами игроков: лишь бы выиграть игру. Играли все. Итак, да здравствует игра! Никто не возражал, потому что игра была общедоступна. Как я уже говорил, проигравшие двигались на запад за новыми участками. Победивший сегодня — завтра терял все, а через день опять ходил с козырей.</p>
      <p>Они только и делали, что жрали и предавались игре, от Атлантического океана и до Тихого, пока не загадили весь континент. Покончив с землей, лесами и ископаемыми богатствами, они повернули обратно, чтобы играть на те крохи, которые были упущены ими впопыхах, а также на привилегиях и монополиях; при этом они пользовались политикой как прикрытием для своих грязных сделок и плутней. А от демократии не осталось и следа.</p>
      <p>Затем наступило самое забавное. Проигравшим уже не на что было ставить, и победители продолжали игру между собой. Остальные лишь толпились вокруг и, засунув руки в карманы, наблюдали за игрой. Когда у них подводило живот, они со шляпой в руке обходили удачливых игроков и выклянчивали себе местечко. Так побежденные стали работать на победителей и продолжают работать до сих пор, а демократия сдана в архив. Вам, Билл Роберте, ни разу не приходилось участвовать в игре. И это потому, что весь ваш род вышел из игры.</p>
      <p>— А как обстоит дело с вами? — осведомился Билл. — Я что-то не замечал, чтобы вы играли!</p>
      <p>— Да мне и не нужно было. Но я не в счет. Я же паразит.</p>
      <p>— Это что такое?</p>
      <p>— Блоха, древесный клещ — всякое существо, которое живет за счет других. Я присосался к облезлой шкуре рабочих. Мне не надо играть. Мне не надо работать. Мой отец оставил мне достаточно своих выигрышей. О-о!.. Не задирайте нос, мой мальчик! Ваши родичи стоили не больше моих! Но ваши проиграли, а мои выиграли, и вот теперь вы обрабатываете мое картофельное поле.</p>
      <p>— Не понимаю, — упрямо заспорил Билл. — Если у человека есть смекалка, он и сегодня может выиграть…</p>
      <p>— Это на казенной-то земле? — быстро спросил Холл.</p>
      <p>Билл осекся, — удар попал в цель.</p>
      <p>— И все-таки выиграть можно, — не сдавался он.</p>
      <p>— Конечно, всегда можно отбить работу у другого. Молодой парень, да такой смышленый, как вы, всегда и везде раздобудет себе работу. Но подумайте о тех, кто не может с вами соперничать. Много вы встретили бродяг на дорогах, которые могли бы получить работу в кармелских конюшнях и править четверкой лошадей? А среди них, наверное, попадались и такие, которые были в молодые годы не хуже вас. Да и чему тут радоваться! Разве мы не низко пали? Когда-то у нас ставкой был весь континент, а теперь — жалкая работенка.</p>
      <p>— Все равно… — начал Билл.</p>
      <p>— Это у вас сидит в крови, — бесцеремонно прервал его Холл, — Да иначе и быть не может! В этой стране играло несколько поколений. Когда вы родились, зараза носилась в воздухе, вы всю жизнь ею дышали. Сами вы в этой игре не участвовали ни одной фишкой, а все-таки готовы драть горло во славу нее и стоите за нее горой.</p>
      <p>— Но что же делать нам, проигравшим? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Зовите полицию и прекратите игру, — отозвался Холл. — Это игра нечестная.</p>
      <p>Саксон нахмурилась.</p>
      <p>— Сделайте то, чего не сделали ваши предки, — пояснил он. — Действуйте смело и добивайтесь подлинной демократии.</p>
      <p>Она вспомнила слова Мерседес.</p>
      <p>— Моя приятельница говорила, что демократия — это одна морока.</p>
      <p>— Да, амулет в игорном притоне. В наших школах вы найдете миллионы мальчиков, которые готовы принять на веру дурацкую басню о мальчишке-рассыльном, который стал президентом; и миллионы достойных граждан безмятежно спят по ночам, воображая, что их голос тоже кое-что значит при управлении страной.</p>
      <p>— Вы говорите совсем, как мой брат Том, — заметила Саксон, не уловившая хода его мыслей. — Если мы все займемся политикой и начнем бороться за лучшее будущее, может быть, мы его и добьемся так лет через тысячу. А я хочу быть счастливой сейчас… — Она пылко стиснула руки. — Я не могу ждать! Я хочу быть счастливой сейчас!</p>
      <p>— Именно это я и имел в виду, дорогая моя. В том-то и беда всех проигравших: они не могут ждать! Им сейчас же подавай и место за игорным столом и кучу фишек. А этого они сейчас не получат. Так же обстоит дело и с вами, — вам подавай долину на луне. Так же обстоит дело и с Биллом — ему сейчас вот не терпится выиграть у меня десять центов в педро, и он, наверно, втихомолку проклинает наше с вами переливание из пустого в порожнее.</p>
      <p>— Здорово! А из вас вышел бы хороший оратор на митингах, — заметил Билл.</p>
      <p>— Я и стал бы оратором на митингах, если бы мне не надо было тратить грязные деньги, добытые моим отцом. Меня это не касается. И пусть побежденные гибнут. Будь они наверху, они оказались бы ничуть не лучше. Все они друг друга стоят — слепые совы, голодные свиньи, хищные коршуны…</p>
      <p>Но тут вмешалась миссис Холл:</p>
      <p>— Довольно, Марк, а то опять захандришь.</p>
      <p>Он отбросил назад волосы и невесело засмеялся.</p>
      <p>— Нет, хандрить я не буду. Лучше я выиграю у Билла десять центов в педро. Он и опомниться не успеет, как я его обставлю.</p>
      <p>Саксон и Билл словно расцвели в живительной, сердечной атмосфере Кармела. Они выросли в собственных глазах. Саксон чувствовала, что она не просто бывшая гладильщица и жена возчика, ее уже не сковывали тесные рамки рабочего быта на Пайн-стрит. Жизнь обоих была теперь богата впечатлениями. Им стало легче и физически, и духовно, и материально; это отражалось и на их лицах и на их манере держаться. Саксон говорила себе, что Билл никогда не — был так красив, здоров и крепок. А он клялся, что у него гарем и что она — его вторая жена, вдвое красивее, чем была первая. Саксон застенчиво призналась ему, что миссис Холл и другие женщины любовались ее сложением, когда они все вместе купались в реке Кармел. Они окружили ее, сравнивали с Венерой, заставляли садиться на корточки и принимать позы других античных статуй.</p>
      <p>Относительно Венеры Билл все понял, — он видел мраморную статую богини с отбитыми руками в комнате Холла, и поэт говорил ему, что мир поклонялся ей, как изображению совершенной женской красоты.</p>
      <p>— Я всегда говорил, что Анетте Келлерман до тебя далеко, — сказал Билл; и при этом у него был такой гордый вид, что Саксон покраснела, затрепетала и спрятала вспыхнувшее лицо у него на груди.</p>
      <p>Мужчины из их компании откровенно восхищались ею. Но она не сделала обычных в таких случаях ошибок, и это не вскружило ей голову. Да и понятно: ведь она с каждым днем все сильнее любила мужа. Она не переоценивала его. Она знала, каков он, и любила таким, как он есть. Он неотесан и малоразвит, не то что эти мужчины; он говорит неправильно и вряд ли когда-нибудь будет говорить правильнее. И все-таки она не променяла бы его ни на кого, даже на честного и великодушного Марка Холла, которого любила такой же любовью, как и его жену.</p>
      <p>В Билле она видела то здоровье, цельность и прямоту характера, ту непосредственность, которые были ей дороже всякой книжной премудрости и чековых книжек. Именно благодаря своему здоровью, прямоте и непосредственности он вышел победителем, когда они в тот вечер спорили с Холлом, на которого опять нашла безысходная хандра. Билл взял верх не благодаря своей учености, а потому, что остался верен себе и высказал ту правду, которая в нем жила. И лучше всего было то, что он даже не подозревал о своей победе и принял аплодисменты за добродушную насмешку… Но Саксон поняла, хотя едва ли могла бы объяснить, почему он победил. И она никогда не забудет, как жена «Шелли» шепнула ей потом, и глаза ее сияли: «О Саксон, какая вы счастливица!»</p>
      <p>Если бы Саксон вынуждена была определить, чем для нее так дорог Билл, она сказала бы просто: он настоящий мужчина. И таким он всегда был в ее глазах. Она всегда видела его в ореоле мужской силы и доблести и временами готова была расплакаться от счастья, вспоминая манеру Билла заявлять какому-нибудь взбешенному парню: «Что ты стоишь? Иди, я тебя не держу!» В этом был весь Билл. Ее великолепный Билл! И он любит ее. Она знала это. Она знала это по биению его сердца, которое только женщина умеет расслышать. Правда, он любил ее не так страстно, как раньше, но его любовь стала более глубокой, более зрелой. Это прочная любовь, она выдержит любые испытания, если только они не вернутся в город, где все прекрасные черты человека гибнут, а таящийся в нем дикий зверь оскаливает клыки.</p>
      <p>Ранней весной Марк Холл и его жена уехали в Нью-Йорк, двое слуг японцев были отпущены, и дом остался на попечении Саксон и Билла. Джим Хэзард тоже уехал в Париж, он ездил туда ежегодно; и хотя Биллу очень не хватало его, но он и один продолжал подолгу плавать в высокой волне. Две верховые лошади Холла были оставлены на его попечение, и Саксон сшила себе элегантный костюм для верховой езды из золотисто-коричневого вельвета, который так шел к ее волосам. Билл перестал брать поденную работу. Как сверхштатный кучер он зарабатывал больше, чем они проживали, и в свободное время предпочитал учить Саксон верховой езде и скакать с нею целыми днями по окрестностям Кармела. Больше всего они любили ездить вдоль побережья в Монтери, где он учил Саксон плавать в большом бассейне Дель-Монте. А вечером они возвращались через холмы. Она тоже ходила с ним ранним утром на охоту, и жизнь казалась им непрерывным праздником.</p>
      <p>— Знаешь что, — обратился он однажды к Саксон, когда они, остановив лошадей, любовались сверху долиной Кармел. — Я ни за что больше не соглашусь постоянно работать за плату на других людей.</p>
      <p>— Да, работа это еще не все, — согласилась она.</p>
      <p>— Конечно. Представь себе, Саксон, что я бы работал в Окленде миллион лет, получал бы по миллиону долларов в день, но вынужден был бы безвыездно торчать там и жить так, как мы с тобой жили раньше, — три четверти дня работай, а для развлечения ходи в кинематограф! Кинематограф! Подумаешь! Да наша жизнь сейчас все равно что кинематограф! Я предпочел бы прожить один год, как мы живем здесь, в Кармеле, а затем умереть, чем жить тысячу миллионов лет, как на Пайн-стрит.</p>
      <p>Саксон написала Холлам, что с наступлением лета они с Биллом собираются в путь — искать лунную долину. К счастью, это не нарушало планов Холла, потому что Бидо. Железный Человек с глазами василиска, перестал мечтать о сане священника и решил сделаться актером. Он вернулся из католического колледжа в Кармел и взялся присматривать за домом Холла.</p>
      <p>Саксон была очень растрогана тем, что колония никак не хотела отпускать их. Владелец кармелских конюшен предлагал Биллу девяносто долларов в месяц, лишь бы тот остался у него. Такое же предложение было сделано Биллу в соседнем приморском городке.</p>
      <p>— Как, снова в путь? — окликнул их неистовый ирландский драматург на станции Монтери. Он возвращался из Нью-Йорка.</p>
      <p>— А как же! Искать лунную долину! — весело отозвалась Саксон.</p>
      <p>Он посмотрел на их дорожные тюки.</p>
      <p>— Черт побери! — воскликнул он. — Я тоже хочу! Черт! Возьмите и меня с собой. — Затем лицо его омрачилось. — А я-то подписал контракт,</p>
      <p>— простонал он. — Целых три акта!.. Вы счастливцы… Да еще в это время года…</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава одиннадцатая</p>
      </title>
      <p>— Прошлой зимой мы притащились в Монтери, как бродяги, а теперь уезжаем отсюда с шиком, — заметил Билл, когда поезд тронулся и они откинулись на спинки сидений.</p>
      <p>Они решили не возвращаться тем же путем и сели в поезд, идущий на Сан-Франциско. Марк Холл предупреждал их, что климат юга действует расслабляюще, и они двинулись к северу, в более умеренную полосу, где ночи были прохладны. Они решили переправиться через бухту Сан-Франциско в Сосалито и посмотреть побережье. Там, уверял Холл, и есть настоящая родина секвой. Однако когда Билл, взяв сигарету, зашел в курящий вагон, то оказался рядом с пассажиром, которому было суждено изменить их маршрут. У этого человека было энергичное лицо и темные глаза, — вероятнее всего, еврей. Билл вспомнив наставления Саксон, дождался подходящей минуты и завел разговор. Очень скоро выяснилось, что Ганстон — так звали незнакомца — комиссионер, и беседа с ним оказалась настолько поучительной, что и Саксон следовало принять в ней участие. Как только Билл увидел, что Ганстон докурил сигару, он пригласил его перейти в их вагон, чтобы познакомить с женой. До жизни в Кармеле Билл едва ли решился бы на это, но там он привык держаться с людьми более свободно.</p>
      <p>— Он рассказывал мне о картофельных королях, и я решил, что и тебе следует послушать, — обратился Билл к жене, представляя ей Ганстона. — Валяйте дальше, мистер Ганстон, расскажите ей про того китайца-игрока, который нажил в прошлом году девятнадцать тысяч на сельдерее и спарже.</p>
      <p>— Я объяснял вашему мужу, как китайцы ведут хозяйство на Сан-Хоакине. Вам бы следовало побывать там и поглядеть. Теперь самое время, — для москитов еще рано. Вы можете сойти в Блэк-Даймонде или Антиохе и поездить на катере или моторке — посмотреть, как обрабатывают землю на больших островах. Проезд там всюду недорог, и вы найдете поместительные моторные лодки — это скорее целые пароходы.</p>
      <p>— Расскажите ей о Чжоу Лан, — сказал Билл.</p>
      <p>Комиссионер прислонился к стенке.</p>
      <p>— Несколько лет тому назад Чжоу Лан был совершенно опустившимся игроком. У него не осталось ни гроша, да и здоровье сильно сдало. Он проработал двадцать лет на золотых приисках, промывая отвалы, оставленные прежними старателями. И сколько бы он ни добыл, все спускалось в фан-тан. Кроме того, он задолжал триста долларов «Шести компаниям», — знаете, есть такая китайская фирма. Не забудьте, что это было всего каких-нибудь семь лет назад, — здоровье никуда, триста долларов долгу и никакой работы. Чжоу Лан поехал в Стоктон и поступил поденщиком на торфяные разработки китайской компании, которая разводила на Миддл-ривер сельдерей и спаржу. Здесь-то он опомнился и задумался: вот он уже четверть века живет в Соединенных Штатах, спина у него уже далеко не такая крепкая, как прежде, и ни одного пенни не отложено на возвращение в Китай. Он видел, как другие китайцы, работавшие в этой компании, копили деньги и покупали себе паи.</p>
      <p>И он тоже решил откладывать и спустя два года приобрел пай в компании, где было всего тридцать паев. Это произошло около пяти лет тому назад. Он арендовал триста акров торфяной земли у американца, предпочитавшего слоняться по Европе. Из прибыли на свой пай за первый год Чжоу Лан купил два пая в другой компании, а год спустя — на доходы с трех паев — организовал собственную компанию. Один год был неурожайный, и он чуть не прогорел. Так обстояло дело три года тому назад. Но на следующий год урожай был отличный, и он получил четыре тысячи долларов чистого дохода. Еще через год — пять тысяч. А в прошлом году его доход составил девятнадцать тысяч. Правда, не плохо для старого, опустившегося Чжоу Лана?</p>
      <p>— Господи! — невольно вырвалось у Саксон.</p>
      <p>То жадное любопытство, с каким она слушала комиссионера, заставило его продолжать:</p>
      <p>— А возьмите Син Цзи, стоктонского картофельного короля. Я его отлично знаю; ни с кем я не вел таких крупных дел и ни на ком так мало не заработал, как на нем. Он был простым кули и двадцать лет тому назад контрабандой пробрался в Соединенные Штаты. Начал поденщиком, потом торговал овощами, разнося их в корзинах, надетых на палку, потом открыл лавку в китайском квартале Сан-Франциско. Но он был парень с головой и скоро перенял всю науку у китайских фермеров, которые посещали его лавку. Лавка не давала ему возможности быстро разбогатеть. Тогда он отправился вверх по Сан-Хоакину. Два года он ничего не предпринимал, а только ко всему присматривался. Потом вдруг принялся за дело и арендовал тысячу двести акров по семи долларов за акр!..</p>
      <p>— Вот это да! — воскликнул Билл, пораженный. — Заплатить восемь тысяч четыреста долларов за одну аренду, и в первый же год! Я знаю место, где можно купить пятьсот акров по три доллара за акр.</p>
      <p>— А картофель там может расти? — спросил Ганстон.</p>
      <p>Билл покачал головой.</p>
      <p>— Там вообще ничего не может расти.</p>
      <p>Все трое рассмеялись, и комиссионер продолжал:</p>
      <p>— Семь долларов — это была только арендная плата за землю. Вы знаете, сколько стоит вспахать тысячу двести акров?</p>
      <p>Бил с важным видом кивнул головой.</p>
      <p>— В тот год он собрал по сто шестьдесят мешков с акра, — продолжал Ганстон. — Цена на картофель была пятьдесят центов за мешок. Мой отец в то время стоял во главе нашего концерна, и я знаю все из первых рук. Син Цзи мог продать свой картофель по пятьдесят центов и уже на этом здорово нажиться. Что же он сделал? Кто-кто, а китайцы всегда отлично знают условия рынка, они любого комиссионера за пояс заткнут. Син Цзи попридержал свой картофель. Когда почти все распродали имевшиеся у них запасы, цена на картофель начала расти. Син Цзи только смеялся в лицо скупщикам, когда ему предлагали шестьдесят центов, семьдесят, наконец по целому доллару за мешок. И знаете, почем он, наконец, продал свой картофель? По доллару шестьдесят пять центов! Считайте, что мешок картофеля обошелся ему сорок центов. Сто шестьдесят мешков на тысячу двести… Подождите… двенадцать раз ноль-ноль, двенадцать раз шестнадцать будет сто девяносто два… Сто девяносто две тысячи мешков по доллару с четвертью… сто девяносто два на четыре будет сорок восемь плюс сто девяносто два, всего двести сорок… Ну да, двести сорок тысяч долларов чистого дохода за один год!</p>
      <p>— Вот так китаец! — огорченно сказал Билл и повернулся к Саксон. — Нет, нам, белым, нужна какая-нибудь новая страна! Боже мой! Они же нас просто выгнали, выгнали из дому!</p>
      <p>— Конечно, такие прибыли получают не каждый день, — поспешил оговориться Ганстон. — Дело в том, что в других районах картофель не уродился, и его скупали спекулянты. Какими-то таинственными путями Син Цзи обо всем узнал и участвовал в этих спекуляциях. Таких барышей он потом уже ни разу не получал. Но его дело расширялось. В прошлом году у него под картофелем было четыре тысячи акров, под спаржей — тысяча, пятьсот под сельдереем и пятьсот под бобами. А шестьсот акров он отвел под семена. Даже если одна-две культуры и не дадут большого урожая, на всех он потерять не может.</p>
      <p>— Я видела двенадцать тысяч акров, засаженные яблонями, — сказала Саксон. — И мне хотелось бы видеть четыре тысячи акров под картофелем.</p>
      <p>— Что ж, и увидим, — степенно заметил Билл. — Давай поедем на Сан-Хоакин. Мы ведь нашей страны совсем не знаем. Не мудрено, что мы чувствуем себя ее пасынками.</p>
      <p>— Вы найдете там очень много королей, — продолжал Ганстон. — Я Хун-ли — по прозванию «Длинный Джим», А-пок и А-ван и, наконец, Сима — японский картофельный король. У него несколько миллионов. Живет роскошно.</p>
      <p>— А почему американцы не могут добиться того же? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Видимо, не хотят… Ничто им не мешает, кроме самих себя. Скажу вам одно: я лично предпочитаю иметь дело с китайцами. Китаец честен, его слово — все равно что подпись на векселе, — как он скажет, так и сделает. И потом — белый человек не умеет хозяйничать на земле. Самый передовой хозяин-белый довольствуется одним урожаем и обычным севооборотом. А китаец далеко опередил его и получает с одного клочка земли одновременно два урожая. Я сам видел: редис и морковь, две культуры, были посажены одновременно на одной грядке.</p>
      <p>— Но ведь это же бессмысленно, — заметил Билл. — Каждая даст тогда пол-урожая — вот и все.</p>
      <p>— Выходит, что нет, — усмехнулся Ганстон. — Наступает время, когда морковь надо продергивать. Редис — тоже. Но морковь туго растет, а редис растет быстро, и морковь дает возможность поспевать редису. А когда редис готов и убран, это прореживает морковь, которая доходит позже. Да, нам далеко до китайцев!</p>
      <p>— Не понимаю, почему белый не может сделать то же самое, что и китаец? — запротестовал Билл.</p>
      <p>— Вы совершенно правы, — ответил Ганстон. — Но факт тот, что белый этого не делает. Китаец работает без передышки и заставляет работать землю. У него все организовано, у него есть система. Слышали вы, чтобы белый хозяин вел книги? А китаец ведет. Он ничего не делает наудачу, он всегда знает, в точности до одного цента, какова цена на те или иные овощи. И знает рынок. Он берется за дело с обоих концов. Как он ухитряется — это выше моего понимания, но он знает рынок лучше, чем мы, комиссионеры.</p>
      <p>— А кроме того, он очень терпелив, но не упрям. Предположим, он допустил ошибку — посадил какие-нибудь овощи, а затем узнал, что этот сорт не будет иметь сбыта, — в таких случаях белый обычно упрямится и не хочет признать свою ошибку, а китаец — признает. Он старается уменьшить потери. Земля должна работать и давать деньги. Как только он понял свою ошибку, он тут же, без всяких колебаний и сожалений, берется за плуг, перепахивает поле и сажает что-нибудь другое. У него есть смекалка. Китайцу достаточно взглянуть на побег, который чуть высунулся из земли, и он уже знает, вырастет этот побег или нет, и предскажет, какой он даст урожай — большой, средний или плохой. Это одно. А во-вторых, он регулирует созреванье овощей, — он ускоряет или задерживает его в зависимости от рынка. А когда настает подходящий момент, его урожай — пожалуйте — уже готов, и он выбрасывает его на рынок.</p>
      <p>Они беседовали с Ганстоном несколько часов; и чем больше он рассказывал о китайцах и об их способах ведения хозяйства, тем сильнее росло в душе Саксон чувство досады. Она не сомневалась в фактах, которые приводил комиссионер, но эти факты не увлекали ее. Они не вязались с ее представлением о лунной долине. И лишь после того как их разговорчивый спутник сошел с поезда, Билл выразил словами волновавшие ее смутные мысли.</p>
      <p>— Ну! Мы ведь с тобой не китайцы! Мы белые. Какому китайцу придет на ум носиться на лошади сломя голову ради своего удовольствия? Ты когда-нибудь видела, чтобы китаец проплывал через полосу прибоя в Кармеле? Или занимался боксом, борьбой, бегом, прыжками исключительно из любви к спорту? Ты когда-нибудь видела, чтобы китаец, взяв ружье, отмахал шесть миль и вернулся домой веселый и довольный с каким-нибудь тощим зайцем? Ведь что китаец делает? Работает до потери сознания. Ничего другого знать не хочет. Да к чертям всякую работу, если жить только ради этого! Я достаточно наработался в своей жизни и умею работать не хуже любого из них. Но какой в этом прок? С тех пор как мы с тобой странствуем, Саксон, я твердо понял одно: работа — далеко еще не все в жизни! Черт! Да если бы вся жизнь состояла только в работе, так нужно бы поскорее перерезать себе глотку, и прощайте. А я хочу, чтобы у меня был и дробовик, и ружье, и хорошая верховая лошадь, и я не желаю так изматываться, чтобы не иметь сил любить свою жену. Зачем это нужно — быть богатым, зарабатывать на картофеле двести сорок тысяч долларов?.. Смотри на Рокфеллера! Он вынужден сидеть на одном молоке. А мне подавай бифштекс и такой желудок, чтобы подошву переваривал! И мне нужна ты, и свободное время, и возможность вместе повеселиться. Зачем жизнь, если в ней нет радости?</p>
      <p>— О Билл! — воскликнула Саксон. — Вот это я все время и чувствовала, только слов не находила, чтобы сказать. Именно это меня и мучило. Я уж решила, что мне, видно, чего-то не хватает и я не гожусь для деревни! Ни разу я не позавидовала этим португальцам в Сан-Леандро, я не хотела быть на их месте, и не хотела быть на месте далматинцев из Пахарской долины, и даже на месте миссис Мортимер. И ты тоже им не завидовал. Нам с тобой нужна лунная долина — не так уж много работы и чтобы можно было веселиться, сколько душа просит. И мы будем искать эту долину, пока не найдем. А если не найдем, так все равно будем жить интересно, как мы живем с самого ухода из Окленда. Знаешь, Билл… мы никогда, никогда не будем работать с тобой до потери сознания, правда?</p>
      <p>— Никогда, — убежденно согласился Билл.</p>
      <p>С вещами за спиной они вошли в Блэк Даймонд. Это была небольшая деревушка, состоявшая из разбросанных лачуг; на главной улице чернела непролазная грязь, еще не просохшая после весеннего дождя. Тротуары казались горбатыми из-за множества неровных ступенек и площадок. Ничто не напоминало Америку. Фамилии над темными грязными лавчонками были явно иностранные, американцу их и не выговорить. Единственную грязную гостиницу содержал грек. И греки сновали всюду — смуглые мужчины в высоких сапогах и беретах, пестро одетые простоволосые женщины, ватаги коренастых, крепких ребятишек. Все они говорили с чуждыми интонациями, перекликались резкими голосами и болтали с присущими жителям Средиземноморского побережья живостью и экспансивностью.</p>
      <p>— Гм! Где же тут Соединенные Штаты? — пробормотал Билл.</p>
      <p>По берегу стояли заводы рыбных и овощных консервов, и работа там кипела; но тщетно путники искали среди рабочих американские лица. Билл утверждал, что только счетоводы и мастера американцы; остальные — сплошь греки, итальянцы и китайцы.</p>
      <p>Придя на пароходную пристань, они увидели, как подплывают ярко раскрашенные греческие лодки и, выгрузив груду сверкающего лосося, отходят от берега. Нью-Иоркский канал, — как называлась тинистая речка, на которой стояла пристань, — поворачивал на запад и на север, а затем терялся в общем русле двух слившихся рек — Сакраменто и Сан-Хоакин.</p>
      <p>За пароходной пристанью тянулся ряд рыбачьих пристаней, а дальше шли мостки для сушки сетей; и здесь, вдали от шума и гама чужеземного поселка, Саксон и Билл сняли с плеч свою поклажу и расположились отдыхать. Высокий шуршащий камыш рос прямо из глубокой воды, у самых свай полусгнившей пристани. Против поселка лежал длинный плоский остров, и на фоне неба выступала зубчатая линия тополей.</p>
      <p>— Совсем как на той голландской картине с ветряной мельницей, которая висит у Марка Холла, — заметила Саксон.</p>
      <p>Билл показал рукой на устье речки и на белевшую за широкой водной поверхностью группу крошечных домиков, позади которых, подобно мерцающему миражу, развертывалась низкая гряда Монтезумских холмов.</p>
      <p>— Вон те домики — это Коллинсвилл, — сказал он. — Сакраменто протекает мимо Коллинсвилла, оттуда можно подняться до Рио-Виста, Айлтона и Уолнот-Грова, да и вообще попасть во все те места, о которых нам рассказывал мистер Ганстон. Сакраменто отделен от Сан-Хоакина целой вереницей островов и узких рукавов.</p>
      <p>— Хорошо на солнышке, — зевнула Саксон. — И как здесь тихо, хотя мы так близко от этих чудных иностранцев. Подумать только! В городах люди сейчас избивают и убивают друг друга из-за работы…</p>
      <p>Время от времени вдали проносился пассажирский поезд, и на его грохот отзывались эхом отроги Чертовой горы, вздымавшей к небу свою грузную, покрытую лесом, раздвоенную вершину. И опять воцарилась сонная тишина, которую лишь изредка нарушал далекий возглас на чужом языке или постукивание моторного рыбачьего катера, медленно входившего в устье реки.</p>
      <p>Шагах в ста от них, у самых тростников, стояла на якоре нарядная белая яхта. Несмотря на небольшие размеры, она казалась поместительной и удобной. Из трубы печурки поднимался дым. На корме было выведено золотыми буквами название яхты — «Скиталец». На рубке, греясь в лучах солнца, лежали женщина в розовом шарфе и мужчина. Мужчина читал вслух, женщина шила. Рядом с ними растянулся фокстерьер.</p>
      <p>— Да, им не нужно торчать в городах, чтобы быть счастливыми, — заметил Билл.</p>
      <p>Из каюты на палубу вышел японец, сел на носу и принялся ощипывать курицу. Перья уплывали длинной вереницей к устью реки.</p>
      <p>— Посмотри, Билл! Он ловит рыбу! Он привязал лесу к пальцу ноги! — удивленно воскликнула Саксон.</p>
      <p>Мужчина отложил книгу и взялся за лесу, женщина подняла глаза, терьер залаял. Рыболов, перебирая руками, стал вытягивать лесу, и на крючке оказалась крупная рыба. Когда рыба была снята с крючка и леса с новой приманкой закинута в воду, мужчина снова обмотал ее вокруг пальца ноги и снова взялся за книгу.</p>
      <p>С берега на мостки сошел другой японец, остановился рядом с Саксон и Биллом и окликнул людей на яхте. Он нес свертки с мясом и овощами; один карман его был набит письмами, другой — газетами. В ответ на его зов сидевший на носу японец встал, продолжая держать в руках полуощипанную курицу. Лежавший на крыше каюты человек сказал ему что-то, отложил книгу и, вскочив в привязанный к корме белый ялик, принялся грести к берегу. Подведя лодку к мосткам, он сложил весла, взялся за причал и приветливо поздоровался с Биллом и Саксон.</p>
      <p>— О, я ведь вас знаю! — к немалому изумлению Билла воскликнула Саксон. — Вы…</p>
      <p>Но тут она смутилась и смолкла.</p>
      <p>— Что же вы? Продолжайте, — еще приветливее улыбнулся незнакомец.</p>
      <p>— Вы — Джон Хастингс, я уверена. Я видела вашу фотографию в газетах, когда вы были корреспондентом во время русско-японской войны. Вы написали очень много книг, хотя я ни одной из них не читала.</p>
      <p>— И хорошо сделали, — отозвался он. — А как вас зовут?</p>
      <p>Саксон назвала себя и представила Билла; заметив, что писатель смотрит на их поклажу, она вкратце описала все их странствие. Ферма в лунной долине, видимо, пленила его воображение, и хотя японец со всеми пакетами уже благополучно сидел в ялике, Хастингс все еще медлил. Когда Саксон упомянула Кармел, то оказалось, что он знает всю компанию Холла, а услышав, что они собираются в Рио-Виста, немедленно пригласил их на яхту.</p>
      <p>— Да ведь мы сами туда едем; мы отойдем через час, как только кончится отлив! — воскликнул он. — Вот и отлично! Едемте! Если будет хоть малейший ветерок, мы попадем туда к четырем. Садитесь в ялик. Моя жена там, на яхте; миссис Холл одна из ее самых близких подруг. Мы ездили в Южную Америку и только сейчас возвращаемся, а то бы мы встретились в Кармеле. Холл писал нам о вас обоих.</p>
      <p>Итак, Саксон второй раз в жизни очутилась в ялике, а «Скиталец» был первой яхтой, на которую она вступила. Жена писателя, — он звал ее Клара, — сердечно встретила их; Саксон влюбилась в нее с первого взгляда, и эта влюбленность оказалась взаимной. Между обеими молодыми женщинами было такое поразительное сходство, что Хастингс сразу же обратил на него внимание. Он поставил их рядом и принялся сравнивать их глаза, рот, уши, внимательно разглядывал руки, волосы и щиколотки, уверяя, что рухнула его самая заветная мечта, — он всегда считал, что природа, сотворив Клару, разбила форму, в которой она была отлита.</p>
      <p>Клара высказала предположение, что природа отлила их обеих в одной и той же форме, и они принялись рассказывать друг другу свои биографии. Обе происходили от первых пионеров. Мать Клары, так же как и мать Саксон, ехала на волах через прерии и зимовала в Солт-Лейк-сити. Вместе со своими сестрами она открыла в этой твердыне мормонов первую школу для благородных девиц. И если отец Саксон участвовал в восстании на Сономе, то в той лее Сономе отец Клары в Гражданскую войну навербовал отряд и дошел с ним до Солт-Лейк-сити, а когда вспыхнуло восстание мормонов, был назначен начальником военной полиции. В довершение всего Клара принесла из каюты свое укулеле из дерева коа — это был близнец укулеле Саксон, — они вдвоем спели «Сорванец из Гонолулу».</p>
      <p>Хастингс решил пообедать до того, как они снимутся с якоря, — он, по-старомодному, называл дневную трапезу обедом. Когда Саксон спустилась в крошечную каюту, царивший в ней комфорт восхитил ее. Билл только-только мог стоять здесь во весь рост. Каюту делила пополам перегородка, и к ней на петлях был приделан стол, за который они и уселись. Низкие койки, обитые веселенькой зеленой материей, тянулись во всю длину каюты и днем служили для сиденья. В потолок были вбиты крючки, на них висела занавеска, — на ночь она задергивалась и часть каюты превращалась в спальню миссис Хастингс. На другой стороне спали японцы, а на носу, под палубой, находился камбуз. Он был так тесен, что кок едва в нем помещался, да и то вынужден был готовить сидя на корточках. Второй японец, тот, который доставил на борт покупки, прислуживал за столом.</p>
      <p>— И вот они ходят и ищут ферму в лунной долине, — объяснил Хастингс жене, заканчивая рассказ о странствиях своих гостей.</p>
      <p>— О! Неужели вы не знаете… — воскликнула она, но муж не дал ей продолжать.</p>
      <p>— Тсс! — повелительно прервал он ее, затем обратился к гостям. — Слушайте. В истории насчет лунной долины кое-что есть, но пока еще это тайна! У нас имеется ранчо в долине Сономы, милях в восьми от города Сономы, где когда-то сражались ваши отцы, Саксон и Клара; и если вы зайдете к нам на ранчо, вы узнаете эту тайну. Поверьте мне, она тесно связана с вашей лунной долиной… Разве не правда, дружок?</p>
      <p>Так они с Кларой называли друг друга.</p>
      <p>Она улыбнулась, потом рассмеялась и кивнула головой.</p>
      <p>— Может быть, наша долина и окажется той самой, которую вы ищете,</p>
      <p>— заметила она.</p>
      <p>Но Хастингс укоризненно покачал головой, чтобы удержать ее от дальнейших объяснений. Она обратилась к фокстерьеру — пусть служит, если хочет получить кусочек мяса.</p>
      <p>— Собаку зовут Пегги, — рассказала она Саксон. — Когда мы жили в Океании, у нас было два ирландских терьера, брат и сестра, но они околели. Мы звали их Пегги и Поссум. Эту собаку назвали Пегги в честь той.</p>
      <p>Билл поражался, как несложно управлять яхтой и как она послушна. Пока они не спеша обедали, оба японца, по приказанию Хастингса, поднялись на палубу. Билл слышал, как они отпустили фалы, ослабили сезни и крохотным воротом подняли якорь. Через несколько минут один из японцев крикнул вниз, что все готово, и хозяева с гостями вышли на палубу. Поднять паруса и тали было делом нескольких мгновений. Потом кок и слуга занялись якорем, и пока один закреплял его, другой поднял кливер. Хастингс, стоя у штурвала, поправил шкот. «Скиталец» слегка накренился, паруса его надулись, он легко и плавно скользнул по водной глади и понесся к устью реки. Японцы свернули фалы и пошли обедать.</p>
      <p>— Прилив только начинается, — заметил Хастингс, указывая на полосатый буй около берега: буй слегка покачивался.</p>
      <p>Беленькие домики Коллинсвилла, к которым они направлялись, исчезли за низким островом, но длинная спокойная гряда Монтезумских холмов дремала на горизонте в такой же недостижимой дали.</p>
      <p>Когда «Скиталец» прошел мимо устья Монтезумы и вошел в Сакраменто, они оказались возле самого Коллинсвилла. Саксон захлопала в ладоши.</p>
      <p>— Совсем как игрушечные домики, вырезанные из картона, — воскликнула она. — А эти холмистые склоны за ними точно нарисованы!</p>
      <p>Они плыли мимо барок и пловучих домиков, причаленных среди камышей и служивших жильем для целых семейств; женщины, дети, мужчины были смуглые и темноглазые, видимо тоже иностранцы. Когда яхта поднималась вверх по течению, навстречу ей попадались землечерпалки; их ковши словно кусали дно реки и выбрасывали песок на громадные, тянущиеся вдоль берега дамбы. На откосы этих дамб длиною в сотни ярдов были наложены огромные щиты из ивовых прутьев; эти щиты закреплялись стальными тросами и тысячами кубометров бетона.</p>
      <p>— Ивовые ветви очень скоро пускают корни, — пояснил Хастингс, — и к тому времени, когда щиты сгниют, корни деревьев будут удерживать песок и не дадут насыпи оползать.</p>
      <p>— Это стоит, наверно, чертовых денег, — заметил Билл.</p>
      <p>— Но расходы окупаются, — пояснил Хастингс. — Здешняя почва — самая плодородная в мире. Эта часть Калифорнии напоминает Голландию. Вы не поверите, но уровень воды, по которой мы плывем, выше уровня островов. Эти острова — вроде судов, давших течь; их постоянно приходится конопатить, чинить, выкачивать воду днем и ночью, беспрерывно. И все-таки это окупается. Да, окупается.</p>
      <p>Кроме землечерпалок, наваленного горами песка, густой ивовой поросли и Чертвой горы на юге, ничего не было видно. Иногда проходил катер, между деревьями летали голубые цапли.</p>
      <p>— Тут, верно, очень пустынное место, — заметила Саксон.</p>
      <p>Хастингс рассмеялся и сказал, что она потом изменит свое мнение. Он хорошо знал все это поречье и вскоре заговорил о том, как здесь ведется хозяйство на арендованных участках. Саксон натолкнула его на эту тему своими разговорами о земельном голоде англосаксов.</p>
      <p>— Дикие кабаны, — отрезал он, — вот какими мы себя показали в своей собственной стране! Один из местных стариков заявил профессору, работавшему на опытной агротехнической станции: «Нечего меня учить сельскому хозяйству. Я знаю его как свои пять пальцев. Недаром я за свой век на трех фермах землю истощил!» Именно такие люди и привели в упадок Новую Англию. Там огромные участки опять превращаются в пустыню. В одном штате развелось столько оленей, что они стали бичом для жителей. Вы найдете там десятки тысяч покинутых ферм. Я как-то просматривал списки в штатах Нью-Йорк, Нью-Джерсей, Массачусетс и Коннектикут — все они продаются на самых льготных условиях. Деньги, которые за них просят, не покрыли бы даже затрат, а земля идет просто так, впридачу.</p>
      <p>— То же расхищение и истощение земли так или иначе продолжается и в остальных частях страны — в Техасе, Миссури, Канзасе и здесь, в Калифорнии. Возьмите фермы, сданные в аренду: в моем округе я знаю ранчо, где земля стоила когда-то сто двадцать пять долларов за акр и доходы с этой земли соответствовали цене. Когда старик хозяин умер, сын сдал ферму арендатору-португальцу, а сам укатил в город. За пять лет португалец снял сливки и выжал из земли все соки. При следующем арендаторе, взявшем землю на три года, она давала только одну четверть тех доходов, которые получал первый арендатор. Третьего португальца, охотника арендовать эту землю, не нашлось — там уже ничего не осталось. Когда старик умер, ферма стоила пятьдесят тысяч долларов. А сын в конце концов с большим трудом продал ее за одиннадцать. Да что говорить, я сам видел участки, приносившие вначале двенадцать процентов дохода, а после пятилетнего хозяйничанья арендаторов они давали всего один с четвертью процента.</p>
      <p>— Ив нашей долине то же самое, — подхватила миссис Хастингс. — Все старые ранчо приходят в упадок. Помнишь ферму Эбела, дружок? — обратилась она к мужу; он выразительно кивнул, и она продолжала: — Когда мы там гостили, это была образцовая ферма, просто рай: плотины и озера, сочные луга, отличные покосы, холмы, покрытые виноградниками, сотни акров превосходных пастбищ, прелестные дубовые и сосновые рощи, каменная винодельня, каменные амбары, при доме сад, — словом, об этой ферме можно рассказывать часами. Когда миссис Эбел умерла, семья разъехалась кто куда, и ферму стали сдавать в аренду. Теперь все разорено; деревья срублены и проданы на топливо. Возделывается лишь небольшая часть виноградника — ровно столько, сколько нужно арендатору итальянцу для собственных нужд. На остатках земли он завел жалкую молочную ферму. В прошлом году я проезжала мимо — и расплакалась. Прекрасный фруктовый сад в ужасном виде, цветники заросли и одичали… А что они сделали с амбарами! Им было лень прочищать желоба — дождевая вода просачивалась внутрь, все балки прогнили, и в конце концов крыши провалились. Часть винодельни тоже рухнула, уцелевшую половину обратили в коровник. А дом! Словами не передашь, как он выглядит…</p>
      <p>— Это стало прямо профессией, — продолжал Хастингс. — Таких арендаторов называют «перекати-поле». Они берут в аренду участок, за несколько лет выжимают из него все, а затем переходят на другой. Они действуют совсем иначе, чем китайцы, японцы и другие иностранцы. В большинстве случаев это просто ленивые, равнодушные лодыри. Такой тип делает одно: истощит почву — и пошел дальше, истощит — и пошел. А возьмите приезжих португальцев и итальянцев, как они относятся к земле? Совсем другие люди! Они приезжают к нам без гроша в кармане и работают на своих земляков до тех пор, пока не научатся языку и не освоятся. Они не «перекати-поле». Они мечтают о собственной земле, которую будут любить, холить и беречь. Но вопрос в том, как получить эту землю? Откладывать заработок? Это слишком долго. Есть более быстрый способ: они берут участок в аренду. За три года можно выжать достаточно из чужой земли, чтобы обосноваться на собственной. Это величайшее кощунство, настоящее ограбление земли! Но кому до этого дело? Так уж повелось в Соединенных Штатах.</p>
      <p>Он вдруг обернулся к Биллу:</p>
      <p>— Послушайте, Роберте. Вы с женой ищете себе хороший участок, он вам до смерти нужен. Хотите знать мой совет? Безжалостный, жестокий совет: станьте арендатором. Арендуйте какую-нибудь ферму, где старые хозяева умерли, а молодые не желают жить в деревне, выжмите из нее все до последнего доллара, ничего не ремонтируйте — и через три года у вас будут деньги, чтобы купить собственную ферму. Тогда откройте новую страницу вашей жизни. Любите вашу землю, питайте ее хорошенько. Каждый доллар, который вы в нее вложите, она вернет вам сторицей. И не держите на своей ферме никакой дряни. Пусть лошади, коровы, свиньи, куры или там ягоды — пусть все будет у вас самый первый сорт.</p>
      <p>— Но это же гадко! — вырвалось у Саксон. — Это гадкий совет!</p>
      <p>— Что ж, мы живем в такое гадкое время, — продолжал Хастингс, угрюмо усмехаясь. — Повальное истощение земли — это — в наши дни — национальное преступление Соединенных Штатов. Я бы не дал вашему мужу такого совета, но я совершенно уверен, что, если он откажется истощать землю, это сделает за него какой-нибудь португалец или итальянец. Достаточно им приехать и устроиться, как они тут же выписывают всех своих сестер, двоюродных братьев, теток. Ну, а если бы вас мучила жажда и возле вас горел бы винный склад с запасами вина и превосходное рейнское вино лилось бы на землю — разве вы не протянули бы руку, чтобы зачерпнуть и выпить хоть глоток? Ну вот — наш национальный склад горит со всех концов, и бесконечно много всякого добра пропадает зря. Берите, хватайте! Не то все расхватают иностранцы.</p>
      <p>— О, вы не знаете моего мужа, — поспешила вмешаться миссис Хастингс. — Он отдает все свое время заботам о нашем ранчо. Там больше тысячи акров леса, и он ходит за ним и постоянно очищает его, прямо как хирург, не даст срубить ни одного деревца без разрешения, он даже подсадил сто тысяч деревьев; вечно возится с осушением участка и рытьем канав, чтобы остановить эрозию почвы, и делает опыты с кормовыми травами. То и дело покупает он соседние истощенные фермы и принимается восстанавливать силы земли.</p>
      <p>— Поэтому я знаю, о чем говорю, — прервал ее Хастингс. — И повторяю мой совет. Я люблю землю, но если я завтра окажусь на улице, то, при данных обстоятельствах, готов загубить пятьсот акров, чтобы приобрести двадцать пять. Когда вы будете в долине Сономы, загляните ко мне, и я познакомлю вас с положением вещей: вы увидите обе стороны медали. Я покажу вам и восстановление и разрушение. И если вам попадется участок, обреченный на гибель, хватайте его и спешите выжать из него все соки.</p>
      <p>— Да, а кто по уши влез в долги, чтобы вырвать пятьсот акров леса из рук угольщиков? — засмеялась миссис Хастингс.</p>
      <p>Впереди, на левом берегу Сакраменто, где таяла вдали гряда Монтезумских холмов, показался городок Рио-Виста. «Скиталец», легко скользя по спокойным водам реки, шел мимо верфей, пристаней, мостов и товарных складов. Оба японца вышли на палубу и стали на носу. По команде Хастингса кливер был спущен, и «Скиталец» пошел по ветру, пока Хастингс не крикнул: «Отдать якорь!» Якорь погрузился в воду, и яхта так близко подошла к берегу, что ялик оказался под ивами.</p>
      <p>— Немного выше по течению мы пристаем прямо к берегу, — сказала миссис Хастингс, — и когда утром просыпаешься, видишь прежде всего ветви деревьев, которые тянутся в окна каюты.</p>
      <p>— О! — пробормотала Саксон, показывая руку, на которой появилась маленькая опухоль. — Поглядите, москиты!</p>
      <p>— Рановато для них, — заметил Хастингс. — Но позже они будут просто отравлять существование. Однажды их было в воздухе столько, что я не мог расправить кливер.</p>
      <p>Саксон была слишком несведуща в морском деле, чтобы оценить гиперболу, но Билл понял и ухмыльнулся.</p>
      <p>— В лунной долине не бывает москитов, — сказала она.</p>
      <p>— Никогда, — подтвердила миссис Хастингс, а ее муж принялся сетовать на размеры каюты, не позволявшие ему предложить гостям удобный ночлег на яхте.</p>
      <p>По насыпи мчался автомобиль, и сидевшие в нем юноши и девушки приветствовали Саксон, Билла и Хастингса криками: «Эй, ребята!» Хастингс, который, сидя на веслах, вез их на берег в своем ялике, ответил таким же: «Эй, ребята!» И Саксон, любуясь выражением его загорелого лица, полного мальчишеского задора, вспоминала мальчишеские проказы Марка Холла и всей кармелской компании.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Лава двенадцатая</p>
      </title>
      <p>Перебравшись на каком-то допотопном пароме через Сакраменто несколько выше Рио-Виста, Саксон и Билл оказались в поречье. И то, что они увидели с верхней части дамбы, поразило их. Внизу, значительно ниже уровня реки, насколько хватал глаз, расстилалась равнина. По всем направлениям бежали дороги, и всюду были разбросаны бесчисленные фермы, о существовании которых Саксон и не подозревала, когда они проплывали по пустынной реке, за полосой ивовых зарослей, на расстоянии всего нескольких футов от берега.</p>
      <p>Три недели они провели, странствуя по этим плодородным островам. Жители дни и ночи возводили плотины и выкачивали воду, чтобы их не затопило. Земля здесь была повсюду богатейшая, но пейзаж однообразен. Это однообразие нарушала только Чертова гора, — она была видна отовсюду, и ее зубчатая вершина то дремала в лучах полуденного солнца, то четко вырисовывалась на закатном небе, то возникала, как видение, в серебристой полумгле рассвета. Иногда пешком, чаще на моторках, они исходили и изъездили поречье во всех направлениях, вплоть до торфяных земель на Миддл-ривер, спускались по Сан-Хоакину до Антиоха и поднимались по Джорджиане до Уолнот-Гров на реке Сакраменто. Им казалось, что они попали в чужую страну. На полях работали тысячи людей, но Саксон и Билл знали, что можно пройти весь день и не встретить ни одного человека, который бы говорил по-английски. Иногда им попадались целые деревни, где жили только китайцы или японцы, итальянцы, португальцы, швейцарцы, индусы, корейцы, норвежцы, датчане, французы, армяне, словаки — любая национальность, но не американцы. Одного американца они встретили на нижнем плессе Джорджианы, где он кое-как перебивался, ловя рыбу запрещенными способами. Другой американец, метавший гром и молнию при любом разговоре о политике, был странствующим пчеловодом.</p>
      <p>В кишевшем людьми Уолнот-Грове американцами оказались только лавочник, кабатчик, мясник, смотритель на подъемном мосту да паромщик. А между тем Уолнот-Гров состоял из двух процветающих городов — китайского и японского. Почти вся земля здесь принадлежала американцам, но они жили далеко отсюда и то и дело продавали отдельные участки иностранцам.</p>
      <p>Когда Саксон и Билл сели на пароход «Апаш», который шел в Сакраменто, в японском городе происходило что-то необычайное, но был ли то бунт, или мирное празднество — они так и не поняли.</p>
      <p>— Нас уже выставили за дверь, и мы сидим на крылечке, — возмущался Билл, — а скоро нас и отсюда выпрут.</p>
      <p>— В лунной долине не будет никаких крылечек, — утешала его Саксон.</p>
      <p>Но он не поддался утешениям и с горечью продолжал:</p>
      <p>— А ведь ни один из этих окаянных чужаков не справится, как я с четверкой! — И добавил: — Но земледельцы они природные.</p>
      <p>А Саксон, глядя на его помрачневшее лицо, вдруг вспомнила виденную ею в детстве литографию: индеец из прерий, с татуировкой и перьями, верхом на лошади, изумленно смотрит, как по только что проложенным рельсам несется поезд. Этот индеец растерялся перед волной новой жизни, принесшей с собой железную дорогу. И Саксон задумалась: неужели Билл и люди его склада тоже обречены отступить перед потоком невероятно деятельной и трудолюбивой новой жизни, которую здесь ведут люди, хлынувшие из Азии и Европы?</p>
      <p>В Сакраменто они пробыли две недели. Билл нашел себе работу у одного извозопромышленника и получил достаточно денег, чтобы продолжать путешествие. Они привыкли к морю и в Окленде и в Кармеле, и жить вдали от него им было трудно. В Сакраменто слишком жарко, решили они, и двинулись вдоль железной дороги на запад, миновали область болот и добрались до Дэйвисвилла. Здесь они отклонились к северу от намеченного пути — их привлек прелестный Вудленд. Билл нанялся возить фрукты для одной большой фермы, а Саксон, с трудом добившись от него разрешения, проработала несколько дней на сборе фруктов. Она с важным и таинственным видом отказалась сообщить, что намерена сделать с заработанными деньгами, и Билл поддразнивал ее до тех пор, пока не забыл об этом. Умолчала она также о денежном переводе и синенькой квитанции, вложенных ею в письмо к Бэду Стродзерсу.</p>
      <p>Жара начала донимать их. Билл заметил, что прохладные ночи, видно, остались позади.</p>
      <p>— И тут нет моих любимых секвой, — отозвалась Саксон. — Надо идти на запад, к морю. Там мы найдем лунную долину.</p>
      <p>Из Вудленда они проселочными дорогами двинулись на юго-запад, к фруктовому раю — Вэкевиллу. Здесь Билл стал работать по сбору фруктов и их перевозке; и здесь Саксон получила письмо и маленькую посылку от Бэда Стродзерса. Когда Билл в этот день вернулся с работы, она попросила его закрыть глаза и минутку постоять на месте. Несколько мгновений она с чем-то возилась, потом прикрепила что-то к его рабочей куртке. Он даже почувствовал легкий укол, словно от булавки, и заворчал, но она рассмеялась, — нет, нет, глаза еще нельзя открывать.</p>
      <p>— Целуй меня и смотри вниз, — пропела она, — я покажу тебе сюрприз.</p>
      <p>Она поцеловала его, а он посмотрел на свою грудь и увидел приколотые к куртке золотые медали, заложенные им в тот день, когда они были в кинематографе и в них проснулось желание вернуться к земле.</p>
      <p>— Ах ты плутовка! — воскликнул он, привлекая ее к себе. — Так вот куда ты всадила те деньги! А я и не подозревал!.. Ну-ка, поди сюда!</p>
      <p>Тут ей пришлось подчиниться милой ее сердцу силе его мышц, и она шутя отбивалась и боролась с ним до тех пор, пока кофе не убежало, и ей пришлось спасать драгоценный напиток.</p>
      <p>— Я, по правде сказать, всегда ими чуть-чуть гордился, — признался он, свертывая после ужина папиросу. — Они напоминают мне время, когда я был совсем молодым парнишкой и отчаянно увлекался боксом. Я был в те времена мальчик что надо, можешь мне поверить… Но знаешь, Саксон, они у меня из памяти вылетели. Ведь нас отделяют от Окленда десять тысяч миль и тысяча лет!</p>
      <p>— Тогда вот это вновь вернет тебя в Окленд, — сказала Саксон и, развернув письмо Стродзерса, прочла его вслух.</p>
      <p>Бэд был, видимо, уверен, что Билл знает об исходе забастовки; поэтому он ограничился подробностями, перечислил имена тех товарищей, которые приняты обратно на работу, и тех, кто попал в черные списки. К его удивлению, оказалось, что он сам принят обратно, и теперь ему дали упряжку Билла. Еще удивительнее другая новость, которую он должен сообщить Биллу: прежний старший кучер умер, а его преемники — и первый и второй — ничего не смыслят в лошадях и наделали черт знает что. Словом, хозяин говорил сегодня с Бэдом и выразил сожаление, что Билл исчез.</p>
      <p>«И не воображай, пожалуйста, будто он ничего не знает, — писал Бэд. — Ему известны все твои похождения. Я уверен, что он знает даже имена всех штрейкбрехеров, которых ты изувечил. И все-таки он мне так прямо и заявил: „Стродзерс, говорит, если вам неудобно дать мне его адрес, напишите ему сами и скажите, пусть вернется ко мне. Я ему дам сто двадцать пять долларов в месяц, лишь бы взял на себя конюшни“.</p>
      <p>Кончив чтение и всеми силами стараясь скрыть тревогу, Саксон ждала, что скажет Билл. Он лежал, растянувшись, на траве, опираясь на локоть, и задумчиво выпускал колечки дыма. Его дешевая рабочая куртка, на которой были как-то не к месту блестящие, освещенные пламенем костра золотые медали, была расстегнута, открывая гладкую кожу и великолепную мускулатуру груди. Вдруг, под влиянием какой-то мысли, Билл окинул взглядом одеяла, которые в данную минуту были развешаны кругом костра и исполняли роль ширм, закопченный, измятый кофейник, топорик, до половины всаженный в пень, и, наконец, Саксон… В его глазах засветилась ласка, потом появилось какое-то вопросительное выражение. Но Саксон молчала.</p>
      <p>— Что ж, — наконец, проговорил он. — Тебе придется написать Стродзерсу одно, — пусть и не напоминает мне об этом мерзком типе. И раз уде ты напишешь, я пошлю ему немного денег, надо выкупить мои часы. Подсчитай-ка, сколько там выйдет с процентами. А пальто — черт с ним, пускай пропадает!</p>
      <p>Зной континентального климата они переносили с трудом. И мозг и тело стали какими-то вялыми. Оба потеряли в весе. Как выражался Билл, «от них осталась половина». Поэтому, взвалив на плечи свои пожитки, они пустились в путь на запад, через пустынные горы. В долине Бериессы от мерцающих струй раскаленного воздуха у них заболели глаза и голова. Они шли теперь только в ранние утренние часы и вечером, но все-таки продолжали путь на запад и, перевалив через несколько горных кряжей, очутились в прелестной долине Напа. За нею лежала долина Сономы, — там находилось ранчо Хастингса, который приглашал их к себе в гости. Они бы и посетили его, если бы Билл не прочел случайно в газете об отъезде писателя в Мексику, где в это время вспыхнула очередная революция.</p>
      <p>— Ну, увидимся с ним позднее, — сказал Билл, и они свернули на северо-запад, через покрытую виноградниками и фруктовыми садами долину Напа. — Мы с тобою вроде того миллионера, про которого пел Берт, только мы прожигаем не деньги, а время. Все направления для нас одинаково хороши, но лучше всего идти на запад.</p>
      <p>В долине Напа Билл три раза отказывался от работы. Когда Санта-Элена осталась позади, Саксон с радостью приветствовала своих любимцев: да, перед нею, наконец, были секвой: они росли по склонам узких каньонов, прорезавших обращенный к долине западный склон горного кряжа. В Калистоге, где железная дорога кончалась, они увидели дилижансы, запряженные шестеркой лошадей и ходившие в Миддлтаун и Лоуэр-Лэйк. Путники обсудили дальнейший маршрут. Дорога вела к области озер, а не к морю, поэтому Билл и Саксон двинулись через горы на запад, к долине Рашн-ривер, и вышли у Хилдсберга. Здесь поля на плодородных землях были засажены хмелем, но Билл не пожелал собирать хмель рядом с индейцами, японцами и китайцами.</p>
      <p>— Я бы и часу не проработал с ними. Непременно дал бы им по башке,</p>
      <p>— объяснил он Саксон. — А потом — эта Рашн-ривер отличная река. Давай сделаем здесь привал и поплаваем.</p>
      <p>Они не спеша двигались к северу по широкой цветущей долине; им было здесь так хорошо, что они совсем забыли о необходимости работать, а лунная долина казалась им далекой золотой грезой, которая непременно когда-нибудь да осуществится. В Кловердэйле Биллу повезло. Вследствие болезней и ряда случайностей в городских конюшнях не хватало кучера. Поезд ежедневно выбрасывал толпы туристов, желавших посмотреть гейзеры, и Билл, словно всю жизнь только это и делал, взялся править шестеркой и возил в горы набитые пассажирами дилижансы точно, по расписанию. Когда он поехал во второй раз, то рядом с ним на высоких козлах уселась и Саксон. Через две недели вернулся прежний кучер. Биллу предложили постоянное место, но он отказался, забрал свое жалованье, и они пустились дальше, на север.</p>
      <p>Саксон где-то подобрала щенка-фокстерьера и назвала его Поссум — в честь собаки, о которой рассказывала ей миссис Хастингс. Он был так мал, что у него скоро разболелись лапки, и Саксон пришлось нести его на руках. Наконец, Билл взял у нее щенка и посадил его на тюк, который нес на спине, но тут же стал ворчать, что Поссум сжевал ему все волосы на затылке.</p>
      <p>Они прошли через живописные виноградники Асти, когда сбор винограда уже кончался, и вошли в город Юкайа под первым зимним ливнем, промочившим их насквозь.</p>
      <p>— Послушай, Саксон, — сказал Билл. — Помнишь, как легко «Скиталец» скользил по воде? Вот так прошло и лето — словно пронеслось. А теперь нам пора подумать о том, где мы будем зимовать. Кажется, Юкайа очень уютный городишко. Давай снимем на ночь комнату и хорошенько обсушимся. А завтра я потолкаюсь в конюшнях, и если найду что-нибудь подходящее, мы снимем себе хибарку; и у нас будет вся зима, чтобы решать, куда нам двинуться дальше.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава тринадцатая</p>
      </title>
      <p>Зима прошла далеко не так интересно и весело, как в Кармеле; и хотя Саксон и раньше высоко ставила кармелскую колонию, теперь эти люди стали ей еще милее и дороже. В Юкайе они завели только шапочные знакомства. Здешние жители напоминали рабочее население Окленда, а те, кто побогаче, держались отдельно от прочих и разъезжали на автомобилях. Тут не было ничего, напоминающего артистическую колонию, где все относились друг к другу как товарищи, независимо от того, были у человека деньги или нет.</p>
      <p>И все-таки зима в Юкайе прошла приятнее, чем все зимы в Окленде. Биллу не удалось получить постоянную работу, но они кое-как перебивались, зато много бывали вместе и жили в своем крохотном домике без забот и тревог. Будучи запасным кучером в самой большой конюшне города, Билл имел столько досуга, что занялся поставкой лошадей. Дело это было неверное, и он не раз попадал впросак, однако у них всегда бывал бифштекс и кофе, да и в одежде они себе не отказывали.</p>
      <p>— Проклятые фермеры, они всякого надуют, — сказал Билл, усмехаясь, когда его особенно ловко обманули. — Вот сукины дети, они своего не упустят!.. Летом сдают дачи, а зимой наживаются на торговле лошадьми, и при этом обжуливают друг друга. И должен сказать тебе, Саксон, я многому у них научился. Мне теперь пальца в рот не клади. Уж я на их удочку не попадусь. Вот и еще одно ремесло у твоего благоверного. Теперь я везде заработаю на жизнь поставкой лошадок.</p>
      <p>Билл не раз брал с собой Саксон, если надо было проезжать верховых лошадей. А его торговые дела заставили их побывать во многих окрестных селениях. Саксон сопровождала мужа и тогда, когда он ездил продавать лошадей по чьему-либо поручению. И вот у обоих, независимо друг от друга, появилась новая мысль относительно их дальнейших странствий. Билл первый высказал ее:</p>
      <p>— Я тут на днях был в городе и наткнулся на замечательную штуку, — начал он. — Теперь я только о ней и думаю. Ты и не старайся — все равно не угадаешь. Я тебе сам скажу, что: самый чудесный фургон, какой только можно себе представить. Первый сорт! И прочный! Он сделан на заказ в Пюджет Саунде, и его прочность проверена на всем пути сюда. Выдержит любую нагрузку и любую дорогу. Парень, который его заказал, болел чахоткой. Он странствовал в этом фургоне с доктором и поваром, пока не помер здесь, в Юкайе, два года тому назад. Нет, если бы ты видела этот фургон! Все решительно в нем предусмотрено, у каждой вещи свое место, — ну прямо дом на колесах. Вот если бы нам удалось его купить да еще парочку лошадей впридачу, так мы бы с тобой путешествовали, как короли, и плевали бы на любую погоду.</p>
      <p>— О Билл! Я же всю зиму мечтала как раз о таком фургоне! Это было бы замечательно. И… знаешь ли, я уверена… в дороге ты все-таки забываешь, какая у тебя красивая женушка, да иначе и быть не может… а в фургоне я все-таки могла бы следить за собой.</p>
      <p>Голубые глаза Билла засветились лаской, затуманились теплом, и он спокойно сказал:</p>
      <p>— Я и сам об этом думал.</p>
      <p>— Ты можешь взять с собой и дробовик, и ружье, и рыболовные снасти, и все, что захочешь, — торопливо продолжала она. — И хороший большой топор вместо нашего топорика, на который ты постоянно жалуешься. Да и Поссум может сидеть и отдыхать. И… да разве мы можем купить его? Сколько за него просят?</p>
      <p>— Полтораста долларов, — сказал он, — совсем даром. Они просто хотят от него избавиться. Поверь мне, он обошелся все четыреста, уж я в этом деле собаку съел. Только бы мне удалось обделать это дельце насчет шестерки Кэссуэла, — как раз сегодня я начал переговоры с одним покупателем. Если он их купит, — знаешь, кому он отправит их? Моему бывшему хозяину, прямо в оклендские конюшни. Прошу тебя, напиши ему. По пути мы можем устроить немало выгодных дел. Если старик захочет, я могу постоянно снабжать его лошадьми. Ему только придется меня снабдить деньгами — и немалыми — для оборотов, а он, по всей вероятности, побоится, — ведь ему известно, скольких штрейкбрехеров я обработал.</p>
      <p>— Если он готов доверить тебе конюшни, то, думаю, он не побоится доверить тебе и свои деньги, — возразила Саксон.</p>
      <p>Билл из скромности пожал плечами.</p>
      <p>— Ладно! Как бы там ни было, продав шестерку Кэссуэла, мы отсрочим платежи по счетам за этот месяц и купим фургон.</p>
      <p>— Ну а лошади? — нетерпеливо спросила Саксон.</p>
      <p>— Лошади потом. Возьму постоянную работу месяца на два, на три. Меня смущает одно: придется проторчать — здесь чуть не до середины лета. Ну, да ладно, пойдем в город, я покажу тебе фургон.</p>
      <p>Саксон осмотрела фургон, и он так поразил ее воображение, что она не спала целую ночь, рисуя себе будущие поездки. Лошадей Кэссуэла удалось продать, платежи по счетам отсрочить — и фургон перешел в их собственность. Недели две спустя, в одно дождливое утро, Билл вышел из дому с тем, чтобы поискать лошадей, но почти тут нее вернулся.</p>
      <p>— Едем со мной! — крикнул он Саксон с улицы. — Надевай пальто и выходи. Я хочу тебе кое-что показать.</p>
      <p>Он повез ее на окраину города, в конюшни, где лошади принимались на постой: они прошли на большой крытый двор за конюшнями, и Билл вывел пару крепких кобыл, гнедых в яблоках, со светлыми хвостами и гривами.</p>
      <p>— Ах, какие красавицы! Какие красавицы! — воскликнула Саксон, прижимаясь щекой к бархатной морде одной из них, в то время как другая тыкалась носом в ее щеку, желая, чтобы и ее приласкали.</p>
      <p>— Правда, хороши? — с торжеством воскликнул Билл, водя их по двору перед восхищенной Саксон. — Каждая весит тысячу триста пятьдесят фунтов, но им ни за что не дашь этот вес, так ладно они сложены. Я и сам не верил, пока не поставил их на весы. Они весят вместе две тысячи семьсот семь фунтов. Я испробовал их два дня назад: отличные, здоровые лошадки, работяги; автомобилей не боятся, и все такое… Пари держу, что они дадут сто очков вперед любой упряжке их веса. Скажи, а здорово было бы запрячь их в наш фургон?!</p>
      <p>Саксон сейчас же нарисовала себе эту картину и огорченно покачала головой.</p>
      <p>— За них просят триста долларов наличными, — продолжал Билл. — И это окончательная цена. Владельцу деньги нужны до зарезу. Ему главное</p>
      <p>— скорее бы продать. А за эту пару в городе на аукционе дадут все пятьсот, честное слово! Обе кобылы — родные сестры, одной пять лет, другой — шесть; от премированного бельгийского производителя и лично мне известной племенной матки из тяжеловозов. Так вот — триста долларов, и ждать он согласен три дня.</p>
      <p>Вместо сожаления Саксон почувствовала гнев.</p>
      <p>— Зачем же ты их показал мне? Нам неоткуда взять такие деньги, и ты это прекрасно знаешь. У меня дома всего-навсего шесть долларов, а у тебя и того нет.</p>
      <p>— Ты думаешь, я только за этим и привез тебя сюда? — проговорил он с загадочной улыбкой. — Ну, так ты ошибаешься.</p>
      <p>Он помолчал, облизнул губы и смущенно переступил с ноги на ногу.</p>
      <p>— Так вот, слушай и не перебивай меня, пока я не скажу все. Ладно?</p>
      <p>Она кивнула.</p>
      <p>— Рта не раскроешь? На этот раз она покорно покачала головой.</p>
      <p>— Так вот как обстоит дело, — запинаясь, начал он. — Из Фриско сюда пожаловал один паренек по прозванию «Юный Сэндоу» и «Гордость Телеграф-Хилла». Он боксер в тяжелом весе и должен был в субботу вечером встретиться с Монтаной Редом. Но вчера Монтана Ред во время тренировки сломал себе руку. Устроители скрыли это от публики. Так дело, видишь ли, вот в чем… Билетов продано пропасть, и в субботу у них соберется очень много публики. А в последнюю минуту, чтобы публика не потребовала обратно свои деньги, они выпустят вместо Монтаны меня. Я вроде темной лошадки, — меня никто не знает, даже «Юный Сэндоу»; он пришел на ринг после меня. А я сделаю вид, будто я деревенщина-любитель, и могу выступить хоть под именем «Конь Роберте».</p>
      <p>Нет, подожди, Саксон. Победитель получает чистоганом триста долларов… Да подожди ты, говорю тебе! Это легче легкого — все равно как очистить карманы покойника! Сэндоу классный боксер, ничего не скажешь, я следил за ним по газетам. Но он плохо соображает. Я, правда, копаюсь, это верно, зато у меня котелок хорошо варит и я работаю обеими руками одинаково. Сэндоу в моей власти, я это знаю твердо.</p>
      <p>Теперь решай, слово за тобой. Если ты согласна — кобылки наши. Если нет — так и делу конец, — все в порядке, и я нанимаюсь конюхом в конюшню, чтобы заработать на пару кляч. Но не забудь, это будут клячи. Подумай хорошенько, а на меня тебе глядеть нечего, гляди лучше на лошадей.</p>
      <p>С мучительным чувством нерешительности смотрела Саксон на стоявших перед ней красавиц.</p>
      <p>— Их зовут Хазл и Хатти, — хитро ввернул Билл, — Когда они будут нашими, мы назовем их «Ха-ха».</p>
      <p>Но Саксон забыла о лошадях, она видела перед собой только Билла, избитого и искалеченного, как в тот вечер, после схватки в Окленде с «Грозой Чикаго». Она только что хотела заговорить, но Билл, внимательно следивший за выражением ее лица, остановил ее:</p>
      <p>— А ты только представь себе, что запрягла их в наш фургон, и посмотри, как будет красиво! Не скоро увидишь такой выезд.</p>
      <p>— Но ведь ты не в форме. Билли, — невольно вырвалось у нее.</p>
      <p>— Подумаешь! — фыркнул он. — Я в сущности весь этот год тренировался. У меня ноги — как железные. Они будут держать меня, пока в руках есть сила, а ее мне не занимать стать. И потом — я не буду с ним долго возиться. Сэндоу берет с наскока, а с такими я быстро справляюсь, я его мигом обработаю. Трудно иметь дело с выдержанным, хладнокровным боксером, а об этом «Юном Сэндоу» и говорить нечего: я покончу с ним на третьем или четвертом раунде, как только он на меня бросится. Это легче легкого, Саксон. Даю слово, даже брать деньги стыдно.</p>
      <p>— Но я не могу и подумать о том, что у тебя опять все тело будет избито, — нерешительно возразила она. — Если бы я тебя не любила так сильно, я бы, может быть, согласилась. А вдруг он тебя изувечит?</p>
      <p>Билл рассмеялся в горделивом сознании своей молодости и силы.</p>
      <p>— Ты даже не узнаешь, что я был на ринге, — просто у нас окажутся Хазл и Хатти. И потом, Саксон, мне прямо необходимо время от времени поработать кулаками. Я не могу месяцами вести себя, как ягненок, у меня начинают чесаться суставы, так и хочется ими по чему-нибудь треснуть. Гораздо умнее победить Сэндоу и заработать триста долларов, чем подраться с каким-нибудь деревенским оболтусом да еще попасть под суд. Взгляни-ка еще раз на Хазл и Хатти. Настоящие лошади для сельских работ, и производители хорошие, — они очень пригодятся нам, когда мы попадем в эту лунную долину. И достаточно сильны — хоть сейчас в плуг запрягай!</p>
      <p>Вечером перед матчем Саксон и Билл расстались в четверть девятого. Ровно через час, когда Саксон держала наготове горячую воду, лед и все, что может понадобиться, она услышала стук калитки и шаги Билла на крыльце. Против воли она все-таки согласилась, чтобы он участвовал в матче, и теперь каждую минуту упрекала себя за это. Открывая дверь, Саксон дрожала от страха, что перед ней снова предстанет изувеченный муж. Но этот Билл ничем не отличался от того, с которым она час тому назад простилась.</p>
      <p>— Матч не состоялся? — воскликнула она с таким явным разочарованием, что он засмеялся.</p>
      <p>— Когда я уходил, они все еще орали: «Обман! Обман!» — и требовали обратно свои деньги.</p>
      <p>— Все равно я счастлива, что ты опять дома, — сказала она со смехом, входя с ним в комнату; но тайком она вздохнула, прощаясь с мечтой о Хазл и Хатти.</p>
      <p>— Я тут по пути достал тебе кое-что, я знаю, тебе давно хотелось это иметь, — будто невзначай сказал Билл. — «Закрой глаза и протяни руку; а откроешь глаза — увидишь штуку», — пропел он.</p>
      <p>На ее ладонь легло что-то тяжелое и холодное, и, открыв глаза, она увидела стопку двадцатидолларовых монет.</p>
      <p>— Я говорил тебе, что это так же нетрудно, как ограбить мертвеца,</p>
      <p>— усмехаясь, воскликнул он, стараясь увернуться от толчков, ударов и шлепков, которые посыпались на него. — Никакого боя и не было. Знаешь, сколько времени все продолжалось? Ровно двадцать семь секунд — меньше полминуты. А сколько было нанесено ударов?.. Один! И удар этот был мой… Сейчас я тебе покажу. Чистая умора!</p>
      <p>Билл встал посреди комнаты, слегка согнув колени, прикрывая подбородок левым плечом, выставив вперед кулаки и защищая левый бок и живот локтями.</p>
      <p>— Первый раунд, — начал он. — Ударили в гонг, и мы уже обменялись рукопожатием. Готовимся к продолжительному бою, — мы ведь ни разу не видели друг друга на ринге, поэтому не торопимся, присматриваемся и так — финтим. Проходит семнадцать секунд — ни одного удара. Ничего. И вот тут-то «Юному Сэндоу» сразу приходит конец. Рассказывать долго, а случилось все в один миг, я и сам не ожидал. Мы стояли лицом к лицу. Его левая перчатка была примерно в футе от моего подбородка, а моя перчатка — в футе от его. Он сделал правой рукой финту, — я вижу, что это финта, приподнимаю левое плечо и сам делаю финту правой. Мое движение чуть отвлекает его внимание, и это дает мне преимущество. Мне и на фут не пришлось вытянуть левую, и я ее даже назад не отвел. Я действую рукой прямо с места, просовываю ее под его правую защиту, а сам перегибаюсь туловищем вперед, чтобы ударить всем весом плеча. Ну и удар!.. Вот где он пришелся — сбоку в челюсть. Он так и рухнул! Я возвращаюсь спокойненько в свой угол и, даю слово, Саксон, смеюсь втихомолку, — так это оказалось легко. Судья стоит над ним и считает. А он и не шевельнется. Зрители не знают, что и думать, — сидят, как будто их оглушили. Секунданты тащат его в угол и усаживают на стул; его все время приходится поддерживать. Через пять минут он открывает глаза, но ничего не видит: глаза словно стеклянные. Еще пять минут, и он поднимается. Но сам стоять не может, ноги точно ватные. Секунданты кой-как перетаскивают его через канаты и уводят в уборную. А толпа начинает бесноваться и требует свои деньги обратно. Подумай только: двадцать семь секунд, один удар — и лучшая из жен, какая когда-либо была у Билла Робертса за всю его долгую жизнь, получает пару отличных лошадок!</p>
      <p>В душе Саксон с удесятеренной силой вспыхнуло прежнее восхищение мужеством, силой и красотой Билла. Да, он настоящий герой, достойный потомок тех викингов, которые в крылатых шлемах спрыгивали со своих крючконосых лодок на окровавленные пески Англии!</p>
      <p>Наутро Билл проснулся оттого, что почувствовал прикосновение губ Саксон к своей левой руке.</p>
      <p>— Эй! Что ты делаешь? — воскликнул он.</p>
      <p>— Желаю доброго утра Хазл и Хатти, — серьезно сказала она. — А теперь я пожелаю доброго утра тебе… Куда ты его ударил? Покажи.</p>
      <p>Билл выполнил просьбу Саксон и слегка коснулся ее подбородка костяшками пальцев. Она обеими руками обхватила его кулак, отвела назад и быстро потянула на себя, чтобы заставить Билла нанести ей подобие удара. Но он отстранил ее.</p>
      <p>— Подожди, — сказал он. — Ты же не хочешь, чтобы я свернул тебе челюсть. Я сам покажу. Хватит и с расстояния в четверть дюйма.</p>
      <p>И он нанес ей легчайший удар в подбородок с расстояния в четверть дюйма.</p>
      <p>В мозгу Саксон точно вспыхнуло белое пламя, все ее тело обмякло и бессильно поникло, перед глазами пошли круги, и все застлало туманом. Через миг она оправилась, но на лице ее отразился ужас — она поняла.</p>
      <p>— А ты ударил его с расстояния в фут! — дрожащим голосом прошептала она.</p>
      <p>— Да еще изо всех сил налег плечом, — рассмеялся Билл. — О, это пустяки!.. Я тебе покажу кое-что получше!</p>
      <p>Он отыскал ее солнечное сплетение и чуть-чуть ударил ее под ложечку средним пальцем. На этот раз у нее остановилось дыхание. Удар словно парализовал все тело, но сознание не померкло и в глазах не потемнело. Впрочем, и на этот раз все болезненные ощущения через секунду прошли.</p>
      <p>— Это солнечное сплетение, — сказал Билл. — Представь себе, что делается с человеком, если ему наносят сюда удар снизу. Этим ударом Боб Фицсиммонс завоевал первенство мира.</p>
      <p>Саксон со страхом уступила желанию мужа, который в шутку взялся показать ей все уязвимые точки человеческого тела. Он нажал кончиком пальца ее руку, повыше локтя, и оказалось, что это простое движение способно вызвать нестерпимую боль. Он слегка надавил большими пальцами с двух сторон на какие-то точки у основания шеи, и она почувствовала, что теряет сознание.</p>
      <p>— Это одна из мертвых хваток японцев, — сказал он и продолжал, объясняя каждый прием и движение: — Вот захват ноги; этим приемом Гоч победил Хаккеншмидта. Меня научил ему Фармер Берне… Вот полунельсон… А вот ты — парень, который буянит на танцах, а я — распорядитель, и я выставлю тебя из зала таким манером, — одной рукой он схватил ее кисть, другую подсунул под ее локоть и сжал ею свою кисть.</p>
      <p>При первом же легчайшем нажиме ей показалось, что ее рука стала необыкновенно хрупкой и вот-вот сломается.</p>
      <p>— Это называется «пойдем отсюда»… А вот тебе «железная рука». А вот этим приемом мальчишка может одолеть взрослого мужчину. Если ты попала в переделку и противник вцепился тебе зубами в нос, — а человеку ведь жалко потерять нос, верно? — так вот что надо сделать, только мгновенно!</p>
      <p>Глаза ее невольно закрылись, когда большие пальцы Билла надавили на них. Ей казалось, что она уже чувствует в глазных яблоках невыносимую тупую боль.</p>
      <p>— А если он все-таки не выпустит твой нос, нажми еще сильнее и выдави ему к черту глаза, — он тогда до конца своих дней будет слепым, как летучая мышь. И он мигом разожмет зубы, можешь быть уверена… да, можешь.</p>
      <p>Билл выпустил ее и, смеясь, откинулся на подушку.</p>
      <p>— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — Эти штуки при боксе не применяются, но могут пригодиться, если на тебя нападут хулиганы.</p>
      <p>— А теперь я тебе отомщу, — заявила она, пытаясь применить к нему прием «пойдем со мной».</p>
      <p>Она постаралась сжать его руку, но вскрикнула, ибо только самой себе причинила боль. Билл смеялся над ее тщетными усилиями. Она большими пальцами придавила ему шею, подражая мертвой хватке японцев, затем жалобно поглядела на погнувшиеся кончики ногтей. Наконец, она изловчилась и ударила его в подбородок — и снова вскрикнула, на этот раз она расшибла себе суставы пальцев.</p>
      <p>— Ну, уж теперь-то мне не будет больно, — проговорила она сквозь зубы, ударив его обоими кулаками под ложечку.</p>
      <p>Билл громко расхохотался. Роковой нервный центр был недоступен, защищенный броней мускулов.</p>
      <p>— Валяй дальше, — настаивал он, когда она, тяжело дыша, наконец, отступилась. — Это очень приятно, ты меня как перышком щекочешь.</p>
      <p>— Прекрасно, господин супруг, — сердито пригрозила она ему, — рассуждайте сколько угодно о всяких ударах, мертвых хватках и прочем — все это мужские выдумки. А вот я знаю такой фокус, перед которым все это — чепуха! Он превратит самого сильного мужчину в беспомощного младенца. Подождите минутку. Ну вот. Закройте глаза. Готово? Секундочку…</p>
      <p>Закрыв глаза, он ждал, затем почувствовал на своих губах прикосновение ее губ, нежных, как лепестки розы.</p>
      <p>— Ты победила! — признался он торжественно и обнял ее.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава четырнадцатая</p>
      </title>
      <p>Утром Билл отправился в город, чтобы внести деньги за Хазл и Хатти. Саксон не терпелось поскорее увидеть лошадок, и она не могла понять, почему он так долго мешкает с таким простым делом. Но она простила его, когда он подъехал к дому на запряженном парой фургоне.</p>
      <p>— Сбрую мне пришлось занять, — сказал он. — Давай сюда Поссума и влезай сама. Я покажу тебе, что такое «выезд Ха-ха». А это первоклассный выезд, можешь мне поверить!</p>
      <p>Восторг Саксон был безграничен, когда они выехали за город и гнедые лошадки со светлыми гривами и хвостами помчали их по дороге. Она не могла найти слов, чтобы выразить свою радость. Сиденье было с высокой спинкой, обитое кожей и очень удобное. Билл восхищался остроумным устройством тормоза. Он пустил лошадей по твердой мощеной дороге, чтобы похвастаться их ровной рысью, затем свернул на немощеную, круто поднимавшуюся в гору, где колеса увязали в грязи по ступицу, чтобы показать Саксон, что лошадки делают честь своим бельгийским предкам.</p>
      <p>Когда Саксон окончательно выговорилась, Билл стал искоса поглядывать на нее, стараясь понять, о чем она думает. Наконец, она вздохнула и спросила:</p>
      <p>— Как ты думаешь, когда мы сможем тронуться в путь?</p>
      <p>— Может быть, недели через две, а может, и через два-три месяца. — Он озабоченно и неторопливо продолжал, точно обдумывая каждое слово: — Мы с тобой вроде того ирландца: сундук у него есть, а класть в сундук нечего. Вот и у нас — и фургон есть и лошади, а клади нет. Я видел на днях ружьишко — ну просто прелесть! Хотят за него восемнадцать долларов; конечно, подержанное. Но как вспомню обо всех наших счетах… Тебе я хотел бы купить маленькую автоматическую винтовку калибра двадцать два. А мне для охоты на оленей необходим тридцать — тридцать. Кроме того, тебе нужна складная удочка, да и мне тоже. Снасти стоят очень дорого. И упряжь, какая мне нравится, обойдется в пятьдесят долларов. Фургон надо выкрасить. А потом еще путы, чтобы связывать лошадям ноги, когда они пасутся, мешки для овса, кой-какой инструмент и прочее… Хазл и Хатти недешево нам станут, пока мы сидим на месте… Да я сам жду не дождусь, когда мы, наконец, тронемся…</p>
      <p>Он вдруг смущенно замолчал.</p>
      <p>— Ну-ка, Билл, что ты задумал? Не скрывай, я по глазам вижу.</p>
      <p>— Что ж, Саксон дело вот в чем: Сэндоу страшно зол, он прямо на стену лезет, — ведь ему ни разу не пришлось меня ударить, не удалось показать свое искусство. Словом, он требует реванша, трезвонит по всему городу, что пусть, мол, ему руку привяжут за спину, так он одной рукой меня уничтожит, и прочий вздор. Но важно не это, важно, что публика рвется посмотреть на нас еще раз. Ведь в тот вечер они за свои деньги никакого удовольствия не получили. Народу будет пропасть. Устроители уже говорили со мною; поэтому-то я и задержался. Стоит тебе сказать словечко, и мы ровно через две недели получим еще триста долларов. Все будет, как и в первый раз. Сэндоу у меня в руках. А он все еще воображает, что я деревенщина и это был случайный удар.</p>
      <p>— Но, Билл, ты ведь давно уверял меня, что бокс изматывает человека. Потому-то ты и бросил бокс и занялся лошадьми.</p>
      <p>— Да, но не такой бокс, — возразил он, — У меня уже все обдумано. Я дам ему додержаться до седьмого раунда, — не потому, что не справлюсь с ним раньше, но пусть публика получит удовольствие за свои деньги. При таких условиях, я конечно, успею получить от него парочку-другую тумаков и ссадин. Но в нужную минуту я опять дам ему в челюсть, и мы будем в расчете. А потом мы с тобой уложим наши пожитки и на другое же утро двинемся в путь. Ну как? Твое мнение? Да соглашайся же, Саксон!</p>
      <p>Две недели спустя, в субботу вечером, Саксон, услышав звяканье щеколды, бросилась к двери. Билл казался измученным; волосы слиплись, нос припух, одна щека раздулась, кожа на ушах местами была сорвана, глаза налились кровью.</p>
      <p>— Вот черт, парень-то оказался не промах! — сказал Билл, вкладывая ей в руку стопку золотых; затем опустился на стул и посадил ее на колени. — Он, когда разойдется, прямо молодец. Я собирался покончить с ним на седьмом раунде, а провозился до четырнадцатого. Только тогда мне удалось сделать то, что я хотел. У него одна беда — слишком чувствительный подбородок. А так — он гораздо проворнее, чем я думал, и его удары внушили мне уважение со второго же раунда. У него прекрасный короткий удар, но вот подбородок!.. Он берег его, словно он стеклянный, до четырнадцатого раунда, а там уж я добрался до него…</p>
      <p>И знаешь, Саксон? Я очень рад, что матч затянулся на четырнадцать раундов. Оказывается, я в полной форме. Я это сразу почувствовал. Нисколько не задыхался, и раунды проходили незаметно. Ноги мои были как железо. Я мог бы продержаться и сорок раундов. Видишь ли, я тебе ничего не говорил, но после трепки, которую мне задал «Гроза Чикаго», я начал сомневаться в себе.</p>
      <p>— Глупости! Давно пора было опять поверить в свои силы, — воскликнула Саксон. — Вспомни, сколько ты в Кармеле занимался боксом, борьбой и бегом.</p>
      <p>— Ну не-ет! — Билл покачал головой и убежденно добавил: — Это совсем другое, пока ничем не рискуешь. А вот когда идет настоящий бой не на жизнь, а на смерть и ты бьешься раунд за раундом с крепким, тренированным боксером — и у тебя все-таки не подгибаются ноги, и дышишь ты ровно, и сердце не хочет выскочить из груди, и голова твоя ясна, — значит, ты и сам в хорошей форме. Так было и со мной, я чувствовал себя в полной форме. И, слышишь, Саксон, я больше не хочу рисковать на ринге. Мое слово твердо. Легкие денежки, а даются тяжело. С этого дня я только торгую лошадьми. И мы с тобой странствуем по свету, пока не найдем нашу лунную долину.</p>
      <p>На следующий день рано утром они выехали из Юкайи. Поссум сидел между ними на козлах, раскрыв от волнения розовую пасть. Они хотели было отправиться прямо на побережье, но весна еще только начиналась, и мягкие грунтовые дороги не успели просохнуть после зимних дождей; поэтому они свернули на восток, в область озер, чтобы затем держать путь на север, пересечь верхнюю часть долины Сакраменто и, перевалив через горы, спуститься в Орегон. Там они возьмут направление на запад, к морю; кстати, дороги на побережье к тому времени уже просохнут и можно будет вдоль моря добраться до Золотых ворот.</p>
      <p>Все вокруг зеленело и цвело, и каждая лощинка в горах казалась цветущим садом.</p>
      <p>— Н-да! — вдруг язвительно заметил Билл, неизвестно к кому обращаясь. — Говорят, камень катающийся мхом не обрастает. А мне вот кажется, что мы с тобой здорово обросли. У меня никогда в жизни не было столько имущества, — а я ведь сидел на месте. Даже мебель, черт ее побери, у нас с тобой была не своя. Только платье, да несколько пар старых носков, да кое-какая рухлядь.</p>
      <p>Саксон нагнулась и тронула Билла за руку, — он знал, что это движение выражает любовь и ласку.</p>
      <p>— Я только об одном жалею, — сказала она, — что все это куплено на твои деньги и я тут ничем не помогла.</p>
      <p>— Ничего подобного! Ты во всем помогала. Ты для меня — все равно что секундант в боксе. Благодаря тебе я счастлив и в хорошей форме. Человек не может биться без дельного секунданта, который бы за ним ходил и… Да не будь тебя, я бы никаким чертом сюда не выбрался! Это ты стащила меня с места и увела из Окленда. Если бы не ты, я давно бы спился или болтался на виселице в Сен-Квентине за то, что слишком сильно стукнул штрейкбрехера или за что-нибудь еще. А посмотри на меня теперь, посмотри на эту пачку зелененьких кредиток, — он похлопал себя по нагрудному карману, — тут есть на что купить лошадок! У нас с тобой точно каникулы, которые тянутся без конца; да и заработок не плох. И я приобрел новую специальность — поставляю лошадей для Окленда. Когда они увидят, что я кое-что смыслю в этом деле, — а я смыслю, можешь мне поверить, — все владельцы конюшен во Фриско будут гоняться за мной со всякими комиссиями. И все это сделала ты. Ты — мой Жизненный Эликсир, да-да… и если бы Поссум не смотрел во все глаза, я бы… а впрочем, пусть смотрит, нам-то какое дело! — И Билл нагнулся к ней и поцеловал ее.</p>
      <p>Чем выше, тем тяжелее и каменистее становилась дорога, но перевал они миновали легко и скоро стали спускаться в каньон Голубых Озер, лежавший среди полей, буйно заросших золотым маком. На дне каньона текла широкая полоса воды необыкновенно синего цвета. Вдали, за грядой холмов, выступала одинокая голубоватая вершина, служившая как бы центром всей картины.</p>
      <p>Путешественники обратились к черноглазому человеку — у него было приятное лицо, вьющиеся седые волосы, и говорил он с немецким акцентом; в то время как он отвечал на их расспросы, женщина с приветливым лицом улыбалась им из высокого решетчатого окна швейцарского домика, прилепившегося над озером. Биллу удалось напоить лошадей во дворе красивой гостиницы, хозяин которой вышел к ним и рассказал, что выстроил гостиницу сам, по плану черноглазого человека с вьющимися седыми волосами, оказавшегося архитектором из Сан-Франциско.</p>
      <p>— В люди выходим, в люди, — ликовал Билл, когда они проезжали извилистой дорогой мимо другого озера, столь же необычайного синего цвета. — Ты замечаешь, к нам обращаются теперь совсем иначе, чем когда мы тащились пешком с тюками за спиной? Видят Хазл и Хатти, Саксон и Поссума, вашего благоверного и этот великолепный фургон, и каждый думает, что мы вроде миллионеров и катаемся для собственного удовольствия.</p>
      <p>Дорога становилась все шире. По обе стороны тянулись обсаженные дубами широкие пастбища, где бродил скот. Затем, словно внутреннее море, возникло Светлое озеро, на нем вздымались небольшие волны, поднятые порывами ветра, дувшего с высоких гор, на северных склонах которых еще лежал белыми пятнами снег.</p>
      <p>— Я помню, миссис Хэзард восхищалась Женевским озером, — сказала Саксон, — не думаю, чтобы оно было лучше.</p>
      <p>— Тот архитектор назвал эту местность Калифорнийскими Альпами, помнишь? — заметил Билл. — И если я не ошибаюсь, то там, впереди, виднеется Лэйкпорт. Страна совсем дикая и железных дорог нет.</p>
      <p>— И лунных долин тоже нет, — добавила Саксон. — Но все-таки здесь очень красиво, удивительно красиво.</p>
      <p>— А летом наверняка адское пекло, — заметил Билл. — Нет, те места, какие нам нужны, лежат ближе к побережью. Но все равно, здесь очень красиво… вроде как на картине… Знаешь что? Остановимся где-нибудь под вечер и поплаваем. Хочешь?</p>
      <p>Десять дней спустя они въехали в городок Вильяме, где, наконец, опять увидели железную дорогу. Это было очень кстати, потому что за фургоном шли две отличные рабочие лошади, купленные для отправки в Окленд.</p>
      <p>— Здесь слишком жарко, — решила Саксон, глядя на поблескивавшую в солнечных лучах долину Сакраменто, — и нет секвой. И гор нет и лесов. Нет мансанит, нет земляничных деревьев. Пустынно и уныло…</p>
      <p>— Вроде тех речных островов, — добавил Билл. — Земля плодородная до черта, но требует невероятного труда. Это хорошо для тех, кому нравится работать, словно каторжным, — но я не вижу, чем тут человек может поразвлечься. Ни тебе рыбной ловли, ни охоты — ничего, знай, трудись. Я бы и сам стал гнуть спину, если бы мне пришлось тут жить.</p>
      <p>Они повернули на север и продолжали свой путь среди нестерпимого зноя и пыли; всюду в Калифорнийской долине встречали они признаки так называемых «новых» методов сельского хозяйства: сложные оросительные системы, уже готовые или такие, над которыми еще работали; тянувшиеся с гор провода электрокабелей; множество новых ферм на недавно разгороженной земле. Крупные владения распадались. Все же оставалось немало поросших гигантскими дубами поместий, — от пяти до десяти тысяч акров каждое, — они начинались у берегов Сакраменто и тянулись к горизонту в струящемся мареве раскаленного воздуха.</p>
      <p>— Только на богатой почве растут такие деревья, — сказал им фермер, владелец участка в десять акров.</p>
      <p>Саксон и Билл свернули с дороги к его маленькой конюшне, чтобы напоить Хазл и Хатти. Большая часть земли была отведена фермером под молодой фруктовый сад с крепкими деревцами, хотя немало места занимали свежепобеленные птичники и обнесенные проволочной сеткой вольеры, где разгуливали сотни цыплят. Фермер только что приступил к постройке каркасного домика.</p>
      <p>— Я купил этот участок и сразу же взял отпуск, — пояснил он, — чтобы посадить деревья. Потом вернулся в город и продолжал там работать, пока здесь все расчищали. Теперь-то я уж окончательно сюда переселился и, как только закончу дом, выпишу жену. Она у меня слабенькая, и здешний воздух будет ей полезен. Мы давно решили уехать из города и ради этого несколько лет трудились не покладая рук… — Он остановился и вздохнул полной грудью. — И вот, наконец, мы свободны.</p>
      <p>Солнце нагрело воду в колоде.</p>
      <p>— Постойте, — сказал фермер. — Не давайте лошадям эту бурду. Я сейчас напою их холодненькой водицей.</p>
      <p>Он вошел под небольшой навес, повернул электрический выключатель, и сразу же зажужжал маленький мотор размером с ящик для фруктов. Пятидюймовая струя прозрачной, сверкающей воды потекла в неглубокий главный канал оросительной системы и разлилась по многочисленным канавам, питавшим весь сад.</p>
      <p>— Правда, чудесно? Чудесно! Чудесно! — нараспев восхищался фермер.</p>
      <p>— Вода — это почка и плод. Кровь и жизнь. Вы только посмотрите! По сравнению с этим золотые россыпи ничего не стоят, а пивнушка — кошмар. Я-то знаю. Я… я и сам был буфетчиком. Почти всю жизнь я был буфетчиком. Потому-то мне и удалось накопить денег и купить участок. Я всегда ненавидел свое занятие. Сам я вырос в деревне и всю жизнь только и мечтал туда вернуться. И вот, наконец, я здесь.</p>
      <p>Он тщательно протер очки, чтобы лучше видеть свою драгоценную воду, затем схватил мотыгу и пошел вдоль главной канавы, открывая входы в боковые.</p>
      <p>— Такого чудного буфетчика я в жизни не видел, — сказал Билл, — а я решил, что это делец. Он, должно быть, работал в какой-нибудь тихой, спокойной гостинице.</p>
      <p>— Подождем уезжать, — попросила Саксон. — Мне бы хотелось еще поговорить с ним.</p>
      <p>Фермер вернулся; протирая очки, он с сияющим лицом все глядел на воду, словно она заворожила его. Саксон так же легко было заставить его разговориться, как ему пустить свой мотор.</p>
      <p>— Пионеры заселили этот край в начале пятидесятых годов, — начал он. — Мексиканцы так далеко не заходили, и вся земля здесь была казенная. Каждый получал участок в сто шестьдесят акров. А какая это была земля! Ушам своим не веришь, когда слышишь, сколько пшеницы удавалось взять с одного акра! Затем произошел целый ряд событий: самые дальновидные и упорные поселенцы удержали свои участки и прибавили к ним землю менее удачливых соседей. Ведь нужно соединить немало участков, чтобы образовались такие огромные фермы, какие вы увидите в наших местах. И скоро большая часть владений была поглощена крупными поместьями.</p>
      <p>— Да, этим игрокам повезло, — заметила Саксон, вспомнив слова Марка Холла.</p>
      <p>Фермер одобрительно кивнул и продолжал:</p>
      <p>— Старики шевелили мозгами и собирали землю, создавая крупные поместья, строили конюшни и дома, сажали вокруг домов фруктовые сады, разбивали цветники. А молодежь, избалованная таким богатством, скоро разъехалась по городам, чтобы промотать его. Но в одном старики и молодежь сходились: и те и другие без зазрения совести истощали землю. Год за годом они собирали баснословные урожаи, но не заботились о том, чтобы сберечь силы земли, и после них она оставалась голой и нищей. Вы можете встретить громадные владенья, которые были хозяевами разорены, а потом заброшены и превратились прямо в пустыню.</p>
      <p>Теперь, слава богу, все крупные фермеры повывелись, и на их место пришли мы — скромная мелкота. Пройдет несколько лет, и вся долина будет поделена на небольшие цветущие участки вроде моего. Вы видите, что мы делаем? Мы берем обессиленную землю, на которой пшеница уже не может расти, орошаем ее, удобряем — и вот, поглядите на наши сады!</p>
      <p>Мы провели воду с гор и из-под земли. Я читал на днях одну статью. Там говорится, что всякая жизнь зависит от питания, а всякое питание зависит от воды. Чтобы произвести один фунт растительной пищи, требуется тысяча фунтов воды, и нужно десять тысяч фунтов воды для одного фунта мяса. Сколько воды выпиваете в год? Около тонны. Но съедаете вы около двухсот фунтов овощей и около двухсот фунтов мяса, что составляет сто тонн воды в овощах и тысячу тонн в мясе. Итак, чтобы поддержать жизнь такой маленькой женщины, как вы, требуется тысяча сто одна тонна воды в год.</p>
      <p>— Здорово! — только и мог вымолвить Билл.</p>
      <p>— Теперь вы видите, до какой степени люди зависят от воды, — продолжал бывший буфетчик. — Мы нашли здесь неиссякаемые подземные запасы воды, и через несколько лет эта долина будет так же плотно заселена, как Бельгия.</p>
      <p>Очарованный пятидюймовой струей воды, которую и вызвал из земли и возвращал ей жужжащий моторчик, фермер забыл о начатом разговоре и восхищенно созерцал свою воду, даже не заметив отъезда путешественников.</p>
      <p>— Подумать только, что этот человек спаивал людей! — удивлялся Билл. — Да он всякого обратит в трезвенника!</p>
      <p>— Душа радуется, как подумаешь обо всей этой воде и обо всех счастливых людях, которые поселятся здесь…</p>
      <p>— Да, но это еще не лунная долина! — засмеялся Билл.</p>
      <p>— Конечно, нет, — согласилась Саксон. — Лунную долину искусственно орошать не надо, разве только если посадишь люцерну и другие кормовые травы. Нам нужно, чтобы вода сама била из земли и ручьями текла по нашему участку, а на его границе должна быть красивая чистая речка…</p>
      <p>— Где водились бы форели, — прервал ее Билл, — А по берегам речки должны расти ивы и другие деревья, а потом нужно, чтобы в этой речке было неглубокое каменистое местечко, где можно было бы ловить эту самую форель, и глубокие места, чтобы поплавать и понырять. И пусть на водопой прилетают зимородки, приходят зайцы и, может быть, олени…</p>
      <p>— А над лугами должны петь жаворонки, — добавила Саксон. — На деревьях пусть воркуют голуби. У нас непременно должны быть голуби и большие серые, пушистые белочки…</p>
      <p>— Да, наша лунная долина, пожалуй, будет недурная штука, — размышлял Билл вслух, сгоняя кнутом муху со спины Хатти. — Ты думаешь, мы ее все-таки найдем?</p>
      <p>Саксон с полной уверенностью кивнула головой.</p>
      <p>— Найдем так же, как евреи нашли обетованную землю, мормоны — Юту, а пионеры — Калифорнию. Помнишь последний совет, который мы получили, уходя из Окленда: «Кто ищет — тот находит».</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава пятнадцатая</p>
      </title>
      <p>Все дальше к северу, плодородными и цветущими возрожденными долинами, останавливаясь в городах Виллоус, Рэд Блаф и Реддинг, через округа Колюза, Глен, Техама и Шаста, продолжал свой путь опрятный фургон, запряженный парой гнедых кобыл со светлыми хвостами и гривами. Хотя Билл побывал на многих фермах, ему удалось раздобыть для отправки в Окленд всего три хороших лошади. Пока он с мужчинами осматривал табуны, Саксон беседовала с женщинами. И постепенно в ней росла уверенность, что долина, которую она ищет, не в этих краях.</p>
      <p>У Реддинга Саксон и Билл переправились на пароме через Сакраменто и после этого целый день тащились то по холмистым предгорьям, то плоскими равнинами. Жара становилась все мучительнее, деревья и кусты пожухли и казались мертвыми. Снова подъехав к Сакраменто, они увидели громадные сталелитейные заводы Кеннетта и перестали удивляться виду растительности.</p>
      <p>Они поспешили выбраться из заводского поселка, где крохотные домики лепились над пропастью, словно птичьи гнезда. Прекрасное шоссе поднималось на протяжении нескольких миль и затем ныряло в каньон Сакраменто. Здесь дорога, пробитая в скале, пошла ровнее, но стала настолько узкой, что Билл опасался столкновений со встречными экипажами. Далеко внизу, пенясь и бурля, река прыгала по каменистым отмелям или яростно разбивалась о крупные валуны и каскадами стремительно мчалась дальше, к оставленной ими широкой долине.</p>
      <p>Временами, когда дорога расширялась, Саксон правила, а Билл шел рядом, чтобы лошадям было легче. Саксон настояла на том, чтобы идти пешком по очереди. Когда Билл на крутых подъемах останавливал запыхавшихся лошадей, давая им передохнуть, и Саксон стояла перед ними, лаская и подбадривая их, счастье Билла при виде этих прекрасных животных и этой разрумянившейся молодой женщины, его жены, такой изящной и заметной в ее золотисто-коричневом вельветовом костюме, из-под укороченной юбки которого вырисовывались стройные ноги, обтянутые коричневыми гетрами, — его счастье было столь глубоко, что он не мог бы этого выразить никакими словами. Но вот она ответила на его взгляд таким же счастливым взглядом, и словно дымка вдруг заволокла ее правдивые серые глаза; Билл почувствовал, что должен что-то сказать, иначе он задохнется.</p>
      <p>— Ах ты детка моя! — воскликнул он.</p>
      <p>Вся сияя, она ответила:</p>
      <p>— Сам ты, детка моя! Одну ночь они провели в лощине, где притаилась деревушка и фабрика, на которой делали ящики. Беззубый старик, глядя выцветшими глазами на фургон, спросил:</p>
      <p>— Вы что, представлять приехали? Они миновали Касл Крегс, чьи скалы казались мощными бастионами и пламенели, выступая на фоне как будто трепещущего голубого неба. В одном из лесистых каньонов перед ними впервые блеснул розовеющий снежный пик горы Шасты. Он мелькнул, как заревое виденье среди зеленеющих ущелий, но путникам было суждено видеть его перед собою еще в течение многих дней: после крутого подъема, на неожиданном повороте, перед ними вновь и вновь появлялась вдали вершина Шасты, но теперь виднелись оба пика и их сверкающие ледники. Путешественники поднимались миля за милей, день за днем, и Шаста принимала все новые формы, открывалась все с новых сторон, сияя убором летних снегов.</p>
      <p>— Прямо кинематограф в небе, — заметил под конец Билл.</p>
      <p>— Ах, все это очень красиво, — вздохнула Саксон. — Но лунных долин здесь все-таки нет.</p>
      <p>Они попали в тучу бабочек, и фургон несколько дней двигался в густом рое этих крылатых созданий, покрывавших дорогу словно ковром коричневого бархата. Казалось, сама дорога взлетает кверху из-под копыт фыркающих лошадей, когда бабочки поднимались в воздух, наполняя его бесшумным трепетом своих крылышек, и ветерок уносил их тучами коричнево-желтых хлопьев. Их прибивало грудами к изгородям, уносило водой оросительных канав, вырытых вдоль дороги. Хазл и Хатти скоро к ним привыкли, но Поссум не переставал неистово на них лаять.</p>
      <p>— Гм, я что-то не слышал, чтобы лошадей приучали к бабочкам, — посмеивался Билл. — Это поднимет их цену долларов на пятьдесят.</p>
      <p>— Подождите, что вы скажете, когда через границу Орегона проедете в долину реки Роуг. Вот где земной рай! — говорили им местные жители.</p>
      <p>— Там и климат исключительный, и живописные пейзажи, и фруктовые сады… Эти сады приносят двести процентов прибыли, а земля там стоит пятьсот долларов за акр.</p>
      <p>— Ишь ты! — сказал Билл, когда они отъехали и собеседник уже не мог слышать его слов. — Нам это не по карману…</p>
      <p>А Саксон ответила:</p>
      <p>— Уж не знаю, как будет насчет яблок в лунной долине, но знаю, что мы получим десять тысяч процентов счастья на капитал, состоящий из одного Билла, одной Саксон и неких Хазл, Хатти и Поссума.</p>
      <p>Проехав округ Сискиу и переправившись через высокий горный перевал, они добрались до Эшленда и Медфорда и остановились на берегу бурной реки Роуг.</p>
      <p>— Это удивительно, великолепно, — заявила Саксон, — но это не лунная долина.</p>
      <p>— Нет, это не лунная долина, — согласился Билл.</p>
      <p>Разговор происходил вечером, вскоре после того, как Билл поймал чудовищную форель и, стоя по горло в ледяной воде горной реки, целых сорок минут силился намотать лесу на катушку; наконец, с победным кличем, достойным команчей, он выпрыгнул из воды, держа добычу за жабры.</p>
      <p>— «Кто ищет — тот находит», — тоном предсказательницы изрекла Саксон, когда они свернули к северу от перевала Гранта и двинулись дальше, через горы и плодородные долины Орегона.</p>
      <p>Однажды, на привале, сидя у реки Умпква, Билл принялся сдирать шкуру с первого убитого им оленя. Подняв глаза на Саксон, он заметил:</p>
      <p>— Если бы я не побывал в Калифорнии, то, пожалуй, решил бы, что нет на свете ничего лучше Орегона.</p>
      <p>А вечером, когда, поужинав олениной, Билл растянулся на траве и, опираясь на локоть, закурил папиросу, он сказал:</p>
      <p>— Может быть, никакой лунной долины и нет. Но если и нет, то не все ли равно? Мы можем искать всю жизнь. Лучшего мне и не надо.</p>
      <p>— Нет, лунная долина существует, — строго возразила Саксон. — И мы ее найдем. Мы должны ее найти. Подумай, Билл, это же невозможно — всегда бродить. Тогда у нас не будет ни маленьких Хазл, ни маленьких Хатти, ни маленьких… Билли…</p>
      <p>— Ни маленьких Саксон, — вставил Билл.</p>
      <p>— Ни маленьких Поссумов, — торопливо закончила она, кивая головой и протягивая руку, чтобы приласкать фоксика, с увлечением обгладывавшего оленье ребро. В ответ раздалось сердитое рычанье, и оскаленные зубы Поссума едва не вцепились ей в руку.</p>
      <p>— Поссум! — воскликнула она с горьким упреком и снова протянула к нему руку.</p>
      <p>— Оставь! — удержал ее Билл. — Это же инстинкт. Как бы он тебя в самом деле не хватил.</p>
      <p>Рычание Поссума становилось все более грозным, его челюсти крепко стиснули кость, охраняя ее, глаза, засверкали яростью, шерсть на загривке встала дыбом.</p>
      <p>— Хороший пес никогда не отдаст свою кость, — заступился за него Билл. — Я не стал бы держать собаку, у которой молено отнять кость.</p>
      <p>— Но ведь это мой Поссум, — спорила Саксон, — и он меня любит. Я хочу, чтобы он любил меня больше, чем какую-то гадкую кость. И потом — он должен слушаться… Сюда, Поссум, отдай кость! Отдай сейчас же! Слышишь!</p>
      <p>Она осторожно протянула руку, рычанье становилось грознее и громче, и фоке едва не цапнул ее за руку.</p>
      <p>— Я же тебе говорю, что это инстинкт, — снова сказал Билл. — Он любит тебя, но пересилить себя не может.</p>
      <p>— Он вправе защищать свою кость от чужих, но не от своей матери, — заявила Саксон. — И я заставлю его отдать ее!</p>
      <p>— Фокстерьера очень легко разозлить, Саксон. Ты доведешь его до крайности.</p>
      <p>Но Саксон упрямо настаивала на своем и подняла с земли хворостинку.</p>
      <p>— А теперь отдай-ка мне кость.</p>
      <p>Она погрозила собаке хворостиной, и рычанье Поссума стало свирепым. Он снова попытался куснуть ее и всем телом прикрыл кость. Саксон замахнулась, делая вид, что хочет его ударить, — и он вдруг выпустил кость, опрокинулся на спину у ее ног, задрав все четыре лапки кверху и покорно прижав к голове уши, а глаза, полные слез, явно молили о прощении.</p>
      <p>— Здорово! Вот так штука! — прошептал Билл, пораженный. — Посмотри, Саксон! Он подставляет тебе грудь и брюшко — распоряжайся, мол, моей жизнью и смертью. Он словно хочет сказать: «Вот я тут весь. Наступи на меня. Убей, если хочешь. Я люблю тебя, я твой раб, но я не могу не защищать этой косточки. Инстинкт во мне сильнее меня. Убей меня, я ничего не могу поделать».</p>
      <p>Весь гнев Саксон растаял, слезы выступили у нее на глазах; она нагнулась и взяла щенка на руки. Поссум был вне себя; он взвизгивал, дрожал, извивался, лизал ей лицо, вымаливал прощение.</p>
      <p>— Золотое сердце, розовый язычок, — напевала Саксон, прикладывая щеку к мягкому, все еще дрожащему тельцу. — Мама просит прощения, мама никогда больше не будет тебя мучить. На, миленький, на! Видишь? Вот твоя косточка! Возьми ее!</p>
      <p>Она спустила его на землю, но он еще долго не решался схватить кость, с явным недоумением смотрел на Саксон, словно желая увериться, что разрешение дано, и весь дрожал, точно раздираемый борьбой между долгом и желанием. Только когда она повторила: «Возьми, возьми» — и кивнула ему, он решился приблизиться к кости. Но через минуту песик внезапно вздрогнул, поднял голову и вопросительно посмотрел на нее. Саксон опять кивнула ему улыбаясь, — и Поссум, облегченно и радостно вздохнув, припал к драгоценному оленьему ребру.</p>
      <p>— Твоя Мерседес была права, когда говорила, что люди дерутся из-за работы, как собаки из-за кости, — задумчиво начал Билл. — Это инстинкт. Я так же не мог удержаться, чтобы не дать штрейкбрехеру по скуле, как Поссум не мог удержаться, чтобы не кинуться на тебя. Это нельзя объяснить. Что человеку положено делать, то он и делает. И если он что-нибудь делает, значит так нужно, — все равно, способен он объяснить почему или не способен. Помнишь, Холл не мог объяснить, чего ради он бросил палку под ноги Мак-Манусу тогда, на состязании. Что человеку положено, то положено. Вот и все, что я знаю. У меня ведь не было решительно никаких причин, чтобы вздуть нашего жильца Джимми Гармона. Он славный парень, честный, порядочный. Но я просто чувствовал потребность отдубасить его: и забастовка провалилась, и на душе было так скверно, что все кругом казалось отвратительным. Я тебе не рассказывал, я ведь с ним виделся после тюрьмы, когда у меня заживали руки. Пошел к нему в депо, дождался его, — он куда-то отлучился, — и попросил прощенья. Что заставило меня просить прощенья? Не знаю. Вероятно, то же самое, что заставило раньше его избить. Видно, я не мог иначе.</p>
      <p>Так Билл, ночуя на берегу реки Умпква, философствовал в реалистических терминах о жизни, меж тем как Поссум, подкрепляя его слова делом, жадно разгрызал ребро оленя крепкими зубами.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава шестнадцатая</p>
      </title>
      <p>Саксон и Билл добрались до Розбурга. Саксон правила, рядом с ней на козлах сидел Поссум. Въехав в город, она перевела лошадей на шаг. Сзади к фургону были привязаны две молодых рабочих лошади, за ними следовали еще шесть лошадей, а позади всех ехал Билл верхом на девятой. Из Розбурга ему предстояло отправить их всех в оклендские конюшни.</p>
      <p>Притчу о белом воробье они впервые услышали в долине Умпквы. Рассказал ее пожилой крепыш-фермер. Его участок был образцом порядка и благоустройства. Уже потом Билл узнал от соседей этого фермера, что его состояние доходит до четверти миллиона долларов.</p>
      <p>— Вы слышали историю про фермера и белого воробья? — спросил он Билла за обедом.</p>
      <p>— Далее не подозревал, что есть на свете белые воробьи, — отозвался Билл.</p>
      <p>— Да, они действительно очень редки, — согласился фермер. — Но вот что рассказывают: жил-был один фермер, у которого дела шли неважно. Он никак не мог наладить свое хозяйство. И вот в один прекрасный день он где-то услышал о чудесном белом воробье. Говорили, что белого воробья можно увидеть только на заре, при первых проблесках рассвета и что он приносит счастье и удачу тому, кто изловчится его поймать. На следующее утро наш фермер был на ногах чуть забрезжило и стал ждать воробья. Поверите ли, он день за днем, целые месяцы искал эту пичужку, но ему так и не удалось увидеть ее хотя бы мельком. — Фермер покачал головой. — Нет, он ее не увидел, но зато каждое утро видел на ферме многое, что требовало его внимания, и занимался этим до завтрака. Не успел он оглянуться, как его ферма начала процветать, он скоро все выплатил по закладной и завел себе текущий счет в банке.</p>
      <p>Когда они в этот день двинулись дальше, Билл глубоко задумался.</p>
      <p>— О, я отлично понял, куда он гнет, — сказал Билл, наконец, — и все-таки мне это дело не нравится. Конечно, никакого белого воробья не было, но благодаря тому, что фермер начал рано вставать, он замечал вещи, на которые раньше не обращал внимания… Ну, я все это отлично понял. И все-таки, Саксон, если в этом и состоит жизнь фермера, то я не желаю никакой лунной долины. Неужели на свете только и есть, что тяжелый труд? Гнуть спину от зари до зари можно и в городе. Зачем же тогда жить в деревне? Отдыхаешь только ночью, а когда спишь, не можешь радоваться жизни. И где спать — все равно; спящий — что мертвый. Уж лучше умереть, чем работать как каторжный. Я бы предпочел странствовать: глядишь, и подстрелишь в лесу оленя или поймаешь в речке форель; валялся бы в тени на спине и смеялся и дурачился бы с тобой и… плавал бы сколько влезет. А я ведь хороший работник. Но в этом-то вся и разница между работой в меру и работой до потери сознания!</p>
      <p>Саксон была с ним согласна. Она оглядывалась на свое прошлое, на годы изнуряющего труда и сравнивала их с той радостной жизнью, какую они вели в дороге.</p>
      <p>— Нам богатство не нужно, — сказала она. — Пусть охотятся за белыми воробьями на островах Сакраменто и в долинах с искусственным орошением. Если мы в лунной долине встанем рано, то лишь для того, чтобы послушать пенье птиц и петь вместе с ними. А если подчас и приналяжем на работу, то только чтобы иметь потом больше досуга. Когда ты пойдешь купаться в море, я пойду с тобой. И мы будем так усердно бездельничать, что работа покажется нам приятным развлечением.</p>
      <p>— Ну и жара, я весь мокрый! — воскликнул Билл, вытирая пот с загорелого лба. — Как ты думаешь, не двинуть ли нам к побережью?</p>
      <p>Они повернули на запад и с высоких плоскогорий начали спускаться по диким ущельям. Дорога была очень опасная, — они увидели на протяжении семи миль десять разбитых автомашин. Не желая утомлять лошадей, Билл вскоре остановился на берегу бурной горной речки, в которой сразу же поймал двух форелей. Поймала и Саксон свою первую крупную форель. Она привыкла к форелям в девять-десять дюймов, и резкий скрип катушки, когда попалась крупная рыба, заставил ее вскрикнуть от удивления. Билл подошел к ней и стал учить, как вытаскивать рыбу. Через несколько мгновений Саксон, разрумянившаяся и блестя глазами, осторожно вытащила на песок огромную форель. Но тут рыба сорвалась с крючка и судорожно затрепетала, так что Саксон навалилась на нее всем телом и схватила ее руками.</p>
      <p>— Шестнадцать дюймов! — сказал Билл, когда она гордо поднесла ему рыбу, чтобы он посмотрел, — Постой! Что ты хочешь с ней делать?</p>
      <p>— Смыть песок, конечно, — последовал ответ.</p>
      <p>— Положи ее лучше в корзинку, — посоветовал он и замолчал, спокойно выжидая, что будет дальше.</p>
      <p>Она склонилась над речкой и опустила великолепную рыбину в воду. Рыба рванулась из рук Саксон и исчезла.</p>
      <p>— Ой! — огорченно воскликнула Саксон.</p>
      <p>— Если добыл — сумей и удержать, — нравоучительно изрек Билл.</p>
      <p>— Ну и пусть! — отпарировала она, — Ты все равно ни разу такой не поймал!</p>
      <p>— Да я и не отрицаю, что ты рыболов знаменитый, — насмешливо протянул он. — Поймала же ты меня, верно?</p>
      <p>— Уж не знаю, как тебе сказать, — ответила она. — Может, это вышло, как с тем парнем; знаешь, его арестовали за то, что он ловил форелей, когда было запрещено, а он сказал, что делал это защищаясь.</p>
      <p>Билл задумался, но не понял.</p>
      <p>— Он уверял, что форель напала на него, — пояснила Саксон.</p>
      <p>Билл усмехнулся. Спустя четверть часа он сказал:</p>
      <p>— Здорово ты меня поддела! Небо было покрыто тучами, и когда они ехали вдоль берега реки Кокиль, их внезапно обступил туман.</p>
      <p>— У-уф! — радостно воскликнул Билл. — Вот хорошо-то! Я впитываю эту влагу, как сухая губка. Никогда я не умел ценить туман, а вот теперь…</p>
      <p>Саксон раскрыла объятья, как бы желая схватить клубы тумана в охапку, а затем стала делать плавательные движения, словно купаясь в его серых волнах.</p>
      <p>— Вот не думала, что солнце может надоесть, — заявила она. — Но мы его порядком хватили за последнее время.</p>
      <p>— Да, с тех пор как мы попали в долину Сакраменто, — согласился Билл. — А слишком много солнца тоже не годится. Теперь я это понимаю. Солнце — оно вроде вина. Ты замечала, как легко становится на душе, когда после целой недели пасмурной погоды выглянет солнышко? Оно тогда действует особенно. Чувствуешь себя так, словно сделал глоток виски, — по всему телу тепло разливается. Или когда наплаваешься… ты замечала, как чудесно, выйдя из воды, полежать на солнышке? А все потому, что выпиваешь рюмочку солнечного коктейля. Но представь себе, что ты провалялась на песке часа два, — ты уже не будешь чувствовать себя так хорошо. Движения станут вялыми и одеваться будешь еле-еле, и домой добредешь с трудом, словно из тебя ушла вся жизнь. Почему? А это вроде похмелья. Ты опилась солнцем, как виски, и приходится расплачиваться. Ясно! А потому лучше жить в таком климате, где бывают туманы.</p>
      <p>— Значит, мы с тобой последние месяцы пили запоем, — сказала Саксон. — Зато теперь протрезвимся.</p>
      <p>— Еще бы. И знаешь, Саксон, я тут в один день могу двухдневную работу сделать. Погляди на лошадей: будь я проклят, если они тоже не приободрились.</p>
      <p>Но тщетно глаза Саксон блуждали по деревьям в поисках ее любимых секвой. «Вы их встретите в Калифорнии, — говорили им, — дальше, в Бендоне…»</p>
      <p>— Выходит, мы забрались слишком далеко на север, — сказала Саксон.</p>
      <p>— Лунную долину нужно искать южнее.</p>
      <p>И они двинулись на юг; по дорогам, которые становились все хуже, они проехали скотоводческий район Ланглуа, затем густые сосновые леса и добрались до Порт-Орфорда, где Саксон набрала на берегу целую горсть агатов, а Билл поймал громадную треску. В этом диком крае еще не было железных дорог, и чем дальше к югу, тем страна казалась безлюдней. У Золотой бухты они снова встретили своего старого друга — реку Роуг и переправились через нее на пароме там, где она впадает в Тихий океан. Все более первобытной и дикой становилась природа, все хуже дороги, и все реже попадались одинокие фермы и вырубки.</p>
      <p>Здесь уже не встретишь ни азиатов, ни европейцев. Редкое население состояло из первых поселенцев и их потомков. Немало стариков и старух вспоминали, беседуя с Саксон, о великом переходе через прерии и о повозках, запряженных волами. Поселенцы шли все на запад, пока их не остановил Тихий океан. Тогда они расчистили себе участки, построили немудрящие дома и остались тут жить. Они достигли областей Крайнего Запада. За все эти годы жизнь их мало изменилась: железных дорог не было, и до сих пор ни один автомобиль не рискнул бы проехать по их невозможным дорогам. На восток, между их участками и густо населенными долинами, лежала цепь прибрежных диких гор — прямо рай для охотника, как слышал Билл; правда, он утверждал, что и в тех местах, по которым они ехали сюда, для него достаточно дичи. Разве не пришлось ему однажды, остановив лошадей и передав вожаки Саксон, прямо с козел подстрелить прекрасного оленя с ветвистыми рогами?</p>
      <p>К югу от Золотого пляжа, поднимаясь по узкой дороге, которая вела через девственный лес, они услышали вдали звон колокольчиков. Через сотню ярдов Билл нашел достаточно широкое место, чтобы разъехаться. Здесь они остановились и стали ждать, а веселые колокольчики, спускаясь с горы, быстро приближались к ним. Потом донесся скрип тормоза, топот четырех лошадей по мягкому грунту, возглас кучера и женский смех.</p>
      <p>— Ловко правит, ловко, ничего не скажешь! — пробормотал Билл. — Честь ему и слава… этаким аллюром да по такой дороге!.. Слышишь, какие у него замечательные тормоза?.. О! Вот так подскочили! Ну и рессоры у них, Саксон, вот это да!</p>
      <p>Дорога, поднимаясь в гору, здесь сильно петляла.</p>
      <p>И вот за поворотом мелькнула сквозь деревья четверка гнедых лошадей и высокие колеса маленькой светлокоричневой двуколки.</p>
      <p>На повороте опять показались передние лошади, легкий экипаж описал широкую дугу, спицы колес блеснули, — и четверка с шумом помчалась прямо на них по шаткому дощатому мостику. Спереди сидели мужчина и женщина, за ними — японец, стиснутый чемоданами, удочками, ружьями, седлами и футляром с пишущей машинкой, а над ним и вокруг него высился целый лес оленьих рогов, прикрепленных к экипажу самым хитроумным способом.</p>
      <p>— Это же Хастингсы! — воскликнула Саксон.</p>
      <p>— О-го-го! — крикнул Хастингс, спуская тормоз и останавливая экипаж.</p>
      <p>Все обменялись приветствиями, не был забыт и японец, которого они уже видели во время поездки в Рио-Виста на «Скитальце».</p>
      <p>— Что, не похоже на острова Сакраменто? Верно? — обратился Хастингс к Саксон. — Да, в этих горах живет только старое племя американских пионеров. И люди ничуть не изменились. Недаром Джон Фокс-младший называет их «наши современные предки». Наверно, наши деды были именно такими.</p>
      <p>Хастингсы рассказали о своей продолжительной поездке. Они странствуют вот уже два месяца и намерены двигаться дальше на север — через Орегон и Вашингтон к границам Канады.</p>
      <p>— Оттуда мы лошадей отправим обратно, а сами вернемся поездом, — закончил Хастингс.</p>
      <p>— Но при вашей скорости вы должны были быть сейчас гораздо дальше,</p>
      <p>— критически заметил Билл.</p>
      <p>— Мы везде останавливались, — пояснила миссис Хастингс.</p>
      <p>— Мы добрались до Хоупского заповедника, потом спустились на лодке по рекам Троицы и Кламат до океана, — добавил Хастингс, — а сейчас возвращаемся, прожив две недели в дебрях округа Кэрри.</p>
      <p>— Вам непременно надо побывать в тех местах, — посоветовал им Хастингс. — Сегодня вечером вы доберетесь до Горного ранчо. Оттуда можете свернуть к Кэрри. Правда, дорог там нет, и лошадей вам придется оставить на постое. Но охота замечательная! Я подстрелил пять горных львов и двух медведей, не говоря уж об оленях… Там даже бродят небольшие стада лосей. Нет, лосей я не стрелял. Лоси под запретом. Эти рога я купил у стариков охотников. Да я все расскажу вам по порядку.</p>
      <p>Пока мужчины беседовали, Саксон и миссис Хастингс тоже не теряли времени.</p>
      <p>— Ну как, нашли свою лунную долину? — спросила в заключение жена писателя, когда они уже прощались.</p>
      <p>Саксон покачала головой.</p>
      <p>— Вы найдете ее, если как следует поищете; и непременно приезжайте в долину Сономы, к нам на ранчо. Если вы до тех пор ее не найдете, мы подумаем, как быть.</p>
      <p>Три недели спустя, убив еще больше горных львов и медведей, чем Хастингс, Билл выехал из округа Кэрри и пересек границу Калифорнии. Саксон снова увидела свои любимые секвойи. Но тут они были гигантских размеров. Билл придержал лошадей, соскочил с козел и принялся измерять шагами окружность одного из этих деревьев.</p>
      <p>— Сорок пять футов, — объявил он. — Значит, пятнадцать в диаметре. И все они такие, есть даже толще… Нет, вот дерево потоньше, у него в диаметре всего девять футов. А высотой они все по нескольку сот футов.</p>
      <p>— Когда я умру. Билли, похорони меня в роще из секвой, — попросила Саксон.</p>
      <p>— Я не позволю тебе умирать до меня, — сказал Билл. — А потом, мы напишем в нашем завещании, чтобы нас обоих похоронили там, где ты хочешь.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава семнадцатая</p>
      </title>
      <p>Они держали путь к югу вдоль побережья, охотились, плавали, удили рыбу и покупали лошадей. Билл потом отправлял их на каботажных пароходах в Окленд. Они проехали Дель Норте и Гумбольдт, — каждый из этих округов был обширнее целого восточного штата, — миновали Мендосино; направляясь в Соному, они прокладывали себе путь через исполинские леса, переправлялись через шумные горные речки, проезжали через бесчисленные цветущие долины. И Саксон всюду искала свою лунную долину. Временами, когда все как будто подходило, вдруг оказывалось, что нет железной дороги или ее любимых деревьев; кроме того, как правило, всюду было слишком много туманов.</p>
      <p>— А нам с тобой иногда необходим солнечный коктейль, — говорила она Биллу.</p>
      <p>— Верно, — соглашался он. — От постоянного тумана совсем размокнешь. Нужно найти какую-то середку на половинке, и, я думаю, придется немного отъехать от берега в глубь страны.</p>
      <p>Уже надвигалась осень и темнело раньше; они свернули у старого Форта Росса в долину Рашн-ривер, значительно ниже Юкайи, и взяли дорогу на Касадеро и Герневилл. В Санта-Росе Билла задержала отправка лошадей, и только после полудня им удалось двинуться дальше на юго-восток, в долину Сономы.</p>
      <p>— Вероятно, нам удастся добраться туда только к ночи, — сказал Билл, посмотрев на солнце. — Это место называется долина Беннетт. За перевалом будет сейчас же Глен-Эллен. А правда, здесь здорово красиво? Да и гора очень хороша.</p>
      <p>— Да, гора хороша, — согласилась Саксон. — Но кругом все холмы слишком голые. И я нигде не вижу больших деревьев. Большие деревья растут только на богатой почве.</p>
      <p>— О, я не говорю, что это и есть лунная долина. Но все же, Саксон, гора мне очень нравится. Смотри, какой лес на ней. Пари держу, что там водятся и олени.</p>
      <p>— Интересно, где мы будем зимовать, — задумчиво сказала Саксон.</p>
      <p>— Знаешь, я сам об этом думал. Давай перезимуем в Кармеле. Сейчас там и Марк Холл и Джим Хэзард. Как ты на этот счет?</p>
      <p>Саксон кивнула.</p>
      <p>— Теперь тебе уже не придется ходить на поденную.</p>
      <p>— Конечно. В хорошую погоду мы можем ездить покупать лошадей, — согласился Билл, и лицо его самодовольно засияло. — А если там окажется и этот скороход из мраморного дома, я вызову его на бокс в память той прогулки, когда он из меня всю душу вымотал…</p>
      <p>— Посмотри, Билл! Нет, ты посмотри! — воскликнула Саксон.</p>
      <p>На повороте дороги показалась одноместная двуколка, запряженная статным гнедым жеребцом, у которого были светлая грива и хвост. Хвост почти касался земли, а длинная густая грива лежала волнами. Он почуял кобыл, остановился и поднял голову; светлая грива развевалась по ветру. Затем он пригнул голову к самым коленям, и между острых ушей выступил изгиб его на диво мощной шеи. Когда он снова закинул голову, не желая покоряться узде, сидевший в двуколке человек сделал широкий круг, чтобы объехать Билла на безопасном расстоянии. Биллу и Саксон видна была блестящая голубизна больших, словно покрытых глазурью, горячих глаз жеребца. Билл крепко сжал вожжи и тоже отъехал подальше, потом поднял руку, сигнализируя человеку в двуколке; тот остановился и, повернув голову, заговорил с Биллом о тяжеловозах.</p>
      <p>Из этого разговора Билл узнал, что жеребца зовут Барбаросса, что этот человек — его хозяин и постоянно живет в Санта-Росе.</p>
      <p>— Отсюда в долину Сономы есть две дороги, — пояснил он. — Когда вы доедете до перекрестка, дорога налево приведет вас в Глен-Эллен, у пика Беннетт, — видите вон он.</p>
      <p>Вздымаясь среди пологих убранных полей, пик Беннетт высился, как крепость в лучах солнца. У его подножия теснилась гряда скалистых, похожих на бастионы утесов. И горы и утесы были голые и выжженные, хотя и окрашены в обычные для Калифорнии мягкие золотисто-смуглые тона.</p>
      <p>— А если вы повернете направо, то опять-таки попадете в Глен-Эллен, только дорога туда длиннее и круче. Но, видно, вашим кобылам это не страшно.</p>
      <p>— А где красивее? — спросила Саксон.</p>
      <p>— Конечно, если ехать направо: вы увидите гору Соному, дорога огибает ее и проходит через Куперс-Гров.</p>
      <p>Распрощавшись с ним, Билл и Саксон не сразу двинулись в путь и, пока можно было, провожали взглядом разгорячившегося Барбаросса, который мчался вперед к Санта-Росе.</p>
      <p>— Здорово! — сказал Билл. — Хотел бы я побывать в этих местах весной!</p>
      <p>Когда они увидели перекресток, Билл нерешительно посмотрел на Саксон.</p>
      <p>— Зачем нам выбирать более короткую дорогу? — сказала она. — Посмотри, как тут красиво, все покрыто лесом; и я уверена, что в каньонах растут секвойи. Как знать, может быть, лунная долина находится именно где-нибудь здесь? Было бы слишком глупо упустить ее ради того, чтобы выгадать полчаса.</p>
      <p>И они свернули направо. Дорога поднималась с одного крутого склона на другой. Приближаясь к горе, они заметили, что в этой местности много воды. Вдоль дороги бежала горная речка, и хотя виноградники на холмах пожелтели от летнего зноя, дома в лощинах и на ровных плато были окружены деревьями с пышной листвой.</p>
      <p>— Может быть, это смешно, — заметила Саксон, — но я уже начинаю любить эту гору. Мне кажется, будто я ее где-то, когда-то видела. Она так хороша, что лучше и не придумаешь, — ах!</p>
      <p>Они проехали по мосту и, сделав крутой поворот, неожиданно очутились среди таинственного прохладного полумрака. Вокруг них всюду высились мощные стволы секвой. Земля была покрыта розовым ковром опавшей листвы. Лучи солнца, местами пронизывавшие глубокую тень, оживляли сумрачный лес. Заманчивые тропинки вились среди стволов и приводили в уютные уголки, где стояли кругом красные колонны, поднявшиеся над прахом ушедших предков; огромность кругов свидетельствовала о том, каких гигантских размеров были эти предки.</p>
      <p>Проехав рощу, они поднялись на крутой перевал, оказавшийся лишь одним из подступов к горе Сонома. Дорога шла по отлогим холмам и неглубоким ущельям; и холмы и расселины густо поросли лесом, всюду журчали ручьи. На дороге стояли лужи от родников, бьющих возле самой обочины.</p>
      <p>— Эта гора — как губка, — сказал Билл. — Сейчас самый конец сухого лета, а тут везде мокро.</p>
      <p>— Я же знаю, что никогда здесь не была, — размышляла вслух Саксон,</p>
      <p>— но почему все кажется мне таким родным! Или я во сне это видела? А вот и земляничные деревья — целая роща! И мансаниты! Билл, у меня такое чувство, будто я возвращаюсь к себе домой… А вдруг это и есть наша долина?</p>
      <p>— Вот эта, которая прилепилась к склону горы? — недоверчиво посмеиваясь, спросил он.</p>
      <p>— Нет; может быть, и не она. Но мы приближаемся к нашей долине, потому что и дорога чудесная, — все дороги, которые ведут к ней, должны быть красивы. И еще… я наверное видела эти места раньше, во сне.</p>
      <p>— Да, здесь замечательно, — согласился Билл. — Я не променял бы четверть мили такого леса на всю долину Сакраменто со всеми ее островами и с Миддл-ривер в придачу. И черт бы меня взял, если здесь не водятся олени! Где много источников, там и реки, а значит, и форель.</p>
      <p>Они миновали большой и удобный дом, окруженный амбарами и хлевами, проехали под сводами деревьев и выбрались на луговину, сразу пленившую Саксон. Она образовала легкую впадину, мягко поднимаясь от дороги в гору и кончаясь темной полосой строевого леса. Луговина горела золотом в лучах заката; посередине стояла одинокая секвойя с опаленной кроной</p>
      <p>— настоящее орлиное гнездо, а дальше лес одевал зеленью гору до самой вершины, — так им по крайней мере казалось. Но когда они отъехали, Саксон, оглянувшись на то, что она назвала своей луговиной, увидела, что настоящая вершина Сономы вздымается гораздо дальше, а гора за ее луговиной — только небольшой отрог.</p>
      <p>Впереди и справа, по ту сторону отвесных горных кряжей, отделенных глубокими зеленеющими ущельями и переходящих в холмы, покрытые садами и виноградниками, они впервые увидели долину Сономы и цепь суровых гор, окружающих ее с востока. Слева утопали в золоте заката небольшие возвышенности и расселины. Позади, с севера, открывалась другая часть долины, а за ней — скалистая горная гряда, в которую она упиралась, причем самая высокая из этих гор смело возносила в нежно розовеющее небо свою бурую зубчатую вершину с давно погасшим кратером. Горный кряж, тянувшийся с севера на юго-восток, был освещен последними лучами заходящего солнца, между тем как Билл и Саксон уже ехали в вечерней тени. Он взглянул на Саксон, увидел на ее лице восторг и остановил лошадей. Небо на востоке заалело, и горы вспыхнули всеми оттенками вина и рубинов. Долину Сономы начала заливать фиолетовая тень, она поднималась все выше, омывая подножия гор, и они тонули в этих лиловых волнах. Саксон молча указала на нее Биллу, — это была тень, которую отбрасывает гора Сонома в час заката. Билл кивнул, щелкнул языком, и фургон начал спускаться, погружаясь в теплые многокрасочные сумерки.</p>
      <p>На более высоких участках дороги чувствовался прохладный живительный бриз, доносившийся за сорок миль с поверхности Тихого океана; а из каждой впадины, из каждой лощинки им в лицо веяло теплым дыханием осенней земли, полным пряными запахами сожженных солнцем трав, опавших листьев и увядающих цветов.</p>
      <p>Они подъехали к краю глубокого ущелья, как бы уходящего в самые недра горы. И опять Билл, взглянув на Саксон, молча остановил лошадей. Ущелье поражало своей первобытной красотой. По его склонам всюду росли секвойи, а на дальнем конце виднелись три круглых холма, покрытые густым лесом из пихт и дубов. Отсюда, под прямым углом к главному ущелью, тянулось другое ущелье, менее глубокое, но также поросшее секвойями. Билл указал на небольшую луговину у подошвы трех холмов.</p>
      <p>— Вот на таком именно лугу я представлял себе своих кобыл, — сказал он.</p>
      <p>Они спустились в ущелье по дороге, которая шла вдоль речки, распевавшей свою песенку, пробегая под ольхами и кленами. Огни заката, отраженные плывущими в осеннем небе облаками, заливали каньон малиновым светом; земляничные деревья с их винно-красными стволами и мансаниты с шершавой корой, казалось, пылали и рдели в багряном воздухе. Благоухали лавры. Дикий виноград перебрасывал свои лозы с ветки на ветку через ручей, образуя воздушные мосты. Длинные пряди испанского мха свешивались с дубов. За речкой рос густой папоротник и мелкий кустарник. Откуда-то доносилось томное воркование голубей. На высоте пятидесяти футов над дорогой с ветки на ветку молнией перелетела серенькая белка; они следили за ее воздушным путем по движению ветвей.</p>
      <p>— Мне пришла в голову одна мысль, — сказал Билл.</p>
      <p>— Давай я первая выскажу ее, — остановила его Саксон.</p>
      <p>Он ждал, не сводя с нее глаз, пока она восхищенно озиралась вокруг.</p>
      <p>— Мы нашли нашу долину? — прошептала она. — Ты это хотел сказать?</p>
      <p>Он кивнул, но ничего не ответил, так как увидел мальчугана, гнавшего по дороге корову. В одной руке у мальчугана был несообразно большой дробовик, в другой — столь же несообразно большой заяц.</p>
      <p>— Сколько будет до Глен-Эллена? — окликнул его Билл.</p>
      <p>— Полторы мили, — последовал ответ.</p>
      <p>— А что это за речка? — осведомилась Саксон.</p>
      <p>— Дикарка, она впадает в реку Соному за полмили отсюда.</p>
      <p>— Форель есть? — вмешался Билл.</p>
      <p>— Если вы умеете ее ловить, — усмехнулся мальчуган.</p>
      <p>— А олени в горах?</p>
      <p>Сейчас охота запрещена, — уклонился тот от прямого ответа.</p>
      <p>— Ты, верно, еще ни разу не убил оленя? — поддел его Билл и получил в ответ:</p>
      <p>— Могу рога показать.</p>
      <p>— Да ведь олени меняют рога, — продолжал Билл поддразнивать мальчугана. — Всякий может подобрать их.</p>
      <p>— На моих рогах мясо еще не засохло…</p>
      <p>Мальчик умолк, испугавшись, что попался.</p>
      <p>— Ничего, сынок, не бойся, — рассмеялся тот и тронул лошадей. — Я не лесничий, я комиссионер и покупаю лошадей.</p>
      <p>Все больше белочек прыгало над ними, вдоль дороги росло все больше мощных дубов, красноватых мадроньо, а в стороне появлялось все больше стоявших кругом сказочных секвой. Продолжая путь вдоль поющей речки, они увидели возле самой дороги калитку. На калитке висел деревянный ящик для писем, где было написано: «Эдмунд Хэйл». Под простой сельской аркой стояли, прислонившись к калитке, мужчина и женщина, составлявшие столь прекрасную пару, что у Саксон захватило дыхание. Они стояли рядом, и неясная рука женщины доверчиво лежала в руке мужчины, казалось созданной, чтобы благословлять. Это впечатление еще усиливалось при взгляде на его лицо — чудесный лоб, большие серые добрые глаза и грива седых, сверкающих белизной волос. Он был крупен и красив; стоявшая же рядом с ним женщина выглядела хрупкой и неясной. Она была смугла, насколько может быть смуглой белая женщина, ее ярко-голубые глаза улыбались. В своем изящном, спадающем складками одеянии цвета травы она казалась Саксон весенним цветком.</p>
      <p>Вероятно, Саксон и Билл, озаренные золотистым светом уходящего дня, представляли собой не менее красивую и привлекательную картину. Обе пары пристально посмотрели друг на друга. Лицо маленькой женщины засияло радостью, а лицо старика озарилось каким-то торжественным благожелательством. Эта чудесная пара показалась Саксон такой же знакомой, как и луговина возле горы и сама гора. Она уже успела полюбить их.</p>
      <p>— Добрый вечер, — приветствовал их Билл.</p>
      <p>— Да благословит вас бог, милые дети, — отозвался старик. — Если бы вы знали, как вы славно выглядите, сидя вот так, рядышком!</p>
      <p>И это было все. Фургон прокатил мимо, шурша опавшими листьями клена, дуба и ольхи, ковром устилающими дорогу. Вскоре они достигли слияния двух речек.</p>
      <p>— Какое чудесное место, вот бы где жить! — воскликнула Саксон, указывая на противоположный берег Дикарки. — Видишь, Билл, вон на той террасе, над лугом.</p>
      <p>— Почва тут богатая и под ней и на ней. Взгляни, Саксон, какие мощные деревья! Там, верно, и родники есть.</p>
      <p>— Поедем туда, — предложила она.</p>
      <p>Свернув с большой дороги, они по узкому мостику перебрались через Дикарку и покатили по старой, изрытой выбоинами дороге, вдоль которой тянулся не менее старый, полуразрушенный забор из досок секвойи. Затем они увидели открытые, снятые с петель ворота; дорога вела через них дальше, до террасы.</p>
      <p>— Вот оно, я узнаю это место, — убежденно сказала Саксон. — Въезжай, Билли.</p>
      <p>Между деревьями показался небольшой белый домик с выбитыми стеклами.</p>
      <p>— Ну и мадроньо! Прямо гигант!</p>
      <p>И Билл указал на росшее перед домом мощное земляничное дерево, ствол которого у основания имел в диаметре не меньше шести футов.</p>
      <p>Переговариваясь шепотом, они объехали дом, осененный величественными дубами, и остановились перед небольшим амбаром. Чтобы не терять времени, они не распрягли лошадей, а только привязали и отправились осматривать участок. Крутой спуск к лужку густо порос дубами и мансанитами. Пробираясь сквозь кусты, они спугнули выводок куропаток.</p>
      <p>— Что ты скажешь насчет дичи? — спросила Саксон.</p>
      <p>Билл усмехнулся и принялся исследовать прозрачный ключ, который, булькая, протекал по лужку. Здесь почва была высушена солнцем и вся потрескалась.</p>
      <p>Саксон, видимо, огорчилась, но Билл взял комок земли и растер между пальцами.</p>
      <p>— Земля великолепная, — сказал он. — Самая лучшая и богатая почва; ее смывало сюда с гор десятки тысяч лет. Но…</p>
      <p>Он остановился, посмотрел вокруг, поинтересовался местоположением луга, затем прошел до окаймлявших его секвой и вернулся обратно.</p>
      <p>— В том виде, в каком он сейчас, луг никуда не годится, — заявил он. — И ему не будет цены, если им заняться как следует. А для этого нужно иметь только немного здравого смысла и много оросительных канав. Этот луг — естественный бассейн, только воду пустить. С той стороны, за секвойями, есть крутой спуск к реке. Идем, я тебе покажу.</p>
      <p>Они прошли между секвойями и очутились на берегу Сономы. Здесь река уже не пела; она в этом месте образовала тихий плес. Плакучие ивы почти касались воды своими ветвями. Противоположный берег поднимался крутым обрывом. Билл измерил высоту обрыва на глаз, а глубину омута шестом.</p>
      <p>— Пятнадцать футов, — объявил он. — Тут отлично нырять с обрыва, да и поплавать можно; вперед и назад будет сто ярдов.</p>
      <p>Они пошли по берегу. Дно речки, протекавшей по каменистому ложу, постепенно мельчало, затем начинался другой плес. Вдруг в воздухе мелькнула форель и скрылась под водой; по спокойной глади пошли, расширяясь, круги.</p>
      <p>— Кажется, мы не будем зимовать в Кармеле, — заметил Билл. — Это место прямо создано для нас. Утром я узнаю, кому оно принадлежит.</p>
      <p>Полчаса спустя, подсыпая корм лошадям, Билл услышал свисток паровоза и обратил на него внимание Саксон.</p>
      <p>— Вот тебе и железная дорога, — сказал он. — Это поезд, он идет в Глен-Эллен, который всего в одной миле отсюда.</p>
      <p>Саксон уже засыпала, когда он спросил ее:</p>
      <p>— А что, если владелец не захочет продать землю?</p>
      <p>— На этот счет не беспокойся, — отвечала с невозмутимой уверенностью Саксон. — Участок наш. Я это знаю твердо.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава восемнадцатая</p>
      </title>
      <p>Их разбудил Поссум, который, негодуя, упрекал белку за то, что она не хочет спуститься с дерева и попасть к нему в зубы. Белка в свою очередь болтала такой вздор, что Поссум в бешенстве пытался вскочить на дерево. Билл и Саксон неудержимо хохотали, глядя на ярость терьера.</p>
      <p>— Если этот участок достанется нам, то никто здесь белок трогать не будет, — сказал Билл.</p>
      <p>Саксон пожала ему руку и села. С луга донеслось пение жаворонка.</p>
      <p>— Здесь все есть, и желать больше нечего, — с радостным вздохом сказала она.</p>
      <p>— Кроме самой покупки, — поправил ее Билл.</p>
      <p>Позавтракав на скорую руку, Саксон и Билл отправились на разведку. Они обошли весь участок, который имел неправильную форму, несколько раз пересекли его от изгороди до речки и обратно. У подножия террасы они насчитали семь родников.</p>
      <p>— Воды достаточный запас, — сказал Билл. — Выроем канавы, вспашем землю, и при помощи удобрений и всей этой воды можно будет круглый год собирать урожай, один за другим. Тут всего акров пять, но я бы не променял их на весь участок миссис Мортимер.</p>
      <p>Они стояли на террасе, в прежнем фруктовом саду.</p>
      <p>Здесь было двадцать семь деревьев, неухоженных, но необыкновенно крепких и полных жизни.</p>
      <p>— Ас той стороны, за домом, мы посадим ягодные кусты.</p>
      <p>Саксон умолкла, ей пришла в голову новая мысль:</p>
      <p>— Вот если бы миссис Мортимер согласилась приехать и помочь нам своими советами! Как ты думаешь, Билл, она приедет?</p>
      <p>— Конечно, приедет. Ведь отсюда не больше четырех часов до Сан-Хосе. Но сначала надо зацепиться за этот участок, а тогда уж и написать можно.</p>
      <p>Границами маленькой фермы служила с одной, самой длинной, стороны река Сонома, с двух других — изгороди, а с четвертой — река Дикарка.</p>
      <p>— Как хорошо, что нашими соседями будут эти милые люди, — сказала Саксон, вспомнив вчерашнюю встречу. — Их участок отделен от нашего только речкой.</p>
      <p>— Но ведь ферма-то пока еще не наша, — заметил Билл. — Давай зайдем к ним. Они, наверно, расскажут нам все насчет участка.</p>
      <p>— Да он все равно что наш, — заявила Саксон. — Главное было найти его. А кто владелец — не важно. Здесь давно уже не живут. Ты, Билл, скажи мне, тебе-то участок по душе?</p>
      <p>— Да, мне все здесь нравится, — ответил он чистосердечно. — Беда только в том, что тут не развернешься.</p>
      <p>Но, увидев ее огорченное лицо, он сейчас же решил отказаться от своей любимой мечты.</p>
      <p>— Решено, мы его покупаем! — сказал он. — Правда, за лугом начинаются леса, и пасти скот негде — места хватит всего на парочку лошадей и на корову, — да не беда! Всего сразу иметь нельзя, а то, что есть, очень хорошо, и от добра добра не ищут.</p>
      <p>— Будем считать, что это только начало, — утешала его Саксон. — Потом нам, может быть, удастся прикупить земли; хотя бы тот участок, который мы видели вчера. Помнишь, от Дикарки до трех холмов?</p>
      <p>— Где я мечтал пасти моих лошадей? — вспомнил он, и глаза его блеснули. — А почему бы и нет? Столько наших желаний уже сбылось, с тех пор как мы пустились в путь, что может сбыться и это.</p>
      <p>— Мы будем работать, Билл, и оно сбудется.</p>
      <p>— Мы будем работать как черти, — решительно сказал он.</p>
      <p>Они открыли калитку и пошли по тропинке, извивавшейся среди девственного леса. Издали не было видно дома, они увидели его вдруг, когда чуть не наткнулись на него. Он был восьмиугольный и так пропорционально построен, что, несмотря на свои два этажа, не казался высоким. Дом настолько подходил к окружающему пейзажу, что казалось — вырос из этой почвы, как выросли обступившие его деревья. Перед домом ни палисадника, ни лужайки, лесная чаща подступала прямо к дверям. Крыльцо главного входа чуть возвышалось над землей, к нему вела всего одна ступенька. Над дверью они прочли вырезанную причудливыми буквами надпись «Тихий приют».</p>
      <p>— Идите, милые, прямо наверх, — послышался голос, когда Саксон постучала.</p>
      <p>Отступив назад и подняв глаза, они увидели маленькую женщину, улыбавшуюся им из окна. В легком розовом домашнем платье, она снова напомнила Саксон цветок.</p>
      <p>— Толкните дверь, она не заперта, и вы увидите, куда идти, — продолжала хозяйка.</p>
      <p>Саксон шла впереди, Билл следовал за ней. Они оказались в залитой светом комнате; целый ствол какого-то дерева тлел в камине из неотесанного камня. На каминной полке стоял большой мексиканский кувшин с осенними ветками и вьющимися усатыми лозами. Стены были обшиты мореным деревом, но неотполированным, воздух пропитан чистыми запахами леса. В этом восьмиугольном доме все углы были тупые. В одном из углов комнаты стояла фисгармония орехового дерева. В другом высились полки с множеством книг. В окна, под которыми стояла низенькая кушетка, была видна мирная картина осенних деревьев и желтеющей травы с протоптанными на ней дорожками, которые вели в разные концы этой крошечной усадьбы. Легкая витая лесенка поднималась во второй этаж. Там их встретила маленькая хозяйка и ввела в свою комнату, — Саксон сразу поняла, что это был ее уголок. Две наружные стены этой комнаты были целиком заняты окнами. От высоких подоконников до самого пола шли полки с книгами. Книги лежали всюду — на рабочем столике, на кушетке, на письменном столе, — в том беспорядке, который показывает, что их постоянно читают. На открытом окне стоял кувшин с осенними листьями, дополняя очарование прелестной смуглой женщины, усевшейся в крошечную, выкрашенную красной краской бамбуковую качалку, в каких любят качаться дети.</p>
      <p>— Странный дом, правда? — засмеялась довольным девичьим смехом миссис Хэйл. — Но мы его очень любим. Эдмунд построил его собственными руками — все, вплоть до водопровода, хотя ему здорово пришлось поработать, пока, наконец, удалось навести окончательный порядок.</p>
      <p>— Как, неужели и паркет внизу?.. И камин? — допытывался Билл.</p>
      <p>— Все, решительно все! — с гордостью ответила она. — И чуть не половину мебели. Вон видите тот столик кедрового дерева и тот стол — все сделано его руками.</p>
      <p>— Такие прекрасные руки… — невольно промолвила Саксон.</p>
      <p>Миссис Хэйл бросила на нее быстрый взгляд, и ее оживленное лицо озарилось благодарностью.</p>
      <p>— О да, они удивительные, я более прекрасных рук не видела, — мягко сказала она. — А какая вы милая, что заметили это, вы ведь их только мельком видели вчера.</p>
      <p>— Они мне сразу бросились в глаза, — просто ответила Саксон.</p>
      <p>Ее взгляд невольно скользнул мимо миссис Хэйл, привлеченный удивительно красивым рисунком на обоях, изображавшим соты, усеянные золотыми пчелами. На стенах висело всего несколько картин в рамках.</p>
      <p>— У вас одни портреты, — заметила Саксон, вспоминая чудесные картины в бунгало Марка Холла.</p>
      <p>— Мои окна — вот рамки для моих пейзажей, — отозвалась миссис Хэйл, указывая на осенний лес за окном. — У себя в комнате я хочу иметь только тех, кто мне близок и с кем я не могу быть постоянно вместе. Некоторые мои друзья вечно где-то странствуют.</p>
      <p>— О! — воскликнула Саксон, подбегая к одной из фотографий. — Вы знаете Клару Хастингс!</p>
      <p>— Еще бы! Я только что не выкормила Клару, но я ее воспитала. Ее мать была моей сестрой. А вы знаете, как удивительно вы на нее похожи? Я уже вчера говорила об этом Эдмунду. Он и сам заметил сходство. Немудрено, что вы оба так понравились ему, когда проезжали мимо нас на ваших чудесных лошадках.</p>
      <p>Итак, миссис Хэйл оказалась теткой Клары, — она была из того же племени пионеров, которые в свое время совершили переход через прерии. Теперь Саксон поняла, почему она так напомнила ей мать.</p>
      <p>Билл только прислушивался к разговору обеих женщин, любуясь тщательной отделкой кедрового столика. Саксон рассказала о встрече с Кларой и Джеком Хастингсом, об их яхте и о поездке в Орегон. По словам миссис Хэйл, они опять путешествуют, отправили лошадей из Ванкувера домой, а сами сели на пароход, идущий в Англию. Миссис Хэйл знавала мать Саксон, вернее — ее стихи. Кроме сборника «Из архивов прошлого», у нее хранился еще объемистый альбом, где Саксон нашла много до сих пор ей неизвестных стихотворений своей матери.</p>
      <p>— Талантливая поэтесса, — сказала миссис Хэйл, — но сколько было поэтов, воспевавших то золотое время, а теперь забыты и они и их песни. Ведь тогда не выходило такого множества журналов, как теперь, и отдельные стихотворения, напечатанные в местных газетах, утеряны.</p>
      <p>— Джек Хастингс сначала влюбился в Клару, — продолжала свой рассказ миссис Хэйл, — а потом, когда приехал к нам сюда, влюбился в долину Сономы и купил здесь великолепное ранчо. Правда, он пользуется им очень мало, так как большую часть года скитается по свету.</p>
      <p>Миссис Хэйл рассказала, что и она маленькой девочкой, в конце пятидесятых годов, переходила через прерии; как и миссис Мортимер, она знала все подробности битвы при Литтл Мэдоу, а также историю уничтожения той партии переселенцев, от которой в живых остался только отец Билла.</p>
      <p>— Итак, — час спустя сказала в заключение Саксон, — мы три года искали нашу лунную долину — и вот нашли ее.</p>
      <p>— Лунную долину? — удивилась миссис Хэйл. — Разве вы знали о ней и раньше? Чего же вы так долго мешкали?</p>
      <p>— Нет, мы ничего не знали. Мы отправились искать ее наудачу. Марк Холл называл это паломничеством и в шутку советовал нам взять в руки длинные посохи. Он говорил: когда мы найдем лунную долину, то сразу узнаем ее, так как наши посохи зацветут. Он все смеялся над тем, сколько требований мы к ней предъявляем. Однажды вечером повел меня на балкон и показал луну в телескоп: «Только на луне, — заявил он, — можно найти такую волшебную долину». Он-то считал, что это фантазия, но нам понравилось название «лунная долина», и мы пошли на поиски.</p>
      <p>— Какое поразительное совпадение! — воскликнула миссис Хэйл. — А ведь это и есть Лунная долина.</p>
      <p>— Я знаю, — сказала Саксон со спокойной уверенностью. — Здесь мы нашли все, о чем мечтали.</p>
      <p>— Вы меня не поняли, дорогая. Это действительно Лунная долина — долина Сономы. Сонома — индейское слово, и оно значит: Лунная долина. Так называли ее индейцы с незапамятных времен, еще задолго до того, как здесь появился белый человек. И мы и те, кто любит это место, всегда называем его так.</p>
      <p>Тут Саксон вспомнила таинственные намеки Джека Хастингса и его жены, и разговор продолжался, пока Билл не стал обнаруживать признаков нетерпения. Он многозначительно откашлялся и прервал беседу:</p>
      <p>— Нам бы хотелось узнать насчет того участка у речки: кто владелец, согласится ли он продать его, где найти хозяина и прочее.</p>
      <p>Миссис Хэйл встала.</p>
      <p>— Пойдемте к Эдмунду, — сказала она и, взяв Саксон за руку, пошла вперед.</p>
      <p>— Господи! — воскликнул Билл, глядя на нее с высоты своего роста.</p>
      <p>— Я считал, что Саксон маленькая, а она, оказывается, вдвое выше вас.</p>
      <p>— Это вы великан, — улыбнулась маленькая хозяйка. — Но Эдмунд все-таки выше вас и шире в плечах.</p>
      <p>Они прошли большие светлые сени и увидели ее красавца мужа; он читал, сидя в огромной старинной качалке. Рядом с этой качалкой стояло еще одно крошечное детское бамбуковое креслице; на коленях хозяина растянулась, мордочкой к тлеющему в камине стволу, невероятно крупная полосатая кошка, — вслед за хозяином, приветствовавшим гостей, и она повернула голову. Саксон снова почувствовала ту особую благостную доброту, которая исходила от его лица, глаз и рук, на которые она невольно опять посмотрела. И она была вновь поражена красотой этих рук. Они как бы выражали любовь. Это были руки человека, принадлежавшего к какой-то еще неведомой породе людей. Ни один из членов веселой кармелской компании не походил на него. То были люди искусства. Здесь же перед ней был ученый, философ. Взамен страстей и безрассудной мятежности, присущей тем, кто молод, она видела благородную мудрость. Эти прекрасные руки много горького зачерпнули в жизни, а удержали только ее радость. При всей своей любви к друзьям-кармелитам Саксон содрогнулась, представив себе, как будут выглядеть некоторые из них, достигнув таких же преклонных лет, как этот старец, — особенно театральный критик и Железный Человек.</p>
      <p>— Вот эти милые дети, Эдмунд, — начала миссис Хэйл. — Можешь себе представить, они хотят купить ранчо «Мадроньо». Три года они искали его. Я забыла сказать им, что мы искали наш «Тихий уголок» десять лет! Расскажи им все об этом ранчо. Мистер Нейсмит, наверное, еще не раздумал продавать его.</p>
      <p>Они уселись в простые массивные кресла, а миссис Хэйл придвинула свое крошечное бамбуковое креслице к качалке мужа, и ее маленькая ручка доверчиво приютилась в его руке. Прислушиваясь к разговору, Саксон рассматривала строгую комнату и полки с бесчисленными книгами. Она начинала понимать, как простой дом из дерева и камня может передать дух человека, задумавшего и построившего его. «Эти прекрасные руки создали все тут, даже мебель», — решила она, переводя взгляд с рабочего стола на кресло и с письменного стола на стоящий в другой комнате пюпитр у кровати, где виднелась лампа с зеленым абажуром и лежали сложенные аккуратными стопками журналы и книги.</p>
      <p>Что касается ранчо «Мадроньо», то, по словам мистера Хэйла, дело обстояло весьма просто. Нейсмит охотно продаст его. Он уже пять лет продает свой участок — с тех пор как вошел компаньоном в предприятие по эксплуатации минерального источника, который находится ниже в долине. Им повезло, что владелец этого ранчо именно он, ибо все остальное здесь принадлежит французу, одному из первых поселенцев. Тот и пяди земли не отдаст. Он крестьянин, с характерной для крестьян любовью к земле, причем у него она стала болезнью, манией. Он дрожит над каждым клочком, но он не деловой человек; он стар и упрям, а земля у него скудная, и вопрос только в том, что постигнет его раньше — смерть или банкротство.</p>
      <p>Что же касается ранчо «Мадроньо», то оно принадлежит Нейсмиту, и он просит по пятидесяти долларов за акр. Это составит всего тысячу долларов, так как земли там двадцать акров. При старых способах обработки земли эта ферма себя не окупит. Но с точки зрения деловой, приобрести ее очень выгодно: красоты долины приобретают все более широкую известность, и лучшее место для дачи трудно себе представить. Если же принять во внимание пейзаж и климат, то земля эта стоит в тысячу раз больше назначенной цены. Мистер Хэйл был, кроме того, уверен, что Нейсмит охотно согласится на рассрочку платежа. Он посоветовал взять участок на два года в аренду с правом купить его в любой момент и зачислением арендных денег в счет уплаты долга. Нейсмит как-то уже сдавал ранчо в аренду одному швейцарцу, вносившему ежемесячно по десять долларов. Жена швейцарца умерла, и он уехал.</p>
      <p>Эдмунд скоро понял, что Билл отказывается от какой-то своей заветной мечты, но не мог понять, в чем тут дело, однако несколько умело поставленных вопросов открыли ему, что Билл во власти той самой давней мечты об обширных пространствах, которая владела первыми поселенцами: о стадах, пасущихся на десятках холмов, об участке по меньшей мере в сто шестьдесят акров…</p>
      <p>— Вам совсем не нужно столько земли, милый мальчик, — мягко заметил Хэйл. — Я вижу, вы понимаете, что такое интенсивное земледелие. А вы не думали об интенсивном коневодстве?</p>
      <p>Пораженный новизной этой мысли, Билл невольно открыл рот. Он всячески напрягал свой мозг, но не мог уловить никакого сходства между этими двумя отраслями хозяйства. В его глазах отразилось сомнение.</p>
      <p>— Объясните, в чем тут соль? — воскликнул он.</p>
      <p>Старик мягко улыбнулся.</p>
      <p>— А вот смотрите: во-первых, вам эти двадцать акров не нужны, разве что для красоты. Луг занимает пять акров. Чтобы развести огород и жить за счет продажи овощей, вам вполне хватит и двух акров. А на деле, даже если вы и ваша жена будете трудиться от зари до зари, вам не обработать как следует и эти два акра. Остаются еще три акра. Ваши родники дадут вам воду в избытке. Не довольствуйтесь одним урожаем в год, как наши старозаветные фермеры здесь, в долине, обрабатывайте ваш луг так же, как ваш огород, засевайте его весь год кормовыми травами, орошайте, не жалейте удобрений и соблюдайте правильный севооборот. И тогда ваши три акра прокормят столько же лошадей, сколько огромная площадь незасеянного и неудобренного пастбища. Обдумайте это хорошенько. Я дам вам книги. Не знаю, какой вы соберете урожай и сколько съедает лошадь, — это уже ваше дело, — но я уверен, что если вы наймете работника, чтобы он освободил вас от работы на огороде, и всецело займетесь лугом, то за кормами дело не станет: три акра с успехом прокормят столько лошадей, сколько вы на первых порах сможете купить. А уж затем вы подумаете о том, чтобы подкупить еще земли и еще лошадей, и вообще начнете богатеть, — если только вы в этом находите свое счастье.</p>
      <p>Билл понял. В полном восторге он выпалил:</p>
      <p>— Вы настоящий хозяин! Хэйл улыбнулся и бросил взгляд на жену.</p>
      <p>— Скажи ему свое мнение на этот счет, Анетт.</p>
      <p>Ее синие глаза блеснули:</p>
      <p>— Да какой он хозяин! Он никогда в жизни не занимался сельским хозяйством, но он знает, — она показала рукой на стоявшие вдоль стен книжные полки, — он изучает все, что ему кажется дельным, правильным, он изучает все то хорошее, что создано в мире хорошими людьми. Ему доставляет радость только чтение да столярный станок.</p>
      <p>— Ты забыла Дулси, — улыбаясь, запротестовал Хэйл.</p>
      <p>— Да, конечно, и Дулси, — рассмеялась она. — Дулси — это наша корова. Джек Хастингс вечно шутит насчет того, кто кого больше любит: Эдмунд ли Дулси, или она его. Когда он уезжает в Сан-Франциско, Дулси грустит. И Эдмунд тоже грустит и торопится скорее вернуться домой. О, Дулси заставила меня испытать все муки ревности. Но я должна признаться: никто так не понимает Дулси, как он.</p>
      <p>— Это единственная отрасль хозяйства, которую я изучил на практике, — подтвердил Хэйл. — Я теперь авторитет по уходу за джерсейскими коровами. Можете всегда обращаться ко мне за советом.</p>
      <p>Он встал и подошел к книжным полкам; тут только они увидели, как он высок и как великолепно сложен. Держа книгу в руке, он отвлекся на миг, чтобы ответить на вопрос Саксон. Нет, москитов здесь нет, хотя было одно такое лето, когда южный ветер дул десять дней подряд, — небывалое в этих краях явление, — и занес к ним в долину немного москитов из бухты Сан-Пабло. Что касается туманов, то именно им долина и обязана своим плодородием. Там, где находятся их владения, защищенные горой Сономой, туман никогда не оседает особенно низко. Ветер приносит туманы с океанского побережья за сорок миль, а гора задерживает их и они плывут вверх. И важно еще вот что, добавил Эдмунд: его ранчо и ранчо «Мадроньо» удачно расположены на узкой полосе земли, где в морозные зимние утра температура всегда на несколько градусов выше, чем во всей долине. Да и вообще в этом поясе морозы большая редкость, это видно хотя бы из того, что здесь успешно произрастают некоторые сорта апельсинов и лимонов.</p>
      <p>Хэйл продолжал читать заглавия и откладывать книги, их набралась уже порядочная груда. Он открыл лежавший сверху том «Три акра и свобода» Болтона Холла и прочел им о человеке, который в год делал пешком шестьсот пятьдесят миль, обрабатывая старозаветными способами свои двадцать акров и собирая с них три тысячи бушелей дрянного картофеля; и о другом, «современном» фермере, — этот обрабатывал всего пять акров, проходил в год лишь двести миль и выращивал три тысячи бушелей раннего отборного картофеля, который он продавал во много раз дороже, чем первый.</p>
      <p>Саксон взяла у Хэйла книги и, передавая их одну за другой Биллу, читала названия. Здесь были: «Фрукты Калифорнии» Уиксона и «Овощи Калифорнии», «Удобрения» Брукса, «Домашняя птица» Уотсона, «Орошение и осушка» Кинга, «Поля, фабрики и мастерские» Кропоткина, и «Земледельческий бюллетень N 22», посвященный вопросам кормления домашних животных.</p>
      <p>— Приходите за книгами, как только они вам понадобятся, — приглашал их Хэйл. — У меня сотни книг по земледелию и все отчеты… И вы непременно должны познакомиться с Дулси, когда у вас будет свободное время, — крикнул он им вслед.</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава девятнадцатая</p>
      </title>
      <p>Приехала миссис Мортимер и привезла с собой каталоги семян и руководства по земледелию. Саксон в это время была погружена в изучение книг, взятых у Хэйла. Она показала гостье усадьбу, и миссис Мортимер пришла в восторг от всего, что увидела, включая и условия арендного договора, предусматривавшие возможность последующей покупки этого ранчо арендаторами.</p>
      <p>— А теперь, — сказала она, — посмотрим, с чего начать. Садитесь-ка вы оба. Это военный совет, а я — тот самый человек, который может вас научить, что нужно делать. Еще бы! Если человек реорганизовал большую городскую библиотеку и составил каталог, то он всегда сможет направить молодую пару по верному пути. Итак, с чего мы начнем?</p>
      <p>Она помолчала, собираясь с мыслями.</p>
      <p>— Во-первых, вы получили ранчо «Мадроньо» за бесценок. Я знаю толк и в почве, и в пейзажах, и в климате. Ранчо «Мадроньо» — золотое дно. Ваш луг — целое состояние. Насчет обработки речь будет впереди. Главноеземля. Она у вас есть. Второе — что вы с ней собираетесь делать? Жить на доход с этой земли? Да. Сажать овощи? Конечно. А как вы намерены поступить с вашими овощами, когда их вырастите? Продавать? А где? Вот послушайте. Вы должны делать то, что делала в свое время я. Никаких посредников! Продавайте овощи прямо потребителю. Сами создайте себе рынок. Знаете, что я видела из окна вагона, всего за несколько миль отсюда? Гостиницы, пансионы, летние и зимние курорты — словом, там есть все — многолюдное население, потребители, рынок. Как же снабжается этот рынок? Я напрасно искала по пути сюда огороды. Знаете что, Билл, запрягите-ка ваших лошадей и прокатите нас с Саксон после обеда. Бросьте все ваши дела. Плюньте на все остальное. Какой смысл ехать куда-нибудь, если у тебя нет адреса? Сегодня мы узнаем адрес. Тогда нам будет видно, что и как… — сказала она, улыбаясь, Биллу.</p>
      <p>Но Саксон не поехала с ними. У нее было слишком много дел по уборке давно заброшенного дома, да и надо было приготовить комнату для гостьи. Время ужина давно прошло, когда они вернулись.</p>
      <p>— Ну и везет вам, дети, — начала миссис Мортимер, сходя с фургона.</p>
      <p>— В этой долине только-только пробуждается жизнь. Вот вам и рынок. У вас нет пока ни одного конкурента. Я сразу поняла, что все эти курорты возникли совсем недавно — Калиенте, Бойс Хот Спрингс, Эль Верано и другие. В Глен-Эллене также есть три небольшие гостиницы — это совсем рядом. О, я уже переговорила со всеми владельцами и управляющими.</p>
      <p>— Она просто волшебница! — восторгался Билл. — Она к самому господу богу подъехала бы с деловым предложением. Ты бы видела ее!</p>
      <p>Миссис Мортимер улыбнулась его комплименту и продолжала:</p>
      <p>— Как вы думаете, откуда им доставляют овощи? Их привозят за двенадцать — пятнадцать миль из Санта-Росы и с Сономы. Это ближайшие огороды, и когда они не в состоянии удовлетворить все растущий спрос,</p>
      <p>— а я слышала, что это случается очень часто, — приходится посылать за овощами в Сан-Франциско. Я им представила Билла. Они охотно согласились поддержать местное огородничество. Да им это и гораздо выгоднее. Вы будете поставлять такие же овощи и по тем же ценам; но уж постарайтесь, чтобы они были лучше и свежее. И не забывайте, что доставка вам обойдется дешевле, здесь ведь рукой подать.</p>
      <p>— Однодневными яйцами такого потребителя не прельстишь. Вареньями и джемами тоже. У вас здесь на террасе очень много места, непригодного для грядок. Завтра с утра я помогу вам устроить загородки для цыплят и птичник. Советую поставлять каплунов в Сан-Франциско. Начать надо с малого. Пусть это будет покамест вашим побочным занятием. Я вам все расскажу на этот счет и пришлю литературу. Но вы должны и сами думать. Пусть работают другие. Хорошенько запомните это. Управляющим всегда платят больше, чем рабочим. Вы должны вести приходо-расходные книги, вы всегда должны знать, в каком состоянии ваши дела, что выгодно, что нет и что приносит наибольший доход. По книгам это сразу будет видно, я уж: научу вас, как их вести.</p>
      <p>— И подумать только, все это на двух акрах! — пробормотал Билл.</p>
      <p>Миссис Мортимер строго посмотрела на него.</p>
      <p>— Откуда же два акра? — резко спросила она, — Пять акров. И то вас не хватит, чтобы удовлетворить ваш рынок. Как только начнутся дожди, и вы, мой мальчик, и ваши лошади с ног собьетесь, осушая луг. Мы завтра разработаем план действий. А затем ягоды; здесь, на террасе, самое подходящее место для ягод и шпалерного столового винограда. За него платят бешеные цены. Мы посадим бербенксовскую черную смородину, — кстати, он живет в Санта-Росе, — и гибриды малины и куманики, это крупные ягоды. Но с клубникой не связывайтесь. Клубника совершенно особая статья, это вам не виноград. Фруктовый сад я уже осмотрела. В общем он хорош. За подчистку и прививку примемся позже.</p>
      <p>— Но Билл предполагал взять три акра луга себе, — сказала Саксон, как только ей удалось вставить слово.</p>
      <p>— Зачем?</p>
      <p>— Он хочет засеять их кормовыми травами для лошадей, которых собирается завести.</p>
      <p>— Пусть лучше покупает корм для лошадей из доходов с огорода, — немедленно решила миссис Мортимер.</p>
      <p>И Биллу еще раз пришлось отказаться от своей мечты.</p>
      <p>— Ну что ж! — сказал он, сделав усилие, чтобы казаться веселыми — Валяйте. Огород так огород.</p>
      <p>Миссис Мортимер прожила у них несколько дней, и Билл предоставил обеим женщинам решать все по-своему. В Окленде начался период делового оживления, и Биллу пришло письмо с требованием срочно выслать еще партию лошадей. Он с утра до ночи ездил по окрестностям, отыскивая молодых рабочих лошадей. Благодаря этим поездкам он основательно изучил всю долину. С другой стороны, управляющий оклендскими конюшнями искал случая избавиться от нескольких кобыл, разбивших себе ноги на городских мостовых, и Биллу предложено было приобрести их на выбор по дешевке. Это были отличные лошади. Билл знал это, так как имел с ними дело еще раньше, в Окленде. Мягкая деревенская земля могла быстро вылечить этих лошадей, нужно было только сперва расковать их и дать отдохнуть на пастбище. Для работы в городе на мостовой они уже не годились, но еще много лет могли служить в поле. К тому же они годились и как производители. Но Билл не мог решиться на эту покупку. Он бился над этим вопросом в одиночестве и ни слова не говорил Саксон.</p>
      <p>Вечерами он обычно сидел в кухне, покуривая, и прислушивался к рассказам обеих женщин о том, что они сделали за день и что собирались делать дальше. Хороших лошадей раздобыть было трудно, из каждого фермера приходилось чуть не клещами вытягивать согласие на продажу лошади, хотя Биллу и предоставлено было право повысить среднюю цену долларов на пятьдесят. Несмотря на то, что автомобиль все больше входил в обращение, цена на тяжеловозов продолжала расти. С тех пор как Билл себя помнил, цены на них неуклонно повышались. После землетрясения они сразу подскочили и так и не снизились.</p>
      <p>— Вы, Билл, гораздо больше заработаете, торгуя лошадьми, чем копаясь на огороде. Верно? — спросила миссис Мортимер. — И отлично. Я думаю, что вам незачем ни осушать ваш луг, ни пахать, ни вообще возиться с землей. Продолжайте покупать лошадей. Работайте головой. Но из ваших барышей вы должны оплачивать работника для огорода Саксон. Это будет выгодным помещением капитала, который даст большие проценты.</p>
      <p>— Правильно, — согласился он. — Для того люди и нанимают других, чтобы за их счет наживаться. Но каким образом Саксон и один работник справятся с пятью акрами, это выше моего понимания: ведь мистер Хэйл уверял, что мы с ней не управимся и с двумя!</p>
      <p>— Саксон работать и не придется, — возразила миссис Мортимер. — Разве вы видели, чтобы я работала в Сан-Хосе? Саксон будет руководить. Пора вам, наконец, понять это. Люди, которые не умеют шевелить мозгами, зарабатывают в день полтора доллара; а ее полтора доллара в день не устраивают. Теперь слушайте. Я сегодня имела долгий разговор с мистером Хэйлом. Он считает, что в долине невозможно найти хороших сельскохозяйственных рабочих.</p>
      <p>— Я знаю, — прервал ее Билл. — Все хорошие работники уходят в город, остаются только плохие. А если хорошие и остаются, то не идут в батраки.</p>
      <p>— Совершенно верно. Итак, слушайте, дети. Я знала это, и потому переговорила с мистером Хэйлом. Он берется вам помочь. Он знает, как что делается, и знаком с начальником тюрьмы. Словом, вы возьмете из Сен-Квентина на поруки двух заключенных. Вам пришлют людей тихих и к тому же умелых огородников. Там полным-полно китайцев и итальянцев, а это лучшие огородники в мире. Так вы одним ударом убьете двух зайцев: поможете несчастным арестантам и получите хороших рабочих.</p>
      <p>Саксон была неприятно удивлена и заколебалась, но Билл отнесся серьезно к предложению миссис Мортимер.</p>
      <p>— Вы ведь знаете Джона? — продолжала та. — Работника мистера Хэйла. Он вам нравится?</p>
      <p>— Ох, я только сегодня мечтала о том, чтобы нам найти такого человека, — с жаром отозвалась Саксон. — Он такой добрый и преданный. Миссис Хэйл рассказала мне о нем очень много хорошего.</p>
      <p>— Но об одном она умолчала, — заметила, улыбнувшись, миссис Мортимер: — Джон взят ими на поруки. Двадцать восемь лет тому назад он повздорил с одним человеком из-за шестидесяти пяти центов и в запальчивости убил его. И вот уже три года, как он живет у Хэйлов. А помните Луи, старика француза у меня на ферме? Он тоже был взят мною из тюрьмы. Итак, решено. Когда ваши работники явятся, вы будете, понятно, платить им сколько полагается; нужно только, чтобы прислали людей одной национальности — либо китайцев, либо итальянцев… Так вот, когда они явятся, то под руководством мистера Хэйла, — да и Джон им поможет, — сколотят себе небольшую хижину. Место мы выберем сами. Когда работа у вас пойдет полным ходом, вам понадобятся еще работники со стороны. И вы, Билл, разъезжая по окрестностям, подыскивайте себе подходящих людей.</p>
      <p>На следующий вечер Билл домой не вернулся, а в девять часов прискакал верхом мальчик из Глен-Эллена и привез телеграмму; Билл отправил ее из Озерной области, куда отправился искать лошадей для оклендских конюшен.</p>
      <p>Он вернулся только на третий день к ночи, усталый до изнеможения, но с трудом скрывая чувство удовлетворенной гордости.</p>
      <p>— Что вы делали все эти дни? — спросила миссис Мортимер.</p>
      <p>— Работал головой, — спокойно заявил он. — Старался убить двух зайцев одним ударом. И, верьте мне, я убил не два, а целую кучу! Уф! Я узнал об этом в Лондэйле. И надо вам сказать, я зверски измотал Хазл и Хатти, прежде чем поставил их в конюшню в Калистоге, а сам в дилижансе поехал в Санта-Элена. Я попал туда как раз вовремя, и вся упряжка одного горного возчика — восемь здоровенных тяжеловозов — досталась мне. Лошади все молодые, крепкие; самая легкая весит не меньше полутора тысяч фунтов. Вчера вечером я отправил их из Калистоги. Но это не все. Еще до того, в первый день, когда я был в Лондэйле, я встретился с одним парнем; он подрядился вывозить камень из каменоломни для мостовых. Этот лошадей не продавал, — наоборот, сам был не прочь купить их, лошади ему были нужны до зарезу. Он сказал, что даже готов брать лошадей напрокат.</p>
      <p>— И ты послал ему тех, которых ты купил? — перебила Саксон.</p>
      <p>— Вот и не угадала! Я эту восьмерку приобрел на оклендские деньги</p>
      <p>— в Окленд и отослал. Но я договорился с тем парнем на будущее, и он согласен платить полдоллара в день за прокат каждой лошади, а ему нужно шесть. Затем я телеграфировал старику хозяину в Окленд, чтобы мне выслали шесть кобыл с разбитыми ногами, по выбору Бэда Стродзерса, пусть вычтут из моих комиссионных. Бэд знает, что мне нужно. Как только лошади прибудут — долой подковы, недельки две пусть попасутся на воле, а потом я их отправлю в Лондэйл. С работой они справятся: им придется возить камень на станцию; это под гору по мягкой грунтовой дороге. Каждая из них будет мне давать полдоллара в день — то есть три доллара в неделю. И мне не придется ни кормить их, ни ковать, только присматривать, чтобы с ними хорошо обращались. Три доллара в день — вот это я понимаю! На эти деньги я спокойно могу нанять двух работников для Саксон, если только она не заставит их работать и по воскресеньям. Да, вот тебе и Лунная долина! Этак мы скоро начнем брильянты носить! Черт побери! В городе можно тысячу лет прожить, и тебе так не подвезет. Почище китайской лотереи!</p>
      <p>Он встал.</p>
      <p>— Пойду задам корму Хазл и Хатти и устрою их на ночь. Все сделаю, а тогда поужинаем.</p>
      <p>Женщины смотрели друг на друга сияющими глазами и только собирались заговорить, как Билл вернулся и, просунув голову в дверь, сказал:</p>
      <p>— Может, вы не все поняли, что я вам говорил? Я каждый день зарабатываю на них три доллара; но самое главное, эти шесть кобыл — мои. Они — моя собственность. Они принадлежат мне. Ясно?</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцатая</p>
      </title>
      <p>— Я еще наведаюсь к вам, детки, — сказала на прощание миссис Мортимер.</p>
      <p>В течение зимы она приезжала несколько раз и объясняла Саксон, какие делать посадки для ежедневных потребностей рынка, какие — чтобы удовлетворять весною все растущий спрос на овощи, и, наконец, летом, в разгар сезона, когда будут раскупать все, что она вырастила, и все-таки будет не хватать. Хазл и Хатти каждую свободную минуту возили навоз из Глен-Эллена; тамошние скотные дворы еще не знали такой чистки. Приходилось также без конца доставлять со станции минеральные удобрения, которые закупались по указаниям миссис Мортимер.</p>
      <p>Взятые на поруки заключенные оказались китайцами. Оба они долгие годы служили при тюрьме и были уже стариками; но та работа, которую они способны были выполнить за день, вполне удовлетворяла миссис Мортимер. Гоу Юм двадцать лет назад был старшим огородником в одном из крупных поместий Менло-парка. Причиной постигшей его катастрофы была драка, начавшаяся за игрой в фан-тан в китайском квартале Редвуд-сити. Его товарищ Чан Чи считался одним из самых отчаянных в те бурные годы, когда в Сан-Франциско еще существовали тайные китайские общества — тонги. Но четверть века сурового тюремного режима и работы на огородах охладили его пыл и приучили его руку вместо ножа к мотыге. Обоих помощников Саксон привезли в Глен-Эллен, как драгоценный груз, и сдали под расписку местному шерифу, который обязан был ежемесячно посылать тюремной администрации рапорт об их поведении. Саксон также должна была ежемесячно давать о них сведения.</p>
      <p>От страха, что они зарежут ее, Саксон скоро, избавилась: бронированный кулак государства каждую минуту готов был обрушиться на них; достаточно было им один раз выпить глоток вина, и рука правосудия схватила бы их и бросила обратно в тюремную камеру. Не пользовались они также свободой передвижения. Когда старику Гоу Юму понадобилось ехать в Сан-Франциско, чтобы подписать некоторые документы у китайского консула, ему сначала пришлось просить в Сен-Квентине разрешения на эту поездку. Но главное — оба китайца были очень добродушны. Вначале Саксон угнетала мысль, что ей придется командовать двумя отчаянными каторжниками, но когда они приехали, оказалось, что работать с ними одно удовольствие. Достаточно было указать им, что надо сделать, — а как сделать, они знали лучше ее. От них она научилась всем приемам и ухваткам мастеров-садоводов и скоро поняла, что, работай у нее местные жители, она бы ни за что не управилась с фермой.</p>
      <p>Не боялась она своих помощников еще и потому, что была с ними не одна. Саксон успешно шевелила мозгами. Так, вскоре выяснилось, что невозможно совмещать домашние дела с работой на огороде. Она написала в Юкайю той энергичной вдове, с которой они жили по соседству и которая занималась стиркой, и та сразу согласилась на предложение Саксон. Миссис Пауль было около сорока лет; низенькая и коренастая, она весила двести фунтов, но, несмотря на полноту, не знала, что такое усталость, не боялась никого на свете и, по мнению Билла, одной рукой справилась бы с обоими китайцами. Миссис Пауль привезла с собою сына, деревенского парня лет шестнадцати, — он ходил за лошадьми и доил Хильду, красивую джерсейскую корову, благополучно выдержавшую взыскательный осмотр мистера Хэйла. Хотя миссис Пауль отлично справлялась со всякой работой по дому, одного Саксон так ей и не доверила: она собственноручно стирала свое вышитое белье.</p>
      <p>— Если я буду не в силах выстирать себе такой пустяк, — сказала она Биллу, — тащи лопату и вон под теми секвойями за речкой выкопай мне могилу. Значит, мне уж не жить на белом свете.</p>
      <p>Как-то в первые дни жизни на ранчо «Мадроньо», во время второго посещения миссис Мортимер, Билл привез несколько водопроводных труб; из старого бака, поставленного под родничком, он провел воду в дом, курятник и конюшню.</p>
      <p>— Уф, кажется, я научился шевелить мозгами! — сказал он. — Я тут видел, как одна женщина, по ту сторону долины, таскает воду из родника, футов за двести от дома; вот я и рассчитал: воду приходится брать три раза в день, а когда стирка — гораздо чаще. И представляете, сколько она отшагает за год? Сто двадцать две мили! Ясно? Сто двадцать две мили! Я спросил ее, давно ли она здесь живет. Оказывается, тридцать один год. Вот и помножьте! Выходит — три тысячи семьсот восемьдесят две мили, и все из-за отсутствия каких-то двухсот футов водопроводных труб. Какая нелепость!</p>
      <p>— Но это еще не все. При первой возможности я добуду ванну и кадки. Скажи, Саксон, ты помнишь лужок — как раз где Дикарка впадает в Соному? И земли-то там не больше акра… Заявляю тебе, что этот лужок теперь мой! Поняла? И прошу по траве не ходить. Это моя трава. Я поставлю там насос; я видел подержанный, его уступят за десять долларов, этим насосом можно накачать сколько угодно воды. А уж я выращу такую люцерну, что ты диву дашься. Мне ведь нужна еще лошадь для поездок. Ты наваливаешь на Хазл и Хатти такую пропасть работы, что мне уж не приходится ими пользоваться, а когда ты начнешь развозить овощи, я их и вовсе не увижу. Надеюсь, что моя люцерна прокормит еще одну лошадку.</p>
      <p>Но Биллу пришлось забыть на время про люцерну и заняться более важными делами. Вначале его постигли неудачи. Те несколько сот долларов, которые он привез с собой в долину Сономы, и все его заработанные здесь комиссионные были истрачены на всякие улучшения и на жизнь. Восемнадцать долларов в неделю за прокат лошадей в Лондэйле уходили на уплату жалованья работникам, и оказалось, что купить верховую лошадь для разъездов Билла по окрестностям не на что. Но он снова призвал на помощь свою смекалку, обошел все препятствия и убил разом двух зайцев: теперь он брался объезжать молодых лошадей и пользовался ими, когда ему нужно было отправиться куда-нибудь по делам.</p>
      <p>С этой стороны все уладилось. Но тут новое городское управление Сан-Франциско вздумало наводить экономию и остановило работы по мощению улиц. А это повлекло за собой закрытие лондэйлской каменоломни, поставлявшей в Сан-Франциско булыжник. Итак, шесть лошадей возвращались обратно к Биллу, и их надо было прокормить. Из чего теперь выплачивать жалованье миссис Пауль, Гоу Юму и Чан Чи, Билл не представлял себе.</p>
      <p>— Боюсь, что мы гнем дерево не по себе, — признался он Саксон.</p>
      <p>В тот вечер он вернулся поздно, но лицо его сияло. Саксон была не менее радостно настроена.</p>
      <p>— Ну, все улажено, — сказала она, подходя к конюшне, где он расседлывал норовистого жеребенка. — Я переговорила со всеми тремя. Они отлично понимают наше положение и охотно соглашаются подождать. На той неделе Хазл и Хатти уже начнут развозить овощи; тогда деньги будут поступать от всех гостиниц и в моих книгах, наконец, появятся не только записи расходов, но и доходов. И знаешь. Билли, — вот уж не подумала бы, — оказывается, у нашего Гоу Юма есть текущий счет в банке. Он подошел ко мне спустя некоторое время — видно, обдумывал это дело, — и предложил занять у него четыреста долларов. Что ты на это скажешь?</p>
      <p>— Скажу, что я не такой гордец, и не откажусь от денег только потому, что их предлагает китаец. Для меня он все равно что белый, а эти деньги могут очень и очень пригодиться. Ты даже не представляешь, сколько дел я переделал с сегодняшнего утра. Я был так занят, что не успел куска проглотить.</p>
      <p>— Шевелил мозгами? — рассмеялась она.</p>
      <p>— Да, конечно, — подтвердил он тоже со смехом, — и расшвырял пропасть денег.</p>
      <p>— Но ведь у тебя нет ничего, — заметила она.</p>
      <p>— В этой долине мне верят в кредит, имей в виду, — возразил он. — И сегодня я использовал его вовсю. Ну, угадай на что!</p>
      <p>— На верховую лошадь? Он расхохотался так громко, что лошадь испугалась, взвилась на дыбы и подняла на воздух Билла, повисшего у нее на шее.</p>
      <p>— Нет, ты гадай по-настоящему, — потребовал Билл, когда лошадь успокоилась, хотя все еще продолжала дрожать и подозрительно коситься на него.</p>
      <p>— Две верховые лошади?</p>
      <p>— Ничего ты не понимаешь! Ну, уж я скажу сам. Ты Тиркрофта знаешь? Так вот. Я купил его большую повозку за шестьдесят долларов. Потом я купил еще повозку у кенвудского кузнеца за сорок пять долларов, — она так себе, неважная, но сойдет. И еще повозку у Пинга — замечательную, за шестьдесят пять. Он уступил бы ее и за пятьдесят, но заметил, что она мне до зарезу нужна.</p>
      <p>— А как же с деньгами? — робко спросила Саксон. — У тебя же и сотни долларов не было с собой!</p>
      <p>— Разве я тебе не сказал, что у меня кредит? А коли он у меня есть, то я им и воспользовался. Я и цента наличными не выложил, заплатил только за два длинных кнута. Потом я купил три комплекта рабочей сбруи — подержанные, по двадцати долларов за комплект — у парня, который возил камень из каменоломни. Они ему больше не нужны. У него же я взял напрокат четыре повозки и четыре упряжки, из расчета полдоллара за день с каждого коня и полдоллара с каждой повозки. Всего мне придется платить ему в день шесть долларов. Три комплекта запасной сбруи — это для моих лошадей. Затем… Постой, дай вспомнить… Да! Еще я заарендовал две конюшни в Глен-Эллене и заказал пятьдесят тонн сена и вагон отрубей и ячменя в кенвудской лавке — мне ведь придется кормить четырнадцать лошадей, ковать их и все прочее… Ах, совсем забыл! Я нанял еще семь человек, по два доллара в день и… Ой! Черт! Что ты делаешь?</p>
      <p>— Нет, — серьезно сказала Саксон, ущипнув его, — нет, ты не бредишь. — Она пощупала ему пульс и лоб. — Жара никакого нет. Дыхни на меня… Нет, и не пил ничего. Ладно, продолжай…</p>
      <p>— Разве тебе этого мало?</p>
      <p>— Мало. Я хочу услышать дальше. Я хочу знать все.</p>
      <p>— Отлично. Но прежде всего имей в виду, что я ничуть не глупее моего бывшего хозяина в Окленде. И если кто-нибудь тебя спросит, ты так прямо и говори: мой муж — деловой человек. А теперь слушай, я тебе все расскажу, хотя я понять не могу, почему никто в Глен-Эллене не опередил меня. Верно, просто проморгали! В настоящем городе этакой штуки ни за что бы не упустили! Видишь ли, дело обстояло так. Ты знаешь большой, только что выстроенный кирпичный завод, который должен выпускать особый огнеупорный кирпич для внутренних стен? Ну вот, ломаю я себе голову, как мне быть с этими шестью лошадьми, которые ко мне вернутся: зарабатывать они больше не зарабатывают, а из-за их кормов мне скоро придется по миру пойти; куда-нибудь их пристроить нужно. И тут я вспомнил про кирпичный завод. Поехал я туда и переговорил с их химиком, японцем, он у них в лаборатории работает. Гляжу, а на заводе уже все готово — и мастера тут, только начинай. Я хорошенько все разглядел, что и как. Потом присмотрелся к забою, откуда они будут глину брать, — помнишь, там такая рассыпчатая белая меловая земля, ее добывали как раз за тем участком в сто сорок акров, где три холма? От забоя до завода около мили, дорога ведет под гору, и пара лошадей легко справится с грузом. Право же, труднее будет подниматься наверх с пустыми повозками. Осмотрев все, я привязал лошадь и занялся расчетами.</p>
      <p>— Профессор японец сообщил мне, что директор завода и члены правления приедут с утренним поездом. Я, конечно, никому ни слова не сказал, а сам решил единолично, собственной персоной, изобразить комиссию по встрече; только поезд подошел, я уж: тут как тут и приветствую их от имени города. Протянутая им для пожатия рука была одновременно и рукою некоего парня, которого ты знавала когда-то в Окленде, третьестепенного боксера… как его звали?.. да, вспомнил — Большой Билл Роберте. Под этим именем он выступал на ринге, а теперь, не шутите, он известен как мистер Уильям Роберте, эсквайр.</p>
      <p>Так вот, говорю, я их приветствовал и отправился с ними на завод; и тут из разговоров увидел, что дело у них на мази. А затем, как подошел случай, я и ввернул им свое предложение. Я все время дрожал, — а вдруг у них подряд на подвоз глины уже сдан? Но когда они спросили мои условия, я понял, что это у них еще не налажено. Смету я выучил наизусть и тут же им все выложил, а главный их заправила все цифры записал себе в блокнот.</p>
      <p>— Мы дело поставим сразу на широкую ногу, — говорит и этак пристально смотрит на меня. — Какой же транспорт вы можете предоставить нам, мистер Роберте? — А у меня только и есть, что Хазл и Хатти, да и те слишком молоды, чтобы справиться с таким грузом.</p>
      <p>— Я могу поставить сразу четырнадцать лошадей и семь повозок, — говорю. — Если нужно будет, достану и больше, вот и все.</p>
      <p>— Дайте нам четверть часа на размышление, мистер Роберте, — говорит.</p>
      <p>— Конечно! Пожалуйста, — отвечаю и важничаю, прости господи, как черт. — Но я сначала должен кое-что оговорить. Во-первых, я хочу, чтобы контракт был заключен на два года; и потом моя смета предусматривает одно условие, иначе дело не пойдет.</p>
      <p>— Какое же это условие? — спрашивает.</p>
      <p>— Дорога, — говорю я. — И раз уж мы здесь на месте, я вам сейчас все покажу.</p>
      <p>Сказано — сделано. Я показал ему все и объяснил, как мне будет невыгодно, если они решат придерживаться своего первоначального плана, принимая во внимание спуск и подъем к месту выгрузки.</p>
      <p>— Вам тогда придется сделать одно, — говорю, — провести дорогу вокруг холма, построить бункеры на пятьдесят футов выше и подъездной мост длиной футов в семьдесят — восемьдесят.</p>
      <p>И знаешь, Саксон, мой прямой разговор подействовал на них. Ведь я говорил правду. И если они заботились о кирпиче, то я заботился о своих лошадках.</p>
      <p>Совещались они, по-моему, около получаса, а я волновался чуть ли не так же, как тогда, когда ждал, что ты мне скажешь: «да» или «нет». Пересмотрел смету, высчитал, сколько можно будет скинуть, если потребуют. Видишь ли, я дал им городские цены, поэтому я и готов был уступить. Потом они вернулись.</p>
      <p>— Цены в деревне должны быть ниже, — сказал их главный.</p>
      <p>— Вовсе нет, — говорю я. — Здесь вся земля под виноградниками. Сена и для своих лошадей не хватает, его приходится возить из долины Сан-Хоакин. В Сан-Франциско сено с доставкой дешевле обходится, а здесь я его еще и сам привезти должен.</p>
      <p>Это здорово на них подействовало. Ведь я сказал истинную правду, и они знали это. Но была тут одна загвоздка. Если бы они догадались спросить про плату возчикам и цену за ковку лошадей, мне наверняка пришлось бы скинуть: ты ведь понимаешь, что здесь, в деревне, где нет ни союза возчиков, ни союза кузнецов и где плата за помещение ниже, чем в городе, все это обходится гораздо дешевле. Уф! А сегодня я сговорился с кузнецом, который живет против почты: он согласен подковать весь мой табун со скидкой в двадцать пять процентов на каждую подкову; но об этом я, конечно, ни звука. Впрочем, они были слишком заняты своим кирпичом, чтобы интересоваться этой стороной дела.</p>
      <p>Билл вытащил из нагрудного кармана бумагу с печатями и протянул ее Саксон.</p>
      <p>— Вот он, контракт со всеми условиями, ценами и неустойками, — сказал он. — Я встретил в городе мистера Хэйла и показал ему условие. Он говорит, что все в порядке. И тут я пустился во всю прыть; объехал весь город, побывал в Кенвуде, Лондэйле, был всюду, со всеми разговаривал, все обсудил. Работа на каменоломне заканчивается в эту пятницу. А в среду на той неделе я на всех моих лошадях начну возить лес для стройки, кирпич для печей и все, что понадобится. Когда же все будет готово и надо будет приниматься за глину, я окажусь тут как тут.</p>
      <p>Но ты еще не знаешь главного! По дороге из Кенвуда в Лондэйл у меня вышла задержка пока я ждал у переезда, я пересмотрел свою смету. И знаешь что? Тебе и за тысячу лет не догадаться! Оказывается, я где-то ошибся в сложении и назначил им цены на десять процентов выше, чем предполагал. Вот так и находишь деньги! Если тебе теперь понадобится лишний рабочий для твоих овощей, скажи только слово… Хотя в ближайшие месяцы придется навести экономию. А теперь иди и спокойно занимай четыреста долларов у Гоу Юма. Скажи, что мы дадим ему восемь процентов и что деньги нам нужны месяца на три-четыре, самое большее.</p>
      <p>Освободившись из объятий Саксон, Билл начал прогуливать жеребенка, чтобы тот остыл. Вдруг он остановился так неожиданно, что жеребенок ткнулся мордой ему в спину, с испугу взвился на дыбы, и пришлось снова его успокаивать. Саксон ждала: она догадалась, что Билла осенила какая-то новая мысль.</p>
      <p>— Скажи, — спросил он, — ты что-нибудь понимаешь в таком деле, как банковые счета и чеки?</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать первая</p>
      </title>
      <p>Ясным июньским утром Билл попросил Саксон надеть костюм для верховой езды, чтобы испытать новую верховую лошадь.</p>
      <p>— Я освобожусь не раньше десяти, — отозвалась она, — когда отправлю повозку со второй партией овощей.</p>
      <p>Несмотря на то, что дело быстро развивалось, Саксон обнаружила неожиданные способности и так умело распределяла работу, что у нее оставалось много свободного времени. Она нередко забегала к миссис Хэйл, — теперь, когда Клара Хастингс вернулась и постоянно бывала у тетки, эти посещения доставляли Саксон особенное удовольствие. Молодая женщина расцвела в дружеской атмосфере этого дома. Она начала читать и старалась разбираться в прочитанном; выкраивала время для книг, для рукоделий и для Билла, которого нередко сопровождала в его разъездах.</p>
      <p>Он был еще более занят, чем Саксон, ибо дела требовали его присутствия в самых разных местах, но он все-таки находил время следить за конюшней и за лошадьми жены. Билл стал настоящим деловым человеком, хотя зоркий взгляд миссис Мортимер при проверке его книг и обнаружил некоторые упущения в графе расходов. С помощью Саксон она в конце концов заставила его более тщательно вести записи, и теперь Билл и Саксон каждый вечер после ужина принимались за бухгалтерию. А потом, покончив с делами, Билл располагался в большом кресле, — он настоял на его покупке в первые же дни после заключения договора с кирпичным заводом, — Саксон усаживалась к нему на колени и тихонько перебирала струны укулеле. Иногда они подолгу беседовали о своих делах или строили планы на будущее. То Билл вдруг скажет:</p>
      <p>— Знаешь, Саксон, я твердо решил заняться политикой. Стоит. Даю слово, стоит. И если на ту весну десяток моих упряжек не будет работать на постройке дорог и привозить мне денежки со всей округи, то я вернусь в Окленд и буду просить хозяина снова взять меня на работу.</p>
      <p>То Саксон расскажет новости:</p>
      <p>— Знаешь, между Калиенте и Элдриджем открывают первоклассную гостиницу; говорят, в горах хотят строить большой санаторий.</p>
      <p>Или же:</p>
      <p>— Вот ты провел воду на свой луг — теперь отдай его мне под овощи; я его арендую у тебя. Прикинь-ка, сколько ты мог бы вырастить на нем люцерны, и я заплачу тебе за нее по рыночной цене с вычетом расходов на выращивание.</p>
      <p>— Ладно уж, бери, — Билл подавлял вздох. — Я так занят, что мне некогда заниматься пустяками.</p>
      <p>Это была явная ложь: ведь нашел же он время поставить плотину и провести воду.</p>
      <p>— Право, так будет лучше, Билл, — утешала его Саксон, зная, что тоска по широким пространствам владеет им сильнее, чем когда-либо. — Зачем тебе возиться с каким-то несчастным акром земли? Участок в сто сорок акров — другое дело! Мы непременно купим его, когда умрет старик Шэвон. Ведь этот участок на самом деле принадлежит к ранчо «Мадроньо»; когда-то они составляли одно целое.</p>
      <p>— Я, конечно, никому не желаю смерти, — ворчливо заметил Билл, — но у него земля пропадает зря, и он только истощает ее своим непородным скотом. Я эту землю знаю всю, каждый дюйм. У него под лугами не меньше сорока акров, а воды в горах столько, что всю долину оросить молено. И кормов можно вырастить столько, что просто дух захватывает. Потом там есть по меньшей мере пятьдесят акров пастбища для моих племенных кобыл — и луга, и рощицы, и холмы… А еще пятьдесят акров у него под лесом — там и красивые уголки есть и дичь водится. Да и та старая глинобитная конюшня пригодится: покрыть ее заново, и в плохую погоду туда всю скотину можно загонять. Посмотри, какое никудышное пастбище за Пингом мне приходится арендовать для моих лошадей! А ведь они могли бы пастись на этих ста сорока акрах, если бы земля принадлежала мне. Интересно, не согласится ли Шэвон сдать ее в аренду?</p>
      <p>В другие вечера Билл не заносился так высоко.</p>
      <p>— Придется махнуть завтра в Петалуму, Саксон. На ранчо Аткинсона будет аукцион; может, удастся что-нибудь подцепить стоящее.</p>
      <p>— Тебе все еще мало лошадей?</p>
      <p>— Разве ты не знаешь, что у меня две упряжки возят лес для новой винодельни? А Барней растянул себе связки. Чтобы поправиться, ему долго придется не работать. А Бриджет совсем выбыла из строя. Мне это совершенно ясно. Уде я ее лечил, лечил… она и ветеринара сбила с толку. Да и другим лошадям не мешает передохнуть маленько. Серые все время на тяжелой работе. А чалый, видно, этой проклятой травы наелся. Мы думали, у него зубы не в порядке, оказывается — нет. Беречь лошадей и вовремя лечить их — это верный способ сэкономить деньги, ведь лошади самые неясные создания на свете. Если я соберусь с деньгами, то выпишу из Колюзы партию мулов; знаешь — таких рослых, сильных. Их у нас здесь расхватают, как горячие пирожки; мне-то они ни к чему, я их выпишу только на продажу.</p>
      <p>Иногда Билл, будучи в более веселом настроении, принимался шутить:</p>
      <p>— Кстати, Саксон, если уж разговор зашел о расчетах, то сколько, по-твоему, стоят Хазл и Хатти? Ну, их рыночная цена?</p>
      <p>— Зачем тебе?</p>
      <p>— Я тебя спрашиваю.</p>
      <p>— Ну… столько, сколько ты заплатил за них, — триста долларов.</p>
      <p>— Так. — Билл погрузился в размышления. — Они, конечно, стоят гораздо больше, но пусть будет по-твоему. А теперь возвратимся к нашим расчетам: может, ты мне выдашь расписку на триста долларов?</p>
      <p>— Вот грабитель!</p>
      <p>— Нисколько. Разве ты не даешь мне расписки, когда я уступаю тебе корм и сено? Всем известно, как аккуратно ты ведешь книги и заносишь в них каждый пенни, — продолжал он дразнить ее. — А раз уж ты такая деловая женщина, то тебе придется рассчитаться со мной и за этих лошадок. Я ими не пользуюсь уж не помню сколько времени.</p>
      <p>— Но ведь тебе достанутся жеребята, — возразила она. — А мне в моем хозяйстве племенные кобылы ни к чему. В ближайшие дни Хазл и Хатти перестанут возить овощи, да и вообще они слишком хороши для такой работы. Присмотри мне другую пару вместо них. Вот на ту пару я тебе дам расписку, только без комиссионных.</p>
      <p>— Хорошо, — согласился Билл. — Значит, я получу обратно Хазл и Хатти. Но уде ты, пожалуйста, выплати мне все за прокат, — ведь ты долго ими пользовалась.</p>
      <p>— Если ты заставишь меня платить за прокат Хазл и Хатти, я предъявлю тебе счет за стол, — грозно заявила она.</p>
      <p>— А если ты предъявишь счет за стол, я потребую с тебя проценты с денег, которые я вложил в этот дом.</p>
      <p>— Не можешь, — рассмеялась Саксон, — это наш дом, наша общая собственность.</p>
      <p>Он свирепо зарычал и сделал вид, будто задыхается от негодования.</p>
      <p>— Удар прямо под ложечку! — пояснил он. — Сбила с ног! Но как это хорошо звучит, а? Наш дом… — Он с восторгом повторял эти слова. — Когда мы с тобой поженились, верхом наших мечтаний была постоянная работа, кое-какие тряпки да немного жалкой мебели… как бы за нее выплатить, потертую да обшарпанную. Если бы не ты, у нас никогда не было бы никакой «общей собственности».</p>
      <p>— Какие глупости! А что я бы без тебя делала? Ты прекрасно знаешь, что это ты заработал деньги на наше обзаведение. И ты платишь жалованье Гоу Юму, и Чан Чи, и старому Юхи, и миссис Пауль, и все это твоих рук дело, о чем тут говорить.</p>
      <p>Она ласково погладила его по плечам и мощным бицепсам.</p>
      <p>— Вот они все это сделали, Билл.</p>
      <p>— Какого черта! Твоя голова — она все сделала. Какой прок в моих мускулах, если бы не было головы, чтобы управлять ими? Только лупить штрейкбрехеров, избивать жильцов да выпивать, привалившись к стойке бара. Единственная умная вещь, до которой додумалась моя голова, — это жениться на тебе. Честное слово, Саксон, без тебя я бы пропал.</p>
      <p>— Какого черта, Билл, — передразнила она мужа, к его великому удовольствию. — Что ждало бы меня, если бы ты не избавил меня от прачечной? Я бы оттуда не вырвалась. Ведь я была совершенно беззащитной девчонкой. Если бы не ты, я бы и сейчас там торчала. У миссис Мортимер было пять тысяч долларов, а у меня — ты!</p>
      <p>— Женщине в жизни пробиться труднее, чем мужчине, — заметил он в заключение. — А я тебе вот что скажу: мы оба были нужны друг другу. Мы работали, как пара лошадок. Мы все делали вместе. Если бы нам пришлось действовать порознь, ты и сейчас гнула бы спину в прачечной, а я, в лучшем случае, служил бы в оклендской конюшне и слонялся бы по танцулькам.</p>
      <p>Саксон стояла под «отцом всех мадроньо», наблюдая, как Хазл и Хатти вывозят из ворот полную повозку овощей, когда во двор въехал Билл, ведя на поводу гнедую кобылу, шелковистая шерсть которой вспыхивала в солнечных лучах золотыми искрами.</p>
      <p>— Четырехлетка, породистая. Озорница, но без коварных штучек, — нахваливал Билл, остановившись рядом с Саксон. — Кожа тонкая, как папиросная бумага, морда атласная, но эта лошадь перегонит любого мустанга. Погляди, какие легкие! А ноздри! Зовут ее Рамона, — испанское имя: ее мать «Мореллита» моргановских заводов.</p>
      <p>— И ее продают? — прерывающимся голосом спросила Саксон, восхищенно сжимая руки.</p>
      <p>— Потому-то я и привел ее, чтобы тебе показать.</p>
      <p>— Но за нее, наверно, хотят очень дорого? — продолжала Саксон: ей казалось невероятным, чтобы у нее могла быть такая изумительная лошадь.</p>
      <p>— Это уже тебя не касается, — отрезал Билл. — Она будет куплена на деньги кирпичного завода, а не на деньги с твоих овощей. Скажи одно слово — и Рамона твоя. Ну как?</p>
      <p>— Сейчас, подожди минутку.</p>
      <p>Саксон попыталась вскочить в седло, но лошадь нервно под ней заплясала.</p>
      <p>— Постой, сейчас я привяжу свою, — сказал Билл. — Она не приучена к женскому обществу, в этом все дело.</p>
      <p>Саксон крепко сжала поводья, схватилась за гриву, поставила ногу в сапожке со шпорой на ладонь Билла и легко вскочила в седло.</p>
      <p>— Она привыкла к шпорам, — крикнул ей вдогонку Билл, — испанская порода. Сразу не осаживай, обращайся спокойно. И поговори с ней. Она благородных кровей, сама понимаешь.</p>
      <p>Саксон кивнула, стрелой вылетела за ворота и помчалась по дороге. Проезжая мимо калитки «Тихого уголка», она помахала рукой Кларе Хастингс и продолжала путь к ущелью Дикарки.</p>
      <p>Когда Саксон вернулась, лошадь была вся в мыле.</p>
      <p>Саксон обогнула дом, миновала вольеры, ягодные кусты и цветники и остановилась подле Билла, который, покуривая папироску, сидел верхом на своей лошади, у самой границы участка. Через просвет между деревьями они вместе взглянули на луг. Но это был уже не луг: он был разбит с математической точностью на квадраты, прямоугольники и узкие полоски, отливавшие всеми оттенками зеленого цвета. Гоу Юм и Чан Чи в широченных китайских соломенных шляпах сажали лук. Старый Юхи возился подле главной оросительной канавы, открывая мотыгой одни боковые канавы и закрывая другие. Под навесом, позади сарая, слышен был стук молотка, — это Карлсен, видимо, обвязывал проволокой ящики с овощами. Из дому доносилось сочное сопрано миссис Пауль, распевавшей псалмы, и жужжание сбивалки для яиц. Свирепый лай Поссума указывал, что пес где-то продолжает ожесточенную и безнадежную войну с белками. Билл затянулся и выпустил дым, не отрывая глаз от луга. Саксон почувствовала, что он чем-то встревожен. Его рука, державшая повод, лежала на луке седла, и Саксон мягко положила на нее свободную руку. Билл медленно перевел взгляд на взмыленную лошадь и, точно ничего не замечая, посмотрел на Саксон.</p>
      <p>— Гм, — произнес он, словно просыпаясь. — Что касается интенсивного огородничества, то этим португальцам из Сан-Леандро теперь нечем хвастаться перед нами. Посмотри, сколько воды. Знаешь, эта вода кажется такой вкусной, что мне иногда хочется встать на четвереньки и всю ее вылакать.</p>
      <p>— Еще бы! Это в таком-то климате и не нуждаться в воде! — воскликнула Саксон.</p>
      <p>— И нечего бояться, что она убежит от нас. Если подведут дожди, под боком Сонома, она-то никуда не денется. Все, что нужно, — это поставить насос с мотором.</p>
      <p>— Но ставить его и не понадобится, Билл. Я как-то спрашивала на этот счет старика Томсона. Он живет здесь с пятьдесят третьего года и уверяет, что в долине еще ни разу не было неурожая по случаю засухи. У нас дождь идет когда нужно.</p>
      <p>— Давай покатаемся, — внезапно предложил он. — Ты ведь свободна?</p>
      <p>— С удовольствием, но сперва расскажи мне, что случилось.</p>
      <p>Он бросил на нее быстрый взгляд.</p>
      <p>— Ничего не случилось, — пробурчал он. — Впрочем, я вру. Да и не все ли равно? Рано или поздно ты узнаешь. Достаточно поглядеть на старика Шэвона: ходит как очумелый. Его золотые залежи иссякли.</p>
      <p>— Какие золотые залежи?</p>
      <p>— Ну, да его глина. Это то же самое. Он получал с кирпичного завода по двадцать центов за ярд.</p>
      <p>— Значит, конец и твоему договору на доставку глины. — Саксон сразу поняла размеры постигшей их катастрофы. — А что говорят на заводе?</p>
      <p>— Там совсем носы повесили. Хотя и держат все в секрете. Целую неделю они рыли и бурили землю в горах, а их химик японец ночами сидел над анализами всякого мусора, который они к нему волокли. Ведь им нужно совсем особую глину для их кирпича, такую не везде найдешь. Эксперты, которые исследовали глину Шэвона, сделали глупейшую ошибку, а может, им лень было поставить как следует земляные работы. Во всяком случае они здорово переоценили запасы этой глины. Да ты не расстраивайся. Как-нибудь выкрутимся. Все равно ты ничем помочь не можешь.</p>
      <p>— Нет, могу, — сказала Саксон. — Мы не купим Рамону.</p>
      <p>— Это тебя не касается, — ответил он. — Я покупаю ее, и цена не имеет никакого значения при той крупной игре, какую я веду. Продать лошадей я всегда успею. Но они приносили мне порядочный доход, а этот договор с кирпичным заводом был и вовсе прибыльным делом.</p>
      <p>— Слушай, а что, если бы сдавать лошадей напрокат для работ по прокладке дорог в нашем округе? — спросила она.</p>
      <p>— Об этом я уже думал. И я тут своего не упущу. Есть слухи, что работы в каменоломнях возобновятся, а тот парень, который возил им камень, подался куда-то к Пюджет-Саунду. Не такая уж беда, если мне даже придется продать большую часть моих лошадей. У нас остается твой огород; это дело верное. Просто мы не сможем идти вперед полным ходом, как до сих пор. Вот и все. Теперь я уже не боюсь деревни. Пока мы добирались сюда, я понял, как много тут можно сделать. Нет, кажется, камешка на дороге, который бы нам не пригодился. А теперь скажи, куда мы поедем?</p>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Глава двадцать вторая</p>
      </title>
      <p>Легким галопом лошади выехали за ворота, грохоча копытами, промчались по мосту мимо ранчо Хэйлов и свернули к ущелью Дикарки: Саксон решила навестить «свою» луговину на уступе горы Сономы.</p>
      <p>— Знаешь, Саксон, когда я сегодня ездил за Рамоной, мне сообщили интересную новость, — сказал Билл, решив на время забыть о неприятностях с глиной. — Дело идет о тех ста сорока акрах. Я по дороге встретил Шэвона-сына и, сам не знаю почему, — вернее всего, в шутку, — спросил его, не сдаст ли мне старик тот участок в аренду. И что же ты думаешь? Оказывается, эти сто сорок акров вовсе не принадлежат его отцу, он сам арендует их. Потому-то мы и видим там постоянно его скот. Этот участок вклинивается в землю старика, а вокруг вся земля принадлежит ему.</p>
      <p>— А потом я встретил Пинга, и он сказал, что участок принадлежит Хильярду и что Хильярд хочет продать его, но старик Шэвон не дает настоящей цены. На обратном пути я заглянул к Пэйну. Он бросил кузницу: его лягнула лошадь, у него спина болит; и он решил заняться перепродажей недвижимости. Он тоже подтвердил, что Хильярд действительно намерен продать эту землю и даже занес ее в списки. Шэвон истощает пастбища, и Хильярд решил арендного договора с ним не возобновлять.</p>
      <p>Они выбрались из ущелья Дикарки, повернули лошадей, остановились у его края и стали смотреть на три поросшие лесом холма в середине желанного участка.</p>
      <p>— И все-таки мы его получим, — сказала Саксон.</p>
      <p>— Конечно, получим, — согласился Билл с небрежной уверенностью. — Я еще раз осмотрел большую глинобитную конюшню: там можно поставить целый табун, а новая крыша обойдется дешевле, чем я предполагал. Хотя теперь, после этой истории с глиной, ни Шэвон, ни я не сможем купить этот участок.</p>
      <p>Доехав до «луговины Саксон», — теперь им было известно, что она принадлежит старожилу Томсону, — они привязали лошадей и пошли дальше пешком.</p>
      <p>Томсон был на лугу и громко приветствовал их. Траву только что скосили, и Томсон сгребал ее. День был ясный, безветренный, и они в поисках тени углубились в лес по ту сторону луговины. Вскоре они набрели на едва приметную тропку.</p>
      <p>— Это коровья тропа, — заметил Билл. — Пари держу, что где-нибудь здесь за деревьями скрыто маленькое пастбище. Пойдем по следу.</p>
      <p>Пройдя несколько сот футов вверх по склону, они минут через пятнадцать увидели перед собой на обнаженном склоне горы поросшую травой поляну. Почти весь участок в сто сорок акров лежал под ними, в каких-нибудь двух милях от склона. А сами они находились на уровне трех холмов. Билл остановился, чтобы полюбоваться желанным участком. Саксон подошла к нему.</p>
      <p>— Что это такое? — спросила она, указывая вдаль. — Видишь, в маленьком ущелье, слева, у самого отдаленного холма, как раз под склоненной елью?</p>
      <p>Билл увидел на стене ущелья какую-то белую полосу.</p>
      <p>— Вот так штука, — сказал он, вглядываясь. — Мне казалось, что я тут все наизусть знаю, но этой полосы я ни разу не видел. Я побывал в этих местах в начале зимы. Там непроходимые заросли, склоны ущелья отвесные, как стена.</p>
      <p>— Что же это такое? — спросила она. — Оползень, что ли?</p>
      <p>— Может быть… после сильных дождей. Если меня глаза не обманывают… — Билл смолк, напряженно рассматривая белую полосу.</p>
      <p>— Хильярд продает по тридцати за акр, — продолжал он, как будто без всякой связи. — И хорошую землю и плохую — по тридцати на круг. Всего выходит четыре тысячи двести. Пэйн насчет недвижимости еще новичок, я предложу ему поделить со мной комиссионные и получу участок на самых льготных условиях. Мы опять займем четыреста долларов у Гоу Юма, и я еще достану денег под лошадей и повозки.</p>
      <p>— Ты что, уже сегодня покупаешь эту землю? — засмеялась Саксон.</p>
      <p>Билл едва расслышал ее слова. Он поглядел на жену, точно хотел ответить, и тут же позабыл о ней.</p>
      <p>— Шевелить мозгами, — бормотал он, — шевелить мозгами… Ковать железо, пока горячо…</p>
      <p>Вдруг он бросился вниз по тропе, потом вспомнил о Саксон и крикнул ей через плечо:</p>
      <p>— Беги вниз! Скорее. Я хочу проехать туда и взглянуть, что это такое!</p>
      <p>Он так быстро спустился по тропе и пересек луговину, что Саксон не успела ни о чем спросить. Она едва переводила дух, стараясь не отставать от него.</p>
      <p>— Ну, что же это оказалось? — спросила она, когда он подсаживал ее в седло.</p>
      <p>— Наверно, вздор. Я тебе потом скажу, — уклонился он от ответа.</p>
      <p>Там, где дорога была ровной, они мчались галопом, по отлогим склонам горы спускались рысью и, только добравшись до крутого спуска в ущелье Дикарки, наконец поехали шагом. Билл как будто успокоился, и Саксон воспользовалась случаем, чтобы заговорить о предмете, занимавшем с некоторых пор ее мысли.</p>
      <p>— Клара Хастингс говорила мне вчера, что к ним приезжают гости. Будут Хэзарды, Холлы и Рой Бланшар…</p>
      <p>Она опасливо взглянула на Билла. При имени Бланшара он поднял голову, точно боевой конь при сигнале горниста. Постепенно сквозь туманную синеву в его глазах вспыхнули коварные искорки.</p>
      <p>— Ты уде давно никому не говорил: «Проваливай, я тебя не держу…»</p>
      <p>— осторожно начала она.</p>
      <p>Билл ухмыльнулся.</p>
      <p>— Ну что ж, пожалуйста, — сказал он с насмешливой снисходительностью. — Пусть Рой Бланшар приезжает. Я не возражаю. Все это быльем поросло. Да я и слишком занят, чтобы тратить время на такие пустяки.</p>
      <p>Он заставил лошадь прибавить шагу и, как только дорога стала менее крутой, пустил ее рысью. Мимо усадьбы Хэйлов они опять промчались галопом.</p>
      <p>— Заезжай домой пообедать, — сказала Саксон, когда они приближались к воротам ранчо «Мадроньо».</p>
      <p>— Ты обедай, а я не стану.</p>
      <p>— Но мне хочется побыть с тобой, — жалобно сказала она. — Скажи, в чем дело?</p>
      <p>— А вот не скажу. Отправляйся домой и обедай без меня.</p>
      <p>— Ну уж нет, — возмутилась она. — Я теперь непременно поеду с тобой.</p>
      <p>Они проскакали по шоссе с полмили, потом свернули, миновали поставленные Биллом ворота, пересекли поля и пустились по дороге, покрытой густым слоем белой пыли. Эта дорога вела к забою Шэвона. Участок в сто сорок акров лежал к западу. В густом облаке пыли двигались навстречу две телеги.</p>
      <p>— Смотри, твои лошади! — воскликнула Саксон. — Как удивительно! Стоило тебе хорошенько подумать — и вот они зарабатывают для тебя деньги, пока ты разъезжаешь со мной.</p>
      <p>— Даже неловко вспомнить, сколько каждая из этих упряжек мне приносит в день, — признался он.</p>
      <p>Они уже свернули с дороги к шлагбауму, преграждавшему въезд на участок в сто сорок акров, но тут возчик с передней телеги окликнул их и помахал рукой. Они осадили лошадей.</p>
      <p>— Чалый чего-то испугался и понес, — заявил, поравнявшись с ними, возчик. — Совсем взбесился — кусает, визжит, брыкается. Упряжь разлетелась, как бумажная. Вырвал зубами у Болди клок мяса с целое блюдечко! А кончил тем, что сломал себе заднюю ногу. Я в жизни не видел, чтобы лошадь за пятнадцать минут натворила таких дел.</p>
      <p>— А нога действительно сломана? — резко спросил Билл.</p>
      <p>— Это уж точно.</p>
      <p>— Ладно, выгружайтесь, затем поедете к другой конюшне и найдете Бена. Он в загоне. Скажите Мэтьюзу, пусть обращается с ним помягче. И достаньте винтовку; возьмите у Сэмми, у него есть. Придется вам присмотреть за чалым. Мне сейчас некогда. Почему Мэтьюз сам не поехал с вами за Беном? Вы бы этим сберегли немало времени.</p>
      <p>— Он остался там и ждет меня, — отвечал возчик, — решил, что я и один найду Бена.</p>
      <p>— А пока что сидит без дела? Ну, поторапливайтесь.</p>
      <p>— Вот как они работают, — сердито пробормотал Билл, когда он и Саксон поехали дальше, — Никакой смекалки. Никакого соображения. Один сидит сложа руки и ждет, а другой едет вместо него туда, куда он должен был ехать. Вот чем плохи люди, которые получают два доллара в день.</p>
      <p>— У них и головы двухдолларовые, — подхватила Саксон. — Что же ты рассчитывал получить за два доллара?</p>
      <p>— И это правильно, — покорно согласился Билл. — Если бы головы у них были лучше, они жили бы в городе, как другие, более сообразительные люди. Но эти сообразительные люди тоже ужасные дураки: они и не догадываются, какие возможности есть в деревне, иначе их ничто не удержало бы в городе.</p>
      <p>Билл слез с лошади, снял перекладины, закрывавшие вход на участок, провел лошадей и снова наложил перекладины.</p>
      <p>— Когда я получу этот участок, я поставлю здесь ворота, — заявил он. — Они сразу окупят себя. Это, конечно, мелочь, но из тысячи таких мелочей и складывается настоящее хозяйство. — Он самодовольно вздохнул. — Я прежде и не думал о таких вещах, но с тех пор, как мы удрали из Окленда, я поумнел. Португальцы в Сан-Леандро первые открыли мне глаза на многое. А до того я спал.</p>
      <p>Они объезжали нижнее из трех полей, где трава стояла еще не скошенная. Билл выразительно указал на кое-как залатанную ограду и на помятое скотом поле.</p>
      <p>— В том-то все и дело, — насмешливо сказал он. — Старозаветный уклад! Погляди, какой жалкий урожай и какая плохая вспашка. Непородный скот, несортовые семена, плохое хозяйство. Шэвон обрабатывает это поле вот уже восемь лет, и ни разу он не оставил его под паром, ничем не возмещал того, что брал от земли, если не считать, что он пускает сюда скот после уборки урожая.</p>
      <p>Проехав дальше, они увидели пасущееся на поляне стадо.</p>
      <p>— Взгляни вон на этого быка, Саксон. Сказать, что это шваль, — мало. Надо бы законом запретить держать таких животных. Немудрено, что Шэвон никак не вылезет из бедности и все, что он зарабатывает на глине, уходит у него на проценты по закладным. Он не может заставить свою землю приносить доход. Возьми, к примеру, этот участок: человек со смекалкой лопатой загребал бы серебряные доллары… Вот я им покажу, как надо вести хозяйство.</p>
      <p>Проезжая мимо, они увидели вдали огромную глинобитную конюшню.</p>
      <p>— Если бы он вовремя не пожалел нескольких долларов на крышу, то сберег бы несколько сотен, — заметил Билл. — Ну да ладно, по крайней мере, при покупке мне не придется платить ни за какие ремонты. И скажу тебе еще одно: это ранчо очень богато водой; значит, если Глен-Эллен разрастется и городу понадобится вода — им придется обратиться ко мне.</p>
      <p>Билл знал этот участок вдоль и поперек и, сокращая дорогу, ехал через лес по вытоптанным скотом тропам. Вдруг он натянул поводья, и оба остановились. Прямо против них, шагах в двенадцати, стояла молодая лиса. С полминуты хищный зверек рассматривал их своими глазами-бусинками и шевелил чуткими ноздрями, вдыхая запах незнакомых существ, затем он беззвучно метнулся в сторону и исчез между деревьями.</p>
      <p>— Ах ты разбойница! — воскликнул Билл.</p>
      <p>Приближаясь к Дикарке, они выехали на длинную узкую поляну, посреди которой блестел пруд.</p>
      <p>— Естественное водохранилище, когда Глен-Эллен начнет интересоваться водой, — заметил Билл. — Посмотри на дальний конец пруда — ничего не стоит поставить там плотину. Можно будет провести воду куда угодно. Не за горами то время, когда вода в этой долине будет цениться на вес золота. А все эти идиоты, разини, олухи и сони оглохли, ослепли и ничего не понимают. Ты знаешь, сейчас инженеры исследуют эту долину, чтобы начать прокладку электрички из Сосалито, с веткой в долину Напа.</p>
      <p>Билл и Саксон подъехали к краю ущелья Дикарки. Откинувшись в седле, они пустили лошадей вниз по крутому склону и через густой хвойный лес добрались до забытой, почти заросшей тропы.</p>
      <p>— Эта тропа была проложена еще в пятидесятых годах, — сказал Билл.</p>
      <p>— Я на нее наткнулся случайно. А вчера спросил Поппа, — он ведь родился здесь, в долине. Он сказал, что тропу проложили золотоискатели из Петалумы, когда сюда понаехали. На бирже пустили слух о новых месторождениях, и сюда устремились тысячи одураченных людей. Видишь, вон расчищенная площадка и старые пни. Здесь был их лагерь. Они ставили лотки под деревьями. Площадка в свое время была больше, но речка размыла ее. Попп уверяет, что тут произошло несколько убийств и даже кого-то линчевали.</p>
      <p>Пригнувшись к шеям лошадей, они узенькой обрывистой тропинкой выбрались из ущелья и начали продираться через чащу, держа путь к холмам.</p>
      <p>— Ты всегда ищешь красивые виды, Саксон. А я тебе такую штуку покажу, что ты с ума сойдешь… Подожди, вот выберемся из этой рощи.</p>
      <p>Никогда за все время их странствований Саксон не встречала такого чудесного уголка, какой представился им, едва они выехали из мансанитных зарослей. Чуть приметная тропка казалась трепещущей красной тенью, отброшенной на мягкую лесную землю гигантскими секвойями и дубами. Все эти местные породы деревьев и ползучих растений точно сговорились между собой и, сцепившись, образовали воздушный свод; клены, мадроньо, лавры, величественные смуглые дубы — все было увито и оплетено диким виноградом и лианами, которые перебрасывали свои извивающиеся стебли с дерева на дерево. Саксон обратила внимание Билла на мшистый берег ручейка, поросший громадными папоротниками. Можно было подумать, что склоны нарочно сдвинулись, чтобы создать это убежище, эту огромную беседку в глубине леса. Под ногами хлюпала вода. Между широколиственными папоротниками звенел невидимый родник. Со всех сторон виднелись очаровательные уголки. Молодые секвойи безмолвно и стройно толпились вокруг упавших гигантов, их поросшие мохом, рассыпающиеся в прах стволы достигали лошадям до шеи.</p>
      <p>Еще через четверть часа они, наконец, привязали лошадей у края узкого ущелья, которое вело к трем лесистым холмам. Сквозь ветви деревьев Билл указал Саксон на верхушку склоненной ели.</p>
      <p>— Это как раз под ней, — сказал он. — Нам придется подняться по руслу ручья. Здесь никаких троп нет, хотя ты увидишь множество оленьих следов, ведущих через ручей. Боюсь только, что ты промочишь ноги.</p>
      <p>Саксон радостно рассмеялась. Стараясь держаться ближе к Биллу, она шлепала по лужам, руками и ногами цеплялась за скользкую поверхность влажных скал и проползала под стволами упавших деревьев.</p>
      <p>— Здесь ты по всей горе не найдешь скалистого русла, — сказал Билл, — поэтому река уходит все глубже, а берега непрерывно оползают. Они совершенно отвесны, еще немного — и они обрушатся. Подальше ущелье уже не шире трещины, но страшно глубокое. Ты можешь шутя переплюнуть его, но и легко сломать себе шею.</p>
      <p>Карабкаться вверх становилось все труднее. Когда они добрались до узкой расселины, им пришлось остановиться.</p>
      <p>— Подожди меня здесь, — сказал Билл и уполз в кусты.</p>
      <p>Саксон ждала, покамест вверху не замер треск ветвей, потом подождала еще десять минут и последовала за Биллом. Там, где уже невозможно было идти по руслу ручья, Саксон взбиралась по тропе, тянувшейся вдоль крутого склона, под зеленым сводом ветвей; она была уверена, что это оленья тропа. Над головой она увидела склоненную ель, росшую на противоположной стороне ущелья, и выбралась к глинистому водоему с прозрачной водой. Он, видимо, образовался недавно, при сползании земли и деревьев. Над ним возвышалась крутая белая стена. Саксон сразу поняла, что это и есть та белая полоса, и стала озираться, ища Билла. Он свистнул, и она подняла голову. Билл стоял на самом краю отвесной белой стены, футов на двести выше Саксон, и держался за ствол дерева. Склоненная ель была рядом.</p>
      <p>— Отсюда видно маленькое пастбище на твоей луговине, — крикнул он.</p>
      <p>— Неудивительно, что сюда до сих пор никто не забирался. Эту стену можно увидеть только оттуда. И ты первая увидела ее. Постой, я сейчас спущусь и все тебе расскажу. Раньше я не решался.</p>
      <p>Не требовалось особой проницательности, чтобы отгадать истину. Саксон поняла, что это и есть та драгоценная глина, которая необходима кирпичному заводу. Билл обошел оползень и стал спускаться по стене ущелья, с дерева на дерево, как по ступеням лестницы.</p>
      <p>— Разве это не чудо? — восторженно заявил он, спрыгнув к ней. — Подумай только! Сокровище было скрыто под слоем земли в четыре фута, где его никому не найти, и ждало, пока мы с тобой придем в Лунную долину. Тогда оно сбросило кусочек своей кожи, чтобы мы могли его увидеть.</p>
      <p>— И это та самая глина? — робко спросила Саксон.</p>
      <p>— Ручаюсь головой. Я так много возился с ней последнее время, что и в темноте узнаю. Возьми разотри кусочек пальцами… вот так. Я бы ее отличил даже по вкусу, — достаточно я наглотался пыли от повозок. Ничего, и на нашей улице будет праздник. С тех пор как мы в Лунной долине, мы только и думали, как бы извернуться. А теперь нам можно и передохнуть.</p>
      <p>— Но ведь участок-то не наш, — возразила Саксон.</p>
      <p>— Ладно, ты не успеешь дожить до ста лет, как я куплю его. Прямо отсюда я лечу к Пэйну и заключаю договор на право покупки. Пока они составят купчую, я поищу денег. Мы опять займем четыреста долларов у Гоу Юма, да я возьму денег под лошадей и повозки, под Хазл и Хатти и под все, что стоит хоть цент. Потом получу купчую и закладную под нее и рассчитаюсь с Хильярдом. А тогда это уже легче легкого, — я заключу договор с кирпичным заводом по двадцати центов за ярд; может быть, удастся получить и больше: они с ума сойдут от радости, когда увидят глину. Здесь, где обвал, и бурить не придется. Глина вся на поверхности — двести футов. Рой себе — и все. Эти холмы — сплошная глина, только сверху тонкий пласт земли.</p>
      <p>— Но ведь когда вы начнете добывать глину, что станет с этим красивым ущельем, — с ужасом воскликнула Саксон.</p>
      <p>— Ничего, пострадает только холм. Дорога пройдет с той стороны. Отсюда до забоя Шэвона не больше полумили. Я проложу дорогу и надбавлю цену за перевозку; или пусть завод сам строит дорогу, а я буду возить им глину за те же деньги, что и теперь. И с первой же минуты буду получать двадцать центов чистого дохода за ярд. Но придется подкупить еще лошадей, — этих не хватит.</p>
      <p>Взявшись за руки, они уселись у водоема и принялись обсуждать все подробности своего открытия.</p>
      <p>— Знаешь что, Саксон, — сказал Билл после недолгого молчания, — спой-ка мне «Когда кончится жатва», ладно?</p>
      <p>Прослушав песню до конца, он сказал:</p>
      <p>— Первый раз ты ее спела мне в поезде, когда мы возвращались домой после гулянья.</p>
      <p>— Да, это было в день нашего знакомства, — вставила она. — А какое я на тебя тогда произвела впечатление?</p>
      <p>— Да такое же, как и теперь, — что ты создана для меня. Я это решил сразу, с первого же вальса. А ты?</p>
      <p>— А я все старалась отгадать — еще до первого вальса, с той минуты, как нас познакомили и ты пожал мне руку, — я все спрашивала себя: неужели это он? Этими самыми словами: неужели это он?</p>
      <p>— Выходит, я тебе понравился? — спросил он.</p>
      <p>— Да, понравился, а мои глаза меня никогда не обманывают.</p>
      <p>— Слушай, — Билл перевел разговор на другую тему, — зимой, когда у нас все будет налажено и пущено в ход, отчего бы нам не махнуть в Кармел? С овощами зимой тихо, а вместо себя я могу оставить помощника.</p>
      <p>Но Саксон не пришла в восторг; и это удивило его.</p>
      <p>— Ты не хочешь? — поспешно спросил он.</p>
      <p>Опустив глаза и запинаясь, Саксон ответила:</p>
      <p>— Вчера я сделала одну вещь, не спросив твоего согласия, Билл.</p>
      <p>Он молча ждал.</p>
      <p>— Я написала Тому, — добавила она виновато.</p>
      <p>Он ждал, сам не зная чего.</p>
      <p>— Я просила его прислать мой старый комод — помнишь, комод моей матери, мы его поставили к ним перед уходом из Окленда.</p>
      <p>— Уф! — вздохнул с облегчением Билл. — Что же тут особенного? Комод нам всегда пригодится, верно? А расходы по доставке нас не разорят, верно ведь?</p>
      <p>— Ты мой дорогой дуралей, Билл, — вот что! Разве ты не помнишь, что было в комоде?</p>
      <p>Он покачал головой; и она прибавила чуть слышно, будто вздохнув:</p>
      <p>— Все, что нужно… ребенку…</p>
      <p>— Правда? — воскликнул он.</p>
      <p>— Да.</p>
      <p>— Ты уверена? Она кивнула, и щеки ее вспыхнули.</p>
      <p>— Я так желал этого, Саксон! Больше всего на свете! Я много думал об этом с тех пор, как мы попали сюда, — продолжал он срывающимся голосом; и она впервые увидела слезы на его глазах. — Но после всех безобразий, которые я натворил, и всех неприятностей, я… я не смел просить тебя или хоть словом обмолвиться на этот счет… Но я хотел… я так хотел этого!.. Как я люблю тебя сейчас!..</p>
      <p>Он крепко обнял ее, и у водоема, в глубине ущелья, наступила тишина.</p>
      <p>Вдруг Саксон почувствовала, что Билл предостерегающе коснулся пальцем ее губ. Послушная движению его руки, она повернула голову, — и оба увидели далеко вверху, на склоне холма, лань и пятнистого оленя, которые смотрели на них сквозь густую листву.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Бюро убийств<a l:href="#n_608" type="note">[608]</a></p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Глава I</p>
     </title>
     <p>Это был красивый мужчина с выразительными черными глазами, открытым оливкового цвета лицом, чистой гладкой кожей превосходного мягкого оттенка и копной вьющихся темных волос, которые так и хотелось погладить, — короче говоря, это был тот тип мужчины, который привлекает женские взгляды, и вместе с тем тип мужчины, которому прекрасно известно об этой особенности его внешности.</p>
     <p>Он был худощав, мускулист и широкоплеч, и во всей его фигуре и проницательном взгляде, которым он окинул комнату, было столько самоуверенности и важности, что подействовало даже на поведение слуги, сопровождавшего его в доме. Слуга был глухонемым, о чем гость едва бы догадался, если бы уже не знал этого по описанию Лэнигана, посетившего ранее этот дом.</p>
     <p>Как только за спиной слуги захлопнулась дверь, гость с трудом сдержал охватившую его дрожь. Сама по себе обстановка ничем не возбуждала тревожного чувства. Это была спокойная, достойная комната, уставленная полками с книгами, на стенах виднелись гравюры и карта. Большая этажерка была битком набита брошюрами расписаний поездов и пароходов. Между окон стоял широкий, как аэродром, письменный стол с телефоном, а рядом на приставном столике — пишущая машинка.</p>
     <p>Все было в образцовом порядке, что свидетельствовало о неусыпном оке неизвестного гения.</p>
     <p>Внимание посетителя привлекли книги, и он прошел вдоль полок, глазом знатока пробежав одновременно по корешкам всех рядов. Не было ничего настораживающего и в этих солидно переплетенных книгах. Он приметил прозаические драмы Ибсена, сборник пьес и повестей Шоу, роскошные издания Уайльда, Смоллетта, Филдинга, Стерна, а также «Сказки тысячи и одной ночи», «Эволюция собственности» Лафарга, «Маркс для студентов», «Очерки фабианцев», «Экономическое превосходство» Брукса, «Бисмарк и государство социализма» Доусона, «Происхождение семьи» Энгельса, «Соединенные Штаты на Востоке» Конанта и «Организованный труд» Джона Митчела. Отдельно стояли изданные на русском языке произведения Толстого, Горького, Тургенева, Андреева, Гончарова и Достоевского.</p>
     <p>Гость так увлекся книгами, что наткнулся на письменный стол, аккуратно заставленный пачками толстых и тонких журналов, на одном его углу лежал с десяток недавно вышедших романов. Посетитель пододвинул ближайший стул, поудобнее вытянул ноги, зажег сигарету и стал осматривать эти книги. Тоненький томик в красном переплете привлек его внимание. С обложки вызывающе смотрела яркая девица. Он взял книжку и прочел заглавие: «Четыре недели: шумная книга». Едва он открыл ее, как раздался не сильный, но резкий взрыв, изнутри вырвалось пламя и клубы дыма. Гость содрогнулся от ужаса, отпрянул назад и упал вместе со стулом на спину, неуклюже вскинув руки и ноги, книга отлетела в сторону, будто змея, которую человек по рассеянности поднял. Посетитель был потрясен. Его красивое оливкового цвета лицо его стало мертвенно-зеленым, а выразительные черные глаза наполнились ужасом.</p>
     <p>В этот момент дверь во внутренние покои открылась и в комнату вошел неизвестный гений. Холодная улыбка появилась на его лице, когда он увидел беднягу, охваченного страхом. Нагнувшись, он поднял книгу, раскрыл ее и молча показал механизм, который взорвал бумажную крышку игрушки.</p>
     <p>— Нет ничего удивительного, что такие, как вы, вынуждены обращаться ко мне, — сказал он с усмешкой. — Вы, террористы, всегда были для меня загадкой. Понять не могу, почему вас сильнее всего тянет как раз к тому, чего вы больше всего боитесь?</p>
     <p>Он теперь подчеркнуто выражал свою насмешку:</p>
     <p>— Это же порох. Даже если этот игрушечный стреляющий пакет разрядится у вас во рту, самое большее, что он может вызвать — это временные неудобства при разговоре да за едой. Ну, так кого вы хотите убить?</p>
     <p>Внешность хозяина была совершенно в другом стиле, нежели внешность гостя. Он был настолько рус, что его можно было бы назвать обесцвеченным блондином. Глаза с тонкими, самыми нежными, какие только можно представить, совершенно как у альбиноса, ресницами, были бледно-голубыми. Его лысеющая голова была покрыта порослью нежных, шелковистых, до того выбеленных временем волос, что они были как снег. Губы пухлые и крупные, но не грубые; а очень высокий большой лоб красноречиво свидетельствовал о недюжинном уме.</p>
     <p>Английская речь его была до приторности правильна; явное, полнейшее отсутствие какого-либо акцента — само по себе почти означало акцент.</p>
     <p>Несмотря на грубую простоватую шутку с книгой, которую он только что подготовил, он, пожалуй, не обладал чувством юмора. Он держался со строгим и суровым достоинством, говорившим о его учености, вместе с тем он весь светился от самодовольства, удовлетворения властью и, казалось, владел вершинами философского спокойствия, совсем не совместимого с поддельными книгами и игрушечными стреляющими пакетами.</p>
     <p>Так неуловима была его личность — его бесцветный цвет и почти лишенное морщин лицо, что не по чему было определить его возраст. Ему могло быть тридцать и пятьдесят или шестьдесят лет. Чувствовалось, что он старше, чем выглядит.</p>
     <p>— Вы Иван Драгомилов? — спросил посетитель.</p>
     <p>— Да, меня знают под этим именем. Оно не хуже любого другого, такого, например, как Вилл Хаусман, которым называетесь вы. Ведь такое имя вы приняли? Я вас знаю. Вы — секретарь группы Каролины Уорфилд. Мне приходилось когда-то иметь с ней дело. Насколько я помню, вас представлял Лэниган.</p>
     <p>Он помолчал, покрыл черной профессорской шапочкой свою жидковолосую голову и сел.</p>
     <p>— Надеюсь, жалоб нет, — добавил он холодно.</p>
     <p>— О, нет, совсем нет, — торопливо заверил его Хаусман. — Этим вторым делом мы были полностью удовлетворены. Единственная причина того, что мы не появлялись у вас до сих пор, состоит в том, что мы не могли себе этого позволить. Но теперь нам нужен Мак-Даффи, шеф полиции…</p>
     <p>— Да, я его знаю, — прервал собеседник.</p>
     <p>— Он зверь, изверг, — торопливо заговорил Хаусман, закипая от негодования. — Он без конца издевается над нашим делом, обезглавливает нашу группу, лишает ее избранных бойцов. Несмотря на сделанные ему предупреждения, он выслал Тони, Сисерола и Глука. Несколько раз он учинял разгром наших собраний. Его офицеры зверски избивают и истязают наших. Это ему мы обязаны тем, что четверо наших несчастных братьев и сестер томятся в тюремных застенках.</p>
     <p>Пока он перечислял обиды, Драгомилов серьезно кивал головой, словно ведя учет.</p>
     <p>— Вот, например, старик Санжер, чистейшая, благороднейшая душа из всех, которые когда-либо дышали грязными испарениями этой цивилизации, семидесятидвухлетний старец, патриарх с разрушенным здоровьем, он обречен на десять лет постепенного умирания в тюрьме Синг-Синг в этой стране свободы. А за что? — воскликнул он взволнованно. Затем его голос обмяк, потерял уверенность, силу, и он глухо сам ответил на свой вопрос: — Ни за что. Этой своре государственных ищеек нужно снова преподать красный урок. Не можем мы им больше позволять так обращаться с нами и оставаться безнаказанными. Офицеры Мак-Даффи лжесвидетельствовали, изображая очевидцев. Вам это известно. Он жил слишком долго. Теперь время настало. Он был бы давным-давно мертв, если бы нам удалось раньше добыть денег. Когда мы наконец поняли, что убийство обойдется дешевле, чем затраты на адвокатов, мы оставили наших несчастных товарищей в застенке без защиты, поэтому нам удалось быстрее собрать нужную сумму.</p>
     <p>— Вам известно наше правило: не оформлять приказа, пока мы не убеждены, что это социально оправдано, — заметил спокойно Драгомилов.</p>
     <p>— Разумеется, — недовольно попытался прервать Хаусман.</p>
     <p>— Но в данном случае, — спокойно продолжал Драгомилов, — почти нет сомнений, что ваши мотивы справедливы. Смерть Мак-Даффи представляется мне социально целесообразной и правильной. Мне известен как он сам, так и его деяния. Могу заверить вас, что расследование с несомненностью подтвердит такое наше заключение. А теперь о деньгах.</p>
     <p>— А если вы не признаете смерть Мак-Даффи социально оправданной?</p>
     <p>— Деньги будут вам возвращены за вычетом десяти процентов, которые пойдут на покрытие расходов расследования. Таковы наши правила.</p>
     <p>Хаусман вынул из кармана пухлый бумажник, но потом заколебался.</p>
     <p>— Обязательно платить все?</p>
     <p>— Вам, конечно, известны наши сроки? — в голосе Драгомилова прозвучал упрек.</p>
     <p>— Но я думал, я полагал… вы сами знаете, мы, анархисты, — бедные люди.</p>
     <p>— Именно поэтому я назначаю такую низкую цену. Десять тысяч долларов — не так уж много за убийство шефа полиции крупного города. Поверьте мне, это едва покроет расходы. С частных лиц мы берем значительно дороже, просто потому, что они частные лица. Будь вы миллионерами, а не бедной группой борцов, я бы запросил с вас за Мак-Даффи самое малое пятьдесят тысяч. Кроме того, сейчас я нездоров, и сам не смогу принять серьезного участия в деле.</p>
     <p>— Бог мой! Сколько же вы запросите за короля? — воскликнул собеседник.</p>
     <p>— По-разному. Король, ну, скажем, Англии, будет стоить полмиллиона. Небольшой второ- или третьеразрядный король обойдется в семьдесят пять — сто тысяч долларов.</p>
     <p>— Понятия не имел, что они стоят так дорого, — проворчал Хаусман.</p>
     <p>— Поэтому так мало и убито. Не следует к тому же забывать о больших затратах на такую великолепную организацию, которая мною создана. Одни наши дорожные расходы значительно превосходят то, что вы предполагаете. Моя агентура многочисленна, и совсем не следует думать, что они задаром рискуют жизнью и убивают. И учтите, всю операцию мы проводим, совершенно не подвергая опасности наших клиентов. Если вы считаете, что десять тысяч за жизнь шефа Мак-Даффи — слишком дорогая цена, позвольте вас спросить, разве свою жизнь вы оцениваете дешевле? Кроме того, уж очень вы, анархисты, неумело работаете. Где бы вы ни приложили свою руку, везде вы испортите дело или вообще его провалите. Далее, всегда вам требуются динамит или адская машина, которые крайне опасны.</p>
     <p>— Нужно, чтобы казнь вызвала сенсацию и была эффектным зрелищем, — пояснил Хаусман.</p>
     <p>Глава Бюро убийств кивнул:</p>
     <p>— Да, я понимаю. Но я говорю не об этом. Это же необычайно глупый, грубый способ убийства и, как я сказал, чрезвычайно опасный для наших агентов. Ну, а если ваша группа позволит нам воспользоваться, скажем, ядом, я сброшу десять процентов, если духовой винтовкой, то двадцать пять процентов.</p>
     <p>— Исключено! — воскликнул анархист. — Так мы не достигнем цели. Наше убийство должно быть кровавым.</p>
     <p>— В таком случае я не могу снизить цену. Вы же американец, не так ли, мистер Хаусман?</p>
     <p>— Да, и родился в Америке — в Сан-Хосе, штат Мичиган.</p>
     <p>— Так почему же вам самим не убить Мак-Даффи? И не сэкономить деньги группы?</p>
     <p>Анархист побледнел:</p>
     <p>— Нет, нет. Ваше обслуживание слишком хорошо, мистер Драгомилов. Кроме того, я… э… характер у меня не тот, чтобы уничтожать или проливать кровь. Такая, знаете ли, натура. Это не по мне. Теоретически я признаю, что убийство справедливо, но я не в состоянии заставить себя его совершить. Я… я просто не могу, вот и все. И с этим ничего не поделать. Я даже мухи не мог бы обидеть.</p>
     <p>— Тем не менее вы входите в боевую группу.</p>
     <p>— Да, это так. К этому понуждает меня мой разум. Философствующие непротивленцы, толстовцы, меня не привлекают. Я не верю в теорию «подставь другую щеку, если ударили по одной», как, например, это считает группа Марты Браун. Если меня ударили, я должен нанести удар в ответ.</p>
     <p>— Даже через посредство доверенного лица, — сухо прервал Драгомилов.</p>
     <p>Хаусман опустил голову:</p>
     <p>— Да, через доверенное лицо. Если плоть слаба, то нет другого выхода. Вот вам деньги.</p>
     <p>Пока Драгомилов пересчитывал их, Хаусман решил приложить еще одно, последнее усилие, чтобы сделка стала более выгодной.</p>
     <p>— Десять тысяч долларов. Убедитесь, все верно. Забирайте их и помните, что они — свидетельство преданности и самопожертвования со стороны десятков моих товарищей, которым большого труда стоил этот нелегкий взнос. Не могли бы вы… э… не могли бы вы включить дополнительно еще одного мерзавца — инспектора Моргана?</p>
     <p>Драгомилов покачал головой:</p>
     <p>— Нет, этого нельзя сделать. Ваша группа уже получила самую значительную скидку, которую мы можем допустить.</p>
     <p>— Бомбой, понимаете, — настаивал собеседник, — вы же можете убрать обоих сразу одной и той же бомбой…</p>
     <p>— Этого-то мы как раз и постараемся не сделать. Мы обязательно проведем расследование по делу шефа Мак-Даффи. Для всех наших дел необходимо моральное обоснование. Если мы найдем, что смерть социально не оправдана…</p>
     <p>— Что произойдет с десятью тысячами? — нетерпеливо перебил Хаусман.</p>
     <p>— Они будут вам возвращены за вычетом десяти процентов на текущие расходы.</p>
     <p>— А если вам не удастся его убить?</p>
     <p>— Если в течение года мы потерпим неудачу, деньги вам возвращаются с доплатой пяти процентов неустойки.</p>
     <p>Показывая, что беседа окончена, Драгомилов нажал кнопку звонка и встал. Его примеру последовал Хаусман. Пока не пришел слуга, он задал еще один вопрос:</p>
     <p>— А если, предположим, вы умрете: несчастный случай, болезнь или что другое? Ведь у меня нет расписки за деньги. Они пропадут.</p>
     <p>— В этом отношении все предусмотрено. За дело немедленно возьмется начальник моего чикагского филиала и будет его вести до тех пор, пока не сможет прибыть начальник сан-францисского филиала. Аналогичный случай произошел недавно, в прошлом году. Помните Бургесса?</p>
     <p>— Какого Бургесса?</p>
     <p>— Железнодорожного короля. Им занимался один из моих людей, он до конца оформил сделку и, как обычно, получил все деньги вперед. Разумеется, моя санкция имелась. А потом произошло два события. Бургесс погиб во время железнодорожной катастрофы, а наш человек умер от воспаления легких. Тем не менее деньги были возвращены. Я лично проследил за этим, хотя по закону их бы, конечно, не вернуть. Наша продолжительная успешная деятельность — свидетельство честных взаимоотношений с клиентами. Поверьте, в нашем положении, работая незаконно, отсутствие щепетильной честности было бы для нас моментом роковым. А теперь о Мак-Даффи…</p>
     <p>В этот момент вошел слуга, и Хаусман сделал предостерегающий жест замолчать. Драгомилов улыбнулся.</p>
     <p>— Не слышит ни слова, — сказал он.</p>
     <p>— Но вы же только что ему звонили. И, клянусь богом, он же открыл двери на мой звонок.</p>
     <p>— Вспышка лампы заменяет ему звонок. Вместо звонка включается электрический свет. За всю свою жизнь он не слышал ни звука. Если он не видит губ, он не понимает, что ему говорят. А теперь о Мак-Даффи. Хорошо ли вами обдумано решение его убрать? Запомните, для нас отданный приказ все равно что выполненный. Иначе нельзя было бы держать такую организацию. Как вы знаете, у нас особые правила. Если приказ отдан, его уже нельзя взять назад. Это вас устраивает?</p>
     <p>— Полностью. — Хаусман остановился у двери. — Когда мы сможем услышать новости о… деятельности?</p>
     <p>Драгомилов на минуту задумался.</p>
     <p>— В конце недели. Расследование в данном случае будет чистой формальностью. Операция сама по себе очень несложная. Мои люди на месте. До свидания.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава II</p>
     </title>
     <p>Неделю спустя, после полудня, у подъезда импортной конторы «С. Константин и Ко» остановилась автомашина. В три часа из своей конторы появился сам Сергиус Константин, до машины его сопровождал управляющий, которому он продолжал давать какие-то указания. Если бы Хаусман или Лэниган видели того, кто садился в машину, они бы сразу его узнали, но для них это был не Сергиус Константин. Если бы задали вопрос об имени этого человека и они согласились ответить, они назвали бы Ивана Драгомилова.</p>
     <p>Ибо тот, кто повел машину к югу и пересек людную Ист-сайд, был Иваном Драгомиловым. Он только один раз остановился купить газеты у мальчишки, отчаянно кричавшего: «Экстренный выпуск!» Он не тронулся в путь, пока не прочел заголовки и короткую заметку, сообщавшую о новом грубом беззаконии анархистов в пригороде и смерти шефа полиции Мак-Даффи. Когда он, положив газету возле себя, тронулся с места, лицо его было спокойно и преисполнено достоинства. Созданная им организация работала, и работала со своей обычной четкостью. Расследование — в данном случае оно явилось простой формальностью — было проведено, приказ отдан, и Мак-Даффи мертв.</p>
     <p>Улыбка скользнула по его губам, когда он проезжал мимо жилого дома, недавно построенного на краю одной из самых ужасных трущоб Ист-сайда. Улыбнулся он при мысли о ликовании, которое охватит группу Каролины Уорфилд — тех самых террористов, у которых не хватило мужества самим уничтожить Мак-Даффи.</p>
     <p>Лифт поднял Константина на последний этаж, он нажал кнопку, молодая женщина, открывшая дверь, бросилась ему на шею, расцеловала и засыпала его восторженными русскими уменьшительными именами, он в ответ называл ее Груней.</p>
     <p>Комнаты, куда она его ввела, были очень удобны, необычайно уютны и обставлены с большим вкусом, не уступающим образцовым жилым домам района Ист-сайда. Целомудренной простотой, культурой и богатством веяло от обстановки и убранства дома. Здесь было много полок с книгами, стол, покрытый журналами, роскошный кабинет занимал всю дальнюю часть комнаты. Груня была крепкой русской блондинкой, не лишенной тех здоровых цветов, которых недоставало в наружности ее гостя.</p>
     <p>— Вам бы следовало предупредить меня по телефону, — с упреком заговорила она, и ее английская речь была совершенно без акцента, совсем как у гостя. — Меня могло не быть дома. Вы появляетесь так редко, что я не знаю, когда и ожидать вас.</p>
     <p>Он удобно уселся среди подушек на просторной кушетке у окна, положив рядом вечернюю газету.</p>
     <p>— Ну, Груня, родная, ты не должна отчитывать меня, — сказал он, глядя на нее с нежной улыбкой. — Я же не принадлежу к числу несчастных питомцев вашего детсада, а потому не собираюсь позволять тебе приказывать, что мне делать, даже если речь идет об умывании и высмаркивании носа. Я приехал в надежде застать тебя, но мне к тому же хотелось и опробовать мою новую машину. Не хочешь немного со мной прокатиться?</p>
     <p>Она отрицательно покачала головой:</p>
     <p>— Не сегодня. В четыре я ожидаю гостя.</p>
     <p>— Учтем, — он посмотрел на свои часы. — Кроме того, я хотел бы знать, вернешься ли ты домой к концу недели. Без нас обоих Эдж-Мур чувствует себя одиноко.</p>
     <p>— Меня не было три дня, — поджала она губы. — А вы, как сказала Гроссет, там не были целый месяц.</p>
     <p>— Очень занят. Но теперь я собираюсь уйти на покой на целую неделю. Примусь за чтение. Между прочим, почему бы это понадобилось Гроссет сообщать тебе, что меня не было там месяц? Разве потому, что отсутствовала ты?</p>
     <p>— Занят, этот мучитель занят, очень похоже на вас. — Она разразилась смехом и, замолчав, погладила его руку.</p>
     <p>— Ты приедешь?</p>
     <p>— Сегодня понедельник, — размышляла она. — Да, если… — посмотрела она лукаво, — …если мне можно привезти на уик-энд одного моего друга. Я уверена, он вам понравится.</p>
     <p>— О! Это он, не так ли? Один, я полагаю, из ваших длинноволосых социалистов?</p>
     <p>— Нет, из коротковолосых. А вообще-то вам бы следовало быть осведомленнее, вместо того, чтобы повторять одну и ту же эту вашу шутку. Ни разу в жизни не видела я длинноволосых социалистов. А вы видели?</p>
     <p>— Нет, но я видел, как они пьют пиво, — заявил он уверенно.</p>
     <p>— А вот за это вас накажут, — она схватила подушку и угрожающе пошла на него. — Сейчас я дурь-то из вас выбью, как говорят мои ребятишки. Вот вам! Вот! Вот!</p>
     <p>— Груня! Я протестую! — вскрикивал он, жадно хватая воздух в промежутках между ударами. — Так не годится. Нельзя так неуважительно обращаться с братом твоей матери. Я же уже старый…</p>
     <p>— Ох! — развеселившаяся Груня отпустила его. Отбросив подушку, она взяла его руку и посмотрела на его пальцы. — Подумать только, ведь эти пальцы разрывали пополам колоду карт и гнули серебряные монеты.</p>
     <p>— Теперь это все ушло. Они… совсем ослабли.</p>
     <p>Он расслабил руку, показывая, какими немощными стали пальцы, которые она хвалила, и вызвал снова взрыв ее негодования. Она положила свою руку на его бицепсы.</p>
     <p>— А ну-ка, напрягите их, — приказала она.</p>
     <p>— Я… я не могу, — промямлил он. — Эх! У-у! Вот самое большее, на что я способен.</p>
     <p>Напряжение, которое ему удалось сделать, было и в самом деле очень невелико.</p>
     <p>— Ты же видишь, я обрюзг, у меня размягчение тканей от старости.</p>
     <p>— Напрягите крепче! — крикнула она, на этот раз топнув ногой.</p>
     <p>Константин, сдавшись, подчинился, и по мере того как бицепсы надувались под ее рукой, румянец восхищения заливал ее лицо.</p>
     <p>— Как сталь, — прошептала она. — Но только живая сталь. Просто великолепно. Вы дико сильны. Я бы погибла, если бы вы обрушили всю эту силищу на меня.</p>
     <p>— Тебе следует об этом помнить, — ответил он, — и ценить то, что в пору, когда ты была крохой, даже если отвратительно вела себя, я никогда тебя не шлепал.</p>
     <p>— Ах, дядя, а разве вы поступали так не потому, что ваши нравственные убеждения были против шлепков?</p>
     <p>— Верно, а если кто-нибудь и колебал эти убеждения, так это ты, и, между прочим, довольно часто, особенно в возрасте от трех до шести лет. Груня, дорогая, мне не хочется наносить оскорбления твоим чувствам, но любовь к правде принуждает меня сказать, что в ту пору ты была варваром, дикаркой, троглодиткой, зверушкой из джунглей, настоящим дьяволенком, волчонком, не признавала никакой морали и не умела себя вести…</p>
     <p>Угрожающе поднятая подушка заставила его замолчать и торопливо прикрыть руками голову.</p>
     <p>— Осторожно! — вскрикнул он. — Судя по твоим действиям, теперь я замечаю одно-единственное различие — ты превратилась в зрелую волчицу. Тебе двадцать два, да? И, почувствовав свою силу, ты начинаешь пробовать ее на мне. Но еще не все потеряно. В другой раз, когда ты попытаешься меня бить, я тебя отшлепаю, и не посмотрю, что ты стала взрослой леди, заметно раздобревшей взрослой леди.</p>
     <p>— Ах вы чудовище! Да нет же! — она вытянула руку. — Посмотрите. Пощупайте. Это же мускулы. Я вешу сто двадцать восемь фунтов. Вы заберете свои слова обратно?</p>
     <p>Вновь поднялась и обрушилась на него подушка. Остановилась Груня в самый разгар оборонительной битвы, смеха и отфыркиваний, уверток и отражения ударов, только тогда, когда вошла девушка с самоваром и ей нужно было накрывать на стол.</p>
     <p>— Одна из питомиц твоего детсада? — спросил он, когда служанка вышла из комнаты.</p>
     <p>Груня кивнула.</p>
     <p>— Она выглядит вполне прилично, — заметил он. — Лицо у нее действительно чистенькое.</p>
     <p>— Я запрещаю вам дразнить меня моей работой в колонии, — ответила она, с ласковой улыбкой передавая ему чай. — Я сама разработала план собственного воспитания, вот и все. Вы забыли, чем сами занимались в двадцать лет.</p>
     <p>Константин покачал головой.</p>
     <p>— Возможно, я был только мечтатель, — прибавил он задумчиво.</p>
     <p>— Вы занимались чтением и учением, а для улучшения социальных условий абсолютно ничего не сделали. Вы и пальцем не пошевельнули.</p>
     <p>— Да, я не пошевельнул и пальцем, — повторил он печально, и в этот момент его взгляд упал на заголовки газеты с объявлением о смерти Мак-Даффи, он с трудом подавил усмешку, появившуюся на его губах.</p>
     <p>— Это в русском духе, — воскликнула Груня. — Изучение, детальные обследования и самоанализ, все, что угодно, кроме дел и действий. А я… — ее молодой голос звучал гордо. — Я принадлежу к новому поколению, первому американскому поколению…</p>
     <p>— Ты родилась в России, — вставил он сухо.</p>
     <p>— Но воспитана в Америке. Я же была совсем крошкой. Не знаю я другой страны, кроме этой страны действий. А вы, дядя Сергей, если бы вы только оставили свое дело, ой, какой бы силой могли вы стать!</p>
     <p>— А все то, что ты там делаешь, — ответил он. — Не забывай, именно благодаря моему делу ты можешь заниматься своим. Видишь, я творю добро через… — Он замялся, вспомнив слабохарактерного террориста Хаусмана. — Я творю добро через доверенного. Вот так. Ты мой доверенный.</p>
     <p>— Я это знаю, и мне неудобно об этом говорить! — воскликнула она в порыве великодушия. — Вы балуете меня. Я совершенно ничего не знаю о своем отце, поэтому не будет никакого предательства с моей стороны признаться, как я рада, что именно вы заменили мне отца. Мой отец… да, даже отец… не мог бы быть так… так необычайно добр.</p>
     <p>И вместо подушек на белого бесцветного господина со стальными мускулами, сидевшего развалясь на кушетке, на этот раз щедро посыпались поцелуи.</p>
     <p>— Что происходит с твоим анархизмом? — спросил он лукаво, главным образом для того, чтобы скрыть некоторую растерянность и радость, вызванные ее словами. — Одно время, несколько лет назад, все выглядело так, словно из тебя вырастет настоящий красный, извергающий смерть и разрушение на всех защитников существующего порядка.</p>
     <p>— Я… я в самом деле симпатизировала такому пути, — неохотно согласилась она.</p>
     <p>— Симпатизировала! — воскликнул он. — Ты чуть все жилы из меня не вытянула, пытаясь убедить отказаться от бизнеса и посвятить себя делу человечества. И ты всегда писала «дело» заглавными буквами, если помнишь. Потом ты увлеклась этой работой в трущобах, фактически придя к соглашению с врагом, ставя заплаты на прорехи презираемой тобой системы…</p>
     <p>Протестуя, она подняла руку.</p>
     <p>— Как еще это назовешь? — настаивал он. — Твои клубы мальчиков, твои клубы маленьких матерей. А эти дневные ясли, организованные для работниц, зачем? Чтобы, заботясь о детях во время их работы, дать возможность хозяевам еще основательнее эксплуатировать их матерей, — вот к чему это ведет.</p>
     <p>— Но я переросла программу дневных ясель, дядя, вы же это знаете.</p>
     <p>Константин кивнул головой:</p>
     <p>— И несколько прочих программ. Ты становишься по-настоящему консервативной… э… похожей на социалистов. Не из такого материала сделаны революционеры.</p>
     <p>— Дядя, дорогой, я еще не настолько революционерка. Я еще расту. Социальное развитие протекает медленно и мучительно. В нем нет коротких путей. Нужно идти шаг за шагом. О, я все еще являюсь философским анархистом. Каждый умный человек — обязательно социалист. Но с каждым днем я все больше убеждаюсь в том, что идеальная свобода анархического государства может быть достигнута только…</p>
     <p>— Как его зовут? — внезапно спросил Константин.</p>
     <p>— Кого?.. Что?.. — волна румянца залила девичьи щеки.</p>
     <p>Константин спокойно отхлебнул чаю и ждал. Груня оправилась от смущения и серьезно посмотрела на него.</p>
     <p>— Я вам скажу, — сказала она, — в субботу вечером в Эдж-Мур. Он… он из коротковолосых.</p>
     <p>— Тот гость, которого ты привезешь?</p>
     <p>Она кивнула:</p>
     <p>— До этого я вам ничего сказать не могу.</p>
     <p>— Он уже говорил?</p>
     <p>— Да… и нет. Не в его правилах начинать что-либо, не будучи совершенно уверенным. Подождите до встречи с ним. Он вам понравится, дядя Сергей, уверена, понравится. И вы с уважением отнесетесь к его образу мыслей. Это… его я жду в четыре часа. Оставайтесь, и вы познакомитесь с ним. Ну пожалуйста, если хотите.</p>
     <p>Но дядя Сергиус Константин, он же Иван Драгомилов, взглянул на часы и быстро встал.</p>
     <p>— Нет, Груня, привози его в субботу в Эдж-Мур, и я постараюсь, чтобы он мне понравился. Так мне будет удобнее. Ведь я целую неделю собираюсь бездельничать. Если все это так серьезно, как тебе кажется, попроси его задержаться на неделю.</p>
     <p>— Он так занят, — последовал ответ. — Все, что я могла, это уговорить его на уик-энд.</p>
     <p>— Дело?</p>
     <p>— Что-то в этом роде. Но, конечно, не бизнес. Знаете, он богат. Заботы по улучшению социальных условий — вот, пожалуй, как лучше назвать то, чем он занимается. Но вас восхитят его взгляды, дядя, и вы тоже проникнетесь к ним уважением.</p>
     <p>— Я не сомневаюсь, дорогая… все будет так, как ты хочешь, — сказал Константин, когда они, прощаясь, обнялись у порога.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава III</p>
     </title>
     <p>Винтера Холла принимала уже другая — сдержанная молодая женщина. Дядя ее ушел несколько минут назад. Груня была подчеркнуто серьезна, пока подавала чай и болтала с ним, если можно назвать болтовней разговор, который касается всего — от последней книги Горького и самых свежих известий о революции в России до Дома Хала<a l:href="#n_609" type="note">[609]</a> и забастовки белошвеек.</p>
     <p>Оценивая новый вариант ее планов улучшения условий, Винтер Холл покачал головой.</p>
     <p>— Возьмите, например, Дом Халла, — сказал он. — Он был только средством маскировки ужасающих чикагских трущоб. И до сих пор он, собственно, остается ничем иным, как средством маскировки. Ужасающие трущобы начинают разрастаться, проникать в соседние районы. В наши дни порок, нищета и разложение разрослись в Чикаго до невиданных размеров в сравнении с тем, что было, когда основали Дом Халла. Затем Дом Халла провалился, как и все прочие благотворительные проекты. Протекающий корабль не спасти ковшом, который вычерпывает воды меньше, чем ее туда поступает.</p>
     <p>— Знаю, знаю, — недовольно проворчала Груня.</p>
     <p>— Возьмите историю с внутренними комнатами<a l:href="#n_610" type="note">[610]</a>, — продолжал Холл. — По окончании гражданской войны в Нью-Йорке было шестьдесят тысяч внутренних комнат. С тех пор борьба против внутренних комнат велась беспрерывно. Много людей посвятило свои жизни именно этой борьбе. Тысячи, десятки тысяч граждан с развитым чувством общественной ответственности вкладывают свои силы и средства. Целые кварталы были срыты и переделаны в парки и спортивные площадки. Это великая и страшная борьба. А каков результат? Сегодня, в 1911 году, в Нью-Йорке — более трехсот тысяч внутренних комнат.</p>
     <p>Он пожал плечами и отхлебнул чаю.</p>
     <p>— Вы все более и более убеждаете меня в двух вещах, — призналась Груня. — Во-первых, в том, что свободы, не ограниченной созданными человеком законами, нельзя добиться, минуя фазу созданного человеком социального устройства, которое основано на чрезвычайных законах… Что касается меня, мне бы не хотелось жить в социалистическом государстве.</p>
     <p>Это меня бы раздражало.</p>
     <p>— Вы предпочитаете дикую, мишурную и жестокую красоту современного коммерческого индивидуализма? — спросил он спокойно.</p>
     <p>— Пожалуй, да. Пожалуй, да. Но социалистическое государство должно возникнуть. Это я знаю, потому что ясно понимаю другое — провал проекта улучшения для улучшения, — внезапно закончила она, сверкнув своей ослепительной веселой улыбкой, и добавила: — Шутки в сторону. Начинается жара. Почему бы вам не поехать за город, подышать свежим воздухом?</p>
     <p>— А почему бы не поехать вам? — спросил он в ответ.</p>
     <p>— Я слишком занята.</p>
     <p>— Также и я. — Он замолк, и его лицо сразу стало строгим и суровым, отразив напряженную работу его мысли. — В самом деле, никогда в жизни не был я так занят и никогда не был так близок к завершению большого дела.</p>
     <p>— Вы не хотите поехать на неделю, познакомиться с моим дядей? — внезапно спросила она. — Всего несколько минут назад он был здесь. Он хочет собрать дома на неделю небольшую компанию… просто нас троих.</p>
     <p>Он опять отрицательно покачал головой:</p>
     <p>— Я хочу и конечно поеду, но никак не смогу пробыть целую неделю. У меня очень важное дело. Только сегодня я нашел то, что искал на протяжении месяцев.</p>
     <p>А пока он говорил, она разглядывала его лицо, как только любящая женщина может разглядывать лицо мужчины. Лицо Винтера Холла ей было знакомо до мельчайших черточек: от опрокинутой арки сросшихся бровей до четко очерченных уголков губ, от решительного без вмятинки подбородка до мочки уха. Холл, как мужчина, хотя и влюбленный, не знал в таких подробностях ее лица. Он любил ее, но если бы его вдруг попросили описать ее по памяти, он смог бы это сделать только в общих чертах: живая, гибкая, нежный цвет лица, низкий лоб, прическа всегда к лицу, глаза всегда улыбаются и сияют, румянец на щеках, ласковый, очаровательный рот и голос невыразимо прекрасный. Она оставляет впечатление чистоты и здоровья, благородной серьезности и живого, блестящего ума.</p>
     <p>А Груня видела перед собой крепкого двадцатидвухлетнего мужчину, у которого было чело мыслителя, но в лице — все признаки активного деятеля. Он был голубоглаз, светловолос и бронзоволиц, такими обычно бывают американцы, много времени проводящие на солнце. Он часто улыбался, а если смеялся, то смеялся от души. И все же нередко, когда он задумывался, какая-то суровость, почти жестокость обозначалась на его лице.</p>
     <p>Груню, которая любила силу и ненавидела жестокость, порой пугали эти едва уловимые проблески другой стороны его характера.</p>
     <p>Винтера Холла нельзя было отнести к числу рядовых представителей его времени. Хотя он и имел беззаботное обеспеченное детство и приличное состояние, унаследованное от отца и возросшее еще со смертью двух незамужних тетушек, он давно посвятил себя служению человечеству. В колледже он специализировался по экономике и социологии, и менее серьезные сокурсники смотрели на него, как на чудака. После колледжа он поддержал Рииса как деньгами, так и личным участием в нью-йоркском походе. Много времени и труда потратил он на общественные работы, но и это не принесло ему удовлетворения. Он всегда искал движущие пружины явлений, доискивался до настоящих причин. Поэтому стал интересоваться политикой, а затем решил разобраться в закулисных политических махинациях от Нью-Йорка до Олбани и в столице своей страны тоже.</p>
     <p>После ряда, казалось бы, безнадежно потерянных лет он несколько месяцев провел в университете, который был в те годы настоящим очагом радикализма, а потом решил начать свои изыскания с самого низу. Год он занимался поденными работами, разъезжая по стране, и еще год колесил вместе с ворами и бродягами. Два года он работал в Чикаго в одном благотворительном учреждении и получал жалованье пятьдесят долларов в месяц. Из всех этих занятий он вышел социалистом, «социалистом-миллионером», как окрестила его пресса.</p>
     <p>Он много ездил и всюду присматривался к жизни, стараясь изучить все собственными глазами. Ни одна более или менее важная забастовка не обошлась без его присутствия: он в числе первых оказывался в этом районе. Он присутствовал на всех национальных и международных конференциях организаций трудящихся и провел год в России во время грозного кризиса русской революции 1905 года. Немало его статей появилось в толстых журналах, его перу принадлежало также несколько книг, хорошо написанных, глубоких, продуманных, но, с точки зрения социалистов, консервативных.</p>
     <p>Таков был человек, с которым Груня Константин болтала и пила чай, сидя у окна своей нью-йоркской квартиры.</p>
     <p>— Но вам совсем незачем сидеть взаперти в этом скверном, душном городе… — сказала она. — Не могу понять, что удерживает вас. На вашем месте…</p>
     <p>Но она не докончила фразы, так как в эту минуту заметила, что Холл больше не слушает ее. Его взгляд случайно упал на вечернюю газету, которая лежала на подоконнике. И он, забыв о ее присутствии, взял газету и начал читать.</p>
     <p>Груня надула свои хорошенькие губки, но он не замечал ее.</p>
     <p>— Как это мило с вашей стороны… должна я сказать, — не выдержала наконец она. — Читаете газету, когда я с вами разговариваю.</p>
     <p>Он повернул страницу так, чтобы она могла увидеть заголовок об убийстве Мак-Даффи. Она взглянула на него в недоумении.</p>
     <p>— Извините меня, Груня, но когда я вижу такое, я обо всем забываю. — Он постучал указательным пальцем по заголовку. — Вот из-за этого-то я и занят. Из-за этого я и остаюсь в Нью-Йорке. Из-за этого я могу себе позволить провести у вас только два дня, а вы знаете, как бы мне хотелось пробыть с вами целую неделю.</p>
     <p>— Не понимаю, — начала она нерешительно. — Из-за того, что где-то в другом городе анархисты бросили бомбу в начальника полиции?.. Я… я… не понимаю.</p>
     <p>— Я объясню вам. Еще два года назад у меня возникли подозрения, потом они перешли в уверенность, и вот уже несколько месяцев я занят тем, что неотступно выслеживаю самую страшную организацию убийц из когда-либо процветавших в Соединенных Штатах или где-либо еще. Собственно, я почти уверен, что организация эта — международная.</p>
     <p>Помните, Джон Моссман покончил с собой, прыгнув с седьмого этажа Фиделити-билдинг? Он был моим другом, а до этого другом моего отца. У него не было причин убивать себя. В личной жизни он был необычайно счастлив. Здоровье у него было на удивление крепкое. И на душе — ни малейших тяжестей. Тем не менее безмозглая полиция назвала это самоубийством. Говорили, будто у него было воспаление тройничного нерва, невралгия лица — неизлечимая, мучительная, нестерпимая. От такой болезни кончают с собой. Так вот, не было у него ее. Мы обедали вместе в день его смерти. Я-то знаю, что у него не было никакой невралгии, но еще специально проверил — поговорил с его врачом. Это была не больше как выдумка, чистейший вздор. Не убивал он себя, не прыгал он с седьмого этажа Фиделити-билдинг. Кто-то выбросил его с седьмого этажа. Кто? Почему?</p>
     <p>Вероятно, это дело было бы мною оставлено и забыто, как одна из неразгаданных тайн, если бы буквально три дня спустя не был убит из пневматической винтовки губернатор Нортхэмптон. Помните? Прямо на улице, из окна, а ведь их выходят на улицу тысячи. Преступление так и не было раскрыто. Мне пришло в голову, что между этими двумя убийствами, быть может, существует связь, и с тех пор я стал с особым вниманием присматриваться ко всем случаям убийства по стране, отмечая каждое необычное обстоятельство.</p>
     <p>Нет, я не стану перечислять вам все, скажу только о нескольких. Был такой Борф, мошенник из профсоюзного руководства в Саннингтоне. В течение многих лет он хозяйничал в городе. Никакими мерами по борьбе с продажностью не удалось зацепить его. Когда проверили его состояние, обнаружили, что оно достигает шести миллионов. Это было вскоре после того, как он полностью прибрал к рукам политическую машину штата. И как раз, когда он находился на вершине богатства и коррупции, его убили.</p>
     <p>Были и другие: начальник полиции Литл, крупный махинатор Белкхорст, хлопковый король Бланкхарст, инспектор Сэтчерли, труп которого был найден в Ист-Ривер, и так далее и тому подобное. Виновники ни разу не были обнаружены. Были убийства и в светских кругах: Чарли Этуотер, убитый на охоте, миссис Ленгторн-Хейвардс, миссис Хастингс-Рейнольдс, старик Ван-Остон… Список довольно длинный, уверяю вас.</p>
     <p>Все это убедило меня, что здесь работает какая-то сильная организация. В том, что это не просто дело Черной руки, я уверен. Убийства не ограничены ни определенной национальностью, ни определенными слоями общества. Первая мысль моя была об анархистах. Извините меня, Груня, — рука его потянулась к ее руке и ласково сжала ее. — О вас ходит много слухов, и о том, что вы тесно связаны с боевыми группами. Мне известно, что вы расходуете много денег, и у меня возникло подозрение. И, во всяком случае, через вас я мог бы ближе познакомиться с анархистами. Меня завело к вам подозрение, а удерживает подле вас любовь. Я нашел в вас самого нежного анархиста, и к тому же не слишком-то убежденного. Вот вы уже занялись общественными работами…</p>
     <p>— И вам теперь только остается подорвать мою веру и в них, — засмеялась она, поднимая его руку к своему лицу и прижимая ее к щеке. — Но рассказывайте дальше. Это так интересно.</p>
     <p>— Анархистов я действительно узнал близко, и чем больше я изучаю их, тем больше убеждаюсь в их неспособности к действиям. Они так непрактичны. Занимаются мечтаниями, сочиняют теории, негодуют по поводу полицейских преследований — вот и все. Никогда они ничего не добьются. И прежде они никогда ничего не могли сделать, кроме неприятностей для себя самих, — я говорю, конечно, о террористических группах. Что же касается толстовцев и кропоткинцев, то они не более чем мягкотелые философы-теоретики. Они не обидят и мухи, да их братья-террористы тоже.</p>
     <p>Понимаете, убийства были всякие. Если бы только политические или только светские, их можно было бы приписать какому-то накрепко засекреченному сообществу. Но здесь были и светские, и связанные с коммерцией. Ну, а раз так, я заключил, что есть какой-то способ, каким люди получают доступ к этой организации. Но какой? Предположим, сказал я себе, имеется человек, которого мне нужно убить. Ну, а что дальше? Ведь у меня нет адреса фирмы, которая выполнила бы мое задание. Была и другая загвоздка: исходное предположение мое никуда не годилось — ведь на самом-то деле я не хотел никого убивать.</p>
     <p>Все это до меня дошло только потом, когда Кобурн в Федеральном клубе рассказал нашим о случае, который с ним произошел как раз тем днем. Для него это было просто любопытное происшествие, а для меня — луч света. Когда он переходил 5-ю Авеню в центре, рядом остановился на мотоцикле какой-то мужчина в рабочем комбинезоне, сошел на мостовую и заговорил с ним. В общем этот человек сказал, что если есть кто-нибудь, кого он хочет убрать, это может быть сделано безопасно и безотлагательно. Тут Кобурн пригрозил размозжить парню голову, тот проворно вскочил на свой мотоцикл — и был таков.</p>
     <p>А дело вот в чем. Кобурн попал в отчаянно трудное положение. Перед этим его здорово обвел его партнер Мэттисон, обжулил его на сумму потрясающую. Вдобавок Мэттисон бежал в Европу с женой Кобурна. Понимаете? Во-первых, Кобурн действительно имел или мог, по предположению, даже должен был иметь желание отомстить Мэттисону. И, во-вторых, благодаря газетам дело было предано гласности.</p>
     <p>— Понимаю! — воскликнула Груня, оживившись. — В этом и был порок ваших рассуждений. Поскольку вы не могли предать гласности ваше предположительное желание убить человека, организация, естественно, не могла начать с вами переговоры.</p>
     <p>— Правильно. Но мне от этого было не легче. Теперь мне стало известно, каким путем люди получают доступ к этой организации и ее услугам. С этого времени с учетом известных мне фактов я занялся изучением таинственных, из ряда вон выходящих убийств и обнаружил, что всем случаям светских убийств практически всегда предшествовали сенсационные публичные скандалы. Убийства, связанные с коммерцией… ну, сведения о темных и несчастных делах большого бизнеса всегда в изобилии просачиваются даже тогда, когда они не попадают в печать. Когда Готорна нашли на его яхте убитым при таинственных обстоятельствах, сплетни о его закулисных махинациях в борьбе против «Комбината» на протяжении недель ходили по клубам. Вы этого, может быть, и не помните, но в свое время скандальные процессы Этуотера-Джонса и Лэнгторна-Хейуордса с сенсационным треском были поданы газетами.</p>
     <p>Итак, мне стало ясно, что эта организация убийц должна иметь доступ к лицам с высоким положением в политической, деловой и общественной жизни. Было также очевидно, что ее предложения не всегда отвергаются, как в случае с Кобурном. Я стал присматриваться, желая узнать, кто из людей, которых я встречал в клубах или на заседаниях директоров, пользуются услугами этой фирмы убийц. В том, что я знаком с этими людьми, у меня не было сомнений, но кто они? Представляете себе, если бы я стал спрашивать у своих знакомых адрес фирмы, к которой они обращаются, чтобы убрать своих врагов?</p>
     <p>Но вот совсем недавно я получил наконец в руки ключ. Я держал под непосредственным наблюдением всех своих друзей, занимающих видное положение в свете. Как только с кем-нибудь случалась большая неприятность, я не отходил от него. Некоторое время все было безрезультатно, хотя был один, который, несомненно, воспользовался услугами организации, потому что через полгода человек, причинивший ему неприятности, был мертв. Самоубийство, сказали в полиции.</p>
     <p>Но потом судьба улыбнулась мне. Помните, какой был шум несколько лет назад по случаю свадьбы Глэдис Ван-Мартин и барона Портоса де Муань? Это был один из тех заведомо несчастных международных браков: барон оказался зверем. Он обобрал жену и развелся. Подробности его поведения выявились совсем недавно, а они ужасны, невероятны. Он даже бил ее, причем с такой жестокостью, что одно время врачи опасались за ее жизнь, а потом еще долго — за ее рассудок. И, по французским законам, он получил право на детей — двух мальчиков.</p>
     <p>С братом ее Перси Ван-Мартином я учился в одном колледже. Я немедленно воспользовался этим, чтобы ближе сойтись с ним. За последние несколько недель мы виделись довольно часто. И вот позавчера случилось то, чего я ожидал, и он мне об этом рассказал. Организация обратилась к нему. В отличие от Кобурна он не прогнал их человека, а выслушал его. Если Ван-Мартин решится на это дело, он должен опубликовать в разделе светской хроники газеты «Геральд» одно слово: «Месопотамия». Я немедленно убедил его поручить все мне. Как было условлено, я поместил в газете слово «Месопотамия» и, выступив как доверенное лицо Ван-Мартина, встретился и разговаривал с человеком из организации. Это, правда, было только лицо подчиненное. Они очень подозрительны и осторожны. Но сегодня вечером я встречаюсь с главным. Все уже устроено. И тогда…</p>
     <p>— Ну? — воскликнула нетерпеливо Груня. — Что же тогда?</p>
     <p>— Не знаю. У меня нет плана.</p>
     <p>— А опасность?</p>
     <p>Холл улыбнулся спокойно:</p>
     <p>— Я не думаю, чтобы что-нибудь мне угрожало. Просто я иду для заключения с фирмой сделки, контракта на умерщвление зятя Перси Ван-Мартина. А фирма не практикует убийства своих клиентов.</p>
     <p>— А когда они обнаружат, что вы не клиент? — возразила она.</p>
     <p>— Меня уже там не будет. И когда они это действительно обнаружат, будет слишком поздно, они не смогут причинить мне вреда.</p>
     <p>— Будьте осторожны, прошу вас, — убеждала Груня, когда они прощались у двери полчаса спустя. — Так вы приедете в субботу?</p>
     <p>— Конечно.</p>
     <p>— Я сама встречу вас на станции.</p>
     <p>— И вслед за этим через несколько минут я встречусь с вашим грозным дядей, — сказал он с шутливой дрожью. — Надеюсь, он не людоед?</p>
     <p>— Вы полюбите его, — заявила она гордо. — Он благороднее и лучше, чем десять отцов. Он никогда ни в чем мне не отказывает. Даже…</p>
     <p>— Во мне, — перебил Холл.</p>
     <p>Груня пыталась ответить столь же смело, но покраснела, потупила взор, и в следующую минуту он обнял ее.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IV</p>
     </title>
     <p>— Значит, это вы Иван Драгомилов? — Винтер Холл на миг остановился, с любопытством окинув взглядом ряды книг по стенам, и снова посмотрел на бесцветного блондина в черной профессорской шапочке, который даже не встал, чтобы поздороваться с ним.</p>
     <p>— Должен сказать, добраться до вас довольно трудно. Это внушает уверенность, что… э… ваше Бюро работает столь же осторожно, как и умело.</p>
     <p>Драгомилов весело улыбнулся гостю.</p>
     <p>— Садитесь, — сказал он, указывая на стул напротив себя, стоявший так, что опустившийся на него посетитель оказался лицом к свету.</p>
     <p>Холл снова окинул взглядом комнату и опять посмотрел на человека перед собой.</p>
     <p>— Я удивлен, — заметил Холл.</p>
     <p>— Вы ожидали, я полагаю, увидеть узколобых головорезов и обстановку мрачной мелодрамы? — любезно спросил Драгомилов.</p>
     <p>— Нет, не это. Я знал, слишком тонкий ум нужен для руководства операциями вашего… э… учреждения.</p>
     <p>— Они неизменно проходили успешно.</p>
     <p>— И давно вы занимаетесь этим делом, позвольте спросить?</p>
     <p>— Активно — одиннадцать лет, правда, этому предшествовала подготовка и разработка плана.</p>
     <p>— Вы не возражаете, что я завел такой разговор? — был следующий вопрос Холла.</p>
     <p>— Конечно, нет, — последовал ответ. — Как клиент, вы находитесь со мной в одной лодке. Интересы у нас общие. Поскольку мы никогда не шантажируем наших клиентов, то и после совершения сделки — нет оснований, чтобы наши интересы расходились. Кое-какие сведения не могут причинить вреда, и я не прочь похвастать, что в некотором роде горжусь этой организацией. Она, как вы сказали, и как я сам без лишней скромности отмечаю, руководится умело.</p>
     <p>— Отказываюсь понимать, — воскликнул Холл. — Вас бы я назвал последним из всех людей в мире, кого можно представить во главе банды убийц.</p>
     <p>— А вас я бы назвал последним из тех людей в мире, которых я мог бы ожидать здесь в поисках услуг такого человека, — холодно парировал собеседник. — Вы мне нравитесь. Вы выглядите сильным, честным, бесстрашным, и в ваших глазах не поддающаяся определению и все же несомненная усталость человека, много знающего. Вы немало прочли и изучили. Вы так же приметно выделяетесь из потока моих обычных клиентов, как и я, разумеется, не похож на предводителя банды убийц, которого вы ожидали встретить, а лучше и правильнее назвать их всех палачами.</p>
     <p>— Название не играет роли, — ответил Холл. — Оно не может умалить моего удивления по поводу того, что именно вы руководите этим… э… предприятием.</p>
     <p>— Сомневаюсь, чтобы вы имели представление, как им руководят, — Драгомилов сплел и расплел свои сильные тонкие пальцы и подумал прежде, чем ответить. — Можно сказать, что мы ведем дело в более строгих этических правилах, нежели наши клиенты.</p>
     <p>— Этических правилах! — Холл расхохотался.</p>
     <p>— Да, именно так, хотя я согласен, что относительно Бюро убийств это звучит смешно.</p>
     <p>— Это так вы его называете?</p>
     <p>— Название не хуже и не лучше любого другого, — глава Бюро невозмутимо продолжал: — Начав пользоваться нашими услугами, вы обнаружите более твердые и жесткие условия делопроизводства, чем в мире бизнеса. Необходимость этого я понял сразу. Это было жизненной необходимостью. При нашем положении, находясь вне закона и в пасти самого закона, успех можно обеспечить, только верша справедливость. Мы вынуждены быть справедливы друг с другом, с нашими постоянными клиентами, со всеми и во всем. Вы даже понятия не имеете об объеме дел, которые мы проворачиваем.</p>
     <p>— Что вы говорите! — воскликнул Холл. — А почему?</p>
     <p>— Потому что иначе было бы нечестным заключать сделки. Подождите, не смейтесь. Это факт, мы в Бюро чрезвычайно щепетильны, когда дело касается этических норм. Доказательств справедливости мы требуем во всем, что делаем. Нам необходима уверенность в справедливости каждого нашего дела. Без нее мы не смогли бы продержаться длительное время. Поверьте, это так. А теперь к делу. Прежде чем появиться здесь, вы прошли через доверенные каналы. У вас может быть поручение только одного рода. Кого вы хотите уничтожить?</p>
     <p>— А разве вам неизвестно? — удивился Холл.</p>
     <p>— Разумеется, нет. Это не моя область. Я не занимаюсь вопросами привлечения клиентуры.</p>
     <p>— Возможно, что, услышав имя этого человека, вы не дадите санкцию справедливости. Ведь вы, я полагаю, не менее судья, чем палач.</p>
     <p>— Не палач. Я никогда не привожу в исполнение казнь. Это не моя область. Я — глава. Я решаю, а руководство на местах — вот кто, и другие члены организации исполняют приказы.</p>
     <p>— Но эти другие могут оказаться ненадежными?</p>
     <p>Драгомилов, видимо, был рад вопросу.</p>
     <p>— О, это было, действительно, камнем преткновения. Я длительное время изучал этот вопрос и увидел, что, как и все остальное, этот момент еще настоятельнее обязывает нас вести операции только на этической основе. У нас свои собственные представления о справедливости и свой собственный закон. В наши ряды принимаются только люди с высшей моралью, сочетающие в себе необходимые физические данные и выдержку. В итоге наши клятвы соблюдаются почти фанатически. Случалось, конечно, попадались и ненадежные, — он замолчал и, казалось, печально что-то обдумывал. — Они поплатились за это. И это было великолепным практическим уроком для остальных.</p>
     <p>— Вы имеете в виду?..</p>
     <p>— Да, они казнены. Это было необходимо. Но не нами. Мы это делаем чрезвычайно редко.</p>
     <p>— Как вы этого избегаете?</p>
     <p>— Когда мы находим отчаянного, умного и думающего человека — между прочим, этот выбор делается самими членами организации, которым повсюду приходится сталкиваться с разными людьми и которые имеют лучшие возможности, чем я, встретить и оценить людей с сильным характером. Когда такой человек найден, он проверяется. Его жизнь — залог его верности и преданности. Мне сообщают об этих людях. Но далеко не всегда приходится мне встречаться с ними, если они не выдвинутся в организации; и, естественно, очень немногие из них видели меня.</p>
     <p>Вначале мы поручаем кандидату совершить нетрудное и неоплачиваемое убийство, ну, скажем, какого-нибудь жестокого помощника капитана корабля или драчуна-мастера, ростовщика или мелкого взяточника-политикана.</p>
     <p>Как вы знаете, для общества только польза от удаления таких личностей. Однако вернемся к теме. Каждый шаг кандидата в первом его убийстве обставлен нами с таким расчетом, чтобы собрать достаточно доказательств для осуждения его любым судом этих мест. И дело ведется таким образом, чтобы свидетельские показания исходили от посторонних и никому из наших не пришлось бы участвовать. В связи с этим для наказания члена организации нам самим не приходилось обращаться к закону.</p>
     <p>Когда же это первое задание выполняется, человек становится своим, преданным нам душой и телом. После этого он основательно изучает наши методы…</p>
     <p>— В программу входит и этика? — прервал Холл.</p>
     <p>— Да, конечно, входит, — услышал он восторженный ответ. — Это самый важный предмет, который изучают члены нашей организации. Нам претит всякая несправедливость.</p>
     <p>— Вы не анархист? — задал гость неуместный вопрос.</p>
     <p>Шеф Бюро убийств отрицательно покачал головой:</p>
     <p>— Нет, я философ.</p>
     <p>— А это то же самое.</p>
     <p>— С одним различием. А именно: у анархистов хорошие намерения, а у меня хорошие дела. А какая польза от философии, которую нельзя применить? Возьмите отечественных анархистов. Вот они решились на убийство. Они строят планы, день и ночь сговариваются, наконец наносят удар и почти всегда оказываются в руках полиции. А лицо или персона, которую они намечали в жертву, остается невредимым. У нас не так.</p>
     <p>— А вы разве никогда не терпели неудач?</p>
     <p>— Мы стремимся исключить неудачу. Тот из нас, кто по слабости или из страха терпит неудачу, приговаривается к смерти. — Драгомилов важно умолк, его бледно-голубые глаза светились торжеством. — У нас никогда не было неудач. Разумеется, для выполнения задания человеку дается год. Ну, а когда это важное дело, ему даются помощники. Повторяю, у нас не было ни одной неудачи. Организация настолько совершенна, насколько человеческий ум способен ее сделать таковой. Даже в том случае, если я оставлю ее, скоропостижно скончаюсь, организация будет продолжать действовать точно так же.</p>
     <p>— Делаете ли вы какие-либо различия, принимая заказы? — спросил Винтер Холл.</p>
     <p>— Нет, от императора и короля до самого скромного крестьянина — мы принимаем заказ ото всех, если… вот в этом «если» и заключается главное — если признано, что их приговор социально оправдан. А в том случае, если плата, которая, как вам известно, вносится авансом, нами принята и данное убийство признано справедливым, это убийство непременно совершается. Таково одно из наших правил.</p>
     <p>Фантастическая идея блеснула в сознании Винтера Холла, пока он слушал. Она была так заразительна, что безраздельно завладела им.</p>
     <p>— Вы, я бы сказал, чрезвычайно внимательны к этической стороне, — начал он. — Вы, как бы это сказать, энтузиаст этики.</p>
     <p>— Фанатик этики, — вежливо поправил Драгомилов. — Да, я приверженец этики.</p>
     <p>— И все, что, по вашему убеждению, справедливо, вы непременно делаете?</p>
     <p>Драгомилов утвердительно кивнул головой и первым нарушил воцарившееся было молчание:</p>
     <p>— Вы задумали кого-то убрать. Кто это?</p>
     <p>— Мое любопытство так разыгралось, — был ответ, — и я настолько заинтересован в своем деле, что предпочел бы попытаться… понимаете, вначале оговорить условия сделки. У вас, разумеется, есть прейскурант, определяемый, конечно, положением и влиянием э… жертвы.</p>
     <p>Драгомилов кивнул.</p>
     <p>— Предположим, я хочу убрать короля? — спросил Холл.</p>
     <p>— Король королю рознь. Цены разные. А ваш человек — король?</p>
     <p>— Нет, не король. Он могущественный человек, но не из числа знатных семейств.</p>
     <p>— Он не президент? — быстро спросил Драгомилов.</p>
     <p>— Он не занимает никакого официального поста. Фактически он является значительной фигурой в частном деле. За какую сумму вы обеспечиваете уничтожение человека, занимающегося частным делом?</p>
     <p>— Убрать такого человека не так уж сложно и рискованно. Он бы обошелся дешевле.</p>
     <p>— Нет, не то, — настаивал Холл. — Я могу себе позволить быть в этом деле щедрым. Мое поручение очень трудное и рискованное. Это человек могучего ума, необыкновенно увертливый и ловкий.</p>
     <p>— Миллионер?</p>
     <p>— Не знаю.</p>
     <p>— Я бы запросил сорок тысяч долларов, — заключил глава Бюро. — Конечно, узнав точно, кто он, я, возможно, буду вынужден повысить цену. Не исключено, что я могу и снизить ее.</p>
     <p>Холл извлек из своего бумажника банкноты, каждый из которых был на крупную сумму, пересчитал их и вручил Драгомилову.</p>
     <p>— Я понял, что в вашем деле требуются наличные, — сказал он, — поэтому я их захватил с собой. А теперь, насколько мне известно, вы гарантируете, что убьете…</p>
     <p>— Я не убиваю, — прервал Драгомилов.</p>
     <p>— Но вы гарантируете, что будет убит любой человек, которого я назову…</p>
     <p>— Разумеется, но с неизменной оговоркой, что расследование подтвердит справедливость такого приговора.</p>
     <p>— Ну что ж. Я прекрасно понял. Любой названный мною человек, даже если это будет мой или ваш отец?</p>
     <p>— Да, хотя так получилось, что у меня нет ни отца, ни сына.</p>
     <p>— А предположим, я назову себя?</p>
     <p>— Все было бы сделано. Приказ вступил бы в силу. Нас не касаются капризы клиентов.</p>
     <p>— А если, предположим, завтра или, скажем, на следующей неделе я изменю свое решение?</p>
     <p>— Будет слишком поздно, — Драгомилов говорил уверенно. — Отданного приказа нельзя отменить. Это одно из самых важных наших правил.</p>
     <p>— Прекрасно. Однако речь идет не обо мне.</p>
     <p>— Так о ком же?</p>
     <p>— Имя, под которым он известен, — Иван Драгомилов.</p>
     <p>Холл выговорил это довольно спокойно и получил столь же спокойный ответ:</p>
     <p>— Я хочу получить более точные данные, — потребовал Иван Драгомилов.</p>
     <p>— Родился он, я полагаю, в России и, как мне известно, проживает в городе Нью-Йорке. Он блондин, яркий блондин, и как раз примерно вашего роста, комплекции и возраста.</p>
     <p>Бледно-голубые глаза Драгомилова пристально и долго изучали посетителя. Наконец он произнес:</p>
     <p>— Я родился недалеко от Валенко. А где родился ваш человек?</p>
     <p>— Тоже неподалеку от Валенко.</p>
     <p>Драгомилов испытывающе в упор посмотрел на собеседника:</p>
     <p>— Я готов поверить, что вы имеете в виду меня.</p>
     <p>Холл недвусмысленно кивнул.</p>
     <p>— Вот так история! — начал Драгомилов. — Вы меня озадачили. Откровенно, я даже не могу понять, зачем вам моя жизнь. Мы с вами никогда не встречались и совершенно не знаем друг друга. Ума не приложу, каковы могут быть мотивы. Во всяком случае, имейте в виду, что для приведения в действие приказа о казни мне необходимы обоснования ее справедливости.</p>
     <p>— Я готов их вам дать, — был ответ.</p>
     <p>— Но вы должны меня убедить.</p>
     <p>— Я к вашим услугам. Мысль обратиться к вам с таким предложением пришла мне в голову именно потому, что я угадал в вас, выражаясь вашими словами, фанатика этики. И я совершенно убежден: докажи я справедливость вашей смерти, вы приведете решение в исполнение. Разве я не прав?</p>
     <p>— Правы, — Драгомилов смолк, но вскоре лицо его озарилось улыбкой. — Только тогда это было бы самоубийством, а у нас, как вы знаете, Бюро по убийствам.</p>
     <p>— Вы, естественно, отдали бы соответствующий приказ одному из ваших подчиненных. Насколько я вас понял, под угрозой лишиться собственной жизни он вынужден был бы выполнить приказ.</p>
     <p>Драгомилов взглянул на Холла, явно польщенный.</p>
     <p>— Совершенно верно. Из этого видно, насколько совершенна созданная мною машина. Она сработает в любом, даже непредвиденном случае, даже в этом, самом невероятном, который описан вами. Так давайте. Вы меня заинтриговали. Это оригинально. У вас есть воображение, фантазия. Прошу вас, представьте мне этические обоснования моего устранения из этого мира.</p>
     <p>— Не убий, — начал Холл.</p>
     <p>— Простите, — прервали его. — Прежде мы должны определить предмет нашего спора, который, боюсь, очень скоро может стать чисто теоретическим. Ваша задача заключается в том, чтобы доказать мне, что я принес столько вреда, что моя смерть является справедливой. А я буду судьей. Что я сделал плохого? Кто из лиц неповинных несправедливо уничтожен по моему приказу? В чем я преступил собственные нормы поведения, если даже я нанес вред бессознательно или по неведению?</p>
     <p>— Я понял и в соответствии с этим меняю ход своих рассуждений. Разрешите, во-первых, узнать, вами ли дано указание на уничтожение Джона Моссмана?</p>
     <p>Драгомилов кивнул.</p>
     <p>— Он был моим другом. Я знал его с детства. Он не причинил никому зла, никого не обидел.</p>
     <p>Холл говорил убежденно, но поднятая рука и довольная улыбка собеседника заставили его умолкнуть.</p>
     <p>— Приблизительно лет семь назад Джон Моссман построил Дом лояльности. Где он взял деньги? Мелкий консервативный банкир, он именно в этот период неожиданно вовлекается в ряд крупных предприятий. Помните ли вы, какое он оставил состояние? Откуда оно у него?</p>
     <p>Холл собрался было заговорить, но Драгомилов дал знак, что еще не кончил.</p>
     <p>— Вспомните-ка, незадолго до постройки Дома лояльности трест Комбайна пошел в наступление на Каролинскую стальную компанию и вызвал ее банкротство, а потом за бесценок проглотил остатки. Президент Каролинской стальной компании покончил с собой…</p>
     <p>— Чтобы избежать каторжной тюрьмы, — вставил Холл.</p>
     <p>— Его шантажом вынудили к этому.</p>
     <p>Утвердительно кивнув, Холл сказал:</p>
     <p>— Я вспомнил. Это все подстроил агент Комбайна.</p>
     <p>— Этим агентом был Джон Моссман.</p>
     <p>Холл слушал с недоверием. Драгомилов продолжал:</p>
     <p>— Уверяю вас, это можно доказать, и я это сделаю. Но пока, сделайте милость, примите на веру то, что я вам сообщаю. Вам могут быть представлены исчерпывающие доказательства.</p>
     <p>— Прекрасно. Это вы убили Столыпина?</p>
     <p>— Нет, мы тут не участвовали. Это дело рук русских террористов.</p>
     <p>— Даете слово?</p>
     <p>— Честное слово.</p>
     <p>Холл перебрал в памяти все известные ему убийства и нашел еще один случай.</p>
     <p>— Джеймс и Хардман — президент и секретарь Юго-западной Федерации горняков…</p>
     <p>— Уничтожены нами, — прервал Драгомилов. — А разве это было несправедливо? Разве это принесло вред?</p>
     <p>— Но вы же гуманист. Дело трудящихся, как и всего народа, должно быть близко вашему сердцу. А для организации трудящихся смерть двух лидеров была тяжелой утратой.</p>
     <p>— Напротив, — возразил Драгомилов. — Они были убиты в 1904 году. За шесть лет, предшествовавших этому событию, Федерация не только не одержала ни одной победы, но потерпела серьезные поражения в трех изнурительных стачках. А в первые же полгода после того, как эти лидеры были убраны, Федерация выиграла большую забастовку 1905 года и с тех пор по сей день успешно добивается существенных уступок.</p>
     <p>— Что вы этим хотите сказать? — спросил Холл.</p>
     <p>— Хочу сказать, что заказ на убийство сделала не Лига владельцев шахт. Хочу сказать, что Джеймс и Хардман тайно и неплохо оплачивались Лигой владельцев шахт. Я хочу сказать, что сами горняки представили нам факты о предательстве своих лидеров и выплатили сумму, которую мы потребовали за услугу. Мы выполнили поручение за двадцать пять тысяч долларов.</p>
     <p>Винтер Холл явно растерялся, и прошла минута молчания, прежде чем он заговорил.</p>
     <p>— Разумеется, я не могу не верить вам, господин Драгомилов. Завтра или послезавтра я хотел бы познакомиться с доказательствами. Возможно, это будет формальностью, но соблюсти ее необходимо. А между тем мне следует поискать какой-то другой путь вас убедить. Этот список убийств довольно длинен.</p>
     <p>— Длиннее, чем вы думаете.</p>
     <p>— И я не сомневаюсь, что для всех них у вас имелись аналогичные оправдания. Но учтите, сам я не считаю справедливым ни одно из этих убийств, хотя верю, что, с вашей точки зрения, они были справедливы. Кстати, ваши опасения, что спор может стать теоретическим, были верным предположением. Только таким путем, видимо, я смогу вас одолеть. Если мы отложим спор до завтра… Вы не хотели бы пообедать со мной? И где вы предпочитаете встретиться?</p>
     <p>— Думаю, снова здесь, после обеда. — Драгомилов широким жестом указал на уставленные книгами стены. — Авторитетов здесь достаточно, и, кроме того, всегда можно послать в филиал библиотеки Карнеги, он за углом.</p>
     <p>Он нажал кнопку звонка, и, когда вошел слуга, оба поднялись.</p>
     <p>— Помните, я собираюсь одолеть вас, — заверил Холл, расставаясь.</p>
     <p>Драгомилов лукаво улыбнулся.</p>
     <p>— Я вам не верю, — сказал он. — Если это вам удастся, это будет невероятно.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава V</p>
     </title>
     <p>Долгие дни и ночи не затихал спор между Холлом и Драгомиловым. Этические вопросы были только началом все разгоравшейся дискуссии. Убедившись, что этика опирается на другие науки, спорщики вынуждены были углубиться в поисках истины в эти науки. К заповеди «не убий» Драгомилов требовал от Холла более солидных философских обоснований, чем религия. Чтобы правильно понимать друг друга и четче мыслить, они в то же время сочли необходимым прояснить и тщательно обсудить первоосновы своих убеждений и свои идеалы.</p>
     <p>Это была схватка двух знатоков, усвоивших к тому же дело практически; к сожалению, достигнутый результат часто терялся ими в вихре идей и горячке спора. Однако Холл убедился, что его оппонент ищет правды и только правды. И его замечание о том, что Драгомилову придется расплачиваться жизнью, если он не добьется своего, ничуть не встревожило последнего и совершенно не подействовало на ход его рассуждений. Вопрос ставился так — является или нет Бюро убийств справедливой организацией.</p>
     <p>Главным тезисом Холла, который он упорно отстаивал и к которому сводил нити всех аргументов, была мысль о том, что в развитии общества настало время, когда оно само по себе должно разработать программу собственного спасения. Прошло время, отметил он с удовлетворением, для «человека на коне» или группок «людей на конях» определять судьбу общества. А Драгомилов, по его убеждению, был именно таким человеком, и его Бюро убийств было конем, на котором он восседал, вынося приговоры и карая, и, в определенной степени, оказывал влияние и давление, понуждая общество идти в том направлении, которое он, «человек на коне», избрал для него.</p>
     <p>Не отрицая, что он играет роль такого «человека на коне», решающего за общество и направляющего его, Драгомилов упорно отвергал мысль, что общество само способно управлять собой и, особенно, что это самоуправление при всех серьезных отклонениях и ошибках является предпосылкой его прогресса. В этом-то и была суть спора, для завершения которого они ворошили историю и прослеживали социальную эволюцию человека, привлекая все, от самых незначительных подробностей о первобытных сообществах до последних данных цивилизации.</p>
     <p>Эти два знатока были действительно настолько здравомыслящими, свободными от метафизических схем людьми, что в результате приняли социальную целесообразность в качестве решающего фактора и согласились, что она и является высшим мерилом нравственности. И в конце концов, опираясь именно на этот довод, выиграл Винтер Холл, Драгомилов признал свое поражение, и Холл, подчиняясь чувству благодарности и восхищения, невольно протянул ему руку. Драгомилов, к его удивлению, крепко пожал ее.</p>
     <p>— Теперь я понял, — сказал он, — что не придавал должного значения социальным факторам. Убийца, со своей собственной точки зрения, не так уж неправ, но он неправ с точки зрения социальной. Я даже готов его поддержать. Ибо, если рассматривать убийцу как индивидуума, то он совершенно прав. Но индивидуумы не являются изолированными от общества. Они — часть сообщества индивидуумов. Вот этого я не учел. И мне ясно, что это было несправедливо. А теперь… — он умолк и посмотрел на свои часы. — Два часа. Мы слишком засиделись. Теперь я готов понести наказание. Конечно, вы дадите мне время завершить мои дела, прежде чем я отдам приказ моим агентам?..</p>
     <p>С головой уйдя в спор и совершенно забыв о своих условиях, Холл был ошарашен.</p>
     <p>— Я не этого добивался, — воскликнул он. — И, честно говоря, я совсем об этом забыл. Да в этом и нет необходимости! Вы теперь сами убеждены в порочности метода убийств. Положим, вы распустите организацию. Это будет вполне достаточно.</p>
     <p>Но Драгомилов отрицательно покачал головой:</p>
     <p>— Уговор есть уговор. Комиссионные от вас я принял. Справедливость превыше всего, этого я строго придерживаюсь, и теория о социальной целесообразности здесь неприменима. Индивидууму как таковому оставлены все же некоторые прерогативы, и одна из них — право держать слово, что я должен сделать. Заказ будет выполнен. Видимо, это последнее, с чем придется иметь дело Бюро. Сейчас суббота, утро. Можете ли вы дать мне отсрочку для отдачи приказа до завтрашнего вечера?</p>
     <p>— Что за вздор! — воскликнул Холл.</p>
     <p>— Это не довод в споре, — последовал мрачный ответ. — Все веские доводы уже исчерпаны. Я отказываюсь дальше слушать. Еще об одном… Чтобы все было по справедливости: учитывая трудности уничтожения этого человека, предлагаю доплатить еще десять тысяч долларов. — Он поднял руку в знак того, что еще не кончил. — Поверьте, я подхожу справедливо. Перед моими агентами я воздвигну такие препятствия, что на них уйдут все пятьдесят тысяч, если не больше…</p>
     <p>— Если вы только решите распустить организацию…</p>
     <p>Но Драгомилов заставил его замолчать.</p>
     <p>— Спор окончен. Намерения мои таковы: организация будет распущена в любом случае, но предупреждаю, в соответствии с нашими правилами о давности я могу избежать наказания. Как вы помните, заключая сделку, я пообещал вам, что если по истечении года соглашение не будет выполнено, ваш взнос возвращается вместе с пятью процентами. Если мне удастся избежать смерти, я возвращу его сам.</p>
     <p>Винтер Холл в нетерпении остановил его рукой.</p>
     <p>— Послушайте, — сказал он, — на одном я настаиваю. Мы с вами определили основы, на которых зиждется этика. Социальная целесообразность, являющаяся базисом всякой этики…</p>
     <p>— Простите, — прервал его собеседник, — имелась в виду исключительно этика общества. Индивидуум в известных пределах остается индивидуумом.</p>
     <p>— Но ни вы, ни я, — продолжал Холл, — не признаем древнеиудейской заповеди «око за око». Мы же не верим в неизбежность наказания за преступление. Ведь убийства, совершенные Бюро и оправданные содеянными жертвами преступлениями, не рассматриваются вами как преступления. Ваши жертвы рассматриваются вами как социальная болезнь, искоренение которой оздоровит общество. Вы удаляете их из общественного организма, как хирург удаляет раковую опухоль. Это ваше воззрение я усвоил с самого начала спора.</p>
     <p>И помните? Отказавшись принять теорию о наказании, мы с вами рассматривали преступление просто как результат антисоциальных наклонностей и как таковое соответственно условно его и классифицировали. Преступление, следовательно, аномальное явление в обществе, относящееся, по сути дела, к его болезням. Это — болезнь. Преступник, нарушитель — это больной, и с ним соответственно надо обращаться. Но это же вместе с тем означает, что его можно излечить от болезни.</p>
     <p>Теперь я перехожу к моему взгляду на ваш случай. Ваше Бюро убийств — антисоциально. Но вы же верили в него. Значит, вы были больны. Ваша вера в убийства как раз и означала, что вы больны. Но теперь-то вы больше не верите в это. Вы излечились. Ваши наклонности более не являются антисоциальными. И, следовательно, теперь нет необходимости в вашей смерти, потому что она была бы не чем иным, как наказанием за болезнь, от которой вы уже излечились. Распустить организацию и устраниться от дела — вот все, что вам следует сделать.</p>
     <p>— Вы высказались? Все сказали? — мягко задал вопрос Драгомилов.</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Тогда позвольте мне ответить и закончить мою мысль. Бюро задумано было мной во имя справедливости, во имя этой справедливости я им и руководил. Я создал его и сделал той совершенной организацией, какой оно в настоящее время является. Создание его было основано на определенных справедливых принципах. И никакого отступления от них за всю его историю не делалось. Один из этих принципов — всегда входил в контракты, заключаемые с нашими клиентами: в случае уплаты комиссионных мы гарантировали выполнение заказа. Комиссионные от вас я принял. Мною получено от вас сорок тысяч долларов. Был уговор, что я должен отдать приказ о своей казни в том случае, если вы докажете, а я признаю, что уничтожения, произведенные Бюро, были ошибкой. Вы это доказали. Теперь ничего не осталось, как только провести соглашение в жизнь.</p>
     <p>Учреждением этим я горжусь. И выставлять под конец в смешном виде его главные принципы, нарушать правила, на которых основана его деятельность, не стану. От этого своего права индивида я не отступлюсь, оно ни в коей мере не противоречит принципу социальной целесообразности. У меня нет желания умирать. Если в течение года я избегу смерти, принятые мной от вас комиссионные, как вам известно, автоматически возвращаются. А я, поверьте, приложу все силы, чтобы избежать смерти. И хватит об этом. Мое решение твердо. Есть у вас предложения, как расформировать Бюро?</p>
     <p>— Дайте мне фамилии и данные о всех его членах. А я их официально извещу о роспуске…</p>
     <p>— Только после моей смерти или после того, как истечет год, — возразил Драгомилов.</p>
     <p>— Хорошо, после вашей смерти или по истечении года я дам официальное извещение, подкрепив его угрозой передать имеющуюся у меня информацию полиции.</p>
     <p>— Они могут убить вас, — последовало предостережение.</p>
     <p>— Могут, и мне следует учесть вероятность этого.</p>
     <p>— Вы можете этого избежать. Когда будете давать официальное извещение, сообщите им, что все сведения помещены в тайники в шести различных городах и в случае, если вы будете убиты, они перейдут в руки полиции.</p>
     <p>Когда они закончили обсуждение всех деталей роспуска организации, было уже три часа ночи. Драгомилов первым нарушил воцарившееся молчание.</p>
     <p>— Признаюсь, Холл, вы мне понравились. Вы настоящий борец за этику. Пожалуй, вам было бы под силу создание такого же Бюро; лучшего комплимента я не знаю, потому что по-прежнему убежден, что Бюро — это выдающееся достижение. Во всяком случае, вы мне не только нравитесь, но я теперь уверен, что могу довериться вам. Вы сдержите свое слово, как и я свое. Так вот, у меня есть дочь. Мать ее умерла, и в случае моей смерти она останется в этом мире без родных и знакомых. Заботы о ней я хотел бы вверить в ваши руки. Готовы ли вы взять на себя такую ответственность?</p>
     <p>Собеседник молча кивнул головой.</p>
     <p>— Она уже взрослая, поэтому в документальном оформлении опеки нет необходимости. Но она не замужем, а я оставлю ей много денег, за вкладами которых вам нужно будет следить. Я собираюсь увидеться с ней сегодня. Хотите поехать со мной? Это недалеко, в Эдж-Мур у Гудзона.</p>
     <p>— Вот как! У меня на субботу и воскресенье намечен визит как раз в Эдж-Мур, — воскликнул Холл.</p>
     <p>— Прекрасно. В какой части Эдж-Мур?</p>
     <p>— Не знаю. Я никогда там не был.</p>
     <p>— Впрочем, неважно. Это небольшой район. Утром в воскресенье выкройте пару часиков. Я заеду за вами на машине. Позвоните мне, когда и куда приехать. Мой номер — «пригород-245».</p>
     <p>Холл быстро записал номер и встал, собираясь уйти. Драгомилов зевнул, когда они пожимали руки.</p>
     <p>— Я все же надеюсь, что вы перемените свое решение, — сказал Холл.</p>
     <p>Но Драгомилов снова зевнул и отрицательно покачал головой, провожая посетителя до порога.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VI</p>
     </title>
     <p>Груня сама вела машину, они ехали вместе с Винтером Холлом со станции в Эдж-Мур.</p>
     <p>— Дядя действительно с нетерпением ждет встречи с вами, — уверяла она его. — Он еще не знает, кто вы такой. Я не сказала ему, а это разожгло его любопытство. Думаю, поэтому он ждет с таким нетерпением, правда-правда: он просто сгорает от любопытства.</p>
     <p>— Вы ему сказали? — многозначительно спросил Холл.</p>
     <p>Груня казалась поглощенной управлением машиной.</p>
     <p>— Что? — переспросила она.</p>
     <p>Вместо ответа Холл положил свою руку на ее руку, управляющую рулем. Она заставила себя посмотреть смело и твердо, но как только глаза их встретились, предательский румянец выдал ее, твердый и пристальный взгляд померк, она отвела глаза и вновь напряженно стала следить за дорогой.</p>
     <p>— Не поэтому ли он и ждет встречи с нетерпением? — тихо заметил Холл.</p>
     <p>— Я… я просто об этом не думала.</p>
     <p>— Жаль, что такой прекрасный закат омрачается неправдой.</p>
     <p>— Трусишка, — воскликнула она, но в ее устах это слово прозвучало нежно, как знак любви. Она повернулась к нему и рассмеялась, а вслед за ней рассмеялся и он, и оба почувствовали, что закат чист, а мир вновь прекрасен.</p>
     <p>Они уже свернули на шоссе, что вело к даче, когда он спросил ее, где здесь живут Драгомиловы.</p>
     <p>— Никогда о таких не слышала, — был ее ответ. — Драгомиловы? Нет, мне кажется, такие не живут в Эдж-Мур. А что?</p>
     <p>— Может быть, они недавно здесь? — предположил он.</p>
     <p>— Возможно. Вот мы и приехали. Гроссет, возьмите чемодан мистера Холла. Где дядя?</p>
     <p>— В библиотеке, мисс, пишет. Он просил не беспокоить его до обеда.</p>
     <p>— Итак, вы встретитесь с ним за обедом, — сказала она Холлу. — А пока вы свободны. Гроссет, проводите мистера Холла в его комнату.</p>
     <p>Четверть часа спустя, не дождавшись Груни, Винтер Холл вошел в соседнюю комнату и лицом к лицу столкнулся с человеком, с которым прощался в три часа прошлой ночью.</p>
     <p>— Черт возьми, что вы здесь делаете? — выпалил Холл.</p>
     <p>— Жду, полагаю, когда меня представят, — с невозмутимым спокойствием отвечал вчерашний знакомый. — Я Сергиус Константин, — представился он, протягивая руку. — Вот так сюрприз устроила Груня нам обоим!</p>
     <p>— Но вы же Иван Драгомилов?</p>
     <p>— Да, но не в этом доме.</p>
     <p>— Ничего не понимаю. Но вы же говорили о дочери.</p>
     <p>— Груня — моя дочь, хотя она считает, что является моей племянницей. Но это длинная история, я сообщу ее вам вкратце после обеда, когда мы останемся одни. Не могу не сказать, однако, положеньице создалось великолепное, просто на удивление великолепное. Тот, кого я избрал, чтобы смотреть за моей Груней, оказался, если не ошибаюсь, ее возлюбленным. Не так ли?</p>
     <p>— Я… я не знаю, что сказать, — Холл запнулся, он не мог собраться с мыслями, его ум оцепенел от такой невероятной развязки.</p>
     <p>— Ведь это так? — повторил Драгомилов.</p>
     <p>— Вы правы, — последовал быстрый ответ. — Я люблю… ее… я по-настоящему люблю Груню. Но она действительно вас знает?</p>
     <p>— Только как своего дядю, Сергиуса Константина, главу импортного агентства, существующего под этим именем… Она идет. Так вот, как я уже говорил, я тоже предпочитаю Тургенева Толстому. Конечно, это не умаляет силы воздействия Толстого. Верующих отпугивает именно философия Толстого… А вот и Груня.</p>
     <p>— Вы уже познакомились, — недовольно поморщилась она. — А я-то рассчитывала присутствовать на этой важной встрече.</p>
     <p>Она с упреком повернулась к Холлу. Ласково обняв ее, Константин пошутил:</p>
     <p>— Почему же вы не предупредили меня, что умеете так быстро переодеваться?</p>
     <p>Она протянула Холлу руку:</p>
     <p>— Пойдемте, пора обедать.</p>
     <p>И так вместе: Константин, обняв Груню, а она, ведя под руку Холла, — все трое прошли в столовую.</p>
     <p>За столом Холл готов был ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это правда, а не сон. Уж очень все было нелепо, невероятно, чтобы быть реальностью: его любимая Груня то нападала, то безмятежно шутила со своим дядей, а он — ее отец и, чему она ни в жизнь не поверила бы, — главарь страшного Бюро убийств; он же, Холл, возлюбленный Груни, поддерживает ее шутки над человеком, которому заплатил пятьдесят тысяч долларов за приказ о его собственном уничтожении; а сам Драгомилов, невозмутимый, благодушный, казалось, всей душой отдается всеобщему веселью, на лице его и в манерах — искренняя сердечность, нет и тени былой привычной холодности.</p>
     <p>Потом Груня играла и пела, пока Драгомилов, сославшись сразу и на ожидаемого им посетителя и желание поговорить с Холлом по чисто мужским вопросам, не заметил ей, что все детишки ее возраста давно легли в кроватки. Она, ответив на шутливый покровительственный тон отца покорным поклоном, весело пожелала мужчинам доброй ночи и оставила одних. Ее серебристый смех донесся к ним через раскрытую дверь. Драгомилов встал, закрыл дверь и возвратился на прежнее место.</p>
     <p>— Я весь — внимание, — сказал Холл.</p>
     <p>— Во времена русско-турецкой войны отец мой был подрядчиком, — начал Драгомилов. — Его звали… впрочем, это не имеет значения. Он сколотил состояние в шестьдесят миллионов рублей, которое я, его единственный сын, получил в наследство. В университете меня увлекли идеи радикализма, и я примкнул к организации Молодая Россия. Это была кучка утопистов и мечтателей, и, конечно, мы потерпели провал. Несколько раз я попадал в тюрьму. Моя жена умерла от оспы тогда же, когда умер от этой же болезни ее брат Сергиус Константин. Все это произошло в моем имении. Наш последний заговор был раскрыт, и мне грозила Сибирь. Выход был прост. Под моим именем похоронили шурина, известного консерватора, а я стал Сергиусом Константином. Груня была в ту пору совсем ребенком. Из страны мне удалось выбраться довольно легко, к сожалению, все, что я не смог взять с собой, досталось властям.</p>
     <p>Здесь, в Нью-Йорке, где шпионов царского правительства больше, чем вы думаете, я оставил себе это имя. Вот откуда оно у меня. Как-то я даже ездил в Россию, конечно, под именем шурина, и продал его владения. Слишком долго мне пришлось быть Сергиусом Константином, дядей Груни, и я решил им остаться навсегда. Вот и все.</p>
     <p>— А Бюро убийств? — спросил Холл.</p>
     <p>— Я создал его, будучи убежден в его справедливости и уязвленный обвинением, что мы только мечтатели, а не деятели. Работало оно великолепно, безупречно, не говоря уже о его финансовом успехе. Я доказал, что могу действовать не хуже, чем мечтать. Правда, Груня меня все еще считает мечтателем. Но это потому, что ей многое неизвестно. Одну минутку.</p>
     <p>Он вышел в соседнюю комнату и возвратился с большим конвертом в руках.</p>
     <p>— А теперь займемся другими делами. Ожидаемый мной посетитель — это тот человек, которому я передам приказ об уничтожении. Я думал сделать это завтра, но ваше неожиданное появление сегодня вечером ускорило дело. Вот здесь мои инструкции для вас, — он передал конверт. — Официально все бумаги, дела и тому подобное должна подписывать Груня, но вы ей будете помогать советом. Мое завещание в сейфе. Если я не погибну, до моего возвращения вы будете хранителем моих вкладов. Если я телеграфирую с просьбой о деньгах или чем другом, поступайте в соответствии с инструкциями. Здесь, в конверте, есть шифр, которым я буду пользоваться, он тот же, что применяем мы в нашей организации. Вы же будете и хранителем значительного резервного фонда, который я создал для Бюро. Его хозяева — все члены организации. В случае необходимости они будут из него брать, — Драгомилов с деланным огорчением покачал головой и улыбнулся: — Боюсь, им придется здорово раскошелиться, прежде чем они меня настигнут.</p>
     <p>— Бог мой! — воскликнул Холл. — Вы их снабжаете средствами для борьбы с вами же. Наоборот, вам следует воспрепятствовать их доступу к фонду.</p>
     <p>— Это было бы нечестно, Холл. Уж так я устроен, что нечестная игра не по мне. И я беру с вас слово, что в этом деле вы тоже будете играть честно и выполнять мои указания. Не так ли?</p>
     <p>— Но это же просто чудовищно! Вы просите меня оказать помощь людям, цель которых будет убить вас — отца моей любимой. Это же нелепо. Прекратите все это! Распустите организацию, и со всем будет покончено.</p>
     <p>Но Драгомилов был непреклонен.</p>
     <p>— Я уже решил, и вы это знаете. Если я убежден, что прав, я доведу дело до конца. Надеюсь, вы выполните мои указания?</p>
     <p>— Вы чудовище! Упрямое, неисправимое чудовище, одержимое абсурдным представлением о справедливости. Ваш набитый знаниями ум свихнулся, вы помешались на вашей этике… вы… вы…</p>
     <p>Не в силах найти подходящее слово, Винтер Холл стал заикаться и смолк.</p>
     <p>Драгомилов сдержанно улыбнулся.</p>
     <p>— Вы выполните мои указания, не правда ли?</p>
     <p>— Да, да, да! Я их выполню, — рассерженно закричал Холл. — Ваше право идти своим путем. Никто вас не останавливает. Но почему именно сегодня? Разве завтра у вас не будет времени начать эту безумную авантюру?</p>
     <p>— Нет, мне не терпится начать ее. Вы попали в точку, это то самое слово: авантюра, точнее — приключение. Именно так это называется. Я грежу приключениями с юности, с того времени, когда молодым бакунинцем я по-мальчишески мечтал о свободе для всех. А чего я добился с тех пор? Я был думающей машиной. Мне удалось создать хорошее дело. Я нажил состояние. Я придумал Бюро убийств и наладил его работу. И все. Разве это жизнь? Я жил без приключений. Я был просто пауком, огромным, думающим и составляющим планы мозгом, центром паутины. Наконец-то я рву паутину и уношусь в мир приключений. А почему бы и нет? Вы знаете, что за всю жизнь я не убил ни одной души, мне даже не приходилось видеть убитого человека. Мне не случалось попасть даже в железнодорожную катастрофу. Я ничего не знаю о насилии. Тот, кто владеет недюжинной силой, чтобы творить насилие, никогда не пользовался этой силой, не считая дружеских целей: бокса, борьбы и тому подобных упражнений. Теперь я начну жить телом и сознанием, начну новую роль. Ее имя — Сила!</p>
     <p>Он вынул свою белую сухощавую руку и сердито оглядел ее.</p>
     <p>— Груня расскажет вам, как я сгибал вот этими пальцами серебряный доллар. Разве это все, на что они способны? Гнуть доллары? Дайте-ка на минуту вашу руку.</p>
     <p>Он охватил пальцами предплечье Холла между локтем и запястьем, только сжал его, и Холл вздрогнул от нестерпимой острой боли, внезапно пронзившей его тело. Было такое ощущение, словно большой палец руки Драгомилова сомкнулся с остальными через плоть и кость предплечья Холла. Мгновение — и Драгомилов освободил его руку, мрачно улыбнувшись.</p>
     <p>— Повреждений нет, — сказал он. — Правда, с неделю будут синяки. Теперь вам понятнее, почему я хочу вырваться из своей паутины? Слишком долго я прозябал здесь. Эти пальцы занимались только тем, что ставили подписи да листали книжные страницы. Из своей паутины я посылал людей на дорогу приключений. А теперь я стану играть против этих людей, я тоже вступаю в игру. Это будет королевская игра. Эта совершенная машина сотворена моим умом. Ее создал я. И ни разу не дала она осечки, уничтожая намеченную жертву. Теперь эта жертва — я. Вопрос заключается в том, <emphasis>действительно ли эта машина сильнее меня, ее творца?</emphasis> Уничтожит она своего творца, или творец ее перехитрит?</p>
     <p>Он как-то сразу умолк, взглянул на часы и нажал кнопку звонка.</p>
     <p>— Приготовьте машину, — сказал он слуге, вошедшему на звонок. — Снесите в нее чемодан, который находится в моей спальне.</p>
     <p>Когда слуга вышел, он повернулся к Холлу:</p>
     <p>— Итак, начинаются мои скитания. Хаас может появиться здесь в любой момент.</p>
     <p>— Кто такой Хаас?</p>
     <p>— Всеми признанный, самый способный член нашей организации. Ему всегда поручаются наиболее трудные и опасные задания. Этике он предан до фанатизма, он — данит. Даже ангел смерти не так страшен, как он. Это огонь. Он не человек, нет, он — пламя. Вы сами убедитесь. Вот он идет.</p>
     <p>Через мгновение в комнату вошел человек. Холл был потрясен, едва взглянув на его лицо — бледное, худое, с ввалившимися щеками и остро выступающими скулами, на лице этом горела пара глаз, такие могут привидеться разве только в кошмарном сне. В них пылал такой огонь, что все лицо казалось охваченным пожаром. Человек представился, Холла поразило его крепкое, почти нечеловечески сильное рукопожатие. Холл не оставил без внимания его движения, когда тот пододвигал стул и усаживался. В них было что-то кошачье, и Холл был уверен, что мускулы у этого человека, как у тигра, хотя сухое, нездоровое лицо, казалось, говорило об обратном, создавало впечатление, что тело его — сморщенная и вялая скорлупка. Тело было худым, но Холл подметил узлы мускулов на руках и плечах.</p>
     <p>— У меня есть для вас задание, мистер Хаас, — начал Драгомилов. — Наверняка самое трудное и опасное из тех, какие вам вообще приходилось выполнять.</p>
     <p>Холл мог поклясться, что при этом сообщении глаза человека загорелись еще ярче.</p>
     <p>— Дело мною одобрено, — продолжал Драгомилов. — Оно справедливо, здесь нет никакого сомнения. Этот человек должен умереть. За его смерть Бюро получило пятьдесят тысяч долларов. В соответствии с нашими правилами треть этой суммы выделяется вам. Опасаясь, что дело окажется чересчур трудным, я решил увеличить вашу долю до половины суммы. Вот вам пять тысяч долларов на расходы…</p>
     <p>— Сумма необычайно велика, — прервал его Хаас. Он поминутно облизывал губы, будто их жег бушующий в нем пламень.</p>
     <p>— И человек, которого вам предстоит уничтожить, необычен, — сердито возразил Драгомилов. — Вам следует связаться со Шварцем и Гаррисоном, чтобы они немедленно оказали вам помощь. Если через некоторое время вы втроем не будете в состоянии это сделать…</p>
     <p>Хаас недоверчиво фыркнул, а жар, его снедавший, разгорелся на его худом и жадном лице с еще большей силой.</p>
     <p>— Если через некоторое время вы втроем будете не в состоянии это сделать, призывайте на помощь всю организацию.</p>
     <p>— Кто этот человек? — зло буркнул Хаас.</p>
     <p>— Минутку, — Драгомилов обернулся к Холлу. — Что вы сообщите Груне?</p>
     <p>Холл некоторое время размышлял.</p>
     <p>— Полуправды будет достаточно. Организацию я ей обрисовал еще до того, как познакомился с вами. Ей можно сказать, что вам угрожает опасность. Этого будет вполне достаточно. Каковы последствия — неважно, она никогда не узнает об остальном.</p>
     <p>Кивком головы Драгомилов выразил свое одобрение.</p>
     <p>— Мистер Холл служит секретарем, — объяснил он Хаасу. — Шифр у него. За деньгами и за всем прочим обращайтесь к нему. Информируйте его время от времени о своих успехах.</p>
     <p>— Кто этот человек? — снова рявкнул Хаас.</p>
     <p>— Одну минуточку, мистер Хаас. Я хочу, чтобы вы уяснили всю серьезность дела, которое я хочу на вас возложить. Свой зарок вы не забыли? Вы знаете, что обязаны выполнить задание независимо от того, кто этот человек. Во всяком случае, как вам известно, под угрозой находится ваша собственная жизнь. Вы, конечно, знаете, что означает для вас неудача: ваши товарищи поклялись убить вас, если вы потерпите неудачу.</p>
     <p>— Это мне известно, — прервал Хаас. — Нет нужды об этом напоминать.</p>
     <p>— Я хочу, чтобы у вас не оставалось на этот счет никаких сомнений. Независимо от того, кто это лицо…</p>
     <p>— Отец, брат, жена… хоть сам дьявол или бог — я понял. Кто этот человек? Где его можно найти? Вы же знаете, если я на что-то решился, я довожу дело до конца.</p>
     <p>Драгомилов, удовлетворенно улыбаясь, повернулся к Холлу:</p>
     <p>— Говорил я вам, мною выбран лучший агент.</p>
     <p>— Мы теряем время, — нетерпеливо проворчал Хаас.</p>
     <p>— Прекрасно, — ответил Драгомилов. — Вы готовы?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Сейчас?</p>
     <p>— Сейчас.</p>
     <p>— Это я, Иван Драгомилов, тот человек.</p>
     <p>Хааса ошеломил такой ответ.</p>
     <p>— Вы? — прошептал он, словно что-то обожгло ему горло, лишило речи.</p>
     <p>— Я, — спокойно повторил Драгомилов.</p>
     <p>— Тогда другого такого случая не представится, — скороговоркой произнес Хаас, быстро опуская правую руку в боковой карман.</p>
     <p>Но Драгомилов еще быстрее метнулся к нему.</p>
     <p>Прежде чем Холл успел подняться со стула, все было кончено, опасность была позади. Он увидел, как большие, кривые и жесткие пальцы вонзились в две впадины по обе стороны у основания шеи Хааса. И в тот же миг, как пальцы коснулись шеи, рука Хааса прекратила свое движение к оружию, находящемуся у него в кармане. Обе его руки дернулись и спазматически сжались. Лицо Хааса исказила дикая, предсмертная агония.</p>
     <p>Еще с минуту он корчился и извивался, а потом глаза его закрылись, руки повисли, тело обмякло, и Драгомилов опустил его на пол; пламя, пылавшее в Хаасе, угасло вместе с сознанием.</p>
     <p>Драгомилов перевернул его вниз лицом и связал носовым платком ему руки за спиной. Он действовал быстро, одновременно разговаривая с Холлом.</p>
     <p>— Обратите внимание, Холл, это старейший прием анестезии, применявшийся хирургией. Он делается чисто механически. Большие пальцы зажимают сонные артерии, перекрывая доступ крови к мозгу. Японцы уже сотни лет пользуются им при хирургических операциях. Задержи я пальцы еще на минуту больше, он был бы мертв. А теперь он придет в сознание через несколько секунд. Смотрите! Он уже двигается.</p>
     <p>Драгомилов перевернул Хааса на спину, ресницы глаз последнего затрепетали, и он испуганно уставился на Драгомилова.</p>
     <p>— Я же вам говорил, мистер Хаас, что это трудный случай, — начал убеждать его Драгомилов. — Ваша первая попытка окончилась провалом. Боюсь, что вам придется пережить еще немало неудач.</p>
     <p>— Вы, надеюсь, не лишите меня моей доли, — последовал ответ. — Правда, причины вашего желания быть убитым выше моего понимания.</p>
     <p>— А я и не хочу быть убитым.</p>
     <p>— А тогда зачем же, разрази меня гром, вы отдали мне этот приказ?</p>
     <p>— Это мое дело, мистер Хаас. А ваше дело выполнить его наилучшим образом. Как ваша шея?</p>
     <p>Лежащий человек покрутил головой туда-сюда.</p>
     <p>— Болит, — объявил он.</p>
     <p>— Вам следует обучиться этому приему.</p>
     <p>— Теперь я его знаю, — добавил Хаас, — я в точности знаю место, где надавить пальцами. Что вы собираетесь теперь со мной делать?</p>
     <p>— Возьму с собой в машину и сброшу вас у обочины дороги. Ночь теплая, вы не простудитесь. Если я оставлю вас здесь, мистер Холл может развязать вас прежде, чем я двинусь в путь. А теперь мне придется вас немного побеспокоить из-за этой пушки в кармане вашего пиджака.</p>
     <p>Драгомилов наклонился и извлек из его кармана автоматический пистолет.</p>
     <p>— Снаряжен для большого дела, взведен и готов к действию, — сказал он, осмотрев оружие. — Ему осталось только спустить предохранитель и нажать на спуск. Вы пойдете со мной в машину, мистер Хаас?</p>
     <p>Хаас отрицательно покачал головой:</p>
     <p>— Здесь удобнее, чем у обочины.</p>
     <p>Не произнося ни слова, Драгомилов наклонился над ним и легко сжал своими страшными пальцами его горло.</p>
     <p>— Пойду, — тяжело выдохнул Хаас.</p>
     <p>Хотя его руки были связаны за спиной, он проворно и легко, без видимых усилий встал на ноги, подтверждая догадку Холла о тигриной мускулатуре его тренированного тела.</p>
     <p>Драгомилов повернулся к Холлу и сказал:</p>
     <p>— Японцам известны семь различных «прикосновений смерти», приемов борьбы джиу-джитсу, из которых я знаю четыре. А этот человек надеется одолеть меня в физической борьбе. Позвольте мне, мистер Хаас, сказать вам одну вещь. Взгляните на ребро моей кисти. Не говоря о «прикосновениях смерти» и прочем, просто ребром вот этой руки, как косарем, я могу переломить ваши кости, разбить суставы и разорвать сухожилия. Недурно, а? Для думающей машины, как меня всегда называли. Ну, так пойдем, начнем. Вот сюда, по дороге приключений. До свидания, Холл.</p>
     <p>Дверь парадной захлопнулась за ними, а Винтер Холл изумленно оглядел современно убранную комнату, в которой он остался один. Больше, чем когда-либо прежде, его охватило ощущение нереальности, хотя вот оно стоит роскошное пианино, а там, на журнальном столике, лежат свежие журналы. Он даже прочитал на обложках давно знакомые названия, силясь прийти в себя. Ему было любопытно: может быть, в самом деле через несколько минут он проснется. Он поглядел на названия книг, стоящих на подставке стола, вероятно, принадлежавших Драгомилову. Здесь бок о бок стояли «Проблемы Азии» Махана, «Сила и материя» Бюкнера, «Мистер Полли» Уэллса, «По ту сторону добра и зла» Ницше, «Большая грузоподъемность» Джэкоба, «Теория праздного класса» Беблена, «От Эпикура к Христу» Хайда и последний роман Генри Джеймса — все это было брошено этим странным умом, закрывшим последнюю страницу своей книжной жизни и ринувшимся на тропу невероятных, безумных приключений.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VII</p>
     </title>
     <p>— Ждать вашего дядю бесполезно, — сказал Холл Груне на следующее утро. — Нам нужно позавтракать и ехать в город.</p>
     <p>— Нам? — спросила она с искренним удивлением. — Для чего?</p>
     <p>— Чтобы оформить наш брак. Перед отъездом ваш дядя назначил меня вашим неофициальным опекуном, и лучшее, что можно сделать, как мне представляется, это оформить мое положение официально — вот, если с вашей стороны нет серьезных возражений.</p>
     <p>— Они у меня несомненно есть, — последовал ответ. — Во-первых, я не люблю, когда решают что бы то ни было за меня, даже вопрос о таком приятном деле, как брак с вами. А затем, я не выношу таинственности. Где дядя? Что произошло? Куда он уехал? Он что, уехал утренним поездом в город? И зачем это ему нужно ехать в город в воскресный день?</p>
     <p>Холл смотрел на нее печально.</p>
     <p>— Груня, я не стану призывать вас набраться мужества и не буду повторять все эти банальности. Я хорошо вас знаю, и в этом нет необходимости. — Он заметил тревогу на ее лице и торопливо продолжил: — Мне неизвестно, когда возвратится ваш дядя. Я не знаю, вернется ли он вообще и увидите ли вы его снова. Послушайте. Помните, я рассказывал вам о Бюро убийств?</p>
     <p>Она кивнула.</p>
     <p>— Так вот, оно избрало его ближайшей жертвой. Он бежал, — вот и все, пытаясь от них ускользнуть.</p>
     <p>— Ой! Ну это же чудовищно, — крикнула она. — Мой дядя Сергиус! Мы живем в двадцатом веке. Теперь же такие вещи невозможны. Это не что иное, как злая шутка, которую вы вместе с ним сыграли надо мной.</p>
     <p>А Холл, вообразив на секунду, что бы она подумала, если бы узнала всю правду о своем дяде, мрачно улыбнулся.</p>
     <p>— Клянусь честью, это правда, — заверил он ее. — Ваш дядя избран ближайшей жертвой. Вы помните, вчера вечером он очень много писал. Получив предостережение об угрозе, он приводил в порядок свои дела и готовил для меня инструкции.</p>
     <p>— А полиция? Почему он не обратился туда за защитой от банды этих головорезов?</p>
     <p>— Ваш дядя — странный человек. Он и слушать не желает о полиции. Более того, он взял с меня обещание не вмешивать в это дело полицию.</p>
     <p>— Но с меня-то он не брал, — прервала она, направляясь к двери. — Я вызову ее немедленно.</p>
     <p>Холл поймал ее за руку, и она сердито повернулась к нему.</p>
     <p>— Послушай, дорогая, — начал он успокаивающе. — Все это безумство, я знаю, чистейший, невероятнейший идиотизм. И все же это так, это правда, все до последней детали. Дядя ваш не хочет вовлекать полицию. Таково его желание, его указание мне. Если вы нарушите его желание, то виноват буду я, потому что допустил ошибку, обо всем рассказав вам. Неужели я ошибся?</p>
     <p>Он освободил ее, и она задержалась у порога.</p>
     <p>— Не может этого быть! — воскликнула она. — Не могу я в это поверить! Это… это… о! Вы шутите.</p>
     <p>— Я сам в это не могу поверить, но вынужден верить. Ваш дядя упаковал вчера вечером чемодан и уехал. Я видел, как он уезжал. Он со мной попрощался. Он поручил мне свои и ваши дела. Вот его указания на этот счет.</p>
     <p>Холл вынул свой бумажник и выбрал несколько листочков бумаги, вне всякого сомнения написанных рукой Сергиуса Константина.</p>
     <p>— Здесь есть также записка и для вас. Он страшно торопился. Пойдемте завтракать и там все прочитаем.</p>
     <p>Трапеза была унылой. Груня выпила только чашку кофе, а Холл вяло поковырял ложкой яйцо.</p>
     <p>Окончательно Груню убедила телеграмма, полученная на имя Холла. То обстоятельство, что она состояла из одних цифр и что он знал ключ, рассеяло ее подозрения, но не раскрыло тайну.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Буду вам сообщать о себе время от времени,</emphasis> — расшифровал Холл. — <emphasis>Шлю свою любовь Груне. Скажите ей, я даю вам согласие на брак. Остальное зависит от нее».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>— По этой телеграмме, возможно, мне удастся установить следы его передвижений, — объяснил Холл. — А теперь я предлагаю оформить наш брак.</p>
     <p>— В то время как для него, несчастного, нет безопасного места на всей земле? Нет, ни за что! Что-то нужно сделать. Мы что-то должны сделать. Я-то думала, вы хотите уничтожить это гнездо убийц. Ну так уничтожьте и спасите его.</p>
     <p>— Ну, хорошо, я объясню вам все, — сказал он мягко. — Это и есть часть программы уничтожения этого гнезда. Мною это не намечалось и получилось помимо моей воли. Я даже скажу вам больше: если ваш дядя продержится в течение года, он останется невредим, ему больше не будет угрожать никакая опасность. А я уверен, он в состоянии в течение всего этого времени обманывать своих преследователей. Я между тем сделаю все, что в моей власти, чтобы помочь ему несмотря на то, что его собственные инструкции стесняют меня и, в частности, его указание ни при каких обстоятельствах не обращаться в полицию.</p>
     <p>— Я выйду замуж, когда истечет год, — окончательно решила Груня.</p>
     <p>— Отлично. Ну, а сегодня вы намерены отправиться в город или останетесь здесь?</p>
     <p>— Я отправлюсь первым же поездом.</p>
     <p>— Я с вами.</p>
     <p>— Тогда мы едем вместе, — сказала Груня, и слабый намек на улыбку появился на ее лице — первый за все утро.</p>
     <p>Для Холла день обещал быть трудным. Расставшись по приезде в город с Груней, он посвятил себя улаживанию дел Драгомилова и выполнению его указаний. Управляющий фирмы «С. Константин и Ко», вопреки врученному ему письму, написанному собственноручно его хозяином, упорно продолжал относиться к Холлу с подозрением. А когда Холл, желая убедить его, позвонил по телефону Груне, управляющий выразил сомнение, что на другом конце провода действительно — племянница Константина. Поэтому Груня вынуждена была прибыть лично и подтвердить слова Холла. После этого они с Груней вместе пообедали, и затем он отправился вступить во владение квартирой Драгомилова. Полагая, что Груне ничего не известно о комнатах, в которых распоряжался глухонемой, Холл на всякий случай осторожно проверил правильность своего предположения и выяснил, что не ошибся.</p>
     <p>Общение с глухонемым не представляло серьезных трудностей. Начав говорить, повернувшись к немому лицом так, чтобы тот видел его губы, Холл понял, что вести с ним разговор не сложнее, чем с любым другим человеком. Немому, чтобы ответить, приходилось писать все, что он хотел сообщить Холлу. Получив от Холла письмо Драгомилова, парень немедленно прижал его к своему носу, долго и тщательно его обнюхивал. Убедившись таким путем в его подлинности, он согласился допустить Холла во временное владение квартирой.</p>
     <p>Этим вечером Холл принял трех посетителей. Первый — толстый, с усами и бакенбардами, веселый человек, назвавшийся Бардуэллом, — был агентом Бюро. Сверившись с описанием членов, Холл опознал его — правда, не под тем именем, которое тот назвал.</p>
     <p>— Вас зовут не Бардуэлл, — сказал Холл.</p>
     <p>— Знаю, — последовал ответ. — Может быть, вы мне подскажете мою фамилию…</p>
     <p>— Пожалуйста, вас зовут Томпсон… Сильваниус Томпсон.</p>
     <p>— Похоже, что так, — последовал веселый ответ. — Вы, видимо, сможете добавить что-нибудь еще?</p>
     <p>— Вы работаете в организации пять лет. Родились в Торонто. Вам сорок семь лет. Вы были профессором социологии в Барлингтонском университете и вынуждены были уйти, потому что ваши экономические воззрения оскорбляли основателя университета. Вами выполнено двенадцать поручений. Перечислить их вам?</p>
     <p>Сильваниус Томпсон предостерегающе поднял руку.</p>
     <p>— О таких данных мы не упоминаем.</p>
     <p>— Но в этой комнате это допускается, — возразил Холл. Бывший профессор социологии поспешил признать верность последнего замечания.</p>
     <p>— Нет смысла называть их все, — сказал он. — Назовите мне первое и последнее, и мне станет ясно, можно ли с вами говорить о деле.</p>
     <p>Холл вновь обратился к описанию.</p>
     <p>— Вашим первым был полицейский судья Сиг Лемюэлс. Это было вашим приемным испытанием. Последнее ваше поручение — Бертрам Фестл, — как полагали, утонувший во время плавания на своей яхте у Бар-поинт.</p>
     <p>— Прекрасно, — Сильваниус Томпсон умолк, зажигая сигару. — Мне просто хотелось убедиться, вот и все. До сих пор я никого другого здесь не встречал, кроме шефа, поэтому довольно необычно иметь дело с посторонним. А теперь к делу. За последнее время у меня не было поручений, а мои деньги подходят к концу.</p>
     <p>Холл вынул отпечатанную на машинке копию инструкции Драгомилова и внимательно прочел нужный параграф.</p>
     <p>— В ближайшее время ничего для вас нет, — сказал он. — Но вот вам две тысячи долларов на расходы. Это аванс за будущие услуги. Не теряйте с нами связи, так как вы можете понадобиться в любое время. Бюро начинает большое дело, и помощь всех его членов может потребоваться в любую минуту. Я уполномочен вам сообщить, что на карту вообще поставлено существование самой организации. Подпишите, пожалуйста, квитанцию.</p>
     <p>Бывший профессор подписал квитанцию, пыхнул сигарой и выразил намерение уходить.</p>
     <p>— Вам нравится убивать людей? — неожиданно спросил Холл.</p>
     <p>— О, я не против, — ответил Томпсон, — хотя я бы не сказал, что это мне нравится. Но каждому нужно жить. У меня жена и трое детей.</p>
     <p>— Вы уверены, что ваш способ зарабатывать на жизнь правилен? — задал новый вопрос Холл.</p>
     <p>— Разумеется, а иначе я не стал бы зарабатывать на жизнь таким путем. Кроме того, я не убийца. Я исполнитель. Ни одного человека Бюро не убирает без оснований, я имею в виду справедливых оснований. Убирают только тех, кто совершил тяжкие преступления против общества. Вам же это известно.</p>
     <p>— Могу вам честно сказать, профессор, что мне очень мало об этом известно. Это действительно так, хотя я временно и осуществляю руководство Бюро, действуя строго в пределах инструкций. Скажите, вы не допускаете ошибки со стороны шефа?</p>
     <p>— Я не совсем понял.</p>
     <p>— Разве не может он ошибиться в своих решениях? Ну, например, не может ли он дать вам указание убить… прошу прощения — уничтожить человека, не совершившего тяжкого преступления против общества, или того, кто, возможно, абсолютно невиновен в тех проступках, которые ему приписывают?</p>
     <p>— Нет, молодой человек, это исключено. Для всех поручений, которые мне даются, а, я убежден, это относится и ко всем остальным нашим членам — прежде всего я требую доказательств и тщательно их взвешиваю. Был случай, я вынужден был даже отклонить одно поручение, потому что у меня имелись серьезные сомнения. Это факт. Потом мне доказали, что я неправ, но таков наш закон, понимаете? Бюро, знаете ли, не смогло бы проработать и года, если бы оно не было сверху донизу основано на справедливости. Что касается меня, я бы жене в глаза не смог посмотреть, детишек своих взять на руки, если бы Бюро работало иначе и мне приходилось выполнять не такие поручения.</p>
     <p>Вслед за профессором пришел Хаас, мертвенно-бледный и голодный, он сообщил о своих успехах.</p>
     <p>— Шеф держит курс на Чикаго, — начал он. — Он гнал свой автомобиль прямо через Олбани и вылез у нью-йоркской центральной. У него билет в спальном «Пульмане» до Чикаго. Я опоздал с преследованием, поэтому дал телеграмму Шварцу сюда, в город. Он сел на следующий поезд. Руководителю чикагского Бюро я тоже телеграфировал. Вы его знаете?</p>
     <p>— Да, там Старкингтон.</p>
     <p>— Я телеграфировал ему, в чем дело, и чтобы он направил двух агентов вслед за шефом. А после этого я приехал в Нью-Йорк, чтобы забрать Гаррисона. Если за это время от Старкингтона не поступит сообщения, что они его взяли, мы оба уедем в Чикаго утром первым же поездом.</p>
     <p>— Но вы вышли за рамки данных вам указаний, — возразил Холл. — Я точно помню, что Драг… шеф сказал, что вам помогать будут Шварц и Гаррисон и что за помощью остальных членов организации следует обратиться только после того, как вы втроем будете терпеть неудачи в течение определенного времени. Но вы же еще не потерпели неудачи, вы даже еще не начали.</p>
     <p>— Вы, по-видимому, плохо знаете нашу систему, — ответил Хаас. — По нашим правилам, всегда, когда преследование заводит в другие города, мы обращаемся к любому из членов организации, находящемуся в этом городе.</p>
     <p>Холл хотел было еще что-то сказать, но вошел глухонемой с телеграммой на имя Драгомилова. Холл вскрыл ее и увидел, что она от Старкингтона. Расшифровав телеграмму, он прочел ее вслух Хаасу:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Хаас что, рехнулся? Получил от Хааса сообщение, что вы дали ему указание уничтожить вас, что вы направляетесь в Чикаго и что мне следует выделить двух агентов, чтобы вас схватить. Хаас до сих пор никогда не обманывал. Он, должно быть, сошел с ума. Он может оказаться опасным. Приглядите за ним».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>— Вот то же самое сказал мне и Гаррисон в ответ на мое сообщение, — вставил Хаас. — Но я не обманываю и не сошел с ума. Вы должны это подтвердить, мистер Холл.</p>
     <p>С помощью Хааса Холл составил ответ.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Хаас не сошел с ума и не лжет. То, что он говорил, верно. Выполняйте все его просьбы.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Винтер Холл, исполняющий обязанности секретаря».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>— Я сам ее отправлю, — сказал Хаас, вставая.</p>
     <p>Несколько минут спустя Холл по телефону сообщил Груне, что ее дядя направляется в Чикаго. Потом Холл имел разговор с Гаррисоном, который явился лично, чтобы удостовериться в верности рассказа Хааса; он ушел убежденный.</p>
     <p>Оставшись один, Холл вновь обдумал все случившееся. Он осмотрел забитые книгами стены и стол, и снова чувство нереальности охватило его. Да этого просто не может быть, чтобы существовало какое-то Бюро убийств, состоящее из ненормальных, помешанных на этике! И как это могло получиться, что он — тот, кто решил развалить это Бюро убийств, — теперь руководит им из его штаб-квартиры, управляет преследованием, а возможно — убийством человека, создавшего Бюро и бывшего отцом любимой женщины, которого, к тому же, он хочет спасти ради его дочери — как же могло такое случиться? И как бы в доказательство, что все это правда, реальность, пришла вторая телеграмма от главы чикагского отделения.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Кто вы такой, черт вас возьми!»</emphasis> — спрашивал он.</p>
      <p><emphasis>«Утвержденный шефом временно исполняющий обязанности секретаря»</emphasis>, — ответил Холл.</p>
     </cite>
     <p>Несколько часов спустя Холл был разбужен третьей телеграммой из Чикаго.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Все слишком необычно. Отказываюсь от дальнейших связей с вами. Где шеф? Старкингтон».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Шеф уехал в Чикаго. Установите наблюдение за приходящими поездами, найдите его для подтверждения данных им Хаасу указаний. То, что вы отказываетесь поддерживать со мной связь, меня не беспокоит»</emphasis>, — телеграфировал в ответ Холл.</p>
     </cite>
     <p>К вечеру следующего дня послания Старкингтона посыпались одно за другим.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Встретил шефа. Он все подтверждает. Приношу свои извинения. Он сломал мне руку и бежал. Четырем агентам чикагского отделения поручено его схватить».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Только что прибыл Шварц. Кажется, шеф взял курс на запад. Посылаю телеграммы в Сан-Луис, Денвер и Сан-Франциско, чтобы установить за ним наблюдение. Это может дорого обойтись. Высылайте деньги на непредвиденные расходы».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«У Демпси сломано три ребра и парализована правая рука. Паралич временный. Шеф исчез».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Шеф все еще в Чикаго, но не можем определить местонахождение».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Сан-Луис, Денвер и Сан-Франциско ответили. Они говорят, я сошел с ума. Не могли бы вы подтвердить?»</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Вслед за последней телеграммой последовали сообщения трех упомянутых городов, во всех выражалось беспокойство за психическое состояние Старкингтона, и Холл ответил всем так же, как отвечал ранее Старкингтону.</p>
     <p>И вот, пока творилась эта неразбериха, Холлу в голову пришла идея отправить длинную телеграмму Старкингтону и устроить еще большую путаницу.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Прекратите преследование шефа. Созовите совещание членов чикагского отделения и обсудите следующее предложение. Решение об уничтожении шефа неправильно. Шеф вынес приговор сам себе. Почему? Он, должно быть, сошел с ума. Несправедливо убивать того, кто не сделал ничего плохого. Что плохого сделал шеф? Где ваши санкции!»</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Такой вопрос поставил в тупик чикагское отделение. Об этом свидетельствовал их ответ.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Все обсуждено. Вы правы. Приговор шефа самому себе недействителен. Шеф не сделал ничего плохого. Оставляем его в покое. У Демпси с рукой лучше. Все согласны, что шеф, по-видимому, помешался».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Холл ликовал. Он подвел этих этических безумцев к логической вершине их безумства. Драгомилов был спасен.</p>
     <p>В тот же вечер он повел Груню в театр, а потом ужинать и подбодрил ее своими оптимистическими надеждами на благополучный исход истории с ее дядей. Но по возвращении домой обнаружил ожидавшую его пачку телеграмм.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Получена телеграмма из Чикаго, отменяющая преследование шефа. Ваша последняя телеграмма этому противоречит. Что нам делать? Сан-Луис».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Чикаго сейчас отменил приказ о шефе. По нашим правилам приказы никогда не отменяются. В чем дело? Денвер».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Где шеф? Почему он с нами не свяжется? Чикаго последней телеграммой отказался от прежней позиции. Что они, все посходили с ума? Или это шутка? Сан-Франциско».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Шеф все еще в Чикаго. Встретил Карти на Стейт-стрит. Старался убедить Карти преследовать его. После чего пошел за Карти и бранил его. Карти сказал, что приказано ничего не предпринимать. Шеф страшно рассержен. Настаивает, чтобы приказ об убийстве был выполнен. Старкингтон».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Шеф позже снова встретил Карти. Совершил неспровоцированное нападение. Карти невредим. Старкингтон».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Шеф вызвал меня. Выругал последними словами. Сообщил ему, что ваше послание изменило нашу точку зрения. Шеф вне себя. Он, что, помешанный? Старкингтон».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Ваше вмешательство все испортило. Какое вы имеете право вмешиваться? Это следует исправить. Что вы собираетесь предпринять? Отвечайте. Драго».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Стараюсь поступать справедливо. Вы не имеете права нарушать собственные правила. У членов организации нет санкций на приведение в исполнение приказа»,</emphasis> — гласил ответ Холла.</p>
      <p><emphasis>«Вздор»,</emphasis> — таково было последнее слово от Драгомилова за эту ночь.</p>
     </cite>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VIII</p>
     </title>
     <p>Только к одиннадцати часам на следующий день Холл получил известие о новом шаге Драгомилова. Оно пришло от самого шефа.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Направил это послание во все отделения. Передал лично в Чикагское отделение, которое это подтвердит. Я убежден, что наша организация — это ошибка. Я уверен, что вся ее деятельность — это ошибка. Я уверен, что каждый ее член вольно или невольно совершил ошибку. Рассматривайте это как указание и исполняйте свой долг».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Вскоре отклики буквально посыпались на Холла, а он с улыбкой переправлял их Драгомилову. Все до одного единодушно сошлись на том, что оснований для уничтожения шефа нет.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Уверенность — это не грех»,</emphasis> — говорил Нью-Орлеан.</p>
      <p><emphasis>«Не ошибочность веры, а неискренность веры является преступлением», </emphasis>— вносил свой вклад в обсуждение Бостон.</p>
      <p><emphasis>«Честная убежденность шефа не является проступком»,</emphasis> — заключил Сан-Луис.</p>
      <p><emphasis>«Несогласие на этической основе абсолютно не дает никакой санкции»,</emphasis> — заявил Денвер.</p>
     </cite>
     <p>В это же время Сан-Франциско легкомысленно ответил:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Единственное, что шефу следует сделать, это отстраниться от контроля или забыть о нем»</emphasis>.</p>
     </cite>
     <p>Драгомилов ответил отправкой другого важного послания. Оно гласило:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Мои убеждения затрагивают формы действий. Будучи убежден, что организация заблуждается, я разрушу организацию. Я лично уничтожу ее членов и, если возникнет необходимость, прибегну к помощи полиции. Чикаго доведет это до всех отделений. Всем отделениям в ближайшее время мною будут представлены более веские основания для преследования меня».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>С огромным интересом ожидал Холл ответов, признавшись в полной неспособности предсказать, какое новое решение примет это сообщество свихнувшихся праведников. Выяснилось, что мнения разделились. Из Сан-Франциско телеграфировали: <emphasis>«Санкции о'кей. Жду инструкций».</emphasis></p>
     <cite>
      <p>Денвер советовал: <emphasis>«Чикагскому отделению рекомендую проверить здоровье шефа, У нас здесь есть хороший санаторий».</emphasis></p>
      <p>Нью-Орлеан сомневался: <emphasis>«Все рехнулись, что ли? У нас же нет достаточных данных. Неужели некому выправить это дело?»</emphasis></p>
      <p>Бостон говорил: <emphasis>«Во время такого кризиса нам не следует терять голову. Может быть, шеф болен. Нужно проверить, прежде чем принимать какое-либо решение».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Только после этого Старкингтон послал телеграмму, предлагая Хаасу, Шварцу и Гаррисону возвратиться в Нью-Йорк. На это Холл согласился, но едва он отправил телеграмму, как пришло известие от Старкингтона, которое совершенно все переменило.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Только что прикончен Карти. Полиция ищет убийцу, но на след не напала. Мы уверены, что это дело рук шефа. Передайте, пожалуйста, всем отделениям».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Холл, который был центральным узлом связи между отделениями, теперь был засыпан телеграммами. Сутки спустя из Чикаго поступили еще более ошеломляющие новости.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Сегодня в три часа задушен Шварц. На этот раз нет никакого сомнения — шефом. Полиция его разыскивает. Мы тоже. Он скрылся. Всем отделениям быть наготове. Объявляю тревогу. Действую, не ожидая санкций отделений, но хотел бы их получить».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Санкции посыпались к Холлу немедленно. Драгомилов достиг своей цели. «Этичные» сумасброды наконец очнулись и устремились вслед за ним.</p>
     <p>Сам Холл оказался в затруднительном положении и проклинал свою «этичную» натуру, заставляющую его выполнять обещание. Теперь он был убежден, что Драгомилов действительно безумец, который вырвался из оков своей тихой книжно-деловой жизни и превратился в убийцу-маньяка. А он дал этому маньяку обещание. Теперь возникал вопрос, вправе он или нет с этической точки зрения нарушить эти обещания. Здравый смысл подсказывал ему, что вправе донести полиции, вправе произвести аресты всех членов Бюро убийств, вправе предпринять все, что обещает положить конец этой, казалось неумолимо надвигающейся, оргии убийств. Но превыше его здравого смысла была его этика, и по временам он приходил к мысли, что сам он безумен не менее любого из этих сумасшедших, с которыми имел дело.</p>
     <p>И в дополнение к его растерянности Груня, разыскавшая его адрес по данному им телефонному номеру, явилась к нему.</p>
     <p>— Я пришла попрощаться, — начала она. — Какие у вас удобные комнаты! А какой странный слуга. Он не сказал мне ни слова.</p>
     <p>— Попрощаться? — переспросил Холл. — Вы возвращаетесь в Эдж-Мур?</p>
     <p>Она отрицательно покачала головой и, просветлев, улыбнулась:</p>
     <p>— Нет, в Чикаго. Я хочу разыскать дядю и помочь ему, чем смогу. Какое вы получили от него последнее сообщение? Он все еще в Чикаго?</p>
     <p>— По последнему сообщению… — Холл колебался. — Да, по последнему сообщению, он еще не покинул Чикаго. Но вы ничем не можете помочь, и ехать вам туда неблагоразумно.</p>
     <p>— А я все же поеду.</p>
     <p>— Позвольте мне дать вам совет, дорогая.</p>
     <p>— Не ранее, как по окончании года, если это не советы по деловым вопросам. Вообще-то я пришла сюда, чтобы возложить на вас мои небольшие обязанности. Я уезжаю на экспрессе «Двадцатый век» сегодня вечером.</p>
     <p>Повод у Груни не выдерживал никакой критики, но Холл был не в состоянии спорить, и, простившись с ней по обыкновению ласково, он остался в штаб-квартире Бюро убийств, чтобы продолжать вести его идиотские дела.</p>
     <p>С этого момента и в последующие сутки ничего не произошло. А потом донесения посыпались градом и первым было от Старкингтона.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Шеф еще здесь. Сегодня свернул шею Гаррисону. Полиция это не связывает с делом Шварца. Обратитесь, пожалуйста, с призывом о помощи ко всем отделениям».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Холл разослал всем этот призыв, и часом позже от Старкингтона пришло следующее послание:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Проник в больницу и убил Демпси. Определенно покинул город. Хаас преследует. Сан-Луису быть наготове».</emphasis></p>
      <p><emphasis>«Растенаф и Пилсуорти выезжают немедленно»,</emphasis> — сообщил Холлу Бостон.</p>
      <p><emphasis>«Луковиль послан в Чикаго»,</emphasis> — говорил Нью-Орлеан.</p>
      <p><emphasis>«Никого не посылаем. Ждем прибытия шефа»,</emphasis> — извещал Сан-Луис.</p>
     </cite>
     <p>А потом из Чикаго от Груни пришел крик души:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«У вас есть какие-нибудь новости?»</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Не успел он ответить на ее телеграмму, как почти вслед получил вторую.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Пожалуйста, сообщите мне, если есть какие-нибудь известия».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Холл ответил:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Покинул Чикаго. Вероятно, направляется в Сан-Луис. Разрешите присоединиться к вам».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>В ответ ничего не последовало, и он собирался выехать, чтобы стать свидетелем бегства главы убийц, преследуемого своей дочерью и убийцами из четырех городов и направлявшегося в гнездо убийц, ожидающих его в Сан-Луисе.</p>
     <p>Прошел еще один день, затем еще. Авангард преследователей вступил в Сан-Луис, но там не было обнаружено никаких признаков Драгомилова. Хаас, как сообщили, пропал. Груня не могла найти следов дяди. Один глава отделения еще оставался в Бостоне. Он сообщил Холлу, что будет следить за происходящим. В Чикаго остался только Старкингтон со сломанной рукой.</p>
     <p>Но к концу следующих суток Драгомилов нанес новый удар. Растенаф и Пилсуорти прибыли в Сан-Луис рано утром. Каждый простреленный малокалиберной пулей, их вынесли из спального вагона люди, посланные следователем. Два агента из Сан-Луиса тоже были мертвы. Об этом сообщил руководитель этого отделения, — единственный, оставшийся в живых. Вновь появился Хаас, он не соизволил сообщить, где пропадал в течение четырех дней. Драгомилов вновь исчез из виду. Груня была безутешна и бомбардировала Холла телеграммами. Руководитель бостонского отделения известил, что он выезжает. То же самое сделал Старкингтон, невзирая на травму. Сан-Франциско высказал предположение, что своим следующим пунктом Драгомилов изберет Денвер, и выслал двух человек на подкрепление; Денвер, разделяя это мнение, держал двух своих агентов наготове.</p>
     <p>События последних дней нанесли заметный урон резервному фонду Бюро, впрочем — к удовлетворению Холла, который в соответствии с инструкциями высылал телеграфом сумму за суммой различным людям. Если гонка будет продолжаться, решил он, Бюро обанкротится еще до истечения года.</p>
     <p>Для Холла наступил период затишья. Поскольку все члены организации уехали на Запад и имели прямой контакт друг с другом, ему нечего было делать. День с небольшим он прождал в неизвестности и праздности, а потом, устроив финансовые дела и условившись с глухонемым о пересылке телеграмм, Холл закрыл штаб Бюро и купил билет в Сан-Луис.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IX</p>
     </title>
     <p>В Сан-Луисе Холл не нашел никаких перемен. Драгомилов так и не появился, но все были начеку: вот-вот что-то должно было произойти. Холл прибыл на совещание в доме Маргвезера. Маргвезер, глава сан-луисского отделения, жил вместе с семьей за городом в благоустроенном особняке. Когда Холл приехал, все уже были в сборе, среди них был Хаас — огонь, а не человек. Холл сразу узнал его и Старкингтона, последнего он отличил по загипсованной и подвешенной на перевязи руке.</p>
     <p>— Кто этот человек? — спросил представитель Нью-Орлеана Луковиль, когда назвали Холла.</p>
     <p>— Временно исполняющий обязанности секретаря Бюро, — начал было объяснять Маргвезер.</p>
     <p>— Все это настолько против наших правил, что не может меня не беспокоить, — обрезал Луковиль. — Этот человек не принадлежит к нашей организации. Он не убивал, не проходил проверку в организации. Дело не только в том, что его появление среди нас беспрецедентно, но в том, что для людей с такой опасной профессией, как наша, его присутствие является угрозой. В связи с вышесказанным я хочу обратить внимание на два момента. Во-первых, его репутация всем нам известна. Я ничего не имею сказать плохого о его деятельности в этом мире. Его книги я читал с интересом и, смею добавить, с пользой. Его вклад в социологию своеобразен и не подлежит сомнению. С другой стороны, он все-таки социалист. Его называют «миллионер-социалист». Что это значит? Это значит, что он никак не связан с нами, с принципами нашей деятельности. Это значит, что он — слепой пленник закона. Закон — его фетиш. Он погряз в болоте невежества и преклонения перед законом. Для него мы, кто встал выше закона, — архипреступники, нарушители закона. Поэтому его присутствие не обещает нам ничего хорошего. Ради своего фетиша он способен уничтожить нас. Об этом говорит все. Это вытекает как из его философских взглядов, так и из его личных качеств.</p>
     <p>И, во-вторых, обращаю ваше внимание на то, что он вторгается в нашу организацию именно в тот момент, когда она переживает кризис. А кто поручился за него? Кто допустил его к нашим секретам? Один-единственный человек — наш шеф, уже убивший шестерых наших агентов и к тому же намеревающийся выдать нас полиции или уничтожить. Неприятная, очень неприятная ситуация для этого человека и для нас. Он — враг, и он в наших рядах. Мое предложение: удалить его отсюда…</p>
     <p>— Простите, мой дорогой Луковиль, — вмешался Маргвезер, — здесь не место для подобной дискуссии. Мистер Холл мой гость.</p>
     <p>— Мы рискуем жизнью, — не унимался представитель Нью-Орлеана. — А гость или не гость, неважно: сейчас не время для жестов вежливости. Этот человек — шпион. Он намерен уничтожить нас. Я бросаю это обвинение в глаза. Что он на это ответит?</p>
     <p>Холл огляделся вокруг. Все смотрели на него подозрительно, но, он заметил, не зло, за исключением Луковиля. А ведь правда, — отметил Холл про себя, — это — философы, свихнувшиеся философы.</p>
     <p>Маргвезер сделал было попытку вмешаться, но ему не дали.</p>
     <p>— Так что же вы на это ответите, мистер Холл? — задал вопрос Гановер, руководитель бостонского отделения.</p>
     <p>— Если мне позволят сесть, я отвечу с удовольствием, — произнес Холл.</p>
     <p>Со всех сторон посыпались извинения, и его устроили в большом кресле, которое пододвинули, чтобы замкнуть круг.</p>
     <p>— Мой ответ, как и обвинение, будет состоять из двух пунктов, — начал он. — Во-первых, я действительно намерен разрушить вашу организацию.</p>
     <p>Это заявление было встречено вежливым молчанием, и Холлу пришла на ум мысль, что сумасшедшие философы, несомненно, умеют держать себя. Лица их не выражали никаких эмоций. С ученым вниманием они ожидали, пока он выскажется до конца. Даже вспышка гнева Луковиля была мимолетна, и теперь он сидел так же спокойно, как и остальные.</p>
     <p>— Объяснение, почему я решил разрушить вашу организацию, было бы слишком сложным, чтобы им заниматься в настоящий момент, — продолжал Холл. — Вкратце я могу сказать, что в перемене поведения вашего шефа действительно виновен я. Когда я понял, каким рьяным приверженцем этики он является (да и все вы тоже), я уплатил ему пятьдесят тысяч долларов комиссионных за сделку, направленную против него самого. Представил ему убедительные доказательства, разумеется, этические, и он возложил исполнение его на мистера Хааса. Правду я говорю, мистер Хаас?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Точно так же в вашем присутствии шеф сообщил вам о назначении меня секретарем. Так?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Теперь я перехожу ко второму пункту. Почему шеф доверил мне ведение дел в штаб-квартире Бюро? Ответ прост. Шеф убедился, что я так же, как и вы, или почти так же сильно, предан этике. Он понял, что я не способен нарушить данное слово. Это доказано моими последующими действиями. Я приложил все силы, чтобы успешно исполнять обязанности секретаря. Мною пересылались все телеграммы, все важные сообщения и приказы. Я удовлетворял все денежные запросы. Поскольку я дал согласие, я буду продолжать это дело и в дальнейшем, хотя питаю отвращение к вашей этике и с ужасом взираю на все, за что вы боретесь. Поступая так, я поступаю, со своей точки зрения, правильно. Верно?</p>
     <p>Наступившая пауза была очень непродолжительной. Поднялся Луковиль, подошел к Холлу и угрюмо протянул руку. Другие последовали его примеру. После этого Старкингтон внес предложение из фондов Бюро оказать поддержку вдове Демпси, а также жене и детям Гаррисона. Предложение приняли почти без обсуждения, а когда размер пособия был установлен, Холл выписал чеки и передал их для отправки Маргвезеру.</p>
     <p>Далее был рассмотрен вопрос о кризисе и о том, как лучше расправиться с изменником шефом. Холл не принимал участия в обсуждении, поэтому, откинувшись на спинку своего кресла, он мог наблюдать за этими безумцами. Их было семеро и, за исключением Хааса и Луковиля, все они выглядели, как ученые мужи средних лет или как представители средней буржуазии. Он просто не в силах был убедить себя, что это хладнокровные убийцы, творящие свое жестокое дело за плату. По внешнему виду невозможно было представить, что вот этим спокойным людям предстоит приложить все силы, чтобы выжить в смертельной войне, которая против них ведется. Собственно, половины их уже нет. Из Бостона в живых остался один Гановер, из Нью-Йорка — Хаас, из Чикаго — Старкингтон, а их радушный бородатый хозяин Маргвезер был единственным представителем Сан-Луиса.</p>
     <p>— Мне понравилась ваша последняя книга, — наклонившись, шепнул Холлу хозяин, воспользовавшийся паузой. — Ваш довод за организацию по производственному признаку, а не по специальности — неуязвим. Но ваши соображения о законе сокращающейся прибыли, на мой взгляд, довольно-таки неубедительны. У меня есть что возразить вам по этому вопросу.</p>
     <p>И это убийца! Все эти люди — убийцы. В это Холл мог поверить только при одном условии — признав их сумасшедшими. Возвращаясь в город после совещания, он разговорился в трамвае с Хаасом и был поражен, услышав, что тот — бывший профессор греческой и еврейской филологии. Луковиль, оказалось, был экспертом по востоку. Гановер в течение некоторого времени работал директором одной из самых уважаемых академий Новой Англии, а Старкингтон, как выяснилось, в прошлом был известным газетным редактором.</p>
     <p>— Но почему же, к примеру, вы стали вести такой образ жизни? — спросил Холл.</p>
     <p>Они сидели в открытой части трамвая, приближавшегося к району отелей. Только что закончились представления в театрах, и тротуары были полны народа.</p>
     <p>— Потому что я выступаю за справедливость, — ответил Хаас, — потому, что это лучший способ заработать на пропитание, чем греческий и еврейский языки. Если бы мне пришлось начать свою жизнь сначала…</p>
     <p>Но Холлу так и не пришлось услышать конец фразы. Трамвай на мгновение остановился у перекрестка, и Хаас, заметив что-то, вскочил, словно от удара током. С загоревшимися глазами, ни слова не сказав, даже не махнув на прощанье, он спрыгнул с трамвая и потерялся в движущейся толпе.</p>
     <p>На следующее утро Холл узнал, что случилось. Газета поместила сенсационное сообщение о таинственной попытке убийства. Хаас лежал в госпитале с простреленными легкими. Обследования врачей показали, что он остался в живых только благодаря тому, что сердце у него расположено не на обычном месте, а смещено в сторону. Если бы его сердце помещалось там же, где у других людей, сообщалось в отчете репортера, то пуля прошла бы через него. Но не в этом была тайна. Никто не слышал выстрела. Словно споткнувшись, Хаас неожиданно упал в густой толпе. Женщина, которая была прижата к нему в этой давке, утверждала, что за секунду перед тем, как он упал, ей послышался слабый, но отчетливый металлический щелчок. Человек, шедший впереди, как будто тоже слышал щелчок, но не был в этом твердо уверен. «Полиция озадачена, — писала газета. — Потерпевший, приезжий из другого города, также в недоумении. Он утверждает, что представить не может, кто мог быть заинтересован в его смерти. Он не помнит никакого щелчка. Он почувствовал страшный удар в момент, когда его сразила пуля. Детектив, сержант О'Коннелл, убежден, что выстрел произведен из воздушной винтовки, но это опровергается шефом детективов Рандаллом, который, будучи знаком с воздушными винтовками всех систем, утверждает, что такого рода оружие не может быть незаметно использовано в густой толпе».</p>
     <p>— Вне всякого сомнения, это был шеф, — уверял Холла Маргвезер несколько минут спустя. — Он все еще в городе. Информируйте, пожалуйста, Денвер, Сан-Франциско и Нью-Орлеан об этом происшествии. Оружие — изобретение самого шефа. Он несколько раз давал его Гаррисону, который по использовании всегда его возвращал. Камера сжатого воздуха прикрепляется на теле под мышкой или где-нибудь в другом удобном месте. Сам разряжающий механизм — не более игрушечного пистолета, его легко спрятать в руке. Теперь нам нужно соблюдать особую осторожность.</p>
     <p>— Я вне опасности, — ответил Холл. — Я ведь только исполняю обязанности секретаря и не являюсь членом организации.</p>
     <p>— Рад, что Хаас поправится, — сказал Маргвезер. — Это очень достойный человек и ученый. Я высоко ценю его ум, хотя он временами и склонен проявлять чрезмерную суровость и, боюсь, находит какое-то удовольствие, лишая человека жизни.</p>
     <p>— А вы — нет? — быстро спросил Холл.</p>
     <p>— Нет, и никто из наших за исключением Хааса. Такая уж у него натура. Поверьте мне, мистер Холл, хотя я и честно выполняю поручения Бюро и имею твердые убеждения о справедливости таких действий, при исполнении казни мною всегда овладевает чувство отвращения. Я знаю, что это глупо, но ничего не могу с собой поделать. Да, да. Во время первого дела меня просто стошнило. Мною написана на этот предмет монография, разумеется не для публикации, но это очень интересная тема для исследования. Если вас интересует, я буду рад пригласить вас к себе как-нибудь вечерком и покажу, что я написал.</p>
     <p>— Благодарю вас, я зайду.</p>
     <p>— Это очень любопытная проблема, — продолжал Маргвезер. — Священность человеческой жизни — ведь это социальное понятие. Нормальный первобытный человек, убивая своего сородича, никогда не испытывал отвращения. Теоретически не должен бы был его испытывать и я. Однако это не так. Вопрос заключается в том, откуда оно возникает. Случилось ли так, что за века эволюции, пока мы дошли до вершин цивилизации, это понятие отложилось в мозговых клетках нации? Или это результат воспитания в детстве и отрочестве, еще до того, как я стал самостоятельно мыслить? А может быть, это результат обеих причин? Весьма любопытно.</p>
     <p>— Да, конечно, — сухо ответил Холл. — Но что же вы собираетесь сделать с шефом?</p>
     <p>— Уничтожить его. Это все, что мы можем сделать, мы должны отстоять наше право на жизнь. Обстановка, конечно, для нас является новой. До сих пор уничтожаемые нами люди не подозревали о грозящей им опасности. А шеф знает о наших планах, поэтому он уничтожает нас. За нами никогда прежде не охотились. Он, разумеется, находится в более выгодном положении, чем мы. Однако мне нужно идти. Через четверть часа я встречаюсь с Гановером.</p>
     <p>— А вы не боитесь? — спросил Холл.</p>
     <p>— Чего?</p>
     <p>— Того, что шеф вас убьет?</p>
     <p>— Нет, для меня это большого значения не имеет. Видите ли, я хорошо застрахован, и мой собственный опыт опровергает одно общепринятое утверждение, а именно, что человек, чем больше лишает он жизни других, тем больше сам боится смерти. Это неправда. Я убедился, что чем больше я уничтожаю других — по моим подсчетам я это делал восемнадцать раз — тем легче кажется мне смерть. А это самое чувство отвращения, о котором я говорил, оно идет от жизни, а не от смерти. У меня записаны отдельные мысли на эту тему. Хотите поглядеть записи?</p>
     <p>— Да, конечно, — заверил его Холл.</p>
     <p>— Тогда заходите сегодня вечером. Скажем, в одиннадцать. Если я задержусь на этом деле, попросите, чтобы вас провели в мой кабинет. Рукопись и свою монографию я оставлю для вас на письменном столе. Мне бы, конечно, хотелось прочесть их вам самому и поспорить с вами, но в случае, если я не смогу прийти, делайте, пожалуйста, любые критические заметки, какие пожелаете.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава X</p>
     </title>
     <p>— Я знаю, вы многое скрываете от меня, и я не могу понять, зачем. Вы же сами согласились помочь мне спасти дядю Сергиуса.</p>
     <p>Но ни жалобный голос, которым Груня произнесла последнюю фразу, ни ее полные теплого, нежного света глаза на этот раз не растопили сердце Холла.</p>
     <p>— Насколько я понимаю, нужды спасать дядю Сергиуса нет, — недовольно процедил он.</p>
     <p>— Что вы имеете в виду? — встревожилась она, заподозрив что-то неладное.</p>
     <p>— Ничего особенного, уверяю вас, единственно, что я хотел сказать, это то, что он убежал достаточно далеко.</p>
     <p>— А откуда вам известно, что он действительно убежал? — упорствовала она. — Вы в самом деле уверены, что он жив? С тех пор, как он уехал из Чикаго, от него ничего не было слышно. Откуда вы знаете, что эти звери не убили его?</p>
     <p>— Его видели здесь, в Сан-Луисе…</p>
     <p>— Здесь! — прервала она взволнованно. — Ну, конечно, вы что-то скрываете от меня! Отвечайте честно, ведь так?</p>
     <p>— Да, — признался Холл. — Но я делаю это по воле вашего дяди. Поверьте мне, вы не в состоянии оказать ему никакой помощи. Вам даже не удастся разыскать его. Разумнее всего для вас возвратиться в Нью-Йорк.</p>
     <p>На протяжении целого часа она допрашивала его, а он обращался к ней с тщетными призывами. Расстались они оба раздраженные.</p>
     <p>Ровно в одиннадцать Холл нажал на кнопку звонка на даче Маргвезера. Маленькая служанка лет четырнадцати-пятнадцати с заспанными глазами, по-видимому только что разбуженная звонком, впустила его и провела в кабинет Маргвезера.</p>
     <p>— Он здесь, — сказала она, открыла рукой дверь и ушла.</p>
     <p>В дальнем конце комнаты, частично освещенный светом настольной лампы, но больше укрытый в тени, сидел за столом Маргвезер. Скрещенные руки его лежали на столе, а на них покоилась голова. Вероятно, спит, подумал Холл, пересекая комнату и подходя к нему. Он окликнул Маргвезера, потом коснулся его плеча, но тот не проснулся. Холл пощупал руку гостеприимного убийцы, она была холодна. Пятно на полу и отверстие в куртке пижамы пониже плеча рассказали Холлу все. Сердце Маргвезера, как оказалось, было расположено в нужном месте. Открытое окно прямо позади него указывало, каким путем было совершено убийство. Холл вытащил груду исписанных бумаг из-под рук мертвеца. Маргвезер умер в момент, когда пересматривал свои рукописи. «Некоторые отдельные мысли о смерти», — прочитал Холл заголовок, потом нашел монографию: «Попытка объяснения некоторых странных психологических особенностей».</p>
     <p>Если эта проклятая улика будет найдена вместе с телом, ничего хорошего это семье Маргвезера не принесет, решил Холл. Он сжег рукописи в камине, выключил лампу и осторожно, никем не замеченный покинул дом.</p>
     <p>Рано утром на следующий день новость о гибели коллеги принес Старкингтон. Газеты опубликовали сообщения о событии только к вечеру. Они перепугали Холла. Было помещено интервью с маленькой служанкой, своими заспанными глазами она многое подметила: данное ею описание посетителя, впущенного ею накануне в одиннадцать часов ночи, было безупречным. Подробности были описаны ею почти с фотографической точностью. Холл встал и подошел к зеркалу. Девочка не допустила ни одной ошибки. Увиденное им отражение в точности соответствовало внешности человека, которого разыскивала полиция. Это был он, вплоть до булавки в галстуке.</p>
     <p>Холл спешно перерыл весь свой гардероб и оделся так, чтобы по возможности быть менее похожим. А затем, вскочив в такси у черного хода гостиницы, он объехал магазины и приобрел все новое от головного убора до ботинок.</p>
     <p>Возвратившись в отель, Холл взял билет на поезд, идущий на Запад. Ему повезло: позвонив Груне, он застал ее дома и смог сообщить ей о своем отъезде. Он решился сказать ей также, что Драгомилов должен появиться в Денвере и посоветовал ей последовать за ним.</p>
     <p>Только когда поезд покинул город, он вздохнул несколько спокойнее и смог не торопясь обдумать создавшееся положение. Вот и сам он, думал Холл, тоже оказался на тропе приключений, идиотски запутанной тропе. Начав с попытки проникнуть в Бюро убийств и развалить его, он дошел до того, что влюбился в дочь его организатора, стал временно секретарем Бюро, а теперь его разыскивает полиция по подозрению в убийстве члена организации, уничтоженного шефом Бюро. «Нет, хватит с меня практической социологии, — решил он. — Только бы мне выпутаться из этой истории, я ограничу себя теорией. Отныне буду заниматься только кабинетной социологией».</p>
     <p>На вокзале в Денвере Холла встретил печальный Харкинс — руководитель денверского отделения. Причина его печального вида стала известна после того, как они сели в машину и помчались на окраину.</p>
     <p>— Почему вы нас не предупредили? — сказал он укоризненно. — Вы дали ему ускользнуть, а мы были уверены, что вы с ним рассчитаетесь в Сан-Луисе, поэтому не приготовились.</p>
     <p>— Разве он уже прибыл?</p>
     <p>— Прибыл? Бог мой! Прежде чем мы узнали об этом, он успел разделаться с двумя нашими: с Боствиком — он был для меня как брат — и Калкинсом из Сан-Франциско. А теперь пропал Хардинг — второй человек из Сан-Франциско. Это ужасно! — Он умолк, содрогнувшись всем телом. — Я расстался с Боствиком всего за четверть часа до этого страшного происшествия. Он так был бодр и весел. Что-то теперь станется с его милой семьей! Его любящая жена безутешна!</p>
     <p>По щекам Харкинса побежали слезы. Они застилали его глаза, и он убавил скорость машины. Холл удивился. Перед ним был новый образец безумца — сентиментальный убийца.</p>
     <p>— Почему же это ужасно? — задал он вопрос. — Вам же приходилось иметь дело со смертями других людей. Здесь та же история.</p>
     <p>— Но это совсем другое дело. Он был мне другом, товарищем.</p>
     <p>— Вероятно, и у тех, кто был убит вами, имелись друзья и товарищи.</p>
     <p>— О, если бы вы видели его в кругу семьи! — причитал Харкинс. — Это был образцовый муж и отец. Он был хороший человек, замечательный человек, настолько деликатный, что не обидел бы и комара.</p>
     <p>— Но ведь с ним случилось только то, что он сам проделывал с другими, — возразил Холл.</p>
     <p>— Да нет же! Ничего похожего, — горячо воскликнул собеседник. — Если бы вы только его знали. Узнать его — значило полюбить его. Все его любили.</p>
     <p>— И жертвы тоже?</p>
     <p>— Ну, если бы им представился случай, они не могли бы не полюбить его, — убежденно произнес Харкинс. — Если бы вы знали, сколько добрых дел он совершил и еще смог бы совершить. Четвероногие обожали его. Даже цветы любили его. Он был президентом Общества гуманности и являлся активным борцом против вивисекции. Один он работал за целое общество по борьбе с истязанием животных.</p>
     <p>— Боствик… Чарльз Н. Боствик, — вспоминал Холл. — Да, я помню. Я встречал его статьи в журналах.</p>
     <p>— Да кто же его не знал! — восторженно прервал его Харкинс, пауза затянулась: он высмаркивал свой нос. — Он был словно рожден для добра, для великих добрых дел. Я бы с радостью поменялся с ним местами, хоть сейчас, чтобы возвратить его в этот мир.</p>
     <p>Если не считать этой необычной любви к Боствику, Холл нашел в Харкинсе энергичного и умного человека. Харкинс остановил машину у телеграфа.</p>
     <p>— Я просил их сегодня оставлять для меня все утренние сообщения, — пояснил он, выходя из машины.</p>
     <p>Минуту спустя он возвратился, и совместными усилиями они расшифровали полученную телеграмму. Она пришла из Огдена от Хардинга.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Взял курс на запад,</emphasis> — гласила она. — <emphasis>Шеф в поезде. Ищу возможности. Надеюсь на успех».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>— Его нужно остановить, — предложил Холл. — Ему же не справиться с шефом.</p>
     <p>— Хардинг сильный и осторожный человек, — убежденно заявил Харкинс.</p>
     <p>— А я вам говорю, что все вы, друзья, недопонимаете, против кого выступаете.</p>
     <p>— Но мы понимаем, что жизнь организации поставлена на карту, и мы вынуждены любыми средствами разделаться с шефом-изменником.</p>
     <p>— Если бы вы трезво оценили положение, то немедленно бы бросились к первому попавшемуся дереву, вскарабкались на него повыше, и пусть вся эта организация пропадет пропадом.</p>
     <p>— Но это было бы неправильно, — настойчиво запротестовал Харкинс.</p>
     <p>Холл безнадежно развел руками.</p>
     <p>— Для полной уверенности, — продолжал его собеседник, — я немедленно попрошу прибыть товарищей из Сан-Франциско. А пока…</p>
     <p>— А пока отвезите меня, пожалуйста, обратно на вокзал, — прервал его Холл, взглянув на часы. — Там должен быть поезд на Запад. Увидимся в Сан-Франциско в гостинице святого Франциска, если вам не удастся до этого встретить шефа. А если вы встретитесь с ним раньше… ну, ладно, пока до свидания, желаю всего доброго.</p>
     <p>До отхода поезда у Холла оставалось время написать Груне записку, которую ей должен был вручить Харкинс перед отъездом. В записке сообщалось, что ее дядя продолжает двигаться на Запад, и давался совет, когда она прибудет в Сан-Франциско, остановиться в гостинице Феармаунт.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XI</p>
     </title>
     <p>На станции Рено штата Невада Холлу вручили депешу от сентиментального денверского убийцы.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«У Виннемуки найден человек, разорванный на части. Должно быть, это шеф. Немедленно возвращайтесь. Все члены организации прибывают в Денвер. Нам необходима реорганизация».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Холл только усмехнулся и продолжал свой путь в западном экспрессе. Его телеграмма гласила:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Установите точно личность. Передано ли письмо леди?»</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Три дня спустя в отеле Святого Франциска Холл снова получил известие от руководителей отделения Бюро в Денвере. Телеграмма пришла из Виннемуки (Невада).</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Я ошибся. Это был Хардинг. Уверен, что шеф направляется к Сан-Франциско. Информируйте местное отделение. Я преследую. Письмо вручено. Леди села в поезд».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Однако в Сан-Франциско Холл не мог обнаружить следов Груни. Не помогли ему и Брин с Олсуорти — члены местного отделения. Холл даже съездил в Окленд, разыскал спальный вагон, в котором она прибыла, и проводника-негра. Она действительно приехала в Сан-Франциско и — бесследно исчезла.</p>
     <p>Отовсюду стали съезжаться убийцы: из Бостона прибыл Гановер, приехал изможденный Хаас (тот, у кого сердце оказалось не на месте), Старкингтон из Чикаго, Луковиль из Нью-Орлеана, Джон Грей тоже из Нью-Орлеана и Харкинс из Денвера. Вместе с двумя членами сан-францисского отделения всего собралось восемь человек. Это были все, кто остался в живых в Соединенных Штатах. Всем известный Холл был не в счет. Исполняющий обязанности секретаря их организации, распределяющий фонды и пересылающий телеграммы, он не принадлежал к их числу, и его жизни не угрожала опасность со стороны их безумного руководителя.</p>
     <p>Доверие, которым он у них по-прежнему пользовался, и их неизменная доброта по отношению к нему лишь подтверждали, что Холл имеет дело с безумцами. Им было известно, что это он был первопричиной их трудностей; знали они также, что цель его — развалить бюро убийц и что он выделил пятьдесят тысяч долларов за смерть их шефа; и все же они оказывали Холлу доверие, так как высоко ценили справедливость его поступков и подмеченную ими черту этического безумия в его характере, которая побуждает его вести честную игру. Он их не обманывал. Он справедливо распоряжался их фондами и удовлетворительно выполнял все обязанности временного секретаря.</p>
     <p>За исключением Хааса, который, при всех своих достижениях в греческой и еврейской филологии, кровожадностью напоминал дикого зверя, Холлу, помимо его воли, нравились эти ученые маньяки, которые сделали из этики фетиш и лишали своих собратьев жизни с таким же хладнокровием и решимостью, с какой они решали математические задачи, расшифровывали иероглифы или проводили химические анализы в колбах своих лабораторий. Больше всех ему нравился Джон Грей. Это был спокойный англичанин, внешностью и осанкой — типичный помещик. Джона Грея увлекали радикальные идеи о значении драматургии. За время томительных недель ожидания вестей о Драгомилове или Груне Грей с Холлом часто бывали вместе в театре, и для Холла эта дружба стала чем-то вроде гуманитарного образования. В эти же дни Луковиль с увлечением занимался плетением корзин, в частности, воспроизведением рисунка рыбы, обычного для корзин индейцев племени укиа. Харкинс рисовал акварелью полотна в духе японской школы: листочки, мох, травку, папоротник. Бактериолог Брин продолжал свою работу по исследованию вредителей хлопчатника и кукурузы, которую начал много лет назад. Увлечением Олсуорти был беспроволочный телефон. Они с Брином устроились в лаборатории на чердаке. Что касается Гановера, то он стал завсегдатаем городских библиотек; обложившись научной литературой, он работал над четырнадцатой главой увесистого тома, озаглавленного «Физические воздействия эстетики цвета». В один из теплых вечеров он буквально усыпил Холла, читая первую и тринадцатую главы этой книги.</p>
     <p>Двухмесячного периода бездействия наверное бы не было, убийцы бы, вероятно, разъехались по своим родным городам, если бы их не удерживали еженедельные сообщения Драгомилова. Регулярно по субботам у Олсуорти ночью звонил телефон, и Олсуорти безошибочно узнавал в трубке глухой и бесцветный голос шефа. Шеф неизменно повторял одно и то же предложение, чтобы оставшиеся в живых члены Бюро убийств распустили организацию. Присутствуя на одном из заседаний, Холл поддержал это предложение. Слушали они его только из учтивости, ибо он не принадлежал к их числу, а выраженное им мнение никем не разделялось.</p>
     <p>С их точки зрения, не было оснований нарушать данные ими клятвы. Законы Бюро в прошлом никогда не нарушались. Их не нарушал даже Драгомилов. Строго следуя правилам, он принял от Холла сумму в пятьдесят тысяч долларов, признал себя и свои действия социально вредными, вынес себе приговор и назначил для исполнения приговора Хааса. А чем же они хуже, говорили они, чтобы вести себя не так, как вел себя шеф? Распустить организацию, в социальной справедливости которой они уверены, было бы чудовищным нарушением. Или, как выразился Луковиль: «Это значило бы выставить на посмешище все основы морали и низвести себя до уровня зверей. А разве мы звери?»</p>
     <p>— Нет! Нет! Нет! — раздались страстные крики со всех сторон.</p>
     <p>— Вы сумасшедшие, — бросил Холл. — Такие же сумасшедшие, как и ваш шеф.</p>
     <p>— Всех моралистов считали сумасшедшими, — возразил Брин. — Или, если говорить точнее, во все времена их считала сумасшедшими чернь. Ни один уважающий себя моралист никогда не поступился своими убеждениями. Истинные моралисты с готовностью шли на пытки и эшафоты за свои убеждения. И этот путь придавал силу их учению. О вере — вот о чем это говорило! И, как утверждает молва, они творили добро. Они верили в справедливость своих воззрений. Что такое человеческая жизнь в сравнении с живой правдой человеческой мысли? Но не подтвержденные примером заповеди ничего не стоят. Так что же, разве мы принадлежим к числу тех, кто не способен подать пример?</p>
     <p>— Нет! Нет! Нет!</p>
     <p>— Как люди, верно мыслящие и посвятившие себя правде, мы не осмелимся в своих помыслах, тем более в делах, нарушить изложенные нами высокие цели, — сказал Харкинс.</p>
     <p>— И нам нет нужды стесняться своих взглядов, — добавил Гановер.</p>
     <p>— Мы не сумасшедшие, — воскликнул Олсуорти. — Мы — трезво мыслящие люди, посвятившие себя высокому служению, правильному образу действий. С таким же успехом мы можем назвать сумасшедшим нашего друга Винтера Холла. Если преданность истине — сумасшествие и мы — ненормальные, то тогда Винтер Холл тоже ненормальный. Он называет нас маньяками этики. А разве, в таком случае, его поведение не свидетельство этической мании? Как же иначе объяснить то, что он не выдал нас полиции? Во имя чего же он, считая наши взгляды нетерпимыми, продолжает выполнять обязанности секретаря. Ведь он даже не связан, как мы, торжественным обязательством. Не потому ли, что, однажды дав слово изменнику-шефу выполнить поручение, он держит его? В этом споре он встал на сторону как одной, так и другой стороны: ему доверяет шеф, да и мы доверяем ему. И он не обманул доверия ни той, ни другой стороны. Мы познакомились с ним ближе, и он нам понравился. Что же касается меня, то я нахожу в нем только две неприятные черты: во-первых, его социологию и, во-вторых, его намерение разрушить нашу организацию. А в отношении этики он от нас отличается так же, как горошины из одного стручка.</p>
     <p>— Да, я тоже ненормальный, — недовольно проворчал Холл. — Я это не отрицаю. Вы симпатичные маньяки, а я настолько слаб, или силен, или глуп, а может быть мудр — не знаю, — что не в состоянии нарушить данного слова. Тем не менее я хотел бы обратить вас, друзья, в свою веру, как обратил я в свою веру вашего шефа.</p>
     <p>— Вы его обратили? — воскликнул Луковиль. — Почему же тогда шеф не вышел из организации?</p>
     <p>— Потому что он принял от меня комиссионные в уплату за его жизнь, — ответил Холл.</p>
     <p>— Вот поэтому-то самому мы и приняли решение лишить его жизни, — убедительно подытожил Луковиль. — Чем же наша мораль хуже морали шефа? По нашим правилам, в том случае, если шеф принимает комиссионные, мы обязаны привести в исполнение достигнутую им договоренность. Какого рода эта договоренность, нас не касается. На этот раз оказалось, что речь идет о смерти самого шефа, — он пожал плечами. — Так чего же вы хотите? Шеф должен умереть, а иначе чего же стоят наши убеждения, наша вера в свою правоту.</p>
     <p>— Вы снова возвращаетесь к морали, — посетовал Холл.</p>
     <p>— Почему бы и нет? — важно заключил Луковиль. — Ведь мир покоится на морали. Без морали он бы погиб. В этом есть своя справедливость. Разрушьте мораль — и вы разрушите силу тяготения. Распадутся все основы. Вся солнечная система превратится в дым, станет невообразимым хаосом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XII</p>
     </title>
     <p>Как-то вечером в кафе «Пудель» Холл сидел в ожидании Джона Грея, с которым он договорился вместе пообедать. По обыкновению, на вечер у них был намечен театр. Но Холл прождал напрасно: Джон Грей не пришел, и в половине девятого с пачкой свежих журналов под мышкой Холл возвратился в отель Святого Франциска, собираясь пораньше лечь спать. Ему почудилось что-то знакомое в женщине, прошедшей к лифту. У Холла перехватило дыхание, и он ринулся вслед за ней.</p>
     <p>— Груня, — сказал он нежно, когда лифт тронулся.</p>
     <p>На мгновение она бросила на него испуганный взгляд иссушенных горем глаз, а в следующий миг она схватила его руку обеими своими руками и жадно в нее вцепилась.</p>
     <p>— О! Винтер! — выдохнула она. — Это вы? За этим я пришла в отель Святого Франциска. Я думала найти вас. Вы так мне нужны. Дядя Сергиус сошел с ума, совершенно сошел с ума. Он велел мне собраться для продолжительного путешествия. Мы отплываем завтра. Он заставил меня покинуть дом и поселиться в центральной гостинице, обещая позже прийти ко мне или встретиться на пароходе завтра утром. Комнату для него я сняла. О! Что-то должно случиться. Он задумал какой-то страшный план, я знаю. Он…</p>
     <p>— Какой этаж, сэр? — прервал лифтер. В лифте никого не было, и Холл приказал: — Поезжайте снова вниз, — и предостерегающе остановил Груню. — Обождите. Мы пройдем в пальмовую комнату и там поговорим.</p>
     <p>— Нет, нет! — воскликнула она. — Давайте выйдем на улицу. Я хочу пройтись. Мне хочется подышать свежим воздухом. Там легче думать. Не кажется ли вам, Винтер, что я сошла с ума? Посмотрите на меня. Я не похожа на помешанную?</p>
     <p>— Тише, — приказал он, сжав руку. — Подождите. Мы об этом поговорим позже. Подождите.</p>
     <p>Было видно, что она находится в состоянии крайнего волнения, а ее усилия сдерживать себя, пока лифт спускался вниз, были слишком мучительны.</p>
     <p>— Почему вы не давали о себе знать? — спросил он, когда они вышли на тротуар и завернули за угол Пауэл-стрит, чтобы перейти на другую сторону Юнионсквер. — Что произошло, когда вы добрались до Сан-Франциско? Вы ведь получили в Денвере мое сообщение. Почему же вы не пришли к Святому Франциску?</p>
     <p>— У меня не было времени сообщить вам, — торопливо начала она. — Голова моя раскалывается. И я не знаю, чему верить. Все как во сне. Такие вещи наяву невозможны. Сознание дяди повреждено. Мне по временам кажется, что такой организации, как Бюро убийств, просто не существует, а все это плод воображения дяди Сергиуса. И вы тоже ее выдумали. Сейчас же двадцатый век. Такие ужасы невозможны. Иногда… иногда я задаю себе вопрос, уж не брюшной ли у меня тиф, уж не в бреду ли я сейчас и вокруг меня сиделки и доктора, а все эти кошмары — плод моей фантазии — видение больного мозга?</p>
     <p>— Нет, — сказал он серьезно и медленно. — Вы не спите, и вы здоровы, вы в себе. Сейчас вы переходите со мной Пауэл-стрит. Тротуар скользкий. Чувствуете, он скользит под ногой? Посмотрите вон на те гремящие цепи на трамвае. Ваша рука в моей руке. А вот туман потянулся с Тихого океана, это настоящий туман. Вон там настоящие люди сидят на скамейках. Видите, этот нищий просит у меня денег. Он настоящий. Смотрите, я даю ему полдоллара. Скорее всего он потратит их на крепкое виски. Я почувствовал это по запаху. Вы почувствовали? Он был настоящим, уверяю вас: самым настоящим. И мы настоящие. Пожалуйста, поверьте в это. Ну, а теперь, скажите, что вас тревожит?</p>
     <p>— Правда, что существует какая-то организация убийц?</p>
     <p>— Да, — ответил он.</p>
     <p>— Откуда вы знаете? Может быть, это только предположение? Может быть, вы находитесь под воздействием дядиного помешательства?</p>
     <p>Холл невесело покачал головой:</p>
     <p>— Мне хотелось, чтобы это было так. К несчастью, я знаю о ней не от него.</p>
     <p>— Откуда вы знаете? — крикнула она, судорожно прижимая пальцы своей свободной руки к виску.</p>
     <p>— Я временно исполняю обязанности секретаря Бюро убийств.</p>
     <p>Она отпрянула от него и почти выдернула свою руку из его руки. Он удержал ее только силой.</p>
     <p>— Вы принадлежите к банде злодеев, которая пытается убить дядю Сергиуса!</p>
     <p>— Нет, я не принадлежу к банде. Я только распоряжаюсь ее фондами. А вам говорил… э… дядя Сергиус что-нибудь о… э… банде?</p>
     <p>— Он бредит ею беспрестанно. Он так обезумел, что уверяет, будто создал ее.</p>
     <p>— Это правда, — твердо сказал Холл. — Он сумасшедший, это несомненно, и тем не менее — это он создал Бюро убийств и возглавил его.</p>
     <p>Она вновь отпрянула и приложила усилия, чтобы вырвать свою руку.</p>
     <p>— Теперь вам остается только признаться, что это вы заплатили Бюро аванс в пятьдесят тысяч долларов за его смерть, — заявила она.</p>
     <p>— Это так, я признаюсь в этом.</p>
     <p>— Как вы могли! — простонала она.</p>
     <p>— Послушайте, Груня, дорогая, — взмолился он. — Вы же не выслушали всего. Вы не поняли. В то время, когда я вносил деньги, я не знал, что он ваш отец…</p>
     <p>Он прервал свою речь, внезапно поняв ужасный смысл своей оговорки.</p>
     <p>— Да, — сказала она, успокаиваясь, — он сказал мне, что является моим отцом. Но я и это считаю бредом. Продолжайте.</p>
     <p>— Так вот, я не знал, что он ваш отец, как не знал я и того, что он ненормальный. Впоследствии, узнав это, я умолял его. Но он безумный, как и все они безумны. А сейчас он накануне какого-то нового ужасного шага. Вы предчувствуете что-то страшное. Скажите, что вызвало ваши подозрения? Может быть, нам удастся это предотвратить.</p>
     <p>— Послушайте, — она прильнула к нему и снова торопливо заговорила тихим голосом, не повышая его. — Нам нужно многое объяснить друг другу. Но вначале о самом страшном.</p>
     <p>Когда я прибыла в Сан-Франциско, то первое, что я сделала, сама не знаю почему, но у меня было какое-то смутное предчувствие, — я вначале направилась в морг, а потом обошла больницы. И я нашла его в немецком госпитале с двумя серьезными ножевыми ранениями. Он сказал мне, что получил их от одного из убийц.</p>
     <p>— От человека по имени Хардинг, — прервал Холл и высказал предположение. — Это произошло в пустыне Невады, возле Виннемуки, в поезде.</p>
     <p>— Да, да. Он назвал эту станцию. Он так и сказал.</p>
     <p>— Видите, как все совпадает, — убеждал Холл. — Во всем этом может быть немало безумства, но само это безумство — реально, а мы с вами во всяком случае в своем уме.</p>
     <p>— Да, но не перебивайте меня, не мешайте, — она, казалось, снова приходя в себя, сжала его руку. — Нам так много надо сказать друг другу. Дядя очень хорошо о вас отзывался. Но не это я хочу сказать. Я сняла дом с обстановкой на самой вершине Ринкон-хилл и как только позволили доктора, я перевезла туда дядю Сергиуса. Вот уже несколько недель мы живем там. Дядя совершенно поправился, правильнее — отец. Да, отец. Теперь я поверила в это; теперь, кажется, я должна верить всему. И это будет до тех пор, пока я не пробужусь и не обнаружу, что все это кошмар.</p>
     <p>Вот уже несколько дней дя… отец занят хлопотами по дому. Сегодня, упаковав все для отплытия в Гонолулу, он отправил багаж на борт парохода, а меня послал в отель. До сих пор я ничего не знаю о взрывах, если не считать некоторых смутных представлений, почерпнутых из книг, и все-таки я уверена, он заминировал дом. Он что-то зарыл в подвале. Он вскрыл стены большой столовой и снова заделал их. Я видела, он прокладывал провода в простенке, а сегодня он все подготовил, чтобы вывести провода из дома в кустарник на участке возле ворот. Возможно, вы догадаетесь, что он задумал.</p>
     <p>В эту минуту Холл вспомнил, что Джон Грей не сдержал своего слова и не пришел в театр.</p>
     <p>— Что-то обязательно должно там случиться сегодня вечером, — продолжала Груня. — Дядя собирается присоединиться ко мне позже этой ночью у Святого Франциска или завтра утром на пароходе. А тем временем…</p>
     <p>Но Холл, решив действовать немедля, увлек ее за руку из парка назад к перекрестку, где в ожидании стояли в ряд такси.</p>
     <p>— …А тем временем, — подхватил он, — нам нужно спешить на Ринкон-хилл. Он собирается уничтожить их. Мы должны это предотвратить.</p>
     <p>— Если только он уже не убит, — прошептала она. — Трусы! Трусы!</p>
     <p>— Прости меня, дорогая, но они не трусы. Они смелые люди и славные парни, правда несколько необычные для нашего времени. Когда их узнаешь ближе… Уже было слишком много убийств.</p>
     <p>— Они хотят убить моего отца…</p>
     <p>— А он хочет убить их, — возразил Холл. — Помните и об этом. К тому же, они действуют по его приказу. Он спятил, а они свихнулись ровно во столько раз сильнее, сколько больше их числом. Пошли! Пожалуйста, быстрее! Быстрей! Сейчас они собираются там в минированном доме. Мы еще можем спасти их или его, кто знает.</p>
     <p>— На Ринкон-хилл. Время — деньги, вы меня поняли? — сказал он шоферу такси, помогая Груне сесть. — Вперед! Поддай газу! Разнесите мостовую, делайте что угодно, только доставьте нас на место!</p>
     <p>Ринкон-хилл, когда-то резиденция сан-францисской аристократии, поднимала свою маститую, правда, уже тронутую разложением голову над грязью и скученностью великого рабочего гетто, протянувшегося на юг от Маркет-стрит. У подножия горы Холл расплатился за такси и стал быстро подниматься с Груней наверх.</p>
     <p>Хотя был еще только вечер — половина десятого — на улице почти не было пешеходов. Оглянувшись, Холл узнал в световом кругу, бросаемом уличным фонарем, знакомую фигуру. Холл увлек Груню в сторону, в тень ближайшего дома и переждал там некоторое время. Он был вознагражден за свою предосторожность: мимо прошел Хаас своей неповторимой легкой бесшумной походкой. Держась на полквартала позади него, они продолжали свой путь, и когда он появился на гребне горы в свете другого уличного фонаря, они увидели, как он перемахнул через невысокую старинную решетку. Груня многозначительно подтолкнула Холла вперед.</p>
     <p>— Это тот дом, наш дом, — прошептала она. — Следите за ним. Он и не подозревает, что идет на гибель.</p>
     <p>— На гибель? Вы слишком торопитесь, — прошептал Холл скептически. — Мистер Хаас, по-моему, крепкий орешек, его не так просто убить.</p>
     <p>— Дядя Сергиус очень осторожен. Он бьет наверняка. У него все наготове, и когда ваш мистер Хаас пройдет через парадную дверь…</p>
     <p>Она остановилась. Холл сильно сдавил ей руку.</p>
     <p>— Он не пойдет через эту парадную дверь, Груня. Смотрите. Он крадется к черному ходу.</p>
     <p>— Но там нет черного хода, — услышал он в ответ. — Гора обрывается, и внизу, в сорока футах, задний двор и крыша другой постройки. Он вернется к парадному входу. Сад очень мал.</p>
     <p>— Он что-то задумал, — шепнул Холл, когда фигура снова стала видна. — Ага! Мистер Хаас! Ну и хитер же ты! Смотри, Груня, он пробрался в этот кустарник у ворот. Это там проложен провод?</p>
     <p>— Да, это единственный куст, где может спрятаться человек. Кто-то идет. Не другой ли это убийца.</p>
     <p>Не задерживаясь, Холл и Груня прошли мимо дома к ближайшему перекрестку. Человек, шедший с другой стороны, повернул к дому Драгомилова и поднялся по ступеням к двери. Они услышали, как после небольшой паузы дверь отворилась и закрылась.</p>
     <p>Груня настояла на том, чтобы сопровождать Холла. Это ее дом, сказала она, он ей знаком до мелочей. Кроме того, у нее есть ключ, и не надо будет звонить.</p>
     <p>Передняя была освещена, поэтому номер дома был ясно виден, и они смело миновали кустарник, укрывший Хааса, отперли парадную дверь и вошли. Холл повесил шляпу на вешалку и снял перчатки. Из-за двери направо слышался шум голосов. Они задержались, прислушиваясь.</p>
     <p>— Красота — это принуждение, — услышали они голос, выделяющийся из общего шума.</p>
     <p>— Это Гановер — представитель Бостона, — шепнул Холл.</p>
     <p>— Красота — абсолютна, — продолжал голос. — Человеческая жизнь, вся жизнь покоряется красоте. Здесь неприменима парадоксальная приспособляемость. Красота не покоряется жизни. Красота уже существовала во Вселенной до человека. Красота останется во Вселенной, когда человек погибнет, но не наоборот. Красота — это… в общем, красота — это все, этим все сказано, и она не зависит от ничтожного человека, барахтающегося в грязи.</p>
     <p>— Метафизика, — послышался насмешливый голос Луковиля. — Метафизика чистейшей воды, мой дорогой Гановер. Как только человек начинает осознавать себя как абсолют, временные явления быстротечного развития…</p>
     <p>— Вы сами метафизик, — услышали они голос Гановера. — Вы станете утверждать, что ничто не существует вне нашего сознания и что, когда сознание разрушено, разрушена и красота, что разрушена сама вещь, основной принцип, на котором строится развивающаяся жизнь. Хотя нам известно, всем нам и вам должно быть известно, что существует только принцип. Хорошо сказал Спенсер о вечном изменении силы и материи с чередованием революции и исчезновении, «всегда том же в принципе, но всегда различном в конечном результате».</p>
     <p>— Новые нормы, новые нормы, — запальчиво произнес Луковиль. — В прогрессивной и регрессивной эволюции возникли новые нормы.</p>
     <p>— Именно нормы, — торжествующе вставил Гановер. — Вы это учитываете? Вы же сами только что утверждали, что нормы устойчивы, продолжают существовать. Что же тогда это такое — норма? Это нечто вечное, абсолютное, находящееся вне сознания, отец и мать сознания.</p>
     <p>— Минуточку, — возбужденно закричал Луковиль.</p>
     <p>— Ба! — продолжал Гановер с апломбом ученого. — Да вы пытаетесь возродить давно разбитый беркленианский идеализм. Метафизики на целое поколение отстали. Современная школа, как вам следует знать, утверждает, что вещи существуют сами по себе. Сознание, видение и восприятие вещей — это случайность. Метафизик-то вы, мой дорогой Луковиль.</p>
     <p>Послышались хлопки и шум одобрения.</p>
     <p>— Попали в собственную ловушку, — услышали они добродушный голос, произнесший эту фразу безукоризненно по-английски.</p>
     <p>— Это Джон Грей, — шепотом объяснил Груне Холл. — Если бы наш театр не держался целиком на коммерческой основе, он бы его преобразовал в корне.</p>
     <p>— Спор о словах, — услышали все ответ Луковиля. — Словоблудие, фокусы речи, казуистика слов и идей. Если вы, друзья, дадите мне десять минут, я изложу мою позицию.</p>
     <p>— Вот видите! — шептал Холл. — Наши милые убийцы еще и симпатичные философы. Чему же теперь вы больше верите: тому, что они сумасшедшие, или тому, что они бесчувственные и жестокие убийцы?</p>
     <p>Груня пожала плечами: «Возможно, они преданы красоте и избранному ими пути, но я не могу забыть об их намерении убить дядю Сергиуса, моего отца».</p>
     <p>— Но разве вы не видите? Ими владеют идеи. Саму человеческую жизнь, даже свою собственную, они не принимают в расчет. Они рабы мысли. Они живут в мире идей.</p>
     <p>— По пятьдесят тысяч за голову, — отпарировала она.</p>
     <p>На этот раз он пожал плечами.</p>
     <p>— Пошли, — предложил он, — войдем. Нет, я войду первым.</p>
     <p>Он повернул ручку двери и вошел. Груня последовала за ним. Разговор сразу прервался, и семеро мужчин, удобно устроившихся в комнате, поднялись навстречу вошедшим.</p>
     <p>— Послушайте, Холл, — с явным раздражением сказал Харкинс, — вам бы лучше держаться подальше от всего этого. Мы вас не приглашали, однако вы явились и, простите, с чужим человеком.</p>
     <p>— Ну, если бы это касалось только вас, друзья, я бы держался в стороне, — ответил Холл. — К чему секреты?</p>
     <p>— Таков был приказ шефа. Это он нас сюда пригласил. А поскольку, подчиняясь его указанию, мы не приглашали вас, то можно заключить, что это он вас сюда впустил.</p>
     <p>— Нет, это не он, — улыбнулся Холл. — И вы можете пригласить нас сесть. Это, джентльмены, мисс Константин. Мисс Константин, — это мистер Грей, мистер Харкинс, мистер Луковиль, мистер Брин, мистер Олсуорти, мистер Старкингтон и мистер Гановер. За исключением Хааса, здесь все оставшиеся в живых члены Бюро убийств.</p>
     <p>— Вы нарушили наше доверие! — сердито крикнул Луковиль. — Холл, я от вас этого не ожидал.</p>
     <p>— Вам неизвестно, дорогой Луковиль, что это дом мисс Константин. Пока не пришел ее отец, вы ее гости.</p>
     <p>— Насколько мы поняли, это дом Драгомилова, — сказал Старкингтон. — Он нам так сказал. Мы приходили поодиночке, но, поскольку все мы пришли именно сюда, можно сделать единственный вывод, что ни в названии улицы, ни в номере дома не было ошибки.</p>
     <p>— Это ничего не значит, — спокойно улыбнувшись, возразил Холл. — Мисс Константин — дочь Драгомилова.</p>
     <p>В одно мгновение Холл и Груня были окружены всеми, и к ней протянулись руки. Но она спрятала свою руку за спиной, сделав внезапно шаг назад.</p>
     <p>— Вы хотите убить моего отца, — сказала она Луковилю. — Я не стану пожимать эти руки.</p>
     <p>— Вот стул, садитесь, уважаемая леди, — произнес Луковиль, подавая одновременно со Старкингтоном и Греем ей стул. — Для нас большая честь… дочь нашего шефа… мы даже не знали, что у него есть дочь… добро пожаловать… мы готовы приветствовать всех дочерей нашего шефа…</p>
     <p>— Между тем вы хотите его убить, — раздраженно продолжала она. — Вы убийцы.</p>
     <p>— Мы друзья, поверьте. Мы представители содружества гораздо более высокого и нерасторжимого, нежели жизнь и смерть. Человеческая жизнь, уважаемая леди, ничто — не более как безделица. Жизнь! Наши жизни просто пешки в игре по имени «социальная эволюция». Мы восхищены вашим отцом, уважаем его, он великий человек. Он является, а точнее — был нашим шефом.</p>
     <p>— И все же вы хотите его убить, — настойчиво повторила она.</p>
     <p>— Но это же по его приказу. Садитесь, пожалуйста.</p>
     <p>И как только она, подчинившись уговорам, опустилась на стул, Луковиль продолжал:</p>
     <p>— Мистер Холл — ваш друг. Вы не отрекаетесь, он ваш друг. Вы не называете его убийцей. А ведь это он отдал пятьдесят тысяч долларов за жизнь вашего отца. Как вы можете убедиться, наш шеф, уважаемая леди, уже наполовину разрушил нашу организацию. Однако мы не имеем к нему претензий. Он остается нашим другом. Мы глубоко уважаем его, потому что он настоящий мужчина, честный человек, человек слова, преданный этике, в какой степени преданный — не так важно.</p>
     <p>— Разве это не прекрасно, мисс Константин! — не удержавшись, воскликнул Гановер. — Дружба, превращающая смерть в ничто! Закон справедливости! Культ справедливости! Разве это не вселяет надежду? Подумайте, конечно, нет никакого сомнения, что будущее принадлежит нам, что будущее принадлежит правильно мыслящим и соответственно поступающим мужчинам и женщинам, что такие свирепые и низкие побуждения и низменные желания грубой плоти, как себялюбие и родственная привязанность, зов плоти и крови, бесследно исчезнут, как предутренний туман под солнцем высшей справедливости. Разум и, я подчеркиваю, здравый смысл восторжествуют! Когда-нибудь весь род людской станет поступать не по зову плоти и грязных животных инстинктов, а в соответствии с высшей справедливостью!</p>
     <p>Груня покачала головой и в полном отчаянии развела руками.</p>
     <p>— Вам нечего им возразить, а? — наклонясь к ней, с нескрываемым ликованием сказал Холл.</p>
     <p>— Это какой-то винегрет из сверхумных мыслей, — ответила она безнадежно. — Бред каких-то свихнувшихся борцов за этику.</p>
     <p>— О чем я вам и говорил, — сказал он. — Все они сошли с ума, вкупе с вашим батюшкой, а с ними и мы, поскольку на нас оказывают воздействие их мысли. Ну, так что же вы теперь думаете о наших любезных убийцах?</p>
     <p>— Да, что вы о нас думаете? — сверкнул на нее взглядом своих очков Гановер.</p>
     <p>— Все, что я могу сказать, — ответила она, — это то, что вы на них не похожи, на убийц. Что же до вас, мистер Луковиль, я готова пожать вашу руку, я готова пожать всем руки, если вы пообещаете, что оставите мысль об убийстве моего отца.</p>
     <p>— Долгий, долгий еще путь предстоит вам проделать к свету, мисс Константин, — с сожалением упрекнул Гановер.</p>
     <p>— Убийство! Убийство! — возбужденно воскликнул Луковиль. — Откуда этот страх перед убийством? Смерть — это ничто. Боятся смерти только звери, болотные твари. Уважаемая леди, мы выше смерти. Наш интеллект созрел, чтобы принять как добро, так и зло. Мы так же готовы погибнуть, как и убивать. Убийства! Они же происходят во всем мире на каждой бойне и на всяком консервном предприятии. Все это само собой разумеется и стало даже банальностью.</p>
     <p>— А кому не приходилось уничтожать комаров? — вскрикнул Старкингтон. — Одним шлепком руки раздавить прекрасный, тонкий и самый поразительный летающий механизм? Если смерть — это трагедия, вспомните о комаре, раздавленном комаре, необыкновенном воздушном летающем чуде, так разрушенном и расплющенном, как не был разрушен и расплющен ни один авиатор, даже Мак-Дональд, упавший с высоты в пятнадцать тысяч футов. Вы когда-нибудь занимались комарами, мисс Константин? Это очень благодарное занятие. Видите ли, комар — столь же изумительное явление живого мира, как и человек.</p>
     <p>— Правда, различие имеется, — вставил Грей.</p>
     <p>— Я к этому подхожу. Так каково же различие? Шлепнув комара… — он сделал многозначительную паузу. — Ну что же, вы его уничтожаете, не так ли? С ним покончено. Исчезла и память о нем. Иное дело шлепнуть человека, на протяжении поколений шлепали человека и что-то оставалось? Не аристотелевский организм, не пустой желудок, лысая голова и больные зубы, а царские, королевские мысли. Вот в чем различие. Мысли! Высокие мысли! Верные мысли! Разумная справедливость!</p>
     <p>— Хорошо схвачено! — воскликнул Гановер, вскочив со стула и возбужденно жестикулируя. — «Шлепаем», мне нравится ваше слово, Старкингтон, это грубовато, но выразительно. Шлепаем и заметьте, Старкингтон, даже в том случае, когда мы шлепаем тончайшую клеточку прозрачной материи, из которой сотворено нежное крыло комара, то это отдается во всей Вселенной от центральных ее солнц до звезд, находящихся за этими солнцами. Не забывайте, ведь существует космическая справедливость, она есть и в этой нежной клеточке, и в самом последнем атоме из того биллиона атомов, которые составляют эту нежную клеточку, и в каждом из неисчислимых мириадов корпускул, которые составляют один атом этого биллиона атомов.</p>
     <p>— Послушайте, господа, — сказала Груня. — А зачем же вы здесь? Я, разумеется, имею в виду не Вселенную, а этот дом. Я согласна со всем, что мистер Гановер так красноречиво говорил здесь о нежной клеточке комариного крыла. Разумеется, это неправильно… шлепать комаров. Но тогда как же, не греша против здравого смысла, согласуете вы свое присутствие здесь, свое намерение совершить кровавое убийство с только что изложенными вами этическими принципами?</p>
     <p>Поднялся всеобщий шум: каждый хотел что-то объяснить Груне.</p>
     <p>— Эй! Стойте! — проревел Холл и, повернувшись к девушке, резко приказал ей: — Перестаньте, Груня. Вы тоже начинаете терять разум. Через пять минут вы станете не лучше их. Довольно споров, друзья. Перестаньте. Забудем все это. Давайте перейдем к делу. Где шеф, отец мисс Константин? Вы говорите, он велел вам сюда прийти. А зачем вы пришли? Убить его?</p>
     <p>Гановер, почувствовав усталость после напряженного спора, вытер свой лоб и кивнул.</p>
     <p>— Да, таково наше намерение, — сказал он спокойно. — Конечно, присутствие мисс Константин стесняет нас. Видимо, нам следует попросить ее удалиться.</p>
     <p>— Вы чудовище, сэр, — заявила она обходительному ученому. — Я не сойду с этого места. И вы не посмеете убить моего отца. Я повторяю: не посмеете.</p>
     <p>— Почему же все-таки до сих пор нет шефа? — спросил Холл.</p>
     <p>— Потому что еще не время. Он позвонил нам, говорил с нами сам и обещал встретиться с нами здесь, в этой комнате, в десять часов. Скоро десять.</p>
     <p>— Может быть, он не придет, — усомнился Холл.</p>
     <p>— Он дал слово, — последовал простой, но убедительный ответ.</p>
     <p>Холл посмотрел на свои часы. До десяти оставалось несколько секунд. И как только истекли эти секунды, дверь открылась и вошел бледный Драгомилов, облаченный в серый дорожный костюм. Он окинул собравшихся мягким взглядом своих бледно-голубых глаз.</p>
     <p>— Приветствую вас, уважаемые друзья и братья, — сказал он ровным бесстрастным голосом. — Я вижу все здесь, кроме Хааса. А где он?</p>
     <p>Убийцы, совершенно неспособные лгать, смотрели друг на друга с откровенным смущением.</p>
     <p>— Где Хаас? — повторил Драгомилов.</p>
     <p>— Мы… э… мы точно не знаем, да, именно, не знаем, — неуверенно начал Харкинс.</p>
     <p>— Так, а я знаю, и точно, — отрезал Драгомилов. — Сверху, из окна, я наблюдал, как вы сходились. Я узнал всех. Хаас тоже пришел. Сейчас он лежит в кустах справа от дорожки и точно в четырех футах и четырех дюймах от нижнего шарнира ворот. Как раз позавчера я измерял это расстояние. Вы, полагаете, что со стороны Хааса этого мне и следовало ожидать?</p>
     <p>— Мы не собирались предвосхищать ваши ожидания, уважаемый шеф, — беззлобно подчеркнул Гановер. — Мы тщательно обсудили ваше приглашение и ваши условия и единодушно пришли к выводу, что посылая Хааса на то место возле дома, мы не нарушали ни своего слова, ни вашего доверия. Согласно вашим условиям…</p>
     <p>— Прекрасно, — согласился Драгомилов. — Минутку, я сам их вспомню.</p>
     <p>Примерно полминуты, пока царило молчание, он обдумывал свои условия, а потом на лице его появилось удовлетворение.</p>
     <p>— Вы правы, — объявил он. — Вы ни в чем не нарушили условий. Но теперь, дорогие друзья, все наши планы разрушены вторжением моей дочери и человека, который является вашим временным секретарем, а когда-нибудь в будущем, я надеюсь, станет моим зятем.</p>
     <p>— Что же вы задумали? — быстро спросил Старкингтон.</p>
     <p>— Уничтожить вас, — засмеялся Драгомилов. — А что задумали вы?</p>
     <p>— Уничтожить вас, — признался Старкингтон. — И мы намерены вас уничтожить. Весьма сожалеем, что здесь оказалась мисс Константин, а также и мистер Холл. Они не были приглашены. И лучше бы, пожалуй, им удалиться.</p>
     <p>— Я никуда не уйду! — воскликнула Груня. — Презираю вас, хладнокровные, бесчувственные, расчетливые выродки! Это мой отец, и вы можете втоптать меня в грязь, сделать что угодно, но я не уйду, а вы не тронете его.</p>
     <p>— Вы должны пойти мне навстречу, — настаивал Драгомилов. — Давайте будем считать, что обе стороны потерпели неудачу. Я предлагаю перемирие.</p>
     <p>— Отлично, — уступил Старкингтон. — Перемирие на пять минут, в течение которых не может быть предпринято никаких действий и никто не должен выходить из этой комнаты. Мы бы хотели посовещаться вот там, у пианино. Договорились?</p>
     <p>— Да, конечно. Но вначале прошу заметить, где я стою. Моя рука лежит вот на этой книге, на книжной полке. Я не двинусь, пока не узнаю, какой путь вы решили избрать.</p>
     <p>В дальнем конце комнаты началось совещание. Террористы переговаривались шепотом.</p>
     <p>— Пошли, — шепнула Груня отцу. — Чтобы бежать, вам нужно только шагнуть к двери.</p>
     <p>Драгомилов добродушно улыбнулся.</p>
     <p>— Ты не поняла, — сказал он ласково.</p>
     <p>В отчаянии сцепив руки, она заплакала:</p>
     <p>— Вы тоже безумец, как и они.</p>
     <p>— Но, Груня, родная, — защищался он, — разве такое безумство не прекрасно, уж если употреблять этот термин? Здесь господствуют мысль и право. Это, на мой взгляд, высший разум и контроль. Человека выделяет из низшего мира животных именно контроль. Обрати внимание на создавшееся положение. Там стоят семь мужчин, собирающихся меня убить. Здесь — я, имеющий намерение убить их. Однако с помощью чуда, творимого словом, мы устраиваем перемирие. Мы верим. Это великолепный пример морали — высшего, тормозящего фактора.</p>
     <p>— Да любой отшельник, живущий в уединении, в горной пещере, вместе с змеями, дает вам великолепный пример такого торможения, — нетерпеливо вернулась она вновь к своему предложению. — Торможения, распространенные в сумасшедших домах, тоже нередко весьма замечательны.</p>
     <p>Но Драгомилов отказался от побега, он смеялся и шутил до тех пор, пока не вернулись убийцы. Как и прежде, говорил за всех Старкингтон.</p>
     <p>— Мы решили, уважаемый шеф, — сказал он, — что наш долг убить вас. Остается еще минута. Когда она истечет, мы приступим к своим обязанностям. А тем временем, мы вновь предлагаем двум не приглашенным гостям удалиться.</p>
     <p>Груня отрицательно покачала головой.</p>
     <p>— Я вооружена, — предупредила она, вынимая маленький автоматический пистолет и тут же обнаруживая свое неумение с ним обращаться, потому что она и не подозревала, что оружие нужно снять с предохранителя.</p>
     <p>— Очень сожалею, — вежливо извинился Старкингтон, — но мы выполним свой долг.</p>
     <p>— Если не произойдет ничего вами непредвиденного? — уточнил Драгомилов.</p>
     <p>Старкингтон бросил взгляд на товарищей, которые закивали в ответ, затем сказал:</p>
     <p>— Разумеется, если ничего непредвиденного…</p>
     <p>— А вот оно, непредвиденное, — хладнокровно прервал его Драгомилов. — Видите мои руки, мой дорогой Старкингтон. В них нет оружия. Но минуту терпения. Взгляните на книгу, на которой лежит моя левая рука. Позади этой книги, за полкой имеется кнопка. Стоит толкнуть книгу, и она нажмет на кнопку. Комната набита динамитом. Думаю, не имеет смысла продолжать объяснения. Сдвиньте ковер, на котором вы стоите. Вот так. Теперь осторожно поднимите паркет, он свободно вынимается. Видите бруски, плотно уложенные друг к другу. Все они соединены.</p>
     <p>— Чрезвычайно интересно, — буркнул Гановер, разглядывая динамит сквозь свои очки. — Смерть таким простым способом! Бурная химическая реакция. Как-нибудь в свободное время нужно будет заняться изучением взрывов.</p>
     <p>Последние слова заставили Холла и Груню поверить, что эти убийцы-философы в самом деле не боятся смерти. Как они утверждали, они не были во власти плоти. Любовь к жизни не оказывала влияния на их мыслительный процесс. Им ведома была только любовь к мысли.</p>
     <p>— Об этом мы не догадывались, — заверил Грей Драгомилова, — но мы предчувствовали то, о чем не догадывались. Вот почему оставили мы Хааса возле дома. Вы можете уйти от нас, но не от него.</p>
     <p>— Добавлю, друзья, — сказал Драгомилов, — что один провод протянут в то место, где сейчас скрывается Хаас. Будем надеяться, что он не наткнется на кнопку, которую я там спрятал, иначе мы с вами взлетим на воздух вместе с нашими теориями. Может быть, кто-нибудь из вас пойдет и приведет его сюда. А пока давайте снова установим перемирие. В этих обстоятельствах ваши руки связаны.</p>
     <p>— Семь жизней за одну, — сказал Харкинс. — Да, с точки зрения математики — это нонсенс.</p>
     <p>— Это не оправдано и с точки зрения экономики, — согласился Брин.</p>
     <p>— Положим, мы установили перемирие до часу, и все вы пойдете и поужинаете со мной.</p>
     <p>— Если согласится Хаас, — сказал Олсуорти. — Я пошел за ним.</p>
     <p>Хаас был согласен, и, как компания хороших друзей, они вместе вышли из дома и, сев в трамвай, отправились в город.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIII</p>
     </title>
     <p>В отдельном кабинете ресторана «Пудель» за столом сидели восемь террористов, Драгомилов, Холл и Груня. Ужин получился веселым, почти праздничным, правда, Харкинс и Гановер были вегетарианцами, а Луковиль избегал всего вареного и, подбирая с большой тарелки салат, тяжело жевал свежую репу и морковь, что до Олсуорти, то он как начал ужин орехами, изюмом и бананами, так ими и кончил. Тем временем Брин, который, если судить по внешнему виду, страдал болезнью желудка, предавался разгулу, разделываясь с толстым поджаренным куском мяса и всякий раз вскакивал, когда подавали вино. Драгомилов и Хаас пили слабый местный кларет, Холл же, Грэй и Груня выбрали бутылку рейнского. Старкингтон, начавший ужин с двух порций мартини, то и дело погружал свое лицо в объемистую кружку пива.</p>
     <p>Разговор был откровенным, даже, можно сказать, сердечным:</p>
     <p>— Вы бы попались, — заявил Старкингтон Драгомилову, — если бы неожиданно не прибыла ваша дочь.</p>
     <p>— Дорогой мой Старкингтон, — усмехнулся Драгомилов. — Она-то как раз вас и спасла. Я бы накрыл вас всех семерых.</p>
     <p>— Да нет, вам бы это не удалось, — вмешался Брин. — Насколько я понимаю, провод шел в кустарник, где прятался Хаас.</p>
     <p>— Его пребывание там случайность, чистейшая случайность, — бодро ответил Драгомилов, но все же он не смог при этом скрыть некоторой неуверенности.</p>
     <p>— С каких это пор случайность перестала быть фактором эволюции? — с ученым видом начал Гановер.</p>
     <p>— Нет, вам бы так и не удалось выпалить, шеф, — проговорил Хаас одновременно с Луковилем. Последний обратился к Гановеру.</p>
     <p>— А с каких это пор случайность была признана подобным фактором?</p>
     <p>— Ваш спор, мне кажется, чисто терминологический, — примирительно сказал Холл. — Гановер, это спаржа консервированная. Вы это знаете?</p>
     <p>Забыв о споре, Гановер отпрянул от стола.</p>
     <p>— Мне же нельзя ничего консервированного. Вы уверены, Холл?</p>
     <p>— Спросите официанта. Он подтвердит.</p>
     <p>— Ничего, дорогой Хаас, — проговорил Драгомилов, — уж в следующий раз я выпалю и вам не удастся мне помешать. Вы окажетесь как раз у нужного конца провода.</p>
     <p>— Боже, я не могу, не в силах этого понять, — воскликнула Груня. — Мне все это кажется шуткой. Это просто не может быть правдой. Все вы здесь добрые друзья, ужинаете, пьете вместе и в то же время горячо обсуждаете способы, как вернее убить друг друга. — Она повернулась к Холлу. — Да, разбудите меня, Винтер. Что это — сон?</p>
     <p>— Я сам хотел бы, чтобы это был сон.</p>
     <p>— О, дядя Сергиус, — повторила она, обратившись к Драгомилову, — разбудите меня!</p>
     <p>— Это не сон, родная.</p>
     <p>— Тогда, если это наяву, — продолжала она убежденно, почти сердито, — то вы все лунатики. Проснитесь! Ну, проснитесь же! Хоть бы затряслась земля или случилось что-нибудь такое, что встряхнуло бы вас. Отец, ведь это в ваших силах. Отмените приказ о своей смерти, который вы отдали.</p>
     <p>— Но вы же сами видите, что это невозможно, — убеждал ее Старкингтон с другого конца стола.</p>
     <p>Сидевший напротив Драгомилов подтвердил его слова кивком головы.</p>
     <p>— Груня, не надо призывать меня нарушить слово.</p>
     <p>— А я не побоюсь нарушить! — прервал его Холл. — Я был инициатором приказа и я беру его обратно. Возвратите мои пятьдесят тысяч долларов или потратьте их на благотворительные цели. Мне все равно. Главное, чтобы остался жив Драгомилов.</p>
     <p>— Вы забыли, кто вы такой, — напомнил ему Хаас. — Вы только клиент Бюро. И когда вы обратились к услугам Бюро, вы принимали определенные обязательства. Бюро, свою очередь, тоже взяло на себя обязательства. Вы не властны разорвать соглашение. Это дело — в руках Бюро, а Бюро, как известно, не нарушает заключенных соглашений. Оно их ни разу не нарушило и никогда не нарушит. Если не будет полной уверенности в нерушимости данного слова, если данное слово не будет так же абсолютно, как, скажем, закон земного тяготения, то исчезнет последняя надежда в жизни. Вселенная превратится в хаос от самой своей внутренней фальшивости. А мы отвергаем фальшь. Это мы доказываем своей деятельностью, намертво закрепляя данное слово. Разве я не прав, друзья?</p>
     <p>Послышался гул всеобщего одобрения. Драгомилов, привстав, потянулся через стол и крепко пожал руку Хааса. На один миг, всего на один миг ровный, спокойный голос Драгомилова дрогнул, когда он произносил с гордостью:</p>
     <p>— Надежда всего мира! Высшая раса! Вершина эволюции! Настоящие руководители, гениальные умы! Осуществление всех мечтаний и стремлений, червь поднялся к свету: сбылось пророчество божие!</p>
     <p>В порыве восхищения интеллектом шефа Гановер встал со своего места и обнял его. Груня с Холлом смотрели на них в отчаянии.</p>
     <p>— Гениальные умы, — буркнул Холл.</p>
     <p>— Сумасшедший дом плачет по таким гениальным умам, — зло отозвалась Груня.</p>
     <p>— Ну и логика! — усмехнулся он.</p>
     <p>— Я обязательно напишу книгу, — добавила она. — Она будет называться: «Логика лунатизма, или почему свихнулись мыслители?»</p>
     <p>— Никогда нашу логику не защищали более удачно, — сказал ей Старкингтон, когда чествование гениальных умов несколько поутихло.</p>
     <p>— Да это же насилие над логикой! — парировала Груня. — И я вам это докажу…</p>
     <p>— С помощью логики, конечно? — быстро вставил Грэй.</p>
     <p>И это вызвало взрыв всеобщего смеха, от которого не могла удержаться и Груня.</p>
     <p>Холл торжественно поднял руку, призывая к вниманию.</p>
     <p>— Мы еще не обсудили вопрос о том, сколько ангелов могут танцевать на острие иглы.</p>
     <p>— Не иронизируйте, — вскочил Луковиль, — это старо. Мы ученые, а не схоласты.</p>
     <p>— Вы, конечно, и это сможете прояснить, — зло бросила в ответ Груня, — и по обыкновению, без особого труда: и про ангелов, и про острие, про что хотите.</p>
     <p>— Нет, коллеги, если мне в конце концов удастся выбраться из этой путаницы, — произнес Холл, — я отрекусь от логики. С меня довольно.</p>
     <p>— Признание в интеллектуальной усталости, — заявил Луковиль.</p>
     <p>— Ну, он, конечно, не то имел в виду, — вставил Харкинс. — Не сможет он не быть логичным. Это свойство досталось ему в наследство как человеку. Оно отличает человека от низших существ.</p>
     <p>— Постойте! — вмешался Гановер. — Вы забываете, что Вселенная стоит на логике. Без логики Вселенной бы не существовало. Логика в мельчайших ее творениях. Логика в молекуле, в атоме, в электроне. У меня в кармане книга, я вам из нее почитаю. Я назвал ее «Электронная логика». Она…</p>
     <p>— Вот официант, — мягко прервал Холл. — Он, разумеется, подтвердит, что спаржа консервированная.</p>
     <p>Гановер перестал рыться в кармане и разразился тирадой по адресу официанта и дирекции «Пуделя».</p>
     <p>— А вот это уже нелогично, — улыбнулся Холл, когда официант вышел.</p>
     <p>— Ради Бога — почему? — недовольно спросил Гановер.</p>
     <p>— Потому что в это время года свежей спаржи не бывает.</p>
     <p>Не успел Гановер прийти в себя после резонного замечания Холла, как к нему обратился Брин.</p>
     <p>— Вы недавно говорили, что интересуетесь взрывами. Позвольте продемонстрировать вам квинтэссенцию всеобщей логики — неопровержимую логику элементов, логику химии, логику механики и логику времени — все навечно сплавленные воедино в одном из самых замечательных механизмов, когда-либо созданных умом смертных. Я совершенно согласен с тем, что вы говорили, поэтому готов вам сейчас показать логику неразумной материи во Вселенной.</p>
     <p>— Почему неразумной? — спросил Гановер, с отвращением глядя на нетронутую спаржу. — Вы полагаете, что электрон не имеет разума?</p>
     <p>— Я не знаю. Мне никогда не приходилось видеть электрон. Но давайте ради спора предположим, что имеет. Во всяком случае, согласитесь, он обладает самой неотразимой логикой, самой совершенной и неуязвимой логикой, какую только можно представить. Взгляните сюда, — Брин подошел к стене, где висело его пальто, и вытащил плоский продолговатый сверток. Глаза его сияли от восторга: — Гановер! — позвал он. — Мне кажется, вы правы. Взгляните на это! Вот вещий голос, глушитель неприятных споров и противоречивых убеждений, последний арбитр. Когда говорит он, умолкают короли и императоры, мошенники и фальсификаторы, лицемеры и фарисеи, все, кто неверно мыслит, — умолкают навсегда.</p>
     <p>— Пусть он заговорит, — усмехнулся Хаас. — Быть может, он заставит Гановера замолчать.</p>
     <p>Но смех сразу же стих, так как все увидели, что Брин, как бы взвешивая этот предмет на руке, о чем-то задумался. И воцарившееся молчание означало, что они поняли: он на что-то решился.</p>
     <p>— Отлично, — сказал он. — Он заговорит.</p>
     <p>Он извлек из жилетного кармана обыкновенные бронзовые часы.</p>
     <p>— Они с боем, — сообщил он, — на семнадцати камнях, швейцарской работы. Так… Сейчас полночь. Наше перемирие, — он обратился к Драгомилову, — заканчивается в час. Смотрите, я устанавливаю их точно на одну минуту второго. — Он указал на открывшееся, как в фотоаппарате, окошечко. — Видите это отверстие? Оно сделано специально для этих часов, обратите внимание, я сказал «специально сделано». Вставляю часы вот так. Слышите, металлический щелчок. Это устройство срабатывает автоматически. Теперь никакая сила их оттуда не вынет. Даже я не смогу этого сделать. Приказ вступил в силу и не может быть отменен. Все это изобретено мною. Кроме самого голоса. Этот голос принадлежит японцу Накатодака, умершему в прошлом году.</p>
     <p>— Записывающий фонограф, — недовольно заметил Гановер — А я-то думал, вы расскажете о взрывах.</p>
     <p>— Голос Накатодака — это и есть взрыв, Накатодака был убит в своей лаборатории своим собственным голосом.</p>
     <p>— Формоз! Да, теперь я припоминаю, — сказал Хаас, кивая головой.</p>
     <p>— Но, насколько я понимаю, секрет погиб вместе с ним, — сказал Старкингтон.</p>
     <p>— Так все думали, — возразил Брин. — Формула была найдена японским правительством и выкрадена из Военного министерства, — в его голосе зазвучала гордость. — Это первый формоз, изготовленный на Американском материке. И его сделал я.</p>
     <p>— Бог мой! — воскликнула Груня. — Когда он сработает, нас всех разорвет.</p>
     <p>Брин самодовольно закивал головой.</p>
     <p>— Если остаться, то да, — сказал он. — Люди вокруг примут это за землетрясение или за новую выходку анархистов.</p>
     <p>— Остановите его! — Приказала Груня.</p>
     <p>— Я бессилен. В этом-то и вся его прелесть. Как я уже говорил Гановеру, такова логика химии, логика механики и логика времени, навечно сплавленные вместе. И во Вселенной нет силы, которая способна была бы разрушить этот сплав. Любая попытка только ускорила бы взрыв.</p>
     <p>Груня схватила Холла за руку, во взгляде ее была безнадежность.</p>
     <p>А Гановер хлопотал, суетился возле адской машины, с восхищением через очки разглядывал ее, он был в восторге.</p>
     <p>— Великолепно! Замечательно! Поздравляю вас, Брин. Это нам поможет разрешить проблемы многих наций и водрузить мир на более высокий и прекрасный фундамент. Мой еврейский язык — все это в прошлом. Вот оно, настоящее дело! Я посвящу себя теперь изучению взрывов… Луковиль, ваш взгляд опровергнут. У элементов есть и мораль, и разум, и своя логика.</p>
     <p>— Вы забываете, мой дорогой Гановер, — возразил Луковиль, — что за этой механикой, и химией, и абстракцией времени стоит человеческий ум, конструирующий, контролирующий и применяющий.</p>
     <p>Внезапно вскочив со стула, Холл прервал его:</p>
     <p>— Вы же безумцы! Засели здесь, как отшельники. Разве вы не понимаете, что эта проклятая машина скоро взорвется?</p>
     <p>— Не раньше, чем наступит одна минута второго, — мягко заверил его Гановер. — Кроме того, Брин еще не рассказал нам о своих намерениях.</p>
     <p>— За бесчувственной материей стоит человеческий ум; именно он руководит тупыми силами, — торопливо закончил Луковиль.</p>
     <p>Старкингтон, наклонившись к Холлу, тихо ему сказал:</p>
     <p>— Перенести бы эту сцену на подмостки для зрителей Уолл-стрит. Вот бы началась паника!</p>
     <p>Воцарившееся молчание вновь прервал Холл.</p>
     <p>— Послушайте, Брин, что вы собираетесь делать? Что касается меня и мисс Константин, то мы немедленно уходим, сейчас же.</p>
     <p>— О, у нас масса времени, — ответил хранитель голоса Накатодака. — И вот что я собираюсь делать. Я нахожусь между дверью и нашим уважаемым шефом. Сквозь стену-то он не уйдет. А дверь я охраняю. Остальные уходите. А я останусь с ним. Через минуту после окончания перемирия последнее поручение, принятое Бюро, будет выполнено. Прошу прощения, уважаемый шеф, один момент. Я не могу остановить процесс, но я могу ускорить его. Посмотрите, мой палец лежит на кнопке. Стоит только нажать на нее. Нажимаешь пальцем, и машина сразу взрывается. Как человек опытный, логически мыслящий, вы понимаете, что любая ваша попытка скрыться через эту дверь приведет к гибели всех, в том числе вашей дочери и временного секретаря. Поэтому вам лучше не покидать своего места. Не волнуйтесь, Гановер, формула не погибнет. Я умру вместе с шефом, как только минет одна минута второго. А формулы вы найдете в моей спальне в верхнем ящике секретера.</p>
     <p>— Да сделайте же что-нибудь, — взмолилась Груня, обращаясь к Холлу. — Вы должны что-то сделать.</p>
     <p>Холл, севший на место, снова встал, отодвинув бокал в сторону, он оперся рукой о стол.</p>
     <p>— Джентльмены, — начал он, стараясь говорить спокойно. Своей уверенностью он сразу привлек внимание. — До самого последнего времени, несмотря на свое отвращение к убийствам, я чувствовал себя обязанным с уважением относиться к идеалам, которые руководили вашими действиями. Но теперь я вынужден взять под сомнение ваши мотивы.</p>
     <p>Он повернулся к Брину, внимательно за ним наблюдавшему.</p>
     <p>— Скажите, вы что же, в самом деле считаете себя заслужившим уничтожение? Ведь если вы отдадите свою жизнь во имя гибели шефа, то нарушите принцип, в соответствии с которым смерть от вашей руки любого человека должна обязательно быть оправдана преступлениями жертвы. Что же за преступление, позвольте спросить, вы совершили, чтобы дать ход приговору, который вы единолично себе вынесли?</p>
     <p>Брин усмехнулся такому ловкому аргументу. Остальные выслушали Холла со вниманием.</p>
     <p>— Видите ли, — с удовольствием стал объяснять бактериолог, — Бюро допускает возможность гибели его членов при исполнении служебных обязанностей. Это обычный риск нашей профессии.</p>
     <p>— Случайная смерть в результате неожиданных обстоятельств — да, — возразил Холл. — В данный же момент речь идет о запланированной смерти невинного человека. Это нарушение ваших собственных принципов.</p>
     <p>Минуту все молчали в задумчивости.</p>
     <p>— Знаете, Брин, он совершенно прав, — наконец сказал Грэй, слушавший словесную дуэль, наморщив лоб. — Боюсь, что ваше предложение неприемлемо.</p>
     <p>— И все же, — вставил Луковиль, — задумайтесь вот над чем: организуя смерть невинного, Брин мог бы оправдать свою собственную смерть тем, что этим нарушает принцип.</p>
     <p>— A priori, — нетерпеливо крикнул Хаас. — Это не годится. Вы в логическом круге: пока он не умер, он не виновен, если он не виновен, нет оправданий для его смерти.</p>
     <p>— Сумасшедший! — прошептала Груня. — Все сумасшедшие!</p>
     <p>Охваченная страхом всматривалась она в оживленные лица мужчин, собравшихся вокруг праздничного стола. В их глазах была неподдельная заинтересованность, как у знатоков, увлеченных обсуждением научной проблемы. Ни одного из них, казалось, ничуть не волновало, что смертельно опасный механизм неумолимо отстукивал секунды. Брин снял палец с маленькой кнопки на боковой стенке бомбы. Он с интересом следил за каждым выступающим, пока обсуждалось его предложение.</p>
     <p>— Одно все же решение, по-моему, есть, — медленно отметил Харкинс, подвинувшись вперед и присоединяясь к дискуссии. — Установив бомбу во время действия договора, Брин поступил нечестно и нарушил договор. Я не хочу сказать, что это само по себе заслуживает такого сурового наказания, какое им предлагается, но, вне сомнения, он виновен в действии, нарушающем мораль нашей организации…</p>
     <p>— Правильно! — крикнул Брин, его глаза сверкали. — Это верно, вот вам и ответ! Установив взрывной механизм во время перемирия, я совершил проступок. Считаю себя виновным и заслуживающим смерти, — он бросил быстрый взгляд на стенные часы. — Точно через тридцать минут.</p>
     <p>В этот момент Брин упустил из-под наблюдения Драгомилова, и эта ошибка стала для него роковой. В одно мгновение, как бросающаяся на врага кобра, сильные руки бывшего шефа Бюро метнулись к шее Брина, прервали связи его жизненных центров. Японская «джиу-джитсу» действовала немедленно. Пока остальные смотрели, оцепенев от неожиданности, руки Брина безвольно повисли, и он безжизненно осел на пол. Почти в тот же миг Драгомилов схватил пальто и бросился к двери.</p>
     <p>— Груня, увидимся на судне, — скороговоркой бросил он и исчез, прежде чем кто-нибудь успел двинуться.</p>
     <p>— За ним, — крикнул Харкинс, вскакивая на ноги. Но на его пути встал огромный Джон Грэй.</p>
     <p>— А уговор! — зло напомнил он ему. — Брин его нарушил и дорого заплатил за свой проступок. Мы все еще связаны на целых двадцать минут своим честным словом.</p>
     <p>Бесстрастно до сих пор следивший за спором с конца длинного стола Старкингтон поднял голову и заговорил.</p>
     <p>— Бомба, — сказал он спокойно. — Боюсь, что нам придется отложить полемику. Остается точно, — он посмотрел на часы, — восемнадцать минут, когда эта штука сдетонирует.</p>
     <p>Холл склонился над Брином и взял из его безжизненных рук зловещую коробочку.</p>
     <p>— Нужно что-то с ней сделать…</p>
     <p>— Брин уверял нас, что ее остановить нельзя, — сухо ответил Старкингтон. — Я ему верю. Брин никогда не обманывал, когда речь шла о научных проблемах, — он поднялся, — как глава Чикагского отделения я должен принять на себя командование нашими сильно поредевшими силами. Харкинс, вы с Олсуорти снесете бомбу в залив, и как можно скорее. Ее нельзя оставлять здесь: она взорвется.</p>
     <p>Он подождал, пока эти двое, забрав свои пальто, вышли из комнаты, унося тикающий контейнер со смертью.</p>
     <p>— Наш уважаемый экс-шеф упомянул о судне, — бесстрастно продолжал он. — Я и раньше предполагал, что именно это послужило причиной его поездки в Сан-Франциско. Слова его подтвердили мое предположение. Поскольку мы не можем принудить его очаровательную дочь сообщить название парохода: это было бы не по-джентльменски, нам следует принять другие меры. Хаас?</p>
     <p>— Сегодня утром с отливом отплывают только три парохода, — почти автоматически ответил Хаас, и Груню поразило обилие информации, скрытой под этим выпуклым лбом. — Мы сможем легко их все проверить.</p>
     <p>— Хорошо, — согласился Старкингтон. — Их названия?</p>
     <p>— «Аргоси» — в Окленде, «Истерн клиппер» — на верфи Янсена и «Таку Мару» — в торговом доке.</p>
     <p>— Прекрасно. В таком случае, вы, Луковиль, возьмите на себя «Аргоси». Для вас, Хаас, пожалуй, удобнее будет «Таку Мару». Для Грэя — «Истерн клиппер».</p>
     <p>Названные трое хотели было уже подняться, но Старкингтон остановил их.</p>
     <p>— До отлива еще достаточно времени, джентльмены, — успокоил он. — Кроме того, до конца перемирия еще осталось двенадцать минут. — Он посмотрел на скрюченное тело Брина, лежавшее на полу. — Нам еще нужно позаботиться о нашем дорогом друге. Скажем, что у него был сердечный приступ. Будьте добры, Гановер, позвоните по телефону. Благодарю вас.</p>
     <p>Он взял со стола прейскурант на вина.</p>
     <p>— И в заключение я бы предложил бренди, слабый бренди. Например, испанский. Прекрасный напиток для завершения трапезы. Мы должны выпить, джентльмены, за одно из самых трудных наших заданий. Поднимем тост, друзья, за человека, который сделал это задание реальностью.</p>
     <p>Холл хотел уже отпарировать этот мрачный юмор по своему адресу, но Старкингтон закончил раньше.</p>
     <p>— Поднимем тост, джентльмены, — продолжал он спокойно. — За Ивана Драгомилова!</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIV</p>
     </title>
     <p>Содержимое кошелька помогло Винтеру Холлу быстро убедить корабельного кассира, что даже для поздно прибывшего на борту «Истерн клиппер» можно найти местечко. На минутку он забежал в свой отель: забрать чемодан и оставить записку, которую должны были вручить утром при первой же возможности. На сходнях его с нетерпением поджидала Груня. Пока он оформление билета, Груня спустилась вниз сообщить отцу, что Холл тоже здесь, на корабле. Лукавая улыбка осветила лицо Драгомилова.</p>
     <p>— Ты, родная, ожидала, что я рассержусь? — спросил он. — Расстроюсь? Или поражусь? Хотя надежда на путешествие наедине с только что обретенной дочерью радостна, но еще радостнее путешествие с ней, когда она счастлива.</p>
     <p>— С вами я всегда счастлива, дядя… я хотела сказать — отец, — поправилась она, и глаза ее радостно засверкали.</p>
     <p>Драгомилов рассмеялся:</p>
     <p>— Приходит, дорогая, время, когда отец не в силах сделать дочь полностью счастливой. А сейчас, если ты не возражаешь, я лягу спать. День был не из легких.</p>
     <p>Груня нежно поцеловала его, но, взявшись за ручку двери, вдруг остановилась, что-то вспомнив.</p>
     <p>— Отец, — воскликнула она, — а Бюро убийств! Они намерены обследовать все корабли, отплывающие с утренним приливом.</p>
     <p>— Ну, разумеется, — сказал он мягко, — это первое, что они сделают.</p>
     <p>Он снова поцеловал ее и запер за ней дверь.</p>
     <p>Она поднялась на верхнюю палубу и отыскала Холла. Рука об руку они стояли у перил, вглядываясь в огни спящего города. Он крепко сжал ее руку.</p>
     <p>— Неужели обязательно нужно ждать, пока истечет год? — грустно спросил он.</p>
     <p>— Осталось только три месяца, — засмеялась она. — Наберитесь терпения, — ее смех погас. — Правда, такой совет скорее подходит для меня.</p>
     <p>— Груня!</p>
     <p>— Это правда, — призналась она. — Винтер, я так хочу стать вашей женой!</p>
     <p>— Славная моя! Капитан корабля может повенчать нас хоть завтра!</p>
     <p>— Нет. Я ведь тоже свихнувшаяся, как и все вы. Я дала слово и не изменю его. — Она спокойно выдержала его взгляд. — Пока год не пройдет, я не могу выйти за вас. А если за это время что-нибудь случится с отцом…</p>
     <p>— Ничего с ним не случится, — заверил Холл.</p>
     <p>Она смотрела на него испытующе.</p>
     <p>— Но ведь не в вашей воле предотвратить несчастье, которое может произойти.</p>
     <p>— Нет, родная, не в моей.</p>
     <p>Холл смотрел через перила на темную воду внизу.</p>
     <p>— Эти сумасшедшие — вашего отца я тоже должен включить в их число — никому не позволяют вмешиваться в их опасную игру. Для них это, как вам известно, — только игра.</p>
     <p>— В которой не может быть победителя, — печально согласилась она, взглянув на свои часики. — Уже очень поздно. Пожалуй, мне пора спать. Надеюсь, мы увидимся завтра?</p>
     <p>— Вряд ли вам удастся скрыться от меня на пароходе, — засмеялся он и, склонив голову, страстно поцеловал кончики пальцев ее руки.</p>
     <p>Решив, что в каюте жарко, Драгомилов отвинтил и широко распахнул иллюминатор. Напротив был виден дом и бесконечный ряд унылых складов, освещенных несколькими тусклыми электрическими лампами, которые вяло раскачивались от слабых порывов ночного бриза. Открытый иллюминатор почти не приносил прохлады: ночь была душной и тихой. Тяжело дыша, он стоял в темной каюте, облокотившись на латунные края иллюминатора. Его мысли странствовали где-то по событиям девяти месяцев и задержались на подробностях его бегства. Он чувствовал себя утомленным, усталым умственно и физически. «Годы, — подумал он. — Единственная переменная в уравнении человеческой жизни, которую невозможно ни учитывать, ни контролировать». Правда, впереди было по крайней мере десять дней без этого отчаянного напряжения, десять приятных дней морского путешествия, и можно будет восстановить силы. Снизу из темноты до него долетел знакомый голос.</p>
     <p>— Вы уверены? Драгомилов. Весьма вероятно, он ваш пассажир.</p>
     <p>— Уверен, — ответил вахтенный, — у нас никого нет с такой фамилией. Не беспокойтесь, мы, конечно, сделали бы все, что в нашей власти, чтобы помочь федеральному правительству.</p>
     <p>Укрытый мраком своей каюты, Драгомилов усмехнулся. Усталости как не бывало, все чувства начеку, он внимательно вслушался. Грэй был достаточно умен, чтобы показать доверие к сообщению официального лица, но, кроме того, Грэй был достойным сотрудником Бюро.</p>
     <p>— Не исключено, что этот человек скрывается у вас под чужим именем, — продолжал Грэй. — Это низенький человек, на первый взгляд больной, но это только кажется; должен выехать со своей дочерью, довольно красивой молодой леди по имени Груня.</p>
     <p>— Здесь есть один джентльмен, путешествующий с дочерью…</p>
     <p>Улыбка сошла с лица Драгомилова. Во мраке каюты его короткие сильные пальцы сжались и разжались, словно к чему-то готовясь.</p>
     <p>На минуту внизу воцарилось молчание, а потом Грэй задумчиво произнес:</p>
     <p>— Я хотел бы проверить, если вы не возражаете. Вы не назовете номер его каюты?</p>
     <p>— Пожалуйста. Одну секунду, сэр. Вот он: 31, на нижней палубе. — Наступила пауза. — А если это не тот человек?</p>
     <p>— Я принесу извинения. — В голосе Грэя зазвучал металл. — Федеральное правительство не намерено причинять беспокойство невинным гражданам. Однако я вынужден выполнить свой долг.</p>
     <p>Темные фигуры у начала сходней двинулись вверх, тот, что был выше, легко взбирался по крутым ступеням, оставив позади другого.</p>
     <p>— Благодарю вас, я сам найду ее. Вам нет необходимости оставлять ваш пост.</p>
     <p>— Разумеется, сэр. Я надеюсь…</p>
     <p>Но Грэй уже не слышал его. Легко взойдя на палубу корабля, он стремительно прошел к двери во внутренний коридор. Оказавшись внутри, он немедленно осмотрел номер первой попавшейся каюты. Дверь перед ним имела номер 108; без колебаний он прошел по трапу и спустился вниз. Здесь были двузначные номера. Он улыбнулся про себя и начал красться по тихому коридору, задерживаясь возле каждой двери.</p>
     <p>31-я каюта была за поворотом в небольшом тупике. Прильнув к стене тупика, Грэй обдумал свой шаг. Ему ли не знать Драгомилова, учившего его не только находить красоту в логике, этике и морали, но и научившего его одним мгновенным ударом сворачивать человеку шею. Вдруг судно содрогнулось. Грэй весь напрягся, готовый к прыжку, но это огромные машины в недрах корабля начали свое вращение, их пустили, чтобы прогреть перед отплытием.</p>
     <p>Обдумывая в тихом, пустынном коридоре план действий, Грэй отверг мысль об использовании револьвере. В узком пространстве звук был бы оглушительным и значительно затруднил бы бегство. Он вытащил из чехла спрятанный в рукаве тонкий длинный нож и быстро опробовал пальцем его острие. Удовлетворенный его остротой, он сжал его в руке острием вверх, а другой рукой, в которой была отмычка, нащупал замок.</p>
     <p>Бросив взгляд вокруг, он убедился, что никого больше в коридоре нет; пассажиры спали. Стараясь не шуметь, он вставил отмычку и осторожно повернул ее. Неожиданно дверь резко открылась внутрь. И прежде чем он успел опомниться, он оказался в каюте и чьи-то сильные пальцы сомкнулись на его руке, сжимавшей нож. Но Грэй всегда отличался быстрой реакцией. Вместо того чтобы отступить назад, он бросился вперед, с силой увлекая за собой своего противника, добавляя свой вес к стремительному и сильному толчку другого. Оба рухнули на койку под иллюминатором. Один миг, и Грэй был на ногах, он отскочил в сторону, снова крепко сжимая нож в руке. Драгомилов тоже был на ногах и стоял, вытянув руки, его упругие пальцы готовы были в любой момент вцепиться мертвой хваткой в противника.</p>
     <p>С минуту они стояли, тяжело дыша, друг против друга. Слабый свет портовых электрических лампочек отбрасывал в каюту мрачные тени. Внезапно, как молния, Грэй бросился вперед, нож сверкнул над его головой. Но удар пришелся в пустое пространство; Драгомилов упал на пол и, как только рука противника пронеслась над ним, он, приподнявшись, схватил и повернул ее. Со сдавленным стоном Грэй выронил нож и упал на маленького человека, пытаясь ухватить свободной рукой соперника за горло.</p>
     <p>Они дрались яростно и молчаливо, эти два хорошо натренированных убийцы, прекрасно представляющих физические способности друг друга и убежденные в необходимости умертвить противника. Каждый прием и контрприем применялся автоматически. Навыки того и другого в японской «джиу-джитсу» были немалыми, но равными. Грохот поршней гигантской машины, медленно набиравшей ход под их ногами, нарастал. Жестокая схватка в каюте продолжалась, одному приему противостоял другой, тяжелое дыхание борцов теперь заглушал тяжелый шум корабельных машин.</p>
     <p>Их сплетенные ноги наткнулись на открытую дверь, она с треском захлопнулась. Грэй сделал попытку откатиться в сторону и вдруг почувствовал, что прижал лопаткой валявшийся на полу нож. Рывком прогнувшись, он отполз дальше, одной рукой отбиваясь от Драгомилова, а другой отыскивая на полу оружие. Наконец его пальцы нащупали нож. Судорожно сжав его, он вырвался из объятий Драгомилова, занес нож для решительного удара и с яростью ударил им перед собой. Он ощутил, как лезвие вошло во что-то мягкое, и на секунду почувствовал облегчение. Но в этот момент стальные пальцы Драгомилова нашли на горле место, которое искали. Грэй опрокинулся назад, его пальцы в последнем предсмертном движении вытащили нож из постельного матраса.</p>
     <p>Драгомилов, пошатываясь, встал, угрюмо посмотрел на тело своего старого друга, темневшее на полу возле узкой койки, потянулся к закрытому иллюминатору, спеша перевести дух и с огорчением подумав о том, что годы здорово подорвали его выносливость борца. Устало он вытер лицо. Все же он с облегчением подумал, что не уступил Грэю, а тот был не менее напорист, чем другие члены организации.</p>
     <p>Неожиданный стук в дверь сразу вернул его к действительности. Он наклонился, торопливо закатил тело убитого под кровать, чтобы его не было видно, и тихо встал возле двери.</p>
     <p>— Да!</p>
     <p>— Мистер Константин? Можно вас, сэр, на минуту?</p>
     <p>— Одну секунду.</p>
     <p>Драгомилов зажег в каюте свет, быстрым взглядом окинул комнату и не нашел ничего компрометирующего. Он поднял стул, набросил одеяло на разрезанный матрас и накинул пижаму. Еще раз огляделся вокруг. Удовлетворенный тем, что все в порядке, он открыл дверь, крякнул и широко зевнул прямо в лицо кассира.</p>
     <p>— Да? В чем дело?</p>
     <p>— А мистер Грэй, сэр? Он не заходил к вам?</p>
     <p>— А, этот. Да, заходил. Знаете ли, так нельзя — понапрасну меня беспокоят. Он искал какого-то мистера Драгомовича или кого-то в этом роде. Он извинился и ушел. Так в чем дело?</p>
     <p>— Судно отходит, сэр. Вероятно, он сошел на берег как раз, когда я пошел сюда. Как вы считаете?</p>
     <p>Драгомилов снова зевнул и холодно поглядел на кассира.</p>
     <p>— Понятия не имею. А теперь, если позволите, я все-таки хотел бы немного отдохнуть.</p>
     <p>— Разумеется, сэр. Извините. Благодарю вас.</p>
     <p>Драгомилов запер дверь и снова выключил свет. Усевшись на низенький стул, он задумчиво смотрел в иллюминатор. Завтра уже будет поздно: придет убирать каюту стюард. Даже утро — это поздно: нельзя быть уверенным, что кто-то не встанет пораньше погулять по палубе. Все нужно сделать сейчас же, несмотря на сопряженную с этим опасность. Он поудобнее устроился на стуле и стал ожидать отплытия судна.</p>
     <p>С верхней палубы послышались голоса, отдавали швартовы, судно готовилось покинуть порт. Шум машин нарастал, их дрожь передалась каюте. Над его головой послышался глухой топот сапог, это матрос перебегал туда и обратно, вытягивая лебедкой швартовы и делая необходимые приготовления, чтобы стальное чудовище могло повезти их через океан.</p>
     <p>Крики на палубе ослабли. Драгомилов осторожно отвинтил иллюминатор и высунул голову. Водное пространство между пристанью и кораблем медленно увеличивалось, огни, протянувшиеся вдоль складов, тускнели вдали. Он внимательно прислушался, не слышно ли шагов снаружи; все было тихо. Можно было приступать, он вытащил тело из-под кровати, без особых усилий поднял его и положил на койку. Одного взгляда было достаточно, чтобы убедиться, что берег пуст. Подняв тело, он протолкнул его в иллюминатор. Оно упало со слабым всплеском. Драгомилов молча подождал, прислушиваясь к шумам наверху, на палубе. Все было тихо. Печально склонив голову, он прикрыл иллюминатор, задернул занавеску и опять зажег свет.</p>
     <p>Нужно было еще кое-что сделать перед сном: Драгомилов был осторожным человеком. Нож был спрятан в портфель, чемодан заперт. Разрезанный матрас перевернут, закрыт простыней и туго заправлен. Коврик водворен на место. И только после того, как каюта приобрела прежний вид, Драгомилов облегченно вздохнул и начал раздеваться.</p>
     <p>Это была трудная ночь, но им был сделан еще один жестокий шаг вперед, по его опасному пути.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XV</p>
     </title>
     <p>Луковиль тихо постучал в дверь номера Старкингтона и, когда дверь открылась, вошел и, не говоря ни слова, положил на стол газету. Старкингтон сразу обратил внимание на крупные заголовки и быстро пробежал сенсационный отчет.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Двое погибли от таинственного взрыва</emphasis></p>
      <p>15 авг. В результате таинственного взрыва сегодня рано утром на Ворт-стрит, возле залива, трагически погибли двое мужчин, личность которых установить не удалось. Полиции не удалось обнаружить причину разрушительной детонации, выбившей окна в домах, расположенных в непосредственной близости, и стоившей жизни двум людям, которые, как полагают, проходили в момент взрыва возле этого места. Установить личности двух жертв оказалось невозможным по причине невероятной силы взрыва. Единственными подозрительными предметами были обнаруженные в районе взрыва осколки маленькой металлической коробки, но, как утверждает полиция, вследствие небольших размеров она не могла играть никакой роли в этом взрыве. Власти признаются, что поставлены в тупик».</p>
     </cite>
     <p>— Харкинс и Олсуорти! — хмуро сказал он и сжал зубы. — Нужно немедленно вызвать остальных.</p>
     <p>— Я звонил Хаасу и Гановеру, — ответил Луковиль. — Они могут появиться с минуты на минуту.</p>
     <p>— А Грэй?</p>
     <p>— В его номере никто не ответил. Я крайне удивлен, так как мы договорились, что результаты осмотра кораблей, проведенного ночью, должно быть доложены сегодня утром.</p>
     <p>— На «Аргоси» вы ничего не обнаружили?</p>
     <p>— Ничего. И Хаас ничего не нашел на «Таку Мару».</p>
     <p>Собеседники молча посмотрели друг на друга. Одна и та же мысль возникла у обоих.</p>
     <p>— Вы полагаете?.. — начал Старкингтон, но в этот момент в дверь настойчиво постучали, и, прежде чем они успели ответить, дверь распахнулась, пропустив Гановера и Хааса.</p>
     <p>Хаас стремительно ворвался в комнату и положил на стол последний выпуск газеты.</p>
     <p>— Вы это видели? — крикнул он. — Грэй мертв!</p>
     <p>— Найден в воде у верфи Янсена, там, где стоял «Истерн клипер»! Драгомилов уплыл на этом судне.</p>
     <p>Пораженные неожиданным известием, все молчали. Старкингтон взад и вперед ходил по комнате, а потом молча сел. Прежде чем заговорить, он оглядел строгие лица своих компаньонов.</p>
     <p>— Ну что же, джентльмены, — начал он спокойно, — наши ряды поредели. Все оставшиеся в живых члены Бюро убийств в настоящий момент находятся в этой комнате. За последние двенадцать часов погибло три члена нашей организации. Где же удача, сопутствовавшая все эти годы каждому нашему предприятию? Или фортуна изменила нам?</p>
     <p>— Все мы не без греха, — возразил Хаас. — Харкинс и Олсуорти погибли в результате случайности.</p>
     <p>— Случайность? Да вы сами в это не верите, Хаас. Случайности не существует. Разве мы не осуществляли контроль за собственными жизнями, если вообще мы способны что-то контролировать?</p>
     <p>— Мы по крайней мере в это верим или вообще ни во что не верим, — сухо поправил Луковиль.</p>
     <p>— Но могли ведь часы врать, — упорствовал Хаас.</p>
     <p>— Разумеется, — признал Старкингтон. — Но разве это случайность — пасть жертвой безграничного доверия к механическому устройству? Изобретения, мой дорогой Хаас, — это работа конструктора, а не мыслителя.</p>
     <p>— Смехотворное утверждение, — усмехнулся Хаас.</p>
     <p>— Отнюдь нет. К поискам механических решений ведет людей неспособность рационалистически объяснить проблемы. Возьмем, например, эти стенные часы. Разве точное знание часа решает проблемы этого часа? Что мы выигрываем в сфере красоты или морали, зная, что в данный момент восемь минут одиннадцатого часа?</p>
     <p>— Вы слишком упрощаете, — возразил Хаас. — Иногда часы могут мстить.</p>
     <p>Гановер наклонился вперед.</p>
     <p>— Что касается вашей насмешки над конструкторами — созидателями, — подчеркнул он, — то не считаете ли вы тогда нас только мыслителями, а не созидателями?</p>
     <p>Старкингтон улыбнулся:</p>
     <p>— За последнее время, говоря откровенно, мы не были ни тем и ни другим. Теперь мы должны стать всем.</p>
     <p>— Послушайте, — сказал он решительно. — Драгомилов уплыл. Он покинул страну. Вряд ли он вернется. Почему бы нам не отказаться от этого бессмысленного преследования? Мы восстановим Бюро. Драгомилов начал его в одиночку, а нас четверо.</p>
     <p>— Отказаться от преследования? — на лице Хааса крайнее удивление. — Бессмысленного? Как же мы сможем восстановить Бюро, если, отказавшись от преследования, мы откажемся и от наших принципов?</p>
     <p>Луковиль кивнул головой.</p>
     <p>— Конечно, конечно. Я не подумал. Ладно, что же мы тогда предпримем?</p>
     <p>Ему ответил Хаас. Худощавый «пламя, а не человек» встал и склонился над столом, на его высоком лбу собрались складки.</p>
     <p>— Сегодня вечером в четыре часа отплывает судно «Ориентал стар». Это самый быстроходный корабль на тихоокеанских линиях. Он вполне может прибыть на Гавайи раньше «Истерн клиппер». Предлагаю встретить Драгомилова в Гонолулу но, подготавливая встречу, нам нужно быть осторожнее, чем до сих пор.</p>
     <p>— Прекрасная идея, — с энтузиазмом поддержал Гановер. — Он ведь думает, что в безопасности.</p>
     <p>— Шеф никогда не чувствует себя в безопасности, — заметил Старкингтон. — Правда, он не позволяет чувству опасности нарушать его равновесие. Итак, джентльмены, предложение Хааса вас устраивает?</p>
     <p>С минуту все молчали. Потом Луковиль покачал головой:</p>
     <p>— По-моему, нет необходимости выезжать всем. Хаас еще не оправился от ранения. Кроме того, было бы ошибкой помещать все яйца в одну корзину. Я бы предложил Хааса оставить. Может возникнуть необходимость в каких-то действиях на материке.</p>
     <p>Это предложение было обдумано остальными. Старкингтон кивнул.</p>
     <p>— Я согласен. А как Хаас?</p>
     <p>Маленький энергичный человек невесело улыбнулся.</p>
     <p>— Я бы, конечно, с удовольствием присутствовал при убийстве… Но я склоняюсь перед логикой аргументов Луковиля. Я тоже согласен.</p>
     <p>Гановер кивком выразил одобрение.</p>
     <p>— Хватит ли у нас денег?</p>
     <p>Подойдя к столу, Старкингтон достал конверт.</p>
     <p>— Это я получил сегодня утром. Холл подписал документ, предоставляющий мне право на все наши фонды.</p>
     <p>Гановер удивленно поднял брови:</p>
     <p>— Значит, он уплыл с Драгомиловым.</p>
     <p>— Скорее с дочерью, — улыбнувшись, поправил Хаас. — Бедняжка Холл! Попался в ловушку, заполучил тестя, за убийство которого сам же уплатил деньги.</p>
     <p>— У Холла логика подпорчена эмоциями, — заявил Старкингтон. — Судьба эмоционального предопределена, и в общем-то заслуженно. — Он встал: — Ну что ж, я пошел готовить наш отъезд. — Взглянув на Луковиля, явно обеспокоенный, он спросил: — Почему вы нахмурились?</p>
     <p>— Пища на судне, — вздохнул Луковиль. — Как вы считаете, у них на все плавание хватит свежих овощей?</p>
     <empty-line/>
     <p>Краешек солнца плавно поднимался из-за горизонта. Наслаждавшийся теплым утренним океанским бризом Винтер Холл внезапно почувствовал, что кто-то стоит рядом. Повернувшись, он увидел Драгомилова.</p>
     <p>— Доброе утро! — улыбнулся Холл. — Как спали?</p>
     <p>Драгомилов с усилием улыбнулся:</p>
     <p>— Как и следовало ожидать, — сухо ответил он.</p>
     <p>— Когда, мне трудно заснуть, — сказал Холл, — я обычно гуляю по палубе. Такая прогулка помогает нагнать сон.</p>
     <p>— В прогулках не было недостатка, — Драгомилов пристально посмотрел на высокого красивого молодого человека, стоявшего рядом. — Ко мне прошлой ночью перед отплытием пожаловал посетитель.</p>
     <p>Холл вдруг все вспомнил.</p>
     <p>— Грэй! Это ему было поручено обследовать этот корабль!</p>
     <p>— Да, Грэй пришел повидаться со мной.</p>
     <p>— Он на борту? — Холл оглянулся; приятная улыбка его исчезла.</p>
     <p>— Нет, он не отплыл с нами. Он остался.</p>
     <p>Холл с недоумением посмотрел на стоящего рядом светловолосого человека и, казалось, начал понимать.</p>
     <p>— Вы убили его!</p>
     <p>— Да. Я был вынужден.</p>
     <p>Холл снова стал наблюдать за восходом солнца. Лицо его было строгим.</p>
     <p>— Вы говорите, что были вынуждены. Не означает ли это признание перемен в ваших убеждениях?</p>
     <p>— Нет, — Драгомилов покачал головой. — Хотя убеждения могут подвергаться изменениям, если думающий человек достоин звания существа разумного. Я потому сказал — вынужден, что он был моим другом. По крайней мере, можно сказать, моим протеже. И на мою жизнь он покушался, следуя моему учению. Отнимая у него жизнь, я не мог не признать чистоту его мотивов.</p>
     <p>Холл устало вздохнул:</p>
     <p>— Нет, вы не изменились. Но все-таки скажите, когда же это сумасшествие прекратится?</p>
     <p>— Сумасшествие? — Драгомилов пожал плечами. — Объясните это выражение. А что такое здравомыслие? Позволять жить тем, чьи действия ведут к гибели невинных? Иногда тысяч невинных?</p>
     <p>— Это, конечно, не относится к Джону Грэю?</p>
     <p>— Нет. Я только объясняю основы моего учения, в которое верил Джон Грэй и которое вы назвали сумасшествием.</p>
     <p>Холл безнадежно посмотрел на собеседника.</p>
     <p>— Но вы уже признали банкротство этой философии. Не может человек судить, он может только быть судим. И не отдельной личностью, а только сообществом людей.</p>
     <p>— Верно. Основываясь именно на этом, вы убедили меня, что у Бюро недостойные цели. Или, точнее сказать «преждевременные», ибо Бюро само по себе — это, как вы знаете, группа представителей общества. Остальные ваши аргументы не играли бы роли. Но это неважно. Во всяком случае, вы меня убедили, и я принял заказ уничтожить себя. К сожалению, то обстоятельство, что организация слишком совершенна, сработало против меня.</p>
     <p>— Совершенна! — с раздражением воскликнул Холл. — Разве можно употреблять это слово? Ведь шесть или даже восемь попыток уничтожить вас закончились провалом!</p>
     <p>— Эти провалы и свидетельствуют о совершенстве, — без тени иронии сказал Драгомилов. — Вижу, вы не поняли. Провалы поддаются исчислению. Бюро имеет свои издержки и удачи. Провалы только доказывают правильность расчетов.</p>
     <p>Холл с удивлением посмотрел на маленького человека.</p>
     <p>— Трудно поверить! Скажите мне, когда… Ладно, я не стану употреблять слово «сумасшествие», — когда эти приключения все-таки закончатся?</p>
     <p>К его удивлению, Драгомилов дружелюбно улыбнулся:</p>
     <p>— Люблю это слово — «приключение». Вся жизнь — приключение, да мы этого не понимаем, пока сама жизнь не подвергнется опасности. Когда это закончится? Полагаю, когда мы сами закончим. Когда наш мозг перестанет работать, когда мы присоединимся к червям, тем, кто не мыслит. А в данном случае, — продолжал он, заметив открыто выраженное Холлом нетерпение, — по истечении года со дня моих указаний Хаасу.</p>
     <p>— Времени уже пролетело много. До окончания контракта осталось менее трех месяцев. Что тогда?</p>
     <p>К его удивлению, улыбка на лице Драгомилова погасла.</p>
     <p>— Не знаю. Я не могу поверить, что организация, в создание которой мною вложено столько труда, допустит, чтобы я дожил до конца. Это свидетельствовало бы о ее несовершенстве.</p>
     <p>— Однако вы, разумеется, не хотите, чтобы она добилась успеха?</p>
     <p>Драгомилов сплел пальцы рук и нервно сжал их. Лицо его было строгим и хмурым.</p>
     <p>— Не знаю. Пока идут недели и месяцы, что-то все больше и больше начинает беспокоить меня.</p>
     <p>— Вы удивительный человек! В каком смысле это вас беспокоит?</p>
     <p>Маленький светловолосый джентльмен посмотрел на своего собеседника.</p>
     <p>— Я не уверен, что мне захочется жить по истечении этого периода времени. Настоящий хозяин людей — время. Время, видите ли, одна из совершеннейших машин, ее шестерни приводятся в движение звездами, ее стрелки контролируются бесконечностью. Мною тоже создана совершенная машина — Бюро. И ничто, кроме него самого, не поможет доказать его совершенства. Неумолимая поступь другой, более совершенной машины не оправдывает недостатков Бюро.</p>
     <p>— Но вы все же предпринимаете попытку воспользоваться временем для своего собственного спасения, — подчеркнул Холл, по обыкновению увлекаясь ходом мысли оппонента.</p>
     <p>— Я только лишь человек, — грустно ответил Драгомилов. — Со временем, возможно, как раз в этом и будет объяснение неизбежной слабости моей философии.</p>
     <p>Прервав свою речь, он повернулся и медленно, тяжелым шагом направился к дверям, ведущим в каюту. С минуту Холл смотрел ему вслед, а потом, почувствовав, как кто-то тянет его сзади за руку, резко обернулся и лицом к лицу столкнулся с Груней.</p>
     <p>— Что вы такое сказали отцу? — требовательно спросила она. — Он выглядит потрясенным.</p>
     <p>— Не я, это он сам сказал себе, — ответил Холл. Он взял ее под руку, и они пошли по палубе. — Существует инстинкт, он заставляет нас бороться за жизнь. Но в нас также укрывается и тяга к смерти, у нее находится немало оправданий. Нам предстоит стать свидетелями, какой из этих инстинктов восторжествует у вашего странного отца: к жизни…</p>
     <p>— Или к смерти, — тихо сказала она, тяжело опираясь на руку возлюбленного.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVI</p>
     </title>
     <p>Приятные дни путешествия на борту «Истерн клиппер» летели быстро. Груня, лежа в шезлонге на палубе, грелась на солнце, она, как и Холл, стала бронзовой от загара. Драгомилов тоже все время проводил на залитой солнцем палубе, но он, казалось, имел иммунитет против жгучих солнечных лучей и оставался таким же бледным, как и прежде.</p>
     <p>Холл с Драгомиловым, по-видимому, наложили вето на свои философские споры; их разговоры теперь вращались либо вокруг стай скумбрии и тунца, часто игравших за кормой корабля, либо вокруг прекрасной кухни на борту, а иногда и вокруг теннисных баталий, развернувшихся на палубе.</p>
     <p>И вот однажды утром путешествие закончилось, словно его и не было. Проснувшись в этот день и выйдя на палубу, они обнаружили, что ее закрывает тень горы Даймонд на подходе к острову Оаху, а город Гонолулу, белый и сверкающий, распахнулся прямо перед ними. К судну уже стремились маленькие каноэ с туземцами. Внизу, в недрах гигантского лайнера, кочегары уже замерли у своих черных от сажи совков, великаны-машины затихли, судно медленно заканчивало свой путь.</p>
     <p>— Великолепно! — шептала Груня. — Разве это не прекрасно, смотрите, Винтер?</p>
     <p>— Вы еще более прекрасны, — шутливо ответил Холл и обратился к Драгомилову: — Десять недель, — сказал он с облегчением, — только десять недель, сэр, и наши отношения изменятся. Вы станете моим тестем.</p>
     <p>— И перестану быть вашим другом? — засмеялся Драгомилов.</p>
     <p>— Нет, вы всегда будете моим другом, — нахмурившись, сказал Холл. — Между прочим, каковы ваши планы? Как вы считаете, члены Бюро последуют сюда за вами?</p>
     <p>На лице Драгомилова по-прежнему сияла улыбка.</p>
     <p>— Последуют за мной? Они все уже здесь. Или большинство, по крайней мере. Одного-то они, конечно, оставили на материке.</p>
     <p>— А как же удалось им прибыть раньше нас?</p>
     <p>— На быстроходном судне. Я полагаю, на следующий день пополудни они сели на «Ориентал стар». Тело Грэя обнаружили, и оно указало им на наше судно, а следовательно, и на место его назначения. Они пришли в порт вчера вечером. Будьте уверены, к нашей высадке они будут тут как тут.</p>
     <p>— А откуда вы это знаете? — спросила Груня.</p>
     <p>— Поставил себя на их место и сообразил, что стал бы я делать в тех же самых обстоятельствах. Нет, дорогая, здесь ошибки быть не может. Они придут меня встретить.</p>
     <p>Груня придвинулась к нему и взяла его за руку, в глазах ее был страх.</p>
     <p>— Что же теперь делать, отец?</p>
     <p>— Не беспокойся, родная. Их жертвой я не стану, ты этого боишься? Вот еще что я хотел вам сказать: за несколько дней до отплытия я отправил почтой письмо с заказом номера для вас в гостинице «Королева Анна». Заказана также и машина в ваше распоряжение. Сам я не смогу присоединиться к вам, но, как только я освобожусь, дам о себе знать.</p>
     <p>— Для нас обоих? — удивился Холл. — Но вы даже не знали, что я поеду!</p>
     <p>Драгомилов широко улыбнулся:</p>
     <p>— Я же говорил, что всегда ставлю себя на место другого. На вашем месте я бы ни за что не позволил такой очаровательной девушке, как Груня, сбежать от меня. Мой дорогой Холл, я был уверен, что вы окажетесь на борту этого судна.</p>
     <p>Он встал спиной к перилам. Каноэ с туземцами уже сновали вдоль корабля; мальчишки, одетые только в туземные «моло», ныряли за монетами, которые швыряли пассажиры в прозрачные воды залива. Белые здания вдоль пирса отражали лучи утреннего солнца. Гигантский лайнер встал, юркий катер отделился от берега. Он вез лоцмана и носильщиков-китайцев. Разорвавший тишину пронзительный гудок корабля гордо объявил об их прибытии. Лоцманский катер легко стукнул о борт, и чиновники, одетые в щегольские остроконечные фуражки и белые шорты, вскарабкались на палубу. За ними следовала вереница носильщиков, все в голубых одеждах и с косичками, они стремглав взбежали по трапу (их покатые соломенные шляпы дружно в такт подпрыгивали) и исчезли во внутренних проходах.</p>
     <p>Драгомилов обратился к обоим своим собеседникам:</p>
     <p>— Если вы позволите, я пойду закончу упаковку багажа, — сказал он с облегчением и, помахав рукой, исчез в проходе.</p>
     <p>Лоцман взошел на мостик, и машины «Истерн клиппер» заработали; набирая скорость, судно двинулось к берегу.</p>
     <p>— Пожалуй, нам пора идти вниз проверить вещи, — заметил Холл.</p>
     <p>— О, Винтер, не будем торопиться. Здесь так чудесно! Погляди только на горы, они словно уносятся от города. А облака, как грибы-дождевики, повисли над вершинами!</p>
     <p>Она умолкла, и воодушевление исчезло с ее лица.</p>
     <p>— Винтер, а что будет делать отец?</p>
     <p>— О твоем отце, дорогая, я не беспокоюсь. Возможно, их здесь и нет. А если даже они и здесь, сомнительно, чтобы они решились на что-то в этой толчее. Пошли.</p>
     <p>Пароход подходил к пирсу. Они спустились вниз. На берег были брошены швартовы, и проворные руки закрепили их за кнехты. Заработали судовые лебедки, выбирая якорную цепь и подтягивая лайнер к стенке. Оркестр заиграл знаменитое «алоха». Послышались крики пассажиров и встречающих, которые узнавали друг друга в толпе, многие восторженно махали платками. Спустили сходни, оркестр заиграл громче.</p>
     <p>Передав свой багаж носильщику, Холл вернулся на палубу. Он встал у перил и с любопытством наблюдал за оживленными лицами встречающих, выстроившихся за оградой внизу. Внезапно он отшатнулся от перил: его глаза встретились с глазами Старкингтона!</p>
     <p>Шеф чикагского отделения Бюро радостно улыбался и махал рукой. Взгляд Холла скользнул по поднятым кверху лицам и задержался еще на одном. Гановер тоже был здесь, ближе к входу. Остальные, как был уверен Холл, занимали другие стратегически важные позиции.</p>
     <p>Поставили сходни, сняли барьеры. И по сходням в обе стороны ринулись пассажиры и встречающие, толкая тяжело нагруженных носильщиков. Последние, неуклюже покачиваясь под своим грузом, медленно протискивались вниз. Вверх по сходням прокладывал себе путь Старкингтон. Холл пошел ему навстречу.</p>
     <p>— Привет, Холл! — Старкингтон широко улыбнулся. — Рад вас видеть. Как дела?</p>
     <p>— Старкингтон! Не вздумайте это сделать!</p>
     <p>Старкингтон удивленно поднял брови:</p>
     <p>— Чего не делать? Ах, не держать своего честного слова? Не быть верным данному обещанию и поручению?</p>
     <p>Он по-прежнему улыбался, но глаза его были совершенно серьезны. Они смотрели мимо Холла, ощупывая лица пассажиров, идущих по сходням.</p>
     <p>— На этот раз, Холл, он не убежит. Луковиль прибыл на борт на лоцманском катере, теперь он уже внизу. Гановер караулит в порту. Шеф допустил роковую ошибку, сам себе поставил западню.</p>
     <p>Холл скрипнул зубами:</p>
     <p>— Я не допущу этого. Я обращусь к властям.</p>
     <p>— Ни к кому вы не станете обращаться, — подчеркнуто холодно сказал Старкингтон. Он напоминал профессора, втолковывающего нерадивому студенту общеизвестные истины. — Вы дали свое честное слово. Не только самому шефу, но и всем нам. Вы не сообщили властям до сих пор, не сообщите и теперь…</p>
     <p>Он вынужден был прервать свою речь, так как на него, рассыпаясь в извинениях, наткнулся китаец-носильщик, буквально погребенный под горой чемоданов. Рядом появился Луковиль. При виде Холла он радостно заулыбался.</p>
     <p>— Холл! Очень приятно. Как прошло путешествие? Вам оно понравилось? Скажите, — продолжал он, понизив голос, — как обстояло дело с овощами на этом судне? На обратном пути мне бы хотелось иметь кухню более по вкусу. Кухня на «Ориентал стар» бедна и овощами и фруктами. Там все мясо да мясо. Они, видимо, думают, что этим доставляют пассажирам удовольствие…</p>
     <p>Наконец заметив нетерпение Старкингтона, он, оставил овощи, обратился к нему:</p>
     <p>— Драгомилов внизу. Он занял 31-ю каюту под чужим именем. Чтобы он не ушел, я повесил на нее замок. Правда, есть еще иллюминатор… За ним наблюдает Гановер.</p>
     <p>Он обратился к рядом стоявшему бледному как смерть Холлу: — Не лучше ли вам сойти на берег? Поверьте, предотвратить это не в ваших силах.</p>
     <p>— Я останусь, — воскликнул Холл и круто повернулся, почувствовав, что кто-то нервно сжал его руку. — Груня! Груня, милая!</p>
     <p>— Винтер! — крикнула она и посмотрела на Старкингтона ненавидящими глазами. — Что вы здесь делаете? Не трогайте моего отца!</p>
     <p>— Этот вопрос нами уже обсуждался, — спокойно возразил Старкингтон. — Вам известно о взятых нами обязательствах и об указаниях вашего отца. Я бы рекомендовал вам, мисс Драгомилова, сойти на берег. Все равно вы ничего не сможете поделать.</p>
     <p>— Сойти на берег? — она вдруг гордо подняла голову. — Да, я сойду на берег! И возвращусь с полицией! Мне безразлично, какие указания дал мой отец, вы не убьете его! — Она сверкнула на Холла презрительным взглядом. — А вы! Что ж вы тут стоите? Что вы за человек? Вы хуже этих сумасшедших, потому что они верят в свою правоту, а вы-то знаете, что они ошибаются… И все же ничего не предпринимаете!</p>
     <p>Она вырвала свою руку из руки Холла и бросилась к сходням, проталкиваясь сквозь поредевшую толпу. Старкингтон смотрел ей вслед, одобрительно покачивая головой.</p>
     <p>— Вы, Холл, сделали очень хороший выбор. Эта девушка — с характером. А теперь нам придется несколько форсировать наш план. Я думал подождать, пока судно опустеет. Однако, по-моему, большая часть пассажиров уже сошла. Вы пойдете с нами?</p>
     <p>Последняя фраза была произнесена таким вежливым тоном, что Холл с трудом поверил, что приглашается стать свидетелем исполнения смертного приговора над человеком, который является отцом Груни. Старкингтон, сочувственно улыбаясь, взял его под руку.</p>
     <p>Холл последовал за ним, как во сне. Этому нельзя было поверить! Со стороны, вероятно, можно было подумать, что он идет к друзьям сыграть партию в вист. Пока они спускались по широкой, устланной ковром лестнице, шедший рядом Старкингтон вел непринужденную беседу.</p>
     <p>— Путешествие на судне очень приятно, не правда ли? Для всех нас это было настоящим наслаждением. Правда, Луковиль всю дорогу жаловался на пищу, но… А вот мы и пришли.</p>
     <p>Он прижался ухом к двери и прислушался. Изнутри доносились какие-то неясные звуки. Он снял повешенный Луковилем замок и обратился к остальным:</p>
     <p>— Луковиль, встаньте по эту сторону. Вам бы, Холл, я посоветовал уйти из тупика. Шеф, конечно, будет защищаться, и мне не хотелось бы, чтобы вас ранили.</p>
     <p>— А вас могут убить! — воскликнул Холл.</p>
     <p>— Разумеется. Однако один из нас — Луковиль или я — сможет выполнить задание. А это все, что нам нужно.</p>
     <p>Он извлек из кармана револьвер и привел его в боевую готовность. Луковиль в свою очередь сделал то же самое. Холл с ужасом смотрел на этих людей, не выказывающих ни малейшего страха. Вынув из кармана ключ, Старкингтон вставил его в замочную скважину, даже не стараясь делать это тихо.</p>
     <p>— Назад, Холл, — скомандовал он и в тот же миг распахнул дверь и проник внутрь. При виде того, что открылось перед ними, Старкингтон от удивления раскрыл рот, а Холл расхохотался.</p>
     <p>На койке, извиваясь и дергаясь, лежал китаец-носильщик, раздетый до нижнего белья и крепко привязанный к кровати. Рот его был заткнут, а глаза сверкали от ярости. Как только он повернул голову, в отчаянии умоляя обнаруживших его людей об освобождении, они увидели обрезанные концы его косичек.</p>
     <p>— Драгомилов! — выдохнул Луковиль. — Он, должно быть, проскользнул мимо нас под видом носильщика! — Он бросился к двери, но рука Старкингтона преградила ему путь.</p>
     <p>— Слишком поздно, — сказал он спокойно. — Наши поиски придется начать сначала.</p>
     <p>В коридоре послышался какой-то шум, и на пороге появилась Груня в сопровождении нескольких местных полицейских, вооруженных дубинками. При виде корчившегося от смеха Холла, Груня остановилась в нерешительности. Перед лицом такой веселости ее решимость стала улетучиваться. Старкингтон вежливо дал дорогу полицейским, которые быстро овладели каютой и развязали несчастного китайца, немедленно застрекотавшего о своих злоключениях. Он показывал на обрезанные косички, потом на свое почти голое тело и торопливо демонстрировал руками, как его повалили и связали. Все это он, захлебываясь, сопроводил рассказом на непонятном им языке. Сержант прерывал его несколько раз, чтобы задать вопрос, а затем строго обратился к Старкингтону.</p>
     <p>— Где человек, совершивший это насилие? — спросил он по-английски.</p>
     <p>— Не знаю, — признался Старкингтон. Но тут его чувство собственника пришло ему на помощь. Он полез в карман и извлек пачку банкнотов. Отсчитав несколько, он сочувственно обратился к расстроенному китайцу.</p>
     <p>— Вот. Вы пострадали, как и мы. Это вам частичная компенсация. Что же касается нас, — в его голосе неприкрыто звучало сожаление, — не знаю, как это будет компенсировано.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVII</p>
     </title>
     <p>Прошло две недели, прежде чем Груня и Холл получили дальнейшие инструкции, — итак, скоро они встретятся с Драгомиловым. Воспользовавшись тем, что у них была машина с шофером, они объездили вдоль и поперек прелестный тропический город и его окрестности. Шофер появился в гостинице «Королева Анна» на другое утро после их приезда и вручил им письмо следующего содержания:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Дети мои, рекомендую вам Чана, старого и верного служащего фирмы «С. Константин и Ко». Он будет возить вас в любое время и куда угодно, за исключением тех немногих случаев, когда будет выполнять мои поручения. Не задавайте ему никаких вопросов, потому что он все равно не станет на них отвечать. Я жив и здоров и, как только придет время, свяжусь с вами. Целую мою дорогую Груню. Крепко жму руку моему другу Холлу».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Под письмом не было подписи, да она и не была нужна. Убедившись, что Драгомилов вне опасности, они успокоились. Они вели обычный для туристов образ жизни: купались и загорали на пляже Вайкики, смотрели, как любители острых ощущений бесстрашно мчались на досках на гребне пенящихся океанских валов к поросшему пальмами берегу. Они гуляли по красочным улицам Гонолулу и наслаждались необычными картинами, встававшими на каждом шагу. Они с удовольствием бродили по рыбному рынку на Кингстрит, где торговцы расхваливали свой товар на восьми языках, или наблюдали, как причаливают в Кеволо Бэсин японские сампаны, до краев наполненные уловом. Невозмутимый Чан никогда ничего не предлагал и не давал никаких разъяснений; он вел машину туда, куда ему говорили, и только.</p>
     <p>Вечера они часто проводили вместе со Старкингтоном, Гановером и Луковилем. Груня помимо своей воли стала испытывать к ним симпатию. Их взгляды и образ мыслей сильно напоминали ей отца. Ей втайне было стыдно за ту сцену, которую она устроила на борту парохода и которая говорила, что она недостаточно верит в отца. Ей почему-то казалось, что теперешняя близость с этой троицей в какой-то степени искупает ее вину. К тому же с каждым днем приближалось окончание срока договора и уменьшались шансы Бюро на успех.</p>
     <p>Однажды вечером вопрос о сроках возник в застольной беседе.</p>
     <p>— Остается менее двух месяцев, — сказал Холл и рассмеялся. — Поверьте, я ничего не имею против того, чтобы вы так мило развлекались. Мне даже приятно смотреть, как вы растрачиваете средства Бюро. Но мне непонятно, почему вы не ищете Драгомилова!</p>
     <p>— Мы его ищем, но по-своему, — мягко поправил его Старкингтон, — и наши розыски увенчаются успехом. Не раскрывая наших планов, я могу сказать следующее: он провел два дня в Нанакули и последующие три дня в Вайанаэ. Луковиль выследил его в первом случае и Гановер — во втором. Но в обоих случаях он успел оттуда уехать.</p>
     <p>Холл насмешливо поднял брови:</p>
     <p>— А вы не вели розысков?</p>
     <p>— Нет. — В голосе Старкингтона не было смущения. — Я наблюдал за вами и за мисс Драгомиловой, хотя я уверен, что вы знаете о его местонахождении не больше нас. — Он поднял рюмку. — Предлагаю тост за окончание дела.</p>
     <p>— Я буду рад за это выпить, — спокойно заметил Холл. — Хотя мы имеем в виду разные вещи.</p>
     <p>— В этом и состоит сложность словесного общения, — с улыбкой заметил Старкингтон.</p>
     <p>— В неточности определений, — возразил Гановер. — Определение составляет самую сущность общения. Это своего рода скелет, на котором зиждутся звуковые формы, составляющие любой язык.</p>
     <p>— Вы говорите о каком-то одном языке, — серьезно вставил Луковиль, хотя в глазах его прятались смешинки. — А Старкингтон и Холл говорят о разных языках — или по меньшей мере на разных языках.</p>
     <p>— Я полагал, что говорю не о языке, а о тосте, — мягко поправил Старкингтон. Он поднял рюмку. — Если меня больше не будут прерывать…</p>
     <p>Но его прервали еще раз.</p>
     <p>— По-моему, — лукаво заметила Груня, с интересом слушавшая реплики спорящих, — важно, чтоб каждый оставался верен своему определению.</p>
     <p>— Согласен! — воскликнул Луковиль.</p>
     <p>— Я тоже, — добавил Гановер.</p>
     <p>— А я… — Старкингтон, который поставил было рюмку, снова ее поднял. — А я хочу выпить.</p>
     <p>И с этим он опрокинул рюмку. Засмеявшись, другие последовали его примеру.</p>
     <p>Они возвращались домой по дороге, обсаженной гигантскими кетмиями, и вдыхали ароматный ночной воздух. Холл взял руку Груни в свою и почувствовал, как напряглись ее пальцы.</p>
     <p>— Откуда они узнали, где был отец? — обеспокоенно спросила она. — Ведь эти острова слишком велики и слишком многочисленны, чтобы они могли случайно напасть на его след.</p>
     <p>— Они знают свое дело, — задумчиво ответил Холл. — Но и твой отец тоже. Я думаю, тебе не стоит беспокоиться.</p>
     <p>Они подошли к главному входу в отель.</p>
     <p>В соседнем саду, поросшем бугенвиллеей, была слышна музыка гитар. Увидев их, дежурный гостиницы отошел от двери, откуда он наблюдал за весельем, и вручил Холлу вместе с ключами запечатанное письмо. Холл тут же вскрыл и прочитал его.</p>
     <cite>
      <p>«Дорогой Холл, мое убежище наконец готово; убежище и вместе с тем западня. На все это ушло время, но оно потрачено не зря. Ступайте к себе в номер, затем спуститесь по черной лестнице во двор. Чан будет ожидать вас в машине. Багаж можно забрать позже, хотя там, где мы будем, почти не нужны атрибуты так называемой цивилизации».</p>
     </cite>
     <p>В конце письма была приписка, подчеркнутая жирной линией: «Перед выходом обязательно проверьте часы». Холл вежливо поблагодарил дежурного и небрежно сунул письмо в карман. Кивком головы он дал понять Груне, что следует воздержаться от расспросов. И лишь когда они оказались на верхнем этаже, вдали от любопытных взглядов, он показал ей письмо.</p>
     <p>— Что это значит — убежище и западня? — тревожно спросила Груня. — И зачем проверять часы?</p>
     <p>Но Холл знал не больше, чем она. Они быстро упаковали чемоданы и оставили их в номерах. Телефонный звонок в обсерваторию подтвердил точность карманных часов Холла; через несколько секунд, спустившись по задней лестнице, они уже вглядывались в темноту безлунной ночи.</p>
     <p>Машина выделялась во мраке более густым пятном. Они быстро скользнули на заднее сиденье, и машина тронулась. С выключенными фарами они пробрались по темной улочке. У перекрестка Чан включил передние фары и свернул на пустынную улицу. Примерно на расстоянии одной мили от берега он, не сбавляя скорости, снова свернул — на этот раз на широкое шоссе.</p>
     <p>Хранивший до сих пор молчание Холл наклонился к самому уху шофера и шепотом спросил его:</p>
     <p>— Где нам предстоит встретиться с мистером Константином?</p>
     <p>Китаец пожал плечами:</p>
     <p>— Мне приказано доставить вас до перевала Нууану Пали, — сказал он как всегда лаконично, на совершенно правильном английском языке. — Там нас встретят. Это все, что я могу вам сказать.</p>
     <p>Холл откинулся назад; Груня сжала его руку, глаза ее сияли при мысли, что скоро она снова увидится с отцом. Машина неслась по пустынной дороге, разрезая светом фар мглистую тьму ночи. Они поднимались все выше в горы; огни города внизу тускнели и наконец совсем исчезли. Воздух похолодал. Чан резко увеличил скорость, и их прижало к спинкам сидений; ветер резко бил в лицо.</p>
     <p>— Что слу…? — начал Холл.</p>
     <p>— Сзади машина, — спокойно объяснил Чан. — Она следует за нами всю дорогу. Теперь, пожалуй, пора увеличить разрыв.</p>
     <p>Холл оглянулся. По свету фар можно было проследить путь следующей за ними по извилистой дороге машины. Вдруг их машину затрясло — они съехали с шоссе; поднявшаяся сзади пыль закрыла преследователей.</p>
     <p>— Они заметят, что мы свернули! — воскликнул Холл.</p>
     <p>— Конечно, — спокойно ответил Чан. — Мне велено не дать им потерять нас из виду.</p>
     <p>Он искусно вел машину по извилистой грунтовой дороге. Вокруг них поднимались клубы пыли; Холл пожалел, что нет боковых занавесок. Они проехали перевал и начали спускаться вниз. Всякий раз, когда машина резко поворачивала, Холл, оглядываясь, видел два луча света преследовавшей их машины.</p>
     <p>Вдруг Чан резко нажал на тормоза; Груню и Холла бросило вперед. Машина остановилась; кто-то распахнул дверцу, и в машину вскочил человек небольшого роста. Машина тут же тронулась снова, набирая скорость в темноте.</p>
     <p>— Кто это?</p>
     <p>Послышался тихий смех.</p>
     <p>— Кто, по-вашему? — спросил Драгомилов. Он наклонился и зажег лампочку в спинке заднего сиденья. Груня ахнула. На Драгомилове были когда-то, видимо, белые, но теперь грязные и рваные фуфайка и брюки, на ногах — замызганные тапочки. Он нежно поцеловал дочь и пожал руку Холла. Затем, выключив свет, откинулся назад, улыбаясь в темноте.</p>
     <p>— Как вам нравится мой наряд? — спросил он. — Вдали от городов отпадает необходимость в галстуке и прочих условностях. Когда мы обоснуемся на новом месте, то мы с Холлом, пожалуй перейдем на туземное моло, а ты, Груня, можешь выбирать между муумуу или па-у.</p>
     <p>— Отец! — воскликнула Груня. — Если бы ты мог только на себя взглянуть! У тебя вид бродяги! А где мой дорогой солидный дядя Сергей, которого я когда-то щекотала и забрасывала подушками?</p>
     <p>— Он умер, дорогая, — ответил Драгомилов, усмехнувшись. — Твой мистер Холл убил его неопровержимой логикой. Это второе по смертоносности оружие, которое я знаю.</p>
     <p>— А какое первое? — спросил Холл.</p>
     <p>— Увидите. — Драгомилов повернулся к дочери: — Груня, детка, тебе лучше бы поспать. Объяснения подождут. У нас еще есть несколько часов.</p>
     <p>Машина продолжала спускаться по извилистой дороге, ведущей к восточному побережью острова. Облака уже рассеялись; небо на востоке начало светлеть. Холл наклонился к Драгомилову.</p>
     <p>— Вы знаете, что нас преследуют?</p>
     <p>— Конечно. Мы позволим им не терять нас из виду до деревни Хайкулоа. Дальше нет поворотов, и им будет ясно, куда мы едем. После Хайкулоа мы от них избавимся.</p>
     <p>— Мне понятно, что вы задумали, — сказал Холл, хмуро вглядываясь в Драгомилова. — Какова ваша роль в этой странной охоте, — зайца или гончей?</p>
     <p>— Я и то и другое. Каждый человек всю жизнь бывает и тем и другим. Охота идет непрерывно: то, насколько человек может ею руководить, решает, будет ли он зайцем или гончей.</p>
     <p>— И вы считаете, что вы руководите этой охотой.</p>
     <p>— Конечно.</p>
     <p>— И все же, — сказал Холл, — им известно, что вы были в Нанакули и в Вайанаэ.</p>
     <p>— Я и хотел, чтобы это было им известно. Я оставил следы, которые привели их туда. Я отвлек их на запад, в то время как вы с Груней направились на восток.</p>
     <p>Он засмеялся, увидев изумление на лице Холла.</p>
     <p>— Друг мой, логика бывает разной. Если я держу камень в одной руке и вы угадали в какой, то в следующий раз я могу поменять руки. Или же я могу оставить его в той же руке, рассчитывая, что вы подумаете, что я переложу его в другую. Или же я поменяю руки, исходя из того, что вы рассчитываете, что я буду рассуждать так же, как вы. Или…</p>
     <p>— Знаю, — сказал Холл. — Это старая теория об уровнях мышления. Но я не понимаю, каким образом она применима к этому случаю.</p>
     <p>— Вот каким. Во-первых, как я заставил Старкингтона поверить, что держу путь на запад. Я просто заказал книги на русском языке в самом крупном книжном магазине Гонолулу с указанием доставить их мне в деревушки, расположенные вдоль западного побережья. Старкингтон и другие знают, что я ни при каких обстоятельствах не откажусь от книг. Если бы я оставил более грубый след, то они, возможно, не попались бы на удочку, но я знал, что они расценят заказ книг как естественное действие с моей стороны.</p>
     <p>— Но он утверждал, что вы на самом деле побывали в тех местах!</p>
     <p>— Да, я был там. Пустой крючок — незавидная приманка. Но когда он уверился, что я еду на запад, я проложил для него след на восток. Вы с Груней сделали это великолепно; я уверен, что вы весьма эффектно прокрались через черный ход. И я также уверен, что Старкингтон за вами следил.</p>
     <p>Холл изумленно глядел на Драгомилова.</p>
     <p>— Вы удивительный человек!</p>
     <p>— Благодарю вас. — В тоне Драгомилова не было ложной скромности. После этого он замолчал.</p>
     <p>Машина проехала Хайкулоа. Теперь Чану нужно было скрыться от преследователей. Машина неслась по узкой грунтовой дороге. Внезапно внизу открылся океан, простиравшийся до горизонта и восходящего солнца. Чан резко повернул в кусты, проехал несколько сотен ярдов и затормозил. Их окружила тишина раннего утра.</p>
     <p>— И еще одно… — начал Холл.</p>
     <p>— Тише! Сейчас они поедут мимо нас!</p>
     <p>Они замерли в молчании. Вскоре до их слуха донесся гул мощного мотора. Машина пронеслась на огромной скорости и исчезла на дороге, ведущей к берегу. Драгомилов вышел из машины с Холлом и направился к краю крутого обрыва, где они остановились. Внизу вдоль берега раскинулась деревушка. Драгомилов показал вдаль.</p>
     <p>— Вот там. Видите тот островок? Это и есть наше убежище.</p>
     <p>Холл вгляделся. От берега остров отделяла довольно узкая полоска воды. Остров совсем маленький, менее мили в длину и примерно полмили в ширину. Пальмы окаймляли отлогий песчаный берег; на невысоком холме в центре острова стоял большой дом с крышей из пальмовых листьев. Людей не было видно.</p>
     <p>— Пролив между нами и островом называется Хугу-кай — Сердитое море, — сказал Драгомилов.</p>
     <p>— Я никогда не видел более спокойного моря, — сказал Холл. — Это название, видимо, дано в шутку.</p>
     <p>— Не скажите. Дно океана между берегом и островом имеет очень странную конфигурацию. — Драгомилов переменил тему. — Вы не забыли проверить часы?</p>
     <p>— Нет, не забыл. Но зачем?..</p>
     <p>— Хорошо! Сколько сейчас на ваших?</p>
     <p>Холл посмотрел на часы:</p>
     <p>— Шесть часов сорок три минуты.</p>
     <p>— У нас еще примерно час времени. Можно немного отдохнуть.</p>
     <p>Но он, видимо, не мог отдыхать. Он беспокойно походил взад и вперед и наконец остановился рядом с Холлом, разглядывая раскинувшуюся под ними деревушку.</p>
     <p>— Им потребуется некоторое время, чтобы спуститься к берегу в машине; дорога извилиста и местами опасна. — А потом без всякой видимой связи с предшествовавшим разговором он негромко проговорил: — Справедливость. Нравственность и справедливость. Это все, что у нас есть, но этого достаточно. Вы знаете девиз этих островов, Холл? Уа мау ке эа о ка айна и ка поно. Это означает: жизнь на земле сохраняется благодаря справедливости.</p>
     <p>— Вы бывали здесь раньше?</p>
     <p>— О да, много раз. Фирма «С. Константин и Ко» вот уже много лет занимается импортом с Гавайских островов. Я надеялся… — Он не закончил мысли и резко повернулся к Холлу. Казалось, им внезапно овладело какое-то волнение. — Сколько времени?</p>
     <p>— Семь часов три минуты.</p>
     <p>— Пора двигаться. Груню мы оставим здесь с Чаном: так будет лучше. Пиджак снимите — будет тепло и без него. Идем. Спустимся к берегу.</p>
     <p>Холл в последний раз взглянул на спящую девушку, прикорнувшую в углу машины. Чан невозмутимо сидел за рулем, устремив взгляд вперед. Холл со вздохом повернулся и пошел вслед за Драгомиловым узкой тропинкой меж деревьями.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVIII</p>
     </title>
     <p>Они молча пробирались сквозь высокую траву к пальмам, окаймлявшим белый песок. Вода за песком была гладкой, как шелк; крохотные волны разбивались о берег, образуя мелкую рябь. В прозрачном утреннем воздухе островок резко выделялся своей белизной на зеленом фоне моря. Солнце, поднявшееся уже довольно высоко над горизонтом, висело на востоке, как огромный оранжевый шар.</p>
     <p>Холл тяжело дышал — спуск был нелегкий; Драгомилов не выказывал никаких признаков усталости. Он повернулся к своему спутнику: его глаза возбужденно блестели.</p>
     <p>— Который час?</p>
     <p>Холл удивленно поглядел на него, тяжело дыша:</p>
     <p>— Почему вас так интересует время?</p>
     <p>— Который час? — В голосе его звучало нетерпение.</p>
     <p>Холл пожал плечами:</p>
     <p>— Семь тридцать две.</p>
     <p>Драгомилов удовлетворенно кивнул и внимательно посмотрел в сторону берега. Перед ними тянулся ряд хижин. На песчаном берегу виднелось несколько лодок, выдолбленных из дерева. Начинался прилив, и вода уже заливала лодки. Из одной хижины вышел туземец, он вытащил лодки подальше на берег и снова скрылся в хижине.</p>
     <p>Машина, которая гналась за ними, стояла перед самой большой хижиной; колеса ее почти наполовину утонули в песке. Их преследователей не было видно. Драгомилов с сосредоточенным видом оглядывал местность.</p>
     <p>— Сколько времени?</p>
     <p>— Семь тридцать четыре.</p>
     <p>Драгомилов кивнул.</p>
     <p>— Мы выйдем отсюда ровно через три минуты. Когда я побегу к воде, следуйте за мной. Мы возьмем вон ту лодку, которая ближе к нам. Я сяду в нее, а вы ее оттолкнете. Мы поплывем к острову. — Он задумчиво помолчал. — Я надеялся, что они нас увидят, но это не важно. Придется крикнуть…</p>
     <p>— Крикнуть? — Холл удивленно посмотрел на Драгомилова. — Вы хотите, чтобы вас поймали?</p>
     <p>— Я хочу, чтобы за мной погнались. Подождите — все идет хорошо.</p>
     <p>Из большой хижины вышел Старкингтон, за ним Гановер и Луковиль. Они стояли, переминаясь с ноги на ногу, и разговаривали с высоким, великолепно сложенным туземцем, остановившимся на пороге хижины.</p>
     <p>— Превосходно! — Глаза Драгомилова были прикованы к тройке. — Который час?</p>
     <p>— Точно — семь тридцать семь.</p>
     <p>— Пора!</p>
     <p>Драгомилов выбежал из укрытия, легко передвигаясь по сверкающему белизной песку. Холл, торопливо выбежавший за ним, чуть не упал, но вовремя выправился. Драгомилов столкнул маленькое каноэ в воду и быстро вскочил в него. Холл оттолкнул его на глубину, а затем перевалился через борт. С его намокших брюк стекала вода. Драгомилов уже взял весло, и лодка быстро понеслась по спокойной глади воды. Холл взял со дна другое весло и тоже стал грести.</p>
     <p>С берега послышался громкий крик. Трое преследователей поспешно бросились к воде. Мгновение спустя они уже спустили на воду большое каноэ и принялись бешено гребли. Туземец выбежал вслед за ними, что-то кричал и размахивал руками, показывая на море, но они не обращали на него никакого внимания.</p>
     <p>Драгомилов и Холл удвоили усилия: их легкая лодочка рванулась вперед.</p>
     <p>— Это безумие! — Холл тяжело дышал, лицо его обливалось потом. — Их трое! Они настигнут нас задолго до того, как мы доберемся до острова! А если и нет, где можно спрятаться на этой голой скале!</p>
     <p>Драгомилов не спорил и продолжал размеренно грести. Большая лодка начала их догонять; расстояние между каноэ сокращалось. Внезапно Драгомилов перестал грести и зловеще улыбнулся.</p>
     <p>— Сколько времени? — спокойно спросил он. Холл не ответил: он с ожесточением греб, разрезая веслом спокойную гладь моря.</p>
     <p>— Сколько времени? — спокойно повторил Драгомилов.</p>
     <p>Вполголоса выругавшись, Холл бросил весло.</p>
     <p>— Пусть догоняют! — раздраженно закричал он и вынул часы. — С вашим надоевшим «сколько времени»! Семь сорок одна!</p>
     <p>И в это мгновение их лодка слегка вздрогнула. Казалось, какая-то гигантская рука ее подтолкнула. Холл удивленно поднял глаза, толчок повторился. Драгомилов напряженно наклонился вперед, положив руки на колени и устремив взгляд в сторону берега. Холл повернулся и с удивлением заметил, что преследовавшая их лодка перестала продвигаться. Несмотря на энергичные усилия гребцов, она оставалась неподвижной, словно нарисованная на холсте океана. Затем она стала медленно описывать широкий круг, оставляя после себя еле заметный след. Три человека в лодке изо всех сил работали веслами, но их усилия были безрезультатными. Холл изумленно вытаращил глаза, Драгомилов с серьезным видом наблюдал необыкновенное явление. Вокруг ограниченного участка, на котором разыгрывалась эта драма, море оставалось совершенно спокойным. Но в центре круга, менее чем в четырех ярдах от того места, где их легко покачивало на волнах, пришли в действие могучие силы природы. Вода с нарастающей скоростью неслась по гигантскому кольцу, отмеченному рябью на поверхности. Лодка преследователей мчалась по самому краю крута. Сокрушительная сила сводила на нет жалкие потуги гребцов.</p>
     <p>Движение воды все ускорялось. Холл с ужасом заметил, что ровная поверхность начала медленно прогибаться к центру, постепенно образуя гигантскую плоскую воронку с гладкими сверкающими стенками. Лодка неслась по стенке, слегка наклонившись к центру, но удерживаемая гигантскими центробежными силами. Люди, находившиеся в лодке, перестали грести и, вцепившись в борта, наблюдали за приближением верной смерти. Одно весло выпало из лодки, но оставалось с ней рядом, двигаясь с той же головокружительной скоростью на поверхности воды.</p>
     <p>Холл в ярости повернулся к Драгомилову.</p>
     <p>— Вы дьявол! — закричал он.</p>
     <p>Но тот продолжал невозмутимо наблюдать жуткую картину.</p>
     <p>— Прилив, — как бы про себя прошептал он. — Это — прилив. Какая сила может сравниться с силами природы!</p>
     <p>Сжав зубы, Холл опять повернулся к ужасному зрелищу. Воронка все углублялась, все быстрее кружилась вода, а вместе с ней и лодка, прикованная к сверкающей водной стене. Глаза Холла на мгновение остановились на крутом обрыве, возвышавшемся над деревней. Лучи солнца, отраженные от какой-то гелиографической точки, освещали часть их машины. «Видит ли все это Груня?» — мимолетно подумал он; после этого он уже не отводил взора от страшного зрелища. Лица трех обреченных были отчетливо видны. На них не было страха, криков тоже не было слышно. Троица, казалось, что-то оживленно обсуждала; вероятно, с удивлением подумал Холл, тайны смерти, с которой им так скоро предстояло встретиться, или же совершенство западни, в которую они попали.</p>
     <p>Воронка углублялась. Из ее глубин доносился какой-то рев — рев бешено несущейся воды. Лодка кружилась с невероятной быстротой. Вдруг она скользнула вниз по сверкающему водному склону, словно по своей собственной воле ища забвения в глубинах. Холл вскрикнул. Но лодка продолжала бешено кружиться, лишь спустившись ниже к центру воронки. Скорость ее вращения все нарастала. Холлу казалось, что открывающаяся пропасть засасывает его взгляд; руки, которыми он держался за борт качающегося каноэ, побелели.</p>
     <p>Старкингтон храбро поднял руку, посылая им прощальное приветствие, и с улыбкой посмотрел в их сторону. Его тут же выбросило из лодки. Секунду его тело, распростертое на плотной поверхности воды, неслось рядом с лодкой. Затем его затянуло в центр воронки, и оно исчезло в водовороте.</p>
     <p>Холл резко повернулся к Драгомилову.</p>
     <p>— Дьявол, — прошептал он.</p>
     <p>Драгомилов не обратил на его реплику никакого внимания. Его глаза были задумчиво устремлены на водоворот. Холл повернулся назад, не в силах оторвать взор от жуткого зрелища.</p>
     <p>Лодка соскользнула по стенке воронки все ближе к пучине водоворота. Рот Луковиля был открыт; казалось, он выкрикивал какое-то торжественное приветствие судьбе, протягивающей к ним свои мокрые смертоносные объятия. Гановер сидел, не шевелясь.</p>
     <p>Лодка соскользнула последние несколько футов; ее нос дошел до центра водоворота. Раздался звук ломаемого дерева, каноэ вскинуло в воздух корму и затем исчезло в маслянистой бездне, сокрушенное давившими на него огромными силами. Два человека бесстрашно оставались в нем до последней минуты; затем их словно вихрем подбросило в воздух, и тела их поглотило жадное море.</p>
     <p>Рычание бурлящей воды начало утихать, словно океан насытился принесенной ему человеческой жертвой. Огромная воронка медленно разглаживалась; и бурлящий центр равномерно поднимался, по мере того как стенки ее становились все более пологими. От почти успокоившейся поверхности к ним пришла небольшая волна и тихо покачнула лодку, напоминая об их спасении. Холл содрогнулся.</p>
     <p>Позади него послышалось движение.</p>
     <p>— Пожалуй, пора возвращаться, — спокойным голосом сказал Драгомилов.</p>
     <p>Холл с ненавистью посмотрел на своего спутника.</p>
     <p>— Вы их убили! Это все равно, как если бы вы их ударили ножом или застрелили из ружья!</p>
     <p>— Убил? Да, убил. Но ведь вы же хотели, чтобы их убили, разве нет? Вы хотели, чтобы Бюро убийств было уничтожено.</p>
     <p>— Я хотел, чтобы его распустили. Я хотел, чтобы они прекратили свою деятельность!</p>
     <p>— Нельзя распустить идеи, убеждения. — Голос Драгомилова звучал холодно. Он обвел взглядом пустынное море, навсегда поглотившее большую лодку. В голосе послышались печальные нотки.</p>
     <p>— Это были мои друзья. Друзья! — Драгомилов взял весло и опустил его в воду. — Да. Нам лучше вернуться.</p>
     <p>Холл вздохнул и начал медленно грести. Лодка двигалась сначала медленно, потом быстрее. Они плыли над тем местом, где нашли свою смерть Старкингтон и его товарищи. Драгомилов на мгновение перестал грести, словно чтя память погибших членов Бюро.</p>
     <p>— Надо послать телеграмму Хаасу, — неторопливо заметил он и снова стал работать веслом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIX</p>
     </title>
     <p>В Сан-Франциско Хаас нетерпеливо ждал известий от трех членов Бюро, отплывших в погоню за их бывшим шефом. Время шло быстро, каждый день приближал срок окончания договора. Наконец с пароходом прибыло письмо.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Дорогой Хаас.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Представляю себе, как вы ходите взад и вперед по комнате, бормоча про себя проклятия на греческом и древнееврейском языках: уж не подпали ли мы под расслабляющие чары этого прекрасного острова? Или стали жертвой Д.? Вы можете успокоиться. Ничего подобного с нами не произошло.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Но задача была не из легких. Д. искусно проложил ложный след в сторону запада; теперь мы убеждены, что на самом деле он намерен бежать на восток. Мы тщательно следим за его дочерью и Холлом. Первый их шаг в этом направлении наведет нас на след.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Мы понимаем, что время подходит к концу, но не беспокойтесь. Бюро никогда не терпело неудачу и не потерпит неудачи и теперь. В ближайшие дни ждите шифрованную телеграмму.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Между прочим, мы случайно узнали, что Д. путешествует также и под фамилией Константин. Мы обнаружили это, когда выследили его на борту парохода «Истерн клиппер». Да, он ускользнул от нас. Когда мы встретимся после окончания дела, мы расскажем вам все подробно.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Старкингтон.</emphasis></p>
      <p><emphasis>P.S. Луковиль влюбился в пои, омерзительное блюдо, приготовленное из корня таро. Нам предстоят новые мучения с ним и его гастрономическими вкусами, когда мы вернемся».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Хаас, нахмурившись, положил письмо на стол. Пароход, с которым пришла почта, отплыл из Гонолулу девять дней назад; за это время он должен был уже получить телеграмму от Старкингтона. Он с товарищами находился на Гавайских островах уже почти месяц; до истечения срока оставалось менее шести недель. Он снова взял письмо и внимательно его перечитал.</p>
     <p>Константин? Где-то он слышал это имя. Да, есть такая фирма по экспорту и импорту. Он знал, что у этой фирмы были отделения в Нью-Йорке; возможно, в Гонолулу тоже. Он сидел в тишине комнаты с письмом в руках, перебирая в уме всевозможные варианты. Затем решительно поднялся. Если еще два дня не будет телеграммы, он сядет на первый пароход, уходящий на острова, а тем временем надо сделать необходимые приготовления, так как по его приезде туда у него будет очень мало времени. Сложив письмо, он положил его в карман и вышел из комнаты.</p>
     <p>Первую остановку он сделал в публичной библиотеке. Библиотекарь охотно выдал ему большую карту Гавайских островов. Он развернул ее на столе и склонился над ней, тщательно изучая Оаху. След вел на запад; он провел пальцем линию, которая шла вдоль берега от Гонолулу через Нанакули и Вайанаэ до мыса под названием Каэна Пойнт. Он кивнул головой. То был ложный след; Старкингтон в таких случаях не ошибается.</p>
     <p>Дело обстояло сложнее с дорогами на восток. Некоторые шли через перевал Нууану Пали и терялись в джунглях или спускались к безымянным берегам. Одна тонкая линия обозначала дорогу, поднимавшуюся в горы и проходившую неподалеку от Даймонд Хэд, а затем приближавшуюся к побережью у длинной кривой косы, именуемой Мокапу Пойнт. Он отодвинул карту, откинулся назад и задумался.</p>
     <p>Он старался поставить себя на место Драгомилова. Зачем оставаться в Оаху? Почему не уехать на Ниихау или Кауаи, или какой-нибудь другой из многочисленных островов, тянущихся на запад? Некоторые из них совсем необитаемые, другие населены столь редко, что разыскать его за тот небольшой срок, который оставался у Бюро, будет фактически невозможно. Зачем оставаться на единственном острове, где у них больше всего шансов его найти?</p>
     <p>Объяснение может быть только одно — он хочет, чтобы его нашли. Хаас выпрямился, его мозг напряженно работал. А зачем ему это нужно? Только для того, чтобы устроить ловушку! Его взгляд снова устремился на лежащую перед ним карту, но она не могла ответить на его вопросы. Он слишком плохо знал местность. Он снова откинулся назад и начал усиленно думать.</p>
     <p>Поймать наверняка в западню трех человек не так-то легко. Несчастный случай? Слишком велик риск: один из них всегда может уцелеть. Засада? Почти невозможно против таких трех знатоков своего дела, как Старкингтон, Гановер и Луковиль. Будь он Драгомиловым, которому предстоит решить эту задачу, каким образом попытался бы он это сделать?</p>
     <p>Не на земле. Здесь всегда можно найти укрытие, никогда нельзя все точно рассчитать. Для одного человека, да; но не для трех. Будь он Драгомиловым, он устроил бы западню на море, где невозможно укрыться и откуда нельзя убежать. Он снова склонился над картой; сердце его билось все чаще.</p>
     <p>Восточное побережье было слабо изрезано; кое-где показались небольшие бухточки или лежавшие вдоль берега островки. Может быть, остров? Возможно. Но тут опять же можно найти укрытие, хотя трудно убежать. Нет, он выбрал бы море. Но каким образом заманить в ловушку трех человек на пустынном море? Трех человек, одаренных быстрым умом, каждый из которых обучен искусству убивать и защищаться?</p>
     <p>Он вздохнул и сложил карту: придется собирать дополнительные сведения. Он возвратил карту библиотекарю, поблагодарил его и вышел из прохладного помещения. Ему пришел в голову еще один вариант, и он зашагал в направлении Корт Хауза.</p>
     <p>Служащий земельного управления любезно кивнул головой.</p>
     <p>— Да, — сказал он, — мы располагаем копиями документов о земельных сделках на Гавайских островах. При условии, что они не менее шестимесячной давности. Раньше мы не успеваем их зарегистрировать и завести на них дело. Как фамилия интересующего вас лица?</p>
     <p>— Константин, — ответил Хаас. — «С. Константин и Ко».</p>
     <p>— Импортеры? Минуточку…</p>
     <p>Хаас глядел в запыленное окно, выходящее на залив, который то и дело пересекали малые и большие суда, но он ничего не замечал. В его воображении был отлогий берег и лодка — нет, две лодки, покачивавшиеся на волнах. В одной лодке спокойно сидел Драгомилов, в другой — Старкингтон и его товарищи. Картина стояла у него перед глазами, а он напряженно доискивался, где же западня и как их туда заманил Драгомилов.</p>
     <p>Служащий вернулся.</p>
     <p>— Пожалуйста, сэр. В 1906 году «С. Константин и Ко» купили здание на Кинг-стрит под свою контору. Пять лет тому назад. Здесь вы найдете подробности, если они вас интересуют.</p>
     <p>Хаас покачал головой:</p>
     <p>— Нет. Я имею в виду другую земельную купчую. Недавнюю. На восточном побережье… — Он запнулся, затем ему вдруг все стало ясно. Внезапно в нем возникла уверенность. Драгомилов наверняка планировал этот ход с самого первого дня. Он выпрямился и сказал более уверенным тоном. — Земля была приобретена десять или одиннадцать месяцев назад.</p>
     <p>Служащий снова вышел. Когда он возвратился, Хаас не смог подавить торжествующую улыбку, так как тот нес еще одно досье.</p>
     <p>— Кажется, это то, что вы ищете, сэр. Но покупка сделана не на имя Компании, а на имя Сергиуса Константина. Это небольшой остров у восточного побережья Оаху.</p>
     <p>Хаас быстро пробежал документы. Его великолепная память отчетливо воссоздала береговую линию на карте, и он сразу вспомнил, где находится этот островок. Поблагодарив служащего, он вышел; шаги его убыстрились, в уме возникали многочисленные варианты.</p>
     <p>Не могло быть никакого сомнения, что это была западня, задуманная за много месяцев вперед. Сейчас близилось осуществление замысла. Первоначально жертвы не были известны; их назначила судьба. Он должен немедленно послать телеграмму и предупредить Старкингтона.</p>
     <p>Он возвращался в гостиницу, мысленно составляя текст телеграммы; в его воображении возникла книжка с кодом, лежавшая между сорочками в чемодане. В гостинице вместе с ключом ему передали телеграмму.</p>
     <p>Он вскрыл ее, направляясь к лестнице, затем остановился как вкопанный. Телеграмма была краткой и ясной:</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Хаас, с сожалением сообщаю вам, что Старкингтон, Гановер и Луковиль погибли в результате несчастного случая с лодкой. Счел своим долгом известить вас об этом. Холл».</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Мгновенье Хаас стоял неподвижно, сжав в руке телеграмму и пытаясь осознать происходящее. Он опоздал! Он не успел их предупредить; он вообще может уже ничего не успеть. Нужно садиться на первый пароход. Первым был «Эмберли», отплывавший вечером. Надо спешить в агентство за билетом. Оно всего в нескольких кварталах от гостиницы.</p>
     <p>Он бросился на улицу и стал торопливо проталкиваться сквозь толпу. Бедняга Старкингтон, какой это был замечательный человек! А Гановер — такой мягкий человек и такой эрудит — и как он всегда радовался возможности пойти наперекор законам этого несправедливого мира! А Луковиль: никогда уже он больше не будет ворчать на еду!</p>
     <p>Пароходное агентство находилось на другой стороне улицы. Он выскочил на мостовую, не замечая несшегося на него огромного пивного фургона. На тротуаре кто-то закричал; испуганный возница с проклятием изо всех сил натянул вожжи, но напрасно. Лошади, напуганные внезапным появлением под их мордами человеческой фигуры и взбешенные натяжением удил, встали на дыбы и отчаянно забили копытами. Хаас упал, ощущая нестерпимую боль и сожалея, что умирает так далеко от окаймленного пальмами берега, не успев осуществить своей миссии.</p>
     <empty-line/>
     <p>Драгомилов, Груня и Холл решили провести на острове последние дни этого рокового года. Они вели простую, неприхотливую жизнь — сами готовили пищу, носили воду, добывали пропитание в море, как веками до них это делали туземцы. Против ожидания, такая жизнь им понравилась, они отдыхали от суеты большой земли. Но каждый знал, что это временное бегство от стоящих перед ними проблем и долго оно не может продолжаться.</p>
     <p>К своему удивлению, Холл чувствовал, что его расположение к Драгомилову возвращается с каждым днем, несмотря на ужасные воспоминания о гибели Старкингтона. Они начали бледнеть, отходить на задний план, пока наконец не стали казаться оставшейся в памяти сценой из давно прочитанной книги или картиной, виденной в какой-то галерее.</p>
     <p>Драгомилов выполнял хозяйственные дела наравне с молодежью и не пытался использовать свой возраст и положение, чтобы командовать или давать указания. Он всегда был готов принять участие в рыбной ловле или приготовлении пищи; уравновешенность его характера часто заставляла Холла спрашивать себя, были ли вообще те ужасные события с водоворотом. Тем не менее с каждым днем Драгомилов все больше и больше замыкался в себе. За едой он молчал, и мысли его, видимо, были далеко. Он все чаще выбирал себе работу, чтобы уединиться. И с каждым днем он проводил все больше времени на берегу, вглядываясь через пролив в большую землю и как бы ожидая чего-то.</p>
     <p>К концу предпоследнего дня, оставшегося до срока, он подошел к Холлу, ловившему на отмели крабов. Его лицо было взволнованно, хотя голос оставался ровным.</p>
     <p>— Холл, вы уверены, что послали телеграмму Хаасу?</p>
     <p>Холл посмотрел на него с удивлением:</p>
     <p>— Конечно. Почему вы меня об этом спрашиваете?</p>
     <p>— Не могу себе представить, почему он не едет.</p>
     <p>— Какие-нибудь обстоятельства, видимо, ему помешали. — Холл изумленно смотрел на Драгомилова. — Вы же знаете, что он последний из Бюро убийств.</p>
     <p>Драгомилов без всякого выражения встретил взгляд Холла.</p>
     <p>— Кроме меня, конечно, — спокойно заметил он и, повернувшись, пошел в сторону дома.</p>
     <p>Холл секунду смотрел вслед Драгомилову, потом, пожав в недоумении плечами, снова принялся за ловлю крабов. Когда в небольшой плетеной корзине их набралось достаточно на ужин, он выпрямился, растирая затекшую поясницу. «Мы все извелись, но остается только один день», — с облегчением подумал он, а затем нахмурился. Ему вдруг пришло в голову, что он наверняка будет скучать по острову.</p>
     <p>Когда он пришел в дом, солнце опускалось на зеленые холмы большой земли. Он оставил корзину с ползающими друг по другу крабами в маленькой кухне и неслышно прошел в гостиную. Груня о чем-то разговаривала с отцом; как только он вошел, они оба сразу замолчали. Было ясно, что он им помешал. Немного обидевшись, Холл резко повернулся и вышел. Он направился к берегу. «Тайны? — думал он с горечью, шагая по влажному песку. — Тайны сейчас, в последние дни?»</p>
     <p>Когда он вернулся, было уже темно. Драгомилов сидел у себя в комнате за письменным столом. На стене четко вырисовывался его профиль. Груня сидела в гостиной подле лампы и плела циновку из пальмовых листьев. Холл опустился в кресло напротив и некоторое время молча наблюдал за движением ее сильных рук. Против обыкновения, она не улыбнулась ему.</p>
     <p>— Груня.</p>
     <p>Она вопросительно на него посмотрела. Ее лицо словно застыло.</p>
     <p>— Да, Винтер?</p>
     <p>— Груня, — сказал он вполголоса. — Мы здесь последние дни. Скоро мы вернемся к цивилизации. — Он заколебался, напуганный серьезностью ее лица. — Ты не раздумала выйти за меня замуж?</p>
     <p>— Конечно, нет. — Она опять опустила глаза на работу, лежавшую у нее на коленях, ее пальцы возобновили свои уверенные движения. — Я ничего так не хочу, как выйти за тебя замуж.</p>
     <p>— А твой отец?</p>
     <p>Она подняла на него глаза; на ее лице не дрогнул ни один мускул. Холл уже не в первый раз заметил в тонких четких линиях ее лица большое сходство с отцом.</p>
     <p>— Мой отец?</p>
     <p>— Чем он теперь займется? Бюро убийств больше не существует. Оно составляло большую часть его жизни.</p>
     <p>— Всю жизнь.</p>
     <p>Он ничего не мог прочесть в ее глазах. Ее взгляд остановился где-то за спиной Холла. Холл оглянулся. Драгомилов молча стоял позади него. Груня снова перевела взгляд на Холла. Она попыталась улыбнуться:</p>
     <p>— Винтер, у нас… у нас нет воды. Не мог бы ты?..</p>
     <p>— Конечно!</p>
     <p>Он поднялся, взял ведро и направился к небольшому источнику в северной части острова. Большая белая луна освещала тропинку, на которой танцевали тени колыхаемых ветром цветов. У Холла было тяжело на сердце; непонятная строгость — почти холодность Груни расстроила его. Но потом пришла утешительная мысль: «Всем нам было нелегко эти дни, — подумал он, — я ведь тоже был не в себе. Еще несколько дней, и мы будем на борту парохода, и тогда капитан сможет нас обвенчать. Муж и жена!» — Он наполнил ведро водой и, тихо насвистывая, направился обратно.</p>
     <p>Бочка для воды находилась на кухне. Он наклонил ведро и начал выливать в нее воду; вода выплеснулась через край, намочив его босые ноги. Бочка была полна. Внезапно, чего-то испугавшись, он бросил ведро и кинулся в гостиную. Груня все еще молча работала, но по щекам ее текли слезы. Перед ней на столе лежали несколько листиков бумаги, прижатые лампой.</p>
     <p>— Груня, дорогая! Что?..</p>
     <p>Она пыталась продолжать работу, но слезы заливали ее лицо, и, наконец, отбросив циновку, она упала в его объятия.</p>
     <p>— О, Винтер!..</p>
     <p>— Что такое? Что с тобой, дорогая?</p>
     <p>Вдруг его осенило. Он обернулся и бросил взгляд в открытую дверь комнаты Драгомилова. В комнате было темно, но лившийся в окно лунный свет падал на пустую кровать. Он бросился к двери, но Груня удержала его за руку.</p>
     <p>— Нет! Не надо! Прочитай вот это!</p>
     <p>Он остановился в нерешительности, но она настойчиво его удерживала. Устремленные на него глаза были полны слез, но в них также была решимость. Он подчинился и взял листки бумаги. Пока он читал, Груня рассматривала его широкий лоб, решительную челюсть, изучая лицо человека, который оставался ее единственным защитником.</p>
     <cite>
      <p><emphasis>«Дорогие дети!</emphasis></p>
      <p><emphasis>Я не могу больше ждать. Хаас не приехал, а время на исходе. Попытайтесь понять меня и — как сказал бы Холл — мое безумие. Я говорю о действии, которое мне предстоит совершить. Как руководитель Бюро убийств я принял на себя известные обязательства, и эти обязательства будут выполнены. Бюро никогда не терпело неудач, и оно не потерпит неудачи и теперь. Отказ от выполнения своего обязательства означал бы отрицание всего того, за что мы боролись. Я уверен, что только смерть могла помешать Хаасу выполнить свою миссию, но в нашей организации в таком случае обязательства переходят к другому. Как последний ее член я должен принять их на себя.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Я это делаю без сожаления. Бюро было моей жизнью, и так как ему пришел конец, должен прийти конец и Ивану Драгомилову. Не чувствую я и стыда; шаг, который я сделаю сегодня вечером, я сделаю с гордостью. Возможно, мы были не правы — вы, Холл, однажды убедили меня в этом. Но даже в нашей неправоте была правота.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Мы не отрицаем того, что убивали, и убивали много раз. Но в убийстве страшно не количество жертв, а качество. Смерть одного Сократа — значительно большее преступление против человечества, чем убийство орд дикарей, которые вел за собой Чингисханом в истребительное завоевание Азии, но кто в это верит? Публика — если бы она о нас узнала — осыпала бы наше Бюро проклятиями, хотя она всегда готова превозносить до небес бессмысленные и ненужные массовые убийства.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Вы мне не верите? Пройдитесь по паркам наших городов, по нашим скверам и площадям. Найдете ли вы памятник Аристотелю или Пейну? Или Спинозе? Нет; вместо них вы увидите полубогов с мечом в руке, что вели нас в кровопролитные походы, как только мы превратились из обезьян в людей. Последняя война с Испанией без сомнения заполнит как в Америке, так и в Испании немногие пустовавшие места героями на конях, поднявшими руку в знак кровавого приветствия и увековечивающими в бронзе победу насилия в битве за умы людей.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Все же я позволил убедить себя, что мы были не правы. Почему? Потому что, по сути дела, мы действительно были неправы. Мир должен научиться сознавать общую ответственность за справедливость; она не должна быть прерогативой горстки избранных — тех, что сами зачислили себя в избранные. Вот и сейчас отголоски грома, доносящиеся из Европы, предвещают самую гигантскую в истории человечества катастрофу; но спасение нужно искать в чувстве общей моральной ответственности — более всеобъемлющем, чем даже то, которое могли предложить мы. Оно должно явиться следствием растущего сознания и нравственной твердости самого мира.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Тут возникает одно сомнение, один вопрос. А что, если эта нравственная твердость не выработается? Тогда в каком-нибудь далеком будущем Бюро убийств может возродиться снова. Ибо о смертях, за которые мы ответственны, можно сказать следующее: не умер ни один человек, который этого не заслужил. Не умер ни один человек, смерть которого не принесла пользы человечеству. Сомневаюсь, чтобы то же самое можно было сказать о тех, чьи статуи будут воздвигнуты на площадях после того, как закончится очередная «последняя» война.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Но время истекает. Прошу вас, Холл, берегите Груню. Она — это жизнь, которую я завещаю этой земле, доказательство того, что ни один человек, хороший или плохой, не может пройти по земле, не оставив следа.</emphasis></p>
      <p><emphasis>В последний раз целую мою Груню. В последний раз жму руку вам, мой друг.</emphasis></p>
      <p><emphasis>Д.»</emphasis></p>
     </cite>
     <p>Холл поднял глаза и посмотрел на прекрасное лицо своей любимой.</p>
     <p>— И ты не пыталась его удержать?</p>
     <p>— Нет. — В ее взгляде была мужественная твердость. — Всю мою жизнь он ни в чем мне не отказывал. Он удовлетворял мое малейшее желание. — Ее глаза заволокли слезы; рот вздрагивал от усилий сдержать слезы. — Я так люблю его! Мне больше нечем отплатить ему за все.</p>
     <p>Холл обнял ее, удивляясь ее великой силе. Внезапно ее напряжение прорвалось потоком слез.</p>
     <p>— О, Винтер, может быть, я была неправа? — спрашивала она, судорожно к нему прильнув. — Неужели не права? Может быть, мне надо было умолять его сохранить свою жизнь?</p>
     <p>Он крепко прижал ее к себе, стараясь успокоить. Через открытую дверь он смотрел на гладкое море, поблескивающее в ярком лунном свете. Он увидел, как вдали промелькнула тень — чья-то легкая фигура неторопливо выгребала лодку на середину течения в ожидании Хугу-кай. Он не мог точно сказать, действительно ли видел это или представлял в воображении, но вдруг ему показалось, что человек в едва различимой лодке поднял руку, посылая им прощальное светлое приветствие.</p>
     <p>— Нет, — воскликнул он, сжимая ее еще крепче. — Нет, родная. Ты поступила правильно.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>План завершения книги, намеченный Джеком Лондоном</p>
     </title>
     <p>Взрыв должен произойти до истечения срока перемирия. Драгомилов узнает об этом.</p>
     <p>Брин встревожен, когда понимает смысл произошедшего.</p>
     <p>— Но я не могу предотвратить взрыв, любая попытка приостановить действие механизма вызовет мгновенный взрыв.</p>
     <p>Драгомилов:</p>
     <p>— Я вам помогу.</p>
     <p>Брин признателен. Брину доказывают, что он включил механизм в условиях перемирия.</p>
     <p>— Вы правы. Я, пожалуй, был неправ. Но выключить его я не могу. Я говорил вам об этом механизме. Эта машина замечательна тем, что она напоминает приказ Бюро. Если она пущена в ход, ее не сможет остановить никакая сила на свете. Она автоматически запирается. Даже слесарь не мог бы теперь извлечь часовой механизм.</p>
     <p>— Снимите его и выбросьте в залив.</p>
     <p>— Друзья, безумцы — неужели вы разрешите это сделать?</p>
     <p>— Они не могут его остановить, — с усмешкой сказал Гановер. — Неоспоримая логика стихии!</p>
     <p>— Вы что, собираетесь остаться здесь и взлететь на воздух? — со злостью спросил Холл.</p>
     <p>— Конечно, нет. Но Брин говорит, что у нас еще много времени. За десять минут мы успеем оказаться за пределами района поражения. Тем временем подумайте, как это замечательно придумано.</p>
     <p>Холла больше заботит, что станется с окружающими людьми.</p>
     <p>Брин:</p>
     <p>— Я ошибся в своих рассуждениях. Это доказывает несовершенство человеческого разума. Но, Гановер, стихия не ошибается. Не может ошибаться.</p>
     <p>Увлекшись спором, все забыли о том, что время уходит. Драгомилов встает и ласково кладет руку на плечо Луковиля, — ближе к шее. Говорит мягким тоном, — рука делает быстрое — незаметное движение. Японский прием. Хватает шляпу и пальто. Выбегает — Хаас бросается вслед — сталкивается со слугой — посуда летит на пол.</p>
     <p>— Дорогой друг, Луковиль, — говорит Гановер, глядя на него сквозь очки. — Ты уже никогда не ответишь.</p>
     <p>За шефом-таки осталось последнее слово.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Газеты на следующий день — «Сан-Франциско Экзаминер» — Таинственный взрыв в Заливе. Оглушена рыба. Виновник неизвестен.</p>
     <p>Телеграмма Драгомилова: «Еду в Лос-Анджелес. Буду там некоторое время. Приезжайте меня ловить».</p>
     <p>За обедом, когда Драгомилов восхвалял жизнь, полную приключений, — его обвинили в сентиментальности, эпикурействе (насмешки).</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>— Господа! — отчаянно воскликнул Холл. — Я обращаюсь к вам как к математикам. Этику можно свести до цифр. Зачем вам отдавать все ваши жизни за одну его? Господа, собратья-безумцы, подумайте. Выразите это положение в виде уравнения. Это ненаучно, нерационально. Более того, это безнравственно. С точки зрения высокой этики это будет бессмысленным актом и т. д.</p>
     <p>Они спорят. Они уступают.</p>
     <p>Драгомилов: — Умно сделали. А теперь перемирие. Мы, наверно, единственная группа людей в Соединенных Штатах или во всем мире, которая так доверяет друг другу. — Вытаскивает часы. — Сейчас 9 часов 30 минут. Пойдемте ужинать. Перемирие на два часа. После этого, если ничего не будет решено и ничто не изменится, пусть продолжается.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Холл теряет Груню, которая спасает Драгомилова и убегает вместе с ним. Холл шлет телеграммы, нападает на их след в Мексике, Вест-Индии, Панаме, Эквадоре — переводит телеграфом (пять раз) большую сумму Драгомилову и отправляется следом.</p>
     <p>Прибывает; узнает об их отъезде. Встречает Хааса и следует за ним. Отплывает на одном с ним парусном судне в Австралию. Там теряет Хааса.</p>
     <p>Шлет телеграммы, узнает, что они направляются на Таити. Встречается с ними на Таити. Женится на Груне. Появление Хааса.</p>
     <p>Трое — Драгомилов, Груня и Холл (муж и жена) живут на Таити до тех пор, пока не приезжают убийцы. Тогда Драгомилов ускользает на катере в Таиохаэ.</p>
     <p>Драгомилов уверяет других, что он в здравом уме; они даже не сумасшедшие, они глупцы. Они не могут понять переоценки ценностей, которую он осуществил.</p>
     <p>На песчаном островке Драгомилов ухитряется взорвать всю группу, кроме Хааса, который слишком умен. Под дом подводится мина.</p>
     <p>Драгомилов на острове Нукухива, деревня Таиохаэ, Маркизские острова. На берег выбрасывает потерпевший аварию катер и убийцу (Хааса). Здесь же почти столетием раньше нашел убежище Мелвилл. В то время как Драгомилов обследует на острове долину Тайпи, Холл и Груня пытаются обмануть Хааса и думают, что от него отделались.</p>
     <p>Драгомилов умирает победителем: убийца — Хаас — обнаруживает его на Маркизских островах только случайно — сам потерпев кораблекрушение. Чисто случайно. «Фактически я перехитрил организацию». Убийца и жертва обсуждают, как он должен умереть. Драгомилову предлагают медленно и безболезненно действующий яд. Соглашается его принять. Принимает. Умирает через час.</p>
     <p>Драгомилов: «Теперь давайте обсудим, почему наша организация должна быть распущена».</p>
     <p>Приезжают Груня и Холл. Шхуна останавливается на некотором расстоянии от берега. Они высаживаются на вельботе и успевают застать его в живых.</p>
     <p>После гибели всех, кроме Хааса, Холл завершает дело Бюро. Получает 117 тысяч долларов. Книги и мебель Драгомилова. Посылает глухонемого слугу поддерживать порядок в вилле Драгомилова в Эдж-Мур.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Набросок окончания романа, сделанный Чермейн Лондон</p>
     </title>
     <p>Плывет небольшая яхта, треугольный парус, в течение многих дней и ночей. Сатурналия убийства — великолепное описание бониты — сотни тысяч. Все на них охотятся. Полоса уничтожения — несколько миль в ширину — десятки тысяч птиц, всевозможные виды. Все охотятся на летающих рыб. Когда летающие рыбы попадают на борт, люди также устремляются на них. Сатурналия убийств их заражает. Птицы разбивают крылья о снасти, падают за борт, их разрывают на куски бониты; сверху нападают другие птицы. Туземные матросы ловят бониту, чтобы есть сырой — когда вытаскивают пойманных рыб, на них набрасываются их товарищи. Матросы вылавливают акулу — вскрывают, вытаскивают внутренности. Ее сердце бьется в руках человека — акулу швыряют за борт, она плавает, щелкает челюстями, когда рядом проплывают бониты. Груня потрясена зрелищем бьющегося сердца.</p>
     <p>Наконец безумие тропического солнца заражает и их. Начинает стрелять птиц, рыбу и т. д. из винтовки Холл, и она смотрит и аплодирует. Все убитые или раненые немедленно пожираются своими товарищами.</p>
     <p>Ирландский терьер оказывается за бортом, его сразу же разрывают на части бониты. Падает в воду ее красный платок и его тоже разрывают и т. д. Ничто не может избежать уничтожения.</p>
     <p>Так наступает трагически предопределенный конец, когда они плывут в шлюпке к берегу, акулы хватаются за весла. Косяк маленьких рыбешек выбрасывается на берег. Они идут вброд по этому серебряному прибою погибшей жизни и находят умирающего Драгомилова.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>РАССКАЗЫ</p>
    <empty-line/>
   </title>
   <section>
    <title>
     <p>Сын Волка</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Белое Безмолвие</p>
     </title>
     <p>— Кармен и двух дней не протянет.</p>
     <p>Мэйсон выплюнул кусок льда и уныло посмотрел на несчастное животное, потом, поднеся лапу собаки ко рту, стал опять скусывать лед, намерзший большими шишками у нее между пальцев.</p>
     <p>— Сколько я ни встречал собак с затейливыми кличками, все они никуда не годились, — сказал он, покончив со своим делом, и оттолкнул собаку. — Они слабеют и в конце концов издыхают. Ты видел, чтобы с собакой, которую зовут попросту Касьяр, Сиваш или Хаски, приключилось что-нибудь неладное? Никогда! Посмотри на Шукума: он…</p>
     <p>Раз! Отощавший пес взметнулся вверх, едва не вцепившись клыками Мэйсону в горло.</p>
     <p>— Ты что это придумал?</p>
     <p>Сильный удар по голове рукояткой бича опрокинул собаку в снег; она судорожно вздрагивала, с клыков у нее капала желтая слюна.</p>
     <p>— Я и говорю, посмотри на Шукума: Шукум маху не даст. Бьюсь об заклад, что не пройдет и недели, как он задерет Кармен.</p>
     <p>— А я, — сказал Мэйлмют Кид, переворачивая хлеб, оттаивающий у костра, — бьюсь об заклад, что мы сами съедим Шукума, прежде чем доберемся до места. Что ты на это скажешь, Руфь?</p>
     <p>Индианка бросила в кофе кусочек льда, чтобы осела гуща, перевела взгляд с Мэйлмюта Кида на мужа, затем на собак, но ничего не ответила. Столь очевидная истина не требовала подтверждения. Другого выхода им не оставалось. Впереди двести миль по непроложенному пути, еды хватит всего дней на шесть, а для собак и совсем ничего нет.</p>
     <p>Оба охотника и женщина придвинулись к костру и принялись за скудный завтрак. Собаки лежали в упряжке, так как это была короткая дневная стоянка, и завистливо следили за каждым их куском.</p>
     <p>— С завтрашнего дня никаких завтраков, — сказал Мэйлмют Кид, — и не спускать глаз с собак; они совсем от рук отбились, того и гляди, набросятся на нас, если подвернется удобный случай.</p>
     <p>— А ведь когда-то я был главой методистской общины и преподавал в воскресной школе!</p>
     <p>И, неизвестно к чему объявив об этом, Мэйсон погрузился в созерцание своих мокасин, от которых шел пар. Руфь вывела его из задумчивости, налив ему чашку кофе.</p>
     <p>— Слава богу, что у нас вдоволь чая. Я видел, как чай растет, дома, в Теннесси. Чего бы я теперь не дал за горячую кукурузную лепешку!.. Не горюй, Руфь, еще немного, и тебе не придется больше голодать, да и мокасины не надо будет носить.</p>
     <p>При этих словах женщина перестала хмуриться, и глаза ее засветились любовью к ее белому господину — первому белому человеку, которого она встретила, первому мужчине, который показал ей, что в женщине можно видеть не только животное или вьючную скотину.</p>
     <p>— Да, Руфь, — продолжал ее муж на том условном языке, единственно на котором они и могли объясняться друг с другом, — вот скоро мы выберемся отсюда, сядем в лодку белого человека и поедем к Соленой Воде. Да, плохая вода, бурная вода — словно водяные горы скачут вверх и вниз. А как ее много, как долго по ней ехать! Едешь десять снов, двадцать снов, сорок снов — для большей наглядности Мэйсон отсчитывал дни на пальцах, — и все время вода, плохая вода. Потом приедем в большое селение, народу много, все равно как мошкары летом. Вигвамы вот какие высокие — в десять, двадцать сосен!.. Эх!</p>
     <p>Он замолчал, не находя слов, и бросил умоляющий взгляд на Мэйлмюта Кида, потом старательно стал показывать руками, как это будет высоко, если поставить одну на другую двадцать сосен. Мэйлмют Кид насмешливо улыбнулся, но глаза Руфи расширились от удивления и счастья; она думала, что муж шутит, и такая милость радовала ее бедное женское сердце.</p>
     <p>— А потом сядем в… в ящик, и — пифф! — поехали. — В виде пояснения Мэйсон подбросил в воздух пустую кружку и, ловко поймав ее, закричал: — И вот — пафф! — уже приехали! О великие шаманы! Ты едешь в Форт Юкон, а я еду в Арктик-сити — двадцать пять снов. Длинная веревка оттуда сюда, я хватаюсь за эту веревку и говорю: «Алло, Руфь! Как живешь?» А ты говоришь: «Это ты, муженек?» Я говорю: «Да». А ты говоришь: «Нельзя печь хлеб: больше соды нет». Тогда я говорю: «Посмотри в чулане, под мукой. Прощай!» Ты идешь в чулан и берешь соды сколько нужно. И все время ты в Форте Юкон, а я — в Арктик-сити. Вот они какие, шаманы!</p>
     <p>Руфь так простодушно улыбнулась этой волшебной сказке, что мужчины покатились со смеху. Шум, поднятый дерущимися собаками, оборвал рассказы о чудесах далекой страны, и к тому времени, когда драчунов разняли, женщина уже успела увязать нарты, и все было готово, чтобы двинуться в путь.</p>
     <p>— Вперед, Лысый! Эй, вперед!</p>
     <p>Мэйсон ловко щелкнул бичом и, когда собаки начали, потихоньку повизгивая, натягивать постромки, уперся в поворотный шест<a l:href="#n_611" type="note">[611]</a> и сдвинул с места примерзшие нарты. Руфь следовала за ним со второй упряжкой, а Мэйлмют Кид, помогший ей тронуться, замыкал шествие. Сильный и суровый человек, способный свалить быка одним ударом, он не мог бить несчастных собак и по возможности щадил их, что погонщики делают редко. Ииой раз Мэйлмют Кид чуть не плакал от жалости, глядя на них.</p>
     <p>— Ну, вперед, хромоногие! — пробормотал он после нескольких тщетных попыток сдвинуть тяжелые нарты.</p>
     <p>Наконец его терпение было вознаграждено, и, повизгивая от боли, собаки бросились догонять своих собратьев.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_068.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Разговоры смолкли. Трудный путь не допускает такой роскоши. А езда на Севере — тяжкий, убийственный труд. Счастлив тот, кто ценою молчания выдержит день такого пути, и то еще по проложенной тропе.</p>
     <p>Но нет труда изнурительнее, чем прокладывать дорогу. На каждом шагу широкие плетеные лыжи проваливаются, и ноги уходят в снег по самое колено. Потом надо осторожно вытаскивать ногу — отклонение от вертикали на ничтожную долю дюйма грозит бедой, — пока поверхность лыжи не очистится от снега. Тогда шаг вперед — и начинаешь поднимать другую ногу, тоже по меньшей мере на пол-ярда. Кто проделывает это впервые, валится от изнеможения через сто ярдов, даже если до того он не зацепит одной лыжей за другую и не растянется во весь рост, доверившись предательскому снегу. Кто сумеет за весь день ни разу не попасть под ноги собакам, тот может с чистой совестью и с величайшей гордостью забираться в спальный мешок; а тому, кто пройдет двадцать снов по Великой Северной Тропе, могут позавидовать и боги.</p>
     <p>День клонился к вечеру, и подавленные величием Белого Безмолвия путники молча прокладывали себе путь. У природы много способов убедить человека в его смертности: непрерывное чередование приливов и отливов, ярость бури, ужасы землетрясения, громовые раскаты небесной артиллерии. Но всего сильнее, всего сокрушительнее— Белое Безмолвие в его бесстрастности. Ничто не шелохнется, небо ярко, как отполированная медь, малейший шепот кажется святотатством, и человек пугается звука собственного голоса. Единственная частица живого, передвигающаяся по призрачной пустыне мертвого мира, он страшится своей дерзости, остро сознавая, что он всего лишь червь. Сами собой возникают странные мысли, тайна вселенной ищет своего выражения. И на человека находит страх перед смертью, перед богом, перед всем миром, а вместе со страхом — надежда на воскресение и жизнь и тоска по бессмертию — тщетное стремление плененной материи; вот тогда-то человек остается наедине с богом.</p>
     <p>День клонился к вечеру. Русло реки делало тут крутой поворот, и Мэйсон, чтобы срезать угол, направил свою упряжку через узкий мыс. Но собаки никак не могли взять подъем. Нарты сползали вниз, несмотря на то, что Руфь и Мэйлмют Кид подталкивали их сзади. Еще одна отчаянная попытка; несчастные, ослабевшие от голода животные напрягли последние силы. Выше, еще выше — нарты выбрались на берег. Но тут вожак потянул упряжку вправо, и нарты наехали на лыжи Мэйсона. Последствия были печальные: Мэйсона сбило с ног, одна из собак упала, запутавшись в постромках, и нарты покатились вниз по откосу, увлекая за собой упряжку.</p>
     <p>Хлоп! Хлоп! Бич так и свистел в воздухе, и больше всех досталось упавшей собаке.</p>
     <p>— Перестань, Мэйсон! — вступился Мэйлмют Кид. — Несчастная и так при последнем издыхании. Постой, мы сейчас припряжем моих.</p>
     <p>Мэйсон выждал, когда тот кончит говорить, — и длинный бич обвился вокруг провинившейся собаки. Кармен — это была она — жалобно взвизгнула, зарылась в снег, потом перевернулась на бок.</p>
     <p>То была трудная, тягостная минута для путников: издыхает собака, ссорятся двое друзей. Руфь умоляюще переводила взгляд с одного на другого. Но Мэйлмют Кид сдержал себя, хотя глаза его и выражали горький укор, и, наклонившись над собакой, обрезал постромки. Никто не проронил ни слова. Упряжки спарили, подъем был взят; нарты снова двинулись в путь. Кармен из последних сил тащилась позади. Пока собака может идти, ее не пристреливают, у нее остается последний шанс на жизнь: дотащиться до стоянки, а там, может быть, люди убьют лося.</p>
     <p>Раскаиваясь в своем поступке, но из упрямства не желая сознаться в этом, Мэйсон шел впереди и не подозревал о надвигающейся опасности. Они пробирались сквозь густой кустарник в низине. Футах в пятидесяти в стороне высилась старая сосна. Века стояла она здесь, и судьба веками готовила ей такой конец — ей, а, может быть, заодно и Мэйсону.</p>
     <p>Он остановился завязать ослабнувший ремень на мокасине. Нарты стали, и собаки молча легли на снег. Вокруг стояла зловещая тишина, ни единого движения не было в осыпанном снегом лесу; холод и безмолвие заморозили сердце и сковали дрожащие уста природы. Вдруг в воздухе пронесся вздох; они даже не услышали, а скорее ощутили его как предвестника движения в этой неподвижной пустыне. И вот огромное дерево, склонившееся под бременем лет и тяжестью снега, сыграло свою последнюю роль в трагедии жизни. Мэйсон услышал треск, хотел было отскочить в сторону, но не успел он выпрямиться, как дерево придавило его, ударив по плечу.</p>
     <p>Внезапная опасность, мгновенная смерть — как часто Мэйлмют Кид сталкивался с тем и другим! Еще дрожали иглы на ветвях, а он уже успел отдать приказание женщине и кинуться на помощь. Индианка тоже не упала без чувств и не стала проливать ненужные слезы, как это сделали бы многие из ее белых сестер. По первому слову Мэйлмюта Кида она всем телом налегла на приспособленную в виде рычага палку, ослабляя тяжесть и прислушиваясь к стонам мужа, а Мэйлмют Кид принялся рубить дерево топором. Сталь весело звенела, вгрызаясь в промерзший ствол, и каждый удар сопровождался натужным, громким выдохом Мэйлмюта Кида.</p>
     <p>Наконец, Кид положил на снег жалкие останки того, что так недавно было человеком. Но страшнее мучений его товарища была немая скорбь в лице женщины и ее взгляд, исполненный и надежды и отчаяния. Сказано было мало: жители Севера рано познают тщету слов и неоценимое благо действий. При температуре в шестьдесят пять градусов ниже нуля<a l:href="#n_612" type="note">[612]</a> человеку нельзя долго лежать на снегу. С нарт срезали ремни, и несчастного Мэйсона закутали в звериные шкуры и положили на подстилку из веток. Запылал костер; на топливо пошло то самое дерево, что было причиной несчастья. Над костром устроили примитивный полог: натянули кусок парусины, чтобы он задерживал тепло и отбрасывал его вниз, — способ, хорошо известный людям, которые учатся физике у природы.</p>
     <p>Те, кто не раз делил ложе со смертью, узнают ее зов. Мэйсон был страшным образом искалечен. Это стало ясно даже при беглом осмотре: перелом правой руки, бедра и позвоночника; ноги парализованы; вероятно, повреждены и внутренние органы. Только редкие стоны несчастного свидетельствовали о том, что он еще жив.</p>
     <p>Никакой надежды, сделать ничего нельзя. Медленно тянулась безжалостная ночь. Руфь встретила ее со стоическим отчаянием, свойственным ее народу; на бронзовом лице Мэйлмюта Кида прибавилось несколько морщин. В сущности, меньше воего страдал Мэйсон, — он перенесся в Восточный Теннесси, к Великим Туманным Горам и вновь переживал свое детство. Трогательно звучала мелодия давно забытого южного города: он бредил о купании в озерах, об охоте на енота и набегах за арбузами. Для Руфи это были только невнятные звуки, но Кид понимал все, и каждое. слово отдавалось в его душе — так может сочувствовать только тот, кто долгие годы был лишен всего, что зовется цивилизацией.</p>
     <p>Утром умирающий пришел в себя, и Мэйлмют Кид наклонился к нему, стараясь уловить его шепот:</p>
     <p>— Помнишь, как мы встретились на Танане?.. Четыре года минет в ближайший ледоход… Тогда я не так уж любил ее, просто она была хорошенькая… вот и увлекся. А потом привязался к ней. Она была хорошей женой, в трудную минуту всегда рядом. А уж что касается нашего промысла, сам знаешь — равной ей не сыскать… Помнишь, как она переплыла пороги Оленьи Рога и сняла нас с тобой со скалы, да еще под градом пуль, хлеставших по воде? А голод в Нуклукайто? А как она бежала по льдинам, торопилась скорее передать нам вести? Да, Руфь была мне хорошей женой — лучшей, чем та, другая… Ты не знал, что я был женат? Я не говорил тебе? Да, попробовал раз стать женатым человеком… дома, в Штатах. Оттого-то и попал сюда. А ведь вместе росли. Уехал, чтобы дать ей повод к разводу. Она его получила.</p>
     <p>Руфь — дело другое. Я думал покончить здесь со всем и уехать в будущем году вместе с ней. Но теперь поздно об этом говорить. Не отправляй Руфь назад к ее племени, Кид. Слишком трудно ей будет там. Подумай только: почти четыре года есть с нами бобы, бекон, хлеб, сушеные фрукты — и после этого опять рыба да оленина! Узнать более легкую жизнь, привыкнуть к ней, а потом вернуться к старому. Ей будет трудно. Позаботься о ней, Кид… Почему бы тебе… да нет, ты всегда сторонился женщин… Я ведь так и не узнаю, что тебя привело сюда. Будь добр к ней и отправь ее в Штаты как можно скорее. Но если она будет тосковать по родине, помоги ей вернуться.</p>
     <p>Ребенок… он еще больше сблизил нас, Кид. Хочу надеяться, что будет мальчик. Ты только подумай, Кид! Плоть от плоти моей. Нельзя, чтобы он оставался здесь.</p>
     <p>А если девочка… нет, этого не может быть… Продай мои шкуры: за них можно выручить тысяч пять, и еще столько же у меня за Компанией. Устраивай мои дела вместе со своими. Думаю, что наша заявка себя оправдает… Дай ему хорошее образование… а главное, Кид, чтобы он не возвращался сюда. Здесь не место белому человеку.</p>
     <p>Моя песенка спета, Кид. В лучшем случае — три или четыре дня. Вам надо идти дальше. Вы должны идти дальше! Помни, это моя жена, мой сын… Господи! Только бы мальчик! Не оставайтесь со мной. Я приказываю вам уходить. Послушайся умирающего!</p>
     <p>— Дай мне три дня! — взмолился Мэйлмют Кид. — Может быть, тебе станет легче; еще неизвестно, как все обернется.</p>
     <p>— Нет.</p>
     <p>— Только три дня.</p>
     <p>— Уходите!</p>
     <p>— Два дня.</p>
     <p>— Это моя жена и мой сын, Кид. Не проси меня.</p>
     <p>— Один день!</p>
     <p>— Нет! Я приказываю!</p>
     <p>— Только один день! Мы как-нибудь протянем с едой; я, может быть, подстрелю лося.</p>
     <p>— Нет!.. Ну ладно: один день, и ни минуты больше. И еще, Кид: не оставляй меня умирать одного. Только один выстрел, только раз нажать курок. Ты понял? Помни это. Помни!.. Плоть от плоти моей, а я его не увижу… Позови ко мне Руфь. Я хочу проститься с ней… скажу, чтобы помнила о сыне и не дожидалась, пока я умру. А не то она, пожалуй, откажется идти с тобой. Прощай, друг, прощай! Кид, постой… надо копать выше. Я намывал там каждый раз центов на сорок. И вот еще что, Кид…</p>
     <p>Тот наклонился ниже, ловя последние, едва слышные слова — признание умирающего, смирившего свою гордость.</p>
     <p>— Прости меня… ты знаешь за что… за Кармен.</p>
     <p>Оставив плачущую женщину подле мужа, Мэйлмют Кид натянул на себя парку<a l:href="#n_613" type="note">[613]</a> надел лыжи и, прихватив ружье, скрылся в лесу. Он не был новичком в схватке с суровым Севером, но никогда еще перед ним не стояла столь трудная задача. Если рассуждать отвлеченно, это была простая арифметика — три жизни против одной, обреченной. Но Мэйлмют Кид колебался. Пять лет дружбы связывали его с Мэйсоном — в совместной жизни на стоянках и приисках, в странствиях по рекам и тропам, в смертельной опасности, которую они встречали плечом к плечу на охоте, в голод, в наводнение. Так прочна была их связь, что он часто чувствовал смутную ревность к Руфи, с первого дня, как она стала между ними. А теперь эту связь надо разорвать собственной рукой.</p>
     <p>Он молил небо, чтобы оно послало ему лося, только одного лося, но, казалось, зверь покинул страну, и под вечер, выбившись из сил, он возвращался с пустыми руками и с тяжелым сердцем. Оглушительный лай собак и пронзительные крики Руфи заставили его ускорить шаг.</p>
     <p>Подбежав к стоянке, Мэйлмют Кид увидел, что индианка отбивается топором от окружившей ее рычащей своры. Собаки, нарушив железный закон своих хозяев, набросились на съестные припасы. Кид поспешил на подмогу, действуя прикладом ружья, и древняя трагедия естественного отбора разыгралась во всей своей первобытной жестокости. Ружье и топор размеренно поднимались и опускались, то попадая в цель, то мимо; собаки, извиваясь, метались из стороны в сторону, яростно сверкали глаза, слюна капала с оскаленных морд. Человек и зверь исступленно боролись за господство. Потом избитые собаки уползли подальше от костра, зализывая раны и обращая к звездам жалобный вой.</p>
     <p>Весь запас вяленой рыбы был уничтожен, и на дальнейший путь в двести с лишком миль осталось не более пяти фунтов муки. Руфь снова подошла к мужу, а Мэйлмют Кид освежевал одну из собак, череп которой был проломлен топором, и нарубил кусками еще теплое мясо. Все куски он спрятал в надежное место, а шкуру и требуху бросил недавним товарищам убитого пса.</p>
     <p>Утро принесло новые заботы. Собаки грызлись между собой. Свора набросилась на Кармен, которая все еще цеплялась за жизнь. Посыпавшиеся на них удары бича не помогли делу. Собаки взвизгивали и припадали к земле, но только тогда разбежались, когда от Кармен не осталось ни костей, ни клочка шерсти.</p>
     <p>Мэйлмют Кид принялся за работу, прислушиваясь к бреду Мэйсона, который снова перенесся в Теннесси, снова произносил несвязные проповеди, убеждая в чем-то своих собратьев.</p>
     <p>Сосны стояли близко, и Мэйлмют Кид быстро делал свое дело: Руфь наблюдала, как он сооружает хранилище, какие устраивают охотники, желая уберечь припасы от росомах и собак. Он нагнул верхушки двух сосенок почти до земли и связал их ремнями из оленьей кожи. Затем, ударами бича смирив собак, запряг их в нарты и погрузил туда все, кроме шкур, в которые был закутан Мэйсон. Товарища он обвязал ремнями, прикрепив концы их к верхушкам сосен. Один взмах ножа — и сосны выпрямятся и поднимут тело высоко над землей.</p>
     <p>Руфь безропотно выслушала последнюю волю мужа. Бедняжку не надо было учить послушанию. Еще девочкой она вместе со всеми женщинами своего племени преклонялась перед властелином всего живущего, перед муж-иной, которому не подобает прекословить. Кид не стал утешать Руфь, когда та напоследок поцеловала мужа, — ее народ не знает такого обычая, — а потом отвел ее к передним нартам и помог надеть лыжи. Как слепая, она машинально взялась за шест, взмахнула бичом и, погоняя собак, двинулась в путь. Тогда он вернулся к Мэйсону, впавшему в беспамятство; Руфь уже давно скрылась из виду, а он все сидел у костра, ожидая смерти друга и моля, чтобы она пришла скорее.</p>
     <p>Нелегко оставаться наедине с горестными мыслями среди Белого Безмолвия. Безмолвие мрака милосердно, оно как бы защищает человека, согревая его неуловимым сочувствием, а прозрачно-чистое и холодное Белое Безмолвие, раскинувшееся под стальным небом, безжалостно.</p>
     <p>Прошел час, два — Мэйсон все не умирал. В полдень солнце, не показываясь над горизонтом, озарило небо красноватым светом, но он вскоре померк. Мэйлмют Кид встал, заставил себя подойти к Мэйсону и огляделся по сторонам. Белое Безмолвие словно издевалось над ним. Его охватил страх. Раздался короткий выстрел. Мэйсон взлетел ввысь, в свою воздушную гробницу, а Мэйлмют Кид, нахлестывая собак, во весь опор помчался прочь по снежной пустыне.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Сын Волка</p>
     </title>
     <p>Мужчина редко понимает, как много значит для него близкая женщина, — во всяком случае, он не ценит ее по-настоящему, пока не лишится семьи. Он не замечает тончайшего, неуловимого тепла, создаваемого присутствием женщины в доме; но едва оно исчезнет, в жизни его образуется пустота, и он смутно тоскует о чем-то, сам не зная, чего же ему недостает. Если его товарищи не более умудрены опытом, чем он сам, они с сомнением покачают головами и начнут пичкать его сильно действующими лекарствами. Но голод не отпускает — напротив, мучит все сильней; человек теряет вкус к обычному, повседневному существованию, становится мрачен и угрюм; и вот в один прекрасный день, когда сосущая пустота внутри становится нестерпимой, его, наконец, осеняет.</p>
     <p>Когда такое случается с человеком на Юконе, он обычно снаряжает лодку, если дело происходит летом, а зимою запрягает своих собак — и устремляется на юг. Несколько месяцев спустя, если он одержим Севером, он возвращается сюда вместе с женою, которой придется разделить с ним любовь к этому холодному краю, а заодно все труды и тяготы. Вот лишнее доказательство чисто мужского эгоизма! И тут поневоле вспоминается история, приключившаяся с Бирюком Маккензи в те далекие времена, когда Клондайк<a l:href="#n_614" type="note">[614]</a> еще не испытал золотой лихорадки и нашествия <emphasis>чечако</emphasis><a l:href="#n_615" type="note">[615]</a> и славился только как место, где отлично ловится лосось.</p>
     <p>В Бирюке Маккензи с первого взгляда можно было узнать пионера, осваивателя земель. На лицо его наложили отпечаток двадцать пять лет непрерывной борьбы с грозными силами, природы; и самыми тяжкими были последние два года, проведенные в поисках золота, таящегося под сенью Полярного круга. Когда щемящее чувство пустоты овладело Бирюком, он не удивился, так как был человек практический и уже встречал на своем веку людей, пораженных тем же недугом. Но он ничем не обнаружил своей болезни, только стал работать еще яростнее. Все лето он воевал с комарами и, разжившись снаряжением под долю в будущей добыче, занимался промывкой песка в низовьях реки Стюарт. Потом связал плот из солидных бревен, спустился по Юкону до Сороковой Мили и построил себе отличную хижину. Это было такое прочное и уютное жилище, что немало нашлось охотников разделить его с Бирюком. Но он несколькими словами, на удивление краткими и выразительными, разбил вдребезги все их надежды и закупил в ближайшей фактории двойной запас провизии.</p>
     <p>Как уже сказано, Маккензи был человек практический. Обычно, чего-нибудь захотев, он добивался желаемого и при этом по возможности не изменял своим привычкам и не уклонялся от своего пути. Тяжкий труд и испытания были Бирюку не в новинку, однако ему ничуть не улыбалось проделать шестьсот миль по льду на собаках, потом плыть за две тысячи миль через океан и, наконец, еще ехать добрую тысячу миль до мест, где он жил прежде, — и все это лишь затем, чтоб найти себе жену. Жизнь слишком коротка. А потому он запряг своих собак, привязал к нартам несколько необычный груз и двинулся по направлению к горному хребту, на западных склонах которого берет начало река Танана.</p>
     <p>Он был неутомим в пути, а его собаки считались самой выносливой, быстроногой и неприхотливой упряжкой на Юконе. И три недели спустя он появился в становище племени стиксов с верховий Тананы. Все племя пришло в изумление, увидев его. О стиксах с верховий Тананы шла дурная слава; им не раз случалось убивать белых из-за такого пустяка, как острый топор или сломанное ружье.</p>
     <p>Но Бирюк Маккензи пришел к ним один, и во всей его повадке была очаровательная смесь смирения, непринужденности, хладнокровия и нахальства. Нужно большое искусство и глубокое знание психологии дикаря, чтобы успешно пользоваться столь разнообразным оружием; но Маккензи был великий мастер в этих делах и хорошо знал, когда надо подольститься, а когда метать громы и молнии.</p>
     <p>Прежде всего он засвидетельствовал свое почтение вождю племени Тлинг-Тиннеху, преподнес ему несколько фунтов черного чаю и табаку и тем завоевал его благосклонность. Затем свел знакомство с мужчинами и девушками племени и в тот же вечер задал им потлач.<a l:href="#n_616" type="note">[616]</a> В снегу была вытоптана овальная площадка около ста футов в длину и двадцать пять в ширину. Посередине развели огромный костер, по обе его стороны настлали еловых веток. Все племя высыпало из вигвамов, и добрая сотня глоток затянула в честь гостя индейскую песню.</p>
     <p>За эти два года Бирюк Маккензи выучился языку индейцев — запомнил несколько сот слов, одолел гортанные звуки, затейливые формы и обороты, выражения почтительности, частицы и приставки. И вот он стал ораторствовать, подделываясь под их речь, полную первобытной поэзии, не скупясь на аляповатые красоты и корявые метафоры. Тлинг-Тиннех и шаман отвечали ему в том же стиле, потом он оделил мужчин мелкими подарками, вместе с ними распевал песни и показал себя искусным игроком в их любимой азартной игре «пятьдесят два».</p>
     <p>Итак, они курили его табак и были очень довольны. Однако молодежь племени держалась по-иному — тут чувствовались и вызов и похвальба; и нетрудно было понять, в чем дело, — стоило прислушаться к хихиканью молодых девушек и грубым намекам беззубых старух. Они знавали не так уж много белых людей — Сыновей Волка, — но эти немногие преподали им кое-какие уроки.</p>
     <p>При всей своей кажущейся беззаботности Бирюк Маккензи отлично это замечал. По правде сказать, забравшись на ночь в спальный мешок, он все обдумал еще раз, обдумал с величайшей серьезностью и немало трубок выкурил, разрабатывая план кампании. Из всех девушек только одна привлекла его внимание, и не кто-нибудь, а сама Заринка, дочь вождя. Она резко выделялась среди своих соплеменниц; черты ее лица, фигура, осанка больше отвечали представлениям белого человека о красоте. Он добьется этой девушки, и возьмет ее в жены и назовет… да, он будет звать ее Гертрудой! Придя к этому решению, Маккензи повернулся на бок и уснул — истинный сын рода победителей.</p>
     <p>Это была нелегкая задача, она требовала времени и труда, но Бирюк Маккензи действовал хитро, и вид у него при этом был самый беспечный, что совсем сбивало индейцев с толку. Он постарался доказать мужчинам, что он превосходный стрелок и бесподобный охотник, и все становище рукоплескало ему, когда он уложил лося выстрелом с шестисот ярдов. Однажды вечером он посетил вождя Тлинг-Тиннеха в его вигваме из лосиных и оленьих шкур; он хвастал без удержу и не скупился на табак. Не упустил он случая оказать ту же честь и шаману: он ведь хорошо понимал, как прислушивается племя к слову колдуна, и хотел непременно заручиться его поддержкой. Но сей почтенный муж держался до крайности надменно, не пожелал сменить гнев на милость, и Маккензи уверенно занес его в список будущих противников.</p>
     <p>Случая поговорить с Заринкой не представлялось, но Маккензи то и дело поглядывал на нее, давая понять, каковы его намерения. И она, разумеется, отлично поняла его, но из кокетства окружала себя целой толпой женщин всякий раз, как мужчины были далеко и Бирюк мог бы к ней подойти. Но он не торопился; притом он знал, что она поневоле думает о нем, — так пусть подумает еще денек-другой, это ему только на руку.</p>
     <p>Наконец однажды вечером он решил, что настало время действовать; внезапно поднявшись, он вышел из душного, прокуренного жилища вождя и быстро прошел в соседний вигвам. Заринка по обыкновению сидела окруженная женщинами и молодыми девушками; все они были заняты делом: шили мокасины или расшивали бисером одежду. Маккензи встретили взрывом смеха, посыпались шуточки по адресу его и Заринки; но он без церемоний, одну за другой, вышвырнул женщин из вигвама прямо на снег, и они разбежались по становищу, чтобы всем рассказать о случившемся.</p>
     <p>Он весьма убедительно изложил Заринке все, что хотел сказать, на ее родном языке (его языка она не знала) и часа через два собрался уходить.</p>
     <p>— Так, значит, Заринка пойдет жить в вигвам белого человека? Хорошо! Сейчас я поговорю с твоим отцом, может быть, он еще и не согласен. Я дам ему много даров, но пусть он не спрашивает лишнего. А вдруг он скажет «нет», говоришь ты? Что ж, хорошо! Заринка все равно пойдет в вигвам белого человека.</p>
     <p>Он уже поднял шкуру, которой был завешен вход, но тут девушка негромко окликнула его, и он тотчас вернулся. Она опустилась на колени на устилавший пол медвежий мех; лицо ее сияло тем светом, каким светятся лица истинных дочерей Евы; она робко расстегнула тяжелый пояс Маккензи. Он смотрел на нее с недоумением, опасливо прислушиваясь к каждому шороху снаружи. Но следующий жест девушки рассеял его подозрения, и он улыбнулся, польщенный. Она достала из мешка, где лежало ее рукоделие, ножны из шкуры лося; на них были вышиты бисером яркие фантастические узоры. Вытащила большой охотничий нож Маккензи, почтительно поглядела на острое лезвие, осторожно потрогала его пальцем и вложила в новые ножны. Потом надела их на пояс и сдвинула на обычное место — у левого бедра.</p>
     <p>Право же, это было совсем как сцена из далекой старины: дама и ее рыцарь. Маккензи поднял девушку на ноги и коснулся усами ее алых губ — для нее это была незнакомая, чуждая ласка, ласка Волка. Так встретился каменный век с веком стали.</p>
     <empty-line/>
     <p>Когда Бирюк Маккензи с объемистым свертком под мышкой вновь появился на пороге шатра Тлинг-Тиннеха, вокруг чувствовалось необычайное оживление. Дети бегали по становищу, стаскивали сучья и хворост для потлача, болтовня женщин стала громче, молодые охотники сходились кучками и мрачно переговаривались, а из жилища шамана доносились зловещие звуки заклинаний.</p>
     <p>Вождь сидел один со своей женой, смотревшей прямо перед собой тусклыми, остановившимися глазами, но Маккензи тотчас понял, что то, о чем он собирается говорить, тут уже известно. Он передвинул вышитые бисером ножны на самое видное место — в знак того, что обручение совершилось, и немедля приступил к делу.</p>
     <p>— О Тлинг-Тиннех, могучий повелитель племени стиксов и всей страны Танана, властелин лосося и медведя, лося и оленя! Белого человека привела к тебе великая цель. Уже много лун жилище его пусто, и он одинок. Сердце его тоскует в тиши и томится о женщине — пусть сидит рядом с ним в его жилище, пусть встречает его, когда он возвращается с охоты, разводит огонь в очаге и готовит пищу. Белому человеку чудились странные вещи, он слышал топот маленьких мокасин и детские голоса. И однажды ночью ему было видение. Ворон — твой предок, великий Ворон, отец племени стиксов — явился ему и заговорил с ним. И вот что сказал Ворон одинокому белому человеку: «Надень мокасины, и стань на лыжи, и нагрузи свои нарты припасами для многих переходов и богатыми дарами, предназначенными вождю Тлинг-Тиннеху, ибо ты должен обратиться лицом в ту сторону, где прячется за край земли весеннее солнце, и держать путь в края, где охотится великий Тлинг-Тиннех. Туда привезешь ты щедрые подарки, и сын мой — Тлинг-Тиннех — станет тебе отцом. В его вигваме есть девушка, в которую я для тебя вдохнул дыхание жизни. Эту девушку возьмешь ты в жены». Так говорил великий Ворон, о вождь. Вот почему я кладу эти дары к твоим ногам. Вот почему я пришел взять в жены твою дочь.</p>
     <p>Старый вождь царственным жестом плотнее завернулся в свою меховую одежду, но медлил с ответом. В это время в шатер проскользнул мальчишка, сообщил, что вождя ждут на совет племени, и тотчас исчез.</p>
     <p>— О белый человек, которого мы назвали Грозой Лосей, известный также под именем Волка и Сына Волка!</p>
     <p>Мы знаем, ты происходишь из великого племени; мы горды тем, что ты был нашим гостем; но кета не пара лососю. Так и Волк не пара Ворону.</p>
     <p>— Неверно! — воскликнул Маккензи. — Я встречал дочерей Ворона в лагерях Волка — у Мортимера, у Треджидго, у Бэрнеби, — в его жилище скво<a l:href="#n_617" type="note">[617]</a> вошла два ледохода назад; и я слышал, что есть еще и другие, хоть и не видел их собственными глазами.</p>
     <p>— Ты говоришь правду, мой сын, но это дурные браки: все равно что брак воды с песком, снежинки с солнцем. А встречал ли ты человека по имени Мэйсон и его скво? Нет? Он первым из Волков пришел сюда, десять ледоходов тому назад. С ним был великан, могучий, как медведь гризли, и стройный, как побег ивы, с сердцем, точно полная луна летом. Так вот, его…</p>
     <p>— Да это Мэйлмют Кид! — прервал Маккензи, узнав по описанию личность, хорошо известную всем на Севере.</p>
     <p>— Это он, великан. Но видел ли ты когда-нибудь скво Мэйсона? Она родная сестра Заринки.</p>
     <p>— Нет, вождь, я не видал ее, но слышал о ней. Далеко-далеко на Севере обрушилась под тяжестью лет вековая сосна и, падая, убила Мэйсона. Но любовь его была велика, и у него было много золота. Женщина взяла золото, взяла сына, которого оставил он ей, и пустилась в долгий путь, и через несчетное множество переходов прибыла в страну, где и зимой светит солнце… Там она живет до сих пор, там нет свирепых морозов, нет снега, летом в полночь не светит солнце, а зимой в полдень не царит мрак.</p>
     <p>Тут их прервал второй гонец и сказал, что вождя требуют в совет. Вышвырнув его в снег, Маккензи мельком заметил раскачивающиеся фигуры вокруг огня, где собрался совет племени, услышал размеренное пение низких мужских голосов и понял, что шаман раздувает гнев в людях племени. Время не ждало. Маккензи обернулся к вождю.</p>
     <p>— Слушай! — сказал он. — Я хочу взять твою дочь в жены. Смотри: вот табак, вот чай, много чашек сахару, вот теплые одеяла и большие, крепкие платки, а вот настоящее ружье, и к нему много патронов и много пороха.</p>
     <p>— Нет, — возразил старик, силясь не поддаться соблазну огромного богатства, разложенного перед ним. — Сейчас собралось на совет мое племя. Оно не захочет, чтоб я отдал тебе Заринку.</p>
     <p>— Но ведь ты вождь.</p>
     <p>— Да, но юноши наши разгневаны, потому что Волки отнимают у них невест.</p>
     <p>— Слушай, Тлинг-Тиннех! Прежде чем эта ночь перейдет, в день, Волк погонит своих собак к Восточным Горам и дальше — на далекий Юкон. И Заринка будет прокладывать путь его собакам.</p>
     <p>— А может быть, прежде чем эта ночь достигнет середины, мои юноши бросят мясо Волка собакам, и кости его будут валяться под снегом, пока снег не растает под весенним солнцем.</p>
     <p>Угроза в ответ на угрозу. Бронзово-смуглое лицо Маккензи залилось краской. Он возвысил голос. Старуха, жена вождя, до этой минуты остававшаяся бесстрастной зрительницей, попыталась проскользнуть мимо него к выходу. Пение оборвалось, послышался гул множества голосов; Маккензи грубо отбросил старуху на ее ложе из шкур.</p>
     <p>— Снова я взываю к тебе — слушай, о Тлинг-Тиннех! Волк умирает, сомкнув челюсти, и вместе с ним навсегда уснут десять сильнейших мужчин твоего племени, — а в мужчинах будет нужда, время охоты только начинается, и до начала рыбной ловли осталось не так уж много лун. И что пользы тебе от того, что я умру? Я знаю обычаи твоего народа: не много из моих богатств придется на твою долю. Отдай мне твою дочь — и все достанется тебе одному. И еще скажу тебе: сюда придут мои братья — их много, и они ненасытны, — и дочери Ворона станут рождать детей в жилищах Волка. Мое племя сильнее твоего. Такова судьба. Отдай мне дочь, и все эти богатства — твои.</p>
     <p>Снаружи заскрипел под мокасинами снег. Маккензи вскинул ружье и расстегнул кобуры обоих револьверов на поясе.</p>
     <p>— Отдай, о Тлинг-Тиннех!</p>
     <p>— Но мой народ скажет «нет»!</p>
     <p>— Отдай, и это богатство — твое. А с твоим народом я поговорю потом.</p>
     <p>— Пусть будет, как хочет Волк. Я возьму дары, но помни, я тебя предупреждал.</p>
     <p>Маккензи передал ему подарки, не забыв поднять предохранитель ружья, и дал в придачу ослепительно пестрый шелковый платок. Тут вошел шаман в сопровождении пяти или шести молодых воинов, но Маккензи дерзко растолкал их и вышел из шатра.</p>
     <p>— Собирайся! — вместо приветствия коротко бросил он Заринке, проходя мимо ее вигвама, и поспешно стал запрягать собак.</p>
     <p>Через несколько минут он явился на совет, ведя за собой свою упряжку; девушка шла бок о бок с ним. Он занял место в верхнем конце утоптанной площадки, рядом с вождем. Заринке он указал место слева от себя, на шаг позади, как ей и подобало. Притом в час, когда можно ждать недоброго, надо, чтобы кто-нибудь охранял тебя с тыла.</p>
     <p>Справа и слева склонились к огню мужчины, голоса их слились в древней, полузабытой песне. Нельзя сказать, чтобы она была красива, эта песня, — вся из странных, неожиданных переходов, внезапных пауз, навязчивых повторений. Вернее всего, пожалуй, назвать ее страшной. В дальнем конце площадки с десяток женщин кружились перед шаманом в обрядовой пляске. И шаман гневно выговаривал тем, кто недостаточно самозабвенно отдавался исполнению обряда. Наполовину окутанные распущенными черными, как вороново крыло, волосами, женщины медленно раскачивались взад и вперед, и тела их изгибались, покорные непрестанно меняющемуся ритму.</p>
     <p>Странное это было зрелище, чистейший анахронизм. Дальше к югу был на исходе девятнадцатый век, истекали последние годы его последнего десятилетия, — а здесь процветал первобытный человек, тень доисторического пещерного жителя, забытый обломок Древности. Большие рыжие псы сидели рядом со своими одетыми в звериные шкуры хозяевами или дрались из-за места у огня, и отблески костра играли в их налитых кровью глазах, на влажных клыках. Дремучий лес, окутанный призрачным снежным покровом, спал непробудно, не тревожимый происходящим. Белое Безмолвие, на краткий миг отброшенное к дебрям, обступившим становище, словно готовилось вновь заполонить все; звезды дрожали и плясали в небе, как всегда в пору Великого Холода, и Полярные Духи раскинули по всему небосклону свои сияющие огненные одежды.</p>
     <p>Бирюк Маккензи, смутно сознавая дикое величие этой картины, обвел взглядом ряды неподвижных фигур в меховых одеждах, высматривая, кого не хватает. На мгновение глаза его остановились на новорожденном младенце, мирно сосавшем обнаженную грудь матери. Было сорок градусов ниже нуля — семьдесят с лишним градусов мороза. Маккензи подумал о нежных женщинах своего народа и хмуро улыбнулся. И, однако, он, рожденный одною из тех нежных женщин, унаследовал то, что давало ему и его сородичам власть над сушей и морем, над животными и людьми во всех краях земли. Один против ста, в недрах арктической зимы, вдалеке от родных мест, чувствовал он зов этого наследия — волю к власти, безрассудную любовь к опасностям, боевой пыл, решимость победить или умереть.</p>
     <p>Пение и пляски прекратились, и шаман разразился речью. Сложными и запутанными примерами из богатой мифологии индейцев он умело действовал на легковерных слушателей. Он говорил сильно и убедительно. Воплощению мирного созидательного начала — Ворону — он противопоставил Волка-Маккензи, заклеймив его как воплощение начала воинственного и разрушительного. Борьба этих начал не только духовная, борются и люди — каждый во имя своего тотема.<a l:href="#n_618" type="note">[618]</a> Племя стиксов — дети Джелкса, Ворона, носителя прометеева огня; Маккензи — сын Волка, иными словами — дьявола. Пытаться приостановить эту извечную войну двух начал, отдавать дочерей племени в жены заклятому врагу — значит совершать величайшее предательство и кощунство. Самые резкие слова, самые гнусные оскорбления еще слишком мягки для Маккензи — ядовитого змея, коварно пытающегося вкрасться к ним в доверие, посланника самого сатаны. Тут слушатели глухо, грозно заворчали, а шаман продолжал:</p>
     <p>— Джелкс всемогущ, братья мои! Не он ли принес на землю небесный огонь, чтобы мы могли согреться? Не он ли извлек солнце, месяц и звезды из их небесных нор, чтобы мы могли видеть? Не он ли научил нас бороться с духами Голода и Мороза? А ныне Джелкс разгневался на своих детей, и от племени осталась жалкая горсточка, и Джелкс не поможет им. Ибо они забыли его, они дурно поступают, и идут по дурным тропам, и вводят его врагов в свои вигвамы, и сажают у своего очага. И Ворон скорбит о злонравии своих детей. Но, когда они поймут глубину своего падения и докажут, что они вернулись к Джелксу, он выйдет из мрака им на помощь. О братья! Носитель Огня поведал шаману свою волю, — теперь выслушайте ее вы. Пусть юноши отведут девушек в свои вигвамы, а сами ринутся на Волка, и пусть их ненависть не ослабевает! Тогда женщины будут рождать детей, и народ Ворона станет многочисленным и могущественным. И Ворон выведет великие племена их отцов и дедов с Севера, и они будут сражаться с Волками, пока не превратят их в ничто, в пепел прошлогоднего костра, а сами снова станут властелинами всей страны. Так сказал Джелкс, Ворон!</p>
     <p>Услышав эту весть о близком пришествии мессии, стиксы с хриплым воплем вскочили на ноги. Маккензи высвободил большие пальцы из рукавиц и ждал. Раздались крики: «Лис! Лис!» Они становились все громче; наконец один из молодых охотников выступил вперед и заговорил:</p>
     <p>— Братья! Шаман сказал мудрые слова. Волки отнимают наших женщин, и некому рождать нам детей. Нас осталась горсточка. Волки отнимают у нас теплые меха и дают нам взамен злого духа, живущего в бутылке, и одежды, сделанные не из шкуры бобра или рыси, но из травы. И эти одежды не дают тепла, и наши люди умирают от непонятных болезней. У меня, Лиса, нет жены. А почему? Дважды девушки, которые нравились мне, уходили в становище Волка. Вот и сейчас отложил я шкуры бобра, лося, оленя, чтобы завоевать благосклонность Тлинг-Тиннеха и взять в жены его дочь Заринку. И вот, смотрите, она встала на лыжи и готова прокладывать путь собакам Волка. И я говорю не за себя одного. То же самое мог бы сказать Медведь. Он тоже пожелал стать отцом детей Заринки и тоже приготовил много шкур, чтобы отдать Тлинг-Тиннеху. Я говорю за всех молодых охотников, у которых нет жен. Волки вечно голодны. И всегда они берут себе лучшие куски, а Воронам достаются жалкие остатки.</p>
     <p>— Посмотрите, вот Гукла! — и Лис бесцеремонно ука-зал на одну из женщин; она была хромая. — Ноги ее искривлены, точно борта лодки. Она не может собирать дрова и хворост, не может носить за охотниками убитую дичь. Выбрали ее Волки?</p>
     <p>— О! О! — вскричали собратья Лиса.</p>
     <p>— Вот Мойри, — продолжал он. — Злой дух перекосил ей глаза. Даже младенцы пугаются, глядя на нее, и, говорят, сам медведь уступает ей дорогу. Выбрали ее Волки?</p>
     <p>И снова грозный гул одобрения.</p>
     <p>— А вот сидит Писчет. Она не слышит моих слов. Никогда она не слышала ни веселой беседы, ни голоса своего мужа, ни лепета своего ребенка. Она живет в Белом Безмолвии. Разве Волки хотя бы взглянули на нее? Нет! Им достается отборная добыча, нам — остатки. Братья, больше так быть не должно! Довольно Волкам рыскать у наших костров! Время настало!</p>
     <p>Гигантское огненное полотнище северного сияния — пурпурное, зеленое, желтое пламя — затрепетало в небе, охватив его от края до края. И Лис, запрокинув голову и воздев руки к небесам, воскликнул:</p>
     <p>— Смотрите! Духи наших предков восстали! Великие дела совершатся в эту ночь!</p>
     <p>Он отступил, и другой молодой охотник нерешительно вышел вперед, подталкиваемый товарищами. Он был на голову выше всех остальных, широкая грудь обнажена, точно назло морозу. Он переминался с ноги на ногу, слова не шли у него с языка, он был застенчив и неловок. Страшно было смотреть на его лицо: когда-то его, видимо, изорвало, исковеркало каким-то чудовищной силы ударом. Наконец он гулко ударил себя кулаком в грудь, точно в барабан, и заговорил; голос его звучал глухо, как шум прибоя в пещере на берегу океана.</p>
     <p>— Я Медведь, Серебряное Копье и сын Серебряного Копья. Когда мой голос был еще звонок, как голос девушки, я убивал рысь, лося и оленя; когда он зазвучал, как крик росомахи в ловушке, я пересек Южные Горы и убил троих из племени Белой реки; когда он стал, как рев Чинука, я встретил медведя гризли — и я не уступил ему дороги.</p>
     <p>Он помедлил, многозначительно провел ладонью по страшным шрамам на лице. Потом продолжал:</p>
     <p>— Я не Лис. Язык мой замерз, как река. Я не умею красно говорить. Слов у меня немного. Лис говорит: «Великие дела совершатся в эту ночь». Хорошо! Речь его бежит с языка, точно река в половодье, но на дела он совсем не так щедр. Сегодня ночью я буду сражаться с Волком. Я убью его, и Заринка сядет у моего очага. Я, Медведь, сказал.</p>
     <p>Настоящий ад бушевал вокруг, но Маккензи был тверд. Хорошо понимая, что ружье на таком близком расстоянии бесполезно, он незаметно передвинул вперед на поясе обе кобуры, готовясь пустить в дело револьверы, и спустил рукавицы так низко, что они теперь висели у него на пальцах. Он знал, что, если на него нападут все разом, ему не на что надеяться, но, верный своей недавней похвальбе, намеревался умереть, сомкнув челюсти на горле врага. Но Медведь сдержал своих собратьев, отбросил самых пылких назад ударами страшного кулака. Буря начала стихать, и Маккензи мельком взглянул на Заринку. Это было великолепное зрелище. Стоя на лыжах, она вся подалась вперед, губы ее приоткрылись, ноздри трепетали — совсем тигрица перед прыжком. В больших черных глазах ее, устремленных на сородичей, был и страх и вызов. Все ее существо напряглось, как натянутая тетива, она даже дышать забывала. Она так и застыла, судорожно прижав одну руку к груди, стиснув в другой длинный бич. Но как только Маккензи взглянул на нее, Заринку словно отпустило. Напряженные мышцы ослабли, она глубоко вздохнула, выпрямилась и ответила ему взглядом, полным безграничной преданности.</p>
     <p>Тлинг-Тиннех пытался заговорить, но голос его утонул в общем крике. И тут Маккензи выступил вперед. Лис открыл было рот, но тотчас шарахнулся назад, и пронзительный вопль застрял у него в глотке — с таким бешенством обернулся к нему Маккензи. Поражение Лиса было встречено взрывами хохота — теперь его соплеменники готовы были слушать.</p>
     <p>— Братья! — начал Маккензи. — Белый человек, которого вы называете Волком, пришел к вам с открытой душой. Он не станет лгать, подобно иннуиту. Он пришел как друг, как тот, кто хочет стать вам братом. Но ваши мужчины сказали свое слово, и время мирных речей прошло. Так слушайте: прежде всего ваш шаман — злой болтун и лживый прорицатель, и воля, которую он передал вам, — не воля Носителя Огня. Уши его глухи к голосу Ворона, он сам сочиняет коварные небылицы, и он обманул вас. Он бессилен. Когда вам пришлось убить и съесть своих собак и на желудке у вас была тяжесть от сыромятной кожи мокасин; когда умирали старики, и умирали старухи, и младенцы умирали у иссохшей груди матери; когда ваша земля была окутана тьмою и все живое гибло, точно лосось в осеннюю пору; да, когда голод обрушился на вас, — разве ваш шаман принес удачу охотникам? Разве он наполнил мясом ваши желудки? Опять скажу вам: шаман бессилен. Вот, я плюю ему в лицо!</p>
     <p>Все были поражены этим кощунством, но никто не крикнул. Иные женщины перепугались, мужчины же в волнении ждали чуда. Все взоры обратились на двух главных героев происходящего. Жрец понял, что настала решающая минута, почувствовал, что власть его колеблется, и уже готов был разразиться угрозами, но передумал: Маккензи занес кулак и шагнул к нему — свирепый, со сверкающими глазами. Шаман злобно усмехнулся и отступил.</p>
     <p>— Что ж, поразила меня внезапная смерть? Сожгло меня молнией? Или, может, звезды упали с неба и раздавили меня? Тьфу! Я покончил с этим псом. Теперь я скажу вам о моем племени, могущественнейшем из племен, которое владычествует во всех землях. Сначала мы охотимся, как я, в одиночку. Потом охотимся стаями и, наконец, как оленьи стада, заполняем весь край. Те, кого мы берем в свои вигвамы, остаются в живых, остальных ждет смерть. Заринка красивая девушка, крепкая и сильная, она будет хорошей матерью Волков. Вы можете убить меня, но она все равно станет матерью Волков, ибо мои братья многочисленны, и они придут по следу моих собак. Слушайте, вот Закон Волка: если ты отнимешь жизнь у одного Волка, десятеро из твоего племени заплатят за это своей жизнью. Эту цену платили уже во многих землях, во многих землях ее еще будут платить.</p>
     <p>Теперь я буду говорить с Лисом и с Медведем. Видно, им приглянулась эта девушка. Так? Но смотрите — я купил ее! Тлинг-Тиннех опирается на мое ружье, и еще я дал за нее другие товары, которые лежат у его очага. И все-таки я буду справедлив к молодым охотникам. Лису, у которого язык пересох от долгих речей, я дам табаку — пять больших пачек. Пусть рот его вновь увлажнится, чтоб он мог всласть шуметь на совете. Медведю же — я горжусь знакомством с ним — я дам два одеяла, двадцать чашек муки, табаку вдвое больше, чем Лису; а если он пойдет со мной к Восточным Горам, я дам ему еще и ружье, такое же, как у Тлинг-Тиннеха. А если он не хочет? Что ж, хорошо! Волк устал говорить. Но он еще раз повторит вам Закон: если ты отнимешь жизнь у одного Волка, десятеро из твоего племени заплатят за это своей жизнью.</p>
     <p>Маккензи улыбнулся и отступил на прежнее место, но на душе у него было неспокойно. Ночь была еще совсем темна. Девушка стала рядом с Маккензи и наскоро рассказывала, какие хитрости пускает в ход Медведь, когда дерется на ножах, и Маккензи внимательно слушал.</p>
     <p>Итак, решено — они будут биться. Мигом десятки мокасин расширили утоптанную площадку вокруг огня. Не-мало тут было и разговоров о поражении, которое у всех на глазах потерпел шаман; некоторые уверяли, что он еще покажет свою силу, другие вспоминали разные события минувшего и соглашались с Волком. Медведь выступил вперед, в руке у него был обнаженный охотничий нож русской работы. Лис обратил общее внимание на револьверы Маккензи, и тот, сняв свой пояс, надел его на Заринку и передал ей свое ружье. Она покачала головой в знак того, что не умеет стрелять: откуда женщине знать, как обращаться со столь драгоценным оружием.</p>
     <p>— Тогда, если опасность придет сзади, крикни громко: «Муж мой!» Нет, вот так: «Муж мой!»</p>
     <p>Он рассмеялся, когда она повторила незнакомое английское слово, ущипнул ее за щеку и вернулся в круг. Медведь превосходил его не только ростом, у него и руки были длиннее и нож длиннее на добрых два дюйма. Бирюку Маккензи случалось и прежде смотреть в глаза противнику, и он сразу понял, что перед ним настоящий мужчина; и, однако, он весь ожил при виде сверкнувшей стали, и, послушная зову предков, кровь быстрей побежала в его жилах.</p>
     <p>Снова и снова противник отбрасывал его то к самому костру, то в глубокий снег, но снова и снова, шаг за шагом, как опытный боксер, Маккензи отжимал его к центру. Никто не крикнул ему ни единого слова одобрения, тогда как его соперника подбадривали похвалами, советовали, предостерегали. Но Маккензи только крепче стискивал зубы, когда со звоном сталкивались лезвия ножей, и нападал или отступал с хладнокровием, которое рождается из сознания своей силы. Сперва он ощущал невольную симпатию к врагу, но это чувство исчезло перед инстинктом самосохранения, который, в свою очередь, уступил место жажде убийства. Десять тысяч лет цивилизации слетели с Маккензи, как шелуха, и он стал просто пещерным жителем, сражающимся из-за самки.</p>
     <p>Дважды он достал Медведя ножом и ускользнул невредимый; но на третий раз, чтобы избежать удара, ему пришлось схватиться с Медведем вплотную — каждый свободной рукой стиснул руку другого, вооруженную ножом. И тут Маккензи почувствовал всю ужасающую силу соперника. Мышцы его мучительно свело, все связки и сухожилия готовы были лопнуть от напряжения… а лезвие русской стали все ближе, ближе… Он попытался оторваться от противника, но только ослабил свою позицию. Кольцо людей в меховых одеждах сомкнулось теснее, — никто не сомневался, что близок последний удар, и всем не терпелось его увидеть. Но приемом опытного борца Маккензи откачнулся в сторону и ударил противника головой. Медведь невольно попятился, потерял равновесие. Маккензи мгновенно воспользовался этим и, всей тяжестью обрушившись на Медведя, отшвырнул его за круг зрителей, в глубокий, неутоптанный снег. Медведь с трудом выбрался оттуда и ринулся на Маккензи.</p>
     <p>— О муж мой! — зазвенел голос Заринки, предупреждая о близкой опасности.</p>
     <p>Загудела тетива, но Маккензи уже успел пригнуться, — стрела с костяным наконечником, пролетев над ним, вонзилась в грудь Медведя, и тот тяжело упал, подминая под себя противника. Секунду спустя Маккензи был снова на ногах. Медведь лежал без движения, но по ту сторону костра шаман готовился пустить вторую стрелу.</p>
     <p>Маккензи схватил тяжелый нож за конец лезвия, коротко взмахнул им. Сверкнув, как молния, нож пролетел над костром. Лезвие вонзилось шаману в горло по самую рукоятку, он зашатался и рухнул на пылающие уголья.</p>
     <p>Клик! Клик! — Лис завладел ружьем Тлинг-Тиннеха и тщетно пытался загнать патрон в ствол, но тотчас выронил ружье, услышав хохот Бирюка.</p>
     <p>— Так, значит, Лис еще не научился обращаться с этой игрушкой? Стало быть, Лис пока еще женщина? Поди сюда! Дай ружье, я покажу тебе, что надо делать.</p>
     <p>Лис колебался.</p>
     <p>— Поди сюда, говорят тебе!</p>
     <p>И Лис подошел, неловкий, как побитый щенок.</p>
     <p>— Вот так и так — и все в порядке.</p>
     <p>Патрон скользнул на место, щелкнул курок, Маккензи вскинул ружье к плечу.</p>
     <p>— Лис сказал, что великие дела совершатся в эту ночь, и он говорил правду. Великие дела совершились, но их совершил не Лис. Что же, он все еще намерен взять Заринку в свой вигвам? Он желает пойти той тропой, которую проложили шаман и Медведь? Нет? Хорошо!</p>
     <p>Маккензи презрительно отвернулся и вытащил свой нож из горла шамана.</p>
     <p>— Может быть, кто-нибудь другой из молодых охотников этого хочет? Если так, Волк отправит их той же дорогой — по двое, по трое, пока ни одного не останется. Никто не хочет? Хорошо. Тлинг-Тиннех, второй раз я отдаю тебе это ружье. Если когда-нибудь ты отправишься на Юкон, знай, что в жилище Волка тебя всегда ждет место у очага и вдоволь еды. А теперь ночь переходит в день. Я ухожу, но, возможно, я еще вернусь. И в последний раз говорю: помните Закон Волка!</p>
     <p>Он подошел к Заринке, а они смотрели на него, как на какое-то сверхъестественное существо. Заринка заняла свое место впереди упряжки, и собаки пошли. Несколько минут спустя призрачный снежный лес поглотил их. И тогда стоявший неподвижно Маккензи, в свою очередь, стал на лыжи, готовый двинуться следом.</p>
     <p>— Разве Волк забыл про пять больших пачек табаку?</p>
     <p>Маккензи гневно обернулся к Лису, но тут же ему стало смешно.</p>
     <p>— Я дам тебе одну маленькую пачку.</p>
     <p>— Как будет угодно Волку, — скромно сказал Лис и протянул руку.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>На Сороковой Миле</p>
     </title>
     <p>Вряд ли Большой Джим Белден думал, к чему приведет его вполне как будто безобидное замечание о том, какая «занятная штука» — ледяное сало. Не думал об этом и Лон Мак-Фэйн, заявив в ответ, что еще более занятная штука — донный лед; не думал и Беттлз, когда он сразу же заспорил, утверждая, что никакого донного льда не существует, — это просто вздорная выдумка вроде буки, которой пугают детей.</p>
     <p>— И это говоришь ты, — закричал Лон, — который столько лет провел в этих местах! И мы еще столько раз ели с тобой из одного котелка!</p>
     <p>— Да ведь это противоречит здравому смыслу, — настаивал Беттлз, — послушай-ка, ведь вода теплее льда…</p>
     <p>— Разница невелика, если проломить лед.</p>
     <p>— И все-таки вода теплее, раз она не замерзла. А ты говоришь, она замерзает на дне!</p>
     <p>— Да ведь я про донный лед говорю, Дэвид, только про донный лед. Вот иногда плывешь по течению, вода прозрачная, как стекло, и вдруг сразу точно облако закрыло солнце — и в воде льдинки, словно пузырьки, начинают подниматься кверху; и не успеешь оглянуться, как уж вся река от берега до берега, от изгиба до изгиба по-белела, как земля под первым снегом. С тобой этого никогда не бывало?</p>
     <p>— Угу, бывало, и не раз, когда мне случалось задремать на рулевом весле. Только лед всегда выносило из какого-нибудь бокового протока, пузырьками снизу он не поднимался.</p>
     <p>— А наяву ты этого ни разу не видел?</p>
     <p>— Нет. И ты не видел. Все это противоречит здравому смыслу. Каждый тебе скажет то же!</p>
     <p>Беттлз обратился ко всем сидевшим вокруг печки, но никто не ответил ему, и спор продолжался только между ним и Лоном Мак-Фэйном.</p>
     <p>— Противоречит или не противоречит, но то, что я тебе говорю, — это правда. Осенью прошлого года мы с Ситкой Чарли наблюдали такую картину, когда плыли через пороги, что пониже Форта Доверия. Погода была настоящая осенняя, солнце поблескивало на золотых лиственницах и дрожащих осинах, рябь на реке так и сверкала; а с севера уже надвигалась голубая дымка зимы. Ты и сам хорошо знаешь, как это бывает: вдоль берегов реку начинает затягивать ледяной кромкой, а кое-где в заводях появляются уже порядочные льдины; воздух какой-то звонкий и словно искрится; и ты чувствуешь, как с каждым глотком этого воздуха у тебя жизненных сил прибывает. И вот тогда-то, дружище, мир становится тесным и хочется идти и идти вперед.</p>
     <p>Да, но я отвлекся.</p>
     <p>Так вот, значит, мы гребли, не замечая никаких признаков льда, разве только отдельные льдинки у водоворотов, как вдруг индеец поднимает свое весло и кричит: «Лон Мак-Фэйн! Посмотри-ка вниз! Слышал я про такое, но никогда не думал, что увижу это своими глазами!»</p>
     <p>Ты знаешь, что Ситка Чарли, так же как и я, никогда не жил в тех местах, так что зрелище было для нас новым. Бросили мы грести, свесились по обе стороны и всматриваемся в сверкающую воду. Знаешь, это мне напомнило те дни, которые я провел с искателями жемчуга, когда мне приходилось видеть на дне моря коралловые рифы, похожие на цветущие сады. Так вот, мы увидели донный лед: каждый камень на дне реки был облеплен гроздьями льда, как белыми кораллами.</p>
     <p>Но самое интересное было еще впереди. Не успели мы обогнуть порог, как вода вокруг лодки вдруг стала белеть, как молоко, покрываясь на поверхности крошечными кружочками, как бывает, когда хариус поднимается весной или когда на реке идет дождь. Это всплывал донный лед. Справа, слева, со всех сторон, насколько хватало глаз, вода была покрыта такими кружочками. Словно лодка подвигалась вперед в густой каше, как клей, прилипавший к веслам. Много раз мне приходилось плыть через эти пороги и до того и после, но никогда я не видел ничего подобного. Это зрелище запомнилось мне на всю жизнь.</p>
     <p>— Рассказывай! — сухо заметил Беттлз. — Неужели, ты думаешь, я поверю этаким небылицам? Просто у тебя в глазах рябило да воздух развязал язык.</p>
     <p>— Так ведь я же своими глазами видел это; был бы Ситка Чарли здесь, он подтвердил бы.</p>
     <p>— Но факты остаются фактами, и обойти их никак нельзя. Это противоестественно, чтобы сначала замерзала вода, которая дальше всего от воздуха.</p>
     <p>— Но я своими глазами…</p>
     <p>— Хватит! Ну что ты заладил одно и то же! — убеждал его Беттлз.</p>
     <p>Но в Лоне Мак-Фэйне уже начинал закипать гнев, свойственный его вспыльчивой кельтской натуре:</p>
     <p>— Так ты что ж, не веришь мне?!</p>
     <p>— Раз уж ты так уперся, — нет; в первую очередь я верю природе и фактам.</p>
     <p>— Значит, ты меня обвиняешь во лжи? — угрожающе произнес Лон. — Ты бы лучше спросил свою жену, сивашку. Пусть она скажет, правду я говорю или кет.</p>
     <p>Беттлз так и вспыхнул от злости. Сам того не сознавая, ирландец больно задел его самолюбие: дело в том, что жена Беттлза, по матери индианка, была дочерью русского торговца пушниной, и он с ней венчался в православной миссии в Нулато, за тысячу миль отсюда вниз по Юкону; таким образом, она по своему положению стояла гораздо выше обыкновенных туземных жен — сивашек. Это была тонкость, нюанс, значение которого может быть понятно только северному искателю приключений.</p>
     <p>— Да, можешь понимать это именно так, — подтвердил Беттлз с решительным видом.</p>
     <p>В следующее мгновение Лон Мак-Фэйн повалил его на пол, сидевшие вокруг печки повскакали со своих мест, и с полдюжины мужчин тотчас же очутились между противниками.</p>
     <p>Беттлз поднялся на ноги, вытирая кровь с губ.</p>
     <p>— Драться — это не ново. А не думаешь ли ты, что я с тобой за это рассчитаюсь?</p>
     <p>— Еще никто никогда в жизни не обвинял меня во лжи, — учтиво ответил Лон. — И будь я проклят, если я не помогу тебе расквитаться со мной любым способом.</p>
     <p>— У тебя все тот же 38–55?</p>
     <p>Лон утвердительно кивнул головой.</p>
     <p>— Ты бы лучше достал себе более подходящий калибр. Мой револьвер понаделает в тебе дыр величиной с орех.</p>
     <p>— Не беспокойся! Хотя у моих пуль рыльце мягкое, но бьют они навылет и выходят с другой стороны сплющенными в лепешку. Когда я буду иметь удовольствие встретиться с тобой? По-моему, самое подходящее место — это у проруби.</p>
     <p>— Место неплохое. Приходи туда ровно через час, и тебе не придется долго меня дожидаться.</p>
     <p>Оба надели рукавицы и вышли из помещения поста Сороковой Мили, не обращая внимания на уговоры товарищей. Казалось бы, началось с пустяка, но у людей такого вспыльчивого и упрямого нрава мелкие недоразумения быстро разрастаются в крупные обиды. Кроме того, в те времена еще не умели вести разработку золотоносных пластов зимой, и у жителей Сороковой Мили, запертых в своем поселке продолжительными арктическими морозами и страдающих от обжорства и вынужденного безделья, сильно портился характер; они становились раздражительными, как пчелы осенью, когда ульи переполнены медом.</p>
     <p>В Северной Стране тогда не существовало правосудия. Королевская конная полиция также была еще делом будущего. Каждый сам измерял обиду и сам назначал наказание, когда дело касалось его. Необходимость в совместных действиях против кого-либо возникала редко, и за всю мрачную историю лагеря Сороковой Мили не было случаев нарушения восьмой заповеди.</p>
     <p>Большой Джим Белден сразу же устроил импровизированное совещание. Бирюк Маккензи занял председательское место, а к священнику Рубо был отправлен нарочный с просьбой помочь делу своим участием. Положение совещавшихся было двойственным, и они понимали это. По праву силы, которое было на их стороне, они могли вмешаться и предотвратить дуэль, однако такой поступок, вполне отвечая их желаниям, шел бы вразрез с их убеждениями. В то время как их примитивные законы чести признавали личное право каждого ответить ударом на удар, они не могли примириться с мыслью, что два таких добрых друга, как Беттлз и Мак-Фэйн, должны встретиться в смертельном поединке. Человек, не принявший вызова, был, по их понятиям, трусом, но теперь, когда они столкнулись с этим в жизни, им хотелось, чтобы поединок не состоялся.</p>
     <p>Совещание было прервано торопливыми шагами, скрипом мокасин на снегу и громкими криками, за которыми последовал выстрел из револьвера. Одна за другой распахнулись двери, и вошел Мэйлмют Кид, держа в руке дымящийся кольт, с торжествующим огоньком во взгляде.</p>
     <p>— Уложил на месте. — Он вставил новый патрон и добавил: — Это твой пес, Бирюк.</p>
     <p>— Желтый Клык? — спросил Маккензи.</p>
     <p>— Нет, знаешь, тот, вислоухий.</p>
     <p>— Черт! Да ведь он был здоров!</p>
     <p>— Выйди и погляди.</p>
     <p>— Да в конце концов так и надо было. Я и сам думал, что с вислоухим кончится плохо. Сегодня утром возвратился Желтый Клык и сильно покусал его. Потом Желтый Клык едва не сделал меня вдовцом. Набросился на Заринку, но она хлестнула его по морде своим подолом и убежала — отделалась изодранной юбкой да здорово вывалялась в снегу. После этого он опять удрал в лес. Надеюсь, больше не вернется. А что, у тебя тоже погибла собака?</p>
     <p>— Да, одна, лучшая из всей своры — Шукум. Утром он вдруг взбесился, но убежал не очень далеко. Налетел на собак из упряжки Ситки Чарли, и они проволокли его по всей улице. А сейчас две из них взбесились и вырвались из упряжки — как видишь, он свое дело сделал. Если мы что-нибудь не предпримем, весной не досчитаемся многих собак.</p>
     <p>— И людей тоже.</p>
     <p>— Это почему? Разве с кем-нибудь случилась беда?</p>
     <p>— Беттлз и Лон Мак-Фэйн поспорили и через несколько минут будут сводить счеты внизу, у проруби.</p>
     <p>Ему рассказали все подробно, и Мэйлмют Кид, привыкший к беспрекословному послушанию со стороны своих товарищей, решил взяться за это дело. У него быстро созрел план действий; он изложил его присутствующим, и они пообещали точно выполнить указания.</p>
     <p>— Как видите, — сказал он в заключение, — мы вовсе не лишаем их права стреляться; но я уверен, что они сами не захотят, Когда поймут всю остроумную суть нашего плана. Жизнь — игра, а люди — игроки. Они готовы поставить на карту все состояние, если имеется хотя бы один шанс из тысячи. Но отнимите у них этот единственный шанс, и они не станут играть. — Он повернулся к человеку, на попечении которого находилось хозяйство поста. — Отмерь-ка мне футов восемнадцать самой лучшей полудюймовой веревки. Мы создадим прецедент, с которым будут считаться на Сороковой Миле до скончания веков, — заявил он. Затем он обмотал веревку вокруг руки и вышел из дверей в сопровождении своих товарищей как раз вовремя, чтобы встретиться с главными виновниками происшествия.</p>
     <p>— Какого черта он приплел мою жену? — заревел Беттлз в ответ на дружескую попытку успокоить его. — Это было ни к чему! — заявил он решительно. — Это было ни к чему! — повторял он, шагая взад и вперед в ожидании Лона Мак-Фэйна.</p>
     <p>А Лон Мак-Фэйн с пылающим лицом все говорил и говорил: он открыто восстал против церкви.</p>
     <p>— Если так, отец мой, — кричал он священнику, — если так, то я с легким сердцем завернусь в огненные одеяла и улягусь на ложе из горящих углей! Никто тогда не посмеет сказать, что Лона Мак-Фэйна обвинили во лжи, а он проглотил обиду, не шевельнув пальцем! И не надо, мне вашего благословения! Пусть моя жизнь была беспорядочной, но сердцем я всегда знал, что хорошо и что плохо.</p>
     <p>— Лон, но ведь это не сердце, — прервал его отец Рубо. — Это гордыня толкает тебя на убийство ближнего.</p>
     <p>— Эх вы, французы! — ответил Лон. И затем, повернувшись, чтобы уйти, он спросил: — Скажите, если мне не повезет, вы отслужите по мне панихиду?</p>
     <p>Но священник только улыбнулся в ответ и зашагал в своих мокасинах по снежному простору уснувшей реки.</p>
     <p>К проруби вела утоптанная тропинка шириной в санный след, не более шестнадцати дюймов. По обеим сторонам ее лежал глубокий мягкий снег. Молчаливая вереница людей двигалась по тропинке; шагающий с ними священник в своем черном облачении придавал процессии какой-то похоронный вид. Был теплый для Сороковой Мили зимний день; свинцовое небо низко нависло над землей, а ртуть термометра показывала необычные для этого времени года двадцать градусов ниже нуля. Но это тепло не радовало. Ветра не было, угрюмые, неподвижно висящие облака предвещали снегопад, а равнодушная земля, скованная зимним сном, застыла в спокойном ожидании.</p>
     <p>Когда подошли к проруби, Беттлз, который, очевидно, по дороге мысленно переживал ссору, в последний раз разразился своим: «Это было ни к чему!» Дон Мак-Фэйн продолжал хранить мрачное молчание. Он не мог говорить: негодование душило его.</p>
     <p>И все же, отвлекаясь от взаимной обиды, оба в глубине души удивлялись своим товарищам. Они полагали, что те будут спорить, протестовать, и это молчаливое непротивление больно задевало их. Можно было ожидать большего участия со стороны столь близких людей, и в душе у обоих поднималось смутное чувство обиды: их возмущало, что друзья собрались, словно на праздник, и без единого слова протеста готовы смотреть, как они будут убивать друг друга. Видно, не так уж дорожили ими на Сороковой Миле. Поведение товарищей приводило их в замешательство.</p>
     <p>— Спиной к спине, Дэвид. На каком расстоянии будем стреляться — пятьдесят шагов или сто?</p>
     <p>— Пятьдесят, — решительно ответил тот; это было сказано достаточно четко, хотя и ворчливым тоном.</p>
     <p>Внезапно зоркий взгляд ирландца упал на веревку, небрежно обмотанную вокруг руки Мэйлмюта Кида, и он мгновенно насторожился.</p>
     <p>— А что ты собираешься делать с этой веревкой?</p>
     <p>— Ну, вы, поторапливайтесь! — сказал Мэйлмют Кид, не удостоив его ответом, и взглянул на свои часы. — Я собрался было печь хлеб и не хочу, чтобы тесто село. Кроме того, у меня уже ноги мерзнут.</p>
     <p>Остальные тоже начали выказывать нетерпение, каждый по-своему.</p>
     <p>— Да, но зачем веревка, Кид? Она же совершенно новая, и уж, конечно, твои хлебы не такие тяжелые, чтобы их нужно было вытягивать веревкой?</p>
     <p>В это время Беттлз оглянулся кругом. Отец Рубо прикрыл рукавицей рот: до него только сейчас начал доходить комизм положения.</p>
     <p>— Нет, Лон, эта веревка предназначена для человека.</p>
     <p>Мэйлмют Кид при желании мог говорить очень внушительно.</p>
     <p>— Для какого человека? — Беттлза начинал интересовать разговор.</p>
     <p>— Для второго.</p>
     <p>— А кого ты подразумеваешь под этим?</p>
     <p>— Послушай, Лон, и ты, Беттлз, тоже! Мы обсудили эту вашу маленькую ссору и приняли одно решение. Мы знаем, что не имеем права запретить вам драться…</p>
     <p>— Вот это верно!</p>
     <p>— А мы и не собираемся. Но зато мы можем сделать — и сделаем — так, чтобы этот поединок оказался первым и последним в лагере на Сороковой Миле. Пусть это послужит уроком для каждого чечако на Юконе. Тот из вас, кто останется в живых, будет повешен на ближайшем дереве. А теперь приступайте!</p>
     <p>Лон недоверчиво улыбнулся, затем лицо его оживилось:</p>
     <p>— Отмеривай пятьдесят шагов, Дэвид; разойдемся и будем стрелять до тех пор, пока один из нас не свалится мертвым. Не посмеют они это сделать! Ты же знаешь, что это штучки нашего янки. Он просто хочет запугать нас!</p>
     <p>Он двинулся вперед, самодовольно ухмыляясь, но Мэйлмют Кид остановил его:</p>
     <p>— Лон! Давно ты меня знаешь?</p>
     <p>— Давно, Кид.</p>
     <p>— А ты, Беттлз?</p>
     <p>— В июне, в половодье, будет пять лет.</p>
     <p>— Был хоть один случай, чтобы я не сдержал свое слово? Может быть, вы хоть от других слышали о таком случае?</p>
     <p>Оба отрицательно покачали головой, стараясь в то же время понять, что скрывалось за его вопросами.</p>
     <p>— Значит, на мое обещание можно положиться?</p>
     <p>— Как на долговую расписку, — изрек Беттлз.</p>
     <p>— Верное дело, не то что надежда на райское блаженство, — быстро подтвердил Лон Мак-Фэйн.</p>
     <p>— Ну так слушайте! Я, Мэйлмют Кид, даю вам слово — а вы знаете, что это значит, — что тот из вас, кто останется в живых, будет повешен через десять минут после дуэли. — Он отступил назад, как, быть может, сделал Понтий Пилат, умыв руки.</p>
     <p>Молча стояли люди Сороковой Мили. Небо нависло еще ниже, осыпая на землю кристаллическую морозную пыль — крошечные геометрические фигурки, прекрасные и эфемерные, как дыхание, которым тем не менее суждено было существовать до тех пор, пока солнце, возвращаясь, не пройдет половину своего северного пути. Как Беттлзу, так и Лону не раз приходилось отчаянно рисковать; однако, пускаясь в опасное предприятие, с проклятиями или шутками на языке, они всегда сохраняли в душе неизменную веру в Счастливый Случай. Но на сей раз участие этого милостивого божества совершенно исключалось. Они вглядывались в лицо Мэйлмюта Кида, тщетно силясь разгадать его истинные намерения, но оно было непроницаемо, как у сфинкса. И по мере того как в тягостном молчании проходила минута за минутой, они все больше ощущали потребность сказать что-нибудь.</p>
     <p>Собачий вой резко разорвал тишину; он доносился со стороны Сороковой Мили. Зловещий звук усиливался, наполняясь отчаянием и предсмертной тоской, и наконец замер.</p>
     <p>— Черт возьми! — Беттлз поднял воротник своей теплой куртки и беспомощно оглянулся кругом.</p>
     <p>— Выгодную игру ты затеял, Кид! — воскликнул Лон Мак-Фэйн. — Весь выигрыш заведению, и ни гроша игроку. Сам черт не сумел бы придумать такой штуки, и будь я проклят, если я пойду на это.</p>
     <p>Когда обитатели Сороковой Мили взбирались по вырубленным во льду ступенькам на берег и пересекали улицу, направляясь к посту, можно было услышать приглушенные смешки и перехватить лукавые подмигивания, едва заметные под пушистыми от инея ресницами. Снова раздался протяжный угрожающий вой собаки, за углом пронзительно взвизгнула женщина. Кто-то крикнул: «Вот он!» И в толпу стремительно врезался мальчик-индеец, а потом полдюжины перепуганных собак, которые мчались с такой быстротой, словно за ними гналась сама смерть. Им вслед пронесся Желтый Клык, ощетинив серую шерсть. Все, кроме янки, бросились бежать. Мальчик споткнулся и упал. Беттлз задержался ровно настолько, чтобы успеть схватить его за края меховой одежды, и вместе с ним бросился к высокой поленнице, куда успели забраться несколько его товарищей. Желтый Клык, преследуя одну из собак, уже возвращался быстрыми прыжками. Беглянка, совершенно обезумевшая от страха, сбила Беттлза с ног и бросилась по улице. Мэйлмют Кид быстро, не целясь, выстрелил в Желтого Клыка. Бешеный пес взвился и, перекувырнувшись в воздухе, упал на спину, но тут же вскочил и одним прыжком покрыл половину расстояния, отделявшего его от Беттлза.</p>
     <p>Но второй роковой прыжок не состоялся. Лон Мак- Фэйн вскочил с поленницы, встретил Желтого Клыка на лету. Они покатились по земле; Лон схватил собаку за горло и удерживал ее морду вытянутой рукой на расстоянии. Зловонная слюна брызнула ему в лицо. И вот тогда Беттлз, с револьвером в руке хладнокровно выжидавший удобного момента, решил исход поединка.</p>
     <p>— Это была честная игра, Кид, — сказал Лон, поднимаясь на ноги и вытряхивая снег из рукавов, — и выигрыш достался мне по праву.</p>
     <p>Вечером, в то время как Лон Мак-Фэйн, решив вернуться во всепрощающее лоно церкви, направлялся к хижине отца Рубо, Мэйлмют Кид и Маккензи вели длинный, но почти безрезультатный разговор.</p>
     <p>— Неужели ты сделал бы это, — упорствовал Маккензи, — если бы они все-таки стрелялись?</p>
     <p>— Был ли случай, чтобы я не сдержал свое слово?</p>
     <p>— Нет, но не о том речь. Ты отвечай. Сделал бы ты это?</p>
     <p>Мэйлмют Кид выпрямился.</p>
     <p>— Знаешь, Бирюк, я сам все время спрашиваю себя об этом и…</p>
     <p>— И что?</p>
     <p>— И вот пока не могу найти ответа.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>В далеком краю</p>
     </title>
     <p>Когда человек уезжает в далекие края, он должен быть готов к тому, что ему придется забыть многие из своих прежних привычек и приобрести новые, отвечающие изменившимся условиям жизни. Он должен расстаться со своими прежними идеалами, отречься от прежних богов, а часто и отрешиться от тех правил морали, которыми до сих пор руководствовался в своих поступках. Те, кто наделен особым даром приспособляемости, могут даже находить удовольствие в новизне положения. Но для тех, кто закостенел в привычках, приобретенных с детства, гнет изменившихся условий невыносим, — такие люди страдают душой и телом, не умея понять требований, которые предъявляет к ним иная среда. Эти страдания порождают дурные наклонности и навлекают на человека всевозможные бедствия. Для того, кто не может войти в новую жизненную колею, лучше сразу вернуться на родину; промедление будет стоить ему жизни.</p>
     <p>Человек, распрощавшийся с благами старой цивилизации ради первобытной простоты и суровой юности Севера, может считать, что его шансы на успех обратно пропорциональны количеству и качеству безнадежно укоренившихся в нем привычек. Он вскоре обнаружит, если только вообще способен на это, что материальные жизненные удобства еще не самое важное. Есть грубую и простую пищу вместо изысканных блюд, носить мягкие бесформенные мокасины вместо кожаной обуви, спать на снегу, а не на пуховой постели — ко всему этому в конце концов привыкнуть можно. Но самое трудное — это выработать в себе должное отношение ко всему окружающему и особенно к своим ближним. Ибо обычную учтивость он должен заменить в себе снисходительностью, терпимостью и готовностью к самопожертвованию. Так и только так он может заслужить драгоценную награду — истинную товарищескую преданность. От него не требуется слов благодарности — он должен доказать ее на деле, воздав добром за добро, короче, заменить видимость сущностью.</p>
     <p>Когда весть об арктическом золоте облетела мир и людские сердца неудержимо потянуло к Северу, Картер Уэзерби распрощался со своим насиженным местом в конторе, где он работал клерком, перевел половину сбережений на имя жены, а на оставшиеся деньги купил себе все необходимое для путешествия. В его натуре не было романтики — занятия коммерцией уничтожили в нем все подобные склонности, — ему просто надоело тянуть служебную лямку и захотелось отважиться на риск в надежде на то, что риск себя оправдает. Подобно многим другим глупцам, презревшим старые, испытанные дороги, которыми в течение долгих лет шли пионеры Севера, он в самом начале весны поспешил в Эдмонтон и там, на свое несчастье, примкнул к партии золотоискателей.</p>
     <p>Не было ничего необычного в этой партии, за исключением ее планов. Даже конечной целью ее, как и всех подобных партий, был Клондайк. Но маршрут был выбран такой, что мог поставить в тупик даже самого отважного уроженца Северо-Запада, привыкшего к злоключениям. Даже Жак-Батист — сын индианки из племени чиппева и voyageur,<a l:href="#n_619" type="note">[619]</a> издавший свой первый крик в вигваме из оленьих шкур, севернее шестьдесят пятой параллели, я умолкнувший, когда ему сунули в рот кусок сырого сала, даже Жак-Батист был поражен. Хотя он и продал этим людям свои услуги и согласился сопровождать их до вечных льдов, но и он зловеще покачал головой, когда спросили его совета.</p>
     <p>В ту пору, должно быть, как раз восходила и несчастливая звезда Перси Катферта, ибо он также присоединился к этой компании аргонавтов.<a l:href="#n_620" type="note">[620]</a> Это был самый обыкновенный человек, чей счет в банке был столь же солиден, как и его образование, — а это уже немало. Он не имел никаких оснований пускаться в такое предприятие, ровно никаких, за исключением, может быть, того, что он страдал избытком сентиментальности. Он ошибочно принял эту свою черту за страсть к романтическим приключениям. Людям часто случается впадать в подобную ошибку и затем жестоко расплачиваться за нее.</p>
     <p>Первые дни весны застали партию на Элк-ривер, и как только прошел лед, путешественники отправились вниз по течению. Это была целая флотилия — так как поклажи оказалось много, — сопровождаемая пестрой толпой метисов-проводников с женщинами и детьми. Изо дня в день люди трудились за веслами, воюя с москитами и прочей назойливой мошкарой, обливались потом и бранились, когда нужно было перетаскивать лодки волоком. Суровый труд обнажает человеческую душу до самых ее глубин, и, прежде чем партия миновала озеро Атабаска, каждый из членов экспедиции показал свою подлинную натуру.</p>
     <p>Картер Уэзерби и Перси Катферт оказались лодырями и неисправимыми нытиками. Каждый из них жаловался на свои болезни и трудности больше, чем все остальные, вместе взятые. Не было случая, чтобы они добровольно взялись хотя бы за какое-нибудь дело. Чуть только являлась необходимость принести ведро воды, нарубить лишнюю охапку дров, перемыть и перетереть посуду или отыскать в груде вещей какой-нибудь неожиданно понадобившийся предмет, эти два бессильные отпрыска цивилизации немедленно обнаруживали у себя растяжение связок или волдыри на руках, требующие срочного лечения. Они первыми устраивались на ночлег, не закончив порученного им дела, и последними вставали утром, хотя требовалось еще до завтрака подготовить все к отъезду. Они первыми садились за еду и последними помогали приготовить пищу, первыми вылавливали лучший кусок и последними замечали, что прихватили порцию соседа. Если им приходилось грести, они просто погружали весла в воду, предоставляя трудиться другим, а лодке самой плыть по течению. Они думали, что никто этого не замечает, но товарищи втихомолку проклинали их и начинали ненавидеть, а Жак-Батист открыто насмехался над ними и поносил их с утра до ночи, — правда, Жак-Батист не был джентльменом.</p>
     <p>У Большого Невольничьего озера партия закупила собак и до отказа нагрузила лодки запасами вяленой рыбы и пеммикана. Тем не менее быстрое течение Маккензи легко подхватило их и понесло, вперед к Великой Бесплодной Земле. По пути они тщательно обследовали каждый мало-мальски обещающий ручеек, но золотой мираж по-прежнему ускользал от них все дальше на север. У Большого Медвежьего озера проводники, поддавшись извечному страху перед неизведанными землями, начали покидать золотоискателей. У Форта Доброй Надежды последние и самые отважные из них взялись за канаты и потащили свои лодки вверх по реке, которой они так недавно еще доверялись. Остался один только Жак-Батист, но разве он не поклялся сопровождать партию до вечных льдов?</p>
     <p>Теперь путники постоянно обращались к своим картам, составленным главным образом понаслышке. Они понимали, что надо спешить, так как летнее солнцестояние уже закончилось и снова надвигалась арктическая зима. Огибая берега залива, где Маккензи впадает в Северный Ледовитый океан, они вошли в устье реки Литтл-Пил. Затем начался трудный путь вверх по течению, и оба «никудышника» справлялись с работой еще хуже, чем прежде. Приходилось тянуть лодки канатом, передвигать их с помощью багра и весел, переправлять через пороги и перетаскивать волоком, и эти испытания внушили одному из них глубокое отвращение к рискованным затеям, а другому дали красноречивое доказательство того, что представляет собою оборотная сторона романтики. Однажды они взбунтовались и, несмотря на неистовую ругань Жака-Батиста, не тронулись с места. Метис избил обоих до крови и заставил работать. Для каждого из них то были первые побои в жизни.</p>
     <p>Оставив свои лодки у истоков Литтл-Пил, путники провели остаток лета, совершая трудный переход через водораздел рек Маккензи и Уэст-Рэт. Последняя — приток реки Поркьюпайн, которая, в свою очередь, впадает в Юкон там, где этот великий водный путь с Севера пересекает Полярный круг. Но зима опередила их, и однажды их плоты прибило ко льду, после чего они сразу же поспешили выгрузить свои вещи на берег. Ночью на реке образовывались заторы, льдины с треском раскалывались; к утру все оцепенело в мертвом сне.</p>
     <empty-line/>
     <p>— Мы, должно быть, не дальше четырехсот миль от Юкона, — заключил Слоупер, отмечая расстояние по карте ногтем большого пальца.</p>
     <p>Совещание, на котором оба «никудышника» хныкали и жаловались на неудачу, подходило к концу.</p>
     <p>— Когда-то тут был пост Компании Гудзонова залива. Теперь ничего нет, — сказал Жак-Батист, отец которого, состоявший на службе Пушной компании, совершил в давние времена путешествие по этим местам, после чего не досчитался двух пальцев на ноге.</p>
     <p>— Да он не в своем уме! — раздался голос. — Разве здесь нет белых?</p>
     <p>— Ни одного! — решительно заявил Слоупер. — Но когда мы выйдем к Юкону, то до Доусона останется миль пятьсот. Так что всего можно считать около тысячи миль.</p>
     <p>Уэзерби и Катферт дружно заохали.</p>
     <p>— За сколько же времени мы доберемся, Батист?</p>
     <p>Метис на минуту задумался.</p>
     <p>— Если все мы будем работать, как черти, и никто не выйдет из игры, то десять, двадцать, сорок, пятьдесят дней. А с этими младенцами, — он кивнул на обоих «никудышников», — даже не знаю. Может быть, когда сам ад замерзнет, а может быть, и никогда.</p>
     <p>Люди, чинившие свои лыжи и мокасины, оставили работу. Кто-то окликнул по имени отсутствующего участника похода, и тот, выйдя из старой хижины неподалеку от костра, присоединился к остальным. Эта хижина была одной из многих загадок, таившихся среди необъятных просторов Севера. Кем и когда она была построена, никто не знал. Две могилы у входа, отмеченные высокими грудами камней, хранили, быть может, тайну ранних пришельцев. Но чья рука складывала эти камни?</p>
     <p>Решительный момент настал. Жак-Батист перестал прилаживать упряжь и заставил упрямившуюся собаку лечь. Повар взглядом попросил помедлить и, бросив несколько кусков бекона в бурлящий котелок с бобами, приготовился слушать. Слоупер поднялся на ноги. Его фигура представляла разительный контраст с обоими «никудышниками», сохранявшими вполне здоровый вид. Слабый, с болезненно желтым лицом, ибо совсем недавно прибыл из Южной Америки, вырвавшись из какой-то дыры, где свирепствовала лихорадка, он, однако, не потерял вкуса к странствиям и все еще был способен работать наравне с остальными. Веса в нем было не больше девяноста фунтов, даже если считать тяжелый охотничий нож; седеющие волосы свидетельствовали о том, что молодость его уже миновала. Сила молодых мускулов Уэзерби или Катферта в десять раз превышала его силу, и все же они не могли за ним угнаться. В течение целого дня он убеждал их решиться на тысячемильный переход, сулящий жесточайшие трудности, которые только может представить себе человек. Он был воплощением неутомимости своей расы, и древнее тевтонское упорство в соединении с сообразительностью и энергией янки поддерживало в нем силу духа.</p>
     <p>— Те, кто намерен продолжать путь, как только река окончательно станет, пусть скажут «да».</p>
     <p>— Да! — раздалось в ответ восемь голосов. Этим голосам суждено было не раз проклинать судьбу на протяжении многих сотен миль труднейшего пути.</p>
     <p>— Кто против, пусть скажет «нет».</p>
     <p>— Нет!</p>
     <p>Первый раз оба «никудышника» пришли к единодушию, не поступаясь личными интересами каждого.</p>
     <p>— Как же вы теперь будете решать? — воинственно спросил Уэзерби.</p>
     <p>— По большинству голосов, по большинству голосов! — закричали остальные члены партии.</p>
     <p>— Я знаю, что экспедиция может потерпеть неудачу, если вы не пойдете с нами, — вкрадчиво сказал Слоупер, — но я думаю, что если мы будем очень стараться, то уж как-нибудь обойдемся без вас. Что скажете, ребята?</p>
     <p>В ответ раздался гул одобрения.</p>
     <p>— Но послушайте, — нерешительно сказал Катферт, — а мне-то что делать?</p>
     <p>— С нами ты идти не собираешься?</p>
     <p>— Не-е-т.</p>
     <p>— Ну так и делай что хочешь, черт возьми! В конце концов нас это не касается.</p>
     <p>— А ты посоветуйся со своим дружком, — проговорил один уроженец Дакоты, указывая на Уэзерби. — Когда понадобится сварить обед или пойти за дровами, он, наверно, даст тебе хороший совет.</p>
     <p>— Тогда будем считать, что все улажено, — заключил Слоупер. — Мы тронемся в путь завтра. Через пять миль сделаем остановку, чтобы окончательно все проверить и посмотреть, не забыли ли чего-нибудь.</p>
     <empty-line/>
     <p>Нарты заскрипели на окованных сталью полозьях, и собаки тронулись с места, медленно натягивая упряжь, в которой им суждено жить и умирать. Жак-Батист помедлил минуту возле Слоупера и бросил на хижину прощальный взгляд. Из трубы подымалась чуть заметная струйка дыма — это топилась юконская печь. Оба «никудышника», стоя на пороге, следили за отъезжающими.</p>
     <p>Слоупер положил руку на плечо метиса.</p>
     <p>— Жак-Батист, слышал ли ты когда-нибудь о котах из Килкении?</p>
     <p>Тот отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Так вот, дружище, раз в Килкении подрались два кота, да так подрались, что после драки только клочья шерсти остались! Ну так вот. Эти двое не любят работать. Они и не будут работать. Это уж наверняка. Они остаются в этой хижине вдвоем на всю зиму, долгую, черную зиму. Теперь понимаешь, почему я вспомнил про котов из Килкении?</p>
     <p>Батист-индеец промолчал, Батист-француз в ответ пожал плечами, и все же это был красноречивый жест, заключавший в себе пророчество.</p>
     <empty-line/>
     <p>Первое время в хижине все шло хорошо. Грубые шутки товарищей заставили Уэзерби и Катферта понять взаимную ответственность; кроме того, для двух здоровых мужчин дела в конце концов было не так уж много. Избавление от грозного метиса, его карающей руки дало благотворные результаты. Вначале каждый из них старался превзойти другого, выполняя всякие мелкие работы с усердием, которому немало подивились бы их товарищи, совершавшие в это время долгий и трудный путь по Великой Северной Тропе.</p>
     <p>Все тревоги теперь исчезли. Лес, подступавший к хижине с трех сторон, хранил неиссякаемый запас дров. В нескольких ярдах от дверей хижины спала река Поркьюпайн; достаточно было прорубить отверстие в ее зимнем покрове, чтобы иметь источник кристально чистой ледяной воды. Но вскоре они стали тяготиться даже этой несложной обязанностью, — прорубь постоянно замерзала, и нужно было снова и снова браться за топор. Неизвестные строители хижины сделали позади пристройку для хранения провизии. Здесь находилась большая часть оставленных экспедицией запасов. Пищи было много, ее хватило бы человек на шесть, но продукты все больше были такие, что годились для поддержания сил и укрепления мышц, но едва ли могли служить лакомством. Правда, сахару было достаточно для двух взрослых мужчин, но эти двое мало чем отличались от детей: они очень скоро обнаружили, как вкусен напиток из горячей воды с сахаром, макали в него сухари и обильно поливали оладьи густым белым сиропом. Огромное количество сахара истреблялось также с кофе, чаем и особенно с сушеными фруктами. Сахар и стал причиной первой перебранки. А когда двое людей, вынужденных проводить все свое время вдвоем, и только вдвоем, начинают ссориться, — дело плохо.</p>
     <p>Уэзерби любил всегда разглагольствовать о политике, тогда как Катферт, всегда предпочитавший спокойно стричь купоны, не вмешиваясь в государственные дела, или вовсе игнорировал подобные разговоры, или разражался едкими остротами. Но природная тупость мешала клерку оценить блестящую форму, в которую облекалась мысль Катферта, и тот злился, видя, что понапрасну тратит порох: он привык ослеплять слушателей блеском своего красноречия и очень страдал от отсутствия аудитории. Он воспринимал это как личную обиду и в глубине души даже ставил своему товарищу в вину его скудоумие.</p>
     <p>Если не считать совместной жизни, у них не было решительно ничего общего, ни одной точки соприкосновения. Уэзерби всю жизнь прослужил в конторе и, помимо конторской работы, ничего не знал и не умел делать. Катферт был магистром искусств, на досуге писал маслом и даже пробовал свои силы в литературе. Один принадлежал к низшим слоям общества, но считал себя джентльменом, а другой был джентльменом и сознавал себя таковым. Отсюда следует вывод, что можно быть джентльменом и не обладая элементарным чувством товарищества. Один был грубо-чувственной натурой, другой — эстетом; и бесконечные рассказы клерка о его любовных похождениях, являвшиеся по преимуществу плодом фантазии, действовали на утонченного магистра искусств, как зловоние из сточной канавы. Он считал клерка грязным животным, которому место в хлеву со свиньями, и прямо говорил ему об этом. В ответ Катферту сообщалось, что он «размазня» и «хам». Что в данном случае означало слово «хам», Уэзерби не смог бы объяснить ни за что на свете, но оно достигало цели, а это в конце концов казалось самым главным.</p>
     <p>Отчаянно фальшивя, Уэзерби часами распевал песенки вроде «Бандит из Бостона» или «Юнга-красавчик», так что в конце концов Катферт, который буквально плакал от ярости, не выдерживал больше и выбегал за дверь. Положение становилось безвыходным. Оставаться на морозе долго было невозможно, а в маленькой хижине размером десять на двенадцать, вмещавшей две койки и стол, им вдвоем было чересчур тесно. Для каждого из них само присутствие другого было уже личным оскорблением, и время от времени они впадали в угрюмое молчание, которое становилось все более длительным и глубоким, по мере того как шли дни. Во время этих периодов молчания они старались совершенно не замечать друг друга, но иногда не выдерживали и позволяли себе искоса брошенный взгляд или презрительную гримасу. И каждый в глубине души искренне удивлялся тому, как господь бог создал другого.</p>
     <p>От безделья они не знали, куда девать время, и потому обленились еще больше. Ими овладело какое-то сонное оцепенение, которое они не в силах были с себя стряхнуть; необходимость выполнить самую незначительную работу приводила их в ярость. Однажды утром Уэзерби, зная, что сегодня его очередь готовить завтрак, выбрался из-под одеял и под храп своего товарища зажег светильник, а затем развел огонь в печке. Вода в котелках замерзла, и нечем было умыться. Но это его не смутило. Ожидая, пока лед в котелках растает, он нарезал ломтями бекон и нехотя принялся замешивать тесто для лепешек. Катферт исподтишка наблюдал за ним краем глаза. Дело кончилось бранью и крупной ссорой: было решено, что отныне каждый готовит завтрак сам для себя. Через неделю утренним омовением пренебрег и Катферт, что не помешало ему с большим аппетитом съесть завтрак, который он сам себе приготовил. Уэзерби только усмехнулся. После этого глупая привычка умываться по утрам была отменена навсегда.</p>
     <p>Так как запас сахара и других вкусных вещей быстро истощался, каждый из них стал терзаться опасением, как бы другой не съел больше, и, для того чтобы не быть ограбленным, сам старался поглотить сколько можно. В этом соревновании пострадали не только запасы лакомств, но и те, кто их истреблял. Из-за отсутствия свежих овощей, а также неподвижного образа жизни у них началось худосочие и по телу пошла отвратительная багровая сыпь. Но они упорно не хотели замечать опасности. Затем появились отеки, суставы стали пухнуть, кожа почернела, а рот и десны приобрели цвет густых сливок. Однако общая беда не сблизила их, напротив, каждый с тайным злорадством наблюдал за появлением зловещих симптомов цинги у другого.</p>
     <p>Вскоре они совсем перестали следить за внешностью и забыли самые элементарные приличия. Хижина превратилась в настоящий свиной хлев; они не убирали постелей, не меняли хвойных подстилок и охотнее всего вовсе не вылезали бы из-под своих одеял, но это было невозможно: холод стоял невыносимый, и печка требовала много топлива. Волосы у них висели длинными спутанными прядями, лица заросли бородой, а одеждой погнушался бы даже старьевщик. Но их это не трогало. Они были больны, никто их не видел, и, кроме того, двигаться было слишком мучительно.</p>
     <p>Ко всем этим бедам прибавилось новое страдание: страх Севера. Этот страх — неразлучный спутник Великого Холода и Великого Безмолвия, он порождение мрака черных декабрьских ночей, когда солнце скрывается на юге за горизонтом. Этот страх действовал на них по-разному, сообразно натуре каждого. Уэзерби подпал под власть грубых суеверий. Его непрестанно преследовала мысль о тех, кто спал там, в забытых могилах. Это было какое-то наваждение. Они мерещились ему во сне, приходили из леденящего холода могилы, забирались к нему под одеяло и рассказывали о своей тяжкой жизни и предсмертных муках. Уэзерби содрогался всем телом, отстраняясь от их липких прикосновений, но они прижимались теснее, сковывая его своими ледяными объятиями, и нашептывали ему зловещие предсказания, и тогда хижина оглашалась воплями ужаса. Катферт ничего не понимал — они с Уэзерби давно уже перестали разговаривать — и, разбуженный криками, неизменно хватался за револьвер. Охваченный нервной дрожью, он садился на постели и сидел так, сжимая в руке оружие, наведенное на лежащего в беспамятстве человека. Катферт думал, что Уэзерби сходит с ума, и начинал опасаться за свою жизнь.</p>
     <p>Его собственная болезнь выражалась в менее определенной форме. Неведомый строитель хижины укрепил на коньке крыши флюгер. Катферт заметил, что флюгер всегда обращен на юг, и однажды, раздраженный этим упорным постоянством, сам повернул его на восток. Он наблюдал за ним с жадным вниманием, но ни одно дуновение ветра не потревожило флюгера. Тогда он повернул его к северу, поклявшись себе не дотрагиваться до него и ждать, пока не подует ветер. В неподвижности воздуха было что-то сверхъестественное, пугающее; часто Катферт среди ночи вставал посмотреть, не шевельнулся ли флюгер. Если бы он повернулся хотя бы на десять градусов! Но нет, он высился над крышей, неумолимый, как судьба. Постепенно он стал для Катферта олицетворением злого рока. Порой больное воображение уносило Катферта туда, куда указывал флюгер, в какие-то мрачные теснины, и ужас сковывал его. Он пребывал в стране невидимого и неведомого, и душа его, казалось, изнемогала под бременем вечности. Все здесь, на Севере, угнетало его: отсутствие жизни и неподвижность, мрак, бесконечный покой дремлющей земли, жуткое безмолвие, среди которого даже биение сердца казалось святотатством, торжественно вздымающийся лес, будто хранящий какую-то непостижимую, страшную тайну, которой не охватить мыслью и не выразить словом.</p>
     <p>Мир, который он так недавно покинул, мир, где волновались народы и вершились важные дела, казался ему чем-то очень далеким. По временам его обступали навязчивые воспоминания о картинных галереях, аукционных залах, широких людных улицах, о фраках, о светских обязанностях, о добрых друзьях и дорогих сердцу женщинах, которых он некогда знавал, но эти смутные воспоминания относились к другой жизни, которою он жил много веков назад, на какой-то другой планете. И фантасмагория становилась реальностью, окружавшей его сейчас. Стоя внизу под флюгером и устремив взор на полярное небо, он не мог поверить в то, что существует Юг, что в этот самый момент где-то кипит жизнь. Не было ни Юга, ни людей, которые рождались, жили, вступали в брак. За унылым горизонтом лежали обширные безлюдные пространства, а за ними расстилались другие пространства, еще более необъятные и пустынные. В мире не существовало стран, где светило солнце и благоухали цветы. Все это было лишь древней мечтой о рае. Солнечный Запад, напоенный пряными ароматами Востока, счастливая Аркадия<a l:href="#n_621" type="note">[621]</a> — благословенные острова блаженных! Ха-ха! Смех расколол пустоту, и Катферту стало не по себе от этого непривычного звука. Не было больше солнца. Была вселенная — мертвая, холодная, погруженная во тьму, и он единственный ее обитатель. Уэзерби? В такие мгновения он в счет не шел. Ведь это был Калибан,<a l:href="#n_622" type="note">[622]</a> чудовищный призрак, прикованный к нему, к Катферту, на долгие века, кара за какое-то забытое преступление!</p>
     <p>Он жил рядом со смертью и среди теней, подавленный сознанием собственного ничтожества, порабощенный слепой властью дремлющих веков. Величие окружающего страшило его. Оно было во всем, кроме него самого: в полном отсутствии ветра и движения, в необъятности снеговой пустыни, в высоте неба и в глубине безмолвия. А этот флюгер — о, если бы он только хоть чуть-чуть шевельнулся! Пусть бы грянули все громы небесные или пламя охватило лес! Пусть бы небеса разверзлись и наступил день страшного суда! Пусть бы хоть что-нибудь, хоть что-нибудь совершилось! Нет, ничего… Никакого движения. Безмолвие наполняло мир, и страх Севера ледяными пальцами сжимал ему сердце.</p>
     <p>Однажды Катферт, точно новый Робинзон, заметил у самой реки след — слабый отпечаток заячьих лапок на свежевыпавшем снегу. Это было для него откровением: значит, на Севере существует жизнь! Он пошел по следу, жадно вглядываясь в него. Забыв о своих распухших ногах, он пробирался сквозь снежные сугробы в волнений, порожденном каким-то нелепым предчувствием. Короткие сумерки погасли, и лес поглотил его, но он упорно продолжал идти все вперед и вперед, пока не иссякли последние силы и он в изнеможении не повалился в снег. И тогда, застонав, он проклял свое безрассудство, ибо понял, что след этот был плодом его воображения.</p>
     <p>Поздним вечером он дотащился до хижины на четвереньках; щеки у него были отморожены, и ноги как-то странно онемели. Уэзерби злобно усмехнулся, но не предложил помочь. Катферт колол иголками пальцы на ногах и отогревал их у печки. Через неделю у него началась гангрена.</p>
     <p>У клерка были свои заботы. Мертвецы все чаще выходили из могил и теперь уже почти не расставались с ним. Он со страхом ждал их появления, и дрожь пробирала его каждый раз, когда он проходил мимо заваленных камнями могил. Однажды ночью они пришли к нему, когда он спал, увлекли его за собой и заставили делать какую-то работу. В невыразимом ужасе проснулся он среди груды камней и, как безумный, бросился назад в хижину. Но, вероятно, он пролежал там некоторое время, так как и у него оказались отмороженными ноги и щеки.</p>
     <p>Иногда эта навязчивость мертвецов доводила его до бешенства, и он метался по хижине, размахивая топором и сокрушая все, что попадалось под руку. Во время этих сражений с призраками Катферт забивался под одеяла и следил за безумцем с револьвером в руке, готовый спустить курок, если тот подойдет слишком близко. Придя в себя после одного из таких припадков, клерк заметил наведенное на него дуло револьвера. В нем проснулись подозрения, и с этих пор он также пребывал в вечном страхе за свою жизнь. Они настороженно следили друг за другом, и каждый в тревоге оглядывался, если другому случалось проходить у него за спиной. Эти опасения превратились в манию, от которой они не могли избавиться даже во сне. Взаимный страх побуждал их, не сговариваясь, оставлять на ночь огонь в светильнике, с вечера заботливо заправив его жиром. Достаточно было одному пошевелиться, чтобы проснулся другой; их настороженные взгляды встречались, и оба дрожали от страха под своими одеялами, держа палец на взведенном курке.</p>
     <p>Страх Севера, нервное напряжение и разрушительная болезнь привели к тому, что они потеряли всякий человеческий облик и стали похожи на затравленных зверей. Отмороженные щеки и носы почернели, пальцы на ногах начали отваливаться сустав за суставом. Каждое движение причиняло боль, но печь была ненасытна и обрекала на муки их истерзанные тела. Изо дня в день она, как Шейлок,<a l:href="#n_623" type="note">[623]</a> требовала свой фунт мяса, и они через силу тащились в лес, чтобы кое-как нарубить дров. Однажды, отправившись в лес за сухим валежником, они неожиданно столкнулись в чаще. Два трупа вдруг оказались лицом к лицу. Страдания так изменили обоих, что они не узнали друг друга. С криком ужаса они вскочили и заковыляли прочь на своих искалеченных ногах, а потом, свалившись у дверей хижины, грызлись и царапались, как дикие звери, пока не обнаружили своей ошибки.</p>
     <empty-line/>
     <p>Но бывали дни, когда они приходили в себя. Во время одного из таких просветлений они поделили поровну сахар — главный предмет их ссор. Они хранили свои запасы в разных мешочках и ревниво оберегали их. Сахару оставалось всего несколько пригоршней, а они совсем перестали доверять друг другу. И вот однажды Катферт ошибся. Еле двигаясь, ослабевший от мучитель-ной боли, он пополз в чулан с жестянкой в руке; голова его кружилась, глаза почти не видели, и он по ошибке принял мешочек Уэзерби за свой.</p>
     <p>Это случилось в начале января. Солнце уже совершило половину своего зимнего пути и в полдень отбрасывало на северное небо косые полосы неверного желтоватого света. На следующий день после того, как произошла ошибка с сахаром, Катферт почувствовал себя лучше, бодрее телом и душой. К полудню, когда стало светлеть, он с трудом выбрался наружу, чтобы полюбоваться бледным сиянием, которое предвещало возвращение солнца. Уэзерби также почувствовал себя несколько лучше и выполз из хижины вслед за ним. Они уселись в снегу под неподвижным флюгером и стали ждать.</p>
     <p>Вокруг царило безмолвие смерти. Когда природа так замирает где-нибудь в другом краю, ее неподвижность таит в себе сдержанное ожидание: кажется, вот-вот какой-то слабый звук нарушит напряженную тишину. Не то на Севере. Эти двое как будто вечно жили среди жуткого молчания. Они не могли припомнить ни одной мелодии прошлого, не могли представить мелодий будущего. Сверхъестественная тишина существовала всегда. Это было спокойствие вечности.</p>
     <p>Не отрывая глаз, они смотрели на север. Позади, за вздымающимся на юге горным хребтом, медленно двигалось невидимое солнце к зениту чужих небес. Единственные свидетели величественного зрелища, они наблюдали за тем, как постепенно разгоралась, в небе ложная заря. Бледное зарево становилось все ярче, меняя оттенки, переходя из оранжевого в пурпурный, а затем в шафранный цвет. Наконец, свет на небе стал настолько ярким, что Катферт подумал: «Вот сейчас совершится чудо, и солнце взойдет с севера!»</p>
     <p>Внезапно, без всяких предвестий и переходов, картина резко изменилась. Краски исчезли с небосвода, свет погас. Они затаили дыхание, готовые разрыдаться. Но что это? Воздух наполнился искрящейся морозной пылью, и на снегу, протянувшись к северу, обозначились слабые очертания флюгера. Тень! Тень! Настал полдень. Они быстро повернули головы к югу. Над снежной грядою гор появился краешек золотого диска, озарил их улыбкой на мгновение и снова исчез из вида.</p>
     <p>Они взглянули друг на друга, и на глазах у них выступили слезы. Какое-то умиротворение снизошло на них. Они почувствовали неодолимое влечение друг к другу. Значит, солнце возвращается! Оно придет к ним завтра, и послезавтра, и во все последующие дни. И с каждым разом оно будет оставаться на небе все дольше, пока не настанет время, когда оно будет светить и днем и ночью и больше не исчезнет за горизонтом. Не станет больше ночи. Уйдет закованная в льды зима. Подуют ветры, и леса ответят им своим шумом. Землю омоет благословенный солнечный свет, и возродится жизнь. Они стряхнут с себя этот кошмарный сон и вместе, рука об руку, вернутся домой, на Юг. Бессознательно оба потянулись вперед, и руки их встретились — бедные, искалеченные руки!</p>
     <p>Но надежде не суждено было осуществиться. Север есть Север, и человеческие сердца подчиняются здесь законам, которых люди, не путешествовавшие в далеких краях, никогда не смогут понять.</p>
     <empty-line/>
     <p>Час спустя Катферт поставил в печь сковородку с лепешками и начал раздумывать над тем, смогут ли врачи вылечить его ноги, когда он вернется домой. Дом не казался теперь таким недосягаемым! Уэзерби рылся в кладовке. Вдруг оттуда донесся взрыв проклятий и так же внезапно утих. Клерк обнаружил, что у него украли сахар… И все же дело могло кончиться иначе, если бы как раз в эту минуту мертвецы не вышли из своих каменных могил и не забили ему брань обратно в глотку. Затем они тихонько вывели его из кладовой, которую он забыл закрыть. Конец драмы приближался: должно было свершиться то, о чем они нашептывали ему во сне. Призраки тихо, совсем тихо подвели его к куче дров и вложили в руки топор, затем помогли ему открыть дверь и — он был уверен в этом — сами заперли ее за ним, по крайней мере он слышал, как щелкнула задвижка. И он знал, что они за дверью, что они ждут, когда он сделает свое дело.</p>
     <p>— Картер! Послушайте, Картер!</p>
     <p>При взгляде на лицо клерка Перси Катферту стало не по себе, и он поспешил загородиться столом.</p>
     <p>Картер Уэзерби подвигался вперед неторопливо и как бы неохотно; лицо его не выражало ни жалости, ни волнения. В нем была тупая сосредоточенность человека, который должен сделать определенную работу и выполняет ее методически.</p>
     <p>— Что с вами, Картер?</p>
     <p>Клерк отступил на шаг, отрезая Катферту путь к двери, но не проронил ни слова.</p>
     <p>— Послушайте, Картер, давайте же поговорим. Будьте благоразумны…</p>
     <p>Магистр искусств с лихорадочной быстротой обдумывал положение. Ловким обходным движением он достиг койки, где у него лежал смит-и-вессен. Затем, не отрывая глаз от сумасшедшего, выхватил из-под подушки револьвер.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_069.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Картер!</p>
     <p>Вспышка огня ударила ему в лицо, но Уэзерби взмахнул своим оружием и бросился вперед. Топор глубоко вонзился в спину Катферта, и он сразу же перестал ощущать свои ноги. Затем клерк навалился на него, слабеющими пальцами сжимая ему горло. От удара Катферт выронил револьвер; задыхаясь и пытаясь высвободиться, он беспомощно шарил по одеялу в поисках оружия. И тут он вспомнил. Его рука скользнула к поясу клерка, где висел охотничий нож, и противники сплелись в последнем тесном объятии.</p>
     <p>Перси Катферт чувствовал, как силы покидают его. Нижняя часть его тела словно онемела. Тело Уэзерби давило на него своей тяжестью, он был пригвожден к месту, как медведь, попавший в капкан. Хижина наполнялась знакомым запахом: горели лепешки. Но не все ли равно? Они больше не понадобятся ему. А в кладовке осталось еще шесть полных чашек сахару, — если бы он знал все это раньше, не надо было бы так экономить в последние дни…</p>
     <p>Повернется ли когда-нибудь флюгер? Может быть, он шевельнулся именно в этот миг? Очень возможно. Ведь показалось же сегодня солнце! Вот сейчас он пойдет и посмотрит. Нет, двинуться невозможно. Он не думал, что Уэзерби такой тяжелый.</p>
     <p>Как быстро остывает хижина! Огонь, должно быть, потух. Холод все усиливается. Сейчас, наверное, уже ниже нуля, и дверь изнутри постепенно покрывается белым. Он этого не видит, но знает, потому что чувствует, как падает температура. Нижняя петля, вероятно, уже совсем обледенела. Узнают ли люди о том, что здесь произошло? Как отнесутся к этому его друзья? Вероятнее всего, прочтут заметку в газете за стаканом кофе и будут обсуждать ее потом где-нибудь в клубе. Он как будто слышал. «Бедняга Катферт, — говорили они. — Неплохой был, в сущности, малый». Катферт усмехнулся этой похвале и отправился на поиски турецкой бани. На улицах кишит все та же толпа. Странно, что никто не замечает его мокасины из лосевой кожи и рваные шерстяные носки. Лучше, пожалуй, взять кэб. А после бани не худо было бы побриться. Нет, прежде он поест. Бифштекс, картофель и зелень — какое все свежее! А это что? Мед в сотах, прозрачный и благоухающий мед. Но зачем же так много? Ха-ха! Ему столько никогда не съесть… Почистить? Да, конечно. Он ставит ногу на ящик. Чистильщик сапог смотрит на него с удивлением, и он вспоминает о своих лосевых мокасинах и поспешно уходит.</p>
     <p>Чу! Наверно, повернулся флюгер. Нет, это просто звенит в ушах. Звенит в ушах, только и всего. Лед, должно быть, поднялся до самой задвижки. Может быть, уже и верхняя петля обледенела. Между потолочными балками, в щелях, законопаченных мхом, начали появляться небольшие пятна изморози. Как медленно они растут! Нет! Не так уж медленно — вон еще одно появилось, а вон там еще. Два… три… четыре… Они появляются теперь так быстро, что не сосчитаешь. Вон там два сползлись вместе, и к ним присоединилось третье. Теперь уже нет больше отдельных пятен, они все слились, затянув потолок сплошной пеленой.</p>
     <p>Что ж! Он будет не один. Если когда-нибудь трубный глас нарушит безмолвие Севера, они вместе, рука об руку, предстанут перед престолом вечного судии. И бог их рассудит! Бог их рассудит…</p>
     <p>Перси Катферт закрыл глаза и погрузился в сон.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>За тех, кто в пути</p>
     </title>
     <p>— Лей еще!</p>
     <p>— Послушай, Кид, а не слишком ли крепко будет? Виски со спиртом и так уж забористая штука, а тут еще и коньяк, и перцовка, и…</p>
     <p>— Лей, говорят тебе! Кто из нас приготовляет пунш: ты или я? — Сквозь клубы пара видно было, что Мэйлмют Кид добродушно улыбается. — Вот поживешь с мое в этой стране, сынок, да будешь изо дня в день жрать одну вяленую лососину, тогда поймешь, что рождество раз в году бывает. А рождество без пунша все равно что прииск без крупинки золота!</p>
     <p>— Уж это что верно, то верно! — подтвердил Джим Белден, приехавший сюда на рождество со своего участка на Мэйзи-Мэй. Все знали, что Большой Джим последние два месяца питался только олениной. — А помнишь, какую выпивку мы устроили раз для племени танана? Не забыл, небось?</p>
     <p>— Ну еще бы! Ребята, вы бы лопнули со смеху, если бы видели, как все племя передралось спьяну, а пойло-то было просто из перебродившего сахара да закваски Это еще до тебя было, — обратился Мэйлмют Кид к Стэнли Принсу, молодому горному инженеру, жившему здесь только два года. — Понимаешь, ни одной белой женщины во всей стране, а Мэйсон хотел жениться. Отец Руфи был вождем племени танана и не хотел отдавать ее в жены Мэйсону, и племя не хотело. Трудная была задача! Ну. я и пустил в ход свой последний фунт сахару. Ни разу жизни не приготовлял ничего крепче! Ох, и гнались же они за нами и по берегу и через реку!</p>
     <p>— Ну, а сама скво как? — спросил, заинтересовавшись, Луи Савой, высокий француз из Канады. Он еще в прошлом году на Сороковой Миле слышал об этой лихой выходке.</p>
     <p>Мэйлмют Кид, прирожденный рассказчик, стал излагать правдивую историю этого северного Лохинвара.<a l:href="#n_624" type="note">[624]</a> И, слушая его, не один суровый искатель приключений чувствовал, как у него сжимается сердце от смутной тоски по солнечным землям Юга, где жизнь обещала нечто большее, чем бесплодную борьбу с холодом и смертью.</p>
     <p>— Мы перешли Юкон, когда лед только что тронулся, — заключил Кид, — а индейцы на четверть часа отстали. И это нас спасло: лед шел уже по всей реке, путь был отрезан. Когда они добрались, наконец, до Нуклукайто, весь пост был наготове. А насчет свадьбы расспросите вот отца Рубо, он их венчал.</p>
     <p>Священник вынул изо рта трубку и вместо ответа улыбнулся с отеческим благодушием, а все остальные, и протестанты и католики, энергично зааплодировали.</p>
     <p>— А, ей-богу, это здорово! — воскликнул Луи Савой, которого, видимо, увлекла романтичность этой истории. — La petite<a l:href="#n_625" type="note">[625]</a> скво! Mon Mason brave!<a l:href="#n_626" type="note">[626]</a> Здорово!</p>
     <p>Когда оловянные кружки с пуншем в первый раз обошли круг, неугомонный Беттлз вскочил и затянул свою любимую застольную:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Генри Бичер совместно</v>
       <v>С учителем школы воскресной</v>
       <v>Дуют целебный напиток,</v>
       <v>Пьют из бутылки простой;</v>
       <v>Но можно, друзья, поклясться:</v>
       <v>Нас провести не удастся,</v>
       <v>Ибо в бутылке этой</v>
       <v>Отнюдь не невинный настой!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>И хор гуляк с ревом подхватил:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Ибо в бутылке этой</v>
       <v>Отнюдь не невинный настой!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Крепчайшая смесь, состряпанная Мэйлмютом Кидом, возымела свое действие: под влиянием ее живительного тепла развязались языки, и за столом пошли шутки, песни, рассказы о пережитых приключениях. Пришельцы из разных стран, они пили за всех и каждого. Англичанин Принс провозгласил тост за «дядю Сэма, скороспелого младенца Нового Света»; янки Беттлз — за королеву Англии «да хранит ее господь!»; а француз Савой и немец-скупщик Майерс чокнулись за Эльзас-Лотарингию.</p>
     <p>Потом встал Мэйлмют Кид с кружкой в руке и, бросив взгляд на оконце, в котором стекло заменяла промасленная бумага, покрытая толстым слоем льда, сказал:</p>
     <p>— Выпьем за тех, кто сегодня ночью в пути. За то, чтобы им хватило пищи, чтобы собаки их не сдали, чтобы спички у них не отсырели!</p>
     <p>И вдруг они услышали знакомые звуки, щелканье бича, визгливый лай ездовых собак и скрип нарт, подъезжавших к хижине. Разговор замер, все ждали проезжего.</p>
     <p>— Человек бывалый! Прежде заботится о собаках, а потом уж о себе, — шепнул Мэйлмют Кид Принсу. Щелканье челюстей, рычание и жалобный собачий визг говорили его опытному уху, что незнакомец отгоняет чужих собак и кормит своих.</p>
     <p>Наконец в дверь постучали — резко, уверенно. Проезжий вошел. Ослепленный светом, он с минуту стоял на пороге, так что все имели возможность рассмотреть его. В своей полярной меховой одежде он выглядел весьма живописно: шесть футов роста, широкие плечи, могучая грудь. Его гладко выбритое лицо раскраснелось от мороза, брови и длинные ресницы заиндевели. Расстегнув свой капюшон из волчьего меха, он стоял, похожий на снежного короля, появившегося из мрака ночи. За вышитым бисером поясом, надетым поверх куртки, торчали два больших кольта и охотничий нож, а в руках, кроме неизбежного бича, было крупнокалиберное ружье новейшего образца. Когда он подошел ближе, то, несмотря на его уверенный, упругий шаг, все увидели, как сильно он устал.</p>
     <p>Наступившее было неловкое молчание быстро рассеялось от его сердечного: «Эге, да у вас тут весело, ребята!» — и Мэйлмют Кид тотчас пожал ему руку. Им не приходилось встречаться, но они знали друг друга понаслышке. Прежде чем гость успел объяснить, куда и зачем он едет, его познакомили со всеми и заставили выпить кружку пунша.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_070.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Давно ли проехали здесь три человека на нартах, запряженных восемью собаками? — спросил он.</p>
     <p>— Два дня тому назад. Вы за ними гонитесь?</p>
     <p>— Да, это моя упряжка. Угнали ее у меня прямо из-под носа, подлецы! Два дня я уже выиграл, нагоню их на следующем перегоне.</p>
     <p>— Думаете, без драки не обойдется? — спросил Белден, чтобы поддержать разговор, пока Мэйлмют Кид кипятил кофе и поджаривал ломти свиного сала и кусок оленины.</p>
     <p>Незнакомец многозначительно похлопал по своим револьверам.</p>
     <p>— Когда выехали из Доусона?<a l:href="#n_627" type="note">[627]</a></p>
     <p>— В двенадцать.</p>
     <p>— Вчера? — спросил Белден, явно не сомневаясь в ответе.</p>
     <p>— Сегодня.</p>
     <p>Пронесся шепот изумления: шутка ли, за двенадцать часов проехать семьдесят пять миль по замерзшей реке.</p>
     <p>Разговор скоро стал общим, он вертелся вокруг воспоминаний детства. Пока молодой человек ел свой скромный ужин, Мэйлмют Кид внимательно изучал его лицо. Оно ему сразу понравилось: приятное, честное и открытое. Тяжелый труд и лишения успели оставить на нем свой след. Голубые глаза смотрели весело и добродушно во время дружеской беседы, но чувствовалось, что они способны загораться стальным блеском, когда ему приходится действовать, и особенно в решительную минуту. Массивная челюсть и квадратный подбородок говорили о твердом и неукротимом нраве. Однако наряду с этими признаками сильного человека в нем была какая-то почти женственная мягкость, выдававшая впечатлительную натуру.</p>
     <p>— Так-то мы со старухой и поженились, — говорил Белден, заканчивая увлекательный рассказ о своем романе. — «Вот и мы, папа», — говорит она. А отец ей: «Убирайтесь вы к черту!» А потом обернулся ко мне, да и говорит: «Снимай-ка, Джим, свой парадный костюм — до обеда надо вспахать порядочную полосу». Потом как прикрикнет на дочку: «А ты, Сэл, марш мыть посуду!» — и вроде всхлипнул и поцеловал ее. Я и обрадовался. А он заметил да как зарычит: «А ну, поворачивайся, Джим!» Я так и покатился в амбар.</p>
     <p>— У вас и ребятишки остались в Штатах? — осведомился проезжий.</p>
     <p>— Нет, Сэл умерла, не родив мне ни одного. Вот я и приехал сюда.</p>
     <p>Белден рассеянно принялся раскуривать погасшую трубку, но потом опять оживился и спросил:</p>
     <p>— А вы женаты, приятель?</p>
     <p>Тот вместо ответа снял свои часы с ремешка, заменявшего цепочку, открыл их и передал Белдену. Джим поправил фитиль, плававший в жиру, критически осмотрел внутреннюю сторону крышки и, одобрительно чертыхнувшись про себя, передал часы Луи Савою. Луи, несколько раз повторив «ах, черт!», протянул их наконец Принсу, и все заметили, как у того задрожали руки и в глазах засветилась нежность. Часы переходили из одних мозолистых рук в другие. На внутренней стороне крышки была наклеена фотография женщины с ребенком на руках — одной из тех кротких, привязчивых женщин, которые нравятся таким мужчинам.</p>
     <p>Те, до кого еще не дошла очередь полюбоваться этим чудом, сгорали от любопытства, а те, кто его уже видел, примолкли и задумались о прошлом. Этим людям не страшен был голод, вспышка цинги, смерть, постоянно подстерегавшая на охоте или во время наводнения, но сейчас изображение неизвестной им женщины с ребенком словно сделало их самих женщинами и детьми.</p>
     <p>— Еще ни разу не видел малыша. Только из ее письма и узнал, что сын, — ему уже два года, — сказал проезжий, получив обратно свое сокровище. Он минуту-другую смотрел на карточку, потом захлопнул крышку часов и отвернулся, но не настолько быстро, чтобы скрыть набежавшую слезу.</p>
     <p>Мэйлмют Кид подвел его к койке и предложил лечь.</p>
     <p>— Разбудите меня ровно в четыре, только непременно! — Сказав, это, он почти тотчас же уснул тяжелым сном сильно уставшего человека.</p>
     <p>— Ей-богу, молодчина! — объявил Принс. — Поспать три часа, проехав семьдесят пять миль на собаках, и снова в путь! Кто он такой, Кид?</p>
     <p>— Джек Уэстондэйл. Он уже года три здесь. Работает как вол, а все одни неудачи. Я его до сих пор не встречал, но мне о нем рассказывал Ситка Чарли.</p>
     <p>— Тяжело, верно, разлучиться с такой славной молодой женой и торчать в этой богом забытой дыре, где один год стоит двух.</p>
     <p>— Уж такой упорный. Два раза здорово заработал на заявке, а потом все потерял.</p>
     <p>Разговор этот был прерван шумными возгласами Беттлза. Волнение, вызванное снимком, улеглось. И скоро суровые годы изнуряющего труда и лишений были снова позабыты в бесшабашном веселье. Только Мэйлмют Кид, казалось, не разделял общего веселья и часто с тревогой поглядывал на часы; наконец, надев рукавицы и бобровую шапку, он вышел из хижины и стал рыться в кладовке.</p>
     <p>Он не дождался назначенного времени и разбудил гостя на четверть часа раньше. Ноги у молодого великана совсем одеревенели, и пришлось изо всех сил растирать их, чтобы он мог встать. Пошатываясь, он вышел из хижины. Собаки были уже запряжены, и все готово к отъезду. Уэстондэйлу пожелали счастливого пути и удачи в погоне; отец Рубо торопливо благословил его и бегом вернулся в хижину: стоять при температуре семьдесят четыре градуса ниже нуля с открытыми ушами и руками не очень-то приятно!</p>
     <p>Мэйлмют Кид проводил Уэстондэйла до дороги и, сердечно пожав ему руку, сказал:</p>
     <p>— Я положил вам в нарты сто фунтов лососевой икры. Собакам этого запаса хватит на столько же, на сколько хватило бы полутораста фунтов рыбы. В Пелли вам еды для собак не достать, а вы, вероятно, на это рассчитывали.</p>
     <p>Уэстондэйл вздрогнул, глаза его блеснули, но он слушал Кида, не перебивая.</p>
     <p>— Ближе, чем у порогов Файв Фингерз, вы ничего не достанете ни для себя, ни для собак, а туда добрых двести миль. Берегитесь разводьев на Тридцатимильной реке и непременно поезжайте большим каналом повыше озера Ла-Барж — этим здорово сократите себе путь.</p>
     <p>— Как вы узнали? Неужели дошли слухи?</p>
     <p>— Я ничего не знаю, да и не хочу знать. Но упряжка, за которой вы гонитесь, вовсе не ваша. Ситка Чарли продал ее тем людям прошлой весной. Впрочем, он говорил, что вы честный человек, и я ему верю; лицо мне ваше нравится. И я видел… Черт вас возьми, поберегите слезы для других и для своей жены… — Тут Кид снял рукавицы и вытащил мешочек с золотым песком.</p>
     <p>— Нет, в этом я не нуждаюсь. — Слезы замерзли у Уэстондэйла на щеках, он судорожно пожал руку Мэйлмюта Кида.</p>
     <p>— Тогда не жалейте собак, режьте постромки, как только какая-нибудь свалится. Покупайте других, сколько бы они ни стоили. Их можно купить у порогов Файв Фингерз, на Литл-Салмон и в Хуталинква. Да смотрите не промочите ноги, — посоветовал Мэйлмют на прощание. — Не останавливайтесь, если мороз будет не сильнее пятидесяти семи градусов, но когда температура упадет ниже, разведите костер и смените носки.</p>
     <p>Не прошло и четверти часа, как звон колокольчиков возвестил прибытие новых гостей. Дверь отворилась, и вошел офицер королевской северо-западной конной полиции в сопровождении двух метисов, погонщиков собак. Как и Уэстондэйл, все трое были вооружены до зубов и утомлены. Метисы, местные уроженцы, легко переносили трудный путь, но молодой полисмен совсем выбился из сил. Только упорство, свойственное людям его расы, заставляло его продолжать погоню; ясно было, что он не отступит, пока не свалится на дороге.</p>
     <p>— Когда уехал Уэстондэйл? — спросил он. — Ведь он останавливался здесь?</p>
     <p>Вопрос был излишний: следы говорили сами за себя.</p>
     <p>Мэйлмют Кид переглянулся с Белденом, и тот, поняв, в чем дело, уклончиво ответил:</p>
     <p>— Да уж прошло немало времени.</p>
     <p>— Не виляй, приятель, говори начистоту, — предостерегающим, тоном сказал полицейский.</p>
     <p>— Видно, он вам очень нужен! А что, он натворил что-нибудь в Доусоне?</p>
     <p>— Ограбил Гарри Мак-Фарлэнда на сорок тысяч, обменял золото у агента Компании Тихоокеанского побережья на чек и теперь преспокойно получит в Сиэтле денежки, если мы его не перехватим! Когда он уехал?</p>
     <p>По примеру Мэйлмюта Кида все старались скрыть свое волнение, и молодой офицер видел вокруг себя безучастные лица.</p>
     <p>Он повторил свой вопрос, повернувшись к Принсу. Тот пробурчал что-то невнятное насчет состояния дороги, хотя ему и неприятно было лгать, глядя в открытое и серьезное лицо своего соотечественника.</p>
     <p>Тут полицейский заметил отца Рубо. Священник солгать не мог.</p>
     <p>— Уехал четверть часа тому назад, — сказал он. — Но он и собаки отдыхали здесь четыре часа.</p>
     <p>— Четверть часа как уехал да еще отдохнуть успел! О господи!</p>
     <p>Полисмен пошатнулся, чуть не теряя сознание от усталости и огорчения, и что-то пробормотал о том, что расстояние от Доусона покрыто за десять часов, и об измученных собаках.</p>
     <p>Мэйлмют Кид заставил его выпить кружку пунша. Потом полисмен пошел к дверям и приказал погонщикам следовать за ним. Однако тепло и надежда на отдых были слишком заманчивы, и те решительно воспротивились. Киду был хорошо знаком местный французский диалект, на котором они говорили, и он настороженно прислушивался.</p>
     <p>Метисы клялись, что собаки выбились из сил, что Бабетту и Сиваша придется пристрелить на первой же миле, да и остальные не лучше, и не мешало бы отдохнуть.</p>
     <p>— Не одолжите ли мне пять собак? — спросил полисмен, обращаясь к Мэйлмюту Киду.</p>
     <p>Кид отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Я дам вам чек на имя капитана Констэнтайна на пять тысяч. Вот документ: я уполномочен выписывать чеки по своему усмотрению.</p>
     <p>Все тот же молчаливый отказ.</p>
     <p>— Тогда я реквизирую их именем королевы!</p>
     <p>Со скептической усмешкой Кид бросил взгляд на свой богатый арсенал, и англичанин, сознавая, что бессилен, снова повернулся к двери. Погонщики все еще спорили, и он набросился на них с руганью, называя их бабами и трусами. Смуглое лицо старшего метиса покраснело от гнева, он встал и кратко, но выразительно пообещал своему начальнику, что загонит насмерть головную собаку, а потом с удовольствием бросит его в снегу.</p>
     <p>Молодой полисмен, собрав все силы, решительно пошел к двери, стараясь выказать бодрость, которой у него уже не было. Все поняли и оценили его стойкость. Но он не мог скрыть мучительной гримасы.</p>
     <p>Полузамерзшие собаки скорчились на снегу, и поднять их было невозможно. Бедные животные скулили под сильными ударами бича. Только когда обрезали постромки Бабетты, вожака упряжки, удалось сдвинуть с места нарты и тронуться в путь.</p>
     <p>— Ах он мошенник! Лгун!</p>
     <p>— Черт его побери!</p>
     <p>— Вор!</p>
     <p>— Хуже индейца!</p>
     <p>Все были явно возмущены: во-первых, тем, что их одурачили, а во-вторых, тем, что нарушена этика Севера, где главной доблестью человека считается честность.</p>
     <p>— А мы-то еще помогли этому сукину сыну! Знать бы раньше, что он наделал!</p>
     <p>Все глаза с упреком устремились на Мэйлмюта Кида. Тот вышел из угла, где устроил Бабетту, и молча разлил остатки пунша по кружкам для последней круговой.</p>
     <p>— Мороз сегодня, ребята, жестокий мороз! — так странно начал он свою защитительную речь. — Всем вам приходилось бывать в пути в такую ночь, и вы знаете, что это значит. Загнанную собаку не заставишь подняться! Вы выслушали только одну сторону. Никогда еще не ел с нами из одной миски и не укрывался одним одеялом человек честнее Джека Уэстондэйла. Прошлой осенью он отдал сорок тысяч — все, что имел, — Джо Кастреллу, чтобы тот вложил их в какое-нибудь верное дело в Канаде. Теперь Джек мог бы быть миллионером. А знаете, что сделал Кастрелл? Пока Уэстондэйл оставался в Серкле, ухаживая за своим компаньоном, заболевшим цингой, Кастрелл играл в карты у Мак-Фарлэнда и все спустил. На другой день его нашли в снегу мертвым. И все мечты бедняги Джека поехать зимой к жене и сынишке, которого он еще не видал, разлетелись в прах. Заметьте, он взял ровно столько, сколько проиграл Кастрелл, — сорок тысяч. Теперь он ушел. Что вы теперь скажете?</p>
     <p>Кид окинул взглядом своих судей, заметил, как смягчилось выражение их лиц, и поднял кружку.</p>
     <p>— Так выпьем же за того, кто в пути этой ночью! За то, чтобы ему хватило пищи, чтобы собаки его не сдали, чтобы спички его не отсырели. Да поможет ему господь! Пусть во всем ему будет удача, а…</p>
     <p>— А королевской полиции — посрамление! — докончил Беттлз под грохот опустевших кружек.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>По праву священника</p>
     </title>
     <p>Это рассказ о мужчине, который не умел ценить свою жену по достоинству, и о женщине, которая оказала ему слишком большую честь, когда назвала его своим мужем. В рассказе также участвует католический священник-миссионер, который славился тем, что никогда не лгал. Священник этот был неотделим от Юконского края, сросся с ним, те же двое оказались там случайно. Они принадлежали к той породе чудаков и бродяг, из которых одни взмывают вверх на волне золотой лихорадки, а другие плетутся у нее в хвосте.</p>
     <p>Эдвин и Грэйс Бентам были из тех, что плелись в хвосте; клондайкская золотая лихорадка 97-го года уже давно спала: она прокатилась над могучей рекой и улеглась в голодном Доусоне. Юкон славно поработал и уснул под толстой, в три фута, ледяной простыней, а наши путники только успели добраться до порогов Файв Фингерз, откуда до Золотого Города оставалось еще много дней пути — и все на север!</p>
     <p>Осенью здесь забивали скот в большом количестве, и после этого осталась порядочная куча мясных отбросов. Трое спутников Эдвина Бентама и его жены, поглядев на кучу и наскоро прикинув кое-что в уме, почуяли возможность наживы и решили остаться. Всю зиму торговали они морожеными шкурами и костями, сбывая их владельцам собачьих упряжек. Они запрашивали скромную цену: всего лишь по доллару за фунт, разумеется, без выбора. А через шесть месяцев, когда возвратилось солнце и Юкон проснулся, они надели пояса, тяжелые от зашитого в них золотого песка, и пустились домой, в Южную Страну. Там они проживают и по сю пору, рассказывая всем о чудесах Клондайка, которого и в глаза не видывали.</p>
     <p>Эдвин Бентам, лодырь по призванию, уж, верно, принял бы участие в мясной спекуляции, если б не его жена. Играя на тщеславии мужа, она внушила ему, что он принадлежит к тем незаурядным и сильным личностям, которым дано преодолеть все препятствия и добыть золотое руно. Почувствовав себя и в самом деле молодцом, он обменял свою долю костей и шкур на собаку с нартами и повернул лыжи на север. Само собой разумеется, Грэйс Бентам не отставала от него ни на шаг; больше того, уже после трех дней сурового пути они поменялись местами: женщина шла впереди, а мужчина за ней следом по готовой лыжне. Конечно, стоило кому-нибудь показаться на горизонте, как порядок восстанавливался: мужчина шел впереди, женщина сзади. Таким образом, перед путниками, которые появлялись и исчезали, как привидения, на безмолвной тропе он сохранял свое мужское достоинство незапятнанным. Бывают и такие мужчины на свете!</p>
     <p>Для нашего рассказа нет нужды углубляться в причины, побудившие этих двух людей произнести перед алтарем торжественную клятву. Достаточно того, что в жизни так бывает; а если мы будем слишком докапываться до сути подобных явлений, мы рискуем потерять нашу чудесную веру в то, что принято называть целесообразностью всего сущего.</p>
     <p>Эдвин Бентам был мальчик, по какой-то оплошности природы наделенный наружностью взрослого мужчины; такие мальчики обычно с наслаждением терзают бабочек, прилежно обрывая им крылышки, и трясутся от страха, завидя какого-нибудь юркого смельчака-мальчишку, хотя бы и совсем малыша. За мужественными усами и статной фигурой, под поверхностным лоском культуры и светских манер скрывался эгоист и слюнтяй. Разумеется, он был принят в обществе, состоял в различных клубах; он был из тех, что оживляют своим присутствием светские рауты и с неподражаемым жаром произносят очаровательные пошлости; из тех, что говорят громкие слова и хнычут от зубной боли; из тех, что, женившись на женщине, доставляют ей больше мук и страданий, чем самые коварные соблазнители и охотники до запретных наслаждений. Таких людей мы встречаем чуть ли не каждый день, но редко догадываемся об их подлинной сущности. Лучший способ (не считая брака) раскусить такого человека — это есть с ним из одного котла и укрываться одним одеялом в течение, скажем, недели — срок вполне достаточный.</p>
     <p>В Грэйс Бентам прежде всего поражала девическая стройность; при более близком знакомстве перед вами раскрывалась душа, рядом с которой ваша собственная начинала казаться ничтожной и мелкой и которая вместе с тем была наделена всеми элементами вечной женственности. Такова была женщина, которая вдохновляла и ободряла своего мужа в его походе на Север, прокладывая ему дорогу, когда никто не видел, и втихомолку плача оттого, что она женщина и что ей не дано больше сил.</p>
     <p>Так прошли эти столь несходные между собой люди весь путь до старого форта Селкерк и дальше — все сто миль унылой снежной пустыни до реки Стюарт. И вот на исходе короткого дня, когда мужчина бросился в снег и захныкал, как ребенок, женщина привязала его к нартам и, закусив губу от боли, помогла собаке дотащить его до хижины Мэйлмюта Кида. Хозяина не было дома, но оказавшийся там скупщик, немец Майерс, поджарил им огромные отбивные котлеты из оленины и приготовил постель из свежих сосновых ветвей.</p>
     <empty-line/>
     <p>Лейк, Ленгам и Паркер находились в большом волнении, да и было от чего.</p>
     <p>— Эй, Сэнди! Послушай, ты можешь отличить филе от вырезки? Да иди же сюда, помоги мне!</p>
     <p>Этот вопль о помощи исходил из кладовки позади хижины, где Ленгам безуспешно сражался с мороженой лосиной тушей.</p>
     <p>— А я говорю: занимайся посудой и ни с места! — скомандовал Паркер.</p>
     <p>— Послушай, Сэнди, будь другом, сбегай в поселок Миссури и займи у кого-нибудь корицы! — взывал Лейк.</p>
     <p>— Скорей, скорей! Да что же ты… — Но тут в кладовке с грохотом посыпались ящики и куски мороженого мяса, заглушив отчаянный призыв Ленгама.</p>
     <p>— Послушай, Сэнди, что тебе стоит добежать до Миссури?..</p>
     <p>— Оставь его, — перебил Паркер. — Не могу же я в самом деле месить тесто для лепешек, когда со стола не убрано!</p>
     <p>Постояв с минуту в нерешительности, Сэнди вдруг сообразил, что он «человек» Ленгама, с виноватым видом бросил засаленное полотенце и поспешил к своему хозяину на выручку.</p>
     <p>Эти многообещающие отпрыски богатых родителей устремились в Северную Страну за славой, предварительно набив себе карманы деньгами и прихватив каждый своего «человека» для услуг. Два другие «человека», к счастью для себя, находились в отлучке; их послали к верховьям Уайт-ривер на розыски каких-то мифических залежей золотоносного кварца. Поэтому Сэнди приходилось обслуживать трех дюжих молодцов, из которых каждый считал себя специалистом в области кулинарии. Уже дважды в это утро казалось, что вся компания распадется. Однако разрыва удалось избежать благодаря тому, что каждый из трех рыцарей кастрюльки согласился пойти на уступки. Наконец изысканный обед, плод коллективных усилий, был готов. Джентльмены, чтобы устранить возможность недоразумений в будущем, уселись втроем играть в «разбойника»: победитель снаряжался в весьма ответственную командировку.</p>
     <p>Это счастье выпало на долю Паркера. Расчесав волосы на прямой пробор, натянув рукавицы и надев шапку из медвежьего меха, он отправился к жилищу Мэйлмюта Кида. Вернулся же он оттуда в сопровождении Грэйс Бентам и самого Мэйлмюта Кида. Грэйс Бентам выразила свои сожаления по поводу того, что ее муж не может насладиться их гостеприимством, так как отправился осматривать россыпь у ручья Гендерсона; Мэйлмют Кид еле волочил ноги: он только что вернулся из похода по снежной целине вдоль реки Стюарт. Майерс отказался от приглашения, так как был поглощен новым экспериментом: он пытался заквасить тесто с помощью хмеля.</p>
     <p>Ну что ж, с отсутствием мужа они могли примириться, тем более что женщина… Они не видели ни одной женщины целую зиму, и появление Грэйс Бентам предвещало новую эпоху в их жизни. Молодые люди в свое время окончили колледж, были настоящими джентльменами, и сейчас все трое тосковали по удовольствиям, которых так долго были лишены. Грейс Бентам и сама, вероятно, испытывала такую же тоску; так или иначе, это была первая светлая минута после многих беспросветных недель.</p>
     <p>Но только поставили на стол знаменитое блюдо, творение рук искусника Лейка, как раздался громкий стук в дверь.</p>
     <p>— О! Мистер Бентам! Заходите, пожалуйста! — сказал Паркер, вышедший к дверям, чтоб посмотреть, кто пришел.</p>
     <p>— Моя жена у вас? — грубо оборвал его гость.</p>
     <p>— Здесь, здесь! Мы просили Майерса передать, что ждем вас. — Озадаченный странным поведением гостя, Паркер пустил в ход свои самые бархатные интонации. — Что же вы не заходите? Мы так и ждали, что вы вот-вот появитесь, и поставили для вас прибор. Вы как раз поспели к первому блюду.</p>
     <p>— Проходи же, милый Эдвин, — прощебетала Грэйс Бентам из-за стола.</p>
     <p>Паркер посторонился, чтобы пропустить гостя.</p>
     <p>— Я пришел за своей женой, — повторил Бентам, В его хриплом голосе послышались неприятные нотки убежденного собственника.</p>
     <p>Паркер оторопел. С трудом удержавшись, чтобы не съездить невеже по физиономии, он так и застыл в неловкой позе. Все встали. Лейк совсем растерялся и чуть было не спросил Грэйс: «Может быть, останетесь все-таки?»</p>
     <p>Потом поднялся прощальный гул: «Очень любезно с вашей стороны…», «Как жаль…», «Ей-богу, с вами как-то веселее стало…», «Нет, право… я вам очень, очень благодарна…», «Счастливо добраться до Доусона» — и все в таком роде.</p>
     <p>Под аккомпанемент этих слов жертву закутали в меховую куртку и повели на заклание. Дверь захлопнулась, и трое хозяев грустно уставились на покинутый гостями стол.</p>
     <p>— Ч-черт! — В воспитании Ленгама имелись значительные пробелы, вследствие чего его лексикон был одно-образен и невыразителен. — Черт, — повторил он, смутно сознавая все несовершенство этого возгласа и тщетно пытаясь припомнить какое-нибудь более крепкое выражение.</p>
     <empty-line/>
     <p>Только умная женщина способна восполнить своими достоинствами многочисленные недостатки ничем не одаренного мужчины, своей железной волей поддержать его нерешительную натуру, вдохнуть в его душу свое честолюбие и подвигнуть его на великие дела. И только очень умная и очень тактичная женщина может проявить при этом столько тонкости, чтобы мужчина, пожиная плоды ее усилий, поверил, что достиг всего сам, своими трудами.</p>
     <p>Этого как раз и добивалась Грэйс Бентам. Не имея за душой ничего, кроме нескольких фунтов муки да двух-трех рекомендательных писем, она тотчас по прибытии в Доусон принялась усердно выталкивать своего большого младенца на авансцену. Это она растопила каменное сердце грубого невежи, который вершил судьбами в Компании Тихоокеанского побережья, и добилась у него кредита в счет будущих удач; однако все документы были оформлены на имя Эдвина Бентама. Это она таскала своего младенца по руслам рек, с одной отмели на другую, заставляя его проделывать головокружительные походы по скалистым берегам и горным кряжам; однако все говорили: «Что за энергичный малый этот Бентам!» Это она изучала местность по картам и беседовала с приисковыми старожилами и потом вбивала географические и топографические сведения в его пустую башку; а люди удивлялись тому, как быстро и досконально он узнал край со всеми его особенностями. «Конечно, — говорили они, — жена у него тоже молодчина». И лишь немногие, раскусив, в чем дело, жалели ее и воздавали ей должное.</p>
     <p>Вся работа ложилась на Грэйс; все награды и похвалы доставались Эдвину. На Северо-Западной территории замужняя женщина не имеет права делать заявку или записывать на свое имя участок, будь то отмель, россыпь или кварцевая жила, поэтому Эдвину Бентаму пришлось пойти самому к уполномоченному по золоту и оформить заявку на 23-й горный участок, Французский холм, второй ряд. А к апрелю месяцу они уже намывали золота на тысячу долларов в день, и таким дням не видно было конца.</p>
     <p>У подножия Французского холма протекал ручей Эльдорадо; и на одном из прибрежных участков стояла хижина Клайда Уортона. Пока еще он не намывал на тысячу долларов в день, но отвалы у него росли с каждым часом, и близилось время, когда в течение одной короткой недели в его желобах должны были осесть сотни тысяч долларов. Он часто сидел у себя в хижине, попыхивая трубкой и предаваясь чудесным грезам (а грезил он отнюдь не об отвалах, ни даже о полутонне золотого песка, хранившегося в громадном сейфе Компании Тихоокеанского побережья).</p>
     <p>Между тем в хижине на склоне холма Грэйс Бентам мыла свою оловянную посуду и, поглядывая на участок под горой, тоже мечтала и тоже отнюдь не об отвалах и не о золотом песке. Эти двое то и дело попадались друг другу навстречу, и не удивительно: ведь тропинки, которые вели на их участки, пересекались, а кроме того, в северной весне есть что-то такое, что располагает людей к общению друг с другом. Однако ни единым взглядом, ни единой обмолвкой не позволили они себе обнаружить то, чем были переполнены их сердца.</p>
     <p>Так было вначале. Но вот однажды Эдвин Бентам поднял руку на жену. Все мальчишки таковы: сделавшись одним из королей Французского холма, он возомнил о себе и позабыл все, чем был обязан своей жене. Узнав об этом в тот же день, Уортон подстерег Грэйс Бентам на тропинке и обратился к ней с несвязной, но горячей речью. Она была очень счастлива, хоть и не стала его слушать, и взяла с него обещание никогда не говорить ей подобных глупостей. Ее время еще не пришло.</p>
     <p>Но вот солнце пустилось в обратный путь, на север, полночный мрак сменился стальным блеском рассвета, снег начал таять, через заледеневшие пороги вновь хлынула вода, и старатели приступили к промывке. Желтая глина и куски горной породы дни и ночи напролет проходили по круто наклоненным желобам, оставляя щедрую награду сильным людям из Южной Страны. В эту-то горячую пору и пробил час для Грэйс Бентам.</p>
     <p>Этот час наступает в жизни каждого, в жизни каждого мало-мальски живого человека. Иные ведь безгрешны не оттого, что так уж дорожат добродетелью, а просто по лени. Те же из нас, кому приходилось поддаваться искушению, знают, что это такое.</p>
     <p>В то время как Эдвин Бентам стоял у стойки бара в Форксе и глядел на весы, на которых лежал его мешочек с золотым песком, — увы, сколько этого песка перекочевало уже через сосновую стойку! — в это самое время Грэйс Бентам спустилась с холма и проскользнула в хижину Клайда Уортона. Ждал ли ее Уортон в этот час или нет, не все ли равно? А вот если бы отец Рубо не увидел ее и не свернул в сторону с главной тропы, можно было бы избежать многих ненужных мучений и долгих месяцев томительного ожидания.</p>
     <empty-line/>
     <p>— Дитя мое…</p>
     <p>— Погодите, отец Рубо! Я уважаю вас, хоть и не придерживаюсь вашей веры. Но я не позволю вам встать между этой женщиной и мной.</p>
     <p>— Вы понимаете, на что вы идете?</p>
     <p>— Понимаю ли я? Да если бы сам всемогущий господь бог явился ко мне вместо вас, чтобы ввергнуть меня в геенну огненную, я бы не отступил ни на шаг!</p>
     <p>Уортон усадил Грэйс на табурет, а сам встал подле нее в воинственной позе.</p>
     <p>— Сядьте вон на тот стул и молчите, — продолжал он, обращаясь к священнику. — Сейчас моя очередь; следующий ход будет ваш.</p>
     <p>Отец Рубо вежливо поклонился и сел. Он был человек уступчивый и умел ждать. Придвинув себе другой табурет, Уортон сел рядом с Грэйс и стиснул ее руку в своей.</p>
     <p>— Так ты любишь меня? Правда? И ты увезешь меня отсюда?</p>
     <p>По лицу ее было видно, что ей хорошо и покойно с ним, что она наконец обрела приют и защиту.</p>
     <p>— Ну конечно же, дорогая! Или ты забыла, что я тебе говорил?</p>
     <p>— Но разве это возможно? Как же промывка?</p>
     <p>— Стану я думать о промывке! Да я могу поручить это дело хотя бы вот отцу Рубо! Я могу попросить его доставить золотой песок Компании.</p>
     <p>— И я его больше никогда не увижу!</p>
     <p>— Какая потеря!</p>
     <p>— Уехать… Нет, Клайд, я не могу! Не могу, понимаешь?</p>
     <p>— Ну, успокойся же, милая! Конечно же, уедем. Положись во всем на меня. Вот только соберем кой-какие пожитки и сейчас же отправимся и…</p>
     <p>— А если он сюда придет?</p>
     <p>— Я переломаю ему все…</p>
     <p>— Нет, нет! Клайд! Пожалуйста, без драки! Обещай же мне…</p>
     <p>— Ну ладно. Я просто скажу рабочим, чтоб его выкинули с моего участка. Они видели, как он обходится с тобой, и сами не слишком-то любят его.</p>
     <p>— Ах, нет, только не это! Не причиняй ему боли!</p>
     <p>— Чего же ты хочешь? Чтобы я спокойно смотрел, как он тебя уведет?</p>
     <p>— Н-нет, — сказала она полушепотом, нежно поглаживая его руку.</p>
     <p>— Тогда предоставь действовать мне и ни о чем не беспокойся. Он останется цел, ручаюсь тебе! Он-то, небось, не задумывался, больно тебе или нет! В Доусон нам заезжать незачем; я дам туда знать, и кто- нибудь снарядит для нас лодку и пригонит ее вверх по Юкону. А мы тем временем перевалим через кряж и спустимся на плотах по Индейской реке, навстречу им. Потом…</p>
     <p>— Что ж потом?</p>
     <p>Ее голова лежала у него на плече. Их голоса замирали, каждое слово было лаской. Священник начал беспокойно ерзать на стуле.</p>
     <p>— А потом? — повторила она.</p>
     <p>— Что же потом? Будем плыть вверх, вверх по течению, затем волоком через пороги Уайтхорс и Ящичное ущелье.</p>
     <p>— А дальше?</p>
     <p>— Дальше по реке Шестидесятимильной, потом пойдут озера, Чилкут, Дайя, а там — и Соленая Вода.</p>
     <p>— Но, милый, я ведь не умею управляться с багром…</p>
     <p>— Глупенькая! Мы возьмем с собой Ситку Чарли; он знает, где пройдет лодка и где устроить привал; к тому же он лучший товарищ в пути, какого я знаю, даром что индеец. От тебя потребуется лишь одно — сидеть в лодке, петь песни и разыгрывать Клеопатру да еще сражаться с крылатыми полчищами… Впрочем, нет, нам ведь повезло: комаров еще нет.</p>
     <p>— Дальше, дальше что, о мой Антоний?</p>
     <p>— А дальше — пароход, Сан-Франциско и весь белый свет! И мы больше никогда не вернемся в эту распроклятую дыру. Только подумай! Весь мир к нашим услугам — поезжай, куда хочешь! Я продам свою долю. Да знаешь ли ты, что мы богаты? Уолдвортский синдикат даст полмиллиона за мой участок, да у меня еще вдвое больше этого в сейфе Компании Тихоокеанского побережья и в отвалах. В тысяча девятисотом году мы с тобой съездим в Париж, на всемирную выставку. Мы можем поехать даже в Иерусалим, если ты только пожелаешь. Мы купим итальянское палаццо, и ты можешь там разыгрывать Клеопатру, сколько твоей душе будет угодно. Нет, ты у меня будешь Лукрецией,<a l:href="#n_628" type="note">[628]</a> Актеей,<a l:href="#n_629" type="note">[629]</a> кем тебе только захочется, моя дорогая! Только смотри не вздумай…</p>
     <p>— Жена Цезаря должна быть выше подозрений!</p>
     <p>— Разумеется, но…</p>
     <p>— Но я не буду твоей женой, мой милый, да?</p>
     <p>— Я не это хотел сказать.</p>
     <p>— Но ты ведь будешь меня любить, как жену, и никогда, никогда… Ах, я знаю, ты окажешься таким же, как все мужчины. Я тебе надоем, и… и…</p>
     <p>— Как не стыдно! Я…</p>
     <p>— Обещай мне!</p>
     <p>— Да! Да! Я обещаю!</p>
     <p>— Ты так легко это говоришь, мой милый. Откуда ты знаешь? А я? Я так мало могу тебе дать, но это так много! Ах, Клайд! Обещай же, что ты не разлюбишь меня!</p>
     <p>— Ну вот! Что-то ты рано начинаешь сомневаться. Сказано же: «Пока смерть не разлучит нас».</p>
     <p>— Подумать только — эти самые слова я когда-то говорила… ему, а теперь…</p>
     <p>— А теперь, мое солнышко, ты не должна больше об этом думать. Конечно же, я никогда-никогда…</p>
     <p>Тут впервые их губы затрепетали в поцелуе. Отец Рубо, который все это время внимательно глядел в окно на дорогу, наконец не выдержал; он кашлянул и повернулся к ним.</p>
     <p>— Ваше слово, святой отец!</p>
     <p>Лицо Уортона пылало огнем первого поцелуя. В голосе его, когда он уступил свое место, звенели нотки торжества. Он ни на минуту не сомневался в исходе. Не сомневалась и Грэйс — это было видно по улыбке, сиявшей на ее лице, когда она повернулась к священнику.</p>
     <p>— Дитя мое, — начал священник, — сердце мое обливается кровью за вас. Ваша мечта прекрасна, но ей не суждено сбыться.</p>
     <p>— Почему же нет, святой отец? Я ведь дала свое согласие.</p>
     <p>— По неведенью, дитя мое! Вы не подумали о клятве, которую вы произнесли перед лицом господа бога, о клятве, которую вы дали тому, кого назвали своим мужем. Мой долг — напомнить вам о святости этой клятвы.</p>
     <p>— А если я, сознавая всю святость клятвы, все равно намерена ее нарушить?</p>
     <p>— Тогда бог…</p>
     <p>— Который? У моего мужа свой бог, и этого бога я не желаю почитать. И, верно, таких богов немало.</p>
     <p>— Дитя! Возьмите назад ваши слова! Ведь вы не хотели это сказать, правда? Я все понимаю. Мне самому пришлось пережить нечто подобное… — На мгновение священник перенесся в свою родную Францию, и образ другой женщины, с печальным лицом и глазами, исполненными тоски, заслонил ту, что сидела перед ним на табурете.</p>
     <p>— Отец мой, неужели господь покинул меня? Чем я грешней других? Я столько горя вынесла с моим мужем; неужели и дальше страдать? Неужели я не имею права на крупицу счастья? Я не могу, я не хочу возвращаться к нему!</p>
     <p>— Не бог тебя покинул, а ты покинула бога. Возвратись. Возложи свое бремя на него, и тьма рассеется. О дитя мое!..</p>
     <p>— Нет, нет! Все это уже бесполезно. Я вступила на новый путь и уже не поверну обратно, что бы ни ожидало меня впереди. А если бог покарает меня, пусть, я готова. Где вам понять меня? Ведь вы не женщина.</p>
     <p>— Мать моя была женщиной.</p>
     <p>— Да, но…</p>
     <p>— Христос родился от женщины.</p>
     <p>Она ничего не ответила. Воцарилось молчание. Уортон нетерпеливо подергивал ус, не спуская глаз с дороги. Грэйс облокотилась на стол; лицо ее выражало решимость. Улыбка пропала. Отец Рубо решил испробовать другой путь.</p>
     <p>— У вас есть дети?</p>
     <p>— Ах, как я мечтала о них когда-то! Теперь же… Нет, у меня нет детей, и слава богу.</p>
     <p>— А мать?</p>
     <p>— Мать есть.</p>
     <p>— Она вас любит?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>Она отвечала шепотом.</p>
     <p>— А брат?.. Впрочем, это не важно, он мужчина. Сестра есть?</p>
     <p>Дрожащим голосом, опустив голову, она произнесла:</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Моложе вас? На много?</p>
     <p>— На семь лет.</p>
     <p>— Хорошенько ли вы взвесили все? Подумали ли вы о них? О матери? О сестре? Она стоит на самом пороге своей женской судьбы, и этот ваш опрометчивый поступок может роковым образом сказаться на ее жизни. Хватит ли у вас духа прийти к ней, посмотреть на ее свежее, юное личико, взять ее руку в свою, прижаться щекой к ее щеке?</p>
     <p>Слова священника вызвали рой ярких образов в ее сознании.</p>
     <p>— Не надо, не надо! — закричала она, съежившись, как собака, над которой занесли плеть.</p>
     <p>— Рано или поздно вам придется взглянуть правде в лицо. Зачем же откладывать?</p>
     <p>В глазах его светилось сострадание, но их она не видела; лицо же его, напряженное, нервно подергивающееся, выражало непреклонность. Взяв себя в руки и с трудом удерживая слезы, она подняла голову.</p>
     <p>— Я уеду. Они меня больше никогда не увидят и со временем забудут меня. Я сделаюсь для них все равно что мертвая… И… и я уеду с Клайдом… сегодня же…</p>
     <p>Казалось, это был ее окончательный ответ. Уортон шагнул было к ним, но священник остановил его движением руки.</p>
     <p>— Вы хотели иметь детей?</p>
     <p>Молчаливый кивок.</p>
     <p>— Вы молились о том, чтобы у вас были дети?</p>
     <p>— Не раз.</p>
     <p>— А сейчас вы подумали, что будет, если у вас появятся дети?</p>
     <p>Отец Рубо бросил взгляд на мужчину, стоящего у окна.</p>
     <p>Лицо женщины озарилось радостью; но в ту же минуту она поняла, что означал этот вопрос. Она подняла руку, как бы моля о пощаде, но священник продолжал:</p>
     <p>— Представьте, что вы прижимаете к груди невинного младенца. Мальчика! К девочкам свет менее жесток. Да ведь самое молоко в вашей груди обратится в желчь! Как вам гордиться, как радоваться вам на вашего сына, когда другие дети…</p>
     <p>— О, пощадите! Довольно!</p>
     <p>— За грехи родителей…</p>
     <p>— Довольно! Я вернусь! — Она припала к ногам священника.</p>
     <p>— Ребенок будет расти, не ведая зла, покуда в один прекрасный день ему не швырнут в лицо страшное слово…</p>
     <p>— Господи! О господи!</p>
     <p>Женщина в отчаянии опустилась на колени. Священник со вздохом поднял ее. Уортон хотел было подойти к ней, но она замахала на него рукой.</p>
     <p>— Не подходи ко мне, Клайд! Я возвращаюсь к мужу! — Слезы так и струились по ее щекам, она не пыталась вытирать их.</p>
     <p>— После всего, что было? Ты не смеешь! Я не пущу тебя!</p>
     <p>— Не трогай меня! — крикнула она, отстраняясь от него и дрожа всем телом.</p>
     <p>— Нет, ты моя! Слышишь! Моя!</p>
     <p>Он резко повернулся к священнику.</p>
     <p>— Какой же я дурак, что позволил вам читать тут проповеди! Благодарите бога, что на вас священный сан, а не то бы я… Да, да, я знаю, вы скажете: право священника… Ну что ж, вы воспользовались им. А теперь убирайтесь подобру-поздорову, пока я не забыл, кто вы и что вы!</p>
     <p>Отец Рубо поклонился, взял женщину за руку и направился с нею к дверям. Но Уортон загородил им дорогу.</p>
     <p>— Грэйс! Ты ведь говорила, что любишь меня?</p>
     <p>— Говорила.</p>
     <p>— А сейчас ты любишь меня?</p>
     <p>— Люблю.</p>
     <p>— Повтори еще раз!</p>
     <p>— Я люблю тебя, Клайд, люблю!</p>
     <p>— Слышал, священник? — вскричал он. — Ты слышал, что она сказала, и все же посылаешь ее с этими словами на устах обратно к мужу, где ее ждет ад, где ей придется лгать всякую минуту своей жизни!</p>
     <p>Отец Рубо вдруг втолкнул женщину во внутреннюю комнату и прикрыл за ней дверь.</p>
     <p>— Ни слова! — шепнул он Уортону, усаживаясь на табурет и принимая непринужденную позу. — Помните: это ради нее, — прибавил он.</p>
     <p>Раздался резкий стук в дверь, затем поднялась щеколда, и вошел Эдвин Бентам.</p>
     <p>— Моей жены не видали? — спросил он после обмена приветствиями.</p>
     <p>Оба энергично замотали головой.</p>
     <p>— Я заметил, что ее следы ведут от нашей хижины вниз, — продолжал он осторожно. — Затем они видны на главной тропе и обрываются как раз у поворота к вашему дому.</p>
     <p>Они выслушали его объяснения с полным безразличием.</p>
     <p>— И я… я подумал, что…</p>
     <p>— Что она здесь?! — прогремел Уортон.</p>
     <p>Священник взглядом заставил его успокоиться.</p>
     <p>— Вы видели, что ее следы ведут в эту хижину, сын мой?</p>
     <p>Хитрый отец Рубо! Еще час назад, когда шел сюда по той же самой дорожке, он позаботился затоптать следы.</p>
     <p>— Я не стал разглядывать, я… — Кинув подозрительный взгляд на дверь, ведущую в другую комнату, он перевел его на священника. Тот покачал головой. Бентам все еще колебался.</p>
     <p>Сотворив про себя коротенькую молитву, отец Рубо поднялся с табурета.</p>
     <p>— Ну, если вы мне не верите… — Он двинулся к двери.</p>
     <p>Священники не лгут. Эдвин Бентам часто слышал эту истину и не сомневался в непреложности ее.</p>
     <p>— Что вы, святой отец! — сказал он поспешно. — Просто я не пойму, куда это запропастилась моя жена, и подумал, что, может быть… Ах, верно, она пошла к миссис Стентон во Французское ущелье. Прекрасная погода, не правда ли? Слыхали новость? Мука подешевела — теперь фунт идет за сорок центов; и, говорят, чечако целым стадом двинулись вниз по реке. Однако мне пора. Прощайте!</p>
     <p>Дверь захлопнулась. Они глядели в окно, вслед Эдвину Бентаму, который направился во Французское ущелье продолжать свои розыски.</p>
     <empty-line/>
     <p>Через несколько недель, как только спало июньское половодье, два человека сели в лодку, оттолкнулись от берега и набросили канат на плывущую в реке корягу; канат натянулся, и утлое суденышко поплыло вперед, как на буксире. Отец Рубо получил предписание покинуть верховья и вернуться к своей смуглой пастве в Минук. Там появились белые люди, и с их приходом индейцы забросили рыбную ловлю и стали усердно поклоняться известному божеству, нашедшему временное пристанище в несметных количествах черных бутылок. Мэйлмют Кид сопутствовал священнику, так как у него тоже были кое-какие дела в низовьях.</p>
     <p>Только один человек во всей Северной Стране знал Поля Рубо, не миссионера-священника, не «отца Рубо», а Поля Рубо, простого смертного. Этот человек был Мэйлмют Кид. Только перед ним отец Рубо забывал свой священнический сан и представал во всей своей духовной наготе. Что же в этом удивительного? Эти два человека знали друг друга. Разве они не делились последней рыбешкой, последней щепоткой табаку, последней и сокровеннейшей мыслью — то на пустынных просторах Берингова моря, то в убийственных лабиринтах Великой Дельты, то во время поистине ужасающего зимнего перехода от мыса Барроу к Поркьюпайн!</p>
     <p>Отец Рубо, попыхивая своей видавшей виды трубкой, глядел на алый диск солнца, которое угрюмо нависло над северным горизонтом. Мэйлмют Кид завел часы. Была полночь.</p>
     <p>— Не стоит унывать, друг! — Кид, очевидно, продолжал ранее начатый разговор. — Уж, верно, бог простит подобную ложь. Скажу я словами человека, который всегда знает, что сказать.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Если слово она проронила — молчанья храни печать,</v>
       <v>И клеймо презренной собаки тому, кто не мог молчать!</v>
       <v>Если Герворд беда угрожает, а спасет ее море лжи, —</v>
       <v>Лги, покуда язык не отсохнет, а имеющий уши жив.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Отец Рубо вынул трубку изо рта и задумался:</p>
     <p>— Он хорошо сказал, ваш поэт, но не это меня сейчас мучает. И ложь и кара за нее в руке божьей, но… но…</p>
     <p>— Но что же? Ваша совесть должна быть чиста.</p>
     <p>— Нет, Кид. Сколько я ни думаю об этом, а факт остается фактом. Я все <emphasis>знал</emphasis> и все же заставил ее вернуться.</p>
     <p>Звонкая песня зарянки раздалась на лесистом берегу, откуда-то из глубины донесся приглушенный зов куропатки, в затоне с громким плеском вошел в воду лось; два человека в лодке молча курили.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Мудрость снежной тропы</p>
     </title>
     <p>Ситка Чарли достиг недостижимого. Индейцев, которые не хуже его владели бы мудростью тропы, еще можно было встретить, но только один Ситка Чарли постиг мудрость белого человека, его закон, его кодекс походной чести. Все это ему далось, однако, не сразу. Ум индейца не склонен к обобщениям, и нужно, чтобы накопилось много фактов и чтобы факты эти часто повторялись, прежде чем он поймет их во всем их значении. Ситка Чарли с самого детства толкался среди белых. Когда же он возмужал, он решил совсем уйти от своих братьев по крови и навсегда связал свою судьбу с белыми. Но и тут, несмотря на все свое уважение, можно сказать, преклонение перед могуществом белых, над которым Ситка Чарли без конца размышлял, он долго еще не мог уяснить себе скрытую сущность этого могущества — закон и честь, и только многолетний опыт помог ему окончательно разобраться в этом. Поняв же закон белых, он, человек другой расы, усвоил его лучше любого белого человека. Так он, индеец, достиг недостижимого.</p>
     <p>Все это породило в нем некоторое презрение к собственному народу. Обычно он старался скрывать это презрение, но сейчас оно проявилось в многоязычном каскаде проклятий, обрушившемся на головы Ка-Чукте и Гоухи. Они стояли перед ним, точно две собаки, которым трусость мешает напасть, между тем как волчья сущность не позволяет спрятать клыки. Вид у обоих, да и у Ситки Чарли, тоже был такой, что краше в гроб кладут: кожа да кости, на скулах омерзительные струпья от жестоких морозов, местами потрескавшиеся, местами затянувшиеся, в глазах зловещий огонь, порожденный голодом и отчаянием. Когда люди дошли до подобного состояния, им нет дела до закона и чести; таким людям доверять нельзя. Ситка Чарли это знал, потому-то десять дней назад, когда было решено оставить кое-что из походного снаряжения, он и заставил их побросать ружья. Теперь во всем отряде оставалось всего лишь два ружья: одно у самого Ситки Чарли, другое у капитана Эппингуэлла.</p>
     <p>— А ну-ка, разведите костёр, живо! — скомандовал Ситка Чарли, доставая драгоценную спичечную коробку и бересту.</p>
     <p>Индейцы мрачно принялись собирать сухие сучья и валежник. Они были очень слабы, устраивали частые передышки и, наклоняясь за сучьями, с трудом удерживались на ногах; их колени дрожали и стукались одно о другое, как кастаньеты. Каждый раз, доковыляв до костра, они останавливались, чтобы перевести дух, как тяжело больные или смертельно усталые люди. Взгляд их то тускнел, выражая тупое, терпеливое страдание, то загорался исступленной жаждой жизни, которая, казалось, вот-вот прорвется неистовым воплем, лейтмотивом всего сущего: «Я хочу жить! Я, я, я!»</p>
     <p>Внезапно поднявшийся с юга ветерок больно щипал лицо и руки, а раскаленные иглы мороза проникали до самых костей, впиваясь в тело сквозь меховую одежду. Поэтому, когда костер разгорелся как следует и снег кругом него начал подтаивать, Ситка Чарли заставил своих товарищей помочь ему в устройстве защитного полога. Это было весьма примитивное сооружение, попросту говоря, обыкновенное одеяло, которое натянули с подветренной стороны костра примерно под углом в сорок пять градусов к земле. Полог этот все же защищал от пронизывающего ветра и отражал тепло, направляя его на сидящих вокруг костра. Затем, чтоб не сидеть прямо на снегу, индейцы набросали еловых ветвей. Выполнив эту работу, они занялись своими ногами. Заледеневшие мокасины сильно истрепались в пути, острый лед речных заторов превратил их в лохмотья. Меховые носки были в таком же состоянии; когда же они оттаяли настолько, что их можно было стащить, обнажились мертвенно-бледные пальцы ног в разных стадиях обмороженности; они красноречиво поведали несложную историю похода.</p>
     <p>Оставив Ка-Чукте и Гоухи сушить у костра обувь, Ситка Чарли повернул лыжи и пошел обратно по тропе. Он и сам был бы рад посидеть у костра и дать отдых своему измученному телу, но это было бы противно <emphasis>закону и чести.</emphasis> Он шагал по замерзшей равнине, в каждом шаге был словно вопль протеста, в каждом мускуле — призыв к бунту. Его нога то и дело ступала на хрупкий лед, только что затянувший промоины, и тогда нужно было не мешкая перепрыгивать на другую льдину. Смерть в таких местах бывает мгновенной и легкой; но Ситка Чарли не желал умирать.</p>
     <p>Тревога, которая постепенно нарастала в нем, рассеялась, как только из-за поворота реки показались ковыляющие фигуры двух индейцев. Они с трудом волочили ноги и тяжело дышали, точно несли тяжелую ношу, хотя в их заплечных мешках было всего несколько фунтов клади. Ситка Чарли набросился на индейцев с расспросами, и, видимо, их ответы успокоили его. Он поспешил дальше. Навстречу шли трое белых — двое мужчин вели под руки женщину. Они тоже брели, как пьяные, от усталости у них тряслись руки и ноги. Однако женщина старалась не слишком опираться на своих спутников и двигаться без их помощи. На лице Ситки Чарли мелькнула радость, когда он увидел ее. Миссис Эппингуэлл вызывала у него чувство глубокой симпатии и уважения. На своем веку он перевидал много белых женщин, но никогда еще ему не доводилось идти с какой-нибудь из них по снежной тропе. Когда капитан Эппингуэлл впервые заговорил с ним об этом рискованном предприятии, предложив ему принять участие в походе, индеец хмуро покачал головой. Он знал, что прокладывать новый путь через унылые просторы Северной Страны было делом, которое даже от мужчин требовало предельного напряжения сил. Услышав же, что их собирается сопровождать жена капитана, он решительно отказался от какого бы то ни было участия в этом предприятии. Добро бы это была индианка, но женщина из Южной Страны… нет, нет, все они неженки и белоручки, и такой поход им не под силу.</p>
     <p>Но Ситка Чарли не знал, с кем он имеет дело. Еще пять минут тому назад он и в мыслях не имел согласиться. Но вот подошла она; ее чудесная улыбка околдовала его, ее четкая английская речь поразила его слух; она поговорила с ним по-деловому, не прибегая ни к просьбам, ни к уговорам, и Ситка Чарли тут же сдался. Если бы он прочел в ее глазах мольбу или вкрадчивость, если бы уловил в ее голосе малейшую дрожь, если бы почувствовал, что она рассчитывает на свое женское обаяние, Ситка Чарли оказался бы тверже стали, — но ее ясный пытливый взгляд, ее звонкий, решительный голос, ее полнейшая искренность и манера держаться с ним просто, как с равным, вскружили ему голову совершенно. Он почувствовал, что перед ним женщина особой породы, и уже в первые дни пути понял, отчего мужчины, родившиеся от подобных женщин, сделались повелителями морей и суши и отчего мужчины, рожденные женщинами его племени, не могли против них устоять. Неженка и белоручка — это она-то! Изо дня в день наблюдал он ее, усталую, измученную и все же несдающуюся, и повторял в уме эти слова: «Неженка и белоручка». Он смотрел, как с утра до ночи, не зная усталости, мелькают перед ним ее ноги, которым бы ходить по утоптанным дорожкам в солнечных краях, не ведая ни ноющей боли от мокасин, ни ледяных поцелуев мороза; смотрел — и не мог надивиться. Она дарила всех своей приветливой улыбкой, для самого последнего носильщика находила словечко одобрения. Надвигалась полярная ночь, но упорство и решимость этой женщины, казалось, только возрастали с наступающей темнотой. Когда Гоухи и Ка-Чукте, которые хвастали, что знают дорогу, как собственный вигвам, признались в конце концов, что сбились с пути, среди проклятий, обрушившихся на них, один голос, голос женщины, поднялся в их защиту. В ту ночь она пела своим спутникам, и от ее песни позабылась усталость и вселилась новая надежда в их сердца. Когда съестные припасы стали подходить к концу и каждый крохотный кусок был на учете, она восстала против ухищрений своего мужа и Ситки Чарли, требуя, чтобы ей выделяли ровно столько же, сколько остальным, — ни больше, ни меньше.</p>
     <p>Ситка Чарли гордился дружбой этой женщины. С ее появлением жизнь его стала богаче, он обрел новые горизонты. Сам себе наставник, он привык идти своим путем, ни на кого не оглядываясь. Он воспитал себя, опираясь на правила, которые сам же и выработал, не прислушиваясь ни к чьим мнениям, кроме собственного. И вот впервые появилась какая-то сила извне и вызвала к жизни все лучшее, что в нем таилось. Взгляд одобрения этих ясных глаз, слово благодарности, произнесенное этим звонким голосом, неуловимое движение губ, складывающихся в эту изумительную улыбку, — и Ситка Чарли в течение долгих часов пребывал на седьмом небе. Она вдохновляла его, поднимала в собственных глазах; он научился гордиться тем, что так глубоко усвоил мудрость тропы. Он и миссис Эппингуэлл вдвоем поддерживали дух у приунывших товарищей.</p>
     <empty-line/>
     <p>Лица всех троих прояснились при виде Ситки Чарли — ведь он был их единственной опорой в пути. Как всегда, невозмутимый, привыкший скрывать под железной маской безразличия равно и радость и боль, Ситка Чарли осведомился об остальных членах отряда, сообщил, сколько осталось идти до костра, и продолжал свой путь. Вскоре ему попался навстречу индеец; он шел, прихрамывая, один и без поклажи; губы его были плотно сжаты, в глазах застыла боль: в его ноге в последней схватке со смертью еще пульсировала жизнь. Все, что можно было для него сделать, было сделано, но в конечном счете слабый и неудачливый гибнет. Ситка Чарли видел, что дни индейца сочтены. Долго он все равно протянуть не мог, и Ситка Чарли, бросив на ходу несколько суровых слов утешения, пошел дальше. После этого ему повстречались еще два индейца — те, которым Ситка Чарли поручил вести Джо, четвертого белого человека в их отряде. Но они бросили его. Ситке Чарли было достаточно одного взгляда, чтобы понять по какой- то неуловимой свободе движений, что индейцы вышли из повиновения. И потому он не был застигнут врасплох, когда в ответ на приказ вернуться за белым в руках у индейцев сверкнули охотничьи ножи. Какое убогое зрелище — три слабых человеческих существа мерятся своими жалкими силенками среди просторов могучей природы! Двое были вынуждены отступить под ударами, которые наносил им третий прикладом ружья. Индейцы, как побитые собаки, поплелись обратно. А через два часа все они — Джо, поддерживаемый с двух сторон индейцами, и Ситка Чарли, замыкавший шествие — подошли к костру, где остальные члены отряда жались к огню под защитой полога.</p>
     <p>Когда были проглочены скудные порции пресных лепешек, Ситка Чарли сказал:</p>
     <p>— Несколько слов, друзья мои, прежде чем лечь спать. — Он обратился к индейцам на их родном языке, так как уже сообщил белым содержание своей речи. — Несколько слов, друзья мои, для вашей же пользы, — может быть, они помогут вам сохранить вашу жизнь. Я дам вам закон, и тот, кто нарушит его, будет сам виновен в своей смерти. Мы перешли Горы Молчания и сейчас идем по верховьям реки Стюарт. Может быть, нам остался всего лишь один сон в пути, может быть, два-три или даже много снов, но так или иначе мы дойдем до людей с Юкона, у которых много еды. Так вот, мы должны соблюдать закон. Сегодня Ка-Чукте и Гоухи, которым я приказал прокладывать лыжню, забыли о том, что они мужчины, и убежали, как малые дети. Ну что ж, они забыли, забудем и мы на этот раз! Но отныне пусть они не забывают. Если же они снова забудут… — Тут он с нарочитой небрежностью погладил ствол ружья. — Завтра они понесут муку, и поведут белого человека Джо, и будут следить за тем, чтоб он не остался лежать на тропе. Я вымерил, сколько здесь чашек муки; если к вечеру пропадет хотя бы унция… Понятно? Кое-кто еще забыл сегодня: Оленья Голова и Три Лосося оставили белого человека Джо одного на снегу. Пусть и они не забывают больше. Как только забрезжит день, они отправятся вперед прокладывать лыжню. Вы слышали закон — смотрите же не нарушайте его.</p>
     <empty-line/>
     <p>Как ни старался Ситка Чарли, ему не удавалось заставить свой отряд идти след в след. От Оленьей Головы и Трех Лососей, которые шли в авангарде, прокладывая лыжню, до замыкавших шествие Ка-Чукте, Гоухи и Джо он растянулся чуть не на милю. Каждый брел, падал, чтобы перевести дух, и снова вставал. Они подвигались вперед, напрягая остатки сил, то и дело останавливаясь, и всякий раз, когда они думали, что окончательно выдохлись, оказывалось, что каким-то чудом они все-таки могут еще идти, что силы их не совсем еще иссякли. Всякий раз, упав, человек думал, что ему уже не встать, и, однако, он вставал, и падал снова и еще раз вставал. Человеческая воля побеждала изнемогающую плоть, но каждая одержанная победа таила в себе трагедию. Индеец с отмороженной ногой уже не шел, а полз на четвереньках. Он полз, почти не останавливаясь, ибо знал цену, которую мороз взыщет с него за передышку. Даже у миссис Эппингуэлл улыбка словно застыла на губах, и она смотрела вперед невидящим взглядом. Она часто останавливалась, прижимала к груди руку в меховой рукавице: не хватало дыхания и кружилась голова.</p>
     <p>Белый человек Джо находился по ту сторону страданий. Он уже не молил, чтоб его оставили в покое, и не взывал к смерти; он был кроток и ни на что не жаловался — бред избавил его от страданий. Ка-Чукте и Гоухи тащили его без всяких церемоний, награждая свирепыми взглядами, а иной раз и тумаками. Они считали себя жертвой величайшей несправедливости. Их сердца были полны страха и жгучей ненависти. Этот человек ослаб, так почему они должны тратить на него свои последние силы? Повиноваться означало для них верную смерть; взбунтоваться… Но тут они вспомнили Ситку Чарли, его <emphasis>закон,</emphasis> его ружье.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_071.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>С наступлением сумерек Джо падал все чаще и чаще, и поднимать его становилось с каждым разом все тяжелее; они начали сильно отставать. Индейцы так ослабли под конец, что стали уже валиться в снег вместе с ним. А между тем на спине, за плечами — жизнь, тепло! В мешках с мукой заключалась животворящая сила. Не думать об этом было невозможно, и то, что случилось, должно было неминуемо случиться. Они устроили привал возле большой партии сплавного леса, которую затерло льдами. Дрова — их было несколько тысяч кубических футов, — казалось, только и ждали спички. А совсем близко поблескивала в проруби вода. Ка-Чукте и Гоухи взглянули на дрова, затем на воду, потом посмотрели друг другу в лицо. Они не обменялись ни единым словом.</p>
     <p>Гоухи разжег костер; Ка-Чукте наполнил жестянку водой и согрел ее на огне. Джо лепетал на непонятном языке о непонятных делах, творившихся в далеком, чуждом им краю. Размешав муку в тепловатой воде, они приготовили себе жидкую кашицу и выпили одну за другой несколько чашек. Они не подумали угостить Джо, но Джо не обижался; Джо ни на что больше не обижался. Он даже не обижался на свои мокасины, которые тихо тлели и дымились на угольках от костра.</p>
     <p>Вокруг пирующих падал легкий искрящийся снег, падал мягко, ласково, обволакивая их плотной белой мантией. Много еще троп исходили бы они, если бы волею судеб не прекратился снегопад и небо не очистилось от туч. Каких-нибудь десять минут, и они были бы спасены! Оглянувшись, Ситка Чарли увидал столб дыма от костра и все понял. Он посмотрел вперед, туда, где шагали самые стойкие, где шла миссис Эппингуэлл.</p>
     <empty-line/>
     <p>— Итак, друзья мои, вы опять забыли, что вы мужчины? Хорошо. Очень хорошо. Двумя ртами меньше.</p>
     <p>С этими словами Ситка Чарли завязал мешок с остатками муки и пристегнул его к своему вещевому мешку. Затем он принялся изо всех сил толкать несчастного Джо, пока боль не вывела беднягу из блаженного оцепенения и не заставила его с трудом подняться на ноги. Ситка Чарли поставил его на лыжню, слегка подтолкнул, и Джо пошел. Индейцы попытались было улизнуть.</p>
     <p>— Стой, Гоухи! И ты, Ка-Чукте! Или мука придала вашим ногам столько сил, что уж и быстрокрылый свинец вас не догонит? Закон не обманешь. Покажите же, что вы мужчины, и радуйтесь, что умираете сытыми. Встаньте рядом, спиной к бревнам!.. Ну!</p>
     <p>Индейцы повиновались без слов, без страха, ибо человек страшится будущего, а не настоящего.</p>
     <p>— У тебя, Гоухи, есть жена и дети и вигвам из оленьих шкур на земле племени чиппева. Как ты хочешь распорядиться ими?</p>
     <p>— Узнай у капитана, что принадлежит мне, и отдай все моей жене — одеяла, бусы, табак и ящик, который издает чудные звуки, похожие на разговор белого человека. Скажи, что я встретил смерть в пути, но не рассказывай, как это случилось.</p>
     <p>— А ты, Ка-Чукте? У тебя ведь нет ни жены, ни детей…</p>
     <p>— У меня есть сестра, жена агента фактории в Кошиме. Он бьет ее, ей плохо с ним. Дай ей все, что принадлежит мне по контракту, и скажи, чтобы возвращалась к своей родне. А если сам он тебе попадется и ты захочешь оказать мне услугу, — знай, что ему следовало бы умереть. Он ее бьет, и она его боится.</p>
     <p>— Согласны ли вы принять законную смерть?</p>
     <p>— Согласны.</p>
     <p>— Прощайте же, дорогие друзья! Да попадут ваши души в теплое жилье, да воссядут они возле полных котлов!</p>
     <p>С этими словами он вскинул ружье, и тишина огласилась многократным эхо. Едва умолкли последние раскаты, как в ответ издалека послышались ружейные выстрелы. Ситка Чарли вздрогнул. Выстрелов было несколько, а он знал, что во всем отряде только у одного человека, кроме него, имелось ружье. Кинув быстрый взгляд на тех, что недвижно лежали на снегу, он с горькой усмешкой подумал о мудрости тропы и быстро зашагал навстречу людям с Юкона.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Жена короля</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>В те дни, когда Северная Страна была еще молодой, принятый в ней кодекс личных и гражданских добродетелей отличался простотой и краткостью. Когда бремя домашних забот становилось невмоготу, а унылое одиночество у вечернего камелька порождало могучий протест, искатель приключений из Южной Страны шел, за неимением лучшего, в индейский поселок, вносил установленную плату и брал себе в жены одну из дочерей племени. Для той, на кого падал его выбор, это было предвкушением райского блаженства, ибо надо признать, что белые мужья обходились с женами гораздо нежней и заботливей, чем индейцы. Белый мужчина оставался доволен сделкой, да и индейцам, по правде сказать, было не на что жаловаться. Продав дочь или сестру за несколько хлопчато-бумажных одеял и старенькое ружьишко и обменяв теплые меховые шкурки на жиденький ситчик и скверное виски, сын земли бодрым шагом шел навстречу смерти, которая подстерегала его то в виде скоротечной чахотки, то какого-нибудь другого, столь же безошибочно действующего недуга, завезенного в его страну в числе прочих благ высшей цивилизации.</p>
      <p>В эту-то эпоху аркадской простоты нравов Кел Галбрейт и странствовал по Северной Стране; в дороге он заболел и был вынужден остановиться где-то в районе Нижней реки. Его появление внесло приятное разнообразие в жизнь добрых сестер из миссии Святого Креста, которые приютили больного и принялись его лечить; они, конечно, и представить себе не могли, какой огонь пробегал по жилам больного от их ласковых забот, от каждого прикосновения нежных ручек. Странные мысли начали одолевать Кела Галбрейта, настойчивые, неотвязные. Тут-то и попалась ему на глаза воспитанница миссии Магдалина. Но он и вида не подал, решившись выждать до поры до времени. С наступлением весны он немного окреп, и, когда солнце стало вновь чертить свой огненный круг на небесах и земля ожила в радостном трепете, Кел Галбрейт, собравшись с силами, двинулся в путь.</p>
      <p>Воспитанница миссии Магдалина была сирота. Ее белый отец, повстречавшись как-то раз на тропе с медведем, не проявил достаточного проворства, и это стоило ему жизни. Мать ее — индианка, оставшись без мужчины, который пополнял бы ее зимние припасы, пошла на рискованный эксперимент: решила дожидаться нереста лососей, имея всего лишь пятьдесят фунтов муки да фунтов двадцать пять бекона. После этого осиротевшую Чук-Ра отправили на воспитание к добрым <emphasis>сестрам,</emphasis> которые и окрестили ее Магдалиной.</p>
      <p>Но все же родня у Магдалины была, и самым близким по крови доводился ей дядюшка — беспутный человек, окончательно подорвавший себе здоровье с помощью напитка белых — виски. Он стремился общаться с богами каждый день своей жизни, иначе говоря, искал кратчайшую тропу к могиле. Когда же ему приходилось быть трезвым, он испытывал муки ада; Что такое совесть, он не знал. К этому-то старому бездельнику и явился Кел Галбрейт. Было сказано много слов, выкурено много табаку. Оба собеседника взяли на себя кое-какие обязательства, и дело кончилось тем, что почтенный язычник, уложив на дно лодки несколько фунтов вяленой лососины, отбыл по направлению к миссии Святого Креста.</p>
      <p>Каких он надавал там обещаний, что он им наплел, обо всем этом миру не суждено узнать, ибо сестры никогда не сплетничают. Известно лишь, что, когда он покинул миссию, у него на груди поблескивал медный крест, а в лодке с ним сидела Магдалина. В тот же вечер была сыграна великолепная свадьба, закончившаяся потлачем. После такого праздника индейцы, как водится, два дня не выходили на рыбную ловлю. Но Магдалина на следующее же утро распростилась с Нижней рекой и, сев с мужем в лодку, отправилась на Верхнюю реку в Низовьях Юкона. Магдалина оказалась хорошей женой, безропотно разделяла с мужем все житейские невзгоды и готовила ему пищу. Она держала его в узде, пока он не научился прикапливать золотой песок и работать засучив рукава. В конце концов он напал на жилу и выстроил себе домик в Серкле. Глядя на его счастливую семейную жизнь, люди испытывали невольную зависть и томление духа.</p>
      <p>К этому времени Северная Страна вступила в полосу зрелости и приобщилась к радостям светской жизни. До сих пор Южная Страна посылала сюда своих сыновей; теперь же началось новое паломничество — паломничество дочерей Юга. Хотя дамы эти, строго говоря, не доводились тем белым мужчинам, которые приехали сюда раньше, ни женами, ни сестрами, им все же удалось воздействовать на своих соотечественников и привить им хороший тон — как они его понимали. Жены из индианок больше не появлялись на балах, не кружились в добрых старых виргинских плясках или веселом танце «Дан Таккер». Со свойственным им стоицизмом, без жалоб и упреков, взирали они с порога своих хижин на владычество белых сестер.</p>
      <p>Но вот неисчерпаемый Юг прислал из-за гор новое пополнение. На этот раз пришли женщины, которым было суждено править страной. Их слово стало законом, а закон их был крепок как сталь. Они косо смотрели на индейских жен, а белые женщины первого потока вдруг оробели и притихли. Нашлись среди мужчин малодушные, которые устыдились своих давних союзов с дочерями земли и стали с неудовольствием поглядывать на свое смуглое потомство; но были и другие, настоящие мужчины, те с гордостью хранили верность данному обету. Когда вошло в моду разводиться с индейскими женами, Кед Галбрейт не потерял мужества, зато он тотчас ощутил на себе тяжелую десницу женщин, которые пришли в страну позже всех, знали о ней меньше всех и тем не менее в ней властвовали безраздельно.</p>
      <p>В один прекрасный день обнаружилось, что Верховья Юкона богаты золотом. Собачьи упряжки доставили эту весть к Соленой Воде; суда, везущие золото, переправили соблазнительную новость через Тихий океан; этим открытием гудели телеграфные провода и подводный кабель. И весь мир услышал о реке Клондайк и Юконской территории.</p>
      <p>Все эти годы Кел Галбрейт прожил тихо и мирно. Он был хорошим мужем своей Магдалине, и брак их не остался бесплодным. Но постепенно им овладело чувство неудовлетворенности: он стал испытывать неясную тоску по общению с такими же, как он, по жизни, из которой был исключен; в нем стало расти смутное желание, появляющееся подчас у всякого мужчины, — желание вырваться на волю, вкусить радостей бытия. А между тем его ушей достигли фантастические легенды об этом удивительном Эльдорадо, заманчивые описания нового городка из палаток и хижин, невероятные рассказы о чечако, которые обрушились на этот край настоящей лавиной. Серкл опустел, жизнь города прекратилась. Мир — обновленный и прекрасный — переместился вверх по течению.</p>
      <p>Кела Галбрейта потянуло в гущу событий, он хотел увидеть все собственными глазами. Поэтому, как только закончились зимние промывочные работы, он положил сотню-другую фунтов золотого песку на большие весы Компании и взял чек на получение соответствующей суммы в Доусоне. Затем, поручив наблюдение за прииском Тому Диксону, поцеловав Магдалину на прощание и пообещав ей вернуться, когда появится первый лед, он сел на пароход и отправился вверх по течению.</p>
      <p>Магдалина ждала. Она прождала его все три солнечных месяца. Она кормила собак, возилась с маленьким Келом, провожая короткое лето и глядя вслед уходящему солнцу, которое пустилось в свой долгий путь на юг. Кроме того, она много молилась так, как ее учили сестры Святого Креста. Наступила осень, на Юконе появился первый лед, короли Серкла возвращались на зимние работы, а Кела Галбрейта все не было. Должно быть, Том Диксон получил от него письмо, так как рабочие по его распоряжению привезли на нартах запас сухих сосновых дров на зиму. Компания, надо полагать, тоже получила письмо, так как прислала несколько собачьих упряжек с провизией самого отличного качества, уведомив Магдалину, что она может пользоваться у них неограниченным кредитом.</p>
      <p>Виновником всех женских горестей испокон века принято считать мужчину; но тут как раз мужчины помалкивали, позволяя себе лишь время от времени крепкое словцо по адресу отсутствующего собрата, а женщины, вместо того чтобы следовать их примеру, поспешили довести до слуха Магдалины диковинные рассказы о делах и днях Кела Галбрейта. В этих рассказах фигурировала некая гречанка танцовщица; говорили, что для нее мужчины служили такой же забавой, как для детей мыльные пузыри. Магдалина была индианка и, кроме того, не имела подруги, к которой могла бы пойти за мудрым советом. Целый день она молилась и размышляла, а к вечеру, будучи женщиной решительной и энергичной, запрягла собак, привязала маленького Кела к нартам и двинулась в путь.</p>
      <p>Юкон еще не стал, но с каждым днем прибрежный лед все рос, превращая реку в узенький мутный ручеек. Только тот, кому когда-либо доводилось пройти сто миль по ледяной кромке, а потом — еще двести по торосам уже замерзшей реки, в состоянии представить себе, что вынесла эта женщина, каких трудов и мучений стоил ей этот переход. Но Магдалина была индианка. И вот ночной порой в дверь Мэйлмюта Кида постучали. Хозяин открыл дверь, накормил голодных собак, уложил в постель маленького крепыша и занялся женщиной, которая еле держалась на ногах от усталости. Пока она рассказывала ему свои приключения, он стянул с нее обледенелые мокасины и принялся колоть ей ноги острием ножа, что-бы проверить, насколько они обморожены.</p>
      <p>В мужественной душе Мэйлмюта Кида было что-то нежное, женственное, благодаря чему самые свирепые собаки испытывали к нему доверие и самые суровые сердца раскрывались перед ним. Не то чтобы он добивался чьих-либо излияний — сердца раскрывались навстречу ему так же естественно, как раскрываются цветы навстречу солнцу. Говорили, что сам отец Рубо, священник, исповедовался ему, а уж простые смертные мужчины и женщины Северной Страны без конца толкались в его дверь — дверь, у которой щеколда никогда не закладывалась. Мэйлмют Кид в глазах Магдалины был человеком, который не мог ошибаться ни в словах, ни в поступках. Она знала его с самого детства, с того дня, когда стала жить среди соотечественников своего отца; и ей, полудикарке, представлялось, что в Мэйлмюте Киде сосредоточена вся мудрость веков, что его взору дано проникать сквозь завесу будущего.</p>
      <p>В стране царили ложные идеалы. Нынешняя общественная мораль Доусона не совпадала с прежней, и буйный рост Северной Страны вызвал к жизни много дурного. Все это Мэйлмют Кид понимал; он знал также, что представляет собой Кел Галбрейт. Он знал, что одно необдуманное слово, сказанное впопыхах, подчас может причинить непоправимый вред, и к тому же ему хотелось хорошенько проучить этого человека, пристыдить его как следует. На другой день вечером он устроил у себя небольшое совещание, пригласив к себе молодого горного инженера Стенли Принса и Джека Харрингтона по прозванию «Счастливый Джек», с его скрипкой. В ту же ночь Беттлз, которому Мэйлмют Кид в свое время оказал неоценимую услугу, запряг собак Кела Галбрейта, привязал к нартам Кела Галбрейта-младшего и исчез с ними в темноте, в направлении реки Стюарт.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>— Итак, раз, два, три, раз, два, три. В другую сторону. Нет, не так! Сначала, Джек! Смотрите, вот так! — Принс исполнил нужное па с изяществом человека, который привык дирижировать котильоном.</p>
      <p>— И-и-раз, два, три; раз, два, три. Обратно! Вот. Это уже лучше. Повторите. Да не смотрите на ноги! Раз, два, три, раз, два, три. Короче шаг! Вы ведь не собак погоняете! Попробуем еще раз. Вот! Хорошо! Раз, два, три, раз, два, три…</p>
      <p>Принс и Магдалина кружились в бесконечном вальсе. Стол и стулья были отодвинуты к стене, чтоб было просторней танцевать. Мэйлмют Кид сидел на койке, уткнув подбородок в колени, и с интересом смотрел на танцующих. Джек Харрингтон сидел рядом с ним и вовсю пиликал на своей скрипке, стараясь подлаживаться к танцорам.</p>
      <p>Это была смелая, неслыханная затея — то, что задумали эти трое мужчин, желая помочь женщине. Пожалуй, самым трогательным во всем была та серьезность, с какой они занимались своим делом. Магдалину натаскивали со всей строгостью, с какой готовят спортсмена к состязанию или приучают собаку ходить в упряжке. Впрочем, Магдалина представляла собой благодарный материал, так как в отличие от своих соплеменниц ей не приходилось в детстве носить тяжести и прокладывать путь по снежной целине. К тому же она была хорошо сложена, подвижна, и в ней проглядывала какая-го робкая грация. Эту-то скрытую грацию они и пытались выявить и развить.</p>
      <p>— Вся беда в том, что она с самого начала научилась танцевать неправильно, — говорил Принс приятелям, усадив свою запыхавшуюся ученицу на стол. — Она быстро схватывает, но было бы лучше, если б она совсем не умела танцевать. Кстати, Кид, я никак не пойму, откуда у нее эта манера? — Принс повторил своеобразное движение плеч и шеи, свойственное Магдалине во время ходьбы.</p>
      <p>— Это что! Ее счастье, что она воспитывалась в миссии, — отвечал Мэйлмют Кид. — Это от привычки носить тяжести на спине, — пояснил он, — от ремешка, который затягивается на голове. У других индианок это еще заметнее. Ей же пришлось таскать тяжести только после того, как она вышла замуж да и то лишь на первых порах. Впрочем, они с мужем хлебнули горя: они ведь были на Сороковой во время голода.</p>
      <p>— Как бы нам избавить ее от этой привычки?</p>
      <p>— Сам не знаю. Разве что попробовать гулять с ней каждый день часа по два и следить за тем, как она держится при ходьбе? Хоть немножко да поможет. Верно, Магдалина?</p>
      <p>Молодая женщина молча кивнула в ответ. Раз Мэйлмют Кид, который знает все на свете, так говорит, значит, так оно и есть. Вот и все.</p>
      <p>Она подошла к ним, ей не терпелось продолжать прерванные занятия. Харрингтон внимательно разглядывал ее, как осматривают лошадь, по статям. Должно быть, он остался доволен осмотром, так как спросил с неожиданным воодушевлением:</p>
      <p>— Так что же взял за вас этот старый оборванец, ваш дядька, а?</p>
      <p>— Одно ружье, одно одеяло, двадцать бутылок виски. Ружье поломанное. — Последние слова она произнесла с презрением; видно, ее возмущало то, как низко ее оценили.</p>
      <p>Она неплохо говорила по-английски, переняв все особенности речи своего мужа, но все же с некоторым акцентом, отличающим индейцев, с их характерным тяготением к причудливым гортанным звукам. Ее учителя занялись и этим и, кстати сказать, весьма успешно.</p>
      <p>В следующий перерыв Принс обратил внимание своих товарищей еще на одно обстоятельство.</p>
      <p>— Послушайте, Кид, — сказал он. — О чем мы с вами думали? Нельзя же в самом деле учиться танцевать в мокасинах! Обуйте ее в туфельки да выпустите на паркет — тогда она вам покажет!</p>
      <p>Магдалина приподняла ногу и стала с удивлением разглядывать свой бесформенный мокасин. В прежние годы она танцевала точно в такой обуви и в Серкле и на Сороковой Миле, и тогда это никого не смущало. Теперь же… ну, да Мэйлмют Кид знает, что годится, что нет.</p>
      <p>Мэйлмют Кид, конечно, знал; кроме того, он обладал хорошим глазомером. Надев шапку и натянув рукавицы, он отправился с визитом к миссис Эппингуэлл, жене Клоува Эппингуэлла, крупного государственного чиновника. Как-то на губернаторском балу Кид заметил, какая изящная ножка у миссис Эппингуэлл. Кроме того, он знал, что миссис Эппингуэлл не только хороша собой, но и умна. Поэтому он не постеснялся обратиться к ней за небольшой услугой.</p>
      <p>После возвращения Кида Магдалина на минутку удалилась в смежную комнату. Когда же она вышла, Принс чуть не подскочил от изумления.</p>
      <p>— Черт возьми! — воскликнул он. — Кто бы мог подумать! Вот бесенок! Да у моей сестры…</p>
      <p>— Ваша сестра — англичанка, — перебил его Мэйлмют Кид, — и нога у нее английская. Между тем род, к которому принадлежит эта девушка, отличается маленькой ногой. Мокасины лишь сделали ее ступню чуть пошире; а так как ей не приходилось в детстве бегать за собачьей упряжкой, нога ее не изуродована.</p>
      <p>Но такое объяснение ничуть не умалило восторга Принса. Харрингтон же, человек практический, глядя на изящную узкую ступню с высоким подъемом, невольно вспоминал гнусный перечень: «Одно ружье, одно одеяло, двадцать бутылок виски».</p>
      <p>Магдалина была женой короля, у которого сокровищ хватило бы на двадцать красоток, разодетых по последней моде, однако она никогда не носила иной обуви, кроме мокасин, сшитых из дубленой лосевой кожи. Она не без трепета посмотрела на свои ноги, обутые в белые атласные туфельки, но тут же прочла восторг, чисто мужское восхищение в глазах своих друзей. Лицо ее залилось горделивым румянцем. Ее опьянило это впервые испытанное чувство собственного обаяния, и она пробормотала с еще большим презрением, чем прежде:</p>
      <p>— И одно ружье, поломанное.</p>
      <p>Тренировки продолжались. Каждый день Мэйлмют Кид совершал с девушкой длительные прогулки, чтобы выправить ее осанку и отучить ее от широкого, мужского шага. Риск, что ее узнают, был невелик, так как Кел Галбрейт и другие ветераны затерялись в многолюдной толпе новичков, нахлынувших в страну. К тому же изнеженные женщины Юга ввели обычай носить парусиновые маски, чтоб уберечь свои щеки от жгучих поцелуев северного мороза. Мать, повстречавшись на тропе с родной дочерью, закутанной в беличью парку, в маске, скрывающей лицо, прошла бы мимо, не узнав ее.</p>
      <p>Учение между тем шло быстрыми шагами. Вначале, правда, дело подвигалось туговато, но за последнее время были достигнуты значительные успехи. Перелом наступил в тот вечер, когда Магдалина, примерив белые атласные туфельки, вдруг обрела себя. Чувство собственного достоинства было свойственно ей всегда. Теперь же в ней проснулась гордость дочери белого отца. До сих пор она ощущала себя чужой здесь, женщиной низшей расы, из прихоти купленной своим господином. Муж ей казался богом, которому почему-то вздумалось возвысить ее, недостойную, до своего божественного уровня. Она никогда не забывала — даже после того, как родился маленький Кел, — что не принадлежит к роду своего мужа. Муж ее был бог, женщины его рода — богини, и она не могла даже сравнивать себя с ними.</p>
      <p>Говорят, что привычное становится обычным; потому ли, по другой ли какой причине, но в конце концов она раскусила белых искателей приключений и научилась оценивать их по достоинству.</p>
      <p>Такого понимания она достигла не путем рассуждений — они были чужды ее уму, — но скорее всего вследствие женской проницательности, которой она отнюдь не была лишена. От Магдалины не укрылось откровенное восхищение ее друзей в тот вечер, когда она впервые надела белые атласные туфельки, и тогда же ей впервые явилась мысль о том, что сравнение с белой женщиной возможно. Правда, речь шла всего лишь о форме ноги, но невольно напрашивались и другие сравнения. Ореол, который до сих пор окружал ее белых сестер, развеялся, как только она применила к себе ту же мерку, с какой принято подходить к женщинам Юга. Она поняла, что они всего-навсего женщины. Почему же ей не занять такое же положение, какое занимали они? Она увидала, чего ей не хватает, а с сознанием собственных слабостей приходит сила. Она проявила столько упорства, что три ее наставника частенько просиживали до поздней ночи, дивясь вечной загадке женщины.</p>
      <p>Приближался День Благодарения. Время от времени Беттлз присылал весточку с берегов реки Стюарт, сообщая о здоровье маленького Кела. Скоро можно было ждать их обратно. Не раз, заслышав звуки вальса и ритмический топот ног, какой-нибудь случайный гость заглядывал в жилище Мэйлмюта Кида. Но он видел лишь Харрингтона, пиликающего на скрипке, и двух друзей, отбивающих такт ногой или оживленно обсуждающих спорное па. Магдалину же не видал никто: в этих случаях она всегда успевала проскользнуть в смежную комнату.</p>
      <p>Как-то вечером к ним завернул Кел Галбрейт. В тот день Магдалина, получив приятную весточку с реки Стюарт, была в ударе; она превзошла себя и не только в походке, манере держаться и грации, но и в чисто женском кокетстве. Мужчины изощрялись в остротах, а она блестяще парировала их; опьяненная успехом и чувством собственного могущества, она с необычайной ловкостью то помыкала своими кавалерами, то, снисходя к ним, оказывала им благоволение. Совершенно инстинктивно все трое поддались обаянию — не красоты, не ума и не остроумия, а того неопределенного свойства женщины, которому мужчины поклоняются, не зная, как его назвать. Вся комната ходила ходуном. Магдалина и Принс кружились в заключительном танце, Харрингтон подпускал невероятные коленца на скрипке, а Мэйлмют Кид в каком-то неистовстве схватил метлу и выделывал с ней дикие антраша.</p>
      <p>Вдруг наружная дверь дрогнула от сильных ударов — и в ту же минуту заговорщики увидели, как приподнялась щеколда. Они знали, как действовать в таких случаях. Харрингтон продолжал играть. Магдалина ринулась в открытую дверь смежной комнаты. Метла полетела под койку, и, когда Кел Галбрейт и Луи Савой просунулись в дверь, Мэйлмют Кид носился по комнате в обнимку с Принсом, отплясывая неистовую шотландскую джигу.</p>
      <p>Индейские женщины не имеют привычки лишаться чувств под влиянием сильных переживаний, но на этот раз Магдалина была весьма близка к обмороку. Скорчившись у двери, она битый час прислушивалась к глухому рокоту мужских голосов, похожему на отдаленный гром. Голос мужа, все особенности его речи переворачивали ей душу, как отзвук песни, слышанной в детстве; сердце у нее билось все сильнее, она почувствовала слабость в коленях и, наконец, почти без памяти упала у двери.</p>
      <p>Таким образом, она не видела и не слышала, как он уходил. И слава богу!</p>
      <p>— Когда вы думаете вернуться в Серкл? — как бы между прочим спросил Мэйлмют Кид у Кела Галбрейта.</p>
      <p>— Не знаю, право, — отвечал тот. — Во всяком случае, не раньше, чем река вскроется.</p>
      <p>— А Магдалина?</p>
      <p>Кел Галбрейт потупился и покраснел. Если бы Мэйлмют Кид не так хорошо знал человеческую породу, он бы почувствовал презрение к этому человеку. Но негодование Мэйлмюта Кида было направлено на тех белых пришелиц, которые, не довольствуясь тем, что вытеснили туземных женщин, внушили мужчинам нечистые помыслы и ложный стыд.</p>
      <p>— А что ей сделается? — произнес король Серкла поспешно, как бы извиняясь. — Там, знаете, Том Диксон присматривает за моими делами, так он и о ней заботится.</p>
      <p>Мэйлмют Кид положил ему руку на плечо, приглашая к молчанию. Они вышли на улицу. Волшебные огни северного сияния сверкали и переливались над их головами; внизу, у подножия холма, лежал спящий город. Откуда-то совсем снизу раздался одинокий лай собаки. Король открыл было рот, чтобы заговорить, но Кид сжал ему руку. Лай повторился. Собаки, одна за другой, подхватили его, и вскоре ночная тишина огласилась многоголосым хором.</p>
      <p>Тому, кто слышит эту жуткую песнь впервые, открывается главная и самая великая тайна Севера; а тому, кто слышал ее не раз, чудится в ней погребальный звон по несбывшимся надеждам. Это вопль мятущихся душ, ибо все наследие Севера, страдания многих поколений, вобрала в себя эта песня; всем, кто отбился от человеческого стада, она — и предостережение и реквием.</p>
      <p>Прислушиваясь к замирающим стонам этой песни, Кел Галбрейт невольно вздрогнул. Кид читал у него в душе, как в книге; вместе с ним он переживал вновь томительные дни голода и недугов; вместе с ним он видел терпеливую Магдалину, без жалоб и сомнений разделявшую все опасности, все невзгоды. Картины, суровые и четкие, одна за другой проходили перед духовным взором Кела Галбрейта, и цепкие пальцы прошлого сдавили его сердце. Момент был острый. Мэйлмют Кид испытывал большое искушение тут же открыть свой главный козырь и разом выиграть игру. Но он готовил Галбрейту более суровый урок и устоял перед искушением. Они пожали друг другу руки; снег жалобно заскрипел под украшенными бисером мокасинами: король спускался с холма.</p>
      <p>Магдалина была разбита, растерянна; не осталось и следа от веселого бесенка, чей смех был так заразителен и чей румянец и сверкающий взгляд всего лишь час назад заставили ее наставников позабыть все на свете. Вялая, безучастная, она сидела на стуле в той же позе, в какой ее оставили Принс и Харрингтон. Мэйлмют Кид нахмурился. Это никуда не годилось. В предстоящей встрече с мужем ей надлежало держаться с величественным высокомерием. Она должна провести всю сцену, как настоящая белая женщина, иначе ее победа не будет победой. Он поговорил с ней строго, без обиняков, посвятив ее в тонкости мужской психологии, и она, наконец, поняла, какие все-таки простаки мужчины и отчего слово женщины для них закон.</p>
      <p>Незадолго перед Днем Благодарения Мэйлмют Кид еще раз посетил миссис Эппингуэлл. Она произвела быструю ревизию своему гардеробу и нанесла продолжительный визит в мануфактурный склад Компании Тихо-океанского побережья, после чего отправилась вместе с Кидом знакомиться с Магдалиной. Тут пошло такое, что и не снилось обитателям этого дома: шили, кроили, примеряли, подрубали, приметывали — словом, проделывали тысячи непонятных и удивительных операций, во время которых мужчин частенько изгоняли из дома; они были вынуждены искать пристанища за двойными дверьми ресторана. Они так часто шушукались за столом, их тосты были так загадочны, что завсегдатаям «Оперы» за всем этим стала мерещиться вновь открытая россыпь, сулившая неслыханные богатства, говорят, что несколько новичков и даже один ветеран держали наготове под стойкой бара свои походные мешки, с тем чтобы ринуться в путь при первом сигнале.</p>
      <p>У миссис Эппингуэлл были поистине золотые руки, и, когда накануне праздника Магдалина предстала перед своими наставниками, те даже оробели. Принс укутал ее в канадское одеяло с шутливой почтительностью, в которой тем не менее сквозило больше почтительности, чем юмора; Мэйлмют Кид подал ей руку и почувствовал, что рискует забыть принятую на себя роль ментора. Харрингтон, который никак не мог выбросить из головы перечня, где фигурировало поломанное ружье, замыкал шествие и за все время, что они спускались с холма в город, ни разу не раскрыл рта. Подойдя к зданию «Оперы» с черного хода, они сняли с Магдалины одеяло и расстелили его на снегу. Легко высвободив ноги из мокасин Принса, она ступила на одеяло новыми атласными туфельками. Маскарад был в разгаре. Магдалина на какое-то мгновение замялась, но ее друзья раскрыли дверь и втолкнули ее. Сами же, обежав вокруг дома, вошли с парадного подъезда.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>— Где Фреда? — спрашивали ветераны, в то время как чечако с неменьшим жаром вопрошали, кто такая Фреда. Зал гудел. Имя это было у всех на устах. В ответ на расспросы чистеньких и аккуратненьких новичков, поденщики, поседевшие на приисках и гордые своим званием «стариков», либо вдохновенно врали — на это они были мастера! — либо, возмущенные невежеством желторотых, свирепо отмалчивались. Сюда съехалось чуть ли не сорок королей с Верховий и Низовий Юкона. Каждый из них был уверен, что ему удалось напасть на след, и каждый был готов поручиться за верность своих догадок желтым песком своего королевства. Вскоре пришлось выделить человека в помощь весовщику, на чью долю выпала обязанность взвешивать мешочки с золотом; а рядом группа игроков, из тех, кто изучил во всех тонкостях законы, управляющие случаем, принялась записывать ставки и намечать фаворитов.</p>
      <p>Которая же Фреда? Сколько раз казалось, что гречанка танцовщица обнаружена, сколько раз новое открытие порождало панику среди игроков, и букмекеры<a l:href="#n_630" type="note">[630]</a> заносили в свои книжечки новые заклады: люди страховались на всякий случай. Мэйлмюта Кида, встреченного восторженными возгласами пирующих — не было ни единого человека, кто бы не знал его в лицо, — тоже включили в общие поиски. Его острый глаз быстро схватывал особенности походки, а тонкий слух улавливал тембр голоса. Выбор Мэйлмюта Кида пал на красавицу, изображавшую собой «Северное сияние». Но даже его проницательный взор не мог обнаружить прекрасную гречанку. Общественное мнение склонялось в пользу «Русской княжны»: она была самой изящной маской на балу, а следовательно, она и была Фредой Молуф.</p>
      <p>Во время кадрили поднялся радостный гул: Фреда нашлась! На прошлых балах, когда танцевали гран-рон, Фреда исполняла неподражаемое па собственного изобретения. И на этот раз, когда дошли до этой фигуры, «Русская княжна» вышла на середину, и все увидели те же своеобразные колебания стана, те же движения рук и ног. Только отгремел ликующий хор («Вот видишь?», «Я же, говорил!»), от которого задрожали стены, как вдруг оказалось, что «Северное сияние» и другая маска, «Полярный дух», с неменьшим искусством исполняли те же па. Когда же их примеру последовали две одинаковые маски, изображавшие «Солнечных зайчиков», и третья, «Снежная королева», — к весовщику пришлось приставить еще одного помощника.</p>
      <p>В самый разгар веселья в зал морозным вихрем ворвался Беттлз, только что вернувшийся из похода. Он закружился в танце, и с его заиндевевших бровей во все стороны разлетались брызги, на неоттаявших усах засверкали всеми цветами радуги бриллианты, а с мокасин отскакивали звонкие льдинки, то и дело попадая ему под ноги. В Северной Стране привыкли веселиться без церемоний, — люди приисков и тропы уже давно позабыли свою былую разборчивость; только в высших чиновных кругах еще придерживались кое-каких условностей. Здесь же кастовые различия не имели никакого значения. Миллионеры и нищие, погонщики собак и полисмены, подхватив дам, неслись по кругу, выкидывая самые диковинные коленца. Невзыскательные в своем веселье, буйные и неотесанные, они, однако, не были грубыми, напротив, их несколько неуклюжая галантность была под стать самой изысканной любезности.</p>
      <p>В поисках гречанки Келу Галбрейту удалось занять место в той кадрили, в которой танцевала «Русская княжна»— публика постепенно приходила к убеждению, что это и была Фреда. Но после первого же танца с ней Кел Галбрейт был готов прозакладывать все свои миллионы, что это не Фреда, и больше того, что его рука когда-то уже обнимала эту талию. Он не мог вспомнить, где и когда это было, но чувство чего-то мучительно знакомого до такой степени завладело им, что он целиком занялся новой тайной. Мэйлмют Кид, вместо того чтобы помочь ему, только и делал, что уводил «княжну» и, танцуя с ней, с жаром шептал ей что-то на ухо. Усерднее же всех за «Русской княжной» ухаживал Джек Харрингтон. Он даже отвел Кела Галбрейта в сторону и, закидав его самыми фантастическими предположениями насчет личности незнакомки, поделился с ним своим намерением завоевать ее сердце. Король из Серкла был задет за живое: мужчина по своей природе не однолюб, и Кел Галбрейт в своем новом увлечении позабыл и Магдалину и Фреду.</p>
      <p>Скоро уже всюду заговорили, что «Русская княжна» вовсе не Фреда Молуф. Общий интерес к маске возрос. Предлагалась еще одна загадка: Фреду знали все; ее просто не могли обнаружить, а вот кто эта новенькая, не знал никто; женщины и те не могли определить, кто такая «Русская княжна», а уж они-то наперечет знали всех хороших танцорок в городе. Многие склонялись к мнению, что это дама из высших чиновных кругов, которой вздумалось подурачиться. Кое-кто утверждал, что она скроется до того, как начнут срывать маски. Другие с не меньшим жаром настаивали, что эта женщина — репортер канзасской газеты «Стар», прибывшая сюда со специальным заданием описать их всех (по девяносто долларов за столбец!). Весовщикам прибавилось работы.</p>
      <p>Ровно в час все пары вышли на середину зала. Среди всеобщего восторга и смеха, беспечного, как у детей, началась церемония срывания масок. Маски слетали одна за другой, вызывая бесконечные возгласы удивления. Сверкающее «Северное сияние» оказалось дюжей негритянкой, которая зарабатывала до пятисот долларов в месяц, стирая на местных жителей. У «Солнечных зайчиков» обнаружились усы, и все узнали в них двух братьев— королей Эльдорадо. Наибольший интерес в публике вызвала кадриль, в которой Кел Галбрейт танцевал с «Полярным духом», а Джек Харрингтон с «Русской княжной». Они медлили срывать маски. Кроме них, все уже открылись, а гречанки так и не нашли. Все взгляды были устремлены на эту четверку. Поощряемый криками толпы, Кел Галбрейт снял маску со своей визави. Показалось прелестное личико Фреды, и сверкнули ее блестящие глаза. Поднявшийся было гул тут же затих: все ожидали разрешения последней загадки: кто же такая «Русская княжна»? Лицо ее еще было скрыто. Джеку Харрингтону никак не удавалось снять с нее маску. Гости были вне себя от нетерпения. Харрингтону пришлось измять хорошенькое платьице незнакомки, и, наконец, маска слетела, В зале раздался настоящий взрыв. Каждый чувствовал себя одураченным. Оказалось, что они всю ночь протанцевали с индианкой, а это было против правил!</p>
      <p>Однако те, кто знал, в чем дело — а их было не так уж мало, — тотчас замолчали, и наступила полная тишина. Взбешенный Кел Галбрейт сердитым, крупным шагом прошел через всю залу и, подойдя к Магдалине, заговорил с ней на чинукском наречии. Сохраняя полнейшую невозмутимость, точно и не замечая, что является центром всеобщего внимания, она отвечала ему по-английски. Она не выказала ни страха, ни раздражения, и ее выдержка вызвала невольную улыбку у Мэйлмюта Кида. Король был озадачен и растерян: его жена, простая индианка, перещеголяла его в умении владеть собой.</p>
      <p>— Пошли! — сказал он наконец. — Пошли домой.</p>
      <p>— Прошу прощения, — ответила она, — но я обещала мистеру Харрингтону поужинать с ним. К тому же я ангажирована на танцы…</p>
      <p>Харрингтон подал ей руку, чтобы увести, ничуть не заботясь о том, что ему при этом пришлось повернуться спиной к Галбрейту, правда, Мэйлмют Кид на всякий случай протиснулся поближе к ним. Король из Серкла был ошеломлен. Дважды его рука хваталась за пояс, и дважды Мэйлмют Кид весь подбирался, готовясь к прыжку. Но удаляющаяся пара благополучно проследовала в столовую, где их ждали консервированные устрицы (по пять долларов порция). В толпе послышались вздохи облегчения, и все потянулись за ними. Фреда, надувши губки, вошла с Келом Галбрейтом; но у нее было доброе сердце и злой язычок, и она не преминула отравить ему удовольствие от устриц. Что именно она говорила ему, не важно, а важно то, что лицо у негр попеременно то краснело, то бледнело и что он несколько раз пустил, по своему адресу крепкое словцо!</p>
      <p>Пирующие шумели вовсю, но как только Кел Галбрейт подошел к столику, за которым сидела его жена, все умолкли. После того, как тайна масок была разгадана, на весы снова посыпалось золото. На этот раз держали пари об исходе всей истории. Гости следили за главными героями, затаив дыхание. Голубые глаза Харрингтона были спокойны, но под свисавшей со стола скатертью он держал на колене смит-и-вессон. Магдалина подняла на мужа скучающий и равнодушный взор.</p>
      <p>— Э-э… разрешите пригласить вас на мазурку? — спросил король, слегка запинаясь.</p>
      <p>Жена короля взглянула на свою бальную книжечку и наклонила голову в знак согласия.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Северная Одиссея</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Полозья пели свою бесконечную унылую песню, поскрипывала упряжь, позвякивали колокольчики на вожаках; но собаки и люди устали и двигались молча. Они шли издалека, тропа была не утоптана после недавнего снегопада, и нарты, груженные мороженой олениной, с трудом двигались по рыхлому снегу, сопротивляясь с настойчивостью почти человеческой. Темнота сгущалась, но в этот вечер путники уже не собирались делать привал. Снег мягко падал в неподвижном воздухе — не хлопьями, а маленькими снежинками тонкого рисунка. Было совсем тепло, каких-нибудь десять градусов ниже нуля, Майерс и Беттлз подняли наушники, а Мэйлмют Кид даже сиял рукавицы.</p>
      <p>Собаки устали еще с полудня, но теперь они как будто набирались новых сил. Самые чуткие из них стали проявлять беспокойство, нетерпеливо дергали постромки, принюхивались к воздуху и поводили ушами. Они злились на своих более флегматичных товарищей и подгоняли их, покусывая сзади за ноги. И те, в свою очередь, тоже заражались беспокойством и передавали его другим. Наконец вожак передней упряжки радостно завизжал и, глубже забирая по снегу, рванулся вперед. Остальные последовали за ним. Постромки натянулись, нарты помчались веселее, и люди, хватаясь за поворотные шесты, изо всех сил ускоряли шаг, чтобы не попасть под полозья. Дневной усталости как не бывало; они криками подбодряли собак, и те отвечали им радостным лаем, во весь опор мчась в сгущающихся сумерках.</p>
      <p>— Гей! Гей! — наперебой кричали люди, когда нарты круто сворачивали с дороги и накренялись набок, словно парусное суденышко под ветром.</p>
      <p>И вот уже осталось каких-нибудь сто ярдов до освещенного, затянутого промасленной бумагой окошка, которое говорило об уюте жилья, пылающей юконской печке и дымящемся котелке с чаем. Но хижина оказалась занятой. С полсотни эскимосских псов угрожающе за-лаяли и бросились на собак первой упряжки. Дверь распахнулась, и человек в красном мундире северо-западной полиции, по колено утопая в снегу, водворил порядок среди разъяренных животных, хладнокровно и бесстрастно орудуя своим бичом. Мужчины обменялись рукопожатиями; вышло так, что чужой человек приветствовал Мэйлмюта Кида в его же собственной хижине.</p>
      <p>Стэнли Принс, который должен был встретить его и позаботиться о вышеупомянутой юконской печке и горячем чае, был занят гостями. Их было человек десять — двенадцать, самая разношерстная компания, и все они состояли на службе у королевы — одни в качестве блюстителей ее законов, другие в качестве почтальонов и курьеров. Они были разных национальностей, но жизнь, которую они вели, выковала из них определенный тип людей — худощавых, выносливых, с крепкими мускулами, бронзовыми от загара лицами, с бесстрашной душой и невозмутимым взглядом ясных, спокойных глаз. Эти люди ездили на собаках, принадлежащих королеве, вселяли страх в сердца ее врагов, кормились ее скудными милостями и были довольны своей судьбой. Они видели многое, совершали подвиги, жизнь их была полна приключений, но никто из них даже не подозревал об этом.</p>
      <p>Они чувствовали себя здесь как дома. Двое из них растянулись на койке Мэйлмюта Кида и распевали песни, которые пели еще их предки-французы, когда впервые появились в этих местах и стали брать в жены индейских женщин. Койка Беттлза подверглась такому же нашествию: трое или четверо voyageurs, закутав ноги одеялом, слушали рассказы одного из своих спутников, служившего под командой Вулзли,<a l:href="#n_631" type="note">[631]</a> когда тот пробивался к Хартуму. А когда он кончил, какой-то ковбой стал рассказывать о королях и дворцах, о лордах и леди, которых он видел, когда Буффало Билл<a l:href="#n_632" type="note">[632]</a> совершал турне по столицам Европы. В углу два метиса, старые товарищи по оружию, чинили упряжь и вспоминали дни, когда на Северо-Западе полыхал огонь восстания и Луи Рейл<a l:href="#n_633" type="note">[633]</a> был королем.</p>
      <p>То и дело слышались грубые шутки и еще более грубые остроты; о необыкновенных приключениях на суше и на воде говорилось как о чем-то повседневном и заслуживающем воспоминания только ради какого-нибудь острого словца или смешного происшествия. Принс был совершенно увлечен этими не увенчанными славой героями, которые видели, как творится история, но относились к великому и романтичному как к обыкновенным будням. Он с небрежной расточительностью угощал их своим драгоценным табаком, и в благодарность за такую щедрость разматывались ржавые цепи памяти и воскресали преданные забвению одиссеи.</p>
      <p>Когда разговоры смолкли и путники, набив по последней трубке, стали развязывать спальные мешки, Принс обратился к своему приятелю, чтобы тот рассказал ему об этих людях.</p>
      <p>— Ну, ты сам знаешь, что такое ковбой, — ответил Мэйлмют Кид, стаскивая мокасины, — а в жилах его товарища по койке течет кровь британца, это сразу заметно. Что касается остальных, то все они потомки coureurs du bois,<a l:href="#n_634" type="note">[634]</a> и один бог ведает, какая там еще была примесь. Те двое, что улеглись в дверях, чистокровные bois brulés.<a l:href="#n_635" type="note">[635]</a> Обрати внимание на брови и нижнюю челюсть вон того юнца с шерстяным шарфом — сразу видно, что в дымном вигваме у его матери побывал шотландец. А этот красивый парень, который подкладывает себе под голову шинель, — француз-метис. Ты слышал, какой у него выговор? Он без особой симпатии относится к тем индейцам, что лежат с ним рядом. Дело в том, что когда метисы восстали под предводительством Рейла, чистокровные индейцы не поддержали их, и с тех пор они недолюбливают друг друга.</p>
      <p>— Ну, а вон та мрачная личность у печки, кто это? Клянусь, он не говорит по-английски, за весь вечер не проронил ни слова.</p>
      <p>— Ошибаешься. Английский он знает отлично. Ты обратил внимание на его глаза, когда он слушал? Я следил за ним. Но он здесь, видно, чужой. Когда разговор шел на диалекте, было ясно, что он не понимает. Я и сам не разберу, кто он такой. Давай попробуем доискаться… Подбрось-ка дров в печку, — громко сказал Мэйлмют Кид, в упор глядя на незнакомца.</p>
      <p>Тот сразу повиновался.</p>
      <p>— К дисциплине его где-то приучили, — вполголоса заметил Принс.</p>
      <p>Мэйлмют Кид кивнул, снял носки и стал пробираться к печке, между растянувшимися на полу людьми; там он развесил свои мокрые носки среди двух десятков таких же промокших насквозь.</p>
      <p>— Когда вы думаете попасть в Доусон? — спросил он, чтобы завязать разговор с незнакомцем.</p>
      <p>Тот внимательно посмотрел на него, потом ответил;</p>
      <p>— Туда, говорят, семьдесят пять миль? Если так, дня через два.</p>
      <p>Он говорил с едва заметным акцентом, но свободно, не подыскивая слов.</p>
      <p>— Бывали здесь раньше?</p>
      <p>— Нет.</p>
      <p>— Вы с северо-западных территорий?</p>
      <p>— Да.</p>
      <p>— Тамошний уроженец?</p>
      <p>— Нет.</p>
      <p>— Так откуда же вы родом, черт возьми? Видно, что вы не из этих. — Мэйлмют Кид кивнул в сторону всех расположившихся в хижине, включая и тех двух полисменов, что растянулись на койке Принса. — Откуда вы? Я видел раньше такие лица, как ваше, но никак не припомню, где именно.</p>
      <p>— А я знаю вас, — неожиданно сказал незнакомец, сразу же обрывая поток вопросов Мэйлмюта Кида.</p>
      <p>— Откуда? Разве мы встречались?</p>
      <p>— Нет. Мне говорил о вас священник в Пастилике, ваш компаньон. Это было давно. Спрашивал, знаю ли я Мэйлмюта Кида. Дал мне провизии. Я был там недолго. Он не рассказывал вам обо мне?</p>
      <p>— Ах, так вы тот самый человек, который менял выдру на собак?</p>
      <p>Незнакомец кивнул, выбил трубку и завернулся в меховое одеяло, дав понять, что он не расположен продолжать разговор. Мэйлмют Кид погасил светильник, и они с Принсом залезли под одеяло.</p>
      <p>— Ну, кто же он?</p>
      <p>— Не знаю. Не захотел разговаривать и ушел в себя, как улитка. Любопытнейший субъект. Я о нем кое-что слышал. Восемь лет тому назад он удивил все побережье. Какая-то загадка, честное слово! Приехал с Севера в самые лютые морозы и так спешил, точно за ним сам черт гнался. Было это за много тысяч миль отсюда, у самого Берингова моря. Никто не знал, откуда он, но, судя по всему, его принесло издалека. Когда он брал провизию у шведа-миссионера в бухте Головина, вид у него был здорово измученный. А потом узнали, что он спрашивал, как проехать на юг. Из бухты он двинулся прямо через пролив Нортона. Погода была ужасная, пурга, буря, а ему хоть бы что. На его месте другой давно отправился бы на тот свет. В форт Сент-Майкл он не попал, а выбрался на берег у Пастилики, всего-навсего с двумя собаками и полумертвый от голода.</p>
      <p>Он так торопился в путь, что отец Рубо снабдил его провизией, но собак не мог дать, потому что ждал моего приезда и должен был сам отправиться в путь. Наш Улисс знал, что значит путешествовать по Северу без собак, и несколько дней он рвал и метал. На нартах у него лежала груда отлично выделанных шкурок морской выдры — а мех ее, как известно, ценится на вес золота. В это время в Пастилике жил русский купец, скупой, как Шейлок, собак у него хоть отбавляй. Торговались они недолго, и когда наш чудак отправился на Юг, в упряжке у него бежал десяток свежих собак, а мистер Шейлок получил, разумеется, выдру. Я видел эти шкуры — великолепные! Мы подсчитали, и вышло, что каждая собака принесла тому купцу по крайней мере пятьсот долларов чистой прибыли. Не думай, что мистер Улисс не знал цен на морскую выдру. Хоть он из индейцев, но по выговору видно, что жил среди белых.</p>
      <p>Когда море очистилось от льда, мы узнали, что этот чудак запасается провизией на острове Нунивак. Потом он совсем исчез, и восемь лет о нем ничего не было слышно. Из каких краев теперь он явился, чем занимался и за-чем пришел? Индеец неизвестно где побывал. Привык, видно, к дисциплине. А это для индейца не совсем обычно. Еще одна загадка Севера, попробуй ее раскусить, Принс.</p>
      <p>— Благодарю покорно! У меня и своих много, — ответил тот.</p>
      <p>Мэйлмют Кид уже начал похрапывать, но молодой горный инженер лежал с открытыми глазами, всматриваясь в густой мрак и ожидая, когда утихнет охватившее его непонятное волнение. Потом он заснул, но его мозг продолжал работать, и всю ночь он блуждал по неведомым снежным просторам, вместе с собаками преодолевал бесконечные переходы и видел во сне людей, которые жили, трудились и умирали так, как подобает настоящим людям.</p>
      <empty-line/>
      <p>На следующее утро, задолго до рассвета, курьеры и полисмены выехали на Доусон. Но силы, которые стояли на страже интересов ее величества и распоряжались судьбами ее подданных, не давали курьерам отдыха. Неделю спустя они снова появились у реки Стюарт с грузом почты, которую нужно было доставить к Соленой Воде. Правда, собаки были заменены свежими, но ведь на то они и собаки.</p>
      <p>Люди мечтали хотя бы о небольшой передышке. Кроме того, Клондайк был новым северным центром, и им хотелось пожить немного в этом Золотом Городе, где золотой песок льется, как вода, а в танцевальных залах никогда не прекращается веселье. Но, как и в первое свое посещение, они сушили носки и с удовольствием курили трубки. И лишь несколько смельчаков строили планы, как можно дезертировать, пробравшись через неисследованные Скалистые горы на восток, а оттуда по долине Маккензи двинуться в знакомые места, в страну индейцев чиппева. Двое-трое даже решили по окончании срока службы тем же путем возвращаться домой, заранее радуясь этому рискованному предприятию примерно так, как горожанин радуется воскресной прогулке в лес.</p>
      <p>Странный незнакомец был, казалось, чем-то встревожен и не принимал участия в разговорах. Наконец, он отозвал в сторону Мэйлмюта Кида и некоторое время вполголоса с ним разговаривал. Принс с любопытством наблюдал за ними; и загадка стала для него еще неразрешимее, когда оба надели шапки и рукавицы и вышли наружу. Вернувшись, Мэйлмют Кид поставил на стол весы для золота, отвесил шестьдесят унций золотого песка и пересыпал его в мешок незнакомца. Потом к совету был привлечен старший погонщик, и с ним тоже была заключена какая-то сделка. На следующий день вся компания отправилась вверх по реке, а владелец выдровых шкур взял с собою немного провизии и повернул обратно, по направлению к Доусону.</p>
      <p>— Я положительно не понимаю, что все это значит, — сказал Мэйлмют Кид в ответ на вопросы Принса. — Бедняга твердо решил освободиться от службы. По-видимому, для него это очень важно, но причин он не объяснил. У них, как в армии: он обязался служить два года, а если хочешь уйти раньше срока, надо откупиться. Дезертировать и оставаться в здешних краях нельзя, а остаться ему почему-то необходимо. Он это еще в Доусоне надумал, но денег у него не было ни цента, а там его никто не знал. Я единственный человек, который перекинулся с ним несколькими словами. Он поговорил с начальством и добился увольнения, в случае если я дам ему денег — в долг, разумеется. Обещал вернуть в течение года и, если я захочу, показать местечко, где уйма золота. Сам он и в глаза его не видел, но твердо уверен, что оно существует.</p>
      <p>Когда мы вышли, он чуть не плакал. Просил, умолял, валялся передо мной на коленях, пока я не поднял его. Болтал какую-то чепуху, как сумасшедший. Клялся, что работал годами, чтобы дожить до этой минуты, и не перенесет разочарования. Я спросил, до какой минуты, но он не ответил. Сказал только, что боится, как бы его не послали на другой участок, откуда он только года через два попадет в Доусон, а тогда будет слишком поздно. Я в жизни не видал, чтобы человек так убивался. А когда я согласился дать ему взаймы, мне опять пришлось вытаскивать его из снега. Говорю: «Считайте, что вы меня взяли в долю». Куда там! И слышать не хочет! Стал клясться, что отдаст мне всю свою добычу, сулил такие сокровища, которые не снились и скупцу, и все такое прочее. А когда человек берет кого-нибудь в долю, потом ему бывает жалко поделиться даже половиной добычи. Нет, Принс, здесь что-то кроется, помяни мое слово. Мы еще услышим о нем, если он останется в наших краях.</p>
      <p>— А если нет?</p>
      <p>— Тогда великодушию моему будет нанесен удар и плакали мои шестьдесят унций.</p>
      <empty-line/>
      <p>Уже снова настали холода и с ними долгие ночи. Уже солнце начало свою извечную игру в прятки у снежной линии горизонта на юге, а должник Мэйлмюта Кида все не объявлялся. Но однажды в тусклое январское утро перед хижиной Кида у реки Стюарт остановилось несколько тяжело нагруженных нарт. То был владелец выдровых шкур, а с ним человек той породы, которую боги теперь уже почти разучились создавать. Когда речь заходила об удаче, отваге, о сказочных россыпях, люди всегда вспоминали Акселя Гундерсона. Он незримо присутствовал на ночных стоянках, у костра, когда велись долгие беседы о мужестве, силе и смелости. А если разговор уже не клеился, то, чтобы оживить его, достаточно было назвать имя той, которая делила с Акселем Гундерсоном его судьбу.</p>
      <p>Как уже было сказано, при сотворении Акселя Гундерсона боги вспомнили свое былое искусство и создали его по образу и подобию тех, кто рождался, когда мир был еще молод. Семи футов росту, грудь, шея, руки и ноги великана. Лыжи его были длиннее обычных на добрый ярд, иначе им бы не выдержать эти триста фунтов мускулов и костей, облаченных в живописный костюм короля Эльдорадо. Его суровое, словно высеченное из камня лицо с нависшими бровями, тяжелым подбородком и немигающими светло-голубыми глазами говорило о том, что этот человек признает только один закон — закон силы. Заиндевевшие, золотистые, как спелая рожь, волосы, сверкая, словно свет во тьме, спадали на куртку из медвежьего меха. Когда Аксель Гундерсон шагал по узкой тропе впереди собак, в нем было что-то от древних мореплавателей. Он так властно постучал рукояткой бича в дверь Мэйлмюта Кида, как во время набега стучал некогда в запертые ворота замка какой-нибудь скандинавский викинг.</p>
      <p>Обнажив свои белые, как у женщины, руки, Принс месил тесто, бросая время от времени взгляды на троих гостей — троих людей, каких не часто встретишь под одной крышей. Чудак, которого Мэйлмют Кид прозвал Улиссом, все еще интересовал молодого инженера; но еще больший интерес возбуждали в нем Аксель Гундерсон и его жена. Путешествие ее утомило, потому что, с тех пор как ее муж наткнулся на золото в этой ледяной пустыне, она спокойно жила в уютном домике и эта жизнь изнежила ее. Теперь она отдыхала, прислонившись к широкой груди мужа, словно нежный цветок к стене, и лениво отвечала на добродушные шутки Мэйлмюта Кида. Мимолетные взгляды глубоких черных глаз этой женщины странно волновали Принса, ибо Принс был мужчина, здоровый мужчина, и в течение многих месяцев почти не видел женщин. Она была старше его, к тому же индианка. Но он не находил в ней ничего общего с теми скво, которых ему доводилось встречать. Она много путешествовала, побывала, как выяснилось из разговора, и на его родине, знала то, что знали женщины белой расы, и еще многое, чего им не дано знать. Она умела приготовить кушанье из вяленой рыбы и устроить постель в снегу; однако сейчас она дразнила их мучительно подробным описанием изысканных обедов и волновала воспоминаниями о всевозможных блюдах, о которых они уже успели забыть. Она знала повадки лося, медведя, голубого песца и земноводных обитателей северных морей, ей были известны тайны лесов и потоков, и она читала, как открытую книгу, следы, оставленные человеком, птицей или зверем на тонком насте. Однако сейчас Принс заметил, как лукаво сверкнули ее глаза, — когда она увидела на стене правила стоянки. Эти правила, составленные неисправимым Беттлзом в те времена, когда молодая кровь играла в его жилах, были замечательны выразительным грубоватым юмором. Перед приездом женщин Принс обычно поворачивал надпись к стене. Но кто бы подумал, что эта индианка… Ну, теперь уж ничего не поделаешь.</p>
      <p>Так вот она какая, жена Акселя Гундерсона, женщина, чье имя и слава облетели весь Север наравне с именем и славой ее мужа! За столом Мэйлмют Кид на правах старого друга поддразнивал ее, и Принс, преодолев смущение первого знакомства, тоже присоединился к не-му. Но она ловко защищалась в этой словесной перепалке, а муж ее, не отличавшийся остроумием, только одобрительно улыбался. Он гордился ею. Каждый его взгляд, каждое движение красноречиво говорили о том, какое большое место она занимает в его жизни. Владелец выдровых шкур ел молча, всеми забытый в этой оживленной беседе; он встал из-за стола прежде, чем остальные кончили есть, и вышел к собакам. Впрочем, и его спутникам пришлось вскоре надеть рукавицы и парки и последовать за ним.</p>
      <p>Уже несколько дней не было снегопада, и нарты легко, как по льду, скользили по накатанной юконской тропе. Улисс вел первую упряжку, со второй шли Принс и жена Акселя Гундерсона, а Мэйлмют Кид и златокудрый гигант вели третью.</p>
      <p>— Мы идем наудачу, Кид, — сказал Аксель Гундерсон, — но я думаю, что дело верное. Сам он никогда там не был, но рассказывает много интересного. Показал мне карту, о которой я слышал в Кутнэе несколько лет тому назад. Мне бы очень хотелось взять тебя с собой. Да он какой-то странный, клянется, что бросит все, если к нам кто-нибудь присоединится. Но дай мне только вернуться, и я выделю тебе лучший участок рядом со своим и, кроме того, возьму тебя в половинную долю, когда начнет строиться город… Нет! Нет! — воскликнул он, не давая Киду перебить себя. — Это мое дело. Ум хорошо, а два лучше. Если все удастся, это будет второй Криппл.<a l:href="#n_636" type="note">[636]</a> Понимаешь, второй Криппл! Ведь там не россыпь, а кварцевая жила. И если взяться за дело как следует, все достанется нам — миллионы и миллионы! Я слышал об этом месте раньше, да и ты тоже. Мы построим город… тысячи рабочих, прекрасные водные пути, пароходные линии… Займемся фрахтовым делом, пустим в верховья легкие суда… Может быть, проложим железную дорогу… Потом построим лесопильные заводы, электростанцию… будет у нас собственный банк, акционерное общество, синдикат… Только держи язык за зубами, пока я не вернусь!</p>
      <p>Нарты остановились в том месте, где тропа пересекала устье реки Стюарт. Сплошное море льда тянулось к далекому неведомому востоку. От нарт отвязали лыжи. Аксель Гундерсон попрощался и двинулся вперед первым; его огромные канадские лыжи уходили на пол-ярда в рыхлый снег и уминали его, чтобы собаки не проваливались. Жена Акселя Гундерсона шла за последними нартами, искусно справляясь с неудобными лыжами. Прощальные крики нарушили тишину, собаки взвизгнули, и владелец выдровых шкур вытянул бичом непокорного вожака.</p>
      <p>Час спустя санный поезд казался издали черным карандашиком, медленно ползущим по огромному листу белой бумаги.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Как-то вечером, несколько недель спустя, Мэйлмют Кид и Принс решали шахматные задачи из какого-то старого журнала. Кид только что вернулся со своего участка на Бонанзе и отдыхал, готовясь к большой охоте на лосей. Принс тоже скитался почти всю зиму и теперь с наслаждением вкушал блаженный отдых в хижине.</p>
      <p>— Загородись чёрным конем и дай шах королю… Нет, так не годится. Смотри, следующий ход…</p>
      <p>— Зачем двигать пешку на две клетки? Ее можно взять на проходе, а слон вне игры.</p>
      <p>— Нет, постой! Тут не защищено, и…</p>
      <p>— Нет, защищено. Валяй дальше! Вот увидишь, что получится.</p>
      <p>Задача была интересная. В дверь постучались дважды, и только тогда Мэйлмют Кид сказал: «Войдите!» Дверь распахнулась. Кто-то, пошатываясь, ввалился в комнату. Принс посмотрел на вошедшего и вскочил на ноги. Ужас, отразившийся на его лице, заставил Мэйлмюта Кида круто повернуться, и он, в свою очередь, тоже испугался, хотя видывал виды на своем веку. Странное существо, ковыляя, приближалось к ним. Принс стал пятиться до тех пор, пока не нащупал гвоздь на стене, где висел его смит-и-вессон.</p>
      <p>— Господи боже, кто это? — прошептал он.</p>
      <p>— Не знаю. Верно, обмороженный и голодный, — ответил Кид, отступая в противоположную сторону. — Берегись! Может быть, он даже сумасшедший, — предостерег он Принса, закрыв дверь.</p>
      <p>Странное существо подошло к столу. Яркий свет ударил ему прямо в глаза, и раздалось жуткое хихиканье, по-видимому, от удовольствия. Потом вдруг человек — потому что это все-таки был человек — отпрянул от стола, подтянул свои кожаные штаны и затянул песенку — ту, что поют матросы на корабле, вращая рукоятку ворота и прислушиваясь к гулу моря:</p>
      <poem>
       <stanza>
        <v>Корабль идет вниз по реке.</v>
        <v>Налегай, молодцы, налегай!</v>
        <v>Хочешь знать, как зовут капитана?</v>
        <v>Налегай, молодцы налегай!</v>
        <v>Джонатан Джонс из Южной Каролины,</v>
        <v>Налегай, молодцы…</v>
       </stanza>
      </poem>
      <p>Песня оборвалась на полуслове, человек со звериным рычанием бросился к полке с припасами и, прежде чем они успели его остановить, впился зубами в кусок сырого сала. Он отчаянно сопротивлялся Мэйлмюту Киду, но силы быстро оставили его, и он выпустил добычу. Друзья усадили его на табурет, он упал лицом на стол. Несколько глотков виски вернули ему силы, и он запустил ложку в сахарницу, которую Мэйлмют Кид поставил перед ним. После того как он пресытился сладким, Принс, содрогаясь, подал ему чашку слабого мясного бульона.</p>
      <p>Глаза этого существа светились мрачным безумием; оно то разгоралось, то гасло с каждым глотком. В сущности говоря, в его изможденном лице не осталось ничего человеческого. Оно было обморожено, и виднелись еще не зажившие старые рубцы. Сухая, потемневшая кожа потрескалась и кровоточила. Его меховая одежда была грязная и вся в лохмотьях, мех с одной стороны подпален, а местами даже выжжен — видно, человек заснул у горящего костра.</p>
      <p>Мэйлмют Кид показал на то место, где дубленую кожу срезали полосками, — ужасный знак голода.</p>
      <p>— Кто вы такой? — медленно, отчетливо проговорил Кид.</p>
      <p>Человек будто не слышал вопроса.</p>
      <p>— Откуда вы пришли?</p>
      <p>— Корабль плывет вниз по реке, — дрожащим голосом затянул незнакомец.</p>
      <p>— Плывет, и черт с ним! — Кид тряхнул человека за плечи, пытаясь заставить его говорить.</p>
      <p>Но человек вскрикнул, видимо, от боли, и схватился рукой за бок, потом с усилием поднялся, опираясь на стол.</p>
      <p>— Она смеялась… и в глазах у нее была ненависть… Она… она не пошла со мной.</p>
      <p>Он умолк и зашатался. Мэйлмют Кид крикнул, схватив его за руку:</p>
      <p>— Кто? Кто не пошел?</p>
      <p>— Она, Унга. Она засмеялась и ударила меня — вот так… А потом…</p>
      <p>— Ну?</p>
      <p>— А потом…</p>
      <p>— Что потом?</p>
      <p>— Потом он лежал на снегу тихо-тихо, долго лежал. Он и сейчас там.</p>
      <p>Друзья растерянно переглянулись.</p>
      <p>— Кто лежал на снегу?</p>
      <p>— Она, Унга. Она смотрела на меня, и в глазах у нее была ненависть, а потом…</p>
      <p>— Ну? Ну?</p>
      <p>— Потом она взяла нож и вот так — раз-два. Она была слабая. Я шел очень медленно. А там много золота, в этом месте очень много золота…</p>
      <p>— Где Унга?</p>
      <p>Может быть, эта Унга умирала где-нибудь совсем близко, в миле от них. Мэйлмют Кид грубо тряс несчастного за плечи, повторяя без конца:</p>
      <p>— Где Унга? Кто такая Унга?</p>
      <p>— Она там… в снегу.</p>
      <p>— Говори же! — И Кид крепко сжал ему руку.</p>
      <p>— Я тоже… остался бы… в снегу… но мне… надо уплатить долг… Надо уплатить… Тяжело нести… надо уплатить… долг… — Оборвав свою бессвязную речь, он сунул руку в карман и вытащил оттуда мешочек из оленьей кожи.</p>
      <p>— Уплатить долг… пять фунтов золотом… Мэйлмюту Киду… я…</p>
      <p>Он упал головой на стол, и Мэйлмют Кид уже не мог поднять его.</p>
      <p>— Это Улисс, — сказал он спокойно, бросив на стол мешок с золотым песком. — Видимо, Акселю Гундерсону и его жене пришел конец. Давай положим его на койку, под одеяло. Он индеец, выживет и кое-что нам порасскажет.</p>
      <p>Разрезая на нем одежду, они увидели с правой стороны груди две ножевые раны.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>— Я расскажу вам обо всем, как умею, но вы поймете. Я начну с самого начала и расскажу о себе и о ней, а потом уже о нем.</p>
      <p>Человек подвинулся ближе к печке, словно боясь, что огонь, этот дар Прометея, вдруг исчезнет — так делают те, которые долго были лишены тепла. Мэйлмют Кид оправил светильник и поставил его поближе, чтобы свет падал на лицо рассказчика. Принс уселся на койку и приготовился слушать.</p>
      <p>— Меня зовут Наас, я вождь и сын вождя, родился между закатом и восходом солнца на бурном море, в умиаке моего отца. Мужчины всю ночь работали веслами, а женщины выкачивали воду, которая заливала нас. Мы боролись с бурей. Соленые брызги замерзали на груди моей матери, и ее дыхание ушло вместе с приливом. А я, я присоединил свой голос к голосу бури и остался жить. Наше становище было на Акатане…</p>
      <p>— Где, где? — спросил Мэйлмют Кид.</p>
      <p>— Акатан — это Алеутские острова. Акатан далеко за Чигником, за Кардалаком, за Унимаком. Как я уже сказал, наше становище было на Акатане, который лежит посреди моря на самом краю света. Мы добывали в соленой воде тюленей, рыбу и выдр; и наши хижины жались одна к другой на скалистом берегу, между опушкой леса и желтой отмелью, где лежали наши каяки. Нас было немного, и наш мир был очень мал. На востоке были чужие земли — острова вроде Акатана; и нам казалось, что мир — это острова, и мы привыкли к этой мысли.</p>
      <p>Я отличался от людей моего племени. На песчаной отмели валялись гнутые брусья и покоробившиеся доски от большой лодки. Мой народ не умел делать таких лодок. И я помню, что на краю острова, там, где с трех сторон виден океан, стояла сосна — гладкая, прямая и высокая. Такие сосны редко растут в наших местах. Рассказывали, что как-то раз в этом месте, высадились два человека и пробыли там много дней. Эти двое приехали из-за моря на той лодке, обломки которой я видел на берегу. Они были белые, как вы, и слабые, точно малые дети в голодные дни, когда тюлени уходят и охотники возвращаются домой с пустыми руками. Я слышал этот рассказ от стариков и старух, а они от своих отцов и матерей. Вначале белым чужеземцам не нравились наши обычаи, но потом они привыкли к ним и окрепли, питаясь рыбой и жиром, и стали свирепыми. Они построили себе по хижине, и они взяли себе в жены лучших женщин нашего племени, а потом у них появились дети. Так родился тот, кто стал отцом моего деда.</p>
      <p>Я уже сказал, что был не такой, как другие люди моего племени, ибо в моих жилах текла сильная кровь белого человека, который появился из-за моря. Говорят, что до прихода этих людей у нас были другие законы. Но белые были свирепы и драчливы. Они сражались с нашими мужчинами, пока не осталось ни одного, кто осмелился бы вступить с ними в бой. Потом они стали нашими вождями, уничтожили наши старые законы и дали нам новые, по которым мужчина был сыном отца, а не матери, как было раньше. Они установили, что первенец получает все, что принадлежало его отцу, а младшие братья и сестры должны сами заботиться о себе. И они дали нам много других законов. Показали, как лучше ловить рыбу и охотиться на медведей, которых так много в наших лесах, и научили нас делать большие запасы на случай голода. И это было хорошо.</p>
      <p>Но когда эти белые люди стали нашими вождями и не осталось среди нас людей, которые могли бы им противиться, они начали ссориться между собой. И тот, чья кровь течет в моих жилах, пронзил своим копьем тело другого. Дети их продолжали борьбу, а потом дети их детей. Они враждовали между собой и творили черные дела и тогда, когда родился я, и наконец в обеих семьях осталось только по одному человеку, которые могли передать потомству кровь тех, кто был до нас. В моей семье остался я, в другой — девочка Унга, которая жила со своей матерью. Как-то ночью наши отцы не вернулись с рыбной ловли, но потом, во время большого прилива, их тела прибило к берегу, и они, мертвые, лежали на отмели, крепко сцепившись друг с другом.</p>
      <p>И люди дивились на эту вражду, а старики говорили, что вражда эта будет продолжаться и тогда, когда и у Унги и у меня родятся дети. Мне говорили об этом, когда я был еще мальчишкой, и под конец я стал видеть в Унге врага, ту, чьи дети будут врагами моих детей. Я думал об этом целыми днями, а став юношей, спросил, почему так должно быть, и мне отвечали: «Мы не знаем, но так было при ваших отцах». И я дивился, почему те, которые придут за нами, обречены продолжать борьбу тех, кто уже ушел, и не видел в этом справедливости. Но люди племени говорили, что так должно быть, а я был тогда еще юношей.</p>
      <p>Мне говорили, что я должен спешить, чтобы дети мои были старше детей Унги и успели раньше возмужать. Это было легко, ибо я возглавлял племя и люди уважали меня за подвиги и обычаи моих отцов и за богатство. Любая девушка охотно пришла бы в мою хижину, но я ни одной не находил себе по сердцу. А старики и матери девушек торопили меня, говоря, что многие охотники предлагают большой выкуп матери Унги, и если ее дети вырастут раньше, они убьют моих детей.</p>
      <p>Но я все не находил себе девушки по сердцу. И вот как-то вечером я возвращался с рыбной ловли. Солнце стояло низко, лучи его били прямо мне в глаза. Дул свежий ветер, и каяки<a l:href="#n_637" type="note">[637]</a> неслись по белым волнам. И вдруг мимо меня пронесся каяк Унги, и она взглянула мне в лицо. Ее волосы, черные, как туча, развевались, на щеках блестели брызги. Как я уже сказал, солнце било мне в глаза, и я был еще юношей, но тут я почувствовал, как кровь во мне заговорила, и мне все стало ясно. Унга обогнала мой каяк и опять посмотрела на меня — так смотреть могла одна Унга, — и я опять почувствовал, как кровь говорит во мне. Люди кричали нам, когда мы проносились мимо неповоротливых умиаков, оставляя их далеко позади. Унга быстро работала веслами, мое сердце было словно поднятый парус, но я не мог ее догнать. Ветер крепчал, море покрылось белой пеной, и, прыгая, словно тюлени по волнам, наши каяки скользили по золотой солнечной дороге.</p>
      <p>Наас сгорбился на стуле, словно он опять, работая веслами, гнался по морю в своем каяке. Быть может, там, за печкой, виделся ему несущийся каяк и развевающиеся волосы Унги. Ветер свистел у него в ушах, и в ноздри бил соленый запах моря.</p>
      <p>— Она причалила к берегу и, смеясь, побежала по песку к хижине своей матери. И в ту ночь великая мысль посетила меня — мысль, достойная того, кто был вождем народа Акатана. И вот, когда взошла луна, я направился к хижине ее матери и посмотрел на дары Яш-Нуша, сложенные у дверей, — дары Яш-Нуша, отважного охотника, который хотел стать отцом детей Унги. Были и другие, которые тоже складывали свои дары грудой у этих дверей, а потом уносили их назад нетронутыми, и каждый старался, чтобы его груда была больше чужой.</p>
      <p>Я посмотрел на луну и звезды, засмеялся и пошел к своей хижине, где хранились мои богатства. И много раз я ходил туда и обратно, пока моя груда не стала выше груды Яш-Нуша на целую ладонь. Там была копченая и вяленая рыба, и сорок тюленьих шкур, и двадцать котиковых, причем каждая шкура была перевязана и наполнена жиром, и десять шкур медведей, которых я убил в лесу, когда они выходили весной из своих берлог. И еще там были бусы, и одеяла, и пунцовые ткани, которые я выменял у людей, живущих на востоке, а те, в свою очередь, выменяли их у людей, живущих еще дальше на востоке. Я посмотрел на дары Яш-Нуша и засмеялся, ибо я был вождем Акатана, и мое богатство было больше богатства всех остальных юношей, и мои отцы совершали подвиги и устанавливали законы, навсегда оставив свои имена в памяти людей.</p>
      <p>А когда наступило утро, я спустился на берег и краешком глаза стал наблюдать за хижиной матери Унги.</p>
      <p>Дары мои стояли нетронутыми. И женщины хитро улыбались и тихонько переговаривались между собой. Я не знал, что подумать: ведь никто прежде не предлагал такого большого выкупа. И в ту ночь я прибавил много вещей, и среди них был каяк из дубленой кожи, который еще не спускали на воду. Но и на следующий день все оставалось нетронутым, на посмешище людям. Мать Унги была хитра, а я разгневался за то, что она позорила меня в глазах моего народа. И в ту ночь я принес к дверям хижины много других даров, и среди них был мой умиак, который один стоил двадцати каяков. Наутро все мои дары исчезли.</p>
      <p>И тогда я начал готовиться к свадьбе, и на потлач к нам пришли за угощением и подарками даже люди, жившие далеко на востоке. Унга была старше меня на четыре солнца, — так считаем мы годы. Я в ту пору еще не вышел из юношеских лет, но я был вождем и сыном вождя, и молодость не была помехой.</p>
      <p>Но вот в океане показалось парусное судно, и оно приближалось с каждым порывом ветра. В нем, как видно, была течь — матросы торопливо откачивали воду насосами. На носу стоял человек огромного роста; он смотрел, как измеряли глубину, и отдавал приказания громовым голосом. У него были синие глаза — цвета глубоких вод, и грива, как у льва. Волосы у этого великана были желтые, словно пшеница, растущая на юге, или манильская пенька, из которой матросы плетут канаты.</p>
      <p>В последние годы мы не раз видели проплывающие вдали корабли, но этот корабль первый пристал к берегу Акатана. Пир наш был прерван, дети и женщины разбежались по домам, а мы, мужчины, схватились за луки и копья. Нос судна врезался в берег, но чужестранцы, занятые своим делом, не обращали на нас никакого внимания. Как только прилив спал, они накренили шхуну и стали чинить большую пробоину в днище. Тогда женщины опять выползли из хижин, и наше пиршество продолжалось.</p>
      <p>С началом прилива мореплаватели отвели свою шхуну на глубокое место и пришли к нам. Они принесли с собой подарки и были дружелюбны. Я усадил их у костра и щедро преподнес им такие же подарки, как и другим гостям, ибо это был день моей свадьбы, а я был первым человеком на Акатане. Человек с львиной гривой тоже пришел к нам. Он был такой высокий и сильный, что, казалось, земля дрожит под тяжестью его шагов. Он долго и пристально смотрел на Унгу, сложив руки на груди — вот так, и не уходил, пока не зашло солнце и не зажглись звезды. Тогда он вернулся на свой корабль. А я взял Унгу за руку и повел ее к себе в дом. И все вокруг пели и смеялись, а женщины подшучивали над нами, как это всегда бывает на свадьбах. Но мы ни на кого не обращали внимания. Потом все разошлись по домам и оставили нас вдвоем.</p>
      <p>Шум голосов еще не успел затихнуть, как в дверях появился вождь мореплавателей. Он принес с собой черные бутылки, мы пили из них и развеселились. Ведь я был еще совсем юношей и все свои годы прожил на краю света. Кровь моя стала, как огонь, а сердце — легким, как пена, которая во время прибоя летит на прибрежные скалы. Унга молча сидела в углу на шкурах, и глаза ее были широко раскрыты от страха. Человек с гривой пристально и долго смотрел на нее. Потом пришли его люди с тюками и разложили передо мной богатства, равных которым не было на всем Акатане. Там были ружья, большие и маленькие, порох, патроны и пули, блестящие топоры, стальные ножи и хитроумные орудия и другие необыкновенные вещи, которых я никогда не видел. Когда он показал мне знаками, что все это — мое, я подумал, что это великий человек, если он так щедр. Но он показал мне также, что Унга должна пойти с ним на его корабль. Понимаете? Унга должна пойти с ним на его корабль! Кровь моих отцов закипела во мне, и я бросился на него с копьем. Но дух, заключенный в бутылках, отнял силу у моей руки, и человек с львиной гривой схватил меня за горло — вот так, и ударил головой об стену. И я ослабел, как новорожденный младенец, и ноги мои подкосились. Тогда тот человек потащил Унгу к двери, а она кричала и цеплялась за все, что попадалось ей на пути. Потом он подхватил ее своими могучими руками, и когда она вцепилась ему в волосы, он загоготал, как большой тюлень-самец во время случки.</p>
      <p>Я дополз до берега и стал кричать, сзывая своих, но никто не решался выйти. Один Яш-Нуш оказался мужчиной. Но его ударили веслом по голове, и он упал лицом в песок и замер. Чужестранцы под звуки песни подняли паруса, и корабль их понесся, подгоняемый ветром.</p>
      <p>Народ говорил, что это к добру, что не будет больше кровной вражды на Акатане. Но я молчал и стал ждать полнолуния. Когда оно наступило, я положил в свой каяк запас рыбы и жира и отплыл на восток. По пути мне попадалось много островов и много людей; и я, который жил на краю света, понял, что мир очень велик. Я объяснялся знаками. Но никто не видел ни шхуны, ни человека с львиною гривой, и все показывали дальше на восток. И я спал где придется, ел непривычную мне пищу, видел странные лица. Многие смеялись надо мной, принимая за сумасшедшего, но иногда старики повертывали лицо мое к свету и благословляли, а глаза молодых женщин увлажнялись, когда я рассказывал о загадочном корабле, об Унге, о людях с моря.</p>
      <p>И вот через суровые моря и бушующие волны я добрался до Уналяшки. Там стояли две шхуны, но ни одна из них не была той, которую я искал. И я поехал дальше на восток, и мир становился все больше, но никто не слышал о том корабле ни на острове Унимаке, ни на Кадиаке, ни на Атоньяке.<a l:href="#n_638" type="note">[638]</a> И вот однажды я прибыл в скалистую страну, где люди рыли большие ямы на склонах гор. Там стояла шхуна, но не та, что я искал, и люди грузили ее камнями, добытыми в горах. Это показалось мне детской забавой, — ведь камни повсюду можно найти; но меня накормили и заставили работать. Когда шхуна глубоко осела в воде, капитан дал мне денег и отпустил. Но я спросил его, куда он держит путь, и он указал на юг. Я объяснил ему знаками, что хочу ехать с ним; сначала он рассмеялся, но потом оставил меня на шхуне, так как у него не хватало матросов. Там я научился говорить на их языке, и тянуть канаты, и брать рифы на парусах во время шквала, и стоять на вахте. И в этом не было ничего удивительного, ибо в жилах моих отцов текла кровь мореплавателей.</p>
      <p>Я думал, что теперь, когда я живу среди белых людей, мне будет легко найти того, кого я искал. Когда мы достигли земли и вошли через пролив в порт, я ждал, что вот сейчас увижу много шхун — ну, столько, сколько у меня пальцев на руках. Но их оказалось гораздо больше, — как рыб в стае, и они растянулись на много миль вдоль берега. Я ходил с одного корабля на другой и всюду спрашивал о человеке с львиной гривой, но надо мной смеялись и отвечали мне на языках многих народов. И я узнал, что эти корабли пришли сюда со всех концов света.</p>
      <p>Тогда я отправился в город и стал заглядывать в лицо каждому встречному. Но людей в городе было не счесть, — как трески, когда она густо идет вдоль берега. Шум оглушил меня, и я уже ничего не слышал, и голова моя кружилась от сутолоки. Но я продолжал свой путь — через страны, звеневшие песней под горячим солнцем, страны, где на полях созревал богатый урожай, где большие города были полны мужчин, изнеженных, как женщины, лживых и жадных до золота. А тем временем на Акатане мой народ охотился, ловил рыбу и думал, что мир мал, и был счастлив в своем неведении.</p>
      <p>Но взгляд, который бросила Унга, возвращаясь с рыбной ловли, преследовал меня, и я знал, что найду ее, когда настанет час. Она шла по тихим переулкам в вечерние сумерки и следовала за мной по тучным) полям, влажным от утренней росы, и глаза ее обещали то, что могла дать только Унга.</p>
      <p>Я прошел тысячи городов. И люди, жившие в этих городах, то жалели меня и давали пищу, то смеялись, а некоторые встречали бранью. Но я, стиснув зубы, жил по чужим обычаям и видел многое, что было чуждо мне. Часто я, вождь и сын вождя, работал на людей грубых и жестких, как железо, — людей, которые добывали золото потом и кровью своих братьев. Но нигде я не получил ответа на свой вопрос о людях, которых искал, до тех пор, пока не вернулся к морю, как морж на лежбище. Это было уже в другом порту, в другой стране, которая лежит на Севере. И там я услышал рассказы о желтоволосом морском бродяге и узнал, что сейчас он в океане охотится за тюленями.</p>
      <p>Я сел на охотничье судно вместе с ленивыми сивашами, и мы пустились по пути, не оставляющему следов, на север, где в то время шла охота на тюленей. Мы провели не один томительный месяц на море и всюду расспрашивали о том, кого я искал, и слышали многое о нем, но самого его не встретили нигде.</p>
      <p>Мы отправились дальше на север, к островам Прибылова, и били тюленей стадами на берегу, и приносили их еще теплыми на борт; и наконец на палубе стало так скользко от жира и крови, что нельзя было удержаться на ногах. За нами погнался корабль, который обстрелял нас из больших пушек. Мы подняли все паруса, так что наша шхуна стала зарываться носом в волны, и быстро скрылись в тумане.</p>
      <p>Потом я слышал, что, пока мы в страхе спасались от преследования, желтоволосый морской бродяга высадился на островах Прибылова, пришел в факторию, и в то время, как часть его команды держала служащих взаперти, остальные вытащили из склада десять тысяч сырых шкур и погрузили на свой корабль. Это слухи, но я им верю. В своих скитаниях я никогда не встречал этого человека, но слава о нем и о его жестокости и отваге гремела по северным морям, так что, наконец, три народа, владевшие землями в тех краях, снарядили корабли в погоню за ним. Я слышал и об Унге, многие капитаны пели ей хвалу, прославляя ее в своих рассказах. Она была всегда с ним. Говорили, что она переняла обычаи его народа и теперь счастлива. Но я знал, что это не так, — я знал, что сердце Унги рвется назад к ее народу, к песчаным берегам Акатана.</p>
      <p>Прошло много времени, и я вернулся в гавань, которая служит воротами в океан, и там я узнал, что желтоволосый ушел охотиться на котиков к берегам теплой страны, которая лежит южнее русских морей. И я, ставший к тому времени настоящим моряком, сел на корабль вместе с людьми его крови и понесся следом за ним на охоту за котиками.</p>
      <p>Немногие корабли отправлялись туда, но мы напали на большое стадо котиков и всю весну гнали его на север. И когда брюхатые самки повернули в русские воды, наши матросы испугались и стали роптать, потому что стоял сильный туман и шлюпки гибли каждый день. Они отказались работать, и капитану пришлось повернуть судно обратно. Но я знал, что желтоволосый бродяга ни-чего не боится и будет преследовать стадо вплоть до русских островов, куда не многие решаются заходить. И вот темной ночью я взял шлюпку, воспользовавшись тем, что вахтенный задремал, и поплыл один в теплую страну. Я держал курс на юг и вскоре очутился в бухте Иеддо, где встретил много непокорных и отважных людей. Девушки Иошивары были маленькие, красивые и быстрые, как ртуть. Но я не мог там оставаться, зная, что Унга несется по бурным волнам к берегам Севера.</p>
      <p>В бухте Иеддо собрались люди со всех концов света; у них не было родины, они не поклонялись никаким богам и плавали под японским флагом. И я отправился с ними к богатым берегам Медного острова, где наши трюмы доверху наполнились шкурами. В этом безлюдном море мы никого не встретили, пока не повернули обратно. Однажды сильный ветер рассеял туман, и мы увидели позади нас шхуну, а в ее кильватере дымящиеся трубы русского военного судна. Мы понеслись вперед на всех парусах, а шхуна нагоняла нас, делая три фута, пока мы делали два. И на корме шхуны стоял человек с львиной гривой и, схватившись за поручни, смеялся, гордясь своей силой. И Унга была с ним — я тотчас же узнал ее, — но когда пушки русских открыли огонь, он послал ее вниз. Как я уже сказал, шхуна делала три фута на два наших, и, когда налетала волна, можно было видеть ее днище. Я с проклятиями ворочал штурвалом, не оглядываясь на грохочущие пушки русских. Мы понимали, что он хочет обогнать наше судно и уйти от погони, пока русские будут возиться с нами. У нас сбили мачты, и мы неслись по ветру, как раненая чайка, а он исчез на горизонте — он и Унга.</p>
      <p>Что нам было делать? Свежие шкуры говорили сами за себя. Нас отвели в русскую гавань, а оттуда послали в пустынную страну, где заставили работать в соляных копях. И некоторые умерли там, а некоторые… остались жить.</p>
      <p>Наас сбросил одеяло с плеч и обнажил тело, исполосованное страшными рубцами. То были, несомненно, следы кнута. Принс торопливо прикрыл его вновь: зрелище было не из приятных.</p>
      <p>— Долго мы томились там. Иногда люди убегали на юг, но их неизменно возвращали назад. И вот однажды ночью мы — те, кто был из бухты Иеддо, — отняли ружья у стражи и двинулись на север. Кругом тянулись непроходимые болота и дремучие леса, и конца им не было видно. Настали холода, земля покрылась снегом, а куда нам идти, никто не знал. Долгие месяцы бродили мы по необъятным лесам — я всего не помню, потому что у нас было мало пищи, и часто мы ложились и ждали смерти. Наконец трое из нас достигли холодного моря. Один из троих был капитан из Иеддо. Он знал, где лежат большие страны, и помнил место, где можно перейти по льду из одной страны в другую. И капитан повел нас туда. Сколько мы шли, не знаю, но это было очень долго, и под конец нас осталось двое. Мы дошли до места, о котором он говорил, и встретили там пятерых людей из того народа, что живет в этой стране; и у них были собаки и шкуры, а у нас не было ничего. Мы бились с ними на снегу, и ни один не остался в живых, и капитан тоже был убит, а собаки и шкуры достались мне. Тогда я пошел по льду, покрытому трещинами, и меня унесло на льдине и носило до тех пор, пока западный ветер не прибил ее к берегу. Потом была бухта Головина, Пастилик и священник. Потом — на юг, на юг, в теплые страны, где я уже был раньше.</p>
      <p>Но море уже не давало большой добычи, и те, кто отправлялся на охоту за котиками, многим рисковали, а выгоды получали мало. Суда попадались редко, и ни капитаны, ни матросы ничего не могли сказать мне о тех, кого я искал. Тогда я ушел от беспокойного океана и пустился в путь по суше, где растут деревья, стоят дома и горы и ничто не меняет своих мест. Я много где побывал и научился многому, даже читать книги и писать. И это было хорошо, ибо я думал, что Унга тоже, верно, научилась этому и что когда-нибудь, когда придет наш час, мы… вы понимаете?.. когда придет наш час…</p>
      <p>Так я скитался по свету, словно маленькая рыбачья лодка, которая, поднимая парус, оказывается во власти ветров. Но глаза и уши мои были всегда открыты, и я держался поближе к людям, которые много путешествовали, ибо, думалось мне, нельзя забыть тех, кого я искал. Наконец, я встретил человека, только что спустившегося с гор. Он принес с собой камни, в которых блестели кусочки золота — большие, как горошины. Он слышал о них, он встречал их, он знал их. Они богаты, рассказывал этот человек, и живут там, где добывают золото.</p>
      <p>Это была далекая дикая страна, но я добрался и туда и увидел лагерь в горах, где люди работали день в ночь, не видя солнца. Но час мой еще не настал. Я прислушивался к тому, что говорят люди. Он уехал — они оба уехали в Англию, говорили кругом, и будут искать там богатых людей, чтобы образовать компанию. Я видел дом, в котором они жили; он был похож на те дворцы, какие бывают в Старом Свете. Ночью я забрался в дом через окно: мне хотелось посмотреть, что тот человек дал ей. Я бродил из комнаты в комнату и думал, что так, должно быть, живут только короли и королевы, — так хорошо там было! И все говорили, что он обращался с ней, как с королевой, хотя и недоумевали, откуда эта женщина родом, — в ней всегда чувствовалась иная кровь, и она была не похожа на женщин Акатана. Да, она была королева. Но я был вождь и сын вождя, и я дал за нее неслыханный выкуп мехами, лодками и бусами.</p>
      <p>Но зачем так много слов? Я стал моряком, и мне были ведомы пути кораблей. И я отправился в Англию, а потом в другие страны. Мне часто приходилось слышать рассказы о тех, кого я искал, и читать о них в газетах, но догнать их я не мог, потому что они были богаты и быстро переезжали с места на место, а я был беден. Но вот их настигла беда, и богатство рассеялось, как дым. Сначала газеты много писали об этом, а потом перестали; и я понял, что они вернулись обратно, туда, где много золота в земле.</p>
      <p>Обеднев, они скрылись куда-то, и я скитался из поселка в поселок и, наконец, добрался до Кутнэя, где напал на их след. Они были здесь и ушли, но куда? Мне называли то одно место, то другое, а некоторые говорили, что они отправились на Юкон. И я побывал во всех этих местах и под конец почувствовал великую усталость оттого, что мир так велик.</p>
      <p>В Кутнэе мне пришлось долго идти по тяжелой тропе, пришлось и голодать, и мой проводник — метис с Северо-запада — не вынес голода. Этот метис незадолго до того побывал на Юконе, пробравшись туда никому неведомым путем через горы, и теперь, почувствовав, что час его близок, он дал мне карту и рассказал о некоем тайном месте, поклявшись своими богами, что там много золота.</p>
      <p>В то время люди ринулись на Север. Я был беден. Я нанялся погонщиком собак. Остальное вы знаете. Я встретил их в Доусоне. Она не узнала меня. Ведь там, на Акатане, я был еще юношей, а она с тех пор прожила большую жизнь! Где ей было вспомнить того, кто заплатил за нее неслыханный выкуп.</p>
      <p>Дальше? Дальше ты помог мне откупиться от службы. Я решил сделать все по-своему. Долго пришлось мне ждать, но теперь, когда он был у меня в руках, я не спешил. Говорю вам, я хотел сделать все по-своему, ибо я вспомнил всю свою жизнь, все, что видел и выстрадал, вспомнил холод и голод в бесконечных лесах у русских морей.</p>
      <p>Как вы знаете, я повел Гундерсона и Унгу на восток, куда многие уходили и откуда не многие возвращались. Я повел их туда, где вперемешку с костями, осыпанное проклятиями лежит золото, которое людям не суждено было унести. Путь был долгий, и идти по неутоптанной тропе было нелегко. Собак у нас было много, и ели они много. Нарты не могли поднять всего, что нам требовалось до наступления весны. А вернуться назад мы должны были прежде, чем вскроется река. По дороге мы устраивали хранилища и оставляли там часть припасов, чтобы уменьшить поклажу и не умереть с голода на обратном пути. В Мак-Квещене жили трое людей, и одно хранилище мы устроили неподалеку от их жилья, другое — в Мэйо, где была разбита стоянка охотников из племени пелли, пришедших сюда с юга через горный перевал. Потом мы уже не встречали людей; перед нашими глазами была только спящая река, недвижный лес и Белое Безмолвие Севера.</p>
      <p>Как я уже сказал, путь наш был долгий и дорога трудная. Случалось, что, прокладывая тропу для собак, мы за день делали не больше восьми-десяти миль, а ночью засыпали как убитые. И ни разу спутникам моим не пришло в голову, что я Наас, вождь Акатана, решивший отомстить за обиду.</p>
      <p>Теперь мы оставляли уже немного запасов, а ночью я возвращался назад по укатанной тропе и прятал их в другое место, так, чтобы можно было подумать, будто хранилища разорили росомахи. К тому же на реке много порогов, и бурный поток подмывает снизу лед. И вот на одном таком месте у нас провалилась упряжка, которую я вел, но он и Уйга решили, что это несчастный случай. А на провалившихся нартах было много припасов и везли их самые сильные собаки.</p>
      <p>Но он смеялся, потому что жизнь била в нем через край. Уцелевшим собакам мы давали теперь очень мало пищи, а затем стали выпрягать их одну за другой и бросать на съедение остальным.</p>
      <p>— Возвращаться будем налегке, без нарт и собак, — говорил он, — и станем делать переходы от хранилища к хранилищу.</p>
      <p>И это было правильно, ибо провизии у нас осталось мало; и последняя собака издохла в ту ночь, когда мы добрались до места, где были кости и проклятое людьми золото.</p>
      <p>Чтобы попасть в то место, находящееся среди высоких гор — карта оказалась верной, — нам пришлось вырубать ступени в обледенелых скалах. Мы думали, что за горами будет спуск в долину, но кругом расстилалось беспредельное заснеженное плоскогорье, а над ним поднимались к звездам белые скалистые вершины. А посреди плоскогорья был провал, казалось, до самого сердца земли. Не будь мы моряками, у нас закружилась бы голова. Мы стояли на краю пропасти и смотрели, где можно спуститься вниз. С одной стороны— только с одной стороны — скала уходила вниз не отвесно, а с наклоном, точно палуба, накренившаяся на волне. Я не знаю, как это получилось, но это было так.</p>
      <p>— Это преддверие ада, — сказал он. — Сойдем вниз.</p>
      <p>И мы спустились.</p>
      <p>На дне провала стояла хижина, построенная кем-то из бревен, сброшенных сверху. Это была очень старая хижина; люди умирали здесь в одиночестве, и мы прочли их последние проклятия, в разное время нацарапанные на кусках бересты. Один умер от цинги; у другого компаньон отнял последние припасы и порох и скрылся; третьего задрал медведь; четвертый пробовал охотиться и все же умер от голода.</p>
      <p>Так кончали все, они не могли расстаться с золотом и умирали. И пол хижины был усыпан не нужным никому золотом, как в сказке!</p>
      <p>Но у человека, которого я завел так далеко, была бесстрашная душа и трезвая голова.</p>
      <p>— Нам нечего есть, — сказал он. — Мы только посмотрим на это золото, увидим, откуда оно и много ли его здесь. И сейчас же уйдем отсюда, пока оно не ослепило нас и не лишило рассудка. А потом мы вернемся, захватив с собою побольше припасов, и все золото будет нашим.</p>
      <p>И мы осмотрели мощную золотоносную жилу, которая прорезывала скалу сверху донизу, измерили ее, вбили заявочные столбы и сделали зарубки на деревьях в знак наших прав. Ноги у нас подгибались от голода, к горлу подступала тошнота, сердце колотилось, но мы все- таки вскарабкались по громадной скале наверх и двинулись в обратный путь.</p>
      <p>Последнюю часть пути нам пришлось нести Унгу. Мы сами то и дело падали, но в конце концов добрались до первого хранилища. Увы — припасов там не было. Я так ловко сделал, что он подумал, будто всему виной росомахи, и обрушился на них и на своих богов с проклятиями. Но Унга не теряла мужества, она улыбалась, взяв его за руку, и я должен был отвернуться, чтобы овладеть собой.</p>
      <p>— Мы проведем ночь у костра, — сказала она, — и подкрепимся мокасинами.</p>
      <p>И мы отрезали по нескольку полос от мокасин и варили эти полосы чуть ли не всю ночь, — иначе их было бы не разжевать. Утром мы стали думать, как быть дальше. До следующего хранилища было пять дней пути, но у нас не хватило бы сил добраться до него. Нужно было найти дичь.</p>
      <p>— Мы пойдем вперед и будем охотиться, — сказал он.</p>
      <p>— Да, — повторил я, — мы пойдем вперед и будем охотиться.</p>
      <p>И он приказал Унге остаться у костра, чтобы не ослабеть совсем. А мы пошли. Он на поиски лося, а я туда, где у меня была спрятана провизия. Но съел я немного, боясь, как бы они не заметили, что у меня прибавилось сил. Возвращаясь ночью к костру, он то и дело падал. Я тоже притворялся, что очень ослабел, и шел, спотыкаясь, на своих лыжах, словно каждый мой шаг был последним. У костра мы опять подкрепились мокасинами.</p>
      <p>Он был выносливый человек. Дух его до конца поддерживал тело. Он не жаловался и думал только об Унге. На второй день я пошел за ним, чтобы не пропустить его последней минуты. Он часто ложился отдыхать. В ту ночь он был близок к смерти. Но наутро он опять пошел дальше, бормоча проклятия. Он был как пьяный, и несколько раз мне казалось, что он не сможет идти. Но он был сильным из сильных, и душа его была душой великана, ибо она поддерживала его тело весь день. Он застрелил двух белых куропаток, но не стал их есть. Куропаток можно было бы съесть сырыми, не разводя костра, и они сохранили бы ему жизнь. Но его мысли были с Унгой, и он пошел обратно к стоянке. Вернее, не пошел, а пополз на четвереньках по снегу. Я приблизился к нему и прочел смерть в его глазах. Он мог бы еще спастись, съев куропаток. Но он отшвырнул ружье и понес птиц в зубах, как собака. Я пошел рядом с ним. И в минуты отдыха он смотрел на меня и удивлялся, что я так легко иду. Я понимал это, хотя он не мог выговорить ни слова, — его губы шевелились беззвучно. Как я уже сказал, он был сильный человек, и в сердце моем проснулась жалость. Но я вспомнил всю свою жизнь, вспомнил голод и холод в бесконечных лесах у русских морей. Кроме того, Унга была моя: я заплатил за нее неслыханный выкуп шкурами, лодками и бусами.</p>
      <p>Так мы пробирались через белый лес, и безмолвие угнетало нас, как тяжелый морской туман. И вокруг носились призраки прошлого. Мне виделся желтый берег Акатана, каяки, возвращающиеся домой с рыбной ловли, и хижины на опушке леса. Я видел людей, которые дали законы моему народу и были его вождями, — людей, чья кровь текла в моих жилах и в жилах жены моей, Унги. И Яш-Нуш шел рядом со мной, в волосах у него был мокрый песок, и он все еще не выпускал из рук сломанного боевого копья. Я знал, что решительная минута близка и словно видел обещание в глазах Унги.</p>
      <p>Как я сказал, мы пробирались через лес, и, наконец, дым костра защекотал нам ноздри. Тогда я наклонился над Гундерсоном и вырвал куропаток у него из зубов.</p>
      <p>Он повернулся на бок, глядя на меня удивленными глазами, и рука его медленно потянулась к ножу, который висел у него на поясе. Но я отнял нож, смеясь ему прямо в лицо. И даже тогда он ничего не понял. А я показал ему, как я пил из черных бутылок, показал, как я складывал груду даров на снегу, и все, что случилось в ночь моей свадьбы. Я не произнес ни слова, но он все понял и не испугался. Губы его насмешливо улыбались, а в глазах была холодная злоба, у него, казалось, прибавилось сил, когда он узнал меня. Идти нам оставалось недолго, но снег был глубокий, и он едва тащился. Раз он так долго лежал без движения, что я перевернул его и посмотрел ему в глаза. Жизнь то угасала в них, то снова возвращалась. Но когда я отпустил его, он снова пополз. Так мы добрались до костра. Унга бросилась к нему. Его губы беззвучно зашевелились! Он показывал на меня. Потом вытянулся на снегу… Он и сейчас лежит там.</p>
      <p>Я не сказал ни слова до тех пор, пока не изжарил куропаток. А потом заговорил с Унгой на ее языке, которого она не слышала много лет. Унга выпрямилась — вот так, глядя на меня широко открытыми глазами, — и спросила, кто я и откуда знаю этот язык.</p>
      <p>— Я Наас, — сказал я.</p>
      <p>— Наас? — крикнула она. — Это ты? — и подползла ко мне ближе.</p>
      <p>— Да, — ответил я. — Я Наас, вождь Акатана, последний из моего рода, как и ты — последняя из своего рода.</p>
      <p>И она засмеялась. Да не услышать мне еще раз такого смеха! Душа моя сжалась от ужаса, и я сидел среди Белого Безмолвия, наедине со смертью и с этой женщиной, которая смеялась надо мной.</p>
      <p>— Успокойся, — сказал я, думая, что она бредит. — Подкрепись, и пойдем. Путь до Акатана долог.</p>
      <p>Но Унга спрятала лицо в его желтую гриву и смеялась так, что, казалось, еще немного, и само небо обрушится на нас. Я думал, что она обрадуется мне и сразу вернется памятью к прежним временам, но таким смехом никто не выражает свою радость.</p>
      <p>— Идем! — крикнул я, крепко беря ее за руку. — Нам предстоит долгий путь во мраке. Надо торопиться!</p>
      <p>— Куда? — спросила она, приподнявшись, и перестала смеяться.</p>
      <p>— На Акатан, — ответил я, надеясь, что при этих словах лицо ее сразу просветлеет.</p>
      <p>Но оно стало похожим на его лицо: та же насмешливая улыбка, та же холодная злоба в глазах.</p>
      <p>— Да, — сказала она, — мы возьмемся за руки и пойдем на Акатан. Ты и я. И мы будем жить в грязных хижинах, питаться рыбой и тюленьим жиром, и наплодим себе подобных, и будем гордиться ими всю жизнь. Мы забудем о большом мире. Мы будем счастливы, очень счастливы! Как это хорошо! Идем! Надо спешить. Вернемся на Акатан.</p>
      <p>И она провела рукой по его желтым волосам и засмеялась недобрым смехом. И обещания не было в ее глазах.</p>
      <p>Я сидел молча и дивился нраву женщин. Я вспомнил, как он тащил ее в ночь нашей свадьбы и как она рвала ему волосы — волосы, от которых теперь не могла отнять руки. Потом я вспомнил выкуп и долгие годы ожидания. И я сделал так же, как сделал тогда он, поднял ее и понес. Как и в ту ночь, она отбивалась, словно кошка, у которой отнимают котят. Я обошел костер и отпустил ее. И она стала слушать меня. Я рассказал ей обо всем, что случилось со мной в чужих морях и краях, о моих неустанных поисках, о голодных годах и о том обещании, которое она дала мне первому. Да, я рассказал обо всем, даже о том, что случилось между мной и им в этот день. И, рассказывая, я видел, как в ее глазах росло обещание, манящее, как утренняя заря. И я прочел в них жалость, женскую нежность, любовь, сердце и душу Унги. И я снова стал юношей, ибо взгляд ее стал взглядом той Унги, которая смеялась и бежала вдоль берега к материнскому дому. Исчезли мучительная усталость, и голод, и томительное ожидание. Час настал. Я почувствовал, что Унга зовет меня склонить голову ей на грудь и забыть все. Она раскрыла мне объятия, и я бросился к ней. Но вдруг ненависть зажглась у нее в глазах, и рука потянулась, к моему поясу. И она ударила меня ножом, вот так — раз, два.</p>
      <p>— Собака! — крикнула Унга, толкая меня в снег. — Собака! — Ее смех звенел в тишине, когда она ползла к мертвецу.</p>
      <p>Как я уже сказал, Унга два раза ударила меня ножом, но рука ее ослабела от голода, а мне не суждено было умереть. И все же я хотел остаться там и закрыть глаза в последнем долгом сне рядом с теми, чьи жизни сплелись с моей и кто вел меня по неведомым тропам. Но надо было вернуть долг, и я не мог думать о покое.</p>
      <p>А путь был долгий, холод свирепый, и пищи у меня было мало. Охотники из племени пелли, не напав на лосей, наткнулись на мои запасы. То же самое сделали трое белых в Мак-Квещене, но они лежали бездыханные в своей хижине, когда я проходил мимо. Что было потом, как я добрался сюда, нашел пищу, тепло — не помню, ничего не помню.</p>
      <p>Замолчав, он жадно потянулся к печке. Светильник отбрасывал на стену страшные блуждающие тени.</p>
      <p>— Но как же Унга?! — воскликнул Принс, потрясенный рассказом.</p>
      <p>— Унга? Она не стала есть куропатку. Она лежала, обняв мертвеца за шею и зарывшись лицом ему в волосы. Я придвинул горячие сучья ближе, чтобы ей было теплее, но она отползла. Я развел еще один костер, с другой стороны, но и это ничему не помогло, — ведь она отказывалась от еды. И вот так они и лежат там на снегу.</p>
      <p>— А ты? — спросил Мэйлмют Кид.</p>
      <p>— Я не знаю, что мне делать. Акатан мал, я не хочу возвращаться туда и жить на краю света. Да и зачем мне жить? Пойду к капитану Констэнтайну, и он наденет на меня наручники. А потом мне набросят веревку на шею — вот так, и я крепко усну, крепко… А впрочем… не знаю.</p>
      <p>— Послушай, Кид! — возмутился Принс. — Ведь это же убийство!</p>
      <p>— Молчи! — строго сказал Мэйлмют Кид. — Есть вещи выше нашего понимания. Как знать, кто прав, кто виноват? Не нам судить.</p>
      <p>Наас подвинулся к огню еще ближе. Наступила глубокая тишина, и в этой тишине перед мысленным взором каждого из них пестрой чередой проносились далекие видения.</p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Бог его отцов</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Бог его отцов</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Повсюду расстилались дремучие, девственные леса — место действия шумных фарсов и безмолвных драм. С первобытной жестокостью велась здесь борьба за существование. Сюда, в самое сердце Страны на Краю Радуги, еще не пришли британцы и русские, и американское золото не скупило еще громадных ее просторов. Волчьи стаи еще преследовали по пятам стада оленей, отбивая отяжелевших самок или ослабевших и терзая жертвы с той же безжалостностью, как тысячи поколений до них. Немногочисленные туземцы еще подчинялись своим вождям и почитали шаманов, изгоняли злых духов, сжигали ведьм, сражались с соседями и пожирали их с таким аппетитом, который делал честь желудкам победителей. Клонился к исходу каменный век. А по неведомым тропам, через пустыни, не обозначенные на картах, уже шли предвестники стального века— сыны белокурой голубоглазой и неукротимой расы. То случайно, то намеренно, по двое, по трое приходили они неизвестно откуда, сражались и умирали или уходили неизвестно куда. Шаманы слали проклятия на их головы, вожди созывали воинов, и камень схватывался со сталью, но напрасно. Словно вода из какого-то огромного водоема, просачивались они сквозь угрюмые чащи и горные перевалы, легкие лодки их заходили в дальние протоки, и мокасины прокладывали тропы для собачьих упряжек. То были сыны великого и могучего племени, и их было много, но этого не знали пока закутанные в шкуры обитатели Северной страны. Сколько невоспетых пришельцев бились до последнего и умирали под холодным блеском северного сияния, так же, как бились и умирали их братья в раскаленных песках пустынь или в дышащих смертоносными испарениями джунглях, так же, как будут биться и умирать те, которые придут за ними, пока в назначенный час не обретет это великое племя своей судьбы.</p>
      <empty-line/>
      <p>Время приближалось к двенадцати. Горизонт на севере был залит алым свечением; оно бледнело к западу и сгущалось на востоке, обозначая положение невидимого полночного солнца. Сумерки так неприметно переходили в зарю, что ночь исчезала, умирающий день встречался с нарождающимся, и оттого временами на небе словно было два солнечных диска. Ржанка только что робко прощебетала свою вечернюю песенку, а зарянка уже зычно приветствовала наступающее утро. С острова посреди Юкона доносилась крикливая перебранка диких гусей, и будто в ответ над замершей гладью несся с берега насмешливый хохот полярной гагары.</p>
      <p>В тихой заводи несколькими рядами стояли выделанные из березовой коры каноэ.<a l:href="#n_639" type="note">[639]</a> Копья с плоскими костяными наконечниками, стрелы с таким же оперением, стянутые оленьими жилами луки, плетеные верши — все указывало на то, что шел нерест лосося. На берегу среди крытых шкурами вигвамов и развешанной для вяления рыбы слышны были голоса. Парни состязались в ловкости и заигрывали с девушками; почтенные скво, лишенные этих радостей — поскольку выполнили свое назначение в жизни, обзаведясь потомством, — сучили веревки из стеблей стелющихся трав и сплетничали. Тут же возились и дрались голые ребятишки, катались по земле с огромными темно-рыжими собаками.</p>
      <p>Поодаль, на приличном расстоянии от становища виднелись две палатки. Это был лагерь белого человека — уж самый выбор места убедительно свидетельствовал о том. Отсюда в случае необходимости удобно было вести обстрел становища, расположенного в сотне ярдов, возвышение и открытое пространство позволяли держать оборону при нападении, и, наконец, крутой, ярдов в двадцать склон позади давал возможность быстро отступить к лодкам. В одной из палаток плакал больной ребенок, и мать баюкала его колыбельной. Снаружи у догорающего костра беседовали двое.</p>
      <p>— Да, я почитаю церковь, как преданный сын. Так почитаю, что днем бегу от нее, а ночью грежу о расплате. А что вы хотите? — в голосе метиса послышались гневные нотки. — Родом я с Красной реки. Отец у меня был белый — такой же, как и вы. Только вы янки, а он англичанин и сын джентльмена. А мать моя была индианка, дочь одного вождя, и я стал настоящим мужчиной. Да, не сразу скажешь, какая кровь в моих жилах — ведь я жил среди белых, как равный, и в груди у меня бьется сердце отца. И вот я встретил девушку, белую девушку, которая благосклонно поглядывала на меня. Отец ее, француз по крови, имел много земли и лошадей, и его очень уважали там. «Ты не в своем уме», — сказал он ей, узнав обо мне, и долго убеждал ее и сильно гневался.</p>
      <p>Но она была в своем уме, и скоро мы уже стояли перед пастором. Но еще раньше у него побывал отец и наговорил там всяких нехороших слов, пообещал что-нибудь, я уж не знаю. Так что пастор заупрямился и не захотел сделать так, чтобы мы жили друг с другом. Церковь не захотела благословить меня при рождении, и церковь отказалась разрешить мне жениться, и из-за нее руки мои обагрены кровью.</p>
      <p>Вот почему я почитаю церковь. Потом я ударил лживого пастора по лицу, мы вскочили на быстрых лошадей и поскакали с ней к форту Пьер, где жил добрый священник. Но вслед за нами бросился ее отец, и братья, и еще какие-то люди, которых он подговорил. И мы дрались прямо на скаку, пока я не выбил троих из седла, а остальные не повернули обратно к форту. Тогда мы отправились на восток, и скрылись среди холмов и лесов, и жили там вместе. Но мы не были женаты, — вот что сделала ваша добрая церковь, которую я почитаю, как послушный сын.</p>
      <p>Женщины — странные существа, и ни один мужчина не в силах понять их. Один из тех, кого я вышиб из седла, был ее отец; он упал, и ехавшие сзади растоптали его.</p>
      <p>Мы оба видели, как все случилось, но я забыл бы об этом, но она забыть не могла. И вот в вечерней тишине, после охоты, это приходило и стояло между нами, всю долгую безмолвную ночь, когда загорались звезды и мы должны были бы слиться в одно. И так было всегда. Она никогда не заговаривала о случившемся, но <emphasis>оно</emphasis> будто сидело у костра, и мы были как чужие. Я знаю, она хотела забыть все, но мысли одолевали, — я видел это по глазам и ощущал в ее дыхании.</p>
      <p>Потом она родила мне ребенка, девочку, и умерла. А я пошел к племени своей матери, чтобы ребенок мог кормиться у женской груди и жить. Но с рук у меня еще не смылась кровь убитых мною, в этом была виновата церковь. И вот однажды за мной приехала конная полиция, но мой дядька, который в то время был вождем племени, спрятал меня и дал лошадей и еды. Я взял девочку, и мы поехали далеко, к Гудзонову заливу, где было мало белых, и они ни о чем не спрашивали. Там я нанялся на работу в Компании, был охотником, проводником, погонщиком собак, пока моя дочь не стала женщиной — высокой, стройной и приятной на вид.</p>
      <p>Вы знаете здешнюю долгую и беспросветную зиму, она вызывает разные мысли и толкает на дурные поступки. Так вот, был там главный агент — наглый и черствый человек. И не из таких, кто нравится женщинам. Но ему приглянулась моя дочь, которая стала женщиной. Матерь божья! Однажды он отправил меня в длительную поездку на собаках, оказалось, для того, чтобы… ну, вы понимаете. Черствый, бессердечный человек. А она была почти белая, и душа у нее была белая, и такая хорошая женщина… Словом, она умерла.</p>
      <p>В ту ночь, когда я возвратился, стоял жестокий мороз. Я пробыл в пути много месяцев, и собаки еле тащили, когда я подъезжал к форту. Индейцы и метисы как-то странно смотрели на меня и молчали, и тут мне стало страшно, не знаю, почему. Но я ничего не спрашивал, накормил собак и сам плотно поел, как человек, которому предстоит тяжелая работа. И только потом я потребовал, чтобы мне сказали, в чем дело. У них не хватало духу: боялись, как бы я чего не сделал в ярости. И все же они рассказали слово за словом, шаг за шагом ту печальную историю и сильно дивились, что я молчу.</p>
      <p>Выслушав, я отправился к дому агента и был спокойнее, чем сейчас, когда вспоминаю это. Агент испугался и позвал на помощь, но люди не одобряли его поступок и считали, что он должен ответить за него. Тогда агент убежал в дом пастора. Я пошел туда. Пастор вышел на порог и стал увещевать меня, говоря, что человек во гневе должен молить бога наставить его на путь истинный. Я сказал, что отцовское горе и возмущение давало мне право пройти, а он отвечал: только через мой труп, — и принялся молиться. Так церковь снова встала у меня на пути, она всегда стояла у меня на пути. Я перешагнул через пастора и отправил агента туда, где он встретит мою дочь, туда, где живет его бог, недобрый бог, бог белых людей.</p>
      <p>О случившемся сообщили на ближайший пост, за мной была устроена погоня, и мне пришлось скрыться. Я отправился на восток, мимо Большого Невольничьего, вниз по Макензи, дошел до вечных льдов, перевалил Снежные Скалы, вышел к Большой Излучине Юкона и спустился сюда. Вы первый человек из племени моего отца, кого я встретил за все эти дни. И пусть вы будете последним! Те люди, в становище — моего племени, они просты и бесхитростны. Они научились уважать и почитать меня. Мое слово для них закон, и шаманы послушны мне, ибо боятся, как бы я не навредил им. Так вот, когда я говорю за них, я говорю и за себя. Оставьте нас в покое! Уходите отсюда! Если вы останетесь у наших костров, следом придет ваша церковь, придут ваши священники и боги. И знайте: каждого белого, кто придет в мое становище, я заставлю отречься от его бога. Но вы первый, и с вами я не поступлю так. Однако вы должны уйти и уйти быстро.</p>
      <p>— Я не могу отвечать за всех своих братьев, — отвечал второй собеседник, в раздумье набивая трубку. Речь Хэя Стокарда была иногда столь же медлительна, сколь быстры его действия, но только иногда.</p>
      <p>— Но я знаю ваше племя, — отвечал другой. — А вы и такие, как вы, прокладываете тропу остальным. Придет время, и они завладеют этим краем, но меня в то время уже не будет. Я слышал, они вышли к истокам Великой Реки, а далеко в низовьях — русские.</p>
      <p>Хэй Стокард быстро поднял голову: то было нечто новое в географии. Люди Компании Гудзонова залива в форте Юкон иначе представляли путь реки, считая, что она течет к Северному Океану.</p>
      <p>— Так, значит, Юкон впадает в Берингово море? — спросил он.</p>
      <p>— Не знаю, но там, в низовьях, русские, много русских. Можете поехать туда и посмотреть сами, можете вернуться к своим братьям, но пока шаманы и воины послушны мне, вы не подниметесь по Коюкуку. Это говорю я, Батист, по прозвищу Рыжий. Слово мое — закон, ибо я глава этого племени.</p>
      <p>— А если я не поеду туда, где русские, и не вернусь к своим братьям, что тогда?</p>
      <p>— Тогда вы отправитесь туда, где живет ваш бог, недобрый бог, бог белых людей.</p>
      <p>Из-за горизонта на севере, словно роняя кровавые капли, выкатилось багровое солнце. Батист поднялся, кивнул и пошел назад, в становище. По земле стлались густо-красные тени, где-то пела зарянка.</p>
      <p>Хэй Стокард докурил трубку, и в дыму костра виделись ему дальние истоки Коюкука, неведомой полярной реки, которая кончала здесь свой долгий путь, вливая воды в мутное течение Юкона. Если верить тому умирающему матросу, который спасся после кораблекрушения и прошел пешком весь край, если о чем-нибудь говорила бутылка с зернами золота, что припрятана у него в мешке, то где-то там, вверх по реке, в обители вечной зимы таится Сокровищница Севера. Но у ворот, преграждая ему путь, стоит страж — Батист по прозвищу Рыжий, человек, забывший, что в жилах его половина английской крови.</p>
      <p>— Утрясется! — решил Хэй Стокард; раскидав догорающие угли, он встал и потянулся, беспечно глядя на вспыхнувший пламенем горизонт.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Хэй Стокард крепко выругался. Его жена подняла голову от кастрюль и, следуя глазами за его взглядом, внимательно посмотрела на реку. Индианка с Теслина, она тем не менее отлично знала, что означают те односложные и выразительные английские словечки. Любое происшествие — от самого незначительного, когда соскакивает ремень с лыж, до внезапной смертельной опасности — она привыкла мерить тем, насколько оглушительна и красочна была брань, срывавшаяся с уст ее мужа. Поэтому сейчас она поняла, что дело серьезно. Длинное каноэ скользило вниз по течению, направляясь к крохотной бухточке у лагеря; на веслах играли лучи закатного солнца. Хэй Стокард пристально всматривался. Три человека слаженно работали веслами, ритмично покачиваясь взад и вперед, но Стокард видел только одного, с красным платком, повязанным вокруг головы.</p>
      <p>— Билл! — позвал он. — Эй, Билл!</p>
      <p>Из палатки, волоча ноги и пошатываясь, вышел высокий здоровяк; он тер глаза и позевывал. Но как только он увидел каноэ, сон у него как рукой сняло.</p>
      <p>— Да это же тот проклятый священник, клянусь Мафусаилом!<a l:href="#n_640" type="note">[640]</a></p>
      <p>Хэй Стокард мрачно кивнул головой, потянулся было к ружью, но, очевидно, передумал и пожал плечами.</p>
      <p>— Пристрелить его на месте, и дело с концом, — предложил Билл. — Иначе он нам все дело испортит.</p>
      <p>Стокард не решился на эту крайнюю меру; отвернувшись, он знаком приказал жене продолжать работу и позвал товарища с берега. Пока двое индейцев привязали лодку в бухточке, белый в своем немыслимом, бросающемся в глаза головном уборе поднялся на берег.</p>
      <p>— Как и апостол Павел, говорю: мир вам и милость господня!</p>
      <p>Слова священника были встречены угрюмым молчанием.</p>
      <p>— Привет и тебе, Хэй Стокард, богохульник и филистимлянин.<a l:href="#n_641" type="note">[641]</a> В сердце твоем жажда богатства, в сознании твоем дьявольские помыслы, в палатке твоей женщина, с которой ты прелюбодействуешь. И все же я, Стэрджес Оуэн, посланец божий, призываю тебя в этой пустыне покаяться в грехах своих и очиститься от скверны.</p>
      <p>— Поберегите-ка порох, отец мой, — раздраженно прервал Хэй Стокард. — Вам понадобятся все ваши запасы и еще сверх того. Здесь Рыжий Батист.</p>
      <p>Он махнул рукой в сторону индейского становища, где стоял метис и пристально всматривался, пытаясь разглядеть, кто же были эти незнакомцы. Приказав своим людям разбить палатку, Стэрджес Оуэн, носитель света веры и посланец божий, стал спускаться по склону. Стокард последовал за ним.</p>
      <p>— Послушайте, — начал он, взяв миссионера за плечо и повернув к себе. — Вы дорожите своей шкурой?</p>
      <p>— Жизнь моя в руке божьей, а я лишь тружусь в его виноградниках, — отвечал тот торжественно.</p>
      <p>— Э, бросьте! Хотите принять мученический венец?</p>
      <p>— Если на то его воля.</p>
      <p>— Ну, это не трудно, не волнуйтесь, но прежде я дам вам совет. Можете последовать ему или нет. Но если вы останетесь здесь, преждевременная кончина прервет ваши труды. И погибнете не только вы один, но и ваши люди, и Билл, и моя жена…</p>
      <p>— Дочь дьявола, которой не дано услышать слово истины.</p>
      <p>— …и я. Вы навлечете беду не только на себя, а на всех нас. Помните, мы зимовали вместе в прошлом году? Я знаю, что вы неплохой человек, но… недалекий. Если вы считаете своим долгом обращать язычников, — ваше дело. Но будьте же хотя немного разумны в средствах! Этот человек, Батист, не индеец. Он нашей породы, упрямый как бык, я таким не бываю, и ярый фанатик по-своему, как и вы. И если вы двое сойдетесь, хлопот не оберешься, я не желаю быть замешанным в это дело, понимаете, не желаю! Так что послушайте моего совета и уезжайте. Если спуститесь вниз, то встретите там русских. Среди них есть, конечно, православный священник, и вас в безопасности переправят к Берингову морю — Юкон, между прочим, впадает туда, — а затем уже нетрудно добраться до цивилизованного мира. Послушайте меня и уезжайте как можно скорее!</p>
      <p>— Тому, у кого в сердце бог, а в руке евангелие, не страшны козни ни человеческие, ни дьявольские, — решительно отвечал миссионер. — Я должен увидеть этого человека и вступить в единоборство с ним. Вернуть заблудшую овцу в лоно церкви больше чести, чем обратить тысячу язычников. Того, кто погряз в пороке, легче вывести на стезю добродетели. Вспомните тарсиняна Савла, который пошел в Дамаск, дабы отвести христиан в Иерусалим. По дороге явился ему спаситель, и услышал он голос, говорящий: «Савл, Савл, что ты гонишь меня?» И тут Савл, он же и Павел, прозрел и исполнился благодати и многие души спас потом. Так же, как и ты, о святой Павел, я тружусь в виноградниках господа нашего, готовый претерпеть ради него горести и испытания, насмешки и глумление, удары и наказания. Эй вы, — крикнул он своим гребцам, — принесите-ка мешочек с чаем и котелок воды. Да не забудьте тот кусок оленины и сковороду!</p>
      <p>Когда люди священника, недавно обращенные им самим в истинную веру, поднялись на берег, вся троица упала на колени и, хотя в руках у них и на спине было снаряжение, воздала хвалу всевышнему за помощь в долгом пути и благополучное прибытие. Хэй Стокард смотрел на них с насмешливым неодобрением: торжественность и таинство молитвы уже ничего не говорили его суровому сердцу. Там, у становища, Батист по прозвищу Рыжий узнал знакомые позы и вспомнил ту, которая делила с ним в горах и лесах ложе под звездами, и свою девочку, которая покоилась сейчас где-то у холодного Гудзонова залива.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>— Черт побери, Батист, и не думай об этом! Выброси из головы. Согласен, что этот человек глупец и никому не принесет пользы, и все-таки я не могу, понимаешь, не могу не встать на его сторону.</p>
      <p>Хэй Стокард помолчал, стараясь выразить словами свое простое понимание законов чести.</p>
      <p>— Он и мне самому порядком надоел, Батист, и немало причинял разных хлопот. Но неужели ты не понимаешь, что он моего племени, белый… и… Нет, да будь он даже негром, не смог бы я пожертвовать им ради спасения собственной шкуры.</p>
      <p>— Пусть будет так, — отвечал Батист. — Я предложил тебе самому сделать выбор. Скоро я приду со своими шаманами и воинами и либо убью тебя, либо заставлю отречься от твоего бога. Отступись, оставь священника и уезжай с миром! Иначе твоя тропа оборвется здесь. Мой народ, вплоть до малых детей, против вас. Смотри, ребятишки уже угнали твои лодки.</p>
      <p>Он показал на реку. Голые мальчишки подплыли к лодкам, отвязали их и погнали к середине течения. Отплыв на расстояние ружейного выстрела, они забрались в каноэ, взялись за весла и стали грести к становищу.</p>
      <p>— Отдай священника — и получишь лодки обратно. Ну, решай! Но не спеши.</p>
      <p>Стокард покачал головой. Взгляд его упал на женщину с Теслина с его сыном на руках, и сердце его дрогнуло, но тут он поднял глаза на человека, стоящего перед ним.</p>
      <p>— Меня не пугает это, — начал Стэрджес Оуэн. — Господь милостив, я готов один отправиться в лагерь нечестивца. Еще не поздно. Вера движет скалы. Может быть, мне удастся спасти его душу даже в свой последний час.</p>
      <p>— Навалиться на негодяя и связать его, — яростно шептал Билл на ухо своему товарищу, пока миссионер схватился в словесной дуэли с язычником. — Сделать его заложником и пристрелить, если они затеют драку.</p>
      <p>— Нет, — ответил Стокард. — Я дал слово, что его не тронут. Таковы законы войны, Билл. Он ведь с нами поступил по справедливости, предупредил и все такое… Нет, черт возьми, я не могу нарушить слова.</p>
      <p>— А он сдержит свое, уж будь уверен.</p>
      <p>— Не сомневаюсь. Но я не хочу, чтобы какой-то метис вел более честную игру, чем я. Послушай, а почему бы нам не сделать так, как он предлагает? Оставим ему священника, и дело с концом.</p>
      <p>— Н-нет, — пробормотал Билл.</p>
      <p>— Что, духу не хватает?</p>
      <p>Билл покраснел и прекратил разговор.</p>
      <p>Батист ждал окончательного решения. Стокард подошел к нему.</p>
      <p>— Слушай меня, Батист. Я пришел в твое становище, намереваясь пробраться к истокам Коюкука. Я не сделал ничего дурного. В сердце у меня не было зла. Нет и сейчас. Потом приехал этот священник. Не я привел его сюда. Он пришел бы так или иначе. Он моего племени, и я не могу оставить его в беде. И не оставлю. Ты понимаешь, что взять нас нелегко. Твое становище замрет и опустеет, как после голода. Я знаю, что мы погибнем, но немало и твоих воинов…</p>
      <p>— Зато оставшиеся будут жить в мире, и в уши им не будет лезть слово чужих богов и болтовня чужих священников.</p>
      <p>Оба пожали плечами и разошлись; Батист пошел к себе в становище.</p>
      <p>Миссионер призвал своих индейцев, и троица принялась усердно молиться. Стокард и Билл стали рубить сосны неподалеку, сооружая из них укрытие. Уложив уснувшего ребенка на шкуры, теслинка по мере сил помогала мужчинам. Скоро лагерь был укреплен с трех сторон наваленными деревьями, а крутой спуск позади исключал возможность нападения с реки. Когда приготовления в лагере были закончены, Стокард и Билл вышли из-за укрытия и стали расчищать склон от растущего кое-где кустарника. Из становища доносился грохот военных барабанов и завывания шаманов, призывающих воинов к сражению.</p>
      <p>— Туго придется, если они будут наступать перебежками, — сказал Билл, когда они, с топорами на плечах, возвращались в лагерь.</p>
      <p>— И станут ждать темноты, когда трудно стрелять.</p>
      <p>— Ну что ж, начнем первые.</p>
      <p>Бросив топор, Билл взял винтовку и устроился поудобнее. Среди индейцев выделялся высокий шаман. Билл взял его на мушку.</p>
      <p>— Все готовы? — спросил он.</p>
      <p>Стокард открыл патронный ящик, усадил жену так, чтобы она могла заряжать в укрытии ружья, и подал команду. Высокий шаман грохнулся наземь. На какое-то мгновение все стихло, затем послышались яростные крики, на склон, не долетев до лагеря, обрушилась туча стрел.</p>
      <p>— Хотел бы посмотреть на того парня, — заметил Билл, посылая новый патрон. Кажется, я ему прямо в лоб засадил.</p>
      <p>— Нет, не поможет, — угрюмо качал головой Стокард.</p>
      <p>Батисту, очевидно, удалось успокоить наиболее воинственных своих соплеменников, и следствием выстрела была не атака при дневном свете, а поспешное отступление индейцев из становища, вне зоны огня.</p>
      <p>Охваченный христианским рвением, порожденным мыслями о боге, Стэрджес Оуэн отважился было немедленно идти в лагерь нечестивца, равно готовый узреть чудо или принять муки. Но, пока велись переговоры, пыл его поутих, и в нем заговорило его естество. Надежду на вечное спасение сменил физический страх перед смертью, любовь к богу уступила место любви к жизни. И то не было чем-то незнакомым. Он давно замечал за собой эту слабость, и сейчас она снова одолевала его. Нередко он пытался побороть постыдное чувство, но всякий раз оно брало верх. Однажды, вспоминал Стэрджес Оуэн, когда другие отчаянно работали веслами, пытаясь спастись ото льда, что с грохотом ломился вниз по течению, в ту крайнюю минуту вселенского хаоса, он бросил весло и стал молить бога о милосердии. Воспоминание было не из приятных. Достойно стыда, что плоть его возобладала над духом. Но как хотелось жить, как хотелось жить! Он не мог отказаться от жизни. Именно любовь к жизни побудила отдаленных его предков увековечить себя в потомках, из-за любви к жизни ему тоже назначено увековечить себя. Мужество Стэрджеса Оуэна, если это вообще можно было назвать мужеством, было порождением фанатизма. А мужество Стокарда или Билла уходило корнями в какие-то устойчивые идеалы. Они ничуть не меньше любили жизнь, нет, но они больше чтили традиции своей расы, их тоже страшила смерть, но они были достаточно смелы, чтобы не покупать жизнь ценой позора.</p>
      <p>Миссионер поднялся: его обуяла мысль о самопожертвовании. Он даже забрался на баррикаду, чтобы отправиться в лагерь противника, но в ту же минуту рухнул вниз жалкой бесформенной массой и запричитал:</p>
      <p>— Да будет воля всевышнего! Кто я такой, чтобы преступать заветы его? Еще до сотворения мира был записан в книге судеб порядок вещей. Неужели мне, ничтожному червю, суждено вычеркнуть из той книги хоть строку? Боже, как слаб дух мой, и на то твоя воля!</p>
      <p>Билл нагнулся, поставил священника на ноги и молча тряхнул его. Это не помогло, и Билл, отпустив этот дрожащий и всхлипывающий человеческий комок, повернулся к двум индейцам. Те, очевидно, нисколько не были напуганы и с живостью готовились к предстоящей схватке.</p>
      <p>Стокард, о чем-то вполголоса говоривший с теслинкой, посмотрел на священника.</p>
      <p>— Приведи-ка его сюда, — приказал он Биллу.</p>
      <p>— Ну вот что, — начал он, когда священника подвели к нему, — сделайте нас мужем и женой. Да поторапливайтесь! — Затем, словно извиняясь, добавил — Неизвестно, чем все кончится, Билл, так что я решил привести в порядок свои делишки.</p>
      <p>Женщина беспрекословно подчинилась воле своего белого господина. Для нее церемония не имела никакого смысла. По ее понятиям она была женой Хэя Стокарда с того самого первого дня. В качестве свидетелей выступили новообращенные индейцы. Священник то и дело запинался, но Билл, не мешкая, приходил ему на помощь. Стокард подсказывал невесте, что нужно говорить, и когда дошло до слов «и в радости, и в горе», соединил большой и указательный пальцы и надел воображаемое кольцо ей на палец.</p>
      <p>— Поцелуй невесту! — громовым голосом приказал Билл, и Стэрджес Оуэн вынужден был повиноваться.</p>
      <p>— А теперь окрестите ребенка, — потребовал Хэй Стокард.</p>
      <p>— И чтоб все как полагается, — заметил Билл.</p>
      <p>— Полное снаряжение для нового пути, — объяснил отец, беря мальчика из рук матери. — Знаешь, пошел я однажды к Порогам, все с собой взял, кроме соли. Туго пришлось — никогда не забуду! Так что лучше быть готовым, если предстоит поход. Между нами, Билл, я не знаю, понадобится ли это <emphasis>там,</emphasis> но хуже не будет.</p>
      <p>Младенца окропили водой из чашки и уложили в укромный уголок. Мужчины, разложив костер, стали готовиться к ужину.</p>
      <p>Солнце, склоняясь к западу, спешило на север. Небо в той стороне горело кроваво-красным пламенем. Тени удлинялись, сгущались сумерки, в темных чащобах леса замирала жизнь. Даже дикие гуси на островке кончили свою крикливую перебранку и сделали вид, что укладываются на покой. И только индейцы за становищем не унимались, они исступленно колотили в барабаны и горланили воинственные песни. Но вот солнце закатилось, угомонились, и они. Спустилось полночное безмолвие. Стокард приподнялся на колени и выглянул из-за укрытия. Заплакал ребенок и отвлек его внимание. Мать подошла к мальчугану, но тот уже спал. Стояла глубокая, казалось навек, тишина. И в ту же минуту зычно прокричала зарянка. Ночь прошла.</p>
      <p>Поле заливал кипящий человеческий поток. Зазвенели луки, запели стрелы. В ответ резко хлопали ружья. Брошенное чьей-то уверенной рукой копье пригвоздило к месту теслинку как раз в тот момент, когда она наклонилась над ребенком. Стрела на излете, проскочив щель в баррикаде, вонзилась в плечо миссионеру.</p>
      <p>Горстка людей не могла отбить нападение. Пространство между баррикадой и атакующими было завалено трупами, но индейцев все прибывало, они стремительно неслись вперед, и баррикаду захлестнуло точно огромной океанской волной. Стэрджес Оуэн бросился бежать к палатке, а остальных посбивал с ног, похоронил нарастающий людской прилив. И только Стокард держался на ногах, раскидывая визжащих индейцев, словно щенят. Ему даже удалось поднять топор. Кто-то схватил ребенка за ногу, вытащил его из-под матери и, размахнувшись, ударил о бревна. Стокард топором размозжил индейцу череп и стал пробивать себе дорогу. Он был окружен яростной толпой, осыпавшей его градом копий и стрел. Из-за горизонта выкатилось солнце, и фигуры индейцев зловеще покачивались в алых лучах. Дважды они наваливались на Стокарда, когда он не успевал после сильного удара вытащить топор, и оба раза он стряхивал их с себя. Индейцы падали, и он шагал по их телам, и ноги его разъезжались в лужах крови. Наконец индейцы в испуге отступили, и Стокард оперся на топор, чтобы перевести дух.</p>
      <p>— Клянусь, ты настоящий мужчина! — воскликнул подошедший Батист. — Отрекись от своего бога и останешься жить.</p>
      <p>Ослабевшим от усталости голосом, но с полным достоинством Стокард проклятиями выразил свой решительный отказ.</p>
      <p>— Посмотрите-ка на эту бабу! — сказал метис, когда к нему подвели Стэрджеса Оуэна.</p>
      <p>Не считая царапины на плече, священник был невредим, но глаза его бегали от страха. Помутневший взгляд его упал на величественную фигуру богохульника Стокарда; несмотря на многочисленные раны, тот твердо стоял на ногах, вызывающе опираясь на топор, — спокойный, неукротимый, недосягаемый. И тут миссионер несказанно позавидовал человеку, который способен был так безмятежно сойти к темным вратам смерти. Да, именно этот человек, а не он, Стэрджес Оуэн, вылеплен был по образу и подобию Христа. И священник смутно ощутил проклятие предков, привычную слабость, которая досталась ему от прошлого, и почувствовал горькую обиду на созидательную силу — как бы она ни представлялась ему, — которая сотворила его, ее слугу, таким немощным. Даже человека с более сильной волей эта горечь и обстоятельства заставили бы сделаться отступником; для Стэрджеса Оуэна это было неизбежностью. В страхе перед человеческой злобой он пренебрежет гневом господним. Его научили служить всевышнему, но оставили в роковую минуту. Ему дали веру, но без убежденности, ему дали дух, но не волю. Это было несправедливо.</p>
      <p>— Где же теперь твой бог? — спросил метис.</p>
      <p>— Я не знаю. — Стэрджес Оуэн стоял прямо, не шелохнувшись, будто ученик на уроке закона божьего.</p>
      <p>— Так, значит, у тебя нет бога?</p>
      <p>— У меня был бог.</p>
      <p>— А сейчас?</p>
      <p>— Нет.</p>
      <p>Стокард смахнул кровь со лба и засмеялся. Миссионер посмотрел на него удивленно, точно сквозь сон. И ему показалось, что он отдаляется, что между ним и этим человеком пролегла бесконечность. И в том, что случилось, что должно было неизбежно случиться, он уже не принимал участия. Он стал зрителем, наблюдающим за событиями на расстоянии, да, да, на расстоянии.</p>
      <p>До него как из тумана донеслись слова Батиста:</p>
      <p>— Хорошо. Отпустите этого человека, и чтоб ни один волос не упал с его головы. Пусть уезжает с миром. Дайте ему каноэ и еды. Пусть отправляется туда, где русские, и расскажет их священникам о Батисте по прозвищу Рыжий, в чьей стране нет бога.</p>
      <p>Миссионера отвели к берегу; он помедлил там, чтобы увидеть развязку трагедии. Метис повернулся к Хэю Стокарду.</p>
      <p>— Бога нет, — сказал он.</p>
      <p>Стокард лишь рассмеялся в ответ. Один из молодых воинов поднял копье.</p>
      <p>— Так у тебя есть бог?</p>
      <p>— Да! Бог моих отцов.</p>
      <p>Он поудобнее перехватил рукоятку топора, но тут Батист подал знак, и копье вонзилось пленнику в грудь. Миссионер видел, как костяной наконечник прошел насквозь, как Стокард, все еще смеясь, качнулся и рухнул вперед, как сломалось древко копья. Потом Стэрджес Оуэн прыгнул в лодку и погреб вниз по течению, чтобы поведать русским о Батисте по прозвищу Рыжий, в чьей стране не было бога.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Великая загадка</p>
     </title>
     <p>Поистине, миссис Сейзер промелькнула на небосклоне Доусона подобно метеору. Она прибыла весной, на собаках, с проводниками из канадских французов, ослепительно блеснула на один короткий месяц и уехала вверх по реке, как только сошел лед. Весь Доусон, которому так не хватает женского общества, был ошеломлен столь внезапным отъездом, и местная аристократия огорчалась и расстраивалась по этому поводу до тех самых пор, пока не разразилась золотая лихорадка в Номе и новая сенсация не затмила старую. Ибо Доусон пришел в восторг от миссис Сейзер и принял ее с распростертыми объятиями. Она была мила, очаровательна и притом вдова, поэтому за нею сразу стали увиваться чуть ли не все короли Эльдорадо, должностные лица, искатели приключений из младших сыновей состоятельных семейств — все, кто стосковался по шелесту женского платья.</p>
     <p>Горные инженеры с уважением вспоминали ее мужа, покойного полковника Сейзера; представители промышленных кругов почтительно отзывались о его сделках и хватке: ведь он считался одним из крупнейших воротил в американской горной промышленности и, быть может, еще более крупным в английской. Чего ради из всех женщин на свете именно его вдова явилась в эти края? Это была великая загадка. Но обитатели Севера — народ практический, они вполне разумно презирают отвлеченные рассуждения и признают только факты. А для многих из них Карен Сейзер оказалась весьма существенным фактом. Она же смотрела на вещи по-другому, о чем свидетельствуют категоричность и быстрота, с какими она весь этот месяц отвечала на бесконечные предложения руки и сердца. И вот она исчезла, а с нею исчез факт, и осталась только загадка.</p>
     <p>Однако Случай милостиво дал ключ к разгадке. Последняя жертва миссис Сейзер, Джек Кофрэн, понапрасну положивший к ее ногам свое сердце и участок в пятьсот футов на Бонанзе, всю ночь напролет шатался с горя по кабакам в самой разношерстной компании. Среди ночи он невзначай столкнулся с Пьером Фонтэном, — а это был не кто иной, как старший проводник Карен Сейзер. Столкнувшись, они узнали друг друга, выпили и под конец оба порядком опьянели.</p>
     <p>— Что? — бормотал уже под утро Пьер Фонтэн. — Чего ради мадам Сейзер явилась в ваши края? А вы у нее самой спросите. Ничего я не знаю; только знаю, что она все спрашивает про одного человека. «Пьер, — говорит, — вы мне его найдите, и я дам вам много денег, тысячу долларов дам, только найдите этого человека». «Какого человека?» «Ах, да. Его зовут… как это… Дэвид Пэйн. Да, мсье, Дэвид Пэйн». Все время это имя у нее па языке. И я все ищу его, ищу, бегаю, как собака, нигде его не видать, черт бы его побрал. Ну и тысячи долларов не видать.</p>
     <p>Что? А, да. Один раз приезжали люди из Серкла. Так они его знают. Сказали, он на Березовом ручье. А мадам что? Мадам сказала: «Bon!<a l:href="#n_642" type="note">[642]</a>» — и вся так и просияла. И говорит мне: «Пьер, — говорит, — запрягайте собак. Мы сейчас же едем. Если найдем его, я дам вам две тысячи долларов». А я говорю: «Да-да, сейчас же! Allons, madame!».<a l:href="#n_643" type="note">[643]</a></p>
     <p>А про себя думаю: «Ну, две тысячи у меня в кармане. Экий я молодец!» А потом приехали еще какие-то из Серкла и говорят: «Нет, этот Дэвид Пэйн недавно уехал в Доусон». Так мы с мадам туда и не поехали, в Серкл.</p>
     <p>Да, мсье. Тогда мадам мне говорит: «Пьер, — говорит, — купите лодку, — и дает мне пятьсот долларов. — Завтра, — говорит, — мы едем вверх по реке». «Да, хорошо, мадам, завтра едем вверх по реке». И этот каналья Ситка Чарли содрал с меня за лодку пятьсот долларов. Черт бы его побрал.</p>
     <p>Джек Кофрэн не стал держать эту новость про себя, и на другой же день весь Доусон думал и гадал, кто такой Дэвид Пэйн и какое отношение он имеет к Карен Сейзер. Но в тот же день, как и говорил Пьер Фонтэн, миссис Сейзер со своими канадцами двинулась, держась восточного берега, по направлению к Клондайк-сити, пересекла реку и, идя вдоль западного берега, чтобы не напороться на скалы, скрылась среди бесчисленных островков.</p>
     <empty-line/>
     <p>— Да, мадам, это то самое место и есть. Первый, второй, третий остров ниже устья реки Стюарт. Вот это третий остров.</p>
     <p>С этими словами Пьер Фонтэн уперся багром в берег и поставил лодку поперек течения. Лодка ткнулась носом в прибрежные камни, один из канадцев ловко выскочил на берег и привязал ее.</p>
     <p>— Минутку, мадам, я только взгляну.</p>
     <p>Фонтэн скрылся за гребнем скалы, и оттуда донесся многоголосый собачий лай. Он тотчас вернулся.</p>
     <p>— Да, мадам, хижина здесь. Я посмотрел. Того человека нет дома. Но очень далеко он не мог уйти и очень надолго — тоже, раз собак не взял. Он скоро вернется, будьте уверены.</p>
     <p>— Помогите мне выйти, Пьер. Я измучилась в вашей лодке. Неужели вы не могли устроить меня поудобнее?</p>
     <p>Карен Сейзер поднялась из своего мехового гнездышка посреди лодки и выпрямилась, высокая, гибкая. Но хоть в обычной, родной ей обстановке она выглядела хрупкой и нежной, как лилия, этой кажущейся хрупкости никак не соответствовала сила, с какой она оперлась на руку Пьера своей не по-женски крепкой рукой, легко выскочила из лодки и, уверенно ступая стройными, сильными ногами, быстро взобралась по отвесному склону. В этой изящной, прекрасно сложенной женщине таились редкая энергия и выносливость.</p>
     <p>Хоть она и одолела подъем с такой небрежной легкостью, на щеках ее показался румянец и сердце билось чаще обычного. Она подошла к хижине с каким-то почтительным любопытством, и румянец на ее щеках разгорелся еще ярче.</p>
     <p>— Поглядите-ка, — сказал Пьер, указывая на щепки у поленницы. — Дрова свежие, дня два, может, три, как наколоты.</p>
     <p>Миссис Сейзер кивнула. Она попыталась заглянуть в крошечное оконце, но хоть промасленная бумага и про-пускала свет, разглядеть сквозь нее ничего не удавалось. Потерпев неудачу, миссис Сейзер подошла к двери, приподняла было тяжелый засов, собираясь войти, но передумала. Потом вдруг опустилась на одно колено и поцеловала грубо обтесанный порог. Если Пьер и заметил это, он не подал виду и потом ни с кем никогда не делился этим воспоминанием. Но в следующее мгновение один из канадцев, мирно раскуривавший трубку, вздрогнул, заслышав необычно грозный окрик своего начальника.</p>
     <p>— Эй, Легуар! Сделай там сиденье помягче, — приказал Пьер. — Побольше медвежьих шкур, побольше одеял, черт побери!</p>
     <p>Но вскоре это гнездышко пришлось разорить: большую часть мехов и одеял перенесли наверх, на берег, и там в ожидании уютно расположилась миссис Сейзер. Опершись на локоть, она смотрела на широкую, убегающую вдаль ленту Юкона. Над горами, вздымавшимися вдалеке, на противоположном берегу, небо было затянуто дымом невидимых отсюда лесных пожаров, и сквозь эту пелену едва пробивались лучи солнца, слабо освещая землю и отбрасывая неверные тени. Куда ни глянь — до самого горизонта поросшие елью острова, темные воды, скалистые хребты, изрезанные ледниками, — дикая, первобытная пустыня. Ничто здесь не говорило о присутствии человека, ни единый звук не нарушал безмолвия. Весь край, казалось, был скован какой-то неведомой силой, окутан задумчивой тайной безграничных просторов. Быть может, именно от этого миссис Сейзер стало не по себе: она поминутно меняла позу, смотрела то вверх, то вниз по реке, пристально вглядывалась в угрюмые берега, стараясь разглядеть едва заметные устья дальних притоков. Примерно через час команде было велено выйти на берег и разбить лагерь для ночлега, но Пьер остался охранять свою хозяйку.</p>
     <p>Долго они сидели молча.</p>
     <p>— Ага, вот он, — шепнул Пьер, внимательно смотревший вверх по реке, туда, где она огибала остров.</p>
     <p>По течению скользило каноэ, то с правого борта, то с левого поблескивало весло. Двое — на корме мужчина, на носу женщина — гребли, мерно раскачиваясь в такт взмахам весел. Миссис Сейзер не обращала внимания на женщину, пока они не подплыли совсем близко и уже нельзя было не заметить ее своеобразной красоты. Куртка из лосиной шкуры, причудливо расшитая бисером, подчеркивала линии ее стройной фигуры, живописно повязанный яркий шелковый платок наполовину скрывал густые иссиня-черные волосы. Но мельком взглянув на лицо этой женщины, словно отлитое из красноватой бронзы, миссис Сейзер уже не могла оторваться от него. Огромные черные, чуть раскосые глаза смотрели прямо и пристально из-под тонко очерченных, красиво изогнутых бровей. Хотя скулы заметно выступали, щеки все же мягко круглились, в складке тонких губ была и сила и нежность. Что-то в этом лице говорило о древней монгольской крови, словно спустя много веков в нем проступили черты забытых предков. Это впечатление усиливал и нос с горбинкой, с тонкими подвижными ноздрями, и то дикое, орлиное, что чувствовалось не только в лице, но во всем облике этой женщины. Это был татарский тип, облагороженный до степени идеала, — счастливо то индейское племя, которое раз в двадцать поколений порождает такую совершенную красоту!</p>
     <p>Широкими, сильными взмахами весел гребцы круто повернули легкую лодку, поставили ее поперек течения и мягко пристали к берегу. Еще мгновение — и женщина уже стояла на краю откоса и, перехватывая руками веревку, тащила наверх четверть туши только что убитого лося. Затем к ней присоединился мужчина, и вдвоем быстрыми, сильными рывками, они втянули каноэ на откос. Собаки вились вокруг, скуля и повизгивая; женщина наклонилась приласкать их, и тут взгляд мужчины упал на миссис Сейзер, стоявшую невдалеке. Он посмотрел, бессознательно провел рукой по глазам, словно не веря им, и снова посмотрел.</p>
     <p>— Карен, — сказал он просто, подойдя к ней и протягивая руку. — Сперва я решил, что вы мне померещились. Этой весной я одно время страдал снежной слепотой, и с тех пор глаза иногда шутят со мной такие шутки.</p>
     <p>Румянец миссис Сейзер стал еще ярче, и ее сердце больно сжалось, она была готова ко всему, только не к этой бесстрастно протянутой руке, но она овладела собой и крепко пожала его руку.</p>
     <p>— Вы же знаете, Дэйв, я часто грозилась приехать и уже давно приехала бы, но… но…</p>
     <p>— Но я не звал, — засмеялся Дэвид Пэйн и посмотрел вслед индианке, скрывшейся в хижине.</p>
     <p>— Нет, я понимаю, Дэйв… на вашем месте я, наверно, поступила бы так же. Но, видите, я здесь.</p>
     <p>— Что ж, остается сделать еще несколько шагов, во-ти в дом и поужинать, — сказал он весело, не замечая или делая вид, что не замечает, призывной нотки в ее голосе. — Вы, наверно, устали. Куда вы направляетесь? Вверх? Значит, зимовали в Доусоне? Или приехали совсем недавно? Это ваш лагерь? — Он взглянул на канадцев, собравшихся у костра на берегу, и придержал дверь, давая миссис Сейзер пройти. — Я приехал сюда прошлой зимой по льду из Серкла и на время устроился тут. Копаюсь понемножку на ручье Гендерсона; если толку не будет, осенью попытаю удачи на реке Стюарт.</p>
     <p>— Вы не очень изменились за это время? — спросила она вдруг, пытаясь перевести разговор на более личные темы.</p>
     <p>— Немного меньше жирку, пожалуй, немного больше мускулов. А вы как находите?</p>
     <p>Но она только пожала плечами; в полутьме она старалась разглядеть индианку, которая уже развела огонь и жарила толстые куски лосиного мяса, переложенные тонкими ломтиками копченого свиного сала.</p>
     <p>— Долго вы пробыли в Доусоне? — Он строгал обрубок молодой березы, который понемногу превращался в грубое топорище, и говорил, не поднимая головы.</p>
     <p>— О, всего несколько дней, — ответила она, следя глазами за индианкой и почти не расслышав вопроса. — Что вы сказали? В Доусоне? Да месяц пробыла и счастлива, что выбралась оттуда. В Арктике мужчины довольно примитивны, знаете ли, и слишком энергично проявляют свои чувства.</p>
     <p>— Иначе и быть не может, когда живешь поближе к земле. Условности оставляешь дома вместе с пружинным матрацем. Но вы вовремя надумали уехать. Вы покинете эти края до появления комаров, вы этого не испытали и даже не можете оценить, как вам повезло.</p>
     <p>— Да, наверно. Но расскажите же о себе. Как вы живете? Кто тут еще живет поблизости? Или совсем никого нет?</p>
     <p>Спрашивая, она наблюдала, как индианка толчет на плоском камне перед очагом завернутые в грубую мешковину кофейные зерна. С упорством и ловкостью, свидетельствующими о нервной системе столь же первобытной, как и этот способ работы, она растирала зерна тяжелым осколком кварца. Дэвид Пэйн заметил взгляд гостьи, и тень улыбки скользнула по его губам.</p>
     <p>— Были и соседи, — ответил он. — Несколько человек с Миссури и двое корнуэльцев, но они нанялись к одному золотоискателю на Эльдорадо.</p>
     <p>Миссис Сейзер бросила задумчивый и испытующий взгляд на женщину у очага.</p>
     <p>— Но индейцев тут, конечно, сколько угодно?</p>
     <p>— Все давным-давно уже перебрались в Доусон. Ни одного индейца не осталось во всей округе. Только вот Винапи — она из племени коюкук, они живут примерно за тысячу миль вниз по реке.</p>
     <p>Миссис Сейзер внезапно почувствовала головокружение, правда, любезная улыбка не померкла на ее губах, но лицо собеседника вдруг ушло куда-то бесконечно далеко и бревенчатые стены хижины заплясали вокруг, как пьяные. Но тут ее пригласили к столу, и за ужином она понемногу пришла в себя. Она говорила мало — главным образом о природе и о погоде, он же пустился в пространное описание разницы между мелкими шурфами в Низовьях и глубокими зимними разработками в Верховьях.</p>
     <p>— Вы не спрашиваете, зачем я приехала на Север? — сказала она. — Конечно, вы и сами это знаете. — Они уже вышли из-за стола, и Дэвид Пэйн снова принялся за свое топорище. — Вы получили мое письмо?</p>
     <p>— Последнее? Должно быть, нет. Скорее всего, оно странствует по Березовому ручью или валяется в хижине какого-нибудь торговца на Нижней реке. С почтой тут у нас из рук вон плохо, ни порядка, ни системы, ни…</p>
     <p>— Не будьте же таким деревянным, Дэйв! Помогите мне! — Теперь она говорила резко, властным тоном, как будто прошлое давало ей на это право. — Почему вы ничего не спрашиваете обо мне? О наших общих знакомых? Неужели вас больше не интересует внешний мир? Вам известно, что мой муж умер?</p>
     <p>— Неужели? Это очень печально. Когда же?..</p>
     <p>— Дэвид! — Она готова была расплакаться с досады, но оттого, что она, наконец, дала себе волю, вложив в этот возглас и обиду и упрек, ей стало немного легче. — Вы вообще получали мои письма? Ведь, наверное, получали, хоть и не ответили ни разу!</p>
     <p>— Я не получил последнего, в котором вы, очевидно, сообщали о смерти мужа. Вполне возможно, что и еще какие-нибудь письма затерялись, но некоторые я получил. Я… мм… я читал их вслух в назидание Винапи… Чтобы, знаете, показать ей, до чего испорчены ее белые сестры. И полагаю… мм… что это пошло ей на пользу. Как по-вашему?</p>
     <p>Она не стала отвечать на колкость.</p>
     <p>— Вы угадали, — продолжала она, — в последнем письме, которого вы не получили, я писала о смерти полковника Сейзера. Это было год назад. И я писала, что, если вы не приедете ко мне, я приеду сюда, к вам. Я не раз обещала приехать — и вот приехала.</p>
     <p>— Какие обещания?</p>
     <p>— А в прежних письмах?</p>
     <p>— Да, вы обещали, но ведь я не просил обещаний и не отвечал на них, — они были односторонними. Так что я не знаю ничего об этих обещаниях. Но мне известно другое обещание, которое, может быть, и вы припоминаете. Это было очень давно. — Он уронил топорище на пол и поднял голову. — Очень, очень давно, но я все прекрасно помню — день, час, каждую мелочь. Мы с вами были в саду, полном цветущих роз, в саду вашей матушки. Все вокруг распускалось, цвело, и у нас в сердце тоже была весна. Я обнял вас — это случилось впервые — и поцеловал в губы. Вы не припоминаете?</p>
     <p>— Не надо, Дэйв, не говорите! Я помню все, и мне так стыдно! Сколько я плакала потом! Знали бы вы, как я страдала…</p>
     <p>— Тогда вы обещали мне — да, и еще тысячу раз повторили это в те чудесные дни… Каждый ваш взгляд, каждое прикосновение руки, каждое слово, которое слетало с ваших уст, — все было обещанием. А потом — как бы это сказать? — потом появился другой. Он был стар, годился вам в отцы, и притом далеко не красавец, но, как говорится, порядочный человек. Он не совершал ничего дурного, не нарушал буквы закона и был вполне респектабелен, а кстати, у него была и кое-какая собственность: несколько жалких рудников — десятка два, но это, конечно, неважно; и еще он владел кое-какой землей, и занимался деловыми операциями, и стриг купоны. Он…</p>
     <p>— Но ведь было и другое, — прервала она. — Я вам говорила. Меня заставили… денежные обстоятельства… нужда… мои родные… неприятности. Вы же знали, как все отвратительно сложилось. Я ничего не могла поделать. Я не хотела этого. Меня принесли в жертву или я сама себя принесла в жертву, — назовите это, как хотите. Но боже мой, Дэйв, я должна была отказаться от вас! Вы несправедливы ко мне. Подумайте, что мне пришлось пережить.</p>
     <p>— Вы не хотели? Вас заставили? Нет на земле такой силы, которая могла бы вас заставить, которая могла бы толкнуть вас в постель того или иного мужчины.</p>
     <p>— Но я все время любила вас, — защищалась она.</p>
     <p>— Я не умел измерять любовь вашими мерками. Я до сих пор не умею. Они мне не понятны.</p>
     <p>— Но ведь это было тогда. А теперь…</p>
     <p>— Мы с вами говорили о человеке, которого вы сочли подходящим мужем для себя. Что это был за человек? Чем он очаровал вас? Какие неотразимые достоинства вы в нем нашли? Правда, это был золотой мешок, всемогущий золотой мешок. Он знал цену деньгам. Великий мастер наживать сто на сто. Он не блистал умом, но превосходно разбирался во всяких подлостях, при помощи которых можно перекачивать чужие деньги в свой карман. И закон смотрел на это сквозь пальцы. За такие дела не судят, и наша христианская мораль одобряет их. В глазах общества он не был дурным человеком. Но в ваших глазах, Карен, и в моих — в наших глазах, когда мы встречались в розовом саду, что он был такое?</p>
     <p>— Вы забываете, что он умер.</p>
     <p>— Это ничего не меняет. Что он был?. Огромное, толстое, грубое животное, глухое к песне, слепое к красоте, лишенное души. Он ожирел от лени, обрюзг, и толстый живот выдавал его обжорство.</p>
     <p>— Но ведь он умер. А теперь речь идет о нас… о нас! Слышите? Вы правы, я была неверна, я согрешила. Хорошо. А разве вам не в чем покаяться? Пусть я нарушила обещание, а вы? Тогда, в розовом саду, вы говорили, что ваша любовь навсегда. Где же она теперь?</p>
     <p>— Она здесь! — горячо воскликнул он и ударил себя в грудь кулаком. — Она всегда была здесь.</p>
     <p>— И то была великая любовь, невозможно любить сильнее, — продолжала она. — Так вы говорили в розовом саду, и, однако, ваша любовь не делает вас ни добрым, ни великодушным, не помогает вам простить меня теперь, когда я плачу здесь у ваших ног!</p>
     <p>Дэвид Пэйн колебался. Губы его беззвучно шевелились, он не знал, что сказать. Она заставила его обнажить свое сердце и высказать ту правду, которую он скрывал от самого себя. И как она была хороша, озаренная пламенем своего чувства!.. Она воскрешала старые воспоминания, иную жизнь. Он отвернулся, чтобы не видеть ее, но она обошла кругом и снова стала перед ним.</p>
     <p>— Посмотри на меня, Дэйв! Посмотри на меня! Я все та же, несмотря ни на что. И ты все тот же, пойми. Мы не изменились.</p>
     <p>Ее рука легла ему на плечо, и он уже готов был обнять ее, — но вдруг чиркнула спичка, и этот резкий, неожиданный звук привел его в себя. Винапи, не обращая на них внимания, зажгла светильник. Ее лицо внезапно выступило из мрака, и золотые отсветы пламени придали царственный блеск ее бронзовой красоте.</p>
     <p>— Вы сами видите, это невозможно, — простонал он, мягко отстраняя светловолосую женщину. — Это невозможно, — повторил он. — Невозможно.</p>
     <p>— Я не девочка, Дэйв, и у меня нет детских иллюзий, — сказала она, не решаясь, однако, вновь приблизиться к нему. — Я женщина и все понимаю. Мужчина есть мужчина. Таков здешний обычай. Меня это не удивляет. Я угадала все с первого взгляда. Но ведь это только так, вы же не по-настоящему женаты?</p>
     <p>— У нас на Аляске не задаются подобными вопросами, — беспомощно возразил он.</p>
     <p>— Я знаю, но…</p>
     <p>— Что ж, да — это только юконский брак, не более того.</p>
     <p>— И детей нет?</p>
     <p>— Нет.</p>
     <p>— И не…</p>
     <p>— Нет, нет, ничего такого… Но все равно это невозможно.</p>
     <p>— Нет, возможно. — Она снова была рядом, ее рука легко, нежно коснулась его загорелой руки. — Я прекрасно знаю здешние обычаи. Мужчины всегда так делают. Им вовсе не по вкусу оставаться тут на всю жизнь, отрезанными от мира; что ж, они через Компанию Тихоокеанского побережья выписывают женщине провизию на год, дают ей немного денег, и она довольна. Пройдет год, а там… — она пожала плечами. — Так вот и с нею. Мы обеспечим ее через Компанию всем необходимым не на один год, а до конца ее жизни. Чем она была до того, как вы ее подобрали? Дикарка, полуживотное; летом питалась рыбой, зимой — лосиным мясом, в хорошие времена ела до отвала, в плохие — умирала с голоду. Если бы не вы, она такой бы и осталась. Появились вы — и ее жизнь стала лучше. Вы уедете — но она будет жить в достатке, много лучше, чем если бы вовсе не встретила вас.</p>
     <p>— Нет, нет, — возразил он. — Это несправедливо.</p>
     <p>— Но поймите же, Дэйв. В ее жилах течет другая кровь. Она человек другой расы. Она родилась здесь, на этой земле, вросла в нее корнями. Она родилась дикаркой и дикаркой умрет, а мы — вы и я, — мы принадлежим к господствующей расе, мы соль земли и ее хозяева! Мы созданы друг для друга. Самый властный зов — зов крови, и мы с вами одной крови. Так велят и разум и чувство. Ваш собственный инстинкт требует этого. Вы не можете это отрицать. Вы не можете забыть о своем долге перед вашими предками. Ваш род существует тысячи, сотни тысяч лет, и с вами он не может прекратиться. Не должен! В вас течет кровь ваших предков. Инстинкт сильнее воли. Вы сын своей расы и должны подчиниться ее зову. Дэйв, уедем отсюда! Мы еще молоды, и жизнь так хороша. Уедем!</p>
     <p>Тут он заметил на пороге Винапи, которая шла кормить собак, и несколько раз беспомощно покачал головой. Но рука Карен обвилась вокруг его шеи, и ее щека прижалась к его щеке. И в этот миг он ощутил страшную тяжесть безотрадной жизни — тщетная борьба с грозными силами природы, беспросветные годы, когда подолгу приходилось терпеть холод и голод, жизнь грубая, примитивная, жестокая, и эта сосущая пустота в душе, которую не могло заполнить полуживотное существование. И вот рядом — соблазн, заставляющий вспомнить о том, что есть иные, яркие и теплые края, музыка, свет и радость, соблазн, вновь воскрешающий прошлое. Дэвид Пэйн бессознательно всматривался в это прошлое. Хоровод лиц проносился перед ним, мелькали забытые картины, нахлынули воспоминания о часах веселья, обрывки песен, взрывы смеха…</p>
     <p>— Едем, Дэйв, едем! У меня денег хватит на двоих. Путь открыт. — Она окинула взглядом убогую хижину. — У меня хватит на двоих. Мир — у наших ног, все радости ждут нас. Едем! Едем!</p>
     <p>Она уже была в его объятиях, она вся дрожала, и он крепче прижал ее к себе. Потом он поднялся… но тут, едва слышное сквозь толстые бревенчатые стены, до его слуха донеслось рычанье голодных грызущихся собак и резкие крики усмирявшей их Винапи. И другая картина внезапно встала перед ним. Схватка в лесу… огромный, страшный гризли с перебитыми лапами… рычанье собак и резкие крики Винапи, натравливающей их на медведя… и он сам в гуще схватки, задыхающийся, обессиленный, пытается отстранить от себя багровую смерть… Собаки с перебитым хребтом, со вспоротым брюхом воют в бессильной муке, катаясь по снегу, девственная белизна его багровеет, оскверненная кровью человека и зверя… медведь свиреп и неодолим, вот сейчас перегрызет последнюю нить, связывающую его, Пэйна, с жизнью. И, наконец, Винапи в самой гуще этого чудовищного клубка, с разметавшимися волосами, со сверкающими глазами — воплощенная ярость, — снова и снова вонзает в тело зверя длинный охотничий нож… Пот выступил на лбу Пэйна. Он стряхнул обвивавшие его женские руки и, шатаясь, отступил к стене. И Карен, понимая, что настала решительная минута, но не в силах угадать, что в нем происходит, почувствовала: все, чего она достигла, ускользает от нее.</p>
     <p>— Дэйв, Дэйв! — воскликнула она. — Я не отдам тебя! Не отдам! Если ты не хочешь уехать, мы останемся. Я останусь с тобой. Ты для меня дороже всего на свете. Я буду тебе настоящей северной женой. Буду стряпать тебе, кормить твоих собак, прокладывать для тебя тропу, ходить с тобой на веслах. Я все могу. Поверь, я сильная.</p>
     <p>Он и не сомневался в этом сейчас, глядя на нее и отстраняя ее от себя, но лицо его стало мрачным, неумолимым, а глаза — холодными, как лед.</p>
     <p>— Я расплачусь с Пьером и его людьми и отпущу их. Я останусь с тобой — все равно, благословит священник наш брак или нет; я пойду с тобой сейчас же, куда хочешь. Дэйв, Дэйв! Послушай меня! Ты говоришь, я согрешила тогда перед тобой — и это правда; дай же мне исправить это, искупить мою вину. Пусть тогда я не умела мерить любовь правильной мерой, теперь я научилась этому, ты увидишь.</p>
     <p>Она опустилась на пол и, всхлипывая, обняла его колени.</p>
     <p>— И ведь ты любишь меня, любишь. Подумай, сколько лет я ждала и мучилась! Тебе не понять…</p>
     <p>Он наклонился и поднял ее.</p>
     <p>— Слушайте, — решительно сказал он, открывая дверь, и почти силой вывел Карен из хижины. — Это невозможно. Тут приходится думать не только о нас двоих. Вы должны уехать. Счастливого пути вам. От Шестидесятой Мили дорога будет тяжелее, но у вас превосходная команда, она оправится. Давайте попрощаемся.</p>
     <p>Она уже овладела собой, и все-таки в ее глазах, об-ращенных к нему, мелькнул последний, слабый проблеск надежды.</p>
     <p>— А если… если Винапи… — голос ее задрожал, она не договорила.</p>
     <p>Но он понял, что она хотела сказать.</p>
     <p>— Да, — ответил он. И тотчас, пораженный чудовищностью этой мысли, продолжал — Об этом нечего и думать. Совершенно невероятно. На это незачем надеяться.</p>
     <p>— Поцелуйте меня, — шепнула она, вспыхнув. Потом повернулась и пошла прочь.</p>
     <p>— Снимайтесь с лагеря, Пьер, — сказала она проводнику, который один бодрствовал, дожидаясь ее возвращения. — Нам надо ехать.</p>
     <p>При свете костра его зоркие глаза подметили боль в ее лице, но он выслушал странное приказание, как будто в этом не было ничего необычного.</p>
     <p>— Хорошо, мадам, — спокойно сказал он. — Куда? К Доусону?</p>
     <p>— Нет, — ответила она почти непринужденно. — Вверх по реке. На юг. В Дайю.</p>
     <p>И он напустился на своих людей, которые спали, завернувшись в одеяла, пинками и бранью поднял их на ноги и заставил приняться за работу; его пронзительные, требовательные окрики разносились по всему лагерю. В два счета легкая палатка миссис Сейзер была свернута, котелки и сковородки собраны, одеяла сложены, и люди, шатаясь под тяжестью ноши, двинулись к лодке. Миссис Сейзер, стоя на берегу, ждала, пока погрузят багаж и приготовят ей местечко поудобнее.</p>
     <p>— Мы обогнем остров, — объяснял ей Пьер, разматывая длинный буксирный канат. — Потом двинемся по тому протоку, там течение потише. Я думаю, все будет прекрасно.</p>
     <p>Его чуткое ухо уловило шорох сухой прошлогодней травы под чьими-то быстрыми шагами, и он оглянулся. К ним шла индианка, окруженная ощетинившимися псами. Миссис Сейзер сразу заметила, что лицо ее, остававшееся бесстрастным все время, пока они были в хижине, теперь ожило и горело гневом.</p>
     <p>— Что вы сделали моему мужу? — коротко спросила Винапи. — Он лежит на койке, у него лицо совсем плохое. Я говорю: «Что с тобой, Дэйв? Ты больной?» Но он не говорит ничего. Потом говорит: «Ты хорошая, Винапи, ты иди. Я скоро буду здоров». Что вы сделали с моим мужем?.. Я думаю, вы плохая женщина.</p>
     <p>Мисоис Сейзер с любопытством смотрела на эту дикарку, которая остается с ним, тогда как она — она должна уйти одна в ночную тьму.</p>
     <p>— Я думаю, вы плохая женщина, — повторила Вина-пи. Медленно, старательно она подбирала одно к одному чуждые слова чужого ей языка. — Я думаю, лучше вам уйти. Не приходить больше. Вы как думаете? У меня один муж. Я индианка. Вы американка. Вы красивая. Вы найдете много мужчин. У вас глаза голубые, как небо. Кожа такая белая, мягкая.</p>
     <p>Она подняла руку и бронзовым пальцем потрогала нежную щеку американки. Честь и слава Карен Сейзер — она даже не вздрогнула. Пьер нерешительно шагнул было к ним, но она сделала ему знак не подходить, хотя ее сердце втайне преисполнилось благодарности к нему.</p>
     <p>— Ничего, Пьер, — сказала она. — Идите, пожалуйста.</p>
     <p>Он почтительно отступил, чтобы не слышать их разговора, и остановился, ворча что-то про себя и прикидывая, сколько прыжков отделяют их от него.</p>
     <p>— Белая, мягкая, как маленький ребенок. — Винапи потрогала другую щеку миссис Сейзер и опустила руку. — Скоро придут комары. Кожа пойдет пятнами, будет больно, вскочат пузыри — у-у, какие! Будут болеть — у, как! Много комаров, много пузырей. Я думаю, лучше вам уходить теперь, пока комаров нет. Вот эта дорога, — она показала вниз по течению, — в Сент-Майкл. Та дорога, — и она показала вверх по течению, — в Дайю. Вам лучше в Дайю. Прощайте.</p>
     <p>То, что сделала затем миссис Сейзер, безмерно удивило Пьера. Она вдруг обняла индианку, поцеловала ее и расплакалась.</p>
     <p>— Береги его! — воскликнула она. — Береги его!</p>
     <p>Потом сбежала вниз, к реке, крикнула, обернувшись:</p>
     <p>«Прощай!» — и прыгнула в лодку. Пьер последовал за ней и оттолкнулся от берега. Он взялся за рулевое весло и подал знак. Легуар затянул старую французскую песню, в смутном свете звезд канадцы, точно череда призраков, низко сгибаясь, двинулись по берегу; натянулся канат, весло врезалось в черную воду — и лодка исчезла в ночи.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Встреча, которую трудно забыть</p>
     </title>
     <p>Счастливчик Ла Перл бежал по снегу, всхлипывая, задыхаясь и проклиная свою судьбу, Аляску, Ном, карты и человека, которого он только что прикончил ударом ножа. Горячая кровь уже застыла у него на пальцах, а перед глазами все еще стояла страшная картина: уцепившийся за край стола и медленно оседающий на пол человек, раскатившиеся во все стороны фишки, разбросанные карты, охватившая всех присутствующих дрожь, запнувшиеся на полуслове банкометы, замерший звон монет, испуганные лица, бесконечное мгновение общего молчания, а затем — страшный, леденящий душу рев — призыв к мести, который заставил его бежать и поднял на ноги разъяренный город.</p>
     <p>«Все черти из преисподней сорвались с цепей!» — усмехнулся он, ныряя в непроглядную тьму и держа путь к берегу.</p>
     <p>Из распахнутых дверей вырывался свет, люди выбегали из палаток, хижин и танцевальных залов и устремлялись в погоню за преступником. Крики людей и лай собак терзали его слух и заставляли ускорить бег. Он мчался все дальше и дальше. Шум за спиной постепенно слабел, а ярость погони сменилась озлоблением на тщетность и бесцельность поисков. Только чья-то легкая тень бесшумно и неотступно следовала за ним. Оглядываясь, он видел эту тень, которая то вытягивалась расплывчатым силуэтом на укутанном белой пеленой снега открытом пространстве, то растворялась в более густых тенях, отбрасываемых какой-нибудь хижиной или вытащенной на берег лодкой.</p>
     <p>Счастливчик Ла Перл глухо выругался, но как женщина, с дрожью в голосе, выдававшей крайнюю усталость, и нырнул еще глубже в лабиринт ледяных глыб, палаток и старательских шурфов. Он налетал на какие-то туго натянутые веревки и груды снаряжения, спотыкался о бессмысленно расставленные ограждения и нелепо вколоченные колья, то и дело падая на обледенелые отвалы и штабеля сплавного леса. Голова у него кружилась, сердце болезненно трепетало в груди, дыхания не хватало, и временами ему казалось, что он сумел уйти от погони. Тогда он замедлял бег, но из мрака вновь появлялась та же тень и заставляла его мчаться дальше с нечеловеческой скоростью. Внезапно быстрая мысль обожгла его мозг, оставив за собой холодок суеверия. Ему, игроку, настойчивость тени показалась дурным знаком. Безгласная, неумолимая, неотвратимая, она представилась ему воплощением рока, который ждет последнего круга, чтобы подытожить все выигрыши и проигрыши. Счастливчик Ла Перл верил в те редкие минуты озарения, когда разум, вырвавшись за пределы времени и пространства, свободный, возвышается над вечностью и читает свое будущее в открытой книге Случая. Он не сомневался, что именно такое мгновение наступило сейчас; поэтому, когда он повернул прочь от побережья и побежал по заснеженному перелеску, его не испугало то, что тень приблизилась и приняла более четкие очертания. Подавленный собственным бессилием, он остановился на белой поляне и круто обернулся. Правая рука его выскользнула из рукавицы, и в бледном свете звезд засверкал револьвер.</p>
     <p>— Не стреляйте. У меня нет оружия.</p>
     <p>Тень превратилась в живого человека. При звуке человеческого голоса колени Счастливчика Ла Перла задрожали, и он почувствовал под ложечкой приступ облегчения.</p>
     <p>Возможно, все произошло бы по-другому, если бы у Эри Брэма в тот вечер, когда он сидел в «Эльдорадо» и видел, как произошло убийство, был бы при себе револьвер. Этим же обстоятельством объясняется и то, что ему пришлось впоследствии совершить длительное путешествие по Большой Тропе в обществе совсем неподходящего товарища. Но так или иначе, он был вынужден повторить:</p>
     <p>— Не стреляйте. Вы же видите, у меня нет оружия.</p>
     <p>— Тогда какого черта вы гонитесь за мной? — спросил игрок, опуская револьвер.</p>
     <p>Эри Брэм пожал плечами.</p>
     <p>— Это не имеет значения. Я хочу, чтобы вы пошли со мной.</p>
     <p>— Куда?</p>
     <p>— В мою лачугу на краю лагеря.</p>
     <p>Но Счастливчик Ла Перл не двинулся с места и, призвав в свидетели всех богов, лишь посмеялся над безумием Эри Брэма.</p>
     <p>— Кто вы такой? — наконец спросил он. — За кого вы меня принимаете? Думаете, я сам полезу в петлю?</p>
     <p>— Меня зовут Эри Брэм, — просто ответил второй, — а моя лачуга вот там, на краю лагеря. Я не знаю, кто вы, но вы вытрясли душу из живого тела — у вас на рукаве до сих пор кровь. На вас, словно на второго Каина, ополчился род человеческий, и вам негде преклонить голову. У меня же есть лачуга…</p>
     <p>— Если вам дорога ваша собственная жизнь, замолчите, — перебил его Счастливчик Ла Перл, — иначе я для полноты картины сделаю из вас второго Авеля. Я сделаю это, клянусь вам! Ваша лачуга меня не спасет, за мной гонятся тысячи людей, они рыщут повсюду! Прочь бы отсюда, уйти, убежать! Грязные свиньи! Так и хочется повернуть обратно и прикончить парочку-другую, будь они прокляты! Одна жаркая, живая схватка, и я покончу с этим делом! Жизнь — грязная игра, и мне она осточертела!</p>
     <p>Он испуганно замолчал, осознав все свое одиночество, и Эри Брэм поспешил воспользоваться минутой слабости. Этот человек не отличался особым красноречием, и речь, которую он повел, была самой длинной в его жизни, если не считать той, какую он произнес много позже и в другом месте.</p>
     <p>— Именно поэтому я и сказал вам про свою лачугу. Я могу спрятать вас так, что никому и в голову не придет искать там, а еды у меня сколько угодно. Иначе вам не уйти. Собак у вас нет, снаряжения — тоже, море замерзло, ближайший форт — Сент-Майкл, и весть о вас дойдет туда и через перевал, в Анвик, раньше, чем вы сами доберетесь. У вас нет ни единого шанса на спасение! Переждите, пока уляжется буря. Через месяц, а то и меньше, про вас и не вспомнят: они будут заняты возвращением в Йорк и разными другими делами. Вы удерете из-под самого их носа, и никто не заметит этого. У меня свои представления о справедливости. Я последовал за вами из «Эльдорадо» сюда совсем не для того, чтобы поймать вас или отдать на растерзание толпе. У меня свои представления, и они не имеют ничего общего с их намерениями.</p>
     <p>Он замолчал, увидев, что убийца вытащил из кармана молитвенник. При желтоватом мерцании северного сияния, разлившегося в северо-восточной стороне неба, Счастливчик Ла Перл заставил Эри Брэма обнажить голову и, положив руки на священную книгу, поклясться в правдивости своих слов. Эту клятву Эри Брэм не намеревался нарушить и не нарушил.</p>
     <p>У дверей лачуги игрок на мгновение замедлил шаг, удивляясь странному поведению человека, вдруг пожелавшего спасти его, и все еще сомневаясь в нем.</p>
     <p>При тусклом свете свечи он успел заметить, что в лачуге довольно уютно и никого посторонних нет. И пока хозяин готовил кофе, он быстро свернул себе сигарету. Тепло расслабило его мускулы, и он, приняв небрежный вид, откинулся на спинку стула и стал внимательно изучать лицо Эри сквозь затейливые кольца дыма. Это было лицо человека сильного, но умеющего быть сдержанным и не проявлять свою силу по пустякам. Глубокие морщины напоминали скорее шрамы, а в суровых чертах его не было даже намека на добросердечие или покладистость. Из-под кустистых бровей холодно сверкали серые глаза. Над впалыми щеками уродливо нависали высокие скулы. Подбородок свидетельствовал о слепом упрямстве, а узкий лоб — о том, что в случае необходимости обладатель его бывал и безжалостен. Голос и все черты его физиономии — нос, губы и линии морщин на лбу были довольно грубыми. Это было лицо человека, который привык жить в одиночестве, не прислушиваясь к чужому мнению и ни у кого не ища поддержки, человека, которому по ночам приходилось бороться с одолевавшими его мыслями, но по утрам он вставал с таким видом, что никто не мог догадаться об этих мыслях. Он был человеком ограниченным, но целеустремленным, и Счастливчик — натура широкая, но легкомысленная — не был в состоянии разобраться в нем. Если бы Эри пел, когда ему было весело, или вздыхал, когда грустно, Счастливчик мог бы еще понять его, расшифровать его загадочные черты и распознать душу, что скрывалась за ними.</p>
     <p>— Помогите-ка мне, мистер, — приказал Эри, когда с кофе было покончено. — Нужно подготовиться на случай появления непрошеных гостей.</p>
     <p>Счастливчик назвал хозяину свое имя и умело взялся за дело. Топчан Эри располагался у стены в дальнем конце лачуги. Это было довольно примитивное сооружение из бревен, поверх которых был настлан мох. В ногах торчали неровные концы этих бревен. С той стороны, которая прилегала к стене, Эри снял мох и вытащил три бревна. Концы их он отпилил и снова положил на место, так, чтобы край оставался неровным.</p>
     <p>Счастливчик принес из кладовой несколько мешков муки и сложил их на пол у стены, под топчаном. Эти мешки Эри застелил двумя длинными корабельными мешками, а сверху — мохом в несколько слоев и одеялами. На них и должен был покоиться Счастливчик, укрытый с головы до ног шкурами, и никому и в мысли бы не пришло, что под топчаном кто-то есть.</p>
     <p>В течение нескольких недель власти производили тщательные обыски, которые не миновали ни единой хижины, ни единой палатки в Номе, но Счастливчик остался цел и невредим в своем потайном убежище. По правде говоря, никто и не обращал особого внимания на лачугу Эри Брэма, ибо люди и представить себе не могли, что там скрывается убийца Джона Рэндолфа. Обыски кончались, и Счастливчик слонялся без дела по хижине, раскладывал бесконечный пасьянс и выкуривал бесчисленное количество сигарет. Несмотря на непостоянство своего характера, общительность и склонность к веселой беседе, он быстро привык к неразговорчивому Эри. И если уж они разговаривали, то только о намерениях преследователей, о состоянии дорог и ценах на собак, да и об этих вещах они беседовали редко и немногословно.</p>
     <p>Счастливчик принялся было за создание системы, которая обеспечивала бы выигрыш в картежной игре, и на протяжении долгих часов и дней он тасовал и сдавал карты, тасовал и сдавал, многократно записывая различные комбинации, снова тасовал карты и снова сдавал их. Но в конце концов даже это занятие опостылело ему, и, уронив голову на стол, он уносился в мечтах в шумные игорные дома Нома, где посменно, даже ночью лихорадочно трудились банкометы и сторожа, а шарик рулетки никогда не переставал вращаться. В такие минуты он особенно остро ощущал свое одиночество и незадачливость и долго сидел неподвижно, уставив немигающий взор в одну точку. А иногда бурлившая в нем ожесточенность находила выход в страстных взрывах негодования: жизнь частенько гладила его против шерстки, и ему не по душе было ее прикосновение.</p>
     <p>— Жизнь — грязная игра, — любил он повторять, и каждый раз эта фраза вызывала у него новый поток жалоб. — У меня никогда не было шанса на выигрыш, — сетовал он. — Меня одурачили еще при рождении и обманывали даже на материнском молоке. Видать, матери довелось играть краплеными картами, и я родился как свидетельство ее проигрыша.</p>
     <p>Но разве она имела право винить меня в своем проигрыше и смотреть на меня, как на битую карту? А ведь она поступала именно так, да, да, именно так. Почему она не дала мне возможность хоть разок сорвать кон? Почему не сделали этого другие? И зачем только я приехал в Сиэтл? Для чего валялся на палубе, перебираясь в Ном, и жил там, как свинья? Зачем я заглянул в «Эльдорадо»? Ведь я шел к Большому Питу и забрел туда лишь за спичками. Почему у меня самого не было спичек? Почему мне захотелось курить? Вот видите, как все, каждая мелочь, словно карта к карте, складывалось против меня! Ставлю мешок золота, которого у меня никогда не было, что так было задумано еще до моего рождения. Еще до моего рождения, — вот почему. Вот почему Джон Рэндолф назначил ставку и одновременно передвинул фишки. Поделом ему, будь он проклят! Мог бы попридержать свой язык и дать мне возможность испытать мой шанс? Он знал, что я сумею сорвать банк. Почему я не совладал с собой? Почему? Почему? Почему?</p>
     <p>И Счастливчик Ла Перл катался по полу, тщетно взывая к своей судьбе.</p>
     <p>Во время таких приступов отчаяния Эри обычно бывал нем и недвижим, и лишь серые глаза его становились тусклыми, и взор их мутнел, словно свидетельствуя об отсутствии всякого интереса к излияниям Ла Перла.</p>
     <p>Счастливчик прекрасно понимал, что между ним и Эри не было ничего общего, и не раз удивлялся, почему Брэм спас его.</p>
     <p>Однако время ожидания подходило к концу. У людей даже жажда крови не может устоять перед жаждой золота. Убийство Джона Рэндолфа уже стало достоянием истории города. Если бы убийца объявился, жители Нома, несомненно, побросали бы свои дела, дабы свершить акт правосудия, но поиски Счастливчика Ла Перла более не представлялись им задачей первостепенного значения. На дне ручьев лежало золото, песок на взморье еще не был лишен своей ценности, а когда море освободится ото льда, люди, порядком нагрузив заплечные мешки, отправятся в те края, где буквально за бесценок можно скупить все блага земные.</p>
     <p>И вот однажды вечером Счастливчик помог Эри Брэму запрячь собак в нарты, и они отправились по заснеженной тропе на юг. Собственно говоря, не строго на юг, ибо у форта Сент-Майкл они свернули от побережья на восток, перевалили через кряж и у Анвика съехали на Юкон, оказавшись на многие сотни километров выше его устья. Они мчались на северо-восток, мимо Куюкука, Тананы и Минука, дважды пересекли Полярной круг, обогнув Великую Излучину у форта Юкон, и по равнине направились на юг. Это было утомительное путешествие, и Счастливчик недоумевал, почему Эри отправился вместе с ним, пока тот не сказал, что у него в Игле есть участки, где работают люди. Игл находился почти на самой границе — в нескольких милях от него над казармами форта Кьюдахи развевался британский флаг. Затем пошли Доусон, Пелли, Файв Фингерз, Уинди-Арм, Олений Перевал, Линдермен, Чилкут и Дайя.</p>
     <p>На следующее утро, после того, как миновали Игл, они встали рано. Это была их последняя общая стоянка, здесь им предстояло расстаться. На сердце у Счастливчика было легко. Все вокруг уже предвещало весну, и даже дни становились длиннее. Теперь он должен был держать путь по территории Канады. Свобода была рядом, возвращалось солнце, и с каждым новым днем он приближался к настоящей жизни. Мир был велик, и будущее снова представлялось ему в ярком свете. Он весело насвистывал во время завтрака и напевал легкую песенку, пока Эри запрягал собак и укладывался. Но когда все было готово и Счастливчик собрался пуститься в путь, Эри подтащил к костру оставшееся полено и уселся на нем.</p>
     <p>— Вы слышали когда-нибудь о Тропе Дохлых Лошадей?</p>
     <p>Взгляд его стал задумчивым. Счастливчик покачал головой, внутренне негодуя на задержку.</p>
     <p>— Иногда бывают встречи, которые трудно забыть, — негромко и не спеша продолжал Эри. — Именно такая встреча произошла у меня с одним человеком на Тропе Дохлых Лошадей. Многим стоила жизни переправа снаряжения через Снежный Перевал в 1897 году — недаром тропе дали такое название. С первыми же морозами лошади дохли, как мухи, и от Скагуэйя до Беннета лежали целые горы падали. Кони гибли в Скалистых горах, травились на кряже и подыхали от голода на Озерах. Они теряли тропу, от которой и было только что название, срывались с нее, тонули в реке вместе с поклажей и разбивались об огромные валуны. Они калечили ноги в расселинах скал и ломали хребет, опрокидываясь под тяжестью навьюченных на них тюков, вязли в топях, захлебывались в липкой тине или распарывали себе брюхо, натыкаясь в болотах на остатки бревенчатых настилов. Люди загоняли лошадей до смерти, а когда лошади падали, возвращались на побережье и покупали новых. Некоторые хозяева даже не брали на себя труд прикончить несчастных животных и бросали их на произвол судьбы, срывая с них лишь седла да подковы. Сердца людей, которые прошли по Тропе Дохлых Лошадей и не погибли, превратились в камень, люди озверели.</p>
     <p>Именно там я и встретил человека с сердцем и терпением Христа. Это был хороший, частный человек. На привалах он спешил снять поклажу со спин лошадей, чтобы животные тоже могли отдохнуть. Он платил по сотне, а то и больше долларов за центнер корма для них. Он укрывал их натертые спины своими одеялами, в то время как у лошадей, принадлежавших другим хозяевам, под седлами гноились глубокие раны. Когда подковы стирались, люди гнали несчастных животных до тех пор, пока копыта их не превращались в кровоточащие лохмотья. Он же мог истратить последний доллар на подковные гвозди. Я знаю это, потому что мы укрывались одним одеялом, ели из одной миски и стали братьями на той самой тропе, где люди теряли разум и умирали, проклиная бога. Как бы он ни уставал, он всегда находил время ослабить уздечку или затянуть подпругу, и часто глаза его наполнялись слезами, когда он смотрел на все это безбрежное море страданий. На перевале в горах, где животные лезли вверх, становясь на дыбы и тщетно пытаясь упереться в скалу передними ногами, совсем как кошка, когда она взбирается на стену, вся дорога была устлана скелетами сорвавшихся с кручи лошадей. И вот в этом кромешном аду он подбодрял животных словом и лаской, следя, пока не пройдет весь караван. И если какая-нибудь лошадь падала, он задерживал движение, ожидая, когда она поднимется, и никто не осмеливался ему перечить в эти минуты.</p>
     <p>В конце перехода один человек, который загнал с полсотни лошадей, вздумал было купить новых; мы взглянули на него и перевели взор на своих лошадок — горных пони из Восточного Орегона. Он предлагал пять тысяч долларов — у нас в ту пору в кармане не было ни гроша, — но мы вспомнили о ядовитой траве на склонах кряжа, перевал в горах, и человек, который считался моим братом, не проронив ни слова, отделил своих лошадей, потом посмотрел на меня, и мы поняли друг друга: я отогнал его лошадей, он — моих, и мы перестреляли их всех до единой, в то время как негодяй, который загубил пятьдесят животных, надрывался от крика, ругая нас на чем свет стоит. Так вот, тот человек, которого я на Тропе Дохлых Лошадей привык считать своим кровным братом…</p>
     <p>— Тот человек был Джон Рэндолф, — криво усмехаясь, закончил за него Счастливчик.</p>
     <p>Эри кивнул головой.</p>
     <p>— Рад, что вы поняли, — сказал он.</p>
     <p>— Я готов, — заявил Счастливчик, и лицо его снова помрачнело. — Приступим к делу да только побыстрей.</p>
     <p>Эри Брэм поднялся на ноги.</p>
     <p>— Всю свою жизнь я верил в бога. Я уверен, что бог справедлив. Я знаю, что сейчас он смотрит сверху, решая нашу судьбу. Я знаю, он хочет, чтобы моя правая рука исполнила его волю. И до того сильна моя вера в него, что я готов стреляться с вами на равных условиях, и пусть всевышний вершит свой суд.</p>
     <p>При этих словах сердце Счастливчика встрепенулось от радости. Он ничего не ведал о боге, которому поклонялся Эри, но верил в Случай, который с тех пор, как он ночью бежал по берегу через сугробы, ни разу не отказал ему в помощи.</p>
     <p>— Но у нас только один револьвер, — возразил он.</p>
     <p>— Будем стрелять по очереди, — ответил Эри, вынимая барабан из кольта Ла Перла и рассматривая его.</p>
     <p>— А карты решат, кому стрелять первому!</p>
     <p>При мысли об игре на душе у Счастливчика потеплело, и он с молчаливого одобрения Эри вынул из кармана колоду карт. Случай и сейчас поможет ему, в этом он не сомневался. Он думал о том, что солнце снова светит ему, когда снимал карту, чтобы решить, кому сдавать, и задрожал от радости, увидев, что сдавать ему. Он перетасовал колоду, сдал, и Эри открыл валета пик. Они начали играть. У Эри не было ни одного козыря, а у него на руках туз и двойка. Жизнь снова улыбалась ему, когда они отмерили пятьдесят шагов.</p>
     <p>— Если господь удержит карающую десницу и вы убьете меня, тогда берите собак и снаряжение. У меня в кармане вы найдете оформленную купчую, — сказал Эри и, расправив плечи и выпрямившись, остановился на краю пятидесятиметровой дорожки, глядя прямо в лицо противнику.</p>
     <p>Счастливчик зажмурился, отвернувшись от солнца, омывающего своим светом океан, и прицелился. Он не спешил. Дважды, когда порыв весеннего ветра сотрясал макушки сосен, он опускал оружие. Потом он опустился на одно колено, стиснул обеими руками револьвер и выстрелил. Эри сделал шаг вперед, вскинул руки, закачался на месте и упал в снег. Но Счастливчик понял, что пуля прошла слишком далеко от сердца, иначе его противник не сумел бы сделать и шага.</p>
     <p>Когда Эри, превозмогая боль, с трудом поднялся на ноги и потребовал револьвер, Счастливчика охватило желание выстрелить еще раз. Но он тотчас отбросил эту мысль. Случай и так был весьма благосклонен к нему, рассуждал он, и, если он сейчас попытается смошенничать, потом придется расплачиваться. Нет, он будет играть честно. Кроме того, Эри серьезно ранен и вряд ли способен удержать в руках тяжелый кольт и взять верный прицел.</p>
     <p>— Ну, так где же сейчас ваш бог? — усмехнулся он, передавая раненому револьвер.</p>
     <p>— Бог еще не сказал последнего слова, — ответил Эри. — Приготовьтесь к тому, чтобы выслушать его.</p>
     <p>Счастливчик стал к Брэму лицом, но, желая уменьшить площадь попадания, повернулся боком. Эри шатался как пьяный, выжидая минуты затишья между порывами ветра. Револьвер был слишком тяжел, он опасался, что не удержит его, как и надеялся Счастливчик. Зажав кольт, он поднял руку над головой и затем стал медленно опускать ее вперед. И в тот момент, когда мушка револьвера оказалась на уровне левой стороны груди Счастливчика, Эри спустил курок. Счастливчик не сделал ни единого движения, но сразу потускнела и погасла мечта о веселом Фриско, а когда вдруг почернел залитый солнечным светом снег под ногами, игрок в последний раз почти шепотом послал проклятие Случаю, в партии с которым он так жестоко ошибся.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Сивашка</p>
     </title>
     <p>— Будь я мужчиной… — В ее словах не было ничего обидного, но двое мужчин в палатке успели заметить жгучее презрение, сверкнувшее в черных глазах.</p>
     <p>Томми, моряк-англичанин, был явно задет, но старый рыцарь Дик Хамфриз, рыбак из Корнуэлла и одно время американский лососевый магнат, улыбнулся ей с обычным добродушием. Женщины занимали слишком большое место в его грубоватом сердце, и он не придавал значения их, как он выражался, «фокусам!» и не сердился, когда узость умственного кругозора мешала им охватить всю картину в целом. Как бы то ни было, оба они ничего не ответили, эти двое мужчин, которые три дня назад приютили у себя в палатке полузамерзшую женщину, отогрели ее, накормили и заставили индейцев-носильщиков вернуть ей вещи. Для этого пришлось заплатить немало долларов и сверх того прибегнуть к демонстрации силы: Дик Хамфриз, прищурясь, держал их на мушке винчестера, пока Томми распределял между ними плату, руководствуясь собственными соображениями. Вообще-то говоря, случай был пустячный, но он много значил для женщины, которая пыталась — и это было безумием — проявлять самостоятельность в Клондайке, обезумевшем от золотой лихорадки 1897 года. Мужчинам хватало собственных забот, и к тому же они не одобряли женщин, пытавшихся самостоятельно справиться с трудностями арктической зимы.</p>
     <p>— Будь я мужчиной, я бы знала, что делать, — повторила Молли — та, чьи глаза сверкали жгучим презрением; и в голосе ее прозвучало все упорство, накопленное пятью поколениями американцев.</p>
     <p>Наступило молчание. Томми сунул сковороду с сухарями в юконскую печку и подбросил дров. Под его загаром разливалась алая волна, и когда он нагнулся, можно было заметить, что шея его побагровела. Дик, как ни в чем не бывало, продолжал сшивать трехгранной парусной иглой разорвавшиеся ремни — он был слишком добродушен, чтобы его могла смутить буря женского гнева, грозившая вот-вот разразиться в палатке, содрогавшейся под напором ветра.</p>
     <p>— Ну, и будь вы мужчиной, так что? — ласково спросил он. Игла застряла в сырой коже, и он на мгновение прервал работу.</p>
     <p>— Будь я мужчиной, я надела бы ремни и пошла бы за багажом. Я бы не стала валяться в палатке, когда Юкон того и гляди замерзнет, а вещи еще на перевале. А вы… вы, мужчины, сидите здесь сложа руки и боитесь какого-то дождика. Я вам прямо скажу: янки скроены из другого материала. Они пробивались бы сейчас в Доусон, даже если бы им пришлось идти по колено в адском пламени. Ну, а вы, вы… Ах, будь я мужчиной!</p>
     <p>— А я рад, милочка, что вы не мужчина, — заметил Дик Хамфриз, обмотав суровой ниткой кончик иглы и не-сколькими ловкими рывками протащив ее сквозь ремень.</p>
     <p>Порыв ураганного ветра звучно шлепнул по палатке, и по тонкому брезенту с веселой злостью забарабанила ледяная крупа. Дым не смог вырваться наружу и повалил из печки, заполнив палатку едким запахом сырых еловых дров.</p>
     <p>— О, черт! Почему женщина не может быть благоразумной? — Томми вынырнул из дымных глубин и поглядел на Молли покрасневшими, слезящимися глазами.</p>
     <p>— А почему мужчина не может доказать, что он мужчина?</p>
     <p>Томми вскочил на ноги с ругательством, которое привело бы в ужас более изнеженную женщину, рывком раз-вязал узлы и откинул дверь палатки.</p>
     <p>Все трое выглянули наружу. Открывшееся перед ними зрелище никак нельзя было назвать веселым. На переднем плане ютилось несколько промокших насквозь палаток, а за ними потоки воды неслись со склона к бурлящему пеной ущелью. По нему стремительно мчалась вздувшаяся горная речка. Карликовые ели, тут и там цепляющиеся корнями за тонкий слой почвы, говорили о близости леса. На противоположном склоне за косой сеткой ливня можно было различить смутные очертании свинцово-белого ледника. И у них на глазах под действием какого-то подземного толчка огромная глыба медленно отделилась от него и обрушилась в долину; этот тяжелый рокот на мгновение заглушил вой бури. Молли невольно попятилась.</p>
     <p>— Смотри, ты, женщина! Смотри хорошенько! Три мили против ураганного ветра до Кратерного озера, через два ледника, по скользким уступам, по колено в воде… Смотри же ты, женщина-янки! Смотри: вон они, твои мужчины-янки. — Томми яростно махнул рукой в сторону жмущихся к земле палаток. — Они там все янки, все до единого. Так что же, идут они к Доусону? Хоть один из них надел ремни? И ты хочешь учить нас, мужчин, нашему делу? Смотри, говорю тебе!</p>
     <p>Еще одна гигантская ледяная глыба с грохотом скатилась в долину. Ветер бил внутрь палатки, надувал ее, и, казалось, она вот-вот оборвет веревки и, как огромный пузырь, взлетит в воздух. Вокруг них завивались струи дыма, а ледяная крупа впивалась им в лицо. Томми поспешно застегнул дверь и снова принялся возиться с печкой. Дик Хамфриз бросил починенные ремни в угол и закурил трубку. Даже Молли была на несколько минут укрощена.</p>
     <p>— Но ведь там мои платья! — всхлипнула она, поддаваясь женской слабости. — Они лежат сверху и будут испорчены. Вот увидите!</p>
     <p>— Не надо расстраиваться, — вмешался Дик, когда последнее жалобное слово замерло в воздухе, — не надо расстраиваться, милочка! Я так стар, что гожусь вам в дяди. У меня дочка постарше вас. Когда мы доберемся до Доусона, я накуплю вам тряпок, сколько захотите. Даже если мне придется потратить на них последний доллар.</p>
     <p>— Когда мы доберемся до Доусона? — Ее голос снова стал ядовито-насмешливым. — Да вы заживо сгниете по дороге или утонете в грязной луже. Эх, вы… англичане!</p>
     <p>В последнее слово она вложила всю свою злость. Если уж оно не подействует на этих мужчин, значит, их вообще ничем не проймешь. Шея у Томми вновь побагровела, но он только крепче стиснул зубы. В глазах Дика появилось мечтательное выражение. Он имел перед товарищем то преимущество, что когда-то был женат на белой женщине.</p>
     <p>При некоторых обстоятельствах кровь пяти поколений коренных американцев оказывается не таким уж удобным наследием: например, когда приходится жить под одной крышей с представителями родственной нации. Эти люди были англичанами. На море и на суше поколения ее предков в течение двух веков били поколения их предков, и так будет всегда. Традиции расы требовали, чтобы их поддержали. Правда, она была лишь современной женщиной, но в ней жило великое прошлое. Не просто Молли Трэвис надевала сейчас резиновые сапоги, плащ и багажные ремни — призрачные руки десятков тысяч предков затягивали ремни и застегивали пряжки, воля этих предков заставила ее решительно сжать губы и сдвинуть брови. Она, Молли Трэвис, собиралась посрамить этих англичан. Они, эти бесчисленные тени, утверждали их общее первенство в мире.</p>
     <p>Мужчины ее не удерживали. Дик предложил было ей взять его зюйдвестку, потому что ее плащ промокнет под этим ливнем, как бумажный. Но она, отстаивая свою независимость, так презрительно фыркнула, что он больше не вынимал трубки изо рта, пока Молли не застегнула дверь палатки снаружи и не зашлепала по залитой водой тропе.</p>
     <p>— Как по-твоему, получится у нее что-нибудь? — Выражение лица Дика никак не вязалось с его равнодушным тоном.</p>
     <p>— Получится? Если у нее и хватит сил добраться до склада, все равно она ошалеет от холода и боли. Да еще в такой ветер! Ты же сам знаешь, каково это, Дик. Ведь тебе приходилось огибать мыс Горн против ветра. Ты знаешь, каково это — лежать на бом-брам-рее в самую бурю, когда по тебе хлещет град, снег, замерзшая парусина, так что хочется бросить все и разреветься в голос. До платьев ли тут? Да она не отличит узла с юбками от промывочного таза или от чайника.</p>
     <p>— Ты, значит, думаешь, что нам не надо было ее пускать?</p>
     <p>— Ну уж нет! Черт возьми, Дик, если бы мы ее задержали, у нас до самого Доусона была бы не жизнь, а сущий ад! Беда в том, что больно уж она смела. Это немножко пособьет с нее спесь.</p>
     <p>— Да, — согласился Дик, — гордости у нее хоть отбавляй. Ну а все-таки она молодец. Дура, конечно, что отправилась в такой путь, но куда лучше этих баб, которые сами шагу ступить не могут. Она той же породы, что и наши матери, Томми, и нечего попрекать ее смелостью. Вскормить настоящего мужчину может лишь настоящая женщина. А для того чтобы быть настоящей женщиной, не только юбка нужна. Тигры родятся у тигриц, а не у коров.</p>
     <p>— Так что же, значит, потакать им, когда на них дурь находит?</p>
     <p>— А почему бы и нет? Острый нож, когда сорвется, поранит глубже, чем тупой, но это еще не значит, что надо затупить его острие о кабестан.<a l:href="#n_644" type="note">[644]</a></p>
     <p>— Нож-то ножом, но если говорить о женщинах, я их предпочитаю без такого острия.</p>
     <p>— А ты-то что об этом знаешь? — спросил Дик.</p>
     <p>— Кое-что, — и Томми, пододвинувшись ближе к огню, взял мокрые чулки Молли, растянул их на своих коленях и начал сушить.</p>
     <p>Дик с досадой взглянул на него, порылся в ее сумке и тоже уселся перед печкой, подставив теплому воздуху мокрые юбки и кофты.</p>
     <p>— А ведь ты говорил, что никогда не был женат, — сказал он.</p>
     <p>— Разве? Да я и не был женат… то есть… нет, черт побери, я был женат! И лучшей жены ни у кого в мире не было!</p>
     <p>— Сорвалась с причала? — Дик взмахнул рукой, подразумевая бесконечность.</p>
     <p>— Да, — отозвался Томми и, помолчав, добавил: — От родов.</p>
     <p>Бобы на передней конфорке забурлили, и Томми отодвинул кастрюлю в сторону. Затем он занялся сухарями, потыкал в них щепкой и тоже отставил, накрыв сырой тряпкой. Дик, как свойственно людям такого закала, ничем не выдавал своего любопытства и молча ждал.</p>
     <p>— Совсем не такая, как Молли. Сивашка.</p>
     <p>Дик понимающе кивнул.</p>
     <p>— Не такая заносчивая и своевольная, но уж не бросит тебя ни в какой беде. Веслом работала не хуже мужчины и голодала терпеливо, как Иов. Проберется на нос шлюпа, когда его волной заливает, и спустит парус, точно заправский матрос. Мы как-то отправились искать золото к Теслину. За озером Серпрайз и Литл Йеллоу Хэд. Провиант кончился, и мы ели собак. Собаки кончились, и мы ели постромки, мокасины и шкуры. И хоть бы раз пожаловалась, хоть бы раз захныкала! Она меня предупреждала: «Береги провиант!», но когда он кончился, никаких «я же говорила». «Ничего, Томми, — повторяет она изо дня в день, а сама от слабости едва может лыжу поднять, и ноги у нее стерты в кровь. — Ничего, лучше голодать и быть твоей женщиной, Томми, чем каждый день пировать на потлаче и быть женой вождя Джорджа». Джордж, он был вождем чилкутов и очень на нее зарился.</p>
     <p>Хорошие это были деньки. Я, когда сюда попал, видный был парень. Смылся с китобоя «Полярная звезда» в Уналашке и добрался до Ситхи на шлюпе охотника за выдрами, с отработкой за проезд. Сдружился там со Счастливчиком Джеком. Знаешь его?</p>
     <p>— Он присматривал в Колумбии за моими лососевыми ловушками, — ответил Дик. — Бесшабашный такой парень, не дурак выпить и за красоткой ухлестнуть?</p>
     <p>— Он самый. Года два я был его компаньоном — торговали мы спиртом, одеялами и всяким таким товаром. Ну, а лотом я купил себе шлюп и, чтобы не подрывать ему торговлю, перебрался в Джуно. Там я и встретил Киллисну — сам-то я ее Тилли называл. Увидел ее на празднике, когда скво плясали на берегу. Вождь Джордж уже скупил все шкуры у стиксов за перевалом и вернулся из Дайи с половиной своего племени. Сивашей собралось на пляску видимо-невидимо, а я был единственным белым. Меня почти никто не знал, кроме тех, с кем я встречался около Ситхи, но я много, про них наслышался от Счастливчика Джека.</p>
     <p>Разговаривали они на чинукском наречии, не знали, что я его очень даже хорошо понимаю; особенно две девчонки, которые сбежали из миссии Хейнса, на том конце Линн-канала. Смазливые девчонки, и я уж подумывал к ним пришвартоваться, да только бойки они были на язык, что твои сороки. Уж такое острие — дальше некуда! Как я был там человек новый, начали они перемывать мне косточки, не соображая, что я понимаю каждое их словечко.</p>
     <p>Ну, я виду не подал, а стал плясать с Тилли, и чем больше мы плясали, тем больше друг другу нравились. «Ищет себе женщину», — говорит одна девчонка, а другая задрала нос и отвечает: «Найдет он, как же! Женщины сами ищут мужчин!» И тут все охотники и скво, которые кругом стояли, давай ухмыляться, и хихикать, и повторять ихние шуточки. «А он мальчик хорошенький», — говорит первая. Оно, конечно, был я тогда совсем мальчишка на вид, но уж давно работал наравне с мужчинами, и очень эти её слова меня задели. «Пляшет с девушкой вождя Джорджа, — верещит вторая. — Вот сейчас Джордж отшлепает его веслом и заставит убраться подальше». Вождь Джордж до тех пор все хмурился, а тут засмеялся и стал хлопать себя по коленям. Он был мужик дюжий и пустить в ход весло не постеснялся бы.</p>
     <p>«Кто они такие?» — спрашиваю я Тилли, пока мы вертелись в джиге. Только она мне их назвала, я вспомнил все, что мне говорил о них Счастливчик Джек. Я знал о них всю подноготную, даже такие вещи, о которых их собственное племя не слышало. Но я знай держу язык за зубами и все пляшу с Тилли. А они отпускают свои шуточки, и кругом стоит хохот. «Погоди чуток, Томми, говорю я себе, — погоди чуток».</p>
     <p>Вот я и выжидал до конца пляски, а вождь Джордж уже притащил весло, чтобы со мной расправиться. Когда мы остановились, гляжу, они ждут, что вот начнется потеха. Но я взял да и пошел прямо в толпу. Тут девчонки из миссии такое отпустили, что я, хоть и зол был, еле-еле удержался от смеха. А потом как дам им жару! «Кончили?» — спрашиваю. Видел бы ты, какие у них сделались рожи, когда я пошел чесать на чинукском наречии! Я уж не останавливался. Я им все рассказал: и они кто такие и вся их родня — папаши, мамаши, сестры, братья — никого и ничего не забыл. Все их грязные делишки, и какие они подлости устраивали, и как в дураках оставались. Ну и хлестал я их — без всякой пощады! Вся команда сгрудилась вокруг. Им еще не приходилось слышать, чтобы белый вот так ругался на их языке. Все хохотали, кроме девчонок из миссии. Даже вождь Джордж забыл про весло. А может, просто опасался пустить его в ход — как бы тоже чего не услышать!</p>
     <p>А девчонки: «Ох, не надо, Томми, — кричат, а у самих слезы по щекам льются. — Пожалуйста, не надо! Мы будем хорошими. Правда, Томми, правда!» Но я-то их знал и спуску им не дал. И только тогда замолчал, когда они уж на коленях стали меня просить. Я поглядел на вождя Джорджа, но он все не мог решить, связываться со мной или нет, и просто засмеялся, хоть и не больно весело.</p>
     <p>Ну, ладно. Когда я в тот вечер прощался с Тилли, я ей сказал, что пробуду здесь еще с недельку и хотел бы почаще с ней видеться. Они там в этих делах притворяться не умеют, и по лицу было видно, как она обрадовалась, потому что была она во всем честная. Да, такую девушку поискать! И понятно, почему она так понравилась вождю Джорджу. Ну, только со мной он тягаться не мог, и я перебежал ему дорогу. Я-то хотел сразу забрать ее на шлюп и уплыть на юг, к Врангелю, пока дело не забудется, а он пусть себе посвистывает. Но так просто это не вышло. Жила она с дядей. Был он ей вроде опекун и совсем помирал от чахотки или еще какой-то грудной болезни. То ему становилось лучше, то хуже, а она его бросать не хотела, пока он жив. Ну, я перед отъездом пошел в ихний вигвам посмотреть, долго ли он протянет, но старикан уже давно обещал ее вождю Джорджу, и как он меня увидел, у него сразу горлом кровь пошла от злости.</p>
     <p>«Приезжай за мной, Томми», — сказала она, когда мы прощались на берегу. «Ладно, — отвечаю, — как только позовешь». И стал я ее целовать по-нашему, по-белому, пока она вся не затряслась, как осиновый лист. А я до того голову потерял, что чуть было не пошел своими руками отправить ее дядюшку в дальний путь.</p>
     <p>Ну, поплыл я к Врангелю, мимо бухты Святой Марии; добрался даже до островов Королевы Шарлотты: торговал, возил виски — чем только не занимался! Подходила зима, начинались морозы, и я уже вернулся в Джуно, когда получил от нее весточку. «Приходи, — говорит мне парень, которого она послала. — Киллисну говорит: приходи сейчас». «Что там еще приключилось?» — спрашиваю. «Вождь Джордж, — говорит он, — потлач. Киллисну делать свой жена».</p>
     <p>Эх, и погодка же была! С севера во всю мочь дует таку, вода замерзает, чуть попадет на палубу, а мы со старым шлюпом прем против ветра сто миль до Дайи. Когда я отчалил, со мной был матрос — индеец с Дугласа. Но на полдороге его смыло за борт. Я повернул оверштаг и три раза прошел по этому месту — никаких следов.</p>
     <p>— Наверное, его сразу скрутило от холода, — заметил Дик, прерывая рассказ и вешая одну из юбок Молли поближе к печке. — Он и утонул, как свинцовое грузило.</p>
     <p>— Я тоже так подумал. Дальше я, значит, поплыл один и добрался до Дайи поздним вечером, чуть не помирая от усталости и голода. Был прилив, и я подвел шлюп к самому берегу в устье. А по реке нельзя было продвинуться ни на дюйм,<a l:href="#n_645" type="note">[645]</a> потому как пресная вода уже замерзла. Фалы<a l:href="#n_646" type="note">[646]</a> и блоки совсем оледенели, так что я побоялся спускать грот и кливер. Ну, сперва проглотил я пинту<a l:href="#n_647" type="note">[647]</a> своего груза, а потом бросил все как есть, чтобы легче отчалить было, закутался в одеяло и пошел прямо к становищу. Гляжу, устраивают они большой праздник. Чилкуты явились все до одного, со всеми собаками, младенцами и лодками. А еще Собачьи уши, Малые лососи и индейцы из миссий. Чуть не полтысячи собралось их праздновать свадьбу Тилли — и на двадцать миль кругом ни одного белого.</p>
     <p>Никто меня не узнал, потому что у меня голова была закутана в одеяло. Шагая через кучи собак и малышей, я пробрался в первые ряды. На большой поляне уже разгребли сугробы, разожгли костры, а снег утоптали так, что он стал крепче портландского цемента. Совсем рядом, вижу, стоит Тилли, вся в красном сукне и бусах, а против нее — вождь Джордж и его старейшины. Ихнему шаману помогали колдуны других племен, и такую они чертовщину развели, что меня мороз по коже подирал. И тут я вдруг подумал: «Посмотрела бы на меня сейчас моя ливерпульская родня!» А потом вспомнил белокурую Гусси — когда я вернулся из первого плавания, пришлось мне вздуть ее брата, потому что он не хотел, чтобы за его сестрой увивался простой матрос. И вот так, вспоминая Гусси, смотрел я на Тилли. «До чего же странно свет устроен, — думаю. — Попадает человек в такие передряги, какие его матери и не снились, когда он ей грудь сосал».</p>
     <p>Ну, ладно. Когда они совсем расшумелись, забили в барабаны из моржовой шкуры, а шаманы начали вопить вовсю, я, значит, шепчу: «Ты готова?» Черт! Не вздрогнула, не посмотрела на меня, даже бровью не повела! «Я знала, — отвечает тихо, не торопясь, как спокойный весенний прилив. — Где?» «Под обрывом, у края Льда, — шепчу. — Беги, когда скажу».</p>
     <p>Я тебе говорил, что собак там было — не сосчитать? Ну, так их было — не сосчитать. Куда ни глянь — всюду лежат. А ведь что они такое — ручные волки, и больше ничего. Когда порода ухудшается, они их случают с дикими в лесу. А уж дерутся эти псы! Рядом с носком моего мокасина лежал один такой зверюга, а у пятки — другой. Я схватил одного за хвост и разом так крутанул, что только хрустнуло. Пес — лязг зубами, да только я на то место, где была моя рука, бросил за шиворот второго, и прямо ему в пасть. «Беги!» — кричу я Тилли. Ну, ты знаешь, как они дерутся. И минуты не прошло, их уже целая сотня по земле катается, рычат, рвут друг друга зубами; ребятишки и скво бегут кто куда, и все становище словно взбесилось! Тилли незаметно улизнула, и я за ней. Но тут я оглянулся, и дьявол подбил меня на одну штуку: бросил я одеяло и пошел назад.</p>
     <p>К этому времени собак уже растащили, толпа помаленьку приходила в себя. Только все, конечно, перемешались и потому еще не заметили, что Тилли нет. «Здорово, — говорю я и трясу вождя Джорджа за руку. — Пусть чаще подымается дым от твоих потлачей, а стиксы к весне добудут много мехов».</p>
     <p>Разрази меня бог, Дик, до чего же он обрадовался, когда меня увидел, — ведь его взяла, и он женится на Тилли. Как тут не похвастать? На всех становищах уже слышали, что она мне нравилась, ну, и ему, конечно, лестно: пусть все видят, как он меня побил. Без одеяла меня сразу узнали, и вся команда начала скалить зубы и хихикать. Весело им было, но я их еще больше развеселил — притворился, будто ничего не знаю.</p>
     <p>«Что за шум? — спрашиваю. — Кто тут женится?»</p>
     <p>«Вождь Джордж», — говорит шаман, а сам ему кланяется.</p>
     <p>«Да ведь у него уже есть две жены».</p>
     <p>«А он еще одну берет. Три будет», — и снова ему кланяется.</p>
     <p>«А!»— говорю и отворачиваюсь, будто мне совсем не интересно.</p>
     <p>Но это им пришлось не до вкусу, и они давай кричать; «Киллисну! Киллисну!»</p>
     <p>«Ну и что — Киллисну?» — спрашиваю.</p>
     <p>«Киллисну — жена вождя Джорджа, — вопят, — Киллисну— жена!»</p>
     <p>Я подпрыгнул и посмотрел на вождя Джорджа. А он кивнул головой и весь напыжился.</p>
     <p>«Не быть ей твоей женой, — говорю я грозно и повторяю. — Не быть твоей женой». А он прямо почернел от злости и начал нащупывать свой нож.</p>
     <p>«Эй, — кричу и становлюсь в позу, — большое колдовство! Глядите на меня, глядите!»</p>
     <p>Тут я стянул свои рукавицы, засучил рукава и давай пальцами по-всякому шевелить!</p>
     <p>«Киллисну! — кричу. — Киллисну! Киллисну!»</p>
     <p>Я, значит, колдую, и стало им не по себе. Смотрят на меня во все глаза: где уж тут заметить, что Тилли-то давно упорхнула! Я еще три раза позвал Киллисну, потом подождал и еще три раза позвал. Таинственно так, чтобы совсем их напугать. Вождь Джордж никак не мог понять, что я задумал, и хотел было все дело прекратить, но шаманы ему вроде сказали: вот, мол, мы посмотрим, что он сделает, а потом побьем его своим колдовством. А кроме того, был он суеверен не хуже остальных и тоже, верно, побаивался волшебства белых.</p>
     <p>Тут я опять стал звать Киллисну, да так тонко и так долго, словно волк завыл, — все женщины прямо затряслись, и мужчины тоже.</p>
     <p>«Смотрите, — я прыгнул вперед и ткнул пальцем в кучку скво (женщин-то всегда провести легче), — смотрите!..» А потом стад палец поднимать, будто слежу за летящей птицей. И поднимаю его все выше, выше и слежу взглядом, пока не исчезла она в небе.</p>
     <p>«Киллисну, — говорю, а сам смотрю на вождя Джорджа и опять на небо указываю, — Киллисну».</p>
     <p>Провалиться мне на этом месте, Дик, ведь они поверили! Чуть не половина своими глазами видела, как Тилли исчезала, в воздухе. Те, кто пил мое виски в Джуно, небось, видывали вещи и почуднее! Почему бы мне и не сотворить такой штуки, раз уж я продаю злых духов, закупоренных в бутылки? Тут бабы как завизжат! И все стали перешептываться. Я скрестил руки на груди, задрал голову, и они все от меня попятились. Чувствую, пора уходить. «Хватайте его!» — вопит вождь Джордж. Человека три бросилось ко мне, но я повернулся и давай пальцами шевелить, будто собираюсь послать их за Тилли, а потом показал на небо. Тут уж никто из них не согласился бы до меня дотронуться, ни за какое богатство. Вождь Джордж им приказывает, а они ни с места. Тогда он сам на меня бросился, но я опять стал колдовать, и у него тоже духу не хватило.</p>
     <p>«Ну-ка, пускай ваши шаманы сотворят такое чудо, как я сейчас, — говорю, — пусть снимут Киллисну с неба, куда я ее послал». — Но колдуны знали, что они могут, а что нет. «Пусть ваши женщины приносят вам сыновей столько, сколько лососи мечут икры, — говорю, а сам поворачиваюсь, чтобы уйти, — и пусть ваш тотем никогда не упадет, и пусть дым ваших костров подымается вечно».</p>
     <p>Но если бы они видели, как я рванулся к шлюпу, едва отошел подальше, они бы подумали, что мое колдовство гонится за мной по пятам. Тилли, чтобы согреться, обколола лед, и можно было отплыть сию же минуту. Черт! Ну, и неслись же мы! А таку воет нам в спину, а ледяные волны то и дело перекатываются через борт. Все люки задраены, я за штурвалом, Тилли скалывает лед, — плыли мы так чуть не до рассвета. Наконец я выбросил шлюп на отмель у острова Поркьюпайн. Выбрались мы на берег. От холода зуб на зуб не попадает, одеяла промокли насквозь, а Тилли сушит спички у себя на груди.</p>
     <p>Так что я, пожалуй, кое-что об этом знаю, Дик. Семь лет были мы мужем и женой, и в бурю, и в штиль. А потом она умерла в самый разгар зимы. Умерла от родов на чилкэтской фактории. Она держала мою руку до самого конца, а иней полз вверх по двери и густо ложился на окно. Снаружи волк воет, и Безмолвие. Внутри смерть и Безмолвие. Ты никогда не слышал Безмолвия, Дик? И не дай тебе бог услышать его, когда ты будешь сидеть рядом с умирающим. А я слышал. Когда дыхание ревет, как пароходный гудок в тумане, а сердце гремит, словно прибой на камнях…</p>
     <p>Сивашкой была она, Дик, но настоящей женщиной. Стойкой и честной, Дик, стойкой и честной. А перед смертью она сказала: «Береги мою перину, Томми, хорошенько береги». Я говорю: ладно. Тогда она открыла глаза, и видно, что больно ей невыносимо. «Я была тебе хорошей женой, Томми, и ты обещай… обещай мне… — у нее точно слова в горле застревали, — что второй раз женишься на белой. Только не на сивашке, Томми. Теперь в Джуно много белых женщин. Я знаю. Твои люди зовут тебя „мужем скво“, твои женщины отворачиваются от тебя на улице, и ты не ходишь к ним в дом, как другие мужчины. А почему? Твоя жена — сивашка. Разве не так? А это нехорошо. Вот почему я умираю. Обещай мне. Поцелуй меня в знак, что ты обещаешь».</p>
     <p>Я ее поцеловал, и она задремала, а сама шепчет: «Это хорошо». А в последнюю минуту, когда я ухо прямо ей к губам прижал, чтобы расслышать, она сказала: «Береги, Томми, береги мою перину…» Вот так она умерла от родов, там, на чилкэтской фактории.</p>
     <p>Палатка дрогнула и вся прогнулась под напором урагана. Дик снова набил трубку, а Томми заварил чай и отставил его в сторону до возвращения Молли.</p>
     <p>А как же та, в чьих глазах сверкало презрение, в чьих жилах струилась кровь янки? Ничего не видя, падая, карабкаясь на четвереньках, задыхаясь от ветра, она возвращалась к палатке. Буря рвала и трепала большой мешок на ее плечах. Непослушными руками она стала дергать завязки, но открыли дверь Томми и Дик. Тогда она собрала всю свою гордость для последнего усилия, шатаясь, вошла в палатку и тут же в полуобмороке повалилась на пол.</p>
     <p>Томми расстегнул ремни и оттащил мешок в угол. Когда он взялся за него, раздалось звяканье кастрюль и сковородок. Дик, наливавший в кружку виски, остановился и подмигнул ему. Томми подмигнул в ответ. Он одними губами произнес слово «платья», но Дик предостерегающе помотал головой.</p>
     <p>— Вот что, милочка, — сказал он после того, как Молли выпила виски и немного пришла в себя. — Это все высохло. Переоденьтесь-ка. Мы пойдем укрепим палатку. Потом крикните нам, мы вернемся и будем обедать. Позовите, когда будете готовы.</p>
     <p>— Разрази меня бог, Дик, это затупит ей острие до самого Доусона, — пробормотал сквозь смех Томми, когда они, скорчившись, прижались к подветренной стене палатки.</p>
     <p>— Но это — лучшее, что в ней есть, — ответил Дик, втягивая голову в плечи, потому что из-за угла вылетел настоящий залп ледяной крупы. — Это есть и в тебе и во мне, Томми, и это — наследие наших матерей.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Человек со шрамом</p>
     </title>
     <p>Джекоба Кента всю жизнь одолевала алчность. Эта болезнь развила в нем постоянную недоверчивость, и у него настолько испортился характер, что с ним очень неприятно было иметь дело. Он отличался крайним упорством и неповоротливостью ума и вдобавок ко всему был лунатиком.</p>
     <p>Кент чуть не с колыбели работал ткачом, пока клондайкская лихорадка не проникла в его кровь и не оторвала его от станка. Хижина Кента стояла на полпути между постом Шестидесятой Мили и рекой Стюарт, и путешественники, обычно проезжавшие здесь по дороге в Доусон, сравнивали Джекоба Кента с бароном-разбойником, засевшим у себя в замке и взимающим пошлину с караванов, которые проходят по запущенным дорогам в его владениях. Чтобы придумать такое сравнение, нужно было обладать кое-какими познаниями в истории. А не столь образованные золотоискатели с берегов реки Стюарт характеризовали Кента в более примитивных выражениях, в которых преобладали крепкие эпитеты.</p>
     <p>Кстати сказать, хижина была вовсе не его. Ее построили за несколько лет перед тем два золотоискателя, которые пригнали к этому месту плот с лесом. Золотоискатели эти были люди весьма гостеприимные, и даже потом, когда хижина уже пустовала, путники, знавшие дорогу к ней, обычно старались добраться сюда до наступления ночи. Это было очень удобно, так как сберегало труд и время, нужное для того, чтобы разбить лагерь. Существовало даже неписаное правило, по которому каждый ночевавший в хижине оставлял для следующего изрядную вязанку дров. Редкую ночь здесь не собирался десяток-другой людей. Джекоб Кент это приметил и, воспользовавшись тем, что хижина не имела хозяина, самовольно вселился в нее. С тех пор усталые путники должны были платить вымогателю по доллару с головы за право переночевать на полу. Джекоб Кент сам взвешивал золотой песок, которым ему платили, и неукоснительно жульничал при этом. Мало того, он сумел так поставить дело, что временные постояльцы рубили для него дрова и носили воду. Это был чистейший разбой, но жертвы Кента, народ добродушный и незлобивый, ненавидя его, не мешали ему все же творить беззакония и наживаться на их.</p>
     <p>В один апрельский день Кент сидел у своей хижины, наслаждаясь ранним теплом весеннего солнца, и поглядывал на дорогу, как хищный паук, высматривающий новых жертв для своей паутины. Внизу, раскинувшись меж берегов на добрых две мили в ширину, лежал Юкон — настоящее море льда, уходившее вдаль, на север и на юг, двумя большими излучинами. По его неровной поверхности проходил санный путь, проложенная в снегу узкая тропа в полтора фута шириной и в две тысячи миль длиной. Каждый линейный фут этого пути слышал больше проклятий, чем любая другая дорога во всем христианском мире и за его пределами.</p>
     <p>Джекоб Кент был сегодня в прекрасном настроении. В эту ночь он побил рекорд: продал свое гостеприимство не более и не менее как двадцати восьми посетителям. Конечно, было очень неудобно, и четверо из них до утра храпели на полу у самой его койки. Но зато мешок с золотым песком заметно прибавился в весе. Этот мешок с хранившимся в нем блестящим желтым сокровищем был и величайшей радостью и в то же время величайшим мучением в жизни Кента. В его тесном пространстве вмещались небо и ад. Так как в однокомнатной хижине, естественно, невозможно было укрыть что-нибудь от чужих глаз, то Кента постоянно терзал страх, что его ограбят. Этим бородатым головорезам ничего не стоит утащить мешок! Кенту постоянно снилось, как крадут его сокровище, и он просыпался, измученный кошмаром. Этот сон преследовал его так часто, что он очень хорошо запомнил лица разбойников, в особенности лицо их атамана, бронзовое от загара и со шрамом на правой щеке. Этот молодец снился ему чаще всех; из страха перед ним Кент, встав поутру, придумывал для своего мешка десятки потайных мест внутри хижины и снаружи. Перепрятав свое сокровище, он вздыхал с облегчением и несколько ночей спал спокойно, а потом опять во сне застигал человека со шрамом в тот момент, когда тот уносил заветный мешок. Очнувшись в самый разгар борьбы с вором, Кент тотчас вскакивал с постели и переносил мешок в новое, более надежное убежище. Нельзя сказать, чтобы он был вполне во власти своих галлюцинаций. Но он верил в предчувствия и в передачу мыслей на расстоянии; и грабители представлялись ему астральными телами реальных, живых людей, которые в это самое время, находясь где-то в другом месте, мысленно посягают на его богатство. Тем не менее Джекоб Кент продолжал обирать людей, которые искали у него приюта, но каждая новая унция золота, попадавшая в его мешок, усиливала его мучения.</p>
     <p>Он сидел у хижины, греясь на солнце, — и вдруг вскочил, пораженный неожиданной мыслью. Высшей радостью для него было беспрестанно взвешивать и перевешивать накопленный им золотой песок. Но это удовольствие несколько омрачалось одним обстоятельством, которого он до сих пор не мог устранить. Его весы были слишком малы; на них можно было взвешивать не больше полутора фунтов (то есть восемнадцати унций) зараз, а у него было накоплено уже примерно в три с третью раза больше. Никак не удавалось взвесить все золото сразу, и Кенту казалось, что это лишает его возможности увидеть свое сокровище во всем его великолепии. А без этого радость обладания наполовину уменьшалась. Да, Кент чувствовал, что пустяковая помеха каким-то образом умаляла не только значение, но и самый факт обладания золотом. И сейчас он вскочил с места именно потому, что его вдруг осенила идея, как разрешить эту задачу.</p>
     <p>Он внимательно оглядел дорогу и, убедившись, что на ней никого не видно, вошел в хижину. Вмиг убрал все со стола, поставил на него весы, на одну чашку положил гирьки весом в пятнадцать унций и уравновесил их золотым песком на другой чашке. Заменив потом гирьки золотом, он получил уже тридцать унций, точно взвешенных, потом эти тридцать унций ссыпал на одну чашку и уравновесил их новой порцией песка. Таким образом, все его золото оказалось на весах. Пот лил с него градом, он дрожал от восторга, от безмерного упоения. Это не помешало ему тщательно вытрясти из мешка все до последней крупинки. Он тряс его над весами до тех пор, пока равновесие не было нарушено и одна из чашек не опустилась на стол. Чтобы снова уравновесить ее, он положил на другую чашку гирьку в одну двадцатую унции и пять песчинок золота. Он стоял, откинув назад голову, и смотрел как зачарованный на весы. Мешок опустел, но теперь он знал, что на этих весах можно взвесить любое количество золота, от мельчайшей крупинки до множества фунтов. Маммона<a l:href="#n_648" type="note">[648]</a> впустила свои острые когти в сердце Кента.</p>
     <p>Заходящее солнце проникло в открытую дверь и ярко осветило весы с их желтым грузом. Драгоценные холмики, подобные золотистым грудям бронзовой Клеопатры, горели в его лучах мягким светом. Время и пространство перестали существовать.</p>
     <p>— Ого! Убей, меня бог, если у вас тут не наберется золота на нисколько гиней!</p>
     <p>Джекоб Кент круто обернулся и одновременно протянул руку к своей двустволке, лежавшей наготове. Но, увидев лицо непрошеного гостя, он отступил назад, совершенно ошеломленный. <emphasis>То было лицо Человека со Шрамом!</emphasis></p>
     <p>Вошедший с любопытством посмотрел на него.</p>
     <p>— Ну, ну, не бойтесь, — сказал он, успокоительно помахивая рукой. — Я не трону ни вас, ни ваше проклятое золото.</p>
     <p>Чудак вы! Право, чудак! — добавил он раздумчиво, заметив, что по лицу Кента текут струйки пота и колени у него трясутся. — Чего же вы молчите, как воды в рот набрали? — продолжал он, пока Кент тяжело переводил дух. — Язык, что ли, проглотили? Или беда какая с вами стряслась?</p>
     <p>— Где это вас так? — с трудом выговорил наконец Кент, указывая дрожащим пальцем на страшный шрам, пересекавший щеку гостя.</p>
     <p>— Это мой товарищ-матрос угодил мне в лицо свайкой от грот-бом-брамселя. А впрочем, какое вам дело до моего шрама, хотел бы я знать? Мешает он вам? Может, он не по вкусу таким привередникам, как вы? У вас-то физиономия в порядке — ну и радуйтесь!</p>
     <p>— Нет, нет, — возразил Кент с вымученной улыбкой, тяжело опускаясь на табурет. — Просто мне интересно…</p>
     <p>— Видели вы когда-нибудь такой шрам? — свирепо допрашивал его тот.</p>
     <p>— Нет, не видал.</p>
     <p>— Ну что, красота, верно?</p>
     <p>— Верно, верно, — одобрительно закивал головой Кент, стараясь умилостивить странного посетителя. Но он никак не ожидал, что его попытка быть любезным вызовет такую бурю.</p>
     <p>— Ах ты, треска вонючая, швабра ты этакая! Так, по-твоему, самое страшное уродство, каким господь бог когда-либо клеймил человеческое лицо, — красота? Это как же понимать, ты…</p>
     <p>Тут вспыльчивый сын моря разразился градом фантастических ругательств, в которых поминались боги, черти, чудовища, люди и все степени их родства. Он выпаливал их с такой бешеной энергией, что Джекоб Кент просто остолбенел. Он весь съежился и поднял руки, словно защищаясь от ударов. У него был такой пришибленный вид, что Человек со Шрамом вдруг остановился, не докончив великолепной заключительной тирады, и оглушительно захохотал.</p>
     <p>— Солнце совсем доконало санную дорогу, — сказал он сквозь последние взрывы смеха. — И мне остается только надеяться, что ты будешь рад провести время в компании человека с такой рожей, как у меня. Разведи-ка пары в твоей кочегарке, а я пойду распрягу и накормлю собак. Принеси побольше дров, не стесняйся, дружище, их в лесу сколько угодно, а кому же, как не тебе, работать топором, — у тебя для этого достаточно времени. Кстати притащи и ведро воды. Да живее поворачивайся, не то я тебя, ей-богу, в порошок сотру!</p>
     <p>Неслыханное дело! Джекоб Кент разводил огонь, колол дрова, носил воду и всячески прислуживал своему постояльцу.</p>
     <p>Джим Кардиджи еще в Доусоне наслышался рассказов о беззакониях, которые творил этот Шейлок в придорожной хижине. Да и потом, на пути от Доусона, он повстречал много жертв Кента, и каждый из этих людей своими жалобами добавлял что-нибудь к списку его прегрешений. И вот Джим, который, как все моряки, любил озорную шутку, попав в хижину Кента, решил припугнуть и «осадить» ее хозяина. Было совершенно ясно, что это ему удалось даже в большей мере, чем он ожидал, но он не догадывался, какую роль сыграл в этом его шрам. Однако он видел, что внушает Кенту панический ужас, и решил использовать это без зазрения совести, подобно тому, как нынешние торговцы стараются извлечь как можно больше барыша из попавшего к ним в руки ходкого товара.</p>
     <p>— Лопни мои глаза, если ты не расторопный парень! — сказал он с восхищением, склонив набок голову и наблюдая за хлопотавшим хозяином. — Зря ты в золотоискатели полез! Тебе сам бог велел трактир держать. Я много слышал разговоров о тебе по всей реке, но никак не думал, что ты такой молодчина.</p>
     <p>Джекобу Кенту страшно хотелось разрядить в него свое ружье, но магическое влияние шрама было слишком сильно. Он видел перед собой живого, подлинного Человека со Шрамом, того самого, кого так часто рисовало ему воображение в роли грабителя, похищающего его сокровища. Так вот он во плоти и крови, тот человек, что являлся ему во сне, тот, кто столько раз замышлял украсть его золото! Другого вывода быть не могло! Человек со Шрамом явился теперь сюда в своем телесном воплощении именно для того, чтобы ограбить его, Кента! А этот шрам! Кент не мог оторвать от него глаз, как не мог бы остановить биение собственного сердца. Несмотря на все усилия воли, взгляд его возвращался к лицу матроса так же неуклонно, как магнитная стрелка поворачивается к полюсу.</p>
     <p>— Что это тебе мой шрам покою не дает? — вдруг загремел Джим Кардиджи — он в это время расстилал на полу свои одеяла и случайно, подняв глаза, встретил напряженный взгляд Кента. — А если уж он тебя так беспокоит, самое лучшее убрать кливер, погасить огни и залечь спать. Не топчись на месте, слушай, что тебе говорят, швабра ты этакая, не то, видит бог, я тебе всю носовую часть вдребезги разнесу!</p>
     <p>Кент был в таком страхе, что ему пришлось три раза дунуть на светильник, чтобы погасить его. Он поспешно залез под одеяло, даже не сняв мокасин.</p>
     <p>Матрос улегся на свое жесткое ложе на полу и скоро смачно захрапел, а Кент все лежал, уставясь в темноту и одной рукой сжимал дробовик. Он решил не смыкать глаз всю ночь, потому что ему не удалось запрятать подальше свои пять фунтов золота, и они так и лежали в патронном ящике у его изголовья.</p>
     <p>Несмотря на все старания, он в конце концов все же задремал, но и во сне золото лежало у него на душе тяжелым грузом. Не усни он нечаянно в таком беспокойном состоянии, им не овладел бы во сне демон лунатизма и Джиму Кардиджи не пришлось бы на другое утро возиться с промывочным тазом.</p>
     <p>Огонь в очаге после тщетной борьбы наконец погас, а мороз проник в хижину сквозь мох в щелях между бревнами и выстудил ее. Собаки под окном перестали выть и, свернувшись клубком, уснули в снегу. Им снился рай, где сколько угодно вяленой рыбы, где нет ни погонщиков, ни бичей. В хижине гость лежал неподвижно, как колода, а хозяин беспокойно ворочался, одолеваемый странными видениями. Около полуночи он вдруг откинул одеяло и встал с койки. Любопытно, что все дальнейшее он проделал, ни разу не чиркнув спичкой. Оттого Ли, что было темно, или оттого, что он боялся увидеть страшный шрам на щеке матроса, но он не открывал глаз и так, ощупью, подняв крышку патронного ящика, всыпал обильный заряд в дуло своего дробовика, умудрившись не просыпать ни крупинки, забил его сверху двойным пыжом, затем убрал все на место и снова лег.</p>
     <p>Джекоб Кент проснулся, как только на затянутое промасленной бумагой оконце легли голубовато-серые пальцы рассвета. Опершись на локоть, он поднял крышку патронного ящика и заглянул внутрь. То, что он там увидел, или, вернее, то, чего он уже не увидел, оказало на него действие весьма неожиданное, принимая во внимание его нервозность. Он посмотрел на спавшего матроса, тихонько закрыл ящик и перевернулся на спину. Лицо его выражало необычайное спокойствие. Ни один мускул на этом лице не дрогнул, незаметно было ни следа волнения, ни замешательства. Кент долго лежал и размышлял, а когда поднялся, то стал действовать спокойно, хладнокровно, не торопясь и не производя никакого шума.</p>
     <p>Как раз над головой спящего Джима Кардиджи в потолке торчал крепкий деревянный колышек, вбитый в балку. Джекоб Кент осторожно накинул на него веревку в полдюйма толщиной, спустив вниз оба ее конца. Один конец он обвязал вокруг пояса, на другом сделал петлю. Потом взвел курок и положил ружье так, чтобы оно было у него под рукой, рядом, с кучей ремней из лосиной кожи. Усилием воли заставив себя взглянуть на шрам, он надел петлю на шею спящего матроса и, откинувшись всем телом назад, туго затянул ее. И в ту же минуту, схватив ружье, он прицелился в Джима.</p>
     <p>Джим Кардиджи проснулся, задыхаясь, и ошеломленно уставился на торчавшие прямо перед ним два стальных дула.</p>
     <p>— Где оно? — спросил Кент, немного ослабив веревку.</p>
     <p>— Ах ты, треклятый…</p>
     <p>Кент опять откинулся назад, и натянувшаяся веревка сдавила Джиму глотку.</p>
     <p>— Ты, чертова… шва… хрр…</p>
     <p>— Где оно? — повторил Кент.</p>
     <p>— Что? — выговорил Кардиджи, как только ему удалось перевести дух.</p>
     <p>— Золото.</p>
     <p>— Какое золото? — в полном недоумении спросил матрос.</p>
     <p>— Отлично знаешь, какое: мое.</p>
     <p>— Да я его и в глаза не видел. Что я тебе, сейф, что ли? Какое мне до него дело! Откуда я могу знать, где оно, твое золото?</p>
     <p>— Можешь ты знать или не можешь, а я тебе не дам вздохнуть, пока не скажешь. И попробуй только пальцем шевельнуть, мигом башку прострелю.</p>
     <p>— Силы небесные! — прохрипел Кардиджи, когда веревка снова натянулась.</p>
     <p>Кент на мгновение отпустил ее, и матрос, как будто невольно вертя головой, умудрился немного растянуть петлю и передвинуть ее так, чтобы веревка приходилась как раз под подбородком.</p>
     <p>— Ну? — спросил Кент, ожидая признания.</p>
     <p>Но Кардиджи только усмехнулся.</p>
     <p>— Валяй, валяй вешай меня, кабатчик проклятый!</p>
     <p>Тогда, как и предвидел Джим, драма превратилась в комедию. Кардиджи был тяжелее Кента, и Кент, как он ни откидывался и ни выгибался, не мог поднять матроса на воздух.</p>
     <p>Несмотря на его отчаянные усилия, ноги матроса все не отрывались от пола, а петля под подбородком служила ему дополнительной опорой.</p>
     <p>Видя, что повесить Джима не удастся, Кент продолжал натягивать веревку с твердым намерением либо медленно удавить его, либо заставить сказать, куда он девал золото. Однако Человек со Шрамом упорно не желал быть удавленным. Прошло пять, десять, пятнадцать минут — и наконец Кент в отчаянии опустил своего пленника на пол.</p>
     <p>— Ну что ж, — сказал он, утирая пот, — не хочешь висеть, так я тебя застрелю. Видно, некоторым людям не судьба быть повешенными.</p>
     <p>Кардиджи нужно было выиграть время.</p>
     <p>— Ты этой возней только пол в комнате испортишь, — начал он. — Слушай, Кент, я тебе вот что скажу. Давай-ка пораскинем мозгами и вместе обсудим дело. У тебя пропал золотой песок. Ты говоришь, что я знаю, куда он девался, а я тебе говорю, что не знаю. Давай разберемся и наметим план действий…</p>
     <p>— Силы небесные! — перебил Кент, ехидно передразнивая матроса. — Нет уж, действовать в этом доме буду я один, а ты можешь наблюдать и «разбираться». Но попробуй только шелохнуться, и я тебя продырявлю, клянусь богом!</p>
     <p>— Ради моей матери…</p>
     <p>— Помилуй ее господь, если она тебя любит… Ах, вот ты как! — Кент приставил холодное дуло ко лбу матроса, уловив какое-то движение с его стороны. — Лежи смирно! Только шевельнись — и тебе конец…</p>
     <p>Задача была не из легких, если принять во внимание, что Кенту приходилось все время держать палец на курке, но Кент недаром был когда-то ткачом; не прошло и нескольких минут, как он связал матроса по рукам и по ногам. После этого он выволок его из хижины и положил у стены в том месте, откуда Джим мог видеть реку и смотреть, как солнце поднимается к зениту.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_072.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Даю тебе срок до полудня, a там…</p>
     <p>— Что?</p>
     <p>— А там отправишься прямехонько в ад. Но если скажешь, где золото, я тебя продержу здесь до тех пор, пока мимо не проедет полицейский отряд!</p>
     <p>— Господи помилуй, вот так положение! Да что же это в самом деле? Я невинен, как ягненок, а ты совсем спятил, ничего не соображаешь и хочешь ни за что ни про что меня укокошить. Ах ты старый пират! Ах ты…</p>
     <p>Джим Кардиджи облегчил душу залпом ругательств, превзойдя на этот раз самого себя. Джекоб Кент вынес из хижины табуретку, чтобы расположиться поудобнее. Истощив весь свой запас всевозможных словосочетаний, матрос затих и принялся усиленно размышлять, а глаза его неотступно следили за солнцем, которое с неуместной быстротой поднималось с востока. Собаки Джима, удивленные тем, что их так долго не запрягают, сбежались к нему. Беспомощное состояние хозяина их встревожило. Животные чувствовали, что с ним что-то неладно, но не понимали, что именно, и метались вокруг, жалобным воем выражая ему сочувствие.</p>
     <p>— Пошли вон! — прикрикнул на собак матрос, извиваясь, как червяк, в тщетной попытке отогнать их. И вдруг он почувствовал, что лежит на краю какого-то обрыва. Как только собаки разбежались, он стал думать: что это может быть за обрыв, которого ему не видно? И скоро пришел к правильному заключению. Человек от природы ленив, рассуждал про себя Джим. Он делает только то, что абсолютно необходимо. Строя хижину, он должен покрыть крышу землей. И земля берется, конечно, где-нибудь поблизости. Очевидно, он, Джим, лежит на краю ямы, из которой брали землю при постройке хижины Кента. Это обстоятельство, если суметь его использовать, может продлить ему жизнь. И Джим сосредоточил все свое внимание на ремнях, которыми он был связан.</p>
     <p>Руки у него были стянуты за спиной, и снег под ними начинал таять. А Джим знал, что сырая лосиная кожа легко растягивается, И, стараясь делать это незаметно, он все больше и больше растягивал ремни на руках.</p>
     <p>В то же время он жадно следил глазами за тропой, и когда вдали, со стороны Шестидесятой Мили, на белом фоне ледяного затора показалось на миг темное пятнышко, он бросил тревожный взгляд на солнце. Оно уже почти дошло до зенита.</p>
     <p>Черное пятно на тропе то появлялось, взлетая на торосы, то скрывалось в провалах между ними. Но матрос не решался открыто смотреть в ту сторону, боясь возбудить подозрения Кента. Раз, когда Кент вдруг поднялся и стал внимательно глядеть на реку, у Кардиджи сердце замерло от страха. Но в этот момент нарты, запряженные собаками, мчались по участку тропы, скрытому за ледяным затором, и их не было видно, так что опасность миновала.</p>
     <p>— Я добьюсь, что тебя повесят за такие штучки, — грозил Кардиджи, стараясь отвлечь внимание Кента. — И ты будешь гореть в аду, вот помяни мое слово!</p>
     <p>— Слушай! — крикнул он опять, подождав немного. — Ты веришь в привидения?</p>
     <p>Кент вздрогнул, и Джим, почувствовав, что он на верном пути, продолжал:</p>
     <p>— Привидение ведь является человеку, который не сдержал слова. Так что не вздумай отправить меня на тот свет раньше восьми склянок, то есть я хотел сказать — до двенадцати часов, потому что, если ты это сделаешь, я буду после смерти являться тебе. Слышишь? Повесь меня одной минутой или хотя бы одной секундой раньше времени, и я обязательно буду тебе являться, клянусь богом!</p>
     <p>Джекоб Кент, видимо, был в нерешительности, но в разговор с Джимом не вступал.</p>
     <p>— Какой у тебя хронометр? Откуда ты знаешь, что он показывает верное время? На какой вы здесь долготе? — приставал к нему матрос, тщетно надеясь вырвать у своего палача лишних несколько минут.</p>
     <p>— Как у тебя часы поставлены, по Казармам или по часам Компании? Помни, если ты это сделаешь до того, как пробьет двенадцать, я не успокоюсь на том свете. Честно тебя предупреждаю: я вернусь. А если время у тебя не точное, как ты узнаешь, когда будет ровно двенадцать? Как ты это узнаешь, вот что меня интересует!</p>
     <p>— Не беспокойся, отправлю тебя на тот свет вовремя, — ответил Кент. — У меня есть солнечные часы.</p>
     <p>— Никуда не годится! Стрелка может иметь отклонение на тридцать два градуса!</p>
     <p>— Все точно выверено.</p>
     <p>— А как ты выверял? По компасу?</p>
     <p>— Нет. По Полярной звезде.</p>
     <p>— Правда?</p>
     <p>— Правда.</p>
     <p>Кардиджи застонал и украдкой бросил взгляд на реку. Нарты уже одолевали подъем на расстоянии какой-нибудь мили от хижины, и собаки бежали легко, большими скачками.</p>
     <p>— Далеко еще тень от черты?</p>
     <p>Кент подошел к примитивным солнечным часам.</p>
     <p>— В трех дюймах, — объявил он после внимательного исследования.</p>
     <p>— Вот что, ты крикни: «Восемь склянок», — прежде чем выстрелить. Хорошо?</p>
     <p>Кент согласился, и некоторое время оба молчали. Ремни на руках матроса постепенно растягивались, и он начал сдвигать их с кистей вниз, к пальцам.</p>
     <p>— Далеко еще до черты?</p>
     <p>— Остался один дюйм.</p>
     <p>Матрос осторожно задвигался, стараясь убедиться что он сможет в нужный момент скатиться вниз, и снял с рук первый оборот ремней.</p>
     <p>— Сколько осталось?</p>
     <p>— Полдюйма.</p>
     <p>Тут Кент услыхал скрип полозьев и оглянулся. Ездок лежал на нартах плашмя, собаки мчались во весь дух прямо к хижине. Кент быстро повернулся и поднял ружье к плечу.</p>
     <p>— Восьми склянок еще нет! — запротестовал Кардиджи. — Раз так, я непременно буду тебе являться!</p>
     <p>Джекоб Кент одну минуту колебался. Он стоял у солнечных часов, шагах в десяти от своей жертвы. Человек на нартах, должно быть, заметил, что у хижины происходит что-то необычное; он встал на колени, и его бич яростно засвистел над спинами собак.</p>
     <p>Тень надвинулась на черту, Кент прицелился.</p>
     <p>— Готовься! — торжественно скомандовал он. — Восемь скля…</p>
     <p>Но на какую-нибудь долю секунды раньше, чем он договорил, Кардиджи скатился в яму. Кент не выстрелил и кинулся к обрыву. Бах! — ружье выпалило прямо в лицо матросу в тот момент, когда он поднимался с земли. Но из дула не показалось дыма; зато сбоку, у приклада, вспыхнуло яркое пламя, и Джекоб Кент упал на землю…</p>
     <p>Собаки взлетели на берег и протащили нарты по его телу, а ездок соскочил в ту минуту, когда Джим Кардиджи, выпростав из ремней руки, лез из ямы.</p>
     <p>— Джим! — узнав его, воскликнул приезжий. — Что случилось?</p>
     <p>— Что случилось? Ничего. Просто я иногда проделываю такие небольшие упражнения для укрепления здоровья. Что случилось? Ах ты, олух проклятый! Развяжи меня сейчас же, не то я тебе покажу, что случилось! Живее, или я твоей башкой буду палубу драить!</p>
     <p>— Уф! — вздохнул он, когда приезжий принялся работать своим карманным ножом. — Я и сам хотел бы знать, в чем тут дело. Может быть, ты мне это объяснишь, а?</p>
     <p>Кент был уже мертв, когда они перевернули его на спину. Его ружье, шомпольное, старинного образца, лежало рядом. Ствол отделился от приклада, у правого курка зияла трещина с рваными краями длиною в несколько дюймов. Матрос, заинтересованный, поднял ружье. Из трещины брызнула сверкающая струя золотого песка. Тут только Джима Кардиджи осенила смутная догадка.</p>
     <p>— Убей меня бог на этом самом месте! — заорал он. — Ну и номер! Так вот где было его проклятое золото! А ну-ка, Чарли, тащи сюда таз, да поживее, черт возьми!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Строптивый Ян</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Ибо нет закона, ни божьего, ни людского,</p>
      <p>К северу от пятьдесят третьей.</p>
     </epigraph>
     <p>Ян царапался и лягался, катаясь по земле. Он молча, сосредоточенно отбивался от своих противников руками и ногами. Двое из них наседали на него, покрикивая друг на друга. Но коренастый волосатый детина не хотел сдаваться. Третий человек вдруг взвыл от боли. Ян укусил его за палец.</p>
     <p>— Да угомонись ты, Ян! — проговорил, тяжело дыша, Рыжий Билл и сдавил ему шею. — Дай нам повесить тебя тихо и мирно.</p>
     <p>Но Ян не выпускал пальца изо рта и, перекатившись в угол палатки, угодил в кастрюли и сковороды.</p>
     <p>— Это не по-джентльменски, — урезонивал его мистер Тэйлор, приноравливаясь к движениям головы Яна и следуя за своим пальцем. — Вы убили мистера Гордона, почтеннейшего и храбрейшего из джентльменов, которые когда-либо ездили с упряжкой. Вы убийца, без всяких признаков чести.</p>
     <p>— Да и плохой товарищ, — вмешался Рыжий Билл, — иначе дал бы себя повесить без шума и крика. А ну-ка, Ян, будь молодцом! Не утруждай нас понапрасну. Повесим в два счета, и дело с концом.</p>
     <p>— Так держать! — заорал моряк Лоусон. — Втиснуть его башку в горшок и задраить.</p>
     <p>— Но мой палец, сэр? — запротестовал мистер Тэйлор.</p>
     <p>— Так вытаскивай свой палец! Вечно путаешься под ногами!</p>
     <p>— Но позвольте, мистер Лоусон, палец-то мой в пасти у этой твари! Он и так уж почти отгрыз его.</p>
     <p>— На другой галс! — предостерегающе крикнул Лоусон.</p>
     <p>Яну удалось приподняться, и четверка дерущихся перекатилась к другому краю палатки, в груду шкур и одеял. Они перемахнули через лежавшего недвижимо человека. Из огнестрельной раны на его затылке сочилась кровь.</p>
     <p>Все это произошло потому, что на Яна накатило бешенство, — то бешенство, которое вдруг охватывает человека, когда он ковыряет жесткую землю и влачит свои дни в первобытной дикости, в то время как перед его глазами встают тучные долины родины и ему чудится запах сена, травы, цветов и свежевспаханной земли. В течение пяти суровых лет Ян трудился в поте лица своего. На реке Стюарт на Сороковой Миле, в Серкле, на Коюкуке, Коцебу взрыхлял он неустанно и упорно золотоносную пашню. А теперь в Номе пожинал плоды трудов своих. Это был не Ном золотых отмелей и драгоценного песка, а Ном 1897 года, когда еще не было ни Анвика, ни Эльдорадо. Джон Гордон был янки, и ему следовало бы лучше знать людей. Но Гордон бросил неосторожное слово в ту минуту, когда налитые кровью глаза Яна горели и он в ярости скрежетал зубами. Вот почему в палатке запахло порохом и один человек лежал бездыханный, а другой бился, словно пойманная крыса, и не хотел, чтобы его повесили тихо и мирно, как это предлагали ему товарищи.</p>
     <p>— Разрешите вам заметить, мистер Лоусон, прежде чем продолжать потасовку, не мешало бы заставить эту гадину разжать зубы. Он мой палец и не откусывает и изо рта его не выпускает. Он хитрый, как змея, сэр. Поверьте мне, как змея!</p>
     <p>— А вот мы сейчас возьмем топор, — гаркнул моряк, — сейчас возьмем топор!</p>
     <p>Он втиснул лезвие топора между зубами Яна, рядом с пальцем мистера Тэйлора, и нажал. Ян тяжело дышал носом и фыркал, как кит, но не уступал.</p>
     <p>— Так держать. Пошло, пошло!</p>
     <p>— Благодарю вас, сэр. Какое огромное облегчение! — И мистер Тэйлор тут же принялся ловить свою жертву за дрыгающие ноги.</p>
     <p>Но в Яне росло бешенство. Он был весь в крови, изрыгал проклятия. На губах у него показалась пена. Терпение и выдержка, которые он проявлял последние пять лет, внезапно обернулись адской злобой. Задыхаясь и обливаясь потом, вся четверка моталась из стороны в сторону, как чудовищный осьминог, поднимающийся из морских глубин. Светильник перевернулся и погас, залитый жиром. Полдневные сумерки едва проникали через отверстие в парусине.</p>
     <p>— Опомнись, Ян, ради бога! — взмолился Рыжий Билл. — Не убивать же мы тебя собрались! Мы тебе ничего плохого не сделаем, повесим, только и всего, а ты крутишься и черт знает что выкидываешь! Нет, вы подумайте! Сколько миль вместе проделали, а он вот как с нами обходится! Не ждал я от тебя таких штук, Ян!</p>
     <p>— Довольно ходить вокруг да около! Держи его за ноги, Тэйлор! Поднимайте его!</p>
     <p>— Слушаю, мистер Лоусон. Как только я крикну, наваливайтесь на него.</p>
     <p>Кентуккиец стал ощупью искать Яна в темноте.</p>
     <p>— Вот теперь самое время, сэр.</p>
     <p>Драка разгорелась с новой силой. И четыре тела общим весом в четверть тонны обрушились на парусиновые стенки палатки. Колья вылетели, веревки оборвались, и палатка упала. Дерущиеся барахтались в складках грязной парусины.</p>
     <p>— Тебе же самому хуже, — продолжал Рыжий Билл, сдавливая большими пальцами волосатую глотку, обладатель которой лежал под ним. — Ты и так наделал нам хлопот, а тут еще убирай полдня после того, как мы повесим тебя.</p>
     <p>— Будьте любезны, отпустите меня, сэр! — прохрипел мистер Тэйлор.</p>
     <p>Рыжий Билл выругался, разжал руки, и оба стали выкарабкиваться из-под парусины. В тот же миг Ян отпихнул моряка и кинулся бежать по снегу.</p>
     <p>— Эй вы, черти ленивые! Бак! Брайт! Возьми его, возьми его! — гремел Лоусон, бросаясь вдогонку за беглецом.</p>
     <p>Бак, Брайт и вся свора собак обогнали его и скоро настигли убийцу.</p>
     <p>Все это было бессмысленно. Бессмысленно было Яну убегать, бессмысленно было остальным его преследовать. С одной стороны простиралась снежная пустыня, с другой — замерзшее море. Без пищи и крова он все равно не мог бы уйти далеко. И оставалось лишь спокойно ждать, пока голод и холод не погонят его обратно в палатку, что неминуемо должно было случиться. Но эти люди плохо соображали: безумие коснулось и их. А пролитая кровь возбудила в них кровожадность, мутную и горячую. «Мне отмщение, и аз воздам», — сказал господь. Но он предписал это для стран юга, где людские страсти размякают в горячих лучах солнца. А на севере люди привыкли стоять сами за себя, полагая, что молитва действительна только при наличии крепких мускулов. Они слышали, что бог вездесущ, но он на полгода набрасывал покров темноты на их страну, и они не могли найти его. И люди шли ощупью во мраке, и не удивительно, что подчас они могли усомниться в пригодности десяти заповедей.</p>
     <p>Ян бежал, не разбирая пути, не думая над тем, куда его несут ноги, — им владела одна мысль: жить! Бак взлетел серым комком — мимо! Ян в бешенстве ударил-его и оступился. Тут Брайт рванул Яна за куртку и повалил в снег. Жить! Жить! Люди, собаки смешались в живой клубок. Ян дрался так же яростно, как и в палатке. Пальцами левой руки, которой он охватил шею Лоусона, схватил он собаку за шиворот, и, чем больше та рвалась, тем сильнее душил он злосчастного моряка. Правую руку он запустил в шевелюру Рыжего Билла, а в самом низу, под всеми ними, лежал мистер Тэйлор и не мог пошевельнуться. У Яна была мертвая хватка. Безумие придало ему силы. И вдруг без всякой видимой причины Ян разжал обе руки, перевернулся и преспокойно лег на спину. Противники в замешательстве отшатнулись от него. Ян злобно оскалился.</p>
     <p>— Друзья, — сказал он, все еще усмехаясь, — вы просили, чтоб я был вежлив, и вот я вежлив. Что вам от меня надо?</p>
     <p>— Вот и хорошо, Ян. Спокойствие прежде всего, — поддакнул Рыжий Билл. — Я так и знал, что ты скоро придешь в себя. Немножко спокойствия, и мы мигом обделаем это дельце.</p>
     <p>— Какое дельце? Чего вы хотите?</p>
     <p>— Вздернуть тебя. Твое счастье, что я мастер своего дела. В Штатах мне не раз приходилось заниматься этим. Чисто сработаю.</p>
     <p>— Вздернуть? Меня?</p>
     <p>— Ну да.</p>
     <p>— Ха-ха, какой глупость! Ну, дай мне руку, Билл! Вот встану, и вешай, пожалуйста.</p>
     <p>Он с трудом поднялся на ноги и осмотрелся по сторонам.</p>
     <p>— Герр готт!<a l:href="#n_649" type="note">[649]</a> Вы только послушайть, он меня пофесить! Ха-ха-ха! Нет, нет! Так не будет!</p>
     <p>— Нет будет, швабра ты эдакая! — насмешливо сказал Лоусон, обрезая постромку от саней и с зловещей медлительностью завязывая на ней петлю. — Сегодня состоится суд Линча.</p>
     <p>— Погодить немножко, — сказал Ян, пятясь от уготованной ему петли. — Я хочу вас спросить и сделать большой предложение. Кентукки, ты знаешь, что такое суд Линча?</p>
     <p>— Да, сэр. Это заведено свободными людьми и джентльменами. Обычай этот старый и всеми уважаемый. Под судейской мантией может скрываться корыстолюбие, правосудие же Линча не связано с судебными издержками. Повторяю, сэр, — никаких судебных издержек. Закон можно купить и продать, но в этой просвещенной стране правосудие свободно, как воздух, которым мы дышим, сокрушительно, как виски, которое мы пьем, быстро, как…</p>
     <p>— Короче! Пусть выкладывает, что ему нужно, — вмешался Лоусон, прерывая этот поток красноречия.</p>
     <p>— Скажи мне, Кентукки, один человек убифает другой человек, судья Линч казнит его?</p>
     <p>— Если улики достаточно вески, — да, сэр.</p>
     <p>— А улик столько, что и на десятерых хватит, — добавил Рыжий Билл.</p>
     <p>— Не мешай, Билл, я поговорить с тобой потом. Теперь я спрашивал другой вещь. Кентукки, если судья Линч не пофесит тот человек, что тогда?</p>
     <p>— Если судья Линч не повесит человека, этот человек считается свободным и руки его — чистыми от крови. И далее, сэр, наша великая и славная конституция гласит: нельзя два раза подвергать опасности жизнь человека за одно и то же преступление, или что-то в этом роде.</p>
     <p>— И нельзя его стрелять или бить палкой по голова? Или еще что-нибудь делать с ним?</p>
     <p>— Ни в коем случае, сэр.</p>
     <p>— Карашо! Вы слышать, что говориль Кентукки, пустые ваши башки? Теперь я поговорить с Биллом. Билл знает свой дело и пофесит как нельзя лучше.</p>
     <p>— Не извольте беспокоиться! Только не мешай, и сам спасибо скажешь. Я своего дела мастер.</p>
     <p>— Твой голофа понимает, Билл, что один и что два. И что один и два — это три. Так?</p>
     <p>Билл кивнул.</p>
     <p>— И когда у тебя две вещь, это не три вещь. Так? Теперь слушай внимательно: чтоб пофесить, надо три вещь. Первый вещь — человек. Ладно, я есть человек. Второй вещь — веревка. У Лоусона веревка. Ладно. Третий вещь — надо иметь, куда привязать веревка. Погляди кругом. Не имеете, куда привязать веревка! Ну, что высказать на это?</p>
     <p>Машинально они окинули взглядом снега и льды. Перед ними расстилалась бесконечная равнина, гладкая, лишенная резких очертаний, пустынная, унылая, однообразная. Море, покрытое льдами, плоское побережье, отлогие холмы вдали, и на всем— ровная снежная пелена.</p>
     <p>— Ни тебе дерева, ни утеса, ни хижины, ни даже телеграфного столба! — простонал Рыжий Билл. — Ничего подходящего, на чем бы вздернуть детину пяти футов ростом, так чтобы у него пятки не упирались в землю. Ну, что тут сделаешь? — Он с вожделением посмотрел на ту часть тела Яна, которая находится между головой и плечами. — Ну, что ты тут сделаешь? — грустно повторил он, обращаясь к Лоусону. — Бросай веревку! Не для того, видно, бог сотворил эту землю, чтобы на ней люди жили. Это факт.</p>
     <p>Ян торжествующе ухмыльнулся.</p>
     <p>— Ну, я пойду в палатка, покурить.</p>
     <p>— Вроде как ты и прав, Билл, — проговорил Лоусон, — но ты просто болван — вот тебе еще один факт. Даром, что я моряк, а научу вас, сухопутных крыс. О блоках слыхали?</p>
     <p>Моряк быстро принялся за дело. Из склада припасов, куда они еще осенью спрятали лодку, он откопал пару длинных весел. Потом связал их почти под прямым углом, как раз у лопастей, и сделал глубокие отверстия в снегу, там, куда предполагалось воткнуть рукоятки весел. У места скрепления он привязал две веревки, один конец прикрепил к прибрежной льдине, а другой протянул Рыжему Биллу.</p>
     <p>— Вот, сынок, держи, растяни его.</p>
     <p>И Ян увидел, к своему ужасу, как воздвигается его виселица.</p>
     <p>— Нет, нет! — закричал он, отступая назад и сжимая кулаки. — Так не надо! Я не хочу фисеть! Вы пустые башки! Выходите, я отколочу вас всех! Я не дамся! Я сдохну раньше, чем вы меня пофесить!</p>
     <p>Моряк предоставил двум другим схватить беснующегося Яна. Сцепившись, они катались по снегу, словно запечатлевая трагедию человеческих страстей на белом покрове, накинутом на тундру природой. Как только из этого клубка высовывалась нога или рука Яна, Лоусон мигом набрасывал на нее веревку, и, как Ян ни отбивался, ни царапался, ни ругался, его все же мало-помалу связали и поволокли к неумолимому блоку, распяленному на снегу, точно гигантский циркуль. Рыжий Билл накинул петлю, приладив узел как раз у левого уха Яна, Мистер Тэйлор и Лоусон ухватились за свободный конец веревки, готовые по первому слову поднять виселицу. Билл медлил, любуясь тонкостью своей работы.</p>
     <p>— Герр готт! Смотрите!</p>
     <p>И такой ужас был в голосе Яна, что они бросили все и обернулись.</p>
     <p>Упавшая палатка поднялась, стенки ее ходили ходуном, и в надвигающихся сумерках она, словно привидение, шла на них, покачиваясь, как пьяная. В следующий миг Джон Гордон нащупал отверстие в парусине и вылез наружу.</p>
     <p>— Какого дья… — Юн осекся на полуслове, увидав то, что происходит. — Стойте, я жив! — закричал он в гневе, подходя к ним.</p>
     <p>— Дозвольте мне поздравить вас с вашим избавлением от смерти, мистер Гордон, — пролепетал мистер Тэйлор. — На волосок от нее были, сэр.</p>
     <p>— К черту поздравления! Я мог бы сдохнуть и сгнить по вашей милости!</p>
     <p>И Джон Гордон разразился потоком выразительной брани, крепкой, состоящей из одних лишь эпитетов и восклицаний.</p>
     <p>— Меня только оглушило, — продолжал он, когда отвел душу. — Ты когда-нибудь глушил скотину перед убоем, Тэйлор?</p>
     <p>— Да, сэр, не раз случалось в родной стороне.</p>
     <p>— Ну вот, так было и со мной. Пуля царапнула затылок, оглушила меня и больше ничего.</p>
     <p>Он обернулся к связанному.</p>
     <p>— Вставай, Ян! Проси прощения, иди я изобью тебя до бесчувствия. А вы не мешайтесь!</p>
     <p>— Не буду просить! Ты меня развяжи, и я тебе показать! — ответил строптивый Ян, над которым все еще властвовал дьявол. — А когда я тебя отколотить, так и тем болфанам буду всыпать одному за другим.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Мужество женщины</p>
     </title>
     <p>Волчья морда с грустными глазами, вся в инее, раздвинув края палатки, просунулась внутрь.</p>
     <p>— Эй, Сиваш! Пошел вон, дьявольское отродье! — закричали в один голос обитатели палатки. Беттлз стукнул собаку по морде оловянной миской, и голова мгновенно исчезла. Луи Савой закрепил брезентовое полотнище, прикрывавшее вход, и, опрокинув ногой горячую сковороду, стал греть над ней руки.</p>
     <p>Стоял лютый мороз. Двое суток тому назад спиртовой термометр, показав шестьдесят восемь градусов ниже нуля, лопнул, а становилось все холоднее и холоднее; трудно было сказать, сколько еще продержатся сильные морозы. Только господь бог может заставить в этакую стужу отойти от печки. Бывают смельчаки, которые отваживаются выходить при такой температуре, но это обычно кончается простудой легких; человека начинает душить сухой, скрипучий кашель, который особенно усиливается, когда поблизости жарят сало. А там, весной или летом, отогрев мерзлый грунт, вырывают где-нибудь могилу. В нее опускают труп и, прикрыв его сверху мхом, оставляют так, свято веря, что в день страшного суда сохраненный морозом покойник восстанет из мертвых цел и невредим. Скептикам, которые не верят в физическое воскресение в этот великий день, трудно рекомендовать более подходящее место для смерти, чем Клондайк. Но это вовсе не означает, что в Клондайке так же хорошо и жить.</p>
     <p>В палатке было не так холодно, как снаружи, но и не слишком тепло. Единственным предметом, который мог здесь сойти за мебель, была печка, и люди откровенно льнули к ней. Пол в палатке был наполовину устлан сосновыми ветками; под ними был снег, а поверх них лежали меховые одеяла. В другой половине палатки, где снег был утоптан мокасинами, в беспорядке валялись котелки, сковороды и прочее снаряжение полярного лагеря. В раскаленной докрасна печке громко трещали дрова, но уже в трех шагах от нее лежала, глыба льда, такого крепкого и сухого, словно его только что вырубили на речке. От притока холодного воздуха все тепло в палатке поднималось вверх. Над самой печкой, там, где труба выходила наружу через отверстие в потолке, белел кружок сухого брезента, дальше, был круг влажного брезента, от которого шел пар, а за ним — круг сырого брезента, с которого капала вода; и, наконец, остальная часть потолка палатки и стены ее были покрыты белым, сухим, толщиною в полдюйма слоем инея.</p>
     <p>— О-о-о! О-ох! О-ох! — застонал во сне юноша, лежавший под меховыми одеялами. Его худое, изможденное лицо обросло щетиной. Не просыпаясь, он стонал от боли все громче и мучительнее. Его тело, наполовину высунувшееся из-под одеял, судорожно вздрагивало и сжималось, как будто он лежал на ложе из крапивы.</p>
     <p>— Ну-ка, переверните парня! — приказал Беттлз. — У него опять судороги.</p>
     <p>И вот шестеро товарищей с готовностью подхватили больного и принялись безжалостно вертеть его во все стороны, мять и колотить, пока не прошел припадок.</p>
     <p>— Черт бы побрал эту тропу! — пробормотал юноша, сбрасывая с себя одеяла и садясь на постели. — Я рыскал по всей стране три зимы подряд — мог бы уж, кажется, закалиться! А вот попал в этот проклятый, край и оказался каким-то женоподобным афинянином, лишенным и крупицы мужественности!</p>
     <p>Он подтянулся поближе к огню и стал свертывать, сигарету.</p>
     <p>— Не подумайте, что я люблю скулить! Нет, я все могу вынести! Но мне просто стыдно за себя, вот и все… Прошел несчастных тридцать миль — и чувствую себя таким разбитым, словно рахитичный молокосос после пятимильной прогулки за город! Противно!.. Спички у кого-нибудь есть?</p>
     <p>— Не горячись, мальчик! — Беттлз протянул больному вместо спичек горящую головешку и продолжал отеческим тоном: — Тебе это простительно — все проходят через это. Устал, измучен! А разве я забыл свое первое путешествие? Не разогнуться? Бывало, напьешься из проруби, а потом целых десять минут маешься, пока на ноги встанешь. Все суставы трещат, все кости болят, так, что с ума можно сойти. А судороги? Бывало, так скрючит, что весь лагерь полдня бьется, чтобы меня распрямить! Хоть ты и новичок, а молодец, парень с характером! Через какой-нибудь год ты всех нас, стариков, за пояс заткнешь. Главное — сложение у тебя подходящее: нет лишнего жира, из-за которого многие здоровенные парни отправлялись к праотцам раньше времени.</p>
     <p>— Жира?</p>
     <p>— Да, да. У кого на костях много жира и мяса; тот тяжелее переносит дорогу.</p>
     <p>— Вот уж не знал!</p>
     <p>— Не знал? Это факт, можешь не сомневаться. Этакий великан может сделать что-нибудь только с наскоку, а выносливости у него никакой. Самый непрочный народ! Только у жилистых, худощавых людей крепкая хватка — во что вцепятся, того у них не вырвешь, как у пса кость! Нет, нет, толстяки для этого не годятся.</p>
     <p>— Верно ты говоришь, — вмешался в разговор Луи Савой. — Я знал одного детину, здорового, как буйвол. Так вот, когда столбили участки у Серного ручья, он туда отправился с Лоном Мак-Фэйном. Помните Лона? Маленький рыжий такой ирландец, всегда ухмылялся. Ну, шли они, шли — весь день и всю ночь шли. Толстяк выбился из сил и начал ложиться на снег, щупленький ирландец толкает его, колотит, а тот ревет, ну, совсем как ребенок. И так всю дорогу Лон тащил его и подталкивал, пока они не добрались до моей стоянки. Три дня он провалялся у меня под одеялами. Я никогда не думал, что мужчина может оказаться такой бабой. Вот что делает с человеком жирок!</p>
     <p>— А как же Аксель Гундерсон? — спросил Принс. На молодого инженера великан-скандинав и его трагическая смерть произвели сильное впечатление. — Он лежит где-то там… — И Принс неопределенно повел рукой в сторону таинственного востока.</p>
     <p>— Крупный был человек, самый крупный и самый храбрый из всех, кто когда-либо приходил сюда с берегов Соленой Воды и охотился на лосей, — согласился Беттлз. — Но он — то исключение, которое подтверждает правило. А помнишь его жену, Унгу? Килограммов пятьдесят всего весила. Одни мускулы, ни унции лишнего жира! А мужества у нее было еще больше, чем у него. И эта женщина все вынесла и заботилась только о нем. Ни на том, ни на этом свете не было ничего такого, чего бы она не сделала для него.</p>
     <p>— Ну что ж, она любила его, — возразил инженер.</p>
     <p>— Да разве в этом дело! Она…</p>
     <p>— Послушайте, братья, — вмешался Ситка Чарли, сидевший на ящике со съестными припасами. — Вы тут толковали о лишнем жире, который делает слабыми больших, здоровых мужчин, о мужестве женщин и о любви; и ваши речи были прекрасны. И вот я вспомнил одного мужчину и одну женщину, которых я знавал в те времена, когда этот край был молод, а костры редки, как звезды на небе. Мужчина был большой и здоровый, но, должно быть, ему мешало то, что ты назвал лишним жиром. Женщина была маленькая, но сердце у нее было большое, больше бычьего сердца мужчины. И у нее было много мужества. Мы шли к Соленой Воде, дорога была трудная, а нашими спутниками были жестокий мороз, глубокие снега и мучительный голод. Но эта женщина любила своего мужа могучей любовью — только так можно назвать такую любовь.</p>
     <p>Ситка замолчал. Отколов топором несколько кусков льда от глыбы, лежавшей рядом, он бросил их в стоявший на печке таз для промывки золота, — так они получали питьевую воду. Мужчины придвинулись ближе, а больной юноша тщетно пытался сесть поудобнее, чтобы не ныло сведенное судорогами тело.</p>
     <p>— Братья, — продолжал Ситка, — в моих жилах течет красная кровь сивашей, но сердце у меня белое. Первое — вина моих отцов, а второе — заслуга моих друзей. Когда я был еще мальчиком, печальная истина открылась мне. Я узнал, что вся земля принадлежит вам, что сиваши не в силах бороться с белыми и должны погибнуть в снегах, как гибнут медведи и олени. Да, и вот я пришел к теплу, сел среди вас, у вашего очага, и стал одним из вас. За свою жизнь я видел многое. Я узнал странные вещи и много дорог исходил с людьми разных племен. Я стал судить о людях и о делах их так, как вы, и думать по-вашему. Поэтому, если я говорю сурово о каком-нибудь белом, я знаю: вы не обидитесь на меня. И когда я хвалю кого-нибудь из племени моих отцов, вы не скажете: «Ситка Чарли — сиваш, его глаза видят криво, а язык нечестен». Не так ли?</p>
     <p>Слушатели глухим бормотаньем подтвердили, что они согласны с ним.</p>
     <p>— Имя этой женщины было Пассук. Я честно купил ее у ее племени, которое жило на побережье, у одного из заливов с соленой морской водой. Сердце мое не лежало к этой женщине, и моим глазам не было приятно глядеть на нее; ее взгляд всегда был опущен, и она казалась робкой и боязливой, как всякая девушка, брошенная в объятия чужого человека, которого она никогда до того не видела. Я уже сказал, что ей не было места в моем сердце, но я собирался в далекий путь, и мне нужен был кто-нибудь, чтобы кормить моих собак и помогать мне грести во время долгих переходов по реке. Ведь одно одеяло может прикрыть и двоих, и я выбрал Пассук.</p>
     <p>Говорил ли я вам, что в то время я состоял на службе у правительства? Поэтому меня взяли на военный корабль вместе с нартами, собаками и запасом провизии; со мной была и Пассук. Мы поплыли на север, к зимним льдам Берингова моря, и там нас высадили — меня, Пассук и собак. Как слуга правительства, я получил деньги, карты мест, на которые до тех пор не ступала нога человеческая, и письма. Письма были запечатаны и хорошо защищены от непогоды, я должен был доставить их на китобойные суда, которые стояли, затертые льдами, около великой Маккензи. Другой такой большой реки нет на свете, если не считать наш родной Юкон, отца всех рек.</p>
     <p>Но это все не так важно, потому что то, о чем я хочу рассказать, не имеет отношения ни к китобойным судам, ни к суровой зиме, которую я провел на берегах Маккензи. Весной, когда дни стали длиннее, после оттепели, мы с Пассук отправились на юг, к берегам Юкона. Это было тяжелое, утомительное путешествие, но солнце указывало нам путь. Край этот, как я уже сказал, был тогда еще совсем пустынный, и мы плыли вверх по течению, работая то багром, то веслами, пока не добрались до Сороковой Мили. Приятно было снова увидеть белые лица, и мы вы-садились на берег.</p>
     <p>Та зима была очень сурова. Наступили холод и мрак, а вместе с ними пришел и голод. Агент Компании выдал всего по сорок фунтов муки и двадцать фунтов сала на человека. Бобов не было вовсе. Собаки постоянно выли, а у людей подводило животы, и лица их прорезали глубокие морщины. Сильные слабели, слабые умирали. В поселке свирепствовала цинга.</p>
     <p>Однажды вечером мы пришли на склад и при виде пустых полок еще сильнее почувствовали пустоту в желудке; мы тихо беседовали при свете очага, потому что свечи были припрятаны для тех, кто дотянет до весны. И вот решено было, что надо послать кого-нибудь к Соленой Воде, чтобы сообщить о том, как мы тут бедствуем. При этом все головы повернулись в мою сторону, а глаза людей смотрели на меня с надеждой: все знали, что я опытный путешественник.</p>
     <p>— До миссии Хейнса на берегу моря семисот миль, — сказал я, — и весь путь нужно прокладывать на лыжах. Дайте мне ваших лучших собак и запасы лучшей пищи, и я пойду. Со мной пойдет Пассук.</p>
     <p>Люди согласились. Но тут встал Длинный Джефф, здоровый, крепкий янки. Речь его была хвастлива. Он сказал, что и он тоже отличный путешественник, что он словно создан для ходьбы на лыжах и вскормлен молоком буйволицы. Он сказал, что пойдет со мною, и если я погибну в дороге, то он дойдет до миссии и исполнит поручение. Я тогда был молод и плохо знал янки. Откуда я мог знать, что хвастливые речи — первый признак слабости, а те, кто способен на большие дела, держат язык за зубами. И вот мы взяли лучших собак и запас еды и отправились в путь втроем: Пассук, Длинный Джефф и я.</p>
     <p>Всем вам приходилось прокладывать тропу по снежной целине, работать поворотным шестом и пробираться через ледяные заторы, поэтому я не буду много рассказывать вам о трудностях пути. Скажу только, что иногда мы проходили десять миль в день, а иногда — тридцать, но чаще все-таки десять. Лучшая еда, которую нам дали с собой, была не так уж хороша, и, кроме того, нам пришлось экономить ее с первого же дня пути. А лучшие собаки едва держались на ногах, и мы с большим трудом заставляли их тащить нарты. Когда мы достигли Уайт-ривер, у нас из трех упряжек осталось уже только две, а ведь мы прошли всего двести миль! Правда, нам не пришлось ничего потерять: издохшие, собаки попали в желудки тех, которые еще были живы.</p>
     <p>Ни человеческого голоса, ни струйки дыма нигде до тех пор, пока мы не пришли в Пелли. Там я рассчитывал пополнить наши запасы, а также оставить Длинного Джеффа, который ослабел в пути и все время хныкал. Но склады фактории в Пелли были почти пусты; агент Компании сильно кашлял и задыхался, глаза его блестели от лихорадки. Он показал нам пустую хижину миссионера и его могилу, заваленную камнями, чтобы собаки не могли вырыть его труп. Мы встретили там группу индейцев, но среди них уже не было ни детей, ни стариков; и нам стало ясно, что не многие из оставшихся доживут до весны.</p>
     <p>Итак, мы отправились дальше с пустым желудком и тяжелым сердцем. До миссии Хейнса оставалось еще пятьсот миль пути среди вечных снегов и безмолвия. Было самое темное время года, и даже в полдень солнце не озаряло южного горизонта. Но ледяных заторов стало меньше, идти было легче. Я непрестанно подгонял собак, и мы шли почти без передышки. Как я и предполагал, нам все время приходилось, идти на лыжах. А от лыж сильно болели ноги, и на них появились незаживающие трещины и раны. С каждым днем эти болячки причиняли нам все больше мучений. И вот однажды утром, когда мы надевали лыжи, Длинный Джефф заплакал, как ребенок. Я послал его прокладывать дорогу для меньших нарт, но он, чтоб было полегче, снял лыжи. Из-за этого дорога не утаптывалась, его мокасины делали большие углубления в снегу, собаки проваливались в них. Собаки были так худы, что кости выпирали под шкурой, им было очень тяжело двигаться. Я сурово выбранил Джеффа, и он обещал не снимать лыж, но не сдержал слова. Тогда я ударил его бичом, и уж после этого собаки больше не проваливались в снег. Джефф вел себя, как ребенок; мучения в пути и то, что ты назвал лишним жиром, сделали его ребенком.</p>
     <p>А Пассук? В то время как мужчина лежал у костра и плакал, она стряпала, по утрам помогала мне запрягать собак, а вечером распрягать их. Это Пассук спасала наших собак. Она всегда шагала на лыжах впереди, утаптывая им дорогу. Пассук… что вам сказать! Я тогда принимал все это как должное и не задумывался ни над чем. Голова моя была занята другим, и к тому же я был молод и мало знал женщин. И только позднее, вспоминая это время, я понял, какая у меня была жена.</p>
     <p>Джефф теперь был только обузой. У собак и так не хватало сил, а он украдкой ложился на нарты, когда оказывался позади. Пассук сама взялась вести упряжку, и Джеффу совсем было нечего делать. Каждое утро я честно выдавал ему его порцию еды, и он один уходил вперед, а мы собирали вещи, грузили нарты и запрягали собак. В полдень, когда солнце дразнило нас, мы его догоняли — он брел, плача, и слезы замерзали у него на щеках — и шли дальше. Ночью мы делали привал, откладывали порцию еды для Джеффа и расстилали его меховое одеяло. Мы разводили большой костер, чтобы ему было легче заметить нас. И через несколько часов он приходил, хромая, съедал с жалобными причитаниями свою порцию и засыпал. Так повторялось каждый день. Этот человек не был болен — он просто устал, измучился и ослабел от голода. Но ведь Пассук и я тоже устали, измучились и ослабели от голода, а между тем выполняли всю работу, — он же не работал. Но все дело, видно, было в том лишнем жире, о котором говорил брат Беттлз; а ведь мы всегда честно оставляли ему его порцию еды.</p>
     <p>Раз мы встретили на дороге двух призраков, странствовавших среди Белого Безмолвия, — мужчину и мальчика. Они были белые. На озере Ле-Барж начался ледоход, и все их имущество унесло, только на плечах у каждого было по одеялу. Ночью они разводили костер и лежали скрючившись подле него до утра. У них еще осталось немного муки, и они мешали ее с теплой водой и пили. Мужчина показал мне восемь чашек муки — все, что у них осталось, а до Пелли, где уже тоже начался голод, было еще двести миль. Путники рассказали нам, что с ними шел индеец и они честно делились с ним; но он не мог поспеть за ними. Я не поверил тому, что они честно делились с индейцем, — почему же он тогда отстал от них?</p>
     <p>Я не мог дать им ничего. Они пытались украсть у нас самую жирную собаку (которая тоже была очень худа), но я пригрозил им револьвером и велел убираться. И они ушли, эти два призрака, качаясь, как пьяные, — ушли в Белое Безмолвие, по направлению к Пелли.</p>
     <p>Теперь у меня оставалось только три собаки и одни нарты; и собаки были кожа да кости. Когда мало дров, огонь горит плохо и в хижине холодно, — так было и с нами. Мы ели очень мало, и потому мороз сильно донимал нас; лица у нас были обморожены и почернели так, что родная мать не узнала бы нас. Ноги сильно болели. По утрам, когда мы трогались в путь, я едва сдерживал крик — такую боль причиняли лыжи. Пассук, не разжимая губ, шла впереди и прокладывала дорогу. А янки все стонал и хныкал.</p>
     <p>В Тридцатимильной реке течение быстрое, оно подмыло лед в некоторых местах, и нам попадалось много промоин и трещин, а иногда и сплошь вода. И вот однажды мы, как обычно, догнали Джеффа, который ушел раньше и теперь отдыхал. Нас разделяла вода. Он-то обошел ее кругом, по кромке льда, но для нарт кромка была слишком узкой. Мы нашли полосу еще крепкого льда. Пассук пошла первой, держа в руках шест на тот случай, если она провалится. Пассук весила мало, лыжи у нее были широкие, и она благополучно перешла, затем позвала собак. Но у собак не было ни шестов, ни лыж, они провалились, и тёчение сейчас же подхватило их. Я крепко ухватился за нарты сзади и удержал их, но постромки оборвались, и собак затянуло под лед. Собаки очень отощали, но все же я рассчитывал на них, как на недельный запас еды, — и вот их не стало!</p>
     <p>На следующее утро я разделил весь небольшой остаток провизии на три части и сказал Длинному Джеффу, пусть он идет с нами или остается — как хочет, мы теперь пойдём налегке и потому быстро. Он начал кричать и жаловаться на больные ноги и на всякие невзгоды и упрекал меня в том, что я плохой товарищ. Но ведь ноги у Пассук и у меня тоже болели, еще больше, чем у него, потому что мы прокладывали путь собакам; и нам тоже было трудно. Длинный Джефф клялся, что он умрет, а дальше не двинется. Пассук молча взяла меховое одеяло, а я котелок и топор, и мы собрались идти. Но женщина посмотрела на порцию, отложенную для Джеффа, и сказала: «Глупо оставлять еду этому младенцу. Ему лучше умереть». Я покачал головой и сказал: «Нет, товарищ всегда останется товарищем». Тогда Пассук напомнила мне о людях на Сороковой Миле, — там были настоящие мужчины, и их было много, и они ждали от меня помощи. Когда я опять сказал «нет», она выхватила револьвер у меня из-за пояса, и Длинный Джефф отправился к праотцам задолго до положенного ему срока, — как тут говорил брат Беттлз. Я бранил Пассук, но она не выказала никакого раскаяния и не была огорчена. И в глубине души я сознавал, что она права.</p>
     <p>Ситка Чарли замолчал и снова бросил несколько кус-ков льда в стоявший на печке таз. Мужчины молчали, по их спинам пробегал озноб от заунывного воя собак, которые словно жаловались на страшный мороз.</p>
     <p>— Каждый день нам на пути попадались потухшие костры, где прямо на снегу ночевали те два призрака, и я знал, что не раз мы будем радоваться такому ночлегу, пока доберемся до Соленой Воды. Затем мы встретили третий призрак — индейца, который тоже шел к Пелли. Он рассказал нам, что мужчина и мальчик обделили его едой, и вот уже три дня, как у него нет муки. Каждую ночь он отрезал куски от своих мокасин, варил их и ел. Теперь от мокасин уже почти ничего не осталось. Индеец этот был родом с побережья и говорил со мной через Пассук, которая понимала его язык. Он никогда не был на Юконе и не знал дороги, но все же шел туда. Как далеко это? Два сна? Десять? Сто? Он не знал, но шел к Пелли. Слишком далеко было возвращаться назад, он мог идти только вперед.</p>
     <p>Он не просил у нас пищи, потому что видел, что нам самим приходится туго. Пассук смотрела то на индейца, то на меня, как будто не зная, на что решиться, словно куропатка, у которой птенцы попали в беду. Я повернулся к ней и сказал:</p>
     <p>— С этим человеком нечестно поступили. Дать ему часть наших запасов?</p>
     <p>Я видел, что в глазах ее блеснула радость, но она долго смотрела то на него, то на меня, ее рот сурово и решительно сжался, и, наконец, она сказала:</p>
     <p>— Нет. До Соленой Воды еще далеко, и смерть подстерегает нас по дороге. Пусть лучше она возьмет этого чужого человека я оставит в живых моего мужа Чарли.</p>
     <p>И индеец ушел в Белое Безмолвие по направлению к Пелли.</p>
     <p>А ночью Пассук плакала. Я никогда прежде не видел ее слез. И это было не из-за дыма от костра, так как дрова были совсем сухие. Меня удивила ее печаль, и я подумал, что мрак и боль сломили ее мужество.</p>
     <p>Жизнь — странная вещь. Много я думал, долго размышлял о ней, но с каждым днем она кажется мне все более непонятной. Почему в нас такая жажда жизни? Ведь жизнь — это игра, из которой человек никогда не выходит победителем. Жить — это значит тяжко трудиться и страдать, пока не подкрадется к нам старость, и тогда мы опускаем руки на холодный пепел остывших костров. Жить трудно. В муках рождается ребенок, в муках старый человек испускает последний вздох, и все наши дни полны печали и забот. И все же человек идет в открытые объятия смерти неохотно, спотыкаясь, падая, оглядываясь назад, борясь до последнего. А ведь смерть добрая. Только жизнь причиняет страдания. Но мы любим жизнь и ненавидим смерть. Это очень странно!</p>
     <p>Мы разговаривали мало, Пассук и я. Ночью мы лежали в снегу как мертвые, а по утрам продолжали свой путь — все так же молча, как мертвецы. И все вокруг нас было мертво. Не было ни куропаток, ни белок, ни зайцев — ничего. Река была безмолвна под своим белым покровом. Даже сок застыл в деревьях. И мороз был такой, как сейчас. Ночью звезды казались близкими и большими, они прыгали и танцевали; днем же солнце дразнило нас до тех пор, пока нам не начинало казаться, что мы видим множество солнц; воздух сверкал и искрился, а снег был, как алмазная пыль. Кругом не было ни костра, ни звука — только холод и Белое Безмолвие. Мы потеряли счет времени и шли точно мертвые. Наши глаза были устремлены в сторону Соленой Воды, наши мысли были прикованы к Соленой Воде, а ноги сами несли нас к Соленой Воде. Мы останавливались у самой Такхины — и не узнали ее. Наши глаза смотрели на пороги Уайт Хорс — и не видели их. Наши ноги ступали по земле Каньона — и не чувствовали этого. Мы ничего не чувствовали. Часто мы падали в снег, но, даже падая, смотрели в сторону Соленой Воды.</p>
     <p>Кончились последние запасы еды, которую мы все время делили поровну, — и Пассук падала чаще и чаще. И вот около Оленьего перевала силы изменили ей. Утром мы лежали под нашим единственным одеялом и не трогались в путь. Мне хотелось остаться там и встретить смерть рука об руку с Пассук, потому что я стал старше и начал понимать, что такое любовь женщины. До миссии Хейнса оставалось еще восемьдесят миль, и вдали, над лесами, великий Чилкут поднимал истерзанную бурями вершину.</p>
     <p>И вот Пассук заговорила со мной — тихо, касаясь губами моего уха, чтобы я мог слышать ее. Теперь, когда она уже не боялась моего гнева, она стала изливать передо мной душу, говорила мне о своей любви и о многом другом, чего я раньше не понимал.</p>
     <p>Она сказала:</p>
     <p>— Ты мой муж, Чарли, и я была тебе хорошей женой. Я разжигала твой костер, готовила тебе пищу, кормила твоих собак, работала веслом, прокладывала путь и никогда не жаловалась. Я никогда не говорила, что в вигваме моего отца было теплее или что у нас на Чилкате было больше еды. Когда ты говорил, я слушала. Когда ты приказывал, я повиновалась. Не так ли, Чарли?</p>
     <p>И я ответил:</p>
     <p>— Да, это так.</p>
     <p>Она продолжала:</p>
     <p>— Когда ты впервые пришел к нам на Чилкат и купил меня, даже не взглянув, как покупают собаку, и увел с собой, сердце мое восстало против тебя и было полно горечи и страха. Но с тех пор прошло много времени. Ты жалел меня, Чарли, как добрый человек жалеет собаку. Сердце твое оставалось холодно, и в нем не было места для меня; но ты всегда был справедлив ко мне и поступал, как должно поступать. Я была с тобой, когда ты совершал смелые дела и шел навстречу большим опасностям. Я сравнивала тебя с другими мужчинами и видела, что ты лучше многих из них, что ты умеешь беречь свою честь и слова твои мудры, а язык правдив. И я стала гордиться тобой. И вот наступило такое время, когда ты заполнил мое сердце и все мои мысли были только о тебе. Ты был для меня как солнце в разгар лета, когда оно движется по золотой тропе и ни на час не покидает неба. Куда бы ни обратились мои глаза, я везде видела свое солнце. Но в твоем сердце, Чарли, был холод, в нем не было места для меня.</p>
     <p>И я ответил:</p>
     <p>— Да, это было так. Сердце мое было холодно, и в нем не было места для тебя; но так было раньше. Сейчас мое сердце подобно снегу весной, когда возвращается солнце. В моем сердце все тает, в нем шумят ручьи, все зеленеет и цветет. Слышатся голоса куропаток, пение зорянок, и звенит музыка, потому что зима побеждена, Пассук, и я узнал любовь женщины.</p>
     <p>Она улыбнулась и крепче прижалась ко мне. А затем сказала:</p>
     <p>— Я рада.</p>
     <p>После этого она долго лежала молча, тихо дыша, прильнув головой к моей груди. Потом она прошептала:</p>
     <p>— Мой путь кончается здесь, я устала. Но я хочу еще кое-что рассказать тебе. Давным-давно, когда я была девочкой, я часто оставалась одна в вигваме моего отца на Чилкате, потому что мужчины уходили на охоту, а женщины и мальчики возили из лесу убитую дичь. И вот однажды, весной, я была одна и играла на шкурах. Вдруг большой бурый медведь, только что проснувшийся от зимней спячки, отощавший и голодный, всунул голову в вигвам и прорычал: «У-ух!» Мой брат как раз в эту минуту пригнал первые нарты с охотничьей добычей. Он выхватил из очага горящие головни и отважно вступил в борьбу с медведем, а собаки, прямо в упряжи, волоча нарты за собой, повисли на медведе. Был большой бой и много шума. Они повалились в огонь, раскидали шкуры и опрокинули вигвам. В конце концов медведь испустил дух, но палец моего брата остался у него в пасти, следы медвежьих когтей остались на лице мальчика. Заместил ли ты, что у индейца, который шел по направлению к Пелли, на той руке, которую он грел над огнем, не было большого пальца?.. Это был мой брат. Но я отказала ему в еде, и он ушел в Белое Безмолвие без еды.</p>
     <p>Вот, братья мои, какова была любовь Пассук, которая умерла в снегах Оленьего перевала. Это была большая любовь! Ведь женщина пожертвовала своим братом ради мужчины, который тяжелым путем вел ее к горькому концу. Любовь ее была так сильна, что она пожертвовала собой. Прежде чем в последний раз закрыть глаза, Пассук взяла мою руку и просунула ее под свою беличью парку. Я нащупал у ее пояса туго набитый мешочек — и понял все. День за днем мы поровну делили наши припасы до последнего куска, но она съедала только половину. Вторую половину она прятала в этот мешочек для меня.</p>
     <p>Пассук сказала:</p>
     <p>— Вот и конец пути для Пассук; твой же путь, Чарли, не кончен, он ведет дальше, через великий Чилкут, к миссии Хейнса на берегу моря. Он ведет дальше и дальше, к свету многих солнц, через чужие земли и неведомые воды; и на этом пути тебя ждут долгие годы жизни, почет и великая слава. Он приведет тебя к жилищам многих женщин, хороших женщин, но никогда ты не встретишь большей любви, чем была любовь Пассук.</p>
     <p>И я знал, что она говорит правду. Безумие охватило меня. Я отбросил туго набитый мешочек и поклялся, что мой путь окончен и я останусь с ней. Но усталые глаза Пассук наполнились слезами, и она сказала:</p>
     <p>— Среди людей Ситка Чарли всегда считался честным и каждое его слово было правдиво. Разве он забыл о своей чести сейчас, что говорит ненужные слова у Оленьего перевала? Разве он забыл о людях на Сороковой Миле, которые дали ему свою лучшую пищу, своих лучших собак? Пассук всегда гордилась своим мужем. Пусть он встанет, наденет лыжи и двинется в путь, чтобы Пассук могла по-прежнему им гордиться.</p>
     <p>Когда ее тело стало остывать в моих объятиях, я встал, нашел туго набитый мешочек, надел лыжи и, шатаясь, двинулся в путь. В коленях я ощущал слабость, голова кружилась, в ушах стоял шум, а перед глазами вспыхивали искры. Забытые картины детства проплывали передо мной. Я сидел у кипящих котлов на потлаче, я пел песни и плясал под пенке мужчин и девушек, под звуки барабана из моржовой кожи, а Пассук держала меня за руку и шла все время рядом со мной. Когда я засыпал, она будила меня. Когда я спотыкался и падал, она поднимала меня. Когда я забредал в глубокие снега, она выводила меня на дорогу. И вот, как человек, лишившийся разума, который видит странные видения, потому что голова его легка от вина, я добрался до миссии Хейнса на берегу моря.</p>
     <p>Ситка Чарли встал и вышел, откинув полы палатки. Был полдень. На юге, заливая ярким светом гряду Гендерсона, висел холодный диск солнца. По обе стороны от него сверкали ложные солнца. Воздух был подобен паутине из блестящего инея, а впереди, около дороги, сидел пес с заиндевевшей шерстью и, закинув морду кверху, жалобно выл.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Там, где расходятся пути</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Грустно мне, грустно мне этот город покидать,</p>
      <p>Где любимая живет.</p>
      <text-author>Швабская народная песня.</text-author>
     </epigraph>
     <p>Человек, напевавший песню, нагнулся и добавил воды в котелок, где варились бобы. Потом он выпрямился и стал отгонять дымящейся головешкой собак, которые вертелись у ящика с провизией. У него было открытое лицо, голубые веселые глаза, золотистые волосы, и от всего его облика веяло свежестью и здоровьем.</p>
     <p>Тонкий серп молодого месяца виднелся над заснеженным лесом, который плотной стеной окружал лагерь и отделял его от остального мира. Мерцающие звезды, казалось, плясали в ясном, морозном небе. На юго-востоке едва заметный зеленоватый свет предвещал северное сияние. У костра лежали двое. Их ложе составляли сосновые ветки, толстым шестидюймовым слоем разостланные на снегу и покрытые медвежьей шкурой. Одеяла были откинуты в сторону. Парусиновый навес, натянутый между двумя деревьями под углом к земле в сорок пять градусов, служил защитой от ветра и одновременно задерживал тепло от огня и отбрасывал его вниз на медвежью шкуру. На нартах, у самого костра, сидел еще один человек и чинил мокасины. Справа куча мерзлого песка и примитивный ворот указывали, что они упорно целые дни трудились, нащупывая жилу. Слева четыре пары воткнутых в снег лыж говорили о способе передвижения, которым пользовались люди за пределами лагеря.</p>
     <p>Волнующе и странно звучала простая швабская песня под холодными северными звездами. Она вселяла беспокойство в сердца людей, отдыхавших у костра после утомительного трудового дня, и вызывала в них щемящую боль и острую, как голод, тоску по далекому солнечному Югу.</p>
     <p>— Да замолчи ты ради бога, Зигмунд! — взмолился один из лежавших у костра; он прятал в складках медвежьей шкуры свои до боли сжатые кулаки.</p>
     <p>— А почему, Дэйв Верц, я должен молчать, если мне хочется петь? — отозвался Зигмунд. — Может, у меня сердце радуется!</p>
     <p>— А потому, что не с чего радоваться. Посмотри вокруг. Подумай, что за жизнь ведем мы уже целый год: питаемся черт знает чем и работаем, как лошади.</p>
     <p>Золотоволосый Зигмунд спокойно посмотрел на побелевших от инея собак и белый пар от дыхания людей.</p>
     <p>— Не вижу, почему бы мне не радоваться? — засмеялся он. — Не так уж все плохо. Мне нравится. Ты говоришь, еда плохая. Ну… — Он согнул в локте руку и погладил свои мощные бицепсы. — А насчет того, что живем мы здесь по-скотски, так зато наживаемся по-царски. Жила дает по двадцать долларов с каждой промывки, а в ней еще будет верных восемь футов. Да тут второй Клондайк — и все мы это знаем. Вон Джим Хоз рядом с тобой, он-то понимает, ну, и не жалуется. А посмотри на Хичкока: чинит себе мокасины, словно старуха, и на стену не лезет: знает, что надо потерпеть. А у тебя вот не хватает выдержки — не можешь спокойно поработать до весны, ведь тогда мы будем богаты, как крезы. Хочется скорее попасть домой, в Штаты? А мне, думаешь, не хочется? Я там родился. Но я могу ждать, потому что каждый день на дне нашего промывочного лотка золото желтеет, словно масло в маслобойке. А ты хнычешь, как ребенок, — подай тебе сейчас же, чего тебе хочется. Нет, уж, по-моему, лучше петь.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Через год, через год, как созреет виноград,</v>
       <v>Ворочусь я в край родной.</v>
       <v>Если ты еще верна,</v>
       <v>Назову тебя женой.</v>
       <v>Через год, через год, как окончится мой срок,</v>
       <v>Назову тебя женой,</v>
       <v>Если ты была верна,</v>
       <v>Я навеки буду твой.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Собаки ощетинились и с глухим ворчанием придвинулись ближе к костру. Послышалось мерное поскрипывание лыж и шипящий звук от скольжения по снегу, словно кто-то просеивал сахарный песок. Зигмунд оборвал песню и с проклятиями стал, отгонять собак. В свете костра показалась закутанная в меха девушка-индианка; она сбросила лыжи, откинула капюшон своей беличьей парки и приблизилась к людям у огня.</p>
     <p>— Здорово, Сипсу! — приветствовали ее Зигмунд и двое лежавших на медвежьей шкуре, а Хичкок молча подвинулся, чтоб уступить место рядом на нартах.</p>
     <p>— Ну, как дела, Сипсу? — спросил он на каком-то жаргоне — смеси ломаного английского языка с испорченным чинукским наречием. — Что, в поселке все еще голод? И ваш колдун все еще не нашел причины, почему так мало попадается дичи и лось ушел в другие края?</p>
     <p>— Да, твоя, правда, дичи очень мало; нам скоро придется есть собак. Но колдун нашел причину этого зла; завтра он принесет жертву, которая снимет заклятие с племени.</p>
     <p>— А кто будет жертвой? Новорожденный младенец или какая-нибудь несчастная дряхлая старуха, которая стала обузой и от которой рады избавиться?</p>
     <p>— Нет, на этот раз он рассудил по-другому. Боги очень сердятся, и поэтому жертвой должен быть не кто иной, как дочь вождя племени, — Сипсу.</p>
     <p>— Ах ты черт! — проговорил Хичкок.</p>
     <p>Он произнес это веско, с расстановкой, тоном, в котором слышалось и удивление и раздумье.</p>
     <p>— Наши пути теперь расходятся, — спокойно продолжала она. — И я пришла, чтобы мы еще раз посмотрели друг на друга. В последний раз.</p>
     <p>Она принадлежала к первобытному миру, и обычаи, по которым она жила, тоже были первобытное. Она привыкла принимать жизнь такой, как она есть, и считала человеческие жертвоприношения в порядке вещей. Силы, которые управляли сменой ночи, и дня, разливом вод и морозами, силы, которые заставляли распускаться почки и желтеть листья, — эти силы бывали порой разгневаны, и нужны были жертвы, чтобы склонить, их к милосердию. Их воля проявлялась по-разному: человек тонул во время половодья, проваливался сквозь предательский лед, погибал в мертвой хватке медведя или изнурительная болезнь настигала его у собственного очага — и он кашлял, выплевывая кусочки легких, пока жизнь не уходила вместе с последним дыханием. Иногда же боги соглашались принять человеческую жизнь в жертву, а шаман умел угадывать их желания и никогда не ошибался в выборе. Все было просто. Разными путями приходила смерть, но в конце концов все сводилось к одному — к велению непостижимых и всемогущих сил.</p>
     <p>Но Хичкок принадлежал к другому, более развитому миру. Обычаи этого мира не отличались ни такой простотой, ни такой непреложностью. Поэтому Хичкок сказал:</p>
     <p>— Нет, Сипсу, это неправильно. Ты молода и полна жизни. Ваш колдун болван, он сделал плохой выбор. Этому не бывать.</p>
     <p>Она улыбнулась и ответила:</p>
     <p>— Жизнь жестока. Когда-то она создала нас: одного с белой кожей, а другого — с красной. Затем она сделала так, что пути наши сошлись, а теперь они расходятся вновь. И мы не в силах изменить это. Однажды, когда боги тоже были разгневаны, твоя братья пришли к нам в деревню. Их было трое — сильные белые люди. Они тогда сказали, как ты: «Этому не бывать!» Но они погибли, все трое, а это все-таки совершилось.</p>
     <p>Хичкок кивнул ей в знак того, что он понял, потом обернулся к товарищам и, повысив голос, сказал:</p>
     <p>— Слышите, ребята? Там, в поселке, видно, все с ума посходили. Они собираются убить Сипсу. Что вы на это скажете?</p>
     <p>Хоз и Верц переглянулись и промолчали. Зигмунд опустил голову и гладил овчарку, прижимавшуюся к его ногам. Он привез ее издалека и очень заботился о ней. Секрет был в том, что, когда он уезжал на Север, собаку подарила ему на прощание та самая девушка, о которой он часто думал и чей портрет в маленьком медальоне, — спрятанном у него на груди, вдохновлял его песни.</p>
     <p>— Ну, что же вы скажете? — повторил Хичкок.</p>
     <p>— Может, это еще и не так, — не сразу ответил Хоз, — может, Сипсу преувеличивает.</p>
     <p>— Я не об этом вас спрашиваю! — Хичкок видел их явное нежелание отвечать, и кровь бросилась ему в лицо от гнева. — Я спрашиваю: если окажется, что это так, можем мы это допустить? Что мы тогда сделаем?</p>
     <p>— По-моему, нечего нам вмешиваться, — заговорил Верц. — Даже если все это так, сделать мы ничего не можем. У них так принято, так велит их религия; и это совсем не наше дело. Нам бы намыть побольше золотого песку и поскорее выбраться из этой проклятой дыры. Здесь могут жить только дикие звери. И эти краснокожие — тоже зверье и ничего больше. Нет, с нашей стороны это был бы крайне опрометчивый шаг.</p>
     <p>— Я тоже так думаю, — поддержал его Хоз. — Нас тут четверо, а до Юкона триста миль, и ближе ни одного белого человека не встретишь. Так что же мы можем сделать против полусотни индейцев? Если мы поссоримся с ними, нам придется убираться отсюда, а станем драться — нас попросту уничтожат. Кроме того, мы ведь напали на жилу, и, черт возьми, я, например, не собираюсь ее бросать.</p>
     <p>— Правильно! — отозвался Верц.</p>
     <p>Хичкок нетерпеливо обернулся к Зигмунду, который напевал вполголоса:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Через год, через год, как созреет виноград,</v>
       <v>Ворочусь я в край родной.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Что ж, Хичкок, — проговорил он наконец, — я согласен с остальными. Если индейцы — а их там верных полсотни — решили убить ее, так что же мы-то можем сделать? Навалятся все разом, и нас как не бывало. А что толку? Девчонка все равно останется у них в руках. Нет, идти против местных обычаев можно, только когда сила на твоей стороне.</p>
     <p>— Но сила-то ведь на нашей стороне, — прервал его Хичкок. — Четверо белых стоят четырехсот индейцев. И надо же подумать о девушке.</p>
     <p>Зигмунд задумчиво погладил собаку.</p>
     <p>— А я и думаю о девушке. Глаза у нее голубые, как летнее небо, и смеющиеся, как море. И волосы светлые, как у меня, и заплетены они в толстые косы. Она ждет меня там, в солнечной стране. Она ждет давно, и теперь, когда цель моя уже близка, я не хочу рисковать.</p>
     <p>— А я бы на твоем месте не мог спокойно смотреть в ее голубые глаза; мне бы все время мерещились черные глаза той, которая погибла из-за моей трусости, — язвительно сказал Хичкок.</p>
     <p>Великодушный и справедливый по натуре, он привык поступать бескорыстно, не вдаваясь в рассуждения и не задумываясь о последствиях.</p>
     <p>Зигмунд покачал головой.</p>
     <p>— Ты сумасшедший, Хичкок, но я из-за тебя глупостей делать не стану. Надо рассуждать трезво и считаться с фактами. Я сюда не развлекаться приехал. А самое главное — все равно наше вмешательство ничему не поможет. Если все, что она говорит, правда, — ну что ж, остается только пожалеть ее. Таков обычай племени, а что тут оказались мы — это чистая случайность. Они делали так тысячу лет назад, и сделают теперь, и будут делать и впредь, до скончания веков. Это люди чуждого нам мира, да и девушка тоже. Нет, я решительно на стороне Верца и Хоза, и…</p>
     <p>Собаки зарычали и сбились в кучу. Зигмунд прервал свою речь и прислушался: из темноты доносилось поскрипывание множества лыж. В освещенном круге у костра показались несколько одетых в шкуры индейцев — высокие, решительные, безмолвные. Их тени зловеще плясали на снегу. Один их них, шаман, обращаясь к Сипсу, проговорил что-то гортанным голосом. Его лицо было грубо размалевано, на плечи накинута волчья шкура, открытая пасть скалила зубы над его лбом. Остальные хранили молчание. Молчали и золотоискатели. Сипсу поднялась и надела лыжи.</p>
     <p>— Прощай же, друг! — сказала она Хичкоку.</p>
     <p>Но человек, сидевший рядом с ней на нартах, не пошевелился. Он даже не поднял головы, когда индейцы один за другим стали исчезать в темноте.</p>
     <p>В отличие от многих мужчин, приезжавших в те края, Хичкок никогда не испытывал желания завязать близкие отношения с женщинами Севера. Он всюду чувствовал себя как дома и одинаково относился ко всем людям, так что взгляды его не были бы помехой, если бы подобное желание у него возникло. Но до сих пор оно просто не возникало. А Сипсу? Он любил болтать с ней у костра, но относился к ней не как мужчина к женщине, а скорее как взрослый к ребенку; это было естественно для человека его склада хотя бы потому, что их дружба немного скрашивала однообразие этой безрадостной жизни. Однако, несмотря на то, что он был до мозга костей янки и вырос в Новой Англии, в нем текла горячая кровь и некоторое рыцарство было ему не чуждо. Деловая сторона жизни порой казалась ему лишенной смысла и противоречила самым глубоким устремлениям его души.</p>
     <p>Он сидел молча, опустив голову, чувствуя, что в нем пробуждается какая-то стихийная сила, более могучая, чем он сам, великая сила его предков. Время от времени Хоз и Верц искоса поглядывали на него с легким, но все же заметным беспокойством. Зигмунду тоже было не по себе. Все они знали, что Хичкок очень сильный человек. В этом они не однажды имели случай убедиться за время их совместной жизни, полной всяких опасностей. Потому они теперь с любопытством и некоторым страхом ждали, что он станет делать.</p>
     <p>Но он все молчал. Время шло, и костер уже почти догорел. Верц потянулся, зевнул и сказал, что, пожалуй, пора и спать. Тогда Хичкок встал и выпрямился во весь рост.</p>
     <p>— Будьте вы прокляты, жалкие трусы! Я вас больше знать не хочу! — Он произнес это спокойно, но в каждом слове чувствовалась сила и непреклонная воля. — Довольно! Давайте рассчитаемся. Можете это сделать, как вам будет удобнее. Мне принадлежит четвертая доля в заявке. Это указано в наших контрактах. Мы намыли унций тридцать золота. Давайте сюда весы, и мы его разделим. Ты, Зигмунд, отмерь мне четвертую часть всех припасов. Четыре собаки мои. Но мне нужно еще столько же. За них я оставлю свою долю снаряжения и инструментов. Кроме того, добавлю свои семь унций золота и ружье с патронами. Идет?</p>
     <p>Трое мужчин отошли в сторону. Пошептавшись между собой, они вернулись. Зигмунд заговорил от лица всех:</p>
     <p>— Вот что, Хичкок, мы поделимся с тобой честно. Ты получишь одну четвертую часть, ни больше и ни меньше, — и делай с ней что хочешь. А собаки нам и самим нужны. Поэтому можешь взять только четырех. Что же касается твоей доли в снаряжении и инструментах, то нужны они тебе — бери, не нужны — оставь. Это уж твое дело.</p>
     <p>— Значит, все по букве закона, — усмехнулся Хичкок. — Ну что ж, я согласен. И давайте поскорее. Я тут ни одной лишней минуты оставаться не желаю. Мне противно смотреть на вас.</p>
     <p>Больше не было произнесено ни слова. После того как раздел совершился, Хичкок уложил на нарты свои скромные пожитки, отобрал и запряг четырех собак. Он не притронулся к снаряжению, зато бросил на нарты полдюжины собачьих постромок и вызывающе поглядел на своих товарищей, ожидая возражений с их стороны. Но они только пожали плечами и потом молча смотрели ему вслед, Пока он не скрылся в лесу.</p>
     <empty-line/>
     <p>По глубокому снегу полз человек. Справа и слева от него чернели крытые оленьими шкурами вигвамы индейцев. Порой то тут, то там голодные собаки принимались выть или озлобленно рычали друг на друга. Одна из них приблизилась к ползущему человеку. Он замер. Собака подошла ближе, понюхала воздух и осторожно сделала еще несколько шагов, пока ее нос не коснулся странного предмета, которого не было здесь до наступления темноты. Тогда Хичкок, ибо это был он, внезапно приподнялся; мгновение — и его рука, с которой он заранее снял рукавицу, стиснула мохнатое горло собаки. И смерть настигла ее в этой стальной хватке. Когда человек пополз дальше, собака осталась на снегу под звездами со сломанной шеей.</p>
     <p>Хичкок дополз до вигвама вождя. Он долго лежал на снегу, прислушиваясь к голосам и стараясь определить, где именно находится Сипсу. Очевидно, там находилось много людей, и, судя по доносившемуся шуму, все они были в большом волнении.</p>
     <p>Наконец он различил голос девушки и, обогнув вигвам, оказался рядом с ней, так что их разделяла лишь тонкая оленья шкура. Разгребая снег, Хичкок постепенно подсунул под нее голову и плечи. Когда он почувствовал теплый воздух жилища, то приостановился и стал ждать. Он ничего не видел и боялся пошевельнуться. Слева от него, очевидно, находилась кипа шкур. Он почувствовал это по запаху, но все же для большей уверенности осторожно ощупал ее. Его лица слегка коснулся край чьей-то меховой одежды. Он был почти уверен, что это Сипсу, но все-таки ему хотелось, чтобы она ещё раз заговорила.</p>
     <p>Он слышал, как вождь и шаман о чем-то горячо спорили, а где-то в углу плакал голодный ребенок. Хичкок повернулся на бок и осторожно приподнял голову, все так же слегка касаясь лицом меховой одежды. Он прислушался к дыханию. Это было дыхание женщины. И он решил рискнуть.</p>
     <p>Осторожно, но довольно крепко он прижался к ней и почувствовал, как она вздрогнула. Он замер в ожидании. Чья-то рука скользнула по его голове, ощупала курчавые волосы, затем тихонько повернула его лицо кверху — и в следующее мгновение он встретился глазами с Сипсу.</p>
     <p>Она была совершенно спокойна. Непринужденно изменив позу, она облокотилась на кипу шкур и поправила свою одежду так, что совершенно скрыла его. Затем, и снова как бы случайно, она склонилась над ним, опустила голову, и ухо ее слегка прижалось к его губам.</p>
     <p>— Как только выберешь подходящую минуту, — прошептал он, — уходи из поселка, иди в направлении ветра прямо к тому месту, где ручей делает поворот. Там, у сосен, будут мои собаки и нарты, готовые для дороги. Сегодня ночью мы отправимся в путь — к Юкону. Мы должны будем ехать очень быстро, поэтому хватай первых попавшихся собак и тащи их к ручью.</p>
     <p>Сипсу отрицательно покачала головой, но ее глаза радостно заблестели, — она была горда тем, что этот человек пришел сюда ради нее. Подобно всем женщинам своего народа, она считала, что ее судьба — покоряться мужчине. Хичкок властно повторил: «Ты придешь!» И хотя она не ответила, он знал, что его воля для нее — закон.</p>
     <p>— О постромках не беспокойся, — добавил он. — И поторапливайся. День прогоняет ночь, и время не ждет.</p>
     <p>Спустя полчаса Хичкок стоял у своих нарт и пытался согреться, притопывая ногами и хлопая себя по бедрам. И тут он увидел Сипсу; она тащила за собой двух упирающихся собак, при виде которых собаки Хичкока пришли в воинственное настроение, и ему пришлось пустить в ход рукоятку бича, чтобы их утихомирить. Поселок находился с наветренной стороны, и малейший звук мог обнаружить их присутствие.</p>
     <p>— Запрягай их ближе к нартам, — приказал он, когда она набросила постромки на приведенных собак. — Мои должны быть впереди.</p>
     <p>Но когда она сделала это, выпряженные собаки Хичкока накинулись на чужаков, и, хотя Хичкок попытался усмирить их прикладом ружья, поднялся шум и, нарушая тишину ночи, разнесся по спящему поселку.</p>
     <p>— Ну, теперь собак у нас будет больше чем достаточно, — мрачно заметил он и достал привязанный к нартам топор. — Запрягай тех, которых я буду швырять тебе, да хорошенько присматривай за упряжкой.</p>
     <p>Он сделал несколько шагов вперед и занял позицию между двух сосен. Из поселка доносился лай собак, он ждал их приближения. Вскоре на тусклой снежной равнине показалось быстро растущее темное пятно. Это была собака. Она шла большими ровными прыжками и, подвывая по-волчьи, вела всю свору. Хичкок притаился в тени. Как только собака поравнялась с ним, он быстрым движением схватил ее передние лапы, и она, перевернувшись через голову, уткнулась в снег. Затем он нанес ей точно рассчитанный у дар пониже уха и бросил ее Сипсу. Пока она надевала на собаку упряжь, Хичкок, вооруженный топором, сдерживал натиск всей своры, — клубок косматых тел с горящими глазами и сверкающими зубами бесновался у самых его ног. Сипсу работала быстро. Как только с первой собакой было покончено, Хичкок рванулся вперед, схватил и оглушил еще одну и тоже бросил ее девушке. Это повторилось трижды. Когда в упряжке оказался десяток рычащих псов, он крикнул: «Довольно!»</p>
     <p>Из поселка уже спешила толпа. Впереди бежал молодой индеец. Он врезался в стаю собак и стал колотить их направо и налево, стараясь пробраться к тому месту, где стоял Хичкок. Но тот взмахнул прикладом ружья — и молодой индеец упал на колени, а затем опрокинулся навзничь. Бежавший сзади шаман видел это.</p>
     <p>Хичкок приказал Сипсу трогаться. Едва она крикнула «Чук!», как обезумевшие собаки рванулись вперед, и Сипсу с трудом удержалась на нартах. Очевидно, боги были сердиты на шамана, ибо именно он оказался в эту минуту на дороге. Вожак наступил ему на лыжи, шаман упал, и вся упряжка вместе с нартами пронеслась по нему.</p>
     <p>Но он быстро вскочил на ноги, и эта ночь могла бы кончиться иначе, если бы Сипсу длинным бичом не нанесла ему удар по лицу. Он все еще стоял посреди дороги, покачиваясь от боли, когда на него налетел Хичкок, бежавший за нартами. В результате этого столкновения познания первобытного теолога относительно силы кулака белого человека значительно пополнились. Поэтому, когда он вернулся в жилище вождя и принялся ораторствовать в совете, он был очень зол на всех белых людей.</p>
     <empty-line/>
     <p>— Ну, лентяи, вставайте! Пора! Завтрак будет готов прежде, чем вы успеете надеть ваши мокасины.</p>
     <p>Дэйв Верц откинул медвежью шкуру, приподнялся и зевнул. Хоз потянулся, обнаружил, что отлежал руку, и стал сонно растирать ее.</p>
     <p>— Интересно, где Хичкок провел эту ночь? — спросил он, доставая свои мокасины. За ночь они задеревенели, и он, осторожно ступая в носках по снегу, направился к костру, чтобы оттаять обувь. — Слава богу, что он ушел. Хотя, надо признаться, работник он был отличный.</p>
     <p>— Да. Только уж очень любил все по-своему поворачивать. В этом его беда. А Сипсу жалко. Она, что, ему действительно так нравилась?</p>
     <p>— Не думаю. Для него тут все дело в принципе. Он считал, что это неправильно, — ну, и, конечно же, неправильно, только это еще не причина нам вмешиваться и всем отправиться на тот свет раньше времени.</p>
     <p>— Да, принципы — вещь неплохая, но все хорошо в свое время; когда отправляешься на Аляску, то принципы лучше оставлять дома. А? Правильно я говорю? — Верц присоединился к своему товарищу и тоже стал отогревать у костра мокасины. — Ты как считаешь: мы должны были вмешаться?</p>
     <p>Зигмунд отрицательно покачал головой. Он был очень занят: коричневатая пена грозила перелиться через край кофейника, и пора уже было переворачивать сало на сковородке. Кроме того, он думал о девушке со смеющимися, как море, глазами и тихонько напевал.</p>
     <p>Его товарищи с улыбкой перемигнулись и замолчали. Хотя было уже около семи, до рассвета оставалось еще не меньше трех часов. Северное сияние погасло, и в ночной темноте лагерь представлял собой островок света; фигуры трех людей отчетливо вырисовывались на фоне костра. Воспользовавшись наступившим молчанием, Зигмунд повысил голос и запел последний куплет своей старой песни:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Через год, через год, как созреет виноград.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Оглушительный ружейный залп разорвал тишину ночи. Хоз охнул, сделал движение, словно пытался выпрямиться, и тяжело осел на землю. Верц, уронив голову, опрокинулся на бок, потом захрипел, и кровь черной струей хлынула у него из горла. А золотоволосый Зигмунд с неоконченной песней на губах взмахнул руками и упал поперек костра.</p>
     <empty-line/>
     <p>Зрачки шамана потемнели от злости, и настроение у него было не из лучших. Он поссорился с вождем из-за ружья Верца и потребовал из мешка с бобами больше, чем ему полагалось. Кроме того, он забрал себе медвежью шкуру, что вызвало ропот среди остальных мужчин племени. В довершение всего он вздумал было убить собаку Зигмунда — ту, что подарила девушка с Юга, — но собаке удалось убежать, а он свалился в шурф и, задев за чан, вывихнул плечо. Когда лагерь был полностью разграблен, индейцы вернулись в свои жилища, и ликованию женщин не было конца. Вскоре в их краях появилось стадо лосей, и охотников посетила удача. Слава шамана еще больше возросла, стали даже поговаривать, что он советуется с богами.</p>
     <p>Когда все ушли, овчарка вернулась в разоренный лагерь, и всю ночь и весь следующий день она выла, оплакивая, у мерших. Потом она исчезла. Но прошло немного лет, и индейцы-охотники стали замечать, что у лесных волков на шерсти появились необычные светлые пятна, каких они не видели до той поры ни у одного волка.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Дочь Северного сияния</p>
     </title>
     <p>— Вы… как это говорится… лентяй! Вы, лентяй, хотите стать моим мужем? Напрасный старанья. Никогда, о нет, никогда не станет моим мужем лентяй!</p>
     <p>Так Джой Молино заявила без обиняков Джеку Харрингтону; ту же мысль, и не далее как накануне, она высказала Луи Савою, только в более банальной форме и на своем родном языке.</p>
     <p>— Послушайте, Джой…</p>
     <p>— Нет, нет! Почему должна я слушать лентяй? Это очень плохо — ходить за мной по пятам, торчать у меня в хижина и не делать никаких дел. Где вы возьмете еда для famille?<a l:href="#n_650" type="note">[650]</a> Почему у вас нет зольотой песок? У других польный карман.</p>
     <p>— Но я работаю, как вол, Джой. День изо дня рыскаю по Юкону и по притокам. Вот и сейчас я только что вернулся. Собаки так и валятся с ног. Другим везет — они находят уйму золота. А я… нет мне удачи.</p>
     <p>— Ну да! А когда этот человек — Мак-Кормек, ну тот, что имеет жена-индианка, — когда он открыл Кльондайк, почему вы не пошел? Другие пошел. Другие стал богат.</p>
     <p>— Вы же знаете, я был далеко, искал золото у истоков Тананы, — защищался Харрингтон. — И ничего не знал ни об Эльдорадо, ни о Бонанзе. А потом было уже поздно.</p>
     <p>— Ну, это пусть. Только вы… как это… сбитый с толк.</p>
     <p>— Что такое?</p>
     <p>— Сбитый с толк. Ну, как это… в потемках. Поздно не бывает. Тут, по этот ручей, по Эльдорадо, есть очень богатый россыпь. Какой-то человек застольбил и ушел. Никто не знает, куда он девался. Никогда больше не появлялся он тут. Шестьдесят дней никто не может получить бумага на этот участок. Потом все… целый уйма людей… как это… кинутся застольбить участок. И помчатся, о, быстро, быстро, как ветер, помчатся получать бумага. Один станет очень богат. Один получит много еда для famille.</p>
     <p>Харрингтон не подал виду, как сильно заинтересовало его это сообщение.</p>
     <p>— А когда истекает срок? — спросил он. — И где этот участок?</p>
     <p>— Вчера вечером я говорила об этом с Луи Савой, — продолжала она, словно не слыша его вопроса. — Мне кажется, участок будет его.</p>
     <p>— К черту Луи Савоя!</p>
     <p>— Вот и Луи Савой сказал вчера у меня в хижине. «Джой, — сказал он, — я сильный. У меня хороший упряжка. У меня хороший дыханье. Я добуду этот участок. Вы тогда будете выходить за меня замуж?» А я сказала ему… я сказала…</p>
     <p>— Что же вы сказали?</p>
     <p>— Я сказала: «Если Луи Савой победит, я буду стать его женой».</p>
     <p>— А если он не победит?</p>
     <p>— Тогда Луи Савой… как это по-вашему… тогда ему не стать отцом моих детей.</p>
     <p>— А если я выйду победителем?</p>
     <p>— Вы — победитель? — Джой расхохоталась. — Ни-когда!</p>
     <p>Смех Джой Молино был приятен для слуха, даже когда в нем звучала издевка. Харрингтон не придал ему значения. Он был приручен уже давно. Да и не он один. Джой Молино терзала подобным образом всех своих поклонников. К тому же она была так обольстительна сейчас — жгучие поцелуи мороза разрумянили ей щеки, смеющийся рот был полуоткрыт, а глаза сверкали тем великим соблазном, сильней которого нет на свете, — соблазном, таящимся только в глазах женщины. Собаки живой косматой грудой копошились у ее ног, а вожак упряжки — Волчий Клык — осторожно положил свою длинную, морду к ней на колени.</p>
     <p>— Ну а все же, если я выйду победителем? — настойчиво повторил Харрингтон.</p>
     <p>Она посмотрела на своего поклонника, потом снова перевела взгляд на собак.</p>
     <p>— Что ты скажешь, Вольчий Клык? Если он сильный и получит бумага на участок, может быть, мы согласимся стать его женой? Ну, что ты скажешь?</p>
     <p>Волчий Клык навострил уши и глухо заворчал на Харрингтона.</p>
     <p>— Хольодно, — с женской непоследовательностью сказала вдруг Джой Модино, встала и подняла свою упряжку.</p>
     <p>Ее поклонник невозмутимо наблюдал за ней. Она задавала ему загадки с первого дня их знакомства, и к прочим его достоинствам с той поры прибавилось еще терпение.</p>
     <p>— Эй, Вольчий Клык! — воскликнула Джой Молино, вскочив на нарты в ту секунду, когда они тронулись с места. — Эй-эй! Давай!</p>
     <p>Не поворачивая головы, Харрингтон краем глаза следил, как ее собаки свернули на тропу, проложенную по замерзшей реке, и помчались к Сороковой Миле. У развилки, откуда одна дорога уходила через реку к форту Кьюдахи, Джой Молино придержала собак и обернулась.</p>
     <p>— Эй, мистер Лентяй! — крикнула она: — Вольчий Клык говорит: — да… если вы побеждать!</p>
     <empty-line/>
     <p>Все это, как обычно бывает в подобных случаях, каким-то образом получило огласку, и население Сороковой Мили, долго и безуспешно ломавшее себе голову, на кого из двух последних поклонников Джой Молино падет ее выбор, строило теперь догадки, кто из них окажется победителем в предстоящем состязании, и яростно заключало пари. Лагерь раскололся на две партии, и каждая старалась помочь своему фавориту прийти к финишу первым. Разгорелась ожесточенная борьба за лучших во всем крае собак, ибо в первую голову от собак, от хороших упряжек, зависел успех. А он сулил немало. Победителю доставалась в жены женщина, равной которой еще не родилось на свет, и в придачу золотой прииск стоимостью по меньшей мере в миллион долларов.</p>
     <p>Осенью, когда разнеслась весть об открытиях, сделанных Мак-Кормеком у Бонанзы, все — и в том числе жители Серкла и Сороковой Мили — ринулись вверх по Юкону; все, кроме тех, кто, подобно Джеку Харрингтону и Луи Савою, ушел искать золото на запад. Лосиные пастбища и берега ручьев столбили подряд, без разбору. Так, случайно, застолбили и малообещающий с виду ручей Эльдорадо. Олаф Нелсон воткнул на берегу колышки на расстоянии пятисот футов один от другого, без промедления отправил по почте свою заявку и так же без промедления исчез. Ближайшая приисковая контора, где регистрировались участки, помещалась тогда в полицейских казармах в форте Кьюдахи — как раз через реку напротив Сороковой Мили. Лишь только пронесся слух, что Эльдорадо — настоящее золотое дно, кому-то сейчас же удалось разнюхать, что Олаф Нелсон не дал себе труда спуститься вниз по Юкону, чтобы закрепить за собой свое приобретение. Уже многие жадно поглядывали на бесхозяйный участок, где, как всем было известно, на тысячи тысяч долларов золота ждало только лопаты и промывочного лотка. Однако завладеть участком никто не смел. По неписаному закону, старателю, застолбившему участок, давалось шестьдесят дней на то, чтобы оформить заявку, и пока не истечет этот срок, участок считался неприкосновенным. Об исчезновении Олафа Нелсона уже знали все кругом, и десятки золотоискателей готовились вбить заявочные столбы и помчаться на своих упряжках в форт Кьюдахи.</p>
     <p>Но Сороковая Миля выставила мало претендентов. После того, как весь лагерь направил свои усилия на то, чтобы обеспечить победу либо Джеку Харрингтону, либо Луи Савою, никому даже не пришло на ум попытать счастья в одиночку. От участка до приисковой конторы считалось не менее ста миль, и на этом пути решено было расставить по три сменных упряжки для каждого из фаворитов. Последний перегон являлся, понятно, решающим, и для этих двадцати пяти миль ретивые добровольцы старались раздобыть самых сильных собак. Такая лютая борьба разгорелась между двумя партиями и в такой они вошли азарт, что цены на собак взлетели неслыханно высоко, как никогда еще не бывало в истории этого края. И не мудрено, если эта борьба еще крепче приковала все взоры к Джой Молино. Ведь она была не только причиной этих треволнений, но и обладательницей самой лучшей упряжной собаки от Чилкута до Берингова моря. Как вожак, или головной, Волчий Клык не знал себе равных. Тот, чью упряжку повел бы он на последнем перегоне, мог считать себя победителем. На этот счет ни у кого не было сомнений. Но на Сороковой Миле чутьем понимали, что можно и чего нельзя, и никто не потревожил Джой Молино просьбой одолжить собаку. Каждая сторона утешала себя тем, что не только фавориту, но и противнику не придется воспользоваться таким преимуществом.</p>
     <p>Однако мужчины — каждый в отдельности и все вкупе — устроены так, что часто доходят до могилы, оставаясь в блаженном неведении всей глубины коварства, присущего другой половине рода человеческого, и по этой причине мужское население Сороковой Мили оказалось неспособным разгадать дьявольские замыслы Джой Молино. Все признавались впоследствии, что недооценили эту черноокую дочь северного сияния, чей отец промышлял мехами в здешних краях еще в ту пору, когда им и не снилось, что они тоже нагрянут сюда, и чьи глаза впервые взглянули на мир при холодном мерцании полярных огней. Впрочем, обстоятельства, при которых появилась на свет Джой Молино, не помешали ей быть женщиной до мозга костей и не ограничили ее способности понимать мужскую натуру. Мужчины знали, что она ведет с ними игру, но им и в голову не приходило, как глубоко продумана эта игра, как она искусна и хитроумна. Они принимали в расчет лишь те карты, которые Джой пожелала им открыть, и до последней минуты пребывали в состоянии приятного ослепления, а когда она пошла со своего главного козыря, им оставалось только подсчитать проигрыш.</p>
     <p>В начале недели весь лагерь провожал Джека Харрингтона и Луи Савоя в путь. Соперники выехали с запасом на несколько дней — им хотелось прибыть на участок Олафа Нелсона загодя, чтобы немного отдохнуть и дать собакам восстановить силы перед началом гонок. По дороге они видели золотоискателей из Доусона, уже расставлявших сменные упряжки на пути, и получили возможность убедиться, что никто не поскупился на расходы в погоне за миллионом.</p>
     <p>Дня через два после их отъезда Сороковая Миля начала отправлять подставы — сначала на семьдесят пятую милю пути, потом на пятидесятую и, наконец, — на двадцать пятую. Упряжки, предназначавшиеся для последнего перегона, были великолепны — все собаки как на подбор, и лагерь битый час, при пятидесятиградусном морозе, обсуждал и сравнивал их достоинства, пока, наконец, они не получили возможности тронуться в путь. Но тут, в последнюю минуту, к ним подлетела Джой Молино на своих нартах. Она отозвала в сторону Лона Мак-Фэйна, правившего харрингтоновской упряжкой, и не успели первые слова слететь с ее губ, как он разинул рот с таким остолбенелым видом, что важность полученного им сообщения стала очевидна для всех. Он выпряг Волчьего Клыка из ее нарт, поставил во главе харрингтоновской упряжки и погнал собак вверх по Юкону.</p>
     <p>— Бедняга Луи Савой! — заговорили кругом.</p>
     <p>Но Джой Молино вызывающе сверкнула черными глазами и повернула нарты назад к отцовской хижине.</p>
     <empty-line/>
     <p>Приближалась полночь. Несколько сот закутанных в меха людей, собравшихся на участке Олафа Нелсона, предпочли шестидесятиградусный мороз и все треволнения этой ночи соблазну натопленных хижин и удобных коек. Некоторые из них держали наготове свои колышки и своих собак под рукой. Отряд конной полиции капитана Констэнтайна получил приказ быть на посту, дабы все шло по правилам. Поступило распоряжение: никому не ставить столбы, пока последняя секунда этого дня не канет в вечность. На Севере такой приказ равносилен повелению Иеговы, — ведь пуля дум-дум<a l:href="#n_651" type="note">[651]</a> карает так же мгновенно и безвозвратно, как десница божья. Ночь была ясная и морозная. Северное сияние зажгло свои праздничные огни, расцветив небосклон гигантскими зеленовато-белыми мерцающими лучами, притушившими свет звезд. Волны холодного розового блеска омывали зенит, а на горизонте рука титана воздвигла сверкающие арки. И, потрясенные этим величественным зрелищем, собаки поднимали протяжный вой, как их далекие предки в незапамятные времена.</p>
     <p>Полисмен в медвежьей шубе торжественно шагнул вперед с часами в руке. Люди засуетились у своих упряжек, поднимая собак, распутывая и подтягивая постромки. Затем соревнующиеся подошли к меже, сжимая в руках колышки и заявки. Они уже столько раз переступали границы участка, что могли бы теперь сделать это с закрытыми глазами. Полисмен поднял руку. Скинув с плеч лишние меха и одеяла, в последний раз подтянув пояса, люди замерли в ожидании.</p>
     <p>— Приготовиться!</p>
     <p>Шестьдесят пар рукавиц сдернуто с рук; столько же пар обутых в мокасины ног покрепче уперлось в снег.</p>
     <p>— Пошли!</p>
     <p>Все ринулись с разных сторон на широкое пустое пространство участка, вбивая колышки по углам и посредине, где надлежало поставить две центральные заявки, потом опрометью бросились к своим нартам, поджидавшим их на замерзшей глади ручья. Все смешалось — движения, звуки; все слилось в единый хаос. Нарты сталкивались; ощетинившись, оскалив клыки, упряжка с визгом налетала на упряжку. Образовавшаяся свалка создала затор в узком русле ручья. Удары бичей сыпались на спины животных и людей без разбора. И в довершение неразберихи вокруг каждого гонщика суетилась кучка приятелей, старавшихся вызволить его из свалки. Но вот, силой проложив себе путь, одни нарты за другими стали вырываться на простор и исчезать во мраке между угрюмо нависших берегов.</p>
     <p>Джек Харрингтон предвидел заранее, что давки не миновать, и ждал у своих нарт, пока не уляжется суматоха. Луи Савой, зная, что его соперник даст ему сто очков вперед по части езды на собаках, ждал тоже, решив следовать его примеру. Крики уже затихли вдали, когда они пустились в путь, и, пройдя миль десять вниз до Бонанзы, нагнали остальные упряжки, которые шли гуськом, но не растягиваясь. Возгласов почти не было слышно, так как на этом отрезке пути нечего было и думать вырваться вперед: ширина нарт — от полоза до по-лоза — равнялась шестнадцати дюймам, а ширина проторенной дороги — восемнадцати. Этот санный путь, укатанный вглубь на добрый фут, был подобен желобу. По обеим сторонам его расстилался пушистый, сверкающий снежный покров. Стоило кому-нибудь, пытаясь обогнать другие нарты, сойти с пути, и его собаки неминуемо провалились бы по брюхо в рыхлый снег и поплелись бы со скоростью улитки. И люди замерли в своих подскакивавших на выбоинах нартах и выжидали. На протяжении пятнадцати миль вниз по Бонанзе и Клондайку до Доусона, где они вышли к Юкону, никаких изменений не произошло. Здесь их уже ждали сменные упряжки. Но Харрингтон и Савой расположили свои подставы двумя-тремя милями дальше, решив, если потребуется, загнать первую упряжку насмерть. Воспользовавшись сутолокой, воцарившейся при смене упряжек, они оставили позади добрую половину гонщиков. Когда нарты вынесли их на широкую грудь Юкона, впереди шло не более тридцати упряжек. Здесь можно было помериться силами. Осенью, когда река стала, между двумя мощными пластами льда осталась быстрина шириной в милю. Она совсем недавно оделась льдом, и он был твердым, гладким и скользким, как паркет бального зала. Лишь только полозья нарт коснулись этого сверкающего льда, Харрингтон привстал на колени, придерживаясь одной рукой за нарты, и бич его яростно засвистел над головами собак, а неистовая брань загремела у них в ушах. Упряжки растянулись по ледяной глади, и каждая напрягала силы до предела. Но мало кто на всем Севере умел так высылать собак, как Джек Харрингтон. Его упряжка сразу начала вырываться вперед, но Луи Савой прилагал отчаянные усилия, чтобы не отстать, и его головные собаки бежали, едва не касаясь мордами нарт соперника.</p>
     <p>Где-то на середине ледяного пути вторые подставы вынеслись с берега им навстречу. Но Харрингтон не замедлил бега своих собак. Выждав минуту, когда новая упряжка поравнялась с ним, он, гикнув, перескочил на другие нарты, с ходу наддав жару собакам. Гонщик подставы кубарем полетел с нарт. Луи Савой и тут во всем последовал примеру своего соперника. Брошенные на произвол судьбы упряжки заметались из стороны в сторону, на них налетели другие, и на льду поднялась страшная кутерьма. Харрингтон набирал скорость. Луи Савой не отставал. У самого конца ледяного поля их нарты начали обходить головную упряжку. Когда они снова легли на узкий санный путь, проторенный в пушистых снежных сугробах, они уже вели гонку, и Доусон, наблюдавший за ними при свете северного сияния, клялся, что это была чистая работа.</p>
     <p>Когда мороз крепчает до шестидесяти градусов, надо или двигаться, или разводить огонь, иначе долго не про-тянешь. Харрингтон и Савой прибегли теперь к старинному способу — «бегом и на собаках». Соскочив с нарт, они бежали сзади, держась за лямки, пока кровь, сильнее забурлив в жилах, не изгоняла из тела мороз, потом прыгали обратно на нарты и лежали на них, пока опять не промерзали до костей. Так — бегом и на собаках — они покрыли второй и третий перегоны. Снова и снова, вылетев на гладкий лед, Луи Савой принимался нахлестывать собак, и всякий раз его попытки обойти соперника оканчивались неудачей. Растянувшись позади на пять миль, остальные участники состязания силились их нагнать, но безуспешно, ибо одному Луи Савою выпала в этих гонках честь выдержать убийственную скорость, предложенную Джеком Харрингтоном.</p>
     <p>Когда они приблизились к подставе на Семьдесят Пятой Миле, Лон Мак-Фэйн пустил своих собак. Их вел Волчий Клык; и как только Харрингтон увидел вожака, ему стало ясно, кому достанется победа. На всем Севере не было такой упряжки, которая могла бы теперь побить его на этом последнем перегоне. А Луи Савой, заметив Волчьего Клыка во главе харрингтоновской упряжки, понял, что проиграл, и послал кому-то сквозь зубы проклятия, какие обычно посылают женщинам. Но все же он решил биться до последнего, и его собаки неотступно бежали в вихре снежной пыли, летящей из-под передних нарт. На юго-востоке занялась заря; Харрингтон, и Савой неслись вперед: один преисполненный радостного, другой горестного изумления перед поступком Джой Молино.</p>
     <empty-line/>
     <p>Вся Сороковая Миля вылезла на рассвете из-под своих меховых одеял и столпилась у края санного пути. Он далеко был виден отсюда — на несколько миль вверх по Юкону, до первой излучины. И путь через реку к финишу у форта Кьюдахи, где ждал охваченный нетерпением приисковый инспектор, тоже был весь как на ладони. Джой Молино устроилась несколько поодаль, но ввиду столь исключительных обстоятельств никто не позволил себе торчать у нее перед глазами и загораживать ей чуть приметно темневшую на снегу полоску тропы. Таким образом, перед нею оставалось свободное пространство. Горели костры; и золотоискатели, собравшись у огня, держали пари, закладывая собак и золотой песок. Шансы Волчьего Клыка стояли необычайно высоко.</p>
     <p>— Идут! — раздался с верхушки сосны пронзительный крик мальчишки-индейца.</p>
     <p>У излучины Юкона на снегу появилась черная точка, и сейчас же следом за ней — вторая. Точки быстро росли, а за ними начали возникать другие — на некотором расстоянии от первых двух. Мало-помалу все они приняли очертания нарт, собак и людей, плашмя лежавших на нартах.</p>
     <p>— Впереди Волчий Клык! — шепнул лейтенант полиции Джой Молино.</p>
     <p>Она ответила ему улыбкой, не тая своего интереса.</p>
     <p>— Десять против одного за Харрингтона! — воскликнул какой-то король Березового ручья, вытаскивая свой мешочек с золотом.</p>
     <p>— Королева… она не очень щедро платит вам? — спросила Джой Молино лейтенанта.</p>
     <p>Тот покачал головой.</p>
     <p>— Есть у вас зольотой песок? Как много? — не унималась Джой.</p>
     <p>Лейтенант развязал свой мешочек. Одним взглядом она оценила его содержимое.</p>
     <p>— Пожалуй, тут… да, сотни две тут будет, верно? Хорошо, сейчас я дам вам… как это… подсказка. Принимайте пари. — Она загадочно улыбнулась.</p>
     <p>Лейтенант колебался. Он взглянул на реку. Оба передних гонщика, стоя на коленях, яростно нахлестывали собак, Харрингтон шел первым.</p>
     <p>— Десять против одного за Харрингтона! — орал король Березового ручья, размахивая своим мешочком перед носом лейтенанта.</p>
     <p>— Принимайте пари! — подзадоривала лейтенанта Джой.</p>
     <p>Он повиновался, пожав плечами в знак того, что уступает не голосу рассудка, а ее чарам. Джой ободряюще кивнула.</p>
     <p>Шум стих. Ставки прекратились.</p>
     <p>Накреняясь, подскакивая, ныряя, словно утлые парусники в бурю, нарты бешено мчались к ним. Луи Савой все еще не отставал от Харрингтона, но лицо его было мрачно: надежда покинула его. Харрингтон не смотрел ни вправо, ни влево. Рот его был плотно сжат. Его собаки бежали ровно, ни на секунду не сбиваясь с ритма, ни на йоту не отклоняясь от пути, а Волчий Клык был поистине великолепен. Низко опустив голову, ничего не видя вокруг и глухо подвывая, вел он своих товарищей вперед.</p>
     <p>Сороковая Миля затаила дыхание. Слышен был только хрип собак да свист бичей.</p>
     <p>Внезапно звонкий голос Джой Молино нарушил тишину:</p>
     <p>— Эй-эй! Вольчий Клык! Вольчий Клык!</p>
     <p>Волчий Клык услыхал. Он резко свернул в сторону — прямо к своей хозяйке. Вся упряжка ринулась за ним, нарты накренились и, став на один полоз, выбросили Харрингтона в снег. Луи Савой вихрем пролетел мимо. Харрингтон поднялся на ноги и увидел, что его соперник мчится через реку к приисковой конторе. В эту минуту он невольно услышал разговор у себя за спиной.</p>
     <p>— Он? Да, он очень хорошо шел, — говорила Джой Молино лейтенанту. — Он… как это говорится… задал темп. О да, он отлично задал темп.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Там, где кончается радуга</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Было две причины, в силу которых Малыш из Монтаны сбросил свои кожаные ковбойские штаны да мексиканские шпоры и отряс с ног своих пыль айдахских ранчо. Во-первых, это случилось потому, что степенная, трезвая и морально устойчивая цивилизация, докатившаяся до скотоводческих ранчо Запада, искоренила первобытную непосредственность их обитателей, и облагороженное общество с холодным неодобрением взирало на подвиги Малыша и ему подобных. Во-вторых, потому, что в один из моментов невероятного подъема цивилизованная раса взяла и перенесла свою границу на несколько тысяч миль севернее, и таким образом зрелое общество, проявив бессознательную предусмотрительность, предоставило обширное поле деятельности для своего подрастающего поколения. Почти вся новая территория была, правда, бесплодной, но все же несколько сотен тысяч квадратных миль вечной мерзлоты давали по крайней мере возможность свободно вздохнуть тем, кто задыхался дома.</p>
      <p>Одним из них был Малыш из Монтаны. Направляясь к побережью, он проявил изрядную поспешность, которую, по-видимому, могли объяснить следовавшие за ним по пятам помощники шерифа. Благодаря скорее нахальству, чем наличию звонкой монеты, ему посчастливилось попасть на корабль в одном из портов залива Пьюджет Саунд и выжить после морокой болезни и отвратительной пищи, выпадающих на долю палубных пассажиров.</p>
      <p>Он весь пожелтел и был измотан, но по-прежнему неукротим, когда одним весенним днем высадился в Дайе. Осведомившись о ценах на собак, провиант и снаряжение и узнав о таможенных вымогательствах двух соперничающих правительств,<a l:href="#n_652" type="note">[652]</a> он быстро сообразил, что Север является чем угодно, но только не Меккой для бедняка. И стал искать ту самую благодатную почву, на которой быстро и без труда можно было бы вырастить богатый урожай.</p>
      <p>Между побережьем и перевалами скопилось несколько тысяч ревностных пилигримов. Этих-то пилигримов и взялся обрабатывать Малыш. Для начала он открыл игорный дом в хижине, сколоченной из сосновых досок. Но вскоре неприятности заставили его прикрыть лавочку и навострить лыжи. Потом он скупил подковные гвозди и пустил их в обращение наряду с законным платежным средством, придав каждой четверке гвоздей покупательную способность одного доллара, пока вдруг не прибыло около сотни бочек гвоздей, что подорвало коммерцию и вынудило его с убытком продать свои запасы.</p>
      <p>После этого он обосновался в Шип Кэмпе, буквально за день сколотил из носильщиков артель и поднял стоимость переноски каждого фунта груза на десять центов. В знак благодарности носильщики охотно посещали его заведение, где играли в фараон и рулетку; там их так же охотно принимали и жульническим путем лишали заработанных денег. Но вскоре он со своими делишками стал невыносим. И вот однажды ночью носильщики ворвались к Малышу в хижину, подожгли ее, поделили банк и отправили его в путь-дорожку с пустыми карманами.</p>
      <p>Неудачи преследовали Малыша. Он договорился с некими субъектами относительно переброски спиртного через границу по нехоженым тропам, но потерял своих проводников-индейцев, и первая же партия товара попала в руки конной полиции. Множество других неприятностей ожесточило его и ввергло в такое буйство, что в течение двадцати четырех часов он наводил ужас на обитателей поселка у озера Беннет, отмечая свое прибытие туда. Но потом золотоискатели собрались с духом и, навалившись на него всем скопом, приказали ему убираться, пока цел. Малыш уважал подобные скопища и не замедлил подчиниться, притом с такой поспешностью, что нечаянно вскочил в чужую собачью упряжку. Это было равносильно конокрадству в краях с более умеренным климатом, поэтому Малыш гнал во весь опор, пересек, избегая людных мест, Беннет, спустился вниз по Тагишу и сделал первый привал, лишь отмахав не менее сотни миль к северу.</p>
      <p>А тут как раз пришла весна, и многие из именитых граждан Доусона по последнему льду двинулись на юг. Встречаясь и беседуя с ними, Малыш запоминал их имена и имущественное положение. У него была хорошая память и богатое воображение; что же касается правдивости, то она не входила в число его добродетелей</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Жители Доусона всегда с нетерпением ожидали новостей. Завидев сани Малыша, несущиеся вниз по Юкону, они высыпали на лед, чтобы встретить его.</p>
      <p>Нет, газет у него нет, он не знает, повешен ли уже Дюран и кто выиграл матч в день Благодарения; он не слышал, началась ли война между Соединенными Штатами и Испанией,<a l:href="#n_653" type="note">[653]</a> он понятия не имеет, кто такой Дрейфус.<a l:href="#n_654" type="note">[654]</a> О'Брайен?.. Неужели они ничего не слышали? О'Брайен утонул на Уайтхорсе; из всей партии спасся только Ситка Чарли. Джо Лэдью? Отморозил обе ноги, и ему ампутировали их в Файв Фингерз. Джек Дэлтон? Погиб со своими ребятами во время взрыва котла на пароходе «Морской Лев». Беттлз? Попал в кораблекрушение на «Картаджине», в Сеймурском проходе, из трехсот пассажиров спаслось только двадцать. Билл из Свифтуотера? Провалился под лед на озере Ла-Барж вместе с шестью певичками из «Оперы», которых сопровождал. Губернатор Уолш? Пропал без вести вместе со своими спутниками и восемью санями на Тридцатой Миле. Деверо? А кто такой Деверо? А, курьер! Застрелен индейцами на озере Марш.</p>
      <p>И тут началось. Новости передавались из уст в уста. Мужчины теснились вокруг Малыша, расспрашивая о своих друзьях и компаньонах. Когда их вытесняли другие, они молчали, слишком ошеломленные, чтобы ругаться. К тому времени, когда Малыш из Монтаны дошел до берега, его уже окружило несколько сотен закутанных в меха золотоискателей. Когда он проходил Казармы, то был уже во главе огромной процессии. У «Оперы» его окружила возбужденная толпа, причем все рвались к нему, чтобы расспросить о товарищах. И каждый приглашал его выпить. Никогда еще Клондайк так широко не раскрывал объятий, встречая чечако.</p>
      <p>Доусон бурлил. Никогда еще за всю его историю не случалось столько несчастий разом. Погибли все более или менее заметные личности, отправившиеся весной на юг. Народ высыпал из своих хижин. С ручьев и из ущелий прибегали люди и в тревоге разыскивали человека, который рассказал обо всех этих несчастьях. Безутешная жена Беттлза, в жилах которой была половина русской крови, сидела у очага, раскачиваясь взад и вперед и посыпая белым пеплом свои черные как смоль волосы. Над Казармами мрачно хлопал приспущенный флаг. Доусон оплакивал своих покойников.</p>
      <p>Ничем не объяснить, почему Малыш затеял все это. Разве только тем, что просто уж он уродился таким вралем. Пять дней он сеял семена горя и отчаяния и целых пять дней был в центре внимания всего Клондайка. В лучших домах городка ему предлагали кров и стол. В салунах его ожидала бесплатная выпивка. Перед ним заискивали. Высшие чиновники лично посещали его, надеясь получить новые сведения. Константайн и другие офицеры устроили в честь Малыша прием в Казармах.</p>
      <p>Но вот в один прекрасный день правительственный курьер Деверо остановил усталых собак перед конторой приискового инспектора. Умер? Да кто это выдумал? Дайте ему кусок жареного лосиного мяса, и он покажет им, какой он мертвый. Что? Да губернатор Уолш в лагере у Литл-Салмон, а О’Брайен собирается прибыть сюда с первой же водой. Умер? Дайте ему кусок мяса, и он покажет им.</p>
      <p>И Доусон снова загудел. Флаг над Казармами взвился на верхушку мачты, а жена Беттлза умылась и вырядилась в новое платье. Общество тонко намекнуло, что Малышу хорошо бы испариться и не портить пейзажа. И Малыш испарился, причем, по обыкновению, на чужой упряжке.</p>
      <p>Доусон ликовал, когда он понесся вниз по Юкону, и желал ему счастливо добраться туда, куда в конце концов попадают закоснелые грешники. Минутой позже владелец собак спохватился, побежал жаловаться Константайну, и тот выделил ему в помощь полицейского.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Малыш из Монтаны спешил в Серкл. Под полозьями крошился последний лед. Воспользовавшись тем, что дни стали длиннее, он гнал собак с раннего утра до поздней ночи. Он почти не сомневался, что владелец упряжки преследует его по пятам, и хотел достичь американской территории до того, как тронется лед. На третий день стало ясно, что он проиграл эту гонку с весной. Юкон напрягался, готовясь сбросить с себя ледяные оковы. Приходилось делать большие крюки, потому что дорогу часто преграждали большие полыньи и разводья, в которых бурлила вода. Лед ходил ходуном, с громом раскалывался и расходился. Сквозь трещины и бесчисленные полыньи хлестала вода и заливала поверхность льда. Когда Малыш подъезжал к избушке лесорубов, стоявшей на краю какого-то острова, собаки совсем выбились из сил и скорее плыли, чем бежали. Обитатели избушки приветствовали его с кислым видом, но он распряг собак и принялся готовить еду.</p>
      <p>Дональд и Дэйви являли собой типичный пример никчемных людей, какие встречаются в северных краях. Уроженцы Канады, горожане шотландского происхождения, они необдуманно оставили свои конторки, взяли со счета свои сбережения и отправились искать золото в Клондайк. И теперь, хлебнув горя, они узнали Север без романтического покрова.</p>
      <p>Голодные, павшие духом, тоскующие по родине, они подрядились заготавливать дрова для пароходов Компании Тихоокеанского побережья, и им обещали по окончании работы обеспечить бесплатный проезд домой. Не учитывая возможности ледохода, они и тут показали свою никчемность, выбрав для жилья этот остров. Даже Малыш, имевший смутное представление о ледоломе на большой реке, осмотрелся с сомнением и стал бросать завистливые взгляды на дальний берег, высокие утесы которого сулили защиту от всех льдов Севера.</p>
      <p>Поев и накормив собак, он закурил трубку и вышел из хижины, чтобы ознакомиться с обстановкой. Этот остров, как и прочие его речные братья, возвышался к восточной оконечности, и именно здесь Дональд и Дэйви построили свою хижину и сложили много штабелей дров. Дальний берег лежал в миле от острова, тогда как между ближним берегом и островом протекала протока ярдов в сто шириной. Малыш испытывал искушение взять собак и бежать с острова, но, вглядевшись пристальней, он обнаружил, что по льду стремительно несся поток воды. Ниже по течению река поворачивала резко на запад, и на этой излучине виднелось множество островков.</p>
      <p>«Вон там и будет затор», — подумал Малыш.</p>
      <p>Полдюжины упряжек, направлявшихся, очевидно, к Доусону, плескаясь в ледяной воде, приближались к островной косе. Езда по реке была уже не только опасной, она стала почти невозможной, и путешественники едва выбрались на тропу, ведущую к избушке дровосеков. Один из вновь прибывших совсем ослеп от снега и беспомощно волочился за санями. Это были крепкие молодые ребята, в грубых одеяниях, усталые, однако Малыш, встречавший подобного рода людей и раньше, сразу понял, что они — не его поля ягода.</p>
      <p>— Хэлло! Как там дорога на Доусон? — спросил у Малыша передний, скользнув взглядом по Дональду и Дэйви.</p>
      <p>Встреча в такой глуши обычно не сопровождается церемониями. Разговор вскоре стал общим, все обменивались новостями о том, что происходило в верховьях и низовьях Юкона. Но красноречие приехавших вскоре иссякло, потому что они зимовали в Минуке, на тысячу миль ниже по течению, где вообще ничего не случалось. Малыш, напротив, недавно прибыл с берега океана, и они, разбив лагерь, забросали его вопросами о мире, от которого были отрезаны в течение двенадцати месяцев.</p>
      <p>Вдруг страшный скрежет покрыл рев реки. Все бросились на берег. Вода быстро прибывала и, давя на лед сверху и снизу, отрывала его от берега. Льдины ломались прямо на глазах, и в воздухе стоял непрерывный треск, сухой и резкий, как перестрелка в ясный морозный день.</p>
      <p>Со стороны Доусона два человека гнали собачью упряжку по свободной от воды полоске льда. Они с ходу врезались в мчавшийся по льду поток воды и стали барахтаться в нем. Льдина, на которой они находились мгновением раньше, раскололась и вздыбилась. В пролом хлынула вода и залила их до самого пояса, накрыла сани и потащила запутавшихся в упряжи собак. Люди остановились, чтобы помочь собакам. Они торопливо шарили под водой сведенными от стужи руками, рубя ножами постромки. Затем они стали пробиваться сквозь бушующий поток воды и мелкого льда к берегу, перепрыгивая с одной льдины на другую. К ним уже спешил Малыш из Монтаны.</p>
      <p>— Черт побери, да это же Малыш! — воскликнул человек, которого Малыш вытащил на берег и поставил на ноги. На нем был красный мундир конной полиции. Он насмешливо поднял руку, отдавая честь.</p>
      <p>— У меня есть ордер на ваш арест, Малыш, — продолжал он, вытаскивая измочаленную бумажонку из нагрудного кармана. — Надеюсь, что вы будете вести себя спокойно.</p>
      <p>Малыш посмотрел на беснующуюся реку и пожал плечами, а полицейский, проследив его взгляд, осклабился.</p>
      <p>— Где собаки? — спросил его спутник.</p>
      <p>— Джентльмены, — перебил его полицейский, — это мой товарищ, его зовут Джек Сазерленд, он владелец двадцать второго участка на Эльдорадо…</p>
      <p>— Уж не тот ли Сазерленд, который окончил университет в девяносто втором году? — перебил его ослепший от снега человек из Минука, направившись к нему неверными шагами.</p>
      <p>— Он самый. — Сазерленд пожал ему руку. — А кто вы?</p>
      <p>— О, я окончил гораздо позже, но я помню вас еще с первого курса. Вы тогда уже писали диссертацию. Ребята! — позвал он, полуобернувшись. — Это Сазерленд, Джек Сазерленд. Когда-то он был защитником в университетской сборной. А ну, подходите, золотоискатели, знакомьтесь! Сазерленд, это Гринвич, играл полусреднего два сезона тому назад.</p>
      <p>— Да, я читал об этой игре, — сказал Сазерленд, пожимая руку. — И я помню, как вы нажимали, чтобы забить первый гол.</p>
      <p>Сквозь дубленую кожу Гринвича проступил темный румянец. Он неуклюже отступил, чтобы пропустить вперед другого товарища.</p>
      <p>— А это Мэттьюз, кончил Беркли. Тут у нас есть еще и восточные красавчики, они тоже здесь околачиваются. Идите сюда, принстонцы! Знакомьтесь, Сазерленд, Джек Сазерленд!</p>
      <p>Они окружили его плотным кольцом, повели в лагерь, снабдили сухой одеждой и влили в него множество кружек крепкого чая.</p>
      <p>Дональд и Дэйви, на которых никто не обращал внимания, вернулись в избушку и засели за еженощную игру в крибедж. Малыш с полицейским вошли следом за ними.</p>
      <p>— А теперь переоденься в сухое, — сказал Малыш, доставая из мешка свои нехитрые пожитки. — Думаю, тебе придется даже спать со мной.</p>
      <p>— Да ты, я вижу, парень неплохой, — сказал полицейский, натягивая носки Малыша. — Жаль, да ничего не поделаешь. Я должен доставить тебя обратно в Доусон. На одно надеюсь: может, они с тобой не слишком круто обойдутся.</p>
      <p>— Это будет нескоро. — Загадочная усмешка скривила губы Малыша. — Пока мы еще сидим на месте. И если уж я стронусь с места, то вниз по течению. Боюсь, что и тебе того же не миновать.</p>
      <p>— Я пока не сошел с ума.</p>
      <p>— Выйдем-ка отсюда, я покажу тебе кое-что. Эти идиоты, — Малыш ткнул большим пальцем через плечо в сторону двух шотландцев, — сваляли дурака, поселившись здесь. Набей сначала трубку. Это хороший табак. Кури, пока есть время. Теперь не очень раскуришься.</p>
      <p>Малыш вместе с удивленным полицейским вышел из избушки. Дональд и Дэйви бросили карты и последовали за ними. Люди из Минука, заметив, что Малыш показывает на что-то, подошли поближе.</p>
      <p>— Что случилось? — спросил Сазерленд.</p>
      <p>— Ничего особенного, — небрежно произнес Малыш. — Просто заваривается каша, которой не расхлебать. Поглядите на ту излучину. Вот где будет затор. И там, вверх по реке, тоже будет затор. Миллионы тонн льда наворотит. Сначала прорвет вверху, а внизу затор останется и тогда… рраз!</p>
      <p>Он выразительно махнул рукой, как бы стирая остров с лица земли.</p>
      <p>— Миллионы тонн, — добавил он задумчиво.</p>
      <p>— А что будет с дровами? — спросил Дэйви.</p>
      <p>Малыш повторил свой жест, и Дэйви завопил:</p>
      <p>— Столько месяцев трудились! Не может быть! Нет, нет, парень, этого не может быть! Это шутка. Ну, скажи, скажи, что это шутка! — умолял он.</p>
      <p>Но Малыш только усмехнулся и, повернувшись, пошел прочь, а Дэйви вскочил на поленницу и в неистовстве стал отбрасывать дрова подальше от берега.</p>
      <p>— Помоги, Дональд! — кричал он. — Неужели ты не можешь помочь? Ведь мы столько работали! И как мы теперь попадем домой!</p>
      <p>Дональд схватил его за руку и стал трясти, но тот вырвался.</p>
      <p>— Разве ты не слышал? Миллионы тонн, они сметут начисто весь остров.</p>
      <p>— Возьми себя в руки, приятель, — сказал Дональд. — Ты просто немного расстроен.</p>
      <p>Дэйви упал ничком на дрова. Дональд крадучись вернулся в избушку, пристегнул два пояса с деньгами, свой и Дэйви, и побежал к самой высокой части острова, где стояла огромная сосна, возвышавшаяся над другими деревьями.</p>
      <p>Люди у избушки слышали, как звенит его топор, и усмехались. Гринвич вернулся с другой стороны острова и доложил, что они отрезаны. Перейти протоку было невозможно. Слепой из Минука затянул песню, а остальные подхватили.</p>
      <poem>
       <stanza>
        <v>Скажи мне: правда ли это?</v>
        <v>Жду от тебя я ответа.</v>
        <v>Кажется мне, что он врет.</v>
        <v>Скажи мне: правда ли это?</v>
       </stanza>
      </poem>
      <p>— Так шутить грешно, — стонал Дэйви, подняв голову и наблюдая, как они приплясывают под косыми лучами солнца. — И мои дрова пропадут.</p>
      <p>«Скажи мне, правда ли это?» — слышалось ему в ответ.</p>
      <p>Шум на реке неожиданно прекратился. Наступила странная тишина. Вода быстро и бесшумно поднялась футов на двадцать, отрывая лед от берега. Громадные белые глыбы стали мягко тереться о кромку берега. Низкая часть острова была уже затоплена. Затем течение легко понесло лед. По мере того, как убыстрялось его движение, возрастал шум, и вскоре весь остров сотрясался и вздрагивал от ударов ломающихся льдин. Притиснутые к берегу тяжеленные глыбы весом в сотни тонн взлетали в воздух, как горошины.</p>
      <p>Ледяное столпотворение усилилось, и, чтобы услышать друг друга, людям приходилось кричать. Временами с боковой протоки доносился грохот, покрывавший речной шум. Остров содрогнулся от соприкосновения с громадной льдиной. Она выползла на берег, стесав под корень десяток сосен, потом, ворочаясь из стороны в сторону, подняла свое грязное основание и навалилась на избушку, срезав, словно гигантский нож, часть берега и деревья. Казалось, льдина только слегка задела угол избушки, но бревна легко, как спички, вышли из пазов, и вся постройка развалилась, словно карточный домик.</p>
      <p>— Какая работа пропала! Как мы теперь попадем домой! — вопил Дэйви. Малыш и полицейский стаскивали его с поленницы.</p>
      <p>— Всему свое время. Попадешь куда надо, — проворчал полицейский, дав ему затрещину и отшвырнув подальше от опасного места.</p>
      <p>С верхушки сосны Дональд увидел, как ледяная глыба смахнула дрова и понеслась по течению. Как бы насытившись разрушениями, вода со льдом быстро спала до прежнего уровня и стала замедлять свой бег. Шум тоже немного поутих, и все услышали Дональда, который кричал со своего насеста, чтобы они посмотрели вниз по течению. Как и следовало ожидать, у островков на повороте начал образовываться затор, лед громоздился в большой барьер, протянувшийся от берега до берега. Река стала.</p>
      <p>Вода прибывала до тех пор, пока не покрыла весь остров. Люди были уже по колено в воде, а собаки плыли к развалинам избушки. Тут вода вдруг остановилась, и уже не было заметно, чтобы она поднималась или опускалась.</p>
      <p>Малыш покачал головой.</p>
      <p>— Наверху тоже затор, потому вода и не прибывает.</p>
      <p>— Теперь все дело в том, какой затор прорвет прежде, — добавил Сазерленд.</p>
      <p>— Точно, — подтвердил Малыш. — Если верхний затор прорвет первым, нам крышка. Все сметет.</p>
      <p>Люди из Минука молча отвернулись, но вскоре в тишине поплыли звуки «Эй, Рамски», а потом «Оранжевого и черного». Малыш и полицейский присоединились к певшим, быстро схватывая мотивы все новых и новых песен.</p>
      <p>— Дональд, ну почему ты не хочешь помочь?</p>
      <p>Дэйви рыдал у подножия дерева, на которое вскарабкался его товарищ.</p>
      <p>— О Дональд, почему ты не поможешь мне? — умолял Дэйви. Он тщетно пытался вскарабкаться по скользкому стволу, руки его кровоточили.</p>
      <p>Но Дональд, не отрываясь, смотрел на верхний затор и вдруг дрожащим от страха голосом закричал:</p>
      <p>— Господи, вот оно…</p>
      <p>Стоя по колена в ледяной воде, люди из Минука, Малыш и полицейский взялись за руки и запели во весь голос грозный «Боевой гимн республики».<a l:href="#n_655" type="note">[655]</a> Но слова его потонули в налетевшем реве.</p>
      <p>И тут Дональду довелось стать свидетелем зрелища, увидеть которое и остаться в живых не может никто. Белая стена обрушилась на остров. Деревья, люди, собаки были сметены, как будто десница господня прошлась по лику природы. Дональд видел все это, потом высокий насест качнулся, и его с силой швырнуло в ледяной ад.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Женское презрение</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Случилось так, что пути Фреды и миссис Эппингуэлл сошлись. Надо сказать, что Фреда была молодая танцовщица, гречанка, точнее, она хотела, чтобы ее считали гречанкой, но для многих вопрос об ее происхождении оставался нерешенным, так как классические черты Фреды казались слишком энергичными, а в иные, правда, редкие, минуты в глазах ее вспыхивали дьявольские огни, что вызывало еще больше сомнений в ее национальности. Лишь немногие — да и то лишь мужчины — удостоились видеть эти огни, но тот, кто видел, уже не забудет их до конца жизни. Сама Фреда ничего не рассказывала о себе, и когда она была спокойна, и вправду казалось, будто есть в ней что-то эллинское. Во всем крае от Чилкута до Сент-Майкла не было мехов более роскошных, чем у Фреды, и ее имя не сходило с мужских уст. А миссис Эппингуэлл была женой капитана, тоже звездой первой величины, и орбита ее охватывала самое избранное общество Доусона — общество тех, кого непосвященные прозвали «службистами». Ситка Чарли однажды путешествовал на собаках вместе с миссис Эппингуэлл — в год жестокого голода, когда жизнь человека стоила дешевле чашки муки, — и он ставил эту женщину выше всех других. Ситка Чарли был индеец; он судил со своей, примитивной точки зрения; но в поселках, расположенных неподалеку от Полярного круга, слову его верили и приговор его не оспаривали.</p>
      <p>Обе женщины были неотразимыми завоевательницами и покорительницами мужчин — каждая в своем роде. Миссис Эппингуэлл правила в своем собственном доме, в Казармах, набитых младшими сыновьями знатных семейств, а также в высших кругах полиции, администрации и суда. Фреда правила в городе; но мужчины, подвластные ей, были все те же, кого миссис Эппингуэлл поила чаем и кормила консервами в своем бревенчатом доме на склоне холма. Эти две женщины были так же далеки одна от другой, как Северный полюс от Южного; и хотя они, вероятно, кое-что слышали друг о друге, а может быть, и хотели узнать побольше, но никогда не высказывали своего желания. И жизнь текла бы спокойно, если бы не появилось новое лицо — некая очаровательная экс-натурщица, прибывшая в Доусон по первому льду на превосходных собаках и в ореоле космополитической известности. Венгерка со звучным и нашумевшим именем Лорэн Лиснаи ускорила начало сражения, и по ее вине миссис Эппингуэлл спустилась со склона и проникла во владения Фреды, а Фреда со своей стороны покинула город, чтобы посеять смятение и замешательство на губернаторском балу.</p>
      <p>События эти для Клондайка — пожалуй, уже история, но лишь очень немногие в Доусоне знали их подоплеку; а кто не знал, тот не мог понять до конца ни жену капитана, ни гречанку-танцовщицу. И если теперь все имеют возможность оценить их по достоинству, то это заслуга Ситки Чарли. Главные факты предлагаемого повествования записаны с его слов. Трудно допустить, что сама Фреда удостоила бы своей откровенностью какого-то бумагомарателя или что миссис Эппингуэлл соблаговолила бы рассказать о том, что произошло. Возможно, конечно, но маловероятно.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>По-видимому, Флойд Вандерлип был сильным человеком; судя по рассказам о первых годах его жизни, его не смущали ни тяжелая работа, ни грубая пища. В опасности он был настоящий лев, и когда ему однажды пришлось сдерживать натиск пяти сотен изголодавшихся людей, он смотрел на сверкающий прицел своего ружья с таким хладнокровием, какое мало кто способен сохранить в подобную минуту. Была у него одна слабость, но, порожденная, в сущности, избытком силы, она, следовательно, вовсе не была слабостью. Все свойства его характера были ярко выражены, но плохо уравновешены. И вот получилось так, что хотя Флойд Вандерлип был от природы влюбчив, но влюбчивость дремала в нем в течение всех тех лет, когда он питался только олениной и вяленой рыбой и рыскал по обледенелый хребтам в поисках сказочных золотых россыпей. Когда он наконец поставил заявочный столб и центральные вехи на одном из богатейших золотоносных участков Клондайка, влюбчивость его стала просыпаться; когда же он занял надлежащее место в обществе как всеми признанный король Бонанзы, она проснулась совсем и овладела им. И тут он внезапно вспомнил об одной девушке, оставшейся в Соединенных Штатах, и проникся уверенностью, что она его ждет и что жена — очень приятное приобретение для мужчины, который живет за шестьдесят третьим градусом северной широты. Итак, он сочинил надлежащее послание, приложил к нему аккредитив на сумму, достаточную для покрытия всех расходов невесты, включая покупку приданого и содержание компаньонки, и послал все это в адрес некоей Флосси. Флосси? Нетрудно было догадаться, что она собой представляет! Так или иначе, послав письмо, он выстроил удобный домик на своем участке, купил дом в Доусоне и сообщил знакомым о том, что скоро женится.</p>
      <p>Тут-то и сказалась неуравновешенность Флойда. Ждать невесту было скучно, а его так долго дремавшее сердце не соглашалось ни на какие отсрочки. Флосси должна была скоро приехать, но Лорэн Лиснаи уже приехала. И дело заключалось не только в том, что Лорэн Лиснаи уже приехала, но и в том, что ее международная известность несколько поизносилась и Лорэн была теперь уже не так молода, как в те времена, когда позировала в студиях венценосных художниц-любительниц, а кардиналы и принцы оставляли в ее передней свои визитные карточки. Да и денежные ее дела были расстроены. Пожив в свое время полной жизнью, она теперь задумала атаковать какого-нибудь короля Бонанзы, чье богатство было бы так велико, что не укладывалось в шестизначное число. Как заслуженный вояка, устав от долгих лет службы, ищет спокойного местечка, так и она приехала на Север, чтобы выйти замуж. И вот однажды она бросила взгляд на Флойда Вандерлипа, когда он покупал для Флосси столовое белье в лавке Компании Тихоокеанского побережья, и этот взгляд сразу все и решил.</p>
      <p>Холостяку прощают многое такое, что общество немедленно поставит ему на вид, если он опрометчиво свяжет себя семейными узами. Так случилось и с Флойдом Вандерлипом. Скоро должна была приехать Флосси, и потому, когда Лорэн Лиснаи промчалась по главной улице на его собаках, это вызвало разговоры. Когда же в Доусоне появилась некая журналистка — корреспондент газеты «Канзас-сити Стар», Лорэн ее сопровождала и видела, как та фотографирует золотые прииски Вандерлипа на речке Бонанзе и как рождается очерк на шесть газетных столбцов. В те дни обеих дам угощали царскими обедами в доме, выстроенном для Флосси, за столом, который был покрыт скатертью, купленной для Флосси. Начались визиты, прогулки, пирушки, кстати сказать, ничуть не выходившие из рамок благопристойности, и вот мужчины начали резко осуждать все это, а женщины ехидствовать. Только миссис Эппингуэлл ничего не хотела слышать. До нее, правда, доходил отдаленный гул сплетен, но она была склонна верить хорошим отзывам о людях и не слушать дурных, а потому и не обращала внимания на пересуды.</p>
      <p>Иное дело — Фреда. У нее не было оснований жалеть мужчин, но в силу каких-то причуд сердце ее тянулось к женщинам… к женщинам, жалеть которых у нее было еще меньше оснований. И вот сердце Фреды потянулось к Флосси, уже начавшей свой долгий путь на суровый Север, где ее, быть может, и не ждали больше. Застенчивая, привязчивая девушка, с хорошенькими пухлыми губками немного вялого рта, с пушистыми светлыми волосами, с глазами, в которых сияло непритязательное веселье и бесхитростная радость жизни, — вот какой Фреда рисовала себе Флосси. Но ей представлялась и другая Флосси — с посиневшим от мороза, укутанным до самых глаз лицом, устало бредущая за собаками. И вот однажды во время танца Фреда улыбнулась Флойду Вандердипу.</p>
      <p>Немного найдется на свете мужчин, которых не взволновала бы улыбка Фреды. И Флойд Вандерлип не принадлежал к их числу. Благосклонность очаровательной экс-натурщицы Лорэн Лиснаи заставила его взглянуть на себя по-новому, а расположение гречанки-танцовщицы подтвердило эту переоценку, — он почувствовал себя «интересным мужчиной». Очевидно, думал он, у него есть какие-то глубоко скрытые достоинства, и обе женщины подметили их. Сам Флойд хорошенько не знал, что это за тайные достоинства, но у него было смутное ощущение, что они существуют, и вот он возгордился. Мужчина, способный заинтересовать двух таких женщин, не может быть заурядным человеком. Когда-нибудь на досуге он попробует разобраться в этих своих достоинствах, думал он, но пока он просто возьмет то, что ему даруют боги. И тут в голове у Флойда закопошилась мелкая мыслишка: да чем же, черт побери, приглянулась ему Флосси? И он стал горько раскаиваться в том, что вызвал ее. Конечно, о женитьбе на Фреде не может быть и речи. Прииски его — самые богатые на Бонанзе, он занимает видное положение в обществе и несет перед ним некоторую ответственность за свои поступки. А вот Лорэн Лиснаи — это как раз такая женщина, какая ему нужна. Она когда-то жила широко; она может стать достойной хозяйкой его дома и придать блеск его долларам.</p>
      <p>Но Фреда улыбнулась ему и продолжала улыбаться, и он стал проводить много времени в ее обществе. И вот в один прекрасный день она тоже пронеслась по главной улице на его собаках, а экс-натурщица призадумалась и во время следующей встречи с Флойдом Вандерлипом ослепила его рассказами о своих принцах и кардиналах и разных случаях из придворной жизни, действующими лицами в которых были короли, аристократы и она сама. Кроме того, она показала ему письма на элегантной бумаге, которые начинались обращением «Моя милая Лорэн», кончались словами «любящая Вас» и были подписаны именем некоей ныне здравствующей и царствующей королевы. А он в душе удивлялся, как это столь высокая особа снисходит до того, чтобы потратить хоть минуту на разговоры с ним. Но она вела игру умно, сравнивала его со всеми этими знатными призраками, которые по большей, части были плодом ее воображения, и сравнивала так, что сравнения оказывались в его пользу, а у Флойда Вандерлипа голова шла кругом от восхищения самим собой и снисходительной жалости ко всему миру, который так долго не замечал его достоинств. Фреда действовала более искусно. Если она кому-нибудь льстила, никто об этом не догадывался. Если ей приходилось унижаться, никто не замечал ее унижения. Если мужчина чувствовал ее благосклонность, то это чувство внушалось ему так тонко, что он при всем желании не мог бы сказать, почему и как оно возникло. Итак, Фреда все больше завораживала Флойда Вандерлипа и каждый день каталась на его собаках.</p>
      <p>И тут-то миссис Эппингуэлл совершила ошибку. О Флойде Вандерлипе стали говорить все громче и определеннее, сплетая его имя с именем танцовщицы, и все это дошло до миссис Эппингуэлл. Она тоже представила себе, как Флосси теперь час за часом бредет в мокасинах по бесконечному пути, и вот Флойда Вандерлипа стали приглашать на чашку чая в дом на склоне холма, и приглашать часто. У него прямо дух захватило, и он опьянел от самолюбования. Никогда еще мужчина не становился жертвой подобного коварства. Три женщины— и какие женщины! — боролись за его душу, пока четвертая спешила предъявить свои права на нее.</p>
      <p>Впрочем, расскажем о миссис Эппингуэлл и ее ошибке. Миссис Эппингуэлл сначала осторожно поговорила обо всем с Ситкой Чарли, у которого гречанка однажды купила собак. Но миссис Эппингуэлл не называла имен. О женщине, которой увлекся Флойд Вандерлип, она сказала только: «Эта… э… ужасная особа». — а Ситка Чарли повторил: «Эта… э… ужасная особа», — подразумевая экс-натурщицу. И он согласился с миссис Эппингуэлл, что очень дурно со стороны женщины отбивать жениха у невесты.</p>
      <p>— Ведь она совсем девочка, Чарли, — сказала миссис Эппингуэлл, — наверное, очень молоденькая. И вот она приедет на чужбину и очутится тут совсем одна, без единого друга. Надо что-то предпринять.</p>
      <p>Ситка Чарли обещал помочь и ушел, раздумывая о том, что за скверная баба эта Лорэн Лиснаи и как благородны миссис Эппингуэлл и Фреда, если они принимают близкое участие в судьбе какой-то неведомой им Флосси.</p>
      <p>Надо сказать, что миссис Эппингуэлл была женщина с открытой душой. Ситка Чарли однажды шел с ней через Горы Молчания и потом прославил ее своими рассказами об ее ясном, испытующем взгляде, ясном, звучном голосе и совершенной искренности и прямоте. Губы ее как-то сами собой складывались для приказания, и она привыкла всегда говорить начистоту. Но с Флойдом Вандерлипом она на это не решалась, так как узнала ему цену; зато она не побоялась спуститься в город к Фреде. Она среди бела дня спустилась с холма и подошла к дому танцовщицы. Миссис Эппингуэлл и ее муж, капитан, стояли выше пустых пересудов. Она считала необходимым увидеть эту женщину своими глазами и по-говорить с нею и не находила в этом ничего зазорного. И вот она целых пять минут простояла в снегу, на шестидесятиградусном морозе, перед домом молодой гречанки, ведя переговоры с горничной, после чего получила удовольствие выслушать, что ее не впустят в этот дом, и вернулась к себе в гневе, переживая это оскорбление. «Кем она себя считает, эта женщина, что отказывается принять меня?» — спрашивала себя миссис Эппингуэлл. Можно было подумать, что они переменились ролями, что миссис Эппингуэлл — простая танцовщица, которую жена капитана не захотела принять. А ведь приди Фреда к ней на холм, — все равно с какой целью, — она, миссис Эппингуэлл, радушно приняла бы ее, и они посидели бы вместе у камина, как равная с равной, и поговорили бы по душам. Она нарушила общепринятые условности и унизила себя, но к подобным нарушениям она относилась не так, как другие женщины, которые жили внизу, в городе. А теперь ей было стыдно, что она сама подвергла себя такому посрамлению, и в душе она осуждала Фреду.</p>
      <p>Но Фреда этого не заслуживала. Миссис Эппингуэлл снизошла до встречи с ней, отщепенкой, а Фреда, строго соблюдавшая традиции своего прежнего положения, не допустила этой встречи. Она готова была боготворить такую женщину, как миссис Эппингуэлл, и не было бы для нее большей радости, чем принять ее в своем доме и посидеть с нею — просто посидеть, хоть часок, но она уважала миссис Эппингуэлл и уважала себя, хотя ее не уважал никто, — вот это и помешало ей уступить своему самому горячему желанию.</p>
      <p>Она еще не совсем опомнилась от недавнего визита миссис Мак-Фи, жены священника, обрушившейся на нее с целым вихрем увещеваний и угроз, и просто не могла представить себе, чем вызван визит жены капитана. Она не знала за собой никакой особенной провинности, и уж, конечно, женщина, стучавшаяся на этот раз в ее двери, не думала о спасении ее души. Так зачем же она приходила? Как ни велико было вполне законное любопытство Фреды, она ожесточилась сердцем и, гордая, как горды все те, кому гордиться нечем, теперь вся дрожала в своей комнате, как девушка после первой ласки возлюбленного. Если миссис Эппингуэлл страдала, поднимаясь к себе на гору, то и Фреда страдала, лежа ничком на кровати, с сухими глазами и пересохшими губами.</p>
      <p>Миссис Эппингуэлл хорошо знала человеческую природу. Она стремилась понять все. Ей было нетрудно отойти от мироощущения цивилизованных людей и посмотреть на вещи с точки зрения дикаря. Она понимала, что у голодного пса и голодающего человека есть нечто общее, и могла предугадать поступки того и другого в сходных обстоятельствах. Для нее женщина всегда оставалась женщиной, все равно, была ли она одета в царскую порфиру, или в отрепья нищенки; а Фреда была женщина. Миссис Эппингуэлл не удивилась бы, если бы ее впустили в дом танцовщицы и встретили, как равную; не удивилась бы и в том случае, если бы ее приняли с показной надменностью женщин, лишенных истинной гордости. Но то, что произошло, было неожиданно и неприятно. Значит, она не поняла точки зрения Фреды. И хорошо, что не поняла. Есть такие точки зрения, которые можно понять, лишь пройдя через тяжкие муки самоуничижения, и, конечно, лучше для мира, что женщины, подобные миссис Эппингуэлл, не могут понять все. Нельзя понять, что значит испачкаться, не погрузив руки в густой деготь, а он очень липкий; однако многие охотно проделывают этот эксперимент. Впрочем, все это несущественно, если не считать того, что миссис Эппингуэлл огорчилась, а молодая гречанка воспылала к ней еще большей любовью.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>И так все шло в течение месяца: миссис Эппингуэлл старалась уберечь Флойда Вандерлипа от чар греческой танцовщицы, пока не прибудет Флосси; Флосси преодолевала милю за милей своего томительного пути; Фреда изо всех сил боролась с экс-натурщицей; экс-натурщица напрягала каждый свой нерв, чтобы завладеть добычей; а Флойд Вандерлип, весьма довольный собой, сновал между ними, как челнок, воображая себя вторым Дон-Жуаном.</p>
      <p>Он сам был повинен в том, что Лорэн Лиснаи наконец подцепила его. Пути мужчины к сердцу женщины подчас настолько удивительны, что их нелегко понять; но пути женщины к сердцу мужчины уж вовсе непостижимы; а значит, неосторожен был бы пророк, осмелившийся предсказывать, как развернутся события в жизни Флойда Вандерлипа в течение ближайших суток. Быть может, он был увлечен экс-натурщицей потому, что она была красивым животным; быть может, она пленила его воображение своей болтовней о дворцах и принцах Старого Света; как бы там ни было, она ослепила Флойда Вандерлипа, жизнь которого сложилась в дикой глуши, и он наконец поддался на ее уговоры спуститься вместе с ней по Юкону и под шумок обвенчаться на Сороковой Миле. Придя к этому решению, он купил собак у Ситки Чарли — когда путешествует такая женщина, как Лорэн Лиснаи, одной упряжкой не обойдешься, — а затем уехал в верховья Бонанзы, чтобы сделать распоряжения по надзору за приисками на время своего отсутствия.</p>
      <p>Он объяснил, хотя довольно туманно, что собаки нужны ему для подвоза бревен с лесопилки к промывочным желобам, и тут-то Ситка Чарли и проявил свою смекалку. Он согласился достать собак к указанному числу; но как только Флойд Вандерлип отбыл в верховья Бонанзы, Чарли в большом волнении прибежал к Лорэн Лиснаи. Известно ли ей, куда уехал мистер Вандерлип? Он, Ситка Чарли, обязался поставить этому джентльмену большую партию собак к определенному числу, но бессовестный торговец немец Майерс заранее скупил всех собак и теперь придерживает их. Ему, Ситке Чарли, необходимо увидеться с мистером Вандерлипом и сообщить, что по вине бессовестного немца он на целую неделю запоздает с поставкой собак. Так она знает, куда он уехал? Вверх по Бонанзе? Прекрасно! Ситка Чарли немедленно бросится вдогонку и предупредит его, что, к сожалению, вышла задержка. Как она сказала? Собаки потребуются мистеру Вандерлипу в пятницу вечером? Их обязательно надо доставить к этому времени? Вот незадача! Но всему виной бессовестный немец; это он взвинтил цены. Они вскочили до пятидесяти долларов за собаку, и если Ситка купит их так дорого, он потерпит убыток. Ведь неизвестно, согласится ли мистер Вандерлип заплатить дороже, чем было условлено. Она уверена, что согласится? И, как друг мистера Вандерлипа, она даже сама доплатит разницу? Он ничего не будет иметь против? Очень любезно с ее стороны так защищать его интересы. Итак, в пятницу вечером? Прекрасно! Собаки будут.</p>
      <p>Час спустя Фреда узнала, что бегство влюбленных назначено на пятницу; узнала также, что Флойд Вандерлип уехал в верховья Бонанзы, а значит, руки у нее связаны. В пятницу утром приехал по льду Деверо, правительственный курьер, доставлявший депеши от губернатора. Вместе с депешами он привез вести о Флосси. Он проезжал мимо ее стоянки на Шестидесятой Миле, сказал он, люди и собаки в хорошем состоянии, и Флосси, несомненно, приедет в субботу. Услышав это, миссис Эппингуэлл почувствовала большое облегчение. Флойд Вандерлип сейчас далеко, в верховьях Бонанзы, думала она, и раньше, чем гречанка успеет снова завладеть им, его невеста будет уже здесь. Но в тот же день громадный сенбернар миссис Эппингуэлл, доблестно оборонявший переднее крыльцо, подвергся нападению десятка изголодавшихся в дороге, рыщущих в поисках пищи собак, которые сшибли его с ног. В течение полуминуты он был погребен под грудой косматых тел, пока его не высвободили двое здоровенных мужчин, вооруженных топорами. Промедли они хоть две минуты, сенбернар, вероятно, был бы разорван на куски и каждый из нападающих унес бы свою долю в брюхе, но дело обернулось иначе, и сенбернара успели только поранить. Призвали Ситку Чарли, и тому пришлось особенно повозиться с правой передней лапой, которая пробыла в чужой пасти на какую-то часть секунды дольше, чем было можно. Когда индеец перед уходом надевал рукавицы, разговор зашел о Флосси и, естественно, перекинулся на «эту… э… ужасную особу». Ситка Чарли случайно обмолвился, что она собирается нынче ночью уехать вниз по Юкону вместе с Флойдом Вандерлипом, и, кроме того, намекнул, что в это время года всякое может случиться в дороге.</p>
      <p>Тогда миссис Эппингуэлл начала осуждать Фреду еще суровее. Она написала записку и отправила ее Флойду Вандерлипу с посыльным, который должен был ждать адресата в устье Бонанзы. Другой посыльный с запиской от Фреды ждал его в том же стратегическом пункте. Итак, Флойд Вандерлип, лихо прокатившись на собаках вниз по Бонанзе при свете угасающего дня, получил обе записки сразу. Записку Фреды он разорвал. Нет, к Фреде он не поедет. В этот вечер он будет занят более важными делами. Кроме того, о Фреде вообще не может быть и речи. Но миссис Эппингуэлл! Он исполнит ее последнее желание — точнее, воспользуется последней возможностью исполнить ее желание — и встретится с нею на губернаторском балу, чтобы выслушать то, что она хочет ему сказать. Судя по тону записки, дело идет о чем-то очень важном, а вдруг… он мечтательно улыбнулся, но так и не додумал промелькнувшей мысли. Черт побери, ну и везет ему с женщинами! Швырнув на снег клочки записки, он погнал собак вскачь к своему дому. Бал был костюмированный. Флойд Вандерлип должен был извлечь костюм, который он надевал два месяца назад на балу в «Опере», надо было также побриться и поесть. Вот почему из всех заинтересованных лиц только он не знал о том, что Флосси уже совсем близко.</p>
      <p>— Пригони собак к проруби, что за больницей, ровно в полночь. Да смотри не подведи, — приказал он Ситке Чарли, который зашел доложить, что до полного комплекта не хватает только одной собаки, но и та будет доставлена примерно через час. — Вот мешок. А весы тут. Отвесь себе песку сам, сколько полагается, и не приставай ко мне. Мне нужно готовиться к балу.</p>
      <p>Ситка Чарли отвесил свое вознаграждение и удалился, унося с собой письмо к Лорэн Лиснаи, содержание которого, как он догадался, касалось встречи у проруби за больницей ровно в полночь.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Дважды посылала Фреда гонцов в Казармы, где танцы были уже в разгаре, и дважды они возвращались, не получив ответа. Тогда Фреда поступила так, как могла поступить лишь она, — закуталась в свои меха, надела маску и сама поехала на бал. Надо сказать, что у «службистов» был обычай — правда, не оригинальный, — который они соблюдали уже давно. Это был весьма мудрый обычай, так как он оберегал их жен и дочерей от нежелательных встреч и обеспечивал строгий отбор развлекающегося общества. Всякий раз, как устраивался маскарад, выбирали комиссию, единственной обязанностью которой было стоять у входной двери и заглядывать под маску каждого входящего без исключений. Мужчины обычно не стремились заниматься подобным делом, но всегда выбор падал как раз на тех, которые этого меньше всего хотели. Священник плохо знал в лицо горожан и недостаточно разбирался в их общественном положении, а потому не мог решить, кого можно впустить, а кого нельзя. Так же плохо были осведомлены и некоторые другие достойные джентльмены, которые ничего так не жаждали, как послужить обществу. Миссис Мак-Фи готова была даже рискнуть спасением своей души, чтобы попасть в эту комиссию, и однажды ей это удалось, но в тот вечер у нее под носом прошмыгнули три маски, которые успели натворить дел, раньше чем были разоблачены. После этого случая в комиссию стали выбирать только людей осмотрительных, хотя они соглашались крайне неохотно.</p>
      <p>В этот вечер у двери стоял Принс. На него нажали, и он еще не успел опомниться от удивления, что согласился занять этот пост, рискуя потерять половину своих друзей только для того, чтобы угодить другой половине. Трое-четверо из тех, кого он отказался впустить, были людьми, с которыми он познакомился на приисках или в дороге, и все они были славные ребята, хоть и не совсем подходящие для такого избранного общества. И Принс уже начал подумывать, как бы ему поскорее удрать со своего поста, как вдруг в освещенный подъезд впорхнула женщина. Фреда! Он мог поклясться, что это она, даже если бы не узнал ее мехов: ведь ему была так хорошо знакома эта посадка головы. Кто-кто, но чтобы Фреда явилась сюда, этого он никак не ожидал. Он думал, что она умнее и не захочет так опозориться — выслушать отказ в приеме или, если ей удастся проскользнуть на бал неузнанной, изведать всю тяжесть женского презрения. Он покачал головой, не заглянув под маску, — он слишком хорошо знал эту женщину, чтобы ошибиться. Но она подошла совсем близко, быстро приподняла черную шелковую маску и так же быстро опустила ее. Принс лишь мельком увидел ее лицо, но это мгновение показалось ему бесконечным. Недаром говорили, что Фреда играет мужчинами, как ребенок мыльными пузырями. Никто не произнес ни слова. Принс сделал шаг в сторону, а спустя не-сколько минут люди слышали, как он горячо, но бессвязно просил освободить его от обязанностей, которые он выполнял недобросовестно.</p>
      <empty-line/>
      <p>Женщина, гибкая, тонкая, но, должно быть, сильная — так четки и ритмичны были ее движения, — то останавливалась около одной группы гостей, то оглядывала другую, беспрерывно лавируя в толпе. Мужчины узнавали ее меха и удивлялись, — как раз те мужчины, которых следовало бы избрать в комиссию, охранявшую вход; но им не хотелось поднимать шум. Другое дело — женщины. У них вообще лучше развита память на фигуру и осанку, и они сразу догадались, что эта гостья не принадлежит к их кругу; не видывали они и таких мехов. Но вот миссис Мак-Фи, выйдя из зала, где уже были накрыты столы для ужина, уловила сквозь прорези шелковой маски сверкающий, ищущий взгляд и вздрогнула. Напрягая память, она силилась вспомнить, где она видела эти глаза, и перед нею возник живой образ гордой и мятежной грешницы, которую она, жена священника, однажды безуспешно пыталась обратить на путь истинный во славу божью.</p>
      <p>И вот сия добродетельная матрона, обуреваемая пылким и праведным гневом, пустилась по свежему следу, а след привел ее к миссис Эппингуэлл и Флойду Вандерлипу. Миссис Эппингуэлл только что улучила время побеседовать с Вандерлипом. Она решила, что, раз Флосси так близко, надо говорить начистоту, и у нее уже готово было сорваться с губ краткое язвительное назидание, как вдруг их беседа была нарушена третьим лицом. Женщина в мехах немедленно завладела Флойдом Вандерлипом, предварительно сказав: «Простите, пожалуйста», — а миссис Эппингуэлл, — отметив, что она произнесла эти слова с приятным иностранным акцентом, — вежливым наклонением головы разрешила им обоим отойти в сторону.</p>
      <p>Тут-то и опустилась карающая десница миссис Мак- Фи и сорвала черную маску с недоумевающей женщины. Прекрасное лицо и сверкающие глаза — вот что увидели любопытные, но немые свидетели этой сцены, а свидетелями были все. Флойд Вандерлип растерялся. Положение складывалось такое, что мужчина, знающий себе цену, обязан был что-то предпринять немедленно, а Флойд растерялся. Он только беспомощно оглядывался кругом. Миссис Эппингуэлл была озадачена. Она ничего не могла понять. Миссис Мак-Фи необходимо было как-то объяснить свой поступок, и она не преминула это сделать.</p>
      <p>— Миссис Эппингуэлл, — проверещал ее по-кельтски пронзительный голос, — позвольте мне иметь удовольствие представить вам Фреду Молуф. <emphasis>Мисс</emphasis> Фреду Молуф, если не ошибаюсь.</p>
      <p>Фреда невольно обернулась. Теперь, когда лицо ее было открыто, ей казалось, словно во сне, что она стоит обнаженная в окружении горящих глаз и скрытых масками лиц. Казалось, будто стая голодных волков обступила ее и вот-вот ринется на нее. А может быть, кто- нибудь и жалеет ее, подумала она и при этой мысли ожесточилась. Нет, пусть уж лучше презирают. Она была сильна духом, эта женщина, и хотя охота за намеченной жертвой завела ее в самую гущу волчьей стаи, а рядом стояла сама миссис Эппингуэлл, она и не подумала отказаться от своей добычи.</p>
      <p>И тут миссис Эппингуэлл совершила непонятный поступок. Так вот, думала она, какова эта Фреда, танцовщица и погубительница мужчин; женщина, которая ее не приняла. Но в то же время миссис Эппингуэлл так ясно понимала, какой стыд терзает это властное сердце, как будто обнажена была она сама. Возможно, в ней заговорило свойственное англосаксам нежелание бороться с неравным противником, возможно, — желание укрепить свои собственные силы в борьбе за этого мужчину, а может быть, и то и другое, но так или иначе она поступила весьма неожиданно. Как только зазвучал тонкий, дрожащий от злорадства голос миссис Мак-Фи и Фреда невольно обернулась, миссис Эппингуэлл взглянула на нее, сняла свою маску и наклонила голову в знак согласия на знакомство.</p>
      <p>Лишь одно мгновение смотрели друг на друга эти две женщины, но, как и Принсу у входа, им оно показалось бесконечным. Одна — искрометная, со сверкающими глазами, загнанная и ожесточившаяся, заранее страдающая, заранее возмущенная неминуемым презрением, насмешками, оскорблениями, которые сама же навлекла на себя, — прекрасный пылающий, клокочущий вулкан плоти и духа. А другая — холодноватая, спокойная, ясная, сильная сознанием своей безупречности, уверенная в себе, чувствующая себя совершенно непринужденно, бесстрастная, невозмутимая, — статуя, изваянная из холодного мрамора. Если между ними и была пропасть, миссис Эппингуэлл просто не пожелала ее заметить. Ей не надо было ни перекидывать мост, ни спускаться с высот, чтобы подойти к Фреде; она всем своим видом показывала, что считает ее равной себе. Спокойно давала понять, что прежде всего обе они женщины. И тем привела в бешенство Фреду. Этого бы не случилось, будь Фреда попроще, но душа у нее была чувствительный инструмент и потому могла проникнуть в чужую душу до самых сокровенных ее глубин. «Что же вы не отдергиваете подола своего платья, чтобы оно не коснулось меня? — готова была она крикнуть в то бесконечное мгновение. — Оскорбляйте меня, оплевывайте — это лучше, милосердней, чем поступать так!» Она дрожала. Ноздри ее раздулись и затрепетали, но она взяла себя в руки, кивком ответила на кивок миссис Эппингуэлл и повернулась к Вандерлипу.</p>
      <p>— Уйдем, Флойд, — сказала она просто. — Вы мне нужны сейчас.</p>
      <p>— Какого дья… — вспыхнул он вдруг, но вовремя проглотил конец фразы. Куда к черту подевалась его находчивость? Надо же было попасть в такое дурацкое положение! Он откашлялся, крякнул, в нерешительности поднял широкие плечи и с мольбой устремил глаза на обеих женщин.</p>
      <p>— Одну минутку, простите, но можно мне сначала поговорить с мистером Вандерлипом?</p>
      <p>Тихий голос миссис Эппингуэлл напоминал флейту, но в интонациях его звучала твердая воля.</p>
      <p>Флойд взглянул на миссис Эппингуэлл с благодарностью. Уж он-то охотно поговорит с нею.</p>
      <p>— Простите, — сказала Фреда, — на это уже нет времени. Он должен уйти со мной сейчас же.</p>
      <p>Эти вежливые фразы легко слетали с ее губ, но она улыбнулась в душе: такими невыразительными, такими слабыми они показались ей. Гораздо лучше было бы закричать громким голосом.</p>
      <p>— Но, мисс Молуф, кто вы такая, что позволяете себе распоряжаться мистером Вандерлипом и руководить его поступками?</p>
      <p>Флойд просиял, почувствовав облегчение, и одобрительно кивнул. Миссис Эппингуэлл, безусловно, поможет ему выпутаться. На этот раз Фреда столкнулась с достойной соперницей.</p>
      <p>— Я… я… — замялась было Фреда, но ее женский ум сразу же подсказал ей правильную тактику, — а вы кто такая, что позволили себе задать подобный вопрос?</p>
      <p>— Кто я такая? Я миссис Эппингуэлл и…</p>
      <p>— Ну да, конечно! — резко перебила ее Фреда. — Вы жена капитана, и, следовательно, у вас есть муж — капитан. А я всего лишь танцовщица. На что вам этот человек?</p>
      <p>— Неслыханная дерзость! — Миссис Мак-Фи заволновалась и уже приготовилась к бою, но миссис Эппингуэлл взглядом заставила ее замолчать и приступила к новой атаке:</p>
      <p>— Мисс Молуф, по-видимому, имеет на вас какие-то права, мистер Вандерлип, и так спешит, что не может уделить мне даже нескольких секунд вашего времени, поэтому я вынуждена обратиться непосредственно к вам. Можно мне поговорить с вами наедине, теперь же?</p>
      <p>Миссис Мак-Фи щелкнула зубами. Наконец-то найден выход из постыдного положения.</p>
      <p>— Да, э… то есть, конечно, с удовольствием… — пролепетал Флойд Вандерлип. — Конечно, конечно, — добавил он, оживляясь при мысли о своем грядущем освобождении.</p>
      <p>Мужчины — это всего только стадные позвоночные, прирученные и одомашненные, и все последующее объясняется, вероятно, тем, что гречанка в свое время управлялась и с более дикими представителями этой породы двуногих. Она повернулась к Вандерлипу, и дьявольские огни вспыхнули в ее сверкающих глазах, — казалось, это укротительница в осыпанном блестками платье смотрит на льва, который, себе на беду, вообразил, будто он свободен в своих действиях. И зверь в мужчине завилял хвостом, как под ударом хлыста.</p>
      <p>— То есть, э… мы поговорим с вами потом. Завтра, миссис Эппингуэлл, да, да, завтра. Это самое я и хотел сказать.</p>
      <p>Флойд утешал себя тем, что, если он здесь останется, будет еще хуже. А кроме того, он должен спешить на свидание у проруби за больницей. Но черт побери! Оказывается, как плохо он знал Фреду! Вот сногсшибательная женщина!</p>
      <p>— Будьте любезны отдать мне мою маску, миссис Мак-Фи.</p>
      <p>Миссис Мак-Фи на сей раз не смогла выговорить ни слова, но маску вернула.</p>
      <p>— Спокойной ночи, мисс Молуф. — Миссис Эппингуэлл, даже побежденная, вела себя, как королева.</p>
      <p>Фреда тоже сказала «спокойной ночи», хотя едва поборола в себе желание обхватить руками колени этой женщины и молить ее о прощении… нет, не о прощении, а о чем-то другом, чего она себе не представляла ясно, но тем не менее жаждала.</p>
      <p>Флойд Вандерлип хотел было взять ее под руку, но ведь она выхватила добычу из самой гущи этой волчьей стаи, и то чувство, что побуждало царей древности привязывать побежденных к своей колеснице, побудило ее направиться к выходу в одиночестве, а Флойд Вандерлип поплелся за ней следом, стараясь вернуть себе душевное равновесие.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>Было очень холодно. Дорога петляла, идти пришлось не менее четверти мили; и пока они шли к дому танцовщицы, смерзавшееся дыхание припушило инеем брови и волосы Фреды, а у Флойда так обледенели его пышные усы, что больно было слово вымолвить. При зеленоватом свете северного сияния видно было, что в термометре, висевшем снаружи у двери, замерзла ртуть. Сотни собак выли тоскливым хором, жалуясь равнодушным звездам на свои вековечные обиды и моля их о сострадании. Воздух был совершенно неподвижен. Этим собакам негде было укрыться от холода, не было тут укромного места, куда бы они могли забиться. Мороз проникал всюду, а они лежали под открытым небом, время от времени потягиваясь, расправляя натруженные в дороге мускулы и подвывая протяжным волчьим воем.</p>
      <p>Хозяйка и гость заговорили не сразу. Пока горничная снимала с Фреды меха, Флойд Вандерлип подбрасывал дрова в огонь, а когда горничная ушла в другую комнату, он все еще старался оттаять свои заиндевевшие усы, склонясь над железной печкой. Покончив с этим, он свернул сигарету и принялся лениво разглядывать Фреду сквозь кольца душистого дыма. Она украдкой покосилась на часы. До полуночи оставалось еще полчаса. Как задержать его? Сердится он на нее или нет? В каком он настроении? Как ей вести себя с ним? Не то чтобы она сомневалась в себе. Нет, нет. Пока Ситка Чарли да и Деверо тоже не сделают того, что им поручено, она задержит Флойда, хотя бы под угрозой револьвера.</p>
      <p>Много было способов его задержать, и, взвешивая их, Фреда прониклась еще большим презрением к этому человеку. Она положила голову на руку, и перед нею промелькнуло ее собственное девичество, окончившееся так печально, трагически; и она даже чуть было не решила рассказать о нем Флойду с тем, чтобы ее судьба послужила ему назиданием. О боже! Только тварь еще более низменную, чем двуногое животное, не растрогала бы эта повесть, рассказанная так, как ее сумела бы рассказать Фреда, но… черт с ним! Не стоит он этого; не стоит тех мук, которые причинит Фреде этот рассказ. Свеча стояла за ее спиной, и, пока Фреда думала о своем прошлом — и священном для нее и постыдном, — Флойд любовался ее розовым ушком. Подметив это, она сразу поняла, как ей надо себя вести, и повернулась к Флойду профилем. А профиль этот был отнюдь не самой ничтожной из прелестей Фреды. Она, конечно, не могла изменить ни своего лица, ни своей фигуры, да и не нуждалась в этом: они были прекрасны; но она внимательно изучила их уже давно и при случае была не прочь показать их с самой выгодной стороны. Свеча начала мигать. Все движения Фреды были исполнены врожденной грации, и все же, снимая нагар с красного фитиля, окруженного желтым пламенем, она постаралась сделать это с особым, подчеркнутым изяществом. Потом она снова положила голову на руку и на этот раз устремила на Флойда задумчивые глаза. А какой мужчина останется равнодушным, когда красивая женщина смотрит на него такими глазами!</p>
      <p>Фреда не спешила начать разговор. Если Флойд не спешит — пожалуйста, она не станет его торопить. А он чувствовал себя превосходно, услаждая свои легкие табаком и поглядывая на нее. Здесь было уютно и тепло, а там, у проруби, начиналась тропа, по которой ему вскоре предстояло ехать в морозной тьме. Надо было бы рассердиться на Фреду за сцену, которую она устроила, но он почему-то ничуть не сердился. Да и не было бы никакой сцены, не вмешайся эта Мак-Фи. Будь он губернатором, он обложил бы налогом ее и ей подобных, да и всех вообще святош и попов, брал бы с них по сто унций золотого песка в квартал. Фреда, безусловно, вела себя, как настоящая дама… и ни в чем не уступила миссис Эппингуэлл. Он и не знал, какая у нее выдержка, у этой девчонки. Вандерлип неторопливо рассматривал ее, время от времени встречаясь с ней глазами, но он не мог догадаться, что в этом глубоко серьезном взгляде таится еще более глубокая насмешка. И, черт возьми, до чего шикарно она одета! Интересно, почему она так смотрит на него? Может быть, ей тоже хочется выйти за него замуж? Очень возможно; не одна она этого хочет. Что ж, у нее, конечно, есть преимущество перед другими — красота. И она молода, моложе Лорэн Лиснаи. Ей, вероятно, года двадцать три — двадцать четыре, никак не больше двадцати пяти. И она никогда не разжиреет. Сразу видно. А про Лорэн этого не скажешь. Та, бесспорно, раздобрела с тех времен, когда была натурщицей. Ладно! Дай только выехать, уж он заставит ее растрясти жир. Велит ей стать на лыжи и уминать снег перед упряжкой. Это — верное средство, действует безотказно. Но вдруг мысли его унеслись далеко, во дворец на берегу Средиземного моря, где само небо располагает к лени… Во что же там превратится Лорэн? Ни мороза, ни странствий, ни голодовок, которые здесь, на Севере, время от времени разнообразят жизнь, а Лорэн будет все стареть и стареть и с каждым днем нагуливать все больше жира. А эта девушка, эта Фреда… Он вздохнул, невольно жалея, что родился не в Турции, где разрешено многоженство, и снова вернулся к действительности — на Аляску.</p>
      <p>— Ну? — проговорил он.</p>
      <p>Обе стрелки часов стояли вертикально, показывая полночь, и ему давно уже пора было отправиться к проруби.</p>
      <p>— Ох! — вздрогнула Фреда, и так соблазнительно, что привела Флойда в полнейшее восхищение. Когда мужчина уверился, что женщина прямо-таки забылась, глядя на него, он должен быть исключительно хладнокровным субъектом, чтобы крепко держать в руках шкоты и, зорко глядя вперед, идти по волнам правильным курсом.</p>
      <p>— Я только что спрашивал себя, зачем вы хотели меня видеть, — сказал Флойд, придвигая свой стул к столу, поближе к ней.</p>
      <p>— Флойд, — начала она, пристально глядя ему в глаза, — я устала от всего этого. Я хочу уехать. Не могу я тут сидеть и дожидаться, пока река вскроется. Если я не уеду теперь, я умру. Непременно умру. Я хочу бросить все это и уехать, уехать немедленно.</p>
      <p>С немым призывом она прикрыла ладонью его руку, а та повернулась, и рука Фреды оказалась в плену. «Ну вот, — подумал он, — еще одна вешается на шею. А Лорэн пускай себе померзнет немножко у проруби, ничего ей от этого не сделается».</p>
      <p>— Ну? — начала на этот раз Фреда мягко и тревожно.</p>
      <p>Не знаю, что сказать, — поспешил он ответить, добавив про себя, что события развиваются быстрей, чем можно было ожидать. — Фреда, я бы ничего лучшего не желал. Вам это хорошо известно. — Он крепко сжал ее руку — ладонь к ладони.</p>
      <p>Фреда кивнула. Чего же удивляться, что она презирает всю эту породу!</p>
      <p>— Но дело в том, что я… я помолвлен. Вы об этом, конечно, знаете. И невеста моя едет сюда, чтобы выйти за меня замуж. Не знаю, почему мне взбрело в голову сделать ей предложение, но ведь это случилось давно, когда я был еще зеленым юнцом.</p>
      <p>— Я хочу уехать отсюда, все равно куда, — продолжала она, не обращая внимания на препятствие, которое он воздвиг и за которое извинялся. — Я перебрала в уме всех мужчин, которых знаю, и пришла к заключению, что… что…</p>
      <p>— Я самый подходящий из всех?</p>
      <p>Она улыбкой поблагодарила его за то, что он избавил ее от неприятной необходимости сделать признание. Свободной рукой он притянул ее голову к себе на плечо, и на него пахнуло ароматом ее волос. Ладонь другой его руки как бы слилась с ладонью Фреды, и он почувствовал, что у них один общий пульс и он бьется: стук- стук-стук… Это нетрудно объяснить данными физиологии, но мужчине, который впервые познакомился с этим явлением, оно кажется чудом. Флойд Вандерлип чаще сжимал рукоятки лопат, чем женские руки, и потому неожиданное ощущение показалось ему необычайно странным и сладостным. А когда Фреда, не поднимая головы с его плеча, немного повернулась; так что волосы ее коснулись его щеки, а глаза, большие, близкие, мягко сияющие и… да, и нежные, встретились с его глазами, — кого надо было винить в том, что он совершенно потерял власть над собой? Он изменил Флосси, так почему же не изменить и Лорэн? Если женщины бегают за ним, из этого еще вовсе не следует, что он должен спешить с выбором. У него куча денег, и Фреда как раз такая девушка, которая может придать им блеск. Это будет жена всем на зависть. Но не надо спешить. Поосторожнее!</p>
      <p>— Вы, кажется, не очень расположены жить во дворцах, правда? — спросил он.</p>
      <p>Она покачала головой.</p>
      <p>— А мне одно время хотелось, но я на днях призадумался и решил, что от такой жизни обязательно растолстеешь, обленишься, размякнешь.</p>
      <p>— Да, это приятно на время, но быстро надоедает, наверное, — поспешила она рассеять его сомнения. — Мир хорош, но жизнь должна быть многогранной. Какое-то время работать, бороться со стихиями, а потом отдыхать где-нибудь. Уехать в южные моря на яхте, посмотреть Париж; зиму проводить в Южной Америке, лето, в Норвегии, несколько месяцев в Англии…</p>
      <p>— В хорошем обществе?</p>
      <p>— Непременно, в самом лучшем, а потом — хей-хо! — на собаках, на нартах, к берегам Гудзонова залива! Разнообразие — вот что нужно. Такой сильный человек, как вы, полный жизни, энергии, не мог бы и года выдержать во дворце. Это хорошо для неженок, а вы не созданы для такой жизни. Вы мужчина, настоящий мужчина.</p>
      <p>— Вы так думаете?</p>
      <p>— Тут и думать не о чем. Я это знаю. А вы заметили, как вам легко увлечь женщину?</p>
      <p>Его наивное недоверие было неподражаемо!</p>
      <p>— Очень легко! А почему? Потому, что вы настоящий мужчина. Вы умеете задеть самые потаенные струны женского сердца. К вам хочется прильнуть потому, что вы такой мускулистый, сильный и отважный. Словом, потому, что вы действительно мужчина.</p>
      <p>Она взглянула на часы. Прошло полчаса после назначенного срока. Ситке Чарли она разрешила задержаться не более чем на тридцать минут, так что теперь уже не имело значения, когда приедет Деверо. Ее дело было сделано. Она подняла голову, рассмеялась самым искренним смехом, высвободила свою руку и, поднявшись, позвала горничную:</p>
      <p>— Алиса, подайте мистеру Вандерлипу его парку. А рукавицы на подоконнике у печки.</p>
      <p>Флойд ничего не мог понять.</p>
      <p>— Благодарю вас за любезность, Флойд. Вы очень милы, что уделили мне столько времени, и я это ценю. Когда выйдете отсюда, поверните налево — это самый короткий путь к проруби. Спокойной ночи. Я иду спать.</p>
      <p>Флойд Вандерлип в крепких словах высказал свое изумление и разочарование. Алиса не любила слушать мужскую ругань и потому бросила парку на пол, а рукавицы на парку. Тогда Флойд кинулся к Фреде, а она не успела скрыться в соседней комнате, так как споткнулась о парку и упала. Он грубо схватил ее за руку и поднял. Но она только расхохоталась. Она не боялась мужчин.</p>
      <p>Хуже того, что они с нею сделали, они сделать не могли. А ведь она все-таки выдержала — разве нет?</p>
      <p>— Перестаньте! — вырвалось у нее наконец. — А впрочем, — она взглянула на свою плененную руку, — я передумала и решила пока не ложиться спать. Усаживайтесь поудобнее и не будьте смешным. Вопросы есть?</p>
      <p>— Да, сударыня, и, кроме того, нам надо свести счеты. — Он все еще не выпускал ее руки. — Что вам известно о проруби? Что вы имели в виду, когда… впрочем, нет, об этом после. Сначала ответьте на первый вопрос.</p>
      <p>— Да ничего особенного не известно. У Ситки Чарли там назначено свидание с одной особой, которую вы, вероятно, знаете, и он просил меня попридержать вас немного, из боязни, что столь опытный сердцеед, как вы, может это свидание испортить. Вот и все. Теперь они уже уехали, добрых полчаса назад…</p>
      <p>— Куда? Вниз по Юкону, и без меня? Да ведь он индеец!</p>
      <p>— Вы же знаете, что о вкусах не спорят, особенно о вкусах женщин.</p>
      <p>— Но я-то в какое положение попал! Четыре тысячи долларов я ухлопал на собак да упустил неплохую бабенку — и ничего не получу взамен. Кроме вас, — добавил он, спохватившись, — и, значит, вы мне достались дешево.</p>
      <p>Фреда передернула плечами.</p>
      <p>— Собирайтесь! Я пойду попрошу кого-нибудь одолжить мне две упряжки собак, и мы выедем немедленно.</p>
      <p>— Простите, но я сейчас пойду спать.</p>
      <p>— Укладывайте свои вещи, и советую вам не противиться. Хотите вы спать или нет, но когда я пригоню собак, будь я проклят, если вы не сядете на нарты. Может быть, вы меня дурачили, но со мной шутки плохи. Я ловлю вас на слове. Понятно?</p>
      <p>Он с такой силой сжал ее запястье, что ей стало больно, однако она улыбнулась, внимательно прислушиваясь к шуму на дворе. Зазвенели колокольчики собачьей упряжки, мужской голос крикнул «хо!», чьи-то нарты завернули за угол и подъехали к дому.</p>
      <p>— Ну, а теперь вы позволите мне лечь спать?</p>
      <p>И Фреда распахнула дверь. В комнату ворвалась стужа, и в свете северного сияния на порог нерешительно ступила женщина в обтрепавшейся за дорогу меховой одежде, окутанная до колен клубами пара. Она сняла шарф, которым ее лицо было закрыто до самых глаз, и стояла, моргая, ослепленная светом свечи. Флойд Вандерлип подался вперед.</p>
      <p>— Флойд! — радостно и с облегчением крикнула женщина и устало шагнула ему навстречу.</p>
      <p>Что ему было делать, как не расцеловать эту охапку мехов? А «охапка» была очень хорошенькая, и она прижалась к нему, утомленная, но счастливая.</p>
      <p>— Как ты хорошо сделал, что послал за мной мистера Деверо со свежими собаками! — проговорила «охапка». — Если бы не он, я бы добралась только завтра.</p>
      <p>Флойд растерянно посмотрел на Фреду и вдруг прозрел.</p>
      <p>— Очень любезно со стороны Деверо, что он согласился поехать, — сказал он.</p>
      <p>— Тебе не терпелось увидеть меня поскорее, правда, милый? — И Флосси прижалась к нему еще крепче.</p>
      <p>— Да, я уже начал нервничать, — признался он бойко и, приподняв ее, понес к выходу.</p>
      <p>В эту же самую ночь совершенно необъяснимый случай произошел с преподобным Джеймсом Брауном, миссионером, который жил несколькими милями ниже по течению Юкона — жил среди аборигенов, наставляя их на путь истинный, тот путь, который ведет в рай белого человека. Его разбудил незнакомый индеец, который вручил его попечению не только душу, но и тело какой-то неизвестной женщины, а сам быстро уехал. Женщина была полная, красивая, сердитая, и в гневе с губ ее слетали нехорошие слова. Достойный миссионер был шокирован: ведь он был еще молод, и присутствие женщины в его доме могло показаться предосудительным его простодушной пастве; к счастью, незнакомка ушла пешком в Доусон, как только стало рассветать.</p>
      <p>А спустя много времени, когда наступило лето, пришел черед быть шокированным Доусону; местное население, собравшись на берегу Юкона в честь некоей виндзорской леди королевских кровей, приветствовало Ситку Чарли, когда он появился на реке и, взмахнув сверкающим на солнце веслом, первым пересек линию финиша. В этот день состязаний миссис Эппингуэлл, которая уже успела узнать многое и о многом изменить свое мнение, увидела Фреду в первый раз после памятного бала-маскарада. «При всех, заметьте», как выразилась миссис Мак-Фи, «не проявив никакого внимания и уважения к нравственным устоям общества», она подошла к танцовщице и протянула ей руку. Сначала, как вспоминают очевидцы, гречанка отшатнулась; потом они обе что-то сказали друг другу, и Фреда, великолепная Фреда, не выдержала и расплакалась на плече жены капитана. Доусону не дано было знать, в чем провинилась миссис Эппингуэлл перед какой-то гречанкой-танцовщицей, но она попросила прощения у Фреды при всех, а это было неприлично.</p>
      <p>Не следует забывать о миссис Мак-Фи. Она взяла каюту на первом же пароходе, который шел по Юкону. С собой она прихватила теорию, которую разработала в бессонные часы долгих темных ночей; она убеждена, что Север потому не способствует духовному росту, что там слишком холодно. Жителей ледяного дома нельзя устрашить огнями ада. Это утверждение, быть может, голословно, но такова теория миссис Мак-Фи.</p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Дети мороза</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>В дебрях Севера</p>
     </title>
     <p>Далеко за чертой последних, реденьких рощиц и чахлой поросли кустарника, в самом сердце Бесплодной Земли, куда суровый север, как принято думать, не допускает ничего живого, после долгого и трудного пути вдруг открываются глазу громадные леса и широкие, веселые просторы. Но люди только теперь узнают об этом. Исследователям случалось проникать туда, но до сих пор ни один из них не вернулся, чтобы поведать о них миру.</p>
     <p>Бесплодная Земля… Она и в самом деле бесплодна, эта унылая арктическая равнина, заполярная пустыня, хмурая и неласковая родина мускусного быка и тощего тундрового волка. Такой и представилась она Эвери Ван-Бранту: ни единого деревца, ничего радующего взор, только мхи да лишайники — словом, непривлекательная картина. Такой по крайней мере она оставалась до тех пор, пока он не достиг пространства, обозначенного на карте белым пятном, где неожиданно увидел роскошные хвойные леса и встретил селения неизвестных эскимосских племен. Был у него замысел (с расчетом на славу) нарушить однообразие этих белых пятен на карте и испещрить их обозначениями горных цепей, низин, водных бассейнов, извилистыми линиями рек; поэтому он особенно радовался неожиданно открывшейся возможности нанести на карту большой лесной пояс и туземные поселения.</p>
     <p>Эвери Ван-Брант, или, именуя его полным титулом, профессор геологического института Э. Ван-Брант, был помощником начальника экспедиции и начальником отдельного ее отряда; этот отряд он повел обходом миль на пятьсот вверх по притоку Телона и теперь во главе его входил в одно из таких неизвестных поселений. За ним брели восемь человек; двое из них были канадские французы-проводники, остальные — рослые индейцы племени кри из Манитоба-Уэй. Он один был чистокровным англосаксом, и кровь, энергично пульсировавшая в его жилах, понуждала его следовать традициям предков. Клайв и Гастингс,<a l:href="#n_656" type="note">[656]</a> Дрэйк и Рэлей,<a l:href="#n_657" type="note">[657]</a> Генгист и Горса<a l:href="#n_658" type="note">[658]</a> незримо шли вместе с ним. Первым из своих соотечественников войдет он в это одинокое северное селение; при этой мысли его охватило ликование, и спутники заметили, что усталость его вдруг прошла и он бессознательно ускорил шаг.</p>
     <p>Жители селения пестрой толпой высыпали навстречу: мужчины шли впереди, угрожающе сжимая в руках луки и копья, женщины и дети боязливо сбились в кучку сзади. Ван-Брант поднял правую руку в знак мирных намерений — знак, понятный всем народам земли, и эскимосы ответили ему таким же мирным приветствием. Но тут вдруг, к его досаде, из толпы выбежал какой-то одетый в звериные шкуры человек и протянул ему руку с привычным возгласом: «Хелло!» У него была густая борода, бронзовый загар покрывал его щеки и лоб, но Ван-Брант сразу признал в нем человека своей расы.</p>
     <p>— Кто вы? — спросил он, пожимая протянутую руку. — Андрэ?<a l:href="#n_659" type="note">[659]</a></p>
     <p>— Кто это — Андрэ? — переспросил тот.</p>
     <p>Ван-Брант пристальнее всмотрелся в него.</p>
     <p>— Черт возьми! Вы здесь, видно, немало прожили.</p>
     <p>— Пять лет, — ответил бородатый, и в глазах его мелькнул огонек гордости. — Но пойдем поговорим. Пусть они располагаются по соседству, — добавил он, перехватив взгляд, брошенный Ван-Брантом на его спутников. — Старый Тантлач позаботится о них. Идем же.</p>
     <p>Он двинулся вперед быстрым шагом, и Ван-Брант последовал за ним через все селение. В беспорядке, там, где позволяла неровная местность, были разбросаны чумы, крытые лосиными шкурами. Ван-Брант окинул их опытным взглядом и сделал подсчет.</p>
     <p>— Двести человек, не считая малолетних, — объявил он.</p>
     <p>Бородатый молча кивнул головой.</p>
     <p>— Примерно так. А я живу вот здесь, на отлете; тут, понимаете, более уединенно. Садитесь. Я охотно поем вместе с вами, когда ваши люди что-нибудь приготовят. Я забыл вкус чая… Пять лет не пил, не помню, как он и пахнет. Табак есть у вас? А! Спасибо! И трубка найдется? Вот славно! Теперь бы спичку — и посмотрим, потеряло ли это зелье свою прелесть?</p>
     <p>Он чиркнул спичкой, с бережливой осторожностью лесного жителя охраняя ее слабый огонек, точно этот огонек был единственный на всем свете, и сделал первую затяжку. Некоторое время он сосредоточенно задерживал в себе дым, потом медленно, как бы смакуя, выпустил его сквозь вытянутые губы. Выражение его лица смягчилось, взгляд стал мечтательно-туманным. Он откинулся назад, вздохнул всей грудью, блаженно, с глубоким наслаждением и проговорил:</p>
     <p>— Здорово! Прекрасная вещь!</p>
     <p>Ван-Брант сочувственно усмехнулся.</p>
     <p>— Так вы говорите — пять лет?</p>
     <p>— Пять лет. — Он вздохнул снова. — Человек — существо любопытное, и потому вам, разумеется, хотелось бы знать, как это получилось, — положение и правда довольно-таки странное. Но рассказывать, в сущности, нечего. Я отправился из Эдмонтона поохотиться на мускусного быка, и меня постигли неудачи, так же как Пайка и многих других; спутники мои погибли, я потерял все свои припасы. Голод, лишения — обычная история, я с грехом пополам уцелел и вот чуть не на четвереньках приполз к этому Тантлачу.</p>
     <p>— Пять лет, — тихо проговорил Ван-Брант, как бы соображая, что было пять лет назад.</p>
     <p>— Пять лет минуло в феврале. Я переправился через Большое Невольничье озеро в начале мая…</p>
     <p>— Так вы — Фэрфакс? — перебил его Ван-Брант.</p>
     <p>Тот кивнул утвердительно.</p>
     <p>— Постойте… Джон, если не ошибаюсь, Джон Фэрфакс?</p>
     <p>— Откуда вы знаете? — лениво спросил Фэрфакс, поглощенный тем, что пускал кверху кольца дыма.</p>
     <p>— Газеты были тогда полны сообщениями о вас. Преванш…</p>
     <p>— Преванш! — Фэрфакс вдруг оживился и сел. — Он пропал где-то в Туманных Горах…</p>
     <p>— Да, но он выбрался оттуда и спасся.</p>
     <p>Фэрфакс снова откинулся на спину, продолжая пускать колечки.</p>
     <p>— Рад слышать, — сказал он задумчиво. — Преванш— молодец парень, хоть и с заскоками. Значит, он выбрался? Так, так, я рад…</p>
     <p>Пять лет… Мысль — Ван-Бранта все возвращалась к этим словам, и откуда-то из глубины памяти вдруг всплыло перед ним лицо Эмили Саутвэйт. Пять лет… Косяк диких гусей с криком пролетел над головой, но, заметив чумы и людей, быстро повернул на север, навстречу тлеющему солнцу. Ван-Брант скоро потерял их из виду. Он вынул часы. Был час ночи. Тянувшиеся к северу облака пламенели кровавыми отблесками, и темно-красные лучи, проникая в лесную чащу, озаряли ее зловещим светом. Воздух был спокоен и недвижим, ни одна иголка на сосне не шевелилась, и малейший шорох разносился кругом отчетливо и ясно, как звук рожка. Индейцы и французы-проводники поддались чарам этой тишины и переговаривались между собою вполголоса; даже повар и тот невольно старался поменьше греметь сковородой и котелком. Где-то плакал ребенок, а из глубины леса доносился голос женщины и, как тонкая серебряная струна, звенел в погребальном напеве:</p>
     <p>— О-о-о-о-о-о-а-аа-а-а-аа-а-а! О-о-о-о-о-о-ааа-аа…</p>
     <p>Ван-Брант вздрогнул и нервно потер руки.</p>
     <p>— Итак, меня сочли погибшим? — неторопливо процедил его собеседник.</p>
     <p>— Что ж… ведь вы так и не вернулись; и ваши друзья…</p>
     <p>— Скоро меня забыли, — засмеялся Фэрфакс неприятным, вызывающим смехом.</p>
     <p>— Почему же вы не ушли отсюда?</p>
     <p>— Отчасти, пожалуй, потому, что не хотел, а отчасти вследствие не зависящих от меня обстоятельств. Видите ли, Тантлач, вождь этого племени, лежал со сломанным бедром, когда я сюда попал, — у него был сложный перелом. Я вправил ему кость и вылечил его. Я решил пожить здесь немного, пока не наберусь сил. До меня Тантлач не видел ни одного белого, и, конечно, я показался ему великим мудрецом, потому что научил людей его племени множеству полезных вещей. Между прочим, я обучил их началам военной тактики; они покорили четыре соседних племени — чьих поселений вы еще не видели — и в результате стали хозяевами всего края. Естественно, они получили обо мне самое высокое понятие, так что, когда я собрался в путь, они и слышать не захотели о моем уходе. Что и говорить, они были очень гостеприимны! Приставили ко мне двух стражей и стерегли меня день и ночь. Наконец, Тантлач посулил мне кое-какие блага — так сказать, в награду; а мне, в сущности, было все равно — уйти или оставаться, — вот я и остался.</p>
     <p>— Я знал вашего брата во Фрейбурге. Я — Ван-Брант.</p>
     <p>Фэрфакс порывисто привстал и пожал ему руку.</p>
     <p>— Так это вы старый друг Билли! Бедный Билли! Он часто говорил мне о вас… Однако удивительная встреча — в таком месте! — добавил он, окинув взглядом весь первобытный пейзаж, и на мгновение прислушался к заунывному пению женщины. — Все никак не успокоится — мужа у нее задрал медведь.</p>
     <p>— Животная жизнь! — с гримасой отвращения заметил Ван-Брант. — Я думаю, что после пяти лет такой жизни цивилизация покажется вам заманчивой? Что вы на это скажете?</p>
     <p>Лицо Фэрфакса приняло безразличное выражение.</p>
     <p>— Ох, не знаю. Эти люди хотя бы честны и живут по своему разумению. И притом удивительно бесхитростны. Никаких сложностей: каждое простое чувство не приобретает у них тысячу и один тончайший нюанс. Они любят, боятся, ненавидят, сердятся или радуются — и выражают это просто, естественно и ясно, — ошибиться нельзя… Может быть, это и животная жизнь, но по крайней мере так жить — легко. Ни кокетства, ни игры в любовь. Если женщина полюбила вас, она не замедлит вам это сказать. Если она вас ненавидит, она вам это тоже скажет, и вы вольны поколотить ее за это, но, так или иначе, она точно знает, чего вы хотите, а вы точно знаете, чего хочет она. Ни ошибок, ни взаимного непонимания. После лихорадки, какой то и дело заболевает цивилизованный мир, в этом есть своя прелесть. Вы согласны?..</p>
     <p>— Нет, это очень хорошая жизнь, — продолжал он, помолчав, — по крайней мере для меня она достаточно хороша, и я не ищу другой.</p>
     <p>Ван-Брант в раздумье опустил голову, и на его губах заиграла чуть заметная улыбка. Ни кокетства, ни игры в любовь, ни взаимного непонимания… Видно, и Фэрфакс никак не успокоится потому только, что Эмили Саутвэйт тоже в некотором роде «задрал медведь». И довольно симпатичный медведь был этот Карлтон Саутвэйт.</p>
     <p>— И все-таки вы уйдете со мной, — уверенно сказал Ван-Брант.</p>
     <p>— Нет, не уйду.</p>
     <p>— Нет, уйдете.</p>
     <p>— Повторяю вам, жизнь здесь слишком легка. — Фэрфакс говорил убежденно. — Я понимаю их, они понимают меня. Лето и зима мелькают здесь, как солнечные лучи сквозь колья ограды, смена времен года подобна неясному чередованию света и тени — и время проходит, и жизнь проходит, а потом… жалобный плач в лесу и мрак. Слушайте!</p>
     <p>Он поднял руку, и снова звенящий вопль скорби нарушил тишину и покой, царившие вокруг. Фэрфакс тихо стал вторить ему.</p>
     <p>— О-о-о-о-о-о-а-аа-а-а-а-аа-аа! О-о-о-о-о-о-а-аа-а-а, — пел он. — Вот, слушайте! Смотрите! Женщины плачут. Погребальное пение. Седые кудри патриарха венчают мою голову. Я лежу, завернутый в звериные шкуры во всем их первобытном великолепии. Рядом со мной положено мое охотничье копье. Кто скажет, что это плохо?</p>
     <p>Ван-Брант холодно посмотрел на него.</p>
     <p>— Фэрфакс, не валяйте дурака! Пять лет такой жизни сведут с ума хоть кого — и вы явно находитесь в припадке черной меланхолии. Кроме того, Карлтон Саутвэйт умер.</p>
     <p>Ван-Брант набил и закурил трубку, искоса наблюдая за собеседником с почти профессиональным интересом. Глаза Фэрфакса на мгновение вспыхнули, кулаки сжались, он привстал, но потом весь словно обмяк и опустился на место в молчаливом раздумье.</p>
     <p>Майкл, повар, подал знак, что ужин готов. Ван-Брант, тоже знаком, велел повременить. Тишина гнетуще действовала на него. Он принялся определять лесные запахи: вот — запах прели и перегноя, вот — смолистый аромат сосновых шишек и хвои и сладковатый дым от множества очагов… Фэрфакс два раза поднимал на него глаза и снова опускал, не сказав ни слова; наконец он проговорил:</p>
     <p>— А… Эмили?</p>
     <p>— Три года вдовеет. И сейчас вдова.</p>
     <p>Снова водворилось длительное молчание; в конце концов Фэрфакс прервал его, сказав с наивной улыбкой:</p>
     <p>— Пожалуй, вы правы, Ван-Брант. Я уйду с вами.</p>
     <p>— Я так и думал. — Ван-Брант положил руку на плечо Фэрфакса. — Конечно, наперед знать нельзя, но мне кажется… в таких обстоятельствах… ей уже не раз делали предложения…</p>
     <p>— Вы когда собираетесь отправиться в путь? — перебил Фэрфакс.</p>
     <p>— Пусть люди немного отоспятся. А теперь пойдем поедим, а то Майкл уже, наверно, сердится.</p>
     <p>После ужина индейцы и проводники завернулись в одеяла и захрапели, а Ван-Брант с Фэрфаксом остались посидеть у догорающего костра. Им было о чем поговорить — о войнах, о политике, об экспедициях, о людских делах и событиях в мире, об общих друзьях, о браках и смертях — об истории этих пяти лет, живо интересовавшей Фэрфакса.</p>
     <p>— Итак, испанский флот был блокирован в Сант- Яго, — говорил Ван-Брант; но тут мимо него вдруг бесшумно прошла какая-то молодая женщина и остановилась возле Фэрфакса. Она торопливо глянула ему в лицо, затем обратила тревожный взгляд на Ван-Бранта.</p>
     <p>— Дочь вождя Тантлача, в некотором роде принцесса, — пояснил Фэрфакс, невольно покраснев. — Короче говоря, одна из причин, заставивших меня здесь остаться. Тум, это Ван-Брант, мой друг.</p>
     <p>Ван-Брант протянул руку, но женщина сохранила каменную неподвижность, вполне соответствовавшую всему ее облику. Ни один мускул не дрогнул в ее лице, ни одна черточка не смягчилась. Она смотрела ему прямо в глаза пронизывающим, пытливым, вопрошающим взглядом.</p>
     <p>— Она ровно ничего не понимает, — рассмеялся Фэрфакс. — Ведь ей еще никогда не приходилось ни с кем знакомиться. Значит, вы говорите, испанский флот был блокирован в Сант-Яго?<a l:href="#n_660" type="note">[660]</a></p>
     <p>Тум села на землю, рядом с мужем, застыв, как бронзовая статуя, только ее блестящие глаза по-прежнему пытливо и тревожно перебегали с лица на лицо. И Ван- Бранту, продолжавшему свой рассказ, стало не по себе под этим немым, внимательным взглядом. Увлекшись красочным описанием боя, он вдруг почувствовал, что эти черные глаза насквозь прожигают его, — он начинал запинаться, путаться, и ему стоило большого труда восстановить ход мыслей и продолжать рассказ. Фэрфакс, отложив трубку и обхватив колени руками, напряженно слушал; нетерпеливо торопил рассказчика, когда тот останавливался, — перед ним оживали картины мира, который, как ему казалось, он давно забыл.</p>
     <p>Прошел час, два, наконец Фэрфакс неохотно поднялся.</p>
     <p>— И Кронье<a l:href="#n_661" type="note">[661]</a> некуда было податься! Но погодите минутку, я сбегаю к Тантлачу, — он уже, наверно, ждет, и я сговорюсь, что вы придете к нему после завтрака. Вам это удобно?</p>
     <p>Он скрылся за соснами, и Ван-Бранту ничего не оставалось делать, как глядеть в жаркие глаза Тум. Пять лет, думал он, а ей сейчас не больше двадцати. Удивительное создание! Обычно у эскимосок маленькая плоская пуговка вместо носа, а вот у этой нос тонкий и даже с горбинкой, а ноздри тонкие и изящного рисунка, как у красавиц более светлой расы, — капля индейской крови, уж будь уверен, Эвери Ван-Брант. И, Эвери Ван-Брант, не нервничай, она тебя не съест; она всего только женщина, к тому же красивая. Скорее восточного, чем местного типа. Глаза большие и довольно широко поставленные, с чуть заметной монгольской раскосостью. Тум, ты же аномалия! Ты здесь чужая, среди этих эскимосов, даже если у тебя отец эскимос. Откуда родом твоя мать? Или бабушка? О Тум, дорогая, ты красотка, холодная, застывшая красотка с лавой аляскинских вулканов в крови, и, прошу тебя, Тум, не гляди на меня так! Он засмеялся и встал. Ее упорный взгляд смущал его.</p>
     <p>Какая-то собака бродила среди мешков с провизией. Он хотел прогнать ее и отнести мешки в более надежное место, пока не вернется Фэрфакс. Но Тум удержала его движением руки и встала прямо против него.</p>
     <p>— Ты? — сказала она на языке Арктики, почти одинаковом у всех племен от Гренландии до мыса Барроу. — Ты?</p>
     <p>Смена выражений на ее лице выразила все вопросы, стоявшие за этим «ты»: и откуда он взялся, и зачем он здесь, и какое отношение он имеет к ее мужу — все.</p>
     <p>— Брат, — ответил он на том же языке, широким жестом указывая в сторону юга. — Мы братья, твой муж и я.</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Нехорошо, что ты здесь.</p>
     <p>— Пройдет один сон, и я уйду.</p>
     <p>— А мой муж? — спросила она, вся затрепетав в тревоге.</p>
     <p>Ван-Брант пожал плечами. Ему втайне было стыдно за кого-то и за что-то, и он сердился на Фэрфакса. Он чувствовал, что краснеет, глядя на эту дикарку. Она всего только женщина, но этим сказано все — женщина. Снова и снова повторяется эта скверная история — древняя, как сама Ева, и юная, как луч первой любви.</p>
     <p>— Мой муж! Мой муж! Мой муж! — твердила она неистово; лицо ее потемнело, и из глаз глянула на него вечная, беспощадная женская страсть, страсть Женщины- Подруги.</p>
     <p>— Тум, — заговорил он серьезно по-английски, — ты родилась в северных лесах, питалась рыбой и мясом, боролась с морозом и голодом и в простоте души прожила все свои годы. Но есть много вещей, вовсе не простых, которых ты не знаешь и понять не можешь. Ты не знаешь, что значит жажда другой, легкой и далекой жизни, ты не можешь понять, что значит тосковать по прекрасной женщине. А та женщина прекрасна, Тум, она благородно-прекрасна. Ты была женой этого человека и отдала ему все свое существо, но ведь оно маленькое, простенькое, твое существо. Слишком маленькое и слишком простенькое, а он — человек другого мира. Ты его никогда не понимала, и тебе никогда его не понять. Так предопределено свыше. Ты держала его в своих объятиях, но ты никогда не владела его сердцем, сердцем этого чудака с его фантазиями о смене времен года и мечтами о покое в дикой глуши. Мечта, неуловимая мечта — вот чем он был для тебя. Ты цеплялась за человека, а ловила тень, отдавалась мужчине и делила ложе с призраком. Такова была в древности участь всех дочерей смертных, чья красота приглянулась богам. О Тум, Тум, не хотел бы я быть на месте Джона Фэрфакса в бессонные ночи грядущих лет, в те бессонные ночи, когда вместо светлых, как солнце, волос женщины, покоящейся с ним рядом, ему будут мерещиться темные косы подруги, покинутой в лесной глуши Севера!</p>
     <p>Тум хоть и не понимала, но слушала с таким пристальным вниманием, как будто ее жизнь зависела от его слов. Однако она уловила имя мужа и по-эскимосски крикнула:</p>
     <p>— Да! Да! Фэрфакс! Мой муж!</p>
     <p>— Жалкая дурочка, как мог он быть твоим мужем?</p>
     <p>Но ей непонятен был английский язык, и она подумала, что ее вышучивают. Ее глаза вспыхнули немым, безудержным гневом, и Ван-Бранту даже почудилось, что она, как пантера, готовится к прыжку.</p>
     <p>Он тихо выругал себя, но вдруг увидел, что пламя гнева угасло в ее глазах и взгляд стал лучистым и мягким — молящий взгляд женщины, которая уступает силе и мудро прикрывается броней собственной слабости.</p>
     <p>— Он мой муж, — сказала она кротко. — Я никогда другого не знала. Невозможно мне знать другого. И невозможно, чтобы он ушел от меня.</p>
     <p>— Кто говорит, что он уйдет от тебя? — резко спросил Ван-Брант, теряя терпение и в то же время чувствуя себя обезоруженным.</p>
     <p>— Ты должен сказать, чтобы он не уходил от меня, — ответила она кротко, удерживая рыдания.</p>
     <p>Ван-Брант сердито отбросил ногой угли костра и сел.</p>
     <p>— Ты должен сказать. Он мой муж. Перед всеми женщинами он мой. Ты велик, ты силен, а я — посмотри, как я слаба. Видишь, я у твоих ног. Тебе решать мою судьбу. Тебе…</p>
     <p>— Вставай!</p>
     <p>Резким движением он поднял ее на ноги и встал сам.</p>
     <p>— Ты — женщина. И не пристало тебе валяться на земле, а тем более в ногах у мужчины.</p>
     <p>— Он мой муж.</p>
     <p>— Тогда — да простит господь всем мужьям! — вырвалось у Ван-Бранта.</p>
     <p>— Он мой муж, — твердила она уныло, умоляюще.</p>
     <p>— Он брат мой, — отвечал Ван-Брант.</p>
     <p>— Мой отец — вождь Тантлач. Он господин пяти селений. Я прикажу, и из всех девушек этих пяти селений тебе выберут лучшую, чтобы ты остался здесь с твоим братом и жил в довольстве.</p>
     <p>— Через один сон я уйду.</p>
     <p>— А мой муж?</p>
     <p>— Вот он идет, твой муж. Слышишь?</p>
     <p>Из-за темных елей донесся голос Фэрфакса, напевавшего веселую песенку.</p>
     <p>Как черная туча гасит ясный день, так его песня согнала свет с ее лица.</p>
     <p>— Это язык его народа, — промолвила Тум, — язык его народа…</p>
     <p>Она повернулась гибким движением грациозного молодого животного и исчезла в лесу.</p>
     <p>— Все в порядке! — крикнул Фэрфакс, подходя. — Его королевское величество примет вас после завтрака.</p>
     <p>— Вы сказали ему? — спросил Ван-Брант.</p>
     <p>— Нет. И не скажу, пока, мы не будем готовы двинуться в путь.</p>
     <p>Ван-Брант с тяжелым чувством посмотрел на своих спящих спутников.</p>
     <p>— Я буду рад, когда мы окажемся за сотню миль отсюда.</p>
     <p>Тум подняла шкуру, завешивавшую вход в чум отца. С ним сидели двое мужчин, и все трое с живым интересом взглянули на нее. Но она вошла и тихо, молча села, обратив к ним бесстрастное, ничего не выражающее лицо. Тантлач барабанил костяшками пальцев по древку копья, лежавшего у него на коленях, и лениво следил за солнечным лучом, пробившимся сквозь дырку в шкуре и радужной дорожкой пронизавшим сумрак чума. Справа из-за плеча вождя выглядывал Чугэнгат, шаман. Оба были стары, и усталость долгих лет застилала их взор. Но против них сидел юноша Кин, общий любимец всего племени. Он был быстр и легок в движениях, и его черные блестящие глаза испытующе и с вызовом смотрели то на того, то на другого.</p>
     <p>В чуме царило молчание. Только время от времени в него проникал шум соседних жилищ и издали доносились едва слышные, словно то были не голоса, а их тени, тонкие, визгливые крики дерущихся мальчишек. Собака просунула голову в отверстие, по-волчьи поблескивая глазами. С ее белых, как слоновая кость, клыков стекала пена. Она заискивающе поскулила, но, испугавшись неподвижности человеческих фигур, нагнула голову и, пятясь, поплелась назад. Тантлач равнодушно поглядел на дочь.</p>
     <p>— Что делает твой муж, и как ты с ним?</p>
     <p>— Он поет чужие песни, — отвечала Тум. — И у него стало другое лицо.</p>
     <p>— Вот как? Он говорил с тобой.</p>
     <p>— Нет, но у него другое лицо и другие мысли в глазах, и он сидит с Пришельцем у костра, и они говорят, и говорят, и разговору этому нет конца.</p>
     <p>Чугэнгат зашептал что-то на ухо Тантлачу, и Кин, сидевший на корточках, так и рванулся вперед.</p>
     <p>— Что-то зовет его издалека, — рассказывала Тум, — и он сидит и слушает и отвечает песней на языке своего народа.</p>
     <p>Опять Чугэнгат зашептал, опять Кин рванулся, и Тум умолкла, ожидая, когда отец ее кивком головы разрешит ей продолжать.</p>
     <p>— Тебе известно, о Тантлач, что дикие гуси и лебеди и маленькие озерные утки рождаются здесь, в низинах. Известно, что с наступлением морозов они улетают в неведомые края. Известно и то, что они всегда возвращаются, когда у нас встает солнце и реки очищаются ото льда. Они всегда возвращаются туда, где родились, чтобы снова могла зародиться новая жизнь. Земля зовет их, и они являются. И вот теперь моего мужа тоже зовет земля — земля, где он родился, — и он решил ответить на ее зов. Но он мой муж. Перед всеми женщинами он мой.</p>
     <p>— Хорошо это, Тантлач? Хорошо? — с отдаленной угрозой в голосе спросил Чугэнгат.</p>
     <p>— Да, хороша! — вдруг смело крикнул Кин. — Наша земля зовет к себе своих детей, и всякая земля зовет к себе своих детей. Как дикие гуси и лебеди и маленькие озерные утки слышат зов, так услышал зов и этот чужестранец, который слишком долго жил среди нас и который теперь должен уйти. И есть еще голос рода. Гусь спаривается с гусыней, и лебедь не станет спариваться с маленькой озерной уткой. Нехорошо, если бы лебедь стал спариваться с маленькой озерной уткой. И нехорошо, когда чужестранцы берут в жены женщин из наших селений. Поэтому я говорю, что этот человек должен уйти к своему роду, в свою страну.</p>
     <p>— Он мой муж, — ответила Тум, — и он великий человек.</p>
     <p>— Да, он великий человек. — Чугэнгат живо поднял голову, как будто к нему вернулась часть его былой юношеской силы. — Он великий человек, и он сделал мощной твою руку, о Тантлач, и дал тебе власть, и теперь твое имя внушает страх всем кругом, страх и благоговение. Он очень мудр, и нам большая польза от его мудрости. Мы обязаны ему многим — он научил нас хитростям войны и искусству защиты селений и нападения в лесу; он научил нас, как держать совет, и как сокрушать силой слова, и как клятвой подкреплять обещание; научил охоте на дичь и уменью ставить капканы и сохранять пищу; научил лечить болезни и перевязывать раны, полученные в походах и в бою. Ты, Тантлач, был бы теперь хромым стариком, если бы чужестранец не пришел к нам и не вылечил тебя. Если мы сомневались и не знали, на что решиться, мы шли к чужестранцу, чтобы его мудрость указала нам правильный путь, и его мудрость всегда указывала нам путь, и могут явиться новые сомнения, которые только его мудрость поможет разрешить, — и потому нам нельзя отпустить его. Худо будет, если мы отпустим его.</p>
     <p>Тантлач продолжал барабанить по древку копья, и нельзя было понять, слышал он речь Чугэнгата или нет. Тум напрасно всматривалась в его лицо, а Чугэнгат как будто весь съежился и согнулся под бременем лет, снова придавившим его.</p>
     <p>— Никто не выходит за меня на охоту! — Кин с силой ударил себя в грудь. — Я сам охочусь для себя. Я радуюсь жизни, когда выхожу на охоту. Когда я ползу по снегу, выслеживая лося, я радуюсь. И когда натягиваю тетиву, вот так, изо всех сил, и беспощадно, и быстро, и в самое сердце пускаю стрелу, — я радуюсь. И мясо зверя, убитого не мной, никогда не бывает мне так сладко, как мясо зверя, которого убил я сам. Я радуюсь жизни, радуюсь своей ловкости и силе, радуюсь, что я сам все могу, сам добываю, что мне нужно. И ради чего жить, как не ради этого? Зачем мне жить, если в самом себе и в том, что я делаю, мне не будет радости? Я провожу свои дни на охоте и рыбной ловле оттого, что в этом радость для меня, а проводя дни на охоте и рыбной ловле, я становлюсь ловким и сильным. Человек, сидящий у огня в чуме, теряет ловкость и силу. Он не чувствует себя счастливым, вкушая пищу, добытую не им, и жизнь не радует его. Он не живет. И потому я говорю: хорошо, если чужестранец уйдет: Его мудрость не делает нас мудрыми. Мы не стремимся приобретать сноровку, зная, что она есть у него. Когда нам нужно, мы обращаемся к его сноровке. Мы едим добытую им пищу, но она не сладка нам. Мы сильны его силой, но в этом нет отрады. Мы живем жизнью, которую он создает для нас, а это — не настоящая жизнь. От такой жизни мы жиреем и делаемся, как женщины, и боимся работы, и теряем уменье сами добывать все, что нам нужно. Пусть этот человек уйдет, о Тантлач, чтоб мы снова стали мужчинами! Я — Кин, мужчина, и я сам охочусь для себя!</p>
     <p>Тантлач обратил на него взгляд, в котором, казалось, была пустота вечности. Кин с нетерпением ждал решения, но губы Тантлача не шевелились, и старый вождь повернулся к своей дочери.</p>
     <p>— То, что дано, не может быть отнято, — заговорила она быстро. — Я была всего только девочкой, когда этот чужестранец, ставший моим мужем, впервые пришел к нам. Я не знала мужчин и их обычаев, и мое сердце было как сердце всякой девушки, когда ты, Тантлач, ты, и никто другой, позвал меня и бросил меня в объятия чужестранца. Ты, и никто другой, Тантлач; и как меня ты дал этому человеку, так этого человека ты дал мне. Он мой муж. Он спал в моих объятиях, и из моих объятий его вырвать нельзя.</p>
     <p>— Хорошо бы, о Тантлач, — живо подхватил Кин, бросив многозначительный взгляд на Тум, — хорошо бы, если бы ты помнил то, что дано, не может быть отнято.</p>
     <p>Чугэнгат выпрямился.</p>
     <p>— Неразумная юность говорит твоими устами, Кин. Что до нас, о Тантлач, то мы старики, и мы понимаем. Мы тоже глядели в глаза женщин, и наша кровь кипела от непонятных желаний. Но годы нас охладили, и мы поняли, что только опытом дается мудрость и только хладнокровие делает ум проницательным, а руку твердой, и мы знаем, что горячее сердце бывает слишком горячим и склонным к поспешности. Мы знаем, что Кин был угоден твоим очам. Мы знаем, что Тум была обещана ему в давние дни, когда она была еще дитя. Но пришли новые дни, и с ними пришел чужестранец, и тогда мудрость и стремление к пользе велели нам нарушить обещание, — и Тум была потеряна для Кина.</p>
     <p>Старый шаман помолчал и посмотрел в лицо молодому человеку.</p>
     <p>— И да будет известно, что это я, Чугэнгат, посоветовал нарушить обещание.</p>
     <p>— Я не принял другой женщины на свое ложе, — прервал его Кин. — Я сам смастерил себе очаг, и сам варил пищу, и скрежетал зубами в одиночестве.</p>
     <p>Чугэнгат движением руки показал, что он еще не кончил.</p>
     <p>— Я старый человек, и разум — источник моих слов. Хорошо быть сильным и иметь власть. Еще лучше отказаться от власти, если знаешь, что это принесет пользу, В старые дни я сидел по правую руку от тебя, о Тантлач, мой голос в совете значил больше других, и меня слушались во всех важных делах. Я был силен и обладал властью. Я был первым человеком после Тантлача. Но пришел чужестранец, и я увидел, что он искусен, и мудр, и велик. И было ясно, что раз он искуснее и мудрее меня, то от него будет больше пользы, чем от меня. И ты склонил ко мне ухо, Тантлач, и послушал моего совета, и дал чужестранцу власть, и место по правую руку от себя, и дочь свою Тум. И наше племя стало процветать, живя по новым законам новых дней, и будет процветать дальше, если чужестранец останется среди нас. Мы старики с тобой, о Тантлач, и это дело ума, а не сердца. Слушай мои слова, Тантлач! Слушай мои слова! Пусть чужестранец остается!</p>
     <p>Наступило долгое молчание. Старый вождь размышлял с видом человека, убежденного в божественной непогрешимости своих решений, а Чугэнгат, казалось, погрузился мыслью в туманные дали прошлого. Кин жадными глазами смотрел на женщину, но она не замечала этого и не отрывала тревожного взгляда от губ отца. Пес снова сунулся под шкуру и, успокоенный тишиной, на брюхе вполз в чум. Он с любопытством обнюхал опущенную руку Тум, вызывающе насторожив уши, прошел мимо Чугэнгата и лег у ног Тантлача. Копье с грохотом упало на землю, собака испуганно взвыла, отскочила в сторону, лязгнула в воздухе зубами и, сделав еще прыжок, исчезла из чума.</p>
     <p>Тантлач переводил взгляд с одного лица на другое, долго и внимательно изучая каждое. Потом он с царственной суровостью поднял голову и холодным и ровным голосом произнес свое решение:</p>
     <p>— Чужестранец остается. Собери охотников. Пошли скорохода в соседнее селение с приказом привести воинов. С Пришельцем я говорить не стану. Ты, Чугэнгат, поговоришь с ним. Скажи ему, что он может уйти немедленно, если согласен уйти мирно. Но если придется биться, — убивайте, убивайте, убивайте всех до последнего, но передай всем мой приказ: нашего чужестранца не трогать, чужестранца, который стал мужем моей дочери. Я сказал.</p>
     <p>Чугэнгат поднялся и заковылял к выходу. Тум последовала за ним; но когда Кин уже нагнулся, чтобы выйти, голос Тантлача остановил его:</p>
     <p>— Кин, ты слышал мои слова, и это хорошо. Чужестранец остается. Смотри, чтоб с ним ничего не случилось.</p>
     <empty-line/>
     <p>Следуя наставлениям Фэрфакса в искусстве войны, эскимосские воины не бросались дерзко вперед, оглашая воздух криками. Напротив, они проявляли большую сдержанность и самообладание, двигались молча, переползая от прикрытия к прикрытию. У берега реки, где узкая полоса открытого пространства служила относительной защитой, залегли люди Ван-Бранта — индейцы и французы. Глаза их не различали ничего, и ухо только смутно улавливало неясные звуки, но они чувствовали присутствие живых существ в лесу и угадывали приближение неслышного, невидимого врага.</p>
     <p>— Будь они прокляты, — пробормотал Фэрфакс, — они и понятия не имели о порохе, а я научил их обращению с ним.</p>
     <p>Эвери Ван-Брант рассмеялся, выколотив свою трубку, запрятал ее подальше вместе с кисетом и попробовал, легко ли вынимается охотничий нож из висевших у него на боку ножен.</p>
     <p>— Увидите, — сказал он, — мы рассеем передний отряд, и это поубавит им прыти.</p>
     <p>— Они пойдут цепью, если только помнят мои уроки.</p>
     <p>— Пусть себе! Винтовки на то и существуют, чтобы сажать пулю за пулей! А! Вот славно! Первая кровь! Лишнюю порцию табаку тебе, Лун.</p>
     <p>Лун, индеец, заметил чье-то выставившееся плечо и меткой пулей дал знать его владельцу о своем открытии.</p>
     <p>— Только б их раззадорить, — бормотал Фэрфакс, — только б раззадорить, чтобы они рванулись вперед.</p>
     <p>Ван-Брант увидел мелькнувшую за дальним деревом голову; тотчас грянул выстрел, и эскимос покатился на землю в смертельной агонии. Майкл уложил третьего. Фэрфакс и прочие тоже взялись за дело, стреляя в каждого неосторожно высовывавшегося эскимоса и по каждому шевелившемуся кусту. Пятеро эскимосов нашли свою смерть, перебегая незащищенное болотце, а десяток полег левее, где деревья были редки. Но остальные шли навстречу судьбе с мрачной стойкостью, продвигаясь вперед осторожно, обдуманно, не торопясь и не мешкая.</p>
     <p>Десять минут спустя, идя почти вплотную, они вдруг остановились; всякое движение замерло, наступила зловещая, грозная тишина. Только видно было, как чуть шевелятся, вздрагивая от первых слабых дуновений ветра, трава и листья, позолоченные тусклым, бледным утренним солнцем. Длинные тени легли на землю, причудливо перемежаясь с полосами света. Невдалеке показалась голова раненого эскимоса, с трудом выползавшего из болотца. Майкл навел уже на него винтовку, но медлил с выстрелом. Внезапно, по невидимой линии фронта, слева направо, пробежал свист и туча стрел прорезала воздух.</p>
     <p>— Готовься! — скомандовал Ван-Брант, и в его голосе зазвучала новая, металлическая нотка. — Пли!</p>
     <p>Эскимосы разом выскочили из засады. Лес вдруг дохнул и весь ожил. Раздался громкий клич, и винтовки с гневным вызовом рявкнули в ответ. Настигнутые пулей эскимосы падали на бегу, но их братья неудержимо, волна за волной, катились через них. Впереди, мелькая между деревьями, мчалась с развевающимися волосами Тум, размахивая на бегу руками и перепрыгивая через поваленные стволы. Фэрфакс прицелился и чуть не нажал спуск, как вдруг узнал ее.</p>
     <p>— Женщина! Не стрелять! — крикнул он. — Смотрите, она безоружна.</p>
     <p>Ни индейцы, ни Майкл и его товарищ, ни Ван-Брант, посылавший пулю за пулей, не слышали его. Но Тум, невредимая, неслась прямо вперед, за одетым в шкуры, охотником, вдруг откуда-то вынырнувшим со стороны. Фэрфакс разил пулями эскимосов, бежавших справа и слева, и навел винтовку на охотника. Но тот, видимо, узнав его, неожиданно метнулся в сторону и вонзил копье в Майкла. В ту же секунду Тум обвила рукой шею мужа и, полуобернувшись, окриком и жестом как бы отстранила толпу нападавших. Десятки людей пронеслись мимо, на какое-то краткое мгновение Фэрфакс замер перед ее смуглой, волнующей, победной красотой, и рой странных видений, воспоминаний и грез всколыхнул глубины его существа. Обрывки философских догм старого мира и этических представлений нового, какие-то картины, поразительно отчетливые и в то же время мучительно бессвязные, проносились в его мозгу: сцены охоты, лесные чащи, безмолвные снежные просторы, сияние бальных огней, картинные галереи и лекционные залы, мерцающий блеск реторт, длинные ряды книжных полок, стук машин и уличный шум, мелодии забытой песни, лица дорогих сердцу женщин и старых друзей, одинокий ручей на дне глубокого ущелья, разбитая лодка на каменистом берегу, тихое поле, озаренное луной, плодородные долины, запах сена…</p>
     <p>Воин, настигнутый пулей, попавшей ему между глаз, по инерции сделал еще один неверный шаг вперед и, бездыханный, рухнул на землю. Фэрфакс очнулся. Его товарищи, — те, что еще оставались в живых, — были оттеснены далеко назад, за деревья. Он слышал свирепые крики охотников, перешедших врукопашную, коловших и рубивших своим оружием из моржовой кости. Стоны раненых поражали его, как удары. Он понял, что битва кончена и проиграна, но традиции расы и расовая солидарность побуждали его ринуться в самую гущу схватки, чтобы по крайней мере умереть среди себе подобных.</p>
     <p>— Мой муж! Мой муж! — кричала Тум. — Ты спасен!</p>
     <p>Он рвался из ее рук, но она тяжким грузом повисла на нем и не давала ему ступить ни шагу.</p>
     <p>— Не надо, не надо! Они мертвы, а жизнь хороша!</p>
     <p>Она крепко обхватила его за шею и цеплялась ногами за его ноги; он оступился и покачнулся, напряг все силы, чтобы выпрямиться и устоять на ногах, но снова покачнулся и навзничь упал на землю. При этом он ударился затылком о торчащий корень, его оглушило, и он уже почти не сопротивлялся. Падая вместе с ним, Тум услышала свист летящей стрелы и, как щитом, закрыла его своим телом, крепко обняв его и прижавшись лицом и губами к его шее.</p>
     <p>Тогда, шагах в десяти от них, из частого кустарника, вышел Кин. Он осторожно осмотрелся. Битва затихала вдали, и замирал крик последней жертвы. Никого не было видно. Он приложил стрелу к тетиве и взглянул на тех двоих. Тело мужчины ярко белело между грудью и рукой женщины. Кин оттянул тетиву, прицеливаясь. Два раза он спокойно проделал это, для верности, и тогда только пустил костяное острие прямо в белое тело, казавшееся особенно белым в объятиях смуглых рук Тум, рядом с ее смуглой грудью.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Закон жизни</p>
     </title>
     <p>Старый Коскуш жадно прислушивался. Его зрение давно угасло, но слух оставался по-прежнему острым, улавливая малейший звук, а мерцающее под высохшим лбом сознание было безучастным к грядущему. А, это пронзительный голос Сит-Кум-То-Ха; она с криками бьет собак, надевая на них упряжь. Сит-Кум-То-Ха — дочь его дочери, но она слишком занята, чтобы попусту тратить время на дряхлого деда, одиноко сидящего на снегу, всеми забытого и беспомощного. Пора сниматься со стоянки. Предстоит далекий путь, а короткий день не хочет помедлить. Жизнь зовет ее, зовут заботы, которых требует жизнь, а не смерть. А он так близок теперь к смерти.</p>
     <p>Мысль эта на минуту ужаснула старика, и он протянул руку, нащупывая дрожащими пальцами небольшую кучку хвороста возле себя. Убедившись, что хворост здесь, он снова спрятал руку под изношенный мех и опять стал вслушиваться.</p>
     <p>Сухое потрескивание полузамерзшей оленьей шкуры сказало ему, что вигвам вождя уже убран, и теперь его уминают и скатывают в удобный тюк. Вождь приходился ему сыном, он был рослый и сильный, глава племени и могучий охотник. Вот его голос, понукающий медлительных женщин, которые собирают пожитки. Старый Коскуш напряг слух. В последний раз он слышит этот голос. Сложен вигвам Джихоу и вигвам Тускена! Семь, восемь, десять… Остался, верно, только вигвам шамана. Вот теперь принялись и за него. Коскуш слышал бормотание шамана, укладывавшего свой вигвам на нарты. Захныкал ребенок; женщина стала утешать его, напевая что-то тихим гортанным голосом. Это маленький Ку-Ти, подумал старик, капризный ребенок и слабый здоровьем. Может быть, он скоро умрет, и тогда в мерзлой земле тундры выжгут яму и набросают сверху камней для защиты от росомах. А впрочем, не все ли равно? В лучшем случае проживет еще несколько лет и будет ходить чаще с пустым желудком, чем с полным. А в конце концов смерть все равно дождется его — вечно голодная и самая голодная из всех.</p>
     <p>Что там такое? А, это мужчины увязывают нарты и туго затягивают ремни. Он слушал, — он, который скоро ничего не будет слышать. Удары бича со свистом сыпались на собак. Слышишь, завыли! Как им ненавистен трудный путь! Уходят! Нарты за нартами медленно скользят в тишину. Ушли. Они исчезли из его жизни, и он один встретит последний, тяжкий час. Нет, вот захрустел снег под мокасинами. Рядом стоял человек; на его голову тихо легла рука. Как добр к нему сын! Он вспомнил, других стариков, их сыновья уходили вместе с племенем. Его сын не таков. Старик унесся мыслями в прошлое, но голос молодого человека вернул его к действительности.</p>
     <p>— Тебе хорошо? — спросил сын.</p>
     <p>И старик ответил:</p>
     <p>— Да, мне хорошо.</p>
     <p>— Около тебя есть хворост, — продолжал молодой, — костер горит ярко. Утро серое, мороз спадает. Скоро пойдет снег. Вот он уже идет.</p>
     <p>— Да, он уже идет.</p>
     <p>— Люди спешат. Их тюки тяжелы, а животы подтянуло от голода. Путь далек, и они идут быстро. Я ухожу. Тебе хорошо?</p>
     <p>— Мне хорошо. Я словно осенний лист, который еле держится на ветке. Первое дуновение ветра — и я упаду. Мой голос стал как у старухи. Мои глаза больше не показывают дорогу ногам, а ноги отяжелели, и я устал. Все хорошо.</p>
     <p>Довольный Коскуш склонил голову и сидел так, пока не замер вдали жалобный скрип снега; теперь он знал, что сын уже не услышит его призыва. И тогда рука его поспешно протянулась за хворостом. Только эта вязанка отделяла его от зияющей перед ним вечности. Охапка сухих сучьев была мерой его жизни. Один за другим сучья будут поддерживать огонь, и так же, шаг за шагом, будет подползать к нему смерть. Когда последняя ветка отдаст свое тепло, мороз примется за дело. Сперва сдадутся ноги, потом руки, и под конец оцепенеет тело. Голова его упадет на колени, и он успокоится. Это легко. Умереть суждено всем.</p>
     <p>Коскуш не жаловался. Такова жизнь, и она справедлива. Он родился и жил близка к земле, и ее закон для него не нов. Это закон всех живых существ. Природа немилостива к отдельным живым существам. Ее внимание направлено на виды, расы. На большие обобщения примитивный ум старого Коскуша был не способен, но это он усвоил твердо. Примеры этому он видел повсюду в жизни. Дерево наливается соками, распускаются зеленые почки, падает желтый лист — и круг завершен. Но каждому живому существу природа ставит задачу. Не выполнив ее, оно умрет. Выполнит — все равно умрет. Природа безучастна: покорных ей много, но вечность суждена не покорным, а покорности. Племя Коскуша очень старо. Старики, которых он помнил, еще когда был мальчиком, помнили стариков до себя. Следовательно, племя живет, оно олицетворяет покорность всех своих предков, самые могилы которых уже давно забыты. Умершие не в счет; они только единицы. Они ушли, как тучи с летнего неба. И он тоже уйдет. Природа безучастна. Она поставила жизни одну задачу, дала один закон. Задача жизни — продолжение рода, закон ее — смерть. Девушка — существо, на которое приятно посмотреть. Она сильная, у нее высокая грудь, упругая походка, блестящие глаза. Но задача этой девушки еще впереди. Блеск в ее глазах разгорается, походка становится быстрее, она то смела с юношами, то робка и заражает их своим беспокойством. И она хорошеет день ото дня; и, наконец, какой-нибудь охотник берет ее в свое жилище, чтобы она работала и стряпала на него и стала матерью его детей. Но с рождением первенца красота начинает покидать женщину, ее походка становится тяжелой и медленной, глаза тускнеют и меркнут, и одни лишь маленькие дети с радостью прижимаются к морщинистой щеке старухи, сидящей у костра. Ее задача выполнена. И при первой угрозе голода или при первом длинном переходе ее оставят, как оставили его, — на снегу, подле маленькой охапки хвороста. Таков закон жизни.</p>
     <p>Коскуш осторожно положил в огонь сухую ветку и вернулся к своим размышлениям. Так бывает повсюду и во всем. Комары исчезают при первых заморозках. Маленькая белка уползает умирать в чащу. С годами заяц тяжелеет и не может с прежней быстротой ускакать от врага. Даже медведь слепнет к старости, становится неуклюжим и в конце концов свора визгливых собак одолевает его. Коскуш вспомнил, как он сам бросил своего отца в верховьях Клондайка, — это было той зимой, когда к ним пришел миссионер со своими молитвенниками и ящиком лекарств. Не раз облизывал Коскуш губы при воспоминании об этом ящике, но сейчас у него во рту уже было слюны. В особенности вспоминался ему «болеутолитель». Но миссионер был обузой для племени, он не приносил дичи, а сам ел много, и охотники ворчали на него. В конце концов он простудился на реке около Мэйо, а потом собаки разбросали камни и подрались из-за его костей.</p>
     <p>Коскуш снова подложил хворосту в костер и еще глубже погрузился в мысли о прошлом. Во время Великого Голода старики жались к огню и роняли с уст туманные предания Старины о том, как Юкон целых три зимы мчался, свободный ото льда, а потом стоял замерзший три лета. В этот голод Коскуш потерял свою мать. Летом не было хода лосося, и племя с нетерпением дожидалось зимы и оленей. Зима наступила, но олени не пришли вместе с ней. Такое никогда не бывало даже на памяти стариков. Олени не пришли, и это был седьмой голодный год. Зайцы не плодились, а от собак остались только кожа да кости. И дети плакали и умирали в долгой зимней тьме, умирали женщины и старики, и из каждых десяти человек только один дожил до весны и возвращения солнца. Да, вот это был голод!</p>
     <p>Но он видел и времена изобилия, когда мяса было столько, что оно портилось, и разжиревшие собаки совсем обленились, — времена, когда мужчины смотрели на убегающую дичь и не убивали ее, а женщины были плодовиты, и в вигвамах возились и ползали мальчики и девочки. Мужчины стали тогда заносчивы и чуть что вспоминали прежние ссоры. Они перевалили через горы на юг, чтобы истребить племя пелли, и на запад, чтобы полюбоваться на потухшие огни племени танана. Старик вспомнил, что еще мальчиком он видел в год изобилия, как волки задрали лося. Зинг-Ха лежал тогда вместе с ним на снегу, — Зинг-Ха, который стал потом искусным охотником, и кончил тем, что провалился в полынью на Юконе. Ему удалось выбраться из нее только до половины— так его и нашли через месяц примерзшим ко льду.</p>
     <p>Так вот — лось. Он и Зинг-Ха пошли в тот день поиграть в охоту, подражая своим отцам. На замерзшей реке они наткнулись на свежий след лося и на следы гнавшихся за ним волков.</p>
     <p>— Старый, — сказал Зинг-Ха, умевший лучше разбирать следы. — Старый. Отбился от стада. Волки отрезали его от братьев и теперь не выпустят.</p>
     <p>Так оно и было. Таков волчий обычай. Днем и ночью, без отдыха, они будут с рычаньем преследовать его по пятам, щелкать зубами у самой его морды и не отстанут от него до конца. Кровь закипела у обоих мальчиков. Конец охоты — на это стоит посмотреть.</p>
     <p>Сгорая от нетерпения, они шли все дальше и дальше, и даже он, Коскуш, не обладавший острым зрением и навыками следопыта, мог бы идти вперед с закрытыми глазами — так четок был след. Он был совсем свежий, и они на каждом шагу читали только что написанную мрачную трагедию погони. Вот здесь лось остановился. Во все стороны на расстоянии в три человеческих роста снег был истоптан и взрыт. Посредине глубокие отпечатки разлатых копыт лося, а вокруг более легкие следы волков. Некоторые, пока их собратья бросались на жертву, видимо, отдыхали, лежа на снегу. Отпечатки их туловищ были так ясны, словно это происходило всего лишь минуту тому назад. Один волк попался под ноги обезумевшей жертве и был затоптан насмерть. Куча костей, чисто обглоданных, подтверждала это.</p>
     <p>Они снова замедлили ход своих лыж. Вот здесь тоже происходила отчаянная борьба. Дважды опрокидывали лося наземь, — как свидетельствовал снег, — и дважды он сбрасывал своих противников и снова поднимался на ноги. Он уже давно выполнил свою задачу, но жизнь была дорога ему. Зинг-Ха сказал: «Никогда не бывало, чтобы раз опрокинутый лось снова встал на ноги». Но этот встал.</p>
     <p>Когда потом они рассказывали об этом шаману, он счел это чудом и каким-то предзнаменованием.</p>
     <p>Наконец, они подошли к тому месту, где лось хотел подняться на берег и скрыться в лесу. Но враги насели на него сзади, и он стал на дыбы и опрокинулся навзничь, придавив двух из них. Они так и остались лежать в снегу, не тронутые своими собратьями, ибо погоня близилась к концу. Еще два места битвы мелькнули мимо, одно вслед за другим. Теперь след покраснел от крови и плавный шаг крупного зверя стал неровным и спотыкающимся. И вот они услышали первые звуки битвы — не громогласный хор охоты, а короткий отрывистый лай, говоривший о близости волчьих зубов к бокам лося. Держась против ветра, Зинг-Ха полз на животе по снегу, а за ним полз Коскуш, — тот, кому предстояло с годами стать вождем своего племени. Они отвели в сторону ветви молодой ели и выглянули из-за них. И увидели самый конец битвы.</p>
     <p>Зрелище это, подобно всем впечатлениям, юности, до сих пор было еще свежо в памяти Коскуша, и конец погони стал перед его потускневшим взором так же ярко, как в те далекие времена. Коскуш изумился этому, ибо в последующие дни, будучи вождем мужей и главой совета, он совершил много великих деяний — даже если не говорить о чужом белом человеке, которого он убил ножом в рукопашной схватке, — и имя его стало проклятием в устах людей племени пелли.</p>
     <p>Долго еще Коскуш размышлял о днях своей юности, и, наконец, костер стал потухать, и мороз усилился. На этот раз он подбросил в огонь сразу две ветки, и теми, что остались, точно измерил свою власть над смертью. Если бы Сит-Кум-То-Ха подумала о деде и собрала охапку побольше, часы его жизни продлились бы. Разве это так трудно? Но ведь Сит-Кум-То-Ха всегда была беззаботная, а с тех пор как Бобр, сын сына Зинг-Ха, впервые бросил на нее взгляд, она совсем перестала чтить своих предков. А впрочем, не все ли равно? Разве он в дни своей резвой юности поступал по-иному?</p>
     <p>С минуту Коскуш вслушивался в тишину. Может быть, сердце его сына смягчится и он вернется назад с собаками и возьмет своего старика отца вместе со всем племенем туда, где много оленей с тучными от жира боками?</p>
     <p>Коскуш напряг слух, его мозг на мгновение приостановил свою напряженную работу. Ни звука — тишина. Посреди полного молчания слышно лишь его дыхание. Какое одиночество! Чу! Что это? Дрожь пошла у него по телу. Знакомый протяжный вой прорезал безмолвие. Он раздался где-то близко. И. перед незрячими глазами Коскуша предстало видение: лось, старый самец, с истерзанными, окровавленными боками и взъерошенной гривой, гнет книзу большие ветвистые рога и отбивается ими из последних сил. Он видел мелькающие серые тела, горящие глаза, клыки, слюну, стекающую с языков. И он видел, как круг неумолимо сжимается все тесней и тесней, мало-помалу сливаясь в черное пятно посреди истоптанного снега.</p>
     <p>Холодная морда ткнулась ему в щеку, и от этого прикосновения мысли его перенеслись в настоящее. Он протянул руку к огню и вытащил головешку. Уступая н-следственному страху перед человеком, зверь отступил с протяжным воем, обращенным к собратьям. И они тут же ответили ему, и брызжущие слюной волчьи пасти кольцом сомкнулись вокруг костра. Старик прислушался, потом взмахнул головешкой, и фырканье сразу перешло в рычанье; звери не хотели отступать. Вот один подался грудью вперед, подтягивая за туловищем и задние лапы, потом второй, третий; но ни один не отступил назад. Зачем цепляться за жизнь? — спросил Коскуш самого себя и уронил пылающую головню на снег. Она зашипела и потухла. Волки тревожно зарычали, но не двигались с места. Снова Коскуш увидел последнюю битву старого лося и тяжело опустил голову на колени. В конце концов не все ли равно? Разве не таков закон жизни?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Нам-Бок — лжец</p>
     </title>
     <p>— Байдарка, правда, байдарка! Байдарками в ней человек! Глядите, как неуклюже он ворочает веслом!</p>
     <p>Старая Баск-Ва-Ван приподнялась на коленях, дрожа от слабости и волнения, и посмотрела в море.</p>
     <p>— Нам-Бок всегда неуклюже работал веслом, — пробормотала она в раздумье, прикрыв ладонью глаза от солнца и глядя на сверкающую серебром поверхность во-ды. — Нам-Бок всегда был неуклюжий. Я помню…</p>
     <p>Но женщины и дети громко расхохотались, и в их хохоте слышалась добродушная насмешка; голос старухи затих, и только губы шевелились беззвучно.</p>
     <p>Кугах оторвался от своей работы (он был занят резьбой по кости), поднял голову и посмотрел туда, куда указывал взгляд Баск-Ва-Ван. Да, это была байдарка, и она шла к берегу, хотя временами ее и относило далеко в сторону. Сидевший в ней греб решительными, но неумелыми движениями и приближался медленно, словно сознательно ставя лодку вдоль волны. Голова Кугаха снова склонилась над работой: на моржовом бивне он вырезал спинной плавник такой рыбы, какие никогда не плавали ни в одном море.</p>
     <p>— Это, наверно, мастер из соседнего селения. Хочет посоветоваться со мной, как вырезывать на кости разные изображения, — сказал он наконец. — Но он неуклюжий человек. Никогда он не научится.</p>
     <p>— Это Нам-Бок, — повторила старая Баск-Ва-Ван. — Неужели я не узнаю своего сына? — раздраженно выкрикнула она. — Говорю вам: это Нам-Бок.</p>
     <p>— Ты это говорила каждое лето, — ласково стала увещевать ее одна из женщин. — Чуть только море очистится ото льда, ты садилась на берегу и целыми днями смотрела в море; и про всякую лодку ты говорила: «Это Нам-Бок». Нам-Бок умер, о Баск-Ва-Ван, а мертвые не возвращаются. Невозможно, чтобы мертвый вернулся.</p>
     <p>— Нам-Бок! — закричала старуха так громко и пронзительно, что все с удивлением оглянулись на нее.</p>
     <p>Она с трудом встала на ноги и заковыляла по песку. По дороге она споткнулась о лежавшего на солнышке младенца, мать бросилась унимать его и пустила вслед старухе грубые ругательства, но та не обратила на нее внимания. Ребятишки, обгоняя ее, помчались к берегу, а когда байдарка, едва не опрокинувшись из-за неловкости гребца, подъехала ближе, за ребятишками потянулись и женщины. Кугах отложил моржовый клык в сторону, и тоже пошел, тяжело опираясь на свою дубинку, а за ним по двое и по трое двинулись мужчины.</p>
     <p>Байдарка повернулась бортом, и ее непременно захлестнуло бы прибоем, если б один из голых юнцов не вбежал в воду и не вытащил ее за нос далеко на песок. Человек поднялся и пытливо оглядел стоявших перед ним жителей селения. Грязная и изношенная полосатая фуфайка свободно облегала его широкие плечи, шея по- матросски была повязана красным бумажным платком. Рыбачья шапка на коротко остриженной голове, грубые бумажные штаны и тяжелые сапоги дополняли его наряд.</p>
     <p>Несмотря на все это, он был удивительным явлением для рыбаков с дельты великого Юкона: всю жизнь перед глазами у них было Берингово море, и они видели только двух белых — переписчика населения и заблудившегося католического священника. Они были народ бедный — ни золота в их земле не было, ни ценных мехов на продажу, поэтому белые и близко не подходили к их берегу. К тому же в этой стороне моря тысячелетиями скоплялись наносы горных пород Аляски, так что корабли садились на мель, даже еще не увидав земли. Вследствие этого болотистое побережье с глубокими заливами и множеством затопляемых островков никогда не посещалось большими кораблями белых людей, и рыбачье племя не имело понятия об их существовании.</p>
     <p>Кугах-Резчик внезапно побежал, зацепился за собственную дубинку и упал.</p>
     <p>— Нам-Бок! — закричал он отчаянно, стараясь подняться. — Нам-Бок, унесенный морем, вернулся!</p>
     <p>Мужчины и женщины попятились, ребятишки обратились в бегство, прошмыгнув между ног взрослых. Один Опи-Куон, как и подобает старшине селения, проявил храбрость. Он вышел вперед и долго и внимательно разглядывал пришельца.</p>
     <p>— Это в самом деле Нам-Бок, — сказал он наконец, и женщины, поняв по его голосу, что сомнений больше нет, завыли от суеверного ужаса и отступили еще дальше.</p>
     <p>Губы пришельца нерешительно раскрылись, и смуглый кадык задвигался, словно силясь вытолкнуть застревавшие слова.</p>
     <p>— Ля-ля, это Нам-Бок! — бормотала Баск-Ва-Ван, заглядывая ему в лицо. — Я всегда говорила, что Нам- Бок вернется.</p>
     <p>— Да, Нам-Бок вернулся.</p>
     <p>На этот раз говорил сам Нам-Бок; он перешагнул через борт и стоял одной ногой на суше, другой — на байдарке. Опять его горло напряглось, и видно было, что он с трудом подыскивает забытые слова. И когда он их наконец выговорил, они были странны на слух, и гортанные звуки сопровождались каким-то причмокиванием.</p>
     <p>— Привет, о братья, — сказал он, — братья тех лет, когда я жил среди вас и попутный ветер еще не унес меня в море.</p>
     <p>Он ступил на песок и другой ногой, но Опи-Куон замахал на него руками.</p>
     <p>— Ты умер, Нам-Бок, — сказал он.</p>
     <p>Нам-Бок рассмеялся.</p>
     <p>— Взгляни, какой я толстый.</p>
     <p>— Мертвые не бывают толстыми, — согласился Опи-Куон. — Ты хорошо упитан, но это странно. Еще ни один человек, ушедший с береговым ветром, не возвращался по пятам лет.</p>
     <p>— Я возвратился, — просто ответил Нам-Бок.</p>
     <p>— Тогда, быть может, ты тень. Проходящая тень Нам-Бока, который был. Тени возвращаются.</p>
     <p>— Я голоден. Тени не едят.</p>
     <p>Но Опи-Куон был смущен и в мучительном сомнении провел рукой по лбу. Нам-Бок тоже был смущен; он обводил глазами лица стоявших перед ним рыбаков и не видел в них привета. Мужчины и женщины шепотом переговаривались между собой. Дети робко жались за спины старших, а собаки, ощетинившись, скалили морды и подозрительно нюхали воздух.</p>
     <p>— Я родила тебя, Нам-Бок, и кормила тебя грудью, когда ты был маленький, — жалостливо молвила Баск- Ва-Ван, подходя ближе. — И тень ты или не тень, я и теперь дам тебе поесть.</p>
     <p>Нам-Бок шагнул было к ней, но испуганные и угрожающие возгласы заставили его остановиться. Он сказал на непонятном языке что-то очень похожее на «о черт!» и добавил:</p>
     <p>— Я человек, а не тень.</p>
     <p>— Что можно знать, когда дело касается неведомого? — спросил Опи-Куон отчасти у самого себя, отчасти обращаясь к своим соплеменникам. — Сейчас мы есть, но один вздох — и нас нет. Если человек может обратиться в тень, то почему тень не может обратиться в человека? Нам-Бок был, и его нет. Это мы знаем, но мы не знаем, Нам-Бок ты или его тень?</p>
     <p>Нам-Бок откашлялся и ответил так:</p>
     <p>— В давно прошедшие времена, Опи-Куон, отец твоего отца ушел и возвратился по пятам лет. И ему не отказали в месте у очага. Говорили… — Он значительно помолчал, и все замерли, ожидая, что он скажет. — Говорили, — повторил он внушительно, рассчитывая на эффект своих слов, — что Сипсип, его жена, принесла ему двоих сыновей после его возвращения.</p>
     <p>— Но он не вверялся береговому ветру, — возразил Опи-Куон. — Он ушел в глубь суши, а это так уж положено, что по суше человек может ходить сколько угодно.</p>
     <p>— Так же точно и по морю. Но не в том дело. Говорили… будто отец твоего отца рассказывал удивительные истории о том, что он видел.</p>
     <p>— Да, он рассказывал удивительные истории.</p>
     <p>— Мне тоже есть что порассказать, — хитро заявил Нам-Бок. И, заметив колебания слушателей, добавил: — Я привез и подарки.</p>
     <p>Он достал из своей лодки шаль дивной мягкости и окраски и набросил ее на плечи матери. У женщин вырвался дружный вздох восхищения, а старая Баск-Ва-Ван стала щупать и гладить рукой яркую ткань, напевая от восторга, как ребенок.</p>
     <p>— У него есть что рассказать, — пробормотал Кугах.</p>
     <p>— И он привез подарки, — откликнулись женщины.</p>
     <p>Опи-Куон видел, что его соплеменникам не терпится послушать чудесные рассказы, да и его самого разбирало любопытство.</p>
     <p>— Улов был хороший, — сказал он рассудительно, — и жира у нас вдоволь. Так пойдем, Нам-Бок, попируем.</p>
     <p>Двое мужчин взвалили байдарку на плечи и понесли ее к костру. Нам-Бок шел рядом с Опи-Куоном, прочие жители селения следовали за ними, и только несколько женщин задержались на минутку, чтобы любовно потрогать шаль.</p>
     <p>Пока шел пир, разговору было мало, зато много любопытных взглядов украдкой было брошено на сына Баск-Ва-Ван. Это стесняло его, но не потому, что он был скромного нрава, а потому, что вонь тюленьего жира лишила его аппетита; ему же во что бы то ни стало хотелось скрыть это обстоятельство.</p>
     <p>— Ешь, ты голоден, — приказал Опи-Куон, и Нам- Бок, закрыв глаза, сунул руку в горшок с тухлой рыбой.</p>
     <p>— Ля-ля, не стесняйся. Тюленей этот год было много, а сильные мужчины всегда голодны.</p>
     <p>И Баск-Ва-Ван обмакнула в жир особенно отвратительный кусок рыбы и, закапав все кругом, нежно протянула его сыну.</p>
     <p>Однако некоторые зловещие симптомы скоро оповестили Нам-Бока, что желудок его не так вынослив, как в былые времена, и он в отчаянии поспешил набить трубку и закурить. Люди шумно ели и наблюдали за ним. Не многие из них могли похвастаться близким знакомством с этим драгоценным зельем, хотя оно порой попадало к ним — понемножку и самого скверного сорта — от северных эскимосов в обмен на другие товары. Кугах, сидевший рядом с ним, дал ему понять, что и он не прочь бы разок затянуться, и в промежутке между двумя кусками рыбы вложил в рот янтарный мундштук и принялся посасывать его вымазанными жиром губами. Увидев это, Нам-Бок дрожащей рукой схватился за живот и отвел протянутую обратно трубку. Пусть Кугах оставит трубку себе, сказал он, потому что он с самого начала намеревался почтить его этим подношением. И все стали облизывать пальцы и хвалить щедрость Нам-Бока.</p>
     <p>Опи-Куон поднялся.</p>
     <p>— А теперь, о Нам-Бок, пир кончен, и мы хотим послушать об удивительных вещах, которые ты видел.</p>
     <p>Рыбаки захлопали в ладоши и, разложив около себя свою работу, приготовились слушать. Мужчины строгали копья и занимались резьбой по кости, а женщины соскабливали жир с котиковых шкур и разминали их и шили одежду нитками из сухожилий. Нам-Бок окинул взглядом всю эту картину и не увидел в ней той прелести, какую, по воспоминаниям, ожидал найти. В годы своих скитаний он с удовольствием рисовал себе такую именно картину, но сейчас, когда она была перед его глазами, он чувствовал разочарование. Убогая и жалкая жизнь, думалось ему; она не идет ни в какое сравнение с жизнью, к которой он теперь привык. Все-таки кое-что он им расскажет, он приоткроет им глаза, — и при этой мысли глаза у него заблестели.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_073.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Братья, — начал он с благодушным самодовольством человека, готовящегося поведать о своих подвигах. — Братья, когда много лет назад я ушел от вас, было позднее лето и погода стояла такая точно, какая обещает быть сейчас. Вы все помните тот день: чайки летали низко, с суши дул сильный ветер, и я не мог одолеть его на своей байдарке. Я плотно затянул покрышку, чтобы вода не попала внутрь, и всю ночь боролся с бурей. А утром земли уже не было видно — одно море — и ветер с суши по-прежнему крепко держал меня в руках и гнал перед собой. Три раза ночь сменялась бледным рассветом, а земли все не было видно, и береговой ветер все не отпускал меня. И когда наступил четвертый день, я был как безумный. Я не мог работать веслом, потому что ослабел от голода, а голова моя кружилась и кружилась — так меня мучила жажда. Но море уже утихло, и дул теплый южный ветер, и когда я посмотрел вокруг, то увидел такое зрелище, что подумал, не сошел ли я и вправду с ума.</p>
     <p>Нам-Бок остановился, чтобы вытащить волоконце лососины, застрявшее в зубах, а окружавшие его мужчины и женщины ждали, бросив работу и вытянув шеи.</p>
     <p>— Это была лодка, большая лодка. Если все лодки, какие я когда-либо видел, сложить в одну лодку, она все- таки не будет такой большой.</p>
     <p>Послышались возгласы сомнения, и Кугах, насчитывавший много лет жизни, покачал головой.</p>
     <p>— Если б каждая байдарка была все равно что песчинка, — продолжал утверждать Нам-Бок, — и если б байдарок было столько, сколько есть песчинок на этом берегу, и то из них не составилась бы такая большая лодка, какую я увидал на четвертый день. Это была очень большая лодка, и называлась она шхуна. Я увидел, что эта чудесная лодка, эта большая шхуна идет прямо на меня, а на ней люди…</p>
     <p>— Стой, о Нам-Бок! — воскликнул Опи-Куон. — Какие это были люди? Большие люди?</p>
     <p>— Нет, они были, как ты и я.</p>
     <p>— Большая лодка шла быстро?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Лодка была большая, люди маленькие, — отметил для точности эти данные Опи-Куон. — И люди гребли длинными веслами?</p>
     <p>Нам-Бок усмехнулся.</p>
     <p>— Весел не было вовсе, — сказал он.</p>
     <p>Разинутые рты открылись еще шире, и наступила продолжительная тишина. Опи-Куон попросил у Кугаха трубку и несколько раз задумчиво затянулся. Одна из молодых женщин нервно хихикнула, чем навлекла на себя гневные взгляды.</p>
     <p>— Значит, весел не было? — тихо спросил Опи-Куон, возвращая трубку.</p>
     <p>— Южный ветер дул сзади, — пояснил Нам-Бок.</p>
     <p>— Но ветер гонит лодку медленно.</p>
     <p>— У шхуны были крылья — вот так.</p>
     <p>Он набросал на песке схему мачт и парусов, и мужчины, столпившись вокруг, стали изучать ее. Дул резкий ветер, и для большей наглядности Нам-Бок схватил за концы материнскую шаль и растянул ее, так что она надулась, как парус. Баок-Ва-Ван бранилась и отбивалась, но ветер подхватил ее и потащил по берегу; шагах в десяти, еле дыша, она упала на кучу прибитых морем щепок. Мужчины крякали с понимающим видом, но Кугах вдруг откинул назад свою седую голову.</p>
     <p>— Хо! Хо! — расхохотался он. — Одна глупость, эта твоя большая лодка! Чистая глупость! Игрушка ветра! Куда ветер, туда и она. В такой лодке не знаешь, к какому берегу пристанешь, потому что она плывет всегда по ветру, а ветер дует куда ему вздумается, и никому не известно, в какую сторону он подует сейчас.</p>
     <p>— Да, это так, — важно подтвердил Опи-Куон. — По ветру идти легко, но, когда ветер противный, человеку приходится сильно бороться; а раз весел у этих людей на большой лодке не было, значит, они вовсе не могли бороться.</p>
     <p>— Очень им нужно было бороться! — сердито воскликнул Нам-Бок. — Шхуна идет и против ветра.</p>
     <p>— А что, ты говорил, заставляет шх… шх… шхуну двигаться? — спросил Кугах, ловко одолев незнакомое слово.</p>
     <p>— Ветер, — последовал нетерпеливый ответ.</p>
     <p>— Ветер заставляет шх… шх… шхуну двигаться против ветра? — Тут старый Кугах без стеснения подмигнул Опи-Куону и под общий смех продолжал: — Ветер дует с юга, а шхуну гонит на юг. Ветер дует против ветра. Ветер дует сразу и в ту и в другую сторону. Это очень просто. Мы поняли, Нам-Бок. Мы все поняли.</p>
     <p>— Ты глупец!</p>
     <p>— Уста твои говорят правду, — ответил Кугах кротко. — Я слишком долго не мог понять самую простую вещь.</p>
     <p>Лицо Нам-Бока помрачнело, и он быстро проговорил какие-то слова, которых раньше они никогда не слыхали. Все снова принялись кто резать по кости, кто очищать шкуры, но он крепко сжал губы, чтобы не вырвались у него слова, которым все равно никто не поверит.</p>
     <p>— Эта шх… шх… шхуна, — невозмутимо спросил Кугах, — она была сделана из большого дерева?</p>
     <p>— Она была сделана из многих деревьев, — отрезал Нам-Бок. — Она была очень большая.</p>
     <p>Он опять угрюмо замолчал, а Опи-Куон подтолкнул Кугаха, который в недоверчивом изумлении покачал головой и прошептал:</p>
     <p>— Удивительное дело.</p>
     <p>Нам-Бок попался на удочку.</p>
     <p>— Это еще что, — сказал он легкомысленно, — а вот посмотрели бы вы на пароход. Во сколько раз байдарка больше песчинки, во сколько раз шхуна больше байдарки, во столько раз пароход больше шхуны. К тому же пароход сделан из железа. Он весь железный.</p>
     <p>— Нет, нет, Нам-Бок, — воскликнул старшина, — как это может быть? Железо всегда идет ко дну. Вот послушай: у старшины соседнего селения я выменял нож, и вчера нож выскользнул у меня из рук и сразу пошел вниз, в самую глубь моря. Всему есть закон. У каждой вещи свой закон. Мы знаем. Больше того: мы знаем, что для всех одинаковых вещей закон один, и потому для всего железного закон тоже один. Так что, отрекись от своих слов, Нам-Бок, чтоб мы не потеряли к тебе уважения.</p>
     <p>— Но это так, — стоял на своем Нам-Бок. — Пароход весь железный, а не тонет.</p>
     <p>— Нет, нет, этого не может быть.</p>
     <p>— Я видел своими глазами.</p>
     <p>— Это противно природе вещей.</p>
     <p>— Но скажи мне, Нам-Бок, — перебил Кугах, опасаясь как бы рассказ на этом не прекратился. — Скажи мне, как эти люди находят дорогу в море, если не видно берега?</p>
     <p>— Солнце показывает им дорогу.</p>
     <p>— Но как?</p>
     <p>— У старшины шхуны есть такая штука, через которую смотрят на солнце, и вот в полдень он берет ее, и смотрит, и заставляет солнце сойти с неба на край земли.</p>
     <p>— Но это колдовство! — ошеломленный таким святотатством, закричал Опи-Куон. Мужчины в ужасе подняли руки, женщины заголосили. — Это гнусное колдовство! Очень нехорошо отклонять великое солнце от его пути: оно прогоняет ночь и дает нам тюленей, лососину и тепло.</p>
     <p>— Что из того, что это колдовство? — грубо спросил Нам-Бок. — Я тоже смотрел сквозь эту вещь на солнце и заставлял солнце сходить с неба.</p>
     <p>Сидевшие поблизости поспешно отодвинулись, а одна женщина накрыла лицо ребенка, лежавшего на руках, чтобы не упал на него взгляд Нам-Бока.</p>
     <p>— Что же было на утро четвертого дня, о Нам-Бок? — осторожно напомнил Кугах. — На утро четвертого дня, когда шх… шх… шхуна погналась за тобой?</p>
     <p>— У меня так мало оставалось сил, что я не мог уйти от нее. И вот меня взяли на борт, влили в горло воду и дали хорошую пищу. Братья мои, вы видели только двух белых людей. А на шхуне люди все были белые, и было их столько, сколько у меня пальцев на руках и ногах. И когда я увидел, что они добры, я осмелел и решил все запоминать, чтобы потом рассказать вам, что я видел. И они научили меня своей работе, и кормили хорошей пищей, и отвели мне место для сна.</p>
     <p>И мы день за днем плыли по морю, и каждый день старшина стаскивал солнце с неба и заставлял его говорить, где мы находимся. И когда море бывало милостиво, мы охотились на котиков, и я очень удивлялся, потому что эти люди выбрасывали мясо и жир и оставляли себе только шкуры.</p>
     <p>Опи-Куон скривил рот и готов уже был высмеять подобную расточительность, но Кугах толчком заставил его молчать.</p>
     <p>— Потом наступило трудное время — солнце ушло и мороз стал больно жечь кожу; и тогда старшина повернул шхуну на юг. Долгие дни плыли мы на юг и на восток, ни разу не увидав земли, и вот уже стали приближаться к селению, откуда все они были родом…</p>
     <p>— Почем они знали, что приближаются? — спросил Опи-Куон, который больше не в силах был сдержать себя. — Ведь земли не было видно.</p>
     <p>Нам-Бок метнул на него яростный взгляд.</p>
     <p>— Разве я не сказал, что старшина спускал солнце с неба?</p>
     <p>Но Кугах успокоил Опи-Куона, и Нам-Бок продолжал:</p>
     <p>— Так вот, я говорю, когда мы стали приближаться к тому селению, разразилась сильная буря, и в темноте мы были беспомощны, так как не знали, где находимся…</p>
     <p>— Ты только что говорил, что старшина знал…</p>
     <p>— Молчи, Опи-Куон! Ты дурак и не понимаешь. Я говорю, в темноте мы были беспомощны, и вдруг сквозь рев бури я услыхал шум прибоя. И тотчас мы обо что-то ударились, и я очутился в воде и поплыл. Берег был скалистый, и скалы тянулись на много миль, и только в одном месте была узенькая песчаная полоска, но мне суждено было выбраться из бурунов. Другие, должно быть, разбились о скалы, потому что ни одного из них не оказалось на берегу, кроме старшины, — я узнал его только по кольцу на пальце.</p>
     <p>Когда наступил день и я убедился, что от шхуны ни-чего не осталось, я обратил свой взгляд на сушу и пошел в глубь ее, чтобы добыть себе пищу и увидеть человеческие лица. Когда я подошел к жилью, то меня впустили и дали поесть, потому что белые люди добры, а я выучился говорить на их языке. И дом, в который я попал, был больше, чем все дома, построенные нами, и больше тех, что до нас строили себе наши отцы.</p>
     <p>— Велик же был этот дом, — сказал Кугах, скрывая свое недоверие под видом изумления.</p>
     <p>— И на постройку его пошло много деревьев, — в тон ему подхватил Опи-Куон.</p>
     <p>— Этот дом — еще пустяки, — пренебрежительно пожал плечами Нам-Бок. — Как наши дома малы по сравнению с ним, так этот дом был мал по сравнению с теми, что я увидел потом.</p>
     <p>— А люди там тоже были большие?</p>
     <p>— Нет, люди были, как ты и я, — отвечал Нам- Бок. — Я срезал себе палку, чтобы было удобно ходить, и, помня, что я обо всем должен рассказать вам, братья, на каждого из живших в этом доме я сделал на своей палке по зарубке. И я прожил там много дней и работал, и за это мне давали <emphasis>деньги,</emphasis> — вы не знаете, что это такое, но это очень хорошая вещь.</p>
     <p>Потом я ушел с этого места и отправился еще дальше. По дороге я встречал много народа и стал делать на палке зарубки поменьше, чтобы всем хватило места. И вдруг я увидел что-то совсем удивительное. На земле передо мной лежала железная полоса толщиной в мою руку, а через широкий шаг от нее лежала другая железная полоса…</p>
     <p>— Значит, ты стал богатым человеком, — заключил Опи-Куон, — потому что железо дороже всего на свете. Из этих полос получилось бы много ножей.</p>
     <p>— Но это железо было не мое.</p>
     <p>— Это была находка, и она принадлежит тому, кто нашел.</p>
     <p>— Нет. Эти полосы положили белые люди. Кроме того, полосы эти такие длинные, что ни один человек не мог бы их унести, такие длинные, что, сколько я ни смотрел, конца им не видел.</p>
     <p>— Нам-Бок, не слишком ли это много железа? — предостерегающе заметил Опи-Куон.</p>
     <p>— Да, мне самому трудно было поверить, хотя они лежали перед моими глазами; но глаза меня не обманывали. Я стоял и смотрел и вдруг услышал… — Он быстро повернулся к старшине. — Опи-Куон, ты знаешь, как ревет разгневанный морской лев? Представь себе, столько морских львов, сколько волн в море, и представь себе, что все эти морские львы соединились в одного льва, — и вот если б заревел такой лев, то рев его был бы подобен тому, который я услышал.</p>
     <p>Рыбаки в изумлении громко вскрикнули, а у Опи- Куона отвисла челюсть.</p>
     <p>— И вдалеке я увидел чудовище, равное тысяче китов. Оно было одноглазое, и изрыгало дым, и оглушительно фыркало. У меня от страха задрожали ноги, но я побежал по тропинке между железными полосами. А оно приближалось с быстротой ветра, это чудовище; и только я успел отскочить в сторону, как оно обдало мне лицо своим горячим дыханием…</p>
     <p>Опи-Куон овладел собой, челюсть его стала на место, и он спросил:</p>
     <p>— А потом? Что же было потом, о Нам-Бок?</p>
     <p>— Потом оно промчалось по железным полосам мимо и не причинило мне вреда; а когда ноги у меня перестали трястись, оно уже исчезло из вида. И в той стороне это — самое обыкновенное дело. Этих чудовищ не боятся даже женщины и дети, и люди заставляют их там работать.</p>
     <p>— Как мы заставляем работать наших собак? — спросил Кугах, и глаза его недоверчиво блеснули.</p>
     <p>— Да, как мы заставляем работать наших собак.</p>
     <p>— А как разводятся эти… эти чудовища? — поинтересовался Опи-Куон.</p>
     <p>— Они не разводятся вовсе. Люди искусно делают их из железа и кормят камнями и поят водой. Камни превращаются в огонь, вода — в пар, а этот пар и есть дыхание их ноздрей и…</p>
     <p>— Хватит, хватит, о Нам-Бок, — прервал его Опи-Куон. — Расскажи нам о других чудесах. Мы устали от таких, которых мы не понимаем.</p>
     <p>— Вы не понимаете? — в отчаянии вскричал Нам-Бок.</p>
     <p>— Нет, не понимаем, — уныло откликнулись и мужчины и женщины. — Мы не можем понять.</p>
     <p>Нам-Бок подумал о сложных машинах, которые разом и жнут и молотят, и о машинах, показывающих изображения живых людей, и о машинах, из которых исходят человеческие голоса, — и ему стало ясно, что его народ ни за что этого не поймет.</p>
     <p>— А если я скажу вам, что я ездил по стране на таком железном чудовище? — спросил он с горечью.</p>
     <p>Опи-Куон развел руками, не пытаясь скрыть свое недоверие.</p>
     <p>— Говори, говори. Говори, что хочешь. Мы слушаем.</p>
     <p>— Так вот, я поехал на железном чудовище и дал за это деньги…</p>
     <p>— Ты же сказал, что его кормят камнями.</p>
     <p>— Я ведь сказал тебе, глупец, что деньги — это такая вещь, о которой ты понятия не имеешь. Итак, я поехал на этом чудовище через всю страну и проезжал мимо многих селений, пока не приехал в большое селение на морском заливе. Дома там поднимали свои крыши к самым звездам небесным, и мимо них тянулись облака, и везде было полно дыма. И шум в этом селении был — как шум бурного моря, а народу было столько, что я бросил свою палку и перестал и думать о том, чтобы делать зарубки.</p>
     <p>— Если бы ты делал маленькие зарубки, — укоризненно заметил Кугах, — ты мог бы рассказать нам все в точности.</p>
     <p>— Если бы я делал маленькие зарубки! — вне себя накинулся на него Нам-Бок. — Слушай, Кугах, ты, который только и умеешь, что царапать на кости! Если б я делал даже самые маленькие зарубки, то не хватило бы не только той палки, но и двадцати палок, — нет, не хватило бы всех бревен, которые выбросил прибой на берег между этим селением и соседним. И если б всех вас с женщинами и детьми было в двадцать раз больше и если б у каждого было по двадцати рук и в каждой руке палка и нож, все равно невозможно было бы сделать зарубки на всех людей, которых я видел, — так много их было и так быстро проходили они мимо меня.</p>
     <p>— На всем свете не может быть столько народа, — возразил Опи-Куон, ибо он был ошеломлен и не мог охватить умом таких громадных количеств.</p>
     <p>— А что ты знаешь обо всем свете и о том, как он велик? — спросил Нам-Бок.</p>
     <p>— Но не может быть столько народа в одном месте.</p>
     <p>— Кто ты такой, чтобы решать, что может быть и чего не может быть?</p>
     <p>— Да ведь ясно, что в одном месте не может быть столько народа. Их лодки запрудили бы все море, так что негде было бы повернуться. И каждый день они вылавливали бы из моря всю рыбу — и все равно на всех бы ее не хватало.</p>
     <p>— Казалось бы, так оно и должно быть, — ответил Нам-Бок, заканчивая беседу. — И, однако, это правда. Я видел все собственными глазами и потому бросил свою палку.</p>
     <p>Он зевнул во весь рот и поднялся.</p>
     <p>— Я приплыл издалека. День был долгий, и я устал. Сейчас я лягу спать, а завтра мы еще поговорим о том, что я видел.</p>
     <p>Баск-Ва-Ван боязливо заковыляла вперед и гордясь своим удивительным сыном и в то же время испытывая перед ним благоговейный ужас. Она привела его в свою хижину и уложила на жирный вонючий мех. Но мужчины остались у костра, чтобы держать совет, и на этом совете долго шептались и спорили.</p>
     <p>Прошел час и другой — Нам-Бок спал, а разговор у костра все продолжался. Вечернее солнце склонялось к северу и в одиннадцать часов остановилось почти прямо на севере. Тогда старшина и резчик по кости покинули совет и разбудили Нам-Бока. Он, мигая со она, взглянул им в лица и повернулся на другой бок. Но Опи-Куон беззлобно, но решительно начал трясти его за плечи, пока тот совсем не пришел в себя.</p>
     <p>— Ну-ну, Нам-Бок, вставай! — приказал он. — Пора!</p>
     <p>— Опять есть? — вскричал Нам-Бок. — Нет, я не голоден. Ешьте сами и дайте мне спать.</p>
     <p>— Пора уходить! — заревел Кугах.</p>
     <p>Но Опи-Куон был не так резок.</p>
     <p>— Ты в паре со мной ходил на байдарке, когда мы были мальчиками, — сказал он. — Мы вместе первый раз вышли на охоту за тюленями и вытаскивали лососей из западни. И ты возвратил меня к жизни, Нам-Бок, когда море сомкнулось над моей головой и меня стало затягивать под черные скалы. Вместе мы голодали, и дрогли от холода, и заползали вдвоем под одну шкуру, и лежали рядом, тесно прижавшись друг к дружке. Из-за всего этого, из-за того, что я дружил с тобой, мне очень жалко, что ты возвратился к нам таким необыкновенным лжецом. Мы ничего не понимаем, и головы у нас кружатся от всего, что ты рассказал. Это, нехорошо, и в совете было много толков. И мы решили, что ты должен уйти, чтобы не смущать нас и не туманить нам разум необъяснимыми вещами.</p>
     <p>— Все вещи, о которых ты говорил, — это тени, — подхватил Кугах. — Ты принес их из мира теней и в мир теней должен возвратить их. Твоя байдарка готова, и люди племени ждут. Они не уснут спокойно, пока ты не уйдешь.</p>
     <p>Нам-Бок растерянно смотрел на старшину, но не перебивал его.</p>
     <p>— Если ты Нам-Бок, — говорил Опи-Куон, — то ты поразительный и опасный лжец; если ты тень Нам-Бока, то ты говорил о тенях, а живым людям не годится знать то, что касается теней. Мы думаем, что большое селение, о котором ты нам рассказал, — это жилище теней. Там витают души мертвых; ибо мертвых много, а живых мало. Мертвые не возвращаются. Ни один мертвый еще не вернулся, ты первый с твоими удивительными рассказами. Не подобает мертвым возвращаться, и если мы это допустим, нам грозит большая беда.</p>
     <p>Нам-Бок хорошо знал свой народ и понимал, что решение совета непреложно. Поэтому он покорно пошел к берегу, где его посадили в его байдарку и в руку сунули весло. Отбившийся от стаи дикий гусь одиноко кричал где-то над морем, и волны с глухим плеском накатывались на песок. Мутные сумерки нависли над землей и водою, а на севере слабо тлело тусклое солнце, окутанное кроваво-красным туманом. Чайки летали низко. Дул резкий и холодный береговой ветер, и черные, клубящиеся тучи предвещали непогоду.</p>
     <p>— Из моря ты вышел, — точно произнося заклинание, нараспев проговорил Опи-Куон, — и обратно в море уходишь. Так восстановится равновесие вещей и все придет в законный порядок.</p>
     <p>Баск-Ва-Ван, прихрамывая, подошла поближе и закричала:</p>
     <p>— Благословляю тебя, Нам-Бок, ибо ты вспомнил меня!</p>
     <p>Но Кугах, оттолкнув байдарку от берега, сорвал шаль с плеч старухи и кинул ее Нам-Боку.</p>
     <p>— Мне холодно в долгие зимние ночи, — жалобно простонала она, — мороз так и пробирает старые кости.</p>
     <p>— Эта вещь — тень, — ответив резчик, — а тень тебя не согреет.</p>
     <p>Нам-Бок встал, чтобы ветер донес его слова до нее.</p>
     <p>— О Баск-Ва-Ван, мать, родившая меня! — воскликнул он. — Слушай слова Нам-Бока, твоего сына. В байдарке хватит места для двоих, и он хочет, чтобы ты ушла с ним. Там, куда он держит путь, вдоволь и рыбы и жира. Мороз туда не приходит, и жизнь там легка, и железные вещи работают за человека. Пойдем со мной, о Баск-Ва-Ван!</p>
     <p>Она колебалась, а байдарку тем временем относило от берега; тогда, собрав силы, она крикнула высоким, дребезжащим голосом:</p>
     <p>— Я стара, Нам-Бок, и скоро отойду в жилище теней. Но мне не хочется уходить раньше, чем пришел мой срок. Я стара, Нам-Бок, и мне страшно.</p>
     <p>Луч света брызнул на сумрачное море и озарил лодку и человека сиянием пурпура и золота. Рыбаки притихли, и только слышался шум ветра да крики низко летавших чаек.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Великий кудесник</p>
     </title>
     <p>В поселке было неладно. Женщины без умолку тараторили высокими, пронзительными голосами. Мужчины хмурились и недоверчиво косились по сторонам, и даже собаки в беспокойстве бродили кругом, смутно чуя тревожный дух, овладевший всем поселком, и готовясь умчаться в лес при первом внешнем признаке беды. Недоверие носилось в воздухе. Каждый подозревал своего соседа и при этом знал, что и его подозревают. Дета и те присмирели, а маленький Ди-Йа, виновник всего происшедшего, получив основательную трепку сперва от Гунии, своей матери, а потом и от отца, Боуна, забился под опрокинутую лодку на берегу и мрачно взирал оттуда на мир, время от времени тихонько всхлипывая.</p>
     <p>А в довершение несчастья шаман Скунду был в немилости, и нельзя было прибегнуть к его всем известному колдовскому искусству, чтобы обнаружить преступника. С месяц тому назад, когда племя собиралось на потлач в Тонкин, где Чаку-Джим спускал все накопленное за двадцать лет, шаман Скунду предсказал попутный южный ветер. И что же? В назначенный день поднялся вдруг северный ветер, да такой сильный, что из трех лодок, первыми отчаливших от берега, одну захлестнуло волной, а две другие вдребезги разбились о скалы, и при этом утонул ребенок. Скунду потом объяснял, что при гадании вышла ошибка — не за ту веревку дернул. Но люди не стали его слушать; щедрые приношения мясом, рыбою и мехами сразу прекратились, и он заперся в своем доме, проводя дни в посте и унынии, как думали все, на самом же деле — питаясь обильными запасами из своего тайника и размышляя о непостоянстве толпы.</p>
     <p>У Гунии пропали одеяла. Отличные были одеяла, на редкость толстые и теплые, и она особенно хвалилась ими еще потому, что достались они ей почти задаром. Ти-Куон из соседнего поселка был просто дурень, что так дешево уступил их. Впрочем, она не знала, что эти одеяла принадлежали убитому англичанину — тому самому, из-за которого так долго торчал у берега американский полицейский катер, а шлюпки с него шныряли и рыскали по самым потайным проливам и бухточкам. Вот Ти-Куон и поспешил избавиться от этих одеял, опасаясь, как бы кто-нибудь из племени не сообщил о происшествии властям, но Гуния не знала этого и продолжала хвалиться своей покупкой. А оттого, что все женщины завидовали ей, слава о ее одеялах возросла сверх всякой меры и, выйдя за пределы поселка, разнеслась по всему аляскинскому побережью от Датч-Харбор до бухты св. Марии. Всюду прославляли ее тотем, и, где бы ни собирались мужчины на рыбную ловлю или на пиршество, только и было разговоров, что об одеялах Гунии, о том, какие они толстые и теплые. Пропали они самым необъяснимым и таинственным образом.</p>
     <p>— Я только что разостлала их на припеке у самого дома, — в тысячный раз жаловалась Гуния своим сестрам по племени тлинкетов. — Только что разостлала и отвернулась, потому что Ди-Йа, этот дрянной воришка, задумав полакомиться сырым тестом, сунул голову в большой железный чан, упал туда и увяз, так что только ноги его раскачивались в воздухе, точно ветви дерева на ветру. И не успела я вытащить его из чана и дважды стукнуть головою о дверь, чтобы образумить, гляжу — одеяла исчезли.</p>
     <p>— Одеяла исчезли! — подхватили женщины испуганным шепотом.</p>
     <p>— Большая беда, — сказала одна.</p>
     <p>— Такие одеяла! — сказала другая.</p>
     <p>— Мы все огорчены твоей бедой, Гуния, — прибавила третья.</p>
     <p>Но в душе все женщины радовались тому, что этих злосчастных одеял, предмета всеобщей зависти, не стало.</p>
     <p>— Я только что разостлала их на припеке, — начала Гуния в тысячу первый раз.</p>
     <p>— Да, да, — прервал ее Боун, которому уже надоело слушать. — Но в поселке чужих не было. И потому ясно, что человек, беззаконно присвоивший одеяла, принадлежит к нашему племени.</p>
     <p>— Не может этого быть, о Боун! — негодующим хором отозвались женщины. — Нет среди нас такого.</p>
     <p>— Значит, тут колдовство, — невозмутимо заключил Боун, не без лукавства глянув на окружающих его женщин.</p>
     <p>— Колдовство! — При этом страшном слове женщины притихли, и каждая опасливо покосилась на соседок.</p>
     <p>— Да, — подтвердила Гуния, в минутной вспышке злорадства выдавая свой мстительный нрав. — И уже послана лодка с сильным гребцом за Клок-Но-Тоном. С вечерним приливом он будет здесь.</p>
     <p>Народ стал расходиться, и по селению пополз страх. Из всех возможных бедствий колдовство было самым страшным. Дьявол мог вселиться в любого — мужчину, женщину или ребенка, и никому не дано было знать об этом. Против сил невидимых и неуловимых умели бороться одни лишь шаманы, а из всех шаманов в округе самым грозным был Клок-Но-Тон, живший в соседнем поселке. Никто чаще его не обнаруживал злых духов, никто не подвергал своих жертв более ужасным пыткам. Как-то раз он даже обнаружил дьявола, который вселился в трехмесячного младенца, — и очень упорный это был дьявол; чтобы изгнать его, понадобилось целую неделю продержать ребенка на ложе из шипов и колючек. Тело после этого выбросили в море, но волны снова и снова прибивали его к берегу, точно предрекая беду; и только когда двое сильных мужчин утонули поблизости в час отлива, оно уплыло и больше не возвращалось.</p>
     <p>И вот за этим Клок-Но-Тоном послала Гуния. Уж лучше бы свой шаман, Скунду, был при деле. Он обычно не прибегал к таким крутым мерам, и однажды ему случилось изгнать двух дьяволов из тела мужчины, который потом прижил семерых здоровых детей. Но Клок-Но-Тон! При одной мысли о нем у людей сжималось сердце от зловещего предчувствия, и каждому чудилось, что на него устремлены подозрительные взгляды, да и сам он уже смотрел подозрительным взглядом на остальных. Так чувствовали себя все, кроме Симэ, но Симэ был безбожник и неминуемо должен был кончить дурно, хотя до сих пор ему все сходило с рук.</p>
     <p>— Хо! Хо! — смеялся он. — Дьяволы! Да ведь сам Клок-Но-Тон хуже всякого дьявола, другого такого по всей земле тлинкетов не найти.</p>
     <p>— Ах ты глупец! Вот он явится скоро со всеми своими заклинаниями и наговорами. Придержи лучше язык, не то как бы не приключилось с тобой недоброе и счет твоих дней не стал бы короче.</p>
     <p>Так сказал Ла-Лах, прозванный Обманщиком, но Симэ только засмеялся в ответ.</p>
     <p>— Я — Симэ, не знающий страха, не боящийся тьмы. Я сильный человек, как и мой покойный отец, и у меня ясная голова. Ведь ни ты, ни я, никто из нас не видел своими глазами духов зла…</p>
     <p>— Но Скунду видел их, — возразил Ла-Лах. — И Клок-Но-Тон тоже. Это мы знаем.</p>
     <p>— А ты почему знаешь, сын глупца? — загремел Симэ, и его толстая бычья шея побагровела от прилива крови.</p>
     <p>— Я слышал это из их собственных уст — потому и знаю.</p>
     <p>Симэ фыркнул:</p>
     <p>— Шаман — только человек. Разве не могут его слова быть Лживы, точно так же как твои и мои? Тьфу, тьфу! И еще раз тьфу! Вот что мне все твои шаманы с их дьяволами вместе! Вот что! И вот что!</p>
     <p>И, прищелкивая пальцами на все стороны, Симэ пошел прочь, а толпа боязливо и почтительно расступилась перед ним.</p>
     <p>— Добрый охотник и искусный рыболов, но человек дурной, — сказал один.</p>
     <p>— И все же ему во всем удача, — откликнулся другой.</p>
     <p>— Что ж, стань и ты дурным, и тебе тоже будет во всем удача, — через плечо бросил ему Симэ. — Если б мы все были дурными, нечего было бы делать шаманам. Пфф! Все вы, как малые дети, боящиеся темноты.</p>
     <p>Когда в час вечернего прилива лодка, привезшая Клок-Но-Тона, пристала к берегу, Симэ все так же вызывающе смеялся и даже отпустил какую-то дерзкую шутку, увидев, что шаман споткнулся, выходя на берег. Клок-Но-Тон сердито посмотрел на него и, не сказав ни слова приветствия, с гордым видом направился прямо к дому Скунду, минуя толпу ожидающих.</p>
     <p>Что произошло во время этой встречи, осталось неизвестным людям племени, потому что они почтительно теснились поодаль и даже говорили шепотом, покуда оба великих кудесника совещались между собой.</p>
     <p>— Привет тебе, Скунду! — буркнул Клок-Но-Тон не слишком уверенно, видимо, не зная, какой прием ему будет оказан.</p>
     <p>Он был исполинского роста и башней высился над тщедушным Скунду, чей тоненький голосок прозвучал в ответ, точно отдаленное верещание сверчка.</p>
     <p>— И тебе привет, Клок-Но-Тон, — сказал тот. — Да озарит нас светом твое прибытие.</p>
     <p>— Но верно ли… — Клок-Но-Тон замялся.</p>
     <p>— Да, да, — нетерпеливо прервал его маленький шаман. — Верно, что для меня настали плохие дни; иначе я не стал бы благодарить тебя за то, что ты явился делать мое дело.</p>
     <p>— Мне очень жаль, друг Скунду…</p>
     <p>— А я готов радоваться, Клок-Но-Тон.</p>
     <p>— Но я отдам тебе половину того, что получу.</p>
     <p>— О нет, добрый Клок-Но-Тон, — воскликнул Скунду, подняв руку в знак протеста. — Напротив, отныне я раб твой и должник и до конца своих дней буду счастлив служить тебе.</p>
     <p>— Как и я…</p>
     <p>— Как и ты сейчас готов мне служить.</p>
     <p>— В этом не сомневайся. Но скажи, ты, значит, считаешь, что эта кража одеял у женщины Гунии трудное дело?</p>
     <p>Спеша нащупать почву, приезжий шаман допустил ошибку, и Скунду усмехнулся едва заметной слабой усмешкой, ибо он привык читать в мыслях людей и все люди казались ему ничтожными.</p>
     <p>— Ты всегда умел действовать круто, — сказал он. — Не сомневаюсь, что вор станет тебе известен в самое короткое время.</p>
     <p>— Да, в самое короткое время, стоит мне только взглянуть. — Клок-Но-Тон снова замялся. — Не было ли тут кого-нибудь чужого? — спросил он.</p>
     <p>Скунду покачал головой.</p>
     <p>— Взгляни! Не правда ли, превосходная вещь?</p>
     <p>Он указал на покрывало, сшитое из тюленьих и моржовых шкур, которое гость стал разглядывать с затаенным любопытством.</p>
     <p>— Мне оно досталось при удачной сделке.</p>
     <p>Клок-Но-Тон кивнул, внимательно слушая.</p>
     <p>— Я получил его от человека по имени Ла-Лах. Это ловкий человек, и мне не раз приходила мысль…</p>
     <p>— Ну? — не сдержал своего нетерпения Клок-Но- Тон.</p>
     <p>— Мне не раз приходила мысль. — Скунду голосом поставил точку и, помолчав немного, прибавил: — Ты умеешь круто действовать, и твое прибытие озарит нас светом, Клок-Но-Тон.</p>
     <p>Лицо Клок-Но-Тона повеселело.</p>
     <p>— Ты велик, Скунду, ты шаман из шаманов. Я буду помнить тебя вечно. А теперь я пойду. Так, говоришь ты, Ла-Лах ловкий человек?</p>
     <p>Скунду вновь усмехнулся своею слабой, едва заметной усмешкой, затворил за гостем дверь и запер ее на двойной засов.</p>
     <p>Когда Клок-Но-Тон вышел из дома Скунду, Симэ чинил лодку на берегу и оторвался от работы только для того, чтобы открыто, на виду у всех, зарядить свое ружье и положить его рядом с собою.</p>
     <p>Шаман отметил это и крикнул:</p>
     <p>— Пусть все люди племени соберутся сюда, на это место! Так велю я, Клок-Но-Тон, умеющий обнаруживать дьявола и изгонять его.</p>
     <p>Клок-Но-Тон прежде думал созвать народ в дом Гунии, но нужно было, чтобы собрались все, а он не был уверен, что Симэ повинуется приказанию; ссоры же ему заводить не хотелось. Этот Симэ из тех людей, с которыми лучше не связываться, особенно шаманам, рассудил он.</p>
     <p>— Пусть приведут сюда женщину Гунию, — приказал Клок-Но-Тон, озираясь вокруг свирепым взглядом, от которого у каждого холодок пробегал по спине.</p>
     <p>Гуния выступила вперед, опустив голову и ни на кого не глядя.</p>
     <p>— Где твои одеяла?</p>
     <p>— Я только что разостлала их на солнце, и вот — оглянуться не успела, как они исчезли, — плаксиво затянула она.</p>
     <p>— Ага!</p>
     <p>— Это все вышло из-за Ди-Йа.</p>
     <p>— Ага!</p>
     <p>— Я больно прибила его за это и еще не так прибью, потому что он навлек на нас беду, а мы бедные люди.</p>
     <p>— Одеяла! — хрипло прорычал Клок-Но-Тон, угадывая ее намерение сбить цену, которую предстояло уплатить за ворожбу. — Говори про одеяла, женщина! Твое богатство известно всем.</p>
     <p>— Я только что разостлала их на солнце, — захныкала Гуния, — а мы бедные люди, у нас ничего нет.</p>
     <p>Клок-Но-Тон вдруг весь напружился, лицо его исказила чудовищная гримаса, и Гуния попятилась. Но в следующее мгновение он прыгнул вперед с такой стремительностью, что она пошатнулась и рухнула к его ногам. Глаза, у него закатились, челюсть отвисла. Он размахивал руками, неистово колотя по воздуху; все его тело извивалось и корчилось, словно от боли. Это было похоже на эпилептический припадок. Белая пена показалась у него на губах, конвульсивные судороги сотрясали тело.</p>
     <p>Женщины затянули жалобный напев, в забытьи раскачиваясь взад и вперед, и мужчины тоже один за другим поддались общему исступлению. Только Симэ еще держался. Сидя верхом на опрокинутой лодке, он насмешливо глядел на то, что творилось кругом, но голос предков, чье семя он носил в себе, звучал все более властно, и он бормотал самые страшные проклятия, какие только знал, чтобы укрепить свое мужество. На Клок-Но-Тона страшно было глядеть. Он сбросил с себя одеяло, сорвал всю одежду и остался совершенно нагим, в одной только повязке из орлиных когтей на бедрах. Он скакал и бесновался в кругу, оглашая воздух дикими воплями, и его длинные черные волосы развевались, точно сгусток ночной мглы. Но неистовство Клок-Но-Тона подчинено было какому-то грубому ритму, и когда все кругом подпали под власть этого ритма, когда все тела уже раскачивались в такт движениям шамана и все голоса вторили ему, — он вдруг остановился и сел на землю, прямой и неподвижный, вытянув вперед руку с длинным, похожим на коготь, указательным пальцем. Долгий, словно предсмертный стон пронесся в толпе, — съежившись, дрожа всем телом, люди следили за грозным пальцем, медленно обводившим круг. Ибо с ним шла смерть, и те, кого он миновал, оставались жить и, переведя дух, с жадным вниманием следили, что будет дальше.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_074.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Наконец с пронзительным криком шаман остановил зловещий палец на Ла-Лахе. Тот затрясся, словно осиновый лист, уже видя себя мертвым, свое имущество разделенным, свою жену замужем за своим братом. Он хотел заговорить, оправдаться, но язык у него прилип к гортани и от нестерпимой жажды пересохло во рту. Клок-Но-Тон, свершив свое дело, казалось, впал в полузабытье; однако он слушал с закрытыми глазами, ждал: вот сейчас раздастся знакомый крик — великий крик мести, слышанный им десятки и сотни раз, когда после его заклинаний люди племени, точно голодные волки, бросались на трепещущую жертву. Однако все было тихо; потом где-то хихикнули, в другом месте подхватили — и пошло и пошло, пока оглушительный хохот не потряс все кругом.</p>
     <p>— Что это? — крикнул шаман.</p>
     <p>— Хо! Хо! — смеялись в ответ. — Твоя ворожба не удалась, Клок-Но-Тон!</p>
     <p>— Все же знают! — запинаясь, выговорил Ла-Лах. — На восемь долгих месяцев я уходил на лов тюленей с охотниками из племени сивашей и только сегодня вернулся домой и узнал о покраже одеял.</p>
     <p>— Это правда! — дружно откликнулась толпа. — Когда одеяла Гунии пропали, его не было в поселке.</p>
     <p>— И я ничего не заплачу тебе, потому что твоя ворожба не удалась, — заявила Гуния, которая уже успела подняться на ноги и чувствовала себя обиженной комическим оборотом дела.</p>
     <p>Но у Клок-Но-Тона перед глазами неотступно стояло лицо Скунду с его слабой, едва заметной усмешкой, и в ушах у него звучал тоненький голос, похожий на отдаленное верещание сверчка: «Я получил его от человека по имени Ла-Лах, и мне не раз приходила мысль… Ты умеешь круто действовать, и твое прибытие озарит нас светом».</p>
     <p>Оттолкнув Гунию, он рванулся вперед, и толпа невольно расступилась перед ним. Симэ со своей лодки выкрикнул ему вслед обидную шутку, женщины хохотали ему в лицо, со всех сторон сыпались насмешки, но он, ни на что не обращая внимания, бежал со всех ног к дому Скунду. Добежав, он стал ломиться в дверь, колотил в нее кулаками, выкрикивал страшные проклятия. Но ответа не было, и только в минуты затишья из-за двери слышался голос Скунду, бормочущий заклинания. Клок-Но-Тон бесновался, точно одержимый, и, наконец, схватив огромный камень, хотел высадить дверь, но тут в толпе прошел угрожающий ропот. И Клок-Но-Тон вдруг подумал о том, что он один среди людей чужого племени, уже лишенный своего величия и силы. Он увидел, как один человек нагнулся и подобрал с земли камень, за ним и другой сделал то же, — и животный страх охватил шамана.</p>
     <p>— Не тронь Скунду, он настоящий кудесник, не то, что ты! — крикнула какая-то женщина.</p>
     <p>— Убирайся лучше домой, — с угрозой посоветовал какой-то мужчина.</p>
     <p>Клок-Но-Тон повернулся и стал спускаться к берегу, изнывая в душе от бессильной ярости и с тревогой думая о своей незащищенной спине. Но ни один камень не полетел ему вслед. Дети, кривляясь, вертелись у него под ногами, хохот и насмешки неслись вдогонку — но и только. И все же, лишь когда лодка вышла в открытое море, он, наконец, вздохнул свободно и, встав во весь рост, разразился потоком бесплодных проклятий по адресу поселка и его обитателей, не забыв особо выделить Скунду — виновника его позора.</p>
     <p>А на берегу толпа ревела, требуя Скунду. Все жители поселка собрались у его дверей, настойчиво и смиренно взывая к нему, и, наконец, маленький шаман показался на пороге и поднял руку.</p>
     <p>— Вы мои дети, и потому я прощаю вам, — сказал он. — Но это в последний раз. То, чего вы все хотите, будет дано вам, ибо я уже проник в тайну. Сегодня ночью, когда луна зайдет за грани мира, чтобы созерцать великих умерших, пусть все соберутся в темноте к дому Гунии. Там имя преступника откроется всем, и он понесет заслуженную кару. Я сказал.</p>
     <p>— Карой ему будет смерть, — воскликнул Боун, — потому что он навлек на нас не только горести, но и позор!</p>
     <p>— Да будет так! — отвечал Скунду и захлопнул дверь.</p>
     <p>— И теперь все разъяснится и вновь наступит у нас мир и порядок, — торжественно провозгласил Ла-Лах.</p>
     <p>— И все по воле маленького человечка Скунду? — насмешливо спросил Симэ.</p>
     <p>— По воле великого кудесника Скунду, — поправил его Ла-Лах.</p>
     <p>— Племя глупцов — вот кто такие тлинкеты! — Симэ звучно шлепнул себя по ляжке. — Просто удивительно, как это взрослые женщины и сильные мужчины дают себя дурачить разными выдумками и детскими сказками.</p>
     <p>— Я человек бывалый, — возразил Ла-Лах. — Я путешествовал по морям и видел знамения и разные другие чудеса и знаю, что все это правда. Я — Ла-Лах…</p>
     <p>— Обманщик…</p>
     <p>— Так зовут меня некоторые, но я справедливо прозван и Землепроходцем.</p>
     <p>— Ну, я не такой бывалый человек… — начал Симэ.</p>
     <p>— Вот и придержи язык, — обрезал его Боун, и они разошлись в разные стороны, недовольные друг другом.</p>
     <p>Когда последний серебристый луч скрылся за гранью мира, Скунду подошел к толпе, сгрудившейся у дома Гунии. Он шел быстрым, уверенным шагом, и те, кому удалось разглядеть его в слабом мерцании светильника, увидели, что он явился с пустыми руками, без масок, трещоток и прочих принадлежностей колдовства. Только под мышкой он держал большого сонного ворона.</p>
     <p>— Приготовлен ли хворост для костра, чтобы все увидели вора, когда он отыщется? — спросил Скунду.</p>
     <p>— Да, — ответил Боун, — хворосту достаточно.</p>
     <p>— Тогда слушайте все, ибо я буду краток. Я принес с собою Джелкса, ворона, которому открыты все тайны и ведомы все дела. Я посажу эту черную птицу в самый черный угол дома Гунии и накрою большим черным горшком. Светильник мы погасим и останемся в темноте. Все будет очень просто. Каждый из вас по очереди войдет в дом, положит руку на горшок, подержит столько времени, сколько потребуется, чтобы глубоко вздохнуть, снимет и уйдет. Когда Джелкс почувствует руку преступника так близко от себя, он, наверно, закричит. А может быть, и как-нибудь иначе явит свою мудрость. Готовы ли вы?</p>
     <p>— Мы готовы, — был многоголосый ответ.</p>
     <p>— Тогда начнем. Я буду каждого выкликать по имени, пока не переберу всех, мужчин и женщин.</p>
     <p>Первым было названо имя Ла-Лаха, и он тотчас же вошел в дом. Все напряженно вслушивались, и в тишине было слышно, как скрипят у него под ногами шаткие половицы. Но и только. Джелкс не крикнул, не подал знака. Потом наступила очередь Боуна, ибо ничего нет невероятного в том, что человек припрятал собственные одеяла с целью навлечь позор на соседей. За ним пошла Гуния, потом другие женщины и дети, но ворон оставался безмолвным.</p>
     <p>— Симэ! — выкрикнул Скунду. — Симэ! — повторил он.</p>
     <p>Но Симэ не двигался с места.</p>
     <p>— Что ж ты, боишься темноты? — задорно спросил Ла-Лах, гордый тем, что его невиновность уже доказана.</p>
     <p>Симэ фыркнул:</p>
     <p>— Да меня смех берет, как погляжу на все эти глупости. Но я все же пойду, не из веры в чудеса, а в знак того, что не боюсь.</p>
     <p>И он твердым шагом вошел в дом и вышел, посмеиваясь, как всегда.</p>
     <p>— Вот погоди, придет твой час, умрешь, когда и ждать не будешь, — шепнул ему Ла-Лах в порыве благородного негодования.</p>
     <p>— Да уж наверно, — легкомысленно отвечал безбожник. — Немногие из нас умирают в своей постели из-за шаманов и бурного моря.</p>
     <p>Уже половина жителей поселка благополучно прошла через испытание, и в толпе нарастало беспокойство, еще усиливавшееся оттого, что приходилось его подавлять. Когда осталось совсем немного людей, одна молодая женщина, беременная первым ребенком, не выдержала и забилась в припадке.</p>
     <p>Наконец, наступила очередь последнего, а ворон все молчал. Последним был Ди-Йа. Значит, преступник — он. Гуния заголосила, воздев руки к небу, остальные попятились от злополучного мальчугана. Ди-Йа был едва жив от страха, ноги у него подкашивались, и, входя, он запнулся о порог и чуть не упал. Скунду втолкнул его и захлопнул за ним дверь. Прошло немало времени, но ничего не было слышно, кроме всхлипываний мальчика. Потом донесся скрип его удаляющихся шагов, потом наступила полная тишина, потом шаги снова стали приближаться. Дверь отворилась настежь, и он вышел. Ничего не случилось, а испытывать больше было некого.</p>
     <p>— Разожгите костер, — приказал Скунду.</p>
     <p>Яркое пламя взметнулось вверх и осветило лица, еще искаженные недавним страхом и в то же время недоуменные.</p>
     <p>— Опять ничего не вышло, — хриплым шепотом воскликнула Гуния.</p>
     <p>— Да, — подтвердил Боун. — Скунду становится стар, и нам нужен новый шаман.</p>
     <p>— Где же мудрость всеведущего Джелкса? — хихикнул Симэ на ухо Ла-Лаху.</p>
     <p>Ла-Лах растерянно потер рукой лоб и ничего не ответил.</p>
     <p>Симэ вызывающе выпятил грудь и подскочил к маленькому шаману:</p>
     <p>— Хо! Хо! Говорил я, что все это ни к чему не приведет!</p>
     <p>— Может быть, может быть, — смиренно отвечал Скунду. Так может показаться всякому, кто несведущ в чудесах.</p>
     <p>— Тебе, например, — дерзко вставил Симэ.</p>
     <p>— Может быть, даже и мне. — Скунду говорил совсем тихо, и веки его медленно, очень медленно опускались, пока совсем не прикрыли глаза. — Но осталось еще одно испытание. Пусть все, мужчины, женщины и дети поднимут руки над головой — быстро, разом, все!</p>
     <p>Таким неожиданным явилось это приказание, и настолько властным тоном было оно отдано, что все повиновались беспрекословно. Все руки взлетели в воздух.</p>
     <p>— Теперь пусть каждый посмотрит на руки остальных, — скомандовал Скунду. — Всех остальных, так, чтобы…</p>
     <p>Но взрыв хохота, в котором прозвучала и угроза, заглушил его слова. Все глаза остановились на Симэ. У всех руки были измазаны сажей, и только у него одного ладони остались чистыми, не замаранные прикосновением к горшку Гунии.</p>
     <p>В воздухе пролетел камень и угодил ему в щеку.</p>
     <p>— Это неправда! — заревел он. — Неправда! Я не трогал одеял Гунии.</p>
     <p>Второй камень рассек ему кожу на лбу, третий просвистел над самой головой. Великий крик мести разнесся далеко кругом, люди шарили по земле, ища, чем бы кинуть в провинившегося. Симэ пошатнулся и упал на колени.</p>
     <p>— Я пошутил! Только пошутил! — закричал он. — Я взял их, только чтоб пошутить.</p>
     <p>— Куда ты девал их? — Визгливый, пронзительный голос Скунду точно ножом прорезал общий шум.</p>
     <p>— Они у меня дома, в большой связке шкур, что висит под самой крышей, — послышался ответ. — Но я только хотел пошутить, я…</p>
     <p>Скунду наклонил голову, и на него обрушился град камней. Жена Симэ плакала, уткнув голову в колени; но маленький его сынишка, хохоча и взвизгивая, бросал камни вместе с остальными.</p>
     <p>Гуния уже возвращалась, переваливаясь под тяжестью драгоценных одеял. Скунду остановил ее.</p>
     <p>— Мы бедные люди, и у нас ничего нет, — захныкала она. — Не обижай нас, о Скунду.</p>
     <p>Толпа отступила от вздрагивающего под грудой камней Симэ, и все взгляды обратились на маленького шамана.</p>
     <p>— Разве я когда-нибудь обижал моих детей, добрая Гуния? — отвечал ей Скунду, протягивая руку к одеялам. — Не такой я человек, и в доказательство я не возьму с тебя ничего, кроме этих одеял.</p>
     <p>— Мудр ли я, дети мои? — спросил он, обращаясь к толпе.</p>
     <p>— Поистине ты мудр, о Скунду! — ответили все в один голос.</p>
     <p>И он скрылся в темноте с одеялами на плечах и сонным Джелксом под мышкой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Пришельцы из Солнечной Страны</p>
     </title>
     <p>Манделл — это заброшенное селение на берегу Полярного моря. Оно невелико, и жители его миролюбивы, более миролюбивы, чем соседние племена. В Мэнделле мало мужчин и много женщин, и поэтому там в обычае благодетельная полигамия; женщины усердно рожают, и рождение мальчика встречается радостными криками. И живет там Ааб-Ваак, чья голова постоянно опущена набок, словно шея устала и наотрез отказалась исполнять свою обязанность.</p>
     <p>Причина всего — и миролюбия, и полигамии, и опущенной набок головы Ааб-Ваака — восходит к тем отдаленным временам, когда в бухте Мэнделл бросила якорь шхуна «Искатель» и когда Тайи, старшина селения, задумал быстро обогатиться. Люди племени мэнделл, которое родственно по крови живущему к западу Голодному племени, по сей день, понизив голос, рассказывают о минувших событиях. И когда заходит о них речь, дети подсаживаются ближе и удивляются безумству тех, которые могли бы быть их предками, если бы не вступили они в борьбу с жителями Солнечной Страны и не окончили бы так печально своих дней.</p>
     <p>Все началось с того, что шесть человек с «Искателя» сошли на берег; они взяли множество вещей — словно намеревались надолго обосноваться в Мэнделле — и устроились в хижине Нига. Они щедро расплачивались за помещение мукой и сахаром, но Нига был огорчен, ибо его дочь Мисэчи решилась разделить свою судьбу, стол и ложе с Пришельцем-Биллом, начальником отряда белых людей.</p>
     <p>— Она стоит большого выкупа, — жаловался Нига собравшемуся у костра совету, когда белые пришельцы спали. — Она стоит большого выкупа, потому что у нас много мужчин и мало женщин, и охотники дают высокую цену за жен. Уненк предлагал мне только что сделанный каяк и ружье, которое он выменял у Голодного племени. Вот что мне было предложено, а теперь она ушла, и я ничего не получу.</p>
     <p>— Я тоже предлагал выкуп за Мисэчи, — беззлобно проворчал кто-то, и у костра показалось широкое жизнерадостное лицо Пило.</p>
     <p>— Да, ты тоже, — подтвердил Нига. — Были еще и другие. Отчего так беспокойны жители Солнечной Страны? — сердито спросил он. — Отчего они не остаются у себя на родине? Жители Страны Снегов не ходят в Солнечную Страну.</p>
     <p>— И спроси, зачем они приезжают к нам! — раздался голос из темноты, и к костру протиснулся Ааб-Ваак.</p>
     <p>— Верно! Зачем они приезжают! — воскликнуло множество голосов, и Ааб-Ваак сделал рукою знак, призывая к тишине. — Люди не станут рыть землю без надобности, — начал он. — Я вспоминаю китобоев, они тоже родом из Солнечной Страны, и их корабль погиб во льдах. Вы все помните, как они явились к нам в разбитых лодках, а когда настали морозы и земля покрылась снегом, отправились на запряженных собаками нартах к югу. Вы помните, как, ожидая морозов, один из них начал копать землю, за ним еще двое, затем трое, пока не стали копать все. Вы помните, как они при этом спорили и ссорились. Мы не знаем, что они нашли в земле, потому что не позволяли нам следить за собой. После, когда они уехали, мы тоже искали, но ничего не нашли. Но у нас земли много, и всей они не могли перекопать.</p>
     <p>— Ты прав, Ааб-Ваак, ты прав! — кричали все.</p>
     <p>— И вот я думаю, — заключил он свою речь, — что один житель Солнечной Страны рассказал другому, и они приехали к нам рыть землю.</p>
     <p>— Но как могло случиться, что Пришелец-Билл говорит на нашем языке? — спросил маленький, иссохший старик охотник. — Пришелец-Билл, которого наши глаза никогда не видали?</p>
     <p>— Пришелец-Билл бывал прежде в Стране Снегов, — отвечал Ааб-Ваак. — Иначе он бы не знал языка племени Медведя, а их речь очень похожа на речь Голодного племени, а Голодное племя говорит на том же языке, что и мы, мэнделлы. У племени Медведя побывало много жителей Солнечной Страны, у Голодного племени их было мало, а в Мэнделле не было никого, кроме китобоев и тех белых, что спят сейчас в жилище Нига.</p>
     <p>— Сахар у них очень хорош, — заметил Нига. — И мука тоже очень хороша.</p>
     <p>— У них много богатств, — добавил Уненк. — Вчера я был у них на судне и видел много хитроумных железных вещей, ножи, оружие, а также муку, сахар и много-много всяких удивительных припасов.</p>
     <p>— Это правда, братья! — Тайи поднялся, радуясь мысли, что племя уважает и прислушивается к его словам. — Они очень богаты, эти пришельцы из Солнечной Страны. При этом они очень глупы. Судите сами! Они без опаски являются к нам, не заботясь о своем огромном богатстве. Они спокойно спят, а нас много, и мы не знаем страха.</p>
     <p>— Может быть, и они храбрые воины и тоже не знают страха? — возразил маленький старик охотник.</p>
     <p>Тайи негодующе посмотрел на него.</p>
     <p>— Нет, непохоже. Они живут на юге, в Солнечной Стране, и изнежены, как и их собаки. Вы помните собаку китобоев? Наши псы загрызли ее на другой же день, потому что она была изнежена и не могла сопротивляться. В, той стране греет солнце, и жизнь легка, мужчины там похожи на женщин, а женщины — на детей.</p>
     <p>Слушатели одобрительно закивали, а женщины еще больше вытянули шеи.</p>
     <p>— Говорят, что они хорошо обращаются со своими женщинами и их женщины не работают, — захихикала здоровая, крепкая Ликита, дочь самого Тайи.</p>
     <p>— Не хочешь ли ты пойти по следам Мисэчи? — сердито крикнул ее отец и повернулся к соплеменникам. — Вот видите, братья, каков обычай жителей Солнечной Страны! Они смотрят на наших женщин и уводят одну за другой. Мисэчи ушла, лишив Нига законного выкупа; теперь хочет уйти Ликита, и захотят уйти все, а мы останемся ни с чем. Я говорил с охотником из племени Медведя, и я знаю, что это так. Среди нас находятся мужчины из Голодного племени — пусть они тоже скажут, правдивы ли мои слова.</p>
     <p>Шестеро охотников из Голодного племени подтвердили, что это так, и наперебой принялись рассказывать о жителях Солнечной Страны и их обычаях. Ворчали молодые охотники, подыскивающие себе жен, ворчали старики, желающие получите богатый выкуп за дочерей, и ропот становился громче и явственнее.</p>
     <p>— Они очень богаты, и у них много удивительных железных вещей, много ножей и ружей, — подливал масла в огонь Тайи, и мечта о быстром обогащении начинала казаться ему близкой к осуществлению.</p>
     <p>— Ружье Пришельца-Билла я возьму себе, — заявил неожиданно Ааб-Ваак.</p>
     <p>— Нет, я возьму его! — заорал Нига. — Пусть оно послужит выкупом за Мисэчи.</p>
     <p>— Тише, о братья! — Тайи жестом успокоил собравшихся. — Пусть женщины и дети удалятся в свои хижины. Это беседа мужей, пусть ее слышат только уши мужчин.</p>
     <p>— Ружей хватит на всех, — сказал он, когда женщины нехотя удалились. — Я не сомневаюсь, что каждый получит по два ружья, не говоря уже о муке, сахаре и других вещах. Это очень нетрудно. Шестеро жителей Солнечной Страны будут убиты сегодня ночью в хижине Нига. Завтра мы мирно поедем на шхуну выменивать товары и, улучив удобный момент, перебьем их братьев. А вечером устроим пиршество и станем веселиться и делить добычу. Самый бедный будет иметь больше, чем имел когда-либо богатый. Слова мои мудры, не правда ли, братья?</p>
     <p>В ответ раздался гул одобрения, и началась подготовка к нападению. Шесть охотников из Голодного племени, как и подобает жителям богатого селения, были вооружены винтовками и в изобилии снабжены боевыми припасами. Но у жителей Мэнделла ружей было мало, да и те в большинстве случаев никуда не годились, а пороха и пуль почти совсем не было. Зато они имели несметное количество стрел с костяными наконечниками, копий и стальных ножей русской и американской работы;</p>
     <p>— Действовать надо тихо, — наставлял Тайи, — окружите хижину плотным кольцом, чтобы жители Солнечной Страны не могли прорваться. Затем ты, Нига, и шестеро молодых охотников вползут потихоньку внутрь. Ружей брать не надо — они могут неожиданно выстрелить, но вложите всю силу рук в ножи.</p>
     <p>— И не причините вреда Мисэчи — она стоит большого выкупа, — хрипло прошептал Нига.</p>
     <p>Нападающие ползком окружали хижину Нига, а поодаль притаились женщины и дети — им хотелось посмотреть, как расправятся с пришельцами. Короткая августовская ночь сменялась рассветом, так что можно было различить подкрадывающихся к хижине шестерых юношей и Нига. Передвигаясь на четвереньках, они пробрались в длинный проход, ведущий в хижину. Тайи поднялся и довольно потер руки. Все шло хорошо. Люди поднимали головы с земли, и прислушивались. Каждый по-своему рисовал себе сцену, разыгравшуюся внутри: спящие пришельцы, взмахи ножей, мгновенная смерть во мраке.</p>
     <p>Вдруг громкий крик жителя Солнечной Страны разорвал тишину, потом раздался выстрел. В хижине поднялся шум. Не теряя времени, мэнделлы бросились вперед. Сидевшие внутри открыли стрельбу, и атакующие, стиснутые в узком проходе, были беспомощны. Передние пытались отступить, спрятаться от изрыгавших огонь ружей, а находившиеся сзади напирали, чтобы схватиться врукопашную. Пули, пущенные из крупнокалиберных винтовок образца 1890 года, выводили из строя по шести человек сразу, и сени, битком набитые взбудораженными беспомощными людьми, напоминали мясной ряд на рынке. Пришельцы стреляли, не целясь, толпа редела, как под пулеметным огнем, и никто не мог устоять перед этим смертоносным ливнем.</p>
     <p>— Никогда такого не бывало! — задыхаясь, говорил охотник из Голодного племени. — Я только заглянул туда— мертвые лежали, словно тюлени на льду после охоты.</p>
     <p>— Не говорил ли я вам, что они хорошие воины? — пробормотал старик охотник.</p>
     <p>— Этого следовало ожидать, — отвечал Ааб-Ваак. — Мы попали в западню, которую сами устроили.</p>
     <p>— Вы глупцы! — бранился Тайи. — И сыны глупцов! Зачем полезли туда? Лишь Нига и шести юношам нужно было попасть внутрь хижины. Я хитрее жителей Солнечной Страны, но вы нарушаете приказания, и моя мудрость теряет силу и остроту!</p>
     <p>Люди молчали, устремив взгляды на хижину, казавшуюся таинственной громадой на фоне рассветного неба. Через отверстие в крыше медленно поднимался ружейный дымок, растворяясь в неподвижном воздухе, и время от времени проползал со стонами раненый.</p>
     <p>— Пусть каждый спросит ближайшего о Нига и шести юношах, — приказал Тайи.</p>
     <p>Через некоторое время пришел ответ:</p>
     <p>— Нига и шести юношей больше нет.</p>
     <p>— И многих других нет! — заплакала сзади какая-то женщина.</p>
     <p>— Больше добычи достанется тем, что остались, — мрачно утешал Тайи и, повернувшись к Ааб-Вааку, добавил: — Ступай, принеси побольше тюленьих шкур, наполненных жиром. Пусть охотники обольют жиром стены хижины. И скажи, чтобы они поторопились разжечь пламя, пока жители Солнечной Страны не проделали в стенах отверстий для ружей.</p>
     <p>Не успел он договорить, как сквозь глину, которой были обмазаны щели между бревнами, просунулось дуло винтовки, и один из воинов Голодного племени схватился рукой за бок и высоко подпрыгнул. Вторая пуля пробила ему грудь, и он рухнул на землю. Тайи и остальные рассыпались во все стороны, спасаясь от огня. Ааб-Ваак торопил людей, несших шкуры с жиром. Избегая бойниц, проделанных в стенах хижины, они вылили жир на сухие бревна, принесенные рекою Мэнделл из южных лесов. Уненк подбежал с горящей головней, и пламя взвилось вверх. Прошло некоторое время, но осажденные не подавали никаких признаков жизни; нападающие держали наготове оружие, следя за работой огня.</p>
     <p>Тайи радостно потирал руки: пламя с треском охватило всю постройку.</p>
     <p>— Теперь мы их поймали, братья! Они в ловушке.</p>
     <p>— Никто не посмеет отнять у меня ружье Пришельца-Билла, — объявил Ааб-Ваак.</p>
     <p>— Никто, кроме него самого, — пропищал старый охотник. — Гляди, вот он!</p>
     <p>Защищенный опаленным, почерневшим одеялом, выскочил из пылающей хижины человек громадного роста, а за ним следовали тоже покрытые одеялами Мисэчи и пятеро остальных жителей Солнечной Страны. Воины Голодного племени попытались было остановить их поспешным нестройным залпом, а мэнделлы пустили тучу стрел и копий. Пришельцы сбросили на бегу горящие одеяла, и атакующие увидели, что у каждого за плечами была небольшая сумка с боевыми припасами. Из всего снаряжения было решено, видимо, спасти только это. Они плотной группой прорвались через кольцо врагов и побежали к высокой скале, черневшей в полумиле от селения.</p>
     <p>Тайи привстал на одно колено и, взяв на мушку бежавшего позади жителя Солнечной Страны, спустил курок; раздался выстрел, и тот упал лицом вперед, попытался подняться и снова упал. Не обращая внимания на град стрел, один из его товарищей побежал обратно, нагнулся над ним и поднял к себе на плечи. Но их уже нагоняли мэнделлы, и метко брошенное копье пронзило раненого. Он вскрикнул, и когда товарищ опустил его на землю, зашатался и упал. Тем временем Пришелец-Билл и трое других остановились и встретили свинцом приближающихся копьеносцев. Пятый, нагнулся над сраженным товарищем, пощупал ему сердце, а затем хладнокровно обрезал ремни у сумки и встал, захватив припасы и винтовку.</p>
     <p>— Ну и глупец же он! — воскликнул Тайи и прыгнул вперед, чтобы вырвать ружье у раненого воина Голодного племени.</p>
     <p>Его собственная винтовка засорилась, так что воспользоваться ею было невозможно; он закричал, чтобы кто-нибудь бросил копье в убегающего под прикрытие выстрелов жителя Солнечной Страны.</p>
     <p>Маленький старик охотник поднял копье для броска, откинулся назад и метнул оружие.</p>
     <p>— Клянусь Волком, прекрасный удар! — похвалил его Тайи, когда бегущий свалился; торчавшее меж лопаток копье медленно раскачивалось.</p>
     <p>Вдруг старик закашлялся и сел. На губах у него по-казалась красная капелька, потом кровь хлынула изо рта. Он снова закашлялся, в груди раздался странный свист.</p>
     <p>— Они не знают страха и хорошие воины, — хрипел он, хватаясь руками за землю. — Глядите! Вот идет Пришелец-Билл!</p>
     <p>Тайи поднял глаза. Четверо мэнделлов и один из воинов Голодного племени копьями добивали пытавшегося подняться на колени пришельца из Солнечной Страны. Но в то же мгновение четверо из них были сражены пулями. Пятый, пока невредимый, схватил обе винтовки, но, поднявшись, завертелся волчком от раны в руку; вторая пуля успокоила его, а третья сразила насмерть. Секундой позже Пришелец-Билл стоял над товарищем и, срезав сумку, подобрал винтовки.</p>
     <p>Тайи видел, как падали его соплеменники, и им овладело некоторое сомнение, и он решил пока лежать тихо и наблюдать. Мисэчи зачем-то побежала назад к Пришельцу-Биллу, но прежде чем ей удалось добраться до него, выскочил вперед Пило и обхватил ее руками. Он пытался поднять ее на плечи, а она вцепилась в него, стала колотить и царапать ему лицо. Затем Мисэчи подставила Пило ногу, и оба упали на землю. Когда им удалось подняться, Пило обхватил ее одной рукой за шею и крепко сдавил, не давая возможности двигаться. Опустив лицо и подставив под удары голову с шапкой волос, он медленно увлекал ее прочь. Тогда-то и подоспел к ним Пришелец-Билл, Возвращавшийся с оружием павших товарищей. Мисэчи увидела его и напрягла все силы, чтобы удержать врага на месте. Билл размахнулся и на бегу ударил винтовкой Пило. Тайи видел, как Пило, словно пораженный падающей звездой, сполз на землю, а пришелец из Солнечной Страны и дочь Нига бросились бежать к своему отряду.</p>
     <p>Небольшая группа мэнделлов под предводительством одного из воинов Голодного племени бросилась на отступающих, но будто растаяла под огнем противника.</p>
     <p>Тайи подавил вздох и шепнул:</p>
     <p>— Как иней на утреннем солнышке!</p>
     <p>— Я говорил, что они хорошие воины, — слабо прошептал истекающий кровью старик охотник. — Я знаю. Слышал о них. Они морские пираты и охотники за тюленями; они стреляют быстро и точно попадают в цель— таков их обычай и ремесло.</p>
     <p>— Как иней на утреннем солнышке! — повторял Тайи, прячась за умирающим стариком и выглядывая лишь время от времени.</p>
     <p>Сражение прекратилось: ни один из мэнделлов не осмеливался наступать, а положение было таково, что и отступать было поздно — слишком близко подошли они к противнику. Трое попытались спастись бегством, но один из них упал с перебитой ногой, второго прострелили навылет, а третий, корчась, свалился на краю селения. Манделлы прятались по низинкам и зарывались в землю на открытом месте, а жители Солнечной Страны обстреливали долину.</p>
     <p>— Не двигайся, — просил Тайи, когда к нему подполз Ааб-Ваак. — Не двигайся, друг Ааб-Ваак, иначе ты навлечешь на нас смерть.</p>
     <p>— Смерть ко многим уже пришла, — рассмеялся Ааб- Ваак, — значит, каждому достанется больше богатства, ты сам это говорил. Мой отец вон за тем камнем, он уже задыхается, а дальше, скрючившись от боли, лежит брат. Но их доля будет моей долей, и это хорошо.</p>
     <p>— Да, мой Ааб-Ваак. То же самое говорил и я, но прежде чем делить, надо заполучить богатства, а жители Солнечной Страны еще живы.</p>
     <p>Пуля ударилась о скалу и, отскочив рикошетом, просвистела у них над головой. Тайи дрожа пригнулся, а Ааб-Ваак усмехнулся и попытался проследить глазами за ее полетом.</p>
     <p>— Так быстро летят, что их не видишь, — заметил он.</p>
     <p>— Многие из наших погибли, — продолжал Тайи.</p>
     <p>— Но многие остались, — прозвучал ответ. — Теперь они припадают к земле, ибо узнали, как нужно сражаться. Кроме того, они очень рассержены на пришельцев. Когда мы убьем на корабле всех жителей Солнечной Страны, здесь, на суше, останутся только четверо. Может быть, пройдет много времени, пока мы их убьем, но в конце концов это совершится.</p>
     <p>— Как мы отправимся на корабль, если мы не можем двинуться с места? — спросил Тайи.</p>
     <p>— Пришелец-Билл и его братья заняли очень неудобное место, — пояснил Ааб-Ваак. — Мы можем окружить их со всех сторон, но это не годится. Они попытаются отойти под прикрытие скалы и ждать, пока братья с корабля не придут к ним на помощь.</p>
     <p>— Их братья не сойдут с корабля на сушу! Я сказал.</p>
     <p>Тайи приободрился, и когда пришельцы из Солнечной Страны поступили так, как он предполагал, — отступили к скале, — у него снова стало легко на душе.</p>
     <p>— Нас осталось всего трое! — жаловался воин Голодного племени, когда все собрались для совета.</p>
     <p>— Значит, каждый из вас получит по три ружья вместо двух, — гласил ответ Тайи.</p>
     <p>— Мы хорошо дрались.</p>
     <p>— Да, и если случится, что останутся в живых только двое, то каждый получит по шести ружей. Поэтому деритесь хорошо.</p>
     <p>— А если ни один из них не останется в живых? — коварно прошептал Ааб-Ваак.</p>
     <p>— Тогда ружья получим <emphasis>мы</emphasis> с тобой, — шепнул в ответ Тайи.</p>
     <empty-line/>
     <p>Чтобы как-то задобрить воинов Голодного племени, Тайи назначил одного из них вожаком отряда, который должен был отправиться на корабль. В отряд вошли две трети взрослых мужчин племени мэнделлов; нагруженные шкурами и другими предметами торговли, они двинулись к берегу, милях в двенадцати от селения. Остальные разместились широким полукольцом вокруг земляной насыпи, устроенной Биллом и его товарищами. Тайи быстро оценил положение и послал своих людей копать небольшие траншеи.</p>
     <p>— Они не скоро разберутся в случившемся, — объяснил он Ааб-Вааку, — мысли их будут заняты работой, я они перестанут горевать о смерти близких или бояться за себя. Ночью мы подползем ближе, и наутро жители Солнечной Страны увидят, что мы рядом.</p>
     <p>В полдень в жару мэнделлы сделали перерыв и подкрепились принесенной женщинами сухой рыбой и тюленьим жиром. Некоторые требовали забрать припасы, которые пришельцы из Солнечной Страны оставили в хижине Нига, но Тайи отказался делить их до возвращения отряда, посланного на корабль. Все строили догадки насчет исхода дела, но в это время с моря донесся глухой взрыв. Те, кто обладал острым зрением, разглядели густое облако дыма, которое, однако, быстро рассеялось: по уверениям некоторых, дым был как раз в том месте, где стоял корабль жителей Солнечной Страны. Тайи решил, что это был выстрел большого ружья. Ааб-Ваак ничего не утверждал, но думал, что это какой-то сигнал. Но как бы там ни было, что-то случилось, говорил он.</p>
     <p>Пять-шесть часов спустя на широкой, тянувшейся к морю равнине показался человек, и все женщины и дети бросились к нему навстречу. Это был Уненк, раненный, в разорванной одежде, выбившийся из сил. Кровь струилась со лба. Левая рука у него была изуродована и висела как плеть. Но самым страшным казался какой-то дикий блеск в его глазах, и женщины не знали, что и думать.</p>
     <p>— Где Пишек? — плаксиво спросила одна старуха.</p>
     <p>— А Олитли? А Полак? А Ма-Кук? — раздались крики.</p>
     <p>Уненк не отвечал, он, шатаясь, пробирался сквозь взбудораженную толпу к Тайи. Старуха заголосила, и женщины одна за другой подхватили ее причитания. Мужчины выползли из траншей и окружили Тайи, даже жители Солнечной Страны взобрались на насыпь по-смотреть, что случилось.</p>
     <p>Уненк остановился, вытер кровь с лица и осмотрелся. Он пытался заговорить, но губы слиплись от жажды. Ликита подала ему воды, он пробормотал что-то и принялся пить.</p>
     <p>— Было ли сражение? — спросил наконец Тайи. — Хорошее сражение?</p>
     <p>— Хо! Хо! Хо! — Уненк так неожиданно и жутко расхохотался, что все замолкли. — Никогда еще не бывало такого сражения! Так говорю я, Уненк, победитель зверей и воинов. Я хочу сказать мудрые слова, пока я не забыл. Жители Солнечной Страны хорошо сражаются и учат нас сражаться. Если нам придется долго с ними биться, мы станем великими воинами, такими же, как они, иначе мы погибнем. Хо! Хо! Хо! Вот была битва!</p>
     <p>— Где наши братья? — Тайи тряс его, пока Уненк не вскрикнул от боли.</p>
     <p>— Братья? Их больше нет.</p>
     <p>— А где Пом-Ли? — воскликнул воин Голодного племени. — Сын моей матери Пом-Ли?.</p>
     <p>— Пом-Ли нет, — монотонно отвечал Уненк.</p>
     <p>— А пришельцы из Солнечной Страны? — спросил Ааб-Ваак.</p>
     <p>— Пришельцев из Солнечной Страны тоже нет.</p>
     <p>— А корабль пришельцев из Солнечной Страны, их вещи, оружие и богатства? — допытывался Тайи.</p>
     <p>— Нет ни корабля, ни богатств, ни оружия, ни вещей, — был неизменный ответ. — Нет никого. Нет ничего. Остался один я.</p>
     <p>— Ты сошел с ума!</p>
     <p>— Возможно, — невозмутимо отвечал Уненк. — От того, что я видел, можно лишиться рассудка.</p>
     <p>Тайи замолчал, и все ждали, пока Уненк заговорит сам и расскажет о случившемся.</p>
     <p>— Мы не брали с собой винтовок, о Тайи! — начал он наконец. — Никаких ружей, братья, только ножи, охотничьи луки и копья. На каяках по двое и по трое мы перебрались на корабль. Пришельцы из Солнечной Страны были нам рады. Мы разложили наши шкуры, а они вынесли товары для обмена, и все шло хорошо. А Пом-Ли ждал, ждал, пока солнце поднялось высоко над головой и они сели за еду. Тогда он издал воинственный клич, и мы напали на них. Никогда еще не бывало такой битвы, и никогда воины не сражались так храбро. Мы перебили половину пришельцев, прежде чем они успели прийти в себя от неожиданности, но остальные обратились в дьяволов. Каждый из них бился за десятерых, и все они бились как дьяволы. Трое стали спиной к мачте, вокруг них многие пали мертвыми, прежде чем нам удалось их убить. У некоторых были двуглазые ружья, и они стреляли быстро и точно. А один стрелял из большого ружья, из которого сразу вылетало множество маленьких пуль. Вот, глядите!</p>
     <p>Уненк показал свое простреленное ухо.</p>
     <p>— Но я, Уненк, подкрался сзади и всадил копье ему в спину. И мы перебили их всех, — всех, кроме начальника. Он остался один, мы окружили его, но он громко закричал и вырвался, отбросив пять или шесть воинов. Потом он побежал вниз, внутрь корабля. Затем, когда богатства уже принадлежали нам и оставалось убить лишь начальника внизу, тогда раздался такой грохот, словно выстрелили сразу все ружья на свете. Я, как птица, взлетел на воздух. Все наши живые братья и все мертвые пришельцы из Солнечной Страны, маленькие каяки, большой корабль, ружья и богатство — все взлетело на воздух. Я, Уненк, говорю вам, и только я остался в живых!</p>
     <p>Глубокая тишина воцарилась среди собравшихся. Тайи испуганно посмотрел на Ааб-Ваака, но ничего не сказал. Даже женщины были слишком потрясены, чтобы оплакивать погибших.</p>
     <p>Уненк горделиво оглянулся вокруг.</p>
     <p>— Я один остался, — повторил он.</p>
     <p>Но в этот миг с насыпи раздался выстрел, и пуля попала в грудь Уненка. Он качнулся, и на лице у него отразилось изумление. Он задыхался, губы исказились в мучительной усмешке. Плечи опустились, колени подгибались. Он встряхнулся, словно пытаясь отогнать сон, и выпрямился. Но плечи опускались, колени подгибались, и Уненк медленно, очень медленно опустился на землю.</p>
     <p>От того места, где залегли пришельцы из Солнечной Страны, была добрая миля, и вот смерть легко перешагнула это расстояние. Раздался дикий крик, в котором была и жажда мести и бессмысленная, животная жестокость. Тайи и Ааб-Ваак старались удержать соплеменников, но те оттеснили их и кинулись на приступ. Со стороны укрепления не раздалось ни единого выстрела, и, пробежав полпути, многие остановились, напуганные таинственной тишиной, и стали ждать. Более смелые продолжали мчаться вперед, но пришельцы не подавали признаков жизни. Шагах в двухстах атакующие замедлили бег и разбились на группы, а пройдя еще с сотню шагов, остановились и, заподозрив недоброе, стали совещаться.</p>
     <p>Вдруг насыпь окутали клубы дыма, и мэнделлы рассыпались во все стороны, словно брошенная кем-то горсть камешков. Четверо упали, затем еще четверо, затем — еще и еще, пока не остался один, да и тот помчался назад, и пули свистели ему вслед. Это был Нок, молодой быстроногий и высокий охотник, и бежал он так, как ему никогда не приходилось бегать. Как птица, несся он по открытому месту, и прыгал, и пригибался, и петлял. С насыпи дали залп, потом стреляли попеременно, а Нок снова пригибался, а распрямившись, снова мчался к своим. Наконец пальба прекратилась вовсе, как будто пришельцы отказались от мысли подстрелить беглеца, и Нок мало-помалу перестал беречься и побежал по прямой. Тогда-то из-за укрытия прозвучал одинокий выстрел. Нок подпрыгнул, упал, подскочил, как мяч, и свалился замертво.</p>
     <p>— Что на свете быстрее крылатого свинца? — горестно размышлял Ааб-Ваак.</p>
     <p>Тайи проворчал что-то и отвернулся. Сражение окончилось, и необходимо было заняться более важными делами.</p>
     <p>В живых оставались сорок своих воинов и один воин из Голодного племени, причем некоторые были ранены, а четырех пришельцев из Солнечной Страны нельзя было сбросить со счетов.</p>
     <p>— Мы не выпустим их из укрытия, — оказал он, — а когда они ослабеют от голода, мы перебьем их, как детей.</p>
     <p>— Но зачем нам биться? — спросил Олуф, молодой воин. — Богатства жителей Солнечной Страны больше нет, осталось лишь то, что находится в хижине Нига, совсем мало.</p>
     <p>Он замолк, услышав свист пули, пролетевшей у него над головой.</p>
     <p>Тайи презрительно рассмеялся.</p>
     <p>— Пусть это будет ответом. Что же нам делать с этими сумасшедшими, которые не желают умирать?</p>
     <p>— Как неразумно! — сетовал Олуф, вслушиваясь в свист пуль. — Зачем они сражаются, эти пришельцы из Солнечной Страны? Отчего не желают умирать? Они, безумцы, не хотят понять, что они конченые люди. И нам только хлопоты.</p>
     <p>— Прежде мы сражались за богатство, теперь мы сражаемся за жизнь, — кратко заключил Ааб-Ваак.</p>
     <p>Ночью в траншеях была рукопашная схватка и стрельба, а наутро мэнделлы увидели, что из хижины Нига исчезли вещи жителей Солнечной Страны. Пришельцы их унесли — при дневном свете были явственно видны их следы. Олуф взобрался на скалу, чтобы сбросить на головы врагов камни, но скала выступала над рвом, и он вместо камней осыпал их ругательствами и угрожал страшными пытками. Пришелец-Билл отвечал ему на языке племени Медведя, а Тайи, высунувшийся из окопа, получил пулю в плечо.</p>
     <p>Потекли страшные дни и долгие ночи; мэнделлы, подкапываясь все ближе и ближе к скале, постоянно спорили, не лучше ли дать жителям Солнечной Страны возможность убраться восвояси. Но они боялись пришельцев, а женщины принимались голосить, как только заходила речь об освобождении врагов. Довольно для них жителей Солнечной Страны, больше они их видеть не желают. Непрестанно раздавался свист пуль, и так же непрестанно возрастал список погибших. Утром, на заре, вдруг раздавался слабый треск выстрела, и на дальнем краю селения какая-нибудь женщина, взмахнув руками, падала мёртвая; в жаркий полдень воины, засев в окопе, прислушивались к свисту пуль, и кто-нибудь из них узнавал смерть; в серых вечерних сумерках пули, попадая в землю, вздымали песок и комья глины. По ночам далеко разносились жалобные причитания женщин: «Оаа- оо-аа-оаа-оо-аа!»</p>
     <p>Предсказание Тайи исполнилось: среди пришельцев из Солнечной Страны начался голод. Однажды ночью разыгралась ранняя осенняя буря, и один из них прокрался мимо окопов и выкрал много сушеной рыбы. Но вернуться он не успел, и когда солнце взошло, он спрятался где-то в селении. Ему пришлось защищаться; его окружили плотным кольцом мэнделлы, четверых он убил из револьвера и, прежде чем его успели схватить, застрелился сам, чтобы избежать мучений.</p>
     <p>Событие опечалило всех. Олуф спрашивал:</p>
     <p>— Если один заставил нас так дорого заплатить за свою смерть, сколько же придется заплатить за смерть оставшихся?</p>
     <p>Как-то на насыпи показалась Мисэчи и подозвала трех собак, бродивших поблизости; это была еда, жизнь и отсрочка расплаты. Отчаяние охватило племя, и на голову Мисэчи посыпались проклятия.</p>
     <p>Дни текли. Солнце спешило к югу, ночи становились длиннее, чувствовалось приближение морозов. А жители Солнечной Страны все еще держались в своем укрытии. Воины падали духом от постоянного напряжения и неудач, а Тайи часто погружался в глубокие размышления. Наконец, он приказал собрать все имеющиеся в селении шкуры и кожи и связать их в большие цилиндрические тюки, под прикрытием которых можно было подползти к противнику.</p>
     <p>Приказ был дан, когда короткий осенний день уже клонился к вечеру. Воины с трудом, шаг за шагом, перекатывали большие тюки. Пули стукались о них, но не могли пробить, и воины завывали от радости. Но наступил вечер, и Тайи, будучи уверен в успехе, отозвал их обратно в траншеи.</p>
     <p>Утром мэнделлы двинулись в решительное наступление. Из-за укрытия пришельцев не раздавалось ни звука. Промежутки между тюками медленно сокращались, по мере того как круг смыкался. За сто шагов от прикрытия тюки оказались совсем близко друг от друга, так что воины могли шепотом передать приказ Тайи остановиться. Враги не подавали никаких признаков жизни. Мэнделлы долго и пристально всматривались, но не обнаружили никакого движения. Потом они снова поползли, толкая перед собой тюки, и на расстоянии пятидесяти ярдов маневр был повторен. Снова тишина. Тайи покачал Головой, и даже Ааб-Ваак заколебался. Снова был дан приказ продолжать наступление, и они поползли дальше, пока сплошной вал из шкур не окружил со всех сторон укрытие врагов.</p>
     <p>Тайи оглянулся назад — женщины и дети сгрудились позади в траншеях. Потом поглядел вперед, на безмолвное укрытие врага. Воины нервничали, и он приказал каждому второму двигаться вперед. Тюки покатились, теперь двойной цепью, пока снова не соприкоснулись друг с другом. Тогда Ааб-Ваак пополз один, толкая свой тюк. Когда тот уткнулся в насыпь, Ааб-Ваак остановился и стал прислушиваться. Затем он кинул в ров противника несколько больших камней и, наконец, с великими предосторожностями поднялся и заглянул внутрь.</p>
     <p>Там он увидел стреляные гильзы, начисто обглоданные собачьи кости и лужу под расщелиной в скале, откуда капала вода. Это было все. Жители Солнечной Страны исчезли.</p>
     <p>Шепотки о колдовстве, недовольные возгласы и мрачные взгляды воинов показались Тайи предвестием каких- то ужасных событий.</p>
     <p>Но в этот момент Ааб-Ваак обнаружил вдоль уступа скалы следы, и Тайи облегченно вздохнул.</p>
     <p>— Пещера! — воскликнул Тайи. — Они предвидели мою хитрость и удрали в пещеру!</p>
     <p>Подножие скалы было прорезано узкими подземными ходами, которые начинались на полпути между рвом и тем местом, где траншеи подступали к скале. Туда-то и последовали мэнделлы с громкими криками и, добравшись до отверстия в земле, обнаружили, что именно отсюда вылезли жители Солнечной Страны и забрались в пещеру, находившуюся в скале, футах в двадцати от земли.</p>
     <p>— Теперь дело сделано, — потирая руки, сказал Тайи. — Передайте, чтобы все радовались, потому что теперь жители Солнечной Страны в ловушке. Молодые воины вскарабкаются наверх и заложат отверстие камнями, и тогда Пришелец-Билл, его братья и Мисэчи обратятся от голода в тени и умрут во мраке с проклятиями на устах.</p>
     <p>Слова старшины были встречены криками восторга: Хауга, последний из воинов Голодного племени, пополз вверх по крутому склону и нагнулся над отверстием в скале. В этот миг раздался глухой выстрел, а когда он в отчаянии ухватился за скользкий уступ, — второй. Руки у него разжались, он скатился вниз, к ногам Тайи и, дрогнув несколько раз, подобно гигантской медузе, выброшенной на берег, затих.</p>
     <p>— Мог ли я знать, что они великие и неустрашимые бойцы? — спросил, словно оправдываясь, Тайи, вспомнив мрачные взгляды и недовольные возгласы воинов.</p>
     <p>— Нас было много, и мы были счастливы, — смело заявил один из воинов. Другой нетерпеливой рукой ощупывал копье.</p>
     <p>Но Олуф прикрикнул на них и заставил умолкнуть.</p>
     <p>— Слушайте меня, братья! Есть другой вход в пещеру. Еще мальчиком я нашел его, играя на скале. Он скрыт в камнях, им никогда не пользовались, и никто о нем не знает. Ход этот очень узок, и придется долго ползти на животе, пока доберешься до пещеры. Ночью мы тихонько вползем и нападем на пришельцев с тыла. Завтра же у нас будет мир, и мы никогда больше не станем ссориться с жителями Солнечной Страны.</p>
     <p>— Никогда больше! Никогда! — хором воскликнули измученные воины. Тайи присоединился к общему хору.</p>
     <p>Помня о близких, которые погибли, и вооружившись камнями, копьями и ножами, толпа женщин и детей собралась ночью под скалой у выхода из пещеры. Ни один пришелец из Солнечной Страны не мог надеяться спуститься невредимым с высоты двадцати с лишним футов. В селении оставались только раненые, а все боеспособные мужчины — их было тридцать человек — шли за Олуфом к потайному ходу в пещеру. Ход находился на высоте ста футов над землей, и лезть приходилось с выступа на выступ, по грудам камней, рискуя вот-вот сорваться. Чтобы камни от неосторожного движения не скатились вниз, люди взбирались вверх по одному. Олуф поднялся первым и, тихо позвав следующего, исчез в проходе. За ним последовал второй воин, потом третий и так далее, пока не остался один Тайи. Он слышал сигнал последнего воина, но им внезапно овладело сомнение, и он решил выждать. Спустя полчаса он поднялся на скалу и заглянул в проход. Там царил непроглядный мрак, но Тайи чувствовал, как узок проход. Страх оказаться погребенным заживо заставил Тайи содрогнуться, и он не мог решиться. Все погибшие, начиная от Нига, его собрата, до Хауга, последнего воина Голодного племени, словно обступили его, но он предпочел остаться с ними, чем спуститься в чернеющий проход. Он долго сидел неподвижно и вдруг почувствовал на щеке прикосновение чего-то мягкого и холодного — то падал первый снег. Наступил туманный рассвет, затем пришел яркий день, и лишь тогда услыхал он доносившийся из прохода негромкий стон, который приближался, становился явственнее. Он соскользнул с края, опустил ноги на первый выступ и стал ждать.</p>
     <p>Тот, кто стонал, двигался медленно, но после многих остановок добрался наконец до Тайи, и последний понял, что это не был житель Солнечной Страны. Он протянул руку и там, где полагается быть голове, нащупал плечо ползущего на локтях человека. Голову он нашел потом: она свисала набок, и затылок касался земли.</p>
     <p>— Это ты, Тайи? — сказал человек. — Это я, Ааб-Ваак, беспомощный и искалеченный, как плохо пущенное копье. Голова у меня волочится по земле; без твоей помощи мне не выбраться отсюда.</p>
     <p>Тайи влез в проход и прислонил Ааб-Ваака спиною к стене, но голова у того свисала, и он стонал и жаловался.</p>
     <p>— Ой-ой, ой-ой! — плакался Ааб-Ваак. — Олуф забыл, что Мисэчи тоже знала этот ход. Она показала его жителям Солнечной Страны, и они поджидали нас у конца прохода. Я погиб, у меня нет сил. Ой-ой!</p>
     <p>— А проклятые пришельцы из Солнечной Страны, они погибли в пещере? — спросил Тайи.</p>
     <p>— Откуда я мог знать, что они поджидают нас? — стонал Ааб-Ваак. — Мои братья ползли впереди, и из пещеры не доносился шум схватки. Как я мог знать, отчего нет шума схватки? И прежде чем я узнал, две руки стиснули мне шею так, что я не мог крикнуть и предупредить моих братьев. Затем еще две руки схватили меня за голову, а еще две — за ноги. Так меня и поймали трое пришельцев из Солнечной Страны. Они держали мне голову и за ноги повернули мое тело. Они свернули мне шею так же, как мы свертываем головы болотным уткам.</p>
     <p>— Но мне не суждено было погибнуть, — продолжал Ааб-Ваак, и в голосе его послышалась гордость. — Я один остался. Олуф и все остальные лежат в ряд, и головы у них повернуты, и лицо там, где должен быть затылок. На них нехорошо смотреть. Когда жизнь вернулась ко мне, я увидел наших братьев при свете факела, оставленного пришельцами из Солнечной Страны. Ведь я лежал вместе со всеми.</p>
     <p>— Неужели? Неужели? — повторял Тайи, слишком потрясенный, чтобы говорить.</p>
     <p>Тут он услышал голос Пришельца-Билла и вздрогнул.</p>
     <p>— Это хорошо, — говорил тот. — Я искал человека со сломанной шеей, и вот чудо! Встречаю Тайи. Брось-ка ружье вниз, Тайи, чтобы я слышал, как оно стукнется о камни.</p>
     <p>Тайи повиновался, и Пришелец-Билл выполз из отверстия в скале. Тайи с изумлением глядел на чужестранца. Он очень похудел, был измучен и покрыт грязью, но глубоко запавшие глаза горели, как угли.</p>
     <p>— Я голоден, Тайи, — сказал Билл. — Очень голоден.</p>
     <p>— Я пыль под твоими ногами, — отвечал Тайи. — Твое слово для меня закон. Я приказывал людям не сопротивляться тебе. Я советовал…</p>
     <p>Но Пришелец-Билл, не слушая, повернулся и крикнул своим товарищам:</p>
     <p>— Эй, Чарли! Джим! Берите с собой женщину и выходите!</p>
     <p>— Мы хотим есть, — сказал Билл, когда его товарищи и Мисэчи присоединились к нему.</p>
     <p>Тайи заискивающе потер руки.</p>
     <p>— Наша пища скудна, но все, что мы имеем, твое.</p>
     <p>— Затем мы по снегу отправимся на юг, — продолжал Пришелец-Билл.</p>
     <p>— Пусть ничто дурное не коснется вас и путь по-кажется легким.</p>
     <p>— Путь долог. Нам понадобятся собаки и много пищи.</p>
     <p>— Лучшие наши собаки — твои, и вся пища, какую они смогут везти.</p>
     <p>Пришелец-Билл подошел к краю уступа и приготовился к спуску.</p>
     <p>— Но мы вернемся, Тайи. Мы вернемся и проведем много дней в твоей стране.</p>
     <p>Так они отправились по снегу на юг, Пришелец-Билл, его братья и Мисэчи. А на следующий год в бухте Мэнделл бросил якорь «Искатель-2». Немногие мэнделлы, те, кто остался в живых, потому что были ранены и не могли ползти в пещеру, стали под началом жителей Солнечной Страны копать землю. Они забросили охоту и рыбную ловлю и получают теперь каждый день плату за работу и покупают муку, сахар, ситец и другие вещи, которые ежегодно привозит из Солнечной Страны «Искатель-2».</p>
     <p>Этот прииск, как и многие другие в Северной Стране, разрабатывается тайно; ни один белый человек, не имеющий отношения к Компании (Компания — это Билл, Джим и Чарли), не знает, где на краю Полярного моря затерялось селение Мэнделл. Ааб-Ваак, у которого голова свисает набок, стал прорицателем и проповедует младшему поколению смирение, за что и получает пенсию от Компании. Тайи назначен десятником на прииске. Теперь он разработал новую теорию насчет жителей Солнечной Страны.</p>
     <p>— Живущие там, где ходит солнце, не изнеженные, — частенько говорит он, покуривая трубку и наблюдая, как день постепенно сменяется ночью. — Солнце вливается им в тело, и кровь их закипает от желаний и страстей. Они всегда горят и поэтому не знают поражений. Они не знают покоя, ибо в них сидит дьявол. Они разбросаны по всей земле и осуждены вечно трудиться, страдать и бороться. Я знаю. Я Тайи.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Болезнь Одинокого Вождя</p>
     </title>
     <p>Эту историю рассказали мне два старика. Когда спала жара — это было в полночь, — мы сидели в дыму костра, защищавшего нас от комаров, и то и дело яростно давили тех крылатых мучителей, которые, не страшась дыма, хотели полакомиться нашей кровью. Справа от нас, футах в двадцати, у подножия рыхлого откоса, лениво журчал Юкон. Слева, над розоватым гребнем невысоких холмов, тлело дремотное солнце, которое не знало сна в эту ночь и обречено было не спать еще много ночей.</p>
     <p>Старики, которые вместе со мною сидели у костра и доблестно сражались с комарами, были Одинокий Вождь и Мутсак — некогда товарищи по оружию, а ныне дряхлые хранители преданий старины. Они остались последними из своего поколения и не пользовались почетом в кругу молодых, выросших на задворках приисковой цивилизации. Кому дороги предания и легенды в наши дни, когда веселье можно добыть из черной бутылки, а черную бутылку можно добыть у добрых белых людей за несколько часов работы или завалящую шкуру! Чего стоят все страшные обряды и таинства шаманов, если каждый день можно видеть, как живое огнедышащее чудовище — пароход, наперекор всем законам, кашляя и отплевываясь, ходит вверх и вниз по Юкону! И что проку в родовом достоинстве, если всех выше ценится у людей тот, кто больше срубит деревьев или ловчее управится с рулевым колесом, ведя судно в лабиринте протоков между островами!</p>
     <p>В самом деле, прожив слишком долго, эти два старика — Одинокий Вождь и Мутсак — дожили до черных дней, и в новом мире не было им ни места, ни почета. Они тоскливо ждали смерти, а сейчас рады были раскрыть душу чужому белому человеку, который разделял их мучения у осаждаемого мошкарой костра и внимательно слушал рассказы о той давно минувшей поре, когда еще не было пароходов.</p>
     <p>— И вот выбрали мне девушку в жены, — говорил Одинокий Вождь. Его голос, визгливый и пронзительный, то и дело срывался на сиплый, дребезжащий басок; только успеешь к нему привыкнуть, как он снова взлетает вверх тонким дискантом, — кажется, то верещит сверчок, то квакает лягушка.</p>
     <p>— И вот выбрали мне девушку в жены, — говорил он. — Потому что отец мой, Каск-Та-Ка, Выдра, гневался на меня за то, что я не обращал свой взгляд на женщин. Он был вождем племени и был уже стар, а из всех его сыновей я один оставался в живых, и только через меня мог он надеяться, что род его продлится в тех, кому еще суждено явиться на свет. Но знай, о белый человек, что я был очень болен; и если меня не радовали ни охота, ни рыбная ловля и мясо не согревало моего желудка, — мог ли я заглядываться на женщин, или готовиться к свадебному пиру, или мечтать о лепете и возне маленьких детей?</p>
     <p>— Да, — вставил Мутсак. — Громадный медведь обхватил Одинокого Вождя лапами, и он боролся, пока у него не треснул череп и кровь не хлынула из ушей.</p>
     <p>Одинокий Вождь энергично кивнул.</p>
     <p>— Мутсак говорит правду. Прошло время, я исцелился, но в то же время и не исцелился. Потому что, хотя рана затянулась и больше не болела, здоровье не вернулось ко мне. Когда я ходил, ноги подо мной подгибались, а когда я смотрел на свет, глаза наполнялись слезами. И когда я открывал глаза, вокруг меня все кружилось; а когда я закрывал глаза, моя голова кружилась, и все, что я когда-либо видел, кружилось и кружилось у меня в голове. А над глазами у меня так сильно болело, как будто на мне всегда лежала какая-то тяжесть или голову мне сжимал туго стянутый обруч. И речь у меня была медленной, и я долго ждал, пока на язык придет нужное слово. А если я не ждал, то у меня срывалось много всяких слов и язык мой болтал глупости. Я был очень болен, и когда отец мой, Выдра, привел девушку Кэсан…</p>
     <p>— Молодую и сильную девушку, дочь моей сестры, — перебил Мутсак. — С сильными бедрами, чтобы рожать детей, стройная и быстроногая была Кэсан. Ни одна девушка не умела делать таких мокасин, как она, а веревки, которые она плела, были самыми прочными. И в глазах у нее была улыбка, а на губах смех, и нрава она была покладистого; и она не забывала, что дело мужчины — приказывать, а женщины — повиноваться.</p>
     <p>— Так вот, я был очень болен, — продолжал Одинокий Вождь. — И когда отец мой, Выдра, привел девушку Кэсан, я сказал, что лучше бы они готовили мне погребение, чем свадьбу. Тогда лицо, отца моего почернело от гнева, и он сказал, что со мною поступят по моему желанию, и, хотя я еще жив, мне будут готовить погребение, как если бы я уже умер…</p>
     <p>— Не думай, что таков обычай нашего народа, о белый человек, — прервал Мутсак. — Знай, то, что сделали с Одиноким Вождем, у нас делают только с мертвыми. Но Выдра уж очень гневался.</p>
     <p>— Да, — сказал Одинокий Вождь. — Отец мой, Выдра, говорил коротко, но решал быстро. И он приказал людям племени собраться перед вигвамом, где я лежал. А когда они собрались, он приказал им оплакивать его сына, который умер…</p>
     <p>— И они пели перед вигвамом песню смерти. О-о-о- о-о-о-о-о-гаа-а-их-клу-кук, их-клу-кук, — затянул Мутсак, так великолепно воспроизводя песню смерти, что у меня мурашки побежали по спине.</p>
     <p>— В вигваме, где я лежал, — рассказывал дальше Одинокий Вождь, — мать моя, вымазав лицо сажей и посыпав голову пеплом, принялась оплакивать меня, как умершего, потому что так приказал мой отец. И вот моя мать, Окиакута, громко оплакивала меня, била себя в грудь и рвала на себе волосы, а вместе с нею и Гуниак, моя сестра, и Сината, сестра моей матери, и такой они подняли шум, что я почувствовал жестокую боль в голове, и мне казалось — теперь я уже непременно умру.</p>
     <p>А старики племени столпились около меня и рассуждали о пути, по которому пойдет моя душа. Один говорил о дремучих бесконечных лесах, в которых с плачем блуждают погибшие души и где, быть может, придется вечно блуждать и мне. Другой рассказывал о больших быстрых реках с дурной водой, где воют злые духи и протягивают свои извивающиеся руки, чтобы схватить за волосы и потащить на дно. И тут все сошлись на том, что для переправы через эти реки мне надо дать с собою лодку. А третий говорил о бурях, каких не видел ни один живой человек, когда звезды дождем падают с неба, и земля разверзается множеством пропастей, и все реки выходят из берегов. Тогда те, что сидели вокруг меня, воздели руки и громко завопили, а те, что были снаружи, услышали и завопили еще громче. Они считали меня мертвецом, и сам я тоже считал себя мертвецом. Я не знал, когда я умер и как это произошло, но я твердо знал, что я умер.</p>
     <p>И моя мать, Окиакута, положила возле меня мою парку из беличьих шкурок. Потом она положила парку из шкуры оленя-карибу, и дождевое покрывало из тюленьих кишок, и муклуки для сырой погоды, чтобы душе моей было тепло и она не промокла во время своего долгого пути. А когда упомянули о крутой горе, густо поросшей колючками, она принесла толстые мокасины, чтобы легче было ступать моим ногам.</p>
     <p>Потом старики заговорили о страшных зверях, которых мне придется убивать, и тогда молодые положили возле меня мой самый крепкий лук и самые прямые стрелы, мою боевую дубинку, мое копье и нож. А потом они заговорили о мраке и безмолвии великих пространств, в которых будет блуждать моя душа, и тогда моя мать завыла еще громче и посыпала себе еще пепла на голову.</p>
     <p>Тут в вигвам потихоньку, робея, вошла девушка Кэсан и уронила маленький мешочек на вещи, приготовленные мне в путь. И я знал, что в маленьком мешочке лежали кремень, и огниво, и хорошо высушенный трут для костров, которые душе моей придется разжигать. И были выбраны одеяла, чтобы меня завернуть. А также отобрали рабов, которых надо было убить, чтобы душа моя имела спутников. Рабов было семеро, потому что отец мой был богат и могуществен, и мне, его сыну, подобало быть погребенным со всеми почестями. Этих рабов захватили мы в войне с мукумуками, которые живут ниже по Юкону. Сколка, шаман, должен был убить их на рассвете, одного за другим, чтобы их души отправились вместе с моей странствовать в Неведомое. Они должны были нести мои вещи и лодку, пока мы не дойдем до большой быстрой реки с дурной водой. В лодке им не хватило бы места, и, сделав свое дело, они не пошли бы дальше, а остались бы, чтобы вечно выть в темном дремучем лесу.</p>
     <p>Я смотрел на прекрасные теплые одежды, на одеяла, на боевые доспехи, думал о том, что для меня убьют семерых рабов, — в конце концов я стал гордиться своим погребением, зная, что многие должны мне завидовать. А тем временем отец мой, Выдра, сидел угрюмый и молчаливый. И весь день и всю ночь люди пели песню смерти и били в барабаны, и казалось, что я уже тысячу раз умер.</p>
     <p>Но утром отец мой поднялся и заговорил. Всем известно, сказал он, что всю жизнь он был храбрым воином. Все знают также, что почетнее умереть в бою, чем лежа на мягких шкурах у костра. И раз я, его сын, все равно должен умереть, так лучше мне пойти на мукумуков, и пусть меня убьют. Так я завоюю себе почет и сделаюсь вождем в обители мертвых, и не лишится почета отец мой, Выдра. Поэтому он приказал подготовить вооруженный отряд, который я поведу вниз по реке. А когда мы встретимся с мукумуками, я должен, отделившись от отряда, пойти вперед, словно готовясь вступить в бой, и тогда меня убьют.</p>
     <p>— Нет, ты только послушай, о белый человек! — вскричал Мутсак, не в силах дольше сдерживаться. — В ту ночь шаман Сколка долго шептал что-то на ухо Выдре, и это он сделал так, что Одинокого Вождя послали на смерть. Выдра был очень стар, а Одинокий Вождь — его единственный сын, и Сколка задумал сам стать вождем племени. Одинокий Вождь все еще был жив, хотя весь день и всю ночь у его вигвама пели песню смерти, и потому Сколка боялся, что он не умрет. Это Сколка, своими красивыми словами о почете и доблестных делах говорил языком Выдры.</p>
     <p>— Да, — подхватил Одинокий Вождь. — Я знал, что Сколка во всем виноват, но это меня не трогало, потому что я был очень болен. У меня не было сил гневаться и не хватало духу произносить резкие слова; и мне было все равно, какой смертью умереть, — я хотел только, чтобы с этим было скорей покончено. И вот, о белый человек, собрали боевой отряд. Но в нем не было ни испытанных воинов, ни людей, умудренных годами и знаниями, а всего лишь сотня юношей, которым еще мало приходилось сражаться. И все селение собралось на берегу реки, чтобы проводить нас. И мы пустились в путь под ликующие возгласы и восхваление моих доблестей. Даже ты, о белый человек, возликовал бы при виде юноши, отправляющегося в бой, хотя бы и на верную смерть.</p>
     <p>И мы отправились — сотня юношей, в том числе и Мутсак, потому что он тоже был молод и неискушен. По приказанию моего отца, Выдры, мое каноэ привязали с одной стороны к каноэ Мутсака, а с другой — к каноэ Канакута. Так было сделано для того, чтобы мне не грести и чтобы я сохранил силу и, несмотря на болезнь, мог достойно умереть. И вот мы двинулись вниз по реке.</p>
     <p>Я не стану утомлять тебя рассказом о нашем пути, который не был долгим. Неподалеку от селения мукумуков мы встретили двух их воинов в каноэ, которые, завидев нас, пустились наутек. Тогда, как приказал мой отец, мое каноэ отвязали, и я совсем один поплыл вниз по течению. А юноши, как приказал мой отец, остались, чтобы увидеть, как я умру, и по возвращении рассказать, какой смертью я умер. На этом особенно настаивали отец мой Выдра и шаман Сколка, и они пригрозили жестоко наказать тех, кто ослушается.</p>
     <p>Я погрузил весло в воду и стал громко насмехаться над удиравшими воинами. Услышав мои обидные слова, они в гневе повернули головы и увидели, что отряд не тронулся с места, а я плыву за ними один. Тогда они отошли на безопасное расстояние и, разъехавшись в стороны, остановились так, что мое каноэ должно было пройти между ними. И я с копьем в руке, распевая воинственную песню своего племени, стал приближаться к ним. Каждый из двух воинов бросил в меня копье, но я наклонился, и копья просвистели надо мной, и я остался невредим. Теперь все три каноэ шли наравне, и я метнул копье в воина справа: оно вонзилось ему в горло, и он упал навзничь в воду.</p>
     <p>Велико было мое изумление — я убил человека. Я повернулся к воину слева и стал грести изо всех сил, чтобы встретить смерть лицом к лицу; и его второе копье задело мое плечо. Тут я напал на него, но не бросил копье, а приставил острие к его груди и нажал обеими руками. А пока я напрягал все силы, стараясь вонзить копье поглубже, он ударил меня по голове раз и еще раз лопастью весла.</p>
     <p>И даже когда копье пронзило его насквозь, он снова ударил меня по голове. Ослепительный свет сверкнул у меня перед глазами, и я почувствовал, как в голове у меня что-то треснуло, — да, треснуло. И тяжести, что так долго давила мне на глаза, не стало, а обруч, так туго стягивавший мне голову, лопнул. И восторг охватил меня, и сердце мое запело от радости.</p>
     <p>«Это смерть», — подумал я. И еще я подумал, что умереть хорошо. Потом я увидел два пустых каноэ и понял, что я не умер, а опять здоров. Удары по голове, нанесенные мне воином, исцелили меня. Я знал, что убил человека; запах крови привел меня в ярость, — и я погрузил весло в грудь Юкона и направил свое каноэ к селению мукумуков. Юноши, оставшиеся позади, громко закричали. Я оглянулся через плечо и увидел, как пенится вода под их веслами…</p>
     <p>— Да, вода пенилась под нашими веслами, — сказал Мутсак, — потому что мы не забыли приказания Выдры и Сколки, что должны собственными глазами увидеть, какой смертью умрет Одинокий Вождь. В это время какой-то молодой мукумук, плывший туда, где были расставлены ловушки для лососей, увидел приближающегося к их селению Одинокого Вождя и сотню воинов, следовавших за ним. И он сразу же кинулся к селению, чтобы поднять тревогу. Но Одинокий Вождь погнался за ним, а мы погнались за Одиноким Вождем, потому что должны были увидеть, какой смертью он умрет. Только у самого селения, когда молодой мукумук прыгнул на берег, Одинокий Вождь поднялся в своем каноэ и со всего размаху метнул копье. И копье вонзилось в тело мукумука выше поясницы, и он упал лицом вниз.</p>
     <p>Тогда Одинокий Вождь выскочил на берег, держа в руке боевую дубинку, и, испустив боевой клич, ворвался в деревню. Первым встретился ему Итвили, вождь племени мукумуков. Одинокий Вождь ударил его по голове своей дубинкой, и он свалился мертвым на землю. И, боясь, что мы не увидим, какой смертью умрет Одинокий Вождь, мы, сотня юношей, тоже выскочили на берег и поспешили за ним в селение. Но мукумуки не поняли наших намерений и подумали, что мы пришли сражаться, — и тетивы их луков зазвенели, и засвистели стрелы. И тогда мы забыли, для чего нас послали, и набросились на них с нашими копьями и дубинками, но так как мы застали их врасплох, то тут началось великое избиение…</p>
     <p>— Своими руками я убил их шамана! — воскликнул Одинокий Вождь, и его изборожденное морщинами лицо оживилось при воспоминании о том далеком дне, — Своими руками я убил его — того, кто был более могучим шаманом, чем Сколка, наш шаман. Каждый раз, когда я схватывался с новым врагом, я думал: «Вот пришла моя смерть»; но каждый раз я убивал врага, а смерть не приходила. Казалось, так сильно было во мне дыхание жизни, что я не мог умереть…</p>
     <p>— И мы следовали за Одиноким Вождем по всему селению, — продолжил рассказ Мутсак. — Как стая волков, мы следовали за ним — вперед, назад, из конца в конец, до тех пор, пока не осталось ни одного мукумука, способного сражаться. Тогда мы согнали вместе всех уцелевших — сотню рабов-мужчин, сотни две женщин и множество детей, потом развели огонь, подожгли все хижины и вигвамы и удалились. И это был конец племени мукумуков.</p>
     <p>— Да, это был конец племени мукумуков, — с торжеством повторил Одинокий Вождь. — А когда мы пришли в свое селение, люди дивились огромному количеству добра и рабов, а еще больше дивились тому, что я все еще жив. И пришел отец мой, Выдра, весь дрожа от радости при мысли о том, что я совершил. Ибо он был стар, а я был последним из его сыновей, оставшимся в живых. И пришли все испытанные в боях воины и люди, умудренные годами и знаниями, и собралось все наше племя. И тогда я встал и голосом, подобным грому, приказал шаману Сколке подойти ближе…</p>
     <p>— Да, о белый человек! — воскликнул Мутсак голосом, подобным грому, от которого подгибались колени и людей охватывал страх.</p>
     <p>— А когда Сколка подошел ближе, — рассказывал дальше Одинокий Вождь, — я сказал, что я умирать не собираюсь. И еще я сказал, что нехорошо обманывать злых духов, которые поджидают по ту сторону могилы. И потому я считаю справедливым, чтобы душа Сколки отправилась в Неведомое, где она будет вечно выть в темном, дремучем лесу. И я убил его тут же, на месте, перед лицом всего племени. Да, я, Одинокий Вождь, собственными руками убил шамана Сколку перед лицом всего племени. А когда послышался ропот, я громко крикнул…</p>
     <p>— Голосом, подобным грому, — подсказал Мутсак.</p>
     <p>— Да, голосом, подобным грому, я крикнул: «Слушай, мой народ! Я, Одинокий Вождь, умертвил вероломного шамана. Я единственный из людей прошел через врата смерти и вернулся обратно. Мои глаза видели то, чего никому не дано увидеть. Мои уши слышали то, что никому не дано услышать. Я могущественнее шамана Сколки. Я могущественнее всех шаманов. Я более великий вождь, чем отец мой, Выдра. Всю свою жизнь он воевал с мукумуками, а я уничтожил их всех в один день. Как бы одним дуновением ветра я уничтожил их всех. Отец мой, Выдра, стар, шаман, Сколка, умер, а потому я буду и вождем и шаманом. С этого дня я буду для тебя, о мой народ, и вождем и шаманом. Если кто-нибудь не согласен с моими словами, пусть выйдет вперед!»</p>
     <p>Я ждал, но никто вперед не вышел. Тогда я крикнул: «Хо! Я отведал крови! Теперь несите мясо, потому что я голоден. Разройте все ямы со съестными припасами, принесите рыбу из всех вершей, и пусть будет великое пиршество. Пусть люди веселятся и поют песни, но не погребальные, а свадебные. И пусть приведут ко мне девушку Кэсан. Девушку Кэсан, которая станет матерью детей Одинокого Вождя!»</p>
     <p>Услышав мои слова, отец мой, Выдра, который был очень стар, заплакал, как женщина, и обнял мои колени. И с этого дня я стал вождем и шаманом. И был мне большой почет, и все люди нашего племени повиновались мне.</p>
     <p>— До тех пор, пока не появился пароход, — вставил Мутсак.</p>
     <p>— Да, — сказал Одинокий Вождь. — До тех пор, пока не появился пароход.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Киш, сын Киша</p>
     </title>
     <p>— И вот я даю шесть одеял, двойных и теплых; шесть пил, больших и крепких; шесть удзоновских ножей, острых и длинных; два челнока работы Могума, великого мастера вещей; десять собак, сильных и выносливых в упряжке, и три ружья; курок одного сломан, но это — хорошее ружье, и его еще можно починить.</p>
     <p>Киш замолчал и оглядел круг пытливых, сосредоточенных лиц. Наступило время великой рыбной ловли, и он просил у Гноба в жены дочь его, Су-Су. Это было у миссии св. Георгия на Юконе, куда собрались все племена, жившие за сотни миль. Они пришли с севера, юга, востока и запада, даже из Тоцикаката и с далекой Тананы.</p>
     <p>— Слушай, о Гноб! Ты вождь племени танана, а я — Киш, сын Киша, вождь тлунгетов. Поэтому, когда чрево твоей дочери выносит мое семя, между нашими племенами наступит дружба, великая дружба, и танана и тлунгеты будут кровными братьями на долгие времена. Я сказал и сделаю то, что сказал. А что скажешь об этом ты, о Гноб?</p>
     <p>Гноб важно кивнул головой. Ни одна мысль не отражалась на его обезображенном, изрытом морщинами лице, но глаза сверкнули, как угли, в узких прорезях век, когда он сказал высоким, надтреснутым голосом:</p>
     <p>— Но это еще не все.</p>
     <p>— Что же еще? — спросил Киш. — Разве не настоящую цену предлагаю я? Разве в племени танана была когда-нибудь девушка, за которую давали бы так много? Назови мне ее.</p>
     <p>Насмешливый шепот пробежал по кругу, и Киш понял, что он опозорен в глазах всех.</p>
     <p>— Нет, нет, мой добрый Киш, ты не понял меня. — И Гноб, успокаивая его, поднял руку. — Цена хорошая. Это настоящая цена. Я согласен даже на сломанный курок. Но это еще не все. А человек каков?</p>
     <p>— Да, да, каков человек? — злобно подхватил весь круг.</p>
     <p>— Говорят, — опять задребезжал пронзительный голос Гноба, — говорят, что Киш не ходит путями отцов. Говорят, что он блуждает во мраке в поисках чужих богов и что он стал трусом.</p>
     <p>Лицо Киша потемнело.</p>
     <p>— Это ложь! — крикнул он. — Киш никого не боится.</p>
     <p>— Говорят, — продолжал старый Гноб, — что он прислушивается к речам белого человека из Большого Дома, что он преклоняет голову перед богом белого человека, что бог белого человека не любит крови.</p>
     <p>Киш опустил глаза, и руки его судорожно сжались. В кругу насмешливо захохотали, а знахарь и верховный жрец племени, шаман Мадван, зашипел что-то на ухо Гнобу. Потом он нырнул из освещенного пространства вокруг костра в темноту, вывел оттуда стройного мальчика и поставил его лицом к лицу с Кишем, а Кишу вложил в руку нож.</p>
     <p>Гноб наклонился вперед.</p>
     <p>— Киш! О Киш! Осмелишься ли ты убить человека? Смотри! Это мой раб Киц-Ну. Подними на него руку, о Киш, подними на него свою сильную руку!</p>
     <p>Киц-Ну дрожал, ожидая удара. Киш смотрел на мальчика, и в мыслях у него пронеслись возвышенные поучения мистера Брауна, и он ясно увидел перед собой пламя, полыхающее в аду мистера Брауна. Нож упал на землю. Мальчик вздохнул и вышел из освещенного круга, и колени у него дрожали. У ног Гноба лежал огромный пес, который скалил клыки, готовый броситься на мальчика. Но шаман оттолкнул животное ногой, и это навело Гноба на новую мысль.</p>
     <p>— Слушай, о Киш! Что бы ты сделал, если б с тобой поступили вот так? — И с этими словам Гноб поднес Белому Клыку кусок вяленой рыбы, но когда собака потянулась за подачкой, он ударил ее по носу палкой. — И после этого, о Киш, поступил бы ты вот так?</p>
     <p>Припав к земле, Белый Клык лизал руку Гноба.</p>
     <p>— Слушай! — Гноб встал, опираясь на руку Мадвана. — Я очень стар; и потому, что я очень стар, я скажу тебе вот что: твой отец Киш был великий человек, и он любил слушать, как поет в бою тетива, а мои глаза видели, как он метал копье и как головы его врагов слетали с плеч. Но ты не таков. С тех пор как ты, отрекшись от Ворона, поклоняешься Волку, ты стал бояться крови и хочешь, чтобы и народ твой боялся ее. Это нехорошо. Когда я был молод, как Киц-Ну, ни одного белого человека не было во всей нашей стране. Но они пришли, эти белые люди, один за другим, и теперь их много. Это — неугомонное племя. Насытившись, они не хотят спокойно отдыхать у костра, не думая о том, откуда возьмется мясо завтра. Над ними тяготеет проклятие, они обречены вечно трудиться.</p>
     <p>Киш был поражен. Он смутно вспомнил рассказ мистера Брауна о каком-то Адаме, жившем давным-давно. Значит, мистер Браун говорил правду.</p>
     <p>— Белые люди путешествуют повсюду и накладывают руки на все, что видят, а видят они многое. Их становится все больше и больше; и если мы будем бездействовать, они захватят всю нашу страну, и в ней не останется места для племен Ворона. Вот почему мы должны бороться с ними, пока ни одного из них не останется в живых. Тогда нам будут принадлежать все пути и все земли, и, может быть, наши дети и дети наших детей станут жить в довольстве и разжиреют. И когда настанет время Волку и Ворону мериться силами, будет великая битва, но Киш не пойдет сражаться вместе со всеми и не поведет за собой свое племя. Вот почему мне не годится отдавать ему дочь в жены. Так говорю я, Гноб, вождь племени танана.</p>
     <p>— Но белые люди великодушны и могущественны, — ответил Киш. — Белые люди научили нас многому. Белые люди дали нам одеяла, ножи и ружья, которых мы не умели делать. Я помню, как мы жили до их прихода. Я еще не родился тогда, но мне рассказывал об этом отец. На охоте нам приходилось близко подползать к лосям, чтобы вонзить в них копье. Теперь у нас есть ружье белого человека, и мы убиваем зверя на таком расстоянии, на каком не слышно даже крика ребенка. Мы ели рыбу, мясо и ягоды, — больше нечего было есть, — и мы ели все без соли. Найдется ли среди вас хоть один, кто захочет теперь есть рыбу и мясо без соли?</p>
     <p>Эти слова убедили бы многих, если б Мадван не вскочил с места, прежде чем Киш кончил говорить.</p>
     <p>— Ответь мне сначала на один вопрос, Киш. Белый человек из Большого Дома говорит тебе, что убивать нельзя. Но разве мы не знаем, что белые люди убивают? Разве мы забыли великую битву на Коюкуке или великую битву у Нуклукайто, где трое белых убили двадцать человек из племени тоцикакатов? И неужели ты думаешь, что мы забыли тех троих из племени тана-нау, которых убил белый человек Мэклрот? Скажи мне, о Киш, почему шаман Браун учит тебя, что убивать нельзя, а все его братья убивают?</p>
     <p>— Нет, нет, нам не нужно твоего ответа, — пропищал Гноб, пока Киш мучительно думал, как ответить на этот трудный вопрос. — Все очень просто. Твой добрый Браун хочет крепко держать Ворона, пока другие будут ощипывать его. — Голос Гноба зазвучал громче. — Но пока останется хоть один человек из племени танана, готовый нанести удар, или хоть одна девушка, способная родить мальчика, перья Ворона будут целы.</p>
     <p>Гноб обернулся к высокому, крепкому юноше, сидящему у костра.</p>
     <p>— А что скажешь ты, Макамук, брат Су-Су?</p>
     <p>Макамук поднялся. Длинный шрам пересекал его лицо, и верхняя губа у него кривилась в постоянной усмешке, которая так не вязалась со свирепым блеском его глаз.</p>
     <p>— Сегодня, — начал он, хитро избегая ответа, — я проходил мимо хижины торговца Мэклрота. И в дверях я увидел ребенка, который улыбался солнцу. Ребенок посмотрел на меня глазами Мэклрота и испугался. К нему подбежала мать и стала его успокаивать: Его мать — Зиска, женщина, из племени тлунгетов.</p>
     <p>Слова его заглушил рев ярости, но Макамук заставил всех замолчать, театрально подняв руку и показывая на Киша пальцем.</p>
     <p>— Так вот как! Вы, тлунгеты, отдаете своих женщин и приходите к нам, к танана. Но наши женщины нужны нам самим, Киш, потому что мы должны вырастить мужчин, много мужчин, к тому дню, когда Ворон схватится с Волком.</p>
     <p>Среди возгласов одобрения раздался пронзительный голос Гноба:</p>
     <p>— А что скажешь ты, Носсабок, любимый брат Су-Су?</p>
     <p>Носсабок был высокий и стройный юноша-индеец с тонким, орлиным носом и высоким лбом, но одно веко у него подергивалось, словно он многозначительно подмигивал. И сейчас, когда юноша поднялся, веко дернулось и закрыло глаз. Но на этот раз никто не засмеялся, глядя на Носсабока. Лица у всех были серьезны.</p>
     <p>— Я тоже проходил мимо хижины торговца Мэклрота, — зажурчал его нежный, почти девичий голос, так похожий на голос сестры, — и я видел индейцев. Они обливались потом, и ноги дрожали от усталости. Говорю вам: я видел индейцев; они стонали под тяжестью бревен, из которых торговец Мэклрот строит себе склад. И собственными глазами я видел, как они кололи дрова, которыми шаман Браун будет топить свой Большой Дом в долгие морозные ночи. Это женская работа, танана никогда не будут ее делать. Мы готовы породниться с мужчинами, но тлунгеты не мужчины, а бабы!</p>
     <p>Наступило глубокое молчание. Все устремили глаза на Киша. Он внимательным взглядом обвел людей, сидящих в кругу.</p>
     <p>— Так, — сказал он бесстрастно. — Так, — снова повторил он. Потом повернулся и, не сказав больше ни слова, скрылся в темноте.</p>
     <p>Пробираясь среди ползающих по земле детей и злобно рычащих собак, Киш прошел все становище из конца в конец и увидел женщину, которая сидела за работой у костра. Она плела лесу из волокон, содранных с корней дикой лозы. Киш долго следил, как ее проворные руки приводили в порядок спутанную массу волокон. Приятно было смотреть, как эта девушка, крепкая, с высокой грудью и крутыми бедрами, созданными для материнства, склоняется над работой. Ее бронзовое лицо отливало золотом в мерцающем свете костра, волосы были цвета воронова крыла, а глаза блестели, словно самоцветы.</p>
     <p>— О Су-Су! — наконец сказал он. — Ты когда-то ласково смотрела на меня, и те дни были совсем недавно…</p>
     <p>— Я смотрела на тебя ласково, потому что ты был вождем тлунгетов, — быстро ответила она, — потому что ты был такой большой и сильный.</p>
     <p>— А теперь?</p>
     <p>— Но это было ведь давно, тогда, когда мы занимались рыбной ловлей, — поспешно добавила Су-Су, — до того, как шаман Браун научил тебя дурному и повел тебя по чужому пути.</p>
     <p>— Но я же говорил тебе, что…</p>
     <p>Она подняла руку, и этот жест сразу напомнил Кишу ее отца.</p>
     <p>— Я знаю, какие слова готовы слететь с твоих уст, о Киш! И я отвечаю тебе. Так повелось, что рыба в воде и звери в лесу рождают себе подобных. И это хорошо. Так повелось и у женщин. Они должны рождать себе подобных, и даже девушка, пока она еще девушка, чувствует муки материнства и боль в груди, чувствует, как маленькие ручонки обвиваются вокруг ее шеи. И когда это чувство одолевает ее, тогда она тайно выбирает себе мужчину, который сможет быть отцом ее детей. Так чувствовала и я, когда смотрела на тебя и видела, какой ты большой и сильный. Я знала, что ты охотник и воин, способный добывать для меня пищу, когда я буду есть за двоих, и защищать меня, когда буду бессильна. Но это было до того, как шаман Браун пришел в нашу страну и научил тебя…</p>
     <p>— Но это неправда, Су-Су! Я слышал от него только добрые слова…</p>
     <p>— Что нельзя убивать? Я знала, что ты это скажешь. Тогда рождай таких, как ты сам, таких, кто не убивает, но не приходи с этим к танана, ибо сказано, что скоро наступит время, когда Ворон схватится с Волком. Не мне знать, когда это будет, это — дело мужчин; но я должна родить к этому времени воинов, и это я знаю.</p>
     <p>— Су-Су, — снова заговорил Киш, — выслушай меня…</p>
     <p>— Мужчина побил бы меня палкой и заставил бы слушать себя, — с презрительным смехом сказала Су-Су. — А ты… вот, возьми! — Она сунула ему в руки пучок волокон. — Я не могу отдать Кишу себя, но вот это пусть он возьмет. Это ему подходит. Это — женское дело.</p>
     <p>Киш отшвырнул пучок, и кровь бросилась ему в лицо, и потемнела его бронзовая кожа.</p>
     <p>— И еще я скажу тебе, — продолжала Су-Су. — Есть старый обычай, которого не чуждался ни твой отец, ни мой. С того, кто пал в бою, победитель снимает скальп. Это очень хорошо. Но ты, который отрекся от Ворона, должен сделать больше: ты должен принести мне не скальпы, а головы — две головы, и тогда я дам тебе не пучок волокон, а расшитый бисером пояс, и ножны, и длинный русский нож. Тогда я снова ласково посмотрю на тебя, и все будет хорошо.</p>
     <p>— Так, — задумчиво сказал Киш. — Так…</p>
     <p>Потом повернулся и исчез в темноте.</p>
     <p>— Нет, Киш! — крикнула она ему вслед. — Не две головы, а по крайней мере три!</p>
     <p>Но Киш не изменял своей новой вере: жил безупречно и заставлял людей своего племени следовать заповедям, которым учил его священник Джексон Браун. Все время, пока продолжалась рыбная ловля, он не обращал внимания на людей танана, не слушал ни оскорблений, ни, насмешек женщин других племен. После лова Гноб со своим племенем, запасшись вяленой и копченой рыбой, отправился на охоту в верховья реки Танана. Киш смотрел, как они собирались в путь, но не пропустил ни одной службы в миссии, где он постоянно молился и пел в хоре густым, могучим басом.</p>
     <p>Преподобного Джексона Брауна приводил в восторг этот густой бас, и он считал Киша самым надежным из всех обращенных. Однако Мэклрот сомневался в этом; он не верил в обращение язычников и не считал нужным скрывать свое мнение. Но мистер Браун был человек широких взглядов, и однажды долгой осенней ночью он с таким жаром доказывал свою правоту, что в конце концов торговец в отчаянии воскликнул:</p>
     <p>— Провалиться мне на этом месте, Браун, но если Киш продержится еще два года, я тоже стану ревностным христианином!</p>
     <p>Не желая упускать такой случай, мистер Браун скрепил договор мужественным рукопожатием, и теперь от поведения Киша зависело, куда отправится после смерти душа Мэклрота.</p>
     <p>Однажды, когда на землю уже лег первый снег, в миссию св. Георгия пришла весть. Человек из племени танана, приехавший за патронами, рассказал, что Су-Су обратила свой взор на отважного молодого охотника Ни-Ку, который положил большой выкуп за нее у очага старого Гноба. Как раз в это время его преподобие Джексон Браун встретил Киша на лесной тропе, ведущей к реке. В упряжке Киша шли лучшие его собаки, на нартах лежала новая большая пара лыж.</p>
     <p>— Куда ты держишь путь, о Киш? Не на охоту ли? — спросил мистер Браун, подражая речи индейцев.</p>
     <p>Киш несколько мгновений пристально смотрел ему в глаза, потом тронул собак. Но, пройдя несколько шагов, он обернулся, снова устремил внимательный взгляд на миссионера и ответил:</p>
     <p>— Нет, я держу путь прямо в ад!</p>
     <empty-line/>
     <p>На небольшой поляне, глубоко зарывшись в снег, словно пытаясь спастись от безотрадного одиночества, ютились три жалких вигвама. Дремучий лес подступал к ним со всех сторон. Над ними, скрывая ясное голубое небо, нависала тусклая, туманная завеса, обещающая снег. Ни ветра, ни звука — ничего, кроме снега и Белого Безмолвия. Даже обычной суеты не было на этой стоянке, ибо охотникам удалось выследить стадо оленей-карибу и охота была удачной. И вот после долгого поста пришло изобилие, и охотники крепко спали средь бела дня в своих вигвамах из оленьих шкур.</p>
     <p>У костра перед одним из вигвамов стояли пять пар лыж, и у костра сидела Су-Су. Капюшон беличьей парки был крепко завязая вокруг шеи, но руки проворно работали иглой с продернутой в нее жилой, нанося последние замысловатые узоры на кожаный пояс, отделанный ярко-пунцовой тканью.</p>
     <p>Где-то позади вигвамов раздался пронзительный собачий лай и тотчас же стих. В вигваме захрипел и застонал во сне ее отец. «Дурной сон, — подумала она и улыбнулась. — Отец стареет, не следовало ему давать эту последнюю лопатку, он и так много съел».</p>
     <p>Она нашила еще одну бусину, закрепила жилу узлом и подбросила хворосту в огонь. Потом долго смотрела на костер и вдруг подняла голову, услышав на жестком снегу скрип мокасин.</p>
     <p>Перед ней, слегка сгибаясь под тяжестью ноши, стоял Киш. Ноша была завернута в дубленую оленью кожу. Он небрежно сбросил ее на снег и сел у костра. Долгое время они молча смотрели друг на друга.</p>
     <p>— Ты прошел долгий путь, о Киш, — наконец сказала Су-Су, — долгий путь от миссии святого Георгия на Юконе.</p>
     <p>— Да, — рассеянно ответил Киш, разглядывая пояс и прикидывая на глаз его размер. — А где же нож? — спросил он.</p>
     <p>— Вот. — Она вынула нож из-под парки, и обнаженное лезвие сверкнуло при свете огня. — Хороший нож.</p>
     <p>— Дай мне! — повелительным тоном сказал Киш.</p>
     <p>— Нет, о Киш, — засмеялась Су-Су. — Может быть, не тебе суждено носить его.</p>
     <p>— Дай мне! — повторил он тем же голосом. — Мне суждено носить его.</p>
     <p>Су-Су кокетливо повела глазами на оленью шкуру и увидела, что снег под ней медленно краснеет.</p>
     <p>— Это кровь, Киш? — спросила она.</p>
     <p>— Да, это кровь. Дай же мне пояс и длинный русский нож.</p>
     <p>И Су-Су вдруг стало страшно, а вместе с тем радостное волнение охватило ее, когда Киш вырвал у нее из рук пояс. Она нежно посмотрела на него и почувствовала боль в груди и прикосновение маленьких ручек, обнимающих ее за шею.</p>
     <p>— Пояс сделан для худого человека, — мрачно сказал Киш, втягивая живот и застегивая пряжку на первую прорезь.</p>
     <p>Су-Су улыбнулась, и глаза ее стали еще ласковее. Опять она почувствовала, как нежные ручки обнимают ее за шею. Киш был красивый, а пояс, конечно, слишком тесен: ведь он сделан для более худого человека. Но не все ли равно? Она может вышить еще много поясов.</p>
     <p>— А кровь? — спросила она, загораясь надеждой. — Кровь, Киш? Ведь это… это… головы?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— Должно быть, они только что сняты, а то кровь замерзла бы.</p>
     <p>— Сейчас не холодно, а кровь свежая, совсем свежая…</p>
     <p>— О Киш! — Лицо ее дышало радостью. — И ты принес их мне?</p>
     <p>— Да, тебе.</p>
     <p>Он схватил оленью шкуру за край, тряхнул ее, и головы покатились на снег.</p>
     <p>— Три? — в исступлении прошептал он. — Нет, по меньшей мере четыре.</p>
     <p>Су-Су застыла от ужаса. Вот они перед ней: тонкое лицо Ни-Ку, старое, морщинистое лицо Гноба, Макамук, вздернувший, словно в усмешке, верхнюю губу, и, наконец, Носсабок, как всегда, многозначительно подмигивающий. Вот они перед ней, освещенные пламенем костра, и вокруг каждой из них расползалось пятно алого цвета.</p>
     <p>Растаявший у огня снежный наст осел под головой Гноба, и, наклонившись, как живая, она покатилась к ногам Су-Су. Но девушка сидела, не шелохнувшись, Киш тоже сидел, не двигаясь; его глаза, не мигая, в упор смотрели на нее.</p>
     <p>Где-то в лесу сосна уронила на землю тяжелый ком снега, и эхо глухо прокатилось по ущелью. Но они по- прежнему сидели молча. Короткий день быстро угасал, и тьма уже надвигалась на стоянку, когда Белый Клык подбежал к костру. Он выжидательно остановился — не прогонят ли его, потом подошел ближе. Ноздри у Белого Клыка дрогнули, шерсть на спине встала дыбом. Он безошибочно пошел на запах и, остановившись у головы своего хозяина, осторожно обнюхал ее и лизнул лоб длинным красным языком. Затем лег на землю, поднял морду к первой тускло загоревшейся на небе звезде и протяжно, по-волчьи завыл.</p>
     <p>Тогда Су-Су пришла в себя. Она взглянула на Киша, который обнажил русский нож и пристально смотрел на нее. Лицо Киша было твердо и решительно, и в нем Су- Су прочла свою судьбу. Отбросив капюшон парки, она открыла шею и поднялась. Долгим, прощальным взглядом окинула опушку леса, мерцающие звезды в небе, стоянку, лыжи в снегу — последним долгим взглядом окинула все, чем она жила. Легкий ветерок откинул в сторону прядь ее волос, и с глубоким вздохом она повернула голову и подставила ветру открытое лицо.</p>
     <p>Потом Су-Су подумала о детях, которые уже никогда не родятся у нее, подошла к Кишу и сказала:</p>
     <p>— Я готова!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Смерть Лигуна</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Кровь за кровь, род за род.</p>
      <text-author>Закон племени тлинкет.</text-author>
     </epigraph>
     <p>— Слушай теперь о смерти Лигуна…</p>
     <p>Рассказчик замолк, точнее, сделал паузу и многозначительно взглянул на меня. Я посмотрел бутылку на свет костра, отметил пальцем, сколько нужно оставить, и передал ему — разве моим собеседником не был Палитлум по прозвищу Пьяница. Много историй услышал я от этого неграмотного книжника и давно уже ждал, чтобы он поведал мне о временах Лигуна: он один хорошо помнил те времена.</p>
     <p>Он откинул назад голову и пробормотал что-то, потом послышалось бульканье, и на неровной поверхности утеса, где мы сидели, заплясала чудовищная человеческая тень с громадной опрокинутой бутылкой в руке. Палитлум оторвался от бутылки, причмокнул и грустно поглядел вверх, на небо, где играли тусклые отблески северного сияния.</p>
     <p>— Удивительный напиток, — сказал он. — Холодный, как вода, и горячий, как огонь. Пьющему он придает силу и у пьющего отнимает силу. Стариков он превращает в юношей, а юношей в стариков. Усталого он заставляет встать и идти вперед, а бодрого погружает в сон. Мой брат, обладавший сердцем кролика, выпил этого напитка и убил четырех врагов. Мой отец был подобен матерому волку, который то и дело скалит клыки и огрызается; но когда он выпил, то побежал от врага и был убит выстрелом в спину. Очень удивительный напиток.</p>
     <p>— Это «Три Звездочки», не то, что та бурда, которой они полощут свои желудки, — отвечал я, указывая вниз, где за зияющей черной пропастью виднелись огни костров на берегу — крохотные огоньки, придающие ощущение реальности окружающему.</p>
     <p>Палитлум вздохнул и покачал головой:</p>
     <p>— Поэтому-то я и здесь, с тобою.</p>
     <p>Тут он кинул на бутылку и на меня такой красноречивый взгляд, который лучше всяких слов говорил о его нескрываемой страсти.</p>
     <p>— Нет, — сказал я, пряча бутылку. — Расскажи о Лигуне. О «Трех Звездочках» мы поговорим после.</p>
     <p>— Бутылка полна, а я ничуть не устал, — нагло клянчил он. — Дай, я приложу ее к губам и расскажу тебе о великих подвигах Лигуна и его последних днях.</p>
     <p>— У пьющего он отнимает силу, — передразнил я его, — и бодрого погружает в сон.</p>
     <p>— Ты мудр, — отвечал он без гнева и обиды. — Ты мудр, как и все твои братья. Бодрствуешь ты или спишь, «Три Звездочки» всегда при тебе, но я никогда не видел, чтобы ты был пьян. Вы забираете себе золото, скрытое в наших горах, и рыбу, что плавает в наших морях, а Палитлум и братья Палитлума роют для тебя золото, и ловят рыбу, и рады, когда ты с высоты своей мудрости соизволишь им приложиться к «Трем Звездочкам».</p>
     <p>— Я собрался послушать о Лигуне, — нетерпеливо сказал я. — Ночь коротка, а завтра предстоит трудный путь. — Я зевнул и сделал вид, будто хочу встать, но Палитлум встревожился и, не мешкая, приступил к рассказу.</p>
     <p>— В годы старости Лигун хотел, чтобы между племенами царствовал мир. В молодости он был первым среди воинов и вождем над всеми вождями Островов и Проливов. Всю жизнь он провел в схватках. Ни у кого нет на теле столько ран, сколько у него, от стрел с костяными наконечниками, и свинцовых пуль, и железных ножей. Он имел трех жен и от каждой жены по два сына; но все сыновья его, от первенца до самого младшего, погибли, сражаясь рядом с ним. Неугомонный, как медведь-плешак, он рыскал по всей стране, до Уналяшки и Мелкого моря на севере, забирался к югу до островов Королевы Шарлотты и, говорят, прошел с кейками до дальнего залива Пьюджет Саунд, где убивал твоих братьев в их крепких домах.</p>
     <p>Но, как я уже говорил, на старости лет он решил установить мир между племенами. Не потому, что он стал трусом или его слишком тянуло к теплому местечку у очага и полному котелку пищи. Он мог убивать так же коварно и жестоко, как самые кровожадные, он стягивал пояс в голодные дни, как самые молодые, и пускался в путь по бурным морям и опасным тропам, как самые отважные. Но вот из-за его деяний и в наказание за них его увезли на военном судне в твою страну, о Борода, пришелец из Бостона, и прошло много лет, прежде чем он вернулся, и я тогда был уже не мальчик, но еще не стал мужчиной. И Лигун, оставшийся бездетным на старости лет, привязался ко мне и приобщал меня к своей мудрости.</p>
     <p>«Сражаться хорошо, о Палитлум, — говаривал он…» Д-а, Борода, в те дни меня звали не Палитлумом, а Оло, Вечно-Голодным. Пить я стал после. «Так вот, сражаться хорошо, — говорил Лигун, — но это глупо. Я своими глазами видел, что в стране людей из Бостона жители не сражаются друг с другом, и потому они сильны. Благодаря своей силе они приходят сюда, на Острова и Проливы, и мы — что дым костра или морской туман перед ними. Поэтому я говорю тебе, что сражаться очень хорошо, но глупо».</p>
     <p>Поэтому-то Лигун, который был первым среди воинов, теперь громче всех заговорил о мире. Он был величайшим из вождей и самым богатым и, дожив до глубокой старости, он задал потлач. Никогда еще на свете не бывало такого пира. Вдоль берега стояли пятьсот каноэ, и в каждом приехало не менее десяти мужчин и женщин. На пир явились восемь племен; приехали все, от дряхлых стариков до новорожденных младенцев. Прослышав о пире Лигуна, прибыли, не побоявшись долгого пути, и мужчины из отдаленных племен, и путешественники, и золотоискатели. Семь дней они набивали себе желудки яствами и напитками. Он подарил восемь тысяч одеял. Я хорошо знаю это, ибо кто, как не я, вел счет гостям и рассаживал их соответственно роду и заслугам каждого. Раздав все, Лигун остался ни с чем, зато имя его было у всех на устах, и другие вожди скрипели зубами, завидуя его величию и славе.</p>
     <p>Пользуясь тем, что слово его было законом, Лигун проповедовал мир; он ездил на все потлачи, празднества и собрания, чтобы говорить о мире. Случилось так, что мы, Лигун и я, поехали на большой пир к Ниблаку, вождю речного племени скутов, жившему недалеко от племени стикинов. Лигун был уже очень дряхл, и смерть его близка. Он кашлял от холода и от дыма костра, и нередко изо рта у него шла кровь, и мы думали, что он вот-вот умрет.</p>
     <p>«Нет, — сказал он однажды, когда изо рта показалась кровь, — лучше умереть, когда кровь льется из-под ножа и слышится звон оружия и запах пороха, а люди громко вскрикивают, пораженные холодной сталью или быстрым свинцом!». Было видно, о Борода, что сердце Лигуна еще жаждало сражений.</p>
     <p>От чилкатов до скутов путь не близкий, и мы много дней провели в каноэ. Пока люди склонялись над веслами, я сидел у ног Лигуна и слушал его поучения. Мне незачем говорить тебе о Законе, Борода, ибо знаю, что ты в Законе очень сведущ. Но все же я скажу тебе: Закон — кровь за кровь, род за род. Лигун подробно разъяснил мне его. Вот его слова:</p>
     <p>«Знай, о Оло, что не велика честь убить человека, который ниже тебя. Убивай тех, кто стоит выше, и тогда заслужишь почет, соответствующий их положению. Если из двух противников прольешь кровь менее знатного, то уделом твоим будет позор, и даже женщины будут смеяться, проходя мимо. Я говорил уже, что хорошо жить в мире, но помни, Оло: если придется убивать, следуй Закону».</p>
     <p>— Таков обычай племени тлинкет, — как бы оправдываясь, заметил Палитлум, а я подумал о воинах и убийцах своей Западной Страны и ничуть не удивился обычаю племени тлинкет.</p>
     <p>— Итак, мы прибыли на пир к вождю скутов Ниблаку, — продолжал Палитлум. — Празднество было почти столь же великое, как потлач Лигуна. Были на нем и наши чилкаты, и индейцы из племени ситха, и стикины, соседи скутов, и врэнгелы, и гунаа. Были сэндоуны и такосы из бухты Хотон, их соседи, оки, с пролива Дугласа, люди с реки Наас, тонгасы с севера Диксона и, наконец, кейки с острова Куприянова. Затем были сиваши из Ванкувера, кассиары с Золотых Гор, теслины и даже стиксы с далекого Юкона.</p>
     <p>Это было замечательное празднество. Но первым делом должна была состояться встреча вождей с Ниблаком, чтобы выпив кваса, забыть прежние распри. Мы научились приготовлять квас у русских — так сказал мне отец, а ему говорил это его отец. Но в квас Ниблак добавил сахару, муки, сушеных яблок и хмеля, и получился хороший и крепкий напиток для мужчин. Не такой хороший, как «Три Звездочки», о Борода, но все же очень хороший.</p>
     <p>Квас был только для вождей, а вождей собралось человек двадцать. Так как Лигун был очень стар и пользовался большим почетом, мне разрешено было войти вместе с ним, чтобы он мог опираться на мое плечо, и я бы помогал ему садиться и вставать. У входа в дом Ниблака — а дом был сложен из бревен и очень большой — вожди, по обычаю, оставляли свои копья, ружья и ножи. Ты знаешь, о Борода, как напитки горячат кровь, и вновь вспыхивают старые обиды, и голова и рука начинают действовать быстро! Я заметил, что Лигун взял с собой два ножа; один он оставил у двери, а второй спрятал под одеяло, так что его можно было легко достать. Другие вожди поступили так же, и я боялся того, что должно произойти.</p>
     <p>Вожди чинно расселись большим кругом. Я стоял рядом с Лигуном. В середине помещался бочонок с квасом, и раб разносил напиток. Сначала Ниблак произнес речь; в ней говорилось о дружбе и было много красивых слов. Затем он подал знак, и раб зачерпнул квасу и подал чашу, как это полагалось, Лигуну, ибо он был знатнейшим из собравшихся. Лигун выпил все до последней капли, и я помог ему встать, чтобы и он мог сказать речь.</p>
     <p>Он нашел добрые слова для всех племен и вождей, похвалил щедрость Ниблака, устроившего такое пышное торжество, посоветовал, по обыкновению, всем жить в мире и в конце сказал, что квас очень хорош.</p>
     <p>После него выпил Ниблак, ибо он был самый старший после Лигуна, а за ним по старшинству и знатности, пили и остальные вожди. Каждый из них говорил дружелюбные слова и хвалил квас, пока чаша не обошла круг.</p>
     <p>Все ли я рассказал? Нет, не все, о Борода! Последний из них, худощавый, похожий на кошку вождь с молодым лицом и дерзкими глазами, мрачно выпил свою долю, затем плюнул на землю и не сказал ни слова.</p>
     <p>Не сказать, что квас хорош, — оскорбление, плюнуть на землю — тяжкое оскорбление. И он осмелился на это. Было известно, что он вождь стиксов с Юкона, но больше о нем ничего не знали.</p>
     <p>Да, это было тяжкое оскорбление. Но заметь, о Борода, что оскорбление было нанесено не Ниблаку, хозяину пира, а самому знатному из вождей, сидевших в кругу — таков обычай. А самым знатным был Лигун. Все разом замолчали. Глаза были устремлены на него: что он сделает? Но Лигун не шелохнулся. Его высохшие уста не дрогнули, ноздри не раздулись, и веки не опустились. Но я видел, как потемнело его лицо, как темнеют лица у стариков в тягостные дни голодных зим, когда плачут женщины и дети хнычут, когда нет мяса и нет надежды его получить. И тем же печальным взглядом смотрел сейчас Лигун.</p>
     <p>Настала мертвая тишина. Можно было подумать, что кругом сидят мертвецы, если бы вожди не ощупывали для верности ножей, спрятанных в складках одеял, и если бы каждый из них не оглядывал испытующим взглядом своих соседей. Я был тогда совсем юношей, но я понял, что такое случается лишь раз за всю жизнь.</p>
     <p>Вождь стиксов встал — все, не отрываясь, следили за ним — и подошел к Лигуну.</p>
     <p>«Я — Опитса, Нож», — сказал он.</p>
     <p>Но Лигун ничего не ответил и даже не посмотрел на него — он не мигая смотрел в землю.</p>
     <p>«Ты — Лигун, — сказал Опитса. — Ты убил многих воинов. А я еще жив».</p>
     <p>Лигун молча подал мне знак, и я помог ему подняться. Лигун выпрямился, он был похож тогда на вековую сосну, голую и седую, но все еще способную устоять под натиском бури и тяжестью снега. Он смотрел вперед немигающим взглядом, но казалось, и не видел Опитса и не слышал его слов.</p>
     <p>Опитса славно с ума сходил от злости и приплясывал на негнущихся ногах перед Лигуном, как обычно делают, когда хотят показать свое презрение. Затем он затянул песню о своем величии и о величии своего племени, и песня его была полна нападок на племя чилкатов и на Лигуна. Завывая и пританцовывая, он сбросил с себя одеяло и, выхватив нож, стал вертеть им перед лицом Лигуна. И песня, что он пел, была Песнью Ножа.</p>
     <p>В хижине слышно было только пение Опитса; вожди сидели молча, как мертвецы, и блеск ножа как будто вы-зывал ответные искры в их глазах. Лигун тоже не произнес ни слова. Он знал, что смерть его близка, и не боялся ее. Нож пел свою песню и приближался к Лигуну, но тот смотрел перед собой немигающими глазами и не отклонялся ни вправо, ни влево, ни назад.</p>
     <p>Опитса два раза ударил его ножом в лоб, и кровь брызнула из раны. Тогда-то Лигун подал мне знак поддержать его и помочь ему пойти. И он презрительно рассмеялся в лицо Опитса, по прозвищу Нож, отодвинул его в сторону, как отодвигают нависшую над тропой ветку, и прошел мимо.</p>
     <p>И я понял, что Лигун считал позором пролить кровь Опитса перед лицом более знатных вождей. Я вспомнил Закон и понял, что Лигун собирается следовать Закону. Но самым знатным после него был Ниблак, потому и направился Лигун к Ниблаку, опираясь о мое плечо. С другой стороны за него уцепился Опитса, слишком незначительная персона, чтобы столь великий вождь, как Лигун, осквернил его кровью свои руки. И хотя нож Опитса снова и снова кусал тело Лигуна, тот и бровью не повел. Так мы трое подошли к испуганному, завернувшемуся в одеяло Ниблаку.</p>
     <p>И тут вспыхнули былые обиды и вспомнились забытые раздоры. Брат Ламука, вождя кейков, когда-то утонул в дурных водах Стикина, и племя стикинов не принесло выкуп одеялами, как полагалось по обычаю. Поэтому Ламук вонзил свой длинный нож прямо в сердце Клок-Куца, вождя стикинов. А Катчахук вспомнил ссору своих сородичей с реки Наас с тонгасами, живущими на севере Диксона, и убил их вождя выстрелом из револьвера, и поднялся большой шум. Всех охватила жажда крови, и вождь убивал вождя или сам падал от руки другого. И каждый старался ранить ножом или выстрелом из револьвера Лигуна, ибо тот, кому удалось бы убить его, стал бы знаменитым и покрыл себя неувядаемой славой. Они накинулись на него, как волки на лося, но их было так много, что они мешали друг другу, и каждому приходилось сражаться с другими, чтобы пробить себе дорогу к Лигуну, и вокруг была страшная свалка.</p>
     <p>А Лигун подвигался медленно, не спеша, словно впереди у него было еще много-много лет. Казалось, он уверен, что ему удастся исполнить Закон, прежде чем погибнет сам. Он шел медленно, ножи вонзались в него, и он был залит кровью. Хотя никто не собирался меня трогать, ибо я был лишь юношей, но ножи все же попали в меня и обжигали горячие пули. А Лигун все еще опирался на мое сильное плечо, и Опитса вертелся вокруг, и мы трое подвигались вперед. Когда мы остановились перед Ниблаком, тот испугался и накрыл голову одеялом. Племя скутов всегда отличалось трусостью.</p>
     <p>Гулзуг, рыболов, и Кадишан, охотник, сцепились, отстаивая честь своих племен. Они яростно боролись и в схватке сбили Опитса и его стали топтать ногами. Брошенный кем-то нож попал в горло Скульпина, вождя племени ситхов; он взмахнул руками, пошатнулся и, падая, увлек меня за собой.</p>
     <p>Лежа на земле, я видел, как Лигун склонился над Ниблаком, сорвал с его головы одеяло и повернул лицо к свету. Лигун не спешил. Кровь слепила ему глаза, и он протер их тыльной стороной ладони. Еще раз убедившись, что перед ним Ниблак, он провел ножом по его горлу, как охотник проводит ножом по горлу трепещущей косули. Затем он выпрямился и, слегка покачиваясь, запел Песню Смерти. Тогда Скульпин, тот самый, что сбил меня, с земли выстрелил в него из револьвера. Лигун зашатался и упал, как падает сосна в объятия ветра…</p>
     <p>Палитлум замолчал. Его заблестевшие от воспоминаний глаза были устремлены в огонь, и щеки пылали.</p>
     <p>— Ну, а ты, Палитлум? — спросил я. — Что сделал ты?</p>
     <p>— Я? Я помнил Закон и убил Опитса по прозвищу Нож, и это было очень хорошо. И я вытащил нож Лигуна из горла Ниблака и убил Скульпина, опрокинувшего меня на землю. Я был еще юношей, и любой убитый мною вождь возвеличивал меня. Лигун был мертв, я был не нужен ему, и я действовал ножом, выбирая самых знатных из оставшихся в живых вождей.</p>
     <p>Палитлум порылся в складках своей одежды, достал обшитые бисером ножны и вытащил из них нож. Нож был самодельный, кое-как сработанный из пилы, — такие можно найти у стариков в любом селении на Аляске.</p>
     <p>— Это нож Лигуна? — спросил я.</p>
     <p>Палитлум кивнул головой.</p>
     <p>— Я дам тебе за него десять бутылок с «Тремя Звездочками».</p>
     <p>Палитлум медленно перевел на меня взгляд.</p>
     <p>— Я слаб, как вода, и податлив как женщина. Мой желудок пропитан квасом, самогоном и «Тремя Звездочками». Зрение у меня ослабело, слух потерял остроту, а сила обратилась в жир. Никто меня не уважает, и зовут Палитлум-Пьяница. Но на потлаче у Ниблака, вождя скутов, я заслужил почет, и память об этом пире и память о Лигуне мне дорога. И если бы ты все море превратил в «Три Звездочки» и предложил мне, я ножа бы не отдал. Я — Палитлум-Пьяница, но я был Оло, Вечно-Голодным, который поддерживал своей молодой силой Лигуна.</p>
     <p>— Ты великий человек, Палитлум, — сказал я, — и я уважаю тебя.</p>
     <p>Палитлум протянул руку.</p>
     <p>— Отдай мне за рассказ «Три Звездочки», которые спрятал у себя, — попросил он.</p>
     <p>И когда я повернулся, то увидел на неровной поверхности скалы чудовищную тень человека с громадной опрокинутой бутылкой в руке.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Светлокожая Ли Ван</p>
     </title>
     <p>— Солнце опускается, Каним, и дневной жар схлынул!</p>
     <p>Так сказала Ли Ван мужчине, который спал, накрывшись с головой беличьим одеялом; сказала негромко, словно знала, что его надо разбудить, но страшилась его пробуждения. Ли Ван побаивалась своего рослого мужа, столь непохожего на всех других мужчин, которых она знала.</p>
     <p>Лосиное мясо зашипело, и женщина отодвинула сковородку на край угасающего костра. В то же время она поглядывала на обоих своих гудзонских псов, а те жадно следили за каждым ее движением, и с их красных языков капала слюна. Громадные косматые звери, они сидели с подветренной стороны в негустом дыму костра, спасаясь от несметного роя мошкары. Но как только Ли Ван отвела взгляд и посмотрела вниз, туда, где Клондайк катил меж холмов свои вздувшиеся воды, один из псов на брюхе подполз к костру и ловким кошачьим ударом лапы сбросил со сковороды на землю кусок горячего мяса. Однако Ли Ван заметила это краешком глаза, и пес, получив удар поленом по носу, отскочил, щелкая зубами и рыча.</p>
     <p>— Эх ты, Оло, — засмеялась женщина, водворив мясо на сковородку и не спуская глаз с собаки. — Никак наесться не можешь, а все твой нос виноват — то и дело в беду попадаешь.</p>
     <p>Но тут к Оло подбежал его товарищ, и вместе они взбунтовались против женщины. Шерсть на их спинах и загривках вздыбилась от ярости, тонкие губы искривились и приподнялись, собравшись уродливыми складками и угрожающе обнажив хищные клыки. Дрожали даже их сморщенные ноздри, и псы рычали с волчьей ненавистью и злобой, готовые прыгнуть на женщину и свалить ее с ног.</p>
     <p>— И ты тоже, Баш, строптивый, как твой хозяин, — все норовишь укусить руку, которая тебя кормит! Что лезешь не в свое дело? Вот тебе, получай!</p>
     <p>Ли Ван решительно размахивала поленом, но псы увертывались от ударов и не собирались отступать. Они разделились и стали подбираться к ней с разных сторон, припадая к земле и рыча. К этой борьбе, в которой человек утверждает свое господство над собакой, Ли Ван привыкла с самого детства — с тех пор как училась ходить в родном вигваме, ковыляя от одного вороха шкур до другого, — и потому знала, что близится опасный момент. Баш остановился, напружив тугие мускулы, изготовившись к прыжку, Оло еще подползал, выбирая удобное место для нападения.</p>
     <p>Схватив две горящие головни за обугленные концы, женщина смело пошла на псов. Оло попятился, а Баш прыгнул, и она встретила его в воздухе ударом своего пылающего оружия. Раздался пронзительный визг, остро запахло паленой шерстью и горелым мясом, и пес повалился в грязь, а женщина сунула головню ему в пасть. Бешено огрызаясь, пес отскочил в сторону и, сам не свой от страха, отбежал на безопасное расстояние. Отступил и Оло, после того как Ли Ван напомнила ему, кто здесь хозяин, бросив в него толстой палкой. Не выдержав града головешек, псы наконец удалились на самый край полянки и принялись зализывать свои раны, повизгивая и рыча.</p>
     <p>Ли Ван сдула пепел с мяса и села у костра. Сердце ее билось не быстрее, чем всегда, и она уже позабыла о схватке с псами — ведь подобные происшествия случались каждый день. А Каним не только не проснулся от шума, но захрапел еще громче.</p>
     <p>— Вставай, Каним, — проговорила женщина. — Дневной жар спал, и тропа ожидает нас.</p>
     <p>Беличье одеяло шевельнулось, и смуглая рука откинула его. Веки спящего дрогнули и опять сомкнулись.</p>
     <p>— Вьюк у него тяжелый, — подумала Ли Ван, — и он устал от утреннего перехода.</p>
     <p>Комар ужалил ее в шею, и она помазала незащищенное место мокрой глиной, отщипнув кусочек от комка, который лежал у нее под рукой. Все утро, поднимаясь на перевал в туче гнуса, мужчина и женщина обмазывали себя липкой грязью, и грязь, высыхая на солнце, покрывала лицо глиняной маской. От движения лицевых мускулов маска эта отваливалась кусками, и ее то и дело приходилось подновлять, так что она была где толще, где тоньше, и вид у нее был престранный.</p>
     <p>Ли Ван стала тормошить Канима осторожно, но настойчиво, пока он не приподнялся и не сел. Прежде всего он посмотрел на солнце и, узнав время по этим небесным часам, опустился на корточки перед костром и жадно набросился на мясо. Это был крупный индеец, в шесть футов ростом, широкогрудый и мускулистый, с более проницательным, более умным взглядом, чем у большинства его соплеменников. Глубокие складки избороздили лицо Канима и, сочетаясь с первобытной суровостью, свидетельствовали о том, что этот человек с неукротимым нравом упорен в достижении цели и способен, если нужно, быть жестоким с противником.</p>
     <p>— Завтра, Ли Ван, мы будем пировать. — Он начисто высосал мозговую кость и швырнул ее собакам. — Мы будем есть оладьи, жаренные на свином сале, и сахар, который еще вкуснее…</p>
     <p>— Оладьи? — переспросила она, неуверенно произнося незнакомое слово.</p>
     <p>— Да, — ответил Каним снисходительно, — и я научу тебя стряпать по-новому. В этом ты ничего не смыслишь, как и во многом другом. Ты всю жизнь провела в глухом уголке земли и ничего не знаешь. Но я, — он выпрямился и гордо окинул ее взглядом, — я — великий землепроходец и побывал всюду, даже у белых людей; и я сведущ в их обычаях и в обычаях многих народов. Я не дерево, которому от века назначено стоять на одном месте, не ведая, что творится за соседним холмом; ибо я, Каним-Каноэ, создан, чтобы бродить повсюду, и странствовать, и весь мир исходить вдоль и поперек.</p>
     <p>Женщина смиренно склонила голову.</p>
     <p>— Это правда. Я всю жизнь ела только рыбу, мясо и ягоды и жила в глухом уголке земли. И я не знала, что мир так велик, пока ты не похитил меня у моего племени и я не стала стряпать тебе пищу и носить вьюки по бесконечным трапам. — Она вдруг взглянула на него:</p>
     <p>— Скажи мне, Каним, будет ли конец нашей тропе?</p>
     <p>— Нет, — ответил он. — Моя тропа, как мир: у нее нет конца. Моя тропа пролегает по всему миру, и я странствую с тех пор, как встал на ноги, и буду странствовать, пока не умру. Быть может, и отец мой и мать моя умерли — не знаю, ведь я давно их не видел, но мне все равно. Мое племя похоже на твое. Оно всегда живет на одном и том же месте, далеко отсюда, но мне нет дела до него, ибо я — Каним-Каноэ.</p>
     <p>— А я, Ли Ван, тоже должна брести по твоей тропе, пока не умру, хоть я так устала?</p>
     <p>— Ты, Ли Ван, моя жена, а жена идет по тропе мужа, куда бы та ни вела. Это закон. А если такого закона нет, так это станет законом Канима, ибо Каним сам создает законы для себя и своих.</p>
     <p>Ли Ван снова склонила голову, так как знала лишь один закон: мужчина — господин женщины.</p>
     <p>— Не спеши, — остановил ее Каним, когда она принялась стягивать ремнями свой вьюк со скудным походным снаряжением, — солнце еще горячо, а тропа идет под уклон и удобна для спуска.</p>
     <p>Женщина послушно опустила руки и села на прежнее место.</p>
     <p>Каним посмотрел на нее с задумчивым любопытством.</p>
     <p>— Ты никогда не сидишь на корточках, как другие женщины, — заметил он.</p>
     <p>— Нет, — отозвалась она. — Это неудобно. Мне это трудно; так я не могу отдохнуть.</p>
     <p>— А почему ты во время ходьбы ставишь ступни не прямо, а вкось?</p>
     <p>— Не знаю. Должно быть, потому, что ноги у меня не такие, как у других женщин.</p>
     <p>Довольный огонек мелькнул в глазах Канима, и только.</p>
     <p>— Как и у всех женщин, волосы у тебя черные, но разве ты не знаешь, что они мягкие и тонкие, мягче и тоньше, чем у других?</p>
     <p>— Знаю, — ответила она сухо; ей не нравилось, что он так спокойно разбирает ее недостатки.</p>
     <p>— Прошел год с тех пор, как я увел тебя от твоих родичей, а ты все такая же робкая, все так же боишься меня, как и в тот день, когда я впервые взглянул на тебя. Отчего это?</p>
     <p>Ли Ван покачала головой.</p>
     <p>— Я боюсь тебя, Каним. Ты такой большой и странный. Но и до того, как на меня посмотрел ты, я боялась всех юношей. Не знаю… не могу объяснить… только мне почему-то казалось, что я не для них… как будто…</p>
     <p>— Говори же, — нетерпеливо понукал он, раздраженный ее нерешительностью.</p>
     <p>— …как будто они не моего рода.</p>
     <p>— Не твоего рода? — протянул он. — А какого же ты рода?</p>
     <p>— Я не знаю, я… — Она в замешательстве покачала головой. — Я не могу объяснить словами то, что чувствовала. Я была какая-то странная. Я была не похожа на других девушек, которые хитростью приманивали юношей. Я не могла вести себя так. Мне это казалось чем-то дурным, нехорошим.</p>
     <p>— Скажи, а твое первое воспоминание… о чем оно? — неожиданно спросил Каним.</p>
     <p>— О Пау-Ва-Каан, моей матери.</p>
     <p>— А что было раньше, до Пау-Ва-Каан, ты помнишь?</p>
     <p>— Нет, ничего не помню.</p>
     <p>Но Каним, не сводя с нее глаз, словно проник в глубину ее души и в ней прочел колебание.</p>
     <p>— Подумай, Ли Ван, подумай хорошенько! — угрожающе проговорил он.</p>
     <p>Женщина замялась, глаза ее смотрели жалобно и умоляюще; но его воля одержала верх и сорвала с губ Ли Ван вынужденное признание.</p>
     <p>— Да ведь это были только сны, Каним, дурные сны детства, тени небывшего, неясные видения, от каких иногда скулит собака, задремавшая на солнцепеке.</p>
     <p>— Поведай мне, — приказал он, — о том, что было до Пау-Ва-Каан, твоей матери.</p>
     <p>— Все это я позабыла, — не сдавалась она. — Девочкой я грезила наяву, днем, с открытыми глазами, но когда я рассказывала другим о том, какие странные вещи видела, меня поднимали на смех, а, дети пугались и бежали прочь. Когда же я стала рассказывать Пау-Ва-Каан свои сны, она меня выбранила, сказала, что это дурные сны, а потом прибила. Должно быть, это была болезнь, вроде падучей у стариков, но с возрастом она прошла, и я перестала грезить. А теперь… не могу вспомнить. — Она растерянно поднесла руку ко лбу. — Они где-то тут, но я не могу их поймать, разве что…</p>
     <p>— Разве что… — повторил Каним, требуя продолжения.</p>
     <p>— Разве что одно видение… Но ты будешь смеяться надо мной, такое оно нелепое, такое непохожее на правду.</p>
     <p>— Нет, Ли Ван. Сны — это сны. Может быть, они — воспоминания о тех жизнях, которые мы прожили раньше. Вот я, например, был когда-то лосем. Я уверен, что некогда был лосем, — сужу по тому, что видел и слышал во сне.</p>
     <p>Как ни старался Каним скрыть свое возрастающее беспокойство, это ему не удавалось, но Ли Ван ничего не заметила: с таким трудом подыскивала она слова, чтобы описать свой сон.</p>
     <p>— Я вижу покрытую снегом поляну среди деревьев, — начала она, — и на снегу след человека, который из последних сил прополз тут на четвереньках. Я вижу и самого человека на снегу, и мне кажется, что он где-то совсем близко. Он не похож на обыкновенных людей: лицо его обросло волосами, густыми волосами, а волосы, и на лице и на голове, желтые, как летний мех у ласки. Глаза у него закрыты, но вот они открываются и начинают искать что-то. Они голубые, как небо, и наконец они находят мои глаза и перестают искать. И рука его движется медленно, словно она очень слабая, и я чувствую…</p>
     <p>— Ну, — хрипло прошептал Каним. — Что же ты чувствуешь?</p>
     <p>— Нет, нет! — поспешно выкрикнула она. — Я ничего не чувствую. Разве я сказала «чувствую»? Я не то хотела сказать. Не может быть, чтобы я это хотела сказать. Я вижу, я только вижу, и это все, что я вижу: человек на снегу, и глаза у него, как небо, а волосы, как мех ласки. Я видела это много раз и всегда одно и то же — человек на снегу…</p>
     <p>— А себя ты не видишь? — спросил Каним, подаваясь вперед и пристально глядя на нее. — Видишь ли ты себя рядом с этим человеком на снегу?</p>
     <p>— Как могу я видеть себя рядом с тем, чего нет? Ведь я существую!</p>
     <p>Он с облегчением выпрямился, и величайшее торжество мелькнуло в его взгляде, но он отвел глаза от женщины, чтобы она ничего не заметила.</p>
     <p>— Я объясню тебе, Ли Ван, — сказал он уверенно. — Все это сохранилось в твоей памяти от прежней жизни, когда ты была птичкой, маленькой пташкой. Тут нет ничего удивительного. Я когда-то был лосем, отец моего отца после смерти стал медведем, это сказал шаман, а шаманы не лгут. Так мы переходим из жизни в жизнь по Тропе Богов, и лишь богам все ведомо и понятно. То, что нам снится и кажется, — это только воспоминания, и собака, что скулит во сне на солнцепеке, конечно, видит и вспоминает то, что некогда происходило. Баш, например, когда-то был воином. Я уверен, что он был воином.</p>
     <p>Каним кинул псу кость и поднялся.</p>
     <p>— Вставай, будем собираться. Солнце еще печет, но прохлады ждать нечего.</p>
     <p>— А какие они, эти белые люди? — осмелилась спросить Ли Ван.</p>
     <p>— Такие же, как и мы с тобой, — ответил он, — разве что кожа у них посветлее. Ты увидишь их раньше, чем. угаснет день.</p>
     <p>Каним подвязал меховое одеяло к своему полуторастафунтовому вьюку, обмазал лицо мокрой глиной и присел отдохнуть, ожидая, пока Ли Ван навьючит собак. Оло съежился при виде палки в ее руках и безропотно дал привязать себе на спину вьюк весом в сорок с лишним фунтов. Но Баш не выдержал — взвизгнул и зарычал от обиды и ярости, когда ненавистная ноша коснулась его спины. Пока Ли Ван туго стягивала ремни, он, ощетинившись, скалил зубы, то косясь на нее, то оглядываясь, и волчья злоба горела в этих взглядах. Каним сказал, посмеиваясь:</p>
     <p>— Я же говорил, что когда-то он был великим воином! Эти меха пойдут по дорогой цене, — заметил он, надев головной ремень и легко подняв свой вьюк с земли. — Белые люди хорошо платят за такой товар. Им самим охотиться некогда, да и холода они не выносят. Скоро мы будем пировать, Ли Ван; такой пир зададим, какого ты не видывала ни в одной из своих прежних жизней.</p>
     <p>Она пробормотала что-то, выражавшее признательность и благодарность мужу за его доброту, надела на себя лямки и согнулась под тяжестью вьюка.</p>
     <p>— В моей следующей жизни я хотел бы родиться белым человеком, — добавил Каним и мерно зашагал вниз по тропе, которая круто спускалась в ущелье.</p>
     <p>Собаки шли за ним следом, а Ли Ван замыкала шествие. Но мысли ее унеслись далеко — на восток, за Ледяные Горы, в глухой уголок земли, где протекало ее детство. Она вспомнила, что еще тогда ее считали какой-то странной, смотрели на нее, как на больную. Что ж, она действительно грезила наяву, и ее бранили и били за те необычайные видения, о которых она рассказывала.</p>
     <p>Однако с годами это прошло. Но не совсем. Правда, эти видения уже не тревожили ее, когда она бодрствовала, но когда спала, появлялись вновь, хоть она и стала взрослой женщиной; и по ночам ее мучили кошмары — какие-то мелькающие образы, смутные, лишенные всякого смысла. Разговор с Канимом взбудоражил ее, и в течение всего извилистого пути по горному склону она вспоминала об этих причудливых порождениях своих снов.</p>
     <p>— Передохнем, — сказал Каним на полпути, когда они перешли русло главного протока.</p>
     <p>Он прислонил свою ношу к выступу скалы, снял головной ремень и сел. Ли Ван подсела к нему, а собаки, тяжело дыша, растянулись подле них на земле. У их ног журчал холодный, как лед, горный ручей, но вода в нем была мутной, грязной, словно после оползней.</p>
     <p>— Отчего это? — спросила Ли Ван.</p>
     <p>— Тут белые роются в земле. Прислушайся! — Каним поднял руку, и она услышала звон кирок и заступов и людские голоса. — Золото свело их с ума, и они работают без передышки — все ищут и ищут его. Что такое золото? Оно желтое, лежит в земле, и люди им очень дорожат. Кроме того, оно — мерило цены.</p>
     <p>Но блуждающий взгляд Ли Ван остановился на чем-то, и она уже не слушала. Немного ниже того места, где они сидели, виднелся сруб, полузакрытый молодым ельником, и нависшая над ним земляная крыша. Дрожь охватила Ли Ван, и все ее призрачные видения ожили и лихорадочно заплясали в мозгу.</p>
     <p>— Каним, — прошептала она, вся во власти тревожного предчувствия. — Каним, что это такое?</p>
     <p>— Вигвам белого человека, в котором он ест и спит.</p>
     <p>Ли Ван задумчиво взглянула на сруб, сразу оценила его достоинства и снова задрожала от непонятного волнения, которое он вызвал в ней.</p>
     <p>— Наверное, там тепло и в мороз, — громко проговорила она, чувствуя, что с ее губ вот-вот слетят какие-то странные звуки. Что-то заставляло ее произнести их, но она молчала, и вдруг Каним сказал:</p>
     <p>— Это называется <emphasis>хижина.</emphasis></p>
     <p>Сердце у Ли Ван екнуло. Да, да, вот эти самые звуки! Именно это слово! Она испуганно оглянулась кругом. Почему это слово ей знакомо, если она никогда его не слышала? Как это объяснить? И тут она с ужасом и восторгом впервые поняла, что сны ее — не бессмысленный бред.</p>
     <p><emphasis>«Хижина,</emphasis> — повторяла она про себя, — <emphasis>хижина, хижина».</emphasis> Ее затопил поток бессвязных видений, закружилась голова; казалось, сердце вот-вот разорвется. Какие-то тени и очертания вещей в непонятной связи мелькали и вихрем кружились над ней, и тщетно пыталась она ухватить их и осмыслить. Она чувствовала, что в этих сумбурных видениях — ключ к тайне; если бы только ухватить его — тогда все станет ясным и простым…</p>
     <p>О Каним! О Пау-Ва-Каан! О призраки и тени — что же они такое?</p>
     <p>Она повернулась к Каниму, безмолвная и трепещущая, одержимая своими безумными неотвязными видениями. До ее слабеющего сознания доносились только ритмичные звуки чудесной мелодии, летящие из хижины.</p>
     <p>— Хм! <emphasis>Скрипка!</emphasis> — снисходительно уронил Каним.</p>
     <p>Но она не слышала его: в блаженном возбуждении ей казалось, что наконец-то все становится ясным. «Вот-вот! Сейчас!» — думала она. Внезапно глаза ее увлажнились, и слезы потекли по щекам. Тайны начинали раскрываться, а ее одолевала слабость. Если бы только она могла совладать с собой! Если бы… но вдруг земля выгнулась и сжалась, а горы закачались на фоне неба, и Ли Ван вскочила с криком: <emphasis>«Папа! Папа!»</emphasis> Завертелось солнце, потом сразу наступила тьма, и Ли Ван, пошатнувшись, ничком рухнула на скалу.</p>
     <p>Вьюк был так тяжел, что она могла сломать себе позвоночник; поэтому Каним осмотрел ее, облегченно вздохнул и побрызгал на нее водой из ручья. Она медленно пришла в себя, задыхаясь от рыданий, и наконец села.</p>
     <p>— Плохо, когда солнце припекает голову, — заметил он.</p>
     <p>— Да, — отозвалась она, — плохо; да и вьюк меня замучил.</p>
     <p>— Мы скоро остановимся на ночлег, чтобы ты смогла отоспаться и набраться сил, — сказал он мягко. — И чем быстрее мы тронемся в путь, тем раньше ляжем спать.</p>
     <p>Ли Ван, ничего не ответив, послушно встала и, пошатываясь, отошла поднимать собак. Сама того не заметив, она сразу зашагала в ногу с мужем, а когда они проходили мимо хижины, затаила дыхание. Но из хижины уже не доносилось ни звука, хотя дверь была открыта и железная труба выбрасывала дым.</p>
     <p>В излучине ручья они набрели на мужчину, белокожего и голубоглазого, и на мгновение перед Ли Ван встал образ человека на снегу. Но лишь на мгновение, так она ослабела и устала от всего пережитого. Все же она с любопытством оглядела белого мужчину и вместе с Канимом остановилась посмотреть на его работу. Наклонно держа в руках большой таз, старатель вращал его, промывая золотоносный песок, и, в то время как они наблюдали за ним, он ловким неожиданным взмахом выплеснул воду, и на дне таза широкой полосой сверкнуло желтое золото.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_075.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Очень богатый ручей, — сказал жене Каним, когда они двинулись дальше. — Когда-нибудь я найду такой же и сделаюсь большим человеком.</p>
     <p>Чем ближе они подходили к самому богатому участку долины, тем чаще встречались люди и хижины. И наконец перед путниками открылась широкая картина разрушения и опустошения. Повсюду земля была взрыта и разбросана, как после битвы титанов. Кучи песка перемежались с огромными зияющими ямами, канавами, рвами, из которых был вынут весь грунт, до коренной породы. Ручей еще не прорыл себе глубокого русла, и воды его — где запруженные, где отведенные в сторону, где низвергающиеся с отвесных круч, где медленно стекающие во впадины и низины, где поднятые на высоту громадными колесами — без устали работали на человека. Лес на горах был вырублен; оголенные склоны сплошь изрезаны и пробиты длинными деревянными желобами и пробными шурфами. И повсюду чудовищным муравьиным полчищем сновали выпачканные глиной грязные, растрепанные люди, которые то спускались в ямы, выкопанные ими, то вылезали на поверхность, то, как огромные жуки, ползали по ущелью, трудились, обливаясь потом, у куч золотоносного песка, вороша и перетряхивая их, и кишели всюду, куда хватал глаз, до самых вершин, и все рыли, и рушили, и кромсали тело земли.</p>
     <p>Ли Ван была испугана и потрясена этой невиданной кутерьмой.</p>
     <p>— Поистине эти люди безумны, — сказала она Каниму.</p>
     <p>— Удивляться нечему, — отозвался он. — Золото, которое они ищут, — великая сила. Самая большая на свете.</p>
     <p>Долго пробирались они через этот хаос, порожденный алчностью: Каним — внимательный и сосредоточенный, Ли Ван — вялая и безучастная. Она понимала, что тайны чуть было не раскрылись, что они вот-вот раскроются, но первое потрясение утомило ее, и она покорно ждала, когда свершится то, что должно было свершиться. На каждом шагу у нее возникали новые и новые впечатления, и каждое служило глухим толчком, побуждавшим к действию ее измученный мозг. В глубине ее существа рождались созвучные отклики, восстанавливались давно забытые и даже во сне не вспоминавшиеся связи, и все это она сознавала, но равнодушно, без любопытства; и хотя на душе у нее было неспокойно, но не хватало сил на умственное напряжение, необходимое для того, чтобы осмыслить и понять эти переживания. Поэтому она устало плелась вслед за своим господином, терпеливо ожидая того, что непременно — в этом она была уверена — должно было где-то как-то произойти.</p>
     <p>Вырвавшись из-под власти человека, ручей, весь грязный и мутный после работы, которую его заставили проделать, наконец вернулся на свой древний проторенный путь и заструился, лениво извиваясь среди полян и перелесков, по долине, расширявшейся к устью. В этих местах золота уже не было, и людям не хотелось тут задерживаться — их манило вдаль. И здесь-то Ли Ван, остановившись на миг, чтобы подогнать палкой Оло, услышала женский смех, нежный и серебристый.</p>
     <p>Перед хижиной сидела женщина, белолицая и румяная, как младенец, и весело хохотала в ответ на слова другой женщины, стоявшей в дверях. Заливаясь смехом, она встряхивала шапкой темных мокрых волос, высыхавших под теплой лаской солнца.</p>
     <p>На мгновение Ли Ван остановилась как вкопанная. И вдруг ей показалось, будто что-то щелкнуло и ослепительно вспыхнуло в ее сознании — словно разорвалась завеса. И тогда исчезли и женщины перед хижиной, и сама хижина, и высокий ельник, и зубчатые очертания горных хребтов, и Ли Ван увидела в сиянии другого солнца другую женщину, которая тоже расчесывала густые волны черных волос и пела песню. И Ли Ван слушала слова этой песни, и понимала их, и вновь была ребенком. Она была потрясена этим видением, в котором слились все ее прежние беспокойные видения; и вот тени и призраки встали на свои места, и все сделалось ясным, простым и реальным. Множество разных образов теснилось в ее сознании — странные места, деревья, цветы, люди, — и она видела их и узнавала.</p>
     <p>— Когда ты была птичкой, малой пташкой, — сказал Каним, устремив на нее горящие глаза.</p>
     <p>— Когда я была малой пташкой, — прошептала она так тихо, что он вряд ли услышал, и, склонив голову, стянутую ремнем, снова мерно зашагала по тропе. Но она знала, что солгала.</p>
     <p>И как ни странно, все реальное стало теперь казаться ей нереальным. Переход длиной в милю и разбивка лагеря на берегу потока промелькнули как в бреду. Как во сне, она жарила мясо, кормила собак, развязывала вьюки и пришла в себя лишь тогда, когда Каним принялся набрасывать перед нею планы новых странствий.</p>
     <p>— Клондайк, — говорил он, — впадает в Юкон, огромную реку; она больше, чем Маккензи, а Маккензи ты знаешь. Итак, мы с тобой спустимся до Форта Юкон. На собаках в зимнее время это будет двадцать снов. Потом мы пойдем вдоль Юкона на запад — это сто или двести снов, не знаю точно. Это очень далеко. И тогда мы подойдем к морю. О море ты ничего не знаешь, так что я расскажу тебе про него. Как озеро обтекает остров, так море обтекает всю землю; все реки впадают в него, и нет ему ни конца ни края. Я видел его у Гудзонова залива, и я должен увидеть его с берегов Аляски. И тогда, Ли Ван, мы с тобой сядем в огромную лодку и поплывем по морю или же пойдем пешком по суше на юг, и так пройдет много сотен снов. А что будет потом, я не знаю; знаю только, что я, Каним-Каноэ, странник и землепроходец!</p>
     <p>Она сидела и слушала, и страх вгрызался в ее сердце, когда она думала о том, что обречена затеряться в этих бескрайных пустынях.</p>
     <p>— Тяжелый это будет путь, — только и проронила она и смиренно уткнула голову в колени.</p>
     <p>Но вдруг ее осенила чудесная мысль — такая, что Ли Ван даже вспыхнула. Она спустилась к потоку и отмыла с лица засохшую глину. Когда рябь на воде улеглась, Ли Ван внимательно всмотрелась в свое отражение. Но солнце и ветер сделали свое дело: кожу ее, обветренную, загорелую, нельзя было и сравнить с детски-нежной кожей той белой женщины. А все-таки это была чудесная мысль, и она продолжала волновать Ли Ван и тогда, когда она юркнула под меховое одеяло и улеглась рядом с мужем.</p>
     <p>Она лежала, устремив глаза в синеву неба, выжидая, когда муж уснет первым глубоким сном. Когда он заснул, она медленно и осторожно выползла из-под одеяла, подоткнула его под спящего и выпрямилась. При первом же ее шаге Баш угрожающе заворчал. Ли Ван шепотом успокоила его и оглянулась на мужа. Каним громко храпел. Тогда Ли Ван повернулась и быстро, бесшумно побежала назад по тропе.</p>
     <empty-line/>
     <p>Миссис Эвелин Ван-Уик только что собралась лечь в постель. Отягощенная обязанностями, которые возлагало на нее общество, богатство, беспечальное вдовье положение, она отправилась на Север и устроилась в уютной хижине на окраине золотоносного участка. Здесь она при поддержке и содействии своей подруги и компаньонки мисс Миртл Гиддингс играла в опрощение, в жизнь, близкую к природе, и с утонченной непосредственностью отдавалась своему увлечению первобытным.</p>
     <p>Она старалась отмежеваться от многих поколений, воспитанных в избранном обществе, и стремилась к земле, от которой оторвались ее предки. Кроме того, она частенько вызывала в себе мысли и желания, которые, по ее мнению, были не чужды людям каменного века, и как раз в эту минуту, убирая волосы на ночь, тешила свое воображение сценами палеолитической любви. Главными декорациями и аксессуарами в этих сценах были пещерные жилища и раздробленные мозговые кости; фигурировали в них также свирепые хищные звери, волосатые мамонты и драки на ножах — грубых, зазубренных, кремневых ножах; но все это порождало блаженные переживания. И вот в тот самый миг, когда Эвелин Ван- Уик бежала под темными сводами дремучего леса, спасаясь от слишком пылкого натиска косолобого, едва прикрытого шкурой поклонника, дверь хижины распахнулась без стука, и на пороге появилась одетая в шкуру дикая, первобытная женщина.</p>
     <p>— Боже мой!</p>
     <p>Одним прыжком, который сделал бы честь пещерной женщине, мисс Гиддингс отскочила в безопасное место — за стол. Но миссис Ван-Уик не отступила. Заметив, что незнакомка очень взволнованна, она быстро оглянулась и убедилась, что путь к ее койке свободен, а там под подушкой лежал большой кольт.</p>
     <p>— Привет тебе, о женщина с чудесными волосами, — сказала Ли Ван.</p>
     <p>Но сказала она это на своем родном языке, том языке, на котором говорили только в одном глухом уголке земли, и женщины не поняли ее слов.</p>
     <p>— Не сбегать ли за помощью? — пролепетала мисс Гиддингс.</p>
     <p>— Да нет, она, кажется, безобидное существо, эта несчастная, — возразила миссис Ван-Уик. — Посмотри только на ее меховую одежду. Какая рваная, совсем износилась, но в своем роде уникум. Я куплю ее для своей коллекции. Дай мне, пожалуйста, мешок, Миртл, и приготовь весы.</p>
     <p>Ли Ван следила за ее губами, но слов не разбирала, и тут впервые она в беспокойстве и смятении почувствовала, что им не понять друг друга.</p>
     <p>И, страдая от своей немоты, она широко раскинула руки и крикнула:</p>
     <p>— О женщина, ты моя сестра!</p>
     <p>Слезы текли по ее щекам, — так страстно тянулась она к этим женщинам, и голос срывался от горя, которого она не могла выразить словами. Мисс Гиддингс задрожала, и даже миссис Ван-Уик разволновалась.</p>
     <p>— Я хочу жить так, как живете вы. Ваш путь — это мой путь, и пусть наши пути сольются. Мой муж — Каним-Каноэ, он большой и непонятный, и я боюсь его. Его тропа пролегает по всей земле, и нет ей конца; а я устала. Моя мать была похожа на тебя: у нее были такие же волосы и такие же глаза. И тогда мне было хорошо жить, и солнце грело меня.</p>
     <p>Она смиренно опустилась на колени и склонила голову к ногам миссис Ван-Уик. Но миссис Ван-Уик отшатнулась, испуганная силой этого порыва.</p>
     <p>Ли Ван выпрямилась и, задыхаясь, пыталась что-то сказать. Но с ее немых губ не могли слететь слова, нужные для того, чтобы выразить, как остро она чувствует, что эти женщины — одного с нею племени.</p>
     <p>— Торговля? Ты торговать? — спросила миссис Ван-Уик, переходя на тот ломаный язык, которым в таких случаях пользуются люди, принадлежащие к цивилизованным нациям.</p>
     <p>Дотронувшись до обтрепанной меховой одежды Ли Ван, чтобы объяснить ей свои намерения, миссис Ван-Уик насыпала в котелок золотоносного песку, помешала его, потом зачерпнула пригоршню золотого порошка, и он заструился между ее пальцами, соблазнительно сверкая желтым блеском. Но Ли Ван видела только эти пальцы, белые, как молоко, точеные, изящные, суживающиеся к ногтям, похожим на какие-то розовые драгоценные камни. Она поднесла к руке белой женщины свою руку, натруженную, огрубелую, и заплакала.</p>
     <p>Но миссис Ван-Уик ничего не поняла.</p>
     <p>— Золото, — внушала она незнакомке. — Хорошее золото! Ты торговать? Ты менять то на это? — И опять прикоснулась к одежде Ли Ван. — Сколько? Ты продавать? Сколько? — настаивала она, поглаживая мех против ворса и нащупывая прошитые жилой стежки шва.</p>
     <p>Но Ли Ван была и нема и глуха, она не понимала, что ей говорят. Неудача сломила ее. Как заставить этих женщин признать ее своей соплеменницей? Ведь она-то знает, что они одной породы, что они сестры по крови. Глаза Ли Ван тревожно блуждали по занавескам, по женским платьям на вешалке, по овальному зеркалу и изящным туалетным принадлежностям на полочке под ним. Вид всех этих вещей терзал ее, ибо она когда-то уже видела подобные им, и когда смотрела на них теперь, губы ее сами складывались для слов, которые рвались из груди. И вдруг что-то словно вспыхнуло в ее мозгу, и вся она подобралась. Надо успокоиться. Надо взять себя в руки, потому что теперь ее непременно должны понять, а не то… И, вся содрогаясь от подавленных рыданий, она овладела собой.</p>
     <p>Ли Ван положила руку на стол.</p>
     <p>— <emphasis>Стол,</emphasis> — произнесла она ясно и отчетливо. — <emphasis>Стол,</emphasis> — повторила она.</p>
     <p>Она взглянула на миссис Ван-Уик, и та одобрительно кивнула. Ли Ван пришла в восторг, но усилием воли опять сдержала себя.</p>
     <p>— <emphasis>Печка,</emphasis> — продолжала она. — <emphasis>Печка.</emphasis></p>
     <p>С каждым кивком миссис Ван-Уик волнение Ли Ван возрастало. То запинаясь, то с лихорадочной поспешностью, смотря по тому, медленно или быстро восстанавливались в памяти забытые слова, она передвигалась по хижине, называя предмет за предметом. И, наконец, остановилась, торжествующе выпрямившись, подняв голову, гордая собой, ожидая признания.</p>
     <p>— Кошка, — сказала миссис Ван-Уик, со смехом отчеканивая слова внятно и раздельно, как воспитательница в детском саду. — «Ви-жу-кош-ка-съе-ла-мы-шку».</p>
     <p>Ли Ван серьезно кивнула головой. Наконец-то они начали понимать ее, эти женщины! От этой мысли темный румянец заиграл на ее бронзовых щеках, она улыбнулась и еще резче закивала головой.</p>
     <p>Миссис Ван-Уик оглянулась на свою компаньонку.</p>
     <p>— Должно быть, нахваталась английских слов в какой-нибудь миссионерской школе и пришла похвалиться.</p>
     <p>— Ну конечно, — фыркнула миссис Гиддингс. — Вот глупая! Только спать нам не дает своим хвастовством!</p>
     <p>— А мне все-таки хочется купить ее куртку; хоть она и поношенная, но работа хорошая — превосходный экземпляр. — И она снова повернулась к Ли Ван. — Менять то на это? Ты! Менять? Кольцо? А? Сколько тебе?</p>
     <p>— Может, ей больше хочется получить платье или еще что-нибудь из вещей, — подсказала мисс Гиддингс.</p>
     <p>Миссис Ван-Уик подошла к Ли Ван и знаками попыталась объяснить, что хочет променять свой капот на ее куртку. И, чтобы получше втолковать ей это, взяла ее руку и, положив ее на свою пышную грудь, прикрытую кружевами и лентами, стала водить пальцами Ли Ван по ткани, чтобы та могла на ощупь убедиться, какая она мягкая. Но капот, небрежно сколотый драгоценной брошкой в виде бабочки, распахнулся и открыл крепкую белую грудь, не знавшую прикосновения младенческих губок.</p>
     <p>Миссис Ван-Уик невозмутимо застегнула капот, но Ли Ван громко крикнула и, рывком распахнув свою кожаную куртку, обнажила грудь, такую же белую и крепкую, как и у миссис Ван-Уик. Бормоча, что-то нечленораздельное и размахивая руками, она старалась убедить этих женщин в своем родстве с ними.</p>
     <p>— Полукровка, — заметила миссис Ван-Уик. — Так я и думала — можно догадаться по волосам.</p>
     <p>Мисс Гиддингс презрительно махнула рукой.</p>
     <p>— Гордится белой кожей отца. Противно! Дай ей что- нибудь, Эвелин, и выгони ее вон.</p>
     <p>Но миссис Ван-Уик вздохнула:</p>
     <p>— Бедняжка! Хотелось бы помочь ей.</p>
     <p>За стеной под чьей-то тяжелой поступью хрустнул гравий. Дверь хижины широко распахнулась, и вошел Каним. Мисс Гиддингс взвизгнула, решив, что ей сию минуту конец. Но миссис Ван-Уик спокойно взглянула на индейца.</p>
     <p>— Чего тебе нужно? — спросила она.</p>
     <p>— Как поживаешь? — вкрадчиво, но уверенно ответил Каним, показывая пальцем на Ли Ван. — Это моя жена.</p>
     <p>Он протянул руку к Ли Ван, но та отстранила ее.</p>
     <p>— Говори, Каним! Скажи им, что я…</p>
     <p>— Дочь Пау-Ва-Каан? А зачем? Какое им до этого дело? Лучше я расскажу им, какая ты плохая жена, — бегаешь от мужа, когда сон смыкает ему глаза.</p>
     <p>И вновь он протянул к ней руку, но Ли Ван отбежала к миссис Ван-Уик и упала к ее ногам в страстной мольбе, пытаясь обхватить руками ее колени. Миссис Ван-Уик отшатнулась и выразительно посмотрела на Канима — в этом взгляде было разрешение увести женщину. Он взял Ли Ван под мышки и поставил на ноги. В исступлении она старалась вырваться из его рук, а он изо всех сил тащил ее к выходу, и оба они, сцепившись, кружили по комнате.</p>
     <p>— Пусти, Каним, — рыдала она.</p>
     <p>Но он так крепко сжал ей запястье, что она перестала бороться.</p>
     <p>— Малая пташка помнит лишнее и от этого попадает в беду… — начал Каним.</p>
     <p>— Я знаю! Знаю! — прервала его Ли Ван. — Я вижу человека на снегу — так ясно, как никогда еще не видела. И он тащит меня, малого ребенка, на спине. И все это было до Пау-Ва-Каан и тех лет, когда я жила в глухом уголке земли.</p>
     <p>— Да, ты знаешь, — отозвался он, толкая ее к выходу. — Но ты пойдешь со мной вниз по Юкону и забудешь.</p>
     <p>— Никогда не забуду! Пока моя кожа останется белой, всегда буду помнить!</p>
     <p>Она неистово вцепилась в дверной косяк и с последним призывом впилась глазами в миссис Ван-Уик.</p>
     <p>— Ну, так я заставлю тебя забыть, я, Каним-Каноэ.</p>
     <p>И он оторвал ее пальцы от двери и повлек ее за собой на тропу.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Лига стариков</p>
     </title>
     <p>В Казармах судили человека, речь шла о его жизни и смерти. Это был старик индеец с реки Белая Рыба, впадающей в Юкон пониже озера Ла-Барж. Его дело взволновало весь Доусон, и не только Доусон, но и весь Юконский край на тысячу миль в обе стороны по течению. Пираты на море и грабители на земле, англосаксы издавна несли закон покоренным народам, и закон этот подчас был суров. Но тут, в деле Имбера, закон впервые показался и мягким и снисходительным. Он не предусматривал такой кары, которая с точки зрения простой арифметики соответствовала бы совершенным преступлениям. Что преступник заслуживает высшей меры наказания, в этом не могло быть никаких сомнений; но, хотя такой мерой была смертная казнь, Имбер мог поплатиться лишь одной своей жизнью, в то время как на его совести было множество жизней.</p>
     <p>В самом деле, руки Имбера были обагрены кровью стольких людей, что точно сосчитать его жертвы оказалось невозможно. Покуривая трубку на привале в пути или бездельничая у печки, жители края прикидывали, сколько же приблизительно людей загубил этот старик. Все, буквально все эти несчастные жертвы были белыми, — они гибли и поодиночке, и по двое, и целыми группами. Убийства были так бессмысленны и беспричинны, что долгое время они оставались загадкой для королевской конной полиции, даже тогда, когда на реках стали добывать золото и правительство доминиона прислало сюда губернатора, чтобы заставить край платить за свое богатство.</p>
     <p>Но еще большей загадкой казалось то, что Имбер сам пришел в Доусон, чтобы отдать себя в руки правосудия. Поздней весной, когда Юкон ревел и метался в своих ледяных оковах, старый индеец свернул с тропы, проложенной по льду, с трудом поднялся по береговому от-косу и, растерянно мигая, остановился на главной улице. Все, кто видел его появление, заметили, что он был очень слаб. Пошатываясь, он добрался до кучи бревен и сел. Он сидел здесь весь день, пристально глядя на бесконечный поток проходивших мимо белых людей. Многие с любопытством оглядывались, чтобы еще раз посмотреть на него, а кой у кого этот старый сиваш со странным выражением лица вызывал даже громкие замечания. Впоследствии десятки людей вспоминали, что необыкновенный облик индейца поразил их, и они до конца дней гордились своей проницательностью и чутьем на все необыкновенное.</p>
     <p>Однако настоящим героем дня оказался Маленький Диккенсен. Маленький Диккенсен явился в эти края с радужными надеждами и с пачкой долларов в кармане; но вместе с содержимым кармана растаяли и надежды, и, чтобы заработать на обратный путь в Штаты, он занял должность счетовода в маклерской конторе «Холбрук и Мэйсон». Как раз напротив конторы «Холбрук и Мэйсон» и лежала куча бревен, на которой уселся Имбер. Диккенсен заметил его, глянув в окно, перед тем как отправиться завтракать, а позавтракав и вернувшись в контору, он опять глянул в окно: старый сиваш по-прежнему сидел на том же месте.</p>
     <p>Диккенсен то и дело поглядывал в окно, — потом он тоже гордился своей проницательностью и чутьем на необыкновенное. Маленький Диккенсен был склонен к романтике, и в неподвижном старом язычнике он увидел некое олицетворение народа сивашей, с непроницаемым спокойствием взирающего на полчища англосаксонских захватчиков.</p>
     <p>Часы шли за часами, а Имбер сидел все в той же позе, ни разу не пошевельнувшись, и Диккенсен вспомнил, как однажды посреди главной улицы остановились нарты, на которых вот так же неподвижно сидел человек; мимо него взад и вперед сновали прохожие, и все думали, что человек просто отдыхает, а потом, когда его тронули, оказалось, что он мертв и уже успел окоченеть — замерз посреди уличной толчеи. Чтобы труп выпрямить — иначе он не влез бы в гроб, — его пришлось тащить к костру и оттаивать. Диккенсена передернуло при этом воспоминании.</p>
     <p>Немного погодя Диккенсен вышел на улицу выкурить сигару и проветриться, и тут-то через минуту появилась Эмили Трэвис. Эмили Трэвис была особой изысканной, утонченной, хрупкой и одевалась она — будь это в Лондоне или в Клондайке — так, как подобало дочери горного инженера, обладателя миллионов. Маленький Диккенсен положил свою сигару на выступ окна и приподнял над головой шляпу.</p>
     <p>Минут десять они спокойно болтали, но вдруг Эмили Трэвис посмотрела через плечо Диккенсена и испуганно вскрикнула. Диккенсен поспешно оглянулся и сам вздрогнул от испуга. Имбер перешел улицу и, точно мрачная тень, стоял совсем близко, впившись недвижными глазами в девушку.</p>
     <p>— Чего тебе надо? — храбро спросил Маленький Диккенсен нетвердым голосом.</p>
     <p>Имбер, проворчав что-то, подошел вплотную к Эмили Трэвис. Он внимательно оглядел ее всю, с головы до ног, как бы стараясь ничего не пропустить. Особый интерес у него вызвали шелковистые каштановые волосы девушки и румяные щеки, покрытые нежным пушком, точно крыло бабочки. Он обошел ее вокруг, не отрывая от нее оценивающего взгляда, словно изучал стати лошади или устройство лодки. Вдруг он увидел, как лучи заходящего солнца просвечивают сквозь розовое ухо девушки, и остановился, заинтересованный. Потом он снова принялся осматривать ее лицо и долго, пристально вглядывался в ее голубые глаза. Опять проворчав что-то, он положил ладонь на руку девушки чуть пониже плеча, а другой своей рукою согнул ее в локте. Отвращение и удивление отразилось на лице индейца, с презрительным ворчанием он отпустил руку Эмили. Затем издал какие-то гортанные звуки, повернулся к девушке спиной и что-то сказал Диккенсену.</p>
     <p>Диккенсен не мог понять, что он говорил, и Эмили Трэвис засмеялась. Имбер, хмуря брови, обращался то к Диккенсену, то к девушке, но они лишь качали головами. Он уже хотел отойти от них, как девушка крикнула:</p>
     <p>— Эй, Джимми! Идите сюда!</p>
     <p>Джимми приближался с другой стороны улицы. Это был рослый неуклюжий индеец, одетый по обычаю белых людей, в огромной широкополой шляпе, какие носят короли Эльдорадо. Запинаясь и словно давясь каждым звуком, он стал говорить с Имбером. Джимми был родом ситха; на языке племен, живущих в глубине страны, он знал лишь самые простые слова.</p>
     <p>— Он от племя Белая Рыба, — сказал он Эмили Трэвис. — Я понимай его язык не очень хорошо. Он хочет видать главный белый человек.</p>
     <p>— Губернатора, — подсказал Диккенсен.</p>
     <p>Джимми обменялся с человеком из племени Белая Рыба еще несколькими словами, и лицо его приняло озабоченное и недоуменное выражение.</p>
     <p>— Я думаю, ему надо капитан Александер, — заявил Джимми. — Он говорит, он убил белый человек, белый женщина, белый мальчик, убил много-много белый человек. Он хочет умирать.</p>
     <p>— Вероятно, сумасшедший, — сказал Диккенсен.</p>
     <p>— Это что есть? — спросил Джимми.</p>
     <p>Диккенсен, будто протыкая себе череп, приставил ко лбу палец и с силой покрутил им.</p>
     <p>— Может быть, может быть, — сказал Джимми, поворачиваясь к Имберу, все еще требовавшему главного белого человека.</p>
     <p>Подошел полисмен из королевской конной полиции (в Клондайке она обходилась без коней) и услышал, как Имбер повторил свою просьбу. Полисмен был здоровенный детина, широкий в плечах; с мощной грудью и стройными, крепкими ногами; как ни высок был Имбер, полисмен на полголовы был выше его. Глаза у него были холодные, серые, взгляд твердый, в осанке чувствовалась та особая уверенность в своей силе, которая идет от предков и освящена веками. Великолепная мужественность полисмена еще более выигрывала от его молодости — он был совсем еще мальчик, и румянец на его гладких щеках вспыхивал с такой же быстротой, как на щеках юной девушки.</p>
     <p>Лишь на полисмена и смотрел теперь Имбер. Какой- то огонь сверкнул в глазах индейца, как только он заметил на подбородке юноши рубец от удара саблей. Своей высохшей рукой он прикоснулся к бедру полисмена и ласково провел по его мускулистой ноге. Костяшками пальцев он постучал по его широкой груди, потом ощупал плотные мышцы, покрывавшие плечи юноши, словно кираса. Вокруг них уже толпились любопытные прохожие — золотоискатели, жители гор, пионеры девственных земель — все сыны длинноногой, широкоплечей расы. Имбер переводил взгляд с одного на другого, потом что-то громко сказал на языке племени Белая Рыба.</p>
     <p>— Что он говорит? — спросил Диккенсен.</p>
     <p>— Он сказал — все эти люди как один, как эта полисмен, — перевел Джимми.</p>
     <p>Маленький Диккенсен был мал ростом, и потому он пожалел, что задал такой вопрос в присутствии мисс Трэвис. Полисмен посочувствовал ему и решил прийти на помощь.</p>
     <p>— А пожалуй, у него что-то есть на уме. Я отведу его к капитану. Скажи ему, Джимми, чтобы он шел со мной.</p>
     <p>Джимми снова стал давиться, а Имбер заворчал, но вид у него был весьма довольный.</p>
     <p>— Спросите-ка его, Джимми, что он говорил и что думал, когда взял меня за руку?</p>
     <p>Это сказала Эмили Трэвис, и Джимми перевел вопрос и получил ответ:</p>
     <p>— Он говорил, вы не трусливый.</p>
     <p>При этих словах Эмили Трэвис не могла скрыть своего удовольствия.</p>
     <p>— Он говорил, вы не <emphasis>скукум,</emphasis> совсем не сильный, такой нежный, как маленький ребенок. Он может разорвать вас руками на маленькие куски. Он очень смеялся, очень удивлялся, как вы можете родить такой большой, такой сильный мужчина, как эта полисмен.</p>
     <p>Эмили Трэвис нашла в себе мужество не опустить глаз, но щеки ее зарделись. Маленький Диккенсен вспыхнул, как маков цвет, и совершенно смутился. Юное лицо полисмена покраснело до корней волос.</p>
     <p>— Эй, ты, шагай, — указал он резко, раздвигая плечом толпу.</p>
     <p>Так Имбер попал в Казармы, где он добровольно и полностью признался во всем и откуда больше уже не вышел.</p>
     <empty-line/>
     <p>Имбер выглядел очень усталым. Он был стар и ни на что не надеялся, и это было написано на его лице. Он уныло сгорбился, глаза его потускнели; волосы у него должны были быть седыми, но солнце и непогода так выжгли и вытравили их, что они свисали бесцветными, безжизненными космами. К тому, что происходило вокруг, он не проявлял никакого интереса. Комната была битком набита золотоискателями и охотниками, и зловещие раскаты их низких голосов отдавались у Имбера в ушах, точно рокот моря под сводами береговых пещер.</p>
     <p>Он сидел у окна, и его безразличный взгляд то и дело останавливался на расстилавшемся перед ним тоскливом пейзаже. Небо затянуло облаками, сыпалась сизая изморось. На Юконе началось половодье. Лед уже прошел, и река заливала город. По главной улице туда и сюда плыли в лодках никогда не знающие покоя люди. То одна, то другая лодка сворачивала с улицы на залитый водой плац перед Казармами; потом, подплыв ближе, скрывалась из вида, и Имбер слышал, как она с глухим стуком наталкивалась на бревенчатую стену, а люди через окно влезали в дом. Затем было слышно, как эти люди, хлюпая ногами по воде, проходили нижним этажом и поднимались по лестнице. Сняв шляпы, в мокрых морских сапогах, они входили в комнату и смешивались с ожидавшей суда толпой.</p>
     <p>И пока все эти люди враждебно разглядывали его, довольные тем, что он понесет свое наказание, Имбер смотрел на них и думал об их обычаях и порядках, об их недремлющем Законе, который был, есть и будет до скончания веков — в хорошие времена и в плохие, в наводнение и в голод, невзирая на беды, и ужас, и смерть. Так казалось Имберу.</p>
     <p>Какой-то человек постучал по столу; разговоры прекратились, наступила тишина. Имбер взглянул на того, кто стучал по столу. Казалось, этот человек обладал властью, но Имбер почувствовал, что начальником над всеми и даже над тем, кто постучал по столу, был другой, широколобый человек, сидевший за столом чуть подальше. Из-за стола поднялся еще один человек, взял много тонких бумажных листов и стал их громко читать. Перед тем как начать новый лист, он откашливался, а закончив его, слюнявил пальцы. Имбер не понимал, что говорил этот человек, но все другие понимали, и видно было, что они сердятся. Иногда они очень сердились, а однажды кто-то выругал его, Имбера, коротким гневным словом, но человек за столом, постучав пальцем, приказал ослушнику замолчать.</p>
     <p>Человек с бумагами читал бесконечно долго. Под его скучный, монотонный голос Имбер задремал, и когда чтение кончилось, он спал глубоким сном. Кто-то окликнул его на языке племени Белая Рыба, он проснулся и без всякого удивления увидел перед собой лицо сына своей сестры — молодого индейца, который уже давно ушел из родных мест и жил среди белых людей.</p>
     <p>— Ты, верно, не помнишь меня, — сказал тот вместо приветствия.</p>
     <p>— Нет помню, — ответил Имбер. — Ты — Хаукан, ты давно ушел от нас. Твоя мать умерла.</p>
     <p>— Она была старая женщина, — сказал Хаукан.</p>
     <p>Имбер уже не слышал его ответа, но Хаукан потряс его за плечо и разбудил снова.</p>
     <p>— Я скажу тебе, что читал этот человек, — он читал обо всех преступлениях, которые ты совершил и в которых, о глупец, ты признался капитану Александеру. Ты должен подумать и сказать, правда это все или неправда. Так тебе приказано.</p>
     <p>Хаукан жил у миссионеров и научился у них читать и писать. Сейчас он держал в руках те самые тонкие листы бумаги, которые прочитал вслух человек за столом, — в них было записано все, что сказал Имбер с помощью Джимми на допросе у капитана Александера. Хаукан на-чал читать. Имбер послушал немного, на лице его выразилось изумление, и он резко прервал его:</p>
     <p>— Это мои слова, Хаукан, но они идут с твоих губ, а твои уши не слышали их.</p>
     <p>Хаукан самодовольно улыбнулся и пригладил расчесанные на пробор волосы.</p>
     <p>— Нет, о Имбер, они идут с бумаги. Мои уши не слыхали их. Слова идут с бумаги и через глаза попадают в мою голову, а потом мои губы передают их тебе. Вот откуда они идут.</p>
     <p>— Вот откуда они идут. Значит, они на бумаге? — благоговейным шепотом спросил Имбер и пощупал бумагу, со страхом глядя на покрывавшие ее знаки. — Это великое колдовство, а ты, Хаукан, настоящий кудесник.</p>
     <p>— Пустяки, пустяки, — небрежно сказал молодой человек, не скрывая своей гордости.</p>
     <p>Он наугад взял один из листов бумаги и стал читать:</p>
     <p>— «В тот год, еще до ледохода, появился старик с мальчиком, который хромал на одну ногу. Их я тоже убил, и старик сильно кричал…»</p>
     <p>— Это правда, — прервал задыхающимся голосом Имбер. — Он долго, долго кричал и бился, никак не хотел умирать. Но откуда ты это знаешь, Хаукан? Тебе, наверно, сказал начальник белых людей? Никто не видел, как я убил, а рассказывал я только начальнику.</p>
     <p>Хаукан с досадой покачал головой.</p>
     <p>— Разве я не сказал тебе, о глупец, что все это написано на бумаге?</p>
     <p>Имбер внимательно разглядывал испещренный чернильными значками лист.</p>
     <p>— Охотник смотрит на снег и говорит: вот тут вчера пробежал заяц, вот здесь, в зарослях ивняка, он присел и прислушался, а потом испугался чего-то и побежал; с этого места он повернул назад, тут побежал быстро-быстро и делал большие скачки, а тут вот еще быстрее бежала рысь; здесь, где ее следы ушли глубоко в снег, рысь сделала большой-большой прыжок, тут она настигла зайца и перевернулась на спину; дальше идут следы одной рыси, а зайца уже нет. Как охотник глядит на следы на снегу и говорит, что тут было то, а тут это, так и ты глядишь на бумагу и говоришь, что здесь то, а там это и что все это сделал старый Имбер?</p>
     <p>— Да, это так, — ответил Хаукан. — А теперь слушай хорошенько и попридержи свой бабий язык, пока тебе не прикажут говорить.</p>
     <p>И Хаукан долго читал Имберу его показания, а тот молча сидел, уйдя в свои мысли. Когда Хаукан смолк, Имбер сказал ему:</p>
     <p>— Все это мои слова, и верные слова, Хаукан, но я стал очень стар, и только теперь мне вспоминаются давно уже забытые дела, о которых надо знать начальнику. Слушай. Раз из-за Ледяных Гор пришел человек, у него были хитрые железные капканы: он охотился за бобрами на реке Белая Рыба. Я убил его. Потом были еще три человека на реке Белая Рыба, которые искали золото. Их я тоже убил и бросил росомахам. И еще у Файв Фингерз я убил человека, — он плыл на плоту, и у него было припасено много мяса.</p>
     <p>Когда Имбер умолкал на минуту, припоминая, Хаукан переводил его слова, а клерк записывал. Публика довольно равнодушно внимала этим бесхитростным рассказам, из которых каждый представлял собою маленькую трагедию, до тех пор, пока Имбер не рассказал о человеке с рыжими волосами и косым глазом, которого он сразил стрелой издалека.</p>
     <p>— Черт побери, — произнес один из слушателей в передних рядах, горе и гнев звучали в его голосе. У него были рыжие волосы. — Черт побери, — повторил он, — да это же мой брат Билл!</p>
     <p>И пока шел суд, в комнате время от времени раздавалось гневное «черт побери», — ни уговоры товарищей, ни замечания человека за столом не могли заставить рыжеволосого замолчать.</p>
     <p>Голова Имбера опять склонилась на грудь, а глаза словно подернулись пеленой и перестали видеть окружающий мир. Он ушел в свои размышления, как может размышлять лишь старость о беспредельной тщете порывов юности.</p>
     <p>Хаукан растолкал его снова.</p>
     <p>— Встань, о Имбер. Тебе приказано сказать, почему ты совершил такие преступления и убил этих людей, а потом пришел сюда в поисках Закона.</p>
     <p>Имбер с трудом поднялся на ноги и, шатаясь от слабости, заговорил низким, чуть дрожащим голосом, но Хаукан остановил его.</p>
     <p>— Этот старик совсем помешался, — обратился он по-английски к широколобому человеку. — Он, как ребенок, ведет глупые речи.</p>
     <p>— Мы хотим выслушать его глупые речи, — заявил широколобый человек. — Мы хотим выслушать их до конца, слово за словом. Ясно тебе?</p>
     <p>Хаукану было ясно. Имбер сверкнул глазами — он догадался, о чем говорил сын его сестры с начальником белых людей. И он начал свою исповедь — необычайную историю темнокожего патриота, которая заслуживала того, чтобы ее начертали на бронзовых скрижалях для будущих поколений. Толпа затихла, как завороженная, а широколобый судья, подперев голову рукой, слушал будто самую душу индейца, душу всей его расы. В тишине звучала лишь гортанная речь Имбера, прерываемая резким голосом переводчика, да время от времени раздавался, подобно господнему колоколу, удивленный возглас рыжеволосого: «Черт побери!»</p>
     <p>— Я — Имбер, из племени Белая Рыба, — переводил слова старика Хаукан; дикарь проснулся в нем, и налет цивилизации, привитой миссионерским воспитанием, сразу рассеялся, как только ухо его уловило в речи Имбера знакомый ритм и распев. — Мой отец был Отсбаок, могучий воин. Когда я был маленьким мальчиком, теплое солнце грело нашу землю и радость согревала сердца. Люди не гнались за тем, чего не знали, не слушали чужих голосов, обычаи отцов были их обычаями. Юноши с удовольствием глядели на девушек, а девушек тешили их взгляды. Женщины кормили грудью младенцев, и чресла их были отягчены обильным приплодом. Племя росло, и мужчины в те дни были мужчинами. Они были мужчинами в дни мира и изобилия, мужчинами оставались в дни войны и голода.</p>
     <p>В те времена было больше рыбы в воде, чем ныне, и больше дичи в лесу. Наши собаки были волчьей породы, им было тепло под толстой шкурой, и они не страшились ни стужи, ни урагана. И мы сами были такими же, как собаки, — мы тоже не страшились ни стужи, ни урагана. А когда люди племени пелли пришли на нашу землю, мы убивали их, и они убивали нас. Ибо мы были мужчинами, мы, люди племени Белая Рыба; наши отцы и отцы наших отцов сражались с племенем пелли и установили границы нашей земли.</p>
     <p>Я сказал: бесстрашны были наши собаки, бесстрашны были и мы сами. Но однажды пришел к нам первый белый человек. Он полз по снегу на четвереньках — вот так. Кожа его была туго натянута, под кожей торчали кости. Мы никогда не видали такого человека, и мы удивлялись и гадали, из какого он племени и откуда пришел. Он был слаб, очень слаб, как маленький ребенок, и мы дали ему место у очага, подостлали ему теплые шкуры и накормили его, как кормят маленьких детей.</p>
     <p>С ним пришла собака величиной с трех наших собак, она была тоже очень слаба. Шерсть у этой собаки была короткая и плохо грела, а хвост обморожен, так что конец у него отвалился. Мы накормили эту странную собаку, обогрели ее у очага и отогнали наших собак, иначе те разорвали бы ее.</p>
     <p>От оленьего мяса и вяленой лососины к человеку и собаке понемногу вернулись силы, а набравшись сил, они растолстели и осмелели. Человек стал говорить громким голосом и смеяться над стариками и юношами и дерзко смотрел на девушек. А его собака дралась с нашими собаками, и, хотя шерсть у нее была мягкая и короткая, однажды она загрызла трех наших собак.</p>
     <p>Когда мы спрашивали этого человека, из какого он племени, он говорил: «У меня много братьев» — и смеялся нехорошим смехом. А когда он совсем окреп, он ушел от нас, и с ним ушла Нода, дочь вождя. Вскоре после этого у нас ощенилась одна сука. Никогда мы не видали таких щенков — они были большеголовые, с сильными челюстями, с короткой шерстью и совсем беспомощные. Мой отец Отсбаок был могучий воин; и я помню, что, когда он увидел этих беспомощных щенков, лицо его потемнело от гнева, он схватил камень — вот так, а потом так — и щенков не стало. А через два лета после этого вернулась Нода и принесла на руках маленького мальчика.</p>
     <p>Так оно и началось. Потом пришел второй белый человек с короткошерстыми собаками, он ушел, а собак оставил. Но он увел шесть самых сильных наших собак, за которых дал Ку-Со-Ти, брату моей матери, удивительный пистолет — шесть раз подряд и очень быстро стрелял этот пистолет. Ку-Со-Ти был горд таким пистолетом и смеялся над нашими луками и стрелами, он называл их женскими игрушками. С пистолетом в руке он пошел на медведя. Теперь все знают, что не годится идти на медведя с пистолетом, но откуда нам было знать это тогда? И откуда мог знать это Ку-Со-Ти? Он очень смело пошел на медведя и быстро выстрелил в него из пистолета шесть раз подряд, а медведь только зарычал и раздавил грудь Ку-Со-Ти, как будто это было яйцо, и, как будто мед из пчелиного гнезда, растекся на земле его мозг. Он был умелый охотник, а теперь некому стало убивать дичь для его скво и детей. И мы все горевали, и мы сказали так: «Что хорошо для белых людей, то для нас плохо». И это правда. Белых людей много, белые люди толстые, а нас из-за них стало мало, и мы отощали.</p>
     <p>И пришел третий белый человек, у него было много-много всякой удивительной пищи и всякого добра. Он сторговал у нас в обмен на эти богатства двадцать самых сильных наших собак. Он увел за собой, сманив подарками и обещаниями, десять наших молодых охотников, и никто не мог сказать, куда они ушли. Говорят, они погибли в снегах Ледяных Гор, где не бывал ни один человек, или на Холмах Безмолвия — за краем земли. Так это или не так, но племя Белой Рыбы никогда не видало больше этих собак и молодых охотников.</p>
     <p>Еще и еще приходили белые люди, приносили подарки и уводили с собой наших юношей. Иногда юноши возвращались назад, и мы слушали их удивительные рассказы о тяготах и опасностях, которые им пришлось испытать в далеких землях, что лежат за землей племени пелли, а иногда юноши и не возвращались. И мы сказали тогда: «Если белые люди ничего не боятся, так это потому, что их много, а нас, людей Белой Рыбы, мало, и наши юноши не должны больше уходить от нас». Но юноши все-таки уходили, уходили и девушки, и гнев наш рос.</p>
     <p>Правда, мы ели муку и соленую свинину и очень любили пить чай; но если у нас недоставало чаю, это было очень плохо, — мы становились скупы на беседу и скоры на гнев. Так мы начали тосковать о вещах, которые белые люди привозили, чтобы торговать с нами. Торговать! Торговать! Мы только и думали, что о торговле! Однажды зимой мы отдали всю убитую дичь за часы, которые не шли, за тупые пилы и пистолеты без патронов. А потом наступил голод, у нас не было мяса, и четыре десятка людей умерло, не дождавшись весны.</p>
     <p>«Теперь мы ослабели, — говорили мы, — племя пелли нападет на нас и захватит нашу землю». Но беда пришла не только к нам, пришла она и к племени пелли — там тоже люди ослабели и не могли воевать с нами.</p>
     <p>Мой отец Отсбаок, могучий воин, был тогда очень стар и очень мудр. И он сказал вождю такие слова: «Посмотри, наши собаки никуда не годятся. У них уже нет густой шерсти, они утратили свою силу, они не могут ходить в упряжке и околевают от мороза. Давай убьем их, оставим одних только сук волчьей породы, а их отвяжем и отпустим на ночь в лес, чтобы они там спарились с дикими волками. И у нас опять будут сильные собаки с теплой шкурой».</p>
     <p>И вождь послушался этих слов, и скоро племя Белой Рыбы прославилось своими собаками, лучшими во всем краю. Но только собаками — не людьми. Лучшие наши юноши и девушки уходили от нас с белыми людьми неведомо куда по дальним тропам и рекам. Девушки возвращались, как возвратилась Нода, хворыми и состарившимися, или не возвращались вовсе. А если возвращались юноши, то они недолго сидели у наших очагов. В своих странствиях они научились дурным речам и дерзким замашкам, пили дьявольское питье и день и ночь играли в карты; и по первому зову белого человека они вновь уходили в неведомые страны. Они забыли о долге уважения к старшим, никому не оказывали почета, они глумились над нашими старыми обычаями и смеялись в лицо и вождю и шаманам.</p>
     <p>Я сказал, что мы, люди племени Белая Рыба, стали слабыми и немощными. Меха и теплые шкуры мы отдавали за табак, виски и одежду из тонкой бумажной ткани, в которой мы дрожали от холода. На нас напал кашель, болели мужчины и женщины, они кашляли и обливались потом всю ночь напролет, а охотники, выйдя в лес, харкали на снег кровью. То у одного, то у другого шла горлом кровь, и от этого люди быстро умирали. Детей женщины рождали редко, и дети рождались хилые и хворые. Белые люди принесли нам и другие непонятные болезни, о которых мы никогда не слыхали. Мне говорили, что эти болезни называются оспой и корью, — мы гибли от них, как гибнут в тихих протоках лососи, когда они осенью кончат метать икру и им больше незачем жить.</p>
     <p>И вот самое удивительное: белые люди приносили нам смерть, все их обычаи вели к смерти, смертельно было дыхание их ноздрей, а сами они не знали смерти. У них и виски, и табак, и собаки с короткой шерстью; у них множество болезней: и оспа, и корь, и кашель, и кровохарканье; у них белая кожа, и они боятся стужи и урагана; у них глупые пистолеты, стреляющие шесть раз подряд. И, несмотря на все свои болезни, они жиреют и процветают, они наложили свою тяжелую руку на весь мир и попирают все народы. А их женщины, нежные, как маленькие дети, такие хрупкие на вид и такие крепкие на самом деле, — матери больших и сильных мужчин. И выходит, что изнеженность, и болезни, и слабость обертываются силой, могуществом и властью. Белые люди либо боги, либо дьяволы — я не знаю. Да и что могу я знать, я, старый Имбер из племени Белая Рыба? Я знаю одно: их невозможно понять, этих белых людей, землепроходцев и воинов.</p>
     <p>Я сказал, что дичи в лесах становилось меньше и меньше. Это правда, что ружье белого человека — очень хорошее ружье и бьет далеко, но какая польза в ружье, если нет дичи? Когда я был мальчиком, на земле племени Белая Рыба лось попадался на каждом холме, а сколько каждый год приходило оленей-карибу — этого не сосчитать. Теперь же охотник может идти по тропе десять дней, и ни один лось не порадует его глаз, а оленей-карибу, которых раньше было не сосчитать, теперь не стало вовсе. Я говорю: хоть ружье и бьет далеко, но мало от него пользы, если нечего бить.</p>
     <p>И я, Имбер, думал об этом, видя, как погибает племя Белая Рыба, погибает племя пелли и все остальные племена края, — они погибали, как погибла в лесах дичь. Я думал долго. Я беседовал с шаманами и мудрыми стариками. Чтобы людской шум не мешал мне думать, я уходил из селения подальше в лес, а чтобы тяжесть желудка не давила на меня и не притупляла мое зрение и слух, я перестал есть мясо. Долго я просиживал в лесу, забывая о сне, мои глаза ожидали знака, а мои чуткие уши старались уловить слово, которое должно было все разрешить. Один я выходил темной ночью на берег реки, где стонал ветер и плакала вода — там, среди деревьев, я хотел встретить тени старых мудрецов, умерших шаманов и просить у них совета.</p>
     <p>И в конце концов мне явилось видение — отвратительные собаки с короткой шерстью, — и я понял, что мне делать. По мудрости Отсбаока, моего отца и могучего воина, наши собаки сохранили в чистоте свою волчью породу, и у них были теплые шкуры и хватало силы для того, чтобы ходить в упряжке. И вот я вернулся в селение и сказал свое слово воинам. «Белые люди — это племя, очень большое племя, — сказал я. — В их земле не стало больше дичи, и они пришли на нашу землю, чтобы присвоить ее. Они сделали нас слабыми; и мы гибнем. Они очень жадные люди. И вот на нашей земле уже не стало дичи, и, если мы хотим жить, нам надо сделать с ними то же, что мы сделали с их собаками».</p>
     <p>И я сказал еще много слов, я предлагал драться. А люди Белой Рыбы слушали меня, и один сказал одно, а другой другое, кое-кто говорил совсем глупые слова, и ни от одного воина не услышал я слов отваги и войны. Юноши были трусливы и слабы, как вода, но я заметил, что в глазах молчаливо сидящих стариков вспыхнул огонь. И вечером, когда селение уснуло, тайком я позвал стариков в лес и там снова беседовал с ними. И мы пришли к согласию, мы вспомнили дни нашей юности, дни изобилия, и радости, и солнца, когда наша земля была свободна. Мы назвали друг друга братьями, мы дали слово строго хранить тайну и великой клятвой поклялись очистить нашу землю от злого племени, которое пришло к нам. Теперь ясно, что это было глупо, но как мы могли это знать тогда — мы, старики племени Белая Рыба?</p>
     <p>И чтобы подать пример другим и воодушевить их, я совершил первое убийство. Я залег на берегу Юкона и дождался там каноэ с белыми людьми. В нем сидели двое, и когда они увидели, что я встал и поднял руку, они изменили направление и стали грести к берегу. Но как только человек, сидевший на носу, поднял голову, чтобы узнать, чего мне нужно от него, моя стрела пронеслась по воздуху и впилась ему прямо в горло, и он узнал тогда, чего мне от него нужно. Другой человек, тот, что сидел на корме и правил, не успел приложить к плечу ружье, как я пронзил его своим копьем, два копья у меня еще оставалось.</p>
     <p>— Это первые, — сказал я подошедшим ко мне старикам. — Немного погодя мы объединим всех стариков всех племен, а потом и тех юношей, у которых есть еще в руках сила, и дело пойдет быстрее.</p>
     <p>Потом мы бросили убитых белых людей в реку. А их каноэ — это было очень хорошее каноэ — мы сожгли, сожгли и все вещи, какие были в каноэ. Но прежде мы осмотрели эти вещи, а они были в кожаных сумках, и нам пришлось их распарывать ножами. В сумках было очень много бумаг — вроде тех, которые ты читал, о Хаукан, — и все они покрыты знаками; мы дивились на эти знаки и не могли понять их. Теперь я стал мудрее и понимаю их: это, как ты сказал мне, — слова человека…</p>
     <p>Едва Хаукан перевел рассказ об убийстве двух человек в каноэ, как наполнявшая комнату толпа заволновалась и зажужжала.</p>
     <p>— Это почта, которая пропала в девяносто первом году! — раздался чей-то голос. — Ее везли Питер Джеймс и Дилэни; их обоих в последний раз видел Мэттьюз у озера Ла-Барж.</p>
     <p>Клерк усердно записывал, и к истории Севера прибавилась новая глава.</p>
     <p>— Мне осталось сказать немного, — медленно произнес Имбер. — На бумаге есть все, что мы совершили. Мы, старики, — мы не понимали, что делали. Храня тайну, мы убивали и убивали; мы убивали хитро, ибо прожитые годы научили нас делать свое дело не спеша, но быстро. Однажды пришли к нам белые люди, они глядели на нас сердитыми глазами и говорили нам бранные слова, шести нашим юношам они заковали руки в железо и увели их с собой. Тогда мы поняли, что мы должны убивать еще хитрее и еще больше. И мы, старики, один за другим уходили вверх и вниз по реке в неведомые края. Для такого дела требовалась смелость. Хотя мы были стары и уже ничего не боялись, все же страх перед далекими, чужими краями — великий страх для стариков.</p>
     <p>Так мы убивали — не торопясь и с большой хитростью. Мы убивали и на Чилкуте и у Дельты, на горных перевалах и на морском берегу — везде, где только разбивал свою стоянку или прокладывал тропу белый человек. Да, белые люди умирали, но для нас это было бесполезно. Они все приходили и приходили из-за гор, их становилось все больше и больше, а нас, стариков, оставалось все меньше. Я помню, у Оленьего перевала разбил стоянку один белый человек. Этот человек был очень маленького роста, и три наших старика напали на него, когда он спал. На следующий день я наткнулся и на этого белого и на стариков. Из всех четверых еще дышал один лишь белый человек, и у него даже хватило силы, пока он не умер, изругать и проклясть меня.</p>
     <p>Так вот и было: сегодня погибнет один старик, а завтра другой. Иногда, уже спустя много времени, к нам доходила весть о смерти кого-нибудь из наших, а иногда и не доходила. А старики других племен были слабы и трусливы и не хотели помогать нам. Итак, сегодня погибал один старик, завтра другой, — и вот остался только я. Я, Имбер, из племени Белая Рыба. Мой отец был Отсбаок, могучий воин. Теперь уже нет племени Белая Рыба. Я последний старик этого племени. А юноши и молодые женщины ушли с нашей земли — кто к племени пелли, кто к племени Лососей, а больше всего — к белым людям. Я очень стар и очень устал, я напрасно боролся с Законом, и ты прав, Хаукан, — я пришел сюда в поисках Закона.</p>
     <p>— Ты поистине глупец, о Имбер, — сказал Хаукан.</p>
     <p>Но Имбер уже не слышал, погрузившись в свои видения. Широколобый судья тоже был погружен в видения: перед его взором величественно проходила вся его раса — закованная в сталь, одетая в броню, устанавливающая законы и определяющая судьбы других народов. Он видел зарю ее истории, встающую багровыми отсветами над темными лесами и простором угрюмых морей. Он видел, как эта заря разгорается кроваво-красным пламенем, переходя в торжественный, сияющий полдень, видел, как за склоном, тронутым тенью, уходят в ночь багряные, словно кровью пропитанные пески… И за всем этим ему мерещился Закон, могучий и беспощадный, непреложный и грозный, более сильный, чем те ничтожные человеческие существа, которые действуют его именем или погибают под его тяжестью, — более сильный, чем он, судья, чье сердце просило о снисхождении.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Мужская верность</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Мужская верность</p>
     </title>
     <p>— Знаешь что, разыграем в кости.</p>
     <p>— Идет, — ответил другой и повернулся к индейцу, чинившему лыжи в углу хижины. — Эй, Билбидем, сбегай-ка к Олсону и скажи, что мы просим одолжить нам игральные кости.</p>
     <p>Эта неожиданная просьба среди разговора о жалованье рабочим, о топливе и о провизии удивила Билбидема. Кроме того, час был еще ранний, а ему не приходилось видеть, чтобы белые — во всяком случае такие, как Пентфилд и Хатчинсон, — садились за кости или карты, не покончив с делами. Однако, как и полагалось настоящему индейцу с Юкона, он ничем не выдал своего удивления и, натянув рукавицы, вышел из хижины.</p>
     <p>Хотя шел уже девятый час, было еще темно, и хижина освещалась сальной свечой, стоявшей на сосновом столе среди хаоса немытых оловянных тарелок. Свеча была воткнута в бутылку из-под виски, на длинном горлышке которой миниатюрным ледником застыло сало от бесчисленных свечей. В единственной комнатушке хижины царил такой же беспорядок, как и на столе. У задней стены виднелись нары с двумя неубранными постелями.</p>
     <p>Лоренс Пентфилд и Корри Хатчинсон были миллионерами, хотя никто не догадался бы об этом по их внешнему виду. В них не было ничего необычного — они легко сошли бы за своих в любом лагере мичиганских лесорубов. Но снаружи, во мраке, на дне зияющих ям, десятки людей, получавших по пятнадцати долларов в день, дробили каменные пласты, а другие крутили вороты, поднимая из шурфов породу, песок и золото. Каждый день золота добывалось на тысячи долларов, и все оно принадлежало Пентфилду и Хатчинсону, которые числились среди богатейших королей Бонанзы.</p>
     <p>Тишину, наступившую после ухода Билбидема, нарушил Пентфилд. Он сдвинул в кучу грязные тарелки и на освободившемся месте стал выбивать пальцами дробь. Хатчинсон снял нагар с коптившей свечи и задумчиво растер его между большим и указательным пальцами.</p>
     <p>— Черт побери, если бы мы могли уехать оба! — воскликнул он неожиданно. — И спорить было бы не о чем.</p>
     <p>Пентфилд хмуро посмотрел на него.</p>
     <p>— Если бы не твое проклятое упрямство, спорить и не пришлось бы. Тебе надо только сложить вещи и уехать. Я присмотрю за делом, а поеду в будущем году.</p>
     <p>— Почему мне? Меня никто не ждет…</p>
     <p>— А родные? — жестко прервал его Пентфилд.</p>
     <p>— А тебя ждут, — продолжал Хатчинсон. — Ты знаешь, о ком я говорю.</p>
     <p>Пентфилд угрюмо пожал плечами.</p>
     <p>— Она подождет.</p>
     <p>— Но она уже два года ждет.</p>
     <p>— Ничего, еще год ее не состарит.</p>
     <p>— Ведь это будет уже три года! Только подумай, старина: три года здесь, на краю света, в этой проклятой дыре! — Хатчинсон с отчаянием взмахнул рукой.</p>
     <p>Он был на несколько лет младше своего компаньона— ему было не больше двадцати шести. На его лице застыло выражение тоски, тоски человека, тщетно жаждущего того, чего он давно лишен. И та же тоска, то же отчаяние было на лице Пентфилда, в его сгорбленных плечах.</p>
     <p>— Мне вчера снилось, что я у Зинкенда, — сказал он. — Музыка, звон стаканов, гул голосов, женский смех, а я заказываю яйца — да, сэр, яйца: и крутые, и всмятку, и яичницу, и омлет — и уплетаю так, что подавать не успевают.</p>
     <p>— А я бы заказал салат, — алчно перебил Хатчинсон, — и большой бифштекс с зеленью, с молодым луком и редиской, чтобы на зубах хрустело.</p>
     <p>— Я бы это все заказал после яиц, если бы не проснулся, — вздохнул Пентфилд.</p>
     <p>Он поднял с пола видавшее виды банджо и рассеянно потрогал струны. Хатчинсон вздрогнул и тяжело вздохнул.</p>
     <p>— Брось! — закричал он с неожиданной яростью, когда Пентфилд начал наигрывать веселый мотив. — С ума можно сойти. Невыносимо.</p>
     <p>Пентфилд бросил банджо на нары и продекламировал:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Выдав тайную тоску, пою я так:</v>
       <v>Память, пытка — я, я — город на заре,</v>
       <v>Я — все то, о чем напомнить может фрак.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Его товарищ тяжело уронил голову на руки. Пентфилд снова монотонно забарабанил по столу. Затем его внимание привлек громкий треск двери. На ней белой пеленой оседал иней. Пентфилд тихо запел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Стада в хлевах, и в море вновь</v>
       <v>Из рек ушел лосось;</v>
       <v>Когда б с тобой, моя любовь,</v>
       <v>Побыть мне довелось.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Потом снова наступило молчание, нарушенное приходом Билбидема, который бросил на стол игральные кости.</p>
     <p>— Большой холод, — сказал он. — Олсон говорил мне, вчера Юкон замерзал.</p>
     <p>— Слышишь, старик? — вскричал Пентфилд, хлопая Хатчинсона по плечу. — Кто выиграет, тот завтра в это время будет уже на пути в благословенный край!</p>
     <p>Он весело встряхнул стаканчик с костями.</p>
     <p>— Как играем?</p>
     <p>— Простой покер, — ответил Хатчинсон. — Бросай.</p>
     <p>Пентфилд с грохотом столкнул со стола посуду и бросил кости. Оба поспешно наклонились. Не было ни одной пары, а самым крупным очком была пятерка.</p>
     <p>— Пустышка! — ахнул Пентфилд.</p>
     <p>После долгих размышлений он собрал в стаканчик все пять костей.</p>
     <p>— На твоем месте я бы оставил пятерку, — заметил Хатчинсон.</p>
     <p>— Ну нет. Вот посмотришь, что сейчас будет! — сказал Пентфилд и выбросил кости.</p>
     <p>Снова ни одной пары. На этот раз счет шел от двойки до шестерки.</p>
     <p>— Опять пустышка! — простонал Пентфилд. — И не бросай, Корри. Ты уже выиграл.</p>
     <p>Его товарищ молча собрал кости, погремел ими в стаканчике, широким движением выбросил на стол и увидел, что у него тоже выпала пустышка с шестеркой.</p>
     <p>— Во всяком случае, ничья, но мне нужно что-нибудь получше, — сказал он и, собрав четыре кости, оставил шестерку. — Вот и конец тебе.</p>
     <p>Но на столе лежали двойка, тройка, четверка и пятерка — снова пустышка, такая же, как у Пентфилда.</p>
     <p>Хатчинсон вздохнул.</p>
     <p>— Такое бывает раз в сто лет, — сказал он.</p>
     <p>— Раз в миллион лет, — отозвался Пентфилд, быстро собрал кости и бросил их. Выпали три пятерки; он долго встряхивал стаканчик и наконец при повторном броске был вознагражден еще одной. Хатчинсон, казалось, потерял всякую надежду.</p>
     <p>Но у него сразу же выпали три шестерки. В глазах его партнера появилась неуверенность, а в его взгляде вновь вспыхнула надежда. Еще одна шестерка — и он отправится по льду к Соленой Воде, в Штаты. Он встряхнул стаканчик, хотел выбросить, заколебался и продолжал встряхивать.</p>
     <p>— Давай! Давай! Не тяни! — резко крикнул Пентфилд. Стараясь сохранить хладнокровие, он так крепко вцепился в край стола, что у него согнулись ногти.</p>
     <p>Кости покатились. На столе лежала шестерка. Они, не шевелясь, глядели на нее. Наступило долгое молчание. Хатчинсон украдкой посмотрел на своего партнера, который, перехватив его взгляд, криво улыбнулся, пытаясь казаться равнодушным.</p>
     <p>Хатчинсон вскочил на ноги и рассмеялся. Смех был нервный и смущенный. В этой игре выиграть было тяжелее, чем проиграть. Хатчинсон подошел к своему другу, но тот яростно на него набросился:</p>
     <p>— Заткнись, Корри! Я знаю все, что ты скажешь, — что предпочтешь остаться, чтоб ехал я, и все такое. Так что помолчи. Тебя ждут родные в Детройте, и этого довольно. И потом ты можешь сделать для меня то, ради чего, собственно, я хотел ехать.</p>
     <p>— То есть?..</p>
     <p>Пентфилд в его глазах прочел то, что он не договорил, и ответил:</p>
     <p>— Да, вот именно. Ты можешь привезти ее сюда ко мне. Свадьба будет в Доусоне, а не в Сан-Франциско, вот и вся разница.</p>
     <p>— Ты с ума сошел! — запротестовал Корри Хатчинсон. — Как это я ее повезу? Она мне не сестра, не родственница, я с ней даже не знаком. Сам понимаешь, что нам ехать вместе не совсем удобно. Мы-то с тобой знаем, что все было бы в порядке, но подумай, что об этом скажут другие!</p>
     <p>Пентфилд глухо выругался, послав «других» в область менее морозную, чем Аляска.</p>
     <p>— Вот если бы ты слушал, а не лез бы сразу со своим благородством, — продолжал его компаньон, — ты бы понял, что самое правильное при данных обстоятельствах— это мне отпустить тебя в этом году. Следующего года ждать всего только год, а тогда я смогу отвести душу.</p>
     <p>Пентфилд покачал головой, хотя было видно, что он с трудом противится соблазну.</p>
     <p>— Ничего не выйдет, Корри, старина. Я ценю твою доброту, но ничего не выйдет. Я бы не мог там сидеть спокойно, зная, что ты тут надрываешься вместо меня!</p>
     <p>Вдруг его осенила какая-то мысль. Он кинулся к нарам, переворошил в спешке всю постель, извлек наконец блокнот и карандаш, уселся за стол и начал быстро и уверенно писать.</p>
     <p>— Ну вот, — сказал он, сунув записку в руку своего компаньона. — Доставь только по адресу, и все устроится.</p>
     <p>Хатчинсон прочитал записку и положил ее.</p>
     <p>— Откуда ты знаешь, что этот братец согласится поехать в нашу дыру? — усомнился он.</p>
     <p>— Он согласится ради меня и ради сестры, — настаивал Пентфилд. — Видишь ли, он неженка, и я не хотел, чтобы она ехала с ним одним. А если рядом будешь ты, можно ничего не опасаться. Как только выберешься, поезжай во Фриско и объясни ей все. Оттуда отправляйся на Восток к своим. А весной заедешь за ними. Она наверняка тебе сразу понравится. Вот погляди, чтобы узнать ее при встрече.</p>
     <p>С этими словами он открыл крышку часов и показал фотографию, приклеенную внутри. Корри Хатчинсон смотрел, и в его глазах росло восхищение.</p>
     <p>— Ее зовут Мэйбл, — продолжал Пентфилд. — Я уж заодно объясню тебе, как найти их дом. Когда приедешь во Фриско, возьми кеб и скажи: «К дому Холмса, Мирдон-авеню». Можно, впрочем, обойтись и без Мирдон-авеню. Всякий извозчик знает, где живет судья Холмс.</p>
     <p>И знаешь что, — вновь начал Пентфилд после паузы, — неплохо было бы, если бы ты мне кое-что купил, ну… ну…</p>
     <p>— То, что нужно семейному человеку, — докончил Хатчинсон с улыбкой.</p>
     <p>Пентфилд смущенно улыбнулся в ответ.</p>
     <p>— Вот-вот! Салфетки и скатерти, простыни и наволочки и прочее. Сервиз получше. Ведь ей нелегко будет освоиться тут. Можешь отправить все пароходом через Берингово море. И еще, пожалуй… Что ты скажешь насчет рояля?</p>
     <p>Хатчинсон горячо одобрил эту мысль. Он уже забыл о своих протестах, и возложенная на него миссия все больше и больше увлекала его.</p>
     <p>— Ей-богу, Лоренс, — заявил он, когда разговор закончился и оба встали, — доставлю с шиком! Возьму на себя и стряпню и собак, а братцу останется только заботиться о ее удобствах и делать для нее то, что я забуду, хотя я, черт побери, забывать ничего не собираюсь.</p>
     <p>На следующий день Лоренс Пентфилд в последний раз пожал руку своему другу и долго смотрел, как он и его упряжка спешили по замерзшему Юкону вверх, к Соленой Воде, в широкий мир. Пентфилд вернулся на прииск в Бонанзе, где теперь стало гораздо тоскливее, и мужественно встретил долгую зиму. Надо было заниматься делом— следить за рабочими, руководить разведкой капризной жилы, — но работа не увлекала его. И никакая работа не увлекала его, пока на холме за прииском не начала расти новая бревенчатая хижина. Это была замечательная хижина, добротно построенная, разделенная на три удобные комнаты. Каждое бревно было тщательно обтесано — дорогая прихоть, если плотникам приходится платить по пятнадцати долларов в день. Но Пентфилда не пугали никакие расходы, когда дело касалось дома, предназначенного для Мэйбл Холмс. Он занимался постройкой хижины и пел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Когда б с тобой, моя любовь,</v>
       <v>Побыть мне довелось.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Кроме того, он повесил над столом календарь и каждое утро начинал с того, что вычеркивал день и пересчитывал, сколько еще дней остается до весны, когда его компаньон примчится по льду Юкона.</p>
     <p>Пентфилд никому не позволял ночевать в новой хижине — это тоже была прихоть: до приезда Мэйбл хижина должна была оставаться такой же новой, как ее свежеобтесанные балки. И когда постройка была закончена, Пентфилд повесил на дверях замок. Никто, кроме самого Пентфилда, не входил туда, а он оставался там часами, и когда выходил, на лице его была странная нежность, а глаза светились тепло и радостно.</p>
     <p>В декабре пришло письмо от Корри Хатчинсона. Он только что познакомился с Мэйбл Холмс. Она оказалась именно такой, какой должна быть жена Лоренса Пентфилда, писал Корри. Он был в полном восторге, и это письмо заставило сердце Пентфилда забиться быстрее. Теперь письма приходили одно за другим, а порою, если почта задерживалась, даже по два или по три зараз. И все они были об одном и том же: Корри только что вернулся от Холмсов, или Корри собирается к Холмсам, или Корри сейчас у Холмсов. Он, казалось, не торопился покинуть Сан-Франциско и даже не упоминал о поездке в Детройт.</p>
     <p>Лоренсу Пентфилду начинало казаться, что его компаньон слишком уж долго задерживается в обществе Мэйбл Холмс, забывая о своих родных. Временами Пентфилд ловил себя на том, что это его тревожит. Но он слишком хорошо знал Мэйбл и Корри, чтобы тревожиться всерьез.</p>
     <p>Письма Мэйбл, в свою очередь, были полны Корри. С другой стороны, когда речь заходила о ее приезде и о свадьбе в Доусоне, в них сквозила робость и нерешительность. Пентфилд отвечал весело, подшучивая над ее опасениями, которые, как ему казалось, были порождены скорее страхом перед лишениями и опасностями, чем девичьей застенчивостью.</p>
     <p>Но томительное ожидание и третья бесконечная зима начинали сказываться на нем. Руководство работами и разведка жилы не могли скрасить монотонность его существования, и в конце января Пентфилд зачастил в Доусон, где можно было на время забыться за игорным столом. Он выигрывал, так как мог позволить себе роскошь проиграть, и выражение «везет, как Пентфилду» вошло в обиход у игроков в фараон.</p>
     <p>Удача не покидала его до середины февраля. Трудно сказать, когда она изменила бы ему, потому что после одной крупной игры он больше не брал карт в руки.</p>
     <p>На этот раз игра шла в «Опере», и в течение часа каждая карта Пентфилда выигрывала. В перерыве, пока банкомет тасовал колоду, владелец стола Ник Инвуд вдруг сказал:</p>
     <p>— Между прочим, Пентфилд, кажется, ваш компаньон времени даром не теряет?</p>
     <p>— Да, Корри умеет развлекаться, — ответил Пентфилд. — Особенно когда он это заслужил.</p>
     <p>— Дело вкуса, конечно, — рассмеялся Ник Инвуд, — но, по-моему, развлекаться и жениться — не совсем одно и то же.</p>
     <p>— Корри женился? — недоверчиво воскликнул Пентфилд, не сумев скрыть своего удивления.</p>
     <p>— Именно, — ответил Инвуд. — Это напечатано в газете из Фриско, которая пришла с утренней почтой.</p>
     <p>— Ну, а кто же она? — поинтересовался Пентфилд с терпеливой невозмутимостью человека, знающего, что его разыгрывают и что в любую минуту может раздаться взрыв смеха.</p>
     <p>Ник Инвуд вытащил газету из кармана и стал просматривать ее, заметив:</p>
     <p>— У меня на имена память плохая, но как будто Мэйбл… Мэйбл… ага, вот: Мэйбл Холмс, дочь какого-то судьи Холмса…</p>
     <p>Лоренс Пентфилд и бровью не повел, хотя в душе лихорадочно гадал, известно ли кому-нибудь на Севере это имя. Он спокойно обвел взглядом слушателей, ожидая, что кто-нибудь выдаст себя, но их лица выражали только обыкновенное любопытство. Тогда он повернулся к Инвуду и сказал спокойным, ровным тоном:</p>
     <p>— Ник, вот эти пятьсот долларов берутся доказать, что в газете ничего подобного нет.</p>
     <p>Тот посмотрел на него с недоуменной улыбкой.</p>
     <p>— Нет, голубчик, мне ваши деньги не нужны.</p>
     <p>— Я так и думал! — насмешливо бросил Пентфилд и, повернувшись к столу, поставил на две карты.</p>
     <p>Ник Инвуд покраснел и, как будто не доверяя себе, внимательно перечитал коротенькую заметку, а затем резко повернулся к Лоренсу Пентфилду.</p>
     <p>— Послушайте, Пентфилд, — взволнованно и торопливо заговорил он. — Я этого так оставить не могу.</p>
     <p>— Чего этого? — грубо переспросил Пентфилд.</p>
     <p>— По-вашему, я солгал?</p>
     <p>— Ничего подобного. По-моему, вы просто глупо пошутили.</p>
     <p>— Вы ставите, джентльмены? — вмешался банкомет.</p>
     <p>— Но я же вам говорю, что это правда! — настаивал Инвуд.</p>
     <p>— А я уже вам говорил, что у меня есть пятьсот долларов, которые берутся доказать, что в газете этого нет.</p>
     <p>И Пентфилд бросил на стол тяжелый мешок с золотым песком.</p>
     <p>— Не нужны мне ваши деньги, но раз вы настаиваете… — С этими словами Инвуд сунул газету Пентфилду.</p>
     <p>Пентфилд смотрел и не мог заставить себя поверить. Он скользнул взглядом по заголовку «С Севера мчался младой Лохинвар»<a l:href="#n_662" type="note">[662]</a> и пробежал заметку; перед его глазами мелькнули рядом имена Мэйбл Холмс и Корри Хатчинсона. Тогда он заглянул на первую страницу — газета была из Сан-Франциско.</p>
     <p>— Деньги ваши, Инвуд, — сказал он с коротким смешком. — Если уж мой компаньон начнет, одному богу известно, где он остановится.</p>
     <p>Затем Пентфилд вернулся к заметке и медленно прочел ее, слово за словом. Сомнений больше не было. Корри Хатчинсон действительно женился на Мэйбл Холмс. «Один из королей Бонанзы, — говорилось в заметке о новобрачном, — компаньон Лоренса Пентфилда (еще не забытого обществом Сан-Франциско), владеющий вместе с ним многими богатствами Клондайка». А дальше, в конце, он прочел: «Говорят, что мистер и миссис Хатчинсон на некоторое время уедут на Восток, в Детройт, но свой настоящий медовый месяц они проведут в путешествии по сказочному Клондайку».</p>
     <p>— Я вернусь. Сохраните мне место, — сказал Пентфилд, поднимаясь и забирая мешок, который тем временем успел побывать на весах и вернулся к владельцу облегченный на пятьсот долларов.</p>
     <p>Пентфилд вышел на улицу и купил газету из Сиэтла. В ней были те же факты, только более кратко изложенные. Несомненно, Корри и Мэйбл поженились. Он вернулся в «Оперу» и, заняв свое место, предложил играть без ограничения ставки.</p>
     <p>— Я вижу, вам нужен размах, — засмеялся Ник Инвуд, кивая банкомету. — Я собирался было сходить на склады Компании, но, пожалуй, останусь. Покажите-ка, на что вы способны.</p>
     <p>И Лоренс Пентфилд показал: после двухчасовой отчаянной игры банкомет откусил кончик свежей сигары, чиркнул спичкой и объявил, что банк сорван. Пентфилд выиграл сорок тысяч. Он пожал руку Нику Инвуду и заявил, что эта его игра — последняя.</p>
     <p>Никто не знал, никто не догадывался, что ему был нанесен удар — и тяжелый удар. Внешне он совсем не изменился. Всю неделю он занимался делами, как обычно, но в субботу ему на глаза попалась портлендская газета с описанием свадебной церемонии. Тогда он оставил прииск на попечение одного из друзей и отправился на собаках вверх по Юкону. Он двигался по дороге к Соленой Воде, а потом свернул на Белую реку. Через пять дней он увидел лагерь местных индейцев. Вечером был устроен пир, и Пентфилд сидел на почетном месте, рядом с вождем. На следующее утро он погнал собак назад к Юкону, но теперь он был не один. Молодая скво кормила в этот вечер его собак и помогала ему приготовить ночлег. В детстве ее помял медведь, и она прихрамывала. Звали ее Лашка. Сперва она боялась чужого белого, который явился из Неведомого и взял ее в жены, не сказав ей ни слова, даже не взглянув на нее, а теперь увозил в Неведомое.</p>
     <p>Но в отличие от большинства индейских девушек, которых выбирают себе в подруги белые Севера, Лашке посчастливилось: в Доусоне связавший их языческий брак был подтвержден священником по обрядам белых. Из Доусона, где все казалось Лашке чудесным сном, Пентфилд отвез ее на прииск в Бонанзу и водворил в новой хижине на холме.</p>
     <p>Сенсацию произвело не то, что Лоренс Пентфилд разделил ложе и кров с индианкой, а то, что он узаконил это сожительство брачной церемонией. Церковный брак? Этого никто не мог понять. Но Пентфилда оставили в покое— местное общество было терпимо ко всяким причудам, если только они не шли ему во вред. Пентфилд даже не потерял доступа в дома, где были белые хозяйки: свадебная церемония не позволяла относиться к нему просто как к белому, сожительствующему с индианкой, его нельзя было упрекнуть в безнравственности, хотя многие мужчины не одобряли его выбор.</p>
     <p>Писем из Сан-Франциско больше не было. Шесть нарт с почтой погибли у Большого Лосося. Кроме того, Пентфилд знал, что новобрачные должны уже быть в Клондайке и что их свадебное путешествие близится к концу, то путешествие, о котором он мечтал в течение двух томительных лет. От этой мысли у него горько кривились губы, но он скрывал свои чувства и только становился добрее к Лашке.</p>
     <p>Прошел март, и уже близился конец апреля, когда однажды утром Лашка попросила разрешения съездить к сивашу Питу, хижина которого была в нескольких милях ниже по речке. Жена Пита, индианка с реки Стюарт, прислала сказать, что у нее заболел ребенок, а Лашка, поистине созданная для материнства, глубоко верила в свои познания по части детских болезней и была всегда готова нянчить чужих детей, пока судьба не послала ей своего.</p>
     <p>Пентфилд запряг собак и, усадив Лашку на нарты, отправился вниз по руслу Бонанзы. В воздухе пахло весной. Мороз уже не обжигал, как прежде, и, хотя земля была еще покрыта снегом, шорохи и журчание воды говорили о том, что железная хватка зимы слабеет. Местами тропа была залита водой, и приходилось объезжать полыньи. Как раз у такого места, где не могли разъехаться двое нарт, Пентфилд услышал звон приближающихся колокольчиков и остановил собак.</p>
     <p>Из-за изгиба реки появилась усталая упряжка собак, тянувших тяжело нагруженные нарты. Что-то в фигуре мужчины, погонявшего собак, показалось Пентфилду знакомым. За нартами шли две женщины. Пентфилд снова перевел взгляд на погонщика — это был Корри. Пентфилд стоял и ждал. Он был рад, что Лашка с ним. Более удачную встречу было бы трудно устроить и нарочно, подумал он. Ожидая, он старался представить, что они скажут, что они могут сказать. Ему говорить было незачем: объяснять должны были они, и он был готов выслушать их объяснения.</p>
     <p>Когда упряжки поравнялись, Корри заметил его и остановил собак.</p>
     <p>— Здорово, старина! — воскликнул он и протянул руку.</p>
     <p>Пентфилд пожал ее холодно и молча. Тем временем подошли женщины, и во второй он узнал Дору Холмс. Он пожал ей руку, сняв меховую шапку, и повернулся к Мэйбл. Она сделала движение навстречу, красивая и сияющая, но как будто растерялась при виде его протянутой руки. Он собирался сказать: «Здравствуйте, миссис Хатчинсон», — но слова «миссис Хатчинсон» почему-то застряли у него в горле, и он только пробормотал:</p>
     <p>— Здравствуйте.</p>
     <p>Положение получилось настолько неприятное и неловкое, что он мог быть доволен. Мэйбл была смущена и взволнована. Дора, которую, видимо, захватили в качестве посредницы, заговорила:</p>
     <p>— Послушайте, Лоренс, что случилось?</p>
     <p>Не дав ему ответить, Корри потянул его за рукав и отвел в сторону.</p>
     <p>— Слушай, старина, что это значит? — спросил он шепотом, указывая глазами на Лашку.</p>
     <p>— А собственно говоря, Корри, какое тебе дело? — насмешливо сказал Пентфилд.</p>
     <p>Но Корри продолжал настаивать:</p>
     <p>— Что эта скво делает на твоих нартах? Хорошую задачу ты мне задал — объяснить это им. Надеюсь, однако, что какое-то объяснение есть? Кто она? Чья это скво?</p>
     <p>И вот тут Лоренс Пентфилд нанес свой удар. Нанося его, он почувствовал прилив спокойного удовлетворения, которое, казалось, до некоторой степени искупало причиненное ему зло.</p>
     <p>— Это моя скво, — сказал он. — Миссис Пентфилд, с вашего разрешения.</p>
     <p>У Корри Хатчинсона перехватило дыхание. Пентфилд отвернулся от него и подошел к женщинам. Лицо Мэйбл было тревожным, и она, казалось, не была склонна разговаривать. Он как ни в чем не бывало обратился к Доре:</p>
     <p>— Как прошло путешествие? Очень мерзли на стоянках?</p>
     <p>А как себя чувствует миссис Хатчинсон? — спросил он затем, бросив взгляд на Мэйбл.</p>
     <p>— Глупыш вы милый! — воскликнула Дора, обнимая и тормоша его. — Значит, вы тоже прочли? Так вот почему вы себя так странно держали!</p>
     <p>— Я… я не понимаю… — пробормотал он.</p>
     <p>— В следующем номере дали поправку, — болтала Дора. — Нам и в голову не приходило, что этот выпуск попадется вам на глаза. В других газетах все было правильно. Но, конечно, именно этот злосчастный листок попался вам в руки.</p>
     <p>— Постойте, о чем вы говорите? — перебил Пентфилд. Его сердце сжалось от неожиданного страха. Он почувствовал себя на краю пропасти.</p>
     <p>А Дора все не умолкала:</p>
     <p>— Знаете, когда стало известно, что Мэйбл и я уезжаем в Клондайк, в «Еженедельнике» напечатали, что с нашим отъездом на Мирдон-авеню станет густо, — что, конечно, означало «пусто».</p>
     <p>— Так, значит…</p>
     <p>— Я миссис Хатчинсон, — ответила Дора. — А вы-то думали, что это Мэйбл?</p>
     <p>— Именно так, — медленно проговорил Пентфилд. — Теперь я понял. Репортер перепутал имена, а газеты в Сиэтле и Портленде перепечатали, как было.</p>
     <p>Он замолчал. Мэйбл снова повернулась к нему, и он увидел, что она ждет. Корри с большим интересом рассматривал рваный носок своего мокасина, а Дора искоса поглядывала на невозмутимое лицо сидевшей на нартах Лашки. Лоренс Пентфилд смотрел прямо перед собой в безнадежное будущее, где он видел только упряжку собак, себя и рядом — хромую Лашку.</p>
     <p>Затем он заговорил, очень просто, глядя в глаза Мэйбл:</p>
     <p>— Простите. Мне и в голову не приходила такая ошибка. Я думал, что вы вышли за Корри. Там, на нартах, миссис Пентфилд…</p>
     <p>Мэйбл Холмс бессильно повернулась к сестре — казалось, на нее внезапно обрушилось все утомление тяжелого пути. Дора подхватила ее. Корри Хатчинсон все еще не мог оторвать взгляд от своих мокасин.</p>
     <p>Пентфилд посмотрел на него, на обеих женщин и пошел к нартам.</p>
     <p>— Надо ехать: ребенок Пита не может ждать нас весь день, — сказал он Лашке.</p>
     <p>Длинный бич свистнул, собаки натянули постромки, нарты дернулись и помчались вперед.</p>
     <p>— Слушай, Корри! — крикнул Пентфилд, обернувшись. — Ты можешь занять старую хижину. Она теперь пустует. Я построил новую на холме.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Замужество Лит-Лит</p>
     </title>
     <p>Когда Джон Фокс приехал в тот край, где виски замерзает и чуть не круглый год пребывает в твердом состоянии, так что им можно пользоваться вместо пресс-папье, его не отягощал груз идеалов и иллюзий, которые обычно мешают преуспеть иным искателям приключений, не приученным сызмальства трезво смотреть на жизнь. Рожденный и выросший на Дальнем Западе, он обладал отнюдь не тонким, но здравым умом, деловой хваткой и смотрел на вещи просто, что обеспечило ему немедленный успех в Канаде на новом поприще. Он начал рядовым служащим Компании Гудзонова залива, который наравне с проводниками работает веслами и на собственном горбу перетаскивает товары через волоки, но быстро выдвинулся и стал заправлять торговлей в форте Ангела.</p>
     <p>Он смотрел на вещи просто, а потому взял жену из местного племени, и так как супружество это оказалось поистине счастливым, не знал ни постоянного беспокойства, ни неудовлетворенного желания, что отравляло существование других, более разборчивых мужчин, мешало им работать и под конец превращало их жизнь в сущий ад. Он был вполне доволен судьбой, ревностно служил Компании и через некоторое время был уже на отличном счету.</p>
     <p>Когда умерла его жена, племя предъявило права на ее тело и похоронило по местному обычаю — в жестяном ящике на вершине дерева.</p>
     <p>Она родила Фоксу двух сыновей, и когда Компания повысила его в должности, он отправился вместе с ними еще дальше, в безбрежные просторы Северо-Западной Территории — к Скале Греха, где его ждал новый пост на более важном поприще — торговле мехами. Здесь он провел несколько унылых и одиноких месяцев, с нескрываемым отвращением взирая на индейских дев, отнюдь не блещущих красотой, и непрестанно тревожась за подрастающих сыновей, которые нуждались в материнской ласке и заботе. И вдруг он увидел Лит-Лит.</p>
     <p>— Лит-Лит… как бы вам сказать… ну, она и есть Лит-Лит. — На этом обычно кончались его безнадежные попытки описать ее своему старшему приказчику Александру Мак Лину.</p>
     <p>В Мак Лине еще сильна была его шотландская закваска — «у него молоко на губах не обсохло», по выражению Джона Фокса, — поэтому он никак не мог примириться с обычаем брать в жены индианок. Однако его бы не огорчило, если б управляющий погубил свою бессмертную душу, тем более что он и сам боялся не устоять перед опасными чарами Лит-Лит, и, выйди она замуж за управляющего, испытал бы мрачное удовлетворение, ибо это спасало его собственную душу.</p>
     <p>Не удивительно, что суровая душа шотландца готова была растаять в обжигающем блеске глаз Лит-Лит. Она была хороша: стройная, гибкая, совсем не похожая на флегматичных индианок с неподвижными, бесстрастными лицами. «Лит-Лит» — так ее прозвали еще в детстве за то, что ей не сиделось на месте и она порхала, точно мотылек, за легкий, веселый нрав, за то, что она была такая хохотунья, так беззаботно бегала и скакала.</p>
     <p>Лит-Лит была дочерью метиски и Снитшейна, прославленного вождя местного племени. И, желая начать переговоры о браке, к нему-то однажды летом как бы невзначай и заглянул Джон Фокс. Они сидели с вождем у костра, разложенного перед вигвамом, чтобы отгонять москитов, и неторопливо беседовали обо всем на свете, по крайней мере, обо всем, что касалось северных краев, — словом, о чем угодно, кроме свадьбы. Джон Фокс пришел только затем, чтобы договориться о свадьбе; Снитшейн знал это, и Джон Фокс знал, что он знает, однако именно о свадьбе они свято хранили упорное молчание. Это считается признаком хитрого умения индейцев вести разговор. На самом же деле это просто-напросто наивность.</p>
     <p>Текли часы, а Фокс и Снитшейн курили трубку за трубкой, глядя друг на друга с превосходно разыгранным простодушием.</p>
     <p>Среди дня мимо с безразличным видом прошли Мак Лин и другой приказчик, Мак Тейвиш, — они держали путь к реке. Когда час спустя они возвращались, Фокс и Снитшейн вежливо спорили о количестве и качестве пороха и бекона, которые Компания дает в обмен на меха. Меж тем Лит-Лит, догадавшись, зачем пожаловал управляющий факторией, проползла под задней стенкой в вигвам и, чуть оттянув шкуру, что завешивала вход, в щелку подглядывала за двумя спорщиками у костра. Она разрумянилась, глаза блестели, гордость переполняла ее — ведь ее избрал сам управляющий (в северных краях он первое лицо после бога), — и Лит-Лит разбирало чисто женское любопытство, ей не терпелось как следует его разглядеть. От солнца, лагерных костров и непогоды лицо его стало медно-красным, почти совсем как у ее отца, и рядом с ними она казалась светлолицей. Это было приятно, но куда приятней, что он такой большой и сильный, только вот огромная черная борода немного ее напугала — уж очень это непривычно.</p>
     <p>Лит-Лит была очень молода и совсем не знала, каковы они, эти мужчины. Семнадцать раз она видела, как солнце уходило на юг и тонуло за горизонтом, и семнадцать раз оно возвращалось, и каждый день все дольше задерживалось в небе, пока наконец ночь совсем не отступала перед ним. Все эти годы Снитшейн ревниво оберегал дочь, не подпускал к ней поклонников, презрительно выслушивал молодых охотников, которые добивались ее руки, и всех отвергал, словно ей и в самом деле цены не было. Старого вождя одолевала корысть. Лит-Лит была его капиталом. И капиталом столь значительным, что он надеялся получить не какие-нибудь жалкие проценты, но неисчислимую и нескончаемую прибыль.</p>
     <p>Лит-Лит росла почти как в монастыре, насколько это возможно в индейском поселке, и теперь с тревожным девичьим любопытством смотрела на мужчину, который пришел за ней, на мужа, который научит ее всему, чего она еще не ведает, на властелина, чье слово станет для нее законом, кто будет направлять ее и повелевать ею до конца ее дней.</p>
     <p>Она выглядывала из вигвама раскрасневшаяся, взволнованная мыслями о странной судьбе, ожидающей ее, но время шло, а управляющий и отец все так же важно беседовали о чем угодно, только не о свадьбе, и девушку охватило разочарование. День клонился к вечеру, солнце опускалось все ниже и ниже, и по всему было видно, что управляющий собирается уходить. Вот он повернулся и зашагал было прочь, и сердце Лит-Лит упало, но тут же подскочило от радости, ибо он приостановился и бросил через плечо:</p>
     <p>— Да, кстати, Снитшейн, мне нужна женщина, чтоб стирала белье и чинила одежду.</p>
     <p>Снитшейн проворчал что-то и предложил Ванидани — беззубую старуху.</p>
     <p>— Нет-нет! — запротестовал Фокс. — Мне нужна жена. Я последнее время подумываю об этом, а сейчас мне вдруг пришло в голову, что, может, у тебя есть кто-нибудь на примете.</p>
     <p>Снитшейн явно заинтересовался, и управляющий вновь подошел к нему, чтобы небрежно и как бы между делом обсудить неожиданно возникшую тему.</p>
     <p>— Кату, — предложил Снитшейн.</p>
     <p>— Она кривая, — возразил управляющий.</p>
     <p>— Ласка?</p>
     <p>— У нее ноги колесом. Когда она стоит, между ними может проскочить даже Кипс, твой самый большой пес.</p>
     <p>— Синати? — невозмутимо продолжал Снитшейн.</p>
     <p>— Еще чего? — в притворном гневе закричал Джон Фокс. — Да что я, старик, что ли, что ты сватаешь мне старух? Что я, беззубый? Хромой? Слепой? Или, может, я бедняк какой-нибудь, что ни одна красивая девушка не захочет смотреть на меня? Да знаешь ли ты, кто я? Я управляющий, я богат и велик, я сила и власть, мое слово заставляет людей дрожать и повиноваться!</p>
     <p>Все это Снитшейну было как маслом по сердцу, но лицо его оставалось загадочным и непроницаемым. Он все-таки заставил управляющего сделать первый шаг. В мозгу Снитшейна, устроенном очень просто, умещалась зараз лишь одна мысль, а потому он добивался своего настойчивее, чем Джон Фокс. Ибо как ни просто был скроен Джон Фокс, он все-таки был достаточно сложен, чтобы перед его умственным взором смутно маячили несколько идей одновременно, а это мешало ему добиваться чего-то одного так же упорно и неуклонно, как вождю.</p>
     <p>Снитшейн называл одну свою соплеменницу за другой, и одну за другой Джон Фокс незамедлительно отвергал поясняя всякий раз, почему она ему не подходит. Наконец ему все это надоело, и он опять было собрался домой. Снитшейн наблюдал за ним, не пытаясь его задержать, но Фокс в конце концов так и не ушел.</p>
     <p>— Послушай, — сказал он. — Да ведь мы оба забыли Лит-Лит. Может, она мне подойдет?</p>
     <p>Хмурое лицо Снитшейна не дрогнуло, но в глубине души он расплылся до ушей. Вот это уже победа. Еще минута — и ему пришлось бы назвать Лит-Лит, но… управляющий сам сделал первый шаг.</p>
     <p>Однако вождь на желал ничего говорить о Лит-Лит, пока не заставит белого сделать следующий шаг.</p>
     <p>— Ну что ж, — размышлял вслух управляющий. — Проверить можно только одним способом — попробовать. Так вот, — повысил он голос, — я дам за Лит-Лит десять одеял и три фунта табаку, отличного табаку.</p>
     <p>Но Снитшейн покачал головой, и это явно означало, что все одеяла и весь табак на свете не смогут возместить ему утрату Лит-Лит — средоточие всевозможных добродетелей. Когда же наконец Фокс потребовал назвать цену, он хладнокровно объявил, что ему нужны пятьсот одеял, десять ружей, пятьдесят фунтов табаку, двадцать кусков кумача, десять бутылок рома, музыкальный ящик, а сверх того — благорасположение управляющего, ну, и место у его очага.</p>
     <p>Фокса, казалось, тут же хватил удар, а потому число одеял немедленно сократилось до двухсот, вслед за чем вождь отказался от места у очага — условия неслыханного при браках между белыми мужчинами и дочерьми природы. Проторговавшись еще три часа, они в конце концов сговорились. Снитшейну предстояло получить за Лит-Лит сто одеял, пять фунтов табаку, три ружья и бутылку рома, ну, и, само собой разумеется, благорасположение, то есть, по мнению Джона Фокса, на десять одеял и одно ружье больше, чем она стоила. И, возвращаясь домой далеко за полночь, при ярком свете солнца, стоявшего в положенном месте на северо-востоке, он с досадой думал, что Снитшейн перехитрил его.</p>
     <p>Снитшейн, усталый, но гордый одержанной победой, собрался было лечь и тут увидел Лит-Лит, которая не успела выскользнуть из вигвама.</p>
     <p>— Ты сама видела, — наставительно проворчал он, — ты сама слышала. Теперь ты знаешь, твой отец мудрейший из мудрых. Самого выгодного мужа нашел я тебе. Слушайся меня, делай, как я велю, иди, когда я говорю идти, вернись, когда я приказываю вернуться, и мы наживемся на этом белом дураке, ибо он так же глуп, как велик ростом.</p>
     <p>На следующий день в лавке не торговали. Управляющий открыл перед завтраком бутылку виски к радости Мак Лина и Мак Тейвиша, задал собакам двойную порцию корма и щеголял в своих лучших мокасинах. Неподалеку от фактории полным ходом шли приготовления к потлачу. «Потлач» означает пир с раздачей подарков, и Джон Фокс хотел ознаменовать женитьбу на Лит-Лит неслыханным потлачем, чтобы щедрость жениха не уступала красоте невесты. Под вечер все племя собралось на пир. Мужчины, женщины, дети и собаки наелись до отвала; никого не обошел тороватый хозяин: ни забредших на огонек путников, ни отставших от своего племени охотников.</p>
     <p>Притихшей, готовой вот-вот расплакаться Лит-Лит бородатый супруг преподнес новое ситцевое платье, богато расшитые мокасины, покрыл ее иссиня-черные волосы ярким шелковым платком, обмотал вокруг шеи пурпурный шарф, а в придачу дал медные серьги, кольца, и целую горсть блестящих безделушек, и дешевенькие часики. Снитшейн едва сдерживался во время раздачи подарков, наконец, улучив минутку, отвел дочь в сторонку.</p>
     <p>— Не в эту ночь и не в следующую, — забубнил он, — но в одну из ночей я приду на берег реки и крикну вороном, и тогда ты встанешь с ложа твоего большого и глупого мужа и придешь ко мне.</p>
     <p>Не бойся, — поспешно продолжал он, ибо при мысли, что надо будет распроститься с новой восхитительной жизнью, лицо у Лит-Лит вытянулось. — Ведь как только ты уйдешь, твой большой и глупый муж с воплями прибежит в мой вигвам, и тогда уж дело за тобой, вопи что есть мочи, жалуйся, что, мол, и это не нравится, и то не по тебе, и что быть женой управляющего куда труднее, чем ты думала, и пусть он даст твоему бедному старику-отцу еще одеял, и табаку, и всякого товару. Так помни, ночью я закричу вороном на берегу реки.</p>
     <p>Лит-Лит кивнула, ибо знала, как опасно ослушаться отца, а потом ведь он требовал от нее так мало — лишь ненадолго разлучиться с Фоксом, который будет счастливей прежнего, когда она вернется. Она присоединилась к пирующим, и так как время шло к полуночи, Фокс позвал ее и среди шуток и громких криков, в которых особенно усердствовали почтенные индианки, повел к форту.</p>
     <p>Лит-Лит быстро поняла, как хорошо быть женой первого человека в фактории, о такой жизни она и не мечтала. Теперь ей не приходилось таскать дрова и воду, прислуживать ворчливым соплеменникам. Впервые в жизни можно было нежиться в постели, пока не подадут завтрак. И в какой постели: в чистой, мягкой, удобной, — нет, в такой постели она еще никогда не спала. А еда какая! Белый хлеб, печенье, лепешки из пшеничной муки — три раза в день, каждый день да к тому же сколько душе угодно. В такое изобилие даже поверить трудно.</p>
     <p>К тому же Фокс умел быть добрым. Одну жену он уже схоронил и знал, как править в доме, — натягивая вожжи лишь изредка, но уж тогда всерьез.</p>
     <p>— Лит-Лит здесь хозяйка, — провозгласил он за столом в утро после свадьбы. — Как она скажет, так и будет. Поняли?</p>
     <p>И Мак Лин и Мак Тейвиш поняли. К тому же они знали, что у их управляющего тяжелая рука.</p>
     <p>Но Лит-Лит не спешила пользоваться преимуществами своего положения. Следуя примеру мужа, она взяла на себя заботу о его подрастающих сыновьях, неустанно пеклась о них и при этом предоставила им некоторую свободу, как и он ей. Мальчики всем и каждому расхваливали свою новую мать; к ним присоединились Мак Лин и Мак Тейвиш, а Фокс до тех пор похвалялся радостями семейной жизни, пока рассказ о добродетелях молодой жены и довольстве мужа не стал достоянием всех жителей Скалы Греха и ее окрестностей.</p>
     <p>Тогда Снитшейн, который не спал ночей, обуреваемый мыслями об ожидавших его неисчислимых, нескончаемых прибылях, решил, что пришла пора действовать. На десятую ночь после свадьбы Лит-Лит разбудил крик ворона, и она поняла, что Снитшейн ждет ее на берегу. В упоении счастьем она забыла об уговоре, и теперь ее охватил ужас перед отцом, совсем как бывало в детстве. Долго лежала она, вся дрожа, и не хотела идти, и боялась остаться. Но в конце концов доброта Фокса, а заодно и железные мускулы и квадратная челюсть придали ей храбрости, и она пренебрегла зовом отца, и Фокс так никогда и не узнал, какую победу он одержал в эту ночь.</p>
     <p>Однако наутро она поднялась в страхе и, хлопоча по дому, то и дело вздрагивала при мысли, что вот-вот появится отец. Но время шло, и она понемногу успокоилась. Фокс громко распекал Мак Лина и Мак Тейвиша за какую-то пустячную оплошность, и его голос помог ей обрести мужество. Весь день она старалась держаться поближе к мужу, и когда увидела, как в огромной кладовой он легко, точно пуховые подушки, подхватывает и перебрасывает с места на место огромные тюки товара, она окончательно решила не слушаться отца. Кроме того, она впервые попала на склад — а Скала Греха была базой нескольких более мелких факторий, — и Лит-Лит поразили несчетные богатства, собранные здесь.</p>
     <p>Она глядела на эти богатства, а перед ее мысленным взором встал нищий отцовский вигвам, и все ее сомнения как рукой сняло. Чтобы утвердиться в своем решении, она коротко спросила пасынка:</p>
     <p>— Папа хороший?</p>
     <p>И мальчик ответил, что лучше отца нет никого на свете. В эту ночь снова каркал ворон. На следующую ночь крик его стал громче, настойчивее. Проснулся Фокс, беспокойно заворочался в постели.</p>
     <p>— Вот проклятый ворон! — выругался он.</p>
     <p>И Лит-Лит тихонько прыснула в подушку.</p>
     <p>— Ранним солнечным утром в фактории, точно зловещая тень, появился Снитшейн и был послан на кухню завтракать вместе с Ванидани. Но старик наотрез отказался разделить еду с женщиной и немного погодя нагрянул к зятю в лавку, где полным ходом шла торговля. Он слышал, что дочь его оказалась бесценной жемчужиной, а значит, ему причитается еще табак, еще одеяла и еще ружья, главное — ружья… Его просто обманули, заплатили за Лит-Лит слишком дешево, и теперь он пришел добиваться справедливости. Но у Джона Фокса не было в запасе ни лишних одеял, ни справедливости. Тогда Снитшейн сообщил, что встретил у Тройной развилки миссионера и тот сказал, что небеса не благословляют такие браки и долг отца — потребовать, чтобы дочь вернулась.</p>
     <p>— Я теперь добрый христианин, — заключил Снитшейн свою речь, — и хочу, чтобы моя Лит-Лит попала на небеса.</p>
     <p>Управляющий ответил тестю коротко и недвусмысленно: послал его отнюдь не в царство небесное и, помогая сделать первые шаги по этому пути, схватил за шиворот и вытолкал за дверь.</p>
     <p>Но Снитшейн обежал вокруг дома, через кухню прокрался в гостиную и там обрушился на Лит-Лит.</p>
     <p>— Видно, ты слишком крепко спала ночью, когда я звал тебя, — начал он, грозно глядя на дочь.</p>
     <p>— Нет, я не спала, я слышала. — Сердце ее отчаянно колотилось, она задыхалась от страха, но твердо продолжала: — И в прошлую ночь я не спала и слышала тебя и в позапрошлую.</p>
     <p>И тут, испугавшись, как бы у нее не отняли ее великое счастье, Лит-Лит разразилась вдохновенной речью о положении и правах женщины. То было первое выступление «новой женщины» к северу от шестьдесят третьей параллели.</p>
     <p>Но она старалась понапрасну: Снитшейн еще не вышел из тьмы средневековья.</p>
     <p>— Сегодня я опять буду кричать вороном, — сказал он с угрозой, едва она замолкла, чтобы перевести дух.</p>
     <p>Тут вошел Джон Фокс и снова показал тестю дорогу отнюдь не в царство небесное.</p>
     <p>В ту ночь ворон кричал упорно, как никогда. Лит-Лит, которая всегда спала чутко, слышала карканье и улыбалась. Джон Фокс беспокойно заворочался. Потом он проснулся и заворочался еще беспокойнее. Он бурчал, пыхтел, ругался вполголоса и во весь голос и наконец вскочил с постели. Ощупью пробрался он в гостиную, схватил ружье, заряженное мелкой дробью и забытое там беспечным Мак Тейвишем.</p>
     <p>Крадучись, выбрался Фокс из фактории и поспешил к реке. Карканья больше не было слышно, и, растянувшись в высокой траве, Фокс стал ждать. Душистая прохлада охватила его, после дневного жара дыхание земли нежило и успокаивало. Ночь укачала Фокса, он подложил руку под голову и сперва задремал, а потом крепко уснул.</p>
     <p>А в пятидесяти ярдах, спиной к нему, опустив голову на колени, спал Снитшейн, тоже побежденный спокойствием ночи. Час спустя он проснулся и, даже не подняв головы, нарушил тишину хриплым, гортанным карканьем.</p>
     <p>Фокс пробудился — не внезапно, сразу, как просыпается цивилизованный человек, но как дикарь, — переход к бодрствованию был стремительным и плавным. При тусклом ночном свете он разглядел в траве что-то темное, поднял ружье и прицелился. Ворон закричал снова, и он нажал курок. Мгновенно смолкли однообразное пение сверчков, перебранка куропаток, оборвался и замер в испуганной тиши крик ворона.</p>
     <p>Джон Фокс кинулся вперед и схватил свою жертву. В руках у него оказались жесткие космы, и при свете звезд он увидел знакомое лицо. Он знал, как рассеивается дробь на расстоянии пятидесяти ярдов, и понял, что на плечах и спине Снитшейна живого места не осталось. И Снитшейн знал, что он знает, но об этом не было сказано ни слова.</p>
     <p>— Ты что здесь делаешь? — спросил Фокс. — Сейчас самое время дать отдых старым костям.</p>
     <p>Дробь жгла кожу, но чувство собственного достоинства не изменило Снитшейну.</p>
     <p>— Старые кости не могут отдыхать, — мрачно ответствовал он. — Я оплакиваю мою дочь Лит-Лит, дочь моя живет, но она мертвая, и она прямым путем попадет в ад белого человека.</p>
     <p>— Впредь оплакивай ее на том берегу, чтоб не слышно было в фактории, — сказал Джон Фокс, круто повернувшись, — а то ты плачешь так громко, что не даешь спать.</p>
     <p>— Сердце мое разрывается, — возразил Снитшейн, — и дни мои и ночи черны от горя.</p>
     <p>— Черны, как ворон, — сказал Джон Фокс.</p>
     <p>— Черны, как ворон, — отозвался Снитшейн.</p>
     <p>С тех пор с реки не доносится крик ворона. Лит-Лит день ото дня становится все солиднее, все почтеннее и очень счастлива. У сыновей Джона Фокса, мать которых покоится на дерезе, появились сестры. Старый Снитшейн больше не показывается в фактории: долгими часами он тонким, старческим голосом клянет всех неблагодарных детей на свете, особенно свою дочь Лит-Лит. Последние годы вождя омрачены сознанием, что его обманули, и даже Джон Фокс перестал утверждать, будто он переплатил за Лит-Лит десять одеял и ружье.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Тысяча дюжин</p>
     </title>
     <p>Дэвид Расмунсен отличался предприимчивостью и, как многие, даже менее заурядные люди, был одержим одной идеей. Вот почему, когда трубный глас Севера коснулся его ушей, он решил спекулировать яйцами и все свои силы посвятил этому предприятию. Он произвел краткий и точный подсчет, и будущее заискрилось и засверкало перед ним всеми цветами радуги. В качестве рабочей гипотезы можно было допустить, что яйца в Доусоне будут стоить не дешевле пяти долларов за дюжину. Отсюда неопровержимо следовало, что на одной тысяче дюжин в Столице Золота можно будет заработать пять тысяч долларов.</p>
     <p>С другой стороны, следовало учесть расходы, и он их учел как человек осторожный, весьма практический и трезвый, неспособный увлекаться и действовать очертя голову. При цене пятнадцать центов за дюжину тысяча дюжин яиц обойдется в сто пятьдесят долларов — сущие пустяки по сравнению с громадной прибылью. А если предположить — только предположить — такую баснословную дороговизну, что на дорогу и провоз яиц уйдет восемьсот пятьдесят долларов, все же, после того как он продаст последнее яйцо и ссыплет в мешок последнюю щепотку золотого песка, на руках у него останется чистых четыре тысячи.</p>
     <p>— Понимаешь, Альма, — высчитывал он вслух, сидя с женой в уютной столовой, заваленной картами, правительственными отчетами и путеводителями по Аляске, — понимаешь ли, расходы по-настоящему начинаются только с Дайи, а на дорогу до Дайи за глаза хватит пятидесяти долларов, даже если ехать первым классом. Ну-с, от Дайи до озера Линдерман индейцы-носильщики берут по двенадцати центов с фунта, то есть двенадцать долларов с сотни фунтов, а с тысячи — сто двадцать долларов. У меня будет, скажем, полторы тысячи фунтов, это обойдется в сто восемьдесят долларов; прикинем что-нибудь для верности — ну, хотя бы в двести. Один приезжий из Клондайка заверял меня честным словом, что лодку на Линдермане можно купить за триста долларов. Он же говорил, что нетрудно подыскать двух пассажиров, по сто пятьдесят долларов с головы, — значит, лодка обойдется даром, а кроме того, они будут помогать в пути. Ну… вот и все. В Доусоне я выгружаю яйца прямо на берег. Ну-ка, сколько же это всего получается?</p>
     <p>— Пятьдесят долларов от Сан-Франциско до Дайи, двести от Дайи до Линдермана, за лодку платят пассажиры, — значит, всего двести пятьдесят, — быстро подсчитала жена.</p>
     <p>— Да еще сто на одежду и снаряжение, — радостно подхватил муж, — значит, пятьсот остается про запас, на экстренные расходы. А какие же там могут быть экстренные расходы?</p>
     <p>Альма пожала плечами и подняла брови. Если просторы Севера могут поглотить человека и тысячу дюжин яиц, они смогут поглотить и все его достояние. Так она подумала, но не сказала ничего. Она слишком хорошо знала Дэвида Расмунсена и потому предпочла промолчать.</p>
     <p>— Если даже положить вдвое больше времени — на случайные задержки, — то на всю поездку уйдет два месяца. Подумай только, Альма! Четыре тысячи в два месяца! Не чета какой-то несчастной сотне в месяц, что я теперь получаю. Мы отстроимся заново, попросторнее, с газом во всех комнатах, с видом на море; а коттедж я сдам и из этих денег буду платить налоги, страховку и за воду, да и на руках кое-что останется. А может, еще нападу на жилу и вернусь миллионером. Скажи-ка, Альма, как по-твоему, ведь подсчет самый умеренный?</p>
     <p>И Альма могла по совести ответить, что да. А кроме того, разве не привез один ее родственник — правда, очень дальний, паршивая овца в семействе и лодырь, каких мало, — разве не привез он с таинственного Севера на сто тысяч золотого песка, не говоря уж о половинном пае на ту яму, из которой его добывали?</p>
     <p>Соседний бакалейщик очень удивился, когда Дэвид Расмунсен, его постоянный покупатель, стал взвешивать яйца на весах в конце прилавка. Но еще больше удивился сам Расмунсен, обнаружив, что дюжина яиц весит полтора фунта, — значит, тысяча дюжин будет весить полторы тысячи фунтов! На одежду, одеяла и посуду не остается ровно ничего, не говоря уж о провизии, которая понадобится на дорогу. Все его расчеты рухнули, и он уже собирался высчитывать все сначала, как вдруг ему пришло в голову взвесить яйца помельче.</p>
     <p>— Крупные они или мелкие, а дюжина есть дюжина, — весьма здраво заметил он про себя и, прикинув на весах дюжину мелких яиц, нашел, что они весят фунт с четвертью. Вскоре по городу Сан-Франциско забегали озабоченные посыльные, а комиссионные конторы и торговцы молочными продуктами были удивлены неожиданным спросом на яйца весом не более двадцати унций дюжина.</p>
     <p>Расмунсен заложил свой маленький коттедж за тысячу долларов, отправил жену гостить к ее родным, бросил работу и уехал на Север. Чтобы не выходить из сметы, он решился на компромисс и взял билет во втором классе, где из-за наплыва пассажиров было хуже, чем на палубе, и поздним летом, бледный и ослабевший, высадился со своим грузом в Дайе. Однако твердость походки и аппетит вернулись к нему в самом скором времени. Первый же разговор с индейцами-носильщиками укрепил его физически и закалил морально. Они запросили по сорок центов с фунта за переход в двадцать восемь миль, и не успел Расмунсен перевести дух от изумления, как цена дошла до сорока трех. Наконец, пятнадцать дюжих индейцев, сговорившись по сорок пять центов, стянули ремнями его тюки, но тут же снова развязали их, потому что какой-то крез из Скагуэя в грязной рубахе и рваных штанах, который загнал своих лошадей на Белом перевале и теперь делал последнюю попытку добраться до Доусона через Чилкут, предложил им по сорок семь.</p>
     <p>Но Расмунсен проявил выдержку и за пятьдесят центов нашел носильщиков, которые двумя днями позже доставили его товар в целости и сохранности к озеру Линдерман. Однако пятьдесят центов за фунт — это тысяча долларов за тонну, и после того, как полторы тысячи фунтов съели весь его запасный фонд, он долго сидел на мысу Тантала, день за днем глядя, как свежевыструганные лодки одна за другой отправляются в Доусон. Надо сказать, что весь лагерь, где строились лодки, был охвачен тревогой. Люди работали, как бешеные, с утра до ночи, напрягая все силы, — конопатили, смолили, сколачивали в лихорадочной спешке, которая объяснялась очень просто. С каждым днем снеговая линия спускалась все ниже и ниже с оголенных вершин, ветер налетал порывами, неся с собой то изморозь, то мокрый, то сухой снег, а в тихих заводях и у берегов нарастал молодой лед и с каждым часом становился все толще. Каждое утро измученные работой люди смотрели на озеро, не начался ли ледостав. Ибо ледостав означал бы, что надеяться больше не на что, — а они надеялись, что, когда на озерах закроется навигация, они уже будут плыть вниз по быстрой реке.</p>
     <p>Душа Расмунсена терзалась тем сильнее, что он обнаружил трех конкурентов по яичной части. Правда, один из них, коротенький немец, уже разорился вчистую и, ни на что больше не рассчитывая, сам перетаскивал обратно последние тюки товара; зато у двух других лодки были почти готовы, и они ежедневно молили бога торговли и коммерции задержать еще хоть на день железную руку зимы. Но эта железная рука уже сдавила страну. Снежная пурга заносила Чилкут, люди замерзали насмерть, и Расмунсен не заметил, как отморозил себе пальцы на ногах. Подвернулся было случай устроиться пассажиром в лодке, которая, шурша галькой, как раз отчаливала от берега, но надо было дать двести долларов наличными, а денег у него не осталось.</p>
     <p>— Я так думаль, вы погодить немножко, — говорил ему лодочник-швед, который именно здесь нашел свой Клондайк и оказался достаточно умен, чтоб понять это, — совсем немножко погодить, и я вам сделай очень хороший лодка, верный слово.</p>
     <p>Положившись на это слово, Расмунсен вернулся к озеру Кратер и там повстречал двух газетных корреспондентов, багаж которых был раскидан по всему перевалу, от Каменного Дома до Счастливого Лагеря.</p>
     <p>— Да, — сказал он значительно. — У меня тысяча дюжин яиц уже доставлена к озеру Линдерман, а сейчас там кончают конопатить для меня лодку. И я считаю, что мне повезло. Сами знаете, лодки нынче нарасхват, их ни за какие деньги не достанешь.</p>
     <p>Корреспонденты с криком и чуть ли не с дракой стали навязываться Расмунсену в попутчики, махали у него перед носом долларовыми бумажками и совали в руки золотые. Он не желал ничего слушать, однако в конце концов поддался на уговоры и нехотя согласился взять корреспондентов с собой за триста долларов с каждого. Деньги они ему заплатили вперед. И покуда оба строчили в свои газеты сообщения о добром самаритянине, везущем тысячу дюжин яиц, этот добрый самаритянин уже торопился к шведу на озеро Линдерман.</p>
     <p>— Эй, вы! Давайте-ка сюда эту лодку, — приветствовал он шведа, позвякивая корреспондентскими золотыми и жадно оглядывая готовое суденышко.</p>
     <p>Швед флегматично смотрел на него, качая головой.</p>
     <p>— Сколько вам за нее должны уплатить? Триста? Ладно, вот вам четыреста. Берите.</p>
     <p>Он совал деньги шведу, но тот только пятился от него.</p>
     <p>— Я думаль, нет. Я говориль ему, лодка готовый, можно брать. Вы погодить немножко…</p>
     <p>— Вот вам шестьсот. Хотите берите, хотите нет. Последний раз предлагаю. Скажите там, что вышла ошибка.</p>
     <p>Швед заколебался и наконец сказал:</p>
     <p>— Я думаль, да. — И после этого Расмунсен видел его только один раз — когда он, отчаянно коверкая язык, пытался объяснить другим заказчикам, какая вышла ошибка.</p>
     <p>Немец сломал ногу, поскользнувшись на крутом горном склоне у Глубокого озера, и, распродав свой товар по доллару за дюжину, на вырученные деньги нанял индейцев-носилыциков нести себя обратно в Дайю. Но остальные два конкурента отправились следом за Расмунсеном в то же утро, когда он со своими попутчиками отчалил от берега.</p>
     <p>— У вас сколько? — крикнул ему один из них, худенький и маленький янки из Новой Англии.</p>
     <p>— Тысяча дюжин, — с гордостью ответил Расмунсен.</p>
     <p>— Ого! А у меня восемь сотен. Давайте спорить, что я обгоню вас.</p>
     <p>Корреспонденты предлагали Расмунсену денег взаймы, но он отказался, и тогда янки заключил пари с последним из конкурентов, могучим сыном волны, море и сушу видавшим, который обещал показать им настоящую работу, когда понадобится. И показал, поставив большой брезентовый парус, отчего носовая часть лодки то и дело зарывалась в воду при каждом порыве ветра. Он первым вышел из озера Линдерман, но не пожелал идти волоком и посадил перегруженную лодку на камни среди клокочущих порогов. Расмунсен и янки, у которого тоже было двое пассажиров, перетащили груз на плечах, а потом перевели лодки порожняком через опасное место в озеро Беннет.</p>
     <p>Беннет — это озеро в двадцать пять миль длиной, узкая и глубокая воронка в горах, игралище бурь. Расмунсен переночевал на песчаной косе в верховьях озера, где было много других людей и лодок, направлявшихся к северу наперекор арктической зиме. Поутру он услышал свист южного ветра, который, набравшись холода среди снежных вершин и оледенелых ущелий, был здесь ничуть не теплее северного. Однако погода выдалась ясная, и янки уже огибал крутой мыс на всех парусах. Лодка за лодкой отплывали от берега, и корреспонденты с воодушевлением взялись за дело.</p>
     <p>— Мы его догоним у Оленьего перевала, — уверяли они Расмунсена, когда паруса были поставлены и «Альму» в первый раз обдало ледяными брызгами.</p>
     <p>Расмунсен всю свою жизнь побаивался воды, но тут он вцепился в рулевое весло, стиснул зубы и словно окаменел. Его тысяча дюжин была здесь же в лодке, он видел ее перед собой, прикрытую багажом корреспондентов, и в то же время, неизвестно каким образом, он видел перед собой и маленький коттедж и закладную на тысячу долларов.</p>
     <p>Холод был жестокий. Время от времени Расмунсен вытаскивал рулевое весло и вставлял другое, а пассажиры сбивали с весла лед. Водяные брызги замерзали на лету, и косая нижняя рея быстро обросла бахромой сосулек. «Альма» билась среди высоких волн и трещала по всем швам, но, вместо того чтобы вычерпывать воду, корреспондентам приходилось рубить лед и бросать его за борт. Отступать было уже нельзя. Началось отчаянное состязание с зимой, и лодки одна за другой бешено мчались вперед.</p>
     <p>— М-мы не с-сможем остановиться даже ради спасения души! — крикнул один из корреспондентов, стуча зубами, но не от страха, а от холода.</p>
     <p>— Правильно! Держи ближе к середине, старик! — подтвердил другой.</p>
     <p>Расмунсен ответил бессмысленной улыбкой. Скованные морозом берега были словно в мыльной пене, и, чтобы уйти от крупных валов, только и оставалось держаться ближе к середине озера — больше не на что было надеяться. Спустить парус — значило дать волне нагнать и захлестнуть лодку. Время от времени они обгоняли другие суденышки, бившиеся среди камней, а одна лодка у них на глазах налетела на пороги. Маленькая шлюпка позади, в которой сидело двое, перевернулась кверху дном.</p>
     <p>— Г-гляди в оба, старик! — крикнул тот, что стучал зубами.</p>
     <p>Расмунсен ответил улыбкой и еще крепче ухватился за руль коченеющими руками. Двадцать раз волна догоняла квадратную корму «Альмы» и выносила ее из-под ветра, так что парус начинал полоскаться, и каждый раз, напрягая все свои силы, Расмунсен снова выравнивал лодку. Улыбка теперь словно примерзла к его лицу, и встревоженные корреспонденты смотрели на него со страхом.</p>
     <p>Они пролетели мимо одинокой скалы, торчавшей в ста ярдах от берега. С вершины, заливаемой волнами, кто-то окликнул их диким голосом, на мгновение пересилив шум бури. Но в следующий миг «Альма» уже пронеслась дальше, и скала осталась позади, чернея среди волнующейся пены.</p>
     <p>— С янки покончено! А где же моряк? — крикнул один из пассажиров.</p>
     <p>Расмунсен посмотрел через плечо и поискал глазами черный парус. С час назад этот парус вынырнул из серой мглы с наветренной стороны, и теперь Расмунсен то и дело оглядывался и видел, что парус все близится и растет. Моряк, должно быть, успел заделать пробоины и теперь наверстывал потерянное время.</p>
     <p>— Смотрите, нагоняет!</p>
     <p>Оба пассажира перестали скалывать лед и тоже следили за черным парусом. Двадцать миль озера Беннет остались позади — было где разгуляться буре, подбрасывая водяные горы к небесам. То низвергаясь в бездну, то взлетая ввысь, словно дух бури, моряк промчался мимо. Огромный парус, казалось, подхватывал лодку с гребней волн, отрывал ее от воды и с грохотом швырял в зияющие провалы между волнами.</p>
     <p>— Волне его не догнать.</p>
     <p>— Сейчас з-зароется н-носом в воду!</p>
     <p>В ту же минуту черный брезент накрыло высоким гребнем волны. Вторая и третья волна прокатилась над этим местом, но лодка больше не появлялась. «Альма» промчалась мимо. Всплыли обломки весел, доски от ящиков. Высунулась рука из воды, косматая голова мелькнула на поверхности, ярдах в двадцати от «Альмы».</p>
     <p>На время все замолкли. Как только показался другой берег озера, волны стали захлестывать лодку с такой силой, что корреспонденты уже не скалывали лед, а энергично вычерпывали воду. Даже и это не помогало, и, посоветовавшись с Расмунсеном, они принялись за багаж. Мука, бекон, бобы, одеяла, керосинка, веревка — все, что только попадалось под руку, полетело за борт. Лодка сразу отозвалась на это, — она черпала меньше воды и легче шла вперед.</p>
     <p>— Ну и хватит! — сурово прикрикнул Расмунсен, как только они добрались до верхнего ящика с яйцами.</p>
     <p>— Как бы не так! К черту! — огрызнулся тот, что стучал зубами. Они оба пожертвовали всем своим багажом, кроме записных книжек, фотоаппарата и пластинок. Корреспондент нагнулся, ухватился, за ящик с яйцами и начал вытаскивать его из-под веревок.</p>
     <p>— Брось! Брось, тебе говорят!</p>
     <p>Расмунсен умудрился как-то выхватить револьвер и целился, локтем придерживая руль. Корреспондент вскочил на банку; он стоял, пошатываясь, и его лицо исказила злобная и угрожающая гримаса.</p>
     <p>— Боже мой!</p>
     <p>Это крикнул второй корреспондент, бросившись ничком на дно лодки. «Альму», о которой Расмунсен почти забыл в эту минуту, подхватил и завертел водоворот. Парус заполоскался, рея со страшной силой рванулась вперед и столкнула первого корреспондента за борт, переломив ему позвоночник. Мачта с парусом тоже рухнула за борт. Волна хлынула в лодку, потерявшую направление, и Расмунсен бросился вычерпывать воду.</p>
     <p>В следующие полчаса мимо них пролетело несколько лодок, и маленьких и таких, как «Альма», но все они, гонимые страхом, могли только мчаться вперед. Наконец, десятитонный барк, рискуя погибнуть сам, спустил паруса с наветренной стороны и, тяжело повернувшись, подошел к «Альме».</p>
     <p>— Назад! Назад! — завопил Расмунсен.</p>
     <p>Но низкий планшир его лодки уже терся со скрежетом о грузный барк, и оставшийся в живых корреспондент карабкался на высокий борт. Расмунсен, словно кошка, сидел над своей тысячей дюжин на носу «Альмы», онемевшими пальцами стараясь связать два конца.</p>
     <p>— Полезай! — закричал ему с барка человек с рыжими бакенами.</p>
     <p>— У меня здесь тысяча дюжин яиц, — крикнул он в ответ. — Возьмите меня на буксир! Я заплачу!</p>
     <p>— Полезай! — кричали ему хором.</p>
     <p>Высокая волна с белым гребнем встала над самым барком и, перехлестнув через него, наполовину затопила «Альму». Люди махнули рукой и, выругав Расмунсена как следует, подняли парус. Расмунсен тоже выругался в ответ и опять принялся вычерпывать воду. Мачта с парусом еще держалась на фалах и действовала, как якорь, помогая лодке сопротивляться волнам и ветру.</p>
     <p>Тремя часами позже, весь закоченев, выбившись из сил и бормоча, как помешанный, но не бросая вычерпывать воду, Расмунсен пристал к скованному льдом берегу близ Оленьего перевала. Правительственный курьер и метис-проводник вдвоем вывели его из полосы прибоя, спасли весь его груз и вытащили «Альму» на берег. Эти люди ехали из Доусона в рыбачьей лодке, но задержались в пути из-за бури. Они приютили Расмунсена на ночь в своей палатке. Наутро путники двинулись дальше, но Расмунсен предпочел задержаться со своей тысячей дюжин яиц. И после этого по всей стране пошла молва о человеке, который везет тысячу дюжин яиц. Золотоискатели, добравшиеся до места накануне ледостава, принесли с собой слух о том, что он в пути. Поседевшим старожилам с Сороковой Мили и из Серкла, ветеранам с железными челюстями и заскорузлыми от бобов желудками при одном звуке его имени смутно, как сквозь сон, вспоминались цыплята и свежая зелень. Дайя и Скагуэй живо интересовались им и расспрашивали о нем каждого путника, одолевшего перевалы, а Доусон — золотой Доусон, стосковавшийся по яичнице, — волновался и тревожился и жадно ловил каждый слух об этом человеке.</p>
     <p>Ничего этого Расмунсен не знал. На другой день после крушения он починил «Альму» и двинулся дальше. Резкий восточный ветер с озера Тагиш дул ему в лицо, но он взялся за весла и мужественно греб, хотя лодку то и дело относило назад, да вдобавок ему приходилось скалывать лед с обмерзших весел. Как полагается, «Альму» выбросило на берег у Уинди-Арм; три раза подряд Расмунсена захлестывало волной на Тагише и прибивало к берегу, а на озере Марш его захватил ледостав. «Альму» затерло льдом, но яйца остались целы. Он волок их две мили по льду до берега и там устроил потайной склад, который местные старожилы показывали желающим и через несколько лет после этого.</p>
     <p>Пять сотен миль обледенелой земли отделяли его от Доусона, а водный путь был закрыт. Но Расмунсен словно окаменел и пустился обратно через озеро пешком. Что ему пришлось вытерпеть во время пути — имея при себе только одеяло, топор да горсточку бобов, — не дано знать простому смертному. Понять это может лишь путешественник по Арктике. Достаточно сказать, что на Чилкуте его застала пурга, и врач в Овечьем Лагере отнял ему два пальца на ноге. Однако Расмунсен не сдался и после этого; до пролива Пюджет он мыл посуду на «Павоне», а оттуда до Сан-Франциско шуровал уголь на пассажирском пароходе.</p>
     <p>Совсем одичавшим и опустившимся человеком ввалился он в банкирскую контору, волоча ногу по блестящему паркету, и попросил денег под вторую закладную. Его впалые щеки просвечивали сквозь редкую бороду, глаза ушли глубоко в орбиты и горели холодным огнем, руки огрубели от холода и тяжелой работы, под ногти черной каймой набилась грязь и угольная пыль. Он бормотал что-то невнятное про яйца, торосистый лед, ветры и течения, но, когда ему отказались дать больше тысячи, речь его потеряла всякую связность, и можно было разобрать только, что дело идет о собаках и корме для собак, а также о мокасинах, лыжах и зимних тропах. Ему дали полторы тысячи, то есть гораздо больше, чем можно было дать под его коттедж, и все вздохнули с облегчением, когда он, с трудом подписав свою фамилию, вышел из комнаты.</p>
     <p>Спустя две недели Расмунсен перевалил через Чилкут с тремя упряжками, по пяти собак в каждой. Одну упряжку вел он сам, остальные — два индейца-погонщика. У озера Марш они разобрали тайник и погрузили яйца на нарты. Но тропа еще не была проложена. Расмунсен ступил на лед, и на его долю пришелся труд утаптывать снег и пробиваться через ледяные заторы на реках. На привале он часто видел позади дым костров, поднимавшийся тонкой струйкой в чистом воздухе, и удивлялся, почему это люди не стараются обогнать его. Он был новичком в этих местах и не понимал, в чем дело. Не понимал он и своих индейцев, когда они пытались объяснить ему. Даже с их точки зрения это был тяжкий труд, но когда по утрам они упирались и отказывались двинуться со стоянки, он заставлял их браться за дело, грозя револьвером.</p>
     <p>Провалившись сквозь лед у порогов Белой Лошади, Расмунсен опять отморозил себе ногу, очень чувствительную к холоду после первого обмораживания, и индейцы думали, что он сляжет. Но он пожертвовал одним из одеял и, сделав из него огромных размеров мокасин, похожий на ведро, по-прежнему шел за передними нартами. Это был тяжелый труд, и индейцы научились уважать Расмунсена, хотя и постукивали по лбу пальцем, многозначительно качая головой, когда он не мог этого видеть. Однажды ночью они попытались бежать, однако свист пуль, зарывавшихся в снег, образумил их, и они вернулись, угрюмые, но покорные. После этого они сговорились убить Расмунсена, но он спал чутко, словно кошка, и ни днем, ни ночью им не представлялось удобного случая. Не раз они пытались растолковать ему значение струйки дыма позади, но он ничего не понял и только стал относиться к ним еще подозрительней. А если они хмурились или отлынивали от работы, он быстро унимал их, показывая револьвер, который всегда был у него под рукой.</p>
     <p>Так оно и шло — люди были непокорны, собаки одичали, трудная дорога выматывала силы. Он боролся с людьми, которые хотели бросить его, боролся с собаками, отгоняя их от яиц, боролся со льдом, с холодом, с болью в ноге, которая все не заживала. Как только рана затягивалась, кожа на ней трескалась от мороза, и под конец на ноге образовалась язва, в которую можно было вложить кулак. По утрам, когда он впервые ступал на эту ногу, голова у него кружилась от боли, он чуть не терял сознания, но потом в течение дня боль обычно утихала и возобновлялась только к ночи, когда он забирался под одеяло и пробовал уснуть. И все же этот человек, бывший счетовод, полжизни просидевший за конторкой, работал так, что индейцы не могли угнаться за ним; даже собаки и те выдыхались раньше. Сам он не сознавал даже, сколько ему приходилось работать и терпеть. Он был человеком одной идеи, и эта идея, однажды возникнув, поработила его. На поверхности его сознания был Доусон, в глубине — тысяча дюжин яиц, а его «я» витало где-то на полдороге между тем и другим, стараясь свести их в одной блистающей точке. Этой точкой были пять тысяч долларов — завершение его идеи и отправной пункт для новой, в чем бы она ни заключалась. Во всем остальном он был просто автомат. Он даже не сознавал, что в мире есть что-нибудь иное, видел окружающее смутно, как сквозь стекло, и относился к нему безразлично. Его руки работали с точностью заведенной машины, так же работала и голова. Выражение его лица стало настолько напряженным, что пугало даже индейцев, и они удивлялись непонятному белому человеку, который сделал их своими рабами и заставлял так неразумно тратить силы.</p>
     <p>А потом, когда они подошли к озеру Ле-Барж, снова ударили морозы, и холод межпланетных пространств поразил верхушку нашей планеты с силой шестидесяти с лишним градусов ниже нуля. Шагая с раскрытым ртом, чтобы легче дышать, Расмунсен застудил легкие, и весь остаток пути его мучил сухой, отрывистый кашель, усиливавшийся от дыма костров и от непосильной работы. На Тридцатимильной реке он наткнулся на большие полыньи, прикрытые предательскими ледяными мостиками и обведенные каймой молодого льда, тонкой и ненадежной. На этот молодой лед нельзя было полагаться, и индейцы колебались, но Расмунсен грозил им револьвером и шел вперед, невзирая ни на что. Однако на ледяных мостиках, хотя и прикрытых снегом, можно еще было принимать меры предосторожности. Они переходили эти мостики на лыжах, держа в руках длинные шесты, на случай, если подломится лед, и, выбравшись на ту сторону, звали собак. И как раз на таком мостике, где провал посредине был незаметен под снегом, погиб один из индейцев. Он провалился в воду мгновенно и бесследно, как нож в сметану, и течение сразу увело его под лед.</p>
     <p>В ту же ночь при бледном лунном свете убежал второй индеец. Расмунсен напрасно тревожил тишину выстрелами из револьвера, которым он орудовал с большей быстротой, чем сноровкой. Спустя тридцать шесть часов этот индеец добрался до полицейского поста на реке Большой Лосось.</p>
     <p>— Чудная человек! Как сказать — голова набекрень, — объяснял переводчик изумленному капитану. — А? Ну да, рехнулась, совсем рехнулась. Говорит: яйца, яйца… Все про яйца! Понятно? Скоро сюда придет.</p>
     <p>Прошло несколько дней, и Расмунсен явился на пост на трех нартах, связанных вместе, и со всеми собаками, соединенными в одну упряжку. Это было очень неудобно, и в тех местах, где дорога была плохая, он переводил нарты поочередно, хотя ценою геркулесовых усилий ему иногда удавалось перевести их не расцепляя. Расмунсена, по-видимому, нисколько не взволновало, когда капитан сказал ему, что его индеец пошел в Доусон и теперь, вероятно, находится где-нибудь между Селкерком и рекой Стюарт. Вполне безучастно выслушал он и сообщение, что полиция накатала тропу до Пелли; он дошел до того, что с фаталистическим равнодушием принимал все, что посылали ему стихии, как добро, так и зло. Зато когда ему сказали, что в Доусоне жестоко голодают, он усмехнулся, запряг своих собак и тронулся дальше.</p>
     <p>Лишь на следующей остановке разъяснилась загадка дыма. Как только до Большого Лосося дошла весть, что тропа проложена до Пелли, дымная цепочка перестала следовать за Расмунсеном, и, сидя у своего одинокого костра, он видел пеструю вереницу нарт, проносившихся мимо. Первыми проехали курьер и метис, которые вытаскивали его из озера Беннет, затем нарты с почтой для Серкла, а за ними потянулись в Клондайк разношерстные искатели счастья. Собаки и люди выглядели свежими, отдохнувшими, а Расмунсен и его псы измучились и исхудали так, что от них оставались лишь кожа да кости. Люди из дымной цепочки работали один день из трех, отдыхая и приберегая силы до того времени, когда можно будет пуститься в путь по наезженной тропе, а Расмунсен рвался вперед, с трудом протаптывая дорогу, изнуряя своих собак, выматывая из них последние силы.</p>
     <p>Его самого сломить было невозможно. Эти сытые, отдохнувшие люди любезно благодарили его за то, что он для них так старался, — благодарили, широко ухмыляясь и нагло посмеиваясь над ним; он понял теперь, в чем дело, но ничего им не ответил и даже не озлобился. Это ничего не меняло. Идея — суть, которая лежала в ее основе, — оставалась все та же. Он здесь, и с ним тысяча дюжин, а там Доусон; значит, все остается по-прежнему.</p>
     <p>У Малого Лосося ему не хватило корма для собак; он отдал им свою долю, а сам до Селкерка питался одними бобами, крупными темными бобами, очень питательными, но такими грубыми, что его перегибало пополам от болей в желудке. На дверях фактории в Селкерке висело объявление, что пароходы не ходят вверх по Юкону вот уже два года; поэтому и провизия сильно вздорожала. Агент Компании предложил ему меняться: чашку муки за каждое яйцо, но Расмунсен только покачал головой и поехал дальше. Где-то за факторией ему удалось купить для собак мороженую конскую шкуру: торговцы скотом с Чилката прирезали лошадей, а отбросы подобрали индейцы. Он, Расмунсен, тоже попробовал жевать шкуру, но щетина колола язвы во рту, и боль была невыносимая.</p>
     <p>Здесь, в Селкерке, он повстречал первых предвестников голодного исхода из Доусона; беглецов становилось все больше, они являли собой печальное зрелище.</p>
     <p>— Нечего есть! — вот что повторяли они хором. — Нечего есть, приходится уходить. Все молят бога, чтобы хоть к весне стало полегче. Мука стоит полтора доллара фунт, и никто ее не продает.</p>
     <p>— Яйца? — переспросил один из них. — По доллару штука, только их совсем нет.</p>
     <p>Расмунсен сделал в уме быстрый подсчет.</p>
     <p>— Двенадцать тысяч долларов, — сказал он вслух.</p>
     <p>— Что? — не понял встречный.</p>
     <p>— Ничего, — ответил Расмунсен и погнал собак дальше.</p>
     <p>Когда он добрался до реки Стюарт, в семидесяти милях от Доусона, пять собак у него погибли, остальные валились с ног. Сам Расмунсен тоже впрягся в постромки и тянул из последних сил. Но даже и так он едва делал десять миль в день. Его скулы и нос, много раз обмороженные, почернели, покрылись струпьями; на него было страшно смотреть. Большой палец, который мерз больше других, когда приходилось держаться за поворотный шест, тоже был отморожен и болел. Ногу, по-прежнему обутую в огромный мокасин, сводила какая-то странная боль. Последние бобы, давно уже разделенные на порции, кончились у Шестидесятой Мили, но Расмунсен упорно отказывался дотронуться до яиц. Он не мог допустить даже мысли об этом, она казалась ему святотатством; и так, шатаясь и падая, он проделал весь путь до Индейской реки. Тут щедрость одного старожила и свежее мясо только что убитого лося прибавили сил ему и собакам; добравшись до Эйнсли, он воспрянул духом: беглец из Доусона, оставивший город пять часов назад, сказал ему, что он получит за каждое яйцо не меньше доллара с четвертью.</p>
     <p>С сильно бьющимся сердцем Расмунсен подходил к крутому берегу, где стояло здание доусонских Казарм; колени у него подгибались. Собаки так обессилели, что пришлось дать им передышку, и, дожидаясь, пока они отдохнут, он от слабости прислонился к шесту. Мимо проходил какой-то человек очень внушительной наружности, в толстой медвежьей шубе. Он с любопытством взглянул на Расмунсена, остановился и оценивающим взглядом окинул собак и связанные постромками нарты.</p>
     <p>— Что у вас? — спросил он.</p>
     <p>— Яйца, — с трудом выговорил Расмунсен хриплым голосом, чуть громче шепота.</p>
     <p>— Яйца! Ура! Ура! — Человек подпрыгнул, бешено завертелся и пустился в пляс. — Не может быть! Это все яйца?</p>
     <p>— Да, все.</p>
     <p>— Послушайте, вы, верно, Человек с Тысячей Дюжин? — Он обошел Расмунсена кругом и посмотрел на него с другой стороны. — Нет, в самом деле! Это вы и есть?</p>
     <p>Расмунсен не был в этом вполне уверен, но ответил утвердительно, и человек в шубе несколько успокоился.</p>
     <p>— Сколько же вы за них хотите? — осторожно спросил он.</p>
     <p>Расмунсен осмелел.</p>
     <p>— Полтора доллара, — сказал он.</p>
     <p>— Заметано! — поспешно ответил человек. — Давайте мне дюжину!</p>
     <p>— Я… я хочу сказать, полтора доллара за штуку, — нерешительно объяснил Расмунсен.</p>
     <p>— Ну да, я слышал. Давайте две дюжины. Вот песок.</p>
     <p>Человек вытащил объемистый мешочек с золотом, толстый, как колбаса, и небрежно постучал им о шест. Расмунсен ощутил странную дрожь под ложечкой, щекотание в ноздрях и почти непобедимое желание сесть и расплакаться. Но вокруг уже начинала собираться толпа любопытных, и покупатели один за другим требовали яиц. Весов у Расмунсена не было, но человек в медвежьей шубе принес весы и услужливо отвешивал песок, пока Расмунсен отпускал товар. Скоро началась толкотня и давка, поднялся шум. Каждый хотел купить и каждый требовал, чтобы ему отпустили первому. И чем больше волновалась толпа, тем спокойней становился Расмунсен. Тут что-нибудь да не так. Неспроста они покупают яйца нарасхват, за этим что-нибудь да кроется. Умнее было бы сначала выждать и узнать цену. Может быть, яйцо теперь стоит уже два доллара. Во всяком случае, полтора доллара он всегда получит.</p>
     <p>— Конец! — объявил он, распродав сотни две яиц. — Больше не продаю. Устал. Мне еще надо найти хижину; вот тогда приходите, поговорим.</p>
     <p>Толпа охнула, но человек в медвежьей шубе поддержал Расмунсена. Двадцать четыре штуки мороженых яиц со стуком перекатывались в его объемистых карманах, и ему не было никакого дела до того, будут сыты остальные или нет. Кроме того, он видел, что Расмунсен едва стоит на ногах.</p>
     <p>— Есть хижина недалеко от «Монте-Карло», второй поворот, сейчас же за углом, — сказал он, — окно там из содовых бутылок. Хижина не моя, мне только поручили ее сдать. Цена десять долларов в день, и это еще дешево. Сейчас же и въезжайте, я к вам зайду потом. Не забудьте: вместо окна — бутылки.</p>
     <p>— Тра-ла-ла! — пропел он минутой позже. — Пойду к себе есть яичницу и мечтать о доме.</p>
     <p>По дороге Расмунсен вспомнил, что голоден, и зашел в лавку Компании запастись кое-какой провизией, а потом в мясную — купить бифштекс и вяленой рыбы для собак. Он сразу нашел хижину и, не распрягая собак, развел огонь и поставил кипятить кофе.</p>
     <p>— Полтора доллара за штуку… Тысяча дюжин… Восемнадцать тысяч долларов! — твердил он вполголоса, хлопоча возле печки.</p>
     <p>Когда он бросил бифштекс на сковородку, дверь скрипнула. Расмунсен обернулся. Это был человек в медвежьей шубе. Он вошел очень решительно, видимо, с какой-то определенной целью, но, взглянув на Расмунсена, словно растерялся, и лицо его выразило смущение.</p>
     <p>— Вот что, послушайте… — начал он и замялся.</p>
     <p>Расмунсен подумал, уж не пришел ли он за квартирной платой.</p>
     <p>— Послушайте, черт возьми! А ведь яйца-то, знаете ли, тухлые!</p>
     <p>Расмунсен зашатался. Его словно огрели по лбу дубиной. Стены перекосились и заходили перед ним ходуном. Он протянул вперед руку и ухватился за печку, чтобы не упасть. Резкая боль и запах горелого мяса привели его в чувство.</p>
     <p>— Понимаю, — с трудом выговорил он, роясь в кармане. — Вы хотите получить деньги обратно?</p>
     <p>— Не в деньгах дело, — ответил человек в медвежьей шубе, — а нет ли у вас других яиц, посвежее?</p>
     <p>Расмунсен покачал головой.</p>
     <p>— Возьмите деньги обратно.</p>
     <p>Но тот отказывался, пятясь к дверям.</p>
     <p>— Я лучше приду потом, когда вы разберете товар, и обменяю на другие.</p>
     <p>Расмунсен вкатил в дом колоду и внес ящики с яйцами. Он принялся за дело очень спокойно. Взял топорик и стал рубить яйца пополам, одно за другим. Половинки он внимательно разглядывал и бросал на пол. Сначала он брал яйца на выбор из разных ящиков, потом стал рубить подряд. Куча на полу все росла. Кофе перекипел и убежал, бифштекс подгорел, и комната наполнилась чадом. Он рубил без отдыха, не разгибая спины, пока не опустел последний ящик.</p>
     <p>Кто-то постучался в дверь, еще раз постучался и вошел.</p>
     <p>— Что такое тут творится? — спросил гость, останавливаясь у порога и оглядывая комнату.</p>
     <p>Разрубленные яйца начали оттаивать от печного жара, и с каждой минутой вонь становилась все сильнее и сильнее.</p>
     <p>— Должно быть, на пароходе испортились, — заметил вошедший.</p>
     <p>Расмунсен уставился на него пустыми глазами.</p>
     <p>— Я Мэррей, Большой Джим Мэррей, меня тут все знают, — отрекомендовался гость. — Мне сказали, что у вас испортился товар, предлагаю вам двести долларов за всю партию. Это, конечно, не то, что рыба, но для собак годится.</p>
     <p>Расмунсен словно окаменел. Он не пошевельнулся.</p>
     <p>— Подите к черту! — сказал он без всякого выражения.</p>
     <p>— Да вы подумайте. Цена хорошая за такую тухлятину, все-таки лучше, чем ничего. Две сотни. Ну, так как же?</p>
     <p>— Подите к черту, — негромко повторил Расмунсен, — убирайтесь вон!</p>
     <p>Мэррей взглянул на него со страхом, потом тихонько вышел, пятясь задом и не сводя с Расмунсена глаз.</p>
     <p>Расмунсен вышел за ним и распряг собак. Побросав им всю рыбу, которую купил, он отвязал и намотал на руку постромки от нарт. Потом вошел в дом и запер за собой дверь. От обуглившегося бифштекса в комнате стоял едкий чад. Расмунсен стал на койку, перебросил постромки через стропила и прикинул длину на глаз. Должно быть, ему показалось, что коротко, — он поставил на койку табурет и влез на него. Сделав на конце постромок петлю, он просунул в нее голову, а другой конец закрепил. Потом отшвырнул табурет ногой.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>История Джис-Ук</p>
     </title>
     <p>Бывают жертвы и жертвы. Но сущность жертвы всегда одна. Ее парадокс в том, что человек отказывается от самого дорогого во имя чего-то еще более дорогого. И так было всегда. Так было, когда Авель принес от первородных стада своего и от тука их. Первородные стада его и тук их были ему дороже всего на свете, а все же он отдал их, чтобы сохранить хорошие отношения с богом. Так было, когда Авраам возложил сына своего Исаака на жертвенник. Он любил Исаака, но бога он почему-то любил еще больше. Может быть, впрочем, он просто его боялся. Но, как бы то ни было, с тех пор несколько миллиардов людей уверовали, что Авраам возлюбил господа и жаждал служить ему.</p>
     <p>А поскольку решено, что любовь — это служение, и поскольку жертвовать — значит служить, то из этого следует, что Джис-Ук, простая темнокожая девушка, любила великой любовью. Джис-Ук умела читать лишь приметы погоды да следы дичи; она была несведуща в священной истории и никогда не слышала ни об Авеле, ни об Аврааме. Заботы добрых сестер Святого Креста миновали ее, и никто не рассказал ей о моавитянке Руфи, которая пожертвовала даже своим богом ради чужой женщины из далекой страны. Джис-Ук знала только один вид жертвы — под угрозой дубины, как собака жертвует украденной костью. И все же, когда настало время, она сумела подняться до царственных высот белой расы и принести поистине королевскую жертву.</p>
     <p>Вот рассказ о судьбе Джис-Ук, а также о судьбах Нийла Боннера, Китти Боннер и двух детей Нийла Боннера.</p>
     <p>Хотя кожа у Джис-Ук была темная, она не была ни индианкой, ни эскимоской, ни иннуиткой. В устных преданиях упоминается имя Сколкза, индейца-тойата с Юкона, который в дни своей юности добрался до селения иннуитов в Великой Дельте, где встретил женщину, чье имя было Олилли. Мать женщины Олилли была эскимоска, а отец — иннуит. И от Сколкза и Олилли родилась Хали, наполовину тойатка, на четверть иннуитка и на четверть эскимоска. А Хали была бабушкой Джис-Ук.</p>
     <p>Хали, в которой смешалась кровь трех племен, не боялась дальнейших смешений и сочеталась с русским торговцем пушниной по имени Шпак, известным также под прозвищем Жирный. Шпак здесь назван русским за отсутствием более точного термина: его отец, русский каторжник, бежал с ртутных рудников в Северную Сибирь, где он познал Зимбу, женщину из племени Оленя, и она стала матерью Шпака, деда Джис-Ук.</p>
     <p>Если бы Шпака в детстве не захватили Люди Моря, которые влачат жалкое существование на берегах Ледовитого океана, он не стал бы дедом Джис-Ук, и рассказывать было бы не о чем. Но Люди Моря его захватили, и он бежал от них на Камчатку, а оттуда на норвежском китобойном судне добрался до Балтийского моря. Затем Шпак оказался в Петербурге, и не прошло и нескольких лет, как он отправился на восток той же тяжелой дорогой, которую за полстолетия до этого прошел в кандалах его отец. Только Шпак ехал как свободный человек, служащий Русской мехопромышленной компании. Исполняя свои обязанности, он забирался все дальше и дальше на восток и наконец переправился через Берингово море в Русскую Америку, где в Пастилике, у Великой Дельты Юкона, стал мужем Хали, бабушки Джис-Ук. От этого союза произошла девочка Тюксен.</p>
     <p>По распоряжению Компании Шпак отправился в лодке на несколько сотен миль вверх по Юкону, к посту Нулато. Он взял с собой Хали и девочку Тюксен. Это было в 1850 году, а именно в 1850 году на Нулато напали индейцы и стерли его с лица земли. Так погибли Шпак и Хали. В эту ужасную ночь Тюксен исчезла. Тойаты и по сей день клянутся в своей непричастности к этому нападению, но, как бы то ни было, остается фактом, что девочка Тюксен выросла среди них.</p>
     <p>Тюксен дважды выходила замуж, но детей у нее не было. Поэтому другие женщины качали головами, и не нашлось третьего тойата, который захотел бы жениться на бесплодной вдове. Но в это время на много сотен миль выше по реке в Форте Юкон жил человек по имени Спайк О'Брайен. Форт Юкон принадлежал Компании Гудзонова залива, а Спайк О'Брайен был одним из ее служащих. Служил он хорошо, но пришел к заключению, что служба плоха, в подтверждение чего со временем дезертировал. Потребовался бы год, чтобы от поста к посту добраться до Йоркской фактории на Гудзоновом заливе. Кроме того, посты принадлежали Компании, и О'Брайен знал, что на этом пути ему не избежать ее когтей. Оставалась единственная дорога — вниз по Юкону. Правда, до сих пор ни один белый еще не спускался по Юкону, ни один белый не знал, впадает ли Юкон в Ледовитый океан или в Берингово море, но Спайк О’Брайен был кельтом, и опасность всегда была для него неотразимой приманкой.</p>
     <p>Спустя несколько недель, довольно оборванный, весьма голодный и едва живой от лихорадки, он выбросил свое каноэ на отмель у деревни тойатов и тут же потерял сознание. Отлеживаясь там и набираясь сил, он увидел Тюксен, и она понравилась ему. Отец Шпака дожил до глубокой старости среди сибирского племени Оленя, и О’Брайен мог бы так же состариться среди тойатов, но в его сердце жила жажда приключений, и она гнала его все дальше и дальше. Он уже проделал путь от Йоркской фактории до Форта Юкон, а теперь он мог добраться от Форта Юкон до моря и завоевать лавры человека, первым открывшего сухопутный Северо-Западный проход. Поэтому он отплыл вниз по реке, завоевал эти лавры и остался неизвестным и невоспетым. Впоследствии он был содержателем матросской харчевни в Сан-Франциско и прослыл отчаянным вралем, потому что рассказывал истинную правду. А у Тюксен, бесплодной Тюксен, родился ребенок. Это и была Джис-Ук. Ее родословная прослежена здесь так далеко для того, чтобы показать, что она не была ни индианкой, ни эскимоской, ни иннуиткой, ни кем-нибудь еще, а также чтобы показать, что пути поколений неисповедимы и что все мы только игра бесконечных причудливых сочетаний.</p>
     <p>И вот Джис-Ук, в жилах которой текла кровь многих племен, выросла замечательной красавицей. Красота ее была необычной и настолько восточной, что могла бы сбить с толку любого этнолога. Джис-Ук была гибка и грациозна. Бесспорно кельтским в ней было только живое воображение. Правда, быть может, именно горячая кельтская кровь сделала ее лицо менее смуглым, а тело более светлым, но, быть может, этим она была обязана Шпаку Жирному, который унаследовал цвет кожи своих славянских предков. Особенно хороши были огромные черные сияющие глаза Джис-Ук, глаза полукровки, миндалевидные и чувственные — знак столкновения темных и светлых рас. И, наконец, сознание того, что в ней течет кровь белых, порождало в Джис-Ук своеобразное честолюбие. В остальном же, в привычках, в отношении к жизни, она была самой настоящей индианкой-тойаткой.</p>
     <p>Как-то зимой, когда Джис-Ук была еще совсем молода, в ее жизни появился Нийл Боннер. Появился он в ее жизни, как, впрочем, и вообще на Аляске, не совсем по своей воле. Пока его отец стриг купоны и выращивал розы, а мать предавалась светским развлечениям, Нийл Боннер сбился с пути. Он не был порочен от природы, но когда человек сыт и ему нечего делать, его энергия Ищет выхода, а Нийл Боннер был сыт и ему нечего было делать. И он расходовал свою энергию так бурно, что, когда наступила неизбежная катастрофа, его отец, Нийл Боннер-старший, в испуге выполз из роз и с изумлением уставился на своего отпрыска. Затем он направил свои стопы к старому другу и советчику по части роз и купонов, и они вместе решили судьбу Нийла Боннера-младшего. Ему следовало уехать и безупречным поведением искупить свои шалости, дабы со временем стать таким же полезным членом общества, как и они.</p>
     <p>Принятое решение выполнить было нетрудно. Нийл-младший испытывал стыд и раскаяние, а старые друзья были видными акционерами Компании Тихоокеанского побережья. Эта Компания, владевшая флотилиями речных и океанских пароходов, не только бороздила моря. Она также прибрала к рукам несколько сотен тысяч квадратных миль той территории, которая на географических картах обозначена белыми пятнами. Итак, Компания послала Нийла Боннера-младшего на Север, туда, где белые пятна, чтобы он работал на нее и стал со временем достойным сыном своего отца. «Пять лет простой жизни в близости к природе и в отдалении от соблазнов сделают из него человека», — изрек Нийл Боннер-старший и уполз в свои розы. Нийл-младший сжал зубы, упрямо выставил подбородок и взялся за дело. Он был хорошим работником и снискал расположение начальства. Нельзя сказать, чтобы работа ему особенно нравилась, но лишь она спасала его от безумия.</p>
     <p>В течение первого года он призывал смерть. В течение второго он слал проклятия богу. А когда наступил третий, он то призывал смерть, то проклинал бога и, запутавшись в своих чувствах, поссорился с лицом власть имущим. Из ссоры он вышел победителем, но за лицом власть имущим осталось последнее слово, и это слово послало Нийла Боннера в такую глушь, по сравнению с которой его прежнее место казалось раем. Нийл уехал без жалоб, так как Север успел сделать из него человека.</p>
     <p>Кое-где на белых пятнах карты попадаются крохотные кружки, вроде буквы «о», а около них виднеются названия, например, «Форт Гамильтон», «Пост Танана», «Двадцатая Миля», и может показаться, что белые пятна усеяны городами и деревнями. Но это только кажется. Двадцатая Миля, которая похожа на все остальные фактории, представляет собой бревенчатое строение величиной с бакалейную лавку, где верх сдается жильцам. На заднем дворе — кладовая на высоких сваях и два сарая. Задний двор не огорожен, он тянется до самого горизонта и даже дальше. Рядом нет никакого жилья, разве тойаты иногда разобьют зимний лагерь милях в двух ниже по Юкону. Вот какова Двадцатая Миля, одно из бесчисленных щупалец Компании Тихоокеанского побережья! Здесь агент Компании и его помощник торгуются с индейцами из-за мехов и выменивают золотой песок у случайно забредших золотоискателей. Здесь агент Компании и его помощник всю зиму ждут весны, а когда весна приходит, они, проклиная все на свете, перебираются на крышу, пока Юкон моет помещение. И вот сюда, на четвертый год своего пребывания на Севере, приехал Нийл Боннер, чтобы взять дела в свои руки.</p>
     <p>Он никого не лишил места. Прежний агент покончил с собой — «из-за тяжелых условий», как сообщил его помощник. Правда, у тойатских костров говорили другое. Этот помощник был сутулый человек со впалой грудью и впалыми щеками, чуть прикрытыми редкой черной бородой. Он часто кашлял, словно туберкулез пожирал его легкие, и в его глазах горел лихорадочный огонь безумия, как это бывает у чахоточных в последней стадии. Звали его Пентли — Амос Пентли. Боннеру он не нравился, хотя ему было искренне жаль одинокого и отчаявшегося человека. Эти двое не поладили; а им особенно нужна была дружба: ведь предстояли холода, безмолвие и мрак долгой зимы.</p>
     <p>В конце концов Боннер пришел к выводу, что Амос не совсем нормален, и решил его не трогать, взяв на себя всю работу, за исключением стряпни. Но Амос продолжал бросать на него злобные взгляды, не пытаясь скрыть свою ненависть. Боннеру было тяжело: для него так много значили бы здесь улыбающееся лицо, бодрая шутка, дружба, рожденная общими невзгодами. И зима только началась, а Нийл Боннер уже понял, что с таким помощником у прежнего агента было достаточно причин, чтобы наложить на себя руки.</p>
     <p>На Двадцатой Миле было очень одиноко. Унылая пустыня простиралась кругом до самого горизонта. Снег, или, вернее, иней, покрыл землю белым плащом, и все погрузилось в безмолвие смерти. Неделями стояла ясная, холодная погода, и термометр неизменно показывал сорок — пятьдесят градусов ниже нуля. Затем наступала перемена. Влага, медленно просачиваясь в атмосферу, собиралась в бесформенные свинцовые тучи. Теплело. Термометр поднимался до минус двадцати, и на землю падали твердые кристаллики, хрустевшие под ногами, как сахар или сухой песок. Затем снова устанавливалась ясная, холодная погода; а когда в воздухе накапливалось достаточно влаги, чтобы укрыть землю от холода, опять наступало потепление. И все. Не было никаких происшествий. Не было ни бурь, ни шума воды, ни треска ломающихся деревьев — ничего, кроме регулярного выпадения ледяных кристаллов. Пожалуй, самым значительным событием за эти долгие, тоскливые недели был подъем ртути до неслыханной высоты — пятнадцать ниже нуля. Потом, словно в отместку, землю охватил космический холод, ртуть замерзла, а спиртовой термометр две недели стоял на семидесяти. Наконец он лопнул, и неизвестно, насколько упала температура после этого. Другим явлением, монотонным в своей регулярности, было то, что ночи становились все длиннее и длиннее, пока день не превратился в короткий проблеск света, прорезавший мрак.</p>
     <p>Нийл Боннер любил общество себе подобных. Самые его проступки, за которые он теперь нес покаяние, родились из его чрезмерной общительности. И вот на четвертом году своего изгнания он оказался в обществе — само это слово звучало здесь пародией — угрюмого, молчаливого человека, в чьих глазах таилась беспричинная, но глубокая ненависть. И Боннер, которому дружеская беседа была нужна, как воздух, жил, словно призрак, терзаемый памятью о радостях прошлого существования. Днем лицо его было непроницаемо и губы сжаты, но зато ночью он ломал руки и катался по постели, рыдая, как ребенок. Часто он вспоминал лицо власть имущее и в долгие ночные часы слал ему проклятия. И еще он проклинал бога. Но бог понимает все, и в сердце его нет осуждения слабым смертным, богохульствующим на Аляске.</p>
     <p>И вот сюда, на Двадцатую Милю, явилась Джис-Ук, чтобы купить муки и бекона, бус и ярких тканей для рукоделия, и чтобы с ее приходом, хотя об этом она сама не знала, одинокий человек на Двадцатой Миле стал еще более одиноким, чтобы ночью во сне он ловил в объятия пустоту. Ведь Нийл Боннер был только мужчиной. Когда Джис-Ук впервые пришла на склад, он глядел на нее, как умирающий от жажды смотрит на прозрачный ключ. А она, в чьих жилах струилась кровь Спайка О’Брайена, улыбнулась ему не так, как темнокожие должны улыбаться людям царственных рас, но как женщина улыбается мужчине. Дальнейшее было неизбежным, но он не понимал этого, и чем сильнее его влекло к Джис-Ук, тем яростнее он боролся со своим влечением. А она? Она была Джис-Ук, настоящая индианка из племени тойатов, если не по рождению, то по воспитанию.</p>
     <p>Она часто приходила в факторию за товарами и часто садилась у большой печки, болтая с Нийлом Боннером на ломаном английском языке. И он уже ожидал ее, и в те дни, когда она не приходила, скучал и не мог найти себе места. Иногда он вдруг задумывался о происходящем, и тогда Джис-Ук встречала холодную сдержанность, которая злила ее и сбивала с толку, хотя она была убеждена в неискренности его поведения. Но чаще Боннер не решался задумываться, и фактория оглашалась смехом и болтовней. Амос Пентли, задыхаясь, как рыба на песке, содрогаясь от глухого, могильного кашля, глядел на них и усмехался. Он, так хотевший жить, был обречен и терзался тем, что другие будут жить. Он ненавидел Боннера за то, что тот здоров и полон жизни, за то, что он так радуется приходу Джис-Ук. А самому Амосу стоило только подумать о девушке, как у него начинало бешено биться сердце и горлом шла кровь.</p>
     <p>Джис-Ук была проста, мыслила прямолинейно и не привыкла разбираться в жизненных тонкостях. Для нее Амос Пентли был открытой книгой. Она предостерегла Боннера ясно и недвусмысленно, не тратя лишних слов, ко он, привыкший к условностям цивилизации, не сумел правильно оценить положение и только посмеялся над ее страхами. Для него Амос был жалким больным, обреченным на смерть, а Боннер после перенесенных страданий научился прощать.</p>
     <p>И вот однажды утром, во время сильных морозов, он встал из-за стола после завтрака и прошел на склад. Джис-Ук, порозовевшая с дороги, дожидалась там, чтобы купить мешок муки. Через несколько минут Нийл уже привязывал мешок к ее нартам. Нагибаясь, он почувствовал, что ему сводит шею, и его охватило тревожное предчувствие беды. Затянув последнюю петлю, он попытался выпрямиться, но сильная судорога швырнула его в снег. Голова его откинулась, спина выгнулась, руки и ноги неестественно вытянулись, и казалось, что сведенное судорогами тело разрывается на части. Не вскрикнув, без единого звука, Джис-Ук опустилась в снег рядом с ним, но он отчаянно стиснул ее руки, и, пока длились конвульсии, она ничего не могла сделать. Через несколько секунд припадок кончился, наступила глубокая слабость, на лбу Боннера выступили капли пота, губы покрылись пеной.</p>
     <p>— Скорей! — хрипло прошептал он. — Скорей! В дом!</p>
     <p>Он пополз было на четвереньках, но Джис-Ук подхватила его своими сильными руками, и с ее помощью ему удалось дойти до склада. Там опять начались конвульсии, она не смогла удержать его, и он в судорогах покатился по полу. Вошедший Амос Пентли с интересом смотрел на происходящее.</p>
     <p>— О Амос! — вскричала Джис-Ук вне себя от страха и от сознания своей беспомощности. — Он умирай, а?</p>
     <p>Но Амос только пожал плечами и продолжал наблюдать.</p>
     <p>Тело Боннера обмякло, судороги прекратились, и на лице появилось облегчение.</p>
     <p>— Скорей! — проскрежетал он. Губы его дергались от усилия преодолеть приближающийся припадок. — Скорей, Джис-Ук! Лекарство! Тащи меня! Тащи!</p>
     <p>Она знала, что аптечка в глубине комнаты за печью, и поволокла туда за ноги бьющееся в конвульсиях тело. Припадок миновал, и Нийл, превозмогая слабость, с трудом открыл аптечку. Ему приходилось видеть, как в подобных же конвульсиях умирали собаки, и он знал, что надо делать. Он достал флакон хлоралгидрата, но слабые, негнущиеся пальцы не могли вытащить пробку. Это сделала Джис-Ук, пока он снова корчился в судорогах. Очнувшись, он увидел перед собой открытый пузырек, а в больших черных глазах Джис-Ук прочел то, что всегда читают мужчины в глазах женщины-подруги. Он проглотил большую дозу наркотика и, когда миновал следующий припадок, с усилием приподнялся на локте.</p>
     <p>— Слушай, Джис-Ук, — сказал он медленно, понимая, что времени терять нельзя, и все же боясь торопиться. — Делай, что я скажу. Останься тут, только не трогай меня. Меня нельзя трогать, но не отходи от меня. — У него начало сводить челюсти, лицо исказилось, но он, сглатывая слюну, пытался справиться с поднимающейся судорогой. — Не уходи и не выпускай Амоса. Понимаешь? Амос должен остаться здесь.</p>
     <p>Она кивнула. Припадки следовали один за другим, но становились теперь все слабее и реже. Джис-Ук не отходила от Боннера, но, следуя его наставлениям, не решалась прикоснуться к нему. Амос вдруг забеспокоился и направился было к кухне, но угрожающий блеск в глазах девушки остановил его, и потом только тяжелое дыхание и глухой кашель напоминали о его присутствии.</p>
     <p>Боннер спал. Тусклый свет недолгого дня погас. Под пристальным взглядом Джис-Ук Амос зажег керосиновые лампы. Надвигалась ночь. Небо в окне, выходившем на север, расцветилось северным сиянием, затем игра огненных сполохов сменилась мраком. Прошло еще немного времени, и Нийл Боннер проснулся. Прежде всего он убедился, что Амос не ушел, потом улыбнулся Джис-Ук и встал. Тело его одеревенело, каждый мускул болел, и он криво улыбался, ощупывая и растирая поясницу. Затем его лицо приняло суровое и решительное выражение.</p>
     <p>— Джис-Ук, — сказал он. — Возьми свечу. Иди на кухню. Там на столе еда: сухари, бобы и бекон. И еще кофе на печке. Принеси все это сюда, на прилавок. Принеси еще стакан, воду и виски. Бутылка на верхней полке в шкафу. Не забудь виски.</p>
     <p>Выпив стакан крепкого виски, Нийл начал внимательно просматривать содержимое аптечки, отставляя в сторону некоторые флаконы. Затем он взял остатки пищи и попытался произвести анализ. Когда-то в колледже ему приходилось работать в лаборатории, и он был достаточно изобретателен, чтобы теперь, даже не имея под рукой всего необходимого, добиться своей цели. Характер судорог, которыми сопровождались припадки, упрощал задачу. Боннер знал, что ему следует искать. Исследование кофе не дало результатов, в бобах тоже ничего не было. Особенно тщательно Боннер занялся сухарями. Амос, понятия не имевший о химии, с любопытством наблюдал за его действиями, но Джис-Ук глубоко верила в мудрость белых и особенно в мудрость Нийла Боннера, а потому, зная, что она ничего не знает, смотрела на лицо Нийла, а не на его руки.</p>
     <p>Исключая одну возможность за другой, Нийл перешел наконец к последней проверке. Подняв к свету узкий пузырек, который служил ему вместо пробирки, он глядел, как в растворе медленно осаждается соль. Он не произнес ни слова, хотя увидел то, что ожидал. Джис-Ук, не отрывавшая глаз от его лица, тоже что-то увидела. Как тигрица, она кинулась на Амоса и великолепным, сильным и гибким движением опрокинула его навзничь на свое колено. В свете лампы блеснул ее нож. Амос злобно хрипел, но, прежде чем лезвие опустилось, успел вмешаться Боннер:</p>
     <p>— Умница, Джис-Ук. Но не надо. Пусти его.</p>
     <p>Она покорилась с явной неохотой, и Амос тяжело упал на пол. Боннер толкнул его носком мокасина.</p>
     <p>— Вставайте, Амос! — приказал он. — Вы должны сегодня же собраться в дорогу.</p>
     <p>— Что это значит?.. — забормотал Амос в ярости.</p>
     <p>— Это значит, что вы пытались убить меня, — продолжал Нийл холодным, ровным тоном. — Это значит, что вы убили Бердзола, хотя в Компании и считают его самоубийцей. Меня вы травили стрихнином. Бог знает, чем вы прикончили его. Повесить вас я не могу: вы и так почти мертвец. Но на Двадцатой Миле нам двоим нет места, и вам придется уехать. До миссии Святого Креста двести миль. Если будете беречь силы, — доберетесь. Я дам вам провизии, нарты и трех собак. Держать вас под замком здесь смысла нет: из здешних мест вам все равно не выбраться. Я оставляю вам один шанс. Вы на краю могилы. Ладно. Я ничего не сообщу Компании до весны. Вот вам срок, чтобы умереть. А теперь — живо!</p>
     <p>— Ты ложись спать, — настаивала Джис-Ук, когда Амос растворился в ночи. — Ты больной еще, Нийл.</p>
     <p>— А ты хорошая девушка, Джис-Ук! — ответил он. — И вот тебе моя рука. Но тебе пора домой.</p>
     <p>— Я тебе не нравлюсь, — сказала она просто.</p>
     <p>Он улыбнулся, помог ей надеть парку и проводил до двери.</p>
     <p>— Слишком нравишься, Джис-Ук, — сказал он тихо. — Слишком!</p>
     <p>Но когда покров арктической ночи еще плотнее окутал землю, Нийлу Боннеру пришлось убедиться, что в свое время он слишком мало ценил даже угрюмое лицо умирающего убийцы Амоса. На Двадцатой Миле воцарилось полное одиночество. «Ради бога, Прентис, пришлите мне кого-нибудь!» — написал он агенту Компании в Форт Гамильтон, находившийся в трехстах милях вверх по реке. Через шесть недель посланный индеец вернулся с лаконичным ответом: «Дело дрянь. Отморозил обе ноги. Самому нужен. Прентис».</p>
     <p>Еще хуже было то, что большинство тойатов ушло в глубь страны вслед за стадом карибу и Джис-Ук ушла с ними. Чем дальше она была, тем ближе казалась, к воображение Боннера постоянно рисовало ее то на стоянках, то в пути. Плохо быть одному. Часто он без шапки выбегал из тихого склада и грозил кулаком светлой полоске в южной части неба, означавшей день. А холодными, ясными ночами он выскакивал на мороз и вопил во всю силу легких, бросая вызов тишине, как будто она была живым существом и могла принять этот вызов. Иногда он кричал на спящих собак, пока они не начинали выть. Одного косматого пса он поселил в доме, играя в нового помощника, присланного Прентисом. Он пытался приучить собаку спать ночью под одеялом и есть за столом, как человек. Но она, этот прирученный потомок волков, не желала подчиняться, пряталась по темным углам, рычала и укусила его за ногу, так что в конце концов он ее побил и изгнал.</p>
     <p>Потом Нийлом Боннером овладела страсть к анимизации. Все силы природы превращались в живые существа и вступали в общение с ним. Он заново создавал первобытный пантеон, воздвиг алтарь солнцу и жег на нем свечное сало и свиной жир, а на неогороженном дворе, у кладовой на сваях, вылепил снежного черта и дразнил его, гримасничая, когда ртуть замерзала. Конечно, это была игра. Он снова и снова убеждал себя в этом, не зная, что безумие часто выражается в притворстве перед самими собой и в игре.</p>
     <p>Однажды, в середине зимы, на Двадцатую Милю заехал отец Шампро — иезуитский миссионер. Боннер накинулся на него, втащил в факторию, обнял и расплакался так, что священник сам заплакал из сочувствия. Затем Боннер безумно развеселился и устроил роскошный пир, клянясь, что не отпустит гостя. Но отец Шампро торопился к Соленой Воде по неотложным делам- своего ордена и уехал на следующее утро, напутствуемый угрозами Боннера, что его кровь падет на голову священника.</p>
     <p>Он был уже близок к осуществлению этой угрозы, но тут после долгой охоты вернулись на зимнее становище тойаты. Мехов было много, и на Двадцатой Миле закипела оживленная торговля. Джис-Ук приходила за бусами и яркими тканями, и Боннер постепенно вновь обретал себя. Целую неделю он боролся. Затем, как-то вечером, когда Джис-Ук собралась уходить, наступил конец. Она еще не забыла, как ее отвергли, а в ней жила гордость Спайка О'Брайена — гордость, гнавшая его открыть сухопутный Северо-Западный проход.</p>
     <p>— Я иду, — сказала она. — Доброй ночи, Нийл!</p>
     <p>Но он догнал ее у двери.</p>
     <p>— Не уходи, — сказал он.</p>
     <p>И когда она повернула к нему вдруг просиявшее лицо, он медленно и торжественно наклонился, как будто совершая священнодействие, и поцеловал ее в губы. Тойаты не знают значения поцелуя в губы, но она поняла и была рада.</p>
     <p>С приходом Джис-Ук жизнь сразу стала светлее. Джис-Ук была царственно счастлива, а с нею был счастлив и он. Простота ее мышления, ее наивное кокетство удивляли и восхищали утомленного цивилизацией человека, снизошедшего до нее. Она была не просто утешением его одиночества — ее непосредственность обновила его пресыщенную душу: Казалось, после долгих блужданий он склонил голову на колени матери-природы. Короче говоря, в Джис-Ук он нашел юность мира — юность, силу и радость.</p>
     <p>И чтобы заполнить последний пробел в жизни Нийла, а также чтобы они с Джис-Ук не устали друг от друга, на Двадцатую Милю явился Сэнди Макферсон, самый компанейский человек из всех, кто когда-либо, посвистывая, бежал за собаками или запевал у лагерного костра. Некий священник наткнулся на его стоянку, милях в двухстах выше по Юкону как раз вовремя, чтобы прочесть заупокойную молитву над телом его товарища. Перед отъездом священник сказал:</p>
     <p>— Сын мой, вы остаетесь теперь в одиночестве.</p>
     <p>И Сэнди горестно кивнул.</p>
     <p>— На Двадцатой Миле, — добавил священник, — есть одинокий человек. Вы нужны друг другу, сын мой.</p>
     <p>Так случилось, что Сэнди стал желанным третьим в фактории, братом мужчине и женщине, обитавшим там. Он научил Боннера охотиться на лосей и волков, а взамен Боннер вытащил зачитанный, истрепанный томик, и вскоре завороженный Шекспиром Сэнди обрушивал на заупрямившихся собак ямбические пентаметры. Долгими вечерами мужчины играли в криббедж<a l:href="#n_663" type="note">[663]</a> и спорили о вселенной, а Джис-Ук, уютно устроившись в кресле, штопала их носки и чинила мокасины.</p>
     <p>Пришла весна. С юга вернулось солнце. Земля сменила аскетическое одеяние на легкомысленный девичий наряд. Повсюду смеялся свет, бурлила жизнь. Овеянные теплом дни становились все длиннее, а ночи — все короче, пока не исчезли совсем. Река сбросила ледяной панцирь, и пыхтение пароходов будило глушь. Шум, суматоха, новые лица, свежие новости. На Двадцатую Милю приехал новый помощник, и Сэнди Макферсон ушел с компанией золотоискателей исследовать долину реки Коюкук. А Нийл Боннер получил газеты, журналы и письма. Джис-Ук наблюдала за ним в тревоге, так как знала, что это его соплеменники говорят с ним из-за морей.</p>
     <p>Известие о смерти отца не слишком потрясло Нийла. Почта принесла нежные слова прощения, продиктованные умирающим, и официальные письма Компании с любезным разрешением Боннеру передать факторию помощнику и уехать, когда ему заблагорассудится. Длинный юридический документ, присланный поверенным, содержал бесконечные перечни акций, ценных бумаг, земельных владений и прочего движимого и недвижимого имущества, переходившего к Боннеру по завещанию отца. Изящный листок с монограммой умолял милого Нийла поспешить к безутешной и любящей матери.</p>
     <p>Нийл Боннер умел решать быстро, и, когда у берега зафыркала «Красавица Юкона», направлявшаяся к Беринговому морю, он уехал; уехал с древней ложью о скором возвращении, которая в его устах прозвучала молодо и искренне.</p>
     <p>— Я вернусь, Джис-Ук, дорогая, прежде чем выпадет снег, — обещал он ей между последними поцелуями на сходнях.</p>
     <p>И он не только обещал, но, как большинство мужчин в подобных обстоятельствах, он верил в то, что говорил. Он дал распоряжение Джону Томпсону, новому агенту, открыть неограниченный кредит его жене Джис-Ук. Оглянувшись в последний раз с палубы «Красавицы Юкона», он увидел, как дюжина рабочих таскает бревна, предназначенные для постройки самого удобного дома по всей реке — дома Джис-Ук, который станет и его, Нийла Боннера, домом еще до первого снега. Ибо он и в самом деле собирался вернуться. Джис-Ук была ему дорога, а Север ожидало золотое будущее. В это будущее он намеревался вложить деньги, унаследованные от отца. Его влекла честолюбивая мечта: он вернется и благодаря своему четырехлетнему опыту и дружеской поддержке Компании станет Сесилем Родсом<a l:href="#n_664" type="note">[664]</a> Аляски. Он непременно вернется, как только приведет в порядок дела отца, которого почти не знал, и утешит мать, которую забыл.</p>
     <p>Возвращение Нийла Боннера с Севера наделало много шума. Огонь запылал в очагах, были заколоты упитанные тельцы, и Нийл Боннер вкусил и нашел, что это хорошо. Он не только загорел и возмужал, — он вернулся другим человеком: сдержанным, серьезным и проницательным. Он изумил своих былых собутыльников, решительно отказавшись от участия в прежних забавах, и старый друг его отца, отныне признанный авторитет по исправлению легкомысленных юнцов, торжествующе потирал руки.</p>
     <p>В течение четырех лет ум Нийла Боннера почти не получал свежих впечатлений, но в нем происходил своеобразный процесс отбора, очищения от всего пошлого и поверхностного. Боннер в юности жил, не оглядываясь, но потом, когда он очутился в глуши, у него было время, чтобы привести в порядок хаос накопленного опыта. Его прежние легковесные принципы развеялись по ветру, и на их месте возникли новые, более глубокие и обоснованные. По-новому оценил он и цивилизацию. Он узнал запахи земли, он увидел жизнь во всей ее простоте, и это помогло ему понять внутренний смысл цивилизации, осознать ее слабость и ее силу. Его новая философия была проста: честная жизнь ведет к спасению; исполненный долг — оправдание жизни; человек должен жить честно и исполнять свой долг для того, чтобы трудиться; в труде — искупление; трудиться, добиваясь жизни все более и более изобильной, значило следовать заветам природы и воле бога.</p>
     <p>Нийл был сыном города. Обретенная им близость к земле и новое, мужественное, понимание человеческой натуры позволили ему глубже понять и полюбить цивилизацию. День за днем люди города делались все дороже и нужнее ему, а мир становился все обширнее. И день за днем Аляска уходила все дальше, становилась все менее реальной. А потом он встретил Китти Шарон — женщину его расы и его круга; женщину, которая оперлась на его руку и завладела им настолько, что он забыл и день, и час, и время года, когда на Юконе выпадает первый снег.</p>
     <p>Джис-Ук переехала в великолепный новый дом и провела в мечтах три золотых летних месяца. Затем стремительная осень возвестила приближение зимы. Воздух стал холодным и резким, дни холодными и короткими. Река текла медленно, и заводи покрывались ледком. Все, что могло, перекочевало к югу, и на землю пала тишина. Закружились первые снежинки, и последний пароход отчаянно пробивался сквозь ледяное сало. Потом появился настоящий лед — льдины, ледяные поля. Юкон бежал вровень с берегами. Потом все замерло, река стала, и проблески дня затерялись во мраке.</p>
     <p>Джон Томпсон, новый агент, смеялся, но Джис-Ук верила в задержки в пути: Нийл Боннер мог быть застигнут ледоставом в любом месте между Чилкутским перевалом и Сент-Майклом, — запоздавшие путешественники всегда застревали во льду, сменяли лодку на нарты и мчались вперед на собаках.</p>
     <p>Но к Двадцатой Миле не примчалась ни одна упряжка. Джон Томпсон, плохо скрывая радость, сообщил Джис-Ук, что Боннер никогда не вернется, и грубо, без обиняков предложил себя. Джис-Ук рассмеялась ему в лицо и вернулась в свой новый дом. А в самый разгар зимы, в дни, когда умирает надежда и затихает жизнь, Джис-Ук узнала, что ее кредит прекращен. Этим она была обязана Томпсону, который, потирая руки, ходил взад и вперед по комнате, поглядывал на дом Джис-Ук и ждал. Ждать ему пришлось долго. Джис-Ук продала своих собак партии золотоискателей и стала платить за провизию наличными, а когда Томпсон отказался принимать от нее деньги, индейцы-тойаты покупали то, что ей было нужно, и ночью отвозили покупки к ней в дом.</p>
     <p>В феврале по льду пришла первая почта, и Джон Томпсон прочел в отделе светских новостей сообщение пятимесячной давности о браке Нийла Боннера и Китти Шарон. Джис-Ук приоткрыла дверь, но не впустила Томпсона. Она выслушала то, что он пришел ей сказать, и гордо рассмеялась, — она не поверила. В марте, когда она была совсем одна, у нее родился сын. Этот крохотный огонек новой жизни преисполнил Джис-Ук восхищением и удивлением. А год спустя в этот же час Нийл Боннер сидел у другой кровати и восхищался другим огоньком жизни, вспыхнувшим на земле.</p>
     <p>С земли сошел снег. Юкон освободился ото льда. Дни удлинились, потом снова стали короче. Деньги, вырученные за собак, кончились, и Джис-Ук вернулась к своему племени. Оч-Иш, удачливый охотник, предложил убивать дичь и ловить рыбу для нее и ее ребенка, если она выйдет за него замуж. То же предлагали и Имего, и Ха-Йо, и Уи-Нуч — смелые молодые охотники. Но Джис-Ук предпочла жить одна и сама добывать себе дичь и рыбу. Она шила мокасины, парки и рукавицы, теплые, прочные и красивые, расшитые бисером и украшенные пучками волос. Она продавала их золотоискателям, которых с каждым годом в стране становилось все больше и больше. Таким образом, Джис-Ук смогла не только прокормить себя и ребенка, но и откладывала деньги, и наступил день, когда «Красавица Юкона» увезла ее вниз по реке.</p>
     <p>В Сент-Майкле она мыла посуду на кухне фактории. Служащие Компании недоумевали, кто эта красивая женщина с красивым ребенком, но они ни о чем не спрашивали, а она молчала. Перед самым закрытием навигации на Беринговом море Джис-Ук уехала на юг на случайно забредшей в Сент-Майкл шхуне охотников за котиками. Зиму она работала кухаркой в доме капитана Маркхейма на Уналяшке, а весной на шлюпе, груженном виски, отправилась еще дальше к югу, в Ситху. Позднее она появилась в Метлакатле, недалеко от св. Марии, расположенной в южной части Пенхендла. Там она работала на консервном заводе во время лова лосося. Когда наступила осень и рыбаки-сиваши собрались домой к проливу Пюджет, Джис-Ук с сыном устроилась на большое кедровое каноэ, где поместились уже две другие семьи. Вместе с ними Джис-Ук пробиралась сквозь лабиринты прибрежных островов Аляски и Канады. Наконец пролив Хуан-де-Фука остался позади, и Джис-Ук повела своего мальчугана за руку по мощеным улицам Сиэтла.</p>
     <p>Там, на одном из перекрестков, где свистел ветер, она встретила Сэнди Макферсона. Он очень удивился, а когда выслушал ее рассказ, очень рассердился. Он рассердился бы еще больше, если бы знал о существовании Китти Шарон. Но о ней Джис-Ук не сказала ни слова: она не верила. Сэнди, который решил, что она попросту брошена, пытался отговорить ее от поездки в Сан-Франциско, где находилась резиденция Нийла Боннера. А не отговорив, взял на себя все хлопоты, купил ей билеты и посадил в вагон, улыбаясь ей на прощание и бормоча себе в бороду: «Подлость какая!»</p>
     <p>В грохоте и лязге, днем и ночью, в непрерывной тряске от зари и до зари, то взлетая к зимним снегам, то ныряя в цветущие долины, огибая провалы, перепрыгивая пропасти, прорезая горы, Джис-Ук и ее мальчик неслись на юг. Но Джис-Ук не боялась стального коня, ее не оглушила могучая цивилизация соплеменников Нийла Боннера. Она только еще яснее почувствовала, каким чудом было то, что человек из этого богоподобного племени держал ее в своих объятиях. Не смутил ее и шумный хаос Сан-Франциско: суета пароходов, черный дым фабрик, грохот уличного движения. Она лишь осознала, как ничтожно убоги были и Двадцатая Миля и тойатский поселок с вигвамами из оленьих шкур. Она смотрела на мальчика, вцепившегося в ее руку, удивляясь тому, что такой человек был его отцом.</p>
     <p>Расплатившись с извозчиком, запросившим с нее впятеро, Джис-Ук поднялась по каменным ступеням к парадной двери Нийла Боннера. Раскосый японец после долгого бесплодного разговора впустил ее и исчез. Она осталась в холле, который в простоте душевной приняла за комнату для гостей, — место, где хвастливо выставлены напоказ все сокровища хозяина. Стены и потолок были отделаны полированным красным деревом. Пол был гладким, как накатанный лед, и Джис-Ук, боясь поскользнуться, встала на одну из лежавших на нем шкур. В дальней стене зиял громадный камин. «Сколько, должно быть, топлива берет!» — подумала она. Комнату заливал поток света, чуть смягченный цветными стеклами, а в глубине поблескивал Мрамор статуи.</p>
     <p>Но еще не то ей пришлось увидать, когда раскосый слуга вернулся и повел ее в другую комнату, которую она не успела хорошенько рассмотреть, а потом в третью. Перед этими комнатами тускнела пышность холла. Казалось, в громадном доме нет конца подобным комнатам. Они были такие большие, такие высокие! В первый раз за все время ее охватило чувство благоговейного страха перед цивилизацией белых. Нийл, ее Нийл, жил в этом доме, дышал этим воздухом, спал здесь по ночам! То, что она видела, было красиво и приятно для глаз, но она чувствовала, что за всем этим скрываются мудрость и мощь. Здесь сила находила свое выражение в красоте, и эту силу она угадала сразу и безошибочно.</p>
     <p>А затем в комнату вошла женщина, высокая, величественная, увенчанная короной сияющих, как солнце, волос. Движения ее были гармоничны, платье струилось, как песня, и она плыла навстречу Джис-Ук, как музыка над тихой водой. Джис-Ук сама была покорительницей сердец. Стоило только вспомнить Оч-Иша, и Имего, и Ха-Йо, и Уи-Нуча, не говоря уже о Нийле Боннере и Джоне Томпсоне и других белых, испытавших на себе ее власть. Но она увидела большие синие глаза идущей навстречу женщины, ее нежную, белую кожу, оценила ее, как может оценить мужчина, и почувствовала, что становится маленькой и ничтожной перед этой сияющей красотой.</p>
     <p>— Вы хотели видеть моего мужа? — спросила женщина, и Джис-Ук изумилась звенящему серебру ее голоса. Эта женщина не кричала на рычащих волкоподобных собак, ее горло не привыкло к гортанной речи, не огрубело на ветру и морозе, в дыму лагерных костров.</p>
     <p>— Нет, — медленно ответила Джис-Ук, старательно выбирая слова, чтобы показать свои познания в английском языке. — Я хочу видеть Нийла Боннера.</p>
     <p>— Это мой муж, — улыбнулась женщина.</p>
     <p>Так, значит, это была правда! Джон Томпсон не лгал в тот угрюмый февральский день, когда она гордо рассмеялась ему в лицо и захлопнула дверь. То же чувство, которое заставило ее когда-то опрокинуть Амоса Пентли к себе на колено и занести над ним нож, теперь неудержимо толкало ее броситься на эту женщину, повалить ее и вырвать жизнь из прекрасного тела. Мысли вихрем неслись в голове Джис-Ук, но она ничем себя не выдала, и Китти Боннер так и не узнала, как близка была она к смерти в эту минуту.</p>
     <p>Джис-Ук кивнула в знак понимания, и Китти Боннер добавила, что Нийл должен вернуться с минуты на минуту. Потом они сели в удобные до нелепости кресла, и Китти попыталась занять свою необычную гостью разговором. Джис-Ук помогала ей, как могла.</p>
     <p>— Вы встречались с моим мужем на Севере? — спросила Китти между прочим.</p>
     <p>— Ага, я ему стирай, — ответила Джис-Ук. Ее английская речь начала стремительно ухудшаться.</p>
     <p>— Это ваш мальчик? А у меня дочка.</p>
     <p>Китти послала за своей девочкой; и пока дети заводили знакомство, матери вели материнские разговоры и пили чай. Фарфор был такой тонкий, что Джис-Ук боялась раздавить свою чашку. В первый раз видела она такие изящные и хрупкие чашки. Мысленно она сравнила их с женщиной, разливавшей чай, и тут же невольно вспомнила деревянные и жестяные фляги тойатов, грубые глиняные кружки Двадцатой Мили и сравнила их с собой. В таких образах рисовалась Джис-Ук дилемма. Она признала себя побежденной.</p>
     <p>Нашлась другая женщина, более достойная стать матерью детей Нийла. Как его племя превосходило ее племя, так женщины его племени превосходили ее. Они покоряли мужчин, как их мужчины покоряли мир. Джис-Ук взглянула на нежный румянец Китти Боннер и вспомнила свои обожженные солнцем щеки. Потом она перевела взгляд с темной руки на белую. Одну покрывали ссадины и мозоли от весла и рукоятки бича, а другая, не знавшая труда, была мягка и нежна, как рука новорожденного. И все-таки, несмотря на мягкость и внешнюю слабость этой женщины, Джис-Ук увидела в синих глазах ту же силу, которую она видела в глазах Нийла Боннера и в глазах соплеменников Нийла Боннера.</p>
     <p>— Да это Джис-Ук! — сказал вошедший Нийл Боннер. Он сказал это спокойно, даже сердечно, пожимая ей обе руки, но в глазах его она увидала тревогу и поняла.</p>
     <p>— Здравствуй, Нийл! — сказала она. — Как живешь?</p>
     <p>— Хорошо, хорошо, Джис-Ук! — весело ответил он, тайком поглядывая на Китти и стараясь угадать, что произошло между ними. Но он знал свою жену и знал, что ничего не прочтет на ее лице, даже если случилось самое худшее.</p>
     <p>— Ну, я очень рад тебя видеть, — продолжал он. — Что произошло? Ты нашла жилу? А когда ты приехала?</p>
     <p>— Оо-а, я приехала сегодня, — ответила она, бессознательно подчеркивая гортанные звуки. — Я не нашла, Нийл. Знаешь капитан Маркхейм, Уналяшка? Я стряпай его дом долго-долго. Деньги копи и вот много. Я решай: хорошо посмотреть земля белых. Очень красиво земля белых! Очень красиво! — прибавила она.</p>
     <p>Нийла удивила ее речь. Он и Сэнди старательно учили ее говорить по-английски, и она оказалась способной ученицей. А теперь она говорила, как ее сородичи. Ее лицо было простодушным, невозмутимо-простодушным, и по нему ни о чем нельзя было догадаться. Спокойствие жены тоже сбивало Боннера с толку. Что произошло? Что было сказано? Что понято без слов?</p>
     <p>Пока он пытался разрешить эти вопросы, а Джис-Ук пыталась разрешить свою дилемму (никогда он не был так прекрасен!), наступило молчание.</p>
     <p>— Подумать только, что вы встречали моего мужа на Аляске! — тихо сказала Китти Боннер.</p>
     <p>Встречала! Джис-Ук не могла удержаться от взгляда на сына, которого она родила ему. Нийл машинально взглянул вслед за ней туда, где у окна играли дети. Казалось, железный обруч сдавил его голову, а сердце молотом застучало в груди. Его сын! Ему и в голову не приходило!</p>
     <p>Маленькая Китти Боннер, синеглазая, розовощекая, похожая в своем воздушном; платьице на сказочного эльфа, кокетливо протягивала губки, стараясь поцеловать мальчика. А он, худой и гибкий, обветренный, загорелый, в меховой одежде и расшитых, украшенных кисточками муклуках, заметно износившихся в пути, оставался невозмутимым, несмотря на все ее уловки. Он держался напряженно и прямо, как держатся дети дикарей. Чужестранец в чужой стране, он не был ни смущен, ни испуган и напоминал дикого зверька, молчаливого и настороженного. Черные глаза его скользили по лицам, и чувствовалось, что он спокоен, пока все спокойно, но при малейшем признаке опасности он прыгнет и будет кусаться и царапаться, борясь за свою жизнь.</p>
     <p>Контраст между детьми был огромен, но мальчик не вызывал жалости — в этом потомке Шпака, О’Брайена и Боннера было слишком много силы. Его черты, медальные в своей почти классической строгости, таили мужество и энергию его отца, деда и Шпака, прозванного Жирным, который был захвачен Людьми Моря и бежал на Камчатку.</p>
     <p>Нийл Боннер старался побороть свое чувство, душил его и улыбался приветливой, добродушной улыбкой, которой встречают друзей.</p>
     <p>— Твой мальчик, а, Джис-Ук? — сказал он и добавил, обращаясь к Китти: — Красивый паренек! Уверен, что он далеко пойдет, когда вырастет.</p>
     <p>Китти кивнула.</p>
     <p>— Как тебя зовут? — спросила она.</p>
     <p>Юный дикарь пытливо оглядел ее, стараясь понять, зачем его об этом спрашивают.</p>
     <p>— Нийл, — неторопливо ответил он, удовлетворенный результатами осмотра.</p>
     <p>— Индеец говори, — вмешалась Джис-Ук, тут же изобретая новый язык. — Он, индеец, говори «ни-эл», то же самое — «сухарь». Был маленький, люби сухарь, проси сухарь, все говори: «ни-эл, ни-эл». А я скажи — так его звать. Вот и зовут Ниэл.</p>
     <p>Эта ложь Джис-Ук прозвучала чудесной музыкой в ушах Нийла Боннера. Вот чем объяснялось спокойствие Китти.</p>
     <p>— А его отец? — спросила Китти. — Красивый человек, наверное?</p>
     <p>— Ооо-а, да, — был ответ. — Его отец красивый, да.</p>
     <p>— Ты знал его, Нийл? — поинтересовалась Китти.</p>
     <p>— Знал? Очень близко, — ответил Нийл. И перед его глазами встала угрюмая Двадцатая Миля и человек, окруженный безмолвием, наедине со своими мыслями.</p>
     <p>Здесь можно было бы кончить историю Джис-Ук, но остается еще рассказать, как она увенчала свою великую жертву. Когда она вернулась на Север и вновь поселилась в своем большом доме, Джон Томпсон узнал, что Компания постарается в дальнейшем обойтись без его услуг. Новый агент, как и все его преемники, получил указание отпускать женщине по имени Джис-Ук любые товары и провизию в том количестве, какое она пожелает, не требуя никакой оплаты. Кроме того, Компания стала выплачивать женщине по имени Джис-Ук ежегодную пенсию в размере пяти тысяч долларов.</p>
     <p>Когда мальчик подрос, им занялся отец Шампро, и вскоре на имя Джис-Ук стали регулярно приходить письма из иезуитского колледжа в Мэриленде. Позже эти письма приходили из Италии, а еще позже — из Франции. А потом на Аляску приехал некий отец Нийл, который принес много пользы родной стране и в конце концов, расширив поле своей деятельности, достиг высокого положения в ордене.</p>
     <p>Джис-Ук была еще молода, когда она вернулась на Север, и мужчины по-прежнему заглядывались на нее.</p>
     <p>Но она жила честно, и о ней можно было услышать только хорошее. Некоторое время она пробыла у добрых сестер в миссии Святого креста. Там она научилась читать и писать и узнала кое-что о лечении болезней. А затем она вернулась в свой большой дом и собирала там девочек из тойатской деревни, чтобы показать им путь в жизни. Эту школу в доме, который Нийл Боннер построил для Джис-Ук, своей жены, нельзя назвать ни протестантской, ни католической; но миссионеры всех толков равно одобряют ее. Зимой и летом дверь ее всегда отперта, и утомленные золотоискатели и измученные путники сворачивают с дороги, чтобы отдохнуть и согреться у очага Джис-Ук. А Китти Боннер, которая живет на юге, в Штатах, одобряет интерес своего мужа к вопросам образования на Аляске и те солидные суммы, которые он жертвует на эти цели; и хотя она частенько посмеивается и дразнит его, в глубине души она еще больше им гордится.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Гиперборейский напиток</p>
     </title>
     <p><emphasis>Рассказ о белом человеке, ловко опутавшем маленький народ, затерявшийся на побережье Ледовитого океана</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <p>Правдивость Томаса Стивенса можно обозначить как некое неизвестное <emphasis>х,</emphasis> а воображение — как воображение обыкновенного человека, возведенное в энную степень. Но все же надо признать: никогда он не запятнал себя ни поступком, ни словом, которое можно было бы назвать явной ложью. Он несколько вольно обращался с возможным и балансировал на грани вероятного, но механизм его рассказов никогда не скрипел. Ни одна живая душа не могла отрицать, что он знал Север, как открытую книгу. Есть немало доказательств тому, что он был неутомимым путешественником и исходил бесчисленные непроторенные пути. Я и сам это знаю и слыхал от людей, которые встречали его в разных местах, главным образом на рубежах Неведомого. Это мне говорил Джонсон, бывший представитель Компании Гудзонова залива, приютивший Стивенса в фактории на Лабрадоре, пока его собаки не отдохнули настолько, что можно было снова пуститься в путь. Говорил это и Мак-Магон, агент Коммерческой компании Аляски, повстречавшийся с ним в Датч-Харборе, а позднее где-то на отдаленных островах Алеутской группы. Совершенно бесспорно, что именно Стивенс был проводником одной из первых изыскательских партий, посланных Соединенными Штатами, и история положительно утверждает, что Компания Вестерн-Юнион тоже пользовалась его услугами, когда она задумала провести телеграфную линию через Аляску и Сибирь в Европу. Наконец, Джо Ламсон, капитан китобойного судна, застрявшего во льдах близ устья реки Маккензи, не раз видел у себя на борту Стивенса, который являлся к нему за табаком.</p>
     <p>Это последнее обстоятельство рассеивает все сомнения. Да, то был Томас Стивенс собственной персоной: он ведь всегда и всюду неутомимо рыскал за табаком. Еще до того, как мы стали приятелями, я уже научился одной рукой здороваться с ним, а другой вытаскивать свой кисет. Но в тот вечер, когда я встретил его в Доусоне, в салуне Джона О’Брайена, над его головой, как нимб, стоял дым от пятидесятицентовой сигары. И на этот раз он потребовал от меня не кисет, а мешочек с золотом. Мы стояли у стола, за которым играли в фараон, и Томас немедленно кинул мой мешок на стол, поставив высшую ставку. «Пятьдесят», — сказал он, и банкомет в ответ только кивнул. Выиграв, Томас вернул мне мешочек, потребовал «жетон» на выигрыш и потащил меня к весам, где кассир небрежно отвесил ему на пятьдесят долларов золотого песка.</p>
     <p>— А теперь выпьем, — предложил он. И затем у стойки, опорожнив стакан, прибавил: — Это слегка напоминает зелье, которое я варил в Таттарате. Нет, вы не имеете понятия об этом месте, да оно и не обозначено на картах. Это на самом берегу Ледовитого океана, оттуда несколько сот миль до американской границы, и живет там с полтысячи забытых богом душ; они рождаются, женятся, в промежутках голодают и, наконец, помирают. Обследователи проглядели их, и в переписи тысяча восемьсот девяностого года их не найдешь. Когда-то там поблизости затерло льдами китобойное судно, но люди ушли к югу, и больше о них никто ничего не слыхал…</p>
     <p>— Да, мы с Муусу сыграли там великолепную штуку, — прибавил он через минуту с легким вздохом.</p>
     <p>Почуяв, что за этим вздохом скрываются великие дела и невероятные происшествия, я загнал Томаса в угол между рулеткой и покерным столом и ждал, пока у него развяжется язык.</p>
     <p>— Только один упрек я могу сделать Муусу, — сказал он, задумчиво поднимая глаза. — Один-единственный упрек! Муусу был индеец из дальних мест, где живет племя чиппева, но, на беду, он нахватался всяких текстов из священного писания. Нахватался он их, прожив целый сезон в одном лагере с канадским французом, который готовился в священники. Муусу никогда не приходилось видеть христианское учение в действии, и голова у него была набита баснями о чудесах, о подвигах, об испытаниях, ниспосланных небом, и о многом другом, чего он не понимал. А во всем прочем это был славный парень, умелый помощник и в дороге и на привале.</p>
     <p>Мы пережили вместе немало тяжелых дней и были совершенно измучены, когда добрались до Таттарата. Мы потеряли снаряжение и собак, попав на перевале в осенний буран, и, когда мы чуть не на четвереньках доползли до поселка, желудки у нас, как говорится, совсем уже прилипли к спине, а одежда изорвалась в клочья. Жители Таттарата не особенно удивились, увидев нас, — ведь у них уже раньше побывали китобои. Нам отвели самую дрянную лачугу в поселке и дали в пищу мерзкие отбросы. Мне тогда показалось странным то, что нас оставили совершенно одних. Но Муусу растолковал.</p>
     <p>— Шаман «сиктумтум», — сказал он.</p>
     <p>Это означало, что шаман, то есть знахарь, опасается за свою власть, вот он и посоветовал жителям держаться от нас подальше.</p>
     <p>Даже из своего недолгого знакомства с китобоями шаман, должно быть, вывел заключение, что моя раса сильнее и мудрее его расы. И он поступил так, как поступают и поступали всегда шаманы во всем мире. А из дальнейшего вы увидите, что он совсем не глуп.</p>
     <p>— У этого народа такой закон, — сказал мне Муусу, — кто хочет есть мясо, должен охотиться. А мы с тобой, господин, не умеем обращаться с оружием этих людей: ни ловко натягивать тетиву, ни бросать копье как полагается. Так что шаман и Туммасук, вождь, посоветовались и решили, что мы будем вместе с женщинами и детьми относить в деревню добычу охотников и прислуживать им.</p>
     <p>— Но это несправедливо! — возразил я. — Ведь мы с тобой, Муусу, стоим большего, чем этот народ, блуждающий во тьме. Притом нам нужно хорошенько отдохнуть я набраться сил, потому что дорога на юг длинная, и слабому не одолеть ее.</p>
     <p>— Но у нас ничего нет, — сказал он, оглядывая гнилые бревна стен и с отвращением вдыхая противный запах лежалого моржового мяса, предназначенного нам на ужин. — От такой еды не окрепнешь! У нас не осталось ничего, кроме бутылки того напитка, что убивает боль, а им не наполнишь пустой желудок. Так что мы поневоле должны будем стать рабами этих язычников, рубить для них дрова и носить воду. А тут есть хорошие вещи, в этом Таттарате, которых нам с тобой не видать. Ах, господин, никогда мой нюх не обманывал меня! Он привел меня к их тайникам — там и еще между кипами шкур в жилищах у них спрятаны запасы. Вкусную еду отобрали здешние люди у несчастных китобоев, но она досталась немногим. У женщины Ипсукук, которая живет на краю поселка, рядом с хижиной вождя, много муки и сахару, и глаза мои говорят мне, что даже лицо у нее намазано черной патокой. А в хижине вождя Туммасука есть чай — разве я не видел, как жадно глотала его эта старая свинья? У шамана — полная жестянка «Стар» и два ведра первоклассного курева. А что есть у нас? Ничего нет! Ничего!</p>
     <p>Я был так ошеломлен, услышав про табак, что не ответил ни слова.</p>
     <p>Но Муусу заговорил, не дожидаясь ответа:</p>
     <p>— А еще есть Тукеликета, дочь великого охотника и богатого человека. Красивая девушка! Очень хорошая девушка!</p>
     <p>Я усиленно размышлял всю ночь, пока Муусу храпел. Не мог я примириться с тем, что так близко от меня есть табак, а я не могу его курить. Да, Муусу сказал правду: у нас не было ничего. Но мне уже стало ясно, что делать, и утром я сказал Муусу:</p>
     <p>— Пошарь вокруг ловко, как ты умеешь, и разыщи какую-нибудь полую кость, изогнутую, как колено. Ходи повсюду и украдкой примечай, где они прячут горшки и сковороды и всякую другую кухонную утварь. Помни, я мудрый белый человек, и то, что я велел, выполняй быстро и беспрекословно.</p>
     <p>Пока Муусу отсутствовал, я поставил посреди хижины жаровню с тюленьим жиром, на которой мы готовили себе еду, и, чтобы стало просторнее, отодвинул к стен-нам ветхие шкуры, служившие нам постелью. Я разобрал ружье Муусу и, отделив от него ствол, положил его так, чтобы он был под рукой. Потом из волокон похожего на хлопок растения, которое женщины собирают здесь летом, скрутил множество фитилей. Муусу вернулся с такой именно костью, какая мне была нужна, и. с известием, что в хижине у Туммасука есть пятигаллонный бидон из-под керосина и большой медный котел. Я похвалил его и сказал, что теперь надо подождать до вечера. А около полуночи я обратился к Муусу и произнес речь:</p>
     <p>— Послушай меня, Муусу. У вождя, у этого Туммасука, есть медный котел и бидон для керосина. — Я сунул в руку индейцу гладкий, отполированный волнами камень. — В поселке уснули, и звезды вышли на небо. Ступай, вползи тихонько в хижину вождя и ударь его вот этим по брюху, да покрепче. Пусть надежда на мясо и другую сытную пищу, которую мы с тобой скоро будем есть, придаст силу твоим ослабевшим рукам. Поднимется суматоха и крик, и вся деревня сбежится сюда. Но ты не бойся. Действуй бесшумно и скройся в ночной мгле среди общего замешательства. А когда женщина Ипсукук — та, что мажет лицо патокой, — окажется рядом с тобой, ударь и ее и каждого, у кого есть мука, каждого, который тебе попадется. А потом и сам начни вопить, как от боли, и корчиться, и ломать руки, делая вид, что тебя тоже постигла в эту ночь кара богов. И тогда, Муусу, мы добьемся того, что нас будут почитать, и все будет наше: жестянка с чаем, и первосортное курево, и твоя прекрасная Тукеликета.</p>
     <p>Муусу отправился выполнять поручение, а я терпеливо поджидал его в хижине. Я уже ощущал во рту вкус табака. И вот в ночной тишине раздался вопль, а вслед за этим поднялась суматоха и крики, от которых содрогнулись небеса. Я схватил бутылку с «болеутолителем» и помчался. В деревне было очень шумно, женщины плакали, всех охватил страх. Туммасук и женщина Ипсукук, корчась от боли, катались по земле, а за компанию с ними еще несколько человек и среди них Муусу. Я расшвырял тех, кто мешал мне пройти, и поднес бутылку к губам Муусу. Он мгновенно исцелился и перестал выть.</p>
     <p>Тогда и другие пострадавшие стали молить, чтобы я дал им этого снадобья. Я торжественно изложил свои условия и, прежде чем они отведали лекарство и исцелились, получил от Туммасука медный котел и бидон для керосина, от женщины Ипсукук — сахар и патоку, а от других страждущих — изрядное количество муки. Шаман злобно смотрел на людей, ползавших у моих ног, но с трудом скрывал свое удивление. Наконец, я удалился, гордо подняв голову, а Муусу кряхтел и сгибался под тяжестью добычи, которую он нес за мной к нашей хижине.</p>
     <p>И вот я принялся за работу. В медном котле Туммасука я смешал три кварты пшеничной муки с пятью квартами патоки и прибавил к ним двадцать кварт воды. Я поставил котел поближе к огню, чтобы в тепле месиво перебродило и стало крепким. Муусу, смекнув, в чем дело, заявил, что я невероятно мудр, мудрее самого царя Соломона, который, как он слышал, славился своей мудростью в древние времена. Керосиновый бидон я пристроил над жаровней, вставил в его носик трубку, а в трубку — полую кривую кость. Пока я прилаживал к колену ружейный ствол, Муусу натолок льду, и я обложил среднюю часть ствола толченым льдом. Под отверстие на другом конце ствола я подставил чугунок. Когда мое варево приобрело достаточную крепость — а для этого потребовалось целых два дня, — я наполнил им бидон и зажег заранее приготовленные фитили.</p>
     <p>Когда все было готово, я сказал Муусу:</p>
     <p>— Ступай к старшинам поселка, приветствуй их от моего имени и пригласи в мою хижину — провести эту ночь со мной и с богами.</p>
     <p>Варево весело булькало в бидоне, когда гости один за другим стали отодвигать шкуру, которой был завешен вход, и тихонько входить в хижину. Я накладывал колотый лед на ствол, и из его отверстия капала в чугунок жидкость. Это был обыкновенный самогон. Но они не имели о нем никакого понятия и только боязливо хихикали, когда я расхваливал качества этого напитка. Я заметил огоньки злобной зависти в глазах шамана и, кончив речь, усадил его рядышком с Туммасуком и женщиной Ипсукук. Когда я дал им выпить, глаза у них увлажнились, а желудки согрелись, и они не только перестали бояться, но стали жадно просить еще. Я накачал их как следует, потом взялся за других.</p>
     <p>Туммасук принялся хвастаться, как он убил однажды белого медведя, и столь энергично жестикулировал, что чуть не пришиб брата своей матери, но никто не обратил на это внимания. Женщина Ипсукук стала всхлипывать, вспомнив сына, погибшего много лет назад среди торосов, а шаман пророчествовал и творил заклинания. К рассвету все уже лежали на полу и крепко спали. Так они провели ночь о богами.</p>
     <p>Остальное все ясно, не правда ли? Новость о магическом напитке быстро распространилась по деревне. Напиток был выше всяких похвал. Язык человеческий слишком беден, чтобы описать хотя бы десятую долю всех тех чудес, какие он творил. Он успокаивал боль, утолял печали, воскрешал в памяти былое, лица умерших и забытые мечты. Он огнем разливался по жилам, он жег, не сжигая. Он вселял в сердца отвагу, распрямлял спины, он делал мужчин еще мужественней. Он приподнимал завесу, скрывавшую будущее, вызывал видения и рождал пророческий дар. Он преисполнял всех мудростью, раскрывал тайны. Не было предела его чудодейственным свойствам, и скоро все пожелали провести ночь с богами. Люди отдавали мне самые теплые меха, самых сильных собак, самое лучшее мясо. Но я продавал самогон с большим разбором: только тем, кто приносил взамен муку, патоку и сахар. У нас накопились такие большие запасы, что в хижине уже не хватало места, и я велел Муусу построить хранилище для провизии.</p>
     <p>Не прошло и трех дней, как Туммасук разорился. Шаман, который после первого раза больше не пил допьяна, внимательно следил за всеми моими действиями и почти неделю не вылезал из нашей хижины. Однако через каких-нибудь десять дней даже Ипсукук истощила все свои запасы и ушла домой, едва держась на ногах.</p>
     <p>Но Муусу все еще был недоволен.</p>
     <p>— Ах, господин, мы накопили много патоки, и сахара, и муки — это целое богатство. Но хижина у нас все же плохая, одежда износилась, и спим мы на ветхих шкурах. Мой желудок просит такого мяса, которое не оскорбляет неба своим зловонием, я хочу чая, который пьет Туммасук, и еще мне очень хочется курить табак шамана Нивака, замышляющего погубить нас. Я наедаюсь до тошноты мукой и сахаром, и патоки у нас вволю, но сердце Муусу тоскует, а постель его пуста…</p>
     <p>— Замолчи, глупец, — ответил я, — ты ничего не понимаешь. Не торопись, умей ждать, и мы завладеем всем. А если мы вздумаем сразу все заграбастать, то добудем мало и в конце концов останемся ни с чем. Ты сущий ребенок, и не понять тебе мудрых мыслей белого человека. Держи язык за зубами и наблюдай. Я покажу тебе, как действуют мои братья за морем и как они прибирают к рукам все богатства мира. Это называется «бизнес», а что ты понимаешь в бизнесе?</p>
     <p>На следующий день Муусу прибежал в хижину, запыхавшись.</p>
     <p>— Господин, странные дела творятся в хижине шамана Нивака! Все пропало, не будет у нас теперь теплых мехов и хорошего табака. А все из-за того, что ты гонялся только за патокой и мукой. Сходи сам и убедись, а я присмотрю за варевом.</p>
     <p>Я пошел в хижину Нивака и увидел, что он смастерил собственный перегонный куб, искусно скопировав мой. Шаман встретил меня, едва скрывая торжество. Да, этот Нивак был человек смекалистый и, видимо, спал в моей хижине не очень крепко.</p>
     <p>Однако я ничуть не был встревожен, ибо я знал то, что мне нужно было знать. Возвратившись в свою хижину, я стал внушать Муусу:</p>
     <p>— К счастью, право собственности признается этим народом, которому не дано было узнать других принятых в человеческом обществе законов. И так как право собственности здесь уважают, мы с тобой скоро разжиреем. Кроме того, мы введем новые порядки, каких другие народы достигли ценою великих трудов и страданий.</p>
     <p>Муусу весьма смутно понимал то, что я ему говорил, пока не явился к нам шаман и не стал, сверкая глазами, с угрозой в голосе, требовать, чтобы я продал ему часть своих запасов.</p>
     <p>— Во всей деревне нет больше муки и патоки! — кричал он. — Ты хитростью выманил все у моего народа за то, что они спали с твоими богами. У них теперь нет ничего, кроме слабости в коленях, пустоты в голове и жажды, которую нельзя утолить холодной водой. Это сделал ты! Но мой голос имеет власть над ними, и тебе лучше торговать со мной так же, как ты торговал с ними, когда получал от них патоку и муку.</p>
     <p>И я ответил:</p>
     <p>— Это дельные слова. Сама мудрость говорит твоими устами. Давай торговать. За вот это количество муки и патоки ты дашь мне жестянку чая и два ведра табака.</p>
     <p>Муусу даже застонал, услышав это, и, когда сделка состоялась и шаман удалился, стал меня укорять:</p>
     <p>— Уж не сошел ли ты с ума, господин? Теперь мы пропали. Нивак будет сам варить самогон, и придет время, когда он прикажет народу не пить никакого другого напитка, кроме его самогона. Мы погибли, наш товар потеряет всякую цену, а жилье у нас негодное, и постель Муусу холодна и пуста!</p>
     <p>А я ответил:</p>
     <p>— Клянусь шкурой волка, ты дурак, и отцы твои были дураки, и потомки твои до последнего поколения будут рождаться дураками. Лучше совсем не иметь мозгов, чем иметь такие, как у тебя. Глаза твои слепы и не видят выгоды, о которой я тебе столько толковал, и в делах ты ничего не смыслишь. Иди, ты, сын тысячи глупцов, отведай самогона, сваренного Ниваком в его хижине, и возблагодари своих богов за то, что существует мудрый белый человек, по милости которого ты катаешься, как сыр в масле. Иди пей! А когда напьешься, возвращайся, пока твои губы еще будут хранить вкус этого напитка, и скажи мне, каков он…</p>
     <p>Два дня спустя Нивак прислал нам поклон и приглашение прийти в его хижину. Муусу пошел, а я сидел один дома, прислушиваясь к шуму перегонного куба и дымя трубкой, набитой табаком шамана. Торговля в этот вечер шла слабо, никто не зашел выпить, кроме молодого охотника Ангейта, который был мне верен. Через некоторое время вернулся Муусу. Он задыхался от смеха, и глаза его стали, как две щелочки.</p>
     <p>— Ты великий человек, — сказал он. — Ты великий человек и не станешь осуждать бедного Муусу, своего слугу, за то, что он иногда сомневается в твоей мудрости.</p>
     <p>— Ну, в чем дело? — спросил я. — Ты не слишком ли много выпил? А другие как? Крепко они спят после самогона Нивака?</p>
     <p>— Нет, они все злятся, тела их так и не узнали радости. И вождь Туммасук схватил шамана за горло и поклялся костями своих предков, что больше никогда не пустит его на глаза. Вот послушай, как все было. Когда я пришел туда, варево булькало и кипело, пар проходил через колено, так же, как у тебя, и так же, проходя через лед, стекал каплями. Нивак дал нам выпить, но его самогон совсем не такой, как у тебя, он не жжет язык и не щиплет глаза. По правде говоря, это была просто вода. Мы пили, и пили сколько влезет, и все-таки сидели спокойно, и сердца наши не согрелись. Нивак растерялся, и на лицо его словно туча набежала. Он посадил Туммасука и Ипсукук отдельно и просил их пить, пить и пить. И они пили, пили, пили, но все сидели трезвые и спокойные, а потом Туммасук вскочил в гневе и потребовал обратно свои меха и чай. Ипсукук тоже возвысила голос и заговорила сердито. Тут уже все потребовали обратно то, что дали за самогон, и поднялся большой переполох.</p>
     <p>Тут из-за шкуры, занавешивавшей вход в нашу хижину, раздался голос Туммасука:</p>
     <p>— Может, этот сын собаки думает, что я кит?</p>
     <p>Вождь появился перед нами разъяренный. Лицо его было мрачно, брови насуплены.</p>
     <p>— Я надулся, как рыбий пузырь, и могу лопнуть! Я едва хожу из-за тяжести в животе. Никогда еще я не пил столько, а между тем взгляд мой ясен, колени не гнутся, а руки не дрожат.</p>
     <p>— Боги не слушают шамана и не хотят снисходить к нам, — жаловались люди, один за другим входившие в нашу хижину. — Только у тебя в хижине творятся чудеса.</p>
     <p>Я едва успевал подносить гостям напиток. Все сразу повеселели, а я посмеивался про себя. Дело в том, что в муку, проданную шаману, я подмешал изрядное количество соды, которую получил от Ипсукук. Как же могло варево шамана бродить, если сода делала его пресным? А как могло варево шамана приобрести крепость, если оно не бродило?</p>
     <p>С этого дня богатства снова потекли к нам безо всякой помехи. Мы накопили бесчисленное множество мехов и женских рукоделий, нам достался чай, который был у вождя, а мясо нам несли и несли без конца.</p>
     <p>Однажды Муусу, ужасно перевирая, рассказал мне историю Иосифа в Египте, и из нее я почерпнул блестящую идею. Вскоре половина племени работала на меня: строила хранилища для мяса. Я получал львиную долю того, что они добывали на охоте, и откладывал про запас. Муусу тоже не терял даром времени. Он вырезал колоду карт из березовой коры и научил Нивака играть в «семерку». Отца Тукеликеты он также втянул в игру и скоро получил в жены эту девушку, а на другой день перебрался в хижину шамана, лучшую в поселке. Падение Нивака было полным, он лишился своего имущества, барабанов из моржовой шкуры и других вещей, которые служили ему при заклинаниях, — словом, всего. И в конце концов ему пришлось колоть дрова, носить воду и быть в полном подчинении у Муусу. А Муусу объявил себя шаманом, или верховным жрецом, и на основе своих туманных представлений о священном писании создал новых богов и стал творить заклинания перед новыми алтарями.</p>
     <p>Я был очень доволен, считая, что лучше всего, когда церковь и государство действуют заодно, тем более, что насчет государства у меня были свои планы. Все шло так, как я и предвидел. Не видно было больше в поселке улыбающихся лиц, не слышно веселья. Люди ходили мрачные и хмурые; то и дело вспыхивали ссоры, затевались драки, днем и ночью не утихали шум и гам. Охотники по примеру Муусу понаделали себе карт и пристрастились к игре. Туммасук зверски колотил свою жену, это не нравилось брату его матери, и тот однажды так сильно двинул его моржовым бивнем, что вождь своими воплями взбудоражил весь поселок и опозорил себя перед народом. Новые развлечения отвлекли людей от охоты, и в поселке начался голод. Ночи были долгие и темные, а без мяса нельзя было приобрести самогона, и вот все стали роптать на вождя. Именно этого я и добивался: когда люди достаточно изголодались, я собрал всю деревню, произнес длинную речь, разыгрывая из себя патриарха, и накормил голодных. Муусу тоже выступил с речью, и благодаря этим речам и тому, что я сделал для народа, меня выбрали вождем. Муусу, который передавал народу божьи повеления, помазал меня тюленьим жиром, хотя сделал это весьма неуклюже, ибо недостаточно ясно представлял себе церемонию миропомазания. Так мы вдвоем внушили этому народу идею божественного происхождения королевской власти. И, поскольку самогон и мясо были в изобилии на устроенном празднестве, новый режим пришелся по вкусу.</p>
     <p>Как видите, мой друг, я занимал высокий пост, и был облачен в пурпур, и правил народами. Я до сих пор оставался бы королем, если бы не кончился запас табака и если бы Муусу не оказался гораздо умнее и подлее, чем можно было ожидать. Все началось с того, что ему приглянулась Исанитук, старшая дочь Туммасука, а я воспротивился его намерениям.</p>
     <p>— О брат мой, — говорил он мне, — ты счел нужным ввести новые законы для этого народа, а я слушал твои слова и набирался ума. Тебе боги дали право царствовать, а мне — жениться.</p>
     <p>Меня задела развязность, с какой он называл меня «братом», я рассердился и решил заставить его подчиниться. Но он обратился к народу и три дня подряд творил заклинания, пока не привлек многих на свою сторону. Затем он узаконил многоженство, ссылаясь на божью волю. А так как Муусу был очень хитер, он установил число жен в зависимости от имущественного ценза и благодаря своему богатству оказался в лучшем положении, чем другие мужчины. Я не мог не восхищаться его ловкостью, хотя было очевидно, что удача вскружила ему голову и он не успокоится до тех пор, пока не заберет в руки всю власть и все богатства. Его прямо-таки распирало от гордости, он забыл, что всем обязан мне, и решил меня доконать.</p>
     <p>Впрочем, было любопытно наблюдать, как этот пройдоха на свой лад способствовал эволюции первобытного общества. В силу монополии на самогон я не делился с ним больше своими доходами. Тогда Муусу, поразмыслив, ввел систему церковных податей. Он наложил церковную десятину на население, разглагольствуя на тему о «заклании тучных перворожденных агнцев» и тому подобных вещах и ссылаясь на слышанные когда-то библейские притчи и перевирая в своих интересах. Даже это я стерпел молча. Но когда он установил нечто вроде прогрессивного подоходного налога, я возмутился — и зря, потому что только это ему и нужно бы-до. Он сразу же воззвал к народу, и люди, завидовавшие моему богатству и изнемогавшие под бременем поборов, поддержали нового шамана. «Почему мы должны платить, а ты нет? — спрашивали они. — Разве устами Муусу-шамана не говорит бог?» Я уступил — и тут же повысил цены на самогон. Муусу не растерялся и обложил меня еще более высокими налогами.</p>
     <p>Так началась между нами открытая война. Я повел кампанию в защиту попранных прав Нивака и Туммасука. Но Муусу выиграл битву: он учредил духовное сословие и возвел обоих в высокий сан. Ему нужно было удержать за собой власть, и он решил эту задачу так, как она нередко разрешалась и до него. Да, я сделал ошибку: я сам должен был стать шаманом, а его сделать вождем. Но я понял это слишком поздно, и в борьбе между духовной и светской властью я оказался побежденным, хотя споры велись очень горячие, вскоре перевес был на стороне шамана. Народ помнил, что это Муусу помазал меня на царствование, и им стало ясно, что именно он источник моего могущества. Только немногие остались верны мне, и самым преданным из них был Ангейт. А Муусу возглавлял народную партию и распускал повсюду слухи, будто я намерен свергнуть его и навязать народу своих нечестивых богов. Умный негодяй опередил меня: ведь это самое хотел сделать и я — отказаться от королевского сана и бороться духовным оружием против духовной власти. Но он напугал народ рассказами о пороках моих богов, особенно одного, по имени Биз-Нес, и спутал мне карты.</p>
     <p>Как раз в это время мне полюбилась Клукту, самая младшая дочь Туммасука, и я тоже понравился ей. Я повел переговоры, но бывший вождь, приняв предложенный выкуп, наотрез отказал мне, заявив, что и эта девушка предназначена для Муусу. Это было уж слишком! Я едва не ворвался в дом шамана и не убил его голыми руками. Но, к счастью, я вовремя вспомнил, что табак в деревне почти весь кончился, и ушел домой смеясь. На следующий день Муусу снова стал творить заклинания и, извратив притчу о хлебах и рыбах, выдал ее за свое собственное творчество, а я, читая между строк, понял, что он зарится на мои запасы мяса, спрятанные в хранилищах. Другие это тоже прекрасно поняли, и так как шаман не понуждал их ходить на охоту, они сидели по домам, и почти никто не приносил в деревню ни медведей, ни оленей-карибу.</p>
     <p>Свой замысел я построил на том, что в деревне не только табак, но и мука и патока почти все вышли. Я считал своим долгом показать туземцам, что такое мудрость белого человека, и хотел основательно насолить Муусу, который заважничал и забыл, что своим могуществом он всецело обязан мне. Той же ночью я пошел в свои хранилища мяса и трудился изо всех сил, а назавтра люди заметили, что собаки в поселке как-то отяжелели и стали ленивы. Я трудился так каждую ночь, и никто ничего не подозревал, а собаки становились жирнее и жирнее, тогда как люди худели и худели. Они роптали и требовали, чтоб сбылось наконец пророчество, но Муусу старался успокоить их; он дожидался, когда голод станет еще сильнее. Но ему и во сне не снилось, что я устрою такую штуку и хранилища мои окажутся пустыми.</p>
     <p>Когда у меня все было готово, я послал в деревню Ангейта и других преданных мне людей, которых я потихоньку подкармливал, собрать народ. Все племя собралось на утоптанной площадке перед моей хижиной, позади которой высились построенные на сваях хранилища. Муусу тоже пришел и стал в центре круга, против меня, уверенный, что я затеваю какую-то интригу, и готовый при первом же моем выпаде против него разделаться со мной. Но я почтительно приветствовал его.</p>
     <p>— О Муусу, благословенный богом, — начал я, — конечно, тебя удивляет, что я созвал народ. После всех глупостей, которые я натворил, ты, конечно, ждешь от меня опрометчивых слов и поступков. Но этого не будет. Сказано, что кого боги хотят погубить, того они прежде лишают ума. Я и в самом деле был безумен. Я действовал наперекор твоим желаниям, глумился над твоей властью и совершал всякие дурные и своевольные поступки. Но в эту ночь мне было видение, и я понял, как греховны были мои пути. А ты предстал передо мною, как яркая звезда, с сиянием на челе; и я постиг сердцем твое величие. Разум мой прояснился. Я узнал, что тебе дано беседовать с богом и когда ты говоришь, бог внемлет. И я вспомнил, что все добрые дела я творил по милости божьей и по милости Муусу.</p>
     <p>— Да, дети мои, — воскликнул я, обратившись к народу, — все справедливое и хорошее, что я делал, было сделано по совету Муусу! Когда я прислушивался к его голосу, я преуспевал в своих делах. Но когда я затыкал уши и действовал своевольно, затеи мои оказывались сумасбродными. По его совету я сделал запасы мяса и в черные дни кормил голодных. По его милости я был сделан вождем. А на что я употребил свою власть? Скажу честно: ни на что. Она вскружила мне голову, я вообразил себя сильнее Муусу и вот попал в беду. Мое правление не было мудрым, и боги разгневались. Вы оказались в тисках голода, в груди у матерей высохло молоко, и младенцы плачут ночи напролет. И я, чье сердце ожесточилось против Муусу; не знаю теперь, что предпринять и откуда раздобыть для вас пищу…</p>
     <p>Тут люди стали покачивать головами, улыбаться, перешептываться, и я понял, что они не забыли притчу о хлебах и рыбах. Я торопливо продолжал:</p>
     <p>— Теперь я убедился в своей глупости и в мудрости Муусу. Я никчемен, а Муусу силен. И поэтому, излечившись от безумия, я приношу повинную и исправляю зло. Я смотрел нечестивыми глазами на Клукту, но она будет отдана Муусу. Пусть она и принадлежит по праву мне, — разве я не заплатил за нее Туммасуку настоящую цену? Но я недостоин ее, и она перейдет из хижины отца в дом Муусу. Свет луны не заметен, когда в небе сверкает солнце. Пусть Туммасук оставит себе товары, которые я ему дал, а Муусу возьмет жену даром, потому что бог пожелал сделать его господином этой девушки.</p>
     <p>И так как я пользовался своим богатством неразумно и притеснял вас, о дети мои, я приношу в дар Муусу керосиновый бидон, и кривую кость, и ствол ружья, и медный котел. Теперь я не смогу больше копить запасы, и, когда вы захотите выпить, Муусу утолит вашу жажду, не грабя вас. Потому что он великий человек и бог говорит его устами.</p>
     <p>Сердце мое смягчилось, и я раскаялся в своих безумствах. Я — глупец и сын глупца, я — слуга злого бога Биз-Нес.</p>
     <p>Зная, что ваши желудки пусты, я не могу их наполнить. Как же мне быть вождем и править вами, если я веду вас к гибели? Зачем мне делать то, что плохо? Муусу — шаман, он умом превосходит всех людей, он сумеет быть справедливым и добрым правителем. И по всем этим причинам я решил отречься; пусть вождем будет Муусу, который знает, как накормить голодных в те дни, когда во всей деревне нет мяса…</p>
     <p>Люди стали неистово хлопать в ладоши, восклицая: «Клош! Клош!» — что означало «Хорошо!».</p>
     <p>Я видел удивление и беспокойство в глазах Муусу, он не мог никак понять, что же это происходит, и боялся подвоха со стороны белого человека, который был умнее его. Ведь я не только пошел навстречу его желаниям, но и предвосхитил некоторые из них. А восстановить против меня народ он никак не мог: минута была неподходящая — ведь я только что добровольно отказался от власти.</p>
     <p>Прежде чем толпа успела разойтись, я объявил, что перегонный куб — отныне собственность Муусу, а весь остаток самогона я передаю народу. Муусу пытался протестовать, потому что до сих пор мы следили за тем, чтобы не все сразу напивались. Но люди кричали: «Клош! Клош!» — и плясали перед моей дверью. И пока они шумели снаружи все громче, потому что напиток ударил людям в голову, я совещался внутри хижины с Ангейтом и другими моими приверженцами. Я рассказал им, что они должны делать и что говорить. Потом я незаметно удалился в лес, где были приготовлены двое порядком нагруженных нарт и две упряжки не слишком перекормленных собак. Весна уже стояла на пороге, и самое лучшее было отправляться на юг сейчас, пока снег еще достаточно плотен. К тому же табаку в деревне уже не осталось. Здесь, в лесу, я мог спокойно ждать, мне нечего было бояться. Вздумай гнаться за мной, они быстро отстали бы, так как собаки слишком разжирели, а сами они были слишком слабы. Притом я знал, какое разочарование их ждет, ведь я сам его подготовил.</p>
     <p>Примчался один из моих приверженцев, потом второй.</p>
     <p>— Ох, господин! — закричал первый, еле переводя Дух. — В поселке переполох, растерянность, никто ничего не понимает. Люди перепились, ссорятся между собой, а некоторые уже достали луки. Никогда еще не было такой беды!..</p>
     <p>А второй сказал:</p>
     <p>— Я сделал, как ты велел, господин: нашептывал лукавые речи в любопытные уши и напоминал о прежних временах. Женщина Ипсукук уже оплакивает свое былое богатство… Туммасуку мнится, что он снова вождь. А люди голодны и мечутся в ярости.</p>
     <p>А третий добавил:</p>
     <p>— Нивак низверг алтари Муусу и молится нашим старым богам, которых мы столько лет чтили. И все люди плачут о богатстве, которое они пропили и которого больше у них нет. А Исанитук из ревности подралась с Клукту, и было много крика. А потом — ведь они как-никак дети одной матери — накинулись вдвоем на Тукеликету. И, наконец, все три, как ураган, налетели на Муусу, пока он не убежал из дома, на потеху всему народу. Ибо мужчина, который не может справиться со своими женами, смешон.</p>
     <p>Затем в лес пришел и Ангейт.</p>
     <p>— Большая беда приключилась с Муусу, господин, я подстрекал людей, и они кинулись к нему, крича, что голодны и что пора уже исполниться прорицанию. Они громко вопили: «Мяса! Мяса!» Муусу велел замолчать своим женам, все еще взбудораженным от гнева и от выпитого самогона, и повел народ к твоим хранилищам. Он приказал мужчинам открыть их и насыщаться. Но в хранилищах было пусто! Там не оказалось мяса. Все онемели от испуга. И в тишине раздался мой голос: «О Муусу! Где же мясо? Мы знаем, что оно было здесь. Разве мы не приносили его сюда с охоты? И если ты скажешь, что один человек мог съесть его, это будет ложь! А ведь нам не достались даже шкуры и кости. Где же мясо, Муусу? Ты беседуешь с богами. Где же мясо?» И люди спрашивали: «Ты беседуешь с богами. Где мясо?» — и боязливо перешептывались между собой.</p>
     <p>Я ходил среди них и пугал их рассказами о всяких таинственных и непонятных вещах, которые бывают в жизни, о мертвецах, что приходят и уходят, как тени, и совершают злые дела. Охваченные ужасом, все сбились в кучу, как маленькие дети, боящиеся темноты. Нивак стал говорить, что зло пришло к нам из хижины Муусу. И от этих слов люди как взбесились, схватили копья, моржовые клыки и дубины, стали собирать на берегу камни. Муусу убежал домой, а так как он не пил самогона, то они не могли поймать его, только топтались на одном месте и мешали друг другу. И сейчас еще народ вопит около его хижины, а жены Муусу орут внутри, и из-за шума нельзя услышать его голоса…</p>
     <p>— Ну, Ангейт, ты отлично все исполнил, — похвалил я его. — Теперь возьми эти нарты и тощих собак и быстро мчись к Муусу. И раньше, чем пьяный народ сообразит, в чем дело, хватай его и вези ко мне…</p>
     <p>В ожидании Муусу я дал несколько добрых советов моим друзьям, а тем временем вернулся Ангейт. На нартах сидел Муусу, и по царапинам на его лице видно было, что жены задали ему изрядную трепку. Он соскочил с нарт и упал с плачем к моим ногам:</p>
     <p>— О господин, ты простишь Муусу, слуге своему, все то зло, что он творил. Ты великий человек, ты простишь…</p>
     <p>— Зови меня братом, Муусу, зови меня братом, — посоветовал я и поднял его на ноги, ткнув носком своего мокасина. — Будешь теперь повиноваться мне?</p>
     <p>— Да, господин, — хныкал он. — Всегда, всегда!</p>
     <p>— Тогда ложись поперек нарт. — Я взял бич в правую руку. — Ложись лицом вниз. Поторапливайся, потому что сегодня мы отправляемся в путь, на юг…</p>
     <p>Когда он растянулся как следует, я стал стегать его, перечисляя при каждом взмахе бича все неприятности, которые он мне причинил.</p>
     <p>— Вообще за непослушание — раз! За непослушание в частности — два! За Исанитук — три! А это для спасения души! Это за Клукту! Это за захват власти! За права, данные тебе богом! А это за тучных агнцев! А это и это за подоходный налог и притчу о хлебах и рыбах! А это за все твое непослушание! И напоследок — вот тебе еще! Это для того, чтобы ты впредь был благоразумнее и понятливее! А теперь перестань скулить и вставай! Становись на лыжи и иди вперед — прокладывать тропу собакам! Ну, тронулись! Вперед!</p>
     <p>Томас Стивенс тихонько улыбался про себя, куря пятую сигару и посылая кольца дыма к потолку.</p>
     <p>— Ну, а как же жители Таттарата? — спросил я. — Пожалуй, жестоко было с вашей стороны оставить их умирать с голоду.</p>
     <p>И он со смехом ответил между двумя затяжками:</p>
     <p>— Разве там не было жирных собак?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Золотое дно</p>
     </title>
     <p>Так уж повелось, что всякий рассказ из жизни золотоискателей — а это гораздо более правдивая история, чем может показаться, — непременно должен быть рассказом о невезении. Впрочем, все зависит от того, как смотреть на вещи. Кннку Митчеллу и Хутчину Биллу, например, слово «невезение» показалось бы слишком мягким. А что у них сложилось весьма определенное мнение на этот счет, известно всем на Юконе.</p>
     <p>Осенью 1896 года два товарища вышли на восточный берег Юкона и вытащили из поросшего мхом тайника узкую канадскую байдарку. Вид у них был не слишком привлекательный. Худые, изможденные и оборванные, возвращались они после целого лета, проведенного в разведывательных работах, — лета полуголодного и полного лишений. Тучи комаров звенели над ними, окружая, словно нимбом, их головы. Лица у них были покрыты густым слоем голубоватой глины. Они держали наготове по комку этой сырой глины, нашлепывая свежие кусочки на те места, где она, высыхая, отваливалась. Раздражение и недовольство, прорывавшиеся в голосе, да преувеличенная резкость движений и жестов говорили о беспокойных ночах и бесплодной борьбе с крылатыми полчищами.</p>
     <p>Течение подхватило нос байдарки, и она оторвалась от берега.</p>
     <p>— Эти комары меня в гроб вгонят! — простонал Кинк Митчелл.</p>
     <p>— Не унывай, парень, мы уже почти на месте, — отвечал Хутчину Билл с деланной бодростью, от которой его голос приобрел еще более похоронный оттенок. — Через сорок минут мы причалим к Сороковой Миле, и тогда… А, черт!</p>
     <p>Придерживая весло одной рукой, он звонко шлепнул себя другой по шее и, неистово ругаясь, наложил кусок сырой глины на свежий укус. Кинку Митчеллу было не до смеха. Глядя на товарища, он обмазал себе шею толстым слоем глины.</p>
     <p>Они поплыли поперек русла, а затем повернули лодку и, легко работая веслами, пустились вниз по течению, вдоль западного берега. Через сорок минут они обогнули островок и поплыли, почти касаясь левым бортом берега. Перед ними внезапно возник поселок Сороковая Миля. Разогнувшись и перестав грести, они глядели на картину, которая представилась их глазам. Они вглядывались долго и внимательно, предоставив лодку течению, и лица их выражали недоумение, постепенно переходившее в ужас. Ни струйки дыма над поселком, а ведь в нем было несколько сот бревенчатых хижин! Ни свиста топора, с размаху врезающегося в дерево, ни скрежета пилы, ни стука молотка. Возле лавки — ни собак, ни людей, которые обычно слонялись здесь во всякое время. У берега ни одного парохода, ни одной лодки, ни одного плота. Ни суденышка на реке, ни признака жизни в селении.</p>
     <p>— Похоже, что тут архангел Гавриил протрубил в свою трубу, а мы с тобой опоздали явиться, — заметил Хутчину Билл.</p>
     <p>Он сказал это так равнодушно, словно в том, что они увидели, не было ничего необычайного. А Кинк Митчелл ответил ему в тон, точно и он не испытывал никакого смятения.</p>
     <p>— Да, и все сделались баптистами, забрали лодки и решили ехать на страшный суд по реке, — сказал он, подхватывая шутку товарища.</p>
     <p>— Мой старик был баптист, — продолжал Хутчину Билл, — и уверял, что водой туда ехать на сорок тысяч миль ближе, чем сушей.</p>
     <p>Впрочем, им было не до шуток. Они пристали к берегу, вышли из лодки и взобрались на крутой откос. Когда они очутились на пустынных улицах, им стало жутко.</p>
     <p>Над поселком мирно светило солнце, легкий ветерок хлопал канатом флагштока перед закрытыми дверьми дансинга «Каледония». Звенели комары, пели зорянки, прыгали голодные воробьи в поисках пищи. И ни малейшего признака человеческой жизни кругом.</p>
     <p>— Смерть как пить хочется! — сказал Хутчину Билл, невольно понижая голос до хриплого шепота.</p>
     <p>Его товарищ только молча кивнул в ответ, словно боясь услышать звук собственного голоса в этой тишине. Так брели они в тревожном молчании и вдруг очутились перед распахнутой настежь дверью. Над нею, вдоль всей стены, тянулась грубо размалеванная вывеска с надписью «Монте-Карло». А у двери, надвинув шляпу на глаза, откинувшись на спинку стула, сидел какой-то человек и грелся на солнце. Это был старик. Длинные седые волосы и борода придавали ему патриархальный вид.</p>
     <p>— Да это никак старый Джим Каммингз! Видно, и он опоздал на страшный суд, — сказал Кинк Митчелл.</p>
     <p>— Не слыхал, должно быть, как архангел Гавриил дудел в трубу, — прибавил Хутчину Билл. — Эй, Джим! Проснись! — окликнул он старика.</p>
     <p>Тот встал со стула, припадая на одну ногу, и, моргая спросонок глазами, машинально забормотал:</p>
     <p>— Какого прикажете налить, ребята, какого налить?</p>
     <p>Они вошли за ним в дом и стали рядом у длинной стойки, за которой обычно полдюжины расторопных буфетчиков еле поспевали обслужить посетителей. В большом зале, всегда таком оживленном и шумном, стояла унылая, кладбищенская тишина. Не побрякивали фишки, не катились с легким жужжанием костяные шары. Столы для игры в рулетку и фараон были накрыты чехлами и казались могильными плитами. Из соседней комнаты, танцевального зала, не доносились веселые женские голоса.</p>
     <p>Старый Джим Каммингз, взяв в свои дрожащие руки стакан, вытер его, а Кинк Митчелл начертал свои инициалы на пыльной стойке.</p>
     <p>— Где же девушки? — крикнул Хутчину Билл деланно-веселым голосом.</p>
     <p>— Уехали, — отвечал старый буфетчик. Голос его был такой же старый, как сам он, и такой же дрожащий и неуверенный, как его руки.</p>
     <p>— Где Бидуэлл и Барлоу?</p>
     <p>— Уехали.</p>
     <p>— А Сиутуотер Чарли?</p>
     <p>— Уехал.</p>
     <p>— А его сестра?</p>
     <p>— Тоже.</p>
     <p>— Ну, а твоя дочь Салли с малышом?</p>
     <p>— Уехали, все уехали…</p>
     <p>Старик печально покачал головой и в рассеянности принялся переставлять пыльные бутылки.</p>
     <p>— Да куда же их всех понесло, черт возьми? — взорвался наконец Кинк Митчелл. — Чума, что ли, их отсюда выгнала?</p>
     <p>— Так вы ничего не знаете? — Старик тихонько хихикнул. — Все уехали в Доусон!..</p>
     <p>— Что это за Доусон такой? — спросил Билл. — Ручей, местечко или, может, какой-нибудь новый кабак?</p>
     <p>— Да неужто вы о Доусоне не слышали? — Старик опять захихикал. — Да ведь это целый город, побольше нашей Сороковой! Да, сэр, побольше Сороковой Мили.</p>
     <p>— Вот уж восьмой год я болтаюсь в этих краях, — с расстановкой произнес Билл, — а, признаюсь, впервые слышу про такой город. Знаешь что, налей-ка мне еще виски. Я прямо-таки обалдел от твоих новостей, ей-богу! Где же, к примеру, находится этот Доусон?</p>
     <p>— Да у самого устья Клондайка, в низине, — пояснил старый Джим. — А сами-то вы где пропадали все лето?</p>
     <p>— Мало ли где! — сердито буркнул Кинк Митчелл. — Там, где мы были, так черно от комаров, что, если хочешь взглянуть на солнце, узнать, который час, приходится запускать в небо палкой. Верно я говорю, Билл?</p>
     <p>— Верно, верно! — подтвердил Билл. — Кстати, об этом самом Доусоне, Джим, — расскажи, что это за штука такая?</p>
     <p>— Ручей, Бонанзой называется — унция золота на каждый лоток, а до жилы еще и не добрались.</p>
     <p>— Кто же его разыскал?</p>
     <p>— Кармак.</p>
     <p>При этом имени друзья обменялись взглядом, выражавшим крайнюю досаду, и многозначительно подмигнули друг другу.</p>
     <p>— Сиваш Джордж! — фыркнул Хутчину Билл.</p>
     <p>— Который с индианкой спутался? — презрительно усмехнулся Кинк Митчелл.</p>
     <p>— Воображаю, что он мог найти! Вот уж ради чего не стоит трепать мокасины!</p>
     <p>— И я так думаю, — сказал Кинк. — Лодырь, какого свет не видывал, — для себя и то лосося не поймает. Недаром он завел дружбу с индейцами. Наверное, и его чумазый зятек — как его, Скукум Джим, что ли, — верно, и он туда же?</p>
     <p>Старый буфетчик кивнул.</p>
     <p>— Это еще что, туда кинулась вся Сороковая, кроме меня да двух-трех калек.</p>
     <p>— И пьянчужек, — добавил Кинк Митчелл.</p>
     <p>— Ну нет! — с жаром возразил старик.</p>
     <p>— Никогда не поверю, чтобы старик Хонкинс потащился с ними!</p>
     <p>— Ставлю стакан виски, если его здесь нет! — сказал Билл громко и уверенно.</p>
     <p>Лицо старого Джима просияло.</p>
     <p>— Вот и проиграл, Билл! Виски за тобой.</p>
     <p>— Как же этой старой губке удалось выбраться из Сороковой Мили? — спросил Митчелл.</p>
     <p>— А вот как: связали да и бросили в лодку, — объяснил старый Джим. — Вошли прямо сюда, вытащили его из этого самого кресла в углу, да еще трех пьянчужек выволокли из-под рояля. Говорю вам, весь поселок вышел На Юкон и понесся к Доусону, точно сам черт за ними гнался. Женщины, дети, грудные младенцы — все! Ко мне подходит Бидуэлл и говорит: «Ты, говорит, Джим, присмотри тут за „Монте-Карло“, а я ухожу». А я ему: «А Барлоу где?» «Уехал, говорит, и я еду. Беру запас виски — и за ним следом». Сказал да что есть духу к лодке и давай как бешеный работать шестом, даже не спросил меня, согласен ли я. Вот и сижу здесь. Четвертый день никому не наливал виски. Вы первые.</p>
     <p>Товарищи переглянулись.</p>
     <p>— Черт побери мои пуговицы! — воскликнул Хутчину Билл. — Всякий-то раз, когда дают суп, мы с тобой приходим с вилками вместо ложек!</p>
     <p>— Да, Билл, просто руки опускаются! — подтвердил Кинк Митчелл. — Паломничество лодырей, пьяниц и пустозвонов!</p>
     <p>— И охотников до скво, — прибавил Билл.</p>
     <p>— Ни одного порядочного старателя во всей компании! Порядочные старатели, вроде нас с тобой, — продолжал он назидательным тоном, — все трудятся в поте лица на Березовом ручье. А среди всей этой своры, что понеслась в Доусон, нет ни одного порядочного старателя. И вот тебе мое слово: я шагу не сделаю ради этой Кармаковой находки. Пусть мне покажут цвет тамошнего золота, прежде чем я сдвинусь с места.</p>
     <p>— Вот именно! — согласился Митчелл. — Давай-ка выпьем еще по стаканчику!</p>
     <p>Вспрыснув свое решение, они вытащили байдарку на берег, перенесли вещи к себе в хижину и принялись варить обед. Но постепенно ими стало овладевать беспокойство. Они привыкли к безмолвию пустынных просторов, но могильная тишина, царившая в поселке, раздражала их. Они ловили себя на том, что напрягают слух в надежде услышать знакомые звуки, ожидая, как выразился Билл, что «вот-вот что-то затарахтит, а ничего не тарахтит». Они снова прошлись по пустынным улицам до «Монте-Карло», выпили еще по стаканчику и побрели к пароходной пристани, где лишь плескалась вода, набегая на берег, да изредка, сверкнув чешуей на солнце, выскакивал из реки лосось.</p>
     <p>Присев в тени перед лавкой, они вступили в разговор с чахоточным лавочником, — он страдал частым кровохарканием и потому не решился уехать со всеми. Билл и Кинк поведали ему, что намерены засесть дома и отдыхать после напряженной летней работы. Они с подозрительным упорством расписывали ему прелести праздного житья, то ли желая убедить его в искренности своих намерений, то ли вызвать на спор. Но лавочник слушал их совершенно равнодушно. Он все переводил разговор на новую россыпь, открытую на Клондайке, и они никак не могли отвлечь его от этой темы. Ни говорить, ни думать ни о чем другом он не мог. Наконец, Хутчину Билл не выдержал и вскочил.</p>
     <p>— Черт бы подрал этот ваш Доусон! — крикнул он в сердцах.</p>
     <p>— Вот именно! — поддержал Кинк Митчелл, внезапно оживившись. — Послушать вас, так там и впрямь настоящее дело, а не просто поход желторотых новичков да всяких пустозвонов!</p>
     <p>В это время на реке показалась длинная, узкая лодка. Она шла против течения у самого берега. Три человека стояли в ней, преодолевая быстрое течение с помощью длинных шестов.</p>
     <p>— Партия из Серкла, — сказал лавочник. — А я их ожидал не раньше полудня! Ведь Сороковая ближе к Доусону на сто семьдесят миль… Ишь, молодцы, не теряют времени даром!</p>
     <p>— А мы будем сидеть себе спокойно да поглядывать, как они стараются, — сказал Билл самодовольно.</p>
     <p>Не успел он сказать это, как появилась вторая лодка, а за ней, на небольшом расстоянии, еще две. К этому времени первая лодка поравнялась с сидевшими на берегу. Отвечая на приветствия, путники не переставали работать шестами, и, как ни медленно продвигалась их лодка, все же через полчаса она скрылась из виду.</p>
     <p>А новые лодки продолжали прибывать одна за другой, бесконечной вереницей. Билл и Кинк следили за ними с нарастающим беспокойством. Они украдкой бросали друг на друга пытливые взгляды и, когда их глаза встречались, смущенно отводили их в сторону. Наконец, они посмотрели друг другу прямо в лицо.</p>
     <p>Клинк раскрыл было рот, чтобы сказать что-то, но, утратив внезапно дар слова, так и остался с открытым ртом, уставившись на товарища.</p>
     <p>— Вот и я так думаю, — сказал Билл.</p>
     <p>Смущенно ухмыляясь, они, точно по молчаливому уговору, поднялись и пошли прочь. Они постепенно ускоряли шаг, так что к хижине подошли уже совсем бегом.</p>
     <p>— Шутка сказать, сколько народу… Нельзя терять ни минуты, — сказал Кинк скороговоркой, одной рукой всовывая банку с закваской в кастрюлю для варки бобов, а другой подхватывая сковородку и кофейник.</p>
     <p>— Еще бы!.. — донесся придушенный голос Билла из мешка с теплыми вещами, в который он ушел головой по самые плечи. — Кстати, не позабудь соду, Кинк, она на полке, в углу за печкой.</p>
     <p>Через полчаса они уже спускали байдарку и грузились под насмешливое разглагольствование лавочника о человеческой слабости и о прилипчивости «золотой лихорадки». Впрочем, когда Билл и Кинк спустили длинные шесты в воду и, упираясь ими о дно, стали толкать лодку против течения, лавочник крикнул им вслед:</p>
     <p>— До скорого, ребята! Желаю вам удачи! Да не забудьте застолбить парочку участков на мою долю…</p>
     <p>Они энергично закивали в ответ, испытывая прилив жалости к бедняге, которому волею судеб приходилось оставаться.</p>
     <empty-line/>
     <p>Кинк и Билл шагали так, что пот лил с них градом. Согласно исправленному и дополненному на Дальнем Севере варианту священного писания, удача доставалась легконогим, заявки — сильным, а плоды их трудов, в виде платы за аренду приисков, — королевской казне. Кинк и Билл оба принадлежали к разряду легконогих и сильных. Они передвигались по раскисшей тропе быстрым, широким шагом, чем приводили в отчаяние двух новичков, тщетно пытавшихся поспеть за ними. Позади, до самого Доусона (откуда старатели, побросав лодки, передвигались дальше пешком), тянулись передовые партии из Серкла. Еще на реке Кинку и Биллу удалось обогнать все лодки; достигнув доусонского затона, они на корпус своей байдарки обогнали первую лодку, а затем, на суше, оставили ее пассажиров далеко позади.</p>
     <p>— Ого! Пыль столбом, да и только! — засмеялся Хутчину Билл, смахивая едкий пот со лба и оглядываясь на пройденный путь.</p>
     <p>Из-за деревьев на тропу вынырнули трое мужчин. За ними, не отставая, шли еще двое, а на некотором расстоянии показались мужчина и женщина.</p>
     <p>— Не мешкай же, Кинк! Поддай жару!</p>
     <p>Билл ускорил шаг, Митчелл оглянулся, на этот раз уже спокойнее.</p>
     <p>— Ну и скачут же они, черт возьми!</p>
     <p>— А этот уже доскакался, — сказал Билл, указывая на обочину дороги.</p>
     <p>Там, тяжело дыша, в крайнем изнеможении лежал на спине человек. Лицо его было страшно, налитые кровью глаза подернулись стеклянной пленкой — казалось, он находился при последнем издыхании.</p>
     <p>— Чечако! — буркнул Кинк Митчелл, и в этом слове выразилось все презрение ветерана к новичку, который, отправляясь на прииски, запасается искусственными дрожжами, не довольствуясь содой для приготовления лепешек.</p>
     <p>Верные традициям золотоискателей, компаньоны решили идти вниз по течению от первого участка и сделать заявку подальше. Увидев, однако, знак на дереве: «81-й нижний», — что означало: на целых восемь миль ниже первой найденной россыпи, они передумали. Они прошли эти восемь миль в два часа. Для такой трудной дороги темп убийственный, неслыханный. На пути им то и дело попадались десятки людей, свалившихся в изнеможении у дороги. Они дошли до первого участка, который был назван «Находкой». Но и там им не удалось разузнать толком что-нибудь о верхнем течении. Зять Кармака, индеец Скукум Джим, смутно слышал, будто на протяжении трех миль ручей уже весь поделен. Когда же Кинк и Билл увидели знаки, отмечавшие границы 79-го верхнего участка, расположенного на восьмой миле вверх по течению, они скинули свои походные мешки и сели покурить. Все их усилия оказались напрасными! Бонанза была захвачена вся — от устья до самых истоков.</p>
     <p>— Живого места не оставили! — жаловался Билл вечером, когда они, вернувшись к «Находке», жарили бекон и варили кофе на печке у Кармака. — Кряж и тот поделили.</p>
     <p>— А вы попытайте вон ту лужицу, — предложил им Кармак на другое утро.</p>
     <p>«Та лужица» была широким ручьем, который вливался в Бонанзу подле участка «7-й верхний». Товарищи выслушали совет с величавым презрением приисковых ветеранов к человеку, который связался с индианкой, и, вместо того чтобы последовать этому совету, провели весь день на Адамовом ручье, сулившем, по их мнению, больше возможностей. Но и там повторилась та же история — заявки тянулись до самого горизонта.</p>
     <p>Три дня Кармак настойчиво повторял свой совет, и три дня они встречали его презрением. На четвертый, однако, так как податься было решительно некуда, они решили обследовать «ту лужицу». Они знали, что на ней почти не было заявок, но и сами не испытывали ни малейшего желания ставить там заявочный столб. Они отправились туда главным образом для того, чтобы дать выход своему раздражению. К этому времени они были уже во власти безнадежного, циничного скепсиса. Они издевались и насмехались над всем решительно, задирая каждого новичка-чечако, который им попадался.</p>
     <p>На номере двадцать третьем заявки кончились. Дальше вверх по течению ручей был свободен.</p>
     <p>— Лосиный выгон! — фыркнул Кинк Митчелл.</p>
     <p>Но Билл торжественно отмерил пятьсот футов вдоль берега и сделал зарубки на деревьях, чтобы обозначить границы участка. На доске от свечного ящика он сделал надпись и прибил ее к дереву в центре участка:</p>
     <cite>
      <p>Сей лосиный выгон предоставляется в пользование желторотым чечако и шведам.</p>
      <text-author>Билл Рейдер.</text-author>
     </cite>
     <p>Кинк прочел надпись и одобрил ее:</p>
     <p>— Точь-в-точь мои мысли! Пожалуй, и я подпишусь.</p>
     <p>И объявление украсилось подписью Чарлза Митчелла.</p>
     <p>В тот день много суровых старательских лиц озарилось усмешкой при виде этого образца приискового остроумия; он пришелся вполне им по вкусу.</p>
     <p>— Ну, как та лужица? — спросил Кармак, когда они вернулись в лагерь.</p>
     <p>— К черту лужицы! — ответил Хутчину Билл. — Мы с Кинком решили отправиться на розыски Золотого Дна. Вот только отдохнем малость и двинемся.</p>
     <p>«Золотым Дном» называли легендарный ручей, мечту золотоискателя; говорили, будто там на дне такой мощный слой золота, что промывку гравия приходится производить в желобах. Однако во время короткой передышки, которую приятели позволили себе перед тем, как отправиться в путь, произошло одно событие, заставившее их несколько изменить свои планы. Событием этим было знакомство со шведом Ансом Гендерсоном.</p>
     <p>Анс Гендерсон лето проработал по найму на прииске Миллер, что за Шестидесятой Милей; к концу лета его в числе сотен других бездомных бродяг, подхваченных вихрем золотой горячки, прибило к берегам Бонанзы. Это был высокий, сухопарый мужчина с длинными, как у первобытного человека, руками. Его корявые, заскорузлые от работы ладони были как две глубокие тарелки. Движения его были неторопливы, речь медлительна, и в голубых глазах, таких же светлых, как его соломенные волосы, казалось, дремала неземная мечта, и никто не знал, о чем она, меньше всего — он сам. Вероятно, это впечатление мечтателя он производил благодаря своей чрезвычайной, можно сказать, нелепой, наивности. Таково, во всяком случае, было мнение о нем людей заурядных, а Кинк Митчелл и Хутчину Билл именно к таким и принадлежали.</p>
     <p>Приятели целый день шатались по гостям и судачили, а вечером сошлись в большой палатке, где временно обосновалось «Монте-Карло». Здесь золотоискатели давали отдых своим усталым косточкам, потягивая скверное виски по доллару стакан. Так как единственной валютой был золотой песок, а взвешивали его всегда «с походом», то стаканчик виски обходился даже несколько дороже доллара. Билл и Кинк не пили. Такая умеренность объяснялась главным образом тем, что многократные экскурсии на весы были уже не по силам их и без того отощавшему мешочку.</p>
     <p>— Знаешь, Билл, мне, кажется, удалось подцепить на удочку одного чечако и сторговать у него мешок муки! — весело возвестил Митчелл.</p>
     <p>Билл обрадовался. Раздобыть харч было нелегко, и у них было мало запасов для предстоящей экспедиции к Золотому Дну.</p>
     <p>— Мука идет по доллару фунт, — ответил он. — Интересно, как это ты умудришься расплатиться за нее!</p>
     <p>— Очень просто: уступлю половину нашего участка.</p>
     <p>— Какого участка? — удивился Билл и тут же, вспомнив участок, который они предоставили «чечако и шведам», протянул: — А-а…</p>
     <p>— А я бы не стал скупиться, — прибавил он. — Отдавай весь участок — пусть знает нашу доброту!</p>
     <p>Кинк мотнул головой…</p>
     <p>— Он тогда еще, пожалуй, сдрейфит и пойдет на попятный. Я ему внушил, будто наш участок считается богатым и мы уступаем половину лишь оттого, что нам до зарезу нужно запасать харч. Когда уж мы договоримся окончательно, можно будет подарить ему все это сокровище.</p>
     <p>— Как бы его до этого не прибрали к рукам? — возразил Билл. Мысль обменять участок на мешок муки ему, однако, понравилась.</p>
     <p>— Да нет, участок никем не занят, — уверил его Кинк. — Он там числится за номером двадцать четыре. Чечако приняли все всерьез и начали столбить с того места, где кончается наш участок. Уже и на кряж забрались. Я толковал тут с одним парнем — он только что оттуда, еле ноги волочит.</p>
     <p>Тут-то они впервые услышали медлительную, с запинкой, речь Анса Гендерсона.</p>
     <p>— Мне нравится это место, — говорил он буфетчику. — Я думаю сделать заявку.</p>
     <p>Компаньоны переглянулись, и через несколько минут удивленный и благодарный швед пил скверное виски с двумя незнакомцами, чьи сердца были чужды всякой слабости. Но как ни крепки были их сердца, а голова у шведа оказалась еще крепче. Провожаемый всякий раз заботливым взглядом Кинка Митчелла, мешочек с золотым песком совершил уже несколько рейсов на весы, а у Анса Гендерсона никак не развязывался язык. В его глазах, голубых, как море в летний день, мерцала неземная мечта, но не виски, которое он поглощал с такой удивительной ловкостью, а рассказы о золоте, о пробных промывках зажигали этот огонь. Компаньоны были близки к отчаянию, но держались шумно и весело.</p>
     <p>— Да ты не стесняйся, приятель! — икая, сказал Билл и хлопнул Анса Гендерсона по плечу. — Пей еще! Мы сегодня справляем день рождения Кинка. Это мой друг Кинк, Кинк Митчелл. А тебя как зовут?</p>
     <p>Швед ответил, и рука Билла с размаху опустилась на спину Кинка, который смущенно улыбался, как подобает виновнику торжества. Анс Гендерсон повеселел и в первый раз за весь вечер поставил им обоим по стакану виски. Позже, когда роли переменились, осторожный и бережливый швед проявил необычайную щедрость. Мешочек, из которого он уплатил за угощение, имел весьма солидный вид. «Пожалуй, долларов на восемьсот потянет», — мысленно прикинул Кинк, метнув рысий взгляд на мешочек. Вдохновленный этим, он улучил минутку и переговорил с глазу на глаз с Бидуэллом, хозяином палатки и скверного виски.</p>
     <p>— Послушай, Бидуэлл, — сказал он с той дружеской доверчивостью, с какой один ветеран обращается к другому, — подсыпь-ка в мой мешочек долларов пятьдесят на денек-другой, а уж мы в долгу не останемся, Билл и я.</p>
     <p>Рейсы мешочка на весы участились, и веселье по случаю появления на свет Кинка стало еще более буйным. На радостях Кинк затянул было традиционную песенку золотоискателей о Генри Бичере, но сбился и, чтоб скрыть замешательство, снова угостил всю компанию. Даже Бидуэлл почтил новорожденного, раза два угостив всех; Билл и Кинк были уже порядком навеселе, в то время как у Анса Гендерсона только начали тяжелеть веки да понемножку развязываться язык.</p>
     <p>Билл расчувствовался и становился все откровеннее. Он поведал все свои невзгоды и печали хозяину, всему свету вообще и Ансу Гендерсону в частности. Для этой роли ему не понадобился даже актерский талант: скверное виски делало свое дело. Он проникся великой жалостью к себе и Кинку и, когда стал рассказывать, как из-за недостатка провизии они вынуждены продать половину своего ценнейшего участка, заплакал неподдельными слезами. Сам Кинк умилялся, слушая его.</p>
     <p>— Сколько же вы думаете взять? — спросил Анс Гендерсон, и алчный огонь вспыхнул в его глазах.</p>
     <p>Билл и Кинк не расслышали вопроса и заставили Гендерсона повторить его. Они явно уклонялись от ответа. Швед все больше распалялся. Покачиваясь всем корпусом, держась руками за стойку, он жадно вслушивался в каждое слово, которым они обменивались, театральным шепотом споря и совещаясь в сторонке, продавать ли им участок вообще и какую запросить за него цену.</p>
     <p>— Двести… ик… пятьдесят, — наконец объявил Билл. Только мы так думаем, что не стоит нам, пожалуй, продавать участок.</p>
     <p>— И правильно, черт побери, думаете, если хотите знать мое мнение, — поддержал его Бидуэлл.</p>
     <p>— Вот именно! — прибавил Кинк. — Мы не благотворительное общество, чтобы раздавать добро направо и налево, — подходи, кто хочет: шведы, белые — все!</p>
     <p>— Мы еще выпьем, я думаю, — сказал Анс Гендерсон, икнув и мудро обрывая деловой разговор, с тем, чтобы возобновить его в более благоприятную минуту.</p>
     <p>Теперь-то, в целях приближения этой благоприятной минуты, и пошел в ход его мешочек, курсируя взад-вперед между его карманом и весами. Кинк и Билл упирались, но в конце концов начали поддаваться на его уговоры. Наступила очередь шведа проявить некоторую сдержанность. Сильно пошатываясь и уцепившись за Бидуэлла, чтобы не упасть, он спросил его:</p>
     <p>— Как вы думаете, с ними можно иметь дело, с этими людьми?</p>
     <p>— Еще бы! — ответил Бидуэлл с жаром. — Я их сто лет знаю. Надежные ребята. Когда они продают участок, они продают участок. Они не из тех, что торгуют воздухом.</p>
     <p>— Я думаю покупать, — объявил Анс Гендерсон двум товарищам, подходя к ним нетвердой походкой.</p>
     <p>Но к этому времени он уже был весь во власти мечты и выдвинул требование: все или ничего! Хутчину Билл не на шутку огорчился. Он разразился целой тирадой по поводу свинской жадности чечако и шведов; в продолжение своей речи он несколько раз начинал клевать носом и переходил на невнятный лепет. Однако, получив пинок от Кинка или Бидуэлла, он встряхивался и выпускал свежий заряд ругани и проклятий.</p>
     <p>Все это время Анс Гендерсон оставался невозмутим. С каждым новым выпадом Кинка ценность участка возрастала в глазах шведа. Столь явное нежелание владельцев уступить участок могло означать только одно, и он почувствовал величайшее облегчение, когда Хутчину Билл с громким храпом свалился на пол и можно было заняться его более сговорчивым партнером.</p>
     <p>Кинк Митчелл оказался покладистым малым, хотя и хромал немного в арифметике. Обливаясь горючими слезами, он соглашался либо продать половину участка за двести пятьдесят долларов, либо весь за семьсот пятьдесят. Тщетны были все старания Анса Гендерсона и Бидуэлла развеять его ошибочные представления о действиях с дробями. Кинк плакал и причитал, обливая слезами стойку и плечи собеседников, но ничто не поколебало его твердого убеждения в том, что если половина стоит двести пятьдесят долларов, то две половины должны стоить втрое дороже.</p>
     <p>Наконец — и надо сказать, что даже Бидуэлл лишь смутно помнил, как именно кончилась эта ночь, — был заключен договор, по которому Билл Рейдер и Чарлз Митчелл отказывались от всех притязаний на участок, именуемый «24-й Эльдорадо». Так с легкой руки какого-то оптимиста-чечако стал называться ручей.</p>
     <p>После того как Кинк подписался под договором, они принялись втроем расталкивать Билла. Он долго раскачивался над документом, держа перо в руке, и с каждым его движением в глазах Анса Гендерсона то вспыхивала, то погасала волшебная мечта. Когда драгоценная подпись наконец скрепила договор и песок перешел из мешочка в мешочек, он вздохнул всей грудью и растянулся под столом, где и проспал сном праведника до самого утра.</p>
     <p>Наступил день, хмурый и холодный; швед проснулся в плохом настроении. Его рука инстинктивно потянулась к заднему карману — проверить, на месте ли мешочек с песком. Он оказался подозрительно тощим. В голове у шведа зашевелились воспоминания прошедшей ночи. Звуки хриплых голосов окончательно разбудили его. Открыв глаза, он выглянул из-под стола. Какие-то два золотоискателя разговаривали между собой. Они поднялись раньше всех, а возможно, и вовсе не ложились после ночи, проведенной в пути. Они громко выражали свое мнение по поводу совершенной и возмутительной негодности ручья Эльдорадо. Все больше волнуясь, Анс Гендерсон стал шарить в карманах и нащупал договор на участок «24-й Эльдорадо».</p>
     <p>А через десять минут кто-то принялся тормошить Хутчину Билла и Кинка Митчелла, которые спали, завернувшись в одеяла. Над ними стоял швед с безумными глазами и тыкал им в нос бумажкой, исписанной каракулями и покрытой кляксами.</p>
     <p>— Я думаю взять свои деньги обратно, — бормотал он. — Я думаю взять их обратно.</p>
     <p>В глазах у него блестели слезы, в горле клокотали рыдания. Он стоял перед ними, коленопреклоненный, убеждал их, умолял, а слезы так и катились по его щекам. Билл и Кинк не смеялись — не такие уж они были бессердечные люди.</p>
     <p>— Первый раз в жизни встречаю человека, который идет на попятный и скулит после заключения сделки, — сказал Билл. — И должен заметить, что это даже как-то странно!</p>
     <p>— Вот именно! — сказал Кинк Митчелл. — Купить участок на приисках — все равно что купить лошадь: обратно не продашь.</p>
     <p>Изумление их было совершенно искренним. Сами они никогда не позволили бы себе скулить по поводу уже заключенной сделки и поэтому не могли простить подобное малодушие другому.</p>
     <p>— Бедный чечако! — пробурчал Хутчину Билл, глядя вслед Ансу Гендерсону, который уныло побрел прочь.</p>
     <p>— Но ведь мы еще не дошли до Золотого Дна! — весело напомнил Кинк Митчелл.</p>
     <p>К вечеру того же дня, купив на золото Анса Гендерсона по баснословным ценам муки и бекона, они зашагали по кряжу в направлении к ручьям, протекавшим между Клондайком и Индейской рекой.</p>
     <p>А через три месяца, в разгар снежной метели, оба возвращались по тому же кряжу и попали на тропу, ведущую к участку «24-й Эльдорадо». Совершенно случайно забрели они сюда. Они и не думали разыскивать свою старую заявку. Из-за снежного бурана ничего нельзя было разглядеть, и только когда они очутились уже на своем бывшем участке, метель немного поутихла, и они увидели отвал, на котором стоял деревянный ворот. Ворот вращал какой-то человек. Они видели, как он поднял ведро с гравием и наклонил его над отвалом. Они увидели также другого человека, который наполнял лоток гравием. Человек этот смутно напомнил им кого-то. У него были длинные руки и волосы цвета соломы. Но только что они стали к нему подходить, как он повернулся, подхватил лоток и стремглав побежал в хижину. Поспешность его была понятна: на нем не было шапки, и хлопья снега падали за шиворот. Билл и Кинк бросились вслед за ним и вошли в хижину. Он стоял у печки на коленях и в кадке с водой промывал лоток.</p>
     <p>Он слышал, что кто-то вошел в дом, но был слишком занят и не обратил на них внимания. Они встали позади и смотрели через его плечо. Ловким круговым движением он встряхивал лоток, время от времени останавливаясь, чтобы вытащить самые крупные куски гравия пальцами. Вода в кадке была мутная, и они не могли разглядеть, что было в лотке. Но вдруг человек резким движением поднял из кадки лоток и выплеснул из него воду. На дне показалась желтая гуща, похожая на масло в маслобойке.</p>
     <p>Хутчину Билл проглотил слюну. Ему и не снилось, чтобы пробная промывка могла дать столько золота!..</p>
     <p>— Неплохой улов, приятель! — сказал он охрипшим голосом. — Сколько тут будет, по-твоему?</p>
     <p>Анс Гендерсон отвечал, не поднимая головы:</p>
     <p>— Я думаю, будет пятьдесят унций.</p>
     <p>— Так ты, должно быть, страшно богат?</p>
     <p>Поглощенный извлечением мельчайших крупиц гравия и все еще не поднимая головы, Анс Гендерсон ответил:</p>
     <p>— Я думаю, у меня тысяч пятьсот.</p>
     <p>— Ого! — сказал Хутчину Билл, и в голосе его слышалось почтение.</p>
     <p>— Вот именно, Билл, — ого! — сказал Кинк Митчелл.</p>
     <p>Они тихонько вышли из хижины и закрыли за собой дверь.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Батар</p>
     </title>
     <p>Батар был сущий дьявол. Так говорили о нем на всем Севере. «Исчадием ада» называли его многие, а хозяин его, Черный Леклер, дал ему позорную кличку «Батар», что по-французски значит «ублюдок». Черный Леклер тоже был сущий дьявол, и пес оказался ему под пару. Есть поговорка: столкнутся два дьявола — быть беде. Это неизбежно. И это стало тем более неизбежным, как только Батар столкнулся с Черным Леклером. Они познакомились, когда Батар был тощим и голодным щенком с угрюмыми глазами, и знакомство их началось с укуса и рычания, потому что у Леклера была привычка по-волчьи вздергивать верхнюю губу, оскаливая белые острые зубы. И он вздернул губу и злобно сверкнул глазами, когда протянул руку и вытащил Батара из кучки копошившихся щенят. Человек и собака, очевидно, сразу разгадали друг друга, потому что Батар, не долго думая, впился своими маленькими клыками в руку Леклера, а Леклер сдавил ему горло большим и указательным пальцами и стал хладнокровно душить его, так что тот чуть не простился со своей молодой жизнью.</p>
     <p>— Sacredam,<a l:href="#n_665" type="note">[665]</a> — пробормотал француз, стряхивая кровь, сочившуюся из раны, и глядя вниз на щенка, который, задыхаясь, валялся в снегу.</p>
     <p>Леклер повернулся к Джону Хемлину, хозяину лавки на Шестидесятой Миле.</p>
     <p>— Вот за что он мне понравиться! Сколько за него, эй вы, мсье? Сколько? Я купить его сейчас, я его купить немедленно!</p>
     <p>И Леклер купил щенка и дал ему позорную кличку Батар, потому что возненавидел его лютой ненавистью. Целых пять лет странствовали они по всему Северу — от Шестидесятой Мили и дельты Юкона до верховьев Пелли — и добрались даже до Пис-Ривер, впадающей в озеро Атабаску, и до Большого Невольничьего озера. Оба они прослыли отпетыми разбойниками, и о них ходила такая дурная слава, какой еще не заслужил ни один человек и ни один пес.</p>
     <p>Батар не знал своего отца — вот почему он получил такую кличку, — но Джон Хемлин знал, что отцом Батара был громадный лесной волк. Мать свою Батар помнил смутно: это была драчливая, распутная сука с лукавыми глазами, большелобая и широкогрудая, живучая, как кошка, мастерица на всякие проделки и пакости. Верность и преданность были ей несвойственны. Ни в чем нельзя было на нее положиться; разве только ее коварство не вызывало сомнений, а любовные похождения в диких лесах говорили об извращенности ее натуры. Много пороков и много сил было у родителей Батара, и все это досталось ему в наследство, ибо он был плотью от плоти их и костью от кости. А потом появился Черный Леклер, который наложил свою тяжелую руку на этот крохотный комочек трепещущей жизни и принялся мять его, и давить, и кулачить, пока щенок не стал огромным злобным псом, способным на любые каверзы, дышащим ненавистью, мрачным, лукавым, как черт. Будь у Батара хороший хозяин, щенок мог бы стать обыкновенной работящей упряжной собакой, но этого не случилось: Леклер только развил в нем врожденную порочность.</p>
     <p>История Батара и Леклера — это история войны, ожесточенной пятилетней войны, и их первая встреча была ее вещим прологом. Надо сказать, что всему виной был Леклер, ибо он ненавидел сознательно и разумно, а голенастый, нескладный щенок ненавидел слепо, инстинктивно и непоследовательно. Сначала жестокость Леклера не была изощренной (это пришло позже); все ограничивалось грубым обращением и побоями. Как-то раз, избивая Батара, Леклер повредил ему ухо. Мускулы были порваны, ухо повисло и болталось, как тряпка, напоминая Батару о его мучителе. И пес ничего не забыл.</p>
     <p>Его щенячье отрочество прошло под знаком бессмысленных мятежей. Батара постоянно задирали, а он давал сдачи, потому что это было в его характере. Но его нельзя было покорить. Пронзительно визжа от боли под ударами бича и палки, он всякий раз норовил дать отпор вызывающим рычанием, в котором выливалась ожесточенная жажда мести, а это неизменно влекло за собой новые пинки и побои. Но он унаследовал от матери ее цепкую живучесть. Ничто его не брало. В несчастьях он расцветал, в голодовку толстел, а ожесточенная борьба за жизнь развила в нем сверхъестественную сообразительность. Он был скрытен и хитер, как его мать, эскимосская сука, свиреп и храбр, как его отец, волк.</p>
     <p>Быть может, потому, что он был сыном волка, он никогда не скулил. Щенячья привычка тявкать прошла у него так же, как прошла косолапость, и он стал угрюмым и замкнутым. Он нападал быстро, без предупреждения, на брань отвечал рычанием, на удар укусом, неутолимую ненависть изливал, злобно скаля зубы, но никогда, как бы тяжко ему ни приходилось, не удавалось Леклеру заставить его взвыть от страха или боли. Эта неукротимость только разжигала злобу Леклера и подстрекала его на новые издевательства.</p>
     <p>Если Леклер давал Батару полрыбы, а другим собакам по целой, Батар отнимал у них рыбу. Он добирался до запасов пищи, оставленных путниками на дорожных стоянках, совершал много других пакостей и под конец стал грозой всех собак и их хозяев. Когда Леклер однажды избил Батара и приласкал Бабетту — Бабетту, которая работала вдвое хуже, чем Батар, — тот повалил ее в снег и раздробил ей заднюю ногу своими могучими челюстями так, что Леклеру пришлось застрелить собаку.</p>
     <p>Так, в кровавых драках, Батар подчинил себе всех своих товарищей по упряжке, установил для них законы пути и кормежки и заставил их подчиняться этим законам.</p>
     <p>За пять лет он только раз услышал доброе слово, только раз ощутил ласковое прикосновение руки и не понял, что это такое. Он подскочил, словно дикий зверь, каким он и был в действительности, — и челюсти его сомкнулись в мгновение ока. Тот, кто сказал ему доброе слово и ласково погладил его, был миссионер из Санрайза, новичок в этих местах. После этого случая он шесть месяцев не писал писем домой, а врачу пришлось проехать двести миль по льду из Мак-Куэсчэна, чтобы спасти его от заражения крови.</p>
     <p>Когда Батар появлялся в лагерях и поселках, люди и собаки подозрительно настораживались. Люди при встрече с ним угрожающе заносили ногу для пинка, а собаки ощетинивались и показывали клыки. Как-то раз один человек ударил Батара ногой, а пес стремительной волчьей хваткой стиснул ему икру челюстями, как стальным капканом, и прокусил до кости. Человек твердо решил прикончить его тут же, но Черный Леклер бросил на него зловещий взгляд и кинулся разнимать их с охотничьим ножом в руках. Убить Батара… — ах, sacredam! — это удовольствие Леклер приберегает для себя. Когда-нибудь он его получит, или же… э, все равно! Кто может знать заранее! Так или иначе, задача будет разрешена.</p>
     <p>Ведь каждый из них стал для другого задачей, которую предстояло решить. Каждый вздох одного был вызовом и угрозой для другого. Ненависть связала их так, как никогда не могла бы связать любовь. Леклер упрямо ждал того дня, когда покоренный Батар будет, угодливо повизгивая, пресмыкаться у его ног. А Батар… Леклер знал, что у Батара на уме, и не раз видел это в его глазах. И так ясно он это видел, что постоянно оглядывался, когда Батар был у него за спиной.</p>
     <p>Люди удивлялись, почему Леклер отказывается продать пса, даже за высокую цену.</p>
     <p>— Вот укокошишь его в один прекрасный день — и пропадут твои денежки, — сказал однажды Джон Хемлин, когда Леклер ударил Батара ногой и тот, задыхаясь, валялся в снегу, и никто не знал, сломаны у него ребра или нет, и не решался подойти посмотреть.</p>
     <p>— Эт-то, — сухо проговорил Леклер, — эт-то — мое дело, мсье.</p>
     <p>И еще люди удивлялись, почему Батар не сбежит от своего хозяина. Этого они никак не могли понять. А Леклер понимал. Он долго жил в глуши, не слыша человеческой речи, и научился понимать голоса ветра и бури, вздохи ночи, шепоты рассвета и шум дня. Он смутно слышал, как растут растения, как сок струится в дереве, как лопаются почки. И он знал еле уловимый язык всего живого; кролика, попавшего в ловушку, угрюмого ворона, что рассекает воздух крыльями, оленя, что бродит в лунном свете, волка, что скользит, как серая тень, в нас между сумерками и ночной тьмой. И с ним Батар говорил ясно и напрямик. Леклер отлично понимал, почему Батар не убегает от него, и все чаще оглядывался на пса.</p>
     <p>В минуты злобы Батар являл собой малоприятное зрелище. Не раз бросался он на Леклера, пытаясь вцепиться ему в горло, но неизменно падал в снег, весь дрожа, оглушенный рукояткой бича, который у Леклера всегда был под рукой.</p>
     <p>Так Батар научился терпеливо ждать своего часа. Однажды, когда он уже достиг полной зрелости и был в расцвете сил, ему показалось, что этот час настал. Тогда он был уже крупным широкогрудым псом с могучими мускулами, и шея у него обросла густой щетинистой шерстью — точь-в-точь как у чистокровного волка. Леклер спал, закутавшись в меха, когда Батар решил, что время приспело. Он стал бесшумно, по-кошачьи подкрадываться к хозяину, опустив голову до земли и прижав здоровое ухо. Батар дышал тихо, очень тихо и, только подкравшись вплотную к спящему, поднял голову. Он замер и с минуту смотрел, как на покрытой бронзовым загаром бычьей шее, обнаженной и жилистой, мерно бьется пульс в лад с глубоким, ровным дыханием. Он смотрел, и слюна текла у него по клыкам, капая с языка, и в эту минуту он вспомнил свое разорванное ухо, несчетные побои, нестерпимые обиды и без звука ринулся на спящего.</p>
     <p>Леклер проснулся от боли, когда клыки вонзились ему в шею, и, как зверь — да он и в самом деле был зверем, — проснулся с ясной головой и сразу все понял. Он обеими руками стиснул шею Батара и, выкатившись из-под мехов, попытался подмять под себя пса. Но тысячи предков Батара хватали за горло бесчисленных лосей и оленей и валили их на землю, и он унаследовал опыт своих предков. Когда Леклер придавил его всей своей тяжестью, Батар подогнул задние лапы и стал рвать ему когтями грудь и живот, раздирая в клочья кожу и мускулы. А потом, почувствовав, что тело человека дернулось и приподнялось над ним, еще крепче вцепился ему в горло. Другие упряжные собаки с рычанием сгрудились вокруг них, и Батар, задыхаясь и теряя сознание, понял, что им не терпится вонзить в него зубы. Но не ими был занят Батар, а человеком — человеком, что на него навалился, и Батар рвал, и трепал, и грыз своего врага из последних сил. Леклер душил его обеими руками, и вот грудь Батара судорожно поднялась, ловя воздух, глаза остекленели и остановились, челюсти медленно разжались, из пасти вывалился черный распухший язык.</p>
     <p>— Ну что? Bon!<a l:href="#n_666" type="note">[666]</a> Дьявол ты этакий! — прохрипел Леклер, захлебываясь кровью, заливавшей ему рот и горло, и оттолкнув от себя бесчувственного пса.</p>
     <p>И Леклер с руганью отогнал прочь собак, кинувшихся на Батара. Они отступили назад, расселись широким кругом, готовые каждую минуту вскочить, и принялись облизываться, а шерсть у них на загривках встопорщилась и стала дыбом.</p>
     <p>Батар быстро пришел в себя, и, услышав голос Леклера, с трудом поднялся и стоял, едва держась на ногах.</p>
     <p>— А-а-а! Ты, дьявол! — зашипел Леклер. — Я тебе задать, я тебе буду всыпать досыта, клянусь бог!</p>
     <p>Воздух, как вином, обжег пустые легкие Батара, и пес прыгнул, норовя вцепиться прямо в лицо человеку, но промахнулся, и челюсти его захлопнулись с металлическим лязгом. Враги катались по снегу, и Леклер бешено молотил пса кулаками куда попало. Но вот они расцепились и начали кружить взад-вперед, не спуская глаз друг с друга. Леклер мог бы вытащить свой нож. У его ног лежало ружье. Но в нем проснулся и буйствовал зверь. Эт-то он сделает своими руками… и зубами. Батар метнулся вперед, но Леклер сшиб его ударом кулака, бросился на него и прокусил ему плечо до кости.</p>
     <p>Первобытная драма в первобытных декорациях — сцена, какие, быть может, разыгрывались в пору дикой юности мира. Поляна в дремучем лесу, кольцо скалящих зубы полудиких собак, а в середине два зверя: сцепившись, они кусаются и рычат, мечутся в бешенстве, задыхаются, стонут, обезумев от ярости, и в страстной жажде крови остервенело рвут друг друга когтями.</p>
     <p>Но вот Леклер, изловчившись, хватил Батара кулаком по затылку, сшиб его и на минуту оглушил. Тогда он вскочил на пса и, подпрыгивая, принялся топтать его ногами, словно стараясь вдавить в землю. Он переломил Батару задние ноги и только тогда остановился передохнуть.</p>
     <p>— А-а-а! А-а-а! — ревел Леклер, бессильно потрясая кулаком, так как не мог вымолвить ни слова.</p>
     <p>Но Батар был неукротим. Он валялся на снегу, беспомощный, и все-таки пытался зарычать, но не мог, и только его верхняя губа слегка подергивалась и вздрагивала. Леклер пнул его ногой, а пес ослабевшими челюстями схватил хозяина за щиколотку, но даже не прокусил ему кожу.</p>
     <p>Тогда Леклер поднял бич и принялся хлестать Батара с такой яростью, словно решил рассечь его на куски, и с каждым ударом бича он выкрикивал:</p>
     <p>— На этот раз я тебя обломать! А? Клянусь бог! Я тебя обломать!</p>
     <p>Наконец Леклер ослабел, и, почти лишившись чувств от потери крови, обмяк и рухнул рядом со своей жертвой, а когда жаждущие мести собаки подползли к ним вплотную, он, теряя последние остатки сознания, навалился всем телом на Батара, чтобы защитить его от их клыков.</p>
     <p>Это произошло неподалеку от Санрайза, и несколько часов спустя миссионер, открыв дверь Леклеру, с удивлением заметил, что в упряжке нет Батара. Он удивился еще больше, когда Леклер, сбросив с нарт полость, схватил Батара в охапку и, шатаясь, перешагнул порог.</p>
     <p>В этот день врач из Мак-Куэсчэна, бродяга по натуре, заехал к миссионеру поболтать о том о сем, и они оба захотели было осмотреть раны Леклера.</p>
     <p>— Merci, non,<a l:href="#n_667" type="note">[667]</a> — отказался тот. — Вы сначала лечить собаку… Издохнуть?.. Нет, нельзя. Я буду его обломать. Вот почему он не надо издохнуть.</p>
     <p>Леклер выжил, и врач говорил, что это исключительный случай, а миссионер назвал это чудом, но за время болезни он так ослабел, что весной схватил лихорадку и опять слег. Батар был совсем плох, но сила жизни в нем преодолела все. Кости его задних ног срослись, и за те несколько недель, что он лежал, скрученный ремнями, на полу, к нему вернулось здоровье. А к тому времени, когда Леклер поправился и, с желтым лицом, еле передвигая ноги, стал выходить из дома погреться на солнце, Батар уже вернул себе главенство над своими сородичами и покорил не только товарищей по упряжке, но и собак миссионера.</p>
     <p>Ни один мускул у него не дрогнул, ни один волос не пошевельнулся, когда Леклер, пошатываясь и опираясь на руку миссионера, впервые вышел из дома и медленно, с необычайной осторожностью опустился на трехногий табурет.</p>
     <p>— Bon! — проговорил он. — Bon! Хорошее солнце!</p>
     <p>И он вытянул свои исхудалые руки, наслаждаясь солнечным теплом.</p>
     <p>Но вот взгляд Леклера упал на пса, и прежний огонь загорелся в его глазах. Он притронулся к руке миссионера.</p>
     <p>— Mon père,<a l:href="#n_668" type="note">[668]</a> эт-тот Батар — дьявол. Вы принесите мне один пистолет, чтобы я мог пить солнце спокойно.</p>
     <p>И с этих пор Леклер подолгу сидел на солнце у порога. Ни разу он не вздремнул, а пистолет всегда лежал у него на коленях. Каждый день Батар прежде всего проверял, на месте ли пистолет. При виде оружия он слегка вздергивал губу в знак того, что ему все понятно, а Леклер тоже вздергивал губу, ухмыляясь в ответ. Как-то раз миссионер обратил на это внимание.</p>
     <p>— Господи боже! — проговорил он. — Можно подумать, что этот пес все понимает!</p>
     <p>Леклер негромко рассмеялся.</p>
     <p>— Смотрите, mon père, что я сейчас буду говорить, а он слушать.</p>
     <p>И Батар, словно в подтверждение его слов, чуть заметно навострил здоровое ухо, будто стараясь не пропустить ни звука.</p>
     <p>— Я сказать «убью»!</p>
     <p>Батар глухо заворчал, шерсть взъерошилась у него на загривке, и все мускулы напряглись в ожидании.</p>
     <p>— Я поднимать пистолет, вот так.</p>
     <p>И Леклер навел пистолет на Батара.</p>
     <p>Батар, метнувшись в сторону, одним прыжком отскочил за угол дома.</p>
     <p>— Господи боже! — повторил миссионер.</p>
     <p>Леклер горделиво осклабился.</p>
     <p>— Но почему он не убежит от вас?</p>
     <p>Леклер пожал плечами — излюбленный жест французов, выражающий все что угодно, начиная от полного неведения до глубочайшего понимания.</p>
     <p>— Так почему же вы его не убьете?</p>
     <p>Леклер снова пожал плечами.</p>
     <p>— Mon père, — ответил он, помолчав, — время еще не наступить. Он дьявол. Когда-нибудь я его обломать так и вот так— на кусочки. Когда-нибудь! Bon!</p>
     <p>Настал день, когда Леклер собрал своих собак и в плоскодонке отправился вниз по течению до Сороковой Мили, потом до Поркьюпайна, а там нанялся в Компанию Тихоокеанского побережья и большую часть года занимался разведкой. Затем он поднялся вверх по Коюкуку до покинутого жителями поселка Арктик-сити и вернулся по Юкону, плывя вниз по течению от лагеря до лагеря. И за эти долгие месяцы Батар прошел суровую школу. Он подвергался многим пыткам, в частности пытке голодом, пытке жаждой, пытке огнем и самой страшной из всех — пытке музыкой.</p>
     <p>Как и все его сородичи, он не выносил музыки. Она жестоко терзала его, раздражала каждый его нерв и как бы разрывала на части все его существо. Слушая ее, он выл протяжным волчьим воем, как волки воют на звезды в морозные ночи. Он не мог удержаться. Это была его единственная слабая сторона в борьбе с Леклером, и это был его позор. Леклер, напротив, страстно любил музыку, так же страстно, как хмель. И если его душа жаждала проявить себя, она обычно избирала один из этих двух способов, но чаще всего — оба. Когда же Леклер был пьян и в мозгу его звучали неспетые песни, в нем пробуждался дремлющий демон, и душа его находила свое высшее проявление в пытке Батара.</p>
     <p>— Теперь мы будем иметь немножко музыка, — говорил он. — А? Как думаешь, Батар?</p>
     <p>Он играл только на старой губной гармонике, которую бережно хранил и терпеливо чинил, но она была лучшее, что ему удалось купить, и из ее серебряных трубок он извлекал зловещие, диссонирующие звуки, каких никто никогда не слыхал. Тогда у Батара сжималось горло, и, стиснув зубы, он пятился назад, дюйм за дюймом, в самый дальний угол хижины. А Леклер с толстой палкой под мышкой все играл и играл, надвигаясь на пса шаг за шагом, дюйм за дюймом, пока тому уже некуда было отступать.</p>
     <p>Сначала Батар весь съеживался, стараясь занимать как можно меньше места, и припадал к полу, но музыка звучала все ближе и ближе, и тогда он невольно вставал на задние лапы, прижавшись спиной к бревенчатой стене, и махал передними, словно отгоняя от себя набегающие волны звуков. Он не разжимал зубов, но мускулы его резко сокращались, по телу пробегали судороги, и весь он дрожал и корчился в немой муке. Он уже не мог владеть собой, и челюсти его судорожно разжимались, а из пасти вырывались гортанные, вибрирующие звуки, такие низкие, что человеческий слух уловить их не мог. Ноздри Батара раздувались, шерсть на загривке вставала дыбом, и, выпучив глаза, он в бессильной ярости испускал протяжный волчий вой. Этот вой плавно и стремительно повышался; нарастая, переходил в громкий, душераздирающий вопль, потом горестно замирал… Потом снова порыв вверх, октава за октавой… Разрывается сердце… И вот беспредельная скорбь и тоска притупляются, погасают, поникают, и медленно им приходит конец.</p>
     <p>Это был сущий ад. И казалось, будто Леклер, всезнающий, как сатана, нащупывает каждый нерв, каждую струнку Батара и протяжными стонами своей гармоники, ее дрожащими надрывными звуками заставляет пса изливать всю его тоску до последней капли. Это было страшно, и потом целые сутки после этого Батар не мог прийти в себя, вздрагивал от самых обычных звуков и шарахался от своей собственной тени, но, несмотря ни на что, был все так же деспотичен и жесток с другими собаками. И он не давал ни малейшего повода думать, что дух его сломлен. Он только становился все более угрюмым и замкнутым и все ждал своего часа с непостижимым терпением, которое начало удивлять и тяготить даже самого Леклера. Пес часами лежал недвижно перед огнем, глядя в упор на хозяина, и ненависть к нему тлела в его измученных глазах.</p>
     <p>Нередко человеку казалось, будто он замахнулся на то, что составляет самую сущность жизни, ту непобедимую сущность, что низвергает с неба ястреба, как крылатую молнию, что гонит грузного серого гуся из жарких стран в холодные, что заставляет лосося во время нереста мчаться две тысячи миль вверх по бурному разливу Юкона. В такие мгновения его охватывала жажда проявить свою собственную непобедимую сущность, и, возбужденный хмелем, дикой музыкой и ненавистью к Батару, он предавался бесшабашному разгулу и противопоставлял миру свою ничтожную силу, бросая вызов всему, что было, есть и будет.</p>
     <p>— Тут что-то есть, — говорил он, когда изливавшиеся в звуках музыки безумства его души касались тайных струн существа Батара и вызывали у пса протяжный, мрачный вой. — Я вытягивать эт-то обеими руками, вот так и так. Ха! Ха! Эт-то смешно! Эт-то очень смешно! Священник распевать псалмы, женщины молиться, мужчины ругаться, птички делать «чирик-чирик». Батар, он делать йоу-йоу, и все эт-то одно и то же. Ха! Ха!</p>
     <p>Отец Готье, достойный пастырь, однажды начал было увещевать Леклера, угрожая ему неминуемой карой в аду. И с тех пор закаялся.</p>
     <p>— Эт-то, может быть, и так, mon père, — возразил Леклер. — А я думать, я пройти через ад и там буду щелкать на всех зубами, как щелкать хвойные ветки в огонь. Правда?</p>
     <p>Но все плохое кончается, так же как и все хорошее; пришел конец и Черному Леклеру. Летом он отправился по мелководью из Мак-Дугалла в Санрайз. Из Мак-Дугалла он выехал вместе с Тимоти Брауном, а в Санрайз приехал один. Стало известно, что, перед тем как отчалить, они повздорили. Десятитонный колесный пароходик «Лиззи», вышедший на сутки позже, обогнал Леклера на три дня. А Леклер явился в Санрайз с простреленным навылет плечом и рассказал историю, где было все: и засада, и выстрелы, и убийство.</p>
     <p>В Санрайзе нашли золото, и многое там переменилось. Туда хлынули сотни золотоискателей, потоки виски, профессиональные игроки, и миссионер увидел, что страница его жизни, посвященная обращению индейцев в христианство, стерта начисто. Когда индианки принялись варить бобы и топить печи для одиноких золотоискателей, а индейцы — менять свои теплые меха на черные бутылки и сломанные часы, миссионер слег в постель, несколько раз произнес: «Господи боже!» — и в грубо сколоченном длинном ящике отбыл туда, где ему предстояло дать свой последний отчет. Тогда игроки в рулетку и фараон перенесли столы в дом миссии, и стук фишек и звон стаканов раздавались там от утренней зари до вечерней и от вечерней до утренней.</p>
     <p>Надо сказать, что Тимоти Браун был очень популярен среди северных искателей приключений. В одном лишь можно было его упрекнуть: он был вспыльчив и драчлив; впрочем, эти мелкие недостатки с лихвой искупались его добротой и щедростью. Но ничто не искупало грехов Черного Леклера. Он поистине был «черен», о чем свидетельствовали многие его всем памятные деяния, и все так же дружно ненавидели Леклера, как любили Тимоти Брауна. Поэтому жители Санрайза наложили на плечо Леклера антисептическую повязку и потащили его на суд Линча.</p>
     <p>Для них все было ясно. Леклер повздорил с Тимоти Брауном в Мак-Дугалле. Из Мак-Дугалла он выехал вместе с Тимоти Брауном. В Санрайз приехал без Тимоти Брауна. Хорошо зная, что он за птица, все пришли к единодушному заключению, что он убил Тимоти Брауна. Леклер, со своей стороны, подтверждал факты, приведенные его судьями, но опровергал сделанные из них выводы и объяснял все по-своему.</p>
     <p>В двадцати милях от Санрайза они плыли в лодке, отталкиваясь шестами. Лодка шла вдоль скалистого берега. Вдруг раздались два выстрела. Тимоти Браун вывалился из лодки в воду и пошел ко дну, пуская красные пузыри. Так погиб Тимоти Браун. Он, Леклер, бросился на дно лодки, чувствуя острую боль в плече. Он лежал недвижно, посматривая на берег. Немного погодя два индейца высунули головы из-за прикрытия и вышли на берег, таща на плечах челнок из березовой коры. Когда они спускали его. на воду, Леклер выстрелил. Он попал в одного индейца, и тот рухнул в реку, как Тимоти Браун. Другой упал на дно челнока, затем челнок и лодка понеслись вниз по течению, обгоняя друг друга. Вскоре они подплыли к месту, где река делилась на два рукава и челнок обогнул остров с одной стороны, а лодка с другой. Леклер больше не видел челнока, в Санрайз он приехал один. Да, судя по тому, как подпрыгнул индеец в челноке, он, Леклер, несомненно, попал в него. Вот и все.</p>
     <p>Этому показанию не поверили. Леклеру дали десять часов отсрочки, а «Лиззи» послали вниз по течению на поиски. Десять часов спустя «Лиззи», посапывая, вернулась в Санрайз. Узнать ничего не удалось. Показания Леклера не подтвердились. Ему посоветовали сделать завещание, так как в Санрайзе у него был прииск, стоивший пятьдесят тысяч долларов, а здешние люди не только сами устанавливали законы, но и соблюдали их.</p>
     <p>Леклер пожал плечами.</p>
     <p>— Но вот что, — сказал он, — маленькая… как это вы называть… милость… да, вот именно, маленькая милость… Я давать свои пятьдесят тысяч долларов церкви, я давать свой эскимосский пес Батар черту. Маленькая милость. Сперва вы вешать его, а потом вы вешать меня. Эт-то хорошо, да?</p>
     <p>Хорошо, согласились они, пусть «исчадие ада» проложит для своего хозяина путь через последний перевал. Заседание суда перенесли на берег реки, где стояла большая одинокая ель. Лежебока Чарли сделал петлю на конце толстой веревки, надел ее Леклеру на шею и затянул. Потом Леклеру связали руки за спиной и помогли стать на ящик из-под сухарей. Свободный конец веревки перекинули через сук, натянули и завязали узлом. Оставалось только выбить ящик из-под ног, чтобы тело закачалось в воздухе.</p>
     <p>— А теперь собаку, — сказал Уэбстер Шоу, бывший горный инженер. — Вешать ее придется тебе, Лежебока.</p>
     <p>Леклер осклабился. Лежебока откусил жевательного табака, сделал скользящую петлю и не спеша принялся наматывать веревку на руку. Раз или два он отрывался от этого занятия, чтобы смахнуть с лица особенно назойливых комаров. Все отмахивались от комаров, кроме Леклера, и над его головой они толклись маленьким облачком. Даже Батар, растянувшийся на земле, отгонял их передними лапами от глаз и морды.</p>
     <p>Но пока Лежебока ждал, когда Батар поднимет голову, тишину нарушил далекий крик, и все увидели, что кто-то выбежал из Санрайза и, размахивая руками, мчится по низине. Это был лавочник.</p>
     <p>— П-постойте, ребята! — проговорил он, еле переводя дух, и, отдышавшись, начал: — Только что явились Маленький Сэнди и Бернадотт. Высадились ниже по течению и пришли пешком напрямик. Привели с собой Бобра. Захватили его в челноке, в дальнем протоке. У Бобра две пулевые раны. Другой был Клок-Катс, тот, что изувечил свою скво и смылся.</p>
     <p>— Как? А я что говорить? Как? — ликующе закричал Леклер. — Эт-то он! Я знать, что я говорить правду.</p>
     <p>— Слушайте: надо нам проучить этих проклятых сивашей, — промолвил Уэбстер Шоу. — Они разжирели и обнаглели, и нам придется их осадить. Соберите-ка всех индейцев и вздерните Бобра для примера. Вот какая у нас будет программа. Идем послушаем, что он скажет в свою защиту.</p>
     <p>— Эй, месье! — закричал Леклер, когда толпа хлынула в Санрайз и стала скрываться из виду в сумерках. — Я тоже очень хотеть посмотреть на спектакль.</p>
     <p>— Мы тебя развяжем, когда вернемся! — крикнул ему Уэбстер Шоу, оглянувшись. — А пока поразмысли о своих грехах и путях провидения. Это тебе пойдет на пользу, спасибо нам скажешь.</p>
     <p>Как и все люди со здоровыми нервами, привыкшие к опасностям и научившиеся терпению, Леклер приготовился ждать долго, иначе говоря, примирился с мыслью об этом. Но тело его не могло примириться с неудобным положением: веревка принуждала Леклера стоять вытянувшись. Стоило чуть-чуть ослабить мускулы ног, как жесткая веревка врезалась ему в шею; если же он выпрямлялся, плечо начинало сильно болеть. Он выпятил нижнюю губу и дул кверху, стараясь отогнать комаров от глаз. Но даже в таком неприятном положении было чем утешиться: ведь есть расчет немного потерпеть, если удалось вырваться из лап смерти. Жаль, конечно, что не придется посмотреть, как будут вешать Бобра.</p>
     <p>Так он раздумывал, пока взгляд его не упал на Батара, который дремал, растянувшись на земле и положив голову на передние лапы. И тогда раздумья кончились. Леклер начал внимательно присматриваться к Батару, стараясь понять, действительно ли он спит или только притворяется спящим. Бока Батара мерно приподнимались, но Леклер чутьем угадывал, что дышит он немного быстрее, чем обычно дышит спящий, и что все в нем, до последнего волоска, насторожилось, как нельзя насторожиться во сне, который всегда расковывает тело. Леклер охотно отдал бы свой прииск в Санрайзе, лишь бы знать наверное, что собака действительно спит, и когда у него случайно хрустнули суставы, он быстро и виновато взглянул на Батара, ожидая, что тот встрепенется. В этот миг Батар не встрепенулся, но несколько минут спустя он встал, медленно и лениво потянулся и внимательно огляделся кругом.</p>
     <p>— Sacredam, — процедил сквозь зубы Леклер.</p>
     <p>Убедившись, что поблизости никого нет, Батар сел, скривил верхнюю губу, — казалось, будто он улыбается, — посмотрел вверх на Леклера и принялся лизать лапы.</p>
     <p>— Я видеть мой конец, — проговорил человек и сардонически расхохотался.</p>
     <p>Батар подошел ближе. Его искалеченное ухо болталось, здоровое вытянулось в струнку. Игриво склонив голову набок, он стал приближаться мелкими, танцующими шажками. Потом тихонько потерся о ящик, и тот сдвинулся с места. Леклер осторожно переминался с ноги на ногу, стараясь сохранить равновесие.</p>
     <p>— Батар, — проговорил он спокойным голосом, — берегись! Я тебя убью.</p>
     <p>Услышав знакомое слово, Батар зарычал и толкнул ящик сильнее. Потом он стал на задние лапы, а передними с силой уперся в верхнюю часть ящика. Леклер хотел было пнуть его ногой, но веревка так врезалась ему в шею, что он чуть не потерял равновесия.</p>
     <p>— Хай-йа! Пошел! Вперед! — заорал он.</p>
     <p>Батар отступил футов на двадцать с таким сатанински лукавым видом, что Леклер уже не мог ошибиться в его намерениях. Он вспомнил, как пес много раз разбивал ледяную корку на проруби, подпрыгивая и бросаясь на нее всем телом, и понял, что тот замышляет. Батар повернулся кругом и замер. Он оскалил свои белые зубы — и Леклер осклабился в ответ, — потом взметнулся вверх и всей своей тяжестью рухнул на ящик.</p>
     <p>Четверть часа спустя Лежебока Чарли и Уэбстер Шоу, возвращаясь, различили в сумраке страшный маятник, качающийся из стороны в сторону. Подбежав ближе, они увидели мертвое человеческое тело и вцепившееся в него живое существо, которое трясло его, трепало, раскачивало.</p>
     <p>— Хай-йа! Прочь ты, исчадие ада! — завопил Уэбстер Шоу.</p>
     <p>Батар только злобно сверкнул на него глазами и угрожающе зарычал, но не разжал челюстей.</p>
     <p>Лежебока Чарли вытащил револьвер, но руки у него дрожали, словно от холода, и он не решился выстрелить.</p>
     <p>— Возьми ты, — сказал он, протянув револьвер товарищу.</p>
     <p>Уэбстер Шоу коротко рассмеялся, прицелился псу в лоб между горящими глазами и нажал курок. Тело Батара дернулось, забилось в судороге о землю и вдруг обмякло. Но его стиснутые челюсти так и не разжались.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Осколок третичной эпохи</p>
     </title>
     <p>Я с самого начала умываю руки. Не я, а он все это сочинил, и я не собираюсь отвечать за его рассказ. Заметьте, я делаю эти предварительные оговорки, чтобы никто не усомнился в моей честности. Я женат, достиг кое-какого положения, и, чтобы не опорочить доброе имя людей, чье уважение я имел честь заслужить, и не повредить нашим детям, я не вправе рисковать, как когда-то, с юношеским легкомыслием и беспечностью утверждая то, в чем не уверен. Итак, повторяю, я умываю руки, снимаю с себя всякую ответственность за этого Нимрода, могучего охотника, этого нескладного, веснушчатого, голубоглазого Томаса Стивенса.</p>
     <p>Теперь, когда я все выложил и чист перед самим собою и перед всеми нашими потомками, сколько бы мне их жена ни подарила, я могу себе позволить быть великодушным. Не скажу дурного слова о том, что рассказал мне Томас Стивенс, более того, я вообще оставлю свое мнение при себе. Если меня спросят, почему, я могу лишь ответить, что у меня нет на этот счет никакого мнения. Я много раз думал, взвешивал, оценивал, но, право слово, так ни к чему и не пришел, а все потому, что далеко мне до Томаса Стивенса. Если он говорил правду — хорошо, если неправду — тоже хорошо. Ибо кто может подтвердить его слова? Или опровергнуть? Я выхожу из игры, ну, а маловеры могут поступить, как поступил в свое время я: разыщите упомянутого Томаса Стивенса и потолкуйте с ним обо всем, что я надеюсь вам рассказать. Вы спросите, где его найти? Пожалуйста, где-нибудь между пятьдесят третьим градусом северной широты и полюсом и между восточными берегами Сибири и западной оконечностью Лабрадора — в любом месте, где водится дичь. Он, без сомнения, где-то там, место вполне определенное, даю вам честное, благородное слово человека, который заботится о своем будущем, а потому не лукавит и держится подальше от греха.</p>
     <p>Может, Томас Стивенс и великий выдумщик, но не могу не сказать, что он забрел в мой лагерь в тот самый час, когда я сидел один и думал, что от тех мест, где можно встретить цивилизованного человека, меня отделяет тысяча миль. При виде человека, первого за долгие, томительные месяцы, я едва не вскочил и не обнял его (а я вовсе не склонен к бурным проявлениям чувств), для него же в этом посещении не было, кажется, ничего удивительного. Он просто забрел на огонек, поздоровался по обычаю охотников и бродяг и, отодвинув в одну сторону мои лыжи, в другую — собак, расчистил себе место у очага. «Заглянул одолжить щепотку соды, — сказал он, — а заодно поинтересоваться, нет ли у вас хоть немного доброго табаку». Он вынул старую трубку, тщательно набил ее и, глазом не моргнув, отсыпал половину золотистых сухих завитков из моего кисета в свой. Да, табачок был хорош! Не испытывая ни малейших угрызений совести, он блаженно затянулся, а я глядел на него, и мое сердце курильщика радовалось.</p>
     <p>Охотник? Зверолов? Старатель? Он пожал плечами. Нет, просто бродит здесь вокруг. Недавно побывал у Большого Невольничьего, подумывает прогуляться на Юкон. В Кошимской фактории говорили о россыпях на Клондайке, и он решил поглядеть, чем дело пахнет.</p>
     <p>Я заметил, что он называет Клондайк по старинке, на местный лад Рекой Северного оленя — привычка гордых старожилов, не желающих, чтоб их смешивали с чечако и прочими неженками. Но у него это получилось так непосредственно и просто, что не уязвляло, и я простил его. Он сказал, что, пока не перевалил кряж и не спустился к Юкону, ему, пожалуй, не худо бы еще заглянуть в форт Доброй Надежды.</p>
     <p>Надо сказать, что форт Доброй Надежды далеко на севере, за Полярным кругом, куда редко ступает нога человека, и когда среди ночи к вам невесть откуда является этакий бродяга, подсаживается к огню и сыплет такими словечками, как «прогуляться» на Юкон и «заглянуть» в форт Доброй Надежды, самое время встать и протереть глаза. И я огляделся: брезент, защищающий от ветра, под ним — сосновые сучья, на которых я на ночь расстилал меховые одеяла, увидел мешки с провизией, фотографическую камеру, пар от дыхания псов, что улеглись вокруг костра, а в вышине — гигантское полотнище северного сияния, раскинувшееся в небе с юго-востока на северо-запад. Я вздрогнул. Есть в ночах Севера какое-то колдовство, которое пробирает до костей, словно лихорадка на болотах. Не успеешь оглянуться, как ты уже в его власти и повержен наземь. Потом я взглянул на свои лыжи, они лежали плашмя, крест-накрест там, где он их бросил. Увидел я и кисет. По крайней мере половины моего солидного запаса курева как не бывало. Все сомнения рассеялись. Стало быть, мне не померещилось.</p>
     <p>Верно, нечеловеческие лишения свели его с ума, подумал я, в упор глядя на гостя, как видно, это одна из жертв золотой лихорадки — из тех, что давно забыли родной дом и бродят, как неприкаянные, по бескрайним и бесплодным просторам. Ну что ж, пусть его болтает, пока, быть может, его омраченное сознание не прояснится. Как знать, вдруг при звуке человеческой речи он придет в себя.</p>
     <p>И вот я старался втянуть его в разговор, и вскоре он, к моему изумлению, со знанием дела заговорил о дичи, о зверье и их повадках. Оказывается, он подстрелил однажды сибирского волка на крайнем западе Аляски и серну в самом сердце Скалистых гор. Он знает местечки, где по сей день бродит последний бизон, он преследовал по пятам стотысячное стадо чем-то испуганных карибу и спал на зимней тропе мускусного быка на Бесплодных землях.</p>
     <p>И, слушая эти рассказы, я переменил мнение о нем (в первый раз, но отнюдь не в последний) и решил, что передо мной сама правдивость. Не знаю, почему, но мне вздумалось рассказать ему историю, услышанную от человека, прожившего в этих краях так долго, что он уже не мог не привирать. Он уверял, что на крутых откосах горы св. Илии водится огромный медведь, который никогда не спускается ниже, на более отлогие склоны. И вот бог так создал, приспособил этого зверя, что обе его правые лапы — передняя и задняя — на фут короче левых. И вы, конечно, согласитесь, что это очень удобно.</p>
     <p>От первого лица, в настоящем времени я пустился рассказывать, как самолично охотился на этого редкого зверя, для пущего правдоподобия сдобрил местным колоритом, приукрасил все, как полагается, и поглядывал на своего слушателя в надежде, что мой рассказ ошеломит его.</p>
     <p>Ничуть не бывало. Усомнись он, я бы его простил. Заспорь он, скажи, что такая охота не опасна, — ведь зверь не может повернуться и побежать в другую сторону, — возрази он хоть слово, и я крепко пожал бы его руку, руку честного человека. Но ничуть не бывало. Он фыркнул, поглядел на меня и снова фыркнул; потом воздал должное моему табаку, положил ногу мне на колени и предложил пощупать мокасины. То были муклуки, какие носят аляскинские эскимосы, — сшитые сухожилиями, не украшенные ни бисером, ни какой-либо другой отделкой. Но шкура, из которой они были сшиты, — вот что меня поразило. Толщиной добрых полдюйма, она напоминала моржовую, но на этом сходство кончалось, ибо ни один морж не может похвастать такой удивительной шерстью. Сбоку, на лодыжках, она почти вся вытерлась оттого, что он изо дня в день продирался сквозь снег и кустарник, но сзади и сверху, в местах, более защищенных, была черная, без блеска и необыкновенно густая. Я с трудом разобрал мех, чтобы поглядеть на великолепный подшерсток, которым отличаются звери Севера, но его не оказалось. Зато шерсть была необычайной длины. В самом деле, на уцелевших, не вытершихся островках она достигала добрых семи, а то и восьми дюймов.</p>
     <p>Я поглядел на своего гостя, и он убрал ногу и спросил:</p>
     <p>— Ну как, у вашего медведя тоже такая шкура?</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Не видал такой ни у одного зверя ни на море, ни на суше, — чистосердечно признался я.</p>
     <p>Толщина шкуры и длина шерсти озадачили меня.</p>
     <p>— Это шкура мамонта, — сказал он самым будничным голосом.</p>
     <p>— Чепуха! — воскликнул я, не в силах сдержать свое неверие. — Дорогой мой, мамонт давным-давно исчез с лица земли. По окаменелым остаткам, обнаруженным в земле, и по замерзшему скелету, который сибирское солнце сочло нужным вытопить из самой толщи ледника, мы знаем, что некогда это животное существовало, но мы знаем также, что до наших дней оно не дожило. Наши исследователи…</p>
     <p>— Ваши исследователи? — нетерпеливо прервал он. — Тьфу! Хилое племя. И слышать о них не хочу. Но скажи мне, человече, что знаешь ты о мамонте и его повадках?</p>
     <p>Тут явно что-то кроется, и я закинул удочку — порывшись в памяти, стал выкладывать все, что знал о мамонтах. Прежде всего я подчеркнул, что это животное доисторическое, и выставил в поддержку все имеющиеся в моем распоряжении факты. Я сослался на песчаные отмели сибирских рек, где в изобилии находят остатки скелетов мамонта, упомянул огромные количества мамонтовой кости, закупленной у эскимосов Торговой компанией Аляски, поведал, что мне и самому довелось выкопать два бивня — один шести футов, другой— восьми в золотоносном песке на притоках Клондайка.</p>
     <p>— И все эти ископаемые остатки, — заключил я, — мы находим в наносных породах, отлагавшихся в давние времена.</p>
     <p>— Помню, еще парнишкой я видел окаменелый арбуз, — тут Томас Стивенс фыркнул (ужасно противно он фыркал). — Значит, хоть некоторые фантазеры и воображают, будто они выращивают и едят арбузы, а на самом деле никаких арбузов давным-давно не существует.</p>
     <p>— А чем бы они питались? — продолжал я, не обращая внимания на этот ребяческий довод, не имеющий отношения к делу. — Чтобы прокормить таких исполинов, земля должна родить щедро и безотказно. Нигде на Севере не найдешь такого изобилия. Следовательно, мамонт не может существовать в наши дни.</p>
     <p>— Я прощаю вам полную неосведомленность о полярных землях, вы ведь еще молоды и мало путешествовали, но в одном я готов с вами согласиться. Мамонтов больше нет. Откуда я знаю? Вот этой рукой я убил последнего мамонта.</p>
     <p>Так вещал Нимрод, могучий охотник. Я швырнул в собак головешкой, приказал им прекратить адский вой и ждал. Уж, конечно, этот редкостный враль не утерпит и отплатит мне за медведя с горы св. Илии.</p>
     <p>— Дело было так, — начал он наконец, выдержав подобающую случаю паузу, — однажды разбил я лагерь…</p>
     <p>— Где именно? — прервал я.</p>
     <p>Он махнул рукой куда-то на северо-восток, где простирались неведомые безбрежные просторы, — мало кто отваживался вступать на ту землю и почти никто не вернулся оттуда.</p>
     <p>— Разбил я лагерь, и Клуч вертелась тут же. Красивая была собака, лучше и не найти в наших краях. Отец ее был чистокровный мейлмют из Пастилика на Беринговом море, а мать я ей тоже выбрал с толком — лучшую суку из тех, что разводят у Гудзонова залива. Отличная была помесь, можете мне поверить. Так вот, в тот самый день, помню, Клуч принесла мне щенят от дикого волка; из них выросли бы отличные псы — серые, длинноногие, широкогрудые и на редкость выносливые. Слыхали вы что-нибудь подобное? Я вывел новую породу и каких только не строил планов!</p>
     <p>Стало быть, она благополучно разрешилась, все честь по чести. Я сидел на корточках и разглядывал щенят— семь крепких слепых зверенышей, как вдруг позади раздался рев, точно в медные трубы затрубили. Что-то налетело, будто шквал, и не успел я подняться, как меня сбило с ног и я уткнулся в землю носом. И тут я услыхал, как охнула Клуч — прямо как человек, когда его стукнешь кулаком в живот. Можете биться об заклад, что я лежал тихо, только чуть повернул голову и увидел, что надо мной нависла какая-то огромная туша. Потом мне снова открылось голубое небо, и я поднялся на ноги. И успел увидеть, как волосатая живая гора скрылась в зарослях на краю прогалины. Мелькнул толстый, толщиной с меня, торчащий хвост. Через мгновение у меня перед глазами был только широченный пролом в чаще, но еще слышен был гул, будто удалялся ураган: трещали вырываемые с корнем кусты, с грохотом ломались и падали деревья.</p>
     <p>Я кинулся за ружьем. Оно было положено на землю, под дулом был чурбан — чтоб не загрязнилось. Теперь от ложа остались одни щепки, ствол был искривлен, затвор сплющен. Потом я поискал глазами Клуч и… и что, по-вашему, увидел?</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Гореть мне у сатаны на сковородке, если от нее хоть что-нибудь осталось! И Клуч и семь крепких слепых зверенышей исчезли все до единого. На том месте в мягком грунте оказалась скользкая, кровавая вмятина — добрый ярд в поперечнике, а по краям жалкие клочки шерсти.</p>
     <p>Я отмерил на снегу три фута, описал круг, и поглядел на Нимрода.</p>
     <p>— Чудище было длиной в тридцать футов, а ростом в двадцать, — пояснил он, — а в каждом бивне шесть раз го три фута. Я и сам глазам своим не поверил. Может, мне все почудилось, но как же сломанное ружье и пролом в чаще? А Клуч со щенками, куда они девались? Господи, да меня и сейчас в жар бросает, как вспомню Клуч! Ведь это была новая Ева! Прародительница нового племени. И вот дикий, взбесившийся мамонт, точно второй потоп, снес их с лица земли! Право слово, земля, пропитанная кровью, взывала к небесам. Понятно, я схватил топор и кинулся в погоню.</p>
     <p>— Топор? — в полнейшем восторге воскликнул я, представив себе эту картину. — С топором на огромного мамонта тридцати футов в длину и двадцати…</p>
     <p>Нимрод тоже развеселился и даже прыснул от удовольствия.</p>
     <p>— Помереть можно со смеху, а? — воскликнул он. — Хороша история? Я сам потом сколько раз смеялся, но тогда мне было не до смеху. Я совсем рассвирепел из-за ружья и из-за Клуч. Нет, вы только подумайте! Сгинула новенькая с иголочки порода, ее еще и в списки не занесли и патента мне не дали. Не успели щенята прозреть, не успели на них выправить бумаги, как их уничтожили! Что ж, ладно. Жизнь полна разочарований, и это правильно. Мясо вкусней, когда проголодаешься, а постель мягче после тяжелой дороги.</p>
     <p>Так вот, схватил я топор, и припустился за зверем, и гнался за ним по пятам. Но когда он повернул назад и помчался вверх по долине, я остановился, чтобы перевести дух. И насчет еды я вам заодно кое-что объясню. Там, в горах, причудливо все устроено. Счету нет маленьким тесным ущельям, и все одинаковые, как близнецы, а стены крутые, отвесные. В устье долины всегда узкий проход, пробитый ледниками или талыми водами. Только через него и можно проникнуть в долину, но эти проходы все узкие, один уже другого. Так вот о еде — вы ведь путешественник и, наверное, тонули в грязи под проливными дождями на островах у берегов Аляски, туда, поближе к Ситхе. И знаете, какие там леса и травы, густые, сочные — джунгли да и только. Ну, и в этих долинах то же самое. Земля жирная, плодородная, папоротник и всякие там травы кое-где выше головы. Летом три дня из четырех льет дождь, и жратвы хватит на тысячу мамонтов, а уж о мелкой дичи для человека и говорить нечего.</p>
     <p>Да, так ближе к делу. У выхода из долины я совсем задохнулся и бросил погоню. И стал я раскидывать умом, и едва я перевел дух, гнев мой разгорелся вовсю, и я уже знал, что не успокоюсь, пока не отведаю жареной ноги мамонта. И еще знал, что теперь не миновать Skookum mamook puka puk — прошу прощения, что говорю по-чинукски, я хотел сказать: не миновать большой драки. Так вот, устье моей долины было очень узкое, а стены совсем крутые, и с одной стороны нависла огромная глыба весом в сотни две тонн, и не просто нависла, а качалась — такие еще называют маятниками. Как раз то, что нужно. Я сбегал в лагерь, все время оглядываясь, не вылез ли мамонт из долины, и прихватил патроны. Но что в них толку, ружье-то разбито. Так что я открыл гильзы, высыпал порох под этот самый камень и подложил бикфордов шнур. Заряд был невелик, но валун лениво качнулся и ухнул вниз, загородив проход, только и осталась щель, чтобы течь ручью. Теперь зверь был мой.</p>
     <p>— Как это ваш? — засомневался я. — Где это видано, чтобы человек убил мамонта топором? Да и вообще чем бы то ни было?</p>
     <p>— Разве я не сказал вам, что прямо взбесился от злости? — ответил задетый за живое Нимрод. — Да, я был зол из-за Клуч и ружья. И разве я не охотник? И разве мне не интересно поохотиться на такую невиданную дичь? А вы говорите, топор! Тьфу! Да он мне вовсе и не понадобился. Это была такая охота, какая случалась, наверное, только, когда мир был молод и пещерный человек охотился с каменным топором. Ну, и от моего топора было не больше толку, чем от каменного. Но разве не правда, что человек способен пройти больше собаки и лошади, верно? Что он выносливей, потому что куда умней?</p>
     <p>Я кивнул.</p>
     <p>— И что же?</p>
     <p>Но я, кажется, уже понял и ждал продолжения.</p>
     <p>— Если обойти всю мою долину кругом, получалось миль пять. Устье завалено. Выбраться ему некуда. Этот мамонт оказался зверем не из храбрых и теперь был в моей власти. Я снова припустился за ним в погоню, вопил, как дьявол, забрасывал его камнями, трижды заставил обежать долину, а потом отправился ужинать. Понимаете, в чем штука? Гонки! Человек и мамонт! Ипподром, а вместо судей солнце, луна и звезды.</p>
     <p>Я убил на это два месяца, но своего добился. И это вам уже не анекдот. Я гнал его круг за кругом, сам бежал по внутренней дорожке, наспех закусывал вяленым мясом и икрой лосося, а между забегами ухитрялся вздремнуть минутку-другую. Бывало, конечно, что он с отчаяния нет-нет, да и взбунтуется и повернет на меня. Тогда я мчался к ручью, где земля была мягкая, и клял на чем свет стоит окаянного зверя и всех его предков и подзадоривал подойти поближе. Но он был слишком умен, знал, что может завязнуть в грязи. Однажды он загнал меня к отвесной скале, и я заполз в глубокую расщелину и затаился. Всякий раз, как он тянулся ко мне хоботом, я колотил его топором, пока он от ярости не поднимал такой рев, что у меня прямо лопались барабанные перепонки. Он знал, что я попался, а достать меня не мог, это его и бесило. Но он был не дурак. Понимал, что, пока я в щели, ему ничто не грозит, и решил не выпускать меня оттуда. И он был совершенно прав, только вот о припасах не подумал. Поблизости не оказалось ни пищи, ни воды, ясное дело, он не мог долго держать осаду. Часами сторожил он у расщелины и хлопал огромными, как одеяло, ушами, отгоняя москитов. Потом его одолевала жажда, и он начинал трубить так, что земля дрожала, и поносил меня, как только мог. Это он хотел нагнать на меня страху, решив, что я достаточно напугался, он тихонько пятился и пытался улизнуть к ручью. Иногда я давал ему отойти почти к самой воде — она была всего в сотне-другой ярдов — и тогда выскакивал, и он тотчас с грохотом мчался назад, обвал да и только. Но скоро он разгадал мою хитрость и переменил тактику. Понял роль времени, так сказать. Ни словечком не предупредив, он, как сумасшедший, мчался к ручью, рассчитывая обернуться прежде, чем я сумею удрать. В конце концов он страшно изругал меня, снял осаду и неторопливо зашагал к воде.</p>
     <p>Это был единственный раз, когда он взял надо мной верх, но после этих трех дней гонка не прекращалась ни на час. Шесть дней кряду шли эти гонки без всяких правил — делай все, что тебе по вкусу, — но ему-то все это было совсем не по вкусу. Одежда моя разорвалась в клочки, чинить ее было некогда, так что под конец я бегал нагишом, как дитя природы, с топором в одной руке и с булыжником в другой. Я не останавливался ни ночью, ни днем, лишь изредка на минутку вздремнешь в какой-нибудь расщелине. Что до мамонта, он худел прямо на глазах — потерял самое малое несколько тонн — и стал нервный, как засидевшаяся в девках учительница. Стоило мне подойти к нему и крикнуть или кинуть в него издали камнем, и он сразу подскочит и весь задрожит, точно пугливый жеребенок. А потом опять как припустится, хвост и хобот выставит, косится на меня через плечо, глаза так и горят, а уж ругает меня, уж клянет — на все корки. Бесстыжий был зверь, разбойная душа и богохульник.</p>
     <p>Но под конец он угомонился и только все хныкал и скулил, как дитя малое. Он совсем пал духом и стал жалкий, несчастный. Этакая гора, а трясется, как студень. Начались у него сердцебиения, его качало, как пьяного, и он валился наземь, сбив ноги в кровь. А то, бывало, бежит и плачет. Боги, и те смилостивились бы над ним, вы бы тоже не удержались от слез, никто не удержался бы. На него было жалко смотреть — такой огромный и такой несчастный, но я только больше ожесточился в сердце своем и прибавил шагу. Наконец я совсем загонял его, и он свалился — в отчаянии, задыхаясь, мучимый голодом и жаждой. Видя, что он не в силах пошевельнуться, я перерезал ему сухожилия и потом чуть не весь день врубался в него топором, а он сопел и всхлипывал, пока я не врубился так глубоко, что он затих. Да, он был тридцати футов в длину, двадцати ростом, а между бивнями можно было гамак подвесить и спать в свое удовольствие. Правда, я выжал из него все соки, а все же он был недурен на вкус, и одних ног, зажаренных целиком, хватило бы на год. Я провел там всю зиму.</p>
     <p>— А где эта долина? — поинтересовался я.</p>
     <p>Он махнул рукой куда-то на северо-восток и сказал:</p>
     <p>— Хорош у вас табачок. Добрую долю его я унесу в кисете, а воспоминание о нем сохраню до самой смерти. В знак того, как высоко я ценю вашу любезность, разрешите взамен ваших мокасин поднести вам эти муклуки. Это память о Клуч и семи слепых щенятах. А кроме того, они напоминают о событии, какого не знала история: об уничтожении последнего представителя самого древнего и самого раннего на земле звериного племени. А муклукам сносу не будет.</p>
     <p>Вручив мне муклуки, он выбил трубку, пожал мне на прощание руку и исчез в снежной пустыне. Вы, конечно, не забыли, что я с самого начала снял с себя всякую ответственность за эту историю, а всем маловерам я советую посетить Смитсоновский институт. Если они представят соответствующие рекомендации и приедут в урочное время, их, без сомнения, примет профессор Долвидсон. Муклуки теперь хранятся у него, и он подтвердит если не то, каким образом они были добыты, то уж во всяком случае, какой на них пошел материал. Он авторитетно утверждает, что они сшиты из шкуры мамонта, и с ним соглашается весь ученый мир. Чего же вам еще надо?</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Рассказы рыбачьего патруля</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Белые и желтые</p>
     </title>
     <p>Залив Сан-Франциско так огромен, что штормы, которые на нем свирепствуют, для океанского судна подчас страшнее, чем самая яростная непогода на океане. Какой только рыбы нет в этом заливе, и какие только рыбачьи суденышки с командой из лихих удальцов на борту не бороздят его воды! Существует много разумных законов, призванных оберегать рыбу от этого пестрого сброда, и специальный рыбачий патруль следит, чтобы законы эти неукоснительно соблюдались. Бурная и переменчивая судьба выпала на долю патрульных: часто терпят они поражение и отступают, не досчитавшись кого-нибудь из своих, но еще чаще возвращаются с победой, уложив браконьера на месте преступления — там, где он незаконно закинул свои сети.</p>
     <p>Самыми отчаянными среди рыбаков были, пожалуй, китайские ловцы креветок. Креветки обычно ползают по дну моря несметными полчищами, но, добравшись до пресной воды, сразу поворачивают назад. Китайцы, пользуясь промежутками между приливом и отливом, забрасывают на дно ставной кошельковый невод, креветки заползают в него, а оттуда попадают прямехонько в котел с кипящей водой. Собственно говоря, ничего плохого в этом нет, да вот беда: ячейки у сетей до того мелкие, что даже крошечные, едва вылупившиеся мальки, длиной меньше четверти дюйма, и те не могут сквозь них пролезть. К чудесным берегам мыса Педро и мыса Пабло, где стоят поселки китайских рыбаков, просто невозможно было подступиться: там грудами валялась гниющая рыба, и воздух был отравлен ее зловонием. Против такого бессмысленного истребления рыбы и призван был бороться рыбачий патруль.</p>
     <p>Мне было шестнадцать лет, я отлично умел управлять парусным судном и знал залив, как свои пять пальцев, когда мой шлюп<a l:href="#n_669" type="note">[669]</a> «Северный олень» зафрахтовала рыболовная компания и я должен был временно стать одним из помощников патрульных. Немало повозившись в Верхней бухте и впадающих в нее реках с греческими рыбаками, которые чуть что пускают в ход ножи и дают себя арестовать только под дулом револьвера, мы были рады отправиться в Нижнюю бухту на усмирение бесчинствующих ловцов креветок.</p>
     <p>Нас было шестеро на двух судах, и, чтобы не вызвать подозрений, мы вышли с вечера и бросили якорь под прикрытием крутого берега мыса Пиноль. Едва на востоке забрезжил рассвет, мы снялись с якоря и, взяв круто к береговому бризу, пересекли залив, держа на мыс Педро. Вокруг не было видно ни зги, над самой водой стлался холодный утренний туман, и мы, чтобы не продрогнуть вконец, пили горячий кофе. Кроме того, нам приходилось заниматься пренеприятным делом — вычерпывать воду, так как «Северный олень» по непонятной причине дал порядочную течь. Мы провозились чуть ли не всю ночь, перетаскивая балласт<a l:href="#n_670" type="note">[670]</a> и осматривая пазы, но, сколько ни бились, ничего не нашли. А вода все прибывала, и мы волей-неволей принялись ее вычерпывать, согнувшись в три погибели в тесном кокпите.<a l:href="#n_671" type="note">[671]</a></p>
     <p>Напившись кофе, трое из нас перешли на другой парусник с реки Колумбия — на нем раньше ловили лососей, — а трое остались на «Северном олене». Оба судна шли борт о борт, пока из-за горизонта не показалось солнце. Его горячие лучи разогнали непроглядный туман, и перед нашими глазами, словно на картине, предстала целая флотилия китайских джонок, растянувшаяся широким полукругом, между концами которого насчитывалось добрых три мили, причем каждая джонка была пришвартована к буйку ставного невода. Но на джонках — ни души, ни малейших признаков жизни.</p>
     <p>Мы сразу смекнули, в чем дело. Дожидаясь отлива, когда будет легче поднять со дна тяжелые сети, китайцы улеглись спать в своих джонках. Это было нам на руку, и мы живо разработали план нападения.</p>
     <p>— Пусть каждый из твоих ребят прыгнет в джонку, — шепнул мне Ле Грант с речного парусника. — А к третьей джонке пришвартуйся ты сам. Мы. поступим точно так же, и провалиться мне на этом месте, если мы не захватим по крайней мере шесть джонок.</p>
     <p>Мы разделились. Я положил «Северного оленя» на другой галс,<a l:href="#n_672" type="note">[672]</a> обогнул одну из джонок с подветренного борта, взял грот<a l:href="#n_673" type="note">[673]</a> к ветру и, теряя скорость, прошел мимо кормы<a l:href="#n_674" type="note">[674]</a> джонки, почти вплотную к ней и притом так медленно, что один из патрульных без труда спрыгнул в нее. Тогда я отвел «Северного оленя» в сторону, забрал ветер и направил шлюп к соседней джонке.</p>
     <p>До сих пор все было тихо, но вот на первой джонке, захваченной парусником с реки Колумбия, поднялся шум. Кто-то пронзительно закричал, грянул пистолетный выстрел, потом снова послышался крик.</p>
     <p>— Все пропало! Это они предупреждают своих, — сказал Джордж, стоявший рядом со мной в кокпите.</p>
     <p>Мы были уже в самой гуще джонок, где тревога распространялась с непостижимой быстротой. На палубы выскакивали сонные полуголые китайцы. Над тихой водой понеслись предостерегающие крики и проклятия, кто-то громко затрубил в раковину. Я видел, как справа от нас главный на джонке обрубил топором швартовы<a l:href="#n_675" type="note">[675]</a> и бросился помогать команде ставить огромный, диковинный парус. Но слева, на другой джонке, китайцы еще только высовывали головы наружу, и я, повернув шлюп, подошел к ней так, чтобы Джордж мог спрыгнуть на палубу.</p>
     <p>Теперь уже все джонки обратились в бегство. Кроме парусов, они пустили в ход длинные весла и рассыпались по всему заливу. Я остался один на «Северном олене» и лихорадочно высматривал добычу. Первая моя попытка оказалась очень неудачной, потому что китайцы выбрали шкоты,<a l:href="#n_676" type="note">[676]</a> и джонка быстро оставила меня за кормой. При этом она встала к ветру на целых полрумба круче, чем «Северный олень», так что я невольно почувствовал уважение к суденышку, которое казалось мне таким неуклюжим. Махнув на нее рукой, я переменил галс, вытравил грота-шкот и пошел фордевинд<a l:href="#n_677" type="note">[677]</a> прямо на джонки, которые были у меня с подветренного борта, чтобы использовать таким образом свое преимущество.</p>
     <p>Джонка, на которую я нацелился, беспорядочно заметалась, но когда я описал плавную дугу, чтобы взять ее на абордаж, избежав резкого столкновения, она вдруг переменила галс и, забрав ветер, ринулась прочь, а хитрые азиаты, налегая на весла, подбодряли себя дружными криками. Однако я был готов к этому маневру: не теряя ни секунды, я привел шлюп к ветру, положил руль на наветренный борт и навалился на румпель<a l:href="#n_678" type="note">[678]</a> всем телом, на ходу выбирая обеими руками грота-шкот, чтобы по возможности ослабить удар. Два весла, с правого борта джонки переломились, и наши суда столкнулись с громким треском. Бушприт<a l:href="#n_679" type="note">[679]</a> «Северного оленя», словно гигантская рука, протянувшись вперед, сорвал с джонки неуклюжую мачту вместе с пузатым парусом.</p>
     <p>На джонке раздался яростный вопль, от которого кровь застыла у меня в жилах. Здоровенный китаец, чья голова была повязана желтым шелковым платком, а злобное лицо усеяно оспинами, уперся багром в нос моего шлюпа, чтобы оттолкнуться от него. Я отдал кливер-фал<a l:href="#n_680" type="note">[680]</a> и, выждав, пока «Северного оленя» отнесло немного назад, спрыгнул на джонку с концом в руках и пришвартовался к ней. Щербатый китаец с желтым платком на голове угрожающе шагнул ко мне, но я сунул руку в карман брюк, и он остановился в нерешительности. Оружия у меня не было, но китайцы, наученные горьким опытом, опасаются этого кармана, и я надеялся таким образом удержать самого главаря и его отчаянных людей на почтительном расстоянии.</p>
     <p>Я приказал ему отдать носовой якорь, на что он ответил: «Моя не понимай». То же самое твердили все остальные, и хотя я объяснил им знаками, что нужно сделать, они упорно отказывались меня понимать. Видя, что пререкаться бесполезно, я сам пошел на нос, размотал канат и отдал якорь.</p>
     <p>— Вот вы, четверо, марш на шлюп! — крикнул я и объяснил на пальцах, что четверо должны последовать за мной, а пятый останется на джонке. Желтый Платок колебался, но я повторил приказ свирепым тоном (хотя на самом деле я не так уж сильно рассвирепел) и снова сунул руку в карман. Желтый Платок струхнул и, бросая на меня злобные взгляды, повел трех своих людей на «Северного оленя». Я тотчас отдал швартовы и, не поднимая кливера,<a l:href="#n_681" type="note">[681]</a> направил шлюп к джонке, на которую спрыгнул Джордж. Подойдя к ней, я вздохнул свободнее, потому что теперь нас стало двое, да к тому же у Джорджа на крайний случай был револьвер. С этой джонкой мы поступили точно так же, как и с первой, — четверых китайцев взяли на шлюп, а одного оставили стеречь судно.</p>
     <p>Затем мы взяли еще четверых китайцев с третьей джонки. К этому времени речной парусник тоже захватил двенадцать пленников и, перегруженный, подошел к нам. Как на грех, суденышко было такое маленькое, что патрульные, зажатые в толпе китайцев, едва могли шевельнуться и в случае бунта оказались бы бессильны против своих пленников.</p>
     <p>— Выручайте, друзья, — сказал Ле Грант.</p>
     <p>Я оглядел своих пленников, которые сгрудились в каюте или залезли на крышу рубки.</p>
     <p>— Троих мы, пожалуй, можем взять, — сказал я.</p>
     <p>— Бери уж четверых для ровного счета, — попросил Ле Г рант. — А мне отдай Билла. (Билл — это третий патрульный с «Северного оленя»). Нам тут повернуться негде, так что ежели случится попасть в переделку, один патрульный против двух китайцев будет в самый раз.</p>
     <p>Так мы и сделали, после чего Ле Грант поднял парус, и его судно пошло по заливу к устью заболоченной реки Сан-Рафаэль. Я поставил кливер и двинулся следом. Город Сан-Рафаэль, где мы должны были сдать пленников властям, был связан с заливом длинной и извилистой рекой, судоходной только во время прилива. Теперь прилив кончался, близился отлив, и нужно было спешить, чтобы не дожидаться целых полдня следующего прилива.</p>
     <p>Но чем выше поднималось солнце, тем слабее дул береговой бриз — теперь он налетал лишь слабыми, замирающими порывами. Судно Ле Гранта шло на веслах и вскоре оставило нас далеко позади. Несколько китайцев стояли в кокпите, у люка каюты, и один раз, перегнувшись через поручни кокпита, чтобы выбрать кливер-шкот, я почувствовал, как кто-то быстро ощупал мой карман. Я и вида не подал, что обратил на это внимание, но уголком глаза заметил, как на лице у Желтого Платка промелькнуло злорадство: он убедился, что пугавший его карман пуст.</p>
     <p>А тут еще на беду, гоняясь за джонками, мы позабыли вычерпать из шлюпа воду, и теперь она начала заливать кокпит. Китайцы указывали на воду пальцами и вопросительно поглядывали на меня.</p>
     <p>— Да, — сказал я. — Наша скоро пойдет ко дну, если твоя не черпай воду. Понимай?</p>
     <p>Нет, они «не понимай», во всяком случае, они энергично трясли головами, хотя при этом весьма красноречиво переговаривались на своем тарабарском языке. Я поднял три или четыре доски, достал из рундука пару ведер и с помощью самых недвусмысленных жестов велел китайцам приниматься за дело. Но они, рассмеявшись мне в лицо, преспокойно вернулись в каюту или снова полезли на крышу рубки.</p>
     <p>Смех китайцев не предвещал ничего хорошего. В нем звучала угроза, подкрепляемая их злобными взглядами. Желтый Платок, убедившись, что я безоружен, совсем обнаглел и расхаживал среди пленников, настойчиво подбивая их на что-то.</p>
     <p>Скрывая свою досаду, я спустился в кокпит и сам стал вычерпывать воду. Но едва я взялся за ведро, как у меня над головой просвистел гик,<a l:href="#n_682" type="note">[682]</a> судно резко легло на другой галс, грот наполнился ветром и шлюп дал крен. Это задул морской бриз. Джордж был самой настоящей сухопутной крысой, так что мне пришлось бросить ведро и снова взяться за румпель. Ветер дул прямо со стороны замкнутого высокими горами мыса Педро и поэтому был шквалистый и коварный: паруса то наполнялись, то без толку полоскались на реях.</p>
     <p>От Джорджа не было никакого толку — в жизни я еще не встречал более беспомощного человека. Кроме всего прочего, у него была еще чахотка, и я знал, что, если заставить его вычерпывать воду, у него может пойти горлом кровь. А вода все прибывала, медлить было нельзя. Я снова приказал китайцам взяться за ведра. Они дерзко расхохотались, и те, что стояли в каюте по щиколотку в воде, начали громко переговариваться со своими соплеменниками, сидевшими на крыше.</p>
     <p>— Вынь-ка свою пушку да заставь их поработать, — сказал я Джорджу.</p>
     <p>Но он только покачал головой, и мне стало ясно, что он струсил. Китайцы не хуже меня поняли это, и наглость их стала просто невыносимой. Они взломали в каюте ящики с провизией, а те, что сидели на крыше рубки, спрыгнули вниз, и все вместе они стали лакомиться нашими галетами и консервами.</p>
     <p>— Наплевать нам на это, — сказал Джордж дрожащим голосом.</p>
     <p>Меня душил бессильный гнев.</p>
     <p>— Если они выйдут из повиновения, будет поздно. Лучше сразу поставить их на место.</p>
     <p>А вода все поднималась, и порывы ветра — первые вестники устойчивого бриза — становились все сильней и сильней. Наши пленники, покончив с недельным запасом провизии, едва затихал ветер, дружно перебегали от одного борта к другому, шлюп раскачивался и прыгал по воде, как яичная скорлупка. Желтый Платок подошел ко мне и, указывая на берег мыса Педро, где находилась его деревня, объяснил, что, если я поверну туда и высажу их на берег, они готовы вычерпывать воду. В каюте вода уже поднялась до уровня коек, простыни намокли. В кокпите глубина ее достигла целого фута. И все же я отказался наотрез. На лице Джорджа отразилось разочарование.</p>
     <p>— Будь же мужчиной, не то они выбросят нас за борт, — сказал я ему. — Дай-ка сюда револьвер, так оно вернее.</p>
     <p>— Вернее всего было бы высадить их на берег, — малодушно отозвался он. — Право, у меня нет никакой охоты утонуть из-за горстки паршивых китайцев.</p>
     <p>— А у меня, право, нет никакой охоты сдаваться на милость горстки паршивых китайцев, только бы не утонуть! — с жаром воскликнул я.</p>
     <p>— Но ведь ты пустишь «Северного оленя» ко дну, а вместе с ним и нас, — заскулил он. — Не понимаю, что тут хорошего…</p>
     <p>— На вкус, на цвет товарища нет! — отрезал я.</p>
     <p>Он промолчал, но я видел, что его бьет дрожь. Угрозы китайцев и неуклонно прибывавшая вода лишили его последних остатков мужества, и я знал, что под влиянием страха он не остановится ни перед чем, лишь бы спасти свою шкуру. Я перехватил тоскливый взгляд, брошенный им на маленький ялик, который шел на буксире за кормой шлюпа, и как только утих очередной порыв ветра, подтянул ялик к борту. В глазах Джорджа блеснула надежда; но прежде, чем он угадал мое намерение, я проломил тонкое дно топором, и ялик осел глубоко в воду.</p>
     <p>— Уж если тонуть, так вместе, — сказал я. — Давай сюда револьвер, и я живо заставлю их вычерпать воду.</p>
     <p>— Но ведь их так много! — захныкал он. — Нам с ними не справиться.</p>
     <p>Я с негодованием повернулся к нему спиной. Парусник Ле Гранта давно уже скрылся за маленьким архипелагом, известным под названием архипелага Марин, и ждать от него помощи было нечего. Желтый Платок развязно подошел ко мне, вода в кокпите лизала ему ноги. Мне не нравился его вид. Под приятной улыбкой, которую он старался изобразить на лице, я угадывал недобрый умысел. Я так грозно приказал ему остановиться, что он повиновался.</p>
     <p>— Ни шагу дальше! — крикнул я. — Не смей подходить ко мне.</p>
     <p>— Почему так говоришь? — недовольно спросил он. — Моя знает по-английски много-много.</p>
     <p>Знает по-английски! — воскликнул я с горечью. Ясное дело, он прекрасно понял все, что произошло между Джорджем и мной. — Врешь, ничего ты не знаешь!</p>
     <p>Он осклабился во весь рот.</p>
     <p>— Нет, моя знает много-много. Моя — честный китаец.</p>
     <p>— Ладно, — сказал я. — Знаешь, так знай. Давай вычерпывай воду, а потом будем разговаривать.</p>
     <p>Он покачал головой и кивнул на своих товарищей.</p>
     <p>— Никак нельзя. Плохой люди, очень плохой, да, да…</p>
     <p>— Ни с места! — крикнул я, заметив, что он сунул руку за пазуху и изготовился к прыжку.</p>
     <p>Обескураженный, он вернулся в каюту и стал там что-то лопотать: видно, держал совет со своими. «Северный олень» глубоко осел в воду, отяжелел и почти не слушался руля. При малейшем волнении он неизбежно пошел бы ко дну; но ветер был слабый, он едва морщил водную гладь.</p>
     <p>— Послушай, нам лучше бы повернуть к берегу, — заявил вдруг Джордж, и по его тону я понял, что страх придал ему решимости.</p>
     <p>— Ни за что! — отозвался я.</p>
     <p>Я тебе приказываю! — сказал он с угрозой в голосе.</p>
     <p>— Мне приказано доставить пленников в Сан-Рафаэль, — отозвался я.</p>
     <p>Мы почти кричали, и китайцы, услышав перебранку, вылезли на палубу.</p>
     <p>— Повернешь ты к берегу или нет?</p>
     <p>С этими словами Джордж направил на меня револьвер, — этот трус побоялся пустить его в ход против китайцев, а теперь грозил им товарищу!</p>
     <p>Словно молния вспыхнула в ночном мраке — так ясно увидел я все, что ожидает меня из-за постыдной трусости Джорджа: позорное возвращение без пленников, встреча с Ле Грантом и другими товарищами, жалкие оправдания… Преследуя браконьеров, мы рисковали жизнью, и вот теперь добытая с таким трудом победа ускользает прямо из рук. Краешком глаза я видел, что китайцы столпились у люка и бросают на нас торжествующие взгляды. Врете, не бывать по-вашему!</p>
     <p>Я быстро присел и рукой резко отвел вверх дуло револьвера, так, что пуля просвистела у меня высоко над головой. Стиснув одной рукой запястье Джорджа, я другой вцепился в револьвер. Желтый Платок со своими людьми бросился на меня. Наступил решительный момент. Собрав все силы, я резко толкнул Джорджа и, вырвав револьвер, отшвырнул Джорджа от себя. Он упал под ноги Желтому Платку, тот споткнулся, и оба они провалились в дыру там, где я поднял доски. В то же мгновение я направил на китайцев револьвер, и обезумевшие пленники сразу съежились и отступили.</p>
     <p>Но вскоре я понял, что одно дело — стрелять в нападающих и совсем другое — в людей, которые просто-напросто отказываются повиноваться. А повиноваться они и не думали, хотя я настойчиво указывал им на ведра. Я грозил им револьвером, а они молча сидели в затопленной каюте и на крыше рубки, не двигаясь с места.</p>
     <p>Так прошло минут пятнадцать. «Северный олень» оседал все глубже и глубже, ветра не было, и грот беспомощно полоскал. А потом я увидел, как со стороны мыса Педро на нас двинулась какая-то темная полоса. Это подул устойчивый бриз, которого я так ждал. Я окликнул китайцев и указал им на темную полосу. Они ответили мне радостными воплями. Тогда я указал им на парус и на воду, затопившую шлюп, и знаками объяснил, что когда ветер наполнит парус, мы опрокинемся. Но они нагло скалили зубы, прекрасно зная, что я могу привести шлюп к ветру и вытравить грота-шкот, чтобы обезветрить паруса и избежать катастрофы.</p>
     <p>Но я уже принял решение. Выбрав фут или два грота-шкота, я навалился на румпель спиной. Теперь я мог одной рукой управлять парусом, а в другой держать револьвер. Темная полоса все надвигалась, и я видел, как китайцы с плохо скрытой тревогой поглядывают то на нее, то на меня. Сейчас должно было решиться, у кого достанет разума, воли и упорства не дрогнуть перед лицом смерти.</p>
     <p>Вот ветер налетел на шлюп. Грота-шкот натянулся, блоки затрещали, гик изогнулся, парус наполнился ветром, и «Северный олень» стал крениться все круче и круче. Вот уже в воду погрузились поручни подветренного борта, затем иллюминаторы каюты, и вода хлынула в кокпит. Шлюп накренился так сильно, что людей в каюте швырнуло вповалку на подветренную койку, они корчились там в воде, и те, кто оказался внизу, едва не захлебнулись.</p>
     <p>А ветер все свежел, и «Северный олень» почти лег на бок. Я уже думал было, что спасения нет: еще один такой порыв — и шлюп опрокинется. Пока я, не отпуская грота-шкот, колебался, не прекратить ли борьбу, китайцы сами запросили пощады. Их крики прозвучали для меня сладостной музыкой. Только теперь, но ни секундой раньше я привел шлюп к ветру и вытравил грота-шкот. «Северный олень» медленно выпрямился, однако сидел он так глубоко, что я слабо верил в возможность его спасти.</p>
     <p>Китайцы ринулись в кокпит и рьяно принялись вычерпывать воду ведрами, горшками, кастрюлями — всем, что подвернулось под руку. Какое это было чудесное зрелище— вода, стекающая за борт! Наконец «Северный олень», подгоняемый ветром, вновь гордо и величественно заскользил по воде, и в самый последний миг, проскочив илистую отмель, вошел в устье реки.</p>
     <p>Дух китайцев был сломлен, они стали такими шелковыми, что, завидев Сан-Рафаэль, сами высыпали на палубу, держа наготове швартовы, и впереди всех — Желтый Платок. Ну, а что касается Джорджа, то это была его последняя облава. Такая работа ему не по нутру, объяснил он нам, куда лучше служить в какой-нибудь конторе на берегу. И мы вполне с ним согласились.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>«Король Греков»</p>
     </title>
     <p>Рыбачьему патрулю ни разу не удалось задержать Большого Алека. Он хвастался, что никто не сумеет поймать его живым, а из прошлого этого человека было известно, что все попытки взять его мертвым терпели неудачу. Рассказывали также, что по крайней мере двое из патрульных, пытавшихся взять его мертвым, поплатились жизнью. При этом никто так систематически и умышленно не нарушал закона о рыбной ловле, как Большой Алек.</p>
     <p>Его прозвали Большим Алеком за исполинское телосложение. Рост его достигал шести футов и трех дюймов, и соответственно этому он был широкоплеч и широкогруд. У него были могучие, крепкие, как сталь, мускулы, а о его недюжинной силе среди рыбаков ходили многочисленные легенды. Смелость и неукротимость духа не уступали его физической силе, благодаря чему ему дали еще одно прозвище — «Король греков». Рыбаки, большинство которых были греки, относились к нему с почтением и слушались, как вожака. Он и был их вожаком, защищал их интересы, лез за них в драку, вырывал из лап закона, если они попадались, и так их объединил, что в беде они горой стояли за него и друг за друга.</p>
     <p>Рыбачий патруль не раз пытался поймать Большого Алека, но поскольку ни одна попытка не увенчалась успехом, от этой затеи в конце концов отказались; естественно, что когда разнесся слух о его приходе в Бенишию, мне не терпелось увидеть этого героя. Разыскивать его не пришлось. Только он появился, как первым делом, действуя, по обычаю, нагло, сам нашел нас.</p>
     <p>В ту пору мы с Чарли Ле Г рантом служили под начальством патрульного, которого звали Карминтел, и все трое находились на «Северном олене», готовясь к очередному переходу, когда к нам пожаловал Большой Алек. Карминтел наверняка встречался с ним прежде, ибо они подали друг другу руки, как добрые знакомые. На нас с Чарли Алек даже не взглянул.</p>
     <p>— Я пришел сюда месяца на два — ловить осетров, — сказал он Карминтелу.</p>
     <p>Взгляд его вызывающе блеснул, и мы заметили, что наш патрульный опустил глаза.</p>
     <p>— Хорошо, Алек, — ответил Карминтел тихим голосом. — Не буду тебе докучать. Пойдем в каюту, там поговорим, — добавил он.</p>
     <p>Когда они вошли туда и заперли за собой дверь, Чарли выразительно подмигнул мне. Я был еще юнцом, плохо разбирался в людях и в поступках иных из них, поэтому намека не понял. Чарли не стал объяснять, хотя я почувствовал в этом деле что-то неладное.</p>
     <p>Оставив их совещаться, мы, по предложению Чарли, пересели в ялик и отправились к Старой пароходной пристани, где стоял плавучий дом Большого Алека. Это была барка, маленькая, но вместительная, столь же необходимая рыбакам Верхнего залива, как сети и лодки. Нам обоим любопытно было взглянуть на барку Большого Алека, ибо молва гласила, что она была ареной многих ожесточенных схваток и вся изрешечена пулями.</p>
     <p>Мы обнаружили следы дыр, заделанных деревянными пробками и сверху закрашенных, но их оказалось не так много, как я ожидал. Чарли, заметив мое разочарование, засмеялся и, желая меня утешить, рассказал доподлинную историю одного рейда, предпринятого к плавучему дому Короля греков с целью захватить его владельца, предпочтительно живым, а в крайнем случае — мертвым. После шестичасового боя патрульные отступили в поврежденных лодках, потеряв одного убитым и троих ранеными. Вернувшись на следующее утро с подкреплением, они от барки Большого Алека застали только причальные сваи. Сама барка на многие месяцы была спрятана в Сьюисанские камыши.</p>
     <p>— Но почему его не повесили за убийство? — спросил я. — Соединенные Штаты, мне думается, достаточно сильны, чтобы привлечь его к ответственности.</p>
     <p>— Он сам отдался в руки властей, и был суд, — ответил Чарли. — Дело это ему обошлось в пятьдесят тысяч долларов, а выиграл он его на всяких процессуальных уловках с помощью лучших адвокатов штата. Все греки, рыбачившие на реке, внесли в это свою лепту. Большой Алек обложил их налогом и собирал его, как заправский король. Соединенные Штаты, может, и всемогущи, мой мальчик, но факт остается фактом: Большой Алек — король, у которого на территории Соединенных Штатов есть и владения и подданные.</p>
     <p>— А что ты сделаешь, когда он начнет ловить здесь осетров? Ведь ловить-то он будет «китайской лесой».</p>
     <p>— Поживем — увидим, — пожав плечами, загадочно ответил Чарли.</p>
     <p>«Китайская леса» — это хитроумное устройство, изобретенное народом, именем которого оно названо. Над самым дном, на высоте, начиная от шести дюймов и до фута, с помощью простой системы поплавков, грузил и якорей подвешивают тысячи крючков, каждый на отдельной лесе. Крючок и есть самое примечательное в этой снасти. На нем нет обычной зазубрины, ее заменяет длинный конусообразный конец, острый, как игла. Крючки висят всего лишь в нескольких дюймах один от другого, и когда такая бахрома из тысяч крючков протянута над самым дном на длину в две сотни саженей, она создает грозную преграду идущей по низу рыбе.</p>
     <p>Такая рыба, как осетр, всегда идет, взрывая носом дно, словно свинья, поэтому его часто и называют «рыба-свинья». Уколовшись о первый же крючок, которого он коснулся, осетр в испуге бросается в сторону и натыкается на десяток других крючков. Тогда он начинает отчаянно метаться, и крючок за крючком вонзаются в его нежное тело; крючки крепко держат злосчастную рыбу со всех сторон, пока она окончательно не выбьется из сил. Так как ни один осетр не может прорваться сквозь такую снасть, в законе о рыбной ловле ее именуют капканом, а поскольку этот способ ловли ведет к истреблению осетров, он признан незаконным. Мы ничуть не сомневались, что Большой Алек поставит именно такую снасть, подло и открыто попирая закон.</p>
     <p>После визита Короля греков прошло несколько дней, в течение которых мы с Чарли зорко следили за ним. Свою барку он перетащил на буксире с Соланской пристани в большую бухту у Тернерской верфи. Эта бухта считалась излюбленным местом осетров, и мы были уверены, что как раз здесь Король греков и разовьет свою деятельность. В часы прилива и отлива вода неслась в бухте, как по мельничному лотку, и поэтому поднимать, опускать и ставить «китайскую лесу» можно было только во время малой воды; поэтому в промежутки между приливом и отливом мы с Чарли попеременно наблюдали за бухтой с пристани.</p>
     <p>На четвертый день, лежа на солнышке за балкой, я увидел, что от дальнего берега отошел ялик и направился к бухте. В тот же миг бинокль оказался у моих глаз, и я стал следить за каждым движением ялика. В нем находились двое, и, хотя нас разделяла добрая миля, в одном из них я узнал Алека. И не успел еще ялик вернуться обратно к берегу, как я окончательно убедился в том, что грек поставил свою снасть.</p>
     <p>— Большой Алек поставил «китайскую лесу» в бухте у Тернерской верфи, — в тот же день доложил Чарли Ле Грант Карминтелу.</p>
     <p>На лице патрульного мелькнула досада, он рассеянно сказал «да?», и только.</p>
     <p>Сдерживая гнев, Чарли закусил губу, круто повернулся и вышел.</p>
     <p>— Ну как, сынок, рискнем? — спросил он меня вечером, когда мы, надраив палубы «Северного оленя», собирались ложиться спать.</p>
     <p>Дыхание у меня захватило, и я лишь кивнул головой.</p>
     <p>— Так вот, — глаза Чарли загорелись решимостью, — мы сами, я и ты, поймаем Большого Алека, придется нам это сделать, хочет Карминтел или нет. Согласен? — И после паузы добавил: — Дело нелегкое, но мы, пожалуй, справимся.</p>
     <p>— Конечно, справимся, — с горячностью подтвердил я.</p>
     <p>— Обязательно справимся, — сказал и Чарли.</p>
     <p>Мы обменялись рукопожатием и пошли спать.</p>
     <p>Да, мы взяли на себя нелегкую задачу. Чтобы обвинить. человека в браконьерстве, нужно было застать его на месте преступления, задержать и захватить все улики: крючки, снасть и рыбу. Это означало, что мы должны поймать Короля греков в открытом море, где он увидит нас еще на подходе и не преминет подготовить одну из тех «теплых» встреч, какими славился.</p>
     <p>— Нам его не провести, — сказал как-то утром Чарли. — Но если подойти борт к борту, наши силы сравняются. Ничего другого не остается, как попробовать. Пошли, сынок!</p>
     <p>Мы отправились на паруснике с реки Колумбия, которым уже пользовались в облаве на китайцев — ловцов креветок. Стояла малая вода, и, обогнув Соланскую пристань, мы увидели Большого Алека за работой: он. обходил свою снасть и выбирал рыбу.</p>
     <p>— Поменяемся местами! — скомандовал Чарли. — Веди прямо на его корму, будто мы идем к верфи.</p>
     <p>Я взялся за румпель, а Чарли сел на среднюю банку, положив рядом револьвер.</p>
     <p>— Если он начнет стрелять, — предостерег Чарли, — ложись на дно и правь оттуда так, чтобы была видна только рука.</p>
     <p>Я кивнул, и мы смолкли; лодка мягко скользила по воде и подходила к Королю греков все ближе и ближе. Мы видели его уже совсем отчетливо, видели, как он вылавливает багром осетров и кидает их в лодку, а его помощник двигается вдоль снасти, очищая крючки, прежде чем снова забросить их в воду. Но мы были от них еще в пятистах ярдах, когда великан рыбак нас окликнул.</p>
     <p>— Эй вы! Что вам здесь надо? — закричал он.</p>
     <p>— Не останавливайся, — прошептал Чарли, — будто не слышишь.</p>
     <p>Следующие несколько мгновений были очень тревожными. С каждой секундой мы все ближе подходили к нему, а он смотрел на нас в упор, пронизывая взглядом.</p>
     <p>— Убирайтесь, коли вам дорога жизнь! — вдруг крикнул он, словно поняв, кто мы и зачем явились. — Не то вам не уйти отсюда живыми!</p>
     <p>Он приложил карабин к плечу и прицелился в меня.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_076.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Ну, уберетесь? — потребовал он.</p>
     <p>Чарли разочарованно вздохнул.</p>
     <p>— Поворачивай, — шепнул он мне, — на этот раз все.</p>
     <p>Я бросил руль, ослабил шкот, и наша лодка повернула на пять-шесть румбов. Большой Алек не спускал с нас глаз и вернулся к работе, лишь когда мы были уже далеко.</p>
     <p>— Лучше оставьте Большого Алека в покое, — сердито сказал Карминтел в тот же вечер.</p>
     <p>— Так он уже жаловался тебе? — многозначительно спросил Чарли.</p>
     <p>Карминтел густо покраснел.</p>
     <p>— Лучше оставьте Большого Алека в покое, говорю я вам, — повторил он. — Он опасный человек, и нет никакого расчета с ним связываться.</p>
     <p>— Конечно, — сдержанно отозвался Чарли, — я слышал, что большой расчет оставить его в покое.</p>
     <p>Это уже был прямой вызов Карминтелу, и по выражению его лица мы видели, что удар попал в цель. Ни для кого не было тайной, что Король греков столь же охотно дает взятки, как и вступает в драку, и за последние годы не один патрульный столковывался с ним за деньги.</p>
     <p>— Ты хочешь сказать… — запальчиво начал Карминтел, но Чарли оборвал его:</p>
     <p>— Я ничего не хочу сказать. Ты слышал, что я сказал, а коли на воре шапка горит…</p>
     <p>Он пожал плечами, а Карминтел, не в силах произнести ни слова, бросил на него яростный взгляд.</p>
     <p>— Чего нам не хватает, так это смекалки, — сказал однажды Чарли, после того как мы попытались подкрасться к Королю греков в предрассветном сумраке и, на свою беду, были обстреляны.</p>
     <p>После этого я много дней ломал себе голову, стараясь придумать способ, с помощью которого двоим удалось бы поймать в. открытом море третьего, умеющего обращаться с оружием и никогда с ним не расстающегося. Всякий раз в малую воду Большой Алек нагло, открыто, средь бела дня ловил осетров своей китайской снастью. Особенно обидно было сознавать, что все рыбаки от Бенишии до Валлехо знают, как безнаказанно он оставляет нас в дураках. Не давал нам покоя и Карминтел, то и дело гонявший нас в Сан-Пабло, где бесчинствовали ловцы сельдей, так что на Короля греков почти не оставалось времени. Но жена и дети Чарли жили в Бенишии, там была наша штаб-квартира, и мы постоянно туда возвращались.</p>
     <p>— Вот что мы можем сделать, — сказал я спустя несколько недель, в течение которых мы так ничего и не добились. — Подождем малой воды, а когда Алек заберет рыбу и отправится на берег, войдем в бухту и захватим его снасть. Ему понадобятся деньги и время, чтобы сделать новую, а дальше мы сообразим, как захватить и ту. Уж если не удается его поймать, так хоть собьем с него спесь. Понял?</p>
     <p>Чарли понял и сказал, что это неплохая мысль. Мы не упустили возможности, и с наступлением малой воды, когда Король греков собрал рыбу и пошел к берегу, мы в своем паруснике двинулись в путь. По береговым знакам мы знали, где должна находиться снасть, и не сомневались, что легко отыщем ее. Прилив только начинался; мы подошли к тому месту, где, по нашим предположениям, была протянута снасть, и отдали якорь. Вытравив столько каната, сколько требовалось, чтобы якорь едва касался грунта, мы медленно тянули его за собой, пока он не зацепился за снасть и лодка не замерла в неподвижности.</p>
     <p>— Есть! — крикнул Чарли. — Иди сюда и помоги тащить.</p>
     <p>Вдвоем мы тянули веревку, пока не показался якорь с осетровой снастью, зацепившейся за одну из его лап. Десятки страшных на вид крючков заблестели перед нами, когда мы освобождали якорь, но только мы направились вдоль снасти, к противоположному концу, чтобы вытащить ее, как нас остановил резкий удар по лодке. Мы оглянулись, но, ничего не увидев, вернулись к своей работе. Через минуту раздался еще такой же удар, и планшир<a l:href="#n_683" type="note">[683]</a> между мной и Чарли разлетелся в щепы.</p>
     <p>— Уж больно на пулю похоже, сынок, — раздумчиво сказал Чарли. — Это стреляет Большой Алек. У него бездымный порох, — заключил он, внимательно оглядев берег в миле от нас. — Вот почему мы не слышали выстрелов.</p>
     <p>Я тоже посмотрел на берег, но не заметил и следа Короля греков; тот, видимо, прятался за скалой, в бухточке, тогда как мы были совсем на виду. Третья пуля ударилась о воду, отскочила рикошетом и, со свистом пролетев над нашими головами, упала в воду позади нас.</p>
     <p>— Пожалуй, нам лучше убраться отсюда, — спокойно заметил Чарли. — Ты как думаешь, сынок?</p>
     <p>Я был того же мнения и сказал:</p>
     <p>— Черт с ней, с этой лесой!</p>
     <p>Мы подняли шпринтовый парус<a l:href="#n_684" type="note">[684]</a> и тронулись с места. Стрельба тут же прекратилась, и мы ушли с неприятным сознанием, что Большой Алек смеется над нами.</p>
     <p>Мало того, на следующий день, когда мы осматривали на рыбацкой пристани сети, он не постеснялся издеваться и зубоскалить на наш счет в присутствии всех рыбаков. Чарли прямо почернел от гнева, но сдержался и только пообещал Большому Алеку, что рано или поздно упечет его в тюрьму. Король греков стал похваляться, что ни один рыбачий патруль не поймал его и никогда не поймает, а рыбаки поддакивали ему, утверждая, что это истинная правда. Они так распалились, что казалось, вот-вот начнется потасовка, но Большой Алек своей королевской властью усмирил их.</p>
     <p>Смеялся над Чарли и Карминтел, отпуская язвительные замечания и всячески досаждая ему. Однако Чарли не проявлял гнева и по секрету сказал мне, что все равно поймает Большого Алека, если даже придется гоняться за ним до конца дней своих.</p>
     <p>— Не знаю как, но сделать я это сделаю, — заявил он. — Это так же верно, как то, что меня зовут Чарли Ле Грант. Не бойся, в свой час верная мысль непременно придет.</p>
     <p>Действительно, в свой час она пришла, и пришла тогда, когда мы ее меньше всего ждали. Целый месяц мы неустанно ходили вверх и вниз по реке, бороздили вдоль и поперек залив, и у нас не было свободной минуты, чтобы заняться рыбаком, который китайской лесой ловил осетров в бухте у Тернерской верфи.</p>
     <p>Как-то в полдень, неся патрульную службу, мы подошли к Селбийскому плавильному заводу, и тут нам наконец представился наш долгожданный случай. Он явился в облике никем не управляемой яхты, ибо все пассажиры ее страдали от морской болезни. Конечно, едва ли можно было ждать, что мы распознаем в ней. нашего спасителя. То была большая яхта-шлюп, совсем беспомощная, так как дул почти штормовой пассат, а на борту не было ни одного умелого матроса.</p>
     <p>С Селбийской пристани мы с беспечным любопытством наблюдали за неуклюжими попытками поставить яхту на якорь и столь же неуклюжими попытками спустить лодку и отправиться в ней на берег. Весьма жалкого вида человек в грязных парусиновых штанах, чуть не утопив свою лодчонку в бурном море, передал нам фалинь<a l:href="#n_685" type="note">[685]</a> и с трудом выбрался на пристань. Он шатался так, как будто земля под ним ходила ходуном, и рассказывал нам о своей беде, то есть, собственно, о том, что произошло с яхтой. Единственного опытного матроса, человека, от которого все они зависели, отозвали телеграммой в Сан-Франциско, и они попытались продолжить путь одни. Справиться с крепким ветром и волнением в бухте Сан-Пабло оказалось им не под силу. Все больны, никто ничего не знает и не умеет делать; вот они и подошли к плавильне, чтобы оставить здесь яхту или найти кого-нибудь, кто отвел бы ее в Бенишию. Словом, не знаем ли мы моряков, которые согласились бы отвести яхту в Бенишию?</p>
     <p>Чарли взглянул на меня. «Северный олень» спокойно стоял на якоре. Мы были свободны от патрульной службы до полуночи. Дул попутный ветер, мы могли бы добраться до Бенишии часа за два, побыть несколько часов на берегу и вернуться сюда вечерним поездом.</p>
     <p>— Все будет в порядке, капитан, — сказал Чарли неудачливому яхтсмену, вяло улыбнувшемуся, когда его назвали капитаном.</p>
     <p>— Я только владелец яхты, — пояснил он.</p>
     <p>Мы доставили его на яхту куда лучшим манером, чем это сделал он, переправляясь на берег, и убедились собственными глазами, до чего беспомощны были пассажиры Их было там человек двенадцать, мужчины и женщины, и все они так страдали от морской болезни, что даже не оживились при нашем появлении. Яхту отчаянно качало, и едва ее владелец ступил на палубу, как свалился, разделив участь всех остальных. Ни один из пассажиров не был в состоянии оказать помощь, поэтому нам с Чарли пришлось вдвоем разбирать запутанный такелаж,<a l:href="#n_686" type="note">[686]</a> ставить парус и поднимать якорь.</p>
     <p>Путешествие было беспокойным, хотя и недолгим. Каркинезский пролив представлял собой мешанину бурлящей пены и густого тумана, но мы стремительно проскочили сквозь них и, опережая ветер, понеслись вперед, в то время как большой грот попеременно то окунал, то подбрасывал в небо свой гик Но люди этого не замечали. Они ничего не замечали. Двое или трое, включая и владельца яхты, растянулись в кубрике, вздрагивая всякий раз, когда яхта взлетала на гребень волны, а потом падала вниз, в бездну, и время от времени с тоской посматривая на берег. Остальные лежали вповалку среди подушек на полу в каюте. Иногда оттуда доносился стон, но большей частью они были немы и неподвижны, как покойники.</p>
     <p>Но вот показалась Тернерская верфь, и Чарли проскользнул в бухту, так как там было тише. Уже виднелась и Бенишия, и мы шли по сравнительно спокойной воде, как вдруг впереди, прямо у нас на пути, заплясало пятнышко — ялик. Стояла малая вода. Мы с Чарли переглянулись. Ни слова не было сказано, но яхта повела себя самым удивительным образом, то и дело меняя направление и рыская, словно у штурвала стоял совсем зеленый новичок. Моряку нашлось бы над чем посмеяться. Со стороны казалось, будто через залив во весь дух несется взбесившаяся яхта и лишь временами ее сдерживает чья-то рука, тщетно стараясь направить в Бенишию.</p>
     <p>Владелец, позабыв о своей морской болезни, с тревогой смотрел на нас. Пятнышко — ялик — на нашем пути все росло, мы могли уже разглядеть склонившихся над накинутой на крюйс осетровой снастью Большого Алека и его приятеля, которые прервали работу, чтобы над нами посмеяться. Чарли надвинул зюйдвестку на глаза, и я последовал его примеру, хотя не догадывался, что он затеял и как собирается осуществить свою затею.</p>
     <p>Вспенивая воду и держась на траверзе ялика, мы подошли к нему так близко, что по ветру до нас донеслись голоса Короля греков и его помощника, ругавших нас со всем презрением, какое истые моряки испытывают к любителям, особенно если те ведут себя, как последние идиоты.</p>
     <p>Словно грозовой шквал, мы пронеслись мимо рыбаков, но ничего не случилось. Взглянув на мое разочарованное лицо, Чарли усмехнулся и крикнул:</p>
     <p>— На грота-шкот, к повороту!</p>
     <p>Он переложил руль на борт, и яхта послушно сделала поворот. Грота-шкот ослаб и опустился, вслед за гиком пролетел над нашими головами и с треском растянулся на ракс-бугеле.<a l:href="#n_687" type="note">[687]</a> Яхта сильно накренилась, почти легла на бок; страшный вопль донесся из каюты: это больных пассажиров прокатило через всю каюту и швырнуло вповалку на койки правого борта.</p>
     <p>Но нам было не до них. Завершив свой маневр, яхта с полоскающими парусами двинулась против ветра и встала на ровный киль.<a l:href="#n_688" type="note">[688]</a> Мы снова понеслись вперед; ялик был теперь прямо перед нами. Я увидел, как Большой Алек бросился за борт, а его помощник ухватился за наш бушприт. Тут мы наскочили на ялик, раздался треск, потом еще толчки и удары, когда ялик очутился под нашим днищем.</p>
     <p>— Теперь его карабину крышка, — пробормотал Чарли, бросившись на палубу, чтобы взглянуть, нет ли Большого Алека где-нибудь за кормой.</p>
     <p>Ветер и волны быстро остановили наше движение вперед, и нас стало относить туда, где мы только что видели ялик Черноволосая голова и смуглое лицо грека высунулись из воды чуть ли не рядом, и мы втащили его на борт. Он ничего не подозревал и был страшно зол на «любителей», которые столь неуклюжим маневром чуть не утопили его, заставив глубоко нырнуть и долго оставаться под водой, чтобы не разбиться о киль.</p>
     <p>В следующую минуту, к великому ужасу и изумлению владельца яхты, Чарли уже сидел верхом на Короле греков, а я помогал вязать его сезенью. Владелец яхты возбужденно запрыгал вокруг нас, требуя объяснений, но к этому времени приятель Алека сполз с бушприта на корму и заглядывал через поручни в кубрик, силясь понять, что творится. Чарли тут же обхватил его за шею и уложил на спину рядом с Большим Алеком.</p>
     <p>— Давай еще сезени! — крикнул Чарли, и я поспешил выполнять его приказание.</p>
     <p>Разбитый ялик лениво покачивался невдалеке; я привел в порядок паруса, а Чарли стал править к ялику.</p>
     <p>— По этим людям тюрьма плачет, — пояснил Чарли взбешенному владельцу. — Они злостные браконьеры. Вы видели, что мы накрыли их на месте преступления, и вас, конечно, вызовут в суд штата как свидетеля.</p>
     <p>Тем временем мы поравнялись с яликом, за которым тянулась оборвавшаяся снасть. Чарли вытянул на борт футов сорок или пятьдесят ее вместе с молодым осетром, так и застрявшим в путанице острых крючков, потом отхватил этот кусок снасти своим ножом и бросил в кубрик рядом с пленниками.</p>
     <p>— А вот и вещественное доказательство, улика номер один, — продолжал Чарли. — Глядите внимательно, чтобы опознать на суде, и запомните время и место, где преступники были пойманы.</p>
     <p>Вскоре, перестав рыскать и кружиться во все стороны, мы торжественно шли к Бенишии. Король греков, связанный по рукам и ногам, лежал в кубрике, впервые в жизни оказавшись пленником рыбачьего патруля.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Набег на устричных пиратов</p>
     </title>
     <p>Мы с Чарли Ле Грантом, видимо, одинаково считали, что из всех патрульных, под началом которых нам довелось в разное время служить, лучшим был Нейл Партингтон. Человек честный и отважный, он относился к нам чисто по-дружески, хотя и требовал точного выполнения всех своих приказаний, и ни при одном другом начальнике мы не знали такой свободы, какую предоставлял нам Нейл, в чем вы сами убедитесь, прочитав этот рассказ.</p>
     <p>Его семья жила в Окленде, что стоит на Нижней бухте, милях в шести по заливу от Сан-Франциско. Однажды, когда мы патрулировали возле мыса Педро, где китайцы ловят креветок, Нейл получил известие, что его жена заболела. Не прошло и часа, как «Северный олень», подгоняемый крепким норд-остом, уже мчался к Окленду. Мы вошли в оклендский порт и отдали якорь, а потом, в те дни, пока Нейл находился на берегу, подтягивали на «Северном олене» такелаж, тщательно проверяли балласт, скребли палубы и приводили судно в полный порядок.</p>
     <p>Покончив с работой, мы начали томиться от безделья. Болезнь жены Нейла оказалась опасной, перелома ждали лишь через неделю, и это вынуждало нас стоять на приколе. Мы с Чарли околачивались в доках, подыскивая, чем бы заняться, как вдруг на оклендской городской пристани наткнулись на устричную флотилию. Это были по большей части ладные, чистенькие шлюпки, быстроходные и надежные в штормовую погоду, и мы уселись на край причала, чтобы получше их разглядеть.</p>
     <p>— Неплохой, видать, улов! — заметил Чарли, указывая на устриц, сложенных по величине в три кучи на палубе каждой шлюпки.</p>
     <p>Разносчики, примостив свои тележки у борта причала, отчаянно торговались с рыбаками, и из переговоров я узнал продажную цену устриц.</p>
     <p>— В этой шлюпке долларов на двести груза, никак не меньше, — подсчитал я. — Хотел бы я знать, сколько времени понадобилось, чтобы его добыть.</p>
     <p>— Дня три-четыре, — ответил Чарли. — Недурной заработок на двоих: двадцать пять долларов в день на каждого!</p>
     <p>Шлюпка, которая привлекла наше внимание, называлась «Призрак» и стояла как раз под нами. В ее команде были двое. Один — приземистый, широкоплечий детина с чрезвычайно длинными, точно у гориллы, руками; второй, напротив, был высокого роста, хорошо сложен, с ясными голубыми глазами и шапкой черных волос. Это сочетание цвета глаз и волос было столь поразительно и необычно, что мы с Чарли задержались на причале дольше, чем предполагали.</p>
     <p>И хорошо сделали. Рядом с нами остановился тучный пожилой мужчина, по виду и одежде крупный торговец, и тоже принялся глядеть вниз на палубу «Призрака». Он, казалось, был чем-то рассержен и чем дольше смотрел, тем больше злился.</p>
     <p>— Это мои устрицы, — сказал он наконец. — Я уверен, что они мои. Вы учинили ночью набег на мои отмели и обокрали меня.</p>
     <p>Верзила и коротышка с «Призрака» посмотрели вверх.</p>
     <p>— Здорово, Тафт! — с наглой развязностью сказал коротышка (из-за своих длинных рук он получил на заливе прозвище «Сороконожка»). — Здорово, Тафт, — повторил он столь же развязно. — На что теперь разворчался?</p>
     <p>— Это мои устрицы, говорю я вам. Вы их украли с моих отмелей.</p>
     <p>— Уж больно ты умник, — насмешливо отозвался Сороконожка. — Ишь ты, так сразу и распознал, что устрицы твои?</p>
     <p>— Насколько мне известно, — вмешался Верзила, — устрица всегда устрица, где ее ни найти, они вроде одинаковые во всем заливе и, между прочим, на всем белом свете тоже. Мы не хотим ссориться с вами, мистер Тафт, мы только хотим, чтобы вы не возводили на нас поклеп, рассказывая всем, что это ваши устрицы и что мы воры и грабители, если у вас нет на то доказательств.</p>
     <p>— Голову даю на отсечение, что это мои устрицы, — прохрипел мистер Тафт.</p>
     <p>— Докажите, — потребовал Верзила, которого, как мы потом узнали, за то, что он великолепно плавал, окрестили «Дельфином».</p>
     <p>Мистер Тафт беспомощно пожал плечами. Конечно, он не мог доказать, как бы ни был в этом уверен, что устрицы принадлежат ему.</p>
     <p>— Я бы не пожалел и тысячи долларов, чтобы засадить вас за решетку! — крикнул он. — Я бы дал по пятьдесят долларов с головы тому, кто поймал бы вас и уличил всех до единого!</p>
     <p>Взрыв хохота прокатился по лодкам; другие пираты прислушивались к разговору.</p>
     <p>— От устриц больше дохода, — отрезал Дельфин.</p>
     <p>Разгневанный мистер Тафт повернулся и ушел. Краешком глаза Чарли проследил, куда он идет. Через несколько минут, когда мистер Тафт свернул за угол, Чарли лениво поднялся, я за ним, и мы побрели в противоположную сторону.</p>
     <p>— Бегом! Живо! — прошептал Чарли, едва мы скрылись из вида устричной флотилии.</p>
     <p>Мы мгновенно изменили курс и, прячась за углами, кружили по боковым улицам до тех пор, пока впереди не замаячила внушительная фигура мистера Тафта.</p>
     <p>— Я хочу потолковать с ним насчет награды, — объяснил мне Чарли, когда мы догоняли владельца устричных отмелей. — Нейл пробудет тут еще целую неделю, и почему бы нам за это время не подзаработать немного? Что ты на это скажешь?</p>
     <p>— Разумеется, разумеется, — подтвердил мистер Тафт, после того как Чарли представился и сообщил о нашем намерении. — Эти воры ежегодно обкрадывают меня на тысячи долларов, и, чтобы разделаться с ними, я не пожалею денег, да, сэр, не пожалею. Как я уже говорил, я дам по пятьдесят долларов с головы и считаю, что это дешево. Они ограбили мои отмели, сорвали опознавательные знаки, запугали сторожей, а в прошлом году одного убили. Доказать ничего не удалось. Все делается под покровом ночи. Сторож был убит, но улик никаких. Сыщики ничего не нашли. Никто не может справиться с этими людьми. Ни одного из них нам не удалось арестовать. Так вот, мистер… Как, вы сказали, вас зовут?</p>
     <p>— Ле Грант, — ответил Чарли.</p>
     <p>— Так вот, мистер Ле Грант. Я чрезвычайно обязан вам за предложенную помощь. И буду рад, очень рад, сэр, всячески содействовать вам. Мои сторожа и лодки в вашем распоряжении. В любое время приходите в мою контору в Сан-Франциско или звоните по телефону за мой счет. Не жалейте денег. Я оплачу расходы, какие бы они ни были, конечно, в пределах благоразумия. Положение становится невыносимым, и необходимо наконец что-то предпринять, чтобы выяснить, кто хозяин устричных отмелей: я или эта банда головорезов.</p>
     <p>— Теперь пойдем к Нейлу, — сказал Чарли после того, как мы проводили мистера Тафта к сан-францисскому поезду.</p>
     <p>Нейл Партингтон не только не препятствовал нам осуществить свое рискованное намерение, но даже оказал большую помощь. Мы с Чарли ничего не смыслили в ловле устриц, а его голова была энциклопедией всяких сведений в этом вопросе. Притом не позднее чем через час он доставил нам парнишку-грека, который знал назубок все ходы и выходы устричного пиратства.</p>
     <p>К слову говоря, не мешает пояснить, что в рыбачьем патруле мы с Чарли были вроде добровольцев. Нейл Партингтон как штатный патрульный получал определенное жалованье, тогда как мы с Чарли, всего лишь помощники, получали только то, что нам удавалось заработать, то есть некоторый процент со штрафов, налагаемых на уличенных нами нарушителей законов рыбной ловли, и вознаграждение, если нам подвертывался случай его заслужить. Мы предложили Нейлу поделиться с ним деньгами, которые надеялись получить у мистера Тафта, но он и слышать об этом не хотел. Он сказал, что счастлив помочь людям, которые так много сделали для него.</p>
     <p>Мы долго держали военный совет и наметили такой план действий. На Нижней бухте меня и Чарли не знали в лицо, но «Северный олень» был всем известен как патрульное судно, поэтому решили, что я и парнишка-грек — его звали Николас — отправимся к острову Аспарагус на другой, не вызывающей подозрений лодке и присоединимся к устричной флотилии. Зная по описанию Николаса расположение отмелей и способы набега, мы могли рассчитывать, что застигнем пиратов во время кражи устриц и сумеем задержать их. Чарли, сторожа и наряд полицейских будут ждать нас на берегу и в нужную минуту придут на помощь.</p>
     <p>— У меня есть на примете такая лодка, — сказал Нейл в заключение. — На том берегу в Тибуроне стоит старый-престарый шлюп. Ты и Николас переправитесь туда на пароме, наймете его за гроши и прямо оттуда поплывете к отмелям.</p>
     <p>— Ни пуха ни пера, мальчики! — сказал Нейл на прощание два дня спустя. — Помните, что это опасные люди, и будьте начеку.</p>
     <p>Нам с Николасом действительно удалось зафрахтовать шлюп совсем задаром. Поднимая парус, мы со смешками порешили, что он еще древнее и хуже, чем нам описали. Это было большое плоскодонное судно с транцевой кормой<a l:href="#n_689" type="note">[689]</a> и парусным вооружением шлюпа, неуклюжее и ненадежное в управлении. Мачта его была перекошена, снасть не натянута, паруса ветхи, а бегучий такелаж почти весь сгнил. Оно мерзко воняло каменноугольным дегтем, которым было замарано от носа до кормы и от крыши каюты до выдвижного киля. И в довершение на обоих его бортах из конца в конец огромными белыми буквами было выведено: «Каменноугольная смола „Мэгги“».</p>
     <p>В пути из Тибурона до острова Аспарагус, куда мы прибыли на следующий день, все обошлось без происшествий, хотя смеху было много. Флотилия устричных хищников, состоявшая из порядочного числа шлюпок, стояла на якоре у так называемых «Заброшенных отмелей». Наша «Мэгги», с легким ветерком за кормой, хлюпая, вклинилась между шлюпками пиратов, и они высыпали на палубу, чтобы посмотреть на нас. Нам с Николасом удалось раскусить нрав нашей посудины, и мы старались вести ее как можно более неумело.</p>
     <p>— Это еще что? — воскликнул кто-то.</p>
     <p>— Назови, как хочешь, — отозвался другой.</p>
     <p>— Бьюсь об заклад, что это и есть Ноев ковчег, — сострил Сороконожка с палубы «Призрака».</p>
     <p>— Эй, да это же клипер!<a l:href="#n_690" type="note">[690]</a> — крикнул еще один шутник. — В какой порт изволите следовать?</p>
     <p>Мы не обращали внимания на насмешки и, прикидываясь неопытными новичками, делали вид, будто всецело заняты нашей «Мэгги». Я обогнул «Призрак» с наветренной стороны, а Николас побежал вперед отдать якорь. Все видели, что наша цепь спуталась в клубок и якорь не мог достать дна. И на глазах у всех мы ужасно долго возились, силясь вытравить цепь. Как бы то ни было, нам вполне удалось обмануть пиратов, которых наши затруднения приводили в неистовый восторг.</p>
     <p>Цепь не желала распутываться. Под градом насмешек и язвительных советов мы отошли назад и наскочили на «Призрак», бушприт которого врезался в наш грот и проткнул дыру величиной с амбарную дверь. Сороконожка и Дельфин корчились от смеха на палубе, предоставив нам справляться на свой страх и риск. В конце концов мы справились, хотя действовали очень неумело. Мы высвободили якорную цепь, но вытравили ее футов на триста, хотя глубина под нами едва достигала десяти футов. Это дало нам возможность двигаться по окружности шестьсот футов диаметром, и в этом круге «Мэгги» могла зацепить, по крайней мере, половину флотилии.</p>
     <p>Суда стояли вплотную друг к другу на коротких тросах, и поскольку погода была тихой, устричные пираты громко запротестовали против того, что мы по невежеству вытравили якорную цепь на столь недопустимо большую длину. Они не только протестовали, но и вынудили нас выбрать ее, оставив лишь тридцать футов.</p>
     <p>Полагая, что они достаточно уверились в нашей неопытности, мы с Николасом спустились в каюту, чтобы поздравить друг друга и приготовить ужин. Только мы поели и вымыли посуду, как к борту «Мэгги» подошел ялик, и по палубе затопали тяжелые сапоги. Потом над люком появилось омерзительное лицо Сороконожки, и он в сопровождении Дельфина спустился в каюту. Не успели они сесть на койку, как подошел второй ялик, потом третий, четвертый, пока, наконец, в каюте не собралась вся флотилия.</p>
     <p>— Где вы стянули эту старую лохань? — спросил малорослый, волосатый, похожий на мексиканца мужчина со злыми глазами.</p>
     <p>— Нигде не стянули, — в тон ему ответил Николас, поддерживая в пиратах подозрение, что мы действительно украли «Мэгги». — А если и стянули, так что из этого?</p>
     <p>— Ничего, только не очень я одобряю ваш вкус, — с издевкой усмехнулся тот, что походил на мексиканца. — Я бы сгнил на берегу, но не польстился на лоханку, которая сама у себя путается под ногами.</p>
     <p>— А откуда нам было знать, не испытав ее? — спросил Николас с таким невинным видом, что все покатились со смеху. — А как вы ловите устриц? — быстро добавил он. — Нам нужно целую гору устриц, для этого мы и пришли сюда, целую гору.</p>
     <p>— А для чего они вам понадобились? — осведомился Дельфин.</p>
     <p>— Раздарить друзьям, на что еще, — нашелся Николас. — Для этого они, должно быть, нужны и вам.</p>
     <p>Ответ вызвал новый взрыв смеха; гости становились все благодушнее, и мы уже не сомневались, что они ничуть не подозревают, кто мы такие и зачем явились.</p>
     <p>— Не тебя ли я видел на днях на Оклендской пристани? — вдруг спросил меня Сороконожка.</p>
     <p>— Меня, — смело ответил я, хватая быка за рога. — Я следил за вами и прикидывал, есть ли нам расчет ввязываться в это дело. Я решил, что это выгодная работа, вот мы и взялись за нее. Конечно, — поспешил я добавить, — если вы не против.</p>
     <p>— Скажу вам раз и навсегда, — заявил он. — Придется вам поднатужиться и добыть себе шлюпку получше. Мы не допустим, чтоб нас срамили этаким вот корытом. Ясно?</p>
     <p>— Как божий день! — ответил я. — Продадим немного устриц и снарядимся, как положено.</p>
     <p>— Что ж, если вы покажете себя правильными людьми, — продолжал Сороконожка, — топайте с нами. Но ежели нет, — голос его стал суровым и угрожающим, — каюк. Попомните это. Ясно?</p>
     <p>— Как божий день, — ответил я.</p>
     <p>Еще несколько минут пираты таким же манером поучали и запугивали нас, а потом разговор принял общий характер, и из него мы узнали об их намерении ограбить отмели той же ночью. Через час, когда хищники собрались уходить, нам было предложено участвовать в набеге. «Чем больше народу, тем веселее», — сказал кто-то.</p>
     <p>— Ты заметил этого малого, смахивающего на мексиканца? — спросил Николас, когда они удалились на свои шлюпки. — Его зовут Бэрчи. Он из банды «Бесшабашная жизнь», а тот, что с ним, Скиллинг. Они оба выпущены на поруки под залог в пять тысяч долларов.</p>
     <p>Я слышал о банде «Бесшабашная жизнь» — шайке хулиганов и преступников, терроризировавших нижние кварталы Окленда; две трети из них постоянно сидели в местной тюрьме за разные преступления, начиная от лжесвидетельства и жульничества с бюллетенями во время выборов и кончая убийством.</p>
     <p>— Вообще-то они не занимаются кражей устриц, — продолжал Николас. — И явились сюда лишь поозорничать да подзаработать. Но за ними надо следить в оба.</p>
     <p>В одиннадцать часов, когда мы сидели в кубрике, уточняя подробности нашего плана, до нас вдруг донеслись со стороны «Призрака» мерные удары весел. Мы подтянули свой ялик, бросили туда несколько мешков и поплыли к «Призраку». Там мы застали лодки в полном сборе, ибо пираты решили напасть на отмели скопом.</p>
     <p>К моему удивлению, в том месте, где мы отдали якорь на десять футов, теперь глубина едва достигала одного фута. Была пора большого прилива июньского полнолуния, а так как до конца отлива оставалось еще полтора часа, то я знал, что к наступлению малой воды наша якорная стоянка окажется на суше.</p>
     <p>Отмели мистера Тафта находились на расстоянии трех миль, и мы долго в полном молчании шли в кильватере<a l:href="#n_691" type="note">[691]</a> остальных лодок, порой застревая на мели или задевая дно веслом. В конце концов мы сели на илистый грунт, покрытый водой не больше, чем на два дюйма. Дальше лодки плыть не могли. Однако пираты мгновенно оказались за бортом, и, толкая и подтягивая свои плоскодонные ялики, мы неуклонно двигались вперед.</p>
     <p>Полную луну временами закрывали высокие облака, но пираты шли с уверенностью людей, не раз проделывавших этот путь. С полмили мы тащили свои лодки по илу, потом снова сели в них и вошли в глубокий канал, по обе стороны которого высились поблескивающие устрицами отмели. Наконец-то мы достигли места, где собирают устриц. С одной из отмелей нас окликнули двое сторожей и велели убираться. Сороконожка, Дельфин, Бэрчи и Скиллинг вышли вперед и двинулись прямо на сторожей Мы вместе с остальными — нас было не менее тридцати человек в пятнадцати лодках — поплыли вслед за ними.</p>
     <p>— Убирайтесь-ка отсюда, пока целы, — угрожающе сказал Бэрчи, — не то мы всадим в ваши лодки столько свинца, что они даже в патоке не удержатся на плаву!</p>
     <p>Перед столь превосходящими силами сторожа благоразумно отступили и направили свою лодку вдоль канала к берегу. По нашему плану им и полагалось отступить.</p>
     <p>Мы втащили лодки носом на край большой отмели, разбрелись во все стороны и стали собирать устриц в мешки. Время от времени заволакивавшие луну облака редели, и мы ясно видели перед собой крупных устриц. Мешки наполнялись мгновенно, их тотчас уносили в лодки, а оттуда брали другие. Мы с Николасом, не набирая много устриц, то и дело возвращались к лодкам, но всякий раз наталкивались на кого-нибудь из пиратов, шедших туда или обратно.</p>
     <p>— Не тужи, — сказал Николас. — Чего спешить? Чем дальше придется ходить за устрицами, тем больше времени понадобится, чтобы относить мешки. Тогда они будут оставлять полные мешки прямо на месте, чтобы во время прилива приплыть за ними на лодках.</p>
     <p>Прошло добрых полчаса, вода уже начала прибывать, и вот тут-то все и началось. Оставив хищников за работой, мы украдкой пробрались к лодкам и, бесшумно столкнув их одну за другой в воду, быстро составили неуклюжую флотилию. В ту минуту, когда мы сталкивали последний ялик, наш собственный, подошел один из пиратов. Это был Бэрчи. Быстрым взглядом он вмиг оценил положение и кинулся на нас, но мы, сильно оттолкнувшись, ушли вперед, и он упал в воду. Выбравшись на отмель, он тотчас поднял крик, предупреждая об опасности.</p>
     <p>Мы гребли изо всех сил, но с таким количеством лодок на буксире двигались медленно. С отмели хлопнул выстрел, второй, третий, и началась самая настоящая канонада. Пули так и шлепались вокруг нас, но густые облака застлали луну, и в мутной тьме стрельба была беспорядочной. В нас могли попасть разве только ненароком.</p>
     <p>— Был бы у нас маленький паровой катер, — задыхаясь, прошептал я.</p>
     <p>— Хоть бы луна больше не показывалась, — тяжело дыша, отозвался Николас.</p>
     <p>Мы шли медленно, но каждый удар весел уводил нас все дальше и дальше от мели и приближал к берегу. Наконец стрельба стихла, и, когда луна вновь вышла из облаков, мы были уже вне опасности. Вскоре нас окликнули с берега, и две адмиралтейские шлюпки, каждая с тремя гребцами на веслах, понеслись нам навстречу. Чарли радостно улыбался и, пожимая нам руки, кричал:</p>
     <p>— Молодцы! Молодцы оба!</p>
     <p>Мы подвели флотилию к берегу, и сразу же я, Николас и один из сторожей сели на весла в адмиралтейскую шлюпку, а Чарли на корму. Две другие шлюпки последовали за нами, и, поскольку луна теперь светила ярко, мы без труда отыскали устричных пиратов на дальней отмели. Но стоило нам подойти ближе, как пираты открыли стрельбу из своих револьверов, и мы живо отступили на безопасную позицию.</p>
     <p>— Нам спешить некуда, — сказал Чарли. — Вода прибывает быстро, и, когда она подступит к горлу, им уже будет не до стрельбы.</p>
     <p>Мы сушили весла, ожидая, пока прилив сделает свое дело. Положение пиратов становилось отчаянным: после большого отлива вода стремительно, как по мельничному лотку, неслась назад, и даже лучший в мире пловец не одолел бы против течения трех миль пути. Путь к бегству в сторону берега отрезали мы, ибо наши лодки стояли между берегом и отмелями. Вода меж тем быстро заливала отмели и через несколько часов неминуемо должна была покрыть пиратов с головой.</p>
     <p>Было удивительно тихо; в искрящемся белом свете луны мы наблюдали за пиратами в бинокль и рассказывали Чарли о нашем плавании на «Мэгги». Наступил час, потом два часа ночи; хищники, стоя по пояс в воде, столпились на самой высокой отмели.</p>
     <p>— Вот доказательство того, как важна смекалка, — говорил Чарли. — Сколько лет Тафт старался заполучить их, но он лез напролом, и ничего у него не получалось. А мы поработали головой…</p>
     <p>Тут до меня донесся едва слышный плеск и, подняв руку в знак молчания, я обернулся и показал на рябь, которая медленно расходилась по воде большими кругами. Это произошло не более чем в пятидесяти футах от нас. Мы замерли, ожидая, что будет дальше. Через минуту вода раздалась футах в шести от нас, и в свете луны показалась черная голова и белое плечо. Человек удивленно фыркнул, шумно выпустил воздух, и тотчас голова и плечо скрылись под водой.</p>
     <p>Несколькими ударами весел мы ушли вперед и поплыли по течению. Четыре пары глаз впились в водную гладь, но так и не увидели ни кругов на воде, ни черной головы, ни белого плеча.</p>
     <p>— Это Дельфин, — сказал Николас. — Его и днем-то не очень поймаешь.</p>
     <p>Без четверти три пираты проявили первые признаки слабости. Мы услышали крики о помощи и сразу узнали голос Сороконожки, а когда подошли ближе, в нас уже больше не стреляли. Положение Сороконожки было воистину отчаянным. Чтобы легче было устоять против течения, хищники держались друг за друга и над водой были только их головы да плечи, тогда как ноги Сороконожки не доставали дна и он буквально висел на своих приятелях.</p>
     <p>— Ну, ребята, — весело сказал Чарли, — вот вы и попались! Теперь вам не уйти. Если будете сопротивляться, оставим вас здесь, и вода вас прикончит. Но если будете послушными, мы возьмем вас на борт, каждого по очереди, и все будут спасены. Что вы на это скажете?</p>
     <p>— Ладно, — хором просипели пираты, стуча зубами от холода.</p>
     <p>— Тогда подходите поодиночке и сперва малорослые.</p>
     <p>Первым взяли на борт Сороконожку, он пошел охотно, хотя и стал было протестовать, когда полицейский надевал ему наручники. Вторым втащили Бэрчи, который от долгого пребывания в воде присмирел и стал совсем покорным. Приняв на борт десятерых, мы отошли, и пираты полезли во вторую шлюпку. Третьей досталось только девять пленников, а весь улов насчитывал двадцать девять человек.</p>
     <p>— А Дельфина вы так и не поймали, — торжествующе заявил Сороконожка, словно бегство Дельфина основательно умалило наш успех.</p>
     <p>— Зато видели, — засмеялся Чарли. — Плыл, фыркая, к берегу и хрюкал, как боров.</p>
     <p>В устричный склад мы привели с берега кроткую и дрожавшую от озноба банду пиратов. На стук Чарли дверь широко распахнулась, и нас обдало волной приятного тепла.</p>
     <p>— Можете высушить здесь свою одежду и выпить горячего кофе, — возвестил Чарли, когда все ввалились в дом.</p>
     <p>А там, у огня с кружкой дымящегося кофе в руках, мирно сидел Дельфин. Мы с Николасом одновременно взглянули на Чарли. Он весело рассмеялся.</p>
     <p>— Результат смекалки, — сказал он. — Когда что-нибудь видишь, надо осмотреть со всех сторон, иначе что толку? Я видел берег и потому оставил там двоих полицейских — пусть приглядывают. Вот и вся недолга.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Осада «Ланкаширской королевы»</p>
     </title>
     <p>Вероятно, самым трудным в практике нашей рыбачьей патрульной службы был тот случай, когда нам с Чарли Ле Грантом пришлось в течение двух недель держать в осаде большое четырехмачтовое английское судно. Под конец это дело превратилось для нас в настоящую математическую задачу, и только чистая случайность позволила нам благополучно разрешить ее.</p>
     <p>Разделавшись с устричными пиратами, мы вернулись в Окленд, но прошло еще две недели, прежде чем миновала опасность для жизни жены Нейла Партингтона и она оправилась от болезни. Итак, в общей сложности, Лишь через месяц наш «Северный олень» вновь появился в Бенишии. Без кота мышам раздолье: за этот месяц рыбаки совсем от рук отбились и стали беззастенчиво нарушать закон. Огибая мыс Педро, мы заметили признаки оживления среди ловцов креветок, а по заливу Сан-Пабло шныряло немало рыбачьих баркасов с Верхнего залива, владельцы которых, завидев нас, спешили вытащить из воды свои сети и поднять паруса.</p>
     <p>Все это, конечно, не могло не вызвать подозрений. Мы тут же приступили к расследованию, и в первой же и единственной лодке, что нам удалось захватить, оказалась сеть, которой ловля сельди была запрещена. По закону расстояние в петле от узла до узла должно быть не меньше семи с половиной дюймов, меж тем как в сети, захваченной нами, узлы находились один от другого на расстоянии трех дюймов. Это было злостным нарушением закона, и мы арестовали двух находившихся в лодке рыбаков. Одного из них Нейл Партингтон взял на «Северного оленя», где тот должен был помочь нашему патрульному вести судно, а мы с Чарли, забрав второго с собой, ушли вперед на задержанном баркасе.</p>
     <p>Меж тем сельдяная флотилия что есть духу понеслась к берегам Петалумы, и на всем пути через залив Сан-Пабло мы не увидели больше ни одного рыбака. Наш пленник, бронзовый от загара бородач грек, угрюмо сидел на своей сети, а мы вели его судно. То был новенький баркас с реки Колумбии для ловли лососей, видимо, впервые в плавании, и управлять им было одно удовольствие. Наш пленник не произносил ни слова и, казалось, не замечал нас даже тогда, когда Чарли расхваливал его баркас, так что вскоре мы потеряли к нему всякий интерес, решив, что он крайне необщительный человек.</p>
     <p>Мы прошли Каркинезский пролив и свернули в бухту у Тернерской верфи, где море было спокойнее. Там в ожидании груза пшеницы нового урожая стояло несколько английских парусников с железным корпусом, и там же, на том самом месте, где был задержан Большой Алек, мы внезапно наткнулись на ялик с двумя итальянцами, оснащенный «китайской лесой» для ловли осетров. Это явилось полной неожиданностью как для них, так и для нас: не успели они и опомниться, как мы уже были рядом. У Чарли едва хватило времени привестись к ветру и подвернуть к ним. Я побежал вперед и бросил конец, приказав, не мешкая, закрепить его. Один из итальянцев стал заматывать его на нагель,<a l:href="#n_692" type="note">[692]</a> а я поспешил убрать наш парус. Баркас рванулся назад, потащив за собой ялик.</p>
     <p>Чарли пошел на нос, намериваясь перепрыгнуть на захваченное судно, но, когда я ухватился за трос, чтобы подтащить ялик поближе, итальянцы отдали конец. Нас тут же начало сносить под ветер, меж тем как они, достав две пары весел, повели свое легкое суденышко прямо против ветра. Этот маневр сперва обескуражил нас, ибо мы не могли надеяться догнать их на веслах в своей большой, тяжело нагруженной лодке. И вдруг на помощь пришел наш пленник. Его черные глаза засверкали, лицо загорелось от сдерживаемого волнения, когда он опустил выдвижной киль и, одним прыжком очутившись на носу, поставил парус.</p>
     <p>— Не зря говорят, что греки не любят итальянцев, — смеясь, заметил Чарли и бросился на корму к румпелю.</p>
     <p>Никогда прежде я не видел, чтобы один человек так страстно желал поймать другого, как наш пленник во время этой погони. Он был так возбужден, что его глаза, казалось, вот-вот вылезут из орбит, а ноздри неестественно трепетали и раздувались. Чарли правил рулем, а он — парусом; и, хотя Чарли был скор и проворен, как кошка, грек с трудом сдерживал свое нетерпение.</p>
     <p>Итальянцы были отрезаны от берега — их отделяла, самое меньшее, добрая миля пути. Если бы они попытались держать прямо к берегу, то мы, идя за ними при боковом ветре, догнали бы их прежде, чем они прошли восьмую часть этого расстояния. Нет, они были слишком благоразумны, чтобы сделать такую попытку, и продолжали энергично грести против ветра вдоль правого борта большого судна под названием «Ланкаширская королева». За кораблем в сторону противоположного берега тянулась открытая полоса воды шириною в добрых две мили. Идти туда они тоже не осмеливались, ибо мы неминуемо нагнали бы их. Так что, когда они достигли носа «Ланкаширской королевы», им не оставалось ничего другого, как обогнуть его и направиться вдоль левого борта к корме, идя, таким образом, по ветру и оставляя преимущество за нами.</p>
     <p>Мы в своем баркасе, держа круто к ветру, легли на другой галс и срезали нос кораблю. Чарли переложил руль под ветер, и мы пошли по левому борту «Королевы»; грек, ухмыляясь от удовольствия, потравил шкот. Итальянцы уже успели пройти половину длины корабля, но крепкий попутный бриз гнал нас куда быстрее, чем они могли двигаться на веслах. Мы подходили все ближе и ближе, и я, перейдя на нос, уже приготовился было зацепить ялик, как вдруг он нырнул под широкую корму «Ланкаширской королевы».</p>
     <p>Погоня, собственно, началась сначала. Итальянцы шли на веслах по правому борту корабля, а мы, держа в крутой бейдевинд,<a l:href="#n_693" type="note">[693]</a> постепенно уходили от «Королевы», пытаясь выбраться на ветер. Потом ялик юркнул под нос корабля и пошел по его левому борту, а мы легли на другой галс, срезали нос кораблю и по ветру пустились за ними вдогонку. И снова только я потянулся к ялику, как он нырнул под корму корабля и был таков. И так мы делали круг за кругом, и каждый раз итальянцам удавалось, правда, едва-едва, ускользнуть от опасности.</p>
     <p>Тем временем экипаж корабля узнал о том, что происходит, и мы увидели над собой длинный ряд зрителей, с интересом следивших за погоней. Всякий раз, когда мы упускали ялик у кормы, они орали от восторга и бросались к противоположному борту «Ланкаширской королевы», чтобы насладиться тем, как мы будем гнаться за яликом против ветра. Они забрасывали нас и итальянцев остротами и советами и так разозлили нашего грека, что он по крайней мере раз в каждом круге угрожающе потрясал кулаком. Они уже стали ждать этого жеста и встречали его бурным весельем.</p>
     <p>— Как в настоящем цирке! — крикнул один из них.</p>
     <p>— А еще сомневаются, есть ли на море ипподром! А это что, если не ипподром? — подтвердил второй.</p>
     <p>— Шестидневные бега, ежели вам угодно, — возвестил третий. — Кто говорит, что итальяшки не выиграют?</p>
     <p>На следующем повороте против ветра грек предложил Чарли поменяться местами.</p>
     <p>— Позвольте мне вести лодку, — попросил он. — Уж я-то догоню их. Я их наверняка поймаю.</p>
     <p>То был удар по профессиональной гордости Чарли, ибо он не раз хвалился своим умением вести парусное судно. Тем не менее он передал румпель пленнику и занял его место у паруса. Мы сделали еще три круга, и грек убедился, что не может выжать из своего баркаса большей скорости, чем это сумел сделать Чарли.</p>
     <p>— Бросьте эту затею, — посоветовал сверху один из матросов.</p>
     <p>Грек свирепо нахмурился и потряс кулаком на прежний манер. Меж тем моя голова лихорадочно работала, и в конце концов меня осенила неплохая идея.</p>
     <p>— Сделаем еще один круг, Чарли, — сказал я.</p>
     <p>И когда мы легли на другой галс и снова пошли против ветра, я привязал кусок троса к небольшому четырехлапому крюку, который лежал на дне баркаса. Второй конец я прикрепил к носовому рыму и, спрятав крюк, стал ждать случая пустить его в ход. Ялик снова ушел под ветер к левому борту «Ланкаширской королевы», и мы опять пустились по ветру вдогонку за яликом. Мы подходили к итальянцам все ближе, и я сделал вид, будто, как прежде, хочу поймать их. Корма ялика находилась от нас не более чем в шести футах, когда итальянцы, вызывающе засмеявшись, юркнули под корму корабля. В это мгновение я неожиданно выпрямился и метнул крюк. Расчет оказался верным, крюк зацепился за планшир ялика, и канат, натянувшись, вытащил маленькое суденышко из его убежища прямо к носу нашего баркаса.</p>
     <p>Сверху, где столпились матросы, донесся стон сожаления, тут же сменившийся криками восторга, ибо один из итальянцев достал длинный складной нож и перерезал канат. Но мы уже вытянули их из безопасного места, и Чарли, сидевший у шкота на корме, наклонился вперед и ухватился за корму ялика. Все это произошло в одну секунду: в то мгновение, когда первый итальянец отсекал канат, а Чарли уцепился за ялик, второй итальянец ударил его веслом по голове. Чарли выпустил добычу и, оглушенный ударом, свалился на дно нашей лодки, итальянцы же налегли на весла и исчезли за кормой корабля.</p>
     <p>Грек, действуя одновременно румпелем и шкотом, продолжал погоню вокруг «Ланкаширской королевы», а я занялся Чарли, на голове у которого выросла ужасная шишка. Наши зрители-матросы неистовствовали от восторга, и все, как один, подбадривали удиравших итальянцев. Чарли сел и, прижав руку к голове, недоуменно осмотрелся.</p>
     <p>— Теперь-то уж я ни за что не позволю им уйти, — наконец сказал он, доставая револьвер.</p>
     <p>Когда мы делали следующий круг, он пригрозил итальянцам своим оружием, но они продолжали невозмутимо грести, сохраняя превосходный темп и не обращая ни малейшего внимания на оружие.</p>
     <p>— Если вы не остановитесь, я буду стрелять! — сурово крикнул Чарли.</p>
     <p>Однако угроза не возымела действия; они отказались капитулировать даже тогда, когда несколько пуль пронеслось в непосредственной близости от них. Им не хуже нас было известно, что Чарли не станет стрелять в безоружных людей, и они по-прежнему упорно кружили вокруг корабля.</p>
     <p>— В таком случае мы их загоняем! — воскликнул Чарли. — Они у нас попляшут! Мы из них все жилы вытянем!</p>
     <p>Итак, погоня продолжалась. Еще двадцать раз мы заставили итальянцев обойти «Ланкаширскую королеву» и наконец увидели, что даже их железные мускулы сдают. Они уже выбивались из сил, и еще несколько кругов доконали бы их, если бы дело не приняло новый оборот. Всякий раз, идя против ветра, они имели перед нами преимущество, так что, когда они подходили к середине «Ланкаширской королевы», мы были только у ее носа. В последний раз обогнув нос, мы увидели, что итальянцы быстро поднимаются по трапу, неожиданно спущенному с корабля. Этот ход был подстроен матросами, очевидно, с согласия капитана, ибо, когда мы подошли, трап был уже поднят, а ялик качался высоко в воздухе на судовых шлюпбалках.</p>
     <p>Последовавший разговор с капитаном был короток и ясен. Капитан категорически запретил нам подняться на борт «Ланкаширской королевы» и наотрез отказался выдать итальянцев. К этому времени Чарли был так же взбешен, как и наш грек. Он не только потерпел неудачу в долгой и нелепой погоне, но вдобавок был оглушен ударом по голове, нанесенным улизнувшими от нас браконьерами.</p>
     <p>— Пусть меня повесят, — решительно заявил он, стукнув кулаком по ладони другой руки, — если эти двое удерут от нас! Я буду караулить их здесь до конца отпущенных мне дней, а если за это время не поймаю их, обещаю, что все равно умру не раньше, чем сцапаю их, не будь я Чарли Ле Грант.</p>
     <p>Так началась осада «Ланкаширской королевы», сохранившаяся в анналах истории как самих рыбаков, так и рыбачьего патруля. Когда «Северный олень» после бесплодного преследования сельдяной флотилии вернулся в Бенишию, Чарли попросил Нейла Партингтона выслать нам свою лососевую лодку, погрузив в нее одеяла, провизию и печку. Обмен лодками произошел перед заходом солнца, и мы попрощались с нашим греком, которому предстояло сесть в Бенишии в тюрьму за то, что он нарушил закон. Мы с Чарли после ужина и до рассвета попеременно несли четырехчасовые вахты. Этой ночью рыбаки не делали попыток удрать, но с корабля была выслана на берег лодка с разведывательной целью.</p>
     <p>На другой день мы наладили регулярную осаду и уточнили свой план, не забыв о собственных удобствах. Хорошую службу нам сослужил док под названием Соланская пристань, находившийся чуть пониже Бенишии. Оказалось, что «Ланкаширская королева», берег у Тернерской верфи и Соланская пристань составляли углы большого равнобедренного треугольника. Одна сторона треугольника — расстояние от корабля до берега, которое могли бы покрыть итальянцы, равнялась другой его стороне — расстоянию от Соланской пристани до берега, которое нам предстояло пройти так, чтобы не позволить итальянцам высадиться на берег. Но поскольку парусник идет намного быстрее гребного судна, то можно было разрешить итальянцам пройти половину их стороны треугольника, прежде чем пуститься в погоню по своей стороне. Если бы мы дали им возможность пройти больше половины пути, они добрались бы до берега раньше нас; опять-таки, пустись мы вдогонку, прежде чем они пройдут половину пути, им удастся укрыться от нас на корабле.</p>
     <p>Мы заметили, что воображаемая линия, проведенная от конца пристани к ветряной мельнице, стоявшей немного дальше на берегу, делит ровно пополам ту сторону треугольника, по которой должны были идти к берегу итальянцы. Эта линия помогла нам определить, как далеко можно позволить им уйти, прежде чем пуститься в погоню. День за днем мы следили в бинокль, как итальянцы неторопливо гребли к точке на полпути, и стоило им выйти на одну линию с мельницей, как мы мигом вскакивали в свою лодку и ставили парус. Но, увидев, что мы готовы к погоне, они поворачивали и медленно шли назад к «Ланкаширской королеве», зная, что нам их не догнать.</p>
     <p>На случай штиля, когда парусная лодка была бы бесполезна, у нас стоял наготове легкий ялик, оснащенный веслами с вогнутыми лопастями. Но в те дни, когда ветер падал, мы были вынуждены покидать пристань, как только итальянцы отходили от корабля. Ночью же нам приходилось патрулировать в непосредственной близости от корабля, и тогда мы с Чарли несли вахту, сменяя друг друга каждые четыре часа. Однако итальянцы предпочитали для побега день, и наши ночные бдения были напрасны.</p>
     <p>— Больше всего меня бесит, — сказал как-то Чарли, — то, что мы лишены заслуженного сна, меж тем как эти наглецы-браконьеры безмятежно спят по ночам. Но они мне заплатят за все! — пригрозил он. — Я их продержу на этом корабле до тех пор, пока капитан не взыщет с них за квартиру и харчи! Это так же верно, как то, что осетр не сом!</p>
     <p>Нам предстояло решить мучительно трудную задачу. Пока мы были начеку, итальянцы не могли удрать; но и нам не удалось бы поймать их, пока они соблюдают осторожность. Чарли совсем извелся, ломая себе голову над решением этой задачи, однако на сей раз его смекалка ему изменила. Видимо, не было иного выхода, как терпеливо ждать. Это была игра, и выиграть ее мог тот, у кого окажется больше терпения. Приятели итальянцев на берегу придумали целую систему сигнализации, с помощью которой легко переговаривались с ними, что особенно раздражало нас и ни на минуту не позволяло ослабить осаду. Кроме того, на Соланской пристани постоянно вертелись два или три подозрительного вида рыбака и шпионили за нами. Но нам ничего другого не оставалось, как, по словам Чарли, «скрывать свои муки за улыбкой». Меж тем осада отнимала все наше время и не давала возможности заняться чем-нибудь другим.</p>
     <p>Дни шли, но положение не менялось. Не потому, что итальянцы не делали никаких попыток его изменить. Как-то ночью их приятели с берега даже вышли на ялике в море, чтобы обмануть нас и помочь тем бежать. Попытка эта не удалась только потому, что блоки талей у шлюпбалок были плохо смазаны. Нас отвлек от погони за незнакомым яликом скрип шлюпбалок, и мы вернулись к «Ланкаширской королеве» в ту самую минуту, когда итальянцы спускали свой ялик на воду. На следующую ночь в темноте возле нас сновало целых шесть яликов, но мы прилипли к борту корабля, как пиявки, тем самым сорвав план рыбаков, а потому они под конец разозлились и почем зря стали осыпать нас бранью. Чарли, сидя на дне лодки, смеялся про себя.</p>
     <p>— Это хорошая примета, сынок, — сказал он мне. — Когда люди начинают браниться, значит, они потеряли терпение, а потеряв терпение, они вскоре теряют и голову. Помяни мое слово, если только мы продержимся, в один прекрасный день они забудут осторожность, и тогда им крышка.</p>
     <p>Но они не забывали осторожность, и Чарли признался, что это тот случай, когда все приметы врут. Терпение итальянцев, казалось, не уступало нашему, и столь же однообразно протекала вторая неделя осады, как вдруг проснулась дремавшая смекалка Чарли, и он придумал одну хитрость.</p>
     <p>В Бенишию приехал новый, незнакомый рыбакам патрульный Питер Бойлен, и мы сделали его участником нашего плана. По мере сил своих мы старались сохранить нашу затею в тайне, но приятели итальянцев на берегу что-то заподозрили и велели осажденным глядеть в оба.</p>
     <p>В ту ночь, когда мы намеревались осуществить свою уловку, я и Чарли в гребной лодке, как обычно, заняли свое место у борта «Ланкаширской королевы». После того как совсем стемнело, Питер Бойлен вышел в море в неустойчивой, утлой лодчонке, такой, какую можно подхватить и унести под мышкой. Услышав, что он подходит, шумно ударяя веслами по воде, мы отошли на небольшое расстояние в темноту и остановились. Поравнявшись с «Ланкаширской королевой», Питер лихо окликнул стоявшего на вахте у якоря матроса и, спросив его, где стоит «Шотландский вождь» — другое судно, ожидавшее груза пшеницы, — по неловкости опрокинул свою лодчонку. Человек, стоявший на вахте, сбежал по трапу вниз и вытащил Питера из воды. А ему только этого и нужно было; теперь он надеялся попасть на корабль, где в каюте он согреется и высушит одежду. Однако капитан негостеприимно держал его на нижней ступеньке трапа; ноги его болтались в воде, и он так дрожал от холода, что мы не вытерпели, вышли из темноты и взяли его в нашу лодку. Шуточки и насмешки проснувшейся команды звучали в наших ушах как угодно, только не сладостно, и даже оба итальянца влезли на поручень и смеялись над нами заливчато и злобно.</p>
     <p>— Ничего, — сказал мне Чарли так тихо, что только один я расслышал, — я очень рад, что мы не смеемся первыми. Мы прибережем свой смех к концу, не правда ли, сынок?</p>
     <p>Потом он похлопал меня по плечу, но мне показалось, что в его голосе больше решимости, чем надежды.</p>
     <p>Мы могли, конечно, заручиться помощью полиции и взойти на борт английского корабля по распоряжению властей. Но в инструкции Рыболовной комиссии было сказано, что патрульные должны избегать осложнений, и, вмешайся высшие власти, наш случай мог бы кончиться международным конфликтом.</p>
     <p>Вторая неделя осады подходила к концу, но не было видно никаких признаков перемены обстановки. Все же утром четырнадцатого дня положение изменилось, при этом самым неожиданным и удивительным образом как для нас, так и для людей, которых мы так жаждали поймать.</p>
     <p>Мы с Чарли возвращались к Соланской пристани, как обычно, проведя ночь в дозоре у борта «Ланкаширской королевы».</p>
     <p>— Эй! — воскликнул Чарли в изумлении. — Во имя разума и здравого смысла скажи мне: что это такое? Видел ли ты когда-нибудь такое чудное судно?</p>
     <p>Да, было чему удивляться, ибо на причале стоял баркас, подобного которому я и в самом деле никогда не встречал. Его, собственно, нельзя было назвать баркасом, но он походил на баркас больше, чем на какое-либо другое судно. Он был длиною в семьдесят футов, но очень узок и почти без всяких надстроек, отчего казался меньше, чем был в действительности. Сделан он был весь из стали и выкрашен в черный цвет. На середине высились в ряд на значительном расстоянии одна от другой с наклоном к корме три дымовые трубы; нос же, длинный и острый, как нож, свидетельствовал о том, что судно строили с расчетом на большую скорость. Проходя мимо кормы, мы прочитали написанное на борту мелкими белыми буквами: «Стрела».</p>
     <p>Мы с Чарли сгорали от любопытства. Через несколько минут мы уже были на борту и беседовали с механиком, который стоял на палубе и любовался восходом солнца. Он охотно удовлетворил наше любопытство, и мы скоро узнали, что «Стрела» пришла поздно вечером из Сан-Франциско, что этот переход можно считать пробным и что судно принадлежит Сайлесу Тейту, молодому миллионеру с калифорнийских рудников, который помешан на быстроходных яхтах. Потом заговорили о турбинных двигателях, о применении пара, об отсутствии поршней, штоков и кривошипов — словом, о таких вещах, в которых я ничего не смыслил, так как знал только парусные суда. Однако последние слова механика я отлично понял.</p>
     <p>— Хотите верьте, хотите нет, но мощность «Стрелы» — четыре тысячи лошадиных сил, а скорость — сорок пять миль в час! — с гордостью заключил он.</p>
     <p>— Повторите это, дружище! Повторите! — взволнованно воскликнул Чарли.</p>
     <p>— Четыре тысячи лошадиных сил и сорок пять миль в час! — добродушно усмехаясь, повторил механик.</p>
     <p>— Где ее владелец? — воскликнул Чарли. — Могу я потолковать с ним?</p>
     <p>— Боюсь, что нет, — покачав головой, ответил механик. — Он еще спит.</p>
     <p>В эту минуту на палубу поднялся молодой человек в синей куртке и, пройдя к корме, стал глядеть на небо.</p>
     <p>— Вот это и есть мистер Тейт, — сказал механик.</p>
     <p>Чарли пошел на корму и заговорил с ним; он что-то с жаром рассказывал, и по выражению лица молодого владельца судна можно было судить, что рассказ его забавляет. Видимо, он спросил, какая глубина воды у берега возле Тернерской верфи, ибо я увидел, как Чарли жестами объяснял ему. Несколько минут спустя Чарли вернулся в превосходном настроении.</p>
     <p>— Пошли, сынок, — сказал он мне. — Пошли на пристань. Теперь уж мы их не выпустим!</p>
     <p>Нам здорово повезло в том, что мы сразу покинули «Стрелу», ибо почти тут же появился один из шпионивших за нами рыбаков. Мы с Чарли заняли свое обычное место на причале возле нашей лодки, чуть впереди от «Стрелы», откуда было удобно наблюдать за «Ланкаширской королевой». До девяти часов все было спокойно, потом мы увидели, что итальянцы отошли от корабля и по своей стороне треугольника направились к берегу. Чарли сидел с самым невозмутимым видом, но не успели они покрыть и четверти расстояния, как он взволнованно прошептал:</p>
     <p>— Сорок пять миль в час… Им нет спасения… Они наши!</p>
     <p>Итальянцы медленно гребли и уже были почти на одной линии с ветряной мельницей. В эту минуту мы обычно вскакивали в свою лодку и ставили парус; двое в ялике, ожидая, что мы и сейчас так поступим, видимо, удивились нашему бездействию.</p>
     <p>Когда они оказались точно на линии с мельницей, на одинаковом расстоянии от берега и от корабля, ближе к берегу, чем мы позволяли им подойти до сих пор, у них возникли подозрения. Мы следили за ними в бинокль и увидели, как они встали в своем ялике, пытаясь догадаться, что мы собираемся делать. Озадачен был и шпион, сидевший рядом с нами на причале. Он не мог понять, почему мы не трогаемся с места. Итальянцы подошли еще ближе, снова поднялись и стали пристально всматриваться в берег, словно думая, что мы там спрятались. Тут на берегу появился какой-то человек и замахал платком, давая знать, что путь свободен. Тогда итальянцы решились. Они налегли на весла и ринулись вперед, но Чарли все еще выжидал. Только когда они прошли три четверти расстояния от «Ланкаширской королевы» и до берега осталось немногим больше четверти мили, Чарли хлопнул меня по плечу и крикнул:</p>
     <p>— Попались! Попались!</p>
     <p>Мы пробежали несколько шагов, отделявших нас от «Стрелы», и прыгнули к ней на борт. В одно мгновение были отданы носовые и кормовые концы, и «Стрела» стремительно понеслась вперед. Шпионивший за нами рыбак, который остался на пристани, выхватил револьвер и, не переводя дыхания, пять раз выстрелил в воздух. Итальянцы поняли, что их предостерегают, и, как безумные, пустились наутек.</p>
     <p>Но если сказать, что они удирали, как безумные, то какими словами можно описать наше движение? Мы буквально летели. С такой дикой скоростью мы рассекали воду, что за бортом с двух сторон вздымались тяжелые лавины, которые, пенясь, разбегались тремя могучими вертикальными волнами, а с кормы на нас алчно наседал огромный гребенчатый вал, готовый, казалось, в любую секунду обрушиться на судно и уничтожить его. «Стрела» дрожала, трепетала, рычала, как живое существо. Ветер, который мы поднимали, был подобен урагану — урагану со скоростью в сорок пять морских миль в час. Мы не могли повернуться к нему лицом и едва переводили дыхание. Он относил выходивший из жерл труб дым прямо назад под прямым углом к движению судна. Мы мчались со скоростью экспресса. «Мы прямо-таки неслись стрелой», — говорил потом Чарли, и вряд ли подберешь слова, которые более точно описали бы скорость нашего движения.</p>
     <p>Что касается итальянцев в ялике, то мне казалось, что мы нагнали их, едва успев отойти от пристани. Конечно, пришлось умерить ход задолго до того, как мы подошли к ним; но все равно «Стрела» вихрем пронеслась мимо, и мы были вынуждены повернуть назад, описав дугу между ними и берегом. Итальянцы напряженно гребли, приподнимаясь над банкой при каждом ударе весел, до той самой минуты, когда мы промчались мимо них и они узнали нас с Чарли. Это их совершенно обескуражило, и от их воинственности и следа не осталось. Они мрачно вытащили свои весла из воды и позволили себя арестовать.</p>
     <p>— Все это так, Чарли, — сказал Нейл Партингтон, когда мы потом на пристани поведали ему о нашей победе, — но я не понимаю, в чем проявилась твоя хваленая смекалка на этот раз.</p>
     <p>Однако Чарли остался верен своему коньку.</p>
     <p>— Смекалка? — переспросил он, указывая на «Стрелу». — Взгляни-ка на это судно! Ты только взгляни! Уж если изобретение такого судна не результат смекалки, тогда что это такое, хотел бы я знать? Конечно, — добавил он, — на этот раз смекалка не моя, но свое дело она сделала.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Уловка Чарли</p>
     </title>
     <p>Быть может, свой самый смешной и в то же время самый опасный подвиг наш рыбачий патруль совершил в тот день, когда мы одним махом захватили целую ораву разъяренных рыбаков.</p>
     <p>Чарли называл эту победу богатым уловом, и хотя Нейл Партингтон говорил о хитрой уловке, я думаю, Чарли не видел тут разницы, считая, что оба слова означают «выловить», «захватить». Но будь то уловка или улов, а эта схватка с рыбаками стала для них настоящим Ватерлоо, ибо то было самое тяжелое поражение, какое когда-либо нанес им рыбачий патруль, — и поделом: ведь они открыто и нагло нарушили закон.</p>
     <p>Во время так называемого «открытого сезона» рыбаки имеют право ловить столько лососей, сколько им посчастливится встретить или сколько влезет в их лодки. Однако с одним существенным ограничением. С заката солнца в субботу и до восхода в понедельник ставить сети не разрешается. Таково мудрое постановление Рыболовной комиссии, ибо во время нереста необходимо дать лососям возможность подниматься в реку, где они мечут икру. И этот закон, кроме одного-единственного раза, всегда строго соблюдался греческими рыбаками, ловившими лососей для консервных заводов и продажи на рынке.</p>
     <p>Как-то в воскресное утро приятель Чарли сообщил нам по телефону из Коллинсвилл, что весь рыбачий поселок вышел в море и ставит сети. Мы с Чарли тотчас вскочили в лодку и отправились на место происшествия. С легким попутным ветерком мы прошли Каркинезский пролив, пересекли Сьюисанскую бухту, обогнули маяк Шип-Айленд и увидели всю рыболовецкую флотилию за работой.</p>
     <p>Но прежде всего позвольте мне объяснить, каким способом они ловили рыбу. Они ставили так называемые «жаберные сети». Это простые сети с ромбовидными петлями, в которых расстояние между узлами должно быть не больше семи с половиной дюймов. Такие сети бывают от пятисот до семисот и даже восьмисот футов длины, а ширина их всего несколько футов. Они не закрепляются на одном месте, а плывут по течению, причем верхний край держится на воде с помощью поплавков, а нижний тянут ко дну свинцовые грузила.</p>
     <p>Благодаря такому устройству сеть стоит вертикально поперек течения и пропускает в реку только самую мелкую рыбешку. Лососи плывут обычно поверху и попадают головой в петли, но из-за своей толщины они не могут проскользнуть сквозь сеть, а назад их не пускают жабры, которые цепляются за петли. Чтобы поставить такую сеть, нужны всего два рыбака: один гребет, а другой, стоя на корме, осторожно закидывает сеть в воду. Растянув всю сеть поперек реки, рыбаки привязывают один ее конец к лодке и плывут вместе с ней по течению.</p>
     <p>Когда мы приблизились к нарушившим закон рыболовам — их сети были заброшены на расстоянии двухсот— трехсот ярдов друг от друга, а река, насколько хватал глаз, была сплошь усеяна лодками, — Чарли сказал:</p>
     <p>— Одно досадно, парень, что у меня не тысяча рук, чтобы захватить их всех сразу. А так больше одной лодки нам не поймать: пока мы будем с ней возиться, остальные выберут сети и удерут.</p>
     <p>Мы подошли поближе, но не заметили ни беспокойства, ни суматохи, которые неизменно вызывало наше появление. Напротив, все лодки спокойно оставались возле своих сетей, и рыбаки не обращали на нас ни малейшего внимания.</p>
     <p>— Странно, — пробормотал Чарли. — Может, они нас не узнали?</p>
     <p>Я ответил, что этого быть не может, и Чарли согласился со мной. Перед нами растянулась целая флотилия, которой управляли люди, как нельзя лучше знавшие нас, а между тем они смотрели на нашу лодку так равнодушно, как будто мы были какой-нибудь шаландой с сеном или увеселительной яхтой.</p>
     <p>Однако картина несколько изменилась, когда мы направились к ближайшей сети: ее владельцы отвязали свою лодку и стали потихоньку грести к берегу. Но остальные рыбаки по-прежнему не проявляли никаких признаков беспокойства.</p>
     <p>— Право, забавно, — заметил Чарли. — Во всяком случае, мы можем конфисковать сеть.</p>
     <p>Мы убрали парус, схватили конец сети и принялись тянуть ее в лодку. Но стоило нам взяться за сеть, как мимо нас просвистела пуля и щелкнула по воде, а вдали прокатился ружейный выстрел. Уплывшие на берег рыбаки стреляли в нас. Мы снова взялись за сеть, и снова просвистела пуля, на этот раз угрожающе близко. Чарли зацепил конец сети за уключину и сел. Выстрелы прекратились. Но только он взялся за сеть, опять началась стрельба.</p>
     <p>— Ничего не попишешь, — сказал он, выбрасывая за борт конец сети. — Вам, ребята, видно, сеть нужна больше, чем нам, так получайте ее.</p>
     <p>И мы поплыли к следующей лодке: Чарли хотел выяснить, действительно ли перед нами организованное нарушение закона.</p>
     <p>Когда мы подошли поближе, сидевшие в лодке рыбаки тоже отвязали свою сеть и двинулись к берегу, а первые двое вернулись и привязали лодку к брошенной нами сети. Но только мы взялись за вторую сеть, на нас опять посыпались пули, и стрельба прекратилась, лишь когда мы отступили; у третьей лодки повторилась та же история.</p>
     <p>Потерпев полное поражение, мы прекратили свои попытки, поставили парус, легли на длинный наветренный галс и двинулись обратно в Бенишию. Прошло еще несколько воскресений, и каждый раз рыбаки открыто нарушали закон. Без помощи вооруженных солдат мы ничего не могли с ними поделать. Рыбакам пришлась по душе их новая выдумка, и они пользовались ею вовсю, а мы не знали, как справиться с ними.</p>
     <p>К этому времени Нейл Партингтон вернулся из Нижней бухты, где пробыл несколько недель. С ним был и Николас, юноша-грек, который участвовал в набеге на устричных пиратов, и они оба решили помочь нам. Мы тщательно обдумали план действий и договорились, что они устроят засаду на берегу и, когда мы с Чарли начнем вытаскивать сети, захватят рыбаков, которые выйдут из лодки и начнут нас обстреливать.</p>
     <p>План был очень хорош. Даже Чарли его одобрил. Однако греки оказались куда хитрее, чем мы думали. Они нас опередили, устроили сами засаду на берегу и захватили в плен Нейла и Николаса, а когда мы с Чарли попытались забрать сети, вокруг нас засвистели пули, как и в прошлый раз. Нам снова пришлось отступить, и тогда рыбаки тотчас отпустили Нейла и Николаса. Они вернулись к нам очень сконфуженные, и Чарли безжалостно высмеял их. Но Нейл тоже не остался в долгу и язвительно спрашивал у Чарли, куда девалась его хваленая смекалка и как это он до сих пор ничего не придумал.</p>
     <p>— Дай срок, придумаю, — обещал Чарли.</p>
     <p>— Все может быть, — соглашался Нейл, — но боюсь, что к тому времени лососей совсем не останется и твоя смекалка будет ни к чему.</p>
     <p>Нейл Партингтон, весьма раздосадованный происшедшим, снова отправился в Нижнюю бухту, прихватив с собой и Николаса, а мы с Чарли снова остались одни. Это значило, что воскресная ловля будет идти своим чередом, по крайней мере, до тех пор, пока Чарли не осенит какая-нибудь счастливая идея. Я тоже ломал себе голову, стараясь придумать, как бы изловить греков, и мы составляли тысячу планов, которые на поверку никуда не годились.</p>
     <p>Греки же ходили, задрав нос, хвастались направо и налево своей победой, и это еще больше унижало нас. Вскоре мы заметили, что среди рыбачьего населения наш авторитет явно упал. Мы были побеждены, и рыбаки потеряли к нам уважение. А с потерей уважения начались и дерзости. Чарли прозвали «Старой бабой», а меня окрестили «Сосунком». Положение становилось невыносимым, и мы чувствовали, что должны нанести грекам решительный удар, дабы вновь поднять свой авторитет на прежнюю высоту.</p>
     <p>Как-то утром нам наконец пришла в голову счастливая мысль. Мы были на пристани, где останавливаются речные пароходы, и увидели толпу грузчиков и зевак, теснившихся вокруг какого-то парня с заспанным лицом, в высоких морских сапогах, который развлекал их, рассказывая о своих злоключениях. Этот рыболов-любитель, по его словам, ловил возле Беркли рыбу для продажи на местном рынке. Беркли находится в Нижней бухте, за тридцать миль от Бенишии. Прошлой ночью он закинул сеть и незаметно задремал на дне своей лодки. Проснулся он уже утром и, когда продрал глаза, увидел, что его лодка тихонько стукается о причал пароходной пристани в Бенишии, а перед ним торчит пароход «Апаш», и двое матросов снимают обрывки его сети с пароходного колеса. Словом, когда он заснул, фонарь на его лодке потух, и «Апаш» прошел прямо по его сети. Хотя сеть и разорвалась в клочья, однако она накрепко зацепилась за колесо и тридцать миль тащила лодку за собой.</p>
     <p>Чарли подтолкнул меня локтем в бок. Я сразу понял его мысль, но возразил:</p>
     <p>— Мы не можем нанять пароход.</p>
     <p>— Я и не собираюсь, — ответил он. — Но давай-ка сходим на Тернерскую верфь. У меня есть одна мыслишка, авось, она нам пригодится.</p>
     <p>И мы отправились на верфь, а там Чарли повел меня к «Мэри-Ребекке», вытащенной из воды на слип для чистки и ремонта. Мы оба хорошо знали эту плоскодонную посудину, она поднимала сто сорок тонн груза, а такой большой парусности не было ни у одной шхуны во всем заливе.</p>
     <p>— Как дела, Оле? — крикнул Чарли здоровенному шведу в синей рубашке, который смазывал усы грота-гафеля свиным жиром.</p>
     <p>Оле что-то промычал и продолжал дымить трубкой, не отрываясь от работы. Капитану шхуны, которая ходит по заливу, приходится работать не покладая рук, не меньше своих матросов.</p>
     <p>Оле Эриксен подтвердил догадку Чарли: как только ремонт будет закончен, «Мэри-Ребекка» отправится вверх по реке Сан-Хоакин в Стоктон за грузом пшеницы. Тогда Чарли высказал свою просьбу, но Оле Эриксен решительно покачал головой.</p>
     <p>— Всего один крюк, один крепкий крюк, — уговаривал Чарли.</p>
     <p>— Нет, это я не могу, — отвечал Оле Эриксен. — «Мэри-Ребекка» с такой крюк будет цеплять каждый чертов мель. Я не желал потерять «Мэри-Ребекка». Это все, что я имел.</p>
     <p>— Да нет же, нет, — уверял его Чарли. — Мы просунем конец крюка сквозь дно и закрепим его внутри гайкой. Когда мы покончим с нашим делом, нам останется только спуститься в трюм, вывинтить гайку и вытолкнуть крюк. Потом мы вставим в отверстие деревянную затычку, и твоя шхуна будет в полном порядке.</p>
     <p>Оле Эриксен долго упирался, но мы угостили его хорошим обедом и в конце концов уломали.</p>
     <p>— Ну, валяйте, разрази вас гром! — сказал он, стукнув огромным кулачищем себя по ладони. — Но поторопитесь с этот крюк. «Мэри-Ребекка» пошел на воду сегодня в ночь.</p>
     <p>Была суббота, и Чарли следовало поспешить. Мы отправились в кузницу при верфи, где по указанию Чарли нам выковали огромный, сильно изогнутый стальной крюк. Затем мы поскорее вернулись к «Мэри-Ребекке». Чуть позади большого килевого колодца, через который проходит выдвижной киль, мы пробуравили дыру. Я вставил в нее снаружи крюк, а Чарли изнутри прочно закрепил его гайкой. Когда мы кончили работу, крюк торчал на фут из днища шхуны. Он был изогнут в виде серпа, но еще круче.</p>
     <p>К вечеру «Мэри-Ребекка» была спущена на воду, и все приготовления к отплытию закончены. Чарли и Оле пристально всматривались в вечернее небо, стараясь угадать, будет ли завтра ветер: без хорошего бриза наш план был обречен на провал. Они оба пришли к заключению, что все приметы предсказывают сильный западный ветер — не обычный дневной бриз, а почти шторм, который уже начал разыгрываться.</p>
     <p>Наутро их предсказания подтвердились. Солнце ярко сияло, но в Каркинезском проливе завывал штормовой ветер, и «Мэри-Ребекка» вышла под двумя рифами на гроте и одним на фоке. В проливе и в Сьюисанской бухте нас сильно потрепало, но вскоре мы вошли в более защищенное место, и стало тише, хотя ветер по-прежнему хорошо наполнял паруса.</p>
     <p>Миновав маяк Шип-Айленд, мы отдали рифы; по распоряжению Чарли большой рыбачий стаксель<a l:href="#n_694" type="note">[694]</a> был изготовлен к подъему, а грота-топсель, пришнурованный у топа мачты, был разобран так, что мы могли поставить его в любую минуту.</p>
     <p>Мы быстро шли фордевинд, неся паруса бабочкой,<a l:href="#n_695" type="note">[695]</a> стаксель на правом борту и грот на левом, и вскоре увидели впереди флотилию рыбаков. Как и в то воскресенье, когда им удалось впервые провести нас, вся река, насколько хватало глаз, была усеяна их лодками и сетями. У правого берега они оставили узкий проход для судов, а вся остальная поверхность воды была сплошь покрыта широко растянутыми сетями. Нам, конечно, следовало бы войти в этот проход, но Чарли, стоявший у руля, направил «Мэри-Ребекку» прямо на сети. Однако это не вызвало тревоги среди рыбаков, ибо суда, идущие вверх по реке, ставят обычно на конце киля так называемые «башмаки», которые скользят по сетям, не зацепляя их.</p>
     <p>— Готово дело! — крикнул Чарли, когда мы быстро пересекли длинный ряд поплавков, отмечавших край сети. На одном конце этого ряда плавал маленький бочонок — буек, а на другом была лодка с двумя рыбаками. Бочонок и лодка вдруг начали быстро сближаться, а рыбаки, увидев, что мы тащим их за собой, принялись громко кричать. Две-три минуты спустя мы зацепили вторую сеть, за ней третью и, двигаясь посредине флотилии, цепляли на крюк одну сеть за другой.</p>
     <p>Потрясенные рыбаки смотрели на нас в полном смятении. Как только мы цепляли сеть, оба ее конца, буек и лодка, сближались и неслись за нашей кормой; и вся эта стая лодок и буйков мчалась за нами с такой головокружительной быстротой, что рыбаки едва успевали управляться с лодками, стараясь не разбиться друг о друга. Греки орали что есть мочи, требуя, чтобы мы остановили судно; они думали, что это веселая шутка подвыпивших матросов, им и в голову не приходило, что на шхуне рыбачий патруль.</p>
     <p>Даже одну сеть тащить нелегко, и Чарли с Оле Эриксеном решили, что, несмотря на попутный ветер, «Мэри-Ребекке» не справиться больше чем с десятью сетями. Поэтому, подцепив десяток сетей и волоча за собой десять лодок с двадцатью рыбаками, мы свернули влево, оставив позади флотилию, и направились в Коллинсвиль.</p>
     <p>Мы ликовали. Чарли так гордо стоял у руля, как будто вел домой победившую на гонках яхту. Два матроса, составлявшие весь экипаж «Мэри-Ребекки», потешались и скалили зубы. Оле Эриксен потирал свои ручищи с детской радостью.</p>
     <p>— Я думал, ваш рыбачий патруль никогда не имел такой удача, как на шхуне Оле Эриксена, — сказал он, как вдруг за кормой хлопнул выстрел, прожужжала пуля, чиркнула по свежевыкрашенной, обшивке каюты и, ударившись о гвоздь, со свистом отскочила в сторону.</p>
     <p>Для Оле Эриксена это было уж слишком. Увидев, что ему испортили новенькую обшивку, он вскочил и погрозил рыбакам кулаком; но тут вторая пуля угодила в стенку каюты, в шести дюймах от его головы, и он поскорей растянулся на палубе, укрывшись за бортом.</p>
     <p>У всех рыбаков были ружья, и теперь они принялись палить все разом. Мы попрятались кто куда, даже Чарли пришлось бросить штурвал. Если бы не тяжелые сети за кормой, мы наверняка попали бы в руки разъяренных рыбаков. Но сети, прочно зацепившиеся за днище «Мэри-Ребекки», тащили ее корму на ветер, и она по-прежнему держала курс, хотя и не очень точно.</p>
     <p>Лежа на палубе, Чарли мог дотянуться до нижних спиц рулевого колеса, но управлять шхуной таким способом было крайне неудобно. Тут Оле Эриксен припомнил, что в трюме у него лежит большой стальной лист. Это был кусок бортовой обшивки «Нью-Джерси»: пароход недавно потерпел крушение возле Золотых ворот, и «Мэри-Ребекка» принимала участие в его спасении.</p>
     <p>Двое матросов, Оле и я осторожно проползли по палубе и притащили тяжелый стальной лист наверх, а затем поставили его на корме, как щит, загородив штурвал от рыбаков. Пули щелкали и звенели, ударяясь о гудевший, как колокол, щит, но Чарли только посмеивался в своем укрытии и спокойно правил рулем. И так мы мчались вперед: за кормой — орава вопивших от ярости греков, впереди — Коллинсвиль, а вокруг рой свистевших пуль.</p>
     <p>— Оле, — сказал вдруг Чарли упавшим голосом, — я не знаю, что нам теперь делать.</p>
     <p>Оле лежал на спине у самого борта и усмехался, глядя в небо; он повернулся на бок и взглянул на Чарли.</p>
     <p>— Я думал, мы будем идти в Коллинсвиль, как хотел раньше, — ответил он.</p>
     <p>— Но мы не можем там остановиться, — простонал Чарли. — Я никак не ожидал, что мы не сможем остановиться.</p>
     <p>Широкое лицо Оле Эриксена выразило полную растерянность.</p>
     <p>Увы, это была правда. За спиной у нас осиное гнездо, а остановиться в Коллинсвиле — значит сунуть в это гнездо голову.</p>
     <p>— У каждого чертова грека ружье, — весело сказал один из матросов.</p>
     <p>— Да еще нож в придачу, — отозвался второй.</p>
     <p>Теперь уж застонал Оле Эриксен.</p>
     <p>— И зачем только шведский человек, как я, совать свой нос в чужие дела, будто обезьяна! — пробормотал он про себя.</p>
     <p>Пуля щелкнула по корме и пролетела над правым бортом, жужжа, как разозленная пчела.</p>
     <p>— Остается только пристать к берегу, бросить «Мэри-Ребекку» и удрать, — сказал веселый матрос.</p>
     <p>— Бросать «Мэри-Ребекку»? — воскликнул Оле Эриксен с непередаваемым ужасом в голосе.</p>
     <p>— Дело ваше, — отозвался тот. — Только я хотел бы оказаться за тысячу миль отсюда, когда эти парни взберутся на борт. — И он указал на беснующихся греков, которых мы продолжали тащить за собой.</p>
     <p>Мы как раз поравнялись с Коллинсвилем, и, вспенивая воду, прошли так близко от пристани, что до нее можно было добросить камень.</p>
     <p>— У меня одна надежда, что ветер продержится, — сказал Чарли, украдкой поглядывая на наших пленников.</p>
     <p>— А что нам ветер? — уныло спросил Оле. — Скоро по река нельзя пройти, и тогда… тогда…</p>
     <p>— Тогда мы заберемся в глухие места и попадем в лапы грекам, — добавил веселый матрос, пока Оле раздумывал над тем, что случится, когда мы дойдем до истока реки.</p>
     <p>Мы подошли к тому месту, где река расходилась на два рукава. Налево было устье реки Сакраменто, а направо устье реки Сан-Хоакин. Веселый матрос прополз вперед и перебросил фок, а Чарли взял право руля, и мы свернули направо — в устье реки Сан-Хоакин. Попутный ветер, который гнал нас вперед на ровный киль, теперь задул справа по борту, и «Мэри-Ребекка» так резко накренилась влево, что, казалось, вот-вот опрокинется.</p>
     <p>Но мы все так же мчались вперед, а рыбаки неслись за нами. Стоимость их сетей была значительно выше штрафов, которые с них брали за нарушение законов о рыбной ловле, и потому, хотя им ничего не стоило отвязать свои лодки и удрать, они на этом ничего бы не выгадали. Кроме того, они не бросали своих сетей инстинктивно, как моряк не бросает своего корабля. Но главное, в них все росла жажда мести, и мы могли быть уверены, что они последуют за нами хоть на край света, если нам вздумается тащить их в такую даль.</p>
     <p>Стрельба прекратилась, и мы отважились выглянуть за корму, посмотреть, что делают наши пленники. Их лодки следовали за нами на разных расстояниях друг от друга, но четыре передние выравнялись и шли рядом.</p>
     <p>Передняя лодка, видно, бросила с кормы конец той, что шла за ней. Лодки ловили концы, отделялись от своих сетей и подтягивались друг к другу, пока не стали в одну линию. Однако мы шли с такой скоростью, что произвести этот маневр было очень нелегко. Порой, несмотря на все усилия, им не удавалось подтянуться ни на дюйм, но иногда они двигались довольно быстро.</p>
     <p>Когда четыре лодки сблизились настолько, что из одной в другую мог перебраться человек, из трех задних лодок перешло в переднюю по одному греку, и каждый захватил с собой ружье. Таким образом в передней лодке собралось пять человек, и мы сразу поняли, что они намереваются взять нас на абордаж. Но, чтобы осуществить свое намерение, им надо было изрядно потрудиться: приходилось подтягиваться за веревку с поплавками, все время перехватывая руки. И все же, хотя они двигались очень медленно и часто останавливались передохнуть, им удавалось потихоньку подбираться к нам все ближе и ближе.</p>
     <p>Чарли улыбался, глядя на их усилия.</p>
     <p>— Поставь-ка топсель, Оле! — сказал он.</p>
     <p>Под свист пуль шнуровка на топе мачты была разорвана, шкот и галс оттянуты втугую, и «Мэри-Ребекка», сильно накренившись, понеслась еще быстрей.</p>
     <p>Но греки не сдавались. Не в силах при такой скорости подтягивать лодку вручную, они сняли блоки со своих парусов и соорудили то, что моряки называют «хват-тали». Один из рыбаков, лежа на носу лодки, свешивался как можно дальше за борт и, пока товарищи держали его за ноги, прикреплял блок к натянутому краю сети. Затем они все вместе тянули за тали, пока блоки не сходились, и снова повторяли этот маневр.</p>
     <p>— Придется отдать стаксель! — сказал Чарли.</p>
     <p>Оле Эриксен посмотрел на дрожавшую от напряжения «Мэри-Ребекку» и покачал головой.</p>
     <p>— Тогда вылетят мачты, — сказал он.</p>
     <p>— А иначе мы вылетим со шхуны, — возразил Чарли.</p>
     <p>Оле с тревогой взглянул на мачты, потом на лодку с вооруженными греками и согласился.</p>
     <p>Пятеро греков столпились на носу — место опасное, когда лодка идет на буксире. Я наблюдал, что станется с их лодкой, когда мы поставим большой рыбачий стаксель: он несравненно больше марселя и ставится только при легком бризе. Когда «Мэри-Ребекка» стремительно рванулась вперед, лодка зарылась носом в воду, а люди, цепляясь друг за друга, как безумные, бросились на корму, спасая лодку от гибели.</p>
     <p>— Это охладит их пыл! — заметил Чарли, но я видел, что он с тревогой следит за ходом «Мэри-Ребекки», которая несла гораздо больше парусов, чем ей было под силу.</p>
     <p>— Следующая остановка — Антиох! — возвестил веселый матрос на манер железнодорожного кондуктора. — А за ней Мериуэзер.</p>
     <p>— Поди-ка сюда поскорей, — позвал меня Чарли.</p>
     <p>Я подполз к нему и стал рядом под защитой стального листа.</p>
     <p>— Засунь руку мне в карман и достань записную книжку, — сказал он. — Так. Теперь вырви чистый листок и напиши то, что я скажу.</p>
     <p>И я написал:</p>
     <p>«Позвоните в Мериуэзер шерифу, констеблю или судье. Сообщите, что мы идем к ним. Пусть они поднимут на ноги весь город и вооружат людей. Пусть приведут всех на пристань и встречают нас, иначе нам каюк».</p>
     <p>— Теперь сложи бумажку, привяжи к свайке и стой тут наготове, чтобы бросить ее на берег.</p>
     <p>Я сделал все, как он сказал. Тем временем мы подошли к Антиоху. Ветер выл в наших снастях, и «Мэри-Ребекка», почти опрокинувшись на бок, неслась вперед, как быстроходное океанское судно. Моряки на берегу Антиоха, увидев, что мы поставили марсель и стаксель — безрассудный маневр при таком ветре, — поспешили на пристань и стояли у причала, стараясь понять, в чем дело.</p>
     <p>Не убавляя хода, мы подошли так близко к берегу, что любой из нас мог бы спрыгнуть на пристань. Тут Чарли дал мне знак, и я бросил свайку. Она громко стукнулась о дощатый настил, отскочила на пятнадцать— двадцать футов и была подхвачена пораженными зрителями.</p>
     <p>Все это произошло в мгновение ока, в следующий миг Антиох остался позади, а мы уже неслись по Сан-Хоакину к Мериуэзеру, лежавшему в шести милях вверх по течению. Река повернула на восток, и мы снова мчались по ветру, поставив паруса бабочкой я перекинув стаксель на правый борт.</p>
     <p>Оле Эриксен, казалось, погрузился в глубокое отчаяние. Чарли и двое матросов, напротив, не теряли надежды и, видимо, не без основания. В Мериуэзере жили главным образом углекопы, и можно было ожидать, что в воскресный день все они в городе. К тому же углекопы никогда не питали особой любви к греческим рыбакам, и мы могли быть уверены, что они окажут нам горячую поддержку.</p>
     <p>Мы напряженно всматривались вдаль, стараясь разглядеть город, и, как только увидели его, почувствовали огромное облегчение. Причалы были черны от народа. Подойдя поближе, мы увидели, что люди все прибывают, спускаясь бегом по главной улице, с ружьями в руках или за плечом. Чарли оглянулся на рыбаков, и в глазах его мелькнуло самодовольство победителя, какого я прежде у него не замечал. Греки были ошеломлены, увидев вооруженную толпу, и попрятали свои ружья.</p>
     <p>Мы убрали топсель и стаксель, потравили грота-фал и, поравнявшись с главной пристанью, перекинули грот. «Мэри-Ребекка» повернулась к ветру, лодки пленных рыбаков описали за ней широкую дугу и, когда мы, замедлив ход, отдали концы и пришвартовались к пристани, догнали нас. Мы причалили под радостные крики возбужденных углекопов.</p>
     <p>У Оле Эриксена вырвался вздох облегчения.</p>
     <p>— Я уже думал, никогда не увижу своя жена, — сознался он.</p>
     <p>— Почему? Нам не грозила никакая опасность, — возразил Чарли.</p>
     <p>Оле недоверчиво поглядел на него.</p>
     <p>— Конечно, не грозила, — подтвердил Чарли. — Мы могли в любую минуту выбросить крюк, что я сейчас и сделаю, и греки забрали бы свои сети.</p>
     <p>Он спустился в трюм с гаечным ключом, отвинтил гайку, и крюк выпал в воду. Когда греки вытащили сети и привели лодки в порядок, мы передали их с рук на руки отряду вооруженных граждан, и они проследовали в тюрьму.</p>
     <p>— Я, кажется, валял большой дурак, — сказал Оле Эриксен.</p>
     <p>Но он изменил свое мнение, когда восхищенные жители города столпились на борту, чтобы пожать ему руку, а несколько бойких репортеров принялись фотографировать «Мэри-Ребекку» и ее капитана.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Деметриос Контос</p>
     </title>
     <p>Из того, что я рассказывал о греках-рыбаках, не следует думать, что все они были преступниками. Отнюдь нет. Это были суровые люди, которые жили обособленными колониями и в борьбе со стихиями добывали свой хлеб насущный. Они не признавали закона и, считая его насилием и произволом, не понимали, зачем он нужен. Особенно тираническим казался им закон о рыбной ловле. И в нас, рыбачьих патрульных, они, естественно, видели своих врагов.</p>
     <p>Мы угрожали их жизни и мешали добывать пропитание, что, в сущности, одно и то же. Мы подвергали конфискации их браконьерские сети и снасти, изготовление которых стоило им немало денег и требовало нескольких недель работы. Много раз в году, а то и на целый сезон мы запрещали им ловить рыбу, лишая заработка, какой они могли бы иметь, если бы нас не существовало. А когда они попадались нам в руки, мы предавали их суду, где с них взимали большой денежный штраф. Вот почему они нас ненавидели и радовались случаю нам отомстить. Патрульный — такой же естественный враг рыбака, как собака — кошки, а змея — человека.</p>
     <p>Но пусть читатель не думает, что рыбаки умели только люто ненавидеть; нет, они были способны и на благородные поступки, в доказательство чего я и хочу рассказать историю о Деметриосе Контосе. Деметриос Контос жил в Валлехо. После Большого Алека он был самым сильным, самым отважным и самым влиятельным человеком среди греков. Он ничем не беспокоил нас и вряд ли когда-нибудь столкнулся бы с нами, не обзаведись он новой лодкой для ловли лососей. Она-то и явилась причиной всех бед. Деметриос сделал ее по собственному образцу, слегка изменив очертания обычной лососевой лодки.</p>
     <p>К его великому восторгу оказалось, что новая лодка очень быстроходна, быстроходнее всех лодок в заливе и впадающих в него реках. С той поры Деметриоса обуяли спесь и хвастливость. И когда нам с помощью «Мэри-Ребекки» удалось хорошенько припугнуть рыбаков, занимавшихся ловлей лососей в воскресенье, он послал в Бенишию вызов, который передал нам один из местных рыбаков. Смысл вызова был такой: в следующее воскресенье Деметриос Контос выйдет из Валлехо, закинет сеть на самом виду у Бенишии и будет ловить лососей, а патрульный Чарли Ле Грант пусть придет и поймает его, если сможет. Разумеется, мы с Чарли тогда ничего не знали о новой лодке Контоса. Наша же собственная была довольно быстроходной, и мы не боялись помериться силами с любой другой.</p>
     <p>Настало воскресенье. Слух о вызове не замедлил распространиться: рыбаки и моряки Бенишии все, как один, пришли на пароходную пристань, так что она стала похожа на центральную трибуну во время футбольного матча. Мы с Чарли были настроены весьма скептически, но, увидев на пристани такую толпу, поняли, что Деметриос Контос полез на рожон не зря.</p>
     <p>После полудня, когда морской бриз набрал силу, на горизонте показался парус судна, идущего на фордевинд. Футах в двадцати от пристани судно сделало поворот, и перед толпой предстал Деметриос Контос. Театральным жестом, словно рыцарь перед состязанием на турнире, он приветствовал восхищенных зрителей, встретивших его возгласами одобрения, и остановился в двухстах ярдах от берега. Потом он спустил парус, лег в дрейф по ветру и стал закидывать сеть. Он закинул ее не всю, а футов пятьдесят, не больше, однако нас с Чарли, как громом, поразила наглость рыбака. Тогда мы еще не знали — это стало нам известно позже, — что сеть была старой и негодной. Она могла задержать рыбу, но сколько-нибудь значительный улов разорвал бы ее на куски.</p>
     <p>— Признаться, я ничего не понимаю, — пожав плечами, заметил Чарли. — Пусть он закинул всего пятьдесят футов сети, что из этого? Ему все равно ее не вытащить, если мы двинемся за ним. И зачем он вообще явился сюда и нагло попирает закон у нас на глазах? Да еще у самого города, в котором мы живем.</p>
     <p>В голосе Чарли послышались нотки обиды, и он несколько минут продолжал горячо возмущаться бесстыдством Деметриоса Контоса.</p>
     <p>Тем временем человек, о котором шла речь, сидел развалившись на корме своей лодки и следил за поплавками. Когда в жаберную сеть попадается большая рыба, поплавки, приходя в движение, тотчас дают об этом знать. По-видимому, так случилось и сейчас, потому что Деметриос вдруг вытянул из воды футов двенадцать сети и, прежде чем бросить в лодку, поднял кверху крупного с блестящей чешуей лосося. Зрители на пристани наградили его троекратным ура. Тут уж Чарли не вытерпел.</p>
     <p>— Пошли, сынок! — обратился он ко мне.</p>
     <p>Не теряя времени, мы вскочили в свою лодку и поставили парус. Толпа громко закричала, предостерегая Деметриоса, и когда мы стремительно понеслись вперед, то увидели, как он отсек свою сеть длинным ножом. Парус на его лодке был мигом поднят и вскоре заполоскал на ветру в солнечном свете. Рыбак бросился к корме, выбрал шкоты и лег на длинный галс курсом к холмам Контра Коста.</p>
     <p>К этому времени мы были уже не больше чем в тридцати футах от его кормы. Чарли ликовал. Он знал, что наша лодка быстроходна, и не сомневался, что мало найдется людей, способных сравниться с ним в умении вести лодку. Он был уверен, что мы поймаем Деметриоса, и я разделял его уверенность. Однако судьба, видимо, решила иначе.</p>
     <p>Дул попутный ветер. Мы мягко скользили по воде, но Деметриос не спеша все больше и больше удалялся от нас. Он не только шел быстрее, но держал к ветру на какую-то долю румба круче, чем мы. Это особенно поразило нас, когда он сделал поворот, минуя холмы Контра Коста, и, пройдя мимо нас на другом галсе, оказался на добрую сотню футов впереди с наветренной стороны.</p>
     <p>— Вот это да! — воскликнул Чарли. — Одно из двух: либо его лодка чудо из чудес, либо к нашему килю привязали пятигаллонный бочонок с каменноугольной смолой!</p>
     <p>Третьей причины, видимо, быть не могло. А к тому времени, когда Деметриос прошел мимо Сономских холмов, расположенных по другую сторону залива, мы так безнадежно отстали, что Чарли велел мне потравить шкот, и мы двинулись назад, к Бенишии. Когда мы, возвратившись, ставили нашу лодку на прикол, рыбаки с пароходной пристани осыпали нас градом насмешек. Мы с Чарли ушли, чувствуя себя в дураках, ибо когда считаешь, что у тебя отличная лодка и ты умеешь ее вести, а является кто-то другой и обставляет тебя, это не может не быть ударом по самолюбию.</p>
     <p>Несколько дней Чарли был как во сне; потом, как и в прошлый раз, нам сообщили, что в следующее воскресенье Деметриос Контос повторит свое представление. Чарли мигом пробудился. Вытащив нашу лодку из воды, он очистил и заново выкрасил днище, что-то изменил в конструкции выдвижного киля, переосновал бегучий такелаж и почти всю ночь под воскресенье шил новый, намного больший, чем прежний, парус. Чарли сделал его таким большим, что понадобился добавочный балласт, и мы уложили на дно нашей лодки старый железный рельс весом почти в пятьсот фунтов.</p>
     <p>Пришло воскресенье, а вместе с ним явился и Деметриос Контос, чтобы вновь открыто, средь бела дня, нарушить закон. Опять дул послеполуденный бриз, и опять Деметриос Контос забросил футов сорок или пятьдесят своей гнилой сети и, подняв парус, ушел у нас из-под носа. Рыбак предвидел ход Чарли: его парус, к задней шкаторине<a l:href="#n_696" type="note">[696]</a> которого он добавил целое полотнище, был поднят выше прежнего.</p>
     <p>До холмов Контра Коста мы шли почти вровень, не обгоняя и не отставая друг от друга. Но, повернув к Сономским холмам, заметили, что почти при равной скорости движения Деметриос взял чуть-чуть более круто к ветру, чем мы. А ведь Чарли вел нашу лодку с предельной ловкостью и искусством и выжимал из нее больше, чем обычно.</p>
     <p>Конечно, ничто не мешало Чарли вытащить револьвер и выстрелить в Деметриоса, но мы давно убедились, что стрелять в убегающего человека, совершившего какой-нибудь незначительный проступок, противно нашей натуре. К тому же между патрульными и рыбаками существовало нечто вроде негласного уговора: мы не стреляем в них, когда они удирают, а они, в свою очередь, не оказывают нам сопротивления, если удается их задержать. Деметриос Контос уходил от нас, а нам не оставалось ничего другого, как изо всех сил стараться его догнать; с другой стороны, окажись наша лодка более быстроходной или веди мы ее лучше, чем Деметриос свою, он, если бы нам удалось задержать его, наверняка не оказал бы нам никакого сопротивления.</p>
     <p>При огромном парусе и резвившемся в Каркинезском проливе сильном ветре наше плавание было, как говорится, рискованным. Нам приходилось быть все время начеку, следить, чтобы нас не опрокинуло, и пока Чарли стоял на руле, я держал в руках грота-шкот, обернув его всего один раз вокруг нагеля, готовый в любую секунду отдать его. У Деметриоса, который вел свой парусник один, руки были все время заняты.</p>
     <p>Однако наша попытка его догнать оказалась тщетной. От природы сообразительный, он сумел соорудить лодку, оказавшуюся удачней нашей. И хотя Чарли шел не хуже, а то и чуть лучше Деметриоса, лодка его во многом уступала лодке грека.</p>
     <p>— Трави шкот! — скомандовал Чарли, и когда наша лодка легла на фордевинд, до нас донесся уничтожающий смех Деметриоса.</p>
     <p>— Бесполезное это дело, — качая головой, заметил Чарли. — У Деметриоса лодка лучше нашей. Если он попытается еще раз повторить свое представление, нам придется придумать в ответ что-нибудь новое.</p>
     <p>На этот раз выручила моя смекалка.</p>
     <p>— А что если в следующее воскресенье я один пущусь в погоню за Деметриосом, — предложил я в среду. — А ты будешь ждать его возвращения на пристани в Валлехо?</p>
     <p>Чарли подумал минутку, потом хлопнул себя по колену.</p>
     <p>— Прекрасная мысль! Ты начинаешь шевелить мозгами. Должен сказать, это делает честь твоему учителю. Только не загони его чересчур далеко, — продолжал он, — а то он, вместо того чтобы вернуться домой в Валлехо, двинет в залив Сан-Пабло, а я так и буду дурак дураком стоять на пристани и ждать его.</p>
     <p>В четверг у Чарли нашлось возражение против моего плана.</p>
     <p>— Все будут знать, что я отправился в Валлехо, и, можешь не сомневаться, узнает и Деметриос. Как ни жаль, но от твоей затеи придется отказаться.</p>
     <p>Довод был вполне веским, и остаток дня я ходил как в воду опущенный. Однако ночью мне вдруг показалось, что я нашел выход, и, полный нетерпения, я разбудил крепко спавшего Чарли.</p>
     <p>— Ну, — промычал он, — что случилось? Дом горит?</p>
     <p>— Нет, — ответил я, — у меня в голове горит. Слушай! В воскресенье мы с тобой будем болтаться на пристани Бенишии, пока на горизонте не покажется парусник Деметриоса. Это усыпит подозрение. Когда же парусник подойдет ближе, ты не спеша побредешь в сторону города. Рыбаки решат, что ты побежден и признал свое поражение.</p>
     <p>— Пока подходяще, — вставил Чарли, когда я остановился, чтобы перевести дух.</p>
     <p>— И даже очень подходяще, — с гордостью продолжал я. — Так, значит, ты не спеша двинешься в сторону города, но как только скроешься из виду людей, стоящих на пристани, дашь ходу прямо к Дэну Мелони. Возьмешь его кобыленку и что есть духу помчишься по проселочной дороге в Валлехо. Дорога там хорошая, и ты доберешься до Валлехо раньше, чем Деметриос, которому придется все время идти против ветра.</p>
     <p>— Утром я первым делом договорюсь насчет кобылы, — отозвался Чарли, безоговорочно приняв мой новый план.</p>
     <p>Однако, только я успел как следует заснуть, он сам разбудил меня.</p>
     <p>— Послушай, сынок, — посмеиваясь в темноте, сказал он, — не кажется ли тебе, что гоняться за браконьером верхом — дело не совсем привычное для рыбачьего патруля?</p>
     <p>— На то и существует смекалка, — ответил я. — Ты сам постоянно твердишь: «Постарайся напасть на верную мысль раньше, чем твой противник, и победа будет за тобой».</p>
     <p>— Ха! Ха! — смеялся Чарли. — Уж если на этот раз верная мысль вместе с кобылкой не побьют Деметриоса, значит, я не ваш покорный слуга Чарли Ле Грант.</p>
     <p>— Только сумеешь ли ты один управиться с лодкой? — спросил он в пятницу. — Не забудь, что парус у нас огромный.</p>
     <p>Я так горячо убеждал его в своем мастерстве, что он больше не заговаривал об этом до субботы, когда предложил мне снять целое полотнище с задней шкаторины. Вероятно, на моем лице было написано столь сильное разочарование, что он не стал настаивать. Я и вправду так гордился своим умением вести парусную лодку, что мне прямо до безумия хотелось выйти в море одному и под большим парусом стрелой мчаться по Каркинезскому проливу в погоне за удирающим греком.</p>
     <p>Как всегда, в воскресенье Деметриос Контос был тут как тут. У рыбаков уже вошло в привычку собираться на пароходной пристани, чтобы приветствовать его появление и посмеяться над нашим поражением. Деметриос спустил парус в нескольких сотнях ярдов от пристани и закинул свои обычные пятьдесят футов прогнившей сети.</p>
     <p>— Сдается мне, эта забава будет продолжаться до тех пор, пока его ветхая сеть не порвется окончательно, — проворчал Чарли с расчетом быть услышанным кое-кем из греков.</p>
     <p>— Тогда я дам ему мою, — быстро и не без коварства отозвался один из них.</p>
     <p>— Незачем, — ответил Чарли, — у меня самого найдется завалящая сеть. Он сможет ее получить, если придет ко мне и попросит.</p>
     <p>Греки ответили веселым смехом, ибо могли себе позволить добродушно шутить с человеком, которого так здорово околпачивали.</p>
     <p>— Ну, пока, сынок, — минутой позже обратился ко мне Чарли. — Пожалуй, двинусь в город к Мелони.</p>
     <p>— Можно мне взять лодку? — спросил я.</p>
     <p>— Как хочешь, — ответил он и, круто повернувшись, медленно побрел прочь.</p>
     <p>Деметриос вытащил из сети двух крупных лососей, и я вскочил в лодку. Рыбаки столпились вокруг, весело настроенные и, когда я стал поднимать парус, засыпали меня всевозможными шутливыми советами. Они даже предлагали друг другу заключить пари, что я непременно поймаю Деметриоса, а двое из них, разыгрывая роль судейских чиновников пресерьезно просили позволения отправиться вместе со мной, чтобы посмотреть, как я это сделаю.</p>
     <p>Но я не торопился: я тянул время, чтобы дать Чарли возможность добраться до Валлехо. Делая вид, будто мне не нравится, как стоит парус, я слегка подтянул снасть, с помощью которой удерживается верхний конец гафеля. Только, когда по моим расчетам Чарли уже побывал у Дэна Мелони и сел верхом на его кобылку, я отошел от пристани и поставил парус по ветру. Сильный порыв ветра, наполнив парус, сразу резко накренил судно, и добрых два ведра воды попало в лодку. Такой пустяк, как этот, всегда может случиться с легким судном даже у самого опытного матроса, тем не менее, хотя я мгновенно потравил шкот и выровнял лодку, по моему адресу поднялась буря насмешливых рукоплесканий, словно я совершил невесть какой грубый промах.</p>
     <p>Когда Деметриос увидел, что в рыбачьей патрульной лодке только один человек, да и тот мальчишка, он решил поиздеваться надо мной. Идя коротким галсом— я шел прямо за ним, отставая на неполных тридцать футов, — он несколько ослабил шкот и вернулся к пристани. И тут, делая короткие галсы, он стал кружиться, вертеться, вспарывая носом лодки воду, к великому восторгу симпатизирующих ему зрителей. Я все время шел за ним и смело проделывал все, что делал он, даже, когда он, идя на фордевинд, перекинул парус на другой борт — опаснейший маневр при таком большом парусе и таком сильном ветре.</p>
     <p>Он рассчитывал, что крепкий бриз и сильное отливное течение, которые подняли на море страшное волнение, доведут меня до беды. Но я был в ударе и никогда в жизни не вел лодку лучше, чем в тот день. Меня можно было сравнить с точно выверенным механизмом, мозг мой работал ровно и быстро, руки безошибочно делали свое дело; я, казалось, предугадывал тысячи мелочей, которые опытный моряк обязан принимать во внимание в любую секунду.</p>
     <p>Вместо меня беда постигла Деметриоса. Что-то разладилось в выдвижном киле его лодки, заело в корпусе, и он не выдвигался до отказа. В минуту передышки, которой Деметриос добился путем какой-то хитроумной уловки, он стал торопливо возиться с выдвижным килем, стараясь сбить его вниз. Но времени у него было слишком мало, и пришлось снова взяться за руль и парус.</p>
     <p>Выдвижной киль, видимо, сильно его обеспокоил. Ему было уже не до игры со мной, и, делая длинные галсы, он двинулся к Валлехо. К моей радости, на первом же галсе я увидел, что могу держать к ветру чуть круче, чем он. Вот когда бы ему пригодился лишний человек в лодке; ведь я шел за ним на расстоянии каких-нибудь нескольких футов, и он не отваживался бросить руль, чтобы перебраться на середину лодки и опустить выдвижной киль!</p>
     <p>Лишившись возможности приводить к ветру так круто, как прежде, он стал слегка потравливать шкот и идти полнее, стараясь меня обогнать. Я позволил ему это сделать, пока сам пытался выиграть ветер, чтобы настигнуть Деметриоса. Но, когда я подошел к нему совсем близко, он прикинулся, будто ложится на другой галс. Я стремительно рыскнул к ветру, чтобы опередить Деметриоса, но с его стороны это было лишь ловко проделанным трюком. Он взял прежний курс, мне же пришлось торопливо наверстывать потерянное расстояние.</p>
     <p>Деметриос явно оказался искуснее меня, когда дело дошло до маневрирования. Много раз он был уже почти у меня в руках, но всякий раз ему удавалось провести меня и ускользнуть. К тому же ветер крепчал, и наши руки ни секунды не знали покоя, иначе нас неминуемо опрокинуло бы в море; Что до моей лодки, то она держалась на плаву только благодаря лишнему балласту. Я сидел, скорчившись, одной рукой держа руль, а другой шкот. А поскольку шкот был всего один раз обернут вокруг нагеля, он при каждом порыве ветра вырывался у меня из рук. В такие минуты парус терял ветер, и я, конечно, отставал. Утешением служило лишь то, что с лодкой Деметриоса происходило то же самое.</p>
     <p>Сильный отлив, проносясь по Каркинезскому проливу навстречу ветру, вздымал могучие, сердитые волны, которые непрерывно бились о борт судна. Я промок до нитки, и даже мой парус был мокрешенек вплоть до шкаторины. Один раз мне удалось ловким маневром нагнать Деметриоса, и моя лодка ударилась носом в среднюю часть его судна. Как мне нужен был в эту минуту помощник! Только было кинулся я вперед, чтобы прыгнуть к нему в лодку, как он веслом отпихнул мою лодку от своей и, делая это, оскорбительно рассмеялся прямо мне в лицо.</p>
     <p>Мы находились уже в устье Каркинезского пролива, в очень опасной полосе. Здесь пролив Валлехо и Каркинезский пролив стремительно неслись навстречу друг другу. Через Валлехо текли воды реки Напа и огромного берегового отлива, а через Каркинезский мчались воды Сьюисанской бухты и рек Сакраменто и Сан-Хоакин. И там, где эти чудовищные потоки сталкивались, возникала страшная быстрина. В довершение всех бед, ветер дул в сторону бухты Сан-Пабло со скоростью пятнадцати узлов, обрушивая на быстрину громады волн.</p>
     <p>Враждующие течения метались во всех направлениях, сталкиваясь, образуя водовороты, воронки и ключи, а сердитые волны, вздымаясь, захлестывали наши лодки как с наветренной, так и с подветренной стороны. И сквозь всю эту сумятицу беспорядочно, словно доведенные до безумия в своем движении, с грохотом неслись гигантские, кипучие валы из бухты Сан-Пабло.</p>
     <p>Я так же неистовствовал, как бушующее море. Лодка шла великолепно; она стремительно мчалась вперед сквозь этот хаос, подобно скаковой лошади, преодолевая все препятствия. Все мое существо было полно неуемной радости. Огромный парус, вой ветра, бушующие волны, лодка, то и дело ныряющая в воду, и я, пигмей, не больше, чем пятнышко среди этих взбунтовавшихся стихий, подчиняю их своей воле, лечу сквозь них и над ними, торжествующий, победоносный!</p>
     <p>И в ту минуту, когда я, словно герой-победитель, мчался вперед, раздался страшный треск, и лодка мгновенно стала. Меня швырнуло вперед; я упал на дно лодки. Когда я вскочил на ноги, передо мной мелькнуло что-то зеленоватое, замшелое, и я сразу понял, что это бич мореплавателей — затонувшая свая. Никто не огражден от такого несчастья. Разбухшую от воды и плавающую у самой поверхности сваю невозможно вовремя увидеть и обойти в бушующем море.</p>
     <p>Видимо, раздробило весь нос лодки, так как через несколько секунд она уже наполовину была полна воды. Добавили воды и волны, и она пошла ко дну, увлекаемая тяжелым балластом. Все это случилось так быстро, что я запутался в парусе, и меня втянуло под лодку. Когда я с великим трудом выбрался на поверхность, полузадохнувшийся — мои легкие, казалось, вот-вот лопнут, — весел уже не было. Должно быть, их смыло бесноватой волной. Я увидел, что Деметриос Контос оглядывается из своей лодки, и услыхал его насмешливый, полный мстительной злобы голос: он что-то ликующе кричал! Он продолжал свой путь, покинув меня на верную гибель.</p>
     <p>Мне ничего другого не оставалось, как ради своего спасения плыть вперед — в этой сумятице вопрос жизни и смерти решали какие-нибудь секунды. Набрав побольше воздуху и энергично работая обеими руками, я ухитрился скинуть свои тяжелые морские сапоги и куртку. Но легко сказать — набрать воздуху; я быстро понял, что вся трудность не в том, чтобы плыть, а в том, чтобы дышать.</p>
     <p>Меня швыряло из стороны в сторону, на меня обрушивались высокие, увенчанные белыми гребнями валы Сан-Пабло, душили вздымавшиеся волны, хлеща в глаза, нос, рот. Страшные воронки всасывали мои ноги и тянули вниз с тем, чтобы в следующий миг высоко подбросить вместе с кипящей ключом водой, и тут же — не успевал я перевести дух — огромная вспененная волна накрывала меня с головой.</p>
     <p>Долго все это выдержать было невозможно. Я вдыхал больше воды, чем воздуха, и почти все время находился под водой. Рассудок начинал мне изменять, голова отчаянно кружилась. Я боролся за жизнь судорожно, инстинктивно и был почти уже в беспамятстве, как вдруг почувствовал, что меня схватили за плечи и втащили в лодку.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_077.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Некоторое время я лежал на банке лицом вниз, вода лилась у меня изо рта. Потом, все еще едва живой, я повернулся посмотреть, кто был моим спасителем. На корме, придерживая одной рукой парус, а другой руль, ухмыляясь и добродушно кивая мне, сидел Деметриос Контос. Сперва, рассказывал он позже, он решил было бросить меня на произвол судьбы, но добро в его душе вступило в борьбу со злом, одержало победу и приказало вернуться ко мне.</p>
     <p>— Тебе лучше? — спросил он.</p>
     <p>Мне удалось изобразить на губах нечто вроде «да», однако говорить я еще не мог.</p>
     <p>— Ты вел лодку очень хорошо, — сказал он. — Как настоящий мужчина.</p>
     <p>Похвала в устах Деметриоса Контоса была для меня, конечно, очень лестной, и я оценил ее по достоинству, хотя в ответ сумел только кивнуть головой.</p>
     <p>На этом наш разговор кончился, так как я был занят тем, что приходил в себя, а он возился с лодкой. Добравшись до пристани в Валлехо, Деметриос Контос привязал лодку и помог мне выбраться из нее. И вот, когда мы с ним стояли на пристани, из-за натянутых сетей вышел Чарли и положил руку на плечо Деметриоса.</p>
     <p>— Он спас мне жизнь, Чарли, — запротестовал я. — И по-моему его не следует арестовывать.</p>
     <p>На лице Чарли отразилась растерянность, но она исчезла, как только он принял решение.</p>
     <p>— Ничем не могу помочь, сынок, — мягко ответил он. — Я не вправе нарушить свой долг, а мой прямой долг — арестовать его. Нынче воскресенье, а в лодке у него два лосося, которых он только что поймал. Как иначе мне поступить?</p>
     <p>— Но он спас мне жизнь, — твердил я, не находя другого довода.</p>
     <p>Лицо Деметриоса Контоса почернело от ярости, когда он услышал решение Чарли. Он чувствовал, что с ним поступили несправедливо. Добро в его душе восторжествовало, он проявил великодушие, спас беспомощного врага, а в благодарность его ведут в тюрьму.</p>
     <p>Чарли и я дулись друг на друга, когда возвращались в Бенишию. Я придерживался духа закона, а не буквы; Чарли же отстаивал именно букву. Как он ни раскидывал умом, другого выхода ему не представлялось. Закон ясно гласил, что в воскресенье ловля лосося запрещена. Он служил патрульным, и следить за строгим выполнением закона было его долгом. И толковать тут больше не о чем. Он выполнил свой долг, и совесть его чиста. Тем не менее мне все это казалось несправедливым и было очень жаль Деметриоса Контоса.</p>
     <p>Через два дня мы явились в Валлехо на суд. Мне пришлось выступить свидетелем. Самой ненавистной из всех обязанностей, какие мне довелось выполнить в своей жизни, была необходимость, стоя на свидетельском месте, дать присягу, что я видел, как Деметриос Контос поймал двух лососей, тех самых, с которыми Чарли задержал его.</p>
     <p>Деметриос нанял себе адвоката, но дело его было безнадежным. Присяжные удалились только на пятнадцать минут и вынесли решение: да, виновен. Судья приговорил Деметриоса к уплате штрафа в сто долларов или к пятидесяти дням тюремного заключения.</p>
     <p>Чарли подошел к секретарю суда.</p>
     <p>— Я уплачу этот штраф, — заявил он, выкладывая на стол пять золотых монет каждая по двадцать долларов. — Это единственный выход, сынок, — пробормотал он, поворачиваясь ко мне.</p>
     <p>Слезы выступили у меня на глазах, когда я крепко стиснул ему руку.</p>
     <p>— Я уплачу… — начал я.</p>
     <p>— Свою половину? — прервал он меня. — Конечно, а как же иначе?</p>
     <p>Тем временем Деметриос узнал от адвоката, что и ему заплатил Чарли.</p>
     <p>Деметриос подошел к Чарли пожать ему руку; вся его горячая южная кровь бросилась ему в лицо. Не желая, чтобы его превзошли в великодушии, он настаивал, что сам уплатит штраф и вознаграждение адвокату, и очень рассердился, когда Чарли не согласился на его требование.</p>
     <p>Этот поступок Чарли гораздо больше, чем все то, что мы делали до сих пор, убедил рыбаков в более глубоком, чем они полагали, значении закона. Чарли очень выиграл в их глазах; кое-что досталось и на мою долю — меня похвалили как паренька, который умеет вести парусную лодку. Деметриос Контос никогда больше не нарушал закона, он стал нам добрым другом и не раз заглядывал в Бенишию поболтать с нами.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Желтый платок</p>
     </title>
     <p>— Конечно, не мое это дело, дружище, — сказал Чарли, — а только зря ты надумал устроить последнюю облаву. Тебе не раз доводилось попадать в опасные переплеты, иметь дело с опасными людьми, и ты остался целехонек, — вот будет обида, если с тобой под конец что стрясется.</p>
     <p>— Но как же обойтись без последней облавы? — возразил я с юношеской самонадеянностью. — Сам знаешь, все имеет конец. А раз так, какая-нибудь из моих облав должна быть последней, тут уж ничего не поделаешь.</p>
     <p>Чарли заложил ногу за ногу, откинулся на спинку стула и погрузился в раздумье.</p>
     <p>— Твоя правда, — сказал он наконец. — Но почему бы тебе не считать последней облаву на Деметриоса Контоса? Ты вернулся с этого дела живым и здоровым, хоть и принял хорошую ванну, ну и… и… — Тут он замолчал, а немного погодя заговорил снова: — Словом, я никогда не прощу себе, если с тобой теперь приключится какая беда.</p>
     <p>Я посмеялся над страхами Чарли, но не смог устоять перед уговорами этого человека, который горячо меня любил, и согласился считать, что последняя облава уже позади. Два года мы были с ним неразлучны, а теперь я уходил из рыбачьего патруля, чтобы вернуться в город и закончить образование. Я скопил довольно денег, чтобы не знать нужды три года, пока не окончу среднюю школу, и, хотя до начала учебного года было еще много времени, я решил хорошенько подготовиться к приемным экзаменам.</p>
     <p>Я уложил свои пожитки в матросский сундучок и собрался было ехать поездом в Окленд, как вдруг в Бенишии появился Нейл Партингтон. Он собирался срочно вести «Северного оленя» в Нижнюю бухту и по дороге должен был зайти в Окленд. Нейл жил в этом городе, и до окончания школы я собирался поселиться у него, а потому он предложил мне перенести на борт шлюпа мой сундучок, чтобы плыть вместе.</p>
     <p>Я перенес сундучок, а на исходе дня мы отдали швартовы и подняли парус. Была осень, погода стояла коварная. Устойчивый морской бриз, который дул летом каждый день, сменился капризными порывистыми ветрами, небо заволокли тучи, так что трудно было предсказать, сколько продлится наше плавание. Мы тронулись в путь с началом отлива, и, когда шли через Каркинезский пролив, я бросил долгий, прощальный взгляд на Бенишию и на пристань у Тернерской верфи, где мы когда-то осадили «Королеву Ланкашира» и захватили Большого Алека, короля греков. А у выхода из пролива я с большим интересом осмотрел то место, где всего несколько дней назад непременно утонул бы, если б не благородный порыв Деметриоса Контоса.</p>
     <p>Впереди, над заливом Сан-Пабло, стлался непроницаемый туман, и через несколько минут «Северный олень» уже шел вслепую в сырой мгле. Но у Чарли нюх был безошибочный, и он уверенно вел шлюп. Он признался нам, что сам не знает, как это ему удается; каким-то чудом он все точнейшим образом принимал в расчет: ветер, течение, расстояние, время, дрейф, скорость хода.</p>
     <p>— Кажется, туман рассеивается, — заметил Нейл Партингтон, после того, как мы несколько часов плыли наугад. — Как, по-твоему, Чарли, где мы теперь?</p>
     <p>Чарли взглянул на часы.</p>
     <p>— Сейчас шесть. Отлив продлится еще три часа, — сказал он ни с того, ни с сего.</p>
     <p>— Но где мы все-таки? — настаивал Нейл.</p>
     <p>Чарли подумал немного и ответил:</p>
     <p>— Отлив малость снес нас в сторону, но если туман рассеется, а на это очень похоже, вы увидите, что мы не дальше, чем в тысяче миль от пристани Мак-Нира.</p>
     <p>— Пожалуй, ты мог бы быть малость поточнее, — хмуро буркнул Нейл.</p>
     <p>— Извольте, — отозвался Чарли. — До нее не меньше четверти мили и никак не больше полумили, — уверенно заключил он.</p>
     <p>Ветер свежел, под его порывами туман стал понемногу рассеиваться.</p>
     <p>— Пристань вон там, — сказал Чарли, указывая в ту сторону, откуда дул ветер.</p>
     <p>Мы все трое стали напряженно вглядываться в туман, как вдруг «Северный олень» с треском натолкнулся на что-то и остановился. Мы бросились на нос и увидели, что наш бушприт запутался в такелаже какого-то суденышка с короткой и толстой мачтой. Как оказалось, мы врезались в стоявшую на якоре китайскую джонку.</p>
     <p>Когда мы прибежали на нос, пятеро китайцев, словно потревоженные пчелы, выползли из тесной каюты, протирая заспанные глаза.</p>
     <p>Первым на палубе появился рослый, могучий человек, — мне сразу бросились в глаза его щербатое лицо и желтый шелковый платок на голове. Это был мой старый знакомый Желтый Платок, тот самый китаец, которого мы год назад арестовали за незаконный лов креветок. Тогда он чуть не пустил «Северного оленя» ко дну, да и сейчас мы едва не утонули из-за того, что он грубо нарушил правила навигации.</p>
     <p>— Послушай, ты, желторожая обезьяна, какого черта ты торчишь тут на самом фарватере и не подаешь сигналов? — возмущенно крикнул Чарли.</p>
     <p>— Какого черта? — преспокойно отозвался Нейл. — А вы взгляните-ка получше.</p>
     <p>Мы поглядели туда, куда указывал Нейл, и увидели, что трюм джонки почти полон только что выловленных креветок. А среди креветок было многое множество крохотных рыбешек величиной от четверти дюйма. Желтый Платок поднял свою сеть до начала прилива, снова забросил ее и под покровом тумана нагло стоял на якоре, дожидаясь малой воды, чтобы поживиться еще раз.</p>
     <p>— Ну и ну! — Нейл почесал в затылке. — Сколько времени ловлю браконьеров, чего только не перевидал, но чтобы нарушитель сам шел в руки, такого еще не было. Послушай, Чарли, что нам теперь с ними делать?</p>
     <p>— Отведем их на буксире в Сан-Рафаэль, вот и все, — сказал Чарли и повернулся ко мне. — Оставайся на джонке, приятель, я брошу тебе буксирный конец. Если ветер не переменится, мы успеем проскочить прежде, чем река обмелеет, переночуем в Сан-Рафаэле, а в Окленде будем завтра к полудню.</p>
     <p>С этими словами Чарли и Нейл вернулись на «Северный олень», и мы тронулись в путь, ведя джонку на буксире. Я встал на корме и, приняв командование захваченным судном, правил им с помощью допотопного румпеля, приводившего в движение дырявый, как решето, руль, сквозь который так и струилась вода.</p>
     <p>Тумана как не бывало, и мы увидели, что Чарли правильно определил наше местонахождение. Пристань Мак-Нира была в какой-нибудь полумиле от нас. Держась западного берега, мы обогнули мыс Педро и прошли мимо китайских поселков, где поднялся страшный переполох, когда рыбаки увидели, что их джонку ведет на буксире шлюп рыбачьего патруля.</p>
     <p>Береговой ветер был порывист и неустойчив, мы бы предпочли, чтобы он посвежел. Река, по которой нам предстояло пройти до Сан-Рафаэля, где мы предполагали сдать пленников властям, протекает через бесконечные болота, идти по ней в пору отлива очень трудно, а по малой воде — и вовсе невозможно.</p>
     <p>Теперь вода убыла почти наполовину, и следовало поторапливаться. Но тяжелая джонка мертвым грузом тащилась позади шлюпа.</p>
     <p>— Вели этим кули поставить парус! — наконец крикнул Чарли. — Мне вовсе не улыбается сидеть на мели до самого утра.</p>
     <p>Я передал этот приказ Желтому Платку, а тот хриплым голосом что-то скомандовал своим людям. Он был сильно простужен и весь сотрясался от судорожного кашля, глаза его налились кровью. Вид у него поэтому был еще свирепее обычного, и когда он бросил на меня злобный взгляд, я вздрогнул, вспомнив, как в прошлый раз был из-за него на волосок от гибели.</p>
     <p>Его команда неохотно взялась за фалы,<a l:href="#n_697" type="note">[697]</a> и косой диковинный парус коричневого цвета взвился на мачте. Bетер был попутный, и, когда Желтый Платок выбрал шкот, джонка устремилась вперед, а буксирный канат ослабел. Как ни быстроходен был «Северный олень», джонка оказалась еще быстроходнее; чтобы не столкнуться со шлюпом, я взял чуть круче к ветру. Но джонка не потеряла скорости и через несколько минут оказалась на наветренном траверзе шлюпа. Буксирный канат теперь натянулся под прямым углом к обоим судам, — просто смешно было смотреть.</p>
     <p>— Отдай буксир! — крикнул я.</p>
     <p>Чарли колебался.</p>
     <p>— Не бойся! — настаивал я. — Все будет в полном порядке. Мы проскочим реку, не меняя галса, а вы идите следом до самого Сан-Рафаэля.</p>
     <p>Чарли отдал буксир, и Желтый Платок велел одному из своих людей выбрать канат. Уже смеркалось, и я смутно видел впереди устье реки, а когда мы вошли в нее, едва мог разглядеть берега.</p>
     <p>«Северный олень» остался позади, минутах в пяти хода, и мы все удалялись от него, лавируя по узкому, извилистому руслу. Но все-таки Чарли был рядом, и я ничуть не боялся своих пятерых пленников; правда, в темноте следить за ними было трудно, и поэтому я переложил револьвер из брюк в боковой карман куртки, откуда его легче достать.</p>
     <p>Один только Желтый Платок внушал мне некоторый страх, и, как вы скоро сами убедитесь, он знал это и не преминул этим воспользоваться. Он сидел в нескольких шагах от меня, у наветренного борта. Я едва различал в темноте его фигуру, но от меня не укрылось, что он медленно, почти незаметно, пододвигается ко мне. Я не спускал с него глаз. Держа румпель левой рукой, я правой нащупал в кармане револьвер.</p>
     <p>Вот он пододвинулся еще на несколько дюймов, и я уже открыл было рот, чтобы крикнуть: «Назад!» — как вдруг кто-то большой и тяжелый навалился на меня со стороны подветренного борта. Это был один из китайцев. Он зажал мне рот и так стиснул мою правую руку, что я не мог вытащить ее из кармана. Конечно, я вырвался и освободил бы руку или позвал на помощь, но в ту же секунду Желтый Платок набросился на меня.</p>
     <p>Упав на дно джонки, я отчаянно сопротивлялся, но — увы — вскоре я был связан по рукам и ногам, а рот мне накрепко заткнули каким-то тряпьем, — как оказалось потом, ситцевой рубашкой. Китайцы так и оставили меня лежать на дне. Шепотом отдавая команды, Желтый Платок взялся за руль. Вспомнив, где мы находимся, и увидев, как переставили парус, который смутно вырисовывался надо мной на фоне звездного неба, я понял, что джонку направили в маленький заболоченный затон.</p>
     <p>Через несколько минут мы пристали к берегу, и парус бесшумно соскользнул с мачты. Китайцы притихли, как мыши. Желтый Платок сел на дно джонки рядом со мной, и я почувствовал, что он с трудом сдерживает надсадный, сухой кашель. Прошло минут семь или восемь, и я услышал голос Чарли: это наш шлюп проходил мимо затона.</p>
     <p>— Просто слов нет, как я счастлив, что мальчик благополучно отслужил свое в рыбачьем патруле, — говорил он Нейлу, и я отчетливо слышал каждое его слово.</p>
     <p>Нейл сказал что-то, чего я не расслышал, и Чарли продолжал:</p>
     <p>— Мальчишка стал форменным моряком, и если он, кончив школу, поучится еще морскому делу и начнет ходить в дальние рейсы, клянусь богом, из него со временем выйдет отличный капитан, которому можно будет доверить любое судно.</p>
     <p>Все это, разумеется, было для меня очень лестно, но я в эту минуту лежал на дне джонки с кляпом во рту, связанный своими же пленниками, а голоса друзей замирали вдали. «Северный олень» уходил все дальше к Сан-Рафаэлю, и, должен признаться, положение мое не очень-то располагало к мечтам о светлом будущем. Вместе с «Северным оленем» исчезла моя последняя надежда. Я не знал, что меня ждет: эти китайцы— народ особенный, и, насколько мне известен их характер, они едва ли обойдутся со мной по справедливости.</p>
     <p>Выждав еще несколько минут, китайцы снова подняли свой косой парус, и Желтый Платок повел джонку к устью реки Сан-Рафаэль. Вода все убывала, и выйти из устья было нелегко. Я надеялся, что он сядет на мель, но ему удалось благополучно вывести джонку в залив.</p>
     <p>После этого китайцы затеяли горячий спор, и я чувствовал, что спорят они из-за меня. Желтый Платок был в ярости, но остальные четверо не менее яростно ему противились. Было совершенно ясно, что он хотел прикончить меня, а его товарищи боялись ответственности. Я достаточно знал китайцев и был убежден, что только страх удерживает их от расправы со мной. Но я никак не мог понять, в чем заключается их план, который они предлагали взамен кровожадного плана Желтого Платка.</p>
     <p>Нетрудно догадаться, что я пережил в эти минуты, когда жизнь моя висела на волоске. Спор вскоре перешел в ссору, после чего Желтый Платок сорвал с руля тяжелый румпель и бросился ко мне. Но четверо китайцев преградили ему дорогу и стали отнимать у него румпель. В конце концов они вчетвером одолели своего главаря, и он, недовольный, вернулся на корму, а вслед ему понеслась отборная ругань.</p>
     <p>Вскоре китайцы убрали парус, и джонка медленно пошла на веслах. Потом я почувствовал, как она мягко ткнулась носом в ил. Трое китайцев в высоких резиновых сапогах спрыгнули за борт, а двое других перебросили меня через поручни. Желтый Платок подхватил меня за ноги, два его товарища — за плечи, и они зашлепали по вязкому илу. Но вот шаги их стали уверенней и тверже: как видно, они вышли на берег. Вскоре я понял, где мы находимся, — не иначе, как на одном из островков крошечного скалистого архипелага Марин, расположенного неподалеку от устья реки Сан-Рафаэль.</p>
     <p>Выйдя с затопляемой во время прилива илистой отмели на берег, китайцы довольно бесцеремонно швырнули меня на землю. Желтый Платок со злобой пнул меня в бок, и все трое пошли назад к джонке. Через несколько секунд я услышал, как взвился на мачте и затрепетал под напором ветра парус, пока китайцы выбирали шкот. Потом все смолкло, и я остался один. У меня не было другого выхода, как собственными силами выпутываться из беды.</p>
     <p>Я вспомнил, как ловко, как-то по-особому извиваясь и корчась, освобождаются от веревок фокусники, но сколько я ни извивался и ни корчился, тугие узлы ничуть не ослабли. Однако, катаясь по берегу, я наткнулся на кучу пустых раковин, — должно быть, какая-нибудь компания яхтсменов пекла здесь на костре моллюсков. В голове у меня блеснула счастливая мысль. Руки мои были связаны за спиной; зажав в кулаке раковину, я покатился по песку к ближним скалам.</p>
     <p>После долгих поисков я нашел наконец узкую трещину и вставил в нее раковину. Края у раковины были острые, и я попытался перерезать ею веревку, которой были связаны мои руки. Но хрупкая раковина сломалась, как только я неосторожно нажал на нее. Пришлось мне снова добираться до кучи раковин. На этот раз я захватил их столько, сколько мог удержать в обеих руках. Я сломал их видимо-невидимо, изрезал себе все руки, ноги мои от напряжения свела судорога.</p>
     <p>Я остановился, чтобы передохнуть, и вдруг услышал над заливом знакомый голос. Это Чарли искал меня. Из-за кляпа во рту я не мог отозваться и в бессильной ярости лежал на берегу, а он прошел на веслах мимо острова, и вскоре голос его замер вдали.</p>
     <p>Я снова принялся за дело, и через полчаса мне удалось наконец перерезать веревку. Все остальное было проще простого. Освободив руки, я мигом развязал путы на ногах и вытащил изо рта кляп. Потом я обежал весь берег и удостоверился, что я действительно на острове, а не где-нибудь на материке. Да, это был один из островов архипелага Марин, окаймленный песчаным пляжем и целым болотом вязкого ила. Мне оставалось одно: ждать рассвета и не поддаваться холоду — для Калифорнии ночь выдалась на редкость студеная, ветер пронизывал до самых костей, и меня била дрожь.</p>
     <p>Чтобы согреться, я обежал вокруг острова раз десять кряду и столько же раз вскарабкался на скалистую гряду. Это не только согрело меня, но и сослужило мне впоследствии хорошую службу. Бегая по острову, я вдруг подумал: а не выронил ли я что-нибудь, когда катался в песке? Обшарив карманы, я не нашел ни револьвера, ни складного ножа. Револьвер у меня, конечно, отобрал Желтый Платок, а нож, должно быть, затерялся где-то в песке.</p>
     <p>Я принялся его искать, как вдруг снова послышался скрип уключин. Сначала я подумал, что это Чарли, но сразу же спохватился: ведь Чарли не стал бы плыть молча. Мрачные предчувствия вдруг охватили меня. Архипелаг Марин глухой и пустынный; едва ли кому вздумается плыть сюда глубокой ночью. А вдруг это Желтый Платок? Скрип уключин стал слышнее. Лодка, по-видимому, ялик, как я определил по частым ударам весел, ткнулась в ил шагах в пятидесяти от берега. Я услышал сухой, надсадный кашель, и сердце у меня упало. Это был Желтый Платок. Чтобы товарищи не помешали ему свести со мной счеты, он украдкой выбрался из своего поселка и приплыл сюда в одиночку.</p>
     <p>Мысли вихрем закружились у меня в голове. Я безоружен и беспомощен на маленьком глухом островке, и желтый дикарь, остерегаться которого у меня есть все основания, явился сюда для расправы со мной. Худшего положения не придумаешь, и я невольно бросился в воду или, вернее, в ил, только бы не оставаться на острове. Когда Желтый Платок зашагал к берегу по илистому болоту, я пошел в обратную сторону, стараясь попадать след в след, по дороге, проторенной китайцами, когда они несли меня на остров, а потом возвращались к своей джонке.</p>
     <p>Желтый Платок, уверенный, что я лежу связанный по рукам и ногам на прежнем месте, нисколько не остерегался: ил громко чавкал у него под ногами. Благодаря этому, пока он шел, я успел удалиться от берега шагов на пятьдесят. После этого я лег прямо в болото. Ил был холодный и липкий, я весь дрожал, но боялся встать на ноги, зная, что глаза у китайца острые. Он направился прямехонько на то место, где оставил меня, и я даже пожалел, что не могу видеть, какую рожу он скорчит, не найдя меня там. Но мне было не до потехи, у меня от холода зуб на зуб не попадал.</p>
     <p>Что он сделал дальше, я мог только догадываться, так как почти ничего не видел при бледном свете звезд. Но я был уверен, что первым делом он обошел весь остров и убедился, что никакие другие лодки к берегу не приставали. Всякое судно неизбежно оставило бы след в иле.</p>
     <p>Удостоверившись, что я никак не мог уплыть с острова, он пустился на поиски. Наткнувшись на кучу раковин, он стал одну за другой чиркать спички и. пошел по моему следу. При каждой вспышке мне было ясно видно его зловещее лицо. От запаха горящей серы у него першило в горле, и от его надсадного кашля я. дрожал еще пуще, не смея шелохнуться в холодном иле.</p>
     <p>Обилие следов его озадачило. Однако вскоре он, как видно, сообразил, что я где-нибудь у берега, сделал несколько шагов по направлению ко мне, присел на корточки и долго всматривался во мрак. Нас разделяло не более пятнадцати футов, и, догадайся он зажечь спичку, мне бы несдобровать.</p>
     <p>Но он вернулся на берег и, чиркая спичками, полез на скалистую гряду. Близкая опасность заставила меня искать спасения. Не рискуя встать во весь рост, так как Желтый Платок наверняка услышал бы мои шаги, я стал передвигаться ползком. По-прежнему держась следа, оставленного китайцами, я полз так до самой воды. Очутившись на глубине трех футов, я пошел вброд вдоль берега.</p>
     <p>Вдруг у меня мелькнула мысль: вот бы найти ялик, на котором приплыл Желтый Платок, и удрать. Но он как будто угадал мое намерение, спустился на берег и поспешил к ялику, чтобы проверить, на месте ли он. Пришлось повернуть обратно. То вброд, по горло в воде, то вплавь, без единого всплеска я отдалился на добрую сотню футов от того места, куда раньше причалила джонка. Потом я снова забрался в ил и лег ничком.</p>
     <p>Желтый Платок опять вышел на берег, обшарил весь остров и вернулся к куче раковин. Я словно читал его мысли. Наверняка он рассуждал так: ни одна душа не может попасть на остров или покинуть его, не оставив в иле следов. А между тем он нашел всего две цепочки следов — одна вела от его ялика, а другая — от того места, где стояла джонка. На острове меня нет. Значит, я ушел по какому-нибудь из двух следов. Он только что ходил к своему ялику и убедился, что меня нет и там, значит, я мог уйти только по следу, который вел от джонки. Он решил проверить это предположение и пошел через ил, зажигая на ходу спички.</p>
     <p>Дойдя до того места, где я залег в первый раз, он остановился: должно быть, увидел вмятину от моего тела. Потом по моему следу он вошел в воду, но сразу потерял его — да и мудрено было видеть следы на глубине трех футов. Вместе с тем, так как отлив еще не кончился, он легко нашел ямину, оставленную в иле джонкой. Всякое другое судно, если бы оно причалило к острову, непременно оставило бы такой же след. А раз его нет, — ясно, я схоронился где-нибудь в иле.</p>
     <p>Но искать темной ночью в огромном болоте человека — все равно, что искать иголку в стоге сена, и китаец понял бесполезность своей затеи. Он вернулся на остров и некоторое время рыскал по берегу. Я весь продрог, и лишь надежда, что он махнет на меня рукой, придавала мне силы. Наконец он сел в свой ялик и отчалил от острова. Но тут меня охватили сомнения. А вдруг это западня? Вдруг он уплыл только для того, чтобы выманить меня на берег?</p>
     <p>Чем больше я думал об этом, тем больше мне казалось, что, отчаливая, он слишком громко ударял по воде веслами. И я остался лежать в холодном иле. Меня била дрожь, поясницу невыносимо ломило, и мне понадобилось все мое мужество, чтобы, несмотря ни на что, не двинуться с места.</p>
     <p>По счастью, я не вышел из своего убежища, а через час смутно различил на берегу какую-то движущуюся тень. Я стал пристально вглядываться в темноту, но прежде чем мне удалось что-либо увидеть, слух мой уловил знакомый надсадный кашель. Оказывается, Желтый Платок тайком причалил к острову с другой стороны и теперь крался вдоль берега, надеясь захватить меня врасплох.</p>
     <p>После этого я еще не один час пролежал в илистом болоте, боясь выйти на берег, хотя Желтый Платок не подавал больше никаких признаков жизни. Порой мне казалось, что я не выдержу и умру от холода. Мне и не снились такие ужасные страдания. Я до того окоченел, что в конце концов даже перестал дрожать. Зато мои мускулы и кости начали нестерпимо ныть — это была настоящая пытка. Прилив давно уже начался, и я, спасаясь от воды, фут за футом двигался к берегу. Полная вода наступила в три часа ночи, и я полуживой выполз на берег; если бы Желтый Платок набросился теперь на меня, я не смог бы и пальцем шевельнуть.</p>
     <p>На мое счастье, его здесь не было. Он плюнул на меня и вернулся в свой поселок на мыс Педро. Но я все равно был в плачевном состоянии и в любую минуту мог отдать богу душу. Я не в силах был стоять на ногах, а тем более ходить. Моя одежда, насквозь пропитанная илом, леденила тело. Казалось, мне никогда не удастся ее снять. Пальцы онемели и не гнулись, силы оставили меня, и я провозился целый час, прежде чем стянул с себя башмаки. Я не мог разорвать кожаные шнурки, а развязать их было чертовски трудно. Несколько раз я принимался бить застывшими руками о камни, чтобы хоть немного разогнать кровь. По временам я был уверен, что вот-вот умру.</p>
     <p>Наконец — казалось, прошла целая вечность — мне удалось раздеться догола. Вода была в двух шагах, я дополз до нее и смыл с себя ил. Но я не мог встать, не мог ходить, а лежа без движения, наверняка бы замерз. Оставалось только одно: ценой невыносимой боли ползать медленно, как улитка, взад и вперед по берегу. Я ползал так до изнеможения, а когда на востоке забрезжил рассвет, совсем выбился из сил. Небо порозовело, золотой шар солнца поднялся над горизонтом, и его лучи осветили мое недвижимое тело на куче раковин.</p>
     <p>Потом, как во сне, я увидел знакомый парус — это «Северный олень», подгоняемый свежим утренним ветерком, выскользнул из устья реки Сан-Рафаэль. Сон мой то и дело обрывался. Многого я совсем не помню. Помню только, как появился парус, как «Северный олень» отдал якорь в нескольких сотнях футов от берега, и маленькая шлюпка отвалила от борта, как гудела в каюте печурка, раскаленная докрасна, а я лежал, с головы до ног закутанный в одеяла, только плечи и грудь были обнажены, и Чарли немилосердно растирал их, а Нейл Партингтон поил меня горячим, как огонь, кофе, обжигая мне рот и горло.</p>
     <p>Но несмотря ни на что, скажу я вам, это было чертовски приятно. Когда мы пришли в Окленд, я уже снова глядел молодцом, хотя Чарли и Нейл боялись, что я схватил воспаление легких, а миссис Партингтон первые полгода после того, как я начал учиться в школе, все ждала, что вот-вот у меня начнется скоротечная чахотка.</p>
     <p>Время летит быстро. Кажется, только вчера мне было шестнадцать лет и я плавал на шлюпе рыбачьего патруля. А ведь сегодня утром я прибыл из Китая на баркентине<a l:href="#n_698" type="note">[698]</a> «Жнец», капитаном которой я теперь стал. Завтра утром я зайду на ней в Окленд, чтобы повидать Нейла Партингтона и его семью, а потом — в Бенишию к Чарли Ле Гранту вспомнить старые добрые времена. Впрочем, нет, пожалуй, в Бенишию мне ходить незачем. Ведь вскоре состоится свадьба, на которой мне суждено сыграть не последнюю роль. Невесту зовут Алиса Партингтон, а поскольку Чарли обещал быть шафером, придется ему самому приехать в Окленд.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Луннолицый</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Луннолицый</p>
     </title>
     <p>У Джона Клэверхауза было круглое, лунообразное лицо. Вы знаете этот тип людей — у них широкие скулы, лоб и подбородок незаметно переходят в щеки и образовывают правильный круг, а нос, широкий, короткий и толстый, равноотстоящий от всех точек окружности, нашлепнут в самом центре лица, словно розетка посреди потолка. Возможно, это и было причиной моей ненависти к нему; один его вид я воспринимал уже как оскорбление, и мне казалось, что сама земля стесняется носить его. Наверное, моя мать считала полную луну дурной приметой, взглянув на нее не через то плечо и в недобрый час.</p>
     <p>Как бы там ни было, я ненавидел Джона Клэверхауза. И совсем не потому, что он сделал мне что-либо дурное, что люди могли бы расценить как медвежью услугу. Ничего подобного. Зло было более глубокого и тонкого свойства; оно было слишком неуловимым, слишком неосязаемым, чтобы можно было найти слова для его ясного и точного определения. Мы все испытываем нечто подобное в иные периоды своей жизни. Вы впервые видите некоего индивидуума, о существовании которого до этой минуты и не подозревали, и с первого взгляда заявляете: «Этот человек мне не нравится». Почему не нравится? О, вы не знаете, почему. Не нравится, вот и все. Вы его просто-напросто невзлюбили. Точь-в-точь, как у меня с Джоном Клэверхаузом.</p>
     <p>Какое право имел быть счастливым такой человек? А он был оптимистом. Он всегда радовался и смеялся.</p>
     <p>Послушать его, будь он проклят, так все на свете было прекрасно! А как он действовал мне на нервы своим счастливым видом! Другой кто-нибудь мог смеяться, сколько ему угодно, и это меня ничуть не беспокоило. Бывало, я и сам смеялся… до встречи с Джоном Клэверхаузом.</p>
     <p>Но его смех! Ничто на свете так не раздражало меня и не приводило в такое бешенство, как этот смех. Он преследовал меня, вцеплялся и не выпускал. Это был громовой смех, это был смех Гаргантюа. Просыпался ли я, ложился ли я спать, он всегда был со мной, у меня было такое ощущение, словно сердце мое обдирали гигантским рашпилем. Уже на заре раскаты этого смеха проносились над полями и самым неприятным образом обрывали мои сладкие утренние грезы. В томительно жаркий полдень, когда никла зелень, птицы прятались в глубине леса и вся природа погружалась в сонную истому, его громкое «ха-ха-ха» и «хо-хо-хо» неслось к небесам и бросало вызов солнцу. И в темную полночь с пустынного перекрестка, где он сворачивал, возвращаясь из города к себе домой, доносилось его чертовски неприятное гоготанье. Оно будило меня, заставляло корчиться от злости и стискивать кулаки, пока ногти не впивались в мякоть ладони.</p>
     <p>Однажды ночью я тайком загнал его скотину к нему же на поле и утром снова услышал его гулкий смех.</p>
     <p>— Ничего, — говорил он, выгоняя скотину с поля, — этих бедных, бессловесных тварей нельзя винить за то, что они забрели на более тучное пастбище.</p>
     <p>У него была собака по кличке Марс, великолепное крупное животное, помесь шотландской борзой и ищейки, сохранившее признаки обеих пород. Марс был его любимцем, и они никогда не расставались. Но я улучил момент, заманил собаку в сторону и скормил ей кусок говядины со стрихнином. Это положительно не произвело ни малейшего впечатления на Джона Клэверхауза. Он смеялся так же весело и часто, как всегда, и лицо его оставалось все таким же луноподобным.</p>
     <p>Тогда я поджег его амбар и стога сена. Но на следующее утро (было как раз воскресенье) он появился все такой же веселый и жизнерадостный.</p>
     <p>— Куда вы идете? — спросил я его, когда он вышел на перекресток.</p>
     <p>— Ловить форель, — сказал он, и лицо его сияло, как полная луна. — Обожаю форель.</p>
     <p>Ну где вы найдете второго такого невозможного человека! Погиб весь его урожай, хранившийся в стогах и в амбаре. Я знал, что он был не застрахован. И все же, несмотря на то, что ему грозил голод и суровая зима, Клэверхауз весело отправился на поиски мест, где водилось много форели, только потому, что он «обожал» ее! Если бы он чуть-чуть нахмурил брови или его тупая физиономия стала серьезной, вытянулась и хоть немного потеряла сходство с луной, или если бы он на секунду перестал улыбаться, я уверен, я мог бы простить ему то, что он существует. Но нет, попав в беду, он сиял, как никогда.</p>
     <p>Я оскорбил его. Он, улыбаясь, удивленно поглядел на меня.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_078.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Драться с вами? Зачем? — медленно проговорил он. И затем рассмеялся. — Смешной человек! Хо-хо! Уморил! Хи-хи-хи! Ох-хо-хо-хо!</p>
     <p>Ну что вы будете делать? Это было выше моих сил. Как я ненавидел его! И потом эта фамилия— Клэверхауз! Что это за фамилия! Что за нелепость? Клэверхауз! Боже милостивый, почему Клэверхауз? Вновь и вновь я задавал себе этот вопрос. Я ничего не имею против фамилии Смит или Браун, или там Джонс… но Клэверхауз! Судите сами. Повторяйте про себя… Клэверхауз! Вы только прислушайтесь, как она смешно звучит… Клэверхауз! Должен ли жить человек с таким именем, спрашиваю я вас? «Нет», — скажете вы. «Нет», — сказал я.</p>
     <p>Но сначала я подумал о его закладной. Я знал, что после пожара он не сможет выплатить долг. И тогда я нашел хитрого, не болтливого и прижимистого ростовщика и оформил передачу ему закладной. Я оставался в тени, но через своего агента добился лишения права отсрочки платежа, и Джону Клэверхаузу было дано несколько дней (не больше, поверьте мне, чем разрешено по закону) на то, чтобы вывезти пожитки из дома. Тут я вышел посмотреть, как он воспримет это, ведь он прожил здесь лет двадцать. Но когда он увидел меня, его круглые глаза блестели, а лицо сияло, как полная луна в ясную погоду.</p>
     <p>— Ха-ха-ха! — смеялся он. — Ну и смешной же постреленок, этот мой младший! Слышали вы когда-нибудь что-либо подобное? Погодите, я вам расскажу. Он играл там, внизу у речки, как вдруг кусок берега обвалился, бултыхнулся в воду и забрызгал мальчонку. Он кричит: «Папа, большая-пребольшая лужа выскочила из воды и облила меня!»</p>
     <p>Он замолк, ожидая, что я тоже присоединюсь к этому отвратительному ликованию.</p>
     <p>— Я не вижу в этом ничего смешного, — отрезал я с кислым видом.</p>
     <p>Он удивленно поглядел на меня, и потом все пошло в том же порядке — сверкание, сияние, пока все его лицо не засветилось мягким и теплым светом, как луна в летнюю ночь, — и он опять расхохотался.</p>
     <p>— Ха-ха-ха! Но ведь это очень смешно! Неужели вы не понимаете? Хе-хе-хе! Хо-хо-хо! До него не дошло! Да нет, вы только послушайте. Вы понимаете, лужа…</p>
     <p>Но я повернулся и ушел. Это было последней каплей, переполнившей чашу терпения. «Пора кончать, — подумал я, — будь он трижды проклят! Ему не место на земле!» И, поднимаясь по склону холма, я слышал его гнусный смех, отражавшийся от небес.</p>
     <p>Я горжусь своим умением обделывать делишки ловко и аккуратно. Решив убить Джона Клэверхауза, я имел в виду сделать, это так, чтобы потом мне не пришлось стыдиться, вспоминая о содеянном. Я ненавижу грубую работу или жестокость. Мне претит просто так взять и ударить человека голым кулаком. Брр! Это отвратительно! Застрелить, зарезать или прибить Джона Клэверхауза (о, эта фамилия!) — все эти способы были не для меня. Я должен был убить его не только ловко и искусно, но и так, чтобы на меня не пало ни малейшего подозрения.</p>
     <p>Приняв решение, я стал усиленно шевелить мозгами. Неделя глубочайшего обдумывания, и план был готов. Потом я приступил к его выполнению. Я купил спаньеля-водолаза, пятимесячную сучку, и целиком посвятил себя ее обучению. Если бы кто-нибудь следил за мной, то он мог бы заметить, что я учил ее лишь одному: находить и подавать брошенную вещь. Я учил собаку, которую назвал Беллоной,<a l:href="#n_699" type="note">[699]</a> приносить палки, которые я швырял в воду, и не просто приносить, а приносить сразу, не жуя их и не играя с ними. Цель заключалась в том, чтобы она, не смущаясь никакими обстоятельствами, приносила палку как можно быстрее. Я убегал прочь и заставлял ее с палкой в зубах догонять меня. Собака оказалась понятливой и принимала участие в этой игре с такой охотой, что вскоре я уже был удовлетворен.</p>
     <p>После этого я при первом же удобном случае подарил Беллону Джону Клэверхаузу. Я знал, что делал, так как мне была известна его маленькая слабость, страстишка, которой он предавался постоянно и неистово.</p>
     <p>— Нет, — сказал он, когда я вложил конец веревки ему в руку. — Нет, неужели вы всерьез?</p>
     <p>Он разинул рот, а потом осклабился во все свое проклятое лунообразное лицо.</p>
     <p>— А… а мне казалось, что вы меня недолюбливаете, — пояснил он. — Ну, не смешно ли с моей стороны так ошибаться? — И при этой мысли он принялся хохотать, держась за бока. — Как ее зовут? — умудрился он выдавить из себя между двумя приступами веселья.</p>
     <p>— Беллона, — сказал я.</p>
     <p>— Хи-хи-хи! — захихикал он. — Какая смешная кличка!</p>
     <p>Новый взрыв веселья привел меня в неистовство, я заскрежетал зубами и процедил сквозь них:</p>
     <p>— Как вам известно, она была женой Марса.</p>
     <p>Тут лицо его снова засияло, как полная луна, и его прорвало:</p>
     <p>— Так вы говорите о том псе, который был у меня до нее? Выходит, она теперь вдова. Ох-хо-хо-хо! Эх-хе-хе-хе!</p>
     <p>Я повернулся и быстро побежал через холм, а он гоготал мне вслед.</p>
     <p>Неделю спустя, в субботу вечером, я спросил его:</p>
     <p>— Вы уезжаете в понедельник?</p>
     <p>Он кивнул и ухмыльнулся.</p>
     <p>— Значит, у вас уже не будет случая половить форель, которую вы так «обожаете».</p>
     <p>Он не заметил насмешки.</p>
     <p>— Отчего же, — кудахтал он, — как раз завтра я собираюсь порыбачить вволю.</p>
     <p>Эти слова окончательно убедили меня, что мой план близок к осуществлению, и я вернулся домой вне себя от возбуждения.</p>
     <p>На следующий день ранним утром я увидел, как он прошел мимо моего дома с сачком и рогожным мешком. У ног его трусила Беллона. Зная, куда он направился, я, крадучись, проскочил луг позади дома и через заросли поднялся на гору. Стараясь не попасться на глаза, я прошел по гребню мили две и спустился к естественному амфитеатру, образованному холмами, туда, где из узкого ущелья выбегает речка, и остановился перевести дух у большой и спокойной заводи. Здесь! Я уселся на вершине холма, откуда мог наблюдать все, что будет происходить, и закурил трубку.</p>
     <p>Прошло несколько минут, и, бредя вверх по течению речушки, появился Джон Клэверхауз. Беллона бежала рядом. Оба они были в прекрасном настроении, и в ее живой, отрывистый лай то и дело вплетались низкие, грудные ноты его голоса. Подойдя к заводи, он швырнул наземь сачок с мешком и достал из кармана брюк что-то похожее на длинную толстую свечку. Но я знал, что это динамитная палочка, ибо таков был его способ ловли форели. Он глушил ее взрывами. Бумажной тряпкой он накрепко привязал к палочке фитиль, зажег его и бросил взрывчатку в заводь.</p>
     <p>Беллона стремглав бросилась за ней в воду. Я чуть не вскрикнул от радости. Клэверхауз кричал ей, но она не слушалась. Он швырял в нее комья земли и камни, но она продолжала плыть, пока не схватила динамитную палочку, и только потом повернулась и поплыла к берегу. Тут он впервые понял грозившую ему опасность и побежал. Как было предусмотрено и запланировано мною, она выбралась на берег и помчалась следом за ним. Вот это, скажу я вам, было зрелище! Как я уже говорил, вокруг заводи было нечто вроде амфитеатра. Выше и ниже нее были набросаны камни для перехода через речку. Клэверхауз и Беллона, прыгая с камня на камень, делали все новые и новые круги вокруг заводи. Никогда бы не подумал, что такой неуклюжий человек способен бежать с такой быстротой. Но, несмотря на всю свою резвость, от Беллоны он не ушел. Он несся во весь опор, но собака догнала его, ткнулась носом ему в ноги, и в тот же момент сверкнула яркая вспышка, появился дымок, раздался страшный взрыв, и на том месте, где только что были человек и собака, не осталось ничего, кроме большой воронки.</p>
     <p>«Смерть от несчастного случая во время незаконной рыбной ловли». Таково было заключение следователя. Теперь я могу гордиться тем ловким и искусным способом, с помощью которого я прикончил Джона Клэверхауза. Чистая работа, никакой жестокости, во всей операции не было ничего такого, за что потом можно было бы краснеть, и я уверен, что вы согласитесь со мной. И его проклятый смех больше не разносится по холмам, и его жирное лунообразное лицо больше не стоит перед глазами и не приводит меня в ярость. Теперь дни мои протекают мирно, а по ночам я сплю как убитый.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Рассказ укротителя леопардов</p>
     </title>
     <p>Взгляд у него был мечтательный, отсутствующий, а в его печальном и в то же время настойчивом голосе, нежном, как у девушки, казалось, звучала какая-то безмятежная, затаенная меланхолия. Он был укротителем леопардов, но по его внешнему облику сказать этого было нельзя. Его основное занятие в жизни, где бы он ни жил, заключалось в том, что он на глазах у многочисленных зрителей входил в клетку с леопардами и вызывал у публики нервную дрожь своими дерзкими трюками, за которые его хозяева платили ему тем больше, чем больше страха он нагонял на зрителей.</p>
     <p>Как я уже говорил, с виду он никак не был похож на укротителя. Он был узок в плечах и бедрах, анемичен и погружен не то чтобы в уныние, а скорее в легкую и приятную грусть, которая, по-видимому, совсем не тяготила его. Целый час я пытался выудить у него что-нибудь интересное, но он, казалось, был лишен воображения. Он не видел в своей замечательной профессии ни романтики, ни подвигов, ни ужасов… ничего, кроме будничного однообразия и бесконечной скуки.</p>
     <p>Львы? Да, он укрощал их. Это пустяки. Не надо только входить к ним в пьяном виде. Любой человек может осадить льва с помощью простой палки. Однажды он укротил льва за полчаса. Бейте его по носу всякий раз, когда он изготовится для прыжка, а если он схитрит и захочет броситься с опущенной головой, что ж, выставьте вперед ногу. А когда он попытается схватить вас за ногу, уберите ее и снова бейте по носу. Вот и все.</p>
     <p>Все с той же отрешенностью в глазах, продолжая говорить все так же мягко и тихо, он однажды показал мне свои шрамы. Их было немало, самый свежий был на плече, которое тигрица прокусила до кости. Я заметил на его куртке тщательно заштопанные дыры. Его правая рука до самого локтя выглядела так, словно ее пропустили через молотилку, клыки и когти не оставили на ней живого места. Но это пустяки, сказал он, только вот старые раны немного беспокоят в дождливую погоду.</p>
     <p>Вдруг он что-то вспомнил, и лицо его прояснилось, потому что он и в самом деле так же горячо хотел рассказать мне что-нибудь интересное, как и я услышать его рассказ.</p>
     <p>— Вы, наверное, слышали об укротителе львов, которого ненавидел один человек? — спросил он.</p>
     <p>Укротитель замолчал и задумчиво поглядел на больного льва, сидевшего в клетке напротив.</p>
     <p>— У него болят зубы… — пояснил он. — Так вот лучшим номером этого укротителя было, когда он засовывал голову в пасть ко льву. Человек, который ненавидел его, посещал каждое представление в надежде когда-нибудь увидеть, как лев сомкнет челюсти. Он ездил за цирком по всей стране. Годы шли, он постарел, постарел укротитель львов, состарился и лев. И вот однажды, сидя в первом ряду, он увидел то, что ожидал. Лев сомкнул челюсти, и доктора звать не потребовалось.</p>
     <p>Укротитель леопардов мельком посмотрел на свои ногти, и взгляд этот можно было бы назвать критичным, если бы он не был таким грустным.</p>
     <p>— Вот это, я считаю, терпение, — продолжал он, — у меня такой же характер. Но я знал одного парня, у которого был совсем иной нрав. Это был маленький, тощий, плюгавый французик, шпагоглотатель и жонглер. Де Виль — так он называл себя. И у него была хорошенькая жена. Она работала на трапеции и прыгала из-под купола на сетку, делая на лету сальто. Красивый номер!</p>
     <p>Де Виль был горяч и скор на расправу, как тигр. Однажды, когда инспектор манежа обозвал его то ли лягушатником, то ли еще чем похуже, француз толкнул его к щиту из мягких сосновых досок, в который метал ножи, и, не дав тому опомниться, тут же на глазах у всех стал с необычайной быстротой метать ножи, вгоняя их в дерево так близко к телу, что они пронзали одежду и прихватывали кожу.</p>
     <p>Клоунам пришлось потом вытаскивать ножи, чтобы освободить инспектора. После этого стали поговаривать о том, что Де Виля надо остерегаться, и с его женой все были только вежливы, никто не осмеливался оказывать ей больших знаков внимания. А она была лукавая штучка и сама не прочь поразвлечься, да только все боялись Де Виля.</p>
     <p>Но был в цирке один человек по имени Уоллес, так тот ничего не боялся. Он был укротителем львов, и у него был тот же самый номер с засовыванием головы в львиную пасть. Он мог бы засунуть свою голову в пасть любому льву, но предпочитал проделывать этот номер с Августом, огромным добродушным животным, на которого можно было всегда положиться.</p>
     <p>Как я уже говорил, Уоллес (мы звали его «король Уоллес») не боялся ничего и никого на свете. Это был настоящий король. Я видел, как он, выпивши, на пари вошел в клетку к разозлившемуся льву и без всякой палки выбил из него дурь. Колотил его кулаком по носу, вот и все.</p>
     <p>Мадам Де Виль…</p>
     <p>Позади нас раздался рев, и укротитель леопардов спокойно обернулся. Там была перегороженная пополам клетка, и обезьяна, сидевшая в одном из отделений, просунула лапу сквозь решетку в другую клетку. Большой серый волк схватил ее за лапу и стал тянуть что было сил. Лапа растягивалась все больше и больше, словно она была из толстой резины, а другие обезьяны подняли страшный шум. Поблизости не было ни одного служителя, и укротитель леопардов, шагнув к клетке, резко ударил по волчьему носу легкой тросточкой, которая была у него в руке, потом, грустно улыбаясь, вернулся на место и завершил начатую фразу, будто его и не перебивали.</p>
     <p>— …поглядывала на короля Уоллеса, король Уоллес поглядывал на нее, а Де Виль ходил с мрачным видом. Мы предупредили Уоллеса, но куда там… Он посмеялся над нами, как посмеялся однажды над Де Вилем, нахлобучив ему на голову, когда тот полез драться, ведро с клейстером.</p>
     <p>Де Виль был тогда в хорошеньком состоянии (я помогал ему чиститься), но при этом и глазом не моргнул. И ни одной угрозы. Но я заметил в глазах его тот же огонь, который мне часто приходилось наблюдать в глазах у диких животных, и решил вмешаться не в свое дело и в последний раз предупредить Уоллеса. Тот рассмеялся, но после этого уже не так часто поглядывал в сторону мадам Де Виль.</p>
     <p>Прошло несколько месяцев. Ничего не случилось, и я стал уже думать, что бояться нечего. В то время мы путешествовали по Западу и выступали во Фриско. Во время дневного представления, когда большой шатер заполнили женщины и дети, я отправился разыскивать шапитмейстера Реда Дэнни, который куда-то делся вместе с моим карманным ножом.</p>
     <p>Проходя мимо одной из костюмерных палаток, я заглянул туда сквозь дырку в брезенте, надеясь увидеть Реда Дэнни. Его там не было, но зато прямо перед собой рядом с клеткой со львами я увидел короля Уоллеса уже в трико, ожидавшего своего выхода. Он с великим удовольствием наблюдал за ссорой двух воздушных гимнастов. Все, находившиеся в костюмерной палатке, глазели на ссорившихся, за исключением Де Виля, который, как я заметил, смотрел на Уоллеса с нескрываемой ненавистью. Уоллес и все остальные были слишком увлечены ссорой, чтобы обратить внимание на Де Виля и на то, что произошло.</p>
     <p>Но я сквозь дыру в брезенте видел все. Де Виль вынул из кармана платок, как бы для того, чтобы стереть с лица пот (был жаркий день), и прошел за спиной у Уоллеса. Он не остановился, а только встряхнул платком и направился к выходу. На пороге он обернулся и бросил быстрый взгляд на Уоллеса. Этот взгляд встревожил меня, ибо я увидел в нем не только ненависть, но и торжество.</p>
     <p>«Надо проследить за Де Вилем», — сказал я себе и вздохнул с облегчением, когда увидел, что он вышел из цирка, сел в трамвай и поехал к центру города. Спустя несколько минут я уже был в большом шатре, где нашел Реда Дэнни. На арене выступал король Уоллес, который привел зрителей в совершеннейший восторг. У него было скверное настроение, и он дразнил львов до тех пор, пока они все не стали рычать, все, кроме Августа, который был слишком толст, ленив и стар, чтобы приходить в раздражение из-за чего бы то ни было.</p>
     <p>Наконец Уоллес щелкнул старого льва бичом по коленям и заставил его изготовиться для исполнения номера. Старый Август, добродушно моргая, открыл пасть, и Уоллес засунул туда свою голову. Потом челюсти сомкнулись, вот так…</p>
     <p>На губах укротителя леопардов появилась приятная грустная улыбка, а в глазах отсутствующее выражение.</p>
     <p>— И королю Уоллесу пришел конец, — продолжал он печальным, тихим голосом. — Когда паника улеглась, я улучил момент, наклонился и понюхал голову Уоллеса. И тут я чихнул.</p>
     <p>— Это… это был?.. — спросил я, еле сдерживая нетерпение.</p>
     <p>— Нюхательный табак, который Де Виль насыпал ему в волосы в костюмерной палатке. Старый Август и не помышлял убивать Уоллеса. Он только чихнул.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Местный колорит</p>
     </title>
     <p>— Не понимаю, почему бы вам не использовать свой огромный запас сведений, — сказал я ему, — тем более что, не в пример большинству, у вас есть дар выражать свои мысли. Ваш стиль…</p>
     <p>— Подходит для газетных статей, — вежливо подсказал он.</p>
     <p>— Ну да. Вы могли бы неплохо зарабатывать.</p>
     <p>Он рассеянно сплел пальцы, пожал плечами и, видимо, не желая продолжать этот разговор, коротко ответил:</p>
     <p>— Я пробовал. Невыгодное занятие. Вот, например, один раз мне заплатили, и статья была напечатана, — добавил он, помолчав. — Но после этого меня в награду засадили на два месяца в Хобо.</p>
     <p>— Хобо? — переспросил я с недоумением.</p>
     <p>— Да, Хобо. — Подыскивая слово для определения, он машинально скользил глазами по корешкам томов Спенсера<a l:href="#n_700" type="note">[700]</a> на полке. — Хобо, дорогой мой, это название тех камер в городских и окружных тюрьмах, где содержатся бродяги, пьяницы, нищие, мелкие нарушители закона и прочие подонки общества. Само слово это, «хобо», довольно красивое и имеет свою историю. «Hautbois» — вот как оно звучит по-французски. «Haut» означает «высокий», a «bois» — «дерево». В английском языке оно превратилось в «hautboy» — гобой, деревянный духовой инструмент высокого тона. Помните, как сказано у Шекспира в «Генрихе IV»:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Футляр от гобоя был</v>
       <v>Просторным дворцом для него.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Но — обратите внимание, как поразительно вдруг меняется значение слова — по другую сторону океана, в Нью-Йорке, «hautboy» — «хо-бой», как произносят англичане, становится прозвищем для ночных метельщиков улиц. Возможно, что в этом до известной степени выразилось презрение к бродячим певцам и музыкантам. Ведь ночной метельщик — это пария, жалкий, всеми презираемый человек, стоящий вне касты. И вот в своем следующем воплощении это слово — последовательно и логически — уже относится к бездомному американцу, бродяге. Но в то время как другие исказили лишь смысл слова, бродяга изуродовал и его форму, и «хо-бой» превратился в «хобо». И теперь громадные каменные и кирпичные камеры с двух- и трехъярусными нарами, куда закон имеет обыкновение заточать бродяг, называют «хобо». Любопытно, не правда ли?</p>
     <p>Я сидел, слушал и в душе восхищался этим человеком с энциклопедическим умом, этим обыкновенным бродягой, Лейтом Клэй-Рэндолфом, который чувствовал себя у меня в кабинете как дома, очаровывал гостей, собиравшихся за моим скромным столом, затмевал меня блеском своего ума и изысканными манерами, тратил мои карманные деньги, курил мои лучшие сигары, выбирал себе галстуки я запонки из моего гардероба, проявляя при этом самый изощренный и требовательный вкус.</p>
     <p>Он медленно подошел к книжным полкам и раскрыл книгу Лориа<a l:href="#n_701" type="note">[701]</a> «Экономические основы общества».</p>
     <p>— Я люблю беседовать с вами, — сказал он. — Вы достаточно образованны, много читали, а ваше «экономическое толкование» истории, как вы это называете, — это было сказано с насмешкой, — помогает вам выработать философский взгляд на жизнь. Но ваши социологические теории страдают из-за отсутствия у вас практических знаний. Вот я знаком с литературой — извините меня— побольше, чем вы, но при этом знаю и жизнь. Я наблюдал ее в чистом виде, трогал руками, вкусил ее плоть и кровь и, будучи человеком мыслящим, не поддался ни страстям, ни предрассудкам. Все это необходимо для ясного понимания жизни, а как раз этого-то опыта вам и не хватает. А, вот по-настоящему интересное место. Послушайте!</p>
     <p>И он прочитал мне вслух отрывок из книги, которая была у него в руках, сопровождая текст, по своему обыкновению, критикой и комментариями, излагая смысл запутанных и тяжеловесных периодов, освещая со всех сторон трактуемую тему. Он приводил факты, мимо которых прошел, не заметив их, автор, подхватывал упущенную автором нить рассуждений, превращал контрасты в парадоксы, а парадоксы — в понятные и лаконично сформулированные истины, — короче, ярким блеском своего ума озарял скучные, сухие и туманные рассуждения автора.</p>
     <p>Много времени прошло с тех пор, как Лейт Клэй-Рэндолф (обратите внимание на эту двойную фамилию) постучался в дверь кухни Айдлвилда и растопил сердце Гунды. Гунда была так же холодна, как снег на ее родных норвежских горах, но иногда, немного оттаяв, позволяла какому-нибудь бродяге с приличной внешностью посидеть на заднем крыльце нашего дома и истребить все черствые корки и оставшиеся от обеда котлеты. Но то, что оборванцу, пришельцу из мрака ночи, удалось вторгнуться в священные пределы ее кухонного королевства и задержать обед, потому что она устраивала ему местечко в самом теплом углу, было таким неожиданным явлением, что даже Фиалочка пришла посмотреть. Ах, эта Фиалочка с ее нежным сердцем и всегдашней отзывчивостью! В течение пятнадцати долгих минут Лейт Клэй-Рэндолф пробовал на ней действие своих чар (я в это время размышлял, покуривая сигару), — и вот она порхнула ко мне в кабинет и в туманных выражениях заговорила о каком-то костюме, который я уже не ношу и который мне якобы больше не понадобится.</p>
     <p>— Да, да, конечно, он мне не нужен, — сказал я, имея в виду старый темно-серый костюм с отвисшими карманами, в которых я постоянно таскал книги — те книги, что не раз были причиной моих неудач в рыбной ловле.</p>
     <p>— Но я посоветовал бы тебе, дорогая, сначала починить карманы, — добавил я.</p>
     <p>Лицо Фиалочки вдруг омрачилось.</p>
     <p>Да нет же, — сказала она, — я говорила о черном костюме.</p>
     <p>— Как о черном? — Я не верил своим ушам. — Ведь я очень часто ношу его. Я даже собирался надеть его сегодня вечером.</p>
     <p>— У тебя есть еще два хороших костюма, лучше этого, и ты же знаешь, милый, что черный мне никогда не нравился, — поспешила добавить Фиалочка. — Кроме того, он уже лоснится и…</p>
     <p>— Лоснится?!</p>
     <p>— Ну, скоро залоснится, все равно. А этот человек, право, достоин уважения. Он такой симпатичный, так хорошо воспитан. Я уверена, что он…</p>
     <p>— Видал лучшие дни?</p>
     <p>— Вот именно. На улице сейчас ужасно холодно и сыро, а его одежда совсем изношена. У тебя ведь много костюмов…</p>
     <p>— Пять, — поправил я, — считая и темно-серый с отвисшими карманами.</p>
     <p>— А у него ни одного. И нет своего угла, нет ничего…</p>
     <p>— Нет даже Фиалочки, — сказал я, обнимая ее, — именно поэтому он достоин жалости и всяких даров. Отдай ему костюм, дорогая, или нет, постой, дай ему не черный, а мой самый лучший костюм. Надо же хоть чем-нибудь утешить беднягу.</p>
     <p>— Какой ты милый! — И Фиалочка, очаровательно улыбнувшись, пошла к двери. — Ты просто ангел!</p>
     <p>И это после семи лет супружеской жизни! Я все еще восторгался, когда она вернулась с робким и заискивающим выражением лица.</p>
     <p>— Знаешь… Я дала ему одну из твоих белых сорочек. На нем такая ужасная ситцевая рубашка, а в сочетании с твоим костюмом это будет выглядеть просто нелепо. И потом… его башмаки так стоптаны, пришлось дать ему твои старые с узкими носками…</p>
     <p>— Старые?!</p>
     <p>— Но ведь ты сам говорил, что они ужасно жмут.</p>
     <p>Фиалочка всегда сумеет найти оправдание своим поступкам.</p>
     <p>При таких обстоятельствах Лейт Клэй-Рэндолф впервые появился в Айдлвилде — и я понятия не имел, надолго ли это. И впоследствии я. никогда не знал, когда и надолго ли он появится у нас: он был подобен блуждающей комете. Иногда он приезжал, бодрый и опрятно одетый, от каких-то видных людей, с которыми был в таких же приятельских отношениях, как и со мной. Иногда, усталый и оборванный, он прокрадывался в дом по садовой дорожке, заросшей шиповником, явившись откуда-то из Монтаны или из Мексики. А когда страсть к бродяжничеству снова овладевала им, он, ни с кем не простившись, исчезал в тот огромный таинственный мир, который называл «Дорогой».</p>
     <p>— Я не могу покинуть ваш дом, не поблагодарив вас за щедрость и доброту, — сказал он мне в тот вечер, когда впервые надел мой новый черный костюм.</p>
     <p>А я, признаюсь, был поражен, когда, оторвавшись от газеты, увидел перед собой очень приличного, интеллигентного джентльмена, который держал себя непринужденно и с достоинством. Фиалочка была права. Он, конечно, знал лучшие дни, если черный костюм и белая сорочка могли так преобразить его. Я невольно поднялся с кресла, чтобы приветствовать его как равного. Именно тогда я впервые поддался чарам Лейта Клэй-Рэндолфа. Он ночевал в Айдлвилде и в ту ночь и в следующую, он провел у нас много дней и ночей. Этого человека нельзя было не полюбить. Сын Анака, Руфус Голубоглазый, известный также под плебейским прозвищем «Малыш», носился с ним по дорожке, заросшей шиповником, до самого дальнего конца сада, играл в индейцев, с дикими воплями скальпируя Лейта в углу сеновала, а однажды, с чисто фарисейским рвением, хотел даже распять его на чердачной балке. Уже за одну дружбу с Сыном Анака Фиалочка должна была бы полюбить Лейта, если бы давно не полюбила его за другие достоинства. Что касается меня, то пусть скажет вам Фиалочка, как часто в дни его отсутствия я задавал себе вопрос, когда же вернется Лейт, наш любимый Лейт.</p>
     <p>И все же мы по-прежнему ничего не знали об этом человеке. Нам было лишь известно, что он родился в Кентукки. Его прошлое было покрыто тайной, и он никогда не говорил о нем. Он гордился тем, что рассудок его никогда не поддавался влиянию чувств. Мир представлялся ему рядом неразрешенных загадок. Как-то раз, когда он бегал вокруг дома, держа на плечах Сына Анака, я попытался уличить его в искреннем проявлении чувств и поставил ему это на вид. Но он возражал: разве, испытывая физическое удовольствие от близости ребенка, не разгадываешь одну из загадок жизни?</p>
     <p>Он и сам был для нас загадкой. Часто в беседах он мешал неизвестный нам воровской жаргон с трудными техническими терминами; он то казался типичным преступником по разговору, выражению лица и манерам, то вдруг перед нами появлялся культурный и благовоспитанный джентльмен, философ или ученый. Иногда в нем пробуждались какие-то порывы искренности, настоящего чувства, но они исчезали раньше, чем я мог их уловить. Иногда мне казалось, что он постоянно носит маску, и только по легким признакам под ней угадывался тот человек, каким Лейт был раньше. Но маска никогда не снималась, и подлинного Лейта мы не знали.</p>
     <p>— Как же это случилось, что вы получили два месяца тюрьмы за попытку приобщиться к журналистике? — спросил я. — Оставьте Лориа в покое и расскажите.</p>
     <p>— Что ж, если вы настаиваете…</p>
     <p>Он сел, положив ногу на ногу, и с усмешкой начал:</p>
     <p>— В городе, который я не назову, в чудесном, красивом городе с населением в пятьдесят тысяч, где мужчины становятся рабами ради денег, а женщины — ради нарядов, мне раз пришла в голову одна идея. Я имел еще тогда приличный вид, но карманы мои были пусты. И вот я вспомнил одну свою статью, в которой Когда-то пытался примирить Канта со Спенсером. Конечно, вряд ли это было возможно, но… область научной сатиры…</p>
     <p>Я с нетерпением махнул рукой, он прервал свои рассуждения.</p>
     <p>— Я просто хотел описать мое умственное состояние в то время, чтобы вам стало ясно, чем был вызван мой поступок, — объяснил он. — Итак, в мозгу у меня родилась идея написать статью в газету. Но какую тему может выбрать бродяга? «О непримиримости противоречий между Полицейским и Бродягой», например. Я отправился в редакцию газеты. Лифт вознес меня к небесам, где цербер в лице анемичного юноши-курьера охранял двери редакции. Взглянув на него, я сразу понял: у этого мальчишки-ирландца, во-первых, туберкулез, во-вторых, он обладает огромной силой воли и энергией, в-третьих, жить ему осталось не больше года.</p>
     <p>— Бледнолицый юноша, — сказал я, — молю тебя, укажи мне путь в «святая святых», к его редакторскому величеству.</p>
     <p>Он удостоил меня только презрительным взглядом и с бесконечной скукой в голосе произнес:</p>
     <p>— Если вы насчет газа, обратитесь к швейцару. Эти дела нас не касаются.</p>
     <p>— Нет, моя белоснежная лилия, мне нужен редактор.</p>
     <p>— Какой редактор? — огрызнулся он, как молодой бультерьер. — Театральный? Спортивный? Светской хроники? Воскресного выпуска? Еженедельника? Ежедневника? Отдела местных новостей? Отдела телеграмм? Какой редактор вам нужен?</p>
     <p>Этого я и сам не знал. И потому на всякий случай торжественно объявил:</p>
     <p>— Самый главный.</p>
     <p>— Ах, Спарго! — фыркнул он.</p>
     <p>— Конечно, Спарго, — убежденно ответил я. — А кто же еще?</p>
     <p>— Давайте вашу карточку, — сказал он.</p>
     <p>— Какую такую карточку?</p>
     <p>— Визитную карточку. Постойте, да вы по какому делу?</p>
     <p>И анемичный цербер смерил меня таким наглым взглядом, что я, протянув руку, приподнял его со стула и легонько постучал по его впалой груди, чем вызвал слабый астматический кашель. Но он продолжал смотреть на меня не мигая, с задором воробья, зажатого в руке.</p>
     <p>— Я посол Времени, — загудел я могильным голосом. — Берегись, не то тебе придется плохо.</p>
     <p>— Ах, как страшно! — презрительно усмехнулся он.</p>
     <p>Тогда я ударил посильнее. Он задохнулся и побагровел.</p>
     <p>— Ну, что вам нужно? — прошипел он, переводя дух.</p>
     <p>— Мне нужен Спарго. Единственный в своем роде Спарго.</p>
     <p>— Тогда отпустите меня. Я пойду доложить.</p>
     <p>— Нет, мой дорогой. — Я взял его мертвой хваткой за воротник. — Меня не проведешь, понятно? Я пойду с тобой.</p>
     <p>Лейт с минуту задумчиво созерцал длинный столбик пепла на своей сигаре, потом повернулся ко мне.</p>
     <p>— Ах, Анак, вы не знаете, какое это наслаждение разыгрывать шута и грубияна. Правда, у вас-то, наверно, ничего бы не вышло, если бы вы и попробовали. Ваше пристрастие к жалким условностям и чопорные понятия о приличии никогда не позволят вам дать волю любому своему капризу, дурачиться, не боясь последствий. Конечно, на это способен лишь человек другого склада, не почтенный семьянин и гражданин, уважающий закон.</p>
     <p>Но вернемся к моему рассказу. Мне удалось наконец узреть самого Спарго. Этот огромный, жирный и краснолицый субъект с массивной челюстью и двойным подбородком сидел, обливаясь потом (был август), за своим письменным столом. Когда я вошел, он разговаривал с кем-то по телефону, или, точнее, ругался, но успел окинуть меня внимательным взглядом. Повесив трубку, он выжидательно повернулся ко мне.</p>
     <p>— Вы, я вижу, много работаете, — сказал я.</p>
     <p>Он кивнул головой, ожидая, что будет дальше.</p>
     <p>— А стоит ли? — продолжал я. — Что это за жизнь, если вам приходится работать в поте лица? Что за радость так потеть? Вот посмотрите на меня. Я не сею, не жну…</p>
     <p>— Кто вы такой? Что вам надо? — внезапно прорычал он, огрызаясь, как пес, у которого хотят отнять кость.</p>
     <p>— Весьма уместный вопрос, сэр, — признал я. — Прежде всего я человек; затем — угнетенный американский гражданин. Бог не покарал меня ни специальностью, ни профессией, ни видами на будущее. Подобно Исаву,<a l:href="#n_702" type="note">[702]</a> я лишен чечевичной похлебки. Мой дом — весь мир, а небо заменяет мне крышу над головой. У меня нет собственности, я санкюлот,<a l:href="#n_703" type="note">[703]</a> пролетарий, или, выражаясь простыми словами, доступными вашему пониманию, — бродяга.</p>
     <p>— Что за черт!..</p>
     <p>— Да, дорогой сэр, бродяга — то есть человек, идущий путями непроторенными, отдыхающий в самых неожиданных и разнообразных местах…</p>
     <p>— Довольно! — заорал он. — Что вам нужно?</p>
     <p>— Мне нужны деньги.</p>
     <p>Он вздрогнул и нагнулся к открытому ящику, где, должно быть, хранил револьвер. Но затем опомнился и зарычал:</p>
     <p>— Здесь не банк.</p>
     <p>— А у меня нет чека, чтобы предъявить к оплате. Но, сэр, зато у меня есть одна идея, которую с вашего позволения и при вашей любезной помощи я могу превратить в деньги. Короче говоря, как вам улыбается статья о бродягах, написанная живым, настоящим бродягой? Жаждут ли подобной статьи ваши читатели? Домогаются ли они ее? Могут ли они обойтись без нее?</p>
     <p>На. мгновение мне показалось, что его хватит апоплексический удар, но он быстро взял себя в руки и заявил, что ему даже нравится мое нахальство. Я поблагодарил и поспешил заверить его, что мне самому оно тоже нравится. Тогда он предложил мне сигару и сказал, что, пожалуй, со мной стоит иметь дело.</p>
     <p>— Но учтите, — сказал он, сунув мне в руки пачку бумаги и карандаш, который вытащил из жилетного кармана, — учтите, я не потерплю в своей газете никакой возвышенной философии и разных там заумных рассуждений, к которым у вас, я вижу, есть склонность. Дайте местный колорит, прибавьте, пожалуй, сентиментальности, но без выкриков о политической экономии, социальных слоях и прочей чепухе. Статья должна быть деловой, острой, с перцем, с изюминкой, сжатой, интересной, — поняли?</p>
     <p>Я понял и немедленно занял у него доллар.</p>
     <p>— Не забудьте про местный колорит! — крикнул он мне вдогонку, когда я был уже за дверью.</p>
     <p>И вот, Анак, именно местный колорит меня и погубил.</p>
     <p>Анемичный цербер ухмыльнулся, увидев, что я направляюсь к лифту.</p>
     <p>— Что, выгнали в шею?</p>
     <p>— Нет, бледнолицый юноша, нет! — сказал я, с триумфом помахивая пачкой бумаги. — Не выгнали, а дали заказ. Месяца через три я буду здесь заведовать отделом хроники и тогда тебя выгоню в Три шеи.</p>
     <p>Лифт остановился этажом ниже, чтобы захватить двух девиц, и тогда этот парень подошел к перилам и попросту, без лишних слов, послал меня к чертовой матери. Впрочем, мне понравился этот юноша. Он обладал мужеством и бесстрашием и знал не хуже меня, что смерть скоро схватит его костлявыми руками.</p>
     <p>— Но как вы могли, Лейт, — воскликнул я, представляя себе этого чахоточного мальчика, — как вы могли так варварски обойтись с ним?</p>
     <p>Лейт сухо засмеялся.</p>
     <p>— Мой дорогой, сколько раз я должен объяснять вам, в чем ваша слабость? Над вами тяготеет ортодоксальная сентиментальность и шаблонные эмоции. И кроме того — ваш темперамент! Вы просто не способны судить здраво. Что такое этот бледнолицый цербер? Угасающая искра, жалкая пылинка, слабый, умирающий организм. Один щелчок, одно дуновение — и нет его. Ведь это только пешка в великой игре, которая называется жизнью. Он даже не загадка. Как нет никакой загадки в мертворожденном ребенке, так нет ее и в умирающем. Их все равно что не было на земле. И мой цербер так же мало значит. Да, кстати о загадках…</p>
     <p>— А что же местный колорит? — напомнил я ему.</p>
     <p>— Да, да, — ответил он, — не позволяйте мне отвлекаться. Итак, я принес бумагу на товарную станцию (это ради местного колорита), уселся, свесив ноги, на лесенке товарного вагона и начал строчить. Конечно, я постарался написать статью с блеском, с остроумием, сдобрил ее неопровержимыми нападками на городскую администрацию и моими обычными парадоксами на социальные темы, достаточно конкретными, чтобы взбудоражить среднего читателя. С точки зрения бродяги, полиция этого города никуда не годилась, и я решил открыть глаза добрым людям. Ведь легко доказать чисто математически, что обществу обходятся гораздо дороже аресты, суд и тюремное заключение бродяг, чем обходилось бы содержание их в качестве гостей в течение такого же срока в лучшем городском отеле. Я приводил цифры и факты, указывая, какие средства тратятся на жалованье полиции, на проездные расходы, судебные и тюремные издержки. Мои доводы были чрезвычайно убедительны. И ведь это была чистая правда. Я излагал их с легким юмором, который не только вызывал смех, но и больно жалил. Основное обвинение, которое я выдвигал против существующей системы, заключалось в том, что власти обжуливают и грабят бродяг. На те большие деньги, которые общество тратит, чтобы изъять их из своей среды, они могли бы купаться в роскоши, вместо того чтобы прозябать за тюремной решеткой. Я доказывал цифрами, что бродяга мог бы не только жить в лучшем отеле, но и курить двадцатипятицентовые сигары и позволить себе ежедневную чистку ботинок за десять центов, — и все это стоило бы налогоплательщикам меньше, чем его пребывание в тюрьме. И, как доказали последующие события, именно эти доводы более всего взволновали налогоплательщиков.</p>
     <p>Одного из полицейских я списал прямо с натуры; не забыл упомянуть и некоего Сола Гленхарта, самого гнусного полицейского судью на всем нашем материке (этот вывод я сделал на основании обширного материала). Он был хорошо известен всем местным бродягам, а его гражданские «доблести» были не только небезызвестны, но вызывали бурное негодование в массах городского населения. Конечно, я не называл ни имен, ни мест и портрет судьи нарисовал в безличной, «собирательной» манере, однако не могло возникнуть никаких сомнений в конкретности его, ибо я сумел сохранить «местный колорит».</p>
     <p>Естественно, поскольку я сам был бродягой, моя статья в основном явилась горячим протестом против бесчеловечного обращения с нашим братом. Поразив налогоплательщиков до глубины души, или, вернее, до глубины их кошельков, я подготовил почву, а затем уже принялся бить на чувства. Поверьте мне, статья была написана прекрасно. А красноречие какое! Вот послушайте заключительную часть:</p>
     <p>«Скитаясь по дорогам под недремлющим оком Закона, мы никогда не забываем, что находимся за бортом, что наши пути никогда не сходятся с путями общества, что Закон относится к нам далеко не так, как он относится к другим людям. Бедные, заблудшие души, молящие о корке хлеба, мы сознаем нашу беспомощность и наше ничтожество. И вслед за одним многострадальным собратом по ту сторону океана мы можем лишь сказать: „Мы горды тем, что гордости не знаем“. Мы забыты людьми, забыты богом. О нас помнят только гарпии правосудия, которые превращают наши слезы и вздохи в блестящие, сверкающие доллары».</p>
     <p>Надо вам сказать, портрет судьи Сола Гленхарта вышел на славу. Сходство было поразительное, несомненное, и я не жалел фраз вроде: «эта жирная гарпия с крючковатым носом»; «этот греховодник, грабитель с большой дороги, одетый в судейский мундир»; «человек, зараженный нравами Тендерлойна,<a l:href="#n_704" type="note">[704]</a> человек, у которого чувства чести меньше, чем у воров», «он обделывает темные делишки вместе с акулами-стряпчими и заточает в вонючие камеры несчастных, которые не могут подкупить его», и прочее и прочее. Моя статья была написана слогом студента-второкурсника, слог этот никак не подошел бы для диссертации на тему «Прибавочная стоимость» или «Ошибки марксизма», но это то, что именно любит наша публика.</p>
     <p>— Гм! — буркнул Спарго, когда я сунул ему в руки мою статью. — Ну и быстрота. Вы работали, видно, бешеным аллюром, приятель.</p>
     <p>Я устремил гипнотизирующий взгляд на его жилетный карман, и он немедленно дал мне одну из своих превосходных сигар, которую я закурил, пока он пробегал мою статью. Два или три раза он бросил на меня испытующий взгляд, но ничего не сказал до тех пор, пока не кончил читать.</p>
     <p>— Бойкое у вас перо! Где вы работали раньше? — спросил он.</p>
     <p>— Это мой первый опыт. — Я притворно улыбнулся, дрыгая ногой и разыгрывая смущение.</p>
     <p>— Не врите. Какое жалованье вы потребуете?</p>
     <p>— Нет, нет, — Ответил я, — мне не нужно жалованья, сэр, благодарю покорно. Я свободный и обездоленный американский гражданин, и никогда никто не посмеет утверждать, что мое время принадлежит ему.</p>
     <p>— Кроме Закона, — хихикнул он.</p>
     <p>— Кроме Закона, — согласился я.</p>
     <p>— Откуда вы узнали, что я веду кампанию против местной полиции? — спросил он отрывисто.</p>
     <p>— Я этого не знал, но мне известно, что вы готовитесь к ней. Вчера утром одна сердобольная женщина подала мне три сухаря, огрызок сыра и кусок черствого шоколадного торта, причем все это было завернуто в последний номер «Клариона», где я заметил нечестивое ликование по поводу того, что кандидат в начальники полиции, которого поддерживает ваша газета «Каубелл», провалился. Из того же источника я узнал, что муниципальные выборы на носу, и сделал выводы. Появление нового и порядочного мэра повлечет за собой перемены в полиции, а значит, и появление нового начальника полиции, то есть кандидата «Каубелла». Следовательно, вашей газете пора выступить на сцену.</p>
     <p>Он встал, пожал мне руку и опустошил свой набитый сигарами жилетный карман. Я спрятал сигары, продолжая курить полученную прежде.</p>
     <p>— Вы мне подойдете! — сказал он восторженно. — Ваш материал будет нашим первым выстрелом. И вы еще немало таких выстрелов сделаете! Сколько лет я ищу такого человека, как вы! Поступайте к нам в редакцию.</p>
     <p>Но я отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Соглашайтесь! — энергично убеждал он меня. — Не ломайтесь! Для моей газеты вы нужный человек. Она жаждет вас, домогается, не может обойтись без вас. Ну как, решено?</p>
     <p>Так он долго наседал на меня, но я был тверд, как скала, и через полчаса Спарго сдался.</p>
     <p>— Помните, — сказал он, — если вы перемените свое решение, я всегда готов вас принять. Где бы вы ни были тогда — телеграфируйте, и я немедленно вышлю вам деньги на проезд.</p>
     <p>Я поблагодарил его и попросил уплатить за статью.</p>
     <p>— О, у нас существует строгий порядок, — сказал он. — Вы получите гонорар в первый четверг после того, как статья будет напечатана.</p>
     <p>— В таком случае мне придется пока попросить у вас…</p>
     <p>Он взглянул на меня и улыбнулся.</p>
     <p>— Лучше выдать сразу, а?</p>
     <p>— Конечно, — ответил я. — Предпочитаю получить наличными без всяких формальностей.</p>
     <p>Я получил тридцать долларов и отчалил, то есть удалился.</p>
     <p>— Бледнолицый юноша, — сказал я церберу, — вот теперь меня действительно вытурили. (Он слабо усмехнулся.) И, в знак моего искреннего уважения к тебе, получай… (его глаза сверкнули, и он торопливо поднял руку, чтобы предохранить голову от ожидаемого удара)… этот маленький подарок, на память.</p>
     <p>Я хотел сунуть ему в руку пятидолларовую монету, но он, как ни был ошеломлен, сумел проворно отдернуть руку.</p>
     <p>— Не надо мне этого дерьма! — огрызнулся он.</p>
     <p>— Теперь ты мне нравишься еще больше, — сказал я, добавляя еще пять долларов. — Ты просто молодец! Но тебе непременно придется принять деньги.</p>
     <p>Он отступил, ворча, но я обхватил его за шею и сунул десять долларов ему в карман. Однако едва лифт тронулся, обе монеты звякнули о крышу кабины и скатились в пролет. К счастью, дверь лифта не была закрыта, и я, протянув руку, успел поймать их. Мальчишка-лифтер выпучил глаза.</p>
     <p>— Это у меня такая привычка, — сказал я, кладя деньги в карман.</p>
     <p>— Какой-то тип уронил их сверху, — шепнул он, все еще не оправившись от изумления.</p>
     <p>— Возможно, — согласился я.</p>
     <p>— Давайте я верну их ему, — предложил он.</p>
     <p>— Глупости!</p>
     <p>— Лучше отдайте, — пригрозил он, — или я остановлю лифт.</p>
     <p>— Еще чего!</p>
     <p>Тут он действительно остановил лифт между этажами.</p>
     <p>— Молодой человек, — сказал я, — у тебя есть мать? (Он сразу стал серьезен, словно жалея о своей выходке; и тогда, чтобы окончательно убедить его, я с величайшей старательностью начал засучивать правый рукав.) Ты приготовился к смерти? (Я пригнулся, как бы готовясь к нападению.) Мгновение, одно короткое мгновение, отделяет тебя от вечности. (При этом я сжал правую руку в кулак и приподнял ногу.) Молодой человек, молодой человек, через тридцать секунд я вырву твое сердце из груди и услышу, как ты будешь вопить в аду.</p>
     <p>Это подействовало. Мальчишка быстро нажал кнопку, лифт полетел вниз, и я вмиг очутился на улице. Вы видите, Анак, я никак не могу отделаться от привычки везде оставлять о себе яркое воспоминание. Меня никогда не забывают…</p>
     <p>Не успел я дойти до угла, как услышал за собой знакомый голос.</p>
     <p>— Здорово, Пепел! Ты куда?</p>
     <p>Это был Чикаго Хват, — нас с ним вместе когда-то сняли с товарного поезда в Джеконсвилле. «Глаза пеплом засыпало, вот мы и не видали, как они подобрались», — объяснял он потом, и после этого случая за мной осталась кличка «Пепел».</p>
     <p>— На юг, — ответил я. — Как поживаешь, Хват?</p>
     <p>— Паршиво. Быки ощерились.</p>
     <p>— А где ребята?</p>
     <p>— В малине. Я провожу тебя.</p>
     <p>— Кто хозяин?</p>
     <p>— Я. И ты это запомни.</p>
     <p>Слова жаргона сыпались с губ Лейта, и мне пришлось прервать его.</p>
     <p>— Переведите, пожалуйста. Не забудьте, что я иностранец.</p>
     <p>— Ах, да, — весело ответил он. — Хват сказал, что ему не везет, потому что «быки», то есть полицейские, преследуют его. Я поинтересовался, где та банда, с которой он сейчас бродит, и он обещал проводить меня к ним. «Хозяин» — значит вожак банды. Хват претендовал на это звание. Итак, мы с Хватом подошли к опушке рощи за городом, где на берегу журчащего ручейка живописно расположилась группа здоровенных молодцов.</p>
     <p>— Эй, ребята, поднимайтесь! — обратился к ним Хват. — Я привел Пепла, надо оказать ему честь.</p>
     <p>Его слова означали, что следует немедленно отправиться в город и настрелять там денег, дабы достойно отпраздновать мое возвращение после целого года отсутствия. Но тут я вытащил свой гонорар, и Хват немедленно отрядил несколько человек за выпивкой. Честное слово, Анак, это была попойка, и по сей день памятная всем хобо. Просто удивительно, какое количество напитков можно купить на тридцать долларов, и столь же удивительно, какое количество пива, дешевого вина и виски могут выпить двадцать мужчин. Это была грандиозная оргия под открытым небом, настоящая картина первобытного свинства. Для меня есть что-то привлекательное в пьяном человеке; и если бы я стоял во главе какого-нибудь учебного заведения, я бы непременно учредил кафедру изучения психологии пьяниц, с обязательными практическими занятиями. Это дало бы больше, чем любые книги и лаборатории.</p>
     <p>Увы, мне не суждено было осуществить свою мечту, потому что спустя шестнадцать часов, то есть на следующее утро, вся наша компания была арестована превосходящими силами полиции и препровождена в тюрьму. После завтрака, часов в десять, всех нас, двадцать человек, приунывших и вялых, привели в суд. Здесь, в пурпурных судейских доспехах, восседал сам Сол Гленхарт, человек с крючковатым носом, как у наполеоновского орла, и маленькими блестящими глазками.</p>
     <p>— Джон Амброз! — выкрикнул клерк, и Чикаго Хват с ловкостью бывалого человека быстро вскочил.</p>
     <p>— Бродяжничество, ваша честь! — объяснил судебный пристав, и его честь, не удостоив арестованного и взглядом, буркнул:</p>
     <p>— Десять дней.</p>
     <p>Чикаго Хват сел.</p>
     <p>Судебная процедура продолжалась с точностью часового механизма: пятнадцать секунд на человека, четыре человека в минуту. Бродяги вставали и садились, как заводные манекены, клерк выкликал фамилии, пристав называл статью, судья изрекал приговор — и все. Просто, не правда ли? Красота!</p>
     <p>Чикаго Хват подтолкнул меня:</p>
     <p>— А ну, поговори с ними, Пепел. Ты ведь умеешь.</p>
     <p>Я отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Разыграй их, — настаивал он, — сочини что-нибудь! Ребятам это понравится. А потом сможешь носить нам табак, пока мы не выйдем на волю.</p>
     <p>— Клэй-Рэндолф! — выкрикнул клерк.</p>
     <p>Я встал, но в это время за судебным столом произошла какая-то заминка. Клерк что-то нашептывал судье, а пристав ехидно улыбался.</p>
     <p>— Вы, оказывается, журналист, мистер Рэндолф? — любезно спросил его честь.</p>
     <p>Этот вопрос застал меня врасплох, потому что в бурном ходе событий я уже успел забыть и «Каубелл» и свою статью, — и теперь увидел себя на краю ямы, которую сам себе вырыл.</p>
     <p>— Давай, давай, выкручивайся, — бормотал мне Хват.</p>
     <p>— Нет, все кончено, остается только горько плакать, — простонал я в ответ.</p>
     <p>Хват, ничего не знавший о моей статье, был очень удивлен.</p>
     <p>— И да и нет, ваша честь, — ответил я судье. — Немного пишу, когда удается получить работу.</p>
     <p>— Вы, насколько я знаю, проявляете большой интерес к местным делам. (Тут его честь взял со стола утренний выпуск «Каубелла» и пробежал глазами мою статью.) Колорит хорош, — заметил он, многозначительно поглядев на меня, — картины превосходны, написаны широкими мазками, в сарджентовской манере.<a l:href="#n_705" type="note">[705]</a> А вот этот… этот судья, которого вы описываете… Все взято из жизни, как я понимаю?</p>
     <p>— О, далеко не все, ваша честь, — ответил я. — Это так… собирательный образ… так сказать тип…</p>
     <p>— Но тут особенно чувствуется местный колорит, сэр, явно местный колорит.</p>
     <p>— Это уже прибавлено потом, — объяснил я.</p>
     <p>— Значит, этот судья не списан с натуры, как можно было бы думать?</p>
     <p>— Нет, ваша честь.</p>
     <p>— Ага! Значит, просто пример безнравственного судьи?</p>
     <p>— Более того, ваша честь, — храбро сказал я. — Это символическая фигура.</p>
     <p>— Которой впоследствии придали местный колорит? Ха! А разрешите полюбопытствовать, сколько вы получили за эту работу?</p>
     <p>— Тридцать долларов, ваша честь.</p>
     <p>— Гм, хорошо! — Его тон резко переменился. — Молодой человек, местный колорит — опасная вещь. Признаю вас виновным в злоупотреблении им и приговариваю к тридцати дням лишения свободы, которые могут быть заменены штрафом в тридцать долларов.</p>
     <p>— Увы! — сказал я. — Эти тридцать долларов я прокутил вчера.</p>
     <p>— Приговариваю еще к тридцати дням дополнительного заключения за растрату своего состояния. Следующее дело! — сказал его честь клерку.</p>
     <p>Хват был ошеломлен.</p>
     <p>— Вот так так! — прошептал он. — Ничего не понимаю! Все наши получили по десять дней, а ты шестьдесят. Вот так так!</p>
     <p>Лейт зажег спичку, раскурил потухшую сигару и открыл книгу, лежавшую у него на коленях.</p>
     <p>— Вернемся к прежнему разговору, — сказал он, — не находите ли вы, Анак, что, хотя Лориа разбирает особенно тщательно вопрос о распределении прибыли, тем не менее он упустил один важный фактор, а именно…</p>
     <p>— Да, — рассеянно сказал я, — да.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Любительский вечер</p>
     </title>
     <p>Мальчик-лифтер понимающе усмехнулся. Когда он поднимал девушку наверх, глаза ее блестели, на щеках пылал румянец. И таким едва сдерживаемым волнением веяло от всего ее молодого существа, что даже в тесной кабинке стало как-то теплее. А теперь, на обратном пути, в кабинке словно зима наступила. Блеск глаз и яркий румянец погасли. Она хмурилась, и, когда ему удавалось поймать ее взгляд, он видел, что серые глаза потемнели и смотрят холодно. О, он хорошо знал все эти признаки. Его не обманешь, он все видит насквозь. Ведь когда-нибудь он и сам непременно станет репортером, вот только подрастет немножко, а пока… пока он изучает поток жизни, который разливается из его кабинки по всем восемнадцати этажам огромного небоскреба. Он распахнул перед девушкой дверцу и сочувственным взглядом проследил, как она решительным шагом направляется к выходу.</p>
     <p>Во всей ее повадке чувствовалась сила — та сила, что дается близостью к земле и не так уж часто встречается на асфальте городских тротуаров. Но это была своеобразная, утонченная сила, придававшая всему облику девушки что-то мужественное, в то же время ничуть не лишая ее обаяния женственности. В этом сказалось доброе наследие предков. Искатели и борцы, люди немало поработавшие и головой и руками, — эти тени далекого прошлого, — подарили ей неутомимое тело и вложили в него деятельную и смелую душу.</p>
     <p>Но сейчас ее обидели, оскорбили.</p>
     <p>— Я заранее знаю все, что вы скажете, — вежливо, но твердо прервал ее многословное вступление редактор, кладя конец свиданию, на которое возлагалось так много надежд. — И вы сказали мне предостаточно, — продолжал он (с поразительным бессердечием, как казалось ей теперь, когда она припомнила весь разговор). — В газете вы никогда не работали. У вас нет ни опыта, ни сноровки. Вы, что называется, не набили себе руку. Вы получили среднее образование, а может быть даже окончили колледж или университет. По английскому языку у вас всегда были прекрасные отметки. Друзья в один голос твердят, что пишете вы великолепно, талантливо и так далее и тому подобное. И вот вы забрали себе в голову, что можете работать в газете, и требуете, чтобы я вас принял в штат. Но, к великому моему сожалению, вакансий у нас нет. Вы не знаете, сколько…</p>
     <p>— Но, если, как вы говорите, у вас нет вакансий, — прервала она, в свою очередь, — как же попали к вам те сотрудники, которые уже работают? И как мне тогда убедить вас, что я тоже могу работать не хуже прочих?</p>
     <p>— Они сумели доказать, что нужны редакции, — последовал краткий ответ. — Докажите и вы.</p>
     <p>— Но как же, если вы не даете мне случая?</p>
     <p>— Случай уж вам надо найти самой.</p>
     <p>— Но как же, как? — настаивала девушка, мысленно возмущаясь тупостью своего собеседника.</p>
     <p>— Как? Это уже дело ваше, — сказал в заключение редактор и поднялся, показывая, что разговор окончен. — Должен заметить, дорогая мисс, что на этой неделе у меня перебывало по крайней мере девиц восемнадцать, жаждущих, как и вы, работать в газете, и у меня, право, нет времени всем растолковывать «как». Ей богу же, в мои обязанности не входит читать курс лекций по журналистике.</p>
     <p>Она вскочила в шедший на окраину автобус и весь долгий путь думала о своем разговоре с редактором. «Но как же? Как?» — повторяла она, взбираясь на третий этаж, в меблированные комнаты, где жила вдвоем с сестрой. Хотя от предков, когда-то переселившихся из Шотландии, ее отделяло не одно поколение, в жилах ее все же текла их кровь, и она с чисто шотландским упорством старалась разрешить неразрешимый вопрос. Да и нельзя было медлить. Сестры Уаймен перебрались из захолустья в город, надеясь пробить себе дорогу. Земля Джона Уаймена была давно заложена и перезаложена. Неудачные коммерческие операции разорили фермера, и двум его дочерям, Эдне и Летти, пришлось самим заботиться о себе. Год преподавания в школе позволил им сколотить небольшую сумму денег — тот капитал, С которым они Двинулись на завоевание города, а вечерние занятия стенографией и машинописью вселяли веру в успех задуманного предприятия. Однако предприятие пока оборачивалось не слишком-то удачно. Казалось, весь город буквально наводнен неопытными стенографистками и машинистками, а сестрам, кроме своей неопытности, нечего было предложить. Втайне Эдна мечтала о журналистской карьере, но думала сначала поработать в конторе, чтобы оглядеться и решить, в какой именно области журналистики и в какой газете она применит свои таланты. Однако место в конторе все что-то не подвертывалось, скудный их капитал таял день ото дня, меж тем как плата за комнату не уменьшалась, а печка с прежней прожорливостью поглощала уголь. От сбережений почти уже ничего не оставалось.</p>
     <p>— А что, если тебе пойти к Максу Ирвину, Эдна? — предложила Летти, внимательно выслушав рассказ сестры. — Он известный журналист. Уж Ирвин-то, конечно, знает, как пробиться в газету, и даст тебе совет.</p>
     <p>— Но я ведь с ним совсем незнакома, — возразила Эдна.</p>
     <p>— А с редактором, к которому ты сегодня ходила, ты разве была знакома?</p>
     <p>— Н-да-а, — задумчиво протянула Эдна, — но это совсем другое.</p>
     <p>— Почему же другое? Ведь придется же тебе со временем интервьюировать незнакомых людей? — подзадоривала сестру Летти.</p>
     <p>— Пожалуй, ты права, — согласилась Эдна. — В самом деле, какая разница — интервьюировать мистера Макса Ирвина для какой-нибудь газеты или интервьюировать мистера Макса Ирвина лично для себя? К тому же это практика. Пойду посмотрю по справочнику его телефон и адрес.</p>
     <p>— Уверена, что я могла бы писать и писала бы неплохо, если бы только представился случай, — говорила она сестре минуту спустя. — Я чувствую, у меня есть эта жилка — ты понимаешь, что я имею в виду?</p>
     <p>Летти утвердительно кивнула.</p>
     <p>— Любопытно, какой он из себя? — произнесла она задумчиво.</p>
     <p>— Обещаю узнать и в двухдневный срок доложить тебе, — уверила ее Эдна.</p>
     <p>Летти захлопала в ладоши.</p>
     <p>— Вот это по-журналистски! А если ты сумеешь все проделать не в двухдневный срок, а за двадцать четыре часа, это будет просто замечательно!</p>
     <empty-line/>
     <p>— …Так что простите, если я вас побеспокоила, — добавила она, изложив свое дело прославленному военному корреспонденту и старому журналисту Максу Ирвину.</p>
     <p>— Какие пустяки, — отвечал он, отмахиваясь. — Если вы сами о себе не позаботитесь, кто же о вас позаботится? Я прекрасно понимаю ваши затруднения. Вы хотите, чтобы вас приняли в редакцию «Интеллидженсера», приняли немедленно, а опыта газетной работы у вас нет. Может быть, у вас имеются какие-нибудь влиятельные знакомства? В нашем городе есть с десяток людей, чья записка раскроет перед вами двери любой редакции, а остальное уж будет зависеть от вас самой. Например, сенатор Лонгбридж, Клаус Инскип — владелец всех трамвайных линий в городе, Лэйн, Мак-Чесни… — Он остановился, выжидая.</p>
     <p>— Я никого из них, к сожалению, не знаю, — сказала Эдна упавшим голосом.</p>
     <p>— Да этого и не требуется. Быть может, вы знаете кого-нибудь, кто с ними знаком? Или кого-нибудь, кто знаком с кем-нибудь из их знакомых?</p>
     <p>Эдна отрицательно покачала головой.</p>
     <p>— Тогда надо искать других путей, — продолжал журналист нарочито бодрым тоном. — Придется вам самой что-то предпринять. Что бы такое нам придумать?</p>
     <p>Он на мгновение закрыл глаза и наморщил лоб. А тем временем она разглядывала его, изучала его подвижные черты. Но вот голубые глаза широко раскрылись и лицо просияло.</p>
     <p>— Нашел! Хотя постойте-ка…</p>
     <p>И с минуту он, в свою очередь, разглядывал Эдну, — разглядывал так пристально, что краска, помимо воли, бросилась ей в лицо.</p>
     <p>— Думаю, что справитесь! Впрочем, поживем — увидим, — произнес он загадочно. — Во всяком случае это покажет, на что вы годитесь, и, кроме того, послужит лучшей рекомендацией для «Интеллидженсера», чем записки от всех сенаторов и миллионеров на свете. Придется вам выступить в любительском вечере на Кругу.</p>
     <p>— Я… я не совсем понимаю… — Предложение Ирвина ничего не говорило Эдне. — Что это за «Круг»? И какой такой «любительский вечер»?</p>
     <p>— Ах, да, я и забыл, что вы из провинции. Но тем лучше, если только у вас действительно есть журналистская хватка. Первые впечатления всегда непосредственны и потому живее, ярче, вернее. Круг — это увеселительное заведение на окраине города, возле парка. Там имеются всякие аттракционы: туристский вагон, колесо смеха, играет духовой оркестр, есть театр, зверинец, кинематограф и так далее и тому подобное. Простой народ ходит туда смотреть на зверей и развлекаться, а прочая публика развлекается, глядя, как и где развлекается простой народ. Словом, настоящее народное гуляние на свежем воздухе, где веселятся без затей, — вот что такое Круг.</p>
     <p>Но нас с вами сейчас интересует театр. Это варьете, один номер следует беспрерывно за другим — выступают фокусники, акробаты, гуттаперчевые люди, танцовщицы с факелами, имитаторы, певцы, музыканты, исполнители негритянских мелодий, интимных песенок и так далее. Все они профессионалы-эстрадники и живут этим. Многие даже прекрасно зарабатывают. У некоторых нет твердого ангажемента, и они выступают где придется — у Обермана, в «Орфее», «Альказаре», «Лувре». Другие совершают турне чуть ли не по всей стране. Словом, жизнь достаточно привольная и заработки неплохие, поэтому охотников находится немало.</p>
     <p>Так вот, администрация Круга, желая привлечь публику, стала устраивать так называемые «любительские вечера»: два раза в неделю, после выступления профессионалов, подмостки предоставляются любителям. Зрители, конечно, не расходятся и громогласно выносят свои суждения. Публика, можно сказать, становится арбитром в вопросах искусства или думает, что становится, — а это, в сущности, одно и то же. Главное, она платит Денежки и весьма собой довольна. Поэтому любительские вечера — чрезвычайно доходное предприятие для администрации.</p>
     <p>Но суть этих любительских вечеров в том — и это вам надо иметь в виду, — что выступающие на самом деле никакие не любители. Им платят за каждый номер. В лучшем случае их можно назвать «профессиональными любителями». Да и где бы администрация нашла желающих выступить задаром перед беснующимися зрителями, — в таких случаях зрители точно с цепи срываются. Это ведь очень забавно… для зрителей, конечно. Ваша задача — и это, откровенно говоря, требует изрядного мужества — поехать на Круг, условиться о двух выступлениях (любительские вечера там как будто по средам и субботам), исполнить свой номер и описать все для воскресного выпуска «Интеллидженсера».</p>
     <p>— Но… но… я… ведь… — сказала Эдна дрогнувшим голосом, в котором слышалось разочарование и чуть ли не слезы.</p>
     <p>— Понимаю. Вы ждали чего-то другого, более интересного, увлекательного, — произнес он сердечно. — Все мы через это прошли. Но вспомните-ка адмирала флота ее величества, который подметал полы и начищал медную ручку парадной двери. Либо надо для начала не гнушаться и черной работы, либо сразу же отказаться от своего намерения. Ну, так как же?</p>
     <p>В упор поставленный вопрос смутил Эдну. Молчание ее явно не понравилось журналисту, — она заметила, как лицо его помрачнело.</p>
     <p>— Это, если хотите, в некотором роде испытание, — сказал он, как видно желая сыграть на ее самолюбии. — Суровое испытание, но оно и к лучшему. Теперь или никогда. Решайтесь!</p>
     <p>— Я попытаюсь, — невнятно пробормотала она и, при всем своем смятении, отметила про себя его резкость, стремительность, деловитость — черты жителя большого города, до сих пор незнакомые ей.</p>
     <p>— Вот и прекрасно! Когда я начинал работать в газете, мне давали самые скучные, самые неинтересные поручения. Потом уж не знаю сколько времени держали на бракоразводных процессах и мелкой уголовной хронике. Но в конце концов все обошлось и даже послужило мне на пользу. Вам еще повезло, вы начнете с работы для воскресного выпуска. Правда, это не бог весть что. Но не унывайте! Справитесь с задачей, покажете, на что вы годны, и вам поручат работу поинтереснее — более ответственную и высокооплачиваемую. Поезжайте сегодня же на Круг и уговоритесь на два выступления.</p>
     <p>— Но с каким же номером я выступлю? — растерянно спросила Эдна.</p>
     <p>— С каким? Да с любым. Вы поете? Ничего не значит. Совершенно незачем иметь голос. Пищите, войте… Вам за то и платят, чтобы получалось плохо, чтобы публике было над чем посмеяться и что освистывать. Пусть вас кто-нибудь сопровождает. Главное, не бойтесь. Держитесь самоуверенно. Вертитесь среди любителей, дожидающихся своего выхода, старайтесь у них побольше выведать, изучайте их, запоминайте каждое слово, каждый жест. Уловите атмосферу, колорит, — тут необходим колорит— яркий, сочный. Ройтесь обеими руками, чтобы докопаться до основного, до самой сути. В чем тут смысл? Вот и найдите, в чем тут смысл. Вы затем туда и едете. Именно это-то и желают знать читатели воскресного «Интеллидженсера».</p>
     <p>Язык ваш должен быть выразительным, фраза энергичной, сравнения конкретными и меткими. Избегайте штампов и общих мест. Тут нужен тщательный отбор. Выхватывайте самое характерное, отбрасывайте лишнее, тогда у вас создастся картина. Постарайтесь запечатлеть эту картину в словах, и успех в газете вам обеспечен. Достаньте несколько старых номеров воскресного «Интеллидженсера» и посмотрите, как там пишут литературные фельетоны. Кратко изложите содержание в первом же абзаце, он будет служить как бы оглавлением, а в самом фельетоне повторите все снова и дайте хлесткую концовку. Тогда, если потребуется, они могут сократить любую часть материала, пристегнуть концовку к любой фразе, и фельетон не рассыплется. Но хватит! До остального дойдете своим умом.</p>
     <p>Оба встали. Горячность старого журналиста и его стремительная речь, каждое слово которой было для Эдны настоящим откровением, совершенно покорили ее.</p>
     <p>— И если вы честолюбивы, мисс Уаймен, то запомните — цель и смысл журналистики не в фельетоне. Бойтесь рутины! Фельетон — это трюк, прием. Овладейте им, но не, позволяйте ему овладеть вами. Это необходимый этап, ибо, не научившись хорошо писать фельетоны, вы вообще не научитесь писать. Словом, вложите в работу всю себя — и тем не менее оставайтесь вне ее, над ней, оставайтесь собой. Вы понимаете, что я имею в виду? А теперь позвольте пожелать вам успеха.</p>
     <p>Он проводил гостью до двери и крепко пожал ей руку.</p>
     <p>— Да, вот еще что, — прервал он Эдну, не слушая ее благодарностей, — прежде чем сдать рукопись в редакцию, покажите-ка ее мне. Может быть, я вам что-нибудь сумею подправить.</p>
     <empty-line/>
     <p>Директор Круга оказался грузным мужчиной воинственного вида, с тяжелой челюстью и кустистыми бровями. Лицо у него было рассеянно-недовольное, во рту торчала черная сигара.</p>
     <p>Звали его Саймс, Эрнест Саймс, так сказали Эдне.</p>
     <p>— Какой номер? — бросил он через плечо, даже не дав ей договорить.</p>
     <p>— Лирические песенки, — ответила она без запинки, помня наставление Ирвина — держаться самоуверенно.</p>
     <p>— Фамилия? — спросил мистер Саймс, едва удостаивая посетительницу взглядом.</p>
     <p>Эдна замялась. Кинувшись очертя голову в авантюру, она не подумала о том, как назваться.</p>
     <p>— Любую фамилию, псевдоним, — рявкнул директор нетерпеливо.</p>
     <p>— Нэн Билейн, — вдруг выпалила Эдна в порыве вдохновения, — Б-и-л-е-й-н. Да, да, Билейн.</p>
     <p>Директор записал фамилию новой любительницы в книжечку.</p>
     <p>— Ладно. Будете выступать в среду и в субботу.</p>
     <p>— А плата? — осведомилась Эдна.</p>
     <p>— Два с половиной доллара за номер. Два выступления— пять долларов. За деньгами придете в первый же понедельник после второго выступления.</p>
     <p>И даже не потрудившись сказать «до свидания», директор повернулся к Эдне спиной и углубился в чтение газеты — занятие, от которого его оторвали.</p>
     <empty-line/>
     <p>В среду вечером, захватив с собой Летти, Эдна пораньше явилась в театр. В кошелке она притащила свой незамысловатый костюм: выпрошенную у прачки шотландскую шаль, выпрошенную у поломойки рваную юбку и седой парик, взятый напрокат у костюмера за двадцать пять центов в вечер. Эдна решила изобразить старуху ирландку, которая поет в тоске по сыну, странствующему на чужбине.</p>
     <p>Хоть сестры и пришли рано, за сценой стояла невообразимая кутерьма. Представление уже началось, играл оркестр, и из зала то и дело доносились взрывы аплодисментов. Вторжение любителей нарушало обычное течение закулисной жизни, новоиспеченные актеры толпились за кулисами, в коридорах, уборных, путались у всех под ногами и всем мешали. Особенно досаждали они артистам-профессионалам, которые держались особняком, как и подобает представителям высшей касты, свысока смотрели на париев-любителей и обходились с ними надменно и грубо. Эдну затерли, затолкали, на нее покрикивали. Судорожно вцепившись обеими руками в свою драгоценную кошелку, она бродила в поисках свободной уборной и в то же время старалась все подметить и все запомнить.</p>
     <p>Уборную она в конце концов отыскала — тесную клетушку, уже занятую тремя другими «дамами-любительницами», которые гримировались, громко и визгливо пререкаясь из-за места перед единственным зеркалом. Несложный костюм и грим не потребовали много времени, и Эдна выбралась из уборной, оставив трио дам, заключивших краткое перемирие, чтобы вволю позлословить насчет новенькой. Летти не отставала от Эдны ни на шаг; и, проявив немало терпения и упорства, сестры, наконец, протолкались в укромный уголок за одной из кулис, откуда вся сцена была видна как на ладони.</p>
     <p>Худенький чернявый человечек в цилиндре и фраке, чрезвычайно прыткий и жизнерадостный, вальсировал по сцене, изящно перебирая ножками, и тоненьким голоском пел что-то о ком-то или о чем-то, по-видимому, очень трогательном. Когда послышались замирающие ноты последнего куплета, крупная дама с копной необыкновенно пышных белокурых волос грубо протиснулась вперед, наступила всей тяжестью на ногу Эдне и высокомерно ее оттолкнула. «Чертовы любители!» — прошипела она и мгновенье спустя, уже сладко улыбаясь, раскланивалась перед публикой, в то время как чернявый нелепо кружился вокруг нее на цыпочках.</p>
     <p>— Здорово, девушки!</p>
     <p>Приветствие это, произнесенное нараспев над самым ухом Эдны, заставило ее вздрогнуть от неожиданности. Обернувшись, она увидела перед собой гладкую и круглую, как луна, физиономию. Обладатель ее, добродушно улыбающийся молодой человек, был одет и загримирован под бродягу, какими их уже десятилетия изображают на сцене, только неизбежные бакенбарды почему-то отсутствовали.</p>
     <p>— Приляпать их минутное дело, — пояснил он, заметив, что Эдна ищет что-то глазами, и покрутил в руке недостающее украшение. — Уж очень в них потеешь, — простодушно добавил он. — А у вас что за номер?</p>
     <p>— Лирические песенки, — ответила Эдна как можно непринужденнее.</p>
     <p>— Чего это ради вы вздумали выступать? — спросил молодой человек без обиняков.</p>
     <p>— Да просто так, для собственного удовольствия. А для чего же еще? — в свою очередь, закинула удочку Эдна.</p>
     <p>— То-то я вас сразу приметил. Уж не от газеты ли вы?</p>
     <p>— За всю жизнь я только раз видела живого редактора, и он… и… я… словом, мы не очень поладили, — ответила она уклончиво.</p>
     <p>— Насчет работенки ходили?</p>
     <p>Эдна небрежно кивнула, хотя в душе волновалась и не знала, как бы половчее переменить тему разговора.</p>
     <p>— И что же он вам ответил?</p>
     <p>— Сказал, что за ту неделю к нему уже обращалось восемнадцать девиц.</p>
     <p>— Значит, от ворот поворот? — Молодой человек с лунообразной физиономией громко захохотал и хлопнул себя по ляжкам. — Мы, видите ли, теперь недоверчивы стали. Воскресные газеты очень даже не прочь разделать наши любительские вечера и в лучшем виде преподнести читателям, ну а у директора на этот счет другое мнение. Как подумает, что его. могут пропечатать, так и зайдется.</p>
     <p>— А вы с каким номером?</p>
     <p>— Кто? Я? Сегодня я в роли бродяги. Ведь я Чарли Уэлш.</p>
     <p>Назвав свое имя, молодой человек, по-видимому, счел, что дальнейших расспросов не потребуется, но Эдна смогла только вежливо протянуть:</p>
     <p>— О, вот как!</p>
     <p>И чуть. было не прыснула со смеху — такое разочарование и обида отразились на лице ее собеседника.</p>
     <p>— Нет, вы в самом деле никогда не слышали о. Чарли Уэлше? — искренне возмутился он. — Да вы, как я вижу, совсем сосунок. Но ведь я же Уникум, Любитель-Уникум. Где-нибудь-то вы должны были меня видеть. Я ведь везде выступаю. Если бы я захотел, я мог бы стать профессионалом, но в качестве любителя больше выколачиваешь.</p>
     <p>— А что такое «Уникум»? — осведомилась Эдна. — Я ведь не знаю.</p>
     <p>— Сейчас объясню, — галантно предложил Чарли Уэлш. — Уникум — это значит единственный в своем жанре, то есть тот, кто исполняет какой-нибудь номер лучше всех других исполнителей. Вот это и есть Уникум. Ясно?</p>
     <p>Эдна поспешила уверить Уэлша, что все совершенно понятно.</p>
     <p>— А для большей ясности, — продолжал он, — полюбуйтесь на меня. Я единственный любитель на все амплуа. Сегодня я, например, показываю, как любитель играет бродягу, это куда труднее, чем просто сыграть бродягу, зато тут настоящая игра — это и любительство и искусство. Ясно? Я все могу — от трагического монолога до оперетты и конферанса. На то я Чарли Уэлш, Любитель-Уникум.</p>
     <p>И пока чернявый худенький человечек и дородная белокурая красавица нежно заливались на сцене, пока на смену им выступали со своими номерами другие профессионалы, Чарли Уэлш просвещал Эдну. Он наговорил ей много, всякого вздора, но и много такого, что могло пригодиться для воскресного «Интеллидженсера».</p>
     <p>— Фью, — присвистнул он. — Их светлость уже охотится за вами. Ваш выход первый. Когда будете на сцене, не обращайте внимания на шум. И непременно доводите номер до конца.</p>
     <p>В эту минуту Эдна почувствовала, что карьера журналистки ее больше не прельщает, ей хотелось только одного — бежать отсюда куда глаза глядят. Но директор (он же и режиссер), как страшный великан-людоед из детской сказки, преградил ей путь. Оркестр уже играл первые такты ее песенки, и шум в зале, как по команде, стих, уступив место выжидательному молчанию.</p>
     <p>— Смелей, — шепнула Летти, крепко сжимая руку сестры, а над ухом послышался повелительный окрик Чарли Уэлша:</p>
     <p>— Ну, не трусить!</p>
     <p>Но ноги Эдны словно приросли к полу, и она бессильно прислонилась к размалеванной кулисе. Оркестр снова заиграл вступление, и какой-то писклявый голос в зале пронзительно выкрикнул:</p>
     <p>— Загадочная картинка! Где Нэнни?</p>
     <p>Публика встретила остроту дружным взрывом смеха, и Эдна еще плотнее прижалась к кулисе. Но тут могучая длань директора опустилась на ее плечо и вытолкнула ее к рампе. На мгновение из-за кулис показалась мужская рука и пола черного пиджака, и зал, правильно оценив положение, загрохотал от восторга. Рев голосов, шиканье, топот заглушали оркестр, и Эдне показалось, будто смычки беззвучно ходят по струнам. Она не знала, когда вступать, и, встав в позу, подбоченясь, напряженно вслушивалась, стараясь уловить музыку. Зал снова начал бесноваться. Как Эдна узнала впоследствии, публика охотно прибегала к этому несложному приему, чтобы смущать певцов-любителей.</p>
     <p>Но к Эдне уже вернулось присутствие духа. Она видела перед собой весь зал от партера до галерки, видела море улыбающихся и искаженных смехом лиц, слышала нарастающие раскаты смеха, и в ней вскипела горячая шотландская кровь. Глядя на усердствовавший, но безгласный оркестр, она вдруг решилась. Не произнося ни звука, она стала шевелить губами, открывать рот, простирала к зрителям руки, раскачивалась из стороны в сторону, делая вид, будто поет. Желая заглушить голос певицы, зрители зашумели еще сильнее, но Эдна с невозмутимым спокойствием продолжала свою пантомиму. Казалось, прошли часы; наконец, шутка, видимо, наскучила публике, зрителям захотелось послушать, и они угомонились. Тут и обнаружилась игра Эдны. Несколько секунд в зале стояла мертвая тишина, только оркестр продолжал играть да видно было, как беззвучно шевелились губы Эдны. Тогда зрители поняли все и опять словно с цепи сорвались, — но на сей раз они неистово аплодировали девушке, которая так ловко сумела их провести. Эдна воспользовалась благоприятным моментом, чтобы раскланяться, и, пятясь, скрылась за кулисы — прямо в объятия Летти.</p>
     <p>Самое страшное осталось позади, и весь вечер Эдна расхаживала среди любителей и профессионалов, вступала в разговоры, прислушивалась, наблюдала, стараясь понять то, что видела, и все запомнить. Чарли Уэлш сопровождал ее в качестве добровольного наставника и ангела-хранителя и так исправно выполнял взятые на себя обязанности, что, когда представление окончилось, у Эдны уже было достаточно материала для фельетона. Но, по уговору, она обязалась выступить дважды, и ей казалось малодушным отступиться от своего намерения. Да и кроме того, как выяснилось назавтра, некоторые впечатления были чересчур поверхностны и требовали проверки. Поэтому в субботу Эдна опять явилась в театр со своей кошелкой и в сопровождении Летти.</p>
     <p>Директор, по-видимому, ждал ее. Эдне даже почудилось, что, когда он ее увидел, в глазах у него мелькнула радость. Он поспешил к ней навстречу, поздоровался, почтительно поклонился, что никак не вязалось с его людоедскими повадками. Когда директор склонился перед Эдной в поклоне, стоявший за его спиной Чарли Уэлш многозначительно подмигнул ей.</p>
     <p>Но сюрприз следовал за сюрпризом. Директор попросил Эдну представить его сестре, занимал девушек разговорами и всячески старался проявить любезность. Он даже предоставил Эдне отдельную уборную, возбудив тем жгучую зависть трех крикливых дам, в обществе которых она переодевалась в первый вечер. Эдна не могла прийти в себя от изумления, но встретившийся ей в коридоре Чарли Уэлш пролил свет на эту загадку.</p>
     <p>— Здорово! — приветствовал он ее. — Вы, я вижу, в гору пошли. Царицей бала стали!</p>
     <p>Эдна весело улыбнулась.</p>
     <p>— Наш-то, — не иначе, как он думает, что вы репортерша. Я чуть не лопнул со смеху, глядя, каким ягненочком он перед вами прикидывается. Ну, а теперь скажите по совести, начистоту, вы не по этой, не по газетной части работаете?</p>
     <p>— Я же рассказывала вам, как меня встретил редактор, — возразила Эдна. И, по совести, это была чистая правда.</p>
     <p>Однако Любитель-Уникум с сомнением покачал головой.</p>
     <p>— Мне-то, конечно, наплевать, — заявил он. — Но если вы в самом деле репортерша, тисните несколько строк обо мне, сами знаете, как это делается, для рекламки. А если и не репортерша, что ж, вы и так симпатичная девица. Но что вы не нашего поля ягода — это уж факт.</p>
     <p>После выступления Эдны — на этот раз она исполнила свой номер с хладнокровием ветерана — директор возобновил атаку: наговорил ей кучу любезностей и, расплывшись в любезной улыбке, приступил к делу.</p>
     <p>— Надеюсь, вы обойдетесь с нами не слишком сурово? — спросил он вкрадчиво. — Не обидите нас, верно ведь?</p>
     <p>— Ой, что вы! Никогда не соглашусь опять выступить. Даже не уговаривайте, — отвечала Эдна с наигранным простодушием. — Я понимаю, что мой номер понравился, но и не мечтайте меня заполучить. Я, право же, не могу.</p>
     <p>— Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю, — в голосе директора прозвучали прежние грозные нотки.</p>
     <p>— Нет, нет, ни за что, — упрямилась Эдна. — Эстрада— слишком большое напряжение для нервов, во всяком случае для моих нервов.</p>
     <p>Явно озадаченный директор подозрительно посмотрел на девушку, но настаивать больше не стал.</p>
     <p>Однако в понедельник утром, когда Эдна явилась к нему в контору получить деньги за свои два выступления, он в свою очередь ее озадачил.</p>
     <p>— Вы, очевидно, меня не поняли, — нагло врал он. — Кажется, я действительно что-то говорил об оплате проезда. Это у нас практикуется, но за выступления мы любителям никогда не платим. Вместо живой, искрящейся струи получилось бы болото, мертвечина. Нет! Чарли Уэлш над вами просто подшутил. Ничего он за свои выступления не получает. Платить любителям! Да это же курам на смех! Но вот, пожалуйста, пятьдесят центов. Сюда входит и стоимость проезда вашей сестры. И разрешите мне от имени администрации горячо вас поблагодарить за ваше ценное участие в наших любительских вечерах.</p>
     <p>В этот же день Эдна выполнила данное Максу Ирвину обещание, вручив ему отпечатанный на машинке фельетон. Пробегая глазами рукопись, журналист то и дело кивал головой и не скупился на похвалы:</p>
     <p>— Хорошо!.. То, что нужно!.. В самую точку!.. Психологически верно!.. Очень тонкая мысль!.. Уловили именно то, что требуется! Великолепно!.. Здесь удар не совсем попадает в цель, но сойдет… Вот это сильно!.. Очень ярко!.. Образно! Образно!.. Хорошо!.. Превосходно!</p>
     <p>И, пробежав до конца последнюю страницу, сердечно протянул Эдне руку:</p>
     <p>— Поздравляю, искренне поздравляю, дорогая мисс Уаймен. Признаюсь, вы превзошли все. мои ожидания, хотя я в вас сразу уверовал. Вы журналистка, прирожденная журналистка. У вас есть настоящая хватка, и вы, конечно, далеко пойдете. «Интеллидженсер», без сомнения, примет и эту вашу рукопись и все дальнейшие. Они вынуждены будут вас взять уж хотя бы потому, что иначе за вас ухватятся другие газеты.</p>
     <p>— Но как же так? — вдруг добавил он, сразу нахмурившись. — Почему вы не пишете, что получили плату за выступления, а ведь в этом соль всего фельетона. Я вас предупреждал, помните.</p>
     <p>— Э, нет, это никуда не годится, — проговорил он и мрачно покачал головой, когда Эдна объяснила ему, как было дело. — Так или иначе, а деньги надо непременно у них выцарапать. Постойте-ка. Дайте подумать…</p>
     <p>— Ради бога, не утруждайте себя, мистер Ирвин, я и так доставила вам достаточно беспокойства, — сказала Эдна. — Разрешите мне только от вас позвонить — попытаюсь-ка я еще раз взять за жабры мистера Эрнеста Саймса.</p>
     <p>Журналист уступил Эдне место за письменным столом, и она сняла трубку.</p>
     <p>— Чарли Уэлш захворал, — сказала она, когда ее соединили. — Что? Нет! Я не Чарли Уэлш. Чарли Уэлш захворал, и его сестра просила узнать, можно ли ей приехать сегодня вечером получить за него деньги?</p>
     <p>— Скажите сестре Чарли Уэлша, что Чарли Уэлш сам был здесь сегодня утром и получил свои деньги, — послышался хорошо знакомый наглый голос директора.</p>
     <p>— Чудесно, — продолжала Эдна. — А теперь Нэн Билейн хочет знать, может ли она с сестрой приехать сегодня вечером и получить причитающиеся Нэн Билейн деньги.</p>
     <p>— Что он ответил? Что он ответил? — взволнованно вскричал Макс Ирвин, когда Эдна повесила трубку.</p>
     <p>— Что Нэн Билейн стала ему поперек горла и что пусть она приезжает со своей сестрицей за деньгами и больше никогда не показывается на Кругу.</p>
     <p>— Да, вот что, — сказал Макс Ирвин, как и в прошлое посещение, прерывая слова ее благодарности. — Теперь, когда вы показали, на что способны, я почту, гм… почту за честь сам написать вам рекомендательное письмо в редакцию «Интеллидженсера».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Любимцы Мидаса</p>
     </title>
     <p>Уэйд Этшелер мертв — он покончил жизнь самоубийством. Сказать, что его смерть явилась полной неожиданностью для небольшого избранного круга его знакомых, — значило бы сказать неправду; и все же никому из нас, его близких друзей, никогда не приходила в голову такая мысль. Правильнее было бы сказать, что в глубине нашего сознания гнездились какие-то смутные опасения, и именно это как-то подготовило нас. До того, как он покончил с собой, нам и в голову не приходило, что такое может случиться, но когда мы узнали, что он мертв, нам стало казаться, что мы знали и предвидели это и раньше.</p>
     <p>Анализируя наши прежние ощущения, мы могли легко объяснить их его озабоченностью. Я намеренно говорю об «озабоченности». Молодой, красивый, обеспеченный, Уэйд Этшелер был правой рукой Ибена Хэйла, крупного магната в области городского транспорта, и у него не было никаких причин жаловаться на судьбу. И все же мы замечали, как его гладкий лоб бороздили глубокие морщины, словно Уэйда Этшелера грызли заботы или снедала тоска. Мы видели, как поредели и посеребрились его густые черные волосы, словно зеленые хлеба под палящим солнцем в засушливое лето. Разве можно забыть, как, предаваясь веселым развлечениям, к которым в последние дни его тянуло все больше и больше, он вдруг впадал в рассеянность и дурное настроение? И бывало, в самом разгаре беззаботного веселья вдруг, без всякой видимой причины, глаза его тускнели, а брови хмурились, словно он со стиснутыми руками и лицом, искаженным судорогой душевной боли, стоял на краю бездны, грозящей ему неведомой опасностью.</p>
     <p>Он никогда не говорил о своей тревоге, а мы считали нескромным расспрашивать его. Но все равно, если бы даже мы заговорили об этом и он рассказал нам все, наша помощь оказалась бы бесполезной. Когда же умер Ибен Хэйл, личным секретарем — более того, почти приемным сыном и полноправным компаньоном которого был Уэйд Этшелер, то он и вовсе перестал появляться в нашей компании. И совсем не потому, как я узнал теперь, что ему претило наше общество, причина заключалась в его тревоге, которая была так велика, что он не мог уже принимать участие в нашем веселом времяпрепровождении и пытаться забыться. В то время мы многого не могли понять, тем более что, когда было утверждено завещание Ибена Хэйла, стало известно, что Этшелер является единственным наследником многомиллионного состояния своего патрона, и завещание недвусмысленно предусматривало немедленную передачу наследства без всяких ограничений и оговорок. Ни одной акции, ни одного цента наличными не было отписано родственникам покойного. Что же касается его семьи, то в одном из пунктов этого поразительного завещания говорилось, что Уэйд Этшелер должен выдавать жене Ибена Хэйла, его сыновьям и дочерям денежные суммы по своему усмотрению, когда сочтет это нужным. Если бы в семье покойного были какие-нибудь неурядицы или если бы его сыновья были мотами или несерьезными людьми, тогда бы эта необычная мера имела хоть какой-нибудь смысл; но семейное счастье Ибена Хэйла было известно всем, а таких порядочных, разумных и здоровых сыновей и дочерей надо было еще поискать. Ну, а о жене его и говорить не приходится: хорошие знакомые ласково называли ее «Матерью Гракхов». Естественно, что столь непонятное завещание вызвало многочисленные толки; ожидали, что оно будет опротестовано, но протеста не последовало, и все были разочарованы.</p>
     <p>Прошло всего несколько дней с тех пор, как Ибен Хэйл был похоронен в большом мраморном мавзолее. А теперь умер и Уэйд Этшелер. Сообщение об этом напечатано в утренней газете. Только что я получил от него письмо, опущенное, очевидно, незадолго до того, как он покончил с собой. В письме, которое лежит передо мной, он собственноручно изложил все факты, собрав воедино многочисленные газетные вырезки и копии писем. Подлинники писем, по его словам, находятся в руках полиции. Для того, чтобы предупредить общество об ужаснейшей, дьявольской опасности, которая угрожает самому существованию его, он также просит меня опубликовать страшную историю трагических происшествий, к которым он оказался невольно причастен.</p>
     <p>Я привожу здесь полный текст письма.</p>
     <empty-line/>
     <p>Удар обрушился в августе 1899 года, тотчас после моего возвращения из летнего отпуска. Тогда мы еще не могли знать, чем это грозит, нам и в голову не приходило, что могут существовать подобные ужасы. Мистер Хэйл вскрыл письмо, прочел его и, смеясь, бросил мне на стол. Проглядев письмо, я тоже рассмеялся и сказал:</p>
     <p>— Довольно нелепая шутка, мистер Хэйл, и к тому же весьма плоская.</p>
     <p>Дорогой Джон, здесь ты найдешь точную копию этого письма.</p>
     <cite>
      <p>Канцелярия Л. М.</p>
      <p>17 августа 1899 г.</p>
      <p>Мистеру Ибену Хэйлу, денежному тузу.</p>
      <p>Уважаемый сэр!</p>
      <p>Мы хотим, чтобы Вы решили, какую часть Вашего огромного имущества Вам необходимо реализовать, чтобы иметь <strong>наличными</strong> двадцать миллионов долларов. Мы просим Вас уплатить эту сумму нам или нашим агентам. Заметьте, что мы не назначаем какого-либо точного срока, потому что не хотим торопить Вас. Вы даже можете, если сочтете для себя более удобным, уплатить нам деньги в десять, пятнадцать или двадцать приемов; но мы не примем ни одного взноса, если сумма его будет менее одного миллиона долларов.</p>
      <p>Поверьте, мистер Хэйл, в наших действиях нет ни тени враждебности к Вам лично. Мы являемся представителями мыслящего пролетариата, рост которого становится знамением последних дней девятнадцатого столетия. В результате тщательного изучения проблем экономики мы решили заняться этим делом. Оно имеет много выгодных сторон, и, как главное из них, следует отметить то обстоятельство, что мы можем осуществлять крупные и прибыльные операции без вложения капитала. До сих пор мы действовали довольно успешно и надеемся, что и наши дела с Вами пойдут к взаимному удовольствию и удовлетворению.</p>
      <p>Разрешите нам объяснить свои взгляды более подробно. В основе нынешней общественной системы лежит право собственности. И это право отдельного лица иметь собственность, согласно последним исследованиям, опирается целиком и полностью на <strong>силу</strong>. Облаченные в доспехи рыцари Вильгельма Завоевателя с обнаженным мечом вторглись в Англию и поделили ее между собой. Мы уверены, Вы согласитесь, что это является характерным для всех феодальных приобретений. С изобретением паровой машины и с Промышленной Революцией появился класс капиталистов в современном смысле этого слова. Капиталисты быстро взяли верх над феодальной аристократией. Владыки промышленные в конце концов ограбили потомков феодальных владык, добывавших свой богатства мечом. Разум, а не грубая физическая сила побеждает в сегодняшней борьбе за существование. Но тем не менее и эта система опирается на силу. Изменения носят чисто качественный характер. Феодальные владыки когда-то опустошали мир огнем и мечом, современные промышленные владыки эксплуатируют мир, подчиняя себе и направляя мировые экономические силы. Ум, а не сила мускулов, побеждает в борьбе; и выживают самые приспособленные, обладающие интеллектуальной и экономической мощью.</p>
      <p>Мы, Л. М., не желаем становиться наемными рабами. Крупные тресты и корпорации (в которые входите и Вы) не дают нам подняться и занять среди вас то место, на которое мы вправе рассчитывать в соответствии с нашим интеллектом. Почему же это происходит? Да потому, что у нас нет капитала. Мы из бедняков, но с одной разницей: наши мозги устроены лучше, и нас не обременяют никакие дурацкие предрассудки этического или социального характера. Будучи наемными рабами, работая от зари до зари, живя воздержанно и откладывая каждый грош, мы не могли бы скопить и за тридцать лет (даже двадцать раз по тридцать) суммы денег, достаточной для того, чтобы успешно конкурировать с людьми, сосредоточившими в своих руках огромные капиталы.</p>
      <p>Тем не менее мы вышли на арену. Мы бросаем вызов мировому капиталу. И независимо от того, хочется ли ему сражаться или нет, ему придется вступить в борьбу.</p>
      <p>Мистер Хэйл, наши интересы заставляют нас потребовать у Вас двадцать миллионов долларов. И хотя мы настолько деликатны, что даем Вам достаточно времени на выполнение Вашей части сделки, просим Вас не откладывать дела в долгий ящик. Когда Вы согласитесь с нашими условиями, то поместите соответствующую заметку в отделе объявлений газеты «Морнинг Блейзер». Тогда мы ознакомим Вас с планом передачи упомянутой суммы. Хорошо, если бы Вы сделали это до первого октября. В противном случае в этот день мы убьем человека на Восточной Тридцать девятой улице, чтобы показать Вам серьезность наших намерений. Это будет рабочий. Ни Вы, ни мы не знаем этого человека. Вы представляете силу в современном обществе; мы тоже представляем собой силу — новую силу. Мы вступаем в сражение, не испытывая ни злобы, ни гнева. Как Вы не преминете заметить, у нас самое обыкновенное деловое предприятие. Вы являетесь верхним, а мы нижним жерновом, и мы перемелем жизнь этого человека. Вы можете спасти его, если согласитесь с нашими условиями и будете действовать своевременно.</p>
      <p>Жил некогда король, над которым висело проклятие. К чему бы он ни прикасался, все. превращалось в золото. Имя его вошло в официальное название нашего предприятия. Когда-нибудь мы заявим на него свое авторское право, чтобы им не пользовались конкуренты.</p>
      <text-author>Остаемся и проч.,</text-author>
      <text-author>Любимцы Мидаса.</text-author>
     </cite>
     <p>Суди сам, дорогой Джон, почему бы нам было не посмеяться над этим нелепым посланием? Мы не могли не признать, что идея была неплохо продумана, но она была слишком абсурдной, чтобы серьезно отнестись к ней. Мистер Хэйл сказал, что он сохранит письмо в качестве литературного курьеза, и сунул в ящик стола. Вскоре мы забыли о его существовании. И уже первого октября мы получили с утренней почтой следующее письмо:</p>
     <cite>
      <p>Канцелярия Л. М.</p>
      <p>1 октября 1899 г.</p>
      <p>Мистеру Ибену Хэйлу, денежному тузу.</p>
      <p>Уважаемый сэр!</p>
      <p>Вашу жертву постигла участь, которая и была предназначена ей. Час тому назад на Восточной Тридцать девятой улице в сердце какому-то рабочему всадили нож. К тому времени, когда Вы будете читать это письмо, тело его уже будет доставлено в морг. Сходите и полюбуйтесь на дело рук своих.</p>
      <p>В случае если Вы не смягчитесь, то в подтверждение серьезности наших намерений 14 октября мы убьем полицейского неподалеку от угла Полк-стрит и Клермонт-авеню.</p>
      <text-author>С совершенным почтением,</text-author>
      <text-author>Любимцы Мидаса.</text-author>
     </cite>
     <p>И снова мистер Хэйл рассмеялся. Голова его была занята предстоящей сделкой с чикагским синдикатом, которому он собирался продать весь принадлежавший ему там городской транспорт, и он продолжал диктовать стенографистке, тотчас же забыв о письме. Не знаю, почему, но у меня вдруг испортилось настроение. «А что, если это не шутка?» — спросил я себя и невольно потянулся за утренней газетой. Там была заметка, какие-то пять строк (поскольку речь шла о незаметном человеке из низших классов), запрятанные в угол, под рекламу какого-то патентованного лекарства:</p>
     <cite>
      <p>«Сегодня утром в начале шестого на Восточной Тридцать девятой улице был убит ударом ножа в сердце рабочий Пит Ласкалль, направлявшийся на работу. Неизвестный убийца бежал. Полиция не может выяснить мотивы убийства».</p>
     </cite>
     <p>«Невероятно!» — такова была реакция мистера Хэйла, когда я прочел заметку вслух. Но случай этот, очевидно, не шел у него из головы, и уже ближе к вечеру мистер Хэйл, нещадно ругая себя за опрометчивость, попросил меня поставить в известность полицию. Я имел удовольствие быть высмеянным полицейским инспектором, который принял меня в своем личном кабинете. Однако я удалился, получив заверение, что полиция разберется в этом деле и что число полицейских в районе Полк-стрит и Клермонт-авеню в ту ночь, о которой говорилось в письме, будет увеличено вдвое. Потом все забылось, пока не прошло две недели и не была получена по почте следующая записка:</p>
     <cite>
      <p>Канцелярия Л. М.</p>
      <p>15 октября 1899 г.</p>
      <p>Мистеру Ибену Хэйлу, денежному тузу.</p>
      <p>Уважаемый сэр!</p>
      <p>Ваша вторая жертва пала в назначенное время. Мы не торопимся, но для того, чтобы усилить давление, отныне мы будем убивать еженедельно. В качестве меры предосторожности против вмешательства полиции мы теперь будем сообщать Вам об убийстве незадолго до него или в то самое время, когда оно будет происходить.</p>
      <p>Надеемся, что это письмо найдет Вас в добром здравии.</p>
      <text-author>Любимцы Мидаса.</text-author>
     </cite>
     <p>На этот раз мистер Хэйл сам взял газету и после непродолжительных поисков прочел мне следующее сообщение:</p>
     <cite>
      <subtitle>Подлое преступление</subtitle>
      <p>Джозеф Донахью, назначенный только вчера вечером для специального патрулирования в Одиннадцатом районе, был убит выстрелом в голову. Трагедия разыгралась при свете уличных фонарей на углу Полк-стрит и Клермонт-авеню. Наше общество поистине не может считать себя застрахованным от неожиданностей, если блюстителей порядка начинают убивать так открыто и бессмысленно. Полиция до сих пор не может напасть на след преступника.</p>
     </cite>
     <p>Не успел мистер Хэйл прочесть заметку, как прибыла полиция в лице самого инспектора и двух его лучших сыщиков. На их лицах лежала печать тревоги, было видно, что им уже не до шуток. Хотя немногочисленные факты были уже известны, мы говорили долго, вновь и вновь обсуждая происходившее. Уходя, инспектор самонадеянно заверил нас, что скоро все прояснится и убийцы будут найдены. А пока он считал, что было бы неплохо выделить охрану для мистера Хэйла и меня и еще несколько человек для постоянного наблюдения за домом и окрестностями. Спустя неделю в час пополудни была получена следующая телеграмма:</p>
     <cite>
      <p>Канцелярия Л. М.</p>
      <p>21 октября 1899 г.</p>
      <p>Мистеру Ибену Хэйлу, денежному тузу.</p>
      <p>Уважаемый сэр!</p>
      <p>Мы с сожалением отмечаем, что Вы поняли нас совершенно превратно. Вы сочли необходимым окружить себя и свой дом вооруженной охраной, словно мы являемся самыми обыкновенными преступниками, способными ворваться к Вам и силой отнять Ваши двадцать миллионов. Поверьте, это ни в коем случае не входит в наши намерения.</p>
      <p>Трезво поразмыслив, Вы охотно согласитесь, что Ваша жизнь дорога для нас. Не бойтесь! Мы ни за что на свете не причиним Вам ни малейшего вреда. Наша задача нежно заботиться о Вас и ограждать от всех неприятностей. Ваша смерть ничего нам не даст. Если бы она могла повлиять на исход дела, уверяем Вас, что мы не колебались бы ни секунды, принимая решение о Вашем уничтожении. Подумайте об этом, мистер Хэйл. Когда Вы уплатите назначенную нами сумму, у Вас появится необходимость в экономии. Увольте сейчас же телохранителей и сократите свои расходы.</p>
      <p>Через десять минут после получения этой телеграммы в Брентвуд-парке будет задушена молодая девушка-нянька. Тело можно найти в кустах, окаймляющих дорожку, которая ведет налево от эстрады для оркестра.</p>
      <text-author>С почтением,</text-author>
      <text-author>Любимцы Мидаса.</text-author>
     </cite>
     <p>В следующее мгновение мистер Хэйл уже был у телефона И предупреждал инспектора о готовящемся убийстве. Инспектор тут же повесил трубку, сказав, что ему нужно позвонить в полицейский участок и выслать людей к месту происшествия. Через пятнадцать минут он позвонил нам и сообщил, что еще не остывшее тело было найдено в указанном месте. В тот вечер все газеты пестрели крикливыми заголовками, в которых сообщалось о появлении Джека-Душителя, осуждалась та жестокость, с которой было совершено преступление, и содержались жалобы на бездеятельность полиции. Мы тоже провели закрытое совещание с инспектором, который просил нас во что бы то ни стало держать все в секрете, уверяя, что от этого зависит успех дела.</p>
     <p>Как тебе известно, Джон, мистер Хэйл был железный человек. Он не хотел сдаваться. Джон, это было что-то дикое, нет, скорее страшное и ужасное, это была какая-то слепая сила, разящая из темноты. Мы не могли бороться, не могли ничего придумать, нам оставалось только сидеть сложа руки и выжидать. Каждую неделю с такой же точностью, как встает дневное светило, приходило извещение, а за ним следовала смерть какого-нибудь человека, мужчины или женщины, ни в чем не повинных, но все равно убитых нами, словно мы делали это собственными руками. Скажи мистер Хэйл хоть слово, и бойня была бы прекращена. Но он ожесточился и выжидал, морщины на его лице стали глубже, рот и глаза жестче, а лицо его старело не по дням, а по часам. Нет нужды говорить о моих собственных переживаниях во время этого ужасного периода.</p>
     <p>Взгляни только на письма и телеграммы от Любимцев Мидаса и на газетные сообщения о различных убийствах.</p>
     <p>Обрати также внимание на письма, предупреждавшие мистера Хэйла о некоторых происках его конкурентов и о тайных махинациях на бирже. Любимцы Мидаса казалось, держали руку на пульсе делового и финансового мира. Они получали и посылали нам такую информацию, которую не могли добыть даже наши агенты. Одна своевременная записка, посланная ими в критический момент, спасла мистеру Хэйлу целых пять миллионов долларов. В другой раз они прислали нам телеграмму, которая помогла предотвратить покушение на жизнь моего хозяина, готовившееся одним чудаком-анархистом. Как только он появился, мы схватили его и передали в руки полиции, которая нашла у него такое количество нового мощного взрывчатого вещества, что им можно было бы потопить целый линкор.</p>
     <p>Мы упорствовали. Мистер Хэйл был твёрд, как скала. Он тратил не менее ста тысяч долларов в неделю на содержание тайных агентов. Нам оказывали помощь Пинкертоны и бесчисленное количество частных сыскных агентств; кроме того, тысячи людей состояли на жалованье непосредственно у нас. Наши агенты были повсюду, во всевозможных обличьях они проникали во все классы общества. Они высказывали великое множество догадок; сотни подозреваемых были арестованы, временами тысячи подозрительных личностей находились под наблюдением, но все это не давало никаких ощутимых результатов. Любимцы Мидаса все время меняли способ доставки своих посланий. Все их посыльные немедленно арестовывались. Но они неизменно оказывались невинными людьми, а описания лиц, нанимавших их для выполнения поручения, никогда не совпадали. В последний день декабря мы получили следующее извещение:</p>
     <cite>
      <p>Канцелярия Л. M.</p>
      <p>31 декабря 1899 г.</p>
      <p>Мистеру Ибену Хэйлу, денежному тузу.</p>
      <p>Мы имеем честь заявить, что в соответствии с нашими правилами, в которых, как мы смеем думать, Вы уже довольно неплохо разбираетесь, мы прекратим пребыванне в этой «юдоли слез» инспектора Баинга, с которым Вы вошли в такой тесный контакт по поводу наших с Вами дел. По обыкновению в этот час он бывает в своем личном кабинете. В тот самый момент, когда Вы читаете извещение, он находится при последнем издыхании.</p>
      <text-author>С почтением,</text-author>
      <text-author>Любимцы Мидаса.</text-author>
     </cite>
     <p>Я бросил письмо и метнулся к телефону. Как велико было мое облегчение, когда я услышал дружелюбный голос инспектора. Но пока мы говорили, голос в трубке замер, послышался хрип и слабый звук падения тела. Потом незнакомый голос поздоровался со мной и передал мне привет от Любимцев Мидаса, после чего трубка была повещена. Я молниеносно позвонил в приемную Центрального полицейского управления и сказал, чтобы они тотчас бежали на помощь к инспектору в его личный кабинет. Я не вешал трубки и через несколько минут услышал донесение, что инспектор плавал в луже собственной крови и находился при последнем издыхании. Убийцу никто не видел, и он не оставил никаких следов.</p>
     <p>После этого мистер Хэйл немедленно увеличил число своих тайных агентов и довел свои расходы на них до четверти миллиона долларов в неделю. Он был полон решимости победить. Различные награды, обещанные им, составляли сумму, превышающую десять миллионов долларов. Ты имеешь довольно ясное понятие о его ресурсах и можешь представить себе, как было поставлено дело. Он утверждал, что борется из принципа, а не за свое золото. И следует признать, что своими действиями он доказал благородство своих побуждений. Полицейские управления всех больших городов объединили свои усилия; в дело вмешалось правительство Соединенных Штатов, считая его одной из своих насущнейших проблем. Государство выделило специальные фонды для розыска Любимцев Мидаса, и все правительственные агенты были начеку. Но все усилия оказались тщетными. Любимцы Мидаса беспрепятственно делали свое черное дело. Они шли свои путем и били без промаха.</p>
     <p>Но, продолжая бороться до последнего, мистер Хэйл понимал, что руки его обагрены кровью убитых. Хотя сам он никого не убивал, хотя любой суд присяжных, составленный из равных ему по положению людей, признал бы его невиновным, тем не менее убийство каждого человека лежало на его совести. Как я уже говорил, одно его слово — и бойня была бы прекращена. Но он отказывался сказать это слово. Он утверждал, что ведется подкоп под безопасность всего общества, что он не настолько труслив, чтобы покинуть свой пост, и что кто-то непременно должен стать мучеником во имя благоденствия многих людей. Однако кровь лилась из-за него, и он мрачнел все больше и больше. Я тоже был подавлен, чувствуя себя невольным соучастником преступлений. Безжалостно уничтожались грудные младенцы, дети, старики; убийства совершались не только в нашем городе, ими была охвачена вся страна.</p>
     <p>Однажды в середине февраля, когда мы сидели вечером в библиотеке, кто-то громко постучал в дверь. Открыв ее, я нашел на ковре в коридоре следующее послание;</p>
     <cite>
      <p>Канцелярия Л. М.</p>
      <p>15 февраля 1900 г.</p>
      <p>Мистеру Ибену Хэйлу, денежному тузу.</p>
      <p>Уважаемый сэр!</p>
      <p>Неужели кровавая жатва не заставляет Вашу душу корчиться от боли? Быть может, наши действия слишком абстрактны. Тогда мы будем конкретны. Мисс Аделаида Лейдло — талантливая молодая женщина. Насколько нам известно, она добродетельна и красива. Она является дочерью Вашего старого друга, судьи Лейдло, и нам довелось узнать, что Вы носили ее на руках, когда она была еще ребенком. Она близкая подруга Вашей дочери и в настоящее время гостит у нее. Пока Вы читаете это, с ее пребыванием в Вашем доме будет покончено.</p>
      <text-author>С почтением,</text-author>
      <text-author>Любимцы Мидаса.</text-author>
     </cite>
     <p>Господи! Мы сразу поняли страшный смысл этого послания и бросились в гостиную, но девушки там не было. Дверь ее спальни была заперта, мы навалились и высадили ее. На полу лежала Аделаида. Она собиралась пойти в оперу и едва успела закончить переодевание, как ее задушили подушками, сорванными с постели. Лицо ее еще не было мертвенно-бледным, тело еще не остыло и не окоченело; Позволь мне не писать о всех этих ужасах, Джон, ты, конечно, помнишь газетные сообщения.</p>
     <p>Поздно ночью мистер Хэйл позвал меня к себе и заставил поклясться перед богом, что я не отступлюсь и не пойду на компромисс даже в том случае, если все родные и знакомые будут уничтожены.</p>
     <p>На следующий день я был удивлен его бодростью. Я думал, что он будет глубоко потрясен последней трагедией (мне вскоре предстояло узнать, насколько глубоким было это потрясение). Весь день он был бодр и весел, словно отыскал наконец выход из кошмарного тупика. На следующее утро мы нашли его мертвым в постели. На изможденном лице застыла спокойная улыбка. Он отравился газом. С молчаливого согласия полиции и властей было объявлено, что он умер от приступа сердечной болезни. Мы сочли благоразумным скрыть истинную причину смерти, но это нам не помогло, нам уже ничто не могло помочь.</p>
     <p>Не успел я покинуть обитель смерти, как (увы, слишком поздно!) принесли следующее необычное письмо:</p>
     <cite>
      <p>Канцелярия Л. М.</p>
      <p>17 февраля 1900 г.</p>
      <p>Мистеру Ибену Хэйлу, денежному тузу.</p>
      <p>Уважаемый сэр!</p>
      <p>Мы надеемся, Вы извините нас за то, что мы потревожили Вас спустя такой короткий срок после печального события, имевшего место позавчера, но то, что мы хотим сказать, может иметь для Вас важнейшее значение. Нам пришло в голову, что Вы захотите ускользнуть от нас. Для этого, как Вы уже, без сомнения, заметили, по-видимому, есть только один путь. Но мы хотим уведомить Вас, что даже этот единственный путь отрезан. Вы можете умереть, но даже смерть не избавит Вас от поражения, и, умирая, Вы будете сознавать, что проиграли. Заметьте себе:</p>
      <p><strong>Мы являемся неотъемлемой частью Вашего состояния. Вместе с Вашими миллионами мы перейдем к Вашим наследникам и правопреемникам навсегда.</strong></p>
      <p>Вам от нас не уйти. Мы являемся кульминацией промышленного и социального зла. Мы повернули оружие против общества, создавшего нас. Наш успех гарантируется ошибками эпохи. Мы бич деградировавшей цивилизации.</p>
      <p>Мы творения порочного социального отбора. Против силы мы применяем силу. Мы верим, что выживет только самый приспособленный, самый сильный. Вы подмяли под себя своих наемных рабов и поэтому выжили. По Вашему приказу военщина пристреливала, как собак, Ваших рабочих во время множества кровавых забастовок. Вот те средства, которые помогли Вам выжить. Мы не жалуемся, так как ведем свое существование согласно тем же волчьим законам. И теперь возникает вопрос: <strong>Кто из нас выживет при современных социальных условиях?</strong> Мы считаем самыми приспособленными себя. А Вы себя. История покажет, кто прав.</p>
      <text-author>С почтением,</text-author>
      <text-author>Любимцы Мидаса.</text-author>
     </cite>
     <p>Теперь тебе понятно, Джон, почему я избегал развлечений и сторонился друзей? Этот рассказ объяснит тебе все. Аделаида Лейдло умерла три недели тому назад. С тех пор я ждал со страхом и надеждой. Вчера была утверждена и объявлена воля покойного. А сегодня я получил извещение, что в Парке Золотых ворот, в далеком Сан-Франциско, будет убита женщина, принадлежащая к среднему классу. Сегодняшние вечерние газеты сообщили подробности этого жестокого убийства, подробности, совпадавшие с теми, о которых мне писали.</p>
     <p>Все напрасно. Я не могу бороться с неизбежностью. Я был верен мистеру Хэйлу и много работал. Не понимаю, почему моя верность должна быть вознагражден на подобным образом. И все же я не могу не оправдать доверия и нарушить свое слово, пойдя на компромисс. Но я решил, что на моей совести больше не будет смертей. Я завещал миллионы, которые недавно получил, их законным владельцам. Пусть дюжие сыновья Ибена Хэйла сами позаботятся о своем спасении. Еще до того, как ты прочтешь это, я умру. Любимцы Мидаса всемогущи. Полиция бессильна. Я узнал от полицейских, что других миллионеров тоже обирают и преследуют. Неизвестно еще, сколько их, так как, уступив Любимцам Мидаса, они накладывают на свои уста печать молчания. А тот, кто не уступает, до сих пор собирает кровавую жатву. Страшная игра в самом разгаре. Правительство не может ничего поделать. Мне стало известно, что подобные организации появились и в Европе. Основы общества расшатаны. И малые и большие государства вот-вот охватит пожар. Не массы идут против классов, а класс идет против классов. Нас, блюстителей человеческого прогресса, изолировали и бьют поодиночке. Закон и порядок потерпели поражение.</p>
     <p>Чиновники просили меня держать все это в секрете. Я так и делал, но теперь я больше не могу молчать. Деятельность Любимцев Мидаса стала важнейшей общественной проблемой, чреватой ужаснейшими последствиями, и я выполню свой долг, предупредив мир об опасности, перед тем как покину его. Джон, выполни мою последнюю просьбу, опубликуй это письмо. Не бойся! Судьба человечества в твоих руках. Пусть газеты размножат мое письмо в миллионах экземпляров, пусть телеграф оповестит о нем весь мир. Где бы ни встречались люди друг с другом, пусть их охватит ужас, когда они заговорят о нем. И пусть тогда возмущенное общество соберется с силами и расправится с этой мерзостью.</p>
     <p><emphasis>Прощай навеки, твой</emphasis></p>
     <p><emphasis>Уэйд Этшелер.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Золотой каньон</p>
     </title>
     <p>Это было зеленое сердце каньона. Горы раздвинули здесь свою неприступную гряду, смягчили суровость очертаний и образовали укрытый от глаз уголок, наполненный до краев нежностью, сладостью, тишиной. Здесь все пребывало в покое. Даже неширокий ручей умерял свой неугомонный бег, разливаясь тихой заводью. Полузакрыв глаза, опустив ветвистые рога к воде, красный олень дремал, стоя по колено в ручье.</p>
     <p>По одну сторону заводи небольшая лужайка сбегала к самой воде; свежая, прохладная зелень простиралась до подножия хмурых скал. Другой берег ручья отлого поднимался ввысь и упирался в скалистую стену. И здесь сочная трава покрывала откос, пестрея яркими пятнами разбросанных повсюду цветочных ковров — оранжевых, пурпурных, золотых. Ниже по течению каньон углублялся в скалы, и дальше ничего не было видно. Скалы клонились друг к другу, и каньон замыкался хаосом обомшелых каменных глыб, скрытых за зеленым щитом дикого винограда, лиан и густого кустарника. Дальше за каньоном поднимались холмы, высились горные кряжи, уходили вдаль широкие, поросшие соснами предгорья. А на горизонте, там, где вечные снега Сиерры строго сияли в солнечных лучах, вздымались вверх белоснежные шпили, подобно облакам, сбежавшимся к краю неба.</p>
     <p>Пыли не было в этом каньоне. Цветы и листья были девственно чисты, и молодая трава стлалась, как бархат. У разлива ручья три виргинских тополя роняли с ветвей хлопья белого, как снег, пуха, и он плавно реял в недвижном воздухе. На склоне холма обвитые диким виноградом кусты мансаниты еще разливали весенний аромат, в то время как их умудренные опытом листья уже скручивались в продолговатую спираль в предчувствии грядущей летней засухи. На открытых лужайках, там, куда не достигала даже длинная тень мансаниты, покачивались лилии, подобно стайкам рубиновокрылых мотыльков, внезапно застывших в своем полете, но готовых каждую минуту, трепеща, вспорхнуть и улететь. Тут и там мэдроньо, лесной арлекин, еще не успевший сменить тускло-зеленую окраску стебля на мареново-красную, дышал ароматом всех своих восковых колокольчиков, собранных в тяжелые гроздья. Кремово-белыми, подобно ландышам, были эти колокольчики, с запахом сладким, как сама весна.</p>
     <p>Даже легкий вздох ветра не пролетал над каньоном. Воздух был дремотным, пряным от аромата. Пряность эта показалась бы приторной, будь воздух влажен и тяжел. Но он был так прозрачен, так сух, словно в нем растворился холодный блеск звезд, пронизанный и согретый лучами солнца и напоенный сладким дыханием цветов.</p>
     <p>Одинокая бабочка пролетала порой, кружась, порхая из света в тень. И отовсюду поднималось густое, сонное жужжание горных пчел — добродушных сибаритов, не позволяющих себе грубой неучтивости даже в сутолоке пиршества. Узкий ручеек тихо струился по дну каньона, лишь изредка нарушая тишину чуть слышным всплеском. Журчание ручья было похоже на дремотный шепот: он то замирал, погружаясь в сон, то, пробудясь, лепетал снова.</p>
     <p>Здесь, в самом сердце каньона, все как бы парило: солнечные блики и бабочки дарили среди деревьев; парили звуки — жужжание пчел и шепот ручья. И это парение звуков и парение красок сливалось в нечто зыбкое, неосязаемое… И то был дух каньона. Дух покоя. Покоя— но не смерти, а ровно бьющегося пульса жизни; дух тишины — но не безмолвия; дух движения — но не действия; дух мирного отдохновения, исполненного жизненных сил, но далекого от яростной борьбы и жестокого труда. Дух каньона был духом мира и тишины, минутки сонно текли в довольстве и в покое, не тревожимые отзвуками далеких войн.</p>
     <p>Подчиняясь могущественному духу каньона, красный тяжелорогий олень дремал, зайдя по колено в прохладный, затененный ручей. Здесь даже мухи не докучали ему, и он стоял, разомлев от неги. Порой его уши шевелились, ловя шепот пробудившегося ручья, но они шевелились лениво — олень знал, что это всего-навсего ручей: проснулся и ворчит на самого себя, осердясь, что поддался дремоте.</p>
     <p>Но вот уши оленя дрогнули и вытянулись в струнку, чутко и жадно ловя звуки. Олень повернул голову и посмотрел в глубь каньона. Его тонкие ноздри затрепетали. Он не мог проникнуть взглядом сквозь зеленую стену, за которую, журча, убегал ручей, но до его слуха долетел голос человека — ровный, монотонный. Потом уши оленя уловили резкий звук — словно от удара металлом по камню. Олень фыркнул и, стремительно рванувшись вперед, одним прыжком перенесся из воды на лужайку, где его копыта сразу утонули в мягком бархате молодой травы. Олень снова насторожился и потянул ноздрями воздух. Затем, неслышно ступая, двинулся по лугу, то и дело останавливаясь и прислушиваясь, и растаял в глубине каньона беззвучно, как привидение.</p>
     <p>Послышался стук подбитых гвоздями башмаков о камни, и голос человека зазвучал громче — человек распевал что-то вроде псалма. Голос приближался, пение становилось все отчетливее, и уже можно было разобрать слова:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Оглядись! Перед тобой</v>
       <v>Благодатных гор покой.</v>
       <v>Силы зла от тебя далече!</v>
       <v>Оглядись и груз грехов</v>
       <v>Сбрось скорей в придорожный ров:</v>
       <v>Завтра ждет тебя с господом встреча!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Пение сопровождалось хрустом и треском, и дух каньона отлетел прочь по следам тяжелорогого оленя. Чья-то рука раздвинула зеленую завесу, оттуда выглянул человек и окинул взглядом ручей, лужайку и пологий склон холма. Человек этот, как видно, не любил спешить. Сначала он оглядел всю открывшуюся ему картину в целом, затем обратился к ее деталям, как бы проверяя первое впечатление. И лишь после этого торжественно и красочно выразил свое одобрение.</p>
     <p>— Чудища преисподней и огонь адовый! Нет, ты только полюбуйся! И лес, и вода, и холм, и травка! Сущий рай! Недурное местечко для охотников за золотом! Свежая зелень — бальзам для усталых глаз! Только это тебе не курорт для бездельников. Сия таинственная лужайка — приют старателей, отдых для трудолюбивых ослов, будь я неладен!</p>
     <p>У него было землистого цвета лицо, исполненное живости и веселого лукавства. Каждая мысль, каждое движение души мгновенно производили перемену в этом подвижном лице, и все мысли были как на ладони: они пробегали у него по лицу, словно рябь по глади озера. Волосы, редкие и нечесаные, были под стать коже такого же грязновато-серого цвета. Казалось, все положенное ему количество красок природа израсходовала на его глаза: они были синие-синие, поразительно синие. И это были веселые, искрящиеся смехом глаза; в них сквозила наивность и какое-то ребячье изумление. Вместе с тем в его взгляде было что-то, говорившее об уверенности в себе и твердой воле, основанных на самопознании и большом жизненном опыте.</p>
     <image l:href="#i_079.jpg"/>
     <p>Сквозь стену дикого винограда и лиан человек просунул кирку, лопату и лоток для промывки золота и кинул их на лужайку, а затем и сам выбрался на простор. На нем были широкие, выгоревшие на солнце синие штаны и черная сатиновая рубашка; на ногах — грубые, подбитые гвоздями башмаки, на голове — шляпа, такая грязная и бесформенная, что самый вид ее говорил о суровой борьбе с дождем, ветром, солнцем и дымом костров. Человек стоял, глядя во все глаза на открывшуюся перед ним полную таинственной прелести картину, и жадно, всей грудью, впивал в себя теплое, сладкое дыхание этого каньона-сада. Его смеющиеся глаза сузились и стали как две синие щелки, веселые морщинки побежали по лицу, рот растянулся в улыбке, и он громко воскликнул:</p>
     <p>— Попрыгунчики-колокольчики, веселые одуванчики! По мне, так тут славно пахнет! Что твоя парфюмерная фабрика! Да нет, там, пожалуй, таких ароматов не сыщешь.</p>
     <p>Как видно, у него была склонность к монологам. Его подвижное лукавое лицо выдавало каждую мысль, каждое чувство, а язык тоже старался не отставать, выбалтывая все его размышления вслух.</p>
     <p>Человек припал к земле у самой воды и стал жадно пить из ручья.</p>
     <p>— По мне, так вкусно! — пробормотал он. Потом приподнял голову и, утирая рот рукой, окинул взглядом холм по ту сторону заводи. Этот холм привлек к себе его внимание. Все еще лежа на животе, он долго, пытливо изучал склон холма. Это был взгляд опытного человека; он скользил вверх по откосу, упирался в зубчатую стену каньона и снова спускался вниз, к заводи. Человек поднялся на ноги и подверг холм вторичному осмотру.</p>
     <p>— Что ж, на вид неплохо! — заключил он наконец, подбирая с земли кирку, лопату и лоток.</p>
     <p>Он перешел ручей ниже разлива, легко ступая с камня на камень. На склоне холма, у самой воды, он подцепил полную лопату земли, бросил ее в лоток, присел на корточки и, держа лоток обеими руками, наполовину погрузил его в ручей, затем, всколыхнув воду ловкими вращательными движениями, стал промывать землю. Более легкие частицы вынесло водой на поверхность, и, осторожно наклонив лоток, он выплеснул их через край. Время от времени, чтобы ускорить дело, он ставил лоток на землю и руками выбирал из него крупную гальку и щебень.</p>
     <p>Содержимое лотка быстро уменьшалось, и наконец на дне остались только крошечные кусочки гравия и тонкий слой земли. Теперь человек промывал медленно, осторожно. Это была очень тщательная работа, и он промывал все осторожней, пытливым взглядом впиваясь в осадок на дне лотка. Наконец там не осталось на вид ничего, кроме воды. Но человек быстрым вращательным движением выплеснул воду, и на дне открылся слой темного песка. Так тонок был этот слой, что походил на мазок черной краски. Человек долго в него всматривался. В центре мазка блеснула крошечная золотая искорка. Зачерпнув в лоток немного воды, человек всколыхнул ее и снова промыл песок: еще одна золотая искорка вознаградила его за труды.</p>
     <p>Теперь уже человек промывал с такой тщательностью, какой не требуется при обычной промывке золотоносного песка. Крошечными долями он смывал темный песок через отогнутый край лотка и каждый раз напряженно следил, чтобы ни одна, даже самая ничтожная крупинка не ускользнула от него. Ревниво оберегая каждую золотую искорку, он позволял воде уносить из лотка в ручей только песок. Золотая блестка, не больше острия булавки, показалась на краю лотка, и он тотчас отправил ее обратно. Еще одна блестка была обнаружена таким же способом, за ней третья, четвертая. Как он о них заботился! Точно пастух, сгонял он вместе свои золотые крупинки, следя за тем, чтобы ни одна не отбилась от стада. И вот наконец на дне лотка не осталось ничего, кроме стайки золотых крупинок. Человек пересчитал их и — после стольких кропотливых трудов— одним решительным движением выплеснул из лотка в ручей.</p>
     <p>Но алчный огонек уже горел в его синих глазах, когда он поднялся на ноги.</p>
     <p>— Семь, — пробормотал он, подсчитав крупинки, ради которых столь упорно трудился, только затем, чтобы с такой беспечностью расстаться с ними. — Семь, — повторил он с ударением, как бы стремясь запечатлеть цифру в памяти.</p>
     <p>Человек долго стоял, не двигаясь, оглядывая склон холма. Теперь в его глазах горело любопытство — растревоженное, жадное. Он весь трепетал от радостного волнения, и что-то настороженное появилось в его повадке, как у хищного зверя, напавшего на след.</p>
     <p>Потом он спустился несколькими шагами ниже по ручью и опять наполнил лоток землей.</p>
     <p>Снова началась кропотливая промывка, ревнивое выслеживание золотых крупинок, и снова без всякого сожаления человек, пересчитав, выплеснул их в ручей.</p>
     <p>— Пять, — пробормотал он. И повторил: — Пять.</p>
     <p>Как бы не устояв перед искушением, он еще раз окинул взглядом откос, потом снова наполнил лоток, спустившись ниже по течению. Золотое стадо все уменьшалось. «Четыре, три, две, две, одна», — отмечала его память, по мере того как он спускался вниз по ручью. Когда всего одна лишь золотая крупинка вознаградила его за труды, он прекратил промывку и разложил костер из валежника, потом сунул в костер лоток и калил его в огне до тех пор, как тот не стал иссиня-черным. Подняв лоток, человек критически оглядел его со всех сторон, затем одобрительно кивнул: ну, уж на таком-то фоне ни одна, даже самая крошечная, золотая блестка не скроется от его глаз!</p>
     <p>Спустившись еще ниже по ручью, человек снова наполнил лоток землей. Одна-единственная блестка послужила ему наградой. В третьей пробе золота не оказалось вовсе. Не успокоившись на этом, он трижды наполнял лоток, беря пробы на расстоянии фута одна от другой. Здесь золота не было совсем, но человек не приуныл, — наоборот, он остался, по-видимому, вполне доволен своим открытием. После каждой бесплодной промывки волнение его все возрастало, и наконец, выпрямившись во весь рост, он ликующе воскликнул:</p>
     <p>— Пусть господь бог прошибет мне башку зелеными яблоками, если я не напал на то, что нужно!</p>
     <p>Вернувшись к тому месту, где были взяты первые пробы, человек возобновил промывку, двигаясь теперь уже вверх по ручью. Вначале его золотые стада все росли, росли на диво быстро. «Четырнадцать, восемнадцать, двадцать одна, двадцать шесть», — подсчитывал он про себя.</p>
     <p>У разлива ручья в лоток попалась самая богатая добыча: тридцать пять золотых крупинок.</p>
     <p>— Прямо хоть оставляй! — заметил он с сожалением, давая воде смыть золото в ручей.</p>
     <p>Солнце поднялось к зениту. Человек продолжал работать. Лоток за лотком промывал он, двигаясь вверх по ручью, но теперь результаты его трудов неуклонно уменьшались.</p>
     <p>— Ишь, как она прячется! — в сильном волнении воскликнул он, когда в целой лопате земли ему попалась одна-единственная золотая блестка.</p>
     <p>Когда же несколько лотков подряд не дали больше ни крупицы золота, человек выпрямился и окинул холм довольным взглядом.</p>
     <p>— Ага, сударыня Жила! — крикнул он, словно обращаясь к какому-то незримому существу, которое пряталось в недрах холма. — Ага, сударыня Жила! Я иду! Иду к вам! И уж я доберусь до вас, будьте покойны! Вы слышите меня, сударыня? Провалиться мне, если я до вас не доберусь!</p>
     <p>Повернувшись к холму спиной, человек посмотрел на солнце, стоявшее у него прямо над головой в лазури безоблачного неба, затем спустился вниз по каньону, вдоль ряда ям, из которых он брал пробы, перебрался через ручей ниже разлива и исчез за зеленой стеной зарослей. Но духу каньона еще не настало время вернуться назад, неся с собой тишину и покой, ибо голос человека, распевавшего веселую песню, продолжал царить в его владениях.</p>
     <p>Вскоре, громко стуча о камни своими тяжелыми башмаками, человек появился снова. Зеленая стена пришла в неописуемое волнение, она колыхалась из стороны в сторону, словно противясь чему-то из последних сил. Слышались звонкие удары и скрежет металла о камни. Голос человека звучал теперь резко, повелительно. Что-то массивное, грузное с тяжелым храпом продиралось сквозь чащу. Раздались треск и хруст, и вот, сбивая на ходу тучи листьев, из зарослей вышла лошадь; на спине у нее был навьючен тюк, с которого свешивались обрывки лиан и плети дикого винограда. Животное удивленно обвело глазами раскинувшуюся перед ним лужайку и, опустив голову, принялось с аппетитом жевать траву. Вторая лошадь вырвалась из чащи вслед за первой. Поскользнувшись разок на обомшелых камнях, она тут же восстановила равновесие, как только копыта ее утонули в гостеприимной зелени луга. Хотя лошадь эта шла без всадника, на спине у нее было двурогое мексиканское седло, исцарапанное и выцветшее от долгого употребления.</p>
     <p>Шествие замыкал человек. Он сбросил на землю вьюк и седло, обозначив место для привала, и пустил лошадей пастись на свободе. Развязав вьюк, он достал провизию, сковородку и кофейник, потом набрал охапку хвороста и соорудил из камней очаг.</p>
     <p>— Ух ты! — воскликнул он. — Как жрать-то хочется! Подавайте сюда хоть железные опилки и ржавые гвозди, — только спасибо скажу хозяюшке да не откажусь и от второй порции!</p>
     <p>Он выпрямился, пошарил в кармане, разыскивая спички, и в эту минуту его взгляд упал на склон холма по ту сторону заводи. Пальцы его уже ухватили спичечный коробок, но тут же разжались, и он вынул руку из кармана. Человек явно колебался. Поглядев на посуду, разложенную у очага, он опять перевел взгляд на откос.</p>
     <p>— Копну-ка еще разок, — решил он наконец и направился к ручью. — Сам знаю, что толку от этого мало, — словно оправдываясь, бормотал он. — Ну да ведь с едой можно и повременить — вреда большого не будет.</p>
     <p>Отступив на несколько футов от первого ряда ям, человек начал второй. Солнце клонилось к западу, тени удлинились, а человек продолжал работать. Он принялся за третий ряд. Поднимаясь вверх по холму, он изрезал склон горизонтальными рядами ям. Середина каждого ряда давала самые богатые золотом пробы, в то. время как в крайних ямах золота не попадалось вовсе. И по мере того как человек поднимался вверх по склону, ряды становились все короче. Они укорачивались так равномерно и неуклонно, что где-то, еще выше по склону, последний ряд должен был превратиться в точку. Мало-помалу намечался рисунок, напоминающий перевернутую букву «V». Сходившиеся кверху края раскопок обозначали границы золотоносного песка.</p>
     <p>Вершина перевернутого «V» и была, как видно, целью человека. Не раз его взгляд взбегал вверх по откосу, стремясь определить точку, где должен был исчезнуть золотоносный песок. К этой точке, где-то над его головой на склоне холма, и адресовался человек, фамильярно именуя ее «сударыня Жила».</p>
     <p>— Ну-ка, пожалуйте сюда, сударыня Жила! Будьте столь милы и любезны, спускайтесь ко мне!</p>
     <p>— Ладно! — заявил он затем, и в голосе его прозвучала решимость. — Ладно, сударыня Жила. Вижу, что придется мне самому подняться к вам и застукать вас на месте. Что ж, так и сделаю! Так и сделаю! — с угрозой добавил он немного погодя.</p>
     <p>Каждый лоток земли человек носил промывать вниз к ручью, и чем выше по склону, тем богаче становились пробы, так что под конец он начал собирать золото в жестянку из-под пекарного порошка, которую небрежно засовывал в задний карман штанов. Человек был так поглощен своей работой, что не заметил медленно подкравшихся сумерек — предвестников близкой ночи — и спохватился лишь после того, как ему при всем старании не удалось разглядеть золотых блесток на дне лотка.</p>
     <p>Он резко выпрямился. Притворный ужас и изумление изобразились на его лице, и он процедил сквозь зубы:</p>
     <p>— Черт побери! Совсем память отшибло. И про обед позабыл!</p>
     <p>Спотыкаясь, он перебрался в темноте через ручей и разжег свой запоздалый костер. Копченая грудинка, лепешки и подогретые бобы составили его ужин. Он закурил трубку и, сидя у тлеющих углей, прислушивался к шорохам ночи и глядел на лунный свет, струившийся сквозь чащу. Потом раскатал постель, стащил с ног тяжелые башмаки и натянул одеяло до самого подбородка. Лицо его в призрачном свете луны казалось бледным, как у мертвеца. Но мертвец этот довольно быстро воскрес и, внезапно приподнявшись на локте, еще раз окинул взглядом холм по ту сторону ручья.</p>
     <p>— Доброй ночи, сударыня Жила! — сонным голосом крикнул он. — Доброй ночи!</p>
     <p>Человек проспал серые предрассветные часы и проснулся, когда косой луч солнца ударил ему в закрытые веки. Вздрогнув, он открыл глаза и долго озирался вокруг, пока наконец не установил связи между событиями вчерашнего дня и настоящей минутой.</p>
     <p>Одеться ему было недолго — только натянуть башмаки. Он посмотрел на костер, потом на холм, заколебался, но, поборов искушение, принялся раздувать огонь.</p>
     <p>— Не спеши, Билл, не спеши! — уговаривал он самого себя. — Зачем пороть горячку? Взопреешь только, а что толку? Сударыня Жила подождет. Она никуда не убежит, покуда ты будешь завтракать. А сейчас не мешало бы слегка обновить наше меню. Так что ступай и действуй!</p>
     <p>На берегу ручья человек срезал тонкий прут, потом достал из кармана кусок бечевки и изрядно помятую искусственную муху.</p>
     <p>— Может, спозаранку еще будет клевать, — пробормотал он, закидывая удочку в заводь; а через минуту уже весело кричал: — Ну, что я говорил! Что я говорил!</p>
     <p>Катушки у него не было, а терять даром время не хотелось, и он, очень быстро и ловко перебирая леску руками, вытащил из воды сверкающую на солнце десятидюймовую форель. Еще три форели быстро последовали одна за другой, обеспечив ему завтрак. Но когда человек подошел к переправе через ручей, снова направляясь к своему холму, неожиданная мысль поразила его, и он остановился.</p>
     <p>— Не мешало бы, пожалуй, прогуляться вниз по ручью, поглядеть, что и как, — пробормотал он. — Кто его знает, какой прохвост может тут шататься поблизости. — И, продолжая бормотать: — Ей-ей, надо бы пойти поглядеть, — человек перебрался по камням через ручей, и все благоразумные мысли тотчас вылетели у него из головы, стоило ему погрузиться в работу.</p>
     <p>Он разогнул спину, только когда стемнело. Поясницу у него ломило, и, потирая ее рукой, он проворчал:</p>
     <p>— Ну что ты скажешь! Никак не упомню про обед, хоть ты тресни! Нет, надо взяться за ум, не то, чего доброго, превратишься в чудака, который постится от зари до зари.</p>
     <p>— Самая что ни на есть распроклятая штука эти жилы — про все на свете позабудешь, — умозаключил человек, залезая на ночь под одеяло. Тем не менее и на этот раз он не позабыл обратиться к холму с прощальным приветствием:</p>
     <p>— Доброй ночи, сударыня Жила! Доброй ночи!</p>
     <p>Поднявшись с солнцем и наскоро закусив, человек сразу принялся за дело. Он весь дрожал, как в лихорадке. Добыча, попадавшая к нему в лоток, становилась все богаче, и волнение его возрастало. Щеки его пылали — но не от зноя, а от снедавшего его внутреннего жара, — и он не чувствовал усталости, не замечал, как летит время. Наполнив лоток землей, он сбегал вниз промыть ее в ручье и тут же, словно одержимый, тяжело дыша, спотыкаясь и сквернословя, бегом взбирался по откосу и опять наполнял лоток.</p>
     <p>Он уже поднялся на сотню ярдов над ручьем и перевернутое «V» начинало принимать довольно отчетливую форму. Стороны золотоносного клина неуклонно сближались, и человек мысленно прикидывал, в какой точке должны они слиться. Там была его цель— вершина «V», и он промывал лоток за лотком, стараясь до нее добраться.</p>
     <p>— Ярда на два повыше куста мансаниты и на ярд вправо, — решил он наконец.</p>
     <p>Потом им овладело искушение.</p>
     <p>— Проще, чем найти собственный нос, — изрек он и, оставив свою кропотливую промывку, взобрался по склону к намеченной цели. Там он наполнил лоток землей и спустился с ним к ручью. Золота в лотке не было ни крупинки. Человек рыл и рыл — то глубже, то на поверхности, промывал один лоток за другим, — но даже самая крошечная золотая блестка не досталась ему в награду за труды. Он пришел в ярость и стал нещадно поносить себя за то, что поддался искушению, затем спустился по откосу и принялся за очередной ряд.</p>
     <p>— Медленно, но верно, Билл. Медленно, но верно, — напевал он себе под нос. — Хватать счастье за глотку — не по твоей части; пора бы тебе это знать. Будь умником, Билл, будь умником. Медленно, но верно — вот твои козыри в любой игре. Ну и валяй с них, да так уж и держись до конца.</p>
     <p>По мере того как пересекающие склон ряды ямок укорачивались, указывая, что стороны «V» сходятся к одной точке, глубина ям все возрастала. Золотой след уходил в недра холма. Только на глубине тридцати дюймов попадались теперь золотые блестки в пробах. Земля, взятая на глубине двадцати пяти дюймов от поверхности, как и на глубине тридцати пяти дюймов, совсем не приносила золота. У основания «V», на берегу ручья, человек находил золотые блестки у самых корней травы; но чем выше поднимался он по откосу, тем глубже уходило золото в землю. Рыть яму глубиной в три фута, только для того чтобы промыть один лоток, было делом нелегким, а прежде чем добраться до вершины «V», старателю предстояло вырыть еще невесть сколько таких ям.</p>
     <p>— Кто ее знает, как глубоко может она уйти, — вздохнул он, приостановив на минуту работу, чтобы потереть занывшую поясницу.</p>
     <p>Спину у него ломило, мускулы онемели, но, дрожа от нетерпения, он снова и снова взбирался вверх по откосу, киркой и лопатой кромсая темную податливую землю. Перед ним расстилался бархатистый склон холма, усеянный цветами, напоенный их пряным дыханием. Позади него земля лежала опустошенная, — казалось, какая-то страшная сыпь выступила на гладкой поверхности холма. В своем медленном продвижении вперед человек, словно улитка, осквернял красоту, оставляя после себя омерзительный след.</p>
     <p>Глубже и глубже уходило золото в землю, но труды человека вознаграждались все возраставшим богатством проб. Двадцать центов, тридцать центов, пятьдесят, шестьдесят центов — так оценил золотоискатель результаты своих последних промывок, а на склоне дня он поставил рекорд, добыв с одной пробы сразу на целый доллар золотого песка.</p>
     <p>— Чует мое сердце, что занесет сюда какого-нибудь пройдоху мне на горе, — сонно пробормотал он, закутываясь на ночь в одеяло до самого подбородка. И вдруг приподнялся и сел. — Билл! — крикнул он резко. — Ну-ка, послушай меня, Билл! Слышишь ты или нет? Завтра утром не мешает тебе порыскать вокруг, поглядеть, что и как. Понял? Завтра утром — смотри не позабудь! — потом зевнул, посмотрел на холм и крикнул: — Доброй ночи, сударыня Жила!</p>
     <p>Утром человек встал так рано, что опередил солнце. Первый луч скользнул по нему, когда он, уже покончив с завтраком, карабкался на скалу в том месте, где обвалившиеся глыбы давали опору для ног. Поднявшись на вершину, он огляделся по сторонам и увидел себя в самом центре безлюдья. Кругом, насколько хватал глаз, гряда за грядой высились горы. Взгляд человека, переносясь с хребта на хребет через разделявшие их мили, натолкнулся на востоке на белоснежные пики Сиерры — главной горной цепи, где запад словно упирался своим хребтом в небо. На севере и на юге человек еще отчетливей различил сплетение горных кряжей, вливавшихся в главное русло этого океана гор. К западу волны хребтов спадали, отступая гряда за грядой, сливаясь с нежноокруглыми холмами предгорий, а те, в свою очередь, как бы таяли, сбегая в необъятную равнину, скрытую от взора.</p>
     <p>И в этих величественных просторах ничто не напоминало о людях или о творениях их рук — ничто, кроме истерзанной груди холма у подножия скал. Человек смотрел долго и внимательно. Раз, где-то в глубине каньона, ему почудилась едва приметная струйка дыма. Он снова посмотрел в ту сторону и решил, что это клочья тумана, синеющие в расселинах скал.</p>
     <p>— Эй вы, сударыня Жила! — крикнул он, наклонясь над обрывом. — Вылезайте-ка оттуда! Я иду к вам, сударыня Жила! Я иду!</p>
     <p>Тяжелые башмаки придавали ему неуклюжий вид, но он спускался с головокружительной высоты, прыгая легко и упруго, как горный козел. На самом краю пропасти из-под ног у него выскользнул камень, но это его не испугало. Человек, казалось, с точностью знал, когда может последовать катастрофа, и успевал использовать даже самую неверную опору, чтобы, оттолкнувшись от нее, стать на твердую почву. Там, где откос падал почти отвесно и удержаться на нем нельзя было бы и секунды, человек не колебался: его нога лишь на какую-то долю роковой секунды ступила на предательское место, и одним прыжком он перенесся дальше. А там, где даже на эту долю секунды нельзя было искать опоры для ноги, человек перебрасывал тело вперед, цепляясь руками за выступ скалы, или за расщелину в камнях, или за куст с подозрительно обнажившимися корнями. Но вот, наконец, с неистовым криком он одним прыжком перемахнул с отвесной скалы на мягкий оползень и закончил свой спуск в туче сыплющейся земли и гальки.</p>
     <p>Первый лоток, промытый им в то утро, принес золотого песка на два с лишним доллара. Человек взял эту пробу из самого центра «V». И вправо и влево от центра количество золота быстро уменьшалось. Ряды ям становились все короче; между сближающимися сторонами клина оставалось всего несколько ярдов. И всего несколькими ярдами выше лежала точка пересечения этих сторон. Но золотой след уходил в землю все глубже и глубже. После полудня человек находил золото только в пробах, взятых на глубине пяти футов.</p>
     <p>Впрочем, золотой след был теперь уже не просто след: это была, в сущности, настоящая золотая россыпь, и человек решил, после того как он доберется до жилы, вернуться назад и поработать на поверхности. Но все возрастающее богатство проб начинало его тревожить. К вечеру каждая промывка давала уже на три-четыре доллара золотого песка. Человек в замешательстве почесал затылок и посмотрел на куст мансаниты, росший немного выше по склону — примерно там, где должна была находиться вершина перевернутого «V». Покачав головой, он изрек пророческим тоном:</p>
     <p>— Одно из двух, Билл, одно из двух. Либо сударыня Жила растеряла все свое золото на этом откосе, либо она так богата, черт ее дери, что у тебя, пожалуй, силенок не хватит забрать ее всю с собой. Вот уж это будет беда так беда!.. А? Что ты скажешь? — фыркнул он, размышляя над столь приятной дилеммой.</p>
     <p>Ночь застала человека у ручья. Глаза его напряженно боролись с надвигающимся мраком, когда он промывал последний лоток, в котором золотого песка было уже по меньшей мере на пять долларов.</p>
     <p>— Жаль, фонарика нет — еще бы поработал, — промолвил он.</p>
     <p>В эту ночь человеку не спалось. Он укладывался и так и этак, закрывал глаза, в надежде что сон его одолеет, но алчное нетерпение будоражило кровь, и, вглядываясь в мрак, он бормотал устало:</p>
     <p>— Скорей бы уж рассвело!</p>
     <p>Сон пришел к нему наконец; но едва побледнели звезды, как он уже открыл глаза. В тусклых предрассветных сумерках, наскоро покончив с завтраком, он взобрался по откосу и снова направился к таинственному убежищу «сударыни Жилы».</p>
     <p>В первом ряду, вырытом им в то утро, хватило места всего лишь для трех ям — так сузилась золотая струя и так близко подошел он к ее истокам, шаг за шагом преследуя золото уже четвертый день.</p>
     <p>— Спокойнее, Билл, спокойнее, — увещевал он себя, вонзая лопату в землю в том месте, где стороны перевернутого «V» сошлись наконец в одной точке.</p>
     <p>— А все-таки вы мне попались, сударыня Жила! Как пить дать, попались! Теперь уж вам от меня не уйти! — повторил он несколько раз подряд, копая все глубже и глубже.</p>
     <p>Четыре фута, пять футов, шесть футов — рыть становилось труднее. Лопата звякнула, наткнувшись на твердую породу. Человек осмотрел дно ямы.</p>
     <p>— Кварц, — последовало заключение, и, очистив яму от насыпавшейся в нее земли, человек обрушился на рыхлый кварц, выламывая киркой куски породы.</p>
     <p>Он вонзил лопату в разрыхленную массу. Блеснуло что-то желтое. Человек присел на корточки и, словно фермер, счищающий налипшую комьями землю с только что вырытой картофелины, принялся очищать кусок кварца.</p>
     <p>— Ты посрамлен, Сарданапал!<a l:href="#n_706" type="note">[706]</a> — вскричал он. — Да тут его целые куски и кусищи! Целые куски и кусищи!</p>
     <p>То, что он держал в руках, только наполовину было кварцем. В кварц было вкраплено чистое золото. Человек бросил его в лоток и обследовал другой обломок. Здесь лишь кое-где проглядывала желтизна, но сильные пальцы человека крошили рыхлый кварц до тех пор, пока в обеих ладонях у него не заблестело золото. Человек очищал кусок за куском и бросал их в лоток. На дне ямы было скрыто сокровище. Кварц уже так распался, что его было меньше, чем золота. Попадались куски, в которых совсем не было другой породы, — чистые золотые самородки. Там, где кирка вонзилась в самую сердцевину жилы, развороченный грунт сверкал и переливался желтыми огнями, словно груда драгоценных камней, и человек, склонив голову набок, медленно поворачивался из стороны в сторону, любуясь их ослепительной игрой.</p>
     <p>— Вот и толкуйте теперь про ваши Золотые Россыпи! — воскликнул он и презрительно фыркнул. — Да перед этой жилой они и тридцати центов не стоят. Вот где чистое золото! Черт возьми, отныне я нарекаю этот каньон «Золотым каньоном»!</p>
     <p>Все еще сидя на корточках, человек продолжал рассматривать самородки и бросать их в лоток. И вдруг его охватило предчувствие беды. Ему показалось, что на него упала чья-то тень. Но тени не было. Сердце сжалось у него в груди, и к горлу подкатил комок. Затем медленно, холодея, кровь отлила от сердца, и он почувствовал, как пропотевшая рубашка ледяным пластырем прилипла к телу.</p>
     <p>Человек не оглянулся, не вскочил на ноги. Он не двинулся с места. Он старался постичь сущность полученного им предостережения, установить источник таинственной силы, оповестившей его об опасности, уловить присутствие невидимого существа, грозившего ему бедой. Порой мы ощущаем ток враждебных нам сил, воздействующий на нас- такими неуловимыми путями, что наши чувства не в состоянии их постичь. Человек, смутно ощущал этот ток, но не знал, откуда он исходит. Словно облако вдруг набежало на солнце. Повеяло чем-то гнетущим и тревожным. Казалось, мрак опустился на человека и над головой его пронеслось дыхание смерти.</p>
     <p>Каждый нерв, каждый мускул его тела приказывали ему вскочить и лицом к лицу встретить невидимую опасность, но воля подавила безотчетный страх, и человек остался сидеть на корточках, с золотым самородком в руках. Он не смел оглянуться, но теперь уже твердо знал, что кто-то стоит позади него у края ямы. Человек делал вид, что рассматривает самородок. Он разглядывал его со всех сторон, поворачивал и так и этак, счищал с него землю… И все это время он знал, что кто-то стоит позади и смотрит из-за его плеча на золото.</p>
     <p>Продолжая делать вид, что он поглощен самородком, человек напряженно прислушивался и, наконец, уловил за своей спиной чье-то дыхание. Его взгляд рыскал по земле в поисках оружия, но наталкивался лишь на вывороченные куски золота, такие бесполезные сейчас — в беде. Вот кирка — сподручное оружие в ином случае, но не теперь. Человек сознавал свою обреченность. Он был на дне узкой ямы в семь футов глубиной, его голова едва достигала края ямы. Он был в ловушке.</p>
     <p>Человек продолжал сидеть на корточках. Самообладание не покинуло его, но, перебирая в уме все пути к спасению, он только яснее сознавал свою беспомощность. Он продолжал счищать землю с самородков и бросать их в лоток. Больше ему ничего не оставалось делать. И все же он знал, что рано или поздно ему придется встать и взглянуть в лицо опасности, в лицо тому, что дышало сейчас у него за спиной. Минуты шли, и он понимал, что приближается тот миг, когда он должен будет встать, или… — и снова при одной мысли об этом холодная от пота рубашка прилипла к телу — или принять смерть вот так — согнувшись в три погибели над своим сокровищем.</p>
     <p>И все же он продолжал сидеть на корточках, счищая землю с самородков и обдумывая, как ему быть. Можно внезапно вскочить, попытаться выкарабкаться из ямы и встретить то, что ему угрожает, на ровной поверхности, лицом к лицу. Или можно подняться медленно, непринужденно и как бы невзначай обнаружить врага, который дышит там, у него за спиной. Инстинкт, каждый мускул жаждущего открытой схватки тела призывали его вскочить, одним прыжком выбраться из ямы. Разум, с присущим ему коварством, толкал на неторопливую, осторожную встречу с этим невидимым существом, которое ему угрожало. И пока человек раздумывал, у него под ухом раздался оглушительный грохот. В ту же секунду он почувствовал страшный удар слева в спину, и от этой точки огонь волнами побежал у него по всему телу. Он рванулся вверх, но, не успев выпрямиться, рухнул на землю. Его тело съежилось, словно охваченный пламенем лист, колени уперлись в стену узкой ямы, и он поник грудью на свой лоток с золотом, уткнувшись лицом в землю и обломки породы. Ноги его конвульсивно дернулись — раз, другой. По телу пробежала судорога. Затем легкие расширились в глубоком вздохе и медленно, очень медленно выпустили воздух. И тело, так же медленно, распласталось на земле.</p>
     <p>На краю ямы, с револьвером в руке, стоял неизвестный. Он долго, пристально смотрел на распростертое в яме безжизненное тело, затем присел на корточки и заглянул вниз, положив револьвер на колено. Сунув руку в карман, он вытащил клочок оберточной бумаги и щепоть табака и свернул папиросу — короткую, толстую коричневую папиросу, закрученную с обоих концов. Ни на секунду не спуская взгляда с лежащего на дне ямы тела, он закурил и с наслаждением затянулся. Он курил не торопясь и, когда папироса потухла, снова зажег ее. И все это время он не сводил глаз с тела, распростертого внизу.</p>
     <p>Наконец, он отбросил окурок, встал и шагнул к краю ямы. Держа револьвер в правой руке, он оперся обеими руками о землю, спустил ноги в яму и повис на руках. Потом отпустил руки и спрыгнул вниз.</p>
     <p>И в ту же секунду рука золотоискателя крепко обхватила его за щиколотку и рывком опрокинула навзничь. В момент прыжка неизвестный держал револьвер над головой и мгновенно, как только пальцы золотоискателя впились ему в ногу, направил дуло револьвера вниз. Его тело еще не достигло земли, а он уже спустил курок. Выстрел прозвучал оглушительно в этом узком пространстве. В густом дыму ничего нельзя было разглядеть. Неизвестный ударился спиной о дно ямы, и золотоискатель, как кошка, прыгнул на него, придавив его своей тяжестью. В то же мгновение тот опустил руку и выстрелил снова, но золотоискатель локтем ударил его по руке. Дуло револьвера подпрыгнуло вверх, и пуля ушла в землю.</p>
     <p>В следующую секунду неизвестный почувствовал, как пальцы золотоискателя сомкнулись вокруг его кисти. Теперь борьба шла за револьвер. Каждый из них старался направить дуло в противника. Дым в яме постепенно рассеивался. Лежа на спине, неизвестный уже начинал различать кое-что. Но внезапно горсть земли, брошенная ему прямо в глаза, ослепила его. От неожиданности он на мгновение разжал пальцы и выпустил револьвер. И в ту же секунду почувствовал, как на его голову с невыносимым грохотом обрушился мрак и поглотил все.</p>
     <p>Но золотоискатель стрелял снова и снова, пока в револьвере не осталось ни одного патрона. Тогда он отшвырнул его в сторону и, тяжело дыша, опустился на ноги трупа.</p>
     <p>Он отдувался и всхлипывал, с трудом переводя дыхание.</p>
     <p>— Шелудивый пес! — еле выговорил он. — Крался по моему следу, ждал, пока я всю работу проделаю, а потом, гляди-ка, спину мне продырявил!</p>
     <p>Он едва не заплакал от изнеможения и злости; потом вгляделся в лицо мертвеца. Оно было так засыпано землей и гравием, что трудно было распознать его черты.</p>
     <p>— Нет, отродясь не видал этой рожи, — заключил золотоискатель, окончив свой осмотр. — Обыкновенный прохвост, каких немало, будь он проклят! И ведь в спину стреляет! В спину!</p>
     <p>Он расстегнул рубашку и ощупал себе грудь и левый бок.</p>
     <p>— Насквозь прошла, и хоть бы что! — торжествуя, воскликнул он. — Небось целил-то он куда следует, да дернул рукой, когда спускал курок, дубина! Ну, я ему показал!</p>
     <p>Он потрогал пальцами рану в боку, и тень досады пробежала по его лицу.</p>
     <p>— Еще чего доброго разболится, — проворчал он. — Нужно залатать эту дыру да убираться отсюда восвояси.</p>
     <p>Он выкарабкался из ямы, спустился с холма к своему привалу и скоро вернулся, ведя под уздцы вьючную лошадь. Из расстегнутого ворота рубахи выглядывала тряпка, прикрывавшая рану. Левой рукой он двигал с трудом и неуклюже, но все же продолжал ею пользоваться.</p>
     <p>Обвязав труп под мышками веревкой, человек вытащил его из ямы, потом принялся собирать золото. Он работал упорно, час за часом, останавливаясь временами, чтобы потереть онемевшее плечо и воскликнуть:</p>
     <p>— В спину стреляет! Ах ты, пес шелудивый! В спину стреляет!</p>
     <p>Когда все самородки были очищены от земли и запакованы в одеяло, он прикинул в уме размеры своего богатства.</p>
     <p>— Четыреста фунтов, будь я неладен! Ну, скажем, сотни две потянут кварц и земля, — остается двести фунтов чистого золота. Билл, проснись! Двести фунтов золота! Сорок тысяч долларов! И это все твое… Все твое!</p>
     <p>Он восхищенно почесал затылок, и вдруг пальцы его наткнулись на какую-то незнакомую шероховатость. Он ощупал ее дюйм за дюймом. Это была царапина на черепе — там, где его задела вторая пуля.</p>
     <p>Обозлившись, он шагнул к мертвецу.</p>
     <p>— А! Ты будешь, будешь? — вызывающе крикнул он. — Будешь, а? Ладно, ты уж получил у меня сполна, теперь остается только устроить тебе приличные похороны. Уж, верно, мне бы этого от тебя не дождаться!</p>
     <p>Он подтащил мертвеца к краю ямы и столкнул его вниз. Труп с глухим стуком свалился на дно ямы, голова запрокинулась лицом к небу. Человек наклонился и посмотрел на мертвеца.</p>
     <p>— А ведь ты мне в спину стрелял, — промолвил он с укоризной.</p>
     <p>Работая киркой и лопатой, он забросал яму землей. Потом навьючил золото на лошадь. Поклажа была слишком тяжела, и, спустившись к привалу, человек переложил часть груза на верховую лошадь. Но все же ему пришлось бросить кое-что из своего снаряжения — лопату, кирку, лоток, часть провизии, посуду и другие мелочи.</p>
     <p>Солнце стояло в зените, когда человек погнал лошадей сквозь живую стену лиан и дикого винограда. Карабкаясь на огромные каменные глыбы, лошади иной раз вставали на дыбы и продирались вслепую сквозь густое сплетение зарослей. Раз верховая лошадь тяжело рухнула на землю, и человек снял с нее вьюк, чтобы помочь ей подняться на ноги. Когда она снова пустилась в путь, человек обернулся, просунул голову сквозь зеленую сетку ветвей и бросил последний взгляд на склон холма.</p>
     <p>— Шелудивый пес! — сказал он и скрылся.</p>
     <p>Из зарослей доносились хруст и треск. Вершины кустов колыхались слегка, отмечая путь лошадей сквозь чащу… Порой слышался стук подков о камни, порой — грубый окрик или ругательство. Потом человек затянул свой псалом:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Оглядись! Перед тобой</v>
       <v>Благодатных гор покой.</v>
       <v>Силы зла от тебя далече!</v>
       <v>Оглядись и груз грехов</v>
       <v>Скинь скорей в придорожный ров.</v>
       <v>Завтра ждет тебя с господом встреча!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Пение звучало все слабее и слабее, и вместе с тишиной дух каньона прокрался обратно в свои владения. Снова дремотно зашептал ручей. Послышалось ленивое жужжание горных пчел. В напоенном ароматами воздухе поплыли снежные хлопья тополиного пуха. Бабочки, паря, закружились среди деревьев, и мирное сияние солнца разлилось над каньоном. Только след подков на лугу да глубокие царапины на груди холма остались памятью о беспокойной жизни, нарушившей мирный сон каньона и отошедшей прочь.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Планшетка</p>
     </title>
     <p>— Я должна знать, — сказала девушка.</p>
     <p>В голосе ее слышалась железная решимость. В нем не было просительных интонаций, но она долго умоляла, прежде чем эта решимость пришла к ней. По свойствам своего характера она не могла умолять вслух. С губ ее не срывалось ни единого слова, но лицо, глаза, весь облик ее давно уже красноречиво говорили о том, как ей хотелось знать. Мужчина чувствовал это, но ничего не говорил, и теперь она вслух потребовала ответа.</p>
     <p>— Я должна, — повторила девушка.</p>
     <p>— Понимаю, — сказал он упавшим голосом.</p>
     <p>Наступила тишина. Она ждала, что он скажет, и не отрывала глаз от солнечных лучей, которые пробивались сквозь высокие кроны и заливали мягким светом стволы секвой. Эти лучи, смягченные и насыщенные красноватым цветом коры деревьев, казалось, исходили из самих стволов. Девушка глядела на них и ничего не видела, как не слышала она громкого рокота потока, доносившегося со дна глубокого каньона.</p>
     <p>Она взглянула на мужчину.</p>
     <p>— Ну? — спросила она уверенным, не допускающим возражений тоном.</p>
     <p>Девушка сидела, прислонившись спиной к стволу упавшего дерева, а мужчина лежал возле нее на боку, подперев голову рукой.</p>
     <p>— Милая, милая Лют, — прошептал он.</p>
     <p>Она вздрогнула от звука его голоса, но не потому, что он был ей неприятен, нет, просто ей не хотелось поддаваться его ласковым чарам. Она хорошо знала обаяние этого человека, то состояние покоя и счастья, которое наступало, когда она слышала его ласковый голос или ощущала на своей шее или щеке его дыхание и даже когда он просто касался рукой ее руки. В каждое слово, взгляд, прикосновение он вкладывал свои сокровенные чувства, и всякий раз ей казалось, что ее нежно гладит чья-то заботливая рука. Но эта непременная ласковость не была приторной; она не была порождением болезненной сентиментальности или любовного безумия. Она была властной, ненавязчивой, мужской. В большинстве случаев эта ласковость проявлялась у него бессознательно. Это было заложено в нем, и он, не раздумывая, следовал первому же движению души.</p>
     <p>Но теперь, полная решимости и отчаяния, она старалась оставаться равнодушной. Он попытался заглянуть ей в лицо, но ее серые глаза так сурово смотрели на него из-под нахмуренных бровей, что он не выдержал и положил голову к ней на колени. Она нежно коснулась рукой его волос, и лицо ее стало заботливым и нежным. Но когда он вновь взглянул на нее, глаза ее были суровы, а брови нахмурены.</p>
     <p>— Что я могу еще сказать тебе? — спросил мужчина. Он приподнял голову и поглядел ей в глаза. — Я не могу жениться на тебе. Я вообще не могу жениться. Я люблю тебя больше собственной жизни, и ты знаешь это. Ты мне дороже всего на свете. Я отдал бы все, лишь бы ты была моей. Но я не могу… Я не могу жениться на тебе. И никогда не смогу.</p>
     <p>Она крепко сжала губы, чтобы не выдать своих чувств. Он хотел было снова положить голову к ней на колени, но она остановила его.</p>
     <p>— Ты женат, Крис?</p>
     <p>— Нет, нет! — горячо запротестовал он. — И никогда не был женат. Я хочу жениться только на тебе и… не могу.</p>
     <p>— Тогда…</p>
     <p>— Нет! — перебил он ее. — Не спрашивай меня!</p>
     <p>— Я должна знать, — повторила она.</p>
     <p>— Я понимаю, — снова перебил он. — Но я не могу сказать тебе.</p>
     <p>— Ты не думаешь обо мне, Крис, — нежно продолжала она.</p>
     <p>— Я все понимаю, — вставил он.</p>
     <p>— Ты должен считаться со мной. Ты не знаешь, что мне приходится выносить от родных из-за тебя.</p>
     <p>— Я не думал, что они так плохо относятся ко мне, — сказал он с обидой.</p>
     <p>— Да, это так. Они едва выносят твое присутствие. Они не показывают тебе этого, но они почти ненавидят тебя. И терпеть все это приходится мне. Хотя раньше все было иначе. Сначала они любили тебя так же, как… как я люблю тебя. Но это было четыре года тому назад. Время шло… год, два… и их отношение к тебе стало меняться. Их нельзя винить. Ты не говорил решающего слова. Они чувствовали, что ты коверкаешь мне жизнь. Прошло уже четыре года, а ты им не сказал ни слова о женитьбе. Что им оставалось думать? Только то, что ты коверкаешь мне жизнь.</p>
     <p>Говоря, она ласково пропускала пальцы сквозь его волосы, сожалея, что причиняет ему боль.</p>
     <p>— Сначала ты им нравился. А кому ты можешь не понравиться? Все живые существа тянутся к тебе, как булавки к магниту. И у тебя это словно врожденное. Тетя Милдред и дядя Роберт считали, что таких людей, как ты, больше нет. Они не чаяли в тебе души. Они считали меня счастливейшей девушкой на свете, потому что я завоевала любовь такого человека, как ты. «Похоже, что дело будет», — говаривал дядя Роберт и лукаво покачивал головой. Конечно, ты им нравился. Тетя Милдред бывало вздыхала и, поддразнивая дядю, говорила: «Когда я думаю о Крисе, то почти жалею, что сама не молода». А дядя отвечал: «И я нисколько не осуждаю тебя, дорогая». А потом оба они поздравляли меня и осыпали похвалами за то, что я сумела увлечь такого человека, как ты.</p>
     <p>Они знали, что я тоже люблю тебя. Разве это скроешь? Это большое и удивительное, вошедшее в мою жизнь и заполнившее ее! Вот уже четыре года, Крис, я живу только тобой. Каждая минута моей жизни принадлежит тебе. Я просыпаюсь с мыслью о тебе. Я вижу тебя во сне. Что бы я ни делала, я всегда думала: «А как бы это сделал он?» Я всегда ощущала твое незримое присутствие. Не было события в моей жизни, большого или малого, не связанного с тобой.</p>
     <p>— Мне и в голову не приходило навязывать подобное рабство, — пробормотал он.</p>
     <p>— Ты ничего не навязывал. Ты всегда предоставлял мне полную самостоятельность. Наоборот, ты был моим покорным рабом. И ты не был навязчив. Ты предупреждал мои желания, но я не замечала этого, таким естественным и неизбежным было все, что ты делал для меня. Я сказала, что ты был ненавязчив. Да, ты не плясал под мою дудку. Ты не носился со мной. Понимаешь? Казалось, ты вообще ничего не делал для меня. Но почему-то все всегда оказывалось сделанным, словно это было в порядке вещей.</p>
     <p>Это рабство было рабством любви. Именно любовь к тебе заставила меня посвятить тебе всю мою жизнь. Сам ты не прилагал к этому никаких усилий. Я не могла не думать о тебе, я думала о тебе всегда, ты даже представить себе не можешь, как много я думала о тебе.</p>
     <p>Но время шло, и у тети и дяди появилась неприязнь к тебе. Они стали бояться за меня. Что со мной станет? Ты коверкал мне жизнь. А моя музыка? Ты помнишь, как развеялись мои мечты о том, что я буду заниматься музыкой. В ту весну, когда я впервые встретила тебя, мне было двадцать лет, и я собиралась поехать в Германию. Я хотела серьезно заниматься. Прошло четыре года, а я все еще в Калифорнии.</p>
     <p>У меня были поклонники. Но ты всех разогнал… Нет, нет! Я не то хотела сказать. Я сама отвадила их. Какое мне было до них дело, когда рядом был ты? Но, как я уже говорила, тетя Милдред и дядя Роберт стали бояться за меня. Начались разговоры, сплетни… А время шло. Ты ничего не говорил. Я могла только удивляться. Я знала, что ты любишь меня. Сначала на тебя ополчился дядя, а потом и тетя Милдред. Ты знаешь, они заменили мне отца с матерью, я не могла защищать тебя. Но я тебя не осуждала. Я просто отказывалась говорить о тебе. Я стала замкнутой. В моих отношениях с домашними появился холодок, дядя Роберт ходил с похоронным лицом, а у тети Милдред разрывалось сердце. Но что я могла поделать, Крис? Что я могла поделать?</p>
     <p>Мужчина, голова которого снова лежала на коленях у девушки, только тяжело вздохнул.</p>
     <p>— Тетя Милдред заменила мне мать. Но я уже больше не делилась с ней своими мыслями. Книга моего детства была прочитана. И это была чудесная книга, Крис. У меня выступают слезы на глазах, когда я думаю о своем детстве. Но что было, то прошло. Я по-прежнему очень счастлива. Я рада, что могу так откровенно сказать тебе о своей любви. И эта откровенность доставляет мне великую радость. Я люблю тебя, Крис. Я не могу найти слов, чтобы сказать тебе, как сильна моя любовь. Ты для меня все… Ты помнишь рождественскую елку, которую устроили для детишек? Мы еще тогда играли в жмурки? Ты поймал меня за руку и так сильно стиснул ее, что я вскрикнула от боли. Я ничего не сказала тебе, но у меня на руке остались синяки. И ты не можешь себе представить, как это было приятно мне. Здесь остались синяки, отпечатки твоих пальцев… твоих пальцев, Крис, твоих пальцев. Я видела то место, куда они прикоснулись. Синяки не сходили неделю, и я целовала их… часто-часто! Мне не хотелось, чтобы они сходили, у меня даже было желание исщипать свою руку, чтобы не расставаться с синяками. Я испытывала неприязнь к белой коже, проступившей на месте синяков. Это трудно объяснить, но я так любила тебя!</p>
     <p>В наступившей тишине она продолжала ласково гладить его волосы и рассеянно следила за подвижной и веселой белкой, скакавшей с дерева на дерево в глубине леса. Потом взгляд ее остановился на дятле с малиновым хохолком, энергично долбившем поваленное дерево.</p>
     <p>Мужчина не поднимал головы. Он еще плотнее уткнулся лицом в ее колени, а его бурно вздымавшиеся плечи указывали на то, как он тяжело дышит.</p>
     <p>— Ты должен сказать мне, Крис, — мягко уговаривала девушка. — Эта таинственность… она убивает меня. Я должна знать, почему мы не можем пожениться. Неужели ничего не изменится? И мы останемся просто возлюбленными? Правда, мы часто встречаемся, но какими долгими кажутся промежутки между встречами! Неужели это все, что мы можем взять от жизни? Неужели мы никогда не сможем стать друг для друга чем-то большим? Конечно, я знаю, любить просто так — это тоже очень хорошо… Ты сделал меня безумно счастливой, но человеку временами хочется чего-то большего! Я хочу, чтобы ты весь принадлежал мне. Я хочу всегда быть о тобой. Я хочу, чтобы мы стали неразлучными друзьями, сейчас мы не можем быть ими, но мы будем, когда поженимся… — У нее перехватило дыхание. — Но мы никогда не поженимся. Я забыла. И ты должен сказать мне, почему…</p>
     <p>Мужчина поднял голову и поглядел ей в глаза. Он всегда глядел прямо в глаза своему собеседнику.</p>
     <p>— Я все время думаю о тебе, Лют, — сказал он, насупившись. — Я думал о наших отношениях с самого начала. Я не должен был ухаживать за тобой. Мне следовало удалиться… Я знал это и все же…. не уехал. Господи! А что мне было делать? Я любил тебя и не мог уехать. Это было выше моих сил Я остался. Я давал зароки и нарушал их. Я стал чем-то вроде алкоголика. Я был пьян тобой. Это слабость, я знаю. Я не мог совладать с собой, не мог уехать. Я сделал попытку. Ты помнишь, я уехал, и ты не знала, почему. Теперь ты знаешь. Я уехал, но не мог оставаться вдали от тебя. Зная, что мы никогда не сможем пожениться, я вернулся к тебе. Теперь я здесь, с тобой. Прогони меня, Лют. У меня не хватает сил уйти самому.</p>
     <p>— Но почему ты должен уйти? — спросила она. — Должна же я узнать это перед тем, как расстаться с тобой.</p>
     <p>— Не спрашивай…</p>
     <p>— Скажи мне, — уговаривала она мягко и вместе с тем настойчиво.</p>
     <p>— Не надо, Лют, не заставляй меня, — сказал мужчина умоляющим голосом, глаза его молили о том же.</p>
     <p>— Но ты должен сказать мне, — настаивала она. — Будь справедлив ко мне.</p>
     <p>Мужчина колебался.</p>
     <p>— Если я скажу… — начал он и вдруг решительно закончил, — я никогда не прощу себе этого. Нет, я не могу сказать. Не заставляй меня, Лют. Ты пожалеешь об этом так же, как и я.</p>
     <p>— Если есть что-нибудь… если есть препятствия… если это тайна и ее действительно нельзя… — Она говорила медленно, делая большие паузы, стараясь как можно деликатней выразить свою мысль. — Я люблю тебя, Крис. Я уверена, что люблю тебя так сильно, как только может любить женщина. Если бы ты сказал мне сейчас: «Пойдем!», — я бы пошла с тобой. Я бы последовала за тобой, куда бы ты ни повел меня. Я была бы твоим пажом, как в старые времена, когда дамы отправлялись вместе со своими рыцарями в дальние края. Ты мой рыцарь, Крис, и ты не можешь сделать ничего дурного. Я охотно покорюсь твоей воле. Когда-то я боялась, что свет осудит меня. Но теперь, когда ты вошел в мою жизнь, я уже не боюсь. Ради тебя да и ради себя самой я готова посмеяться над светом и над его осуждением. Я посмеялась бы, потому что ты был бы моим, а ты мне более дорог, чем хорошее мнение и одобрение света. Если ты скажешь: «Пойдем!», — я…</p>
     <p>— Нет, нет! — воскликнул он. — Это невозможно! Будем ли мы женаты или нет, я не могу сказать тебе: «Пойдем». Я не осмелюсь. Вот увидишь. Я расскажу тебе…</p>
     <p>Он решительно уселся рядом с девушкой, взял ее руку и крепко сжал. Он был уже готов сказать. Тайна вот-вот должна была слететь у него с языка. Казалось, воздух дрожал в ожидании решающего слова. Девушка затаила дыхание, словно она собиралась выслушать окончательный приговор. Но он глядел прямо перед собой и молчал. Она почувствовала, как ослабла его рука, и сочувственно, ободряюще пожала ее. Но она ощущала, как расслабилось все его тело, и знала, что дух и тело слабеют одновременно. Решимость его убывала. Она знала, что он не скажет, и в то же время верила, что ему нельзя говорить.</p>
     <p>Девушка с отчаянием глядела прямо перед собой, грудь ее теснило, словно она потеряла всякую надежду на счастье. Она смотрела отсутствующим взглядом, как мерцают солнечные блики на стволах деревьев. Она наблюдала за всем как бы издалека, без всякого интереса, словно она была чужая в этом хорошо знакомом уголке земли, среди деревьев и цветов, которые она так любила.</p>
     <p>Таким далеким ей показалось все это, что она стала с каким-то странным, неопределенным любопытством разглядывать окружавшие ее предметы. Она смотрела на росший поблизости, усыпанный цветами каштан так, словно видела его впервые. Она долго рассматривала желтые пучки «диогеновых фонариков», росших на краю полянки.</p>
     <p>Она всегда испытывала удовольствие, когда видела цветы, но теперь они ее не трогали. Она всматривалась в цветок задумчиво, упорно, как одурманенный курильщик гашиша, наверно, всматривается в причудливое видение, созданное воображением под влиянием наркотика. В уши врывался голос потока — охрипшего сонного великана, невнятно пересказывавшего свои сны. Обычно у нее разыгрывалось воображение, но сейчас она слышала только шум воды, бегущей по камням на дне глубокого каньона.</p>
     <p>Она перевела блуждающий взгляд с «диогеновых фонариков» на поляну. Там, на склоне холма, по колено в овсюге паслись две лошади, обе гнедые, превосходно подобранные. На их по-весеннему гладкой, золотистой шерсти временами загорались солнечные блики, сверкавшие, как алмазы. Она вдруг осознала почти с умилением, что одна из этих лошадей ее Долли, спутница ее детства и девичества, уткнувшись в шею которой она не раз выплакивала свои печали и пела о своих радостях. На глазах девушки выступили слезы, и к ней, как это свойственно всякой страстной натуре, легко поддающейся настроению, вернулась прежняя живость.</p>
     <p>Мужчина приподнялся, тело его ослабло, и он со стоном уронил голову к ней на колени. Она склонилась над ним и нежно прижала губы к его волосам.</p>
     <p>— Ну пошли, — почти шепотом сказала девушка.</p>
     <p>Она всхлипнула, но, встав на ноги, крепко сжала губы. Лицо мужчины было мертвенно бледным, так тяжело пришлось ему в той борьбе, которую он вел с самим собой. Не глядя друг на друга, они пошли прямо к лошадям. Пока мужчина подтягивал подпруги, девушка прижалась к шее Долли. Потом она сжала в руках поводья и стала ждать. Наклоняясь, он посмотрел на нее, глаза его молили о прощении. Она ответила ему сочувственным взглядом. Он подставил руки, и она, опершись о них ногой, прыгнула в седло. Не говоря ни слова и не глядя больше друг на друга, они повернули лошадей и поехали узкой тропинкой через мрачные лесные чащи и поляны к лежащим внизу пастбищам. Тропинка становилась все шире и шире. Выехав из лесу, они оказались на проселке, спускавшемся по пологим склонам рыжевато-коричневых калифорнийских холмов к тому месту, где деревянные брусья загораживали въезд на шоссе, проложенное по дну долины. Девушка осталась в седле, а мужчина соскочил с коня и стал разбирать загородку.</p>
     <p>— Нет… погоди! — закричала она, когда он взялся за два последних нижних бруса.</p>
     <p>Она послала кобылу вперед, и животное легко взяло этот невысокий барьер. Глаза мужчины заблестели, и он зааплодировал.</p>
     <p>— Красавица моя, красавица! — воскликнула девушка, перегнувшись в порыве через луку седла и прижимаясь щекой к шее кобылы, лоснившейся на солнце.</p>
     <p>— Давай поменяемся лошадьми, — предложила она, когда он вывел лошадь на дорогу и кончил прилаживать загородку. — Ты всегда недооценивал Долли.</p>
     <p>— Нет, нет! — запротестовал он.</p>
     <p>— Ты думаешь, она слишком стара, слишком степенна, — настаивала Лют. — Ей уже шестнадцать, но она обгонит девять молодых лошадей из десяти. Только она никогда не горячится. Она слишком спокойна, и поэтому не нравится тебе… да, да, не отрицайте этого, сэр. Я знаю. И я также знаю, что она обгонит вашего хваленого Уошо Бэна. Ну! Я вызываю тебя на состязание! Более того, ты можешь скакать на ней сам. Ты знаешь, на что способен Бэн, а теперь ты должен сесть на Долли и убедиться сам, на что способна она.</p>
     <p>Они поменялись лошадьми, радуясь развлечению и стараясь продлить его как можно дольше.</p>
     <p>— Я рада, что родилась в Калифорнии, — заметила Лют, сев верхом на Бэна. — Езда в женском седле неприятна женщине, да и лошади под ним не сладко.</p>
     <p>— Ты похожа на юную амазонку, — одобрительно сказал мужчина, бросив нежный взгляд на девушку, разворачивавшую лошадь.</p>
     <p>— Ты готов? — спросила она.</p>
     <p>— Готов!</p>
     <p>— К старой мельнице! — крикнула она, когда лошади рванулись вперед. — Это меньше мили.</p>
     <p>— Кто первый? — спросил он.</p>
     <p>Она кивнула, и лошади, чувствуя понукания, быстро поняли, чего от них хотят. Они понеслись по ровной дороге, поднимая клубы пыли. Лошади распластались, всадники припали к лукам, им не раз приходилось прижиматься к шеям лошадей, чтобы не задеть за ветви деревьев, росших у самой дороги. Копыта дробно постукивали на маленьких деревянных мостах, гремели на больших железных. Угрожающе потрескивали плохо скрепленные бревна.</p>
     <p>Они скакали бок о бок, сберегая силы животных для бурного финиша, но и не снижали темпа скачки, что говорило о большом запасе энергии и выносливости у лошадей. Обогнув дубовую рощицу, дорога выпрямилась, и всадники увидели футах в семистах впереди развалины мельницы.</p>
     <p>— Теперь вперед! — воскликнула девушка.</p>
     <p>Она всем телом послала лошадь вперед и в то же время, ослабив поводья, дотронулась левой рукой до ее шеи. Она стала обгонять соперника.</p>
     <p>— Похлопай ее по шее! — крикнула девушка.</p>
     <p>Он послушался, кобыла прибавила ходу и стала постепенно обходить Бэна. Крис и Лют взглянули друг на друга. Кобыла обгоняла, и Крису пришлось уже смотреть на Лют через плечо. До мельницы оставалось ярдов сто.</p>
     <p>— Можно пришпорить его? — крикнула Лют.</p>
     <p>Крис кивнул, и девушка быстро и резко пришпорила коня, заставив его напрячь все силы, но он уже не мог догнать ее собственную лошадь.</p>
     <p>— Обошла на три корпуса! — торжествовала Лют, когда они пустили лошадей шагом. — Признайтесь, сэр, признайтесь! Вы не думали, что в старой кобыле может таиться такая сила.</p>
     <p>Лют наклонилась и положила руку на мокрую шею Долли.</p>
     <p>— Да, Бэн по сравнению с ней просто лентяй, — подтвердил Крис. — Долли в прекрасной форме. Она переживает сейчас свое бабье лето.</p>
     <p>Лют одобрительно кивнула.</p>
     <p>— Хорошо сказано — «бабье лето». Очень точная характеристика. Но она не ленива. Она сохранила свой темперамент и избавилась от всех глупостей. Она очень мудра, а годы здесь ни при чем.</p>
     <p>— Все дело именно в годах, — возразил Крис. — Вместе с молодостью прошла и глупость. И много она доставляла тебе неприятностей?</p>
     <p>— Нет, — ответила Лют. — Я не помню, чтобы она когда-нибудь по-настоящему капризничала. Единственный раз она заупрямилась, когда я учила ее проходить в ворота. Она пугалась, когда они захлопывались позади нее… возможно, она, как всякое животное, боялась западни. Но она преодолела свой страх. Она никогда не была норовистой, ни разу не понесла, не поскакала сломя голову, не брыкалась.</p>
     <p>Лошади продолжали медленно брести, все еще тяжело дыша после скачки. Дорога вилась по дну долины, то и дело пересекая речку. По обе стороны дороги слышалось монотонное стрекотание косилок, изредка доносились крики людей, убиравших сено. На западной стороне долины возвышались темно-зеленые холмы, а вся восточная сторона была выжжена солнцем и стала рыжевато-коричневой.</p>
     <p>— Там лето, а здесь весна, — сказала Лют. — Как прекрасна долина Сонома!</p>
     <p>Глаза ее блестели, а все лицо лучилось от переполнявшего ее чувства любви к этому краю. Ее взгляд блуждал по заплаткам садов и широким полосам виноградников, отыскивая багрянку, которая, подобно легкому дымку, казалось, висела в складках холмов и далеких узких ущельях. А еще выше, среди массивных вершин, крутые склоны которых были покрыты мансанитой, она увидела еще зеленую лужайку.</p>
     <p>— Ты когда-нибудь слышал о тайном пастбище? — спросила она, не сводя глаз с зеленого пятна.</p>
     <p>Испуганное фырканье заставило ее быстро обернуться. Долли, встав на дыбы и раздувая ноздри, с дикими глазами, бешено колотила по воздуху передними ногами. Крис всем телом навалился ей на шею, чтобы не дать опрокинуться на спину, и одновременно пришпоривал, чтобы заставить лошадь броситься вперед и опустить передние ноги на землю.</p>
     <p>— Что с тобой, Долли! — укоризненно сказала Лют. — Ничего не понимаю.</p>
     <p>Но, к ее удивлению, кобыла резко опустила голову, выгнула спину, взвилась в воздух и с силой ударила о землю всеми четырьмя негнущимися ногами.</p>
     <p>— Вот так прыжок, — воскликнул Крис, и в следующий же момент кобыла вновь взвилась под ним в воздух.</p>
     <p>Лют была ошеломлена необыкновенным поведением своей кобылы и восхищена тем, как был ловок в седле ее возлюбленный. Он не потерял присутствия духа и, по-видимому, сам наслаждался этим приключением. Вновь и вновь, раз пять, Долли выгибалась, взвивалась в воздух и падала на негнущиеся ноги. Потом она вздернула голову, встала на дыбы и начала поворачиваться на задних ногах, колотя передними. Лют тотчас ускакала в более безопасное место. Взглянув на выпученные, готовые выскочить из орбит глаза Долли, она увидела в них слепое звериное бешенство. Розоватые белки ее глаз побелели, теперь они напоминали тусклый мрамор и, несмотря на это, горели каким-то внутренним огнем.</p>
     <p>Сдавленный, испуганный крик сорвался с губ Лют. Одну из задних ног кобылы, казалось, свело судорогой, и какое-то мгновение все ее дрожащее тело, вскинутое на дыбы, встало перпендикулярно земле и начало раскачиваться, и было непонятно, упадет ли она на ноги или на спину.</p>
     <p>Крис, соскользнувший с седла вбок, чтобы не быть подмятым, если лошадь упадет на спину, всем телом навалился ей на шею. Этим он нарушил опасное равновесие, и кобыла снова опустилась на ноги.</p>
     <p>Но это было еще не все. Долли вытянулась так, что морда казалась продолжением шеи: такое положение позволило ей закусить удила и понестись стрелой по дороге.</p>
     <p>В первый раз Лют испугалась по-настоящему. Она пришпорила Уошо Бэна и поскакала за Крисом. Но Бэн не мог догнать взбесившейся кобылы и постепенно отстал. Лют увидела, как Долли остановилась и снова взвилась на дыбы. Как только Лют поравнялась с Долли, та снова понесла. Проскочив мимо поворота, она резко остановилась. Лют увидела, как от неожиданного рывка разжались ноги Криса и, хотя его выбросило из седла, он не упал, и, когда кобыла рванулась вперед, Лют увидела, что Крис висит у нее на боку, вцепившись рукой в гриву и закинув одну ногу через седло. Потом он быстро оказался на спине у лошади и вновь стал пытаться обуздать ее.</p>
     <p>Но Долли свернула с дороги и поскакала по травянистому склону, усеянному бесчисленным множеством желтых полевых лилий. Кустарник на дне долины не мог служить серьезным препятствием. Она проскочила через него, как сквозь паутину, и исчезла в зарослях. Не колеблясь ни секунды, Лют направила Бэна через просвет в кустарнике и нырнула в чащу. Она плотно прижалась к шее коня, чтобы не сорваться, наткнувшись на какую-нибудь ветку или лиану. Она почувствовала, что лошадь соскочила с покрытого листьями склона в русло речки, усыпанное прохладной галькой. Впереди плескалась вода, и Лют увидела Долли, махнувшую на невысокий берег к рощице низкорослых дубов, о стволы которых она пыталась сокрушить своего всадника.</p>
     <p>Лют почти догнала Криса у деревьев, но потом безнадежно отстала на вспаханном поле, по которому, не обращая внимания на вязкую землю и сусличьи норы, мчалась кобыла. Когда лошадь Криса резко повернула в заросли позади поля, Лют поскакала наискосок, обогнула кустарник и остановила Бэна на другой стороне. Она оказалась здесь раньше. Из чащи доносился страшный треск ломаемых кустов и веток. Потом кобыла выскочила на открытое место и в изнеможении рухнула на колени на мягкую землю. Встав на ноги, она, пошатываясь и хромая, сделала еще несколько шагов и остановилась. У нее был жалкий вид, она была вся в мыле и дрожала.</p>
     <p>Крис был в седле. Рубаха его была изодрана в клочья, руки в кровоподтеках и царапинах, из глубокой ранки возле виска бежала кровь. До этого Лют не теряла присутствия духа, но теперь она почувствовала приступ тошноты, и у нее закружилась голова.</p>
     <p>— Крис! — почти шепотом сказала она. И вздохнула. — Слава богу!</p>
     <p>— У меня все в порядке! — крикнул он, бодрясь через силу, так как нервы у него самого были напряжены не меньше, чем у нее.</p>
     <p>Реакция наступила, когда он соскочил с седла. Он ловко и смело перенес ногу через круп, но, встав на ноги, был вынужден прислониться к Долли, у которой тоже подкашивались ноги. Лют живо соскочила с седла и обняла его, радуясь избавлению от опасности.</p>
     <p>— Я знаю, где здесь родник, — сказала она немного погодя.</p>
     <p>Не привязав лошадей, они пошли в прохладную чащу, где у подножия горы бил кристальный ключ.</p>
     <p>— Ну, так что ты говорила о спокойном характере Долли? — спросил Крис, когда кровь была остановлена, а нервы и пульс пришли в нормальное состояние.</p>
     <p>— Я поражена, — ответила Лют. — Я ничего не понимаю. Такого не было с ней ни разу в жизни. Все животные так любят тебя. Значит, дело не в тебе. Да на нее можно спокойно посадить даже ребенка. Я была совсем маленькой, когда впервые села на нее, и до сегодняшнего дня…</p>
     <p>— Да, сегодня она была чем угодно, только не детской лошадкой, — перебил Крис. — Она превратилась в настоящего дьявола. Она пыталась сбить меня о деревья и вышибить мне мозги сучьями. Она находила самые низкие и узкие проходы. Ты, должно быть, видела, как она продиралась. А как она брыкалась?</p>
     <p>Лют кивнула.</p>
     <p>— Как необъезженный мустанг.</p>
     <p>— Но откуда у нее эти повадки? — спросила Лют. — С ней никогда не было ничего подобного… никогда.</p>
     <p>Он пожал плечами.</p>
     <p>— Может быть, какой-нибудь позабытый инстинкт, исчезнувший, а потом снова возродившийся.</p>
     <p>Девушка решительно встала.</p>
     <p>— Я хочу выяснить причину, — сказала она.</p>
     <p>Они вернулись к лошадям и подвергли Долли тщательному осмотру, который ничего не дал. Удила, копыта, ноги, рот, круп — все было в порядке. В седле и потнике не было ни шипа, ни колючки; на спине не было потертостей и царапин. Они искали следы укуса змеи или насекомого, но ничего не нашли.</p>
     <p>— Одно ясно: какая-то субъективная причина у нее была, — сказал Крис.</p>
     <p>— В нее вселился злой дух, — предположила Лют.</p>
     <p>При этой мысли оба они рассмеялись, так как были здравомыслящими и нормальными детьми двадцатого века, которые любили погоню за зыбкими идеалами, но никогда не переходили грани, где начинаются суеверия.</p>
     <p>— Злой дух, — смеялся Крис, — но что я сделал дурного, за что меня нужно наказывать?</p>
     <p>— Вы слишком много думаете о себе, сэр, — возразила Лют. — Скорее всего это зло, я уж не знаю какое, лежит на совести Долли. Ты поехал на ней совершенно случайно. В этот момент на ней могла оказаться я, или тетя Милдред, или еще кто-нибудь.</p>
     <p>Разговаривая, она взяла стремя и стала укорачивать ремень.</p>
     <p>— Что ты делаешь? — спросил Крис.</p>
     <p>— Обратно на Долли поеду я.</p>
     <p>— Нет, ты не поедешь, — возразил он. — Лошадь надо воспитывать. После того, что случилось, я просто вынужден ехать на ней сам.</p>
     <p>Но теперь это была слабая и больная лошадь. Она все время спотыкалась и останавливалась, кожа ее нервно подергивалась, мускулы то и дело сводило судорогой — все это было последствием чудовищного напряжения, которое ей пришлось перенести.</p>
     <p>— Теперь мне бы только книжку стихов — и в гамак… — сказала Лют, когда они въехали в лагерь.</p>
     <p>Это был летний лагерь, разбитый в роще высоких секвой соскучившимися по природе горожанами. Солнечные лучи дробились в густых ветвях, и внизу царили рассеянный свет и прохлада. Кухня и палатки слуг находились в стороне от главного лагеря; между ними была устроена большая столовая, отгороженная сплошной стеной деревьев. Там всегда разгуливал ветерок, и не требовалось никакого навеса для защиты от солнца.</p>
     <p>— Бедная Долли, она действительно больна, — сказала Лют после того, как они с Крисом вечером приходили взглянуть последний раз на кобылу. — Но ты цел и невредим, Крис, и для одной маленькой женщины это главное. Я думала, что знаю, какое место ты занимаешь в моем сердце, но по-настоящему я узнала это только сегодня, когда я потеряла тебя из виду, когда ты мчался сквозь заросли и боролся с лошадью, когда я не знала, что с тобой.</p>
     <p>— Я думал о тебе, — ответил Крис и почувствовал, как она благодарно сжала его руку.</p>
     <p>Лют запрокинула голову и поцеловала его в губы.</p>
     <p>— Покойной ночи, — сказала она.</p>
     <p>— Милая, милая Лют! — нежно сказал он, когда она скрылась в темноте.</p>
     <empty-line/>
     <p>— Кто поедет за почтой? — донесся из-за деревьев женский голос.</p>
     <p>Лют закрыла книгу, которую читала вместе с Крисом, и вздохнула.</p>
     <p>— Мы сегодня не собирались кататься, — сказала она.</p>
     <p>— Давай я поеду, — предложил Крис. — А ты оставайся здесь. Я слетаю в одно мгновение.</p>
     <p>Она отрицательно покачала головой.</p>
     <p>— Кто поедет за почтой? — настойчиво вопрошал женский голос.</p>
     <p>— А где Мартин? — крикнула Лют.</p>
     <p>— Я не знаю, — ответил голос. — Наверное, Роберт взял его с собой покупать лошадь или ловить рыбу… я уж не знаю, куда… Кроме тебя и Криса, здесь никого не осталось. И кроме того, вы нагуляете аппетит перед обедом. Вы валялись в гамаке целый день. А дяде Роберту <emphasis>непременно</emphasis> нужна газета.</p>
     <p>— Хорошо, тетя, мы едем! — крикнула Лют, выбираясь из гамака.</p>
     <p>Несколько минут спустя они уже были в костюмах для верховой езды и седлали лошадей. Под палящими лучами полуденного солнца они выехали на проселочную дорогу и свернули к Глен Эллену.</p>
     <p>Городок дремал на солнцепеке. Продавец газет и почтмейстер едва разлепили глаза, чтобы вручить пачки писем и газет.</p>
     <p>Через час Лют и Крис свернули с дороги и стали спускаться по тропе с высокого берега реки, чтобы напоить лошадей перед возвращением в лагерь.</p>
     <p>— У Долли такой вид, словно она и не помнит, что с ней было вчера, — сказал Крис, когда лошади зашли по колено в бурлящую воду. — Взгляни на нее.</p>
     <p>Кобыла подняла голову и насторожила уши, услышав, как в чаще зашелестел перепел. Крис наклонился и почесал у нее за ухом. Долли явно наслаждалась, она потерлась головой о плечо Бэна.</p>
     <p>— Совсем как котенок, — заметила Лют.</p>
     <p>— И все же после вчерашней безумной выходки я никогда не смогу полностью довериться ей, — сказал Крис.</p>
     <p>— Понимаю, ты, конечно, на Бэне чувствуешь себя в большей безопасности. — Лют засмеялась. — Странно, мое доверие к Долли совсем не поколебалось. Относительно себя я уверена, но мне ни за что не хотелось бы увидеть тебя вновь верхом на ней. А в Бэна я верю непоколебимо. Погляди, какая у него шея. Как он красив! Он будет таким же мудрым, как Долли, в ее годы.</p>
     <p>— Разумеется, — сказал, улыбаясь, Крис. — Уж Бэн-то, наверное, никогда меня не подведет.</p>
     <p>Они повернули лошадей и стали выезжать из воды. Долли остановилась, чтобы смахнуть мордой муху, севшую на колено, и Бэн вышел первым на узкую тропинку. Разъехаться, чтобы пропустить вперед Лют, здесь места не было, и Крис не стал останавливать коня. Лют, ехавшая позади, любовалась очертаниями обнаженной шеи и могучих плеч своего возлюбленного.</p>
     <p>Вдруг она натянула поводья. Лют не успела даже вскрикнуть, так быстро все произошло. Тропинка проходила по обрывистому берегу, почти отвесно спускавшемуся к воде. По тропинке-карнизу с трудом прошел бы даже пешеход. И вдруг Уошо Бэн встал на дыбы, закрутился и, покачавшись мгновение в воздухе, свалился с тропинки спиной вниз.</p>
     <p>Все произошло так быстро и неожиданно, что Крис не успел соскочить на тропинку. Он почувствовал, что падает, и сделал единственно возможную вещь: вынул ноги из стремян и спрыгнул в сторону и вниз. До камней внизу было двенадцать футов. Крис падал вытянувшись, подняв голову и глядя на лошадь, которая валилась прямо на него.</p>
     <p>Крио упал на ноги, как кошка, и тут же отпрянул в сторону. В следующее мгновение рядом с ним рухнул Бэн. Животное стало биться, но вскоре оно издало тот страшный крик, который иногда издают лошади, получив смертельную рану, и затихло. Бэн рухнул на спину и так и остался лежать. Голова его была немного подвернута, задние ноги обмякли и замерли, а передние еще дергались.</p>
     <p>Крис взглянул вверх, чтобы подбодрить Лют.</p>
     <p>— Я начинаю привыкать к этому, — сказала она, улыбаясь ему. — Я вижу, ты опять цел и невредим. Нужна ли моя помощь?</p>
     <p>Он тоже улыбнулся и подошел к упавшему животному, чтобы отпустить подпругу и высвободить подвернувшуюся голову.</p>
     <p>— Я так и думал, — сказал он после беглого осмотра. — Я так и думал. Ты слышала, как что-то хрустнуло?</p>
     <p>Лют содрогнулась.</p>
     <p>— Это был конец. Бэн больше не существует.</p>
     <p>Он обошел коня и стал подниматься по тропинке.</p>
     <p>— Сегодня я ехал на Бэне в последний раз. Пошли домой.</p>
     <p>Поднявшись на берег, Крис обернулся и поглядел вниз.</p>
     <p>— Прощай, Уошо Бэн! — крикнул он. — Прощай, старина!</p>
     <p>Животное пыталось приподнять голову. На глазах у Криса выступили слезы. Он отвернулся и увидел, что и Лют всплакнула. Она сочувственно молчала и только крепко сжимала его руку, когда он шел рядом с ее лошадью по пыльной дороге.</p>
     <p>— Это было сделано умышленно, — неожиданно вырвалось у Криса. — Не было и намека на то, что он сделает. Он умышленно опрокинулся на спину.</p>
     <p>— Да, это было совершенно неожиданно, — согласилась Лют. — Я видела все. Он закрутился и тут же опрокинулся, словно ты сам изо всей силы дернул за поводья.</p>
     <p>— Клянусь, это сделал не я. Я даже не думал о коне. Когда он поднимался, я по обыкновению опустил поводья.</p>
     <p>— Я бы увидела, если бы ты сделал это, — сказала Лют. — Да ты бы и не успел. Ты не мог этого сделать даже невольно.</p>
     <p>— Значит, это сделал кто-то невидимый, протянувший руку неведомо откуда.</p>
     <p>Он бросил на небо озорной взгляд и улыбнулся нелепости этого предположения.</p>
     <p>Когда они подъехали к той части рощи, где располагались лошади, навстречу им вышел Мартин. Он принял Долли и, казалось, совершенно не удивился при виде Криса, идущего пешком.</p>
     <p>Лют пошла, а Крис немного задержался.</p>
     <p>— Вы можете застрелить лошадь? — спросил он.</p>
     <p>Конюх кивнул, сказал: «Да, сэр», и еще раз кивнул.</p>
     <p>— Как вы это делаете?</p>
     <p>— Провожу две линии от глаз к ушам… то есть, от каждого глаза к уху на противоположной стороне головы, сэр. И где линии пересекаются…</p>
     <p>— Достаточно, — перебил его Крис. — Вы знаете водопой у второго поворота. Там вы найдете Бэна с переломанной спиной…</p>
     <p>— А, вот вы где, сэр. Я ищу вас с самого обеда. Вас срочно требуют.</p>
     <p>Крис бросил сигару и придавил подошвой светящийся огонек.</p>
     <p>— Ты никому не говорила об этом… о Бэне? — спросил он.</p>
     <p>Она покачала головой.</p>
     <p>— Скоро они сами узнают. Завтра Мартин расскажет обо всем дяде Роберту, — сказала Лют. — Но ты не расстраивайся, — добавила она, помолчав, и взяла его за руку.</p>
     <p>— Он мне достался еще жеребенком, — сказал Крис. — Кроме меня и… тебя, на нем больше никто не ездил. И я сам погубил его. Я знал его с самого рождения. Я знал его как свои пять пальцев, мне были известны все его причуды и шалости, и я даю голову на отсечение, что он не мог сделать ничего подобного. Не было никаких признаков, что это может случиться. Он не закусывал удил, не выходил из повиновения. Я вспомнил все до мельчайших подробностей. Он слушался узды. Все произошло в мгновение ока. Это был импульс, и он с быстротой молнии подчинился ему. Я поражаюсь, как быстро все случилось. Не прошло и секунды, как мы были уже на краю и падали… Это было умышленное… умышленное самоубийство. И покушение на мою жизнь. Это была ловушка, и я был жертвой. В седле был я, и он бросился вниз вместе со мной. Но ненавидеть меня он не мог. Он любил меня, как только может любить лошадь. Не знаю, что и думать. Я разбираюсь в этом не больше, чем ты во вчерашнем поведении Долли.</p>
     <p>— Но ты знаешь, Крис, ведь лошади иногда впадают в бешенство, — сказала Лют. — И это чистое совпадение, что под тобой в течение двух дней взбесились две лошади.</p>
     <p>— Да, это — единственное объяснение, — согласился он и пошел следом за Лют. — Но для чего я им срочно понадобился?</p>
     <p>— Планшетка.</p>
     <p>— Да, помню. Я впервые сталкиваюсь с этим явлением. Когда-то оно было в моде, но я как-то не удосужился заинтересоваться им.</p>
     <p>— Мы все тоже, — сказала Лют, — кроме миссис Грантли. Кажется, это ее любимый фантом.<a l:href="#n_707" type="note">[707]</a></p>
     <p>— Таинственная маленькая женщина, — заметил Крис. — Комок нервов с черными глазами. Держу пари, что в ней не более девяноста фунтов, и большая их часть приходится на магнетизм.</p>
     <p>— Положительно в ней есть что-то сверхъестественное… временами. — Лют невольно вздрогнула. — Когда я вижу ее, у меня мурашки бегут по коже.</p>
     <p>— Столкновение здорового и патологического начал, — сухо объяснил Крис. — И заметь, мурашки появляются всегда у здорового человека, а больному хоть бы что. На то он и больной, чтобы вызывать отвращение. Где это вы ее откопали?</p>
     <p>— Не знаю… нет, знаю. Тетя Милдред познакомилась с ней в Бостоне, кажется… а впрочем, не знаю. Во всяком случае, миссис Грантли приехала в Калифорнию и, конечно, сочла своим долгом посетить тетю Милдред. Ты же знаешь, кто только у нас не бывает!</p>
     <p>Они остановились под двумя большими секвойями, которые обозначали вход в столовую. Сквозь ветви виднелись звезды. Свечи освещали площадку, огороженную, словно колоннами, могучими стволами деревьев. За столом, изучая устройство планшетки, сидели четыре человека. Крис стал рассматривать их и, почувствовав угрызения совести, задержал на мгновение свой взгляд на тете Милдред и дяде Роберте, добродушной и жизнерадостной пожилой паре. Потом он недоумевающе поглядел на черноглазую хилую миссис Грантли и воззрился на дородного и крупноголового человека, седые виски которого так не вязались с моложавостью лица.</p>
     <p>— Кто это? — шепнул Крис.</p>
     <p>— Некий мистер Бартон. Поезд опоздал, и потому ты не видел его за обедом. Он всего-навсего капиталист, занимается постройкой линий электропередач от гидроэлектростанций или чем-то в этом роде.</p>
     <p>— На вид он пороха не выдумает.</p>
     <p>— Ты прав. Свои капиталы он получил в наследство. Но у него достаточно соображения, чтобы не выпускать их из рук и нанимать умных людей. Он очень консервативен.</p>
     <p>— Этого и следовало ожидать, — заметил Крис. Он снова поглядел на мужчину и женщину, которые заменили девушке, стоявшей рядом с ним, отца и мать. — Знаешь, — сказал он, — вчера я расстроился, когда ты сказала мне, что их отношение ко мне изменилось и что они едва выносят меня. После этого вчера вечером, встречаясь с ними, я чувствовал себя виноватым и был вне себя от страха… да и сегодня тоже. Но я не заметил, чтобы их отношение ко мне изменилось.</p>
     <p>— Дорогой мой, — вздохнула Лют, — гостеприимство у них в крови. Но не в этом главное. Они настоящие, хорошие люди. Как бы резко они ни осуждали тебя во время твоего отсутствия, стоит тебе появиться, и они сразу отходят и становятся воплощением доброты. Стоит им увидеть тебя, как источники симпатии и любви начинают бить с новой силой. Таков уж ты. Все живые существа, все люди любят тебя. Они не могут не любить. Тебя нельзя не любить. Тебя любят все, и самое примечательное, что ты не знаешь о своем обаянии. Вот я говорю тебе сейчас, а ты не понимаешь, не хочешь понять… И сама твоя неспособность понять является одной из причин, почему тебя так любят. Ты не веришь и трясешь головой, но я ведь знаю, знаю, я, твоя рабыня, и все люди знают, потому что они тоже твои рабы. Вот через минуту мы войдем и присоединимся к ним. Обрати внимание на чувство почти материнской привязанности, которое будет светиться в глазах тети Милдред. Прислушайся, каким тоном дядя Роберт скажет: «Ну как, Крис, мой мальчик?» Погляди, как будет таять миссис Грантли, буквально таять, как снежинка на ладони.</p>
     <p>Или возьми мистера Бартона. Ты видишь его впервые. Но ты пригласишь его пройтись с тобой и выкурить сигару перед сном… ты, человек, не имеющий веса, и он, обладающий многими миллионами и облеченный властью, человек тупой и глупый, последует за тобой, как собачонка, твоя маленькая собачонка, трусящая у ног. Он не будет знать, что с ним происходит, но так или иначе он пойдет с тобой. Разве я не знаю, Крис? Я наблюдала за тобой, так часто наблюдала за тобой и люблю тебя все больше и больше, потому что ты так восхитительно не ведаешь, что творишь.</p>
     <p>— Я чуть не лопаюсь от тщеславия, слушая тебя.</p>
     <p>Крис засмеялся, обнял Лют и прижал ее к себе.</p>
     <p>— Да, — прошептала она, — и сейчас, когда ты смеешься надо всем, что я сказала, ты всем своим существом, душой, назови это, как хочешь, требуешь, чтобы я отдала тебе всю свою любовь.</p>
     <p>Она прижалась к нему еще крепче и томно вздохнула. Он поцеловал ее в голову, не выпуская из мужественных и нежных объятий.</p>
     <p>Тетя Милдред зябко шевельнулась и оторвала взгляд от планшетки.</p>
     <p>— Ну, давайте начинать, — сказала она. — Становится прохладно. Роберт, где дети?</p>
     <p>— Мы здесь, — отозвалась Лют, выскальзывая из объятий Криса.</p>
     <p>— Теперь пошли к этому «комку мурашек», — прошептал Крис, и они вошли.</p>
     <p>Предсказание Лют о том, как встретят ее возлюбленного, сбылось. Миссис Грантли, вся какая-то неестественная, болезненная, сверкающая холодным магнетизмом, потеплела и растаяла, словно она действительно была снежинкой на ладони Криса. Мистер Бартон широко осклабился и был сама любезность. Тетя Милдред приветствовала его, излучая, казалось, любовь и материнскую доброту, а дядя Роберт добродушно и сердечно спросил:</p>
     <p>— Ну, Крис, мой мальчик, как покатались?</p>
     <p>Тетя Милдред поплотнее закуталась в шаль и поторопила их. Ей не терпелось приступить к делу, для которого они собрались. На столе лежал лист бумаги. На бумаге на трех подпорках лежала треугольная дощечка. Две подпорки представляли собой легко вращающиеся колесики. Третьей подпоркой служил карандаш, закрепленный на вершине треугольника.</p>
     <p>— Кто первый? — решительно спросил дядя Роберт.</p>
     <p>После секундного колебания тетя Милдред положила руку на дощечку и сказала:</p>
     <p>— Кто-нибудь непременно должен быть дураком к удовольствию остальных.</p>
     <p>— Храбрая женщина, — одобрительно сказал ее муж. — Ну, миссис Грантли, покажите, на что вы способны.</p>
     <p>— Я? — спросила дама. — Я ничего не делаю. Эта сила, или как уж вы ее там назовете, существует вне меня и вне вас. Что она собой представляет, я не могу вам объяснить. Но такая сила есть. У меня есть доказательства ее существования. Вы, несомненно, убедитесь в этом тоже. А теперь прошу вас сохранять тишину. Дотроньтесь до дощечки легонько, но твердо, миссис Стори, только ничего не делайте по собственной воле.</p>
     <p>Тетя Милдред кивнула и встала, держа руку на планшетке, остальные молча и выжидающе обступили ее. Однако ничего не случилось. Проходили минуты, а планшетка не двигалась.</p>
     <p>— Наберитесь терпения, — посоветовала миссис Гран-тли. — Не сопротивляйтесь никаким влияниям, которые, как вы, возможно, почувствуете, будут оказываться на вас. Но сами ничего не делайте. Вы почувствуете, как на вас будет действовать влияние. Оно заставит вас что-нибудь делать, и вы будете не в. силах ему противиться.</p>
     <p>— Хотелось бы, чтобы это влияние поторопилось! — запротестовала тетя Милдред, простояв неподвижно минут пять.</p>
     <p>— Еще немного, миссис Стори, еще чуть-чуть, — успокаивающе сказала миссис Грантли.</p>
     <p>Вдруг рука тети Милдред стала двигаться. Она озадаченно глядела на движение своей руки и слушала царапанье карандаша, укрепленного на острие планшетки.</p>
     <p>Это продолжалось в течение последующих пяти минут, пока тетя Милдред с усилием не оторвала руку и не сказала с нервным смешком:</p>
     <p>— Я не знаю, сама я это делала или не сама. Знаю только, что нервничала, стоя здесь буквально как дура. И потом эти ваши торжественные физиономии, обращенные ко мне…</p>
     <p>— Как курица лапой, — отметил дядюшка Роберт, рассматривая каракули, которые она нацарапала на бумаге.</p>
     <p>— Совершенно неразборчиво, — авторитетно заявила миссис Грантли. — И это вообще не похоже на буквы. Влияния еще не вступили в действие. Попробуйте вы, мистер Бартон.</p>
     <p>Названный джентльмен, желая доставить удовольствие присутствовавшим, неуклюже выступил вперед и положил руку на дощечку. И в течение десяти тягучих минут он стоял без движения, как статуя, как окаменелое олицетворение эпохи коммерции.</p>
     <p>У дяди Роберта стало что-то твориться с лицом. Он щурился, стискивал зубы, издавал какие-то глухие горловые звуки и, наконец, не выдержал и расхохотался. Смех его заразил всех, включая миссис Грантли. Мистер Бартон смеялся тоже, но он был немного уязвлен.</p>
     <p>— Попробуйте вы, Стори, — сказал он.</p>
     <p>Лют и тетя Милдред уговорили хохочущего дядю Роберта занять. Место у дощечки. Вдруг лицо его стало серьезным. Рука его начала двигаться, и слышно было, как карандаш заскрипел по бумаге.</p>
     <p>— Черт побери! — пробормотал дядя Роберт. — Это любопытно. Поглядите-ка. Я ведь не пишу. Я знаю, что не пишу. Смотрите, как ходит рука! Вы только поглядите.</p>
     <p>— Роберт, прекрати свои шутки, — предупредила его жена.</p>
     <p>— Я говорю тебе, что я не пишу, — ответил он с негодованием. — Мной овладела та самая сила. Спроси миссис Грантли. Если ты хочешь остановить меня, попроси ее. Пусть она остановит. Я сам не могу остановиться. Черт добери! Погляди на эти завитушки. Я так не пишу. В жизни никогда не писал с завитушками.</p>
     <p>— Постарайтесь быть серьезными, — предупредила миссис Грантли. — Легкомысленная атмосфера не способствует успешной работе планшетки.</p>
     <p>— Думаю, пока хватит, — сказал дядя Роберт, убирая руку с дощечки. — Теперь посмотрим.</p>
     <p>Он наклонился и надел очки.</p>
     <p>— Во всяком случае, здесь что-то написано, и гораздо разборчивей, чем у других. Прочти, Лют, у тебя глаза помоложе.</p>
     <p>— Вот это завитушки! — воскликнула Лют, взглянув на бумагу. — И посмотрите, здесь два разных почерка.</p>
     <p>Она начала читать:</p>
     <p>— «Это первое наставление. Вдумайтесь в такую фразу: „Я дух положительный, а не отрицательный“. Затем сконцентрируйтесь на положительной любви. После этого мир и гармония будут трепетать в вашем теле и вокруг него. Ваша душа…» Тут начинается другой почерк. Вот что им написано: «Буллфрог 95, Дикси 16, Голден Энкор 65, Голд Маунтин 13, Джим Бутлер 70, Джамбо 75, Норт Стар 42, Рескью 7, Блэк Бьютт 75, Браун Хоуп 16, Айрон Топ 3».</p>
     <p>— Акции «Айрон Топ» довольно сильно упали, — пробормотал мистер Бартон.</p>
     <p>— Роберт, это все твои шуточки! — осуждающе воскликнула тетя Милдред.</p>
     <p>— Нет, нет! — запротестовал дядя Роберт. — Я просматривал биржевой курс. Но за каким дьяволом, простите, он попал на этот клочок бумаги, хотел бы я знать.</p>
     <p>— Так подсказало ваше подсознание, — предположил Крис. — Вы, наверное, читали биржевой курс в сегодняшней газете.</p>
     <p>— Нет, сегодня я не читал, но на прошлой неделе просмотрел его.</p>
     <p>— Для подсознания не имеет значения, прошел ли день или год, — сказала миссис Грантли. — Подсознание ничего не забывает. Но мне кажется, что подсознание здесь ни при чем. Что же касается моих соображений по этому вопросу, то я отказываюсь их изложить.</p>
     <p>— А что вы скажете о другой тарабарщине? — спросил дядя Роберт. — По-моему, это что-то вроде христианской науки.</p>
     <p>— Или теософии, — вставила тетя Милдред. — Какое-нибудь наставление неофиту.</p>
     <p>— Продолжай, читай остальное, — потребовал ее супруг.</p>
     <p>— «Это приведет тебя к общению с более могущественными духами, — читала Лют. — Ты станешь одним из нас, и имя твое будет Ария, и ты будешь… Конкэрор 20, Эмпайр 12, Коламбиа Маунтин 18, Мидуэй 140…» и… и это все! Нет! Вот последние завитушки… «Ария из Кандора…» — это должно быть, Махатма.</p>
     <p>— Хотелось бы знать, Крис, как вы объясните эту теософскую тарабарщину с точки зрения подсознания, — вызывающе спросил дядя Роберт.</p>
     <p>Крис пожал плечами.</p>
     <p>— Объяснения нет. Вы, должно быть, получили послание, предназначенное для кого-то другого.</p>
     <p>— Провода перепутались, а? — Дядя Роберт захихикал. — Я бы назвал это спиритическим беспроволочным телеграфом.</p>
     <p>— Это чепуха, — сказала миссис Грантли. — Ни разу не видела, чтобы планшетка так неистово вела себя. Мешают какие-то посторонние влияния. Я почувствовала их с самого начала. Наверное, это потому, что вы превратили сеанс в забаву. Вы слишком много смеетесь.</p>
     <p>— Некоторая приличествующая торжественность, конечно, должна украсить сие событие, — согласился Крис, кладя руку на планшетку. — Давайте я попробую. И никто из вас не должен смеяться, или хихикать, или даже думать о смехе или хихиканье. И если вы еще раз осмелитесь фыркнуть, дядя Роберт, вся оккультная месть обрушится на вас.</p>
     <p>— Я буду вести себя тихо, — ответил дядя Роберт. — Но если мне действительно захочется фыркнуть, можно мне тихонько выскользнуть отсюда?</p>
     <p>Крис кивнул. Рука его уже начала двигаться. Не было никаких предварительных подергиваний, никаких пробных росчерков. Рука сразу медленно и плавно повела дощечку по бумаге.</p>
     <p>— Поглядите на него, — шептала Лют своей тете. — Смотрите, как он побледнел.</p>
     <p>Услышав шепот, Крис беспокойно зашевелился, и вновь воцарилось молчание. Слышно было только непрерывное царапанье карандаша. Неожиданно Крис, как ужаленный, отдернул руку. Зевнув, он отступил от стола и с удивлением, как только что проснувшийся человек, взглянул на лица окружающих.</p>
     <p>— Кажется, я что-то написал, — сказал он.</p>
     <p>— Да, вы написали, — с удовлетворением отметила миссис Грантли, взяв лист бумаги и вглядываясь в него.</p>
     <p>— Прочтите вслух, — сказал дядя Роберт.</p>
     <p>— Тогда слушайте. Запись начинается словом «берегись», повторенным три раза и написанным гораздо большими буквами, чем все остальное. <emphasis>«Берегись! Берегись! Берегись!</emphasis> Крис Донбар, я намерен уничтожить тебя. Я уже дважды покушался на твою жизнь, но потерпел неудачу. И все же я убью тебя. Я так уверен в успехе, что не боюсь сказать тебе об этом. Нет. нужды объяснять тебе причину. Ты сам чувствуешь вину за собой. Зло, которое ты делаешь…» На этом запись обрывается.</p>
     <p>Миссис Грантли положила бумагу на стол и посмотрела на Криса, на которого и так были устремлены все взоры и который зевал, словно его одолела сонливость.</p>
     <p>— Я бы сказал, что дело приобретает кровожадный оборот, — заметил дядя Роберт.</p>
     <p>— «Я уже дважды покушался на твою жизнь», — прочла миссис Грантли, вторично просматривая бумагу.</p>
     <p>— На мою жизнь? — спросил Крис между двумя зевками. — Но на мою жизнь никто никогда не покушался. Ох! Как я хочу спать!</p>
     <p>— Но, мой мальчик, ты думаешь о людях из плоти и крови, — смеясь, сказал дядя Роберт, — а это дух. Он покушался на твою жизнь невидимым путем. Может быть, какие-нибудь призрачные руки пытались задушить тебя во сне.</p>
     <p>— О Крис! — неожиданно воскликнула Лют. — А сегодня днем! Ты говорил, что какая-то невидимая рука схватила поводья!</p>
     <p>— Но я пошутил, — возразил Крис.</p>
     <p>— И все-таки… — Лют не досказала своей мысли.</p>
     <p>Миссис Грантли напала на след.</p>
     <p>— А что произошло сегодня днем? Ваша жизнь была в опасности?</p>
     <p>Сонливость Криса как рукой сняло.</p>
     <p>— Я сам заинтересовался этим, — признался он. — Мы еще ничего не говорили о происшествии. Сегодня днем Бэн сломал себе спину. Он бросился с берега, и я рисковал угодить под него.</p>
     <p>— Странно, странно, — размышляла вслух миссис Грантли. — В этом что-то есть… Это — предупреждение… А вчера вы поранились, когда ехали на лошади мисс Стори! Вот вам и два покушения!</p>
     <p>Она с торжеством оглядела присутствующих. Планшетка была реабилитирована.</p>
     <p>— Чепуха! — рассмеялся дядя Роберт, но смех его был чуть-чуть нервным. — В наше время таких вещей не случается. Мы живем в двадцатом веке, уважаемая миссис Грантли. А это пахнет по меньшей мере средневековьем.</p>
     <p>— У меня были такие удивительные опыты с планшеткой, — начала миссис Грантли, но вдруг замолчала, подошла к столу и положила руку на дощечку.</p>
     <p>— Кто вы? — спросила она. — Как вас зовут?</p>
     <p>Дощечка стала медленно писать. Тут уж все, за исключением мистера Бартона, склонились над столом и следили за движениями карандаша.</p>
     <p>— Это Дик! — вскрикнула тетя Милдред, и в ее голосе прозвучала истерическая нотка.</p>
     <p>Муж ее выпрямился, его лицо впервые стало серьезным.</p>
     <p>— Это подпись Дика, — сказал он. — Я узнал бы его почерк из тысячи.</p>
     <p>— «Дик Кэртис», — прочла вслух миссис Грантли. — А кто такой Дик Кэртис?</p>
     <p>— Черт возьми, это удивительно! — присоединился мистер Бартон. — Почерк в обоих случаях один и тот же. Ловко, скажу я вам, очень ловко, — добавил он с восхищением.</p>
     <p>— Дайте я посмотрю, — попросил дядя Роберт, взяв бумагу и внимательно изучая ее. — Да, это почерк Дика.</p>
     <p>— Но кто такой Дик? — настаивала миссис Грантли. — Кто этот Дик Кэртис?</p>
     <p>— Дик Кэртис, ну, это капитан Ричард Кэртис, — ответил дядя Роберт.</p>
     <p>— Это отец Лют, — добавила тетя Милдред. — Лют носит нашу фамилию. Она никогда не видела отца. Он умер, когда ей было всего несколько недель. Это был мой брат.</p>
     <p>— Замечательно, великолепно, — сказала миссис Грантли, раздумывая над смыслом записи. — Два покушения на жизнь мистера Данбара <emphasis>было</emphasis>. Это нельзя объяснить подсознательными явлениями, так как никто из нас не знал о сегодняшнем происшествии.</p>
     <p>— Я знал, — ответил Крис, — и я же держал руку на планшетке, когда она писала о покушениях. Все объясняется просто.</p>
     <p>— А почерк? — вмешался мистер Бартон. — В вашей записи и в записи миссис Грантли один и тот же почерк.</p>
     <p>Крис наклонился и сравнил написанное.</p>
     <p>— И кроме того, — воскликнула миссис Грантли, — мистер Стори узнал почерк!</p>
     <p>Она взглянула на дядю Роберта, ожидая, что тот подтвердит ее слова.</p>
     <p>Дядя Роберт кивнул и сказал:</p>
     <p>— Да, это почерк Дика. Готов поклясться.</p>
     <p>Перед Лют предстало видение. Пока остальные спорили, пересыпая свою речь терминами «психологические явления», «самогипноз», «остаток необъяснимой истины», «спиритизм», Лют вспоминала, каким ей в детстве рисовался образ отца-солдата, которого она ни разу не видела. У нее была его сабля, несколько старинных дагерротипов. Ей много рассказывали о нем. Всего этого было достаточно, чтобы воссоздать его облик в детском воображении.</p>
     <p>— Есть вероятность того, что один ум подсознательно подсказывает другому, — говорила миссис Грантли, а воображение Лют рисовало ей отца, едущего на своем большом чалом боевом коне. Вот он едет впереди своего отряда. Она видела, как он один отправляется в разведку, как он сражается с завывающими индейцами на Соленых Лугах, когда от его отряда осталась только десятая часть. И в созданном ее воображением физическом облике отца отражались его душевные качества. Со свойственной ей артистичностью она создала образ, пленявший ее своей цельностью, выразительный образ человека храброго, горячего, страстного, страшного в гневе, когда он боролся за правое дело, щедрого, великодушного, отходчивого и благородного, когда дело касалось законов чести, с идеалами примитивными, как у средневекового рыцарства. И все же она видела, что главными его чертами были всепоглощающая страстность и горячность, из-за которых его называли «Отчаянным Диком Кэртисом».</p>
     <p>— Разрешите мне проверить это, — услышала она голос миссис Грантли. — Пусть попытается мисс Стори. Планшетка, возможно, напишет новое послание.</p>
     <p>— Нет, нет, умоляю вас, — вмешалась тетя Милдред. — Это слишком сверхъестественно. Тревожить мертвецов — это кощунство. И, кроме того, я расстроилась.</p>
     <p>Пойду-ка я лучше спать, а вы тут продолжайте свои эксперименты без меня. Да, так будет лучше всего, а утром вы мне расскажете, что у вас получилось.</p>
     <p>Несмотря на нерешительные протесты со стороны миссис Грантли, она попрощалась.</p>
     <p>— Роберт может вернуться, как только проводит меня до палатки, — сказала она и ушла.</p>
     <p>— Было бы стыдно отказаться от продолжения сеанса именно сейчас, когда нам еще не сказали, на грани чего мы находимся, — сказала миссис Грантли. — Не хотите ли попробовать, мисс Стори?</p>
     <p>Лют подчинилась, но, положив руку на дощечку, она почувствовала какой-то смутный, безотчетный страх перед этим заигрыванием со сверхъестественным. Она была человеком двадцатого века, а эта штука, как говорил ее дядя, в сущности, отдавала средневековьем. И все-таки она не могла избавиться от инстинктивного страха, охватывавшего ее, страха, унаследованного человеком с тех диких и мрачных времен, когда его волосатый, обезьяноподобный предок, для которого стихии были олицетворением страха, боялся темноты.</p>
     <p>Но, когда таинственная сила завладела ее рукой и заставила писать, все необычное вдруг отошло на задний план, и она испытывала лишь какое-то смутное чувство любопытства, потому что перед ее глазами предстал еще один образ, на этот раз образ матери, которую она тоже не помнила. Образ матери рисовался не так ярко и отчетливо, как образ отца. Она видела, как в тумане, головку, окруженную ореолом святости, доброты и кротости, и в то же время что-то говорило о спокойной решимости и воле, упорной и ненавязчивой, которая в жизни выражается главным образом в смирении.</p>
     <p>Движение руки Лют прекратилось, и миссис Грантли уже читала запись.</p>
     <p>— Это другой почерк, — сказала она. — Рука женщины. Подписано «Мартой». Кто такая Марта?</p>
     <p>Лют, не удивилась.</p>
     <p>— Это моя мать, — просто сказала она. — Что она говорит?</p>
     <p>Ее не бросило в сонливость, как Криса, но чувства ее как-то притупились, и она ощутила приятную усталость. И пока читали запись, перед ее глазами все стоял образ матери.</p>
     <p>— «Дорогое дитя, — читала миссис Грантли, — не бойся его. Слова и поступки его всегда были необдуманны.</p>
     <p>Не скупись на любовь. Любовь не причинит тебе вреда. Отвергать любовь грешно. Поступай по велению своего сердца, и ты не совершишь ничего дурного. Если ты будешь подчиняться мирским условностям, прислушиваться И голосу гордыни и тех, кто советует идти против веления сердца, то ты согрешишь. Не бойся отца. Он теперь раздражен, таким он часто бывал и при жизни, но он еще поймет мудрость моего совета, потому что так тоже бывало при жизни. Люби, дитя мое, и люби сильно. Марта».</p>
     <p>— Дайте мне взглянуть, — воскликнула Лют, схватила бумагу и жадно прочла. Ее охватила невыразимая любовь к матери, которую она никогда не видела, и это послание с того света, казалось, придавало больше реальности тому, что она когда-то существовала, чем туманный образ, только что стоявший перед глазами.</p>
     <p>— Это замечательно, — повторила миссис Грантли. — Я никогда не видела ничего подобного. Вы только подумайте, милая: и ваш отец и ваша мать— оба они сегодня были с нами.</p>
     <p>Лют дрожала. Усталость прошла, и она снова была сама собой, и трепетала от инстинктивного страха перед непонятным. И для нее было оскорбительным, что реальное или иллюзорное присутствие родителей или память о них как-то связаны с присутствием этих двух, по сути дела, чужих людей: миссис Грантли, болезненной и страшной, и мистера Бартона, плотного и глупого, грубого душой и телом. Ей показалось кощунством, что эти чужие оказались посвященными в ее отношения с Крисом.</p>
     <p>Она услышала шаги дяди, и ей сразу стало ясно, как быть. Она быстро свернула лист бумаги и засунула его за корсаж.</p>
     <p>— Пожалуйста, ничего не говорите ему об этой второй записи, миссис Грантли, и вы, мистер Бартон. И тете Милдред не говорите. Это только расстроит их и вызовет напрасное беспокойство.</p>
     <p>Ею руководило также желание защитить своего возлюбленного, так как она знала, что если дядя и тетя прочтут эту странную запись планшетки, то их и без того недоверчивое отношение к Крису бессознательно ухудшится.</p>
     <p>— И пожалуйста, не будем больше заниматься планшеткой, — торопясь, говорила Лют. — Давайте забудем всю ту нелепость, которая здесь произошла.</p>
     <p>— Нелепость, дитя мое? — с негодованием запротестовала миссис Грантли, но дядя Роберт уже подошел к ним.</p>
     <p>— Что здесь происходит? — спросил он.</p>
     <p>— Вы опоздали, — сказала Лют беспечным тоном. — На вашу долю не осталось больше записей. Мы уже не занимаемся планшеткой и кончаем обсуждать теорию ее работы. Вы не знаете, который час?</p>
     <empty-line/>
     <p>— Ну, что ты делал вчера вечером, когда мы расстались?</p>
     <p>— Я прогулялся.</p>
     <p>Глаза Лют лукаво сощурились, словно она спрашивала на всякий случай то, что само собой подразумевалось.</p>
     <p>— С мистером… мистером Бартоном?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>— И вы курили?</p>
     <p>— Да, а что?</p>
     <p>Лют весело рассмеялась.</p>
     <p>— А что я говорила? Чем я не прорицательница? Я уже узнала, что мое предсказание сбылось. Я только что видела мистера Бартона, и он сказал мне, что гулял с тобой вчера вечером. Он клянется всеми своими фетишами и идолами, что ты блестящий молодой человек. Могу представить себе. На него обрушилось все обаяние Криса Данбара. Но я еще не кончила задавать вопросы. Где ты был все утро?</p>
     <p>— Там, куда я возьму тебя с собой днем.</p>
     <p>— Ты строишь планы, не зная, чего хочу я.</p>
     <p>— Твои желания мне хорошо известны. Мы пойдем смотреть лошадь, которую я нашел.</p>
     <p>— Это замечательно! — воскликнула Лют, выдавая свой восторг.</p>
     <p>— Конь — красавец, — сказал Крис.</p>
     <p>Но вдруг ее лицо стало серьезным, а в глазах появился испуг.</p>
     <p>— Его зовут Команч, — продолжал Крис. — Он красавец, настоящий красавец, отличный тип калифорнийской ковбойской лошади. А линии… но что с тобой?</p>
     <p>— Давай больше не ездить верхом, — сказала Лют, — по крайней мере некоторое время. К тому же, мне кажется, я немножко устала от поездок.</p>
     <p>Он удивленно посмотрел на нее, но она смело встретила его взгляд.</p>
     <p>— Я вижу гробы и цветы, — начал он, — и слышу похоронные речи, а скоро я увижу конец мира и звезды, падающие с неба, и небеса, свертывающиеся, как свиток; я увижу, как живые и мертвые собираются в судный день, я увижу овец и козлов, козлят и ягнят, одетых в белое, святых и прочих и прочих, я услышу звуки золотых арф и вопли падших душ, проваливающихся в преисподнюю, — все это я увижу и услышу в тот день, когда ты, Лют Стори, не осмелишься больше сесть на лошадь. На лошадь, Лют! На лошадь!</p>
     <p>— Погоди хотя бы немного, — умоляла она.</p>
     <p>— Смешно! — воскликнул он. — Что случилось? Уж не больна ли ты? Ты, которая всегда была так восхитительно, так непростительно здорова!</p>
     <p>— Нет, не потому, — ответила она. — Я знаю, что это смешно, Крис, я знаю, но меня одолевают сомнения. Я ничего не могу поделать. Ты всегда говоришь, что я не витаю в облаках и трезво отношусь к действительности и тому подобное, но… возможно, это — преувеличение, я не знаю… но все, что произошло, записи планшетки, возможность того, что рука отца, уж я не знаю как, схватила поводья Бэна и толкнула его и тебя на смерть, связь между словами моего отца, что он дважды покушался на твою жизнь, и тем, что за последние два дня твоя жизнь дважды была в опасности из-за лошадей, — а ведь мой отец был хорошим наездником, — все это вызывает у меня сомнения. А вдруг в этом что-то есть? Я не уверена в обратном. Наука, может быть, слишком догматична в своем отрицании невидимых явлений. Невидимые, духовные силы могут быть такими неосязаемыми, такими утонченными, что наука не в состоянии их обнаружить, опознать и объяснить. Разве ты не знаешь, Крис, что в каждом сомнении есть рациональное зерно? Мои сомнения могут быть маленькими… очень маленькими, но я люблю тебя так сильно, что мне не хочется подвергать тебя ни малейшему риску. И, кроме того, я женщина, что уже само говорит о моей предрасположенности к предрассудкам. Да, да, я знаю, ты назовешь это нереальным. Но я помню твой парадокс о реальности нереального — реальности галлюцинаций больного ума. И, если тебе угодно, то же самое происходит и со мной. Это галлюцинации и нереальность, но для меня, такой, как я есть, все это реальность, как реален кошмар, которым мучается человек, пока не проснется.</p>
     <p>— Я никогда не слышал более логичного обоснования нелогичной просьбы, — сказал, улыбаясь, Крис. — Во всяком случае, это неплохой довод. Ты сумела лучше изложить свои взгляды, чем я. Это напоминает мне Сэма, садовника, который служил у вас года два тому назад. Я случайно подслушал, как они с Мартином спорили в конюшне. Ты знаешь, какой Мартин фанатичный атеист. Так вот Мартин буквально забил Сэма своей логикой. Сэм подумал немного и сказал: «Что же это получается, мистер Мартин, вы все говорите и говорите, а меня не хотите послушать». «А что такое?» — спрашивает Мартин. «Понимаете ли, мистер Мартин, у меня есть два шанса против вашего одного». «Не понимаю», — говорит Мартин. «А вот что получается, мистер Мартин. У вас есть всего один шанс, как вы говорили, — это стать пищей для червей и пойти на удобрение огорода. А у меня есть один шанс — восславить господа, когда я буду в раю разгуливать по улицам, мощенным золотом, и другой шанс — пойти на корм червям вместе с вами, мистер Мартин».</p>
     <p>— Ты все шутишь, — сказала Лют, одобрительно рассмеявшись.</p>
     <p>— А как я могу воспринимать серьезно весь этот вздор с планшеткой? — спросил он.</p>
     <p>— Но ты не объяснил, откуда появился почерк моего отца, который узнал дядя Роберт… Ты вообще ничего не объяснил.</p>
     <p>— Я не знаю всех тайн человеческого ума, — ответил Крис. — Но я считаю, что все подобные явления в недалеком будущем получат научное объяснение.</p>
     <p>— Вое равно, у меня есть тайное поползновение узнать у планшетки еще что-нибудь, — призналась Лют. — Дощечка все еще лежит на столе в столовой. Мы можем сейчас ее испробовать. Только ты и я, и никто об этом не узнает.</p>
     <p>Крис взял ее за руку и воскликнул:</p>
     <p>— Пойдем! Это будет забавно!</p>
     <p>Взявшись за руки, они побежали в столовую, в которой колоннами служили стволы деревьев.</p>
     <p>— Лагерь пуст, — сказала Лют, положив планшетку на стол. — Миссис Грантли с тетей Милдред спят, а мистер Бартон уехал с дядей Робертом. Никто нам не помешает.</p>
     <p>Она положила руку на дощечку.</p>
     <p>— Ну, начнем.</p>
     <p>В течение нескольких минут ничего не происходило. Крис пытался было заговорить, но Лют шикнула на него. Сначала она почувствовала, как задергалась рука. Потом карандаш начал писать. Они читали запись, слово за словом:</p>
     <p>«Есть мудрость большая, чем мудрость разума. Любовь не является порождением холодного умственного расчета. Любовь рождается в сердце и стоит над разумом, над логикой, над философией. Верь своему сердцу, дочь моя. И если сердце твое приказывает верить возлюбленному, смейся над разумом и холодной мудростью, слушайся сердца и верь в своего возлюбленного. Марта».</p>
     <p>— Но ведь вся эта запись продиктована твоим собственным сердцем, — воскликнул Крис. — Разве ты не понимаешь, Лют? Это твоя собственная мысль, а твое подсознание выразило ее на бумаге.</p>
     <p>— Одно только мне непонятно, — возразила она.</p>
     <p>— Что?</p>
     <p>— Почерк. Взгляни. Он совсем не похож на мой. Он мелкий и старомодный, такой почерк был у женщин прошлого поколения.</p>
     <p>— Ты что же, в самом деле хочешь убедить меня в том, что это пишет мертвая? — перебил он.</p>
     <p>— Я не знаю, Крис, — заколебалась Лют. — Я ни о чем не могу сказать с уверенностью.</p>
     <p>— Это абсурд! — горячился Крис. — Причуды воображения! Когда человек умирает, он становится покойником. Он превращается в прах, становится пищей для червей, как говорит Мартин. Покойники? Я смеюсь над покойниками. Они не существуют. Их нет. Я отрицаю загробные силы, люди умирают, сгнивают и исчезают!</p>
     <p>— А что ты скажешь на это? — вызывающе спросила она, положив его руку на планшетку.</p>
     <p>В тот же момент рука начала писать. От неожиданности оба вздрогнули. Запись была короткой:</p>
     <p><emphasis>«Берегись! Берегись! Берегись!»</emphasis></p>
     <p>Крис насторожился, но продолжал смеяться.</p>
     <p>— Чудеса, да и только! У нас даже смерть подает свой голос из могилы. А где вы, добрые поступки? А родственные чувства? А радость? А дружба? А прочие добродетели?</p>
     <p>Но Лют не разделяла его бравады. Лицо ее исказилось от страха. Дрожа, она схватила его за руку.</p>
     <p>— Крис, не надо больше. Я сожалею, что мы затеяли это. Оставим покойников в покое. Тут что-то не так. Этого не может быть. Признаюсь, на меня действует все это. Я ничего не могу поделать. Во мне все трепещет: и тело и душа. Эта речь из могилы, эта рука покойника, протягивающаяся из загробного мира, чтобы защитить меня от тебя… А смысл в этом <emphasis>есть</emphasis>. Есть же какая-то тайна, которая не позволяет тебе жениться на мне. Если бы мой отец был жив, он бы защитил меня. Мертвый, он все еще старается защитить меня. Его руки, его мертвые руки хотят лишить тебя жизни!</p>
     <p>— Успокойся, — мягко сказал Крис. — Послушай меня. Все это не больше, чем забава. Мы играли с субъективными силами, которые существуют в нас самих, с явлениями, которые наука еще не объяснила, вот и все. Психология еще такая молодая наука! Подсознание, можно сказать, еще только открыто. Еще многое в нем неясно, его законы еще не сформулированы. Явления эти просто еще не объяснены. Но нет никаких причин, из-за которых мы тотчас же должны приклеивать им ярлык спиритизма. Мы еще не знаем, вот и все. А что касается планшетки…</p>
     <p>Вдруг Крис замолчал, потому что в этот момент, жестикулируя, он положил руку на планшетку, и в тот же миг его руку свело, как в пароксизме,<a l:href="#n_708" type="note">[708]</a> и он волей-неволей задергал ею по бумаге. Со стороны казалось, что это пишет рука рассерженного человека.</p>
     <p>— Нет, я больше не хочу этого видеть, — сказала Лют, когда он кончил писать. — Это все равно, что быть свидетельницей драки между тобой и живым отцом. Все это очень похоже на драку, на удары.</p>
     <p>Она указала на бумагу, на которой было написано: «Ты не уйдешь ни от меня, ни от справедливого наказания, которого заслуживаешь!»</p>
     <p>— Быть может, я слишком впечатлительна, но я даже отчетливо представила себе, как его руки тянутся к твоему горлу. Я знаю, что он, как ты говоришь, прах и тлен, но, несмотря на это, я представляю себе его как человека живого и ходящего по земле, я вижу гневное и мстительное выражение его лица и вижу, что его гнев и месть направлены против тебя.</p>
     <p>Она скомкала исчерканные листки бумаги и отложила в сторону планшетку.</p>
     <p>— Забудем об этом, — сказал Крис. — Не думал, что это подействует на тебя так сильно. Все это чисто субъективное явление, я уверен; возможно, с каким-то намеком на что-то такое… ну, и больше ничего. А сложившееся положение создало необыкновенно благоприятные условия для поразительных явлений.</p>
     <p>— Кстати, о сложившемся положении, — сказала Лют, когда они медленно шли по той же дорожке назад. — Не знаю, как нам быть. Неужели все будет оставаться, как прежде? Как сделать лучше? Ты ничего не придумал?</p>
     <p>Он молча сделал несколько шагов.</p>
     <p>— Я решил сказать твоим родственникам.</p>
     <p>— То, что ты не можешь сказать мне? — быстро спросила Лют.</p>
     <p>— Нет, — медленно проговорил он, — то же самое, что я сказал тебе. Я не имею права сказать им больше, чем говорил тебе.</p>
     <p>На этот раз задумалась она.</p>
     <p>— Нет, не говори им, — сказала она наконец. — Они не поймут. Я тоже не понимаю, но я верю в тебя, а у них, само собой разумеется, нет Такой слепой веры. Ты сказал мне, что есть тайна, не позволяющая нам жениться, и я верю тебе, но они не смогут поверить тебе и будут сомневаться, нет ли в твоей тайне чего-то дурного. И потом, они еще больше расстроятся.</p>
     <p>— Я должен уйти из твоей жизни, я знаю, — тихо сказал он;— И я могу уйти. Я не слабовольный человек. Один раз мне это не удалось, но нет причин думать, что я снова не выдержу характер.</p>
     <p>У Лют перехватило дыхание.</p>
     <p>— Мне очень тяжело слышать, что ты уйдешь и не вернешься. Я не могу примириться с мыслью, что не увижу тебя. Это ужасно. И не упрекай себя за слабость. Во всем виновата я. Это я заставила тебя вернуться. Я так хотела, чтобы ты был со мной! Я так хочу, чтобы ты был со мной! Что делать, Крис, оставим все, как есть, а там что будет, то будет. Мы можем быть уверены только в одном: все как-нибудь разрешится.</p>
     <p>— Было бы легче, если бы я ушел, — предположил Крис.</p>
     <p>— Но я счастлива с тобой!</p>
     <p>— Эх, жизнь! — пробормотал он в ярости.</p>
     <p>— Уйдешь ты или останешься — это еще ничего не решает. Но я не хочу, чтобы ты уходил, Крис. А теперь хватит об этом. Разговоры ничего не могут изменить. Не будем говорить об этом, пока… пока в один прекрасный день, в один удивительный, счастливый день ты не придешь ко мне и не скажешь: «Лют, у меня все в порядке. Тайна больше не связывает меня. Я свободен». А до того времени забудем планшетку и все остальное и постараемся взять как можно больше от того малого, что дано нам.</p>
     <p>А теперь, чтобы показать, как я собираюсь брать многое от малого, я даже готова поехать с тобой сегодня днем смотреть лошадь… хотя мне не хотелось бы, чтобы ты ездил верхом… во всяком случае, несколько дней или неделю. Как, ты говорил, его зовут?</p>
     <p>— Команч, — ответил Крис. — Я знаю, он тебе понравится.</p>
     <empty-line/>
     <p>Крис лежал на спине. Голова его покоилась на каменном выступе. Он внимательно наблюдал за тем, что происходило на поросшем деревьями склоне по ту сторону каньона. Трещали ломающиеся кусты, звенели о камни стальные подковы, временами по мшистому склону скатывался вывернутый валун и с плеском обрушивался в поток, несшийся по хаотическому нагромождению камней. То там, то здесь в зеленой листве мелькали золотисто-коричневая вельветовая амазонка Лют и гнедая лошадь, на которой она сидела.</p>
     <p>Она выехала на открытое место, на котором оползень не оставил ни деревьев, ни травы. Лют остановила лошадь на самом краю обрыва и смерила его взглядом. Сорокафутовый обнаженный склон кончался небольшой площадкой с твердым покрытием, которую образовала сползшая земля и камни.</p>
     <p>— Здесь я его и испытаю! — крикнула она через каньон. — Я хочу съехать на нем вниз.</p>
     <p>Животное осторожно ступило на предательскую почву, перебирая задними ногами и не сгибая передних ног. Оно уверенно и спокойно, без всякой паники и нервозности вытягивало передние ноги, как только они слишком глубоко погружались в оползавшую землю, которая вздымалась небольшой волной перед скатывавшейся лошадью. Достигнув твердой почвы, конь загарцевал на маленькой площадке, играя всеми мускулами, быстро и упруго перебирая ногами, что так не вязалось со спокойными и осторожными движениями его во время спуска.</p>
     <p>— Браво! — крикнул Крис, аплодируя.</p>
     <p>— Никогда не видела такой умной и осторожной лошади, — отозвалась Лют, сворачивая по усыпанному камнями склону в лесную чащу.</p>
     <p>Крис следил за ее продвижением по шуму, изредка он видел ее в просветах листвы по мере того, как она делала зигзаги, спускаясь по крутому, нехоженому склону. Она появилась внизу, на неровном берегу потока, заставила лошадь спрыгнуть с трехфутового обрывчика и остановилась, раздумывая, как ей перебраться через поток.</p>
     <p>Над поверхностью воды нависал четырехфутовый выступ. Под ним клокотал бешеный водоворот. Слева от выступа, в нескольких футах ниже, находилась усыпанная гравием площадка. Но путь к ней преграждал огромный валун. Достичь площадки можно было, только прыгнув сначала на выступ скалы. Она внимательно осмотрела все и стиснула поводья, что говорило о принятом решении.</p>
     <p>Встревоженный Крис сел, чтобы лучше видеть, что она задумала.</p>
     <p>— Не надо! — крикнул он.</p>
     <p>— Я верю в Команча! — ответила ему Лют.</p>
     <p>— Он не сможет прыгнуть в сторону, на гравий, — предупредил Крис. — Он не удержится на ногах и опрокинется в воду. Вряд ли одна лошадь на тысячу способна на такой трюк.</p>
     <p>— И Команч именно такая лошадь, — ответила она. — Смотри.</p>
     <p>Она послала коня вперед, и он прыгнул точно на выступ, поставив все четыре ноги на узкую площадку. И в тот же момент Лют коснулась поводом его шеи, посылая его влево. Конь, осторожно перебирая соскальзывающими в воду ногами, взвился на дыбы и, сделав пол-оборота на задних ногах, прыгнул влево, приземлившись прямо на маленькую усыпанную гравием гряду. Потом он легко перескочил через поток. Лют заставила его выскочить на берег и остановиться перед возлюбленным.</p>
     <p>— Хорошо? — спросила она.</p>
     <p>— Я так волновался, что даже не дышал, — ответил Крис.</p>
     <p>— Купи его во что бы то ни стало, — сказала Лют, слезая с коня. — Это будет выгодная покупка. Я не могу сказать о нем ничего плохого. Ни разу в жизни я не испытывала такого доверия к лошади.</p>
     <p>— Его владелец говорит, не было случая, чтобы он оступился.</p>
     <p>— Купи его, купи его сейчас же, — посоветовала она, — а то этот человек еще передумает. Если ты не купишь, то куплю я. Какие ноги! Он проворен, как кошка, и очень послушен. Он так хорошо идет на поводу, что я не могу найти слов! Он будет слушаться, даже если вместо поводьев взять шелковые ниточки. Знаю, я очень восторженна, но если ты не купишь его, Крис, я куплю сама. Только откажись…</p>
     <p>Менявший седла Крис улыбнулся в знак согласия.</p>
     <p>— Конечно, по масти он не так подходит к Долли, как Бэн, — с сожалением сказала Лют, — но все равно шерсть его тоже великолепна. И подумай, какая лошадь под этой шкурой!</p>
     <p>Крис помог ей сесть в седло и последовал за ней вверх по склону на полевую дорогу. Вдруг она натянула поводья и сказала:</p>
     <p>— Прямо в лагерь мы не поедем.</p>
     <p>— Ты забыла про обед.</p>
     <p>— Но я помню о Команче, — возразила Лют. — Мы поедем прямо на ранчо и купим его. Обед подождет.</p>
     <p>— А вот кухарка ждать не будет, — сказал, смеясь, Крис. — Она уже грозилась уйти из-за наших опозданий.</p>
     <p>— Что ж, — последовал ответ, — тетя Милдред может подыскать себе другую кухарку, но мы во что бы то ни стало купим Команча.</p>
     <p>Они повернули лошадей в другом направлении и поехали вверх по дороге, которая вилась по склону каньона Нан, пересекала водораздел и спускалась в долину Напа.</p>
     <p>Подъем был крут, и они ехали очень медленно. Иногда они поднимались на сотни футов над руслом реки, потом снова спускались и пересекали ее вновь и вновь.</p>
     <p>Они ехали то в густой тени гладкостволых кленов и высоких секвой, то по открытым горным уступам, где земля была суха и потрескалась на солнце.</p>
     <p>На одном из таких уступов дорога на протяжении почти четверти мили была ровной. С одной стороны поднималась громада горы, с другой — крутая стена каньона падала почти отвесно до самого потока на дне его. В красивое зеленое и мрачноватое ущелье еле проникали трепещущие солнечные лучи, и лишь местами на стенах каньона лежали широкие полосы солнечного света. В безветренном воздухе стоял грохот бушующего потока и жужжание горных пчел.</p>
     <p>Лошади пошли легкой рысью. Крис ехал по краю обрыва и глядел в пропасть, наслаждаясь прекрасным зрелищем. Заглушая жужжание пчел, рос грохот падающей воды. Он нарастал с каждым шагом лошадей.</p>
     <p>— Гляди! — крикнул Крис.</p>
     <p>Лют наклонилась в сторону, чтобы лучше видеть. Под ними вода, пенясь, скатывалась по гладкой скале к порогу и оттуда прыгала вниз пульсирующей белой лентой, вечно падающей и никогда не обрывающейся, всегда меняющей свое содержание и никогда форму. Это воздушное русло, бесплотное, как дымка, и вечное, как горы, начиналось в воздухе у самого порога и кончалось далеко внизу у верхушек деревьев, за зеленой завесой которых оно скрывалось, чтобы уйти в невидимый омут.</p>
     <p>Всадники пронеслись мимо. Снова раздавался только отдаленный рокот падающей воды и жужжание пчел. А потом и его не стало слышно. Всадников охватили одинаковые чувства, и они взглянули друг на друга.</p>
     <p>— О, Крис, как хорошо жить… и видеть рядом тебя!</p>
     <p>Он ответил ей нежным взглядом.</p>
     <p>Казалось, все способствовало их приподнято-радостному настроению: и движения их тел, покачивающихся в такт лошадиному бегу, и быстро бегущая по жилам кровь, создающая ощущение бодрости и здоровья, и теплый ветер, овевающий лица, нежащий кожу ароматными бодрящими прикосновениями и купающий их в изысканном, немного чувственном восторге, и красота мира, еще более изысканная, переполнявшая их и вызывавшая чувство восхищения, то есть все духовное, все сокровенно личное и святое, что нельзя выразить словами, но можно передать сиянием глаз, в которых светится раскрытая душа.</p>
     <p>Так они глядели друг на друга, не замедляя бега лошадей. Весна мира и весна юности разгоняла их кровь, тайна жизни трепетала в их глазах и была вот-вот готова раскрыться и с помощью одного лишь магического слова рассеять все неясности и печали бытия.</p>
     <p>На повороте дороги открывался вид на ущелье, дно которого где-то вдалеке круто поднималось вверх. Всадники мчались по повороту, прижимаясь к внутренней стороне и глядя на быстро раскрывавшуюся панораму.</p>
     <p>Все произошло внезапно. Лют не услышала ни звука, но еще до того, как лошадь упала, она почувствовала перебой в согласном беге животных. Она так быстро повернула голову, что успела увидеть падающего Команча. Он не оступился, не споткнулся. Он упал, словно вдруг умер на полном скаку или получил ошеломляющий удар.</p>
     <p>И в то же мгновение она вспомнила планшетку; мысль о ней, словно ярким светом, пронзила сознание Лют. Она натянула поводья, и лошадь осела на задние ноги. Взгляд Лют не отрывался от упавшего Команча. Он ударился грудью о полотно дороги, подмяв под себя непослушные, безвольные ноги.</p>
     <p>Все произошло в какую-то долю секунды, которая, казалось, длилась целую вечность. Ударившись о землю, тело Команча несильно, но заметно подскочило. От жестокого удара из его больших легких со стоном вырвался воздух. По инерции Команч прокатился к краю обрыва. Под тяжестью всадника, навалившегося на его шею, Команч перевернулся через голову и полетел под уклон.</p>
     <p>Не помня себя, Лют соскочила с лошади и бросилась к краю. Ее возлюбленный вылетел из седла, но правая нога его зацепилась за стремя. Склон был так крут, что ни лошадь, ни Крис не могли остановиться. Они увлекали за собой землю и мелкие камни, катившиеся маленькой лавиной. Лют стояла неподвижно, держась рукой за сердце и глядя вниз. И тут же перед ее глазами возникло видение: ее отец наносит призрачный удар, на полном скаку сбивающий Команча с ног и швыряющий лошадь и всадника к краю обрыва.</p>
     <p>Крутизна, по которой катились человек и лошадь, кончалась у небольшого вала, а за ним начинался новый склон, продолжавшийся до нового вала. Третий склон кончался у последнего вала на дне каньона футах в четырехстах ниже дороги, где стояла и смотрела девушка. Она видела, как Крис дергал ногой, тщетно пытаясь высвободить ее из капкана, в который превратилось стремя. Команч сильно стукнулся о выступ скалы. Это на секунду задержало его падение, и человек успел ухватиться за кустик мансаниты. Лют видела, как он вцепился в кустик и другой рукой. Потом Команч покатился дальше. Она видела, как натянулся ремень стремени, как вытянулось тело и руки ее возлюбленного. Кустик мансаниты был вырван с корнем, лошадь и человек перевалили через пригорок и скрылись с глаз.</p>
     <p>Лют увидела их ниже, на следующем склоне; человек и лошадь вновь и вновь перекатывались друг через друга. Крис уже не боролся. Так вместе перевалили они и на третий склон. Почти у самого низа Команч зацепился за каменистый бугорок. Он лежал тихо и рядом с ним, все еще привязанный к нему стремянным ремнем, навзничь лежал всадник.</p>
     <p>— Только бы Команч не шевелился, — прошептала Лют, думая, как помочь Крису.</p>
     <p>Но Команч снова стал биться, и Лют показалось, что призрачная рука ее отца стиснула поводья и потащила животное. Команч, барахтаясь, перекатился через бугорок, увлекая за собой безжизненное тело Криса, потом и лошадь и человек скрылись с глаз. Больше они не появлялись. Они достигли дна каньона.</p>
     <p>Лют оглянулась. Она была одна в целом мире. Ее возлюбленного не стало. Ничто не говорило о том, что он был, кроме следов подков Команча на дороге и отпечатка его тела там, где он соскользнул с края обрыва.</p>
     <p>— Крис! — крикнула она, потом еще раз, но это был уже крик отчаяния.</p>
     <p>Из глубины доносилось только жужжание пчел и рокот потока.</p>
     <p>— Крис! — крикнула она в третий раз и опустилась на пыльную дорогу.</p>
     <p>Она почувствовала, как Долли коснулась мордой ее руки, прижалась щекой к шее кобылы и стала ждать. Она не знала, почему она ждет, но ничего другого ей не оставалось делать.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Тень и вспышка</p>
     </title>
     <p>Теперь, когда я оглядываюсь назад, я понимаю, как необычна была эта дружба.</p>
     <p>Ллойд Инвуд, один из двух моих друзей, был высокий, худощавый, хорошо сложенный, мускулистый брюнет. А другой мой друг — Поль Тичлорн — высокий, худощавый, хорошо сложенный, мускулистый блондин. Они казались точной копией друг друга во всем, кроме цвета волос, глаз и кожи. Глаза у Ллойда были черные, а у Поля — голубые. Ллойд от волнения бледнел, а Поль краснел. В остальном они были похожи, как пара горошин. Оба были порывисты, отличались чрезвычайной выносливостью и легко шли на любые испытания.</p>
     <p>Но неразлучных друзей было трое, и третьим — маленьким и толстым, неуклюжим и ленивым, — надобно сознаться, был я. Казалось, Поль и Ллойд родились, чтобы постоянно соперничать, а я — чтобы примирять их.</p>
     <p>Мы росли все вместе, и частенько удары, которые они предназначали друг для друга, доставались мне. Всегда они лезли из кожи вон, чтобы заткнуть друг друга за пояс, и когда вступали в борьбу, то их упорству и страсти не было предела.</p>
     <p>Этот напряженный дух соперничества присутствовал в их играх и занятиях. Если Поль выучивал одну песнь из «Мармиона», то Ллойд выучивал две; тогда Поль запоминал три, а Ллойд — четыре; в конце концов каждый из них знал всю поэму наизусть.</p>
     <p>Я помню один случай, чуть не окончившийся трагедией, случай очень характерный для их постоянной борьбы.</p>
     <p>Мальчишки ныряли на дно пруда глубиной в футов десять и, ухватившись там за корни подводных растений, старались продержаться под водой как можно дольше. Подзадоривания заставили Поля и Ллойда нырнуть вместе. Когда я увидел их сосредоточенные и решительные лица, погружающиеся в воду, меня охватило предчувствие чего-то ужасного.</p>
     <p>Текли секунды, сгладилась рябь, поверхность пруда становилась зеркально-спокойной, но ни светлая, ни темная головы не появлялись над водой, чтобы глотнуть воздух. Мы забеспокоились. Уже был побит рекорд, принадлежавший мальчугану с самыми крепкими легкими, но соперники не появлялись. Сначала были видны пузырьки, медленно всплывавшие на поверхность воды, а потом исчезли и они: стало ясно, что мальчики выпустили из легких весь запас воздуха. Каждая секунда становилась нестерпимо долгой; я не смог вынести томительного ожидания и прыгнул в воду.</p>
     <p>Я увидел их на дне. Они крепко вцепились в корни растений, их головы были рядом, глаза широко открыты; каждый впивался взглядом в другого. Они испытывали страшные мучения, корчились и извивались от приступов добровольного удушья, так как ни один из них не желал признать себя побежденным. Я попытался оторвать Поля от корней, но он стал ожесточенно сопротивляться. Тут я начал задыхаться и в полной панике вынырнул. Я поспешно объяснил, что происходит, и человек шесть ребят, ринувшись в воду, с большим трудом вытянули их на берег. Поль и Ллойд были без сознания, и только после долгих встряхиваний и растираний они пришли в себя. Они бы так и остались на дне, если бы их не вытащили.</p>
     <p>Когда Поль Тичлорн поступал в колледж, он рассказывал всем, что собирается заниматься социальными науками. Ллойд Инвуд избрал тот же курс. Однако Поль скрыл от всех свое желание изучать естественные науки и специализироваться по химии; и в последний момент он перешел на другой факультет.</p>
     <p>И хотя Ллойд распланировал свою работу на целый год вперед и уже начал посещать лекции, ой тотчас же последовал за Полем, начав заниматься естественными науками и, в частности, химией.</p>
     <p>Вскоре об их соперничестве знал весь университет. Каждый из них побуждал к работе другого, и они изучили химию гораздо глубже остальных студентов. Еще до получения дипломов они могли бы поставить в тупик любого профессора, за исключением «старика» Мосса, руководителя кафедры, но и его они не раз озадачивали и поправляли. Открытие Ллойдом «смертоносной бациллы» у морской жабы и его опыты над ней с помощью цианистого калия прославили его имя и университет на весь мир. Но не меньший успех выпал и на долю Поля: ему удалось создать искусственные коллоидные растворы, помогающие раскрыть тайны жизни амеб, а также пролить свет на процесс оплодотворения низших форм морских животных, проведя удивительные опыты с растворами простой поваренной соли и магнезии.</p>
     <p>Еще во время учебы, когда они были поглощены тайнами органической химии, в их жизнь вошла Дорис Ван Беншотен. Первым ее повстречал Ллойд, но в течение следующих суток Поль также сумел познакомиться с ней. Они, конечно, влюбились, и она стала для них единственным существом, ради которого стоило жить на свете. Они ухаживали за ней с одинаковым рвением и пылом. Их борьба достигла такого напряжения, что половина студентов стала держать пари, кто победит в этой борьбе. Даже «старик» Мосс в один прекрасный день, после того как Поль в его частной лаборатории провел блестящий опыт, не удержался и поставил свое месячное жалованье об заклад, что женихом Дорис Ван Беншотен станет Поль.</p>
     <p>В конце концов она разрешила проблему по-своему, ко всеобщему удовлетворению, за исключением Поля и Ллойда. Пригласив их обоих, она сказала, что никак не может выбрать одного из них, потому что любит обоих одинаково, и так как, к сожалению, многобрачие в Соединенных Штатах запрещено, она вынуждена лишить себя чести и счастья стать супругой одного из них.</p>
     <p>Каждый обвинял другого в столь плачевном исходе, и ожесточение между ними еще больше усилилось.</p>
     <p>Вспышка произошла довольно быстро. И началось все именно в моем доме, после того как Поль и Ллойд получили ученую степень. Оба они были состоятельными людьми, и у них не было склонности или необходимости стать профессионалами. Дружба со мной и взаимная враждебность являлись теми двумя причинами, которые соединяли их. Частенько, посещая меня, они тщательно старались избегать друг друга, хотя при создавшемся положении им иногда приходилось сталкиваться.</p>
     <p>Я помню тот день, когда Поль Тичлорн все утро читал в моем кабинете очередной номер научного журнала. Я был предоставлен самому себе и возился с розами, когда прибыл Ллойд Инвуд. Держа во рту маленькие гвозди, я зажимал, обрезал и прикреплял вьющиеся у веранды растения. Ллойд следовал за мной, временами помогал мне. Мы заговорили о фантастических невидимках, о тех таинственных блуждающих существах, предания о которых дошли до нас. Ллойд с присущей ему энергией стал распространяться о физических свойствах и возможности невидимости. Абсолютно черный предмет, заявил он, стал бы недоступен для самого острого зрения.</p>
     <p>— Цвет есть зрительное ощущение, — говорил Ллойд, — он не является объективной реальностью. Без света мы не можем видеть ни цвета, ни самих вещей. В темноте все предметы черны и невидны. Если луч света не падает на них, то и они не отбрасывают свет к нашим глазам, и, таким образом, у нас нет зрительного свидетельства их существования.</p>
     <p>— Но мы же видим черные вещи при дневном свете! — возразил я.</p>
     <p>— Совершенно верно! — горячо продолжал он. — И это потому, что они не абсолютно черные. Если бы они были абсолютно черными, мы не смогли бы видеть их. Да что там, мы бы не увидели их и в лучах тысячи солнц! Поэтому я считаю, что с помощью правильно выбранных соединений пигментов можно получить абсолютно черную краску, которая сделает невидимыми любые окрашенные ею предметы.</p>
     <p>— Это было бы замечательное открытие, — сказал я без особого энтузиазма, так как все рассуждения были слишком фантастичны и имели отвлеченный характер.</p>
     <p>— Замечательное! — Ллойд хлопнул меня по плечу. — Еще бы! Ведь если, старина, я покрою себя такой краской, весь мир будет у моих ног. Мне будут известны секреты королей и правительств, козни дипломатов и политиканов, махинации биржевых дельцов, намерения трестов и корпораций. Я смогу видеть жизнь насквозь и стану величайшей силой на земле. И я…</p>
     <p>Он резко оборвал себя, затем добавил:</p>
     <p>— Что ж, я уже начал опыты и могу тебе признаться, у меня неплохие шансы добиться удачи.</p>
     <p>Смех, донесшийся с порога, заставил нас вздрогнуть. Там стоял Поль Тичлорн. На его губах была насмешливая улыбка.</p>
     <p>— Вы кое о чем забываете, дорогой Ллойд, — сказал он.</p>
     <p>— Забываю? О чем?</p>
     <p>— Вы забываете, — продолжал Поль, — вы забываете о тени.</p>
     <p>Я заметил, как у Ллойда вытянулось лицо, но ответил он с издевкой:</p>
     <p>— А я, видите ли, могу взять с собой зонтик от солнца.</p>
     <p>Затем он неожиданно повернулся и свирепо бросил Полю:</p>
     <p>— Послушайте, Поль, для вашего же блага советую лучше не вмешиваться в это дело.</p>
     <p>Разрыв казался неизбежным, но Поль добродушно засмеялся:</p>
     <p>— Я и пальцем не прикоснусь к вашим грязным пигментам. Если даже оправдаются ваши самые оптимистические надежды, то и тогда вас постоянно будет сопровождать тень. Вам не уйти от нее. А я двинусь совсем другим курсом. У меня совсем не будет тени…</p>
     <p>— Прозрачность! — тотчас воскликнул Ллойд. — Но ее невозможно достигнуть.</p>
     <p>— Ну, конечно, нет. — И Поль, пожав плечами, зашагал прочь по дорожке, обсаженной кустами роз.</p>
     <p>С этого все и началось. Оба взялись за работу с присущей им энергией и с такой ожесточенностью, что я дрожал при одной мысли об успехе кого-либо из них. Каждый полностью доверял мне, и в последовавшие затем долгие недели экспериментов я превратился в доверенное лицо обеих сторон. Я выслушивал их теоретические выкладки и наблюдал демонстрацию опытов, но никогда ни словом, ни знаком я не намекал одному об успехах другого. И они уважали меня за это молчание.</p>
     <p>Ллойд Инвуд после длительной и непрерывной работы, когда напряжение духа и тела становилось невыносимым, отдыхал странным образом. Он посещал состязания по боксу. Как-то он затащил меня на одно из таких жестоких зрелищ, чтобы рассказать о результатах последних опытов, и там его теория получила поразительное подтверждение.</p>
     <p>— Видишь вон того мужчину с рыжими баками? — спросил он, показывая на человека, сидевшего в пятом ряду по другую сторону ринга. — Не правда ли, между ним и мужчиной в белой шляпе никого нет?</p>
     <p>— Конечно, — ответил я. — Место между ними не занято.</p>
     <p>Ллойд наклонился ко мне и серьезно заговорил:</p>
     <p>— Между человеком с рыжими баками и человеком в белой шляпе сидит Бен Уассон. Ты уже слышал о нем от меня. В своем весе он сильнейший боксер в стране. Он чистокровный караибский негр, и у него самая черная кожа в Соединенных Штатах. На нем сейчас черное застегнутое на все пуговицы пальто. Я видел, как он вошел и занял свое место. И как только он сел, он исчез. Смотри внимательно, может, он улыбнется.</p>
     <p>Я хотел было пойти вперед, чтобы проверить Ллойда, но он задержал меня.</p>
     <p>— Подожди, — сказал он.</p>
     <p>Я смотрел и ждал до тех пор, пока мужчина с рыжими баками не повернул головы. Казалось, он обращается к пустому месту. И тогда на незанятом месте я увидел вращающиеся белки глаз и двойной полумесяц зубов, и на мгновение мне удалось разглядеть лицо негра. Но с исчезновением улыбки оно снова стало невидимым, и стул, как и раньше, казался свободным.</p>
     <p>— Если бы он был абсолютно черным, то, даже сидя рядом с ним, ты не смог бы его увидеть, — сказал Ллойд, и, признаюсь, я почти поверил этому, настолько убедительным был проведенный опыт.</p>
     <p>После этого я посещал лабораторию Ллойда много раз и всегда заставал его погруженным в поиски абсолютно черного цвета.</p>
     <p>В своих опытах он использовал всевозможные пигменты: ламповую копоть, различные виды смол, сажу от масел и жиров и большое количество обугленных органических веществ.</p>
     <p>— Белый свет состоит из семи основных цветов, — доказывал он мне. — Но сам по себе он невидим. И только, когда он отражается от предметов, предметы и он сам становятся видимыми. И только та часть света, которая отражается, становится видимой. Возьмем, например, голубую табакерку. Белый свет освещает ее, и за одним исключением все цвета — фиолетовый, синий, зеленый, желтый, оранжевый и красный — поглощаются. Исключение составляет <emphasis>голубой</emphasis>. Он не поглощается, он отражается. Почему табакерка дает нам ощущение голубизны? Мы не видим других цветов потому, что они поглощены. Мы видим только голубой цвет. По этой же причине трава <emphasis>зеленая</emphasis>. Световые волны зеленого цвета бьют нам в глаза.</p>
     <p>— Когда мы красим дома, мы не накладываем какой-то цвет на них, — говорил он в другой раз. — Мы просто применяем определенные вещества, которые способны поглощать все цвета спектра, за исключением нужных нам цветов. Если вещество отражает все цвета, то оно кажется нам белым. Если оно поглощает их, то оно черное. Но, как я уже говорил, мы не имеем идеально черного цвета. <emphasis>Все</emphasis> цвета полностью не поглощаются. Идеальный черный цвет даже при ярком свете будет совершенно невидим. Например, посмотри сюда.</p>
     <p>На его рабочем столе лежала палитра. Различные оттенки черного цвета были нанесены на нее. Один, в особенности, я едва мог заметить. В глазах начинало рябить, я тер их и смотрел снова.</p>
     <p>— Это, — произнес он выразительно, — самый черный цвет, который ты или любой другой смертный когда-либо видел. Но погоди немного, и я добуду черный цвет такой черноты, что ни один смертный не сможет смотреть на него… <emphasis>и видеть его!</emphasis></p>
     <p>С другой стороны, Поля Тичлорна я обычно заставал погруженным в изучение световой поляризации, дифракции и интерференции, единичной и двойной рефракции и всевозможных удивительных органических соединений.</p>
     <p>— Прозрачность есть состояние или свойство тела, которое пропускает сквозь себя любые лучи света, — объяснял он мне. — Вот к чему я стремлюсь. Ллойд натыкается на тень из-за своей непроницаемой глупости. А я сумею избегнуть тени. Прозрачное тело не оставляет тени, оно не отражает также и световых волн… то есть в том случае, если оно абсолютно прозрачно. Поэтому оно будет невидимым.</p>
     <p>В другой раз мы стояли у окна. Поль протирал линзы, которые лежали на подоконнике. Неожиданно во время паузы в нашем разговоре он сказал:</p>
     <p>— Я уронил линзу. Выгляни в окно, старина, посмотри, куда она закатилась.</p>
     <p>Я подался вперед, но резкий удар в лоб заставил меня отпрянуть. Я потер ушибленную бровь и недоуменно, но с укором уставился на Поля, заливавшегося ликующим мальчишеским смехом.</p>
     <p>— Ну что? — сказал он.</p>
     <p>— Ну что? — эхом повторил я.</p>
     <p>— Отчего бы тебе не разобраться самому? — спросил он.</p>
     <p>И я стал разбираться. Перед тем как я попытался высунуться в окно, мои чувства подсказывали мне, что между мной и воздухом снаружи ничего нет, что оконный проем абсолютно пуст. Я протянул руку и почувствовал твердый предмет, гладкий, холодный и плоский, который, судя по ощущению, должен был быть стеклом. Я снова посмотрел перед собой, но положительно ничего не смог увидеть.</p>
     <p>— Белый кварцевый песок, — быстро заговорил Поль, — карбонат натрия, гашеная известь, стеклянный бой, перекись магния, и вот, пожалуйста, — французское зеркальное стекло высшего качества, изготовленное знаменитой фирмой Сен-Гобэн, которая производит лучшие стекла в мире. А данное стекло — их лучшее изделие. Ему нет цены. Взгляни на него! Оно невидимо. Мы не знаем, существует ли оно, пока не разобьем о него голову.</p>
     <p>Так-то, старина! Это просто наглядный урок… Берутся определенные непрозрачные вещества, но смешиваются таким образом, что получается прозрачное тело. Ты скажешь, что это шутка неорганической химии? Совершенно верно. Но я берусь утверждать, держась твердо на обеих ногах, что могу и в органическом мире в точности воспроизвести все, что происходит в неорганическом.</p>
     <p>— Вот! — Он подержал пробирку между мной и светом, и я увидел в ней непрозрачную грязноватую жидкость. Он перелил ее в другую пробирку, и почти в то же мгновение она стала прозрачной и сверкающей.</p>
     <p>— Или вот! — Быстрыми, порывистыми движениями, смело манипулируя среди массы пробирок, он превратил белую жидкость в раствор винного цвета, а светло-желтый раствор — в темно-коричневый. Он бросил кусочек лакмусовой бумажки в кислоту, и бумажка сразу же покраснела, а попав в щелочь, она так же быстро стала голубой.</p>
     <p>— Лакмусовая бумажка остается лакмусовой бумажкой, — объявил он тоном официального лектора. — Ни во что другое я ее не превратил. Что же я сделал? Я только изменил расположение ее молекул. И если вначале лакмусовая бумажка поглощала все цвета света, за исключением красного, то затем ее молекулярная структура была изменена таким образом, что она стала поглощать красный цвет и все остальные цвета, кроме голубого. И так можно продолжать ad infinitum. Моя же цель заключается в следующем. — Он сделал небольшую паузу. — Моя цель — искать — и, конечно, найти — надлежащие реактивы, которые, действуя на живой организм, приведут к молекулярным изменениям, аналогичным тем, которые ты сегодня как раз наблюдал. Но реактивы, которые я ищу и обязательно найду, не будут окрашивать живое тело в голубой, красный или черный цвет, они сделают его прозрачным. Свет будет проходить сквозь него. Оно будет невидимым. И оно не будет отбрасывать тени.</p>
     <p>Несколько недель спустя мы с Полем отправились на охоту. Незадолго до этого он обещал мне, что я буду иметь удовольствие охотиться с чудесной собакой… действительно с самой чудесной собакой, какую когда-либо имел охотник. Так он утверждал до тех пор, пока не возбудил моего любопытства. Но в то утро я был разочарован, потому что нигде не было видно собаки.</p>
     <p>— Не думай о ней, — невозмутимо проговорил Поль, и мы двинулись по полям.</p>
     <p>Я не мог понять, что беспокоило меня, но у меня было ощущение какой-то страшной болезни. Мои нервы были расшатаны, и из-за их удивительных фокусов чувства мои, казалось, взбунтовались. Непонятные звуки приводили меня в замешательство. По временам я слышал шелест раздвигаемой травы, а один раз — топот ног на участке каменистой почвы.</p>
     <p>— Поль, ты слышал сейчас что-нибудь? — спросил я.</p>
     <p>Но он только покачал головой и неуклонно продолжал идти вперед.</p>
     <p>Перелезая через изгородь, я услышал жалобный вой собаки, раздавшийся в паре футов от меня. Но, оглядевшись вокруг, я ничего не увидел.</p>
     <p>— Поль, — сказал я, — нам лучше вернуться домой. Боюсь, что я заболел.</p>
     <p>— Чепуху городишь, старина, — ответил он. — Солнце, как вино, ударило тебе в голову. Ничего с тобой не случится. Знатная выдалась погодка!</p>
     <p>Но на узкой тропе между кустарниками что-то сунулось мне под ноги, я споткнулся и едва не упал. С испугом я взглянул на Поля.</p>
     <p>— В чем дело? — спросил он. — Спотыкаешься о собственные ноги?</p>
     <p>Я сжал зубы и побрел дальше, хотя голова у меня ходила кругом, и я был твердо убежден, что острый и таинственный недуг поразил мои нервы. Пока еще он не коснулся зрения, но когда мы снова вышли в открытое поле, то даже мои глаза предали меня. Странные вспышки света разных цветов, похожего на радугу, стали появляться и исчезать на пути передо мной. И все-таки мне удавалось держать себя в руках до тех пор, пока эти вспыхивающие разноцветные огни не затанцевали в продолжение добрых двадцати секунд. Тогда, весь дрожа, без сил я опустился на землю.</p>
     <p>— Мне конец, — задыхаясь, произнес я и закрыл глаза руками, — я слепну, Поль, отведи меня домой.</p>
     <p>Но Поль долго и громко смеялся.</p>
     <p>— Что я тебе говорил?.. Самая удивительная собака, а? Ну, как ты думаешь?</p>
     <p>Он повернулся слегка в сторону и засвистел. Я услышал топот ног, тяжелое дыхание разгоряченного животного и лай собаки. Поль наклонился и, казалось, стал ласкать воздух.</p>
     <p>— Вот! Дай руку.</p>
     <p>И он потер мою руку о холодный нос и шею собаки.</p>
     <p>Несомненно, это была собака, судя по размерам и гладкой короткой шерсти пойнтер.</p>
     <p>Нечего говорить, что ко мне быстро вернулось душевное равновесие и самоконтроль. Поль надел животному ошейник, а к хвосту привязал платок. И мы стали свидетелями замечательного зрелища. Одинокий ошейник и развевающийся платок метались по полям. Стоило посмотреть, как платок и ошейник прижимали стаю перепелов в рощице белых акаций и как застывали на месте и не двигались до тех пор, пока мы не спугивали птиц.</p>
     <p>Снова и снова там, где находилась собака, возникали разноцветные световые вспышки. Поль объяснил, что это единственная вещь, которую он не предвидел и с которою вряд ли сумеет справиться.</p>
     <p>— Имеется бесчисленное множество разных ложных солнц,<a l:href="#n_709" type="note">[709]</a> солнечных зайчиков, радуг и сияний, — сказал он. — Они являются результатом преломления световых лучей, проходящих сквозь минералы и кристаллы льда, сквозь туман, дождь, водяную пыль и множество других вещей. И я боюсь, что ими мне придется расплачиваться за достижение прозрачности. Я избежал тени Ллойда и наткнулся на радужную вспышку.</p>
     <p>Двумя днями позже, подходя к лаборатории Поля, я почувствовал страшное зловоние. Оно было настолько сильным, что совсем нетрудно было отыскать его источник — массу гниющего вещества на пороге, которая очертаниями напоминала собаку.</p>
     <p>Поля поразила моя находка. Это была его невидимая собака, или, вернее, то, что раньше было его невидимой собакой, потому что теперь она была явно видимой. Еще несколько минут назад она играла во дворе, полная сил и здоровья. При внимательном осмотре обнаружилось, что ее череп был проломлен сильным ударом. И если убийство собаки казалось странным, то ее быстрое разложение было уж совсем непонятным фактом.</p>
     <p>— Реактивы, введенные в ее тело, безвредны, — объяснил Поль. — Однако они обладают большой силой и, очевидно, с наступлением Смерти приводят к мгновенному разложению тела. Замечательно! Это замечательно! Что ж, единственный выход — оставаться живым. И пока ты живешь, они не вредят. Да, но кто размозжил собаке голову, хотел бы я знать!</p>
     <p>Все выяснилось, когда испуганная горничная принесла весть о том, что утром, с час назад, с Джеффером Бед-шоу случилось буйное помешательство, что его связали и привели в охотничий домик, где он стал бессвязно рассказывать о битве со свирепым и огромным зверем, которого он повстречал на поле Тичлорна. Он утверждал, будто неизвестное чудовище было невидимым, будто он своими глазами видел, что оно было невидимым; плачущая жена и дочери только качали головами, а он из-за этого все больше выходил из себя, и садовник с кучером связали его еще крепче.</p>
     <p>От Поля Тичлорна, который так успешно справлялся с проблемой невидимости, ни на шаг не отставал Ллойд Инвуд. Получив приглашение, я отправился к нему взглянуть, как идут дела. Его лаборатория находилась в уединенном месте посреди его обширных владений. Она была построена на небольшой красивой лужайке, окруженной со всех сторон густым лесом, и вела к ней узкая, петляющая тропа. Но я ходил по ней так часто, что знал каждый изгиб, и представьте мое изумление, когда я вышел на лужайку и не обнаружил лаборатории. Необычного вида строение с красной кирпичной трубой исчезло. И ничто не указывало на то, что оно когда-нибудь было здесь. Не было следов развалин или обломков, вообще ничего не было.</p>
     <p>Я решил пересечь место прежней лаборатории.</p>
     <p>— Вот здесь, — сказал я себе, — должен был быть порог перед дверью.</p>
     <p>Не успели эти слова слететь с моего языка, как я зацепился ногой о какое-то препятствие, подался всем телом вперед и ударился головой о предмет, который по <emphasis>ощущению</emphasis> очень напоминал дверь. Я выставил вперед руку. Это и была дверь. Я нащупал ручку и повернул ее. И сразу же, как только дверь стала поддаваться, вся внутренняя часть лаборатории предстала моим взорам. Поздоровавшись с Ллойдом, я закрыл дверь и отступил на несколько шагов назад. Здания совершенно нельзя было заметить. А стоило вернуться и открыть дверь, как сразу же каждая мелочь внутри помещения становилась видимой. Это было действительно поразительно, неожиданный переход от пустоты к свету, формам и краскам.</p>
     <p>— Что ты об этом думаешь? — спросил Ллойд, крепко пожимая мне руку. — Вчера я дважды покрыл абсолютно черной краской стены моей лаборатории, чтобы посмотреть, что из этого получится. Как твоя голова? Кажется, ты стукнулся довольно крепко.</p>
     <p>— Ну, хватит, — прервал он мои поздравления. — У меня есть для тебя кое-что поважнее.</p>
     <p>Разговаривая, он начал раздеваться и, оставшись голым, сунул мне в руки кружку и кисть.</p>
     <p>— Вот, покрась меня, — сказал он.</p>
     <p>Это была маслянистая, похожая на шеллак жидкость, которая быстро и легко покрывала кожу и мгновенно высыхала.</p>
     <p>— Это только для предохранения кожи, — объяснил он, когда я закончил, — а теперь основная краска.</p>
     <p>Я взял другую кружку, на которую он указал мне, и заглянул внутрь, но увидеть ничего не смог.</p>
     <p>— Она пуста, — сказал я.</p>
     <p>— Сунь туда палец.</p>
     <p>Я послушался и ощутил прохладную жидкость. Вытащив руку, я посмотрел на указательный палец, который окунулся в кружку, но он исчез. Я подвигал им; по напряжению и расслаблению мышц я знал, что двигаю пальцем, но я не видел его. Судя по всему, я был лишен пальца. И я не мог увидеть его до тех пор, пока не подставил его под солнечный свет. Он стал отбрасывать пятнышко тени на пол.</p>
     <p>Ллойд хихикнул:</p>
     <p>— Ну, а теперь мажь и гляди в оба.</p>
     <p>Я погрузил кисть в кружку, казавшуюся пустой, и провел длинную полосу на его груди. По мере движения кисти живая плоть исчезала. Я покрасил его правую ногу, и он оказался одноногим человеком, отрицавшим все законы тяготения. И так мазок за мазком, одну часть тела за другой я выкрасил Ллойда Инвуда в ничто. От переживаний у меня мурашки бежали по коже, и я был рад, когда все исчезло от взора, если не считать горящего взгляда его темных глаз, которые, казалось, сами по себе висели в воздухе.</p>
     <p>— Для них у меня есть особый, безвредный состав, — сказал он. — Легкое распыление пульверизатором, и все! Меня нет.</p>
     <p>Когда с этим так же успешно было покончено, он сказал.</p>
     <p>— А теперь я похожу, а ты говори, какое впечатление это производит.</p>
     <p>— Прежде всего я не вижу тебя, — сказал я, и до меня из пустоты донесся его радостный смех. — Конечно, — продолжал я, — ты не можешь избавиться от своей тени, но этого и следовало ожидать. Если ты проходишь между моими глазами и предметом, то предмет исчезает, но его исчезновение настолько необычно и непостижимо, что взор затуманивается. Когда ты движешься быстро, в глазах начинает непонятно рябить. И это чувство помутнения вызывает боль в глазах, а голова наливается тяжестью.</p>
     <p>— Еще что-нибудь указывает на мое присутствие? — спросил он.</p>
     <p>— Нет и да, — ответил я. — Когда ты стоишь рядом, у меня появляется чувство, которое бывает в мрачных склепах, пустынных сырых складах и глубоких шахтах. И как моряки чувствуют очертания берега в темные ночи, так и я, как мне кажется, чувствую очертания твоего тела. Но все это очень смутно и неуловимо.</p>
     <p>Мы долго беседовали в его лаборатории в то памятное утро. И когда я поднялся, чтобы уйти, он взял своей невидимой рукой мою руку, энергично потряс ее и сказал:</p>
     <p>— Теперь я покорю мир!</p>
     <p>И я не отважился рассказать ему о таких же успехах Поля Тичлорна.</p>
     <p>Дома меня ждала записка от Поля с просьбой немедленно явиться к нему. В полдень я подкатил к нему на своем велосипеде. Поль окликнул меня со стороны теннисного корта. Я слез с велосипеда и направился туда. Но корт был пуст. И пока я стоял там, разинув от удивления рот, и глазел по сторонам, теннисный мячик ударил меня по руке, а другой, пока я поворачивался, просвистел у меня над ухом. Насколько я мог видеть нападающую сторону, мячи начинали свой стремительный полет за пределами площадки, и я был буквально осыпан ими. Но когда пущенные в меня мячи стали возвращаться для нового удара, я разобрался в обстановке. Схватив ракетку и зорко следя за окружающим, я заметил возникавшую и исчезавшую радужную вспышку, которая металась по площадке. Я бросился к ней и ракеткой нанес ей полдюжины увесистых ударов. Зазвенел голос Поля:</p>
     <p>— Хватит! Хватит! Ой! Да ну же! Стой! Ты бьешь по голому телу! А-ай! Больше не буду! Я только хотел, чтобы ты увидел мое превращение, — говорил он жалобным тоном, и мне показалось, что он растирает ушибленные места.</p>
     <p>Через несколько минут мы уже играли в теннис. Я был в невыгодном положении, так как не видел Поля на площадке, кроме тех моментов, когда углы между ним, солнцем и мной были в подходящем сочетании. И тогда— но только тогда — он вспыхивал. Вспышки были ярче радуги: чистейшая голубизна, нежность фиолетового цвета, яркость желтого и все переходные цвета, подобно бриллианту, сверкали, переливались, ослепляли.</p>
     <p>Но в середине игры я почувствовал озноб, напоминающий о глубокой шахте или темном склепе, озноб, который я уже испытал в то утро. В следующий момент я увидел, как у самой сетки в воздухе мяч отскочил от пустого места, и в это же время шагах в двадцати Поль Тичлорн возник радужной вспышкой. Он не мог отбить этот мяч, и со смертельным страхом я понял, что Ллойд Инвуд явился к месту действия. Чтобы убедиться в этом, я поискал тень и увидел бесформенное пятно (солнце висело над головой), двигавшееся по земле. Я вспомнил его угрозу и понял, что все долгие годы соперничества должны привести к решительной и жуткой битве.</p>
     <p>Я закричал, чтобы предупредить Поля, и услышал рычание, какое может издать дикий зверь. В ответ тоже раздалось рычание. Я увидел, как темное пятно быстро пересекало корт, а ослепительная вспышка многоцветных тонов с такой же быстротой ринулась навстречу тени. И тогда тень и вспышка встретились. Послышались звуки невидимых ударов. Сетка упала у меня на глазах. Испуганный, я бросился к дерущимся, крича:</p>
     <p>— Ради бога!</p>
     <p>Но их сцепившиеся тела задели меня, и я упал.</p>
     <p>— Не вмешивайся, старина! — услышал я голос Ллойда Инвуда из пустоты. А затем раздался голос Поля:</p>
     <p>— Да, да, с нас довольно примирений!</p>
     <p>По голосам я понял, что они разошлись в разные стороны. Я не мог обнаружить Поля и поэтому приблизился к тени, которая представляла Ллойда. Но с другой стороны я получил ошеломляющий удар по челюсти и услышал сердитый окрик Поля:</p>
     <p>— Да уберешься ты наконец?</p>
     <p>Затем они снова сошлись. Шум ударов, стоны и тяжелое дыхание, быстрые вспышки и перемещения тени ясно говорили о беспощадности борьбы.</p>
     <p>Я начал звать на помощь, и Джеффер Бедшоу прибежал на площадку. Я заметил, что он как-то странно смотрел на меня. Но он столкнулся с дерущимися и полетел на землю головой вперед. С отчаянным воплем, крича «О боже, вот оно!», он вскочил на ноги и понесся вон с площадки.</p>
     <p>Мне ничего не оставалось делать, как беспомощно застыть на месте и следить за борьбой. Полуденное солнце с ослепительной яркостью заливало пустой теннисный корт. И он <emphasis>был</emphasis> пуст. Я мог видеть только радужные вспышки и теневое пятно, пыль, поднятую невидимыми ногами, и колебания проволочной ограды, которую они раз или два задели. И это было все, а скоро и этого не стало. Не было больше вспышек, а тень вытянулась и застыла. И я вспомнил их решительные детские лица, когда они крепко держались за корни растений в холодной глубине пруда.</p>
     <p>Меня нашли через час. Случившееся как-то дошло до слуг Тичлорна, и все они разбежались. Джеффер Бедшоу так и не выздоровел после второго потрясения. Он заключен в сумасшедший дом без надежды на выздоровление. Тайны чудесных открытий умерли вместе с Полем и Ллойдом, так как обе лаборатории были разрушены убитыми горем родственниками. Что касается меня, я больше не интересуюсь химическими исследованиями, и о науке в моем доме не говорят. Я возвратился к своим розам. Для меня достаточно хороши краски природы.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Любовь к жизни</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Любовь к жизни</p>
     </title>
     <p>Прихрамывая, они спускались к речке, и один раз тот, что шел впереди, зашатался, споткнувшись посреди каменной россыпи. Оба устали и выбились из сил, и лица их выражали терпеливую покорность — след долгих лишений. Плечи им оттягивали тяжелые тюки, стянутые ремнями. Каждый из них нес ружье. Оба шли сгорбившись, низко нагнув голову и не поднимая глаз.</p>
     <p>— Хорошо бы иметь хоть два патрона из тех, что лежат у нас в тайнике, — сказал один.</p>
     <p>Голос его звучал вяло, без всякого выражения. Он говорил равнодушно, и его спутник, только что ступивший в молочно-белую воду, пенившуюся по камням, ничего ему не ответил.</p>
     <p>Второй тоже вошел в речку вслед за первым. Они не разулись, хотя вода была холодная, как лед, — такая холодная, что ноги у них и даже пальцы на ногах онемели от холода. Местами вода захлестывала колени, и оба они пошатывались, теряя опору.</p>
     <p>Второй путник поскользнулся на гладком валуне и чуть не упал, но удержался на ногах, громко вскрикнув от боли. Должно быть, у него закружилась голова, — он пошатнулся и замахал свободной рукой, словно хватаясь за воздух. Справившись с собой, он шагнул вперед, но снова пошатнулся и чуть не упал. Тогда он остановился и посмотрел на своего спутника: тот все так же шел вперед, даже не оглядываясь.</p>
     <p>Целую минуту он стоял неподвижно, словно раздумывая, потом крикнул:</p>
     <p>— Слушай, Билл, я вывихнул ногу!</p>
     <p>Билл ковылял дальше по молочно-белой воде. Он ни разу не оглянулся. Второй смотрел ему вслед, и хотя его лицо оставалось по-прежнему тупым, в глазах появилась тоска, словно у раненого оленя.</p>
     <p>Билл уже выбрался на другой берег и плелся дальше. Тот, что стоял посреди речки, не сводил с него глаз. Губы у него так сильно дрожали, что шевелились жесткие рыжие усы над ними. Он облизнул сухие губы кончиком языка.</p>
     <p>— Билл! — крикнул он.</p>
     <p>Это была отчаянная мольба человека, попавшего в беду, но Билл не повернул головы. Его товарищ долго следил, как он неуклюжей походкой, прихрамывая и спотыкаясь, взбирается по отлогому склону к волнистой линии горизонта, образованной гребнем невысокого холма. Следил до тех пор, пока Билл не скрылся из виду, перевалив за гребень. Тогда он отвернулся и медленно обвел взглядом тот круг вселенной, в котором он остался один после ухода Билла.</p>
     <p>Над самым горизонтом тускло светило солнце, едва видное сквозь мглу и густой туман, который лежал плотной пеленой, без видимых границ и очертаний. Опираясь на одну ногу всей своей тяжестью, путник достал часы. Было уже четыре. Последние недели две он сбился со счета; так как стоял конец июля или начало августа, то он знал, что солнце должно находиться на северо-западе. Он взглянул на юг, соображая, что где-то там, за этими мрачными холмами, лежит Большое Медвежье озеро и что в том же направлении проходит по канадской равнине страшный путь Полярного круга. Речка, посреди которой он стоял, была притоком реки Коппермайн, а Коппермайн течет также на север и впадает в залив Коронации, в Северный Ледовитый Океан. Сам он никогда не бывал там, но видел однажды эти места на карте Компании Гудзонова залива.</p>
     <p>Он снова окинул взглядом тот круг вселенной, в котором остался теперь один. Картина была невеселая. Низкие холмы замыкали горизонт однообразной волнистой линией. Ни деревьев, ни кустов, ни травы — ничего, кроме беспредельной и страшной пустыни, — и в его глазах появилось выражение страха.</p>
     <p>— Билл! — прошептал он и повторил опять: — Билл!</p>
     <p>Он присел на корточки посреди мутного ручья, словно бескрайняя пустыня подавляла его своей несокрушимой силой, угнетала своим страшным спокойствием. Он задрожал, словно в лихорадке, и его ружье с плеском упало в воду. Это заставило его опомниться. Он пересилил свой страх, собрался с духом и, опустив руку в воду, нашарил ружье, потом передвинул тюк ближе к левому плечу, чтобы тяжесть меньше давила на больную ногу, и медленно и осторожно пошел к берегу, морщась от боли.</p>
     <p>Он шел не останавливаясь. Не обращая внимания на боль, с отчаянной решимостью, он торопливо взбирался на вершину холма, за гребнем которого скрылся Билл, — и сам он казался еще более смешным и неуклюжим, чем хромой, едва ковылявший Билл. Но с гребня он увидел, что в неглубокой долине никого нет! На него снова напал страх, и, снова поборов его, он передвинул тюк еще дальше к левому плечу и, хромая, стал спускаться вниз.</p>
     <p>Дно долины было болотистое, вода пропитывала густой мох, словно губку. На каждом шагу она брызгала из-под ног, и подошва с хлюпаньем отрывалась от влажного мха. Стараясь идти по следам Билла, путник перебирался от озерка к озерку, по камням, торчавшим во мху, как островки.</p>
     <p>Оставшись один, он не сбился с пути. Он знал, что еще немного — и он подойдет к тому месту, где сухие пихты и ели, низенькие и чахлые, окружают маленькое озеро Титчинничили, что на местном языке означает: «Страна Маленьких Палок». А в озеро впадает ручей, и вода в нем не мутная. По берегам ручья растет камыш — это он хорошо помнил, — но деревьев там нет, и он пойдет вверх по ручью до самого водораздела. От водораздела начинается другой ручей, текущий на запад; он спустится по нему до реки Диз и там найдет свой тайник под перевернутым челноком, заваленным камнями. В тайнике спрятаны патроны, крючки и лески для удочек и маленькая сеть — все нужное для того, чтобы добывать себе пропитание. А еще там есть мука — правда, немного, и кусок грудинки, и бобы.</p>
     <p>Билл подождет его там, и они вдвоем спустятся по реке Диз до Большого Медвежьего озера, а потом переправятся через озеро и пойдут на юг, все на юг, пока не доберутся до реки Маккензи. На юг, все на юг, — а зима будет догонять их, и быстрину в реке затянет льдом, и дни станут холодней, — на юг, к какой-нибудь фактории Гудзонова залива, где растут высокие, мощные деревья и где сколько хочешь еды.</p>
     <p>Вот о чем думал путник, с трудом пробираясь вперед. Но как ни трудно было ему идти, еще труднее было уверить себя в том, что Билл его не бросил, что Билл, конечно, ждет его у тайника. Он должен был так думать, иначе не имело никакого смысла бороться дальше, — оставалось только лечь на землю и умереть. И пока тусклый диск солнца медленно скрывался на северо-западе, он успел рассчитать — и не один раз — каждый шаг того пути, который предстоит проделать им с Биллом, уходя на юг от наступающей зимы. Он снова и снова перебирал мысленно запасы пищи в своем тайнике и запасы на складе Компании Гудзонова залива. Он ничего не ел уже два дня, но еще дольше он не ел досыта. То и дело он нагибался, срывал бледные болотные ягоды, клал их в рот, жевал и проглатывал. Ягоды были водянистые и быстро таяли во рту, — оставалось только горькое жесткое семя. Он знал, что ими не насытишься, но все-таки терпеливо жевал, потому что надежда не хочет считаться с опытом.</p>
     <p>В девять часов он ушиб большой палец ноги о камень, пошатнулся и упал от слабости и утомления. Довольно долго он лежал на боку не шевелясь; потом высвободился из ремней, неловко приподнялся и сел. Еще не стемнело, и в сумеречном свете он стал шарить среди камней, собирая клочки сухого мха. Набрав целую охапку, он развел костер — тлеющий, дымный костер — и поставил на него котелок с водой.</p>
     <p>Он распаковал тюк и прежде всего сосчитал, сколько у него спичек. Их было шестьдесят семь. Чтобы не ошибиться, он пересчитывал три раза. Он разделил их на три кучки и каждую завернул в пергамент; один сверток он положил в пустой кисет, другой — за подкладку изношенной шапки, а третий — за пазуху. Когда он проделал все это, ему вдруг стало страшно; он развернул все три свертка и снова пересчитал. Спичек было по-прежнему шестьдесят семь.</p>
     <p>Он просушил мокрую обувь у костра. От мокасин остались одни лохмотья, сшитые из одеяла носки прохудились насквозь, и ноги у. него были стерты до крови. Лодыжка сильно болела, и он осмотрел ее: она распухла, стала почти такой же толстой, как колено. Он оторвал длинную полосу от одного одеяла и крепко-накрепко перевязал лодыжку, оторвал еще несколько полос и обмотал ими ноги, заменив этим носки и мокасины, потом выпил кипятку, завел часы и лег, укрывшись одеялом.</p>
     <p>Он спал как убитый. К полуночи стемнело, но ненадолго. Солнце взошло на северо-востоке — вернее, в той стороне начало светать, потому что солнце скрывалось за серыми тучами.</p>
     <p>В шесть часов он проснулся, лежа на спине. Он посмотрел на серое небо и почувствовал, что голоден. Повернувшись и приподнявшись на локте, он услышал громкое фырканье и увидел большого оленя, который настороженно и с любопытством смотрел на него. Олень стоял от него шагах в пятидесяти, не больше, и ему сразу представился запах и вкус оленины, шипящей на сковородке. Он невольно схватил незаряженное ружье, прицелился и нажал курок. Олень всхрапнул и бросился прочь, стуча копытами по камням.</p>
     <p>Он выругался, отшвырнул ружье и со стоном попытался встать на ноги. Это удалось ему с большим трудом и нескоро. Суставы у него словно заржавели, и согнуться или разогнуться стоило каждый раз большого усилия воли. Когда он наконец поднялся на ноги, ему понадобилась еще целая минута, чтобы выпрямиться и стать прямо, как полагается человеку.</p>
     <p>Он взобрался на небольшой холмик и осмотрелся кругом. Ни деревьев, ни кустов — ничего, кроме серого моря мхов, где лишь изредка виднелись серые валуны, серые озерки и серые ручьи. Небо тоже было серое. Ни солнечного луча, ни проблеска солнца! Он потерял представление, где находится север, и забыл, с какой стороны он пришел вчера вечером. Но он не сбился с пути. Это он знал. Скоро он придет в Страну Маленьких Палок. Он знал, что она где-то налево, недалеко отсюда — быть может, за следующим пологим холмом.</p>
     <p>Он вернулся, чтобы увязать свой тюк по-дорожному; проверил, целы ли его три свертка со спичками, но не стал их пересчитывать. Однако он остановился в раздумье над плоским, туго набитым мешочком из оленьей кожи. Мешочек был невелик, он мог поместиться между ладонями, но весил пятнадцать фунтов — столько же, сколько все остальное, — и это его тревожило. Наконец он отложил мешочек в сторону и стал свертывать тюк; потом взглянул на мешочек, быстро схватил его и вызывающе оглянулся по сторонам, словно пустыня хотела отнять у него золото. И когда он поднялся на ноги и поплелся дальше, мешочек лежал в тюке у него за спиной.</p>
     <p>Он свернул налево и пошел, время от времени останавливаясь и срывая болотные ягоды. Нога у него одеревенела, он стал хромать сильнее, но эта боль ничего не значила по сравнению с болью в желудке. Голод мучил его невыносимо. Боль все грызла и грызла его, и он уже не понимал, в какую сторону надо идти, чтобы добраться до Страны Маленьких Палок. Ягоды не утоляли грызущей боли, от них только щипало язык и небо.</p>
     <p>Когда он дошел до небольшой ложбины, навстречу ему с камней и кочек поднялись белые куропатки, шелестя крыльями и крича: кр, кр, кр… Он бросил в них камнем, но промахнулся. Потом, положив тюк на землю, стал подкрадываться к ним ползком, как кошка подкрадывается к воробьям. Штаны у него порвались об острые камни, от колен тянулся кровавый след, но он не чувствовал этой боли, — голод заглушал ее. Он полз по мокрому мху; одежда его намокла, тело зябло, но он не замечал ничего, так сильно терзал его голод. А белые куропатки все вспархивали вокруг него, и наконец это «кр, кр» стало казаться ему насмешкой; он выругал куропаток и начал громко передразнивать их крик.</p>
     <p>Один раз он чуть не наткнулся на куропатку, которая, должно быть, спала. Он не видел ее, пока она не вспорхнула ему прямо в лицо из своего убежища среди камней. Как ни быстро вспорхнула куропатка, он успел схватить ее таким же быстрым движением — и в руке у него осталось три хвостовых пера. Глядя, как улетает куропатка, он чувствовал к ней такую ненависть, будто она причинила ему страшное зло. Потом он вернулся к своему тюку и взвалил его на спину.</p>
     <p>К середине дня он дошел до болота, где дичи было больше. Словно дразня его, мимо прошло стадо оленей, голов в двадцать, — так близко, что их можно было подстрелить из ружья. Его охватило дикое желание бежать за ними, он был уверен, что догонит стадо. Навстречу ему попалась черно-бурая лисица с куропаткой в зубах. Он закричал. Крик был страшен, но лисица, отскочив в испуге, все же не выпустила добычи.</p>
     <p>Вечером он шел по берегу мутного от извести ручья, поросшего редким камышом. Крепко ухватившись за стебель камыша у самого корня, он выдернул что-то вроде луковицы, не крупнее обойного гвоздя. Луковица оказалась мягкая и аппетитно хрустела на зубах. Но волокна были жесткие, такие же водянистые, как ягоды, и не насыщали. Он сбросил свою поклажу и на четвереньках пополз в камыши, хрустя и чавкая, словно жвачное животное.</p>
     <p>Он очень устал, и его часто тянуло лечь на землю и уснуть; но желание дойти до Страны Маленьких Палок, а еще больше голод не давали ему покоя. Он искал лягушек в озерах, копал руками землю в надежде найти червей, хотя знал, что так далеко на Севере не бывает ни червей, ни лягушек.</p>
     <p>Он заглядывал в каждую лужу и наконец с наступлением сумерек увидел в такой луже одну-единственную рыбку величиной с пескаря. Он опустил в воду правую руку по самое плечо, но рыба от него ускользнула. Тогда он стал ловить ее обеими руками и поднял всю муть со дна. От волнения он оступился, упал в воду и вымок до пояса. Он так замутил воду, что рыбку нельзя было разглядеть, и ему пришлось дожидаться, пока муть осядет на дно.</p>
     <p>Он опять принялся за ловлю и ловил, пока вода опять не замутилась. Больше ждать он не мог. Отвязав жестяное ведерко, он начал вычерпывать воду. Сначала он вычерпывал с яростью, весь облился и выплескивал воду так близко к луже, что она стекала обратно. Потом стал черпать осторожнее, стараясь быть спокойным, хотя сердце у него сильно билось и руки дрожали. Через полчаса в луже почти не осталось воды. Со дна уже ничего нельзя было зачерпнуть. Но рыба исчезла. Он увидел незаметную расщелину среди камней, через которую рыбка проскользнула в соседнюю лужу, такую большую, что ее нельзя было вычерпать и за сутки. Если б он заметил эту щель раньше, он с самого начала заложил бы ее камнем, и рыба досталась бы ему.</p>
     <p>В отчаянии он опустился на мокрую землю и заплакал. Сначала он плакал тихо, потом стал громко рыдать, будя безжалостную пустыню, которая окружала его; и долго еще он плакал без слез, сотрясаясь от рыданий.</p>
     <p>Он развел костер и согрелся, выпив много кипятку, потом устроил себе ночлег на каменистом выступе, так же как и в прошлую ночь. Перед сном он проверил, не намокли ли спички, и завел часы. Одеяла были сырые и холодные на ощупь. Вся нога горела от боли, как в огне. Но он чувствовал только голод, и ночью ему снились пиры, званые обеды и столы, заставленные едой.</p>
     <p>Он проснулся озябший и больной. Солнца не было. Серые краски земли и неба стали темней и глубже. Дул резкий ветер, и первый снегопад выбелил холмы. Воздух словно сгустился и побелел, пока он разводил костер и кипятил воду. Это повалил мокрый снег большими влажными хлопьями. Сначала они таяли, едва коснувшись земли, но снег валил все гуще и гуще, застилая землю, и наконец весь собранный им мох отсырел и костер погас.</p>
     <p>Это было ему сигналом снова взвалить тюк на спину и брести вперед, неизвестно куда. Он уже не думал ни о Стране Маленьких Палок, ни о Билле, ни о тайнике у реки Диз. Им владело только одно желание: есть! Он помешался от голода. Ему было все равно, куда идти, лишь бы идти по ровному месту. Под мокрым снегом он ощупью искал водянистые ягоды, выдергивал стебли камыша с корнями. Но все это было пресно и не насыщало. Дальше ему попалась какая-то кислая на вкус травка, и он съел, сколько нашел, но этого было очень мало, потому что травка стлалась по земле и ее нелегко было найти под снегом.</p>
     <p>В ту ночь у него не было ни костра, ни горячей воды, и он залез под одеяло и уснул тревожным от голода сном. Снег превратился в холодный дождь. Он то и дело просыпался, чувствуя, что дождь мочит ему лицо. Наступил день — серый день без солнца. Дождь перестал. Теперь чувство голода у путника притупилось. Осталась тупая, ноющая боль в желудке, но это его не очень мучило. Мысли у него прояснились, и он опять думал о Стране Маленьких Палок и о своем тайнике у реки Диз.</p>
     <p>Он разорвал остаток одного одеяла на полосы и обмотал стертые до крови ноги, потом перевязал больную ногу и приготовился к дневному переходу. Когда дело дошло до тюка, он долго глядел на мешочек из оленьей кожи, но в конце концов захватил и его.</p>
     <p>Дождь растопил снег, и только верхушки холмов оставались белыми. Проглянуло солнце, и путнику удалось определить страны света, хотя теперь он знал, что сбился с пути. Должно быть, блуждая в эти последние дни, он отклонился слишком далеко влево. Теперь он свернул вправо, чтобы выйти на правильный путь.</p>
     <p>Муки голода уже притупились, но он чувствовал, что ослаб. Ему приходилось часто останавливаться и отдыхать, собирая болотные ягоды и луковицы камыша. Язык у него распух, стал сухим, словно шерстистым, и во рту был горький вкус. А больше всего его донимало сердце. После нескольких минут пути оно начинало безжалостно стучать, а потом словно подскакивало и мучительно трепетало, доводя его до удушья и головокружения, чуть не до обморока.</p>
     <p>Около полудня он увидел двух пескарей в большой луже. Вычерпать воду было немыслимо, но теперь он стал спокойнее и ухитрился поймать их жестяным ведерком. Они были с мизинец длиной, не больше, но ему не особенно хотелось есть. Боль в желудке все слабела, становилась все менее острой, как будто желудок дремал. Он съел рыбок сырыми, старательно их разжевывая, и это было чисто рассудочным действием. Есть ему не хотелось, но он знал, что это нужно, чтобы остаться в живых.</p>
     <p>Вечером он поймал еще трех пескарей, двух съел, а третьего оставил на завтрак. Солнце высушило изредка попадавшиеся клочки мха, и он согрелся, вскипятив себе воды. В этот день он прошел не больше десяти миль, а на следующий, двигаясь только когда позволяло сердце, — не больше пяти. Но боли в желудке уже не беспокоили его; желудок словно уснул. Местность была ему теперь незнакома, олени попадались все чаще и волки тоже. Очень часто их вой доносился до него из пустынной дали, а один раз он видел трех волков, которые, крадучись, перебегали ему дорогу.</p>
     <p>Еще одна ночь, и наутро, образумившись наконец, он развязал ремешок, стягивавший кожаный мешочек. Из него желтой струйкой посыпался крупный золотой песок и самородки. Он разделил золото пополам, одну половину спрятал на видном издалека выступе скалы, завернув в кусок одеяла, а другую всыпал обратно в мешок. Свое последнее одеяло он тоже пустил на обмотки для ног. Но ружье он все еще не бросал, потому что в тайнике у реки Диз лежали патроны.</p>
     <p>День выдался туманный. В этот день в нем снова пробудился голод. Путник очень ослабел, и голова у него кружилась так, что по временам он ничего не видел. Теперь он постоянно спотыкался и падал, и однажды свалился прямо на гнездо куропатки. Там было четыре только что вылупившихся птенца, не старше одного дня; каждого хватило бы только на глоток; и он съел их с жадностью, запихивая в рот живыми: они хрустели у него на зубах, как яичная скорлупа. Куропатка-мать с громким криком летала вокруг него. Он хотел подшибить ее прикладом ружья, но она увернулась. Тогда он стал бросать в нее камнями и перебил ей крыло. Куропатка бросилась от него прочь, вспархивая и волоча перебитое крыло, но он не отставал.</p>
     <p>Птенцы только раздразнили его голод. Неуклюже подскакивая и припадая на больную ногу, он то бросал в куропатку камнями и хрипло вскрикивал, то шел молча, угрюмо и терпеливо поднимаясь после каждого падения, и тер рукой глаза, чтобы отогнать головокружение, грозившее обмороком.</p>
     <p>Погоня за куропаткой привела его в болотистую низину, и там он заметил человеческие следы на мокром мху. Следы были не его — это он видел. Должно быть, следы Билла. Но он не мог остановиться, потому что белая куропатка убегала все дальше. Сначала он поймает ее, а потом уже вернется и рассмотрит следы.</p>
     <p>Он загнал куропатку, но и сам обессилел. Она лежала на боку, тяжело дыша, и он, тоже тяжело дыша, лежал в десяти шагах от нее, не в силах подползти ближе. А когда он отдохнул, она тоже собралась с силами и упорхнула от его жадно протянутой руки. Погоня началась снова. Но тут стемнело, и птица скрылась. Споткнувшись от усталости, он упал с тюком на спине и поранил себе щеку. Он долго не двигался, потом повернулся на бок, завел часы и пролежал так до утра.</p>
     <p>Опять туман. Половину одеяла он израсходовал на обмотки. Следы Билла ему не удалось найти, но теперь это было неважно. Голод упорно гнал его вперед. Но что, если… если Билл тоже заблудился? К полудню он совсем выбился из сил. Он опять разделил золото, на этот раз просто высыпав половину на землю. К вечеру он выбросил и другую половину, оставив себе только обрывок одеяла, жестяное ведерко и ружье.</p>
     <p>Его начали мучить навязчивые мысли. Почему-то он был уверен, что у него остался один патрон, — ружье заряжено, он просто этого не заметил. И в то же время он знал, что в магазине нет патрона. Эта мысль неотвязно преследовала его. Он боролся с ней часами, потом осмотрел магазин и убедился, что никакого патрона в нем нет. Разочарование было так сильно, словно он и в самом деле ожидал найти там патрон.</p>
     <p>Прошло около получаса, потом навязчивая мысль вернулась к нему снова. Он боролся с ней и не мог побороть и, чтобы хоть чем-нибудь помочь себе, опять осмотрел ружье. По временам рассудок его мутился, и он продолжал брести дальше бессознательно, как автомат; странные мысли и нелепые представления точили его мозг, как черви. Но он быстро приходил в сознание, — муки голода постоянно возвращали его к действительности. Однажды его привело в себя зрелище, от которого он тут же едва не упал без чувств. Он покачнулся и зашатался, как пьяный, стараясь удержаться на ногах. Перед ним стояла лошадь. Лошадь! Он не верил своим глазам. Их заволакивал густой туман, пронизанный яркими точками света. Он стал яростно тереть глаза и, когда зрение прояснилось, увидел перед собой не лошадь, а большого бурого медведя. Зверь разглядывал его с недружелюбным любопытством.</p>
     <p>Он уже вскинул было ружье, но быстро опомнился. Опустив ружье, он вытащил охотничий нож из шитых бисером ножен. Перед ним было мясо и — жизнь. Он провел большим пальцем по лезвию ножа. Лезвие было острое, и кончик тоже острый. Сейчас он бросится на медведя и убьет его. Но сердце заколотилось, словно предостерегая: тук, тук, тук, — потом бешено подскочило кверху и дробно затрепетало; лоб сдавило, словно железным обручем, и в глазах потемнело.</p>
     <p>Отчаянную храбрость смыло волной страха. Он так слаб — что будет, если медведь нападет на него? Он выпрямился во весь рост как можно внушительнее, выхватил нож и посмотрел медведю прямо в глаза. Зверь неуклюже шагнул вперед, поднялся на дыбы и зарычал. Если бы человек бросился бежать, медведь погнался бы за ним. Но человек не двинулся с места, осмелев от страха; он тоже зарычал, свирепо, как дикий зверь, выражая этим страх, который неразрывно связан с жизнью и тесно сплетается с ее самыми глубокими корнями.</p>
     <p>Медведь отступил в сторону, угрожающе рыча, в испуге перед этим таинственным существом, которое стояло прямо и не боялось его. Но человек все не двигался. Он стоял как вкопанный, пока опасность не миновала, а потом, весь дрожа, словно в лихорадке, повалился на мокрый мох.</p>
     <p>Собравшись с силами, он пошел дальше, терзаясь новым страхом. Это был уже не страх голодной смерти: теперь он боялся умереть насильственной смертью, прежде чем последнее стремление сохранить жизнь заглохнет в нем от голода. Кругом были волки. Со всех сторон в этой пустыне доносился их вой, и самый воздух вокруг дышал угрозой так неотступно, что он невольно поднял руки, отстраняя эту угрозу, словно полотнище колеблемой ветром палатки.</p>
     <p>Волки по двое и по трое то и дело перебегали ему дорогу. Но они не подходили близко. Их было не так много; кроме того, они привыкли охотиться за оленями, которые не сопротивлялись им, а это странное животное ходило на двух ногах и, должно быть, царапалось и кусалось.</p>
     <p>К вечеру он набрел на кости, разбросанные там, где волки настигли свою добычу. Час тому назад это был живой олененок, он резво бегал и мычал. Человек смотрел на кости, дочиста обглоданные, блестящие и розовые, оттого что в их клетках еще не угасла жизнь. Может быть, к концу дня и от него останется не больше? Ведь такова жизнь, суетная и скоропреходящая. Только жизнь заставляет страдать. Умереть не больно. Умереть — уснуть. Смерть — это значит конец, покой: Почему же тогда ему не хочется умирать?</p>
     <p>Но он не долго рассуждал. Вскоре он уже сидел на корточках, держа кость в зубах и высасывая из нее последние частицы жизни, которые еще окрашивали се в розовый цвет. Сладкий вкус мяса, еле слышный, неуловимый, как воспоминание, доводил его до бешенства. Он стиснул зубы крепче и стал грызть. Иногда ломалась кость, иногда его зубы. Потом он стал дробить кости камнем, размалывая их в кашу, и глотать с жадностью. Второпях он попадал себе по пальцам, и все-таки, несмотря на спешку, находил время удивляться, почему он не чувствует боли от ударов.</p>
     <p>Наступили страшные дни дождей и снега. Он уже не помнил, когда останавливался на ночь и когда снова пускался в путь. Шел, не разбирая времени, и ночью и днем, отдыхал там, где падал, и тащился вперед, когда угасавшая в нем жизнь вспыхивала и разгоралась ярче. Он больше не боролся, как борются люди. Это сама жизнь в нем не хотела гибнуть и гнала его вперед. Он не страдал больше. Нервы его притупились, словно оцепенели, в мозгу теснились странные видения, радужные сны.</p>
     <p>Он, не переставая, сосал и жевал раздробленные кости, которые подобрал до последней крошки и унес с собой. Больше он уже не поднимался на холмы, не пересекал водоразделов, а брел по отлогому берегу большой реки, которая текла по широкой долине. Перед его глазами были только видения. Его душа и тело шли рядом, и все же порознь — такой тонкой стала нить, связывающая их.</p>
     <p>Он пришел в сознание однажды утром, лежа на плоском камне. Ярко светило и пригревало солнце. Издали ему слышно было мычание оленят. Он смутно помнил дождь, ветер и снег, но сколько времени его преследовала непогода — два дня или две недели, — он не знал.</p>
     <p>Долгое время он лежал неподвижно, и щедрое солнце лило на него свои лучи, напитывая теплом его жалкое тело. «Хороший день», — подумал он. Быть может, ему удастся определить направление по солнцу. Сделав мучительное усилие, он повернулся на бок. Там, внизу, текла широкая, медлительная река. Она была ему незнакома, и это его удивило. Он медленно следил за ее течением, смотрел, как она вьется среди голых, угрюмых холмов, еще более угрюмых и низких, чем те, которые он видел до сих пор. Медленно, равнодушно, без всякого интереса он проследил за течением незнакомой реки почти до самого горизонта и увидел, что она вливается в светлое блистающее море. И все же это его не взволновало. «Очень странно, — подумал он, — это или мираж, или видение, плод расстроенного воображения». Он еще более убедился в этом, когда увидел корабль, стоявший на якоре посреди блистающего моря. Он закрыл глаза на секунду и снова открыл их. Странно, что видение не исчезает! А впрочем, нет ничего странного. Он знал, что в сердце этой бесплодной земли нет. ни моря, ни кораблей, так же как нет патронов в его незаряженном ружье.</p>
     <p>Он услышал за своей спиной какое-то сопение — не то вздох, не то кашель. Очень медленно, преодолевая крайнюю слабость и оцепенение, он повернулся на другой бок. Поблизости он ничего не увидел и стал терпеливо ждать. Опять послышались сопение и кашель, и между двумя островерхими камнями, не больше чем шагах в двадцати от себя, он увидел серую голову волка. Уши не торчали кверху, как это ему приходилось видеть у других волков, глаза помутнели и налились кровью, голова бессильно понурилась. Волк, верно, был болен: он все время чихал и кашлял.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_080.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>«Вот это по крайней мере не кажется», — подумал он и опять повернулся на другой бок, чтобы увидеть настоящий мир, не застланный теперь дымкой видений. Но море все так же сверкало в отдалении, и корабль был ясно виден. Быть может, это все-таки настоящее? Он закрыл глаза и стал думать — и в конце концов понял, в чем дело. Он шел на северо-восток, удаляясь от реки Диз, и попал в долину реки Коппермайн. Эта широкая, медлительная река и была Коппермайн. Это блистающее море — Ледовитый океан. Этот корабль — китобойное судно, заплывшее далеко к востоку от устья реки Маккензи, оно стоит на якоре в заливе Коронации. Он вспомнил карту Компании Гудзонова залива, которую видел когда-то, и все стало ясно и понятно.</p>
     <p>Он сел и начал думать о самых неотложных делах. Обмотки из одеяла совсем износились, и ноги у него были содраны до живого мяса. Последнее одеяло было израсходовано. Ружье и нож он потерял. Шапка тоже пропала и вместе с ней спички, спрятанные за подкладку, но спички в кисете за пазухой, завернутые в пергамент, остались целы и не отсырели. Он посмотрел на часы. Они все еще шли и показывали одиннадцать часов. Должно быть, он не забывал заводить их.</p>
     <p>Он был спокоен и в полном сознании. Несмотря на страшную слабость, он не чувствовал никакой боли. Есть ему не хотелось. Мысль о еде была даже неприятна ему, и все, что он ни делал, делалось им по велению рассудка. Он оторвал штанины до колен и обвязал ими ступни. Ведерко он почему-то не бросил: надо будет выпить кипятку, прежде чем начать путь к кораблю — очень тяжелый, как он предвидел.</p>
     <p>Все его движения были медленны. Он дрожал, как в параличе. Он хотел набрать сухого мха, но не смог подняться на ноги. Несколько раз он пробовал встать и в конце концов пополз на четвереньках. Один раз он подполз очень близко к больному волку. Зверь неохотно посторонился и облизнул морду, насилу двигая языком. Человек заметил, что язык был не здорового, красного цвета, а желтовато-бурый, покрытый полузасохшей слизью.</p>
     <p>Выпив кипятку, он почувствовал, что может подняться на ноги и даже идти, хотя силы его были почти на исходе. Ему приходилось отдыхать чуть не каждую минуту. Он шел слабыми, неверными шагами, и такими же слабыми, неверными шагами тащился за ним волк.</p>
     <p>И в эту ночь, когда блистающее море скрылось во тьме, человек понял, что приблизился к нему не больше чем на четыре мили.</p>
     <p>Ночью он все время слышал кашель больного волка, а иногда крики оленят. Вокруг была жизнь, но жизнь, полная сил и здоровья, а он понимал, что больной волк тащится по следам больного человека в надежде, что этот человек умрет первым. Утром, открыв глаза, он увидел, что волк смотрит на него тоскливо и жадно. Зверь, похожий на заморенную унылую собаку, стоял, понурив голову и поджав хвост. Он дрожал на холодном ветру и угрюмо оскалил зубы, когда человек заговорил с ним голосом, упавшим до хриплого шепота.</p>
     <p>Взошло яркое солнце, и все утро путник, спотыкаясь и падая, шел к кораблю на блистающем море. Погода стояла прекрасная. Это началось короткое бабье лето северных широт. Оно могло продержаться неделю, могло кончиться завтра или послезавтра.</p>
     <p>После полудня он напал на след. Это был след другого человека, который не шел, а тащился на четвереньках. Он подумал, что это, возможно, след Билла, но подумал вяло и равнодушно. Ему было все равно. В сущности, он перестал что-либо чувствовать и волноваться. Он уже не ощущал боли. Желудок и нервы словно дремали. Однако жизнь, еще теплившаяся в нем, гнала его вперед. Он очень устал, но жизнь в нем не хотела гибнуть; и потому, что она не хотела гибнуть, человек все еще ел болотные ягоды и пескарей, пил кипяток и следил за больным волком, не спуская с него глаз.</p>
     <p>Он шел по следам другого человека, того, который тащился на четвереньках, и скоро увидел конец его пути: обглоданные кости на мокром мху, сохранившем следы волчьих лап. Он увидел туго набитый мешочек из оленьей кожи — такой же, какой был у него, — разорванный острыми зубами. Он поднял этот мешочек, хотя его ослабевшие пальцы не в силах были удержать такую тяжесть. Билл не бросил его до конца. Ха-ха! Он еще посмеется над Биллом. Он останется жив и возьмет мешочек на корабль, который стоит посреди блистающего моря. Он засмеялся хриплым, страшным смехом, похожим на карканье ворона, и больной волк вторил ему, уныло подвывая. Человек сразу замолчал. Как же он будет смеяться над Биллом, если это Билл, если эти бело-розовые, чистые кости — все, что осталось от Билла?</p>
     <p>Он отвернулся. Да, Билл его бросил, но он не возьмет золота и не станет сосать кости Билла. А Билл стал бы, будь Билл на его месте, размышлял он, тащась дальше.</p>
     <p>Он набрел на маленькое озерко. И, наклонившись над ним в поисках пескарей, отшатнулся, словно ужаленный. Он увидел свое лицо, отраженное в воде. Это отражение было так страшно, что пробудило даже его отупевшую душу. В озерке плавали три пескаря, но оно было велико, и он не мог вычерпать его до дна; он попробовал поймать рыб ведерком, но в конце концов бросил эту мысль. Он побоялся, что от усталости упадет в воду и утонет. По этой же причине он не отважился плыть по реке на бревне, хотя бревен было много на песчаных отмелях.</p>
     <p>В этот день он сократил на три мили расстояние между собой и кораблем, а на следующий день — на две мили; теперь он полз на четвереньках, как Билл. К концу пятого дня до корабля все еще оставалось миль семь, а он теперь не мог пройти и мили в день. Бабье лето еще держалось, а он то полз на четвереньках, то падал без чувств, и по его следам все так же тащился больной волк, кашляя и чихая. Колени человека были содраны до живого мяса и ступни тоже, и хотя он оторвал две полосы от рубашки, чтобы обмотать их, красный след тянулся за ним по мху и камням. Оглянувшись как-то, он увидел, что волк с жадностью лижет этот кровавый след, и ясно представил себе, каков будет его конец, если он сам не убьет волка. И тогда началась самая жестокая борьба, какая только бывает в жизни: больной человек на четвереньках и больной волк, ковылявший за ним, — оба они, полумертвые, тащились через пустыню, подстерегая друг друга.</p>
     <p>Будь то здоровый волк, человек не стал бы так сопротивляться, но ему было неприятно думать, что он попадет в утробу этой мерзкой твари, почти падали. Ему стало противно. У него снова начинался бред, сознание туманили галлюцинации, и светлые промежутки становились все короче и реже.</p>
     <p>Однажды он пришел в чувство, услышав чье-то дыхание над самым ухом. Волк отпрыгнул назад, споткнулся и упал от слабости. Это было смешно, но человек не улыбнулся. Он даже не испугался. Страх уже не имел над ним власти. Но мысли его на минуту прояснились, и он лежал, раздумывая. До корабля оставалось теперь мили четыре, не больше. Он видел его совсем ясно, протирая затуманенные глаза, видел и лодочку с белым парусом, рассекавшую сверкающее море. Но ему не одолеть эти четыре мили. Он это знал и относился к этому спокойно. Он знал, что не проползет и полумили. И все-таки ему хотелось жить. Было бы глупо умереть после всего, что он перенес. Судьба требовала от него слишком много. Даже умирая, он не покорялся смерти. Возможно, это было чистое безумие, но и в когтях смерти он бросал ей вызов и боролся с ней.</p>
     <p>Он закрыл глаза и бесконечно бережно собрал все свои силы. Он крепился, стараясь не поддаваться чувству дурноты, затопившему, словно прилив, все его существо. Это чувство поднималось волной и мутило сознание. Временами он словно тонул, погружаясь в забытье и силясь выплыть, но каким-то необъяснимым образом остатки воли помогали ему снова выбраться на поверхность.</p>
     <p>Он лежал на спине неподвижно и слышал, как хриплое дыхание волка приближается к нему. Оно ощущалось все ближе и ближе, время тянулось без конца, но человек не пошевельнулся ни разу. Вот дыхание слышно над самым ухом. Жесткий сухой язык царапнул его щеку, словно наждачной бумагой. Руки у него вскинулись кверху — по крайней мере он хотел их вскинуть, — пальцы согнулись как когти, но схватили пустоту. Для быстрых и уверенных движений нужна сила, а силы у него не было.</p>
     <p>Волк был терпелив, но и человек был терпелив не меньше. Полдня он лежал неподвижно, борясь с забытьем и сторожа волка, который хотел его съесть и которого он съел бы сам, если бы мог. Время от времени волна забытья захлестывала его, и он видел долгие сны; но все время, и во сне и наяву, он ждал, что вот-вот услышит хриплое дыхание и его лизнет шершавый язык.</p>
     <p>Дыхания он не услышал, но проснулся оттого, что шершавый язык коснулся его руки. Человек ждал. Клыки слегка сдавили его руку, потом давление стало сильнее — волк из последних сил старался вонзить зубы в добычу, которую так долго подстерегал. Но и человек ждал долго, и его искусанная рука сжала волчью челюсть. И в то время как волк слабо отбивался, а рука так же слабо сжимала его челюсть, другая рука протянулась и схватила волка. Еще пять минут, и человек придавил волка всей своей тяжестью. Его рукам не хватало силы, чтобы задушить волка, но человек прижался лицом к волчьей шее, и его рот был полон шерсти. Прошло полчаса, и человек почувствовал что в горло ему сочится теплая струйка. Это было мучительно, словно ему в желудок вливали расплавленный свинец, и только усилием воли он заставлял себя терпеть. Потом человек перекатился на спину и уснул.</p>
     <p>На китобойном судне «Бедфорд» ехало несколько человек из научной экспедиции. С палубы они заметили какое-то странное существо на берегу. Оно ползло к морю, едва передвигаясь по песку. Ученые не могли понять, что это такое, и, как подобает естествоиспытателям, сели в шлюпку и поплыли к берегу. Они увидели живое существо, но вряд ли его можно было назвать человеком. Оно ничего не слышало, ничего не понимало и корчилось на песке, словно гигантский червяк. Ему почти не удавалось продвинуться вперед, но оно не отступало и, корчась и извиваясь, продвигалось вперед шагов на двадцать в час.</p>
     <empty-line/>
     <p>Через три недели, лежа на койке китобойного судна «Бедфорд», человек со слезами рассказывал, кто он такой и что ему пришлось вынести. Он бормотал что-то бессвязное о своей матери, о Южной Калифорнии, о домике среди цветов и апельсинных деревьев.</p>
     <p>Прошло несколько дней, и он уже сидел за столом вместе с учеными и капитаном в кают-компании корабля. Он радовался изобилию пищи, тревожно провожал взглядом каждый кусок, исчезавший в чужом рту, и его лицо выражало глубокое сожаление. Он был в здравом уме, но чувствовал ненависть ко всем сидевшим за столом. Его мучил страх, что еды не хватит. Он расспрашивал о запасах провизии повара, юнгу, самого капитана. Они без конца успокаивали его, но он никому не верил и тайком заглядывал в кладовую, чтобы убедиться собственными глазами.</p>
     <p>Стали замечать, что он поправляется. Он толстел с каждым днем. Ученые качали головой и строили разные теории. Стали ограничивать его в еде, но он все раздавался в ширину, особенно в поясе.</p>
     <p>Матросы посмеивались. Они знали, в чем дело. А когда ученые стали следить за ним, им тоже стало все ясно. После завтрака он прокрадывался на бак и, словно нищий, протягивал руку кому-нибудь из матросов. Тот ухмылялся и подавал ему кусок морского сухаря. Человек жадно хватал кусок, глядел на него, как скряга на золото, и прятал за пазуху. Такие же подачки, ухмыляясь, давали ему и другие матросы.</p>
     <p>Ученые промолчали и оставили его в покое. Но они осмотрели потихоньку его койку. Она была набита сухарями. Матрац был полон сухарей. Во всех углах были сухари. Однако человек был в здравом уме. Он только принимал меры на случай голодовки— вот и все. Ученые сказали, что это должно пройти. И это действительно прошло, прежде чем «Бедфорд» стал на якорь в гавани Сан-Франциско.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Бурый волк</p>
     </title>
     <p>Женщина вернулась надеть калоши, потому что трава была мокрая от росы, а когда она снова вышла на крыльцо, то увидела, что муж, поджидая ее, залюбовался прелестным распускающимся бутоном миндаля и забыл обо всем на свете. Она поглядела по сторонам, поискала глазами в высокой траве между фруктовыми деревьями.</p>
     <p>— Где Волк? — спросила она.</p>
     <p>— Только что был здесь.</p>
     <p>Уолт Ирвин оторвался от своих наблюдений над чудом расцветающего мира и тоже огляделся кругом.</p>
     <p>— Мне помнится, я видел, как он погнался за кроликом.</p>
     <p>— Волк! Волк! Сюда! — позвала Медж.</p>
     <p>И они пошли по усеянной восковыми колокольчиками тропинке, ведущей вниз через заросли мансаниты, на проселочную дорогу.</p>
     <p>Ирвин сунул себе в рот оба мизинца, и его пронзительный свист присоединился к зову Медж.</p>
     <p>Она поспешно заткнула уши и нетерпеливо поморщилась:</p>
     <p>— Фу! Такой утонченный поэт — и вдруг издаешь такие отвратительные звуки! У меня просто барабанные перепонки лопаются. Знаешь, ты, кажется, способен пересвистать уличного мальчишку.</p>
     <p>— A-а! Вот и Волк.</p>
     <p>Среди густой зелени холма послышался треск сухих веток, и внезапно на высоте сорока футов над ними, на краю отвесной скалы, появилась голова и туловище Волка. Из-под его крепких, упершихся в землю передних лап вырвался камень, и он, насторожив уши, внимательно следил за этим летящим вниз камнем, пока тот не упал к их ногам. Тогда он перевел свой взгляд на хозяев и, оскалив зубы, широко улыбнулся во всю пасть.</p>
     <p>— Волк! Волк! Милый Волк! — сразу в один голос закричали ему снизу мужчина и женщина.</p>
     <p>Услышав их голоса, пес прижал уши и вытянул морду вперед, словно давая погладить себя невидимой руке.</p>
     <p>Потом Волк снова скрылся в чаще, а они, проводив его взглядом, пошли дальше. Спустя несколько минут за поворотом, где спуск был более отлогий, он сбежал к ним, сопровождаемый целой лавиной щебня и пыли. Волк был весьма сдержан в проявлении своих чувств. Он позволил мужчине потрепать себя разок за ушами, претерпел от женщины несколько более длительное ласковое поглаживание и умчался далеко вперед, словно скользя по земле, плавно, без всяких усилий, как настоящий волк.</p>
     <p>По сложению это был большой лесной волк, но окраска шерсти и пятна на ней изобличали не волчью породу. Здесь уже явно сказывалась собачья стать. Ни у одного волка никто еще не видел такой расцветки. Это был пес, коричневый с ног до головы — темно-коричневый, красно-коричневый, коричневый всех оттенков. Темно-бурая шерсть на спине и на шее, постепенно светлея, становилась почти желтой на брюхе, чуточку как будто грязноватой из-за упорно пробивающихся всюду коричневых волосков. Белые пятна на груди, на лапах и над глазами тоже казались грязноватыми, — там тоже присутствовал этот неизгладимо-коричневый оттенок. А глаза горели, словно два золотисто-коричневых топаза.</p>
     <p>Мужчина и женщина были очень привязаны к своему псу. Может быть, потому, что им стоило большого труда завоевать его расположение. Это оказалось нелегким делом с самого начала, когда он впервые неизвестно откуда появился около их маленького горного коттеджа. Изголодавшийся, с разбитыми в кровь лапами, он задушил кролика у них на глазах, под самыми их окнами, а потом едва дотащился до ручья и улегся под кустами черной смородины. Когда Уолт Ирвин спустился к ручью посмотреть на незваного гостя, он был встречен злобным рычанием. Таким же рычанием была встречена и Медж, когда она, пытаясь завязать миролюбивые отношения, притащила псу огромную миску молока с хлебом.</p>
     <p>Гость оказался весьма несговорчивого нрава. Он пресекал все их дружественные попытки — стоило только протянуть к нему руку, как обнажались грозные клыки и коричневая шерсть вставала дыбом. Однако он не уходил от их ручья, спал тут и ел все, что ему приносили, но только после того, как люди, поставив еду на безопасном расстоянии, сами удалялись. Ясно было, что он остается здесь только потому, что не в состоянии двигаться. А через несколько дней, немного оправившись, он внезапно исчез.</p>
     <p>На том, вероятно, и кончилось бы их знакомство, если бы Ирвину не пришлось в это самое время поехать в северную часть штата. Взглянув случайно в окно, когда поезд проходил недалеко от границы между Калифорнией и Орегоном, Ирвин увидел своего недружелюбного гостя. Похожий на бурого волка, усталый и в то же время неутомимый, он мчался вдоль полотна, покрытый пылью и грязью после двухсотмильного пробега.</p>
     <p>Ирвин не любил долго раздумывать. На следующей станции он вышел из поезда, купил в лавке мяса и поймал беглеца на окраине города.</p>
     <p>Обратно Волка доставили в багажном вагоне, и таким образом он снова попал в горный коттедж. На этот раз его на целую неделю посадили на цепь, и муж с женой любовно ухаживали за ним. Однако им приходилось выражать свою любовь с величайшей осторожностью. Замкнутый и враждебный, словно пришелец с другой планеты, пес отвечал злобным рычанием на все их ласковые уговоры. Но он никогда не лаял. За все время никто ни разу не слышал, чтобы он залаял.</p>
     <p>Приручить его оказалось нелегкой задачей. Однако Ирвин любил трудные задачи. Он заказал металлическую пластинку с выгравированной надписью: «Вернуть Уолту Ирвину, Глен-Эллен, округ Сонома, Калифорния». На Волка надели ошейник, к которому наглухо прикрепили эту пластинку. После этого его отвязали, и он мгновенно исчез. Через день пришла телеграмма из Мейдосино: за двадцать часов пес успел пробежать сто миль к северу, после чего был пойман.</p>
     <p>Обратно Волка доставила транспортная контора. Его привязали на три дня, на четвертый отпустили, и он снова исчез. На этот раз Волк успел добраться до южных районов Орегона. Там его снова поймали и снова вернули домой. Всякий раз, как его отпускали, он убегал — и всегда убегал на север. Словно какая-то неодолимая сила гнала его на север. «Тяга к дому», как выразился Однажды Ирвин, когда ему вернули Волка из Северного Орегона.</p>
     <p>В следующий раз бурый беглец успел пересечь половину Калифорнии, весь штат Орегон и половину Вашингтона, прежде чем его перехватили и доставили обратно по принадлежности. Скорость, с которой он совершал свои пробеги, была просто поразительна. Подкормившись и передохнув, Волк, едва только его отпускали на свободу, обращал всю свою энергию в стремительный бег. Удалось точно установить, что за первый день он пробегал около ста пятидесяти миль, а затем в среднем около ста миль в день, пока кто-нибудь не ухитрялся его поймать. Возвращался он всегда тощий, голодный, одичавший, а убегал крепкий, отдохнувший, набравшись новых сил. И неизменно держал путь на север, влекомый каким-то внутренним побуждением, которого никто не мог понять.</p>
     <p>В этих безуспешных побегах прошел целый год, но, наконец, пес примирился с судьбой и остался близ коттеджа, где когда-то в первый день задушил кролика и спал у ручья. Однако прошло еще немало времени, прежде чем мужчине и женщине удалось погладить его. Это была великая победа. Волк отличался такой необщительностью, что к нему просто нельзя было подступиться. Никому из гостей, бывавших в коттедже, не удавалось завести с ним добрые отношения. Глухое ворчание было ответом на все такие попытки. А если кто-нибудь все же отваживался подойти поближе, верхняя губа Волка приподнималась, обнажая острые клыки, и слышалось злобное, свирепое рычание, наводившее страх даже на самых отчаянных храбрецов и на всех соседних собак, которые отлично знали, как рычат собаки, но никогда не слыхали рычания волка.</p>
     <p>Прошлое этого пса было покрыто мраком неизвестности. История его жизни начиналась с Уолта и Медж. Он появился откуда-то с юга, но о прежнем его владельце, от которого он, по-видимому, сбежал, ничего не удалось разузнать. Миссис Джонсон, ближайшая соседка, у которой Медж покупала молоко, уверяла, что это клондайкская собака. Ее брат работал на приисках среди льдов в этой далекой стране, и поэтому она считала себя авторитетом по такого рода вопросам.</p>
     <p>Да, впрочем, с ней и не спорили. Кончики ушей у Волка явно были когда-то жестоко обморожены, они так и не заживали. Кроме того, он был похож на аляскинских собак, снимки которых Ирвин и Медж не раз видели в журналах. Они часто разговаривали о прошлом Волка, пытаясь представить себе по тому, что они читали и слышали, какую жизнь этот пес вел на далеком Севере. Что Север все еще тянул его к себе, это они знали. По ночам Волк тихонько скулил, а когда поднимался северный ветер и пощипывал морозец, им овладевало страшное беспокойство и он начинал жалобно выть. Это было похоже на протяжный волчий вой. Но он никогда не лаял. Никакими средствами нельзя было исторгнуть у него хотя бы один звук на естественном собачьем языке.</p>
     <p>За долгое время, в течение которого Ирвин и Медж добивались расположения Волка, они нередко спорили о том, кто же будет считаться его хозяином. Оба считали его своим и хвастались малейшим проявлением привязанности с его стороны. Но преимущество с самого начала было на стороне Ирвина, и главным образом потому, что он был мужчина. Очевидно, Волк понятия не имел о женщинах. Он совершенно не понимал женщин. С юбками Медж он никак не мог примириться, — заслышав их шелест, всякий раз настораживался и грозно ворчал. А в ветреные дни ей совсем нельзя было к нему подходить.</p>
     <p>Но Медж кормила его. Кроме того, она царствовала в кухне, и только по ее особой милости Волку разрешалось туда входить. И Медж была совершенно уверена, что завоюет его, несмотря на такое страшное препятствие, как ее юбка. Уолт же пошел на уловки — он заставлял Волка лежать у своих ног, пока писал, а сам то и дело поглаживал и всячески уговаривал его, причем работа двигалась у него очень медленно. В конце концов Уолт победил, вероятно потому, что был мужчиной, но Медж уверяла, что если бы он употребил всю свою энергию на писание стихав и оставил бы Волка в покое, им жилось бы лучше и денег водилось бы больше.</p>
     <p>— Пора бы уж получить известие о моих последних стихах, — заметил Уолт, после того как они минут пять молча спускались по крутому склону. — Уверен, что на почте уже лежат для меня денежки и мы превратим их в превосходную гречневую муку, в галлон кленового сиропа и новые калоши для тебя.</p>
     <p>— И в чудесное молочко от чудесной коровы миссис Джонсон, — добавила Медж. — Завтра ведь первое, как ты знаешь.</p>
     <p>Уолт невольно поморщился, но тут же лицо его прояснилось, и он хлопнул себя рукой по карману куртки.</p>
     <p>— Ничего! У меня здесь готова самая удойная корова во всей Калифорнии.</p>
     <p>— Когда это ты успел написать? — живо спросила Медж и добавила с упреком: — Даже не показал мне!</p>
     <p>— Я нарочно приберег эти стихи, чтобы прочесть тебе по дороге на почту, вот примерно в таком местечке, — сказал он, показывая рукой на сухой пень, на котором можно было присесть.</p>
     <p>Тоненький ручеек бежал из-под густых папоротников, журча переливался через большой, покрытый скользким мхом камень, и пересекал тропинку прямо у их ног. Из долины доносилось нежное пение полевых жаворонков, а кругом, то поблескивая на солнечном свету, то исчезая в тени, порхали огромные желтые бабочки.</p>
     <p>В то время как Уолт вполголоса читал свое произведение, внизу, в чаще, послышался какой-то шум. Это был шум тяжелых шагов, к которому время от времени примешивался глухой стук вырвавшегося из-под ноги камня. Когда Уолт, кончив читать, поднял взгляд на жену, ожидая ее одобрения, на повороте тропинки показался человек. Он шел с непокрытой головой, и пот катился с него градом. Одной рукой он то и дело вытирал себе лицо платком, в другой держал новую шляпу и снятый с шеи совершенно размокший крахмальный воротничок.</p>
     <p>Это был рослый человек, крепкого сложения; мускулы его так и просились наружу из-под тесного черного пиджака, купленного, по-видимому, совсем недавно в магазине готового платья.</p>
     <p>— Жаркий денек… — приветствовал его Уолт.</p>
     <p>Уолт старался поддерживать добрые отношения с окрестными жителями и не упускал случая расширить Круг своих знакомых.</p>
     <p>Человек остановился и кивнул.</p>
     <p>— Не очень-то я привык к такой жаре, — отвечал он, словно оправдываясь. — Я больше привык к температуре градусов около тридцати мороза.</p>
     <p>— Ну, такой у нас здесь не бывает! — засмеялся Уолт.</p>
     <p>— Надо полагать, — отвечал человек. — Да я, правду сказать, и не хочу этого. Я разыскиваю мою сестру. Вы случайно не знаете, где она живет? Миссис Джонсон, миссис Уильям Джонсон.</p>
     <p>— Так вы, наверно, ее брат из Клондайка? — воскликнула Медж, и глаза ее загорелись любопытством. — Мы так много о вас слышали!</p>
     <p>— Он самый, мэм, — скромно отвечал он. — Меня зовут Скифф Миллер. Я, видите ли, хотел сделать ей сюрприз.</p>
     <p>— Так вы совершенно правильно идете. Только вы шли не по дороге, а напрямик, лесом.</p>
     <p>Медж встала и показала на ущелье вверху, в четверти мили от них.</p>
     <p>— Вон видите там сосны? Идите к ним по этой узенькой тропинке. Она сворачивает направо и приведет вас к самому дому миссис Джонсон. Тут уж с пути не собьешься.</p>
     <p>— Спасибо, мэм, — отвечал Скифф Миллер.</p>
     <p>— Нам было бы очень интересно услышать от вас что-нибудь о Клондайке, — сказала Медж. — Может быть, вы разрешите зайти к вам, пока вы будете гостить у вашей сестры? А то еще лучше — приходите с ней как-нибудь к нам пообедать.</p>
     <p>— Да, мэм, благодарю вас, мэм, — машинально пробормотал Скифф, но тут же, спохватившись, добавил: — Только я ведь недолго здесь пробуду: опять отправлюсь на Север. Сегодня же уеду с ночным поездом. Я, видите ли, подрядился на работу: казенную почту возить.</p>
     <p>Медж выразила сожаление по этому поводу, а Скифф Миллер уже повернулся, чтобы идти, но в эту минуту Волк, который рыскал где-то поблизости, вдруг бесшумно, по-волчьи, появился из-за деревьев.</p>
     <p>Рассеянность Скиффа Миллера как рукой сняло. Глаза его впились в собаку, и. глубочайшее изумление изобразилось на его лице.</p>
     <p>— Черт подери! — произнес он раздельно и внушительно.</p>
     <p>Он с сосредоточенным видом уселся на пень, не замечая, что Медж осталась стоять. При звуке его голоса уши Волка опустились, и пасть расплылась в широчайшей улыбке. Он медленно приблизился к незнакомцу, обнюхал его руки, а затем стал лизать их.</p>
     <p>Скифф Миллер погладил пса по голове.</p>
     <p>— Ах, черт подери! — все так же медленно и внушительно повторил он. — Простите, мэм, — через секунду добавил он, — я просто в себя не приду от удивления. Вот и все.</p>
     <p>— Да мы и сами удивились, — шутливо отвечала она. — Никогда еще не бывало, чтобы Волк так прямо пошел к незнакомому человеку.</p>
     <p>— Ах, вот как вы его зовете! Волк! — сказал. Скифф Миллер.</p>
     <p>— Для меня просто непонятно его расположение к вам. Может быть, дело в том, что вы из Клондайка? Ведь это, знаете, клондайкская собака.</p>
     <p>— Да, мэм, — рассеянно произнес Миллер.</p>
     <p>Он приподнял переднюю лапу Волка и внимательно осмотрел подошву, ощупывая и нажимая на пальцы.</p>
     <p>— Мягкие стали ступни, — заметил он. — Давненько он, как видно, не ходил в упряжке.</p>
     <p>— Нет, знаете, это просто удивительно! — вмешался Уолт. — Он позволяет вам делать с ним все, что вы хотите!</p>
     <p>Скифф Миллер встал. Никакого замешательства теперь уже не замечалось в нем.</p>
     <p>— Давно у вас эта собака? — спросил он деловитым, сухим тоном.</p>
     <p>И тут Волк, который все время вертелся возле и ластился к нему, вдруг открыл пасть и залаял. Точно что-то вдруг прорвалось в нем — такой это был странный, отрывистый, радостный лай. Но, несомненно, это был лай.</p>
     <p>— Вот это для меня новость! — сказал Скифф Миллер.</p>
     <p>— Уолт и Медж переглянулись. Чудо свершилось: Волк залаял.</p>
     <p>— Первый раз слышу, как он лает! — промолвила Медж.</p>
     <p>— И я тоже первый раз слышу, — отвечал Скифф Миллер.</p>
     <p>Медж поглядела на него с улыбкой. По-видимому, этот человек — большой шутник.</p>
     <p>— Ну еще бы, — сказала она, — ведь вы с ним познакомились пять минут тому назад!</p>
     <p>Скифф Миллер пристально поглядел на нее, словно стараясь обнаружить в ее лице хитрость, которую эта фраза заставила его заподозрить.</p>
     <p>— Я думал, вы догадались, — медленно произнес он. — Я думал, вы сразу поняли — по тому, как он ластился ко мне. Это мой пес. И зовут его не Волк. Его зовут Бурый.</p>
     <p>— Ах, Уолт! — невольно вырвалось у Медж, и она жалобно поглядела на мужа.</p>
     <p>Уолт мгновенно выступил на ее защиту.</p>
     <p>— Откуда вы знаете, что это ваша собака? — спросил он.</p>
     <p>— Потому что моя, — последовал ответ.</p>
     <p>Скифф Миллер медленно поглядел на него и сказал, кивнув в сторону Медж:</p>
     <p>— Откуда вы знаете, что это ваша жена? Вы просто скажете: потому что это моя жена. И я ведь тоже могу ответить: что это, дескать, за объяснение? Собака моя. Я вырастил и воспитал ее. Уж мне ли ее не знать! Вот, поглядите, я вам сейчас докажу.</p>
     <p>Скифф Миллер обернулся к собаке.</p>
     <p>— Эй, Бурый! — крикнул он. Голос его прозвучал резко и властно, и тут же уши пса опустились, словно его приласкали. — А ну-ка?</p>
     <p>Пес резко, скачком повернулся направо.</p>
     <p>— Эй, пошел!</p>
     <p>И пес, сразу перестав топтаться на месте, бросился вперед и так же внезапно остановился, слушая команду.</p>
     <p>— Могу заставить его проделать все это просто свистом, — сказал Миллер. — Ведь он у меня вожаком был.</p>
     <p>— Но вы же не собираетесь взять его с собой? — дрожащим голосом спросила Медж.</p>
     <p>Человек кивнул.</p>
     <p>— Туда, в этот ужасный Клондайк, на эти ужасные мучения.</p>
     <p>Он снова кивнул.</p>
     <p>— Да нет, — прибавил он, — не так уж там плохо. Поглядите-ка на меня: разве я, по-вашему, не здоровяк?</p>
     <p>— Но для собак ведь это такая ужасная жизнь — вечные лишения, непосильный труд, голод, мороз! Ах, я ведь читала, я знаю, каково это.</p>
     <p>— Да, был случай, когда я чуть не съел его как-то раз на Мелкоперой реке, — мрачно согласился Миллер. — Не попадись мне тогда лось на мушку, был бы ему конец.</p>
     <p>— Я бы скорей умерла! — воскликнула Медж.</p>
     <p>— Ну, у вас здесь, конечно, другая жизнь, — пояснил Миллер. — Вам собак есть не приходится. А когда человека скрутит так, что из него вот-вот душа вон, тогда начинаешь рассуждать по-иному. Вы в таких переделках никогда не бывали, а значит, и судить об этом не можете.</p>
     <p>— Так ведь в этом-то все и дело! — горячо настаивала Медж. — В Калифорнии собак не едят. Так почему бы вам не оставить его здесь? Ему здесь хорошо, и голодать ему никогда не придется, — вы это сами видите. И не придется страдать от убийственного холода, от непосильного труда. Здесь его нежат и холят. Здесь нет этой дикости ни в природе, ни в людях. Никогда на него не обрушится удар кнута. Ну, а что до погоды, то ведь вы сами знаете: здесь и снегу-то никогда не бывает.</p>
     <p>— Ну, уж зато летом, извините, жара адская, просто терпения нет, — засмеялся Миллер.</p>
     <p>— Но вы не ответили нам! — с жаром продолжала Медж. — А что вы можете предложить ему в этих ваших северных краях?</p>
     <p>— Могу предложить еду, когда она у меня есть, а обычно она бывает.</p>
     <p>— А когда нет?</p>
     <p>— Тогда, значит, и у него не будет.</p>
     <p>— А работа?</p>
     <p>— Работы вдоволь! — нетерпеливо отрезал Миллер. — Да, работы без конца, и голодуха, и морозище, и все прочие удовольствия. Все это он получит, когда будет со мной. Но он это любит. Он к этому привык, знает эту жизнь. Для нее он родился, для нее его и вырастили. А вы просто ничего об этом не знаете. И не понимаете, о чем говорите. Там его настоящая жизнь, и там он будет чувствовать себя всего лучше.</p>
     <p>— Собака останется здесь, — решительна заявил Уолт, — так что продолжать этот спор нет никакого смысла.</p>
     <p>— Что-о? — протянул Скифф Миллер, угрюмо сдвинув брови, и на его побагровевшем лбу выступила упрямая складка.</p>
     <p>— Я сказал, что собака останется здесь, и на этом разговор окончен. Я не верю, что это ваша собака. Может быть, вы ее когда-нибудь видели. Может быть, даже когда-нибудь и ездили на ней по поручению хозяина. А то, что она слушается обычной команды северного погонщика, это еще не доказывает, что она ваша. Любая собака с Аляски слушалась бы вас точно так же. Кроме того, это, несомненно, очень ценная собака. Такая собака на Аляске — клад, и этим-то и объясняется ваше желание завладеть ею. Во всяком случае, вам придется доказать, что она ваша.</p>
     <p>Скифф Миллер выслушал эту длинную речь невозмутимо и хладнокровно, только лоб у него еще чуточку потемнел, и громадные мускулы вздулись под черным сукном пиджака. Он спокойно смерил взглядом этого стихоплета, словно взвешивая, много ли силы может скрываться под его хрупкой внешностью.</p>
     <p>Затем на лице Скиффа Миллера появилось презрительное выражение, и он промолвил резко и решительно:</p>
     <p>— А я говорю, что могу увести собаку с собой хоть сию же минуту.</p>
     <p>Лицо Уолта вспыхнуло, он весь как-то сразу подтянулся, и все мышцы у него напряглись. Медж, опасаясь, как бы дело не дошло до драки, поспешила вмешаться в разговор.</p>
     <p>— Может быть, мистер Миллер и прав, — сказала она. — Боюсь, что он прав. Волк, по-видимому, действительно знает его: и на кличку «Бурый» откликается и сразу встретил его дружелюбно. Ты ведь знаешь, что пес никогда ни к кому так не ластился. А потом, ты обратил внимание, как он лаял? Он просто был вне себя от радости. А отчего? Ну, разумеется, оттого, что нашел мистера Миллера.</p>
     <p>Бицепсы Уолта перестали напрягаться. Даже плечи его безнадежно опустились.</p>
     <p>— Ты, кажется, права, Медж, — сказал он. — Волк наш не Волк, а Бурый, и, должно быть, он действительно принадлежит мистеру Миллеру.</p>
     <p>— Может быть, мистер Миллер согласится продать его? — сказала она. — Мы могли бы его купить.</p>
     <p>Скифф Миллер покачал головой, но уже совсем не воинственно, а скорей участливо, мгновенно отвечая великодушием на великодушие.</p>
     <p>— У меня пять собак было, — сказал он, пытаясь, по-видимому, как-то смягчить свой отказ, — этот ходил вожаком. Это была самая лучшая упряжка на всю Аляску. Никто меня не мог обогнать. В тысяча восемьсот девяносто пятом году мне давали за них пять тысяч чистоганом, да я не взял. Правда, тогда собаки были в цене. Но не только потому мне такие бешеные деньги предлагали, а уж очень хороша была упряжка. А Бурый был лучше всех. В ту же зиму мне за него давали тысячу двести — я не взял. Тогда не продал и теперь не продам. Я, видите ли, очень дорожу этим псом. Три года его разыскиваю. Прямо и сказать не могу, до чего я огорчился, когда его у меня свели, и не то что из-за цены, а просто… привязался к нему, как дурак, простите за выражение. Я и сейчас просто глазам своим не поверил, когда его увидал. Подумал, уж не мерещится ли мне. Прямо как-то не верится такому счастью. Ведь я его сам вынянчил. Спать его укладывал, кутал, как ребенка. Мать у него издохла, так я его. сгущенным молоком выкормил — два доллара банка. Себе-то я этого не мог позволить: черный кофе пил. Он никогда никакой матери не знал, кроме меня. Бывало, все у меня палец сосет, постреленок. Вот этот самый палец. — Скифф Миллер так разволновался, что уже не мог говорить связно, а только вытянул вперед указательный палец и прерывистым голосом повторил: — Вот этот самый палец, — словно это было неоспоримым доказательством его права собственности на собаку.</p>
     <p>Потом он совсем замолчал, глядя на свой вытянутый палец.</p>
     <p>И тут заговорила Медж:</p>
     <p>— А собака? — сказала она. — О собаке-то вы не думаете?</p>
     <p>Скифф Миллер недоуменно взглянул на нее.</p>
     <p>— Ну, скажите, разве вы подумали о ней? — повторила Медж.</p>
     <p>— Не понимаю, к чему вы клоните.</p>
     <p>— А ведь она, может быть, тоже имеет некоторое право выбирать, — продолжала Медж. — Может быть, у нее тоже есть свои привязанности и свои желания. Вы с этим не считаетесь. Вы не даете ей выбрать самой. Вам и в голову не пришло, что, может быть, Калифорния нравится ей больше Аляски. Вы считаетесь только с тем, что вам самому хочется. Вы с ней обращаетесь так, будто это мешок картофеля или охапка сена, а не живое существо.</p>
     <p>Миллеру эта точка зрения была, по-видимому, внове. Он с сосредоточенным видом стал обдумывать так Неожиданно вставший перед ним вопрос. Медж сейчас же постаралась воспользоваться его нерешительностью.</p>
     <p>— Если вы в самом деле ее любите, то ее счастье должно быть и вашим счастьем, — настаивала она.</p>
     <p>Скифф Миллер продолжал размышлять про себя, а Медж бросила торжествующий взгляд на мужа и прочла в его глазах горячее одобрение.</p>
     <p>— То есть вы что же это думаете? — неожиданно спросил пришелец из Клондайка.</p>
     <p>Теперь Медж, в свою очередь, поглядела на него с полным недоумением.</p>
     <p>— Что вы хотите сказать? — спросила она.</p>
     <p>— Так вы что ж, думаете, что Бурому захочется остаться здесь, в Калифорнии?</p>
     <p>Она уверенно кивнула в ответ:</p>
     <p>— Убеждена в этом.</p>
     <p>Скифф Миллер снова принялся рассуждать сам с собой, на этот раз уже вслух. Время от времени он испытующе поглядывал на предмет своих размышлений.</p>
     <p>— Он был работяга, каких мало. Сколько он для меня трудился! Никогда не отлынивал от работы. И еще тем он был хорош, что умел сколотить свежую упряжку так, что она работала на первый сорт. А уж голова у него! Все понимает, только что не говорит. Что ни скажешь ему, все поймет. Вот посмотрите-ка на него сейчас: он прекрасно понимает, что мы говорим о нем.</p>
     <p>Пес лежал у ног Скиффа Миллера, опустив голову на лапы, настороженно подняв уши и быстро переводя внимательный взгляд с одного из говоривших на другого.</p>
     <p>— Он еще может поработать. Как следует может поработать. И не один год. И ведь я люблю его, крепко люблю, черт возьми!</p>
     <p>После этого Скифф Миллер еще раза два раскрыл рот, но так и закрыл его, ничего не сказав. Наконец он выговорил:</p>
     <p>— Вот что. Я вам сейчас скажу, что я сделаю. Ваши слова, мэм, действительно имеют… как бы это сказать… некоторый смысл. Пес потрудился на своем веку, много потрудился. Может быть, он и впрямь заработал себе спокойное житье и теперь имеет полное право выбирать. Во всяком случае, мы ему дадим решить самому. Как он сам захочет, так пусть и будет. Вы оставайтесь и сидите здесь, как сидели, а я распрощаюсь с вами и пойду как ни в чем не бывало. Ежели он захочет, может остаться с вами. А захочет, может идти со мной. Я его звать не буду. Но и вы тоже не зовите.</p>
     <p>Вдруг он подозрительно глянул на Медж и добавил:</p>
     <p>— Только уж, чур, — играть по-честному! Не уговаривать его, когда я спиной повернусь.</p>
     <p>— Мы будем играть честно… — начала было Медж.</p>
     <p>Но Скифф Миллер прервал ее уверения:</p>
     <p>— Знаю я эти женские повадки! Сердце у женщин мягкое, и стоит его задеть, они способны любую карту передернуть, на любую хитрость пойти и врать будут, как черти… Прошу прощения, мэм, я ведь это вообще насчет женского пола говорю.</p>
     <p>— Не знаю, как и благодарить вас… — начала дрожащим голосом Медж.</p>
     <p>— Еще неизвестно, есть ли вам за что меня благодарить, — отрезал Миллер. — Ведь Бурый еще не решил. Я думаю, вы не станете возражать, если я пойду медленно. Это ведь будет только справедливо, потому что через каких-нибудь сто шагов меня уже не будет видно.</p>
     <p>Медж согласилась.</p>
     <p>— Обещаю вам честно, — добавила она, — мы ничего не будем делать, чтобы повлиять на него.</p>
     <p>— Ну, так теперь, значит, я ухожу, — сказал Скифф Миллер тоном человека, который уже распрощался и уходит.</p>
     <p>Уловив перемену в его голосе, Волк быстро поднял голову и стремительно вскочил на ноги, когда увидел, что Медж и Миллер, прощаясь, пожимают друг другу руки. Он поднялся на задние лапы и, упершись передними в Медж, стал лизать руку Скиффа Миллера. Когда же Скифф протянул руку Уолту, Волк снова повторил то же самое: уперся передними лапами в Уолта и лизал руки им обоим.</p>
     <p>— Да, сказать по правде, невесело обернулась для меня эта прогулочка, — заметил Скифф Миллер и медленно пошел прочь по тропинке.</p>
     <p>Он успел отойти шагов на двадцать. Волк, не двигаясь, глядел ему вслед, напряженно застыв, словно ждал, что человек вот-вот повернется и пойдет обратно. Вдруг он с глухим жалобным визгом стремительно бросился за Миллером, нагнал его, любовно и бережно схватил за руку и мягко попытался остановить.</p>
     <p>Увидев, что это ему не удается, Волк бросился обратно к сидевшему на пне Уолту Ирвину, схватил его за рукав и тоже безуспешно пытался увлечь его вслед за удаляющимся человеком.</p>
     <p>Смятение Волка явно возрастало. Ему хотелось быть и там и здесь, в двух местах одновременно, и с прежним своим хозяином и с новым, а расстояние между ними неуклонно увеличивалось. Он в возбуждении метался, делая короткие нервные скачки, бросаясь то к одному, то к другому в мучительной нерешительности, не зная, что ему делать, желая быть с обоими и не будучи в состоянии выбрать. Он отрывисто и пронзительно взвизгивал, дышал часто и бурно. Вдруг он уселся, поднял нос кверху, и пасть его начала судорожно открываться и закрываться, с каждым разом разеваясь все шире. Одновременно судорога стала все сильнее сводить ему глотку. Пришли с действие и его голосовые связки. Сначала почти ничего не было слышно — казалось, просто дыхание с шумом вырывается из его груди, а затем раздался низкий грудной звук, самый низкий, какой когда-либо приходилось слышать человеческому уху. Все это было своеобразной подготовкой к вою.</p>
     <p>Но в тот самый момент, когда он, казалось, вот-вот должен был завыть во всю глотку, широко раскрытая пасть захлопнулась, судороги прекратились, и пес долгим, пристальным взглядом посмотрел вслед уходящему человеку. Потом повернул голову и таким же пристальным взглядом поглядел на Уолта. Этот молящий взгляд остался без ответа. Пес не дождался ни слова, ни знака, ему ничем не намекнули, не подсказали, как поступить.</p>
     <p>Он опять поглядел вперед и, увидев, что его старый хозяин приближается к повороту тропинки, снова пришел в смятение. Он с визгом вскочил на ноги и вдруг, словно осененный внезапной мыслью, устремился к Медж. Теперь, когда оба хозяина от него отступились, вся надежда была на нее. Он уткнулся мордой в колени хозяйке, стал тыкаться носом ей в руку — это был его обычный прием, когда он чего-нибудь просил. Затем он попятился и, шаловливо изгибая все туловище, стал подскакивать и топтаться на месте, скребя передними лапами по земле, стараясь всем своим телом, от молящих глаз и прижатых к спине ушей до умильно помахивающего хвоста, выразить то, чем он был полон, ту мысль, которую он не мог высказать словами.</p>
     <p>Но и это он вскоре бросил. Холодность этих людей, которые до сих пор никогда не относились к нему холодно, подавляла его. Он не мог добиться от них никакого отклика, никакой помощи. Они не замечали его. Они точно умерли.</p>
     <p>Он повернулся и молча поглядел вслед уходящему хозяину. Скифф Миллер уже дошел до поворота. Еще секунда — и он скроется из глаз. Но он ни разу не оглянулся. Он грузно шагал вперед, спокойно, неторопливо, точно ему не было ровно никакого дела до того, что происходит за его спиной.</p>
     <p>Вот он свернул на повороте и исчез из виду. Волк ждал долгую минуту молча, не двигаясь, словно обратившись в камень, но камень, одухотворенный желанием и нетерпением. Один раз он залаял коротким, отрывистым лаем и опять подождал. Затем повернулся и мелкой рысцой побежал к Уолту Ирвину. Он обнюхал его руку и растянулся у его ног, глядя на опустевшую тропинку.</p>
     <p>Маленький ручеек, сбегавший с покрытого мохом камня, вдруг словно стал журчать звончей и громче. И ничего больше не было слышно, кроме пения полевых жаворонков. Большие желтые бабочки беззвучно проносились в солнечном свете и исчезали в сонной тени. Медж ликующим взглядом поглядела на мужа.</p>
     <p>Через несколько минут Волк встал. В движениях его чувствовались теперь спокойствие и уверенность. Он не взглянул ни на мужчину, ни на женщину; глаза его были устремлены на тропинку. Он принял решение. И они поняли это; поняли также и то, что для них самих испытание только началось.</p>
     <p>Он сразу побежал крупной рысью, и губы Медж уже округлились, чтобы вернуть его ласковым окликом, — ей так хотелось позвать его! Но ласковый оклик замер у нее на губах. Она невольно поглядела на мужа и встретилась с его суровым, предостерегающим взглядом. Губы ее сомкнулись, она тихонько вздохнула.</p>
     <p>А Волк мчался уже не рысью, а вскачь. И скачки его становились все шире и шире. Он ни разу не обернулся, его волчий хвост был вытянут совершенно прямо. Одним прыжком он срезал угол на повороте и скрылся.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Однодневная стоянка</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Такой сумасшедшей гонки я еще никогда не видывал. Тысячи упряжек мчались по льду, собак не видно было из-за пара. Трое человек замерзли насмерть той ночью, и добрый десяток навсегда испортил себе легкие! Но разве я не видел собственными глазами дно проруби? Оно было желтое от золота, как горчичник. Вот почему я застолбил участок на Юконе и сделал заявку. Из-за этих-то заявок и пошла вся гонка. А потом там ничего не оказалось. Ровным счетом ничего. Я так до сих пор и не знаю, чем это объяснить.</p>
      <text-author>Рассказ Шорти</text-author>
     </epigraph>
     <p>Не снимая рукавиц, Джон Месснер одной рукой держался за поворотный шест и направлял нарты по следу, другой растирал щеки и нос. Он то и дело тер щеки и нос. По сути дела, он почти не отрывал руки́ от лица, а когда онемение усиливалось, принимался тереть с особенной яростью. Меховой шлем закрывал ему лоб и уши. Подбородок защищала густая золотистая борода, заиндевевшая на Морозе.</p>
     <p>Позади него враскачку скользили тяжело нагруженные юконские нарты, впереди бежала упряжка в пять собак. Постромка, за которую они тянули нарты, терлась о ногу Месснера. Когда собаки поворачивали, следуя изгибу дороги, он переступал через постромку. Поворотов было много, и ему снова и снова приходилось переступать. Порой, зацепившись за постромку, он чуть не падал; движения его были неловки и выдавали огромную усталость, нарты то и дело наезжали ему на ноги.</p>
     <p>Когда дорога пошла прямо и нарты могли некоторое время продвигаться вперед без управления, он отпустил поворотный шест и ударил по нему несколько раз правой рукой. Восстановить в ней кровообращение было нелегко. Но колотя правой рукой по твердому дереву, он левой неутомимо растирал нос и щеки.</p>
     <p>— Честное слово, в такой холод нельзя разъезжать, — сказал Джон Месснер. Он говорил громко, как говорят люди, привыкшие к одиночеству. — Только идиот может пуститься в дорогу при такой температуре! Если сейчас не все восемьдесят ниже нуля, то уж семьдесят девять верных.</p>
     <p>Он достал часы и, повертев их в руках, положил обратно во внутренний карман толстой шерстяной куртки, затем посмотрел на небо и окинул взглядом белую линию горизонта.</p>
     <p>— Двенадцать часов, — пробормотал он. — Небо чистое, и солнца не видно.</p>
     <p>Минут десять он шел молча, а потом добавил так, словно не было никакой паузы:</p>
     <p>— И не продвинулся почти совсем. Нельзя в такой холод ездить.</p>
     <p>Внезапно он закричал на собак: «Хо-о!» — и остановился. Его охватил дикий страх, — правая рука почти онемела. Он начал бешено колотить ею о поворотный шест.</p>
     <p>— Ну… вы… бедняги! — обратился Месснер к собакам, которые тяжело упали на лед — отдохнуть. Голос его прерывался от усилий, с которыми он колотил онемевшей рукой по шесту. — Чем вы провинились, что двуногие запрягают вас в нарты, подавляют все ваши природные инстинкты и делают из вас жалких рабов?</p>
     <p>Он остервенело потер нос, стараясь вызвать прилив крови, потом заставил собак подняться. Джон Месснер шел по льду большой замерзшей реки. Позади она простиралась на много миль, делая повороты и теряясь в причудливом нагромождении безмолвных, покрытых снегом гор. Впереди русло реки делилось на множество рукавов, образуя острова, которые она как бы несла на своей груди. Острова были безмолвные и белые. Безмолвие не нарушалось ни криком зверей, ни жужжанием насекомых. Ни одна птица не пролетала в застывшем воздухе. Не слышно было человеческого голоса, не заметно никаких следов человеческого Жилья. Мир спал, и сон его был подобен смерти.</p>
     <p>Оцепенение, царившее вокруг, казалось, передалось и Джону Месснеру. Мороз сковывал его мозг. Он тащился вперед, опустив голову, не глядя по сторонам, бессознательно растирая нос и щеки, и когда нарты выезжали на прямую дорогу, колотил правой рукой по шесту.</p>
     <p>Но собаки были начеку и внезапно остановились. Повернув голову к хозяину, они смотрели на него тоскливыми вопрошающими глазами. Их ресницы и морды выбелил мороз, и от этой седины да еще от усталости они казались совсем дряхлыми.</p>
     <p>Человек хотел было подстегнуть их, но удержался и, собравшись с силами, огляделся вокруг. Собаки остановились у края проруби; это была не трещина, а прорубь, сделанная руками человека, тщательно вырубленная топором во льду толщиной в три с половиной фута. Толстая корка нового льда свидетельствовала о том, что прорубью давно не пользовались. Месснер посмотрел по сторонам. Собаки уже указывали ему путь: их заиндевевшие морды были повернуты к едва приметной на снегу тропинке, которая, ответвляясь от основного пути, взбегала вверх по берегу острова.</p>
     <p>— Ну, ладно, бедные вы зверюги, — сказал Месснер. — Пойду на разведку. Я и сам не меньше вас хочу отдохнуть.</p>
     <p>Он взобрался по склону и исчез. Собаки не легли и, стоя, нетерпеливо ждали его. Вернувшись, он взял веревку, привязанную к передку нарт, и накинул петлю себе на плечи. Потом повернул собак вправо и погнал их на берег. Втащить сани на крутой откос оказалось нелегко, но собаки забыли про усталость и, распластываясь на снегу, с нетерпеливым и радостным визгом из последних сил лезли вверх. Когда передние скользили или останавливались, задние кусали их за ляжки. Человек кричал на собак, то подбадривая, то угрожая, и всей тяжестью своего тела налегал на веревку.</p>
     <p>Собаки стремительно вынесли нарты наверх, сразу свернули влево и устремились к маленькой бревенчатой хижине. В этой необитаемой хижине была одна комната площадью в восемь футов на десять. Месснер распряг собак, разгрузил нарты и вступил во владение жильем. Последний случайный его обитатель оставил здесь запас дров. Месснер поставил в хижине свою маленькую железную печку и развел огонь. Он положил в духовку пять вяленых рыб — корм собакам — и наполнил кофейник и кастрюлю водой из проруби.</p>
     <p>Поджидая, когда закипит вода, Месснер нагнулся над печкой. Осевшая на бороде влага, превратившаяся от дыхания в ледяную корку, начинала оттаивать. Падая на печку, льдинки шипели, и от них поднимался пар. Джон Месснер отдирал сосульки от бороды, и они со стуком падали на пол.</p>
     <p>Неистовый лай собак не оторвал его от этого занятия. Он услышал визг и рычание чужих собак и чьи-то голоса. В дверь постучали.</p>
     <p>— Войдите! — крикнул Месснер глухо, потому что в это мгновение отсасывал кусок льда с верхней губы.</p>
     <p>Дверь отворилась, и сквозь окружавшее его облако пара Месснер разглядел мужчину и женщину, остановившихся на пороге.</p>
     <p>— Войдите, — сказал он повелительно, — и закройте дверь.</p>
     <p>Сквозь пар он едва мог рассмотреть вошедших. Голова женщины была так закутана, что виднелись только черные глаза. Мужчина был тоже темноглазый, с гладко выбритым лицом; обледеневшие усы совершенно скрывали его рот.</p>
     <p>— Мы хотели бы у вас узнать, нет ли тут поблизости еще другого жилья? — спросил он, окидывая взглядом убогую обстановку хижины. — Мы думали, что здесь никого нет.</p>
     <p>— Это не моя хижина, — отвечал Месснер. — Я сам нашел ее несколько минут назад. Входите и располагайтесь. Места достаточно, и ставить вашу печку вам не понадобится. Как-нибудь разместимся.</p>
     <p>При звуке его голоса женщина с любопытством посмотрела на него.</p>
     <p>— Раздевайся, — сказал ее спутник. — Я распрягу собак и принесу воды, чтоб можно было приняться за стряпню.</p>
     <p>Месснер взял оттаявшую рыбу и пошел кормить собак. Ему пришлось защищать их от чужой упряжки, и когда он вернулся в хижину, вновь прибывший уже разгрузил нарты и принес воды. Кофейник Месснера закипел. Он засыпал в него кофе, влил туда еще полкружки холодной воды, чтобы осела гуща, и снял с печки. Потом положил оттаивать несколько сухарей из кислого теста и разогрел в кастрюльке бобы, которые сварил прошлой ночью и все утро вез с собой замороженными.</p>
     <p>Сняв свою посуду с печки, чтобы дать возможность вновь прибывшим приготовить себе пищу, Месснер сел на тюк с постелью, а вместо стола приспособил ящик для провизии. За едой он разговаривал с незнакомцем о дороге и о собаках, а тот, наклонившись над печкой, оттаивал лед на усах. Избавившись наконец от сосулек, незнакомец бросил тюк с постелью на одну из двух коек, стоявших в хижине.</p>
     <p>— Мы будем спать здесь, — сказал он, — если только вы не предпочитаете эту койку. Вы пришли сюда первый и имеете право выбора.</p>
     <p>— Мне все равно, — сказал Месснер. — Они обе одинаковые.</p>
     <p>Он тоже приготовил себе постель и присел на край койки. Незнакомец сунул под одеяло вместо подушки маленькую дорожную сумку с медицинскими инструментами.</p>
     <p>— Вы врач? — спросил Месснер.</p>
     <p>— Да, — последовал ответ. — Но, уверяю вас, я приехал в Клондайк не для практики.</p>
     <p>Женщина занялась стряпней, в то время как ее спутник резал бекон и подтапливал печку. В хижине был полумрак, свет проникал лишь сквозь маленькое оконце, затянутое куском бумаги, пропитанной свиным жиром, и Джон Месснер не мог как следует рассмотреть женщину. Да он и не старался. Она, казалось, мало его занимала. Но женщина то и дело с любопытством поглядывала в темный угол, где он сидел.</p>
     <p>‘ — Какая здесь замечательная жизнь! — восторженно сказал врач, перестав на мгновение точить нож о печную трубу. — Мне нравится эта борьба за существование, стремление добиться всего своими руками, примитивность этой жизни, ее реальность.</p>
     <p>— Да, температура здесь весьма реальная, — засмеялся Месснер.</p>
     <p>— А вы знаете, сколько градусов? — опросил врач.</p>
     <p>Месснер покачал головой.</p>
     <p>— Ну, так я вам скажу. Семьдесят четыре ниже нуля на спиртовом термометре, который у меня в нартах.</p>
     <p>— То есть сто шесть ниже точки замерзания. Холодновато для путешествия, а?</p>
     <p>— Форменное самоубийство, — изрек доктор. — Человек затрачивает массу энергии. Он тяжело дышит, мороз проникает ему прямо в легкие и отмораживает края ткани. Человек начинает кашлять резким, сухим кашлем, отхаркивая мертвую ткань, и следующей весной умирает от воспаления легких, недоумевая, откуда оно взялось. Я пробуду в этой хижине неделю, если только температура не поднимется по крайней мере до пятидесяти ниже нуля.</p>
     <p>— Посмотри-ка, Тэсс, — сказал он через минуту. — По-моему, кофе уже вскипел.</p>
     <p>Услышав имя женщины, Джон Месснер насторожился. Он метнул на нее быстрый взгляд, и по лицу его пробежала тень — призрак какой-то давно похороненной и внезапно воскресшей горести. Но через мгновение он усилием воли отогнал этот призрак. Лицо его стало по-прежнему невозмутимо, но он настороженно приглядывался к женщине, досадуя на слабый свет, мешавший ее рассмотреть.</p>
     <p>Ее первым бессознательным движением было снять кофейник с огня. Лишь после этого она взглянула на Месснера. Но он уже овладел собой. Он спокойно сидел на койке и с безразличным видом рассматривал свои мокасины. Но когда она снова принялась за стряпню, Месснер опять быстро посмотрел на нее, а она, обернувшись, так же быстро перехватила его взгляд. Месснер тотчас перевел глаза на врача, и на его губах промелькнула усмешка — знак того, что он оценил хитрость женщины.</p>
     <p>Она зажгла свечу, достав ее из ящика с припасами. Месснеру достаточно было одного взгляда на ее ярко освещенное лицо. В этой маленькой хижине женщине понадобилось сделать всего несколько шагов, чтобы очутиться рядом с Месснером. Она намеренно поднесла свечу поближе к его лицу и уставилась на него расширенными от страха глазами. Она узнала его. Месснер спокойно улыбнулся ей.</p>
     <p>— Что ты там ищешь, Тэсс? — спросил ее спутник.</p>
     <p>— Шпильки, — ответила она и, отойдя от Месснера, начала шарить в вещевом мешке на койке.</p>
     <p>Они устроили себе стол из своего ящика и уселись на ящик Месснера лицом к нему. А он, отдыхая, растянулся на койке, подложив руку под голову, и смотрел на них. В этой тесной хижине казалось, что все трое сидят за одним столом.</p>
     <p>— Вы из какого города? — спросил Месснер.</p>
     <p>— Из Сан-Франциско, — отвечал врач. — Но я здесь уже два года.</p>
     <p>— Я сам из Калифорнии, — объявил Месснер.</p>
     <p>Женщина умоляюще вскинула на него глаза, но он улыбнулся и продолжал:</p>
     <p>— Из Беркли…</p>
     <p>Врач сразу заинтересовался.</p>
     <p>— Из Калифорнийского университета? — спросил он.</p>
     <p>— Да, выпуска восемьдесят шестого года.</p>
     <p>— А я думал, вы профессор. У вас такой вид.</p>
     <p>— Очень жаль, — улыбнулся ему Месснер. — Я бы предпочел, чтобы меня принимали за старателя или погонщика собак.</p>
     <p>— Он так же не похож на профессора, как ты на доктора, — вставила женщина.</p>
     <p>— Благодарю вас, — сказал Месснер. Потом обратился к ее спутнику: — Кстати, доктор, разрешите узнать, как ваша фамилия?</p>
     <p>— Хейторн. Но вам придется поверить мне на слово. Я забросил визитные карточки вместе с цивилизацией.</p>
     <p>— А это, конечно, миссис Хейторн… — Месснер с улыбкой поклонился.</p>
     <p>Она бросила на него взгляд, в котором гнева было больше, чем мольбы.</p>
     <p>Хейторн собирался, в свою очередь, спросить его фамилию, он уже открыл рот, но Месснер опередил его:</p>
     <p>— Вы, доктор, верно, сможете удовлетворить мое любопытство. Два-три года назад в профессорских кругах разыгралась скандальная история. Жена одного из профессоров сбежала… прошу прощения, миссис Хейторн… с каким-то, кажется, врачом из Сан-Франциско, не могу припомнить его фамилии. Вы не слыхали об этом?</p>
     <p>Хейторн кивнул.</p>
     <p>— Эта история в свое время наделала немало шума. Его звали Уомбл. Грехэм Уомбл. Врач с великолепной практикой. Я немного знал его.</p>
     <p>— Так вот, мне любопытно, что с ними сталось? Может быть, вы знаете? Они исчезли бесследно.</p>
     <p>— Да, он ловко замел следы. — Хейторн откашлялся. — Ходили слухи, будто они отправились на торговой шхуне в южные моря и, кажется, погибли там во время тайфуна.</p>
     <p>— Ничего об этом не слышал, — сказал Месснер. — А вы помните эту историю, миссис Хейторн?</p>
     <p>— Прекрасно помню, — отвечала женщина, и спокойствие ее голоса являло разительный контраст гневу, вспыхнувшему в ее глазах. Она отвернулась, пряча лицо от Хейторна.</p>
     <p>Врач опять хотел было спросить Месснера, как его зовут, но тот продолжал:</p>
     <p>— Этот доктор Уомбл… говорят, он был очень красив и пользовался… э-э… большим успехом у женщин.</p>
     <p>— Может быть, но эта история его доконала, — пробормотал Хейторн.</p>
     <p>— А жена была настоящая мегера. Так по крайней мере я слышал. В Беркли считали, что она создала своему мужу… гм…. совсем не райскую жизнь.</p>
     <p>— Первый раз слышу, — ответил Хейторн. — В Сан-Франциско говорили как раз обратное.</p>
     <p>— Жена-мученица, не так ли? Распятая на кресте супружеской жизни?</p>
     <p>Хейторн кивнул. Серые глаза Месснера не выражали ничего, кроме легкого любопытства.</p>
     <p>— Этого следовало ожидать — две стороны медали. Живя в Беркли, я, конечно, знал только одну сторону. Эта женщина, кажется, часто бывала в Сан-Франциско.</p>
     <p>— Налей мне, пожалуйста, кофе, — сказал Хейторн.</p>
     <p>Наполняя его кружку, женщина непринужденно рассмеялась.</p>
     <p>— Вы сплетничаете, как настоящие кумушки, — упрекнула она мужчин.</p>
     <p>— А это очень интересно, — улыбнулся ей Месснер и снова обратился к врачу: — Муж, по-видимому, пользовался не очень-то завидной репутацией в Сан-Франциско.</p>
     <p>— Напротив, его считали высоко моральной личностью, — вырвалось у Хейторна с излишним жаром. — Педант, сухарь, без капли горячей крови.</p>
     <p>— Вы его знали?</p>
     <p>— Никогда в жизни не видел. Я не вращался в университетских кругах.</p>
     <p>— Опять только одна сторона медали, — сказал Месснер, как бы беспристрастно обсуждая дело со всех сторон. — Правда, он был не бог весть как хорош, — я говорю про внешность, — но и не так уж плох. Увлекался спортом вместе со студентами. И вообще был не без способностей. Написал святочную пьесу, которая имела большой успех. Я слышал, что его хотели назначить деканом английского отделения, да тут как раз все это стряслось, он подал в отставку и уехал куда-то. По-видимому, эта история погубила его карьеру. Во всяком случае, в наших кругах считали, что после такого удара ему не оправиться. Он, кажется, очень любил свою жену.</p>
     <p>Хейторн допил кофе и, пробурчав что-то безразличным тоном, закурил трубку.</p>
     <p>— Счастье, что у них не было детей, — продолжал Месснер.</p>
     <p>Но Хейторн, посмотрев на печку, надел шапку и рукавицы.</p>
     <p>— Пойду за дровами, — сказал он. — А потом сниму мокасины и устроюсь поудобнее.</p>
     <p>Дверь за ним захлопнулась. Воцарилось долгое молчание. Месснер, не меняя позы, лежал на койке. Женщина сидела на ящике напротив его.</p>
     <p>— Что вы намерены делать? — спросила она резко.</p>
     <p>Месснер лениво взглянул на нее.</p>
     <p>— А что, по-вашему, должен я делать? Надеюсь, не разыгрывать драму? Я, знаете ли, устал с дороги, а койка очень удобная.</p>
     <p>Женщина в немой ярости прикусила губу.</p>
     <p>— Но… — горячо начала она и замолчала, стиснув руки.</p>
     <p>— Надеюсь, вы не хотите, чтобы я убил мистера… э-э… Хейторна? — сказал он кротко, почти умоляюще. — Это было бы очень печально… и, уверяю вас, совсем не нужно.</p>
     <p>— Но вы должны что-то сделать! — вскричала она.</p>
     <p>— Напротив, я, вероятнее всего, ничего не сделаю.</p>
     <p>— Вы останетесь здесь?</p>
     <p>Он кивнул.</p>
     <p>Женщина с отчаянием оглядела хижину и постель, приготовленную на другой койке.</p>
     <p>— Скоро ночь. Вам нельзя здесь оставаться. Нельзя! Понимаете, это просто невозможно!</p>
     <p>— Нет, можно. Позвольте вам напомнить, что я первый нашел эту хижину, и вы оба — мои гости.</p>
     <p>Снова ее глаза обежали комнату, и в них отразился ужас, когда они скользнули по второй койке.</p>
     <p>— Тогда уйдем мы, — объявила она решительно.</p>
     <p>— Это невозможно. Вы кашляете тем самым сухим, резким кашлем, который так хорошо описал мистер… э-э… Хейторн. Легкие у вас уже слегка простужены. А ведь он врач и понимает это. Он не позволит вам уйти.</p>
     <p>— Но что же тогда вы будете делать? — опять спросила она напряженно спокойным голосом, предвещавшим бурю.</p>
     <p>Месснер постарался изобразить на своем лице максимум сочувствия и долготерпения и взглянул на нее почти отечески.</p>
     <p>— Дорогая Тереза, я уже сказал вам, что не знаю. Я еще не думал об этом.</p>
     <p>— Боже мой, вы меня с ума сведете! — она вскочила с ящика, ломая руки в бессильной ярости. — Раньше вы никогда таким не были.</p>
     <p>— Да, я был воплощенная мягкость и кротость, — согласился он. — Очевидно, поэтому вы меня и бросили?</p>
     <p>— Вы так переменились! Откуда у вас это зловещее спокойствие? Я боюсь вас! Я чувствую, вы замышляете что-то ужасное. Не давайте воли гневу, будьте рассудительны…</p>
     <p>— Я больше не теряю самообладания… — прервал ее Месснер, — с тех пор как вы ушли.</p>
     <p>— Вы исправились просто на удивление, — отпарировала она.</p>
     <p>Месснер улыбнулся в знак согласия.</p>
     <p>— Пока я буду думать о том, как мне поступить, советую вам сделать вот что: скажите мистеру… э-э… Хейторну, кто я такой. Это сделает наше пребывание в хижине более, как бы это выразиться… непринужденным.</p>
     <p>— Зачем вы погнались за мной в эту ужасную страну? — спросила она неожиданно.</p>
     <p>— Не подумайте, что я искал вас, Тереза. Не льстите своему тщеславию. Наша встреча — чистая случайность. Я порвал с университетской жизнью, и мне нужно было куда-нибудь уехать. Честно признаюсь, я приехал в Клондайк именно потому, что меньше всего ожидал встретить вас здесь.</p>
     <p>Послышался стук щеколды, дверь распахнулась, и вошел Хейторн с охапкой хвороста. При первом же звуке его шагов Тереза как ни в чем не бывало принялась убирать посуду. Хейторн опять вышел за хворостом.</p>
     <p>— Почему вы не представили нас друг другу? — спросил Месснер.</p>
     <p>— Я скажу ему, — ответила она, тряхнув головой. — Не думайте, что я боюсь.</p>
     <p>— Я никогда не замечал, чтобы вы чего-нибудь особенно боялись.</p>
     <p>— Исповеди я тоже не испугаюсь, — сказала она. Выражение ее лица смягчилось, и голос зазвучал нежнее.</p>
     <p>— Боюсь, что ваша исповедь превратится в завуалированное вымогательство, стремление к собственной выгоде, самовозвеличение за счет бога.</p>
     <p>— Не выражайтесь так книжно, — проговорила она капризно, но с растущей нежностью в голосе. — Я не любительница мудрых споров. Кроме того, я не побоюсь попросить у вас прощения.</p>
     <p>— Мне, собственно говоря, нечего прощать вам, Тереза. Скорее, я должен благодарить вас. Правда, вначале я страдал, но потом ко мне — точно милосердное дыхание весны — пришло ощущение счастья, огромного счастья. Это было совершенно поразительное открытие.</p>
     <p>— А что, если я вернусь к вам? — спросила она.</p>
     <p>— Это поставило бы меня, — сказал он, посмотрев на нее с лукавой усмешкой, — в немалое затруднение.</p>
     <p>— Я ваша жена. Вы ведь не добивались развода?</p>
     <p>— Нет, — задумчиво сказал он. — Всему виной моя небрежность. Я сразу же займусь этим, как только вернусь домой.</p>
     <p>Она подошла к нему и положила руку ему на плечо.</p>
     <p>— Я вам больше не нужна, Джон? — Ее голос звучал нежно, прикосновение руки было, как ласка. — А если я скажу вам, что ошиблась? Если я признаюсь, что очень несчастна? И я правда несчастна. Я действительно ошиблась.</p>
     <p>В душу Месснера начал закрадываться страх. Он чувствовал, что слабеет под легким прикосновением ее руки. Он уже не был хозяином положения, все его хваленое спокойствие исчезло. Она смотрела на него нежным взором, и суровость этого человека начинала таять. Он видел себя на краю пропасти и не мог бороться с силой, которая толкала его туда.</p>
     <p>— Я вернусь к вам, Джон. Вернусь сегодня… сейчас.</p>
     <p>Как в тяжелом сне, Месснер старался освободиться от власти этой руки. Ему казалось, что он слышит нежную, журчащую песнь Лорелей.<a l:href="#n_710" type="note">[710]</a> Как будто где-то вдали играли на рояле и звуки настойчиво проникали в сознание.</p>
     <p>Он вскочил с койки, оттолкнул женщину, когда она попыталась обнять его, и отступил к двери. Он был смертельно испуган.</p>
     <p>— Я не ручаюсь за себя! — крикнул он.</p>
     <p>— Я же вас предупреждала, чтобы вы не теряли самообладания. — Она рассмеялась с издевкой и снова принялась мыть посуду. — Никому вы не нужны. Я просто пошутила. Я счастлива с ним.</p>
     <p>Но Месснер не поверил ей. Он помнил, с какой легкостью эта женщина меняла тактику. Сейчас происходит то же самое. Вот оно — завуалированное вымогательство! Она несчастлива с другим и сознает свою ошибку. Его самолюбие было удовлетворено. Она хочет вернуться назад, но ему это меньше всего нужно. Незаметно для самого себя он взялся за щеколду.</p>
     <p>— Не убегайте, — засмеялась она, — я вас не укушу.</p>
     <p>— Я и не убегаю, — ответил Месснер по-детски запальчиво, натягивая рукавицы. — Я только за водой.</p>
     <p>Он взял пустые ведра и кастрюли и открыл дверь. Потом оглянулся.</p>
     <p>— Не забудьте же сказать мистеру… э-э… Хейторну, кто я такой.</p>
     <p>Месснер разбил пленку льда, которая за один час уже затянула прорубь, и наполнил ведра. Но он не торопился назад в хижину. Поставив ведра на тропинку, он принялся быстро шагать взад и вперед, чтобы не замерзнуть, потому что мороз жег тело, как огнем. К тому времени, когда морщины у него на лбу разгладились и на лице появилось решительное выражение, борода его успела покрыться инеем. План действий был принят, и его застывшие от холода губы скривила усмешка. Он поднял ведра с водой, уже затянувшейся ледком, и направился к хижине.</p>
     <p>Открыв дверь, Месснер увидел, что врач стоит у печки, выражение лица у него было натянутое и нерешительное. Месснер поставил ведра на пол.</p>
     <p>— Рад познакомиться с вами, Грехэм Уомбл, — церемонно произнес Месснер, словно их только что представили друг другу.</p>
     <p>Он не протянул руки. Уомбл беспокойно топтался на месте, испытывая к Месснеру ненависть, которую обычно испытывают к человеку, причинив ему зло.</p>
     <p>— Значит, это вы, — сказал Месснер, разыгрывая удивление. — Так, так… Право, я очень рад познакомиться с вами. Мне было… э-э… любопытно узнать, что нашла в вас Тереза, что, если можно так выразиться, привлекло ее к вам. Так, так…</p>
     <p>И он осмотрел его с головы до ног, как осматривают лошадь.</p>
     <p>— Я вполне понимаю ваши чувства ко мне… — начал Уомбл.</p>
     <p>— О, какие пустяки! — прервал его Месснер с преувеличенной сердечностью. — Стоит ли об этом говорить! Мне хотелось бы только знать, что вы думаете о Терезе. Оправдались ли ваши надежды? Как она себя вела? Вы живете теперь, конечно, словно в блаженном сне?</p>
     <p>— Перестаньте говорить глупости! — вмешалась Тереза.</p>
     <p>— Я простой человек и говорю, что думаю! — сокрушенным тоном сказал Месснер.</p>
     <p>— Тем не менее вам следует держать себя соответственно обстоятельствам, — отрезал Уомбл. — Мы хотим знать, что вы намерены делать?</p>
     <p>Месснер развел руками с притворной беспомощностью.</p>
     <p>— Я, право, не знаю. Это одно из тех невозможных положений, из которых трудно придумать какой-нибудь выход.</p>
     <p>— Мы не можем провести ночь втроем в этой хижине.</p>
     <p>Месснер кивнул в знак согласия.</p>
     <p>— Значит, кто-нибудь должен уйти.</p>
     <p>— Это тоже неоспоримо, — согласился Месснер. — Если три тела не могут поместиться одновременно в данном пространстве, одно из них должно исчезнуть.</p>
     <p>— Исчезнуть придется вам, — мрачно объявил Уомбл. — До следующей стоянки десять миль, но вы как-нибудь их пройдете.</p>
     <p>— Вот первая ошибка в вашем рассуждении, — возразил Месснер. — Почему именно я должен уйти? Я первый нашел эту хижину.</p>
     <p>— Но Тэсс не может идти, — сказал Уомбл. — Ее легкие уже простужены.</p>
     <p>— Вполне с вами согласен. Она не может идти десять миль по такому морозу. Безусловно, ей нужно остаться.</p>
     <p>— Значит, так и будет, — решительно сказал Уомбл.</p>
     <p>Месснер откашлялся.</p>
     <p>— Ваши легкие в порядке, не правда ли?</p>
     <p>— Да. Ну и что же?</p>
     <p>Месснер опять откашлялся и проговорил медленно, словно обдумывая каждое слово:</p>
     <p>— Да ничего… разве только то, что… согласно вашим же доводам, вам ничто не мешает прогуляться по морозу каких-нибудь десять миль. Вы как-нибудь их пройдете.</p>
     <p>Уомбл подозрительно взглянул на Терезу и подметил в ее глазах искру радостного удивления.</p>
     <p>— А что скажешь ты? — спросил он.</p>
     <p>Она промолчала в нерешительности, и лицо Уомбла потемнело от гнева. Он повернулся к Месснеру.</p>
     <p>— Довольно! Вам нельзя здесь оставаться.</p>
     <p>— Нет, можно.</p>
     <p>— Я не допущу этого! — Уомбл угрожающе расправил плечи. — В этом деле мне решать.</p>
     <p>— А я все-таки останусь, — стоял на своем Месснер.</p>
     <p>— Я вас выброшу вон!</p>
     <p>— А я вернусь.</p>
     <p>Уомбл замолчал, стараясь овладеть собой. Потом заговорил медленно, тихим, сдавленным голосом:</p>
     <p>— Слушайте, Месснер, если вы не уйдете, я вас изобью. Мы не в Калифорнии. Вот этими кулаками я превращу вас в котлету.</p>
     <p>Месснер пожал плечами.</p>
     <p>— Если вы это сделаете, я соберу золотоискателей и посмотрю, как вас вздернут на первом попавшемся дереве. Совершенно верно, мы не в Калифорнии. Золотоискатели — народ простой, и мне достаточно будет показать им следы побоев, поведать всю правду и предъявить права на свою жену.</p>
     <p>Женщина хотела что-то сказать, но Уомбл свирепо набросился на нее.</p>
     <p>— Не вмешивайся! — крикнул он.</p>
     <p>Голос Месснера прозвучал совсем по-иному:</p>
     <p>— Будьте добры, не мешайте нам, Тереза.</p>
     <p>От гнева и с трудом сдерживаемого волнения женщина разразилась сухим, резким кашлем. Лицо ее покраснело, она прижала руку к груди и ждала, когда приступ кончится.</p>
     <p>Уомбл мрачно смотрел на нее, прислушиваясь к кашлю.</p>
     <p>— Нужно на что-то решиться, — сказал он. — Ее легкие не выдержат холода. Она не может идти, пока не станет теплее. А я не собираюсь уступать ее вам.</p>
     <p>Месснер смиренно хмыкнул, откашлялся, снова хмыкнул и сказал:</p>
     <p>— Мне нужны деньги…</p>
     <p>На лице Уомбла сразу появилась презрительная гримаса. Вот когда Месснер упал неизмеримо ниже его, показал наконец свою подлость!</p>
     <p>— У вас есть целый мешок золотого песка, — продолжал Месснер, — я видел, как вы снимали его с нарт.</p>
     <p>— Сколько вы хотите? — спросил Уомбл, и в голосе его звучало такое же презрение, какое было написано на лице.</p>
     <p>— Я подсчитал, сколько приблизительно может быть в вашем мешке, и… э-э… думаю, что около двадцати фунтов потянет. Что вы скажете о четырех тысячах?</p>
     <p>— Но это все, что у меня есть! — крикнул Уомбл.</p>
     <p>— У вас есть Тереза, — утешил его Месснер. — Разве она не стоит таких денег? Подумайте, от чего я отказываюсь. Право же, это сходная цена.</p>
     <p>— Хорошо! — Уомбл бросился к мешку с золотом. — Лишь бы скорее покончить с этим делом! Эх вы!.. Ничтожество!</p>
     <p>— Ну, тут вы не правы, — с насмешкой возразил Месснер. — Разве с точки зрения этики человек, который дает взятку, лучше того, кто эту взятку берет? Укрывающий краденое не лучше вора, не правда ли? И не утешайтесь своим несуществующим нравственным превосходством в этой маленькой сделке.</p>
     <p>— К черту вашу этику! — взорвался Уомбл. — Идите сюда и смотрите, как я взвешиваю песок. Я могу вас надуть.</p>
     <p>А женщина, прислонившись к койке, наблюдала в бессильной ярости, как на весах, поставленных на ящик, взвешивают песок и самородки — плату за нее. Весы были маленькие, приходилось взвешивать по частям, и Месснер каждый раз все тщательно проверял.</p>
     <p>— В этом золоте слишком много серебра, — заметил он, завязывая мешок. — Пожалуй, тут всего три четверти чистого веса на унцию. Вы, кажется, слегка обставили меня, Уомбл.</p>
     <p>Он любовно поднял мешок и с должным почтением к такой ценности понес его к нартам. Вернувшись, он собрал свою посуду, запаковал ящик с провизией и скатал постель. Потом, увязав поклажу, запряг недовольных собак и снова вернулся в хижину за рукавицами.</p>
     <p>— Прощайте, Тэсс! — сказал он с порога.</p>
     <p>Она повернулась к нему, хотела что-то ответить, но не смогла выразить словами кипевшую в ней ярость.</p>
     <p>— Прощайте, Тэсс! — мягко повторил Месснер.</p>
     <p>— Мерзавец! — выговорила она, наконец.</p>
     <p>Шатаясь, она подошла к койке, повалилась на нее ничком и зарыдала.</p>
     <p>— Скоты! Ах, какие вы скоты!</p>
     <p>Джон Месснер осторожно закрыл за собой дверь и, трогаясь в путь, с чувством величайшего удовлетворения оглянулся на хижину. Он спустился с берега, остановил нарты у проруби и вытащил из-под веревок, стягивающих поклажу, мешок с золотом. Воду уже затянуло тонкой корочкой льда. Он разбил лед кулаком и, развязав тесемки мешка зубами, высыпал его содержимое в воду. Река в этом месте была неглубока, и в двух футах от поверхности Месснер увидел дно, тускло желтевшее в угасающем свете дня. Он плюнул в прорубь.</p>
     <p>Потом он пустил собак по Юкону. Они жалобно повизгивали и бежали неохотно. Держась за поворотный шест правой рукой и растирая щеки и нос левой, Месснер споткнулся о постромку, когда собаки свернули в сторону, следуя изгибу реки.</p>
     <p>— Вперед, хромоногие! — крикнул он. — Ну же, вперед, вперед!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Обычай белого человека</p>
     </title>
     <p>— Я пришел сготовить себе ужин на твоем огне и переночевать под твоей крышей, — сказал я, входя в хижину старого Эббитса. Его слезящиеся мутные глаза остановились на мне без всякого выражения, а Зилла скорчила кислую мину и что-то презрительно буркнула вместо приветствия. Зилла, жена старого Эббитса, была самая сварливая и злющая старуха на всем Юконе. Я ни за что не остановился бы у них, но собаки мои сильно утомились, а во всем поселке не было ни души. Хижина Эббитса была единственная, где оказались люди, и потому мне пришлось именно здесь искать приюта.</p>
     <p>Старик Эббитс время от времени пытался преодолеть путаницу в мыслях; проблески сознания то вспыхивали, то потухали в его глазах. Пока я готовил себе ужин, он даже несколько раз, как полагается гостеприимному хозяину, начинал осведомляться о моем здоровье, спрашивал, сколько у меня собак и в каком они состоянии, сколько миль я прошел за этот день. А Зилла все больше хмурилась и фыркала еще презрительнее.</p>
     <p>Да и то сказать: чему им было радоваться, этим двум старикам, которые сидели, скорчившись, у огня? Жизнь их подходила к концу, они были дряхлы и беспомощны, страдали от ревматизма и голода. Вдыхая запах мяса, которое я поджаривал на огне, они испытывали Танталовы муки и качались взад и вперед, медленно, в безнадежном унынии. Эббитс каждые пять минут тихо стонал. В его стонах слышалось не столько страдание, сколько усталость от долгих страданий. Угнетенный тяжким и мучительным бременем того, что зовется жизнью, но еще более — страхом смерти, он переживал вечную трагедию старости, когда жизнь уже не радует, но смерть еще не влечет, а пугает.</p>
     <p>В то время, как моя оленина шипела и трещала на сковороде, я заметил, как дрожат и раздуваются ноздри старого Эббитса, как жадно он вдыхает аромат жаркого. Он даже на время перестал качаться и кряхтеть, и лицо его приняло осмысленное выражение.</p>
     <p>Зилла, напротив, стала качаться еще быстрее и в первый раз выразила свое отчаяние отрывистыми и резкими звуками, похожими на собачий визг. Оба — и она и Эббитс— своим поведением в эту минуту до того напоминали голодных собак, что я ничуть не был бы удивлен, если бы у Зиллы вдруг оказался хвост и она стала бы им стучать об пол, как это делают собаки. У Эббитса даже слюни текли, он то и дело наклонялся вперед, чтобы его трепещущие ноздри были ближе к сковороде с мясом, так сильно возбуждавшим его аппетит.</p>
     <p>Наконец я подал каждому из них по тарелке жареного мяса, и они принялись жадно есть, громко чавкая, причмокивая, беспрерывно что-то бормоча себе под нос. Когда все было съедено и чавканье утихло, я дал старикам по кружке горячего чая. Лица их выражали теперь блаженное удовлетворение. Зилла облегченно вздохнула, и угрюмые складки у ее рта разгладились. Ни она, ни Эббитс больше не раскачивались, и, казалось, оба погружены были в тихое раздумье. Я видел слезы в глазах Эббитса и понимал, что это слезы жалости к самому себе. Оба долго искали свои трубки — видно, они давно уже не курили, потому что не было табаку. И старик так спешил насладиться этим наркотиком, что у него руки тряслись — пришлось мне разжечь ему трубку.</p>
     <p>— А почему вы одни во всей деревне? — спросил я. — Все остальные вымерли, что ли? Может, здесь была повальная болезнь и выжили только вы двое?</p>
     <p>Старый Эббитс покачал головой.</p>
     <p>— Нет, никакой болезни не было. Все ушли на охоту, добывать мясо. А мы с Зиллой слишком стары, ноги у нас ослабли, и мы уже не можем нести на спине поклажу, все, что нужно для дороги и лагеря. Вот мы и остались дома. Ждем, чтобы молодые вернулись с мясом.</p>
     <p>— А если они и вернутся с мясом, что из того? — резко спросила Зилла.</p>
     <p>— Может, они принесут много мяса, — сказал Эббитс, и в его дрожащем голосе звучала надежда.</p>
     <p>— А даже если много принесут, нам-то что достанется? — еще суровее возразила женщина. — Несколько костей дадут обглодать — так разве это пища для нас, беззубых стариков? А сало, почки, языки — все это попадет в другие рты.</p>
     <p>Эббитс поник головой и тихонько всхлипнул.</p>
     <p>— Некому больше охотиться за мясом для нас! — крикнула Зилла с ожесточением, повернувшись ко мне.</p>
     <p>Она как будто обвиняла меня в чем-то, и я пожал плечами в знак того, что неповинен в приписываемом мне неизвестном преступлении.</p>
     <p>— Так знай же, белый человек: это твои братья, белые, виноваты в том, что мой муж и я на старости лет не имеем мяса и сидим в холоде, без табака.</p>
     <p>— Нет, — возразил Эббитс серьезно (у него, видно, чувство справедливости было развито сильнее, чем у его жены), — нет, нас постигло большое горе, это верно. Но белые не желали нам зла.</p>
     <p>— А где Моклан? — крикнула Зилла. — Где твой сильный и крепкий сын Моклан? Где рыба, которую он всегда так охотно приносил нам, чтобы мы не голодали?</p>
     <p>Старик только головой покачал.</p>
     <p>— И где Бидаршик, твой могучий сын? Он был ловкий охотник и всегда приносил тебе спинное сало и вкусные сушеные языки лосей и карибу. А теперь я не вижу больше ни сала, ни вкусных сушеных языков. Твой желудок целыми днями пуст, и накормить тебя пришлось человеку очень дурного и лживого белого племени…</p>
     <p>— Нет, — мягко остановил ее Эббитс. — Белые не лгут, они говорят правду. Они всегда говорят правду. — Он помолчал, ища подходящих слов, чтобы смягчить жестокое суждение, которое собирался высказать. — Но правда у белого человека бывает разная. Сегодня он говорит одну, завтра — другую, и невозможно понять его, понять его обычай…</p>
     <p>— Говорить сегодня одну правду, а завтра другую — это и значит лгать! — объявила Зилла.</p>
     <p>— Нет, белого человека понять невозможно, — упрямо твердил свое Эббитс.</p>
     <p>Мясо, чай и табак словно вернули его к жизни, и он крепко уцепился за мысль, всплывшую в мозгу. Мысль эта светилась сейчас в глубине его мутных от старости глаз. Он даже как-то выпрямился, голос его окреп и звучал уверенно, утратив прежние интонации, то жалобные, то ворчливые. Старик обращался теперь ко мне с достоинством, как равный к равному.</p>
     <p>— Глаза белого человека открыты, — начал он. — Белый человек видит все, он много думает и очень мудр. Но сегодня он не таков, каким был вчера или будет завтра, и понять его никак невозможно. Он не всегда поступает одинаково, и никто не может знать, как он поступит в следующий раз. Обычай индейца всегда один и тот же. Лось каждый год спускается с гор в долины, когда наступает зима. Лосось всегда приходит весною, когда река освобождается ото льда. На свете все испокон веков совершается одинаково. Индеец знает это, и все ему понятно. А обычай белого человека не всегда один и тот же, и потому индейцу его не понять. Индеец не может знать, как поступит белый.</p>
     <p>Вот, к примеру, скажу про табак. Табак — очень хорошая вещь. Он заменяет голодному пищу, он сильного делает сильнее, а тот, кто сердится, за трубкой забывает свой гнев. И потому табак ценится дорого, очень дорого. Индеец за лист табака дает большого лосося, потому что этот табак он может жевать долго и от сока его становится приятно внутри. А что делает белый? Когда рот его полон табачного сока, он этот сок выплевывает!.. Да, выплевывает прямо на снег, и дорогой сок пропадает даром. Что, белый человек любит табак? Не знаю. Но если любит, зачем же он выплевывает такой дорогой сок? Это непонятно и очень неразумно.</p>
     <p>Старый Эббитс умолк и запыхтел трубкой, но, убедившись, что она потухла и ее нужно разжечь, протянул ее жене. И Зилле, чтобы сделать это, пришлось разжать губы, застывшие в язвительной усмешке по адресу белых.</p>
     <p>А Эббитс молчал, не докончив своего рассказа. Он снова как будто ослабел под бременем старости. Я спросил:</p>
     <p>— А где же ваши сыновья Моклан и Бидаршик? Почему ты и твоя жена на старости лет остаетесь без мяса?</p>
     <p>Эббитс словно очнулся от сна и с трудом выпрямился.</p>
     <p>— Красть нехорошо, — сказал он. — Если собака утащит у тебя кусок мяса, ты бьешь ее палкой. Таков закон. Этот закон человек установил для собаки, и собака должна его соблюдать, иначе палка причинит ей боль. И когда другой человек украдет у тебя мясо, или челнок, или жену, ты убиваешь этого человека. Таков закон, и он справедлив. Воровать нехорошо, поэтому закон говорит: вору — смерть! Кто нарушает закон, должен быть наказан. А самая страшная кара — смерть.</p>
     <p>— Но почему же человека вы за кражу убиваете, а собаку нет? — спросил я.</p>
     <p>Старый Эббитс посмотрел на меня с искренним изумлением, в котором было что-то детское, а Зилла насмешливой улыбкой дала мне понять, как мой вопрос глуп.</p>
     <p>— Да, вот так думают белые люди! — заметил Эббитс.</p>
     <p>— Они глупы, эти белые! — отрезала Зилла.</p>
     <p>— Так пусть же старый Эббитс поучит меня, белого человека, уму-разуму, — сказал я смиренно.</p>
     <p>— Собаку не убивают, потому что она должна тащить нарты. А человек никогда не тащит нарты другого человека, и потому, если он провинился, его можно убить.</p>
     <p>— Вот оно что! — пробормотал я.</p>
     <p>— Таков закон, — продолжал старый Эббитс. — Теперь слушай, белый человек, я расскажу тебе об одном величайшем безрассудстве. Живет в деревне индеец по имени Мобитс. Украл он у белого два фунта муки. И что же сделал белый? Поколотил Мобитса? Нет. Убил его? Нет. А как же он поступил с Мобитсом? Сейчас узнаешь. У белых есть дом. И он запирает Мобитса в этом доме. У дома крепкая крыша, толстые стены. Белый разводит огонь, чтобы Мобитсу было тепло. Он дает Мобитсу много еды. Никогда в жизни Мобитс не едал такой хорошей пищи. Тут и сало, и хлеб, и бобов сколько душе угодно. Мобитсу живется отлично.</p>
     <p>Дверь дома заперта на большой замок, чтобы Мобитс не сбежал. Это тоже очень глупо: зачем Мобитсу бежать, если у него там всегда еды много, и теплые одеяла, и жаркий огонь? Дурак бы он был, если бы сбежал! А Мобитс вовсе не дурак.</p>
     <p>Три месяца его держали в этом доме. Он украл два фунта муки — и за это белый так хорошо позаботился о нем! Мобитс съел за три месяца не два, а много фунтов муки, много фунтов сахару и сала, а уж бобов — целую уйму. И чаю Мобитсу давали вволю. Через три месяца белый отпирает дверь и приказывает Мобитсу уходить. Но Мобитс не хочет. Ведь и собака не уходит оттуда, где ее долгое время кормили. Так и Мобитс не хотел уходить, и белому человеку пришлось его гнать. Вот Мобитс и вернулся к нам в деревню. Он очень разжирел. Так поступает белый человек, и нам его не понять. Ведь это глупо, очень глупо!..</p>
     <p>— Но где же твои сыновья? — настойчиво допытывался я. — У тебя сильные сыновья, а ты на старости лет голодаешь?</p>
     <p>— Был у нас Моклан, — начал Эббитс.</p>
     <p>— Он был очень сильный! — вмешалась Зилла. — Он мог день и ночь грести, не отдыхая. Он знал все повадки лососей и был на реке, как дома. Моклан был очень умен.</p>
     <p>— Да, был у нас Моклан, — повторил Эббитс, не обратив внимания на вмешательство жены. — Весною он уплыл вниз по Юкону вместе с другими юношами, чтобы поторговать в форте Кэмбел. Там есть пост, где много всяких товаров белых людей, и есть торговец по имени Джонс. Живет там еще и шаман белых — по-вашему, «миссионер».</p>
     <p>А около форта Кэмбел на реке есть опасное место, где Юкон узок, как стан девушки, и вода очень быстрая. Там сталкиваются течения с разных сторон, и в реке водоворот. Людей в этом месте засасывает. Течение все время меняется, и лицо реки никогда не бывает одинаково. А Моклан был мой сын и, значит, храбрый юноша…</p>
     <p>— Разве мой отец не был храбрецом? — прервала его Зилла.</p>
     <p>— Да, твой отец был храбр, — согласился Эббитс тоном человека, который во что бы то ни стало хочет сохранить мир в семье. — Моклан — твой сын и мой, и он не знал страха. Может быть, потому, что отец у тебя был смельчак из смельчаков, Моклан был тоже чересчур смел. Когда нальешь в горшок слишком много воды, она переливается через край. Так и в Моклане было слишком много смелости, и она переливалась через край.</p>
     <p>Юноши, что плыли с ним по Юкону, очень боялись опасной воды у форта Кэмбел. А Моклан не трусил. Он громко засмеялся: «О-хо-хо!» — и поплыл прямо к опасному месту. И там, где течения сталкиваются, его лодка опрокинулась. Водоворот схватил Моклана за ноги. Он кружил его, кружил и тянул вниз. Моклан скрылся под водой, и больше его не видели.</p>
     <p>— Ай-ай-ай! — простонала Зилла. — Он был ловок и умен, и он мой первенец!</p>
     <p>— Я отец Моклана, — промолвил Эббитс, терпеливо выждав, пока жена притихнет. — И вот я сажусь в лодку и еду вниз по Юкону, в форт Кэмбел, чтобы получить долг.</p>
     <p>— Долг? — переспросил я. — Какой долг?</p>
     <p>— Долг с Джонса, главного торговца, — был ответ. — Таков закон для тех, кто странствует по чужой стране.</p>
     <p>Я в недоумении покачал головой, обнаружив этим свое невежество. И Эббитс посмотрел на меня сострадательно, а Зилла, по обыкновению, презрительно фыркнула.</p>
     <p>— Ну слушай, белый человек, — сказал старый Эббитс. — К примеру, у тебя в лагере есть собака, и она кусается. Так вот, если она укусит человека, ты подаришь тому человеку что-нибудь, потому что собака — твоя и ты за нее отвечаешь. Ты платишь за вред, который она причинила. Верно? И то же самое бывает, если в твоем краю опасная охота или опасная вода: ты должен платить чужим за вред. Таков закон, и это справедливо. Брат моего отца пошел в страну племени Танана и был там убит медведем. Так разве племя Танана не уплатило за это моему отцу? Оно дало ему много одеял и ценных шкур. Так и следовало. Охота в тех краях опасна, и жители должны были за это заплатить.</p>
     <p>Поэтому я, Эббитс, отправился в форт Кэмбел получить долг. А Джонс, главный торговец, посмотрел на меня и рассмеялся. Да, он долго смеялся и не захотел платить. Тогда я пошел к вашему шаману, тому, кого вы называете «миссионер», и у нас с ним был долгий разговор. Я ему объяснил все про опасную воду и плату, которую мне следует получить. А он говорил о другом. О том, куда ушел Моклан после смерти. Если миссионер не лжет, там горят большие костры, и, значит, Моклану никогда не будет холодно. И еще миссионер толковал о том, куда я пойду, когда умру. Он сказал недобрые слова. Будто я слеп. Но это же ложь! И будто я брожу в великой тьме. И это тоже ложь. Я ответил ему, что день и ночь приходят для всех одинаково, и в моей деревне ничуть не темнее, чем у белых в форте Кэмбел. И еще я сказал, что приехал не за тем, чтобы толковать про тьму, и свет, и то место, куда мы уходим после смерти. Мне должны здесь уплатить за опасную воду, убившую моего сына. Тогда миссионер очень рассердился, обозвал меня «темным дикарем» и прогнал. И я вернулся из форта Кэмбел, ничего не получив. Моклан умер, а я на старости лет остался без рыбы и без мяса.</p>
     <p>— А все из-за этих белых! — вставила Зилла.</p>
     <p>— Да, из-за белых, — согласился Эббитс. — И еще другое случилось по вине белых. Был у нас сын Бидаршик. Белый человек поступил с ним совсем иначе, чем с Ямиканом, а ведь Бидаршик и Ямикан сделали одно и то же. Сперва я расскажу тебе про Ямикана. Молодой Ямикан был из нашей деревни, и случилось так, что он убил белого. Скверное это дело — убить человека другого племени: из-за него потом беды не оберешься. Однако Ямикан не был виноват. На языке у него всегда были добрые слова, и от ссор он бегал, как собака от палки. А белый выпил много виски и ночью пришел в дом к Ямикану. Он стал жестоко драться. Ямикан не мог от него убежать, и белый хотел его убить. Но Ямикану не хотелось умирать, и он убил белого человека.</p>
     <p>Вся деревня была в большой тревоге. Мы очень боялись, что придется много заплатить родне убитого. И мы попрятали одеяла, и меха, и все наше добро, чтобы белые думали, что мы бедняки и не можем дорого заплатить. Прошло немало времени, и вот пришли белые. Это были воины. Солдаты, по-вашему. Они увели Ямикана. Мать громко оплакивала его и посыпала волосы пеплом. Она была уверена, что Ямикана уже нет в живых. Да и вся деревня думала так и радовалась, что белые ничего с нас не взяли.</p>
     <p>Случилось все это весною, когда река освободилась от льда. Прошел год, потом еще год. Опять наступила весна, и лед с реки сошел. И вот Ямикан, которого все считали мертвым, вернулся к нам живой. Он очень растолстел: видно было, что он все это время спал в тепле и ел досыта. У него было теперь много красивой одежды, и он был мудр, совсем как белый человек. Очень скоро он стал вождем нашей деревни.</p>
     <p>Ямикан рассказывал много удивительного про обычаи белых: ведь он долго жил среди них и совершил далекое путешествие в их страну. Сначала белые солдаты долго везли его вниз по Юкону, очень далеко, туда, где река кончается и впадает в озеро, которое больше всей земли и такое же широкое, как небо. Я и не знал, что Юкон течет так далеко, но Ямикан это видел собственными глазами. Не верилось мне также, что есть такое озеро — больше всей земли и широкое, как небо. Но Ямикан его видел. И еще он говорил мне, что вода в этом озере соленая, — а это уже совсем удивительно и непонятно…</p>
     <p>Однако тебе, белый человек, все эти чудеса известны, и я не стану утомлять тебя беседой о них. Расскажу только о том, что случилось с Ямиканом. Белые очень хорошо кормили его. Ямикан все время ел, и ему давали все больше хорошей пищи. Белые люди живут в солнечной стране, так рассказывает Ямикан, там очень тепло и тела зверей покрыты не мехом, а волосом. В полях зелень высокая, густая, вот откуда у белых берется мука, и бобы, и картофель. И в той стране под солнцем никогда не бывает голода. Там всегда много еды. Я об этом ничего не знаю… Но так говорил Ямикан.</p>
     <p>Да, странно все то, что случилось с Ямиканом. Белые люди не причинили ему никакого зла. Давали ему все время теплую постель ночью и много вкусной пищи днем. Они повезли его через Соленое озеро, огромное, как небо. Он плыл на огненной лодке белых, которая по-вашему зовется «пароход», и этот пароход был раз в двадцать больше, чем тот, что плавает по Юкону. Сделан он из железа, а все-таки не тонет. Не понимаю, как это возможно, но Ямикан говорит: «Я же плавал далеко на этой железной лодке — и вот видите, я жив». Это военное судно белых, на нем множество солдат.</p>
     <p>Плавание продолжалось много-много дней и ночей, и вот Ямикан приехал в страну, где нет снега. Этому трудно поверить. Не может быть, чтобы зимою не выпадал снег. Но Ямикан это видел. Я спрашивал потом белых, и они тоже говорят, что в этой стране снега никогда не бывает. Но мне все еще не верится, и потому я хочу спросить у тебя: правда ли это? И еще скажи ты мне, белый человек, как называется та страна. Я когда-то слышал ее название, но хочу услышать его еще и от тебя, и тогда я буду знать, правду мне говорили или ложь.</p>
     <p>Старый Эббитс смотрел на меня с беспокойством. Он решил во что бы то ни стало узнать правду, как ни хотелось ему сохранить веру в невиданное никогда чудо.</p>
     <p>— Да, — сказал я ему. — То, что ты слышал, правда. В той стране не бывает снега, а зовется она Калифорнией.</p>
     <p>— Кали-фор-ния, — раздельно повторил он несколько раз, напряженно вслушиваясь в то, что произносил. И наконец утвердительно кивнул головой.</p>
     <p>— Да, значит, это та самая страна, про которую рассказывал нам Ямикан.</p>
     <p>Я догадывался, что случай с Ямиканом, очевидно, произошел в те годы, когда Аляска только что перешла к Соединенным Штатам: тогда здесь еще не было власти на местах и территориальных законов, и виновных в убийстве, видимо, отсылали в Штаты, чтобы там судить федеральным судом.</p>
     <p>— Когда Ямикан очутился в этой стране без снега, — продолжал старый Эббитс, — его привели в большой дом, полный людей. Люди эти долго говорили что-то и задавали Ямикану много вопросов. Потом объявили ему, что ему больше ничего плохого не сделают. Ямикана это удивило: ведь ему и до того ничего плохого не делали, все время давали еды вволю и теплую постель. А с того дня его стали кормить еще лучше, давали ему деньги и возили по разным местам в той стране белых людей. И он видел много удивительного, много такого, чего не в силах понять я, Эббитс, потому что я старик и никуда далеко не ездил. Через два года Ямикан вернулся в нашу деревню. Он стал очень мудр и до самой смерти был нашим вождем.</p>
     <p>Пока он был жив, он часто сиживал у моего огня и рассказывал про чудеса, которые довелось ему видеть. Бидаршик, мой сын, тоже сидел у огня и слушал с широко открытыми глазами.</p>
     <p>Раз ночью, когда Ямикан ушел домой, Бидаршик встал, выпрямился во весь свой высокий рост, ударил себя кулаком в грудь и сказал:</p>
     <p>— Когда я стану мужчиной, я отправлюсь путешествовать в дальние края и даже в ту страну, где нет снега. Я хочу увидеть все своими глазами.</p>
     <p>— Бидаршик не раз ездил в дальние места, — с гордостью сказала Зилла.</p>
     <p>— Это верно, — торжественно подтвердил Эббитс. — А когда возвращался, сидел у огня и томился жаждой увидеть еще другие, неизвестные ему земли.</p>
     <p>— Он постоянно поминал про Соленое озеро величиной с небо и про ту страну, где не бывает снега, — добавила Зилла.</p>
     <p>— Да, — сказал Эббитс. — Он часто твердил: «Когда я наберусь сил и стану настоящим мужчиной, я отправлюсь туда и сам увижу, правда ли все то, что говорит Ямикан».</p>
     <p>— Но не было никакой возможности попасть в страну белых, — заметила Зилла.</p>
     <p>— Разве он не поплыл по Юкону до Соленого озера, большого, как небо? — возразил ей муж.</p>
     <p>— Да, но перебраться через это озеро в страну солнца ему не удалось.</p>
     <p>— Для этого надо было попасть на железный пароход белых, который в двадцать раз больше тех, что ходят по Юкону, — Пояснил Эббитс (он сердито покосился на Зиллу, видя, что ее увядшие губы опять разжались для какого-то замечания. И она не решилась ничего сказать). — Но белый человек не пустил Бидаршика на свой пароход, и мой сын вернулся домой.</p>
     <p>Он сидел у огня и тосковал по той стране, где нет снега.</p>
     <p>— А все-таки он побывал у Соленого озера и видел пароход, который не тонет, хотя он железный! — воскликнула неукротимая Зилла.</p>
     <p>— Да, — подтвердил Эббитс. — И он узнал, что Ямикан говорит правду. Но у Бидаршика не было никакой возможности попасть в страну белых. И он затосковал и постоянно сидел у огня, как старый, больной человек. Он не ходил больше на охоту добывать мясо.</p>
     <p>— И не ел мяса, которое я ему подавала, — добавила Зилла. — Только головой качал и говорил: «Я хотел бы есть пищу белых людей и растолстеть от нее, как Ямикан».</p>
     <p>— Да, он совсем перестал есть мясо, — продолжал Эббитс. — Болезнь все сильнее одолевала его, и я боялся, что он умрет. То была не болезнь тела, а болезнь головы. Он был болен желанием. И я, его отец, крепко призадумался. У меня оставался только один сын, и я не хотел, чтобы Бидаршик умер. У него была больна голова, и только одно могло его исцелить. «Надо, чтобы Бидаршик через Соленое озеро попал в страну, где не бывает снега, иначе он умрет», — говорил я себе. Я долго думал и наконец придумал, как ему этого добиться.</p>
     <p>И однажды вечером, когда он сидел у огня, повесив голову в тоске, я сказал:</p>
     <p>— Сын мой, я придумал, как тебе попасть в страну белых.</p>
     <p>Он посмотрел на меня, и лицо его просияло.</p>
     <p>— Поезжай так, как поехал Ямикан.</p>
     <p>Но Бидаршик уже опять впал в уныние и ничего не понял.</p>
     <p>— Ступай, — говорю я ему, — найди какого-нибудь белого и убей его, как это сделал Ямикан. Тогда придут солдаты. Они заберут тебя и так же, как Ямикана, повезут через Соленое озеро в страну белых. И ты, как Ямикан, вернешься сюда толстым, и глаза твои будут полны всем тем, что ты видел, а голова полна мудрости.</p>
     <p>Бидаршик вскочил и протянул руку к своему ружью.</p>
     <p>— Куда ты? — спросил я у него.</p>
     <p>— Иду убить белого.</p>
     <p>Тут я понял, что мои слова понравились Бидаршику и что он выздоровеет. Ибо слова мои были разумны.</p>
     <p>В нашу деревню пришел тогда один белый. Он не искал в земле золота, не охотился за шкурами в лесу. Нет, он все время собирал разных жуков и мух. Но он ведь не ел насекомых, для чего же он их разыскивал и собирал? Этого я не знал. Знал только, что этот белый — очень странный человек. Собирал он и птичьи яйца. Их он тоже не ел. Он выбрасывал все, что внутри, и оставлял себе только скорлупу. Но ведь яичную скорлупу не едят! А он ее укладывал в коробки, чтобы она не разбилась. Не ел он и птичек, которых ловил. Он снимал с них только кожу с перьями и прятал в коробки. Еще он любил собирать кости, хотя костей Не едят, а к тому же этот чудак больше всего любил очень старые кости, он их выкапывал из земли.</p>
     <p>Этот белый не был силен и свиреп, я понимал, что его убить легко. И я сказал Бидаршику: «Сын мой, этого белого человека ты сможешь убить». А Бидаршик ответил, что это умные слова. И вот он пошел в одно место, где, как он знал, в земле лежало много костей. Он вырыл их целую кучу и принес на стоянку того чудака. Белый был очень доволен. Его лицо засияло, как солнце, он глядел на кости и радостно улыбался. Потом он нагнулся, чтобы рассмотреть их получше. Тут Бидаршик нанес ему сильный удар топором по голове. Белый повалился на землю и умер.</p>
     <p>— Ну, — сказал я Бидаршику, — теперь придут белые воины и увезут тебя в ту страну под солнцем, где ты будешь много есть и растолстеешь.</p>
     <p>Бидаршик был счастлив. Тоска его сразу прошла, он сидел у огня и ждал солдат…</p>
     <p>Как я мог знать, что обычай у белых всякий раз иной? — гневно спросил вдруг старый Эббитс, повернувшись ко мне. — Откуда мне было знать, что белый сегодня поступает иначе, чем вчера, а завтра поступит не так, как сегодня? — Эббитс уныло покачал головой. — Нет, белых понять невозможно! Вчера они Ямикана увозят в свою страну и кормят его там до отвала хорошей пищей. Сегодня они хватают Бидаршика — и что же они с ним делают? Вот послушайте, что они сделали с нашим Бидаршиком.</p>
     <p>Да, я, его отец, расскажу вам это. Они повезли Бидаршика в форт Кэмбел, а там накинули ему на шею веревку, и когда ноги его отделились от земли, он умер.</p>
     <p>— Ай! Ай! — запричитала Зилла. — И он так и не переплыл то озеро, что шире неба, и не увидел солнечную страну, где нет снега!</p>
     <p>— А потому, — сказал старый Эббитс серьезно и с достоинством, — некому больше охотиться за мясом для меня, и я на старости лет сижу голодный у огня и рассказываю про свое горе белому человеку, который дал мне еду, и крепкий чай, и табак для моей трубки.</p>
     <p>— А во всем виноваты лживые и дурные белые люди! — резко крикнула Зилла.</p>
     <p>— Нет, — возразил ее старый муж мягко, но решительно. — Виноват обычай белых, которого нам не понять, потому что он никогда не бывает одинаков.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Сказание о Кише</p>
     </title>
     <p>Давным-давно у самого Полярного моря жил Киш. Долгие и счастливые годы был он первым человеком в своем поселке, умер, окруженный почетом, и имя его было у всех на устах. Так много воды утекло с тех пор, что только старики помнят его имя, помнят и правдивую повесть о нем, которую они слышали от своих отцов и которую сами передадут своим детям и детям своих детей, а те — своим, и так она будет переходить из уст в уста до конца времен. Зимней полярной ночью, когда северная буря завывает над ледяными просторами, а в воздухе носятся белые хлопья и никто не смеет выглянуть наружу, хорошо послушать рассказ о том, как Киш, что вышел из самой бедной иглу,<a l:href="#n_711" type="note">[711]</a> достиг почета и занял высокое место в своем поселке.</p>
     <p>Киш, как гласит сказание, был смышленым мальчиком, здоровым и сильным и видел уже тринадцать солнц. Так считают на Севере годы, потому что каждую зиму солнце оставляет землю во мраке, а на следующий год поднимается над землей новое солнце, чтобы люди снова могли согреться и поглядеть друг другу в лицо. Отец Киша был отважным охотником и встретил смерть в голодную годину, когда хотел отнять жизнь у большого полярного медведя, дабы даровать жизнь своим соплеменникам. Один на один он схватился с медведем, и тот переломал ему все кости; но на медведе было много мяса, и это спасло народ. Киш был единственным сыном, и, когда погиб его отец, он стал жить вдвоем с матерью. Но люди быстро все забывают, забыли и о подвиге его отца, а Киш был всего только мальчик, мать его — всего только женщина, и о них тоже забыли, и они жили так, забытые всеми, в самой бедной иглу.</p>
     <p>Но как-то вечером в большой иглу вождя Клош-Квана собрался совет, и тогда Киш показал, что в жилах у него горячая кровь, а в сердце — мужество мужчины, и он ни перед кем не станет гнуть спину. С достоинством взрослого он поднялся и ждал, когда наступит тишина и стихнет гул голосов.</p>
     <p>— Я скажу правду, — так начал он. — Мне и матери моей дается положенная доля мяса. Но это мясо часто бывает старое и жесткое, и в нем слишком много костей.</p>
     <p>Охотники — и совсем седые, и только начавшие седеть, и те, что были в расцвете лет, и те, что были еще юны, — все разинули рот. Никогда не доводилось им слышать подобных речей. Чтобы ребенок говорил, как взрослый мужчина, и бросал им в лицо дерзкие слова!</p>
     <p>Но Киш продолжал твердо и сурово:</p>
     <p>— Мой отец, Бок, был храбрым охотником, вот почему я говорю так. Люди рассказывают, что Бок один приносил больше мяса, чем любые два охотника, даже из самых лучших, что своими руками он делил это мясо и своими глазами следил за тем, чтобы самой древней старухе и самому хилому старику досталась справедливая доля.</p>
     <p>— Вон его! — закричали охотники. — Уберите отсюда этого мальчишку! Уложите его спать. Мал он еще разговаривать с седовласыми мужчинами.</p>
     <p>Но Киш спокойно ждал, пока не уляжется волнение.</p>
     <p>— У тебя есть жена, Уг-Глук, — сказал он, — и ты говоришь за нее. А у тебя, Массук, — жена и мать, и за них ты говоришь. У моей матери нет никого, кроме меня, и потому говорю я. И я сказал: Бок погиб потому, что он был храбрым охотником, а теперь я, его сын, и Айкига, мать моя, которая была его женой, должны иметь вдоволь мяса до тех пор, пока есть вдоволь мяса у племени. Я, Киш, сын Бока, сказал.</p>
     <p>Он сел, но уши его чутко прислушивались к буре протеста и возмущения, вызванной его словами.</p>
     <p>— Разве мальчишка смеет говорить на совете? — прошамкал старый Уг-Глук.</p>
     <p>— С каких это пор грудные младенцы стали учить нас, мужчин? — зычным голосом спросил Массук. — Или я уже не Мужчина, что любой мальчишка, которому захотелось мяса, может смеяться мне в лицо?</p>
     <p>Гнев их кипел ключом. Они приказали Кишу сейчас же идти спать, грозили совсем лишить его мяса, обещали задать ему жестокую порку за дерзкий поступок. Глаза Киша загорелись, кровь забурлила и жарким румянцем прилила к щекам. Осыпаемый бранью, он вскочил с места.</p>
     <p>— Слушайте меня, вы, мужчины! — крикнул он. — Никогда больше не стану я говорить на совете, никогда, прежде чем вы не придете ко мне и не скажете: «Говори, Киш, мы хотим, чтобы ты говорил». Так слушайте же. мужчины, мое последнее слово. Бок, мой отец, был великий охотник. Я, Киш, его сын, тоже буду охотиться и приносить мясо и есть его. И знайте отныне, что дележ моей добычи будет справедлив. И ни одна вдова, ни один беззащитный старик не будут больше плакать ночью оттого, что у них нет мяса, в то время как сильные мужчины стонут от тяжкой боли, ибо съели слишком много. И тогда будет считаться позором, если сильные мужчины станут объедаться мясом! Я, Киш, сказал все.</p>
     <p>Насмешками и глумлением проводили они Киша, когда он выходил из иглу, но он стиснул зубы и пошел своей дорогой, не глядя ни вправо, ни влево.</p>
     <p>На следующий день он направился вдоль берега, где земля встречается со льдами. Те, кто видел его, заметили, что он взял с собой лук и большой запас стрел с костяными наконечниками, а на плече нес большое охотничье копье своего отца. И много было толков и много смеха по этому поводу. Это было невиданное событие. Никогда не случалось, чтобы мальчик его возраста ходил на охоту, да еще один. Мужчины только покачивали головой да пророчески что-то бормотали, а женщины с сожалением смотрели на Айкигу, лицо которой было строго и печально.</p>
     <p>— Он скоро вернется, — сочувственно говорили женщины.</p>
     <p>— Пусть идет. Это послужит ему хорошим уроком, — говорили охотники. — Он вернется скоро, тихий и покорный, и слова его будут кроткими.</p>
     <p>Но прошел день и другой, и на третий поднялась жестокая пурга, а Киша все не было. Айкига рвала на себе волосы и вымазала лицо сажей в знак скорби, а женщины горькими словами корили мужчин за то, что они плохо обошлись с мальчиком и послали его на смерть; мужчины же молчали, готовясь идти на поиски тела, когда утихнет буря.</p>
     <p>Однако на следующий день рано утром Киш появился в поселке. Он пришел с гордо поднятой головой. На плече он нес часть туши убитого им зверя. И поступь его стала надменной, а речь звучала дерзко.</p>
     <p>— Вы, мужчины, возьмите собак и нарты и ступайте по моему следу, — сказал он. — За день пути отсюда найдете много мяса на льду — медведицу и двух медвежат.</p>
     <p>Айкига была вне себя от радости, он же принял ее восторги, как настоящий мужчина, сказав:</p>
     <p>— Идем, Айкига, надо поесть. А потом я лягу спать, ведь я очень устал.</p>
     <p>И он вошел в иглу и сытно поел, после чего спал двадцать часов подряд.</p>
     <p>Сначала было много сомнений, много сомнений и споров. Выйти на полярного медведя — дело опасное, но трижды и три раза трижды опаснее — выйти на медведицу с медвежатами. Мужчины не могли поверить, что мальчик Киш один, совсем один, совершил такой великий подвиг. Но женщины рассказывали о свежем мясе только что убитого зверя, которое принес Киш, и это поколебало их недоверие. И вот, наконец, они отправились в путь, ворча, что если даже Киш и убил зверя, то, верно, он не позаботился освежевать его и разделать тушу. А на Севере это нужно делать сразу, как только зверь убит, — иначе мясо замерзнет так крепко, что его не возьмет даже самый острый нож; а взвалить мороженую тушу в триста фунтов на нарты и везти по неровному льду — дело нелегкое. Но, придя на место, они увидели то, чему не хотели верить: Киш не только убил медведей, но рассек туши на четыре части, как истый охотник, и удалил внутренности.</p>
     <p>Так было положено начало тайне Киша. Дни шли за днями, и тайна эта оставалась неразгаданной. Киш снова пошел на охоту и убил молодого, почти взрослого медведя, а в другой раз — огромного медведя-самца и его самку. Обычно он уходил на три-четыре дня, но бывало, что пропадал среди ледяных просторов и целую неделю. Он никого не хотел брать с собой, и народ только диву давался. «Как он это делает? — спрашивали охотники друг у друга. — Даже собаки не берет с собой, а ведь собака— большая подмога на охоте».</p>
     <p>— Почему ты охотишься только на медведя? — спросил его как-то Клош-Кван.</p>
     <p>И Киш сумел дать ему надлежащий ответ:</p>
     <p>— Кто же не знает, что только на медведе так много мяса.</p>
     <p>Но в поселке стали поговаривать о колдовстве.</p>
     <p>— Злые духи охотятся вместе с ним, — утверждали одни. — Поэтому его охота всегда удачна. Чем же иначе можно это объяснить, как не тем, что ему помогают злые духи?</p>
     <p>— Кто знает? А может, это не злые духи, а добрые? — говорили другие. — Ведь его отец был великим охотником. Может, он теперь охотится вместе с сыном и учит его терпению, ловкости и отваге. Кто знает!</p>
     <p>Так или не так, но Киша не покидала удача, и нередко менее искусным охотникам приходилось доставлять в поселок его добычу. И в дележе он был справедлив. Так же, как и отец его, он следил за тем, чтобы самый хилый старик и самая древняя старуха получали справедливую долю, а себе оставлял ровно столько, сколько нужно для пропитания. И Поэтому-то, и еще потому, что он был отважным охотником, на него стали смотреть с уважением и побаиваться его и начали говорить, что он должен стать вождем после смерти старого Клош-Квана. Теперь, когда он прославил себя такими подвигами, все ждали, что он снова появится в совете, но он не приходил, а им было стыдно позвать его.</p>
     <p>— Я хочу построить себе новую иглу, — сказал Киш однажды Клош-Квану и другим охотникам. — Это должна быть просторная иглу, чтобы Айкиге и мне было удобно в ней жить.</p>
     <p>— Так, — сказали те, с важностью кивая головой.</p>
     <p>— Но у меня нет на это времени. Мое дело — охота, и она отнимает все мое время. Было бы справедливо и правильно, чтобы мужчины и женщины, которые едят мясо, что я приношу, построили мне иглу.</p>
     <p>И они выстроили ему такую большую, просторную иглу, что она была больше и просторнее даже жилища самого Клош-Квана. Киш и его мать перебрались туда, и впервые после смерти Бока Айкига стала жить в довольстве. И не только одно довольство окружало Айкигу: она была матерью замечательного охотника, и на нее смотрели теперь, как на первую женщину в поселке, и другие женщины посещали ее, чтобы испросить у нее совета, и ссылались на ее мудрые слова в спорах друг с другом или со своими мужьями.</p>
     <p>Но больше всего занимала все умы тайна чудесной охоты Киша. И как-то раз Уг-Глук бросил Кишу в лицо обвинение в колдовстве.</p>
     <p>— Тебя обвиняют, — зловеще сказал Уг-Глук, — в сношениях со злыми духами; вот почему твоя охота удачна.</p>
     <p>— Разве вы едите плохое мясо? — спросил Киш. — Разве кто-нибудь в поселке заболел от него? Откуда ты можешь знать, что тут замешано колдовство? Или ты говоришь наугад — просто потому, что тебя душит зависть?</p>
     <p>И Уг-Глук ушел пристыженный, и женщины смеялись ему вслед. Но как-то вечером на совете после долгих споров было решено послать соглядатаев по следу Киша, когда он снова пойдет на медведя, и узнать его тайну. И вот Киш отправился на охоту, а Бим и Боун, два молодых, лучших в поселке охотника, пошли за ним по пятам, стараясь не попасться ему на глаза. Через пять дней они вернулись, дрожа от нетерпения, — так хотелось им поскорее рассказать то, что они видели. В жилище Клош-Квана был спешно созван совет, и Бим, тараща от изумления глаза, начал свой рассказ.</p>
     <p>— Братья! Как нам было приказано, мы шли по следу Киша. И уж так осторожно мы шли, что он ни разу не заметил нас. В середине первого дня пути он встретился с большим медведем-самцом, и это был очень, очень большой медведь…</p>
     <p>— Больше и не бывает, — перебил Боун и повел рассказ дальше. — Но медведь не хотел вступать в борьбу, он повернул назад и стал не спеша уходить по льду. Мы смотрели на него со скалы на берегу, а он шел в нашу сторону, и за ним, без всякого страха, шел Киш. И Киш кричал на медведя, осыпал его бранью, размахивал руками и поднимал очень большой шум. И тогда медведь рассердился, встал на задние лапы и зарычал. А Киш шел прямо на медведя…</p>
     <p>— Да, да, — подхватил Бим. — Киш шел прямо на медведя, и медведь бросился на него, и Киш побежал. Но когда Киш бежал, он уронил на лед маленький круглый шарик, и медведь остановился, обнюхал этот шарик и проглотил его. А Киш все бежал и все бросал маленькие круглые шарики, а медведь все глотал их.</p>
     <p>Тут поднялся крик, и все выразили сомнение, а Уг-Глук прямо заявил, что он не верит этим сказкам.</p>
     <p>— Собственными глазами видели мы это, — убеждал их Бим.</p>
     <p>— Да, да, собственными глазами, — подтвердил и Боун. — И так продолжалось долго, а потом медведь вдруг остановился, завыл от боли и начал, как бешеный, колотить передними лапами о лед. А Киш побежал дальше по льду и стал на безопасном расстоянии. Но медведю было не до Киша, потому что маленькие круглые шарики наделали у него внутри большую беду.</p>
     <p>— Да, большую беду, — перебил Бим. — Медведь царапал себя когтями и прыгал по льду, словно разыгравшийся щенок. Но только он не играл, а рычал и выл от боли, — и всякому было ясно, что это не игра, а боль. Ни разу в жизни я такого не видал.</p>
     <p>— Да, и я не видал, — опять вмешался Боун. — А какой это был огромный медведь!</p>
     <p>— Колдовство, — проронил Уг-Глук.</p>
     <p>— Не знаю, — отвечал Боун. — Я рассказываю только то, что видели мои глаза. Медведь был такой тяжелый и прыгал с такою силой, что скоро устал и ослабел, и тогда он пошел прочь вдоль берега и все мотал головой из стороны в сторону, а потом садился, и рычал, и выл от боли — и снова шел. А Киш тоже шел за медведем, а мы — за Кишем, и так мы шли весь день и еще три дня. Медведь все слабел и выл от боли.</p>
     <p>— Это колдовство! — воскликнул Уг-Глук. — Ясно, что это колдовство!</p>
     <p>— Все может быть.</p>
     <p>Но тут Бим опять сменил Боуна:</p>
     <p>— Медведь стал кружить. Он шел то в одну сторону, то в другую, то назад, то вперед, то по кругу и снова и снова пересекал свой след и, наконец, пришел к тому месту, где встретил его Киш. И тут он уже совсем ослабел и не мог даже ползти. И Киш подошел к нему и прикончил его копьем.</p>
     <p>— А потом? — спросил Клош-Кван.</p>
     <p>— Потом Киш принялся свежевать медведя, а мы побежали сюда, чтобы рассказать, как Киш охотится на зверя.</p>
     <p>К концу этого дня женщины притащили тушу медведя, в то время как мужчины собирали совет. Когда Киш вернулся, за ним послали гонца, приглашая его прийти тоже, но он велел сказать, что голоден и устал и что его иглу достаточно велика и удобна и может вместить много людей.</p>
     <p>И любопытство было так велико, что весь совет во главе с Клош-Кваном поднялся и направился в иглу Киша. Они застали его за едой, но он встретил их с почетом и усадил по старшинству. Айкига то горделиво выпрямлялась, то в смущении опускала глаза, но Киш был совершенно спокоен.</p>
     <p>Клош-Кван повторил рассказ Бима и Боуна и, закончив его, произнес строгим голосом:</p>
     <p>— Ты должен дать нам объяснение, о Киш. Расскажи, как ты охотишься. Нет ли здесь колдовства?</p>
     <p>Киш поднял на него глаза и улыбнулся.</p>
     <p>— Нет, о Клош-Кван! Не дело мальчика заниматься колдовством, и в колдовстве я ничего не смыслю. Я только придумал способ, как можно легко убить полярного медведя, вот и все. Это смекалка, а не колдовство.</p>
     <p>— И каждый может сделать это?</p>
     <p>— Каждый.</p>
     <p>Наступило долгое молчание.</p>
     <p>Мужчины глядели друг на друга, а Киш продолжал есть.</p>
     <p>— И ты… ты расскажешь нам, о Киш? — спросил наконец Клош-Кван дрожащим голосом.</p>
     <p>— Да, я расскажу тебе. — Киш кончил высасывать мозг из кости и поднялся с места. — Это очень просто. Смотри!</p>
     <p>Он взял узкую полоску китового уса и показал ее всем. Концы у нее были острые, как иглы. Киш стал осторожно скатывать ус, пока он не исчез у него в руке; тогда он внезапно разжал руку, — и ус сразу распрямился. Затем Киш взял кусок тюленьего жира.</p>
     <p>— Вот так, — сказал он. — Надо взять маленький кусочек тюленьего жира и сделать в нем ямку — вот так. Потом в ямку надо положить китовый ус — вот так, хорошенько его свернув, и закрыть его сверху другим кусочком жира. Потом это надо выставить на мороз, и когда жир замерзнет, получится маленький круглый шарик. Медведь проглотит шарик, жир растопится, острый китовый ус распрямится — медведю станет больно. А когда медведю станет очень больно, его легко убить копьем. Это совсем просто.</p>
     <p>И Уг-Глук воскликнул:</p>
     <p>— О!</p>
     <p>И Клош-Кван сказал:</p>
     <p>— А!</p>
     <p>И каждый сказал по-своему, и все поняли.</p>
     <p>Так кончается сказание о Кише, который жил давным-давно у самого Полярного моря. И потому, что Киш действовал смекалкой, а не колдовством, он из самой жалкой иглу поднялся высоко и стал вождем своего племени. И говорят, что, пока он жил, народ благоденствовал и не было ни одной вдовы, ни одного беззащитного старика, которые бы плакали ночью оттого, что у них нет мяса.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Неожиданное</p>
     </title>
     <p>Видеть явное, совершать обычное — что может быть проще? Жизнь современного человека тяготеет к застывшим формам, а развитие цивилизации усиливает это тяготение, и потому в жизни нашей преобладает обыденное, а неожиданное случается редко. Но вот неожиданное происходит. Иной раз оно переворачивает вверх дном всю жизнь, и тогда неприспособленные погибают. Они не видят того, что не явно, не умеют принимать внезапных решений и теряют голову, попадая в новую, непривычную колею. Словом, когда старая, накатанная колея их жизни обрывается, они гибнут.</p>
     <p>Но есть люди, которым удается выжить. Отдельные, лучше приспособленные личности могут избежать гибели, когда сила обстоятельств вырывает их из круга явного и привычного, принуждая ступить на новый, неизвестный путь.</p>
     <p>Так было с Эдит Уитлси. Она родилась в Англии, в сельской местности, где жизнь течет по исстари заведенному порядку, а все неожиданное так неожиданно и необычайно, что почитается безнравственным. Она рано пошла в услужение и, все по тому же исстари заведенному порядку, еще совсем молоденькой девушкой попала в горничные к одной важной даме.</p>
     <p>Развитие цивилизации приводит к тому, что наша жизнь, подчиняясь установленным законам, в своем однообразии уподобляется работе машины. Все нежелательное изгоняется, все неизбежное заранее предусмотрено. Мы даже не мокнем под дождем, не мерзнем в мороз, и смерть — чудовищная, нежданная гостья — уже не подстерегает нас за каждым углом: она превращена теперь в пышный, хорошо слаженный спектакль, который заканчивается в фамильном склепе, где даже дверные петли заботливо смазаны маслом во избежание ржавчины, а воздух регулярно проветривается, дабы на мрамор не оседала пыль.</p>
     <p>Такая жизнь окружала Эдит Уитлси. Событий не было. Ведь едва ли можно назвать событием то, что, когда Эдит уже минуло двадцать пять лет, ей пришлось сопровождать свою хозяйку в путешествие по Соединенным Штатам. Привычная колея жизни просто слегка изменила направление. Колея была все та же — гладкая, хорошо укатанная. Следуя этой колее, Эдит и ее хозяйка без малейших происшествий пересекли Атлантический океан на пароходе, который отнюдь не был суденышком, затерянным в морской пучине, а скорее многоэтажным отелем, покойно и быстро продвигавшимся вперед, подминая под свой гигантский корпус волны усмиренной стихии, похожей в своей унылой покорности на мельничную запруду. И на суше, по ту сторону океана, пролегала все та же колея — очень респектабельная, хорошо оборудованная, снабженная отелями на каждой остановке и отелями на колесах в промежутках между остановками.</p>
     <p>В Чикаго, пока ее госпожа знакомилась с одной стороной жизни, Эдит знакомилась с другой, и, пожалуй, здесь она впервые обнаружила способность вступать в единоборство с неожиданным и выходить из этой борьбы победительницей. Покинув службу у своей госпожи, Эдит Уитлси стала Эдит Нелсон. Ганс Нелсон, эмигрант, швед по рождению и плотник по профессии, носил в душе то вечное беспокойство, которое гонит многих на поиски приключений. Это был крепкий, мускулистый человек. Недостаток воображения сочетался у него с колоссальной предприимчивостью, а сила его любви и преданности была под стать его физической силе.</p>
     <p>— Поработаю как следует, поднакоплю деньжат и поеду в Колорадо, — сказал он Эдит на другой день после свадьбы. А год спустя они были в Колорадо, где Ганс Нелсон впервые увидел золотой прииск и пал жертвой золотой лихорадки. В погоне за золотом он пересек Южную и Северную Дакоту, Айдахо и Восточный Орегон и добрался до горных вершин Британской Колумбии. В пути и на привале Эдит Нелсон всегда была возле мужа, деля с ним его удачи, его лишения, его труд. Семенящую походку горожанки она сменила на свободный, широкий шаг жительницы гор. Она научилась смело смотреть опасности в глаза, избавившись навсегда от того панического страха, который порождается непониманием обстановки и превращает жителей городов в стадо глупых баранов, цепенеющих от ужаса и покорно ждущих своей судьбы или спасающихся бегством, давя друг друга и устилая путь трупами.</p>
     <p>Эдит Нелсон сталкивалась с неожиданным на каждом повороте дороги, и взор ее привык различать впереди не только явное, но и скрытое. Эта женщина, никогда прежде не занимавшаяся стряпней, научилась ставить тесто без малейшей примеси дрожжей, солода или хмеля и выпекать хлеб на обыкновенной сковороде над костром. Когда же они съедали последний кусок сала и последнюю чашку муки, Эдит Нелсон и тут не теряла головы: из старых мокасин и обрывков сыромятной кожи она ухитрялась готовить некое подобие пищи, помогавшее им кое-как волочить ноги и поддерживать душу в теле. Она научилась не хуже мужчины навьючивать лошадь (задача, кстати сказать, непосильная для горожанина) и знала, каким узлом следует вязать ту или иную кладь. Она умела развести костер из сырых сучьев под проливным дождем, ни на минуту не потеряв при этом присутствия духа. Словом, Эдит Нелсон научилась с честью выходить из самых неожиданных положений. Но Великое Неожиданное еще ждало ее впереди, и ей предстояло помериться с ним силами.</p>
     <p>Поток искателей золота устремлялся на север, в Аляску. И, как следовало ожидать, Ганс Нелсон и его жена попали в этот водоворот и очутились в Клондайке, Осень 1897 года застала их в Дайе, но у них не было денег, чтобы переправить снаряжение через Чилкутский перевал и спуститься вниз по реке к Доусону. Тогда Ганс Нелсон вернулся к своей прежней профессии и немало содействовал возведению золотоискательского поселка Скагуэй, словно из-под земли выросшего вдруг на пустом месте.</p>
     <p>Ганс Нелсон застрял на самом краю земли обетованной, и всю зиму просторы Аляски манили его к себе. Бухта Лэтуйя манила особенно непреодолимо, и летом 1898 года супруги Нелсон уже пробирались вдоль извилистого берега в длинном сивашском каноэ. Кроме них, в лодке было трое белых и несколько индейцев. Индейцы высадили их на берег в уединенном заливе, в сотне миль от бухты Лэтуйи, выгрузили снаряжение И возвратились в Скагуэй, но трое мужчин остались с Нелсонами, так как все они были теперь членами одной золотоискательской партии. Каждый в равной доле участвовал в расходах, и добычу решено было поделить поровну. Эдит Нелсон исполняла обязанности поварихи и могла принять участие в дележе наравне с мужчинами.</p>
     <p>Для начала нарубили елей и построили хижину, перегородив ее на три комнаты. Вести хозяйство должна была Эдит Нелсон. Мужчины должны были искать золото, что они и делали, и находить его, что они тоже делали. Впрочем, добыча оказалась не так уж велика: они напали на небольшую россыпь, и день упорного тяжелого труда приносил каждому от пятнадцати до двадцати долларов. Короткое лето Аляски длилось в этом году дольше обычного, и золотоискатели все откладывали свое возвращение в Скагуэй, а потом возвращаться было уже поздно. Сначала они договорились с индейцами, которые каждую осень отправлялись вдоль побережья со своими товарами. Сиваши ждали белых людей до последней минуты, а потом уплыли одни. Теперь не оставалось ничего другого, как снова ждать подходящего случая. Тем временем прииск был выработан и сделан запас дров на зиму.</p>
     <p>Бабье лето все длилось и длилось, а затем под вой и свист метели на Аляску ворвалась зима. Она подкралась однажды ночью, а когда поутру золотоискатели проснулись, за окнами завывал ветер, мела поземка и в лужах замерзла вода. Буран сменялся бураном, а в промежутках между ними воцарялась тишина, нарушавшаяся лишь шумом прибоя на пустынном берегу, где кромкой белого инея оседала на песок морская соль.</p>
     <p>В хижине дела шли неплохо. Золота нарыто было на восемь тысяч долларов, и старателям не приходилось жаловаться. Мужчины соорудили себе лыжи, ходили на охоту и пополняли запасы кладовой свежим мясом, а вечера коротали за нескончаемыми партиями в вист или в педро.</p>
     <p>Когда работы на прииске прекратились, Эдит Нелсон возложила топку печей и мытье посуды на мужчин, а сама штопала им носки и латала одежду.</p>
     <p>В маленькой хижине не слышно было ни ссор, ни мелочных пререканий, ни жалоб, и обитатели ее нередко говорили друг другу, что им повезло. Ганс Нелсон был человек добродушный и покладистый, а Эдит с первого дня их знакомства неизменно вызывала в нем восторг своим умением уживаться с людьми. Харки, худой, долговязый техасец, отличался удивительной незлобивостью, несмотря на свой замкнутый и молчаливый характер. Он свято верил в то, что золото под землей непрерывно растет, и, пока никто не пытался этого оспаривать, вел себя вполне сносно. Четвертый обитатель хижины, Майкл Деннин, своим ирландским юмором немало способствовал всеобщей бодрости и веселью. Это был рослый детина, могучего сложения, склонный к внезапным вспышкам гнева по самому пустячному поводу, но никогда не терявший присутствия духа в тяжелую минуту. Пятый, и последний, Дэтчи, был, как говорится, душой общества. Он охотно позволял над собой подтрунивать и готов был на все, лишь бы повеселить компанию. Казалось, целью своей жизни он поставил смешить людей. Ни одна сколько-нибудь серьезная размолвка не омрачала мира, царившего в хижине. За недолгое северное лето каждый из золотоискателей сделался обладателем тысячи шестисот долларов, и чувство довольства и благополучия не покидало их.</p>
     <p>А затем пришло Неожиданное. Они только что сели завтракать. Было уже восемь часов (с прекращением работ на прииске к завтраку стали собираться позднее), но на столе еще горела свеча, вставленная в горлышко бутылки. Эдит и Ганс сидели друг против друга. Между ними, спиной к двери, поместились Харки и Дэтчи. Место напротив было свободно. Деннин еще не пришел, Ганс Нелсон взглянул на пустой стул, покачал головой и сказал, неуклюже пытаясь сострить:</p>
     <p>— Деннин, как всегда, первый за столом! Странно, уж не хворь ли какая напала на беднягу?</p>
     <p>— Где Майкл? — спросила Эдит.</p>
     <p>— Поднялся ни свет ни заря и ушел куда-то, — ответил Харки.</p>
     <p>На лице Дэтчи заиграла лукавая улыбка. Он старался показать, что ему известно, почему Деннина нет за столом, а когда у него потребовали объяснения, напустил на себя таинственный вид. Эдит заглянула к мужчинам в спальню и вернулась. Ганс вопросительно посмотрел на нее. Она покачала головой.</p>
     <p>— Он еще никогда не опаздывал к столу, — заметила она.</p>
     <p>— Ничего не понимаю, — сказал Ганс. — У него всегда был волчий аппетит.</p>
     <p>— Беда, беда! — сказал Дэтчи, сокрушенно покачивая головой.</p>
     <p>Отсутствие товарища уже начинало их забавлять.</p>
     <p>— Вот ведь несчастье! — не унимался Дэтчи.</p>
     <p>— Что такое? — спросили все хором.</p>
     <p>— Бедный Майкл! — послышался в ответ унылый возглас.</p>
     <p>— Да что с ним стряслось? — спросил Харки.</p>
     <p>— Бедный Майкл забыл, что такое голод, — причитал Дэтчи. — Он растерял весь свой аппетит. Жратва его теперь не интересует.</p>
     <p>— Ну, глядя на него, этого не скажешь: уплетает так, что за ушами трещит, — заметил Харки.</p>
     <p>— Ах, это просто из вежливости, чтобы не обидеть миссис Нелсон, — тотчас возразил Дэтчи. — Уж будьте покойны, я-то знаю… Нет, это ужасно! Почему его нет за столом? Потому что он ушел. А куда он ушел? Нагуливать аппетит. А как он нагуливает аппетит? Бегает босиком по снегу. Будто я не знаю! Все богачи бегают босиком по снегу, когда хотят поймать аппетит, которого и след простыл. У Майкла тысяча шестьсот долларов, он стал богачом. И у него пропал аппетит. Вот он и бросился за ним в погоню. Откройте только дверь, и вы увидите на снегу следы его босых ног. А вот аппетита вы не увидите. В том-то все и горе. Но когда Майкл догонит аппетит, он схватит его в охапку и придет завтракать.</p>
     <p>Все хохотали, слушая болтовню Дэтчи. Смех еще не замер, как отворилась дверь и вошел Деннин. В руке он держал двустволку. Все уставились на него, а он поднял ее к плечу и выстрелил два раза подряд. При первом выстреле Дэтчи ткнулся головой в стол, опрокинув кружку с кофе и окунув желтую копну волос в тарелку с кашей; лбом он прижал к столу край тарелки, и она поднялась торчком под углом в сорок пять градусов. Когда грянул второй выстрел, Харки уже успел вскочить на ноги. Он рухнул на пол ничком, прохрипел: «О господи!» — и затих.</p>
     <p>Так пришло неожиданное. Ганс и Эдит оцепенели. Они словно приросли к своим стульям и, как завороженные, смотрели на убийцу. Он был плохо виден сквозь дым, наполнивший комнату. И в воцарившейся тишине слышно было только, как стекает на пол кофе из опрокинутой кружки. Деннин открыл затвор и выбросил пустые гильзы; одной рукой держа двустволку, он сунул другую в карман за патронами.</p>
     <p>Он уже вкладывал их в ствол, когда Эдит Нелсон пришла в себя. Ясно было, что Деннин намеревался теперь пристрелить ее и Ганса. В такую чудовищную, непостижимую форму облеклось на этот раз неожиданное, что на несколько секунд оно совсем ошеломило Эдит, парализовало ее волю. Но она тут же очнулась и вступила с ним в борьбу. Да, она вступила в борьбу с неожиданным, прыгнув, как кошка, на убийцу и вцепившись обеими руками ему в ворот. Она столкнулась с убийцей грудь с грудью, и под тяжестью ее тела он невольно попятился назад. Не выпуская ружья из рук, он старался стряхнуть ее с себя. Но это было нелегко. Ее крепкое, мускулистое тело обрело кошачью цепкость. Перевесившись всей тяжестью на один бок, она сильным рывком чуть не повалила Деннина на пол. Но он выпрямился и бешено рванулся в другую сторону, увлекая за собой Эдит. Ее ноги отделились от пола и описали в воздухе дугу, но она крепко держалась за его ворот и не разжимала пальцев. С размаху налетев на стул, она упала, повалила на себя Деннина, и, вцепившись друг в друга, они покатились по полу.</p>
     <p>Ганс Нелсон вступил в борьбу с неожиданным на полсекунды позже жены. Его организм был менее восприимчив, его мозг и нервы реагировали медленнее, и прошло лишних полсекунды, прежде чем он осознал все, что произошло, принял решение и начал действовать. Эдит уже кинулась на Деннина и вцепилась ему в горло, когда Ганс вскочил со стула. У него не было ее холодной решимости; он не владел собой от бешенства, от слепой, звериной ярости. Вскочив на ноги, он издал какой-то странный звук — не то рев, не то рычание. Деннин уже рванул Эдит в сторону, когда Ганс все с тем же диким рычанием двинулся к ним и настиг их в ту минуту, когда они повалились на пол.</p>
     <p>Ганс бросился на упавшего Деннина и бешено замолотил по нему кулаками. Он бил и бил, словно молотом по наковальне, и когда Эдит почувствовала, что тело Деннина обмякло, она разжала пальцы и отползла в сторону. Она лежала на полу, тяжело дыша, и наблюдала за дракой. Град ударов продолжал обрушиваться на Деннина, но тот, казалось, не замечал их. Он даже не шевелился. Наконец, Эдит поняла, что Деннин потерял сознание. Она крикнула Гансу: «Перестань!» Крикнула еще раз, но Ганс не слышал. Тогда она схватила его за руку, но он и тут не обратил на нее внимания.</p>
     <p>То, что сделала затем Эдит Нелсон, не было продиктовано рассудком. Ею руководили не жалость, не покорность заповеди «Не убий». Безотчетное стремление к законности, этика расы, вкоренившаяся с детских лет, — вот что побудило Эдит Нелсон броситься между мужем и Деннином и прикрыть своим телом беззащитное тело убийцы. Не сразу осознал Ганс Нелсон, что бьет свою жену; наконец, удары прекратились. Эдит оттолкнула Ганса от Деннина, и он подчинился ей, как свирепый, но послушный пес подчиняется хозяину, когда тот гонит его прочь. Да, Ганс Нелсон был похож на цепного пса: ярость, клокотавшая в нем, звериным рычанием вырывалась из горла, и он снова и снова делал попытку броситься на свою жертву. Но всякий раз Эдит быстро заслоняла Деннина собственным телом. Все дальше и дальше отталкивала она Ганса от Деннина. Еще никогда не видала Эдит своего мужа в таком состоянии. Он внушал ей страх. Даже Деннин в разгар их схватки не был ей так страшен. Она не могла поверить, что это взбесившееся существо — ее муж, Ганс, и содрогнулась, почувствовав безотчетный ужас перед ним, словно это был дикий зверь, каждую минуту готовый вцепиться ей в руку.</p>
     <p>С минуту Ганс еще колебался — он то порывался вперед, одержимый упрямым стремлением снова броситься на свою жертву, то отступал, боясь ударить жену. Но она так же упрямо преграждала ему путь, пока, наконец, к нему не вернулся рассудок, заставив его смириться.</p>
     <p>Они поднялись на ноги. Ганс, шатаясь, попятился назад и прислонился к стене; по лицу его пробежала судорога, глухое рычание, клокотавшее в горле, понемногу стихло. Наступила реакция. Эдит стояла посреди комнаты, ломая руки, прерывисто дыша и всхлипывая; ее трясло, как в лихорадке.</p>
     <p>Ганс тупо уставился в одну точку, но глаза Эдит дико блуждали по комнате, словно стремясь запечатлеть все подробности. Деннин лежал неподвижно. Стул, отброшенный в сторону в этой неистовой свалке, лежал рядом с ним. Из-под тела Деннина наполовину высовывалась двустволка. Два патрона, которые он не успел вложить в ствол и сжимал в руке, пока не потерял сознания, валялись на полу. Харки лежал ничком там, где его сразила пуля, а Дэтчи по-прежнему сидел, склонившись головой на стол, окунув копну волос в тарелку с кашей. Эта стоявшая торчком тарелка приковала к себе внимание Эдит. Почему она не падает? Какая нелепость! Если убили человека, это еще не значит, что тарелка с кашей должна стоять торчком!</p>
     <p>Эдит обернулась к Деннину, но ее взгляд снова невольно возвратился к тарелке. В самом деле, это просто нелепо! Эдит вдруг почувствовала непреодолимое желание рассмеяться. Затем она ощутила тишину, царившую в комнате, и забыла о тарелке. Теперь ей хотелось только одного: чтобы эта томительная тишина чем-то разрядилась. Пролитое кофе стекало со стола на пол, и монотонный стук капель еще сильней подчеркивал тишину. Почему Ганс молчит? Почему он ничего не делает? Она взглянула на него, хотела что-то сказать, но язык ей не повиновался, горло у нее как-то странно болело, во рту пересохло. Она молча смотрела на Ганса, а Ганс смотрел на нее.</p>
     <p>Внезапно резкий металлический звон всколыхнул тишину. Эдит вскрикнула и метнула взгляд на стол. Тарелка упала. Ганс глубоко вздохнул, словно пробуждаясь от сна. Звон упавшей тарелки вернул их к жизни в новом, незнакомом им мире. Здесь, в стенах хижины, родился этот новый мир, в котором им предстояло отныне жить и действовать. Старый мир исчез безвозвратно. Впереди все было ново, полно неизвестности. Неожиданное сместило перспективу, обесценило ценности и, озарив все своим колдовским светом, смешало реальное с нереальным, сплетя их в странный, путаный клубок.</p>
     <p>— О господи, Ганс! — вымолвила, наконец, Эдит.</p>
     <p>Ганс молча уставился на нее широко раскрытыми, полными ужаса глазами. Медленно обвел он взглядом комнату, словно видел все это впервые, затем надел шапку и направился к двери.</p>
     <p>— Куда ты? — спросила Эдит, охваченная страхом.</p>
     <p>Он уже взялся за дверную скобу и ответил, стоя к жене вполуоборота:</p>
     <p>— Рыть могилы.</p>
     <p>— Не оставляй меня, Ганс, одну… — ее взгляд обежал комнату, — с этим…</p>
     <p>— Рано или поздно все равно придется рыть, — ответил он.</p>
     <p>— Но ты же не знаешь, сколько могил, — возразила она, чуть не плача, и, заметив, что он колеблется, добавила: — А потом мы пойдем вместе, и я помогу тебе.</p>
     <p>Ганс подошел к столу и машинально снял со свечи нагар. Затем они вдвоем произвели осмотр. Дэтчи и Харки оба были убиты наповал, и вид их был ужасен, так как убийца стрелял почти в упор. К Деннину Ганс отказался притронуться, и Эдит пришлось подойти к нему самой.</p>
     <p>— Он жив, — сказала она Гансу.</p>
     <p>Тот подошел и заглянул убийце в лицо.</p>
     <p>— Что ты говоришь? — спросила Эдит, уловив какое-то нечленораздельное бормотание.</p>
     <p>— Будь я трижды проклят, что не прикончил его, — последовал ответ.</p>
     <p>Эдит, опустившись на колени, склонилась над телом Деннина.</p>
     <p>— Отойди от него! — сказал вдруг Ганс хриплым, странно изменившимся голосом.</p>
     <p>Она быстро, тревожно взглянула на мужа. Подняв двустволку, брошенную Деннином, он вкладывал в нее патроны.</p>
     <p>— Что ты хочешь делать? — закричала Эдит, вскочив на ноги.</p>
     <p>Ганс молчал, но она увидела, что он поднимает ружье к плечу, и, быстро ухватившись рукой за ствол, толкнула его вверх.</p>
     <p>— Оставь! — хрипло крикнул Ганс.</p>
     <p>Он старался вырвать у нее двустволку, но она подошла ближе и обхватила его руками.</p>
     <p>— Ганс, Ганс, очнись! — молила Эдит. — Ты сошел с ума, Ганс!</p>
     <p>— Он убил Дэтчи и Харки, — последовал ответ, — и я убью его.</p>
     <p>— Но так нельзя, — запротестовала она. — На это есть закон.</p>
     <p>Ганс только презрительно скривил губы в ответ, словно говоря: «Закон? В этой глуши?», — и снова повторил тупо, упрямо:</p>
     <p>— Он убил Дэтчи и Харки.</p>
     <p>Жена старалась убедить его, но на все ее доводы Ганс твердил одно:</p>
     <p>— Он убил Дэтчи и Харки.</p>
     <p>Но Эдит не могла побороть в себе того, что внушалось ей с детства, что она впитала с молоком матери. Уважение к закону было у нее в крови, и она должна была поступить так, как велит закон. Она не понимала, как можно поступить иначе. Ганс, пытавшийся подменить собой закон, становился в ее глазах таким же преступником, как Деннин.</p>
     <p>— Зло за зло — не будет добра, — убеждала она его. — Есть только один способ покарать Деннина — передать его в руки правосудия.</p>
     <p>Наконец, Ганс уступил.</p>
     <p>— Ладно, — сказал он. — Делай, как знаешь. А завтра он убьет нас обоих, вот увидишь.</p>
     <p>Она покачала головой и потянулась за двустволкой. Ганс уже хотел было отдать ей ружье, но заколебался.</p>
     <p>— Дай-ка я лучше пристрелю его, — взмолился он.</p>
     <p>Но Эдит снова покачала головой, и он снова протянул ей ружье. В эту минуту дверь отворилась, и в хижину, не постучав, вошел индеец. Порыв ветра и снежный вихрь ворвались вместе с ним; Эдит и Ганс обернулись. Ганс еще сжимал в руке двустволку. Картина, представшая глазам незваного гостя, ничуть его не смутила. Одним быстрым взглядом он окинул трупы Харки и Дэтчи и бесчувственное тело Деннина. Ни удивления, ни любопытства не отразилось на его лице. Труп Харки преграждал ему дорогу, но он, казалось, не замечал этого. Лицо его оставалось бесстрастным, словно не было никакого трупа.</p>
     <p>— Большой ветер, — сказал индеец в виде приветствия. — Дела хорошо? Все хорошо?</p>
     <p>Ганс, все еще сжимавший в руке двустволку, понял, что индеец, глядя на эти изуродованные трупы, считает его убийцей, и с мольбой посмотрел на жену.</p>
     <p>— Здравствуй, Негук, — с усилием проговорила Эдит, и голос ее дрогнул. — Нет, не очень хорошо. Большая беда.</p>
     <p>— До свидания, я пойду. Очень спешу, — сказал индеец и, не проявляя никаких признаков поспешности, аккуратно перешагнул через кровавую лужу, растекшуюся по полу, отворил дверь и вышел.</p>
     <p>Ганс и Эдит взглянули друг на друга.</p>
     <p>— Он думает, что это мы. сделали, — задыхаясь, проговорил Ганс. — Что это я сделал.</p>
     <p>Эдит промолчала, потом сказала кратко, деловито:</p>
     <p>— Пусть думает, что хочет. Об этом потом. Сейчас надо вырыть могилы. Но прежде нужно связать Деннина, чтобы он не убежал.</p>
     <p>Но Ганс не желал прикасаться к Деннину, и Эдит сама крепко-накрепко скрутила его по рукам и ногам и затем вышла вместе с Гансом на бесконечный снежный простор.</p>
     <p>Земля промерзла, она не поддавалась ударам кирки. Тогда они набрали сучьев, разгребли снег и разожгли костер.</p>
     <p>Целый час жгли они костер, и, наконец, земля оттаяла на несколько дюймов. Они вырыли в этом месте яму и снова разложили костер. Так, понемногу они углублялись в землю — не больше чем на два-три дюйма в час.</p>
     <p>Это была тяжелая, мучительная работа. Снежный вихрь мешал костру разгореться, а ветер, забираясь под одежду, леденил тело. Они работали молча. Ветер не давал им открыть рта. Они перекинулись всего двумя-тремя. словами, пытаясь разгадать, что могло толкнуть Деннина на преступление, и умолкли, подавленные ужасом свершившегося. В полдень, взглянув в сторону хижины, Ганс заявил, что он голоден.</p>
     <p>— Нет, нет, подожди, Ганс, — умоляюще сказала Эдит. — Я не могу идти домой одна и стряпать обед, пока они все там.</p>
     <p>В два часа Ганс предложил пойти вместе с ней, но она заставила его еще поработать, и к четырем часам могилы были готовы. Две неглубокие ямы, не глубже двух футов, но Они годились на то, чтобы зарыть в них трупы. Спустилась ночь. Ганс взял нарты, и два мертвеца отправились в путь сквозь ночь и метель на свое ледяное кладбище. Похоронная процессия не отличалась пышностью. Нарты глубоко увязали в сугробах, и тащить их было нелегко. Ганс и Эдит со вчерашнего дня ничего не ели и теперь, измученные, голодные, едва держались на ногах. У них не было сил противиться порывам ветра, и порой он совсем сбивал их с ног. На сугробах нарты опрокидывались, и каждый раз им приходилось заново нагружать на них свою страшную кладь. Последние сто футов нужно было взбираться по крутому откосу, и они ползли на четвереньках, как собаки, глубоко зарываясь руками в рыхлый снег. Но тяжелый груз тянул их назад, и, скользя и падая, они дважды слетали под откос; постромки и нарты, живые и мертвецы — все сплеталось в один страшный клубок.</p>
     <p>— Завтра я поставлю здесь столбы и прибью дощечки с именами, — сказал Ганс, когда они засыпали могилы.</p>
     <p>Эдит рыдала, она едва нашла в себе силы пробормотать срывающимся голосом слова молитвы, и весь обратный путь Ганс почти нес ее на руках.</p>
     <p>Деннин очнулся. Он катался по полу, тщетно стараясь освободиться от своих пут. Когда Ганс и Эдит вошли, он окинул их горящим взглядом, но не произнес ни слова. Ганс снова заявил, что не желает прикасаться к убийце, и угрюмо наблюдал, как Эдит волоком тащила его в другую комнату. Но как она ни старалась, у нее не хватило сил поднять его с пола на койку.</p>
     <p>— Дай-ка я пристрелю его, и дело с концом, — сказал Ганс, последний раз делая попытку уговорить ее.</p>
     <p>Но Эдит покачала головой и снова наклонилась над Деннином. К ее удивлению, тело легко отделилось от пола, и она поняла, что Ганс сдался и пришел ей на помощь. Затем они начали убирать кухню. Но кровавые пятна на полу продолжали кричать о свершившейся трагедии, и Ганс взял рубанок и выстругал пол, а стружки сжег в печке.</p>
     <p>Дни шли за днями — во мраке и тишине, нарушавшейся только шумом прибоя на обледеневшем берегу. Ганс во всем слушался Эдит. Вся его великолепная предприимчивость исчезла. Эдит взяла судьбу Деннина в свои руки, и Ганс не желал больше ни во что вмешиваться.</p>
     <p>Убийца был для них постоянной угрозой. Каждую минуту он мог освободиться от своих уз, и они ни днем, ни ночью не спускали с него глаз. Один из них всегда сидел возле его койки с заряженной двустволкой в руках. Сначала Эдит установила восьмичасовые дежурства, но такое напряжение оказалось им не под силу, и в конце концов они стали сменять друг друга каждые четыре часа. Дежурства эти не прекращались круглые сутки, а ведь нужно было готовить пищу, приносить дрова… Все их время уходило на то, чтобы караулить Деннина.</p>
     <p>После столь неудачного посещения Негука индейцы старались обходить хижину. Эдит послала к ним Ганса: она хотела, чтобы индейцы отвезли Деннина в каноэ до ближайшего белого поселения или фактории. Но Ганс вернулся ни с чем. Тогда Эдит сама пошла к Негуку. Негук — глава этого маленького сивашского поселка, преисполненный чувства ответственности за судьбу своих сограждан, — веско и немногословно изложил Эдит свою точку зрения.</p>
     <p>— У белых людей случилась беда, — сказал он. — У сивашей не случилось беды. Мой народ поможет твоему народу — и к моему народу придет беда. Когда беда белых и беда сивашей сойдутся вместе и станут одной бедой— тогда будет большая беда, такая большая, что и сказать нельзя, и ей не будет конца. Хуже нет такой беды. Мой народ не делал зла. Зачем же станет он помогать твоему народу и приводить к себе беду?</p>
     <p>И Эдит Нелсон вернулась ни с чем в свою страшную хижину, вернулась к нескончаемым четырехчасовым бдениям. Случалось, что во время очередного дежурства, когда она сидела напротив узника, положив заряженную двустволку на колени, глаза у нее начинали слипаться и ее одолевала дремота. И всякий раз она просыпалась, словно от толчка, и судорожно хваталась за ружье, бросая испуганный взгляд на убийцу. Эти внезапные пробуждения тяжело сказывались на ее нервах и не сулили ничего хорошего. Но даже в тех случаях, когда Эдит не спала, стоило только Деннину заворочаться под одеялом, как она невольно вздрагивала и хваталась за ружье, — так велик был ее страх перед убийцей.</p>
     <p>Ее нервы могли сдать в любую минуту, и она это понимала. Началось с подергивания глазных яблок: только закрыв глаза, могла она унять это подергивание. Затем появилось непроизвольное мигание, и с этим уже ничего нельзя было поделать. А больше всего Эдит мучило то, что она не могла забыть о случившемся. Казалось, время ни на йоту не отодвинуло от нее то страшное утро, когда неожиданное ворвалось в хижину и перевернуло всю их жизнь. Вынужденная изо дня в день заботиться об убийце, она стискивала зубы и страшным усилием воли держала себя в узде.</p>
     <p>С Гансом было иначе. Им владела одна навязчивая мысль: Деннина надо убить. И всякий раз, когда он кормил пленника или дежурил около него, Эдит терзалась страхом, что Ганс пополнит кровавый список еще одной жертвой. Ганс все время проклинал Деннина и был с ним очень груб. Он старался скрыть овладевшую им манию убийства и порой говорил жене:</p>
     <p>— Вот погоди, сама еще станешь просить, чтобы я прикончил его, да уж я тогда не захочу руки марать.</p>
     <p>Однако не раз, сменившись с дежурства, Эдит тайком подкрадывалась к двери и видела, что двое мужчин, как дикие звери, пожирают друг друга глазами, и на лице Ганса она читала жажду крови, а на лице Деннина — ярость и отчаяние затравленного животного.</p>
     <p>— Ганс! — окликала она его. — Очнись!</p>
     <p>Вздрогнув, он приходил в себя, и в его взгляде мелькало смущение и испуг, но не раскаяние.</p>
     <p>Так Ганс стал частью задачи, которую поставило перед Эдит Нелсон неожиданное. Сначала эта задача заключалась только в том, чтобы поступить с убийцей по закону, а для Эдит это означало, что Деннин должен оставаться их пленником до тех пор, пока они не отдадут его в руки властей для предания суду. Но теперь приходилось думать и о Гансе, — Эдит видела, что на карту поставлен его рассудок и спасение его души. К тому же вскоре ей стало ясно, что и она сама — ее силы, ее выносливость — становится частью задачи. Напряжение было слишком велико. Руки ее начали непроизвольно подергиваться и дрожать, она не могла донести ложку до рта, не расплескав супа, а левая рука совсем отказывалась служить. Эдит боялась, уж не начинается ли у нее нечто вроде пляски святого Витта. Со страхом думала она о том, что скоро превратится в калеку. Что, если она не выдержит? И замирала от ужаса, рисуя себе страшную картину: Ганса и Деннина одних в хижине.</p>
     <p>Деннин заговорил на четвертый день.</p>
     <p>— Что вы хотите со мной делать? — спросил он и повторял этот вопрос изо дня в день.</p>
     <p>Всякий раз Эдит отвечала, что с ним будет поступлено по закону, и, в свою очередь, спрашивала его:</p>
     <p>— Зачем ты это сделал? — но не могла добиться ответа. Этот вопрос неизменно вызывал у Деннина приступ бешенства, и он начинал биться и метаться на койке, стараясь порвать ремни, которыми был связан. При этом он грозил Эдит, обещая расправиться с ней, как только ему удастся освободиться… а рано или поздно он это сделает. В такие минуты Эдит взводила оба курка двустволки, готовясь уложить его на месте, если он порвет путы, а сама вся дрожала от напряжения и страха, чувствуя, как кружится у нее голова и тошнота подступает к горлу.</p>
     <p>Но мало-помалу Деннин сделался более сговорчивым. Видимо, он устал лежать без движения день за днем. Он начал просить Эдит, молить ее, чтобы она его освободила, давал ей самые дикие клятвы. Он не тронет ни ее, ни Ганса, сам отправится пешком по побережью и отдаст себя в руки властей. Свое золото он оставит Гансу и Эдит, уйдет один в ледяную пустыню, и никто никогда его больше не увидит. Он даже готов покончить с собой— пусть только она освободит ему руки. Эти мольбы обычно переходили в бессвязное бормотание, в бред. Эдит всякий раз казалось, что у него начинается нервный припадок, но она только качала головой, отказываясь дать ему свободу, о которой он с таким неистовством и страстью ее молил.</p>
     <p>Однако проходили недели, и Деннин понемногу смирялся. Усталость делала свое дело.</p>
     <p>— Ох, как я устал, как я устал! — бормотал он и метался по подушке, словно капризный ребенок. Минула еще неделя, и Деннин, как одержимый, начал молить о смерти.</p>
     <p>— Пристрели меня, — взывал он к Эдит или заклинал Ганса положить конец его мучениям, говоря, что жаждет только одного — покоя.</p>
     <p>Напряжение становилось невыносимым. Нервы Эдит были натянуты, как струна, и каждую минуту она ждала катастрофы. Она не могла отдохнуть, постоянно мучимая страхом, что Ганс поддастся своей мании и, улучив момент, когда она будет спать, убьет Деннина. Наступил уже январь, но они знали, что пройдет еще не один месяц, прежде чем какая-нибудь торговая шхуна заглянет к ним в залив. Тем временем провизия подходила к концу, — ведь они никак не думали, что придется зимовать в хижине, — а Ганс не мог даже пополнить запасов охотой. Они были прикованы к дому, день и ночь сторожа своего пленника.</p>
     <p>Необходимо было на что-то решиться, и Эдит это понимала. Она заставила себя заново пересмотреть стоявшую перед ней задачу, но не могла поколебать в себе уважение к закону, унаследованное от предков, не могла отказаться от понятий, в которых была воспитана, которые были у нее в крови. Так или иначе, надо поступить по закону. И в долгие бессонные ночи, сидя с двустволкой на коленях рядом с беспокойно мечущимся Деннином и прислушиваясь к вою метели за окном, Эдит размышляла над социологическими проблемами и создала свою собственную теорию эволюции закона. Она пришла к выводу, что закон есть не что иное, как выражение воли той или другой группы людей. Как велика эта группа, не имело значения. Есть маленькие группы, как, например, Швейцария, рассуждала Эдит, и большие, как Соединенные Штаты. Пусть даже группа совсем маленькая — это ничего не меняет. В стране может быть всего десять тысяч населения, а все же воля этих людей будет законом для страны. А если так, то и тысяча человек могут создать свой закон. А если могут тысяча человек, то почему не могут сто? А если могут сто, почему не могут пятьдесят? Почему не пять? Почему не двое?</p>
     <p>Этот вывод испугал ее, и она поделилась им с Гансом. Ганс понял не сразу, но как только ее мысль стала ему ясна, он тут же привел весьма убедительные примеры. Он рассказал о сходках золотоискателей, на которые люди собираются со всего прииска, устанавливают закон и приводят его в исполнение. Их может быть всего десять или пятнадцать человек, сказал Ганс, но воля большинства — закон для всех, и тот, кто его нарушит, несет наказание.</p>
     <p>Наконец, Эдит поняла свой долг: Деннин должен быть повешен. Ганс согласился с ней. Они вдвоем составляли большинство в своей маленькой группе. Деннин должен умереть, потому что такова воля группы. Эдит старалась, как могла, соблюсти установленную форму, но их группа была так мала, что им обоим приходилось одновременно исполнять роль свидетелей и судей, присяжных заседателей… и даже палачей.</p>
     <p>Эдит предъявила Майклу Деннину формальное обвинение в убийстве Дэтчи и Харки. Пленник, лежа на койке, выслушал показания свидетелей — сначала Ганса, потом Эдит. Сам он отказался говорить — не желал ни отрицать своей вины, ни признаваться в ней, и на вопрос Эдит, что может он сказать в свое оправдание, ответил молчанием. Ганс и Эдит, не покидая мест, вынесли вердикт присяжных: Майкл Деннин был признан виновным в убийстве. Затем Эдит, теперь уже в роли судьи, огласила приговор. Голос ее дрожал, веки подергивались, левая рука тряслась, но она прочитала его до конца.</p>
     <p>— Майкл Деннин, по приговору суда вы должны быть преданы смерти через повешение по истечении трех суток.</p>
     <p>Таков был приговор. Вздох облегчения вырвался у пленника; потом он вызывающе рассмеялся и сказал:</p>
     <p>— Вот и прекрасно! Проклятая койка не будет по крайней мере продавливать мне больше бока. Что ж, и на том спасибо!</p>
     <p>Когда приговор был вынесен, все, казалось, почувствовали облегчение. Особенно изменился Деннин. От его прежней угрюмой дерзости не осталось и следа: он болтал со своими тюремщиками и порой даже не без прежнего блеска и остроумия. Эдит читала ему библию, а он старался не проронить ни одного слова. Она читала из Нового завета, и убийца с глубоким вниманием прослушал притчу о блудном сыне и молитву разбойника на кресте.</p>
     <p>Накануне казни Эдит снова задала Деннину все тот же вопрос:</p>
     <p>— Зачем ты это сделал?</p>
     <p>И он ответил:</p>
     <p>— Очень просто. Я думал…</p>
     <p>Но она внезапно прервала его и, попросив обождать, бросилась к Гансу. Ганс спал после дежурства и, когда его разбудили, с ворчанием сел на койке, протирая глаза.</p>
     <p>— Ступай, — сказала ему Эдит, — и приведи сюда Негука и еще кого-нибудь из индейцев. Майкл готов сознаться. Возьми двустволку и приведи их хотя бы силой.</p>
     <p>Полчаса спустя Негук и его родственник Хэдикван появились в комнате, где лежал приговоренный к смерти. Они шли неохотно. Ганс с двустволкой в руке замыкал шествие.</p>
     <p>— Негук, — сказала Эдит, — мы не причиним зла ни тебе, ни твоему народу. Нам от вас ничего не нужно, — только сидите, слушайте и постарайтесь все понять.</p>
     <p>Так Майкл Деннин, приговоренный к смерти, публично покаялся в своем преступлении. Он говорил, Эдит записывала его показания, индейцы слушали, а Ганс сторожил у дверей, боясь, как бы свидетели не вздумали улизнуть.</p>
     <p>Вот уже пятнадцать лет, как он не был у себя на родине, говорил Деннин, и все эти годы ему хотелось только одного: добыть побольше денег, вернуться домой и обеспечить старуху мать, чтобы она до конца дней своих не знала нужды.</p>
     <p>— А разве на тысячу шестьсот долларов что-нибудь сделаешь? — продолжал Деннин. — Мне нужно было все золото, все восемь тысяч. Тогда я мог бы вернуться домой богачом. «Так чего проще? — думал я. — Перебью их всех, заявлю в Скагуэйс, что это дело рук индейцев, и поплыву к себе домой в Ирландию». Порешил так и принялся за дело — хотел было перестрелять вас всех по очереди… да, видно, ломоть-то был не по зубам, как сказал бы Харки, — ну, я и подавился. Вот вам и все мое признание. Дьявол меня попутал, но теперь, бог даст, искуплю свой грех.</p>
     <p>— Негук и Хэдикван, вы слышали слова белого человека? — спросила Эдит у индейцев. — Я записала его слова на этой бумаге, а вы должны поставить здесь значки. Когда придут белые люди, они посмотрят на бумагу и увидят, что вы слышали слова этого человека.</p>
     <p>Оба индейца поставили крестики против своих имен, получили приглашение явиться завтра вместе с остальными жителями поселка, дабы засвидетельствовать дальнейшие события, и были отпущены восвояси.</p>
     <p>Деннину освободили руки, чтобы он мог подписать свою исповедь. Потом в комнате воцарилось молчание. Ганс беспокойно шагал из угла в угол. Эдит тоже было не по себе. Деннин лежал на спине, глядя вверх, на обомшелые балки потолка.</p>
     <p>— Да, теперь я должен искупить свой грех перед богом, — пробормотал он и, обернувшись к Эдит, попросил: — Почитай-ка мне еще из той книги. — Потом добавил шутливо: —Глядишь, проклятая койка не так будет впиваться в бока.</p>
     <p>День выдался ясный, морозный, когда они повели Деннина на казнь. Термометр упал до двадцати пяти градусов ниже нуля, ледяной ветер, забираясь под одежду, пронизывал до костей. Впервые за все эти месяцы Деннин встал с койки. Его мускулы так долго находились в бездействии, тело так отвыкло от стоячего положения, что он едва держался на ногах: его шатало из стороны в сторону, он то и дело спотыкался и все норовил ухватиться связанными руками за Эдит.</p>
     <p>— Ну прямо как пьяный, — посмеивался он, а минуту спустя сказал — Ух, и рад же я, что все кончилось. Эта проклятая койка чуть меня не уморила.</p>
     <p>Когда Эдит надела ему шапку и опустила наушники, он рассмеялся и спросил:</p>
     <p>— Зачем это?</p>
     <p>— На улице мороз, — ответила она.</p>
     <p>— И бедный Майкл Деннин может отморозить уши? А разве через десять минут ему не будет на это наплевать?</p>
     <p>Перед последним страшным испытанием Эдит напрягла всю свою волю, стараясь держать себя в руках, однако слова Деннина нанесли тяжелый удар ее самообладанию. До этой минуты она жила как во сне, в каком-то призрачном, нереальном мире, но высказанная им грубая правда заставила ее прозреть, и все происходящее предстало перед ней в новом свете. Ее волнение не укрылось от Деннина.</p>
     <p>— Я, кажется, расстроил тебя своими дурацкими словами, — сказал он с раскаянием. — Я пошутил, ей-богу. Сегодня великий день для Майкла Деннина, и он весел, как жаворонок.</p>
     <p>Он принялся бодро насвистывать, но скоро свист оборвался на довольно унылой ноте.</p>
     <p>— Жалко, священника нет, — задумчиво проговорил он, но тут же добавил поспешно: — Ну, да Майкл Деннин — старый солдат, ему не к лицу вздыхать о перине, когда время идти в поход.</p>
     <p>Пленник был так слаб и так отвык ходить, что порыв ветра чуть не опрокинул его навзничь, как только он шагнул за порог. Ганс и Эдит шли по бокам, поддерживая его с двух сторон, а он отпускал шутки, стараясь их приободрить. Лишь на минуту стал он серьезен, когда, оборвав себя на полуслове, принялся объяснять, как переправить его золото матери в Ирландию.</p>
     <p>Поднявшись по отлогому холму, они вышли на прогалину между деревьями. Здесь, расположившись полукругом на снегу вокруг перевернутой вверх дном бочки, собрались все индейцы во главе с Негуком и Хэдикваном. Весь поселок, вплоть до грудных детей и собак, явился, поглядеть, как белые люди будут вершить свой закон. Неподалеку на растопленном кострами снегу виднелась неглубокая яма, которую Ганс вырубил в мерзлой земле.</p>
     <p>Деннин деловито все осмотрел: могилу, бочку, веревку, перекинутую через сук; проверил толщину веревки и крепость сука.</p>
     <p>— Молодец, Ганс! Приведись мне готовить это для тебя, я, верно, не мог бы сделать лучше.</p>
     <p>Он громко рассмеялся своей шутке, но мертвенно бледное лицо Ганса было угрюмо и неподвижно, — казалось, лишь трубы страшного суда могли бы вывести его из этой каменной неподвижности. Ганс крепился, но ему было тяжело. Только сейчас понял он, как это трудно — отправить своего ближнего на тот свет. Эдит поняла много раньше, но это не облегчило ей задачи. И сейчас она боялась, что у нее не хватит сил выдержать до конца. Ее то и дело охватывало непреодолимое желание заплакать, закричать, упасть на снег, зарыться в него лицом или броситься бежать — все бежать и бежать, через лес, куда глаза глядят… Только огромным напряжением всех своих душевных сил могла она заставить себя прийти сюда, держаться прямо, делать то, что было нужно. И все время она мысленно благодарила Деннина, видя, как он старается ей помочь.</p>
     <p>— Подсади-ка меня, — сказал Деннин Гансу и взобрался на бочку.</p>
     <p>Он наклонился вперед, чтобы Эдит легче было накинуть ему петлю на шею, потом выпрямился и ждал, пока Ганс укрепит веревку на суку у него над головой.</p>
     <p>— Майкл Деннин, хочешь ли ты сказать что-нибудь? — звонко и отчетливо спросила Эдит, хотя голос ее дрожал.</p>
     <p>Деннин потоптался на бочке, смущенно глядя себе под ноги, как человек, впервые в жизни собирающийся произнести речь, и откашлялся.</p>
     <p>— Я рад, что с этим будет покончено, — сказал он. — Вы поступили со мной по-христиански, и я от души благодарю вас за вашу доброту.</p>
     <p>— Да примет господь бог душу раскаявшегося грешника! — сказала Эдит.</p>
     <p>И, вторя ее звенящему от напряжения голосу, Деннин глухо проговорил:</p>
     <p>— Да примет господь бог душу раскаявшегося грешника.</p>
     <p>— Прощай, Майкл! — крикнула Эдит, и в этом возгласе прорвалось ее отчаяние.</p>
     <p>Она всем телом налегла на бочку, но не смогла ее опрокинуть.</p>
     <p>— Ганс! Скорей! Помоги мне! — слабо крикнула она.</p>
     <p>Силы оставляли ее, а бочка не поддавалась. Ганс поспешил к ней на помощь и выбил бочку из-под ног Майкла Деннина.</p>
     <p>Эдит повернулась спиной к повешенному и заткнула уши пальцами. Затем она засмеялась — резким, хриплым, металлическим смехом. Ее смех потряс Ганса: страшнее этого он еще ничего не слышал. То, чего так боялась Эдит Нелсон, пришло. Но даже сейчас, когда тело ее билось в истерике, она ясно отдавала себе отчет в том, что с ней происходит, и радовалась, что сумела довести дело до конца. Покачнувшись, она прижалась к Гансу.</p>
     <p>— Отведи меня домой, Ганс, — едва слышно вымолвила она. — И дай мне отдохнуть. Дай мне только отдохнуть, отдохнуть, отдохнуть…</p>
     <p>Опираясь на руку Ганса, который поддерживал ее и направлял ее неверные шаги, она побрела вперед по снегу. А индейцы остались и наблюдали в торжественном молчании, как действует закон белых людей, заставляющий человека плясать в воздухе.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_081.jpg"/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Тропой ложных солнц</p>
     </title>
     <p>Ситка Чарли курил трубку, задумчиво рассматривая наклеенную на стене иллюстрацию из «Полис-газет». Он полчаса, не отрываясь, глядел на нее, а я все это время украдкой следил за ним. В мозгу его происходила какая-то работа, — бог весть какая, но во всяком случае интересная. Он прожил большую жизнь, много повидал на своем веку и сумел совершить необычайное превращение: отошел от своего народа и стал, насколько это возможно для индейца, даже по своему духовному облику белым. Он сам говорил, что пришел на огонек, подсел к нашему костру и стал одним из нас. Он так и не научился читать и писать, но язык у него был замечательный, а еще замечательней — та полнота, с какой он усвоил образ мыслей белого человека, его подход к вещам.</p>
     <p>Мы наткнулись на эту покинутую хижину после тяжелого дневного перехода. Теперь собаки были накормлены, посуда после ужина вымыта, и мы наслаждались тем чудным мгновением, которое наступает для путешествующих по Аляске раз — только раз — в сутки, когда между усталым телом и постелью нет других препятствий, кроме потребности выкурить на ночь трубку. Кто-то из прежних обитателей хижины украсил ее стены иллюстрациями, вырванными из журналов и газет, и вот эти-то иллюстрации привлекли внимание Ситки Чарли, как только мы сюда приехали — часа два назад.</p>
     <p>Он пристально изучал их, переводя взгляд с одной на другую и обратно; и я видел, что он сбит с толку, озадачен.</p>
     <p>— Ну что? — нарушил я наконец молчание.</p>
     <p>Он вынул трубку изо рта и сказал просто;</p>
     <p>— Не понимаю.</p>
     <p>Опять затянулся, опять вынул трубку и указал концом мундштука на иллюстрацию из «Полис-газет».</p>
     <p>— Вот эта картинка. Что такое? Не понимаю.</p>
     <p>Я взглянул. Человек с неправдоподобно злодейской физиономией, трагически прижав руку к сердцу, навзничь падает на землю; другой — что-то вроде карающего ангела с наружностью Адониса<a l:href="#n_712" type="note">[712]</a> — стоит против него, подняв дымящийся револьвер.</p>
     <p>— Какой-то человек убивает другого, — промолвил я, в свою очередь сбитый с толку, чувствуя, что не умею подыскать объяснения изображенному.</p>
     <p>— Почему? — спросил Ситка Чарли.</p>
     <p>— Не знаю, — откровенно признался я.</p>
     <p>— В этой картинке только конец, — заявил он. — У нее нет начала.</p>
     <p>— Эго жизнь, — сказал я.</p>
     <p>— В жизни есть начало, — возразил он.</p>
     <p>Я промолчал, а он перевел глаза на другое изображение — снимок с картины «Леда и лебедь».</p>
     <p>— В этой картине нет начала, — сказал он. — И конца нет. Я не понимаю картин.</p>
     <p>— Взгляни вот на эту, — указал я ему на третью иллюстрацию. — В ней есть определенный смысл. Как ты ее понимаешь?</p>
     <p>Он рассматривал ее несколько минут.</p>
     <p>— Девочка больна, — заговорил он наконец. — Вот — доктор, смотрит на нее. Они всю ночь не спали: видишь— в лампе мало керосина, в окне — рассвет. Болезнь тяжелая; может быть, девочка умрет, поэтому доктор такой хмурый. А это — мать. Болезнь тяжелая: мать положила голову на стол и плачет.</p>
     <p>— Откуда ты знаешь, что плачет? — перебил я. — Ведь лица не видно. Может быть, она спит?</p>
     <p>Ситка Чарли удивленно взглянул на меня, потом опять на картину. Было ясно, что впечатление его было безотчетным.</p>
     <p>— Может, и спит, — согласился он. Потом посмотрел внимательнее. — Нет, не спит. По плечам видно, что не спит. Я видел, как плачут женщины, — у них такие плечи. Мать плачет. Болезнь очень тяжелая.</p>
     <p>— Ну вот, ты и понял содержание картины! — воскликнул я.</p>
     <p>Он отрицательно покачал головой и спросил:</p>
     <p>— Девочка умрет?</p>
     <p>Теперь уж я вынужден был промолчать.</p>
     <p>— Умрет она? — повторил он свой вопрос. — Ты художник. Может, знаешь?</p>
     <p>— Нет, не знаю, — признался я.</p>
     <p>— Это не жизнь, — наставительно промолвил он. — В жизни девочка либо умирает, либо выздоравливает. В жизни что-то происходит. На картине ничего не происходит. Нет, я не понимаю картин.</p>
     <p>Он был явно раздосадован. Ему так хотелось понять все, что понятно белым, а в данном случае это не удавалось. В его тоне чувствовался также вызов: я должен был доказать ему наличие мудрости в картинах. Кроме того, он был наделен необычайно сильным воображением, — я давно это заметил. Он все представлял себе наглядно. Он созерцал жизнь в образах, ощущал ее в образах, образно мыслил о ней. И в то же время не понимал образов, созданных другими и запечатленных ими с помощью красок и линий на полотне.</p>
     <p>— Картина — частица жизни, — сказал я. — Мы изображаем жизнь так, как мы ее видим. Скажем, ты, Чарли, идешь по тропе. Ночь. Перед тобой хижина. В окне свет. Одну-две секунды ты смотришь в окно. Увидел что-то и пошел дальше. Допустим, там человек, он пишет письмо. Ты увидел что-то без начала и конца. Ничего не происходило. А все-таки ты видел кусочек жизни. И вспомнишь его потом. У тебя в памяти осталась картина. Картина в раме окна.</p>
     <p>Он явно был заинтересован; я знал, что, слушая меня, он как бы уже смотрел в окно и видел человека, который пишет письмо.</p>
     <p>— Ты нарисовал одну картину, которая мне понятна, — сказал он. — Правдивая. С большим толком. Собрались у тебя в хижине в Доусоне люди. Сидят за столом, играют в фараон. По крупной. Не ограничивают ставок.</p>
     <p>— Почем ты знаешь, что не ограничивают? — спросил я взволнованно, так как речь шла об оценке моего творчества беспристрастным судьей, который знает только жизнь, не знаком с искусством, а в области реального чувствует себя как рыба в воде. Надо сказать, что именно этой картиной я особенно дорожил. Я назвал ее «Последний кон» и считал одним из лучших своих созданий.</p>
     <p>— На столе нету денег, — объяснил Ситка Чарли. — Играют на фишки. Значит — на все, что в банке. У одного желтые фишки — каждая, может, по тысяче, может, по две тысячи долларов. У другого красные — может, по пятьсот долларов, может, по тысяче. Очень крупная игра. Все ставки высокие, играют на весь банк. Почем я знаю? У твоего банкомета краска в лице. (Я был в восторге.) Тот, кому сдают, сидит у тебя на стуле, наклонившись вперед. Отчего он наклонился? Отчего у него такое застывшее лицо? А глаза горят. Отчего у банкомета краска в лице? Отчего все точно окаменели? И тот, что с желтыми фишками. И тот, что с белыми. И тот, что с красными. Отчего все молчат? Оттого, что очень крупная игра. Оттого, что последний кон.</p>
     <p>— Почем ты знаешь, что последний? — спросил я.</p>
     <p>— Банк на короле, семерка открыта, — ответил он. — На свои карты никто не ставит. Свои карты — в сторону. У всех одно на уме. Все ставят на семерку. Может, банк потеряет тысяч двадцать, может, выиграет. Да, эту картину я понимаю!</p>
     <p>— А все-таки ты не знаешь конца! — победоносно воскликнул я. — Это последний кон, но карты еще не открыты. На картине они так и не будут открыты. Так и останется неизвестным, кто выиграл и кто проиграл.</p>
     <p>— И они так и будут сидеть и молчать? — промолвил он с удивлением и ужасом во взгляде. — И тот, кому сдают, так и будет сидеть, наклонившись вперед? И краска не сойдет со щек банкомета? Как странно! Они будут сидеть там всегда, всегда. И карты так и не будут открыты.</p>
     <p>— Это картина, — сказал я. — Это жизнь. Ты сам видал такие вещи.</p>
     <p>Он поглядел на меня, подумал, потом медленно произнес:</p>
     <p>— Да, ты правильно говоришь. Тут нет конца. Никто его не узнает. Но это верно. Я видел. Это жизнь.</p>
     <p>Он долго курил, не произнося ни слова, оценивая изобразительную мудрость белого человека и сличая ее с жизненными явлениями. Иногда он покачивал головой и раза два что-то проворчал себе под нос. Потом выбил пепел из трубки, опять тщательно ее набил и после короткого раздумья закурил снова.</p>
     <p>— Да, я тоже видал много картин жизни, — заговорил он. — Не нарисованных, а таких, которые видишь своими глазами. Я смотрел на них будто через окно, как на того, что пишет письмо. Я видел много кусков жизни — без конца, без начала, без ясного смысла.</p>
     <p>Вдруг он обернулся ко мне, поглядел на меня в упор и задумчиво сказал:</p>
     <p>— Послушай. Ты художник. Как бы ты изобразил то, что я видел однажды: картину без начала и с непонятным концом, кусок жизни, освещенный северным сиянием и вставленный в раму Аляски?</p>
     <p>— Широкое полотно, — пробормотал я.</p>
     <p>Но он не обратил внимания на мои слова, так как перед глазами его уже стояла картина, порожденная воспоминанием, и он созерцал ее.</p>
     <p>— Ей можно дать разные названия, — продолжал он. — Но там было много ложных солнц, и вот я придумал назвать ее так: «Тропой ложных солнц». Это случилось давно. Я встретил эту женщину в первый раз семь лет тому назад, осенью тысяча восемьсот девяносто седьмого года. У меня было очень хорошее питербороуское каноэ на озере Линдерман. Я перевалил через Чилкут с двумя тысячами писем для Доусона, — я работал почтальоном. Тогда все рвались на Клондайк. Много народу находилось в пути. Многие валили деревья и делали лодки. Скоро станут реки; в воздухе снег, на земле снег, на озере лед, на реке в заводях тоже лед. День ото дня все больше снега, больше льда. Может, через день, может, через три, может, через неделю ударит мороз, и тогда — нет воды, один лед, и все пойдут пешком. До Доусона шестьсот миль, долгий путь. А лодка быстро бежит. Всем хочется в лодку. Все говорят: «Чарли, возьми меня в каноэ; двести долларов дам»; «Чарли, триста долларов»; «Чарли, четыреста». Но я говорю: «Нет». Всем говорю: «Нет». Я почтальон.</p>
     <p>Утром прихожу на озеро Линдерман. Шел всю ночь, очень устал. Готовлю завтрак, ем, потом три часа сплю на берегу. Просыпаюсь. Десять часов. Идет снег. Ветер сильный, очень сильный ветер. Рядом со мной женщина, сидит на снегу. Белая женщина, молодая, очень красивая; лет, может, двадцать, может, двадцать пять. Смотрит на меня. Я — на нее. Очень устала. Да не какая-нибудь шалая бабенка, сразу видно — порядочная. И очень устала.</p>
     <p>— Ты — Ситка Чарли? — спрашивает.</p>
     <p>Я вскочил, поправил одеяла, чтобы снег не попадал внутрь.</p>
     <p>— Я еду в Доусон, — говорит она. — В твоем каноэ. Сколько тебе?</p>
     <p>Я никого не хочу пускать к себе в каноэ, но я не люблю говорить «нет». Я говорю ей:</p>
     <p>— Тысячу долларов.</p>
     <p>Я говорю это просто в шутку, чтобы женщина не могла ехать со мной; так лучше, чем говорить «нет». Она пристально смотрит на меня, потом спрашивает:</p>
     <p>— Когда ты едешь?</p>
     <p>— Сейчас.</p>
     <p>Тогда она говорит:</p>
     <p>— Ладно.</p>
     <p>Она даст мне тысячу долларов.</p>
     <p>Что было делать? Мне не хотелось брать женщину, но ведь за тысячу долларов я обещал отвезти ее. Я был удивлен. Может, она тоже шутит? Говорю:</p>
     <p>— Покажи тысячу долларов.</p>
     <p>И вот эта женщина, молоденькая женщина, совсем одинокая, здесь на тропе, среди снегов, вдруг вынимает тысячу долларов бумажками и кладет мне в руку. Гляжу на деньги, гляжу на нее. Что сказать?</p>
     <p>— Нет, — говорю. — У меня очень маленькое каноэ. Не хватит места для поклажи.</p>
     <p>А она смеется.</p>
     <p>— Я, — говорит, — старый путешественник. Вот моя поклажа.</p>
     <p>И пнула ногой в маленький сверток на снегу: две меховые полости и немного женской одежды завернуты в парусину. Беру сверток в руки — фунтов тридцать пять, не больше. Я удивлен. Она отбирает его у меня. Говорит:</p>
     <p>— Поехали.</p>
     <p>Несет сверток в каноэ. Что тут скажешь? Кладу свои одеяла в каноэ. Трогаем. Ветер свежий. Подымаю малый парус. Каноэ быстро побежало, птицей полетело по высокой волне. Женщина очень испугалась.</p>
     <p>— Зачем приехала в Клондайк, коли так боишься? — спрашиваю.</p>
     <p>Она смеется в ответ резким смехом, но видно, что страшно боится. И очень устала. Веду каноэ через стремнины к озеру Беннет. Вода бурная, и женщина вскрикивает от страха. Плывем по озеру Беннет. Снег, лед, ветер неистовый, но женщина очень устала и засыпает.</p>
     <p>Вечером устраиваем привал в Уинди-Арм. Женщина сидит у костра, ужинает. Я смотрю на нее. Она красивая. Причесывает волосы. Волосы густые, каштановые, похожи на золото в свете костра, когда она поворачивает голову — вот так — и по ним пробегают золотые отблески. Глаза большие, карие, иногда мягкие, как свет свечи за занавеской, иногда очень жесткие и блестят, будто льдинки на солнце. Когда она улыбается… как бы это сказать?.. Когда она улыбается, я понимаю: белому человеку хорошо целовать ее. Да, вот как! Она не знает черной работы. Руки у нее нежные, как у ребенка. И вся она нежная, как ребенок, — не такая хрупкая, но такая же мягкая; руки, ноги, все мускулы — нежные и мягкие, как у ребенка. Стан у нее тонкий. И, когда она встает, ходит, поворачивает голову, подымает руку… я не подберу слова… на это приятно смотреть, будто… ну будто она ладно построена, словно — хорошее каноэ, — да, да, вот так, и ее движения — словно движение хорошего каноэ, когда оно скользит по речной глади или скачет в быстрых, резвых, пенистых волнах. Очень приятно смотреть.</p>
     <p>Зачем она приехала в Клондайк, совсем одна, с кучей денег? Не знаю. На другой день я спросил ее. Она засмеялась и сказала:</p>
     <p>— Ситка Чарли, это не твое дело. Я плачу тебе тысячу долларов, чтоб ты доставил меня в Доусон. Остальное не твое дело.</p>
     <p>На другой день спрашиваю, как ее зовут. Засмеялась, потом говорит:</p>
     <p>— Мэри Джонс, вот как.</p>
     <p>Не знаю, как ее зовут, но только знаю хорошо, что не Мэри Джонс.</p>
     <p>В каноэ очень холодно, и она чувствует себя плохо. А иногда хорошо — и поет. Голос у нее — серебряный колокольчик. И мне тоже делается хорошо, будто я в церкви Святого Креста. От ее пения я становлюсь сильным и гребу как черт. Потом она смеется и говорит:</p>
     <p>— Приедем мы в Доусон до ледостава? Как ты думаешь, Чарли?</p>
     <p>Иногда она сидит в каноэ и думает о чем-то далеком, вот с такими, совсем пустыми глазами! Она не видит ни Ситку Чарли, ни льда, ни снега. Она где-то далеко-далеко. Очень часто сидит она так, думая о чем-то далеком. Порой, когда она думает о далеком, у нее такое лицо, что лучше не смотреть. Лицо человека, пылающего гневом. Лицо человека, задумавшего убийство.</p>
     <p>Последний день перед Доусоном очень тяжелый. Лед в заводях у берега, ледяная каша на реке. Нельзя грести. Каноэ вмерзает в лед. Не могу добраться до берега. Дело плохо. Плывем вниз по Юкону — все время во льду. Ночью — сильный шум льда. Потом — лед стал, каноэ стало, все стало.</p>
     <p>— Идем на берег, — говорит женщина.</p>
     <p>Я говорю:</p>
     <p>— Нет, лучше подождем.</p>
     <p>Мало-помалу все снова двинулось вниз по реке. Валит снег, ничего не видно. В одиннадцать ночи все останавливается. В час снова трогается. В три останавливается. Каноэ раздавило, как яичную скорлупу, но оно не может затонуть — лежит на льду. Слышу вой собак. Ждем. Спим. Начинает светать. Снег больше не идет. Река стала. Перед нами Доусон. Каноэ раздавило перед самым Доусоном. Ситка Чарли доставил две тысячи писем по самой последней воде.</p>
     <p>Женщина сняла хижину на холме, и я ее целую неделю не видел. Потом вдруг приходит ко мне и говорит:</p>
     <p>— Чарли, иди работать ко мне. Будешь править собаками, устраивать привал, ездить со мной.</p>
     <p>— Я почтальон, — говорю, — с меня довольно моего заработка.</p>
     <p>А она мне:</p>
     <p>— Чарли, я больше дам.</p>
     <p>— Рудокоп на приисках получает пятнадцать долларов в день, — говорю.</p>
     <p>А она:</p>
     <p>— То есть четыреста пятьдесят долларов в месяц?</p>
     <p>— Ситка Чарли не рудокоп, — говорю я.</p>
     <p>— Понимаю, Чарли, — говорит она. — Я тебе буду платить семьсот пятьдесят долларов в месяц.</p>
     <p>Это хорошее жалованье. И я иду работать к ней. Мы поднимаемся по Клондайку, по Бонанзе и Эльдорадо, по Индейской реке, по Серному ручью, добираемся до Канады, поворачиваем назад через водораздел, через Золотое Дно и Золотые Россыпи, возвращаемся в Доусон. Она что-то ищет, не могу понять что. Я озадачен.</p>
     <p>— Что ты ищешь? — спрашиваю.</p>
     <p>Она смеется.</p>
     <p>— Ты ищешь золото?</p>
     <p>Опять смеется. Потом говорит:</p>
     <p>— Не твое дело, Чарли.</p>
     <p>И я больше не задаю вопросов.</p>
     <p>У нее есть маленький револьвер; она его носит за поясом. Иногда в пути упражняется в стрельбе. Я смеюсь.</p>
     <p>— Чего ты смеешься, Чарли? — спрашивает она.</p>
     <p>— Зачем ты играешь этим? — спрашиваю. — Он не годится. Слишком мал. Детская игрушка.</p>
     <p>Только вернулись в Доусон, она просит меня достать ей настоящий. Покупаю кольт сорок четвертого калибра; очень тяжелый, но она все время носит его за поясом.</p>
     <p>В Доусоне появляется мужчина. Откуда он взялся, не знаю. Знаю только, что он чечако; по-вашему — новичок. Руки нежные, как у нее. Черной работы не знает. Весь нежный. Сперва я подумал: верно, муж. Нет, слишком молод. И спят врозь. На вид ему лет двадцать. Глаза голубые, волосы светлые, усики тоже. Звать Джон Джонс. Может, брат? Не знаю. Я больше не задаю вопросов. Только думаю: он не Джон Джонс. Все зовут его мистер Джирвэн. Думаю, что и это тоже не его фамилия. И она не мисс Джирвэн, как ее все называют. Думаю, никто не знает их настоящих имен.</p>
     <p>Как-то ночью, в Доусоне, я спал. Он меня будит. Говорит:</p>
     <p>— Запрягай собак. Едем.</p>
     <p>Я больше не задаю вопросов; иду, запрягаю собак, и мы трогаем. Идем вниз по Юкону. Время ночное, ноябрь и очень холодно: шестьдесят пять ниже нуля. Она нежная. Он нежный. Мороз жгучий. Они устали, плачут втихомолку. Говорю им: «Лучше остановиться, сделать привал». Но они говорят: «Вперед». Во второй и в третий раз говорю им, что лучше устроить привал и отдохнуть, но они каждый раз говорят: «Вперед». Больше я ничего не говорю. И так все время, изо дня в день. Они очень нежные. Коченеют от холода и совсем замучились. Не привыкли к мокасинам, натирают себе ноги; хромают, шатаются, как пьяные, плачут втихомолку и все твердят: «Вперед! Вперед!»</p>
     <p>Они как сумасшедшие. Все время вперед и вперед. Зачем вперед? Не знаю. Но только вперед. Чего им надо? Не знаю. Только не золота. Золотой горячки нет. И они тратят массу денег. Но я больше не задаю вопросов. Я тоже иду вперед и вперед, потому что я вынослив и мне хорошо платят.</p>
     <p>Мы в городе Серкл. Того, что они ищут, там нет. Ну, думаю, теперь мы отдохнем и дадим отдых собакам. Но мы не отдыхаем — ни одного дня передышки.</p>
     <p>— Подымайся, — говорит она ему. — Едем вперед.</p>
     <p>И мы едем вперед. Оставляем Юкон. Идем на запад, пересекаем водораздел и спускаемся в край Тананы. Там — новые прииска. Но того, что они ищут, там нет, и мы возвращаемся в Серкл.</p>
     <p>Дорога тяжелая. Конец декабря. День короткий. Очень холодно. Как-то утром было семьдесят ниже нуля.</p>
     <p>— Сегодня лучше не ездить, — говорю я. — Ледяной воздух попадет в легкие и обожжет их, будет скверный кашель, а весной того и гляди — воспаление.</p>
     <p>Но они — чечако. Ничего не смыслят в переходах. Похожи на мертвецов от усталости, но говорят:</p>
     <p>— Вперед!</p>
     <p>И мы едем вперед. Мороз обжигает им легкие, начинается сухой кашель. Они кашляют так, что слезы катятся у них по щекам. Когда я жарю сало, они бегут прочь от костра и полчаса кашляют на снегу. Они отмораживают себе щеки, кожа чернеет, и им очень больно. Кроме того, он отмораживает себе большой палец, так что кончик вот-вот отвалится и нужно надевать еще перчатку под рукавицу, чтобы держать больное место в тепле. А в очень свирепый мороз, когда палец зябнет, приходится, сняв рукавицу, засовывать руку между ног, прямо к телу, чтобы отогреть его.</p>
     <p>Входим, ковыляя, в Серкл. И даже я, Ситка Чарли, чувствую, что устал. Сочельник. Я пью, пляшу, веселюсь: ведь завтра рождество, будем отдыхать. Не тут-то было. Пять часов утра. Рождество. Я спал два часа. А он стоит у моей постели:</p>
     <p>— Вставай, Чарли. Запрягай собак. Едем.</p>
     <p>Я ведь, кажется, говорил, что перестал задавать вопросы? Они платят мне семьсот пятьдесят долларов в месяц. Они хозяева. Я их слуга. Если они мне скажут: «Вставай, Чарли, едем в преисподнюю», я запрягу собак, щелкну бичом и поеду в преисподнюю. И вот я иду, запрягаю, и мы трогаем вниз по Юкону. Куда? Они не говорят. Твердят только:</p>
     <p>— Вперед! Вперед! Едем вперед!</p>
     <p>Они очень устали. Они проехали много сотен миль и ничего не смыслят в переходах. Кроме того, у них скверный кашель — сухой кашель, от которого сильный человек начинает ругаться, а слабый — плакать. Но они едут вперед. Каждый день — вперед. Никакого отдыха собакам. Все время покупают новых. На каждом привале, в каждом поселке, в каждой индейской деревне они перерезают постромки усталых собак и впрягают свежих. У них очень много денег, без счета; и они сорят ими направо и налево. Сумасшедшие? Иногда мне кажется: да. В них вселился какой-то бес, который толкает их вперед, и вперед, все время без оглядки вперед. Чего они ищут? Не золота. Они никогда не пробуют копать. Я долго думаю. И мне приходит в голову, что они ищут какого-то человека. Но кого? Мы его нигде не встречаем. Но они похожи на волков, рыщущих по следам добычи. Только это странные волки, нежные; не волки, а волчата, и ничего не смыслят в переходах. По ночам они громко плачут во сне, охают, стонут, жалуются на свою страшную усталость. А днем, шатаясь, бредут вперед и плачут втихомолку. Странные волки.</p>
     <p>Проезжаем Форт Юкон. Проезжаем Форт Гамильтон. Проезжаем Минук. Уже январь на исходе. День очень короткий. В девять часов рассвет. В три — уже сумерки. И холод. И даже я, Ситка Чарли, устал. Неужели вечно ехать и ехать вот так, без конца? Не знаю. Но все время высматриваю впереди — чего они ищут? На тропе безлюдно. Иногда проезжаем сто миль и не встречаем признаков жизни. Полный покой. Тишина. Иногда идет снег, и мы похожи на привидения. Иногда ясно, и в полдень солнце выглянет на минутку из-за холмов на юге. В небе полыхает северное сияние, пляшут ложные солнца; воздух полон морозной пыли.</p>
     <p>Я, Ситка Чарли, сильный человек. Я рожден в пути и все свои дни провел в переходах. Но эти два волчонка измотали меня. Я отощал, как голодная кошка, стал радоваться по ночам, что лежу в постели, а утром вставал не отдохнувши. Но мы по-прежнему пускаемся в путь до света, в потемках, и ночь застает нас еще в пути. Ох, уж эти волчата! Если я тощ, как оголодавшая кошка, то они тощи, как кошки, которые так давно не ели, что подыхают с голоду. Глаза у них ввалились и то горят в глубине глазниц лихорадочным огнем, то становятся мутными, тусклыми, как у мертвецов. На месте щек — ямы, как пещеры в скале. Черные щеки без кожи — из-за частых отмораживаний. Иногда по утрам она говорит:</p>
     <p>— Не могу подняться. Не могу двинуться. Лучше умереть.</p>
     <p>Но он стоит у ее постели:</p>
     <p>— Вставай. Едем.</p>
     <p>И они едут. А в другой раз он не может подняться, и она говорит ему:</p>
     <p>— Вставай. Едем.</p>
     <p>Но всегда одно: они едут вперед. Все вперед и вперед.</p>
     <p>Иногда, в торговых пунктах, они получают письма. Я не знаю, о чем там написано. Но это след, по которому они идут, — эти письма направляют их на след. Раз индеец принес им письмо. Я потолковал с ним один на один. Он сказал, что письмо дал ему одноглазый человек, который поспешно спускается вниз по Юкону. И все. Но я понял: волчата гонятся за этим одноглазым.</p>
     <p>Февраль. Мы проехали полторы тысячи миль. Выходим к Берингову морю. Там штормы, бураны. Передвигаться трудно. Приезжаем в Анвиг. Я почему-то уверен, что они получат здесь письмо. Они страшно волнуются, твердят:</p>
     <p>— Скорей, скорей. Вперед!</p>
     <p>Я говорю:</p>
     <p>— Надо купить съестных припасов.</p>
     <p>А они говорят:</p>
     <p>— Надо ехать быстро, налегке. Еду можно будет достать в хижине Чарли Мак-Киона.</p>
     <p>Понимаю, что они решили свернуть на Большое спрямленье, потому что Чарли Мак-Кион живет как раз там, у Черного Утеса, возле самой тропы.</p>
     <p>Перед выездом я перекинулся словечком с анвигским священником. Да, тут проезжал одноглазый, очень спешил. Так оно и есть: они ищут одноглазого. Из Анвига уезжаем почти без припасов; едем налегке, спешим. В Анвиге они купили трех новых собак, и мы едем очень быстро. И он и она — как сумасшедшие. По утрам мы еще раньше трогаемся в путь, на ночлег останавливаемся еще позже. Иногда я оборачиваюсь — посмотреть, не умирают ли они, эти двое волчат; но они держатся. Они рвутся вперед, вперед. Когда их начинает бить сухой кашель, они прижимают руки к груди и кашляют, кашляют, кашляют, скорчившись на снегу. Они не могут идти, не могут говорить. Они кашляют десять минут, а может, и полчаса, потом выпрямляются. Слезы замерзают у них на лице, но они говорят только:</p>
     <p>— Вперед, вперед!</p>
     <p>Даже я, Ситка Чарли, страшно устал и начинаю думать, что семьсот пятьдесят долларов — невысокая плата за такой труд. Выезжаем на большое спрямленье; свежий след. Волчата уткнулись носом в след и говорят:</p>
     <p>— Шевелись!</p>
     <p>Все время твердят:</p>
     <p>— Шевелись! Живей! Живей!</p>
     <p>Собакам приходится туго. У нас мало корма, мы не можем кормить их досыта, и они слабеют. А работа им выпала тяжелая. Женщина от всего сердца жалеет их, и часто из-за них у нее слезы на глазах. Но дьявол, который в нее вселился и толкает ее вперед, не позволяет сделать остановку и дать собакам отдых.</p>
     <p>И вот мы настигаем одноглазого. Он лежит на снегу возле тропы; у него сломана нога. Из-за ноги он не мог устроить хорошего привала и пролежал три дня на своих одеялах, кое-как поддерживая огонь. Когда мы нашли его, он лежал и ругался, как дьявол. Я никогда не слыхал, чтобы кто-нибудь так ругался.</p>
     <p>Я был рад: они нашли то, что искали, и мы теперь отдохнем. Но женщина говорит:</p>
     <p>— Едем. Скорей!</p>
     <p>Я удивлен. А одноглазый говорит:</p>
     <p>— Не думайте обо мне. Оставьте мне только свои припасы. Вы завтра купите себе у Мак-Киона. И пошлите Мак-Киона за мной. А сами — вперед!</p>
     <p>Он тоже волк, только старый. И у него тоже одна мысль: вперед! Мы отдаем ему свои припасы — их немного осталось! — колем ему дрова, берем самых сильных его собак и едем.</p>
     <p>Мы оставили одноглазого на снегу. И он умер там, потому что Мак-Кион так и не приехал за ним. Я не знаю, кто был этот человек и как он там очутился. Но думаю, что мои хозяева щедро платили ему, как и мне, за его работу для них.</p>
     <p>Весь тот день и всю ночь нам нечего было есть. И весь следующий день мы ехали очень быстро и в конце концов совсем ослабели от голода. Потом мы достигли Черного Утеса, который возвышается на пятьсот футов над тропой. Это было к вечеру. Уже смеркалось, и мы не могли найти хижину Мак-Киона. Мы легли спать голодные, а утром стали искать хижину. Она исчезла. И это было очень странно, так как все знали, что Мак-Кион живет в хижине около Черного Утеса. Мы находились близко от побережья, где дует сильный ветер и много снега. Ветром намело много снежных холмов.</p>
     <p>Мне приходит в голову мысль. Раскапываю один холм, другой. Натыкаюсь на стены хижины. Копаю дальше, пока не нахожу дверь. Вхожу. Мак-Кион лежит мертвый. Он умер, может, две, может, три недели назад. Какая-то болезнь помешала ему выйти из хижины. Ее занесло снегом. Он съел весь свой запас и умер. Я заглянул в его кладовую, в ней было пусто.</p>
     <p>— Вперед, — сказала женщина. Глаза ее светились голодным огнем, а рука лежала на сердце, словно у нее болело внутри. Она стояла и качалась, как дерево на ветру.</p>
     <p>— Да, вперед, — сказал мужчина.</p>
     <p>Голос его звучал глухо, словно карканье старого ворона. И от голода он был как помешанный. Глаза горели, как раскаленные угли. Его шатало из стороны в сторону. И я видел, что душа еле держится у него в теле.</p>
     <p>И я тоже сказал:</p>
     <p>— Вперед! — потому что эта мысль хлестала меня, как бич, каждую милю полуторатысячемильного пути и в конце концов врезалась мне в душу, и я, должно быть, сам помешался. Да нам и не оставалось ничего другого, как ехать вперед: ведь у нас не было припасов. И мы поехали вперед, не думая об одноглазом, которого бросили там, на снегу.</p>
     <p>Большое спрямленье — малоезженная тропа. Иной раз за два-три месяца никто не проедет здесь. Тропу занесло снегом, и на ней не было никаких следов человека — ни в ту, ни в другую сторону. Круглые сутки дул ветер, валил снег. И мы ехали день и ночь, и голод терзал наши внутренности. И с каждым шагом мы все больше слабели. Потом женщина стала падать. А там и мужчина. Я не падал, но у меня отяжелели ноги, и я несколько раз спотыкался и чуть не свалился.</p>
     <p>Последняя ночь февраля. Подстрелил трех белых куропаток из ее револьвера, и мы немного подкрепились. Но собакам есть нечего. Они пробуют грызть упряжь, сделанную из бычьей и моржовой кожи; приходится отогнать их палкой, а упряжь повесить на дерево. И собаки всю ночь воют и дерутся под этим деревом. Но мы не обращаем внимания. Мы спим как убитые, а утром встаем, как мертвецы из могил, и едем вперед.</p>
     <p>Первое марта. Утром впервые вижу след того, за кем гонятся волчата. День ясный и холодный. Солнце дольше стоит в небе, и по обе стороны от него сверкают ложные солнца, и воздух блестит морозной пылью. Снег больше не падает на тропу, и я вижу свежие следы собак и полозьев. С упряжкой идет один человек, и по следам его вижу, что у него мало сил. Тоже недоедает. Волчата при виде свежих следов теряют голову.</p>
     <p>— Шевелись! — говорят они. Все время твердят: — Шевелись! Поспешай, Чарли. Скорей, скорей!</p>
     <p>Мы поспешаем, но очень медленно. И он и она все время падают. А если пробуют сесть на нарты, так валятся с ног ослабевшие собаки. Да и холод такой, что, сидя на нартах, замерзаешь. Голодному легко замерзнуть. Когда женщина падает, мужчина помогает ей встать. А другой раз она помогает ему. Но то и дело они падают оба сразу и не могут встать. И мне каждый раз приходится подымать их, иначе они так и останутся лежать и умрут на снегу. Мне трудно возиться с ними, потому что я очень устал и еще должен править собаками, а они совсем обессилели и от этого стали тяжелые. И я теперь тоже то и дело валюсь в снег, но мне никто не помогает — я должен подыматься сам. И я все время встаю сам, подымаю их и погоняю собак.</p>
     <p>Вечером я убиваю только одну куропатку, и мы очень голодны. А он говорит мне:</p>
     <p>— Когда завтра тронемся, Чарли?</p>
     <p>Голос его звучит глухо, будто из могилы.</p>
     <p>— Ты всегда велишь трогаться в пять утра, — говорю я.</p>
     <p>— Завтра мы тронемся в три, — повторяет он.</p>
     <p>— Ты погибнешь, — с горьким смехом говорю я.</p>
     <p>— Завтра мы тронемся в три, — говорит он.</p>
     <p>И мы трогаемся в три, потому что я их слуга и делаю то, что они прикажут. Ясно, холодно, тихо, ветра нет. С рассветом становится видно далеко. И тишина. Мы слышим только стук своих сердец: в этой тишине они стучат очень громко. Мы как лунатики шагаем во сне, пока не упадем; тогда понимаем, что надо встать. И снова видим тропу и слышим стук своих сердец. И я шагаю как во сне, и мне вдруг приходят в голову странные мысли. «Зачем Ситка Чарли живет на свете? — спрашиваю я себя. — Зачем Ситка Чарли трудится в поте лица, ходит голодный и терпит такие мучения?»</p>
     <p>«Ради семисот пятидесяти долларов в месяц», — отвечаю я сам себе, понимая, что это глупый ответ. Но это правильный ответ… И с той поры я никогда не думаю о деньгах. Потому что в тот день у меня открылись глаза, вспыхнул яркий свет и мне стало хорошо. И я понял, что человек должен жить не ради денег, а ради счастья, которое никто не может ни дать, ни купить, ни продать, которого не оплатишь ничем.</p>
     <p>Утром подъезжаем к последнему ночному привалу того, кто впереди. Плохой привал, привал человека голодного и слабого. На снегу лоскуты одеяла и парусины.</p>
     <p>И я уже знаю, в чем дело: его собаки съели упряжь, и он сделал новую — из своих одеял.</p>
     <p>Мужчина и женщина так и впились глазами в эти остатки. Я гляжу на них обоих, и по спине у меня пробегают мурашки, как от холодного ветра. Глаза у них запали глубоко в глазницы и горят безумным огнем от усталости и голода. Лица — как у людей, умерших от голода, и щеки чернеют мертвой плотью, обожженные морозом.</p>
     <p>— Вперед, — говорит он.</p>
     <p>Но она кашляет и падает на снег. Это сухой кашель, легкие у нее тоже обожжены морозом. Она кашляет долго, потом с трудом становится на ноги, словно вылезает из могилы, слезы на щеках у нее превращаются в лед, и дыхание со свистом вырывается из груди. Но она говорит:</p>
     <p>— Вперед!</p>
     <p>Мы снова пускаемся в путь. Шагаем как во сне, среди безмолвия. Засыпаем на ходу и не чувствуем муки. И вдруг падаем — и пробуждаемся. И видим снег, и горы, и свежий след того, кто впереди, и снова чувствуем всю нашу муку. Доходим до места, где открывается снежная даль, и то, что они ищут, — прямо перед нами. На расстоянии мили от нас — черные пятна на снегу. Эти черные пятна движутся. У меня темно в глазах, и я напрягаюсь изо всех сил, чтобы рассмотреть. Вижу: человек с собаками, нарты. Волчата тоже видят. Они уже не могут говорить, они шепчут:</p>
     <p>— Вперед! Вперед! Скорей!</p>
     <p>И валятся с ног, но идут. У того, кто впереди, все время рвется упряжь из одеял; он должен останавливаться и чинить ее. У нас упряжь в порядке, потому что я вешал ее каждый вечер на дерево. В одиннадцать часов человек — в полумиле от нас. В час дня — в четверти мили. Он очень слаб. Мы видим, как он то и дело падает на снег. Одна из его собак не может больше идти, и он перерезает постромку, но не убивает собаку. И я убиваю ее топором, когда прохожу мимо, — как делаю со своими собаками, когда они выбиваются из сил и не могут идти дальше.</p>
     <p>Теперь нас разделяют с ним триста ярдов. Мы подвигаемся очень медленно: может, милю за два-три часа.</p>
     <p>Мы не идем. Мы все время падаем. Встаем, делаем, спотыкаясь, два-три шага и опять падаем. И я все время должен подымать их обоих. Иной раз, поднявшись на колени, они валятся ничком на снег; три-четыре раза тычутся головой в снег, прежде чем находят силы встать на ноги; потом сделают два-три шага и, шатаясь, снова падают. Но падают они всегда вперед. Стоят ли на ногах или на коленях — они падают только вперед, и так каждый раз приближаются к цели на длину своего тела.</p>
     <p>Иногда они ползут на четвереньках, подобно лесным зверям. Мы подвигаемся, как улитки, — как умирающие улитки, вот как мы тащимся. И все же быстрей, чем тот — впереди. Потому что он тоже все время падает и с ним нет Ситки Чарли, чтобы поднять его. Вот он в двухстах ярдах от нас. Проходит много времени — и он в ста ярдах.</p>
     <p>Забавное зрелище! Такое забавное, что мне хочется громко смеяться. Да, да, хохотать во все горло. Гонки мертвецов и мертвых собак. Как во сне, когда тебя мучает кошмар: ты бежишь со всех ног, чтобы спасти свою жизнь, а подвигаешься страшно медленно. Мужчина сошел с ума. Женщина сошла с ума. Я сошел с ума. Весь мир сошел с ума. И это так забавно, что меня душит смех.</p>
     <p>Незнакомец впереди бросает своих собак и дальше идет по снегу один. Проходит много времени, но вот мы наконец поравнялись с его собаками. Они лежат на снегу, беспомощные, в упряжке из одеял и парусины, с нартами позади. И когда мы минуем их, они скулят и воют, взывая к нам, как голодные дети.</p>
     <p>Потом и мы бросаем своих собак и бредем по снегу одни. Он и она — живые трупы. Охают, стонут, всхлипывают, но идут вперед. Я тоже иду вперед. У меня одна только мысль: догнать неизвестного. Тогда я отдохну. Только тогда. И, кажется, лягу и просплю тысячу лет, так я устал.</p>
     <p>Неизвестный в пятидесяти ярдах от нас, совсем один на белом снегу. Он падает и ползет, встает, спотыкается, падает и опять ползет. Как тяжело раненный зверь, который хочет уйти от охотника. Вот он уже больше не подымается, а только ползет на четвереньках. Мужчина и женщина тоже больше не встают, ползут за ним. Но я встаю. Падаю, но каждый раз опять встаю.</p>
     <p>Странная картина! Вокруг снег, и среди этого снега и безмолвия ползут мужчина и женщина. А впереди них — неизвестный. По обе стороны солнца стоят ложные солнца, так что в небе их сразу три. В воздухе от мороза алмазная пыль. Вот женщина кашляет и неподвижно лежит на снегу, пока не пройдет приступ, а потом снова ползет. Вот мужчина глядит вперед, и глаза у него слезятся, как у старика; ему приходится протирать их, чтобы увидеть неизвестного. Вот неизвестный оглядывается через плечо… А Ситка Чарли еще кое-как держится на ногах и если падает, то опять встает во весь рост.</p>
     <p>Проходит много времени, и неизвестный перестает ползти. Он медленно поднимается на ноги, снимает рукавицу и ждет с револьвером в руке, качаясь из стороны в сторону. Лицо его — кожа да кости и все в черных пятнах: обморожено. Лицо голодающего. Глаза глубоко ввалились, зубы оскалены.</p>
     <p>Мужчина и женщина тоже поднимаются на ноги и очень медленно идут к нему. И вокруг только снег и тишина. И в небе — три солнца. А воздух сверкает алмазной пылью.</p>
     <p>И вот случилось, что я, Ситка Чарли, увидел, как волчата совершили убийство. Никто — ни слова. Только неизвестный с лицом голодающего страшно оскалил зубы. Он качается из стороны в сторону, опустив плечи, согнув колени, широко расставив ноги, чтобы не упасть. Мужчина и женщина останавливаются футах в пятидесяти от него. Они тоже широко расставили ноги, чтобы не упасть, и их тоже качает из стороны в сторону. Неизвестный очень слаб. У него дрожит рука, и пуля, которую он посылает в мужчину, уходит в снег. Мужчина никак не может снять рукавицу. Неизвестный опять стреляет в него. И на этот раз пуля пролетает мимо. Тогда мужчина зубами стаскивает рукавицу. Но рука у него отморожена; он не может удержать револьвер и роняет его в снег. Я смотрю на женщину. Она тоже сняла рукавицу, и в руке у нее большой кольт. Она делает три выстрела, один за другим, подряд. Неизвестный, все так же оскалив зубы, валится ничком в снег. Они не смотрят на убитого.</p>
     <p>— Вперед, — говорят они.</p>
     <p>И мы идем. Но теперь, найдя то, что искали, они становятся мертвецами. Силы покидают их. Они совсем не могут стоять на ногах. Они не могут даже ползти. У них одно только желание — закрыть глаза и уснуть. Вижу невдалеке удобное место для привала, пинаю их ногой. У меня в руках бич для собак, и я хлещу их. Они громко кричат и ползут поневоле и кое-как подползают к месту для привала. Я развожу костер, чтоб они не замерзли, потом пригоняю нарты. Убиваю собак неизвестного, чтобы нам не умереть с голоду. Укрываю обоих одеялами, и они засыпают. Время от времени бужу их и даю им поесть; они едят не просыпаясь. Женщина спит полтора суток, потом просыпается и опять засыпает. Мужчина спит двое суток, просыпается и опять засыпает. После этого мы трогаемся к побережью, в Сент-Майкл. И когда Берингово море очищается от льда, мужчина и женщина уезжают на пароходе. Но перед этим они выплачивают мне по семьсот пятьдесят долларов за месяц. И еще дают тысячу долларов — в подарок.</p>
     <p>В тот год Ситка Чарли передал крупную сумму миссии Святого Креста.</p>
     <p>— Почему ж они убили неизвестного? — спросил я.</p>
     <p>Ситка Чарли ответил не сразу. Сперва он закурил трубку, поглядел на иллюстрацию из «Полис-газет», многозначительно кивнул на нее и неторопливо промолвил:</p>
     <p>— Я много думал. Не знаю. Так было. Это картина, которую я помню. Все равно как если б я заглянул в окно и увидел человека, пишущего письмо. Они вошли в мою жизнь и вышли из нее. И картина получилась такая, как я сказал: без начала и с непонятным концом.</p>
     <p>— Ты нарисовал целый ряд картин, пока рассказывал, — заметил я.</p>
     <p>— Да, — кивнул он. — Но все они без начала и без конца.</p>
     <p>— Самая последняя имела конец, — возразил я.</p>
     <p>— Да, — ответил он. — Но какой?</p>
     <p>— Это был кусок жизни, — сказал я.</p>
     <p>— Да, кусок жизни, — подтвердил он.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Потерявший лицо</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Потерявший лицо</p>
     </title>
     <p>Это был конец. Стремясь, подобно перелетным птицам, домой, в европейские столицы, Субьенков проделал длинный путь, отмеченный страданиями и ужасами. И вот здесь, в русской Америке, дальше, чем когда-либо, от желанной цели, этот путь оборвался. Он сидел на снегу со связанными за спиной руками и ожидал пытки. Он с ужасом смотрел на распростертого перед ним огромного казака, стонущего от боли. Мужчинам надоело возиться с этим гигантом, и они передали его в руки женщин. И женщины, как о том свидетельствовали вопли жертвы, сумели превзойти мужчин в своей дьявольской жестокости.</p>
     <p>Субьенков наблюдал за этим и содрогался от отвращения. Он не боялся смерти. Он слишком часто рисковал жизнью на протяжении тягостного пути от Варшавы до Нулато, чтобы испытывать страх при мысли о смерти. Но все его существо восставало против пытки. Это вызывало отвращение — не потому, что придется перенести нечеловеческие страдания, — вызывало отвращение то жалкое зрелище, когда он, корчась от боли, будет просить, умолять, выпрашивать, точно также, как это делали Большой Иван и другие. Это отвратительно. Встретить смерть мужественно, оставаясь самим собой, с улыбкой и шуткой на устах — вот это было бы достойно! Но потерять самообладание, когда дух твой раздавлен физической болью, визжать и корчиться, как обезьяна, превратиться в животное — вот что ужасно.</p>
     <p>Никаких шансов спастись не было. С самого начала, загоревшись страстной мечтой о свободе Польши, он оказался игрушкой в руках судьбы. И с самого начала — в Варшаве, в Санкт-Петербурге, в сибирских рудниках, на Камчатке, на утлых суденышках охотников за пушным зверем — судьба вела его к этому концу. Поистине еще при сотворении мира ему была назначена именно такая смерть — ему, такому утонченному и чувствительному ко всему, что окружало его, мечтателя, поэта и художника. Он еще не родился на свет, а уже было предопределено, что трепещущий комок нервов, который он собой представлял, будет обречен жить среди звериной вопиющей жестокости и умереть в этой далекой стране северной ночи, в этом мрачном уголке на самом краю света.</p>
     <p>Он вздохнул. Неужели то, что он видит сейчас перед собой, и было Большим Иваном — человеком без нервов, словно выкованным из железа, казаком, ставшим морским грабителем, существом флегматичным, как бык, со столь примитивной нервной системой, что какой-нибудь удар, причинявший нормальному человеку боль, воспринимался им едва ли не как простая щекотка. И все-таки эти индейцы из Нулато нашли у Большого Ивана нервы и прощупали их до самых корней его трепещущей души. Они добились своего. Казалось непостижимым, что человек может перенести такое и еще оставаться живым. Большой Иван дорого расплачивался за примитивность своей нервной системы. Он продержался вдвое дольше, чем все остальные.</p>
     <p>Субьенков чувствовал, что ему не вынести мучений казака. Почему Иван не умирает? Субьенкову казалось, что он сойдет с ума, если не прекратится этот душераздирающий вопль. Но ведь когда вопль прекратится, настанет его, Субьенкова, очередь. А вон там стоит, ожидая того момента, Якага, уже ухмыляющийся в предвкушении пытки, тот самый Якага, которого какую-нибудь неделю назад он выгнал из форта, хлестнув по лицу бичом. Якага о нем позаботится. Якага, конечно, припас для него самые изощренные пытки, самые утонченные мучения. Очевидно, эта новая пытка была особенно хороша, судя по тому, как взвыл Иван. Женщины, склонившиеся над ним, расступились, смеясь и хлопая в ладоши. Субьенков увидел чудовищное дело, которое они сделали, и начал истерически хохотать. Индейцы смотрели на него, изумляясь, что он способен смеяться. Но Субьенков не мог сдержаться.</p>
     <p>Нет, этого делать нельзя. Он кое-как справился с собой, спазматические судороги в горле постепенно затихли. Он заставил себя думать о чем-нибудь постороннем и принялся вспоминать свою прошлую жизнь. Он представил себе мать и отца, своего маленького, в яблоках, пони, гувернера-француза, который учил его танцам и однажды тайком принес ему старый, затрепанный томик Вольтера. Вновь Субьенков видел перед собой Париж, сумрачный Лондон, веселую Вену, Рим. Вновь ему представилась компания отчаянных молодых людей, которые, как и он, мечтали о свободной Польше с польским королем на троне в Варшаве. Вот откуда начался этот долгий путь. Что ж, он остался последним из всех. Одного за другим вспоминал Субьенков этих погибших в пути храбрецов, начиная с тех двух, которые были казнены в Санкт-Петербурге. Один был забит насмерть тюремщиком, другой, отправленный по этапу, свалился где-то на далеком, кровью политом тракте, которым они шагали бесконечные месяцы, подгоняемые ударами казаков-конвоиров. И всегда их окружала жестокость, дикая, звериная жестокость. Они умирали — от лихорадки, в рудниках, под кнутом. Последние двое погибли уже после побега, во время схватки с казаками, и только он один добрался до Камчатки, украв у какого-то путника документы и деньги и оставив его умирать на снегу.</p>
     <p>Он не видел ничего, кроме жестокости. Все эти годы, когда сердце его жило прошлым — в мастерских художников, в театрах, на светских приемах, — его окружала жестокость. Он покупал свою жизнь ценой крови. Убивали все. И он убил того путника ради документов. Он показал, на что способен, когда в один и тот же день дрался на дуэли с двумя русскими офицерами. Ему приходилось как-то проявлять себя, чтобы занять достойное место среди охотников за мехами. Он должен был завоевать себе это место. Позади лежал долгий, отнявший, казалось, тысячу лет, путь через всю Сибирь и всю Россию. Тем путем бежать было невозможно. Он мог идти только вперед — через мрачное, покрытое льдами Берингово море на Аляску. Путь этот вел в мир, где дикость с каждым шагом становилась все более ужасающей. На суденышках охотников за мехами, среди свирепствующей цинги, без пищи и воды, в борьбе с бесконечными морскими штормами люди превращались в животных. Трижды он отплывал на восток от Камчатки. И трижды, после невероятных трудностей и страданий, оставшиеся в живых возвращались назад. Путь к бегству был закрыт, а идти назад тем путем, которым он попал сюда, Субьенков не мог, ибо там его ждали рудники и кнут.</p>
     <p>Наконец, в четвертый и последний раз он поплыл на восток. Он отправился с теми, кто впервые открыл легендарные Котиковые острова, но он не вернулся с ними, чтобы принять участие в дележе добычи и в диких оргиях на Камчатке. Он поклялся никогда не возвращаться туда. Он знал: чтобы добраться до дорогих его сердцу европейских столиц, он должен идти вперед. Поэтому он переходил на другие суда и остался в этих незнакомых полуночных краях. Его спутниками были охотники-славяне и русские — искатели приключений, монголы, татары и исконные жители Сибири; они кровью прокладывали путь среди дикарей этого нового света. Они вырезали целые становища за то, что эскимосы отказывались платить им дань мехами, а на них, в свою очередь, нападали команды других кораблей. Субьенков вместе с одним финном оказался единственным, кто в конце концов спасся из всей их шайки. Они провели одинокую и голодную зиму на одном из пустынных Алеутских островов, а весной им выпал один шанс из тысячи — их подобрало какое-то судно охотников за пушниной.</p>
     <p>Но всегда его окружали ужасающая жестокость и дикость. Переходя с одного судна на другое и ни за что не желая возвращаться назад, он попал, наконец, на судно, отправившееся на юг. Они шли вдоль побережья Аляски и всюду наталкивались на толпы дикарей. Каждый раз, когда они бросали якорь у островов или у мрачных утесов материка, их встречала битва или шторм. Либо на них обрушивалась буря, угрожая разбить судно, либо появлялись боевые каноэ, переполненные завывающими туземцами с раскрашенными боевой краской лицами, которые подплывали, чтобы испытать на себе убойную силу ружей пиратов. Так они пробирались на юг, в сказочную страну Калифорнию. Говорили, что там обретаются испанцы, искатели приключений, прибившиеся туда из Мехико. Он возлагал свои надежды на этих испанцев. Только бы удрать к ним, дальше уже будет проще: через год или два — это уже не имеет значения, — но рано или поздно он доберется до Мехико, затем корабль — и он в Европе. Но они не встретили испанцев. Вновь и вновь они наталкивались на ту же неприступную стену дикости. Обитатели этого края, с лицами, раскрашенными для войны, отгоняли их прочь от берега. Под конец, когда одно судно было захвачено и вся команда перебита, капитан решил прекратить поиски и повернул обратно на север.</p>
     <p>Шли годы. Субьенков служил под началом Тебенкова, когда строился Михайловский редут. Два года он провел в низовьях Кускоквима. Два раза летом, в июне месяце, ему удавалось побывать в устье залива Коцебу, где в такую пору собирались племена для меновой торговли. Здесь можно было найти шкуры пятнистых оленей из Сибири, кость с островов Диомида, моржовые шкуры с берегов Северного океана, какие-то удивительные, неизвестно откуда, каменные светильники, переходившие от одного племени к другому, однажды ему даже попался охотничий нож английской работы. Субьенков знал, что здесь та школа, где можно изучить географию. Ведь здесь он встречал эскимосов из пролива Нортон, с острова Кинг и с островов Святого Лаврентия, с мыса Принца Уэльского и с мыса Барроу. Здесь эти места именовались по-иному и расстояние до них мерилось не километрами, а днями пути.</p>
     <p>Туземцы сходились сюда для торговли с огромной территории, а каменные светильники или этот стальной нож, переходя из рук в руки, попадали из еще более отдаленных мест. Субьенков запугивал эскимосов, улещивал, подкупал. Каждого дальнего путника или представителя неизвестного племени приводили к нему. Они рассказывали ему о несчетных и невероятных опасностях, подстерегавших путешественника, о диких зверях, враждебных племенах, непроходимых лесах и высоких горных хребтах, но во всех этих рассказах непременно фигурировали белые люди с голубыми глазами и белокурыми волосами, которые сражались, как дьяволы, и постоянно искали меха. Они находились на востоке, и далеко-далеко на востоке. Никто не видел их. Это были только слухи, которые передавались из уст в уста.</p>
     <p>Тяжелой была эта школа. Нельзя изучать географию через посредство непонятных диалектов, от людей, в чьем темном мозгу факты мешаются с вымыслом, людей, измеряющих расстояния ночевками, колеблющимися в зависимости от трудности перехода. В конце концов Субьенков узнал то, что придало ему мужества. На востоке есть большая река, где и обретаются эти голубоглазые люди. Река эта называется Юконом. Южнее Михайловского редута в море впадала большая река, известная русским под названием Куикпак. Ходили слухи, что это одна и та же река.</p>
     <p>Субьенков вернулся на Михайловский редут. В течение года он добивался, чтобы организовали экспедицию вверх по Куикпаку. Тут выделился Малахов, наполовину русский, возглавивший отряд самых отчаянных и жестоких авантюристов, которые когда-либо переправлялись сюда с Камчатки. Субьенков стал его помощником. Они пробрались сквозь лабиринт дельты Куикпака, миновали первые невысокие холмы на северном берегу и в обитых кожей каноэ, груженных до планшира товарами и боевыми припасами, на протяжении пятисот миль плыли против сильного, в пять узлов, течения по реке, ширина которой колебалась от двух до десяти миль, и глубиной в много сажен. Малахов решил построить форт в Нулато. Субьенков поначалу уговаривал плыть дальше, но потом примирился с Нулато. Приближалась долгая зима. Лучше было переждать. Как только наступит лето и сойдет лед, он отправится вверх по Куикпаку и будет пробиваться к факториям Компании Гудзонова залива. До Малахова никогда не доходили слухи о том, что Куикпак и есть Юкон, а Субьенков не рассказывал ему об этом.</p>
     <p>Началось строительство форта. Они заставили работать местных жителей. Стены из тесаных бревен вырастали под аккомпанемент вздохов и стонов нулатских индейцев. По их спинам гулял бич, и держала этот бич железная рука морских грабителей. Кое-кто из индейцев убегал, но когда их ловили, то возвращали назад и раскладывали перед фортом, и тут они вместе с соплеменниками узнавали на своей шкуре силу кнута. Двое индейцев умерли под кнутом, другие остались калеками на всю жизнь. А остальные усвоили этот урок и больше не пытались бежать. Снег выпал еще до того, как был закончен форт, и настало время для добычи пушнины. На племя была наложена тяжелая дань. Индейцев продолжали избивать и пороть кнутами, а для того, чтобы дань поступала, женщин и детей взяли в качестве заложников и обращались с ними с той жестокостью, на которую способны только охотники за мехами.</p>
     <p>Что ж, то был кровавый посев, а теперь пришла пора жатвы. Форт был спален. При зловещем свете пожара половина партии была перебита. Остальные были подвергнуты пыткам. Остался только Субьенков, или, точнее, Субьенков и Большой Иван, если это стонущее и визжащее существо на снегу можно было назвать Большим Иваном. Субьенков заметил, как ухмыляется, глядя на него, Якага. Ему нечего было сказать Якаге. На лице у того до сих пор виднелся след от бича. В конце концов Субьенков не мог осуждать его, но ему была противна мысль о том, что с ним сделает Якага. Он подумал было просить вождя племени Макамука, но разум подсказал ему, что такая просьба окажется бесполезной. Тогда он решил разорвать ремни и погибнуть в схватке. Такой конец был бы скорым. Но разорвать их он не мог. Ремни из оленьей кожи оказались сильнее его. Он продолжал искать выход, и в голову ему пришла новая идея. Он сделал знак Макамуку, чтобы привели переводчика, знающего наречие прибрежных жителей.</p>
     <p>— О Макамук, — сказал Субьенков, — я не собираюсь умирать. Я великий человек, и глупо было бы мне умирать. Да я и не умру. Я ведь не то, что вся эта падаль.</p>
     <p>Он глянул на стонущее существо, которое когда-то было Большим Иваном, и презрительно пнул его ногой.</p>
     <p>— Я слишком мудр, чтобы умереть. Я знаю великое лечебное снадобье. Только я один знаю это снадобье. Поскольку я не собираюсь умирать, я готов в обмен дать тебе это средство.</p>
     <p>— Что, это за средство? — потребовал ответа Макамук.</p>
     <p>— Это особенное средство.</p>
     <p>Субьенков сделал вид, словно он колеблется, стоит ли делиться своим секретом.</p>
     <p>— Ладно, тебе я скажу. Если каплей этого зелья помазать кожу, то она становится твердой, как скала, и прочной, как железо, и никакое оружие не может ее рассечь. Самый сильный удар ничего не может с ней сделать Костяной нож против нее все равно, что комок грязи, от нее отскочит даже стальной нож, какие мы раздавали вам. Что ты мне дашь за секрет этого зелья?</p>
     <p>— Я подарю тебе жизнь, — ответил Макамук через переводчика.</p>
     <p>Субьенков презрительно расхохотался.</p>
     <p>— И ты будешь до смерти рабом в моем доме, — продолжал Макамук.</p>
     <p>Поляк расхохотался еще более презрительно.</p>
     <p>— Пусть мне развяжут руки и ноги, и тогда мы будем разговаривать.</p>
     <p>Вождь сделал знак, и, когда Субьенкову освободили руки, он сделал самокрутку и закурил.</p>
     <p>— Это глупые слова, — сказал Макамук, — нет такого зелья. Не может быть. Нож сильнее любого зелья.</p>
     <p>Вождь был настроен скептически, но все-таки он колебался. Он не раз видел, как охотникам за мехами удавались всякие дьявольские фокусы. Он не мог ни в чем быть уверен.</p>
     <p>— Я сохраню тебе жизнь, и ты не будешь рабом, — заявил он.</p>
     <p>— Этого мало.</p>
     <p>Субьенков играл свою роль абсолютно хладнокровно, как будто торговался за лисий мех.</p>
     <p>— Это великое снадобье. Много раз оно спасало мне жизнь. Я хочу получить нарты и собак, и чтобы шестеро твоих охотников сопровождали меня вниз по реке и в безопасности проводили до последней ночевки перед Михайловским редутом.</p>
     <p>— Ты должен жить здесь и обучить нас всем твоим дьявольским штукам, — был ответ.</p>
     <p>Субьенков молча пожал плечами. Он выпускал табачный дым в морозный воздух и с любопытством рассматривал то, что осталось от казака-гиганта.</p>
     <p>— А это? — неожиданно сказал Макамук, показывая на шею Субьенкова, где виднелся синеватый шрам от ножевого удара, который ему нанесли на Камчатке во время какой-то ссоры. — Твое зелье — плохое зелье. Лезвие было сильнее, чем твое средство.</p>
     <p>— Тот, кто нанес удар, был очень сильный человек. — Субьенков оценивающе взглянул на Макамука. — Сильнее, чем ты, сильнее самого сильного твоего охотника, сильнее, чем был он.</p>
     <p>И опять он пнул носком своего мокасина казака; тот являл собой отвратительное зрелище. Хотя Большой Иван и потерял сознание, его измученное пытками тело еще цеплялось за жизнь.</p>
     <p>— И, кроме того, зелье было слабым. В тех местах не было нужных мне ягод, которых полно, как я вижу, в ваших краях. Здесь средство будет сильным.</p>
     <p>— Я отпущу тебя вниз по реке, — сказал Макамук, — и дам тебе нарты, собак и шестерых охотников.</p>
     <p>— Ты слишком долго раздумываешь, — последовал холодный ответ. — Ты оскорбил мое средство тем, что не сразу принял мои условия. Слушай же, теперь я требую большего. Я хочу получить сотню бобровых шкур. — Макамук насмешливо усмехнулся. — Я хочу получить сотню фунтов сушеной рыбы. — Макамук кивнул головой, рыбы было вдоволь, и она мало чего стоила. — Я хочу получить двое нарт, одни для меня и вторые для моих мехов и рыбы. Кроме того, пусть мне вернут ружье. Если тебя не устраивает моя цена, то имей в виду, что она вскоре увеличится.</p>
     <p>Якага что-то шепнул на ухо вождю.</p>
     <p>— А как я узнаю, что твое зелье настоящее? — спросил Макамук.</p>
     <p>— Это очень легко. Прежде всего я пойду в лес… Якага опять стал шептать на ухо Макамуку, который недоверчиво покачал головой.</p>
     <p>— Ты можешь послать со мной двадцать охотников, — продолжал Субьенков. — Я должен найти ягоды и корни, из которых варится средство. Потом ты приготовишь нарты, нагрузишь их рыбой и бобровыми шкурами, положишь туда ружье и отберешь шестерых охотников, которые пойдут со мной, а когда все будет готово, я натру зельем шею и положу голову вот на это бревно. И тогда пусть самый сильный твой охотник возьмет топор и трижды ударит меня по шее. Ты сам можешь трижды ударить меня.</p>
     <p>Макамук стоял с разинутым ртом, дивясь этому новому для него и самому удивительному чуду охотников за мехами.</p>
     <p>— Но имей в виду, — торопливо добавил поляк, — что перед каждым ударом я должен заново смазывать шею своим зельем. Топор — штука тяжелая и острая, и я не хочу, чтобы произошла ошибка.</p>
     <p>— Ты получишь все, что требуешь, — торопливо закричал Макамук. — Готовь свое зелье.</p>
     <p>Субьенков постарался скрыть свою радость. Он вел отчаянную игру и оступиться было нельзя. Он высокомерно произнес:</p>
     <p>— Ты слишком медлил. Мое средство оскорблено. Чтобы смыть это оскорбление, ты должен отдать мне свою дочь.</p>
     <p>И он показал пальцем на девушку, несчастное создание, у которой был кривой глаз и торчащие по-волчьи зубы. Макамук был рассержен, но поляк невозмутимо свернул и закурил новую самокрутку.</p>
     <p>— Поспеши, — с угрозой в голосе сказал он, — если ты будешь медлить, я потребую большего.</p>
     <p>В наступившем молчании Субьенков перенесся мысленным взором от мрачной картины северной природы, расстилавшейся перед ним, к своей родине и к Франции и, взглянув на эту девушку с торчащими зубами, он вспомнил другую девушку, певицу и балерину, которую знал, когда юношей впервые попал в Париж.</p>
     <p>— Зачем тебе нужна девушка? — спросил Макамук.</p>
     <p>— Чтобы она поплыла вместе со мной вниз по реке. — Субьенков критически оглядел ее. — Из нее выйдет хорошая жена, и честь жениться на девушке твоей крови — достаточная плата за мое средство.</p>
     <p>Он вновь вспомнил певицу и балерину и принялся мурлыкать песню, которой та научила его. Он заново переживал всю свою жизнь, но на этот раз рассматривая сцены из своего прошлого как будто со стороны, словно это были картинки в книге, рассказывающей о чьей-то чужой судьбе. Голос вождя неожиданно нарушил молчание, и он вздрогнул.</p>
     <p>— Все будет сделано, — сказал Макамук. — Девушка отправится вместе с тобой вниз по реке. Но имей в виду, что я сам трижды ударю топором по твоей шее.</p>
     <p>— Но я каждый раз буду заново намазываться своим средством, — отозвался Субьенков, изображая плохо скрытое беспокойство.</p>
     <p>— Ты будешь намазываться своим зельем перед каждым ударом. Вот охотники, которые будут следить, чтобы ты не сбежал. Отправляйся в лес и собирай свое зелье.</p>
     <p>Макамука убедила в ценности зелья именно жадность поляка. Конечно, только величайшее средство могло дать силу человеку, над которым нависла тень смерти, упорствовать и торговаться, как старая баба.</p>
     <p>— Кроме того, — шепнул Якага, когда поляк вместе со своей стражей исчез среди елей, — когда ты узнаешь средство, ты легко сможешь убить его.</p>
     <p>— Как же это я смогу убить его? — спросил Макамук. — Средство не даст мне убить.</p>
     <p>— Будут какие-то места, которые он не натрет своим зельем, — ответил Якага.:- Мы и умертвим его через такое место. Может быть, это будут его уши. Тогда мы воткнем ему копье в одно ухо, а выйдет оно в другое. Очень хорошо. А может быть, это будут глаза. Наверняка зелье слишком сильное, чтобы он намазал им глаза.</p>
     <p>Вождь кивнул головой.</p>
     <p>— Ты мудр, Якага. Если у него в запасе нет других дьявольских штук, мы убьем его.</p>
     <p>Субьенков не тратил много времени для сбора составных частей для своего зелья. Он поднимал все, что попадется под руку, — еловую хвою, ивовую кору, бересту и множество клюквы, которую он заставлял охотников выкапывать из-под снега. К своим запасам он добавил несколько замерзших корней и направился обратно в лагерь.</p>
     <p>Макамук и Якага не отходили ни на шаг, тщательно запоминая количество и вид составных частей, которые он кидал в чан с кипящей водой.</p>
     <p>— Заметьте, клюкву надо класть в первую очередь, — объяснил Субьенков. — Ах, да, еще одна вещь, человеческий палец. Дай-ка, Якага, я отрежу у тебя палец.</p>
     <p>Но Якага спрятал руки за спину и сердито посмотрел на него.</p>
     <p>— Всего только мизинец, — просил Субьенков.</p>
     <p>— Якага, дай ему свой палец, — приказал Макамук.</p>
     <p>— Здесь вокруг много пальцев, — проворчал Якага, показывая на валявшиеся на снегу останки замученных насмерть.</p>
     <p>— Это должен быть палец живого человека, — возразил поляк.</p>
     <p>— Ну так ты получишь палец живого человека, — Якага нагнулся над казаком и отсек у него палец.</p>
     <p>— Он еще не умер, — объяснил Якага, швыряя свой кровавый трофей к ногам поляка. — И вообще это хороший палец, потому что он большой.</p>
     <p>Субьенков бросил палец в пламя под чаном и начал петь. Это была французская любовная песенка, и он исполнял ее с необычайной торжественностью.</p>
     <p>— Без этих слов зелье не будет иметь силы, — пояснил он. — Эти слова составляют его главную силу. Ну вот, готово!</p>
     <p>— Повтори слова медленно, чтобы я мог запомнить их, — приказал Макамук.</p>
     <p>— Только после испытания. Когда топор трижды отскочит от моей шеи, тогда я раскрою тебе секрет этих слов.</p>
     <p>— А если средство окажется плохим средством? — с беспокойством спросил Макамук.</p>
     <p>Субьенков в гневе обернулся к нему.</p>
     <p>— Мое средство не может оказаться плохим. А если оно окажется плохим, тогда сделайте со мной то же, что вы сделали с остальными. Разрежьте меня на куски, как вы разрезали его. — Он кивнул на казака. — Зелье уже остыло. Итак, я натираю им шею и говорю при этом заклинания.</p>
     <p>Субьенков с самым серьезным лицом медленно пропел строку из "Марсельезы", одновременно натирая себе шею отвратительным варевом.</p>
     <p>Его представление было прервано диким воплем. Огромный казак, в котором в последний раз вспыхнула его чудовищная жизненная сила, приподнялся на колени. Индейцы принялись смеяться, кричать от удивления, хлопать в ладоши, а Большой Иван бился на снегу в страшных судорогах.</p>
     <p>Субьенкову стало нехорошо от этого зрелища, но он справился с приступом тошноты и притворился рассерженным.</p>
     <p>— Так дело не пойдет, — сказал он, — прикончите его, и тогда мы приступим к испытанию. Ну-ка, Якага, прекрати этот шум.</p>
     <p>Когда это было исполнено, Субьенков повернулся к Макамуку.</p>
     <p>— И помни, что ты должен бить изо всех сил. Это занятие не для детей. Возьми-ка топор и ударь по бревну, чтобы я мог видеть, что ты делаешь это как мужчина.</p>
     <p>Макамук повиновался и дважды со всего маху ударил по бревну, отколов порядочный кусок.</p>
     <p>— Хорошо! — Субьенков оглядел лица туземцев, которые словно символизировали ту стену варварства, которая окружала его с тех пор, как царская полиция арестовала его в Варшаве.</p>
     <p>— Бери топор, Макамук, и стань вот здесь. Я лягу. Когда я махну рукой, бей что есть мочи. И смотри, чтобы никто не стоял позади тебя. Мое средство крепкое, и топор может отскочить от моей шеи и вылететь у тебя из рук.</p>
     <p>Он посмотрел на две собачьи упряжки с нартами, нагруженными мехами и рыбой. Сверху на бобровых шкурах лежало его ружье. Шестеро охотников, которые должны были составлять его охрану, стояли у нарт.</p>
     <p>— А где девушка? — спросил поляк. — Приведите ее сюда прежде, чем мы приступим к испытанию.</p>
     <p>Когда девушку привели, Субьенков опустился на снег и положил голову на бревно, словно усталый ребенок, собирающийся уснуть. Он пережил столько тяжелых лет, что и в самом деле чувствовал себя смертельно уставшим.</p>
     <p>— Я смеюсь над тобой и над твоей силой, о Макамук, — сказал он, — бей, бей изо всех сил!</p>
     <p>Он поднял руку. Макамук поднял топор, огромный топор, которым обтесывают бревна. Блестящая сталь сверкнула в морозном воздухе, на какое-то едва уловимое мгновение топор задержался над головой Макамука и затем обрушился на обнаженную шею Субьенкова. Топор рассек мышцы и позвоночник и глубоко вонзился в бревно. Изумленные дикари увидели, как голова отскочила на добрый ярд от кровоточащего туловища.</p>
     <p>Все стояли в страшном замешательстве и молчали, пока постепенно не начали соображать, что никакого средства и не было. Охотник за мехами перехитрил их. Единственный из всех пленников он избежал пытки. Такова была ставка, ради которой он вел игру. И тут все разразились хохотом. Макамук от стыда опустил голову. Охотник за мехами обманул его. Макамук потерял лицо, потерял уважение в глазах своих соплеменников. Они продолжали хохотать. Макамук повернулся и побрел прочь. Он знал, что отныне он никогда не будет зваться Макамуком. Его будут звать Потерявший лицо, и ему не искупить своего позора до самой смерти, и когда бы ни собирались окрестные племена, — весной ли для лова лосося или летом для меновой торговли, — повсюду, у всех костров будут вновь и вновь рассказывать историю о том, как спокойно, с одного удара умер охотник за мехами от руки Потерявшего лицо.</p>
     <p>И он словно заранее слышал, как какой-нибудь наглый юнец будет спрашивать:</p>
     <p>— А кто такой Потерявший лицо?</p>
     <p>— Потерявший лицо? — скажут в ответ. — Его звали Макамуком до того, как он отрубил голову охотнику за мехами.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Поручение</p>
     </title>
     <p>Отдали швартовы, и "Сиэтл-4" стал медленно отходить от берега. Его палубы были битком забиты грузами и багажом, на них кишела разношерстная толпа индейцев, собак, погонщиков, торговцев и возвращающихся домой золотоискателей. Добрая часть населения Доусона выстроилась на берегу, провожая отъезжающих. Когда сходни были убраны и пароход начал выходить на фарватер, прощальные возгласы стали еще оглушительнее. Все в последний момент вспомнили, что не сказали еще чего-то важного, и громко кричали, стараясь, чтобы их услышали по ту сторону разделявшей их полосы воды, которая с каждой минутой становилась шире. Луи Бонделл, покручивая одной рукой свои рыжие усы, а другой вяло махая друзьям, остающимся на берегу, внезапно что-то вспомнил и бросился к борту.</p>
     <p>— Эй, Фред! — завопил он. — Фред!</p>
     <p>Фред растолкал плечами стоящую на берегу толпу и протиснулся вперед, стараясь разобрать, что хочет передать ему Луи Бонделл. У того уже лицо побагровело от крика, но слов все равно не было слышно. Между тем полоса воды между пароходом и берегом становилась все шире.</p>
     <p>— Эй, капитан Скотт! — крикнул Бонделл, обернувшись к капитанской рубке. — Остановите пароход!</p>
     <p>Звякнул сигнальный колокол, большое колесо под кормой крутанулось в обратную сторону и остановилось. Все находившиеся на борту и на пристани воспользовались этой задержкой, чтобы прокричать друг другу последние и уже окончательные пожелания. Тщетно Луи Бонделл пытался, чтобы его услышали. "Сиэтл-4" потерял ход, его начало сносить течением, капитан Скотт вынужден был дать передний ход и во второй раз остановить машины. Голова его скрылась в капитанской рубке, и через мгновение он вынырнул с большим мегафоном в руках.</p>
     <p>Теперь у капитана Скотта голос приобрел необычайную силу, и когда он рявкнул толпе на палубе и на берегу "Заткнитесь!", то его, вероятно, было слышно на вершине Оленьей горы и даже на улицах Клондайка. От этого официального призыва из капитанской рубки шум стих.</p>
     <p>— А теперь говорите, что вы хотите передать, — приказал капитан Скотт.</p>
     <p>— Передайте Фреду Черчиллю… Он там, на берегу… Скажите ему, чтобы он зашел к Мак-Дональду. У него на хранении мой маленький саквояж. Передайте ему, чтобы он захватил его и привез с собой.</p>
     <p>В наступившем молчании капитан Скотт проревел это сообщение через мегафон на берег:</p>
     <p>— Эй, вы, Фред Черчилль, пойдите к Мак-Дональду… У него на сохранении маленький саквояж… Принадлежит Луи Бонделлу… Это очень важно… Привезите его с собой… Поняли?</p>
     <p>Черчилль помахал рукой в знак того, что понял. Впрочем, если бы Мак-Дональд, живший в полумиле отсюда, открыл окно, он бы тоже разобрал, в чем дело. Вновь воздух огласился прощальными приветствиями, раздался удар судового колокола, "Сиэтл-4" двинулся вперед, развернулся на стремнине и пошел вниз по Юкону. Бонделл и Черчилль до последней минуты махали друг другу, выказывая свою взаимную симпатию.</p>
     <p>Это происходило летом. А в конце года двинулся вверх по Юкону "У. Х. Уиллис" с двумя сотнями возвращающихся домой путников на борту. Среди них был и Черчилль. В его каюте в мешке с одеждой лежал и саквояж Луи Бонделла. Это был небольшой прочный кожаный чемоданчик, весил он фунтов сорок, и это обстоятельство заставляло Черчилля нервничать каждый раз, когда ему приходилось хоть ненадолго отлучаться от саквояжа. Человек в соседней каюте вез с собой уйму золотого песка, спрятанного просто в чемодане с бельем, и они в конце концов договорились караулить поочередно. Если один из них спускался поесть, другой не спускал глаз с дверей обеих кают. Когда Черчиллю хотелось сыграть в вист, его сосед оставался на посту, а когда тому хотелось отвести душу, Черчилль принимался за чтение газет четырехмесячной давности, сидя на откидном стульчике в проходе между двумя дверьми.</p>
     <p>Зима, судя по всем признакам, сулила быть ранней, и пассажиры с утра и до темноты и еще далеко за полночь толковали об одном: удастся ли им выбраться до того, как река станет, или они вынуждены будут оставить пароход и двинуться дальше по льду. А тут еще случались всякие раздражающие задержки. Дважды ломалась машина, и ее приходилось чинить на скорую руку, и оба раза начинался снегопад, предупреждая их о скором приходе зимы. Девять раз "У. Х. Уиллис" пытался со своей слабенькой машиной преодолеть пороги Пяти Пальцев, а когда это наконец удалось, выяснилось, что пароход опаздывает на четыре дня даже против своего весьма приблизительного расписания. Тогда встал вопрос, будет ли пароход "Флора" дожидаться их повыше Ящичного ущелья. Отрезок реки между Ящичным ущельем и порогами Белой Лошади был недоступен для судов, и пассажиры перебирались здесь в обход порогов пешком, чтобы пересесть с одного парохода на другой. В ту пору телефона в этих местах не существовало, и поэтому предупредить "Флору" о том, что "Уиллис" хотя и с опозданием на четыре дня, но все же подходит, никакой возможности не было.</p>
     <p>Когда "Уиллис" вошел в Белую Лошадь, стало известно, что "Флора" ожидала его три дня сверх положенного срока и ушла всего несколько часов назад. Передали также, что "Флора" будет стоять у поста Тагиш до девяти часов утра воскресенья. Дело происходило в четыре часа дня в субботу. Пассажиры собрали митинг. На борту "Уиллиса" находилось большое канадское каноэ, предназначавшееся для полицейского поста у входа в озеро Беннет. Пассажиры договорились, что они берут на себя ответственность за это каноэ и за его доставку. После этого стали вызывать добровольцев. Для того, чтобы догнать "Флору", решено было выбрать двоих.</p>
     <p>Тотчас же вызвалось десятка два желающих. Среди них был и Черчилль, уж такой у него характер, что он вызвался прежде, чем подумал о саквояже Бонделла. Когда же он вспомнил о нем, то у него затеплилась надежда, что его не выберут, но человек, прославившийся, как капитан футбольной команды в колледже, как президент атлетического клуба, считавшийся одним из лучших погонщиков собак и ходоков на Юконе, да еще обладавший такими плечами, как он, не мог рассчитывать, что ему не окажут чести быть избранным. Поручение было возложено на него и на гиганта-немца Ника Антонсена.</p>
     <p>Пока толпа пассажиров поспешно тащила на своих плечах каноэ, Черчилль бросился в каюту. Он вытряхнул содержимое своего чемодана на пол и схватил саквояж, намереваясь передать его на сохранение соседу. Но тут же его взяло сомнение: ведь это была чужая вещь, и он, пожалуй, не имел права выпускать ее из рук. Поэтому он схватил саквояж и побежал по берегу, то и дело перекладывая его из одной руки в другую и гадая про себя, не весит ли саквояж в действительности больше сорока фунтов.</p>
     <p>Была половина пятого пополудни, когда Черчилль и Антонсен отправились в путь. Течение на Тридцатимильной было настолько сильным, что им почти не удавалось пользоваться веслами. Им приходилось идти по берегу с бечевой на плече, спотыкаясь о камни, продираясь сквозь поросль кустарника, пробираясь по колено и по пояс в воде, то и дело срываясь и падая, а когда на пути вставали непреодолимые скалы, приходилось опять садиться в каноэ, стремительно грести к другому берегу, пока не снесло течением, и вновь тащить лодку на бечеве. Это была изнуряющая работа. Антонсен трудился изо всех сил, безропотно и упорно, как и подобает такому гиганту, но Черчилль, наделенный мощным телом и неукротимой волей, вконец загонял его. Они ни разу не остановились на отдых. Они шли и шли вперед и только вперед. В лицо дул резкий ветер, руки стыли, и приходилось время от времени колотить рука об руку, чтобы восстановить кровообращение в онемевших пальцах.</p>
     <p>Когда наступила ночь, пришлось положиться на волю случая. Они то и дело были вынуждены высаживаться на берег и брести по бездорожью, разрывая в клочья одежду о кустарник. У обоих все тело было исцарапано и кровоточило. Раз десять переплывая от берега к берегу, они напарывались на коряги, и лодку опрокидывало. Когда это случилось в первый раз, Черчилль нырял и на глубине в три фута искал в воде саквояж. Он потерял полчаса на поиски и в конце концов для сохранности привязал его к лодке. Таким образом, пока каноэ сохраняло плавучесть, саквояж находился в безопасности. Антонсен издевался по поводу саквояжа, а к утру начал проклинать его, но Черчилль не удостаивал спутника объяснениями.</p>
     <p>Задержки и неудачи преследовали их на каждом шагу. На одной излучине реки, перерезанной мощным порогом, они потеряли два часа на бесчисленные попытки преодолеть стремнину, и лодка дважды переворачивалась. По обоим берегам здесь вздымались из глубины воды отвесные скалы, так что не было никакой возможности ни протащить лодку на канате, ни пройти с помощью багра, а преодолеть течение на веслах никак не удавалось. Они напрягали все силы, так налегая на весла, что, казалось, сердце выскочит из груди от напряжения, но каждый раз их сносило назад. В конце концов им удалось одолеть этот порог только благодаря чистой случайности. На самой стремнине, когда они терпели очередную неудачу, течение вырвало рулевое весло из рук Черчилля и швырнуло лодку к утесу. Черчилль наугад прыгнул на скалу и, ухватившись одной рукой за расщелину, другой придерживал тонущую лодку, пока Антонсен выбирался из воды. Затем они вытащили каноэ и передохнули. Двинувшись со свежими силами с этого критического места, они перешли пороги. Они пристали к берегу чуть повыше, немедленно выбрались на сушу и побрели через кустарник, волоча за собой лодку на бечеве.</p>
     <p>Рассвет застал их еще далеко от поста Тагиш. В девять часов утра они услышали прощальный гудок "Флоры". А когда в десять часов они добрались до поста, то увидели лишь дымок парохода, уходящего на юг. Капитан Джонс из конной полиции принял этих двух совершенно изнуренных оборванцев и накормил, а впоследствии уверял, что никогда в жизни не видел, чтобы люди ели с таким чудовищным аппетитом. Поев, они свалились тут же у плиты, не снимая своих лохмотьев, и заснули. Через два часа Черчилль встал, отнес саквояж Бонделла, служивший ему подушкой, в каноэ, растолкал Антонсена, и они снова пустились вдогонку за "Флорой".</p>
     <p>— Мало ли что может случиться? — отвечал Черчилль на все уговоры капитана Джонса. — Машина может сломаться или еще что-нибудь. Я должен догнать пароход и вернуть его, чтобы забрать ребят.</p>
     <p>Озеро Тагиш побелело от сильного, по-осеннему, встречного ветра. Волны обрушивались на лодку, заставляя одного из них все время вычерпывать воду, и на веслах, таким образом, мог сидеть только один гребец. Двигаться вперед при таких обстоятельствах было невозможно. Они прибились к пологому берегу, вылезли из каноэ, один взялся за бечеву, а второй подталкивал лодку. Они боролись с ветром, пробираясь по пояс в ледяной воде, частенько по самую шею; огромные валы то и дело покрывали их с головой. Они не знали ни отдыха, ни минутной передышки в той нечеловеческой, жестокой схватке. В эту ночь у выхода из озера Тагиш во время снежной бури они нагнали "Флору". Антонсен свалился на палубу и тут же захрапел. Черчилль выглядел совершенно ужасно. Одежда едва держалась на плечах, лицо было отморожено и распухло, после непрерывной работы в течение двадцати четырех часов вены на руках вздулись, и он не мог сжать кулак. Ноги болели так, что стоять было невероятным мучением.</p>
     <p>Капитан "Флоры" ни за что не соглашался возвращаться обратно к Белой Лошади. Черчилль был настойчив и решителен, но капитан заупрямился. В качестве последнего аргумента он заявил, что ничего они не достигнут, даже если "Флора" вернется, потому что единственный океанский пароход в Дайе, "Афинянин", должен отплыть во вторник утром и "Флора" не успеет подобрать застрявших в Белой Лошади путешественников и обернуться до ухода "Афинянина".</p>
     <p>— Когда отплывает "Афинянин"? — спросил Черчилль.</p>
     <p>— Во вторник, в семь часов утра.</p>
     <p>— Ладно! — сказал Черчилль, отбивая ногой сигнал подъема по ребрам храпящего Антонсена. — Возвращайтесь к Белой Лошади. Мы отправимся вперед и задержим "Афинянина".</p>
     <p>Обалдевшего от сна и ничего толком не соображавшего Антонсена спихнули в каноэ, и немец не мог сообразить, что происходит, до тех пор, пока его не окатила огромная ледяная волна и он не услышал крик Черчилля:</p>
     <p>— Ты что, разучился грести? Или хочешь, чтобы нас затопило?</p>
     <p>Рассвет застал их у Оленьего перевала, ветер стих, но Антонсен был уже совершенно неспособен работать веслами. Черчилль вытащил каноэ на пологий берег, и они решили поспать. Черчилль подвернул руку под голову так, что каждые несколько минут рука немела; тогда он просыпался от боли, смотрел на часы и подкладывал другую руку. Через два часа он растолкал Антонсена, и они двинулись дальше. Озеро Беннет, тридцати миль в длину, было спокойным, словно пруд, но на полпути налетел южный ветер, и вода побелела от пены. Час за часом вели они ту же борьбу, что и на озере Тагиш, волоча и подталкивая каноэ по пояс и по шею в ледяной воде, которая то и дело окатывала их с головой, пока здоровенный Антонсен не выбился из сил совершенно. Черчилль безжалостно подгонял его, но когда Антонсен шагнул вперед и чуть не захлебнулся на глубине трех футов, Черчилль втащил его в каноэ. Черчилль продолжал борьбу один и около полудня добрался до полицейского поста у входа в озеро Беннет. Он пытался вытащить Антонсена из каноэ, но не смог. Он прислушивался к тяжелому дыханию совершенно измученного товарища и позавидовал ему, когда подумал, что предстоит ему самому впереди. Антонсен может лежать и спать, а он, чтобы не опоздать, должен еще подняться на высоченный Чилкут и спуститься к морю. Настоящие трудности были еще впереди, и Черчилль почти пожалел о том, что в теле у него еще достаточно сил, потому что из-за этого его телу предстояли немалые муки.</p>
     <p>Черчилль вытащил каноэ на берег, подхватил саквояж Бонделла и, прихрамывая, рысцой направился к полицейскому посту.</p>
     <p>— Там внизу каноэ из Доусона, предназначенное для вас, — выпалил он офицеру, открывшему на его стук дверь, — и человек в нем, еле живой. Ничего опасного, просто выбился из сил. Позаботьтесь о нем. А я должен спешить. До свидания. Хочу захватить "Афинянина".</p>
     <p>Между озером Беннет и озером Линдерман лежит перемычка в милю длиной, и последние слова Черчилль бросил через плечо, почти на бегу. Бежать было очень больно, но он сжал зубы и несся вперед. Он даже забывал о боли, настолько его переполняла жгучая ненависть к саквояжу. Это было тяжкое испытание. Черчилль перекладывал саквояж из руки в руку. Он засовывал его под мышки. Он закидывал руку с саквояжем через плечо, и тот при каждом шаге колотил его по спине. Было ужасно трудно держать саквояж разбитыми и распухшими руками, и он несколько раз ронял его. Один раз, когда он перекладывал саквояж из руки в руку, тот выскользнул и упал, Черчилль споткнулся и тоже свалился на землю.</p>
     <p>Добравшись до конца перемычки, Черчилль купил за доллар старые ремни и привязал саквояж к спине. Там же он нанял баркас, который доставил его за шесть миль к верхней оконечности озера Линдерман, куда Черчилль добрался к четырем часам дня. "Афинянин" должен был отплыть из Дайи в семь часов утра на следующий день. До Дайи было двадцать восемь миль, и перед ним высился Чилкут. Черчилль присел, чтобы поправить обувь перед долгим подъемом, и проснулся. Он заснул в ту же секунду, как только присел. Хотя спал он не больше тридцати секунд, он испугался, что в следующий раз задремлет надолго, и кончал приводить обувь в порядок уже стоя. И даже стоя он не мог побороть слабость сразу. На какое-то мгновение он потерял сознание; он понял это, когда ослабевшее тело начало валиться на землю, но тут же вернул себя в чувство судорожным усилием мышц и удержался на ногах. Этот резкий переход от состояния бессознательности оставил по себе тошноту и дрожь. Черчилль принялся бить себя кулаком по голове, возвращая бодрость отупевшим мозгам.</p>
     <p>Вьючный караван Джека Бэрнса возвращался налегке к озеру Кратер, и Черчиллю предложили ехать на муле. Бэрнс хотел погрузить саквояж на другого мула, но Черчилль оставил его при себе, пристроив на луке седла. Однако то и дело дремота охватывала его, и саквояж упорно соскальзывал то на одну сторону седла, то на другую, и каждый раз Черчилль мучительно просыпался. Затем, когда уже начало темнеть, мул задел за выступавшую ветку, и Черчиллю разодрало щеку. В довершение всего мул сбился с дороги и упал, сбросив седока и саквояж на скалы. Дальше Черчилль предпочел идти, точнее сказать, тащиться, по отвратительной, едва ли достойной своего названия тропе, ведя за собой мула. Ужасающий смрад, доносившийся с обочин, говорил о том, сколько лошадей полегло тут жертвами людской погони за золотом. Но Черчилль ничего не чувствовал. Он слишком хотел спать. Однако к тому времени, когда они добрались до Долгого озера, он оправился от сонливости; у Глубокого озера он поручил саквояж Бэрнсу, с которого при тусклом свете звезд не спускал глаз. С саквояжем не должно было ничего случиться.</p>
     <p>У озера Кратер караван остался в лагере, а Черчилль, привязав саквояж к спине, принялся карабкаться по склону к перевалу. На этой почти отвесной крутизне он впервые почувствовал, как он устал. Он полз на четвереньках, как краб, явственно ощущая тяжесть своих рук и ног. Каждый раз для того, чтобы поднять ногу, ему приходилось до боли напрягать всю волю. Черчиллю начало казаться, что на ногах у него свинцовые башмаки, как у водолаза, и он едва перебарывал желание нагнуться и пощупать свинец руками. Что касается саквояжа Бонделла, то казалось непостижимым, как могут сорок фунтов весить так много. Саквояж давил на него так, словно он тащил на спине гору, и Черчилль не верил сам себе, вспоминая, как год назад он поднимался на этот самый перевал с грузом в сто пятьдесят фунтов за плечами! Если в тот раз он тащил сто пятьдесят фунтов, то саквояж Бонделла весил, наверное, фунтов пятьсот.</p>
     <p>Первый подъем от озера Кратер к перевалу пролегал через небольшой ледник. Тропа здесь была хорошо видна. Но выше, за ледником, являвшимся границей лесной зоны, не было ничего, кроме хаоса голых скал и огромных валунов. Тропинку в темноте не было видно, и он двигался вслепую, ощупью, затрачивая раза в три больше усилий, чем обычно. Он добрался до перевала в разгар снежной бури и, на свое счастье, натолкнулся на маленькую заброшенную палатку, в которую немедленно заполз. Там он нашел несколько старых и засохших картофелин и полдюжины сырых яиц, которые с аппетитом проглотил.</p>
     <p>Когда снег и ветер стихли, он начал почти немыслимый спуск. Тропинки здесь не было, и он брел наугад, спотыкаясь, то и дело в самый последний момент обнаруживая, что находится у края какого-нибудь обрыва или ущелья, глубину которых он даже представить не мог. Вскоре тучи вновь закрыли звезды, и в наступившем мраке он поскользнулся и катился вниз футов сто, очутившись исцарапанным и окровавленным на дне большой ямы. Здесь стояло зловоние от лошадиных трупов. Яма была поблизости от тропинки, и погонщики обычно сбрасывали сюда разбитых и умирающих лошадей. От зловония Черчилля затошнило и, словно в каком-то кошмаре, он стал карабкаться наверх. На полпути он вспомнил о саквояже. Саквояж свалился в яму вместе с Черчиллем, ремни, видимо, лопнули, и он совсем забыл про него. Опять ему пришлось лезть в эту вонючую яму и полчаса ползать на коленях, на ощупь отыскивая саквояж. Прежде чем он наткнулся на саквояж, он насчитал семнадцать дохлых лошадей и одну живую, которую пристрелил из револьвера. Оглядываясь на прошлое, в котором он не раз проявлял храбрость и одерживал победы, Черчилль, не задумываясь, заявил сам себе, что это возвращение за саквояжем было самым героическим поступком в его жизни. Настолько героическим, что прежде чем выбраться из ямы, он дважды оказывался на грани обморока.</p>
     <p>Когда наконец он добрался до ступеней и крутой спуск Чилкута остался позади, дорога стала легче. Нельзя сказать, чтоб это была очень хорошая дорога даже в лучших местах, но вполне приемлемая тропинка, по которой он мог бы идти нормально, если бы не был изнурен до последней степени, если бы у него оказался фонарь, чтобы светить под ноги, и если бы не саквояж Бонделла. Черчилль находился в таком состоянии, когда саквояж оказался для него той соломинкой, которая, как говорит пословица, переломила спину верблюду. У него едва хватало сил нести самого себя, но добавочный вес валил его на землю почти каждый раз, когда он спотыкался. А когда удавалось удержаться на ногах, откуда-то из темноты высовывались ветки, цеплялись за саквояж на спине и тащили Черчилля назад.</p>
     <p>Постепенно у Черчилля крепло убеждение, что если он упустит "Афинянина", то только из-за саквояжа. Вообще в сознании у него осталось только два предмета: саквояж и пароход. Он думал только о двух этих предметах, и они казались почему-то неотделимы от некой суровой миссии, ради которой он странствовал и трудился в течение долгих столетий. Он шел и боролся, как будто во сне. Словно во сне вошел он в Овечий Лагерь. Он ввалился в салун, высвободил плечи от ремней и начал опускать саквояж на пол. Тот выскользнул у него из пальцев и упал на пол с тяжелым стуком, который не остался незамеченным двумя мужчинами, собиравшимися уходить. Черчилль выпил стакан виски, сказал хозяину бара, чтобы тот разбудил его через десять минут, и уселся, поставив ногу на саквояж и опустив голову на колени.</p>
     <p>Его измученное тело так было сковано от усталости, что, когда его разбудили, потребовалось еще десять минут и еще один стакан виски, чтобы он смог распрямить члены и расправить мускулы.</p>
     <p>— Эй, да не туда пошел! — крикнул ему хозяин бара, потом вышел вслед за Черчиллем и в темноте вывел его на дорогу на Каньон-сити. Какие-то проблески сознания подсказали ему, что он идет в правильном направлении, и по-прежнему, как во сне, Черчилль брел по тропинке через ущелье. Он сам не знал, что его насторожило, но в этот момент путешествия, прошагав, казалось, уже несколько столетий, он почуял опасность и вытащил револьвер. Все еще будто во сне он увидел, как на тропинку вышли двое мужчин и потребовали, чтобы он остановился. Его револьвер выстрелил четыре раза, и он увидел вспышки их револьверов и услышал выстрелы. Кроме того, он понял, что ранен в бедро. Он увидел, как один из мужчин упал, а когда второй подбежал поближе, Черчилль ударил его тяжелым револьвером в лицо. Потом повернулся и бросился бежать. Вскоре он очнулся от своего полусонного состояния и обнаружил, что бежит, прихрамывая, по тропинке. Он был уверен, что все это ему только приснилось, пока он не стал шарить в поисках револьвера и убедился, что револьвер пропал. Потом он почувствовал острую боль в бедре и ощупал себя: рука у него была влажная от крови. Да, он ранен, правда, рана оказалась несерьезной. Тогда он окончательно проснулся и припустился к Каньон-сити.</p>
     <p>Там он нашел человека с лошадьми и фургоном, который за двадцать долларов выбрался из постели и пошел запрягать. Черчилль свалился в фургоне на лавку и заснул, не снимая саквояжа со спины. Фургон с грохотом катился по скользким от дождя валунам вниз, по долине, ведущей к Дайе, но просыпался Черчилль только в тех случаях, когда колеса наскакивали на самые высокие валуны. Когда же его подбрасывало ниже, чем на фут, это его ничуть не беспокоило. Последняя миля дороги оказалась более ровной, и он крепко заснул.</p>
     <p>Когда на рассвете они прибыли на место, возчик варварски растолкал Черчилля и прокричал ему в ухо, что "Афинянин" ушел. Черчилль тупо смотрел на опустевшую гавань.</p>
     <p>— Вон там виден дымок у Скагуэя, — сказал возчик. Черчилль ничего не видел, так как веки у него распухли, но он сказал:</p>
     <p>— Это он, достаньте мне лодку.</p>
     <p>Возчик оказался человеком обязательным, раздобыл ялик и нашел человека, который за десять долларов — деньги вперед — взялся грести. Черчилль заплатил, и ему помогли сойти в ялик. Сам он сойти был не в состоянии. До Скагуэя было шесть миль, и у него была блаженная мечта поспать. Но человек, поехавший с ним, не умел грести, и Черчилль сам еще несколько столетий работал веслами. Шесть миль никогда прежде не оказывались такими длинными и мучительными. Не сильный, но свежий бриз дул им навстречу и гнал ялик назад. Черчилль ощущал слабость в желудке, его мучила тошнота, руки и ноги совершенно окоченели. По его приказанию спутник зачерпнул соленой воды и плеснул ему в лицо.</p>
     <p>Когда они подплыли к "Афинянину", якорь уже был поднят, а Черчилль вконец выбился из сил.</p>
     <p>— Остановите! Остановите! — хрипло закричал он. — Важное сообщение! Остановите!</p>
     <p>И он уронил голову на грудь и уснул. Когда шесть человек переносили его вверх по сходням, он проснулся, потянулся за саквояжем и уцепился за него, как утопающий цепляется за соломинку.</p>
     <p>На палубе все смотрели на Черчилля с ужасом и любопытством. Одежда, в которой он отправился из Белой Лошади, превратилась в жалкие лохмотья, да и сам он был не в лучшем состоянии. Он находился в пути пятьдесят пять часов при невероятном напряжении сил. За это время он спал всего шесть часов и потерял двадцать фунтов в весе. Лицо, руки и все тело его были исцарапаны и избиты, глаза почти ничего не видели. Черчилль попытался встать, но не смог удержаться на ногах, свалился на палубу, не выпуская из рук саквояж, и передал свое сообщение.</p>
     <p>— А теперь положите меня спать, — закончил он, — есть я буду, когда проснусь.</p>
     <p>Черчиллю оказали честь и поместили грязного, в лохмотьях в каюте для новобрачных, которая была самой большой и самой роскошной каютой на пароходе. Он проспал двое суток, потом принял ванну, побрился, поел и стоял у поручней, покуривая сигару, когда прибыли двести путников из Белой Лошади.</p>
     <p>К тому времени, когда "Афинянин" прибыл в Сиэтл, Черчилль вполне оправился и бодро сошел на берег с саквояжем Бонделла в руках. Он гордился этим саквояжем. В нем для Черчилля воплощалось представление о подвиге, честности и доверии. "Я выполнил поручение" — такими словами выражал он для себя эти высокие понятия. Было еще не поздно, и Черчилль направился прямо к дому Бонделла. Луи Бонделл встретил его радостно, обеими руками пожал ему руку и потащил в дом.</p>
     <p>— О, спасибо, старик, хорошо, что ты привез его, — сказал Бонделл, получая саквояж.</p>
     <p>Он небрежно бросил саквояж на кушетку, и Черчилль понимающе заметил, как саквояж всей тяжестью подпрыгнул на пружинах. Бонделл закидал Черчилля вопросами.</p>
     <p>— Как ты живешь? Как там ребята? Что случилось с Биллом Смитерсом? Что, Дел Бишоп все еще в компании с Пьерсом? Продал он моих собак? Как на Серном Ручье, нашли что-нибудь? Ты прекрасно выглядишь. На каком пароходе ты приехал?</p>
     <p>Черчилль обстоятельно отвечал на все вопросы; так прошло полчаса, и в разговоре наметилась первая пауза.</p>
     <p>— Не лучше ли тебе посмотреть его? — предложил Черчилль, кивая на саквояж.</p>
     <p>— Да там все в порядке, — ответил Бонделл. — Скажи мне, что, россыпь Митчелла действительно дала так много, как ожидали?</p>
     <p>— Я все-таки думаю, что тебе следует посмотреть, — настаивал Черчилль. — Когда я передаю доверенную мне вещь, я хочу быть уверен, что все в порядке. Могло случиться, что кто-нибудь залез в твой саквояж, пока я спал, или еще что-нибудь.</p>
     <p>— А там нет ничего важного, старик, — со смехом ответил Бонделл.</p>
     <p>— Ничего важного, — повторил Черчилль едва слышно. Потом решительно сказал: — Луи, что находится в этом саквояже? Я хочу знать.</p>
     <p>Луи с удивлением посмотрел на него, вышел из комнаты и вернулся со связкой ключей. Он запустил руку в саквояж и вытащил оттуда кольт 44-го калибра. За ним последовало несколько коробок с патронами для револьвера и для винчестера.</p>
     <p>Черчилль взял саквояж и заглянул в него. Затем он перевернул и легонько потряс.</p>
     <p>— Револьвер заржавел, — заметил Бонделл. — Наверное, попал под дождь.</p>
     <p>— Да, — ответил Черчилль. — Жаль, что туда проникла сырость. Видимо, я был неосторожен.</p>
     <p>Он поднялся и вышел. Через десять минут вышел из дома и Луи Бонделл. Черчилль сидел на ступеньках, подперев подбородок руками, и пристально смотрел в темноту.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Меченый</p>
     </title>
     <p>Не очень-то я теперь высокого мнения о Стивене Маккэе, а ведь когда-то божился его именем. Да, было время, когда я любил его, как родного брата. А попадись мне теперь этот Стивен Маккэй — я не отвечаю за себя! Просто не верится, чтобы человек, деливший со мной пищу и одеяло, человек, с которым мы перемахнули через Чилкутский перевал, мог поступить так, как он. Я всегда считал Стива честным парнем, добрым товарищем; злобы или мстительности у него в натуре и в помине не было. Нет у меня теперь веры в людей! Еще бы! Я выходил этого человека, когда он помирал от тифа, мы вместе дохли с голоду у истоков Стюарта, и кто, как не он, спас мне жизнь на Малом Лососе! А теперь, после стольких лет, когда мы были неразлучны, я могу сказать про Стивена Маккэя только одно: в жизни не видал второго такого негодяя!</p>
     <p>Мы собрались с ним на Клондайк в самый разгар золотой горячки, осенью 1897 года, но тронулись с места слишком поздно и не успели перевалить через Чилкут до заморозков. Мы протащили наше снаряжение на спинах часть пути, как вдруг пошел снег. Пришлось купить собак и продолжать путь на нартах. Вот тут и попал к нам этот Меченый. Собаки были в цене, и мы уплатили за него сто десять долларов. Он стоил этого — с виду. Я говорю "с виду", потому что более красивого пса мне еще не доводилось встречать. Он весил шестьдесят фунтов и был словно создан для упряжки. Эскимосская собака? Нет, и не мэлмут и не канадская лайка. В нем было что-то от всех этих пород, а вдобавок и от европейской собаки, так как на одном боку у него посреди желто-рыжих и грязновато-белых разводов — преобладающая окраска этого пса — красовалось угольно-черное пятно величиной со сковородку. Потому мы и прозвали его "Меченым".</p>
     <p>Ничего не скажешь, — на первый взгляд пес был что надо. Когда он был в теле, мускулы так и перекатывались у него под кожей. Во всей Аляске не сыскалось бы пса более сильного с виду. И более умного — тоже с виду. Попадись этот Меченый вам на глаза, вы бы сказали, что в любой упряжке он перетянет трех собак одного с ним веса. Может, и так, только видеть этого мне не приходилось. Его ум не на то был направлен. Вот воровать и таскать что ни попало — это он умел в совершенстве. Кое в чем у него был особый, прямо-таки необъяснимый нюх: он всегда знал заранее, когда предстояла работа, и всегда успевал улизнуть. Насчет того, чтобы вовремя пропасть и вовремя найтись, у Меченого был положительно какой-то дар свыше. Зато когда доходило до работы, весь его ум мгновенно испарялся и вместо собаки перед вами была жалкая тварь, дрожащая, как кусок студня, — просто сердце обливалось кровью, на него глядя.</p>
     <p>Иной раз мне кажется, что не в глупости тут дело. Быть может, подобно некоторым, хорошо знакомым мне людям, Меченый был слишком умен, чтобы работать. Не удивлюсь, если при своей необыкновенной сметливости он просто-напросто нас дурачил. Может, он прикинул все "за" и "против" и решил, что лучше уж трепка раз-другой и никакой работы, чем работа с утра до ночи, хоть и без трепки. На это у него ума хватило бы. Говорю вам, иной раз сижу я и смотрю в глаза этому псу — и такой в них светится ум, что мурашки по спине побегут и дрожь пробирает до самых костей. Не могу даже объяснить, что это такое, словами не передашь. Я видел это — вот и все. Да, посмотреть ему в глаза было все равно, как заглянуть в человеческую душу. И от того, что я там видел, на меня нападал страх и всякие мысли начинали лезть в голову — о переселении душ и прочей ерунде. Говорю вам, я чувствовал нечто очень значительное в глазах у этого пса: они говорили со мной, но во мне самом не хватало чего-то, чтобы их понять. Как бы там ни было (знаю сам, что, верно, кажусь дураком), но, как бы там ни было, эти глаза сбивали меня с толку. Не могу, ну вот никак не могу объяснить, что я в них видел. Не то чтобы глаза у Меченого как-то особенно светились: нет, в них словно появлялось что-то и уходило в глубину, а глаза-то сами оставались неподвижными. По правде сказать, я не видел даже, как там что-нибудь появлялось, а только чувствовал, что появляется. Говорящие глаза — вот как это надо назвать. И они действовали на меня…</p>
     <p>Нет, не то, не могу я этого выразить. Одним словом, у меня возникало какое-то чувство сродства с ним. Нет, нет, дело тут не в сантиментах. Скорее это было чувство равенства. У этого пса глаза никогда не молили, как, например, у оленя. В них был вызов. Да нет, не вызов. Просто спокойное утверждение равенства. И вряд ли он сам это сознавал. А все же факт остается фактом: было что-то в его взгляде, что-то там светилось. Нет, не светилось, а появлялось. Сам знаю, что несу чепуху, но если бы вы посмотрели ему в глаза, как это случалось делать мне, вы бы меня поняли. Со Стивом происходило то же, что со мной. Короче, я пытался однажды убить Меченого — он никуда не был годен — и провалился с этим делом. Завел я его в чащу, — он шел медленно и неохотно, знал, верно, какая участь его ждет. Я остановился в подходящем местечке, наступил ногой на веревку и вынул свой большой кольт. А Меченый сел и стал на меня смотреть. Говорю вам, он не просил пощады, — он просто смотрел. И я увидел, как нечто непостижимое появилось — да, да, появилось — в глазах у этого пса. Не то чтобы я в самом деле что-нибудь видел, — должно быть, просто у меня было такое ощущение. И скажу вам напрямик: я спасовал. Это было все равно, как убить человека — храброго, сознающего свою участь человека, который спокойно смотрит в дуло твоего револьвера и словно хочет сказать: "Ну, кто из нас струсит?" И потом мне все казалось: вот-вот я уловлю то, что было в его взгляде. Надо бы поскорее спустить курок, а я медлил. Вот, вот оно — прямо передо мной, светится и мелькает в его глазах. А потом было уже поздно. Я струсил. Дрожь пробрала меня с головы до пят, под ложечкой засосало, и тошнота подступила к горлу. Тогда я сел и стал смотреть на Меченого, и он тоже на меня смотрит. Чувствую, еще немного, и я свихнусь. Хотите знать, что я сделал? Швырнул револьвер и со всех ног помчался в лагерь — такого страху нагнал на меня этот пес. Стив поднял меня на смех. Однако я приметил, что неделю спустя Стив повел Меченого в лес, как видно, С той же целью, и вернулся назад один, а немного погодя приплелся домой и Меченый.</p>
     <p>Как бы там ни было, а только Меченый не желал работать. Мы заплатили за него сто десять долларов, последние деньги наскребли, а он не желал работать, даже постромки не хотел натянуть. Стив пробовал уговорить Меченого, когда мы первый раз надели на него упряжь, но пес только задрожал слегка, — тем дело и кончилось. Хоть бы постромки натянул! Нет! Стоит себе как вкопанный и трясется, точно кусок студня. Стив стегнул его бичом. Он взвизгнул — и ни с места. Стив хлестнул еще раз, посильнее. И Меченый завыл — долго, протяжно, словно волк. Тут уж Стив взбесился и всыпал ему еще с полдюжины, а я выскочил из палатки и со всех ног бросился к ним.</p>
     <p>Я сказал Стиву, что нельзя так грубо обращаться с животными, и мы немного повздорили — первый раз за всю жизнь. Стив швырнул бич на снег и ушел злой, как черт. А я поднял бич и принялся за дело. Меченый задрожал, затрясся весь и припал к земле, прежде даже чем я взмахнул бичом. А когда я огрел его разочек, он взвыл, словно грешная душа в аду, и лег на снег. Я погнал собак, и они потащили Меченого за собой, а я продолжал лупить его. Он перекатился на спину и волочился по снегу, дрыгая всеми четырьмя лапами и воя так, словно его пропускали через мясорубку. Стив вернулся и давай хохотать надо мной. Пришлось мне попросить у него прощения за свои слова.</p>
     <p>Никакими силами нельзя было заставить Меченого работать, но зато я еще сроду не видал более прожорливой свиньи в собачьей шкуре. И в довершение всего это был ловкий вор. Перехитрить его было невозможно. Не раз оставались мы без копченой грудинки на завтрак, потому что Меченый успевал позавтракать раньше нас. По его вине мы чуть не подохли с голоду в верховьях Стюарта: он ухитрился добраться до наших мясных запасов и чего не смог сожрать сам, прикончила сообща вся упряжка. Впрочем, его нельзя было упрекнуть в пристрастии — он крал у всех. Это была беспокойная собака, вечно рыскавшая вокруг да около или спешившая куда-то с деловым видом. Не было ни одного лагеря на пять миль в окружности, который не подвергся бы его набегам. Хуже всего было то, что к нам поступали счета за его трапезы, которые, по справедливости, приходилось оплачивать, ибо таков был закон страны. И нас это прямо-таки разоряло, особенно в первую зиму на Чилкуте, — мы тогда сразу вылетели в трубу, платя за все свиные окорока и копченую грудинку, которых никто из нас не отведал. Драться этот Меченый тоже умел неплохо. Он умел делать все что угодно, только не работать. Сроду не натянул постромок, но верховодил всей упряжкой. А как он заставлял собак держаться от него на почтительном расстоянии! На это стоило посмотреть — поучительное было зрелище. Он вечно нагонял на них страху, и то одна, то другая собака всегда носила свежие отметины его клыков. Но Меченый был не просто задира. Никакое четвероногое существо не могло внушить ему страха. Я видел, как он один-одинешенек ринулся на чужую упряжку, без малейшего повода с ее стороны, и расшвырял вверх тормашками всех собак. Я, кажется, говорил вам, какой он был обжора? Так вот, как-то раз я поймал его, когда он жрал бич. Да, да, именно так. Начал с самого кончика и, когда я застал его за этим занятием, добрался уже до рукоятки и продолжал ее обрабатывать.</p>
     <p>Но с виду Меченый был хорош. В конце первой недели мы продали его отряду конной полиции за семьдесят пять долларов. У них были опытные погонщики, и мы думали, что к тому времени, когда Меченый покроет шестьсот миль до Доусона, из него выйдет приличная упряжная собака. Я говорю "мы думали", потому что в то время наше знакомство с Меченым только начиналось. Потом уже у нас не хватало наглости что-нибудь "думать", когда дело касалось этого пса. Через неделю мы проснулись утром от такой неистовой собачьей грызни, какой мне ни разу не приходилось слышать. Это Меченый возвратился домой и наводил порядок в упряжке. Смею вас уверить, что мы позавтракали без особого аппетита, но часа через два снова воспрянули духом, продав Меченого правительственному курьеру, отправлявшемуся в Доусон с депешами. На сей раз пес пробыл в отлучке всего трое суток и, как водится, отпраздновал свое возвращение хорошей собачьей свалкой.</p>
     <p>Переправив наше снаряжение через перевал, мы всю зиму и весну занимались тем, что помогали переправляться всем желающим, и здорово на этом заработали. Кроме того, неплохой доход приносил нам Меченый: мы продавали его не раз и не два, а все двадцать.</p>
     <p>Он всегда возвращался к нам, и ни один покупатель не потребовал обратно денег. Да и нам эти деньги были не нужны, — мы сами рады были хорошо заплатить всякому, кто помог бы нам навсегда сбыть Меченого с рук. Нам нужно было отделаться от него, но ведь даром собаку не отдашь — сразу покажется подозрительным. Впрочем, Меченый был такой красавец, что найти на него покупателя не составляло никакого труда.</p>
     <p>— Не обломался еще, — говорили мы, и нам платили за него, не торгуясь. Иной раз мы продавали его всего за двадцать пять долларов, а однажды выручили целых сто пятьдесят. Так вот, этот самый покупатель возвратил нам нашего пса лично и даже деньги отказался взять обратно. И уж как он нас поносил — страшно вспомнить! Это совсем недорогая плата, сказал он, за удовольствие выложить напрямик все, что он о нас думает. Да мы и сами понимали, что он прав, и крыть нам было нечем. Но только с того дня, выслушав все, что говорил этот человек, я навсегда потерял уважение к самому себе.</p>
     <p>Когда с рек и озер сошел лед, мы погрузили наше снаряжение в лодку на озере Беннет и поплыли в Доусон. У нас была неплохая упряжка, и мы, разумеется, и ее погрузили в лодку. Меченый был тут же, отделаться от "его не представлялось никакой возможности. В первый же день он раз десять затевал с собаками драку и сбрасывал в воду всех своих противников по очереди, — в лодке было тесновато, а он не любил, когда его толкают.</p>
     <p>— Этой собаке необходим простор, — сказал Стив на следующий день. — Давай-ка высадим его на берег.</p>
     <p>Так мы и сделали, причалив ради этого к берегу у Оленьего перевала. Еще две собаки — очень хорошие собаки — последовали за ним, и мы потеряли целых два дня на их розыски. Так мы этих собак больше и не видели. Но у нас словно гора с плеч свалилась: мы наслаждались покоем и, как тот человек, который отказался взять обратно свои сто пятьдесят долларов, считали, что дешево отделались. Впервые за несколько месяцев мы со Стивом снова смеялись, насвистывали, пели. Мы были счастливы, беспечны, как мотыльки. Черные дни остались позади. Кошмар рассеялся. Меченого больше не было.</p>
     <p>Три недели спустя, как-то утром мы со Стивом стояли на берегу реки в Доусоне. Подошла небольшая лодка, только что прибывшая с озера Беннет. Я увидел, что Стив вздрогнул, и услышал, как он произнес нечто не вполне цензурное и притом отнюдь не вполголоса. Смотрю на лодку и вижу: на корме, навострив уши, сидит Меченый. Мы со Стивом немедленно дали тягу, как трусы, как побитые дворняжки, как преступники, скрывающиеся от правосудия. Верно, это последнее пришло в голову и полицейскому сержанту, который видел, как мы улепетывали. Он решил, что в лодке прибыли представители закона и что они охотятся за нами. Не теряя ни минуты на выяснения, сержант погнался за преступниками и в салуне припер нас к стенке. Произошел довольно веселый разговор, так как мы наотрез отказались спуститься к лодке и встретиться с Меченым. В конце концов сержант приставил к нам другого полисмена, а сам пошел к лодке. Отделавшись наконец от полиции, мы направились к своей хижине. Подошли — и видим: Меченый уже поджидает нас, сидя на крылечке. Ну как он узнал, что мы тут живем? В то лето в Доусоне было тысяч сорок жителей. Как же ухитрился он среди всех других хижин разыскать именно нашу? И откуда, черт возьми, мог он знать, что мы вообще находимся в Доусоне? Предоставляю вам решить это самим. Не забудьте только то, что я говорил о его уме. Недаром что-то светилось в его глазах, словно этот пес был наделен бессмертной душой.</p>
     <p>Теперь уж мы потеряли всякую надежду избавиться от Меченого: в Доусоне было слишком много людей, покупавших его в Чилкуте, и молва о нем быстро распространилась повсюду. Раз шесть мы сажали его на пароход, спускавшийся вниз по Юкону, но он просто-напросто сходил на берег на первом же причале и не спеша трусил обратно. Мы не могли ни продать его, ни убить (оба пробовали, да ничего не вышло). Никому не удавалось убить Меченого, он был точно заколдован. Я видел как-то его на главной улице, в самой гуще собачьей свалки. На него налетело штук пятьдесят разъяренных псов, а когда эти псы рассыпались в разные стороны, Меченый стоял на всех четырех лапах, целый и невредимый, а две собаки из своры валялись на земле без всяких признаков жизни.</p>
     <p>Я видел, как Меченый стащил из погреба у майора Динвидди такой тяжеленный кусок оленины, что еле-еле ухитрялся прыгать с ним на шаг впереди краснокожей кухарки, гнавшейся за похитителем с топором в руке. Когда он взобрался на холм (после того как кухарка отказалась от преследования), сам майор Динвидди вышел из дому и разрядил свой винчестер в расстилавшийся перед ним пейзаж. Он дважды заряжал ружье, расстрелял все патроны — и ни разу не попал в Меченого. А потом прибежал полисмен и арестовал майора за стрельбу из огнестрельного оружия в черте города. Майор Динвидди уплатил положенный штраф, а мы со Стивом уплатили ему за оленину по одному доллару за фунт вместе с костями. Он сам покупал ее по такой цене, — мясо в тот год было дорогое.</p>
     <p>Я рассказываю только то, что видел собственными глазами. И сейчас расскажу вам еще кое-что. Я видел, как этот пес провалился в прорубь. Лед был толщиной в три с половиной фута, и Меченого, как соломинку, сразу затянуло течением вниз. Ярдов на триста ниже была другая прорубь, из которой брали воду для больницы. Меченый вылез из этой больничной проруби, облизал с себя воду, обкусал сосульки между пальцами, выбрался на берег и задал трепку большому ньюфаундленду, принадлежавшему приисковому комиссару.</p>
     <p>Осенью 1898 года, перед тем как стать рекам, Стив и я поднимались на баграх вверх по Юкону, направляясь к реке Стюарт. Собаки были с нами — все, кроме Меченого. Мы решили: хватит кормить его! С ним было столько хлопот, мы столько потратили на него времени, денег, корма… Особенно корма, а ведь этого ничем не окупишь, хоть мы и немало выручили, продавая этого пса на Чилкуте. И вот мы со Стивом привязали Меченого в хижине, а сами погрузили в лодку наше снаряжение. В эту ночь мы сделали привал в устье Индейской реки и вдоволь повеселились, на радостях, что наконец-то избавились от Меченого. Стив был мастер на всякие штуки, а я сидел, завернувшись в одеяло, и помирал со смеху. Вдруг в лагерь ворвался ураган. У нас волосы встали дыбом, когда мы увидели, как Меченый налетал на собак и разносил всю стаю в клочья. Ну как, скажите на милость, как удалось ему освободиться? Гадайте сами — у меня нет никаких соображений на этот счет. А как он переправился через Клондайк? Вот вам еще одна загадка. И главное, откуда он мог знать, что мы отправились вверх по Юкону? Ведь мы плыли по воде, значит, нас нельзя было найти по следу. Мы со Стивом сделались прямо-таки суеверными из-за этого пса. К тому же он действовал нам на нервы, и, признаться вам по секрету, мы его немножко побаивались.</p>
     <p>Когда мы прибыли к ручью Гендерсона, реки стали, и нам удалось продать Меченого за два мешка муки одной группе, направлявшейся вверх по реке Белой за медью. Так вот, вся эта группа пропала. Сгинула бесследно: никто больше не видел ни людей, ни собак, ни нарт — ничего. Все они словно сквозь землю провалились. Это было одно из самых таинственных происшествий в здешних местах. Стив и я двинулись дальше, вверх по реке Стюарт, а шесть недель спустя Меченый притащился к нам в лагерь. Пес был похож на скелет, он еле волочил ноги, а все же добрался до нас. А теперь пусть мне скажут: кто это сообщил ему, что мы отправились вверх по Стюарту? Мы могли направиться в тысячу других мест. Как он узнал? Ну, что вы на это скажете?</p>
     <p>Нет, избавиться от Меченого было невозможно. В Мэйо он затеял драку с одной собакой. Ее хозяин-индеец бросился на него с топором, промахнулся и убил свою собственную собаку. Вот и толкуйте о разной там магии и колдовстве, которыми отводят в сторону пули! На мой взгляд, куда трудней отвести в сторону топор, в особенности если за его рукоятку уцепился здоровенный индеец. И вот я видел, своими глазами видел, как Меченый это сделал. Тот индеец вовсе не хотел убивать собственную собаку, можете мне поверить.</p>
     <p>Я рассказывал вам, как Меченый добрался до наших мясных запасов? Вот тут уж нам прямо конец пришел. Охота кончилась; кроме этого мяса, у нас ничего не было. Лоси ушли за сотни миль, индейцы со всеми припасами — следом за ними. Прямо хоть ложись и помирай.</p>
     <p>Приближалась весна. Оставалось только ждать, когда вскроются реки. Мы здорово отощали, прежде чем решились съесть собак, и в первую очередь решено было съесть Меченого. Так что же вы думаете, как поступил этот пес? Он улизнул. Ну как он мог знать, что было у нас на уме? Мы просиживали ночи напролет, подстерегая его, но он не вернулся, и мы съели остальных собак, съели всю упряжку.</p>
     <p>Теперь послушайте, чем все это кончилось. Видели вы когда-нибудь, как вскрывается большая река и миллионы тонн льда несутся вниз по течению, теснясь, перемалываясь и наползая друг на друга? И вот, когда река Стюарт с ревом и грохотом ломала лед, в самой гуще ледяного месива мы углядели Меченого. Он, должно быть, пытался переправиться через реку где-нибудь выше по течению, и в эту минуту лед тронулся. Мы со Стивом носились по берегу взад и вперед, вопя и улюлюкая что было мочи и размахивая шапками. Потом останавливались и душили друг друга в объятиях; мы бесновались от радости, видя, что Меченому пришел конец. У него не было ни единого шанса выбраться оттуда! Как только лед сошел, мы сели в челнок и поплыли вниз по течению до Юкона и вниз по Юкону до Доусона, остановившись всего лишь раз — в поселке у ручья Гендерсона, чтобы немного подкормиться. А когда в Доусоне мы причалили к берегу, на пристани, навострив уши и приветливо помахивая хвостом, сидел Меченый и скалил зубы, словно говорил нам: "Добро пожаловать!" Ну как он выбрался? И откуда мог узнать, когда мы приплывем в Доусон? А ведь встретил нас на пристани минута в минуту!</p>
     <p>Чем больше я думаю об этом Меченом, тем бесповоротнее прихожу к убеждению, что есть такие вещи на свете, которые не по плечу науке. Никакая наука не в силах объяснить Меченого. Это совсем особое физическое явление, или даже мистическое, или еще что-нибудь в этом роде, и, насколько я понимаю, с прибавлением солидной доли теософии. Клондайк — хорошая страна. Я мог бы и сейчас жить там и стать миллионером, если б не этот пес. Он действовал мне на нервы. Я терпел эту собаку целых два года, а потом, как видно, силы мои истощились. Летом 1899 года мне пришлось выйти из игры. Я ничего не сказал Стиву. Я просто удрал, оставив ему записку и приложив к ней пакетик "Смерть крысам", с объяснением, что с этим надо делать. Я совсем отощал из-за этого Меченого и стал таким нервным, что вскакивал и оглядывался по сторонам, когда кругом не было ни души. И просто удивительно, как быстро я пришел в себя, стоило мне только избавиться от этого пса. Двадцать фунтов прибавил, прежде чем попал в Сан-Франциско, а когда сел на паром, чтобы добраться до Окленда, то уже настолько оправился, что даже моя жена тщетно старалась найти во мне хоть какую-нибудь перемену.</p>
     <p>Как-то раз я получил письмо от Стива, и в этом письме сквозило некоторое раздражение: Стив принял довольно близко к сердцу то, что я оставил его с Меченым. Между прочим, он писал, что использовал "Смерть крысам" согласно инструкции, но ничего путного из этого не вышло.</p>
     <p>Прошел год. Я опять вернулся в свою контору и преуспевал как нельзя лучше, даже раздобрел слегка. И вот тут-то и объявился Стив. Он не зашел повидаться со мной. Я прочел его имя в списке пассажиров, прибывших с пароходом, и был удивлен, почему он не показывается. Но долго удивляться мне не пришлось. Как-то утром я вышел из дому и увидел Меченого: он был привязан к столбу калитки и держал молочника на почтительном расстоянии от себя. В то же утро я узнал, что Стив уехал на Север в Сиэтл. С тех пор я уже не прибавлял в весе. Моя жена заставила меня купить Меченому ошейник с номерком, и не прошло и часа, как он выразил ей свою признательность, придушив ее любимую персидскую кошку. Никакие силы теперь не освободят меня больше от Меченого. Этот пес будет со мной до самой моей смерти, ибо он-то никогда не издохнет. С тех пор как он объявился, у меня испортился аппетит, и жена говорит, что я чахну на глазах. Прошлой ночью Меченый забрался в курятник к мистеру Харвею (Харвей — это мой сосед) и задушил у него девятнадцать самых породистых кур. Мне придется заплатить за них. Другие наши соседи поссорились с моей женой и съехали с квартиры: причиной ссоры был Меченый. Вот почему я разочаровался в Стивене Маккэе. Никак не думал, что он окажется таким подлецом.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Костер</p>
     </title>
     <p>День только занялся, холодный и серый — очень холодный и серый, — когда человек свернул с тропы, проложенной по замерзшему Юкону, и стал подниматься на высокий берег, где едва заметная тропинка вела на восток сквозь густой ельник. Подъем был крутой, и, взобравшись наверх, он остановился перевести дух, а чтобы скрыть от самого себя эту слабость, деловито посмотрел на часы. Стрелки показывали девять. Солнца не было, ни намека на солнце в безоблачном небе, и потому, хотя день был ясный, все кругом казалось подернутым неуловимой дымкой, словно прозрачная мгла затемнила дневной свет. Но человека это не тревожило. Он привык к отсутствию солнца. Оно давно уже не показывалось, и человек знал, что пройдет еще несколько дней, прежде чем лучезарный диск на своем пути к югу на мгновение выглянет из-за горизонта и тут же скроется с глаз.</p>
     <p>Человек посмотрел через плечо в ту сторону, откуда пришел. Юкон, раскинувшись на милю в ширину, застыл под трехфутовым слоем льда. А лед был прикрыт такою же толстой пеленой снега. Девственно белый покров ложился волнистыми складками в местах ледяных заторов. К югу и к северу, насколько хватал глаз, была сплошная белизна; только очень тонкая темная линия, обогнув поросший ельником остров, извиваясь, уходила на юг и, так же извиваясь, уходила на север, где исчезала за другим, поросшим ельником островом. Это была тропа, снежная тропа, проложенная по Юкону, которая тянулась на пятьсот миль к югу до Чилкутского перевала, до Дайи и Соленой Воды, и на семьдесят миль к северу до Доусона, и еще на тысячу миль до Нулато, и дальше до Сент-Майкла на Беринговом море, — полторы тысячи миль снежного пути.</p>
     <p>Но все это — таинственная, уходящая в бесконечную даль снежная тропа, чистое небо без солнца, трескучий мороз, необычный и зловещий колорит пейзажа — не пугало человека. Не потому, что он к этому привык. Он был чечако, новичок в этой стране, и проводил здесь первую зиму. Просто он, на свою беду, не обладал воображением. Он зорко видел и быстро схватывал явления жизни, но только явления, а не их внутренний смысл. Пятьдесят градусов ниже нуля означали восемьдесят с лишним градусов мороза. Такой факт говорил ему, что в пути будет очень холодно и трудно и больше ничего. Он не задумывался ни над своей уязвимостью, ни над уязвимостью всякого живого существа, способного жить только в строго ограниченных температурных пределах, и не пускался в догадки о возможном бессмертии или о месте человека во вселенной. Пятьдесят градусов ниже нуля предвещали жестокий холод, от которого нужно защитить себя рукавицами, наушниками, мокасинами и толстыми носками. Пятьдесят градусов ниже нуля были для него просто пятьдесят градусов ниже нуля. Мысль о том, что это может означать нечто большее, даже не приходила ему в голову.</p>
     <p>Повернувшись лицом к тропинке, он задумчиво сплюнул длинным плевком. Раздался резкий внезапный треск, удививший его. Он сплюнул опять. И опять, еще в воздухе, прежде чем упасть на снег, слюна затрещала. Человек знал, что при пятидесяти градусах ниже нуля плевок трещит на снегу, но сейчас он затрещал в воздухе. Значит, мороз стал еще сильнее; насколько сильнее — он не знал. Но это не важно. Цель его пути — знакомый участок на левом рукаве ручья Гендерсона, где его поджидают товарищи. Они пришли туда по перевалу с берегов Индейской реки, а он пошел в обход, чтобы посмотреть, можно ли будет весной переправить сплавной лес с островов на Юконе. Он доберется до лагеря к шести часам. Правда, к этому времени уже стемнеет, но там его будут ждать товарищи, ярко пылающий костер и горячий ужин. А завтрак — здесь; он положил руку на сверток, оттопыривавший борт меховой куртки.</p>
     <p>Завтрак был завернут в носовой платок и засунут под рубашку. Иначе лепешки замерзнут. Он улыбнулся про себя, с удовольствием думая о вкусном завтраке: пропитанные жиром лепешки были разрезаны пополам и переложены толстыми ломтями поджаренного сала.</p>
     <p>Он вошел в густой еловый лес. Тропинка была еле видна. Должно быть, здесь давно никто не проезжал — снегу намело на целый фут, и он радовался, что не взял нарт, а идет налегке и что вообще ничего при нем нет, кроме завтрака, завернутого в носовой платок. Однако его удивляло, что так холодно. Очень скоро он почувствовал, что у него немеют нос и скулы. Мороз нешуточный, что и говорить, подумал он, растирая лицо рукавицей. Густые усы и борода предохраняли щеки и подбородок, но не защищали широкие скулы и нос, вызывающе выставленный навстречу морозу.</p>
     <p>За человеком по пятам бежала ездовая собака местной породы, рослая, с серой шерстью, ни внешним видом, ни повадками не отличавшаяся от своего брата, дикого волка. Лютый мороз угнетал животное. Собака знала, что в такую стужу не годится быть в пути. Ее инстинкт вернее подсказывал ей истину, чем человеку его разум. Ведь было не только больше пятидесяти градусов, было больше шестидесяти, больше семидесяти. Было ровно семьдесят пять градусов ниже нуля. Так как точка замерзания по Фаренгейту находится на тридцать втором градусе выше нуля, то было полных сто семь градусов мороза. Собака ничего не знала о термометрах. Вероятно, в ее мозгу отсутствовало то ясное представление о сильном холоде, которое существует в человеческом мозгу. Но собаку предостерегал инстинкт. Ее охватывало смутное, но острое чувство страха; она понуро шла за человеком, ловя каждое его движение, словно ожидая, что он вернется в лагерь или укроется где-нибудь и разведет костер. Собака знала, что такое огонь, она жаждала огня, а уж если его нет — зарыться в снег и, свернувшись клубочком, сберечь свое тепло.</p>
     <p>Пар от дыхания кристаллической пылью оседал на шерсти собаки; вся морда была густо покрыта инеем, даже ресницы побелели. Рыжая борода и усы человека тоже замерзли, но их покрывал не иней, а плотная ледяная корка, и с каждым выдохом она утолщалась. К тому же он жевал табак, и намордник изо льда так крепко стягивал ему губы, что он не мог сплюнуть, и табачный сок примерзал к нижней губе. Ледяная борода, плотная и желтая, как янтарь, становилась все длинней; если он упадет, она, точно стеклянная, рассыплется мелкими осколками. Но этот привесок на подбородке не смущал его. Такую дань в этом краю платили все жующие табак, а он уже дважды делал переходы в сильный мороз. Правда, не в такой сильный, как сегодня, однако спиртовой термометр на Шестидесятой Миле в первый раз показывал пятьдесят, а во второй — пятьдесят пять градусов ниже нуля.</p>
     <p>Несколько миль он шел лесом по ровной местности, потом пересек широкое поле, заросшее темным кустарником, и спустился к узкой замерзшей речке. Это и был ручей Гендерсона, отсюда до развилины оставалось десять миль. Он посмотрел на часы. Было ровно десять. Он делает четыре мили в час, значит, у развилины будет в половине первого. Он решил отпраздновать там это событие — сделать привал и позавтракать.</p>
     <p>Собака, уныло опустив хвост, покорно поплелась за человеком, когда тот зашагал по замерзшему руслу. Старые борозды, оставленные нартами, были ясно видны, но свежие следы полозьев дюймов на десять занесло снегом. Вероятно, целый месяц никто не проходил здесь ни вверх, ни вниз по течению. Человек уверенно шел вперед. Он не имел привычки предаваться размышлениям, и сейчас ему решительно не о чем было думать, кроме как о том, что, добравшись до развилины, он позавтракает, а в шесть часов будет в лагере среди товарищей. Разговаривать было не с кем; и все равно он не мог бы разжать губы, скованные ледяным намордником. Поэтому он продолжал молча жевать табак, и его янтарная борода становилась все длиннее.</p>
     <p>Время от времени в его мозгу всплывала мысль, что мороз очень сильный, такой сильный, какого ему еще не приходилось переносить. На ходу он то и дело растирал рукавицей щеки и нос. Он делал это машинально, то одной рукой, то другой. Но стоило ему только опустить руку, как в ту же секунду щеки немели, а еще через секунду немел кончик носа. Щеки будут отморожены, он знал это и жалел, что не запасся повязкой для носа, вроде той, которую надевал Бэд, собираясь в дорогу. Такая повязка и щеки защищает от мороза. Но это, в сущности, не так важно. Ну, отморозит щеки, что ж тут такого? Поболят и перестанут, вот и все; от этого еще никто не умер.</p>
     <p>Хотя человек шел, ни о чем не думая, он зорко следил за дорогой, отмечая каждое отклонение русла, все изгибы, повороты, все заторы сплавного леса, и тщательно выбирал место, куда поставить ногу. Однажды, огибая поворот, он шарахнулся в сторону, как испугавшаяся лошадь, сделал крюк и вернулся обратно на тропу. Он знал, что ручей Гендерсона замерз до самого дна — ни один ручей не устоит перед арктической зимой, но он знал и то, что есть ключи, которые бьют из горных склонов и протекают под снегом, по ледяной поверхности ручья. Самый лютый мороз бессилен перед этими ключами, и он знал, какая опасность таится в них. Это были ловушки. Под снегом скоплялись озерца глубиной в три дюйма, а то и в три фута. Иногда их покрывала ледяная корка в полдюйма толщиной, а корку, в свою очередь, покрывал снег. Иногда ледяная корка и вода перемежались, так что если путник проваливался, то он проваливался постепенно и, погружаясь все глубже и глубже, случалось, промокал до пояса.</p>
     <p>Вот почему человек так испуганно шарахнулся. Он почувствовал, что наст поддается под ногами, и услышал треск скрытой под снегом ледяной корки. А промочить ноги в такую стужу не только неприятно, но и опасно. В лучшем случае это вызовет задержку, потому что придется разложить костер, чтобы разуться и высушить носки и мокасины. Оглядев русло реки и берега, он решил, что ключ бежит справа. Он постоял немного в раздумье, потирая нос и щеки, потом взял влево, осторожно ступая, перед каждым шагом ногой проверяя крепость наста. Миновав опасное место, он засунул в рот свежую порцию табака и зашагал дальше со скоростью четырех миль в час.</p>
     <p>В ближайшие два часа он несколько раз натыкался на такие ловушки. Обычно его предостерегал внешний вид снежного покрова: снег над озерцами был ноздреватый и словно засахаренный. И все-таки один раз он чуть было не провалился, а в другой раз, заподозрив опасность, заставил собаку идти вперед. Собака не хотела идти. Она пятилась назад до тех пор, пока человек не подогнал ее пинком. И тогда она быстро побежала по белому сплошному снегу. Вдруг ее передние лапы глубоко ушли в снег, она забарахталась и вылезла на безопасное место. Мокрые лапы мгновенно покрылись льдом. Собака стала торопливо лизать их, стараясь снять ледяную корку, потом легла в снег и принялась выкусывать лед между когтями. Она делала это, повинуясь инстинкту. Если оставить лед между когтями, то лапы будут болеть. Она этого не знала, она просто подчинялась таинственному велению, идущему из сокровенных глубин ее существа. Но человек знал, ибо составил себе суждение об этом на основании опыта, и, скинув рукавицу с правой руки, он помог собаке выломать кусочки льда. Пальцы его оставались неприкрытыми не больше минуты, и он поразился, как быстро они закоченели. Мороз нешуточный, что и говорить. Он поспешил натянуть рукавицу и начал яростно колотить рукой по груди.</p>
     <p>К двенадцати часам стало совсем светло. Но солнце, совершая свой зимний путь, слишком далеко ушло к югу и не показывалось над горизонтом. Горб земного шара заслонял солнце от человека, который шел, не отбрасывая тени, по руслу ручья Гендерсона под полдневным безоблачным небом. В половине первого, минута в минуту, он достиг развилины ручья. Он порадовался тому, что так хорошо идет. Если не убавлять хода, то к шести часам наверняка можно добраться до товарищей. Он расстегнул куртку, полез за пазуху и достал свой завтрак. Это заняло не больше пятнадцати секунд, и все же его пальцы онемели. Он несколько раз сильно ударил голой рукой по ноге. Потом сел на покрытое снегом бревно и приготовился завтракать. Но боль в пальцах так скоро прошла, что он испугался. Не успев поднести лепешку ко рту, он опять заколотил рукой по колену, потом надел рукавицу и оголил другую руку. Он взял ею лепешку, поднес ко рту, хотел откусить, но не мог — мешал ледяной намордник. Как же это он забыл, что нужно разложить костер и оттаять у огня. Он засмеялся над собственной глупостью и тут же почувствовал, что пальцы левой руки коченеют. И еще он заметил, что пальцы ног, которые больно заныли, когда он сел, уже почти не болят. Он не знал, отчего прошла боль: оттого ли, что ноги согрелись, или оттого, что они онемели. Он пошевелил пальцами в мокасинах и решил, что это онемение.</p>
     <p>Ему стало не по себе, и, торопливо натянув рукавицу, он поднялся с бревна. Потом зашагал взад и вперед, сильно топая, чтобы отогреть пальцы ног. Мороз нешуточный, что и говорить, думал он. Тот старик с Серного ручья не соврал, когда рассказывал, какие здесь бывают холода. А он еще посмеялся над ним! Никогда не нужно быть слишком уверенным в себе. Что правда, то правда — мороз лютый. Он топтался на месте и молотил руками, пока возвращающееся тепло не рассеяло его тревоги. Потом достал спички и начал раскладывать костер. Топливо было под рукой: в подлесок во время весеннего разлива нанесло много валежника. Он действовал осторожно, бережно поддерживая слабый огонек, пока костер не запылал ярким пламенем. Ледяная корка на его лице растаяла, и, греясь у костра, он позавтракал. Он перехитрил мороз хотя бы на время. Собака, радуясь огню, растянулась у костра как раз на таком расстоянии, чтобы пламя грело ее, но не обжигало.</p>
     <p>Кончив есть, человек набил трубку и спокойно, не спеша выкурил ее. Потом натянул рукавицы, поплотнее завязал тесемки наушников и пошел по левому рукаву ручья. Собака была недовольна, она не хотела уходить от костра. Этот человек явно не знал, что такое мороз. Может быть, все поколения его предков не знали, что такое мороз, мороз в сто семь градусов. Но собака знала, все ее предки знали, и она унаследовала от них это знание. И она знала, что не годится быть в пути в такую лютую стужу. В эту пору надо лежать, свернувшись клубочком, в норке под снегом, дожидаясь, пока безбрежное пространство, откуда идет мороз, не затянется тучами. Но между человеком и собакой не было дружбы. Она была его слугой, его рабом и никогда не видела от него ласки — только удары бича и хриплые, угрожающие звуки, предшествующие ударам. Поэтому собака не делала попыток поделиться с человеком своими опасениями. Она не заботилась о его благополучии, ради своего блага не хотела она уходить от костра. Но человек свистнул и заговорил с нею голосом, напомнившим ей о биче, и собака, повернувшись, пошла за ним по пятам.</p>
     <p>Человек сунул в рот свежую жвачку и начал отращивать новую янтарную бороду. От его влажного дыхания усы, брови и ресницы мгновенно заиндевели. На левом рукаве ручья Гендерсона, по-видимому, было меньше горных ключей, и с полчаса путник не видел угрожающих примет.</p>
     <p>А потом случилась беда. На ровном сплошном снегу, где ничто не предвещало опасности, где снежный покров, казалось, лежал толстым, плотным слоем, человек провалился. Здесь было не очень глубоко. Он промочил ноги до середины икр, пока выбирался на твердый наст.</p>
     <p>Неудача разозлила его, и он выругался вслух. Он надеялся быть в лагере среди товарищей к шести часам, а теперь запоздает на целый час, потому что придется разложить костер и высушить обувь. Иначе нельзя при такой низкой температуре — это он по крайней мере знал твердо; он повернул к высокому берегу и вскарабкался на него. В молодом ельнике, среди кустов, нашлось хорошее топливо — не только прутья и ветки, но и много сухих сучьев и высохшей прошлогодней травы. Он бросил на снег несколько палок потолще, чтобы дать костру прочное основание и чтобы слабое, еще не разгоревшееся пламя не погасло в растаявшем под ним снегу. Потом достал из кармана завиток березовой коры и поднес к нему спичку. Кора вспыхнула, как бумага. Положив ее на толстые сучья, он стал подкладывать в огонь сухие травинки и самые тонкие сухие прутики.</p>
     <p>Он работал медленно и осторожно, ясно понимая грозившую ему опасность. Мало-помалу, по мере того как пламя разгоралось, он стал подкладывать прутья потолще. Он сидел в снегу на корточках, выдергивал хворостинки из кустарника и клал их в костер. Он знал, что должен с первого раза развести огонь. Когда термометр показывает семьдесят пять ниже нуля, человек должен без задержки разжечь костер, если у него мокрые ноги. Если ноги сухие, он может пробежать с полмили и восстановить кровообращение. Но никакой пробежкой не восстановишь кровообращения в мокрых, коченеющих ногах при семидесяти пяти градусах ниже нуля. Как быстро ни беги, мокрые ноги будут только еще пуще мерзнуть.</p>
     <p>Все это человек знал. Тот старик с Серного ручья говорил ему об этом осенью, и теперь он оценил его совет.</p>
     <p>Он уже совсем не чувствовал ног. Чтобы разложить костер, ему пришлось снять рукавицы, и пальцы тотчас же онемели. При быстрой ходьбе со скоростью четырех миль в час сердце накачивало кровью все сосуды, тепло было и рукам и ногам. Но как только он остановился, подача крови прекратилась. Полярный холод обрушился на незащищенную точку земного шара, и человек, находясь в этой незащищенной точке, принял на себя всю силу ударов. Кровь в его жилах отступала перед ними. Кровь была живая, так же как его собака, и, так же, как собаку, ее тянуло спрятаться, укрыться от страшного холода. Пока он делал четыре мили в час, кровь волей-неволей приливала к конечностям, но теперь она отхлынула, ушла в тайники его тела. Пальцы рук и ног первые почувствовали отлив крови. Мокрые ноги стыли все сильнее, пальцы оголенных рук все сильнее мерзли, хотя он еще мог двигать ими. Нос и щеки уже мертвели, и по всему телу, не согреваемому кровью, пробегала дрожь.</p>
     <p>Но он спасен. Пальцы ног, щеки и нос будут только обморожены, — ведь костер уже разгорается. Теперь он подбрасывал ветки толщиной с палец. Еще минута — и можно будет класть сучья толщиной с запястье, и тогда он скинет мокрую обувь и, пока она будет сохнуть, отогреет ноги у костра, после того, конечно, как разотрет их снегом. Костер удался на славу. Он спасен. Он вспомнил советы старика на Серном ручье и улыбнулся. Как упрямо он твердил, что нельзя в одиночку пускаться в путь по Клондайку, если мороз сильнее пятидесяти градусов! И что же? Лед под ним проломился, он совсем один и все-таки спасся. Эти бывалые старики, подумал он, частенько трусливы, как бабы. Нужно только не терять головы, и все будет в порядке. Настоящий мужчина и один всегда справится. Но странно, что щеки и нос так быстро мерзнут. И он никак не думал, что руки мгновенно омертвеют. Он едва шевелил пальцами, с большим трудом удерживал в них сучья, и ему казалось, что руки где-то очень далеко от него и не принадлежат к его телу. Когда он хватался за сучок, ему приходилось смотреть на руку, чтобы убедиться, что он действительно подобрал его. Связь между ним и кончиками его пальцев была прервана.</p>
     <p>Но все это не важно. Перед ним костер, он шипит и потрескивает, и каждый пляшущий язычок сулит жизнь. Он принялся развязывать мокасины. Они покрылись ледяной коркой, толстые шерстяные носки, словно железные ножны, сжимали икры, а завязки мокасин походили на клубок побывавших в огне, исковерканных стальных прутьев. С минуту он дергал их онемевшими пальцами, потом, поняв, что это бессмысленно, вытащил нож.</p>
     <p>Но он не успел перерезать завязки — беда случилась раньше. Это была его вина, вернее, оплошность. Напрасно он разложил костер под елью. Следовало разложить его на открытом месте. Правда, так было удобнее вытаскивать хворост из кустарника и прямо класть в огонь. Но на ветках ели, под которой он развел огонь, лежал снег. Ветра не было очень давно, и снегу на ветвях скопилось много. Каждый раз, когда он выдергивал хворост из кустов, ель слегка сотрясалась — едва заметно для него, но достаточно сильно, чтобы вызвать катастрофу. Одна из верхних ветвей сбросила свой груз снега. Он упал на ветви пониже, увлекая за собой их груз. Так продолжалось до тех пор, пока снег не посыпался со всего дерева. Этот снежный обвал внезапно обрушился на человека и на костер, и костер погас! Там, где только что горел огонь, лежал свежий слой рыхлого снега.</p>
     <p>Человеку стало страшно. Словно он услышал свой смертный приговор. С минуту он сидел не шевелясь, пристально глядя на засыпанный снегом костер. Потом вдруг сделался очень спокоен. Быть может, старик на Серном ручье все-таки был прав. Будь у него спутник, ему не грозила бы опасность. Спутник развел бы костер. Что же, значит, надо самому сызнова приниматься за дело, и на этот раз ошибки быть не должно. Даже если ему удастся развести огонь, он, вероятно, лишится нескольких пальцев на ногах. Ноги, наверно, сильно обморожены, а новый костер разгорится не скоро.</p>
     <p>Таковы были его мысли, но он не предавался им в бездействии. Он усердно работал, пока они мелькали у него в голове. Он сложил новое основание для костра, теперь уже на открытом месте, где ни одна предательская ель не могла загасить его. Потом набрал прошлогодней травы и сушняку из подлеска. Пальцы его не двигались, поэтому он не выдергивал отдельные веточки, а собирал их горстями. Попадалось много гнилушек и комков зеленого мха, которые для костра не годились, но другого выхода у него не было. Он работал методически, даже набрал охапку толстых сучьев, чтобы подкладывать в огонь, когда костер разгорится. А собака сидела на снегу и неотступно следила за человеком тоскливым взглядом, ибо она ждала, что он даст ей огонь, а огня все не было.</p>
     <p>Приготовив топливо, человек полез в карман за вторым завитком березовой коры. Он знал, что кора в кармане, и, хотя не мог осязать ее пальцами, все же слышал, как она шуршит под рукой. Сколько он ни бился, он не мог схватить ее. И все время его мучила мысль, что ноги у него коченеют сильней и сильней. От этой мысли становилось нестерпимо страшно, но он гнал ее и преодолевал страх. Он зубами натянул рукавицы и, сначала сидя, а потом стоя, принялся изо всех сил колотить руками по бедрам; а собака сидела на снегу, обвив пушистым волчьим хвостом передние лапы, насторожив острые волчьи уши, и пристально глядела на человека. И человек, размахивая руками и колотя ладонями по бедрам, чувствовал, как в нем подымается жгучая зависть к животному, которому было тепло и надежно в его природном одеянии.</p>
     <p>Немного погодя он ощутил первые отдаленные признаки чувствительности в кончиках пальцев. Слабое покалывание становилось все сильнее, пока не превратилось в невыносимую боль, но он обрадовался ей. Он скинул рукавицу с правой руки и вытащил кору из кармана. Голые пальцы тотчас же стали неметь. Потом он достал связку серных спичек. Но леденящее дыхание мороза уже сковало его пальцы. Пока он тщетно пытался отделить одну спичку, вся связка упала в снег. Он хотел поднять ее, но не мог. Омертвевшие пальцы не могли ни нащупать спички, ни схватить их. Он старался не спешить. Он заставил себя не думать об отмороженных ногах, скулах и носе и сосредоточил все внимание на спичках. Он следил глазами за своей рукой, пользуясь зрением вместо осязания, и, увидев, что пальцы обхватили связку, сжал их, вернее, захотел сжать; но связь была прервана, и пальцы не повиновались его воле. Он натянул рукавицу и яростно начал бить рукой по бедру. Потом обеими руками сгреб спички вместе со снегом себе на колени. Но этого было мало.</p>
     <p>После долгой возни ему удалось зажать спички между ладонями и поднести их ко рту. Лед затрещал, разламываясь, когда он нечеловеческим усилием разжал челюсти. Он втянул нижнюю губу, приподнял верхнюю и зубами стал отделять спичку. Наконец, это удалось, и спичка упала ему на колени. Но и этого было мало. Он не мог подобрать ее. Потом выход нашелся. Он схватил спичку зубами и стал тереть о штанину. Раз двадцать провел он спичкой по ноге, раньше чем она зажглась. Когда пламя вспыхнуло, он, все еще держа спичку в зубах, поднес ее к березовой коре. Но едкий дым горящей серы попал ему в ноздри и в легкие, и он судорожно закашлялся. Спичка упала в снег и погасла.</p>
     <p>Старик был прав, подумал он, подавляя отчаяние: если температура ниже пятидесяти градусов, нужно идти вдвоем. Он снова заколотил руками, но они не оживали. Тогда он зубами стащил рукавицы с обеих рук и подобрал ладонями всю связку спичек. Мышцы предплечья не замерзли, и, напрягая их, он крепко сжал спички в ладонях. Потом провел всей связкой по штанине. Вспыхнуло яркое пламя — семьдесят серных спичек запылали, как одна! И ни малейшего ветра, можно было не опасаться, что ветер задует огонь. Он отвернул голову, чтобы не вдохнуть удушливый дым, и поднес пылающую связку к березовой коре. Вдруг он почувствовал, что пальцы правой руки оживают. Запахло горелым мясом. Где-то глубоко под кожей он ощущал жжение. Потом жжение превратилось в острую боль. Но он терпел, стиснув зубы, неловко прижимая горящие спички к коре; его собственные руки заслоняли пламя, и кора не вспыхивала.</p>
     <p>Наконец, когда боль стала нестерпима, он разжал руки. Пылающая связка с шипением упала в снег, но кора уже горела. Он начал подкладывать в огонь сухие травинки и тончайшие прутики. Выбирать топливо он не Мог, потому что ему приходилось поднимать его ладонями. Замечая на хворосте налипший мох или труху, он отгрызал их зубами. Он бережно и неловко выхаживал огонь. Огонь — это жизнь, и его нельзя упускать. Отлив крови от поверхности тела вызвал озноб, и движения человека становились все более неловкими. И вот большой ком зеленого мха придавил едва разгоревшийся огонек. Он хотел сбросить его, но руки дрожали от озноба, и он, ковырнув слишком глубоко, разрушил слабый зародыш костра — тлеющие травинки и прутики рассыпались во все стороны. Он хотел снова сложить их, но, как ни старался, не мог преодолеть дрожи, и крохотный костер разваливался. Хворостинки одна за другой, пыхнув дымком, угасали. Податель огня не выполнил своей задачи. Когда человек с равнодушием отчаяния посмотрел вокруг, взгляд его случайно упал на собаку, сидевшую в снегу напротив него, по другую сторону остатков костра; сгорбившись, она беспокойно ерзала, поднимая то одну, то другую переднюю лапу, и выжидательно, с тоской смотрела на него.</p>
     <p>Вид собаки навел его на безумную мысль. Он вспомнил рассказ о человеке, который был застигнут пургой и спасся тем, что убил вола и забрался внутрь туши. Он убьет собаку и погрузит руки в ее теплое тело, чтобы они согрелись и ожили. Тогда он разложит новый костер. Он заговорил с собакой, подзывая ее; но его голос звучал боязливо, и это испугало животное, потому что человек никогда не говорил с ней таким голосом. Что-то было неладно, врожденная подозрительность помогла ей почуять опасность. Она не знала, какая это опасность, но где-то в глубине ее сознания зашевелился смутный страх перед человеком. Она опустила уши и еще беспокойнее заерзала, переступая передними лапами, но с места не трогалась. Тогда человек стал на четвереньки и пополз к собаке. Это еще больше испугало ее, и она опасливо подалась в сторону.</p>
     <p>Человек сел на снегу, стараясь вернуть себе спокойствие. Потом зубами стянул рукавицы и встал. Прежде всего он посмотрел вниз, чтобы убедиться, что он действительно стоит, потому что онемевшие ноги не чувствовали земли. Стоило ему встать на ноги, как подозрения собаки рассеялись, а когда он повелительно заговорил с ней голосом, напомнившим ей о биче, она выполнила привычный долг и подошла к нему. Как только она очутилась в двух шагах от него, самообладание покинуло человека. Он бросился на собаку — и искренне удивился, когда оказалось, что руки его не могут хватать, пальцы не сгибаются и не держат. Он забыл, что они отморожены и все больше и больше мертвеют. Но в ту же секунду, прежде чем собака успела убежать, он стиснул ее в объятиях. Потом сел на снег, прижимая ее к себе, а животное вырывалось, рыча и взвизгивая.</p>
     <p>Но это было все, что он мог сделать: сидеть на снегу и сжимать собаку в объятиях. Он понимал, что ему не убить ее. Это было невозможно. Своими обессиленными руками он не мог ни ударить ее ножом, ни задушить. Он выпустил собаку, и она кинулась прочь, поджав хвост и все еще рыча. Шагах в двадцати она остановилась и с любопытством, подняв уши, оглянулась на него. Он искал глазами свои руки и, только скользнув взглядом от локтя к запястью, нашел их. Странно, что приходится полагаться на зрение, чтобы найти свои руки. Он начал неистово размахивать ими, колотя себя ладонями по бедрам. Через пять минут кровь быстрее побежала по жилам и озноб прекратился. Но кисти рук по-прежнему не действовали; у него было такое ощущение, словно они гирями висят на запястьях. Откуда взялось это ощущение, он не мог бы сказать.</p>
     <p>Гнетущая мысль о грозящей гибели сначала лишь смутно и тупо шевельнулась в его мозгу. Но очень скоро этот неопределенный страх превратился в мучительное сознание смертельной опасности: речь шла уже не о том, отморозит ли он пальцы на руках и ногах, и даже не о том, лишится ли он рук и ног, — теперь это был вопрос жизни и смерти, и надежды на спасение почти не было. Его охватил панический ужас. Он повернулся и побежал по занесенной снегом тропе. Собака последовала за ним. Он бежал без мысли, без цели, во власти такого страха, какого ему еще никогда не приходилось испытывать. Мало-помалу, пока он бежал, спотыкаясь и увязая в снегу, он снова начал различать окружающее: берега реки, заторы сплавного леса, голые осины, небо над головой. От бега ему стало легче. Он уже не дрожал от холода. Может быть, если и дальше так бежать, ноги отойдут; может быть, он даже сумеет добежать до лагеря, где его ждут товарищи. Конечно, несколько пальцев на руках и ногах пропали, и лицо обморожено, но товарищи позаботятся о нем и спасут, что еще можно спасти. И в то же время сознание говорило ему, что никогда он не доберется до товарищей, что до лагеря слишком далеко, что ноги его слишком закоченели и что скоро он будет мертв и недвижим. Но он не позволял этой мысли всплыть на поверхность и отказывался верить ей. Иногда она вырывалась наружу и требовала внимания, но он отталкивал ее и изо всех сил старался думать о другом.</p>
     <p>Его удивляло, что он вообще может бежать, потому что ноги совсем омертвели и он не чувствовал, как они несут его тяжесть и как касаются земли. Тело словно скользило по тропе, не задевая ее. Он как-то видел на картинке крылатого Меркурия, и ему пришло в голову, что, должно быть, у Меркурия было такое же ощущение, когда он скользил над землей.</p>
     <p>В его плане добежать до лагеря имелся существенный изъян — у него не было сил выполнить его. Он то и дело оступался, потом ноги стали заплетаться, и, наконец, он свалился в снег. Встать он уже не мог. Надо посидеть и отдохнуть, решил он, а потом просто пойти шагом. Посидев и отдышавшись, он почувствовал, что хорошо согрелся. Его не знобило, и в груди даже разливалось приятное тепло. Но, дотронувшись до щек и носа, он убедился, что они все еще бесчувственны. Даже от бега они не отошли. Не отошли и руки и ноги. Потом его поразила мысль, что отмороженных мест на его теле, вероятно, становится все больше. Он хотел отогнать эту мысль, забыть ее, старался думать о другом; он понимал, что это внушает ему ужас, и боялся поддаться ужасу. Но мысль не уходила, она сверлила мозг, пока он не увидел себя полностью закоченевшим. Это было свыше его сил, и он снова, как безумный, бросился бежать по снежной тропе. Потом перешел было на шаг, но мысль о том, что он замерзнет насмерть, подгоняла его.</p>
     <p>А собака неотступно бежала за ним по пятам. Когда он упал во второй раз, она села против него, обвив хвостом передние лапы, зорко и настороженно приглядываясь к нему. Увидев собаку, которой было тепло и надежно в ее шкуре, он пришел в ярость и до тех пор неистово ругал ее, пока она не повесила уши, словно прося прощения. На этот раз озноб охватил его быстрее, чем после первого падения. Мороз брал верх над ним, вползал в его тело со всех сторон. Он принудил себя встать, но, не пробежав и ста футов, зашатался и со всего роста грохнулся оземь. Это был его последний приступ страха. Отдышавшись и придя в себя, он сел на снег и стал готовиться к тому, чтобы встретить смерть с достоинством. Впрочем, он думал об этом не в таких выражениях. Он говорил себе, что нет ничего глупее, чем бегать, как курица с отрезанной головой, — именно это сравнение пришло ему на ум. Ну что же, раз все равно суждено замерзнуть, то лучше уж держать себя пристойно. Вместе с этим внезапно обретенным покоем пришли первые предвестники сонливости. Неплохо, подумал он, заснуть насмерть. Точно под наркозом. Замерзнуть вовсе не так страшно, как думают. Бывает смерть куда хуже.</p>
     <p>Он представил себе, как товарищи завтра найдут его, и вдруг увидел самого себя: он идет вместе с ними по тропе, разыскивая свое тело. И вместе с ними он огибает поворот дороги и видит себя лежащим на снегу. Он отделился от самого себя и, стоя среди товарищей, смотрит на свое распростертое тело. А мороз нешуточный, что и говорить. Вот вернусь в Штаты и расскажу дома, что такое настоящий холод, подумал он. Потом ему примерещился старик с Серного ручья. Он ясно видел его: тот сидел, греясь у огня, и спокойно покуривал трубку.</p>
     <p>— Ты был прав, старый хрыч, безусловно прав, — пробормотал он, обращаясь к старику.</p>
     <p>Потом он погрузился в такой сладостный и успокоительный сон, какого не знавал за всю свою жизнь. Собака сидела против него и ждала. Короткий день угасал в долгих, медлительных сумерках. Костра не предвиделось, и, кроме того, опыт подсказывал собаке, что не бывает так, чтобы человек сидел на снегу и не разводил огня. Когда сумерки сгустились, тоска по огню с такой силой овладела собакой, что она, горбясь и беспокойно переступая лапами, тихонько заскулила и тут же прижала уши в ожидании сердитого окрика. Но человек молчал. Немного погодя собака заскулила громче. Потом, подождав еще немного, подползла к человеку и почуяла запах смерти. Собака попятилась от него, шерсть у нее встала дыбом. Она еще помедлила, протяжно воя под яркими звездами, которые кувыркались и приплясывали в морозном небе. Потом повернулась и быстро побежала по снежной тропе к знакомому лагерю, где были другие податели корма и огня.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Золотая Зорька</p>
     </title>
     <p>Лон Мак-Фейн был несколько раздражен из-за того, что потерял свой кисет, иначе он рассказал бы мне хоть что-нибудь о хижине у Нежданного озера до того, как мы добрались туда. Весь день напролет, вновь и вновь сменяя друг друга, шли мы впереди нарт, утаптывая в снегу тропинку для собак. Это тяжелая работа — утаптывать снег, и она не располагает к болтливости, но все-таки в полдень, когда мы сделали остановку, чтобы сварить кофе, Лон Мак-Фейн мог бы перевести дух и кое-что рассказать мне. Однако он этого не сделал. Нежданное озеро? Для меня это оказалась Нежданная хижина. Я ничего до тех пор о ней не слышал. Признаться, я немного устал. Я все ждал, когда Лон устроит привал на часок, но я был слишком горд, чтобы самому предложить передохнуть или спросить, что он намеревается делать, хотя, между прочим, он служил у меня и я платил ему немалые деньги за то, чтобы он погонял моих собак и выполнял мои приказания. Пожалуй, я и сам был немного раздражен. Он ничего не говорил, а я решил ничего не спрашивать у него, даже если придется идти всю ночь.</p>
     <p>Мы наткнулись на хижину совершенно неожиданно для меня. За неделю нашего путешествия мы не встретили ни одной живой души, и что касается меня, то я полагал, что у нас весьма мало шансов встретить кого-нибудь и в предстоящую неделю. И вдруг прямо перед носом оказалась хижина, в окошке- пробивается слабый свет, а из трубы вьется дымок.</p>
     <p>— Почему же вы мне не сказали?.. — начал я, но Лон прервал меня, проворчав:</p>
     <p>— Нежданное озеро… Оно в полумиле отсюда, за небольшой речкой. Это всего-навсего пруд.</p>
     <p>— Но эта хижина… кто в ней живет?</p>
     <p>— Женщина, — услышал я в ответ.</p>
     <p>В ту же минуту Лон постучал в дверь, и женский голос пригласил его войти.</p>
     <p>— Вы не встречали за последнее время Дэйва? — спросила она.</p>
     <p>— Нет, — небрежно отозвался Лон, — я был в других краях, за Сёрклом. А Дэйв ведь ушел вверх, к Доусону?</p>
     <p>Женщина кивнула, и Лон принялся распрягать собак, а я развязал нарты и перенес спальные мешки в хижину. Хижина представляла собой одну большую комнату, и женщина была здесь одна. Она показала на печку, где кипела вода, и Лон занялся приготовлением ужина, а я открыл мешок с сушеной рыбой и стал кормить собак. Я ожидал, что Лон представит меня хозяйке, и был раздосадован, что он этого не делает, — ведь совершенно очевидно, что они были старыми друзьями.</p>
     <p>— Вы ведь Лон Мак-Фейн? — услышал я ее вопрос. — Я припоминаю вас. Последний раз я, кажется, видела вас на пароходе. Я помню…</p>
     <p>Она внезапно запнулась, словно увидела нечто ужаснувшее ее. Я понял это по тому страху, который мелькнул у нее в глазах. К моему удивлению, слова и поведение женщины сильно взволновали Лона. На лице у него появилось отчаяние, но голос прозвучал очень сердечно и мягко.</p>
     <p>— Последний раз мы с вами виделись в Доусоне, когда отмечался не то юбилей бракосочетания королевы, не то день ее рождения. Разве вы не помните: на реке устраивались гонки каноэ и были еще гонки на собаках с препятствиями по главной улице?</p>
     <p>Ужас исчез из ее глаз, и вся она словно обмякла.</p>
     <p>— Ах да, теперь я припоминаю, — сказала она. — И вы выиграли один заплыв.</p>
     <p>— Как дела у Дэйва за последнее время? Наверное, напал на новую жилу? — спросил Лон без всякой связи.</p>
     <p>Женщина улыбнулась и кивнула, потом, заметив, что я развязал спальный мешок, показала в дальний конец комнаты, где я мог разложить его. Ее собственная койка, я заметил, находилась в другом углу.</p>
     <p>— Когда я услышала лай собак, я подумала, что это Дэйв приехал, — сказала она.</p>
     <p>Больше она не сказала ни слова и только смотрела, как Лон готовит ужин, и словно прислушивалась, не раздастся ли на тропе лай. Я растянулся на одеялах, курил и ждал. Здесь была какая-то тайна, это я сообразил, но больше ничего не мог понять. Какого черта Лон ничего мне не намекнул до того, как мы приехали? Она не видела, что я разглядываю ее, а я смотрел на ее лицо, и чем дольше я смотрел, тем труднее было отвести глаза. Это было необыкновенно красивое лицо. Я бы сказал, в нем было что-то неземное, оно озарялось каким-то светом, особенным выражением или чем-то, чего "не встретишь ни на суше, ни на море". Страх и ужас совершенно исчезли, и сейчас оно было безмятежно и прекрасно, если словом "безмятежность" можно охарактеризовать то неуловимое и таинственное, что не назовешь ни сиянием, ни озаренностью, ни выражением.</p>
     <p>Неожиданно она повернулась, словно впервые заметив мое присутствие.</p>
     <p>— Вы видели последнее время Дэйва? — спросила она.</p>
     <p>У меня с языка уж готов был сорваться вопрос: "А кто такой Дэйв?" — как вдруг Лон, окутанный дымом от жарящегося сала, кашлянул. Может быть, он закашлялся от дыма, но я воспринял это как намек и проглотил свой вопрос.</p>
     <p>— Нет, не видел, — ответил я, — я новый человек в этих краях…</p>
     <p>— Вы на самом деле не слышали о Дэйве, о Большом Дэйве Уолше? — прервала она меня.</p>
     <p>— Видите ли, — сказал я извиняющимся тоном, — я новичок в этих краях. И жил я большей частью в Низовьях, поближе к Ному.</p>
     <p>— Расскажите ему про Дэйва, — обратилась она к Лону.</p>
     <p>Лона эта просьба, видимо, вывела из себя, но он принялся рассказывать с той же сердечной и мягкой интонацией, которую я заметил и раньше. Она показалась мне чересчур сердечной и мягкой, и это меня раздражало.</p>
     <p>— О, Дэйв-это замечательный парень, — рассказывал Лон. — Настоящий мужчина с ног до головы, а росту в нем шесть футов и четыре дюйма — без башмаков. Слово его нерушимо, что долговое обязательство. И если кто-нибудь попробует утверждать, что Дэйв хоть раз солгал, то он сам лжец. И этому человеку придется иметь дело со мной, конечно, если от него хоть что-нибудь останется после того, как с ним разделается сам Дэйв. Потому что Дэйв — это боец. Да, да, он боец, каких теперь не встретишь! Он добыл гризли с хлопушкой тридцать восьмого калибра. Тот его, правда, немного порвал, но Дэйв знал, на что идет. Он нарочно полез в пещеру, чтобы выкурить оттуда этого гризли. Он ничего не боится. С деньгами он не жмется, а если у него нет денег, так готов поделиться последней рубашкой, последней спичкой. Разве он за три недели не осушил Нежданное озеро и не выкачал из него золота на девяносто тысяч?</p>
     <p>Женщина вспыхнула от гордости и закивала. Она с глубочайшим интересом следила за каждым словом рассказчика.</p>
     <p>— И должен еще сказать, — продолжал Лон, — что я очень огорчен, что не встретил здесь сегодня Дэйва.</p>
     <p>Лон поставил ужин на стол из струганых еловых досок, и мы принялись за еду. Женщина услышала лай собак, пошла к двери и, приоткрыв ее, стала прислушиваться.</p>
     <p>— А где Дэйв Уолш? — тихо спросил я.</p>
     <p>— Умер, — ответил Лон. — Может быть, в аду. Я не знаю. Заткнитесь.</p>
     <p>— Но вы ведь только что сказали, что надеялись встретить его здесь сегодня? — настаивал я.</p>
     <p>— Да заткнитесь вы наконец, — так же тихо отозвался Лон.</p>
     <p>Женщина прикрыла дверь и вернулась, а я сидел и размышлял над тем, что человек, только что предложивший мне заткнуться, получает у меня жалованья двести пятьдесят долларов в месяц да еще питание.</p>
     <p>Лон взялся мыть посуду, а я курил и наблюдал за женщиной. Она казалась еще обворожительнее, хотя красота ее была удивительной и необычной. Я, не отрываясь, в течение пяти минут смотрел на нее и лишь потом заставил себя вернуться в мир реального и взглянуть на Лона Мак-Фейна. Это дало мне возможность бесспорно осознать тот факт, что женщина тоже существо реальное. Сначала я принял ее за жену Дэйва Уолша, но если, как сказал Лон, Дэйв Уолш умер, то она могла быть только его вдовой.</p>
     <p>Мы рано улеглись спать, ибо наутро нам предстоял трудный день. Как только Лон заполз под одеяла рядом со мной, я отважился задать ему вопрос.</p>
     <p>— Эта женщина помешанная?</p>
     <p>— Она вроде лунатика, — ответил он.</p>
     <p>И прежде чем я успел сформулировать следующий вопрос, Лон Мак-Фейн, могу в том поклясться, уже спал. Он всегда засыпал таким образом: заберется под одеяло, закроет глаза — и готов, только легкий пар от дыхания виден. Лон никогда не храпел.</p>
     <p>Утром мы на скорую руку позавтракали, накормили собак, нагрузили опять нарты и двинулись в путь. Мы попрощались с женщиной, она долго стояла в дверях, провожая нас взглядом. Я унес с собой образ этой неземной красоты; он словно запечатлелся в моих глазах, и для того, чтобы увидеть ее, мне стоило только опустить веки. Нежданное озеро лежало вдалеке от обычных дорог, и тропа здесь была не протоптана. Лон и я по очереди уминали нашими широкими плетеными лыжами пушистый снег, чтобы собаки не проваливались. Множество раз у меня на языке вертелся вопрос: "Но ведь вы сказали, что думали встретить Дэйва Уолша в хижине?" Я удержался. Я решил подождать, пока мы сделаем привал в середине дня. Но когда наступила середина дня, мы продолжали идти, потому что, как объяснил Лон, у соединения Тили с другой речкой находится лагерь охотников за лосями, и мы можем добраться туда засветло. Однако добраться туда до темноты нам не удалось, так как наш вожак Брайт сломал себе лопатку и мы, провозившись с ним целый час, вынуждены были пристрелить беднягу. Потом, когда мы пробирались через завал бревен на замерзшей Тили, опрокинулись нарты, и пришлось устраивать стоянку и чинить полозья. Я приготовил ужин и накормил собак, пока Лон занимался починкой, а потом мы вместе отправились собрать дров и льда на ночь. После этого мы уселись на своих одеялах, наши мокасины сушились на веточках перед огнем, и закурили.</p>
     <p>— Вы не знали ее? — неожиданно спросил Лон. Я отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Вы обратили внимание на цвет ее волос и глаз, на ее фигуру? Так вот отсюда она и получила свое имя. Она вся была, как первая теплая зорька золотого восхода. Ее так и прозвали — Золотой Зорькой. Неужели вы никогда не слышали о ней?</p>
     <p>Где-то в глубине памяти у меня было смутное и неясное ощущение, что я когда-то слышал это имя, и все же оно ничего не говорило мне.</p>
     <p>— Золотая Зорька? — повторил я. — Это похоже на имя какой-нибудь танцовщицы.</p>
     <p>Лон покачал головой.</p>
     <p>— Нет, она была порядочной женщиной, во всяком случае, в том смысле, хотя и совершила ужасный грех.</p>
     <p>— Но почему вы говорите о ней в прошедшем времени, как будто она умерла?</p>
     <p>— Потому что ее сознание покрыто мраком, а это все равно, как мрак смерти. Золотая Зорька, которую я знал, которую знал Доусон, а еще раньше — Сороковая Миля, умерла. Молчаливое, рехнувшееся существо, которое мы вчера видели, не Золотая Зорька.</p>
     <p>— А Дэйв? — спросил я.</p>
     <p>— Он построил эту хижину, — ответил Лон. — Он построил эту хижину для нее… и для себя. Он умер. А она ждет его. Она наполовину уверена, что он жив. Кто может понять капризы безумного ума? А может, она и вполне уверена, что он не умер. Во всяком случае, она ждет его там, в хижине, которую он построил. Зачем тревожить мертвых? И кто станет будить живого, который, по существу, умер? Мне это, во всяком случае, ни к чему, и поэтому я сделал вид, будто думал встретить Дэйва Уолша вчера вечером. Держу пари, что я удивился бы гораздо больше, чем она, если бы действительно встретил его.</p>
     <p>— Я ничего не понимаю, — сказал я. — Расскажите мне всю историю с самого начала, как подобает белому человеку.</p>
     <p>И Лон начал рассказывать.</p>
     <p>— Был такой старик француз, Виктор Шове, родился он на юге Франции. В Калифорнию он приехал в дни золотой лихорадки. Был из пионеров. Золота он не нашел, но вместо этого стал вырабатывать золото в бутылках, короче говоря, он стал разводить виноград и делать вино. Он шел за золотоискателями. Поэтому он перевалил через Чилкут и отправился вниз по Юкону на Аляску задолго до находки Кармака <a l:href="#n_713" type="note">[713]</a>. Участок, где стоит старый поселок Десятой Мили, был открыт Шове. Он привез первую почту в Арктик-сити. Он сделал заявку на угольные копи в Поркьюпайне лет двенадцать назад. Он открыл прииск Лофтус в стране Ниппениука. Надо сказать, что Виктор Шове был ревностным католиком, который любил в жизни две вещи — вино и женщину. Вино он любил всех сортов, а женщину только одну, и это была мать Мари Шове.</p>
     <p>Тут я громко вздохнул, теряя самообладание при мысли, что плачу этому человеку двести пятьдесят долларов в месяц.</p>
     <p>— В чем дело? — спросил Лон.</p>
     <p>— В чем дело, в чем дело? — недовольно проворчал я. — Я думал, вы расскажете мне историю Золотой Зорьки. Мне не нужно жизнеописание вашего старого пьяницы француза!</p>
     <p>Лон спокойно раскурил трубку, глубоко затянулся и отложил ее.</p>
     <p>— А вы ведь просили меня начинать с самого начала, — сказал он.</p>
     <p>— Да, — подтвердил я, — с самого начала.</p>
     <p>— А начало истории Золотой Зорьки и есть старый пьяница француз, потому что он отец Мари Шове, а Мари Шове — Золотая Зорька. Что вы еще хотите? Виктору Шове никогда по-настоящему не везло. Он кое-как сводил концы с концами и воспитывал Мари, которая напоминала ему единственную и любимую им женщину. Он души в ней не чаял. Он-то и прозвал ее ласково Золотой Зорькой. Ручей Золотой Зорьки назван в ее честь, и поселок Золотая Зорька тоже. Старик был великим мастером находить места для поселков, только он никогда не заселял их.</p>
     <p>А теперь скажите честно, — продолжал Лон, по своему обыкновению неожиданно меняя тон, — вы вот видели ее, что вы о ней думаете, о ее внешности, я имею в виду? Как она с точки зрения вашего чувства прекрасного?</p>
     <p>— Она удивительно прекрасна, — отвечал я. — Никогда в жизни не видел ничего подобного. Вчера вечером, хотя я и предполагал, что она сумасшедшая, я не мог отвести от нее глаз. И это было не любопытство. Это было изумление, абсолютное изумление, она так необычайно красива.</p>
     <p>— Она была еще красивее до того, как мрак завладел ее сознанием, — мягко сказал Лон. — Она воистину была Золотой Зорькой. Она разбивала сердца мужчин и кружила им головы. Она едва вспомнила, что однажды я выиграл гонку на каноэ в Доусоне, а ведь я любил ее, и она говорила мне, что любит меня. Ее красота покоряла всех мужчин. Парис наверняка присудил бы ей яблоко Эриды, и никакой Троянской войны не было бы, а она ко всему бросила бы Париса. А теперь эта женщина живет во мраке. Та, которая всегда была само непостоянство, впервые хранит верность — верность тени, мертвецу, человеку, в чью смерть она не верит.</p>
     <p>Вот как это все случилось. Вы помните, что я вчера рассказывал о Дэйве Уолше, о Большом Дэйве Уолше? Он был именно таким, как я говорил, и еще во много раз лучше. Он приехал в эти края в конце восьмидесятых годов, для вас он пионер. Ему тогда было двадцать лет. Он был здоров и смел, как бык. Когда ему исполнилось двадцать пять, он мог поднять тринадцать пятидесятифунтовых мешков с мукой. Поначалу голод гнал его отсюда каждый раз на исходе года. В те времена это была пустынная страна. Ни речных пароходов, ни продовольствия, ничего, кроме лососей и кроличьих следов на снегу. Но после того, как голод трижды выгонял его, он заявил, что с него хватит, и на следующий год остался. Дэйв питался одним мясом, когда выпадало счастье на охоте. В ту зиму он съел одиннадцать собак, но не уехал. Остался он и на следующую зиму и еще на одну. С тех пор он не уезжал отсюда. Здоров он был, как бык. Он мог работать так, что самые сильные мужчины в стране валились с ног. Он мог тащить на себе больше груза, чем любой чилкутский индеец, умел работать веслами лучше любого индейца стика, мог находиться в пути целый день с промокшими ногами, когда термометр показывал пятьдесят ниже нуля, а это, должен вам сказать, кое о чем говорит. Вы отморозите себе ноги при двадцати пяти ниже нуля, если промочите их и не переобуетесь.</p>
     <p>Дэйв Уолш был силен, как бык. И при этом он был мягким и простодушным человеком. Любой мог надуть его, последний прохвост в лагере мог вытянуть из него последний доллар. "Это меня не огорчает, — смеялся Дэйв, когда ему говорили, что он рохля, — от этого я не просыпаюсь по ночам". Только не подумайте, что у него не было характера. Помните, я рассказывал, как он полез на медведя с каким-то паршивым ружьишком? Когда дело доходило до схватки, Дэйв бывал неукротим. Остановить его, когда он вступал в бой, было невозможно. Со слабыми он бывал мягок и добр, но сильный должен был уступать ему дорогу. Словом, он был таким мужчиной, которых любят мужчины, а это наивысшая похвала.</p>
     <p>Дэйв не ринулся за всеми к Доусону, когда Кармак наткнулся на жилу в Бонанзе. Дэйв в ту пору промышлял на Маммон-Крик. Там он открыл золотые россыпи. В ту зиму он намыл золота на восемьдесят четыре тысячи и застолбил участок, который обещал на следующую зиму дать пару сот тысяч. А когда пришло лето и почва раскисла, он отправился вверх по Юкону, в Доусон, чтобы посмотреть, что представляет собой участок Кармака. Там-то он и увидел Золотую Зорьку. Я помню эту ночь. Я ее никогда не забуду. Это произошло совершенно неожиданно. Страшно подумать, что такой могучий человек стал совершенно беспомощным при одном ласковом взгляде слабой белокурой женщины, какой была Золотая Зорька. Это произошло в хижине ее отца, старого Виктора Шове. Какой-то приятель затащил туда Дэйва, чтобы потолковать о расположении поселков на Маммон-Крик. Однако Дэйв говорил нехотя и мало вразумительно. Я вам говорю, один вид Золотой Зорьки совершенно лишил Дэйва разума. Старик Виктор Шове уверял после ухода Дэйва, что тот был пьян. А он и вправду был пьян. Но крепким напитком, вскружившим ему голову, была Золотая Зорька.</p>
     <p>Это решило дело, тот первый взгляд, который он бросил на нее. Дэйв не отправился через неделю вниз по Юкону, как собирался. Он задержался на месяц, на два месяца, на все лето. А мы, пострадавшие от ее чар, все понимали и гадали, чем же это кончится. Мы не сомневались, что Золотая Зорька обрела, наконец, своего господина. А почему бы и нет? О Дэйве Уолше ходили легенды. Он был король Маммон-Крика, человек, открывший золотые россыпи Маммон-Крика, старатель старой закваски, один из пионеров в этих краях. Мужчины оборачивались, когда он проходил, и почтительно шептали: "Это Дэйв Уолш". Почему бы и нет? В нем было шесть футов и четыре дюйма роста, белокурые волосы спадали ему на плечи, и он был великолепным белокурым гигантом, которому только что пошел тридцать первый год.</p>
     <p>Дэйв пришелся по сердцу Золотой Зорьке, она танцевала с ним на вечеринках, и к концу лета стало известно об их помолвке. Настала осень, и Дэйв должен был возвращаться, чтобы вести зимние работы на Маммон-Крике, но Золотая Зорька захотела повременить со свадьбой. Дэйв послал Даски Бэрнса заниматься разработкой россыпей на Маммон-Крике и сам остался в Доусоне. Толку от этого было мало. Ей взбрело в голову еще на некоторое время сохранить свою свободу, и она решила отложить замужество до следующего года. В результате Дэйв отправился по первому льду со своей упряжкой вниз по Юкону в уверенности, что свадьба состоится, когда на следующий год он вернется с первым пароходом.</p>
     <p>Дэйв был постоянен, как Полярная звезда, а она переменчива, как магнитная стрелка подле железного груза. Дэйв был настолько же устойчив и верен, насколько она была непостоянна и ветрена, и вот он, который всем верил, стал сомневаться в ней. Может быть, это была ревность, а может, он что-то предчувствовал, но только Дэйв боялся ее непостоянства. Он опасался, что она не будет ему верна до будущего года, боялся доверять ей и был вне себя. Кое-что я узнал потом от старого Виктора Шове и, сопоставив все сведения, понял, что перед тем, как Дэйв тронулся на север со своими собаками, там произошла какая-то сцена. Стоя рядом с Золотой Зорькой, Дэйв заявил старому французу, что они принадлежат друг другу. Старик Виктор говорил, что вид у Дэйва был весьма драматический, глаза сверкали. Он говорил что-то вроде того, что "разлучит их только смерть", и особенно запомнилось Виктору, как Дэйв, схватив Мари своей огромной лапищей за плечо, притянул ее к себе так, что она чуть не упала, и сказал: "Даже после смерти ты будешь принадлежать мне, и я приду за тобой из могилы". Старик отчетливо запомнил эти слова: "Даже после смерти ты будешь принадлежать мне, и я приду за тобой из могилы". Он говорил мне потом, что Золотая Зорька была ужасно испугана и что он после этого отвел Дэйва в сторонку и сказал ему, что таким путем нельзя завоевать Золотую Зорьку, что если он хочет удержать ее, то должен приноравливаться к ней и быть помягче.</p>
     <p>Я ничуть не сомневаюсь, что Золотая Зорька была перепугана. Она жестоко обращалась с мужчинами, а мужчины носились с ней, считали ее существом мягким, нежным, которое уж никоим образом нельзя обидеть. Она не знала, что такое грубость, пока Дэйв Уолш, этот здоровяк шести с лишним футов ростом, не схватил ее своей ручищей и не поклялся, что она будет принадлежать ему до самой смерти и даже после. Между тем в ту зиму в Доусоне был музыкант-итальяшка, один из этих макаронников со слащавым голосишком, и Золотая Зорька влюбилась в него. Может быть, она только воображала, что влюбилась, я уж не знаю. Иногда мне кажется, что в действительности-то она любила Дэйва Уолша. Быть может, так случилось потому, что Дэйв перепугал ее, заявив, что она принадлежит ему до самой смерти и что он придет за ней из могилы, но как бы там ни было, она в результате подарила свою благосклонность тому итальяшке-музыканту. Впрочем, все это были догадки, а нам известны факты. Он был вовсе не итальянец, а русский граф. Это точно, и никаким профессиональным пианистом не был. Да, он играл на скрипке, на пианино, пел, пел хорошо, но только ради собственного удовольствия и ради того, чтобы доставить удовольствие другим. Кроме того, у него водились деньжата, но здесь я должен оговориться, что Золотая Зорька не гналась за деньгами. Она была непостоянна, это верно, но не корыстолюбива.</p>
     <p>Но слушайте дальше. Она была обручена с Дэйвом, и Дэйв должен был приехать с первым рейсом, чтобы жениться на ней. Это было летом девяносто восьмого года, и первый пароход ожидали в середине июня. А Золотая Зорька боялась порвать с Дэйвом и после этого встретиться с ним. Вот тут-то она и задумала одну штуку. Русский музыкант, граф, был ее послушным рабом. Так что это она все придумала, я знаю. Потом я все выяснил у старого Виктора. Граф, выполняя ее распоряжение, взял билеты на первый пароход, идущий вниз по реке. Это была "Золотая ракета". На этот же пароход села и Золотая Зорька. Там же оказался и я. Я направлялся в Серклсити и был совершенно поражен, когда на борту встретил Золотую Зорьку. В списке пассажиров я не видел ее фамилии. Она все время была вместе с графом, счастливая и веселая, и я узнал, что в списке пассажиров граф значится с женой. Там был указан номер каюты и все такое прочее. Тогда я впервые узнал, что он женат, только я не видел никакой жены… если не считать таковой Золотую Зорьку. Я подумал, что, может быть, они успели пожениться до того, как отправились путешествовать. Понимаете, в Доусоне о них ходили разные слухи, кое-кто даже держал пари, что граф-таки отбил ее у Дэйва.</p>
     <p>Я поговорил с пароходным экономом. Однако он знал не больше моего, он вообще ничего не слышал о Золотой Зорьке и был до смерти замучен своими обязанностями. Вы ведь знаете, что такое юконские пароходы, но вы и представить не можете, что творилось на "Золотой ракете", когда она вышла из Доусона в июне 1898 года. Чистый улей! Поскольку это был первый рейс, то на пароход собрали всех цинготных больных и покалеченных из больницы. Кроме того, на нем везли миллиона на два клондайкского золотого песку и самородков, не говоря уже о пассажирах, набившихся в каютах, как сельди в бочке, о невероятном количестве палубных пассажиров, о бесчисленных индейцах со своими скво и собаками. А трюмы были загромождены товарами и багажом. Горы багажа высились и на нижней палубе, и с каждой остановкой на пути парохода эти горы росли. Я видел, как на перекате Тили на борт погрузили ящик, и догадался, для чего он, хотя меньше всего я мог предполагать, что за сюрприз скрыт там. Ящик затолкали на самый верх багажа на нижней палубе и даже не привязали как следует. Помощник капитана собирался заняться им потом, но запамятовал. Мне тогда еще чудилось что-то знакомое в большой эскимосской собаке, которая вскарабкалась наверх и улеглась рядом с ящиком. Вскоре мы встретили "Глендейль", который шел вверх к Доусону. Когда "Глендейль" приветствовал нас гудком, я подумал о Дэйве, который спешит на нем в Доусон к Золотой Зорьке. Я обернулся и посмотрел на нее. Она стояла у борта. Глаза ее блестели, но при виде того парохода она, видимо, слегка испугалась и прижалась к графу, словно прося защитить ее. Ей незачем было так прижиматься к нему, а мне не следовало с такой уверенностью думать о том разочаровании, которое постигнет Дэйва, когда он приедет в Доусон. Дело в том, что Дэйва Уолша на "Глендейле" не было. Я не знал тогда многого, что мне предстояло узнать впоследствии. Не знал, например, что эти двое вовсе не были женаты. Не прошло, однако, и получаса, как начались приготовления для бракосочетания. В центральной каюте лежали больные, и при перенаселенности "Золотой ракеты" единственным подходящим местом для этой церемонии оказалась передняя часть нижней палубы, где было свободное место, а рядом возвышалась гора багажа, на самой верхушке которой находились тот большой ящик и рядом спящая собака. На борту парохода нашелся миссионер, направлявшийся в Игл, а так как до Игла оставался один перегон, то надо было торопиться. Вот, оказывается, что они задумали — обвенчаться на пароходе!</p>
     <p>Однако я забегаю вперед. Дэйв Уолш не был на борту "Глендейля" по той простой причине, что он находился на "Золотой ракете". Вот как это произошло. Задержавшись в Доусоне из-за Золотой Зорьки, Дэйв по льду отправился на Маммон-Крик. Там он обнаружил, что Даски Бэрнс так отлично справляется с делом, что ему самому нет никакой необходимости торчать на прииске. Тогда он нагрузил нарты продовольствием, запряг собак, взял с собой индейца и двинулся к Нежданному озеру. Его всегда привлекали те места. Вы, наверное, не знаете, что ручей оказался пустышкой, но тогда думали, что за ним большое будущее, и Дэйв решил построить там хижину для себя и для Золотой Зорьки. Это та самая хижина, в которой мы с вами ночевали. Закончив хижину, Дэйв с индейцем отправился к развилине Тили охотиться на лосей.</p>
     <p>И вот что случилось. Ударил трескучий мороз. Ртуть в термометре упала до сорока ниже нуля, потом до пятидесяти, потом до шестидесяти. Как сейчас помню этот мороз — я был тогда на Сороковой Миле, — даже день запомнился. К одиннадцати часам утра термометр на лавке Компании Н. А. Т. и Т. показывал семьдесят пять ниже нуля. В это утро Дэйв вместе с индейцем — будь он проклят — охотился за лосем у развилки Тили. Я узнал все это потом от этого индейца, нам случилось вместе путешествовать по льду до Дайи. Так вот в то утро этот господин индеец провалился сквозь лед и промок по пояс. Конечно, он сразу начал замерзать. По-настоящему надо было тут же развести костер. Но ведь Дэйв Уолш был упрям. До стоянки, где полыхал костер, оставалось всего полмили. Так зачем было раскладывать новый костер? Он взвалил господина индейца на спину и бежал полмили, когда термометр показывал семьдесят пять ниже нуля. Вы знаете, что это означает. Самоубийство — вот что! Иначе не назовешь. Паршивый индеец весил больше двухсот фунтов, и Дэйв бежал с ним полмили. Естественно, что он застудил себе легкие. Они, наверное, просто смерзлись в ледышку. Это была непростительная глупость. Во всяком случае, провалявшись несколько недель, Дэйв Уолш умер.</p>
     <p>Индеец понятия не имел, как ему поступить. Если бы он имел дело с обычным человеком, он бы его просто закопал, и все тут. Но индеец знал, что Дэйв Уолш большой человек, у него много денег, важная фигура среди белых людей. Ему уже не раз приходилось видеть, как везли через всю страну трупы умерших белых людей, как будто они представляли какую-то ценность. Вот он и решил привезти труп Дэйва на Сороковую Милю, где была главная стоянка Дэйва. Знаете, как здесь промерзает дерн? Так вот индеец накрыл тело Дэйва слоем земли толщиной в фут, иначе говоря, положил его в лед.</p>
     <p>Дэйв мог оставаться там тысячу лет и ни капельки не измениться. Это все равно что холодильник. Потом этот индеец притащил из хижины на Нежданном озере пилу и напилил досок. Ожидая оттепели, он продолжал охотиться и добыл десять тысяч фунтов лосиного мяса, которое он тоже положил на лед. Началась оттепель, Тили вскрылся. Тогда он сколотил плот, погрузил мороженое мясо, ящик с телом Дэйва, упряжку собак, принадлежавшую Дэйву, и поплыл вниз по Тили.</p>
     <p>Плот застрял у завала леса и сидел там двое суток. Началась жара, и у господина индейца чуть не пропало все его мясо. Так что, когда он добрался до переката Тили, он сообразил, что на пароходе он попадет на Сороковую Милю быстрее, чем на своем плоту. Он погрузил все имущество на пароход. Так вот оно получилось: на нижней палубе "Золотой ракеты" Золотая Зорька собирается венчаться, а на нее падает тень от большого ящика с телом Дэйва Уолша. Еще одну штуку я забыл вам рассказать. Ничего удивительного, что эскимосская собака, которую погрузили на борт у переката Тили, показалась мне знакомой. Это был Пилат, вожак в упряжке Дэйва и его любимец, к тому же отчаянный драчун. Он лежал рядом с ящиком.</p>
     <p>Золотая Зорька, заметив меня, подозвала к себе, поздоровалась и представила меня графу. Она была восхитительна. Я был так же без ума от нее, как и прежде. Она улыбнулась мне и сказала, что я должен расписаться в качестве одного из свидетелей. Отказать ей было невозможно. Она всегда оставалась ребенком, жестоким ребенком, как все дети. Кроме того, она тут же сообщила мне, что является счастливой обладательницей двух бутылок шампанского — единственных в Доусоне, вернее, тех, которые были в Доусоне накануне вечером; и не успел я оглянуться, как уже был включен в число тех, кто должен был выпить за здоровье новобрачных. Все пассажиры столпились вокруг, во главе с капитаном парохода, который все старался пролезть вперед, верно, ради вина. Странная это была свадьба. На верхней палубе столпились больные, стоящие одной ногой, а кто и двумя, в могиле, и глазели вниз. Вокруг сгрудились индейцы — мужчины, женщины, дети, — не говоря уже о рычащих собаках, которых тут насчитывалось штук двадцать пять. Миссионер попросил обоих бракосочетающихся стать рядом и начал церемонию. И как раз в этот момент наверху, на груде багажа, началась драка между Пилатом, лежавшим у большого ящика, и свирепой белой собакой, принадлежавшей кому-то из индейцев. Драка началась не сразу. Собаки издали рычали друг на друга, но, знаете, как это у них бывает, словно вызывая друг друга. Шум этот, конечно, мешал, но голос миссионера тем не менее был слышен.</p>
     <p>Прогнать собак было нелегко, до них можно было добраться только с другого края груды. Но там никого не было: все, конечно, столпились здесь, чтобы поглазеть на церемонию. И даже тогда все обошлось бы, не швырни, капитан в собак дубинкой. С этого началось. Да, если бы капитан не швырнул в собак дубинкой, ничего бы не случилось.</p>
     <p>Миссионер только начал произносить слова: "… в болезни и в здравии" и потом: "пока смерть не разлучит нас". И как раз в этот момент капитан швырнул дубинку. Я все видел своими глазами. Дубинка попала в Пилата, и в ту же секунду белый пес бросился на него. Дубинка словно подстегнула их. Собаки, схватившись, толкнули ящик, и он начал медленно сползать одним концом вниз. Это был большой длинный ящик, он медленно сползал, пока не принял вертикального положения, уперевшись в пол. Зрители, толпившиеся с этого края, успели отскочить в сторону. Золотая Зорька и граф стояли на противоположной стороне круга, лицом к ящику, а миссионер спиной к нему. Ящик съехал с высоты в десять футов и встал торчком на палубу.</p>
     <p>Заметьте, никто не знал, что Дэйв Уолш умер. Мы были уверены, что он находится на "Глендейле", идущем в Доусон. Миссионер отскочил в сторону, и таким образом Золотая Зорька оказалась прямо перед ящиком. Так чисто вышло, как в театре. Лучше не придумать. Ящик встал на торец и как раз на тот торец, какой нужно, крышка ящика отлетела, и оттуда вывалился Дэйв Уолш, — он был завернут в одеяло, белокурые волосы развевались и сверкали в солнечных лучах. Он словно выскочил из ящика на Золотую Зорьку. Она не знала, что он умер, но это было несомненно: он ведь пролежал два дня у затора и теперь восстал из мертвых, пришел за ней из могилы. Возможно, так она и подумала. Во всяком случае, она окаменела, увидев его. Она не могла двинуться с места, только растерянно смотрела, как Дэйв Уолш двигался к ней. Он пришел за ней. Это выглядело так, словно он обхватил ее руками, и было это или не было, но на палубу они упали вместе. Чтобы освободить ее, нам пришлось сначала оттащить тело Дэйва Уолша. Она была в обмороке, и, пожалуй, было бы лучше, если бы она никогда не приходила в себя, потому что, придя в себя, она начала кричать, как безумная. Она кричала несколько часов, пока не выбилась из сил. Да, теперь она выздоровела. Вы видели ее вчера и знаете, насколько она выздоровела. Она не буйная, но она живет во мраке. Она уверена, что Дэйв Уолш жив, и ждет ее в хижине, которую он построил для нее. Теперь она удивительно постоянна. Вот уже девять лет, как она верна Дэйву Уолшу, и похоже на то, что она будет верна ему до конца дней своих.</p>
     <p>Лон Мак-Фейн отогнул край одеяла и приготовился залезть в постель.</p>
     <p>— Мы каждый год привозим ей продукты, — добавил он, — и вообще присматриваем за ней. Хотя вчера она впервые узнала меня.</p>
     <p>— Кто это мы? — спросил я.</p>
     <p>— Гм… тот граф, старый Виктор Шове и я, — последовал ответ. — Знаете, я думаю, что граф — единственный человек, который пострадал во всей этой истории. Ведь Дэйв Уолш так и не узнал, что она обманула его. Да и она не страдает. Безумие спасает ее.</p>
     <p>Несколько минут я молча лежал под одеялом.</p>
     <p>— А что, граф все еще живет здесь? — спросил я.</p>
     <p>В ответ я услышал ровное, глубокое дыхание и понял, что Лон Мак-Фейн уже спит.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Исчезновение Маркуса О'Брайена</p>
     </title>
     <p>— Итак, суд выносит решение, что вы должны покинуть лагерь… обычным путем, сэр, обычным путем.</p>
     <p>Судья Маркус О'Брайен несколько замечтался, и Муклук Чарли легонько толкнул его в бок. Маркус О'Брайен откашлялся и продолжал:</p>
     <p>— Взвесив всю тяжесть преступления, сэр, и смягчающие обстоятельства, суд пришел к решению и вынес приговор, что вы получите с собой трехдневный запас продовольствия. Этого, я думаю, будет достаточно.</p>
     <p>Аризона Джек бросил мрачный взгляд на Юкон — вздувшийся, мутно-шоколадный поток шириною в милю и с глубиной, которую никто не мерял. Берег, где стоял Аризона Джек, обычно возвышался на дюжину футов над водой, но сейчас река бурлила уже у самого края, каждую минуту отрывая и унося куски верхнего слоя почвы. Эти куски земли попадали в широко разинутые пасти бесчисленных бурых водоворотов и исчезали в них. Если вода поднимется еще на несколько дюймов, Ред Кау затопит.</p>
     <p>— Нет, недостаточно, — с горечью возразил Аризона Джек. — На три дня продовольствия — это мало.</p>
     <p>— А как было с Манчестером? — важно ответил Маркус О'Брайен. — Он вообще не получил никакого продовольствия.</p>
     <p>— Ну да, и его останки нашли у Нижней реки, наполовину обглоданные собаками, — отпарировал Аризона Джек. — И, кроме того, когда он убил, то это было без всякого повода. Джо Диве ничего худого не делал, никогда не пытался петь. Только из-за того, что у Манчестера был не в порядке желудок, он взорвался и всадил нож в Джо. Я тебе прямо заявляю, что ты несправедлив ко мне. Дайте мне продовольствия на неделю, и я попробую выиграть. А на три дня — это я наверняка загнусь.</p>
     <p>— Ну за что ты укокошил Фергюсона? — потребовал ответа О'Брайен. — Терпения моего уже не хватает, то и дело убивают без всякого повода. Пора с этим покончить. В Ред Кау не так уж много жителей. У нас хороший лагерь, и никогда здесь не случалось убийств. А теперь просто эпидемия какая-то. Мне жаль тебя, Джек, но этот случай с тобой должен стать примером. Фергюсон не провоцировал тебя настолько, чтобы убивать его.</p>
     <p>— Провоцировал! — фыркнул Аризона Джек. — Да ведь ты просто ничего не понимаешь, О'Брайен. У тебя нет никакого артистического чутья. Зачем Фергюсон пел "Я хотел бы стать маленькой птичкой"? Вот что я хочу знать. Ответь мне. Зачем он пел "маленькой птичкой, маленькой птичкой"? Одной птички было вполне достаточно. Одну птичку я еще мог выдержать. Я ведь дал ему возможность подумать. Я подошел к нему и совершенно вежливо и ласково попросил его выбросить одну птичку. Я умолял его. Были же свидетели, которые подтвердят это.</p>
     <p>— А голос у Фергюсона был совсем не как у соловья, — добавил кто-то из толпы.</p>
     <p>О'Брайен заметно заколебался.</p>
     <p>— Разве человек не имеет права иметь музыкальный слух? — настаивал Аризона Джек. — Я ведь предупреждал Фергюсона. Его маленькие птички оскорбляли все мое существо. Тонкие ценители музыки могут убить и не за такое. Ну что ж, я готов расплачиваться за свое артистическое чувство. Я могу принять лекарство и облизать ложку, но давать продовольствия на три дня — это значит прямым ходом отправлять меня на тот свет. Валяйте, хороните меня, чего уж там!</p>
     <p>О'Брайен колебался. Он вопросительно посмотрел на Муклука Чарли.</p>
     <p>— Я бы сказал, судья, что на три дня продовольствия — это несколько сурово, — высказался Муклук</p>
     <p>Чарли, — но здесь вы решаете. Когда мы избрали вас судьей, мы договорились подчиняться вашим решениям, и видит бог, мы им подчинялись и будем подчиняться и дальше.</p>
     <p>— Может, я действительно был слишком строг, Джек, — извиняющимся голосом начал О'Брайен, — но я не собираюсь больше терпеть этих убийств. Я согласен, чтобы продовольствия было на неделю. — Он торжественно откашлялся и быстро огляделся вокруг. — А теперь мы можем покончить с этим делом. Лодка готова. Леклер, пойди принеси продовольствие. Остальное мы решим потом.</p>
     <p>Аризона Джек с благодарностью глянул на него и, бормоча что-то насчет "этих проклятых маленьких птичек", шагнул в лодку, бившуюся о берег. Это была довольно большая лодка, сколоченная из неотесанных сосновых досок, распиленных вручную из сосен у озера Линдерман за несколько сот миль отсюда, у подножия Чилкута. В лодке лежали пара весел и одеяла Аризоны Джека. Леклер притащил продовольствие, увязал его в мешок из-под муки и положил в лодку, шепнув:</p>
     <p>— Я положил тебе хорошую порцию, Джек. Тебя вызвали на это.</p>
     <p>— Отпускайте! — крикнул Аризона Джек.</p>
     <p>Кто-то отвязал конец и бросил в лодку. Течение подхватило ее и понесло прочь. Убийца не собирался браться за весла, он сидел на корме и сворачивал себе самокрутку. Потом он зажег спичку и прикурил. Стоявшие на берегу могли видеть тонкий дымок. Они стояли на берегу до тех пор, пока лодка, обогнув излучину реки полумилей ниже, не исчезла из виду. Правосудие свершилось.</p>
     <p>Жители Ред Кау сами устанавливали законы и приводили приговоры в исполнение без проволочек, свойственных мягкотелому цивилизованному обществу. На Юконе не было других законов, кроме тех, что они сами устанавливали для себя. Они были вынуждены это делать. Расцвет Ред Кау относился к 1887 году — к тем ранним дням, когда еще никто не предполагал, что будет открыт Клондайк и многолюдные толпы устремятся туда. Жители Ред Кау не знали даже, находится ли их лагерь в Аляске или на Северо-Западной территории и под сенью какого флага они живут — звездно-полосатого или британского. Топографы не добирались сюда, чтобы сказать, на какой широте и долготе они расположены. Ред Кау находился где-то на Юконе, и этого для них было достаточно. Что касается государственных флагов, то жители здесь были вне всякой юрисдикции. Что касается законов, то они жили на Ничейной земле.</p>
     <p>Они установили свой собственный закон, и закон этот был весьма прост. Юкон исполнял их приговоры, Где-то тысячи за две миль вниз от Ред Кау Юкон впадал в Берингово море, разливаясь дельтой шириной в сотни миль. Каждая миля из этих двух тысяч представляла собой совершенно дикую страну. Правда, за Полярным кругом, там, где Поркьюпайн впадал в Юкон, имелась фактория Компании Гудзонова залива. Но до нее было много сотен миль. Ходили также слухи, что на много сотен миль ниже есть миссии. Но это были только слухи, люди из Ред Кау никогда там не были. Они попадали в эту заброшенную страну через Чилкут и верховья Юкона.</p>
     <p>Всякие мелкие преступления обитатели Ред Кау не считали за преступления. Напиваться, буянить и ругаться последними словами считалось здесь естественным и неотъемлемым правом каждого. Жители Ред Кау были ярыми индивидуалистами и почитали только две вещи — собственность и жизнь. Здесь не было женщин, которые могли бы усложнить их простую мораль. В Ред Кау было всего три хижины — большинство населения, состоявшего из сорока человек, жило в палатках или шалашах. Здесь не было тюрьмы, в которой можно было бы держать злоумышленников, а жители были слишком заняты добычей или поисками золота, чтобы потратить хоть день на строительство тюрьмы. Кроме того, первостепенной важности вопрос о продовольствии исключал возможность такой сложнейшей процедуры. Поэтому, когда человек нарушал права собственности или жизни, его швыряли в лодку и отправляли вниз по Юкону. Запас продовольствия, который он получал, зависел от тяжести содеянного им преступления. Таким образом, обычный воришка мог получить продовольствия недели на две, крупный же вор — не больше половины такого запаса. Убийца вообще не получал ничего. Человек, виновный в непредумышленном убийстве, получал продовольствие на срок от трех дней до недели. Маркус О'Брайен, избранный судьей, определял, на сколько дней давать продовольствие. Человек, нарушивший закон, знал, на что он идет. Юкон уносил его прочь, и ему или удавалось, или не удавалось добраться до Берингова моря. Запас продовольствия давал ему возможность бороться за свою жизнь. Отказ в продовольствии означал практически смертную казнь, хотя и тогда оставался ничтожный шанс на спасение — все зависело от времени года.</p>
     <p>Избавившись от Аризоны Джека и поглазев вслед, пока он не скрылся из виду, обитатели Ред Кау покинули берег и вернулись к работе на своих участках, за исключением Кэрли Джима, который владел единственной на всем севере колодой карт для фараона и спекулировал золотоносными участками.</p>
     <p>В этот день произошли два крупных события. К середине дня Маркусу О'Брайену повезло. С одного лотка он намыл золотого песку на доллар, со второго — на полтора, с третьего — на два доллара. Он напал на жилу. Кэрли Джим заглянул в шурф, самолично промыл несколько лотков и предложил О'Брайену за все права на участок десять тысяч долларов — пять тысяч в золотом песке, а вместо остальных пяти тысяч — половинное участие в прибылях от фараона. О'Брайен отказался. Он с жаром заявил, что находится здесь для того, чтобы выжимать деньги из земли, а не из своих товарищей. И вообще он не любит фараон. Кроме того, он оценивает свой участок немного больше, чем в десять тысяч.</p>
     <p>А второе событие произошло к концу дня, когда Сискью Перли причалил на своей лодке к берегу. Он только что прибыл из цивилизованного мира и имел в своем распоряжении газету четырехмесячной давности. Кроме того, он привез полдюжины бочек виски, предназначавшихся для Кэрли Джима. Жители Ред Кау тут же побросали работу. Они опробовали виски — по доллару за порцию, отвешивая золотой песок на весах Кэрли Джима и обсуждая новости. И все было бы в порядке, если бы Кэрли Джим не замыслил подлый план, который заключался, во-первых, в том, чтобы напоить Маркуса О'Брайена, а во-вторых, — выкупить у него участок.</p>
     <p>Первая половина плана удалась блестяще. Начали они ранним вечером, а к девяти часам О'Брайен достиг той стадии, когда горланят песни. Он обнимал Кэрли Джима за шею и дошел до того, что во всю глотку распевал ту самую песню покойного Фергюсона о маленьких птичках. Он полагал, что может распевать ее совершенно спокойно, ибо единственного в лагере человека с артистическим чутьем несло сейчас вниз по Юкону со скоростью пять миль в час.</p>
     <p>Но вторая половина плана не сработала. Сколько бы виски "и вливалось в его глотку, О'Брайен никак не мог осознать, что его святой и дружеский долг заключается в том, что он должен продать свой участок. По правде сказать, он колебался и порой готов был согласиться. В глубине своего затуманенного сознания он посмеивался. Он понимал игру Кэрли Джима и был доволен своими картами. Виски было отличным. Его наливали из особой бочки, и оно было раз в десять лучше того, которое пили из остальных пяти.</p>
     <p>Сискью Перли бойко подавал в баре виски остальному населению Ред Кау, в то время как О'Брайен и Кэрли за стаканчиком решали свои дела на кухне. Но у О'Брайена была широкая душа. Он пошел в бар и вернулся вместе с Муклуком Чарли и Перси Леклером.</p>
     <p>— Мои компаньоны, мои компаньоны, — заявил он, подмигнув своим приятелям и выдав невинную улыбку в сторону Кэрли. — Я всегда прислушиваюсь к их мнению, всегда доверяюсь им. Хорошие люди! Налей им огненной водицы, Кэрли, и давай поговорим.</p>
     <p>Компаньоны явно напрашивались на угощение, но Кэрли Джим, памятуя о заявке и о том, что с последнего лотка он намыл на семь долларов, сообразил, что дело стоит того, чтобы потратиться на лишнее виски, даже когда в соседней комнате оно идет по доллару за порцию.</p>
     <p>— Я даже не хочу обсуждать это, — икая, объяснил О'Брайен своим друзьям существо дела. — Кто, я? Продать за десять тысяч долларов? Да никогда! Я сам буду добывать золото, а потом я поеду в эту райскую страну, в Южную Калифорнию… вот место, где я хочу провести остаток своих дней… а потом я начну… как я уже говорил, я начну… а что я говорил вам, что я начну?</p>
     <p>— Заведешь страусовую ферму, — предположил Муклук Чарли.</p>
     <p>— Вот именно, вот это я и собираюсь завести. — О'Брайен словно протрезвел и с благоговейным ужасом взглянул на Муклука Чарли. — А откуда ты знаешь? Я ведь никогда не говорил об этом. Я только думал сказать. Чарли, ты умеешь читать мысли. Давай еще по одной.</p>
     <p>Кэрли Джим наполнил стаканы и имел удовольствие видеть, как виски на сумму в четыре доллара было проглочено вмиг, причем на один доллар он наказывал сам себя, потому что О'Брайен настаивал, чтобы хозяин пил наравне с гостями.</p>
     <p>— Бери лучше деньги сейчас, — убеждал его Леклер. — Ведь у тебя уйдет два года на то, чтобы начисто выбрать эту дыру, а тем временем ты преспокойненько будешь выводить малюток-страусят и выщипывать перья из больших страусов.</p>
     <p>О'Брайен взвесил это предложение и кивнул в знак согласия. Кэрли Джим с благодарностью глянул на Леклера и вновь наполнил стаканы.</p>
     <p>— Нет, постойте, — пробормотал Муклук Чарли, у которого язык уже совершенно заплетался, — как твой духовный отец… я должен… как твой брат… а, черт! — Он замолк и собрался с духом. — В качестве твоего друга… я бы сказал, в качестве твоего товарища по делу, я скорее предложил бы тебе… я позволил бы себе заметить… я хочу заметить, что там может быть больше страусов… А, черт! — Он опрокинул еще один стаканчик и продолжал, более тщательно подбирая слова. — Я хочу сказать, что… А что я, собственно, хочу сказать? — Тут он несколько раз стукнул себя рукой по затылку, чтобы выколотить оттуда свою мысль. — Поймал! — торжествующе заорал он. — А вдруг в этой заявке больше, чем на десять тысяч?</p>
     <p>Тут О'Брайен, который, судя по всему, был уже готов заключить сделку, неожиданно повернул курс.</p>
     <p>— Правильно! — воскликнул он. — Блестящая идея! Мне она в голову не пришла. — Он нежно обнял Муклука Чарли. — Дружище! Хороший товарищ! — И он с воинственным видом обернулся к Кэрли Джиму. — Может, в этом шурфе долларов тысяч на сто. Ты ведь не захочешь обокрасть своего старого друга, Кэрли, так ведь? Конечно, не захочешь. Я тебя знаю… лучше, чем сам себя знаешь, да-да, лучше. Давай-ка выпьем еще по одной. Мы все здесь хорошие друзья, все, говорю я, все!</p>
     <p>Так оно и шло, виски убывало, а надежды Кэрли Джима то возрастали, то падали. Снова Леклер доказывал необходимость немедленно заключать сделку и почти убедил О'Брайена, но и на этот раз его блестящие доводы натолкнулись на еще более блестящие доводы Муклука Чарли. А потом Муклук Чарли выдвигал убедительные аргументы в пользу продажи, а Перси Леклер упрямо тянул в другую сторону. Через некоторое время сам О'Брайен настаивал на продаже своего участка, а оба друга со слезами и проклятиями старались разубедить его. Чем больше виски они поглощали, тем необузданнее становилась их фантазия. Против любого трезвого довода за или против продажи они находили множество пьяных возражений, и им так легко удавалось каждый раз убедить друг друга, что они непрерывно меняли свои позиции.</p>
     <p>Наконец наступил такой момент, когда и Муклук Чарли и Леклер оба настаивали на продаже и с легкостью разбивали любое возражение О'Брайена тут же, как только он его выдвигал. О'Брайен уже приходил в отчаяние. Он исчерпал свои последние аргументы и сидел молча. Он только умоляюще поглядывал на своих друзей, которые покинули его в трудную минуту. Он толкнул под столом Муклука. Чарли, но этот ренегат немедленно выдвинул еще один, самый разумный довод в пользу продажи. Кэрли Джим принес чернила, бумагу и составил купчую. О'Брайен сидел в нерешительности с пером в руке.</p>
     <p>— Налей-ка нам еще по одной, — попросил он. — Еще по одной, прежде чем я подпишу и откажусь от ста тысяч долларов.</p>
     <p>Торжествующий Кэрли Джим наполнил стаканы. О'Брайен опрокинул свою порцию и придвинулся, готовясь поставить трепещущей рукой свою подпись. Он успел только посадить кляксу, как вдруг поднялся на ноги, словно его подбросила мысль, внезапно озарившая его сознание. Он стоял, покачиваясь из стороны в сторону, и в его растерянных глазах отражался мыслительный процесс, происходивший у него в голове. Наконец он пришел к выводу. Весь он засветился доброжелательностью. Он повернулся к владельцу карточной колоды, взял его за руку и торжественно произнес:</p>
     <p>— Кэрли, ты мой друг. Вот тебе моя рука. Пожми ее. Старик, я это не сделаю. Не продам. Я не могу ограбить друга. Ни один прохвост не скажет, что Маркус О'Брайен ограбил друга, когда тот был пьян. Ты пьян, Кэрли, и я не стану грабить тебя. Я только что подумал… до сих пор мне это в голову не приходило. Не знаю, что со мной случилось, но мне это и в голову не приходило. Ты представь себе, Кэрли, ты только представь себе, а если во всем этом проклятом участке нет десяти тысяч! Ты же будешь разорен. Нет, сэр, я этого не сделаю. Маркус О'Брайен добывает деньги из земли, а не из своих друзей!</p>
     <p>Перси Леклер и Муклук Чарли заглушили все возражения владельца фараона аплодисментами по поводу благородства друга. Они с двух сторон упали на О'Брайена, любовно обнимая его за шею; им так много хотелось сказать, что они не слышали предложения Кэрли внести в документ оговорку, что если в шурфе окажется меньше, чем на десять тысяч, то он получит разницу между продажной ценой и добычей. Чем дальше они говорили, тем более сентиментальным и благородным становился спор. Всякие корыстные соображения были отброшены прочь. Сейчас они являли собой трио филантропов, стремившихся уберечь Кэрли Джима от него самого и его филантропических побуждений. Они настаивали на том, что он филантроп. Они отказывались даже на мгновение предположить, что в мире могут иметь место хоть какие-нибудь низменные чувства. Они поднимались, карабкались и забирались в недосягаемые сферы этики или тонули в метафизическом море сентиментальности.</p>
     <p>Кэрли Джим потел, пыхтел и вновь и вновь наливал виски. Его завалили доводами, и ни один из них не имел ничего общего с золотоносным участком, который он хотел приобрести. Чем больше они говорили, тем дальше они удалялись от золотого участка, и к двум часам ночи Кэрли Джим понял, что он потерпел поражение. Одного за другим он вывел своих беспомощных гостей через кухню и вытолкал на улицу. Последним вышел О'Брайен, и все трое, покачиваясь и уцепившись друг за друга, чтобы не упасть, смело ступили на крыльцо.</p>
     <p>— Ты деловой парень, Кэрли, — говорил О'Брайен, — я должен сказать, что мне нравится твой стиль в делах… деликатный и благородный, твое щедрое госте… госте… гостеприимство. Это делает тебе честь. В твоих поступках нет ни тени низменного или корыстного. Я уже говорил…</p>
     <p>Но тут владелец фараона захлопнул дверь. Все трое захохотали, стоя на крыльце. Они долго смеялись. Потом Муклук Чарли произнес речь.</p>
     <p>— Смешно… посмеялись на славу… но я не то хотел сказать. Я хотел сказать… что же я хотел сказать? А, поймал! Чудно, как ускользают мысли. Мысль удирает… поймать ее… это трудное дело. Перси, друг мой, ты когда-нибудь охотился на кроликов? Была у меня собака… замечательная собака для охоты на кроликов. Как. же ее звали? Не помню… никогда не запоминаю имен… забыл имя… Удрало имя… поймать ускользнувшее имя… нет, мысль… удрала мысль… но я поймаю ее… что же я хотел сказать?.. Ах, дьявол!</p>
     <p>После этого наступило долгое молчание. О'Брайен выскользнул из их объятий и тихо заснул, сидя на крылечке. Муклук Чарли разыскивал ускользнувшую мысль по всем извилинам и закоулкам своего мозга. Леклер, словно очарованный, ждал, когда же он вновь заговорит. Вдруг приятель стукнул его по спине.</p>
     <p>— Нашел! — громовым голосом возопил Муклук Чарли.</p>
     <p>Встряска от удара прервала мыслительный процесс Леклера.</p>
     <p>— Сколько с лотка? — спросил он.</p>
     <p>— Лоток здесь ни при чем! — рассердился Муклук Чарли. — Мысль… я поймал ее… поймал плутовку… догнал ее…</p>
     <p>На лице Леклера появилось восхищение и обожание, и он весь обратился в слух.</p>
     <p>— Ах, дьявол! — пробормотал Муклук Чарли.</p>
     <p>В этот момент кухонная дверь открылась и Кэрли Джим заорал:</p>
     <p>— Убирайтесь домой!</p>
     <p>— Смешно, — сказал Муклук Чарли, — та же идея… именно та же идея, что и у меня. Пойдем домой.</p>
     <p>Они с двух сторон подхватили О'Брайена и тронулись в путь. Муклук Чарли во весь голос припустился за новой мыслью. Леклер с восторгом следил за погоней. Один только О'Брайен никак не мог уследить за мыслью своего друга. Он ничего не слышал, ничего не говорил и ничего не знал. Он представлял собой просто покачивающийся автомат, любовно и бережно поддерживаемый своими компаньонами.</p>
     <p>Они шли по тропинке, которая вела по берегу Юкона. Их дома были в противоположной стороне, но идея ускользала, видимо, по этой тропинке. Муклук Чарли хихикал над идеей, но никак не мог ее поймать, чтобы высказать в назидание Леклеру. Они дошли до того места, где стояла лодка Сискью Перли. Канат, которым она была привязана, тянулся поперек тропинки к сосновому пню. Трое друзей споткнулись о канат и повалились, причем О'Брайен оказался внизу. Слабый проблеск сознания озарил его мозг. Он почувствовал на себе тяжесть тел и в тот же момент принялся, как безумный, работать кулаками. Потом он тут же опять заснул. Окрестности огласились легким храпом, Муклук Чарли вдруг захихикал.</p>
     <p>— Новая идея, — предложил он, — колоссальная новая идея. Только что поймал ее… без всякого труда. Шла прямо на меня, и я ухватил ее в голову. Теперь она моя. О'Брайен пьян… нализался, как скот. Позор… стыд и позор… надо его проучить. Вон лодка Перли. Положим О'Брайена в лодку Перли. Отвяжем ее… пусть плывет вниз по Юкону. О'Брайен проснется утром. Течение слишком сильное, на веслах против течения не пойдешь… придется ему пешком топать! Придет злой, как черт. Мы с тобой проявим себя как люди высоких моральных качеств. Пусть это будет ему хорошим уроком.</p>
     <p>В лодке Сискью Перли не было ничего, кроме пары весел. Она терлась бортом о берег как раз у того места, где свалился О'Брайен. Друзья перекатили его в лодку. Муклук Чарли отвязал канат, а Леклер оттолкнул лодку на стремнину. После чего, утомленные трудами, они свалились тут же на берегу и захрапели.</p>
     <p>На следующее утро весь поселок знал о шутке, которую сыграли с Маркусом О'Брайеном. Заключались даже крупные пари насчет того, что будет с обоими озорниками, когда вернется их жертва. После полудня выставили наблюдательный пост, чтобы узнать заранее, когда он покажется. Всем хотелось увидеть, как он будет возвращаться. Но Маркус О'Брайен не появился, хотя они ждали до полуночи. Не появился и на следующий день и через день. Ред Кау никогда больше не видел Маркуса О'Брайена, и хотя строилось множество предположений, ключ к разгадке тайны его исчезновения так никогда и не был найден.</p>
     <p>Знал тайну один только Маркус О'Брайен, но он не вернулся, чтобы раскрыть ее. Он проснулся на следующее утро в ужасных мучениях. Желудок у него был обожжен невероятным количеством выпитого накануне виски, все внутри пересохло и горело. Голова раскалывалась на части, и, что, пожалуй, хуже всего, страшно болело лицо. В течение шести часов мириады москитов питались им, и лицо чудовищно опухло от укусов. Только невероятным напряжением воли сумел он приоткрыть узенькие щелочки, сквозь которые мог глянуть на белый свет. Он случайно пошевелил руками и почувствовал, как они болят. Скосил глаза и не узнал своих рук, настолько они распухли от укусов москитов. Он потерял себя или, вернее сказать, потерял свое обличье. Он не находил в себе ничего знакомого, такого, что помогло бы ему путем ассоциаций восстановить в сознании свое существование. Он оказался абсолютно отрезан от своего прошлого, ибо ничто в нем не напоминало о том прошлом. Кроме того, он чувствовал себя таким больным и несчастным, что у него не хватало ни сил, ни желания выяснить, кем и чем он был.</p>
     <p>Так продолжалось до тех, пор, пока он не обнаружил у себя кривой мизинец — результат перелома, и тогда он начал догадываться, что является Маркусом О'Брайеном. В то же мгновение он стал быстро припоминать прошлое. А когда он нашел кровоподтек под ногтем на большом пальце, который он посадил на прошлой неделе, он уже не сомневался в том, кто он такой, и достоверно знал, что эти незнакомые руки принадлежат Маркусу О'Брайену, или, наоборот, что Маркус О'Брайен принадлежит этим рукам. Первая мысль была, что он болен, что у него лихорадка. Было мучительно больно открывать глаза, и он лежал с закрытыми глазами. Проплывавшая мимо ветка стукнула по борту лодку. Он решил, что кто-то стучит в дверь хижины, и сказал: "Войдите". Подождав немного, он раздраженно сказал: "Тогда оставайтесь там, черт вас побери". Но все-таки ему хотелось, чтобы они вошли и сказали ему, чем он болен.</p>
     <p>Пока он так лежал, в мозгу у него начали восстанавливаться события прошлой ночи. Ему пришла в голову мысль, что он вовсе не болен, а просто напился и что пора вставать и приниматься за дело. Дело было связано с представлением о шурфе, и он вспомнил, что отказался продать свой участок за десять тысяч долларов. Он резко приподнялся, сел и через силу открыл глаза. Он увидел, что находится в лодке посреди бурного и вздувшегося Юкона. Поросшие хвойным лесом берега и острова были незнакомы ему. Некоторое время он сидел, совершенно ошеломленный. Он не мог ничего понять. Он помнил вчерашнюю выпивку, но между ней и его нынешним, положением не находил никакой связи.</p>
     <p>Он сомкнул глаза и уронил ноющую голову на руки. Что же произошло? Постепенно в голову ему закралась страшная мысль. Он сопротивлялся ей, старался отогнать ее прочь, но она настойчиво возвращалась: он кого-то убил. Только этим можно было объяснить, почему он находился в лодке, которую несет вниз по Юкону. Закон Ред Кау, который он так долго применял в отношении других, теперь был применен к нему. Он кого-то убил, и его отправили вниз по течению. Но кого? Он напрягал память, но единственное, что всплыло в его затуманенном мозгу, было воспоминание о телах, навалившихся на него, и о том, как он отбивался, выбираясь из-под них. Но кто это был? Быть может, он убил не одного, a нескольких. Он потянулся к поясу. Ножа там не оказалось. Сомнений не оставалось, он прикончил кого-то ножом. Но должны же были быть какие-то причины для убийства. Он открыл глаза и в панике начал осматривать лодку. Продовольствия в ней не было, ни одной унции продовольствия. Он опустился на дно лодки со стоном. Это значило, что он убил кого-то без всякого повода. К нему применили закон во всей его строгости.</p>
     <p>С полчаса сидел он неподвижно, держась руками за разламывающуюся от боли голову и пытаясь сообразить что-нибудь. Затем он успокоил свой желудок глотком воды из-за борта и почувствовал себя лучше. Он поднялся на ноги и, стоя в лодке посреди широко разлившегося Юкона, где некому было услышать его, кроме первобытной дикой природы, проклял алкогольные напитки. Потом он прицепился к проплывавшей мимо большой сосне, которую течение несло быстрее, потому что она глубже сидела в воде. Он вымыл лицо и руки, уселся на корме и принялся размышлять. Был конец июня. Расстояние до Берингова моря составляло две тысячи миль. Лодка делала в среднем пять миль в час. В это время года здесь, на этих высоких широтах, было светло круглые сутки, и он мог плыть все двадцать четыре часа. Таким образом, за сутки он будет делать сто двадцать миль. Отбросим двадцать миль на всякие задержки, остается сто миль в сутки. За двадцать дней он доплывет до Берингова моря. И ему не потребуется тратить никакой энергии, работать за него будет река. Он может лежать на дне лодки и беречь силы.</p>
     <p>В течение двух дней он ничего не ел. Потом он причалил к одному из пологих островков и набрал яиц диких гусей и уток. Спичек не было, и он яйца ел сырыми. Они были довольно питательны и поддерживали в нем силы. Когда он пересек Полярный круг, он натолкнулся на факторию Компании Гудзонова залива. Отряд еще не прибыл из Маккензи, и в фактории не оказалось ни крошки продовольствия. Ему предложили яйца диких уток, но он в ответ сообщил, что у него в лодке имеется целый бушель такой еды. Предложили выпить виски, но он отказался, и на лице его выразилось неподдельное отвращение. Однако он достал спички и теперь мог варить яйца. В низовьях реки встречные ветры задержали его, и он пробыл на яичной диете двадцать четыре дня. К несчастью, он оба раза спал, когда проплывал мимо миссий Святого Павла и Святого Креста. Поэтому он мог со всей искренностью уверять и уверял впоследствии, что все разговоры о миссиях на Юконе — пустые слухи. Никаких миссий там нет, уж он-то это точно знает.</p>
     <p>Попав в Берингово море, он получил возможность сменить яичную диету на тюленью и никак не мог решить, которая же из них хуже. К концу года его подобрал таможенный катер Соединенных Штатов, и на следующую зиму он завоевал своими лекциями в Сан-Франциско репутацию рьяного поборника трезвенности. На этом поприще он обрел свое призвание. "Избегайте бутылки" — таков его лозунг и боевой клич. Он намекает, что в его собственной жизни бутылка послужила причиной ужасной катастрофы. Он даже упоминает о потере состояния из-за этой приманки дьявола, но слушатели чувствуют, что за рассказом об этом случае кроется какое-то ужасное и загадочное злодеяние, причиной которого послужила бутылка. Он делает большие успехи на этом поприще, поседел в крестовом походе против крепких напитков и заслужил всеобщее уважение. Но на Юконе исчезновение Маркуса О'Брайена так и осталось легендой. Это тайна, которая стоит в одном ряду с исчезновением сэра Джона Франклина.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Шутка Порпортука</p>
     </title>
     <p>Эл-Су выросла в миссии. Ее мать умерла, когда она была совсем крошкой, и сестра Альберта однажды летним днем подобрала ее, как головню, выхваченную из пожара, увела в миссию Святого Креста и посвятила служению богу. Эл-Су была чистокровной индианкой, но превзошла в успехах всех девочек, в которых текла половина или четверть белой крови. Сестрам миссии никогда еще не приходилось иметь дела с такой легко приспосабливающейся и в то же время такой одаренной девочкой.</p>
     <p>Эл-Су была живой, способной и умной девочкой, но самое главное — она была как огонь, в ней билось пламя жизни, светилась яркая индивидуальность, сочетавшая в себе волю, нежность и смелость. Ее отец был вождем, и кровь его текла в ее жилах. Эл-Су повиновалась только тогда, когда добровольно соглашалась на это. Она ко всем относилась как к равным, и, быть может, поэтому она преуспевала в математике.</p>
     <p>Впрочем, она преуспевала и по другим предметам. Она выучилась читать и писать по-английски так, как не удавалось ни одной девочке в миссии. Она пела лучше других, и в пение она вкладывала свою страсть к справедливости. Она была художественной натурой, и огонь ее души стремился к творчеству. Родись она в более благоприятной среде, она, наверное, посвятила бы себя литературе или музыке.</p>
     <p>Но ее звали Эл-Су, и она была дочерью Клаки-На, вождя, и жила она в миссии Святого Креста, где не было людей искусства, а только непорочные сестры, интересовавшиеся чистотой, праведностью и благополучием души в мире бессмертия, там, на небесах.</p>
     <p>Шли годы. Эл-Су было восемь лет, когда она попала в миссию, теперь ей исполнилось шестнадцать, и сестры как раз вступили в переписку со своим начальством по Ордену, хлопоча о том, чтобы послать одаренную ученицу в Соединенные Штаты для завершения образования, когда в миссию прибыл человек из ее родного племени и пожелал поговорить с ней.</p>
     <p>Вид его несколько напугал Эл-Су. Он был грязен. Он смахивал на Калибана <a l:href="#n_714" type="note">[714]</a> — этакое безобразное существо с копной никогда не чесанных волос. Он посмотрел на нее неодобрительно и отказался сесть.</p>
     <p>— Твой брат умер, — кратко сказал приезжий. Эл-Су не была особенно потрясена этим известием.</p>
     <p>Она почти не помнила своего брата.</p>
     <p>— Твой отец — старый человек, и он одинок, — продолжал посланец, — его большой дом пустует, и он хочет слышать твой голос и смотреть на тебя.</p>
     <p>Отца, Клаки-На, она помнила — он был вождем деревни, приятелем миссионеров и торговцев, огромным мужчиной, обладавшим гигантской силой, добрыми глазами и властным характером, поведение которого отличала примитивная величественность.</p>
     <p>— Передай ему, что я приду, — таков был ответ Эл-Су.</p>
     <p>К великому огорчению сестер-миссионерок, головешка, выхваченная из пожара, возвращалась обратно на свое пепелище. Все попытки отговорить Эл-Су оказались тщетными. Было много увещеваний, разговоров и слез. Сестра Альберта даже сообщила Эл-Су, что ее думают послать в Соединенные Штаты. Широко раскрытыми глазами глядела Эл-Су на открывающиеся перед ней блестящие дали и качала головой. Перед ней стояло другое видение. Это была мощная излучина Юкона у Танана, где по одну сторону стоит миссия Святого Георгия, а по другую — фактория, и между ними индейская деревушка и знакомый большой бревенчатый дом, в котором живет старик, обслуживаемый слугами.</p>
     <p>Все обитатели берегов Юкона на две тысячи миль знали этот большой бревенчатый дом, старика, живущего в нем, и ухаживающих за ним рабов; сестры-миссионерки тоже прекрасно знали этот дом, царящий там нескончаемый разгул, пиры и веселье. Вот почему поднялся плач в миссии Святого Креста, когда уезжала Эл-Су.</p>
     <p>С приездом Эл-Су в доме была устроена грандиозная уборка. Клаки-На, который привык сам быть хозяином, поначалу протестовал против порядков, устанавливаемых его властной юной дочерью, но, в конце концов, на свой варварский манер мечтая о величии, занял тысячу долларов у старого Порпортука, самого богатого индейца на Юконе. Кроме того, он на большую сумму набрал в фактории товаров. Эл-Су словно возродила старый дом. Она придала ему новое великолепие, в то время как Клаки-На поддерживал здесь древние традиции гостеприимства и разгула.</p>
     <p>Все это было необычным для юконских индейцев, но Клаки-На недаром был необычным индейцем. Он не только любил щедрое гостеприимство, он мог и позволить себе это, будучи вождем и имея много денег. В те дни, когда здесь шла еще меновая торговля, он был владыкой своего народа и выгодно торговал с белыми. Впоследствии вместе с Порпортуком он открыл золотую россыпь на Коюкуке. По натуре и по привычкам Клаки-На был аристократом. Порпортук же был типичным буржуа, и он выкупил у Клаки-На золотую россыпь. Порпортук довольствовался тем, что упорно трудился и копил деньгу, а Клаки-На вернулся в свой большой дом и продолжал тратить их. Порпортук был известен как самый богатый индеец на Аляске. Клаки-На был известен как самый благородный. Порпортук занимался ростовщичеством. Клаки-На был анахронизмом — осколком средневековья, любителем боев и пиров, поклонником вина и песен.</p>
     <p>Эл-Су привыкла к большому дому и к его порядкам с такой же легкостью, с какой она до того привыкла к миссии Святого Креста и тамошним порядкам. Она не пыталась переделать своего отца и направить его на стезю господа бога. Правда, она корила его, когда он слишком много пил, но делала она это ради его здоровья и во имя благополучного пребывания на грешной земле.</p>
     <p>Двери большого дома никогда не запирались. Жизнь в нем не замирала ни на минуту: люди то приезжали, то уезжали. Стропила просторной комнаты постоянно сотрясались от шума пирушек и песен. За столом сидели вожди далеких племен и люди со всех концов света: англичане и жители колоний, худощавые торговцы-янки и толстяки — чиновники крупных компаний, ковбои с Запада, моряки, охотники и погонщики собак самых разных национальностей.</p>
     <p>Эл-Су дышала этой атмосферой космополитизма. По-английски она говорила так же хорошо, как и на родном языке, пела английские песни и баллады. Она знала уходящие в прошлое индейские обряды и умирающие традиции. Если случалась необходимость, она умела нарядиться в традиционную одежду дочери вождя. Но обычно она одевалась на манер белых женщин. Ведь не напрасно ее учили в миссии шить, и не зря она обладала художественным вкусом. Она носила свои платья, как носят их белые женщины, и шила себе такие, которые шли ей.</p>
     <p>Эл-Су была по-своему столь же необычным явлением, как и ее отец, и положение, которое она занимала, было столь же необычным, как и его положение. Она была единственной индианкой, с которой держались как с равной те немногие белые женщины, что жили в Танане. Она была единственной индианкой, которой белые мужчины делали предложения руки и сердца. И, наконец, она была единственной индианкой, которую никогда не пытался оскорбить ни один белый.</p>
     <p>Дело в том, что Эл-Су была очень красива — не так, как бывают красивы белые женщины, и не так, как бывают красивы индианки. Красота ее была в том внутреннем огне, который не зависит от черт лица. Если же говорить о чертах лица, то она являла собой классический тип индианки. У нее были черные волосы и кожа цвета бронзы, черные глаза, блестящие и смелые, острые, как отблеск стали, маленький орлиный нос с тонкими трепещущими ноздрями, чуть выдающиеся, но не слишком широкие скулы и в меру тонкие губы. Но что было в ней главным — это внутренний огонь, то необъяснимое пламя в душе, что наполняло теплым светом ее глаза или сверкало в них, пробивалось румянцем щек, раздувало ноздри, срывалось смехом с губ и даже, если она была серьезна, пряталось в уголках рта, всегда готовое рассыпаться веселым смехом.</p>
     <p>Эл-Су была остроумна, шутки ее редко бывали обидными, но она быстро подмечала маленькие слабости у окружающих. Ее веселый смех, как искрящийся огонек, зажигал людей, и они отвечали ей такими же веселыми улыбками. И тем не менее она никогда не оказывалась в центре внимания. Этого она не допускала. И самый дом и его слава были созданы ее отцом, радушным хозяином, повелителем пирушек, законодателем, и его героическая фигура царила здесь до последних его дней. Правда, по мере того, как силы оставляли его, она понемногу принимала всю тяжесть дел из слабеющих рук отца. Но внешне все оставалось по-прежнему, он правил, как и встарь, хотя частенько дремал, даже за столом, — былой гуляка лишь по видимости оставался еще хозяином пирушек.</p>
     <p>А по большому дому между тем бродила зловещая фигура Порпортука, который неодобрительно покачивал головой, осуждая этот разгул, но платил за все. Нельзя сказать, что он особенно тратился, ибо какими-то таинственными путями ему удавалось соблюдать собственные интересы и постепенно год за годом прибирать к рукам имущество Клаки-На. Один-единственный раз Порпортук взял на себя смелость упрекнуть Эл-Су за расточительный образ жизни, царящий в большом доме, — это произошло как раз тогда, когда он поглотил уже почти все богатство Клаки-На, но больше он никогда не отваживался попрекать ее. Эл-Су, как и ее отец, была аристократкой, подобно своему родителю, она с презрением относилась к деньгам и ставила честь превыше всего.</p>
     <p>Порпортук продолжал с неохотой одалживать деньги, но деньги эти тут же таяли золотой пеной. Эл-Су твердо решила одно: отец должен умереть так же, как и жил. Он не должен ощущать падения своего величия, пиры не должны стихать, не должно иссякать щедрое гостеприимство. Когда случался голод, страдающие индейцы, как и в былые времена, приходили к большому дому и уходили оттуда сытые. Если в доме не было денег, их занимали у Порпортука, и индейцы все равно уходили довольные. Эл-Су могла бы повторить вслед за аристократами иных времен и иных стран, что после нее хоть потоп. В данном случае для нее потопом был старый Порпортук. С каждым разом, одалживая деньги, он смотрел на нее с растущим чувством собственника и ощущал, как разгораются в нем старые, как мир, желания.</p>
     <p>Но Эл-Су не смотрела на него. Впрочем, точно так же она не смотрела и на белых мужчин, которые предлагали обвенчаться с ней, как принято среди белых — с кольцами, священником и клятвой на библии. Дело в том, что в Танане жил юноша по имени Акун, одной крови с ней, одного племени и из одного селения. Ей он казался самым сильным и самым красивым, он был великий охотник, но так как часто и далеко путешествовал, то не нажил богатств. Он побывал в неизведанных и диких местах, путешествовал на Ситху и даже в Соединенные Штаты, пересекал материк до Гудзонова залива и обратно, охотился на тюленей и доплывал на судне до Сибири и Японии.</p>
     <p>Вернувшись с золотых приисков в Клондайке, он, как обычно, пришел в большой дом, чтобы рассказать старому Клаки-На обо всем, что повидал на белом свете, и там он впервые встретил Эл-Су, которая вот уже три года как приехала из миссии. После этого Акун больше не уходил в странствия. Он отказался работать лоцманом на больших пароходах, хотя ему предлагали двадцать долларов в день. Он понемногу охотился и удил рыбу, но никогда не забирался далеко от Тананы и часто и подолгу бывал в большом доме. Эл-Су сравнивала его со многими мужчинами и нашла, что он лучше всех. Он пел для нее песни, загорался и пылал страстью, и скоро все селение знало, что он влюблен в Эл-Су. Порпортук только щерил зубы и давал еще денег на содержание большого дома.</p>
     <p>И вот наступил последний предсмертный пир Клаки-На. Он сидел за столом, и в горле у него застряла смерть, которую нельзя было залить вином. Вокруг него раздавались смех, шутки и песни, Акун рассказал такую историю, что стропила дрогнули от хохота. За этим столом не было ни слез, ни вздохов. Всем казалось совершенно естественным, что Клаки-На должен умереть так, как жил, и никто не знал этого лучше, чем Эл-Су с ее артистическим чутьем. На пир, как и в былые времена, собралась вся старая компания и, кроме того, трое пообмороженных матросов, только-только вернувшихся из далекого путешествия в Арктику, единственных спасшихся из команды в семьдесят четыре человека. Позади Клаки-На стояли четверо стариков — последние из слуг, которые прислуживали ему в молодости. Слезящимися глазами они следили за каждым жестом вождя, дрожащими руками наполняли ему стакан и колотили его между лопатками, когда смерть поднимала голову и тот начинал кашлять и задыхаться.</p>
     <p>Это была разгульная ночь, шли часы, кругом царило веселье и хохот, но вот смерть снова зашевелилась в горле у Клаки-На. Тогда он послал за Порпортуком. И Порпортук пришел сюда с мороза и неодобрительно смотрел на стол, уставленный мясом и вином, за которые он заплатил. Но когда он обвел глазами длинный ряд разгоряченных лиц и в дальнем конце стола увидел лицо Эл-Су, глаза его загорелись и на миг осуждение исчезло с его лица.</p>
     <p>Его посадили рядом с Клаки-На и поставили перед ним стакан. Собственной рукой Клаки-На наполнил ему стакан огненным напитком.</p>
     <p>— Пей! — закричал он. — Разве он не хорош?</p>
     <p>И глаза у Порпортука увлажнились, он склонил голову в знак согласия и причмокнул губами.</p>
     <p>— Разве ты в своем доме пил когда-нибудь такой напиток? — спросил Клаки-На.</p>
     <p>— Я не буду отрицать, что этот напиток хорош для моего старого горла, но… — ответил Порпортук и помедлил, словно не желая высказываться до конца.</p>
     <p>— Но он слишком дорого стоит, — расхохотался Клаки-На, заканчивая за него.</p>
     <p>Порпортук вздрогнул от хохота, который прокатился вдоль всего стола. Глаза его вспыхнули недобрым огоньком.</p>
     <p>— Мы росли вместе, и мы с тобой одного возраста, — сказал он, — но в твоем горле сидит смерть, а я жив и полон сил.</p>
     <p>Среди собравшихся послышался угрожающий ропот. Клаки-На закашлялся, начал задыхаться, и старики-слуги принялись колотить его между лопатками. Он с трудом перевел дух и поднял руку, чтобы успокоить раздраженных гостей.</p>
     <p>— Тебе было жалко разводить огонь в своем собственном доме, потому что дрова были слишком дороги! — крикнул он. — Ты скупился жить. Жизнь стоит слишком дорого, а ты не хотел платить эту цену. Твоя жизнь похожа на хижину, в которой нет огня и нет одеял на полу. — Он подал слугам знак наполнить стакан и поднял его. — А я жил! И жизнь согревала меня, как никогда не согревала тебя. Это правда, ты проживешь долго. Но самые длинные ночи — холодные ночи, и тогда человек дрожит и не может уснуть. Мои ночи были короткими, но я спал в тепле.</p>
     <p>Он осушил свой стакан. Дрожащие руки слуг не успели подхватить стакан, и он упал на пол. Клаки-На откинулся назад, тяжело дыша, и следил глазами, как все осушают свои стаканы, и губы его слегка улыбались в ответ на крики одобрения. Он подал знак, и двое слуг попытались вновь посадить его прямо. Но они были старыми и слабыми, а он был могуч телом, и тогда на помощь пришли еще двое слуг и вчетвером они с трудом усадили его.</p>
     <p>— Но мы говорим не о том, кто как живет, — продолжал Клаки-На. — У нас с тобой, Порпортук, сегодня есть другое дело. Долги — это несчастье, а я тебе должен. Сколько же я задолжал тебе?</p>
     <p>Порпортук порылся в своей сумке и вытащил оттуда бумажку. Он отхлебнул из стакана и начал:</p>
     <p>— Вот расписка от августа 1889 года на триста долларов. Проценты не были уплачены. Расписка за следующий год на пятьсот долларов. Этот долг был включен в расписку, которую ты выдал мне через два месяца на тысячу долларов. Потом есть расписка…</p>
     <p>— К дьяволу все эти расписки! — нетерпеливо закричал Клаки-На. — У меня от них голова идет кругом, и все в ней путается. Сколько всего? Сколько я тебе должен?</p>
     <p>Порпортук заглянул в свои записи.</p>
     <p>— Пятнадцать тысяч девятьсот шестьдесят семь долларов и семьдесят центов, — прочитал он.</p>
     <p>— Пусть будет шестнадцать тысяч, — великодушно бросил Клаки-На, — считай, что шестнадцать тысяч. Некруглые числа меня путают. А теперь — для этого я и позвал тебя — пиши новую расписку на шестнадцать тысяч, и я подпишу ее. Мне все равно, какие проценты ты будешь брать с меня. Пиши, какие хочешь, и пометь, что этот долг я верну тебе в том мире, где мы встретимся с тобой у костра Великого Отца всех индейцев. Там я заплачу тебе по этой расписке. Это я тебе обещаю. Даю слово Клаки-На.</p>
     <p>Порпортук был озадачен, а громкий хохот присутствующих потряс стены комнаты. Клаки-На поднял руку.</p>
     <p>— Нет! — воскликнул он. — Это не шутка. Я честно говорю. Я для этого и послал за тобой, Порпортук. Пиши расписку.</p>
     <p>— Я не веду никаких дел с тем миром, — медленно произнес Порпортук.</p>
     <p>— Разве ты не уверен, что встретишь меня перед лицом Великого Отца? — потребовал ответа Клаки-На и добавил: — Я наверняка буду там.</p>
     <p>— Я не веду дел с тем миром, — раздраженно повторил Порпортук.</p>
     <p>Умирающий смотрел на него с искренним изумлением.</p>
     <p>— Я ничего не знаю про тот мир, — пояснил Порпортук. — Я делаю дела здесь, на земле.</p>
     <p>Лицо Клаки-На прояснилось.</p>
     <p>— Это оттого, что ночи твои холодны, — рассмеялся он, помолчал некоторое время и потом сказал: — Значит, ты хочешь получить свой долг здесь, на земле. Ну что ж, у меня остается этот дом. Бери его и сожги долговые расписки на свече.</p>
     <p>— Это старый дом, он не стоит таких денег, — отозвался Порпортук.</p>
     <p>— У меня есть еще прииск у Кривого Лосося.</p>
     <p>— Он никогда не окупал себя.</p>
     <p>— Тогда у меня есть доля в пароходе "Коюкук". Я владею половиной его.</p>
     <p>— Он лежит на дне Юкона. Клаки-На вздрогнул.</p>
     <p>— Правда, я забыл об этом. Это случилось прошлой весной, когда сошел лед.</p>
     <p>Клаки-На задумался, никто не притрагивался к стаканам, ожидая, пока он заговорит.</p>
     <p>— Выходит, что я должен тебе такие деньги, которые я не могу заплатить… здесь, на земле?</p>
     <p>Порпортук кивнул головой и огляделся.</p>
     <p>— Тогда получается, что ты, Порпортук, плохой делец, — насмешливо сказал Клаки-На.</p>
     <p>Порпортук нагло ответил:</p>
     <p>— Нет, это не так. У тебя есть еще собственность.</p>
     <p>— Как? — воскликнул Клаки-На. — У меня есть еще имущество? Назови его, и оно твое, и долг будет погашен.</p>
     <p>— Вот оно. — Порпортук показал на Эл-Су.</p>
     <p>Клаки-На не понял. Он посмотрел туда, куда показывал Порпортук, протер глаза и опять посмотрел.</p>
     <p>— Твоя дочь Эл-Су… Отдай ее мне, и долг будет заплачен. Я тут же сожгу твои расписки на этой свече.</p>
     <p>Могучая грудь Клаки-На заколыхалась.</p>
     <p>— Ха! Ха! Вот так шутка! Ха-ха-ха! — Клаки-На разразился гомерическим хохотом. — Это с твоей-то холодной постелью и с дочерьми, которые годятся в матери Эл-Су! Ха-ха-ха!</p>
     <p>Он закашлялся, начал задыхаться, и старики-слуги принялись похлопывать его по спине.</p>
     <p>— Ха-ха-ха! — вновь захохотал Клаки-На, и опять его схватило удушье.</p>
     <p>Порпортук терпеливо ждал, потягивая из своего стакана и изучая лица сидевших по обе стороны стола. Наконец он сказал:</p>
     <p>— Это не шутка. Я говорю дело.</p>
     <p>Тут Клаки-На протрезвел, глянул на Порпортука и потянулся за своим стаканом, но не сумел достать его. Один из слуг подал ему стакан, и Клаки-На швырнул этот стакан вместе с содержимым в лицо Порпортука.</p>
     <p>— Вытолкайте его вон! — загремел Клаки-На, обращаясь к сидевшим за столом, которые подобно своре охотничьих собак, рвущихся с поводка, только и ждали его сигнала. — И вываляйте его в снегу!</p>
     <p>Когда взбесившийся клубок людей прокатился мимо него и вывалился за дверь, Клаки-На подал знак своим слугам, и четверо трясущихся стариков помогли ему встать на ноги и встретить возвращающихся бражников стоя, с поднятым стаканом, провозглашающим тост за короткие ночи, когда человек спит в тепле.</p>
     <p>Для того, чтобы разобраться в запутанных делах Клаки-На, потребовалось совсем немного времени. Эл-Су пригласила для помощи англичанина Томми, младшего агента фактории. От Клаки-На не осталось ничего, кроме долгов, просроченных долговых расписок, залоговых квитанций на собственность и заложенной собственности, которая ничего не стоила. Все долговые расписки и залоговые квитанции находились у Порпортука. Томми, изучая проценты, которые брал Порпортук, каждый раз обзывал его ворюгой.</p>
     <p>— Это долг, Томми? — спрашивала Эл-Су.</p>
     <p>— Это грабеж, — отвечал Томми.</p>
     <p>— И все-таки это долг, — настаивала Эл-Су. Кончилась зима, наступила весна, а долг Порпортуку все еще не был уплачен. Он частенько заходил к Эл-Су и каждый раз пространно объяснял ей, как объяснял однажды ее отцу, каким путем может быть погашен этот долг. Он даже привел с собой старого шамана, который растолковал ей, что если долг не будет уплачен, то ее отцу суждено вечное проклятие. И наконец после одного такого посещения Эл-Су объявила Порпортуку свое окончательное решение.</p>
     <p>— Я скажу тебе две вещи, — сказала она. — Во-первых, я никогда не буду твоей женой. Запомни это. А во-вторых, ты получишь свои шестнадцать тысяч долларов — все, до последнего цента…</p>
     <p>— Пятнадцать тысяч девятьсот шестьдесят семь долларов и семьдесят пять центов, — поправил Порпортук.</p>
     <p>— Мой отец сказал шестнадцать тысяч, — был ее ответ, — ты их получишь.</p>
     <p>— Каким образом?</p>
     <p>— Я сейчас еще не знаю, каким образом, но я найду способ. А теперь уходи и не надоедай мне больше. А если будешь приставать ко мне… — она помедлила, придумывая подходящее наказание, — если ты будешь приставать ко мне, я прикажу опять вывалять тебя в снегу, как только выпадет первый снег.</p>
     <p>Разговор этот происходил ранней весной, и вскоре Эл-Су удивила всю страну.</p>
     <p>В июне, когда пойдет лосось, Эл-Су, дочь Клаки-На, будет продавать себя с аукциона, чтобы расплатиться с долгом Порпортуку. Слух об этом разнесся по всему Юкону, от Чилкута до дельты Юкона, его передавали от лагеря к лагерю, до самых отдаленных стоянок. Попытки разубедить ее были напрасны. Священник из миссии Святого Георга долго и горячо убеждал ее, но она ответила:</p>
     <p>— На том свете расплачиваются с долгами только перед господом богом. Долги людям должны уплачиваться здесь, на земле, — здесь они и будут уплачены.</p>
     <p>Акун пытался переубедить ее, но она ему ответила:</p>
     <p>— Да, я люблю тебя, Акун, но честь выше любви. Разве я могу опозорить моего отца?</p>
     <p>Сестра Альберта прибыла на первом пароходе из миссии Святого Креста, но тоже ничего не добилась.</p>
     <p>— Мой отец блуждает в дремучем и бесконечном лесу, — ответила ей Эл-Су, — и ему суждено блуждать там среди рыдающих и неприкаянных душ до тех пор, пока не будет выплачен долг. Тогда, только тогда, сможет войти он в дом Великого Отца.</p>
     <p>— И ты веришь в это? — спросила сестра Альберта.</p>
     <p>— Не знаю, — ответила Эл-Су, — в это верил мой отец.</p>
     <p>Сестра Альберта недоверчиво пожала плечами.</p>
     <p>— А кто знает, — продолжала Эл-Су, — может быть, иной мир и в самом деле окажется таким, как мы верим? Почему бы и нет? Для вас иной мир — небеса, где играют на арфах… потому что вы верите в небеса с арфами. А для моего отца иной мир — это большой дом, где он вечно будет пировать вместе с богом.</p>
     <p>— А ты? — спросила сестра Альберта. — Каким ты представляешь иной мир?</p>
     <p>Эл-Су на мгновение помедлила с ответом.</p>
     <p>— Мне бы хотелось и того и другого понемногу, — сказала она, — мне хотелось бы встретить там и вас и моего отца.</p>
     <p>Настал день аукциона. Танана стала весьма многолюдной. Согласно обычаю, здесь в эту пору собирались индейские племена и ожидали, когда пойдет лосось, а пока что развлекались танцами и играми, торговали и сплетничали. Сюда съехались искатели приключений, торговцы, золотоискатели и, помимо них, еще множество белых, которых привело сюда любопытство или свой расчет.</p>
     <p>Весна в этом году была поздней, и лосось запоздал. Эта задержка только разжигала всеобщий интерес. А в день аукциона напряженность стала еще больше благодаря Акуну. Он в присутствии множества людей торжественно заявил, что тот, кто купит Эл-Су, немедленно умрет. При этом он потряс в руке своим винчестером, показывая, откуда придет эта смерть. Эл-Су рассердилась, но он отказался разговаривать с ней и отправился в факторию, чтобы запастись патронами.</p>
     <p>Первого лосося выловили в десять часов вечера, а в полночь начался аукцион. Он происходил на высоком берегу Юкона. Скрытое за горизонтом солнце спешило на север, и небо было зловеще-багрового цвета. У самого обрыва поставили стол и два стула, а вокруг собралась огромная толпа. В первых рядах расположились многочисленные белые и несколько вождей племен. А на самом видном месте в первом ряду стоял Акун с ружьем в руке. Томми по просьбе Эл-Су взял на себя обязанности аукционера, но открыла аукцион сама Эл-Су, которая описала товар, выставленный для продажи. Одетая в национальный костюм, в одежду дочери вождя, по-варварски великолепную, она поднялась на стул, чтобы все могли хорошенько рассмотреть ее.</p>
     <p>— Кто хочет купить себе жену? — обратилась она к толпе. — Посмотрите на меня. Мне двадцать лет, и я девушка. Я буду хорошей женой тому, кто купит меня. Если это будет белый мужчина, я буду одеваться, как одеваются белые женщины, если он будет индеец, я буду одеваться… — она заколебалась на мгновение, — как скво. Я умею шить себе платья, умею стирать и штопать. Меня восемь лет учили всему этому в миссии Святого Креста. Я умею читать и писать по-английски и играю на органе. Кроме того, я знаю арифметику и немного алгебру, совсем немножко. Меня купит тот, кто предложит самую высокую цену, и я выдам ему расписку, что продала себя. Да, забыла сказать, что хорошо пою и ни разу в жизни не болела. Вес мой — сто тридцать два фунта, отец умер, других родственников нет. Кто хочет купить меня?</p>
     <p>Горящим и смелым взглядом она обвела толпу и сошла со стула. Томми предложил ей опять стать на стул, а сам он вскарабкался на другой и открыл аукцион.</p>
     <p>Вокруг Эл-Су стояли четверо старых слуг ее отца. Старость скрючила их, сделала беспомощными; представители давно ушедшего поколения, которые без всякого интереса взирали на проделки молодости, они думали только о пище. Впереди толпы заняли места несколько королей Бонанзы и Эльдорадо, рядом с ними, на костылях, распухшие от цинги, стояли двое неудачливых золотоискателей. Вот из гущи толпы высунулась, широко раскрыв от любопытства глаза, скво с Верхней Тананы, забредший с побережья ситка был рядом со стиком с озера Ле-Барж, а неподалеку от них особняком стояли человек шесть проводников-канадцев. Издалека доносился приглушенный гомон бесчисленных диких птиц с их гнездовий. Ласточки проносились низко над головами и над спокойной поверхностью Юкона, пели зорянки. Косые лучи невидимого солнца пробивались сквозь дым, поднимавшийся от лесных пожаров где-то за тысячу миль отсюда, и окрашивали небо в мрачно-багровые тона; отраженный свет солнца делал и землю красноватой. Этот отраженный свет ложился на лица собравшихся и придавал всему сборищу какой-то потусторонний и фантастический вид.</p>
     <p>Поначалу ставки поднимались весьма туго. Ситка, который был впервые в этих краях и прибыл сюда всего за полчаса до начала аукциона, уверенно предложил сто долларов и был крайне удивлен, когда Акун с ружьем в руке угрожающе обернулся к нему. Никто не назначал новую цену. Потом индеец-лоцман с Тоцикакаты предложил сто пятьдесят долларов, а через некоторое время некий игрок, изгнанный с Верховий Юкона, поднял цену до двухсот долларов. Эл-Су переживала, самолюбие ее было уязвлено, но она и виду не подала, а лишь еще более вызывающе оглядывала толпу.</p>
     <p>Толпа зрителей зашевелилась, когда вперед пробился Порпортук.</p>
     <p>— Пятьсот долларов! — громко выкрикнул он и оглянулся с гордостью, чтобы посмотреть, какой эффект произвела его сумма.</p>
     <p>Он решил использовать свое огромное богатство в качестве дубинки, с помощью которой он мог пришибить всех соперников с самого начала. Но один из проводников, глядя на Эл-Су горящими глазами, повысил ставку еще на сотню.</p>
     <p>— Семьсот! — немедленно отозвался Порпортук. И с той же готовностью ему ответил проводник:</p>
     <p>— Восемьсот!</p>
     <p>Тогда Порпортук вновь пустил в ход свою тяжелую дубину.</p>
     <p>— Тысяча двести! — выкрикнул он.</p>
     <p>На лице проводника отразилось горькое разочарование, и он вынужден был признать себя побежденным. Никто не повышал ставок. Томми старался изо всех сил, но не мог добиться новых предложений.</p>
     <p>Эл-Су обратилась к Порпортуку:</p>
     <p>— Порпортук, тебе следует хорошенько взвесить то, что ты делаешь. Разве ты забыл, что я тебе сказала, — что я никогда не буду твоей женой?</p>
     <p>— Это публичный аукцион, — возразил Порпортук, — и я куплю тебя как полагается. Я предложил тысячу двести долларов. Ты пока что ценишься дешево.</p>
     <p>— Слишком дешево, черт побери! — выкрикнул Том-Ми. — Что из того, что я аукционер? Никто не запретит мне самому принять участие в торге. Я предлагаю тысячу триста.</p>
     <p>— Тысяча четыреста, — отозвался Порпортук.</p>
     <p>— Я куплю тебя, и ты будешь мне сестрой, — шепнул Томми Эл-Су и громко сказал:</p>
     <p>— Тысяча пятьсот!</p>
     <p>Когда ставка дошла до двух тысяч, в торг вступил один из королей Эльдорадо, а Томми вышел из игры.</p>
     <p>В третий раз Порпортук пустил в ход тяжелую дубинку своего богатства и поднял ставку сразу на пятьсот долларов. Гордость короля Эльдорадо оказалась задетой. Кто посмел перебить его? И он поднял ставку еще на пятьсот долларов.</p>
     <p>Теперь за Эл-Су давали три тысячи долларов. Порпортук поднял ставку до трех тысяч пятисот и раскрыл от изумления рот, когда король Эльдорадо накинул сразу тысячу долларов. Порпортук опять набавил пятьсот долларов и опять ахнул, когда король Эльдорадо прибавил еще тысячу долларов.</p>
     <p>Порпортук начинал злиться. Его задело, что кто-то бросил вызов его могуществу, которое для него воплощалось в богатстве. Он не мог позволить, чтобы его унизили перед лицом людей. Дело было уже не в Эл-Су. Он готов был бросить на ветер все, что скопил за все холодные долгие ночи своей жизни. Цена Эл-Су поднялась уже до шести тысяч. Порпортук назвал семь тысяч. После этого ставки стали расти по тысяче с такой быстротой, что участники торга едва успевали называть сумму. Когда цена подскочила до четырнадцати тысяч, оба замолчали, чтобы перевести дыхание.</p>
     <p>Но тут произошло нечто неожиданное. В борьбу вступила еще более увесистая дубинка. Игрок с Верховий Юкона, который почуял выгодное дельце, организовал в наступившей паузе синдикат из нескольких своих приятелей и поднял цену до шестнадцати тысяч долларов.</p>
     <p>— Семнадцать тысяч, — слабеющим голосом произнес Порпортук.</p>
     <p>— Восемнадцать тысяч, — парировал король. Порпортук собрался с силами.</p>
     <p>— Двадцать тысяч.</p>
     <p>Синдикат выбыл из игры. Король Эльдорадо поднял ставку еще на тысячу, Порпортук тоже, и пока они попеременно повышали цену, Акун поворачивался то к одному, то к другому, он посматривал на них угрожающе и одновременно с любопытством, словно желая выяснить, что же представляет собой человек, которого он должен сейчас убить. Король собирался назвать очередную надбавку, Акун стал пробираться поближе к нему, и тот, прежде чем назвать сумму, сначала высвободил висевший на боку револьвер.</p>
     <p>— Двадцать три тысячи.</p>
     <p>— Двадцать четыре тысячи, — ответил Порпортук. При этом он злорадно ухмыльнулся, заметив, что его уверенность, с которой он поднимал цену, поколебала короля. Тот подошел поближе к Эл-Су и долго и внимательно рассматривал ее.</p>
     <p>— И еще пятьсот, — наконец сказал он.</p>
     <p>— Двадцать пять тысяч, — вновь поднял цену Порпортук.</p>
     <p>Король долго смотрел на Эл-Су и покачал головой. Потом глянул еще раз и неохотно процедил:</p>
     <p>— И еще пятьсот.</p>
     <p>— Двадцать шесть тысяч! — выпалил Порпортук. Король отвернулся, чтобы не видеть умоляющих глаз Томми. Между тем Акун стал пробираться поближе к Порпортуку. Острые глаза Эл-Су заметили это, и пока Томми убеждал короля Эльдорадо еще раз повысить ставку, она нагнулась и сказала что-то на ухо старому слуге. И в то время, пока слова Томми "Продается… Продается…. Продается" звучали в воздухе, слуга подошел к Акуну и тоже шепнул ему что-то на ухо. И хотя Эл-Су с нетерпением смотрела на него, но Акун не подал вида, что расслышал хоть что-нибудь.</p>
     <p>— Продана! — прозвучал голос Томми. — Продана Порпортуку за двадцать шесть тысяч долларов.</p>
     <p>Порпортук с опаской посмотрел на Акуна. Все глаза были устремлены туда же, но он стоял недвижимо.</p>
     <p>— Пусть принесут весы, — сказала Эл-Су.</p>
     <p>— Я буду расплачиваться у себя в доме, — произнес Порпортук.</p>
     <p>— Пусть принесут весы, — повторила Эл-Су. — Оплата должна быть произведена здесь, чтобы все видели.</p>
     <p>Из фактории принесли весы, а Порпортук тем временем сходил к себе и вернулся в сопровождении человека, который тащил на спине мешки из лосиной кожи, набитые золотым песком. Кроме него, за Порпортуком следовал еще один человек с ружьем в руках, который не сводил глаз с Акуна.</p>
     <p>— Вот здесь долговые расписки и закладные на пятнадцать тысяч девятьсот шестьдесят семь долларов и семьдесят пять центов.</p>
     <p>Эл-Су взяла документы у него из рук и сказала Томми:</p>
     <p>— Пусть они считаются за шестнадцать тысяч.</p>
     <p>— Остается выплатить еще десять тысяч золотым песком, — сказал Томми.</p>
     <p>Порпортук кивнул в знак согласия и развязал свои мешки. Эл-Су, стоя у самой воды, разорвала бумаги на клочки и пустила их по ветру, дувшему вдоль Юкона. Начали отвешивать золото, но тут произошла заминка.</p>
     <p>— Считать будем, конечно, по семнадцати долларов, — сказал Порпортук Томми, когда тот начал регулировать весы.</p>
     <p>— Нет, по шестнадцати долларов, — резко сказала Эл-Су.</p>
     <p>— Повсюду принято считать золотой песок по семнадцать долларов за унцию, — ответил Порпортук, — у нас здесь деловая сделка.</p>
     <p>Эл-Су рассмеялась.</p>
     <p>— А это новый обычай, — сказала она, — он заведен с этой весны. В прошлом году и раньше считали по шестнадцати долларов за унцию. Когда мой отец одалживал деньги, считали по шестнадцати долларов. Когда он покупал в лавке товары, то за унцию золотого песка, который он одалживал у тебя, он получал муки на шестнадцать долларов, а не на семнадцать. Поэтому и ты должен считать мне по шестнадцати долларов, а не по семнадцати.</p>
     <p>Порпортук проворчал что-то и приказал отвешивать песок.</p>
     <p>— Развешивай его на три части, Томми, — сказала Эл-Су, — сюда на тысячу долларов, сюда на три тысячи, а сюда на шесть.</p>
     <p>Это была медленная процедура, и пока развешивали песок, присутствующие не сводили глаз с Акуна.</p>
     <p>— Он ждет, когда будут отданы деньги, — предположил кто-то, и эти слова облетели всех; и толпа ждала, что же будет делать Акун.</p>
     <p>Наконец Томми закончил развешивать, и золотой песок лежал на столе тремя темно-желтыми кучками.</p>
     <p>— Мой отец остался должен Компании три тысячи долларов, — сказала Эл-Су, — возьми их, Томми, и передай Компании. Теперь здесь остаются четверо стариков. Ты их знаешь. Вот тысяча долларов. Возьми ее и сделай так, чтобы старики всегда были сыты и у них всегда был табак.</p>
     <p>Томми высыпал золото в отдельные мешки. На столе осталась кучка песка на шесть тысяч долларов. Эл-Су подхватила его совком и, неожиданно повернувшись, высыпала золотым дождем в Юкон. Когда она во второй раз воткнула совок в золотой песок, Порпортук схватил ее за кисть.</p>
     <p>— Это мое, — спокойно сказала она, и он отпустил ее руку, но пока она швыряла песок в реку, Порпортук смотрел на нее и скрежетал зубами, весь почернев от злости.</p>
     <p>Толпа смотрела только на Акуна; слуга Порпортука, стоявший в ярде от Акуна, направил ружье на него, держа палец на спуске. Но Акун стоял спокойно.</p>
     <p>— Пишите бумагу о продаже, — мрачно сказал Порпортук.</p>
     <p>И Томми составил купчую, согласно которой все права на женщину по имени Эл-Су получал человек по имени Порпортук. Эл-Су подписала документ, Порпортук сложил его и спрятал в мешочек. Вдруг глаза его вспыхнули, и он обратился к Эл-Су с неожиданной речью.</p>
     <p>— Это не был долг твоего отца, — сказал он, — то, что я заплатил, я заплатил за тебя. Ты продавала себя сегодня, а не вчера, не в прошлом году или еще раньше. За каждую унцию песка, которым я заплатил за тебя, сегодня в фактории дают муки на семнадцать долларов. Я потерял доллар на каждой унции. Я потерял шестьсот двадцать пять долларов.</p>
     <p>Эл-Су раздумывала мгновение и поняла, что ошиблась. Она рассмеялась.</p>
     <p>— Ты прав, — смеясь, сказала она, — я ошиблась. Но теперь уже поздно. Ты заплатил, и золота уже больше нет. Ты стал тугодумом. И потому прогадал. Твой хитрый ум стал неповоротлив. Ты стареешь, Порпортук.</p>
     <p>Порпортук ничего не ответил. Он опасливо посмотрел на Акуна и успокоился. Потом поджал губы, и в лице появилась жестокость.</p>
     <p>— Пойдем, — сказал он, — пойдем в мой дом.</p>
     <p>— Разве ты забыл те две вещи, которые я сказала тебе весной? — спросила Эл-Су, не выказывая желания следовать за ним.</p>
     <p>— Я бы давно свихнулся, если бы помнил все. что говорят женщины, — ответил он.</p>
     <p>— Я сказала, что ты получишь свой долг, — старательно продолжала Эл-Су, — и я еще сказала, что никогда не буду твоей женой.</p>
     <p>— Но это было до того, как ты подписала купчую, — ответил Порпортук и потрогал пальцами хрустящую бумагу. — Я купил тебя на глазах у всех. Ты принадлежишь мне. Ты не можешь отрицать, что ты моя.</p>
     <p>— Да, я твоя, — спокойно подтвердила Эл-Су.</p>
     <p>— Ты принадлежишь мне.</p>
     <p>— Я принадлежу тебе.</p>
     <p>Голос Порпортука зазвучал чуть громче, в нем послышались торжествующие нотки.</p>
     <p>— Ты принадлежишь мне, как собака принадлежит хозяину.</p>
     <p>— Я принадлежу тебе, как собака принадлежит хозяину, — спокойно сказала Эл-Су, — но ты, Порпортук, забыл то, что я тебе говорила. Если бы меня купил любой другой мужчина, я стала бы его женой. Я была бы хорошей женой. Так я решила. Но твоей женой я никогда не буду. Поэтому я только твоя собака.</p>
     <p>Порпортук знал, что играет с огнем, и решил быть твердым.</p>
     <p>— Тогда я буду говорить с тобой не как с Эл-Су, а как с собакой, — сказал он, — и я приказываю тебе идти со мной.</p>
     <p>Он хотел было взять ее за руку, но Эл-Су оттолкнула его.</p>
     <p>— Не спеши, погоди, Порпортук. Ты купил собаку. А собака убегает. Я ведь только твоя собака. Что, если я убегу?</p>
     <p>— Я побью тебя, как хозяин бьет собаку…</p>
     <p>— Когда поймаешь меня?</p>
     <p>— Когда поймаю тебя.</p>
     <p>— Тогда лови меня.</p>
     <p>Порпортук быстро подскочил к ней, но Эл-Су увернулась. Она смеялась, бегая вокруг стола.</p>
     <p>— Лови ее! — крикнул Порпортук индейцу с ружьем, который оказался неподалеку от Эл-Су.</p>
     <p>Но как только индеец попытался схватить ее, король Эльдорадо сбил его с ног ударом кулака по скуле. Ружье звякнуло о землю. Тут, казалось бы, наступил черед Акуна. Глаза его сверкнули, но он остался на месте.</p>
     <p>Порпортук был старый человек, но холодные ночи помогли ему сохранить силы. Он не стал бегать вокруг стола. Он неожиданно перескочил прямо через стол. Эл-Су оказалась застигнутой врасплох. Она отскочила назад с испуганным криком, и Порпортук поймал бы ее, если бы не Томми. Тот вытянул ногу, Порпортук споткнулся и свалился на землю. Эл-Су бросилась бежать.</p>
     <p>— Тогда лови меня, — смеясь, бросила она ему через плечо, убегая.</p>
     <p>Она бежала легко и быстро. Порпортук был в ярости. Он бежал быстрее ее. В молодости он считался самым лучшим бегуном среди юношей. Но Эл-Су была хитрее и изворотливее. Она была в туземном костюме, и юбка не путалась у нее в ногах, а ее гибкое тело оказалось слишком увертливым для цепких пальцев Порпортука.</p>
     <p>С хохотом и шумом огромная толпа рассыпалась, чтобы поглазеть за погоней. Эл-Су и Порпортук бежали по становищу и, делая круги, то исчезали, то вновь появлялись среди палаток. Эл-Су размахивала руками, чтобы сохранить равновесие при беге, и временами ее тело, казалось, отрывалось от земли, когда она делала крутые повороты. А Порпортук все бежал в каком-нибудь шаге позади или сбоку от нее, как тощая гончая собака.</p>
     <p>Они миновали открытое место позади становища и скрылись в лесу. Танана ждала их возвращения, ждала долго, но тщетно.</p>
     <p>Тем временем Акун ел, спал и подолгу шатался у пароходной пристани, оставаясь глух к растущему возмущению обитателей становища по поводу того, что он ничего не предпринимал. Через сутки Порпортук вернулся. Он устал и был в ярости. Он не стал разговаривать ни с кем, кроме Акуна, и попытался вызвать его на ссору. Но Акун пожал плечами и ушел прочь. Порпортук не терял времени. Он нанял шесть юношей, отобрав лучших следопытов и проводников, и вместе с ними отправился, в лес.</p>
     <p>На следующий день пароход "Сиэтл", направлявшийся вверх по реке, пристал к берегу, чтобы запастись топливом. Когда концы отдали и пароход отошел от берега, Акун находился в лоцманской рубке. Прошло немного часов, и, встав на вахту у руля, он увидел маленькое каноэ из березовой коры, отчалившее от берега. В каноэ виднелась одна-единственная человеческая фигура. Акун пристально вглядевшись, повернул руль и скомандовал замедлить ход.</p>
     <p>В рубку вошел капитан парохода.</p>
     <p>— Что случилось? — спросил он. — Здесь нет мелей.</p>
     <p>Акун проворчал что-то. Он увидел, как от берега отвалило большое каноэ, в котором было несколько человек. Как только "Сиэтл" отклонился от фарватера, Акун повернул рулевое колесо еще круче. Капитан рассердился.</p>
     <p>— Там всего-навсего скво, — запротестовал он.</p>
     <p>Акун не отвечал. Он, не отрываясь, смотрел на женщину и преследующее ее каноэ. Там шесть человек сидели на веслах; женщина гребла куда медленнее.</p>
     <p>— Ты посадишь пароход на мель! — заорал капитан, хватаясь за рулевое колесо.</p>
     <p>Но руки Акуна с железной силой держали рулевое колесо, а сам он посмотрел капитану прямо в глаза. Тот медленно отпустил колесо.</p>
     <p>— Чудак человек, — пробормотал он.</p>
     <p>Акун держал пароход у самого мелководья и выжидал, пока не увидел, как женщина уцепилась за передние поручни. Тогда он скомандовал полный вперед и завертел рулевое колесо обратно. Большое каноэ было уже совсем рядом, но расстояние между ним и пароходом стало быстро увеличиваться.</p>
     <p>Женщина расхохоталась и перевесилась через поручни.</p>
     <p>— Так лови меня, Порпортук! — крикнула она.</p>
     <p>Акун сошел с парохода в форте Юкон. Он нанял небольшую лодку и отправился вверх по реке Поркьюпайн. С ним была Эл-Су. Это было тяжелое путешествие, путь их лежал через хребет, пересекавший страну, но Акун раньше путешествовал этим путем. Когда они добрались до истоков Поркьюпайна, они оставили лодку и пешком отправились через Скалистые горы.</p>
     <p>Акуну очень нравилось идти позади Эл-Су и любоваться ее походкой. В ней была музыка, которую он любил. И особенно он любил смотреть на ее округлые икры, завернутые в мягко выделанную кожу, стройные лодыжки и маленькие, одетые в мокасины ножки, не знающие усталости на протяжении многих дней пути.</p>
     <p>— Ты легкая, как воздух, — говорил Акун, глядя на нее, — тебе совсем не трудно идти. Ты словно плывешь, так плавно поднимаются и ступают твои ноги. Ты похожа на лань, Эл-Су, ты похожа на лань, и глаза у тебя, когда ты смотришь на меня или когда оглядываешься на шорох, тоже как у лани. Вот и сейчас, когда ты смотришь на меня, глаза твои похожи на глаза лани.</p>
     <p>И Эл-Су, сияющая и растроганная, поворачивалась и целовала Акуна.</p>
     <p>— Когда мы доберемся до индейцев-маккензи, мы не будем задерживаться, — сказал Акун, — мы двинемся на юг раньше, чем зима застанет нас. Мы пойдем с тобой на солнечные земли, где нет снега. Но мы вернемся. Я видел много стран, но нет другой такой земли, как Аляска, нигде нет такого солнца, как наше солнце, и после долгого лета хорошо увидеть снег.</p>
     <p>— И ты научишься читать, — сказала Эл-Су. И Акун ответил:</p>
     <p>— Конечно, я научусь читать.</p>
     <p>Однако, когда они добрались до озера Маккензи, им пришлось задержаться. Они встретились с группой индейцев, и во время охоты Акуна случайно ранили. Стрелял юноша, пуля пробила Акуну правую руку и сломала два ребра. Акун знал примитивную медицину индейцев, а Эл-Су в миссии Святого Креста немного научилась оказывать помощь пострадавшим. В конце концов кости вправили, и Акун лежал у огня, ожидая, пока кости срастутся. Он лежал у огня так, чтобы дымом табака отгонять москитов.</p>
     <p>И вот сюда добрался Порпортук со своими шестью молодцами. Акун стонал, сознавая свое бессилие, и обратился за помощью к индейцам-маккензи. Но Порпортук предъявил свои претензии, и маккензи были озадачены. Порпортук хотел увести Эл-Су, но маккензи воспротивились. Спор нужно было рассудить, и поскольку дело касалось мужчины и женщины, был созван совет из стариков: молодые, у которых горячие сердца, могли вынести несправедливое решение.</p>
     <p>Старики уселись вокруг костра. Лица у них были худы и изборождены морщинами, они тяжело дышали, хватая ртом воздух. Дым мешал им дышать. Время от времени они дрожащими руками били москитов, которые отваживались лететь на дым. После таких упражнений они глухо и надрывно кашляли. Некоторые из них отхаркивались кровью, а у одного старика, сидевшего чуть поодаль с опущенной головой, безостановочно текла изо рта кровь: у всех у них была горловая чахотка. Это были умирающие люди, жить им оставалось совсем немного. Это был совет мертвецов.</p>
     <p>— И я заплатил за нее огромную цену, — заключил Порпортук свою жалобу, — таких денег вы никогда не видели. Продайте все, что у вас есть, — продайте ваши копья, стрелы и ружья, продайте ваши шкуры и меха, продайте ваши палатки, лодки и собак — продайте все, и вы вряд ли наберете тысячу долларов. А я заплатил за эту женщину Эл-Су цену в двадцать шесть раз большую, чем стоят все ваши копья, стрелы и ружья, ваши шкуры и меха, ваши палатки, лодки и собаки. Это очень высокая цена.</p>
     <p>Старики важно кивали головами, хотя их ссохшиеся глазные щелочки расширялись от удивления, что какая-то женщина вообще может стоить таких денег. Тот, у которого изо рта шла кровь, вытер губы.</p>
     <p>— Это правда? — спросил он по очереди каждого из молодых охотников, сопровождавших Порпортука. И каждый ответил, что это правда.</p>
     <p>— Это правда? — спросил он у Эл-Су, и та ответила:</p>
     <p>— Это правда.</p>
     <p>— Но Порпортук не сказал, что он старик, — вмешался Акун, — и что дочери у него старше, чем Эл-Су.</p>
     <p>— Это правда, Порпортук старый человек, — сказала Эл-Су.</p>
     <p>— Это уже дело Порпортука мерить силы своего возраста, — сказал старик, у которого текла изо рта кровь. — Все мы стареем. Но помни, старость никогда не бывает настолько слаба, как это кажется юности.</p>
     <p>И все старики, сидевшие кругом, жевали беззубыми дёснами, одобрительно кивая и кашляя.</p>
     <p>— Я сказала ему, что никогда не буду его женой, — настаивала Эл-Су.</p>
     <p>— И все-таки ты взяла у него в двадцать шесть раз больше, чем все, что мы имеем? — спросил одноглазый старик.</p>
     <p>Эл-Су молчала.</p>
     <p>— Это правда? — И его единственный глаз вонзился в нее, как буравчик.</p>
     <p>— Это правда, — сказала она.</p>
     <p>Но через мгновение ее взорвало, и она со страстью воскликнула:</p>
     <p>— Я все равно опять убегу! Я всегда буду убегать от него!</p>
     <p>— Это уже забота Порпортука, — заметил другой старик, — наше дело — вынести решение.</p>
     <p>— А какую цену ты за нее уплатил? — спросили у Акуна.</p>
     <p>— Я ничего за нее не платил, — ответил он, — ибо она дороже любых денег. Я не могу оценить ее ни на золотой песок, ни на собак, ни на палатки или меха.</p>
     <p>Старики принялись спорить о чем-то между собой приглушенными голосами.</p>
     <p>— Эти старики, как лед, — сказал Акун по-английски, — я не буду слушать их решения, Порпортук. Если ты возьмешь Эл-Су, я непременно убью тебя.</p>
     <p>Старики перестали разговаривать и подозрительно посмотрели на Акуна.</p>
     <p>— Мы не понимаем языка, на котором ты говоришь, — сказал один из них.</p>
     <p>— Он сказал, что убьет меня, — поспешил ответить Порпортук, — так что лучше отобрать у него ружье и посадить рядом кого-нибудь из ваших юношей, чтобы он не причинил мне вреда. Он молод, а что такое для молодого поломанные кости!</p>
     <p>У беспомощного Акуна отобрали ружье и нож, и по бокам сели два молодых индейца-маккензи. Одноглазый старик встал и выпрямился.</p>
     <p>— Нас поражает цена, которая уплачена за женщину, — начал он, — но разумность этой цены нас не касается. Мы здесь для того, чтобы вынести решение, и мы выносим решение. У нас нет никаких сомнений. Всем известно, что Порпортук заплатил высокую цену за женщину Эл-Су. Поэтому женщина Эл-Су принадлежит Порпортуку и никому другому.</p>
     <p>Он тяжело опустился на землю и закашлялся. Старики закивали и тоже закашлялись.</p>
     <p>— Я убью тебя! — закричал по-английски Акун. Порпортук усмехнулся и встал.</p>
     <p>— Вы вынесли справедливое решение, — сказал он судьям, — и мои люди дадут вам много табаку. А теперь пусть подведут ко мне эту женщину.</p>
     <p>Акун заскрежетал зубами. Молодые индейцы схватили Эл-Су — она не сопротивлялась, только лицо ее горело мрачным огнем — и притащили к Порпортуку.</p>
     <p>— Сиди здесь, у моих ног, пока я буду говорить, — приказал он. Потом он помолчал мгновение. — Это правда, — сказал он, — что я старый человек. Но я еще могу понять пути молодости. Огонь еще не погас во мне. И все-таки я уже не молод и не собираюсь все годы, которые мне осталось прожить, гоняться на своих старых ногах за Эл-Су. Она бегает быстро и хорошо. Она похожа на лань. Я это хорошо знаю, потому что я видел это и гнался за ней. Плохо, когда жена бегает так быстро. Я заплатил за нее большую цену, а она убегает от меня. Акун ничего не заплатил за нее, а она бежит к нему.</p>
     <p>Когда я пришел к вам, люди маккензи, у меня была одна мысль в голове. Когда я слушал ваш суд и думал о быстрых ногах Эл-Су, у меня было много мыслей в голове. Теперь у меня опять только одна мысль, но совсем не та, с которой я пришел сюда. Я скажу вам, о чем я думаю. Если собака однажды убежала от хозяина, она всегда будет убегать от него. Сколько бы раз ее ни возвращали, она каждый раз будет убегать. Когда нам попадается такая собака, мы ее продаем. Эл-Су вроде такой собаки, которая убегает. Я продам ее. Кто из совета купит ее?</p>
     <p>Старики кашляли и молчали.</p>
     <p>— Акун купил бы Эл-Су, — продолжал Порпортук, — но у него нет денег. Поэтому я отдам ему эту женщину без всякой платы. Я отдам ему ее сейчас же.</p>
     <p>Нагнувшись, он взял Эл-Су за руку и повел ее через круг, туда, где лежал на спине Акун.</p>
     <p>— У нее есть дурная привычка, Акун, — сказал он, усаживая Эл-Су у ног Акуна. — Раньше она убегала от меня, а впредь она может убежать и от тебя. Но ты можешь не бояться, Акун, что она когда-нибудь убежит от тебя. Я позабочусь, чтобы она не сделала этого. Она никогда не убежит от тебя, даю слово Порпортука. Она очень любит шутить. Я знаю это, она часто шутила надо мной. И все-таки я решил один раз тоже пошутить. И благодаря этой шутке я сохраню ее для тебя, Акун.</p>
     <p>Нагнувшись, Порпортук скрестил ноги Эл-Су так, что одна нога лежала на другой, и, прежде чем успели разгадать его замысел, разрядил свое ружье так, что пуля прошла через обе лодыжки. Когда Акун пытался подняться под тяжестью двух навалившихся на него юношей, послышался хруст вновь ломающихся костей.</p>
     <p>— Это справедливо, — сказал один старик другому. Эл-Су не издала ни звука. Она сидела и смотрела на свои раздробленные ноги, на которых она уже никогда не сможет ходить.</p>
     <p>— У меня крепкие ноги, Эл-Су, — сказал Акун, — но они никогда не унесут меня прочь от тебя.</p>
     <p>Эл-Су посмотрела на него, и в первый раз за все время, что он ее знал, Акун увидел в ее глазах слезы.</p>
     <p>— У тебя глаза, как у лани, Эл-Су, — сказал он.</p>
     <p>— Это ведь справедливо? — спросил Порпортук, собираясь уходить и злобно ухмыляясь сквозь дым.</p>
     <p>— Это справедливо, — сказали старики и продолжали сидеть молча.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Когда Боги смеются</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Когда боги смеются</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>О, боги, боги! Времени молва</p>
      <p>Смолкает перед ними. Сколько спето</p>
      <p>Им страстных гимнов, сколько рук воздето</p>
      <p>В молитве к ним! Да будет так, Фелица!</p>
      <p>Ведь это — божества!</p>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>Каркинес наконец-то улыбнулся и придвинул стул к огню. Он посмотрел на стекла, дребезжавшие в оконных рамах, перевел взгляд на бревенчатый потолок и прислушался к диким завываниям юго-восточного ветра, дышавшего на мой домик своей свирепой пастью. Потом поднял стакан и радостно засмеялся, глядя сквозь золотистое вино на огонь в камине.</p>
     <p>— Какая красота! — сказал он. — И какая в нем сладость! Это вино создано для женщин, его же и монахи приемлют!</p>
     <p>— Оно родом с наших согретых солнцем холмов, — сказал я с простительной калифорнийцу гордостью. — Вы же проезжали вчера по здешним виноградникам.</p>
     <p>Каркинеса стоило немного расшевелить. Да откровенно говоря, он становился самим собой лишь в те минуты, когда искрометное вино горячило ему кровь. Правда, он был художник — художник всегда и во всем. Но без вина мысль его работала вяло, и, трезвый, он бывал подчас удручающе скучным, точно английское воскресенье; разумеется, не таким, какими бывают по-настоящему скучные люди, а скучным по сравнению с тем Монте Каркинесом, который неизменно блистал остроумием, когда становился самим собой.</p>
     <p>Из всего этого не следует делать вывод, будто Каркинес — мой любимый друг и верный товарищ — пил горькую. Отнюдь нет! Обычно он не позволял себе никаких излишеств. Как я уже сказал, Каркинес был художник. Он знал меру во всем, и этой мерой ему служило равновесие — то душевное равновесие, которым обладаем мы с вами, когда бываем трезвы.</p>
     <p>Мудрая, инстинктивная воздержанность Каркинеса сближала его с эллинами, но во всем остальном он был далек от эллинов. Помню, он говаривал мне: «Я ацтек, я инка, я испанец». И действительно, в асимметричных, резких чертах его смуглого лица проглядывало что-то родственное этим древним племенам. Его широко расставленные глаза поблескивали дикарским блеском под крутым изломом бровей, и на них падала прядь черных волос, сквозь которую он выглядывал, точно плутоватый сатир из густых зарослей. Каркинес всегда ходил в бархатной куртке и фланелевой рубашке с красным галстуком. Этот последний предмет его туалета символизировал собой красный флаг (в Париже Каркинес близко сошелся с социалистами) и кровное братство всех людей. На голове он носил только сомбреро с кожаной лентой — ни в чем другом его не видели. Злые языки даже утверждали, будто он так и появился на свет в этом головном уборе. Мне же лично доставляло огромное удовольствие смотреть, как это мексиканское сомбреро подзывает кеб на Пиккадилли и как его швыряет из стороны в сторону в толпе, берущей приступом поезд нью-йоркской надземной железной дороги.</p>
     <p>Я уже сказал раньше, что Каркинес оживал под действием вина — «подобно тому (говорил он сам о себе), как ожила глина, когда господь вдохнул в нее дыхание жизни». Увы! К богу Каркинес относился с кощунственной фамильярностью, хотя вообще-то в кощунстве его никто не мог обвинить. Он был натура прямодушная, но вся сотканная из противоречий, и людям, мало с ним знакомым, это мешало разобраться в нем. Да разве разберешься сразу в человеке то необузданном, как дикарь, то нежном, как девушка, то изысканном, как испанец! Но ведь он и сам называл себя ацтеком, инкой, испанцем!</p>
     <p>А теперь я должен попросить извинения, что уделил ему здесь столько места. (Он мой друг, и я люблю его.)</p>
     <p>Итак, мой домик дрожал под порывами ветра, а Каркинес придвинул стул к камину и рассмеялся, подняв на свет свой стакан с вином. Он посмотрел на меня, и по тому, как весело блеснули его и без того блестящие глаза, я понял, что наконец-то мой друг настроился на должный лад.</p>
     <p>— Итак, вы думаете, будто вам удалось обыграть богов? — спросил он.</p>
     <p>— При чем тут боги?</p>
     <p>— А кто, как не они, обрекают человека постоянно испытывать чувство пресыщения?</p>
     <p>— Не знаю. Я стараюсь избежать его по собственной воле! — торжествующе воскликнул я.</p>
     <p>— Нет, без богов и тут не обошлось, — со смехом оказал он. — Банк мечут боги. Они тасуют колоду, сдают… и, глядишь, загребают себе все ставки. Не думайте, будто ваше бегство из отравленных безумием городов спасет вас. Что они вам дадут, эти одетые виноградниками холмы, эти закаты, восходы, простая пища, буколический образ жизни? Ничего! Я наблюдаю за вами с первого дня, как приехал сюда. Вы не обыграли богов. Вы сдались. Вы сдались на милость противника. Вы признались, что не можете больше бороться, и выбросили белый флаг. Вы прибили к стене объявление, в котором признаете, что силы ваши иссякают. Вы убежали от жизни. Уловка! Жалкая уловка! Отказавшись продолжать игру, вы швырнули карты под стол и спаслись бегством сюда, под защиту этих холмов.</p>
     <p>Он откинул со лба прямую черную прядь, упавшую на его сверкающие глаза, и умолк только на секунду, чтобы свернуть длинную мексиканскую сигарету.</p>
     <p>— Нет, богов не проведешь. Ваша уловка стара, как мир. Ее пускали в ход из поколения в поколение, но она никого не спасла. Боги знают, как поступать с вами и вам подобными. Погоня ведет к обладанию, а обладание ведет к пресыщенности. И вот вы, мудрец, решили поставить крест на всех своих стремлениях. Вы предпочли отказаться от всего. Что ж, прекрасно! Но этот отказ вскоре будет вам в тягость. Вы утверждаете, что уберегли себя от пресыщения. Неправда! Оно просто пошло у вас в обмен на старческую дряхлость. А старческая Дряхлость — синоним пресыщения. Это маска, под которой прячется пресыщение. Вот так-то!</p>
     <p>— Да вы взгляните на меня! — воскликнул я. Каркинес, как никто другой, умел залезть человеку в душу и разодрать ее в клочья.</p>
     <p>Уничтожающим взглядом он смерил меня с головы до ног.</p>
     <p>— Где вы видите во мне признаки старческой дряхлости? — с вызовом бросил я ему.</p>
     <p>— Увядание подкрадывается незаметно, — отвечал он. — Вы перезрели и гниете с сердцевины.</p>
     <p>Я рассмеялся и простил этого задиру. Впрочем, он вовсе не нуждался в моем прощении.</p>
     <p>— Как будто я не знаю! — продолжал Каркинес. — Боги всегда выигрывают. Мне приходилось наблюдать людей, которые годами вели игру — по их разумению, верную игру, — и в конце концов теряли все.</p>
     <p>— Неужели вы никогда не ошибались? — спросил я.</p>
     <p>Прежде чем ответить, он в раздумье пустил дым колечками.</p>
     <p>— Да, однажды меня чуть было не провели. Вот, послушайте. Был такой Марвин Фиск. Помните его? Дантовский профиль, поэтическая душа, песнопения во славу плоти — истинный жрец любви. И была такая Этель Бейрд, которую вы тоже должны помнить.</p>
     <p>— Святая с лучистыми глазами?</p>
     <p>— Совершенно верно! Олицетворение сладостной любви. Женщина, созданная для любви и вместе с тем… как бы это выразиться?.. дурманящая своей святостью, как здешний воздух дурманит вас ароматом цветов. Так вот, они поженились. Они вступили в игру, партнерами по которой у них были боги…</p>
     <p>— И выиграли, блистательно выиграли! — перебил его я.</p>
     <p>Каркинес с состраданием посмотрел на меня, и, когда он заговорил снова, его слова прозвучали, как погребальный звон.</p>
     <p>— Они остались в проигрыше, в бесславном проигрыше.</p>
     <p>— В обществе придерживаются другого мнения на этот счет, — холодно заметил я.</p>
     <p>— Общество основывается на догадках. Обществу видно только то, что на поверхности. А я — я знаю… Вы никогда не задумывались над тем, почему Этель Бейрд постриглась в монахини, заживо похоронила себя в обители скорби?</p>
     <p>— Потому, что она любила его, и когда он умер… Презрительная усмешка Каркинеса заставила меня умолкнуть.</p>
     <p>— Ответ стандартный, словно отштампованный на машине, — сказал он. — Суд общества! Много общество знает! Этель Бейрд, как и вы, бежала от жизни. Она потерпела поражение и выкинула белый флаг. И ни один осажденный город не выкидывал белого флага с такой горечью, с такими слезами.</p>
     <p>Выслушайте эту историю от меня, из первоисточника, — я знаю, о чем говорю. Марвин Фиск и Этель Бейрд размышляли над угрозой пресыщения. Они любили Любовь. Они знали ей цену, как никто другой. Они так дорожили Любовью, что им хотелось удержать ее, чтобы она всегда согревала их сердца своим горячим трепетом. Они радовались ее приходу и боялись, как бы она не покинула их.</p>
     <p>Любовь — это желание, это сладостная боль, которая жаждет утоления и, найдя его, умирает. Так говорили они. Любовь жаждущая продолжает жить вечно; Любовь утоленная умирает. Вы понимаете, к чему я веду? Они знали, что людям претит то, чего они вкусили вволю. Насыщаться и испытывать одновременно чувство голода — этого человеку никогда не удавалось достичь. Угроза пресыщения! Да! Вот в чем вся суть. Насыщаться, сидя за уставленным яствами столом, и удерживать голод на самой острой его грани — вот какая задача стояла перед ними, ибо они любили Любовь. Сколько раз они говорили об этом, и взоры их источали сладкое томление Любви, ее алая кровь румянила им щеки, ее голос звучал в их голосах, то дрожа где-то глубоко в груди, то оттеняя слова той невыразимой нежностью, которая ведома одной лишь ей.</p>
     <p>Вы спросите, откуда мне известно все это? Я видел, многое видел сам, а еще больше узнал из дневника Этель Бейрд. Вот какую цитату из Феоны Маклауда <a l:href="#n_715" type="note">[715]</a> я нашел там: «Истинно говорю вам, что этот прерывистый голос, этот сумеречный шепот, это сладостное, свежее дыхание, этот огненнокрылый Кифаред, который предстает пред людским взором только на мгновение в радужных переливах счастья или во внезапной, слепящей вспышке страсти, — этот таинственный чудотворец, которого мы зовем Эрос, открывается лишь избранникам, ясновидцам, и приходит он не с громкой песней на устах, не под звуки веселой скрипки, а неслышно, тайком, и немота его яснее слов говорит о желании».</p>
     <p>Как же удержать этого огненнокрылого Кифареда, чье безмолвие яснее слов говорит о желании? Насытить его — значит, расстаться с ним. Марвин Фиск и Этель Бейрд любили друг друга великой любовью. Их богатства были несметны, и все же им хотелось, чтобы чувство их не оскудевало.</p>
     <p>И ведь вы не назвали бы их неоперившимися птенцами, которые пускаются в рассуждения, стоя у порога Любви. Нет! Это были сложившиеся, разумные люди. Оба они любили и раньше, до своей встречи, и задушили Любовь ласками, отняли у нее жизнь поцелуями и погребли ее в могиле пресыщенности.</p>
     <p>Этель и Марвин были не бесплотные духи, а люди, живые люди. В их жилах бежала кровь, алая, как закатное небо, — кровь, не разбавленная англосаксонской трезвостью. По темпераменту они скорее походили на французов; в их идеализме брал верх галльский дух с его приверженностью плотским радостям. Этот идеализм не охлаждала ледяная мутная жидкость, которая заменяет англичанам кровь. Аскетизм был чужд им. Они были американцы — прапраправнуки англичан, и все-таки в них совсем не чувствовалось ни английской склонности к самообузданию, ни английской выспренности.</p>
     <p>И вот люди, которых я описываю, — люди, созданные для радостей Любви, возымели некую идею. Будь они прокляты, все эти идеи! Марвин Фиск и Этель Бёйрд затеяли игру с логикой, а логика их- была такова… Но сначала надо вам рассказать о беседе, которая завязалась у нас однажды вечером. Речь шла о «Мадмуазель де Мопэн». Помните эту героиню Теофиля Готье <a l:href="#n_716" type="note">[716]</a>? Она поцеловала мужчину один раз в жизни — один-единственный раз, и дала себе зарок никогда больше не целоваться, боясь, что поцелуи потеряют для нее свою сладость. Опять пресыщение! Мадмуазель де Мопэн отважилась понтировать против богов, ничего не поставив на карту, что противоречит правилам, установленным самими богами. Но правила эти негласные, и, чтобы усвоить их, смертные должны продолжать игру.</p>
     <p>Теперь вернемся к этой игре с логикой. Марвин Фиск и Этель Бейрд рассуждали так: ограничиться одним поцелуем? Но, если мадмуазель де Мопэн поступила мудро, они будут еще большими мудрецами и откажутся от этого единственного поцелуя… Тогда Любовь не умрет. Вечно жаждущая, она никогда не устанет стучаться в их сердца.</p>
     <p>Откуда к ним пришла эта нечестивая идея? Уж не наследственность ли тому виной? Ведь порода сказывается иногда самым фантастическим образом. Может быть, на сей раз проклятый Альбион надел обличье коварной распутницы, потаскушки, действующей с холодным расчетом? В конце концов откуда мне это знать? Но что я знаю, то знаю: во имя своего поистине безудержного стремления к радости они отказались от нее.</p>
     <p>Вот как говорил об этом Марвин Фиск (я читал потом его письма к Этель): «Держать тебя в объятиях, такую близкую и в то же время такую далекую! Томиться по тебе и никогда не обладать тобою и так — обладать тобою вечно». А она отвечала ему: «Пусть мои руки будут всегда протянуты к возлюбленному и никогда не коснутся его! Каждый час, каждую минуту стремиться к тебе, недостижимому, чтобы новизна и свежесть нашего чувства и первый радостный стук наших сердец навеки остались с нами!»</p>
     <p>Я привожу все это по памяти и поневоле искажаю философию их любви. Но кто я такой, чтобы копаться в душах этих людей? Я лягушка, которая сидит у края непроглядной тьмы, уставившись выпученными глазами на чудо и тайну двух пламенеющих сердец.</p>
     <p>И ведь по-своему они были правы. Все прекрасное прекрасно до тех пор, пока ты не обладаешь им. Пресыщенность и обладание — кони смерти, они бегут у нее в одной упряжке.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Нас учит время: пламени на смену</v>
       <v>Придет привычки предвечерний луч.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Они прочитали это у Альфреда Остина <a l:href="#n_717" type="note">[717]</a>. Сонет «Мудрость любви». Все тот же один-единственный поцелуй мадмуазель де Мопэн. Как там дальше?</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Целуем мы и гаснем постепенно,</v>
       <v>А лучше смерть, чем путь в низины с круч.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Но Марвин Фиск и Этель Бейрд считали себя мудрее. Они не хотели, чтобы поцелуи привели их к разлуке. Не надо ни единого поцелуя, и тогда они всегда будут стоять на горной вершине Любви. И вот брачные узы соединили их. Вы жили тогда в Англии. Такой супружеской четы больше нигде не было и не будет. Они никому не открыли своей тайны. В то время я ничего не знал. Их чувство не только не остывало, но разгоралось все ярче и ярче. Я впервые видел такую пару. Время шло: проходили месяцы, годы, а огненнокрылый Кифаред становился все лучезарнее.</p>
     <p>Люди удивлялись, глядя на Марвина Фиска и Этель Бейрд. Их называли изумительной парой, им завидовали. Правда, кое-кто из женщин жалел Этель, потому что у нее не было детей, но какую только форму не принимает зависть…</p>
     <p>А я, не догадываясь об их тайне, размышлял и дивился. Сначала я ждал, вероятно, подсознательно, когда же их любовь пройдет. Потом убедился, что проходит Время, а Любовь остается. И наконец во мне проснулось любопытство. В чем же их тайна? Какими волшебными оковами приковали они к себе Любовь? Почему этот своенравный эльф не убегает от них? Может быть, они, подобно любовникам глубокой древности — Тристану и Изольде, испили из одной чаши эликсир вечной любви? Но чьи же руки приготовили им этот чудодейственный напиток?</p>
     <p>Итак, я любопытствовал и наблюдал за ними. Любовь опьяняла их. Это был какой-то нескончаемый праздник любви. Они справляли его торжественно, пышно, упиваясь утонченностью и поэтичностью своего чувства. Никому не пришло бы в голову обвинять их в неврастении, истеричности. Нет! Это были разумные, вполне здоровые люди, художники по натуре. Но им удалось достичь недостижимого. Они добились того, что их желание не умирало.</p>
     <p>А я? Я часто встречался с ними все эти годы, и перед моими глазами было непреходящее чудо их любви. Оно поражало меня, не давало мне покоя, и вот в один прекрасный день…</p>
     <p>Каркинес вдруг оборвал свой рассказ и спросил меня:</p>
     <p>— Вы читали «Любовь, помедли»? Я покачал головой.</p>
     <p>— Если не ошибаюсь, это стихотворение Пейджа — Куртиса Хиддена Пейджа <a l:href="#n_718" type="note">[718]</a>. Вот оно-то и послужило мне ключом к отгадке тайны. В один прекрасный день на диване в оконной нише, возле которой у них стоял рояль… Вы помните, как Этель Бейрд играла? Подсмеиваясь иногда надо мной, она говорила, что я хожу с ним не ради них самих, а ради музыки, и называла мою меломанию запоем, одержимостью. А какой голос был у Марвина! Когда он пел, я начинал верить в бессмертие, мое отношение к богам становилось чуть ли не покровительственным, и в голове у меня зарождались всякие планы, с помощью которых можно было бы перехитрить их.</p>
     <p>Какое великолепное зрелище являли собой этот мужчина и эта женщина! После стольких лет супружеской жизни они пели любовные песни с той целомудренной свежестью, которая под стать только новорожденной любви, с той пылкостью и зрелостью чувства, которой не знают юные любовники! Да! Юные любовники показались бы бледными и вялыми рядом с этой немолодой четой. Сколько пылкой ласки было в каждом их взгляде, слове, жесте и даже в самом молчании! Покорные любви, они, словно бабочки, летели на огонек свечи, которым каждый из них был друг для друга, и в каком-то сумасшедшем вихре кружились по этой орбите. И мне казалось, что, повинуясь неведомому нам тайному закону, более могущественному, чем закон земного притяжения, тела их сольются и растают у меня на глазах. Надо ли спрашивать, почему все поражались им и называли такую любовь беспримерной!</p>
     <p>Но я отвлекся. Давайте вернемся к тому, что послужило мне ключом к отгадке тайны. Итак, в один прекрасный день я нашел у них на диване около рояля томик стихов. Он раскрылся у меня в руках сам собой на стихотворении «Любовь, помедли», очевидно, много раз читанном. Уголки у страницы были захватанные, истертые. И вот что я прочитал:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Так сладко рядом быть и чуть поодаль.</v>
       <v>Узнать друг друга лучше… Сохранить</v>
       <v>Всю сладость первого прикосновения…</v>
       <v>Любовь?.. О, нет еще!.. Позволь ей быть</v>
       <v>Окутанной в туман священной тайны</v>
       <v>И в ожиданье тайн грядущих лет,</v>
       <v>Не близких, нет еще… не у порога, нет…</v>
       <v>О, пусть любовь растет еще, еще!</v>
       <v>Чуть расцветет — умрет. Питай ее</v>
       <v>Мечтой слиянья уст, пускай поспит</v>
       <v>Еще хоть чуть в строжайшем отреченье.</v>
       <v>О, пусть еще чуть-чуть, еще мгновенье…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Я захлопнул книжку, заложив эту страницу пальцем, и долго сидел молча, не двигаясь. Меня ошеломила ясность открывшейся мне картины. Это было настоящее озарение — вспышка молнии в кромешной тьме. Они хотели насильно удержать Любовь, эту капризную сильфиду, эту предвестницу новой жизни — новой жизни, которая нетерпеливо ждет часа своего рождения!</p>
     <p>Я повторил мысленно эти строки: «Любовь?.. О, нет еще!.. Питай ее мечтой слиянья уст…» — и громко рассмеялся. Их непорочные души предстали предо мной в ясном свете дня. Какие дети! Они ничего не понимали! Они играли с огнем и клали на свое ложе обнаженный меч. Они смеялись над богами. Они тщились остановить космический ток крови. Они выдумали какую-то свою систему и сели за игорный стол жизни в надежде, что эта система принесет им выигрыш. «Берегитесь! — крикнул я. — Боги только притаились! На каждую новую систему они отвечают новыми правилами игры. Вам у них никогда не выиграть!»</p>
     <p>Но все это было сказано не им в глаза, а мысленно, про себя. Я ждал, что будет дальше. Откроется же им когда-нибудь вся ложность их системы! Они отбросят ее, удовольствуются своей долей счастья и не будут пытаться вырвать у богов больше.</p>
     <p>Я наблюдал за ними. Наблюдал молча. Месяцы бежали один за другим, а страсть их становилась все острее. Ни разу не позволив себе притупить эту страсть узаконенными объятиями, они точили и правили ее на оселке голода. Наконец даже меня взяло сомнение. «Что же боги — спят или умерли? — думал я и тихо смеялся. — Этот мужчина и эта женщина сотворили чудо. Они перехитрили богов. Им удалось посрамить нашу добрую мать Природу. Они играли с ее огнем и не обожглись. Им ничто не страшно. Они сами стали как боги, познав разницу между добром и злом и не вкусив от зла».</p>
     <p>«Значит, вот как смертные становятся богами? — спрашивал я самого себя. — Я лягушка, и, не будь глаза мои залеплены тиной, сияние этого чуда ослепило бы меня». Я пыхтел и надувался, гордясь собственной мудростью, и осмеливался высказывать свое мнение о богах.</p>
     <p>Но я ошибся, положившись на свою вновь обретенную мудрость. Марвин Фиск и Этель Бейрд не стали богами. Это были всего лишь мужчина и женщина — мягкая глина, которая исходила вздохами, дрожала, пронзенная желанием, и никла от слабости, неведомой богам.</p>
     <p>Прервав свой рассказ, Каркинес свернул вторую сигарету и громко рассмеялся. Смех этот, резнувший мой слух какой-то сатанинской ноткой, перекрыл рев ветра, который бушевал в мире, но до нас долетал приглушенным.</p>
     <p>— Я лягушка, — извиняющимся тоном повторил Каркинес. — Где им было понять все это — им, художникам, а не биологам? Они имели дело с глиной только у себя в студии, а о существовании той, из которой были слеплены сами, даже не подозревали. Но отдадим должное этим любовникам: они вели большую игру. Так до них никто не играл и вряд ли будет играть. Никто до них не знал такого упоения любовью. Поцелуй не убил их любви. Своим отказом удовлетворить ее они сообщали ей все новую жизнь. И любовь их безумствовала, раздираемая на части желанием. Огненнокрылый Кифаред веял им в лицо своими крыльями, так что сердце у них почти переставало биться. Поистине это было любовное исступление, и оно не только не утихало, но разгоралось с каждой неделей, с каждым месяцем.</p>
     <p>Они жаждали друг друга и томились той сладостной болью, той упоительной мукой, которой никто не знал и никто не узнает.</p>
     <p>Но вот задремавшие боги встрепенулись. Они подняли голову и посмотрели на мужчину и женщину, которые насмеялись над ними. А те посмотрели однажды утром друг другу в глаза и поняли — что-то ушло. Ушел тот, Огненнокрылый. Он улетел тайком, среди ночи, покинув их отшельнический кров.</p>
     <p>Они посмотрели друг другу в глаза и прочитали там не любовь, а безразличие. Желание умерло. Вы понимаете? Умерло желание. А они ни разу не обменялись поцелуем. Ни единого разу. Любовь ушла. Им не суждено больше гореть, томиться ею. Исчезло все: дрожь, трепет и сладостная мука; исчезли вздохи, волнение, горячий стук сердца, песни. Желание умерло. Оно умерло ночью на холодном, никому не нужном ложе, и они не уследили за тем, как его не стало. Они впервые прочитали это в глазах друг у друга.</p>
     <p>Боги — недобрые существа, но милосердие все же не чуждо им. Они пустили по кругу шарик слоновой кости и лопаткой сгребли банк со стола. И все, что осталось после игры, были мужчина и женщина, холодно смотревшие в глаза друг другу. А потом Марвин Фиск умер. Вот он, акт милосердия. Не прошло и недели после этого, как Марвин Фиск умер. Вы, вероятно, помните… несчастный случай. И много лет спустя я прочел в ее дневнике запись, сделанную в те дни, — две строки из стихотворения Митчелла Кеннерли:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>О, был ли час, когда б могли</v>
       <v>Мы целоваться и не целовались!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Боже, какая насмешка судьбы! — воскликнул я.</p>
     <empty-line/>
     <p>А Каркинес — настоящий Мефистофель в отблесках огня, падавших из камина на его бархатную куртку, устремил на меня пронзительный взгляд своих черных глаз и сказал:</p>
     <p>— И вы говорите, будто они остались в выигрыше? Суд общества! Вы слышали мой рассказ, а я знаю все. Они выиграли так же, как выиграете вы, сидя здесь, среди ваших любимых холмов.</p>
     <p>— А вы сами! — с жаром воскликнул я. — К чему приведет вас ваше буйство чувств? Что вам дадут ваши города с царящим в них бедламом?</p>
     <p>Он медленно покачал головой.</p>
     <p>— Если вы с вашим размеренным, буколическим образом жизни обречены на проигрыш, это еще не значит, что я останусь в выигрыше. Мы никогда не выигрываем. Иной раз нам это кажется, но такова маленькая любезность, которой удостаивают нас боги.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Отступник</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Вот я на работу дневную иду.</p>
      <p>Господь, укрепи мои мышцы к труду.</p>
      <p>А если мне смерть суждена, я творца</p>
      <p>Молю дать работу свершить до конца.</p>
      <p>Аминь.</p>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>— Джонни, вставай сейчас же, а то есть не дам!</p>
     <p>Угроза не возымела действия на мальчика. Он упорно не хотел просыпаться, цепляясь за сонное забытье, как мечтатель цепляется за свою мечту. Руки его пытались сжаться в кулаки, и он наносил по воздуху слабые беспорядочные удары. Удары предназначались матери, но она с привычной ловкостью уклонялась от них и сильно трясла его за плечо.</p>
     <p>— Н-ну тебя!..</p>
     <p>Сдавленный крик, начавшись в глубинах сна, быстро вырос в яростный вопль, потом замер и перешел в невнятное хныканье. Это был звериный крик, крик души, терзаемой в аду, полный бесконечного возмущения и муки.</p>
     <p>Но мать не обращала на него внимания. Эта женина с печальными глазами и усталым лицом привыкла своей ежедневной обязанности. Она ухватилась за одеяло и попыталась стянуть его с мальчика, но он, перестав колотить кулаками, отчаянно вцепился в него. Сжавшись в комок в ногах кровати, он не желал расставаться с одеялом. Тогда мать попробовала стащить всю постель на пол. Мальчик сопротивлялся. Она тянула изо всех сил. Перевес был на ее стороне, постель поползла на пол вместе с мальчиком, который инстинктивно держался за нее, спасаясь от холода нетопленой комнаты. Он повис на краю кровати и, казалось, вот-вот свалится на пол головой вперед. Но сознание его уже пробудилось. Он выпрямился и сохранил равновесие, потом спустил ноги на пол. Мать тотчас же схватила его за плечи и встряхнула. Мальчик снова выбросил кулаки, на этот раз с большей силой и меткостью. Глаза его открылись. Мать отпустила его, — он проснулся.</p>
     <p>— Ладно, — пробормотал он.</p>
     <p>Мать взяла лампу и поспешно вышла, оставив его в темноте.</p>
     <p>— Вычтут, будешь знать! — бросила она, уходя.</p>
     <p>Темнота ему не мешала. Одевшись, он вышел на кухню. Поступь у него была слишком грузная для такого худого, щуплого тела. Ноги тяжело волочились, и это казалось странным: очень уж они были тоненькие и костлявые. Он придвинул к столу продавленный стул.</p>
     <p>— Джонни! — резко окликнула его мать.</p>
     <p>Он так же резко поднялся и молча пошел к раковине. Она была грязная и сальная, из отверстия шел скверный запах. Мальчик не замечал этого. Зловонная раковина была для него в порядке вещей, так же как и то, что в мыло въелась грязь от кухонной посуды и оно плохо мылилось. Да он и не очень-то старался намылиться. Несколько пригоршней холодной воды из-под крана довершили умывание. Зубов он не чистил. Он даже никогда не видал зубной щетки и не подозревал, что существуют на свете люди, способные на такую глупость, как чистка зубов.</p>
     <p>— Хоть бы раз в день сам догадался помыться, — упрекнула его мать.</p>
     <p>Придерживая на кофейнике разбитую крышку, она налила две чашки кофе. Джонни не отвечал на ее упрек, ибо это являлось вечной темой разговоров и единственным, в чем мать была тверда, как кремень. «Хоть раз в день» умыть лицо считалось обязательным. Джонни утерся засаленным, рваным полотенцем, от которого на лице у него остались волокна.</p>
     <p>— Уж очень мы далеко живем, — сказала мать, когда он сел к столу. — Да все ведь думаешь, как лучше. Сам знаешь. Зато тут попросторней и на доллар дешевле, а он тоже на улице не валяется. Сам знаешь.</p>
     <p>Он едва слушал ее. Все это говорилось уже много раз. Круг ее мыслей был ограничен, и она вечно возвращалась к тому, как неудобно им жить так далеко от фабрики.</p>
     <p>— Доллар — это, значит, еды прибавится, — заметил он рассудительно. — Лучше пройтись, да зато поесть побольше.</p>
     <p>Он торопливо ел хлеб, запивая непрожеванные куски горячим кофе. За кофе сходила горячая мутная жидкость, но Джонни считал, что это кофе — и превосходный. Это была одна из немногих сохранившихся у него иллюзий. Настоящего кофе он не пил ни разу в жизни.</p>
     <p>В добавление к хлебу он получил еще кусочек холодной свинины. Мать налила ему вторую чашку. Доедая хлеб, он зорко следил, не дадут ли еще. Мать перехватила его выжидающий взгляд.</p>
     <p>— Не будь обжорой, — сказала она. — Ты свою долю получил. А что младшим останется?</p>
     <p>Джонни ничего не ответил на ее упрек. Он вообще не отличался словоохотливостью. Но его голодный взгляд больше не выпрашивал добавки. Мальчик не жаловался, и эта покорность была так же страшна, как и школа, где он этому обучился. Он допил кофе, вытер рот и встал со стула.</p>
     <p>— Погоди-ка, — поспешно сказала мать. — Еще один тоненький ломтик, пожалуй, можно отрезать от краюхи.</p>
     <p>Это была просто ловкость рук. Делая вид, что отрезает ломоть от краюхи, мать убрала ее в хлебную корзинку, а ему подсунула один из своих двух кусков. Она думала, что обманула сына, но он заметил ее хитрость и все же без зазрения совести взял хлеб. Он считал, что мать, при ее болезненности, все равно много не съест.</p>
     <p>Мать, увидев, что он жует сухой хлеб, потянулась через стол и налила ему кофе из своей чашки.</p>
     <p>— Что-то мутит меня сегодня от него, — пояснила она.</p>
     <p>Отдаленный гудок, пронзительный и протяжный, заставил обоих вскочить. Мать взглянула на жестяной будильник, стоявший на полке. Стрелки показывали половину шестого. Весь фабричный люд сейчас еще только пробуждался от сна. Она накинула на плечи шаль и надела старую, помятую, засаленную шляпку.</p>
     <p>— Придется бегом, — сказала она, прикручивая фитиль и задувая огонь.</p>
     <p>Они ощупью вышли из комнаты и спустились по лестнице. День был ясный, морозный, и Джонни поежился, когда его охватило холодным воздухом. Звезды еще не начали бледнеть, и город был погружен во тьму. Джонни и его мать тащились пешком, тяжело волоча ноги. Не хватало сил, чтобы твердо ступать по земле.</p>
     <p>Минут пятнадцать они шли молча, потом мать свернула вправо.</p>
     <p>— Смотри не опоздай! — донеслось из темноты ее последнее предостережение.</p>
     <p>Он не ответил, продолжая идти своей дорогой. Во всех домах фабричного квартала отворялись двери, скоро Джонни влился в толпу, двигавшуюся в темноте. Когда он входил в фабричные ворота, раздался второй гудок. Он взглянул на восток. Над ломаной линией крыш небо начало слегка светлеть. Вот и весь дневной свет, который доставался на его долю. Он повернулся к нему спиной и вошел в цех вместе со всеми.</p>
     <p>Джонни занял свое место в длинном ряду станков. Перед ним, над ящиком с мелкими шпульками, быстро вращались шпульки более крупные. На них он наматывал джутовую нить с маленьких шпулек. Работа была несложная, требовалась только быстрота. Нить так стремительно перематывалась с маленьких шпулек на большие, что зевать было некогда.</p>
     <p>Джонни работал машинально. Когда пустела одна из маленьких шпулек, он, действуя левой рукой как тормозом, останавливал большую шпульку и одновременно большим и указательным пальцами ловил свободный конец нити. Правой рукой он в это время захватывал конец с новой маленькой шпульки. Все действия производились обеими руками одновременно и быстро. Затем молниеносным движением Джонни завязывал узел и отпускал шпульку. Вязать ткацкие узлы было просто. Он как-то похвалился, что мог бы делать это во сне. В сущности, так оно и было, ибо сплошь и рядом он всю долгую ночь вязал во сне бесконечные вереницы ткацких узлов.</p>
     <p>Кое-кто из мальчиков отлынивал от дела, не заменял мелкие шпульки, когда они кончались, и оставлял станок работать вхолостую. Но мастер следил за этим. Однажды он накрыл соседа Джонни и влепил ему затрещину.</p>
     <p>— Погляди на Джонни! Почему ты не работаешь, как он? — грозно спросил мастер.</p>
     <p>Шпульки у Джонни вертелись вовсю, но его не порадовала эта косвенная похвала. Было время… но то было давно, очень давно. Ничто не отразилось на равнодушном лице мальчика, когда он услышал, что его ставят в пример. Да, он был образцовым рабочим. Он знал это. Ему говорили об этом не раз. Похвала стала привычной и уже ничего для него не значила. Из образцового рабочего он превратился в образцовую машину. Если работа у него не ладилась, это, как и у станка, обычно вызывалось плохим качеством сырья. Ошибиться было для него так же невозможно, как для усовершенствованного гвоздильного станка неточно штамповать гвозди.</p>
     <p>И не удивительно. Не было в его жизни времени, когда бы он не имел тесного общения с машинами. Машины, можно сказать, вросли в него, и во всяком случае он вырос среди них. Двенадцать лет назад в ткацком цеху этой же фабрики произошло некоторое смятение. Матери Джонни стало дурно. Ее уложили на полу между скрежещущими станками. Позвали двух пожилых ткачих. Им помогал мастер. Через несколько минут в ткацкой стало на одну душу больше. Эта новая душа был Джонни, родившийся под стук, треск и грохот ткацких станков и втянувший с первым дыханием теплый, влажный воздух, полный хлопковой пыли. Он кашлял уже в первые часы своей жизни, стараясь освободить легкие от пыли, и по той же причине кашлял и по сей день.</p>
     <p>Мальчик, работавший рядом с Джонни, хныкал шмыгал носом. На лице его была написана ненависть к мастеру, который продолжал бросать на него издали грозные взгляды; но пустых шпулек уже не было. Мальчик выкрикивал отчаянные ругательства вертевшимся перед ним шпулькам, но звук не шел дальше: его задерживал и замыкал, как в стенах, грохот, стоявший в цеху.</p>
     <p>Джонни ни на что не обращал внимания. В нем выработалось бесстрастное отношение к вещам. К тому же от повторения все приедается, а подобные происшествия он наблюдал много раз. Ему казалось столь же бесполезным перечить мастеру, как сопротивляться машине. Машины устроены, чтобы действовать определенным образом и выполнять определенную работу. Так же и мастер.</p>
     <p>Но в одиннадцать часов в цеху началось волнение. Какими-то таинственными путями оно мгновенно передалось всем. Одноногий мальчонка, работавший рядом с Джонни по другую сторону, быстро заковылял к порожней вагонетке, нырнул в нее и скрылся там вместе с костылем. В цех входил управляющий в сопровождении какого-то молодого человека. Последний был хорошо одет, в крахмальной сорочке — джентльмен, согласно той классификации людей, которой придерживался Джонни, а кроме того — инспектор.</p>
     <p>Проходя по цеху, инспектор зорко поглядывал на мальчиков. Иногда он останавливался и задавал вопросы. Ему приходилось кричать во всю мочь, и лицо его нелепо искажалось от натуги. Инспектор сразу заметил пустой станок возле Джонни, но ничего не сказал. Джонни также обратил на себя его внимание. Внезапно остановившись, он схватил Джонни за руку повыше локтя, оттащил на шаг от машины и тотчас же отпустил с удивленным восклицанием.</p>
     <p>— Худощав немного, — тревожно хихикнул управляющий.</p>
     <p>— Одни кости! — последовал ответ. — А посмотрите на его ноги! У мальчишки явный рахит, в начальной стадии, но несомненный. Если его не доконает эпилепсия, то лишь потому, что еще раньше прикончит туберкулез!</p>
     <p>Джонни слушал, но не понимал. К тому же его не пугали грядущие бедствия. В лице инспектора ему угрожало бедствие более близкое и более страшное.</p>
     <p>— Ну, мальчик, отвечай правду, — сказал, вернее прокричал инспектор, наклоняясь к его уху. — Сколько тебе лет?</p>
     <p>— Четырнадцать, — солгал Джонни и солгал во всю силу своих легких. Он так громко солгал, что это вызвало у него сухой, судорожный кашель, поднявший всю пыль, которая осела в его легких за утро.</p>
     <p>— На вид все шестнадцать, — сказал управляющий.</p>
     <p>— Или все шестьдесят, — отрезал инспектор.</p>
     <p>— Он всегда был такой.</p>
     <p>— С каких пор? — быстро спросил инспектор.</p>
     <p>— Да уж сколько лет. И все не взрослеет.</p>
     <p>— Не молодеет, я бы сказал. И все эти годы он проработал здесь?</p>
     <p>— С перерывами. Но это было до введения нового закона, — поспешил добавить управляющий.</p>
     <p>— А этот станок пустует? — спросил инспектор, указывая на незанятое место рядом с Джонни, где вихрем вертелись полусмотанные шпульки.</p>
     <p>— Похоже на то. — Управляющий знаком подозвал мастера и прокричал ему что-то в ухо, указывая на станок. — Пустует, — доложил он инспектору.</p>
     <p>Они прошли дальше, а Джонни вернулся к работе, радуясь, что беда миновала. Но одноногий мальчишка был менее удачлив. Зоркий инспектор заметил его и вытащил из вагонетки. Губы у мальчика дрожали, а в глазах было такое отчаяние, словно его постигло страшное, непоправимое бедствие. Мастер недоуменно развел руками, словно видел калеку впервые в жизни, а лицо управляющего изобразило удивление и недовольство.</p>
     <p>— Я знаю этого мальчика, — сказал инспектор. — Ему двенадцать лет. За этот год по моему распоряжению он был уволен с трех фабрик. Ваша четвертая.</p>
     <p>Он обернулся к одноногому.</p>
     <p>— Ты ведь обещал мне, что будешь ходить в школу, дал честное слово!</p>
     <p>Мальчик залился слезами.</p>
     <p>— Простите, господин инспектор! У нас уже померло двое маленьких, в доме такая нужда.</p>
     <p>— А отчего ты так кашляешь? — громко спросил инспектор, словно обвиняя его в тяжком преступлении.</p>
     <p>И, точно оправдываясь, одноногий ответил:</p>
     <p>— Это ничего. Это я простудился на прошлой неделе, господин инспектор, только и всего.</p>
     <p>Кончилось тем, что одноногий вышел из цеха вместе с инспектором, за которым следовал встревоженный и смущенный управляющий. После этого все вошло в обычную колею. Наконец долгое утро и еще более долгий день пришли к концу, раздался гудок к окончанию работы. Было уже темно, когда Джонни вышел из фабричных ворот. За это время солнце успело взойти по золотой лестнице небес, залить мир благодатным теплом, спуститься к западу и исчезнуть за ломаной линией крыш.</p>
     <p>Ужин был семейным сбором — единственной трапезой, за которой Джонни сталкивался с младшими братьями и сестрами. Это поистине было столкновением, ибо он был очень стар, а они оскорбительно молоды. Его раздражала эта чрезмерная и непостижимая молодость. Он не понимал ее. Его собственное детство было слишком далеко позади. Как брюзгливому старику, Джонни претило это буйное озорство, казавшееся ему отъявленной глупостью. Он молча хмурился над тарелкой, утешаясь мыслью, что и им тоже скоро придется пойти на работу. Это их обломает, сделает степенными и солидными, как он сам. Так, подобно всем смертным, Джонни мерил все своей меркой.</p>
     <p>За ужином мать на разные лады, с бесконечными повторениями, объясняла, как она для них старается; поэтому, когда кончилась скудная трапеза, Джонни с облегчением отодвинул стул и встал. Мгновение он колебался — лечь ли ему спать или выйти на улицу — и наконец выбрал последнее. Но далеко он не пошел, а уселся на крыльце, ссутулив узкие плечи, уперев локти в колени, уткнувшись подбородком в ладони.</p>
     <p>Он сидел и ни о чем не думал. Он просто отдыхал. Сознание его дремало. Его братья и сестры тоже вышли на улицу и вместе с другими ребятами затеяли шумную игру. Электрический фонарь на углу бросал яркий свет на дурачившихся детей. Они знали, что Джонни сердитый и всегда злится, но словно какой-то бесенок подстрекал их дразнить его. Они взялись за руки и, отбивая ногами такт, пели ему в лицо бессмысленные и обидные песенки. Сначала Джонни огрызался и осыпал их ругательствами, которым научился от мастеров. Увидя, что это бесполезно, и вспомнив о своем достоинстве взрослого, он вновь погрузился в угрюмое молчание.</p>
     <p>Заводилой был его десятилетний брат Вилли, второй после него в семье. Джонни не питал к нему особо нежных чувств. Его жизнь была рано омрачена необходимостью постоянно в чем-нибудь уступать Вилли и от чего-то ради него отказываться. Он считал, что Вилли в большом долгу перед ним и что он неблагодарный мальчишка. В ту отдаленную пору, когда Джонни сам мог бы играть, необходимость нянчить Вилли отняла у него большую часть детства. Вилли тогда был младенцем, а мать, как и сейчас, целыми днями работала на фабрике. На Джонни ложились обязанности и отца и матери.</p>
     <p>И то, что Джонни уступал и отказывался, видимо, пошло Вилли впрок. Он был розовощекий, крепкого сложения, ростом со старшего брата и даже плотнее его. Казалось, вся жизненная сила одного перешла в тело другого. И не только в тело. Джонни был измотанный, апатичный, вялый, а младший брат кипел избытком энергии.</p>
     <p>Дурацкая песенка звучала все громче и громче. Вилли, приплясывая, сунулся ближе и показал язык. Джонни выбросил вперед левую руку, обхватил брата за шею и стукнул его кулаком по носу. Кулачок был жалкий и костлявый, но о том, что он бил больно, красноречиво свидетельствовал отчаянный вопль, который за этим последовал. Дети подняли испуганный визг, а Дженни — сестра Джонни и Вилли — кинулась в дом.</p>
     <p>Джонни оттолкнул от себя Вилли, свирепо лягнул его, потом сбил с ног и несколько раз ткнул лицом в землю. Тут подоспела мать, обрушив на Джонни вихрь бессильных упреков и материнского гнева.</p>
     <p>— А чего он пристает? — отвечал Джонни. — Не видит разве, что я устал?</p>
     <p>— Я с тебя ростом! — кричал Вилли, извиваясь в материнских объятиях, обратив к брату лицо, залитое слезами, перепачканное грязью и кровью. — Я уже с тебя ростом и вырасту еще больше! Достанется тебе тогда еще как достанется!</p>
     <p>— А ты бы шел работать, раз вырос такой большой, — огрызнулся Джонни. — Вот чего тебе не хватает — работать пора. Пусть мать пристроит тебя на работу.</p>
     <p>— Да ведь он еще мал, — запротестовала она. — Куда ему работать, такому малышу?</p>
     <p>— Я был меньше, когда начинал.</p>
     <p>Джонни открыл уже было рот, собираясь дальше изливать свою обиду, но передумал. Он мрачно повернулся и вошел в дом. Дверь его комнаты была открыта, чтобы шло тепло из кухни. Раздеваясь в полутьме, он слышал, как мать разговаривает с соседкой. Мать плакала, и слова ее перемежались жалкими всхлипываниями.</p>
     <p>— Не пойму я, что делается с Джонни, — слышал он. — Никогда я его таким не видала. Всегда был смирный, терпеливый, как ангелочек. Да он и сейчас хороший, — поспешила она оправдать его. — От работы не отлынивает; а на фабрику, верно ведь, пошел слишком рано. Да разве я виновата? Все ведь думаешь, как лучше.</p>
     <p>Снова послышались всхлипывания. А Джонни пробормотал, закрывая глаза:</p>
     <p>— Вот именно, не отлыниваю.</p>
     <p>На следующее утро мать снова вырвала его из цепких объятий сна. Затем опять последовал скудный завтрак, выход из дома в темноте и бледный проблеск утра, к которому он повернулся спиной, входя в фабричные ворота. Еще один день из множества дней — и все одинаковые.</p>
     <p>Но в жизни Джонни бывало и разнообразие: когда его ставили на другую работу или когда он заболевал. В шесть лет он нянчил Вилли и других младших ребят. В семь пошел на фабрику наматывать шпульки. В восемь получил работу на другой фабрике. Новая работа была удивительно легкая. Надо было только сидеть с палочкой в руке и направлять поток ткани, текущий мимо. Поток этот струился из пасти машины, поступал на горячий барабан и шел куда-то дальше. А Джонни все сидел на одном месте, под слепящим газовым рожком, не видя дневного света, и сам становился частью механизма.</p>
     <p>На этой работе Джонни чувствовал себя счастливым, несмотря на влажную жару цеха, ибо он был еще молод и мог мечтать и тешить себя иллюзиями. Чудесные мечты сплетал он, наблюдая, как дымящаяся ткань безостановочно плывет мимо. Но работа не требовала ни движений, ни умственных усилий, и он мечтал все меньше и меньше, а ум его тупел и цепенел. Все же он зарабатывал два доллара в неделю, а два доллара как раз составляли разницу между голодом и хроническим недоеданием.</p>
     <p>Но когда ему исполнилось девять, он потерял эту работу. Виною была корь. Поправившись, он поступил на стекольный завод. Здесь платили больше, зато требовалось умение. Работали сдельно, и чем проворней он был, тем больше получал. Тут была заинтересованность, и под влиянием ее Джонни стал замечательным работником.</p>
     <p>Ничего сложного тут тоже не было: привязывать стеклянные пробки к маленьким бутылочкам. На поясе у Джонни висел пучок веревок, а бутылки он зажимал между колен, чтобы действовать обеими руками. От сидячего и сгорбленного положения его узкие плечи ссутулились, а грудная клетка была сжата в течение десяти часов подряд. Это вредно сказывалось на легких, но зато он перевязывал триста дюжин бутылок в день.</p>
     <p>Управляющий очень им гордился и приводил посетителей поглядеть на него. За десять часов через руки Джонни проходило триста дюжин бутылок. Это означало, что он достиг совершенства машины. Все лишние движения были устранены. Каждый взмах его тощих рук, каждое движение костлявых пальцев было быстро и точно. Такая работа требовала огромного напряжения, и нервы Джонни начали сдавать. По ночам он вздрагивал во сне, а днем тоже не мог ни отвлечься, ни отдохнуть. Он был все время взвинчен, и руки у него судорожно подергивались. Лицо его стало землистым, а кашель усилился. Кончилось тем, что Джонни заболел воспалением легких и потерял работу на стекольном заводе.</p>
     <p>Теперь он вернулся на джутовую фабрику, с которой в свое время начал. Здесь он мог рассчитывать на повышение. Он был хороший работник. Со временем его переведут в крахмальный цех, а потом в ткацкую. Дальше останется лишь увеличивать производительность.</p>
     <p>За эти годы машины стали работать быстрее, а ум Джонни — медленнее. Он уже больше не мечтал, как бывало прежде. А ведь однажды он был влюблен. Это случилось в тот год, когда его поставили направлять поток ткани, текущей на барабан. Предметом его любви была дочь управляющего, взрослая девушка, и он видел ее только издали, и всего каких-нибудь пять-шесть раз. Но это не имело значения. На поверхности ткани, которая текла мимо, он рисовал себе светлое будущее, — он совершал чудеса производительности, изобретал диковинные машины, становился директором фабрики и в конце концов заключал свою возлюбленную в объятия и скромно целовал в лоб.</p>
     <p>Все это относилось к давним временам, когда он не был таким старым и утомленным и еще мог любить. К тому же девушка вышла замуж и уехала, а его чувства притупились. Да, то было чудесное время, и он частенько вспоминал его, как другие вспоминают детство, когда они верили в добрых фей. Джонни никогда не верил в добрых фей и в Санта Клауса, но простодушно верил в те картины счастливого будущего, которыми его воображение расписывало дымящуюся ткань.</p>
     <p>Он очень рано стал взрослым. В семь лет, когда он получил первое жалованье, началась его юность. У него появилось известное ощущение независимости, и отношения между матерью и сыном изменились. Он зарабатывал свой хлеб, жил своим трудом и тем как бы становился с нею на равную ногу. Взрослым, по-настоящему взрослым, он стал в одиннадцать лет, после того как полгода проработал в ночной смене. Ни один ребенок, работающий в ночной смене, не может остаться ребенком.</p>
     <p>В жизни его насчитывалось несколько важных событий. Однажды мать купила немного калифорнийского чернослива. Два раза она делала заварной крем. Это были очень важные события. Он вспоминал о них с нежностью. Тогда же мать рассказала ему об одном диковинном кушанье и пообещала когда-нибудь приготовить его; кушанье называлось «плавучий остров». «Это будет получше заварного крема», — сказала она. Джонни годами ждал того дня, когда он сядет к столу и будет есть «плавучий остров», пока и эта надежда не отошла в область несбыточных мечтаний.</p>
     <p>Как-то раз он нашел на улице двадцатипятицентовую монету. Это было тоже крупное, даже трагическое событие в его жизни. Он знал, как должен поступить, еще раньше, чем подобрал монету. Дома, как всегда, было нечего есть — домой ему и следовало принести ее, как он приносил по субботам получку. Правильный путь был ясен, но Джонни никогда не имел карманных денег, и его мучила тоска по сладкому. Он изголодался по конфетам, которые доставались ему лишь в особо торжественные дни.</p>
     <p>Джонни не пытался себя обманывать. Он знал, что совершает грех, и, решившись прокутить пятнадцать центов, грешил сознательно. Десять он отложил на вторую оргию, но, не имея привычки хранить деньги, потерял их. Это несчастье словно нарочно случилось как раз в то время, когда угрызения совести особенно жестоко терзали его, и оно представилось ему возмездием свыше. Он с ужасом ощутил близость грозного и разгневанного божества. Бог видел — и бог немедленно покарал его, лишив его даже плодов содеянного им греха.</p>
     <p>Мысленно Джонни всегда оглядывался на это событие, как на единственное свое преступление, и всякий раз при этом заново испытывал угрызения совести. То была его греховная тайна. Вместе с тем при подобных обстоятельствах он не мог не испытывать сожалений. Он был недоволен тем, как употребил найденные деньги. На них можно было купить больше; знай он быстроту божьего возмездия, он обошел бы бога, потратив все двадцать пять центов сразу. Он тысячу раз мысленно распоряжался этими двадцатью пятью центами, и с каждым разом все выгоднее.</p>
     <p>Было еще одно воспоминание, далекое и туманное, но навеки втоптанное в его душу безжалостными ногами отца. Это был скорей кошмар, чем воспоминание о действительном событии, — нечто вроде той атавистической памяти, которая заставляет человека падать во сне и восходит ко временам, когда предки его жили на деревьях.</p>
     <p>Воспоминание это никогда не посещало Джонни при дневном свете, когда он бодрствовал. Оно являлось ночью, в тот момент, когда сознание его гасло, погружаясь в сон. Он просыпался в испуге, и в первую страшную минуту ему казалось, что он лежит поперек кровати, в ногах. На кровати — смутные очертания отца и матери. Он не мог припомнить, как выглядел отец. Об отце он знал лишь одно: у него были грубые, безжалостные ноги.</p>
     <p>Ранние воспоминания еще сохранились в его мозгу, но более поздних не существовало. Все дни были одинаковы. Вчерашний день или прошлый год были равны тысячелетию — или минуте. Ничего никогда не случалось. Не было событий, отмечающих ход времени. Время не шло, оно стояло на месте. Двигались лишь неугомонные машины, — да и они никуда не шли, хотя и вертелись все быстрее.</p>
     <p>Когда ему минуло четырнадцать, он перешел в крахмальный цех. Это было громадным событием. Случилось наконец нечто такое, что не забудется за одну ночь и даже за неделю. Наступила новая эра. Это было для Джонни как бы олимпиадой началом летосчисления. «Когда я стал работать в крахмальном», или «до», или «после того как я перешел в крахмальный» — вот слова, которые не сходили у него с уст.</p>
     <p>Свое шестнадцатилетие Джонни отметил переходом в ткацкую, к ткацкому станку. Здесь снова была заинтересованность, так как платили сдельно. Он и тут отличился, ибо фабричный горн давно переплавил его плоть в идеальную машину. Через три месяца Джонни работал на двух станках, а затем на трех и на четырех.</p>
     <p>После двух лет, проведенных в этом цехе, он вырабатывал больше ярдов ткани, чем любой другой ткач, и вдвое больше, чем многие из его менее проворных товарищей. Теперь, когда он начал работать в полную силу, дома зажили лучше. Впрочем, нельзя сказать, чтоб его заработок перекрывал потребности семьи. Дети подрастали. Они больше ели. Они пошли в школу, а учебники стоят денег. И почему-то чем быстрее Джонни работал, тем быстрее подымались цены. Повысилась даже квартирная плата, хотя дом разваливался на глазах.</p>
     <p>Джонни вырос и казался от этого еще более тощим. Нервы его совсем расшатались, он стал еще более раздражителен и брюзглив. Дети на горьком опыте научились сторониться старшего брата. Мать уважала его как кормильца семьи, но к этому уважению примешивался страх.</p>
     <p>В жизни Джонни не было радостей. Дней он не видел. Ночи проходили в беспокойном забытьи. Остальное время он работал, и сознание его было сознанием машины. Вне этого была пустота. Он ни к чему не стремился и сохранил только одну иллюзию: что он пьет превосходный кофе. Это была рабочая скотинка, лишенная всякой духовной жизни. Но где-то глубоко в подсознании, неведомо для него самого, откладывался каждый час работы, каждое движение рук, каждое сокращение мускулов, — и все это подготовило развязку, которая повергла в изумление и его самого и весь его маленький мирок.</p>
     <p>Однажды, поздней весной, Джонни вернулся с работы еще более усталый, чем обычно. За столом царило приподнятое настроение, но он этого не замечал. Он ел в угрюмом молчании, машинально уничтожая то, что стояло перед ним. Дети охали, ахали и причмокивали губами. Но Джонни был глух ко всему.</p>
     <p>— Да знаешь ли ты, что ты ешь? — не выдержала наконец мать.</p>
     <p>Он рассеянно поглядел в тарелку, потом на мать.</p>
     <p>— «Плавучий остров», — объявила она с торжеством.</p>
     <p>— А-а, — сказал Джонни.</p>
     <p>— «Плавучий остров»! — хором подхватили Дети.</p>
     <p>— А-а, — повторил он и после двух-трех глотков добавил: — Мне сегодня что-то не хочется есть.</p>
     <p>Он положил ложку, отодвинул стул и устало поднялся.</p>
     <p>— Я, пожалуй, лягу.</p>
     <p>Проходя через кухню, он волочил ноги тяжелее обычного. Раздевание потребовало титанических усилий и показалось таким ненужным, что он заплакал от слабости и полез в постель, не сняв второго башмака. Он чувствовал, как в голове у него словно растет какая-то опухоль, и от этого мысли становились расплывчатыми. Его худые пальцы, казалось, стали толщиною с запястья, а кончики — ватными и такими же непослушными, как его мысли. Невыносимо ломило поясницу. Болели все кости. Болело все. А в мозгу начался стук, свист, грохот миллиона ткацких станков. Мировое пространство заполнилось снующими челноками. Они метались взад и вперед, петляя среди звезд. Джонни работал на тысяче станков, и они все ускоряли ход, челноки сновали все быстрее и быстрее, а мозг его все быстрее разматывался и превращался в нить, которую тянула тысяча снующих челноков.</p>
     <p>На следующее утро он не вышел на работу. Он был занят другой работой — на тысяче ткацких станков, стучавших в его голове. Мать ушла на фабрику, но прежде послала за врачом. «Тяжелая форма гриппа», — сказал тот. Дженни ухаживала за братом и выполняла все предписания врача.</p>
     <p>Болезнь протекала тяжело, и только через неделю Джонни смог одеться и с трудом проковылять по комнате. «Еще неделя, — сказал врач, — и он вернется на работу». Мастер ткацкого цеха посетил их в воскресенье, в первый день, когда Джонни полегчало.</p>
     <p>— Лучший ткач в цеху, — сказал он матери. — Место за ним сохранят. Может встать на работу через неделю, в тот понедельник.</p>
     <p>— Ты бы хоть поблагодарил, Джонни, — озабоченно сказала мать. — Он так был плох, до сих пор в себя не пришел, — виновато объяснила она гостю.</p>
     <p>Джонни сидел сгорбившись, пристально глядя в пол. Он оставался в этой позе еще долго после ухода мастера. На дворе было тепло, и после обеда он вышел посидеть на крыльце. Иногда губы его шевелились. Казалось, он был погружен в какие-то бесконечные вычисления.</p>
     <p>На следующий день, когда в воздухе потеплело, Джонни снова уселся на крыльце. В руках у него был карандаш и бумага, и он долго с натугой и поразительным старанием высчитывал что-то.</p>
     <p>— Что идет после миллионов? — спросил он в полдень, когда Вилли вернулся из школы. — И как их считают?</p>
     <p>К вечеру вычисления были закончены. Каждый день, уже без карандаша и бумаги, Джонни выходил на крыльцо. Он пристально смотрел на одинокое дерево, которое росло на другой стороне улицы. Он разглядывал это дерево часами; оно особенно занимало его, когда ветер раскачивал ветви и шевелил листья. Всю эту неделю Джонни словно вел долгую беседу с самим собой. В воскресенье, все так же сидя на крыльце, он несколько раз громко рассмеялся, к великому смятению матери, которая уже много лет не слыхала его смеха.</p>
     <p>На следующее утро, в предрассветной тьме, она подошла к кровати, чтобы разбудить его. Он успел выспаться за неделю и проснулся без труда. Он не сопротивлялся, не тянул на себя одеяло, а лежал спокойно и спокойно заговорил:</p>
     <p>— Ни к чему это, мама.</p>
     <p>— Опоздаешь, — сказала она, думая, что он еще не проснулся.</p>
     <p>— Я не сплю, мама, но все равно — ни к чему это. Ты лучше уйди. Я не встану.</p>
     <p>— Да ведь работу потеряешь! — вскричала она.</p>
     <p>— Сказал — не встану, — повторил он каким-то чужим, бесстрастным голосом.</p>
     <p>В то утро мать сама не пошла на работу. Эта болезнь была похуже всех, дотоле ей известных. Лихорадку и бред она могла понять, но тут было явное помешательство. Она накрыла сына одеялом и послала Дженни за врачом.</p>
     <p>Когда тот явился, Джонни мирно спал и так же мирно проснулся и дал пощупать свой пульс.</p>
     <p>— Ничего особенного, — сказал доктор, — очень ослабел, конечно. Кожа да кости!</p>
     <p>— Да он всегда был такой, — сказала мать.</p>
     <p>— Теперь уйди, мама, дай мне поспать.</p>
     <p>Джонни сказал это кротко и спокойно, так же спокойно повернулся на другой бок и заснул.</p>
     <p>В десять часов он проснулся, встал с постели и вышел на кухню. Мать с испугом посмотрела на него.</p>
     <p>— Я ухожу, мама, — объявил он. — Давай простимся.</p>
     <p>Она закрыла лицо передником, опустилась на стул заплакала. Джонни терпеливо ждал.</p>
     <p>— Вот, дожила! — проговорила она сквозь слезы; потом, отняв передник от лица, подняла на Джонни испуганные глаза, не выражавшие даже любопытства. — а куда же ты пойдешь?</p>
     <p>— Не знаю… куда-нибудь. Перед внутренним взором Джонни ярким видением возникло дерево, которое росло на другой стороне улицы. Оно так запечатлелось в его сознании, что он мог видеть его в любую минуту.</p>
     <p>— А как же работа? — дрожащим голосом проговорила мать.</p>
     <p>— Не буду я больше работать.</p>
     <p>— Господь с тобой, Джонни! — заголосила она. — Что ты говоришь!</p>
     <p>Это казалось ей кощунством. Слова Джонни потрясли ее, как хула на бога в устах сына потрясает набожную мать.</p>
     <p>— Да что на тебя нашло? — спросила она, делая слабую попытку проявить строгость.</p>
     <p>— Цифры, — ответил он. — Цифры, только и всего, за эту неделю подсчитал и просто сам удивился.</p>
     <p>— Не пойму, при чем тут цифры? — всхлипнула она.</p>
     <p>Джонни терпеливо улыбнулся, а мать со страхом заметила, что его обычная раздражительность бесследно исчезла.</p>
     <p>— Сейчас объясню, — сказал он. — Я вымотался. А отчего? От движений. Я их делал с тех самых пор, как родился. Я устал двигаться, хватит с меня. Помнишь, когда я работал на стекольном заводе? Пропускал триста дюжин в день. На каждую бутылку приходилось не меньше десяти движений. Это будет тридцать шесть тысяч движений в день. В десять дней — триста шестьдесят тысяч. В месяц — миллион восемьдесят тысяч. Отбросим даже восемьдесят тысяч, — он сказал это с великодушием щедрого филантропа, — отбросим даже восемьдесят тысяч, и то останется миллион в месяц, двенадцать миллионов в год! За ткацкими станками я делаю вдвое больше движений. Это будет двадцать пять миллионов в год. И мне кажется, я уже миллион лет их делаю.</p>
     <p>А эту неделю я совсем не двигался. Ни одного движения по нескольку часов подряд. До чего ж хорошо было сидеть, просто сидеть и ничего не делать! Никогда мне не было счастья. Никогда у меня не было свободного времени. Все время двигайся! А какая в этом радость? Не буду я больше ничего делать. Буду все сидеть да сидеть, все отдыхать да отдыхать… а потом опять отдыхать.</p>
     <p>— А что будет с Вилли и с ребятишками? — в отчаянии спросила мать.</p>
     <p>— Ну, конечно, Вилли и ребятишки… — повторил он.</p>
     <p>Но в голосе его не было горечи. Он давно знал, какие честолюбивые мечты лелеяла мать в отношении младшего сына, но уже не чувствовал обиды. Ему теперь все было безразлично. Даже это.</p>
     <p>— Я знаю, мама, что ты задумала для Вилли — чтобы он окончил школу и стал бухгалтером. Да нет, будет с меня. Придется ему работать.</p>
     <p>— А я-то тебя растила, — заплакала она и опять подняла передник, но так и не донесла его до лица.</p>
     <p>— Ты меня не растила, — сказал он кротко и грустно. — Я сам себя растил, мама! И Вилли я вырастил. Он крепче меня, плотнее и выше. Я, должно быть, недоедал с малых лет. А пока он подрастал, я работал и добывал для него хлеб. Теперь с этим кончено. Пусть Вилли идет работать, как я, или пусть пропадает, мне все равно. Хватит с меня. Я ухожу…</p>
     <p>Мать не отвечала. Она снова заплакала, уткнув лицо в передник. Джонни приостановился в дверях.</p>
     <p>— Я ведь делала все, что могла, — всхлипывала мать.</p>
     <p>Джонни вышел из дому и зашагал по улице. Слабая улыбка осветила его лицо, когда он взглянул на одинокое дерево.</p>
     <p>— Теперь я ничего не буду делать, — сказал он самому себе негромко и нараспев; потом задумчиво поглядел на небо и зажмурился: яркое солнце ослепило его.</p>
     <p>Ему предстояла долгая дорога, я он шел не спеша. Вот джутовая фабрика. До ушей его донесся приглушенный грохот ткацкого цеха, и он улыбнулся. Это была кроткая, тихая улыбка. Он ни к кому не чувствовал ненависти, даже к стучащим, скрежещущим машинам. В душе у него не было горечи — одна безграничная жажда покоя.</p>
     <p>Чем дальше он шел, тем реже попадались дома и фабрики, тем шире раскрывались просторы полей. Наконец город остался позади, и Джонни вышел к тенистой аллее, тянувшейся вдоль железнодорожного полотна. Он шел не как человек и не был похож на человека. Это была пародия на человека: заморенное, искалеченное существо ковыляло, свесив плети рук, сгорбившись, как больная обезьяна, узкогрудая, нелепая и страшная.</p>
     <p>Он миновал маленькую станцию и повалился в траву под деревом. Весь день он пролежал там. Иногда он дремал, и мускулы его подергивались во сне. Проснувшись, он лежал без движения, следя глазами за птицами или глядя в небо сквозь ветви над головой. Раз или два он громко рассмеялся, видимо, без всякой причины.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_082.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Когда сумерки сгустились в ночную тьму, к станции с грохотом подкатил товарный состав. Пока паровоз перегонял часть вагонов на запасной путь, Джонни подкрался к поезду. Он открыл дверь пустого товарного вагона и неуклюже, с трудом забрался туда. Потом закрыл за собой дверь. Паровоз дал свисток. Джонни лежал в темноте и улыбался.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Безнравственная женщина</p>
     </title>
     <p>Лоретта отправилась гостить в Санта-Клару, потому что решила окончательно порвать с Билли. А Билли не мог понять этого. Его сестра сообщила, что он всю ночь ходил по комнате и плакал. Лоретта тоже ни на минуту не сомкнула глаз и проплакала почти всю ночь. Дейзи это было доподлинно известно, ибо как раз у нее на груди Лоретта выплакала свое горе. Знал об этом и муж Дейзи, капитан Китт. Слезы Лоретты и утешения Дейзи лишили и его драгоценных минут сна.</p>
     <p>А капитан Китт, конечно, не собирался бодрствовать по ночам. Кроме того, ему вовсе не хотелось, чтобы Лоретта вышла замуж за Билли или за кого-нибудь другого. Он считал, что Лоретта должна помогать своей старшей сестре по хозяйству. Но вслух он этого не высказывал. Лоретта слишком молода, утверждал он, чтобы думать о замужестве. Именно поэтому капитану Китту и пришла в голову мысль отправить Лоретту гостить к миссис Хемингуэй. Там-то уж не будет никакого Билли.</p>
     <p>Не успела Лоретта прожить в Санта-Кларе и недели, как убедилась, что идея капитана Китта была весьма разумной. Во-первых, хотя Билли и не поверил бы этому, ей действительно не хотелось выходить за него замуж. И, во-вторых, хотя капитан Китт и не поверил бы этому, ей действительно не хотелось расставаться с Дейзи. А прожив в Санта-Кларе целых две недели, Лоретта окончательно уверилась в том, что не хочет выходить за Билли. Однако она была далеко не так уверена в том, что не желает расставаться с Дейзи. Отнюдь не потому, что она стала меньше любить Дейзи, нет, просто у нее появились некоторые сомнения.</p>
     <p>В день приезда Лоретты в голове миссис Хемингуэй начал складываться некий план. На следующее утро она заметила своему мужу Джеку Хемингуэю, что Лоретта до смешного наивна и что если бы не присущее ей милое простодушие, то ее можно было бы назвать просто глупой. И в доказательство миссис Хемингуэй сообщила мужу столь пикантные подробности из поведения Лоретты, что он был не в силах удержаться от хохота. На третий день план миссис Хемингуэй принял весьма определенные очертания. И вот тогда-то она и сочинила письмо. На конверте был написан адрес: «Сан-Франциско, Афинский клуб, мистеру Эдварду Бэшфорду».</p>
     <p>«Дорогой Нед!» — так начиналось письмо. Когда-то, еще до ее замужества, он в течение трех недель пылал к ней страстной любовью. Но она соединила свою судьбу с Джеком Хемингуэем, первым сделавшим заявку на ее руку и сердце. Однако столь коварный удар судьбы не разбил сердце философски настроенного Неда Бэшфорда. Он просто добавил этот факт к длинному перечню подобных переживаний, на основе которых создал свою философию. По темпераменту и художественному вкусу он был эллином, разочарованным эллином. Он очень любил цитировать Ницше в знак того, что тоже пережил тяжкое разочарование, которое неминуемо следует за пламенными поисками истины, и вышел из него достаточно опытным, достаточно проницательным и достаточно мудрым, чтобы когда-нибудь вновь впасть в безумие юности с ее любовью к истине. «Поклоняться видимости, — часто цитировал он, — верить в формы, тона, слова, в целый Олимп видимости!» Эту выдержку он неизменно заканчивал словами: «Греки были поверхностными в силу своей глубины!»</p>
     <p>Он был настоящим молодым эллином, разочарованным и усталым. Женщины вероломны и лживы, утверждал он в те дни, когда наступал рецидив и на смену философскому спокойствию приходил пессимизм. Он не верил в искренность женщин, но, следуя заветам своего немецкого кумира, не срывал с них того воздушного флера, который прикрывал их вероломство. Он довольствовался тем, что воспринимал их как чистую видимость и старался наилучшим образом приспособиться к этому факту. Он был поверхностным в силу своей глубины.</p>
     <p>«Джек просит обязательно передать вам, что здесь великолепное купание, — писала в своем письме миссис Хемингуэй, — и советует захватить с собой снасти». Миссис Хемингуэй писала еще кое о чем. Она сообщала, ему, что может наконец познакомить его с совершенно искренней и простодушной девушкой, обладающей восхитительной репутацией. «Еще никогда не расцветал на нашей планете бутон более чистый и более безупречный», — такова была одна из тех многочисленных фраз, в которые миссис Хемингуэй облекала свое искушение. А мужу она с торжеством заявила: «Если и на этот раз мне не удастся женить Неда…» — и не договорила, оставив в неизвестности предположение столь страшное, что губы ее отказывались его произнести, а воображение — представить.</p>
     <p>Вопреки своим дурным предчувствиям Лоретта обнаружила, что ей совсем не так плохо в Санта-Кларе. Билли, правда, ежедневно писал, но эти письма раздражали ее значительно меньше его присутствия. Кроме того, испытание, заключавшееся в разлуке с Дейзи, оказалось не таким суровым, как она ожидала. Впервые в жизни ее не затмевала блестящая и зрелая красота старшей сестры. При столь благоприятных условиях Лоретта быстро выдвинулась на передний план, в то время как миссис Хемингуэй скромно и без стеснения удалилась в глубину сцены.</p>
     <p>Лоретта начала понимать, что она не просто тусклое светило, сияющее лишь отраженным светом. Совершенно бессознательно она стала центром небольшого круга событий. Когда она садилась к роялю, тотчас кто-нибудь был готов переворачивать страницы нот и выказывать предпочтение тем или иным песенкам. Когда она роняла носовой платок, тотчас кто-нибудь жаждал его поднять. Ее всегда были рады сопровождать на прогулку или помогать ей собирать цветы. Она научилась забрасывать удочку с приманкой на крючке в тихие заводи и под коряги и не запутывать лесу в кустарнике.</p>
     <p>Джек Хемингуэй не любил обучать новичков и во время рыбной ловли старался уединиться, а то и вовсе оставался дома, предоставляя Неду Бэшфорду полную возможность воспринимать Лоретту как видимость. В этом качестве она вполне удовлетворяла всем требованиям его философии. Ее голубые глаза смотрели по-мальчишески прямо, и он любовался ими, забывая содрогнуться перед коварством, которое, согласно его философии, скрывалось в их взоре. Она обладала грацией стройного цветка, нежностью красок и хрупкостью тонкого фарфора. Эти качества очаровывали его, заставляя забывать о сокрытой под ними жизненной силе и о Бернарде Шоу, в которого он верил.</p>
     <p>Лоретта расцветала. Она быстро становилась самостоятельной. У нее появились собственная воля и собственные желания, которые не были навечно связаны с волей и желаниями Дейзи. Джек Хемингуэй баловал ее, Элис Хемингуэй лелеяла, а Нед Бэшфорд был предельно внимателен. Они потворствовали ее прихотям и смеялись над ее проказами, в то время как она развивала в себе замашки маленького тирана, который всегда скрыт в каждой изящной и хорошенькой женщине. Окружающие постепенно гасили в ней желание никогда не разлучаться с Дейзи. Это желание теперь не мучило ее так, как в дни дружбы с Билли. Чем чаще она видела Билли, тем больше убеждалась в том, что не может жить вдали от Дейзи. Чем чаще она видела Неда Бэшфорда, тем больше забывала о настоятельной потребности быть рядом с Дейзи.</p>
     <p>И Нед Бэшфорд начал кое о чем забывать. Он путал поверхность с глубиной, а видимость с реальностью до такой степени, что вскоре стал считать их одним и тем же. Лоретта совсем не была похожа на других женщин. Ей было чуждо притворство. Она была реальной. Все это и более того он высказал миссис Хемингуэй, которая согласилась с ним, не преминув в то же время заметить, как выразительно подмигнул ей ее муж.</p>
     <p>Как раз в тот день Лоретта получила от Билли письмо, которое несколько отличалось от его прежних писем. В сущности, как и все его письма, оно было патологическим. Это был длинный перечень симптомов и страданий, волнений, бессонниц и сердечных приступов. Затем следовали упреки, но такие, каких он никогда не позволял себе раньше. Их резкость вызвала у нее слезы, а так как они к тому же были справедливы, на ее лице появилось трагическое выражение. Это выражение она принесла с собой к столу, когда спустилась к завтраку. Взглянув на нее, Джек и миссис Хемингуэй задумались, а Нед забеспокоился. Супруги вопросительно поглядели на Неда, но он лишь недоуменно покачал головой.</p>
     <p>— Вечером я все узнаю, — сказала миссис Хемингуэй мужу.</p>
     <p>Но Неду удалось еще днем застать Лоретту одну в большой гостиной. Она попыталась отвернуться. Но он взял ее за руки и увидел, что ресницы ее были влажными, а губы дрожали. Он добрым взором посмотрел на нее. Ее ресницы стали еще более влажными.</p>
     <p>— Ну, ну, успокойтесь, малышка, — ласково сказал он.</p>
     <p>И, словно защищая ее, он обнял ее за плечи. А она, как обиженный ребенок, положила голову к нему на грудь. Его охватил трепет, необычный для эллина, оправившегося от длительного разочарования.</p>
     <p>— О Нед, — всхлипнула она, прильнув к нему, — если бы вы только знали, какая я безнравственная!</p>
     <p>Он снисходительно улыбнулся и глубоко вздохнул, впитывая в себя аромат ее волос. Подумав о своей опытности в отношениях с женщинами, он еще раз глубоко вздохнул. Она, казалось, источала детскую сладость — «дуновение невинной души», как выразился он мысленно.</p>
     <p>Но она всхлипывала все чаще.</p>
     <p>— В чем дело, малышка? — спросил он ласково, почти отеческим тоном. — Не обидел ли вас Джек? Или ваша любимая сестрица забыла написать очередное послание?</p>
     <p>Она не ответила, и он почувствовал, что непременно должен поцеловать ее волосы и что ни за что не отвечает, если такое положение вещей будет продолжаться и дальше.</p>
     <p>— Расскажите мне все, — мягко сказал он, — быть может, я сумею помочь вам.</p>
     <p>— Нет. Вы будете презирать меня. О Нед, мне так стыдно!</p>
     <p>Он недоверчиво рассмеялся и легко коснулся губами ее волос, так легко, что она даже не заметила этого.</p>
     <p>— Дорогая моя девочка, давайте забудем обо всем, что бы это ни было. Я хочу сказать вам, как я люблю…</p>
     <p>Она вскрикнула от радости, но тут же простонала:</p>
     <p>— Слишком поздно!</p>
     <p>— Слишком поздно? — изумленно переспросил он.</p>
     <p>— О, зачем я это сделала? Зачем? — стонала она. Он почувствовал холодную дрожь в сердце.</p>
     <p>— Что сделали? — спросил он.</p>
     <p>— Я… он… Билли… Я такая безнравственная женщина, Нед. Я знаю, вы никогда больше не будете разговаривать со мной.</p>
     <p>— Этот… этот Билли, — начал он, запинаясь. — Это ваш брат?</p>
     <p>— Нет… он… Я не знаю. Я была так молода. Я ничего не могла сделать. О, я сойду с ума! Я сойду с ума!</p>
     <p>И тогда Лоретта почувствовала, что обнимающие ее руки вдруг обессилели. Он мягко отодвинулся и бережно усадил ее в большое кресло, где она, опустив голову, снова отчаянно зарыдала. Он свирепо подкрутил усы, затем подвинул к ней другое кресло и сел.</p>
     <p>— Я… я не понимаю, — сказал он.</p>
     <p>— Я так несчастна! — всхлипывала она.</p>
     <p>— Почему несчастна?</p>
     <p>— Потому что… он… он хочет, чтобы я стала его женой.</p>
     <p>На мгновение его лицо прояснилось, и он успокаивающе положил свою руку на ее руки.</p>
     <p>— Это не может сделать девушку несчастной, — глубокомысленно заметил он. — Раз вы не любите его, нет причины… Вы, разумеется, не любите его?</p>
     <p>Лоретта энергично затрясла головой и плечами.</p>
     <p>— Не любите?</p>
     <p>Бэшфорду хотелось добиться полной ясности.</p>
     <p>— Нет, нет! — воскликнула она. — Я не люблю Билли! Я не хочу любить Билли!</p>
     <p>— А раз вы не любите его, — уверенно заключил Бэшфорд, — значит, нет причины считать себя несчастной только потому, что он сделал вам предложение.</p>
     <p>Она снова зарыдала и в самый разгар своих рыданий воскликнула:</p>
     <p>— В том-то и вся беда. О, если бы я любила его! О, как мне хочется умереть!</p>
     <p>— Мое дорогое дитя, напрасно вы волнуетесь. — Вторая его рука потянулась вслед за первой и тоже легла на ее руки. — Женщины поступают так ежедневно. Только потому, что вы передумали или не решаетесь, только потому, что вы — я должен употребить нехорошее слово — увлекли мужчину и обманули его…</p>
     <p>— Увлекла и обманула! — Подняв голову, она взглянула на него полными слез глазами. — О Нед, если бы только это!</p>
     <p>— Только? — переспросил он глухим голосом, а руки его медленно сползли с ее рук. Он хотел что-то сказать, но раздумал и промолчал.</p>
     <p>— Но я не хочу выходить за него замуж! — протестующе вырвалось у Лоретты.</p>
     <p>— Ну и не выходите, — посоветовал он.</p>
     <p>— Но я обязана выйти за него.</p>
     <p>— Обязаны?</p>
     <p>Она кивнула головой.</p>
     <p>— Это очень сильное выражение.</p>
     <p>— Я знаю, — согласилась она, тщетно пытаясь подавить рыдания. Затем добавила более спокойным тоном: — Я безнравственная женщина, ужасно безнравственная. Никто не знает, какая я безнравственная, никто, за исключением Билли.</p>
     <p>Наступила пауза. Нед Бэшфорд помрачнел и странно взглянул на Лоретту.</p>
     <p>— А… Билли знает? — наконец спросил он.</p>
     <p>Несмелый кивок и пылающие щеки послужили ответом на его вопрос. Минуту он оставался в нерешительности, словно пловец, не решающийся нырнуть.</p>
     <p>— Расскажите мне об этом. — Он говорил твердо. — Вы должны рассказать мне об этом.</p>
     <p>— А вы… вы простите мне? — спросила она слабым, чуть слышным голосом.</p>
     <p>Он заколебался, потом глубоко вздохнул и нырнул.</p>
     <p>— Да, — сказал он отчаянным голосом. — Я прощу вас. Рассказывайте.</p>
     <p>— Некому было предостеречь меня, — начала она. — Мы так часто бывали вместе. Я в ту пору еще ни в чем не разбиралась.</p>
     <p>Задумавшись, она замолчала. Бэшфорд нетерпеливо кусал губы.</p>
     <p>— Если бы я только знала… Она снова замолчала.</p>
     <p>— Продолжайте, — настаивал он.</p>
     <p>— Мы виделись почти каждый вечер.</p>
     <p>— С Билли? — спросил он с яростью, напугавшей ее.</p>
     <p>— Конечно, с Билли. Мы так часто бывали вдвоем… Если бы я только знала… Некому было предостеречь меня… Я была так молода…</p>
     <p>Она хотела еще что-то добавить и со страхом взглянула на него.</p>
     <p>— Подлец!</p>
     <p>Задыхаясь от гнева, Нед Бэшфорд вскочил на ноги, теперь это уже был не усталый эллин, а разъяренный молодой человек.</p>
     <p>— Билли не подлец! Он хороший, — сказала Лоретта с твердостью, поразившей Бэшфорда.</p>
     <p>— Не собираетесь ли вы сказать мне, что вина всецело на вашей стороне? — саркастически заметил он.</p>
     <p>Она кивнула головой.</p>
     <p>— Что? — вскричал он.</p>
     <p>— Я сама виновата во всем, — решительно сказала на. — Мне не следовало позволять ему. Я одна заслуживаю порицания. Бэшфорд, до сих пор ходивший взад и вперед по комнате, остановился, и, когда он заговорил, голос его звучал смиренно.</p>
     <p>— Хорошо, — сказал он. — Я ни в чем не упрекаю вас, Лоретта. Вы были честны со мной. Билли прав, неправы вы. Вы обязаны выйти замуж.</p>
     <p>— За Билли? — спросила она слабым, едва слышным голосом.</p>
     <p>— Да, за Билли. Я помогу вам. Где он живет? Я заставлю его.</p>
     <p>— Но я не хочу выходить за него замуж! — в страхе вскричала она. — О Нед, вы не сделаете этого!</p>
     <p>— Сделаю, — сурово ответил он. — Вы обязаны. И Билли обязан. Понятно?</p>
     <p>Лоретта спрятала лицо в спинку кресла и разразилась новыми рыданиями.</p>
     <p>Сначала Бэшфорд, прислушиваясь, мог понять только одно:</p>
     <p>— Но я не хочу покидать Дейзи! Я не хочу покидать Дейзи!</p>
     <p>Он мрачно ходил по комнате, затем остановился, с любопытством прислушиваясь.</p>
     <p>— Откуда я могла знать? — плакала Лоретта. — Он не сказал мне. Раньше меня никто не целовал. Я никогда не думала, что поцелуй может быть так ужасен… пока… пока он не написал мне. Я получила письмо только сегодня утром.</p>
     <p>Его лицо прояснилось. Казалось, будто свет изнутри озарил его.</p>
     <p>— Об этом вы и плачете?</p>
     <p>— Н-нет.</p>
     <p>Сердце его вновь упало.</p>
     <p>— Тогда почему же вы плачете? — спросил он безнадежно.</p>
     <p>— Вы сказали, что я обязана выйти замуж за Билли. А я не хочу быть его женой. Я не хочу расставаться с Дейзи. Я не знаю, чего я хочу. Я хочу умереть.</p>
     <p>Он решился сделать еще одну попытку.</p>
     <p>— Послушайте, Лоретта, будьте благоразумны. Что там такое насчет поцелуев? Вы не рассказали мне всего.</p>
     <p>— Я… я не хочу рассказывать вам всего.</p>
     <p>В наступившей тишине она смотрела на него молящим взором.</p>
     <p>— Я должна оказать? — наконец пролепетала она дрожащим голосом.</p>
     <p>— Должны! — выкрикнул он повелительно. — Вы должны сказать мне все.</p>
     <p>— Ну, ладно… Обязательно?</p>
     <p>— Обязательно.</p>
     <p>— Он… я… мы… — с трудом начала она. И затем выпалила: — Я позволила, и он поцеловал меня.</p>
     <p>— Дальше, — отчаянно приказал Бэшфорд.</p>
     <p>— Это все, — ответила она.</p>
     <p>— Все? — В его голосе звучало сомнение.</p>
     <p>— Все? — В ее голосе было не меньше вопроса.</p>
     <p>— Я хочу сказать… И больше ничего? — Он был почти подавлен своей неловкостью.</p>
     <p>— Больше? — Она была искренне удивлена. — Как будто может быть еще что-нибудь! Билли сказал…</p>
     <p>— Когда он сказал это? — резко спросил Бэшфорд.</p>
     <p>— В письме, которое я получила сегодня утром. Билли сказал, что мои… наши поцелуи ужасны, если мы не поженимся.</p>
     <p>У Бэшфорда голова шла кругом.</p>
     <p>— Что еще сказал Билли? — спросил он.</p>
     <p>— Он сказал, что, если женщина позволила мужчине поцеловать ее, она обязана стать его женой. Она совершит преступление, если не сделает этого. Таков обычай, оказал он. А я говорю, что это жестокий, несправедливый обычай, он мне совсем не нравится. Я знаю, я ужасная женщина, — добавила она вызывающе, — но ничего не могу поделать с собой.</p>
     <p>Бэшфорд машинально достал сигарету.</p>
     <p>— Вы позволите мне курить? — спросил он, зажигая спичку.</p>
     <p>И в этот момент он пришел в себя.</p>
     <p>— Простите меня! — вскричал он, отбрасывая в сторону и сигарету и спичку. — Я вовсе не хочу курить. Я совсем не собирался этого делать. Я хотел…</p>
     <p>И, склонившись над Лореттой, он взял ее руки в вою и, присев на ручку кресла, нежно обнял девушку другой рукой.</p>
     <p>— Лоретта, я дурак. Да, да, именно это я хочу сказать. И еще кое-что. Я хочу, чтобы вы стали моей женой.</p>
     <p>Наступило молчание. Он с тревогой ждал ее ответа.</p>
     <p>— Я согласна… если…</p>
     <p>— Говорите. Если что?</p>
     <p>— Если я не обязана выйти замуж за Билли.</p>
     <p>— Но вы не можете выйти замуж за двоих! — почти закричал он.</p>
     <p>— А нет такого обычая… как… как сказал Билли?</p>
     <p>— Нет, такого обычая не существует. Ну, Лоретта, согласны вы стать моей женой?</p>
     <p>— Не сердитесь на меня. — Она надула губки и в то же время кротко поглядела на него.</p>
     <p>Он прижал ее к себе и поцеловал.</p>
     <p>— Хорошо, если бы такой обычай существовал, — еле слышным голосом сказала Лоретта, лежа в его объятиях, — потому что тогда я была бы обязана выйти за вас, Нед дорогой, правда?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>«Просто мясо»</p>
     </title>
     <p>Он дошел до угла и осмотрелся по сторонам, но кроме островков света у фонарей на перекрестках ничего не заметил. Той же дорогой он побрел обратно. Он скользил в полутьме словно призрак — бесшумно и без лишних движений. Он был осторожен, наблюдателен и чуток, как крадущийся в джунглях зверь. Он бы не заметил посторонних движений, лишь окажись они призрачней его собственных.</p>
     <p>Кроме того, что он видел и слышал, он обладал еще каким-то неуловимым чувством — ощущением окружающего. Он чувствовал, например, что в доме, рядом с которым он остановился, есть дети. Ощущение это возникло у него без каких-либо сознательных усилий мысли. Если на то пошло, он и понятия не имел об этом ощущении — настолько оно было неосознанным. Однако потребуй от него обстоятельства каких-то действий, он действовал бы так, словно точно знал, что дети в доме есть. Он и не подозревал, насколько хорошо изучил соседние дома.</p>
     <p>То же подсознательное чувство подсказывало ему, что звук шагов на соседней улице не таит в себе никакой опасности. Прежде чем он увидел идущего, он уже знал, что это запоздалый пешеход, спешащий домой. Увидев огонек, вспыхнувший в окне углового дома, он понял, что там зажгли спичку. Сознание привычно фиксировало знакомые явления: «Хотели узнать, который час». В другом доме светилось только одно окно. Свет горел тускло и ровно, и он был убежден, что это комната больного.</p>
     <p>Больше всего его занимал дом в центре квартала на противоположной стороне улицы. Этим домом он особенно интересовался. Куда бы он ни смотрел, куда бы ни шел, взгляды и шаги его возвращались к этому дому.</p>
     <p>Если не считать распахнутого над портиком окна, в доме не было ничего необычного. Никто не входил и не выходил. Все было спокойно. Окна были не освещены. Нигде не зажигался и не гас свет. Тем не менее все его внимание было сосредоточено на этом доме. И всякий раз после очередного осмотра окрестностей он возвращался к нему.</p>
     <p>Несмотря на свою обостренную чувствительность, он не был спокоен. Он прекрасно сознавал всю ненадежность своего положения. И хотя его не тревожили шаги случайных прохожих, он был взвинчен, напряжен и готов к бегству, словно пугливый олень. Он знал, что в окружающей его темноте, возможно, бродят и другие разумные существа — такие же бесшумные, настороженные и чуткие, как он.</p>
     <p>В конце улицы что-то мелькнуло, и чутье подсказало ему, что на сей раз это уже не замешкавшийся пешеход, нечто, таящее в себе угрозу и опасность.</p>
     <p>Он дважды свистнул, подавая знак кому-то в доме напротив, и бесшумно исчез за углом. Здесь он остановился и внимательно огляделся. Убедившись, что все спокойно, он выглянул из-за угла и осмотрел приближавшегося. Предчувствие его не обмануло — это был полицейский.</p>
     <p>Он дошел до следующего угла и, выглядывая оттуда, принялся следить за перекрестком, который только что покинул. Он увидел, что полицейский прошел мимо, направляясь дальше. Тогда он двинулся по улице, параллельной той, по которой шел полицейский, и со следующего угла проследил, как тот удаляется. Затем той же дорогой вернулся обратно. У дома он свистнул один раз, немного погодя — второй. На этот раз в свисте чувствовалось ободрение, в то время как первый — двойной — свист звучал, как сигнал тревоги.</p>
     <p>На крыше портика появилось что-то темное и медленно сползло по колонне. Спустившись со ступеней и миновав небольшую железную калитку, оно приняло человеческие очертания и двинулось по тротуару. Наблюдавший поспешил к перекрестку, держась своей стороны улицы. Дойдя до угла, он перешел дорогу и присоединился к появившемуся человеку. Рядом с ним он казался совсем маленьким.</p>
     <p>— Ну как, Мэтт? — спросил он.</p>
     <p>Тот что-то невнятно буркнул. Несколько шагов они прошли молча.</p>
     <p>— Кажется, я все добро разыскал, — сказал он.</p>
     <p>В темноте Джим сдавленно рассмеялся. Затем замолк, ожидая продолжения. Они проходили квартал за кварталом, и наконец терпение его лопнуло.</p>
     <p>— Ну, так как же насчет добра? — спросил он. — Какой у тебя все-таки улов?</p>
     <p>— Мне некогда было считать, но жирный. Это-то я точно могу сказать, Джим. Страшно подумать, до чего жирный. Подожди, пока доберемся до дому.</p>
     <p>Как только они поравнялись с фонарем, Джим впился в приятеля глазами. Он заметил, что вид у того был довольно угрюмый, а левая рука как-то странно подвернута.</p>
     <p>— Что у тебя с рукой? — спросил он.</p>
     <p>— Этот паршивец меня укусил. Хоть бы не взбеситься. Говорят, можно взбеситься и от человеческих укусов. Не слыхал такого?</p>
     <p>— Что, дал тебе жизни? — пытаясь расшевелить собеседника, поинтересовался Джим.</p>
     <p>Тот что-то пробурчал.</p>
     <p>— Из тебя разве что-нибудь вытянешь? — раздраженно взорвался Джим. — Давай выкладывай. От этого тебя не убудет.</p>
     <p>— Я его малость придушил, — последовал ответ. — Он проснулся, — пояснил Мэтт немного погодя.</p>
     <p>— Здорово сработал. Я не слыхал ни звука.</p>
     <p>— Джим, — заговорил тот серьезно. — Дело пахнет виселицей. Я его прикончил. Пришлось. Он проснулся. Придется нам с тобой на время притихнуть.</p>
     <p>Джим понимающе свистнул.</p>
     <p>— Ты слыхал, как я свистел? — вдруг спросил он.</p>
     <p>— Конечно. Я уже кончил. Как раз собирался вылезать.</p>
     <p>— Это был фараон. Только он ни о чем не догадывался. Прошел мимо и все топал копытами, пока не исчез. Тут я вернулся и опять свистнул. А что ты потом так долго возился?</p>
     <p>— Подождал для верности, — пояснил Мэтт. — Я страшно обрадовался, когда ты свистнул второй раз. Тяжкое это дело — ждать. Я сидел себе там и думал, думал… так, обо всякой всячине. Удивительно, какие только мысли в голову не лезут! К тому же там была какая-то сволочная кошка, которая все бродила по дому, шуршала и действовала мне на нервы.</p>
     <p>— Так, значит, улов жирный! — радостно и без всякой видимой связи с предыдущим воскликнул Джим.</p>
     <p>— Провалиться мне, Джим, жирный. Мне так и не терпится разглядеть все хорошенько.</p>
     <p>Бессознательно оба ускорили шаги. Но осторожность их не покидала. Дважды они сворачивали с дороги, чтобы избежать полицейских, и, прежде чем нырнуть в темную прихожую дешевых городских меблирашек, оба удостоверились, что за ними не следят.</p>
     <p>Только добравшись до своей комнаты на верхнем этаже, они зажгли спичку. Пока Джим возился с лампой, Мэтт запер дверь на ключ и закрыл задвижки. Обернувшись, он увидел выжидательную позу Джима и внутренне усмехнулся его нетерпению.</p>
     <p>— Прожектор подходящий, — сказал он, вынимая и рассматривая карманный фонарик. — Только надо достать новую батарейку. Эта уже садится. Раза два я было подумал, что останусь в темноте. Странный какой-то этот дом. Я там чуть не заблудился. Его комната оказалась слева, и это меня сбило.</p>
     <p>— Я же говорил, что она слева, — прервал Джим.</p>
     <p>— Ты говорил, что справа, — возразил Мэтт. — Уж я-то знаю, что ты мне говорил, а вот и план, который ты чертил.</p>
     <p>Порывшись в жилетном кармане, он вытащил сложенную бумажку и развернул ее. Джим склонился над планом.</p>
     <p>— Я и вправду ошибся, — признался он.</p>
     <p>— Еще как! Я сначала ни черта понять не мог.</p>
     <p>— Теперь это уже не важно! — воскликнул Джим. — Давай поглядим, что там у тебя.</p>
     <p>— Нет, важно, — возразил Мэтт. — Очень даже важно для меня. Я рискую всем. Я сую голову в петлю, в то время как ты прохлаждаешься на улице. Ты должен взять себя в руки и быть повнимательней. Ладно, давай покажу.</p>
     <p>Он сунул руку в брючный карман и вытащил пригоршню мелких бриллиантов. На грязный стол вылился сверкающий ручеек камней. Джим смачно выругался.</p>
     <p>— Это все пустяки, — торжествующе и снисходительно произнес Мэтт. — Считай, что ты еще ничего не видел.</p>
     <p>Он продолжал вытаскивать добычу изо всех карманов. Часть бриллиантов, завернутых в замшу, оказалась крупнее камешков из первой пригоршни. Из одного кармана он извлек горсть очень мелких граненых камней.</p>
     <p>— Бриллиантовая пыль, — заметил он, высыпая их на стол поодаль от остальных.</p>
     <p>Джим изучал их.</p>
     <p>— Ну что же, сойдут по паре долларов за штуку, — сказал он. — Все?</p>
     <p>— А что, тебе мало? — обиженно спросил приятель.</p>
     <p>— Да нет, хватает, конечно, — ответил Джим одобрительно. — Больше, чем я думал. За всю кучу надо взять десять тысяч и ни цента меньше.</p>
     <p>— Десять тысяч! — возмутился Мэтт. — Они стоят вдвое больше, верно тебе говорю, хотя я тоже ни шута не понимаю в драгоценностях. Погляди, какой красавчик!</p>
     <p>Он выбрал камень из сверкающей груды и с видом знатока, взвесив его на руке, поднес к лампе.</p>
     <p>— Этот, пожалуй, тыщонку потянет, — быстро оценил Джим.</p>
     <p>— Тыщонку за твою бабушку! — презрительно возразил Мэтт. — Его не купишь и за три.</p>
     <p>— Ущипни меня! Мне все это снится! — В глазах Джима отражался блеск камней; он принялся выбирать из кучи самые крупные и рассматривать их. — Да ведь мы же богачи, Мэтт, мы с тобой станем шикарными господами!</p>
     <p>— Сколько еще лет пройдет, пока их сплавишь, — рассудил более практичный Мэтт.</p>
     <p>— Зато увидишь, как мы заживем! Знай трать себе денежки да сори ими, сколько душе угодно.</p>
     <p>Под конец даже у флегматичного Мэтта заблестели глаза.</p>
     <p>— Я же говорил тебе, что просто подумать боюсь, до чего это жирно, — тихо проворчал он.</p>
     <p>— Ну и удача! Вот подвалило, так подвалило! — восторженно восклицал Джим.</p>
     <p>— Да, чуть было не забыл, — проговорил Мэтт, запуская руку во внутренний карман пиджака.</p>
     <p>Из тонкой бумаги и замши показалась нитка жемчуга. Джим едва взглянул на нее.</p>
     <p>— Стоящая вещь, — сказал он, возвращаясь к бриллиантам.</p>
     <p>Наступило молчание. Джим играл камнями, то погружая в них пальцы, то складывая в кучки, то разбрасывая по столу. Это был тощий, слабосильный человечек — нервный, раздражительный, взвинченный и малокровный, — типичное дитя трущоб, с некрасивым дергающимся личиком и маленькими глазками, с вечно голодным ртом и лихорадочным видом; в нем чувствовалась вкрадчивая жестокость, и на всем его облике лежала печать вырождения.</p>
     <p>Мэтт не притрагивался к бриллиантам. Он сидел, облокотившись о стол, подперев ладонями подбородок, и, тяжело моргая, смотрел на сверкающие ряды камней. Он был полной противоположностью Джиму. Его никак нельзя было назвать порождением города. Мускулистый и волосатый, мощью и видом своим он напоминал гориллу. Для него в жизни все было просто и ясно. У него были широко расставленные выпуклые глаза, в которых светилось какое-то дерзкое дружелюбие. Они внушали доверие. Однако, присмотревшись, можно было заметить, что глаза его, пожалуй, чересчур навыкате и слишком уж широко расставлены. В нем все было чрезмерным, переходящим границы нормального. Черты лица были лживы: они не отражали его сущности.</p>
     <p>— Эта куча стоит пятидесяти тысяч, — внезапно заговорил Джим.</p>
     <p>— Ста тысяч, — возразил Мэтт.</p>
     <p>Молчание возобновилось и тянулось долго, пока Джим снова его не нарушил.</p>
     <p>— Хотел бы я знать, какого черта он держал их дома? Я думал, что он их хранит в магазине в сейфе.</p>
     <p>Как раз в эту минуту Мэтт представил себе удушенного, каким видел его в последний раз при тусклом свете фонарика. Однако при упоминании о нем он даже не вздрогнул.</p>
     <p>— А кто его знает, — ответил он. — Может, он собирался улизнуть от своего компаньона. Может, кабы не мы, он смылся бы неизвестно куда. Небось, среди честных людей не меньше воров, чем среди воров. О таких вещах постоянно пишут в газетах, Джим. Компаньоны то и дело всаживают друг другу нож в спину.</p>
     <p>Что-то виноватое мелькнуло в глазах Джима. Мэтт не подал виду, что заметил, однако спросил:</p>
     <p>— О чем ты сейчас подумал, Джим?</p>
     <p>На мгновение Джим почувствовал себя неловко.</p>
     <p>— Ни о чем, — ответил он. — Подумал просто, как странно, что все эти драгоценности оказались у него дома. А почему ты спрашиваешь?</p>
     <p>— Да так. Просто поинтересовался, вот и все. Воцарилась тишина, изредка прерываемая слабым и нервозным хихиканьем Джима. Он был ослеплен обилием камней. Не потому, что чувствовал их красоту. Он понятия не имел, что они прекрасны сами по себе. Но его бурная фантазия уже рисовала те радости жизни, какие эти камни смогут ему дать. Чего только они не сулили всем желаниям и страстям, живущим в его хилом теле и больном воображении. Из их сверкающих огней он воздвигал великолепные замки, в которых ему мерещились пышные оргии, и сам поражался увиденному, потому-то он и хихикал. Нет, это не могло быть правдой. Но вот они, сверкая, лежат на столе, разжигая в нем огонь сладострастия. И он снова хихикал.</p>
     <p>— Надо бы их сосчитать, — вдруг заговорил Мэтт, отрываясь от собственных видений. — Ты смотри и следи, чтобы все было без обмана. Потому что между нами все должно быть без обмана, Джим. Понял?</p>
     <p>По глазам Джима было видно, что ему это не пришлось по душе. Мэтту же не понравилось то, что он увидел в глазах своего партнера.</p>
     <p>— Понял? — повторил Мэтт почти угрожающе.</p>
     <p>— А разве у нас не всегда без обмана? — опросил тот, защищаясь. Предательство уже зрело в нем.</p>
     <p>— Эка невидаль быть честным в трудные времена, — возразил Мэтт. — Вот если ты честен в добрые — это другое дело. Когда у нас ни черта нет, нам ничего не остается, как быть честными. Теперь мы с тобой разбогатели, и нам надо стать деловыми людьми — честными деловыми людьми. Понял?</p>
     <p>— Это мне подходит, — одобрил Джим, но где-то в глубине его жалкой душонки против его воли, словно звери в клетке, поднимались необузданные и алчные мысли.</p>
     <p>Мэтт подошел к кухонной полке, висевшей за двухфитильной керосинкой. Он высыпал из бумажного пакетика чай, потом из другого — красный перец. Вернувшись с пакетиками к столу, он сложил в них мелкие камни, в один — покрупнее, в другой — помельче. Затем пересчитал крупные камни и каждый из них завернул в папиросную бумагу и замшу.</p>
     <p>— Сто сорок семь довольно крупных, — сообщил он результат инвентаризации. — Двадцать по-настоящему больших, два здоровенных и один огромный, да парочка пригоршней крошечных и пыли.</p>
     <p>Он взглянул на Джима.</p>
     <p>— Верно, — подтвердил тот.</p>
     <p>Он записал счет на листке блокнота и сделал с него копию; один листок он отдал своему партнеру, а другой оставил себе.</p>
     <p>— Для памяти, — сказал он.</p>
     <p>Мэтт опять направился к полке и высыпал из большого бумажного пакета сахар. Сунув в него бриллианты — и крупные и мелкие, — он обернул пакет в пестрый набивной платок и спрятал сверток под подушку. Потом сел на краешек кровати и снял ботинки.</p>
     <p>— И ты думаешь, они стоят сто тысяч? — спросил Джим, подняв глаза и перестав расшнуровывать ботинок.</p>
     <p>— Еще бы, — последовал ответ. — Знавал я в Аризоне одну танцовщицу, так у неё было несколько больших камушков. Поддельных. Она говорила, что, будь они настоящие, они бы стоили не меньше пятидесяти тысяч, и ей бы не пришлось танцевать. А у нее их и дюжины-то не набралось бы.</p>
     <p>— Кому ж будет охота трудиться из-за куска хлеба? — торжествующе вопросил Джим. — С киркой да лопатой… — сказал он презрительно. — Да проработай я, как собака, всю жизнь, откладывай я все свои заработки, все равно не собрал бы и половины того, что мы огребли сегодня.</p>
     <p>— Мыть тарелки — вот на что ты способен, а на этом больше двадцатки в месяц с харчами не заработаешь. Со счетом ты не в ладах, но мысль у тебя верная. Кому нравится, пусть тот и работает. Когда я был молод и глуп, я служил ковбоем за тридцатку в месяц. Но теперь я стал постарше и больше не желаю быть ковбоем.</p>
     <p>Мэтт влез в постель. Джим потушил свет и улегся с другой стороны кровати.</p>
     <p>— Как твоя рука? — любезно осведомился Джим. Такая забота была необычной, и Мэтт это заметил.</p>
     <p>— Кажется, не сбешусь. Почему ты спросил?</p>
     <p>Джим почувствовал смущение и беспокойство и в душе проклял другого за способность задавать неприятные вопросы, но вслух сказал:</p>
     <p>— Да так просто. Вначале ты как будто струхнул. Что ты собираешься делать со своей долей, Мэтт?</p>
     <p>— Куплю ранчо в Аризоне, осяду и буду платить другим, чтобы они служили ковбоями у меня. Хотелось бы мне поглядеть, как парочка сволочей, будь они прокляты, станет клянчить у меня работу. А теперь заткнись, Джим. Еще не скоро я куплю это ранчо. А сейчас я буду спать.</p>
     <p>Но Джим долго не мог уснуть; нервничая и ерзая, он переворачивался с боку на бок, а когда ему удавалось уснуть, он спал неспокойно и тут же просыпался. Ему все еще мерещился блеск камней, и от этого блеска болели глаза. Несмотря на свою тупость, Мэтт спал чутко, как дикое животное, настороженное даже во сне. И Джим, переворачиваясь, все время замечал, как напрягается тело лежащего рядом с ним человека, словно он вот-вот проснется. По правде говоря, Джим часто не мог понять, спит тот или нет. Раз даже Мэтт проговорил тихо и совсем не сонно: «Да спи ты, Джим! Нечего думать об этих камнях. Никуда они не денутся». А ведь именно в эту минуту Джим был уверен, что Мэтт спит.</p>
     <p>Поздно утром Мэтт проснулся при первом движении Джима и потом просыпался и засыпал одновременно с ним до полудня, когда оба встали и оделись.</p>
     <p>— Я пойду куплю газету и хлеб, — сказал Мэтт. — А ты свари кофе.</p>
     <p>Слушая, Джим бессознательно перевел взгляд с лица Мэтта на подушку, под которой лежал сверток, завернутый в пестрый платок. Мгновенно лицо Мэтта исказилось от ярости.</p>
     <p>— Смотри, Джим! — прорычал он. — Тебе придется играть без обмана. Если ты меня подведешь, я тебя прикончу. Ясно? Я тебя сожру. Ты сам это знаешь. Прокушу тебе глотку и сожру, как бифштекс.</p>
     <p>Его загорелая кожа побагровела, а оскаленный рот обнажил прокуренные зубы. Джим вздрогнул и невольно сжался. На него смотрела сама смерть. Только прошлой ночью этот темнокожий человек собственными руками задушил другого, и от этого он не стал спать хуже. Где-то в глубине души у Джима было трусливое сознание вины, потому что весь ход его мыслей оправдывал угрозу приятеля.</p>
     <p>Мэтт вышел, оставив его дрожащим от ужаса. Потом лицо его искривилось от злобы, и шепотом он бросал неистовые проклятия в сторону закрытой двери. Вспомнив о драгоценностях, он кинулся к постели, нащупывая под подушкой сверток. Он сжал его в пальцах, чтобы удостовериться, что бриллианты на месте. Убедившись, что Мэтт не унес их, он, виновато вздрогнув, посмотрел на керосинку. Потом быстро зажег ее, наполнил у раковины кофейник и поставил его на огонь.</p>
     <p>Когда Мэтт вернулся, кофе уже кипел. Пока он резал хлеб и выкладывал на стол масло, Джим разлил кофе.</p>
     <p>Лишь усевшись за стол и отхлебнув несколько глотков кофе, Мэтт извлек из кармана утреннюю газету.</p>
     <p>— Мы угодили пальцем в небо, — сказал он. — Я говорил тебе, что боюсь подумать, до чего богатый улов. Погляди-ка сюда. — Он указал на заголовки первой страницы:</p>
     <p>БЫСТРОКРЫЛАЯ НЕМЕЗИДА НАСТИГАЕТ БУЯНОВА.</p>
     <p>УБИТ ВО СНЕ ПОСЛЕ ОГРАБЛЕНИЯ КОМПАНЬОНА.</p>
     <p>— Вот оно! — воскликнул Мэтт. — Он обокрал своего компаньона, обокрал его, как самый последний вор.</p>
     <p>— «Пропало драгоценностей на полмиллиона», — прочел Джим вслух. Он опустил газету и изумленно воззрился на Мэтта.</p>
     <p>— А что я тебе говорил? Много мы понимаем в драгоценностях! Полмиллиона! А я-то от силы рассчитывал на сто тысяч. Валяй, читай дальше.</p>
     <p>Они читали молча, склонив головы над газетой. Стыл нетронутый кофе. То и дело кто-то из них громогласно изумлялся какому-нибудь ошеломившему его факту.</p>
     <p>— Хотел бы я посмотреть на рожу Метцнера, когда он сегодня утром открыл сейф, — злорадствовал Джим.</p>
     <p>— Он сразу указал властям на дом Буянова, — пояснил Мэтт. — Читай дальше.</p>
     <p>— «Собирался отплыть вчера вечером на «Саджоде» в Индийский океан — отъезд задержался из-за непредвиденной погрузки…»</p>
     <p>— Вот почему мы застали его в постели, — перебил Мэтт. — Это такая же удача, как выигрыш в лотерее.</p>
     <p>— «Саджода» отчалила сегодня в шесть утра.</p>
     <p>— А он не поспел на нее, — заметил Мэтт. — Я видел, что будильник поставлен на пять часов. Времени у него вполне бы хватило — только тут подоспел я и сыграл с его временем шутку. Читай.</p>
     <p>— «Адольф Метцнер в отчаянии — знаменитая Хейторнская нитка жемчуга — великолепно подобранные жемчужины — оценивается специалистами от пятидесяти до семидесяти тысяч долларов».</p>
     <p>Джим передохнул, скверно и торжествующе выругался и заключил:</p>
     <p>— И эти чертовы устричные яйца стоят такую уйму денег! — Он облизнул губы и добавил: — Они и впрямь красавчики!</p>
     <p>— «Большой бразильский бриллиант, — продолжал он. — Восемьдесят тысяч долларов — много ценных камней чистой воды — несколько тысяч мелких бриллиантов стоимостью не менее сорока тысяч».</p>
     <p>— Да, стоит все как следует разузнать о бриллиантах, — добродушно усмехнулся Мэтт.</p>
     <p>— «Точка зрения сыщиков, — читал Джим. — Воры, очевидно, были в курсе дела — ловко следили за действиями Буянова, — вероятно, знали о его замысле и выследили его до самого дома, куда он возвратился с награбленным».</p>
     <p>— Ловко, черта с два! — взорвался Мэтт. — Вот так и создается слава… в газетах. Откуда мы могли знать, что он обокрал компаньона?</p>
     <p>— Как бы то ни было, товар у нас, — ухмыльнулся Джим. — Давай еще разок поглядим.</p>
     <p>Пока Мэтт доставал пестрый сверток и развязывал его на столе, Джим проверил, заперта ли дверь и закрыты ли задвижки.</p>
     <p>— Ну, разве не красота! — воскликнул Джим, взглянув на жемчуг. Некоторое время он не мог оторвать от него глаз. — Выходит, он стоит пятьдесят, а то и все семьдесят тысяч.</p>
     <p>— И женщины любят эти штучки, — заметил Мэтт. — Они все сделают, чтобы их заполучить, — продадут себя, пойдут на убийство, на все что угодно.</p>
     <p>— Как и мы с тобой.</p>
     <p>— Ничего подобного! — возразил Мэтт. — На убийство я пошел не ради этих камешков, а ради того, что я смогу за них получить. В этом-то вся разница. Женщинам нужны эти драгоценности для себя, а мне они нужны ради женщин и всего остального, что я за них получу.</p>
     <p>— Счастье, что мужчины и женщины не хотят одного и того же, — заметил Джим.</p>
     <p>— Из этого и складывается коммерция, — согласился Мэтт. — Из того, что люди хотят разное.</p>
     <p>Среди дня Джим вышел за продуктами. Пока его не было, Мэтт убрал со стола драгоценности, завернул их, как раньше, и спрятал под подушку. Потом он зажег керосинку и стал кипятить воду для кофе. Через несколько минут вернулся Джим.</p>
     <p>— Удивительно, — сказал он. — Все, как всегда, — и улицы, и магазины, и люди. Ничего не изменилось. А я иду себе миллионером, и никто ни о чем не догадывается.</p>
     <p>Мэтт что-то угрюмо буркнул. Ему были непонятны тщеславные мечты и причуды воображения его партнера.</p>
     <p>— Принес мясо? — спросил он.</p>
     <p>— Конечно, да такой мягкий кусок. Прелесть. Посмотри-ка.</p>
     <p>Он развернул мясо и поднял его для обозрения. Затем, пока Мэтт жарил мясо, Джим сварил кофе и нарыл на стол.</p>
     <p>— Только не клади слишком много красного перца, — предупредил Джим. — Я не привык к твоей мексиканской стряпне. Вечно ты переперчиваешь.</p>
     <p>Мэтт хмыкнул и продолжал стряпать. Джим налил кофе, но сначала высыпал в треснутую чашку порошок, который лежал у него в жилетном кармане, завернутый в тонкую бумагу. На мгновение он повернулся спиной к своему напарнику, но оглянуться на него не посмел, Мэтт расстелил на столе газету и поставил на нее горячую сковородку. Он разрезал мясо пополам и положил Джиму и себе.</p>
     <p>— Ешь, пока горячее, — посоветовал он и, подавая пример, взялся за нож и вилку.</p>
     <p>— Объедение, — заявил Джим после первого куска. — Но одно я тебе сразу скажу. Я никогда не приеду на твое ранчо в Аризоне, так что можешь меня не приглашать.</p>
     <p>— А что случилось? — поинтересовался Мэтт.</p>
     <p>— Ничего не случилось, — последовал ответ. — Просто ты меня доконаешь своей мексиканской кухней. Если мне уж суждено попасть в ад на том свете, мне не хочется, чтобы мои потроха терзались на этом. Проклятый перец!</p>
     <p>Он улыбнулся, с силой выдохнул, чтобы остудить пылающий рот, глотнул кофе и снова принялся за мясо.</p>
     <p>— А что ты вообще думаешь о том свете, Мэтт? — спросил он несколько позже, втайне удивляясь, что тот еще не притронулся к кофе.</p>
     <p>— Нет никакого того света, — ответил Мэтт, отрываясь от еды, чтобы глотнуть кофе. — Ни рая, ни ада, ничего. Все, что тебе причитается, ты получишь здесь, на этом.</p>
     <p>— А потом? — спросил Джим с нездоровым любопытством: ведь он знал, что смотрит на человека, которому скоро суждено умереть. — А потом? — повторил он.</p>
     <p>— Видел когда-нибудь покойника, который уже пролежал две недели? — спросил тот.</p>
     <p>Джим покачал головой.</p>
     <p>— Ну, а я видел. Он был похож на мясо, которое мы с тобой едим. Когда-то это был теленок, который бегал по траве, а теперь это просто мясо. Просто мясо, вот и все. Это то, во что и ты, и я, и все остальные превратятся — в мясо.</p>
     <p>Мэтт проглотил весь кофе и снова наполнил чашку.</p>
     <p>— Ты боишься умереть? — спросил он. Джим покачал головой.</p>
     <p>— Что толку? Я все равно не умру. Я исчезну и появлюсь снова.</p>
     <p>— Чтобы воровать, лгать и хныкать в новой жизни и так на веки вечные? — презрительно спросил Мэтт.</p>
     <p>— Может, я исправлюсь, — предположил Джим. — Может, в другой жизни не будет нужды воровать?</p>
     <p>Он вдруг замолчал и испуганно уставился в пространство.</p>
     <p>— В чем дело? — окликнул его Мэтт.</p>
     <p>— Ни в чем. Просто раздумывал о смерти, вот и все. — Джим с трудом приходил в себя.</p>
     <p>Но он не мог отделаться от нахлынувшего на него чувства ужаса. Казалось, мимо него пронеслось что-то неуловимо мрачное, осенив его своей тенью. У него было дурное предчувствие. Надвигалось что-то зловещее. Несчастье висело в воздухе. Он пристально посмотрел через стол на партнера. Он чего-то не понимал. Не мог же он ошибиться и отравить самого себя. Нет, треснутая чашка у Мэтта, а яд он, безусловно, всыпал в треснутую чашку.</p>
     <p>Он подумал, что все это — его больное воображение. Оно не раз играло с ним шутки. Глупец! Конечно, это — воображение. Конечно, что-то надвигается, но надвигается на Мэтта. Разве Мэтт не выпил полной чашки кофе?</p>
     <p>Джим повеселел, доел мясо и, обмакивая хлеб, подобрал подливку.</p>
     <p>— Когда я был мальчишкой, — начал было он, но вдруг замолчал.</p>
     <p>Опять пролетело что-то мрачное, и все существо его содрогнулось в предчувствии неотвратимого несчастья. Он ощущал в себе действие какой-то разрушающей силы, казалось, все его мышцы сейчас сведет судорога. Вдруг он резко откинулся назад и так же резко наклонился вперед, опираясь о стол локтями. По всему его телу прошел легкий трепет. Это напоминало шуршание листвы перед порывом ветра. Он стиснул зубы. Вот опять это судорожное напряжение мышц. Его охватила паника, когда он понял, что мышцы больше ему не повинуются. Они снова судорожно напряглись, несмотря на все усилия его воли. Его собственная плоть восстала — началась анархия. Его словно сжали в судорожных объятиях: по спине пробежала дрожь, а на лбу выступила испарина. Ужас бессилия охватил его. Он обвел взглядом комнату. Все вещи казались странно знакомыми, как будто он только что вернулся из далекого путешествия. Он посмотрел на своего приятеля. Мэтт наблюдал за ним и улыбался. На лице Джима появилось выражение ужаса.</p>
     <p>— Господи, Мэтт! — завизжал он. — Ты мне что-то подсыпал?!</p>
     <p>Мэтт продолжал улыбаться и наблюдать за ним. Во время последовавшего за этим припадка Джим не потерял сознания. Мышцы напрягались, судорожно дергались, собирались узлами, причиняя страшную боль и будто сжимая его в чудовищных объятиях. Среди всего этого ужаса до него вдруг дошло, что Мэтт ведет себя странно. С ним происходило то же самое. Улыбка исчезла с его лица, на нем появилось выражение сосредоточенности, будто он прислушивался к чему-то в себе самом и пытался в этом разобраться. Мэтт встал, прошелся взад и вперед по комнате и опять сел.</p>
     <p>— Это твоя работа, Джим, — пробормотал он тихо.</p>
     <p>— Только я не думал, что ты меня решил прикончить, — сказал Джим с упреком.</p>
     <p>— На этот счет можешь не сомневаться, — ответил Мэтт, стиснув зубы и дрожа всем телом. — Что ты мне дал?</p>
     <p>— Стрихнину.</p>
     <p>— То же, что и я тебе, — сообщил Мэтт. — Хорошенькая история, а?</p>
     <p>— Ты врешь, Мэтт, — умоляюще проговорил Джим. — Скажи, что ты мне ничего не подсыпал!</p>
     <p>— Подсыпал, Джим, и лишнего не дал. Я все аккуратненько зажарил в твоей половинке мяса. Постой! Ты куда?</p>
     <p>Джим бросился к двери и начал отдирать задвижки. Мэтт подскочил и оттолкнул его.</p>
     <p>— В аптеку, — задыхаясь, вымолвил Джим. — В аптеку.</p>
     <p>— Не выйдет. Ты останешься здесь. Нечего бегать по улице и разыгрывать там сцены, когда все эти камни валяются под подушкой. Ясно? Даже если ты не умрешь, ты попадешь в лапы полиции, и тебе придется многое объяснить. Рвотное, вот что нужно при отравлении. Мне не лучше, чем тебе, и я приму рвотное. Все равно в аптеке тебе бы дали то же самое.</p>
     <p>Он отшвырнул Джима на середину комнаты и снова захлопнул задвижки. Направляясь к кухонной полке, он провел рукой по лбу и стряхнул капельки пота. Было слышно, как они брызнули на пол. Джим в ужасе следил за тем, как Мэтт схватил банку с горчицей, чашку и бросился к раковине. Он намешал полную чашку горчицы с водой и выпил. Джим пошел следом и дрожащими руками потянулся к пустой чашке. Мэтт опять отпихнул его. Намешивая вторую чашку, он спросил:</p>
     <p>— Думаешь, мне хватит одной чашки? Можешь подождать, пока я кончу.</p>
     <p>Джим, шатаясь, побрел к двери, но Мэтт его одернул.</p>
     <p>— Если будешь дурить с дверью, я сверну тебе шею. Ясно? Выпьешь, когда я кончу. И если ты выкрутишься, я все равно сверну тебе шею. И так и эдак тебе крышка. Я тебя сто раз предупреждал о том, что с тобой будет, если ты меня предашь.</p>
     <p>— Но ты ведь тоже меня предал, — с трудом произнес Джим.</p>
     <p>Мэтт не ответил: он пил вторую чашку. Пот заливал Джиму глаза, почти на ощупь он добрался до стула и взял себе чашку. Но Мэтт, который приготовлял уже третью, снова оттолкнул его.</p>
     <p>— Я велел тебе ждать, пока я не кончу! — прорычал Мэтт. — Убирайся с дороги.</p>
     <p>Уцепившись за раковину и этим поддерживая свое корчащееся тело, Джим мечтал о желтоватой смеси, сулившей жизнь. Он держался на ногах одним только напряжением воли. Собственная плоть норовила согнуть его пополам и свалить на пол. Мэтт выпил третью чашку и сел, с трудом добравшись до стула. Первый приступ проходил. Мучившие его спазмы утихли. Он приписал это горчице с водой. Теперь он по крайней мере в безопасности. Он вытер с лица пот и, воспользовавшись затишьем, нашел в себе силы для любопытства. Он взглянул на своего партнера.</p>
     <p>Судорога выбила из рук Джима банку с горчицей, и ее содержимое разлилось по полу. Он нагнулся, чтобы наскрести чашкой немного горчицы, но очередная судорога свалила его на пол. Мэтт улыбнулся.</p>
     <p>— Хватай ее, — подзадоривал он. — Верное средство. Мне помогло.</p>
     <p>Джим услышал его слова и обратил к нему свое искривленное страданием и мольбой, измученное лицо. Теперь судороги следовали одна за другой, пока он не забился по полу в конвульсиях, пачкая лицо и волосы горчицей.</p>
     <p>При этом зрелище Мэтт хрипло засмеялся, но смех внезапно оборвался. По его телу пробежала дрожь. Начинался новый приступ. Он встал и, пошатываясь, добрался до раковины, где с помощью пальца безуспешно пытался помочь действию рвотного. В конце концов он так же, как раньше Джим, ухватился за раковину, боясь упасть на пол.</p>
     <p>К этому времени у Джима кончился приступ, и он сел, обессиленный и изнемогающий, слишком слабый, чтобы подняться, с потным лбом и клочьями пены на губах, желтоватой от горчицы, по которой он катался. Он протер кулаками глаза, и стоны, похожие на вой, вырвались из его груди.</p>
     <p>— Чего ты хнычешь? — спросил Мэтт, корчившийся в судорогах. — Все, что от тебя требуется, — это умереть. А когда ты умер, ты мертв.</p>
     <p>— Я… вовсе… не… хнычу… горчица, щиплет глаза, — прерывисто с безнадежной медлительностью сказал Джим.</p>
     <p>Это было его последней успешной попыткой заговорить. Потом он только невнятно бормотал, шаря дрожащими руками в воздухе, пока новые конвульсии не свалили его на пол.</p>
     <p>Согнувшись пополам, Мэтт добрался до стула и, обняв колени руками, пытался справиться с разрывающимся на части телом. После приступа он был слаб и спокоен. Он взглянул на другого, чтобы узнать, что с ним, и увидел, что тот неподвижен.</p>
     <p>Он пытался произнести монолог, в последний раз мрачно посмеяться над жизнью, но губы издавали только невнятные звуки. Он понял, что рвотное не помогло и что единственной надеждой оставалась аптека. Он посмотрел на дверь и поднялся. Уцепившись за стул он сумел удержаться на ногах. Начался новый приступ, когда все тело его и все его части разрывались в клочья, извивались и вновь собирались в узлы, а он продолжал цепляться за стул и толкать его вперед. Последние остатки воли покидали его, пока он добирался до двери. Он повернул ключ и отодвинул одну задвижку. Он пытался нащупать вторую, но безуспешно. Тогда всем телом он прислонился к двери и мягко сполз на пол.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Он их создал</p>
     </title>
     <p>Она встретила его у дверей.</p>
     <p>— Я не ждала вас так рано.</p>
     <p>— Сейчас половина девятого. — Он взглянул на часы. — Поезд отходит в девять двенадцать.</p>
     <p>Он держался очень деловито, пока не заметил, что у нее задрожали губы, и она резко отвернулась и первой пошла в комнаты.</p>
     <p>— Все будет хорошо, крошка, — попытался он ее успокоить. — Бодино — настоящий доктор. Он поставит его на ноги, вот увидите.</p>
     <p>Они вошли в гостиную. Он окинул тревожным взглядом комнату, затем повернулся к ней.</p>
     <p>— Где Эл?</p>
     <p>Вместо ответа она вдруг рванулась к нему и застыла неподвижно. Это была хрупкая темноглазая женщина: жизнь, полная трудностей и испытаний, оставила на ее лице неизгладимые следы. Но не одни только заботы были виною мелких морщинок на лице и беспокойства в ее глазах. Когда он глядел на нее, он знал, кто был этому виною. Знала и она, когда смотрелась в зеркало.</p>
     <p>— Бесполезно, Мэри, — сказал он и положил руку ей на плечо. — Мы ведь перепробовали все. Это унизительно, я знаю, но что еще нам остается делать? Вы потерпели неудачу. Значит, надежда только на доктора Бодино.</p>
     <p>— Если бы я могла попытаться еще раз… — начала она нерешительно.</p>
     <p>— С этим покончено, — сказал он строго. — Теперь вы должны проявить твердость. Вы знаете, к какому решению мы пришли. И знаете, что ваши попытки все равно обречёны на неудачу.</p>
     <p>Она мотнула головой.</p>
     <p>— Я знаю. Но страшно даже подумать, что он должен уехать и вести борьбу в одиночку.</p>
     <p>— Он будет не один. Там есть доктор Бодино. И, кроме того, там очень красивая местность.</p>
     <p>Она молчала.</p>
     <p>— Это единственное средство, — сказал он.</p>
     <p>— Единственное средство, — механически повторила она.</p>
     <p>Он поглядел на часы.</p>
     <p>— Где Эл?</p>
     <p>— Я пришлю его.</p>
     <p>Когда дверь закрылась за ней, он подошел к окну и, глядя на улицу, стал рассеянно барабанить пальцем по стеклу.</p>
     <p>— Добрый день!</p>
     <p>Он обернулся и ответил на приветствие вошедшего. Тот, заметно волоча ноги, направился было к окну, но в нерешительности остановился на полдороге.</p>
     <p>— Я передумал, Джордж, — объявил он торопливо и нервозно. — Я не еду.</p>
     <p>Он дернул себя за рукав, затоптался на месте и опустил глаза, потом опять с трудом поднял их, чтобы встретиться взглядом с собеседником.</p>
     <p>Джордж молча глядел на него; ноздри его раздувались, а тонкие пальцы бессознательно скрючились, словно когти орла, готового к схватке.</p>
     <p>В чертах лица у обоих мужчин было большое сходство, и все же они резко отличались друг от друга. У обоих были черные глаза, но у того, что стоял у окна, взгляд был проницательный и прямой, тогда как у стоящего посредине комнаты — туманный и бегающий. Он боялся поглядеть в глаза первому, хотя старательно — и все же напрасно — пытался сделать это. У того и у другого были выдающиеся скулы и впалые щеки, только фактура их казалась разной. Их тонкие губы были отлиты в одной форме, однако у Джорджа рот был решительный, сильный, у Эла — мягкий, безвольный, с опущенными углами — рот аскета, охваченного чувственностью. В нем намечалась склонность к полноте, заметной особенно в очертаниях его орлиного, с горбинкой носа, когда-то, наверное, такого же, как у Джорджа, но теперь, в отличие от Джорджа, утратившего свою классическую форму.</p>
     <p>Стоя посреди комнаты, Эл мучительно старался обрести твердость духа. Молчание беспокоило его. Ему казалось, что он вот-вот потеряет равновесие. Он облизал губы.</p>
     <p>— Я остаюсь, — произнес он с безнадежностью в голосе.</p>
     <p>Он опустил глаза и снова дернул себя за рукав.</p>
     <p>— Тебе всего двадцать шесть лет, — наконец вымолвил Джордж, — а ты бедный, слабый старик.</p>
     <p>— Напрасно ты так думаешь, — возразил Эл с вызовом.</p>
     <p>— Помнишь, как мы переплывали канал в полторы мили?</p>
     <p>— Да, ну и что из этого? — Эл помрачнел лицом.</p>
     <p>— А помнишь, как мы после уроков боксировали на гумне?</p>
     <p>— Я мог вынести любой твой удар.</p>
     <p>— Любой удар! — Голос Джорджа на секунду зазвенел. — Да ты побивал меня четыре раза из пяти! Ты был сильнее меня вдвое, нет, втрое. А теперь я побоялся бы бросить в тебя диванной подушкой, чтобы ты не скорчился, как прошлогодний лист, не умер бы, жалкий, несчастный старик.</p>
     <p>— Ты не должен оскорблять меня только потому, что я переменил свое мнение, — запротестовал тот с плачущей ноткой в голосе.</p>
     <p>Вошла его жена, и он с мольбой поглядел на нее, но человек у окна вдруг шагнул к нему и выпалил:</p>
     <p>— Ты не помнишь своего собственного мнения и двух минут подряд! У тебя вообще нет своего мнения, бесхребетный, пресмыкающийся червяк!</p>
     <p>— Тебе не удастся меня разозлить. — Эл хитро улыбнулся и торжествующе взглянул на жену. — Тебе не удастся меня разозлить, — повторил он опять, словно мысль эта пришлась ему весьма по душе. — Знаю я твои уловки. И говорю тебе: все из-за моего желудка. Ничего не могу с этим поделать. Видит бог, не могу! Все из-за желудка, правда, Мэри?</p>
     <p>Она взглянула на Джорджа и спокойно заговорила, спрятав дрожащие руки в складках юбки.</p>
     <p>— Не пора ли? — спросила она мягко. Муж повернулся к ней взбешенный.</p>
     <p>— Я не намерен уезжать! — закричал он. — Только что я заявил об этом вот… ему. И снова заявляю вам всем: я не уеду! Вам меня не запугать!</p>
     <p>— Но, Эл, милый, ты же говорил… — начала она.</p>
     <p>— Мало ли что я говорил! — отрезал он. — А теперь я говорю другое, ты это слышала, и делу конец.</p>
     <p>Он пересек комнату и тяжело опустился в моррисовское кресло <a l:href="#n_719" type="note">[719]</a>. Но Джордж тут же оказался рядом. Хищные пальцы впились в плечо, заставили Эла подняться и так стоять.</p>
     <p>— Ты дошел до точки, Эл, и я хочу, чтобы ты это понял. Я пробовал обращаться с тобой, как… как с братом, но отныне я буду обращаться с тобой, как ты того заслуживаешь. Понял?</p>
     <p>В голосе его звучал холодный гнев. В глазах сверкал холодный огонь. Это оказалось куда сильнее, чем любая вспышка ярости, и Эл съежился под этим взглядом и под мертвой хваткой, сжавшей его плечо.</p>
     <p>— Только благодаря мне у тебя есть этот дом и пища, которую ты ешь. Твоя служба? Другому на твоем месте показали бы на дверь еще год назад, если не два. Я сохранил ее тебе. Твое жалованье — это милостыня. Его брали из моего кармана. Мэри… ее платья… то, в котором она сейчас, перелицовано; она донашивает старые платья своих сестер, моей жены. Милостыня, — ты понимаешь? Твои дети — они донашивают платья моих детей или детей моих соседей, которые думают, что отдают свои старые вещи в какой-нибудь сиротский приют. Да чего там, этот дом и есть приют… или скоро им будет.</p>
     <p>И с каждым новым словом он незаметно для себя все крепче сжимал в тисках плечо Эла. Эл корчился от боли. На лбу у него выступил пот.</p>
     <p>— Теперь слушай меня внимательно, — продолжал его брат. — Через три минуты ты скажешь мне, что едешь со мной. В противном случае у тебя отберут Мэри и детей, сегодня же. Ты навсегда потеряешь службу. Этот дом закроется для тебя. А через полгода я буду иметь удовольствие тебя хоронить. Даю тебе три минуты на раздумье.</p>
     <p>Эл сделал вид, словно задыхается, и прикоснулся слабыми пальцами к руке, сжимавшей его плечо.</p>
     <p>— Мое сердце… пусти меня… ты меня убьешь, — с трудом выдавил он.</p>
     <p>Рука с силой толкнула его в кресло и отпустила.</p>
     <p>Часы на камине громко тикали. Джордж взглянул на них, потом на Мэри. Она опиралась на стол, не в силах скрыть свою дрожь. Он с неприязнью ощутил прикосновение пальцев брата к своей руке. И бессознательно вытер руку о пиджак. Часы продолжали тикать в тишине. Джорджу казалось, что комната резонирует на его голос. Ему все еще слышались его собственные слова.</p>
     <p>— Я поеду, — донеслось с кресла.</p>
     <p>Голос был слабый, разбитый — слабым, разбитым был и человек, поднявшийся с кресла. Он направился к двери.</p>
     <p>— Куда ты? — спросил Джордж.</p>
     <p>— Чемодан… — был ответ. — Сундук Мэри пришлет потом. Сейчас вернусь.</p>
     <p>Дверь захлопнулась за ним. Через секунду, охваченный внезапным подозрением, Джордж открыл ее и заглянул в комнату. Брат его стоял у буфета: в одной руке он держал графин, другой опрокидывал в рот стакан с виски.</p>
     <p>Через стакан Эл увидел, что за ним следят. Это повергло его в панику. Он лихорадочно поспешил наполнить его снова и поднес к губам, но и стакан и графин, выбитые у него из рук, полетели на пол. Он зарычал. Это был рык дикого зверя. Но рука, сжимавшая в тисках его плечо, заставила его сникнуть и подчиниться. Джордж подтолкнул его к двери.</p>
     <p>— Чемодан… — задыхался Эл. — Он там… в комнате. Дай мне взять его.</p>
     <p>— Где ключ? — спросил брат, когда тот принес чемодан.</p>
     <p>— Он не заперт.</p>
     <p>В следующий миг чемодан был раскрыт, и рука Джорджа обшарила его содержимое. Из одного угла он вытащил бутылку с виски, из другого — флягу. Он захлопнул чемодан.</p>
     <p>— Пошли, — сказал он. — Если мы пропустим хоть один трамвай, мы опоздаем на поезд.</p>
     <p>Он вышел в прихожую, оставив Эла наедине с женой. Точно похороны, подумал Джордж в ожидании.</p>
     <p>Его брат зацепился своим пальто за ручку входной двери, и, задержавшись, чтобы закрыть ее, они услышали, как разрыдалась Мэри. Тонкие губы Джорджа были плотно сжаты, когда он спускался по лестнице. В одной руке он нес чемодан. Другой поддерживал брата под локоть.</p>
     <p>Дойдя до угла, он услышал за квартал шум трамвая и поторопил брата. Эл тяжело дышал. Он тащился, еле волоча ноги, и отстал.</p>
     <p>— Ты черт, а не брат, — ныл он.</p>
     <p>Брат резко дернул его за руку. Это напомнило ему детство, когда кто-нибудь из рассерженных взрослых подгонял его. Эла, словно ребенка, пришлось подсаживать в трамвай. Продолжая ныть, он опустился на сиденье, весь взмокнув от проделанного усилия. Он следил за глазами Джорджа, когда тот оглядывал его с головы до ног.</p>
     <p>— Это ты черт, а не брат, — заметил Джордж, кончив осмотр.</p>
     <p>На глаза Эла навернулись слезы.</p>
     <p>— Все из-за желудка, — проговорил он, жалея самого себя.</p>
     <p>— Ничего удивительного, — последовал жесткий ответ. — Он выжжен, словно кратер вулкана. Всегда в огне, разве это годится?</p>
     <p>Больше они не разговаривали. Когда доехали до пересадки, Джордж сразу очнулся. Он улыбнулся. Уставившись в одну точку и не видя домов, проплывавших мимо него, он задумался, полный жалости к самому себе. Он помог брату сойти с трамвая и поглядел вдоль поперечной улицы. Их трамвая еще не было видно.</p>
     <p>Взгляд Эла случайно упал на бакалею и бар, расположенные на противоположном углу улицы. Он тут же забеспокоился. Руки перестали его слушаться, он страстно рвался на ту сторону к двери, которая как раз распахнулась, чтобы впустить счастливого путника. В тот же миг он увидел буфетчика в белой куртке на фоне выстроенных в ряд сверкающих бокалов. Он машинально поднялся, намереваясь перейти улицу.</p>
     <p>— Стой! — Рука Джорджа легла на его руку.</p>
     <p>— Мне надо выпить, — ответил он.</p>
     <p>— Ты уже и так выпил.</p>
     <p>— То было несколько часов назад. Пожалуйста, Джордж, разреши мне выпить. Это последний день. Не запрещай мне, пока мы туда не приехали, видит бог, недолго уже осталось.</p>
     <p>Джордж с отчаянием поглядел вдоль улицы. Вдалеке показался трамвай,</p>
     <p>— Ты уже не успеешь выпить, — сказал он.</p>
     <p>— Я не хочу пить там, я хочу взять бутылку. — Голос Эла звучал заискивающе. — Ну, Джордж! Это последняя, самая последняя.</p>
     <p>— Нет. — Джордж произнес свой отказ со всею строгостью, на какую были способны его тонкие губы.</p>
     <p>Эл поглядел на приближающийся трамвай. И вдруг сел на край тротуара.</p>
     <p>— Что с тобой? — спросил брат, на минуту испугавшись.</p>
     <p>— Ничего. Я хочу виски. Мой желудок…</p>
     <p>— Ну же, вставай!</p>
     <p>Джордж подал ему руку, но брат опередил его и растянулся во весь рост на мостовой, не обращая внимания на грязь и на удивленные взгляды прохожих. Трамвай зазвонил на перекрестке за один квартал от них.</p>
     <p>— Ты его пропустишь, — ухмыльнулся Эл, лежа на мостовой, — и будешь сам виноват.</p>
     <p>Джордж крепко сжал кулаки.</p>
     <p>— С удовольствием вздул бы тебя сейчас.</p>
     <p>— И пропустил бы трамвай, — последовал торжествующий ответ с мостовой.</p>
     <p>Джордж взглянул на трамвай. Тот уже прошел полквартала. Джордж посмотрел на часы. Еще секунда раздумья.</p>
     <p>— Хорошо, — сказал он. — Я куплю бутылку. Но ты должен сесть в трамвай. Если только пропустишь, я разобью бутылку о твою голову.</p>
     <p>И он кинулся на ту сторону улицы прямо в бар. Трамвай подошел и остановился. Никто из пассажиров сходить не собирался. Эл не спеша взобрался по ступенькам и сел. Он улыбнулся, когда кондуктор дал звонок и вагон тронулся. Вращающаяся дверь бара распахнулась. Держа в руках чемодан и пинту виски, Джордж пустился вдогонку. Кондуктор держал руку на шнурке звонка на случай, если бы пришлось остановить трамвай. Но не потребовалось. Джордж легко вспрыгнул на площадку, сел рядом с братом и протянул ему бутылку.</p>
     <p>— Мог бы и кварту взять, — сказал Эл с упреком. Он откупорил бутылку с помощью карманного штопора и поднес к губам.</p>
     <p>— Мне плохо… желудок, — извиняющимся тоном пояснил он сидящему рядом с ним пассажиру.</p>
     <p>В поезде они сели в вагон для курящих. Джордж почувствовал, что так надо. К тому же, благополучно успев на поезд, он в душе смягчился. Он почувствовал к брату некоторую нежность и даже ругал себя за излишнюю резкость. Стараясь загладить ее, он начал говорить об их матери, о сестрах и всяких мелких семейных делах и заботах. Но Эл оставался безучастен и впился в бутылку. Постепенно рот его обмяк, мешки под глазами словно набухли, а мышцы лица расслабли.</p>
     <p>— Это все желудок, — опять сказал он, опустошив бутылку и закинув ее под сиденье; но посуровевшее вдруг лицо брата не поощряло его к дальнейшим разглагольствованиям.</p>
     <p>Коляска, высланная за ними на станцию, обладала всеми достоинствами и роскошью, присущими частному экипажу. Острый взгляд Джорджа не упускал из виду ни одной детали внешнего вида заведения, куда они прибыли, и с каждой минутой опасения его все более рассеивались. А когда они въехали через широкие ворота и покатили по обширному парку, он почувствовал уверенность, что порядки этого заведения не будут раздражать брата. Оно скорее походило на летнюю гостиницу или, вернее, даже на загородный клуб. Пока они катили в лучах весеннего солнца, слушая пение птиц и вдыхая ароматы цветов, Джордж замечтался о недельном отдыхе в таком вот месте, и перед глазами его возникла невеселая перспектива — лето в городе, на службе. Его доходов не хватало и на него и на брата.</p>
     <p>— Давай пройдемся по парку, — предложил он после того, как они повидались с доктором Бодино и осмотрели комнату, предназначенную для Эла. — Экипаж отправляется на станцию через полчаса, так что у нас есть время.</p>
     <p>— До чего красиво! — произнес он через минуту. Под его ногами лежала бархатная трава, над головой аркой сплетались верхушки деревьев; он стоял, словно осыпанный солнечными бликами. — Я бы с радостью прожил здесь месяц.</p>
     <p>— Готов поменяться с тобой местами, — тут же откликнулся Эл.</p>
     <p>Джордж отшутился, но сердце у него сжалось.</p>
     <p>— Погляди вон на тот дуб! — воскликнул он. — И на дятла! Какой красавец, верно?</p>
     <p>— Мне здесь не нравится, — услышал он, как пробормотал брат.</p>
     <p>Джордж поджал губы, приготовившись к сражению, однако проговорил:</p>
     <p>— Я думаю отправить Мэри с детьми в горы. Ей это необходимо, им тоже. А когда ты поправишься, я и тебя отправлю туда, к ним. И ты проведешь там свой летний отпуск перед тем, как вернуться на службу.</p>
     <p>— Я не собираюсь оставаться в этой проклятой дыре, что бы ты ни говорил, — вдруг объявил Эл.</p>
     <p>— Нет, ты останешься, и ты вновь обретешь здоровье и силы, чтобы к щекам Мэри вернулся прежний румянец, когда она увидит тебя.</p>
     <p>— Я уеду вместе с тобой. — Голос Эла звучал твердо. — И тем же самым поездом. Кажется, уже пора подавать эту коляску.</p>
     <p>— Я еще не успел изложить тебе все мои планы, — пытался продолжать Джордж, но Эл его оборвал:</p>
     <p>— Можешь оставить их при себе. И нечего меня подмасливать: не желаю! Ты обращаешься со мной, как с ребенком. А я не дитя. Решение принято, и ты увидишь, что я умею стоять на своем. И не надо меня уговаривать. Мне наплевать на все, что ты скажешь!</p>
     <p>Глаза его горели злым огнем, и он показался брату чем-то вроде загнанной крысы, доведенной до отчаяния и готовой к бою. Глядя на него, Джордж вспомнил детство и подумал, что вот наконец у Эла прорвалось его былое упрямство, благодаря которому еще ребенком ему удавалось противостоять любой силе и уговорам.</p>
     <p>Джордж потерял всякую надежду. Он проиграл эту игру. Перед ним был уже не человек. В этом существе угас последний добрый человеческий инстинкт. Это было животное, тупое и ленивое, не способное к действию, — никчемное существо, драчливое, упрямое, неукротимое. И, разглядывая брата, Джордж почувствовал, как и в нем самом просыпается такое же животное. Он вдруг обнаружил, что пальцы его напряглись и скрючились, словно когти, и он познал жажду убийства. Да и разум, в конце концов изменивший ему, советовал убить, ибо это было единственное, что ему оставалось.</p>
     <p>Он встрепенулся, когда из-за деревьев донесся крик слуги, что экипаж подан. Он откликнулся. Потом, поглядев прямо перед собой, увидел Эла. Еще мгновение назад он позабыл, что это его брат, тот был для него всего только вещью. Теперь он начал говорить и постепенно обретал нужную ясность. Нет, разум не изменил ему. Животное, проснувшееся в нем, лишь помогло разуму найти выход.</p>
     <p>— Ты ни на что не годен, Эл, — сказал он. — И сам это знаешь. Ты превратил жизнь Мэри в ад. Ты проклятие для своих детей. Да и для нас всех ты не сделал жизнь раем.</p>
     <p>— Что толку в этих разговорах, — перебил Эл. — Я не собираюсь оставаться здесь.</p>
     <p>— К этому я и веду, — продолжал Джордж. — Тебе нет надобности оставаться здесь.</p>
     <p>Лицо Эла просветлело, и он невольно рванулся, словно готовый в любую минуту направиться к экипажу.</p>
     <p>— С другой стороны, и нет нужды возвращаться со мной. Есть иной выход.</p>
     <p>Рука Джорджа опустилась в задний карман и появилась назад с револьвером. Револьвер лежал на ладони, ручкой к Элу, и Джордж протянул его брату. Одновременно он кивком головы указал Элу на ближайшие заросли.</p>
     <p>— Брось запугивать! — огрызнулся Эл.</p>
     <p>— Я не запугиваю, Эл. Взгляни на меня. Я говорю серьезно. И если ты сам этого не сделаешь, то придется мне за тебя.</p>
     <p>Они поглядели друг другу в глаза; револьвер все еще лежал на протянутой руке. Одно мгновение Эл колебался, затем глаза его загорелись. Быстрым движением он схватил револьвер.</p>
     <p>— Ей-богу! Я это сделаю, — сказал он. — Я покажу тебе, на что еще я способен.</p>
     <p>Джордж вдруг почувствовал смертельную усталость. Он отвернулся. Он не видел, как брат вошел в заросли, только слышал шелест листьев и ветвей, раздвигаемых его телом.</p>
     <p>— Прощай, Эл! — крикнул он.</p>
     <p>— Прощай! — донеслось из зарослей.</p>
     <p>Джордж почувствовал, как пот выступил у него на лбу. Он вытер лицо платком. Словно издалека услышал он, как слуга опять кричит ему. что экипаж подан. Дятел соскользнул вниз сквозь солнечные блики и уселся на стволе дерева, футах в двенадцати от него. Джорджу казалось, что все это сон, и при этом он чувствовал высшую справедливость происходящего. То был единственный выход.</p>
     <p>Он вздрогнул всем телом, так, словно раздался выстрел. Но это был голос Эла у него за спиной.</p>
     <p>— Вот твой револьвер, — сказал Эл. — Я остаюсь. Среди деревьев показался слуга, он очень спешил и нетерпеливо окликал Джорджа. Джордж спрятал в карман оружие и сжал руки брата в своих.</p>
     <p>— Благослови тебя господь, старина, — прошептал он. — И, — он в последний раз сжал руки брата, — желаю счастья!</p>
     <p>— Иду! — крикнул он слуге, повернулся и бросился через заросли к экипажу.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>А Чо</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>«Коралл разрастается, пальма</p>
      <p>тянется ввысь, а человек исчезает».</p>
      <text-author>Таитянская пословица.</text-author>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>А Чо не понимал по-французски. Отупев от усталости и скуки, он сидел в переполненном зале суда, прислушиваясь к картавой сухой трескотне французских слов, которыми сыпал то тот, то другой чиновник. Для А Чо это была чистейшая тарабарщина, и он дивился глупости французов, которые потратили столько времени, доискиваясь, кто убил Чун Га, и ничего в конце концов не доискались. Каждый из пятисот работавших на плантации кули знал, что это сделал А Сань, а его даже не арестовали. Правда, кули сговорились не доносить друг на друга властям, но, возьмись французы за дело как следует, они без особого труда дознались бы, что убийца — А Сань. До чего же это глупый народ — французы!</p>
     <p>А Чо ничего дурного не сделал, и ему нечего было бояться. В убийстве он участия не принимал. Правда, он при этом присутствовал, и управляющий Шеммер, ворвавшись в барак, застал его там вместе с четырьмя-пятью другими китайцами. Ну и что ж? На теле Чун Га были только две раны. Ясно, что пять или шесть человек не могли нанести две ножевые раны. Даже если бы убийцы нанесли по одному удару, их не могло быть больше двух человек.</p>
     <p>Так рассуждал А Чо, когда он и четверо его товарищей, отвечая на вопросы судьи, лгали, отпирались и путались в своих показаниях. Они услышали пронзительный вопль и, как и Шеммер, бросились к бараку, где свершалось убийство. Но очутились они там раньше Шеммера, вот и все. Правда, в своих показаниях Шеммер утверждал, что, случайно проходя мимо барака, он остановился, привлеченный шумом ссоры, и простоял за дверью по меньшей мере минут пять, а когда вбежал в комнату, то уже застал там всех обвиняемых. Незадолго до него они никак не могли туда попасть, потому что он все время находился у единственного входа в барак. Ту и что ж? А Чо и четверо других обвиняемых настаивали на том, что Шеммер ошибся. В конце концов их все-таки отпустят. Они в этом не сомневались. Ведь нельзя же казнить за убийство пять человек, если на теле убитого только две ножевые раны. К тому же ни один белый дьявол не видел, как был убит Чун Га. Но эти французы такие глупые.</p>
     <p>«То ли дело в Китае, — думал А Чо, — там судья велел бы их всех пытать и сразу узнал бы правду. Пыткой очень легко добиться истины. Но французы не применяют пыток, вот дурачье-то! Тем хуже для них, Так они никогда не узнают, кто на самом деле убил Чун Га». Однако А Чо понимал не все. Плантация принадлежала английской компании, и компания привезла на Тати пятьсот кули, потратив на это большие деньги. Акционеры требовали дивидендов, а компания пока ничего не выплачивала и вовсе не желала, чтобы законтрактованные рабочие, которые ей очень дорого обошлись, убивали друг друга. Наряду с этим и французским властям не терпелось доказать китайцам силу и превосходство французских законов. А в таких случаях лучше всего действует наглядный пример. Да и для чего же существует Новая Каледония, как не для того, чтобы ссылать туда пожизненно, на горе и муки, несчастных, повинных только в том, что они люди и подвержены соблазнам. А Чо всего этого не понимал. Он сидел в зале суда и ждал, когда бестолковые судьи вынесут свое решение, которое освободит его с товарищами из тюрьмы и позволит им вернуться на плантацию отрабатывать оставшийся по контракту срок. Теперь уже скоро будет приговор. Разбор дела подходит к концу. Это по всему видно. Свидетелей больше не опрашивают, да и французские дьяволы перестали трещать. Даже они наконец уморились и ждут не дождутся решения суда. И в ожидании приговора А Чо стал припоминать, как он подписал контракт и сел на пароход, отправлявшийся на Таити. В приморской деревушке, откуда А Чо был родом, прокормиться становилось все трудней и трудней, и он не помнил себя от счастья, когда ему представился случай завербоваться на пять лет в южные моря, чтобы зарабатывать там по пятьдесят мексиканских центов в день. Мало ли взрослых мужчин в его деревне гнули спину целый год за десять мексиканских долларов, и мало ли женщин за половину этой суммы плели сети круглый год. В домах богатых лавочников служанкам платили в год четыре доллара. А он будет получать целых пятьдесят центов в день; за день, один-единственный день, такая куча денег! Не беда, что работа тяжелая! Через пять лет его отправят домой — так это и в контракте написано, — и больше он никогда не станет работать. Он вернется богатым, у него будут собственный дом, жена, дети, и ребятишки будут расти и почитать его… Да, вот еще что: за домом он разобьет маленький садик, уединенный уголок для размышлений и отдыха. Там у него будет крохотный пруд с золотыми рыбками и три или четыре деревца, а на них колокольчики, и чуть подует ветерок — они зазвенят. А сад свой он обнесет высокой стеной, чтобы ничто его не тревожило и он мог бы спокойно думать и отдыхать…</p>
     <p>Что ж, три года из положенных пяти он уже отработал. Своим трудом сколотил себе состояние: на родине он и теперь считался бы богатым человеком. Еще каких-нибудь два года, и он навсегда расстанется с плантацией на Таити и сможет хоть до самой смерти все только думать и отдыхать у себя дома. Но сейчас он терпит убыток из-за того, что, на свою беду, оказался свидетелем убийства Чун Га. Три недели он провалялся в тюрьме и каждый день терял по пятьдесят центов. Ну, ничего, скоро суд решит, и он вернется на плантацию.</p>
     <p>А Чо было двадцать два года. Добродушный, всегда веселый, он то и дело улыбался. Как и все азиаты, он был худощав, но лицо у него было полное, круглое, как луна, и излучало такое благодушие и душевную теплоту, какие редко встретишь у его соотечественников. И характер его соответствовал внешности. Никогда он никому не досаждал, никогда ни с кем не ссорился. Азартных игр не любил. Игрок должен быть черствым, а у него была очень нежная душа. Он довольствовался теми маленькими радостями и невинными утехами, которые доставляла ему сама жизнь. Он наслаждался тишиной и покоем прохладного вечера после изнурительного рабочего дня на хлопковом поле под палящим солнцем; мог часами сидеть, созерцая цветок, и философствовать о тайнах и загадках бытия. Голубая цапля на узкой косе песчаного берега, серебристые всплески летучих рыб или жемчужно-розовый закат над лагуной приводили его в такой восторг, что он забывал о веренице тягостных дней и о тяжелой плетке Шеммера.</p>
     <p>Шеммер! Карл Шеммер был грубое животное, бездушная скотина. Но жалованье, которое платила ему компания, он окупал с лихвой, выколачивая все, что только можно было выколотить из пятисот ее рабов, ибо кули, пока не кончался срок их контракта, были те же рабы. Однако выжать всю силу из пятисот обливающихся потом тел и превратить эту силу в тюки готового на экспорт пушистого хлопка не так-то легко, и Шеммеру приходилось усердно трудиться. Осуществить это превращение он мог только благодаря своей первобытной грубости, бездушию и властному характеру. Немалую помощь оказывал ему при этом толстый кожаный ремень, с которым он постоянно разъезжал по плантации. Ремень этот, шириной в три дюйма и длиной в целый ярд, мог нежданно-негаданно опуститься на голую согнутую спину кули с треском, похожим на выстрел из пистолета. Когда Шеммер находился в поле, такие выстрелы слышались довольно часто.</p>
     <p>Однажды, это было вскоре после того, как китайцев доставили на плантацию, Шеммер одним ударом кулака убил кули. Нельзя сказать, чтобы череп кули треснул, как яичная скорлупа, под кулаком Шеммера, но в голове у него что-то испортилось, и, проболев с неделю, он умер. Однако китайцы не пошли жаловаться к французским дьяволам, управлявшим Таити. Шеммер — это их собственная забота. И больше никому до этого дела нет. Нужно беречься его гнева, как бережешься ядовитого укуса сколопендр, что прячутся в траве и в дождливые ночи заползают в бараки. И китаезы — как прозвали их ленивые смуглокожие жители острова — старались не слишком раздражать Шеммера. Иными словами, они трудились до седьмого пота, лишь бы выполнить свой урок. Тяжелый кулак Шеммера повысил прибыли компании на десятки тысяч долларов, а ему лично не доставил ни неприятностей, ни хлопот.</p>
     <p>Французы, вообще неумелые колонизаторы, не могли использовать природные богатства острова, и им оставалось только довольствоваться тем, что хоть английская компания преуспевает. Что им за дело до Шеммера и его страшного кулака? Смерть рабочего? Стоит ли говорить о каком-то китаезе! Да и умер-то он от солнечного удара, как показывало свидетельство врача. Правда, никто до сих пор еще не умирал на Таити от солнечного удара. Смерть этого китайца — исключительный случай. Именно так врач и написал в своем заключении, и он был вполне беспристрастен. Дивиденды должны быть выплачены, или же еще одно банкротство присоединится к длинному списку банкротств на Таити.</p>
     <p>Этих белых дьяволов никак не поймешь. Сидя в зале суда и ожидая приговора, А Чо размышлял о загадочности этих людей. Никогда не знаешь, что у них на уме. И сколько он белых дьяволов ни встречал, все они были одинаковы: офицеры и матросы на корабле, французские чиновники, служащие на плантации, тот же Шеммер. Ход их мысли неуловим. Они приходят в ярость без всякой видимой причины, и ярость их всегда опасна. В такие минуты они не лучше диких зверей. Белые дьяволы расстраиваются из-за сущего пустяка, а при случае могут своей выдержкой превзойти даже китайца. Китайцы умеренны в пище и питье, а эти — обжоры, едят непомерно много, а пьют и того больше. Китаец никогда не может быть уверенным, ублаготворит он их или разгневает. Да разве это угадаешь? Что сегодня понравилось, завтра может привести в бешенство. Глаза белых дьяволов — словно окна, задернутые занавесками, скрывающими от взора китайца их внутренний мир. Но поразительнее всего невероятная энергия этих белых дьяволов, их умение делать вещи, вершить дела, добиваться желаемого и подчинять своей воле не только все, что живет и копошится на земле, но даже силу самих стихий. Да, белые люди — странные и удивительные существа! Ясно, что они дьяволы. Взять хотя бы того же Шеммера.</p>
     <p>А Чо удивлялся, почему они так долго возятся с приговором. Никто из обвиняемых и пальцем не тронул Чун Га. А Сань убил его один, собственноручно. Он подскочил к Чун Га. одной рукой ухватил его за косу и запрокинул ему голову назад, а другой всадил в него нож. Всадил раз, потом еще раз. Сидя в зале суда с закрытыми глазами, А Чо снова видел перед собой всю сцену убийства: ссора, взаимная ругань, сквернословие, которым оба они марали память почтенных предков, проклятия, сыпавшиеся на не зачатых еще потомков, прыжок А Саня, его рука, вцепившаяся в косу Чун Га, удар ножом — раз и еще раз, распахнувшаяся дверь, неожиданное появление Шеммера, сутолока у выхода, исчезновение А Саня, ремень Шеммера, загнавший остальных в угол, и наконец выстрел из револьвера, на который к Шеммеру сбежались люди. Переживая все это сызнова, А Чо весь дрожал. Ударом ремня ему рассекло щеку и содрало с нее кожу. На эти следы указал Шеммер, когда, вызванный в качестве свидетеля, он опознал А Чо. Только теперь ссадина зажила. Вот это был удар! Еще полдюйма выше, и он остался бы без глаза. А потом картина убийства уступила место видению сада — собственного сада А Чо, где, вернувшись на родину, он будет предаваться размышлениям и покою.</p>
     <p>Когда судья читал приговор, лицо А Чо было бесстрастно. Такими же бесстрастными были лица его товарищей. И они остались бесстрастными даже тогда, когда переводчик объяснил, что всех пятерых признали виновными в убийстве Чун Га и что А Чоу отрубят голову. А Чо сошлют на каторгу в Новую Каледонию на двадцать лет, Вон Ли — на двенадцать лет и А Тона — на десять. Что толку волноваться? А Чоу, и тот продолжал сидеть невозмутимый, как мумия, словно вовсе не ему собирались отрубить голову. Судья прибавил еще несколько слов, и переводчик разъяснил: физиономия А Чоу, всех больше пострадавшая от ремня Шеммера, настолько облегчила его опознание, что решили казнить его, поскольку все равно одного из обвиняемых казнить надо. Далее, так как лицо А Чо тоже сильно пострадало, что неопровержимо доказывает его присутствие при убийстве и его несомненное соучастие, то он присуждается к двадцати годам каторжных работ. И так вплоть до А Тона, получившего десять лет, каждому из осужденных объяснили, почему ему дается именно такой срок наказания. Пусть китайцы навсегда запомнят этот Урок, сказал в заключение судья, и впредь пусть знают, что никакие силы не могут воспрепятствовать соблюдению закона на Таити.</p>
     <p>Пятерых китайцев увели обратно в тюрьму. Они не были ни потрясены, ни опечалены. Неожиданность приговора их не удивила: имея дело с белыми дьяволами, они давно привыкли ничему не удивляться. От белых дьяволов, кроме неожиданного, нечего было и ожидать. Тяжкая кара за содеянное другим преступление не представлялась китайцам более странной, чем все остальные странные поступки белых дьяволов. В последующие недели А Чо часто с задумчивым любопытством приглядывался к А Чоу. Ему отрубят голову на гильотине, которую строят сейчас посреди плантации. Для него не будет ни преклонных лет, ни сада, где можно наслаждаться покоем. А Чо философствовал и размышлял о жизни и смерти. Собственная судьба его не волновала. Двадцать лет — это всего двадцать лет. С садом придется подождать, вот и все. А Чо был молод и, как все азиаты, терпелив. Он в силах ждать двадцать лет, к тому времени кровь у него поостынет, и он лучше сумеет оценить мирный покой своего сада. А Чо придумал ему название: он назовет его садом Утренней Тишины. Весь день радовался он своей выдумке и, вдохновившись, даже сочинил нравоучительную сентенцию о пользе терпения, каковая сентенция послужила немалым утешением для Вон Ли и А Тона. А Чоу, однако, сентенция не понравилась. Голову его должны были отделить от туловища через такой короткий срок, что ему не требовалось особого терпения, чтобы дождаться этого события. Он с наслаждением курил, с аппетитом ел, сладко спал и вовсе не находил, что время тянется слишком медленно.</p>
     <p>Крюшо был жандарм. Он прослужил двадцать лет в колониях, побывал всюду — от Нигерии и Сенегамбии до островов южных морей, однако не видно было, чтобы за эти двадцать лет у него прибавилось сообразительности или ума. Крюшо был так же туп и ограничен, как и в дни своей юности, когда пахал землю где-то на юге Франции. Он преклонялся перед дисциплиной, боялся начальства, и вся разница между богом и каким-нибудь сержантом жандармерии заключалась для него лишь в степени рабского повиновения, которую им надлежало оказывать. По существу, если не считать воскресных дней, когда слово принадлежало служителям церкви, сержант значил для Крюшо неизмеримо больше, чем бог. Бог обычно был где-то далеко, а сержант большей частью находился поблизости.</p>
     <p>Этому-то Крюшо и был вручен приказ судьи, предписывавший тюремщику сдать заключенного А Чоу жандарму для препровождения к месту казни. Но, как на грех, накануне вечером судья давал обед капитану и офицерам французского военного корабля. Рука у него дрожала, когда он писал приказ, а глаза гак нестерпимо болели, что он не стал его перечитывать. В конце концов дело шло о жизни какого-то китаезы. И судья не заметил, что не дописал последней буквы в имени А Чоу. В приказе стояло «А Чо», и когда Крюшо предъявил документ, тюремщик и вывел к нему означенное лицо. Крюшо усадил это лицо рядом с собой в тележку, запряженную парой мулов, и уехал.</p>
     <p>А Чо радовался, что попал на вольный воздух, на солнышко. Он сидел рядом с жандармом и блаженно улыбался. Заметив, что мулы повернули на юг, к Атимаоно, он весь просиял от счастья. Шеммер за ним послал. Шеммер хочет, чтобы он работал. Что же, за этим дело не станет. Шеммеру не на что будет пожаловаться. День выдался жаркий, пассата не было. Потели мулы, потел Крюшо, потел А Чо. Но А Чо переносил жару легче всех. Под таким солнцем он три года работал на плантации. Он все улыбался, и в улыбке его было столько непритворного благодушия, что даже в неповоротливом мозгу Крюшо шевельнулось сомнение.</p>
     <p>— Какой ты, право, чудной, — сказал он наконец, А Чо закивал и заулыбался еще радостнее. Не в пример судье Крюшо заговорил с ним на канакском наречии, которое А Чо наравне со всеми китайцами и иностранными дьяволами хорошо понимал.</p>
     <p>— Что ты все зубы скалишь? — пожурил его Крюшо. — Плакать надо в такой день, а не смеяться.</p>
     <p>— Я радуюсь, что вышел из тюрьмы.</p>
     <p>— Только-то? — Жандарм пожал плечами.</p>
     <p>— А разве этого мало? — последовал ответ.</p>
     <p>— Значит, ты радуешься не тому, что тебе отрубят голову?</p>
     <p>А Чо в полном недоумении уставился на жандарма, а потом сказал:</p>
     <p>— Как? Ведь я же возвращаюсь на плантацию, в Атимаоно, я буду работать на Шеммера. Разве вы везете меня не в Атимаоно?</p>
     <p>Крюшо в раздумье погладил свои длинные усы.</p>
     <p>— Так, так, — проговорил он наконец, стегнув правого мула. — Выходит, ты ничего и не знаешь?</p>
     <p>— А что я должен знать? — А Чо начинал одолевать какой-то смутный страх. — Неужели Шеммер не позволит мне больше работать?</p>
     <p>— После того, что с тобой приключится сегодня, едва ли! — Крюшо от души рассмеялся своей остроумной шутке. — Видишь ли, после нынешнего дня ты уже не сможешь работать. Человек без головы, какой же это работник? — Тут он ткнул китайца большим пальцем под ребро и густо захохотал.</p>
     <p>Мулы добрую милю трусили по самому солнцепеку, но А Чо все молчал. Потом он спросил:</p>
     <p>— Разве Шеммер собирается отрубить мне голову? Крюшо, ухмыляясь, кивнул.</p>
     <p>— Это ошибка, — степенно проговорил А Чо. — Я совсем не тот китаеза, которому нужно отрубить голову. Я А Чо. По решению почтенного судьи я должен отбыть двадцать лет каторги в Новой Каледонии.</p>
     <p>Жандарм так и покатился со смеху. Ну и умора с этим китаезой! Кого, чудак, вздумал надуть — гильотину! Мулы той же мелкой рысцой успели пробежать рощу кокосовых пальм и не меньше полумили по берегу сверкающего на солнце моря, прежде чем А Чо снова заговорил:</p>
     <p>— Уверяю вас, я не А Чоу. Почтенный судья не говорил, что мне нужно отрубить голову.</p>
     <p>— Да ты не бойся, — сказал Крюшо с похвальным намерением утешить своего пленника. — Это самая легкая смерть. А главное, скорая. — Он выразительно щелкнул пальцами. — Чик! Совсем не то, что болтаться на веревке, дрыгать ногами и строить рожи целых пять минут. Видел ведь, как режут цыплят тяпкой? Один удар — и голова прочь. То же самое и с человеком. Раз — и готово! Совсем не больно. Даже и подумать не успеешь, что больно. Вовсе не думаешь. Головы нет — значит, и думать нечем. Прекрасная смерть! Лучшей смерти и себе не пожелаешь. Я хотел бы так умереть — быстро, сразу. Тебе, прямо сказать, повезло. Ты бы мог заболеть проказой и медленно, по частям разлагаться: сначала один палец на руке сгниет и отвалится, потом другой, а там, глядишь, и на ногах началось. Я знал человека, которого ошпарили кипятком. Так он два дня не мог умереть. А как кричал-то — за километр было слышно. А ты? Ты отделаешься легко. Нож резнет по шее — чик, и все кончено. Еще, может, щекотно будет. Почем знать? Те, кто этим манером отправлялся на тот свет, назад не возвращались, не рассказывали.</p>
     <p>Свои последние слова Крюшо счел превосходной шуткой и с полминуты корчился от смеха. Веселость его была отчасти притворная, но он почитал долгом человеколюбия ободрить китаезу.</p>
     <p>— Но, послушайте, ведь я же А Чо, — настаивал тот. — И я не хочу, чтобы мне отрубили голову.</p>
     <p>Крюшо нахмурился. Этот китаеза чересчур много себе позволяет. — Я не А Чоу… — заикнулся было А Чо.</p>
     <p>— Довольно! — прервал его жандарм и надул щеки, стараясь придать себе грозный вид.</p>
     <p>— Но, послушайте, ведь я же не… — снова начал А Чо.</p>
     <p>— Молчать! — рявкнул на него Крюшо.</p>
     <p>После этого они ехали молча. От Папеэте до Атимаоно двадцать миль, и, когда А Чо снова решился заговорить, более полпути было уже сделано.</p>
     <p>— Я видел вас на суде, когда почтенный судья разбирал наше дело, — начал он. — Так вот, не потрудитесь ли вы вспомнить, что А Чоу, которому должны отрубить голову… Да вы, конечно, помните, что он — я хочу сказать А Чоу — высокого роста? А теперь посмотрите на меня…</p>
     <p>Он вдруг поднялся, и Крюшо увидел, что его спутник — человек низкорослый. Так же внезапно в памяти Крюшо возникла длинная фигура А Чоу. Конечно, А Чоу высокого роста. Для жандарма все китайцы были на одно лицо и как две капли воды походили друг на друга. Но отличить высокого от низкорослого он все же мог и теперь вынужден был признать, что рядом с ним в тележке сидит не тот заключенный. Крюшо так резко осадил мулов, что дышло выперло вперед и приподняло хомуты.</p>
     <p>— Теперь вы видите, что это ошибка? — вежливо улыбаясь, сказал А Чо.</p>
     <p>Но Крюшо размышлял. Он уже пожалел, что остановил мулов. Об ошибке судьи он ничего не знал и не мог разобраться в ней своим умом; одно только он знал твердо: ему сдали на руки этого китаезу, чтобы отвезти его в Атимаоно, и туда его и надо доставить по долгу службы. Может быть, это и не тот человек, и ему зря отрубят голову. Но ведь это только китаеза, а что такое китаеза в конце концов? Кроме того, тут, может быть, и нет никакой ошибки. Почем он знает, что на уме у начальства? Это — их дело, им видней. И кто он такой, чтобы думать за них? Когда-то он попробовал за них подумать, так сержант сказал ему: «Ты, Крюшо, олух! Заруби себе это на носу. Твое дело — не думать, а повиноваться, — думать предоставь тем, кто поумнее тебя». Вспомнив об этом, Крюшо даже покраснел от досады. Потом, если он повернет назад в Папеэте, казнь в Атимаоно задержится, а если он к тому же окажется неправ, то получит хороший нагоняй от сержанта. Да и в Папеэте ему не избежать выговора.</p>
     <p>Крюшо хлестнул мулов, и тележка покатила дальше. Он взглянул на часы. И так уж опоздали на полчаса, и сержант, конечно, будет ругаться. Он погнал мулов еще быстрей. И чем настойчивее А Чо твердил ему об ошибке, тем упорнее молчал Крюшо. Уверенность, что он везет не того заключенного, не могла улучшить его настроение. Но сам-то он тут ни при чем: значит, поступая неправильно, он поступает по правилам! А Крюшо, лишь бы не навлечь на себя гнева сержанта, с готовностью препроводил бы на тот свет хоть с десяток ни в чем не повинных китаез.</p>
     <p>Что же касается А Чо, то, после того как жандарм ударил его по голове рукояткой кнута и грозно приказал замолчать, ему ничего другого не оставалось. Так они продолжали свой долгий путь молча. А Чо размышлял о том, как непонятны все поступки белых дьяволов. Им не найдешь никакого объяснения. То, что они делают с ним сейчас, под стать всем прочим их действиям. Сперва они обвинили в убийстве пятерых невинных людей, теперь хотят отрезать голову тому, кого даже сами в своем невежестве признали заслуживающим только двадцати лет каторги. И он ничего не может поделать. Ему остается только сидеть сложа руки и ждать, что решат за него эти повелители жизни и смерти. Была минута, когда его охватил ужас и по всему телу выступил холодный пот, потом он пересилил себя. Он старался покориться своей судьбе, вспоминая и повторяя отрывки из «Инь цзи вэнь» («Трактата о пути к спокойствию»); но вместо этого ему упорно представлялся сад Покоя и Размышлений. Это сбивало его, и наконец он отдался своей мечте и очутился в саду. Он сидел там, прислушиваясь к нежному звону колокольчиков. И что же! Стоило ему перенестись туда в своих грезах, как он тотчас вспомнил и повторил отрывки из «Трактата о пути к спокойствию».</p>
     <p>Погруженный в эти приятные размышления, А Чо и не заметил, как они достигли Атимаоно, и очнулся только тогда, когда тележка остановилась у подножия эшафота, в тени которого их с нетерпением ожидал сержант. А Чо быстро повели по лесенке на помост. Очутившись там, он увидел внизу море голов. Тут собрались все кули с плантации. Считая, что это зрелище послужит кули хорошим уроком, Шеммер велел им прекратить работу, и всех их пригнали смотреть на казнь. Увидев А Чо, кули начали между собой перешептываться. Они заметили ошибку, но не захотели вмешиваться. Непостижимые белые дьяволы, видимо, передумали и вместо того, чтобы казнить одного невинного, казнят теперь другого. А Чо или А Чоу — все едино! Никогда китайцам не понять этих белых собак, так же как и белым собакам никогда не понять китайцев. А Чо отрубят голову, но сами они, проработав оставшиеся два года, возвратятся обратно в Китай.</p>
     <p>Шеммер сам соорудил гильотину. Он никогда не видел этой машины, но, будучи мастером на все руки, смело принялся за дело, расспросив предварительно французских чиновников об ее устройстве. По его предложению французские власти распорядились, чтобы казнь состоялась в Атимаоно, а не в Папеэте. Убийца должен понести заслуженную кару там, где было совершено преступление, доказывал Шеммер, а, кроме того, зрелище казни окажет благотворное влияние на пятьсот кули, работающих на плантации. Шеммер вызвался также взять на себя обязанности палача и теперь стоял на помосте, проверяя действие построенного им механизма. Под гильотину подложили банановое дерево толщиной примерно в человеческую шею. А Чо, как зачарованный не мог отвести от него глаз. Немец повернул небольшой ворот, поднял нож до верхней перекладины, потом дернул веревку, и нож, сверкнув, упал вниз. Ствол банана был аккуратно разрезан на две части.</p>
     <p>— Ну, как? — спросил, поднявшись на помост, сержант.</p>
     <p>— Работает на славу, — с гордостью ответил Шеммер. — Сейчас я вам покажу.</p>
     <p>Он снова повернул ворот, подымающий нож, дернул веревку, и нож стремительно скользнул вниз. На этот раз он врезался в мягкое дерево только на две трети его толщины.</p>
     <p>Сержант насупился.</p>
     <p>— Это не годится, — сказал он. Шеммер вытер выступивший на лбу пот.</p>
     <p>— Надо сделать поувесистей, — сказал он и, подойдя к краю помоста, приказал кузнецу подать ему двадцатипятифунтовый железный брус.</p>
     <p>Когда Шеммер стал прилаживать брус к верхнему широкому краю ножа, А Чо взглянул на сержанта и решил: теперь или никогда.</p>
     <p>— Почтенный судья сказал, что голову отрубят А Чоу, — начал он.</p>
     <p>Сержант нетерпеливо кивнул. Он думал о предстоящей ему в этот день поездке за пятнадцать миль к наветренной стороне острова и о дожидавшейся его там хорошенькой мулатке Берте, дочери торговца жемчугом Лафьера.</p>
     <p>— А я не А Чоу. Я А Чо. Почтенный тюремщик нас перепутал. А Чоу высокого роста, а я, как видите, низкого.</p>
     <p>Сержанту достаточно было одного взгляда, чтобы убедиться в ошибке.</p>
     <p>— Шеммер! — повелительно крикнул он. — Подите сюда.</p>
     <p>Немец что-то буркнул, но не тронулся с места до тех пор, пока брус не был укреплен как следует.</p>
     <p>— Ну, готов ваш китаеза?</p>
     <p>— Да вы взгляните на него, — последовал ответ. — Разве это тот?</p>
     <p>Шеммер сперва даже опешил. Несколько секунд он забористо ругался, с сожалением поглядывая на сооруженную собственными руками машину, которую ему очень хотелось испытать.</p>
     <p>— Вот что, — сказал он наконец, — откладывать никак нельзя. Мои пятьсот китайцев лодырничают здесь уже три часа. Не могу же я терять еще три часа работы из-за того, что нам подсунули другого кули. Так или иначе, дело надо довести до конца. Ведь это же всего-навсего китаеза.</p>
     <p>Сержант вспомнил предстоящую ему утомительную поездку, вспомнил хорошенькую дочь торговца жемчугом и призадумался.</p>
     <p>— Даже если это раскроется, все свалят на Крюшо, — настаивал немец. — Но как это может раскрыться?</p>
     <p>Чоу, во всяком случае, не пойдет жаловаться.</p>
     <p>— Крюшо тут ни при чем, — возразил сержант. — Видимо, тюремщик спутал.</p>
     <p>— Так нечего и откладывать. Как бы там ни было, мы не виноваты. Разве этих китаез отличишь одного от другого? Скажем, что выполняли инструкцию, а какого нам китаезу прислали, это уж дело не наше. Да я просто не могу вторично отрывать всех кули от работы.</p>
     <p>Они разговаривали по-французски, и, хотя А Чо не понимал ни слова из их разговора, ему было ясно, что сейчас решается его судьба. Ему также было ясно, что последнее слово принадлежит сержанту, и он, не отрываясь, смотрел ему в рот.</p>
     <p>— Так и быть, — решился наконец сержант. — Ваяйте! Ведь это всего-навсего китаеза.</p>
     <p>— Испытаем еще раз для верности. — Шеммер пододвинул ствол банана и снова поднял нож к верхней перекладине.</p>
     <p>А Чо пытался вспомнить изречение из «Трактата о пути к спокойствию». «Живи в мире со всеми», — пришло ему на ум, но тут это было неприменимо. Жить ему не придется. Сейчас он умрет. «Прощай злобствующих»… но чью злобу ему прощать? Шеммер да и все остальные действовали без всякой злобы. Для них это была работа, которую нужно выполнить, — такая же, как расчистка джунглей, постройка плотины, разведение хлопка. Шеммер дернул веревку, и А Чо позабыл про «Трактат о пути к спокойствию». Нож опустился, начисто отделив кусок ствола.</p>
     <p>— Чудесно! — воскликнул сержант, поднося спичку к папиросе. — Чудесно, друг мой!</p>
     <p>Шеммеру было приятно, что его похвалили.</p>
     <p>— Поди сюда, А Чоу! — приказал он на таитянском наречии.</p>
     <p>— Но я не А Чоу, — начал было тот.</p>
     <p>— Молчать! — прервал его грозный окрик Шеммера. — Раскрой только рот, я тебе голову проломлю.</p>
     <p>Немец погрозил А Чо кулаком, и тот замолчал. Что толку спорить? Все равно белые дьяволы сделают по-своему. А Чо дал себя привязать к поставленной стоймя доске вышиной в человеческий рост. Шеммер так туго стянул ремни, что они врезались в тело А Чо. Ему было больно, но он не жаловался. Боли скоро не станет. Он почувствовал, что доска опрокидывается, и закрыл глаза. В тот же миг перед ним предстал его сад Размышления и Покоя. Ему казалось, что он сидит в саду. Ветер навевал прохладу, и колокольчики нежно звенели в ветвях. Птицы сонливо чирикали, а из-за высокой стены доносился приглушенный шум деревенской жизни.</p>
     <p>Потом А Чо почувствовал, что доска остановилась, и по тому, как напряглись одни и расслабились другие мышцы, понял, что лежит на спине. Он открыл глаза. Прямо над ним, сверкая на солнце, висел нож. Он увидел подвешенный Шеммером брус и заметил, что один из узлов распустился. Потом он услышал резкий голос сержанта, отдававшего команду. А Чо поспешно закрыл глаза. Ему не хотелось видеть, как опустится нож. Но он его почувствовал — на одно мимолетное и бесконечное мгновение. И в это мгновение он вспомнил Крюшо и то, что Крюшо говорил. Но Крюшо ошибся. Нож не щекотал. Это было последнее, о чем он подумал, перед тем как навсегда перестал думать.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Держи на запад</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>«Чего бы это ни стоило, — держи</p>
      <p>на запад, держи на запад!»</p>
      <text-author>(Лоция для мыса Горн)</text-author>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>Семь недель «Мэри Роджерс» болталась на пятидесятом градусе южной широты между Атлантическим и Тихим океаном. А это значит, что она целых семь недель тщетно пыталась обогнуть мыс Горн. Долгих семь недель корабль боролся со штормом или уходил от шторма, за исключением одного случая, когда он нашел прибежище у грозных берегов Огненной Земли после ужасающего шестидневного шторма и едва не разбился там о скалы во время мертвой зыби, когда вдруг наступил полный штиль. Семь недель «Мэри Роджерс» воевала седыми бурунами у мыса Горн, и они порядком ее потрепали. Корабль был деревянный, и от непрерывных ударов волн он в конце концов дал течь, так что дважды в день вахтенные сменяли друг друга у насосов.</p>
     <p>«Мэри Роджерс» устала, экипаж устал; устал и Дэн Каллен, капитан. Он, пожалуй, устал больше всех: ведь на нем лежала вся ответственность за эту титаническую борьбу. Спал он урывками, да и то не раздеваясь. По ночам он бродил по палубе как тень, — огромный, грузный, коренастый призрак, дочерна обожженный солнцем за тридцать лет плавания, и волосатый, как орангутану Одна мысль неотступно преследовала его — строка из лоции для капитанов, огибающих мыс Горн: «Чего бы это ни стоило, — держи на запад, держи на запад!». Эти слова неизменно звучали в его мозгу. Он не мог думать ни о чем другом и лишь временами отводил душу, кощунственно проклиная бога за такую мерзкую погоду.</p>
     <p>«Держи на запад!» Он рвался к мысу, заходил и так и этак, снова и снова, а этот неприступный Горн все так же маячил в десяти милях на северо-востоке или северо-северо-востоке. И всякий раз проклятый западный ветер отбрасывал корабль назад и гнал его на восток. Капитан преодолевал один порыв ветра за другим, отклоняясь к югу до 64° в антарктические плавучие льды, и готов был продать душу дьяволу за то, чтоб хоть на милю продвинуться на запад, за малейшее дуновение попутного ветра, а корабль все гнало на восток. Совсем отчаявшись, Дэн Каллен попытался пройти проливом Ле-Мэра, но на полпути подул сильнейший северо-западный ветер, барометр упал до 28,88» <a l:href="#n_720" type="note">[720]</a>, и капитан поспешно повернул и помчался, подгоняемый яростным циклоном; еще секунда — и «Мэри Роджерс» разбилась бы о черные клыки скал. Дважды корабль шел на запад прямо на скалы Диего Рамирес, причем первый раз его спасло то, что в промежутках между двумя снежными шквалами перед глазами капитана мелькнули в четверти мили впереди остовы погибших кораблей.</p>
     <p>Ветер! Капитан перебрал в памяти все тридцать лет, что он провел в море, — нет, такого ветра еще не бывало. Пока он об этом думал, волны кидали корабль вверх и вниз и в довершение всего погрузили его в воду по самую палубу. Ветер сорвал новехонький грот-марсель <a l:href="#n_721" type="note">[721]</a> и только что поставленный спенкер <a l:href="#n_722" type="note">[722]</a>, как папиросную бумагу, а у пяти зарифленных парусов лопнули двойные сезни <a l:href="#n_723" type="note">[723]</a>, и они, разорванные в клочья, хлопали на ветру. И за эту ночь «Мэри Роджерс» еще дважды погружалась в волны — пришлось даже пробить отверстия в фальшборте <a l:href="#n_724" type="note">[724]</a>, чтобы хоть немного облегчить палубу от воды, которой ее заливал бушующий океан.</p>
     <p>Примерно раз в неделю капитан Дэн Каллен видел солнце. Однажды оно сияло в полдень целых десять минут, а спустя еще десять минут бушевал новый шторм, обе вахты убирали паруса, и все окутывали мглой бешено налетавшие снежные шквалы. Однажды капитан целых две недели кряду не мог определить свое местонахождение, и вообще ему редко удавалось определиться точнее, чем в пределах полградуса, разве только, когда вдалеке мелькала земля, ибо солнце и звезды были скрыты облаками и вокруг царил такой мрак, что невозможно было ничего разглядеть. Мгла серым саваном окутывала весь мир. Серы были облака, свинцово-серы огромные волны; на их дымящихся гребнях вскипала серая пена. Даже редкие альбатросы казались серыми, и снежные хлопья под хмурой пеленою безнадежно серого неба из белых превращались в серые.</p>
     <p>И вся жизнь на борту «Мэри Роджерс» была серой и мрачной. Иссиня-серыми стали лица матросов; соленая вода разъедала малейшие ссадины, мучительно жгла незаживающие язвы. Люди превратились в тени. Все семь недель, на вахте и на отдыхе, одежда на них никогда не просыхала. Они забывали, что значит выспаться; то и дело раздавалась команда: «Все наверх!». Спали урывками, забываясь тревожным сном, поминутно ожидая команды и не снимая брезентовую робу.</p>
     <p>Люди так выбились из сил, что работу одной вахты приходилось выполнять обеим, и матросы почти круглые сутки были на палубе, а уклоняться от работы не может даже тень матроса, разве что сломает себе руку или ногу; таких искалеченных и избитых бушующим морем на борту было двое.</p>
     <p>Джордж Дорти тоже походил скорее на тень, нежели на человека. Он был другом владельца судна и единственным пассажиром, а отправился он в это путешествие, чтобы поправить свое здоровье. Однако семь недель близ мыса Горн не пошли ему на пользу. Долгими ночами качки он задыхался и пыхтел в своей каюте, а выходя на палубу, наматывал на себя для тепла столько всякого барахла, что походил на лавку бродячего старьевщика. Днем, когда он обедал в кают-компании, где вечно горели висячие лампы — такая кругом стояла тьма, — Дорти казался таким же иссиня-серым, как самый больной и несчастный матрос в кубрике <a l:href="#n_725" type="note">[725]</a>. Не веселила его и физиономия капитана Дэна Каллена, сидевшего за столом напротив него. Капитан жевал, хмурился и молчал. Хмурился он по адресу господа бога и с каждым глотком вновь и вновь повторял про себя все ту же единственную для него заповедь: «Держи на запад!» Вид этого грузного, волосатого верзилы совсем отбивал у Джорджа Дорти аппетит. Капитан же был убежден, что именно от этого пассажира и пошли у него все беды, как от библейского Ионы <a l:href="#n_726" type="note">[726]</a>, и всякий раз напоминал ему об этом за едой, злобно хмурясь то ли на господа бога, то ли на злополучного Дорти.</p>
     <p>Старший помощник Джошуа Хиггинс тоже не прибавлял ему аппетита. Это был моряк по профессии и призванию, но при этом горький пьяница, жестокий, наглый и себялюбивый; бездушный трус, он до смерти боялся капитана и помыкал матросами, которые знали, что за ним стоит Дэн Каллен — судья и жандарм, господин и повелитель, один стоивший целой дюжины самых свирепых боцманов. В эту бушующую непогоду у южного края земли Джошуа Хиггинс перестал умываться, и его закоптелая физиономия окончательно лишала Джорджа Дорти всякого аппетита. В другое время капитан заметил бы грязные наносы на лице помощника и высказался бы по этому поводу. Но теперь он был поглощен одним: «Держи на запад!» — и не замечал ничего, что не имело к этому отношения. Умыт ли Хиггинс или грязен, от этого курс корабля не изменится. Позднее, когда судно доберется до 50° южной широты в Тихом океане, Джошуа Хиггинс живо умоется, но пока в кают-компании, где тусклый свет ламп сменялся серым полумраком, когда лампы заправляли керосином, Джордж Дорти сидел за столом между капитаном и помощником — тигром и гиеной — и удивлялся, зачем только бог сотворил их.</p>
     <p>Второй помощник Мэтью Тернер был настоящий человек и настоящий моряк. Но Джордж Дорти не мог обрести утешения в его обществе: второй помощник обедал один, когда все вставали из-за стола.</p>
     <p>В субботу, 24 июля, проснувшись поутру, Джордж Дорти почувствовал, что корабль ожил и уверенно идет вперед. Выйдя на палубу, он обнаружил, что резкий попутный ветер гонит «Мэри Роджерс» на северо-запад. Все паруса были убраны, кроме нижних марселей <a l:href="#n_727" type="note">[727]</a> и фока <a l:href="#n_728" type="note">[728]</a>.</p>
     <p>— Больше ей не выдержать, и все-таки она делает четырнадцать узлов <a l:href="#n_729" type="note">[729]</a>! — прокричал Тернер в ухо Дорти, когда тот поднялся на палубу.</p>
     <p>Наконец-то они шли на запад. «Мэри Роджерс» наконец обогнет мыс Горн… если ветер не переменится. Тернер сиял. Кажется, близок был конец отчаянной борьбы со стихией. Но капитан Каллен вовсе не сиял. Проходя мимо Дорти, он злобно нахмурился. Капитан Каллен боялся показать господу богу, как радует его этот ветер. Он полагал, что бог — существо весьма коварное, и в глубине души не сомневался, что если он поймет, как нужен ему, Каллену, этот ветер, то сейчас же уберет его и нашлет злейший шторм с запада. Поэтому остерегаясь бога, Дэн всячески старался скрыть свою радость. Он хмурился и бормотал проклятия, пытаясь обмануть господа бога, ибо, кроме бога, Дэн Каллен ничего и никого на свете не боялся.</p>
     <p>Всю субботу и ночь на воскресенье «Мэри Роджерс» мчалась на запад со скоростью четырнадцати узлов и к утру прошла триста пятьдесят миль. Если ветер продержится, то они обогнут мыс Горн, если же налетит шторм откуда-нибудь с юго-запада или севера, ее вновь отшвырнет назад, и все придется начинать сначала, словно и не было этих семи недель борьбы. И в воскресенье утром ветер начал спадать. Ветер утихал, море успокаивалось. Обе вахты поспешно ставили парус за парусом. А капитан Каллен разгуливал по палубе с довольным видом, курил большую новую сигару и торжествующе улыбался, как будто он был просто счастлив, что ветер спадает, но в глубине души он готов был проклинать бога, который отнимает силы у такого долгожданного ветра. «Держи на запад!» Конечно, он будет держать на запад, если только бог оставит его в покое. Втайне он снова склонен был продать душу дьяволу, если только тот поможет ему обогнуть этот мыс. Впрочем, капитану было очень легко клясться в этом: он не верил в сатану, он, в сущности, верил только в бога, хотя сам этого и не знал. И в этом извращенном веровании бог казался ему самим Князем Тьмы. Капитан Каллен поклонялся дьяволу, но называл его другим именем. Вот и все.</p>
     <p>В полдень, когда пробили восемь склянок <a l:href="#n_730" type="note">[730]</a>, капитан Каллен приказал ставить бом-брамсели <a l:href="#n_731" type="note">[731]</a>. Ни разу за все эти недели матросы не взлетали на мачты с такой быстротой, но они проявили чудеса проворства не только потому, что «Мэри Роджерс» шла наконец на запад, — ласковое солнце светило на них и согревало их окоченевшие тела. Джордж Дорти стоял на мостике рядом с капитаном не такой укутанный, как прежде, благодарно впитывал в себя желанное тепло и наблюдал за происходящим.</p>
     <p>И вдруг это случилось. Никто и глазом не успел моргнуть, как раздался крик с бом-брам-рея <a l:href="#n_732" type="note">[732]</a>:</p>
     <p>— Человек за бортом!</p>
     <p>Кто-то бросил в море спасательный круг, и в ту же секунду до мостика донесся торопливый, взволнованный голос второго помощника:</p>
     <p>— Руль на ветер <a l:href="#n_733" type="note">[733]</a>! Живо!</p>
     <p>Рулевой не повернул штурвал, он даже не шелохнулся — капитан Каллен стоял рядом с ним. Он бы с радостью повернул штурвал и на один и на триста шестьдесят градусов на ветер, ведь в море погибал его товарищ. Он украдкой бросил взгляд на капитана, но тот и бровью не повел.</p>
     <p>— На ветер! Давай на ветер! — завопил второй помощник, взбегая на мостик, но остановился как вкопанный, когда увидел у штурвала капитана Каллена. А капитан попыхивал своей сигарой и молчал. Матрос в море отставал все больше и больше. Он поймал спасательный круг и теперь цеплялся за него. Все застыли в молчании. Матросы на мачтах, прильнув к снастям, с ужасом глядели вниз, а «Мэри Роджерс» мчалась вперед, на запад. Прошла долгая томительная минута.</p>
     <p>— Кто это был? — спросил капитан Каллен.</p>
     <p>— Мопс, сэр, — поспешно ответил рулевой.</p>
     <p>На Мопса набежала волна, и на минуту он скрылся под водой. Волны были большие, но это не были буруны <a l:href="#n_734" type="note">[734]</a>. Маленькая шлюпка легко держалась бы на таких волнах, и «Мэри Роджерс» вполне могла бы подойти к бедняге, но она не могла одновременно идти к нему и на запад.</p>
     <p>Впервые в жизни Джордж Дорти был свидетелем такой трагедии — жизнь или смерть неизвестного матроса по прозвищу «Мопс» была брошена на весы против нескольких миль западной долготы. Дорти сначала смотрел на матроса за бортом, но теперь он перевел взгляд на Дэна Каллена, а этот мрачный волосатый верзила, в чьих руках здесь были жизнь и смерть, молча курил сигару.</p>
     <p>Капитан курил еще бесконечную томительную минуту. Затем он вынул сигару изо рта, глянул вверх, на рангоут, потом на море.</p>
     <p>— Выбрать бом-брам-шкоты <a l:href="#n_735" type="note">[735]</a>! — крикнул он. Пятнадцать минут спустя они сидели за столом, уставленным едой. По одну сторону от Дорти сидел Дэн Каллен — тигр, по другую — Джошуа Хиггинс — гиена. Все молчали. Наверху матросы ставили уже трюмсели; Джордж Дорти слышал их крики, но перед его глазами неотступно стоял человек по прозвищу «Мопс» — живой и здоровый, на много миль позади, в пустынном океане, он все еще цеплялся за спасательный круг.</p>
     <p>Дорти взглянул на капитана, и к горлу его подступила тошнота. Капитан жадно уплетал стоявшую перед ним еду.</p>
     <p>— Капитан Каллен, — сказал Дорти, — вы командир этого корабля, и мне не пристало судить о ваших поступках. Но одно я должен вам сказать: на том свете вам будет жарко.</p>
     <p>Капитан даже не нахмурился. В его голосе звучало сожаление, когда он ответил:</p>
     <p>— Дул свежий ветер. Спасти матроса было невозможно.</p>
     <p>— Он упал с бом-брам-рея, — сказал Дорти, — когда ставили бом-брамсели. А через пятнадцать минут все уже ставили трюмсели <a l:href="#n_736" type="note">[736]</a>.</p>
     <p>— Дул свежий ветер. Ведь верно, мистер Хиггинс? — сказал капитан, повернувшись к старшему помощнику.</p>
     <p>— Если бы вы повернули корабль, он потерял бы скорость, — ответил тот. — Вы поступили правильно, капитан. Мопса было все равно не спасти.</p>
     <p>Джордж Дорти промолчал, и до конца обеда никто больше не произнес ни слова. Но после этого Дорти ел у себя в каюте. Капитан Каллен больше не хмурился при виде пассажира, хотя они не обменялись ни единым словом, пока «Мэри Роджерс» спешила на север к теплым водам. Через неделю Дэн Каллен застал Дорти на палубе.</p>
     <p>— Что вы намерены делать, когда мы придем в Сан-Франциско? — спросил он напрямик.</p>
     <p>— Я намерен добиться ордера на ваш арест, — спокойно ответил Дорти. — Я намерен обвинить вас в убийстве и увидеть вас на виселице.</p>
     <p>— Больно уж вы самоуверенны, — буркнул капитан, круто повернулся и пошел прочь.</p>
     <p>Прошла еще неделя. Однажды утром Джордж Дорти стоял в сходном люке перед полуютом <a l:href="#n_737" type="note">[737]</a>, окидывая привычным взглядом палубу. «Мэри Роджерс» шла полным ходом, подгоняемая крепким ветром; все паруса были надуты, включая стаксели <a l:href="#n_738" type="note">[738]</a>. Капитан Каллен в раздумье шагал по полуюту, искоса поглядывая на пассажира. Дорти смотрел в другую сторону, его голова и плечи высунулись из люка, и капитан видел только его затылок. Капитан быстро взглянул на грота-стаксель-блок <a l:href="#n_739" type="note">[739]</a> и голову Дорти и прикинул расстояние. Затем он огляделся- никто не смотрел в их сторону. На корме мерным шагом расхаживал Хиггинс, и он только что повернулся к ним спиной. Капитан резко наклонился и сорвал стаксель-шкот <a l:href="#n_740" type="note">[740]</a> с нагеля <a l:href="#n_741" type="note">[741]</a>. Тяжелый блок мелькнул в воздухе, расколол голову Дорти, как яичную скорлупу, и стал раскачиваться взад и вперед, а парус заполоскал и захлопал на ветру. Джошуа Хиггинс обернулся взглянуть, что случилось, и получил от капитана залп отборных ругательств.</p>
     <p>— Я сам закрепил этот парус, — пролепетал Хиггинс, когда капитан на мгновение умолк, — и еще завернул шкот за нагель лишний раз, для верности, как сейчас помню.</p>
     <p>— Закрепил! — рявкнул капитан, чтобы слышали вахтенные: они пытались поймать бьющийся на ветру парус, пока он не успел разорваться в клочья. — Да ты бы свою бабушку не сумел закрепить, дубина ты безрукая! Если ты сам закрепил этот парус, какого дьявола шкот соскочил с нагеля, хотел бы я знать? Какого дьявола он не удержался?</p>
     <p>Хиггинс плел что-то невнятное.</p>
     <p>— Заткнись! — оборвал его капитан.</p>
     <p>Через полчаса он с таким же изумлением, как и все остальные, уставился на труп Джорджа Дорти, который нашли у нижних ступенек трапа <a l:href="#n_742" type="note">[742]</a>. А вечером у себя в каюте капитан открыл судовой журнал и состряпал следующую запись:</p>
     <p>«Порывом ветра снесло в море с мачты матроса второй статьи Карла Бруна. Корабль в то время находился в шторме, и ради его безопасности я не решился повернуть на ветер. Спасательная шлюпка тоже не могла быть спущена при таком шторме».</p>
     <p>На другой странице он записал:</p>
     <p>«Я не раз предупреждал мистера Дорти, что он недостаточно осторожен на палубе и подвергает себя опасности. Я сказал ему однажды, что когда-нибудь блок проломит ему голову. Небрежно закрепленный стаксель оказался причиной несчастного случая, о котором все глубоко сожалеют, так как мистер Дорти был всеобщим любимцем на корабле».</p>
     <p>Дэн Каллен с восхищением перечитал свое литературное произведение, аккуратно промокнул чернила и закрыл журнал. Потом закурил сигару и устремил взгляд в пространство. Он чувствовал, как ровно и уверенно, легко покачиваясь, бежит по волнам «Мэри Роджерс», и знал, что она делает девять узлов. По его темному заросшему лицу медленно расползалась довольная улыбка. Что ж, во всяком случае, он обогнул мыс Горн и надул господа бога.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Semper Idem</p>
     </title>
     <p>Доктор Бикнел пребывал в удивительно благодушном настроении. Прошлой ночью по чистой случайности — пустая небрежность, и только — умер человек, который мог выжить. И хотя то был всего лишь матрос, один из огромной армии немытых, заведующему приемным покоем все утро было не по себе. Не то чтобы его беспокоил сам факт смерти — нет, для этого он слишком хорошо знал доктора, но в том-то и дело, что операция удалась блестяще. Одна из сложнейших операций, и выполнена столь же успешно, сколь искусно и дерзко. Следовательно, все зависело уже от ухода, от сиделок, от него, заведующего. И человек умер. Лишь пустая небрежность, однако теперь доктор Бикнел мог обрушить на него свой гнев специалиста и сделать невыносимой работу всего персонала в течение суток.</p>
     <p>Но, как уже сказано, доктор пребывал в удивительно благодушном настроении. Когда заведующий, трепеща от страха, сообщил ему, что человек неожиданно скончался, с губ доктора не сорвалось ни слова упрека; они были плотно сжаты, пропуская лишь обрывки какой-то игривой песенки, и разомкнулись только для того, чтобы шутливо осведомиться о здоровье первенца самого заведующего. Последний, полагая, что доктор еще не понял, в чем дело, повторил сообщение.</p>
     <p>— Да, да, — с нетерпением подтвердил доктор Бикнел. — Я понял. Ну, а как Semper Idem? Готов к выписке?</p>
     <p>— Да. Ему как раз помогают одеваться, — ответил заведующий, возвращаясь к кругу своих обязанностей и довольный, что покой еще царил в этих стенах, пропитанных йодом.</p>
     <p>Выздоровление Semper Idem — вот что полностью возмещало доктору Бикнелу потерю матроса. Человеческая жизнь была для него ничем, — иметь с нею дело было неприятной, но неизбежной обязанностью лиц его профессии, тогда как трудные случаи — о! трудные случаи — это было все. Люди, испытавшие на себе его искусство, готовы были называть его мясником, однако коллеги его единодушно сходились в одном: никогда еще не склонялся над операционным столом врач более смелый и одаренный. Он не обладал богатым воображением. Душевные волнения не одолевали его, и потому он оставался к ним нетерпим. Он был точным и педантичным, истым приверженцем чистой науки. Люди казались ему пешками без индивидуальности, без личных достоинств. Но трудный случай — это другое дело. Чем сильнее пострадал человек, чем слабее была его связь с жизнью, тем больший вес он приобретал в глазах доктора Бикнела. Он с готовностью променял бы поэта-лауреата, страдающего какой-нибудь заурядной болезнью, на безвестного искалеченного бродягу, который самим своим отказом умереть нарушал все законы жизни, так же как ребенок предпочел бы цирк Петрушке.</p>
     <p>Так произошло и в случае с Semper Idem. Доктора Бикнела привлекло не молчание этого человека, овеянное романтикой, не его тайна, в которую бесплодно пытались проникнуть репортеры желтой прессы, распространявшие о нем сенсационные сообщения во многих воскресных выпусках своих газет. Нет, у Semper Idem было перерезано горло. В этом было все дело. Это и привлекло доктора. От уха до уха, и ни один хирург из тысячи не дал бы за его жизнь и ломаного гроша. Но благодаря «Скорой помощи» и доктору Бикнелу он насильно вернулся в мир, из которого хотел уйти. Сотрудники доктора только покачали головами, когда был доставлен этот трудный пациент. «Безнадежно», — сказали они. Глотка, дыхательное горло, шейная вена — все рассечено почти до конца, потеря крови огромная. Услышав это заключение, доктор Бикнел применил новые методы и проделал такое, что заставило содрогнуться даже опытных врачей. И вот человек выздоровел!</p>
     <p>Поэтому в то утро, когда Semper Idem, здоровый и окрепший, должен был покинуть клинику, хорошее настроение доктора Бикнела ни мало не было нарушено сообщением заведующего, и он бодро занялся тяжелыми ранами ребенка, попавшего под трамвай.</p>
     <p>Многие, вероятно, помнят, что случай с Semper Idem возбудил весьма неприличное, однако вполне естественное любопытство. Его нашли в какой-то трущобе, с горлом, перерезанным, как было уже сказано, причем кровь просочилась в комнату нижнего этажа и испортила пиршество ее жильцов. Он, очевидно, проделал это стоя, нагнув голову вперед, чтобы бросить прощальный взгляд на фотографию, прислоненную к подсвечнику на столе. Именно это и дало возможность доктору Бикнелу спасти ему жизнь. Он так глубоко полоснул бритвой, что, откинь он только голову назад, как и следовало поступить, чтобы работа вышла чистая, и тогда шея была бы вытянута, эластичные стенки сосудов растянуты и он почти обезглавил бы себя.</p>
     <p>В клинике за все время, что он против своей воли совершал обратный путь в жизнь, он не произнес ни слова. Ничего не сказал о нем и тщательный сыск, произведенный начальником полиции. Никто его не знал и никогда прежде не видел и не слышал о нем. Он принадлежал исключительно сегодняшнему дню. Одежда и обстановка говорили за то, что он просто чернорабочий, тогда как руки выдавали джентльмена. Не было найдено ни одного исписанного клочка бумаги, ничего, что указывало бы на его прошлое или на его социальное положение, кроме одной примечательной вещи.</p>
     <p>Этой примечательностью была фотография. Если она хоть сколько-нибудь отражала оригинал, женщина, открыто глядевшая на вас с портрета, в действительности была поразительно хороша. Это оказался любительский снимок, на нем не значилось ни имени фотографа, ни названия ателье, что поставило в тупик сыщиков. В углу, на паспарту, изящным женским почерком наискосок стояло: «Semper idem, semper fidelis» <a l:href="#n_743" type="note">[743]</a>. И эта надпись была ей под стать. Как многие помнят, лицо ее невозможно было забыть. Тогда же все ведущие газеты поместили удивительно схожие отчеты, написанные ловко и в сдержанном тоне; но это не привело ни к чему, лишь вызвало необузданное любопытство публики да послужило образцом для подражания бесчисленным мелким репортерам.</p>
     <p>За неимением другого имени персонал клиники да и все прочие назвали спасенного самоубийцу Semper Idem. Так он и остался Semper Idem. Репортеры, сыщики и медсестры в бессилии отступились от него. Не могли добиться от него ни слова, хотя живой огонь в его глазах ясно говорил, что уши его слышат и сознание схватывает каждый вопрос.</p>
     <p>Но не эта таинственная романтичность занимала доктора Бикнела, когда он задержался на работе, чтобы сказать своему пациенту несколько слов на прощание. Он, доктор, сотворил с этим человеком чудо, нечто поистине беспрецедентное в истории хирургии. Ему было все равно, кто этот человек, — скорее всего он никогда его больше не увидит; но, подобно художнику, взирающему на свое законченное произведение, он желал в последний раз взглянуть на творение своих рук и ума.</p>
     <p>Semper Idem продолжал хранить молчание. Казалось, он хотел поскорее уйти. Доктору тоже не удалось услышать от него ни слова, впрочем, доктора это не так уж и беспокоило. Он тщательно осмотрел горло выздоравливающего, не спеша оглядывая безобразный шрам с ласковой, почти отеческой нежностью. Зрелище было не особенно привлекательное. Воспаленный рубец обтекал горло, так что любому могло показаться, будто человека только что вынули из петли палача, и исчезал с обеих сторон за ушами, — впечатление было такое, словно этот огненный круг смыкается на затылке.</p>
     <p>Продолжая упорно отмалчиваться, Semper Idem позволил осматривать себя с покорностью связанного льва и выказывал лишь одно желание — поскорее уйти от надзора общественного ока.</p>
     <p>— Ладно, не буду вас больше задерживать, — сказал наконец доктор Бикнел, положив руку ему на плечо и даря последний взгляд творению рук своих. — Только разрешите дать вам один совет. В следующий раз запрокиньте голову вот так. Не прижимайте подбородок и не режьте себя, словно корову. Помните: точность и быстрота, точность и быстрота.</p>
     <p>У Semper Idem сверкнули глаза в ответ на то, что он услышал, и через мгновение дверь клиники захлопнулась за ним.</p>
     <p>День для доктора Бикнела выдался тяжелый; уже близился вечер, когда он закурил сигару, собираясь покинуть операционный стол, на который пострадавшие, казалось, так сами и просились. Но уже унесли последнего дряхлого старьевщика с переломанным плечом, — и первое кольцо ароматного дыма завилось над головою доктора, когда в открытое окно с улицы ворвались звуки сирены «Скорой помощи», вслед за которыми появились неизбежные носилки со зловещим грузом.</p>
     <p>— Положите на стол, — приказал доктор, на секунду отвернувшись, чтобы положить в укромное место сигару. — Что там такое?</p>
     <p>— Самоубийство — перерезано горло, — ответил один из санитаров. — Найден на Аллее Моргана. Кажется, надежды мало, сэр. Он уже почти мертв.</p>
     <p>— А? Что ж, все равно поглядим.</p>
     <p>Он склонился над человеком как раз в тот миг, когда в том чуть вспыхнула последняя искра жизни и угасла.</p>
     <p>— Вот Semper Idem и вернулся, — сказал заведующий.</p>
     <p>— Да, — ответил доктор Бикнел. — И снова ушел. На этот раз никакой мазни. Чисто сработано, клянусь жизнью, сэр, чисто сработано. Мой совет выполнил в точности. Я здесь не нужен. Унесите в морг.</p>
     <p>Доктор Бикнел достал свою сигару и снова зажег ее.</p>
     <p>— Этот, — бросил он заведующему между двумя затяжками, — этот в уплату за того, которого вы проморгали прошлой ночью. Теперь мы квиты.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Нос для императора</p>
     </title>
     <p>На заре существования государства корейского, когда благодаря царящим в нем миру и тишине оно могло быть справедливо названо своим старинным именем «Чосен» <a l:href="#n_744" type="note">[744]</a>, в нем жил государственный деятель по имени И Цин Хо. Это был человек способный и — кто знает? — быть может, умом не слабее заморских политиков. Но не в пример своим собратьям из других стран И Цин Хо был лишен свободы. Он сидел в тюрьме не за то, что по неосторожности присвоил общественные деньги, а за то, что — опять-таки по неосторожности — присвоил их слишком много. Неумеренность пагубна даже тогда, когда берешь взятки, поэтому проявленная И Цин Хо жадность и привела к тому, что он очутился за решеткой.</p>
     <p>Десять тысяч связок монет задолжал он казне и теперь сидел в тюрьме, ожидая смертной казни. В его положении было одно преимущество: времени для размышлений у него хватало с избытком. И он сумел кое-что придумать. А потом позвал к себе тюремщика и сказал:</p>
     <p>— О достойный из достойнейших, ты видишь перед собой несчастного из несчастнейших! И все же я мог бы снова стать счастливым, если бы ты позволил мне уйти отсюда нынче ночью лишь на один короткий час. Тебе никогда не придется жалеть о сделанном тобой благодеянии, ибо я позабочусь о твоем продвижении по службе, и ты станешь в конце концов смотрителем всех тюрем в Чосене.</p>
     <p>— Что-что? — переспросил тюремщик. — Что за глупости ты болтаешь! Отпустить тебя на один короткий час? А ведь ты ждешь лишь минуты, когда тебя поведут на плаху. И ты просишь человека, у которого на руках престарелая достопочтенная матушка, не говоря уж о жене и малолетних детях? Ну и негодяй!</p>
     <p>— От Священного города до всех восьми побережий нет места, куда я мог бы спрятаться, — ответил И Цин Хо. — Я человек мудрый, но зачем в тюрьме мудрость? Будь я на свободе, я бы сумел отыскать деньги, чтобы вернуть свой долг государству. Мне известен нос, который выручит меня из беды.</p>
     <p>— Нос?! — воскликнул тюремщик.</p>
     <p>— Да, нос, — подтвердил И Цин Хо. — Необыкновенный нос, если можно так выразиться, самый необыкновенный нос.</p>
     <p>Тюремщик воздел руки к небу.</p>
     <p>— Ах, какой ты плут, какой плут! — засмеялся он. — И подумать только, что эта умнейшая голова должна вот-вот скатиться с плахи!</p>
     <p>С этими словами он повернулся и вышел. Но в конце концов, будучи по природе своей человеком жалостливым и добросердечным, с наступлением ночи он позволил И Цин Хо уйти.</p>
     <p>И Цин Хо направился прямо к правителю и, застав его одного, тотчас поднял ото сна.</p>
     <p>— Да ведь это сам И Цин Хо, не будь я правитель! — вскричал тот. — Что ты делаешь здесь, в то время как должен сидеть в тюрьме, ожидая, когда тебя поведут на плаху?</p>
     <p>— Прошу ваше превосходительство выслушать меня, — сказал И Цин Хо, присаживаясь на корточки у постели правителя и раскуривая свою трубку от жаровни. — От мертвеца мало пользы, и совершенно справедливо, что я, который уже должен считать себя покойником, бесполезен правительству, вам, ваше превосходительство, и самому себе. Но если ваше превосходительство даст мне, так сказать, свободу…</p>
     <p>— Это невозможно! — закричал правитель. — Ты приговорен к смерти!</p>
     <p>— Вашему превосходительству хорошо известно, что, если я сумею возвратить казне десять тысяч связок монет, правительство помилует меня, — продолжал И Цин Хо. — Итак, как я уже сказал, если ваше превосходительство даст мне свободу на несколько дней, то я, человек сообразительный, сумею возвратить общественные деньги и буду в состоянии услужить вашему превосходительству. Я мог бы порядком услужить вашему превосходительству.</p>
     <p>— А у тебя уже есть план, по которому ты намерен достать эти деньги? — спросил правитель.</p>
     <p>— Есть, — ответил И Цин Хо.</p>
     <p>— Тогда приходи ко мне завтра ночью и принеси свой план. А сейчас я хочу спать, — сказал правитель, возобновив свой храп на том самом месте, где он прервал его.</p>
     <p>На следующую ночь, снова отпросившись у тюремщика, И Цин Хо опять появился у постели правителя.</p>
     <p>— Это ты, И Цин Хо? — спросил правитель. — Принес свой план?</p>
     <p>— Да, ваше превосходительство, — ответил И Цин Хо, — план здесь.</p>
     <p>— Говори! — приказал правитель.</p>
     <p>— План здесь, — повторил И Цин Хо. — Он у меня в руках.</p>
     <p>Правитель приподнялся с подушек и открыл глаза. И Цин Хо протянул ему листок бумаги. Правитель взял листок и поднес к свету.</p>
     <p>— Какой-то нос и больше ничего, — сказал он.</p>
     <p>— Немного курносый нос, ваше превосходительство, — заметил И Цин Хо.</p>
     <p>— Да, пожалуй, как ты говоришь, немного курносый, — согласился правитель.</p>
     <p>— К тому же это чрезвычайно мясистый нос, особенно на кончике, — продолжал И Цин Хо. — Ваше превосходительство может исходить всю землю вдоль и поперек, но такого носа не найдет.</p>
     <p>— Своеобразный нос, — заметил правитель.</p>
     <p>— И на нем бородавка, — добавил И Цин Хо.</p>
     <p>— Весьма своеобразный нос, — повторил правитель. — Никогда не видел ничего подобного. Но что ты намерен делать с этим носом, И Цин Хо?</p>
     <p>— Я разыщу его и с его помощью возвращу государству мой долг, ответил И Цин Хо. — Я найду его, чтобы отблагодарить ваше превосходительство и спасти собственную ничего не стоящую голову. А потому я прошу ваше превосходительство приложить печать к этому рисунку.</p>
     <p>Правитель рассмеялся, но приложил государственную печать, и И Цин Хо удалился. Месяц и еще один день шел он по Королевской дороге, что ведет к побережью Восточного моря, и однажды ночью, войдя в богатый город, громко постучался в ворота большого дворца.</p>
     <p>— Мне нужен сам хозяин этого дома, — заявил он перепуганным слугам. — Я приехал по делу императора.</p>
     <p>Его тотчас же провели во внутренние покои дворца, где перед ним, протирая заспанные глаза, предстал поднятый с постели хозяин дома.</p>
     <p>— Ты Пак Чун Чан — городской голова? — спросил И Цин Хо суровым голосом, не предвещавшим ничего хорошего. — Я явился к тебе по делу императора.</p>
     <p>Пак Чун Чан задрожал. Он хорошо знал, что дело императора означает беду. Колени его затряслись, он чуть не упал на пол.</p>
     <p>— Сейчас уже поздно, — заикнулся было он. — Не лучше ли будет…</p>
     <p>— Дело императора не ждет! — загремел И Цин Хо. — Удалимся в уединенное место, да поскорей! Мы должны обсудить с тобой один важный вопрос. Он касается самого императора, — добавил он еще более грозно.</p>
     <p>Серебряная трубка Пак Чун Чана выпала из его обессилевших пальцев и покатилась по полу.</p>
     <p>— Да будет тебе известно, — начал И Цин Хо, когда они остались наедине, — что наш государь тяжко болен. Придворный лекарь за то, что не сумел вылечить императора, был ни более ни менее как обезглавлен. Из всех восьми провинций съехались врачи лечить государя. Они долго совещались и постановили, что в качестве лекарства от этой болезни императору требуется не что иное, как человеческий нос, но нос необыкновенный, весьма своеобразный нос.</p>
     <p>И тогда позвал меня к себе сам его превосходительство первый министр нашего императора. Он дал мне листок бумаги. На этом листке, скрепленном государственной печатью, был нарисован медиками восьми провинций не похожий на другие нос.</p>
     <p>«Иди, — сказал его превосходительство первый министр двора его величества, — ищи этот нос, ибо положение государя становится очень серьезным. И где бы ты ни отыскал человека с таким носом на лице, сразу же отрежь этот нос и беги во дворец, ибо император должен быть здоров. Иди и не возвращайся до тех пор, пока поиски твои не увенчаются успехом».</p>
     <p>И вот я отправился в путь, — продолжал И Цин Хо. — Я обошел самые отдаленные уголки нашего государства. Я прошел по восьми дорогам, обыскал Восемь провинций и проплыл моря, омывающие Восемь побережий. И вот я здесь.</p>
     <p>Вытащив из-за пояса бумагу, он долго и старательно разворачивал ее и затем величественным жестом сунул в лицо Пак Чун Чану. На листке бумаги был нарисован нос.</p>
     <p>Пак Чун Чан уставился на него выпученными от страха глазами.</p>
     <p>— Никогда не приходилось мне видеть такой нос… — начал он.</p>
     <p>— На нем бородавка, — заметил И Цин Хо.</p>
     <p>— Никогда не доводилось мне… — снова затянул Пак Чун Чан.</p>
     <p>— Приведи сюда своего отца! — грозно перебил его И Цин Хо.</p>
     <p>— Мой достопочтенный престарелый родитель спит, — ответил Пак Чун Чан.</p>
     <p>— К чему притворяться? — спросил И Цин Хо. — Тебе известно, что это нос твоего отца. Приведи отца сюда, чтобы я мог отрезать его нос и уйти. Торопись, иначе я донесу на тебя.</p>
     <p>— Пощади! — вскричал Пак Чун Чан, падая на колени. — Это невозможно! Это невозможно! Ты не должен лишать моего отца носа. Он не может сойти в могилу, не имея носа. Он станет посмешищем и притчей во языцех, и все дни и ночи мои будут преисполнены скорби. О, сжалься! Доложи, что ты не смог отыскать такой нос. У тебя ведь тоже есть отец.</p>
     <p>Пак Чун Чан обхватил колени И Цин Хо, и слезы его закапали на туфли пришельца.</p>
     <p>— Мое сердце смягчается при виде твоих слез, — сказал И Цин Хо. — Я тоже питаю сыновнюю почтительность и уважение к родителям. Но… — Он остановился в нерешительности и затем добавил, как бы думая вслух: — Это цена моей головы.</p>
     <p>— А во что оценивается твоя голова? — спросил Пак Чун Чан тоненьким, тихим голосом.</p>
     <p>— Ничем не примечательная голова, — сказал И Цин Хо. — Удивительно непримечательная голова. Но такова уж моя глупость, я ценю ее не меньше, чем в сто тысяч связок монет.</p>
     <p>— Да будет так, — согласился Пак Чун Чан, подымаясь на ноги.</p>
     <p>— Мне понадобятся лошади, чтобы увезти деньги, — заметил И Цин Хо, — да и охрана, так как придется переправляться через горы. В стране полно разбойников.</p>
     <p>— В стране полно разбойников, — грустно подтвердил Пак Чун Чан. — Но да будет так, как ты желаешь, поскольку нос моего достопочтенного престарелого родителя остается на предназначенном ему месте.</p>
     <p>— Не говори никому об этом, — предупредил его И Цин Хо, — иначе другой, более преданный государю слуга, чем я, будет послан сюда отрезать нос у твоего отца.</p>
     <p>Итак, И Цин Хо с радостью в сердце и песней на устах двинулся в путь через горы, прислушиваясь к веселой мелодии, которую вызванивали колокольчики нагруженных деньгами пони.</p>
     <p>Остается добавить очень немногое. И Цин Хо процветал из года в год. Благодаря его стараниям тюремщик стал смотрителем всех тюрем в Чосене. Правитель в дальнейшем явился в Священный город и занял пост первого министра при государе, а сам И Цин Хо сделался первым сотрапезником императора и сидел с ним за одним столом до конца своей веселой, сытной жизни. А вот Пак Чун Чан впал в меланхолию, и всякий раз, когда ему случалось взглянуть на столь дорогостоящий нос своего достопочтенного престарелого родителя, он печально покачивал головой, и на глазах у него появлялись слезы.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>«Френсис Спейт»</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>(Истинное происшествие)</p>
     </epigraph>
     <p>«Френсис Спейт» шел под одним крюйселем <a l:href="#n_745" type="note">[745]</a>, когда все это произошло. Причину нужно искать не столько в случайной небрежности, сколько в расхлябанности всей команды, в которой не было ни одного хорошего моряка. А рулевой, ирландец из Лимерика, — тот совсем не бывал еще в море, если не считать перегонку плотов от квебекских судов к берегу в устье Шаннона. Он боялся огромных волн, которые поднимались из мрака за кормой и устремлялись на него; он не привык встречать их удары, стоя у штурвального колеса и не давая судну уклоняться от курса: чаще он сползал вниз, прячась от грозящего удара.</p>
     <p>В три часа ночи его недостойная моряка трусость вызвала катастрофу. Увидев огромную волну, возвышающуюся над остальными, он пригнулся, отпустив ручки штурвального колеса. «Френсис Спейт» начал поворачиваться, а в это время волна подняла вверх его корму и со всей силой обрушилась на нее. В следующее мгновение судно очутилось в ложбине между волнами, накренившись в подветренную <a l:href="#n_746" type="note">[746]</a> сторону так, что вода залила палубу вровень с комингсами люка <a l:href="#n_747" type="note">[747]</a>. А через наветренный <a l:href="#n_748" type="note">[748]</a> борт перекатывался вал за валом, ледяные потоки сметали с палубы все, что было на их пути.</p>
     <p>Матросы, отупев от страха и замешательства, беспомощные и отчаявшиеся, вышли из повиновения; энергии у них хватало только на то, чтобы отказываться выполнять команды. Одни из них громко причитали, другие молча ежились, вцепившись в ванты <a l:href="#n_749" type="note">[749]</a> наветренного борта, третьи бормотали молитвы или выкрикивали гнусные проклятия, и ни капитан, ни помощник капитана не могли заставить их взяться за откачку воды или поставить остатки парусов. Меньше чем через час судно легло набок, а эти трусы неуклюже вскарабкались на борт и повисли на снастях.</p>
     <p>Момент, когда судно начало крениться, застиг помощника капитана в кормовой каюте, и он захлебнулся там так же, как и два матроса, которые нашли прибежище под полубаком <a l:href="#n_750" type="note">[750]</a>.</p>
     <p>Помощник капитана был самым опытным моряком на судне, и теперь капитан растерялся едва ли не больше, чем его матросы, проклиная их за бездеятельность, он сам не предпринимал ничего; рубить фок- <a l:href="#n_751" type="note">[751]</a> и грот-мачты <a l:href="#n_752" type="note">[752]</a> пришлось матросу из Белфаста по имени Маэни и юнге О'Брайену из Лимерика. Они сделали это, рискуя жизнью, стоя на круто наклонившейся палубе. В общем хаосе рухнула за борт и крюйс-стеньга <a l:href="#n_753" type="note">[753]</a>. «Френсис Спейт» выпрямился. Хорошо, что в трюмах был лес, иначе судно затонуло бы, так как вода уже поднялась до палубы. Грот-мачта все еще держалась на вантах у борта; она била по корпусу, как огромная, оглушительная кувалда, и каждый удар исторгал стоны у матросов.</p>
     <p>Рассвет забрезжил над разъяренным океаном, и в холодном, утреннем, сером свете над волнами можно было разглядеть лишь корму «Френсиса Спейта», сломанную бизань-мачту да изуродованные фальшборты.</p>
     <p>Это происходило в Северной Атлантике в конце декабря; несчастные моряки были еле живы от холода, но укрыться им было негде. Волны, перекатываясь через судно, смывали налипшую на их тела соль и покрывали их новым налетом соли.</p>
     <p>Вода в кормовой каюте еще стояла по колена, но тут по крайней мере не гулял пронзительный ветер. Здесь-то и собрались оставшиеся в живых; они стояли, прислонясь друг к другу и держась за что попало.</p>
     <p>Напрасно Маэни старался заставить матросов нести поочередно вахту на марсе <a l:href="#n_754" type="note">[754]</a> бизань-мачты <a l:href="#n_755" type="note">[755]</a> на случай встречи с каким-нибудь судном. Жгучий ветер был для них слишком сильным испытанием; они предпочитали оставаться в каюте. Юнга О'Брайен, которому исполнилось только пятнадцать лет, сменял Маэни на крохотной площадке, где было смертельно холодно. В три часа дня юнга закричал, что видит парус. Это известие заставило всех выйти из каюты; люди столпились на корме, облепили наветренные бизань-ванты <a l:href="#n_756" type="note">[756]</a>, всматриваясь в незнакомое судно. Но его курс проходил далеко; когда оно исчезло за горизонтом, матросы вернулись в каюту, дрожа от холода, и ни один не вызвался сменить дозорного на марсе.</p>
     <p>К концу второго дня Маэни и О'Брайен отказались от своих попыток, и с этого времени судно, отданное на волю волн, дрейфовало в штормовом океане без вахтенных.</p>
     <p>В живых осталось тринадцать. Трое суток они стояли по колено в бурлящей воде, полузамерзшие, без еды; на всех было лишь три бутылки вина. Все продовольствие и пресная вода остались в затопленном трюме, и к ним не было никакого доступа. Шли дни, а еды не было ни крошки. Пресную воду в небольших количествах они набирали, подвешивая крышку от супового бачка под бизань-мачту. Но дождь шел редко, и им приходилось нелегко.</p>
     <p>Во время дождя они, кроме того, пропитывали водой носовые платки, а потом выжимали их надо ртом или в свои башмаки. Когда шторм стихал, им удавалось собирать тряпками воду с тех частей палубы, куда не захлестывали волны, и таким способом увеличивать свои запасы воды. Но пищи у них не было вовсе и не было никакой возможности ее достать, хотя морские птицы часто пролетали над судном.</p>
     <p>Шторм утих, и они, простояв на ногах четверо суток, смогли наконец лечь на обсохший каютный настил <a l:href="#n_757" type="note">[757]</a>. Но долгие часы, проведенные стоя по колено в морской воде, не прошли даром: на ногах стали образовываться язвы. Эти язвы нестерпимо болели. Малейшее прикосновение вызывало жестокую боль, а в этой тесноте ослабевшие люди то и дело задевали друг друга. Стоило кому-нибудь пройти по каюте или просто встать, как ему вслед неслись оскорбления, проклятия, стоны. В этом великом несчастье сильные стали притеснять слабых, безжалостно прогоняя их с сухих мест в сырость и холод. Особенно плохо приходилось юнге О'Брайену. Хотя, кроме него, было еще трое юнг, О'Брайену доставалось больше всех. Объяснить это можно только тем, что, обладая более сильным и властным характером, чем остальные юнги, он чаще других отстаивал свои права и восставал против мелких обид, которые матросы наносили юнгам.</p>
     <p>Каждый раз, когда О'Брайен подходил к матросам в поисках места посуше, где можно было бы выспаться, или просто проходил вблизи, его отталкивали, пинали, лягали. В ответ он проклинал их тупой эгоизм, и вновь на него сыпались удары, пинки и брань. Все они попали в беду, но на его долю выпали адские мучения, и только пламя жизни, горевшее в нем необыкновенно ярко, давало ему силы переносить все.</p>
     <p>С каждым днем матросы слабели, становились раздражительнее и злее. Это, в свою очередь, ухудшало их обращение с О'Брайеном и увеличивало его страдания. На семнадцатый день голод стал нестерпим; матросы собирались небольшими кучками и переговаривались вполголоса, время от времени бросая взгляды на О'Брайена. Ровно в полдень совещание подошло к концу. Капитан был выбран, чтобы высказать общее мнение, все собрались на юте.</p>
     <p>— Матросы, — начал капитан, — вот уже две недели и два дня, как мы голодаем, а кажется, что прошло два года и два месяца. Так мы долго не протянем. Голодать дальше — выше человеческих сил. Нужно решить вопрос: что лучше — умереть всем или умереть одному. Все мы стоим на краю могилы. Если один из нас умрет, остальные смогут жить, пока не встретится какое-нибудь судно. Что вы на это скажете?</p>
     <p>— Это верно! — выкрикнул Майкл Биэйн, тот, что стоял у штурвала, когда «Френсис Спейт» потерял управление. Другие его поддержали.</p>
     <p>— Пускай это будет юнга! — закричал Салливен, матрос из Тарберта, бросив многозначительный взгляд на О'Брайена:</p>
     <p>— Я считаю, — продолжал капитан, — что если один из нас умрет ради остальных, он сделает доброе дело.</p>
     <p>— Да, да! Доброе дело! — прервали его криками матросы.</p>
     <p>— Я также считаю, что умереть лучше всего кому-то из юнг. У них нет семей, которые нужно кормить, и друзья их не будут оплакивать так, как нас — наши жены и дети.</p>
     <p>— Это верно. Правильно. Так и нужно сделать, — переговаривались матросы.</p>
     <p>Но юнги громко протестовали против несправедливого решения.</p>
     <p>— Помирать нам не хочется так же, как и всем вам, — заявил О'Брайен. — И родных своих мы любим не меньше. А насчет жен и детишек — так ведь ты сам из Лимерика, Майкл Биэйн, и хорошо знаешь, что моя мать — вдова и, кроме меня, о ней позаботиться некому. Это нечестно. Пусть жребий тянут все — и матросы и юнги.</p>
     <p>Один лишь Маэни выступил в защиту юнг, сказав, что по справедливости в жеребьевке все должны участвовать на равных правах. Салливен и капитан настаивали на том, чтобы жребий тянули только юнги. начался спор; в разгар его Салливен обрушился на О'Брайена:</p>
     <p>— Мы правильно сделаем, если покончим с тобой! Ты этого заслуживаешь. Мы с тобой расплатимся.</p>
     <p>Он подскочил к О'Брайену, намереваясь схватить его и тут же с ним расправиться. Еще несколько матросов двинулись к юнге, протягивая к нему руки. О'Брайен отпрянул и, увертываясь от них, закричал, что согласен на то, чтобы жребий тянули только юнги.</p>
     <p>Капитан выбрал четыре щепки разной длины и подал их Салливену.</p>
     <p>— Ты, может быть, думаешь, что жеребьевка будет нечестной, — сказал тот, ухмыляясь, О'Брайену. — Ну, что ж, тогда ты сам будешь назначать жребий.</p>
     <p>О'Брайен согласился. Ему накрепко завязали носовым платком глаза, и он встал на колени, повернувшись спиной к Салливену.</p>
     <p>— Умрет тот, кому ты назначишь самую короткую щепку, — сказал капитан.</p>
     <p>Салливен поднял вверх одну из щепок. Короткая она или нет, догадаться было нельзя, потому что остальные щепки он прятал в руке.</p>
     <p>— Чья это будет щепка? — спросил Салливен.</p>
     <p>— Маленького Джонни Шиэна, — ответил О'Брайен. Салливен отложил щепку в сторону. Окружающие не могли увидеть, была ли это та щепка, которая означала смерть. Салливен поднял другую щепку.</p>
     <p>— Это чья щепка?</p>
     <p>— Джорджа Бернса.</p>
     <p>Щепка была отложена в сторону, как и первая; Салливен поднял третью.</p>
     <p>— А эта для кого?</p>
     <p>— Для меня, — сказал О'Брайен.</p>
     <p>Быстрым движением Салливен смешал все щепки в кучу. Никто ничего не видел.</p>
     <p>— Ну, так ты сам себе ее и выбрал, — провозгласил Салливен.</p>
     <p>— Хорошо. Правильно, — вполголоса заговорили несколько матросов.</p>
     <p>О'Брайен был очень спокоен. Он встал на ноги, снял повязку и огляделся.</p>
     <p>— Где она? — спросил он. — Где короткая щепка? Та, что я выбрал для себя?</p>
     <p>Капитан указал на четыре щепки, лежащие на палубе.</p>
     <p>— Откуда вы знаете, что моя щепка короткая? — спросил О'Брайен. — Джонни Шиэн, ты ее видел?</p>
     <p>Джонни Шиэн, самый младший из всех них, молчал.</p>
     <p>— А ты видел ее? — Теперь О'Брайен спрашивал Маэни.</p>
     <p>— Нет, я ее не видел.</p>
     <p>Матросы тихо переговаривались и недовольно ворчали.</p>
     <p>— Жеребьевка была правильной, — сказал Салливен. — Ты мог выиграть, но ты проиграл — вот и все.</p>
     <p>— Честная жеребьевка, — поддержал его капитан. — Я сам видел. Короткая щепка досталась тебе, О'Брайен, и ты бы лучше готовился. Где кок? Горман, поди сюда. Эй, кто-нибудь, принесите крышку от бачка! Горман, выполняй свой долг, как подобает мужчине.</p>
     <p>— Но как я это сделаю? — спросил кок. Он был подслеповат, нерешителен, с маленьким, безвольным подбородком.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_083.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Это подлое убийство! — выкрикнул О'Брайен.</p>
     <p>— Я не притронусь к нему, — заявил Маэни. — Я не съем ни куска.</p>
     <p>— Тогда твоя доля достанется другим, не таким трусам, как ты, — насмешливо заметил Салливен. — Делай свое дело, кок!</p>
     <p>— Убивать мальчишек не мое дело, — нерешительно запротестовал Горман.</p>
     <p>— Если ты нам не хочешь помочь, обойдемся без тебя! — угрожающе заговорил Биэйн. — Кто-нибудь должен будет умереть — не он, так ты!</p>
     <p>Джонни Шиэн заплакал. О'Брайен встревоженно прислушивался. Он был бледен. Губы его дергались, а по временам все его тело била дрожь.</p>
     <p>— Я нанимался на должность кока, — произнес Горман. — Был бы камбуз, я бы в камбузе и работал. Но марать руки убийством я не буду. Такого пункта в контракте нет. Я кок…</p>
     <p>— И ты им останешься не больше минуты! — зловеще проговорил Салливен и в тот же миг схватил кока за голову и круто, сколько хватало сил, заломил ее назад.</p>
     <p>— Где твой нож, Майк? Давай-ка его. Почувствовав прикосновение стали, Горман захныкал:</p>
     <p>— Я согласен, но только подержите юнгу! Жалкий вид кока, казалось, каким-то образом придал сил О'Брайену.</p>
     <p>— Все в порядке, Горман, можешь начинать, — сказал он. — Я-то ведь знаю, что ты не хочешь этого делать. Все в порядке, сэр (это в сторону капитана, чья рука крепко сдавила его плечо). Вам не нужно держать меня, сэр. Я буду стоять спокойно.</p>
     <p>— Перестань галдеть и принеси крышку от бачка, — приказал Биэйн Джонни Шиэну, сопроводив эти слова затрещиной.</p>
     <p>Юнга, еще совсем мальчик, принес крышку. Он шатался и падал, идя по палубе, так он ослабел от голода; по его щекам катились слезы. Биэйн взял у него крышку и снова ударил его.</p>
     <p>О'Брайен снял куртку и оголил правую руку до плеча. Его нижняя губа все еще дрожала, но он держался изо всех сил. Горману дали уже раскрытый перочинный нож капитана.</p>
     <p>— Маэни, если ты вернешься домой, расскажи моей матери, что со мной случилось, — попросил О'Брайен.</p>
     <p>Маэни кивнул.</p>
     <p>— Это — мерзкое, подлое убийство, — сказал он. — Не ждите добра от крови юнги. Попомните мои слова: проку от него никому из вас не будет.</p>
     <p>— Приготовьтесь! — приказал капитан. — Ты, Салливен, держи крышку — вот так, вплотную. Не пролей ничего. Это дорогая штука.</p>
     <p>Горман начал. Нож был тупой, а он был вконец измотан. Кроме того, его рука тряслась так неистово, что он чуть не уронил нож. Юнги стояли поодаль, плача и всхлипывая. За исключением Маэни, все матросы окружили жертву, вытягивая шеи, чтобы лучше видеть.</p>
     <p>— Будь мужчиной, Горман! — предостерегающе сказал капитан.</p>
     <p>Несчастный кок с отчаянной решимостью пилил лезвием кисть О'Брайена. Вот уже перерезаны вены. Салливен подставил крышку от бачка. Разрезы вены широко зияли, но из них не лился ярко-красный поток. Крови не было вовсе. Вены были пустыми, иссякшими.</p>
     <p>Никто не проронил ни слова. Мрачные и безмолвные фигуры раскачивались в едином ритме с поднимающейся и оседающей вниз палубой. Никто не мог отвести глаз от этого непостижимого и чудовищного зрелища: пустые, обескровленные вены человека, который еще был жив.</p>
     <p>— Это — предостережение свыше! — закричал Маэни. — Оставьте юнгу в покое. Попомните мои слова. Его смерть не поможет вам.</p>
     <p>— Попробуй у локтя, у левого локтя, он ближе к сердцу, — невнятно, охрипшим, изменившимся голосом заговорил капитан.</p>
     <p>— Дай мне нож, — сурово сказал О'Брайен и взял его из руки кока. — Я не могу смотреть, как ты мучаешь меня.</p>
     <p>Он совершенно спокойно надрезал вену у левого локтя, но и ему не удалось вызвать кровотечение.</p>
     <p>— Все это зазря, — сказал Салливен. — Надо пустить ему кровь из горла, чтобы он не мучился.</p>
     <p>Для юнги это было слишком.</p>
     <p>— Не режьте горло! — закричал он. — В горле тоже не будет крови. Дайте мне немного отдохнуть. Это оттого, что я замерз и ослабел. Позвольте мне лечь и поспать немного. Тогда я согреюсь, и кровь потечет.</p>
     <p>— Бесполезно, — возразил Салливен. — Как будто ты сейчас сможешь спать! Ты и не заснешь и не согреешься. Посмотри на себя. Тебя же бьет озноб.</p>
     <p>— Однажды в Лимерике я заболел, — торопливо заговорил О'Брайен, — и доктор не смог отворить мне кровь. Но после того, как я поспал несколько часов и согрелся в постели, кровь потекла свободно. Я вам говорю святую правду, не убивайте меня.</p>
     <p>— Его вены вскрыты, — сказал капитан. — Нет смысла оставлять его в покое, когда он мучается. Давайте кончать с этим сейчас же.</p>
     <p>Матросы бросились к О'Брайену, но он отскочил в сторону.</p>
     <p>— Я вас сживу со света! — пронзительно закричал он. — Убери руки, Салливен! Я еще вернусь! Я буду вам являться — во сне и наяву я буду вам являться, пока вы не подохнете!</p>
     <p>— Это позор! — заорал Биэйн. — Если бы короткая щепка досталась мне, я бы дал ребятам отрубить себе голову и умер спокойно.</p>
     <p>Салливен прыгнул в круг и схватил несчастного юнгу за волосы. За Салливеном ринулись остальные матросы. О'Брайен отчаянно отбивался руками и ногами, кусал тех, кто его держал. Маленький Джонни Шиэн неистово завопил, но матросы не обращали на него никакого внимания. О'Брайена повалили навзничь на палубу, а крышку от бачка подставили под голову. Гормана вытолкнули вперед. Кто-то отстегнул от пояса большой нож и всунул его в руку Гормана.</p>
     <p>— Делай свое дело! — закричали матросы. — Живее!</p>
     <p>Кок склонился над юнгой, но, встретив его взгляд, дрогнул.</p>
     <p>— Ну же! — заорал Биэйн. — Или я убью тебя собственными руками.</p>
     <p>На кока посыпался град ругательств и угроз. Но он все еще не решался.</p>
     <p>— Может быть, в его жилах окажется больше крови, чем у О'Брайена, — многозначительно произнес Салливен.</p>
     <p>Биэйн схватил Гормана за волосы, заломил его голову назад и оттащил в сторону, а в это время Салливен попытался отнять у него нож. Но Горман отчаянно сжимал рукоять ножа.</p>
     <p>— Пустите, я сам все сделаю! — визжал он исступленно. — Не режьте мне горло! Я сделаю это!</p>
     <p>Горман, не сопротивляясь, позволил снова вытолкнуть себя вперед. Взглянув на юнгу, он закрыл глаза и стал бормотать молитву. Потом, не открывая глаз, он совершил то, что выпало на его долю. О'Брайен издал пронзительный крик, быстро сменившийся булькающим всхлипыванием.</p>
     <p>Матросы держали его до тех пор, пока агония не прекратилась. Потом тело опустили на палубу. Матросы были возбуждены и полны нетерпения и пыла; с проклятиями и угрозами они заставляли Гормана быстрее приготовить им еду.</p>
     <p>— Довольно, проклятые убийцы, — негромко сказал Маэни. — Довольно, говорю я вам. Теперь вам ничего не нужно. Я ведь говорил: кровь этого парня не принесет вам пользы. Вылей ее за борт, Биэйн. Вылей ее за борт.</p>
     <p>Биэйн, все еще держа крышку в обеих руках, взглянул в наветренную сторону. Затем он пошел к поручням и бросил крышку с ее содержимым в море. На расстоянии меньше мили <a l:href="#n_758" type="note">[758]</a> к ним шел корабль под всеми парусами. Матросы были так поглощены тем, что происходило на палубе, что никто не поднял глаз, чтобы взглянуть на море. Теперь вся команда следила за тем, как приближался корабль. Его обитый светлой медью форштевень <a l:href="#n_759" type="note">[759]</a> рассекал воду, словно золотой нож, большие нижние паруса лениво полоскались, когда волна опускала корабль, а парящие в вышине полотняные ярусы верхних парусов салютовали и кланялись при каждом величавом колебании океана. Никто не промолвил ни слова.</p>
     <p>Когда корабль стал в кабельтове <a l:href="#n_760" type="note">[760]</a> от «Френсиса Спейта», капитан пришел в себя и приказал набросить брезент на тело О'Брайена. С незнакомого корабля была спущена шлюпка, которая направилась к «Френсису Спейту». Джон Горман засмеялся. Вначале он смеялся тихо, но с каждым ударом весел его смех становился все громче. Этот исступленный смех помешанного встретил спасательную шлюпку, когда она подошла к борту и старший помощник капитана поднялся на палубу.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Любопытный отрывок</p>
     </title>
     <p>Капиталист, то есть промышленный олигарх, Роджер Вендеруотер, упоминаемый в этом рассказе, является девятым по счету представителем рода Вендеруотеров, которые столетиями владели текстильными фабриками Юга. Основной период деятельности Роджера Вендеруотера относится ко второй половине двадцать шестого века нашей эры, который был пятым веком существования жестокой промышленной олигархии, выросшей на руинах прежней Республики.</p>
     <p>Из самого рассказа видно, что он был записан только в двадцать девятом веке. И произошло это не только потому, что до того времени запрещалось писать или печатать подобные вещи, но и потому, что рабочий класс был настолько неграмотен, что редко кто из его представителей мог читать или писать. То было темное время царствования «сверхчеловека», который называл тружеников, составляющих большую часть населения, «скотами». Грамотность преследовалась. В своде законов того времени существовал даже такой страшный закон, согласно которому любой человек, независимо от своей классовой принадлежности, обучивший хотя бы алфавиту представителя рабочего класса, совершал тем самым преступление, караемое смертью. Такое строгое ограничение образования рамками правящего класса было необходимо для того, чтобы этот класс продолжал оставаться у власти.</p>
     <p>В результате изложенного выше появились профессиональные рассказчики. Этим рассказчикам платила олигархия, и они рассказывали совершенно безвредные легендарные, мифические и романтические истории. Но дух свободы никогда не умирал, и под видом рассказчиков выступали агитаторы, призывавшие рабов к восстанию. То, что данный рассказ был запрещен олигархами, подтверждается документами суда уголовной полиции в Эшбери, где сообщается, что 27 января 2734 года некий Джон Торни был признан виновным в том, что рассказывал его в питейном заведении для рабочих, и приговорен к пяти годам каторжных работ на борных рудниках в пустыне Аризоны. — <emphasis>Примечание редактора.</emphasis></p>
     <p>Слушайте, братья мои, я расскажу вам историю о руке. Эта рука принадлежала Тому Диксону, а Том Диксон был первоклассным ткачом на фабрике этого негодяя Роджера Вендеруотера. Эту фабрику рабы, которые на ней трудились, прозвали «Преисподней», уж кому не знать, как им. Фабрика находилась в Кингсбери, не там, где летний дворец Вендеруотера, а на противоположном конце. Вы не знаете, где находится Кингсбери? К сожалению, вы многого не знаете, братья мои. А все оттого, что вы даже не знаете, что вы рабы. После того как я расскажу вам эту историю, мне хотелось бы организовать среди вас группу для изучения грамоты. Наши хозяева умеют читать и писать, им принадлежит множество книг, именно поэтому они и являются нашими господами, живут во дворцах и не работают. Когда все труженики обучатся грамоте — абсолютно все, — они станут сильными, и вот тогда они сумеют использовать свою силу, чтобы разбить оковы, и больше не будет в мире ни господ, ни рабов.</p>
     <p>Кингсбери, братья мои, находится в старинном штате Алабама. На протяжении трехсот лет Вендеруотеры владели Кингсбери со всеми находящимися на его земле бараками для рабов и фабриками, а также бараками для рабов и фабриками во многих других городах и штатах. Вы, разумеется, слыхали о Вендеруотерах — кто о них не слышал? — но позвольте мне рассказать вам о них такое, чего вы не знаете. Первый из Вендеруотеров был рабом, таким же, как мы с вами, понятно? Триста лет тому назад он был рабом. Его отец был механиком в поместье Александра Берелла, а мать — прачкой. Все это совершенно точно. Я говорю вам чистую правду. Это все история. Каждое слово из того, что я вам говорю, напечатано в исторических книгах наших господ, которые вы не можете прочесть, потому что ваши господа не позволяют вам учиться читать. Теперь вам понятно, почему они не позволяют вам учиться читать, коли в книгах есть такие вещи. Они это знают, и они не дураки. Прочитай вы о таких вещах, вы бы потеряли уважение к вашим господам, а это было бы опасно… для них. Но мне все это известно, потому что я умею читать, и то, что я вам сейчас рассказываю, я прочел собственными глазами в исторических книгах наших господ.</p>
     <p>Имя первого Вендеруотера было не Вендеруотер; его звали Вендж, Билл Вендж, сын Йергиса Венджа, механика, и Лауры Карнли, прачки. Молодой Билл Вендж был сильным. Он мог бы остаться с рабами и возглавить их движение за освобождение, но вместо этого он продался хозяевам и был хорошо вознагражден. Еще ребенком он начал шпионить в своем бараке. Известно, что он донес о бунтарских речах собственного отца. Это факт, я своими глазами читал об этом в документах. Он был слишком хорошим рабом, чтобы оставлять его в бараке для рабов. Александр Берелл увез его оттуда еще ребенком и научил грамоте. Его обучили многим вещам, и он стал тайным агентом правительства. Разумеется, он перестал носить одежду раба, за исключением тех случаев, когда она была ему нужна как маскировка, чтобы разузнать секреты рабов и проникнуть в их заговоры. Это он, когда ему было всего лишь восемнадцать лет от роду, предал великого героя, товарища Ралфа Джейкобуса, которого судили и приговорили к казни на электрическом стуле. Конечно, все вы слышали священное имя Ралфа Джейкобуса, но для вас новость, что в его смерти повинен первый Вендеруотер, фамилия которого была тогда Вендж. Я знаю, я читал об этом. В книгах есть много интересных вещей, вроде этой.</p>
     <p>А после того, как Ралф Джейкобус умер ужасной смертью, прозвище Билла Венджа изменялось много раз. Он был известен повсюду как «Коварный Вендж». Он добился высоких чинов в качестве тайного агента и был щедро вознагражден, но все же не сумел стать членом класса господ. Мужчины были согласны считать его одним из своих, но женщины отказывались принять Коварного Венджа в свою среду. Коварный Вендж верно служил своим хозяевам. Он был рожден рабом, поэтому знал обычаи рабов. Провести его не удавалось. В те дни рабы были смелее, чем теперь, они то и дело предпринимали попытки добиться свободы. Коварный Вендж проникал во все их заговоры и планы, и все эти заговоры и планы проваливались, а руководителей их казнили на электрическом стуле. В 2255 году ему дали новое прозвище. В том году произошло Великое Восстание. В районе к западу от Скалистых гор семнадцать миллионов рабов отважно сражались за освобождение от гнета своих господ. Не будь Коварного Венджа на свете, быть может, они бы и добились победы — кто знает? Но Коварный Вендж не дремал. Хозяева предоставили ему полную власть. За восемь месяцев борьбы было убито миллион триста пятьдесят тысяч рабов. Их убил Вендж, Билл Вендж, Коварный Вендж, он один подавил Великое Восстание. Он получил высокую награду, а руки его были так обагрены кровью, что с тех пор его прозвали «Кровавым Венджем». Видите, братья мои, какие интересные вещи можно узнать из книг, если умеешь их читать. Поверьте мне, в книгах есть много других, еще более интересных вещей. Стоит вам только захотеть, я в течение года научу вас грамоте, и вы сами сможете читать эти книги. Некоторые из вас сумеют читать даже через шесть месяцев.</p>
     <p>Кровавый Вендж дожил до глубокой старости и всегда, до самой смерти, участвовал в совещаниях господ, но его самого так и не сделали господином. Он появился на свет в хижине раба. Но он был щедро вознагражден! У него был десяток дворцов, и, не будучи господином, он владел тысячами рабов. Для увеселительных прогулок по морю у него была большая яхта — настоящий плавучий дворец, он владел целым островом, где на кофейных плантациях гнули спины десять тысяч рабов. Но в старости он был одинок, потому что жил замкнуто, братья-рабы ненавидели его, а те, кому он служил, смотрели на него свысока и отказались быть его братьями. Господа презирали его за то, что он родился рабом. Он умер, обладая несметным богатством, но смерть его была ужасной, ибо совесть терзала его, заставляя жалеть обо всем, что он сделал и что наложило кровавое пятно на его имя.</p>
     <p>Однако с его детьми все было по-другому. Они не родились в хижине раба и по особому приказу Главного Олигарха того времени Джона Моррисона были зачислены в класс господ. И тогда имя Вендж исчезло со страниц истории. Оно превратилось в Вендеруотер, и Джейсона Венджа, сына Кровавого Венджа, стали именовать Джейсоном Вендеруотером, основателем рода Вендеруотеров. Это было триста лет тому назад, и сегодняшние Вендеруотеры забыли о своих предках и воображают, что они сделаны из другого теста, чем мы с вами и все остальные рабы. Я спрашиваю вас, почему раб становится господином другого раба? Почему сын раба превращается в господина многих рабов? Ответ на эти вопросы вы найдете сами, и не забывайте при этом, что предки Вендеруотеров были рабами.</p>
     <p>А теперь, братья мои, я возвращаюсь к началу своей истории, чтобы рассказать вам о руке Тома Диксона. Фабрика Роджера Вендеруотера в Кингсбери была справедливо прозвана «Преисподней», но рабы, которые на ней трудились, как вы увидите, были настоящими мужчинами. Там работали также женщины и дети, совсем маленькие дети. Все, кто там работал, по закону пользовались обычными правами рабов, но об этом только говорилось в законе, на самом же деле надсмотрщики «Преисподней» Джозеф Кленси и Адольф Манстер лишали их этих прав.</p>
     <p>Это длинная история, и я не буду рассказывать вам ее всю. Я расскажу только о руке. Так уж было заведено, что по закону каждый месяц часть нищенского заработка рабов удерживалась и откладывалась в фонд. Этот фонд предназначался для помощи тем товарищам по работе, которые оказывались жертвами несчастного случая или заболевали. Как вы знаете сами, этим фондом заведуют надсмотрщики. Таков закон, и в «Преисподней» этим фондом заведовали два надсмотрщика, будь они прокляты.</p>
     <p>Кленси и Манстер пользовались этими деньгами в своих интересах. Когда происходили несчастные случаи с рабочими, их товарищи, как было принято, давали разрешение на выдачу пособия из фонда, но надсмотрщики отказывались выплатить деньги. Что оставалось делать рабам? Их права охранялись законом, но они не могли добиться выполнения закона. Тех, кто выражал недовольство действиями надсмотрщиков, наказывали. Вы сами знаете, что представляет из себя такое наказание: штраф за несуществующий брак в работе, завышенные счета в лавке, принадлежащей компании, зверское обращение с женой и детьми провинившегося и перевод на плохие станки, работа на которых означает нищенское существование.</p>
     <p>Однажды рабы «Преисподней» заявили протест самому Вендеруотеру. Стояла та пора, когда он проводил несколько месяцев в Кингсбери. Один из рабов умел писать: оказывается, его мать была грамотной, и она тайком выучила письму своего сына, как и ее в свое время по секрету научила ее мать. Итак, этот раб написал петицию, в которой было изложено множество жалоб, и все рабы поставили вместо подписей кресты. Наклеив на конверт марки, они отправили эту петицию Роджеру Вендеруотеру. Но Роджер Вендеруотер, ничего не сделав, передал эту петицию двум надсмотрщикам. Кленси и Манстер рассвирепели. Ночью они прислали в барак, где жили рабы, стражников, вооруженных дубинками. На следующий день, говорят, только половина рабов могла выйти на работу в «Преисподнюю». Их жестоко избили. Раба, умевшего писать, избили так, что он прожил всего лишь три месяца. Но перед смертью он снова написал петицию, а зачем он это сделал, вы сейчас услышите.</p>
     <p>Спустя четыре-пять недель у раба Тома Диксона из «Преисподней» приводным ремнем оторвало руку. Товарищи по работе, как обычно, предложили ему пособие из фонда, но Кленси и Манстер, как всегда, отказались выдать деньги. Раб, умевший писать, — в то время он уже был при смерти — снова подробно изложил все жалобы. И этот документ был вложен в оторванную руку Тома Диксона.</p>
     <p>В это время Роджер Вендеруотер лежал больной в своем дворце на другом конце Кингсбери. Он страдал не той ужасной болезнью, братья мои, которая сваливает с ног нас с вами; просто у него не то немного разлилась желчь, не то слегка побаливала голова, потому что он не то слишком сытно поел, не то чересчур много выпил. Но для него, изнеженного и рыхлого, и этого было достаточно. Люди, которые всю жизнь свою проводят закутанными в вату, всегда изнеженные и рыхлые. Поверьте мне, братья мои, Роджер Вендеруотер страдал от своей головной боли и воображал, что страдает так же сильно, как мучился Том Диксон, когда у него оторвало руку.</p>
     <p>Роджер Вендеруотер увлекался научной агрономией, и на своей ферме, в трех милях от Кингсбери, ему удалось вырастить новый сорт клубники. Он очень гордился своей новой клубникой, и, если бы не болезнь, сам поехал бы собирать первые спелые ягоды. Но из-за болезни ему пришлось приказать старому рабу привезти с фермы первую корзину ягод. Об этом стало известно от дворцового поваренка, который ночевал в бараке для рабов. Доставить ягоды должен был надсмотрщик, но он лежал со сломанной ногой, которую повредил, объезжая жеребенка. Поваренок рассказал об этом ночью, сообщив, что ягоды привезут на следующий день. Тогда обитавшие в бараке рабы из «Преисподней», настоящие мужчины, а не трусы, держали совет.</p>
     <p>Раб, который мог писать, но был болен и умирал от нанесенных ему ударов, заявил, что он повезет руку Тома Диксона; он все равно умрет, сказал он, так что не имеет значения, если ему придется умереть немного раньше. Итак, в ту ночь после последнего обхода стражи пять рабов незаметно выскользнули из барака. Среди них был раб, умевший писать. До утра они пролежали в кустарнике возле дороги, пока не появился старый раб с фермы: он нес в город своему господину драгоценные ягоды. Раб с фермы был немощный, искалеченный ревматизмом старик, а раб, умевший писать, еле передвигал ноги от побоев. Они были очень похожи друг на друга, и у них была одинаковая походка. Раб, умевший писать, надел на себя одежду раба с фермы, надвинул на глаза широкополую шляпу, забрался на сиденье повозки и отправился в город. Старый раб с фермы просидел связанным в кустах до наступления вечера, потом другие рабы его освободили и отправились обратно в барак, чтобы понести наказание за нарушение правил.</p>
     <p>Тем временем Роджер Вендеруотер лежал в своей великолепной спальне в ожидании ягод; такое великолепие и такая роскошь были там, что они могли бы ослепить нас с вами, ибо никогда еще не доводилось нам видеть ничего подобного. Раб, умевший писать, рассказывал потом, что ему эта спальня показалась настоящим раем. И что в этом удивительного? Труд и жизнь десятка тысяч рабов ушли на то, чтобы создать эту спальню, в то время как сами они, словно дикие звери, спали в отвратительных берлогах. Раб, умевший писать, внес ягоды на серебряном подносе или блюде: видите ли, Роджер Вендеруотер пожелал лично побеседовать с ним о ягодах.</p>
     <p>Едва держась на ногах, раб, умевший писать, пересек великолепную комнату и стал на колени перед ложем Вендеруотера, держа в протянутых руках поднос. Большие зеленые листья покрывали поднос сверху, и телохранитель, стоявший у ложа, смахнул их, чтобы Вендеруотер мог полюбоваться ягодами. И, приподнявшись на локте, Роджер Вендеруотер увидел. Он увидел похожие на рубины чудесные свежие ягоды, а среди них руку Тома Диксона, дочиста отмытую, конечно, братья мои, белую-пребелую по сравнению с кроваво-красными ягодами. И еще он увидел зажатую в негнущихся, мертвых пальцах петицию своих рабов из «Преисподней».</p>
     <p>— Возьми и прочти, — сказал раб, умевший писать. И когда хозяин взял петицию, телохранитель, который было замер от удивления, ударил кулаком в лицо коленопреклоненного раба. Раб умирал, он очень ослабел, ему было все равно. Он не издал ни звука и, упав на бок, лежал, не двигаясь, истекая кровью от удара по лицу. Врач, который бросился за дворцовой охраной, возвратился со стражей, и они силой поставили раба на ноги. Но когда его тащили, он вцепился в упавшую на пол руку Тома Диксона.</p>
     <p>— Бросить его на растерзание собакам! — в ярости закричал телохранитель. — Бросить его на растерзание собакам!</p>
     <p>Но Роджер Вендеруотер, забыв о своей головной боли, приказал ему замолчать и продолжал читать петицию. И пока он читал ее, все стояли неподвижно: и разъяренный телохранитель, и врач, и дворцовая охрана, окружившая раба, истекавшего кровью и все еще державшего руку Тома Диксона. И когда Роджер Вендеруотер прочел петицию, он повернулся к рабу и сказал:</p>
     <p>— Если в этой бумаге есть хоть крупица лжи, ты пожалеешь о том, что родился.</p>
     <p>— Я всю свою жизнь жалею, что появился на свет, — ответил раб.</p>
     <p>Роджер Вендеруотер пристально посмотрел на него, и раб добавил:</p>
     <p>— Вы уже причинили мне самое плохое, что только могли. Я умираю. Через неделю меня уже не будет в живых, поэтому мне все равно, если вы убьете меня сейчас.</p>
     <p>— А что ты сделаешь с этим? — спросил господин, указывая на руку.</p>
     <p>— Я унесу ее обратно в барак, чтобы похоронить, — ответил раб. — Том Диксон был моим другом. Наши станки стояли рядом.</p>
     <p>Мало что остается добавить к моему рассказу, братья. Раб и рука были отправлены в повозке обратно в барак. Никто из рабов не был наказан за то, что они сделали. Напротив, Роджер Вендеруотер произвел расследование и наказал надсмотрщиков Джозефа Кленси и Адольфа Манстера. Обоих сняли с работы. На лбу у них выжгли клеймо, отрубили правую руку и вышвырнули их на улицу странствовать и просить милостыню до самой смерти. После этого какое-то время фондом управляли по закону, но это длилось очень недолго, братья мои, потому что на смену Роджеру Вендеруотеру пришел его сын Альберт, жестокий хозяин и почти ненормальный человек.</p>
     <p>Раб, который преподнес хозяину руку Тома Диксона, — это мой отец. Он был смелым человеком. И так же тайно, как его мать научила его грамоте, он обучил меня. А так как он вскоре умер от побоев, Роджер Вендеруотер взял меня из барака и постарался вывести в люди. Я мог бы стать надсмотрщиком в «Преисподней», но я предпочел быть рассказчиком, чтобы постоянно бродить по стране и всегда находиться рядом с моими братьями-рабами.</p>
     <p>Я рассказываю вам об этих вещах тайно, зная в глубине души, что вы не предадите меня, ибо, сделай вы это, вам известно не хуже меня, что мне вырвали бы язык и я больше не мог бы рассказывать истории. И еще я хочу сказать вам, братья, что наступит иная пора, пора, когда все будет хорошо во всем мире, когда не станет ни господ, ни рабов. Но вам следует сначала подготовиться к этому хорошему будущему: вы должны научиться читать. В печатном слове заключена большая сила. И вот я здесь, чтобы обучить вас читать. Есть и другие люди, которые, когда я уйду своей дорогой, позаботятся о том, чтобы у вас были книги, исторические книги — из них вы узнаете правду о ваших господах и тогда станете не менее сильными, чем они.</p>
     <p>[<emphasis>Примечание редактора.</emphasis> — Этот рассказ взят из книги «Исторические отрывки и краткие заметки», впервые опубликованной в пятидесятитомном издании в 4427 году и в настоящее время, спустя двести лет, отредактированной и переизданной Национальным комитетом по историческим исследованиям, ввиду их достоверности и ценности.]</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Кусок мяса</p>
     </title>
     <p>Последним кусочком хлеба Том Кинг подобрал последнюю каплю мучного соуса, начисто вытер им тарелку и долго, сосредоточенно жевал его. Из-за стола он встал с гнетущим ощущением голода. А ведь только он один и поел. Обоих ребятишек уложили спать пораньше в соседней комнате в надежде, что во сне они забудут о пустых желудках. Жена не притронулась к еде и сидела молча, озабоченно наблюдая за мужем. Это была худая, изможденная женщина, дочь рабочего, сохранившая еще остатки былой привлекательности. Муку для соуса она заняла у соседей. Последние два полпенни ушли на покупку хлеба.</p>
     <p>Том Кинг присел у окна на расшатанный стул затрещавший под его тяжестью, и, машинально сунув в рот трубку, полез в боковой карман. Отсутствие табака вернуло его к действительности, и, обругав себя за беспамятность, он отложил трубку в сторону. Движения его были медленны, почти неуклюжи — казалось, он изнемогает под тяжестью собственных мускулов. Это был человек весьма внушительного вида и внушительного сложения; наружность его не слишком располагала к себе. Грубая поношенная одежда висела на нем мешком. Ветхие башмаки были подбиты слишком тяжелыми подметками, тоже отслужившими свой век. Ворот дешевой, двухшиллинговой рубашки давно обтрепался, а покрывавшие ее пятна уже не поддавались чистке.</p>
     <p>Профессию Тома Кинга можно было безошибочно определить по его лицу — типичному лицу боксера. Долгие годы работы на ринге наложили на него свой отпечаток, придав ему какую-то настороженность зверя, готового к борьбе. Это угрюмое лицо было чисто выбрито, словно для того, чтобы все его черты выступили как можно резче. Бесформенные губы складывались в крайне жесткую линию, и рот был похож на шрам. Тяжелая, массивная нижняя челюсть выдавалась вперед. Глаза под набрякшими веками и кустистыми бровями двигались медленно и казались почти лишенными выражения. Да, несомненно, было что-то звериное в наружности Кинга и особенно в его глазах — сонных с виду глазах льва, готового к схватке. Низкий лоб был покат, а под коротко остриженными волосами отчетливо проступал каждый бугор на обезображенной голове. Нос, дважды сломанный, исковерканный бессчетными ударами на все лады, и оттопыренное, всегда распухшее ухо, изуродованное так, что оно стало вдвое больше своей нормальной величины, тоже отнюдь его не красили, а уже проступавшая на недавно выбритых щеках борода придавала коже синеватый оттенок.</p>
     <p>Словом, у Тома Кинга была внешность человека, которого можно испугаться где-нибудь в темном переулке или в каком-либо уединенном месте. А между тем он вовсе не был преступником и никогда ничего преступного не совершал. Иногда побранится — это дело обычное в его среде, а вообще-то он никому не делал вреда. Никто никогда не видел, чтобы он затеял ссору. Том Кинг был боксер-профессионал и всю свою боевую свирепость сохранял для профессиональных выступлений. Вне ринга он был флегматичен, покладист, а в молодые годы, когда у него водились деньги, раздавал их щедрой рукой, не заботясь о себе. Он не страдал злопамятностью и имел мало врагов. Бой на арене являлся для него средством к жизни. На ринге он наносил удары, чтобы причинить повреждения, чтоб изувечить противника, уничтожить его, но делал это без злобы. Для него это было обыкновенным деловым занятием. Зрители собирались и платили деньги, чтобы посмотреть, как противники нокаутируют друг друга. Победителю доставалась большая часть денежного приза. Когда Том Кинг встретился двадцать лет назад с Улумулу Гуджером, он знал, что нижняя челюсть Гуджера, сломанная в ньюкаслском состязании, всего месяца четыре как зажила. И он метил именно в эту челюсть и опять сломал ее на девятом раунде, но не потому, что питал к Гуджеру вражду, а потому, что это был наиболее верный способ вывести Гуджера из строя и получить большую часть приза. И Гуджер не обозлился на него. Таков был закон игры, оба они знали его и следовали ему.</p>
     <p>Том Кинг был несловоохотлив. Сидя у окошка, он молчал, угрюмо разглядывая свои руки. На тыльной стороне кистей выступали толстые, вздутые вены, а расплющенные и изуродованные суставы пальцев свидетельствовали о службе, которую они несли. Том Кинг никогда не слыхал, что жизнь человека — это жизнь его артерий, но что значат эти толстые, набухшие вены, было ему очень хорошо известно. Его сердце гнало по ним слишком много крови под слишком высоким давлением. Они уже не справлялись со своей работой. Задавая им непосильную задачу, он заставил их потерять эластичность, а вместе с этим утратил и свою былую выносливость. Теперь он легко уставал и уже не мог двадцать бешеных раундов биться, биться, биться, как одержимый, от гонга до гонга, то прижавшись к канатам, то сам отбрасывая к канатам противника и с каждым раундом усиливая ярость своих атак, чтобы в двадцатом, последнем, раунде, когда весь зал, вскочив, ревет, собрать воедино всю свою стремительность и всю мощь и нападать, бить, увертываться, снова и снова обрушивая на противника град ударов и получая такой же град ударов в ответ, в то время как сердце безотказно гонит по упругим венам бурно приливающую кровь. Вздувавшиеся во время боя вены потом всегда опадали, но не совсем, — каждый раз, незаметно для глаза, они становились чуточку шире прежнего.</p>
     <p>Том Кинг смотрел на свои вены и на искалеченные суставы пальцев, и на мгновение ему припомнилось, какой юношески-безупречной формой обладали эти руки до того, как он впервые размозжил одну из костяшек о голову Бенни Джонса, известного под кличкой «Валлийское Страшилище».</p>
     <p>Голод снова заговорил в нем.</p>
     <p>— Эх! Неужели нельзя достать кусок мяса! — пробормотал он, сжимая свои огромные кулаки, и тихонько выругался.</p>
     <p>— Я пробовала, просила и у Берка и у Соулея… — виновато сказала жена.</p>
     <p>— Не дали? — спросил он.</p>
     <p>— Ни на полпенни. Берк сказал… — Она запнулась.</p>
     <p>— Договаривай! Что он сказал?</p>
     <p>— Да что мы и так уж много забрали у него продуктов в долг и что Сэндл, наверное, задаст тебе нынче трепку.</p>
     <p>Том Кинг хмыкнул, но промолчал. Ему вспомнился вдруг бультерьер, которого он держал, когда был помоложе, и закармливал до отвала мясом. Тогда Берк поверил бы ему, Кингу, тысячу бифштексов в долг. Но времена изменились. Том Кинг старел, а старые боксеры, выступающие в состязаниях во второразрядных клубах, не могут рассчитывать на сколько-нибудь порядочный кредит у лавочников.</p>
     <p>Том Кинг встал в это утро с тоской по куску говядины, и тоска эта не утихала. К тому же он знал, что недостаточно натренирован для предстоящей борьбы. Этот год в Австралии выдался засушливый, дела у всех шли туго, и даже случайную работу не легко было подыскать. Партнера для тренировки у Тома не было, питался он плохо, редко ел досыта. Иногда он по нескольку дней работал чернорабочим, если удавалось устроиться, а по утрам обегал кругом весь парк Домен для тренировки ног. Но трудно тренироваться без партнера, да еще когда у тебя жена и ребятишки, которых надо прокормить. Предстоящее состязание с Сэндлом не слишком-то подняло его кредит у лавочников. Секретарь Гейети-клуба выдал ему вперед три фунта — ту часть приза, которая причитается побежденному, — но дать что-либо сверх этого отказался. Время от времени Кингу удавалось перехватить несколько шиллингов у старых приятелей; они одолжили бы ему и больше, если бы не засуха, из-за которой им самим приходилось туго. Нет, что уж правду таить, — он плохо подготовлен к состязанию. Следовало бы лучше питаться и не иметь столько забот. К тому же в сорок лет труднее входить в форму, чем в двадцать.</p>
     <p>— Который час, Лиззи?</p>
     <p>Жена побежала к соседям через площадку узнать время и тотчас вернулась.</p>
     <p>— Без четверти восемь.</p>
     <p>— Первый бой начнется через несколько минут, — сказал он. — Это только пробный. Потом пойдет бой в четыре раунда между Диллером Уэллсом и Гридли, потом в десять раундов — между Скайлайтом и каким-то матросом. Мне выступать не раньше чем через час.</p>
     <p>Посидев молча еще минут десять, он поднялся.</p>
     <p>— Правду сказать, Лиззи, у меня не было настоящей тренировки.</p>
     <p>Взяв шляпу, Кинг направился к двери. Он не поцеловал жену, — он никогда не целовал ее на прощание, — но в этот вечер она сама решилась его поцеловать и, обхватив руками за шею, заставила нагнуться к ней; она выглядела совсем маленькой рядом со своим громадиной-мужем.</p>
     <p>— Желаю удачи, Том, — шепнула она. — Ты должен его одолеть.</p>
     <p>— Да, я должен его одолеть, — повторил он. — Тут и говорить не о чем. Я должен его одолеть, вот и все.</p>
     <p>Он засмеялся с притворной веселостью, а жена еще теснее прижалась к нему. Поверх ее плеча он окинул взглядом убогую комнату. Здесь было все, чем он обладал в этом мире: комната, за которую давно не плачено, жена и ребятишки. И он уходил в ночь, покидал их, чтобы добыть пропитание для своей подруги и детенышей, но не так, как добывает его современный рабочий, направляясь на однообразную, изнурительную работу к своему станку, а древним, царственно-первобытным, звериным способом — в бою.</p>
     <p>— Я должен его одолеть, — повторил он, на этот раз с ноткой отчаяния в голосе. — Если побью, получу тридцать фунтов, расплачусь со всеми долгами, и еще куча денег останется. Не побью — не получу ничего, не единого пенни, даже на трамвай до дому не получу. Ну, прощай, старуха. Если побью, вернусь прямо домой.</p>
     <p>— Я не лягу, буду дожидаться! — крикнула она ему вдогонку, выглянув на лестницу.</p>
     <p>До Гейети-клуба было добрых две мили, и, шагая по улице, Том Кинг вспомнил, как в былые, счастливые дни он, чемпион тяжелого веса Нового Южного Уэлса, ездил на состязания в кебе, и кто-нибудь из тех, кто ставил на него тогда большие суммы, сопровождал его и платил за кеб. И вот теперь Томми Берне и этот негр-янки Джек Джонсон катаются в автомобилях, а он тащится пешком! А ведь отмахать добрых две мили — неважная подготовка к бою, кто ж этого не знает. Он стар, а жизнь не милует стариков. Ни на что он больше не годен, разве только на черную работу, да и тут сломанный нос и изуродованное ухо оказывают ему плохую услугу. Жаль, что он не выучился какому-нибудь ремеслу. Да, как видно, так было бы лучше. Но никто в свое время не дал ему такого совета, да и в глубине души он знал, что все равно не стал бы никого слушать. Ведь жизнь давалась ему тогда так легко! Уйма денег, жаркие, славные бои, а в промежутках — долгие периоды отдыха, безделья… целая свита услужливых льстецов… похлопывания по спине, рукопожатия… светские щеголи, наперебой угощавшие его виски, только бы добиться высокой чести — пятиминутного разговора с ним… И венец всего — неистовствующая публика, бурный финал, судья, объявляющий: «Победил Кинг!», — и его имя на столбцах спортивной хроники в газетах на следующий день.</p>
     <p>Да, славное было времечко! Но сейчас, после того как он, по своему обыкновению, медленно и долго размышлял над этим, ему стало ясно, что он в ту пору сталкивал с дороги стариков. Он был тогда восходящей звездой, Молодостью, а они — близившейся к закату Старостью. Не мудрено, что победа над ними давалась ему легко: у них были вздувшиеся жилы, искалеченные суставы, крепко засевшая в теле усталость от бесчисленных проведенных ими боев. Ему вспомнилось, как в Раш-Каттерс Бэй он побил старого Стоушера Билла на восемнадцатом раунде и как тот, словно ребенок, плакал потом у себя в раздевалке. Быть может, Билл просрочил плату за квартиру? Может, дома его ждали жена, ребятишки? И может, Билл в день состязания был голоден и тосковал по куску мяса? Старик не хотел сдаваться, и он страшно его разделал. Теперь, сам находясь в его шкуре, Том Кинг понимал, что в тот вечер, двадцать лет назад, Стоушер Билл ставил на кон куда больше, чем юный Том, сражавшийся ради славы, ради легко достававшихся ему денег. Что ж мудреного, если Стоушер Билл плакал потом в раздевалке!</p>
     <p>Да, каждому, как видно, отпущено сил на определенное число схваток, не больше. Таков железный закон боя. Один может выдержать сотню тяжелых боев, другой — только двадцать; каждого, в соответствии с его сложением и темпераментом, хватает на определенное время, а потом он конченый человек. Что ж, его, Тома Кинга, хватило на большее, чем многих других, на его долю выпало больше жестоких, изнурительных боев, которые задавали такую работу легким и сердцу, что они, казалось, готовы были лопнуть, и артерии лишались эластичности, мягкая гибкость гладких юношеских мышц превращалась в жесткие узлы мускулов, нервы изматывались, выносливость подрывалась, тело и мозг утомлялись от непосильного напряжения. Да, он еще дольше продержался, чем другие! Все его старые товарищи уже сошли с ринга. Он был последним из старой гвардии. Они выбывали из строя у него на глазах, и подчас он сам прикладывал к этому руку.</p>
     <p>Его выпускали против стариков, и он сметал их с дороги одного за другим, смеясь, когда они, как старый Стоушер Билл, плакали в раздевалке. А теперь он сам стар, и юнцы пробуют на нем свои силы. Вот, к примеру, хоть этот малый, Сэндл. Он приехал из Новой Зеландии, где уже прославился. Но здесь, в Австралии, о нем никто ничего не знает, и его выпускают против старого Тома Кинга. Если Сэндл себя покажет, ему дадут противников посильнее и увеличат приз, так что он, без сомнения, будет сегодня биться до последнего. Ведь в этом бою он может выиграть все — деньги, славу, карьеру. И преградой на этом широком пути к славе и богатству стоит старый, седой Кинг. А Том Кинг ничего уже больше не может выиграть — только тридцать фунтов, чтобы расплатиться с домохозяином и с лавочниками. И когда он подумал об этом, в его неповоротливом мозгу возник образ сияющей Молодости, ликующей и непобедимой, с гибкими мышцами, шелковистой кожей и здоровыми, не знающими усталости легкими и сердцем. Молодости, которая смеется над тем, кто бережет силы. Да, Молодость — это Возмездие! Она уничтожает стариков, не задумываясь над тем, что, поступая так, уничтожит и самое себя. Ее артерии вздуются, суставы на пальцах расплющатся, и ее, в свой черед, уничтожит победоносная Молодость. Ибо Молодость всегда юна. Стареют только поколения.</p>
     <p>На Кеслри-стрит он свернул налево и, пройдя три квартала, подошел к Гейети-клубу. Толпа молодых сорванцов, торчавших у входа, почтительно расступилась перед ним, и он услышал за своей спиной:</p>
     <p>— Это он! Это Том Кинг!</p>
     <p>Направляясь в раздевалку, он встретил секретаря — востроглазого молодого человека с лисьей мордочкой; тот пожал ему руку.</p>
     <p>— Как вы себя чувствуете, Том — спросил он.</p>
     <p>— Превосходно! Свеж, как огурчик! — ответил Кинг, хотя знал, что лжет и что, будь у него сейчас в кармане фунт стерлингов, он отдал бы его, не задумываясь, за хороший кусок мяса.</p>
     <p>Когда он вышел из раздевалки и в сопровождении своих секундантов двинулся по проходу между скамьями к квадратной, огороженной канатами площадке в центре зала, томящиеся в ожидании зрители встретили его бурными аплодисментами и приветствиями. Том Кинг раскланивался направо и налево, но замечал мало знакомых лиц. Большинство зрителей составляли зеленые юнцы, которых еще на свете не было, когда он пожинал первые лавры на ринге. Нырнув под канат, Кинг легко вскочил на площадку, прошел в свой угол и опустился на складной стул. Судья Джек Болл направился к нему — пожать ему руку. Болл, сошедший с ринга боксер, не выступал уже свыше десяти лет. Кинга обрадовало, что судьей назначен Болл. Оба они были старики. Том знал — на Болла можно положиться. Если он обойдется с Сэндлом не совсем по правилам, Болл с него не взыщет.</p>
     <p>Молодые тяжеловесы один за другим поднимались на площадку, судья представлял их публике и тут же объявлял их ставки.</p>
     <p>— Молодой Пронто из Северного Сиднея, — выкликал он, — вызывает победителя. Ставит пятьдесят фунтов!</p>
     <p>Публика аплодировала. Когда Сэндл, перескочив через канат, уселся в своем углу, его тоже встретили аплодисментами. Том Кинг с любопытством поглядел на противника. Еще несколько минут — и они сойдутся в беспощадном бою, в котором каждый из них приложит все силы, чтобы измолотить другого до бесчувствия. Но рассмотреть Сэндла хорошенько он не мог, потому что тот, как и он сам, был в длинных брюках и свитере, надетых поверх спортивного костюма. Лицо Сэндла было мужественно и красиво, над лбом вились золотистые кудри, крепкая, мускулистая шея говорила о большой физической мощи.</p>
     <p>Юный Пронто прошел из угла в угол, чтобы обменяться рукопожатиями с противниками, и спрыгнул с ринга. Вызовы продолжались. Юнцы один за другим проскакивали под канат — еще безвестные, но полные задора, спеша объявить на весь мир о своей готовности померяться с победителем силой и ловкостью. Несколько лет назад непобедимому Тому Кингу, достигшему апогея славы, все предшествующие бою церемонии казались смешными и скучными. Но теперь он сидел как зачарованный, не в силах оторвать глаз от этого парада Молодости. Так было всегда — все новые и новые юнцы проскакивали под канат и бросали свой вызов всем. И старики неизменно склонялись перед ними, побежденные. Молодые карабкались к успеху по телам стариков. Их прибывало все больше и больше. То была Молодость — ненасытная, непобедимая. И всегда они сметали с дороги стариков, а потом сами старели и катились вниз, следом за стариками, а за ними, неустанно напирая на них, бесконечной чередой шли новые и новые поколения. И так будет до скончания веков, ибо Молодость идет своим путем и никогда не умирает.</p>
     <p>Кинг бросил взгляд на ложу журналистов и кивнул Моргану из «Спортсмена» и Корбетту из «Рефери». Потом протянул руки своим секундантам, Сиду Сэлливену и Чарли Бейтсу. Они надели на него перчатки и туго затянули их под внимательным взором одного из секундантов Сэндла, который сначала придирчиво проверил обмотки на суставах Кинга. Секундант Кинга выполнил ту же обязанность по отношению к Сэндлу. С Сэндла стянули брюки, он встал, с него стащили через голову свитер, и Том Кинг увидел перед собой воплощение Молодости — с могучей грудью и крепкими мускулами, которые играли, перекатываясь, как живые, под атласистой кожей. Жизнь била ключом в этом теле, и Том Кинг знал, что оно не растратило еще своей свежести, что жизнь еще не уходила из него по капле через все поры в долгих изнурительных боях, в которых Молодость платит свою дань, выходя из них всякий раз уже не столь юной.</p>
     <p>Противники двинулись навстречу друг другу; прозвучал гонг, секунданты спрыгнули вниз, унося складные стулья. Том Кинг и Сэндл обменялись рукопожатиями и встали в стойку. И сразу же Сэндл, действуя подобно хорошо слаженному механизму из стали и пружин, сделал выпад, отступил, повторил выпад, левой ударил Тома в глаза, правой под ребра, нырнул, чтобы избежать ответного удара, легко, словно танцуя, отскочил назад и так же легко сделал угрожающий бросок вперед. Он был стремителен и ловок. Зрелище показалось увлекательным. Зал огласился восторженными криками. Но Кинг не был ослеплен этим зрелищем. Он провел уже столько боев, с таким множеством молодых боксеров, что знал цену подобным ударам, чересчур быстрым и чересчур ловким, чтобы быть опасными. По-видимому, Сэндл намеревался развязать бой сразу. Этого следовало ожидать. Так действует Молодость, щедро расточая свое несравненное превосходство, свою дивную красу в бешеных натисках и яростных схватках и подавляя противника великолепием своей силы и жажды победы.</p>
     <p>Сэндл — легконогий, горячий, живое чудо сверкающего белизной тела и разящих мускулов — наступал и отступал, мелькая то тут, то там, повсюду, скользя и ныряя, как снующий челнок, сплетая тысячу движений в ослепительный натиск, устремленный к одной цели — уничтожить Тома Кинга, стоящего на его пути к славе. И Том Кинг терпеливо это сносил. Он знал свое дело и теперь, когда сам уже не был молод, понял, что такое Молодость. Сейчас оставалось только выжидать, пока противник не выдохнется. И, порешив так, он ухмыльнулся, пригибаясь, умышленно подставляя свое темя под тяжелый удар. Это был предательский прием, но разрешенный правилами бокса. Каждый должен сам беречь свои суставы, а если противник упорно старается треснуть тебя по макушке, пусть пеняет на себя. Кинг мог избежать удара, нагнувшись ниже, но ему припомнились его первые бои и то, как он впервые расплющил сустав пальца о голову Валлийского Страшилища. Теперь он платил той же монетой. Этот маневр был рассчитан на то, что Сэндл разобьет себе костяшку о его голову. Пусть даже Сэндл и не заметит этого сгоряча, — с той же великолепной беззаботностью он будет снова и снова наносить такие же тяжелые удары до конца боя. Но когда-нибудь впоследствии, когда долгие бои начнут сказываться на нем, Сэндл оглянется назад и пожалеет о том, что раздробил этот сустав о голову Тома Кинга.</p>
     <p>Весь первый раунд нападал один Сэндл, и зрительный зал гудел, восхищаясь молниеносностью его ураганных атак. Он обрушивал на Кинга лавину ударов, а Кинг не отвечал. Он не нанес ни одного удара, только прикрывался, блокировал, нырял, входил в клинч, спасаясь от нападения. Он двигался неторопливо, временами делал ложный выпад, тряс головой, получив увесистый удар, и ни разу не сделал ни одного прыжка, ни одного отскока, не потратил ни капли сил. Пусть в Сэндле осядет пена Молодости, прежде чем осторожная Старость решится отплатить ей. Все движения Кинга были размеренны, неспешны, а прикрытые тяжелыми веками глаза и застывший взгляд придавали ему вид человека, который оглушен или движется в полусне. Но глаза его видели все — за двадцать с лишним лет работы на ринге они приучились ничего не упускать. Они не жмурились, встречая удар, в них не мелькало боязни, они смотрели холодно, измеряя дистанцию.</p>
     <p>В минутный перерыв по окончании раунда Том Кинг отдыхал в своем углу. Вытянув ноги, широко раскинув руки и положив их на канаты, он глубоко дышал всей грудью и животом, в то время как секунданты обмахивали его полотенцами. Закрыв глаза, он прислушивался к голосам в публике.</p>
     <p>— Почему ты не дерешься, Том? — кричали некоторые из зрителей. — Боишься ты его, что ли?</p>
     <p>— Скованность мускулов! — заявил кто-то в первом ряду. — Он не может двигаться быстрее. Два фунта против одного за Сэндла!</p>
     <p>Прозвучал гонг, и противники двинулись из своих углов. Сэндл прошел три четверти разделявшего их расстояния — ему не терпелось начать, а Кинг был доволен, что на его долю осталось меньше. Это отвечало его тактике экономии сил. Он не получил хорошей тренировки, скудно питался, и каждый шаг надо было беречь. К тому же он уже отмахал две мили пешком до ринга! Этот раунд был повторением предыдущего: Сэндл налетал на противника, как вихрь, и зрители орали, возмущаясь, почему Кинг не дерется. Кроме нескольких вялых, безрезультатных ударов и ложных выпадов, Кинг ничего не предпринимал, — только увертывался, блокировал и входил в клинч. Сэндл стремился навязать бой в бешеном темпе, но Кинг, умудренный опытом, не шел на это. Он продолжал беречь силы, ревниво, как бережет только Старость, и усмехался с выражением какого-то грустного торжества на изуродованном в схватках лице. А Сэндл был сама Молодость и расточал силы с великолепной беспечностью Молодости. Кинг — мастер ринга — обладал мудростью, выработанной в многочисленных тяжелых боях на ринге. Движения его были неторопливы. Ни на секунду не теряя головы, он холодным взглядом следил за Сэндлом, дожидаясь, когда у него остынет боевой задор. Большинству зрителей казалось, что Кинг безнадежно слаб, потерял класс, и они громко выражали свое мнение, ставя три против одного за Сэндла. Но кое-кто поопытней, знавший прежнего Кинга — таких нашлось немного, — принимал пари, считая, что выигрыш ему обеспечен.</p>
     <p>Третий раунд начался так же, как и предыдущие, — активность принадлежала Сэндлу, он все время шел в нападение. Раунд длился уже с полминуты, когда Сэндл в пылу самонадеянности раскрылся. Глаза Кинга сверкнули, и в то же мгновение его правая рука взметнулась вверх. Это был его первый настоящий удар — хук, нанесенный полусогнутой в локте рукой для придания ей жесткости, усиленный всей тяжестью тела, описавшего полукруг. Словно притворяющийся спящим лев молниеносно выбросил разящую лапу. Удар пришелся Сэндлу в челюсть сбоку и повалил его на пол, как вола на бойне. Зрители ахнули, и по залу прошел благоговейный шепот одобрения. Оказывается, этот старик вовсе не страдает скованностью мускулов, его правая бьет, как кузнечный молот!</p>
     <p>Сэндл был ошеломлен. Он повернулся, намереваясь встать, но секунданты закричали, чтобы он выждал счет, и остановили его. Привстав на одно колено, он ждал, готовый подняться, пока судья, стоя над ним. громко отсчитывал секунды у него над ухом. На девятой секунде он уже стоял, готовый к бою, и Том Кинг, взглянув на него, пожалел, что удар не пришелся дюймом ниже — точно в подбородок. Тогда это был бы нокаут, и он пошел бы домой, к жене и ребятишкам, с тридцатью фунтами в кармане.</p>
     <p>Раунд продолжался, пока не истекли положенные три минуты. Сэндл, казалось, впервые почувствовал уважение к своему противнику, а Кинг был все так же нетороплив, и его глаза снова приобрели прежнее сонное выражение. Когда секунданты уже присели на корточки у ринга, готовясь проскочить под канат, Кинг, поняв, что раунд близится к концу, стал направлять бой к своему углу. С ударом гонга он уже опускался на стул, в то время как Сэндлу нужно было еще пересечь по диагонали всю площадку, чтобы добраться до своего угла. Это была мелочь, но мелочи, складываясь вместе, приобретают немалое значение. Сэндлу пришлось сделать несколько лишних шагов, потратить на это какую-то энергию и потерять частицу драгоценного отдыха. В начале каждого раунда Кинг медленно подвигался вперед из своего угла и тем самым заставлял противника пройти большую часть расстояния. А к концу раунда он маневрировал так, чтобы перенести бой поближе к своему углу, где он мог сразу опуститься на стул.</p>
     <p>В последующих двух раундах Кинг расходовал силы все так же бережливо, Сэндл — все так же расточительно. Сэндл сделал попытку форсировать бой, и Кингу пришлось довольно туго, ибо немалая часть обрушившихся на него бессчетных ударов попали в цель. И все же Кинг упорно оставался пассивен, хотя молодежь в зале шумела и кое-какие горячие головы требовали, чтобы он принял бой. В шестом раунде Сэндл опять допустил промах, и снова страшная правая рука Кинга мелькнула в воздухе, и снова Сэндлу, получившему удар в челюсть, были отсчитаны девять секунд.</p>
     <p>В седьмом раунде Сэндл чувствовал себя уже не столь блестяще; он понял, что ввязался в тяжелый, беспримерный бой. Том Кинг был старик, но с таким стариком ему ни разу еще не приходилось меряться силами; он никогда не терял головы, был поразительно искусен в защите, а удар его обладал силой тяжелой дубинки, и казалось, в каждом кулаке у него скрыто по нокауту. Тем не менее Кинг не отваживался часто наносить удары. Он ни на минуту не забывал о своих искалеченных суставах, зная, что каждый удар должен быть на счету, чтобы костяшки пальцев выдержали до конца боя. Сидя в своем углу и поглядывая через площадку на противника, он подумал вдруг, что молодость Сэндла в соединении с его собственным опытом могла бы дать мирового чемпиона тяжелого веса. Но в том-то и вся суть: Сэндлу никогда не стать чемпионом мира. Сейчас ему не хватает опыта, а приобрести его он может только ценой своей молодости, но когда он его приобретет, молодость уже будет позади.</p>
     <p>Кинг пользовался всеми преимуществами, какие давал ему опыт. Он ни разу не упустил случая перейти в клинч, и при этом почти всегда его плечо основательно надавливало противнику на ребра. Философия ринга гласит, что плечо и кулак одинаково хороши, когда надо нанести повреждение, но в смысле экономии сил первое имеет несомненные преимущества. К тому же в клинчах Кинг отдыхал, наваливаясь всей тяжестью на противника, и весьма неохотно расставался с ним. Всякий раз требовалось вмешательство судьи, разъединявшего их с помощью самого Сэндла, еще не научившегося отдыхать. Сэндл же не мог удержаться, чтобы не пускать в ход своих стремительно взлетающих рук и играющих мускулов. Когда Кинг входил в клинч, с силой заезжая Сэндлу плечом в ребра и пряча голову под его левую руку, тот почти неизменно заносил правую руку за спину и бил в торчащее из-под его под мышки лицо. Это был ловкий прием, чрезвычайно восхищавший публику, но неопасный и, следовательно, приводивший лишь к бесполезной трате сил. И Кинг только ухмылялся, стойко снося удары.</p>
     <p>Сэндл правой нанес Кингу яростный удар в корпус. Со стороны могло показаться, что Кингу на этот раз здорово досталось, но кое-кто из завсегдатаев ринга сумел оценить ловкое прикосновение левой перчатки Кинга к бицепсу противника перед самым ударом. Правда, каждый удар Сэндла попадал в цель, но всякий раз прикосновение Кинга к его бицепсу лишало удар силы. В девятом раунде согнутая в локте правая рука Кинга трижды на протяжении одной минуты наносила Сэндлу удар в челюсть, и трижды Сэндл всей своей тяжестью грохался на пол. И всякий раз он, использовав положенные девять секунд, поднимался на ноги — оглушенный, но все еще сильный. Однако он заметно утратил свою стремительность и действовал осмотрительнее. Лицо его стало угрюмо, но он по-прежнему делал ставку на свой главный капитал — молодость. Главным же капиталом Кинга был опыт. С тех пор как силы его стали сдавать и боевой дух слабеть, Кинг заменил их мудростью и хитростью, приобретенными в многолетних боях, и расчетливой экономией сил. Он научился не только избегать лишних движений, но и выматывать вместе с тем силы противника. Снова и снова обманными движениями ноги, руки, корпуса он принуждал Сэндла отскакивать назад, увертываться, наносить контрудары. Кинг отдыхал, но ни на минуту не давал отдохнуть Сэндлу. Такова была стратегия Старости.</p>
     <p>В начале десятого раунда Кинг начал парировать атаки Сэндла прямыми ударами левой в лицо, и Сэндл, став осторожнее, прикрывался левой, а затем отвечал длинным боковым ударом правой в голову. Удар этот приходился слишком высоко, чтобы иметь роковые последствия, но, когда он впервые был нанесен, Кинг испытал давнишнее, знакомое ощущение, — словно какая-то черная пелена заволокла его мозг. На мгновение — вернее, на какую-то долю мгновения — Кинга словно не стало. Противник исчез из глаз, исчезли и белые выжидающие лица на заднем плане; но тут же он снова увидел и противника и зрительный зал. Словно он на миг заснул и тотчас открыл глаза. Миг этот был так короток, что Кинг не успел упасть. Зрители видели, как он пошатнулся, колени у него подогнулись, но он тут же оправился и уткнул подбородок поглубже, прикрываясь левой.</p>
     <p>Сэндл повторял этот удар несколько раз подряд, держа Кинга в полуоглушенном состоянии, а затем тот выработал особый способ защиты, служивший одновременно и контратакой. Сосредоточив внимание противника на своей левой, он отступил на полшага назад и в то же мгновение нанес ему что было сил апперкот правой. Удар был так точно рассчитан, что угодил Сэндлу прямо в лицо в ту самую минуту, когда он наклонился, и Сэндл, подброшенный кверху, упал, стукнувшись головой и плечами об пол. Кинг повторил этот прием дважды, затем перестал беречь силы и, обрушив на противника град ударов, прижал его к канату. Он не давал Сэндлу опомниться, не давал ему передохнуть, бил и бил его под рев зрителей, вскочивших с мест, и несмолкающий гром аплодисментов. Но сила и выносливость Сэндла были великолепны, и он все еще держался. Нокаут казался неизбежным, и полисмен, увидев, что это может кончиться плохо, появился возле площадки, намереваясь прекратить бой. Гонг возвестил об окончании раунда, и Сэндл, шатаясь, добрался до своего угла, заверив полисмена, что он в полном порядке. В доказательство он дважды подпрыгнул, и тот сдался.</p>
     <p>Кинг сидел в своем углу, откинувшись назад, тяжело дыша. Он был разочарован. Если бы бой прекратили, судье пришлось бы вынести решение в его пользу, и приз достался бы ему. Он, не в пример Сэндлу, дрался не ради славы или карьеры, а ради тридцати фунтов. А теперь Сэндл оправится за эту минуту отдыха.</p>
     <p>«Молодость свое возьмет!» — промелькнуло у Кинга в уме, и он вспомнил, что услышал впервые эти слова в ту ночь, когда убрал с дороги Стоушера Билла. Это сказал какой-то франт, угощая его после боя виски и похлопывая по плечу: «Молодость свое возьмет!» Франт оказался прав. В тот вечер — как он далек! — Кинг был молод. А сегодня Молодость сидит напротив него, вон в том углу. И он ведет с ней бой уже целых полчаса, а ведь он старик. Если б он бился, как Сэндл, ему бы и пятнадцати минут не выдержать. Все дело в том, что у него не восстанавливаются силы. Эти вот вздувшиеся артерии и усталое, измотанное сердце не дают ему набраться сил в перерывах между раундами. Да по правде сказать, у него и перед состязанием сил было уже маловато. Он чувствовал, как отяжелели ноги и как по ним пробегает судорога. Да, нельзя было идти пешком целых две мили перед самым боем! И еще с утра он тосковал по куску мяса! Великая, лютая ненависть поднялась в нем против лавочников, отказавшихся отпустить ему мяса в долг. Трудно старику выходить на ринг, не поев досыта. И что такое кусок говядины? Мелочь, и цена-то ему несколько пенни. А вот для него этот кусок мог бы превратиться в тридцать фунтов стерлингов.</p>
     <p>Едва гонг возвестил о начале одиннадцатого раунда, как Сэндл ринулся в атаку, демонстрируя бодрость, которой у него уже и в помине не было. Кинг понимал, что это блеф, старый, как самый бокс. Сначала, спасаясь от противника, он ушел в клинч, затем, оторвавшись, дал возможность Сэндлу сделать стойку. Это было Кингу на руку. Притворно угрожая противнику левой, он заставил его нырнуть, вызвал на себя боковой удар снизу вверх и, отступил на полшага назад, сокрушительным апперкотом опрокинул Сэндла на пол. С этой минуты Кинг не давал Сэндлу передохнуть. Он сам получал удары, но наносил их неизмеримо больше, отбрасывая Сэндла к канатам, осыпая его прямыми и боковыми, короткими и длинными ударами, вырываясь из его клинчей или своевременно отражая попытки войти в клинч, подхватывая его одной рукой всякий раз, когда он готов был упасть, а другой отбивая к канатам, которые удерживали его от падения.</p>
     <p>Зрители обезумели; теперь они все были на стороне Тома и чуть ли не каждый вопил:</p>
     <p>— Давай, Том! Жарь! Наддай, Том! Всыпь ему! Твоя взяла. Том!</p>
     <p>Финал обещал быть очень бурным, а ведь за это публика и платит деньги.</p>
     <p>И Том Кинг, в течение получаса сберегавший силы, теперь расточительно расходовал их в едином мощном натиске, на который, он знал, его еще могло хватить. Это был его единственный шанс — теперь или никогда. Силы его быстро убывали, и он надеялся лишь на то, что успеет свалить противника прежде, чем они иссякнут. Но, продолжая нападать и бить, бить, холодно оценивая силу ударов и размеры наносимых повреждений, он начинал понимать, как трудно нокаутировать такого малого, как Сэндл. Запас жизненных сил и выносливости был в нем неисчерпаем — нерастраченных жизненных сил и юношеской выносливости. Да, Сэндл, несомненно, далеко пойдет. Это прирожденный боксер. Только из такого крепкого материала и формируются чемпионы.</p>
     <p>Сэндла кружило и шатало, но и у Тома Кинга ноги сводило судорогой, а суставы пальцев отказывались служить. И все же он заставлял себя наносить яростные удары, из которых каждый отзывался мучительной болью в его искалеченных руках. Но хотя на его долю сейчас почти не доставалось ударов, он слабел так же быстро, как противник. Его удары попадали в цель, но в них уже не было силы, и каждый стоил ему огромного напряжения воли. Ноги словно налились свинцом, и стало заметно, что он с трудом волочит их. Обрадованные этим симптомом, сторонники Сэндла начали криками подбадривать своего фаворита.</p>
     <p>Это подхлестнуло Кинга, заставило его собраться с силами. Он нанес Сэндлу один за другим два удара: левой — в солнечное сплетение, чуть повыше, чем следовало, и правой — в челюсть. Удары были не тяжелы, но Сэндл уже так ослаб и выдохся, что они свалили его. Он лежал, и по телу его пробегала дрожь. Судья стал над ним, громко отсчитывая роковые секунды. Сэндл проиграл бой, если не встанет прежде, чем будет отсчитана десятая. Зрители затаили дыхание. Кинг едва держался на ногах; он испытывал смертельную слабость и головокружение; море лиц колыхалось у него перед глазами, а голос судьи, отсчитывавшего секунды, долетал откуда-то издалека. Но он был уверен, что выиграл бой. Не может быть, чтобы человек, избитый подобным образом, поднялся.</p>
     <p>Только Молодость могла подняться — и Сэндл поднялся. На четвертой секунде он перевернулся лицом вниз и ощупью, как слепой, ухватился за канат. На седьмой он привстал на одно колено и отдыхал; голова у него моталась из стороны в сторону, как у пьяного. Когда судья крикнул: «Девять!» — Сэндл уже стоял на ногах, в защитной позиции, прикрывая левой лицо, правой — живот. Охранив таким образом наиболее уязвимые места, он качнулся вперед, к Кингу, в надежде на клинч, чтобы выиграть время.</p>
     <p>Едва Сэндл встал, как Кинг ринулся к нему, но два нанесенных им удара были ослаблены подставленными руками Сэндла. В следующее мгновение Сэндл был в клинче и прилип к противнику, отчаянно противясь попыткам судьи разнять их. Кинг старался освободиться. Он знал, как быстро восстанавливает силы Молодость и что, только помешав Сэндлу восстановить силы, он может его побить. Один хороший удар довершит дело. Сэндл побежден, несомненно, побежден. Он побил его, превзошел его боевым умением, набрал больше очков.</p>
     <p>Выйдя из клинча, Сэндл пошатнулся, — судьба его висела на волоске. Опрокинуть его одним хорошим ударом, и ему конец! И снова Том Кинг с горечью подумал о куске мяса и пожалел, что не пришлось ему подкрепиться для последнего, решающего натиска. Собравшись с силами, он нанес этот удар, но он оказался недостаточно сильным и недостаточно быстрым. Сэндл покачнулся, но не упал и, привалившись к канатам, ухватился за них. Кинг, шатаясь, бросился к противнику и, преодолевая нестерпимую боль, нанес ему еще один удар. Но силы изменили ему. В нем уже не оставалось ничего, кроме борющегося сознания, тускнеющего, гаснущего от изнеможения. Удар, направленный в челюсть, пришелся в плечо. Кинг метил выше, но усталые мускулы не повиновались, и он сам едва устоял на ногах. Кинг повторил удар. На этот раз он и вовсе промахнулся и, совершенно обессилев, привалился к Сэндлу, обхватив его руками, чтобы не упасть.</p>
     <p>Кинг уже не пытался оторваться. Он сделал все, что мог, и для него все было кончено. А Молодость взяла свое. Привалившись к Сэндлу в клинче, он почувствовал, что тот крепнет. Когда судья развел их, Кинг увидел, как Молодость восстанавливает силы у него на глазах. Сэндл набирался сил с каждым мгновением; его удары, сперва слабые, не достигавшие цели, становились жесткими и точными. Том Кинг, как в тумане, заметил кулак в перчатке, нацеленный ему в челюсть, и хотел защититься, подставив руку. Он видел опасность, хотел действовать, но рука его была слишком тяжела. Казалось, в ней тонны свинца, она не могла подняться, и Кинг напряг всю волю, чтобы поднять ее. Но в это мгновение кулак в перчатке попал в цель. Острая боль пронизала Кинга, как электрическим током, и он провалился в темноту.</p>
     <p>Открыв глаза, он увидел, что сидит на стуле в своем углу, и услышал рев публики, доносившийся до него, словно шум морского прибоя у Бонди-Бич. Кто-то прикладывал влажную губку к его затылку, а Сид Сэлливен поливал ему лицо и грудь живительной струей холодной воды. Перчатки были уже сняты, и Сэндл, нагнувшись над ним, пожимал ему руку. Кинг не испытывал недоброжелательства к этому человеку, который убрал его с дороги, и ответил таким сердечным рукопожатием, что его искалеченные суставы напомнили о себе. Потом Сэндл вышел на середину ринга, и адский шум на мгновение стих, когда он заявил, что принимает вызов юного Пронто и предлагает поднять ставки до ста фунтов. Кинг безучастно глядел, как секунданты вытирают его тело, залитое водой, прикладывают ему полотенце к лицу, готовят его к уходу с ринга. Кинг чувствовал голод. Не тот обычный грызущий голод, который он часто испытывал, а какую-то огромную слабость, болезненную мелкую дрожь под ложечкой, передававшуюся всему телу. Его мысли снова вернулись к бою, к той секунде, когда Сэндл едва держался на ногах и был на волосок от поражения. Да, кусок мяса довершил бы дело! Вот чего не хватало ему, когда он наносил свой решающий удар, вот из-за чего он потерял бой! Все из-за этого куска мяса!</p>
     <p>Секунданты поддерживали его, помогая пролезть под канат. Но он отстранил их, пригнувшись, проскочил между канатами без их помощи и тяжело спрыгнул вниз. Он шел по центральному проходу, запруженному толпой, следом за секундантами, прокладывавшими ему дорогу. Когда он вышел из раздевалки и, пройдя через вестибюль, отворил наружную дверь, какой-то молодой парень остановил его.</p>
     <p>— Почему ты не уложил Сэндла, когда он был у тебя в руках? — спросил парень.</p>
     <p>— А поди ты к черту! — сказал Том Кинг и сошел по ступенькам на тротуар.</p>
     <p>Двери пивной на углу широко распахнулись, и он увидел огни и улыбающихся официанток, услышал голоса, судившие и рядившие о бое, и вожделенный звон монет, ударявшихся о стойку. Кто-то окликнул его, предлагая выпить. Поколебавшись, он отказался и побрел своей дорогой.</p>
     <p>У него не было и медяка в кармане, и две мили до дома показались ему бесконечными. Да, он стареет! Пересекая парк Домен, он внезапно присел на скамейку, сразу утратив присутствие духа при мысли о своей женушке, которая не спит, дожидается его, чтобы узнать исход боя. Это было тяжелее любого нокаута, и ему показалось невозможным встретиться с ней лицом к лицу.</p>
     <p>Он ощутил невероятную слабость, а боль в искалеченных суставах напомнила ему, что, если и отыщется какая-нибудь работа, пройдет не меньше недели, прежде чем он сможет взять в руки кирку или лопату. Голодная судорога под ложечкой вызывала тошноту. Несчастье сломило его, и на глазах выступили непривычные слезы. Он закрыл лицо руками и, плача, вспомнил про Стоушера Билла, вспомнил, как отделал его в тот давно прошедший вечер. Бедный, старый Стоушер Билл! Теперь Кинг хорошо понимал, почему Билл плакал в раздевалке.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Рассказы Южного моря</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Дом Мапуи</p>
     </title>
     <p>Несмотря на свои тяжеловесные очертания, шхуна "Аораи" двигалась при легком ветре послушно и быстро, и капитан подвел ее близко к острову, прежде чем бросить якорь чуть не доходя до того места, где начинался прибой. Атолл Хикуэру, ярдов сто в диаметре и окружностью в двадцать миль, представлял собою кольцо измельченного кораллового песка, поднимавшееся всего на четыре-пять футов над высшим уровнем прилива. На дне огромной, гладкой, как зеркало, лагуны было много жемчужных раковин, и с палубы шхуны было видно, как за узкой полоской атолла искатели жемчуга бросаются в воду и снова выходят на берег. Но войти в атолл не могла даже торговая шхуна. Небольшим гребным катерам при попутном ветре удавалось пробраться туда по мелкому извилистому проливу, шхуны же останавливались на рейде и высылали к берегу лодки.</p>
     <p>С "Аораи" проворно спустили шлюпку, и в нее спрыгнули несколько темнокожих матросов, голых, с алыми повязками вокруг бедер. Они взялись за весла, а на корме у руля стал молодой человек в белом костюме, какие носят в тропиках европейцы. Но он не был чистым европейцем: золотистый отлив его светлой кожи и золотые блики в мерцающей голубизне глаз выдавали примесь полинезийской крови. Это был Рауль, Александр Рауль, младший сын Мари Рауль, богатой квартеронки, владелицы шести торговых шхун. Шлюпка одолела водоворот у самого входа в пролив и сквозь кипящую стену прибоя прорвалась на зеркальную гладь лагуны. Рауль выпрыгнул на белый песок и поздоровался за руку с высоким туземцем. У туземца были великолепные плечи и грудь, но обрубок правой руки с торчащей на несколько дюймов, побелевшей от времени костью свидетельствовал о встрече с акулой, после которой он уже не мог нырять за жемчугом и стал мелким интриганом и прихлебателем.</p>
     <p>— Ты слышал, Алек? — были его первые слова. — Мапуи нашел жемчужину. Да какую жемчужину! Такой еще не находили на Хикуэру, и нигде на всех Паумоту <a l:href="#n_761" type="note">[761]</a>, и нигде во всем мире. Купи ее, она еще у него. Он дурак и много не запросит. И помни: я тебе первый сказал. Табак есть?</p>
     <p>Рауль немедля зашагал вверх по берегу, к лачуге под высоким пандановым деревом. Он служил у своей матери агентом, и в обязанности его входило объезжать все острова Паумоту и скупать копру, раковины и жемчуг.</p>
     <p>Он был новичком в этом деле, плавал агентом всего второй раз и втайне тревожился, что не умеет оценивать жемчуг. Но когда Мапуи показал ему свою жемчужину, он сумел подавить изумленное восклицание и сохранить небрежную деловитость тона. Но между тем жемчужина поразила его. Она была величиною с голубиное яйцо, безупречной формы, и белизна ее отражала все краски матовыми огнями. Она была как живая. Рауль никогда не видел ничего подобного ей. Когда Мапуи положил жемчужину ему на ладонь, он удивился ее тяжести. Это подтверждало ценность жемчужины. Он внимательно рассмотрел ее через увеличительное стекло и не нашел ни малейшего порока или изъяна: она была такая чистая, что казалось, вот-вот растворится в воздухе. В тени она мягко светилась переливчатым лунным светом. И так прозрачна была эта белизна, что, бросив жемчужину в стакан с водой, Рауль едва мог различить ее. Так быстро она опустилась на дно, что он сразу оценил ее вес.</p>
     <p>— Сколько же ты хочешь за эту жемчужину? — спросил он с ловко разыгранным равнодушием.</p>
     <p>— Я хочу… — начал Мапуи, и из-за плеч Мапуи, обрамляя его коричневое лицо, высунулись коричневые лица двух женщин и девочки; они закивали в подтверждение его слов и, еле сдерживая волнение, жадно сверкая глазами, вытянули вперед шеи.</p>
     <p>— Мне нужен дом, — продолжал Мапуи. — С крышей из оцинкованного железа и с восьмиугольными часами на стене. Чтобы он был длиной в сорок футов и чтобы вокруг шла веранда. В середине чтобы была большая комната, и в ней круглый стол, а на стене часы с гирями. И чтобы было четыре спальни, по две с каждой стороны от большой комнаты; и в каждой спальне железная кровать, два стула и умывальник. А за домом кухня — хорошая кухня, с кастрюльками и сковородками и с печкой. И чтобы ты построил мне этот дом на моем острове, на Факарава.</p>
     <p>— Это все? — недоверчиво спросил Рауль.</p>
     <p>— И чтобы была швейная машина, — заговорила Тэфара, жена Мапуи.</p>
     <p>— И обязательно стенные часы с гирями, — добавила Наури, мать Мапуи.</p>
     <p>— Да, это все, — сказал Мапуи.</p>
     <p>Рауль засмеялся. Он смеялся долго и весело. Но, смеясь, он торопливо решал в уме арифметическую задачу: ему никогда не приходилось строить дом, и представления о постройке домов у него были самые туманные. Не переставая смеяться, он подсчитывал, во что обойдется рейс на Таити за материалами, сами материалы, обратный рейс на Факарава, выгрузка материалов и строительные работы. На все это, круглым счетом, потребуется четыре тысячи французских долларов, иными словами — двадцать тысяч франков. Это немыслимо. Откуда ему знать, сколько стоит такая жемчужина? Двадцать тысяч франков — огромные деньги, да к тому же это деньги его матери.</p>
     <p>— Мапуи, — сказал он, — ты дурак. Назначь цену деньгами.</p>
     <p>Но Мапуи покачал головой, и три головы позади него тоже закачались.</p>
     <p>— Мне нужен дом, — сказал он, — длиной в сорок футов, чтобы вокруг шла веранда…</p>
     <p>— Да, да, — перебил его Рауль. — Про дом я все понял, но из этого ничего не выйдет. Я дам тебе тысячу чилийских долларов…</p>
     <p>Четыре головы дружно закачались в знак молчаливого отказа.</p>
     <p>— И кредит на сто чилийских долларов.</p>
     <p>— Мне нужен дом… — начал Мапуи.</p>
     <p>— Какая тебе польза от дома? — спросил Рауль. — Первый же ураган снесет его в море. Ты сам это знаешь.</p>
     <p>Капитан Раффи говорит, что вот и сейчас можно ждать урагана.</p>
     <p>— Только не на Факарава, — сказал Мапуи, — там берег много выше. Здесь, может быть, и снесет; на Хикуэру всякий ураган опасен. Мне нужен дом на Факарава: длиною в сорок футов и вокруг веранда…</p>
     <p>И Рауль еще раз выслушал весь рассказ о доме. В течение нескольких часов он старался выбить эту навязчивую идею из головы туземца, но жена, и мать Мапуи, и его дочь Нгакура поддерживали его. Слушая в двадцатый раз подробное описание вожделенного дома, Рауль увидел через открытую дверь лачуги, что к берегу подошла вторая шлюпка с "Аораи". Гребцы не выпускали весел из рук, очевидно спеша отвалить. Помощник капитана шхуны выскочил на песок, спросил что-то у однорукого туземца и быстро зашагал к Раулю. Внезапно стало темно, — грозовая туча закрыла солнце. Было видно, как за лагуной по морю быстро приближается зловещая линия ветра.</p>
     <p>— Капитан Раффи говорит, надо убираться отсюда, — сразу же начал помощник. — Он велел передать, что, если есть жемчуг, все равно надо уходить, авось, успеем собрать его после. Барометр упал до двадцати девяти и семидесяти.</p>
     <p>Порыв ветра тряхнул пандановое дерево над головой Рауля и пронесся дальше; несколько спелых кокосовых орехов с глухим стуком упали на землю. Пошел дождь — сначала вдалеке, потом все ближе, надвигаясь вместе с сильным ветром, и вода в лагуне задымилась бороздками. Дробный стук первых капель по листьям заставил Рауля вскочить на ноги.</p>
     <p>— Тысячу чилийских долларов наличными, Мапуи, — сказал он, — и кредит на двести.</p>
     <p>— Мне нужен дом… — затянул Мапуи.</p>
     <p>— Мапуи! — прокричал Рауль сквозь шум ветра. — Ты дурак!</p>
     <p>Он выскочил из лачуги и вместе с помощником капитана кое-как добрался до берега, где их ждала шлюпка. Шлюпки не было видно. Тропический ливень окружал их стеной, так что они видели только кусок берега под ногами и злые маленькие волны лагуны, кусавшие песок. Рядом выросла фигура человека. Это был однорукий Хуру-Хуру.</p>
     <p>— Получил жемчужину? — прокричал он в ухо Раулю.</p>
     <p>— Мапуи дурак! — крикнул тот в ответ, и в следующую минуту их разделили потоки дождя.</p>
     <p>Полчаса спустя Хуру-Хуру, стоя на обращенной к морю стороне атолла, увидел, как обе шлюпки подняли на шхуну и "Аораи" повернула прочь от острова. А в том же месте, словно принесенная на крыльях шквала, появилась и стала на якорь другая шхуна, и с нее тоже спустили шлюпку. Он знал эту шхуну. Это была "Орохена", принадлежавшая метису Торики, торговцу, который сам объезжал острова, скупая жемчуг, и сейчас, разумеется, стоял на корме своей шлюпки. Хуру-Хуру лукаво усмехнулся. Он знал, что Мапуи задолжал Торики за товары, купленные в кредит еще в прошлом году.</p>
     <p>Гроза пронеслась. Солнце палило, и лагуна опять стала гладкой, как зеркало. Но воздух был липкий, словно клей, и тяжесть его давила на легкие и затрудняла дыхание.</p>
     <p>— Ты слышал новость, Торики? — спросил Хуру-Хуру. — Мапуи нашел жемчужину. Такой никогда не находили на Хикуэру, и нигде на всех Паумоту, и нигде во всем мире. Мапуи дурак. К тому же он у тебя в долгу. Помни: я тебе первый сказал. Табак есть?</p>
     <p>И вот к соломенной лачуге Мапуи зашагал Торики. Это был властный человек, но не очень умный. Он небрежно взглянул на чудесную жемчужину — взглянул только мельком — и преспокойно опустил ее себе в карман.</p>
     <p>— Тебе повезло, — сказал он. — Жемчужина красивая. Я открою тебе кредит на товары.</p>
     <p>— Мне нужен дом… — в ужасе залепетал Мапуи. — Чтобы длиной был сорок футов…</p>
     <p>— А, поди ты со своим домом! — оборвал его торговец. — Тебе нужно расплатиться с долгами, вот что тебе нужно. Ты был мне должен тысячу двести чилийских долларов. Прекрасно! Теперь ты мне ничего не должен. Мы в расчете. А кроме того, я открою тебе кредит на двести чилийских долларов. Если я удачно продам эту жемчужину на Таити, увеличу тебе кредит еще на сотню — всего, значит, будет триста. Но помни, — только если я удачно продам ее. Я могу еще потерпеть на ней убыток.</p>
     <p>Мапуи скорбно скрестил руки и понурил голову. У него украли его сокровище. Нового дома не будет, — он попросту отдал долг. Он ничего не получил за жемчужину.</p>
     <p>— Ты дурак, — сказала Тэфара.</p>
     <p>— Ты дурак, — сказала старая Наури. — Зачем ты отдал ему жемчужину?</p>
     <p>— Что мне было делать? — оправдывался Мапуи. — Я был ему должен. Он знал, что я нашел жемчужину. Ты сама слышала, как он просил показать ее. Я ему ничего не говорил, он сам знал. Это кто-то другой сказал ему. А я был ему должен.</p>
     <p>— Мапуи дурак, — подхватила и Нгакура.</p>
     <p>Ей было двенадцать лет, она еще не набралась ума-разума. Чтобы облегчить душу, Мапуи дал ей такого тумака, что она свалилась наземь, а Тэфара и Наури залились слезами, не переставая корить его, как это свойственно женщинам.</p>
     <p>Хуру-Хуру, стоя на берегу, увидел, как третья знакомая ему шхуна бросила якорь у входа в атолл и спустила шлюпку. Называлась она "Хира" — и недаром: хозяином ее был Леви, немецкий еврей, самый крупный скупщик жемчуга, а Хира, как известно, — таитянский бог, покровитель воров и рыболовов.</p>
     <p>— Ты слышал новость? — спросил Хуру-Хуру, как только Леви, толстяк с крупной головой и неправильными чертами лица, ступил на берег. — Мапуи нашел жемчужину. Такой жемчужины не бывало еще на Хи-куэру, и на всех Паумоту, и во всем мире. Мапуи дурак: он продал ее Торики за тысячу четыреста чилийских долларов, — я подслушал их разговор. И Торики тоже дурак. Ты можешь купить у него жемчужину, и дешево. Помни: я первый тебе сказал. Табак есть?</p>
     <p>— Где Торики?</p>
     <p>— У капитана Линча, пьет абсент. Он уже час как сидит там.</p>
     <p>И пока Леви и Торики пили абсент и торговались из-за жемчужины, Хуру-Хуру подслушивал — и услышал, как они сошлись на невероятной цене: двадцать пять тысяч франков!</p>
     <p>Вот в это-то время "Орохена" и "Хира" подошли совсем близко к острову и стали стрелять из орудий и отчаянно сигнализировать. Капитан Линч и его гости, выйдя из дому, еще успели увидеть, как обе шхуны поспешно повернули и стали уходить от берега, на ходу убирая гроты и кливера и под напором шквала низко кренясь над побелевшей водой. Потом они скрылись за стеною дождя.</p>
     <p>— Они вернутся, когда утихнет, — сказал Торики. — Надо нам выбираться отсюда.</p>
     <p>— Барометр, верно, еще упал, — сказал капитан Линч.</p>
     <p>Это был седой бородатый старик, который уже не ходил в море и давно понял, что может жить в ладу со своей астмой только на Хикуэру. Он вошел в дом и взглянул на барометр.</p>
     <p>— Боже ты мой! — услышали они и бросились за ним следом: он стоял, с ужасом глядя на стрелку, которая показывала двадцать девять и двадцать.</p>
     <p>Снова выйдя на берег, они в тревоге оглядели море и небо. Шквал прошел, но небо не прояснилось. Обе шхуны, а с ними и еще одна, под всеми парусами шли к острову. Но вот ветер переменился, и они поубавили парусов. А через пять минут шквал налетел на них с противоположной стороны, прямо в лоб, — и с берега было видно, как там поспешно ослабили, а потом и совсем убрали передние паруса. Прибой звучал глухо и грозно, началось сильное волнение. Потрясающей силы молния разрезала потемневшее небо, и оглушительными раскатами загремел гром.</p>
     <p>Торики и Леви бегом пустились к шлюпкам. Леви бежал вперевалку, словно насмерть перепуганный бегемот. При выходе из атолла навстречу их лодкам неслась шлюпка с "Аораи". На корме, подгоняя гребцов, стоял Рауль. Мысль о жемчужине не давала ему покоя, и он решил вернуться, чтобы принять условия Мапуи.</p>
     <p>Он выскочил на песок в таком вихре дождя и ветра, что столкнулся с Хуру-Хуру, прежде чем увидел его.</p>
     <p>— Опоздал! — крикнул Хуру-Хуру. — Мапуи продал ее Торики за тысячу четыреста чилийских долларов, а Торики продал ее Леви за двадцать пять тысяч франков. А Леви продаст ее во Франции за сто тысяч. Табак есть?</p>
     <p>Рауль облегченно вздохнул. Все его терзания кончились. Можно больше не думать о жемчужине, хоть она и не досталась ему. Но он не поверил Хуру-Хуру: вполне возможно, что Мапуи продал жемчужину за тысячу четыреста чилийских долларов, но чтобы Леви, опытный торговец, заплатил за нее двадцать пять тысяч франков — это едва ли. Рауль решил переспросить капитана Линча, но, добравшись до жилища старого моряка, он застал его перед барометром в полном недоумении.</p>
     <p>— Сколько, по-твоему, показывает? — тревожно спросил капитан, протер очки и снова посмотрел на барометр.</p>
     <p>— Двадцать девять и десять, — сказал Рауль. — Я никогда не видел, чтобы он стоял так низко.</p>
     <p>— Не удивительно, — проворчал капитан. — Я пятьдесят лет ходил по морям и то не видел ничего подобного. Слышишь?</p>
     <p>Они прислушались к реву прибоя, сотрясавшего дом, потом вышли. Шквал утих. За милю от берега "Аораи", попавшую в штиль, кренило и швыряло на высоких волнах, которые величественно, одна за другой, катились с северо-востока и с яростью кидались на коралловый берег. Один из гребцов Рауля указал на вход в пролив и покачал головой. Посмотрев в ту сторону, Рауль увидел белое месиво клубящейся пены.</p>
     <p>— Я, пожалуй, переночую у вас, капитан, — сказал он и велел матросу вытащить шлюпку на берег и найти пристанище для себя и для остальных гребцов.</p>
     <p>— Ровно двадцать девять, — сообщил капитан Линч, уходивший в дом, чтобы еще раз взглянуть на барометр.</p>
     <p>Он вынес из дома стул, сел и уставился на море. Солнце вышло из-за облаков, стало душно, по-прежнему не было ни ветерка. Волнение на море усиливалось.</p>
     <p>— И откуда такие волны, не могу понять, — нервничал Рауль. — Ветра нет… А вы посмотрите… нет, вы только посмотрите вон на ту!</p>
     <p>Волна, протянувшаяся на несколько миль, обрушила десятки тысяч тонн воды на хрупкий атолл, и он задрожал, как от землетрясения. Капитан Линч был ошеломлен.</p>
     <p>— О господи! — воскликнул он, привстав со стула, и снова сел.</p>
     <p>— А ветра нет, — твердил Рауль. — Был бы ветер, я бы еще мог это понять.</p>
     <p>— Можешь не беспокоиться, будет и ветер, — мрачно ответил капитан.</p>
     <p>Они замолчали. Пот выступил у них на теле миллионами мельчайших росинок, которые сливались в капли и ручейками стекали на землю. Не хватало воздуха, старик мучительно задыхался. Большая волна взбежала на берег, облизала стволы кокосовых пальм и спала почти у самых ног капитана Линча.</p>
     <p>— Намного выше последней отметки, — сказал он, — а я живу здесь одиннадцать лет. — Он посмотрел на часы. — Ровно три.</p>
     <p>На берегу появились мужчина и женщина в сопровождении стайки детей и собак. Пройдя дом, они остановились в нерешительности и после долгих колебаний сели на песок. Несколько минут спустя с противоположной стороны приплелось другое семейство, нагруженное всяким домашним скарбом. И вскоре вокруг дома капитана Линча собралось несколько сот человек — мужчин и женщин, стариков, детей. Капитан окликнул одну из женщин с грудным младенцем на руках и узнал, что ее дом только что смыло волной.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_084.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Дом капитана стоял на самом высоком месте острова, справа и слева от него огромные волны уже перехлестывали через узкое кольцо атолла в лагуну. Двадцать миль в окружности имело это кольцо, и лишь кое-где оно достигало трехсот футов в ширину. Сезон ловли жемчуга был в разгаре, и туземцы съехались сюда со всех окрестных островов и даже с Таити.</p>
     <p>— Здесь сейчас тысяча двести человек, — сказал капитан Линч. — Трудно сказать, сколько из них уцелеет к завтрашнему утру.</p>
     <p>— Непонятно, почему нет ветра? — спросил Рауль.</p>
     <p>— Не беспокойся, мой милый, не беспокойся, неприятности начнутся очень скоро.</p>
     <p>Не успел капитан Линч договорить, как огромная волна низринулась на атолл. Морская вода, покрыв песок трехдюймовым слоем, закипела вокруг их стульев. Раздался протяжный стон испуганных женщин. Дети, стиснув руки, смотрели на гигантские валы и жалобно плакали. Куры и кошки заметались в воде, а потом дружно, как сговорившись, устремились на крышу дома. Один туземец, взяв корзину с новорожденными щенятами, залез на кокосовую пальму и привязал корзину на высоте двадцати футов над землей. Собака-мать, повизгивая и тявкая, скакала в воде вокруг дерева.</p>
     <p>А солнце светило по-прежнему ярко, и все еще не было ни ветерка. Они сидели, глядя на волны, кидавшие "Аораи" из стороны в сторону. Капитан Линч, не в силах больше смотреть на вздымающиеся водяные горы, закрыл лицо руками, потом ушел в дом.</p>
     <p>— Двадцать восемь и шестьдесят, — негромко сказал он, возвращаясь.</p>
     <p>В руке у него был моток толстой веревки. Он нарезал из нее концы по десять футов длиной, один дал Раулю, один оставил себе, а остальные роздал женщинам, посоветовав им лезть на деревья.</p>
     <p>С северо-востока потянул легкий ветерок, и, почувствовав на лице его дуновение, Рауль оживился. Он увидел, как "Аораи", выбрав шкоты, двинулась прочь от берега, и пожалел, что остался здесь. Шхуна-то уйдет от беды, а вот остров… Волна перехлестнула через атолл, чуть не сбив его с ног, и он присмотрел себе дерево, потом, вспомнив про барометр, побежал в дом и в дверях столкнулся с капитаном Линчем.</p>
     <p>— Двадцать восемь и двадцать, — сказал старик. — Ох, и заварится тут чертова каша!.. Это что такое?</p>
     <p>Воздух наполнился стремительным движением. Дом дрогнул и закачался, и они услышали мощный гул. В окнах задребезжали стекла. Одно окно разбилось; в комнату ворвался порыв ветра такой силы, что они едва устояли на ногах. Дверь с треском захлопнулась, расщепив щеколду. Осколки белой дверной ручки посыпались на пол. Стены комнаты вздулись, как воздушный шар, в который слишком быстро накачали газ. Потом послышался новый шум, похожий на ружейную стрельбу, — это гребень волны разбился о стену дома. Капитан Линч посмотрел на часы. Было четыре пополудни. Он надел синюю суконную куртку, снял со стены барометр и засунул его в глубокий карман. Новая волна с глухим стуком ударилась в дом, и легкая постройка повернулась на фундаменте и осела, накренившись под углом в десять градусов.</p>
     <p>Рауль первый выбрался наружу. Ветер подхватил его и погнал по берегу. Он заметил, что теперь дует с востока. Ему стоило огромного труда лечь и приникнуть к песку. Капитан Линч, которого ветер нес, как соломинку, упал прямо на него. Два матроса с "Аораи" спрыгнули с кокосовой пальмы и бросились им на помощь, уклоняясь от ветра под самыми невероятными углами, на каждом шагу хватаясь за землю.</p>
     <p>Капитан Линч был уже слишком стар, чтобы лазить по деревьям, поэтому матросы, связав несколько коротких веревок, стали постепенно поднимать его по стволу и наконец привязали к верхушке в пятидесяти футах от земли. Рауль закинул свою веревку за ствол другой пальмы и огляделся. Ветер был ужасающий. Ему и не снилось, что такой бывает. Волна, перекатившись через атолл, промочила его до колен и хлынула в лагуну. Солнце исчезло, наступили свинцовые сумерки. Несколько капель дождя ударили его сбоку, словно дробинки, лицо окатило соленой пеной, словно ему дали оплеуху; щеки жгло от боли, на глазах выступили слезы. Несколько сот туземцев забрались на деревья, и в другое время Рауль посмеялся бы, глядя на эти гроздья людей. Но он родился на Таити и знал, что делать: он согнулся, обхватил руками дерево и, крепко ступая, пошел по стволу вверх. На верхушке пальмы он обнаружил двух женщин, двух девочек и мужчину; одна из девочек крепко прижимала к груди кошку.</p>
     <p>Со своей вышки он помахал рукой старику капитану, и тот бодро помахал ему в ответ. Рауль был потрясен видом неба: оно словно нависло совсем низко над головой и из свинцового стало черным. Много народу еще сидело кучками на земле под деревьями, держась за стволы. Кое-где молились, перед одной из кучек проповедовал миссионер-мормон. Странный звук долетел до слуха Рауля — ритмичный, слабый, как стрекот далекого сверчка; он длился всего минуту, но за эту минуту успел смутно пробудить в нем мысль о рае и небесной музыке. Оглянувшись, он увидел под другим деревом большую группу людей, державшихся за веревки и друг за друга. По их лицам и по одинаковым у всех движениям губ он понял, что они поют псалом.</p>
     <p>А ветер все крепчал. Никакой меркой Рауль не мог его измерить, — этот вихрь оставил далеко позади все его прежние представления о ветре, — но почему-то он все-таки знал, что ветер усилился. Невдалеке от него вырвало с корнем дерево, висевших на нем людей швырнуло на землю. Волна окатила узкую полосу песка — и люди исчезли. Все совершалось быстро. Рауль увидел на фоне белой вспененной воды лагуны черную голову, коричневое плечо. В следующее мгновение они скрылись из глаз. Деревья гнулись, падали и скрещивались, как спички. Рауль не уставал поражаться силе ветра; пальма, на которой он спасался, тоже угрожающе раскачивалась. Одна из женщин причитала, крепко прижав к себе девочку, а та все не выпускала из рук кошку.</p>
     <p>Мужчина, державший второго ребенка, тронул Рауля за плечо и указал вниз. Рауль увидел, что в ста шагах от его дерева мормонская часовня, как пьяная, шатается на ходу: ее сорвало с фундамента, и теперь волны и ветер подгоняли ее к лагуне. Ужасающей силы вал подхватил ее, повернул и бросил на купу кокосовых пальм. Люди посыпались с них, как спелые орехи. Волна схлынула, а они остались лежать на земле: одни неподвижно, другие — извиваясь и корчась. Они чем-то напомнили Раулю муравьев. Он не ужаснулся, — теперь его уже ничто не могло ужаснуть. Спокойно и деловито он наблюдал, как следующей волной эти человеческие обломки смыло в воду. Третья волна, самая огромная из всех, швырнула часовню в лагуну и она поплыла во мрак, наполовину затонув, — ни дать ни взять Ноев ковчег.</p>
     <p>Рауль поискал глазами дом капитана Линча и с удивлением убедился, что дома больше нет. Да, все совершалось очень быстро. Он заметил, что с уцелевших деревьев многие спустились на землю. Ветер тем временем еще усилился, Рауль видел это по своей пальме: она уже не раскачивалась взад и вперед, — теперь она оставалась почти неподвижной, низко согнувшись под напором ветра, и только дрожала. Но от этой дрожи тошнота подступала к горлу. Это напоминало вибрацию камертона или струн гавайской гитары. Хуже всего было то, что пальма вибрировала необычайно быстро. Даже если ее не вырвет с корнями, она долго не выдержит такого напряжения и переломится.</p>
     <p>Ага! Одно дерево уже не выдержало! Он не заметил, когда оно сломалось, но вот стоит обломок — половина ствола. Пока не увидишь, так и не будешь знать, что творится. Треск деревьев и горестные вопли людей тонули в мощном реве и грохоте… Когда это случилось, Рауль как раз смотрел туда, где был капитан Линч. Он увидел, как пальма бесшумно треснула посредине и верхушка ее, с тремя матросами и старым капитаном, понеслась к лагуне. Она не упала, а поплыла по воздуху, как соломинка. Он следил за ее полетом: она ударилась о воду шагах в ста от берега. Он напряг зрение и увидел — он мог бы в том поклясться, — что капитан Линч помахал ему на прощание рукой.</p>
     <p>Рауль не стал больше ждать, он тронул туземца за плечо и знаками показал ему, что нужно спускаться. Туземец согласился было, но женщины словно окаменели от страха, и он остался с ними. Рауль захлестнул веревку вокруг дерева и сполз по стволу на землю. Его окатило соленой водой. Он задержал дыхание, судорожно вцепившись в веревку. Волна спала, и, прижавшись к стволу, он перевел дух, потом завязал веревку покрепче. И тут его окатила новая волна. Одна из женщин соскользнула с дерева, но мужчина остался со второй женщиной, обоими детьми и кошкой. Рауль еще сверху видел, что кучки людей, жавшихся к подножиям других деревьев, постепенно таяли. Теперь это происходило справа и слева от него, со всех сторон. Сам он напрягал все силы, чтобы удержаться; женщина рядом с ним заметно слабела. После каждой волны он дивился сначала тому, что его еще не смыло, а потом — что не смыло женщину. Наконец, когда схлынула еще одна волна, он остался один. Он поднял голову: верхушка дерева тоже исчезла. Укоротившийся наполовину, дрожал расщепленный ствол. Рауль был спасен: корнями пальма держалась, и теперь ветер был ей не страшен. Он полез вверх по стволу. Он так ослабел, что двигался медленно, и еще несколько волн догнали его, прежде чем ему далось от них уйти. Тут он привязал себя к стволу и приготовился мужественно встретить ночь и то неизвестное, что еще ожидало его.</p>
     <p>Ему было очень тоскливо одному в темноте. Временами казалось, что наступил конец света и только он дин еще остался в живых. А ветер все усиливался, усиливался с каждым часом. К одиннадцати часам, по расчетам Рауля, он достиг совсем уже невероятной силы, то было что-то чудовищное, дикое — визжащий зверь, стена, которая крушила все перед собой и проносилась мимо, но тут же налетала снова, — и так без конца. Ему казалось, что он стал легким, невесомым, что он сам двинется куда-то, что его с неимоверной быстротой несет сквозь бесконечную плотную массу. Ветер уже не был движущимся воздухом — он стал ощутимым, как вода или ртуть. Раулю чудилось, что в этот ветер можно запустить руку и отрывать его кусками, как мясо от туши быка, что в него можно вцепиться и приникнуть к нему, как к скале.</p>
     <p>Ветер душил его. Он врывался с дыханием через рот и ноздри, раздувая легкие, как пузыри. В такие минуты Раулю казалось, что все тело у него набито землей. Чтобы дышать, он прижимался губами к стволу пальмы. Этот непрекращающийся вихрь лишал его последних сил, он изматывал и тело и рассудок. Рауль уже не мог ни наблюдать, ни думать, он был в полусознании. Четкой оставалась одна мысль: "Значит, это ураган". Мысль эта упорно мерцала в мозгу, точно слабый огонек, временами дававший вспышки. Очнувшись от забытья, он вспоминал: "Значит, это ураган", — потом снова погружался в забытье.</p>
     <p>Яростнее всего ураган бушевал от одиннадцати до трех часов ночи, — и как раз в одиннадцать сломалось то дерево, на котором спасался Мапуи и его семья. Мапуи всплыл на поверхность лагуны, все еще не выпуская из рук свою дочь Нгакуру. Только местный житель мог уцелеть в такой переделке. Верхушка дерева, к которой Мапуи был привязан, бешено крутилась среди пены и волн. То цепляясь за нее, то быстро перехватывая по стволу руками, чтобы высунуть из воды свою голову и голову дочери, он ухитрился не захлебнуться, но вместе с воздухом в легкие проникала вода — летящие брызги и дождь, ливший почти горизонтально.</p>
     <p>До противоположного берега лагуны было десять миль. Здесь о бешено крутящиеся завалы из стволов, досок, обломков домов и лодок разбивалось девять из каждых десяти несчастных, не погибших в водах лагуны. Захлебнувшихся, полуживых, их швыряло в эту дьявольскую мельницу и размалывало в кашу. Но Мапуи повезло, волею судьбы он оказался в числе уцелевших; его выкинуло на песок. Он истекал кровью; у Нгакуры левая рука была сломана, пальцы правой расплющило, щека и лоб были рассечены до кости. Мапуи обхватил рукою дерево и, держа дочь другой рукой, со стонами переводил дух, а набегавшие из лагуны волны доставали ему до колен, а то и до пояса.</p>
     <p>В три часа утра сила урагана пошла на убыль. В пять часов было очень ветрено, но не более того, а к шести стало совсем тихо и показалось солнце. Море начало успокаиваться. На берегу еще покрытой волнами лагуны Мапуи увидел искалеченные тела тех, кому не удалось живыми добраться до суши. Наверное, среди них и его жена и мать. Он побрел по песку, осматривая трупы, и увидел свою жену Тэфару, лежавшую наполовину в воде. Он сел на землю и заплакал, подвывая по-звериному, — ибо так свойственно дикарю выражать свое горе. И вдруг женщина пошевелилась и застонала. Мапуи вгляделся в нее: она была не только жива, но и не ранена. Она просто спала! Тэфара тоже оказалась в числе немногих счастливцев.</p>
     <p>Из тысячи двухсот человек, населявших остров накануне, уцелело всего триста. Миссионер-мормон и жандарм переписали их. Лагуна была забита трупами. На всем острове не осталось ни одного дома, ни одной хижины — не осталось камня на камне. Почти все кокосовые пальмы вырвало с корнем, а те, что еще стояли, были сломаны, и орехи с них сбиты все до одного. Не было пресной воды. В неглубоких колодцах, куда стекали струи дождя, скопилась соль. Из лагуны выловили несколько промокших мешков с мукой. Спасшиеся вырезали и ели сердцевину упавших кокосовых орехов. Они вырыли ямы в песке, прикрыли их остатками железных крыш и заползли в эти норы. Миссионер соорудил примитивный перегонный куб, но не поспевал опреснять воду на триста человек. К концу второго дня Рауль, купаясь в лагуне, почувствовал, что жажда мучит его не так сильно. Он оповестил всех о своем открытии, и скоро триста мужчин, женщин и детей стояли по шею в воде, стараясь хотя бы так утолить жажду. Трупы плавали вокруг них, попадались им под ноги. На третий день они похоронили мертвых и стали ждать спасательных судов.</p>
     <p>А между тем Наури, разлученная со своей семьей, одна переживала все ужасы урагана. Вместе с доской, за которую она упорно цеплялась, не обращая внимания на бесчисленные занозы и ушибы, ее перекинуло через атолл и унесло в море. Здесь, среди сокрушительных толчков огромных, как горы, волн, она потеряла свою доску. Наури было без малого шестьдесят лет, но она родилась на этих островах и всю жизнь прожила у моря. Плывя в темноте, задыхаясь, захлебываясь, ловя ртом воздух, она почувствовала, как ее с силой ударил в плечо кокосовый орех. Мгновенно составив план действий, она схватила этот орех. В течение часа ей удалось поймать еще семь. Она связала их, и получился спасательный пояс, который и удержал ее на воде, хотя ей все время грозила опасность насмерть расшибиться о него. Наури была толстая, и скоро вся покрылась синяками, но ураганы были ей не внове, и, прося у своего акульего бога защиты от акул, она ждала, чтобы ветер начал стихать. Но к трем часам ее так укачало, что она пропустила этот момент. И о том, что к шести часам ветер совсем стих, она тоже не знала. Она очнулась, только когда ее выкинуло на песок, и, хватаясь за него израненными, окровавленными руками, поползла вверх по берегу, чтобы волны не смыли ее обратно в море.</p>
     <p>Она знала, где находится: ее выбросило на крошечный островок Такокота. Здесь не было лагуны, здесь никто не жил. Островок отстоял от Хикуэру на пятнадцать миль. Хикуэру не было видно, но Наури знала, что он лежит к югу от нее. Десять дней она жила, питаясь кокосовыми орехами, которые не дали ей утонуть: она пила их сок и ела сердцевину, но понемножку, чтобы хватило надолго. В спасении она не была уверена. На горизонте виднелись дымки спасательных пароходов, но какой пароход догадается заглянуть на маленький необитаемый остров Такокота?</p>
     <p>С самого начала ей не давали покоя трупы. Море упорно выбрасывало их на песок, и она, пока хватало сил, так же упорно сталкивала их обратно в море, где их пожирали акулы. Когда силы у нее иссякли, трупы опоясали остров страшной гирляндой, и она ушла от них как можно дальше, хотя далеко уйти было некуда.</p>
     <p>На десятый день последний орех был съеден, и Наури вся высохла от жажды. Он ползала по песку в поисках орехов. "Странно, — думала она, — почему всплывает столько трупов, а орехов нет? Орехов должно бы плавать больше, чем мертвых тел!" Наконец она отчаялась и в изнеможении вытянулась на песке. Больше надеяться было не на что, оставалось только ждать смерти.</p>
     <p>Придя в себя, Наури медленно осознала, что перед глазами у нее голова утопленника с прядью светло-рыжих волос. Волна подбросила труп поближе к ней, потом унесла назад и, наконец, перевернула навзничь. Наури увидела, что у него нет лица, но в пряди светло-рыжих волос было что-то знакомое. Прошел час. Она не старалась опознать мертвеца, — она ждала смерти и ее не интересовало, кем было раньше это страшилище.</p>
     <p>Но через час она с усилием приподнялась и вгляделась в труп. Сильная волна подхватила его и оставила там, куда не доставали волны поменьше. Да, она не ошиблась: эта прядь рыжих волос могла принадлежать только одному человеку на островах Паумоту: это был Леви, немецкий еврей, — тот, что купил жемчужину Мапуи и увез ее на шхуне "Хира". Что ж, ясно одно: "Хира" погибла. Бог рыболовов и воров отвернулся от скупщика жемчуга.</p>
     <p>Она подползла к мертвецу. Рубашку с него сорвало, широкий кожаный пояс был на виду. Затаив дыхание, Наури попробовала расстегнуть пряжку. Это оказалось совсем не трудно, и она поспешила отползти прочь, волоча пояс за собой по песку. Она расстегнула один кармашек, другой, третий — пусто. Куда же он ее дел? В последнем кармашке она нашла ее — первую и единственную жемчужину, купленную им за эту поездку. Наури отползла еще на несколько шагов, подальше от вонючего пояса, и рассмотрела жемчужину. Это была та самая, которую Мапуи нашел, а Торики отнял у него. Она взвесила ее на руке, любовно покатала по ладони. Но не красота жемчужины занимала Наури: она видела в ней дом, который они с Мапуи и Тэфарой так старательно построили в своих мечтах. Глядя на жемчужину, она видела этот дом во всех подробностях, включая восьмиугольные часы на стене. Ради этого стоило жить.</p>
     <p>Она оторвала полосу от своей аху и, крепко завязав в нее жемчужину, повесила на шею, потом двинулась по берегу, кряхтя и задыхаясь, но зорко высматривая кокосовые орехи. Очень скоро она нашла один, а за ним и второй. Разбив орех, она выпила сок, отдававший плесенью, и съела дочиста всю сердцевину. Немного позже она набрела на разбитый челнок. Уключин на нем не было, но она не теряла надежды и к вечеру разыскала и уключину. Каждая находка была добрым предзнаменованием. Жемчужина принесла ей счастье. Перед закатом Наури увидела деревянный ящик, качавшийся на воде.</p>
     <p>Когда она тащила его на берег, в нем что-то громыхало. В ящике оказалось десять банок рыбных консервов. Одну из них она открыла, поколотив ее о борт челнока. Соус она выпила через пробитое отверстие, а потом несколько часов по маленьким кусочкам извлекала из жестянки лососину.</p>
     <p>Еще восемь дней Наури ждала помощи. За это время она пристроила к челноку найденную уключину, использовав все волокна кокосовых орехов, какие ей удалось собрать, и остатки своей аху. Челнок сильно растрескался, проконопатить его было нечем, но Наури припасла скорлупу от кокосового ореха, чтобы вычерпывать воду. Она долго думала, как сделать весло; потом куском жести отрезала свои волосы, сплела из них шнурок и этим шнурком привязала трехфутовую палку к доске от ящика с консервами, закрепив ее маленькими клиньями, которые выгрызла зубами.</p>
     <p>На восемнадцатые сутки, в полночь, Наури спустила челнок на воду и, миновав полосу прибоя, пустилась в путь домой, на Хикуэру. Наури была старуха. От пережитых лишений весь жир у нее сошел, остались одна кожа да чуть прикрытые дряблыми мышцами кости. Челнок был большой, рассчитанный на трех сильных гребцов, но она справлялась с ним одна, работая самодельным веслом; протекал он так сильно, что треть времени уходила на вычерпывание. Уже совсем рассвело, а Хикуэру еще не было видно. Такокота исчез позади, за линией горизонта. Солнце палило, и обильный пот проступил на обнаженном теле Наури. У нее остались две банки лососины, и в течение дня она пробила в них дырки и выпила соус, — доставать рыбу было некогда. Челнок относило к западу, но подвигался ли он на юг, она не знала.</p>
     <p>Вскоре после полудня, встав во весь рост на дне челнока, она увидела Хикуэру. Пышные купы кокосовых пальм исчезли. Там и сям торчали редкие обломанные стволы. Вид острова придал ей бодрости. Она не думала, что он уже так близко. Течение относило ее к западу. Она продолжала грести, стараясь направлять челнок к югу. Клинышки, державшие шнурок на весле, стали выскакивать, и Наури тратила много времени каждый раз, когда приходилось загонять их на место. И на дне все время набиралась вода: через каждые два часа Наури бросала весло и час работала черпаком. И все время ее относило на запад.</p>
     <p>К закату Хикуэру был в трех милях от нее, на юго-востоке. Взошла полная луна, и в восемь часов остров лежал прямо на восток, до него оставалось две мили. Наури промучилась еще час, но земля не приближалась: течение крепко держало ее, челнок был велик, никуда не годилось весло и слишком много времени и сил уходило на вычерпывание. К тому же она очень устала и слабела все больше и больше. Несмотря на все ее усилия, челнок дрейфовал на запад.</p>
     <p>Она помолилась акульему богу, выпрыгнула из челнока и поплыла. Вода освежила ее, челнок скоро остался позади. Через час земля заметно приблизилась. И тут случилось самое страшное. Прямо впереди нее, не дальше чем в двадцати футах, воду разрезал огромный плавник. Наури упорно плыла на него, а он медленно удалялся, потом свернул вправо и описал вокруг нее дугу. Не теряя плавника из вида, она плыла дальше. Когда он исчезал, она ложилась ничком на воду и выжидала. Когда он вновь появлялся, она плыла вперед. Акула не торопилась — это было ясно: со времени урагана у нее не было недостатка в пище. Наури знала, что, будь акула очень голодна, она сразу бросилась бы на добычу. В ней было пятнадцать футов в длину, и одним движением челюстей она могла перекусить человека пополам.</p>
     <p>Но Наури было некогда заниматься акулой, — течение упорно тянуло ее прочь от земли. Прошло полчаса, и акула обнаглела. Видя, что ей ничего не грозит, она стала сужать круги и, проплывая мимо Наури, жадно скашивала на нее глаза. Женщина не сомневалась, что рано или поздно акула осмелеет и бросится на нее. Она решила действовать, не дожидаясь этого, и пошла на отчаянный риск. Старуха, ослабевшая от голода и лишений, встретившись с этим тигром морей, задумала предвосхитить его бросок и броситься на него первой. Она плыла, выжидая удобную минуту. И вот акула лениво проплыла мимо нее всего в каких-нибудь восьми футах. Наури кинулась вперед, словно нападая. Яростно ударив хвостом, акула пустилась наутек и, задев женщину своим шершавым боком, содрала ей кожу от локтя до плеча. Она уплывала быстро, по кругу, и наконец исчезла.</p>
     <p>В яме, вырытой в песке и прикрытой кусками искореженного железа, лежали Мапуи и Тэфара; они ссорились.</p>
     <p>— Послушался бы ты моего совета, — в тысячный раз корила его Тэфара, — припрятал жемчужину и никому бы не говорил, она и сейчас была бы у тебя.</p>
     <p>— Но Хуру-Хуру стоял около меня, когда я открывал раковину, я тебе уже говорил это много-много раз.</p>
     <p>— А теперь у нас не будет дома. Рауль мне сегодня сказал, что если б ты не продал жемчужину Торики…</p>
     <p>— Я не продавал ее. Торики меня ограбил.</p>
     <p>— …если бы ты ее не продал, он дал бы тебе пять тысяч французских долларов, а это все равно что десять тысяч чилийских.</p>
     <p>— Он посоветовался с матерью, — пояснил Мапуи. — Она-то знает толк в жемчуге.</p>
     <p>— А теперь у нас нет жемчужины, — простонала Тэфара.</p>
     <p>— Зато я заплатил долг Торики. Значит, тысячу двести я все-таки заработал.</p>
     <p>— Торики умер! — крикнула она. — О его шхуне нет никаких известий. Она погибла вместе с "Аораи" и "Хира". Даст тебе Торики на триста долларов кредита, как обещал? Нет, потому что Торики умер. А не найди ты эту жемчужину, был бы ты ему сейчас должен тысячу двести? Нет! Потому что Торики умер, а мертвым долгов не платят.</p>
     <p>— А Леви не заплатил Торики, — сказал Мапуи. — Он дал ему бумагу, чтобы по ней получить деньги в Папеете; а теперь Леви мертвый и не может заплатить; и Торики мертвый, и бумага погибла вместе с ним, а жемчужина погибла вместе с Леви. Ты права, Тэфара. Жемчужину я упустил и не получил за нее ничего. А теперь давай спать.</p>
     <p>Вдруг он поднял руку и прислушался. Снаружи послышались какие-то странные звуки, словно кто-то дышал тяжело и надсадно. Чья-то рука шарила по циновке, закрывавшей вход.</p>
     <p>— Кто здесь? — крикнул Мапуи.</p>
     <p>— Наури, — раздалось в ответ. — Скажите мне, где Мапуи, мой сын?</p>
     <p>Тэфара взвизгнула и вцепилась мужу в плечо.</p>
     <p>— Это дух! — пролепетала она. — Дух!</p>
     <p>У Мапуи лицо пожелтело от ужаса. Он трусливо прижался к жене.</p>
     <p>— Добрая женщина, — сказал он, запинаясь и стараясь изменить голос. — Я хорошо знаю твоего сына. Он живет на восточном берегу лагуны.</p>
     <p>За циновкой послышался вздох. Мапуи приободрился: ему удалось провести духа.</p>
     <p>— А откуда ты пришла, добрая женщина? — спросил он.</p>
     <p>— С моря, — печально раздалось в ответ.</p>
     <p>— Я так и знала, так и знала! — завопила Тэфара, раскачиваясь взад и вперед.</p>
     <p>— Давно ли Тэфара ночует в чужом доме? — сказал голос Наури.</p>
     <p>Мапуи с ужасом и укоризной посмотрел на жену, — ее голос выдал их обоих.</p>
     <p>— И давно ли мой сын Мапуи стал отрекаться от своей старой матери? — продолжал голос.</p>
     <p>— Нет, нет, я не… Мапуи не отрекается от тебя! — крикнул он. — Я не Мапуи. Говорю тебе, он на восточном берегу.</p>
     <p>Нгакура проснулась и громко заплакала. Циновка заколыхалась.</p>
     <p>— Что ты делаешь? — спросил Мапуи.</p>
     <p>— Вхожу, — ответил голос Наури.</p>
     <p>Край циновки приподнялся. Тэфара хотела зарыться в одеяла, но Мапуи не отпускал ее, — ему нужно было за что-то держаться. Дрожа всем телом и стуча зубами, они оба, вытаращив глаза, смотрели на циновку. В яму вползла Наури, вся мокрая и без аху. Они откатились от входа и стали рвать друг у друга одеяло Нгакуры, чтобы закрыться им с головой.</p>
     <p>— Мог бы дать старухе матери напиться, — жалобно казал дух.</p>
     <p>— Дай ей напиться! — приказала Тэфара дрожащим голосом.</p>
     <p>— Дай ей напиться, — приказал Мапуи дочери. И вдвоем они вытолкнули Нгакуру из-под одеяла.</p>
     <p>Чepeз минуту Мапуи краешком глаза увидел, что дух пьет воду. А потом дух протянул трясущуюся руку и коснулся его руки, и, почувствовав ее тяжесть, Мапуи убедился, что перед ним не дух. Тогда он вылез из-под одеяла, таща за собою жену, и скоро все они уже слушали рассказ Наури. А когда она рассказала про Леви и положила жемчужину на ладонь Тэфары, даже та признала, что ее свекровь — человек из плоти и крови.</p>
     <p>— Завтра утром, — сказала Тэфара, — ты продашь жемчужину Раулю за пять тысяч французских долларов.</p>
     <p>— А дом? — возразила Наури.</p>
     <p>— Он построит дом, — сказала Тэфара. — Он говорит, что это обойдется в четыре тысячи. И кредит даст на тысячу французских долларов — это две тысячи чилийских.</p>
     <p>— И дом будет сорок футов в длину? — спросила Наури.</p>
     <p>— Да, — ответил Мапуи, — сорок футов.</p>
     <p>— И в средней комнате будут стенные часы с гирями?</p>
     <p>— Да, и круглый стол.</p>
     <p>— Тогда дайте мне поесть, потому что я проголодалась, — удовлетворенно сказала Наури. — А потом мы будем спать, потому что я устала. А завтра мы еще поговорим про дом, прежде чем продать жемчужину. Тысячу французских долларов лучше взять наличными. Всегда лучше платить за товары наличными, чем брать в кредит.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Зуб кашалота</p>
     </title>
     <p>Много воды утекло с тех пор, как Джон Стархерст заявил во всеуслышание в миссионерском доме деревни Реувы о своем намерении провозвестить слово божие всему Вити Леву. Надо сказать, что Вити Леву — в переводе "Великая земля" — это самый большой остров архипелага Фиджи, в который входит множество больших островов, не считая сотен мелких. Кое-где на его побережье осели немногочисленные миссионеры, торговцы, ловцы трепангов и беглецы с китобойных судов, жившие без всякой уверенности в завтрашнем дне. Дым из раскаленных печей стлался под окнами их жилищ, и дикари тащили на пиршества тела убитых.</p>
     <p>"Лоту" — что значит обращение в христианство — подвигалось медленно и нередко шло вспять. Вожди, объявившие себя христианами и радушно принятые в лоно церкви, имели прискорбное обыкновение временами отпадать от веры, чтобы вкусить мяса какого-нибудь особенно ненавистного врага. "Ешь, не то съедят тебя"- таков был закон этих мест; "Ешь, не то съедят тебя" — таким, по-видимому, и останется закон этих мест на долгие годы. Там были вожди, например Таноа, Туйвейкосо и Туйкилакила, которые поглотили сотни своих ближних. Но всех этих обжор перещеголял Ра Ундреундре. Ра Ундреундре жил в Такираки. Он вел счет своим гастрономическим подвигам. Ряд камней близ его дома обозначал количество съеденных им врагов. Этот ряд достигал двухсот тридцати шагов в длину, а камней в нем насчитывалось восемьсот семьдесят два. Каждое тело отмечалось одним камнем. Ряд камней, вероятно, был бы еще длиннее, если бы на свою беду Ра Ундреундре не получил удара копьем в поясницу во время стычки в чаще на Сомо-Сомо и не был подан на стол вождю Наунга Вули, чей жалкий ряд состоял всего только из сорока восьми камней.</p>
     <p>Измученные тяжелой работой и лихорадкой, миссионеры упрямо делали свое дело, временами приходя в отчаяние, и все ждали какого-то необычайного знамения, какой-то вспышки пламени духа святого, который поможет им собрать богатый урожай душ. Но обитатели островов Фиджи закостенели в своем язычестве. Курчавым людоедам отнюдь не хотелось поститься, когда урожай человеческих душ был так обилен. Время от времени, пресытившись, они обманывали миссионеров, распуская слух, что в такой-то день устроят бойню и будут жарить туши. Миссионеры тогда спешили спасать обреченных, покупая их жизнь за связки табака, куски ситца и кварты бус. Вожди совершали таким способом выгодные торговые операции, отделываясь от излишков живности. К тому же они всегда могли пойти на охоту и пополнить свои запасы.</p>
     <p>Так обстояли дела, когда Джон Стархерст объявил во всеуслышание, что провозвестит слово божие по всей Великой земле, от побережья до побережья, а для начала отправится в горы, к неприступным истокам реки Реувы. Его слова ошеломили всех.</p>
     <p>Учителя-туземцы тихо плакали. Двое миссионеров, товарищей Стархерста, пытались отговорить его. Владыка Реувы предостерегал Стархерста, говоря, что горные жители непременно "кай-кай" его (кай-кай — значит съесть), и ему, владыке Реувы, как обращенному в "лоту", придется тогда объявить войну горным жителям. Что ему их не победить, это он хорошо понимал. Что они спустятся по реке и разорят деревню Реуву, это он тоже хорошо понимал. Но что же ему остается делать? Если Джон Стархерст хочет во что бы то ни стало быть съеденным, значит, не миновать войны, которая обойдется в сотни жизней.</p>
     <p>В тот же день под вечер к Джону Стархерсту явилась депутация вождей Реувы. Он слушал их терпеливо и терпеливо спорил с ними, но ни на волос не изменил своего решения. Своим товарищам миссионерам он объяснил, что вовсе не жаждет принять мученический венец; просто он услышал зов, побуждающий его провозвестить слово божие всему Вити Леву, и повинуется господнему велению.</p>
     <p>Торговцам, которые пришли к нему и отговаривали его усерднее всех, он сказал:</p>
     <p>— Ваши доводы неубедительны. Вы только о том и заботитесь, как бы не пострадала ваша торговля. Вы стремитесь наживать деньги, а я стремлюсь спасать души. Язычники этой темной страны должны быть спасены. Джон Стархерст не был фанатиком. Он первый опроверг бы такое обвинение. Он был вполне благоразумен и практичен. Он верил, что его миссия увенчается успехом, и уже видел, как вспыхивает искра духа святого в душах горцев и как возрождение, начавшееся в горах, охватит всю Великую землю вдоль и поперек, от моря до моря и до островов в просторах моря. Не пламенем безумства светились его кроткие серые глаза, но спокойной решимостью и непоколебимой верой в высшую силу, которая руководит им.</p>
     <p>Лишь один человек одобрял решение миссионера, и это был Ра Вату, который тайком поощрял его и предлагал ему проводников до предгорий. Джон Стархерст, в свою очередь, был очень доволен поведением Ра Вату. Закоренелый язычник, с сердцем таким же черным, как и его деяния, Ра Вату начал обнаруживать признаки просветления. Он даже поговаривал о том, что сделается "лоту". Правда, три года тому назад Ра Вату говорил то же самое и, очевидно, вошел бы в лоно церкви, если бы Джон Стархерст не воспротивился его попытке привести с собой своих четырех жен. Ра Вату был противником моногамии <a l:href="#n_762" type="note">[762]</a> по соображениям этического и экономического порядка. К тому же мелочные придирки миссионера показались ему обидными, и в доказательство того, что он сам себе хозяин и человек чести, он замахнулся своей увесистой боевой палицей на Стархерста. Стархерст спасся; пригнувшись, он бросился на Ра Вату, стиснул его и не отпускал, пока не подоспела помощь. Но теперь все это было прощено и забыто. Ра Вату решил войти в лоно церкви, и не только как обращенный язычник, но и как обращенный многоженец. Ему только хочется подождать, уверял он Стархерста, пока умрет его старшая жена, которая уже давно болеет.</p>
     <p>Джон Стархерст плыл вверх по медлительной Реуве в одном из челноков Ра Вату. Челнок должен был доставить его за два дня до непроходимых мест, а затем вернуться обратно. Далеко впереди в небо упирались громадные окутанные дымкой горы — хребет Великой земли. Весь день Джон Стархерст смотрел на них нетерпеливо и жадно.</p>
     <p>Время от времени он безмолвно творил молитву. Иногда вместе с ним молился и Нарау, учитель-туземец, который был "лоту" вот уже семь лет — с тех пор как его спас от жаровни доктор Джеймс Эллери Браун, истративший на выкуп всего только сотню связок табаку, два байковых одеяла и большую бутылку виски. Проведя двадцать часов в уединении и молитве, Нарау в последнюю минуту услышал зов, побуждающий его идти вместе с Джоном Стархерстом в горы.</p>
     <p>— Учитель, я пойду с тобой, — сказал он.</p>
     <p>Джон Стархерст приветствовал его решение со степенной радостью. Поистине с ним сам господь, если дух взыграл даже в таком малодушном существе, как Нарау.</p>
     <p>— Я и вправду робок, ибо я — слабейший из сосудов божьих, — говорил Нарау, сидя в челноке, в первый день их путешествия.</p>
     <p>— Ты должен верить, укрепиться в вере, — внушал ему миссионер.</p>
     <p>В тот же день по Реуве поднимался другой челнок. Но он плыл сзади, на расстоянии часа пути, и человек, сидевший в нем, старался остаться незамеченным. Этот челнок также принадлежал Ра Вату. В нем был Эрирола, двоюродный брат Ра Вату и его преданный наперсник, а в небольшой корзинке, которую он не выпускал из рук, лежал зуб кашалота. Это был великолепный зуб длиной в добрых шесть дюймов, с годами принявший желтовато-пурпурный оттенок. Этот зуб тоже принадлежал Ра Вату, а когда такой зуб начинает ходить по рукам, на Фиджи неизменно совершаются важные события. Ибо вот что связано с зубами кашалота: тот, кто примет в дар такой зуб, должен исполнить просьбу, которую обычно высказывают, когда его дарят или некоторое время спустя. Просить можно о чем угодно, начиная с человеческой жизни и кончая союзом между племенами, и нет фиджианца, который настолько потерял бы честь, чтобы принять зуб, но отказать в просьбе. Случается, что обещание не удается исполнить или с этим медлят, но тогда дело кончается плохо.</p>
     <p>В верховьях Реувы, в деревне одного вождя по имени Монгондро, Джон Стархерст отдыхал на исходе второго дня своего путешествия. Наутро он вместе с Нарау собирался идти пешком в те дымчатые горы, которые теперь, вблизи, казались зелеными и бархатистыми. Монгондро был добродушный подслеповатый старик небольшого роста, страдающий слоновой болезнью и уже утративший вкус к бранным подвигам. Он принял Стархерста радушно, угостил его яствами со своего стола и даже побеседовал с ним о религии. У Монгондро был пытливый ум, и он доставил большое удовольствие Джону Стархерсту, попросив его рассказать, отчего все существует и с чего все началось. Закончив свой краткий очерк сотворения мира по Книге Бытия, миссионер заметил, то Монгондро потрясен его рассказом. Несколько минут старик вождь молча курил. Наконец он вынул трубку изо рта и горестно покачал головой.</p>
     <p>— Не может этого быть, — сказал он. — Я, Монгондро, в юности хорошо работал топором. Однако у меня ушло три месяца на то, чтобы сделать один челнок — маленький челнок, очень маленький челнок. А ты говоришь, что вся эта земля и вода сделаны одним человеком.</p>
     <p>— Нет, они созданы богом, единым истинным богом, — перебил его миссионер.</p>
     <p>— Это одно и то же, — продолжал Монгондро. — значит, вся земля и вся вода, деревья, рыба, лесные чащи, горы, солнце, и луна, и звезды — все это было сделано в шесть дней? Нет, нет! Говорю тебе, в юности я был ловкий, однако у меня ушло три месяца на один небольшой челнок. Твоей сказкой можно пугать маленьких детей, но ей не поверит ни один мужчина.</p>
     <p>— Я мужчина, — сказал миссионер.</p>
     <p>— Да, ты мужчина. Но моему темному разуму не дано понять то, во что ты веришь.</p>
     <p>— Говорю тебе, я верю в то, что все было сотворено шесть дней.</p>
     <p>— Пусть так, пусть так, — пробормотал старый туземец примирительным тоном.</p>
     <p>А когда Джон Стархерст и Нарау легли спать, Эрирола прокрался в хижину вождя и после предварительных дипломатических переговоров протянул зуб кашалота Монгондро.</p>
     <p>Старый вождь долго вертел зуб в руках. Зуб был красивый, и старику очень хотелось получить его. Но он догадывался, о чем его попросят. "Нет, нет, хороший зуб, хороший, но…", и хотя у него слюнки текли от жадности, он вежливо отказался и вернул зуб Эрироле.</p>
     <p>На рассвете Джон Стархерст уже шагал по тропе среди зарослей в высоких кожаных сапогах, и по пятам за ним следовал верный Нарау, а сам Стархерст шел по пятам за голым проводником, которого ему дал Монгондро, чтобы показать дорогу до следующей деревни. Туда путники пришли в полдень, а дальше их повел новый проводник. Сзади, на расстоянии мили, шагал Эрирола, и в корзине, перекинутой у него через плечо, лежал зуб кашалота. Он шел за миссионером четвертые сутки и предлагал зуб вождям всех деревень. Но те один за другим отказывались от зуба. Этот зуб появлялся так скоро после прихода миссионера, что вожди догадывались, о чем их попросят, и не хотели связываться с таким подарком.</p>
     <p>Путники углубились в горы, а Эрирола свернул на тайную тропу, опередил миссионера и добрался до твердынь Були из Гатоки. Були не знал о том, что миссионер скоро придет. А зуб был хорош — необыкновенный экземпляр редчайшей расцветки. Эрирола преподнес его публично. Вокруг гатокского Були собрались приближенные, трое слуг усердно отгоняли от него мух, и Були, восседавший на своей лучшей циновке, соблаговолил принять из рук глашатая зуб кашалота, посланный в дар вождем Ра Вату и доставленный в горы его двоюродным братом Эриролой. Дар был принят под гром рукоплесканий, и все приближенные, слуги и глашатаи закричали хором:</p>
     <p>— А! уой! уой! уой! А! уой! уой! уой! А табуа леву! уой! уой! А мудуа, мудуа, мудуа!</p>
     <p>— Скоро придет человек, белый человек, — начал Эрирола, выдержав приличную паузу. — Он миссионер, и он придет сегодня. Ра Вату пожелал иметь его сапоги. Он хочет преподнести их своему доброму другу Монгондро и обязательно вместе с ногами, так как Монгондро старик, и зубы у него плохи. Позаботься, о Були, чтобы в сапогах были отправлены и ноги, а все прочее пусть останется здесь.</p>
     <p>Радость, доставленная зубом кашалота, померкла в глазах Були, и он оглянулся кругом, не зная, что делать. Но подарок был уже принят.</p>
     <p>— Что значит такая мелочь, как миссионер? — подсказал ему Эрирола.</p>
     <p>— Да, что значит такая мелочь, как миссионер! — согласился Були, успокоенный. — Монгондро получит сапоги. Эй, юноши, ступайте, трое или четверо, навстречу миссионеру. И не забудьте принести сапоги.</p>
     <p>— Поздно! — сказал Эрирола. — Слушайте! Он идет.</p>
     <p>Продравшись сквозь чащу кустарника, Джон Стархерст и не отстававший от него Нарау выступили на сцену. Пресловутые сапоги промокли, когда миссионер переходил ручей вброд, и с каждым его шагом из них тонкими струйками брызгала вода. Стархерст окинул все вокруг сверкающими глазами. Воодушевленный непоколебимой уверенностью, без тени сомнения и страха, он был в восторге от того, что предстало его взору. Стархерст знал, что от начала времен он первый из белых людей ступил в горную твердыню Гатоки.</p>
     <p>Сплетенные из трав хижины лепились по крутому горному склону или нависали над бушующей Реувой. Справа и слева вздымались высочайшие кручи. Солнце освещало эту теснину не больше трех часов в день. Здесь не было ни кокосовых пальм, ни банановых деревьев, хотя все поросло густой тропической растительностью и ее легкая бахрома свешивалась с отвесных обрывов и заполняла все трещины в утесах. В дальнем конце ущелья Реува одним прыжком соскакивала с высоты восьмисот футов, и воздух этой скалистой крепости вибрировал в лад с ритмичным грохотом водопада.</p>
     <p>Джон Стархерст увидел, как Були вышел из хижины вместе со своими приближенными.</p>
     <p>— Я несу вам добрые вести, — приветствовал их миссионер.</p>
     <p>— Кто послал тебя? — спросил Були негромко.</p>
     <p>— Господь.</p>
     <p>— Такого имени на Вити Леву не знают, — усмехнулся Були. — Если он вождь, то каких деревень, островов, горных проходов?</p>
     <p>— Он вождь всех деревень, всех островов, всех горных проходов, — ответил Джон Стархерст торжественно. — Он владыка земли и неба, и я пришел провозвестить вам его слова.</p>
     <p>— Он прислал нам в дар зуб кашалота? — дерзко спросил Були.</p>
     <p>— Нет, но драгоценнее зубов кашалота…</p>
     <p>— У вождей в обычае посылать друг другу зубы кашалота, — перебил его Були. — Твой вождь скряга, а сам ты глуп, если идешь в горы с пустыми руками. Смотри, тебя опередил более щедрый посланец.</p>
     <p>И он показал Стархерсту зуб кашалота, который получил от Эриролы. Нарау застонал.</p>
     <p>— Это кашалотовый зуб Ра Вату, — шепнул он Стархерсту. — Я его хорошо знаю. Мы погибли.</p>
     <p>— Добрый поступок, — сказал миссионер, оглаживая свою длинную бороду и поправляя очки. — Ра Вату позаботился о том, чтобы нас хорошо приняли.</p>
     <p>Но Нарау снова застонал и отшатнулся от того, за кем следовал с такой преданностью.</p>
     <p>— Ра Вату скоро станет "лоту", — проговорил Стархерст, — и вам тоже я принес "лоту".</p>
     <p>— Не надо мне твоего "лоту", — надменно ответил Були, — и я решил убить тебя сегодня же.</p>
     <p>Були кивнул одному из своих рослых горцев, и тот выступил вперед и взмахнул палицей. Нарау кинулся в ближайшую хижину, ища убежища среди женщин и циновок, а Джон Стархерст прыгнул вперед и, увернувшись от палицы, обхватил шею своего палача. Заняв столь выгодную позицию, он принялся убеждать дикарей. Он убеждал их, зная, что борется за свою жизнь, но эта мысль не вызывала у него ни страха, ни волнения.</p>
     <p>— Плохо ты поступишь, если убьешь меня, — сказал он палачу. — Я не сделал тебе зла, и я не сделал зла Були.</p>
     <p>Он так крепко обхватил шею этого человека, что остальные не решались ударить его своими палицами. Стархерст не разжимал рук и отстаивал свою жизнь, убеждая тех, кто жаждал его смерти.</p>
     <p>— Я Джон Стархерст, — продолжал он спокойно, — я три года трудился на Фиджи не ради наживы. Я здесь среди вас ради вашего же блага. Зачем убивать меня? Если меня убьют, это никому не принесет пользы.</p>
     <p>Були покосился на зуб кашалота. Ему-то хорошо заплатили за это убийство.</p>
     <p>Миссионера окружила толпа голых дикарей, и все они старались добраться до него. Зазвучала песнь смерти — песнь раскаленной печи, и увещевания Стархерста потонули в ней. Но он так ловко обвивал тело палача своим телом, что никто не смел нанести ему смертельный удар. Эрирола ухмыльнулся, а Були пришел в ярость.</p>
     <p>— Разойдитесь! — крикнул он. — Хорошая молва о нас дойдет до побережья! Вас много, а миссионер один, безоружный, слабый, как женщина, и он один одолевает всех.</p>
     <p>— Погоди, о Були, — крикнул Джон Стархерст из самой гущи свалки, — я одолею и тебя самого! Ибо оружие мое — истина и справедливость, а против них не устоит никто.</p>
     <p>— Так подойди же ко мне, — отозвался Були, — ибо мое оружие — всего только жалкая, ничтожная дубинка, и, как ты сам говоришь, ей с тобой не сладить.</p>
     <p>Толпа расступилась, и Джон Стархерст стоял теперь один лицом к лицу с Були, который опирался на свою громадную сучковатую боевую палицу.</p>
     <p>— Подойди ко мне, миссионер, и одолей меня, — подстрекал его Були.</p>
     <p>— Хорошо, я подойду к тебе и одолею тебя, — откликнулся Джон Стархерст; затем протер очки и, аккуратно надев их, начал приближаться к Були.</p>
     <p>Тот ждал, подняв палицу.</p>
     <p>— Прежде всего, моя смерть не принесет тебе никакой пользы, — начал Джон Стархерст.</p>
     <p>— На это ответит моя дубинка, — отозвался Були. Так он отвечал на каждый довод Стархерста, а сам не спускал с миссионера глаз, чтобы вовремя помешать ему броситься вперед и нырнуть под занесенную над его головой палицу. Тогда-то Джон Стархерст впервые понял, что смерть его близка. Он не повторил своей уловки. Обнажив голову, он стоял на солнцепеке и громко молился — таинственный, неотвратимый белый человек, один из тех, кто библией, пулей или бутылкой рома настигает изумленного дикаря во всех его твердынях. Так стоял Джон Стархерст в скалистой крепости гатокского Були.</p>
     <p>— Прости им, ибо они не ведают, что творят, — молился он. — О господи! Будь милосерден к Фиджи! Смилуйся над Фиджи! Отец всевышний, услышь нас ради сына твоего, которого ты дал нам, чтобы через него мы все стали твоими сынами. Ты дал нам жизнь, и мы верим, что в лоно твое вернемся. Темна земля сия, о боже, темна. Но ты всемогущ, и в твоей воле спасти ее. Простри длань твою, о господи, и спаси Фиджи, спаси несчастных людоедов Фиджи.</p>
     <p>Були терял терпение.</p>
     <p>— Сейчас я тебе отвечу, — пробормотал он и, схватив палицу обеими руками, замахнулся.</p>
     <p>Нарау, прятавшийся среди женщин и циновок, услышал удар и вздрогнул. Грянула песнь смерти, и он понял, что тело его возлюбленного учителя тащат к печи.</p>
     <p>"Неси меня бережно, неси меня бережно,</p>
     <p>Ведь я — защитник родной страны.</p>
     <p>Благодарите! Благодарите! Благодарите!"</p>
     <p>Один голос выделился из хора:</p>
     <p>"Где храбрец?"</p>
     <p>Сотни голосов загремели в ответ:</p>
     <p>"Его несут к печи, его несут к печи".</p>
     <p>"Где трус?" — раздался тот же голос.</p>
     <p>"Бежит доносить весть!" — прогремел ответ сотни голосов. — "Бежит доносить! Бежит доносить!"</p>
     <p>Нарау застонал от душевной муки. Правду говорила старая песня. Он был трус, и ему оставалось только убежать и донести весть о случившемся.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Мауки</p>
     </title>
     <p>Он весил сто десять фунтов. Волосы у него были курчавые, как у негра, и он был черен. Черен как-то по-особенному: не красновато и не синевато-черен, а черно-лилов, как слива. Звали его Мауки, и он был сын вождя. У него было три "тамбо". Тамбо у меланезийцев означает табу <a l:href="#n_763" type="note">[763]</a> и, конечно, сродни этому полинезийскому слову. Три тамбо Мауки сводились к следующему: во-первых, он не должен здороваться за руку с женщиной или допускать, чтобы женская рука прикасалась к нему и к его вещам; во-вторых, он не должен есть ракушек или другой пищи, приготовленной на огне, на котором их жарили; в-третьих, он не должен притрагиваться к крокодилам или плавать в челне, на котором была частица крокодила величиной хотя бы с ноготь.</p>
     <p>Черными были у Мауки и зубы, но в отличие от кожи они были совсем черные или, лучше сказать, черные, как сажа. Они стали у него такими за одну ночь, когда мать натерла их истолченным в порошок камнем, который добывали у горного обвала возле Порт-Адамса. Порт-Адамс — приморская деревушка на Малаите, а Малаита — самый дикий из всех Соломоновых островов. Он настолько дик, что ни одному купцу или плантатору не удалось там обосноваться, а сотни белых авантюристов — начиная с первых ловцов трепанга и торговцев сандаловым деревом и кончая современными вербовщиками рабочей силы с их винчестерами и нефтяными двигателями — нашли здесь свой конец от томагавков и тупоносых снайдеровских <a l:href="#n_764" type="note">[764]</a> пуль. Тем не менее и сейчас, в двадцатом столетии, Малаита остается золотым дном для вербовщиков, которые посещают ее берега в надежде найти здесь туземцев для работы на плантациях соседних и более цивилизованных островов за тридцать долларов в год. Уроженцы этих соседних и более цивилизованных островов сами настолько приобщились к цивилизации, что уже не желают работать на плантациях.</p>
     <p>Уши Мауки были проткнуты не в одном и не в двух, а в десятках мест. В одном из меньших отверстий он носил глиняную трубку. Отверстия покрупней не годились для этой цели: не только чубук, но и вся трубка легко проскочила бы насквозь. Да это и не мудрено, потому что в самые большие дырки он обычно вставлял по круглой деревяшке диаметром в добрых четыре дюйма. Иначе говоря, окружность этих дыр равнялась приблизительно двенадцати с половиной дюймам. Что касается эстетики, то здесь Мауки придерживался весьма независимых взглядов. В ушах у него красовались такие предметы, как пустые гильзы, гвозди от подков, медные гайки, обрывки бечевки, плетенный из соломы шнур, зеленые стрелки пальмовых листьев, а когда наступала вечерняя прохлада, — пунцовые цветы мальвы. Отсюда видно, что он прекрасно мог обходиться без карманов. Да и куда бы он их приделал — ведь вся его одежда состояла из куска ситца шириной в несколько дюймов. Карманный нож он носил в волосах, защемив лезвием курчавую прядь, а самое ценное свое достояние — ручку от фарфоровой чашки — привешивал к продетому сквозь ноздри черепаховому кольцу.</p>
     <p>Невзирая на все эти украшения, Мауки был миловиден. Его лицо смело можно было назвать красивым даже с европейской точки зрения, а для меланезийца Мауки был поразительно хорош собой. Единственным недостатком этого лица была излишняя мягкость. Оно было женственным, почти девичьим, с тонкими, мелкими и правильными чертами. Безвольный подбородок и рот. Ни силы, ни характера в линии скул, лба и носа. Разве только в глазах Мауки порой проскальзывал какой-то намек на те неизвестные величины, которые составляли неотъемлемую часть его существа, но никем еще не были разгаданы. Эти неизвестные были смелость, настойчивость, бесстрашие, живое воображение, хитрость, и когда они проявлялись в его последовательных и решительных поступках, окружающие только разводили руками.</p>
     <p>Отец Мауки был вождем в деревушке Порт-Адаме, и для родившегося на берегу мальчика вода была родной стихией. Он умел ловить рыб и устриц; коралловые рифы были для него открытой книгой. Управлять челноком он тоже умел. Плавать научился, когда ему был год от роду. Семи лет он уже мог задерживать дыхание на целую минуту и нырять на глубину тридцати футов. Но в этом возрасте его похитили жители чащи, которые не только не умеют плавать, но даже боятся соленой воды. С тех пор Мауки видел море только издали, сквозь просветы в зарослях или с обнаженных склонов высоких гор. Он стал рабом старого Фанфоа, царька, объединившего под своей властью около двух десятков разбросанных по горным отрогам Малаиты селений, дым которых в безветренные утра служит для белых мореплавателей едва ли не единственным доказательством того, что внутренняя часть острова обитаема. Белые не проникают в глубь Малаиты. Когда-то в погоне за золотом они пытались туда пробраться, но всякий раз оставляли там свои головы, которые и поныне скалят зубы с закопченных балок туземных хижин.</p>
     <p>Однажды, когда Мауки уже был рослым семнадцатилетним юношей, Фанфоа остался без табаку. Он остался совсем без табаку. И все его подданные очень бедствовали. Виноват в этом был сам Фанфоа. Бухта Суо настолько мала, что большой шхуне в ней не развернуться на якоре. Мангровые заросли обступают ее со всех сторон и низко свешиваются над темной водой. Это западня, и в эту западню попались двое белых. Они приплыли на небольшом двухмачтовом паруснике вербовать рабочих, и у них было много табаку и товаров, не говоря уже о трех винтовках и большом запасе патронов. В Суо нет прибрежных жителей, и лесные племена здесь могут спокойно спускаться к морю. Торговля шла бойко. В первый же день записались двадцать человек. Даже старый Фанфоа записался. И в тот же день двадцать новых рабочих отрубили двум белым головы, прикончили команду и сожгли парусник. После этого целых три месяца табак и другие товары не переводились в лесных селениях. А потом пришел военный корабль, ядра с которого полетели далеко в горы, и люди в страхе разбежались из деревень и ушли в глубь чащи. Затем на берег высадились вооруженные отряды. Они сожгли все деревни вместе с награбленным табаком и товарами. Кокосовые пальмы и бананы были срублены, всходы таро <a l:href="#n_765" type="note">[765]</a> уничтожены, а куры и свиньи прирезаны.</p>
     <p>Полученный урок мог пригодиться Фанфоа в будущем, но пока что он оставался без табаку. А молодежь в селениях была так напугана, что отказывалась наниматься к вербовщикам. Потому-то Фанфоа и приказал отвести своего раба Мауки на берег и сдать его белым, а в задаток получить за него пол-ящика табаку да еще ножей, топоров, бус и ситцу. Все это Мауки отработает на плантациях. Мауки до смерти перепугался, когда ему велели подняться на шхуну. Он шел, словно ягненок на заклание. Белые, наверное, очень свирепые существа. Иначе они бы не посмели разъезжать вдоль берегов Малаиты и заходить во все бухты, по двое на шхуне, с командой из пятнадцати — двадцати чернокожих да еще с несколькими десятками завербованных. А ведь им приходилось вдобавок опасаться прибрежного населения, готового в любую минуту напасть, захватить шхуну и прикончить весь экипаж. Белые люди, должно быть, очень страшны. Притом ни у кого, кроме белых, не было таких дьявол-дьяволов — ружей, стрелявших много раз подряд без остановки; всяких железных и медных штук, заставлявших шхуну идти без всякого ветра, и ящиков, которые говорили и смеялись, точь-в-точь как говорят и смеются люди. Да это еще что! Он слышал про одного белого, у которого его собственный, личный дьявол-дьявол обладал такой чудодейственной силой, что этот белый мог по желанию вынимать все свои зубы, а потом вставлять их обратно.</p>
     <p>Мауки повели вниз в каюту. На палубе остался сторожить один белый с двумя пистолетами за поясом. А в каюте другой сидел за книгой и чертил в ней какие-то таинственные линии и знаки. Он осмотрел Мауки, словно тот был курицей или поросенком, заглянул ему под мышки и написал что-то в книге. Потом протянул Мауки палочку для письма, и Мауки, только дотронувшись до нее, тем самым обязался работать три года на плантациях мыловаренной компании "Лунный блеск". Мауки никто не разъяснил, что свирепые белые люди прибегнут к силе, если он вздумает уклониться от взятого на себя обязательства, и что вся мощь и все военные корабли Великобритании будут им в том поддержкой.</p>
     <p>На шхуне было много других чернокожих из дальних и никому не ведомых мест, и когда белый человек им что-то сказал, они сорвали с головы Мауки длинное перо, остригли его наголо, а вокруг бедер повязали лава-лаву из ярко-желтого ситца.</p>
     <p>Много дней провел Мауки на шхуне, много видел новых земель и островов — столько ему и во сне не снилось — и наконец добрался до Нью-Джорджии, где его высадили на берег и поставили работать в поле — резать тростник и расчищать заросли. Только теперь он узнал, что такое работа. Даже когда он был у старого Фанфоа, ему не приходилось столько трудиться. А трудиться он не любил. Подымались с зарей, возвращались в сумерки, ели всего два раза в день. И пища была однообразная. Заладят на целый месяц одни бататы, а не то целый месяц дают только рис.</p>
     <p>День за днем он очищал кокосовые орехи от скорлупы, день за днем и неделю за неделей подбрасывал хворост в костры, на которых сушили копру, пока у него не разболелись глаза и его не послали валить деревья. Он ловко орудовал топором, и вскоре его перевели на постройку моста. Потом в наказание за какую-то провинность отправили на дорожные работы. Ему случалось плавать и на вельботах, когда белые отправлялись в отдаленные бухты за копрой или выходили в море глушить рыбу динамитом.</p>
     <p>Помимо всего прочего, он усвоил "beche de mer" <a l:href="#n_766" type="note">[766]</a> — распространенный в южных морях английский жаргон — и мог теперь объясняться с белыми, а главное — со всеми черными рабочими, с которыми иначе никогда бы не столковался. Тут были сотни различных племен и наречий. Многое узнал он о белых людях, и прежде всего то, что они держат свое слово. Когда они говорили рабочему, что дадут ему пачку табаку, он ее получал. Когда говорили, что выбьют из него семь склянок, если он сделает то-то и то-то, и он это делал, из него непременно выбивали семь склянок. Мауки не знал, что такое "семь склянок", но, часто слыша это выражение, решил про себя, что, должно быть, это кровь и зубы, потерей которых частенько сопровождались подобного рода операции. Еще одно он твердо усвоил: никого не били и не наказывали зря. Даже когда белые напивались — а это с ними случалось нередко, — они никогда не дрались, если не было нарушено какое-нибудь их правило.</p>
     <p>Мауки не нравилось на плантациях. Работать он терпеть не мог, ведь как-никак он был сын вождя. К тому же с тех пор как Фанфоа похитил его из Порт-Адамса, прошло десять лет, и Мауки стосковался по дому. Даже рабство у старого Фанфоа представлялось ему теперь завидным уделом. Поэтому он бежал. Он углубился в джунгли, надеясь пробиться на юг к морю, украсть челнок и в нем добраться до Порт-Адамса. Но схватил лихорадку, был пойман и полумертвым доставлен назад.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_085.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Второй раз Мауки бежал уже не один, а с двумя земляками. Они отошли миль за двадцать по берегу, достигли деревни и укрылись в хижине одного из тамошних жителей, переселенца с Малаиты. Но двое белых не побоялись прийти глухой ночью в селение и выбить по семи склянок из каждого беглеца, связать их всех троих, как поросят, и кинуть в вельбот. А из человека, который их приютил, выколотили семь раз по семи склянок, судя по количеству вырванных у его волос, содранной кожи и выбитых зубов. На всю жизнь пропала у него охота укрывать беглых.</p>
     <p>Целый год Мауки терпел и трудился. Потом его взяли в дом прислуживать. Тут пища была лучше, свободного времени больше, работа совсем не трудная — убирать комнаты и подавать белым господам виски и пиво в любое время дня и ночи. Мауки это нравилось, но жизнь в Порт-Адамсе нравилась ему еще больше. Служить оставалось два года, а два года — долгий срок, когда тоскуешь по дому. За этот год Мауки многому научился, и теперь на правах слуги он ко всему имел доступ. Он разбирал и чистил винтовки, знал, где хранится ключ от кладовой. План побега принадлежал ему, и вот однажды ночью десять туземцев с Малаиты и один из Сан-Кристобаля ускользнули из бараков и подтащили к берегу вельбот. Ключ от висевшего на вельботе замка раздобыл Мауки, и тот же Мауки погрузил в вельбот двенадцать винчестеров, огромный запас патронов, ящик динамита с детонаторами и бикфордовым шнуром и десять ящиков табаку.</p>
     <p>Дул северо-западный муссон, и по ночам они неслись на юг, а днем прятались на уединенных, необитаемых островках, если же приставали к большому острову, то втаскивали вельбот в кусты. Так они добрались до Гвадалканара, обогнули остров, держась вдоль берега, потом пересекли пролив Индиспэнсебль и пристали к острову Флорида. Здесь они убили того чернокожего, который был из Сан-Кристобаля, голову его спрятали, а все остальное зажарили и съели. Малаита была всего в двадцати милях, но в последнюю ночь сильное течение и переменные ветры помешали им достичь берега. Рассвет застал их все еще в нескольких милях от цели. Но на рассвете показался катер с двумя белыми, которые не испугались одиннадцати туземцев с их двенадцатью ружьями. Мауки и его товарищей доставили в Тулаги, где жил великий белый господин, старший над всеми белыми. И великий белый господин судил беглецов, после чего их связали, дали им по двенадцати плетей и приговорили к штрафу в пятнадцать долларов. Затем их отослали в Нью-Джорджию, где белые выбили из них по семи склянок из каждого и запрягли в работу. Но Мауки уже не попал в слуги. Его отправили на постройку дороги. Штраф в пятнадцать долларов уплатили за него белые, от которых он бежал, и ему сказали, что он должен их отработать, а это значило — лишних шесть месяцев на плантациях. Да сверх того за его долю украденного табаку ему накинули еще год.</p>
     <p>Теперь до возвращения в Порт-Адаме Мауки оставалось три с половиной года. Поэтому он однажды ночью украл челнок, прятался некоторое время на островках в проливе Маннинг, потом пересек этот пролив и стал пробираться вдоль восточного побережья острова Изабель, но, проделав две трети пути, был пойман белыми у лагуны Мериндж. Спустя неделю он бежал от них и скрылся в чаще. На Изабель нет лесных племен, гам одни только прибрежные жители, и все они христиане. Белые назначили за поимку Мауки награду в пятьсот пачек табаку, и всякий раз, как он пытался пробраться к морю, чтобы украсть челнок, прибрежные жители устраивали на него облаву. Так прошло четыре месяца, но когда награду повысили до тысячи пачек, Мауки поймали и вернули в Нью-Джорджию строить дороги. Ну, а тысяча пачек табаку стоит пятьдесят долларов, и обещанную награду Мауки должен был уплатить сам, а для этого требовалось проработать год и восемь месяцев. Так что Порт-Адаме отодвинулся теперь уже на пять лет.</p>
     <p>Он тосковал еще сильнее и отнюдь не был склонен к тому, чтобы взяться за ум, остепениться, отработать свои пять лет и тогда уже вернуться домой. В следующий раз его задержали при попытке к бегству. Дело рассматривал сам мистер Хэвеби, представитель мыловаренной компании на острове, и он признал Мауки неисправимым. Неисправимых компания отправляла с Соломоновых островов за сотни миль, на острова Санта-Крус, где у нее тоже были свои плантации. Туда и отправили Мауки, только он не доехал. Шхуна зашла в Санта-Анне, и ночью Мауки вплавь добрался до берега, стащил у торгового агента две винтовки и ящик табаку и в челноке доплыл до Кристобаля. Малаита была теперь от него к северу всего в пятидесяти или шестидесяти милях, но когда он пытался переправиться через пролив, поднялся шторм и его отнесло назад к Санта-Анне, где агент заковал его в кандалы и продержал до возвращения шхуны с островов Санта-Крус. Винтовки агенту вернули, а за ящик табаку Мауки предстояло расплатиться годом работы. Его задолженность компании теперь равнялась шести годам.</p>
     <p>На обратном пути в Нью-Джорджию шхуна стала на якорь в проливе Марау у юго-восточной оконечности Гвадалканара. С кандалами на руках Мауки поплыл к берегу и скрылся в зарослях. Шхуна ушла, но местный агент "Лунного блеска" предложил за поимку беглеца награду в тысячу пачек табаку, и жители чащи привели к нему Мауки, что увеличило его долг компании еще на год и восемь месяцев. Прежде чем шхуна вернулась, Мауки снова сбежал, на этот раз в вельботе, прихватив с собой украденный у агента ящик табаку. Но налетевший с северо-запада шквал выбросил его на Уги, где туземцы-христиане стащили у него табак, а его самого передали агенту "Лунного блеска". Украденный туземцами табак означал для Мауки еще год работы, что в итоге составило восемь с половиной лет.</p>
     <p>— Отправим-ка его на Лорд-Хау, — сказал мистер Хэвеби — Там теперь Бунстер. Пусть как хотят, так между собой и разбираются. Либо Мауки угробит Бунстера, либо Бунстер — Мауки. И в том и в другом случае мы останемся в выигрыше.</p>
     <p>Если выйти из лагуны Мериндж у острова Изабель и держать курс прямо на север, по компасу, то, пройдя сто пятьдесят миль, увидишь выступающие из воды коралловые отмели Лорд-Хау. Лорд-Хау — кольцеобразная полоса земли миль полтораста в окружности и шириной всего в несколько сот ярдов, возвышающаяся местами на целых десять футов над уровнем моря. Внутри этого песчаного кольца лежит огромная лагуна, усеянная коралловыми рифами. Ни географически, ни этнографически Лорд-Хау не может быть отнесен к Соломоновым островам. Это атолл, тогда как Соломоновы острова происхождения вулканического. И язык и внешность его обитателей говорят об их близости к полинезийской расе, а жители Соломоновых островов — меланезийцы. Лорд-Хау заселен уроженцами Западной Полинезии, приток которых продолжается и по сей день: юго-восточный пассат прибивает к берегам острова их длинные узконосые челны. Некоторый, хоть и более слабый приток меланезийцев на Лорд-Хау в пору северо-западных муссонов тоже не подлежит сомнению.</p>
     <p>Никто не посещает Лорд-Хау, или Онтонг-Джаву, как этот остров иногда называют. Агентство Кука не продает туда билетов, и туристы не подозревают о его существовании. Ни один белый миссионер не высаживался на его берегах. Пять тысяч жителей этого атолла столь же миловидны, сколь и первобытны. Но они не всегда отличались таким миролюбием. Лоции указывают на их враждебность и коварство. Однако составители этих лоций, видимо, не знают, какие изменения претерпел нрав обитателей острова, с тех пор как они несколько лет назад захватили большой трехмачтовый корабль и перебили всю команду, кроме помощника штурмана, которому удалось спастись. Уцелевший принес эту весть своим белым братьям и вернулся на Лорд-Хау с тремя торговыми шхунами. Шкиперы направили свои суда прямо в лагуну и без дальних слов стали проповедовать евангелие белого человека, гласившее, что убивать белых разрешается лишь белым, а низшим расам это не положено. Шхуны разгуливали вдоль и поперек лагуны, сея смерть и разрушение. Бежать с этой узкой полоски песка было некуда. В чернокожего стреляли, как только он показывался, а спрятаться ему было негде. Деревни были сожжены, лодки изломаны в щепы, куры и свиньи зарезаны, а драгоценные кокосовые пальмы срублены, Так продолжалось месяц, а потом шхуны удалились, но страх перед белым человеком навсегда запечатлелся в сердцах островитян, и никогда они уже не осмеливались нанести ему вред.</p>
     <p>Макс Бунстер, агент вездесущей мыловаренной компании "Лунный блеск", был единственным белым на острове. На Лорд-Хау компания водворила его потому, что стремилась если не совсем с ним развязаться, то хоть запихнуть его куда-нибудь подальше. Отделаться от него раз и навсегда она не могла, потому что не так-то легко было найти кого-нибудь на его место. В голове у этого здоровенного немца явно чего-то недоставало. Назвать его полупомешанным было бы еще слишком мягко. Задира, трус и в три раза худший дикарь, чем любой из дикарей на острове, Бунстер, как это и свойственно трусам, измывался только над слабыми. Поступив агентом на службу мыловаренной компании, он сперва получил назначение на Саво. Когда его решили оттуда убрать и послали ему на смену чахоточного колониста, Бунстер избил его до полусмерти, и тот, совсем уже умирающий, вынужден был уехать на той же шхуне, с которой прибыл.</p>
     <p>Затем мистер Хэвеби подыскал на место Бунстера молодого йоркширца, настоящего гиганта, стяжавшего себе славу кулачного бойца, которого хлебом не корми, а только дай подраться. Но Бунстер не желал драться. Десять дней он прикидывался овечкой, пока йоркширец не свалился от приступа дизентерии и лихорадки. Тут Бунстер себя наконец показал, сбросил больного на пол и до того разошелся, что принялся топтать его ногами. Опасаясь расплаты, Бунстер не стал ждать, когда его жертва оправится, и сбежал на катере в Гувуту. Там он опять-таки отличился: избил молодого англичанина, и без того искалеченного во время бурской войны.</p>
     <p>Тогда-то мистер Хэвеби и отослал Бунстера на этот богом забытый остров — Лорд-Хау. В честь своего прибытия Бунстер выдул пол-ящика джину и исколотил помощника шкипера с доставившей его шхуны, человека уже пожилого и страдающего астмой. А когда шхуна ушла, он созвал на берег канаков и предложил им бороться с ним один на один, пообещав ящик табаку тому, кто положит его на обе лопатки. Трех канаков он одолел, а четвертый положил его самого, но вместо обещанного табаку получил пулю в легкие.</p>
     <p>Так началось правление Бунстера на Лорд-Хау. В главном селении жили три тысячи человек, но оно пустело даже средь бела дня, стоило только Бунстеру там появиться. Мужчины, женщины, дети бросались от него врассыпную. Даже собаки и свиньи спешили убраться подобру-поздорову, а сам король, позабыв о своем королевском достоинстве, прятался от него под циновку. Оба премьер-министра трепетали от страха перед Бунстером, который, не вдаваясь в обсуждение спорных вопросов, сразу пускал в ход кулаки.</p>
     <p>И сюда, на Лорд-Хау, доставили Мауки, и здесь он должен был работать на Бунстера восемь с половиной долгих лет. С Лорд-Хау не убежишь. Так или иначе судьбы Бунстера и Мауки отныне тесно переплелись. Бунстер весил двести фунтов, Мауки — сто десять. У Бунстера была жестокость дегенерата, у Мауки — свирепость дикаря, и оба, каждый по-своему, были хитры и упорны.</p>
     <p>Мауки и понятия не имел, на какого хозяина ему придется работать. Его никто не предостерег насчет Бунстера, и он думал, что этот белый такой же, как и все остальные, — пьет много виски, правит островом, устанавливает законы, всегда держит свое слово и никогда без причины не ударит туземца. Бунстер был в более выгодном положении. Он знал историю Мауки и заранее предвкушал, как возьмет его в оборот. Последний по счету повар Бунстера лежал со сломанной рукой и вывихнутым плечом, поэтому немец взял к себе Мауки поваром; кроме того, он должен был прислуживать по дому.</p>
     <p>Мауки очень скоро понял, что белый белому рознь. В тот самый день, когда шхуна снялась с якоря, Бунстер приказал ему купить цыпленка у Самайзи, туземца-миссионера с островов Тонга. Но Самайзи как раз был в отлучке — он отправился на другой берег лагуны, и его ждали назад только через три дня. Мауки вернулся с пустыми руками. Он поднялся по крутой лестнице (дом стоял на сваях, футов на двенадцать от земли) и вошел в спальню хозяина. Бунстер потребовал цыпленка.</p>
     <p>Мауки раскрыл было рот, чтобы объяснить, почему он не выполнил приказание. Но Бунстер был не охотник до объяснений. Он двинул его кулаком. Удар пришелся Мауки по челюсти и подбросил его в воздух. Он вылетел в дверь, перелетел через узкую веранду, обломав перила, и грохнулся на землю. Губы у него были расквашены, рот полон крови и выбитых зубов.</p>
     <p>— Поговори у меня! — орал багровый от ярости агент, перегнувшись через сломанные перила и сверкая глазами на Мауки.</p>
     <p>Такого белого Мауки еще никогда не встречал, и он решил смириться и по возможности не раздражать хозяина. Он видел, как доставалось от Бунстера гребцам; одного из них немец три дня продержал в кандалах и морил голодом лишь за то, что тот сломал уключину. Слышал он и ходившие по деревне толки, узнал, почему Бунстер взял себе третью жену, взял насильно, как это всем было известно. И первая и вторая жены покоились на кладбище, засыпанные белым коралловым песком с коралловыми глыбами в ногах и в изголовье. Молва говорила, что они умерли от побоев. А что третьей жене Бунстера живется не сладко, Мауки и сам видел.</p>
     <p>Но разве угодишь на белого человека, когда он зол на жизнь? Если Мауки молчал, его били и обзывали бес словесной скотиной. Если говорил, били за то, что смеет рассуждать. Если он был угрюм, Бунстер утверждал, что повар замышляет недоброе, и на всякий случай порол его. А если Мауки силился улыбнуться и казаться веселым, его обвиняли в том, что он насмехается над своим господином и повелителем, и угощали палкой. Бунстер был сущий дьявол. В селении с ним давно бы расправились, если бы не память о трех шхунах и о полученном тогда уроке. Возможно, что и это не остановило бы туземцев, будь здесь лес, куда они могли бы бежать. Но леса не было, а убийство белого — любого белого — приведет сюда военный корабль, виновных перестреляют, а драгоценные кокосовые пальмы срубят. Гребцы тоже только о том и мечтали, как бы невзначай утопить Бунстера, опрокинув шлюпку. Однако Бунстер зорко следил за тем, чтобы шлюпка не опрокидывалась.</p>
     <p>Мауки был слеплен из другого теста. Зная, что, пока Бунстер жив, ему не убежать, он твердо решил прикончить белого. Вся беда была в том, что не представлялось подходящего случая. Бунстер всегда был начеку. Ни днем, ни ночью не расставался он с револьвером. Он никому не разрешал подходить к себе сзади. Мауки уразумел это после того, как его дважды сшибли с ног кулаком. Бунстер понимал, что ему следует опасаться этого добродушного и даже кроткого на вид юнца с Малаиты больше, чем всего населения Лорд-Хау. Но наслаждение, которое он испытывал, мучая Мауки, приобретало от этого лишь особую остроту. А Мауки до поры до времени смирялся, безропотно переносил все истязания и ждал.</p>
     <p>До сих пор все белые уважали его тамбо, но Бунстер не считался ни с чем. Мауки полагалось две пачки табаку в неделю. Бунстер отдавал их своей наложнице, и Мауки должен был брать табак у нее из рук. Этого он сделать не мог и оставался без табаку. Тем же способом его не раз лишали обеда, и часто он по целым дням ходил голодный. Ему нарочно заказывали рагу из ракушек, которые водились у берегов. Но этого блюда Мауки не мог приготовить: ракушки были для него тамбо. Шесть раз отказывался он прикоснуться к ракушкам, и шесть раз его избивали до потери сознания. Бунстер знал, что этот щенок скорее умрет, чем нарушит запрет, однако называл его отказ бунтом и, конечно, убил бы Мауки, если бы не боялся остаться без повара.</p>
     <p>Любимой забавой агента было схватить Мауки за курчавые волосы и колотить его головой об стену или же неожиданно для Мауки ткнуть ему в голое тело горящей сигарой. Это называлось у Бунстера прививкой, и такой прививке Мауки подвергался чуть ли не каждый день. Однажды в припадке бешенства Бунстер выдернул ручку от фарфоровой чашки из носа Мауки, разорвав ему ноздри.</p>
     <p>— Ну и рожа! — вот и все, что Бунстер нашел нужным сказать, взглянув на его изуродованное лицо.</p>
     <p>Если кожа акулы шершава, как наждачная бумага, то кожа ската подобна терке. В южных морях туземцы употребляют ее вместо рашпиля для шлифовки челнов и весел. Бунстер обзавелся рукавицей из кожи ската. Для начала он испытал ее на Мауки, одним взмахом руки содрав ему кожу от затылка до лопатки. Бунстер пришел в восторг. Он и жену угостил рукавицей, а потом весьма основательно опробовал ее на всех гребцах. Оба премьер-министра тоже удостоились прикосновения рукавицы и скрепя сердце вынуждены были ухмыляться и принимать все в шутку.</p>
     <p>— Смейтесь же, черт побери, смейтесь! — приговаривал при этом Бунстер.</p>
     <p>Мауки больше всех терпел от рукавицы. Не проходило дня, чтобы он не испытал ее ласк. Временами сплошь покрытая ссадинами спина не давала ему спать по ночам, а неистощимый в своих шутках мистер Бунстер то и дело сдирал едва поджившую кожу. Мауки терпел и ждал, уверенный, что рано или поздно наступит и его час. А когда этот час наконец наступил, все до мелочи было у него уже решено и предусмотрено.</p>
     <p>Однажды утром Бунстер поднялся в таком настроении, что готов был выбить семь склянок из всей вселенной. Начал он с Мауки и им же кончил, между делом наградив увесистым тумаком жену и исколотив всех гребцов. За завтраком он назвал кофе помоями и обварил Мауки, выплеснув всю чашку ему в лицо. К десяти часам Бунстер дрожал от озноба, а полчаса спустя он метался в жару. Это был не простой приступ малярии. Болезнь быстро приняла тяжелое течение со всеми признаками тропической лихорадки. Дни проходили, а прикованный к постели Бунстер все слабел и слабел. Мауки следил за ним и ждал, а кожа его тем временем подживала. Он приказал гребцам вытащить катер на берег, чтобы очистить дно и вообще привести шлюпку в порядок. Думая, что это распоряжение Бунстера, они беспрекословно повиновались. Но Бунстер в это время лежал без сознания и распоряжаться не мог. Казалось бы, удобный случай настал, но Мауки почему-то все еще медлил.</p>
     <p>Лишь только миновал кризис и выздоравливающий, но слабый, как ребенок, Бунстер пришел в себя, Мауки уложил в сундучок свои скудные пожитки, в том числе и драгоценную ручку от фарфоровой чашки, и отправился в деревню переговорить с королем и его двумя премьер-министрами.</p>
     <p>— Эта хозяин Бунстер, он — хороший хозяин, вы много его любите? — спросил Мауки.</p>
     <p>Те в один голос стали уверять, что вовсе его не любят. Министры изливались в жалобах, перечисляя все оскорбления и обиды, которые вытерпели от Бунстера. Король так расчувствовался, что даже всплакнул. Мауки грубо прервал их:</p>
     <p>— Ваш мой слушай — мой большой господина в свой страна. Ваш не любит этот белый хозяин. Мой его не любит. Будет шибко хорош — ваш клади катер сто кокос, двести кокос, триста кокос. Ваш кончал таскай, ваш ходи спать. Канаки все ходи спать. Большой белый хозяин шибко дома шуметь. Ваш ничего не знай, ваш много крепко спать.</p>
     <p>В том же духе Мауки переговорил и с гребцами. Потом он приказал жене Бунстера вернуться к своим родным. Если бы она отказалась, он попал бы в затруднительное положение, ведь его тамбо не позволяло ему и пальцем притронуться к ней.</p>
     <p>Когда дом опустел, Мауки вошел в спальню, где дремал Бунстер. Прежде всего он убрал от него револьверы, потом натянул рукавицу из кожи ската. Взмах рукавицы, содравшей Бунстеру всю кожу с носа, послужил ему первым предупреждением.</p>
     <p>— Шибко хорош, хозяин? — ухмыльнулся Мауки между двумя взмахами рукавицы, первый из которых ободрал лоб, а второй снял всю кожу с левой щеки агента. — Смейся, черт бери, смейся!</p>
     <p>Мауки работал на совесть, и укрывшиеся в своих хижинах канаки слышали, как "большой хозяин шибко шумел" и продолжал шуметь еще с час, а то и больше.</p>
     <p>Закончив свое дело, Мауки отнес компас и все имевшиеся в доме винтовки и патроны в катер и стал грузить в него ящики с табаком. Пока он занимался этим, из дома выскочило какое-то страшное багровое существо и с воплями устремилось к морю. Но, пробежав несколько шагов, оно упало на песок и пыталось еще ползти, корчась и скуля под палящими лучами солнца. Мауки посмотрел в ту сторону; он, видимо, колебался. Затем подошел, аккуратно отделил Бунстеру голову от туловища, завернул ее в циновку и спрятал в ящик на корме катера.</p>
     <p>Так крепко спали канаки весь этот долгий жаркий день, что не видели, как катер вышел в открытое море и повернул на юг, подгоняемый юго-восточным пассатом. Катер не был замечен и во время долгого перехода к острову Изабель и тогда, когда он, беспрестанно лавируя, шел против ветра оттуда на Малаиту. Мауки прибыл в Порт-Адаме богачом: такой уймы винтовок и табаку здесь ни у кого до сих пор еще не было. Но он не остался там. Он отрезал голову белому человеку, и только лес мог быть ему защитой. Итак, Мауки вернулся в лесные селения, пристрелил старого Фанфоа и с десяток его приспешников, а себя провозгласил вождем. Когда умерли его отец и брат, Мауки стал править в Порт-Адамсе, они заключили союз, и жители джунглей и побережья, объединившись, стали наиболее грозной силой среди двухсот вечно враждующих между собой племен на Малаите.</p>
     <p>Мауки очень боялся британского правительства, но еще больше боялся он всемогущей мыловаренной компании "Лунный блеск". И вот однажды в джунгли пришло известие: компания напоминала, что он ей должен за неотработанные восемь с половиной лет. Мауки ответил, что согласен уплатить; и тогда появился неизбежный белый человек, шкипер шхуны, единственный белый, который за все время правления Мауки осмелился углубиться в чащу и вышел оттуда цел и невредим. И этот человек не только вышел из чащи, но и унес с собой семьсот пятьдесят долларов золотом — возмещение за недополученные компанией восемь с половиной лет работы и за уступленные ею по себестоимости небезызвестные винтовки и ящики табаку.</p>
     <p>Мауки весит уже не сто десять фунтов. У него живот в три обхвата и четыре жены. Много у него и всякого другого добра: винтовки, револьверы, ручка от фарфоровой чашки и великолепная коллекция голов, в которой представлены чуть ли не все лесные племена Малаиты. Но дороже всей коллекции ему одна голова, превосходно высушенная и сохранившаяся, с песочного цвета волосами и рыжеватой бородкой, бережно завернутая в тончайшую лава-лава. Когда Мауки отправляется в поход на своих соседей, он неизменно достает эту голову и один в своем тростниковом дворце долго и торжественно ее созерцает. В такие минуты деревня погружается в безмолвие, и в этой мертвой тишине даже грудной младенец не смеет пикнуть. Голову эту считают самым могущественным дьявол-дьяволом на Малаите и приписывают ей всю силу и величие Мауки.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Ату их, ату!</p>
     </title>
     <p>Это был пьянчуга шотландец, он глотал неразбавленное виски, как воду, и, зарядившись ровно в шесть утра, потом регулярно подкреплялся часов до двенадцати ночи, когда надо было укладываться спать. Для сна он урывал каких-нибудь пять часов в сутки, остальные же девятнадцать тихо и благородно выпивал. За два месяца моего пребывания на атолле Оолонг я ни разу не видел его трезвым. Он так мало спал, что и не успевал протрезвиться. Такого образцового пьяницу, который пил бы так прилежно и методично, мне еще не приходилось встречать.</p>
     <p>Звали его Мак-Аллистер. Посмотреть — хлипкий старикашка, еле на ногах держится, руки трясутся, как у параличного, особенно когда он наливает себе стаканчик, но я ни разу не видел, чтобы он пролил хоть каплю. Двадцать восемь лет носило его по Меланезии, между германской Новой Гвинеей и германскими Соломоновыми островами <a l:href="#n_767" type="note">[767]</a>, и он так акклиматизировался в этих краях, что и разговаривал уже на тамошнем тарабарском наречии, которое зовется "beche de mer". Даже говоря со мной, не обходился он без таких выражений, как "солнце, он встал" — вместо "на рассвете", "каи-каи, он здесь" — вместо "обед подан" или "моя пуза гуляет" — вместо "живот болит".</p>
     <p>Маленький человек, сухой, как щепка, прокаленный снаружи жгучим солнцем и винными парами изнутри, живой обломок шлака, еще не остывшего шлака, он двигался толчками, как заведенный манекен. Казалось, его могло унести порывом ветра. Он и весил каких-нибудь девяносто фунтов, не больше.</p>
     <p>Но, как ни странно, это был царек, облеченный всей полнотою власти. Атолл Оолонг насчитывает сто сорок миль в окружности. Только по компасу можно войти в его лагуну. В то время население Оолонга составляли пять тысяч полинезийцев; все — мужчины и женщины — статные, как на подбор, многие ростом не ниже шести футов и весом в двести фунтов с лишним. От Оолонга до ближайшей земли двести пятьдесят миль. Дважды в год наведывалась сюда маленькая шхуна за копрой.</p>
     <p>Мелкий торговец и отпетый пьяница, Мак-Аллистер был на Оолонге единственным представителем белой расы и правил его пятитысячным населением поистине железной рукой. Воля его была здесь законом. Любая его фантазия, любая прихоть исполнялись беспрекословно. Сварливый ворчун, какие нередко встречаются среди стариков шотландцев, он постоянно вмешивался в домашние дела дикарей. Так, когда Нугу, королевская дочь, избрала себе в мужья молодого Гаунау, жившего на другом конце атолла, отец дал согласие; но Мак-Аллистер сказал: "Нет!" — и свадьба расстроилась. Или когда король пожелал купить у своего верховного жреца принадлежавший тому островок в лагуне, Мак-Аллистер опять сказал: "Нет!" Король задолжал Компании сто восемьдесят тысяч кокосовых орехов, и ни один кокос не должен был уйти на сторону, пока не будет выплачен весь долг.</p>
     <p>Однако заботы Мак-Аллистера не снискали ему любви короля и народа. Вернее, его ненавидели лютой ненавистью. Как я узнал, жители атолла во главе со своими жрецами на протяжении трех месяцев творили заклинания, стараясь сжить тирана со света. Они насылали на него самых страшных своих духов, но Мак-Аллистер ни во что не верил, и никакой дьявол не был ему страшен. Такого пьяницу шотландца никакими заклятиями не проймешь. Напрасно дикари подбирали остатки пищи, которой касались его губы, бутылки из-под виски и кокосовые орехи, сок которых он пил, даже его плевки и колдовали над ними, — Мак-Аллистер жил не тужил. На здоровье он не жаловался, не знал, что такое лихорадка, кашель или простуда; дизентерия обходила его стороной, как и обычные в этих широтах злокачественные опухоли и кожные болезни, которым подвержены равно белые и черные. Он, верно, так проспиртовался, что никакой микроб не мог в нем уцелеть. Мне представлялось, что, едва угодив в окружающую Мак-Аллистера проспиртованную атмосферу, они так и падают к его ногам мельчайшими частицами пепла. Все живое бежало Мак-Аллистера, даже микробы, а ему бы только виски. Так он и жил!</p>
     <p>Это казалось мне загадкой: как могут пять тысяч туземцев мириться с самовластием какого-то старого сморчка? Каким чудом он еще держится, а не скончался скоропостижно уже много лет назад? В противоположность трусливым меланезийцам, местное племя отличается отвагой и воинственным духом. На большом кладбище, в головах и ногах погребенных, хранится немало кровавых трофеев — гарпуны, скребки для ворвани, ржавые штыки и сабли, медные болты, железные части руля, бомбарды, кирпичи — по-видимому, остатки печей на китобойных судах, старые бронзовые пушки шестнадцатого века — свидетельство того, что сюда заходили еще корабли первых испанских мореплавателей. Не один корабль нашел в этих водах безвременную могилу. И тридцати лет не прошло с тех пор, как китобойное судно "Бленнердейл", ставшее в лагуне на ремонт, попало в руки туземцев вместе со всем экипажем. Та же участь постигла команду "Гаскетта", шхуны, перевозившей сандаловое дерево. Большой французский парусник "Тулон" был застигнут штилем у берегов атолла и после отчаянной схватки взят на абордаж и потоплен у входа в Липау. Только капитану с горсточкой матросов удалось бежать на баркасе. И, наконец, испанские пушки — о гибели какого из первых отважных мореплавателей они возвещали? Но все это давно стало достоянием истории, — почитайте "Южно-Тихоокеанский справочник"! О существовании другой истории — неписаной — мне еще только предстояло узнать. Пока же я безуспешно ломал голову над тем, как пять тысяч дикарей до сих пор не расправились с каким-то выродком шотландцем, почему они даровали ему жизнь?</p>
     <p>Однажды в знойный полдень мы с Мак-Аллистером сидели на веранде и смотрели на лагуну, которая чудесно отливала всеми оттенками драгоценных камней. За нами на сотни ярдов тянулись усеянные пальмами отмели, а дальше, разбиваясь о прибрежные скалы, ревел прибой. Было жарко, как в пекле. Мы находились на четвертом градусе южной широты, и солнце, всего лишь несколько дней назад пересекшее экватор, стояло в зените. Ни малейшего движения в воздухе и на воде. В этом году юго-восточный пассат перестал дуть раньше обычного, а северо-западный муссон еще не вступил в свои права.</p>
     <p>— Сапожники они, а не плясуны, — упрямо твердил Мак-Аллистер.</p>
     <p>Я отозвался о полинезийских плясках с похвалой, сказав, что папуасские <a l:href="#n_768" type="note">[768]</a> и в сравнение с ними не идут; Мак-Аллистер же, единственно по причине дурного характера, отрицал это. Я промолчал, чтобы не спорить в такую жару. К тому же мне еще ни разу не случалось видеть, как пляшут жители Оолонга.</p>
     <p>— Сейчас я вам докажу, — не унимался мой собеседник и, подозвав туземца с Нового Ганновера, исполнявшего при нем обязанности повара и слуги, послал его за королем: — Эй ты, бой, скажи королю, пусть идет сюда.</p>
     <p>Бой повиновался, и вскоре перед Мак-Аллистером предстал растерянный премьер-министр. Он бормотал какие-то извинения: король-де отдыхает и его нельзя тревожить.</p>
     <p>— Король здорово крепко отдыхай, — сказал он в заключение.</p>
     <p>Это привело Мак-Аллистера в такую ярость, что министр трусливо бежал и вскоре возвратился с самим королем. Я невольно залюбовался этой чудесной парой. Особенно поразил меня король, богатырь не менее шести футов трех дюймов росту. В его чертах было что-то орлиное — такие лица не редкость среди североамериканских индейцев. Он был не только рожден, но и создан для власти. Глаза его метали молнии, однако он покорно выслушал приказание созвать со всей деревни двести человек, мужчин и женщин, лучших танцоров. И они действительно плясали перед нами битых два часа под палящими лучами солнца. Пусть они за это еще больше возненавидели Мак-Аллистера — плевать ему было на чувства туземцев, и домой он проводил их бранью и насмешками.</p>
     <p>Рабская покорность этих великолепных дикарей все сильнее и сильнее меня поражала. Я спрашивал себя: как это возможно? В чем тут секрет? И я все больше терялся в догадках, по мере того как новые доказательства этой непререкаемой власти вставали предо мной, но так и не находил ей объяснения.</p>
     <p>Однажды я рассказал Мак-Аллистеру о своей неудаче: старик туземец, обладатель двух великолепных золотистых раковин "каури", отказался променять их мне на табак. В Сиднее я заплатил бы за них не менее пяти фунтов. Я предлагал ему двести плиток табаку, а он просил триста. Когда я упомянул об этом невзначай, Мак-Аллистер вызвал к себе туземца, отобрал у него раковины и отдал мне. Красная цена им, рассудил он, пятьдесят плиток, и чтобы я и думать не смел предлагать больше. Туземец с радостью взял табак. Очевидно, он и на это не рассчитывал. Что касается меня, то я решил в будущем придержать язык. Я еще раз подивился могуществу Мак-Аллистера и, набравшись храбрости, даже спросил его об этом; Мак-Аллистер только хитро прищурился и с глубокомысленным видом отхлебнул из стакана.</p>
     <p>Как-то ночью мы с Отти — так звали обиженного туземца — вышли в лагуну ловить рыбу. Я втихомолку вручил старику недоданные сто пятьдесят плиток, чем заслужил величайшее его уважение, граничившее с каким-то детским обожанием, тем более удивительным, что человек этот годился мне в отцы.</p>
     <p>— Что это вы, канаки, точно малые дети, — приступил я к нему, — купец один, а вас, канаков, много. Вы лижете ему пятки, как трусливые собачонки. Боитесь, что он съест вас? Так ведь у него и зубов нет. Откуда у вас этот страх?</p>
     <p>— А если много канаки убивай купец? — спросил он.</p>
     <p>— Он умрет, только и всего, — ответил я. — Ведь вам, канакам, не впервой убивать белых. Что же вы так испугались этого белого человека?</p>
     <p>— Да, канаки много убивал белый человек, — согласился он. — Я правда говорю. Но только давно, давно. Один шхуна — я тогда совсем молодой — стал там, за атолл: ветер, он не дул. Нас много канаки, много-много челнов, надо нам поймай этот шхуна. И нас поймай эта шхуна — я правда говорю, — но после большой драка. Два-три белый стрелял как дьявол. Канак, он не знал страх. Везде, внизу, вверху, много канак, может, десять раз пятьдесят. А еще на шхуна белый Мери. Моя никогда не видел белый Мери. Канаки убивал много-много белый. Только не капитан. Капитан, он живой, и еще пять-шесть белый не умирал. Капитан, он давал команда. Белый, он стрелял. Другой белый спускал лодка. А потом все марш-марш за борт. Капитан, он белый Мери тоже спускал за борт. Все греби, как дьявол. Мой отец, он тогда сильный был, бросал копье. Копье пробил бок белой Мери, пробил другой бок, выскочил наружу. Конец белой Мери. Нас, канаки, ничего не боялся.</p>
     <p>Очевидно, гордость Отти была задета — он сдвинул набедренную повязку и показал мне шрам, в котором нетрудно было признать след пулевой раны. Но прежде чем я успел ему ответить, его поплавок сильно задергался, Отти подсек, но леска не поддавалась, рыба успела уйти за ветвь коралла.</p>
     <p>Старик посмотрел на меня с упреком, так как я разговорами отвлек его внимание, скользнул по борту вниз, потом, уже в воде, перевернулся и плавно ушел на дно следом за леской. Здесь было не меньше десяти саженей.</p>
     <p>Перегнувшись, я с лодки следил за его мелькающими пятками. Постепенно теряясь в глубине, они тянули за собой в темную пучину призрачный, фосфорический след. Десять морских саженей — шестьдесят футов — что это значило для такого старика по сравнению с драгоценной снастью! Через минуту, показавшуюся мне вечностью, он, облитый белым сиянием, снова вынырнул из глубины. Выплыв на поверхность, он бросил в лодку десятифунтовую треску — крючок, торчавший в ее губе, благополучно вернулся к своему хозяину.</p>
     <p>— Что ж, может, это и правда, — не отставал я. — Когда-то вы не боялись. Зато теперь купец нагнал на вас страху.</p>
     <p>— Да, много страх, — согласился он, явно не желая продолжать разговор.</p>
     <p>Мы еще с полчаса удили в полном молчании. Но вот под нами зашныряли мелкие акулы, они откусывали с наживкою и крючок, и мы, потеряв по крючку, решили подождать — пусть разбойники уберутся восвояси.</p>
     <p>— Да, твоя верно говори, — вдруг словно спохватился Отти. — Канаки узнал страх.</p>
     <p>Я зажег трубку и приготовился слушать. Хотя старик изъяснялся на ужасающем "beche de mer", я передаю его рассказ на правильном английском языке. Но самый дух и строй его повествования я постараюсь сохранить.</p>
     <p>— Вот тогда-то мы и возгордились. Столько раз дрались мы с чужими белыми людьми, что являются к нам с моря, и всегда побеждали. Немало полегло и наших, но что это в сравнении с сокровищами, что ждали нас на кораблях! И вот, может, двадцать, а может, двадцать пять лет назад у входа в лагуну показался корабль и прямехонько вошел в нее. Это была большая трехмачтовая шхуна. На ее борту находилось пять белых и человек сорок экипажа — все черные с Новой Гвинеи и Новой Британии. Они прибыли сюда для ловли трепангов. Шхуна стала на якорь у Паулоо — это на другом берегу, — ее лодки шныряли по всей лагуне. Повсюду они разбили свои лагеря и стали сушить трепангов. Когда белые разделились, они уже были нам не страшны: ловцы находились милях в пятидесяти от шхуны, а то и больше.</p>
     <p>Король держал совет со старейшинами, и мне вместе с другими пришлось весь остаток дня и всю ночь плыть в челне на ту сторону лагуны, чтобы передать жителям Паулоо: мы собираемся напасть на все становища сразу, а вы захватите шхуну. Сами гонцы, хоть и выбились из сил, тоже приняли участие в драке. На шхуне было двое белых, капитан и помощник, а с ними шесть черных. Капитана и трех матросов схватили на берегу и убили, но сначала капитан из двух револьверов уложил восьмерых наших. Видишь, как близко, лицом к лицу, сошлись мы с врагами!</p>
     <p>Помощник услышал выстрелы и не стал ждать; он погрузил запас воды, съестное и парус в маленькую шлюпку, футов двенадцать длиной. Мы, тысяча человек, в челнах, усеявших всю лагуну, двинулись на судно. Наши воины дули в раковины, оглашали воздух песнями войны и громко били веслами о борт. Что мог сделать один белый и трое черных против всех нас? Ничего — И помощник знал это.</p>
     <p>Но белый человек подобен дьяволу. Стар я и немало белых перевидал на своем веку, но теперь, наконец, понял, как случилось, что белые захватили все острова в океане. Это потому, что они дьяволы. Взять хоть тебя, что сидишь со мною в одной лодке. Ты еще молод годами. Что ты знаешь? Мне каждый день приходится учить тебя то тому, то другому. Да я еще мальчишкой знал о рыбе и ее привычках больше, чем знаешь ты сейчас. Я, старый человек, ныряю на дно лагуны, а ты… где тебе за мной угнаться! Так на что же, спрашивается, ты годишься? Разве только на то, чтобы драться. Я никогда не видел тебя в бою, но знаю, ты во всем подобен своим братьям, и дерешься ты, верно, как дьявол. И ты такой же глупец, как твои братья, — ни за что не признаешь себя побежденным. Будешь драться насмерть и так и не узнаешь, что ты разбит.</p>
     <p>А теперь послушай, что сделал помощник. Когда мы, дуя в раковины, окружили шхуну и от наших челнов почернела вся вода кругом, он спустил шлюпку и вместе с матросами направился к выходу в открытое море. И опять по этому видно, какой он глупец. Ни один умный человек не отважится выйти в море на такой шлюпке. Борта ее и на четыре дюйма не выдавались над водой. Двадцать челнов устремились за ним в погоню, в них было двести человек — вся наша молодежь. Пока матросы проходили на своей шлюпке одну сажень, мы успевали пройти пять. Дела его были совсем плохи, но, говорю тебе, это был глупец. Он стоял в шлюпке и выпускал заряд за зарядом. Он был никудышный стрелок, но мы его догоняли, и у нас все прибывало убитых и раненых. Но все равно дела его были совсем, совсем плохи.</p>
     <p>Помню, он не выпускал изо рта сигары. Когда же мы, изо всех сил налегая на весла, приблизились к нему шагов на сорок, он бросил винтовку, поднес сигару к динамитной шашке и кинул ее в нашу сторону. Он зажигал все новые и новые шашки и бросал их одну за другой, без счета. Теперь я понимаю, что он расщеплял шнур и вставлял в него спичечные головки, чтобы шнур скорее сгорал, и у него были очень короткие шнуры. Иногда шашка взрывалась в воздухе, но чаще в каком-нибудь челне, и всякий раз, как она взрывалась в челне, от людей ничего не оставалось. Из двадцати наших лодок половина была разбита в щепы. Та, где сидел я, тоже взлетела на воздух, а с нею двое моих товарищей — динамит взорвался как раз между ними. Остальные повернули назад. Тогда помощник с криком "Ату их, ату!" опять схватился за ружье и стал стрелять нам в спину. И все это время его черные матросы гребли изо всех сил. Видишь, я не обманул тебя, человек этот и вправду был дьявол.</p>
     <p>Но этим дело не кончилось. Оставляя шхуну, он поджег ее и устроил так, чтобы весь порох и динамит на борту взорвались одновременно. Сотни наших тушили пожар и качали воду, когда шхуна взлетела на воздух. И вот добыча, за которой мы гнались, ушла от нас, а сколько наших было убито! Даже и сейчас, когда я стар и меня навещают дурные сны, я слышу, как помощник кричит: "Ату их, ату!" Громовым голосом кричит он: "Ату их, ату!" Зато из тех белых, кто был застигнут на берегу, ни один не остался в живых.</p>
     <p>Помощник в своей маленькой лодке вышел в океан — на верную гибель, как мы думали, разве может такое суденышко с четырьмя гребцами уцелеть в открытом море? Но прошел месяц, и в часы затишья между двумя ливнями в лагуну вошел корабль и стал на якорь против нашей деревни. Король собрал старейшин, было решено дня через два-три напасть на корабль. Тем временем, соблюдая обычай, мы поплыли в наших челнах приветствовать гостей и захватили с собой связки кокосов, птицу и свиней для обмена. Но едва наши головные поравнялись со шхуной, как люди на борту начали расстреливать нас из винтовок. Остальные обратились в бегство. Изо всех сил налегая на весла, я увидел помощника — того, что в маленькой лодке бежал в открытое море: он взобрался на борт, и приплясывал, и орал во все горло: "Ату их, ату!"</p>
     <p>В тот же полдень к берегу подошли три шлюпки; в них было полным-полно белых людей, и они высадились в нашей деревне. Они прошли ее из конца в конец и убивали каждого на своем пути. Они перебили всю птицу и всех свиней. Те из нас, что спаслись от пуль, сели в челны и укрылись в лагуне. Отъезжая от берега, мы увидели, что вся деревня в огне. К вечеру нам повстречалось много челнов из селения Нихи у прохода Нихи, что на северо-востоке. Это были те, кому, как и нам, удалось спастись: их деревня была сожжена дотла вторым кораблем, вошедшим в лагуну через северо-восточный проход Нихи.</p>
     <p>Темнота застала нас западнее Паулоо. Здесь в глухую полночь до нас донесся женский плач, и мы врезались в целую стаю челнов с беглецами из Паулоо. Это было все. что осталось от людной деревни; теперь там курилось огромное пожарище, так как в Паулоо тем временем пришла третья шхуна. Как оказалось, помощник вместе с тремя черными матросами добрался до Соломоновых островов и рассказал своим братьям, что произошло на Оолонге. И тогда его братья сказали, что пойдут и накажут нас. Вот они и явились на трех шхунах, и три наши деревни были стерты с лица земли.</p>
     <p>Что же нам было делать? Наутро два корабля, воспользовавшись попутным ветром, настигли нас посреди лагуны. Дул сильный ветер, и они мчались прямо на нас, топя на своем пути десятки челнов. Мы бежали от них врассыпную, как летучая рыба бежит от меч-рыбы, и нас было так много, что тысячам канаков удалось все же укрыться на окраинных островах.</p>
     <p>Но и после этого три корабля продолжали охотиться за нами по всей лагуне. Ночью мы благополучно прокрались мимо них. И на второй, и на третий, и на четвертый день шхуны возвращались и гнали нас на другой конец лагуны. И так день за днем. Мы потеряли счет убитым и уже не вспоминали о них. Правда, нас было много, а белых мало. Но что могли мы сделать? Я находился среди тех храбрецов, что собрались в двадцати челнах и были готовы сложить голову. Мы напали на шхуну, что поменьше. Они убивали нас без пощады. Они забросали нас динамитными шашками, а когда динамит кончился, стали поливать кипящей водой. Их ружья ни на минуту не смолкали. Тех, кто спасся с затонувших лодок и пустился вплавь, они приканчивали в воде. А помощник опять плясал на палубе рубки и кричал во все горло: "Ату их, ату!"</p>
     <p>Каждый дом на самом крошечном островке был сожжен дотла. Они не оставили нам ни одной курицы, ни одной свиньи. Все колодцы были забиты трупами или доверху засыпаны обломками коралла. До прихода трех шхун нас было на Оолонге двадцать пять тысяч. Сейчас нас пять тысяч, тогда как после их ухода, как ты увидишь, нас оставалось всего три тысячи.</p>
     <p>Наконец трем шхунам надоело перегонять нас из конца в конец по всей лагуне. Они собрались в Нихи, что у северо-восточного прохода, и оттуда стали теснить нас на запад. Белые спустили девять шлюпок и обшаривали каждый островок. Они преследовали нас неустанно, день за днем. А едва наступала ночь, три шхуны и девять шлюпок выстраивались в сторожевую цепь, которая тянулась через всю лагуну, из края в край, и не давала проскользнуть ни одному челну.</p>
     <p>Это не могло длиться вечно. Ведь лагуна не так уж велика. Все, кто остался в живых, были вытеснены на западное побережье. Дальше простирался океан. Десять тысяч канаков усеяло песчаную отмель от входа в лагуну до прибрежных скал, где пенился прибой. Никто не мог ни прилечь, ни размять ноги, для этого просто не было места. Мы стояли бедро к бедру, плечо к плечу. Два дня они продержали нас так, помощник то и дело взбирался на мачту и, глумясь над нами, оглашал воздух криками: "Ату их, ату!" Мы уже сожалели, что месяц назад осмелились поднять руку на него и его шхуну. Мы были голодны и двое суток простояли на ногах. Умирали дети, умирали старые и слабые и те, кто истекал кровью от ран. Но самое ужасное — не было воды, чтобы утолить жажду. Два дня сжигало нас солнце и не было тени, чтобы укрыться. Много мужчин и женщин искали спасения в прохладном океане, и кипящие буруны выбрасывали на скалы их тела. Новая казнь — нас роями осаждали мухи. Кое-кто из мужчин пытался вплавь добраться до шхун, но всех их до одного пристрелили в воде. Те из нас, кто остался жив, горько сожалели, что напали на трехмачтовое судно, вошедшее в лагуну для ловли трепангов.</p>
     <p>Наутро третьего дня к нам подъехала лодка, в ней сидели три капитана вместе с помощником. Вооруженные до зубов, они вступили с нами в переговоры. Они только потому прекратили избиение, объявили капитаны, что устали нас убивать. А мы уверяли их, что раскаиваемся, никогда мы больше не поднимем руку на белого человека и в доказательство своей покорности посыпали голову песком.</p>
     <p>Тут наши женщины и дети стали громко вопить, моля дать им воду, и долгое время ничего нельзя было разобрать. Наконец мы услышали свой приговор. Нам было приказано нагрузить все три корабля копрой и трепангами. Мы согласились. Нас мучила жажда, и мужество оставило нас: теперь мы знали, что в бою канаки сущие дети по сравнению с белыми, которые сражаются, как дьяволы. А когда переговоры кончились, помощник встал и, насмехаясь, закричал нам вслед: "Ату их, ату!" После этого мы сели в лодки и отправились на поиски воды.</p>
     <p>Проходили недели, а мы все ловили и сушили трепангов, собирали кокосы и готовили из них копру. День и ночь дым густой пеленой стлался над всеми островами Оолонга — так искупали мы свою вину. Ибо в те дни смерти нам каленым железом выжгли в мозгу, что нельзя поднимать руку на белого человека.</p>
     <p>Но вот трюмы шхун наполнились трепангами и копрой, а наши пальмы были начисто обобраны. И тогда три капитана и помощник снова созвали нас для важного разговора. Они сказали, что сердце у них радуется, так хорошо канаки затвердили свой урок, а мы в тысячный раз уверяли их в своем раскаянии и клялись, что больше это не повторится, и опять посыпали голову песком. И капитаны сказали, что все это очень хорошо. Но в знак своей милости они приставят к нам дьявола, дьявола из дьяволов, чтобы было кому нас остеречь, если мы замыслим зло против белого человека. И тогда помощник, чтобы поглумиться над нами, еще раз крикнул: "Ату их, ату!" Шестеро наших, которых мы уже оплакивали, как мертвых, были спущены на берег, после чего корабли, подняв паруса, ушли к Соломоновым островам.</p>
     <p>Шесть высаженных на берег канаков первыми пали жертвой страшного дьявола, которого приставили к нам капитаны.</p>
     <p>— Вас посетила тяжкая болезнь? — перебил я, сразу раскусив, в чем заключалась хитрость белых.</p>
     <p>На борту одной из шхун свирепствовала корь, и пленников умышленно заразили этой болезнью.</p>
     <p>— Да, тяжкая болезнь. Это был могущественный дьявол. Самые древние старики не слыхали о таком. Мы убили последних жрецов, остававшихся в живых, за то, что они не могли справиться с этим дьяволом. Болезнь что ни день становилась злее. Я уже говорил, что тогда, на песчаной отмели, бедро к бедру и плечо к плечу стояли десять тысяч человек. Когда же болезнь ушла прочь, нас осталось только три тысячи. И так как все кокосы ушли на копру, в стране начался голод</p>
     <p>— Этот купец, — сказал Отти в заключение, — он кучка навоза, что валяйся на дороге. Он гнилой мясо, черви его кай-кай, он смердит. Он пес, шелудивый пес, его заедай блохи. Канак, он не бойся купец. Он бойся белый человек. Он слишком хорошо знай, что значит — убей белый человек. Шелудивый пес купец, он имей много братья, братья не давай его в обиду, они сражайся, как дьявол. Канак, он не бойся окаянный купец. Канак злой-злой, он рад убей купец, но он помни страшный дьявол. Помощник кричи: "Ату их, ату!", и канак, он не убивай.</p>
     <p>Отти зубами вырвал кусок мякоти из брюшка огромной, судорожно бившейся макрели, насадил на крючок, и крючок с наживкой, озаренный призрачным светом, стал быстро погружаться на дно.</p>
     <p>— Акула марш-марш, — сказал Отти. — Теперь нас поймай много-много рыба.</p>
     <p>Поплавок отчаянно дернуло. Старик потащил леску, осторожно выбирая ее руками, и большая треска, сердито разевая пасть, шлепнулась на дно лодки.</p>
     <p>— Солнце, он вставай, — сказал Отти, — моя неси окаянный купец большой-большой рыба задаром.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Язычник</p>
     </title>
     <p>Впервые мы встретились, когда бушевал ураган, и хотя мы пробивались сквозь шторм на одном судне, я обратил на него внимание только после того, как шхуна разлетелась в щепки. Я, несомненно, видел его и раньше, среди других членов нашей команды, сплошь состоявшей из канаков, но за все время я ни разу не вспомнил о его существовании, потому что на "Крошке Жанне" было очень много народу. Кроме восьми или десяти матросов-канаков, белого капитана, его помощника, кладовщика и шестерых каютных пассажиров, шхуна взяла в Ранжире что-то около восьмидесяти пяти палубных пассажиров с Паумоту и Таити: мужчин, женщин и детей. У каждого из них были корзины, не говоря уже о матрасах, одеялах и узлах с одеждой.</p>
     <p>Сезон добычи жемчуга на Паумоту закончился, и ловцы возвращались на Таити. Шестеро скупщиков жемчуга разместились в каютах: два американца, китаец А-Чун (ни разу в жизни не видел такого белокожего китайца), один немец, один польский еврей и я.</p>
     <p>Сезон был удачный. Ни один из нас и ни один из восьмидесяти пяти палубных пассажиров не имел оснований жаловаться на судьбу. Все хорошо поработали и мечтали отдохнуть и развлечься в Папеэте.</p>
     <p>"Крошку Жанну", конечно, перегрузили. Водоизмещением она была всего в семьдесят тонн; нельзя было брать на борт и десятую часть того сброда, который запрудил палубу. Трюмы были до отказа загружены жемчужными раковинами и копрой. Даже кладовку забили перламутром. Каким-то чудом матросы умудрялись еще управлять шхуной. Пройти по палубе было невозможно, и они передвигались по поручням.</p>
     <p>Ночью матросы ходили по людям, которые, честное слово, спали буквально друг на друге. А кроме того, полно было поросят, кур, мешков с бататом, и везде, где только можно, красовались связки кокосовых орехов для утоления жажды и гроздья бананов. По обе стороны между вантами грот-мачты и фок-мачты низко, чтобы не соприкасались со штагами утлегаря, были натянуты леера. А на каждом таком леере висело не меньше полусотни связок бананов.</p>
     <p>Рейс предстоял беспокойный, даже если пройти путь дня за два-три, что было возможно только при сильном юго-восточном пассате. Но ветра не было. Через пять часов пути после нескольких слабых порывов ветер стих совсем. Штиль продолжался всю ночь и весь следующий день — один из тех ослепительных зеркальных штилей, когда от одной мысли о том, чтобы открыть глаза и посмотреть на воду, начинает болеть голова.</p>
     <p>На следующий день умер человек, уроженец острова Пасхи, — в том сезоне он был одним из лучших ловцов жемчуга в лагуне. Оспа — вот причина его смерти, хотя я не могу себе представить, как ее занесли на судно; когда мы выходили из Ранжира, на берегу не было зарегистрировано ни единого случая заболевания оспой. И все-таки факт оставался фактом: оспа, умерший человек и трое больных.</p>
     <p>Ничего нельзя было сделать. Мы не могли изолировать больных и не могли ухаживать за ними. На судне нас было, что сельдей в бочке. Ничего нельзя было сделать — только заживо гнить да умирать, вернее, ничего нельзя было сделать после той ночи, когда умер человек. В ту же ночь помощник капитана, кладовщик, польский еврей и четверо ловцов-туземцев удрали на вельботе. Больше мы их не видели. Утром капитан приказал продырявить оставшиеся шлюпки, и теперь мы уже никуда не могли деться.</p>
     <p>В тот день умерли двое, на следующий день — трое, потом количество смертных случаев подскочило до восьми. Любопытно было наблюдать, как мы это воспринимали. Туземцев, например, охватил тупой, беспросветный страх. Капитан-француз стал раздражительным и болтал без умолку. Звали этого капитана Удуз. От волнения его даже подергивало. Высокий, грузный мужчина, весом фунтов двести, не меньше, — жирная туша, дрожащая, как желе.</p>
     <p>Немец, два американца и я скупили все виски и непрерывно пили. Рассчитали мы все отлично, а именно: бациллы, проникающие в организм, моментально погибнут. И этот рецепт оказался действенным, хотя, должен признаться, и капитана Удуза и А-Чуна болезнь миновала тоже. Француз совсем не пил, а А-Чун ограничивался стаканом в день.</p>
     <p>Да, славное было времечко! Солнце стояло в зените. Ветра совсем не было, лишь изредка налетали шквалы, они свирепствовали от пяти до тридцати минут и мчались прочь, окатив нас ливнем. После шквала снова нещадно палило солнце, и с отсыревших палуб поднимались клубы пара.</p>
     <p>Пар этот был не простой. Это был смертоносный туман, насыщенный мириадами бацилл. Видя, как с больных людей и с трупов поднимается этот пар, мы пропускали еще по стаканчику, потом еще и еще, почти не разбавляя. Кроме того, мы взяли за правило выпивать несколько добавочных рюмок каждый раз, когда скидывали мертвецов за борт кишащим вокруг судна акулам.</p>
     <p>Прошла неделя, запасы виски кончились. И это хорошо, иначе меня не было бы сейчас в живых. Чтобы пережить все, что произошло потом, нужно было быть вполне трезвым, надеюсь, вы со мной согласитесь, если я упомяну об одной небольшой детали — в конце концов в живых осталось только двое. Вторым был язычник, во всяком случае я слышал, что именно так называл его капитан Удуз в тот момент, когда я впервые узнал о существовании этого человека. Не будем, однако, забегать вперед.</p>
     <p>Это было на исходе недели. Виски вышло, скупщики жемчуга протрезвели, и я впервые случайно взглянул на барометр, висевший в кают-компании. Для Паумоту норма — 29.90, и мы привыкли видеть, как стрелка колеблется между 29.85 и 30.00 или даже 30.05, но то, что увидел я — 29.62! — могло привести в чувство самого пьяного скупщика жемчуга из тех, кто когда-либо пытался уничтожить микробов оспы шотландским виски.</p>
     <p>Я сказал об этом капитану Удузу, и он ответил, что уже несколько часов наблюдает, как падает барометр.</p>
     <p>Не много можно было сделать при данных обстоятельствах, но это немногое он выполнил превосходно. Он оставил только штормовые паруса, натянул штормовые леера и ждал ветра. Ошибся он уже после того, как налетел ветер. Он лег в дрейф, и это правильно, когда находишься к югу от экватора, если — вот тут-то он и сплоховал, — если судно не стоит на пути урагана.</p>
     <p>А мы стояли на пути урагана. Я видел это по тому, как непрерывно усиливался ветер и падал барометр. Я считал, что шхуну надо было повернуть и идти левым галсом, пока не перестанет падать барометр, и уже после этого лечь в дрейф. Я спорил с капитаном, чуть не довел его до истерики, но он стоял на своем. Хуже всего то, что мне не удалось уговорить остальных скупщиков жемчуга поддержать меня. В конце концов кто я такой, чтобы знать море и его особенности лучше многоопытного капитана? Так они, вероятно, думали.</p>
     <p>Ветер катил страшные валы, и я никогда не забуду трех первых волн, обрушившихся на "Крошку Жанну". Она накренилась, что иногда бывает, когда суда ложатся в дрейф, и первая волна перекатилась через палубу. Штормовые леера — это для сильных и здоровых, но даже им они не особенно помогают, когда женщины, дети, груды бананов и кокосовых орехов, поросята, дорожные корзины, умирающие, больные — все это катится по палубе сплошной визжащей, воющей массой.</p>
     <p>Вторая волна смела с палубы "Крошки Жанны" поручни, и, так как корма шхуны погрузилась в воду, а нос взметнулся к небу, все это страшное месиво людей и груза поползло вниз. Это был поток человеческих тел. Людей несло, кого головой вперед, кого вперед ногами, кого боком, кувырком; они корчились, сгибались, извивались и распластывались. Время от времени кому-нибудь удавалось ухватиться за мачту или леер, но под напором движущихся тел он разжимал руки.</p>
     <p>Кто-то врезался головой в битенг по правому борту. Череп его раскололся, как яйцо. Я понял, что нас ждет, и вскарабкался на рубку, затем на грот-мачту. А-Чун и один из американцев попытались влезть следом за мной, но я опередил их на целый прыжок. Американца тут же смыло волной за борт, как соломинку. А-Чун ухватился за штурвал и повис на нем. Но огромная женщина из племени раратонга, весом, наверно, фунтов в двести пятьдесят, упала на него и ухватилась рукой за его шею, свободной рукой он схватил канака-рулевого, но в это мгновение шхуна накренилась на правый борт.</p>
     <p>Лавина воды и человеческих тел, которая неслась вдоль левого борта между каютой и поручнями, ринулась к правому борту. Всех смело: ту женщину, А-Чуна и рулевого, — и, честное слово, я видел, как, разжав руки и падая вниз, А-Чун усмехнулся мне с философским смирением.</p>
     <p>Третья, самая большая волна причинила не меньше разрушений. Когда она обрушилась на судно, почти все взобрались на такелаж. Внизу остался десяток оглушенных, захлебывающихся, полуживых несчастных, они старались уползти куда-нибудь в безопасное место, но их швыряло взад и вперед по палубе. Их смыло волной вместе с обломками двух шлюпок. Скупщики жемчуга и я умудрились между двумя волнами затолкать в кают-компанию человек пятнадцать женщин и детей и запереть их там. Увы, это не спасло несчастных.</p>
     <p>А ветер? Я никогда бы не поверил, что может быть такой ветер. Описать его нельзя. Разве можно описать кошмар? С таким же успехом можно описывать тот ветер. Он срывал с нас одежду. Я сказал "срывал", и я не оговорился. Я вовсе не прошу, чтобы вы мне верили. Я просто рассказываю о том, что сам видел и пережил. Порой мне не верится, что все это было. Невозможно испытать на себе этот ветер и остаться в живых. Я выжил, вот и все. Это было что-то чудовищное, и ужас заключался в том, что ветер все время усиливался.</p>
     <p>Представьте себе неисчислимые миллионы и миллиарды тонн песка. Представьте, что песок мчится со скоростью девяносто, сто, сто двадцать миль в час, даже быстрее. Представьте себе, далее, что песок невидим, неосязаем, хотя полностью сохраняет вес и плотность песка. Вообразите все это — и вы получите отдаленное представление о том ветре.</p>
     <p>Быть может, песок — неудачное сравнение. Считайте, что это шлам, невидимый, неосязаемый, но тяжелый, как шлам. Нет, даже не то! Считайте, что каждая молекула воздуха сама является кучей шлама. Затем попытайтесь вообразить великое множество таких молекул, слитых воедино. Нет, у меня не хватает слов. Язык человека может передать обычные явления жизни, но он не дает возможности передать сверхъестественное стихийное бедствие, как тот ветер. Лучше бы мне не браться за это описание, как я решил вначале.</p>
     <p>Я только одно скажу: этот ветер сбил волны. Более того, казалось, смерч всосал в себя весь океан и заметался в том пространстве, где прежде был воздух.</p>
     <p>Конечно, от парусов на шхуне остались одни клочья. Но капитан Удуз имел на "Крошке Жанне" приспособление, каких я никогда не видел на здешних шхунах, — плавучий якорь. Это был конический брезентовый мешок с массивным железным обручем, вставленным в верхний край. Плавучий якорь пускают, подобно змею, он врезается в воду так же, как змей взмывает в поднебесье, с той только разницей, что плавучий якорь останавливался у самой поверхности воды. Со шхуной якорь связывал длинный канат. Поэтому "Крошка Жанна", гонимая ветром, встречала волны носом.</p>
     <p>Все могло бы кончиться благополучно, не окажись мы на пути урагана. Правда, ветер сорвал наши паруса, сломал верхушки мачт, перепутал снасти бегучего такелажа, и все-таки мы вышли бы из беды, если бы на нас не надвинулся самый центр урагана. Это нас и погубило. Бесконечные порывы ветра оглушили, пришибли, парализовали меня, я был готов прекратить борьбу, но тут мы оказались в центре циклона. На нас обрушился новый страшный удар — полное затишье. Воздух стал абсолютно неподвижен. Это было невыносимо.</p>
     <p>Не забывайте, что несколько часов подряд мы испытывали страшный напор ветра. А потом внезапно давление исчезло. У меня было такое чувство, что тело мое лопнет, разорвется на куски. Казалось, будто я вот-вот взорвусь. Но это длилось всего одно мгновение. Надвигалась катастрофа. Давление упало совсем, стих ветер — и тут поднялись волны. Они прыгали, они вздымались, они взмывали к самым тучам. Не забывайте, что отовсюду ветер дул к центру спокойствия. Поэтому сюда же со всех сторон катились волны. И не было ветра, который мог бы сбить их. Волны подскакивали, как пробки, пущенные со дна ведра с водой. В их движении отсутствовала система или последовательность. Это были безумные, сумасшедшие волны высотой не меньше восьмидесяти футов. Это были вовсе не волны. Ни один смертный не видел ничего подобного.</p>
     <p>Это были всплески, чудовищные всплески — и все! Всплески высотой в восемьдесят футов. Восемьдесят! Даже больше восьмидесяти! Волны выше наших мачт. Волны-смерчи, волны-взрывы. Они были пьяны. Они падали везде, как попало. Они сталкивались, отталкивали друг друга. Они схлестывались и разлетались в стороны тысячами водопадов. Редко кому удавалось заглянуть в "глаз бури" — побывать в центре урагана. Полнейший хаос. Анархия. Преисподняя обезумевшей стихии.</p>
     <p>Что сталось с "Крошкой Жанной"? Не знаю. Язычник говорил мне потом, что он тоже ничего о ней не знает. Она в буквальном смысле раскололась пополам, разлетелась на куски, рассыпалась в щепки, превратилась в труху, перестала существовать. Я пришел в себя, когда был уже в воде и плыл, машинально работая руками, хотя уже начинал тонуть. Как я там очутился, не помню. Я видел только, как "Крошка Жанна" разлетается на куски, вероятно, это произошло в то мгновение, когда я терял сознание. Как бы там ни было, я был в воде, и единственное, что оставалось, — не падать духом, хотя духу-то у меня не хватало. Снова поднялся ветер, волны стали меньше, двигались они как обычно, и я понял, что миновал центр циклона. К счастью, вокруг не было акул. Ураган разогнал жадную стаю, которая окружала судно с мертвецами и пожирала трупы.</p>
     <p>"Крошка Жанна" рассыпалась на куски около полудня, а часа через два я наткнулся на крышку от люка. Все время лил ливень, и я заметил эту крышку совершенно случайно. К кольцу была привязана небольшая веревка; я понял, что продержусь по крайней мере день, если не появятся акулы. Часа три спустя, может быть, немного больше, когда я, крепко ухватившись за крышку и зажмурив глаза, по мере сил старался равномерно и глубоко дышать и в то же время не наглотаться воды, мне показалось, что слышу чьи-то голоса. Дождь прекратился, и ветер и море успокоились. Футах в двадцати от меня, прицепившись к крышке люка, плыли капитан Удуз и язычник. Они дрались из-за этой крышки, по крайней мере дрался Удуз.</p>
     <p>Я услыхал визг Удуза: "Paien noir!" <a l:href="#n_769" type="note">[769]</a> — и увидел, как он стукнул канака ногой.</p>
     <p>Надо сказать, что капитан Удуз потерял всю свою одежду, кроме тяжелых, грубых башмаков. Удар был жестокий — он пришелся язычнику в лицо и почти оглушил его. Я думал, что канак тоже стукнет его как следует, но он ограничился тем, что для безопасности отплыл футов на десять. Каждый раз, когда волны прибивали его к французу, тот, держась руками за крышку, лягал его обеими ногами и ругал канака черным язычником.</p>
     <p>— Я вот пущу тебя на дно, белая скотина! — заорал я.</p>
     <p>Только сильная усталость помешала мне это сделать. Мне сделалось не по себе от одной мысли о том, что надо к нему плыть. Так что я позвал канака и предложил ему держаться за мою крышку. Он сказал мне, что его зовут Отоо и что он уроженец острова Бора-Бора, самого западного из Островов Товарищества. Как я узнал впоследствии, он первым обнаружил крышку и, увидев через некоторое время капитана Удуза, предложил ему спасаться вместе, а за эти старания капитан ногами оттолкнул его прочь.</p>
     <p>Так мы впервые встретились с Отоо. Нет, он не задира. Он был кроток, нежен и добр, хотя рост его достигал шести футов, и сложен он был, как гладиатор. Он не был ни задирой, ни трусом. В груди его билось львиное сердце, и впоследствии я не раз видел, как он шел на риск там, где я непременно бы отступил. Я хочу сказать, хотя Отоо и не был задирой и никогда не ввязывался в ссоры, он никогда не отступал перед опасностью. Но берегись, когда Отоо начинал действовать! Никогда не забуду, как он разделал Билли Кинга. Это случилось в Германском Самоа. Билл Кинг был прославленным чемпионом-тяжеловесом американского флота. Это был человек-зверь, этакая горилла, один из тех грубо сколоченных, крепко сбитых парней, которые отлично владеют кулаками. Он начал ссору и дважды стукнул Отоо ногой, потом ударил его еще раз, прежде чем до Отоо дошло, что необходимо драться. По-моему, не прошло и четырех минут, как Билли Кинг превратился в несчастного обладателя четырех сломанных ребер, перебитого предплечья и вывихнутой лопатки. Отоо ничего не смыслил в искусстве бокса. Он бил, как умел, и Билли Кинг пролежал что-то около трех месяцев оправляясь от побоев, полученных в один прекрасный день на берегу Апии.</p>
     <p>Не буду, однако, забегать вперед. Итак, мы оба держались за ту крышку. Каждый из нас по очереди забирался на нее и, лежа ничком, отдыхал, а другой, погрузившись в воду до самого подбородка, лишь придерживался за нее руками. Два дня и две ночи, то лежа на крышке, то погружаясь в воду, мы носились по океану. Под конец я почти все время был в бессознательном состоянии, но иногда слышал, как Отоо что-то бормочет на своем родном языке. Мы находились в воде, поэтому не умерли от жажды, хотя соленая морская вода разъедала опаленное солнцем тело.</p>
     <p>Кончилось тем, что Отоо спас мне жизнь, потому что я пришел в себя на берегу футах в двадцати от воды, защищенный от солнца листьями кокосовой пальмы. Это Отоо приволок меня туда и воткнул в песок листья. Сам он лежал рядом. Я снова потерял сознание, а когда очнулся, стояла прохладная звездная ночь, и Отоо поил меня соком кокосового ореха.</p>
     <p>Кроме нас двоих, с "Крошки Жанны" не спасся никто. Капитан Удуз, вероятно, погиб от истощения, потому что ту крышку выбросило на берег через несколько дней. Мы с Отоо прожили на атолле целую неделю, потом нас подобрал французский крейсер и доставил на Таити. Однако за это время мы совершили церемонию обмена именами. На островах Южных морей этот обычай связывает людей узами, которые крепче уз братства. Инициатива принадлежала мне, и Отоо пришел в неописуемый восторг от этого предложения.</p>
     <p>— Это хорошо, — сказал он по-таитянски, — потому что два дня мы вместе смотрели в глаза смерти.</p>
     <p>— Но смерть поперхнулась, — сказал я, улыбаясь.</p>
     <p>— Вы были храбры, господин, — ответил он, — и у смерти не хватило наглости заговорить.</p>
     <p>— Почему ты называешь меня "господином"? — возразил я, притворяясь обиженным. — Мы же поменялись именами. Для тебя я Отоо. Ты для меня — Чарли. И между нами на веки веков ты Чарли, а я Отоо. Таков обычай. И после нашей смерти, если мы встретимся в потустороннем мире, ты все так же будешь для меня Чарли, а я для тебя Отоо.</p>
     <p>— Да, господин, — ответил он, и глаза его засияли тихой радостью.</p>
     <p>— Ты опять! — закричал я в негодовании.</p>
     <p>— Разве я могу отвечать за то, что произносят мои губы? — сказал он. — Это ведь только губы. Но про себя я всегда буду говорить: "Отоо". Когда я буду думать о себе, я подумаю о тебе. Когда меня позовут по имени, я буду думать о тебе. И над небесами, и за звездами, отныне и навеки. Ты будешь для меня Отоо. Это хорошо, господин?</p>
     <p>Я сдержал улыбку и ответил, что хорошо.</p>
     <p>В Папеэте мы расстались. Я остался на берегу, чтобы немного окрепнуть, а он катером отправился на свой остров Бора-Бора. Через шесть недель он вернулся. Я удивился, потому что, уезжая, он сообщил, что решил вернуться домой, к жене и забыть о дальних путешествиях.</p>
     <p>— Куда ты поедешь, господин? — спросил он, едва мы успели поздороваться.</p>
     <p>Я пожал плечами. Это был трудный вопрос.</p>
     <p>— Буду скитаться по всему свету, — ответил я, — по всем морям и по всем островам, которые лежат в этих морях.</p>
     <p>— Я поеду с тобой, — сказал он просто. — Моя жена умерла.</p>
     <p>У меня никогда не было брата, но если судить по другим людям, то вряд ли хоть один человек на земле имел брата, который бы значил для него так же много, как Отоо для меня. Он был мне и братом, и отцом, и матерью. Я твердо убежден, что стал лучше и честнее благодаря Отоо. Мне безразлично, что обо мне думают окружающие, но я должен был оставаться честным в глазах Отоо. Он был рядом, и я не смел запятнать себя. Я был его идеалом, конечно, это объясняется его любовью и обожанием, но подчас я мог бы наделать кучу глупостей, если бы меня не останавливала мысль об Отоо. Он гордился мной, и я уж и сам начинал видеть в себе что-то хорошее, и у меня выработалась привычка не делать ничего, что могло бы подорвать эту его гордость.</p>
     <p>Я, конечно, не сразу понял, как он ко мне относится. Он никогда меня ни в чем не упрекал, никогда не порицал, и я не сразу узнал, как высоко я стою в его глазах. Так же медленно до меня доходило, что он тяжело переживает, когда я стараюсь казаться хуже, чем я есть на самом деле.</p>
     <p>Мы не расставались семнадцать лет, и все эти годы он всегда был рядом со мной: сторожил мой сон, ухаживал за мной, когда я был ранен, бросался за меня в драку и получал раны. Он служил на судах вместе со мной, и мы с ним избороздили весь Тихий океан — от Гавайских островов до мыса Сиднея и от пролива Торрес до Галапагоса. Мы вербовали чернокожих на всем протяжении от Новых Гебрид и островов Лайн до Луизианы, Новой Британии, Новой Ирландии и Нового Ганновера. Мы трижды пережили кораблекрушение: возле островов Гилберта, Санта-Крус и Фиджи. Мы покупали и перепродавали все, на чем можно было заработать доллар, — будь то жемчуг, раковины, копра, трепанги, черепахи, черепаховые панцири и всякая всячина с разбитых судов.</p>
     <p>Я обо всем догадался в Папеэте, сразу после того, как он объявил, что пойдет за мной хоть на край света. В ту пору в Папеэте был своего рода клуб, где собирались скупщики жемчуга, торговцы, капитаны и разные авантюристы, каких немало в тех краях. Игра шла по крупной, пили тоже немало, и, к сожалению, я засиживался позднее, чем следовало бы. И когда бы я ни вышел из клуба, меня всегда ждал Отоо, чтобы проводить домой.</p>
     <p>Вначале это вызывало у меня улыбку, затем я отчитал его. Потом я заявил ему без обиняков, что не нуждаюсь в няньках. После этого, выходя из клуба, я не встречал его. Прошла неделя, и как-то совершенно случайно я обнаружил, что он по-прежнему провожает меня домой, пробираясь вдоль улицы в тени манговых деревьев. Что я мог сделать? И тогда я понял, что нужно было делать.</p>
     <p>Незаметно для себя я стал приходить домой раньше. На улице дождь и ветер, и я в разгар дурачеств и веселья то и дело возвращался к мысли об Отоо, который неустанно несет свою унылую вахту под манговым деревом, не защищающим от потоков воды. Я и в самом деле стал лучше благодаря ему. И все-таки он не проявлял пуританской нетерпимости в вопросах морали. Ему ничего не было известно о христианских заповедях. Все население Бора-Бора приняло христианство, а он был язычник, единственный неверующий на острове, великий материалист, который знал, что будет мертв, когда умрет. Он верил в людскую добросовестность и честную игру. Мелкие подлости в его кодексе чести были почти таким же серьезным преступлением, как зверское убийство, и я совершенно убежден, что он скорее отнесется с уважением к убийце, чем к жулику средней руки.</p>
     <p>Что же касается меня лично, он не одобрял ничего, что шло мне во вред. В игре он не видел ничего плохого. Он и сам был азартным игроком. Но поздние бдения, объяснил он, вредят здоровью. Он знал людей, которые умирали от лихорадки потому, что не заботились о своем здоровье. Он не был трезвенником и, промокнув до нитки, был не прочь хлебнуть виски. Иными словами, он верил, что спиртное полезно лишь в умеренных количествах. Он видел множество людей, которых шотландское виски или джин загоняли в гроб или делали калеками.</p>
     <p>Мое благосостояние Отоо принимал близко к сердцу. Он думал о моем будущем, взвешивал мои планы и размышлял о моей судьбе больше, чем я сам. Вначале, когда я еще не подозревал о том, что он интересуется моими делами, ему приходилось самому догадываться о моих намерениях, как, например, случилось в Папеэте, когда я раздумывал, вступать ли в компанию с одним плутоватым парнем, моим соотечественником, который затеял рискованное предприятие с гуано. Я не знал, что этот парень — мошенник. Этого не знал ни один белый в Папеэте. Отоо тоже ничего не знал, но он видел, что мы становимся с тем парнем закадычными дружками, и на свой страх решил разузнать все о нем. На побережье Таити стекаются матросы-туземцы со всех морей. Подозрительный Отоо терся около них до тех пор, пока не собрал убедительные факты, подтверждающие его догадки. Да, немало он узнал о делишках Рэндольфа Уотерса. Когда Отоо рассказал мне о них, я не поверил, но потом выложил все Уотерсу, и тот, не сказав ни слова, с первым же пароходом отбыл в Окленд.</p>
     <p>Откровенно говоря, вначале меня раздражало то, что Отоо сует нос в мои дела. Но я знал, что он действует совершенно бескорыстно; вскоре я должен был признать, что он мудр и осторожен. Он следил, чтобы я не упустил выгодного случая, был одновременно и дальновидным и проницательным. Скоро я уже начал во всем советоваться с Отоо, так что в конце концов он стал разбираться в моих делах лучше, чем я сам. Мои интересы он принимал ближе к сердцу, чем я. В ту чудесную пору я был по-мальчишески беспечен, романтику предпочитал доллару, а приключение — удобному ночлегу под крышей. Словом, хорошо, что кто-то присматривал за мной. Если бы не Отоо, меня бы давно не было в живых. Это я знаю наверное.</p>
     <p>Из многочисленных примеров позвольте привести один. Когда я отправился за жемчугом в Паумоту, у меня уже был некоторый опыт по вербовке чернокожих, В Самоа мы с Отоо остались на берегу, вернее, сели на мель, денег — ни гроша, но мне повезло: я поступил вербовщиком на бриг который доставлял негров на плантации. Отоо нанялся на этот же бриг простым матросом. В течение следующих шести лет на разных судах мы избороздили самые дикие уголки Меланезии. Отоо был убежден, что место загребного на моей лодке по праву принадлежит ему. Работали мы обычно так. Вербовщика высаживали на сушу. Его лодка оставалась у самого берега — весла наготове. Она находилась под прикрытием другой лодки, что стояла в нескольких сотнях ярдов в море. Я втыкал в песок шест, которым в случае необходимости можно было быстро оттолкнуться от берега, выгружал из лодки свои товары, а Отоо бросал весла и подсаживался к винчестеру, скрытому под парусиной. Матросы на другой лодке были тоже вооружены, под парусиной вдоль борта лежали снайдеры.</p>
     <p>Пока я торговался с чернокожими и убеждал их наняться на плантации Квинсленда, Отоо не спускал с них глаз. Сколько раз негромким окриком предупреждал он меня о подозрительных действиях негров или о ловушке, которую они готовили. Иногда первым сигналом тревоги был внезапный выстрел, которым Отоо разил негра наповал. Я бросался к лодке, и он всегда подхватывал меня на лету. Помню, однажды, когда мы плавали на "Санта Анна", на нас напали, едва наша лодка подошла к берегу. Прикрывающая нас лодка помчалась на помощь, но тем временем несколько десятков дикарей оставили бы от нас мокрое место. Тогда Отоо одним прыжком перескочил на берег и начал обеими руками разбрасывать во все стороны табак, бусы, томагавки, ножи и куски ситца.</p>
     <p>Для негров это было слишком сильное искушение. Пока они дрались из-за сокровищ, мы столкнули лодку в воду и отошли футов на сорок в море. А через четыре часа на этом берегу я завербовал тридцать человек.</p>
     <p>Особенно запомнился мне один случай на Малаите, самом диком острове из восточной группы Соломоновых островов. Туземцы были настроены чрезвычайно дружественно, но откуда нам было знать, что вся деревня уже более двух лет собирала человеческие головы, чтобы обменять их на голову белого человека? Там все бродяги были охотниками за головами, и особенно высоко ценились головы белых. Тот, кто ее добудет, получит все, что они накопили. Как я уже сказал, они были настроены очень дружелюбно, и я в этот день удалился в глубь берега на добрую сотню ярдов. Отоо предупреждал, что это не безопасно, но я не послушался, и, как всегда, это привело меня к беде. Я внезапно увидел целую тучу копий, летящих из мангровой чащи. Не менее десятка задело меня. Я пустился бежать, но споткнулся о копье, которое вонзилось мне в икру, и упал. Негры бросились за мной, размахивая боевыми, украшенными перьями топориками на длинных рукоятках, и собирались, по-видимому, отрубить мне голову. Им так не терпелось получить награду, что они толкались и мешали друг другу. В суматохе мне удавалось увертываться от ударов, петляя на бегу и бросаясь на землю.</p>
     <p>В это время появился Отоо, Отоо — борец. Он где-то раздобыл тяжелую боевую дубинку, и в рукопашной она оказалась полезней ружья. Отоо бросился в гущу толпы, и враги не могли поразить его копьями, а топоры только мешали им. Он сражался за меня с исступлением. Дубинкой он орудовал потрясающе. Под его ударами головы лопались, словно перезрелые апельсины. Его ранили лишь после того, как, разогнав туземцев, он взвалил меня на плечи и побежал к лодке. Он добрался до лодки, четыре раза задетый копьями, схватил свой винчестер и стал стрелять, каждым выстрелом укладывая врага. Затем нас взяли на шхуну и перевязали раны.</p>
     <p>Семнадцать лет мы не расставались. Он сделал меня человеком. Я бы и по сей день был судовым приказчиком, вербовщиком, а может быть, от меня не осталось бы даже воспоминания, если бы не он.</p>
     <p>— Сейчас, истратив деньги, ты можешь заработать еще, — сказал он мне однажды. — Сейчас тебе легко добывать деньги. Но когда ты состаришься, деньги у тебя разойдутся, а заработать ты не сможешь. Я это знаю, господин. Я изучил повадки белых. На побережье много стариков, некогда они были молоды и могли зарабатывать, как ты сейчас. Теперь они стары, у них ничего нет, и они слоняются в ожидании какого-нибудь парня, который угостит их.</p>
     <p>Чернокожий трудится на плантациях, словно раб. Он получает двадцать долларов в год. Он работает много. Надсмотрщик работает мало. Ездит себе верхом да наблюдает, как работает чернокожий парень. Он получает тысячу двести долларов в год. Я матрос на шхуне. Мне платят пятнадцать долларов в месяц. Это потому, что я хороший матрос. Я много работаю. А капитан прохлаждается под тентом да тянет пиво из больших бутылок. Я никогда не видел, чтобы он поднимал паруса или работал веслом. Он получает сто пятьдесят долларов в месяц. Я — матрос. Он — навигатор. Господин, я думаю, тебе надо изучить навигацию.</p>
     <p>Отоо побудил меня заниматься этим. Когда я вышел в свой первый рейс вторым помощником капитана, он плавал со мной и больше меня гордился тем, что я командую. Но Отоо не унимался:</p>
     <p>— Господин, капитан получает много денег, но он ведет судно и никогда не знает покоя. Судовладелец — вот кто получает больше. Судовладелец, который сидит на берегу и делает деньги.</p>
     <p>— Верно, но шхуна стоит пять тысяч долларов, притом старая шхуна, — возразил я. — Я помру, прежде чем накоплю пять тысяч долларов.</p>
     <p>— Белый человек может разбогатеть очень быстро, — продолжал он, указывая на берег в зарослях кокосовых пальм.</p>
     <p>Это было у Соломоновых островов. Мы шли вдоль восточного берега Гвадалканара и скупали "растительную слоновую кость".</p>
     <p>— Между устьями двух этих рек расстояние мили две, — сказал он. — Равнина тянется в глубь острова. Сейчас она ничего не стоит. Но кто знает? Может быть, через год-два эта земля будет стоить очень дорого. Тут удобно стать на якорь. Океанские пароходы могут подходить к самому берегу. Старый вождь продаст тебе полоску земли шириной в четыре мили за десять тысяч пачек табаку, десять бутылок джина и ружье системы Снайдера, что обойдется тебе приблизительно в сотню долларов. Затем ты оформишь сделку и через один-два года продашь землю и купишь собственное судно.</p>
     <p>Я последовал совету Отоо, и его предсказание сбылось, правда, не через два, а через три года. Затем последовало дело с пастбищами на Гвадалканаре — арендовал у государства двадцать тысяч акров сроком на девятьсот девяносто девять лет по номинальной стоимости. Я был арендатором ровно девяносто дней, потом продал землю за огромную сумму одной компании Именно он, Отоо, все предвидел и не упускал удобного случая. Это была его идея — поднять затонувший "Донкастер", который продавался на аукционе за сто фунтов. Операция эта после покрытия всех расходов дала три тысячи чистой прибыли. По совету Отоо я стал плантатором на Савайе и занялся торговлей кокосовыми орехами в Уполу.</p>
     <p>Мы уже не ходили в море так часто, как прежде. Я стал богатым, женился, жизнь пошла по-иному, но Отоо оставался все тем же Отоо, он бродил по дому, заглядывал в контору, не вынимая изо рта деревянной трубки и не расставаясь с дешевой сорочкой и панталонами. Я не мог заставить его тратить деньги. Ему не нужно было никакого вознаграждения, кроме любви, и — бог свидетель, — мы все от души его любили. Дети его обожали, а жена моя непременно бы его избаловала, если бы Отоо можно было избаловать.</p>
     <p>А дети! Это он раскрыл им тайны окружающего мира. Под его присмотром они делали первые шаги. Когда кто-нибудь из ребят заболевал, он не отходил от его постели. Одного за другим, когда они были еще совсем крошечными, он брал с собой в лагуну и учил плавать и нырять. Я никогда не знал о рыбах и о рыбной ловле столько, сколько он рассказал детям. Он открыл им тайны леса. В семь лет Том знал лес так, как мне и не снилось. Шести лет Мэри бесстрашно проходила по обрывистой скале, а я знал, что не каждый мужчина отважится на такой подвиг. Едва Франку исполнилось шесть лет, он мог достать монету с пятиметровой глубины.</p>
     <p>— Мой народ на Бора-Бора не любит язычников, они там все христиане. А я не люблю христиан острова Бора-Бора, — сказал он однажды, когда я убеждал его взять одну из наших шхун и навестить родной остров. У меня была идея — заставить его тратить деньги, по праву принадлежащие ему. Путешествие я затевал неспроста: я надеялся, что это событие будет переломным в его психологии и он начнет беззаботно тратить деньги.</p>
     <p>Я говорю "одну из наших шхун", хотя в ту пору все они по закону принадлежали мне. Я долго пытался побороть его упрямство: мне хотелось, чтобы мы были компаньонами.</p>
     <p>— Мы компаньоны с того самого дня, как затонула "Крошка Жанна", — ответил он наконец. — Но если твое сердце так пожелало, давай будем законными компаньонами. Я бездельничаю, а денег на меня уходит уйма. Я много пью, ем и курю вволю, а это стоит немало, я знаю. Я бесплатно играю на бильярде, потому что это твой стол, но это все-таки расход. Удить рыбу на рифе для собственного удовольствия может позволить себе только богач. На крючки и лесы уходит много денег. Да, нам необходимо стать компаньонами по закону. Мне нужны деньги. Я буду получать их в конторе у старшего клерка.</p>
     <p>Словом, были выписаны и оформлены соответствующие документы. Прошел год, и я начал ворчать.</p>
     <p>— Чарли, — сказал я, — ты — старый обманщик, несчастный скряга, жалкий краб. Смотри-ка, твоя доля прибыли за этот год равна нескольким тысячам долларов. Эту бумагу дал мне старший клерк. Здесь написано, что за год ты истратил восемьдесят семь долларов и двадцать центов.</p>
     <p>— Мне еще что-нибудь причитается? — спросил он озабоченно.</p>
     <p>— Я же сказал, несколько тысяч долларов, — ответил я.</p>
     <p>Лицо его просветлело, будто он почувствовал большое облегчение.</p>
     <p>— Это очень хорошо, — сказал он. — Смотри, чтобы старший клерк правильно вел счета. Когда мне понадобятся деньги, я возьму их, и чтобы ни один цент не пропал.</p>
     <p>— А если случается недостача, — помолчав, добавил он жестко, — ее покрывают из жалованья клерка.</p>
     <p>А в то время, как я впоследствии узнал, в сейфе американского консульства уже хранилось его завещание, составленное Каррузерсом, по которому я являлся единственным его наследником.</p>
     <p>Но пришел конец, потому что все на свете должно когда-нибудь закончиться. Это случилось на Соломоновых островах, где в дни безрассудной юности мы работали не покладая рук. Теперь мы снова посетили эти места, главным образом для того, чтобы отдохнуть, а заодно посмотреть, как идут дела на земельных участках на острове Флорида, и разузнать, насколько выгоден жемчужный промысел в проливе Мболи. Мы стали на якорь у острова Саво в надежде выторговать у туземцев что-нибудь ценное.</p>
     <p>Ну, возле Саво так и кишат акулы. Обычай туземцев хоронить своих покойников в открытом море привел к тому, что акулы стали постоянными жильцами омывающих остров вод. Так уж мне всегда везет, что крошечное, перегруженное туземное каноэ, в котором мы плыли, опрокинулось. В нем было, вернее, за него держались, четверо негров и я. До шхуны было ярдов сто. Как раз в то время, когда я кричал своим на шхуне, чтобы спустили шлюпку, раздались вопли одного из негров. Он держался за конец каноэ, и его несколько раз потянуло вниз вместе с лодчонкой. Потом он разжал руки и исчез. Его утащила акула.</p>
     <p>Трое оставшихся негров пытались выкарабкаться из воды на днище опрокинутого каноэ. Я кричал на них, ругался, даже стукнул того, который был рядом, кулаком, но ничего не помогло. Их охватил безумный ужас. Каноэ едва ли могло выдержать даже одного из них. Когда на лодку взобрались трое, она стала вертикально, затем опрокинулась на бок, сбросив их в воду.</p>
     <p>Я поплыл к шхуне, надеясь, что мне навстречу выйдет шлюпка. Один из негров последовал за мной, и мы продвигались вперед рядом, не говоря ни слова и время от времени опуская лицо в воду, чтобы посмотреть, нет ли акул. Человек, оставшийся у каноэ, дико закричал: на него напали хищники. Опустив голову в воду, я увидел огромную акулу, проплывающую как раз подо мной. Она была не менее шестнадцати футов длиной. Я видел, как все произошло. Она схватила негра поперек туловища и поплыла прочь. Голова, руки, плечи несчастного все время были над водой, он кричал душераздирающим голосом. Акула протащила его несколько сот футов, потом он скрылся под водой.</p>
     <p>Я плыл вперед, надеясь, что это была последняя голодная акула. Но была еще одна. Была ли это одна из тех, которые напали на негров вначале, или она насытилась где-нибудь в другом месте, я не знаю. Во всяком случае, она, кажется, не спешила, как другие. Теперь я уже не мог плыть так быстро, как раньше, потому что я тратил много сил, стараясь не терять ее из виду. Я видел, как она начала первую атаку. Мне повезло — я обеими руками стукнул ее по рылу, и, хотя ее внезапный толчок чуть не увлек меня под воду, мне все-таки удалось ее отогнать… Потом она повернула и начала кружить подле меня. Так же мне удалось спастись и во второй раз. Третий бросок был неудачен для обеих сторон. Она повернулась в тот момент, когда мои кулаки были возле ее рыла, и, прикоснувшись к ее боку, напоминавшему наждачную бумагу, я на одной руке содрал кожу от локтя до плеча: на мне была безрукавка.</p>
     <p>Теперь я уже совсем выдохся и потерял всякую надежду на спасение. До шхуны оставалось футов двести. В то время, когда я опустил лицо в воду и наблюдал за акулой, которая готовилась к следующей атаке, я заметил промелькнувшее между нами коричневое тело. Это был Отоо.</p>
     <p>— Плыви к шхуне, господин! — сказал он. И голос его был весел, словно речь шла о веселом приключении. — Я знаю акул. Акулы мне братья.</p>
     <p>Я подчинился и медленно поплыл вперед, а Отоо был рядом, все время лавируя между мной и акулой, отражая ее атаки и подбадривая меня.</p>
     <p>— На боканцах снесло такелаж, и они его крепят, — объяснил он через минуту-другую и сразу нырнул, чтобы отбить очередную атаку хищника.</p>
     <p>Когда шхуна была в тридцати футах, я выдохся окончательно. Я с трудом двигал руками и ногами. С борта нам бросали веревки, но они падали слишком далеко. Акула, убедившись, что имеет дело с безобидными существами, осмелела. Несколько раз она меня чуть не схватила, но в решающую секунду ей помешал Отоо. Конечно, сам Отоо мог спастись в любой момент. Но он не хотел бросать меня.</p>
     <p>— Прощай, Чарли! Это конец, — задыхаясь, выговорил я.</p>
     <p>Я знал, что это конец, что через секунду я опущу руки и пойду ко дну.</p>
     <p>Но Отоо засмеялся и сказал:</p>
     <p>— Я покажу тебе новый фокус. Этой акуле плохо придется!</p>
     <p>Он нырнул между мной и акулой, которая плыла за мной.</p>
     <p>— Забирай влево! — крикнул он. — Там веревка. Еще левее, господин, левее!</p>
     <p>Я повернул в другую сторону и поплыл вперед. Когда я ухватился за веревку, на шхуне раздался крик. Я оглянулся. Отоо не было… В следующее мгновение он показался на поверхности, Кисти обеих рук были у него оторваны, из ран лилась кровь.</p>
     <p>— Отоо! — негромко позвал он. И взгляд его был полон той же любви, что звучала в его голосе.</p>
     <p>Только теперь, единственный раз, в последнее мгновение своей жизни, он назвал меня этим именем.</p>
     <p>— Прощай, Отоо! — крикнул он.</p>
     <p>Потом он исчез под водой, а меня втащили на борт, где я упал на руки капитана и потерял сознание.</p>
     <p>Так ушел из жизни Отоо, который спас меня в молодости, сделал меня человеком и потом снова спас. Мы встретились в пасти урагана, и нас разлучила пасть акулы. Между этими событиями прошло семнадцать лет, и я с полной ответственностью могу заявить, что в мире никогда не было такой дружбы между темнокожим и белым. И если Иегова на своем высоком посту действительно всевидящ, то в его царстве не последним будет Отоо, единственный язычник с острова Бора-Бора.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Страшные Соломоновы острова</p>
     </title>
     <p>Вряд ли кто станет утверждать, что Соломоновы острова — райское местечко, хотя, с другой стороны, на свете есть места и похуже. Но новичку, незнакомому с жизнью вдали от цивилизации, Соломоновы острова могут показаться сущим адом.</p>
     <p>Правда, там до сих пор свирепствует тропическая лихорадка, и дизентерия, и всякие кожные болезни; воздух там насквозь пропитан ядом, который, просачиваясь в каждую царапину и ссадину, превращает их в гноящиеся язвы, так что редко кому удается выбраться оттуда живым, и даже самые крепкие и здоровые люди зачастую возвращаются на родину жалкими развалинами. Правда и то, что туземные обитатели Соломоновых островов до сих пор еще пребывают в довольно диком состоянии; они с большой охотой едят человечину и одержимы страстью коллекционировать человеческие головы. Подкрасться к своей жертве сзади и одним ударом дубины перебить ей позвонки у основания черепа считается там верхом охотничьего искусства. До сих пор на некоторых островах, как, например, на Малаите, вес человека в обществе зависит от числа убитых им, как у нас — от текущего счета в банке; человеческие головы являются самым ходким предметом обмена, причем особенно ценятся головы белых. Очень часто несколько деревень складываются и заводят общий котел, который пополняется из месяца в месяц, пока какой-нибудь смелый воин не представит свеженькую голову белого, с еще не запекшейся на ней кровью, и не потребует в обмен все накопленное добро.</p>
     <p>Все это правда, и, однако, немало белых людей десятками лет живут на Соломоновых островах и тоскуют, когда приходится их покинуть. Белый может долго прожить на Соломоновых островах, — для этого ему нужна только осторожность и удача, а кроме того, надо, чтобы он был неукротимым. Печатью неукротимости должны быть отмечены его мысли и поступки. Он должен уметь с великолепным равнодушием встречать неудачи, должен обладать колоссальным самомнением, уверенностью, что все, что бы он ни сделал, правильно; должен, наконец, непоколебимо верить в свое расовое превосходство и никогда не сомневаться в том, что один белый в любое время может справиться с тысячью черных, а по воскресным дням — и с двумя тысячами. Именно это и сделало белого неукротимым. Да, и еще одно обстоятельство: белый, который желает быть неукротимым, не только должен глубоко презирать все другие расы и превыше всех ставить самого себя, но и должен быть лишен всяких фантазий. Не следует ему также вникать в побуждения, мысли и обычаи черно-, желто- и краснокожих, ибо отнюдь не этим руководилась белая раса, совершая свое триумфальное шествие вокруг всего земного шара.</p>
     <p>Берти Аркрайт не принадлежал к числу таких белых. Для этого он был чересчур нервным и чувствительным, с излишне развитым воображением. Слишком болезненно воспринимал он все впечатления, слишком остро реагировал на окружающее. Поэтому Соломоновы острова были для него самым неподходящим местом. Правда, он и не собирался долго там задерживаться. Пяти недель, пока не придет следующий пароход, было, по его мнению, вполне достаточно, чтобы удовлетворить тягу к первобытному, столь приятно щекотавшему его нервы. По крайней мере так — хотя и в несколько иных выражениях — он излагал свои планы попутчицам по "Макембо", а те смотрели на него как на героя, ибо сами они, как и подобает путешествующим дамам, намеревались знакомиться с Соломоновыми островами, не покидая безопасной пароходной палубы.</p>
     <p>На борту парохода находился еще один пассажир, который, впрочем, не пользовался вниманием прекрасного пола. Это был маленький сморщенный человечек с загорелым дочерна лицом, иссушенным ветрами и солнцем. Имя его — то, под которым он значился в списке пассажиров, — никому ничего не говорило. Зато его прозвище — капитан Малу — было хорошо известно всем туземцам от Нового Ганновера до Новых Гебридов; они даже пугали им непослушных детей. Используя все — труд дикарей, самые варварские меры, лихорадку и голод, пули и бичи надсмотрщиков, — он нажил состояние в пять миллионов, выражавшееся в обширных запасах трепанга и сандалового дерева, перламутра и черепаховой кости, пальмовых орехов и копры, в земельных участках, факториях и плантациях.</p>
     <p>В одном покалеченном мизинце капитана Малу было больше неукротимости, чем во всем существе Берти Аркрайта. Но что поделаешь! Путешествующие дамы судят главным образом по внешности, а внешность Берти всегда завоевывала ему симпатии дам.</p>
     <p>Разговаривая как-то с капитаном Малу в курительной комнате, Берти открыл ему свое твердое намерение изведать "бурную и полную опасностей жизнь на Соломоновых островах", — так он при этом случае выразился. Капитан Малу согласился с тем, что это весьма смелое и достойное мужчины намерение. Но настоящий интерес к Берти появился у него лишь несколькими днями позже, когда тот вздумал показать ему свой автоматический пистолет 44-го калибра. Объяснив систему заряжания, Берти для наглядности вставил снаряженный магазин в рукоятку.</p>
     <p>— Видите, как просто, — сказал он, отводя ствол назад. — Теперь пистолет заряжен и курок взведен. Остается только нажимать на спусковой крючок, до восьми раз, с любой желательной вам скоростью. А посмотрите сюда, на защелку предохранителя. Вот что мне больше всего нравится в этой системе. Полная безопасность! Возможность несчастного случая абсолютно исключена! — Он вытащил магазин и продолжал: — Вот! Видите, насколько эта система безопасна?</p>
     <p>Пока Берти производил свои манипуляции, выцветшие глаза капитана Малу пристально следили за пистолетом, особенно под конец, когда дуло пришлось как раз в направлении его живота.</p>
     <p>— Будьте любезны, направьте ваш пистолет на что-нибудь другое, — попросил он.</p>
     <p>— Он не заряжен, — успокоил его Берти. — Я же вытащил магазин. А незаряженные пистолеты не стреляют, как вам известно.</p>
     <p>— Бывает, что и палка стреляет.</p>
     <p>— Эта система не выстрелит.</p>
     <p>— А вы все-таки поверните его в другую сторону.</p>
     <p>Капитан Малу говорил негромко и спокойно, с металлическими нотками в голосе, но глаза его ни на миг не отрывались от дула пистолета, пока Берти не отвернул его наконец в сторону.</p>
     <p>— Хотите пари на пять фунтов, что пистолет не заряжен? — с жаром воскликнул Берти.</p>
     <p>Его собеседник отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Хорошо же, я докажу вам…</p>
     <p>И Берти приставил пистолет к виску с очевидным намерением спустить курок.</p>
     <p>— Подождите минутку, — спокойно сказал капитан Малу, протягивая руку. — Дайте, я еще разок на него взгляну.</p>
     <p>Он направил пистолет в море и нажал спуск. Раздался оглушительный выстрел, механизм щелкнул и выбросил на палубу дымящуюся гильзу. Берти застыл с открытым ртом.</p>
     <p>— Я, кажется, отводил назад ствол, да? — пробормотал он. — Как глупо…</p>
     <p>Он жалко улыбнулся и тяжело опустился в кресло. В лице у него не было ни кровинки, под глазами обозначились темные круги, руки так тряслись, что он не мог донести до рта дрожащую сигарету. У него было слишком богатое воображение: он уже видел себя распростертым на палубе с простреленной головой.</p>
     <p>— В-в-вот история! — пролепетал он.</p>
     <p>— Ничего, хорошая штучка, — сказал капитан Малу, возвращая пистолет.</p>
     <p>На борту "Макембо" находился правительственный резидент, возвращающийся из Сиднея, и с его разрешения пароход зашел в Уги, чтобы высадить на берег миссионера. В Уги стояло небольшое двухмачтовое суденышко "Арла" под командованием шкипера Гансена. "Арла", как и многое другое, тоже принадлежала капитану Малу, и по его приглашению Берти перешел на нее, чтобы погостить там несколько дней и принять участие в вербовочном рейсе вдоль берегов Малаиты. Через четыре дня его должны были ссадить на плантации Реминдж (тоже собственность капитана Малу), где он мог пожить недельку, а затем отправиться на Тулаги — местопребывание резидента — и остановиться у него в доме. Остается еще упомянуть о двух предложениях капитана Малу, сделанных им шкиперу Гансену и мистеру Гаривелу, управляющему плантацией, после чего он надолго исчезает из нашего повествования. Сущность обоих предложений сводилась к одному и тому же — показать мистеру Бертраму Аркрайту "бурную и полную опасностей жизнь на Соломоновых островах". Говорят также, будто капитан Малу намекнул, что тот, кто доставит мистеру Аркрайту наиболее яркие переживания, получит премию в виде ящика шотландского виски.</p>
     <p>— Между нами, Сварц всегда был порядочным идиотом. Как-то повез он четверых своих гребцов на Тулаги, чтобы их там высекли — конечно, совершенно официально. И с ними же отправился на вельботе обратно. В море немного штормило, и вельбот перевернулся. Все спаслись, ну, а Сварц — Сварц-то утонул. Разумеется, это был несчастный случай.</p>
     <p>— Вот как? Очень интересно, — рассеянно заметил Берти, так как все его внимание было поглощено чернокожим гигантом, стоявшим у штурвала.</p>
     <p>Уги остался за кормой, и "Арла" легко скользила по сверкающей глади моря, направляясь к густо поросшим лесом берегам Малаиты. Сквозь кончик носа у рулевого, так занимавшего внимание Берти, был щегольски продет большой гвоздь, на шее красовалось ожерелье из брючных пуговиц, в ушах висели консервный нож, сломанная зубная щетка, глиняная трубка, медное колесико будильника и несколько гильз от винчестерных патронов; на груди болталась половинка фарфоровой тарелки. По палубе в разных местах разлеглось около сорока чернокожих, разукрашенных примерно таким же образом. Пятнадцать человек из них составляли экипаж судна, остальные были завербованные рабочие.</p>
     <p>— Конечно, несчастный случай, — заговорил опять помощник шкипера "Арлы" Джекобе, худощавый, с темными глазами, похожий скорее на профессора, чем на моряка. — С Джонни Бедилом тоже чуть было не приключился такой же несчастный случай. Он тоже вез домой нескольких высеченных, и они перевернули ему лодку. Но он плавал не хуже их и спасся с помощью багра и револьвера, а двое черных утонули. Тоже несчастный случай.</p>
     <p>— Это здесь частенько бывает, — заметил шкипер. — Взгляните вон на того парня у руля, мистер Аркрайт! Ведь самый настоящий людоед. Полгода назад он вместе с остальной командой утопил тогдашнего шкипера "Арлы". Прямо на палубе, сэр, вон там, у бизань-мачты.</p>
     <p>— А уж в какой вид палубу привели — смотреть было страшно, — проговорил помощник.</p>
     <p>— Позвольте, вы хотите сказать?.. — начал Берти.</p>
     <p>— Вот, вот, — прервал его шкипер Гансен. — Несчастный случай. Утонул человек.</p>
     <p>— Но как же — на палубе?</p>
     <p>— Да уж вот так. Между нами говоря, они воспользовались топором.</p>
     <p>— И это — теперешний ваш экипаж?! Шкипер Гансен кивнул.</p>
     <p>— Тот шкипер был уж очень неосторожен, — объяснил помощник. — Повернулся к ним спиной, ну… и пострадал.</p>
     <p>— Нам приходится избегать лишнего шума, — пожаловался шкипер. — Правительство всегда стоит за черномазых. Мы не можем стрелять первыми, а должны ждать, пока выстрелит черный. Не то правительство объявит это убийством, и вас отправят на Фиджи. Вот почему так много несчастных случаев. Тонут, что поделаешь.</p>
     <p>Подали обед, и Берти со шкипером спустились вниз, оставив помощника на палубе.</p>
     <p>— Смотрите в оба за этим чертом Ауки, — предупредил шкипер на прощание. — Что-то не нравится мне последнее время его рожа.</p>
     <p>— Ладно, — ответил помощник.</p>
     <p>Обед еще не закончился, и шкипер дошел как раз до середины своего рассказа о том, как была вырезана команда на судне "Вожди Шотландии".</p>
     <p>— Да, — говорил он, — отличное было судно, одно из лучших на побережье. Не успели вовремя повернуть, ну и напоролись на риф, а тут сразу же на них набросилась целая флотилия челнов. На борту было пятеро белых и двадцать человек команды с Самоа и Санта-Крус, а спасся один второй помощник. Кроме того, погибло шестьдесят человек завербованных. Всех их дикари — кай-кай. Что такое кай-кай? Прошу прощения, я хотел сказать — всех их съели. Потом еще "Джемс Эдварде", прекрасно оснащенный…</p>
     <p>Громкая брань помощника прервала шкипера. На палубе раздались дикие крики, затем прогремели три выстрела, и что-то тяжелое упало в воду. Одним прыжком шкипер Гансен взлетел по трапу, ведущему на палубу, на ходу вытаскивая револьвер. Берти тоже полез наверх, хотя и не столь быстро, и с осторожностью высунул голову из люка. Но ничего не случилось. На палубе стоял помощник с револьвером в руке, трясясь, как в лихорадке. Вдруг он вздрогнул и отскочил в сторону, как будто сзади ему угрожала опасность.</p>
     <p>— Туземец упал за борт, — доложил он каким-то странным, звенящим голосом. — Он не умел плавать.</p>
     <p>— Кто это был? — строго спросил шкипер.</p>
     <p>— Ауки!</p>
     <p>— Позвольте, мне кажется, я слышал выстрелы, — вмешался Берти, испытывая приятный трепет от сознания опасности — тем более приятный, что опасность уже миновала.</p>
     <p>Помощник круто повернулся к нему и прорычал:</p>
     <p>— Вранье! Никто не стрелял. Черномазый просто упал за борт.</p>
     <p>Гансен посмотрел на Берти немигающим, невидящим взглядом.</p>
     <p>— Мне показалось… — начал было Берти.</p>
     <p>— Выстрелы? — задумчиво проговорил шкипер. — Вы слышали выстрелы, мистер Джекобе?</p>
     <p>— Ни единого, — отвечал помощник.</p>
     <p>Шкипер с торжествующим видом повернулся к своему гостю.</p>
     <p>— Очевидно, несчастный случай. Спустимся вниз, мистер Аркрайт, и закончим обед.</p>
     <p>В эту ночь Берти спал в крошечной каюте, отгороженной от кают-компании и важно именовавшейся капитанской каютой. У носовой переборки красовалась ружейная пирамида. Над изголовьем койки висело еще три ружья. Под койкой стоял большой ящик, в котором Берти обнаружил патроны, динамит и несколько коробок с бикфордовым шнуром. Берти предпочел перейти на диванчик у противоположной стены, и тут его взгляд упал на судовой журнал "Арлы", лежавший на столике. Ему и в голову не приходило, что этот журнал был изготовлен капитаном Малу специально для него Из журнала Берти узнал, что двадцать первого сентября двое матросов упали за борт и утонули. Но теперь Берти уже научился читать между строк и знал, как это надо понимать. Далее он прочитал о том, как в зарослях на Суу вельбот с "Арлы" попал в засаду и потерял трех человек убитыми; как шкипер обнаружил в котле у повара человечье мясо, которое команда купила, сойдя на берег в Фуи; как во время сигнализации случайным взрывом динамита были перебиты все гребцы в шлюпке. Он прочитал также о ночных нападениях на шхуну, о ее спешном бегстве со стоянок под покровом ночной темноты, о нападениях лесных жителей на команду в мангровых зарослях и о сражениях с дикарями в лагунах и бухтах. То и дело Берти натыкался на случаи смерти от дизентерии. Со страхом он заметил, что так умерли двое белых, подобно ему гостивших на "Арле".</p>
     <p>— Послушайте, э-э!.. — обратился на другой день Берти к шкиперу Гансену. — Я заглянул в ваш судовой журнал…</p>
     <p>Шкипер был, по-видимому, крайне раздосадован тем, что судовой журнал попался на глаза постороннему человеку.</p>
     <p>— Так вот эта дизентерия — это такая же ерунда, как и все ваши несчастные случаи, — продолжал Берти. — Что на самом деле имеется в виду под дизентерией?</p>
     <p>Шкипер изумился проницательности своего гостя, сделал было попытку все отрицать, потом сознался.</p>
     <p>— Видите ли, мистер Аркрайт, дело вот в чем. Эти острова и так уже имеют печальную славу, с каждым днем становится все труднее вербовать белых для здешней работы. Предположим, белого убили — Компании придется платить бешеные деньги, чтобы заманить сюда другого. А если он умер от болезни, — ну, тогда ничего. Против болезней новички не возражают, они только не согласны, чтобы их убивали. Когда я поступал сюда, на "Арлу", я был уверен, что ее прежний шкипер умер от дизентерии. Потом я узнал правду, но было уже поздно: я подписал контракт.</p>
     <p>— Кроме того, — добавил мистер Джекобе, — слишком уж много получается несчастных случаев. Это может вызвать ненужные разговоры. А во всем виновато правительство. Что еще остается делать, если белый не имеет возможности защитить себя от черномазых?</p>
     <p>— Правильно, — подтвердил шкипер Гансен. — Возьмите хотя бы случай с "Принцессой" и этим янки, который служил на ней помощником. Кроме него, на судне было еще пятеро белых, в том числе правительственный агент. Шкипер, агент и второй помощник съехали на берег в двух шлюпках. Их всех перебили до одного. На судне оставались помощник, боцман и пятнадцать человек команды, уроженцев Самоа и Тонга. С берега явилась толпа дикарей. Помощник и оглянуться не успел, как боцман и экипаж были перебиты. Тогда он схватил три патронташа и два винчестера, влез на мачту и стал оттуда стрелять. Он словно взбесился при мысли, что все его товарищи погибли. Палил из одного ружья, пока оно не раскалилось. Потом взялся за другое. На палубе было черно от дикарей — ну, он всех их прикончил. Бил их влет, когда они прыгали за борт, бил в лодках, прежде чем они успевали схватиться за весла. Тогда они стали кидаться в воду, думали добраться до берега вплавь, а он уже так рассвирепел, что и в воде перестрелял еще с полдесятка. И что же он получил в награду?</p>
     <p>— Семь лет каторги на Фиджи, — угрюмо бросил помощник.</p>
     <p>— Да, правительство заявило, что он не имел права стрелять дикарей в воде, — пояснил шкипер.</p>
     <p>— Вот почему они теперь умирают от дизентерии, — закончил Джекобе.</p>
     <p>— Подумать только, — заметил Берти, чувствуя острое желание, чтобы эта поездка скорее кончилась.</p>
     <p>В этот же день он имел беседу с туземцем, который, как ему сказали, был людоедом. Звали туземца Сумазаи. Три года он проработал на плантации в Квинсленде, побывал и в Сиднее, и на Самоа, и на Фиджи. В качестве матроса на вербовочной шхуне он объездил почти все острова — Новую Британию и Новую Ирландию, Новую Гвинею и Адмиралтейские острова. Он был большой шутник и в разговоре с Берти следовал примеру шкипера. Ел ли он человечину? Случалось. Сколько раз? Ну, разве запомнишь. Едал и белых. Очень вкусные, только не тогда, когда они больные. Раз как-то случилось ему попробовать больного.</p>
     <p>— Фу! Плохой! — воскликнул он с отвращением, вспоминая об этой трапезе. — Я потом сам очень больной, чуть кишки наружу не вылазил.</p>
     <p>Берти передернуло, но он мужественно продолжал расспросы. Есть ли у Сумазаи головы убитых? Да, несколько голов он припрятал на берегу, все они в хорошем состоянии — высушенные и прокопченные. Одна с длинными бакенбардами — голова шкипера шхуны. Ее он согласен продать за два фунта, головы черных — по фунту за каждую. Еще у него есть несколько детских голов, но они плохо сохранились. За них он просит всего по десять шиллингов.</p>
     <p>Немного погодя, присев в раздумье на трапе, Берти вдруг обнаружил рядом с собой туземца с какой-то ужасной кожной болезнью. Он вскочил и поспешно удалился. Когда он спросил, что у этого парня, ему ответили — проказа. Как молния, влетел он в свою каюту и тщательно вымылся антисептическим мылом. За день ему пришлось еще несколько раз мыться, так как оказалось, что все туземцы на борту больны той или другой заразной болезнью.</p>
     <p>Когда "Арла" бросила якорь среди мангровых болот, над бортом протянули двойной ряд колючей проволоки. Это выглядело весьма внушительно, а когда вблизи показалось множество челнов, в которых сидели туземцы, вооруженные копьями, луками и ружьями, Берти еще раз подумал, что хорошо бы поездка скорее кончалась.</p>
     <p>В этот вечер туземцы не спешили покинуть судно, хотя им не разрешалось оставаться на борту после заката солнца. Они даже стали дерзить, когда помощник приказал им убираться восвояси.</p>
     <p>— Ничего, сейчас они запоют у меня по-другому, — заявил шкипер Гансен, ныряя в люк.</p>
     <p>Вернувшись, он украдкой показал Берти палочку с прикрепленным к ней рыболовным крючком. Простая аптечная склянка из-под хлородина, обернутая в бумагу, с привязанным к ней куском бикфордова шнура может вполне сойти за динамитную шашку. И Берти и туземцы были введены в заблуждение. Стоило шкиперу Гансену поджечь шнур и прицепить крючок к набедренной повязке первого попавшегося дикаря, как того сразу охватило страстное желание очутиться как можно скорее на берегу. Забыв все на свете и не догадываясь сбросить с себя повязку, несчастный рванулся к борту. За ним, шипя и дымя, волочился шнур, и туземцы стали очертя голову бросаться через колючую проволоку в море. Берти был в ужасе. Шкипер Гансен тоже. Еще бы! Двадцать пять завербованных им туземцев — за каждого он уплатил по тридцать шиллингов вперед — попрыгали за борт вместе с местными жителями. За ними последовал и тот, с дымящейся склянкой.</p>
     <p>Что было дальше с этой склянкой, Берти не видел, но так как в это самое время помощник взорвал на корме настоящую динамитную шашку, не причинившую, конечно, никому никакого вреда, то Берти с чистой совестью присягнул бы на суде, что туземца у него на глазах разорвало в клочья.</p>
     <p>Бегство двадцати пяти завербованных обошлось капитану "Арлы" в сорок фунтов стерлингов, так как не было, конечно, никакой надежды разыскать беглецов в густых зарослях и вернуть их на судно. Шкипер и помощник решили утопить свое горе в холодном чае. А так как этот чай был разлит в бутылки из-под виски, то Берти и в голову не пришло, что они поглощают столь невинный напиток. Он видел только, что они очень быстро упились до положения риз и стали ожесточенно спорить о том, как сообщить о взорванном туземце — как об утопленнике или умершем от дизентерии. Затем оба захрапели, а Берти, видя, что, кроме него на борту не осталось ни одного белого в трезвом состоянии, до самой зари неусыпно нес вахту, ежеминутно ожидая нападения с берега или бунта команды.</p>
     <p>Еще три дня простояла "Арла" у берегов Малаиты, и еще три томительных ночи Берти провел на вахте, в то время как шкипер и помощник накачивались с вечера холодным чаем и мирно спали до утра, вполне полагаясь на его бдительность. Берти твердо решил, что если он останется жив, то обязательно сообщит капитану Малу об их пьянстве.</p>
     <p>Наконец "Арла" бросила якорь у плантации Реминдж на Гвадалканаре. Со вздохом облегчения сошел Берти на берег и крепко пожал руку управляющему. У мистера Гаривела все было готово к приему гостя.</p>
     <p>— Вы только не беспокойтесь, пожалуйста, если заметите, что мои подчиненные настроены невесело, — шепнул по секрету мистер Гаривел, отводя Берти в сторону. — Ходят слухи, что у нас готовится бунт, и нельзя не признать, что кое-какие основания к тому есть, но лично я уверен, что все это сплошной вздор.</p>
     <p>— И-и… много туземцев у вас на плантации? — спросил Берти упавшим голосом.</p>
     <p>— Сейчас человек четыреста, — с готовностью сообщил мистер Гаривел, — но нас-то ведь трое, да еще вы, конечно, да шкипер "Арлы" с помощником — мы легко с ними управимся.</p>
     <p>В эту минуту подошел некто Мак-Тэвиш, кладовщик на плантации, и, еле поздоровавшись с Берти, взволнованно обратился к мистеру Гаривелу с просьбой немедленно его уволить.</p>
     <p>— У меня семья, дети, мистер Гаривел! Я не имею права рисковать жизнью! Беда на носу, это и слепому видно. Черные того и гляди взбунтуются, и здесь повторятся все ужасы Хохоно!</p>
     <p>— А что это за ужасы Хохоно? — поинтересовался Берти, когда кладовщик после долгих уговоров согласился остаться еще до конца месяца.</p>
     <p>— Это он о плантации Хохоно на острове Изабель, — отвечал управляющий. — Там дикари перебили пятерых белых на берегу, захватили шхуну, зарезали капитана и помощника и все скопом сбежали на Малаиту. Я всегда говорил, что тамошнее начальство слишком беспечно. Нас-то они не застанут врасплох!.. Пожалуйте сюда, на веранду, мистер Аркрайт. Посмотрите, какой вид на окрестности!</p>
     <p>Но Берти было не до видов. Он придумывал, как бы ему поскорее добраться до Тулаги, под крылышко резидента. И пока он был занят размышлениями на эту тему, за спиной у него вдруг грянул выстрел. В тот же миг мистер Гаривел стремительно втащил его в дом, чуть не вывернув ему при этом руку.</p>
     <p>— Ну, дружище, вам повезло. Капельку бы левее — и… — говорил управляющий, ощупывая Берти и постепенно убеждаясь, что тот цел и невредим. — Простите, ради бога, все по моей вине, но кто бы мог подумать — среди бела дня…</p>
     <p>Берти побледнел.</p>
     <p>— Вот так же убили прежнего управляющего, — снисходительно заметил Мак-Тэвиш. — Хороший был парень, жалко! Всю веранду тогда мозгами забрызгало. Вы обратили внимание — вон там темное пятнышко, во-он, между крыльцом и дверью.</p>
     <p>Берти пришел в такое расстройство, что коктейль, приготовленный и поднесенный ему мистером Гаривелом, оказался для него как нельзя более кстати. Но не успел он поднести стакан к губам, как вошел человек в бриджах и крагах.</p>
     <p>— Что там еще стряслось? — спросил управляющий, взглянув на вошедшего. — Река, что ли, опять разлилась?</p>
     <p>— Какая, к черту, река — дикари. В десяти шагах отсюда вылезли из тростника и пальнули по мне. Хорошо еще, что у них была снайдеровская винтовка, а не винчестер, да и стреляли с бедра… Но хотел бы я знать, откуда у них этот снайдер?.. Ах, простите, мистер Аркрайт. Рад вас приветствовать.</p>
     <p>— Мистер Браун, мой помощник, — представил его мистер Гаривел. — А теперь давайте выпьем.</p>
     <p>— Но где они достали оружие? — допытывался мистер Браун. — Говорил я вам, что нельзя хранить ружья в доме.</p>
     <p>— Но они же никуда не делись, — уже с раздражением возразил мистер Гаривел.</p>
     <p>Мистер Браун недоверчиво усмехнулся.</p>
     <p>— Пойдем посмотрим! — потребовал управляющий.</p>
     <p>Берти тоже отправился в контору вместе с остальными. Войдя туда, мистер Гаривел торжествующе указал на большой ящик, стоявший в темном пыльном углу.</p>
     <p>— Прекрасно, но откуда же тогда у негодяев ружья? — в который раз повторил мистер Браун.</p>
     <p>Но тут Мак-Тэвиш потрогал ящик и, ко всеобщему изумлению, без труда приподнял его. Управляющий бросился к ящику и сорвал крышку — ящик был пуст. Молча и со страхом они посмотрели друг на друга. Гаривел устало опустил голову. Мак-Тэвиш выругался:</p>
     <p>— Черт побери! Я всегда говорил, что слугам нельзя доверять.</p>
     <p>— Да, положение серьезное, — признался Гаривел. — Ну, ничего, как-нибудь выкрутимся. Нужно задать им острастку, вот и все. Джентльмены, захватите с собой к обеду винтовки, а вы, мистер Браун, пожалуйста, приготовьте штук сорок — пятьдесят динамитных шашек. Шнуры сделайте покороче. Мы им покажем, канальям! А сейчас, джентльмены, прошу к столу.</p>
     <p>Берти терпеть не мог риса с пряностями по-индийски, поэтому он, опережая остальных, сразу приступил к заманчивому на вид омлету. Он успел уже разделаться со своей порцией, когда Гаривел тоже потянулся за омлетом. Но, взяв кусочек в рот, управляющий тут же с проклятиями его выплюнул.</p>
     <p>— Это уже второй раз, — зловеще процедил Мак-Тэвиш.</p>
     <p>Гаривел все еще харкал и плевался.</p>
     <p>— Что второй раз? — дрожащим голосом спросил Берти.</p>
     <p>— Яд, — последовал ответ. — Этому повару не миновать виселицы!</p>
     <p>— Вот так же отправился на тот свет счетовод с мыса Марш, — заговорил Браун. — Он умер в ужасных мучениях. Люди с "Джесси" рассказывали, что за три мили слышно было, как он кричал.</p>
     <p>— В кандалы закую мерзавца, — прошипел Гаривел. — Хорошо еще, что мы вовремя заметили.</p>
     <p>Берти сидел белый, как полотно, не шевелясь и не дыша. Он попытался что-то сказать, но только слабый хрип вылетел из его горла. Все с тревогой посмотрели на него.</p>
     <p>— Неужели вы?… — испуганно воскликнул Мак-Тэвиш.</p>
     <p>— Да, да, я съел его! Много! Целую тарелку! — возопил Берти, внезапно обретая дыхание, как пловец, вынырнувший на поверхность.</p>
     <p>Наступило ужасное молчание. В глазах сотрапезников Берти прочитал свой приговор.</p>
     <p>— Может, это еще и не яд, — мрачно заметил Гаривел.</p>
     <p>— Спросим повара, — посоветовал Браун.</p>
     <p>Весело улыбаясь, в комнату вошел повар, молодой туземец, с гвоздем в носу и продырявленными ушами.</p>
     <p>— Слушай, ты, Ви-Ви! Что это такое? — прорычал Гаривел, угрожающе ткнув пальцем в яичницу.</p>
     <p>Такой вопрос, естественно, озадачил и испугал Ви-Ви.</p>
     <p>— Хороший еда, можно кушать, — пробормотал он извиняющимся тоном.</p>
     <p>— Пускай сам попробует, — предложил Мак-Тэвиш. — Это лучший способ узнать правду.</p>
     <p>Гаривел схватил ложку омлета и подскочил к повару. Тот в страхе бросился вон из комнаты.</p>
     <p>— Все ясно, — торжественно объявил Браун. — Не станет есть, хоть ты его режь.</p>
     <p>— Мистер Браун, прошу вас надеть на него кандалы! — приказал Гаривел и затем ободряюще обратился к Берти: — Не беспокойтесь, дружище, резидент разберет это дело, и, если вы умрете, негодяй будет повешен.</p>
     <p>— Вряд ли правительство решится на это, — возразил Мак-Тэвиш.</p>
     <p>— Но, господа, господа, — чуть не плача закричал Берти, — вы забываете обо мне!</p>
     <p>Гаривел с прискорбием развел руками.</p>
     <p>— К сожалению, дорогой мой, это туземный яд и противоядие пока еще не известно. Соберитесь с духом, и если…</p>
     <p>Два резких винтовочных выстрела прервали его. Вошел Браун, перезарядил винтовку и сел к столу.</p>
     <p>— Повар умер, — сообщил он. — Внезапный приступ лихорадки.</p>
     <p>— Мы тут говорили, что против местных ядов нет противоядия.</p>
     <p>— Кроме джина, — заметил Браун.</p>
     <p>Назвав себя безмозглым идиотом, Гаривел бросился за джином.</p>
     <p>— Только не разбавляйте, — предупредил он, и Берти, хватив разом чуть не стакан неразбавленного спирта, поперхнулся, задохся и так раскашлялся, что на глазах у него выступили слезы.</p>
     <p>Гаривел пощупал у него пульс и смерил температуру, он всячески ухаживал за Берти, приговаривая, что, может, еще омлет и не был отравлен. Браун и Мак-Тэвиш тоже высказали сомнение на этот счет, но Берти уловил в их тоне неискреннюю нотку. Есть ему уже ничего не хотелось, и он, тайком от остальных, щупал под столом свой пульс. Пульс все учащался, в этом не было сомнений, Берти только не сообразил, что это от выпитого им джина. Мак-Тэвиш взял винтовку и вышел на веранду посмотреть, что делается вокруг дома.</p>
     <p>— Они собираются около кухни, — доложил он, вернувшись. — И все со снайдерами. Я предлагаю подкрасться с другой стороны и ударить им во фланг. Нападение — лучший способ защиты, так? Вы пойдете со мной, Браун?</p>
     <p>Гаривел как ни в чем не бывало продолжал есть, а Берти с трепетом обнаружил, что пульс у него участился еще на пять ударов. Тем не менее и он невольно вскочил, когда началась стрельба. Сквозь частую трескотню снайдеров слышались гулкие выстрелы винчестеров Брауна и Мак-Тэвиша. Все это сопровождалось демоническими воплями и криками.</p>
     <p>— Наши обратили их в бегство, — заметил Гаривел, когда крики и выстрелы стали удаляться.</p>
     <p>Браун и Мак-Тэвиш вернулись к столу, но последний тут же снова отправился на разведку.</p>
     <p>— Они достали динамит, — сообщил он по возвращении.</p>
     <p>— Что же, пустим в ход динамит и мы, — предложил Гаривел.</p>
     <p>Засунув в карманы по пять, шесть штук динамитных шашек, с зажженными сигарами во рту, они устремились к выходу. И вдруг!.. Позже они обвиняли Мак-Тэвиша в неосторожности, и тот признал, что заряд, пожалуй, и правда был великоват. Так или иначе, страшный взрыв потряс стены, дом одним углом поднялся на воздух, потом снова сел на свое основание. Со стола на пол полетела посуда, стенные часы с восьмидневным заводом остановились. Взывая о мести, вся троица кинулась в темноту, и началась бомбардировка.</p>
     <p>Когда они вернулись в столовую, Берти и след простыл. Дотащившись до конторы и забаррикадировав дверь, он почил на полу, переживая в пьяных кошмарах сотни всевозможных смертей, пока вокруг него кипел бой. Наутро, разбитый, с отчаянной головной болью от джина, он выполз на воздух и с изумлением обнаружил, что солнце по-прежнему сияет на небе и бог, очевидно, правит миром, ибо гостеприимные хозяева Берти разгуливали по плантации живые и невредимые.</p>
     <p>Гаривел уговаривал его погостить еще, но Берти был непоколебим и отплыл на "Арле" к Тулаги, где до прибытия парохода не покидал дома резидента. На пароходе в Сидней опять были путешествующие дамы, и опять они смотрели на Берти как на героя, а капитана Малу не замечали. Но по прибытии в Сидней капитан Малу отправил на острова не один, а два ящика первосортного шотландского виски, ибо никак не мог решить, кто — шкипер Гансен или мистер Гаривел — лучше показал Берти Аркрайту "бурную и полную опасностей жизнь на страшных Соломоновых островах".</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Неукротимый белый человек</p>
     </title>
     <p>— Пока чернокожий человек черный, а белый человек белый, они не поймут друг друга, — так сказал капитан Вудворт.</p>
     <p>Мы сидели в кабачке у Чарли Робертса и стаканами тянули "Абу-Хамед", приготовленный хозяином, который пил с нами за компанию. Чарли Робертс утверждал, что раздобыл рецепт этого напитка непосредственно у Стивенса <a l:href="#n_770" type="note">[770]</a>, прославившегося изобретением "Абу-Хамеда" в то время, когда жажда гнала его отведать воду Нила, у того самого Стивенса, который сочинил "С Китченером к Хартуму", а потом погиб при осаде Ледисмита.</p>
     <p>Капитан Вудворт, крепкий, коренастый, с опаленным за сорок лет пребывания в тропиках лицом, прекрасными лучистыми карими глазами, каких я ни разу в жизни не встречал у мужчин, многое изведал в жизни. Крестообразный шрам на его лысой макушке говорил о близком знакомстве с боевым топором туземца; о том же свидетельствовали два рубца от стрелы на правой стороне шеи: там, где стрела вошла и где она вышла из его тела. По его словам, он бежал, а стрела ему мешала, но он не имел времени отламывать наконечник стрелы и потому протащил ее насквозь. Теперь он был капитаном "Савайи", огромного парохода, который вербовал на островах Южных морей рабочую силу для немецких плантаций в Самоа.</p>
     <p>— Половина всех недоразумений происходит из-за нашей тупости, — заявил Робертс, делая паузу, чтобы отхлебнуть из своего стакана и добродушно отчитать за что-то маленького слугу-самоанца. — Если бы белый человек хотя бы иногда задумывался над психологией чернокожих, можно было бы избежать большинства недоразумений.</p>
     <p>— Я встречал таких, правда, их было немного, которые утверждали, что понимают негров, — ответил капитан Вудворт, — и я всегда замечал, что их в первую очередь "кай-кай", то есть съедали. Вспомните миссионеров в Новой Гвинее и Новых Гебридах, на острове мучеников Эрроманге и на всех остальных островах. Вспомните судьбу австрийской экспедиции: ее изрубили в куски на Соломоновых островах, в дебрях Гвадалканара. Да и сами торговцы, умудренные многолетним опытом: они хвастались, что к ним не прикоснется ни один негр, а головы их по сей день красуются на балках плавучих жилищ. Или вот старый Джонни Симоне. Двадцать шесть лет провел в дебрях Меланезии и клялся, что знает негров как свои пять пальцев, что они его не тронут. А погиб он у лагуны Марово, в Нью-Джорджии. Ему отрезали голову черная Мэри и старый одноногий негр. (Одну ногу у него отхватила акула, когда он нырял за оглушенной рыбой.) Был еще Билли Уотс, убийца негров, человек, которого испугался бы сам дьявол! Помню, стояли мы у мыса Литл, это, знаете ли, в Новой Ирландии, когда негры утащили у него полтюка табаку, который он собирался продать, табак и стоил-то доллара три. Так он в отместку пристрелил шестерых негров, разбил их боевые каноэ и сжег две деревни. Четыре года спустя, когда он с пятьюдесятью молодчиками из Буку там же, у мыса Литл, ловил трепангов, их подстерегли чернокожие. Всех перебили за пять минут, кроме троих парней, которым удалось удрать в каноэ. Словом, нечего болтать, будто мы понимаем негров. Миссия белого человека — нести цивилизацию в мир, и это — нелегкое дело, выпавшее на его долю. Где ж тут останется время, чтобы копаться в психологии негров?</p>
     <p>— Точно! — выпалил Робертс. — И вообще это не так уж обязательно — понимать негров. Чем глупее белый человек, тем успешнее он насаждает цивилизацию…</p>
     <p>— И вселяет страх божий в сердца негров, — вставил капитан Вудворт. — Может быть, вы правы, Робертс. Возможно, секрет его успеха именно в глупости, и, несомненно, один из признаков этой глупости — неспособность понять негров. Одно ясно: белый призван управлять неграми, независимо от того, понимает он их или нет. Он неукротим и неотвратим, как рок.</p>
     <p>— Конечно, белый человек неукротим и неотвратим для негров, — вставил Робертс. — Скажите белому, что в какой-то лагуне, где живут десятки тысяч воинственных туземцев, лежит жемчужина, — он бросится туда очертя голову с полдюжиной разных ловцов-канаков и дешевым будильником вместо хронометра. Они возьмут удобное судно водоизмещением тонн в пять и набьются туда, как сельди в бочку. Только шепните ему, что на Северном полюсе есть золотая жила, и это неукротимое белокожее существо сразу же двинется в путь, прихватив с собой лопату, кирку, окорок и патентованный, последнего образца, лоток для промывания золота. И самое удивительное, что он туда доберется! Намекните ему, что за раскаленной оградой ада нашли алмазы — и Мистер Белокожий атакует врата преисподней и заставит старого бродягу Сатану работать ломом и лопатой. Вот что происходит, когда человек глуп и неукротим.</p>
     <p>— Интересно, что думают чернокожие о… о неукротимости?</p>
     <p>Капитан Вудворт негромко засмеялся. Глаза его засветились от воспоминаний.</p>
     <p>— Мне тоже хотелось бы узнать, что думали и, должно быть, до сих пор думают негры Малу об одном неукротимом белом человеке, который был с нами на "Герцогине", когда мы стали на якорь у их берега, — сказал он.</p>
     <p>Робертс приготовил еще три "Абу-Хамеда".</p>
     <p>— Было это лет двадцать тому назад. Звали его Саксторп. Я ни разу в жизни не встречал такого тупого человека, но он был неукротим, как сама смерть. Он умел только стрелять, и больше ничего. Помню, как я в первый раз его встретил здесь, в Апии, двадцать лет назад. Тебя еще тут не было, Робертс. Я остановился в гостинице голландца Генри, там, где сейчас рынок. Вы ничего о нем не знаете? Он неплохо заработал, тайно переправляя оружие повстанцам <a l:href="#n_771" type="note">[771]</a>, продал свою гостиницу, а ровно через шесть недель его зарезали в каком-то кабачке Сиднея.</p>
     <p>Однако о Саксторпе. Как-то ночью, едва я заснул, кошачья пара начала во дворе концерт. Соскочив с постели, я подошел к окну с кувшином воды в руке. И в то же время я услыхал, как раскрылось соседнее окошко. Раздались два выстрела, и окно закрылось. Все произошло так быстро, что описать невозможно. Это было делом нескольких секунд. Раскрывается окно, — бум, бум — два раза стреляет револьвер, — окно закрывается. Я не знаю, кто он был, но он даже не выглянул в окно. Он был уверен. Понимаете? Уверен. Концерт прекратился, и утром нашли окоченевшие тела нарушителей тишины. Мне это показалось чудовищным. Во-первых, на небе светили только звезды, а Саксторп стрелял, не целясь, во-вторых, выстрелы следовали один за другим так быстро, будто он стрелял из двустволки, и, наконец, он знал, что попал в свои мишени, даже не выглянув в окно.</p>
     <p>Через два дня он пришел наниматься на "Герцогиню". Я тогда был помощником капитана на большой шхуне водоизмещением в сто пятьдесят тонн. Мы перевозили завербованных негров. Должен сказать, в те дни вербовка была настоящей вербовкой. Мы не знали ни правительственных инспекторов, ни властей. Это была адски тяжелая работа. Мы целиком полагались только на себя. Когда дела принимали плохой оборот, не пеняй на других! Мы вывозили негров со всех островов Южных морей, кроме тех, откуда нас гнали. Словом, он пришел на шхуну и назвался Джоном Саксторпом. Небольшой человечек какого-то песочного цвета: песочные волосы, песочный цвет лица, даже глаза песочные. Ничего в нем не было приметного. Душа у него была такая же бесцветная, как и физиономия. Он сказал, что остался без единого пенса и хочет поступить на судно. Готов служить юнгой, коком, судовым приказчиком или простым матросом.</p>
     <p>Он ничего не смыслил ни в одной из тех профессий, но сказал, что научится. Мне он был не нужен, но его стрельба произвела на меня столь сильное впечатление, что я записал его матросом с жалованьем три фунта в месяц.</p>
     <p>Не стану отрицать, он действительно хотел чему-нибудь научиться. Но так уж он был устроен, что не мог ничему научиться. Он разбирался в румбах компаса не больше, чем я в приготовлении выпивки, которую нам делает Робертс. Штурвалом же он орудовал так, что ему я обязан первой сединой. Я ни разу не рискнул подпустить его к штурвалу, когда море было неспокойно, потому что движение с попутным ветром или галсами — против ветра — было для него неразрешимой тайной. Он бы никогда не мог сказать, в чем разница между шкотами и талями. Путал кливер с гафелем. Прикажите ему ослабить грот-трисель-шкот, и, прежде чем вы сообразите, что происходит, он опустит нок гафеля. Он трижды падал за борт, а плавать не умел. Но он всегда был жизнерадостен, не ведал, что такое морская болезнь, и был самым покладистым человеком, каких я только знал. Это была замкнутая натура. Он никогда не рассказывал о себе. Для нас его жизнь началась с того дня, когда он появился на "Герцогине". Где он научился стрелять, сказать могли лишь звезды. Он был янки — это мы определили по его гнусавому произношению. Но больше мы так ничего и не узнали.</p>
     <p>Вот я и подошел к самому главному. Нам здорово не везло на Новых Гебридах: за пять недель — только четырнадцать негров, и с попутным зюйд-остом мы взяли курс к Соломоновым островам. На Малаите тогда, как и сейчас, можно было легко вербовать негров, и мы пошли к северо-западной оконечности острова — Малу. Рифы там и у берега и в открытом море, и стать на якорь нелегко, но мы благополучно миновали рифы, отдали якорь и взорвали динамит — этим сигналом мы возвещали негров о начале вербовки. За три дня никто не явился. Негры сотнями подплывали к нам на своих каноэ, но они только смеялись, когда мы показывали им бусы, ситец, топоры и начинали рассказывать о том, что работа на плантациях Самоа — одно удовольствие.</p>
     <p>На четвертый день все вдруг переменилось. Записалось сразу пятьдесят с лишним человек; их разместили в главном трюме, разумеется, с правом свободного передвижения по палубе. Теперь, когда я оглядываюсь назад, эта повальная вербовка представляется мне очень подозрительной, но в то время мы думали, что какой-нибудь могущественный вождь-царек разрешил своим подданным наниматься на работу. Утром пятого дня обе наши шлюпки, как обычно, пошли к берегу. Одна шлюпка прикрывала другую на случай нападения. И, как обычно, на палубе слонялись без дела, болтали, курили или спали полсотни негров. На "Герцогине", кроме них, остались я, Саксторп да четверка матросов. На обеих наших шлюпках работали уроженцы островов Гилберта. На первой были капитан, судовой приказчик и вербовщик. На второй, что прикрывала первую и стояла в сотне ярдов от берега, находился второй помощник капитана. Обе шлюпки были хорошо вооружены, хотя нам как будто ничто не угрожало.</p>
     <p>Четверо матросов, включая Саксторпа, чистили поручни на корме. Пятый матрос с винтовкой в руках стоял на часах перед грот-мачтой, возле бака с водой. Я был на носу, наводя последний глянец на новое крепление фор-гафеля. Только я наклонился за своей трубкой, как с берега раздался выстрел. Я выпрямился, чтобы посмотреть, в чем дело. Что-то стукнуло меня по затылку. Оглушенный, я свалился на палубу. Вначале я подумал, что мне на голову упала снасть, но я услышал адский треск выстрелов со стороны шлюпок и, падая, успел посмотреть на матроса, который стоял на часах. Два здоровенных негра держали его за руки, а третий замахнулся на него топором.</p>
     <p>Как сейчас, вижу эту картину: бак для воды, грот-мачта, чернокожие, схватившие часового за руки, топор, опускающийся ему на голову, — и все это залито ослепительным солнечным светом. Я был словно во власти колдовского видения наступающей смерти. Казалось, томагавк двигается страшно медленно. Я увидел, как он врезался в голову, ноги матроса подкосились, и он начал оседать на палубу. Негры крепко держали его и стукнули еще два раза. Затем меня тоже стукнули пару раз по голове, и я решил, что я умер. К тому же выводу пришел тот негодяй, который нанес мне удары. Я не мог двигаться и лежал неподвижно, наблюдая, как они отсекли часовому голову. Должен сказать, орудовали они ловко. Видно, набили руку на этом деле.</p>
     <p>Стрельба со шлюпок прекратилась, и я не сомневался, что они всех прикончили. Сейчас они придут за моей головой. Очевидно, они снимали головы тем матросам, что были на корме. На Малаите ценятся человеческие головы, особенно головы белых. Они занимают почетные места в каноэ, в которых живут прибрежные туземцы. Я не знаю, какого декоративного эффекта добиваются лесные жители, но они ценят человеческие головы так же, как их собратья на побережье.</p>
     <p>Все же меня не покидала слабая надежда на спасение. На четвереньках я добрался до лебедки, а там с трудом поднялся на ноги. Теперь мне была видна корма — на палубе рубки торчали три головы. Это были головы матросов, с которыми я общался много месяцев подряд.</p>
     <p>Негры заметили, что я поднялся на ноги, и побежали ко мне. Я хотел было достать револьвер, но обнаружил, что они его забрали. Не могу сказать, чтобы я очень испугался. Я несколько раз был на волосок от гибели, но никогда смерть не подступала ко мне так близко, как в тот раз. Я был в полубессознательном состоянии, и мне было все безразлично.</p>
     <p>Негр, который несся впереди, прихватил в камбузе большой мясницкий нож, намереваясь разделать меня на куски. Он гримасничал, как обезьяна. Но ему не удалось осуществить свое намерение. Он ничком рухнул на палубу, и я увидел, как изо рта у него хлынула кровь. В полузабытьи я расслышал выстрел, за ним еще и еще. Негры падали один за другим. Я постепенно приходил в себя и заметил, что стреляют без промаха. С каждым выстрелом кто-то падал. Я уселся рядом с лебедкой и взглянул наверх. Там на салинге сидел Саксторп. Как он умудрился туда забраться, я не знаю: ведь у него в руках было два винчестера и множество патронташей. Как бы то ни было, сейчас он был занят единственным делом, на какое был способен.</p>
     <p>Мне приходилось видеть и резню и расстрелы, но я ни разу в жизни не видел ничего подобного. Я сидел у лебедки и наблюдал. Я был в каком-то полуобморочном состоянии, и все происходящее представлялось мне сном. Банг, банг, банг — стреляло ружье, и хлоп, хлоп, хлоп — валились на палубу негры. Во время первой попытки схватить меня погибло человек десять, и остальные теперь остолбенели от ужаса, но Саксторп стрелял, не переставая. К этому времени к судну подошли те две шлюпки и каноэ с неграми, которые были вооружены снайдерами и винчестерами, захваченными у нас. Они открыли по Саксторпу ураганный огонь. К счастью для него, негры хорошо стреляют только на близком расстоянии. Они не прикладывают ружья к плечу. Они ждут, пока человек очутится ниже их, и стреляют, приставив ружье к бедру. Когда у Саксторпа перегревался винчестер, он брал другой. Потому-то он и захватил с собой два ружья, когда полез наверх.</p>
     <p>Скорость стрельбы была у него потрясающая. К тому же Саксторп ни разу не промазал. Если на земле существует неукротимый человек, так это Саксторп. Немыслимая скорость делала это побоище страшным.</p>
     <p>Негры не могли опомниться. Когда же они немного пришли в себя, они начали бросаться за борт и опрокидывали свои каноэ. Саксторп продолжал стрельбу. Вода была сплошь усеяна черными макушками, и — бух-бух-бух — всаживал он в них свои пули. Он не промахнулся ни разу, и я отлично слышал, как каждая пуля хлопала в человеческий череп.</p>
     <p>Лавина негров устремилась к берегу. Я поднялся и, словно во сне, видел, как на воде, точно мячики, прыгали и исчезали в глубину головы чернокожих. Некоторые дальние выстрелы были совершенно феноменальны. Только один добрался до берега, но когда он поднялся, чтоб выйти из воды, Саксторп уложил и его. Это было превосходное попадание. И когда двое негров подбежали к раненому и стали вытаскивать его на берег, Саксторп уложил их на месте.</p>
     <p>Я решил, что все кончилось. Но тут стрельба началась снова. Какой-то негр выскочил из кают-компании и бросился к поручням, но на полпути упал. Кают-компания, вероятно, была переполнена неграми. Я насчитал человек двадцать. Они выбегали по одному и прыгали к поручням. Но ни один из них не добрался до борта. Мне это зрелище напомнило стрельбу по летящей мишени. Чернокожий выскакивал из двери, раздавался выстрел Саксторпа — и он моментально летел вниз. Там, в кают-компании, они, конечно, не знали, что происходит на палубе, и продолжали выбегать наверх, пока их всех не перебили.</p>
     <p>Саксторп подождал немного, убедился, что опасность миновала, и спустился на палубу.</p>
     <p>Из всей команды "Герцогини" уцелели только мы с Саксторпом, и я был очень плох, а он был совершенно беспомощен теперь, когда уже не нужно было стрелять. Следуя моим указаниям, он промыл мои раны и перевязал их. Внушительная порция виски придала мне сил — надо было как-то выбираться отсюда. Мне не на кого было надеяться. Все были убиты. Мы попытались поставить паруса: Саксторп поднимал их, а я ему помогал. Он снова показал свою непроходимую тупость. Парус не поднялся ни на сантиметр, и когда я снова потерял сознание, нам, казалось, пришел конец.</p>
     <p>Но я очнулся. Саксторп беспомощно сидел на трапе в ожидании моих распоряжений. Я велел ему осмотреть раненых, среди них могли оказаться такие, которые могут передвигаться. Он отобрал шестерых. У одного, помню, была перебита нога, но Саксторп заявил, что руки у него в порядке. Лежа в тени, я отгонял мух и говорил, что делать, а Саксторп подгонял свою инвалидную команду. Клянусь, он заставлял этих несчастных негров тянуть каждый конец, прежде чем они нашли фалы. Один из них, выбирая канат, замертво упал на палубу, но Саксторп избил остальных и велел им продолжать работать. Когда грот и фок были поставлены, я приказал ему расклепать якорную цепь и выпустить ее за борт. Я заставил их помочь мне добраться до штурвала: хотел попытаться сам как-нибудь повести судно. Не могу понять, как это произошло, но вместо того, чтобы освободиться от якоря, он отдал второй. Так что теперь мы стали на оба якоря.</p>
     <p>Но в конце концов Саксторпу удалось сбросить обе якорных цепи в море и поставить стаксель и кливер. "Герцогиня" легла на курс. Наша палуба представляла собой ужасное зрелище. Повсюду валялись трупы и умирающие. Они были везде, в самых неожиданных местах. Многим удалось заползти с палубы в кают-компанию. Я распорядился, чтобы Саксторп и его кладбищенская команда сбрасывали за борт трупы и умирающих. В тот день акулы здорово поживились. Четверо наших убитых матросов были, разумеется, тоже сброшены за борт. Но головы их мы все-таки положили в мешок с грузом, чтобы их не выбросило на берег и чтобы они ни в коем случае не попали в руки неграм.</p>
     <p>Пятерку пленных я считал командой судна. Однако они придерживались иного мнения. Они дождались удобного случая и перемахнули за борт. Двоих Саксторп застрелил из револьвера на лету и прикончил бы и остальных, но я его остановил. Понимаете, мне надоела непрерывная бойня, и, кроме того, они помогли нам двинуться в путь. Но это заступничество ни к чему не привело: акулы сожрали всех троих.</p>
     <p>Мы вышли в открытое море. У меня началось что-то вроде воспаления мозга. Как бы то ни было, "Герцогиню" носило по морю три недели, пока я немного не поправился и не привел ее в Сидней. Во всяком случае, эти негры Малу долго будут помнить, что с белым человеком шутки плохи. Саксторп был действительно неукротим.</p>
     <p>Чарли Робертс протяжно свистнул и сказал:</p>
     <p>— Еще бы! Ну, а Саксторп, что с ним было потом?</p>
     <p>— Он занялся охотой на тюленей, и дела его шли отлично. Лет шесть он плавал на разных шхунах Виктории и Сан-Франциско. На седьмой год в Беринговом море шхуна, на которой он служил, была захвачена русским крейсером, и, говорят, всю команду отправили на соляные копи в Сибирь. Во всяком случае, я больше о нем не слышал.</p>
     <p>— Нести цивилизацию в мир… — пробормотал Робертс. — Нести цивилизацию… Что ж, за это стоит выпить! Кто-то должен этим заниматься, я хочу сказать, нести цивилизацию.</p>
     <p>Капитан Вудворт потер шрам на своей лысой голове.</p>
     <p>— Я уже сделал свое дело, — сказал он. — Вот уж сорок лет, как я служу. Это мой последний рейс. Уеду домой — на покой.</p>
     <p>— Держу пари, — возразил Робертс, — что вы встретите смерть за штурвалом, а не дома.</p>
     <p>Капитан Вудворт без колебаний принял пари, но я думаю, что у Чарли Робертса больше шансов выиграть.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Потомок Мак-Коя</p>
     </title>
     <p>Низко осев под тяжестью груза пшеницы, шхуна "Пиренеи" медленно скользила по спокойному океану, и человек, подплывший в легкой пироге к ее железному борту, без труда вскарабкался наверх. Когда он перегнулся через фальшборт и увидел палубу, ему показалось, что перед его глазами колышется легкое, едва различимое туманное марево. Может, это ему и впрямь только показалось, может, глаза на секунду застлала плотная пелена? Его охватило непреодолимое желание стряхнуть с себя неприятное ощущение, и он подумал, что стареет и пришло время посылать в Сан-Франциско за очками.</p>
     <p>Он перелез через поручни и посмотрел вверх на мачты, потом перевел взгляд на помпы. Они не работали. Никаких признаков того, что произошла какая-то авария, не было, и он удивился, почему шхуна подала сигнал бедствия. "Только бы не эпидемия, — подумал он беспокоясь о счастливо-беззаботных жителях своего островка. — Нет, должно быть, кончилась пресная вода или провизия". Он поздоровался с капитаном и по его изможденному лицу и страдальческому выражению глаз понял, что тот не зря подал сигнал. В ту же секунду до него донесся слабый, едва ощутимый запах — похоже было, что подгорел хлеб.</p>
     <p>Он удивленно огляделся. В двадцати футах от него матрос с усталым лицом конопатил палубу. Взгляд незнакомца задержался на нем; он заметил, как из паза в палубе, прямо из-под рук матроса, выскользнула тоненькая струйка дыма и, свернувшись кольцами, растаяла в воздухе. Он подошел ближе. Загрубевшие подошвы босых ног ощутили странное тепло. Теперь он уже знал, что произошло. Он бросил взгляд на бак; столпившаяся там команда с надеждой смотрела на него. Влажные карие глаза незнакомца как будто изливали на них благостное тепло, лаская и словно окутывая покровом безмерного покоя.</p>
     <p>— Давно горит, капитан? — спросил он голосом мягким и кротким, напоминавшим воркование голубя.</p>
     <p>На какой-то краткий миг капитану передалось ощущение безмятежного покоя и умиротворенности, исходившее от незнакомца, но уже в следующую секунду при мысли о том, что пережито и что еще предстоит пережить, он возмутился. Какое право имеет этот жалкий оборванец в холщовых штанах и бумажной рубахе навязывать ему свой безмятежный покой и умиротворенность, лезть в его измученную треволнениями душу? Капитан сам не отдавал себе в этом отчета: то был бессознательный протест, возникший помимо его желания и воли.</p>
     <p>— Пятнадцать дней, — отрывисто ответил он. — А кто вы такой?</p>
     <p>— Мое имя — Мак-Кой. — Голос незнакомца звучал теплым сочувствием.</p>
     <p>— Меня интересует другое. Вы лоцман?</p>
     <p>Ласковый благословляющий взгляд Мак-Коя устремился на подошедшего к капитану высокого широкоплечего человека с небритым, усталым лицом.</p>
     <p>— Да, я и лоцман, — последовал ответ. — Мы все здесь лоцманы, капитан, и я знаю каждый дюйм этих вод.</p>
     <p>— Мне надо повидать кого-нибудь из местных властей, — раздраженно перебил его капитан. — Я должен поговорить с ними, и чем скорее, тем лучше.</p>
     <p>— В таком случае я тот, кто вам нужен.</p>
     <p>И снова ощущение покоя и умиротворенности коварно проникло в душу капитана — и это теперь, когда каждую секунду у него под ногами вот-вот забушует огонь! Капитан раздраженно и нетерпеливо поднял брови и сжал кулаки, словно готовясь нанести удар.</p>
     <p>— Да кто вы такой, черт побери? — крикнул он.</p>
     <p>— Губернатор и главный судья, — был ответ, произнесенный голосом тихим и кротким.</p>
     <p>При этих словах высокий широкоплечий человек разразился резким невеселым смехом, более походившим на истерические всхлипывания. И он и капитан изумленно и недоверчиво уставились на Мак-Коя. Непостижимо, как этот босоногий оборванец может занимать столь высокий пост. Под расстегнутой бумажной рубахой виднелась заросшая седыми волосами грудь, нижнего белья явно не было. Из-под полей выгоревшей соломенной шляпы выбивались растрепанные седые космы. На грудь спускалась спутанная борода, придававшая ему сходство с патриархом. Два шиллинга — вот красная цена, которую дали бы за его одежду в любой лавке старьевщика.</p>
     <p>— Вы случайно не родственник Мак-Коя с брига "Баунти" <a l:href="#n_772" type="note">[772]</a>? — спросил капитан.</p>
     <p>— Он мой прадед.</p>
     <p>— Да ну! — начал было капитан, но тут же осекся. — Меня зовут Девенпорт, а это мистер Кониг — мой старший помощник.</p>
     <p>Они пожали друг другу руки.</p>
     <p>— А теперь перейдем к делу, — торопливо, словно подгоняемый неотложной необходимостью, заговорил капитан. — Зерно начало гореть больше двух недель назад. Каждую секунду огонь может вырваться из трюма, и шхуна полетит ко всем чертям. Вот почему я взял курс на Питкэрн. Я хочу выброситься на берег или затопить шхуну, чтобы спасти хотя бы корпус.</p>
     <p>— В таком случае вы совершили ошибку, капитан, — заметил Мак-Кой. — Надо было идти на Мангареву. Там прекрасная отмель, а вода в лагуне спокойная, как в мельничной запруде.</p>
     <p>— Но ведь мы пришли не в Мангареву, а сюда, не так ли? — раздраженно сказал старший помощник. — Мы уже здесь, и надо что-нибудь придумать.</p>
     <p>Губернатор добродушно покачал головой.</p>
     <p>— Здесь вы ничего не придумаете. У Питкэрна нет ни отмели, ни даже якорной стоянки.</p>
     <p>— Вздор! — воскликнул старший помощник. — Вздор! — повторил он громче, заметив, что капитан делает ему знаки не горячиться. — Уж кого-кого, а меня вы не проведете! А где стоят ваши суда: шхуна, куттер или что там у вас еще имеется? А? Что же вы молчите?</p>
     <p>Мягкая улыбка, такая же мягкая, как и его голос, тронула губы Мак-Коя. Его улыбка была сама нежность и ласка, она словно обволакивала измученного помощника, увлекая его в мир тишины и спокойствия безмятежной души Мак-Коя.</p>
     <p>— У нас нет ни шхуны, ни куттера, — ответил он. — А пироги мы втаскиваем на скалы.</p>
     <p>— Ну уж не морочьте мне голову, — проворчал помощник. — Как же вы добираетесь до других островов?</p>
     <p>— А мы и не добираемся до них. Я, как губернатор Питкэрна, еще иногда бываю на других островах. Прежде, когда я был помоложе, я то и дело уезжал с острова — чаще всего на миссионерском бриге, а иногда и на торговых шхунах. Но этого брига больше нет, и мы целиком зависим от идущих мимо судов. Бывает, к нам заходит в год пять, а то и шесть судов. А иной год и ни одного. Ваша шхуна — первая за последние семь месяцев.</p>
     <p>— Неужели вы думаете, я поверю… — начал было старший помощник, но капитан Девенпорт перебил его:.</p>
     <p>— Ну, хватит. Мы теряем время. Что же делать, мистер Мак-Кой?</p>
     <p>Карие, женственно-кроткие глаза старика обратились к одиноко высившемуся среди океана скалистому острову, затем он перевел взгляд — капитан с помощником наблюдали за ним — на столпившуюся на носу команду, напряженно ждавшую его решения.</p>
     <p>Мак-Кой не торопился с ответом. Он размышлял долго, обстоятельно, с уверенностью человека, душу которого никогда ничто не омрачало.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_086.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Ветер сейчас совсем слабый, — сказал он наконец. — Но немного западнее проходит сильное течение.</p>
     <p>— Поэтому-то мы и вышли на подветренную сторону, — перебил его капитан, желая показать, что и он владеет искусством мореходства.</p>
     <p>— Да, поэтому вы и вышли на подветренную сторону, — продолжал Мак-Кой. — Но сегодня вам все равно не удастся справиться с этим течением. А если б даже и удалось, все равно здесь нет отмели. Разобьете судно о скалы.</p>
     <p>Он замолчал; капитан и старший помощник обменялись взглядом, полным отчаяния.</p>
     <p>— Остается единственный выход, — снова заговорил Мак-Кой. — К ночи ветер покрепчает. Видите вон те облачка и марево с наветренной стороны? Вот оттуда-то, с юго-востока, он и задует. Отсюда до Мангаревы триста миль. Идите прямехонько туда. Там превосходная лагуна.</p>
     <p>Старший помощник покачал головой.</p>
     <p>— Зайдем в каюту и посмотрим карту, — предложил капитан.</p>
     <p>Когда они вошли в каюту, в ноздри Мак-Кою ударил резкий, удушливый запах. Невидимый газ разъедал глаза, причиняя нестерпимую боль. На горячей палубе невозможно было стоять босиком. Пот градом катил с Мак-Коя. Он чуть не с ужасом поглядел вокруг. Поразительная жара. Просто диво, что каюта еще не объята огнем. Мак-Кою почудилось, что его сунули в гигантскую печь, которая вот-вот разгорится и поглотит его, как былинку, в своем полыхающем чреве.</p>
     <p>Помощник капитана увидел, как Мак-Кой, подняв ногу, потер обожженную подошву о штанину, и жестко рассмеялся.</p>
     <p>— Преддверие ада, не так ли? А спуститесь ниже, угодите в самый ад.</p>
     <p>— Ну и пекло! — вскричал Мак-Кой, вытирая лицо цветным носовым платком.</p>
     <p>— Вот Мангарева, — проговорил капитан, склонившись над столом и указывая на черную точку, затерявшуюся среди белой пустыни карты. — А между Питкэрном и Мангаревой есть еще один остров. Почему бы нам не пойти к нему?</p>
     <p>Мак-Кой даже не взглянул на карту.</p>
     <p>— Это остров Полумесяца. Он необитаем, поднимается над морем фута на два-три, не больше. Есть лагуна, но в нее не войти. Нет, Мангарева — ближайшее и самое подходящее для вас место.</p>
     <p>— Ну что ж, Мангарева так Мангарева, — сказал капитан Девенпорт, предупреждая возражения старшего помощника. — Созовите команду на корму, мистер Кониг.</p>
     <p>Матросы повиновались и устало поплелись на корму. В каждом их движении чувствовалось страшное переутомление. Из камбуза вышел кок, рядом с ним стал юнга.</p>
     <p>Когда капитан объяснил обстановку и сообщил о своем решении идти на Мангареву, поднялся возмущенный ропот. В общем гуле хриплых голосов порой слышались невнятные гневные выкрики, то там, то здесь раздавались громкие проклятия. На мгновение все заглушил пронзительный голос матроса-кокни <a l:href="#n_773" type="note">[773]</a>:</p>
     <p>— Да пропадите вы пропадом! Мало вам, что вот уже две недели мы жаримся в аду? Теперь нас снова хотят заставить идти черт знает куда на этой адской посудине!</p>
     <p>Они не поддавались никаким уговорам капитана, и лишь кроткое спокойствие Мак-Коя, казалось, умиротворило их: мало-помалу ропот и проклятия затихли, и вскоре все матросы, кроме двух-трех, не сводивших с капитана тревожных глаз, устремили взгляды на зеленые, нависшие над морем скалы Питкэрна.</p>
     <p>Словно ласковый ветерок прошелестел голос Мак-Коя:</p>
     <p>— Капитан! Мне послышалось, матросы говорили, что они голодают?</p>
     <p>— Да, так оно и есть. За последние два дня я сам съел один сухарь и маленький кусочек рыбы. Есть нечего. Когда мы обнаружили, что зерно загорелось, мы тут же задраили люки, надеялись, что задушим огонь. А уж после этого увидели, что в камбузе у нас мало съестных припасов. Но было уже поздно. Вскрыть люки мы не рискнули. Голодают? Я голодаю не меньше их.</p>
     <p>Он снова принялся уговаривать матросов, и снова поднялся угрожающий ропот и послышались проклятия, снова на лицах появилось выражение гнева и злобы. Позади капитана, на полуюте, встали второй и третий помощники. Лица их не выражали ничего, кроме усталости и равнодушия; казалось, бунт команды вызывает у них только скуку. Капитан Девенпорт вопросительно посмотрел на старшего помощника, но тот беспомощно пожал плечами.</p>
     <p>— Теперь вы понимаете, — обернулся капитан к Мак-Кою, — что невозможно заставить людей уйти от острова, в котором они видят единственное спасение, и на горящем судне снова пуститься в море. Больше двух недель шхуна, по существу, была им плавучим гробом. Они выбились из сил, изголодались — словом, достаточно натерпелись. Нам остается только одно: пробиваться к Питкэрну!</p>
     <p>Но ветра по-прежнему не было, днище шхуны обросло ракушками, и она снова и снова безуспешно пыталась преодолеть мощное западное течение. К концу второго часа их отнесло назад на три мили. Матросы работали с отчаянием обреченных, словно пытались передать судну частицу своей силы и помочь ему в борьбе с враждебной стихией. Но все было напрасно: шхуну неуклонно, сначала левым бортом, потом правым, относило на запад. Капитан беспокойно шагал по палубе, лишь изредка останавливаясь перед плывущей по воздуху струйкой дыма и пытаясь найти щель, из которой она пробилась. Корабельный плотник без устали разыскивал такие щели, а найдя, наглухо конопатил их.</p>
     <p>— Ну, что скажете? — вдруг обратился капитан к Мак-Кою, с детским любопытством наблюдавшему за плотником.</p>
     <p>Мак-Кой посмотрел на берег, который медленно исчезал в сгущавшейся дымке.</p>
     <p>— Мне думается, лучше уходить на Мангареву. Ветер свежеет, завтра к вечеру вы будете на месте.</p>
     <p>— А что, если пламя вырвется наружу? Этого можно ждать в любую минуту.</p>
     <p>— Держите шлюпки наготове. Если и начнется пожар, доберетесь с попутным ветром до Мангаревы на шлюпках.</p>
     <p>Капитан на минуту задумался, и тут Мак-Кой услышал вопрос, которого он не желал бы слышать, но которого ждал все это время.</p>
     <p>— У меня нет карты Мангаревы. На большой карте она крошечная точка. Мне не найти входа в лагуну. Не пойдете ли вы с нами?</p>
     <p>Ничто не могло нарушить спокойствия Мак-Коя.</p>
     <p>— Хорошо, капитан, — ответил он с такой безмятежностью, с какой принял бы приглашение на обед. — Я пойду с вами на Мангареву.</p>
     <p>Снова команду созвали на корму, и, стоя на полуюте, капитан снова обратился к матросам:</p>
     <p>— Мы сделали все, что было в наших силах, но вы сами видите: к Питкэрну не подойти. Нас относит течение со скоростью двух узлов. Вот этот джентльмен, его превосходительство Мак-Кой, — губернатор и главный судья острова Питкэрн. Он идет с нами на Мангареву. Значит, положение наше не такое уж скверное. Разве согласился бы он пойти с нами, если б думал, что ему грозит смерть? Сколь бы ни был велик риск, раз он по доброй воле пошел на него, нам уж сам бог велел делать то же самое. Ну так что, идем мы на Мангареву?</p>
     <p>На сей раз взрыва не последовало. Уверенность и спокойствие, которые, казалось, излучал Мак-Кой, возымели свое действие. Матросы начали вполголоса совещаться. Совещание длилось недолго. По сути дела, они были единодушны в своем решении. Объявить о нем они поручили матросу-кокни. Преисполненный сознанием собственной доблести, гордясь собой и своими товарищами, избранник матросов воскликнул с горящими глазами:</p>
     <p>— Клянусь богом! Если он пойдет, то и мы пойдем! Матросы нестройно поддержали его и разошлись.</p>
     <p>— Постойте-ка, капитан, — сказал Мак-Кой, заметив, что тот собирается отдать приказание старшему помощнику. — Прежде чем отправиться с вами, я должен съездить на берег.</p>
     <p>Мистер Кониг застыл на месте от изумления и уставился на Мак-Коя, словно на сумасшедшего.</p>
     <p>— Съездить на берег! — повторил капитан. — Зачем? Пока вы доберетесь в своей пироге до Питкэрна, пройдет не меньше трех часов.</p>
     <p>Мак-Кой прикинул на взгляд расстояние до острова и утвердительно кивнул.</p>
     <p>— Ваша правда. Сейчас шесть. Раньше девяти мне до берега не доплыть. Люди соберутся только к десяти. Но к ночи ветер обязательно покрепчает, вы сможете поднять паруса и на рассвете подберете меня прямо в море.</p>
     <p>— Ради всего святого, — взорвался капитан, — для чего вам понадобилось собирать жителей? Неужто вы еще не поняли, что у нас под ногами полыхает огонь?</p>
     <p>Мак-Кой оставался невозмутим и спокоен, точно океан в летнюю пору, и буря негодования пронеслась мимо — океан не подернулся даже легкой рябью.</p>
     <p>— Я понимаю, капитан, что шхуна горит, — проворковал он. — Только поэтому я и согласился идти с вами на Мангареву. Но я должен получить на это разрешение граждан. Таков наш обычай. Не так уж часто губернатор покидает остров. Тогда на карту ставятся интересы всех жителей, поэтому они вправе либо дать согласие на его отъезд, либо ответить отказом. Но я знаю, они согласятся.</p>
     <p>— Вы в этом уверены?</p>
     <p>— Совершенно.</p>
     <p>— А если так, то зачем же зря терять время? Подумайте, насколько это нас задержит — на целую ночь!</p>
     <p>— Таков наш обычай, — последовал невозмутимый ответ. — Кроме того, как губернатор, я должен оставить на время моего отсутствия кое-какие распоряжения.</p>
     <p>— Но ведь до Мангаревы ходу-то всего двадцать четыре часа, — возразил капитан. — Даже если в обратный путь вам придется идти против ветра и времени на него уйдет в шесть раз больше, то и тогда вы будете дома не позже, чем через неделю.</p>
     <p>Мак-Кой улыбнулся своей ласковой, доброй улыбкой.</p>
     <p>— Должно быть, вы не знаете, что суда в Питкэрн заходят очень редко; а уж если и заходят, то только те, что идут из Сан-Франциско, или те, что огибают мыс Горн. Если я вернусь на Питкэрн через полгода, считайте, что мне повезло. Быть может, мне придется отсутствовать и целый год, а быть может, придется добираться до Сан-Франциско и уж там ждать попутного судна. Однажды мой отец уехал с острова на три месяца, а прошло два года, прежде чем ему удалось вернуться домой. К тому же у вас плохо с провизией. Если дойдет до того, что надо будет пересаживаться в шлюпки да еще и погода испортится, не так-то скоро вы доберетесь до суши. Я приведу две пироги с провизией. Лучше всего, пожалуй, взять сушеных бананов. Как только ветер усилится, набирайте ход. Чем ближе вы подойдете к острову, тем тяжелее я нагружу свои пироги. До свидания.</p>
     <p>Он протянул капитану руку. Девенпорт крепко пожал ее и на секунду задержал в своей. Казалось, он цепляется за нее с тем же отчаянием, с каким утопающий цепляется за спасательный круг.</p>
     <p>— Могу я быть уверен, что утром вы вернетесь? — спросил он.</p>
     <p>— То-то и оно-то! — крикнул старший помощник. — Откуда нам знать, не выдумал ли он всего, чтобы спасти собственную шкуру?</p>
     <p>Мак-Кой ничего не ответил. Он посмотрел на них ласково и мягко, и обоим показалось, что вместе с его взглядом им передалась частица его огромной душевной убежденности.</p>
     <p>Капитан выпустил его руку, и, окинув в последний раз ласковым взглядом шхуну и матросов, Мак-Кой перелез через поручни и спустился в пирогу.</p>
     <p>Ветер усилился, и шхуне удалось, несмотря на обросшее ракушками дно, уйти на несколько миль от западного течения. На рассвете, когда до Питкэрна оставалось не больше трех миль, капитан увидел две быстро приближающиеся к шхуне пироги. И снова Мак-Кой вскарабкался на борт и спрыгнул на горячую палубу "Пиренеев". Затем наверх подняли обернутые сухими листьями тюки сушеных бананов.</p>
     <p>— А теперь, капитан, — сказал Мак-Кой, — летим на всех парусах. Я ведь не моряк, — объяснил он спустя несколько минут, стоя на корме рядом с капитаном, который переводил взгляд с неба на воду, прикидывая скорость судна. — Ваше дело довести шхуну до Мангаревы, а уж там-то я введу ее в лагуну. Как по-вашему, сколько она делает узлов?</p>
     <p>— Одиннадцать, — ответил капитан, бросив последний взгляд на пенящуюся за бортом воду.</p>
     <p>— Одиннадцать, — повторил Мак-Кой. — Ну что ж, если она сохранит эту скорость, завтра утром, между восемью и девятью, мы увидим Мангареву. К десяти, самое позднее к одиннадцати, я подведу шхуну к берегу, и всем вашим несчастьям наступит конец.</p>
     <p>В голосе Мак-Коя звучала такая убежденность, что капитану показалось, будто блаженная минута спасения уже наступила. Больше двух недель вел он по океану горящее судно. Еще немного, и он не вынесет страшного напряжения.</p>
     <p>Ветер налетел шквалом, ударил его в спину и засвистел в ушах. Капитан мысленно определил его силу и быстро глянул за борт.</p>
     <p>— А ветер-то все крепчает, — объявил он. — Старушка выжимает, пожалуй, все двенадцать. Если ветер продержится, мы к рассвету покроем путь до Мангаревы.</p>
     <p>Весь день шхуна с горящим грузом неслась по вспененному, яростно клокочущему океану. К ночи подняли бом-брамсель и брамсель, и шхуна продолжала лететь в кромешной тьме, разрезая и оставляя позади огромные ревущие валы. Попутный ветер сделал свое дело, и настроение команды явно улучшилось. Когда сменилась вторая вахта, какой-то беззаботный матрос даже затянул песню, а когда пробило восемь склянок, ее подхватила уже вся команда.</p>
     <p>Капитан Девенпорт велел постелить себе на палубе рубки.</p>
     <p>— Я уже забыл, что такое сон, — пожаловался он Мак-Кою. — Совсем выбился из сил. Но вы разбудите меня, как только сочтете нужным.</p>
     <p>В три часа ночи капитан проснулся от легкого прикосновения к плечу. Он быстро сел и прислонился спиной к световому люку, еще не очнувшись от короткого тяжелого сна. Ветер по-прежнему пел в снастях свою воинственную песню, все так же бушевал океан, яростно швыряя "Пиренеи" из стороны в сторону. Шхуна черпала воду то одним бортом, то другим, волны то и дело заливали палубу. Мак-Кой что-то крикнул ему — капитан не расслышал. Он схватил Мак-Коя за плечо и притянул к себе так, что его ухо оказалось вровень с губами Мак-Коя.</p>
     <p>— Сейчас три часа, — услышал он голос Мак-Коя, не утерявший своей голубиной кротости, но странно приглушенный, словно доносился откуда-то издалека. — Мы прошли двести пятьдесят миль. Прямо по носу, милях в тридцати, остров Полумесяца. На нем нет маяков. Если мы будем нестись так, как несемся сейчас, наверняка наскочим на него, — сами погибнем и шхуну потеряем.</p>
     <p>— Вы считаете, надо ложиться в дрейф?</p>
     <p>— Да, до рассвета. Это задержит нас всего на четыре часа.</p>
     <p>И шхуна с объятым огнем чревом легла в дрейф, вступив в отчаянную схватку со штормом и приняв на себя всю ярость сокрушающих ударов ревущего океана, — охваченная пламенем скорлупка, за которую цеплялась кучка людей, из последних сил пытающихся выиграть сражение с взбунтовавшейся стихией.</p>
     <p>— Никак не возьму в толк, откуда налетел шторм, — сказал Мак-Кой капитану, когда они добрались до подветренной стороны рубки. — В это время года не должно бы быть никакого шторма. Да и вообще с погодой творится что-то неладное. Пассат прекратился, а шторм налетел совсем с другой стороны. — Он махнул в темноту, словно взгляд его обладал способностью проникать за сотни миль. — Он несется на запад — где-то сейчас происходят вещи куда страшнее, чем здесь, — ураган, или что-нибудь в этом роде. Наше счастье, что нас отнесло так далеко к востоку. Шторм скоро прекратится, уж что-что, а это-то я знаю наверняка.</p>
     <p>С рассветом шторм и в самом деле утих. Но рассвет принес с собой новую опасность, еще более грозную. Над океаном навис густой туман, вернее, жемчужно-серая мгла; плотная и непроницаемая для глаза, она в то же время пропускала солнечные лучи, и они пронизывали ее насквозь, наполняя ярким переливчатым сиянием.</p>
     <p>На палубе "Пиренеев" в это утро вилось больше дымков, чем накануне, и приподнятого настроения офицеров и матросов как не бывало. С подветренной стороны камбуза доносились всхлипывания юнги. Это был его первый рейс, и сердце его переполнял страх смерти. Капитан, как неприкаянный, слонялся по шхуне, хмурясь и нервно покусывая усы, не зная, на что решиться.</p>
     <p>— Ну, а вы что скажете? — спросил он, останавливаясь возле Мак-Коя, который ел сушеные бананы и запивал их холодной водой.</p>
     <p>Мак-Кой доел последний банан, допил воду и медленно осмотрелся. Взгляд его, который он обратил на капитана, лучился теплым сочувствием.</p>
     <p>— Что ж, капитан, — сказал он, — чем гореть, стоя на месте, лучше идти вперед. Не может же палуба бесконечно сдерживать натиск огня. Сегодня она куда горячее, чем вчера. Не найдется ли у вас для меня пары ботинок? Трудновато становится ходить босиком.</p>
     <p>При развороте шхуну захлестнули две огромные волны, и старший помощник заметил, что неплохо было бы залить эту воду в трюм, если б не надо было при этом отдраивать люки. Мак-Кой наклонился над компасом, проверяя курс судна.</p>
     <p>— Я бы взял круче к ветру, капитан, — сказал он. — Нас здорово отнесло, пока мы лежали в дрейфе.</p>
     <p>— Я уже взял правее на один румб. Мало?</p>
     <p>— Прибавьте еще один, капитан. Шторм подогнал западное течение, теперь оно сильнее, чем вы думаете.</p>
     <p>Капитан согласился на полтора румба и в сопровождении Мак-Коя и старшего помощника отправился на мостик посмотреть, не появится ли впереди земля. Были поставлены все паруса, и шхуна летела вперед со скоростью десять узлов. Океан быстро успокаивался. Но беспросветная жемчужная мгла по-прежнему плотно окутывала "Пиренеи", и к десяти часам капитан начал нервничать. Все матросы стояли на своих местах, готовые, как только завидят сушу, броситься к снастям и повернуть шхуну по ветру. Наткнись они в такой мгле на коралловый риф, шхуна неминуемо погибнет.</p>
     <p>Прошел еще час. Трое марсовых напряженно всматривались в светящуюся на солнце жемчужную мглу.</p>
     <p>— А что, если мы прошли мимо Мангаревы? — вдруг спросил капитан.</p>
     <p>— Пусть себе бежит вперед, капитан, — мягко ответил Мак-Кой, не сводя глаз с океана. — Это все, что мы можем сделать. Впереди — все Паумоту. На тысячу миль вокруг — рифы и атоллы. Где-нибудь да высадимся.</p>
     <p>— Ну что ж, вперед так вперед. — Капитан начал спускаться на палубу. — Должно быть, мы уже пропустили Мангареву. Одному богу известно, когда теперь попадется другой остров. Я жалею, что не послушался вас и не взял на полрумба правее, — признался он минутой позже. — Проклятое течение! Злые шутки играет оно с моряками!</p>
     <p>— Старые моряки называли Паумоту "Опасным Архипелагом", — сказал Мак-Кой, когда они вернулись на корму. — А все из-за этого течения.</p>
     <p>— Однажды я разговорился в Сиднее с одним малым, — начал мистер Кониг. — Он исходил все Паумоту на торговых судах. Так он уверял меня, что страховой взнос здесь составляет восемнадцать процентов. Это правда?</p>
     <p>Мак-Кой улыбнулся и кивнул.</p>
     <p>— Все верно, да только компании вовсе отказываются страховать суда, — объяснил он. — Каждый год владельцы списывают двадцать процентов стоимости своих шхун.</p>
     <p>— Боже мой! — простонал капитан. — Значит, шхуна через пять лет ничего не стоит! — Он грустно покачал головой. — Страшные воды, страшные воды!</p>
     <p>Они снова пошли в каюту посмотреть на большую карту, но каюта была полна ядовитых паров, и, задыхаясь и кашляя, они выбежали на палубу.</p>
     <p>— Вот остров Моренаут. — Капитан показал на карту, которую он расстелил на крыше рубки. — До него не больше сотни миль, если идти в подветренную сторону.</p>
     <p>— Сто десять. — Мак-Кой с сомнением покачал головой. — Можно попытаться подойти к нему, но это очень трудно. Может быть, мне и удастся подвести шхуну к берегу, но с таким же успехом я могу посадить ее на риф. Плохое место, очень плохое.</p>
     <p>— И все-таки попытаемся, — решил капитан и принялся прокладывать новый курс.</p>
     <p>После полудня убавили парусов, чтобы в темноте не пройти мимо острова, и когда подошло время второй вахты, совсем было приунывшая команда снова воспрянула духом. Земля уже близко, рано поутру их мучениям наступит конец.</p>
     <p>Утро следующего дня выдалось тихое и ясное, на горизонте вставало пылающее тропическое солнце. Юго-восточный пассат повернул на восток и гнал шхуну со скоростью восемь узлов. Капитан Девенпорт определил точное место судна, сделав поправку на течение, и объявил, что до Моренаута осталось не больше десяти миль. Шхуна прошла десять миль и еще десять, но тщетно марсовые на всех трех мачтах всматривались в даль: ничто не нарушало однообразия пустынного, сияющего в лучах солнца океана.</p>
     <p>— И все-таки земля совсем рядом! — прокричал им с кормы капитан Девенпорт.</p>
     <p>Мак-Кой успокаивающе улыбнулся, а капитан схватил секстан и, бросив на Мак-Коя безумный взгляд, снова принялся за вычисления.</p>
     <p>— Так и знал, что я прав! — закричал он, кончив вычисления. — Двадцать один и пятьдесят пять южной широты; один — тридцать шесть и два — западной долготы. Вот где мы сейчас находимся. Остров в восьми милях под ветром. А что у вас получилось, мистер Кониг?</p>
     <p>Старший помощник просмотрел свои выкладки и тихо сказал:</p>
     <p>— Широта у меня та же, что и у вас, — двадцать один и пятьдесят пять, но долгота совсем другая: один — тридцать шесть, сорок восемь. Это значит, что остров с наветренной стороны и…</p>
     <p>Но капитан встретил его слова таким презрительным молчанием, что мистеру Конигу не оставалось ничего другого, как заскрежетать зубами и пробормотать про себя проклятие.</p>
     <p>— Круче к ветру! — приказал капитан рулевому. — Три румба вправо, так держать!</p>
     <p>Он снова углубился в вычисления, заново проверяя их. Пот лил с него градом. Он нервно кусал губы, жевал усы, грыз карандаш и глядел на цифры с таким ужасом, словно перед ним стояло привидение. Внезапно, охваченный дикой вспышкой гнева, он скомкал исписанный листок и растоптал его ногами. Мистер Кониг злорадно ухмыльнулся, а капитан прислонился к рубке и в течение получаса молчал, размышляя и безнадежно глядя на океан.</p>
     <p>— Мистер Мак-Кой, — вдруг прервал он молчание. — Милях в сорока отсюда, к северу или к северо-северо-западу, на карте указана группа островов — острова Актеона. Что вы о них скажете?</p>
     <p>— Их четыре, и все они очень низкие, — ответил Мак-Кой. — Первый, к юго-востоку, — Матуэри. Людей нет, лагуна закрыта. Потом идет Тенарунга. Когда-то на этом острове было десятка два жителей, но теперь там, наверно, никого не осталось. Да и неважно, живут ли на нем люди, — вход в лагуну очень мелкий, всего шесть футов, шхуне в нее не войти. Два других острова — Вехауга и Теуараро. Ни людей, ни лагун, — очень низкие. Ни к одному из этих островов шхуне не пристать — верная гибель.</p>
     <p>— Да что же это такое! — в бешенстве вскричал капитан. — Людей нет! Лагуны закрыты! На кой черт они тогда годятся, эти острова? Ну, ладно! — рявкнул он вдруг, словно разъяренный терьер. — К северо-западу от нас на карту нанесена целая куча островов. А о них что вы скажете? Неужто ни к одному нельзя подойти?</p>
     <p>Мак-Кой спокойно обдумывал ответ. Ему не нужно было смотреть на карту. Все эти острова, рифы, мели, лагуны и расстояния между ними были давным-давно занесены на карту его памяти. Он знал их так же хорошо, как городской житель знает дома, улицы и переулки своего родного города.</p>
     <p>— Панакена и Ванавана отсюда милях в ста, а то и больше, к западу, вернее, к северо-западу, — сказал он. — Один необитаем, а жители второго, слышал я, перебрались на остров Кадмус. Как бы там ни было, в лагуны этих островов нет входа. Еще в ста милях к северо-западу остров Ахунуи. Ни входа в лагуну, ни людей.</p>
     <p>— Ладно. В сорока милях от них еще два острова? — Капитан Девенпорт поднял голову от карты.</p>
     <p>Мак-Кой кивнул.</p>
     <p>— Да, Парос и Манухунги — ни входа в лагуну, ни людей. В сорока милях от них — Ненго-Ненго. И тоже — ни людей, ни лагуны. Но рядом с ним остров Хао. Это как раз то, что нам надо. Лагуна имеет тридцать миль в длину и пять в ширину. Полным-полно народу. Сколько угодно пресной воды. В лагуну может войти судно любого размера.</p>
     <p>Мак-Кой умолк и сочувственно посмотрел на капитана; Девенпорт, вооружившись измерительным циркулем, снова склонился над картой и глухо застонал.</p>
     <p>— Неужели ближе Хао нет ни одного острова с открытой лагуной? — спросил он.</p>
     <p>— Нет, капитан. Это ближайший.</p>
     <p>— Но ведь до него триста сорок миль. — Капитан говорил медленно, но решительно. — Я не могу пойти на такой риск и взять на себя ответственность за жизнь вверенных мне людей. Уж лучше я потоплю шхуну на рифах островов Актеона. А жаль, неплохое ведь судно, — добавил он огорченно, отдавая распоряжение об изменении курса и делая большую, чем прежде, поправку на снос западным течением.</p>
     <p>Прошел час, и небо заволокли тяжелые тучи. Все еще дул юго-восточный пассат, но океан стал похож на черно-белую шахматную доску, по которой перекатывались и вздымались пенные гребни волн.</p>
     <p>— В час, самое позднее в два мы подойдем к островам, — уверенно объявил капитан. — Ваша задача, Мак-Кой, подвести шхуну к тому из них, на котором живут люди.</p>
     <p>Солнце в этот день больше не показывалось; пробило час, но впереди не было видно никаких островов. Капитан мрачно смотрел на тянущийся за "Пиренеями" бурлящий след.</p>
     <p>— Бог мой! — вдруг закричал он. — Смотрите-ка! Восточное течение!</p>
     <p>Мистер Кониг недоверчиво посмотрел за корму. Мак-Кой уклонился от прямого ответа, но заметил, что не видит причин, почему бы на Паумоту не быть восточному течению. От налетевшего шквала шхуна вдруг словно застыла на месте и полетела в бездонную пропасть между двумя высоченными волнами.</p>
     <p>— Посмотрите на лот! Эй, вы там! — Капитан Девенпорт держал лотлинь и следил, как судно отклонялось от курса к северо-востоку. — Вон оно, смотрите! Подержите-ка лотлинь, увидите сами!</p>
     <p>Мак-Кой и старший помощник схватились за линь и почувствовали, как он трепещет, подхваченный силой течения.</p>
     <p>— Течение в четыре узла, — заметил мистер Кониг.</p>
     <p>— Восточное течение вместо западного! — сказал капитан, осуждающе глядя на Мак-Коя, словно это он был виноват в том, что произошло.</p>
     <p>— Вот вам одна из причин, капитан, почему страховой взнос в этих местах составляет восемнадцать процентов, — весело ответил Мак-Кой. — Никогда не знаешь, что тебя ждет. Течения то и дело меняются. Один человек — забыл его имя, он книги писал и плавал на яхте "Каско", — так однажды он, вместо того чтобы пристать к Такароа, прошел от него в тридцати милях и оказался у острова Тикеи, а все из-за того, что переменилось течение. Мы сейчас идем с наветренной стороны, и лучше бы взять на несколько румбов круче.</p>
     <p>— Но насколько отнесло нас это течение? — раздраженно сказал капитан. — Откуда мне знать, сколько брать румбов?</p>
     <p>— Я тоже не знаю, капитан, — кротко ответил Мак-Кой.</p>
     <p>Снова подул ветер, и шхуна круто повернула по ветру; с палубы по-прежнему поднимались тоненькие струйки дыма, тускло мерцая в сером свете дня. Но вот шхуну снова отнесло назад, она сделала поворот фордевинд, пересекла свой след, бороздя океан и нащупывая путь к островам Актеона, которых по-прежнему не видели марсовые на мачтах.</p>
     <p>Капитан Девенпорт был вне себя от ярости. Гнев его вылился в форму мрачного молчания, и с, полудня до самого вечера он только угрюмо шагал по палубе или молча стоял, прислонившись к вантам. С наступлением ночи, даже не посоветовавшись с Мак-Коем, он отдал приказ изменить курс на северо-запад. Мистер Кониг исподтишка бросил взгляд на карту и компас, а Мак-Кой, не скрываясь, простодушно сверился с компасом, и оба они поняли, что шхуна взяла направление к острову Хао. К полуночи ветер стих, небо усеяли звезды. Капитан Девенпорт приободрился в надежде на тихую погоду.</p>
     <p>— Место корабля определю утром, — сказал он Мак-Кою, — хотя, на какой мы теперь долготе, для меня загадка. Но я думаю воспользоваться способом равных высот Сомнера. Вы знаете, что такое линия Сомнера?</p>
     <p>И он подробно объяснил Мак-Кою метод определения места по способу Сомнера.</p>
     <p>Утро выдалось ясное. С востока дул ровный пассат, и шхуна так же ровно бежала вперед со скоростью девяти узлов. Капитан и старший помощник определили местонахождение судна по способу Сомнера, цифры у обоих сошлись, и сделанные в полдень наблюдения лишь подтвердили правильность полученных утром данных.</p>
     <p>— Еще двадцать четыре часа, и мы будем у цели, — уверял Мак-Коя капитан. — Просто чудо, как еще держится палуба нашей славной старушки! Но ее ненадолго хватит, нет, нет, ненадолго. Посмотрите, как дымится, с каждым днем все сильнее и сильнее. А ведь пригнана была на славу, перед выходом из Фриско ее заново проконопатили. Я даже удивился, когда в первый раз прорвался огонь и пришлось задраить люки. Что такое?</p>
     <p>Он внезапно умолк и испуганно уставился на тоненькую струйку дыма, вьющуюся за бизань-мачтой на высоте двадцати футов над палубой. От удивления у него даже отвисла челюсть.</p>
     <p>— Откуда он там взялся? — возмутился он.</p>
     <p>Ниже никакого дыма не было. Должно быть, струйка дыма перелетела сюда с палубы и, найдя приют от ветра под прикрытием мачты, по какому-то странному капризу природы обрела форму и видимость на высоте двадцати футов от палубы. Вот она оторвалась от мачты и на короткое мгновение нависла над головой капитана, словно грозное предзнаменование судьбы. В следующую минуту порыв ветра подхватил ее и унес в океан, а челюсть капитана вновь приняла нормальное положение.</p>
     <p>— Так вот, когда мы впервые задраили люки, я удивился. Уж как хорошо была пригнана палуба, и все же дым просачивался сквозь нее, словно сквозь сито. С тех пор мы только и делаем, что конопатим ее. Должно быть, давление в трюме огромное, если дым находит столько лазеек.</p>
     <p>В тот вечер небо вновь затянуло тучами, начал моросить дождь. Ветер все время менял направление, то дул с юго-востока, то с северо-востока; в полночь с юго-запада налетел сильный шквал, отбросил шхуну назад, и с этой минуты ветер дул, не переставая ни на секунду.</p>
     <p>— Нам не добраться до Хао раньше десяти или одиннадцати, — простонал капитан в семь утра, когда нависшая на востоке мрачная громада туч унесла последнюю слабую надежду на солнечный день. В следующую минуту он уже уныло спрашивал:</p>
     <p>— Ну где же эти течения?</p>
     <p>Марсовые на мачтах по-прежнему не видели землю, и весь день то стоял штиль и моросил дождь, то порывами налетал ветер. К ночи с запада пошли огромные волны. Барометр упал до 29.50. Ветра почти не было, но зловещие волны все сильнее и сильнее бились о борта "Пиренеев". Не прошло и часа, как шхуну завертело в водовороте огромных валов, бесконечной чередой мчавшихся с запада из бездны ночи. Быстро, как только смогли падавшие от усталости матросы обеих вахт, убрали паруса, и к шуму ревущих волн добавился угрожающий ропот и жалобы выбившихся из сил матросов. А когда вахтенных матросов вызвали на корму крепить снасти, они уже открыто выразили свое нежелание повиноваться. В каждом их движении крылись протест и угроза. Воздух был влажный и словно бы липкий, матросы дышали тяжело и часто, жадно ловя ртом воздух. Пот лил по обнаженным рукам и лицам матросов, по измученному, еще более мрачному, чем когда-либо, лицу капитана, и в его застывших глазах притаилась тревога и сознание неизбежной гибели.</p>
     <p>— Ураган проходит западнее, — ободряюще сказал Мак-Кой. — Самое худшее — заденет нас краем.</p>
     <p>Но капитан даже не обернулся и принялся читать при свете фонаря "Наставление морякам по вождению судов в циклоны и штормы". Молчание нарушали лишь доносящиеся со спардека всхлипывания юнги.</p>
     <p>— Да замолчишь ли ты! — крикнул капитан с такой яростью, что все, кто был на палубе, вздрогнули, а преступник завопил от страха пуще прежнего. — Мистер Кониг, — обратился капитан к старшему помощнику дрожащим от возбуждения и гнева голосом, — сделайте одолжение, заткните шваброй глотку этому отродью!</p>
     <p>Но к мальчику отправился Мак-Кой, и через несколько минут всхлипывания прекратились — юнга успокоился и заснул.</p>
     <p>Перед рассветом с юго-востока повеяло первым дыханием свежего ветерка, мало-помалу усиливавшегося и перешедшего в легкий ровный бриз. Вся команда собралась на палубе, тревожно ожидая, что последует дальше.</p>
     <p>— Ну вот, теперь все будет в порядке, капитан, — сказал Мак-Кой, стоя бок о бок с Девенпортом. — Ураган промчался на запад, а мы много южнее. До нас дошел только этот бриз. Сильнее он уже не станет. Можно ставить паруса.</p>
     <p>— А что от них толку? Куда мне вести шхуну? Вот уже два дня, как мы не знаем, где находимся, а ведь мы должны были увидеть Хао еще вчера утром. Куда нас несет: на север, юг, восток — или куда? Ответьте, и я в мгновение ока подниму все паруса.</p>
     <p>— Я не моряк, капитан, — мягко сказал Мак-Кой.</p>
     <p>— Когда-то я считал себя моряком, — послышалось в ответ, — до тех пор, пока не попал на эти проклятые Паумоту.</p>
     <p>В полдень с мачты раздался крик:</p>
     <p>— Прямо по носу буруны!</p>
     <p>Моментально сбавили ход и начали убирать паруса. Судно медленно скользило вперед, борясь с течением, грозившим бросить его на рифы. Офицеры и матросы работали как одержимые, им помогали кок, юнга, капитан Девенпорт, Мак-Кой. Шхуна была на волосок от гибели: прямо перед ними тянулась низкая отмель, унылый и опасный клочок земли, непригодный для жилья, о который безостановочно разбивались волны и на котором даже птицам негде было свить гнезда. Шхуна прошла мимо отмели в каких-нибудь ста ярдах и опять забрала ветер. Как только опасность миновала, задыхающиеся от только что пережитого волнения матросы обрушили поток ругательств и проклятий на голову Мак-Коя. Это он явился к ним на шхуну и предложил идти на Мангареву! Он лишил их безопасного приюта на Питкэрне и привел на верную гибель в эти изменчивые, страшные просторы океана! Но ничто не могло нарушить безмятежного спокойствия Мак-Коя. Он улыбнулся матросам, и столько доброжелательности было в его улыбке, что лучившаяся от него доброта, казалось, проникла в мрачные, полные отчаяния души матросов, и, посрамленные, они замолкли.</p>
     <p>— Страшные воды, страшные воды, — бормотал капитан, пока шхуна медленно уходила от опасного места. Вдруг он замолчал и уставился на отмель. Она должна была бы находиться прямо за кормой, но почему-то оказалась с наветренной стороны шхуны.</p>
     <p>Он сел и закрыл лицо руками. И все — и старший помощник, и Мак-Кой, и матросы — увидели то, что увидел капитан. Южную оконечность отмели омывало восточное течение, отнесшее к ней шхуну; у северного конца отмели проходило западное течение, захватившее шхуну и медленно увлекавшее ее прочь.</p>
     <p>— Когда-то я слышал об этих Паумоту, — со стоном сказал капитан, поднимая белое, как полотно, лицо. — Мне рассказывал о них капитан Мойендейл, после того как потерял здесь судно. А я тогда посмеялся над ним. Да простит меня бог за то, что я посмеялся над ним. Что это за отмель? — обратился он к Мак-Кою.</p>
     <p>— Не знаю, капитан.</p>
     <p>— Почему?</p>
     <p>— Да потому, что мне никогда прежде не приходилось ни видеть ее, ни слышать о ней. Одно я знаю наверняка: на картах ее нет. Этот район никто никогда как следует не исследовал.</p>
     <p>— Но ведь это значит, что вы не знаете, где мы находимся?</p>
     <p>— Так же как и вы, капитан, — мягко ответил Мак-Кой.</p>
     <p>В четыре пополудни вдали показалось несколько кокосовых пальм, словно выросших прямо из воды. А чуть позже над водой поднялся низкий атолл.</p>
     <p>— Теперь я знаю, где мы находимся, капитан, — сказал Мак-Кой, опуская бинокль. — Это остров Решимости. Мы в сорока милях от Хао, но ветер дует нам прямо в лоб, и нам к нему не пробиться.</p>
     <p>— Тогда приготовьтесь, будем приставать здесь. С какой стороны вход в лагуну?</p>
     <p>— К лагуне ведет узкий пролив, годный разве что для легкой пироги. Но уж раз мы знаем теперь, где находимся, можно пойти к острову Барклая де Толли. Он всего в ста двадцати милях, на северо-северо-запад. При таком ветре мы будем там завтра к девяти утра.</p>
     <p>Капитан углубился в карту, обдумывая предложение Мак-Коя.</p>
     <p>— Даже если мы разобьем ее здесь, нам все равно не миновать идти к острову Барклая де Толли, только уж в шлюпках, — добавил Мак-Кой.</p>
     <p>Капитан отдал приказание, и снова шхуна пустилась в путь по океану, столь негостеприимно встречавшему ее.</p>
     <p>Следующий день не принес ничего утешительного: палуба "Пиренеев" дымилась больше прежнего, людьми овладело безысходное отчаяние, грозившее в любую минуту перейти в открытый бунт. Течение усилилось, ветер спал, и шхуну неуклонно относило на запад. Далеко на востоке, еле видимый с мачты, показался остров Барклая де Толли, и шхуна несколько часов подряд безуспешно пыталась пробиться к нему. На горизонте, как навязчивый мираж, маячили кокосовые пальмы, стоило спуститься с мачты на палубу, и они сразу исчезали за выпуклым краем водной равнины.</p>
     <p>И снова капитан Девенпорт углубился в карту, призвав на совет Мак-Коя. В семидесяти пяти милях к юго-западу лежит остров Макемо с превосходной лагуной длиной в тридцать миль. Но когда капитан отдал приказ идти к острову, матросы отказались повиноваться. Хватит с них жариться на адском огне, заявили они. Земля совсем рядом. Что из того, что шхуна не может к ней подойти? На что ж тогда шлюпки? Пусть горит, туда ей и дорога. А жизнь им еще пригодится. Они верой и правдой служили шхуне, теперь пришел черед послужить самим себе.</p>
     <p>Отшвырнув с дороги второго и третьего помощников, матросы бросились к шлюпкам и с лихорадочной поспешностью стали готовить их к спуску. Им наперерез кинулись капитан Девенпорт и старший помощник с револьверами в руках. Но в этот момент с палубы рубки к матросам обратился Мак-Кой.</p>
     <p>При первых же звуках его тихого, кроткого голоса они остановились и начали прислушиваться. Мак-Кой вселял в них свою непостижимую уверенность и безмятежность. Его мягкий голос и простые слова таинственным образом вливались в их сердца, и, сами того не желая и внутренне противясь, матросы оттаивали и смягчались. В памяти всплывали давно минувшие времена, любимые колыбельные песни, что пела в детстве мать, ласка и теплота материнских рук… И почудилось им, что нет больше в этом мире ни тревог, ни опасностей, ни усталости. Все идет так, как должно, и уж само собой разумеется, что им придется отказаться от мысли о суше и снова пуститься в океан на охваченном адским огнем судне…</p>
     <p>Мак-Кой говорил очень просто, да им вовсе и неважно было то, что он говорил. Красноречивее любых слов говорила за него его незаурядная натура. Должно быть, они подпали под очарование той таинственной силы, которая исходила из его чистой и глубокой души, в одно и то же время несказанно смиренной и необычайно властной. Словно луч света проник в темные тайники их душ, неся с собой ласку и доброту, и эта сила оказалась куда более грозной, чем та, что глядела на них из сверкающих, несущих смерть дул револьверов в руках капитана и старшего помощника.</p>
     <p>Матросы заколебались, и те, кто уже успел отвязать шлюпки, начали поспешно крепить их обратно. Потом один, второй, третий, и вот уже все они сначала неуверенно, бочком, потом более поспешно стали расходиться с кормы.</p>
     <p>Мак-Кой спустился с крыши рубки на палубу; лицо его светилось неподдельной радостью. Еще один бунт миновал. А был ли какой-нибудь бунт? Да и никогда не вспыхивали никакие бунты, ибо не было для них места в том благословенном мире, в котором он жил.</p>
     <p>— Вы загипнотизировали их, — пробормотал старший помощник, мрачно усмехаясь.</p>
     <p>— Они славные ребята, и у них добрые сердца, — последовал ответ. — Им нелегко пришлось, и они работали, не щадя себя; они и дальше не будут щадить себя, до самого конца.</p>
     <p>Мистеру Конигу было не до разговора. Он отдал приказание, матросы послушно забегали по палубе, и скоро шхуна начала медленно поворачивать, пока наконец не взяла курс на Макемо.</p>
     <p>Ветер дул очень слабый, а после заката и вовсе прекратился. Было нестерпимо жарко; по носу и корме уныло слонялись матросы: все их попытки заснуть оказались тщетными. На горячей палубе лечь было невозможно, ядовитые испарения просачивались сквозь щели и, словно злые духи, ползли по судну, забираясь в ноздри и горло, вызывая приступы кашля и удушья. На черном небе тускло мерцали звезды; взошла круглая луна, и в ее серебристом свете заплясали мириады струек дыма; извиваясь и переплетаясь, они подымались над палубой, добираясь до самых верхушек мачт.</p>
     <p>— Расскажите, — попросил капитан Девенпорт, протирая слезящиеся от дыма глаза, — что произошло с матросами брига "Баунти" после того, как они высадились на Питкэрне. В газетах тогда писали, что бриг они сожгли и след их отыскался только много лет спустя. А что произошло за это время? Мне всегда хотелось разузнать об их судьбе. Помнится, их приговорили к повешению. Кажется, они привезли с собой на Питкэрн туземцев, не так ли? И среди них было несколько женщин. Должно быть, из-за них-то и начались все неприятности.</p>
     <p>— Да, неприятности и в самом деле начались, — ответил Мак-Кой. — Они были плохие люди. Они сразу начали ссориться из-за женщин. У одного из мятежников, звали его Уильямс, вскоре умерла жена, упала со скалы и разбилась, когда охотилась на морских птиц. Все женщины на острове были таитянки. Тогда Уильямс отнял жену у туземца. Туземцы рассердились и перебили почти всех мятежников. А потом те мятежники, что спаслись, перебили всех туземцев. Женщины им помогали. Да и сами туземцы убивали друг друга. Произошло побоище. Это были очень плохие люди.</p>
     <p>Туземца Тимити убили двое других туземцев; пришли к нему в гости и в знак дружбы стали расчесывать ему волосы; потом убили. Этих двух послали белые люди. А потом белые люди убили их самих. Туллалоо был убит своей женой в пещере, потому что она хотела в мужья белого человека. Они были очень нехорошие. Господь отвратил от них лицо свое. К концу второго года из туземцев не осталось в живых ни одного, а из белых — четверо: Юнг, Джон Адамс, Мак-Кой — мой прадед, и Квинтал. Квинтал тоже был очень плохой человек. Однажды он откусил у своей жены ухо только потому, что она наловила мало рыбы.</p>
     <p>— Вот так сброд! — воскликнул мистер Кониг.</p>
     <p>— Да, они были очень дурные люди, — согласился Мак-Кой и продолжал ворковать о кровавых деяниях и пагубных страстях своих грешных предков. — Мой прадед убежал от виселицы только для того, чтобы покончить жизнь самоубийством. На острове он соорудил куб и начал гнать спирт из корней пальмового дерева. Квинтал был его закадычным другом, и они только и делали, что вместе пили. Кончилось тем, что прадед заболел белой горячкой и в приступе болезни привязал к шее камень и бросился со скалы в море.</p>
     <p>Жена Квинтала, та самая, у которой он откусил ухо, тоже вскоре погибла, сорвалась со скалы. Тогда Квинтал отправился к Юнгу и потребовал, чтоб он отдал ему свою жену, а потом пошел к Адамсу и потребовал его жену. Адамс и Юнг боялись Квинтала. Они знали, что он убьет их. Тогда они сами убили его топором. Потом Юнг умер. На этом и кончились их несчастья.</p>
     <p>— Еще бы им не кончиться, — пробормотал капитан Девенпорт. — Убивать-то больше было некого.</p>
     <p>— Господь отвратил от них лицо свое, — тихо сказал Мак-Кой.</p>
     <p>Миновала ночь; к утру восточный ветер почти совсем спал, и, не решаясь повернуть шхуну на юг, капитан Девенпорт привел ее в крутой бейдевинд. Он боялся коварного западного течения, которое уже не раз лишало их надежных убежищ. Штиль держался весь день и всю ночь, и снова среди матросов, вот уже много дней не евших ничего, кроме сушеных бананов, поднялся ропот. От этой банановой диеты они слабели, многие жаловались на боли в животе. Весь день течение несло "Пиренеи" на запад, не оставалось уже никакой надежды, что шхуна сможет идти прямо на юг… В середине первой вахты далеко на юге из воды вновь показались верхушки кокосовых пальм, их пышные кроны величаво колыхались над низким атоллом.</p>
     <p>— Это остров Таэнга, — сказал Мак-Кой. — Если ночью не задует ветер, мы пройдем мимо Макемо.</p>
     <p>— Куда запропастился юго-восточный пассат? — возмущался капитан. — Почему он не дует? Что происходит?</p>
     <p>— Все дело в испарениях с лагун, — объяснил Мак-Кой. — Лагун-то здесь видимо-невидимо. Эти испарения изменяют всю систему пассатов. Случается, ветер вдруг и вовсе поворачивает вспять, а потом уж возвращается с юго-запада ураганным штормом. Это Опасный Архипелаг, капитан.</p>
     <p>Капитан обернулся к старику и уже открыл было рот, собираясь выругаться, но в последний момент удержался. Присутствие Мак-Коя сдерживало клокотавшую в груди ярость, и готовое сорваться с языка богохульство так и осталось непроизнесенным. Влияние Мак-Коя очень выросло за те дни, что они провели вместе. Капитан Девенпорт, этот смелый и отчаянный моряк, который никогда ни перед чем не останавливался и никогда не обуздывал себя ни в поступках, ни в словах, вдруг почувствовал, что не может выговорить бранных слов в присутствии старика с добрыми карими глазами и тихим кротким голосом! Когда это дошло до сознания капитана, он был потрясен. Да ведь этот старик — потомок Мак-Коя с "Баунти", мятежника Мак-Коя, исчадия зла и насилия, что бежал из Англии от грозившей ему виселицы и погиб насильственной смертью на острове Питкэрн в давно минувшие кровавые дни!</p>
     <p>Капитан Девенпорт не отличался религиозностью, но в эту минуту им овладело безумное желание броситься к ногам стоящего перед ним человека и говорить, говорить, говорить… он и сам не знал что. Он не смог бы определить причину того глубокого волнения, которое с такой силой охватило все его существо, но вдруг почувствовал себя слабым и ничтожным рядом с этим стариком, мягкосердечным, как женщина, и простодушным, как ребенок.</p>
     <p>Нет, он не унизится на глазах у всей команды. Ярость, душившая его за минуту до того и едва не исторгнувшая из его уст проклятия, все еще бушевала в его груди. Он изо всех сил хватил кулаком по стенке каюты.</p>
     <p>— Меня не так-то легко сломить, слышите? Вашим проклятым Паумоту удалось провести меня, но я все равно не сдамся! Я буду вести шхуну вперед, вперед и только вперед, но я найду для нее лагуну, хотя бы мне пришлось дойти до Китая! И если все до единого сбегут со шхуны, я все равно не покину ее! Я еще покажу этим Паумоту! Им не одурачить меня! И я не брошу старую посудину до тех пор, пока на ее палубе останется хоть одна доска, на которой я смогу стоять! Слышите?</p>
     <p>— Я останусь с вами, капитан.</p>
     <p>Всю ночь дул слабый южный ветер. Капитан то и дело определял направление течения и каждый раз с ужасом убеждался, что шхуну с ее горящим грузом неуклонно относит на запад; тогда он отходил в сторону и тихо, чтобы не слышал Мак-Кой, ругался.</p>
     <p>С рассветом на юге снова показались верхушки кокосовых пальм.</p>
     <p>— Это подветренный берег Макемо, — сказал Мак-Кой. — В нескольких милях к западу — остров Катиу. Можно попытаться подойти к нему.</p>
     <p>Но сильное течение, выбивавшееся из пролива между двумя островами, отнесло шхуну на северо-запад, и в полдень кокосовые пальмы острова Катиу в последний раз мелькнули над водой и снова исчезли в безбрежных просторах океана. А через несколько минут, как раз в тот момент, когда капитан обнаружил, что шхуна зажата мертвыми тисками уже другого течения, северо-восточного, марсовые разглядели кокосовые пальмы на северо-западе.</p>
     <p>— Это Рарака, — объяснил Мак-Кой. — Без попутного ветра к ней не подойти. А нас относит течение к юго-западу. Но надо быть настороже. Несколькими милями дальше мы попадем в течение, которое идет на север, потом делает круг и поворачивает к северо-западу. Оно может отнести нас от Факаравы, а Факарава — самое для нас подходящее место.</p>
     <p>— Эти прок… эти течения носят нас из стороны в сторону, куда им заблагорассудится, — с жаром проговорил капитан. — Но мы все равно разыщем лагуну, помяните мое слово.</p>
     <p>Однако конец шхуны неотвратимо приближался. Палуба так накалилась, что казалось, еще немного — и из щелей вырвутся языки пламени. А в некоторых местах, чтобы не обжечь ноги, приходилось бежать: даже башмаки на толстых подошвах уже не защищали. Дыма все прибавлялось, и с каждой минутой он становился все более едким. Воспаленные глаза слезились, все кашляли и задыхались, словно чахоточные больные. После полудня приготовили к спуску шлюпки. В них уложили остатки сушеных бананов и навигационные приборы. Опасаясь, что палуба может вспыхнуть в любой момент, капитан отнес в шлюпку даже хронометр.</p>
     <p>Ночь прошла в гнетущем ожидании близкого конца, и когда забрезжил рассвет, каждый смотрел на измученное лицо и ввалившиеся глаза другого, словно удивляясь, что шхуна еще цела и все они до сих пор живы.</p>
     <p>Перебегая с одного места на другое, а время от времени даже смешно подпрыгивая, что совсем не вязалось с его обычной степенной походкой, капитан Девенпорт осмотрел палубу.</p>
     <p>— Конец — вопрос нескольких часов, если не минут, — объявил он, вернувшись на корму.</p>
     <p>С мачты раздался крик марсового, увидевшего землю. С палубы ее не было видно, и Мак-Кой бросился наверх, а капитан, воспользовавшись его отсутствием, разразился проклятиями. Но вдруг они замерли у него на языке: в направлении к северо-востоку капитан разглядел на воде темную полоску. То был не шквал, а обычный ветер, тот самый пассат, что пропал и появился теперь вновь, отклонясь на восемь румбов в сторону от своего обычного направления.</p>
     <p>— Ну, теперь держитесь по ветру, капитан, — сказал Мак-Кой, вернувшись на корму. — Мы у восточного берега острова Факарава. Войдем в лагуну на полном ходу, при боковом ветре под всеми парусами.</p>
     <p>Через час кокосовые пальмы и низкие берега острова были видны уже с палубы. Но мысль о том, что конец шхуны неотвратимо приближается, тяжелым камнем легла на души людей. Капитан приказал спустить на воду три шлюпки, а чтобы они держались порознь, в каждую посадили по матросу. Шхуна шла вдоль самого берега — всего в двух кабельтовых лежал белый от пены прибоя атолл.</p>
     <p>— Приготовьтесь, капитан, — предупредил Мак-Кой. Не прошло и минуты, как атолл словно расступился, открыв узкий пролив, за которым расстилалась зеркальная гладь огромной — тридцать миль в длину и десять в ширину — лагуны.</p>
     <p>— Пора, капитан.</p>
     <p>В последний раз повернулись реи, и, послушно повинуясь рулю, шхуна вошла в пролив. Но не успела она сделать поворот, не успели матросы закрепить шкоты, как вдруг все в паническом ужасе бросились на корму. Ничего не случилось, но что-то, уверяли они, вот-вот произойдет. Почему им это казалось, они и сами не могли объяснить. Но они знали, что этого не миновать. Мак-Кой побежал на нос, чтобы оттуда управлять шхуной, но капитан схватил его за руку и вернул на место.</p>
     <p>— Оставайтесь здесь, — сказал он. — Палуба не безопасна. В чем дело? — закричал он. — Почему мы стоим на месте?</p>
     <p>Мак-Кой улыбнулся.</p>
     <p>— Мы пробиваемся навстречу течению в семь узлов, капитан, — объяснил он, — с такой скоростью во время отлива выходит вода из лагуны.</p>
     <p>К концу следующего часа шхуна продвинулась вперед едва ли больше чем на собственную длину; но вот ветер посвежел, и она медленно пошла вперед.</p>
     <p>— Все в шлюпки! — громко приказал капитан.</p>
     <p>Но не успел еще затихнуть его голос, не успели матросы, послушно повиновавшиеся его приказу, добежать до борта, как из средней части палубы вырвался огромный столб огня и дыма и взметнулся в небо, опалив часть парусов и оснастки, тут же рухнувших в воду. Столпившихся на корме матросов спасло только то, что дул боковой ветер. Они в ужасе метнулись к шлюпкам, но их остановил спокойный, невозмутимый голос Мак-Коя:</p>
     <p>— Не спешите, все в порядке. Пожалуйста, спустите сначала мальчика.</p>
     <p>Когда разразилась катастрофа, рулевой в панике бросил штурвал, и капитан едва успел ухватиться за спицы и выровнять шхуну, чтобы она не отклонилась от курса и не врезалась в стремительно надвигающийся берег.</p>
     <p>— Займитесь шлюпками! — крикнул он старшему помощнику. — Одну из них держите прямо за кормой. В последний момент я в нее прыгну.</p>
     <p>Мгновение мистер Кониг колебался, потом перескочил через борт и спустился в шлюпку,</p>
     <p>— Полрумба правее, капитан.</p>
     <p>Капитан Девенпорт вздрогнул. Он был уверен, что остался на шхуне один.</p>
     <p>— Есть полрумба правее, — ответил он.</p>
     <p>На спардеке зияла огненная дыра, извергавшая огромные клубы дыма, которые поднимались до самых верхушек мачт, совершенно закрывая носовую часть судна. Встав под прикрытие бизань-мачты, Мак-Кой продолжал управлять маневрами шхуны в узком извилистом проливе. Огонь устремился вдоль палубы на корму, белоснежная башня парусов грот-мачты вспыхнула и исчезла в огненном вихре. Парусов фок-мачты не было видно за стеной дыма, но они знали, что до фок-мачты огонь еще не добрался.</p>
     <p>— Только бы успеть войти в лагуну прежде, чем сгорят все паруса, — тяжело вздохнув, сказал капитан.</p>
     <p>— Успеем, — заверил его Мак-Кой. — Времени у нас вполне достаточно. Должны успеть. А уж в лагуне мы поставим ее кормой к ветру, так, что он унесет дым и собьет огонь.</p>
     <p>Язык пламени жадно лизал бизань-мачту, но не дотянулся до нижнего паруса и исчез. Откуда-то сверху на голову капитана упал горящий кусок троса, но он только досадливо поморщился, словно его ужалила пчела, и смахнул его на палубу.</p>
     <p>— Как на румбе, капитан?</p>
     <p>— Северо-запад.</p>
     <p>— Держите на запад-северо-запад.</p>
     <p>Капитан переложил руль на подветренный борт и привел шхуну точно на заданный курс.</p>
     <p>— Северо-запад, капитан!</p>
     <p>— Есть северо-запад!</p>
     <p>— А теперь запад!</p>
     <p>Медленно входя в лагуну, шхуна, разворачиваясь, описала дугу и стала кормой к ветру, и так же медленно, со спокойной уверенностью человека, у которого впереди еще тысячи лет жизни, Мак-Кой произносил нараспев слова команды.</p>
     <p>— Еще румб, капитан!</p>
     <p>— Есть еще румб!</p>
     <p>Капитан Девенпорт немного повернул штурвальное колесо, потом быстрым движением изменил направление и снова чуть-чуть повернул штурвал.</p>
     <p>— Так держать!</p>
     <p>— Есть так держать!</p>
     <p>Несмотря на то, что ветер дул теперь с кормы, было так жарко, что капитан лишь искоса поглядывал на компас, поворачивая штурвал то одной, то другой рукой и заслоняя свободной обожженное, покрывшееся волдырями лицо. Борода Мак-Коя начала тлеть, и в нос капитана ударил такой сильный запах паленых волос, что он оглянулся и с беспокойством посмотрел на Мак-Коя. Время от времени капитан и вовсе отпускал штурвал и потирал обожженные руки о штаны. Все до одного паруса бизань-мачты унесло пламенным вихрем, и обоим приходилось сгибаться в три погибели, чтобы укрыть от огня лицо.</p>
     <p>— А теперь, — сказал Мак-Кой, бросая из-под руки взгляд на лежащий перед ними низкий берег, — четыре румба вправо и так держать.</p>
     <p>Всюду, куда бы они ни посмотрели, горели и летели вниз снасти. Едкий дым от тлеющего у ног капитана смоленого троса вызвал у него сильный приступ кашля, о капитан не выпустил штурвала.</p>
     <p>Шхуна задела дно и, высоко задрав нос, мягко остановилась. От толчка на капитана и Мак-Коя посыпался рад горящих обломков. Судно еще немного продвинулось вперед и снова остановилось. Слышно было, как киль дробит хрупкие кораллы. Подвинувшись еще немного вперед, шхуна в третий раз остановилась.</p>
     <p>— Точнее на румбе, — сказал Мак-Кой. — Точнее? — тихо спросил он.</p>
     <p>— Она не слушается руля, — ответил капитан.</p>
     <p>— Ну что ж. Она разворачивается. — Мак-Кой заглянул через борт. — Мягкий белый песок. Лучшего и желать нельзя. Превосходная лагуна.</p>
     <p>Как только шхуна развернулась и корма оказалась под ветром, на нее обрушился страшный столб дыма и пламени. Опаленный огнем, капитан выпустил из рук штурвал и бросился к шлюпке. Мак-Кой посторонился, пропуская его вперед.</p>
     <p>— Сначала вы! — крикнул капитан, схватив его за плечо и почти перебрасывая через поручни. Но пламя бушевало уже у самого борта, и капитан прыгнул вниз сразу же вслед за Мак-Коем; оба повисли на канате и одновременно упали в шлюпку.</p>
     <p>Не дожидаясь приказаний, матрос обрубил канат, поднятые наготове весла врезались в воду, и шлюпка стрелой полетела к берегу.</p>
     <p>— Прекрасная лагуна, капитан, — пробормотал Мак-Кой, оглядываясь.</p>
     <p>— Да, лагуна прекрасная, но если б не вы, нам бы никогда ее не разыскать.</p>
     <p>Три шлюпки быстро приближались к песчаному, усеянному кораллами берегу; чуть дальше, на опушке рощи кокосовых пальм, виднелось с полдюжины хижин, а около них десятка два испуганных туземцев во все глаза глядели на огромное полыхающее чудище, подошедшее к их острову.</p>
     <p>Шлюпки коснулись земли, и команда шхуны ступила на белый песок.</p>
     <p>— А теперь, — сказал Мак-Кой, — мне надо подумать о том, как вернуться на Питкэрн.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Сын Солнца</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Сын солнца</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>"Уилли-Уо" стояла в проходе между береговым и наружным рифом. Там, за скалами, лениво шумел прибой, но защищенная лагуна, тянувшаяся ярдов на сто к белому пляжу из мельчайшего кораллового песка, оставалась гладкой, как стекло. Хотя проход был узок, а шхуна стала на якорь в самом мелком месте, позволявшем развернуться, якорная цепь "Уилли-Уо" была выпущена на полные сто футов. Все ее движения отпечатались на дне из живых кораллов. Ржавая цепь, подобно чудовищной змее, переползала с места на место, и ее прихотливые пути скрещивались, расходились и снова скрещивались, чтобы в конце концов сойтись у неподвижного якоря.</p>
      <p>Большая треска, серовато-коричневая в крапинку, пугливо резвилась среди кораллов. Другие рыбы, самой фантастической формы и окраски, вели себя чуть ли не вызывающе: они даже не замечали апатично проплывающих мимо больших акул, одно появление которых заставляло треску удирать и прятаться в облюбованные расщелины.</p>
      <p>В носовой части судна на палубе человек двенадцать туземцев чистили тиковые поручни. Обезьяны и то лучше справились бы с этой работой. Впрочем, эти люди и напоминали каких-то огромных доисторических обезьян: в глазах то же выражение плаксивой раздражительности, лица еще асимметричнее, чем у обезьян, не говоря уже о том, что наличие волосяного покрова делает обезьян все же в некотором роде одетыми, тогда как у этих туземцев не было и намека на одежду.</p>
      <p>Зато они щеголяли кучей всяких украшений, чего нельзя сказать об обезьянах. В ушах у них красовались глиняные трубки, черепаховые кольца, огромные деревянные затычки, ржавые гвозди, стреляные гильзы. Дырки в их мочках были разной величины, — от такой, как винчестерное дуло, и до нескольких дюймов в диаметре. Каждое ухо в среднем насчитывало от трех до шести отверстий. В нос они продевали иглы и шила из полированной кости или окаменелые раковины. На груди у одного болталась белая дверная ручка, у другого — черепок фарфоровой чашки, у третьего — медное колесико от будильника. Они разговаривали странными птичьими голосами и сообща выполняли работу, с какой шутя справился бы один белый матрос.</p>
      <p>На юте под тентом стояли двое мужчин. Оба были в нижних рубашках стоимостью в шесть пенсов и набедренных повязках. У каждого на поясе висели револьвер и кисет с табаком. Пот мириадами капелек выступал у них на коже. Кое-где капельки сливались в крошечные ручейки, которые стекали на горячую палубу и мгновенно испарялись. Сухопарый темноглазый человек пальцами утер со лба едкую струю пота и, устало выругавшись, стряхнул ее. Устало и безнадежно посмотрел он на море за дальним рифом и на верхушки пальм, окаймлявших берег.</p>
      <p>— Восемь часов, а жарит, как в пекле. Что-то будет в полдень? — пожаловался он. — Послал бы господь ветерок. Неужто мы никогда не тронемся?</p>
      <p>Второй, стройный немец лет двадцати пяти с массивным лбом ученого и недоразвитым подбородком дегенерата, не потрудился ответить. Он был занят тем, что высыпал порошки хинина в папиросную бумагу. Скрутив гран пятьдесят в тугой комок, он сунул его в рот и, не запивая водой, проглотил.</p>
      <p>— Хоть бы каплю виски, — вздохнул первый после пятнадцатиминутного молчания.</p>
      <p>Прошло еще столько же времени, и наконец немец ни с того ни с сего сказал:</p>
      <p>— Малярия доконала меня! Как только придем в Сидней, я распрощаюсь с вами, Гриффитс. Хватит с меня тропиков. Не понимаю, о чем я думал, когда подписывал с вами контракт.</p>
      <p>— Какой вы помощник! — ответил Гриффитс; он слишком изнывал от жары, чтобы горячиться. — Когда в Гувуту узнали, что я собираюсь нанять вас, все смеялись. "Кого? Якобсена? — спрашивали меня. — Вам не спрятать от него не то что кварты джина, а даже склянки серной кислоты. Он что угодно вынюхает". И вы оправдали вашу репутацию. Уже две недели у меня глотка во рту не было, потому что вы изволили вылакать весь мой запас.</p>
      <p>— Если бы у вас была такая малярия, как у меня, вы бы понимали, — захныкал помощник.</p>
      <p>— Да я и не сержусь, — ответил Гриффитс. — Я только мечтаю, чтобы господь послал мне выпивку, или хотя бы легкий ветерок, или еще что-нибудь. А то завтра у меня начнется приступ.</p>
      <p>Помощник предложил ему хинин. Приготовив пятидесятиграновую дозу, Гриффитс сунул комок в рот и проглотил без капли воды.</p>
      <p>— Господи! Господи! — простонал он. — Попасть бы в места, где понятия не имеют, что такое хина. Проклятое лекарство, черт бы его побрал! Я проглотил уже тонны этой гадости.</p>
      <p>Он снова взглянул на море, ища признаков ветра. Но нигде не было видно облаков, обычных предвестников ветра, а солнце, все еще не добравшееся до зенита, превратило небо в раскаленную медь. Эту жару, казалось, можно было не только ощущать, но и видеть, и Гриффитс устало перевел взгляд на берег. Но и белизна берега причиняла нестерпимую боль глазам. Неподвижные пальмы четко выделялись на фоне неяркой зелени густых зарослей, казались картонными. Чернокожие мальчишки играли голышом на песке под ослепительным солнцем, и человеку, страдающему от нестерпимого зноя, было обидно и тошно на них смотреть. Гриффитс почувствовал какое-то облегчение, когда один из них, разбежавшись, споткнулся и полетел кувырком в тепловатую морскую воду.</p>
      <p>Восклицание, которое вырвалось у туземцев, толпившихся на баке, заставило обоих мужчин взглянуть в сторону моря. Со стороны ближайшего мыса, выступавшего из-за рифа, в четверти мили показалось длинное черное каноэ.</p>
      <p>— Это племя гоома из соседней бухты, — определил помощник.</p>
      <p>Один из чернокожих подошел к юту, ступая по раскаленной палубе с равнодушием человека, чьи босые ноги не ощущают жара. Это тоже болезненно задело Гриффитса, и он закрыл глаза. Но в следующий момент они широко раскрылись.</p>
      <p>— Белый хозяин плывет вместе с гоома, — сказал чернокожий.</p>
      <p>Капитан и его помощник вскочили на ноги и посмотрели на каноэ. На корме нетрудно было различить сомбреро белого человека. Лицо помощника выразило тревогу.</p>
      <p>— Это Гриф, — сказал он.</p>
      <p>Гриффитс долго смотрел и, удостоверившись, сердито чертыхнулся.</p>
      <p>— Чего ему тут нужно? — обратился он не то к помощнику, не то к слепящим морю и небу, к беспощадно сверкающему солнцу, ко всей этой раскаленной и неумолимой вселенной, с которой связала его судьба.</p>
      <p>— Говорил я, что вам не удастся удрать, — захихикал помощник.</p>
      <p>Но Гриффитс не слушал его.</p>
      <p>— При его-то капиталах рыскать, как какой-нибудь сборщик арендной платы! — кричал он в порыве злобы. — Ведь он набит деньгами, купается в деньгах, лопается от денег. Мне точно известно, что он продал свои Йирингские плантации за триста тысяч фунтов. Белл сам сказал мне это, когда мы последний раз выпивали с ним в Гувуту. Архимиллионер, а преследует меня, как Шейлок, из-за какого-то пустяка. — Он накинулся на помощника: — Конечно, вы говорили мне. Так продолжайте же, говорите! Ну так что вы мне рассказывали?</p>
      <p>— Я говорил вам, что, если вы надеетесь улизнуть с Соломоновых островов, не заплатив ему, значит, вы плохо знаете Грифа. Этот человек — сущий дьявол, но он честен. Я это знаю. Я говорил вам, что он может выбросить тысячу фунтов ради потехи, а за пять центов будет драться, как бродяга за ржавый котелок. Говорю вам: я его знаю. Разве не он отдал свою "Балакулу" Квинслендской миссии, когда их "Вечерняя звезда" погибла у Сан-Кристобаля? А "Балакула", если ее продать, стоит верных три тысячи фунтов. И разве он не вздул Строзерса, да так, что тот две недели валялся на койке, только из-за того, что счет не сходился на два фунта десять шиллингов, а Строзерс стал нахально спорить и пытался обмануть его?</p>
      <p>— Черт возьми! — крикнул Гриффитс в бессильной злобе.</p>
      <p>Помощник продолжал рассказывать.</p>
      <p>— Говорю вам, только честный человек, такой, как он сам, может с ним бороться, но другого такого человека еще не бывало на Соломоновых островах. Людям, как мы с вами, он не под силу. Мы слишком прогнили, насквозь прогнили. У вас тут внизу куда больше тысячи двухсот фунтов. Расплатитесь с ним — и делу конец.</p>
      <p>Но Гриффитс только скрипнул зубами и сжал тонкие губы.</p>
      <p>— Я буду бороться с ним, — пробормотал он, больше обращаясь к себе и к ослепительному солнечному шару, чем к помощнику. Он повернулся и уже стал спускаться вниз, но возвратился. — Послушайте, Якобсен. Он будет здесь только через четверть часа. Скажите, вы-то за меня? Вы будете на моей стороне?</p>
      <p>— Конечно, я буду на вашей стороне. Даром я, что ли, выпил все ваше виски? А что вы намерены предпринять?</p>
      <p>— Я не собираюсь убивать его, если удастся обойтись без этого. Но и платить ему я не намерен, учтите это.</p>
      <p>Якобсен пожал плечами, молчаливо покоряясь судьбе, а Гриффитс шагнул к трапу и спустился в каюту.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Якобсен увидел, как каноэ поравнялось с низким рифом, подошло к проходу и скользнуло в него. Гриффитс вернулся на палубу; большой и указательный пальцы его правой руки были перепачканы чернилами. Спустя пятнадцать минут каноэ подошло к борту. Человек в сомбреро встал.</p>
      <p>— Здравствуйте, Гриффитс! — сказал он. — Здравствуйте, Якобсен! — Положив руку на фальшборт, он обернулся к своим темнокожим матросам: — Вы, ребята, оставайтесь с лодкой здесь.</p>
      <p>Когда он перепрыгнул через фальшборт и ступил на палубу, в его тяжеловатой на вид фигуре появилась какая-то кошачья гибкость. Подобно другим белым, он был одет очень легко. Дешевая рубашка и белая набедренная повязка не скрывали его атлетического сложения. У него были сильные мускулы, но они не делали фигуру неуклюжей и грузной. Они были округлыми и, приходя в движение, мягко и плавно перекатывались под гладкой загорелой кожей. Тропическое солнце покрыло таким же коричневым загаром его лицо, и оно стало темным, как у испанца. Светлые усы явно не соответствовали темному загару, а глаза поражали синевой. Трудно было представить, что когда-то у этого человека была совсем белая кожа.</p>
      <p>— Откуда вас принесло? — спросил Гриффитс, когда они обменялись рукопожатиями. — Я думал, что вы в Санта-Крусе.</p>
      <p>— Я и был там, — ответил приехавший. — Но мы совершили быстрый переход. "Удивительный" сейчас стоит в бухте Гоома и ждет ветра. Я узнал от туземцев, что здесь находится судно, и решил посмотреть. Ну, как дела?</p>
      <p>— Дела ниже среднего. Копры в сараях почти нет, а кокосовых орехов не наберется и полдюжины тонн. Женщины раскисли от малярии и бросили работу, и мужчинам не удается загнать их обратно в болота. Да и они все больные. Я угостил бы вас, но мой помощник прикончил последнюю бутылку. Эх, господи, хоть бы подул ветерок!</p>
      <p>Гриф, переводя безмятежный взор с одного собеседника на другого, засмеялся.</p>
      <p>— А я рад, что держится штиль, — сказал он. — Он помог мне повидаться с вами. Мой помощник раскопал вот этот ваш векселек, и я привез его.</p>
      <p>Якобсен вежливо отступил назад, предоставляя своему хозяину самому встретить неприятность.</p>
      <p>— К сожалению, Гриф, чертовски сожалею, — сказал Гриффитс, — но денег у меня сейчас нет. Вам придется дать мне еще отсрочку.</p>
      <p>Гриф прислонился к трапу, и на лице его выразились удивление и огорчение.</p>
      <p>— Черт побери, — сказал он, — как люди на Соломоновых островах быстро приучаются врать! Никому нельзя верить. Вот, например, капитан Йенсен. Я готов был поклясться, что он не лжет. Всего лишь пять дней назад он сказал мне… Хотите знать, что он сказал мне?</p>
      <p>Гриффитс облизал губы.</p>
      <p>— Ну?</p>
      <p>— Он сказал мне, что вы продали все, сорвали большой куш и уходите на Новые Гебриды.</p>
      <p>— Подлый лгун! — раздраженно крикнул Гриффитс.</p>
      <p>Гриф кивнул головой.</p>
      <p>— Похоже, что так. Он даже имел наглость утверждать, что купил у вас две ваши фактории — Маури и Кахулу. Он сказал, что заплатил вам за них со всеми потрохами тысячу семьсот фунтов стерлингов.</p>
      <p>Глаза Гриффитса сузились и сверкнули. Но и это непроизвольное движение не ускользнуло от ленивого взгляда Грифа.</p>
      <p>— И Парсонс, ваш агент в Хикимаве, рассказал мне, что Фулкрумская компания купила у вас эту факторию. Ну ему-то какой смысл врать?</p>
      <p>Гриффитс, изнуренный жарой и болезнью, больше не владел собой. Все, что у него накипело, отразилось на его лице, рот насмешливо искривился.</p>
      <p>— Послушайте, Гриф, зачем вы играете со мной? Вам все известно, и я это знаю. Ну хорошо, пусть будет так. Я действительно продал все и сматываюсь. Что же вы намерены предпринять?</p>
      <p>Гриф пожал плечами, лицо его по-прежнему ничего не выражало. Казалось только, что он озадачен.</p>
      <p>— Здесь закон не действует. — Гриффитс решил внести в дело полную ясность. — Тулаги отсюда в ста пятидесяти милях. Я запасся всеми нужными бумагами и нахожусь на собственном судне. Ничто не помешает мне уйти. Вы не вправе задержать меня только из-за того, что я должен вам какие-то деньги. И, клянусь богом, вам не удастся это сделать. Зарубите себе на носу.</p>
      <p>Лицо Грифа выразило обиду и недоумение.</p>
      <p>— Вы хотите сказать, что собираетесь прикарманить мои двенадцать сотен, Гриффитс?</p>
      <p>— Да что-то в этом роде, старина. И жалкие слова не помогут вам. Но, кажется, подул ветерок. Вам лучше убраться отсюда, пока я не двинулся, не то я потоплю вашу лодку.</p>
      <p>— Действительно, Гриффитс, вы почти правы. Я не могу задержать вас. — Гриф пошарил в сумке, которая висела на поясе от револьвера, и вытащил свернутую бумагу, по-видимому, официальный документ. — Но, может быть, вот это остановит вас. Тут уж вам придется кое-что зарубить себе на носу.</p>
      <p>— Что это?</p>
      <p>— Приказ адмиралтейства. Бегство на Новые Гебриды не спасет вас. Он имеет силу повсюду.</p>
      <p>Взглянув на документ, Гриффитс проглотил слюну. Нахмурив брови, он обдумывал создавшееся положение. Затем он внезапно поднял глаза, все его лицо дышало искренностью.</p>
      <p>— Вы оказались умнее, чем я полагал, старина, — признался он. — Накрыли вы меня. Зря я вздумал тягаться с вами. Якобсен предупреждал, что у меня ничего не выйдет, но я не послушал его. Оказалось, он был прав, так же, как правы и вы. Деньги у меня внизу. Пойдемте туда и рассчитаемся.</p>
      <p>Гриффитс начал спускаться вниз первым, но затем пропустил гостя вперед и взглянул на море, где неожиданный порыв ветра оживил волну.</p>
      <p>— Поднимите якорь! — приказал он помощнику. — Ставьте паруса и приготовьтесь к отходу!</p>
      <p>Когда Гриф присел на край койки помощника перед маленьким столиком, он заметил, что из-под подушки торчит рукоятка револьвера. На столике, прикрепленном крюками к переборке, были чернила, перо и потрепанный судовой журнал.</p>
      <p>— О, меня ничем не проймешь — я и не такие шутки откалывал! — вызывающе говорил Гриффитс. — Я слишком долго болтался в тропиках. Я болен, чертовски болен. А виски, солнце и малярия сделали меня к тому же больным и душевно. Теперь для меня не существует ничего низкого и бесчестного, и я способен понять, почему туземцы едят людей, охотятся за головами и делают тому подобные вещи. Я сейчас и сам на все способен. А потому попытку надуть вас на эту маленькую сумму я называю безобидной шуткой. К сожалению, не могу предложить вам выпить.</p>
      <p>Гриф ничего не ответил, и хозяин занялся тем, что пытался отпереть большой и помятый во многих местах денежный ящик. С палубы донеслись пронзительные крики, грохот и скрип блоков, — чернокожие матросы ставили паруса. Гриф следил за большим тараканом, ползавшим по грязной стене. Гриффитс, раздраженно ругаясь, перенес денежный ящик к трапу, где было больше света. Здесь, повернувшись спиной к гостю и склонясь над ящиком, он схватил винтовку, которая стояла рядом с лестницей, и быстро повернулся.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_087.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>— Теперь не двигайтесь, — приказал он.</p>
      <p>Гриф улыбнулся, насмешливо приподнял брови и подчинился. Его левая рука лежала на койке, а правая на столе. Револьвер, висевший у его правого бедра, был хорошо виден. Но он вспомнил о другом револьвере, который торчал из-под подушки.</p>
      <p>— Ха! — усмехнулся Гриффитс. — Вы загипнотизировали всех на Соломоновых островах, но не меня, позвольте вам сказать. А теперь я выброшу вас отсюда вместе с вашим адмиралтейским приказом, но сначала вам придется кое-что сделать. Поднимите этот судовой журнал.</p>
      <p>Гриф с любопытством взглянул на журнал, но не сделал ни единого движения.</p>
      <p>— Говорю вам, Гриф, я болен, и мне так же легко застрелить вас, как раздавить таракана. Повторяю, поднимите этот журнал.</p>
      <p>Он в самом деле выглядел больным; его худое лицо нервно дергалось от овладевшей им ярости. Гриф поднял журнал и отложил его в сторону. Под ним лежал исписанный листок бумаги, вырванный из блокнота.</p>
      <p>— Прочтите! — приказал Гриффитс. — Прочтите вслух!</p>
      <p>Гриф подчинился; но в то время как он читал, пальцы его левой руки начали медленно подвигаться к рукоятке револьвера, лежавшего под подушкой.</p>
      <p>"Борт судна "Уилли-Уо", бухта Бомби, остров Анны, Соломоновы острова, — прочел он. — Настоящим заявляю, что я получил сполна весь долг с Гаррисона Гриффитса, который сего числа заплатил мне наличными тысячу двести фунтов стерлингов, и данной подписью удостоверяю, что не имею к нему никаких претензий".</p>
      <p>— Когда эта расписка будет в моих руках, — усмехнулся Гриффитс, — ваш адмиралтейский приказ не будет стоить и той бумаги, на которой он написан. Подпишите!</p>
      <p>— Это не поможет, Гриффитс, — сказал Гриф. — Документ, скрепленный подписью под принуждением, не имеет законной силы.</p>
      <p>— В таком случае почему вы не хотите подписать его?</p>
      <p>— Просто я избавлю вас от крупных неприятностей, если не подпишу его.</p>
      <p>Пальцы Грифа уже прикоснулись к револьверу, и в то время как он разговаривал, играя пером, которое держал в правой руке, левой он начал медленно и незаметно подвигать оружие к себе. Когда наконец револьвер полностью очутился под рукой и средний палец лег на спусковой крючок, а указательный — вдоль ствола, он подумал, удастся ли ему метко выстрелить, держа оружие в левой руке и не прицеливаясь.</p>
      <p>— Обо мне не заботьтесь, — насмехался Гриффитс. — Запомните только: Якобсен подтвердит, что видел, как я уплатил вам деньги. А теперь подпишите, подпишите полностью внизу и поставьте дату, Дэвид Гриф.</p>
      <p>С палубы донеслись визг шкотовых блоков и треск ликтросов о паруса. В каюте можно было почувствовать, что "Уилли-Уо" кренится, забирая ветер, и выпрямляется, Дэвид Гриф все еще медлил. Спереди раздался резкий стук шкивов грота-фалов. Маленькое судно накренилось, и сквозь стенки каюты послышались бульканье и плеск воды.</p>
      <p>— Пошевеливайтесь! — крикнул Гриффитс. — Якорь поднят.</p>
      <p>Дуло винтовки, направленное прямо на него, находилось на расстоянии четырех футов, когда Гриф решил действовать. При первых движениях судна Гриффитс покачнулся, и винтовка дрогнула. Гриф воспользовался этим, притворился, будто подписывает бумагу, и в то же мгновение с кошачьим проворством сделал быстрое и сложное движение. Он низко пригнулся, бросился всем телом вперед, а левая рука его мелькнула из-под стола, и он столь своевременно и решительно нажал спусковой крючок, что пуля вылетела как раз в тот момент, когда дуло показалось наружу. Но и Гриффитс не отстал. Дуло его оружия опустилось, чтобы встретить пригнувшееся тело, и выстрел из винтовки раздался одновременно с выстрелом из револьвера.</p>
      <p>Гриф почувствовал острую боль и ожог от пули, оцарапавшей ему плечо, и увидел, что сам он промахнулся. Он бросился к Гриффитсу, чтобы предупредить новый выстрел, и, обхватив обе его руки, все еще державшие винтовку, сильно прижал их к телу. А дуло револьвера, который был в его левой руке, он приставил к животу Гриффитса. Под влиянием гнева и острой боли от содранной кожи Гриф уже был готов спустить курок, как вдруг волна гнева схлынула, и он овладел собой. Снаружи доносились негодующие крики людей с его лодки.</p>
      <p>Все это произошло в течение нескольких секунд. Без малейшего промедления Гриф схватил своего противника в охапку и, не давая ему опомниться, потащил вверх по крутым ступенькам. Он выскочил на палубу в слепящий блеск солнца. У рулевого колеса, ухмыляясь, стоял чернокожий, и "Уилли-Уо", чуть накренившись от ветра, летела вперед, оставляя за собой пенистый след. А за кормой быстро отставала его лодка. Гриф повернул голову. Со средней палубы к нему бежал Якобсен с револьвером в руке. В два прыжка, все еще держа в объятиях беспомощного Гриффитса, Гриф добрался до борта, перемахнул через него и исчез в волнах.</p>
      <p>Оба человека, сцепившись, пошли ко дну, но Гриф сразу поджал колени, уперся ими в грудь противника и, разорвав тиски, подмял его под себя. Поставив обе ступни на плечи Гриффитса, он заставил его погрузиться еще ниже, а сам вынырнул на поверхность. Едва его голова показалась в солнечном свете, как два всплеска воды в быстрой последовательности и на расстоянии двух футов от его лица известили о том, что Якобсен умеет пользоваться оружием. Но третьего выстрела не последовало, так как Гриф, набрав полные легкие воздуха, снова нырнул. Под водой он поплыл в сторону берега и не поднимался на поверхность до тех пор, пока не увидел над головой лодку и шлепающие весла. Когда он влез в лодку, "Уилли-Уо" шла по ветру, делая поворот.</p>
      <p>— Давай! Давай! — крикнул Гриф своим матросам. — Эй, ребята, быстро к берегу!</p>
      <p>Без всякого стеснения он повернулся спиной к полю боя и бежал в укрытие. "Уилли-Уо" была вынуждена остановиться, чтобы подобрать своего капитана, и это дало Грифу возможность уйти. Каноэ, подгоняемое всеми веслами, на полном ходу врезалось в песок, и все члены его экипажа, выскочив, побежали по песку к деревьям. Прежде чем они достигли укрытия, песок трижды взрывался перед ними. И вот наконец они очутились в спасительной чаще зарослей.</p>
      <p>Гриф смотрел, как "Уилли-Уо", держа круто к ветру, вышла из прохода и, ослабив шкоты, повернула на юг. Когда судно, огибая мыс, скрылось из виду, он успел заметить, как на нем поставили топсель. Один из туземцев, чернокожий лет пятидесяти, страшно изуродованный рубцами и шрамами от накожных болезней и старых ран, посмотрел ему в лицо и усмехнулся.</p>
      <p>— Честное слово, — сказал он, — этот шкипер очень сердит на тебя.</p>
      <p>Гриф засмеялся и пошел обратно по песку к лодке.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Ни один человек на Соломоновых островах не знал, сколько миллионов у Дэвида Грифа, ибо его владения и предприятия были разбросаны по всей южной части Тихого океана. От Самоа до Новой Гвинеи и даже севернее экватора встречались его плантации. Он владел концессиями по добыванию жемчуга на Паумоту. Хотя имя его нигде не упоминалось, но он представлял немецкую компанию, которая вела торговлю на Маркизских островах, принадлежащих Франции. Во всех группах островов у него имелись фактории, и их обслуживали многочисленные суда, также принадлежащие ему. Он владел атоллами, столь отдаленными и микроскопическими, что самые маленькие его суда и шхуны навещали их не чаще раза в год.</p>
      <p>В Сиднее, на улице Каслри, его контора занимала три этажа. Но он редко бывал там. Его больше привлекали поездки на острова, где он основывал все новые предприятия, проверял и оживлял старые и при этом сталкивался с тысячами неожиданных приключений и забав. Он купил за бесценок затонувший пароход "Гавонн" и, совершив невозможное, вытащил его на поверхность, заработав на этом четверть миллиона. На Луизиадах он основал первые каучуковые плантации, а на Бора-Бора покончил с хлопком и заставил беспечных туземцев сажать какао. Он приобрел покинутый остров Лаллу-Ка, заселив его полинезийцами с атолла Онтонг-Ява, и посадил там на четырех тысячах акров земли кокосовые пальмы. И не кто иной, как он, примирил враждующие племена таитян и начал разработку фосфатов на острове Хикиху.</p>
      <p>Его собственные суда привозили новых рабочих. Они везли туземцев с Санта-Круса на Новые Гебриды, жителей Новых Гебрид на острова Банкса, а охотников за головами перевозили с Малаиты на плантации Нью-Джорджии. От Тонги до островов Гилберта и дальше к островам Луизиады его вербовщики объезжали все берега в поисках рабочих. Суда Грифа бороздили океанские просторы. Он владел тремя большими пароходами, совершавшими регулярные рейсы между островами, хотя сам он редко выбирал их для своих поездок, предпочитая более примитивный способ передвижения при помощи ветра и парусов.</p>
      <p>Ему было не меньше сорока лет, но выглядел он тридцатилетним. Однако обитатели берегов Тихого океана помнили, как он впервые появился на островах лет двадцать назад: соломенные усики уже тогда покрывали шелковистым пухом его верхнюю губу. В отличие от других белых в тропиках он жил здесь потому, что любил эти места. Его кожа легко переносила действие солнечных лучей. Он был рожден для солнца. Невидимые сверхскоростные световые волны были бессильны причинить ему вред. Другие белые люди не были защищены от них. Солнце проникало сквозь их кожу, разрушало и сушило их ткани и нервы, пока они не заболевали умственно и физически, посылали к чертям все десять заповедей, опускались до уровня животных, быстро спивались, вгоняя себя в гроб, и так неистово самоуправствовали, что для усмирения их иногда приходилось посылать военные суда.</p>
      <p>А Дэвид Гриф был настоящим сыном солнца и процветал под его лучами. С годами он только становился все более смуглым, и его коричневый загар приобрел тот золотистый оттенок, каким отливает кожа полинезийцев. Но его голубые глаза сохраняли свою голубизну, усы оставались соломенными, а черты лица были такими, какие присущи в течение многих веков английской расе. Он был англичанином по крови, однако те, кто знал его, утверждали, что родился он, во всяком случае, в Америке. В отличие от своих знакомых он явился в Океанию не ради наживы. Собственно говоря, он даже привез кое-что с собой. Впервые он появился на островах Паумоту. Юношей, ищущим романтику и приключения на опаленной солнцем дороге тропиков, он прибыл на борту маленькой собственной яхты, которой сам же управлял. Его принес сильный ураган: гигантские волны забросили его вместе с яхтой в самую гущу кокосовых пальм за триста ярдов от берега. Спустя шесть месяцев вывезли его оттуда ловцы жемчуга. Но солнце уже проникло в его кровь. На Таити, вместо того чтобы сесть на пароход и возвратиться домой, он купил шхуну, нагрузил ее товарами, взял ловцов жемчуга и отправился крейсировать по Опасному Архипелагу.</p>
      <p>Вместе с появлением золотистого оттенка на его лице золото начало истекать из кончиков его пальцев. Он превращал в золото все, к чему прикасался, но играл в эту игру не ради золота, а ради самой игры. Это была мужская игра, грубые столкновения и жестокие схватки из-за добычи с искателями приключений одной с ним крови и крови половины населения Европы и остального мира. Но еще выше ставил он свою любовь ко всем другим вещам, которые составляют неотъемлемую часть жизни человека, скитающегося по южным морям: к запаху рифов; к безграничной прелести стай актиний, встречающихся в тихих лагунах; к кровавым восходам солнца, с их буйством красок; к увенчанным пальмами островам в бирюзовых морях; к пьянящему действию пассатов; к равномерному покачиванию пенящихся волн; к колеблющейся под ногами палубе; к вздымающимся над головой парусам; к украшенным цветами золотисто-смуглым мужчинам и девушкам Полинезии, полудетям, полубогам, и даже к огромным дикарям из Меланезии, охотникам за головами и людоедам, этим полулюдям и настоящим дьяволам.</p>
      <p>И вот единственно от избытка энергии и жизненной силы он, любимый сын солнца, обладатель многих миллионов, свернул со своего далекого пути, чтобы поиграть с Гаррисоном Гриффитсом из-за пустяковой суммы. Это был каприз, прихоть, желание выявить себя и то солнечное тепло, которое таилось в нем. Это была забава, шутка, задача, часть той игры, в которую он с таким удовольствием играл, легкомысленно ставя на карту собственную жизнь.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Раннее утро застало "Удивительный" идущим бейдевинд вдоль берега Гвадалканара. Он медленно скользил по воде под замирающим дыханием берегового бриза. На востоке тяжелые массы облаков предвещали юго-восточные пассаты, сопровождаемые шквалами и ливнями. Впереди вдоль берега одним курсом с "Удивительным" шло небольшое судно, которое он медленно нагонял. Однако это была не "Уилли-Уо"; капитан Уорд с "Удивительного", опустив подзорную трубу, назвал судно "Каури".</p>
      <p>Гриф, только что поднявшийся на палубу, с сожалением вздохнул.</p>
      <p>— Эх, если бы это была "Уилли-Уо"! — сказал он.</p>
      <p>— А вы не любите, когда вам достается, — с участием заметил Дэнби, второй помощник.</p>
      <p>— Разумеется. — Гриф замолчал, а потом искренне рассмеялся. — Я твердо убежден, что Гриффитс — мошенник, а вчера он поступил просто подло. "Подпишите, — говорит, — подпишите полностью внизу и поставьте дату". И Якобсен, жалкая крыса, еще помогал ему. Это было настоящее пиратство, снова возвратились дни Забияки Хейса.</p>
      <p>— Не будь вы моим хозяином, мистер Гриф, я бы с удовольствием дал вам совет, — вмешался капитан Уорд.</p>
      <p>— Ну, выкладывайте, — одобрил его Гриф.</p>
      <p>— Тогда… — Капитан помедлил и откашлялся. — При ваших-то капиталах надо быть дураком, чтобы идти на такой риск — связываться с этими проходимцами. Для чего вы это делаете?</p>
      <p>— По правде говоря, я и сам не знаю, капитан. Наверно, мне просто хочется. А можете ли вы найти какую-нибудь более основательную причину для всех ваших поступков?</p>
      <p>— В один прекрасный день оторвут вашу буйную голову, — заворчал в ответ капитан Уорд, подходя к компасу, чтобы определить положение судна относительно пика, вершина которого как раз в эту минуту показалась из-за облаков, закрывавших Гвадалканар.</p>
      <p>Береговой бриз напряг последние силы, и "Удивительный", быстро скользя по волнам, догнал "Каури" и пошел рядом с ним. Когда обмен приветствиями закончился, Дэвид Гриф спросил:</p>
      <p>— Не попадалась ли вам "Уилли-Уо"?</p>
      <p>Капитан в широкополой шляпе и с голыми ногами потуже затянул бечевкой вокруг пояса выцветшую голубую набедренную повязку и сплюнул табачную жижу за борт.</p>
      <p>— Попадалась, — ответил он. — Гриффитс заходил в Саво вчера вечером, чтобы запастись свининой, бататом и наполнить баки пресной водой. Похоже, собирается в дальнее плавание, но он отрицает это. А что? Вы хотели повидать его?</p>
      <p>— Да, но только если вы встретите его раньше, не говорите, что видели меня.</p>
      <p>Капитан кивнул головой и, подумав, перешел на нос своего судна, чтобы не удаляться от собеседника, находящегося на более быстроходной шхуне.</p>
      <p>— Послушайте! — сказал он. — Якобсен говорил мне, что они собираются сегодня быть в Габере. Он сказал, они переночуют там, чтобы взять запас земляной груши.</p>
      <p>— В Габере находится единственный маячный створ на Соломоновых островах, — заметил Гриф, когда его шхуна ушла намного вперед. — Не так ли, капитан Уорд?</p>
      <p>Капитан утвердительно кивнул.</p>
      <p>— А в маленькой бухте по эту сторону мыса трудно стать на якорь?</p>
      <p>— Совсем невозможно. Там только рифы да мели и прибой сильный. Ведь именно в том месте три года назад "Молли" разлетелась в щепки.</p>
      <p>С минуту Гриф затуманенным взором смотрел прямо перед собой, как будто созерцая какое-то видение. Затем глаза его сощурились, а кончики соломенных усов встопорщились от улыбки.</p>
      <p>— Мы станем на якорь в Габере, — сказал он. — Но пройдем мимо маленькой бухты, что по эту сторону. Там меня и спустите в вельботе. Кроме того, дайте мне шесть молодцов с винтовками. Я вернусь на борт еще до утра.</p>
      <p>Лицо капитана выразило подозрение, которое тут же сменилось укоризной.</p>
      <p>— О, это только невинная шутка, шкипер, — стал оправдываться Гриф с виноватым видом школьника, уличенного в шалости.</p>
      <p>Капитан Уорд что-то буркнул, зато Дэнби оживился.</p>
      <p>— Мне хотелось бы отправиться с вами, мистер Гриф, — сказал он.</p>
      <p>Гриф кивнул головой в знак согласия.</p>
      <p>— Припасите несколько топоров и ножей для рубки кустарника, — сказал он. — И между прочим два ярких фонаря. Да проследите, чтобы в них было масло.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>За час до захода солнца "Удивительный" подошел к маленькой бухте. Ветер посвежел, и оживившееся море начало волноваться. Прибрежные рифы уже побелели от пены прибоя, а те, что подальше, выделялись только бесцветной окраской воды. Когда шхуна, идя по ветру, замедлила ход, с нее спустили вельбот. В него спрыгнуло шесть молодцов с островов Санта-Крус в набедренных повязках, у каждого была винтовка. Дэнби с фонарями сел на корму. Гриф, собираясь спуститься, задержался у борта.</p>
      <p>— Молитесь, чтобы ночь была темной, шкипер, — сказал он.</p>
      <p>— Будет темной, — ответил капитан Уорд. — Луны не видно, и все небо закрыто облаками. Что-то пахнет штормом.</p>
      <p>От такого прогноза лицо Грифа просветлело, и золотистый оттенок его загара стал более отчетливым. Он спрыгнул вниз ко второму помощнику.</p>
      <p>— Отваливайте! — приказал капитан Уорд. — Ставь паруса! Руль под ветер! Так! Прямо держать руль!</p>
      <p>"Удивительный" с наполненными парусами скользнул прочь и, обогнув мыс, пошел к Габере, в то время как вельбот на шести веслах с Грифом на руле понесся к берегу. Искушенный рулевой, Гриф пробрался сквозь узкий, извилистый проход, который не могло преодолеть ни одно судно большего размера, чем вельбот. Но вот рифы и мели остались позади, и они ступили на тихий, омываемый волнами берег.</p>
      <p>Следующий час был посвящен работе. Расхаживая среди кокосовых пальм и кустарника, Гриф выбирал деревья.</p>
      <p>— Рубите это дерево, рубите то, — говорил он туземцам. — Нет, это дерево не трогайте, — говорил он, отрицательно качая головой.</p>
      <p>Наконец в зарослях был вырублен целый клин. У берега осталась одна высокая пальма, у вершины клина вторая. Когда зажгли фонари, подняли их на эти два дерева и закрепили там, было уже темно.</p>
      <p>— Тот наружный фонарь висит слишком высоко, — критически заметил Дэвид Гриф. — Дэнби, повесьте его футов на десять ниже.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VI</p>
      </title>
      <p>"Уилли-Уо" во весь дух мчалась по волнам, потому что порывы налетавшего шквала все еще оставались сильными. Чернокожие поднимали большой грот, который спустили на ходу, когда ветер был слишком сильным. Якобсен, наблюдавший за их работой, приказал им сбросить фалы с нагелей и быть наготове, а сам прошел на бак, где стоял Гриффитс. Широко раскрытые глаза обоих мужчин напряженно всматривались в черную тьму, а уши жадно ловили звук прибоя, ударявшего в невидимый берег. Именно по этому звуку они и могли управлять своим судном в тот момент.</p>
      <p>Ветер немного стих, массы облаков поредели и начали расходиться, в сумрачном свете звезд вдали неясно вырисовывался лесистый берег. Впереди с подветренной стороны появилась остроконечная скала. Капитан и помощник устремили на нее взгляд.</p>
      <p>— Мыс Эмбой, — объявил Гриффитс. — Глубина здесь достаточная. Встаньте на руль, Якобсен, пока не определим курс. Живее!</p>
      <p>Босой, с голыми икрами и в скудном одеянии, с которого струилась вода, помощник перебежал на корму и заменил чернокожего у штурвала.</p>
      <p>— Как идем? — спросил Гриффитс.</p>
      <p>— Зюйд-зюйд-вест.</p>
      <p>— Ложись на зюйд-вест.</p>
      <p>— Есть!</p>
      <p>Гриффитс прикинул изменившееся положение мыса Эмбой по отношению к курсу "Уилли-Уо".</p>
      <p>— Полрумба к весту! — крикнул он.</p>
      <p>— Есть полрумба на вест! — донесся ответ.</p>
      <p>— Так держать!</p>
      <p>— Есть так держать! — Якобсен отдал штурвал туземцу. — Правь как следует, слышишь? — пригрозил он. — А не то я оторву твою проклятую черную башку.</p>
      <p>Он снова пошел на бак и присоединился к Гриффитсу; опять сгустились тучи, звезды спрятались, а ветер усилился и разразился новым шквалом.</p>
      <p>— Смотрите за гротом! — прокричал Гриффитс на ухо помощнику, одновременно следя за поведением судна.</p>
      <p>Оно понеслось по волнам, черпая левым бортом, в то время как он мысленно измерял силу ветра и придумывал, как бы ослабить его действие. Тепловатая морская вода, чуть-чуть фосфоресцируя, заливала его ступни и колени. Ветер завыл на высокой ноте, и все снасти запели, когда "Уилли-Уо" еще больше увеличила скорость.</p>
      <p>— Убрать грот! — закричал Гриффитс, бросаясь к дирикфалам, и, отталкивая чернокожих, он сам выполнил эту команду.</p>
      <p>Якобсен у гафелей сделал то же самое. Большой парус упал вниз, и чернокожие с криками и воплями бросились на сопротивляющийся брезент. Помощник, отыскав в темноте туземца, уклоняющегося от работы, сунул свои огромные кулаки ему в лицо и потащил работать.</p>
      <p>Шторм был в полном разгаре, и "Уилли-Уо" даже на малых парусах мчалась во весь дух. Снова двое мужчин встали на баке и тщетно всматривались в затянутый сеткой дождя горизонт.</p>
      <p>— Мы идем верно, — сказал Гриффитс. — Дождь скоро кончится. Можем держать этот курс, пока не увидим огни. Вытравите тринадцать саженей якорной цепи. Хотя в ночь вроде этой лучше вытравить все сорок пять. А потом пусть убирают грот. Он нам больше не понадобится.</p>
      <p>Спустя полчаса его утомленные глаза различили мерцание двух огней.</p>
      <p>— Вот они, Якобсен. Я стану на руль. Спустите носовой стаксель и готовьте якорь. Заставьте-ка негров попрыгать.</p>
      <p>Стоя на корме и держа в руках штурвал, Гриффитс следовал тому же курсу, пока оба огня не слились в один, а затем резко изменил курс и пошел прямо на них. Он слышал грохот и рев прибоя, но решил, что это далеко, — должно быть, у Габеры.</p>
      <p>Он услышал испуганный крик помощника и изо всех сил стал вертеть штурвал обратно, но тут "Уилли-Уо" наскочила на риф. В тот же момент грот-мачта свалилась на бак. Последовало пять ужасных минут. Все уцепились за что попало, а шхуну то подбрасывало вверх, то швыряло на крупный коралл, и теплые волны перекатывались через людей. Давя и ломая коралл, "Уилли-Уо" пробилась через отмель и окончательно стала в сравнительно спокойном и мелководном проливе позади.</p>
      <p>Гриффитс молча сел на крышу каюты, свесив голову на грудь в бессильной ярости и горечи. Только раз он поднял голову, чтобы взглянуть на два белых огня, стоявших точно один над другим.</p>
      <p>— Вот они, — сказал он. — Но это не Габера. Что же это тогда, черт побери?</p>
      <p>Хотя прибой все еще ревел и по отмели катились буруны, обдавая мелкими брызгами людей, ветер стих, и выглянули звезды. Со стороны берега донесся плеск весел.</p>
      <p>— Что у вас здесь было? Землетрясение? — крикнул Гриффитс. — Дно совсем изменилось. Я сотни раз стоял здесь на тридцати саженях каната. Это вы, Вильсон?</p>
      <p>Подошел вельбот, и человек перепрыгнул через поручни. При тусклом свете звезд Гриффитс увидел направленный в его лицо автоматический кольт, а подняв глаза, узнал Дэвида Грифа.</p>
      <p>— Нет, вы никогда еще не отдавали здесь якорь, — сказал Гриф, смеясь. — Габера с той стороны мыса, и я отправлюсь туда, как только получу маленькую сумму в тысячу двести фунтов стерлингов. О расписке можете не беспокоиться. У меня с собой ваш вексель, и я просто возвращу его вам.</p>
      <p>— Это сделали вы! — закричал Гриффитс, вскакивая на ноги в порыве злобы. — Вы установили фальшивые огни! Вы разорили меня и…</p>
      <p>— Спокойно! Спокойно! — В ледяном тоне Грифа прозвучала угроза. — Так, значит, тысячу двести, будьте добры!</p>
      <p>Гриффитсом, казалось, овладело полное безразличие. Он испытывал отвращение, глубокое отвращение к этой солнечной стране, к неумолимому зною, к тщетности всех своих попыток, к этому голубоглазому с золотистой кожей, необыкновенному человеку, который разрушил все его планы.</p>
      <p>— Якобсен, — сказал он, — откройте денежный ящик и дайте этому… этому кровопийце… тысячу двести фунтов.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Буйный характер Алоизия Пенкберна</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>У Дэвида Грифа был зоркий глаз, он сразу подмечал все необычное, обещавшее новое приключение, и всегда был готов к тому, что за ближайшей кокосовой пальмой его подстерегает какая-нибудь неожиданность, а между тем он не испытал никакого предчувствия, когда ему попался на глаза Алоизий Пенкберн. Это было на пароходике "Берта". Гриф со своей шхуны, которая должна была отойти позднее, пересел на этот пароход, желая совершить небольшую поездку от Райатеи до Папеэте. Он впервые увидел Алоизия Пенкберна, когда этот уже немного захмелевший джентльмен в одиночестве пил коктейль у буфета, помещавшегося в нижней палубе около парикмахерской. А когда через полчаса Гриф вышел от парикмахера, Алоизий Пенкберн все еще стоял у буфета и пил в одиночестве.</p>
      <p>Когда человек пьет один — это дурной признак. И Гриф, проходя мимо, бросил на Пенкберна беглый, но испытующий взгляд. Он видел молодого человека лет тридцати, хорошо сложенного, красивого, хорошо одетого и явно одного из тех, кого в свете называют джентльменами. Но по едва уловимой неряшливости, по нервным движениям дрожащей руки, расплескивавшей напиток, по беспокойно бегающим глазам Гриф безошибочно определил, что перед ним хронический алкоголик.</p>
      <p>После обеда он снова случайно встретился с Пенкберном. На этот раз встреча произошла на верхней палубе. Молодой человек, цепляясь за поручни и глядя на не ясно видные фигуры, мужчины и женщины, сидевших поодаль в сдвинутых вместе шезлонгах, заливался пьяными слезами. Гриф заметил, что рука мужчины обнимала талию женщины. А Пенкберн смотрел на них и рыдал.</p>
      <p>— Не из-за чего плакать, — мягко сказал ему Гриф. Пенкберн посмотрел на него, не переставая заливаться слезами от глубокой жалости к себе.</p>
      <p>— Это тяжело, — всхлипывал он. — Да, да, тяжело. Тот человек — мой управляющий. Я его хозяин, я плачу ему хорошее жалованье. И вот как он его зарабатывает!</p>
      <p>— Почему бы вам тогда не положить этому конец? — посоветовал Гриф.</p>
      <p>— Нельзя. Тогда она не позволит мне пить виски. Она моя сиделка.</p>
      <p>— В таком случае прогоните ее и пейте, сколько душе угодно.</p>
      <p>— Не могу. У него все мои деньги. Если я ее прогоню, он не даст мне даже шести пенсов на одну рюмку.</p>
      <p>Эта горестная перспектива вызвала новый поток слез. Гриф заинтересовался Пенкберном. Положение было на редкость любопытное, какое и вообразить себе трудно.</p>
      <p>— Их наняли, чтобы они обо мне заботились, — бормотал Пенкберн сквозь рыдания, — и чтобы отучили меня от пьянства. А они вот как это выполняют! Все время милуются, а мне предоставляют напиваться до бесчувствия. Это нечестно, говорю вам. Нечестно. Их отправили со мной специально затем, чтобы они не давали мне пить, а они не мешают мне пить, лишь бы я оставлял их в покое, и я допиваюсь до скотского состояния. Если я жалуюсь, они угрожают, что не дадут мне больше ни капли. Что же мне, бедному, делать? Смерть моя будет на их совести, вот и все. Пошли вниз, выпьем.</p>
      <p>Он отпустил поручни и упал бы, если бы Гриф не схватил его за руку. Алоизий сразу словно преобразился — распрямил плечи, выставил вперед подбородок, а в глазах его появился суровый блеск.</p>
      <p>— Я не позволю им меня убить. И они еще будут каяться! Я предлагал им пятьдесят тысяч — разумеется, с тем, что уплачу позже. Они смеялись. Они пока ничего не знают. А я знаю! — Он порылся в кармане пиджака и вытащил какой-то предмет, который заблестел в сумраке.</p>
      <p>— Они не знают, что это такое. А я знаю. — Он посмотрел на Грифа с внезапно вспыхнувшим недоверием. — Как, по-вашему, что это такое? А?</p>
      <p>В уме Грифа промелькнула картина: дегенерат-алкоголик убивает страстно влюбленную парочку медным костылем. Ибо у Пенкберна в руке он увидел именно медный костыль, какие в старину употреблялись на судах для крепления.</p>
      <p>— Моя мать думает, что я здесь для того, чтобы лечиться от запоя. Она ничего не знает. Я подкупил доктора, чтобы он предписал мне путешествие по морю. Когда мы будем в Папеэте, мой управляющий зафрахтует шхуну, и мы уплывем далеко. Но влюбленная парочка ничего не подозревает. Они думают, что это пьяная фантазия. Только я один знаю. Спокойной ночи, сэр. Я отправлюсь спать… если… гм… если только вы не согласитесь выпить со мной на сон грядущий. Последнюю рюмку, хорошо?</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>На следующей неделе, которую он провел в Папеэте, Гриф много раз встречал Алоизия Пенкберна и всегда при очень странных обстоятельствах. Видел его не только он, но и все в столице маленького острова. Давно уже не были так шокированы обитатели побережья и пансиона Лавинии, ибо как-то в полдень Алоизий Пенкберн с непокрытой головой, в одних трусах бежал по главной улице от пансиона Лавинии на пляж. Другой раз он вызвал на состязание по боксу кочегара с "Берты". Предполагалось четыре раунда в "Фоли-Бержер", но на втором Пенкберн был нокаутирован. Потом он в припадке пьяного безумия пытался утопиться в луже глубиной в два фута. Рассказывали, что он бросился в воду с пятидесятифутовой высоты — с мачты "Марипозы", стоявшей у пристани. Он зафрахтовал тендер "Торо" за сумму, превышавшую стоимость самого судна, и спасло его только то, что его управляющий отказался финансировать сделку. Он скупил на рынке у слепого старика прокаженного весь его товар и стал продавать плоды хлебного дерева, бананы и бататы так дешево, что пришлось вызывать жандармов, чтобы разогнать набежавшую отовсюду толпу туземцев. В силу этих обстоятельств жандармы трижды арестовывали Алоизия за нарушение общественного спокойствия, и трижды его управляющему пришлось отрываться от любовных утех, чтобы заплатить штрафы, наложенные нуждающимися в средствах колониальными властями.</p>
      <p>Затем "Марипоза" отплыла в Сан-Франциско, и в каюте для новобрачных поместились только что обвенчавшиеся управляющий и сиделка. Перед отплытием управляющий с умыслом выдал Алоизию восемь пятифунтовых ассигнаций, заранее предвидя результат: Алоизий очнулся через несколько дней без гроша в кармане и на грани белой горячки. Лавиния, известная своей добротой даже среди самых отпетых мошенников и бродяг на тихоокеанских островах, ухаживала за ним, пока он не выздоровел, и ни единым намеком не вызвала в его пробуждающемся сознании мысли о том, что у него больше нет ни денег, ни управляющего, чтобы оплатить расходы по его содержанию.</p>
      <p>Как-то вечером Дэвид Гриф сидел, отдыхая, под тентом на юте "Морской Чайки" и лениво просматривал столбцы местной газетки "Курьер". Вдруг он выпрямился и от удивления чуть не протер глаза. Это было что-то невероятное! Старая романтика южных морей не умерла. Он прочел:</p>
      <p>"Ищу компаньона: Согласен отдать половину клада, стоимостью в пять миллионов франков, за проезд к неизвестному острову в Тихом океане и перевозку найденных сокровищ. Спросить Фолли <a l:href="#n_774" type="note">[774]</a> в пансионе Лавинии".</p>
      <p>Гриф взглянул на часы. Было еще рано, только восемь часов.</p>
      <p>— Мистер Карлсен! — крикнул он туда, где виднелся огонек трубки. — Вызовите гребцов на вельбот. Я отправляюсь на берег.</p>
      <p>На носу судна раздался хриплый голос помощника капитана, норвежца, и человек шесть рослых туземцев с острова Рапа прекратили пение, спустили шлюпку и сели на весла.</p>
      <p>— Я пришел повидаться с Фолли. С мистером Фолли, я полагаю? — сказал Дэвид Гриф Лавинии.</p>
      <p>Он заметил, с каким живым интересом она взглянула на него, когда, обернувшись, позвала кого-то из кухни, находившейся на отлете, через две комнаты. Через несколько минут вошла, шлепая босыми ногами, девушка-туземка и на вопрос хозяйки отрицательно покачала головой.</p>
      <p>Лавиния была явно разочарована.</p>
      <p>— Вы ведь с "Морской Чайки"? — сказала она. — Я передам ему, что вы заходили.</p>
      <p>— Так это мужчина? — спросил Гриф. Лавиния кивнула.</p>
      <p>— Я надеюсь, что вы сможете ему помочь, капитан Гриф. Я ведь только добрая женщина. Я ничего не знаю. Но он приятный человек и, может быть, говорит правду. Вы в этом разберетесь скорее, чем такая мягкосердечная дура, как я. Разрешите предложить вам коктейль?</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Вернувшись к себе на шхуну, Дэвид Гриф задремал шезлонге, прикрыв лицо журналом трехмесячной давности. Его разбудили какие-то хлюпающие звуки за бортом. Он открыл глаза. На чилийском крейсере за четверть мили от "Чайки" пробило восемь склянок. Была полночь. За бортом слышался плеск воды и все те же хлюпающие звуки. Это было похоже не то на фырканье какого-то земноводного, не то на плач одинокого человека, который ворчливо изливает свои горести перед всей вселенной.</p>
      <p>Одним прыжком Гриф очутился у невысокого фальшборта. Внизу в море виднелось фосфоресцирующее и колеблющееся пятно, из центра которого исходили странные звуки. Гриф перегнулся через борт и подхватил под мышки находившегося в воде человека. Постепенно подтягивая его все выше и выше, он втащил на палубу голого Алоизия Пенкберна.</p>
      <p>— У меня не было ни гроша, — пожаловался тот. — Пришлось добираться вплавь, и я не мог найти ваш трап. Это было ужасно. Извините меня. Если у вас найдется полотенце, чтобы я мог им обвязаться, и глоток спиртного покрепче, то я быстро приду в себя. Я мистер Фолли, а вы, наверное, капитан Гриф, заходивший ко мне в мое отсутствие. Нет, я не пьян. И мне не холодно. Это не озноб. Лавиния сегодня разрешила мне пропустить всего только два стаканчика. У меня вот-вот начнется приступ белой горячки. Мне уже стала мерещиться разная чертовщина, когда я не мог найти трап. Если вы пригласите меня к себе в каюту, я буду очень благодарен. Вы единственный откликнулись на мое объявление.</p>
      <p>Хотя ночь была теплая, Алоизий Пенкберн так дрожал, что на него жалко было смотреть. Когда они спустились в каюту, Гриф первым делом дал ему полстакана виски.</p>
      <p>— Ну, а теперь выкладывайте, — сказал Гриф, когда его гость был уже в рубашке и парусиновых брюках. — Что означает ваше объявление? Я слушаю.</p>
      <p>Пенкберн многозначительно посмотрел на бутылку с виски, но Гриф покачал головой.</p>
      <p>— Ладно, капитан… хотя, клянусь остатками своей чести, я не пьян, ничуть не пьян. То, что я вам расскажу, — истинная правда, и я буду краток, так как для меня ясно, что вы человек деловой и энергичный. Кроме того, организм ваш не отравлен. Алкоголь никогда не грыз каждую клеточку вашего тела миллионами червей. Вас никогда не сжигал адский огонь, который сейчас сжигает меня. Теперь слушайте.</p>
      <p>Моя мать еще жива. Она англичанка. Я родился в Австралии. Образование получил в Йоркском и Йейлском университетах. Я магистр искусств, доктор философии, но я никуда не гожусь. Хуже того — я алкоголик. Я был спортсменом. Я нырял "ласточкой" с высоты ста десяти футов. Я установил несколько любительских рекордов. Я плаваю как рыба. Я научился кролю у первого из Кавиллей. Я проплывал тридцать миль по бурному морю. У меня есть и другой рекорд — я поглотил на своем веку больше виски, чем любой другой человек моего возраста. Я способен украсть у вас шесть пенсов, чтобы купить рюмку виски. А теперь я расскажу вам всю правду насчет клада.</p>
      <p>Мой отец был американец, родом из Аннаполиса. Во время гражданской войны <a l:href="#n_775" type="note">[775]</a> он был гардемарином. В тысяча восемьсот шестьдесят шестом году он уже в чине лейтенанта служил на "Сювани" — капитаном ее тогда был Поль Ширли. В том году "Сювани" брала уголь на одном тихоокеанском острове, — название его вам пока знать незачем. Остров сейчас находится под протекторатом одной державы, которую я тоже не назову. Тогда этого протектората не было. На берегу, за стойкой одного трактира, мой отец увидел три медных костыля… судовых костыля.</p>
      <p>Дэвид Гриф спокойно улыбнулся.</p>
      <p>— Теперь я вам скажу название этой стоянки и державы, установившей затем протекторат над островом, — сказал он.</p>
      <p>— А о трех костылях вы тоже можете что-нибудь рассказать? — так же спокойно спросил Пенкберн. — Что ж, говорите, так как теперь они находятся у меня.</p>
      <p>— Могу, разумеется. Они находились за стойкой трактирщика, немца Оскара в Пеено-Пеенее. Джонни Блэк принес их туда со своей шхуны в ночь своей смерти. Он тогда только что вернулся из длительного рейса на запад, где он ловил трепангов и закупал сандаловое дерево. Эта история известна всем обитателям побережья.</p>
      <p>Пенкберн покачал головой.</p>
      <p>— Продолжайте!</p>
      <p>— Это, конечно, было не в мое время, — объяснил Гриф. — Я только пересказываю то, что слышал. Затем в Пеено-Пеенее прибыл эквадорский крейсер. Он шел тоже с запада — на родину. Офицеры крейсера узнали, что это за костыли. Джонни Блэк умер, но они захватили его помощника и судовой журнал. Крейсер опять отравился на запад. Через полгода, возвращаясь на родину, он снова отдал якорь в Пеено-Пеенее. Плавание его оказалось безрезультатным, а история эта стала всем известна.</p>
      <p>— Когда восставшие двинулись на Гваякиль <a l:href="#n_776" type="note">[776]</a>, — сказал Пенкберн, перебив Грифа, — федеральные власти, считая, что город отстоять не удастся, захватили весь Денежный запас государственного казначейства, что-то около миллиона долларов золотом, но все в английской валюте, и погрузили его на американскую шхуну "Флерт". Они собирались бежать на следующий день. А капитан американской <a l:href="#n_777" type="note">[777]</a> шхуны увел ее в ту же ночь. Теперь продолжайте вы.</p>
      <p>— Это старая история, — подхватил Гриф. — В порту больше не было ни одного корабля. Федеральные власти не могли бежать. Зная, что отступление отрезано, они отчаянно защищали город. Рахас Сальсед, шедший из Кито форсированным маршем, прорвал осаду. Восстание было подавлено, и единственный старый пароход, составлявший весь эквадорский военный флот, был послан в погоню за "Флертом". Они настигли шхуну неподалеку от Ново-Гебридских островов. "Флерт" лежал в дрейфе, а на его мачтах был поднят сигнал бедствия. Капитан умер накануне — от черной лихорадки.</p>
      <p>— А помощник? — с вызовом спросил Пенкберн.</p>
      <p>— Помощник был убит за неделю до этого туземцами на одном из островов Банкса, куда они посылали шлюпку за водой. Не осталось никого, кто мог бы вести корабль. Матросов подвергли пытке, в нарушение международного права. Они и рады бы дать показания, но ничего не знали. Они рассказали только о трех костылях, вбитых в деревья на берегу какого-то острова, но где этот остров, они не знали. Он был где-то далеко на западе — вот все, что они могли сказать. Ну, а дальше история имеет два варианта. По одному варианту матросы все умерли под пыткой. По другому — тех, кто не умер, повесили на реях. Во всяком случае, эквадорский крейсер вернулся на родину без сокровищ. А что касается этих трех костылей, то Джонни Блэк привез их в Пеено-Пеенее и оставил в трактире немца Оскара, но как и где он их нашел, он так и не рассказал.</p>
      <p>Пенкберн жадно посмотрел на бутылку виски.</p>
      <p>— Налейте хоть на два пальца, — взмолился он. Гриф подумал и налил ему чуть-чуть. Глаза Пенкберна засверкали, он снова ожил.</p>
      <p>— Вот здесь на сцену появляюсь я и сообщаю вам недостающие подробности, — сказал он. — Джонни Блэк рассказал все! Рассказал моему отцу. Он написал ему из Левуки, еще до того, как приехал в Пеено-Пеенее, и умер. Моей отец однажды в Вальпараисо спас ему жизнь во время пьяной драки в трактире. Один китаец, скупщик жемчуга с острова Четверга, разыскивавший новые места для ловли к северу от Новой Гвинеи, выменял эти три костыля у какого-то негра. Джонни Блэк купил их на вес, как медный лом. Он, так же как и китаец, понятия не имел об их происхождении. Но на обратном пути он сделал остановку, чтобы половить морских черепах, у того самого берега, где, как вы говорите, был убит помощник капитана с "Флерта". Да только он вовсе не был убит. Туземцы островов Банкса держали его в плену, и он умирал от некроза челюсти: во время стычки на берегу его ранили стрелой. Перед смертью он рассказал Джонни Блэку всю историю. Джонни написал из Левуки моему отцу. Дни его тогда были уже сочтены: рак. Через десять лет мой отец, плавая капитаном на "Перри", забрал эти костыли у немца Оскара. А по завещанию отца-это была его последняя воля — я получил костыли и все сведения. Я знаю, где находится остров, знаю широту и долготу того побережья, где были вбиты в деревья костыли. Костыли сейчас у Лавинии. Широта и долгота у меня в голове. Ну, что вы мне теперь скажете?</p>
      <p>— Сомнительная история, — сразу же сказал Гриф. — Почему ваш отец сам не отправился за этим сокровищем?</p>
      <p>— В этом не было надобности. Скончался его дядя и оставил ему состояние. Отец вышел в отставку, путался все время в Бостоне с целой оравой сиделок, и моя мать с ним развелась. Она тоже получила наследство, дававшее ей тысяч тридцать годового дохода, и переехала в Новую Зеландию. Я был поделен между ними: жил то в Новой Зеландии, то в Штатах, до смерти отца. Он умер в прошлом году. Теперь я целиком принадлежу матери. Отец оставил мне все свои деньги — так, миллиона два, — но мать добилась того, что надо мной учредили опеку — из-за пьянства. У меня уйма денег, а я не могу тронуть ни цента, кроме того, что мне выдается. Зато папаша, которому все это было известно, оставил мне три костыля и все относящиеся к ним сведения. Он сделал это через своего поверенного, и мать ничего не знает. Он говорил, что это обеспечит меня на всю жизнь, и если у меня хватит мужества отправиться за этим сокровищем и добыть его, я буду иметь возможность пить, сколько влезет, до самой смерти. У меня миллионы — в руках опекунов, кучу денег я получу от матери, если она раньше меня угодит в крематорий, еще миллион ожидает, чтобы я его выкопал, а тем временем я должен клянчить у Лавинии две рюмки в день. Это черт знает что! Особенно, если учесть мою жажду…</p>
      <p>— Где находится остров?</p>
      <p>— Далеко отсюда.</p>
      <p>— Назовите его.</p>
      <p>— Ни за что на свете, капитан Гриф! Вы на этом деле легко заработаете полмиллиона. Вы поведете шхуну по моим указаниям, а когда мы будем далеко в море, на пути к острову, я вам его назову. Не раньше!</p>
      <p>Гриф пожал плечами и прервал разговор.</p>
      <p>— Я дам вам еще рюмку и отправлю в лодке на берег, — сказал он.</p>
      <p>Пенкберн опешил. Минут пять по крайней мере он не знал, на что решиться, затем облизал губы и сдался.</p>
      <p>— Если вы даете слово, что поедете, я вам скажу все сейчас.</p>
      <p>— Конечно, поеду. Потому-то я вас и спрашиваю. Назовите остров.</p>
      <p>Пенкберн посмотрел на бутылку.</p>
      <p>— Я сейчас выпью эту последнюю рюмку, капитан.</p>
      <p>— Нет, не выйдет. Эта рюмка предназначалась вам, если бы вы отправились на берег. А раз вы намерены назвать мне остров, вы должны сделать это в трезвом состоянии.</p>
      <p>— Ну, ладно: это остров Фрэнсиса. Бугенвиль <a l:href="#n_778" type="note">[778]</a> назвал его остров Барбура.</p>
      <p>— Знаю. Уединенный остров в Малом Коралловом море, — сказал Гриф. — Он находится между Новой Ирландией и Новой Гвинеей. Сейчас это отвратительная дыра, но это было недурное местечко в те времена, когда капитан "Флерта" вбивал костыли, да и тогда еще, когда их выменял китаец, скупщик жемчуга. Два года назад там был уничтожен со всей командой пароход "Кастор", вербовавший рабочих для плантаций на Уполу. Я хорошо знал его капитана. Немцы послали крейсер, обстреляли из орудий заросли, сожгли полдюжины деревень, убили нескольких негров и множество свиней — и все. Тамошние негры всегда были опасны, а особенно опасны они стали сорок лет назад, когда перерезали команду китобойного судна. Как, бишь, оно называлось? Постойте, сейчас узнаем.</p>
      <p>Он подошел к книжной полке, снял толстый "Южно-Тихоокеанский справочник" и перелистал страницы.</p>
      <p>— Ага, вот он, "Френсис, или Барбур", — прочел он скороговоркой. — Туземцы воинственны и вероломны… Меланезийцы, каннибалы. Захватили и уничтожили китобойное судно "Уэстерн"… Вот как оно называлось! "Мели… мысы… якорные стоянки… ага, Красный утес, бухта Оуэна, бухта Ликикили…" Вот это вернее! "Далеко вдается в берег. Болота с мангровыми зарослями. На глубине девяти саженей грунт хорошо держит якорь в том месте, от которого на вест-зюйд-вест находится отвесная белая скала". — Гриф поднял глаза. — Голову даю на отсечение, что это и есть ваш берег, Пенкберн!</p>
      <p>— Вы едете? — с живостью спросил тот. Гриф кивнул.</p>
      <p>— Теперь мне эта история кажется правдоподобной. Вот если бы речь шла о ста миллионах или другой столь же невероятной сумме, я ни на минуту бы этим не заинтересовался. Завтра мы отплывем, но при одном условии: если вы обещаете беспрекословно мне повиноваться.</p>
      <p>Его гость радостно и выразительно закивал головой.</p>
      <p>— А это значит, что не будете пить.</p>
      <p>— Это жестокое требование, — жалобно сказал Пенкберн.</p>
      <p>— Таковы мои условия. Я достаточно разбираюсь в медицине, и под моим надзором с вами ничего дурного не случится. Вы будете работать — делать тяжелую работу матроса. Вы будете нести вахту наравне с матросами и делать все, что им положено, но есть и спать вместе с нами на корме.</p>
      <p>— Идет! — Пенкберн в знак согласия протянул руку Грифу. — Если только это меня не убьет, — добавил он.</p>
      <p>Дэвид Гриф великодушно налил в стакан виски на три пальца и протянул стакан Пенкберну.</p>
      <p>— Это ваша последняя порция. Пейте.</p>
      <p>Пенкберн протянул уже было руку. Но вдруг с судорожной решимостью отдернул ее, расправил плечи и поднял голову.</p>
      <p>— Я, пожалуй, не стану, — начал он, затем, малодушно поддавшись мучившему его желанию, поспешно схватил стакан, словно боясь, что его отнимут.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>От Папеэте на островах Товарищества до Малого Кораллового моря путь неблизкий: идти приходится от 150° западной долготы до 150° восточной долготы. Если плыть по прямой, то это все равно, что пересечь Атлантический океан. А "Морская Чайка" к тому же шла не по прямой. Из-за многочисленных дел Дэвида Грифа она не раз отклонялась от курса. Гриф сделал остановку, чтобы заглянуть на необитаемый остров Роз и узнать, нельзя ли его заселить и устроить там кокосовые плантации. Затем он вздумал засвидетельствовать свое почтение Туи-Мануа, королю Восточного Самоа, и тайными происками добивался там доли в монопольной торговле на трех островах этого умирающего монарха. В Апии он принял на борт для доставки на острова Гилберта нескольких новых агентов, ехавших на смену старым, и партию товаров для меновой торговли. Потом он зашел на атолл Онтонг-Ява, осмотрел свои плантации на острове Изабель и купил землю у вождей приморских племен северо-западной Малаиты. И на всем протяжении этого извилистого пути Дэвид Гриф старался сделать из Алоизия Пенкберна настоящего человека.</p>
      <p>Этот вечно жаждущий мученик, хотя и жил на юте, принужден был выполнять обязанности простого матроса. Он не только стоял вахту на руле, крепил паруса и снасти; ему поручалась самая грязная и тяжелая работа. Его поднимали в "беседке" высоко вверх, и он скоблил мачты и промазывал их до самого низа. Он драил песчаником палубу и мыл ее негашеной известью. От этого у него болела спина, но зато развивались и крепли его дряблые мускулы. Когда "Морская Чайка" стояла на якоре и матросы-туземцы скоблили кокосовой скорлупой медную обшивку ее днища, ныряя для этого под воду, Пенкберна тоже посылали на эту работу наравне со всеми.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_088.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>— Посмотрите на себя, — сказал ему однажды Гриф. — Вы вдвое сильнее, чем были. Вы все это время капли в рот не брали и вот не умерли же, и организм ваш почти избавился от отравы. Вот что значит труд. Он оказался для вас куда полезнее, чем надзор сиделок и управляющих. Если хотите пить — вот, пожалуйста! Нужно только поднести ко рту.</p>
      <p>Он вынул из ножен свой тяжелый нож и несколькими ловкими ударами вырезал треугольный кусок в скорлупе кокосового ореха, уже очищенного от верхней волокнистой оболочки. Жидкий, прохладный сок, похожий на молоко, шипя запенился через край. Пенкберн с поклоном принял эту изготовленную природой чашу, запрокинул голову и выпил все до дна. Каждый день он выпивал сок множества орехов. Чернокожий буфетчик, шестидесятилетний туземец с Новых Гебридов, и его помощник, одиннадцатилетний мальчик с острова Ларк, аккуратно снабжали его ими.</p>
      <p>Пенкберн не протестовал против тяжелой работы. Он не только никогда не увиливал от нее, но хватался за все с какой-то жадностью и мигом исполнял приказание, всегда опережая матросов-туземцев. И все то время, пока Гриф отучал его от спиртного, он переносил эти муки с истинным героизмом. Даже когда организм его отвык от отравы, Пенкберн все еще был одержим постоянным маниакальным желанием выпить. Однажды, когда он под честное слово был отпущен на берег в Апии, хозяевам трактиров чуть не пришлось закрыть свои заведения, так как он выпил почти все их наличные запасы. И в два часа ночи Дэвид Гриф нашел его у входа в "Тиволи", откуда его с позором вышвырнул Чарли Робертс. Алоизий, как когда-то, заунывно изливал свою печаль звездам. Одновременно он занимался и другим, более прозаическим делом: в такт своим завываниям он с удивительной меткостью кидал куски коралла в окна Чарли Робертса.</p>
      <p>Гриф увел Пенкберна, но принялся за него только на следующее утро. Расправа происходила на палубе "Морской Чайки", и в сцене этой не было ничего идиллического. Гриф молотил его кулаками, не оставил на нем живого места, задал ему такую трепку, какой Алоизию не задавали никогда в жизни.</p>
      <p>— Это ради вашего блага, Пенкберн, — приговаривал он, нанося удары. — А это ради вашей матери. А это для блага вашего будущего потомства. А это для блага мира, вселенной и всего будущего человечества. А теперь, чтобы получше вдолбить вам этот урок, мы повторим все сначала! Это для спасения вашей души; это ради вашей матери; это ради ваших малюток, которых еще нет, о которых вы еще и не думаете, чью мать вы будете любить во имя детей и во имя самой любви, когда благодаря мне станете настоящим человеком. Принимайте же свое лекарство! Я еще не кончил, я только начинаю. Есть еще немало и других причин для трепки, которые я сейчас вам изложу.</p>
      <p>Коричневые матросы, чернокожие буфетчики, кок — все смотрели и ухмылялись. Им и в голову не приходило критиковать загадочные, непостижимые поступки белых людей. Помощник капитана Карлсен с угрюмым одобрением наблюдал действия хозяина, а Олбрайт, второй помощник, только крутил усы и улыбался. Оба были старые моряки, прошедшие суровую школу. И собственный и чужой опыт убедил их, что проблему лечения от запоя приходится решать не так, как ее решают медики.</p>
      <p>— Юнга! Ведро пресной воды и полотенце, — приказал Гриф, кончив свое дело. — Два ведра и два полотенца, — добавил он, посмотрев на свои руки.</p>
      <p>— Хорош, нечего сказать! — обратился он к Пенкберну. — Вы все испортили. Я уже было совсем выгнал из вас весь яд. А теперь от вас разит, как из бочки. Придется все начинать сначала. Мистер Олбрайт! Вы видели груду старых цепей на берегу у лодочной пристани? Разыщите владельца, купите все и доставьте на шхуну. Цепей этих там, наверное, саженей полтораста… Пенкберн! Завтра утром вы начнете счищать с них ржавчину. Когда кончите, отполируете наждаком. Затем выкрасите. Вы будете заниматься только этим, пока цепи не станут гладкими и блестящими, как новые.</p>
      <p>Алоизий Пенкберн покачал головой.</p>
      <p>— Ну, нет, хватит! Я бросаю это дело, остров Фрэнсиса может идти ко всем чертям! Потрудитесь немедленно доставить меня на берег. Я вам не раб, я белый человек. Вы не смеете так со мной обращаться!</p>
      <p>— Мистер Карлсен, примите меры, чтобы мистер Пенкберн не покидал корабля.</p>
      <p>— Я вам покажу! — завизжал Алоизий. — Вы не смеете меня здесь удерживать!</p>
      <p>— Я посмею еще раз вас отдубасить, — ответил Гриф. — И зарубите себе на носу, одуревший щенок: я буду бить вас, пока целы мои кулаки или пока у вас не появится сильное желание очищать эту ржавую цепь. Я за вас взялся, и я сделаю из вас человека, хотя бы мне пришлось забить вас до смерти. Теперь ступайте вниз и переоденьтесь. После обеда берите молоток и принимайтесь за дело. Мистер Олбрайт, немедленно доставьте цепи на корабль. Мистер Карлсен, пошлите за ними лодки. И следите за Пенкберном. Если он будет валиться с ног или его начнет трясти, дайте ему глоток виски, но только один глоток. После такой ночи ему это может понадобиться.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>Пока "Морская Чайка" стояла в Апии, Алоизий Пенкберн сбивал ржавчину с цепей. По десять часов в день он стучал молотком. И во время долгого плавания до островов Гилберта он продолжал сбивать ржавчину. Затем надо было полировать их наждачной бумагой. Полтораста морских саженей — это девятьсот футов, и каждое звено цепи было очищено и отполировано, как не чистили и не полировали ни одну цепь. А когда последнее звено было второй раз покрыто черной краской, Пенкберн отправился к Грифу.</p>
      <p>— Если есть у вас еще какая-нибудь грязная работа, так давайте! — сказал он. — Если прикажете, я перечищу и все остальные цепи! А обо мне можете больше не беспокоиться. Я спиртного теперь в рот не возьму. Я буду тренироваться. Вы сломили мой буйный характер, когда избили меня, но запомните: это только временно. Я буду тренироваться до тех пор, пока не стану весь таким же твердым и таким же чистым, как эта цепь. И в один прекрасный день, мистер Дэвид Гриф, я сумею вас вздуть не хуже, чем вы вздули меня. Я так расквашу вам физиономию, что ваши собственные негры не узнают вас.</p>
      <p>Гриф пришел в восторг.</p>
      <p>— Вот теперь вы заговорили как мужчина! — воскликнул он. — Единственный для вас способ вздуть меня — это стать настоящим человеком, но тогда, может быть…</p>
      <p>Он не досказал в надежде, что Алоизий поймет его. Тот с минуту недоумевал, а затем его вдруг осенило — это видно было по глазам.</p>
      <p>— А тогда мне уже не захочется сделать это, не так ли?</p>
      <p>Гриф кивнул.</p>
      <p>— Вот это-то и скверно! — пожаловался Алоизий. — Я тоже думаю, что не захочется. Я понимаю, в чем тут штука. Но все равно выдержу характер и возьму себя в руки.</p>
      <p>Теплый загар на лице Грифа как будто еще потеплел. Он протянул руку.</p>
      <p>— Пенкберн, вот теперь я вас люблю.</p>
      <p>Алоизий схватил его руку и, грустно покачав головой, сказал с искренним сокрушением:</p>
      <p>— Гриф, вы сломили мой буйный характер, и боюсь, навсегда!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VI</p>
      </title>
      <p>В знойный тропический день, когда уже стихали последние слабые порывы юго-восточного пассата и, как всегда в это время года, на смену ему ожидался северо-западный муссон, с "Морской Чайки" увидели на горизонте покрытый джунглями берег острова Фрэнсиса. Гриф с помощью компаса и бинокля нашел вулкан, носивший название Красного утеса, миновал бухту Оуэна и уже при полном безветрии вошел в бухту Ликикили. Пришлось спустить два вельбота, которые взяли судно на буксир, а Карлсен все время бросал лот, и "Чайка" медленно вошла в глубокий и узкий залив. Здесь не было песчаных отмелей. Мангровые заросли начинались у самой воды, а за ними стеной поднимались джунгли, среди которых кое-где виднелись зубчатые вершины скал. "Чайка" проплыла с милю, и когда белая отвесная скала оказалась на вест-зюйд-вест от нее, лот подтвердил правильность сведений "Справочника", и якорь с грохотом опустился на глубину девяти саженей.</p>
      <p>До полудня следующего дня люди оставались на шхуне и ждали. Не было видно ни одной пироги. Не было никаких признаков, что здесь есть люди. Если бы не раздавались порой всплеск, когда проплывала рыба, или крики какаду, можно было бы подумать, что здесь нет ничего живого, — только раз огромная бабочка дюймов в двенадцать пролетела высоко над мачтами, направляясь к джунглям на другом берегу.</p>
      <p>— Нет смысла посылать лодку на верную гибель, — сказал Гриф.</p>
      <p>Пенкберн не поверил и вызвался отправиться один, даже вплавь, если ему не дадут шлюпки.</p>
      <p>— Они еще не забыли германский крейсер, — объяснил Гриф. — Держу пари, что в кустах полным-полно дикарей. Как вы полагаете, мистер Карлсен?</p>
      <p>Старый искатель приключений, видавший виды, горячо поддержал его.</p>
      <p>К вечеру второго дня Гриф приказал спустить вельбот. Сам он сел на носу, с зажженной сигаретой в зубах и динамитной шашкой в руке, — он намеревался глушить рыбу и рассчитывал на богатую добычу. Вдоль скамеек лежало с полдюжины винчестеров, а сидевший за рулем Олбрайт имел под рукой маузер. Они плыли мимо зеленой стены зарослей. Временами переставали грести, и лодка останавливалась среди глубокого безмолвия.</p>
      <p>— Ставлю два против одного, что кусты кишат ими… Держу пари на один фунт, — прошептал Олбрайт.</p>
      <p>Пенкберн еще мгновение вслушивался и принял пари. Через пять минут они увидели стаю кефали. Темнокожие гребцы перестали грести. Гриф поднес шнур к своей сигарете и бросил в воду динамитную шашку. Шнур был такой короткий, что шашка моментально взорвалась. И в ту же секунду заросли тоже как будто взорвались — с дикими, воинственными криками из-за мангровых деревьев выскочили, как обезьяны, черные обнаженные люди.</p>
      <p>На вельботе все схватились за винтовки. Затем наступила выжидательная пауза. На торчавших из воды корнях столпилось около сотни чернокожих. Некоторые были вооружены устаревшими винтовками системы Снайдер, но большинство — томагавками, закаленными на огне копьями и стрелами с костяными наконечниками.</p>
      <p>Не было произнесено ни одного слова. Обе стороны наблюдали друг за другом через разделявшие их двадцать футов воды. Одноглазый старик негр, с заросшим щетиной лицом, направил винтовку на Олбрайта, который, в свою очередь, держал его под прицелом своего маузера. Эта сцена продолжалась минуты две. Оглушенная рыба между тем всплывала на поверхность или, полуживая, трепетала в прозрачной глубине.</p>
      <p>— Все в порядке, ребята, — сказал Гриф спокойно. — Кладите ружья и прыгайте в воду. Мистер Олбрайт, киньте табаку этой одноглазой скотине.</p>
      <p>Пока матросы ныряли за рыбой, Олбрайт бросил на берег пачку дешевого табака. Одноглазый кивал головой и гримасничал, пытаясь придать своей физиономии любезное выражение. Копья опустились, луки разогнулись, а стрелы были вложены в колчаны.</p>
      <p>— Видите, они знают, что такое табак, — сказал Гриф, когда они плыли обратно к шхуне. — Значит, надо ждать гостей. Вскройте ящик с табаком, мистер Олбрайт, и приготовьте несколько ножей для обмена. Вон уже плывет пирога!</p>
      <p>Одноглазый, как подобает вождю, плыл один — навстречу опасности, рискуя жизнью ради своего племени. Карлсен перегнулся через борт, помогая гостю подняться на палубу, и, повернув голову, буркнул:</p>
      <p>— Они выкопали деньги, мистер Гриф! Старый хрыч прямо-таки увешан ими.</p>
      <p>Одноглазый ковылял по палубе, заискивающе улыбаясь и плохо скрывая страх, который он еще не вполне преодолел. Он хромал на одну ногу, и причина была ясна — ужасный шрам в несколько дюймов глубиной проходил через все бедро до колена. На нем не было никакой одежды, но зато его нос щетинился, как шкура дикобраза — он был продырявлен по крайней мере в десяти местах, и в каждое отверстие была продета костяная игла, покрытая резьбой. С шеи на грязную грудь свисало ожерелье из золотых соверенов, к ушам прицеплены серебряные полукроны, а под носом (хрящ между ноздрей был проткнут) болталась большая медная монета. Она потускнела и позеленела, но сразу можно было узнать в ней английский пенс.</p>
      <p>— Подождите, Гриф, — сказал Пенкберн с хорошо разыгранной беззаботностью. — Вы говорите, что они покупают у белых только бусы и табак. Прекрасно. Слушайте меня. Они нашли клад, и придется его у них выменивать. Соберите в сторонке всю команду и внушите им, чтобы они притворились, будто их интересуют только пенсы. Понятно? Золотыми монетами они должны пренебрегать, а серебряные брать, но неохотно. Пусть требуют от дикарей одни только медяки.</p>
      <p>Пенкберн стал руководить обменом. За пенс из носа Одноглазого он дал десять пачек табаку. Поскольку каждая пачка стоила Дэвиду Грифу один цент, сделка была явно убыточной. Но за серебряные полукроны Пенкберн давал только по одной пачке. От соверенов он вообще отказался. Чем решительнее он отказывался, тем упорнее Одноглазый навязывал ему их. Наконец, с притворным раздражением, как бы делая явную уступку, Пенкберн дал две пачки за ожерелье из десяти соверенов.</p>
      <p>— Преклоняюсь перед вами! — сказал Гриф Пенкберну вечером за обедом. — Ничего умнее не придумаешь! Вы произвели переоценку ценностей. Теперь они будут дорожить пенсами и навязывать нам соверены. Пенкберн, пью за ваше здоровье! Юнга! Еще чашку чаю для мистера Пенкберна.</p>
      <p>Началась золотая неделя. От зари до сумерек пироги рядами стояли в двухстах футах от шхуны — здесь начиналась запретная зона. Границу охраняли вооруженные винтовками матросы, туземцы с острова Рапа. Пирогам разрешалось подходить к шхуне только по одной, и чернокожие допускались на палубу лишь поодиночке. Здесь, под полотняным навесом, сменяясь через каждый час, четверо белых вели обмен. Он велся по расценкам, установленным Пенкберном и Одноглазым. За пять соверенов давали одну пачку табаку; за сто соверенов — двадцать пачек. Таким образом, людоед с хитрым видом выкладывал на стол тысячу долларов золотом и, невероятно довольный, отправлялся обратно, получив на сорок центов табаку.</p>
      <p>— Надеюсь, у нас хватит курева, — с сомнением в голосе пробормотал Карлсен, вскрывая второй ящик.</p>
      <p>Олбрайт рассмеялся.</p>
      <p>— У нас в трюме пятьдесят ящиков, — сказал он, — а, по моему подсчету, за три ящика мы выручаем сто тысяч долларов. Зарыт был всего один миллион, значит, он нам обойдется в тридцать ящиков. Впрочем, разумеется, надо иметь резерв на серебро и пенсы. Эквадорские федералисты, наверное, погрузили на шхуну всю монету, какую нашли в казначействе.</p>
      <p>Пенсов и шиллингов почти не приносили, хотя Пенкберн постоянно и с беспокойством их спрашивал. Казалось, ему были нужны только пенсы, и в глазах его при виде их появлялся жадный блеск. Дикари решили, что золото представляет наименьшую ценность и, значит, его нужно сбыть в первую очередь. Пенсы же, за которые дают товару в пятьдесят раз больше, чем за соверены, надо придерживать и хранить, как зеницу ока. Несомненно, седобородые мудрецы, посовещавшись в своих лесных берлогах, решили поднять цену на пенсы, как только спустят белым все золото. Как знать? Авось, эти чужеземцы станут давать даже по двадцать пачек за драгоценные медяки!</p>
      <p>К концу недели торговля пошла вяло. Приток золота почти прекратился. Тогда изредка появлялись пенсы, которые неохотно отдавались дикарями за десять пачек. Серебра же поступило на несколько тысяч долларов.</p>
      <p>На восьмой день утром обмен прекратился. Седобородые мудрецы приступили к осуществлению своего плана и потребовали по двадцать пачек за пенс. Одноглазый изложил новые условия. Белые приняли это, по-видимому, весьма серьезно и начали вполголоса совещаться. Если бы Одноглазый понимал по-английски, ему все стало бы ясно.</p>
      <p>— Мы получили восемьсот с лишним тысяч, не считая серебра, — сказал Гриф. — Это, пожалуй, все, что у них имелось. Остальные двести тысяч, вероятнее всего, попали к лесным племенам, которые живут в глубине острова. Давайте вернемся сюда через три месяца. За это время прибрежные жители выменяют у лесных эти деньги обратно; да и табак у них к тому времени уже кончится.</p>
      <p>— Грех будет покупать у них пенсы! — ухмыльнулся Олбрайт. — Это не по нутру моей бережливой купеческой душе.</p>
      <p>— Начинается береговой бриз, — сказал Гриф, глядя на Пенкберна. — Ну, как ваше мнение?</p>
      <p>Пенкберн кивнул.</p>
      <p>— Прекрасно. — Гриф подставил щеку ветру и почувствовал, что он дует слабо и неравномерно. — Мистер Карлсен, поднимайте якорь и ставьте паруса. И пусть вельботы будут наготове для буксировки. Этот бриз ненадежен.</p>
      <p>Он поднял початый ящик табаку, в котором оставалось еще шестьсот — семьсот пачек, сунул его в руки Одноглазому и помог ошеломленному дикарю перебраться через борт. Когда на мачте поставили фок, в пирогах у запретной зоны раздался вопль отчаяния. А когда был поднят якорь и "Морская Чайка" тронулась с места, Одноглазый, под наведенными на него винтовками, подплыл к борту и, неистово жестикулируя, объявил о согласии своего племени отдавать пенсы по десять пачек за штуку.</p>
      <p>— Юнга! Кокос! — крикнул Пенкберн.</p>
      <p>— Итак, вы отправляетесь в Сидней, — сказал Гриф. — А потом?</p>
      <p>— Потом вернусь сюда вместе с вами за остальными двумя сотнями тысяч, — ответил Пенкберн. — А пока займусь постройкой шхуны для дальнего плавания. Кроме того, я буду судиться с моими опекунами — пусть докажут, что мне нельзя доверить отцовские деньги! Пусть попробуют это доказать! А я им докажу обратное!</p>
      <p>Он с гордостью напряг мускулы под тонкой рубашкой, схватил двух чернокожих буфетчиков и поднял их над головой, как гимнастические гири.</p>
      <p>— Потравить фока-шкот! Живо! — крикнул Карлсен с юта, где ветер уже наполнял грот.</p>
      <p>Пенкберн отпустил буфетчиков и бросился выполнять приказание, обогнав на два прыжка матроса-туземца, тоже бежавшего к ходовому концу снасти.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Дьяволы на Фуатино</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Из многочисленных своих яхт, шхун и кечей, сновавших между коралловыми островами Океании, Гриф больше всего любил "Стрелу"; это была шхуна в девяносто тонн, очень похожая на яхту и, как ветер, быстрая и неуловимая. Слава о ней гремела еще в ту пору, когда она перевозила контрабандный опиум из Сан-Диего в залив Пюджет или совершала внезапные набеги на лежбища котиков в Беринговом море и тайно доставляла оружие на Дальний Восток. Таможенные чиновники ненавидели ее от всей души и осыпали проклятиями, но в сердцах моряков она неизменно вызывала восторг и была гордостью создавших ее кораблестроителей. Даже теперь, после сорока лет службы, она оставалась все той же старой славной "Стрелой"; нос ее по-прежнему с такой быстротой резал волны, что те моряки, которые ее никогда не видали, отказывались этому верить, и много споров, а порой и драк возникало из-за нее во всех портах от Вальпараисо до Манилы.</p>
      <p>В тот вечер она шла в бейдевинд: грот ее почти обвис, передние шкаторины всякий раз, когда шхуна поднималась на гладкую волну, вяло колыхались; дул слабый, едва заметный бриз, и все же "Стрела" легко делала четыре узла. Уже больше часа Гриф стоял на баке у подветренного борта, облокотясь на планширь, и смотрел на ровный светящийся след, оставляемый шхуной. Слабый ветерок от передних парусов обдавал его щеки и грудь бодрящей прохладой. Он наслаждался неоценимыми качествами своей шхуны.</p>
      <p>— Какая красавица, а, Таути? Чудо, а не шхуна! — сказал он, обращаясь к вахтенному матросу-канаку, и нежно похлопал рукой по тиковому фальшборту.</p>
      <p>— Еще бы, хозяин, — ответил канак низким, грудным голосом, столь характерным для полинезийцев. — Тридцать лет плаваю под парусами, а такого не видал. На Райатее мы зовем ее "Фанауао".</p>
      <p>— Ясная зорька, — перевел Гриф ласковое имя. — Кто ее так назвал?</p>
      <p>Таути хотел уже ответить, но вдруг насторожился и стал пристально всматриваться вдаль. Гриф последовал его примеру.</p>
      <p>— Земля, — сказал Таути.</p>
      <p>— Да, Фуатино, — согласился Гриф, все еще глядя туда, где на чистом, усыпанном звездами горизонте появилось темное пятно. — Ладно. Я скажу капитану.</p>
      <p>"Стрела" продолжала идти тем же курсом, и скоро мутное пятно на горизонте приняло более определенные очертания; послышался рокот волн, сонно бившихся о берег, и блеяние коз; ветер, дувший со стороны острова, принес аромат цветов.</p>
      <p>— Ночь-то какая светлая! Можно бы и в бухту войти, кабы тут не такая щель, — с сожалением заметил капитан Гласс, наблюдая за тем, как рулевой готовился намертво закрепить штурвал.</p>
      <p>Отойдя на милю от берега, "Стрела" легла в дрейф, чтобы дождаться рассвета и только тогда начать опасный вход в бухту Фуатино. Ночь дышала покоем — настоящая тропическая ночь, без малейшего намека на дождь или возможность шквала. На баке где попало завалились спать матросы, уроженцы острова Райатеи; на юте с той же беспечностью приготовились ко сну капитан, помощник и Гриф. Они лежали на одеялах, курили и сонно переговаривались: речь шла о Матааре, королеве острова Фуатино, и о любви ее дочери Наумоо к своему избраннику Мотуаро.</p>
      <p>— Да, романтичный народ, — сказал Браун, помощник капитана. — Не меньше, чем мы, белые.</p>
      <p>— Не меньше, чем Пилзах, — засмеялся Гриф. — А этим немало сказано. Сколько лет прошло, капитан, как он удрал от вас?</p>
      <p>— Одиннадцать, — с обидой в голосе проворчал капитан Гласс.</p>
      <p>— Расскажите-ка, — попросил Браун. — Говорят, он с тех пор никуда и не уезжал с Фуатино. Это правда?</p>
      <p>— Правда! — буркнул капитан. — До сих пор влюблен в свою жену. Негодяйка этакая! Ограбила она меня. А какой был моряк! Лучшего я не встречал. Недаром он голландец.</p>
      <p>— Немец, — поправил Гриф.</p>
      <p>— Все одно, — последовал ответ. — В тот вечер, когда он сошел на берег и его увидела Нотуту, море лишилось хорошего моряка. Они, видно, сразу понравились друг другу. Никто и оглянуться не успел, как она уже надела ему на голову венок из каких-то белых цветов, а минут через пять они бежали к берегу, держась за руки и хохоча, как дети. Надеюсь, он взорвал этот большой коралловый риф в проходе. Каждый раз я тут порчу лист или два медной обшивки…</p>
      <p>— А что было дальше? — не унимался Браун.</p>
      <p>— Да вот и все. Кончился наш моряк. В тот же вечер женился и уже на судно больше не приходил. На другой день я отправился его искать. Нашел в соломенной хижине в зарослях — настоящий белый дикарь! Босой, весь в цветах и в каких-то украшениях, сидит и играет на гитаре. Вид самый дурацкий. Просил свезти его вещи на берег. Я послал его к черту. Вот и все. Завтра ее увидите. У них теперь уже трое малышей — чудесные ребятишки. Я везу ему граммофон и кучу пластинок.</p>
      <p>— А потом вы его сделали своим торговым агентом? — обратился помощник к Грифу.</p>
      <p>— Что же мне оставалось? Фуатино — остров любви, а Пилзах — влюбленный. И туземцев он знает. Агент из него вышел отличный. На него можно положиться. Завтра вы его увидите.</p>
      <p>— Послушайте, молодой человек, — угрожающе забасил капитан Гласс, обращаясь к своему помощнику. — Вы, может быть, тоже романтик? Тогда лучше оставайтесь на борту. Фуатино — остров романтического безумия. Там все в кого-нибудь влюблены. Они живут любовью. Кокосовое молоко, что ли, на них так действует, или уж воздух тут такой, или море какое-то особенное. История острова за последние десять тысяч лет — это. сплошные любовные приключения. Кому и знать, как не мне. Я разговаривал со стариками. И если я поймаю вас на берегу рука об руку с какой-нибудь…</p>
      <p>Он вдруг умолк. Гриф и Браун невольно обернулись к нему. Капитан смотрел через их головы в направлении борта. Они взглянули туда же и увидели смуглую руку, мокрую и мускулистую. Потом за борт уцепилась и другая, такая же смуглая рука. Показалась встрепанная, кудрявая шевелюра — и наконец лицо с лукавыми черными глазами и морщинками проказливой улыбки вокруг рта.</p>
      <p>— Бог мой! — прошептал Браун. — Да ведь это же фавн, морской фавн!</p>
      <p>— Это Человек-козел, — сказал Гласс.</p>
      <p>— Это Маурири, — откликнулся Гриф, — мой названый брат. Мы с ним побратались — дали друг другу священную клятву по здешнему обычаю. Теперь я его зову своим именем, а он меня — своим.</p>
      <p>Широкие смуглые плечи и могучая грудь поднялись над бортом, и огромный человек легко и бесшумно спрыгнул на палубу. Браун, гораздо более начитанный, чем полагается помощнику капитана, с восхищением смотрел на пришельца. Все, что он вычитал в книгах, заставляло его без колебаний признать фавна в этом госте из морской пучины. Но этот фавн чем-то опечален, решил молодой человек, когда смугло-золотистый бог лесов приблизился к Дэвиду и тот приподнялся ему навстречу с протянутой рукой.</p>
      <p>— Дэвид! — приветствовал его Дэвид Гриф.</p>
      <p>— Маурири, Большой брат! — отвечал Маурири.</p>
      <p>И в дальнейшем, по обычаю побратимов, каждый звал другого своим именем. Они разговаривали на полинезийском наречии острова Фуатино, и Браун мог только гадать, о чем у них идет беседа.</p>
      <p>— Издалека же ты приплыл, чтобы сказать "талофа", — проговорил Гриф, глядя, как с усевшегося на палубе Маурири ручьями стекает вода.</p>
      <p>— Много дней и ночей я ждал тебя, Большой брат. Я сидел на Большой скале, там, где спрятан динамит, который я стерегу. Я видел, как вы подошли к проходу, а потом опять ушли в темноту. Я понял, что вы ждете Утра, и поплыл к вам. У нас большое горе. Матаара все время плачет и молится, чтобы ты скорее приехал. Она старая женщина, а Мотуаро умер, и она горюет.</p>
      <p>Гриф, согласно обычаю, сокрушенно покачал головой и вздохнул.</p>
      <p>— Женился он на Наумоо? — спросил он немного погодя.</p>
      <p>— Да. Они убежали и жили в горах с козами, пока Матаара их не простила. Тогда они вернулись к ней в Большой дом. Но теперь он умер, и Наумоо скоро умрет. Страшное у нас горе, Большой брат. Тори умер, и Тати-Тори, и Петоо, и Нари, и Пилзах, и еще много других.</p>
      <p>— И Пилзах тоже! — воскликнул Гриф. — Что, была какая-нибудь болезнь?</p>
      <p>— Было много убийств. Слушай, Большой брат. Три недели назад пришла незнакомая шхуна. С Большой скалы я видел над морем ее паруса. Шлюпки тащили ее в бухту. Но они не сумели обогнуть риф, и шхуна много раз задевала его. Теперь ее вывели на отмель и там чинят. На борту восемь белых. С ними женщины с какого-то острова далеко к востоку. Женщины говорят на языке, похожем на наш, только не совсем. Но мы их понимаем. Они сказали, что люди со шхуны их похитили. Может, это и правда, но они танцуют и поют и как будто довольны.</p>
      <p>— Ну, а мужчины? — прервал его Гриф.</p>
      <p>— Говорят они по-французски, это я знаю, ведь раньше на твоей шхуне плавал помощник, который говорил по-французски. Двое из них главные, и они не похожи на других. У них голубые, как у тебя, глаза, и они дьяволы. Один — самый большой дьявол, другой — поменьше, остальные шестеро — тоже дьяволы. Они не платят нам ни за ямс, ни за таро и плоды хлебного дерева. Они отнимают все, а если мы противимся, убивают. Так они убили Тори, и Тати-Тори, и Петоо, и других. Мы не можем драться с ними, потому что у нас нет винтовок, только два или три старых ружья.</p>
      <p>Они обижают наших женщин. А когда Мотуаро заступился за Наумоо, они его убили и увели Наумоо к себе на шхуну. За это же убили Пилзаха. Главный дьявол выстрелил в него один раз, когда Пилзах греб на своем вельботе, а потом еще два раза, когда он полз вверх по берегу. Пилзах был храбрый человек, и теперь Нотуту сидит в своем доме и плачет. Многие испугались и убежали в горы к козам. Но в горах на всех не хватает еды. А кто остался внизу, те боятся выходить на рыбную ловлю и больше не работают в своих садах, потому что эти дьяволы все отнимают. Мы хотим драться, Большой брат, нам нужны ружья и много патронов. Я послал сказать нашим, что поплыл к тебе, и они теперь ждут. Белые люди со шхуны не знают, что вы здесь. Дай мне лодку и ружья, и я вернусь, пока темно. Когда вы завтра подойдете к берегу, мы будем готовы. Ты дашь знак, и мы нападем на чужих белых и убьем их. Их нужно убить. Большой брат, ты всегда был нам как родной; все у нас молились многим богам, чтобы ты пришел. И ты пришел.</p>
      <p>— Я поеду вместе с тобой, — сказал Гриф.</p>
      <p>— Нет, Большой брат, — ответил Маурири, — ты должен остаться на шхуне. Чужие белые будут бояться шхуны, а не нас. Ты дашь нам ружья, но они этого не будут знать. Они испугаются только тогда, когда увидят твою шхуну. Пошли на лодке этого юношу.</p>
      <p>И вот Браун, взволнованный предвкушением романтических приключений, о которых он столько читал в книгах и столько мечтал, но которых еще не испытал в жизни, занял свое место на корме вельбота, нагруженного ружьями и патронами; четверо матросов с Райатеи взялись за весла, смугло-золотистый фавн, добравшийся вплавь, сел за руль, и лодка нырнула в теплую тропическую ночь, направляясь к полулегендарному острову любви — Фуатино, который оказался во власти пиратов двадцатого века.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Если провести линию между Джалуитом (в группе Маршальских островов) и Бугенвилем (Соломоновы острова) и если двумя градусами южнее экватора эту линию пересечь другой прямой, проведенной от Укуора (Каролинские острова), то здесь, на этом омытом солнцем участке моря, мы найдем гористый остров Фуатино, населенный племенами, родственными гавайцам, таитянам, маори и самоанцам. Он составляет самое острие обращенного на запад клина, вбитого Полинезией между Меланезией и Микронезией. Вот этот-то остров Фуатино и увидел на следующее утро Гриф в двух милях к востоку от шхуны, на одной линии с подымающимся солнцем. Дул все тот же слабый, едва ощутимый бриз, и "Стрела" скользила по гладкому морю со скоростью, какая сделала бы честь любой шхуне даже при ветре в три раза более сильном.</p>
      <p>Фуатино был не что иное, как древний вулкан, поднятый со дна моря каким-то доисторическим катаклизмом. Западную стену кратера размыло морем, и она обвалилась, образовав вход внутрь кратера, который теперь представлял собой бухту. Фуатино, таким образом, походил на неровную подкову, обращенную пяткой на запад. К проходу в подкове и направлялась "Стрела". Капитан Гласс, стоявший на палубе с биноклем в руке и то и дело сверявшийся с самодельной картой, которую он разостлал на палубе рубки, вдруг выпрямился, и на его лице появилось выражение не то тревоги, не то покорности.</p>
      <p>— Начинается, — сказал он. — Это малярия. Но я не ждал приступа раньше завтрашнего утра. Она меня всегда здорово треплет, мистер Гриф. Через пять минут я уже ничего не буду соображать. Придется вам самому вводить шхуну в бухту. Бой, готовь койку! Грелку и побольше одеял! Море сейчас так спокойно, мистер Гриф, что вам, я думаю, удастся благополучно проскочить большой риф. Держите по ветру и хорошенько разгоните судно. Только одна "Стрела" во всем Тихом океане способна на такой маневр, и я уверен, что вы его сделаете. Идите вплотную к Большой скале и следите за грота-гиком.</p>
      <p>Он говорил быстро, словно пьяный; затуманенное сознание с трудом боролось со все нарастающим приступом малярии. Когда он, шатаясь, направился к каюте, его лицо стало багровым и все пошло пятнами, как при воспалении или гангрене. Глаза вылезли из орбит и остекленели, руки тряслись, зубы стучали от озноба.</p>
      <p>— Через два часа начну потеть, — еле выговорил он с мертвенной улыбкой на губах. — Потом еще два часа, и все будет в порядке. Уж я изучил эти проклятые приступы. С первой минуты и до последней… Ввв-ы бб…</p>
      <p>Речь его превратилась в невнятное бормотание, и, с трудом держась на ногах, он сполз по трапу в свою каюту; Гриф занял его место. "Стрела" только что подошла к проходу. На концах подковы возвышались две скалистые горы высотой около тысячи футов. Они вырастали из моря и соединялись с островом лишь узкими и низкими перешейками. Между горами оставалось пространство в полмили, почти сплошь перегороженное коралловым рифом, отходившим от южного конца подковы. Проход, который капитан Гласе называл щелью, извивался между рифами, загибаясь к северной горе, и тут тянулся у самого подножия отвесного утеса. В этом месте грота-гик, вынесенный за левый борт шхуны, то и дело касался скалы. Гриф, стоявший у противоположного борта, видел, что дно здесь на глубине всего двух сажен и что прямо из-под шхуны оно круто поднимается вверх. Впереди шел вельбот: он тянул за собой шхуну, которую иначе могло бы снести на риф отражавшимся от утеса ветром. Гриф ввел шхуну в проход, воспользовавшись благоприятным бризом, и обогнул большой риф без повреждений. Шхуна, правда, царапнула по рифу, но так легко, что медная обшивка не пострадала.</p>
      <p>Перед Грифом открылась бухта Фуатино. Ее водная гладь представляла собой правильный круг около пяти миль в диаметре, вписанный в белые коралловые берега, от которых поднимались одетые зеленью склоны, выше переходившие в мрачные стены кратера. Зубчатые гребни этих стен распадались на острые вулканические пики, вокруг которых шапками стояли принесенные пассатами облака. Каждая впадинка, каждая расщелина в выветрившейся лаве давали приют деревьям и ползучим, взбирающимся вверх лозам — зеленая пена растительности покрывала скалы. Горные потоки, обозначенные лентами тумана, извивались по крутым склонам высотой в несколько сот футов. Теплый и влажный воздух был напоен ароматом желтой кассии.</p>
      <p>Лавируя против слабого ветра, "Стрела" вошла в бухту. Гриф приказал поднять вельбот и стал рассматривать берег в бинокль. Нигде не видно было признаков жизни. Все спало под палящими лучами тропического солнца. Никто не вышел встречать "Стрелу". На северном берегу, там, где за кокосовыми пальмами скрывалась деревня, из-под навесов торчали черные носы пирог. На прибрежной отмели, прямая и неподвижная, одиноко стояла незнакомая шхуна. Ни на ее борту, ни вокруг не было заметно движения. Когда до берега оставалось не больше пятидесяти ярдов, Гриф приказал отдать якорь. Тут глубина была сорок сажен. А на середине бухты Гриф однажды, много лет назад, вытравил триста сажен троса, но дна так и не достал, чего и следовало ожидать в таком огромном кратере, как вулкан Фуатино.</p>
      <p>Цепь, громыхая, полезла из клюза, и Гриф увидел, что на палубе незнакомой шхуны появилось несколько туземок, рослых и пышных, какими бывают только уроженки Полинезии. Видел он и то, чего на шхуне не заметили: из камбуза, озираясь, выбрался человек, спрыгнул на песок и мгновенно исчез в прибрежных зарослях.</p>
      <p>Пока убирали и крепили паруса, растягивали тент и свертывали шкоты и тали, как это полагается на стоянке, Гриф ходил взад и вперед по палубе и оглядывал берег, надеясь хоть где-нибудь обнаружить признаки жизни. Один раз он ясно услышал, как где-то далеко, в направлении Большой скалы, грохнул выстрел. Но больше выстрелов не последовало, и он решил, что это какой-нибудь охотник подстрелил в горах дикого козла.</p>
      <p>К концу второго часа капитан Гласс перестал трястись от озноба под горой одеял и начал обливаться потом.</p>
      <p>— Еще полчаса — и буду здоров, — проговорил он слабым голосом.</p>
      <p>— Отлично, — сказал Гриф. — Здесь что-то никого не видно. Я съезжу на берег, повидаюсь с Матаара и узнаю, что там у них делается.</p>
      <p>— Только будьте поосторожнее, — предупредил его капитан. — Публика тут, видно, собралась отчаянная. Если не сможете через час вернуться, дайте мне знать.</p>
      <p>Гриф сел за руль, и четверо матросов канаков навалились на весла. Когда вельбот подошел к берегу, Гриф не без любопытства оглядел женщин, расположившихся под тентом шхуны. Он помахал им рукой, и они, прыснув со смеху, сделали то же самое.</p>
      <p>— Талофа! — крикнул он.</p>
      <p>Они поняли приветствие, но ответили "иорана", и Грифу стало ясно, что они с какого-то из островов Товарищества.</p>
      <p>— С Хуахине, — не колеблясь, уточнил один из матросов. И действительно, когда Гриф спросил женщин, откуда они родом, те, снова прыснув со смеху, ответили "Хуахине".</p>
      <p>— Очень похожа на шхуну старика Дюпюи, — тихо сказал Гриф на таитянском наречии. — Не смотрите так пристально. Ну, что? Ведь точь-в-точь "Валетта"!</p>
      <p>Пока матросы вылезали из вельбота и втаскивали его на берег, они как бы невзначай поглядывали на судно.</p>
      <p>— Да, это "Валетта", — сказал Таути. — Восемь лет назад она потеряла стеньгу. В Папеэте ей поставили новую, на десять футов короче. Вон она, я ее узнал.</p>
      <p>— Подите-ка, ребята, поболтайте с женщинами. С вашей Райатеи ведь рукой подать до Хуахине, и вы наверняка найдете среди них знакомых. Разнюхайте все. что можно. Но если явятся белые, не затевайте драки.</p>
      <p>Целая армия крабов-отшельников, шурша, разбежалась перед ним, когда он стал подниматься по берегу. Но нигде не видно было свиней, которые в прежнее время всегда хрюкали и рылись под пальмами. Кокосовые орехи валялись где попало. Под навесами было пусто: копру не заготовляли. Труд и порядок исчезли. Гриф обошел одну за другой травяные хижины деревни. Все были пусты. Возле одной он наткнулся на слепого беззубого старика с увядшим, морщинистым лицом. Он сидел в тени и, когда Гриф заговорил с ним, с перепугу залепетал что-то невнятное. "Словно от чумы все вымерли", — думал Дэвид, подходя наконец к Большому дому. И здесь царило безмолвие и запустение. Не было юношей и девушек в венках, в тени авокадо не возились коричневые малыши. На пороге, скорчившись и раскачиваясь взад и вперед, сидела старая королева Матаара. Увидев Грифа, она заплакала и стала рассказывать ему о своем горе, в то же время сокрушаясь, что нет при ней никого, кто бы мог оказать гостю должный прием.</p>
      <p>— И они забрали Наумоо, — закончила она. — Мотуаро убит. Люди все убежали в горы и голодают там с козами. И некому даже открыть для тебя кокосовый орех. О брат, твои белые братья — дьяволы.</p>
      <p>— Они мне не братья, Матаара, — утешал ее Гриф. — Они грабители и подлецы, и я очищу от них остров…</p>
      <p>Недоговорив, он быстро обернулся, рука его метнулась к поясу и обратно, и большой кольт наставился на человека, который, пригибаясь к земле, выбежал из-за кустов и бросился к Грифу. Но Гриф не спустил курка, и человек, подбежав, кинулся ему в ноги и разразился потоком каких-то несуразных, жалобных звуков. Гриф узнал в нем того беглеца, который получасом раньше вылез из камбуза "Валетты" и скрылся в зарослях. Подняв его, он стал внимательно следить за его судорожными гримасами — у этого человека была заячья губа — и только тогда начал различать слова в этом невнятном бормотании.</p>
      <p>— Спасите меня, хозяин, спасите! — кричал человек по-английски, хотя он, несомненно, был уроженцем Океании. — Я знаю вас, спасите меня.</p>
      <p>Дальше последовали совсем уже дикие бессвязные вопли, которые прекратились лишь после того, как Гриф взял его за плечи и сильно встряхнул.</p>
      <p>— Я тоже узнал тебя, — сказал Гриф. — Два года назад ты служил поваром во французском отеле в Папеэте. Все звали тебя Заячьей Губой.</p>
      <p>Человек неистово закивал.</p>
      <p>— Теперь я кок на "Валетте". — Губы его дергались, он брызгал слюной и плевался, делая отчаянные усилия говорить внятно. — Я знаю вас. Я видел вас в отеле. И в ресторане "Лавиния". И на "Киттиуэйк". И на пристани, где стояла ваша "Марипоза". Вы капитан Гриф. Вы спасете меня. Эти люди — дьяволы. Они убили капитана Дюпюи. Меня они заставили отравить половину команды. Двоих они застрелили на мачте. Остальных перебили в воде. Я все про них знаю. Они похитили девушек с Хуахине. И взяли на борт беглых каторжников в Нумеа. Они грабили торговцев на Новых Гебридах. Они убили купца в Ваникори и украли там двух женщин. Они…</p>
      <p>Но Гриф уже не слышал его. Из-за деревьев, со стороны залива, донеслась сухая дробь выстрелов, и он бросился к берегу. Пираты с Таити в компании с преступниками из Новой Каледонии! Шайка отъявленных головорезов! А теперь они напали на его шхуну! Заячья Губа бежал за ним по пятам и, не переставая брызгать слюной и плеваться, старался докончить свой рассказ о преступлениях белых дьяволов.</p>
      <p>Ружейная пальба прекратилась так же внезапно, как и началась, но Гриф, мучимый дурными предчувствиями, все бежал и бежал, пока на повороте не столкнулся с Маурири, мчавшимся навстречу ему с берега.</p>
      <p>— Большой брат, — воскликнул, тяжело дыша, Человек-козел. — Я опоздал. Они захватили твою шхуну. Бежим! Они теперь будут искать тебя.</p>
      <p>Он бросился в гору, прочь от берега.</p>
      <p>— Где Браун? — спросил Гриф.</p>
      <p>— На Большой скале. После расскажу. Бежим!</p>
      <p>— А матросы с вельбота?</p>
      <p>Маурири пришел в отчаяние от такой медлительности.</p>
      <p>— Они на чужой шхуне с женщинами. Их не убьют. Я тебе верно говорю. Дьяволам нужны матросы. А тебя они убьют. Слушай! — Внизу у воды надтреснутый тенор выводил французскую охотничью песню. — Они уже высаживаются на берег. Я видел, как они захватили твою шхуну. Бежим!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Гриф никогда не дрожал за свою жизнь, однако он был далек и от ложного геройства. Он знал, когда нужно драться, а когда — бежать, и нисколько не сомневался в том, что сейчас самым правильным будет бегство. Вверх по дорожке, мимо старика сидевшего в тени пальм, мимо Матаары, скорчившейся на пороге своего дома, промчался он следом за Маурири. По его пятам, как верный пес, бежал, задыхаясь, Заячья Губа. Сзади слышались крики преследователей, однако скорость, взятая Человеком-козлом, оказалась им не под силу. Широкая тропа сузилась, завернула вправо и пошла круто в гору. Последняя травяная хижина осталась позади. Они проскочили сквозь густые заросли кассии, вспугнув рой огромных золотистых ос. Дорожка становилась все круче и круче и наконец превратилась в козью тропу. Маурири показал на открытый выступ скалы, по которому вилась чуть заметная тропинка.</p>
      <p>— Только бы там пройти, Большой брат, а дальше мы уже будем в безопасности. Белые дьяволы туда не сунутся. Наверху много камней, и если кто пробует влезть, мы скатываем их ему на голову. А никакого другого пути нет. Они всегда останавливаются здесь и стреляют, когда мы пробираемся по скале. Бежим!</p>
      <p>Через четверть часа они достигли того места, откуда начинался подъем по совершенно открытому склону.</p>
      <p>— Погодите немного, а когда пойдете, так уж не зевайте, — предупредил их Маурири. Он выпрыгнул на яркий солнечный свет, и сразу же внизу хлопнуло несколько ружейных выстрелов. Пули защелкали вокруг, выбивая из скалы облачка пыли, но Маурири проскочил благополучно. За ним последовал Гриф. Одна пуля пролетела так близко, что Дэвид почувствовал, как его ударило в щеку осколком камня. Не пострадал и Заячья Губа, хотя он пробирался медленнее всех.</p>
      <p>Остаток дня они провели выше в горах, в лощине, где на толще вулканического туфа террасами росли таро и папайя. Здесь Гриф обдумал план действий и выслушал подробный рассказ Маурири о том, что произошло.</p>
      <p>— Нам не повезло, — сказал Маурири. — Надо же, чтобы именно в эту ночь белые дьяволы отправились на рыбную ловлю. Мы входили в бухту в темноте. Дьяволы были на шлюпках и пирогах. Они шагу не делают без ружья. Одного матроса они застрелили. Браун вел себя очень храбро. Мы хотели проскочить в глубь залива, но они опередили нас и загнали к берегу между Большой скалой и деревней. Ружья и патроны мы спасли, а вот лодка досталась им. По ней-то они и узнали о твоем прибытии. Браун теперь на этой стороне Большой скалы, с ружьями и патронами.</p>
      <p>— Почему же он не перебрался через Большую скалу и не предупредил меня, когда мы подошли к берегу?</p>
      <p>— Он не знает дороги. Одни только козы да я знаем, как пройти. Я не подумал об этом и пополз сквозь кусты вниз, чтобы плыть к тебе. А белые дьяволы засели в кустах и обстреливали оттуда Брауна и матросов. За мной они тоже охотились до самого рассвета и даже утром вон там в низине. Потом подошла твоя шхуна, и они стали ждать, чтобы ты сошел на берег. Я наконец выбрался из кустов, но ты был уже на берегу.</p>
      <p>— Так это ты стрелял?</p>
      <p>— Да, я хотел предупредить тебя, но они поняли и не стали отвечать, а у меня больше не было патронов.</p>
      <p>— Рассказывай теперь ты, Заячья Губа, — обратился Гриф к коку с "Валетты".</p>
      <p>Кок рассказывал мучительно долго, с бесконечными подробностями. С год он плавал на "Валетте" между Таити и Паумоту. Старый Дюпюи, хозяин шхуны, был также ее капитаном. В свое последнее плавание он нанял на Таити двух незнакомых моряков, одного — помощником, другого — вторым помощником. Кроме них, на шхуне был еще один новый человек — его Дюпюи вез на Фанрики в качестве своего торгового агента. Помощника звали Рауль Ван-Асвельд, второго помощника — Карл Лепсиус.</p>
      <p>— Они братья, я знаю, я слышал, как они разговаривали ночью на палубе, когда думали, что все спят, — пояснил Заячья Губа.</p>
      <p>"Валетта" крейсировала между островами Лоу, забирая с факторий Дюпюи перламутр и жемчуг. Новый агент, Франс Амундсон, остался на острове Фанрики вместо Пьера Голяра, а Пьер Голяр сел на шхуну, намереваясь вернуться на Таити. Туземцы с Фанрики говорили, что при нем была кварта жемчуга, которую он должен был сдать Дюпюи. В первую же ночь после отплытия в каюте послышались выстрелы, а утром из каюты вытащили два мертвых тела — это были Дюпюи и Голяр — и выбросили их за борт. Матросы-таитяне забились в кубрик и двое суток сидели там без еды, а "Валетта" лежала в дрейфе. Тогда Рауль Ван-Асвельд велел Заячьей Губе приготовить пищу, всыпал в нее яду и заставил кока отнести котел вниз. Половина матросов умерла.</p>
      <p>— Он наставил на меня ружье, что мне было делать? — со слезами говорил Заячья Губа. — Из тех, кто остался в живых — их было десять человек, — двое вскарабкались на ванты, там их и застрелили. Остальные попрыгали за борт, думали добраться до берега вплавь. Их всех перестреляли в воде. На шхуне остались только я и двое дьяволов. Меня они не убили, им нужен был кок, чтобы готовить пищу. В тот же день подул бриз, они вернулись на Фанрики и захватили Франса Амундсона, он тоже из их шайки.</p>
      <p>Затем Заячья Губа рассказал о всех ужасах, которые пережил, пока шхуна долгими переходами подвигалась к западу. Он был единственным живым свидетелем совершенных преступлений и понимал, что, не будь он коком, его бы давно убили. В Нумеа к ним присоединились пятеро каторжников. Ни на одном из островов Заячьей Губе не разрешали сходить на берег, и Гриф был первым посторонним человеком, с которым ему удалось поговорить.</p>
      <p>— Теперь они меня убьют, — говорил, брызгая слюной, Заячья Губа. — Они знают, что я вам все рассказал. Но я не трус. Я останусь с вами, капитан, и умру с вами.</p>
      <p>Человек-козел покачал головой и встал.</p>
      <p>— Лежи тут и отдыхай, — сказал он Грифу. — Ночью нам придется долго плыть. А кока я отведу повыше, туда, где живут мои братья вместе с козами.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>— Хорошо, что ты умеешь плавать, как настоящий мужчина, — прошептал Маурири.</p>
      <p>Из туфовой лощины они спустились к берегу и вошли в воду. Плыли тихо, без плеска. Маурири показывал дорогу. Черные стены кратера уходили ввысь, и пловцам казалось, что они находятся на дне огромной чаши. Над головой тускло светилось небо, усыпанное звездной пылью. Впереди мерцал огонек, указывая, где стоит на якоре "Стрела". С палубы, ослабленные расстоянием, доносились звуки гимна. Это завели граммофон, предназначавшийся для Пилзаха.</p>
      <p>Пловцы повернули влево, подальше от захваченной шхуны. Вслед за гимном послышались смех и пение, потом опять звуки граммофона. "Веди меня, о благодатный свет", — понеслось над темной водой, и Гриф невольно усмехнулся — так кстати пришлись эти слова.</p>
      <p>— Мы должны доплыть до прохода и вылезть на Большой скале, — прошептал Маурири. — Дьяволы засели в низине. Слышишь?</p>
      <p>Одиночные выстрелы, следовавшие через неровные промежутки времени, говорили о том, что Браун еще держится на скале и что пираты угрожают ему со стороны перешейка.</p>
      <p>Через час они уже плыли вдоль Большой скалы, которая нависала над ними темной громадой. Ощупью отыскивая путь, Маурири привел Грифа в тесную расщелину, и они стали карабкаться вверх, пока не достигли узкого карниза на высоте ста футов над водой.</p>
      <p>— Оставайся здесь, — сказал Маурири. — А я пойду к Брауну. Вернусь утром.</p>
      <p>— Я пойду с тобой, брат, — сказал Гриф. Маурири усмехнулся в темноте.</p>
      <p>— Даже тебе, Большой брат, не удастся это сделать. Меня зовут Человек-козел, и только один я на всем Фуатино могу ночью перебраться через Большую скалу.</p>
      <p>Но и я делаю это в первый раз. Дай руку. Чувствуешь? Вот здесь хранится динамит Пилзаха. Ложись поближе к скале и можешь спокойно спать — не упадешь. Я ухожу.</p>
      <p>Прислушиваясь к шуму прибоя, грохотавшего далеко внизу, Гриф сидел на узком карнизе, рядом с тонной динамита, и обдумывал план дальнейших действий. Затем, подложив руку под голову, он прижался к скале и заснул.</p>
      <p>Утром, когда Маурири повел его через перевал, Гриф понял, почему этот переход был бы невозможен для него ночью. Как моряк, он отлично умел взбираться на мачты и не боялся высоты, и все же впоследствии ему казалось чудом, что он вообще ухитрился здесь пройти даже при ярком свете дня. Были места, где ему приходилось, следуя точным наставлениям Маурири, наклоняться над щелью футов в сто глубиной и, падая вперед на руки, цепляться за какой-нибудь выступ на противоположной стороне, а затем уже осторожно подтягивать ноги. Один раз пришлось сделать прыжок через зияющую пропасть шириной в десять футов и глубиной футов в пятьсот с таким расчетом, чтобы стать ногами на крохотный выступ на другой стороне, футов на двадцать ниже. В другом месте, когда он шел по узкому, всего в несколько дюймов, карнизу и вдруг увидел, что ему не на что опереться руками, он, несмотря на все свое хладнокровие, растерялся. И Маурири, заметив, что он пошатнулся, быстро обошел его с краю, балансируя над самой пропастью, и на ходу больно ударил по спине, чтобы привести в чувство. Вот тогда-то Гриф понял раз и навсегда, почему Маурири прозвали Человеком-козлом.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>Позиция на Большой скале давала обороняющимся ряд преимуществ, хотя и имела свои слабые стороны. Она была неприступна, — двое могли бы удержаться здесь против целой армии. Кроме того, она контролировала выход в открытое море; обе шхуны, вместе с Раулем Ван-Асвельдом и его головорезами, оказались запертыми в бухте. Гриф, который перенес сюда свою хранившуюся ниже тонну динамита, был хозяином положения. Это он неопровержимо доказал в то утро, когда шхуны попытались выйти в море. Впереди шла "Валетта", которую вел на буксире вельбот; гребцами на нем были захваченные в плен фуатинцы. Гриф и Маурири следили за ней из своего укрытия за скалой с высоты в триста футов. Рядом лежали ружья, а также тлеющая головешка и большая связка динамита со вставленными шнурами и детонаторами. Когда вельбот проходил под самым утесом, Маурири покачал головой:</p>
      <p>— Они наши братья, мы не можем стрелять!</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_089.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>На носу "Валетты" было несколько матросов со "Стрелы", все уроженцы Райатеи. Еще один их соплеменник стоял на корме у штурвала. Пираты, должно быть, прятались в каюте или же они были на "Стреле". Лишь один с винтовкой в руках расположился посреди палубы. Он прижал к себе Наумоо, дочь старой королевы Матаары, прикрываясь ею, как щитом.</p>
      <p>— Это главный дьявол, — прошептал Маурири. — Глаза у него голубые, как у тебя. Он страшный человек. Посмотри, он прячется за Наумоо, чтобы мы его не убили.</p>
      <p>Слабый ветерок и начинающийся прилив загоняли воду внутрь залива, и шхуна подвигалась медленно.</p>
      <p>— Вы понимаете по-английски? — крикнул Гриф. Человек вздрогнул, поднял ружье и взглянул вверх.</p>
      <p>Все движения у него были быстрые и гибкие, как у кошки. Лицо, покрытое красноватым загаром, характерным для блондинов, выражало свирепый задор. Это было лицо убийцы.</p>
      <p>— Да, — ответил он. — Чего вы хотите?</p>
      <p>— Поворачивайте обратно или я взорву вашу шхуну, — предупредил его Гриф. Он раздул головешку и прошептал: — Скажи, чтобы Наумоо вырвалась и бежала на корму.</p>
      <p>Со "Стрелы", шедшей следом за "Валеттой", прогремели выстрелы, и пули защелкали по скале. Ван-Асвельд вызывающе захохотал, а Маурири тем временем обратился на туземном наречии к Наумоо. Когда шхуна очутилась под самой скалой, девушка вырвалась из рук бандита. Гриф, ждавший этого момента, поднес головешку к спичке, вставленной в расщепленный конец шнура, вскочил из-за укрытия и бросил динамит. Ван-Асвельду удалось опять схватить Наумоо, и теперь они боролись. Человек-козел прицелился в него, но ждал, опасаясь задеть Наумоо. Динамит плотным свертком стукнулся о палубу, подскочил и скатился в шпигат левого борта. Ван-Асвельд заметил это и в нерешительности остановился, затем и он и Наумоо бросились на корму. Человек-козел выстрелил, но лишь расщепил угол камбуза.</p>
      <p>Огонь со "Стрелы" усилился, и двое на скале вынуждены были притаиться за укрытием. Маурири хотел было высунуться и посмотреть, что делается внизу, но Гриф удержал его.</p>
      <p>— Чересчур длинный шнур, — сказал он. — В следующий раз будем знать.</p>
      <p>Взрыв грохнул только через полминуты. Того, что за этим последовало, они не видели, ибо на "Стреле" определили, наконец, дистанцию и оттуда вели непрерывный огонь. Гриф отважился было выглянуть, но тотчас две пули просвистели у него над головой. Он успел, однако, увидеть, что "Валетта" с проломленным правым бортом и сорванным планширем, кренясь, уходит под воду. Течением ее относило обратно в бухту. Прятавшиеся в каюте бандиты и женщины подплыли под прикрытием огня к "Стреле" и теперь карабкались на борт. Гребцы фуатинцы отдали буксир, повернули обратно в бухту и гребли изо всех сил к южному берегу.</p>
      <p>Со стороны перешейка хлопнуло четыре выстрела — это Браун со своими людьми пробрался сквозь чащу к берегу и вступил в бой. Огонь со "Стрелы" ослабел, и Гриф с Маурири поддержали Брауна, но их выстрелы не могли нанести противнику большого вреда, ибо пираты, отстреливаясь, укрывались за палубными надстройками. К тому же ветром и течением "Стрелу" относило все дальше в глубь бухты. От "Валетты" не оставалось уже и следа. Она исчезла в бездонных водах кратера.</p>
      <p>Два маневра Ван-Асвельда, свидетельствовавшие о его хладнокровии и находчивости, вызвали невольное восхищение Грифа. Ружейный огонь, который вели пираты со "Стрелы", вынудил убегавших фуатинцев повернуть обратно и сдаться. Одновременно Ван-Асвельд отрядил половину своих бандитов на берег, с тем чтобы они отрезали Брауна от основной части острова. Все утро с перешейка доносилась пальба, то замолкая, то вспыхивая вновь, и по ней Гриф мог следить, как Брауна теснили к Большой скале. Таким образом, за исключением гибели "Валетты", все осталось по-прежнему.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VI</p>
      </title>
      <p>Но позиция на Большой скале имела и существенные неудобства. Там не было ни воды, ни пищи. По ночам Маурири, в сопровождении одного из матросов, уплывал на другой берег за припасами. Но пришла ночь, когда огни осветили гладь залива и загремели выстрелы. Так были отрезаны и водные подступы к скале.</p>
      <p>— Интересное положение, — заметил Браун, некогда мечтавший о приключениях и теперь имевший возможность полностью ими насладиться. — Мы их держим в руках, но и они нас тоже. Рауль не может удрать, но зато мы можем умереть с голоду, пока его сторожим.</p>
      <p>— Хоть бы дождь пошел, тогда наполнились бы все, какие тут есть впадины, — сказал Маурири. Уже сутки они сидели без воды. — Большой брат, сегодня ночью мы с тобой достанем воду. Это могут сделать только сильные люди.</p>
      <p>В ту ночь, захватив с собой несколько калабашей <a l:href="#n_779" type="note">[779]</a> с тщательно пригнанными пробками, каждый вместимостью в кварту, Гриф и Маурири опустились к морю по склону скалы, обращенному к перешейку. Они отплыли от берега футов на сто. Где-то недалеко время от времени позвякивали уключины или глухо ударялось весло о борт пироги. Иногда вспыхивала спичка — это кто-нибудь из караульных закуривал сигарету или трубку.</p>
      <p>— Подожди здесь, — прошептал Маурири. — Держи калабаши.</p>
      <p>Он нырнул. Гриф, опустив лицо в воду, видел его фосфоресцирующий след, уходивший в глубину. Потом след потускнел и пропал совсем. Прошла долгая минута, прежде чем Маурири бесшумно вынырнул на поверхность рядом с Грифом.</p>
      <p>— На, пей!</p>
      <p>Калабаш был полон, и Гриф с жадностью стал пить свежую пресную воду, добытую из морской пучины.</p>
      <p>— Там бьют ключи, — сказал Маурири.</p>
      <p>— На дне?</p>
      <p>— Нет, из берега. До дна оттуда так же далеко, как до вершины горы. Это на глубине пятидесяти футов. Опускайся, пока не почувствуешь холода.</p>
      <p>Несколько раз вдохнув всей грудью и выдохнув воздух, как обычно делают пловцы перед тем как нырнуть, Гриф ушел под воду. Она была соленая на вкус и теплая. Потом, уже на порядочной глубине, она заметно охладилась и стала менее соленой. Внезапно Гриф почувствовал, что попал в холодную струю. Он вынул пробку, и пресная вода, булькая, стала вливаться в калабаш. Мимо, словно морской призрак, проплыла огромная рыба, оставляя за собой светящийся след.</p>
      <p>В дальнейшем Гриф, оставаясь на поверхности, держал постепенно тяжелеющие калабаши, а Маурири нырял и наполнял их один за другим.</p>
      <p>— Здесь есть акулы, — сказал Гриф, когда они поплыли обратно к берегу.</p>
      <p>— Не страшно — последовал ответ. — Эти акулы едят только рыбу. Мы, фуатинцы, братья таким акулам.</p>
      <p>— А тигровые акулы? Я как-то видел их здесь.</p>
      <p>— Если они сюда приплывут, мы останемся без воды, разве только пойдет дождь.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VII</p>
      </title>
      <p>Через неделю Маурири и один из матросов, отправившись за пресной водой, вернулись с пустыми калабашами. В залив проникли тигровые акулы. На следующий день на Большой скале все мучились от жажды.</p>
      <p>— Надо рискнуть, — сказал Гриф. — Сегодня ночью за водой поплыву я с Маутау. А завтра ты с Техаа.</p>
      <p>Гриф успел наполнить всего лишь три калабаша, как вдруг появились акулы и загнали пловцов на берег. На скале было шестеро человек, на каждого, стало быть, пришлось по одной пинте воды на весь день, а этого под тропическим солнцем недостаточно для человеческого организма. На следующую ночь Маурири и Техаа вернулись вовсе без воды. И в тот день, который последовал за этой ночью, Браун узнал, что такое настоящая жажда — когда потрескавшиеся губы кровоточат, нёбо и десны облеплены густой слизью и распухший язык не умещается во рту.</p>
      <p>Стемнело, и Гриф отправился за водой вместе с Маутау. Они по очереди ныряли вглубь, где бил холодный ключ, и, пока наполнялись калабаши, с жадностью глотали пресную воду. С последним калабашем нырнул Маутау. Гриф сверху видел, как промелькнули тускло светящиеся тела чудовищ, и по фосфорическим следам различил все перипетии подводной драмы. Обратно он поплыл один, но не выпустил из рук драгоценный груз — наполненные калабаши.</p>
      <p>Осажденные голодали. На скале ничего не росло. Внизу, где об утесы с грохотом разбивался прибой, можно было найти сколько угодно съедобных ракушек, но склон был слишком крут и недоступен. Кое-где по расщелинам удавалось иной раз спуститься к воде и набрать немного тухлых моллюсков и морских ежей. Бывало, что в западню попадался фрегат или какая-нибудь другая морская птица. Один раз на наживку из мяса фрегата им посчастливилось поймать акулу. Они сберегли ее мясо для приманки и еще раз или два ловили на него акул.</p>
      <p>Но с водой положение по-прежнему было отчаянное. Маурири молил козьего бога послать им дождь. Таути просил о том же бога миссионеров, а двое его земляков с Райатеи, отступив от своей новой веры, взывали к божествам былых языческих дней. Гриф усмехался и о чем-то размышлял, а Браун, у которого язык почернел и вылезал изо рта и взгляд стал совсем диким, проклинал все на свете. Особенно он свирепел по вечерам, когда в прохладных сумерках с палубы "Стрелы" доносились звуки священных гимнов. Один гимн — "Где нет ни слез, ни смеха" — каждый раз приводил его в бешенство. Эта пластинка, видимо, нравилась на шхуне: ее заводили чаще других. Браун, невыносимо страдавший от голода и жажды, временами от слабости почти терял сознание. Он мог лежать на скале и спокойно слушать бренчание гитары или укулеле и пение хуахинских женщин; но лишь только над водой раздавались голоса хорь, он выходил из себя. Однажды вечером надтреснутый тенор стал подпевать пластинке:</p>
      <poem>
       <stanza>
        <v> Где нет ни слез, ни смеха,</v>
        <v> Там скоро буду я.</v>
        <v> Где нет ни зимы, ни лета,</v>
        <v> Где все одето светом,</v>
        <v> Там буду я,</v>
        <v> Там буду я.</v>
       </stanza>
      </poem>
      <p>Браун поднялся. Схватив винтовку, не целясь, вслепую, он выпустил всю обойму по направлению шхуны. Снизу донесся смех мужчин и женщин, а с перешейка прогремели ответные выстрелы. Но надтреснутый тенор продолжал петь, и Браун все стрелял и стрелял до тех пор, пока гимн не кончился.</p>
      <p>В эту ночь Гриф и Маурири вернулись всего с одним калабашем воды. На плече у Грифа не хватало двух дюймов кожи — эту памятку оставила ему акула, задевшая его своим жестким, как наждак, боком в ту минуту, когда он увернулся от нее.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VIII</p>
      </title>
      <p>Однажды ранним утром, когда солнце не начало еще палить по-настоящему, от Ван-Асвельда пришло предложение начать переговоры. Браун принес эту весть со сторожевого поста, устроенного в скалах ста ярдами ниже. Сидя на корточках перед маленьким костром, Гриф поджаривал кусок акульего мяса. За последние сутки им повезло. Они набрали водорослей и морских ежей, Техаа выловил акулу, а Маурири, спустившись вниз по расщелине, где хранился динамит, поймал довольно крупного спрута. К тому же они успели ночью дважды сплавать за водой до того, как их выследили тигровые акулы.</p>
      <p>— Говорит, что хотел бы прийти и побеседовать с вами, — сообщил Браун. — Но я знаю, чего этому скоту нужно. Хочет посмотреть, скоро ли мы тут подохнем с голоду.</p>
      <p>— Ведите его сюда, — сказал Гриф.</p>
      <p>— И мы его убьем, — радостно воскликнул Человек-козел.</p>
      <p>Гриф отрицательно покачал головой.</p>
      <p>— Но ведь он убийца, Большой брат. Он зверь и дьявол! — возмутился Маурири.</p>
      <p>— Нельзя его убивать. Мы не можем нарушить свое слово. Такое у нас правило.</p>
      <p>— Глупое правило!</p>
      <p>— Все равно, это наше правило, — твердо сказал Гриф, переворачивая на углях кусок мяса, и, заметив, какими голодными глазами смотрит на это мясо Техаа и с какой жадностью он вдыхает запах жареного, добавил: — Не показывай вида, что ты голоден, Техаа, когда Большой дьявол будет здесь. Веди себя так, как будто ты никогда и не слыхал, что такое голод. Изжарь-ка вот этих морских ежей. А ты, брат, приготовь спрута. Главный дьявол будет с нами завтракать. Ничего не оставляйте, жарьте все.</p>
      <p>Когда Ван-Асвельд в сопровождении большого ирландского терьера подошел к лагерю, Гриф, все еще сидевший перед костром, поднялся ему навстречу. Рауль благоразумно не сделал попытки обменяться с ним рукопожатием.</p>
      <p>— Здравствуйте, — сказал он. — Я много о вас слышал.</p>
      <p>— А я предпочел бы ничего о вас не слышать, — ответил Гриф.</p>
      <p>— То же самое и я, — отпарировал Рауль. — Сначала я не знал, что это вы, и думал, так, обыкновенный капитан торговой шхуны. Вот почему вам удалось запереть меня в бухте.</p>
      <p>— Должен, к стыду своему, признаться, что и я вас вначале недооценил, — усмехнулся Гриф. — Думал, так, мелкий жулик, и не догадался, что имею дело с прожженным пиратом и убийцей. Вот почему я потерял шхуну. Так что мы, в общем, квиты.</p>
      <p>Даже сквозь загар, покрывавший лицо Рауля, видно было, что он весь побагровел, однако он сдержался. Взгляд его недоуменно остановился на съестных припасах и на калабашах с водой, но он ничем не выдал своего удивления. Он был высок ростом, строен и хорошо сложен. Гриф вглядывался в него, стараясь разгадать, что за человек стоит перед ним. Светлые глаза Рауля смотрели властно и проницательно, но они были посажены чересчур близко, — не настолько, чтобы вызывать впечатление уродства, а просто чуточку ближе, чем того требовал весь склад его лица: широкий лоб, крепкий подбородок, тяжелые челюсти и выдающиеся скулы. Сила! Да, его лицо выражало силу, и все же Гриф смутно угадывал, что в этом человеке чего-то недостает.</p>
      <p>— Мы оба сильные люди, — сказал Рауль с легким поклоном. — Сто лет назад мы могли бы спорить за обладание целыми империями.</p>
      <p>Гриф, в свою очередь, поклонился.</p>
      <p>— А сейчас мы, увы, ссоримся из-за нарушения закона в колониях тех самых империй, судьбы которых мы могли бы вершить сто лет назад.</p>
      <p>— Да, все тлен и суета, — философски изрек Рауль, садясь у костра. — Продолжайте, пожалуйста, свой завтрак. Не обращайте на меня внимания.</p>
      <p>— Не хотите ли к нам присоединиться? — пригласил его Гриф.</p>
      <p>Рауль внимательно посмотрел на него и принял приглашение.</p>
      <p>— Я весь в поту, — сказал он — Можно умыться?</p>
      <p>Гриф утвердительно кивнул и приказал Маурири подать калабаш. Драгоценная влага вылилась на землю. Рауль пытливо заглянул в глаза Маурири, но лицо Человека-козла не выражало ничего, кроме полного безразличия.</p>
      <p>— Моя собака хочет пить, — сказал Рауль.</p>
      <p>Гриф опять кивнул, и еще один калабаш подали собаке. Снова Рауль пристально вглядывался в лица туземцев и снова ничего не увидел.</p>
      <p>— К сожалению, у нас нет кофе, — извинился Гриф. — Придется вам удовольствоваться простой водой. Еще калабаш, Техаа! Попробуйте акульего мяса. А на второе у нас спрут и морские ежи с салатом из водорослей. Жалко, что нет фрегатов, ребята вчера поленились и не ходили на охоту.</p>
      <p>Гриф был так голоден, что, кажется, проглотил бы и политые салом гвозди, однако он ел с видимой неохотой и бросал куски собаке.</p>
      <p>— Никак не привыкну к этому варварскому меню, — вздохнул он, окончив завтрак. — Вот консервов, которые остались на "Стреле", я бы поел с удовольствием, а эта дрянь… — Он взял большой поджаренный кусок акульего мяса и швырнул его собаке. — Но, видно, придется привыкать, раз вы еще не намерены сдаться.</p>
      <p>Рауль неприязненно рассмеялся.</p>
      <p>— Я пришел предложить условия, — колко сказал он.</p>
      <p>Гриф покачал головой.</p>
      <p>— Никаких условий. Я держу вас за горло и отпускать не собираюсь.</p>
      <p>— Вы что же, воображаете, что навек заперли меня в этой мышеловке? — воскликнул Рауль.</p>
      <p>— Да уж живым вы отсюда не выйдете, разве что в кандалах. — Гриф задумчиво оглядел своего гостя. — Я ведь не первый раз имею дело с такими, как вы. Только я думал, что мы давно уже очистили Океанию от подобной публики. Вы представляете собой, так сказать, живой анахронизм, и от вас надо как можно скорее избавиться. Я лично советовал бы вам вернуться на шхуну и пустить себе пулю в лоб. Это для вас единственный шанс избежать тех неприятностей, которые вам предстоят в будущем.</p>
      <p>Таким образом, переговоры, по крайней мере для Рауля, окончились ничем, и он отправился восвояси, вполне убежденный, что люди на скале могут продержаться еще хоть целый год. Он быстро переменил бы мнение, если бы видел, как, едва он исчез за склоном, матросы и Техаа бросились подбирать оставшиеся после собаки объедки, как они, ползая по скале, выискивали каждую крошку мяса, обсасывали каждую косточку.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IX</p>
      </title>
      <p>— Сегодня придется поголодать, — сказал Гриф, — но это лучше, чем потом долго мучиться от голода. Очень хорошо, что Большой дьявол поел с нами и вволю напился воды — зато, ручаюсь, теперь он не станет здесь задерживаться. Он, может быть, уже завтра попробует уйти. Этой ночью, Маурири, мы с тобой будем спать на том склоне Большой скалы. А если Техаа сможет добраться туда, то и его возьмем, — он метко стреляет.</p>
      <p>Среди матросов-канаков один Техаа умел лазить по утесам и способен был преодолеть опасный путь. На рассвете следующего дня он уже лежал в защищенной скалами нише, ярдов на сто правее того места, где укрепились Гриф и Маурири.</p>
      <p>Первым предупреждением были выстрелы на перешейке; они означали, что бандиты отходят через чащу к заливу и что Браун с двумя матросами их преследует. Но прошел еще час, прежде чем Гриф из своего орлиного гнезда на утесе увидел "Стрелу", направлявшуюся к проходу. Как и в первый раз, она шла за вельботом, и гребли на нем пленные фуатинцы. Пока они медленно проплывали под Большой скалой, Маурири, по указанию Грифа, объяснил им, что они должны делать. На скале рядом с Грифом лежало несколько связок динамитных шашек с очень короткими шнурами.</p>
      <p>На палубе "Стрелы" было много народу. Один из бандитов, в котором Маурири узнал брата Рауля, с ружьем в руке стоял на баке среди матросов. Другой поместился на юте, рядом с рулевым. К нему грудь с грудью была привязана веревкой старая королева Матаара. По другую сторону от рулевого стоял капитан Гласс с рукой на перевязи. Рауль, как и в первый раз, стоял на середине палубы, прикрываясь связанной с ним Наумоо.</p>
      <p>— Доброе утро, мистер Дэвид Гриф, — крикнул он, глядя вверх.</p>
      <p>— А ведь я предупреждал вас, что вы покинете остров только в кандалах, — укоризненно откликнулся Гриф.</p>
      <p>— Вы не посмеете убить всех людей, которые у меня на борту, — ответил Рауль. — Ведь это же ваши люди.</p>
      <p>Шхуна, подвигавшаяся очень медленно, рывками, в такт со взмахами весел на вельботе, теперь оказалась почти под самой скалой. Фуатинцы продолжали грести, но стали заметно слабее налегать на весла, и тотчас бандит, стоявший на баке, прицелился в них из ружья.</p>
      <p>— Бросай, Большой брат! — крикнула Наумоо на фуатинском наречии. — Сердце мое разрывается от горя, и я хочу умереть. Он уже приготовил нож, чтобы перерезать веревку, но я схвачу его и буду крепко держать. Не бойся, Большой брат, бросай. Бросай скорее… и прощай!</p>
      <p>Гриф в нерешительности опустил головешку, которую он только что раздувал.</p>
      <p>— Бросай! — молил Человек-козел. Но Гриф все колебался.</p>
      <p>— Если они выйдут в море, Большой брат, Наумоо все равно погибнет. А что будет с остальными? Что ее жизнь по сравнению с жизнью многих?</p>
      <p>— Попробуйте только выстрелить или бросить динамит, и мы перебьем всех на шхуне, — крикнул Рауль. — Я победил вас, Дэвид Гриф! Вы не можете убить всех этих людей, а я могу. Тихо, ты!</p>
      <p>Последнее относилось к Наумоо, продолжавшей взывать к Грифу на своем родном языке. Рауль схватил ее одной рукой за горло и стал душить, чтобы заставить замолчать, а она крепко обхватила его вокруг пояса и умоляюще глядела вверх.</p>
      <p>— Бросайте, мистер Гриф! Взорвите их ко всем чертям! — зычным басом прогремел капитан Гласс. — Это подлые убийцы. Их там полным-полно, в каюте.</p>
      <p>Бандит, к которому была привязана старая королева, обернулся и пригрозил капитану Глассу ружьем, но тут Техаа, давно уже целившийся в него со скалы, спустил курок. Ружье выпало из рук пирата, невероятное удивление отразилось на его лице, ноги подогнулись, и он повалился на палубу, увлекая за собой королеву.</p>
      <p>— Лево руля! Еще лево руля! — крикнул Гриф. Капитан Гласс вместе с канаком рулевым быстро перехватили ручки штурвала, и "Стрела" пошла прямо на скалу. Рауль все еще боролся с Наумоо. Его брат кинулся с бака к нему на помощь. Грянули выстрелы из винтовок Техаа и Маурири, но оба они промахнулись. Брат Рауля приставил ружье к груди Наумоо — и в эту самую секунду Гриф прикоснулся головешкой к спичке, вставленной в конец шнура. Обеими руками он поднял и швырнул вниз тяжелую пачку, и тут же прогремел выстрел. Наумоо пошатнулась, ее тело рухнуло на палубу одновременно с падением динамита. На этот раз шнур был достаточно короткий и взрыв произошел сразу. Та часть палубы, где находились Рауль, его брат и Наумоо, исчезла как по мановению ока.</p>
      <p>Борт шхуны был пробит, и она стала быстро тонуть. Матросы канаки попрыгали с бака в воду. Первого выскочившего из каюты бандита капитан Гласс ударил ногой в лицо, но был смят и сшиблен с ног остальными. Следом за бандитами выскочили женщины с Хуахине и тоже попрыгали за борт. А "Стрела" тем временем все погружалась и, наконец, стала килем на дно рядом со скалой. Верхушки ее мачт торчали над водой.</p>
      <p>Грифу сверху хорошо было видно, что делалось под водой. Он видел, как Матаара на глубине сажени отвязала себя от мертвого пирата и вынырнула на поверхность. Тут она заметила, что рядом тонет капитан Гласс: он не мог плыть. И королева — старая женщина, но истая дочь островов — нырнула за ним и, поддерживая его голову над водой, помогла ему добраться до мачты.</p>
      <p>На поверхности воды среди множества темных голов виднелось пять рыжих и русых. Гриф с винтовкой у плеча ждал, когда удобнее будет выстрелить. Человек-козел тоже прицелился; через минуту он спустил курок — одно тело медленно пошло ко дну. Но мщение совершилось и без их участия, руками матросов канаков. Эти огромные, могучие островитяне, умевшие плавать, как рыбы, быстро рассекая воду, устремились туда, где мелькали русые и рыжие головы. Сверху было видно, как четверых оставшихся пиратов схватили, утащили под воду и утопили там, как щенят.</p>
      <p>За десять минут все было кончено. Женщины с Хуахине со смехом и визгом цеплялись за борта вельбота. Матросы канаки, ожидая приказаний, собрались вокруг торчавшей из воды мачты, за которую держались капитан Гласе и Матаара.</p>
      <p>— Бедная "Стрела"! — стонал капитан Гласс. — Пропала моя голубушка!</p>
      <p>— Ничего подобного, — отозвался Гриф со скалы. — Через неделю мы ее поднимем, починим борт и пойдем дальше. — Обращаясь к королеве, он спросил: — Ну как, сестра?</p>
      <p>— О брат мой, Наумоо умерла и Мотуаро умер, но Фуатино опять наш. День только начинается. Я пошлю в горы оповестить мой народ, и сегодня вечером мы снова, как никогда раньше, будем пировать и веселиться в Большом доме.</p>
      <p>— Давно уже надо было переменить ей шпангоуты в средней части, — сказал капитан Гласе. — А вот хронометрами не придется пользоваться до самого конца плавания.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Шутники с Нью-Гиббона</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>— Сказать по правде, я даже боюсь везти вас на Нью-Гиббон, — сказал Дэвид Гриф. — Ведь пока вы и англичане не уехали с острова и не развязали мне рук, я ничего не мог добиться и топтался на месте.</p>
      <p>Валленштейн, германский резидент из Бугенвиля, налил себе щедрую порцию шотландского виски с содовой и улыбнулся.</p>
      <p>— Мистер Гриф, мы преклоняемся перед вами, — сказал он на отличном английском языке. — Вы совершили чудо на этом проклятом острове. И мы больше не станем вмешиваться в ваши дела. Это действительно остров дьяволов, а старый Кохо — самый главный дьявол. Сколько мы ни пытались договориться с ним, все напрасно. Он страшный лжец и далеко не дурак. Прямо-таки чернокожий Наполеон или Талейран, но только Талейран — людоед, охотник за головами. Помнится, лет шесть тому назад я прибыл сюда с английским крейсером. Негры тут же попрятались в зарослях, но некоторым не удалось скрыться. Среди них была последняя жена Кохо. Ее подвесили за руку, и она двое суток коптилась на солнце. Мы сняли ее, но она все равно умерла. А потом в реке нашли еще трех женщин, погруженных по самую шею в холодную проточную воду. У них были перебиты все кости. Очевидно, при таком способе приготовления они должны стать вкуснее. Когда мы вытащили этих несчастных, они еще дышали. Удивительно живучий народ! Самая старшая из них протянула потом, кажется, дней десять… Да, вот вам примерное "меню" Кохо. Настоящий дикий зверь. И как вам удалось усмирить его, остается для нас загадкой.</p>
      <p>— Я бы не сказал, что мы его усмирили, — ответил Гриф, — хоть иногда он приходит на плантацию и чуть ли не ест из рук.</p>
      <p>— Да, но все-таки вы добились куда большего, чем мы со всеми нашими крейсерами. Ни немцы, ни англичане его и в глаза не видели. Вы были первый…</p>
      <p>— Нет, не я, — возразил Гриф, — первым был Мак-Тэвиш.</p>
      <p>— Ах да, я помню его. Такой маленький, сухощавый шотландец. Его еще называли "Миротворец".</p>
      <p>Гриф кивнул.</p>
      <p>— Я слышал, что жалованье, которое он получает у вас, больше, чем мое или английского резидента?</p>
      <p>— Боюсь, что так. И поверьте — только не обижайтесь, пожалуйста, — он стоит этих денег. Мак-Тэвиш всегда там, где пахнет резней. Он просто маг и волшебник. Без него мне никогда бы не обосноваться на Нью-Гиббоне. Сейчас он на Малаите расчищает плантацию.</p>
      <p>— Первую?</p>
      <p>— Да. На всей Малаите нет даже фактории. До сих пор вербовщики обтягивают свои лодки колючей проволокой. И вот теперь там разбита плантация. Ну что же, через полчаса мы будем на месте. — Гриф протянул гостю бинокль. — Вон там, слева от бунгало, вы видите навесы для лодок. Сзади — бараки. А справа — навесы для копры. Мы уже высушиваем немало копры. Старый Кохо настолько цивилизовался, что заставляет своих людей собирать для нас кокосовые орехи. А вон и устье реки, в которой вы нашли трех искалеченных женщин.</p>
      <p>"Уондер" под всеми парусами шел прямо к месту якорной стоянки. Судно, подгоняемое легким бризом, лениво покачивалось на стеклянной поверхности моря, подернутого легкой рябью. Заканчивался сезон дождей, воздух был тяжелый и насыщенный влагой, по небу неслись бесформенные массы причудливых облаков. Они заволакивали остров серой пеленой, сквозь которую мрачно проступали извилистые очертания берегов и горные вершины. Один мыс обжигали горячие лучи солнца, а другой, в какой-нибудь миле поодаль, заливали потоки дождя.</p>
      <p>Нью-Гиббон — сырой, богатый и дикий остров — расположен в пятидесяти милях от Шуазеля. Географически он входит в группу Соломоновых островов, а политически лежит как раз на границе между английской и немецкой сферами влияния и поэтому находится под объединенным контролем резидентов Англии и Германии. Однако контроль этот существовал только на бумаге, в решениях, вынесенных колониальными ведомствами обеих стран. Фактически никакого контроля не было и в помине. Ловцы трепангов и близко не подходили к Нью-Гиббону. Торговцы сандаловым деревом, умудренные горьким опытом, тоже перестали навещать его. Вербовщикам не удалось завербовать здесь ни одного туземца для работы на плантациях, а после того, как на шхуне "Дорсет" был вырезан весь экипаж, они вообще не наезжали сюда.</p>
      <p>Позднее одна немецкая компания попыталась разбить на Нью-Гиббоне плантацию кокосовых пальм; но когда несколько управляющих и много рабочих сложили здесь головы, плантация была заброшена. Немецким и английским крейсерам так и не удалось заставить чернокожих обитателей Нью-Гиббона внять голосу рассудка. Четырежды миссионеры начинали мирное наступление на остров и каждый раз спасались бегством, бросив тех, кто погиб от ножа и болезней.</p>
      <p>Снова прибывали крейсеры, снова туземцев усмиряли, но усмирить никак не могли. Они прятались в зарослях кустарника и дружно смеялись под вой снарядов. Когда военные корабли уходили, они снова строили свои травяные хижины, сожженные белыми, и снова складывали печи стародедовским способом.</p>
      <p>Нью-Гиббон — большой остров: миль полтораста в длину и семьдесят пять в ширину. Наветренный скалистый берег почти недоступен для судов: ни бухты, ни удобной якорной стоянки. Населяли его десятки племен, которые постоянно враждовали между собой, по крайней мере до тех пор, пока не появился Кохо. Силой оружия и хитрой политикой он, подобно Камехамеха, объединил большинство племен в этакую конфедерацию. Кохо запрещал своим подданным устанавливать какие бы то ни было связи с белыми и был совершенно прав, поскольку европейская цивилизация не сулила для его народа ничего хорошего. После ухода последнего крейсера он был безраздельным хозяином острова, но вот сюда прибыли Дэвид Гриф и Мак-Тэвиш-Миротворец; они высадились на пустынном берегу, где когда-то стояли немецкое бунгало, бараки и дома английских миссионеров.</p>
      <p>Война следовала за войной, короткое перемирие — и снова война. Маленький, сухощавый шотландец умел не только установить мир, но и учинить резню. Ему мало было одного побережья; он привез с Малаиты бушменов и прошел по кабаньим тропам в глубину джунглей. Он сжигал деревни до тех пор, пока Кохо не надоело отстраивать их заново, а когда Мак-Тэвиш захватил в плен старшего сына Кохо, вождю ничего не оставалось, как начать переговоры. Во время этих переговоров Мак-Тэвиш установил весьма своеобразный обменный курс на головы: за одного белого он обещал убивать десять соплеменников Кохо. После того как Кохо убедился, что шотландец — человек слова, на острове впервые воцарился прочный мир.</p>
      <p>А Мак-Тэвиш тем временем выстроил бунгало и бараки, расчистил по побережью джунгли и разбил плантацию. Потом он отправился на атолл Тасмана, где бушевала чума; знахари утверждали, что зараза исходит от плантации Грифа. Через год его снова призвали на Нью-Гиббон, чтобы усмирить туземцев, и, уплатив штраф в размере двухсот тысяч кокосовых орехов, старый вождь решил, что гораздо выгоднее поддерживать мир и продавать кокосовые орехи, чем отдавать их даром. К тому же он утратил воинственный пыл юности, состарился и охромел на одну ногу: пуля из винтовки Ли-Энфилда продырявила ему икру.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>— Я знал одного малого на Гавайях, — сказал Гриф, — управляющего сахарной плантацией; так вот он обходился в таких случаях молотком и десятипенсовым гвоздем.</p>
      <p>Они сидели на широкой веранде бунгало и наблюдали, как Уорс, здешний управляющий, врачует больных. Это были рабочие из Нью-Джорджии, всего человек двенадцать, и последним в очереди стоял парень, которому надо было вырвать зуб. Первая попытка была неудачной. Уорс одной рукой вытирал пот со лба, а в другой держал щипцы и помахивал ими в воздухе.</p>
      <p>— И верно, сломал немало челюстей, — мрачно пробурчал Уорс.</p>
      <p>Гриф покачал головой. Валленштейн улыбнулся и приподнял брови.</p>
      <p>— Во всяком случае, он об этом не рассказывал, — ответил Гриф. — Больше того, он уверял меня, что у него всегда получается с первого раза.</p>
      <p>— Я видел, как это проделывают, когда плавал вторым помощником на одном английском судне, — вставил капитан Уорд. — Наш старик пользовался колотушкой, которой конопатят судно, и стальной свайкой. Он тоже выбивал зуб с первого удара.</p>
      <p>— По мне лучше щипцы, — пробурчал Уорс, засовывая их в рот чернокожего.</p>
      <p>Он начал тащить, но больной взвыл и едва не соскочил со стула.</p>
      <p>— Да помогите же кто-нибудь, наконец, — взмолился управляющий, — держите его крепче!</p>
      <p>Гриф и Валленштейн схватили беднягу с двух сторон и прижали к спинке стула. Однако тот яростно отбивался и все сильнее стискивал щипцы зубами. Все четверо раскачивались из стороны в сторону. От жары и напряжения пот лил с них градом. Пот лил и с пациента, но не от жары, а от страшной боли. Вот опрокинулся стул, на котором он сидел. Уорс умолял своих помощников приналечь еще немножко, приналег сам и, сдавив щипцы так, что зуб хрустнул, изо всех сил дернул…</p>
      <p>Из-за возни никто не заметил, как какой-то туземец небольшого роста, прихрамывая, поднялся по ступенькам веранды, остановился на пороге и стал с интересом смотреть на происходящее. Кохо был очень консервативен. Его отец, дед и прадед не носили одежды, Кохо тоже предпочитал ходить голым и обходился даже без набедренной повязки. Многочисленные дырки в носу, губах и ушах свидетельствовали о том, что когда-то Кохо обуревала страсть к украшениям. Мочки его ушей были разорваны, и величину бывших отверстий можно было легко определить по длинным полоскам иссохшего мяса, свисающим до самых плеч. Теперь он заботился только об удобствах и одну из шести дырок в правом ухе приспособил под короткую глиняную трубку. На нем был широкий дешевый пояс из искусственной кожи, а за поясом блестело лезвие длинного ножа. На поясе висела бамбуковая коробка с бетелем. В руке он держал короткоствольную крупнокалиберную винтовку системы Снайдер. Он был невообразимо грязен, весь в шрамах, и самый ужасный шрам оставила на левой ноге пуля винтовки Ли-Энфилда, вырвав у него половину икры. Впалый рот говорил о том, как мало зубов осталось у Кохо. Лицо его сморщилось, тело высохло, и лишь маленькие черные глаза ярко блестели, и в них было столько беспокойства и затаенной тоски, что они были больше похожи на обезьяньи глаза, чем на человеческие.</p>
      <p>Он смотрел и усмехался, как маленькая злая обезьянка. Нет ничего удивительного в том, что он испытывал удовольствие при виде страданий пациента, ибо мир, в котором он жил, был миром страданий. Ему не раз причиняли боль, и еще чаще он причинял ее другим. Когда больной зуб был наконец вырван и щипцы, проскрежетав по другим зубам, вытащили его наружу, глаза старого Кохо радостно сверкнули. Он с восторгом смотрел на беднягу, который упал на пол и отчаянно вопил, сжимая руками голову.</p>
      <p>— Как бы он не потерял сознание, — сказал Гриф, склоняясь над негром. — Капитан Уорд, дайте ему, пожалуйста, выпить. И вам самому надо выпить, Уорс, вы дрожите, как осиновый лист.</p>
      <p>— Пожалуй, и я выпью глоток, — сказал Валленштейн, вытирая со лба пот. Вдруг он увидел на полу тень Кохо, а потом и самого вождя. — Хэлло! Это кто такой?</p>
      <p>— Здравствуй, Кохо! — сердечно приветствовал его Гриф, но здороваться за руку не стал.</p>
      <p>Когда Кохо родился, колдуны запретили ему прикасаться к белому человеку, и это стало табу.</p>
      <p>Уорс и капитан "Уондера" Уорд тоже поздоровались с Кохо, но Уорс нахмурился, когда увидел в руках Кохо снайдер, ибо строго-настрого запретил бушменам приносить на плантацию огнестрельное оружие. Это тоже было табу. Управляющий хлопнул в ладоши, и тотчас же прибежал мальчик-слуга, завербованный в Сан-Кристобале. По знаку Уорса он отобрал у Кохо винтовку и унес ее внутрь бунгало.</p>
      <p>— Кохо, — сказал Гриф, представляя немецкого резидента, — это большой хозяин из Бугенвиля, да-да, очень большой хозяин.</p>
      <p>Кохо, очевидно, припомнил визиты немецких крейсеров и усмехнулся, а в глазах у него вспыхнул недобрый огонек.</p>
      <p>— Не здоровайтесь с ним за руку, Валленштейн, — предупредил Гриф. — Это табу, понимаете? — Потом он сказал Кохо: — Честное слово, ты стал очень уж жирный. Не хочешь ли жениться на новой Марии? А?</p>
      <p>— Мой очень старый, — ответил Кохо, устало качая головой. — Мой не любит Мария. Мой не любит как-кай (пищу). Скоро мой совсем умрет. — Он выразительно посмотрел на Уорса, который допивал стакан, запрокинув назад голову. — Мой любит ром.</p>
      <p>Гриф покачал головой.</p>
      <p>— Для черных парней это табу.</p>
      <p>— Тот черный парень — это не табу, — возразил Кохо, кивая на рабочего, который все еще стонал.</p>
      <p>— Он больной, — объяснил Гриф.</p>
      <p>— Мой тоже больной.</p>
      <p>— Ты большой врун, — рассмеялся Гриф. — Ром — табу. Всегда — табу. Кохо, у нас будет большой разговор с этим большим хозяином из Бугенвиля.</p>
      <p>Гриф, Валленштейн и старый вождь уселись на веранде и заговорили о государственных делах. Старого вождя хвалили за то, что он ведет себя спокойно, а Кохо жаловался на свою дряхлость и немощь и клялся, что теперь между ними будет вечный мир. Потом обсуждался вопрос о создании немецкой плантации в двадцати милях отсюда по побережью. Землю под плантацию, разумеется, нужно было купить у Кохо, заплатив ему табаком, ножами, бусами, трубками, топорами, зубами морской свинки и раковинами, которые заменяют туземцам деньги. Платить можно было чем угодно, но только не ромом. Пока они совещались, Кохо то и дело поглядывал в окно и видел, как Уорс приготовлял какие-то лекарства, а бутылки ставил в аптечный шкаф. Закончив работу, Уорс налил себе стакан шотландского виски. Кохо прекрасно запомнил бутылку. Когда совещание кончилось, он битый час проторчал в комнате, но ему так и не представился подходящий момент: его ни на минуту не оставляли одного. Когда Гриф и Уорс снова заговорили о делах, Кохо понял, что сегодня у него ничего не выйдет.</p>
      <p>— Мой пойдет на шхуна, — объявил он и, прихрамывая, вышел из бунгало.</p>
      <p>— Как низко пали великие мира сего! — засмеялся Гриф. — Даже не верится, что когда-то этот Кохо был самым страшным и кровожадным дикарем на Соломоновых островах и открыто выступал против двух самых сильных держав в мире. А теперь он идет на шхуну, чтобы выклянчить у Дэнби немного виски.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Дэнби ведал приемом и выдачей грузов на шхуне "Уондер". Он сыграл очень злую шутку над туземцем, но шутка эта оказалась последней в его жизни.</p>
      <p>Он сидел в кают-компании и проверял список товаров, которые вельботы уже выгрузили на берег. В это время по трапу поднялся Кохо, вошел в кают-компанию и уселся за стол прямо напротив Дэнби.</p>
      <p>— Мой скоро совсем умрет, — пожаловался старый вождь. Земные радости больше не волновали его. — Мой не любит никакие Мэри, не любит кай-кай. Мой очень болен. Мой скоро конец. — Кохо сокрушенно умолк. Лицо его выражало крайнюю тревогу. Он осторожно похлопал себя по животу, давая понять, что испытывает острую боль. — Живот совсем плохо. — Он снова замолчал, как бы ожидая, что Дэнби посочувствует ему. Наконец последовал долгий тягостный вздох: — Мой любит ром.</p>
      <p>Дэнби безжалостно рассмеялся. Старый вождь не раз пытался выпросить у него хоть немного виски, но Гриф и Мак-Тэвиш наложили строжайшее табу на алкоголь и не разрешали давать туземцам ни капли спиртного.</p>
      <p>Вся беда в том, что Кохо уже отведал возбуждающих напитков. В юности, когда он вырезал экипаж шхуны "Дорсет", ему довелось вкусить всю сладость опьянения; к сожалению, он пил не один, и корабельные запасы скоро иссякли. В следующий раз Кохо оказался предусмотрительней: когда он уничтожил со своими нагими воинами немецкую плантацию, то сразу же забрал все спиртные напитки себе. Получилась великолепная смесь, состоящая из множества возбуждающих компонентов, начиная от хинного пива и кончая абсентом и абрикосовым бренди. Эту смесь он пил много месяцев, выпил всю, но жажда осталась, осталась на всю жизнь. Как и все дикари, он был предрасположен к алкоголю, и его организм настойчиво требовал выпивки. Когда он выпивал, в горле появлялось восхитительное жжение и по всем жилам разливалось тепло; его обволакивала какая-то блаженная греза, а сердце наполнялось радостью и ликованием. Он был уже стар и немощен, женщины и пиршества больше не доставляли ему удовольствия, остыла былая ненависть к врагам, сжигавшая его сердце, и теперь ему все больше и больше был нужен всемогущий огонь из бутылки, из всевозможных бутылок, — он хорошо их запомнил. Бывало, он часами сидел на солнце, грустно вспоминая ту великую оргию, которую он устроил после уничтожения немецкой плантации.</p>
      <p>Дэнби посочувствовал старому вождю, расспросил о симптомах его болезни, а потом предложил слабительное, какие-то пилюли, капсулы и прочие совершенно безвредные лекарства из аптечного шкафа. Однако Кохо решительно отказался от них. Вырезав экипаж шхуны "Дорсет", он по неосторожности разжевал капсулу с хиной, а двое его воинов проглотили какой-то белый порошок и вскоре умерли в страшных мучениях. Нет, Кохо не доверял лекарствам. Зато он любил жидкости в бутылках: их пламенно-холодная струя возвращала молодость, согревала душу и навевала сладкие мечты. Не удивительно, что белые так высоко ценили эти напитки и не хотели продавать их.</p>
      <p>— Ром очень хорошо, — повторял он монотонно, жалобно и по-старчески терпеливо.</p>
      <p>Вот тогда-то Дэнби и совершил роковую ошибку, зло подшутив над Кохо. Он подошел к аптечке, которая была у Кохо за спиной, отпер ее и достал четырехунциевую бутылку с этикеткой "горчичная эссенция". Он сделал вид, что вынул пробку и хлебнул из бутылки. В зеркале, висящем на переборке, он видел Кохо, который сидел вполоборота и явно наблюдал за ним. Дэнби причмокнул губами и, выразительно крякнув, поставил бутылку на место. Он не стал запирать аптечку и вернулся на свое место; посидев немного, он встал, вышел на палубу, остановился возле трапа и прислушался. Через несколько секунд тишину разорвал хриплый надрывный кашель. Дэнби усмехнулся и вернулся в каюту. Бутылка стояла на прежнем месте, а старый вождь сидел в прежней позе. Дэнби поразился его железному самообладанию. Его рот, губы, язык и горло жгло, конечно, огнем, он задыхался и едва подавлял кашель, а из глаз невольно текли слезы и крупными каплями катились по щекам. Любой другой на его месте давился бы от кашля целых полчаса.</p>
      <p>Но лицо старого Кохо было мрачно и непроницаемо. Он понял, что над ним сыграли злую шутку, и глаза его вспыхнули такой неистовой ненавистью и злобой, что у Дэнби мороз пробежал по коже. Кохо поднялся и гордо сказал:</p>
      <p>— Мой пойдет домой. Пусть мой дадут лодку.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Когда Гриф и Уорс отправились на плантацию, Валленштейн расположился в гостиной, чтобы почистить свой автоматический пистолет. Разобрав его, он смазывал части ружейным маслом и протирал их старыми тряпками. На столе возле него стояла неизменная бутылка шотландского виски и множество бутылок с содовой водой. Случайно здесь оказалась еще одна бутылка, неполная, тоже с этикеткой шотландского виски, однако в ней была налита жидкая мазь для лошадей; ее приготовил Уорс и забыл убрать.</p>
      <p>Валленштейн посмотрел в окно и увидел идущего по дорожке Кохо. Старик шел очень быстро, но когда он приблизился к веранде и вошел в комнату, походка его была медленной и величественной. Он уселся и стал наблюдать за чисткой оружия. Хотя его рот, губы и язык были сожжены, он и виду не подал, что ему больно. Минут через пять он сказал:</p>
      <p>— Ром хорошо. Мой любит ром.</p>
      <p>Валлентшейн ухмыльнулся и покачал головой, а потом словно бес надоумил его сыграть над туземцем весьма злую шутку, которая, к сожалению, тоже оказалась последней в его жизни. На эту мысль, собственно, его натолкнуло сходство между обеими бутылками с этикеткой шотландского виски. Валленштейн положил на стол части пистолета и налил себе солидную порцию виски с содовой. Он стоял как раз между Кохо и столом и незаметно поменял бутылки местами; потом он осушил свой стакан и, сделав вид, что ищет что-то, вышел из комнаты. Вскоре он услышал, что старик отчаянно кашляет и плюется; Валленштейн вернулся в комнату, но Кохо сидел на прежнем месте как ни в чем не бывало. Правда, жидкости в бутылке поубавилось, и поверхность ее еще слегка колебалась.</p>
      <p>Кохо встал и хлопнул в ладоши. Появился мальчик-слуга, Кохо знаком потребовал свою винтовку. Тот принес винтовку и, как было принято на плантации, пошел по дорожке впереди Кохо. Он передал старику-вождю оружие лишь после того, как они вышли за ворота. Валленштейн, посмеиваясь, смотрел вслед Кохо, который ковылял по берегу к реке.</p>
      <p>Едва Валленштейн успел собрать пистолет, как услышал отдаленный выстрел. Он почему-то тотчас подумал о Кохо, но потом отогнал эту мысль. Ведь Уорс и Гриф взяли с собой дробовики, и кто-нибудь из них, наверное, бил диких голубей. Валленштейн удобно развалился в кресле, закрутил, ухмыляясь, свои желтые усы и задремал. Его разбудил взволнованный крик Уорса:</p>
      <p>— Звоните в большой колокол! Звоните что есть силы! Звоните вовсю!</p>
      <p>Валленштейн выбежал на веранду как раз в тот момент, когда управляющий верхом на лошади перемахнул через низкую ограду и поскакал вдоль берега за Грифом, который мчался, как сумасшедший, далеко впереди. Громкий треск огня и клубы дыма, пробивающиеся сквозь чащу кокосовых деревьев, объяснили все. Кохо поджег бараки и навесы для лодок. Когда немецкий резидент побежал по берегу, он услышал бешеный звон большого колокола и видел, как от шхуны быстро отваливают вельботы.</p>
      <p>Бараки и навесы для лодок, крытые сухой травой, были охвачены ярким пламенем. Из кухни появился Гриф: он волочил за ногу голый труп чернокожего мальчика. Труп был без головы.</p>
      <p>— Там кухарка! — сказал Гриф. — Тоже без головы. Но она слишком тяжелая. А мне надо было скорее сматываться.</p>
      <p>— Во всем виноват я, я один, — грустно повторял Валленштейн. — Это дело рук Кохо. Я дал ему выпить лошадиной мази вместо виски.</p>
      <p>— Он, наверное, скрылся в кустах, — сказал Уорс, вскакивая на лошадь. — Оливер сейчас на берегу реки. Надеюсь, он не попадет в лапы Кохо.</p>
      <p>Управляющий пустил лошадь галопом и исчез за деревьями. Через несколько минут, когда пылающие, как костер, бараки рухнули, они услышали, что Уорс зовет их. Они нашли его на берегу. Уорс, очень бледный, все еще сидел на лошади и пристально смотрел на что-то лежащее на земле. Это был труп Оливера, молодого помощника управляющего; его с трудом опознали, ибо головы у него не было. Вокруг, еле переводя дух, сгрудились сбежавшиеся со всей плантации чернокожие рабочие; Гриф велел им соорудить носилки для покойника.</p>
      <p>Валленштейн горевал и каялся, как истый немец. Слезы катились у него из глаз, а когда он перестал плакать, то разразился проклятиями. Его ярость не имела границ; он схватил дробовик Уорса, и на губах у него выступила пена.</p>
      <p>— Перестаньте, Валленштейн! — твердо сказал Гриф. — Успокойтесь! Не валяйте дурака!</p>
      <p>— Неужели вы дадите ему удрать? — взревел немец.</p>
      <p>— Он уже удрал. Заросли начинаются сразу же за рекой. Вы же видите, где он перебрался через реку. Он уходит от нас по кабаньим тропам. Преследовать его — все равно что искать иголку в стоге сена, и мы наверняка нарвемся на его молодчиков. Кроме того, в джунглях легко попасть в западню; знаете ли, всякие там волчьи ямы, отравленные колючки и прочие сюрпризы дикарей. Один Мак-Тэвиш со своими бушменами рискует заходить в джунгли, да и то в прошлый раз погибло трое ребят из его отряда. Идемте домой. Вечером мы услышим и треск раковин, и бой военных барабанов, и всю эту адскую музыку. На нас напасть они не рискнут, но все же, мистер Уорс, пусть люди ни на шаг не отходят от дома. Пошли!</p>
      <p>Когда они возвращались по тропинке домой, навстречу им попался один из рабочих, который громко хныкал.</p>
      <p>— Заткнись! — рявкнул на него Уорс. — Какого черта ты орешь?</p>
      <p>— Кохо кончил два корова, — ответил рабочий, выразительно проводя указательным пальцем по шее.</p>
      <p>— Он зарезал коров, — сказал Гриф своим спутникам. — Значит, Уорс, вам пока что придется обходиться без молока. А через несколько дней я пришлю вам пару коров с Уги.</p>
      <p>Валленштейн не мог успокоиться до тех пор, пока Дэнби, сойдя на берег, не признался, что напоил старого вождя горчичной эссенцией. Услышав это, немецкий резидент даже повеселел, хотя он еще яростнее крутил усы и проклинал Соломоновы острова на четырех языках.</p>
      <p>На следующее утро с топамачты "Уондера" можно было наблюдать, как над лесными зарослями вьются сигнальные дымы. Черные клубящиеся столбы поднимались ввысь и передавали от мыса к мысу и дальше, в самую чащу джунглей, тревожную весть. В этих переговорах принимали участие далекие селения, расположенные в глубине острова, на вершинах гор, куда не заходили даже отряды Мак-Тэвиша. Из-за реки непрерывно доносился сумасшедший треск раковин, и на десятки миль вокруг воздух содрогался от глухого рокота огромных военных барабанов, которые туземцы выжигают и выдалбливают из толстых стволов орудиями из камня и морских раковин.</p>
      <p>— Пока вы здесь, вам ничего не грозит, — сказал Гриф своему управляющему. — Мне надо съездить в Гувуту. Они не решатся выйти из джунглей и напасть на открытом месте. Держите рабочие команды поближе к дому. Прекратите расчистку леса, пока не кончится вся эта заваруха. Они перебьют всех рабочих, которых вы пошлете в лес. И что бы ни случилось, не вздумайте преследовать Кохо в джунглях. Ясно? Иначе попадете к нему в лапы. Ждите Мак-Тэвиша. Я пришлю его с отрядом малаитских бушменов. Только Мак-Тэвиш сможет проникнуть в джунгли. До моего возвращения с вами останется Дэнби. Вы не возражаете, мистер Дэнби? Я пришлю Мак-Тэвиша на "Ванде"; на ней вы и вернетесь и скоро снова будете на "Уондере". В этот рейс капитан Уорд как-нибудь управится без вас.</p>
      <p>— Я как раз хотел просить вас об этом, — сказал Дэнби. — Я никак не думал, что из-за моей шутки заварится такая каша. И как тут ни крути, во всем виноват я.</p>
      <p>— И я тоже, — вставил Валленштейн.</p>
      <p>— Но начал я, — настаивал Дэнби.</p>
      <p>— Может быть, вы и начали, но я продолжил.</p>
      <p>— А Кохо закончил, — сказал Гриф.</p>
      <p>— Во всяком случае, я тоже останусь здесь, — решил немец.</p>
      <p>— Я думал, вы поедете со мной в Гувуту, — возразил Гриф.</p>
      <p>— И я так думал, но долг велит мне остаться здесь, а потом ведь как-никак я сам свалял дурака. Я останусь и помогу вам навести здесь порядок.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>Из Гувуту на Малаиту уходил вербовочный кеч, и Гриф немедленно послал Мак-Тэвишу самые подробные инструкции. Капитан Уорд отправился с "Уондером" на острова Санта-Крус, а Гриф, получив у английского резидента вельбот и команду чернокожих заключенных, пересек пролив и высадился в Гвадалканаре, чтобы осмотреть пастбища за Пендуфрином.</p>
      <p>Через три недели, со свежим ветром и под всеми парусами, Гриф лихо прошел меж коралловых рифов и всколыхнул неподвижную поверхность бухты Гувуту. Бухта была пуста, и лишь у самого берега стоял небольшой кеч. Гриф узнал "Ванду". Она, очевидно, пришла сюда проливом Тулаги и только что стала на якорь; чернокожий экипаж еще убирал паруса. Гриф подошел к "Ванде", и сам Мак-Тэвиш подал ему руку, помогая перебраться на кеч.</p>
      <p>— В чем дело? — спросил Гриф. — Вы еще не уехали? Мак-Тэвиш кивнул головой.</p>
      <p>— Уехали. И уже приехали. На судне все в порядке.</p>
      <p>— А на Нью-Гиббоне?</p>
      <p>— Все на месте, если не считать некоторых мелких деталей ландшафта, которые вдруг куда-то исчезли.</p>
      <p>Такой же маленький, как Кохо, и такой же сухощавый, с лицом цвета красного дерева, Мак-Тэвиш смотрел на Грифа маленькими бесстрастными голубыми глазами, которые были больше похожи на высверленные отверстия, чем на человеческие глаза. Это был не человек, а холодное пламя. Болезни, зной и стужа были ему нипочем; он не знал, что такое восторг или отчаяние, не ведал страха, не испытывал никаких чувств; жестокий и резкий, он был беспощаден, как змея. И теперь, глядя на кислую физиономию Мак-Тэвиша, Гриф сразу понял, что тот привез дурные вести.</p>
      <p>— Выкладывайте все! — сказал Гриф. — Что там случилось?</p>
      <p>— То, что случилось, достойно самого сурового осуждения, — ответил Мак-Тэвиш. — Надо совсем потерять совесть, чтобы так шутить над язычниками-неграми. А кроме того, это обходится слишком дорого. Пойдемте вниз, мистер Гриф. О таких вещах лучше говорить за стаканом виски. Прошу вас.</p>
      <p>— Ну, как вы там все уладили? — спросил Гриф, едва они вошли в каюту.</p>
      <p>Маленький шотландец покачал головой.</p>
      <p>— А там нечего было улаживать. Ведь все зависит от точки зрения. И с моей точки зрения, там было все устроено, понимаете, абсолютно все, еще до моего приезда.</p>
      <p>— Но плантация? Что с плантацией?</p>
      <p>— Нет никакой плантации. Весь наш многолетний труд пропал даром. Мы вернулись к тому, с чего начали, с чего начинали и миссионеры и немцы и с чем они ушли отсюда. От поселения не осталось камня на камне. Дома превратились в пепел. Деревья срублены все до единого, а кабаны перерыли ямс и сладкий картофель. А ребята из Нью-Джорджии!.. Сто дюжих парней! Ведь какие были работяги… И обошлись вам в кругленькую сумму… Все погибли… и некому даже рассказать о том, что произошло.</p>
      <p>Он замолчал и полез в большой рундук под трапом.</p>
      <p>— А Уорс? А Дэнби? Валленштейн? Что с ними?</p>
      <p>— Я же сказал вам. Вот, посмотрите!</p>
      <p>Мак-Тэвиш вытащил мешок и вытряхнул его содержимое на пол. Содрогнувшись, Дэвид Гриф с ужасом смотрел на головы тех троих, кого он оставил на Нью-Гиббоне. Желтые усы Валленштейна уже не закручивались лихо вверх, а свисали на верхнюю губу.</p>
      <p>— Я не знаю, как это произошло, — мрачно сказал шотландец. — Но предполагаю, что они полезли за старым чертом в джунгли.</p>
      <p>— А где Кохо? — спросил Гриф.</p>
      <p>— Опять в джунглях и пьян, как лорд. Потому-то мне и удалось добыть эти головы. Он так накачался, что не держался на ногах. Когда я нагрянул в деревню, его едва успели унести. Я буду вам очень обязан, если вы избавите меня от этого. — Мак-Тэвиш замолчал и, вздохнув, кивнул на головы. — Вероятно, их надо похоронить, как полагается, зарыть в землю. Но, насколько я понимаю, это очень любопытные экземпляры. Любой музей заплатит вам по сотне фунтов за каждую голову. Выпейте еще. Вы немного бледны… А теперь, если говорить серьезно, позвольте дать вам один совет: не допускайте никаких проделок и шуток над дикарями. Это — дорогое удовольствие и, кроме беды, ни к чему не приведет.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Маленький счет Суизину Холлу</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Окинув еще раз долгим взглядом безбрежную синеву моря, Гриф вздохнул, слез с шаткого салинга и стал медленно спускаться по вантам на палубу.</p>
      <p>— Мистер Сноу, — обратился он к молодому помощнику капитана, встретившему его тревожным взглядом, — атолл Лю-Лю, очевидно, на дне морском. Больше ему быть негде, если есть в навигации хоть капля здравого смысла. Ведь мы второй раз проходим над ним, вернее, над тем местом, где ему полагается быть. Либо я совсем забыл, чему меня учили, либо хронометр врет.</p>
      <p>— Это хронометр, — поспешил уверить капитана Сноу. — Ведь я независимо от вас проводил наблюдения и получил те же результаты.</p>
      <p>— Да, — уныло кивнул головой Гриф, — и там, где у вас Сомнеровы линии пересекаются и у меня тоже, должен находиться центр атолла Лю-Лю. Значит, хронометр не в порядке. Зубец, наверное, сорвался.</p>
      <p>Он быстро подошел к поручням, взглянул на пенистый след за кормой и вернулся назад. "Дядя Тоби", подгоняемый свежим попутным ветром, шел со скоростью девять-десять узлов.</p>
      <p>— Приведите шхуну к ветру, мистер Сноу. Убавьте паруса. Будем лавировать двухчасовыми галсами. Небо заволакивается. Определиться по звездам ночью вряд ли удастся. Определим широту завтра, выйдем на широту атолла Лю-Лю и будем идти по ней, пока не наткнемся на остров. Вот как поступали прежде бывалые моряки.</p>
      <p>Широкая, как бочка, с тяжелым рангоутом, высокими бортами и тупым, почти голландским, носом шхуна "Дядя Тоби" была самой тихоходной, но зато и самой надежной и простой в управлении из шхун Дэвида Грифа. Она совершала рейсы между островами Банкса и Санта-Крус, а также ходила к отдаленным атоллам, лежащим к северо-западу, откуда Гриф вывозил копру, черепах, а случалось, и тонну-другую жемчужных раковин, скупаемых для него туземными агентами. Накануне отплытия жестокий приступ лихорадки свалил капитана, и Гриф сам повел шхуну в очередное полугодичное плавание. Он решил начать с наиболее отдаленного атолла Лю-Лю, но сбился с курса и теперь блуждал в открытом море с испорченным хронометром.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>В эту ночь не было видно ни одной звезды. На другой день солнце не появилось совсем. Знойный влажный штиль, порой прерываемый сильными шквалами и ливнями, навис над морем. Чтобы не забираться слишком далеко по ветру, шхуна легла в дрейф. Так прошло четверо суток. Небо все время было затянуто облаками. Солнце исчезло, а звезды если и появлялись, то мерцали так тускло и слабо, что нечего было и думать определиться по ним. Теперь уже было ясно, что стихии готовы разыграться, — самый неопытный новичок понял бы это. Взглянув на барометр, который упорно показывал 29.90, Гриф вышел на палубу и столкнулся с Джеки-Джеки, чье лицо было так же хмуро и пасмурно, как небо и воздух. Джеки-Джеки служил на шхуне в качестве не то боцмана, не то второго помощника, командуя смешанным канакским экипажем.</p>
      <p>— Большой будет буря, — сказал он. — Я пять, шесть раз видел большой буря. Начало всегда такой.</p>
      <p>Гриф кивнул.</p>
      <p>— Приближается ураган, Джеки-Джеки. Барометр скоро начнет падать.</p>
      <p>— Да, — согласился боцман. — Очень сильно дуть будет.</p>
      <p>Минут через десять на палубу вышел Сноу.</p>
      <p>— Начинается, — сказал он. — Уже двадцать девять восемьдесят пять. Барометр колеблется. Чувствуете, жарища какая? — Он отер со лба пот. — Мутит меня что-то. Завтрак обратно просится.</p>
      <p>Джеки-Джеки усмехнулся.</p>
      <p>— Моя тоже весь нутро ходит. Это к буре. Ничего, "Дядя Тоби" хорош корабль. Выдержит.</p>
      <p>— Поставьте штормовой трисель на грот-мачте и штормовой кливер, — обратился Гриф к помощнику. — Возьмите все рифы на основных парусах, прежде чем убирать их, и закрепите двойными сезнями. Кто знает, что может случиться!</p>
      <p>Через час барометр упал до 29.70. Духота стала еще невыносимее, мертвый штиль продолжался. Помощник капитана, совсем молодой человек, не умел терпеливо ждать. До этого он беспокойно шагал по палубе, но тут вдруг остановился и потряс поднятыми кулаками.</p>
      <p>— Где этот чертов ураган! Чего он медлит! Пусть уж самое худшее, только бы скорее! Веселенькая история! Места своего не знаем, хронометр испорчен, да еще нате вам — ураган, а ветра все нету!</p>
      <p>Загроможденное тучами небо стало медно-красным, как внутренность огромного раскаленного котла. Никто не остался внизу, все вышли на палубу. На корме и на носу толпились туземные матросы, испуганно шептались и с опаской поглядывали на грозное небо и такое же грозное море, катившее длинные низкие маслянистые волны.</p>
      <p>— Как нефть с касторкой, — буркнул помощник капитана, плюнув с отвращением за борт. — Мать любила пичкать меня такой гадостью в детстве. Господи, темно-то как!</p>
      <p>Зловещее медное зарево исчезло. Тучи сгустились и медленно поползли вниз, стало темно, как в сумерках. Дэвид Гриф хорошо знал повадки ураганов, однако он достал "Штормовые правила" и снова их перечитал, напрягая глаза в этом призрачном освещении. Нет, делать ничего не полагалось, только лечь в дрейф и ждать ветра, тогда можно будет определить, где находится центр урагана, неотвратимо надвигавшегося откуда-то из мрака.</p>
      <p>Ураган налетел в три часа дня, когда барометр показывал 29.45. О его приближении можно было судить по волнам. Море вдруг потемнело и зарябило белыми барашками. Сперва это был просто свежий ветер, не набравший еще полной силы. Паруса "Дяди Тоби" наполнились, и он пошел в полветра со скоростью четыре узла.</p>
      <p>— Не много же после такой подготовки, — иронически заметил Сноу.</p>
      <p>— Да, — согласился Джеки-Джеки, — этот ветер, он маленький мальчик. Но скоро будет большой мужчина.</p>
      <p>Гриф приказал поставить фок, не отдавая рифов. И "Дядя Тоби" ускорил ход под напором усиливающегося ветра. Предсказание Джеки-Джеки скоро сбылось. Ветер стал "большим мужчиной". Но на этом не остановился. Он дул и дул, затихая на миг перед новыми, все более яростными порывами. Наконец поручни "Дяди Тоби" почти совсем скрылись под водой. По палубе заходили пенные волны — вода не успевала уходить через шпигаты. Гриф не спускал глаз с барометра, который продолжал падать.</p>
      <p>— Центр урагана где-то к югу от нас, — сообщил он помощнику. — Мы идем прямо наперерез ему. Надо лечь на обратный курс. Тогда, если я прав, барометр начнет подниматься. Уберите фок. "Дядя Тоби" не может нести столько парусов. Приготовиться к повороту.</p>
      <p>Когда все было готово, "Дядя Тоби" повернул и стремительно понесся к северу сквозь мрак и бурю.</p>
      <p>— Как в кошки-мышки играем, — обратился Гриф к помощнику спустя некоторое время. — Ураган описывает огромную дугу. Вычислить ее невозможно. Успеем проскочить, или центр урагана нас настигнет? Все зависит от размеров кривой. Барометр пока, слава богу, стоит на месте. Но идти нам больше нельзя, волна слишком велика, надо лечь в дрейф. Нас и так будет относить к северу.</p>
      <p>— Я думал, уж я-то знаю, что такое ветер! — прокричал на другое утро Сноу на ухо капитану. — Но это не ветер. Это черт знает что. Это невообразимо. В порывах — до ста миль в час. Ничего себе, а? И рассказать-то никому нельзя, не поверят. А волна! Посмотрите! Не первый год плаваю, а такого не видывал.</p>
      <p>Наступил день, и солнце, надо думать, взошло в положенное ему время, но и час спустя после восхода шхуну все еще окутывали густые сумерки. По океану ходили исполинские горы. Меж ними разверзались изумрудные Долины шириной в треть мили. На их пологих склонах, несколько защищенных от ветра, грядами теснились мелкие волны в белых пенных шапках. Но гребни огромных валов были без белой оторочки — ветер мгновенно срывал с них закипавшую пену и носил ее над морем, забрасывая выше самых высоких мачт.</p>
      <p>— Худшее позади, — решил Гриф. — Барометр поднимается. Ветер скоро спадет, ну а волна, понятно, станет еще больше. Пойду-ка я теперь вздремну. А вы, Сноу, следите за ветром. Он наверняка будет меняться. Разбудите меня, когда пробьет восемь склянок.</p>
      <p>После полудня волнение достигло апогея, а шторм, изменив направление, превратился в обыкновенный крепкий ветер. Как раз в это время Джеки-Джеки заметил вдали полузатопленную шхуну. "Дядя Тоби", дрейфуя, прошел вдалеке от ее носа, так что разглядеть название было трудно. А к вечеру они наткнулись на небольшую, наполовину затонувшую шлюпку. На ее носу белели буквы: "Эмилия Л. № 3". Сноу разглядел их в бинокль.</p>
      <p>— Эта шхуна с котиковых промыслов, — объяснил Гриф. — И что ей понадобилось в здешних водах, ума не приложу!</p>
      <p>— Клад, может быть, искать вздумали? — предположил Сноу. — Помните "Софи Сезерлэнд" и "Германа"? Тоже были котиковые шхуны. А потом их в Сан-Франциско зафрахтовали какие-то, с картами в кармане, из тех, что всегда точно знают и куда ехать и где искать, а прибудут на место — все оказывается чепухой.</p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
      <p>III</p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
      <p>Всю ночь "Дядю Тоби" швыряло, как скорлупку, по уже затихающим, но все еще огромным волнам. Ветра не было, это лишало шхуну устойчивости. Только под утро, когда всем на борту казалось уже, что у них душа с телом расстается, задул небольшой ветерок. Отдали рифы. К полудню волнение улеглось, облака поредели, выглянуло солнце. Наблюдение дало два градуса пятнадцать минут южной широты. Определить долготу по испорченному хронометру нечего было и думать.</p>
      <p>— Мы сейчас где-то в пределах полутора тысяч миль на линии этой широты, — обратился Гриф к помощнику, склонившемуся вместе с ним над картой. — Атолл Лю-Лю где-нибудь к югу. А в этой части океана пусто, хоть шаром покати, ни островка, ни рифа, по которому бы можно отрегулировать хронометр. Единственное, что остается делать…</p>
      <p>— Земля, капитан! — крикнул боцман, наклоняясь над трапом.</p>
      <p>Гриф взглянул на сплошное голубое пятно карты, свистнул от удивления и бессильно откинулся на спинку стула.</p>
      <p>— Ну и ну! — проговорил он наконец. — Здесь не должно быть земли. Вот так плавание! Бред какой-то! Будьте так добры, мистер Сноу, подите узнайте, что там стряслось с Джеки-Джеки, с ума он, что ли, сошел.</p>
      <p>— А ведь верно, земля! — раздался через минуту голос помощника. — Видно с палубы… Верхушки пальм… Какой-то атолл… Может, это все-таки Лю-Лю?</p>
      <p>Гриф вышел на палубу, взглянул на резную бахрому пальм, которые, казалось, вставали прямо из воды, и покачал головой.</p>
      <p>— Приведите шхуну круто к ветру, — сказал он. — Пойдем на юг. Если остров тянется в этом направлении, попадем в его юго-западный угол.</p>
      <p>Пальмы были, по-видимому, совсем недалеко, раз их было видно даже с низкой палубы "Дяди Тоби". И действительно, скоро из воды вынырнул небольшой плоский островок. Пальмы, росшие на нем в изобилии, ясно обозначали круг атолла.</p>
      <p>— Красивый остров! — воскликнул Сноу. — Правильный круг, миль восемь-девять в диаметре. Интересно, есть ли вход в лагуну? Как знать, может, мы новый остров открыли.</p>
      <p>Они пошли короткими галсами вдоль западной стороны острова, то приближаясь к омываемой бурунами коралловой гряде, то отходя от нее. Канак, смотревший с мачты поверх пальмовых крон, закричал, что видит в самой середине лагуны небольшой островок.</p>
      <p>— Знаю, о чем вы сейчас думаете, — обратился вдруг Гриф к помощнику.</p>
      <p>Сноу что-то бормотал, покачивая головой: теперь он с сомнением и в то же время вызывающе поглядел на хозяина.</p>
      <p>— Вы думаете, что вход в лагуну на северо-западе, — продолжал Гриф, словно отвечая выученный урок. — Ширина прохода два кабельтова. На северном берегу три одиночные пальмы, на южном — панданусы. Атолл представляет собой правильный круг диаметром в восемь миль. В центре островок.</p>
      <p>— Да, вы правы, я именно об этом и думал, — признался Сноу.</p>
      <p>— А вон и вход в лагуну, как раз там, где ему полагается быть.</p>
      <p>— И три пальмы, — почти шепотом произнес Сноу, — и панданусы. Если увидим ветряк, значит, это и есть остров Суизина Холла. Но нет, не может быть. Десять лет его ищут, этот остров, и не могут найти.</p>
      <p>— Говорят, Суизин Холл сыграл с вами скверную шутку.</p>
      <p>Сноу кивнул:</p>
      <p>— Да. Поэтому я и служу у вас. Он разорил меня. Это был сущий грабеж. Я получил наследство и на первую же выплату купил в Сиднее на аукционе "Каскад" — судно, потерпевшее кораблекрушение.</p>
      <p>— Он разбился у острова Рождества?</p>
      <p>— Да. Ночью налетел на берег и прочно засел на отмели. Пассажиров и почту сняли, а груз остался. На те деньги, что у меня еще были, я купил маленькую шхуну, а уж чтобы снарядить ее, пришлось ждать окончательного расчета с душеприказчиками. Что же, вы думаете, сделал Суизин Холл? Он тогда был в Гонолулу. Взял да и отправился, нимало не медля, на остров Рождества. У него не было абсолютно никаких прав на "Каскад" и никаких документов. Но когда я прибыл туда, то нашел только остов да машину. А "Каскад" вез партию шелка. И она даже ни капельки не подмокла. Я позже узнал об этом от его второго помощника. Да, Холл здорово поживился на этом деле. Говорят, выручил шестьдесят тысяч долларов.</p>
      <p>Сноу дернул плечами и мрачно уставился на сияющую гладь лагуны, где в лучах полуденного солнца плясали маленькие веселые волны.</p>
      <p>— "Каскад" по всем законам принадлежал мне. Я купил его на аукционе. Все поставил на карту и все потерял. Шхуна пошла на расплату с командой и торговцами, предоставившими мне кредит. Я заложил часы и секстан и нанялся кочегаром. Потом получил работу на Новых Гебридах за восемь фунтов в месяц. Попробовал завести собственное дело, прогорел. Поступил на вербовочное судно, ходившее в Танну и дальше, на Фиджи. Последнее время работал надсмотрщиком на немецких плантациях за Апией. Теперь вот плаваю на "Дяде Тоби".</p>
      <p>— А вы встречались когда-нибудь с Суизином Холлом?</p>
      <p>Сноу отрицательно покачал головой.</p>
      <p>— Ну, так сегодня встретитесь. Смотрите, вон и мельница.</p>
      <p>Выйдя из прохода, они увидали поросший лесом островок. Сквозь гущу пальм ясно виднелся высокий голландский ветряк.</p>
      <p>— Похоже, что на острове никого нет. А то бы вам удалось наконец свести с ним счеты.</p>
      <p>Лицо Сноу приняло злобное выражение, кулаки сжались.</p>
      <p>— Судом от него ничего не добьешься. Он слишком богат. Но вздуть его я могу — на все шестьдесят тысяч. Эх, хотел бы я, чтобы он был дома!</p>
      <p>— Признаться, и я тоже, — одобрительно усмехнулся Гриф. — Описание острова вам известно от Бау-Оти?</p>
      <p>— Да, как и всем. Беда только в том, что Бау-Оти не знал ни широты, ни долготы острова. Где-то далеко за островами Гилберта — вот все, что он мог сказать. Интересно, где он теперь?</p>
      <p>— Последний раз я видел его год назад на Таити. Он собирался наняться на судно, которое шло в рейс к Паумоту. Ну вот мы и подходим. Бросай лот, Джеки-Джеки. Мистер Сноу, приготовьтесь отдать якорь. По словам Бау-Оти, якорное место находится в трехстах ярдах от западного берега, глубина девять сажен, к юго-востоку коралловые отмели Да вот и они. Джеки-Джеки, сколько там у тебя?</p>
      <p>— Десять сажен.</p>
      <p>— Отдайте якорь, Сноу.</p>
      <p>"Дядя Тоби" развернулся на якоре, паруса поползли вниз, матросы-канаки бросились к фока-фалам и шкотам.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Вельбот причалил к небольшой пристани, сложенной из обломков коралла, и Дэвид Гриф с помощником спрыгнули на берег.</p>
      <p>— Нигде ни души, — сказал Гриф, направляясь по песчаной дорожке к бунгало. — Но я чувствую запах, очень хорошо мне знакомый. Где-то тут идет работа, если мой нос не обманывает меня. Лагуна полна перламутровых раковин и, поверьте, их мясо гниет не в тысяче миль отсюда. Чувствуете, какая вонь?</p>
      <p>Жилище Суизина Холла было мало похоже на обычное тропическое бунгало. Это было здание в миссионерском стиле. Решетчатая дверь вела в большую гостиную, соответственно убранную. Пол был устлан искусно сплетенными самоанскими циновками. Были здесь бильярд, несколько кушеток, удобные мягкие сиденья в оконных нишах. Столик для рукоделия и рабочая корзинка с начатой французской вышивкой, из которой торчала иголка, говорили о присутствии женщины. Окружавшая дом веранда и шторы на окнах превращали слепящий блеск тропического солнца в прохладное матовое сияние. Внимание Грифа привлекли переливы перламутровых кнопок.</p>
      <p>— Ого! Да здесь и скрытое освещение. Аккумуляторы, питаемые ветряным двигателем, — догадался он и нажал одну из кнопок.</p>
      <p>Вспыхнули невидимые лампы, и рассеянный золотистый свет наполнил комнату. Вдоль стен тянулись полки, уставленные книгами. Гриф просмотрел названия. Для моряка и искателя приключений он был довольно начитанным человеком, но и его удивило многообразие интересов и широта кругозора Суизина Холла. Он увидел на полках многих своих старых друзей, но среди них оказались и такие книги, о которых Гриф знал только понаслышке. Здесь стояли полные собрания сочинений Толстого, Тургенева и Горького, Купера и Марка Твена, Золя и Сю, Флобера, Мопассана и Поль-де-Кока. С любопытством перелистал он Мечникова, Вейнингера и Шопенгауэра, Эллиса, Лидстона, Крафт-Эббинга и Фореля. Когда Сноу, осмотрев весь дом, вернулся в гостиную, он застал Грифа с "Распространением человеческих рас" Вудрофа в руках.</p>
      <p>— Эмалированная ванна! Душ! Королевские покои, да и только! Мои денежки тоже, небось, пошли на эту роскошь. Но в доме кто-то есть. Я нашел в кладовой только что раскрытые банки с молоком и маслом и свежее черепаховое мясо. Пойду-ка еще погляжу.</p>
      <p>Гриф тоже отправился осматривать дом. Отворив дверь на другом конце гостиной, он попал в комнату, которая, очевидно, служила спальней женщине. В дальнем углу виднелась дверь из проволочной сетки, а за нею веранда, которую затеняли решетчатые жалюзи. Там на кушетке спала женщина: в мягком полусвете она показалась Грифу очень красивой — брюнетка, похожая на испанку. По цвету лица прекрасной незнакомки Гриф решил, что она недавно в тропиках. Бросив один-единственный взгляд на спящую, он поспешил удалиться на цыпочках. В гостиной в эту минуту опять появился Сноу: он тащил за руку старого, сморщенного чернокожего, который гримасничал от страха и знаками старался дать понять, что он немой.</p>
      <p>— Я нашел его спящим в конурке за домом, разбудил и приволок сюда. Кажется, повар, но я не мог добиться от него ни слова. Ну, а вы что нашли?</p>
      <p>— Спящую царевну! Ш-ш-ш, кто-то идет.</p>
      <p>— Ну, если это Холл!.. — прорычал Сноу, сжимая кулаки.</p>
      <p>Гриф покачал головой.</p>
      <p>— Только без драки. Здесь женщина. Если это Холл, я уж постараюсь доставить вам случай расквитаться с ним, прежде чем мы уедем.</p>
      <p>Дверь отворилась, и на пороге показался рослый и грузный мужчина. На поясе у него болтался длинный тяжелый кольт. Он бросил на них подозрительный взгляд, но тут же его лицо расплылось в приветливой улыбке.</p>
      <p>— Милости просим, путешественники! Но скажите на милость, как вам удалось найти мой остров?</p>
      <p>— А мы, видите ли, сбились с курса, — ответил Гриф, пожимая протянутую руку.</p>
      <p>— Суизин Холл, — представился хозяин и повернулся, чтобы приветствовать Сноу. — Должен сказать, что вы мои первые гости.</p>
      <p>— Так это значит и есть тот таинственный остров, о котором столько лет идут разговоры во всех портах! Ну ладно, теперь-то я знаю, как вас найти.</p>
      <p>— Как? — быстро переспросил Холл.</p>
      <p>— Очень просто. Нужно сломать корабельный хронометр, попасть в ураган, а затем смотреть, где появятся из моря кокосовые пальмы.</p>
      <p>— Простите, а ваше имя? — спросил, слегка посмеявшись шутке, Холл.</p>
      <p>— Энстей, Фил Энстей, — без запинки ответил Гриф. — Иду на "Дяде Тоби" с островов Гилберта на Новую Гвинею и пытаюсь поймать свою долготу. А это мой помощник, мистер Грей, куда более опытный мореход, чем я, но на этот раз и он дал маху.</p>
      <p>Гриф сам не знал, почему ему вздумалось солгать. Какая-то внутренняя сила толкнула его на это, и он поддался внушению. Он смутно чувствовал, что здесь что-то неладно, но что, не мог разобрать. Суизин Холл был круглолицый толстяк с неизменной улыбкой на устах, и лукавыми морщинками в уголках глаз. Но Гриф еще в ранней юности познал, как обманчива бывает подобная внешность и что может скрываться под веселым блеском голубых глаз.</p>
      <p>— Что вы делаете с моим поваром? Своего потеряли и думаете моего похитить? — спросил Холл. — Отпустите беднягу, а не то быть вам без ужина. Жена моя здесь и будет рада с вами познакомиться. Сейчас поужинаем. Жена, правда, зовет это обедом и вечно бранит меня за невежество. Но что поделаешь! Я человек старомодный. Мои всегда обедали в полдень, и я не могу забыть привычек детства. Не хотите ли помыться? Что касается меня, я не прочь. Взгляните, на кого я похож. Весь день работал, как собака, с ловцами, раковины достаем. Да вы и сами, верно, догадались по запаху.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>Сноу ушел, сославшись на дела. Помимо нежелания разделить трапезу с человеком, ограбившим его, он спешил на шхуну предупредить команду о выдумке Грифа. Гриф вернулся на "Дядю Тоби" только в одиннадцать. Помощник ждал его с нетерпением.</p>
      <p>— Странное что-то творится на острове Суизина Холла, — сказал Гриф, в раздумье покачивая головой. — Не знаю, в чем дело, но чувствую: тут что-то не так. Каков из себя Суизин Холл?</p>
      <p>Сноу пожал плечами.</p>
      <p>— Этот тип на берегу в жизни не покупал тех книг, что стоят у него на полках, — убежденно продолжал Гриф. — И придумать такую тонкую штуку, как скрытое освещение, он тоже не способен. Он только разговаривает сладко, а внутри груб, как конская скребница. Плут с елейными манерами. А те молодцы, что при нем состоят, Уотсон и Горман, — они пришли тотчас же после вашего ухода — это уж сущие пираты. Им лет под сорок каждому. Битые-перебитые, колючие, как ржавые гвозди, только вдвое опасней. Настоящие головорезы с кольтами за поясом. Совсем, казалось бы, неподходящая компания для Суизина Холла. Но женщина! Леди с головы до пят, уверяю вас. Хорошо знает Южную Америку и Китай. Уверен, что испанка, хотя по-английски говорит, как на родном языке. Много путешествовала. Мы говорили с ней о бое быков. Она его видала в Мексике, Гваякиле и Севилье. Небезызвестен ей, между прочим, и котиковый промысел. И тут есть одна странность, которая меня смущает. Она любительница музыки, а в доме нет инструмента. Почему бы Суизину Холлу не завести для нее рояль? Ведь дом обставлен, как дворец. И еще: она живая, разговорчивая. И Холл весь вечер не спускал с нее глаз, сидел, как на иголках, вмешивался в разговор, сам старался его направлять. Вы не знаете, Суизин Холл женат?</p>
      <p>— Убей меня бог, не знаю. Мне и в голову не приходило этим интересоваться.</p>
      <p>— Он представил ее мне как миссис Холл. Самого его Уотсон и Горман тоже зовут Холлом. Прелюбопытная парочка эти двое! Очень все это странно. Не понимаю.</p>
      <p>— Ну и что же вы думаете делать? — спросил Сноу.</p>
      <p>— Да так, пожить здесь немного, почитать кое-что, тут есть интересные книжки. А вы завтра утречком спустите-ка стеньгу, да хорошо бы и все остальное пересмотреть. Как-никак мы выдержали ураган. Займитесь заодно ремонтом всего такелажа. Разберите все на части, да и возитесь себе на здоровье. Этак, знаете, не спеша.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VI</p>
      </title>
      <p>На следующий день подозрения Грифа получили новую пищу. Съехав ранним утром на берег, он побрел наперерез через остров к бараку, где жили ловцы, и подошел как раз в тот момент, когда они садились в лодки. С удивлением отметил он подавленное настроение рабочих; канаки — веселый народ, но эти напоминали партию арестантов. Холл и его помощники тоже были здесь, и Гриф обратил внимание на то, что у каждого за плечами была винтовка. Сам Холл встретил гостя весьма любезно, но Горман и Уотсон смотрели исподлобья и еле поздоровались с ним.</p>
      <p>Спустя минуту один из канаков, нагнувшись над веслом, многозначительно подмигнул Грифу. Лицо рабочего показалось ему знакомым: как видно, один из тех туземцев, матросов или водолазов, с которыми он встречался во время своих многочисленных разъездов по островам.</p>
      <p>— Не говори им, кто я, — сказал Гриф по-таитянски. — Ты служил у меня?</p>
      <p>Канак кивнул головой и открыл было рот, но грозный окрик Уотсона, сидевшего уже на корме, заставил его замолчать.</p>
      <p>— Простите, пожалуйста, — извинился Гриф. — Мне бы надо знать, что этого делать не полагается.</p>
      <p>— Ничего, — успокоил его Холл. — Беда с ними, болтают много, а дела не делают. Приходится держать их в ежовых рукавицах. А то и кормежку свою не оправдают.</p>
      <p>Гриф сочувственно кивнул.</p>
      <p>— Знаю. У меня у самого команда из канаков. Ленивые свиньи. Палкой их надо подгонять, как негров, иначе и половины работы не сделают.</p>
      <p>— О чем вы с ним говорили? — бесцеремонно вмешался Горман.</p>
      <p>— Спросил, много ли тут раковин и глубоко ли приходится нырять.</p>
      <p>— Раковин довольно, — ответил за канака Холл. — Работаем на глубине десяти сажен, недалеко отсюда. Не хотите ли взглянуть?</p>
      <p>Полдня провел Гриф на воде. Потом завтракал вместе с хозяевами. После завтрака вздремнул в гостиной на диване, почитал, поболтал полчасика с миссис Холл. После обеда сыграл на бильярде с ее мужем. Грифу не приходилось раньше сталкиваться с Суизином Холлом, но слава последнего как искуснейшего игрока на бильярде облетела все порты от Левуки до Гонолулу. Однако сегодняшний противник Грифа оказался довольно слабым игроком. Его жена гораздо лучше владела кием.</p>
      <p>Вернувшись на "Дядю Тоби", Гриф растолкал Джеки-Джеки, объяснил, где находятся бараки рабочих, и велел ему незаметно сплавать туда и поговорить с канаками. Джеки-Джеки вернулся через два часа. Весь мокрый стоял он перед Грифом и мотал головой.</p>
      <p>— Очень странно. Все время там один белый с большим ружьем. Лежит в воде, смотрит. Потом, может быть, полночь, другой белый приходит, берет ружье. Тогда один идет спать, другой караулит с ружьем. Плохо. Нельзя видеть канака, нельзя говорить. Моя вернулся.</p>
      <p>— Черт возьми, — сказал Гриф, — сдается мне, тут не одними раковинами пахнет! Эти трое все время следят за канаками. Наш хозяин такой же Суизин Холл, как и я.</p>
      <p>Сноу даже свистнул, так поразила его вдруг пришедшая ему в голову мысль.</p>
      <p>— Понимаю! — воскликнул он. — Знаете, что я подумал?</p>
      <p>— Я вам скажу, — ответил Гриф, — Вы подумали, что "Эмилия Л." — их судно.</p>
      <p>— Вот именно. Они добывают и сушат раковины, а шхуна ушла за рабочими и продовольствием.</p>
      <p>— Да, так оно, очевидно, и есть. — Гриф взглянул на часы и стал собираться спать. — Он моряк, вернее, все трое моряки. Но они не с островов, они чужие в этих водах.</p>
      <p>Сноу опять свистнул.</p>
      <p>— А "Эмилия Л." погибла со всей командой. Кому это и знать, как не нам. Придется, значит, этим молодцам ждать возвращения настоящего Суизина Холла. Тут он их и накроет.</p>
      <p>— Или они захватят его шхуну.</p>
      <p>— Дай-то бог! — злорадно проворчал Сноу, — Пусть-ка и его кто-нибудь ограбит. Эх, был бы я на их месте! Сполна бы расчелся.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VII</p>
      </title>
      <p>Прошла неделя, за которую "Дядя Тоби" подготовился к отплытию, а Гриф сумел рассеять все подозрения, какие могли возникнуть в душе его гостеприимных хозяев. Даже Горман и Уотсон больше не сомневались, что перед ними доподлинный Фил Энстей. Всю неделю Гриф упрашивал Холла сообщить ему долготу острова.</p>
      <p>— Как же я уйду отсюда, не зная пути? — взмолился он под конец. — Я не могу отрегулировать хронометр без вашей долготы.</p>
      <p>Холл, смеясь, отказал.</p>
      <p>— Такой опытный моряк, как вы, мистер Энстей, уж как-нибудь доберется до Новой Гвинеи или еще какого-нибудь острова.</p>
      <p>— А такой опытный моряк, как вы, мистер Холл, должен бы знать, что мне нетрудно будет найти ваш остров по его широте, — отпарировал Гриф.</p>
      <p>В последний вечер Гриф, как обычно, обедал на берегу, и ему впервые удалось посмотреть собранный жемчуг Миссис Холл в пылу беседы попросила мужа принести "красавиц". Целых полчаса показывала она их Грифу. Он искренне восхищался и так же искренне выражал удивление по поводу такой богатой добычи.</p>
      <p>— Эта лагуна ведь совершенно нетронутая, — объяснил Холл. — Вы сами видите — почти все раковины большие и старые. Но интереснее всего, что самые ценные раковины мы нашли в одной небольшой заводи и выловили за какую-нибудь неделю. Настоящая сокровищница. Ни одной пустой, мелкого жемчуга целые кварты. Но и самые крупные все оттуда.</p>
      <p>Гриф оглядел их и определил, что самая мелкая стоит не меньше ста долларов, те, что покрупнее — до тысячи, а несколько самых крупных — даже гораздо больше.</p>
      <p>— Ах, красавицы! Ах, милые! — приговаривала миссис Холл, нагибаясь и целуя жемчуг. Немного погодя она поднялась и пожелала Грифу спокойной ночи. — До свидания!</p>
      <p>— Не до свидания, а прощайте, — поправил ее Гриф. — Завтра утром мы снимаемся.</p>
      <p>— Как, уже? — протянула она, но в глазах ее мужа Гриф подметил затаенную радость.</p>
      <p>— Да, — продолжал Гриф, — ремонт окончен. Вот только никак не добьюсь от вашего мужа, чтобы он сообщил мне долготу острова. Но я еще не теряю надежды, что он сжалится над нами.</p>
      <p>Холл засмеялся и затряс головой. Когда жена вышла, он предложил выпить напоследок. Выпили и, закурив, продолжали беседу.</p>
      <p>— Во что вы оцениваете все это? — спросил Гриф, указывая на россыпь жемчуга на столе. — Вернее, сколько вам дадут скупщики?</p>
      <p>— Тысяч семьдесят пять — восемьдесят, — небрежно бросил Холл.</p>
      <p>— Ну, это вы мало считаете. Я кое-что смыслю в жемчуге. Взять хоть эту, самую большую. Она великолепна. Пять тысяч долларов, и ни цента меньше. А потом какой-нибудь миллионер заплатит за нее вдвое, после того как купцы урвут свое. И заметьте, что, не считая мелкого жемчуга, у вас тут много крупных неправильной формы. Целые кучи! А они начинают входить в моду, цена на них растет и удваивается с каждым годом.</p>
      <p>Холл еще раз внимательно осмотрел жемчуг, разобрал по сортам и вслух подсчитал его стоимость.</p>
      <p>— Да, вы правы, все вместе стоит около ста тысяч.</p>
      <p>— А во сколько вам обошлась добыча? — продолжал Гриф. — Собственный ваш труд, два помощника, рабочие?</p>
      <p>— Примерно пять тысяч долларов.</p>
      <p>— Значит, чистых девяносто пять тысяч?</p>
      <p>— Да, около того. Но почему это вас так интересует?</p>
      <p>— Просто пытаюсь найти… — Гриф остановился и допил бокал. — Пытаюсь найти справедливое решение. Допустим, я отвезу вас и ваших товарищей в Сидней и оплачу ваши издержки — пять тысяч долларов или, будем даже считать, семь с половиной тысяч. Как-никак, вы основательно потрудились.</p>
      <p>Холл не дрогнул, не шевельнул ни одним мускулом, он только весь подобрался и насторожился. Добродушие, сиявшее на его круглом лице, вдруг угасло, как пламя свечи, когда ее задуют. Смех уже не заволакивал его глаза непроницаемой пеленой, и внезапно из их глубины выглянула темная, преступная душа. Он заговорил сдержанно и негромко:</p>
      <p>— Что вы, собственно, хотите этим сказать? Гриф небрежно закурил сигару.</p>
      <p>— Уж, право, не знаю, с чего и начать. Положение довольно затруднительное — для вас. Я хочу быть справедливым. Я уже сказал: вы все-таки немало потрудились. Мне бы не хотелось просто отбирать у вас жемчуг. Так что я готов заплатить вам за хлопоты, за потерянное время, за труд.</p>
      <p>Сомнение на лице мнимого Холла сменилось внезапно уверенностью.</p>
      <p>— А я-то думал, что вы в Европе, — проворчал он. На миг в глазах его блеснула надежда. — Эй, послушайте, не морочьте голову. Чем вы докажете, что вы Суизин Холл?</p>
      <p>Гриф пожал плечами.</p>
      <p>— Подобная шутка была бы неуместной после вашего гостеприимства. Да и второй Суизин Холл неуместен на острове.</p>
      <p>— Если вы Суизин Холл, так кто я, по-вашему? Вы, может быть, и это знаете?</p>
      <p>— Нет, не знаю, — ответил беспечно Гриф, — но хотел бы знать.</p>
      <p>— Не ваше дело.</p>
      <p>— Согласен. Выяснять вашу личность не моя обязанность. Но, между прочим, я знаю вашу шхуну, и найти ее хозяина не такое уж мудреное дело.</p>
      <p>— Как же зовется моя шхуна?</p>
      <p>— "Эмилия Л.".</p>
      <p>— Верно. А я капитан Раффи, владелец и шкипер.</p>
      <p>— Охотник за котиками? Слыхал, слыхал. Но каким ветром вас занесло сюда?</p>
      <p>— Деньги были нужны. Котиковых лежбищ почти не осталось.</p>
      <p>— А те, что на краю света, слишком хорошо охраняются?</p>
      <p>— Да, вроде того. Но вернемся к нашему спору. Я ведь могу оказать сопротивление. Будут неприятности. Каковы ваши окончательные условия?</p>
      <p>— Те, что я сказал. И даже больше. Сколько стоит ваша "Эмилия"?</p>
      <p>— Она свое отплавала. Десять тысяч долларов — да и то уже грабеж. Каждый раз в штормовую погоду я боюсь, что обшивка не выдержит и балласт продавит дно.</p>
      <p>— Уже продавил. Я видел, что ваша "Эмилия" болталась килем кверху после шторма. Допустим, она стоит семь с половиной тысяч долларов. Так вот, я плачу вам пятнадцать тысяч и везу вас до Сиднея. Не снимайте рук с колен.</p>
      <p>Гриф встал, подошел к нему и отстегнул от его пояса револьвер.</p>
      <p>— Небольшая предосторожность, капитан. Сейчас я отвезу вас на шхуну. Миссис Раффи я сам обо всем предупрежу и доставлю ее на судно вслед за вами.</p>
      <p>— Вы великодушный человек, мистер Холл, — сказал Раффи, когда вельбот уже подходил к борту "Дяди Тоби". — Но будьте осторожны с Горманом и Уотсоном. Это сущие дьяволы. Да, между прочим, мне неприятно говорить об этом, но вы ведь знаете мою жену. Я, видите ли, подарил ей четыре или пять жемчужин. Уотсон с Горманом были не против.</p>
      <p>— Ни слова, капитан, ни слова. Жемчужины принадлежат ей. Это вы, мистер Сноу? Здесь наш друг, капитан Раффи. Будьте добры, возьмите его на свое попечение. А я поехал за его женой.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VIII</p>
      </title>
      <p>Дэвид Гриф что-то писал, сидя за столом в гостиной. За окном чуть брезжил рассвет. Гриф провел беспокойную ночь. Обливаясь слезами, миссис Раффи два часа укладывала вещи. Гормана захватили в постели. Но Уотсон, карауливший рабочих, пытался было оказать сопротивление. До выстрелов, впрочем, дело не дошло. Он сдался, как только понял, что его карта бита. Гормана с Уотсоном в наручниках заперли в каюте помощника. Миссис Раффи расположилась у Грифа, а капитана Раффи привязали к столу в салоне.</p>
      <p>Гриф дописал последние строчки, отложил перо и перечитал написанное:</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_090.png"/>
      <empty-line/>
      <p>Гриф поставил свою подпись, дату, помедлил немного и приписал внизу:</p>
      <p>"Остаюсь должен Суизину Холлу три книги, взятые мною из его библиотеки: Хедсон "Закон психических явлений", Золя "Париж", Мэхэн "Проблемы Азии". Книги, или их полную стоимость, можно получить в конторе вышеупомянутого Грифа, в Сиднее".</p>
      <p>Гриф включил свет, взял стопку книг, аккуратно заложил входную дверь на щеколду и зашагал к поджидавшему его вельботу.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Ночь на Гобото</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>На Гобото собираются торговцы, прибывающие сюда на своих шхунах, и плантаторы с диких и далеких берегов, и все надевают здесь башмаки, облачаются в белые полотняные брюки и прочие атрибуты цивилизации. На Гобото приходит почта, оплачиваются счета, и здесь почти всегда можно получить газету не более чем пятинедельной давности, ибо этот крохотный островок, опоясанный коралловыми рифами и имеющий удобную якорную стоянку, стал, по существу, главным портом и своего рода распределительным центром всего архипелага.</p>
      <p>Гобото живет в мрачной, удушливой и зловещей атмосфере, и, хоть это совсем маленький островок, здесь зафиксировано больше случаев острого алкоголизма, чем в любой другой точке земли. На Гувуту (Соломоновы острова) говорят, что там пьют даже в промежутках между выпивками. На Гобото этого не оспаривают. Но, между прочим, замечают, что в истории Гобото о таких промежутках ничего не известно. И еще приводят некоторые статистические данные об импорте, из которых явствует, что Гобото потребляет гораздо больше спиртных напитков на душу населения, чем Гувуту. Гувуту объясняет это тем, что Гобото ведет более крупные дела и там больше приезжих. Гобото возражает на это, что по численности населения он уступает Гувуту, но зато приезжающие сюда больше страдают от жажды. Спору этому конца не видно, и прежде всего потому, что спорщики слишком быстро сходят в могилу, так ни до чего и не договорившись.</p>
      <p>Гобото невелик. Остров имеет лишь четверть мили в поперечнике, и на этой четверти мили расположились адмиралтейские навесы для угля (несколько тонн угля лежат тут вот уже двадцать лет), бараки для горстки чернокожих рабочих, большой магазин и склад, крытые железом, и бунгало, в котором живут управляющий и два его помощника. Эти трое и составляют белое население острова. Одного из трех всегда трясет лихорадка. Работать на Гобото нелегко. Как и все Компании, обосновавшиеся на островах, здешняя Компания взяла за правило обильно угощать своих клиентов, и обязанность угощать ложится на управляющего и его помощников. Круглый год торговцы и вербовщики, прибывающие сюда из далеких и предельно "сухих" рейсов, и плантаторы со столь же далеких и "сухих" берегов высаживаются на Гобото, мучимые великой и неутолимой жаждой. Гобото — это Мекка кутил, и, упившись до бесчувствия, приезжие возвращаются на свои шхуны и плантации, чтобы отдохнуть и восстановить силы.</p>
      <p>Иным, менее выносливым, нужна по крайней мере шестимесячная передышка, прежде чем они в состоянии вновь посетить Гобото. Но управляющему и его помощникам такой передышки не полагается. Они привязаны к своему месту; день за днем, неделя за неделей с муссоном или юго-восточным пассатом приходят шхуны, груженные копрой, "растительной слоновой костью", перламутром, морскими черепахами и жаждой.</p>
      <p>Работать на Гобото очень тяжело. Поэтому служащим здесь платят вдвое больше, чем на других факториях, и именно поэтому Компания отбирает для работы на Гобото самых смелых и неустрашимых людей. Мало кто может протянуть здесь хотя бы год; либо его чуть живого увозят обратно в Австралию, либо его останки зарывают в песок на противоположной, подветренной стороне острова.</p>
      <p>Джонни Бэссет, почти легендарный герой Гобото, побил все рекорды. Джонни получал деньги, которые ему присылали с родины; обладая совершенно удивительным здоровьем, он протянул целых семь лет. Выполняя его предсмертную волю, помощники заспиртовали его в бочке с ромом (купленной на их собственные сбережения) и отправили бочку к его родным в Англию.</p>
      <p>И тем не менее на Гобото старались быть джентльменами. Пусть у них есть кое-какие грешки на совести, но все же они джентльмены и всегда были таковыми. Вот почему на Гобото существовал великий неписаный закон, согласно которому человек, сходя на берег, должен надевать брюки и башмаки. Короткие штаны, лава-лава и голые ноги были просто неприличны. Когда капитан Йенсен, самый отчаянный из всех вербовщиков, хоть и происходил из почтенной нью-йоркской семьи, решил сойти на берег в набедренной повязке, нижней рубашке, с двумя пистолетами и ножом за поясом, ему предложили одеться. Это произошло еще во времена Джонни Бэссета, человека весьма щепетильного в вопросах этикета. Стоя на корме своего вельбота, капитан Йенсен громогласно утверждал, что у него на шхуне штанов нет; при этом он подтвердил свое намерение сойти на берег. Потом его заботливо лечили на Гобото от пулевого ранения в плечо и даже принесли извинения за причиненное беспокойство, так как на его шхуне штанов действительно не оказалось. Наконец, когда капитан Йенсен поднялся с постели, Джонни Бэссет очень вежливо, но твердо помог гостю облачиться в брюки из своего собственного гардероба. Это был великий прецедент, и в последующие годы этикет никогда не нарушался. Отныне белый человек и брюки были неотделимы друг от друга. Только чернокожие бегали голыми. Брюки стали символом касты.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Этот вечер был бы таким же, как и все остальные вечера, если бы не одно происшествие. Их было семеро; целый день они тянули шотландское виски с умопомрачительными коктейлями, и хоть глаза у них блестели, они еще твердо держались на ногах; потом все семеро сели обедать. На них были куртки, брюки и башмаки. Тут были: Джерри Мак-Мёртрей, управляющий; Эдди Литл и Джек Эндрюс, помощники; капитан Стейплер с вербовочного кеча "Мери"; Дарби Шрайлтон, плантатор с Тито-Ито; Питер Джи, наполовину англичанин, наполовину китаец, скупавший жемчуг на островах от Цейлона до Паумоту, и, наконец, Альфред Дикон, который прибыл сюда с последним пароходом. Сначала чернокожий слуга принес вино для тех, кто хотел вина, но вскоре они снова перешли на шотландское виски с содовой и обильно смачивали каждый кусок, прежде чем отправить его в свои затвердевшие, сожженные спиртом желудки.</p>
      <p>Когда они пили кофе, послышался грохот якорной цепи, скользящей по клюзу: прибыло какое-то судно.</p>
      <p>— Это Дэвид Гриф, — заметил Питер Джи.</p>
      <p>— Откуда вы знаете? — грубо спросил Дикон и, не желая согласиться с метисом, заявил: — Все вы такие, чуть что, норовите пустить новичку пыль в глаза. Я сам немало поплавал на своем веку и считаю пустым бахвальством, когда мне говорят название судна, едва завидев парус, или называют по имени капитана, лишь услышав, как гремит якорная цепь его судна; это… это совершеннейшая ерунда.</p>
      <p>Питер Джи зажигал в это время сигарету и промолчал.</p>
      <p>— Я знал чернокожих, которые проделывают совершенно удивительные вещи, — тактично вставил Мак-Мёртрей.</p>
      <p>Поведение Дикона раздражало и управляющего и остальных свидетелей этой сцены. С той минуты, как Питер Джи прибыл сюда, Дикон все время старался как-нибудь задеть его. Он придирался к каждому его слову и вообще был очень груб.</p>
      <p>— Может быть, это потому, что у Питера есть примесь китайской крови? — предположил Эндрюс. — Дикон — австралиец, а ведь известно, какие они сумасброды, когда речь идет о цвете кожи.</p>
      <p>— Думаю, что вы правы, — согласился Мак-Мёртрей. — Но мы не допустим, чтобы так оскорбляли человека, особенно такого, как Питер Джи, который белее многих белых.</p>
      <p>И управляющий был прав. Питер Джи, этот евразиец, был редким человеком, добрым и умным. Хладнокровие и честность его китайских предков уравновешивали безрассудство и распущенность его отца-англичанина. Кроме того, он был образованнее, чем любой из присутствующих, говорил на хорошем английском языке, равно как и на нескольких других языках, и больше соответствовал их идеалу джентльмена, чем они сами. Наконец, он был добрая душа. Он ненавидел насилие, хотя в свое время ему приходилось убивать людей, ненавидел драки и избегал их, как чумы.</p>
      <p>Капитан Стейплер поддержал Мак-Мёртрея.</p>
      <p>— Помню, когда я перешел на другую шхуну и прибыл на ней в Альтман, чернокожие сразу же узнали, что это я. Меня там не ждали, тем более на другом судне. Они сказали торговому агенту, что шхуну веду я. Тот взял бинокль и заявил, что они ошибаются. Но они не ошиблись. Потом они сказали, что узнали меня по тому, как я управлял шхуной.</p>
      <p>Дикон словно не слышал Стейплера и продолжал приставать к скупщику жемчуга.</p>
      <p>— Каким образом вы могли узнать по грохоту цепи, что подошел именно этот… как его там зовут?.. — вызывающе спросил он.</p>
      <p>— Тут очень много всего, что позволяет прийти к этому выводу, — ответил Питер Джи. — Не знаю даже, как вам это объяснить. Об этом можно написать целую книгу.</p>
      <p>— Так я и думал, — ухмыльнулся Дикон. — Ничего нет проще, как дать объяснение, которое ничего не объясняет.</p>
      <p>— Кто хочет партию в бридж? — прервал его Эдди Литл, помощник управляющего; он выжидательно смотрел на присутствующих и уже начал тасовать карты. — Питер, вы будете играть, не правда ли?</p>
      <p>— Если он сядет сейчас за бридж, значит, он просто болтун, — отрезал Дикон. — В конце концов мне надоел весь этот вздор. Мистер Джи, вы весьма обяжете меня и поддержите свою репутацию честного человека, если объясните, каким образом вы узнали, чей корабль отдал сейчас якорь. А потом мы сыграем с вами в пикет.</p>
      <p>— Я предпочел бы бридж, — ответил Питер. — Что же касается вашего вопроса, то дело, в общем, обстоит так: по звуку якорной цепи я определяю, что это небольшое судно, без прямых парусов. Не было слышно ни гудка, ни сирены — опять-таки небольшое судно. Оно подошло чуть не к самому берегу. Еще одно указание на то, что это небольшое судно, ибо пароходы и большие парусники отдают якорь, не доходя до мели. Далее, вход в бухту очень извилист, и ни один капитан на всем архипелаге, будь он с вербовочного или торгового судна, не отважится войти в бухту после наступления темноты. И тем более, если он нездешний. Правда, есть два исключения. Одно из них Маргонвилл, но его казнили по приговору верховного суда на Фиджи. Остается Дэвид Гриф. Он заходит в бухту днем и ночью, в любую погоду. Все это знают. Если бы Гриф был сейчас где-нибудь далеко, мы могли бы предположить, что это какой-нибудь отчаянный молодой шкипер. Но, во-первых, о таком шкипере нам ничего не известно. А, во-вторых, Гриф плавает сейчас в этих водах на "Гунге" и скоро отправится на Каро-Каро. Позавчера я был на "Гунге" в проливе Сэнд-флай и разговаривал с ним. Он привез на новую факторию торгового агента. Гриф сказал, что сначала он зайдет в Бабо, а потом прибудет на Гобото. Ему давно пора быть здесь. Я слышал, как отдали якорь. Кому же еще быть, как не Дэвиду Грифу? Командует "Гунгой" капитан Доновен, и я знаю, что он не подойдет к Гобото в темноте, когда на судне нет хозяина. Вот увидите, не пройдет и нескольких минут, как в дверях появится Дэвид Гриф и скажет: "В Гувуту пьют даже в промежутках между выпивками". Держу пари на пятьдесят фунтов, что сейчас войдет именно он и скажет: "В Гувуту пьют даже в промежутках между выпивками".</p>
      <p>На миг Дикон был сокрушен. От гнева кровь бросилась ему в лицо.</p>
      <p>— Отлично! Он ответил вам. — Мак-Мёртрей добродушно рассмеялся. — И я сам поддержу пари на пару соверенов.</p>
      <p>— Кто хочет сыграть в бридж? — нетерпеливо крикнул Эдди Литл. — Питер, идите сюда!</p>
      <p>— Вы играйте в бридж, а мы перекинемся в пикет, — заявил Дикон.</p>
      <p>— Я предпочитаю бридж, — мягко возразил Питер Джи.</p>
      <p>— Вы не играете в пикет? Скупщик жемчуга кивнул.</p>
      <p>— Тогда начнем! И, может быть, я докажу вам, что в пикете смыслю больше, чем в якорях.</p>
      <p>— Но позвольте… — начал было Мак-Мёртрей.</p>
      <p>— Вы можете играть в бридж, — перебил его Дикон, — а мы предпочитаем пикет.</p>
      <p>Питер Джи сел за игру очень неохотно; он словно чувствовал, что она могла плохо кончиться.</p>
      <p>— Только один роббер, — сказал он, снимая колоду перед сдачей.</p>
      <p>— По скольку будем играть? — спросил Дикон.</p>
      <p>Питер Джи пожал плечами.</p>
      <p>— По скольку хотите.</p>
      <p>— Сто на кон — пять фунтов партия? Питер Джи согласился.</p>
      <p>— При недоборе больше чем наполовину, конечно, десять фунтов?</p>
      <p>— Хорошо, — сказал Питер Джи.</p>
      <p>Четверо сели за другой стол играть в бридж. Капитан Стейплер в карты не играл и время от времени наполнял шотландским виски высокие стаканы, что стояли справа у каждого игрока. Мак-Мёртрей, плохо скрывая беспокойство, следил за тем, как шла игра в пикет. На его товарищей англичан тоже весьма неприятно действовало поведение австралийца, и они опасались какой-нибудь выходки с его стороны. Всем было ясно, что он ненавидит Питера Джи и в любой момент может затеять ссору.</p>
      <p>— Надеюсь, что Питер проиграет, — тихо сказал Мак-Мёртрей.</p>
      <p>— Едва ли, разве если карта совсем не пойдет, — ответил Эндрюс. — В пикет он играет, как бог. Знаю по собственному опыту.</p>
      <p>Питеру Джи явно везло, потому что Дикон все время бранился, то и дело наливая себе виски. Он проиграл первую партию и, судя по его отрывистым замечаниям, проигрывал вторую, когда дверь открылась и в комнату вошел Дэвид Гриф.</p>
      <p>— В Гувуту пьют даже в промежутках между выпивками, — сказал он и пожал руку управляющему. — Здорово, Мак! Понимаешь, мой шкипер сидит в вельботе. У него есть шелковая рубашка, галстук и теннисные туфли, одним словом, все как полагается, но он просит прислать ему пару брюк. Мои ему слишком малы, но ваши будут впору. Здорово, Эдди! Ну как твоя нгари-нгари? Джек, ты здоров? Просто чудеса! Никого не трясет лихорадка, и никто не пьян! — Гриф вздохнул. — Наверно, еще слишком рано. Здорово, Питер! Знаешь, через час, после того как ты ушел в море, налетел шквал. Он захватил вас? Нам пришлось бросить второй якорь. — Пока Грифа знакомили с Диконом. Мак-Мёртрей велел мальчику-слуге отнести брюки, и, когда капитан Доновен вошел в комнату, он имел такой вид, какой и должен иметь белый человек — по крайней мере на Гобото.</p>
      <p>Дикон проиграл вторую партию. Об этом возвестил новый взрыв брани. Питер Джи молча закурил сигарету.</p>
      <p>— Что? Вы выиграли и хотите бросить игру? — свирепо спросил Дикон.</p>
      <p>Гриф вопросительно поднял брови и взглянул на Мак-Мёртрея, который сердито нахмурился в ответ.</p>
      <p>— Роббер окончен, — ответил Питер Джи.</p>
      <p>— Роббер состоит из трех партий. Мне сдавать. Начали!</p>
      <p>Питер Джи уступил, и третья партия началась.</p>
      <p>— Щенок, ему нужна плетка, — прошептал Мак-Мёртрей Грифу. — А ну, ребята, кончай игру! Я присмотрю за этим малым. Если он зайдет слишком далеко, я выкину его вон, и плевать я хотел на инструкции.</p>
      <p>— Кто это? — спросил Гриф.</p>
      <p>— Прибыл с последним пароходом. Компания распорядилась встретить его как можно лучше. Он хочет вложить деньги в плантацию. Компания предоставила ему кредит на десять тысяч фунтов. Он бредит "Австралией только для белых". Думает, что если у него белая кожа, а папаша был когда-то генеральным прокурором британского содружества, значит, он может хамить. Вот и пристает к Питеру, а ведь вы знаете, что Питер — самый миролюбивый человек в мире. К черту Компанию! Я не обязан нянчить ее молокососов с банковскими билетами. Налейте себе, Гриф. Это негодяй, отъявленный негодяй.</p>
      <p>— Может быть, он еще слишком молод? — заметил Гриф.</p>
      <p>— Он просто не умеет пить. — Управляющий весь кипел гневом. — Если он поднимет на Питера руку, я его так отделаю, что век не забудет, паршивец этакий!</p>
      <p>Питер Джи опустил доску, на которой записывал очки, и откинулся на спинку стула. Он выиграл третью партию. Питер посмотрел на Эдди и сказал:</p>
      <p>— Теперь я могу играть с вами в бридж.</p>
      <p>— Может быть, продолжим? — проворчал Дикон.</p>
      <p>— Нет, я, право же, устал от этой игры, — сказал Питер Джи со свойственным ему спокойствием.</p>
      <p>— Давайте сыграем еще партию, — настаивал Дикон. — Еще одну. Это же сущий разбой. Я проиграл пятнадцать фунтов. Либо проиграю вдвое больше, либо каждый останется при своих.</p>
      <p>Мак-Мёртрей хотел было вмешаться, но Гриф остановил его взглядом.</p>
      <p>— Если действительно в последний раз, то я согласен, — сказал Питер Джи, собирая карты. — Кажется, мне сдавать. Если я правильно понял, ставка — пятнадцать фунтов. Либо вы будете мне должны тридцать фунтов, либо мы в расчете.</p>
      <p>— Вот именно! Либо ничья, либо я плачу вам тридцать фунтов.</p>
      <p>— Что, попало? — заметил Гриф, пододвигая стул. Остальные стояли или сидели вокруг стола, а Дикону опять не везло. Было очевидно, что он умеет играть и играет хорошо. К нему просто не шла карта. Но он не умел сохранять хладнокровие, когда проигрывал. Он так и сыпал грубыми, отвратительными ругательствами и все время нападал на невозмутимого Питера Джи. Когда Питер уже закончил игру, у Дикона не было даже пятидесяти очков. Он не произнес ни слова и злобно посмотрел на своего противника.</p>
      <p>— Кажется, недобор, — сказал Гриф.</p>
      <p>— Значит, проигрыш вдвойне, — заметил Питер Джи.</p>
      <p>— Без вас знаю, — огрызнулся Дикон. — Я учил арифметику. И должен вам сорок пять фунтов. Забирайте!</p>
      <p>И он грубо швырнул на стол девять пятифунтовых банкнот, что само по себе было оскорблением. Однако Питер Джи оставался невозмутим и даже виду не подал, что его это как-то задевает.</p>
      <p>— Дуракам счастье, но скажу вам по чести, что в карты играть вы все-таки не умеете, — продолжал Дикон. — Я показал бы вам, что значит играть в карты.</p>
      <p>Питер Джи усмехнулся и, кивая головой, молча сложил деньги.</p>
      <p>— Есть одна маленькая игра, которую называют казино, — не знаю, слышали ли вы о ней, — совсем детская игра.</p>
      <p>— Я видел, как в нее играют, — мягко ответил Питер Джи.</p>
      <p>— Что такое? — рявкнул Дикон. — Уж не хотите ли вы сказать, что умеете в нее играть?</p>
      <p>— О нет, ни в коем случае. Боюсь, для меня это слишком сложно.</p>
      <p>— Отличнейшая игра казино, — непринужденно вмешался Гриф. — Я очень ее люблю.</p>
      <p>Дикон не удостоил его даже взглядом.</p>
      <p>— Я сыграю с вами по десять фунтов партия, до тридцати одного, — заявил Дикон. — И докажу вам, как мало вы смыслите в картах. Начнем, где полная колода?</p>
      <p>— Нет, благодарю вас, — ответил Питер Джи. — Меня ждут партнеры, мы будем играть в бридж.</p>
      <p>— Да, да, идите к нам, — встрепенулся Эдди Литл, — давайте начнем.</p>
      <p>— Испугались маленького казино! — издевался Дикон. — Может быть, ставка слишком высока? Ну, так буем играть на пенсы и фартинги, если вам угодно.</p>
      <p>Поведение австралийца было оскорбительно для всех присутствующих. И Мак-Мёртрей не выдержал.</p>
      <p>— Перестаньте, Дикон! Он же сказал, что не хочет брать. Оставьте его в покое.</p>
      <p>Дикон свирепо повернулся к хозяину, но прежде чем он успел разразиться ругательствами, вмешался Гриф.</p>
      <p>— Мне бы хотелось сыграть с вами в казино, — сказал он.</p>
      <p>— Что вы понимаете в казино?</p>
      <p>— Совсем немного, но я с удовольствием поучусь.</p>
      <p>— Сегодня я не даю уроков за пенсы.</p>
      <p>— Прекрасно! — ответил Гриф. — Я согласен почти на любую ставку… конечно, в разумных пределах.</p>
      <p>Дикон решил отделаться от этого назойливого человека одним ударом.</p>
      <p>— Мы сыграем по сто фунтов за партию, если вас это устраивает.</p>
      <p>Гриф выразил свой полнейший восторг.</p>
      <p>— Чудесно! Великолепно! Давайте начнем. Вы мелочь считаете?</p>
      <p>Дикон был ошарашен. Он никак не ожидал, что гоботский торговец примет его предложение.</p>
      <p>— Так вы мелочь считаете? — повторил Гриф. Между тем Эндрюс принес новую колоду и выбросил джокера.</p>
      <p>— Конечно, нет, — ответил Дикон. — Так играют только пай-мальчики.</p>
      <p>— Прекрасно, — согласился Гриф. — Я тоже не люблю играть, как пай-мальчики.</p>
      <p>— Значит, не любите? Ну что ж, тогда я вам предложу одну вещь: будем играть по пятьсот фунтов партия.</p>
      <p>И Дикон снова был ошарашен.</p>
      <p>— Согласен, — сказал Гриф, начиная тасовать карты. — Сначала идет вся масть и пики, потом большое и малое казино и, наконец, тузы, по старшинству, как в бридже. Согласны?</p>
      <p>— Да я вижу, вы здесь ребята не промах, — засмеялся Дикон, но смех его звучал неестественно. — Откуда я знаю, есть ли у вас деньги?</p>
      <p>— А откуда я знаю, что они есть у вас? Мак, какой кредит может мне предоставить Компания?</p>
      <p>— Такой, какой вам нужно.</p>
      <p>— Вы лично гарантируете это? — спросил Дикон.</p>
      <p>— Ну, конечно, гарантирую. И будьте спокойны, Компания учтет его вексель на гораздо большую сумму, чем ваш чек.</p>
      <p>— Снимите, — сказал Гриф, кладя колоду карт перед Диконом на стол.</p>
      <p>Недоверчиво глядя на лица присутствующих, Дикон нерешительно начал снимать. Помощники управляющего и капитаны ободряюще кивнули.</p>
      <p>— Я никого из вас не знаю, — жаловался Дикон. — Как я могу быть уверен? Вексель — это еще не деньги.</p>
      <p>Тогда Питер Джи достал из кармана бумажник и, попросив у Мак-Мёртрея авторучку, стал писать.</p>
      <p>— Я еще ничего не купил, — сказал он, — значит, вся сумма лежит на моем счете. Гриф, я переведу ее на ваше имя. Здесь пятнадцать тысяч. Вот посмотрите.</p>
      <p>Дикон перехватил чек, когда его передавали через стол, медленно прочитал и посмотрел на Мак-Мёртрея.</p>
      <p>— Чек надежный?</p>
      <p>— Вполне. Такой же надежный, как ваш. И вообще бумаги Компании всегда надежны.</p>
      <p>Дикон снял колоду и тщательно перетасовал карты. Первым сдавал он. Но ему по-прежнему не везло, и он проиграл первую партию.</p>
      <p>— Сыграем еще, — сказал он. — Мы не договорились, сколько партий будем играть, и вы не можете бросить игру, когда я проигрываю. Будем дерзать.</p>
      <p>Гриф стасовал карты и протянул колоду Дикону, чтобы тот снял.</p>
      <p>— Давайте играть на тысячу, — сказал Дикон, проиграв вторую партию. И когда ставка в тысячу фунтов была проиграна так же, как перед этим две по пятьсот, он предложил играть на две тысячи.</p>
      <p>— Ведь это прогрессия, — предостерегающе заявил Мак-Мёртрей и тут же встретил ненавидящий взгляд Дикона. Однако управляющий был настойчив. — Вы умный человек и не соглашайтесь на удвоение ставок.</p>
      <p>— Кто здесь играет, вы или он? — злобно выкрикнул Дикон, потом, обращаясь к Грифу, сказал: — Я проиграл две тысячи. Будете играть на две тысячи?</p>
      <p>Гриф кивнул в знак согласия, началась четвертая партия, и Дикон выиграл. Каждый понимал, что, постоянно удваивая ставки, он вел нечестную игру. Хотя Дикон проиграл три партии из четырех, он не потерял ни пенса. Прибегая к этой детской уловке и удваивая ставки при каждом проигрыше, он рано или поздно должен был полностью отыграться при первом же выигрыше.</p>
      <p>Было видно, что он не прочь прекратить игру, но Гриф снова протянул ему колоду.</p>
      <p>— Как? — закричал Дикон. — Вы еще хотите?</p>
      <p>— Я же ничего не выиграл, — капризно, словно оправдываясь, пробормотал Гриф, начиная сдавать. — Играем, как сначала, по пятьсот фунтов?</p>
      <p>До Дикона, очевидно, дошло, что он ведет себя недостойно, и он ответил:</p>
      <p>— Нет, продолжим по тысяче. И потом игра до тридцати одного тянется очень долго. Почему бы нам не сыграть до двадцати одного, если для вас это не слишком быстро?</p>
      <p>— Это будет чудесная быстрая игра, — согласился Гриф.</p>
      <p>Дикон играл в прежней манере. Он проиграл две партии, удвоил ставку и опять вернул проигранное. Но Гриф был терпелив, хотя та же самая история повторилась на протяжении часа несколько раз. Наконец произошло то, чего он так долго ждал: Дикон проиграл подряд несколько партий. Он удвоил ставку до четырех тысяч, потом до восьми — и проиграл опять, тогда он предложил удвоить ставку до шестнадцати тысяч.</p>
      <p>Гриф отрицательно покачал головой.</p>
      <p>— Вы же не можете играть на такую сумму. Компания предоставила вам кредит только на десять тысяч.</p>
      <p>— Значит, вы не дадите мне отыграться? — хрипло спросил Дикон. — Отобрали у меня восемь тысяч фунтов и бросаете карты? Надо дерзать!</p>
      <p>Гриф, улыбаясь, покачал головой.</p>
      <p>— Но это же грабеж, настоящий грабеж! — кричал Дикон. — Вы забрали мои деньги и не даете мне отыграться.</p>
      <p>— Нет, вы ошибаетесь. Можете играть. У вас осталось еще две тысячи фунтов.</p>
      <p>— Хорошо, мы сыграем на них, — прервал его Дикон. — Снимите.</p>
      <p>Игра шла в полной тишине, которую прерывали лишь гневные выкрики и ругательства Дикона. Зрители молчаливо потягивали виски и снова наполняли стаканы.</p>
      <p>Гриф не обращал внимания на своего беснующегося противника и играл очень сосредоточенно. В колоде было пятьдесят две карты, которые надо помнить, и он их помнил. Партия после последней сдачи была почти сыграна; Гриф бросил карты.</p>
      <p>— Я кончил, — сказал он. — У меня двадцать семь.</p>
      <p>— А если вы ошиблись? — угрожающе сказал Дикон; его лицо побледнело и вытянулось.</p>
      <p>— Тогда я проиграл. Считайте.</p>
      <p>Гриф пододвинул ему свои взятки, и Дикон начал пересчитывать их дрожащими пальцами. Потом он отодвинулся от стола, осушил стакан виски и огляделся: все смотрели на него с неприязнью.</p>
      <p>— Кажется, со следующим пароходом мне надо ехать в Сидней, — сказал он, и впервые за весь день голос его прозвучал спокойно, без раздражения.</p>
      <p>Впоследствии Гриф рассказывал:</p>
      <p>— Если бы он начал хныкать или поднял гвалт, я бы ни за что не дал ему этого последнего шанса, но он вел себя, как подобает мужчине, и я не мог отказать ему в этом.</p>
      <p>Дикон взглянул на часы, сделал вид, что зевает, и начал подниматься.</p>
      <p>— Подождите, — сказал Гриф. — Может быть, вы еще хотите отыграться?</p>
      <p>Дикон опустился на стул, хотел что-то сказать, но не мог, он только облизал пересохшие губы и кивнул головой.</p>
      <p>— Утром капитан Доновен уходит на "Гунге" на Каро-Каро, — начал Гриф таким тоном, словно говорил о чем-то совершенно не относящемся к делу. — Каро-Каро — это песчаная отмель посреди моря, на которой стоят несколько тысяч кокосовых пальм. Еще там растет панданус, но ни сладкий картофель, ни таро развести не удается. На острове живут около восьмисот туземцев, король и два премьер-министра, причем только эти трое носят кое-какую одежду. Это забытая богом дыра, и раз в год я посылаю туда с Гобото шхуну. Питьевая вода там, правда, солоновата на вкус, но старый Том Батлер пьет ее вот уже двенадцать лет и держится. Он там единственный белый. У него есть шлюпка и пятеро гребцов с островов Санта-Крус, которые — дай им только волю — немедленно бы сбежали или прикончили Тома. Потому-то их и послали на Каро-Каро. Оттуда не сбежишь. Ему посылают с плантаций самых буйных. Там нет миссионеров. Двух учителей туземцы с Самоа забили насмерть палками, едва они сошли на берег.</p>
      <p>Вы, конечно, удивлены, зачем я все это рассказываю. Наберитесь терпения. Так вот, завтра утром капитан Доновен отправится в свой ежегодный рейс на Каро-Каро. Том Батлер стар, ему уже трудно вести дела. Я предлагал ему вернуться в Австралию, но он не соглашается, говорит, что хочет умереть на Каро-Каро; так оно и будет через год-два. Старый чудак! Но теперь туда пора послать кого-нибудь помоложе, чтобы он заменил там Батлера. Как вам нравится эта работа? Вам пришлось бы пробыть там два года.</p>
      <p>Подождите! Я еще не кончил.</p>
      <p>Сегодня вы много говорили о том, что надо дерзать. А что дерзновенного в том, чтобы просаживать деньги, которые не стоили тебе ни капли пота? Проигранные вами десять тысяч достались вам от отца или какого-нибудь родственника, которому, наверно, пришлось немало попотеть, прежде чем он их заработал. Но если вы пробудете два года на Каро-Каро в качестве агента, это уже кое-что значит. Я ставлю десять тысяч фунтов, которые выиграл у вас, против вашего обязательства провести два года на Каро-Каро. Если вы проиграете, то поступаете ко мне на службу и завтра утром отправляетесь на остров. Вот это можно назвать настоящим дерзанием. Будете играть?</p>
      <p>Дикон не мог выговорить ни слова. У него словно застрял комок в горле, и, беря карты, он только кивнул головой.</p>
      <p>— Одну минуту, — сказал Гриф. — Я даже пойду вам навстречу. Если вы проиграете, то два года вашей жизни принадлежат мне — безо всякого жалованья, разумеется. И тем не менее я заплачу вам жалованье. Если вы будете хорошо работать, будете выполнять все правила и инструкции, то за два года заработаете у меня десять тысяч фунтов, по пять тысяч в год. Деньги будут депонированы на счет Компании и по истечении срока выплачены вам с процентами. Вас это устраивает?</p>
      <p>— Даже больше, чем устраивает, — с трудом выдавил из себя Дикон. — Но вы же идете на явный убыток. Агент получает каких-нибудь десять — пятнадцать фунтов в месяц.</p>
      <p>— Отнесем это за счет дерзания, — сказал Гриф, как бы давая понять, что говорить тут не о чем. — Но прежде чем начать, я набросаю для вас несколько жизненных правил. Вы будете их повторять вслух каждое утро в течение двух лет — если, конечно, проиграете. Они пойдут вам на пользу. Я уверен, что, когда вы их повторите на Каро-Каро семьсот тридцать раз, они навсегда врежутся в вашу память. Мак, дайте мне, пожалуйста, вашу ручку. Итак…</p>
      <p>Несколько минут он что-то быстро писал, а потом начал читать вслух:</p>
      <p>"Я должен раз и навсегда запомнить, что каждый человек достоин уважения, если только он не считает себя лучше других".</p>
      <p>"Как бы я ни был пьян, я должен оставаться джентльменом. Джентльмен — это человек, который всегда вежлив. Примечание: лучше не напиваться пьяным".</p>
      <p>"Играя с мужчинами в мужскую игру, я должен вести себя, как мужчина".</p>
      <p>"Крепкое словцо, вовремя и к месту сказанное, облегчает душу. Частая ругань лишает ругательство смысла. Примечание: ругань не сделает карты хорошими, а ветер — попутным".</p>
      <p>"Мужчине не разрешается забывать, что он мужчина. Такое разрешение не купишь даже за десять тысяч фунтов".</p>
      <p>Когда Гриф начал читать, Дикон побледнел от гнева. Потом шея и лицо его стали медленно багроветь, и он сидел красный, как рак.</p>
      <p>— Вот и все, — сказал Гриф, складывая бумагу и бросая ее на середину стола. — Ну как, вы все еще хотите играть?</p>
      <p>— Так мне и надо, — отрывисто пробормотал Дикон. — Я осел. Мистер Джи, независимо от того, выиграю я или проиграю, мне хотелось бы извиниться перед вами. Может быть, всему виной виски, я не знаю, но я осел, грубиян и хам.</p>
      <p>Он протянул Питеру Джи руку, и тот радостно пожал ее.</p>
      <p>— Послушайте, Гриф, — воскликнул Джи, — он, право же, парень что надо. Давай кончим это дело, выпьем на прощание и все забудем.</p>
      <p>Гриф хотел было что-то возразить, но Дикон крикнул:</p>
      <p>— Нет, я этого не допущу. Играть — так играть до конца. И если суждено Каро-Каро, пусть будет Каро-Каро. И хватит об этом.</p>
      <p>— Правильно, — сказал Гриф, начиная тасовать колоду. — И если он сделан из крепкого материала, Каро-Каро ему не повредит.</p>
      <p>Игра была острая и упорная. Трижды они набирали равное количество взяток и не могли выйти на "мастях". Перед пятой и последней сдачей Дикону не хватало до выигрыша трех очков, а Грифу — четырех. Дикон мог выиграть на одних "мастях", и он играл на "мастях". Он больше не ворчал и не ругался и, надо сказать, играл отлично. Неожиданно он сбросил два черных туза и туза червей.</p>
      <p>— Думаю, что вы можете назвать четыре мои карты? — сказал он, когда колода кончилась и он взял оставшиеся карты.</p>
      <p>Гриф кивнул.</p>
      <p>— Тогда назовите их.</p>
      <p>— Валет пик, двойка пик, тройка червей и туз бубен.</p>
      <p>Ни один мускул не дрогнул на лицах зрителей, которые стояли за Диконом и видели его карты. Гриф назвал карты правильно.</p>
      <p>— Кажется, вы играете в казино лучше меня, — признал Дикон. — Я могу назвать только три ваших карты; у вас валет, туз и большое казино.</p>
      <p>— Неверно. В колоде не пять тузов, а четыре. Вы сбросили трех, а четвертый у вас на руках.</p>
      <p>— Клянусь Юпитером, вы правы. Я и правда трех сбросил. И все-таки я наберу на одних "мастях"… Это — все, что мне нужно.</p>
      <p>— Я отдам вам малое казино… — Гриф замолчал, прикидывая взятки. — Да и туза тоже, а потом сыграю на "мастях" и кончу с большим казино. Играйте!</p>
      <p>— "Мастей" больше нет, и я выиграл! — возликовал Дикон, когда взял последнюю взятку. — Я кончаю с малым казино и четырьмя тузами. На пиках и большом казино вы набираете только двадцать.</p>
      <p>Гриф покачал головой.</p>
      <p>— Боюсь, что вы ошибаетесь.</p>
      <p>— Не может быть, — уверенно заявил Дикон. — Я считал каждую карту, какую сбрасывал. Это единственное, за что я спокоен. У меня двадцать шесть, и у вас двадцать шесть.</p>
      <p>— Пересчитайте, — сказал Гриф.</p>
      <p>Дрожащими пальцами, медленно и тщательно Дикон пересчитывал взятки. У него было двадцать пять. Он протянул руку к углу стола, взял написанные Грифом правила, сложил их и сунул в карман. Потом он допил свой стакан и встал. Капитан Доновен посмотрел на часы, зевнул и тоже поднялся.</p>
      <p>— Вы на шхуну, капитан? — спросил Дикон.</p>
      <p>— Да. В котором часу прислать за вами вельбот?</p>
      <p>— Я иду сейчас с вами. По дороге захватим с "Билли" мой багаж. Утром я ходил на нем в Бабо.</p>
      <p>Все пожелали Дикону удачи на Каро-Каро, и он с каждым попрощался за руку.</p>
      <p>— А Том Батлер играет в карты? — спросил он Грифа.</p>
      <p>— В солитер, — ответил тот.</p>
      <p>— Тогда я научу его двойному солитеру.</p>
      <p>Дикон повернулся к двери, где его ждал капитан Доновен, и со вздохом добавил:</p>
      <p>— Думаю, он тоже обдерет меня, если играет, как вы, почтенные островитяне.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Перья Солнца</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Остров Фиту-Айве был последним оплотом полинезийцев в Океании. Независимости его способствовали три обстоятельства. Во-первых и во-вторых — уединенное расположение острова и воинственность его жителей. Однако эти обстоятельства в конце концов не спасли бы Фиту-Айве, если бы им не прельстились одновременно Япония, Франция, Англия, Германия и Соединенные Штаты. Они дрались из-за него, как мальчишки из-за найденного на улице медяка, и не давали друг другу завладеть им. Военные суда пяти держав теснились в единственной маленькой гавани Фиту-Айве. Поговаривали о войне, и где-то за океаном уже бряцали оружием. Во всем мире люди за утренним завтраком читали в газетах сообщения о Фиту-Айве. Словом, по меткому выражению одного матроса-янки, "все сразу сунулись к одной кормушке".</p>
      <p>Вот потому-то остров Фиту-Айве избежал даже объединенного протектората и король его, Тулифау, или Туи Тулифау, по-прежнему творил суд и расправу в своем бревенчатом дворце из калифорнийского леса, построенном для него каким-то сиднейским коммерсантом. Туи Тулифау был король с головы до ног, король с первой секунды своей жизни. Более того, когда исполнилось пятьдесят восемь лет и пять месяцев его царствования, королю было еще только пятьдесят восемь лет и три месяца, а, следовательно, он царствовал на пять миллионов секунд дольше, чем жил на свете: его короновали за два месяца до рождения.</p>
      <p>Это и с виду был настоящий король, величественный мужчина ростом в шесть с половиной футов. Не отличаясь чрезмерной полнотой, он весил, однако, триста двадцать фунтов. Впрочем, такой рост и вес не считались у полинезийских вождей редкостью. Супруга Тулифау, королева Сепели, была ростом в шесть футов три дюйма и весила двести шестьдесят фунтов, а брат ее, Уилиами (командовавший армией, когда ему надоедали обязанности первого министра), был выше ее на дюйм и весил ровно на полцентнера больше.</p>
      <p>Туи Тулифау был веселый король, большой любитель поесть и выпить. Таким же веселым и безобидным нравом отличались его подданные, что не мешало им иногда выходить из себя и даже швырять дохлыми свиньями в того, кто навлек на себя их гнев. При всем своем миролюбии они умели сражаться не хуже маорийцев, в чем не раз убеждались в былые времена разбойники-купцы, торговавшие сандаловым деревом и людьми.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Шхуна Грифа "Кантани", еще два часа назад миновав Каменные Столбы, скалы, сторожившие вход в бухту, теперь тихо входила в гавань с легким бризом, который словно не решался разгуляться по-настоящему. Был прохладный звездный вечер, и все слонялись по палубе в ожидании, когда шхуна своим черепашьим ходом доберется до причала. Из каюты появился кладовщик Уилли Сми, принарядившийся перед выходом на берег. Помощник капитана посмотрел на его рубашку из тончайшего белого шелка и выразительно хмыкнул.</p>
      <p>— Собираешься, я вижу, на бал? — сказал Гриф.</p>
      <p>— Нет, — возразил помощник. — Это он для Таитуи так расфрантился. Влюблен в нее по уши.</p>
      <p>— Выдумываете! — запротестовал Уилли.</p>
      <p>— Ну, так она в тебя влюблена, это все равно, — настаивал помощник капитана. — Не пройдет и получаса, как ты будешь с нею в обнимку гулять по берегу в венке и с цветком за ухом.</p>
      <p>— Просто вы завидуете, — фыркнул Уилли. — Вам самому она приглянулась, да ничего у вас не выходит.</p>
      <p>— Не выходит, потому что у меня нет такой рубашки, как у тебя, вот и все. Держу пари на полкроны, что ты уедешь с Фиту-Айве без нее.</p>
      <p>— А если ее не получит Таитуа, так наверняка заберет Туи Тулифау, — предостерег кладовщика Гриф. — Смотри, не попадайся ему на глаза в этой рубашке, иначе придется тебе распрощаться с нею!</p>
      <p>— Это верно, — подтвердил и капитан Бойг, оторвавшись на миг от созерцания огней на берегу. — В прошлый наш приезд он забрал у одного из моих канаков расшитый пояс и складной нож… Мистер Мэш, — обратился капитан к своему помощнику, — можете отдать якорь. Только не слишком вытравливайте канат. Похоже, что ветра не будет, и утром нам придется стать напротив складов копры.</p>
      <p>Через минуту загремел якорь. У борта уже стояла спущенная на воду шлюпка, и в нее садились те, кто съезжал на берег. Здесь были все канаки, а из белых только Гриф и Уилли Сми.</p>
      <p>На узком коралловом молу Уилли, буркнув что-то вроде извинения, расстался со своим хозяином и быстро исчез в пальмовой аллее. А Гриф пошел в другую сторону, мимо старой миссионерской церкви. На берегу среди могил плясали юноши и девушки, весьма легко одетые — в одних "аху" и "лава-лава", украшенные венками и гирляндами. В волосах у них белели, словно светясь во мраке, крупные цветы гибиска.</p>
      <p>Немного подальше, перед длинным травяным шалашом "химине", Гриф увидел стариков: их было несколько десятков, и, сидя рядом, они пели старые церковные гимны, которым когда-то выучились у позабытых всеми миссионеров.</p>
      <p>Потом Гриф прошел мимо дворца Туи Тулифау — множество огней и доносившийся изнутри шум свидетельствовали, что там, как всегда, идет пир горой. Ибо из всех счастливых островов Океании Фиту-Айве был самый счастливый. Здесь пировали и веселились по случаю и рождений и смертей, с одинаковым усердием чествовали мертвецов и еще не рожденных.</p>
      <p>Гриф продолжал идти по Дроковой аллее, которая вилась и петляла среди множества цветов и густых зарослей папоротниковых альгароб. Теплый воздух был полон благоухания, а на фоне звездного неба рисовались отягощенные плодами манговые деревья, величавые авокадо и веера стройных пальм. Там и сям мелькали травяные хижины, чьи-то голоса и смех журчали во мраке. Вдали, на воде, мигали огоньки и звучала тихая песня — это от рифов плыли домой рыбаки.</p>
      <p>Наконец, Гриф свернул с дороги к одной из хижин и тут в темноте наткнулся на свинью, которая негодующе хрюкнула. Заглянув в открытую дверь, он увидел пожилого туземца, сидевшего на груде сложенных циновок. Время от времени он машинально обмахивал свои голые ноги хлопушкой для мух, сделанной из кокосовой мочалы, и, оседлав нос очками, сосредоточенно читал какую-то книгу. Гриф не сомневался, что это — библия на английском языке. Какую еще книгу мог читать его торговый агент, Иеремия, окрещенный так в честь древнего пророка?</p>
      <p>У Иеремии кожа была несколько светлее, чем у туземцев Фиту-Айве, ибо он был чистокровный самоанец. Воспитанный миссионерами, он когда-то преданно служил их делу, подвизаясь в качестве учителя на западных атоллах, населенных каннибалами. В награду его потом отправили на Фиту-Айве, этот рай земной, где все жители, за исключением отступников, были добрыми христианами, и Иеремии оставалось только вернуть некоторых заблудших на путь истинный.</p>
      <p>Однако Иеремию погубила чрезмерная начитанность. Случайно попавший к нему в руки том Дарвина, да притом еще сварливая жена и одна хорошенькая вдовушка на Фиту-Айве совратили его самого, и он оказался в числе заблудших. Это не было вероотступничество. Но после того, как он полистал Дарвина, им овладела душевная и умственная апатия. Что пользы человеку пытаться познать бесконечно сложный и загадочный мир, в особенности когда у этого человека злая жена? И Иеремия все с меньшим рвением исполнял свои обязанности пастыря, начальство все чаще грозило, что отошлет его обратно к людоедам, а, соответственно этому, острый язык жены жалил его все сильнее.</p>
      <p>Туи Тулифау был добрый монарх и сочувствовал Иеремии: ни для кого не было тайной, что его самого поколачивала супруга в тех случаях, когда он напивался сверх всякой меры. Из политических соображений (ибо Сепели принадлежала к столь же высокому царскому роду, как и он, а брат ее командовал армией) Туи Тулифау не мог развестись с королевой. Но развести Иеремию с женой он мог — и сделал это, после чего Иеремия немедленно женился на своей избраннице и занялся коммерцией. Попробовав самостоятельно вести торговлю, он скоро прогорел — главным образом из-за разорительных милостей Туи Тулифау. Отказать в кредите этому веселому самодержцу значило бы навлечь на себя конфискацию имущества, а предоставление ему кредита неизбежно должно было привести к банкротству.</p>
      <p>Проболтавшись год без дела, Иеремия поступил на службу к Дэвиду Грифу в качестве торгового агента и вот уже двенадцать лет с честью выполнял эту обязанность. Торговля процветала, так как Гриф был первый человек, который успешно отказывал королю в кредите, а если и отпускал ему товар в долг, то умудрялся затем получать с него деньги.</p>
      <p>Когда Гриф вошел, Иеремия серьезно посмотрел на него поверх очков, затем так же серьезно и не спеша, отметив страницу, отложил библию в сторону и пожал хозяину руку.</p>
      <p>— Очень хорошо, что вы пожаловали собственной персоной! — сказал он.</p>
      <p>— А как иначе я мог пожаловать? — с улыбкой отозвался Гриф.</p>
      <p>Но Иеремия, совершенно лишенный чувства юмора, пропустил это замечание мимо ушей.</p>
      <p>— Коммерция на острове находится в катастрофическом состоянии! — изрек он торжественно, со смаком отчеканивая каждое многосложное слово. — Мой торговый баланс хоть кого приведет в ужас!</p>
      <p>— А что, торговля идет плохо?</p>
      <p>— Напротив, очень бойко. Полки в лавке совсем опустели. Да, полки совершенно пусты. Но… — Тут в глазах Иеремии блеснула гордость. — Но на складе еще много товару. Я держу его под спудом, за крепкими замками.</p>
      <p>— Наверное, опять слишком много надавали в кредит Туи Тулифау?</p>
      <p>— Нет, он не только не брал в долг, но заплатил и по всем старым счетам.</p>
      <p>— Ну, тогда я ничего не понимаю! — признался Гриф. — Откуда же кризис? Вы говорите: полки пусты, в кредит ничего не отпускалось, все счета оплачены, на складе припрятан товар — в чем же загвоздка?</p>
      <p>Иеремия ответил не сразу. Из-под груды циновок он извлек железный денежный ящик. Гриф заметил, что ящик не заперт, и удивился: обычно самоанец очень тщательно запирал его.</p>
      <p>Ящик был доверху набит какими-то кредитками. Иеремия снял одну, лежавшую на самом верху, и протянул ее хозяину.</p>
      <p>— Вот в чем загвоздка.</p>
      <p>Гриф осмотрел аккуратно сделанную кредитку и прочел:</p>
      <p>"Первый Королевский банк Фиту-Айве выплачивает предъявителю сего по требованию один фунт стерлингов". Посредине было расплывчатое изображение чьей-то физиономии, а внизу стояла подпись Туи Тулифау и еще другая — "Фулуалеа" с пояснительной надписью "Министр финансов".</p>
      <p>— Что за чертовщина? Откуда взялся этот Фулуалеа? — воскликнул Гриф. — И что за имя! На языке туземцев фиджи это слово, кажется, означает "перья солнца"!</p>
      <p>— Совершенно верно: Перья Солнца. Так именует себя этот гнусный мошенник. Явился сюда с Фиджи и перевернул все вверх дном — я имею в виду коммерцию на острове.</p>
      <p>— Наверное, это кто-нибудь из продувных левукских туземцев?</p>
      <p>Иеремия скорбно покачал головой.</p>
      <p>— Нет, он белый. И негодяй, каких мало. Присвоил себе благородное и звучное фиджийское имя — и втоптал его в грязь ради своих гнусных целей. Он сделал Туи Тулифау пьяницей. Он все время его спаивает и не дает протрезвиться. А король в благодарность назначил его министром финансов и предоставил ему еще кучу других должностей. Фулуалеа выпустил вот эти фальшивые деньги и заставил весь народ принимать их. Он ввел патенты для торговцев, налоги на копру и на табак. Введены также и другие налоги, и портовый сбор, и какие-то правила для прибывающих судов. С населения налогов не берут, только с нас, торговцев. Когда обложили налогом копру, я стал платить за нее соответственно меньше. Тут люди зароптали, и Перья Солнца издал новый закон: восстановил прежнюю цену и запретил ее снижать. Меня же он оштрафовал на два фунта стерлингов и пять свиней — так как было известно, что у меня их именно пять. Стоимость их я записал в графу торговых расходов. У Хоукинса, агента Компании Фокрэм, под видом штрафа отобрали сперва свиней, потом джин, а когда он стал шуметь, пришли солдаты и сожгли его лавку. Я прекратил торговлю, но подлец Фулуалеа оштрафовал меня вторично и пригрозил спалить и мою лавку, если я еще раз попытаюсь обойти закон. Ну, я и продал все, что было на полках, и теперь ваша касса набита ничего не стоящим хламом. Конечно, если вы выплатите мне жалованье этими бумажками, меня это сильно огорчит, но это будет только справедливо, безусловно справедливо. Теперь скажите, что делать?</p>
      <p>Гриф пожал плечами.</p>
      <p>— Прежде всего мне надо повидать эти Перья Солнца и выяснить положение.</p>
      <p>— Тогда торопитесь, — посоветовал Иеремия, — покуда он не успел еще наложить на вас сотню всяких штрафов. Таким-то образом он и вылавливает всю звонкую монету, какая есть в стране. Он все, кажется, уже заграбастал, кроме того, что лежит в земле!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Возвращаясь от Иеремии по той же Дроковой аллее, Гриф у освещенного фонарями входа в дворцовый парк встретил низенького толстяка, гладко выбритого, румяного, в измятых парусиновых брюках. Человек этот только что вышел из дворца. Что-то в его походке и самоуверенных манерах показалось Грифу знакомым, и в следующую минуту он узнал в нем субъекта, которого встречал по крайней мере в десяти портах Тихого океана.</p>
      <p>— Кого я вижу! Корнелий Дизи! — воскликнул он.</p>
      <p>— Эге, да это вы, Гриф! — отозвался тот, и они пожали друг другу руки.</p>
      <p>— Пойдемте ко мне на шхуну, угощу вас первосортным ирландским виски, — предложил Гриф.</p>
      <p>Корнелий выпятил грудь и принял чопорно-величественный вид.</p>
      <p>— Нет, мистер Гриф, этот номер не пройдет. Теперь я — Фулуалеа, и выпивкой меня не соблазнишь, как в былые времена. Притом, волею его величества, милостивого короля Тулифау, я — министр финансов в этой стране. Я же — верховный судья. Только иногда, когда королю угодно развлечься, он сам берет в руки меч правосудия.</p>
      <p>Гриф от удивления даже присвистнул.</p>
      <p>— Так это вы — Перья Солнца?</p>
      <p>— Я предпочитаю, чтобы меня называли по-здешнему, — поправил его Корнелий. — Имею честь представиться: Фулуалеа. Старая дружба не ржавеет, мистер Гриф, но все же я с великим сожалением должен сообщить вам неприятную весть: вам придется заплатить ввозную пошлину, установленную нами для всякого коммерсанта, который приезжает сюда грабить жителей коралловых островов, мирных полинезийцев… Что бишь я хотел сказать еще? Ах, да! Вы нарушили правила: с преступными намерениями вошли в порт Фиту-Айве после захода солнца, не зажигая бортовых огней… Не перебивайте меня! Я своими глазами видел это. За такие беззаконные действия вы уплатите штраф в размере пяти фунтов… А джин у вас на шхуне имеется? Это тоже серьезное нарушение… Да, так я говорю — жизнь моряков слишком нам дорога, чтобы мы в нашем благоустроенном порту позволили рисковать ею ради грошовой экономии керосина… Однако вы не ответили на мой вопрос: есть у вас спиртное? Спрашиваю как начальник порта.</p>
      <p>— Ого! Вы взяли на себя уйму ответственных обязанностей! — сказал Гриф, усмехаясь.</p>
      <p>— Таков тяжкий долг белого человека. Мошенники-купцы взвалили все бремя правления на бедного Туи Тулифау, добрейшего из монархов, какие когда-либо занимали трон на тихоокеанских островах и тянули грог из королевского калабаша. И вот я, Корнелий… то есть Фулуалеа, взялся навести здесь законный порядок… И, хотя мне это очень неприятно, я как начальник порта должен обвинить вас в нарушении карантина.</p>
      <p>— Какого карантина? Это еще что за новость?</p>
      <p>— Распоряжение портового врача. Пока судно не отбыло карантина — никаких сношений с берегом! Ведь вы можете занести какую-нибудь эпидемию — ветряную оспу, например, или коклюш, — а это страшное бедствие для доверчивых полинезийцев! Кто же защитит кроткого и доверчивого туземца? Я, Фулуалеа, Перья Солнца, взял на себя эту великую миссию!</p>
      <p>— А кто ваш портовый врач, черт бы его побрал? — осведомился Гриф.</p>
      <p>— Я, Фулуалеа. Вы опасный правонарушитель!.. Считайте себя оштрафованным на пять ящиков первосортного голландского джина.</p>
      <p>Гриф от души расхохотался.</p>
      <p>— Как-нибудь сговоримся, Корнелий. Едемте ко мне на шхуну и там выпьем.</p>
      <p>Перья Солнца величественным жестом отклонил приглашение.</p>
      <p>— Это взятка. Взяток не беру, не такой я человек. А почему вы не представили ваших судовых документов? Как начальник таможни, я штрафую вас на пять фунтов стерлингов и еще на два ящика джина.</p>
      <p>— Послушайте, Корнелий, пошутить не грех, но вы хватили через край. Здесь вам не Левука! Бросьте хорохориться, меня не запугаете. Признаться, у меня уже руки чешутся.</p>
      <p>Перья Солнца в смятении отступил подальше.</p>
      <p>— Не вздумайте пустить их в ход! — сказал он с угрозой. — Здесь не Левука, это верно. Именно поэтому и еще потому, что за мной стоит Туи Тулифау и королевская армия, я могу вас в порошок стереть. Немедленно платите все штрафы, иначе я конфискую ваше судно. Думаете, вы первый? Вот и Питер Джи, скупщик жемчуга, прокрался в гавань, нарушив все правила, да еще поднял скандал из-за каких-то пустячных штрафов. Не хотел платить, ну и сидит теперь на берегу и кается.</p>
      <p>— Неужто вы…</p>
      <p>— Конечно! Выполняя свои высокие обязанности, я захватил его шхуну. На ее борту сейчас находится пятая часть нашей верной армии, а через неделю шхуна будет продана. Мы нашли в трюме тонн десять раковин. Пожалуй, я уступлю их вам в обмен на джин. Вы сделаете на редкость выгодное дельце, можете мне поверить! Сколько, вы говорите, у вас джину?</p>
      <p>— Опять джин!</p>
      <p>— А что же тут удивительного? Туи Тулифау пьет по-королевски. Мне приходится день и ночь ломать голову, придумывая, как обеспечить его спиртным. И щедр он до невозможности — все его прихлебатели вечно вдрызг пьяны. Это безобразие… Ну что же, мистер Гриф, уплатите вы штрафы или вынудите меня прибегнуть к решительным мерам?</p>
      <p>Гриф сердито повернулся к нему.</p>
      <p>— Корнелий, вы пьяны. Протрезвитесь и тогда подумайте, что вы делаете. Веселые деньки на островах Океании миновали. В нынешние времена такие забавы вам даром не пройдут.</p>
      <p>— Вы, кажется, собираетесь вернуться на шхуну, мистер Гриф? Не трудитесь напрасно! Я предвидел, что вы будете артачиться — знаю я вашего брата! — и вовремя принял меры: всю команду вы найдете на берегу, а шхуна ваша конфискована.</p>
      <p>Гриф сделал шаг к нему, все еще надеясь, что он шутит. Фулуалеа опять испуганно попятился. За его спиной в темноте вдруг выросла какая-то огромная фигура.</p>
      <p>— Это ты, Уилиами? — понизив голос, спросил Фулуалеа. — Вот еще один морской пират! Защити меня силой своих рук, о могучий брат мой!</p>
      <p>— Привет тебе, Уилиами, — сказал Гриф. — С каких это пор на Фиту-Айве всем управляет какой-то левукский бездельник? Он говорит, что моя шхуна захвачена. Правда это?</p>
      <p>— Правда, — густым басом прогудел Уилиами. — Есть у тебя еще такие шелковые рубашки, как та, что носит Уилли Сми? Туи Тулифау хочется иметь такую рубашку. Он слышал о ней.</p>
      <p>— И он ее получит, — вмешался Фулуалеа. — Что бы король ни захотел, шхуну или рубашку, все он получит.</p>
      <p>— Однако вы порядком зарвались, Корнелий! — пробурчал Гриф. — Это чистейший разбой! Вы захватили мое судно без всяких оснований.</p>
      <p>— Без оснований? А разве пять минут тому назад вы на этом самом месте не отказались уплатить штрафы, которые с вас причитаются?</p>
      <p>— Да ведь шхуна-то была конфискована до этого!</p>
      <p>— Ну и что же? Ведь я заранее знал, что вы откажетесь. Все сделано по закону, и вам не на что жаловаться. Правосудие, эта несравненная лучезарная звезда, — мое божество, и у его сияющего алтаря я, Корнелий Дизи — то есть Фулуалеа, это одно и то же, — день и ночь возношу молитвы. Уходите, господин купец, или я напущу на вас дворцовую стражу! Уилиами, этот купец — отчаянный человек, он на все способен. Вызови стражу!</p>
      <p>Уилиами схватил свисток на плетеном кокосовом шнурке, висевший на его широкой голой груди, и засвистал. Гриф гневно замахнулся на Корнелия, но тот юркнул за массивную спину Уилиами, где он был в безопасности. А по дорожке от дворца уже мчалось человек десять рослых полинезийцев, среди которых не было ни одного ниже шести футов. Добежав, они выстроились позади своего командира.</p>
      <p>— Убирайтесь отсюда, господин купец, — приказал Корнелий. — Разговор окончен. Завтра утром мы в суде разберем все ваши дела. Вы должны явиться во дворец ровно в десять часов и ответить за следующие преступления: нарушение общественного спокойствия, изменнические, мятежные речи, дерзкое нападение на верховного судью с целью избить, ранить, нанести тяжкие увечья, а также несоблюдение карантина и установленных в порту порядков и грубое нарушение таможенных правил. Утром, милейший, утром, не успеет упасть плод с хлебного дерева, как правосудие свершится! И да помилует господь вашу душу!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Наутро, еще до назначенного часа, Гриф пришел во дворец вместе с Питером Джи и настоял, чтобы их допустили к Туи Тулифау. Король, окруженный несколькими вождями, возлежал на циновках в дворцовом саду, в тени авокадо. Несмотря на ранний час, служанки уже хлопотали, непрерывно разнося всем джин. Король был рад старому другу и выразил сожаление, что "Давида" впутался в неприятности, оказавшись не в ладу с новыми законами Фиту-Айве. Однако в дальнейшей беседе он упорно избегал этой темы и на все протесты ограбленных купцов неизменно отвечал предложением выпить. Только раз он излил свои чувства, сказав, что Перья Солнца — замечательный человек и никогда еще на Фиту-Айве не царило такое благополучие, как сейчас: никогда еще не было в казначействе столько денег, а во дворце столько джина.</p>
      <p>— Да, я очень доволен Фулуалеа, — заключил король. — Выпейте еще!</p>
      <p>— Нам надо в спешном порядке убраться отсюда, — шепнул Гриф Питеру Джи, — иначе мы совсем опьянеем.</p>
      <p>А меня к тому же через несколько минут будут судить за поджог, или ересь, или распространение проказы… сам не знаю, за что, — и мне надо собраться с мыслями.</p>
      <p>Когда они выходили от короля, Гриф мельком видел королеву. Она из-за двери подсматривала за своим августейшим супругом и его собутыльниками, и выражение ее нахмуренного лица сразу подсказало Грифу, что ему следует действовать только через нее.</p>
      <p>В другом тенистом уголке обширного дворцового парка Корнелий вершил суд. Видимо, он приступил к этому занятию спозаранку. Когда пришел Гриф, разбиралось уже дело Уилли Сми. Королевская армия присутствовала на суде в полном составе, за исключением той ее части, которая стерегла захваченные шхуны.</p>
      <p>— Пусть подсудимый встанет, — сказал Корнелий, — и выслушает справедливый и милостивый приговор суда. За непристойное поведение и распущенность, не подобающую человеку его звания, он приговаривается к штрафу. Подсудимый заявляет, что у него нет денег? Хорошо. К сожалению, у нас нет тюрьмы. По этой причине, а также снисходя к бедности подсудимого, суд штрафует его только на одну белую шелковую рубашку такого же сорта, качества и фасона, как та, которая сейчас на нем.</p>
      <p>Корнелий сделал знак, и несколько воинов увели Уилли Сми за дерево. Через минуту он появился уже без упомянутой в приговоре части туалета и сел подле Грифа.</p>
      <p>— В чем вы провинились? — спросил у него тот.</p>
      <p>— Понятия не имею. А какие преступления совершили вы?</p>
      <p>— Следующий, — сказал Корнелий строго официальным тоном. — Обвиняемый Дэвид Гриф, встаньте! Суд рассмотрел обвинительный материал по вашему делу — или, вернее, делам — и выносит следующее постановление… Молчать! — гаркнул он, когда Гриф хотел перебить его. — Повторяю, все показания против вас тщательно рассмотрены. Суд не желает отягчать участь обвиняемого и потому предупреждает, что таким поведением он может навлечь на себя еще и кару за оскорбление суда. А за его открытое и наглое неповиновение установленным в порту правилам, несоблюдение карантина и нарушение законов о судоходстве принадлежащая ему шхуна "Кантани" объявляется конфискованной в пользу правительства Фиту-Айве и через десять дней от сего числа будет продана с публичных торгов со всем ее оснащением и грузом. Кроме того, подсудимый Гриф за преступления, совершенные им, а именно за буйное, вызывающее поведение и явное неуважение к законам нашей страны, обязан уплатить штраф в размере ста фунтов стерлингов и пятнадцати ящиков джина. Подсудимый, я не предоставляю вам слова. Отвечайте только на один вопрос: намерены вы платить или нет?</p>
      <p>Гриф отрицательно мотнул головой.</p>
      <p>— В таком случае, — продолжал Корнелий, — считайте себя арестованным, но временно оставленным на свободе, ибо на острове нет тюрьмы, куда вас можно было бы упрятать. И, наконец, до сведения суда дошло, что сегодня рано утром подсудимый Гриф самоуправно посылал своих канаков к рифам наловить рыбы на завтрак. Это явное нарушение прав здешних рыбаков. Мы обязаны защищать интересы отечественных промыслов. Суд выносит подсудимому суровое порицание, и, если подобное правонарушение повторится, он и все виновные будут немедленно отправлены на каторжные работы — приводить в порядок Дроковую аллею. Объявляю заседание суда закрытым.</p>
      <p>Когда они уходили из резиденции короля, Питер Джи, подтолкнув Грифа, указал глазами на Туи Тулифау, по-прежнему возлежавшего на циновках. Шелковая рубашка Уилли Сми уже туго облегала жирные королевские телеса.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>— Картина ясна, — говорил Питер Джи на совещании в доме Иеремии. — Дизи, видимо, выкачал уже почти все деньги, какие были у населения Фиту-Айве. Чтобы король ему не мешал, он непрерывно спаивает его джином, который захватил на наших судах. Он только и ждет удобного момента, чтобы прикарманить всю звонкую монету, что хранится в казначействе, и удрать на моей или вашей шхуне.</p>
      <p>— Он негодяй, — объявил Иеремия, перестав на минуту протирать очки. — Плут он и мерзавец!.. В него следовало бы запустить дохлой свиньей, самой протухшей падалью!</p>
      <p>— Совершенно верно, — подтвердил Гриф, — отхлестать дохлой свиньей! И меня нисколько не удивит, Иеремия, если именно вы возьмете это на себя. Непременно подыщите что-нибудь подходящее — самую что ни на есть дохлятину. Туи Тулифау сейчас в лодочном сарае на берегу — вскрывает один из моих ящиков с виски. Я пойду во дворец и начну закулисные переговоры с королевой. Тем временем вы перенесите часть товара из склада в лавку и разложите по полкам. Вам, Хоукинс, я ссужу немного своего. А вы, Питер, ступайте в лавку немца и начните все продавать за бумажные деньги. Убытки я возмещу, не беспокойтесь. Думаю, что через три дня у нас будет всенародное собрание — или переворот. Иеремия, вы разошлите гонцов по всему острову, к рыбакам, земледельцам, повсюду, даже в горы к охотникам за дикими козами. Пусть приедут и соберутся у дворца ровно через три дня.</p>
      <p>— А солдаты? — возразил Иеремия.</p>
      <p>— Ими я займусь сам. Они вот уже два месяца не получали жалованья. Притом Уилиами — брат королевы… Да, вот еще что: не надо сразу раскладывать в лавках много товаров. А когда придут солдаты с бумажными деньгами, ничего им не продавайте.</p>
      <p>— Они сожгут лавки! — сказал Иеремия.</p>
      <p>— Пусть жгут. За все заплатит король Тулифау.</p>
      <p>— И за мою рубашку тоже? — спросил Уилли Сми.</p>
      <p>— Это уж ваше с ним частное дело, решайте его между собой, — ответил Гриф.</p>
      <p>— Рубашка уже изорвана, — жалобно сказал Уилли. — Не успел он поносить ее десять минут, как она лопнула на спине. Я сам видел сегодня утром. Она стоила мне тридцать шиллингов, и я только один раз надевал ее.</p>
      <p>— Где взять дохлую свинью? — спросил Иеремия.</p>
      <p>— Купите живую и заколите, — сказал Гриф. — Лучше всего небольшую.</p>
      <p>— Небольшая тоже стоит не меньше десяти шиллингов.</p>
      <p>— Проведите эту сумму по графе текущих расходов.</p>
      <p>И, помолчав, Гриф добавил:</p>
      <p>— Если хотите, чтобы свинья хорошенько протухла, заколите ее сегодня же.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VI</p>
      </title>
      <p>— Ты верно говоришь, Давида, — сказала королева Сепели. — С тех пор, как здесь этот Фулуалеа, все словно взбесились, а Туи Тулифау потопил свой ум в джине. Если он не созовет Большой Совет, я его изобью. Когда он пьян, с ним очень легко справиться.</p>
      <p>Она сжала кулак. У этой амазонки фигура была такая внушительная, а лицо выражало такую решимость, что Гриф понял: Совет будет созван.</p>
      <p>Беседа велась на языке жителей Фиту-Айве, настолько родственном самоанскому, что Гриф говорил на нем, как туземец.</p>
      <p>— Ты сказал, Уилиами, что солдаты требуют настоящих денег и не хотят брать бумажки, которыми платит Фулуалеа? Так вели им эти бумажки принимать и позаботиться, чтобы завтра же они получили жалованье за все время.</p>
      <p>— К чему поднимать шум? — возразил Уилиами. — Король пьет и блаженствует. В казначействе куча денег. И я тоже доволен. Дома у меня припасено два ящика джина и много разного товару из лавки Хоукинса.</p>
      <p>— О мой брат, ты настоящий боров! — обрушилась на него Сепели. — Или ты не слышал, что говорил Давида? Где были твои уши? Когда у тебя в доме не останется больше ни джина, ни товаров, когда купцы перестанут их привозить, а Перья Солнца удерет в Левуку со всеми нашими деньгами, что ты тогда будешь делать? Только золото и серебро — деньги, а бумага — это бумага. Говорю тебе: народ ропщет! Во дворце не стало рыбы. Никто не приносит нам больше бататов — можно подумать, что земля перестала их родить. Вот уже неделя, как горцы не шлют нам козьего мяса. Перья Солнца приказал торговцам покупать копру по старой цене, но никто не продает ее, потому что людям не нужны бумажные деньги. Сегодня я разослала слуг в двадцать домов за яйцами, а яиц нет. Может быть, Перья Солнца наслал порчу на кур? Не знаю. Знаю только, что яиц нет. Хорошо еще, что пьяницы едят мало, — не то во дворце давно начался бы голод. Вели своим воинам получить жалованье! Пусть им заплатят бумажками.</p>
      <p>— И предупреждаю тебя, — добавил Гриф. — Хотя в лавках будут торговать, но от солдат бумажные деньги принимать не станут. Зато через три дня народ соберется на Большой Совет, и Перья Солнца будет мертв, как дохлая свинья.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VII</p>
      </title>
      <p>В день Совета все население острова Фиту-Айве собралось в столице. Пять тысяч человек прибыли сюда в челноках и больших лодках, пешком и верхом на ослах. Три предыдущих дня были полны сенсационных событий. Во-первых, лавки стали бойко торговать разными товарами. Когда же явились солдаты, желая, в свою очередь, поддержать торговлю, им в этом было отказано, и купцы посоветовали им обратиться к Фулуалеа за звонкой монетой. "Ведь на его бумажных деньгах написано, что их по первому требованию обменяют на золото и серебро", — говорили они.</p>
      <p>Лишь высокий авторитет Уилиами удержал солдат и спас лавки от сожжения. Все-таки один из принадлежавших Грифу складов копры сгорел дотла (убытки, разумеется, были отнесены за счет короля). Изрядно досталось и Иеремии — его поколотили, осыпали бранью и насмешками, да еще разбили его очки. А у судового кладовщика Уилли Сми на костяшках пальцев была содрана вся кожа. Произошло это оттого, что три буянивших солдата, один за другим, со всего размаху ударились подбородками об его сжатые кулаки. Таким же точно образом пострадал и капитан Бойг. Только Питер Джи остался невредим, ибо, по счастливой случайности, его кулаки пришли в столкновение не с крепкими солдатскими челюстями, а с хлебными корзинами.</p>
      <p>Большой Совет происходил в дворцовом парке. На главном месте восседал Туи Тулифау рядом с королевой Сепели, окруженный своими собутыльниками. Правый глаз и губа у короля вспухли, словно он тоже напоролся на чей-то кулак. Во дворце уже с утра шушукались о том, что Сепели задала супругу трепку. Как бы то ни было, король был сегодня трезв — об этом свидетельствовала вялость его жирного тела, уныло выпиравшего из всех прорех шелковой рубашки Уилли Сми. Ему беспрестанно подавали молодые кокосовые орехи, и он утолял их соком мучившую его жажду.</p>
      <p>За оградой теснилась сдерживаемая солдатами толпа. На территорию дворца допущены были только кое-кто из вождей, деревенские щеголи с их подружками и делегаты, сопровождаемые своими штабами.</p>
      <p>Корнелий Дизи занял место по правую руку короля, как и подобало влиятельному сановнику. А слева от Сепели, напротив Корнелия, сидел Иеремия в кругу белых купцов, которые выбрали его представителем. Лишенный своих очков, он близоруко щурился, поглядывая на всемогущего министра финансов.</p>
      <p>Стали выступать по очереди ораторы — делегат с наветренной стороны побережья, делегат с подветренной стороны и делегаты от горных деревень. Каждого поддерживала группа прибывших с ним вождей и ораторов менее высокой марки.</p>
      <p>Говорили все приблизительно одно и то же. Народ недоволен тем, что выпустили бумажные деньги. На острове неблагополучно. Никто не заготовляет копры. Люди стали недоверчивы. До того дошло, что все должники спешат уплатить свои долги, а кредиторы денег не берут и удирают от должников. И все потому, что бумажные деньги ничего не стоят. Цены растут, а продуктов на рынке все меньше. За курицу дерут втридорога. Купишь, а она оказывается жесткой и такой старой, что ее нужно немедленно перепродать, пока она не околела.</p>
      <p>Стране грозят беды, на это указывают всякие дурные приметы и знамения. В некоторых местах наблюдается нашествие крыс. Урожай плохой. Плоды анонны уродились мелкие. На подветренном берегу с самого лучшего дерева авокадо неизвестно отчего облетели все листья. Манговые плоды в этом году совсем невкусные, а бананы поел червь. Из океана ушла вся рыба, и появились целые стаи тигровых акул. Дикие козы перекочевали на неприступные кручи. Запасы муки в хранилищах прогоркли. В горах слышен временами какой-то гул, а по ночам там бродят духи. У одной женщины из Пунта-Пуна ни с того ни с сего отнялся язык, а в деревне Эйхо родилась пятиногая коза. И старейшины в деревнях заявляют во всеуслышание, что всему причиной новые деньги, которые пустил в обращение Фулуалеа.</p>
      <p>От армии выступил Уилиами. Он сказал, что его солдаты бунтуют. Вопреки королевскому указу, купцы не принимают бумажных денег. Он, Уилиами, ничего не берется утверждать, но похоже на то, что во многом виноваты деньги Фулуалеа.</p>
      <p>Затем от имени купцов держал речь Иеремия. Когда он поднялся, все заметили, что между его широко расставленных колен стоит большая тростниковая корзина. Иеремия сначала долго распространялся о качествах тканей, привозимых на остров купцами, о красоте их, добротности и разнообразии, об их преимуществах перед местной "тапа", быстро промокающей, непрочной и грубой. Теперь никто не носит больше тапа, а раньше, до того, как сюда приехали купцы, все носили только тапа, ничего, кроме тапа. А что сказать о замечательных сетках от москитов, которые продаются в лавках почти даром? Самый искусный ткач на Фиту-Айве не сделает такой сетки и в тысячу лет!</p>
      <p>Далее Иеремия подробно остановился на несравненных достоинствах топоров, ружей и стальных рыболовных крючков, перешел на иголки, нитки и лесы для удочек и в заключение воздал должное белой муке и керосину.</p>
      <p>Затем, излагая свои доводы в строгой последовательности, так что поминутно слышалось: "во-первых", "во-вторых" и так далее, он заговорил о благоустройстве, порядке и цивилизации. Он утверждал, что купец — носитель цивилизации и ему следует оказывать всяческое содействие и покровительство, иначе он не будет приезжать сюда. Далеко на западе есть острова, где купцам не оказывали покровительства, — и что же? Они туда больше не ездят, и люди на этих островах живут, как дикие звери, не носят никакой одежды, а шелковых рубашек никогда и в глаза не видывали (тут Иеремия выразительно покосился на короля) и едят друг друга.</p>
      <p>Те подозрительные бумажки, что выпустил Перья Солнца, — не деньги. Купцы знают, что такое деньги, и не хотят принимать эти бумажки. А если от них станут этого требовать, купцы уедут с Фиту-Айве и никогда больше не вернутся. И тогда здешние жители, уже давно разучившиеся изготовлять тапа, будут ходить голые и пожирать друг друга.</p>
      <p>Еще многое сказал Иеремия — он ораторствовал битый час — и все время упирал на то, что без купцов жизнь на Фиту-Айве станет ужасной.</p>
      <p>— И как тогда во всем мире будут называть жителей этого острова? — восклицал он. — Кай-канаки, людоеды — вот как будут называть их!</p>
      <p>Речь Туи Тулифау была коротка. Он сказал:</p>
      <p>— Мы слышали здесь, что думает народ, армия и купцы. Теперь пусть говорит Перья Солнца. Бесспорно, он своей денежной системой творит чудеса. Он не раз объяснял мне ее действие. Это очень просто. Он сейчас и вам все объяснит.</p>
      <p>Корнелий начал с заявления, что народ взбудоражили белые купцы, которые все в заговоре против него, Фулуалеа. Иеремия справедливо восхвалял здесь благодетельные свойства белой муки и керосина. Жители Фиту-Айве вовсе не хотят стать кай-канаками. Они стремятся к цивилизации, они жаждут как можно быстрее к ней приобщиться. В этом все дело, и он просит внимательно его выслушать. Бумажные деньги — это главный признак высшей цивилизации. Поэтому он, Перья Солнца, и ввел их. И по этой самой причине купцы восстают против них. Они не хотят, чтобы Фиту-Айве стала цивилизованной страной. Для чего они везут сюда свои товары из самых дальних стран за океаном? Он, Перья Солнца, скажет им это прямо в глаза при всем народе! Потому они едут сюда, что в их цивилизованных странах люди не дают обирать себя и купцы не получают таких громадных барышей, как здесь, на Фиту-Айве. Если жители острова станут цивилизованным народом, у белых купцов вся торговля полетит к черту. Тогда каждый островитянин при желании сможет сам стать торговцем. Оттого-то белые купцы и против бумажных денег, которые ввел здесь он, Перья Солнца. Почему его называют "Перья Солнца"? Потому, что он принес островитянам свет из далекого мира за горизонтом. Бумажные деньги — это свет. А грабители-купцы боятся света. Вот они и стремятся его угасить.</p>
      <p>Он, Фулуалеа, сейчас докажет это славному народу Фиту-Айве. Он докажет это устами своих врагов. Всем известно, что в высокоцивилизованных странах давно введены бумажные деньги. Пусть скажет Иеремия, так это или нет.</p>
      <p>Иеремия безмолвствовал.</p>
      <p>— Видите, — продолжал Корнелий, — он не отвечает. Он не может отрицать истину. В Англии, Франции, Германии, Америке, во всех великих странах Папаланги <a l:href="#n_780" type="note">[780]</a> в ходу бумажные деньги. Эта система существует там сотни лет. Я спрашиваю тебя, Иеремия, как честного человека, как человека, который когда-то усердно трудился во славу веры господней: ведь ты не можешь отрицать, что в великих заморских странах такая система существует?</p>
      <p>Иеремия не мог этого отрицать и нервно теребил пальцами завязки стоявшей у его ног корзины.</p>
      <p>— Ну что же? Вы видите, я прав, — сказал Корнелий. — Иеремия этого не отрицает. А теперь я спрошу тебя, о добрый народ Фиту-Айве: если бумажные деньги годятся для заморских стран, почему они не хороши для Фиту-Айве?</p>
      <p>— Это не такие деньги! — крикнул Иеремия. — Бумажки, которые выпустил Перья Солнца, — совсем не то, что бумажные деньги великих стран!</p>
      <p>Но Корнелий, видимо, ожидал этого возражения и не растерялся. Он поднял вверх кредитку так, чтобы все могли ее видеть.</p>
      <p>— Это что? — вопросил он.</p>
      <p>— Бумага, просто бумага, — ответил Иеремия.</p>
      <p>— А это?</p>
      <p>Корнелий показал всем кредитку Английского банка.</p>
      <p>— Это английские бумажные деньги, — пояснил он собранию, протягивая бумажку Иеремии, чтобы тот мог ближе рассмотреть ее. — Верно я говорю, Иеремия?</p>
      <p>Иеремия неохотно кивнул головой.</p>
      <p>— Ты сказал, что деньги Фиту-Айве — простая бумага и больше ничего. Ну, а что ты скажешь про эти английские деньги? Отвечай как честный человек!.. Мы ждем твоего ответа, Иеремия.</p>
      <p>— Они… они… — промямлил озадаченный Иеремия и беспомощно замолчал: в софистике он был не силен.</p>
      <p>— Бумага, простая бумага, — докончил за него Корнелий, подражая его запинающейся речи.</p>
      <p>По лицам присутствующих видно было, что Корнелий убедил всех. А король восторженно захлопал в ладоши и сказал вполголоса:</p>
      <p>— Все ясно, совершенно ясно.</p>
      <p>— Видите, он сам это признает. — В позе и голосе Корнелия Дизи заметно было торжество и уверенность в победе. — Он не может указать разницы. Потому что разницы нет! Наши бумажные деньги — точное подобие английских. Это настоящие деньги!</p>
      <p>Тем временем Гриф успел шепнуть что-то Иеремии на ухо. Тот кивнул головой, и, когда Корнелий замолчал, он снова взял слово:</p>
      <p>— Однако все папаланги знают, что английское правительство обменивает эту бумагу на звонкую монету.</p>
      <p>Дизи окончательно чувствовал себя победителем. Он помахал в воздухе фиту-айванской кредиткой.</p>
      <p>— А разве здесь не написано то же самое? Гриф снова что-то шепнул Иеремии.</p>
      <p>— Написано, что эти бумажки вы обменяете на золото и серебро? — переспросил Иеремия.</p>
      <p>— Да, именно так.</p>
      <p>В третий раз Гриф тихонько подсказал что-то.</p>
      <p>— По первому требованию? — спросил Иеремия.</p>
      <p>— По первому требованию.</p>
      <p>— Тогда я требую обмена сейчас же, — сказал Иеремия, вытаскивая из висевшего у него на поясе мешочка небольшую пачку кредиток.</p>
      <p>Корнелий глянул на нее быстрым оценивающим взглядом.</p>
      <p>— Хорошо. Вы получите за них немедленно звонкой монетой. Сколько тут?</p>
      <p>— Вот мы сейчас увидим нашу новую систему в действии! — объявил король, разделяя триумф своего министра.</p>
      <p>— Все слышали? Он будет менять бумажки на звонкую монету! — крикнул Иеремия во весь голос.</p>
      <p>Не теряя ни минуты, он сунул обе руки в корзину и извлек оттуда целую кипу фиту-айванских кредиток, уложенных пачками. При этом вокруг распространился какой-то странный запах, шедший из корзины.</p>
      <p>— Всего здесь у меня тысяча двадцать восемь фунтов, двенадцать шиллингов и шесть пенсов, — объявил Иеремия. — А вот мешок для монеты.</p>
      <p>Корнелий отшатнулся. Он никак не ожидал, что Иеремия потребует такую большую сумму. К тому же, обводя собрание встревоженными глазами, он увидел, что вожди и представители деревень тоже достают пачки бумажных денег. Солдаты, держа в руках полученное за два месяца жалованье, проталкивались вперед, а из-за ограды на дворцовую территорию хлынула толпа народа — и все держали наготове бумажные деньги.</p>
      <p>— Вы создаете панику, чтобы опустошить наш банк! — с упреком сказал Корнелий Грифу.</p>
      <p>— Вот мешок для денег, — торопил его Иеремия.</p>
      <p>— Обмен придется отложить, — объявил наконец Корнелий с храбростью отчаяния. — Банк в эти часы закрыт.</p>
      <p>Иеремия, размахивая пачкой кредиток, орал:</p>
      <p>— Здесь ничего не сказано насчет часов. Здесь сказано: "по требованию", — и я требую, чтобы обменяли немедленно.</p>
      <p>— Вели им прийти завтра, Туи Тулифау! — взмолился Корнелий. — Завтра им будет уплачено.</p>
      <p>Король медлил: супруга грозно смотрела на него, крепко сжав в кулак коричневую руку, и Туи Тулифау тщетно пытался отвести глаза от этого устрашающего кулака. Он нервно откашлялся.</p>
      <p>— Мы хотим сейчас видеть твою систему в действии, — объявил он. — Люди прибыли издалека.</p>
      <p>— Неужели вы согласны, чтобы я им отдал такие громадные деньги? — тихо сказал Дизи королю.</p>
      <p>Сепели услышала и огрызнулась так свирепо, что король невольно шарахнулся от нее.</p>
      <p>— Не забудьте про свинью, — шепнул Гриф Иеремии. Тот вскочил и, энергичным жестом прекратив поднимавшийся уже галдеж, заговорил:</p>
      <p>— На Фиту-Айве существовал когда-то древний и весьма почтенный обычай. Когда кого-нибудь уличали в тяжких преступлениях, ему перебивали дубиной все суставы, а затем связанного оставляли перед приливом в воде у берега, на съедение акулам. К сожалению, те времена миновали. Но у нас еще сохранился другой древний и весьма почтенный обычай. Всем вам он известен. Уличенных грабителей и обманщиков побивают дохлыми свиньями.</p>
      <p>Тут правая рука Иеремии нырнула в корзину, и, несмотря на то, что он был без очков, извлеченная им оттуда свинья угодила прямехонько в шею Корнелию. Иеремия метнул ее с такой силой, что министр финансов перекувырнулся и отлетел в сторону. Тут же, не дав ему прийти в себя, к нему подскочила Сепели с живостью и проворством, каких никак нельзя было ожидать от женщины, весившей двести шестьдесят фунтов. Ухватив Корнелия одной рукой за шиворот, она взмахнула свиньей и под восторженный рев всех своих подданных по-королевски расправилась с ним.</p>
      <p>Туи Тулифау ничего другого не оставалось, как, скрыв досаду, примириться с позором своего фаворита. Он откинулся на циновке, хохоча так, что сотрясалась вся его гороподобная туша.</p>
      <p>Сепели бросила наконец и свинью и министра финансов. Орудие казни немедленно подхватил один из делегатов. Корнелий пустился наутек, но свинья угодила в него и сшибла с ног. Тут уже весь народ и армия с криками и хохотом приняли участие в забаве. Как ни увертывался, как ни метался бывший министр, свинья настигала его всюду, сбивая с ног, или летела навстречу. Словно затравленный заяц, улепетывал он между пальмами и деревьями авокадо. Ни одна рука не коснулась его, мучители расступались, давая ему дорогу, но ни на миг не прекращали преследования. И свинья летала, как мяч, — ее только успевали подхватывать то одни, то другие руки.</p>
      <p>Когда и Корнелий и его преследователи скрылись в глубине Дроковой аллеи, Гриф повел всех торговцев в королевское казначейство, и только к вечеру последняя кредитка была обменена на звонкую монету.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VIII</p>
      </title>
      <p>В ласковой прохладе сумерек из-за прибрежных зарослей выплыл челнок и направился к "Кантани". Челнок был ветхий, дырявый, и сидевший в нем человек греб очень медленно, время от времени останавливаясь, чтобы вычерпать воду. Матросы канаки злорадно захихикали, когда он, подъехав к "Кантани", с мучительными усилиями стал взбираться на палубу. Он был омерзительно грязен и вид имел пришибленный.</p>
      <p>— Можно мне потолковать с вами, мистер Гриф? — сказал он смиренно и печально.</p>
      <p>— Да, только сядьте подальше и с подветренной стороны, — отозвался Гриф. — Нет, нет, еще дальше! Вот так.</p>
      <p>Корнелий присел на планшир и подпер голову руками.</p>
      <p>— Понятно, — сказал он. — От меня несет, как от неубранных трупов на поле битвы. Голова трещит, шея, наверное, сломана, зубы все шатаются… В ушах жужжит, как будто там целое гнездо ос. А еще, я полагаю, у меня вывихнуты мозги! Ох! То, что я пережил, страшнее землетрясения и чумы! На мою голову падал град свиней… — Он замолчал с тяжелым вздохом, похожим на стон. — Я видел смерть лицом к лицу, смерть страшную, какую не мог бы вообразить себе ни один поэт. Если бы я сварился в кипящем масле, или был съеден крысами, или меня разорвали на части дикие жеребцы, это было бы, конечно, неприятно… Но принять смерть от дохлой свиньи! — Корнелий содрогнулся. — Право, это превосходит всякое человеческое воображение!</p>
      <p>Капитан Бойг шумно потянул носом воздух и передвинул свой складной стул подальше от Корнелия.</p>
      <p>— Мистер Гриф, я слышал, что вы едете в Яп, — продолжал Корнелий. — У меня к вам две покорнейшие просьбы: довезите меня туда и угостите капелькой того виски, от которого я отказался в день вашего прибытия.</p>
      <p>Гриф хлопнул в ладоши и велел подошедшему на зов чернокожему стюарду принести мыло и полотенца.</p>
      <p>— Ступайте, Корнелий, и первым делом вымойтесь как следует, — сказал он. — Бой принесет вам штаны и рубаху… Кстати, пока вы не ушли, объясните мне, каким это образом в казначействе денег оказалось больше, чем выпущено бумажек?</p>
      <p>— Я хранил там свои собственные деньги, которые привез, чтобы было с чем начать.</p>
      <p>— Ну, плату за простой и все наши убытки и издержки мы решили взыскать с Туи Тулифау, — сказал Гриф. — Так что найденный в кассе излишек будет вам возвращен… Вычтем только десять шиллингов.</p>
      <p>— Это за что же?</p>
      <p>— А дохлые свиньи, по-вашему, растут на деревьях? Сумма в десять шиллингов, уплаченная за свинью, у нас проведена по книгам.</p>
      <p>Вздрогнув при упоминании о свинье, Корнелий кивком выразил согласие.</p>
      <p>— Слава богу, что эта свинья стоила только десять шиллингов, а не пятнадцать и не двадцать!</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Жемчуг Парлея</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Канак рулевой повернул штурвал, "Малахини" послушно стала носом к ветру и выпрямилась. Передние паруса вяло повисли; раздалось дробное пощелкивание концов троса о парус и скрип поспешно выбираемых талей; ветер снова наполнил паруса, шхуна накренилась и легла на другой галс. Хотя было еще раннее утро и дул свежий бриз, пятеро белых, расположившихся на юте, были одеты очень легко: Дэвид Гриф и его гость, англичанин Грегори Малхолл, — в пижамах и китайских туфлях на босу ногу, капитан и его помощник — в нижних рубашках и парусиновых штанах, а второй помощник капитана все еще держал рубашку в руках, не имея ни малейшего желания надеть ее. Пот выступил у него на лбу, и он жадно подставлял обнаженную грудь ветру, не приносившему прохлады.</p>
      <p>— Экая духота, и ветер не помогает, — с досадой сказал он.</p>
      <p>— Что там делается на западе, хотел бы я знать, — проворчал Гриф.</p>
      <p>— Это ненадолго, — отозвался голландец Герман, помощник капитана. — Ветер и ночью все менялся: то так повернет, то этак.</p>
      <p>— Что-то будет! Что-то будет! — мрачно произнес капитан Уорфилд, обеими руками разделяя надвое свою густую бороду и подставляя подбородок ветру в напрасной надежде освежиться. — Вот уже две недели погода какая-то шалая. Порядочного пассата три недели не было. Ничего понять нельзя. Вчера на закате барометр стал колебаться — и сейчас еще пляшет. Люди сведущие говорят, что это ровно ничего не значит. А только не нравится мне это! Действует на нервы, знаете. Вот так он плясал и в тот раз, когда пошел ко дну "Ланкастер". Я тогда был мальчишкой, но отлично помню. Новенькое судно, четырехмачтовое, и обшивка стальная, а затонуло в первый же рейс. Капитан не перенес удара. Он сорок лет плавал на судах Компании, а после этого и года не протянул — истаял, как свеча.</p>
      <p>Несмотря на ветер и на ранний час, все задыхались от жары. Ветер только дразнил, не принося прохлады. Не будь он так насыщен влагой, можно было бы подумать, что он дует из Сахары. Не было ни пасмурно, ни туманно — ни намека на туман, и, однако, даль казалась расплывчатой и неясной. На небе не видно было облаков, но его заволокла густая мгла, и лучи солнца не могли пробиться сквозь нее.</p>
      <p>— Приготовиться к повороту! — спокойно и внушительно распорядился капитан Уорфилд.</p>
      <p>Темнокожие матросы канаки в одних коротких штанах стали к шкотам; все их движения были плавны, но быстры.</p>
      <p>— Руль на ветер! На борт!</p>
      <p>Рулевой мгновенно перебрал ручки штурвала, и "Малахини" изящным и стремительным движением переменила галс.</p>
      <p>— Да она просто чудо! — воскликнул Малхолл. — Не знал я, что в Южных морях купцы ходят на яхтах.</p>
      <p>— Она была построена в Глостере как рыбачье судно, — пояснил Гриф, — а у глостерских судов и корпус, и оснастка, и ход такой, что никакой яхте не уступят.</p>
      <p>— А ведь устье лагуны перед вами, почему же вы не входите? — критически заметил англичанин.</p>
      <p>— Попробуйте, капитан Уорфилд, — предложил Гриф. — Покажите гостю, что значит входить в лагуну при сильном отливе.</p>
      <p>— Круче к ветру! — отдал команду капитан.</p>
      <p>— Есть круче к ветру! — повторил канак, слегка поворачивая штурвал.</p>
      <p>"Малахини" направилась к узкому проходу в лагуну длинного и узкого атолла своеобразной овальной формы. Казалось, он возник из трех атоллов, которые некогда сомкнулись и срослись в один. На песчаном кольце атолла местами росли кокосовые пальмы, но там, где песчаный берег был слишком низок, пальмы не росли, и в просветах сверкала лагуна; вода в ней была как зеркало, едва подернутое рябью. Эта неправильной формы лагуна простиралась на много квадратных миль, и в часы отлива воды ее рвались в открытое море через единственный узкий проток. Так узок был проток и так силен напор устремлявшейся в него воды, что казалось — это не просто вход в лагуну, а стремнина бурной реки. Вода кипела, кружила, бурлила и рвалась вон из пролива крутыми, зубчатыми, увенчанными белой пеной валами. Удар за ударом наносили "Малахини" эти вздымавшиеся ей навстречу валы, и каждый удар, точно стальным клином, сбивал ее с курса, отбрасывая в сторону. Она уже вошла в проход — и тут оказалась так прижатой к коралловому берегу, что пришлось сделать поворот. На новом галсе шхуна стала бортом к течению, и оно стремительно понесло ее в открытое море.</p>
      <p>— Ну, теперь пора пустить в ход ваш новый дорогой мотор, — с добродушной насмешкой сказал Гриф.</p>
      <p>Все знали, что этот мотор — слабость капитана Уорфилда. Капитан до тех пор преследовал Грифа мольбами и уговорами, пока тот не дал согласия на покупку.</p>
      <p>— Он еще оправдает себя, — возразил капитан. — Вот увидите. Он надежнее всякой страховки, а ведь сами знаете — судно, плавающее на Паумоту, и страховать никто не берется.</p>
      <p>Гриф указал назад, на маленький тендер, который тоже пробивался, борясь с течением, ко входу в лагуну.</p>
      <p>— Держу пари на пять франков, что "Нухива" нас обгонит.</p>
      <p>— Конечно, — согласился Уорфилд. — У нее относительно очень сильный мотор. Мы рядом с ней — прямо океанский пароход, а у нас всего сорок лошадиных сил. У нее же — десять, и она летит, как птица. Она проскочила бы в самый ад, но такого течения и ей не одолеть. Сейчас его скорость верных десять узлов!</p>
      <p>И со скоростью десяти узлов, швыряя и кидая "Малахини" то на один борт, то на другой, течение вынесло ее в открытое море.</p>
      <p>— Через полчаса отлив кончится, тогда войдем, — сердито сказал капитан Уорфилд и прибавил, словно объясняя, чем недоволен: — Парлей не имел никакого права давать атоллу свое имя. На всех английских картах, да и на французских тоже, этот атолл обозначен как Хикихохо. Его открыл Бугенвиль и оставил ему туземное название.</p>
      <p>— Не все ли равно, как он называется? — сказал второй помощник, все еще медля надевать рубашку. — Главное — он перед нами, а на нем старик Парлей со своим жемчугом.</p>
      <p>— А кто видел этот жемчуг? — спросил Герман, глядя то на одного, то на другого.</p>
      <p>— О нем все знают, — ответил второй помощник и обернулся к рулевому: — Таи-Хотаури, расскажи-ка нам про жемчуг старика Парлея.</p>
      <p>Польщенный канак, немного сконфуженный общим вниманием, перехватил ручки штурвала.</p>
      <p>— Мой брат нырял для Парлея три, нет, четыре месяца. Он много рассказывал про жемчуг. Хикихохо — место хорошее, тут много жемчуга.</p>
      <p>— А перекупщики, как ни добивались, не получили у старика ни единой жемчужины, — вставил капитан.</p>
      <p>— Говорят, когда он отправился на Таити встречать Арманду, он вез для нее полную шляпу жемчуга, — продолжал второй помощник. — Это было пятнадцать лет назад, с тех пор у него немало прибавилось. Он и перламутр собирал. Все видели его склады раковин — сотни тонн. Говорят, из лагуны взято все дочиста. Может быть, поэтому он и объявил аукцион.</p>
      <p>— Если он действительно задумал продавать, это будет самая большая годовая распродажа жемчуга на Паумоту, — сказал Гриф.</p>
      <p>— Ничего не понимаю! — не выдержал Малхолл, как и все, измученный влажным, удушливым зноем. — В чем дело? Кто такой этот старик? И что у него за жемчуг? Почему вы говорите загадками?</p>
      <p>— Старик Парлей — хозяин Хикихохо, — ответил второй помощник капитана. — У него огромное состояние в жемчуге, он собирал его долгие годы, а недавно объявил, что хочет распродать весь свой запас; на завтра назначен аукцион. Видите, сколько мачт торчит над лагуной?</p>
      <p>— По-моему, восемь, — подсчитал Герман.</p>
      <p>— Что делать восьми шхунам в такой богом забытой дыре? — продолжал второй помощник. — Тут и для одной шхуны не наберется за весь год полного груза копры. Это они на аукцион явились, как и мы. Вот и "Нухива" поэтому за нами гонится, хотя какой уж она покупатель! На ней плавает Нарий Эринг, он и владелец и шкипер. Он сын английского еврея и туземки, и у него только и есть за душой, что нахальство, долги да неоплаченные счета за виски. По этой части он гений. Он столько должен, что в Папеэте все торговцы до единого заинтересованы в его благополучии. Они в лепешку расшибутся, чтобы дать ему заработать. У них другого выхода нет, а ему это на руку. Вот я никому ничего не должен, а что толку? Если я заболею и свалюсь вон тут на берегу, никто и пальцем не шевельнет: пусть и подохну, они не в убытке. Другое дело Нарий Эринг, для него они на все готовы. Если он свалится больной, для него ничего не пожалеют. Слишком много денег в него вложено, чтоб оставить его на произвол судьбы. Его возьмут в дом и будут ходить за ним, как за родным братом. Нет, знаете, честно платить по счетам совсем не так выгодно, как говорят!</p>
      <p>— При чем тут этот Нарий? — нетерпеливо сказал англичанин и, обращаясь к Грифу, попросил: — Объясните мне все по порядку. Что это за басни о жемчуге?</p>
      <p>— Если что забуду, подскажите, — предупредил Гриф остальных и начал рассказывать: — Старик Парлей — большой чудак. Я с ним давно знаком и думаю, что он немного не в своем уме. Так вот, слушайте. Парлей чистокровный француз, даже парижанин, это он мне сам сказал, у него и выговор настоящий парижский. Приехал он сюда давным-давно, занялся торговлей и всякими делами и таким образом попал на Хикихохо. Приехал торговать, когда здесь процветала меновая торговля. На Хикихохо было около сотни жителей, нищих туземцев. Он женился на их королеве по туземному обряду. И когда королева умерла, все ее владения перешли к нему. Потом разразилась эпидемия кори, после которой уцелело не больше десятка туземцев.</p>
      <p>Парлей, как король, кормил их, а они на него работали. Надо вам сказать, что незадолго до смерти королева родила дочь Арманду. Когда девочке исполнилось три года, Парлей отослал ее в монастырь в Папеэте, а семи или восьми лет отправил во Францию. Можете догадаться, что из этого вышло. Единственной дочери короля и капиталиста с островов Паумоту подобало воспитываться лишь в самом лучшем, самом аристократическом монастыре. Вы ведь знаете, в доброй старой Франции не существует расовых барьеров. Арманду воспитывали как принцессу, да она и чувствовала себя принцессой. Притом она считала себя настоящей белой и даже не подозревала, что с ее происхождением что-то неладно.</p>
      <p>И вот разыгралась трагедия. Старик Парлей всегда был со странностями, к тому же он слишком долго жил на Хикихохо неограниченным владыкой — и под конец вообразил, будто он и в самом деле король, а его дочь — принцесса. Когда Арманде исполнилось восемнадцать лет, он выписал ее к себе. Денег у него было хоть пруд пруди, как говорится. Он построил огромный дом на Хикихохо, а в Папеэте — богатый бунгало. Арманда должна была приехать почтовым пароходом, шедшим из Новой Зеландии, и старик на своей шхуне отправился встречать ее в Папеэте. Возможно, все обошлось бы благополучно, назло всем спесивым индюшкам и тупым ослам, задающим тон в Папеэте, но тут вмешался ураган. Это ведь было, кажется, в тот год, когда затопило Ману-Хухи, верно? Там еще утонуло больше тысячи жителей?</p>
      <p>Все подтвердили, а капитан Уорфилд прибавил:</p>
      <p>— Я плавал тогда на "Сороке". Нас выбросило на сушу — шхуну со всей командой и с коком. Занесло за четверть мили от берега в кокосовую рощу, у входа в Таохайскую бухту. А считается, что это безопасная гавань.</p>
      <p>— Так вот, — продолжал Гриф. — Этим самым ураганом подхватило и шхуну Парлея, и он явился в Папеэте со всем своим жемчугом ровно на три недели позже, чем следовало. Его шхуну тоже выбросило на берег, и ему пришлось подвести под нее катки и проложить полозья, ее волокли посуху добрых полмили, прежде чем снова спустить на воду.</p>
      <p>А тем временем Арманда ждала его в Папеэте. Никто из местных жителей ни разу ее не навестил. Она сама, по французскому обычаю, явилась с визитом к губернатору и к портовому врачу. Они приняли ее, но их жен, конечно, не оказалось дома, и визита они ей не отдали. Ведь она была отверженная, она стояла вне общества, хотя и не подозревала об этом, — и вот столь деликатным образом ей дали это понять. Был тут еще некий беспутный молодой лейтенант с французского крейсера. Она покорила его сердце, но головы он не потерял. Можете себе представить, каким ударом было все это для молодой девушки, образованной, красивой, воспитанной, как подлинная аристократка, избалованной всем, что только можно было достать тогда за деньги во Франции. Нетрудно угадать конец. — Гриф пожал плечами. — В бунгало Парлея был слуга японец. Он видел это. Он рассказывал потом, что она проделала все, как настоящий самурай. Действовала не сгоряча, не в безумной жажде смерти, — взяла стилет, аккуратно приставила острие к груди и обеими руками неторопливо и уверенно вонзила его себе прямо в сердце.</p>
      <p>И после этого приехал старик Парлей со своим жемчугом. Говорят, у него была жемчужина, которая стоила шестьдесят тысяч франков. Ее видел Питер Джи, он говорил мне, что сам давал за нее эти деньги. Старик совсем было сошел с ума. Два дня его держали в Колониальном клубе в смирительной рубашке…</p>
      <p>— Дядя его жены, старик туземец, разрезал рубашку и освободил его, — прибавил второй помощник.</p>
      <p>— И тогда Парлей начал буйствовать, — продолжал Гриф. — Всадил три пули в подлеца лейтенанта…</p>
      <p>— Так что тот три месяца провалялся в судовом лазарете, — вставил капитан Уорфилд.</p>
      <p>— Запустил бокалом вина в физиономию губернатору; дрался на дуэли с портовым врачом; избил слуг туземцев; устроил разгром в лазарете, сломал санитару два ребра и ключицу и удрал. Кинулся прямиком на свою шхуну, держа в каждой руке по револьверу и крича, что пусть, мол, начальник полиции со всеми своими жандармами попробует его арестовать, — и ушел на Хикихохо. Говорят, с тех пор он ни разу не покидал острова.</p>
      <p>Второй помощник кивнул.</p>
      <p>— Это было пятнадцать лет назад, и он с тех пор ни разу с места не двинулся.</p>
      <p>— И собрал еще немало жемчуга, — сказал капитан. — Сумасшедший, просто сумасшедший. Меня от одной мысли о нем дрожь пробирает. Настоящий колдун.</p>
      <p>— Кто-кто? — не понял Малхолл.</p>
      <p>— Хозяин погоды. По крайней мере все туземцы в этом уверены. Вот спросите Таи-Хотаури. Эй, Таи-Хотаури! Как по-твоему, что старик Парлей делает с погодой?</p>
      <p>— То, что делает дьявол, — был ответ. — Я знаю. Захочет бурю — накличет бурю. Захочет — совсем ветра не будет.</p>
      <p>— Да, настоящий старый колдун, — сказал Малхолл.</p>
      <p>— Этот жемчуг приносит несчастье, — вдруг объявил Таи-Хотаури, зловеще качая головой. — Парлей говорит — продаю. Приходит много шхун. Тогда Парлей сделает большой ураган, и всем будет конец. Увидите. Все здесь так говорят.</p>
      <p>— Теперь самая пора ураганов, — невесело усмехнулся капитан Уорфилд. — Туземцы не так уж далеки от истины. Вот и сейчас что-то надвигается. Я бы предпочел, чтоб "Малахини" была за тысячу миль отсюда.</p>
      <p>— Конечно, Парлей немного помешан, — докончил Гриф. — Я старался его понять. У него в голове все перепуталось. Восемнадцать лет вся жизнь для него была в одной Арманде. И теперь ему часто кажется, что она жива, но до сих пор не вернулась из Франции. Между прочим, ему еще и поэтому не хотелось расставаться со своим жемчугом. И он ненавидит белых. Он никогда не забывает, что они убили его дочь, хотя почти всегда забывает, что ее уже нет в живых… Вот те и на! Где же ваш ветер?</p>
      <p>Паруса бессильно повисли у них над головой, и капитан Уорфилд с досадой выругался сквозь зубы. Жара и прежде была невыносимая, а теперь, когда ветер стих, стало совсем невтерпеж. По лицам людей струился пот, и то один, то другой, тяжело переводя дыхание, жадно ловил ртом воздух.</p>
      <p>— Вот он, ветер, — и капитан на восемь румбов изменил направление. — Гика-шкоты перенести! Живо!</p>
      <p>Канаки бросились выполнять команду капитана, и целых пять минут шхуна, преодолевая течение, шла прямо ко входу в узкий пролив. Ветер снова упал, потом подул в прежнем направлении, и пришлось опять ставить паруса по-старому.</p>
      <p>— А вот и "Нухива", — сказал Гриф. — Они пустили в ход мотор. Смотрите, как несется!</p>
      <p>— Все готово? — спросил капитан у механика, португальца-метиса, который высунулся из маленького люка перед самой рубкой и утирал потное лицо комком промасленной пакли.</p>
      <p>— Готово, — ответил механик.</p>
      <p>— Ну, пускайте.</p>
      <p>Механик скрылся в своей берлоге, и тотчас послышалось фырканье и шипение глушителя. Но шхуне не удалось удержать первенства. Пока она продвигалась на два фута, маленький тендер успевал пройти три; он быстро настиг ее, а затем и обогнал. На палубе его были одни туземцы. Человек, управлявший тендером, насмешливо помахал рукой тем, кто был на "Малахини".</p>
      <p>— Это и есть Нарий Эринг, — сказал Гриф Малхоллу. — Высокий у штурвала — видели? Самый отъявленный негодяй на всех островах Паумоту.</p>
      <p>Пять минут спустя канаки — матросы "Малахини" подняли радостный крик, и все взгляды обратились на "Нухиву". Там что-то случилось с мотором, и теперь "Малахини" обходила ее. Канаки карабкались на ванты и осыпали насмешками остающихся позади соперников; тендер круто накренился под ветер, и течение сносило его назад в открытое море.</p>
      <p>— Вот у нас мотор так мотор! — одобрительно сказал Гриф, когда перед ними раскрылась лагуна и "Малахини" переменила курс, готовясь стать на якорь.</p>
      <p>Капитан Уорфилд, хотя и очень довольный, только буркнул в ответ:</p>
      <p>— Будьте покойны, он окупится.</p>
      <p>"Малахини" прошла в самую середину небольшой флотилии и наконец выбрала свободное место для стоянки.</p>
      <p>— Вот и Айзекс на "Долли", — заметил Гриф и приветственно помахал рукой. — И Питер Джи на "Роберте". Когда объявлена такая распродажа жемчуга, разве он останется в стороне! А вот и Франчини на "Кактусе". Все скупщики собрались. Можете не сомневаться, старик Парлей возьмет хорошую цену.</p>
      <p>— А они все еще не исправили мотор, — с торжеством сказал капитан Уорфилд.</p>
      <p>Он смотрел туда, где за редкими стволами кокосовых пальм, окаймлявших лагуну, виднелись паруса "Нухивы".</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Дом у Парлея был большой, двухэтажный, из калифорнийского леса и крыт оцинкованным железом. Он был несоразмерно велик для тонкого кольца атолла и торчал над узкой полоской песка, точно огромный нарост. Едва "Малахини" стала на якорь, прибывшие, как полагается, отправились на берег с визитом. Капитаны и скупщики с остальных судов уже собрались в большой комнате, где можно было осмотреть жемчуг, назначенный на завтра к продаже. Темнокожие слуги, они же родня хозяина — последние жители Хикихохо, — разносили виски и абсент. И среди этого своеобразного сборища, покашливая и посмеиваясь, расхаживал сам Парлей — жалкая развалина, в которой нельзя было узнать когда-то рослого и сильного человека. Глаза его ушли глубоко в орбиты и лихорадочно блестели, щеки ввалились. Он неровно, местами, оплешивел, усы и эспаньолка у него были тоже какие-то клочковатые.</p>
      <p>— О господи! — пробормотал Малхолл. — Прямо долговязый Наполеон Третий! Но какой облезлый, высохший! Кожа да кости. До чего жалок! Не удивительно, что он держит голову набок, иначе ему на ногах не устоять.</p>
      <p>— Будет шторм, — сказал старик Грифу вместо приветствия. — Вы, видно, очень уж неравнодушны к жемчугу, если явились сюда сегодня.</p>
      <p>— За таким жемчугом не жаль отправиться хоть к чертям в пекло, — со смехом ответил Гриф, оглядывая стол, на котором разложены были жемчужины.</p>
      <p>— Кое-кто уже отправился туда, — проскрипел Парлей. — Вот посмотрите! — Он показал на великолепную жемчужину размером с небольшой грецкий орех, лежавшую отдельно на куске замши. — Мне за нее давали на Таити шестьдесят тысяч франков. А завтра, пожалуй, и больше дадут, если всех не унесет ураган. Так вот, эту жемчужину нашел мой родич, вернее, родич моей жены. Туземец. И притом вор. Он ее припрятал. А она была моя. Его двоюродный брат, который приходился и мне родней — мы тут все в родстве, — убил его, стащил жемчужину и удрал на катере в Ноо-Нау. Я снарядил погоню, но вождь племени Ноо-Нау убил его из-за этой жемчужины еще раньше, чем я туда добрался. Да, тут на столе немало мертвецов. Пейте, капитан. Ваше лицо мне незнакомо. Вы новичок на островах?</p>
      <p>— Это капитан Робинсон с "Роберты", — сказал Гриф, знакомя их.</p>
      <p>Тем временем Малхолл обменялся рукопожатием с Питером Джи.</p>
      <p>— Я и не думал, что на свете столько жемчуга, — сказал Малхолл.</p>
      <p>— Такого количества сразу и я не видывал, — признался Питер Джи.</p>
      <p>— Сколько все это может стоить?</p>
      <p>— Пятьдесят или шестьдесят тысяч фунтов — для нас, скупщиков. А в Париже… — Он пожал плечами и высоко поднял брови, не решаясь даже назвать сумму.</p>
      <p>Малхолл вытер пот, стекавший на глаза. Да и все в комнате обливались потом и тяжело дышали. Льда не было, виски и абсент приходилось глотать теплыми.</p>
      <p>— Да, да, — хихикая, твердил Парлей. — Много мертвецов лежит тут на столе. Я знаю свои жемчужины все наперечет. Посмотрите на эти три! Недурно подобраны, а? Их добыл для меня ловец с острова Пасхи — все три в одну неделю. А на следующей неделе сам стал добычей акулы: она отхватила ему руку, и заражение крови его доконало. Или вот эта, она крупная, но неправильной формы, — много ли в ней толку; хорошо, если мне дадут за нее завтра двадцать франков, а добыли ее на глубине в сто тридцать футов! Ловец был с Раратонга. Вот кто побил все водолазные рекорды. Он нашел ее на глубине в сто тридцать футов. Я видел, как он вынырнул. У него сделалось не то кровоизлияние в легкие, не то судороги — только через два часа он умер. И кричал же он перед смертью! На несколько миль было слышно. Такого силача туземца я больше не видывал. Человек шесть моих ловцов умерли от судорог. И еще много людей умрет, еще много, много умрет.</p>
      <p>— Довольно вам каркать, Парлей, — не стерпел один из капитанов. — Шторма не будет.</p>
      <p>— Будь я крепок, как когда-то, живо поднял бы якорь и убрался отсюда, — ответил хозяин старческим фальцетом. — Живо убрался бы, если б был крепок и силен и не потерял еще вкус к вину. Но вы останетесь. Вы все останетесь. Я бы и не советовал, если б думал, что вы послушаетесь. Стервятников от падали не отгонишь. Выпейте еще по стаканчику, мои храбрые моряки. Ну-ну, чем только не рискуют люди ради нескольких соринок, выделенных устрицей! Вот они, красавицы! Аукцион завтра, точно в десять. Старик Парлей распродает свой жемчуг, и стервятники слетаются… А старик Парлей в свое время был покрепче их всех и еще не одного из них похоронит.</p>
      <p>— Экая скотина! — шепнул второй помощник с "Малахини" Питеру Джи.</p>
      <p>— Да хоть и будет шторм, что из этого? — сказал капитан "Долли". — Хикихохо никогда еще не заливало.</p>
      <p>— Тем вероятнее, что придет и его черед, — возразил Уорфилд. — Не доверяю я этому Хикихохо.</p>
      <p>— Кто теперь каркает? — упрекнул его Гриф.</p>
      <p>— Черт! Обидно будет потерять новый мотор, пока он не окупился, — пробурчал капитан Уорфилд.</p>
      <p>Парлей с неожиданным проворством метнулся сквозь толпу к барометру, висевшему на стене.</p>
      <p>— Взгляните-ка, мои храбрые моряки! — воскликнул он торжествующе.</p>
      <p>Тот, кто стоял ближе всех, наклонился к барометру. Лицо его вытянулось.</p>
      <p>— Упал на десять, — сказал он только, но на всех лицах отразилась тревога, и казалось, каждый готов сейчас же кинуться к выходу.</p>
      <p>— Слушайте! — скомандовал Парлей.</p>
      <p>Все смолкли, и издали донесся необычайно сильный шум прибоя: с грохотом и ревом он разбивался о коралловый берег.</p>
      <p>— Большую волну развело, — сказал кто-то, и все бросились к окнам.</p>
      <p>В просветы между пальмами виден был океан. Мерно и неторопливо, одна за другой, наступали на берег огромные ровные волны. Несколько минут все, кто был в комнате, тихо переговариваясь, смотрели на это необычайное зрелище, и с каждой минутой волны росли и поднимались все выше. Таким неестественным и жутким был этот волнующийся при полном безветрии океан, что люди невольно понизили голос. Все вздрогнули, когда раздалось отрывистое карканье старика Парлея:</p>
      <p>— Вы еще успеете выйти в открытое море, храбрые джентльмены. У вас есть шлюпки, лагуну можно пройти на буксире.</p>
      <p>— Ничего, — сказал Дарлинг, подшкипер с "Кактуса", дюжий молодец лет двадцати пяти. — Шторм идет стороной, к югу. На нас и не дунет.</p>
      <p>Все вздохнули с облегчением. Возобновились разговоры, голоса стали громче. Некоторые скупщики даже вернулись к столу и вновь занялись осмотром жемчуга.</p>
      <p>— Так, так! — пронзительно выкрикнул Парлей. — Пусть настанет конец света, вы все равно будете торговать.</p>
      <p>— Завтра мы непременно купим все это, — подтвердил Айзекс.</p>
      <p>— Да, только заключать сделки придется уже в аду. Взрыв хохота был ответом старику, и это общее недоверие взбесило его. Вне себя он накинулся на Дарлинга:</p>
      <p>— С каких пор таким молокососам стали известны пути шторма? И кем это, интересно знать, составлена карта направления ураганов на Паумоту? В каких книгах вы ее нашли? Я плавал в этих местах, когда самого старшего из вас еще и на свете не было, я знаю, что говорю. Двигаясь к востоку, ураганы описывают такую гигантскую, растянутую дугу, что получается почти прямая линия. А к западу они делают крутой поворот. Вспомните карту. Каким образом в девяносто первом во время урагана затопило Аури и Хиолау? Все дело в дуге, мой мальчик, в дуге! Через час-другой, самое большее через три, поднимется ветер. Вот, слушайте!</p>
      <p>Раздался тяжелый, грохочущий удар, мощный толчок потряс коралловое основание атолла. Дом содрогнулся. Темнокожие слуги с бутылками виски и абсента в руках прижались друг к другу, словно искали защиты, и со страхом глядели в окна на громадную волну, которая обрушилась на берег и докатилась до одного из навесов для копры.</p>
      <p>Парлей взглянул на барометр, фыркнул и искоса злорадно посмотрел на своих гостей. Капитан тоже подошел к барометру.</p>
      <p>— Двадцать девять и семьдесят пять, — сказал он. — Еще на пять упал. О черт! Старик прав, надвигается шторм. Вы как хотите, а я возвращаюсь на "Малахини".</p>
      <p>— И все темнеет, — понизив голос чуть не до шепота, произнес Айзекс.</p>
      <p>— Черт побери, совсем как на сцене, — сказал Грифу Малхолл, взглянув на часы. — Десять утра, а темно, как в сумерки. Огни гаснут, сейчас начнется трагедия. Где же тихая музыка?</p>
      <p>Словно в ответ, раздался грохот. Дом и весь атолл вновь содрогнулись от мощного толчка. В паническом страхе люди бросились к двери. В тусклом свете мертвенно бледные, влажные от пота лица казались призрачными. Айзекс дышал тяжело, с хрипом, эта нестерпимая жара давила его.</p>
      <p>— К чему такая спешка? — ехидно посмеиваясь, кричал им вдогонку Парлей. — Выпейте напоследок, храбрые джентльмены!</p>
      <p>Никто не слушал его. Когда гости дорожкой, выложенной по краям раковинами, направились к берегу, старик высунулся из дверей и окликнул их:</p>
      <p>— Не забудьте, джентльмены, завтра с десяти утра старый Парлей распродает свой жемчуг.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>На берегу началась суматоха. Шлюпка за шлюпкой заполнялась спешившими людьми и тотчас отваливала. Тьма сгущалась. Ничто не нарушало тягостного затишья. Всякий раз, как волны извне обрушивались на берег, узкая полоса песка содрогалась под ногами. У самой воды лениво прогуливался Нарий Эринг. Он смотрел, как торопятся отплыть капитаны и скупщики, и ухмылялся. С ним были трое его матросов-канаков и Таи-Хотаури, рулевой с "Малахини".</p>
      <p>— Лезь в шлюпку и берись за весло, — приказал капитан Уорфилд своему рулевому.</p>
      <p>Таи-Хотаури с развязным видом подошел к капитану, а Нарий Эринг и его канаки остановились поодаль и смотрели на них.</p>
      <p>— Я на тебя больше не работаю, шкипер! — громко и с вызовом сказал Таи-Хотаури. Но выражение его лица противоречило словам, так как он усиленно подмигивал Уорфилду. — Гони меня, шкипер, — хрипло прошептал он и снова многозначительно подмигнул.</p>
      <p>Капитан Уорфилд понял намек и постарался сыграть свою роль как можно лучше. Он поднял кулак и возвысил голос:</p>
      <p>— Пошел в шлюпку, или я из тебя дух вышибу! — загремел он.</p>
      <p>Канак отступил и угрожающе пригнулся; Гриф стал между ними, стараясь успокоить капитана.</p>
      <p>— Я иду служить на "Нухиву", — сказал Таи-Хотаури, отходя к Эрингу и его матросам.</p>
      <p>— Вернись сейчас же! — грозно крикнул вслед ему Уорфилд.</p>
      <p>— Он ведь свободный человек, шкипер! — громко сказал Нарий Эринг. — Он прежде плавал со мной и ко мне возвращается, только и всего.</p>
      <p>— Скорее, нам пора на шхуну, — торопил Гриф. — Смотрите, становится совсем темно.</p>
      <p>Капитан Уорфилд сдался; но едва шлюпка отошла от берега, он, стоя на корме, выпрямился во весь рост и кулаком погрозил оставшимся.</p>
      <p>— Я вам это припомню, Нарий! — крикнул он. — Никто из шкиперов, кроме вас, не сманивает чужих матросов.</p>
      <p>Он сел на свое место.</p>
      <p>— Что это у Таи-Хотаури на уме? — негромко, с недоумением сказал он. — Что-то он задумал, только не пойму, что именно.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Как только шлюпка подошла вплотную к "Малахини", через борт навстречу прибывшим перегнулся встревоженный Герман.</p>
      <p>— Барометр летит вниз, — сообщил он. — Надо ждать урагана. Я распорядился отдать второй якорь с правого борта.</p>
      <p>— Приготовьте и большой тоже, — приказал Уорфилд, возвращаясь к своим капитанским обязанностям. — А вы, кто-нибудь, поднимите шлюпку на палубу. Поставить ее вверх дном и принайтовить как следует!</p>
      <p>На всех шхунах команда торопливо готовилась к шторму. Судно за судном подбирало грохотавшие якорные цепи, поворачивалось и отдавало второй якорь. Там, где, как на "Малахини", был третий, запасной якорь, готовились отдать и его, когда определится направление ветра.</p>
      <p>Мощный рев прибоя все нарастал, хотя лагуна по-прежнему лежала невозмутимо гладкая, как зеркало. На песчаном берегу, где стоял дом Парлея, все было пустынно и безжизненно. У навесов для лодок и для копры, у сараев, где складывали раковины, не видно было ни души.</p>
      <p>— Я рад бы сейчас же поднять якоря и убраться отсюда, — сказал Гриф. — В открытом море я бы так и сделал. Но тут мы заперты: цепи атоллов тянутся и с севера и с востока. Пожалуй, надежнее всего остаться на месте. Как по-вашему, Уорфилд?</p>
      <p>— Я с вами согласен, хотя лагуна в шторм и не так безопасна, как мельничная запруда. Хотел бы я знать, с какой стороны он налетит. Ого! Один склад Парлея уже готов!</p>
      <p>Они увидели, как приподнялся и рухнул сарай, снесенный волной, которая, вскипая пеной, перекатилась через песчаный гребень атолла в лагуну.</p>
      <p>— Перехлестывает! — воскликнул Малхолл. — И это — только начало. Вот опять!</p>
      <p>Новая волна подбросила остов сарая и отхлынула, оставив его на песке. Третья разбила его и вместе с обломками понеслась по склону вниз, в лагуну.</p>
      <p>— Уж скорей бы шторм. Может, хоть прохладнее станет, — проворчал Герман. — Совсем дышать нечем, настоящее пекло! Я изжарился, как в печке.</p>
      <p>Ударом ножа он вскрыл кокосовый орех и с жадностью выпил сок. Остальные последовали его примеру, а в это время у них на глазах волной снесло и разбило в щепы еще один сарай Парлея, служивший складом раковин. Барометр упал еще ниже и показывал 29,50.</p>
      <p>— Видно, мы оказались чуть не в самом центре низкого давления, — весело сказал Гриф. — Я еще ни разу не бывал в сердце урагана. Это и вам будет любопытно, Малхолл. Судя по тому, как быстро падает барометр, переделка нам предстоит нешуточная.</p>
      <p>Капитан Уорфилд охнул, и все обернулись к нему. Он смотрел в бинокль на юго-восток, в дальний конец лагуны.</p>
      <p>— Вот оно! — негромко сказал он.</p>
      <p>Видно было и без бинокля. Странная, ровная пелена тумана стремительно надвигалась на них, скользя по лагуне. Приближаясь, она низко пригибала растущие вдоль атолла кокосовые пальмы, несла тучу сорванных листьев. Вместе с ветром скользила по лагуне сплошная полоса потемневшей, взбаламученной воды. Впереди, точно застрельщики, мелькали такие же темные клочки, исхлестанные ветром. За этой темной полосой двигалась другая, зеркально гладкая и спокойная, шириною в четверть мили. Следом шла новая темная, взвихренная ветром полоса, а дальше вся лагуна белела пеной, кипела и бурлила.</p>
      <p>— Что это за гладкая полоса? — спросил Малхолл.</p>
      <p>— Штиль, — ответил Уорфилд.</p>
      <p>— Но он движется с той же скоростью, что и ветер, — возразил Малхолл.</p>
      <p>— А как же иначе? Если ветер нагонит его, так и штиля никакого не будет. Это двойной шквал. Когда-то я попал в такой на Савайи. Вот это был двойной! Бац! Он обрушился на нас, потом вдруг тишина, и потом снова ударило. Внимание! Сейчас нам достанется. Смотрите на "Роберту"!</p>
      <p>"Роберту", стоявшую ближе всех бортом к ветру на ослабших якорных цепях, подхватило, как соломинку, и понесло, но цепи тотчас натянулись — и она, резко рванувшись, стала носом к ветру. Шхуна за шхуной, в том числе и "Малахини", срывались с места, подхваченные налетевшим шквалом, и разом останавливались на туго натянутых цепях. Когда якоря остановили "Малахини", толчок был так силен, что Малхолл и несколько канаков не удержались на ногах.</p>
      <p>И вдруг ветра как не бывало. Летящая полоса штиля захватила их. Гриф чиркнул спичкой, и ничем не защищенный огонек спокойно, не мигая, разгорелся в недвижном воздухе. Было темно и хмуро, как в сумерки. Затянутое тучами небо, казалось, с каждым часом нависавшее все ниже, теперь словно прильнуло вплотную к океану.</p>
      <p>Но вот на "Роберту" обрушился второй удар урагана, и она, а затем и остальные шхуны, одна за другой, вновь рванулись на якорях. Океан яростно кипел, весь в белой пене, в мелких и острых, сыплющих брызгами волнах. Палуба "Малахини" непрерывно дрожала под ногами. Туго натянутые фалы отбивали на мачтах барабанную дробь, и все снасти сотрясались, точно под неистовыми ударами чьей-то могучей руки. Стоя против ветра, невозможно было дышать. Малхолл, который в поисках убежища вместе с другими скорчился за рубкой, убедился в этом, нечаянно оказавшись лицом к ветру: легкие его мгновенно переполнились воздухом, и он чуть не задохся прежде, чем успел отвернуться и перевести дыхание.</p>
      <p>— Невероятно! — с трудом произнес он, но его никто не слышал.</p>
      <p>Герман и несколько канаков ползком, на четвереньках пробирались на бак, чтобы отдать третий якорь. Гриф тронул капитана Уорфилда за плечо и показал на "Роберту". Она надвигалась на них, волоча якоря. Уорфилд закричал в самое ухо Грифу:</p>
      <p>— Мы тоже тащим якоря!</p>
      <p>Гриф кинулся к штурвалу и, быстро положив руль на борт, заставил "Малахини" взять влево. Третий якорь удержался, и "Роберту" пронесло мимо, кормой вперед, на расстоянии каких-нибудь двенадцати ярдов. Гриф и его спутники помахали Питеру Джи и капитану Робинсону, которые вместе с матросами хлопотали на носу "Роберты".</p>
      <p>— Питер решил расклепать цепи! — закричал Гриф. — Пробует выйти из лагуны! Ничего другого не остается, якоря ползут!</p>
      <p>— А мы держимся! — крикнул в ответ Уорфилд. — Смотрите, "Кактус" налетел на "Мизи". Теперь им крышка!</p>
      <p>До сих пор "Мизи" держалась, но "Кактус", налетев на нее всей тяжестью, сорвал ее с места, и теперь обе шхуны, сцепившись снастями, скользили по вспененным волнам. Видно было, как их команды рубят снасти, стараясь разъединить суда. "Роберта", освободившись от якорей и поставив кливер, направлялась к выходу в северо-западном конце лагуны. Ей удалось пройти его, и с "Малахини" видели, как она вышла в открытое море. Но "Мизи" и "Кактус" так и не сумели расцепиться, и их выбросило на берег в полумиле от выхода из атолла.</p>
      <p>Ветер неуклонно крепчал, и казалось, этому не будет конца. Чтоб выдержать его напор, приходилось напрягать все силы, и тот, кто вынужден был ползти по палубе против ветра, в несколько минут доходил до полнейшего изнеможения. Герман и канаки упрямо делали свое дело — крепили все, что только возможно было закрепить. Ветер рвал с плеч легкие рубашки и раздирал их в клочья. Люди двигались так медленно, словно тела их весили много тонн; при этом они постоянно искали какой-нибудь опоры и не выпускали ее, не ухватившись сначала за что-нибудь другой рукой. Свободные концы тросов торчали горизонтально, и ветер, измочалив их, отрывал по клочку и уносил прочь.</p>
      <p>Малхолл тронул за плечо тех, кто был рядом, и указал на берег. Крытые травой навесы исчезли, а дом Пар-лея шатался, как пьяный. Ветер дул вдоль атолла, и поэтому дом был защищен вереницей кокосовых пальм, тянувшейся на несколько миль. Но громадные валы, перехлестывая через атолл, снова и снова ударяли в стены, подтачивая и дробя фундамент. Дом уже накренился и сползал по песчаному склону; он был обречен. Там и тут люди взбирались на кокосовые пальмы и привязывали себя к дереву. Пальмы не раскачивались на ветру, но, согнувшись под его напором, уже не разгибались, а только дрожали, как натянутая струна. Под ними на песке вскипала белая пена.</p>
      <p>Вдоль лагуны перекатывались теперь такие же громадные валы, как и в открытом море. Им было где разгуляться на протяжении десяти миль от наветренного края атолла до места стоянки судов, и все шхуны то глубоко ныряли, накрытые волной, то поднимались чуть ли не отвесно на ее гребне. "Малахини" стала зарываться носом до самого полубака, а в иные минуты палубу до поручней заливало водой.</p>
      <p>— Пора пустить ваш мотор! — во все горло закричал Гриф, и капитан Уорфилд, ползком добравшись до механика, стал громко и решительно отдавать приказания.</p>
      <p>Мотор заработал на полный ход вперед, и "Малахини" начала держаться получше. Правда, она по-прежнему зарывалась носом, но уже не так яростно рвалась с якорей. Однако и теперь цепи были натянуты до отказа. С помощью мотора в сорок лошадиных сил удалось лишь немного ослабить их натяжение.</p>
      <p>А ветер все крепчал. Маленькой "Нухиве", стоявшей на якоре рядом с "Малахини", ближе к берегу, приходилось совсем плохо; притом ее мотор до сих пор не исправили, и капитана не было на борту. Она так часто и так глубоко зарывалась носом, что всякий раз, как ее захлестывало волной, на "Малахини" теряли надежду вновь ее увидеть. В три часа дня "Нухиву" накрыло волной; не успела вода схлынуть с палубы, как вдогонку обрушился новый вал, и на этот раз "Нухива" уже не вынырнула.</p>
      <p>Малхолл вопросительно взглянул на Грифа.</p>
      <p>— Проломило люки! — прокричал тот в ответ.</p>
      <p>Капитан Уорфилд показал на "Уинифрид" — маленькую шхуну, которая металась и ныряла по другую сторону от "Малахини", — и что-то закричал в самое ухо Грифу. Но до того доносились только смутные обрывки слов, остальное исчезало в реве урагана.</p>
      <p>— Дрянная посудина… Якоря держат… Но как сама не рассыплется!.. Стара, как ноев ковчег.</p>
      <p>Часом позже Герман снова показал на "Уинифрид". Резкие рывки, сотрясавшие шхуну всякий раз, когда якорные цепи удерживали ее на месте, просто-напросто разнесли ее на куски; вся носовая часть вместе с фок-мачтой и битенгом исчезла. Шхуна повернулась бортом к волне, скатилась в провал между двумя валами, постепенно погружаясь передней частью в воду, — и так, почти опрокинутую, ее погнало ветром к берегу.</p>
      <p>Теперь осталось только пять шхун, из них с мотором одна лишь "Малахини". Две из оставшихся, опасаясь, как бы и их не постигла участь "Нухивы" или "Уинифрид", последовали примеру "Роберты": расклепали якорные цепи и понеслись к выходу из лагуны. Первой шла "Долли", но у нее сорвало кливер, и она разбилась на подветренном берегу атолла, неподалеку от "Мизи" и "Кактуса". Это не остановило "Мону", она тоже снялась с якорей и тоже разбилась, не достигнув устья лагуны.</p>
      <p>— А хорош у нас мотор! — во все горло крикнул капитан Уорфилд Грифу.</p>
      <p>Владелец шхуны крепко пожал ему руку.</p>
      <p>— Мотор себя окупит! — закричал он в ответ. — Ветер заходит к югу, теперь нам станет легче!</p>
      <p>Ветер по-прежнему дул со все нарастающей силой, но при этом постепенно менял направление, поворачивая к югу и юго-западу, так что наконец три оставшиеся шхуны стали под прямым углом к берегу. Ураган подхватил то, что осталось от дома Парлея, и швырнул в лагуну; обломки понесло на уцелевшие суда. Миновав "Малахини", вся эта груда рухнула на "Папару", стоявшую в четверти мили позади нее. Команда кинулась на бак и в четверть часа отчаянными усилиями свалила остатки дома за борт, но при этом "Папара" потеряла фок-мачту и бушприт.</p>
      <p>Левее "Малахини" и ближе к берегу стояла "Тахаа", стройная, точно яхта, но с несоразмерно тяжелым рангоутом. Ее якоря еще держались, но капитан, видя, что ветер не ослабевает, приказал рубить мачты.</p>
      <p>— С таким мотором нас можно поздравить! — крикнул Гриф своему шкиперу. — Нам, пожалуй, не придется рубить мачты.</p>
      <p>Капитан Уорфилд с сомнением покачал головой.</p>
      <p>Как только ветер переменился, улеглось и волнение в лагуне, зато теперь шхуну бросали то вверх, то вниз перехлестывающие через атолл валы океана. На берегу уцелели далеко не все пальмы. Одни были сломаны чуть не у самой земли, другие вырваны с корнем. На глазах у тех, кто был на борту "Малахини", под напором ветра ствол одной пальмы переломился посередине и верхушку вместе с тремя людьми, уцепившимися за нее, швырнуло в лагуну. Двое, оставив дерево, поплыли к "Тахаа". Немного позже, перед тем, как совсем стемнело, один из них показался на корме шхуны, прыгнул за борт и поплыл к "Малахини", уверенно и сильно рассекая мелкие и острые, брызжущие пеной волны.</p>
      <p>— Это Таи-Хотаури, — вглядевшись, решил Гриф. — Теперь мы узнаем все новости.</p>
      <p>Канак, ухватившись за конец каната, вскарабкался на нос и пополз по палубе. Ему дали кое-как укрыться от ветра за рубкой и передохнуть; и потом, отрывочно, больше жестами, чем словами, он стал рассказывать:</p>
      <p>— Нарий… разбойник, дьявол!.. хотел украсть жемчуг… убить Парлея… один человек убьет… никто не знает кто… Три канака, Нарий, я… пять бобов в шляпе… Нарий сказал, один боб черный… Нарий проклятый обманщик — все бобы черные… пять черных… в сарае темно… все вытащили черные… Подул большой ветер, надо спасаться… все влезли на деревья… Этот жемчуг приносит несчастье, я вам говорил… он приносит несчастье…</p>
      <p>— Где Парлей? — крикнул Гриф.</p>
      <p>— На дереве… с ним три канака… А Нарий с одним канаком на другом дереве… Мое дерево сломалось и полетело к чертям, а я поплыл на шхуну…</p>
      <p>— Где жемчуг?</p>
      <p>— На дереве, у Парлея. Может, он еще достанется Нарию…</p>
      <p>Одному за другим Гриф прокричал на ухо спутникам то, что рассказал ему Таи-Хотаури. Больше всех возмутился капитан Уорфилд, он даже зубами заскрипел от ярости.</p>
      <p>Герман спустился в трюм и вернулся с фонарем, но как только подняли фонарь над рубкой, ветер задул его. Кое-как общими усилиями удалось наконец зажечь нактоузный фонарик.</p>
      <p>— Ну и ночка! — закричал Гриф в самое ухо Малхоллу. — И ветер все крепчает!</p>
      <p>— А какая скорость?</p>
      <p>— Сто миль в час… а то и двести… не знаю… Никогда ничего подобного не видел.</p>
      <p>Волнение в лагуне тоже усиливалось, так как огромные валы все время перекатывались через атолл. За многие сотни миль ветер гнал воды океана обратно, навстречу отливу, преодолевая его и переполняя лагуну. А как только начался прилив, наступающие на атолл валы стали еще выше. Луна и ветер точно сговорились опрокинуть на Хикихохо весь Тихий океан.</p>
      <p>В очередной раз заглянув в машинное отделение, капитан Уорфилд вернулся растерянный и сообщил, что механик лежит в обмороке.</p>
      <p>— Нам нельзя остановить мотор, — прибавил он беспомощно.</p>
      <p>— Ладно, — сказал Гриф. — Тащите механика на палубу. Я его сменю.</p>
      <p>Люк, ведущий в машинное отделение, был задраен наглухо, и попасть туда можно было только из каюты, через тесный, узкий проход. В крохотном машинном отделении стояла нестерпимая жара и духота, воняло перегаром бензина. Гриф наскоро, опытным глазом, оглядел мотор и все снаряжение. Потом задул керосиновую лампу и начал работать в полной темноте; ему светил лишь кончик сигары, — он курил их одну за другой, всякий раз выходя в каюту, чтобы зажечь новую. Каким он ни был спокойным и уравновешенным, а вскоре и его нервы стали сдавать — так тяжело было оставаться здесь взаперти, вдвоем с механическим чудовищем, которое надрывалось, пыхтело и стонало в этой гулкой тьме. Гриф был обнажен до пояса, перепачкан смазкой и машинным маслом, весь в ссадинах и синяках, потому что качкой его то и дело швыряло и бросало во все стороны; от спертого, отравленного воздуха кружилась голова, так он работал час за часом, без конца возился с мотором, осыпая его и каждую его часть в отдельности то благословениями, то проклятиями. Зажигание начало пошаливать. Горючее поступало с перебоями. И что хуже всего, начали перегреваться цилиндры. В каюте наскоро посовещались, причем метис-механик просил и умолял на полчаса выключить мотор, чтобы дать ему хоть немного остыть и тем временем наладить подачу воды. А капитан Уорфилд твердил, что выключать ни в коем случае нельзя. Метис клялся, что тогда мотор выйдет из строя и все равно остановится, но уже навсегда. Гриф, весь перепачканный, избитый, исцарапанный, сверкая воспаленными глазами и крича во все горло, выругал обоих и распорядился по-своему. Малхоллу, Герману и второму помощнику велено было остаться в каюте и дважды и трижды профильтровать бензин. В настиле машинного отделения прорубили отверстие, и один из канаков стал раз за разом окатывать цилиндры водой из трюма, а Гриф поминутно смазывал все подвижные части.</p>
      <p>— Вот не знал, что вы такой специалист по бензину, — с восхищением сказал капитан Уорфилд, когда Гриф вышел в каюту, чтобы глотнуть менее отравленного воздуха.</p>
      <p>— Я купаюсь в бензине, — ответил тот, яростно скрипнув зубами. — Я пью его.</p>
      <p>Какое еще употребление нашел Гриф для бензина, осталось неизвестным: "Малахини" внезапно и круто зарылась носом в волну — и всех, кто находился в каюте, и бензин, который они процеживали, с размаху отбросило на переднюю переборку. Несколько минут никто не мог подняться на ноги, люди катались по палубе то взад, то вперед, их било и колотило о переборки. На шхуну обрушились один за другим три гигантских вала, она вся заскрипела, застонала, затряслась под непосильным грузом переполнившей палубу воды. Гриф пополз к мотору, а капитан Уорфилд, улучив минуту, выбрался по трапу на палубу.</p>
      <p>Прошло добрых полчаса, прежде чем он вернулся.</p>
      <p>— Вельбот снесло, — сообщил он. — И ялик! Все смыло, остались только палуба да люки! Если бы не мотор, тут бы нам и крышка. Действуйте дальше!</p>
      <p>К полуночи голова и легкие механика настолько очистились от паров бензина, что он сменил Грифа, и тот наконец мог выйти на палубу и отдышаться. Он присоединился к остальным — они скорчились позади рубки, держась за все, за что только можно было ухватиться, и вдобавок для верности накрепко привязав себя веревками. Все смешалось в этой человеческой каше, потому что и для канаков не было другого укрытия. Некоторые из них по приглашению капитана сунулись было в каюту, но бензиновый угар скоро выгнал их оттуда. "Малахини" то и дело ныряла или ее окатывало волной, и люди вдыхали воздух, полный мельчайших брызг и водяной пыли.</p>
      <p>— Тяжеленько приходится, а, Малхолл? — крикнул гостю Гриф в перерыве между двумя валами.</p>
      <p>Малхолл, задыхаясь и кашляя, только кивнул в ответ. Вода, скопившаяся на палубе, не успевала уходить за борт через шпигаты — она перекатывалась по шхуне, выплескивалась через фальшборт, и тут же "Малахини" черпала другим бортом или порою совсем оседала на корму, задрав нос в небо, и тогда водяная лавина проносилась по всему судну из конца в конец. Потоки воды хлестали по трапам, по палубе рубки, окатывали, били и сталкивали друг с другом укрывшихся здесь людей и водопадом выливались за корму.</p>
      <p>Малхолл первый заметил при тусклом свете фонарика темную фигуру и показал на нее Грифу. Это был Нарий Эринг. Он каким-то чудом держался на палубе, скорчившись в три погибели, совершенно голый; на нем был только пояс, и за поясом — обнаженный нож.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_091.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>Капитан Уорфилд развязал удерживавшие его веревки и перебрался через чужие плечи и спины. Свет фонарика упал на его искаженное гневом лицо. Губы его шевелились, но слова относило ветром. Он не пожелал нагнуться к Эрингу и кричать ему в самое ухо. Он просто указал за борт. Нарий понял. Зубы его блеснули в дерзкой, глумливой усмешке, и он поднялся — рослый, мускулистый, великолепно сложенный.</p>
      <p>— Это убийство! — крикнул Малхолл Грифу.</p>
      <p>— Собирался же он убить старика Парлея! — закричал в ответ Гриф.</p>
      <p>На мгновение вода схлынула с юта, и "Малахини" выпрямилась. Нарий храбро шагнул к борту, но порыв ветра сбил его с ног. Тогда он пополз и скрылся в темноте, но все были уверены, что он прыгнул за борт. "Малахини" снова круто зарылась носом, а когда волна схлынула с кормы, Гриф дотянулся до Малхолла и крикнул тому в ухо:</p>
      <p>— Ему это нипочем! Его на Таити зовут Человек-рыба! Он переплывет лагуну и вылезет на том краю атолла, если только от атолла хоть что-нибудь уцелело.</p>
      <p>Через пять минут, когда шхуну снова накрыло волной, на палубу рубки, а с нее — на тех, кто укрывался за нею, свалился клубок человеческих тел. Их схватили и держали, пока не схлынула вода, а потом стащили вниз и тогда только разглядели, кто это. На полу, неподвижный, с закрытыми глазами, лежал навзничь старик Парлей. С ним были его родичи канаки. Все трое — голые и в крови. У одного канака рука была сломана и висела, как плеть. У другого была содрана кожа на голове, и зияющая рана сильно кровоточила.</p>
      <p>— Дело рук Нария? — спросил Малхолл. Гриф покачал головой.</p>
      <p>— Нет. Их расшибло о палубу и о рубку.</p>
      <p>Вдруг все переглянулись, ошеломленные, недоумевающие. Что случилось? Не сразу они поняли, что ветра больше нет. Он прекратился внезапно, как будто обрубленный взмахом меча. Шхуна раскачивалась, ныряла в волнах, рвалась с якорей, и только теперь стало слышно, как гремят и лязгают цепи. Впервые люди услышали и плеск воды на палубе. Механик отключил винт и приглушил мотор.</p>
      <p>— Мы в мертвой точке циклона, — сказал Гриф. — Сейчас ветер изменит направление. Опять начнется, и еще покрепче. — И, поглядев на барометр, прибавил: — Двадцать девять и тридцать два.</p>
      <p>Ему не сразу удалось понизить голос — он столько часов кряду старался перекричать бурю, что теперь, в наступившем затишье, чуть не оглушил окружающих.</p>
      <p>— У старика все ребра переломаны, — сказал второй помощник, ощупывая бок Парлея. — Он еще дышит, но дело его плохо.</p>
      <p>Парлей застонал, бессильно шевельнул рукой и открыл глаза. Взгляд у него был ясный и осмысленный.</p>
      <p>— Мои храбрые джентльмены, — услышали они прерывающийся шепот. — Не забудьте… аукцион… ровно в десять… в аду.</p>
      <p>Веки его опустились, нижняя челюсть стала отвисать, но он на мгновение одолел предсмертную судорогу и в последний раз громко, насмешливо хихикнул.</p>
      <p>Снова все демоны неба и океана сорвались с цепи. Прежний, уже знакомый рев урагана наполнил уши. "Малахини", подхваченная ветром, совсем легла на борт, с маху описав крутую дугу. Якоря удержали ее; она стала носом к ветру и рывком выпрямилась. Подключили винт, вновь заработал мотор.</p>
      <p>— Норд-вест! — крикнул капитан Уорфилд вышедшему на палубу Грифу. — Сразу перескочил на восемь румбов!</p>
      <p>— Теперь Эрингу не переплыть лагуну! — заметил Гриф.</p>
      <p>— Тем хуже, черт опять принесет его к нам!</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>Как только центр циклона миновал их, барометр начал подниматься. В то же время ветер быстро слабел. И когда он стал всего лишь обыкновенным сильным штормом, мотор последним судорожным напряжением своих сорока лошадиных сил сорвался с фундамента, подскочил в воздух и тут же рухнул набок. Вода из трюма с шипением окатила его, и все окуталось облаком пара. Механик горестно застонал, но Гриф с нежностью поглядел на эти железные останки и вышел в рубку, комьями пакли обтирая руки и грудь, перепачканные машинным маслом.</p>
      <p>Солнце уже поднялось высоко, и дул легчайший ветерок, когда Гриф вышел на палубу, зашив рану на голове одного родича Парлея и вправив руку второму. "Малахини" стояла у самого берега. На баке Герман с командой выбирали якоря и приводили в порядок перепутавшиеся цепи. "Папара" и "Тахаа" исчезли, и капитан Уорфилд внимательно осматривал в бинокль дальний берег атолла.</p>
      <p>— Ни одной мачты не видать, — сказал он. — Вот что получается, когда плаваешь без мотора. Должно быть, их унесло в открытое море еще до того, как ветер переменился.</p>
      <p>На берегу, в том месте, где стоял прежде дом Парлея, не видно было никаких следов жилья. На протяжении трехсот ярдов, там, где океан ворвался в кольцо атолла, не сохранилось не только дерева, но и ни единого пня. Дальше кое-где одиноко стояли уцелевшие пальмы, но большинство было сломлено у самого корня, торчали лишь короткие обрубки. Таи-Хотаури заметил, что на одной из пальм среди листьев что-то шевелится. Шлюпки с "Малахини" смыло ураганом, и Таи-Хотаури бросился в воду и поплыл к берегу, а затем вскарабкался на дерево. Оставшиеся на шхуне не спускали с него глаз.</p>
      <p>Потом он вернулся, и ему помогли поднять на борт девушку туземку из числа домочадцев Парлея. Но прежде чем подняться самой, она протянула наверх измятую, поломанную корзинку. В корзинке оказался выводок слепых котят — они были уже мертвы, кроме одного, который слабо попискивал и шатался на неловких, расползающихся лапках.</p>
      <p>— Вот те на! — сказал Малхолл. — А это кто?</p>
      <p>И все увидели, что берегом идет человек. Его движения были так беспечны и небрежны, словно он просто вышел поутру прогуляться. Капитан Уорфилд скрипнул зубами: это был Нарий Эринг.</p>
      <p>— Эй, шкипер! — крикнул Нарий, поравнявшись с "Малахини". — Может, вы пригласите меня к себе и угостите завтраком?</p>
      <p>Кровь бросилась в лицо капитану Уорфилду, и даже шея его побагровела. Он хотел что-то сказать, но поперхнулся словами.</p>
      <p>— Я вас… в два счета… — только и сумел он выговорить.</p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Храм гордыни</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Храм гордыни</p>
     </title>
     <p>Персиваль Форд не мог понять, что привело его сюда. Он не танцевал. Военных недолюбливал. Разумеется, он знал всех, кто скользил и кружился на широкой приморской террасе, — офицеров в белых свеженакрахмаленных кителях, штатских в черном и белом, женщин с оголенными плечами и руками. Двадцатый полк, который отправлялся на Аляску, на свою новую стоянку, пробыл в Гонолулу <a l:href="#n_781" type="note">[781]</a> два года, и Персиваль Форд, важная особа на островах, не мог избежать знакомства с офицерами и их женами.</p>
     <p>Но от знакомства еще далеко до симпатии. Полковые дамы немного пугали его. Они совсем не походили на женщин, которые были ему по душе, — на пожилых дам, старых и молодых дев в очках, на серьезных женщин всех возрастов, которых он встречал в церковных, библиотечных и детских комитетах и которые смиренно обращались к нему за пожертвованием и советом. Он подавлял их своим умственным превосходством, богатством и высоким положением, какое занимал на Гавайских островах среди магнатов коммерции. Этих женщин он ничуть не боялся. Плотское в них не бросалось в глаза. Да, в этом заключалось все дело. Он был брезглив, он сам это сознавал, и полковые дамы с обнаженными плечами и руками, смелыми взглядами, жизнерадостные и вызывающе чувственные, раздражали его.</p>
     <p>С мужчинами этого круга отношения у него были не лучше, — они легко относились ко всему, пили, курили, ругались и щеголяли своей грубой чувственностью с неменьшим бесстыдством, чем их жены. В компании военных Форду всегда было не по себе. Да и они, видимо, чувствовали себя с ним стесненно. Он чутьем угадывал, что за глаза они смеются над ним, что он жалок им и они его едва терпят. Встречаясь с ним, они всегда как бы подчеркивали, что ему не хватает чего-то, что есть в них. А он благодарил бога за то, что этого в нем не было. Брр! Они под стать своим дамам!</p>
     <p>Надо сказать, что Персиваль Форд и женщинам нравился не больше, чем мужчинам. Стоило только взглянуть на него, чтобы стало ясно, почему это так. Он был крепкого сложения, не знал, что такое болезнь или даже легкое недомогание, но в нем не чувствовалось трепета жизни. В нем все было бесцветно. Это длинное и узкое лицо, тонкие губы, худые щеки и недобрые маленькие глазки не могли принадлежать человеку с горячей кровью. Волосы пепельные, прямые и реденькие свидетельствовали о худосочии, нос был тонкий, слабо очерченный, чуть крючковатый. Жидкая кровь многого лишила его в жизни, и он доходил до крайности лишь в одном — в добродетели. Он всегда долго и мучительно размышлял о том, что правильно и что неправильно в его поступках. И поступать правильно было для него так же необходимо, как для простого смертного любить и быть любимым.</p>
     <p>Он сидел под альгаробами между террасой и берегом. Обведя взглядом танцующих, он отвернулся и стал смотреть поверх волн, тихо ударявших о берег, на Южный Крест, горевший низко над горизонтом. Голые женские плечи и руки вызвали в нем прилив раздражения. Будь у него дочь, он бы ей этого никогда не позволил, ни за что! Но бесплотен был его помысел. В его сознании не возник образ этой дочери, он не увидел ни ее рук, ни плеч. А смутная мысль о браке вызвала у него только улыбку. Ему было тридцать пять лет, и, не изведав любви, он видел в ней одно только скотское, ничего романтического. Жениться может каждый. Женятся японские и китайские кули, замученные трудом на сахарных и рисовых плантациях, женятся при первой возможности — это потому, что они стоят на низших ступенях развития. Что им еще остается? Они похожи на этих военных и их дам. А он, Персиваль Форд, — совсем другой. Он гордился своим происхождением. Не от жалкого брака по любви родился он! Высокое понимание долга и преданность делу — вот что было причиной его рождения. Его отец женился не по любви. Безумие этого чувства никогда не тревожило Айзека Форда. Когда он откликнулся на призыв отправиться к язычникам со словом божьим, он и не думал о женитьбе. В этом они были схожи друг с другом — Персиваль и его отец. Но Совет миссий соблюдал экономию. С расчетливостью, свойственной людям Новой Англии <a l:href="#n_782" type="note">[782]</a>, он все взвесил и пришел к выводу, что женатые миссионеры обходятся дешевле и работают энергичнее. Поэтому Совет предписал Айзеку Форду жениться. Мало того, он подыскал ему жену, такую же ревностную душу, не помышлявшую о браке и охваченную одним желанием — делать божье дело среди язычников.</p>
     <p>Впервые они увиделись в Бостоне. Совет их свел, все уладил, и не прошло недели, как они поженились и отправились в длительное путешествие за мыс Горн.</p>
     <p>Персиваль Форд гордился тем, что родился от такого брака. Он был плодом возвышенной любви и считал себя аристократом духа. Он гордился своим отцом. Это чувство обратилось у него в страсть. Прямая и строгая фигура Айзека Форда запечатлелась в его памяти, образ этот питал его гордыню. На письменном столе у него стояла миниатюра этого воина Христова. В спальне висел портрет Айзека Форда, написанный в то время, когда он был премьер-министром при монархии <a l:href="#n_783" type="note">[783]</a>. Он не домогался высокого положения и благ мирских, но, как премьер-министр, а впоследствии банкир, он мог ведь оказать большие услуги миссионерскому делу. Немецкие и английские торгаши, весь торговый мир смеялся над Айзеком Фордом: коммерсант — и спаситель душ! Но он, его сын, иначе смотрел на это. Когда туземцы в период уничтожения феодальной системы, не имея никакого понятия о значении земельной собственности, стали упускать из рук крупные поместья, не кто иной, как Айзек Форд, оттер всех коммерсантов от их добычи и завладел обширными плодородными землями! Не удивительно, что торгаши не любили о нем вспоминать. Но сам он никогда не считал принадлежавшие ему огромные богатства своею собственностью. Он считал себя слугой божьим. На свои доходы он строил школы, богадельни и церкви. Не его вина, что сахар после резкой заминки подскочил в цене на сорок процентов; что банк, основанный им, удачно оперировал железнодорожными акциями и он, Форд, стал владельцем железной дороги, и, помимо всего прочего, пятидесяти тысяч акров земли на Оаху, купленной им по доллару за акр; эта земля каждые полтора года давала восемь тонн сахара с акра. Да, Айзек Форд — несомненно героическая фигура, и памятник ему — так думал его сын — должен был бы стоять перед зданием суда рядом со статуей Камехамеха I <a l:href="#n_784" type="note">[784]</a>. Айзек Форд умер, но он, его сын, продолжал его дело, если и не так энергично, то, во всяком случае, так же неуклонно.</p>
     <p>Персиваль Форд снова взглянул на террасу. Чем отличаются, спросил он себя, бесстыдные пляски опоясанных травой туземок от танцев декольтированных женщин его расы? Есть ли между ними существенная разница? Или различие только в степени?</p>
     <p>В то время, как он размышлял об этом, чья-то рука легла ему на плечо.</p>
     <p>— Алло, Форд! И вы здесь? Ну как, веселитесь вовсю?</p>
     <p>— Я стараюсь быть снисходительным к тому, что вижу, доктор, — мрачно ответил Персиваль Форд. — Садитесь, пожалуйста.</p>
     <p>Доктор Кеннеди сел и громко хлопнул в ладоши. Тут же появился одетый в белое слуга-японец.</p>
     <p>Кеннеди заказал себе виски с содовой и, повернувшись к Форду, сказал:</p>
     <p>— Вам я, разумеется, не предлагаю.</p>
     <p>— Нет, я тоже выпью что-нибудь, — решительно заявил Форд.</p>
     <p>Глаза доктора выразили удивление. Слуга стоял в ожидании.</p>
     <p>— Лимонаду, пожалуйста.</p>
     <p>Доктор добродушно рассмеялся, решив, что над ним подшутили, и взглянул на музыкантов, разместившихся под деревом.</p>
     <p>— Да ведь это оркестр Алоха, — сказал он. — А я думал, что они по вторникам играют в Гавайском отеле. Видно, повздорили с хозяином.</p>
     <p>Его взгляд остановился на человеке, который играл на гитаре и пел гавайскую песню под аккомпанемент всего оркестра. Лицо доктора стало серьезно, и он обернулся к своему собеседнику.</p>
     <p>— Послушайте, Форд, не пора ли вам оставить в покое Джо Гарленда? Вы, как я понимаю, против намерения благотворительного комитета отправить его в Соединенные Штаты, и я хочу поговорить с вами об этом. Казалось бы, вы должны радоваться случаю убрать его отсюда. Это хороший способ прекратить ваше преследование.</p>
     <p>— Преследование? — Брови Персиваля Форда вопросительно поднялись.</p>
     <p>— Называйте это как хотите, — продолжал Кеннеди. — Вот уж сколько лет вы травите этого беднягу. А он ни в чем не виноват. Даже вы должны это признать.</p>
     <p>— Не виноват! — Тонкие губы Персиваля Форда на минуту плотно сжались. — Джо Гарленд — беспутный лентяй. Он всегда был никудышный, необузданный человек.</p>
     <p>— Но это еще не основание, чтобы преследовать его так, как делаете вы. Я давно наблюдаю за вами. Когда вы вернулись из колледжа и узнали, что Джо работает батраком у вас на плантации, вы начали с того, что выгнали его, хотя у вас миллионы, а у него — шестьдесят долларов в месяц.</p>
     <p>— Нет, я начал с того, что сделал ему предупреждение, — сказал Персиваль Форд рассудительно, тоном, каким он обычно говорил на заседаниях комитетов. — По словам управляющего, он способный малый. В этом отношении у меня не было к нему претензий. Речь шла о его поведении в нерабочие часы. Он легко разрушал то, что мне удавалось создать с таким трудом. Какую пользу могли принести воскресные и вечерние школы и курсы шитья, если Джо Гарленд каждый вечер тренькал на своей проклятой гитаре и укулеле, пил и отплясывал хюла? Однажды, после того как я сделал ему предупреждение, я наткнулся на него у хижины батраков. Никогда этого не забуду. Был вечер. Еще издали я услышал мотив хюла. А когда подошел ближе, я увидел площадку, залитую лунным светом, и бесстыдно пляшущих девушек, которых я стремился направить на путь чистой и праведной жизни. Помнится, среди них были три девушки, только что окончившие миссионерскую школу. Разумеется, я уволил Джо Гарленда. Та же история повторилась в Хило. Говорили, что я суюсь не в свое дело, когда я убедил Мэсона и Фитча уволить его. Но меня просили об этом миссионеры. Подавая дурной пример, он портил все их дело.</p>
     <p>— Затем он поступил на железную дорогу — вашу железную дорогу, — но его уволили, и без всякой причины, — сказал Кеннеди с вызовом.</p>
     <p>— Это не так, — последовал быстрый ответ. — Я вызвал его к себе в контору и полчаса беседовал с ним.</p>
     <p>— Вы уволили его за непригодность?</p>
     <p>— За безнравственный образ жизни, с вашего позволения.</p>
     <p>Доктор Кеннеди язвительно рассмеялся.</p>
     <p>— Черт побери, кто дал вам право чинить суд? Разве владение землей дает вам власть над бессмертными душами тех, кто гнет на вас спину? Вот я — ваш врач. Значит, назавтра я могу ожидать вашего указа, предписывающего мне, под страхом лишиться вашего покровительства, бросить пить виски с содовой? Черта с два! Форд, вы слишком серьезно смотрите на жизнь. Кстати, когда Джо впутали в дело контрабандистов (у вас он тогда еще не работал) и он прислал вам записку с просьбой уплатить за него штраф, вы предоставили ему отработать шесть месяцев на каторге. Вы покинули его в беде. Не забывайте об этом. Вы оттолкнули его, и сердце у вас не дрогнуло. А я помню день, когда вы в первый раз пришли в школу, — мы были пансионерами, а вы приходящий, — и вам, как всякому новичку, полагалось пройти через испытание: вас должны были трижды окунуть в бассейне для плавания, это была обычная порция новичка. И вы сдрейфили. Стали уверять, что не умеете плавать. Затряслись, заревели…</p>
     <p>— Да, помню, — медленно проговорил Персиваль Форд. — Я испугался. И я солгал… я умел плавать… но я испугался.</p>
     <p>— А помните, кто вступился за вас? Кто лгал еще отчаяннее, чем вы, и клялся, что вы не умеете плавать? Кто прыгнул в бассейн и вытащил вас? Мальчишки чуть не утопили его за это, потому что они увидели, что вы умеете плавать.</p>
     <p>— Разумеется, помню, — холодно ответил Форд. — Но благородный поступок, совершенный человеком в детстве, не извиняет его порочной жизни.</p>
     <p>— Вам он никогда ничего плохого не сделал? Я хочу сказать, вам лично и непосредственно?</p>
     <p>— Нет, — ответил Персиваль Форд. — Это-то и делает мою позицию неуязвимой. Я не питаю к нему личной вражды. Он дрянной человек, в этом все дело. Он ведет дурную жизнь…</p>
     <p>— Другими словами, он не согласен с вашим пониманием того, как следует жить.</p>
     <p>— Пусть так. Это не имеет значения. Он бездельник…</p>
     <p>— По той простой причине, — перебил доктор Кеннеди, — что вы гоните его с работы.</p>
     <p>— Он безнравственный…</p>
     <p>— Бросьте, Форд! Вечно одна и та же песня! Вы чистокровный сын Новой Англии. Джо Гарленд — наполовину канак. У вас кровь холодная, у него горячая. Для вас жизнь — одно, для него — другое. Он идет по жизни с песней, смеясь и танцуя; он добр и отзывчив, прост, как дитя, и каждый ему — друг. Вы же только скрипите да молитесь, вы друг одним лишь праведникам, а праведными считаете тех, кто соглашается с вашим понятием о праведности. Вы — анахорет <a l:href="#n_785" type="note">[785]</a>, Джо Гарленд — добрый малый. Кто больше берет от жизни? Жизнь наша, знаете ли, — та же служба. Когда нам платят слишком мало, мы бросаем ее, и, поверьте, в этом причина всех обдуманных самоубийств. Джо Гарленд умер бы с голоду, живи он тем, что вы получаете от жизни. Он скроен на другой манер. А вы умерли бы с голоду, если бы у вас было только то, чем живет Джо, — песни и любовь…</p>
     <p>— Извините, похоть! — перебил Персиваль Форд. Доктор Кеннеди улыбнулся.</p>
     <p>— Для вас любовь — слово из шести букв, которые вы узнали из словаря. Но любви, любви настоящей, чистой, как роса, трепещущей и нежной, вы не знаете. Если бог создал вас и меня, мужчин и женщин, то, поверьте, он же создал и любовь. Но вернемся к нашему разговору. Пора вам перестать травить Джо Гарленда! Это недостойно вас, и это трусость. Вы должны протянуть ему руку помощи.</p>
     <p>— Почему именно я, а не вы, например? — спросил Персиваль Форд. — Почему вы не окажете ему помощи?</p>
     <p>— Я это делаю. Я и сейчас ему помогаю: стараюсь убедить вас, чтобы вы не препятствовали благотворительному комитету отправить его в Штаты. Это я нашел для него место в Хило у Мэсона и Фитча. Шесть раз я подыскивал ему работу, и отовсюду вы его выгоняли. Ну да ладно. Не забудьте одного — небольшая доза откровенности вам не повредит: нечестно взваливать чужую вину на Джо Гарленда. И вы отлично знаете, что меньше всего вам следует это делать. Это, право же, непорядочно. Это просто позорно.</p>
     <p>— Я вас не понимаю, — отозвался Персиваль Форд. — Вы увлекаетесь какой-то странной теорией наследственности, которая предполагает личную безответственность. Хороша теория! Она снимает всякую ответственность с Джо Гарленда за его грехи и в то же время делает ответственным за них меня — возлагает на меня больше ответственности, чем на всех других, включая и самого Джо Гарленда. Я отказываюсь понимать это!</p>
     <p>— По-видимому, светский такт или ваша хваленая щепетильность мешают вам понять меня, — сердито отрезал доктор Кеннеди. — В угоду обществу можно многим пренебречь, но вы заходите слишком далеко.</p>
     <p>— Чем это я пренебрегаю, позвольте узнать?</p>
     <p>Доктор Кеннеди окончательно вышел из себя. Лицо его запылало густым румянцем, какого не могла вызвать обычная порция виски с содовой. И он ответил:</p>
     <p>— Сыном вашего отца.</p>
     <p>— Что вы этим хотите сказать?</p>
     <p>— Черт побери, я сказал яснее ясного! Но если вам этого мало — пожалуйста: сыном Айзека Форда, Джо Гарлендом, вашим братом.</p>
     <p>Персиваль Форд молчал; лицо его выражало ошеломление и досаду. Кеннеди смотрел на него с любопытством, но прошло несколько томительных минут, и доктор смутился, испугался.</p>
     <p>— Боже мой! — воскликнул он. — Неужели же вы не знали этого?</p>
     <p>Словно в ответ на его слова лицо Персиваля Форда стало медленно бледнеть.</p>
     <p>— Это ужасная шутка, — проговорил он. — Ужасная шутка.</p>
     <p>Доктор взял себя в руки.</p>
     <p>— Но это все знают, — сказал он. — Я думал, что и вы знаете. А если не знаете, то вам пора узнать, и я рад, что представился случай сказать вам правду. Джо Гарленд и вы — родные братья по отцу.</p>
     <p>— Ложь! — крикнул Форд. — Вы не знаете, что говорите. Мать Джо Гарленда — Элиза Кунильо. (Доктор Кеннеди кивнул.) Я отлично помню эту женщину, ее утиный садок и участок таро. Его отец — Джозеф Гарленд, здешний колонист. (Доктор Кеннеди покачал головой.) Он умер всего два или три года назад. Он был пьяница. Отсюда и беспутство Джо. Вот вам и наследственность.</p>
     <p>— И никто никогда не говорил вам? — помолчав, с удивлением проговорил Кеннеди.</p>
     <p>— Доктор Кеннеди, вы сказали нечто ужасное, и я не могу этого так оставить. Вы должны привести убедительные доказательства или… или…</p>
     <p>— Убедитесь сами. Обернитесь и посмотрите. Вы видите его в профиль. Посмотрите на нос. Это нос Айзека Форда. Ваш нос — только слабая его копия. Сомнений быть не может. Всмотритесь! Черты у него крупнее, но сходство полное.</p>
     <p>Персиваль Форд смотрел на метиса, игравшего под деревом хау, и ему, словно во внезапном озарении, почудилось, что он видит призрак самого себя. Черта за чертой дополняли поразительное сходство. Нет, скорее он сам был призраком этого крепкого, мускулистого, хорошо сложенного человека. Как его черты, так и черты Джо Гарленда напоминали Айзека Форда. И никто не сказал ему! В памяти Персиваля Форда всплыли многочисленные изображения его отца — миниатюры, портреты, фотографии, — и он снова и снова в лице музыканта узнавал и явные и едва заметные признаки сходства. Только дьявол мог воспроизвести суровые черты Айзека Форда в мягких и чувственных линиях этого профиля! Музыкант повернулся, и на одно мгновение Персивалю Форду показалось, будто это не Джо Гарленд, а его покойный отец смотрит на него.</p>
     <p>— Обычная история. — Голос доктора Кеннеди звучал будто издалека. — В былые годы тут все перемешалось. Вы же знаете, это было на ваших глазах. Моряки женились на королевах, производили на свет принцесс и все в таком роде. На Гавайских островах это было обычным явлением.</p>
     <p>— Но к моему отцу это не имеет никакого отношения! — перебил Персиваль Форд.</p>
     <p>— Как сказать! — Кеннеди пожал плечами. — На всех действуют космические силы и дурман жизни. Старый Айзек Форд был человек строгих правил и все такое. Я понимаю, что нет объяснения его поступку и меньше всего он сам мог бы объяснить его. Он не более вас отдавал себе в этом отчет. Дурман жизни, вот и все! И не забывайте одного, Форд, — в жилах Айзека Форда была капля горячей крови, и Джо Гарленд унаследовал ее всю целиком, а вы унаследовали аскетическую кровь старого Айзека. Если в ваших жилах течет холодная, спокойная и покорная кровь, это еще не основание для того, чтобы злиться на Джо Гарленда. Когда Джо Гарленд разрушает сделанное вами, помните — в обоих случаях действует Айзек Форд: одной рукой он уничтожает то, что создает другой. Вы, скажем, его правая рука, а Джо Гарленд — левая.</p>
     <p>Персиваль Форд не ответил, и доктор Кеннеди в молчании допил забытое им виски. Где-то за парком послышались настойчивые гудки автомобиля.</p>
     <p>— Вот и машина, — сказал, поднимаясь, доктор Кеннеди. — Надо бежать. Мне и жаль, что я вас расстроил, и вместе с тем я рад. Запомните же: в жилах Айзека Форда была всего одна капля буйной крови, и она целиком досталась Джо Гарленду. И еще: если левая рука вашего отца и мешает вам, не отсекайте ее. Притом Джо — славный малый. Скажу откровенно: если бы мне нужен был товарищ, чтобы жить со мной на необитаемом острове, и пришлось бы выбирать между ним и вами, я выбрал бы Джо.</p>
     <p>На лужайке бегали, играя, голоногие ребятишки, но Форд не замечал их. Он, не отрываясь, смотрел на певца под деревом. Он даже пересел, чтобы быть поближе к нему. Мимо, с трудом волоча ноги, прошел старый клерк. Сорок лет провел он на островах. Персиваль Форд подозвал его. Клерк почтительно подошел, удивленный таким вниманием.</p>
     <p>— Джон, — сказал Форд, — мне нужно узнать у вас кое-что. Присядьте.</p>
     <p>Клерк нерешительно сел, ошеломленный неожиданной честью. Он заморгал глазами и пробормотал:</p>
     <p>— Да, сэр, благодарю вас.</p>
     <p>— Джон, кто такой Джо Гарленд?</p>
     <p>Клерк вытаращил на него глаза, моргнул, откашлялся, но ничего не сказал.</p>
     <p>— Отвечайте, — приказал Персиваль Форд. — Кто он?</p>
     <p>— Вы шутите, сэр, — с трудом проговорил клерк.</p>
     <p>— Я говорю совершенно серьезно. Клерк отодвинулся подальше.</p>
     <p>— Неужели вы не знаете? — спросил он, и в его вопросе уже был ответ.</p>
     <p>— Я хочу знать.</p>
     <p>— Да он же… — Джон запнулся и беспомощно посмотрел вокруг. — Спросите лучше кого-нибудь другого. Все думали, что вы знаете. Мы все время так думали…</p>
     <p>— Договаривайте же!</p>
     <p>— Мы всегда думали, что как раз поэтому вы имеете против него зуб.</p>
     <p>Все фотографии и миниатюры Айзека Форда проносились перед глазами его сына, а дух Айзека Форда, казалось, витал над ним.</p>
     <p>— Доброй ночи, сэр, — услышал он голос клерка и увидел, как тот поднялся и отошел, прихрамывая.</p>
     <p>— Джон! — резко окликнул он старика.</p>
     <p>Джон вернулся и остановился неподалеку, моргая и нервно облизывая губы.</p>
     <p>— Вы ведь еще ничего не сказали мне.</p>
     <p>— Ах, это о Джо Гарленде?!</p>
     <p>— Да. о Джо Гарленде. Кто он?</p>
     <p>— Не мое это дело, сэр, но, если вы настаиваете, я скажу… Джо Гарленд — ваш брат, сэр.</p>
     <p>— Благодарю вас, Джон. Спокойной ночи.</p>
     <p>— А вы не знали? — полюбопытствовал старик; критический момент миновал, и он уже не торопился уйти</p>
     <p>— Благодарю вас, Джон. Спокойной ночи! — повторил Форд.</p>
     <p>— Да, сэр, спасибо. Похоже, что дождик будет. Спокойной ночи, сэр.</p>
     <p>С чистого звездного неба, освещенного лунным светом, падал дождь, мелкий, как водяная пыль. Никто не обращал на него внимания; голоногие ребятишки продолжали играть, бегая по траве, зарываясь в песок. Через несколько минут дождь прошел. На юго-востоке черным, резко очерченным пятном маячила Даймонд-Хед; контур ее воронкообразной вершины выделялся на звездном небе. Волны прибоя в сонной тишине набегали на песчаный берег и рассыпались пеной у самой травы. В лунном свете далеко мелькали черными точками купальщики. Голоса певцов, напевавших вальс, умолкли, и в наступившей тишине откуда-то из-под деревьев донесся женский смех, в котором звучал зов любви. Персиваль Форд вздрогнул, ему вспомнились слова доктора Кеннеди. У лодок, вытащенных на берег, он видел канаков — мужчин и женщин; они полулежали на песке неподвижно, как зачарованные. Женщины были в белых холоку, и на плече одной из них он увидел темную голову лодочника. Немного дальше, там, где песчаная кромка расширялась у входа в лагуну, он увидел шедших рядом мужчину и женщину. Когда они подошли ближе к освещенной террасе, он заметил, как женщина отвела обнимавшую ее руку. А когда они поравнялись с ним, он узнал знакомого капитана и дочь майора и кивнул им. Дурман жизни, именно дурман, отлично сказано! И снова из-под темного альгаробового дерева раздался женский смех, зов любви. Мимо, отправляясь спать, прошел голоногий мальчуган; его вела за руку ворчавшая няня-японка. Певцы тихо и томно запели гавайскую любовную песню, а офицеры, обняв своих дам, все еще скользили и кружились в танце. И снова под деревьями засмеялась женщина.</p>
     <p>Персиваль Форд смотрел, слушал — и резко осуждал все это. Его раздражал и женский смех, в котором слышался зов любви, и лодочник, склонивший голову на плечо женщины в белой холоку, и парочки, гулявшие на берегу, и танцевавшие офицеры и дамы, и голоса певцов, певших о любви, и его брат, певший вместе с ними. Но особенно раздражала его смеявшаяся под деревом женщина. Странные мысли зароились в его мозгу. Он сын Айзека Форда, и то, что случилось с его отцом, могло случиться и с ним. При этой мысли щеки его вспыхнули, и он испытал острое чувство стыда. То, что было у него в крови, так ужаснуло его, как если бы он вдруг узнал, что отец его был прокаженным и что он носит в себе зародыш этой ужасной болезни. Айзек Форд, этот суровый воин Христов, — старый лицемер! Чем он отличался от любого канака? Храм гордыни, воздвигнутый Персивалем Фордом, рушился у него на глазах.</p>
     <p>Часы шли, на террасе смеялись и танцевали, туземный оркестр продолжал играть, а Персиваль Форд все еще бился над внезапно возникшей ошеломляющей проблемой. Он сидел, облокотясь на стол, склонив голову на руку с видом усталого зрителя, и про себя молился. В перерывах между танцами офицеры, дамы, мужчины в штатском подходили к нему, говорили банальные фразы; а когда они возвращались на танцевальную площадку, внутренняя борьба в нем возобновлялась с прежней силой.</p>
     <p>Он начал "склеивать" свой разбитый идеал. В качестве цемента он использовал гибкую и хитрую логику, которую вырабатывают в лаборатории своего мозга эгоцентристы, — и логика эта оказывала действие. Его отец, несомненно, был создан из более совершенного материала, чем все окружающие; но старый Айзек переживал еще только процесс становления, тогда как он, Персиваль, достиг совершенства. Таким образом, он реабилитировал отца и в то же время возвышал себя. Его убогое маленькое "я" раздулось до колоссальных размеров. Он так велик, что может простить! Он просиял при этой мысли. Айзек Форд был великий человек, но он, его сын, превзошел отца, потому что обрел в себе силы простить его и даже по-прежнему чтить его память, хотя она была уже не так священна, как раньше. Он уже одобрял Айзека Форда, пренебрегшего последствиями своего единственного ложного шага. Очень хорошо! Он, его сын, также не будет замечать их.</p>
     <p>Танцы кончились. Оркестр доиграл "Алоха Оэ", и музыканты стали собираться домой. Персиваль Форд хлопнул в ладоши, появился слуга-японец.</p>
     <p>— Скажи тому человеку, что я хочу его видеть, — сказал Форд, указывая на Джо Гарленда. — Пусть сейчас же придет сюда.</p>
     <p>Джо Гарленд подошел и почтительно остановился в нескольких шагах, нервно перебирая струны гитары, которую по-прежнему держал в руках. Персиваль Форд не предложил ему сесть.</p>
     <p>— Вы мой брат, — сказал он.</p>
     <p>— Кто же этого не знает? — последовал недоуменный ответ.</p>
     <p>— Да, по-видимому, это всем известно, — сухо сказал Персиваль Форд. — Но до сегодняшнего вечера я этого не знал.</p>
     <p>Наступило молчание. Джо Гарленд чувствовал себя неловко; Персиваль Форд хладнокровно обдумывал то, что собирался сказать.</p>
     <p>— Помните тот день, когда я в первый раз пришел в школу и мальчишки выкупали меня в бассейне? — спросил он. — Почему вы тогда заступились за меня?</p>
     <p>Джо застенчиво улыбнулся.</p>
     <p>— Потому что вы знали?</p>
     <p>— Да, поэтому.</p>
     <p>— А я не знал, — все так же сухо проговорил Персиваль Форд.</p>
     <p>— Вот оно что! — отозвался Джо.</p>
     <p>Снова наступило молчание. Слуги начали гасить огни.</p>
     <p>— Теперь вы знаете, — просто сказал Джо Гарленд. Персиваль Форд сдвинул брови. Затем смерил его внимательным взглядом.</p>
     <p>— Сколько вы возьмете за то, чтобы покинуть острова и никогда больше не приезжать сюда? — спросил он.</p>
     <p>— И никогда не приезжать?.. — повторил Джо Гарленд, запинаясь. — Здесь я провел всю жизнь. В других странах холодно. Я не знаю других стран. Здесь у меня много друзей. В других странах мне никто не скажет: "Алоха, Джо, приятель!"</p>
     <p>— Я сказал: никогда больше не возвращаться сюда, — повторил Персиваль Форд. — Завтра "Аламеда" отходит в Сан-Франциско.</p>
     <p>Джо Гарленд был в полном недоумении.</p>
     <p>— Но зачем же мне уезжать? — спросил он. — Теперь вы знаете, что мы братья.</p>
     <p>— Именно поэтому, — был ответ. — Как вы сами сказали, все это знают. Вы получите хорошее вознаграждение.</p>
     <p>Смущение и замешательство Джо Гарленда сразу исчезли. Различия в происхождении и общественном положении как не бывало.</p>
     <p>— Вы хотите, чтобы я уехал?</p>
     <p>— Да, хочу, чтобы вы уехали и никогда не приезжали сюда, — ответил Персиваль Форд.</p>
     <p>В этот миг, мелькнувший, как вспышка света, Джо Гарленд вырос в его глазах с гору, а сам он съежился и превратился в козявку. Но человеку опасно видеть себя в истинном свете: жить тогда становится невозможно. Персиваль Форд на одно лишь мгновение прозрел и увидел себя и своего брата такими, как есть. Это мгновение прошло — и он опять оказался во власти своего ничтожного и ненасытного "я".</p>
     <p>— Я сказал, что вы получите хорошее вознаграждение. Вы от этого ничуть не пострадаете. Я хорошо заплачу.</p>
     <p>— Ладно, — сказал Джо Гарленд. — Я уеду. Он отвернулся, собираясь уйти.</p>
     <p>— Джо! — позвал его Персиваль Форд. — Зайдите завтра утром к моему нотариусу. Пятьсот долларов сразу и двести ежемесячно, пока будете находиться вне островов.</p>
     <p>— Вы очень добры, — тихо ответил Джо Гарленд. — Вы слишком добры. Но не надо мне ваших денег. Завтра я уеду на "Аламеде".</p>
     <p>Он ушел, не попрощавшись. Персиваль Форд хлопнул в ладоши.</p>
     <p>— Бой, — сказал он слуге-японцу, — лимонаду!</p>
     <p>Он долго сидел за лимонадом, и довольная улыбка не сходила с его лица.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Кулау-прокаженный</p>
     </title>
     <p>— Оттого что мы больны, у нас отнимают свободу. Мы слушались закона. Мы никого не обижали. А нас хотят запереть в тюрьму. Молокаи — тюрьма. Вы это знаете. Вот Ниули, — его сестру семь лет как услали на Молокаи. С тех пор он ее не видел. И не увидит. Она останется на Молокаи до самой смерти. Она не хотела туда ехать. Ниули тоже этого не хотел. Это была воля белых людей, которые правят нашей страной. А кто они, эти белые люди?</p>
     <p>Мы это знаем. Нам рассказывали о них отцы и деды. Они пришли смирные, как ягнята, с ласковыми словами. Оно и понятно: ведь нас было много, мы были сильны, и все острова принадлежали нам. Да, они пришли с ласковыми словами. Они разговаривали с нами по-разному. Одни просили разрешить им, милостиво разрешить им проповедовать нам слово божие. Другие просили разрешить им, милостиво разрешить им торговать с нами. Но это было только начало. А теперь они все забрали себе — все острова, всю землю, весь скот. Слуги господа бога и слуги господа рома действовали заодно и стали большими начальниками. Они живут, как цари, в домах о многих комнатах, и у них толпы слуг. У них ничего не было, а теперь они завладели всем. И если вы, или я, или другие канаки голодают, они смеются и говорят: "А ты работай. На то и плантации".</p>
     <p>Кулау замолчал. Он поднял руку и скрюченными, узловатыми пальцами снял с черноволосой головы сверкающий венок из цветов мальвы. Лунный свет заливал ущелье серебром. Ночь дышала мирным покоем. Но те, кто слушал Кулау, казались воинами, пострадавшими в жестоком бою. Их лица напоминали львиные морды. У одного на месте носа зияла дыра, у другого с плеча свисала култышка — остаток сгнившей руки. Их было тридцать человек, мужчин и женщин, — тридцать отверженных, ибо на них лежала печать зверя.</p>
     <p>Они сидели, увенчанные цветами, в душистой, пронизанной светом мгле, выражая свое одобрение речи Кулау нечленораздельными хриплыми криками. Когда-то они были людьми, но теперь это были чудовища, изувеченные и обезображенные, словно их веками пытали в аду, — страшная карикатура на человека. Пальцы — у кого они еще сохранились — напоминали когти гарпий; лица были как неудавшиеся, забракованные слепки, которые какой-то сумасшедший бог, играя, разбил и расплющил в машине жизни. Кое у кого этот сумасшедший бог попросту стер половину лица, а у одной женщины жгучие слезы текли из черных впадин, в которых когда-то были глаза. Некоторые мучились и громко стонали от боли. Другие кашляли, и кашель их походил на треск рвущейся материи. Двое были идиотами, похожими на огромных обезьян, созданных так неудачно, что по сравнению с ними обезьяна показалась бы ангелом. Они кривлялись и бормотали что-то, освещенные луной, в венках из тяжелых золотистых цветов. Один из них, у которого раздувшееся ухо свисало до плеча, сорвал яркий оранжево-алый цветок и украсил им свое страшное ухо, колыхавшееся при каждом его движении.</p>
     <p>И над этими существами Кулау был царем. А это захлебнувшееся цветами ущелье, зажатое между зубчатых скал и утесов, откуда доносилось блеяние диких коз, было его царством. С трех сторон поднимались мрачные стены, увешанные причудливыми занавесями из тропической зелени и чернеющие входами в пещеры — горные берлоги его подданных. С четвертой стороны долина обрывалась в глубочайшую пропасть, и там, вдалеке, виднелись вершины более низких гор и хребтов, у подножия которых гудел и пенился океанский прибой. В тихую погоду к каменистому берегу у входа в долину Калалау можно было подойти на лодке, но только в очень тихую погоду. И смелый горец мог проникнуть с берега в верхнюю часть долины, в зажатое скалами ущелье, где царствовал Кулау; но такой человек должен был обладать большой смелостью и к тому же знать еле видные глазу козьи тропы. Казалось невероятным, что жалкие, беспомощные калеки, составлявшие племя Кулау, сумели пробраться по головокружительным тропинкам в это неприступное место.</p>
     <p>— Братья, — начал Кулау.</p>
     <p>Но тут один из косноязычных, обезьяноподобных уродов издал безумный, звериный крик, и Кулау замолчал, дожидаясь, когда отзвуки этого пронзительного вопля, перекатившись между скалистыми стенами, замрут вдали, в неподвижном ночном воздухе.</p>
     <p>— Братья, не удивительно ли? Нашей была эта земля, а теперь она не наша. Что дали нам за нашу землю эти слуги господа бога и господа рома? Получил ли кто из вас за нее хоть доллар, хоть один доллар? А они стали хозяевами и теперь говорят нам, что мы можем работать на земле — на их земле, и что плоды наших трудов тоже достанутся им. В прежние дни нам не нужно было трудиться. И ко всему этому теперь, когда нас поразила болезнь, они отнимают у нас свободу.</p>
     <p>— А кто принес нам эту болезнь, Кулау? — спросил сухопарый, жилистый Килолиана, который лицом так напоминал смеющегося фавна, что, казалось, вместо ног у него должны быть копыта. Но это были не копыта, а ноги, только все в крупных язвах и лиловых пятнах гниения. А когда-то Килолиана смелее всех карабкался по горам и знал все козьи тропинки, он-то и привел Кулау и его несчастный народ в безопасные верховья Калалау.</p>
     <p>— Это правильный вопрос, — ответил Кулау. — Оттого что мы не хотели работать на их сахарных плантациях, где раньше паслись наши кони, они привезли из-за моря рабов-китайцев. А с ними пришла китайская болезнь — та самая, которой мы болеем и за которую нас хотят заточить на Молокаи. Мы родились на Кауаи. Мы бывали и на других островах, кто где: на Оаху, Мауи, Гавайи, в Гонолулу. Но всегда мы возвращались на Кауаи. Почему мы возвращались? Как вы думаете? Потому что мы любим Кауаи. Мы здесь родились, здесь жили. И здесь мы умрем, если… если среди нас нет трусливых душ. Таких нам не нужно. Таким место на Молокаи. И если они есть среди нас, пускай уходят. Завтра на берег высадятся солдаты. Пусть трусливые души спустятся к ним. Их живо отправят на Молокаи. А мы, мы останемся и будем бороться. Но не бойтесь, мы не умрем. У нас есть винтовки. Вы ведь знаете, как узка тропа, двоим на ней не разойтись. Я, Кулау, который ловил когда-то диких быков на Ниихау, один могу защищать эту тропу от тысячи врагов. Вот Капалеи, он раньше был судьей над людьми, почтенным человеком, а теперь он — затравленная крыса, как и мы с вами. Он мудрый, послушайте его.</p>
     <p>Капалеи поднялся. Когда-то он был судьей. Он учился в колледже в Пунахоу. Он сидел за одним столом с господами и начальниками и с высокими представителями иностранных держав, охраняющими интересы торговцев и миссионеров. Вот каков был Капалеи в прошлом. А сейчас, как и сказал Кулау, это была затравленная крыса, человек вне закона, превратившийся в нечто столь страшное, что он был теперь и ниже закона и выше его. Вместо носа и щек у него остались только черные ямы, глаза без век горели под голыми надбровными дугами.</p>
     <p>— Мы не затеваем раздоров, — начал он. — Мы просим, чтобы нас оставили в покое. Но если они не оставляют нас в покое — значит, они и затевают раздоры и пусть понесут за это наказание. Вы видите, у меня нет пальцев. — Он поднял свои култышки, чтобы все могли их увидеть. — Но вот от этого большого пальца еще сохранился сустав, и я могу нажать им на спуск так же крепко, как в былые дни — указательным пальцем, которого нет. Мы любим Кауаи. Так давайте жить здесь или умрем здесь, но не пойдем в тюрьму на Молокаи. Болезнь эта не наша. На нас нет греха. Слуги господа бога и слуги господа рома привезли сюда болезнь вместе с китайскими кули, которые работают на украденной у нас земле. Я был судьей. Я знаю закон и порядок. И я говорю вам: не разрешает закон украсть у человека землю, заразить его китайской болезнью, а потом заточить в тюрьму на всю жизнь.</p>
     <p>— Жизнь коротка, и дни наши наполнены страданиями, — сказал Кулау. — Давайте петь и танцевать, и будем счастливы, как можем.</p>
     <p>Из пещеры в скале принесли калабаши и пустили их вкруговую. Они были наполнены крепчайшей настойкой из корней растения ти; и когда жидкий огонь ударил этим людям в мозг и разлился по телу, они забыли все и снова стали людьми. В женщине, проливавшей жгучие слезы из пустых глазниц, проснулись прежние чувства, и она, перебирая струны своей гитары, запела любовную песню дикарки — песню, что родилась в темных лесных чащах первобытного мира. Воздух дрожал от ее голоса, властного и зовущего. На циновке, подчиняясь ритму песни, плясал Килолиана. Каждое его движение излучало любовь, и рядом с ним на циновке плясала женщина, чьи пышные бедра и высокая грудь странно не вязались с изъеденным болезнью лицом. То была пляска живых мертвецов, ибо в их разлагающихся телах еще таились и любовь и желания. Все громче звучала любовная песня женщины, проливавшей жгучие слезы из невидящих глаз, все упоеннее плясали танцоры пляску любви в теплой ночной тишине, все быстрее ходили по рукам калабаши, и упорным огнем тлели у всех в мозгу воспоминания и страсть.</p>
     <p>Рядом с женщиной на циновке плясала тоненькая девушка; лицо у нее было красивое и чистое, но на скрюченных руках, поднимавшихся и падавших в пляске, болезнь уже оставила свой разрушительный след. А оба идиота — страшная, отвратительная пародия на человека — плясали поодаль, бормоча и хрипя что-то невнятное, пародируя любовь.</p>
     <p>Но вот любовная песня женщины оборвалась на полуслове, опустились на землю калабаши, и кончилась пляска. Взгляды всех устремились в пропасть, к морю, над которым в залитом луною воздухе призрачным огнем сверкнула ракета.</p>
     <p>— Это солдаты, — сказал Кулау. — Завтра будет бой. Нужно подкрепиться сном и подготовиться.</p>
     <p>Прокаженные повиновались и уползли в свои норы, и скоро Кулау остался один. Он сидел неподвижно в свете луны, положив на колени винтовку и глядя вниз на далекий берег, к которому приставали лодки.</p>
     <p>Здесь, наверху, долина Калалау была надежным убежищем. Если не считать Килолианы. знавшего обходные тропы в отвесных стенах ущелья, никто не мог добраться сюда, кроме как по острому горному гребню. Гребень этот тянулся на сотню ярдов в длину; в ширину он был не больше двенадцати дюймов. По обе стороны его зияли пропасти. Стоило поскользнуться — и справа и слева человека ждала верная смерть. Но в конце пути перед ним открывался земной рай. Море зелени омывало ущелье, заливая его от стены до стены зелеными волнами, стекая со скалистых уступов обильными струями лоз и разбрызгивая по всем расщелинам пену папоротников и воздушных корней. Долгие месяцы Кулау и его подданные вели борьбу с этим морем растительности. Им удалось оттеснить буйные цветущие заросли, и теперь бананам, апельсинам и манговым деревьям стало свободнее. На небольших полянках рос дикий аррорут; на каменных террасах, покрытых слоем земли, они развели таро и дыни; и на всех открытых местах, куда проникало солнце, поднимались деревья папайя, отягченные золотыми плодами.</p>
     <p>В это убежище Кулау ушел из низовьев долины, от моря. Если бы пришлось уходить и отсюда, у него были на примете другие ущелья, еще выше, среди громоздящихся горных вершин. И теперь он сидел, положив рядом с собою винтовку, и вглядывался сквозь завесу листвы в солдат на далеком берегу. Он разглядел, что они привезли с собой тяжелые пушки, отражавшие солнце, как зеркала. Прямо перед ним тянулся острый гребень. По тропинке, ведущей к нему снизу, ползли крошечные точки — люди. Кулау знал, что это не солдаты, а полиция. У этих ничего не выйдет, и вот тогда за дело возьмутся солдаты.</p>
     <p>Он любовно провел искалеченной рукой по стволу винтовки и проверил прицел. Стрелять он научился давно, когда охотился на острове Ниихау, где до сих пор не забыли его меткой стрельбы.</p>
     <p>По мере того как движущиеся точки приближались и увеличивались, Кулау определял дистанцию с поправкой на ветер, дувший сбоку, и учитывал возможность перелета по таким низко расположенным целям. Но стрелять он не стал. Он дал им добраться до начала острого гребня и только тогда обнаружил свое присутствие. Он спросил, не выходя из зарослей:</p>
     <p>— Что вам нужно?</p>
     <p>— Нам нужен Кулау-прокаженный, — ответил начальник отряда туземной полиции, голубоглазый американец.</p>
     <p>— Уходите обратно, — сказал Кулау.</p>
     <p>Он знал этого человека: это был шериф, — тот, кто не дал ему жить на Ниихау и прогнал его через весь Кауаи в долину Калалау, а оттуда вверх, в ущелье.</p>
     <p>— Кто ты? — спросил шериф.</p>
     <p>— Я Кулау-прокаженный, — послышалось в ответ.</p>
     <p>— Тогда выходи. Ты нам нужен, живой или мертвый. Твоя голова оценена в тысячу долларов. Тебе не уйти.</p>
     <p>Кулау громко рассмеялся в своем тайнике.</p>
     <p>— Выходи! — скомандовал шериф, но ответом ему было молчание.</p>
     <p>Он посовещался с полицейскими, и Кулау понял, что они решили взять его штурмом.</p>
     <p>— Кулау! — крикнул шериф. — Кулау, я иду к тебе.</p>
     <p>— Тогда погляди сначала на солнце, и небо, и море, потому что больше ты их никогда не увидишь.</p>
     <p>— Хорошо, хорошо, Кулау, — сказал шериф примирительным тоном. — Я знаю, что ты стреляешь без промаха. Но в меня ты не станешь стрелять. Я ничем тебя не обидел.</p>
     <p>Кулау проворчал что-то.</p>
     <p>— Право же, — настаивал шериф, — я ведь ничем тебя не обидел, разве не так?</p>
     <p>— Ты обижаешь меня тем, что пытаешься засадить в тюрьму, — прозвучал ответ. — И ты обижаешь меня тем, что пытаешься получить за мою голову тысячу долларов. Если тебе дорога жизнь, стой на месте.</p>
     <p>— Я должен до тебя добраться. Что поделаешь, это мой долг.</p>
     <p>— Ты умрешь раньше, чем доберешься до меня.</p>
     <p>Шериф был не трус, но тут он заколебался. Он посмотрел вниз, в пропасть, окинул взглядом острый, как нож, гребень и решился.</p>
     <p>— Кулау! — крикнул он. Заросли молчали.</p>
     <p>— Кулау, не стреляй. Я иду.</p>
     <p>Шериф повернулся к полицейским, отдал им какое-то приказание и пустился в свой опасный путь. Он шел медленно. Это напоминало ему ходьбу по канату. Кроме воздуха, ему не за что было ухватиться. Камни сыпались у него из-под ног и стремительно летели в пропасть. Солнце палило, и по лицу у него катился пот. Но он все шел и наконец достиг половины пути.</p>
     <p>— Стой! — скомандовал Кулау из зарослей. — Еще шаг, и я стреляю.</p>
     <p>Шериф остановился, покачиваясь над бездной, чтобы удержать равновесие. Он побледнел, но во взгляде его была решимость. Он облизал пересохшие губы и заговорил:</p>
     <p>— Кулау, ты не убьешь меня. — Я знаю, что не убьешь.</p>
     <p>Он снова двинулся вперед. Пуля заставила его перевернуться волчком. Когда он падал, на лице его промелькнуло сердитое недоумение. Он успел подумать, что если упасть на острый гребень, то еще можно спастись, — но тут смерть настигла его. Секунда — и гребень был пуст. И тогда пятеро полицейских один за другим смело пустились бегом по острому гребню, а остальные тут же открыли огонь по зарослям. Это было безумие. Кулау нажимал курок так быстро, что пять выстрелов прогремели почти непрерывной очередью. Пригнувшись к самой земле от пуль, со свистом прорезавших кусты, он выглянул из зарослей. Четверо полицейских исчезли так же, как их начальник. Пятый, еще живой, лежал поперек гребня. На дальнем конце толпились остальные полицейские, уже переставшие стрелять. Положение их на этой голой скале было безнадежным: Кулау мог снять их всех до последнего, не дав им спуститься. Но он не стрелял. И после короткого совещания один из полицейских снял с себя белую рубашку и помахал ею, как флагом. Потом он, а за ним и другой пошли по гребню к раненому товарищу. Не выдавая себя ни одним движением, Кулау смотрел, как они медленно отступали и, спустившись вниз, в долину, снова превратились в темные точки.</p>
     <p>Два часа спустя Кулау заметил из другого укрытия, что группа полицейских пробует подняться по противоположному склону долины. Дикие козы разбегались от них, а они лезли все выше и выше. И наконец, не доверяя самому себе, Кулау послал за Килолианой.</p>
     <p>— Нет, здесь им не пройти, — сказал Килолиана.</p>
     <p>— А козы? — спросил Кулау.</p>
     <p>— Козы пришли из соседней долины, а сюда им не попасть. Дороги нет. Эти люди не умнее коз. Они упадут и разобьются насмерть. Давай посмотрим.</p>
     <p>— Они смелые, — сказал Кулау. — Давай посмотрим.</p>
     <p>Лежа рядом на ковре из лиан, под свисающими сверху желтыми цветами хау, они смотрели, как крошечные человечки карабкаются вверх — и то, чего они ждали, случилось: трое полицейских оступились, упали и, докатившись до выступа, камнем полетели вниз.</p>
     <p>Килолиана усмехнулся.</p>
     <p>— Больше нас не будут тревожить, — сказал он.</p>
     <p>— У них есть пушки, — возразил Кулау. — Солдаты еще не сказали своего слова.</p>
     <p>Разморенные жарой, прокаженные спали в пещерах. Кулау тоже дремал у своего логовища, держа на коленях начищенную, заряженную винтовку. Девушка с искалеченными руками лежала в зарослях, наблюдая за острым гребнем. Вдруг Кулау вскочил, забыв про сон: на берегу раздался взрыв. В следующее мгновение воздух словно разодрало на части. Этот немыслимый звук испугал его. Казалось, боги схватили небесный покров и рвут его, как женщины рвут на полосы ткань. Страшный звук быстро приближался. Кулау с опаской поднял глаза. И вот снаряд разорвался высоко в горах, и столб черного дыма вырос над ущельем. Утес дал трещину, и обломки полетели к его подножию.</p>
     <p>Кулау провел рукой по взмокшему лбу. Он был потрясен. Он еще никогда не слышал орудийной стрельбы и даже не мог себе представить, как это страшно.</p>
     <p>— Раз, — сказал Капалеи, решив почему-то вести счет выстрелам.</p>
     <p>Второй и третий снаряды с визгом пролетели над ущельем и разорвались за ближним хребтом. Капалеи считал. Прокаженные высыпали на открытое место перед пещерами. Вначале стрельба испугала их, но снаряды перелетали через ущелье, и скоро они успокоились и стали любоваться новым для них зрелищем. Оба идиота визжали от восторга и принимались кривляться и прыгать всякий раз, как воздух раздирало снарядом. Кулау почти успокоился. Пушки не причиняли вреда. Наверно, такими большими снарядами и на таком расстоянии невозможно стрелять метко, как из винтовки.</p>
     <p>Но вот что-то изменилось. Теперь снаряды не долетали до них. Один разорвался в зарослях у острого гребня. Кулау вспомнил про девушку, которая лежала на страже, и побежал туда. Кусты еще дымились, когда он заполз в чащу. Изумление охватило его. Ветки были поломаны, расщеплены. Там, где он оставил девушку, в земле была яма. Девушку разорвало в клочья. Снаряд попал прямо в нее.</p>
     <p>Выглянув из кустов и убедившись, что на гребне нет солдат, Кулау пустился бегом обратно к пещерам. Снаряды летели над ним с воем, свистом, стоном, и вся долина гудела и сотрясалась от взрывов. Перед пещерами весело скакали оба идиота, вцепившись друг в друга полусгнившими пальцами. И вдруг Кулау увидел, как рядом с ними из земли поднялся столб черного дыма. Взрывом их отшвырнуло в разные стороны. Один лежал неподвижно, другой на руках пополз к пещере. Ноги его волочились по земле, из ран хлестала кровь. Он был весь в крови и скулил, как собачонка. Все остальные, кроме Капалеи, попрятались в пещеры.</p>
     <p>— Семнадцать, — сказал Капалеи и тут же добавил: — Восемнадцать.</p>
     <p>Восемнадцатый снаряд упал у самого входа в одну из пещер. Прокаженные высыпали на волю, но из этой пещеры никто не показывался. Кулау вполз в нее, задыхаясь от едкого, вонючего дыма. На земле лежали четыре изуродованных трупа. Среди них была женщина с невидящими глазами, у которой только теперь иссякли слезы.</p>
     <p>Подданных Кулау охватила паника, и они уже двинулись по тропе, уводившей из ущелья вверх, в хаос вершин и обрывов. Раненый идиот, тихо подвывая, тащился по земле, стараясь поспеть за остальными. Но у самого начала подъема силы изменили ему, и он скорчился и затих.</p>
     <p>— Его нужно убить, — сказал Кулау, обращаясь к Капалеи, который сидел там же, где и раньше.</p>
     <p>— Двадцать два, — ответил Капалеи. — Да, лучше убить его. Двадцать три… двадцать четыре.</p>
     <p>Увидев направленное на него дуло, идиот громко взвизгнул. Кулау заколебался и опустил винтовку.</p>
     <p>— Это не легко, — сказал он.</p>
     <p>— Ты дурак. Двадцать шесть, двадцать семь, — сказал Капалеи. — Дай я тебя научу.</p>
     <p>Он встал и, подняв с земли тяжелый камень, пошел к раненому. В ту минуту, когда он замахнулся, новый снаряд попал прямо в него, тем самым избавив его от необходимости действовать и подведя итог его счету.</p>
     <p>Кулау остался один в ущелье. Он провожал главами своих подданных, пока последние скрюченные фигуры не исчезли за выступом горы. Потом повернулся и пошел вниз, к зарослям, где убило девушку. Стрельба продолжалась, но он не уходил, так как заметил, что далеко внизу к подъему двинулись солдаты. Один снаряд разорвался в десяти шагах от него. Распластавшись на земле, Кулау слышал, как осколки пролетели над ним. Цветы хау посыпались на него дождем. Он поднял голову, посмотрел на тропинку и вздохнул. Ему было очень страшно. Пули не смутили бы его, но орудийный огонь вселял в него ужас. При каждом выстреле он, дрожа, припадал к земле, но всякий раз опять поднимал голову и следил за тропинкой.</p>
     <p>Наконец стрельба прекратилась. Верно, потому, решил он, что солдаты уже близко. Они ползли по тропинке гуськом, и он стал было считать их, но сбился со счета. Их было не меньше сотни, и все они пришли за ним — Кулау-прокаженным. На мгновение в нем вспыхнула гордость. С винтовками и пушками, с полицией и солдатами они идут за ним, а он — один, да еще больной, калека. За него, живого или мертвого, обещана тысяча долларов. Во всю свою жизнь он не имел столько денег. Это была горькая мысль. Капалеи сказал правду. Он, Кулау, никому не сделал зла. Просто белым людям нужны были рабочие руки на краденой земле, и они привезли китайских кули, а с ними пришла болезнь. И теперь, оттого что его заразили этой болезнью, он стоит тысячу долларов, но ему-то их не получить! Его труп, сгнивший от болезни или разорванный снарядом, — вот за что будут выплачены эти огромные деньги.</p>
     <p>Когда солдаты добрались до острого гребня, Кулау хотел было предупредить их, но взгляд его упал на убитую девушку, и он смолчал. Когда на тропинке показался шестой солдат, он открыл огонь и стрелял до тех пор, пока тропинка не опустела. Он выпускал пули, снова заряжал винтовку и снова стрелял не переставая. Все старые обиды огнем горели у него в мозгу, им овладела ярость и жажда мщения. Растянувшись по всей тропе, солдаты тоже стреляли, и хотя они залегли, стараясь укрыться в неглубоких выемках, целиться по ним было легко. Пули свистели и ударялись вокруг Кулау, со звоном отскакивая от камней. Одна пуля царапнула его по черепу, другая обожгла лопатку, не оцарапав кожи.</p>
     <p>Это было настоящее побоище, и учинил его один человек. Солдаты стали отступать, унося раненых. Снимая их выстрелами одного за другим, Кулау вдруг почуял запах горелого мяса. Он огляделся по сторонам, но потом понял, что это его пальцы горят от накалившейся винтовки. Проказа разрушила нервы рук. Мясо горело, и он слышал запах, а боли не чувствовал.</p>
     <p>Он лежал в зарослях и улыбался, но вдруг вспомнил о пушках. Они, вероятно, замолчали ненадолго и теперь уже будут стрелять прямо по зарослям, откуда он вел огонь. Не успел он отодвинуться за выступ скалы, куда, по его наблюдениям, снаряды не попадали, как обстрел возобновился. Кулау считал: еще шестьдесят снарядов выпустили пушки по ущелью, а потом замолчали. Небольшая площадь была так изрыта воронками, что, казалось, ничего живого там не могло остаться. Солдаты так и решили и под палящими лучами послеполуденного солнца опять полезли вверх по тропе. И снова им не удалось пройти по гребню, и снова они отступили к морю.</p>
     <p>Еще два дня Кулау удерживал тропу, хотя солдаты продолжали обстреливать его укрытие из пушек. На третий день на скалистой гряде, нависавшей над ущельем, появился один из прокаженных, мальчик Пахау, и прокричал ему, что Килолиана, охотясь на коз, чтобы им всем не умереть с голода, упал и разбился и что женщины перепуганы и не знают, что делать. Кулау велел мальчику спуститься и, дав ему запасную винтовку, оставил его сторожить тропу, а сам поднялся к своим подданным. Они совсем пали духом. Большинство из них были слишком слабы, чтобы добывать себе пищу в таких тяжких условиях, поэтому все они голодали. Кулау выбрал двух женщин и мужчину, у которых болезнь зашла еще не слишком далеко, и послал их в ущелье за едой и циновками. Остальных он постарался утешить и подбодрить, так что даже самые слабые стали помогать в постройке шалашей.</p>
     <p>Но посланные за едой не вернулись, и Кулау пошел назад, в ущелье. Когда он появился над обрывом, одновременно щелкнуло пять-шесть затворов. Одна пуля пробила ему мякоть плеча, другая ударилась о скалу, и отлетевшим осколком ему порезало щеку. Он отпрянул назад, но успел заметить, что ущелье кишит солдатами. Его подданные предали его. Они не выдержали ужаса канонады и предпочли ей Молокаи — тюрьму.</p>
     <p>Отступив на несколько шагов, Кулау снял с пояса тяжелую патронную сумку. Он залег среди скал и, когда над обрывом поднялась голова и плечи первого солдата, спустил курок. Так повторилось два раза, а потом, после паузы, из-за края обрыва вместо головы и плеч высунулся белый флаг.</p>
     <p>— Что вам нужно? — спросил Кулау.</p>
     <p>— Мне нужно тебя, если ты — Кулау-прокаженный, — раздался ответ.</p>
     <p>Кулау забыл об опасности, забыл обо всем, — он лежал и дивился необычайному упорству этих хаоле — белых людей, которые добиваются своего, несмотря ни на что. Да, они добиваются своего, подчиняют себе все и вся, даже если это стоит им жизни. Он почувствовал восхищение этой их волей, которая сильнее жизни и покоряет все на свете. Он понял, что дело его безнадежно. С волей белого человека спорить нельзя. Убей он их тысячу, они все равно подымутся, как песок морской, и умножатся, и доконают его. Они никогда не признают себя побежденными. В этом их ошибка и их сила. У его народа этого нет. Теперь ему стало понятно, как ничтожная горсть посланцев господа бога и господа рома сумела поработить его землю. Это случилось потому…</p>
     <p>— Ну, что же? Пойдешь ты со мной? — Это был голос невидимого человека, державшего белый флаг. Ну да, он настоящий хаоле, идет напролом к своей цели.</p>
     <p>— Давай поговорим, — сказал Кулау.</p>
     <p>Над обрывом поднялась голова и плечи, а потом и весь человек. Это был молоденький капитан с нежным лицом и голубыми глазами, стройный, подтянутый. Он двинулся вперед, потом, по знаку Кулау, остановился и сел шагах в пяти от него.</p>
     <p>— Ты храбрый, — сказал Кулау задумчиво. — Я могу убить тебя, как муху.</p>
     <p>— Нет, не можешь, — ответил тот.</p>
     <p>— Почему?</p>
     <p>— Потому что ты — человек, Кулау, хоть и скверный. Я знаю твою историю. Убивать ты умеешь.</p>
     <p>Кулау проворчал что-то, но в душе он был польщен. — Что ты сделал с моими людьми? — спросил он. — де мальчик, две женщины и мужчина?</p>
     <p>— Они сдались нам. А теперь твоя очередь, — я пришел за тобой.</p>
     <p>Кулау недоверчиво рассмеялся.</p>
     <p>— Я свободный человек, — заявил он. — Я никого не обижал. Одного я прошу: чтобы меня оставили в покое. Я жил свободным и свободным умру. Я никогда не дамся.</p>
     <p>— Значит, твои люди умнее тебя, — сказал молодой капитан. — Смотри, вот они идут.</p>
     <p>Кулау обернулся. Сверху двигалась страшная процессия: остатки его племени со вздохами и стонами тащились мимо него во всем своем жалком уродстве.</p>
     <p>Но Кулау суждено было изведать еще большую горечь, ибо, поравнявшись с ним, они осыпали его оскорбительной бранью, а старуха, замыкавшая шествие, остановилась и, вытянув костлявую руку с когтями гарпии, скалив зубы и тряся головой, прокляла его. Один за другим прокаженные перебирались через скалистую ряду и сдавались притаившимся в засаде солдатам.</p>
     <p>— Теперь ты можешь идти, — сказал Кулау капитану. — Я никогда не сдамся. Это мое последнее слово.</p>
     <p>Прощай. Капитан соскользнул вниз, к своим солдатам. В следующую минуту он поднял надетый на ножны шлем, и пуля, выпущенная Кулау, пробила его насквозь. До вечера они стреляли по нему с берега, и когда он ушел выше, в неприступные скалы, солдаты двинулись за ним следом.</p>
     <p>Шесть недель гонялись они за Кулау среди острых вершин и по козьим тропам. Когда он скрывался в зарослях лантаны, они расставляли цепи загонщиков и гнали его, как кролика, сквозь лантановые джунгли и кусты гуава. Но всякий раз он путал следы и ускользал них. Настигнуть его не было возможности. Если преследователи наседали вплотную, Кулау пускал в дело винтовку, и они уносили своих раненых по горным тропинкам к морю. Случалось, что солдаты тоже стреляли, заметив, как мелькает в чаще его коричневое тело. Однажды они нагнали его впятером на открытом участке тропы и выпустили в него все заряды. Но он, хромая, ушел от них по краю головокружительной пропасти. Позже они нашли на земле пятна крови и поняли, что он ранен. Через шесть недель на него махнули рукой. Солдаты и полицейские возвратились в Гонолулу, предоставив ему долину Калалау в безраздельное пользование, хотя время от времени охотники-одиночки пытались изловить его… на свою же погибель.</p>
     <p>Два года спустя Кулау в последний раз заполз в заросли и растянулся на земле среди листьев ти и цветов дикого имбиря. Свободным он прожил жизнь и свободным умирал. Стал накрапывать дождь, и он закрыл свои изуродованные ноги рваным одеялом. Тело его защищал клеенчатый плащ. Маузер он положил себе на грудь, заботливо стерев со ствола дождевые капли. На руке, вытиравшей винтовку, уже не было пальцев; он не мог бы теперь нажать на спуск.</p>
     <p>Он закрыл глаза, слабость заливала тело, в голове стоял туман, и он понял, что конец его близок. Как дикий зверь, он заполз в чащу умирать. В полусознании, в бреду он возвращался мыслью к дням своей юности на Ниихау. Жизнь угасала, все тише стучал по листьям дождь; а ему казалось, что он снова объезжает диких лошадей и строптивый двухлеток пляшет под ним и встает на дыбы; а вот он бешено мчится по корралю, и подручные конюхи разбегаются в стороны и перемахивают через загородку. Минуту спустя, совсем не удивившись этой внезапной перемене, он гнался за дикими быками по горным пастбищам, и, набросив на них лассо, вел их вниз, в долину. А в загоне, где клеймили скот, от пота и пыли ело глаза и щипало в носу.</p>
     <p>Вся его здоровая, вольная молодость грезилась ему, пока острая боль наступающего конца не вернула его к действительности. Он поднял свои обезображенные руки и в изумлении посмотрел на них. Почему? Как? Как мог он, молодой, свободный, превратиться вот в это? Потом он вспомнил все и на мгновение снова стал Кулау-прокаженным. Веки его устало опустились, шум дождя затих. Томительная дрожь прошла по телу. Потом и это кончилось. Он приподнял голову, но сейчас же снова уронил ее на траву. Глаза его открылись и уже не закрывались больше. Последняя мысль его была о винтовке, и, обхватив ее беспалыми руками, он крепко прижал ее к груди.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Прощай, Джек!</p>
     </title>
     <p>Странное место — Гавайи. В тамошнем обществе все, как говорится, шиворот-навыворот. Не то чтобы случалось что-нибудь неподобающее, нет. Скорее наоборот. Все даже слишком правильно. И тем не менее что-то в нем не так. Самым изысканным обществом считается миссионерский кружок. Любого неприятно удивит тот факт, что на Гавайях незаметные, готовые как будто в любую минуту принять мученический венец служители церкви важно восседают на почетном месте за столом у представителей денежной аристократии. Скромные выходцы из Новой Англии, которые еще в тридцатых годах минувшего столетия покинули свою родину, спешили сюда с возвышенной целью — дабы принести канакам свет истинной веры и научить их почитать бога единого, всеправедного и вездесущего. И так усердно обращали они канаков и приобщали к благам цивилизации, что ко второму или третьему поколению почти все туземцы вымерли. Евангельские семена упали на добрую почву. Что до миссионеров, то их сыновья и внуки тоже собрали неплохой урожай в виде полноправного владения самими островами: землей, бухтами, поселениями, сахарными плантациями. Проповедники, явившиеся сюда, чтобы дать дикарям хлеб насущный, недурно покутили на языческом пиру.</p>
     <p>Я вовсе не собирался рассказывать о странных вещах, что творятся на Гавайях. Но дело в том, что только один человек может толковать о здешних событиях, не приплетая к разговору миссионеров: этот человек — Джек Керсдейл, тот самый, о котором я и хочу рассказать. Так вот, сам он тоже из миссионерского рода.</p>
     <p>Правда, со стороны бабки. А дед его был старый Бенджамен Керсдейл из Штатов, который начал сколачивать в молодости миллион, торгуя дешевым виски и джином. Вот вам еще одна странная штука. В былые времена миссионеры и торговцы считались заклятыми врагами. Интересы-то их сталкивались. А нынче их потомки переженились, поделили остров и отлично ладят друг с другом.</p>
     <p>Жизнь на Гавайях, что песня! Об этом здорово сказал Стоддард <a l:href="#n_786" type="note">[786]</a> в своих "Гавайях":</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Самой судьбы мелодии прелестной</v>
       <v>Тут каждый островок — строфа.</v>
       <v>И жизнь, как песня!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Как он прав! Кожа здесь у людей золотистая. Туземки — юноны, спелые, как солнце, а мужчины — бронзовые аполлоны. Нацепят украшения, венки из цветов — и ну плясать и петь. Да и белые, которые недолюбливают чопорную миссионерскую компанию, тоже поддаются расслабляющему влиянию солнечного климата и, как бы ни были заняты, тоже танцуют, поют и втыкают цветы в волосы. Джек Керсдейл из таких ребят. А надо сказать, самый деловой человек из тех, кого я знаю. Сколько у него миллионов, — не сочтешь! Сахарный король, владелец кофейных плантаций, первым начал добывать каучук, держит несколько скотоводческих ранчо, непременный участник чуть ли не всех предприятий, что замышляют тут, на островах. И в то же время — человек света, член клуба, яхтсмен, холостяк, к тому же такой красавец, какие не снились мамашам, имеющим дочек на выданье. Между прочим, он прошел курс в Иейле <a l:href="#n_787" type="note">[787]</a>, так что голова у него была набита всякими цифрами и учеными сведениями о Гавайских островах больше, чем у любого здешнего жителя, каких я знаю. И работать умел что надо, и песни пел, и танцевал, и цветы в волосы втыкал, как заправский бездельник.</p>
     <p>Характер у Джека был упорный: он дважды дрался на дуэли — оба раза по политическим мотивам, — будучи еще зеленым юнцом, который делал первые шажки в политике. Он сыграл самую достойную, пожалуй, и мужественную роль во время последней революции, когда скинули местную династию, а ведь ему тогда было едва ли больше шестнадцати. Он далеко не трус — я говорю об этом для того, чтобы вы лучше поняли случившееся потом. Довелось мне раз видеть, как он объезжал на ранчо в Халеакала одного четырехлетнего жеребца, к которому два года не могли подступиться лучшие ковбои Фон Темпского. И еще об одном происшествии расскажу. Оно случилось в Коне, внизу, на побережье, вернее — наверху, потому что тамошние жители, видите ли, считают ниже своего достоинства селиться меньше чем на тысячефутовой высоте. Так вот, мы собрались на веранде у доктора Гудхью. Я болтал с Дотти Фэрчайлд. И вдруг со стропил прямо к ней на прическу упала огромная сороконожка — мы потом измерили: семь дюймов! Признаюсь, я остолбенел от ужаса. Рассудок не повиновался мне. Я не мог шевельнуть пальцем. Только представьте: в каком-нибудь шаге от меня в волосах собеседницы извивается этакая отвратительная ядовитая гадина. Каждую секунду сороконожка могла скатиться на ее оголенные плечи — ведь мы только что поднялись из-за стола.</p>
     <p>— В чем дело? — удивилась Дотти, поднимая руку к волосам.</p>
     <p>— Не двигайтесь! — закричал я.</p>
     <p>— Что случилось? — испуганно спрашивала она, видя, как дергаются у меня губы и глаза расширились от ужаса.</p>
     <p>Мое восклицание привлекло внимание Керсдейла. Он посмотрел в нашу сторону, сразу все понял и быстро, но без лихорадочной поспешности подошел к нам.</p>
     <p>— Не двигайтесь, Дотти, прошу вас! — сказал он спокойно.</p>
     <p>Он не колебался ни секунды и действовал хладнокровно, расторопно.</p>
     <p>— Позвольте, — проговорил он.</p>
     <p>Он поднял ей на плечи шарф и одной рукой плотно держал концы, чтобы сороконожка не попала Дотти за корсаж. Другую руку, правую, он протянул к ее волосам, схватил омерзительную тварь насколько возможно ближе к голове и, крепко держа между большим и указательным пальцами, вытащил ее прочь. Не часто увидишь такое. Меня мороз по коже продирал. Сороконожка — семь дюймов шевелящихся конечностей — билась в воздухе, изгибалась, скручивалась, обвивалась вокруг пальцев, царапала Джеку кожу, стараясь вырваться. Я видел, как эта тварь однажды укусила его, хотя, сбросив ее на землю и раздавив ногой, Джек принялся уверять дам, что дело обошлось без укусов. Но пять минут спустя он был уже в кабинете у доктора Гудхью, где тот сделал ему насечку и инъекцию перманганата. На другой день рука у Керсдейла вздулась, как пивной бочонок, и прошло три недели, прежде чем опухоль спала.</p>
     <p>Все это не имеет в общем-то прямого отношения к моему рассказу, я лишь хотел показать, что Джек Керсдейл был кто угодно, но только не трус. Он являл лучший образец мужской выдержки. Никогда не выказывал боязни. Улыбка не сходила с его губ. Он запустил руку в волосы Дотти Фэрчайлд так беспечно, как будто в бочонок с соленым миндалем. И все же мне привелось наблюдать, как этот человек испытал такой дикий страх, который в тысячу раз сильнее того, что охватил меня, когда я увидел, как на голове Дотти Фэрчайлд шевелится ядовитая сороконожка, грозя вот-вот упасть на лицо и на грудь.</p>
     <p>В ту пору я интересовался различными случаями проказы, а в этой области Керсдейл обладал поистине энциклопедическими знаниями — как, впрочем, и в любой другой, касающейся островов. Проказа была, что называется, его коньком. Он слыл ревностным защитником колонии на Молокаи, куда помещали всех заболевших. Среди туземцев ходили разговоры, раздуваемые всякими демагогами, насчет жестокостей на Молокаи, что, дескать, людей не только насильно отрывают от родных и друзей, но и принуждают жить в заключении до самой смерти. Попавший туда не мог будто бы надеяться ни на смягчение этого наказания, ни на отсрочку приговора. На воротах в колонию словно было написано: "Оставь надежду…"</p>
     <p>— А я вам заявляю, что они там вполне счастливы, — настаивал Керсдейл. — Им куда лучше живется, чем их родственникам и друзьям, которые здоровы. Вся эта болтовня об ужасах на Молокаи — вздор! Побывайте в какой-нибудь больнице или в трущобах любого большого города, вы увидите вещи в тысячу раз страшнее. Живые мертвецы! Существа, которые когда-то были людьми! Какая глупость! Посмотрели бы вы, какие конные состязания устраивают эти живые мертвецы четвертого июля! У некоторых из них есть собственные лодки. Один имеет даже катерок. Им совсем нечего делать, кроме как весело проводить время. Еда, кров, одежда, медицинское обслуживание — все к их услугам. Они сами себе хозяева. И климат там гораздо лучше, чем в Гонолулу, и местность восхитительная. Я и сам не возражал бы насовсем поселиться там. Чудесное местечко!</p>
     <p>Так Керсдейл представлял веселящегося прокаженного. Сам он не боялся проказы. Он утверждал, что для него или любого другого белого опасность заразиться проказой ничтожна, какой-нибудь один случай из миллиона, хотя признавался впоследствии, что его однокашник, Альфред Стартер, как-то умудрился заболеть, был отправлен на Молокаи и там умер.</p>
     <p>— Дело в том, что прежде не умели точно ставить диагноз, — объяснил Керсдейл. — Какие-нибудь неизвестные симптомы или отклонение от нормы — и человека упекали на Молокаи. В результате туда были отправлены десятки таких же прокаженных, как мы с вами. Теперь ошибок не случается. Метод, которым пользуется Бюро здравоохранения, абсолютно надежен. Самое интересное: когда этот метод открыли, подвергли повторному исследованию всех, кто был на Молокаи, и обнаружили, что кое-кто совершенно здоров. Вы думаете, они были рады выбраться оттуда? Как бы не так! Покидая колонию, они рыдали так, как не рыдали, уезжая из Гонолулу. Иные наотрез отказались вернуться, их пришлось увезти силой. Один даже женился на женщине в последней стадии болезни и писал душераздирающие письма в Бюро здравоохранения, протестуя против высылки его из колонии на том основании, что никто не сможет так ухаживать за его старой больной женой, как он сам.</p>
     <p>— И что это за метод? — спрашивал я.</p>
     <p>— Бактериологический метод. Тут уж ошибка невозможна. Первым его применил здесь доктор Герви, наш лучший специалист. Он прямо кудесник. Знает о проказе больше, чем кто бы то ни было, и если когда-нибудь откроют средство от проказы, то это сделает он. А самый метод очень прост: удалось выделить и изучить bacillus leprae. Теперь эти бациллы узнают безошибочно.</p>
     <p>Человека, у которого подозревают проказу, приглашают к врачу, срезают крохотный кусочек кожи и подвергают его бактериологическому исследованию. Видимых признаков нет, а тем не менее могут найти кучу этих самых бацилл.</p>
     <p>— В таком случае и у нас с вами может быть куча бацилл? — спросил я.</p>
     <p>Керсдейл пожал плечами и засмеялся.</p>
     <p>— Разумеется! Инкубационный период длится семь лет. Если у вас есть какие-нибудь сомнения на этот счет, отправляйтесь к доктору Герви. Он срежет у вас кусочек кожи и мигом даст ответ.</p>
     <p>Позже Джек Керсдейл познакомил меня с доктором Герви, который немедленно всучил мне стопку разных отчетов и брошюр по этому вопросу, выпущенных Бюро здравоохранения, и повез в Калихи, на приемный пункт, где подвергались исследованию подозреваемые, а тех, у кого обнаруживали проказу, задерживали для высылки на Молокаи. Отправляют туда приблизительно раз в месяц, и тогда, попрощавшись с близкими, больные садятся на крошечный пароходик "Ноо", и их везут в колонию.</p>
     <p>Однажды около полудня, когда я писал в клубе письма, ко мне подошел Джек Керсдейл.</p>
     <p>— Вы-то мне и нужны! — сказал он вместо приветствия. — Я хочу показать вам самое грустное зрелище на Гавайях: отправку рыдающих прокаженных на Молокаи. Посадка начнется через несколько минут. Позвольте, однако, предупредить: не давайте воли своим чувствам. Горе их, конечно, безутешно, но, поверьте, они убивались бы сильнее, если бы Бюро здравоохранения вздумало через год вернуть их обратно. У нас как раз есть время пропустить стаканчик виски. Коляска ждет у подъезда. Мы за пять минут доберемся до пристани.</p>
     <p>Мы отправились на пристань. Человек сорок несчастных сгрудились там на отгороженном месте со своими тюками, одеялами и прочей кладью. "Ноо" только что прибыл и подходил к лихтеру, что стоял у пристани. За посадкой наблюдал самолично мистер Маквей, управляющий колонией; меня представили ему, а также доктору Джорджесу из Бюро здравоохранения, которого я уже видел раньше в Калихи. Прокаженные и в самом деле являли собой весьма мрачное зрелище. Лица у большинства были так обезображены, что не берусь описать. Среди них попадались, однако, люди вполне приятной внешности, без явных признаков беспощадной болезни. Особенно я запомнил белую девочку, лет двенадцати, не больше, с голубыми глазами и золотыми кудряшками. Но одна щечка у нее была чуть раздута. На мое замечание о том, насколько ей, бедняжке, тяжело, наверное, одной среди темнокожих больных, доктор Джорджес ответил:</p>
     <p>— Не совсем так. По-моему, это для нее самый счастливый день в жизни. Дело в том, что ее привезли из Кауаи, где она жила с отцом — страшный человек! И теперь, заболев, она будет жить вместе с матерью в колонии. Ту отправили еще три года назад… Очень тяжелый случай.</p>
     <p>— И вообще по внешности судить никак нельзя, — пояснил Маквей. — Видите того высокого парня, который так хорошо выглядит, словно совсем здоров? Так вот, я случайно узнал, что у него открытая язва на ноге и другая у лопатки. И у остальных тоже что-нибудь… Посмотрите на девушку, которая курит сигарету. Обратите внимание на ее руку. Видите, как скрючены пальцы? Анестезийная форма проказы. Поражает нервные узлы. Можно отрубить ей пальцы тупым ножом или потереть о терку для мускатного ореха, и она ровным счетом ничего не почувствует.</p>
     <p>— Да, но вот, например, та красивая женщина. Она-то уж наверняка здорова, — упорствовал я. — Такая великолепная и пышная.</p>
     <p>— С ней печальная история! — бросил Маквей через плечо, поворачиваясь, чтобы прогуляться с Керсдейлом по пристани.</p>
     <p>Да, она была красива — чистокровная полинезийка. Даже из моего скудного знакомства с типами людей той расы я мог заключить, что она отпрыск старинного царского рода. Я дал бы ей года двадцать три — двадцать четыре, не больше. Сложена она была великолепно, и признаки полноты, свойственной женщинам ее расы, были едва заметны.</p>
     <p>— Это было ударом для всех нас, — прервал молчание доктор Джорджес. — Она сама пришла на обследование. Никто даже не подозревал. Как она заразилась — ума не приложу. Право же, мы чуть не плакали.</p>
     <p>Мы, разумеется, постарались, чтобы дело не попало в газеты. Что с ней случилось, никто не знает, кроме нас да ее семьи. Спросите у любого в Гонолулу, и он скажет, что она скорее всего в Европе. Она сама просила, чтобы мы не распространялись. Бедняжка, она такая гордая.</p>
     <p>— Но кто она? — спросил я. — По тому, как вы говорите, она должна быть заметной фигурой.</p>
     <p>— Знаете такую — Люси Мокунуи?</p>
     <p>— Люси Мокунуи? — повторил я; в памяти у меня зашевелились какие-то давние впечатления, но я покачал головой. — Мне кажется, что я где-то слышал это имя, но оно мне ничего не говорит.</p>
     <p>— Никогда не слышали о Люси Мокунуи? Об этом гавайском соловье? Ах, простите, вы же малахини, новичок в здешних местах, можете и не знать. Люси Мокунуи была любимицей всего Гонолулу, да что там — всего острова.</p>
     <p>— Вы сказали была… — прервал я доктора.</p>
     <p>— Я не оговорился, увы! Теперь она, считайте, умерла. — Он с безнадежным сожалением пожал плечами. — В разное время из-за нее потеряли голову человек десять хаолес — ах, простите! — человек десять белых. Я уж не говорю о людях с улицы. Те десять — все занимали видное положение.</p>
     <p>Она могла бы выйти замуж за сына Верховного Судьи, если бы захотела. Так вы считаете ее красивой? Да, но надо услышать, как она поет! Самая талантливая певица-туземка на Гавайских островах. Голос у нее — чистое серебро, нежный, как солнечный луч. Мы обожали ее. Она гастролировала в Америке — сначала с Королевским Гавайским оркестром, потом дважды ездила одна, давала концерты.</p>
     <p>— Вот оно что! — воскликнул я. — Да, да, припоминаю. Я слышал ее года два назад в Бостонской филармонии. Так это она! Теперь-то я узнаю ее.</p>
     <p>Безотчетная грусть внезапно охватила меня. Жизнь в лучшем случае — бессмысленная и тщетная штука. Каких-нибудь два года, и вот эта великолепная женщина во всем великолепии своего успеха вдруг оказывается здесь, в толпе прокаженных, ожидающих отправки на Молокаи. Невольно пришли на ум строки из Генли <a l:href="#n_788" type="note">[788]</a>:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Старый несчастный бродяга поведал о старом несчастье,</v>
       <v>Жизнь, говорит, — ошибка, ошибка и позор.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Я содрогнулся при мысли о будущем. Если на долю Люси Мокунуи выпал такой тяжкий жребий, то кто знает, что ожидает меня… или любого из нас? Я всегда отдавал себе отчет в том, что мы смертны, но жить среди живых мертвецов, умереть и не быть мертвым, стать одним из тех обреченных существ, которые некогда были мужчинами и женщинами, да, да, и женщинами — такими, как Люси Мокунуи, это воплощение полинезийского обаяния, эта талантливая актриса, божество… наверное, я выдал в ту минуту свое крайнее смятение, ибо доктор Джорджес поспешил уверить меня, что им там, в колонии, живется совсем не плохо.</p>
     <p>Это было непостижимо, чудовищно. Я не мог заставить себя смотреть на нее. Немного поодаль, за веревками, где прохаживался полисмен, стояли родственники и друзья отъезжающих. Подойти поближе им не позволяли. Не было ни объятий, ни прощальных поцелуев. Они могли лишь переговариваться друг с другом — последние пожелания, последние слова любви, последние, многократно повторяемые напутствия. Те, что стояли за веревками, смотрели с каким-то отчаянным, напряженным до ужаса вниманием. Ведь в последний раз видели они любимые лица, лица живых мертвецов, которых погребальное судно увезет сейчас на молоканское кладбище.</p>
     <p>Доктор Джорджес подал знак, и несчастные зашевелились, поднялись на ноги и, сгибаясь под тяжестью клади, медленно побрели через лихтер к сходням. Скорбное похоронное шествие! Среди провожающих, сгрудившихся за веревками, тут же послышались рыдания. Кровь стыла в жилах, разрывалось сердце. Я никогда не видел такого горя и, надеюсь, не увижу больше. Керсдейл и Маквей все еще находились на другом краю пристани, занятые каким-то серьезным разговором — наверное, о политике, потому что оба они в ту пору крайне увлекались этой странной игрой. Когда Люси Мокунуи проходила мимо, я снова украдкой посмотрел на нее. Она и в самом деле была прекрасна! Прекрасна даже по нашим представлениям — один из тех редчайших цветков, что расцветают лишь раз в поколение. Подумать только, что такая женщина обречена прозябать в колонии для прокаженных!</p>
     <p>Она шла, точно королева: вот пересекла лихтер, поднялась по сходням, прошла палубой на корму, где у поручней столпились прокаженные — они плакали и махали остающимся на берегу.</p>
     <p>Отдали концы, и "Ноо" стал медленно отваливать от пристани. Крики и плач усилились. Какое безнадежное, горестное зрелище! Я мысленно давал себе слово, что никогда впредь не окажусь свидетелем отплытия "Ноо", в эту минуту подошли Маквей и Керсдейл. Глаза у Джека блестели, и губы не могли скрыть довольной улыбки. Очевидно, разговор о политике закончился к обоюдному согласию. Веревочное ограждение сняли, и причитающие родственники кинулись к самому краю причала, окружив нас плотной толпой.</p>
     <p>— Это ее мать, — шепнул мне доктор Джорджес, показывая на стоявшую рядом старушку, которая горестно покачивалась из стороны в сторону, не отрывая от палубы невидящих, полных слез глаз. Я заметил, что Люси Мокунуи тоже плачет. Но вот она утерла слезы и пристально посмотрела на Керсдейла. Потом протянула обе руки — тем восхитительным чувственным движением, которым некогда словно обнимала аудиторию Ольга Нетерсоль, и воскликнула:</p>
     <p>— Прощай, Джек! Прощай, дорогой!</p>
     <p>Он услышал ее и обернулся. Я никогда не видел, чтобы человек так испугался. Керсдейл зашатался, побелел и как-то обмяк, словно из него вынули душу. Вскинув руки, он простонал: "Боже мой!" Но тут же громадным усилием воли взял себя в руки.</p>
     <p>— Прощай, Люси! Прощай! — отозвался он.</p>
     <p>Он стоял и махал ей до тех пор, пока "Ноо" не вышел из гавани и лица стоявших у кормовых поручней не слились в сплошную полосу.</p>
     <p>— Я полагал, что вы знаете, — сказал Маквей, удивленно глядя на Керсдейла. — Уж кому-кому, а вам… Я решил, что поэтому вы и пришли сюда.</p>
     <p>— Теперь я знаю, — медленно проговорил Керсдейл. — Где коляска?</p>
     <p>И быстро, чуть не бегом, зашагал с пристани. Я едва поспевал за ним.</p>
     <p>— К доктору Герви, — крикнул он кучеру, — да побыстрее!</p>
     <p>Тяжело, еле переводя дух, он опустился на сиденье. Бледность разлилась у него по лицу, губы были крепко сжаты, на лбу и на верхней губе выступил пот. Сильнейшая боль, казалось, мучает его.</p>
     <p>— Поскорее, Мартин, ради бога! — вырвалось у него. — Что они у тебя плетутся? Подхлестни-ка их, слышишь? Подхлестни как следует.</p>
     <p>— Мы загоним лошадей, сэр, — возразил кучер.</p>
     <p>— Пускай! Гони вовсю! Плачу и за лошадей и штраф полиции. А ну, быстрей, быстрей!</p>
     <p>— Как же я не знал? Ничего не знал… — бормотал он, откидываясь на подушки и дрожащей рукой отирая пот с лица.</p>
     <p>Коляска неслась с бешеной скоростью, подпрыгивая и кренясь на поворотах. Разговаривать было невозможно. Да и о чем говорить? Но я слышал, как Джек повторял снова и снова: "Как же я не знал!.. Как же я не знал!.."</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>"Алоха Оэ"</p>
     </title>
     <p>Нигде уходящим в море судам не устраивают таких проводов, как в гавани Гонолулу. Большой пароход стоял под парами, готовый к отплытию. Не менее тысячи человек толпилось на его палубах, пять тысяч стояло на пристани. По высоким сходням вверх и вниз проходили туземные принцы и принцессы, сахарные короли, видные чиновники Гавайев. А за толпой, собравшейся на берегу, длинными рядами выстроились под охраной туземной полиции экипажи и автомобили местной аристократии.</p>
     <p>На набережной гавайский королевский оркестр играл "Алоха Оэ", а когда он смолк, ту же рыдающую мелодию подхватил струнный оркестр туземцев на пароходе, и высокий голос певицы птицей взлетел над звуками инструментов, над многоголосым гамом вокруг. Словно звонкие переливы серебряной свирели, своеобразные и неповторимые, влились вдруг в многозвучную симфонию прощания.</p>
     <p>На нижней палубе вдоль поручней стояли в шесть рядов молодые люди в хаки; их бронзовые лица говорили о трех годах военной службы, проведенных под знойным солнцем тропиков. Однако это не их провожали сегодня так торжественно, и не капитана в белом кителе, стоявшего на мостике и безучастно, как далекие звезды, взиравшего с высоты на суматоху внизу, и не молодых офицеров на корме, возвращавшихся на родину с Филиппинских островов вместе со своими измученными тропической жарой, бледными женами. На верхней палубе, у самого трапа, стояла группа сенаторов Соединенных Штатов — человек двадцать — с женами и дочерьми. Они приезжали сюда развлечься. И целый месяц их угощали обедами и поили вином, пичкали статистикой, таскали по горам и долам, на вершины вулканов и в залитые лавой долины, чтобы показать все красоты и природные богатства Гавайев.</p>
     <p>За этой-то веселящейся компанией и прибыл в гавань большой пароход, и с нею прощался сегодня Гонолулу.</p>
     <p>Сенаторы были увешаны гирляндами, они просто утопали в цветах. На бычьей шее и мощной груди сенатора Джереми Сэмбрука красовалась добрая дюжина венков и гирлянд. Из этой массы цветов выглядывало его потное лицо, покрытое свежим загаром. Цветы раздражали сенатора невыносимо, а на толпу, кишевшую на пристани, он смотрел оком человека, для которого существуют только цифры, человека, слепого к красоте. Он видел в этих людях лишь рабочую силу, а за ней — фабрики, железные дороги, плантации, все то, что она создавала и что олицетворяла собой для него. Он видел богатства этой страны, думал о том, как их использовать, и, занятый этими размышлениями о материальных благах и могуществе, не обращал никакого внимания на дочь, которая стояла подле него, разговаривая с молодым человеком в изящном летнем костюме и соломенной шляпе. Юноша не отрывал жадных глаз от ее лица и, казалось, видел только ее одну. Если бы сенатор Джереми внимательно присмотрелся к дочери, он понял бы, что пятнадцатилетняя девочка, которую он привез с собой на Гавайские острова, за этот месяц превратилась в женщину.</p>
     <p>В климате Гавайев все зреет быстро, а созреванию Дороти Сэмбрук к тому же особенно благоприятствовали окружающие условия. Тоненькой бледной девочкой с голубыми глазами, немного утомленной вечным сидением за книгами и попытками хоть что-нибудь понять в загадках жизни, — такой приехала сюда Дороти месяц назад. А сейчас в глазах ее был жаркий свет, щеки позолочены солнцем, в линиях тела уже чувствовалась легкая, едва намечавшаяся округлость. За этот месяц Дороти совсем забросила книги, ибо читать книгу жизни было куда интереснее. Она ездила верхом, взбиралась на вулканы, училась плавать на волнах прибоя. Тропики проникли ей в кровь, она упивалась ярким солнцем, теплом, пышными красками. И весь этот месяц она провела в обществе Стивена Найта, настоящего мужчины, спортсмена, отважного пловца, бронзового морского бога, который укрощал бешеные волны и на их хребтах мчался к берегу.</p>
     <p>Дороти Сэмбрук не замечала перемены, которая произошла в ней. Она оставалась наивной молоденькой девушкой, и ее удивляло и смущало поведение Стива в этот час расставания.</p>
     <p>До сих пор она видела в нем просто доброго товарища, и весь месяц он и был ей только товарищем, но сейчас, прощаясь с ней, вел себя как-то странно. Говорил взволнованно, бессвязно, вдруг умолкал, начинал снова. По временам он словно не слышал, что говорит она, или отвечал не так, как обычно. А взгляд его приводил Дороти в смятение. Она раньше и не замечала, что у него такие горящие глаза; она не смела смотреть в них и то и дело опускала ресницы. Но выражение их и пугало и в то же время притягивало ее, и она снова и снова заглядывала в эти глаза, чтобы увидеть то пламенное, властное, тоскующее, чего она еще не видела никогда ни в чьих глазах. Она и сама испытывала какое-то странное волнение и тревогу.</p>
     <p>На пароходе оглушительно завыл гудок, и увенчанная цветами толпа хлынула ближе. Дороти Сэмбрук сделала недовольную гримасу и заткнула пальцами уши, чтобы не слышать пронзительного воя, — и в этот миг она снова перехватила жадный и требовательный взгляд Стива. Он смотрел на ее уши, нежно розовеющие и прозрачные в косых лучах закатного солнца.</p>
     <p>Удивленная и словно завороженная странным выражением его глаз, Дороти смотрела на него не отрываясь. И Стив понял, что выдал себя; он густо покраснел и что-то невнятно пробормотал. Он был явно смущен, и Дороти была смущена не меньше его. Вокруг них суетилась пароходная прислуга, торопя провожающих сойти на берег. Стив протянул руку. И в тот миг, когда Дороти ощутила пожатие его пальцев, тысячу раз сжимавших ее руку, когда они вдвоем карабкались по крутым склонам или неслись на доске по волнам, — она услышала и по-новому поняла слова песни, которая, подобно рыданию, рвалась из серебряного горла гавайской певицы:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Ka halia ko aloha Kai hiki mai,</v>
       <v>Ke hone ae nei i Ku'u manawa,</v>
       <v>O oe no Ka'u aloha</v>
       <v>A loko e hana nei.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Этой песне учил ее Стив, она знала и мелодию и слова и до сих пор думала, что понимает их. Но только сейчас, когда в последний раз пальцы Стива крепко сжали ее руку и она ощутила теплоту его ладони, ей открылся истинный смысл этих слов. Она едва заметила, как ушел Стив, и не могла отыскать его в толпе на сходнях, потому что в эти минуты она уже блуждала в лабиринтах памяти, вновь переживая минувшие четыре недели — все события этих дней, представшие перед ней сейчас в новом свете.</p>
     <p>Когда месяц назад компания сенаторов прибыла в Гонолулу, их встретили члены комиссии, которой было поручено развлекать гостей, и среди них был и Стив. Он первый показал им в Ваикики-Бич, как плавают по бурным волнам во время прибоя. Выплыв в море верхом на узкой доске, с веслом в руках, он помчался так быстро, что скоро только пятнышком замелькал и исчез вдали. Потом неожиданно возник снова, встав из бурлящей белой пены, как морской бог, — сначала показались плечи и грудь, потом бедра, руки; и вот он уже стоял во весь рост на пенистом гребне могучего вала длиной с милю, и только ноги его были зарыты в летящую пену. Он мчался со скоростью экспресса и спокойно вышел на берег на глазах у пораженных зрителей. Таким Дороти впервые увидела Стива. Он был самый молодой член комиссии — двадцатилетний юноша. Он не выступал с речами, не блистал на торжественных приемах. В увеселительную программу для гостей он вносил свою долю, плавая на бурных волнах в Ваикики, гоняя диких быков по склонам Мауна Кеа, объезжая лошадей на ранчо Халеакала.</p>
     <p>Дороти не интересовали бесконечные статистические обзоры и ораторские выступления остальных членов комиссии, на Стива они тоже нагоняли тоску, — и оба потихоньку удирали вдвоем. Так они сбежали и с пикника в Хамакуа и от Эба Луиссона, кофейного плантатора, который в течение двух убийственно скучных часов занимал гостей разговором о кофе, о кофе и только о кофе. И как раз в тот день, когда они ехали верхом среди древовидных папоротников, Стив перевел ей слова песни "Алоха Оэ", которой провожали гостей-сенаторов в каждой деревне, на каждом ранчо, на каждой плантации.</p>
     <p>Они со Стивом с первого же дня очень много времени проводили вместе. Он был ее неизменным спутником на всех прогулках. Она совсем завладела им, пока ее отец собирал нужные ему сведения о Гавайских островах. Дороти была кротка и не тиранила своего нового приятеля, но он был у нее в полном подчинении, и лишь во время катания на лодке, или поездок верхом, или плавания в прибой власть переходила к нему, а ей оставалось слушаться.</p>
     <p>И вот теперь, когда уже был поднят якорь и громадный пароход стал медленно отваливать от пристани, Дороти, слушая прощальную мелодию "Алоха Оэ", поняла, что Стив был для нее не только веселым товарищем.</p>
     <p>Пять тысяч голосов пели сейчас "Алоха Оэ":</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>В разлуке любовь моя будет с тобою</v>
       <v>Всегда, до новой встречи.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>И в то же мгновение, вслед за открытием, что она любит и любима, пришла мысль, что их со Стивом разлучают, отрывают друг от друга. Когда еще они встретятся снова? И встретятся ли? Слова песни о новой встрече она услышала впервые от него, Стива, — она вспомнила, как он пел их ей, повторяя много раз подряд, под деревом хау в Ваикики. Не было ли это предсказанием? А она восторгалась его пением, твердила ему, что он поет так выразительно… Вспомнив это, Дороти рассмеялась громко, истерически. "Выразительно!" Еще бы, когда человек душу свою изливал в песне! Теперь она знала это, но слишком поздно. Почему он ей ничего не сказал?</p>
     <p>Вдруг она вспомнила, что в ее возрасте девушки еще не выходят замуж. Но тотчас сказала себе: "А на Гавайях выходят". На Гавайях, где кожа у всех золотиста и женщины под поцелуями солнца созревают рано, созрела и она — за один месяц.</p>
     <p>Тщетно вглядывалась Дороти в толпу на берегу. Куда девался Стив? Она готова была отдать все на свете, чтобы увидеть его еще хоть на миг, она почти желала, чтобы какая-нибудь смертельная болезнь поразила капитана, одиноко стоявшего на мостике, — ведь тогда пароход не уйдет! В первый раз в жизни она посмотрела на отца внимательно, пытливо — и с внезапно проснувшимся страхом прочла в этом лице упрямство и жесткую волю. Противиться этой воле очень страшно! И разве она может победить в такой борьбе?..</p>
     <p>Но почему, почему Стив молчал до сих пор? А сейчас уже поздно… Почему он не сказал ей ничего тогда, под деревом хау в Ваикики?</p>
     <p>Тут ее осенила догадка — и сердце у нее упало. Да, да, теперь понятно, почему молчал Стив! Что-то такое она слышала недавно… А, это было у миссис Стентон, в тот день, когда дамы миссионерского кружка пригласили на чашку чая жен и дочерей сенаторов… Та высокая блондинка, миссис Ходжкинс, задала вопрос… Дороти отчетливо вспомнила все: обширную веранду, тропические цветы, бесшумно сновавших вокруг слуг-азиатов, жужжание женских голосов и вопрос миссис Ходжкинс, сидевшей неподалеку в группе других дам. Миссис Ходжкинс недавно вернулась на остров с континента, где она провела много лет, и, видимо, расспрашивала о старых знакомых, подругах ее юности.</p>
     <p>— А как поживает Сюзи Мэйдуэлл? — осведомилась она.</p>
     <p>— О, мы с ней больше не встречаемся! Она вышла за Вилли Кьюпеля, — ответила одна из местных жительниц.</p>
     <p>А жена сенатора Беренда со смехом спросила, почему же замужество Сюзи Мэйдуэлл оттолкнуло от нее приятельниц.</p>
     <p>— Ее муж — хапа-хаоле, человек смешанной крови, — был ответ. — А мы, американцы на островах, должны думать о наших детях.</p>
     <p>Дороти повернулась к отцу, решив проверить свою догадку.</p>
     <p>— Папа! Если Стив приедет когда-нибудь в Штаты, ему можно будет бывать у нас?</p>
     <p>— Стив? Какой Стив?</p>
     <p>— Ну, Стивен Найт. Ты же его знаешь, ты прощался с ним только что, пять минут назад! Если ему случится когда-нибудь попасть в Штаты, можно будет пригласить его к нам?</p>
     <p>— Конечно, нет! — коротко отрезал Джереми Сэмбрук. — Этот Стивен Найт — хапа-хаоле. Ты знаешь, что это значит?</p>
     <p>— О-ох! — чуть слышно вздохнула Дороти, чувствуя, как немое отчаяние закрадывается ей в душу.</p>
     <p>Стив — не хапа-хаоле, в этом Дороти была уверена. Она не знала, что к его крови примешалась капелька крови, полной жара тропического солнца, а значит, о браке с ним нечего было и думать. Странный мир! Ведь преподобный Клегхорн женился же на темнокожей принцессе из рода Камехамеха, — и все-таки люди считали за честь знакомство с ним, и в его доме бывали женщины высшего света из ультрафешенебельного миссионерского кружка! А вот Стив… То, что он учил ее плавать или вел ее за руку в опасных местах, когда они поднимались на кратер Килауэа, никому не казалось предосудительным. Он мог обедать с нею и ее отцом, танцевать с нею, быть членом увеселительной комиссии, но жениться на Дороти он не мог, потому что в жилах его струилось тропическое солнце.</p>
     <p>А ведь это совсем не было заметно! Кто не знал, тому это и в голову не могло прийти! Стив был так красив… Образ его запечатлелся в ее памяти, и она с бессознательным удовольствием вспоминала великолепное гибкое тело, могучие плечи, надежную силу этих рук, что так легко подсаживали ее в седло, несли по гремящим волнам или поднимали ее, уцепившуюся за конец альпенштока, на крутую вершину горы, которую называют "Храмом солнца"! И еще что-то другое, таинственное и неуловимое, вспоминалось Дороти, что-то такое, в чем она и сейчас еще очень смутно отдавала себе отчет: ощущение близости мужчины, настоящего мужчины, какое она испытывала, когда Стив бывал с нею.</p>
     <p>Она вдруг очнулась с чувством острого стыда за эти мысли. Кровь прилила к ее щекам, окрасила их ярким румянцем, но тотчас отхлынула: Дороти побледнела, вспомнив, что больше никогда не увидит любимого.</p>
     <p>Пароход уже отвалил, и палубы его поравнялись с концом набережной.</p>
     <p>— Вон там стоит Стив, — сказал сенатор дочери. — Помаши ему на прощание, Дороти!</p>
     <p>Стив не сводил с нее глаз и увидел в ее лице то новое, чего не видел раньше. Он просиял, и Дороти поняла, что он теперь знает. А в воздухе трепетала песня:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Люблю — и любовь моя будет с тобой,</v>
       <v>Всегда, до новой встречи.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Слова были не нужны, они и без слов все сказали друг другу. Вокруг Дороти пассажиры снимали с себя венки и бросали их друзьям, стоявшим на пристани. Стив протянул руки, глаза его молили. Она стала снимать через голову свою гирлянду, но цветы зацепились за нитку восточного жемчуга, которую надел ей сегодня на шею старик Мервин, сахарный король, когда вез ее и отца на пристань.</p>
     <p>Она дергала жемчуг, цеплявшийся за цветы. А пароход двигался и двигался вперед. Стив был теперь как раз под палубой, где она стояла, медлить было нельзя — еще минута, и он останется позади!</p>
     <p>Дороти всхлипнула, и Джереми Сэмбрук испытующе посмотрел на нее.</p>
     <p>— Дороти! — крикнул он резко.</p>
     <p>Она решительно рванула ожерелье — и вместе с цветами дождь жемчужин посыпался на голову ожидавшего возлюбленного.</p>
     <p>Она смотрела на него, пока слезы не застлали перед ней все, потом спрятала лицо на плече отца. А сенатор, забыв о статистике, с удивлением спрашивал себя: почему это маленькие девочки так спешат стать взрослыми?</p>
     <p>Толпа на пристани все пела, мелодия, отдаляясь, таяла в воздухе, но по-прежнему была в ней любовная нега и слова сжигали сердце, как кислота, ибо в них была ложь.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Aloha oe, Aloha oe, e ke onaona no ho ika lipo…</v>
       <v>В последний раз приди в мои объятия!</v>
       <v>Любовь моя с тобой всегда, до новой встречи.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Чун А-чун</p>
     </title>
     <p>Во внешности Чун А-чуна вы не нашли бы ничего примечательного. Он был небольшого роста, худощавый и узкоплечий, как большинство китайцев. Путешественник, случайно встретив его на улице в Гонолулу, решил бы: вот добродушный маленький китаец, владелец какой-нибудь процветающей прачечной или портняжной мастерской. Что касается добродушия и процветания, это суждение было бы правильным, хотя и не отражало бы истину во всем ее объеме, ибо добродушие Чун А-чуна было столь же велико, как и его состояние, а точных размеров последнего не представляла ни одна живая душа. Все знали, что Чун А-чун чрезвычайно богат, но в данном случае словом "чрезвычайно" обозначалось нечто абсолютно неизвестное.</p>
     <p>Маленькие черные глазки Чун А-чуна, хитрые и блестящие, казались дырочками, просверленными буравчиком. Но они были широко расставлены, и лоб, нависший над ними, несомненно, принадлежал мыслителю. Ибо всю жизнь А-чуну приходилось решать самые сложные проблемы. Не то, чтобы эти проблемы особенно беспокоили его. В сущности, А-чун представлял собой законченный тип философа, духовное равновесие его не зависело от того, был ли он мультимиллионером, распоряжающимся судьбами множества людей, или простым кули. А-чун всегда пребывал в состоянии безграничного душевного покоя, не нарушаемого успехом и не смущаемого неудачами. Ничто не могло сокрушить его невозмутимость: ни удары плети надсмотрщика на плантации сахарного тростника, ни падение цен на сахар, когда А-чун уже сам владел этими плантациями. Опираясь на непоколебимую скалу своей удовлетворенности миром, он справлялся с проблемами, которыми людям вообще приходится заниматься не часто, а китайским крестьянам и того реже.</p>
     <p>А-чун был именно китайским крестьянином, обреченным всю жизнь трудиться, как рабочая скотина, на полях; но, по велению судьбы, в один прекрасный день он исчез с этих полей, словно принц в сказке. А-чун не помнил своего отца, мелкого арендатора неподалеку от Кантона; не много воспоминаний оставила и мать: она умерла, когда мальчику едва исполнилось шесть лет. Зато он помнил своего почтенного дядюшку А-ку, на которого он батрачил с шести лет до двадцати четырех. Именно после этого он исчез, завербовавшись на три года на сахарные плантации Гавайских островов с оплатой в пятнадцать центов в день.</p>
     <p>А-чун обладал редкой наблюдательностью. Он запоминал мельчайшие подробности, какие вряд ли заметил бы и один из тысячи. Он проработал на плантациях три года и по окончании этого срока знал о выращивании сахарного тростника больше, чем надсмотрщики и даже сам управляющий; управляющий же был бы несказанно изумлен, если бы ему стало известно, какими сведениями о переработке тростника располагает этот сморщенный кули. Но А-чун изучал не только процессы переработки тростника. Он старался постичь, каким путем люди становятся владельцами сахарных заводов и плантаций. Очень быстро он усвоил, что от своего собственного труда люди не богатеют. Он знал это потому, что сам гнул спину целых двадцать лет. Люди наживают деньги, только используя труд других. И человек тем богаче, чем больше ближних работают на него.</p>
     <p>И вот, когда срок контракта истек, А-чун вложил свои сбережения в маленькую лавку импортных товаров, вступив в компанию с неким А-янгом. Впоследствии лавка превратилась в крупную фирму "А-чун и А-янг", которая торговала решительно всем — от индийских шелков и женьшеня до островов с залежами гуано и вербовочных судов. В то же время А-чун нанялся работать поваром. Он оказался прекрасным кулинаром и за три года стал самым высокооплачиваемым шеф-поваром в Гонолулу. Карьера его была обеспечена, и он совершал непростительную глупость, отказываясь от нее, — так сказал ему Дантен, его хозяин; однако А-чун лучше знал, что ему надо. За упрямство его трижды назвали дураком при расчете и выдали пятьдесят долларов сверх положенной суммы.</p>
     <p>Фирма "А-чун и А-янг" богатела. Теперь А-чуну незачем было работать поваром. На Гавайях начался бум. Расширялись плантации сахарного тростника, и всюду требовались рабочие руки. А-чун видел, какие это сулит возможности, и занялся ввозом рабочей силы. Он доставил на Гавайи тысячи кантонских кули, и состояние его росло день ото дня. Он вкладывал капитал в различные предприятия. Его черные, как бусинки, глаза безошибочно различали выгоду там, где прочим людям виделось разорение. Он за бесценок купил пруд для разведения рыбы, который потом принес пятьсот процентов прибыли и дал А-чуну возможность монополизировать поставки рыбы в Гонолулу. А-чун не давал интервью, не играл никакой роли в политике, не участвовал в революциях, зато он безошибочно предугадывал события и был значительно дальновиднее тех, кто руководил этими событиями. В воображении он видел Гонолулу современным, освещенным электричеством еще в те времена, когда город, грязный, под вечной угрозой песчаных заносов, беспорядочно лепился к голым скалам кораллового островка. И А-чун покупал землю. Он покупал землю у торговцев, нуждающихся в наличных, у нищих туземцев, у разгульных сынков богачей, у вдов и сирот, даже у прокаженных, которых высылали на Молокаи. И со временем оказалось, что купленные А-чуном клочки земли совершенно необходимы для складов, либо для общественных зданий, либо для отелей. А-чун сдавал внаем и брал в аренду, продавал, покупал и перепродавал снова.</p>
     <p>Однако это еще не все. А-чун вверил свои надежды и деньги некоему Паркинсону, бывшему капитану, которому не доверился бы никто другой. Паркинсон отбыл в таинственный рейс на маленькой "Веге". После этого Паркинсон не знал нужды до конца дней своих, а много лет спустя весь Гонолулу охватило изумление: каким-то путем стало известно, что острова Дрейк и Акорн, славившиеся залежами гуано, давно проданы Британскому тресту фосфатов за три четверти миллиона.</p>
     <p>Кроме того, были дни изобилия и пьянства при короле Калакауа, когда А-чун заплатил триста тысяч долларов за опиумную лицензию. И хотя монополия на торговлю наркотиками обошлась ему в треть миллиона, все же это оказалось выгодной сделкой, так как на доходы от нее он купил плантацию Калалау, а та, в свою очередь, давала ему в течение семнадцати лет тридцать процентов чистой прибыли и была продана в конце концов за полтора миллиона.</p>
     <p>Задолго до этого, еще при правлении династии Камехамеха, А-чун верно служил своей стране в качестве консула на Гавайях — а должность эту отнюдь нельзя назвать недоходной. При Камехамехе IV он переменил гражданство и стал гавайским подданным для того, чтобы жениться на Стелле Аллендейл; она являлась подданной туземного короля, хотя в жилах ее текло больше англосаксонской крови, чем полинезийской. Среди предков Стеллы были люди стольких национальностей, что доли крови исчислялись восьмыми и даже шестнадцатыми. Одну шестнадцатую составляла, например, кровь ее прабабушки Паа-ао — принцессы Паа-ао, ибо она происходила из королевского рода. Прадедом Стеллы Аллендейл был некий капитан Блант, англичанин-авантюрист, который служил у Камехамеха I и был возведен им в сан неприкосновенного вождя. Дед ее, капитан китобойного судна, происходил из Нью-Бедфорда, а у отца, кроме английской крови, была слабая примесь итальянской и испанской. Так что супруга А-чуна, гаваянка по закону, с большим основанием могла быть причислена к любой из трех других национальностей.</p>
     <p>И в этот сплав рас А-чун добавил струю монгольской крови. Таким образом, его дети от миссис А-чун были на одну тридцать вторую полинезийцы, на одну шестнадцатую итальянцы, на одну шестнадцатую португальцы, наполовину китайцы и на одиннадцать тридцать вторых англичане и американцы.</p>
     <p>Вполне вероятно, что А-чун воздержался бы от брака, если бы он мог предвидеть, какое необыкновенное потомство произойдет от этого союза. Оно было необыкновенным во многих отношениях. Во-первых, по количеству: А-чун стал отцом пятнадцати сыновей и дочерей, в основном дочерей. Вначале родились сыновья — всего трое, а затем с неумолимой последовательностью целая дюжина дочерей. Результаты смешения рас оказались блестящими. Потомство было не только многочисленным: все дети, как один, обладали безукоризненным здоровьем. Но больше всего поражала их красота. Дочери А-чуна были красивы какой-то хрупкой, неземной красотой. Казалось, в них острые углы папаши А-чуна смягчены плавностью линий, свойственной мамаше А-чун, так что дочери были гибкими, но не костлявыми и ласкали глаз округлостью форм, не будучи полными. Черты каждой из девушек носили неуловимый отпечаток Азии, хотя и сглаженный и замаскированный влиянием старой Англии, новой Англии и Южной Европы. Ни один наблюдатель, не будучи осведомлен заранее, не догадался бы о наличии значительной примеси китайской крови в их жилах; в то же время осведомленный наблюдатель не преминул бы тут же отметить в дочерях А-чуна китайские черты.</p>
     <p>Девицы А-чун являли собой новый тип красавиц. Ничего подобного природа еще не создавала. Единственно, на кого сестры походили, — это друг на друга, и все же каждая обладала ярко выраженной индивидуальностью. Перепутать их было невозможно. В то же время белокурая голубоглазая Мод непременно напоминала каждому Генриетту, брюнетку с оливковой кожей, огромными томными глазами и волосами, черными до синевы.</p>
     <p>То общее, что проглядывало во внешности сестер, невзирая на все их различия, шло от А-чуна. Он заложил основу, на которую наносился сложный узор смешения рас. Хрупкое сложение досталось дочерям от А-чуна, а кровь саксов, латинян и полинезийцев дала им утонченную красоту, которая свойственна женщинам этих рас.</p>
     <p>У миссис А-чун были свои представления о жизни, и А-чун во всем шел жене навстречу, но только до тех пор, пока это не нарушало его философского спокойствия. Она привыкла жить на европейский лад. Прекрасно! А-чун подарил ей европейский особняк. Позже, когда подросли сыновья и дочери, он выстроил бунгало — просторное, широко раскинувшееся здание, столь же скромное, сколь великолепное. Кроме того, через некоторое время появился дом в горах Танталус, куда семья переезжала на сезон южных ветров. А в Ваикики, на взморье, он построил виллу, причем настолько удачно выбрал участок, что впоследствии, когда правительство Соединенных Штатов решило конфисковать участок для военных целей, А-чуну выплатили изрядную сумму. Во всех резиденциях имелись бильярд, курительные и несчетное количество комнат для гостей — дело в том, что прелестные наследники А-чуна любили устраивать многолюдные приемы. Меблировка отличалась изысканной простотой. Были потрачены баснословные суммы, но это не бросалось в глаза — все благодаря просвещенному вкусу наследников.</p>
     <p>А-чун не скупился, когда речь шла об образовании его детей.</p>
     <p>— Не жалейте денег, — говорил он в прежние времена Паркинсону, если этот нерадивый моряк выражал сомнение, стоит ли тратиться на совершенствование мореходных качеств "Веги". — Вы водите шхуну — я плачу по счетам.</p>
     <p>Точно так же было с его сыновьями и дочерьми. Их дело получать образование и не считаться с расходами. Первенец Гарольд учился в Гарварде и Оксфорде. Альберт и Чарльз поступили в Иейл в один и тот же год. Дочери же, от самой старшей до младшей, воспитывались в закрытой школе Миллз в Калифорнии, а затем переходили в Вассар, Уэллсли или Брин Маур. Те, кто желали, завершали образование в Европе. Со всех концов земли возвращались к А-чуну сыновья и дочери и высказывали все новые пожелания и советы по части усовершенствования строгого великолепия его резиденций. Сам А-чун предпочитал откровенную пышность восточной роскоши. Но он был философ и прекрасно понимал, что вкусы его детей безукоризненны и полностью соответствуют западным стандартам.</p>
     <p>Разумеется, дети его не были известны как дети А-чуна. Подобно тому, как он из простого кули превратился в мультимиллионера, точно так же и имя его претерпело изменения. Мамаша А-чун писала фамилию А'Чун, а ее отпрыски мудро опустили апостроф и превратились в Ачунов. А-чун не возражал. Как бы ни писали его имя, это не нарушало его удобств и философского спокойствия. Кроме того, он не был горд. Но когда требования детей А-чуна настолько возросли, что речь зашла о крахмальной сорочке, стоячем воротничке и сюртуке, это уже нарушало его удобства и покой. А-чун не носил европейское платье. Он предпочитал свободные китайские халаты, и семейство не смогло заставить А-чуна отказаться от его привычек ни уговорами, ни силой. Молодые Ачуны испробовали оба способа и во втором случае потерпели особенно катастрофическое поражение. Надо сказать, что они недаром побывали в Америке. Там они познали всю действенность бойкота как оружия организованного труда, и вот они стали бойкотировать Чун А-чуна, своего отца, в его собственном доме, при подстрекательстве и содействии мамаши А-чун. А-чун, хотя и невежественный в том, что касалось западной культуры, был достаточно хорошо знаком с отношениями между предпринимателями и рабочими на Западе. Как крупный работодатель, он знал, что следует противопоставить тактике организованного труда. Не долго думая, он объявил локаут своим взбунтовавшимся отпрыскам и заблудшей супруге. Он рассчитал прислугу, заколотил конюшни, запер все дома и переехал в гавайский отель "Ройал", основным держателем акций какового он, между прочим, являлся. И пока вся семья в смущении и ярости металась по знакомым, А-чун спокойно занимался многочисленными делами, покуривал трубку с крошечной серебряной чашечкой и обдумывал проблему своего необыкновенного семейства.</p>
     <p>Проблема эта не слишком тревожила его. В глубине своей философской души он знал: в надлежащий момент он сумеет разрешить ее. А пока А-чун дал ясно понять, что, несмотря на свое благодушие, именно он безраздельно вершит судьбами остальных А-чунов.</p>
     <p>Семейство продержалось лишь неделю, а затем вместе с А-чуном и штатом прислуги возвратилось в бунгало. После этого случая никто не смел выражать недовольство, если А-чун выходил в великолепную гостиную в костюме, состоящем из голубого шелкового халата, ватных туфель и шелковой черной шапочки с красным шариком на макушке, или когда появлялся, посасывая трубку с серебряной чашечкой на тонком мундштуке, среди офицеров и штатских, куривших сигареты и сигары на просторных верандах или в курительной комнате.</p>
     <p>А-чун занимал совершенно особое положение в Гонолулу. Он не выезжал в свет, но двери любого дома были открыты для него. Сам он никого не посещал, кроме нескольких китайцев-купцов; зато он принимал у себя и всегда распоряжался хозяйством и всеми домочадцами, а также главенствовал за столом.</p>
     <p>Китайский крестьянин по рождению, он был теперь в центре атмосферы утонченной культуры и изысканности, не имеющей себе равных на Гавайских островах. И не нашлось бы ни одного человека на Гавайях, кто бы счел ниже своего достоинства переступить порог дома А-чуна и пользоваться его гостеприимством. Прежде всего, потому что бунгало А-чуна отвечало требованиям самого безукоризненного вкуса. Далее, А-чун был могуществен. И, наконец, А-чун являл образец добродетели и честного предпринимательства. Хотя деловая мораль была на Гавайях строже, чем на материке, А-чун превзошел всех дельцов Гонолулу своей беспримерной, скрупулезной честностью. Вошло в поговорку, что на слово А-чуна можно положиться так же, как на его долговую расписку. Ему не нужно было скреплять свои обязательства подписью. Он никогда не нарушал слова.</p>
     <p>Через двадцать лет после того, как умер Хотчкис из фирмы "Хотчкис, Мортерсон и К°", среди забытых бумаг была обнаружена запись о ссуде в триста тысяч долларов, выданной А-чуну. В то время А-чун состоял тайным советником при короле Камехамехе II. В суете и неразберихе тех дней — дней процветания и обогащения — А-чун забыл об этом деле. Не сохранилось никакой расписки, и никто не предъявлял А-чуну иска, тем не менее он полностью рассчитался с наследниками Хотчкиса, добровольно уплатив по сложным процентам сумму, которая значительно превышала основной долг.</p>
     <p>То же произошло и в случае, когда А-чун поручился своим словом за неудачный проект осушительных работ в Какику, — в то время самым заядлым пессимистам не снилось, что нужна какая-то гарантия; и А-чун, "не моргнув глазом, подписал чек на двести тысяч, да, да, джентльмены, не моргнув глазом", — так доложил секретарь лопнувшего предприятия, которого, почти ни на что не надеясь, послали выяснить намерения А-чуна. И в довершение ко многим подобным фактам, подтверждавшим твердость его слова, вряд ли был на островах хоть один более или менее известный человек, которому в трудную минуту А-чун щедрой рукой не оказал финансовой помощи.</p>
     <p>И вот теперь на глазах у всего Гонолулу милое семейство А-чуна превратилось в запутанную проблему. А-чун стал предметом всеобщего тайного сочувствия, ибо невозможно было представить, каким образом ему удастся выкрутиться из этого затруднительного положения. Но для А-чуна проблема была значительно проще, чем для остальных. Никто, кроме него, не знал, насколько далек он от своих родных. Даже семейство его об этом не догадывалось. А-чун сознавал, что он лишний среди собственных детей. А ведь впереди старость, и с каждым годом он будет отдаляться от них все больше — это А-чун предвидел. Он не понимал своих детей. Они разговаривали о вещах, которые не интересовали его и о которых он понятия не имел. Западная культура не коснулась его. Он оставался азиатом до мозга костей — это означало, что он был язычником. Христианство его детей казалось А-чуну бессмысленным. Однако он мог бы не обращать внимания на все это, как на нечто постороннее, не имеющее значения, если бы он понимал души своих детей. Когда Мод, например, сообщала ему, что расходы по дому составили за месяц тридцать тысяч долларов, или Альберт просил пять тысяч долларов на покупку яхты "Мюриэль", чтобы вступить в Гавайский яхт-клуб, тут для А-чуна не было загадок. Но его сбивали с толку сложные процессы, происходившие в умах его детей, и другие, странные желания. Прошло немного времени, и он понял, что мысли каждого сына и каждой дочери для него — запутанный лабиринт, в котором ему никогда не удастся разобраться. Он постоянно натыкался на стену, разделяющую Восток и Запад. Души детей были недоступны для А-чуна точно так же, как его душа оставалась недосягаемой для них.</p>
     <p>К тому же с течением времени А-чуна все больше влекло к соотечественникам. Запахи китайского квартала притягивали его. А-чун вдыхал их с наслаждением, проходя по улице; и воображение уносило его на узкие, извилистые улочки Кантона, где кипела шумная жизнь. Он жалел, что отрезал косу, желая сделать приятное Стелле Аллендейл перед свадьбой; теперь он всерьез подумывал о том, чтобы обрить затылок и отрастить косу опять. Блюда, которые стряпал высокооплачиваемый повар, не доставляли ему такого удовольствия, как напоминающие родину странные кушанья в душном ресторанчике китайского квартала. И он гораздо больше любил наслаждаться беседой за трубкой с двумя-тремя друзьями-китайцами, нежели выступать в роли хозяина на изысканных званых обедах, какими славился его бунгало. Там мужчины и женщины — сливки американского и европейского общества Гонолулу — сидели за длинным столом, женщины — со сверкающими в мягком свете драгоценностями на белых шеях и руках, мужчины — в вечерних костюмах; они болтали о таких событиях и смеялись таким шуткам, которые, хотя и не были абсолютно бессмысленными для А-чуна, но не интересовали и не развлекали его.</p>
     <p>Однако не только отчужденность А-чуна от семьи и его растущее стремление вернуться на родину составляли проблему. Речь шла также об его капитале. А-чун жаждал безмятежной старости. Он хорошо потрудился на своем веку и в награду хотел только мира и покоя. Но он знал, что с таким огромным богатством вряд ли ему удастся насладиться миром и покоем. Уже появились дурные предзнаменования. А-чуну приходилось наблюдать, какие неприятности происходили из-за денег.</p>
     <p>Дети его бывшего хозяина Дантена, действуя по всем правилам закона, лишили старика права распоряжаться своим имуществом; по решению суда над Дантеном учредили опеку.</p>
     <p>А-чун твердо знал: будь Дантен бедняком, никто не усомнился бы в его способности разумно вести свои дела. И ведь у старого Дантена было только трое детей и каких-нибудь полмиллиона, а у него, А-чуна, — пятнадцать детей и, ему одному известно, сколько миллионов.</p>
     <p>— Наши дочери — красавицы, — сказал А-чун однажды вечером своей жене. — Вокруг них множество молодых людей. В доме полным-полно молодых людей. Счета за сигары огромны. Почему же нет свадеб?</p>
     <p>Мама А'Чун пожала плечами и промолчала.</p>
     <p>— Женщины остаются женщинами, а мужчины — мужчинами, странно, что нет свадеб. Может быть, наши дочери не нравятся молодым людям?</p>
     <p>— Ах, наши дочери в достаточной мере нравятся мужчинам, — ответила наконец мамаша А'Чун. — Но, видишь ли, молодые люди не могут забыть, что ты отец своих дочерей.</p>
     <p>— Однако ты-то забыла, кто был мой отец, — сказал А-чун серьезно. — Единственное, о чем ты меня попросила — это отрезать косу.</p>
     <p>А'чун кивнула:</p>
     <p>— Я полагаю, молодые люди теперь более разборчивы, чем была я.</p>
     <p>Тут А-чун неожиданно спросил:</p>
     <p>— Что сильнее всего на свете?</p>
     <p>С минуту мама А'Чун обдумывала ответ, затем сказала:</p>
     <p>— Бог.</p>
     <p>— Да, я знаю. Боги бывают всякие. Из бумаги, из дерева, из бронзы. У меня в конторе есть маленький бог, он служит мне вместо пресс-папье. А в Епископском музее выставлено множество богов из кораллов и застывшей лавы.</p>
     <p>— На свете есть только один бог, — твердо заявила мама А'Чун и, решительно распрямив свою массивную фигуру, за отсутствием других доказательств, уже готова была ринуться в спор.</p>
     <p>А-чун заметил тревожные сигналы, но не принял вызова.</p>
     <p>— Хорошо, в таком случае, что сильнее бога? — спросил он. — Так вот, я скажу тебе: деньги. Мне приходилось вести дела с иудеями и христианами, с мусульманами и буддистами, с маленькими чернокожими с Соломоновых островов и с Новой Гвинеи — те носили своих богов с собой, завернув в промасленную бумагу. Они молились разным богам, эти люди; но все они одинаково поклонялись деньгам. Этот капитан Хиггинсон, ему как будто нравится Генриетта.</p>
     <p>— Он ни за что на ней не женится, — возразила мамаша А'Чун. — Когда-нибудь он станет адмиралом.</p>
     <p>— Контр-адмиралом, — поправил А-чун. — Да, я знаю. Они получают этот чин, когда выходят в отставку.</p>
     <p>— Его семья в Соединенных Штатах занимает высокое положение. Они не допустят, чтобы он женился на… чтобы он женился не на американке.</p>
     <p>А-чун вытряхнул пепел из трубки и вновь набил ее серебряную головку крошечной щепоткою табаку. Потом он зажег трубку, неторопливо выкурил ее и только после этого заговорил.</p>
     <p>— Генриетта — старшая дочь. Когда она выйдет замуж, я дам за ней триста тысяч долларов. Капитан Хиггинсон и его высокопоставленная семейка никак не устоят против этого соблазна. Пусть только он узнает об этом. Тут я целиком полагаюсь на тебя.</p>
     <p>Потом А-чун сидел и курил, и в сплетающихся кольцах дыма перед его глазами возникали очертания лица и фигуры Той Шей, прислуги "за все" в доме его дяди в деревне близ Кантона; для этой девушки работа никогда не кончалась, и за год труда она получала один доллар. И самого себя, молодого, видел он в клубах дымa, юношу, который восемнадцать лет надрывался на полях своего дяди за чуть большую плату.</p>
     <p>И теперь он, крестьянин А-чун, дает своей дочери в приданое триста тысяч лет такого труда. А эта дочь — лишь одна из двенадцати. Эта мысль не вызвала в нем торжества. Он подумал, как забавен и непонятен мир: и он засмеялся и вывел мамашу А'Чун из задумчивости, истоки которой, он знал, лежали в скрытых глубинах ее существа, куда ему никогда не удавалось проникнуть.</p>
     <p>Однако слух о намерении А-чуна дошел по назначению, и капитан Хиггинсон, забыв о контр-адмиральском чине и своей высокопоставленной семье, взял в жены триста тысяч долларов, а также утонченную и образованную девицу, которая была на одну тридцать вторую полинезийкой, на одну шестнадцатую итальянкой, на одну шестнадцатую португалкой, на одиннадцать тридцать вторых англичанкой и американкой и наполовину китаянкой.</p>
     <p>Щедрость А-чуна сделала свое дело. Девицы А-чун стали буквально нарасхват. Следующей оказалось Клара, однако когда секретарь управления Территорией сделал ей официальное предложение, А-чун объявил, что ему придется подождать: сначала должна выйти замуж Мод, вторая дочь. Это был мудрый шаг. Теперь вся семья оказалась заинтересованной в замужестве Мод; дело сладилось в три месяца, Мод вышла замуж за Неда Гемфриса, иммиграционного чиновника Соединенных Штатов. Оба новобрачных выражали недовольство, так как получили в приданое всего двести тысяч долларов. А-чун объяснил, что его первоначальная щедрость имела целью сломать лед; теперь дело сделано, и, естественно, его дочери пойдут по более низкой цене.</p>
     <p>После Мод настала очередь Клары; и потом на протяжении двух лет свадебные церемонии в бунгало следовали одна за другой.</p>
     <p>Между тем А-чун не терял времени даром. По частям он ликвидировал капиталовложения. Он продал свою долю в двух десятках предприятий и шаг за шагом, стараясь не вызвать на рынке падения цен, избавился от своих огромных вложений в недвижимость. Напоследок падение цен все-таки произошло, но он продавал, хотя и себе в убыток. Он видел: первые тучки уже собираются на горизонте. Ко времени замужества Люсиль препирательства и завистливые шепотки уже достигли ушей А-чуна. В воздухе носились проекты и контрпроекты насчет того, как добиться расположения А-чуна и настроить его против того или иного зятя, а то и против всех зятьев, разумеется, кроме одного. Все это отнюдь не помогало А-чуну вкушать мир и спокойствие, на которые он рассчитывал в старости.</p>
     <p>А-чун спешил. Уже долгое время он состоял в переписке с крупнейшими банками Шанхая и Макао. Каждым пароходом в течение нескольких лет шли в те дальневосточные банки переводные векселя на имя некоего А-чуна. Вклады становились все крупнее.</p>
     <p>Две младшие дочери А-чуна не были пока замужем. Он решил не мешкать и выделил каждой по сто тысяч; деньги лежали в Гавайском банке, приносили проценты и ожидали свадебных церемоний обеих девиц. Альберт занялся делами фирмы "А-чун и А-янг", так как старший, Гарольд, предпочел взять свои четверть миллиона и отправился жить в Англию. Младший, Чарльз, получив сто тысяч и опекуна, должен был пройти курс обучения в институте Кели. Мамаше А'чун было передано бунгало, дом в горах на Танталусе и новая резиденция на взморье, построенная взамен той, которую А-чун продал властям. Кроме того, мамаше А'чун предназначались полмиллиона долларов, надежно помещенных.</p>
     <p>Наконец А-чун был готов к кардинальному решению проблемы. В одно прекрасное утро, когда семья сидела за завтраком, — А-чун позаботился о том, чтобы все зятья и их жены были в сборе, — он объявил о своем решении возвратиться на землю предков. В ясной, краткой речи он объяснил, что достаточно обеспечил свою семью; тут же А-чун изложил ряд правил, которые, он уверен, помогут — так он сказал — семье жить в мире и согласии.</p>
     <p>Помимо того, он дал своим зятьям различные деловые советы, прочитал небольшую проповедь о преимуществах умеренности и надежных вкладов и поделился с ними своими всеобъемлющими знаниями относительно промышленности и деловой жизни на Гавайях. Затем он приказал подать экипаж и вместе с рыдающей мамашей А'чун отбыл к тихоокеанскому почтовому пароходу. В бунгало воцарилась паника. Капитан Хиггинсон в исступлении требовал насильно вернуть А-чуна. Дочери лили обильные слезы.</p>
     <p>— Старик, должно быть, сошел с ума. — Высказав такое предположение, муж одной из них, бывший федеральный судья, немедленно отправился в соответствующее учреждение, чтобы навести справки. Вернувшись, он сообщил, что А-чун, оказывается, побывал там накануне, потребовал освидетельствования, которое и прошел с блеском. Итак, ничего другого не оставалось, как спуститься к пристани и сказать "до свидания" маленькому пожилому человечку; он помахал им на прощание с верхней палубы, в то время как огромный пароход медленно нащупывал носом путь в океан между коралловыми рифами.</p>
     <p>Однако маленький пожилой человечек не собирался ехать в Кантон. Он слишком хорошо знал свою страну и железную хватку мандаринов, чтобы рискнуть появиться там с кругленькой суммой денег, которая у него оставалась. Он направлялся в Макао. А-чун привык пользоваться почти неограниченной властью и, естественно, стал высокомерен, как монарх. Но когда он сошел на берег в Макао и прибыл в лучший европейский отель, клерк отказался предоставить ему номер. Китайцы не допускались в этот отель. А-чун потребовал вызвать управляющего и получил оскорбительный ответ. Тогда он уехал, но через два часа снова был в отеле. Пригласив клерка и управляющего, он уплатил им жалованье за месяц вперед и уволил их. А-чун сам стал хозяином отеля. Много месяцев, пока в окрестностях города строился его великолепный дворец, А-чун занимал самые роскошные апартаменты отеля. И очень быстро, со свойственной ему ловкостью, А-чун добился увеличения доходов отеля с трех процентов до тридцати.</p>
     <p>Неприятности, в предвидении которых А-чун сбежал, начались чрезвычайно скоро. Кое-кто из зятьев неудачно поместил свои деньги, нашлись и такие, что промотали приданое дочерей А-чуна. Поскольку старик был вне пределов досягаемости, они обратили взоры на мамашу А'Чун и ее полмиллиона и, естественно, испытывали друг к другу отнюдь не самые теплые чувства.</p>
     <p>Юристы наживали состояния, разбирая правильность формулировок доверенностей. Гавайские суды были завалены исками, встречными исками и ответными исками. Дело дошло даже до полицейских судов. Во время некоторых ожесточенных стычек от брани стороны перешли к рукоприкладству. Дабы прибавить вес словам, в ход были пущены тяжелые предметы вроде цветочных горшков. И вот возникали процессы о диффамации; они тянулись до бесконечности, и сенсационные показания свидетелей держали весь Гонолулу в постоянном возбуждении.</p>
     <p>А во дворце, окруженный дорогими его сердцу атрибутами восточной роскоши, А-чун безмятежно покуривал трубочку и прислушивался к суматохе за океаном. И каждый почтовый пароход увозил из Макао в Гонолулу письмо, написанное на безукоризненном английском языке и отпечатанное на американской пишущей машинке. В письмах А-чун, приводя подходящие к случаю цитаты и правила, призывал семью жить в мире и согласии. Что же касается его самого, то он далек от всего этого и целиком удовлетворен жизнью. Он добился желанного покоя. Изредка А-чун посмеивался и потирал руки, а в его раскосых черных глазах вспыхивал лукавый огонек при мысли о том, как забавен мир. Ибо долгие годы жизни и размышлений укрепили в нем это убеждение, что мир, в котором мы живем, чрезвычайно забавная штука.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_092.jpg"/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Шериф Коны</p>
     </title>
     <p>— Да, здешний климат нельзя не полюбить, — сказал Кадуорт в ответ на мой восторженный отзыв о побережье Коны. — Я приехал сюда восемнадцать лет назад, совсем юнцом, только что окончив колледж, да тут и остался. На родину езжу редко, только погостить. Предупреждаю: если есть на земле местечко, дорогое вашему сердцу, не задерживайтесь здесь надолго, не то Кона станет вам милее.</p>
     <p>Разговор этот мы вели после обеда на широкой террасе. Терраса выходила на север, но в таком чудесном климате это не имело никакого значения.</p>
     <p>Потушили свечи. Слуга-японец в белой одежде, скользя неслышно, как призрак, в серебряном лунном свете, принес нам сигары и скрылся, словно растаял во мраке бунгало. Сквозь листву бананов и легуа я смотрел вниз, туда, где ниже зарослей гуавы, в тысяче футов под нами, тихо плескалось море. Вот уже целую неделю, с тех пор как я сошел на берег с каботажного суденышка, я жил у Кадуорта, и за все это время ни разу не видел, чтобы ветер хотя бы покрыл рябью безмятежную гладь моря. Здесь, правда, иногда дуют бризы, но это легчайшие из ветерков, когда-либо веявших над островами вечного лета. Их и ветром назвать нельзя, — они подобны вздохам, протяжным, блаженным вздохам отдыхающего мира.</p>
     <p>— Страна лотоса, — сказал я.</p>
     <p>— Да, страна, где один день похож на другой и каждый из них — день райской жизни, — отозвался мой собеседник. — Здесь никогда ничего не случается. Здесь не слишком жарко и не слишком холодно. Все в меру. Вы заметили, как дышат по очереди море и земля?</p>
     <p>Действительно, я наблюдал это чудесно-ритмичное дыхание. Каждое утро на берегу поднимался легкий ветерок и, овеяв землю нежнейшей и легчайшей струей озона, медленно уходил к морю. Играя над морем, этот бриз слегка затемнял блеск его глади, и, куда ни глянь, длинные полосы воды переливались, струились, волновались под капризными поцелуями ветра. А по вечерам я следил, как замирает дыхание моря, сменяясь божественным покоем, и слушал, как тихо дышит земля между кофейными деревьями и баобабами.</p>
     <p>— Это страна вечной тишины — сказал я. — Дуют здесь когда-нибудь сильные ветры? Настоящие? Вы знаете, о каких я говорю.</p>
     <p>Кадуорт покачал головой и указал на восток.</p>
     <p>— Как они могут дуть, когда им преграждает путь такой барьер?</p>
     <p>Вдали высились громады гор Мауна-Кеа и Мауна-Лоа, заслоняя половину звездного неба. На высоте двух с половиной миль над нашими головами они возносили свои одетые снегом вершины, — даже тропическое солнце было не в силах этот снег растопить.</p>
     <p>— Готов поручиться, что в тридцати милях отсюда ветер сейчас дует со скоростью сорока миль в час.</p>
     <p>Я недоверчиво усмехнулся.</p>
     <p>Кадуорт подошел к телефону на террасе. Он вызывал по очереди Уаймею, Кохалу и Гамакуа. И по долетавшим до меня отрывочным фразам я понял, что говорят о ветре в тех местах: "Значит, бешеный шторм?.. Валит с ног, да?.. И сколько времени это уже длится?.. Всего неделю?.. Алло, Эйб, это ты?.. Да, да. А ты все еще не бросил свою затею — разводить кофе на берегу Гамакуа?.. К черту твои защитные насаждения! Ты бы посмотрел на мои деревья!.."</p>
     <p>— В Гамакуа настоящая буря, — сказал мне Кадуорт, повесив трубку. — Я всегда подсмеиваюсь над попытками Эйба разводить кофе. У него плантация в пятьсот акров, и он творит чудеса, защищая ее от ветра. Но как там корни держатся в земле, не понимаю, хоть убейте. Ветрено ли там? Да ведь в Гамакуа всегда дуют сильные ветры. Из Кохалы сообщают, что шхуна под парусами, на которых взято по два рифа, идет против ветра по проливу между Гаваней и Мауи и ей туго приходится.</p>
     <p>— Сидя здесь, трудно себе это представить, — сказал я, все еще не убежденный. — Неужели же хоть слабые порывы этих ветров никогда не проникают сюда каким-нибудь окольным путем?</p>
     <p>— Никогда. Наш береговой бриз не имеет ничего общего с ветрами по ту сторону Мауна-Кеа и Мау-на-Лоа. Он чисто местный. Понимаете, земля излучает свое тепло быстрее, чем море, и потому ночью, когда она остывает, ветер дует с берега. А днем земля нагревается сильнее, и ветер дует с моря… Вот вслушайтесь! Теперь дышит земля: поднимается горный ветер.</p>
     <p>Я и в самом деле услышал, как ветерок, приближаясь, тихо шелестит в листве кофейных деревьев, шевелит плоды баобаба и вздыхает среди стеблей сахарного тростника. На террасе воздух все еще был недвижим. Но вот долетело и сюда первое дуновение горного ветра, мягкое, полное пряного аромата, прохладное. И что это была за дивная прохлада, ласкающая, как шелк, хмельная, как вино! Только горный ветер Коны приносит такую упоительную свежесть.</p>
     <p>— Теперь вы понимаете, почему я восемнадцать лет назад влюбился в Кону? — спросил Кадуорт. — Я не смогу никогда отсюда уехать. Это было бы ужасно, я бы, кажется, умер с тоски. Еще один человек любил Кону так же, как я. Пожалуй, даже сильнее: ведь он родился здесь, на побережье. Он замечательный человек и мой лучший друг, ближе родного брата. Но он покинул Кону — и не умер.</p>
     <p>— А что его заставило уехать? — спросил я. — Любовь? Женщина?</p>
     <p>Кадуорт покачал головой.</p>
     <p>— Нет. И никогда он не вернется сюда, хотя сердце свое оставил здесь и до самой смерти не разлюбит Коны.</p>
     <p>Мой собеседник некоторое время молчал, засмотревшись на береговые огни Каула внизу. А я курил и ждал.</p>
     <p>— Вы спрашивали, не женщина ли тут замешана. Нет. Он был влюблен в свою жену. И детей у него было трое, их он тоже любил. Они теперь в Гонолулу. Мальчик уже учится в колледже.</p>
     <p>— Так что за причина?.. Какой-нибудь опрометчивый поступок? — помолчав, спросил я, на этот раз уже нетерпеливо.</p>
     <p>Он снова отрицательно потряс головой.</p>
     <p>— Нет, ни в каком преступлении он не был виновен, да его ни в чем и не обвиняли. Он был шерифом Коны.</p>
     <p>— У вас пристрастие к парадоксам, — сказал я.</p>
     <p>— Да, вероятно, это похоже на парадокс, — согласился Кадуорт. — В том-то и весь ужас.</p>
     <p>С минуту он смотрел на меня испытующе. И вдруг отрывистым тоном начал свой рассказ:</p>
     <p>— Он был прокаженный. Нет, не от рождения — с проказой не рождаются. Он заболел ею. Этот человек… — ну, да не все ли равно, зачем скрывать его имя? — Лайт Грегори. Каждый камаина знает его историю. Лайт — чистейший американец, но он сложен, как вожди старой Гавайи. Ростом в шесть футов три дюйма, а весом двести двадцать фунтов, и при этом весь из мускулов и костей, ни одной унции жира. Я не встречал человека сильнее его — это настоящий великан, атлет. Не человек, а бог! И он был моим другом. Душа и сердце у него такие же большие и такие же прекрасные, как его тело.</p>
     <p>Скажите, что бы вы сделали, если бы увидели своего друга, брата, на краю пропасти? Ноги у него скользят, он вот-вот сорвется, а вы ничем не можете ему помочь. Это самое пережил я. Ничего нельзя было сделать! Я видел, как этот ужас надвигается, — и был бессилен. Господи, что я мог сделать? Страшная болезнь уже наложила на его лицо зловещий и неотвратимый отпечаток. Никто еще не замечал этих признаков. Я один видел их — вероятно, потому, что любил Лайта. Видел, но не хотел верить глазам: это было слишком страшно. Однако признаки были. Сначала припухли мочки ушей — слегка, едва заметно! Месяцами я наблюдал это и вопреки всему надеялся, что ошибаюсь. Потом чуть-чуть потемнела кожа над бровями. Вначале это напоминало легкий загар. И я хотел бы думать, что это загар, если бы кожа в этом месте не поблескивала как-то странно: по ней словно пробегали отсветы. Так хотелось верить, что это просто загар, однако я уже не мог обманывать себя. А ведь никто еще не замечал страшных признаков (никто, кроме Стивена Калюны, — это я узнал только позднее). Один я видел, как надвигается несчастье, отвратительное, невыразимо ужасное… Но я не хотел заглядывать вперед. Не мог: очень уж страшно было. И по ночам я плакал.</p>
     <p>Он был мой друг. Мы вместе охотились на акул на Ниихау и диких животных на Мауна-Кеа и Мауна-Лоа, объезжали лошадей и клеймили быков на ранчо Картера. Гонялись за козами по всему Халеакала. Лайт учил меня нырять и плавать во время прилива, и в конце концов я почти сравнялся с ним в этом искусстве, а он был искуснее любого канака. Он у меня на глазах нырял на глубину в пятнадцать морских саженей и оставался под водой целых две минуты. На море он был человек-амфибия, а по горам лазал, как настоящий альпинист, взбираясь туда, куда забредали только дикие козы. Ничего он не боялся. Он находился на борту "Люги", когда она потерпела крушение, и, прыгнув за борт, проплыл тридцать миль за тридцать шесть часов — это во время сильного шторма! Самые бурные волны, которые нас с вами превратили бы в студень, его не могли остановить. Он был велик и могуч, как бог. Вместе пережили мы с ним революцию <a l:href="#n_789" type="note">[789]</a>, и оба были романтиками-монархистами. Лайт был дважды ранен. Его приговорили к смерти, но у республиканцев рука не поднялась на такого человека. А он только смеялся над ними. Позднее ему воздали должное и назначили шерифом Коны.</p>
     <p>Он был простодушен, этот большой ребенок, так и не ставший взрослым. Склад его ума не отличался сложностью, в ходе мыслей не было никаких хитросплетений и вывертов. Он всегда действовал напрямик и смотрел на вещи просто.</p>
     <p>Лайт был сангвиник. Я в жизни не встречал человека столь оптимистичного, довольного всем и счастливого. Он ничего не требовал от жизни: ведь у него было все, чего можно пожелать. Жизнь расплатилась с ним сполна и наличными, за ней не числилось никакого долга. Он получил все авансом: великолепное тело, железное здоровье, душевную стойкость и скромность. Чего ему еще было желать? Физически он был совершенством. Ни разу в жизни не болел, не знал, что такое головная боль, и, когда я страдал от нее, он смотрел на меня с удивлением и смешил меня своими неловкими попытками выразить сочувствие. Да, он не понимал, не мог понять, что такое головная боль. Великий был оптимист!.. Еще бы! Как не быть оптимистом при такой поразительной жизнеспособности и невероятном здоровье!</p>
     <p>Вот вам пример того, как он верил в свою счастливую звезду и как оправдана была эта вера. Когда он был еще юнцом и мы с ним только что познакомились, он однажды вздумал сыграть в покер в Уайлуку. Среди игроков был здоровенный немец по фамилии Шульц, он вел себя отвратительно — грубо и деспотически властвовал за игорным столом. Ему в тот день везло, и он стал уже совсем невыносим. Тут пришел Лайт Грегори и сел играть с ними.</p>
     <p>Первым объявил игру Шульц, поставив ставку втемную. Лайт ставку принял, остальные тоже, и Шульц заставил выйти из игры всех, кроме Лайта. Лайту не понравился наглый тон немца, и он, в свою очередь, повысил ставку. Шульц ответил тем же. Лайт повысил снова. Так они состязались. А знаете, какие карты были на руках у Лайта? Два короля и три мелких трефы. Какой уж там покер! Но Лайт не в покер играл: он вел игру, в которой ставкой был его оптимизм. Он не знал, какие карты у Шульца, однако все повышал и повышал ставку, пока тот не взвыл. А ведь у немца-то было на руках три туза! Подумайте только! Имея на руках двух каких-то королей, человек заставляет противника с тремя тузами брать прикуп и отступиться!</p>
     <p>Итак, Шульц прикупил две карты. Сдавал второй немец, приятель Шульца. Лайт знал уже, что играет против трех одинаковых карт. И что же вы думаете, он сделал? Что бы вы сделали на его месте? Конечно, прикупили бы три карты, а королей придержали. Но Лайт поступил иначе. Ведь то была игра на оптимизм. Он сбросил королей, оставив себе три трефы, и прикупил две карты. Он даже не взглянул на них — смотрел через стол на Шульца, ожидая, чтобы тот объявил ставку. И Шульц поставил очень крупную сумму. Имея на руках трех тузов, он был уверен, что обыграет Лайта: ведь если у Лайта и есть три одинаковые карты, рассуждал немец, они, во всяком случае, меньше тузов.</p>
     <p>Бедняга Шульц! Его предпосылки были совершенно правильны, ошибался он только в одном: он полагал, что Лайт играет в покер. Они сражались пять минут, и попеременно то один, то другой увеличивал ставку. Наконец, уверенность Шульца начала таять. А Лайт за все время так и не заглянул в прикупленные им две карты — и Шульц это знал. Я видел, как он раздумывал секунду-другую, потом вдруг оживился и опять начал повышать ставку. Но это было последнее усилие: напряжение было слишком велико, и Шульц наконец не выдержал.</p>
     <p>— Послушайте, Грегори, — сказал он. — На что вы играете? Не нужны мне ваши деньги. Но ведь у меня на руках…</p>
     <p>— Все равно, что бы у вас там ни было, — перебил его Лайт. — Вы же не знаете еще, что у меня. Пожалуй, пора и взглянуть…</p>
     <p>Он посмотрел в свои карты и повысил ставку еще на сто долларов. И все началось сначала. Опять то один, то другой повышал ставку, пока Шульц, наконец, не сдался и, прекратив игру, выложил на стол свои три туза. Лайт открыл карты. Они все были одной масти: оказалось, что и прикупил он тоже две трефы…</p>
     <p>Вот так он сломил Шульца: тот никогда больше не играл с прежней смелостью и азартом. Он потерял веру в себя и сильно нервничал за игрой.</p>
     <p>— Но как тебе это удалось? — спросил я потом у Лайта. — Ведь когда он прикупил две карты, ты уже понимал, что у тебя меньше. И ты даже не взглянул на свой прикуп!</p>
     <p>— Незачем мне было смотреть, — ответил Лайт, — я все время не сомневался, что там еще две трефы. Иначе и быть не могло. Ну и что же? Неужели ты думал, что я спасую перед этим толстым немцем? Нет, я и мысли не допускал, что он может меня победить! Сдаваться я не привык. Я всегда уверен, что победа будет за мной. Веришь ли, я был бы просто поражен, если бы у меня не оказались на руках одни трефы.</p>
     <p>Да, вот каков был Лайт Грегори! Теперь вы сами можете судить о силе его оптимизма. По его собственному выражению, ему так и полагалось — всегда побеждать, преуспевать и быть счастливым. И победа над Шульцем, как и десять тысяч других удач, укрепляла его веру в себя. Ведь ему действительно всегда сопутствовал успех. Вот почему он ничего не боялся. Он верил, что с ним никакая беда не может стрястись, потому что не знал в своей жизни несчастий. Когда "Люга" потерпела крушение, он проплыл тридцать миль, пробыл в воде две ночи и день. И все это страшное время ни на миг не терял надежды, не сомневался в том, что спасется. Он знал, что выберется на сушу. Так он сам мне сказал, и я верю, что он сказал правду.</p>
     <p>Такой уж это был человек. Человек особой, высшей породы, непохожий на нас, жалких смертных. Он не знал обычных человеческих невзгод и болезней. Все, чего он хотел, само давалось ему в руки. Когда он ухаживал за красавицей из семьи Кэрузер, у него была целая дюжина соперников, но девушка вышла за него и была ему доброй женой, самой любящей женой на свете. Он хотел иметь сына — и родился сын. Потом захотел дочь и второго сына. Исполнилось и это желание. И дети у него хорошие, без малейшего изъяна, грудные клетки у них, как бочонки. Они унаследовали от Лайта его силу и здоровье.</p>
     <p>Потом пришла беда. И наложила на этого счастливца страшное клеймо зверя. Я целый год наблюдал, как оно все больше обозначается, и сердце у меня разрывалось. А Лайт ничего не подозревал, да и никто другой не догадывался, кроме того проклятого хапа-хаоле, метиса Стивена Калюны. Но я тогда не знал, что и Стивен тоже заметил признаки проказы. Да, чуть не забыл: знал это, кроме нас двоих, еще доктор Строубридж, федеральный врач, — у этого глаз был наметан: ведь в его обязанности входило осматривать больных, у которых подозревали проказу, и отправлять зараженных на приемный пункт в Гонолулу. Да и Стивен Калюна с одного взгляда распознавал эту болезнь: она свирепствовала в их семье, и не то четверо, не то пятеро его родственников были уже отосланы на Молокаи.</p>
     <p>Стивен был зол на Лайта из-за своей сестры. Когда у нее заподозрили проказу, брат увез ее и спрятал где-то, прежде чем она попала в руки доктора Строубриджа. А Лайт, как шериф Коны, обязан был ее разыскать и пытался это сделать.</p>
     <p>В тот вечер мы все собрались в Хило, в баре Неда Остина. Когда мы пришли, Стивен Калюна был уже там и сидел один. Он был явно нетрезв и настроен воинственно. Лайта позабавила какая-то шутка, и он засмеялся своим громким, веселым смехом большого ребенка. Калюна презрительно сплюнул. Лайт это заметил, как и все остальные, но решил не обращать внимания на грубияна. Однако Калюна искал ссоры: он не простил Лайту попыток разыскать и задержать его сестру и в тот вечер всячески подчеркивал свою неприязнь. Но Лайт делал вид, будто ничего не замечает. Я думаю, он в душе немного жалел Калюну. Самая тяжелая обязанность шерифа — разыскивать прокаженных: не очень-то приятно врываться в чужой дом и уводить оттуда ни в чем не повинных отца, мать или ребенка, а затем отправлять их в вечную ссылку на Молокаи! Разумеется, это необходимо для охраны общественного здоровья, и, поверьте, Лайт поступил бы точно так же с родным отцом, если бы у того заподозрили проказу.</p>
     <p>Наконец Калюна выпалил, обращаясь к Лайту:</p>
     <p>— Эй, Грегори, вы думаете, что отыщете Каланивео? Ну, нет, не надейтесь.</p>
     <p>Каланивео звали сестру Стивена Калюны. Услышав этот оклик, Лайт посмотрел на Калюну, но ничего не ответил. Калюна окончательно взбесился. Он ведь все время распалял себя.</p>
     <p>— Знаете, что я вам скажу? — закричал он. — Сами вы угодите на Молокаи раньше, чем отправите туда Каланивео. Хотите знать, кто вы такой? Вы не имеете права находиться в обществе чистых людей. Немало народу вы угнали на Молокаи и повсюду кричите, что это ваш долг, а между тем отлично знаете, что вам самому место на Молокаи!</p>
     <p>Никогда еще я не видел Лайта в таком гневе! Проказа — этим, знаете ли, не шутят!</p>
     <p>Лайт одним прыжком очутился возле Калюны и, схватив его за горло, поднял со стула. Он тряс метиса так свирепо, что у того зубы стучали.</p>
     <p>— Ты что этим хочешь сказать? — крикнул Лайт. — Сию минуту отвечай, или я выжму из тебя правду!</p>
     <p>Как вы знаете, на Западе есть одна фраза, которую полагается произносить с улыбкой. То же принято у нас на островах, когда речь идет о проказе. Каков бы ни был Калюна, трусом его не назовешь. Как только Лайт отпустил его, он ответил:</p>
     <p>— Что я хотел сказать? Да то, что вы сами прокаженный.</p>
     <p>Лайт неожиданно с размаху посадил на стул метиса, не ожидавшего, что так легко отделается, и захохотал весело, от души. Но смеялся только он один, и, через секунду заметив это, Лайт обвел взглядом нас всех. Я подошел к нему и пытался его увести, но он не обращал на меня внимания. Он смотрел, как загипнотизированный, на Стивена Калюну, а тот тер себе шею — нервно, торопливо, словно хотел поскорее уничтожить заразу в том месте, к которому прикоснулись пальцы Лайта. Видно было, что он делает это инстинктивно, непроизвольно.</p>
     <p>Лайт опять оглянулся на нас, медленно переводя взгляд с одного на другого.</p>
     <p>— О господи, ребята! О господи! — выговорил он хриплым, испуганным шепотом. В голосе его клокотал смертельный ужас, а ведь он, мне думается, до этого вечера не знал в жизни страха.</p>
     <p>Впрочем, через минуту его безграничный оптимизм взял верх, и он снова засмеялся.</p>
     <p>— Шутка недурна, кто бы ее ни придумал, — сказал он. — Ну-с, сегодня я вас всех угощаю. Я было испугался, по правде сказать… Никогда больше не шутите так ни над кем, ребята. Это слишком страшно. То, что я пережил за одну минуту, хуже тысячи смертей… Подумал о жене и детишках и…</p>
     <p>Голос его дрогнул, оборвался, взгляд опять остановился на метисе, все еще потиравшем шею. Видно было, что Лайт ошеломлен, расстроен.</p>
     <p>— Джон, — сказал он, повернувшись ко мне.</p>
     <p>Его звучный и приятный голос стоял еще у меня в ушах, но я не в силах был отозваться: к горлу подступил комок, и я знал, что лицо мое выдает меня.</p>
     <p>— Джон! — позвал он снова и подошел ближе.</p>
     <p>Он обратился ко мне с какой-то робостью, а слышать робость в голосе Лайта Грегори было ужаснее всех ночных кошмаров!</p>
     <p>— Джон, Джон, что все это значит? — повторил Лайт еще неувереннее. — Ведь это шутка, правда? Джон, вот моя рука. Разве я протянул бы ее тебе, если бы был болен? Джон, разве я прокаженный?</p>
     <p>Он протянул руку, и я подумал: "А, будь что будет! К черту все, ведь он мой друг". И пожал ему руку. У меня защемило сердце, когда я увидел, как просияло его лицо.</p>
     <p>— Да, да, это шутка, Лайт, — сказал я. — Мы сговорились подшутить над тобой. Но, пожалуй, ты прав: такими вещами не шутят. И больше это не повторится.</p>
     <p>Лайт не засмеялся, он только улыбнулся, как человек, который только что очнулся от страшного сна и все еще не может забыть его.</p>
     <p>— Вот и хорошо, — сказал он. — Больше так не шутите, а за выпивкой дело не станет. Должен сознаться, ребята, вы мне на минуту задали-таки страху! Смотрите, меня даже пот прошиб.</p>
     <p>Он со вздохом утер потный лоб и направился к стойке.</p>
     <p>— Я вовсе не шутил, — отрывисто произнес вдруг Калюна.</p>
     <p>Я бросил на метиса уничтожающий взгляд. Я готов был убить его на месте, но не решился ни сказать что-либо, ни ударить его: это только ускорило бы катастрофу, а я все еще питал безумную надежду предотвратить ее.</p>
     <p>— Нет, это не шутка, — повторил Калюна. — Вы прокаженный, Лайт Грегори, и не имеете права прикасаться к здоровому телу честных людей.</p>
     <p>Тут Грегори вскипел.</p>
     <p>— Шутка зашла уже слишком далеко! Прекрати это, слышишь, Калюна? Прекрати, говорю, или я тебе все кости переломаю!</p>
     <p>— Сперва ступайте-ка, пусть сделают бактериологическое исследование, — возразил Калюна. — И если окажется, что я вру, тогда уж бейте меня до смерти, раз вам так этого хочется. Да вы бы хоть поглядели на себя в зеркало! Это же сразу видно. Всякому видно. У вас делается львиное лицо. Вот уже и кожа над бровями потемнела.</p>
     <p>Лайт долго смотрел на себя в зеркало, и я видел, как у него трясутся руки.</p>
     <p>— Ничего не вижу, — сказал он наконец. Затем обрушился на хапа-хаоле:</p>
     <p>— Черная у тебя душа, Калюна! Скажу прямо: напугал ты меня так, как ни один человек не имеет права пугать другого. И ты ответишь за свои слова. Я сейчас пойду прямо к доктору Строубриджу выяснить это дело. И когда вернусь, берегись!</p>
     <p>Ни на кого не глядя, он пошел к двери.</p>
     <p>— Подожди меня здесь, Джон, — сказал он, жестом остановив меня, когда я хотел пойти за ним. И вышел.</p>
     <p>Мы все стояли неподвижно, безмолвно, как призраки.</p>
     <p>— Ведь это же правда, — сказал Калюна. — Вы сами могли убедиться.</p>
     <p>Все посмотрели на меня, и я утвердительно кивнул. Гарри Барнли поднес стакан ко рту, но тотчас, не отпив ни капли, поставил его на прилавок так неловко, что расплескал половину виски. Губы у него дрожали, как у ребенка, который сейчас расплачется. Нед Остин с грохотом открыл холодильник. Он ничего там не искал и вряд ли даже сознавал, что делает. Никто из нас не говорил ни слова. У Гарри Барнли губы еще сильнее задрожали, и вдруг он в порыве дикой злобы ударил Калюну кулаком по лицу, раз и другой. Мы не пытались разнять их. Нам было безразлично, пусть бы даже Барнли убил метиса. Бил он его жестоко. А мы не вмешивались. Я даже не помню, когда Барнли оставил беднягу в покое и тот смог убраться. Слишком все мы были потрясены.</p>
     <p>Позднее доктор Строубридж рассказал мне, что произошло у него в кабинете. Он засиделся там, составляя какой-то отчет, и вдруг в кабинете появился Лайт. Лайт к тому времени уже ободрился и вошел быстрыми и легкими шагами. Он еще немного сердился на Калюну, но к нему вернулась прежняя уверенность в себе. Что мне было делать? — говорил доктор. — Я знал, что он болен, я уже несколько месяцев видел, как надвигается эта беда. Но у меня не хватило духу ответить на его вопрос. Не мог я сказать "да"! Признаюсь, я не выдержал и разрыдался. А он умолял меня сделать бактериологическое исследование. "Срежьте у меня кусок кожи, док, — твердил он, — и сделайте исследование".</p>
     <p>Но, видно, слезы доктора Строубриджа подтвердили опасения Лайта. На другое утро "Клодина" отходила в Гонолулу. И мы перехватили Лайта уже на пристани. Понимаете, он решил ехать в Гонолулу и заявить о своей болезни во врачебном управлении! И ничего мы не могли с ним поделать! Слишком много больных отправил он на Молокаи и не мог увиливать, когда дело коснулось его самого. Мы уговаривали его ехать в Японию. Но он и слышать не хотел об этом. "Я должен нести свой крест, ребята", — вот все, что он отвечал нам. И повторял это снова и снова, как одержимый.</p>
     <p>Он уладил все свои дела и с приемного пункта в Гонолулу отправился на Молокаи.</p>
     <p>Там здоровье его пошатнулось. Местный врач писал нам, что это уже не Лайт, а тень прежнего Лайта. Видите ли, он тосковал по жене и детям. Он знал, что мы о них заботимся, но и это не могло залечить рану. Месяцев через шесть или семь я поехал на Молокаи навестить его. Я сидел по одну сторону зеркального окна, он — по другую. Мы смотрели друг на друга сквозь стекло и переговаривались при помощи трубы вроде рупора. Все мои уговоры были тщетны: Лайт решил оставаться на Молокаи. Добрых четыре часа я спорил с ним и наконец изнемог. К тому же мой пароход уже давал гудки.</p>
     <p>Однако мы не могли с этим примириться. Через три месяца мы зафрахтовали шхуну "Алкион". На ней контрабандисты провозили опиум, и летела она под парусами со сказочной быстротой. Хозяин ее, швед, за деньги готов был на все, и мы за изрядную сумму договорились с ним о рейсе в Китай. Шхуна отплыла из Сан-Франциско, а через несколько дней и мы вышли в море на шлюпе Лендхауза. Это была яхта грузоподъемностью в пять тонн, но мы лавировали на ней пятьдесят миль против ветра на северо-восток. Вы спрашиваете насчет морской болезни? Никогда в жизни я не страдал так от нее, как в тот раз. Когда берег скрылся из виду, мы встретили "Алкиона". Барнли и я перешли на шхуну.</p>
     <p>К Молокаи мы подошли около одиннадцати часов вечера. Шхуна легла в дрейф, а мы на вельботе пробились через буруны и высадились в Калауэо — знаете, то место, где умер отец Дамьен. Швед, хозяин "Алкиона", был молодчина. Засунув за пояс пару револьверов, он пошел с нами. Втроем мы прошли около двух миль по полуострову до Калаупапы. Представьте себе наше положение: поздней ночью искать человека в поселке, где больше тысячи прокаженных! Да если бы поднялась тревога, нам была бы крышка! Место незнакомое, тьма, ни зги не видать. Выскочили собаки прокаженных, подняли лай… Мы брели наугад, спотыкаясь в темноте, и заблудились.</p>
     <p>Тогда швед перешел к решительным действиям. Он повел нас к первому попавшемуся дому, стоявшему на отлете. Захлопнув за собой дверь, мы зажгли свечу. В комнате было шестеро прокаженных. Мы их подняли на ноги, и я обратился к ним на языке туземцев. Нам нужен был кокуа. Кокуа по-ихнему означает "помощник". Так называют туземца, не зараженного проказой, который живет в поселке на жалованье от Врачебного управления; его обязанность — ходить за больными, делать перевязки и так далее. Мы остались в доме, чтобы надзирать за его обитателями, а швед отправился с одним из них разыскивать кокуа. Нашел и привел, держа его всю дорогу под дулом револьвера. Впрочем, кокуа оказался смирным и услужливым. Швед остался в доме на страже, а меня и Барнли кокуа отвел к Лайту. Мы застали его одного.</p>
     <p>— Я так и думал, что вы приедете, ребята, — сказал Лайт. — Не касайтесь меня, Джон! Ну, как поживают Нед, Чарли и вся наша компания? Ладно, потом расскажете. Я готов идти с вами. Девять месяцев здесь отмучился, хватит. Где вы оставили лодку?</p>
     <p>Мы пошли к тому дому, где нас ждал швед. Но в поселке уже поднялась тревога. В домах загорались огни, хлопали двери. У нас решено было стрелять только в случае крайней необходимости. И, когда нас пытались задержать, мы пустили в ход кулаки и рукоятки револьверов. На меня наскочил какой-то здоровенный парень, и я никак не мог от него отделаться, хотя дважды хватил его изо всей силы кулаком по лицу. Он вцепился в меня, и мы, упав, покатились по земле. Теперь мы боролись лежа, и каждый пытался одолеть другого. Парень уже брал верх, когда кто-то подбежал к нам с зажженным фонарем и я увидел лицо своего противника. Как описать мой ужас! То было не лицо, а только страшные его остатки, разлагающиеся или уже разложившиеся. Ни носа, ни губ, и только одно ухо, распухшее и обезображенное, свисавшее до самого плеча. Я чуть с ума не сошел. Он обхватил меня и прижал к себе так близко, что его болтавшееся ухо коснулось моего лица. Тут я, должно быть, действительно обезумел и принялся колотить его револьвером. До сих пор не знаю, как это случилось, но когда я уже вырвался, он вдруг впился в мою руку зубами. Часть кисти оказалась внутри этого безгубого рта. Тогда я нанес ему удар револьвером прямо по переносице, и зубы разжались.</p>
     <p>Кадуорт показал мне свою руку. При лунном свете я разглядел на ней шрамы. Можно было подумать, что он искусан собакой.</p>
     <p>— Наверное, здорово боялись заразы? — сказал я. — Да. Семь лет жил в страхе. Ведь у этой болезни инкубационный период длится семь лет. Жил я здесь, в Коне, и ждал. Я не заболел. Но за эти семь лет не было ни одного дня, ни одной ночи, когда бы я не смотрел во все глаза вокруг… на все это…</p>
     <p>Голос его дрогнул, он поглядел на залитое лунным светом море внизу, потом на снежные вершины гор.</p>
     <p>— Невыносимо было думать, что я утрачу все это, никогда больше не увижу Кону. Семь лет!.. Проказа меня пощадила. Но из-за этих лет ожидания я остался холостяком. У меня была невеста. Я не мог жениться, пока были опасения… А она не поняла. Уехала в Штаты и там вышла замуж за другого. Больше я никогда ее не видел…</p>
     <p>Как раз в ту минуту, когда я оторвал от себя прокаженного полисмена, послышался стук копыт, такой громкий, словно кавалерийский отряд мчался в атаку. Это наш швед, испуганный суматохой, не теряя времени, заставил тех прокаженных, которых он стерег, оседлать для нас четырех лошадей. Нам уже ничто не мешало продолжать путь: Лайт расправился с тремя кокуа, и мы общими усилиями вырвали Барнли из рук двух других. К этому времени вся колония уже была на ногах, и когда мы мчались прочь, кто-то стал стрелять в нас из винчестера — вероятно, Джек Маквей, главный надзиратель на Молокаи.</p>
     <p>Ох, что это была за скачка! Лошади прокаженных, седла и поводья прокаженных, тьма, хоть глаз выколи, свист пуль за спиной, а дорога далеко не из лучших. Притом швед ездить верхом не умел, а ему еще вместо лошади подсунули мула.</p>
     <p>Но все-таки мы добрались до вельбота и ушли, пользуясь приливом. Отчаливая, мы слышали, как с береговой кручи спускались всадники из Калаупапы…</p>
     <p>Вы едете в Шанхай. Так навестите там Лайта Грегори. Он служит у одной немецкой фирмы. Пригласите его пообедать, закажите вино и все, что там найдется самого лучшего, и не позволяйте ему платить — счет пришлите мне. Жена и дети Лайта живут в Гонолулу, и я знаю, что заработок его нужен для них. Он отсылает им большую часть этого заработка, а сам живет отшельником…</p>
     <p>И поговорите с ним о Коне. Здесь он оставил свое сердце. Расскажите ему о Коне побольше — все, что знаете.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Смок Беллью и Джек Малыш</p>
     <p>(цикл рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Смок Беллью</p>
      <empty-line/>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Вкус мяса</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>Сначала он был Кристофер Беллью. В колледже он превратился в Криса Беллью. Позже, в кругах сан-францисской богемы, его прозвали Кит Беллью. А в конце концов он стал Смок Беллью, и иначе его уже не называли. История превращений его имени была историей его собственных превращений. Не будь у него любящей матери и железного дяди и не получи он письма от Джиллета Беллами — ничего бы не случилось.</p>
       <p>«Я только что просмотрел номер «Волны», — писал Джиллет из Парижа. — Не сомневаюсь, что дело у О'Хара пойдет. Однако он еще не знает всех тонкостей ремесла. (Следовали советы, как улучшить молодой великосветский еженедельник.) Сходи в редакцию и поговори с О'Хара. Пусть он думает, что это твои собственные соображения, не поминай меня. А то он сделает меня своим парижским корреспондентом; мне же это очень невыгодно, потому что я сотрудничаю в больших журналах, где по крайней мере деньги платят. Прежде всего внуши ему, чтобы он выгнал болвана, который дает ему критические заметки о живописи и о музыке. Кроме того, в Сан-Франциско всегда была своя литература, а теперь нет никакой. Скажи О'Хара, пусть постарается найти осла, который согласится регулярно поставлять для «Волны» серию рассказов — романтических, ярких, полных настоящего сан-францисского колорита».</p>
       <p>Кит Беллью отправился в редакцию «Волны», чтобы честно выполнить все советы Джиллета. О'Хара выслушал. О'Хара стал спорить. О'Хара согласился. О'Хара выгнал болвана критика. А затем О'Хара проявил свой характер, тот самый, которого так боялся Джиллет, сидя в далеком Париже. Когда О'Хара чего-нибудь хотел, ни один приятель не мог ему отказать. Он был ласково и неотразимо настойчив. Кит Беллью, прежде чем успел вырваться из редакции, стал помощником редактора, дал согласие поставлять несколько столбцов рецензий, пока не найдется кто-нибудь взамен, связал себя обещанием давать в каждый номер рассказы по десять тысяч слов из жизни Сан-Франциско — и все это совершенно бесплатно. «Волна» еще не имеет возможности платить, объяснил О'Хара, и с не меньшей настойчивостью заявил, что во всем Сан-Франциско есть только один человек, который способен написать такую серию рассказов, и этот единственный человек — Кит Беллью.</p>
       <p>— А ведь ослом-то оказался я! — стонал Кит, спускаясь по узкой лестнице.</p>
       <p>Так начал он работать на О'Хара и на ненасытные столбцы «Волны». Неделю за неделей просиживал он в редакционном кресле, выпроваживал кредиторов, ссорился с наборщиками и при всем том умудрялся выжимать из себя для каждого номера по двадцать тысяч слов. Облегчения не предвиделось. «Волна» была честолюбива. Честолюбие заставляло ее выходить с иллюстрациями. Иллюстрации стоили дорого. Денег не хватало ни на уплату Киту Беллью, ни на привлечение новых сотрудников.</p>
       <p>— Вот что значит быть добрым малым, — проворчал однажды Кит.</p>
       <p>— Побольше бы таких! — со слезами на глазах воскликнул О'Хара, пылко пожимая руку Кита. — Ты мой спаситель, Кит. Только благодаря тебе я не прогорел. Еще немного, милый друг, и все наладится!</p>
       <p>— Не верю, — уныло проговорил Кит. — Мне ясна моя судьба. Я обречен торчать здесь вечно.</p>
       <p>Через несколько времени Кит придумал выход. Выбрав удобный момент, он в присутствии О'Хара потерял сознание и повалился в первое попавшееся кресло. Немного погодя он тяжко рухнул всем телом на письменный стол и судорожным движением рук опрокинул горшочек с клейстером.</p>
       <p>— Поздно лег вчера? — осведомился О'Хара.</p>
       <p>Кит старательно протер глаза и, прежде чем ответить, долго с недоумением оглядывался по сторонам.</p>
       <p>— О нет, не в том дело. Глаза! Они словно выскакивают из головы.</p>
       <p>С тех пор Кит каждый день натыкался на стены и опрокидывал редакционную мебель. Но сердце О'Хара не смягчилось.</p>
       <p>— Вот что, Кит, — сказал он однажды. — Тебе необходимо показаться глазному врачу. Пойди к Хасдэплу. Шикарный доктор. Платить тебе не придется: мы напечатаем его объявление. Я с ним сам поговорю.</p>
       <p>О'Хара сдержал слово, и Киту волей-неволей пришлось отправиться к врачу.</p>
       <p>После длительного осмотра врач вынес такой приговор:</p>
       <p>— Совершенно здоровые глаза! Исключительное зрение, замечательное. Таких глаз одна пара на миллион людей.</p>
       <p>— Не говорите этого О'Хара! — взмолился Кит. — И пропишите мне, пожалуйста, темные очки.</p>
       <p>Единственным результатом этой проделки было то, что О'Хара все время выражал Киту свое сочувствие и тотчас же восторженно заговаривал о прекрасном будущем, которое ждет их, когда «Волна» прочно станет на ноги.</p>
       <p>К счастью, у Кита были средства. Сравнительно скромные, они все-таки давали ему возможность состоять членом нескольких клубов и снимать мастерскую в Латинском квартале. С тех пор, как он сделался помощником редактора «Волны», его личные расходы значительно сократились. У него не было времени тратить деньги. Мастерскую он забросил и больше не угощал местную богему своими знаменитыми ужинами, состряпанными на жаровне. И все-таки у него вечно не было наличных денег. Незадачливая «Волна» дочиста опустошала не только его мозг, но и карманы. Иллюстраторы время от времени отказывались иллюстрировать, наборщики время от времени отказывались набирать, мальчишка-рассыльный время от времени требовал расчет. Взглянет в такую минуту О'Хара на Кита — и Кит заплатит все.</p>
       <p>Когда пароход «Эксцельсиор», прибывший из Аляски, всполошил всю страну известием о клондайкской золотой лихорадке, Кит осмелился сделать О'Хара следующее легкомысленное предложение.</p>
       <p>— Послушай, О'Хара, — сказал он. — Золотая лихорадка будет расти. Повторятся дни сорок девятого года. Отпусти меня в Клондайк — корреспондентом от «Волны»! Я поеду на свой счет.</p>
       <p>О'Хара покачал головой.</p>
       <p>— Мне без тебя не обойтись в редакции, Кит. Серия рассказов еще не закончена. Да, кроме того, я только что беседовал с Джексоном. Завтра он уезжает в Клондайк и согласился еженедельно присылать нам письма и снимки. Без этого я не отпустил бы его. И как удачно, что мы все получим совершенно бесплатно.</p>
       <p>Вечером Киту удалось вырваться в клуб. Встретив в клубной читальне своего дядю, он снова услыхал о Клондайке.</p>
       <p>— Здравствуй, дядя! — воскликнул Кит, погружаясь в кожаное кресло и вытягивая ноги. — Присаживайся!</p>
       <p>Кит заказал коктейль, а дядюшка удовлетворился местным водянистым красным вином, которое было его излюбленным напитком. Он неодобрительно глянул на бокал с коктейлем, потом перевел взгляд на лицо племянника. Кит почувствовал, что ему не миновать нахлобучки.</p>
       <p>— Я тороплюсь, — поспешил он объявить. — Мне надо еще успеть в галерею Эллери <a l:href="#n_790" type="note">[790]</a>, на выставку Кейта, и накатать о ней по крайней мере полстолбца.</p>
       <p>— Что с тобой? — спросил дядя. — Ты бледен. На тебе лица нет.</p>
       <p>Кит вздохнул.</p>
       <p>— Кажется, скоро я буду иметь удовольствие похоронить тебя, — продолжал дядя.</p>
       <p>Кит уныло покачал головой:</p>
       <p>— Не хочу беспокоить червей! Предпочитаю крематорий.</p>
       <p>Джон Беллью принадлежал к тому старому, закаленному племени, которое в пятидесятых годах переправилось через прерию в повозках, запряженных волами. К суровому закалу, унаследованному им от предков, прибавился закал трудного, тревожного детства, прошедшего в пору освоения новой земли.</p>
       <p>— Ты живешь не так, как надо, Кристофер. Мне стыдно за тебя.</p>
       <p>— Мот и кутила, не так ли? — рассмеялся Кит. Дядя пожал плечами.</p>
       <p>— Не гляди на меня так уничтожающе, дядюшка, — сказал Кит. — Кутежи — вещь неплохая, но, к сожалению, ты ошибаешься. Я давно перестал кутить: у меня нет времени.</p>
       <p>— В чем же дело?</p>
       <p>— Работа замучила. Джон Беллью расхохотался.</p>
       <p>— Право?</p>
       <p>Он опять рассмеялся.</p>
       <p>— Человек — порождение окружающей среды, — изрек Кит, указывая на дядюшкин стакан. — Смех твой горек и жидок, как вино в твоем стакане.</p>
       <p>— Работа замучила! — язвительно повторил дядюшка. — Да ты не заработал ни одного цента за всю свою жизнь.</p>
       <p>— Нет, заработал, но не получил. Я зарабатываю пятьсот долларов в неделю и работаю за четверых.</p>
       <p>— Картины, которых никто никогда не купит? Модные пустячки, безделушки… Плавать умеешь?</p>
       <p>— Когда-то умел.</p>
       <p>— А ездить верхом?</p>
       <p>— Пробовал и это.</p>
       <p>Джон Беллью негодующе фыркнул.</p>
       <p>— Я счастлив, что твой отец в могиле и не видит тебя во всем твоем бесстыдстве. Твой отец был с ног до головы мужчина, понимаешь? Настоящий мужчина! Он выбил бы из тебя всю твою музыкальную и рисовальную дурь!</p>
       <p>— Что делать! Таков наш упадочный век! — вздохнул Кит.</p>
       <p>— Если б был какой-нибудь толк ото всех твоих искусств, — сердито продолжал дядя, — ну, это я еще понимаю, это я еще мог бы стерпеть. Но ты за всю свою жизнь не заработал ни цента и не знаешь настоящего труда мужчины!</p>
       <p>— Гравюры, картины, веера… — перечислил Кит.</p>
       <p>— Ты пачкун и неудачник. Какие ты картины написал? Несколько мутных акварелей и кошмарных плакатов. И ни разу ничего не выставил, даже здесь, в Сан-Франциско.</p>
       <p>— Одна моя картина висит в зале этого клуба.</p>
       <p>— Мазня! А музыка? Твоя милая, но бестолковая мама тратила сотни на то, чтобы обучить тебя музыке. Но ты и тут осрамился. Ты даже пяти долларов не заработал, ну, хотя бы аккомпанируя кому-нибудь на концерте. Песенки твои? Дребедень, которую никто не печатает и никто не поет, кроме бездельников, прикидывающихся богемой.</p>
       <p>— Я выпустил книжку. Помнишь, томик сонетов? — робко возразил Кит.</p>
       <p>— Во сколько он тебе обошелся?</p>
       <p>— Сотни в две долларов, не больше.</p>
       <p>— А еще у тебя какие заслуги?</p>
       <p>— Одна моя пьеска ставилась как-то на открытой эстраде.</p>
       <p>— И что ты получил за нее?</p>
       <p>— Славу.</p>
       <p>— А ведь ты когда-то умел плавать и пытался ездить верхом! — гневно воскликнул Джон Беллью, опуская бокал на стол с совершенно излишней стремительностью. — Скажи, ну куда ты годишься? Денег на твое воспитание не жалели, но даже в университете ты не играл в футбол. Ты не умеешь грести. Ты не умеешь…</p>
       <p>— Я занимался фехтованием и боксом. Немного.</p>
       <p>— Когда ты тренировался в последний раз?</p>
       <p>— Да после университета забросил; считалось, что я прекрасно рассчитываю расстояние и время, но только…</p>
       <p>— Продолжай.</p>
       <p>— Меня называли свободным художником.</p>
       <p>— Скажи прямо: лентяем.</p>
       <p>— Да, это примерно то же самое — в деликатной форме.</p>
       <p>— Мой отец, сэр, а ваш дед, старый Исаак Беллью, одним ударом кулака убил человека, когда ему было шестьдесят девять лет.</p>
       <p>— Кому было шестьдесят девять лет? Убитому?</p>
       <p>— Нет, деду твоему, никчемный ты бездельник! Ты в шестьдесят девять лет не сможешь убить и комара.</p>
       <p>— Времена переменились, дядюшка. В наше время за убийство сажают в тюрьму.</p>
       <p>— Твой отец проскакал однажды сто восемьдесят пять миль без отдыха и насмерть загнал трех лошадей.</p>
       <p>— Живи он в наши дни, он благополучно храпел бы всю дорогу в купе спального вагона.</p>
       <p>Дядя чуть было не вышел из себя, но сдержал гнев и спокойно спросил:</p>
       <p>— Сколько тебе лет?</p>
       <p>— Да как будто бы мне…</p>
       <p>— Знаю, двадцать семь. Двадцати двух лет ты окончил колледж. Мазал, бренчал, строчил и болтался без дела пять лет. Так скажи мне, ради бога, куда ты годишься? В твои годы у меня была одна-единственная мена белья. Я пас стада в Колузе. Я был крепок, как камень, и мог спать на голом камне. Я питался вяленой говядиной и медвежьим мясом. Зато я гораздо крепче тебя. Ты весишь около ста шестидесяти пяти фунтов, а я хоть сейчас могу положить тебя на обе лопатки и намять тебе бока.</p>
       <p>— Для того чтобы опорожнить стакан коктейля или жидкого чая, не нужно быть силачом, — примирительно пробормотал Кит. — Неужели ты не понимаешь, дядюшка, что времена переменились? И, кроме того, меня неправильно воспитывали. Моя милая бестолковая мама… Дядю передернуло.</p>
       <p>— …судя по твоим рассказам, слишком меня баловала: держала в вате и так далее. А если бы я мальчишкой принимал участие в тех достойных мужчины забавах, за которые ты так ратуешь, я был бы теперь другим человеком. Скажи, почему ты никогда не брал меня с собой? Холл и Робби ездили с тобой и на Сьеры и в Мексику…</p>
       <p>— Я считал тебя недотрогой и неженкой.</p>
       <p>— Сам виноват, дядюшка, — ты и моя милая — гм- мама. Как я мог закалиться? Ведь меня считали недотрогой и неженкой. Что же мне оставалось, кроме гравюр, картинок да вееров? Моя ли вина, что мне никогда не приходилось добывать себе хлеб в поте лица своего? Старик с нескрываемым негодованием смотрел на племянника. Это легкомыслие и дряблость выводили его из себя.</p>
       <p>— Я снова собираюсь отправиться в путешествие, достойное мужчины, как ты выразился. Приглашаю тебя.</p>
       <p>— Запоздалое приглашение… Куда?</p>
       <p>— Холл и Роберт отправляются в Клондайк. Я провожу их через перевал и спущусь с ними к озерам. Потом обратно.</p>
       <p>Кит не дал ему договорить. Он вскочил со стула и схватил дядю за руку.</p>
       <p>— Спаситель мой! — воскликнул он.</p>
       <p>Джон Беллью недоверчиво насторожился. Он не ожидал, что его приглашение будет принято.</p>
       <p>— А ты не шутишь? — спросил он.</p>
       <p>— Когда мы отправляемся?</p>
       <p>— Это очень трудное путешествие. Ты будешь нам обузой.</p>
       <p>— Нет! Я буду все делать! «Волна» научила меня работать…</p>
       <p>— Каждый должен взять с собой запасов на целый год. Народу будет такое множество, что индейцев-носильщиков не хватит на всех. Холлу и Роберту придется самим тащить свои припасы. Я затем и отправляюсь с ними, чтобы помочь им. Тебе придется тащить на спине столько же, сколько им.</p>
       <p>— Испытай меня.</p>
       <p>— Ты не умеешь носить тяжести.</p>
       <p>— Когда мы отправляемся?</p>
       <p>— Завтра.</p>
       <p>— Пожалуйста, не воображай, дядюшка, что меня наставила на путь истинный твоя проповедь о пользе закалки, — сказал Кит, прощаясь. — Мне необходимо уехать из этого города, от О'Хара — куда угодно, лишь бы подальше.</p>
       <p>— Кто такой этот О'Хара? Японец?</p>
       <p>— Нет, он ирландец, рабовладелец и мой лучший друг. Он редактор и издатель и вообще главная шишка в «Волне». Он делает там все, что захочет.</p>
       <p>Вечером Кит Беллью настрочил О'Хара записку.</p>
       <p>«Уезжаю всего лишь на несколько недель, — писал он. — Найми какого-нибудь чудака, пусть докончит за меня последний рассказ. Прошу прощения, милый друг, но этого требует мое здоровье. Вернусь и налягу на работу с двойным усердием».</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Через несколько дней Кит Беллью высадился на обезумевший берег Дайи, заваленный тысячепудовым багажом многих тысяч людей. Груды снаряжения и продовольствия выбрасывались на берег с пароходов и медленно просачивались с берега в Дайскую долину и через Чилкут. Путешественникам предстояло двадцать восемь миль тащить свои пожитки на себе. Индейцы-носильщики, взвинтившие цены за переноску багажа с восьми центов за фунт до сорока, не справлялись с работой. Их не хватало, и всем было ясно, что большинство путешественников не успеет перебраться через перевал до наступления зимы.</p>
       <p>Самым неприспособленным из новичков был Кит. У него, как и у многих, на поясе висел патронташ и болтался большой револьвер. Этот револьвер навязал ему, между прочим, дядюшка, помнивший былые беззаконные годы. Но Кит романтически воспринимал окружающее. Его пленяла пестрота людского потока, устремившегося за золотом, и он смотрел на все глазами художника. Он ничего не принимал всерьез. Еще на пароходе он заявил, что не собирается относиться к путешествию, как к собственным похоронам. Ведь это просто каникулы. Заглянуть за перевал, поглазеть по сторонам — и домой!</p>
       <p>Кит оставил своих спутников дожидаться на песчаном берегу выгрузки багажа, а сам пошел слоняться вдоль реки и набрел на старую факторию. Он не щеголял своим револьвером, хотя заметил, что очень многие, имеющие револьвер, чрезвычайно задирали нос. Дюжий рослый индеец прошел мимо Кита, согнувшись под неимоверно тяжелым тюком. Кит последовал за индейцем, восхищенный его прекрасными икрами и той грациозной легкостью, с которой он двигался, несмотря на тяжелую ношу. Индеец сбросил кладь на весы у дверей фактории, и Кит присоединился к толпе золотоискателей, одобрительно глазевших на силача; оказалось, что кладь весила сто двадцать фунтов; эта цифра благоговейно передавалась из уст в уста.</p>
       <p>«Мне не поднять этакую тяжесть, а уж не снести и подавно», — подумал Кит.</p>
       <p>— Несешь на озеро Линдерман, дружище? — спросил он.</p>
       <p>Индеец гордо кивнул головой.</p>
       <p>— И сколько взял за переноску?</p>
       <p>— Пятьдесят долларов.</p>
       <p>Разговор оборвался. Внимание Кита привлекла девушка, стоявшая на пороге. Она была одета не так, как большинство женщин, прибывших на пароходе, — ни короткой юбки, ни спортивных брюк. Она была одета так, как обычно одеваются женщины в дороге. Кита поразила полная уместность ее среди всего окружающего, — она, казалось, была здесь необходима. Молодая, красивая. Яркое очарование ее румяного лица привлекало его, и он так пристально смотрел на нее, что она это почувствовала; темные, с длинными ресницами глаза встретились с его глазами. С его лица она перевела насмешливый взгляд на его громадный револьвер. Потом их глаза снова встретились, и Кит прочел в них презрение и насмешку. Он вздрогнул, как от удара. Девушка повернулась к мужчине, стоявшему рядом с ней, и глазами указала на Кита. Мужчина оглядел его с тем же веселым презрением.</p>
       <p>— Чечако, — произнесла девушка.</p>
       <p>Мужчина, одетый, как бродяга, в дешевые брюки и рваную шерстяную фуфайку, сухо усмехнулся, и Кит почувствовал себя оплеванным, хотя и не мог бы сказать почему. И все же она на редкость красива, решил Кит, глядя вслед уходящим мужчине и девушке. Какая грациозная у нее походка. Он узнает эту походку и через тысячу лет.</p>
       <p>— Заметили этого человека с девушкой? — взволнованно спросил Кита сосед. — Знаете, кто он?</p>
       <p>Кит покачал головой.</p>
       <p>— Чарли Олень. Мне только что показали его. Ему здорово повезло на Клондайке. Старожил. И на Юконе пробыл лет двенадцать. Только что вернулся оттуда.</p>
       <p>— Что значит чечако? — спросил Кит.</p>
       <p>— Вы, например, чечако, я — чечако, — был ответ.</p>
       <p>— Быть может, это и так, но все же мне не ясно. Что значит слово чечако?</p>
       <p>— Новичок.</p>
       <p>Кит возвращался по берегу к своим и все время повторял про себя это обидное слово. Было досадно услышать «новичок» от слабой девушки.</p>
       <p>Пробираясь между горами тюков и вспоминая индейца с громадным грузом на спине, Кит решил испытать свою силу. Для испытания он выбрал мешок муки весом в сто фунтов. Расставив ноги, он стал над мешком, ухватил его и попытался взвалить на плечо. В первое мгновение он решил, что сто фунтов — это очень большая тяжесть; во второе — пришел к заключению, что у него слабая спина; в третье — крепко выругался. Это произошло после пяти минут бесплодных усилий, когда он оказался распростертым в изнеможении на той самой ноше, которую хотел одолеть.</p>
       <p>Он отер пот со лба и вдруг заметил Джона Беллью, насмешливо глядевшего на него поверх груды мешков.</p>
       <p>— Боже! — воскликнул этот апостол суровой закалки. — Наш могучий род дал слабосильных потомков. Когда мне было шестнадцать лет, такой тюк казался мне игрушкой.</p>
       <p>— Ты забываешь, дядюшка, — огрызнулся Кит, — что я не был вскормлен медвежатиной.</p>
       <p>— И когда мне стукнет шестьдесят, такой тюк по-прежнему останется для меня игрушкой.</p>
       <p>— А ну-ка, покажи!</p>
       <p>Джон Беллью показал. Ему было сорок восемь, но он нагнулся, примерился к мешку, быстрым движением взвалил его на плечи, перевернул и выпрямился.</p>
       <p>— Сноровка, милый мальчик, сноровка и… крепкая спина.</p>
       <p>Кит почтительно приподнял шляпу.</p>
       <p>— Ты чудо, дядюшка, чудо из чудес. Как ты думаешь, приобрету я когда-нибудь такую сноровку?</p>
       <p>Джон Беллью пожал плечами.</p>
       <p>— Ты запросишься домой, чуть мы тронемся в путь.</p>
       <p>— Ну, нет, — ответил Кит. — Дома меня ждет О'Хара, словно разъяренный лев. Я постараюсь вернуться к нему как можно позже.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Первый переход Кита с поклажей прошел удачно. До Финниганского брода их багаж, весивший две тысячи пятьсот фунтов, несли индейцы, которых удалось нанять. После брода им пришлось нести самим. Они рассчитали, что могут делать по миле в день. Это казалось очень легким, но только на словах. Так как Джон Беллью должен был оставаться в лагере, чтобы готовить пищу, он мог делать не более одного-двух переходов с поклажей. Таким образом, на долю каждого из троих молодых людей выпал тяжкий жребий ежедневно перетаскивать на милю вперед по восемьсот фунтов; считая, что каждый вьюк весит пятьдесят фунтов, им пришлось бы ежедневно шестнадцать раз проходить милю с грузом за плечами и пятнадцать обратно порожняком.</p>
       <p>— Пятнадцать потому, что последний раз нам не придется возвращаться за поклажей, — объяснил Кит свое приятное открытие.</p>
       <p>При восьмидесятифунтовых тюках им предстояло бы делать девятнадцать миль ежедневно — туда и назад, а при стофунтовых только пятнадцать.</p>
       <p>— Я не люблю ходить пешком, — заявил Кит, — и чем бегать туда и назад девятнадцать раз, предпочитаю носить по сто фунтов сразу.</p>
       <p>Заметив недоверчивую улыбку на лице у дяди, он поспешно добавил:</p>
       <p>— Конечно, не сразу; я буду приучаться постепенно. Для того чтобы приобрести сноровку, нужно время. Начну с пятидесяти фунтов.</p>
       <p>Кит взял пятьдесят фунтов и всю дорогу шел весело и быстро, даже вприпрыжку. У места, назначенного для следующей стоянки, Кит сбросил тюк и налегке отправился обратно, за новой поклажей. Это вовсе не так трудно, думал он. Но две мили сбили с него самоуверенность. Следующая кладь весила шестьдесят пять фунтов. Нести оказалось уже значительно труднее, и Кит больше не подпрыгивал. По примеру всех носильщиков, он часто опускался на землю и отдыхал, прислонив поклажу, висевшую на спине, к камню или пню. К третьему разу он так расхрабрился, что принял в ремни девяностофунтовый мешок с бобами и взвалил его себе на плечи. Но прошел сто шагов и почувствовал, что вот-вот свалится. Кит сел на землю и вытер лицо.</p>
       <p>— Короткие переходы и короткие привалы, — бормотал он. — Вот в чем штука.</p>
       <p>Порою он садился отдыхать, не сделав и сотни шагов, а груз после каждого отдыха становился заметно тяжелее. Он трудно дышал, и пот лил с него ручьями.</p>
       <p>Не пройдя и четверти мили, он сорвал с себя шерстяную фуфайку и повесил ее на дерево. Через несколько минут он далеко забросил шляпу. Пройдя полмили, Кит решил, что ему конец. Никогда в жизни он не чувствовал себя так плохо. Обессиленный, он сидел на земле, и вдруг взгляд его упал на револьвер и тяжелый патронташ, болтавшийся у пояса…</p>
       <p>— Хлам — лишние десять фунтов, — пробурчал он злобно и отстегнул револьвер и патронташ.</p>
       <p>Он даже не дал себе труда повесить револьвер на дерево, а просто швырнул его в кусты. Молчаливые, тяжело нагруженные путники угрюмо двигались по дороге, и Кит заметил, что другие новички тоже бросают свое оружие.</p>
       <p>Кит стал присаживаться все чаще и чаще. Протащится кое-как сто футов, а там кровь бешено забьется в ушах, затрясутся колени — и он принужден опуститься на землю. Остановки делались все продолжительнее. А воображение лихорадочно работало. Впереди двадцать восемь миль пути, двадцать восемь томительных дней, а этот первый день, судя по всему, самая легкая часть путешествия…</p>
       <p>— То ли еще будет, когда дойдем до Чилкута, — говорили ему его спутники во время стоянок. — Там придется карабкаться на четвереньках.</p>
       <p>— Мне до Чилкута не дойти, — отвечал Кит. — Это не для меня. Задолго до Чилкута я упокоюсь в уютной яме, под покровом мха.</p>
       <p>Он поскользнулся, и, чтобы удержаться на ногах, ему пришлось сделать огромное усилие. Все перевернулось у него внутри.</p>
       <p>— Если я упаду под этой тяжестью, я уже больше не встану, — сказал Кит случайному спутнику.</p>
       <p>— Это еще ничего, — отозвался тот. — Вот погодите, доберемся до ущелья. Нам предстоит переправиться через бурный поток по сосновому бревну длиною в шестьдесят футов. Веревок, чтобы держаться, — никаких, а волны перехлестывают через бревно и плещут по коленям. Если свалишься в воду с кладью на спине, сразу пойдешь ко дну, потому что из ремней не выпутаться.</p>
       <p>— Ничего не имею против, — сказал Кит и в глубине души чувствовал, что говорит почти правду.</p>
       <p>— Там гибнет по три, по четыре человека в день, — добавил рассказчик. — Как-то я помог выудить из воды одного немца. На нем нашли четыре тысячи долларов.</p>
       <p>— Отрадно слышать, — проговорил Кит, тяжело поднимаясь на ноги и снова пускаясь в путь.</p>
       <p>Мешок с бобами и Кит превратились в ходячую трагедию. Кит сравнивал свое положение с положением Синдбада-морехода, у которого на шее сидел старик. И это называлось «прогулкой, достойной мужчины»! Сравнительно с таким путешествием служба у О'Хара была блаженством. Снова и снова приходила ему на ум заманчивая идея: кинуть мешок с бобами в кусты, потихоньку улизнуть обратно на берег, сесть на пароход и вернуться в цивилизованный мир.</p>
       <p>Но Кит не бросил мешка и не убежал. Где-то в глубине его души жила непоколебимая твердость. Он упрямо повторял самому себе, что все, доступное другим мужчинам, должно стать доступным и ему. Эта мысль преследовала его, как бред, и он часто заговаривал об этом со своими спутниками. Отдыхая, он с завистью смотрел на индейцев, с крепкими, как у мулов, ногами, тащивших ноши вдвое тяжелее. Без отдыха шли и шли они вперед, и Кит удивлялся их уверенности и спокойствию.</p>
       <p>Кит сидел на земле, громко ругался — ругаться во время ходьбы у него не было сил — и боролся с соблазном удрать в Сан-Франциско. Миля, которую нужно было пройти с грузом, не была еще пройдена, а уж его злость сменилась слезами. Это были слезы бессилия и отвращения к самому себе. Никогда еще ни один человек не чувствовал себя до такой степени побежденным. Когда последняя миля была уже на исходе, он, собрав остаток сил, кое-как дотащился до места стоянки и упал ничком с поклажей на спине. Это не убило его, но, прежде чем встать, он пятнадцать минут пролежал неподвижно, не в силах пошевелиться, не в силах расстегнуть ремни и снять с себя тяжелый мешок. У него началась рвота. В таком положении нашел его Робби, которого тоже мучила тошнота. Сознание, что Робби испытывает те же муки, что и он, придало Киту силы.</p>
       <p>— Другие могут, — значит, можем и мы, — сказал ему Кит, хотя в глубине души его терзало сомнение, не бахвальство ли это.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>— Мне двадцать семь лет, и я мужчина, — много раз повторял себе Кит в течение следующих дней. Он нуждался в этом напоминании. К концу недели он научился ежедневно перетаскивать восемьсот фунтов на милю вперед, но зато потерял пятнадцать фунтов собственного веса. Щеки у него ввалились, тело и ум утратили гибкость. Он больше не шел, а тащился. Даже возвращаясь за поклажей, налегке, он еле волочил ноги.</p>
       <p>Кит превратился во вьючное животное. Он нередко засыпал во время еды, и сон у него был крепок, как у животного; иногда, впрочем, он просыпался с криком от судороги, сводившей ему ноги. Все тело болело и ныло. Ступни были покрыты пузырями, а когда путникам пришлось сделать две мили по острым камням Дайской долины, ноги Кита покрылись сплошными ранами. Эти две мили должны были стать тридцатью восемью милями. Кит умывался не чаще одного раза в день. Ногтей он не чистил: они потрескались, обросли заусенцами и были постоянно грязны. Ссадины на плечах и на груди, натертые ремнями, впервые заставили его серьезно задуматься над страданиями ломовых лошадей.</p>
       <p>Но больше всего в первое время его мучила грубая пища. Усиленная работа требовала усиленного питания, и желудок Кита, не привыкший к огромным порциям бекона и неудобоваримых черных бобов, взбунтовался. Для Кита начались ужасные дни голодовки и болезни. Он еле держался на ногах. Наконец настала радостная пора, когда к нему вернулась способность есть; он обжирался, как дикий зверь, и не мог равнодушно смотреть на съестное.</p>
       <p>Когда путешественники перетащили багаж через ущелье, планы их изменились. Пронесся слух, что в районе озера Линдерман вырублены последние деревья, годные на постройку лодок. Холл и Роберт, с инструментами, пилой, одеялами и необходимой провизией, отправились на поиски леса, поручив Киту и дяде перетаскать остальной багаж. Кит и Джон Беллью вместе стряпали и вместе, плечом к плечу, шагали, нагруженные кладью. Время шло, и вершины покрывались снегом. Быть застигнутыми зимой на этой стороне перевала — значило потерять целый год. Дядюшка нагрузил свою железную спину целой сотней фунтов. Кит пришел в уныние, но стиснул зубы и тоже взвалил себе на плечи сотню фунтов. Сначала ему было трудно и больно, но он уже приобрел сноровку, и его тело, утратившее вместе с жиром и дряблость, стало упругим и мускулистым. К тому же он наблюдал и изобретал. Он подметил, что индейцы пользуются головными ремнями, и приспособил их в помощь своим наплечным ремням. Это значительно уменьшало тяжесть и давало ему возможность пристраивать к тюку еще какой-нибудь громоздкий, но не тяжелый предмет. Таким образом, он научился нести сто фунтов на ремнях за плечами, пятнадцать или двадцать фунтов поверх основной поклажи, топор или пару весел в одной руке и несколько вложенных друг в друга кастрюль — в другой.</p>
       <p>Но трудности все росли. Чем дальше, тем хуже становилась дорога; с каждым днем поклажа казалась тяжелее, с каждым днем снеговая линия в горах опускалась все ниже и ниже. Цены на переноску груза поднялись до шестидесяти центов за фунт. О Холле и Роберте, которые ушли вперед, чтобы свалить несколько деревьев, распилить их на доски и построить челнок, не было ни слуху ни духу. Джон Беллью стал беспокоиться. Встретив кучку индейцев, возвращавшихся налегке с Линдермана, он подрядил их, по тридцати центов за фунт, отнести часть багажа на вершину Чилкута. Такой расход почти истощил кошелек Джона Беллью. Оставшиеся четыреста фунтов одежды и лагерных принадлежностей он решил перенести сам, а Кита отправил вперед вместе с индейцами. Было условлено, что на вершине Чилкута Кит задержится и будет понемножку перетаскивать багаж, пока его не нагонит дядюшка с поклажей в четыреста фунтов.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>Кит вместе с индейцами медленно тащился по дороге. Так как путь предстоял длинный и трудный, Кит взвалил на себя всего восемьдесят фунтов. Индейцы едва плелись с тяжелым грузом, но все-таки они шли быстрее, чем привык ходить Кит. Но Кит не протестовал. Он теперь считал себя не менее выносливым, чем индейцы.</p>
       <p>Пройдя четверть мили, он захотел отдохнуть, но индейцы не остановились, и Кит пошел вместе с ними. Пройдя еще четверть мили, он почувствовал, что не в состоянии сделать ни шагу более, однако он стиснул зубы и зашагал, не отставая от носильщиков. Без передышки была пройдена миля, и Кит с удивлением должен был признать, что он жив, не умер. А потом, как это ни странно, он «втянулся», и вторая миля далась ему, пожалуй, легче, чем первая. Третья миля чуть не убила Кита, но, изнемогая от усталости и боли, он не стал хныкать, а продолжал идти. И как раз в то мгновение, когда он почувствовал, что сейчас потеряет сознание, индейцы сделали привал. Вместо того, чтобы отдыхать, не снимая груза, как поступали обычно белые путешественники, индейцы освободились от головных и наплечных ремней, свободно разлеглись, закурили и пустились в разговоры. Отдыхали они целых полчаса. После получасового отдыха Кит с удивлением почувствовал себя совершенно свежим, и отныне его девизом стало: «Долгие переходы и долгие остановки».</p>
       <p>Склон Чилкута оказался именно таким, каким представлял его себе Кит по рассказам. Не раз приходилось ему карабкаться вверх на четвереньках. Но когда он в снежную вьюгу добрался до вершины перевала, тайная гордость наполнила его душу; он сделал трудный переход наравне с индейцами, не отставая от них и не жалуясь. Сравняться с индейцами стало его новой мечтой.</p>
       <p>Расплатившись с ними и отпустив их, он остался совершенно один на горном хребте, среди непроницаемой мглы, на тысячу футов выше лесной полосы. Голодный, усталый, промокший до пояса, он готов был в эту минуту отдать весь свой годовой доход за костер и чашку кофе. Однако ему пришлось удовлетвориться несколькими холодными оладьями и закутаться в брезент палатки. Он быстро уснул, но, засыпая, успел злорадно подумать, что Джон Беллью сейчас взбирается на Чилкут, таща на себе четыреста фунтов багажа. У самого Кита на попечении находилось не четыреста, а две тысячи фунтов багажа, но ему предстояло спускаться с горы, а не подниматься в гору.</p>
       <p>Утром, измученный и замерзший, Кит вылез из-под брезента, съел фунта два сырого бекона, взвалил на плечи сто фунтов багажа и отправился вниз по тропе между скал. Тропа вела через узкий ледник к озеру Кратер. Какие-то люди шли с грузом через ледник. Целый день Кит перетаскивал свой багаж к верхнему краю ледника, и, так как расстояние было невелико, он навьючивал на себя каждый раз по полтораста фунтов. Такая неожиданная выносливость радостно поразила его. У встречного индейца он приобрел за два доллара три морских сухаря. Этими сухарями и сырым беконом он закусывал несколько раз в день. Грязный, продрогший, в мокрой от пота одежде, он и следующую ночь провел под холстиной палатки.</p>
       <p>Рано утром он разостлал брезент на льду, свалил на него три четверти, тонны багажа и поволок за собой. Там, где ледниковая тропа круто спускалась под уклон, самодельные сани ускорили бег. Брезент с поклажей наскочил на Кита, ударил его сзади по ногам, и Кит очутился верхом на своей поклаже. Брезент помчался вниз вместе с Китом.</p>
       <p>Сотни тяжело нагруженных носильщиков, шагавших по льду, останавливались и провожали Кита удивленными взглядами. Кит неистово орал: «Берегись»! — и все поспешно отскакивали в сторону. Внизу, у самого края ледника, прилепилась ко льду маленькая палатка; она так быстро вырастала на его глазах, что Киту казалось, будто она бежит ему навстречу. Брезент съехал с дороги, которая круто сворачивала влево, и помчался по свежему снегу, окутанный облаком морозной пыли. Мягкий снег затормозил бешеную скорость брезента. Кит снова увидел палатку в ту самую секунду, когда из всей силы налетел на нее. Его корабль вывернул из земли деревянные колья палатки, распахнул лицевые полотнища и ворвался внутрь. Кит барахтался на брезенте среди развороченных ящиков и мешков. Палатка качалась, как пьяная, и в морозном тумане Кит оказался лицом к лицу с испуганной девушкой, кутавшейся в одеяла, — с той самой девушкой, которая назвала его в Дайе чечако.</p>
       <p>— Хорош смок <a l:href="#n_791" type="note">[791]</a>, а? — весело крикнул Кит.</p>
       <p>Девушка неодобрительно смотрела на него.</p>
       <p>— Вот вам и ковер-самолет! — продолжал Кит.</p>
       <p>— Уберете вы когда-нибудь у меня с ног этот ваш мешок? — сердито спросила девушка.</p>
       <p>Кит привстал.</p>
       <p>— Это не мешок, а мой локоть. Простите.</p>
       <p>Ничуть не смущенная такой поправкой, она была по-прежнему вызывающе холодна.</p>
       <p>— Еще спасибо, что вы не опрокинули печку, — проговорила она.</p>
       <p>Кит посмотрел туда, куда глядела девушка, и увидел печку из листового железа и кофейник на ней. За кофейником присматривала молодая индианка. Кит понюхал воздух и снова взглянул на девушку.</p>
       <p>— Я чечако, — сказал он.</p>
       <p>По выражению скуки на ее лице он понял, что она сама это знает. Но Кит не смутился.</p>
       <p>— Свое огнестрельное оружие я бросил по дороге, — сказал он.</p>
       <p>Тогда она узнала его, и глаза ее блеснули.</p>
       <p>— Не думала я, что вы доберетесь так далеко, — сообщила она ему.</p>
       <p>Кит снова жадно потянул в себя воздух.</p>
       <p>— Я слышу запах кофе! — Он решил идти напролом. — Вот вам мой мизинец, отрежьте его; я на все готов; я буду вашим рабом целый год и один день или сколько угодно лет и дней, только налейте мне чашечку из вашего кофейника.</p>
       <p>За чашкой кофе он назвал себя, и она сказала ему свое имя — Джой Гастелл. Кроме того, Кит узнал, что она здешняя старожилка. Она родилась в фактории на Большом Невольничьем озере: ребенком она с отцом перешла Скалистые горы и спустилась к Юкону. Теперь она снова путешествует вместе с отцом, но его неожиданно задержали в Сиэтле дела. Он оказался в числе пассажиров злосчастного «Певца», потерпевшего крушение, и сейчас находится в заливе Пьюджет, куда его доставил подобравший пассажиров пароход.</p>
       <p>Так как девушка не вылезала из-под одеял, Кит не стал затягивать разговора и, героически отказавшись от второй чашки кофе, освободил палатку от себя и своего багажа. Он уносил с собой много разнообразных впечатлений: у нее очаровательные глаза и очаровательное имя; ей не больше двадцати — двадцати двух лет; отец ее, вероятно, француз; у нее твердая воля и пылкий характер, и воспитание она получила где угодно, но только не в здешних местах.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VI</p>
       </title>
       <p>По обледенелым скалам, высоко над полосой леса, шла тропа, огибая озеро Кратер, и выводила к скалистому ущелью, откуда открывался прямой путь к Счастливому Лагерю и первым кривым карликовым елям. Тащить на себе груз по этой круговой дороге — значило потерять много времени и окончательно выбиться из сил. На озере стояла парусная лодка, перевозившая грузы. В какие-нибудь два часа лодка могла бы доставить Кита и его поклажу на другой берег. Но Кит уже истратил все деньги, а перевозчик запросил по четыреста долларов за тонну.</p>
       <p>— Твоя лодчонка, друг мой, — сказал Кит перевозчику, — золотое дно. Но я могу показать тебе и другое золотое дно.</p>
       <p>— Покажи! — был ответ.</p>
       <p>— Покажу, если ты перевезешь мой багаж на другой берег. Прекрасная идея, еще не запатентованная, и ты сможешь открыть предприятие сразу, чуть я объясню тебе, в чем дело. Согласен?</p>
       <empty-line/>
       <image l:href="#i_093.jpg"/>
       <empty-line/>
       <p>Перевозчик объявил, что согласен, и Кит решил, что можно довериться его обещанию.</p>
       <p>— Отлично. Видишь ты тот ледник? Возьми кирку и за день пробей в нем желоб сверху донизу. Понял? Получится — «Чилкут — Озеро Кратер. Акционерная компания перевозок кувырком». Ты можешь спускать ежедневно не меньше ста тонн, и работы никакой — знай клади деньги в карман. По пятидесяти центов с тонны каждый заплатит!</p>
       <p>Через два часа Кит находился уже на другом берегу озера, выиграв целых три дня. Когда Джон Беллью нагнал его, он был уже очень недалеко от Глубокого озера — другой вулканической впадины, наполненной ледниковой водой.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VII</p>
       </title>
       <p>Последний переход, от Долгого озера до Линдермана, считается три мили; здесь тропа — если только это можно назвать тропой — взбирается на вершину тысячефутового хребта, сползает, извиваясь, вниз по скользким скалам и пересекает широкое болото. Джон Беллью остолбенел от удивления, увидев, как Кит взвалил себе на спину сотню фунтов, а сверху на эту сотню положил пятидесятифунтовый мешок муки.</p>
       <p>— Ну-ка, закаленный человек! — воскликнул Кит. — Покажи, чему тебя научило медвежье мясо и одна-единственная смена белья!</p>
       <p>Джон Беллью покачал головой.</p>
       <p>— Я уже стар, Кристофер.</p>
       <p>— Тебе всего только сорок восемь. Мой дед, а ваш отец, сэр, старый Исаак Беллью, одним ударом кулака убил человека, когда ему было шестьдесят девять лет.</p>
       <p>Джон Беллью, улыбаясь, проглотил пилюлю.</p>
       <p>— Дядюшка, мне хочется сообщить тебе важную новость. Меня воспитывали недотрогой и неженкой, но сейчас я таскаю тяжести лучше тебя, хожу лучше тебя и с легкостью уложу тебя на обе лопатки и намну бока.</p>
       <p>Джон Беллью поднял руку и торжественно произнес:</p>
       <p>— Кристофер, мой мальчик, я верю, что ты можешь уложить меня на обе лопатки и намять мне бока. Больше того: я уверен, что ты можешь совершить этот подвиг, даже имея сто фунтов на плечах. Ты хорошо поработал, мальчик, и добился почти невероятных успехов.</p>
       <p>Во время последнего перехода Кит за один день проделал четыре конца взад и вперед. Иными словами, он покрыл за день двадцать четыре мили, карабкаясь по горам, причем двенадцать миль из этих двадцати четырех — со ста пятьюдесятью фунтами за спиной. Это сильно утомило его, но он гордился собой и чувствовал себя прекрасно. Он ел и спал так, как раньше никогда еще не ел и не спал; и когда оказалось, что скоро конец тяжелому пути, он даже немного огорчился.</p>
       <p>Беспокоило Кита только одно: он знал, что если споткнется и упадет с сотней фунтов за плечами, он останется в живых и поднимется на ноги; но он был уверен, что если ему случится упасть с пятидесятифунтовой прибавкой, то эта прибавка непременно свернет ему шею. Тысячами ног все тропы через болота очень быстро затаптывались, превращаясь в бездонную топь, и приходилось все время прокладывать новые. Однажды, прокладывая такую новую тропу, Кит на практике разрешил вопрос о пятидесятифунтовой надбавке.</p>
       <p>Зыбкая, топкая поверхность колыхалась под ним; он оступился и шлепнулся в воду ничком. Пятьдесят фунтов придавили его, не сломав ему шеи. С оставшейся сотней за плечами Киту удалось подняться на четвереньки. Но встать он не мог. Левую руку снова втянуло вглубь, и щека легла в грязь, как на подушку. Кит вытянул левую руку — правая шла по плечо. Выпутаться из ремней было невозможно, а стофунтовая тяжесть мешала подняться. На четвереньках, с трудом вытаскивая из грязи то одну, то другую руку, он сделал попытку добраться до того места, куда упал его мешок с мукой. Но все усилия были напрасны: они только утомляли его, а тонкий слой травы, покрывавший трясину, прорвался под его тяжестью, и струйка взбаламученной воды стала просачиваться наружу, заливая ему нос и рот.</p>
       <p>Тогда он попробовал перевернуться на спину, чтобы поклажа служила ему опорой, но это привело лишь к тому, что обе руки его погрузились в воду по плечи, и Кит почувствовал, что тонет. С завидным терпением он медленно вытащил обе руки из грязи, положил их плашмя на воду, чтобы опереться на них подбородком, и громко позвал на помощь. Через несколько минут раздалось хлюпанье по грязи приближавшихся сзади шагов.</p>
       <p>— Помоги, приятель! — крикнул Кит. — Брось мне веревку.</p>
       <p>Киту ответил женский голос, и Кит узнал этот голос.</p>
       <p>— Если вы расстегнете мне ремни, я встану.</p>
       <p>Сто фунтов звонко шлепнулись в грязь, и Кит медленно поднялся на ноги.</p>
       <p>— Ну и положение! — смеялась мисс Гастелл, увидев облепленное грязью лицо Кита.</p>
       <p>— Пустяки! — весело воскликнул Кит. — Это просто одно из моих любимых гимнастических упражнений.</p>
       <p>Советую и вам попробовать: замечательно развивает грудную клетку и позвоночник.</p>
       <p>Он вытер лицо рукой и стряхнул с руки ком грязи.</p>
       <p>— О, да это мистер, мистер… Смок Беллью! — воскликнула девушка, узнав Кита.</p>
       <p>— Благодарю вас за своевременную помощь и за новое имя, — проговорил Кит. — Совершилось мое второе крещение. С этой минуты все должны называть меня Смоком Беллью. Смок — сильное и выразительное имя.</p>
       <p>Он замолчал, а потом неожиданно скорчил злое лицо.</p>
       <p>— Знаете, что я решил предпринять? — произнес он свирепым голосом. — Я возвращусь обратно в Штаты. Я женюсь. У меня будет большая семья, много-много детей. Как-нибудь вечером я соберу детей и расскажу им, какие страдания перенес их отец на Чилкутской дороге. И если они не зарыдают, — повторяю, если они не зарыдают, я возьму палку и вышибу из них дух!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VIII</p>
       </title>
       <p>Надвигалась полярная зима. Землю покрыл шестидюймовый слой снега, и, несмотря на жестокие ветры, аленькие озера затянулись льдом. В один из вечеров, когда буря несколько утихла, Кит вместе с дядей помог двоюродным братьям нагрузить лодку и постоял на берегу, пока лодка не исчезла в метели.</p>
       <p>— Надо выспаться и утром пораньше в путь, — сказал Джон Беллью. — Если нас не задержит буран на перевале, завтра вечером мы будем в Дайе. А если нам посчастливится сразу попасть на пароход, еще неделя — мы опять в Сан-Франциско.</p>
       <p>— Ты доволен прогулкой? — рассеянно спросил Кит.</p>
       <p>Их последний привал на озере Линдерман был печален и неуютен. Робби и Холл забрали с собой все самые необходимые вещи, включая и палатку. Потертый брезент кое-как прикрывал их от вьюги. Ужин они варили на костре, в негодных, помятых кастрюлях. Им вставили только одеяла да пищу на несколько дней. С той минуты, как лодка отошла от берега, Кит стал рассеянным и беспокойным. Джон Беллью заметил состояние племянника, но приписал это сильному переутомлению после трудного похода. За ужином Кит только раз нарушил молчание.</p>
       <p>— Дядюшка, — сказал он ни с того ни с сего, — пожалуйста, отныне называй меня Смок. Ведь я здорово прокоптился за дорогу.</p>
       <p>После ужина Кит отправился в лагерь золотоискателей, занятых постройкой и снаряжением челноков. Когда через несколько часов он вернулся и залез под одеяло, Джон Беллью уже спал.</p>
       <p>Ветреным мглистым утром Кит вылез из-под одеяла, не обуваясь, развел огонь, согрел на огне свои промерзшие сапоги, сварил кофе и поджарил бекон. Дядюшка и племянник невкусно позавтракали на холодном ветру. Позавтракав, они сложили одеяла. Джон Беллью зашагал в сторону Чилкутской дороги, но Кит вдруг остановил его и протянул ему руку.</p>
       <p>— До свидания, дядя, — сказал он.</p>
       <p>Джон Беллью удивленно взглянул на племянника и выругался от удивления.</p>
       <p>— Не забывай, дядюшка, что теперь я Смок, — внушительно проговорил Кит.</p>
       <p>— Но что ты задумал?</p>
       <p>Кит махнул рукой на север, в сторону бурного озера.</p>
       <p>— Не имеет смысла возвращаться, когда зашел так далеко, — сказал Кит. — Я почуял запах мяса, и оно мне по вкусу. Я иду дальше.</p>
       <p>— У тебя нет денег! — возразил Джон Беллью. — И никакого снаряжения.</p>
       <p>— Я нашел работу. Кристофер Смок Беллью покажет себя. Он нашел работу. Он теперь слуга джентльмена. Сто пятьдесят долларов в месяц на всем готовом. Он отправляется в Доусон в обществе двух джентльменов и еще одного слуги — отправляется в качестве повара, лодочника и чего угодно. А О'Хара со своей «Волной» может убираться к дьяволу! До свидания!</p>
       <p>Пораженный Джон Беллью слабо пробормотал:</p>
       <p>— Ничего не понимаю!</p>
       <p>— Говорят, в бассейне Юкона немало медведей! — объяснил Кит. — У меня всего только одна смена белья, и мне хочется отведать медвежатины. Прощайте!</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Мясо</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>Дул сильный порывистый ветер, когда Смок Беллью, с трудом преодолевая его, вышел на берег. В предрассветных сумерках дюжину лодок нагружали драгоценным багажом, который удалось перенести через Чилкут. Это были неуклюжие самодельные челноки, неумело сколоченные из только что срубленного сырого дерева. Одна лодка, уже нагруженная, отходила от берега, и Кит остановился поглядеть.</p>
       <p>Ветер, попутный в открытом озере, здесь дул прямо в берег, подымая волны на мелководье. Отъезжающие хлюпали по воде высокими непромокаемыми сапогами, изо всех сил стараясь вытолкнуть свою лодку на глубокое место. Два раза это не удавалось. Дважды они влезали в лодку и пытались грести, но оба раза их снова относило к берегу и сажало на мель. Кит заметил, что брызги на бортах лодки быстро превращаются в лед. Третья попытка была более удачна. Лодку вытащили на такую глубину, что людям пришлось идти по пояс в воде. С трудом поднимая тяжелые весла, гребцы начали медленно удаляться от берега. Затем они поставили парус из одеял, но ветер сорвал его, и лодку в третий раз вынесло на замерзающий берег.</p>
       <p>Кит усмехнулся и пошел дальше. Ему тоже предстояло сразиться с ветром и с бурей. В своей новой роли слуги он должен был через несколько часов отчалить в лодке от этого самого места.</p>
       <p>Все работали, работали изо всех сил, потому что быстро наступала зима и нужно было перебраться через цепь озер, прежде чем они покроются льдом. Однако, войдя в палатку мистеров Спрага и Стайна, Кит не обнаружил никаких приготовлений к отплытию.</p>
       <p>У огня, под защитой брезента, покуривая самокрутку из оберточной бумаги, сидел, подобрав под себя ноги, маленький толстенький человечек.</p>
       <p>— Добрый день! — сказал он. — Вы новый слуга мистера Спрага?</p>
       <p>Кит заметил, что толстяк слегка подмигнул ему и слово «мистер» и «слуга» произнес многозначительно. Кит кивнул головой.</p>
       <p>— А я слуга доктора Стайна, — объявил коротенький человечек. — Во мне пять футов два дюйма росту, и зовут меня Малыш. Джек Малыш. А иногда меня называют Джонни-на-все-руки.</p>
       <p>Кит поздоровался с ним.</p>
       <p>— Вскормлены медвежьим мясом? — осведомился Кит.</p>
       <p>— Конечно, — ответил Джек, — но первой моей пищей было молоко буйволиц, насколько я помню. Присаживайтесь и закусите. Хозяева еще дрыхнут.</p>
       <p>Несмотря на то, что Кит уже позавтракал, он с большим удовольствием позавтракал вторично. Изнуренный многонедельным трудом, Кит приобрел желудок и аппетит волка. Он мог есть что угодно, сколько угодно и знать не знал, что такое несварение желудка. Малыш оказался говорливым пессимистом. Он дал хозяевам очень нелестную характеристику и сделал несколько мрачных предсказаний насчет экспедиции. Томас Стэнли Спраг был молодой горный инженер и сын миллионера. Доктор Адольф Стайн тоже сын богача. Благодаря своим отцам они получили от одного синдиката субсидию для изыскательских работ на Клондайке.</p>
       <p>— Оба они набиты деньгами, — говорил Малыш. — Когда они прибыли в Дайю, цена за переноску багажа поднялась до семидесяти центов, но не было ни одного индейца. В это время на берегу находились приезжие из Восточного Орегона, настоящие рудокопы, и им удалось подрядить несколько индейцев по семьдесят центов за фунт. Индейцы уже нагрузились поклажей — три тысячи фунтов, — когда прибыли Спраг и Стайн. Они предложили индейцам восемьдесят центов, потом девяносто, а когда дошло до доллара за фунт, индейцы отказали рудокопам и нанялись к Спрагу и Стайну. И вот Спраг и Стайн уже на озерах, хотя это и обошлось им в три тысячи долларов, а орегонские рудокопы все еще сидят на берегу. И просидят до будущего года! Да, наши хозяева — мастера сорить деньгами, а на других людей им наплевать. Знаешь, что они выкинули здесь, на Линдермане? Плотники как раз кончали лодку для приезжих из Сан-Франциско — за шестьсот долларов. Спраг и Стайн отвалили плотникам тысячу, и те. не долго думая, расторгли сделку. Лодка отличная, но каково этим молодцам из Сан-Франциско? Остались со своим багажом, и ни с места. Застряли до будущего года. Выпей еще чашечку кофе и поверь мне на слово, что я ни за что не связался бы с этими кровопийцами, если бы меня не тянуло в Клондайк! Скверные люди. Ради своих делишек они готовы мертвого ограбить. А ты подписал контракт? Кит покачал головой.</p>
       <p>— Ну, тогда мне тебя жаль, дружище. В этих краях голод, и они бросят тебя на произвол судьбы, как только мы доберемся до Доусона. Зимою здесь много людей погибнет от голода…</p>
       <p>— Но мы сговорились… — начал Кит.</p>
       <p>— На словах! — оборвал Малыш. — А слова для них ничего не стоят: ты им одно, а они тебе другое. Ну, да ладно! Как тебя зовут, друг?</p>
       <p>— Зови меня Смок, — сказал Кит.</p>
       <p>— Закабалят они тебя с твоим словесным контрактом, друг Смок. Деньгами сорить они умеют, но работать не любят, все утро валяются в постелях. Давно уже пора отправляться в дорогу, а они все еще дрыхнут. Отдуваться придется нам с тобой. Вот сейчас они проснутся и сразу подадут голос — потребуют кофе в постель. Слыханное ли дело, чтобы взрослым мужчинам подавали кофе в постель? Ты умеешь грести или править? На суше я ковбой и золотоискатель, а вот на воде — ничего не умею. Хозяева тоже не смыслят в лодках. А ты?</p>
       <p>— Где там, — сказал Кит. Новый порыв ветра осыпал его хлопьями снега, и он плотно прижался к брезенту. — Катался на лодке, когда был мальчишкой. Но мы научимся.</p>
       <p>Ветер приподнял край брезента, и Малышу за шиворот насыпалась целая горсть снегу.</p>
       <p>— Мы-то научимся, — сердито проворчал Малыш. — Конечно, научимся. Тут и ребенок научится. Но держу пари, что сегодня мы не тронемся в путь.</p>
       <p>В восемь часов из палатки потребовали кофе, а в девять хозяева встали.</p>
       <p>— Эге! — сказал Спраг, краснощекий, откормленный малый лет двадцати пяти. — Пора собираться, Малыш. Вы и… — Он бросил вопросительный взгляд на Кита. — Простите, я вчера не совсем разобрал ваше имя.</p>
       <p>— Смок.</p>
       <p>— Так вот, Малыш, и вы, мистер Смок, я рекомендую вам заняться погрузкой.</p>
       <p>— Просто Смок, без мистера! — сказал Кит.</p>
       <p>Спраг кивнул головой, и они вместе с доктором Стайном, худощавым молодым человеком, куда-то зашагали и вскоре затерялись между палаток.</p>
       <p>Малыш многозначительно подмигнул Киту.</p>
       <p>— Больше полутора тонн багажа, а сами они палец о палец не ударят! Вот увидишь!</p>
       <p>— Они платят нам, чтобы мы за них работали, — весело отозвался Кит, — и, я думаю, нам придется с этим примириться.</p>
       <p>Перетащить на спине три тысячи фунтов груза на сотню шагов вообще нелегкое дело, а перенести их в шторм и метель, когда тяжелые резиновые сапоги увязают в снежных сугробах, — и того труднее. Слуги сложили палатку и упаковали кухонные принадлежности. Затем принялись грузить лодку. По мере погрузки лодку нужно было отпихивать все дальше и дальше от берега, на более глубокое место, и, таким образом, расстояние, которое грузчикам приходилось переходить вброд, все увеличивалось. К двум часам дня работа была окончена, и Кит, несмотря на то, что сегодня дважды позавтракал, ослаб от голода. У него дрожали колени. Малыш чувствовал себя не лучше. Он произвел осмотр горшков и кастрюль и в одной из кастрюль обнаружил холодные бобы, перемешанные с большими кусками свинины. Ложка была с длиннейшей ручкой, одна на двоих, и едоки поочередно запускали ее в кастрюлю. Кит был совершенно убежден, что никогда в жизни не пробовал более вкусного кушанья.</p>
       <p>— Честью клянусь, — с полным ртом пробормотал Кит, — только в этом путешествии узнал я, что такое настоящий аппетит.</p>
       <p>Спраг и Стайн явились в самый разгар этого приятного занятия.</p>
       <p>— Что нас задерживает? — спросил Спраг недовольным голосом. — Тронемся мы когда-нибудь или нет?</p>
       <p>Вместо ответа Малыш зачерпнул ложкой бобы, облизал ее и передал Киту. Едоки не промолвили ни единого слова, пока кастрюля не была вылизана дочиста.</p>
       <p>— Ну, ясно, мы тут бездельничали, — сказал Малыш, утирая ладонью рот. — Ничего не делали. И, конечно, вы ничего не ели. И все это по моей вине.</p>
       <p>— Мы позавтракали в одной палатке у друзей, — поспешно проговорил Стайн.</p>
       <p>— Так я и знал! — буркнул Малыш.</p>
       <p>— Вы уже наелись, наконец, и можно отправляться! — торопил Спраг.</p>
       <p>— Лодка спущена на воду, — ответил Малыш. — Лодка нагружена. Что же еще, по-вашему, нужно сделать, чтобы отправиться в путь?</p>
       <p>— Сесть в лодку и оттолкнуться. Идем.</p>
       <p>Хозяева уселись, а Кит и Малыш принялись толкать лодку перед собой. Когда вода стала заливать за отвороты высоких сапог, они вскочили в лодку. Хозяева и не дотронулись до весел, а потому лодку сразу же прибило обратно к берегу. Раз десять повторялось одно и то же. Кит и Малыш выбились из сил.</p>
       <p>Малыш, проклиная весь мир, уселся на корме и сунул за щеку кусок жевательного табаку. Кит вычерпывал воду из лодки, а хозяева раздраженно переругивались.</p>
       <p>— Если вы будете меня слушаться, я попробую отчалить, — сказал Спраг.</p>
       <p>Но намерению его не суждено было исполниться. Не успел Спраг перекинуть ногу за борт лодки, как его окатила волна, и он вымок до пояса.</p>
       <p>— Придется поставить палатку и разложить костер! — воскликнул мокрый Спраг, когда лодку снова выбросило на берег. — Я замерз.</p>
       <p>— Чуть промок и уже испугался, — насмешливо сказал Стайн. — Сколько людей отъехало сегодня с этого самого места, хотя они промокли больше, чем вы. Теперь я поведу лодку.</p>
       <p>На этот раз вымок он и, стуча зубами, потребовал, чтобы немедленно был разведен костер.</p>
       <p>— Стоит ли обращать — внимание на легкий душ? — издевался Спраг. — Едем!</p>
       <p>— Малыш, выньте из лодки мой чемодан с бельем и разведите костер! — приказал Стайн.</p>
       <p>— Малыш, не смейте разгружать лодку! — воскликнул Спраг.</p>
       <p>Малыш взглянул поочередно на обоих господ, сплюнул, но не двинулся с места.</p>
       <p>— Он служит у меня и обязан повиноваться моим приказаниям, а не вашим! — крикнул Стайн. — Малыш, вынесите на берег мой чемодан!</p>
       <p>Малыш исполнил приказание, а Спраг остался сидеть в лодке, хотя его трясло от холода. Не получая никаких распоряжений, Кит с удовольствием отдыхал.</p>
       <p>— Когда капитаны ссорятся — пароход стоит, — проговорил он как будто про себя.</p>
       <p>— Что вы сказали? — спросил Спраг.</p>
       <p>— Я говорю сам с собой, такая у меня привычка, — отвечал Кит.</p>
       <p>Хозяин наградил его суровым взглядом и, надувшись, просидел в лодке еще несколько минут. Потом сдался.</p>
       <p>— Выньте из лодки мой чемодан, — распорядился он, — и займитесь, пожалуйста, костром: мы остаемся до утра.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Настало утро, а ветер не утих. Озеро Линдерман представляло собой узкое горное ущелье, наполненное водой. Ветер, срываясь с гор, дул здесь неравномерно, порывами, то с силой урагана, то как еле заметный бриз.</p>
       <p>— Если вы хорошенько подтолкнете, я, пожалуй, выведу лодку, — сказал Кит, когда все было готово к отплытию.</p>
       <p>— Что вы в этом смыслите? — накинулся на него Стайн.</p>
       <p>— Там видно будет! — ответил Кит и замолчал. Впервые в жизни Кит нанялся в услужение, но он быстро усвоил правила дисциплины. Покорно и весело принимал он участие в общих попытках сдвинуться с места.</p>
       <p>— Что вы собираетесь делать? — чуть не плача спросил Стайн.</p>
       <p>— Давайте сядем и хорошенько отдохнем, а когда настанет затишье, наляжем и двинем ее как следует.</p>
       <p>В этой идее не было ничего мудреного, но все же Кит первый набрел на нее. План удался сразу. Поставили парус из одеял, и лодка двинулась. Стайн и Спраг мигом повеселели. Малыш, несмотря на неистощимый пессимизм, оказался человеком веселым, а Кит был слишком захвачен всем происходящим, чтобы скучать. Четверть часа Спраг боролся с рулем, потом умоляюще взглянул на Кита, и Кит сменил его.</p>
       <p>— Я чуть руки себе не обломал, — извиняющимся голосом пробормотал Спраг.</p>
       <p>— Вы, наверное, никогда не пробовали медвежатины? — сочувственно осведомился Кит.</p>
       <p>— Что вы хотите этим сказать, черт побери?</p>
       <p>— О, ровно ничего, я просто полюбопытствовал. Но за спиною хозяина Кит встретил одобрительный взгляд Малыша, который понял и оценил шутку товарища.</p>
       <p>Кит обнаружил такие блестящие способности к управлению лодкой, что денежные тузы, не склонные к труду, произвели его в рулевые. Малыш с удовольствием взвалил все корабельное дело на плечи товарища, а сам занялся стряпней.</p>
       <p>Между озерами Линдерман и Беннет было несколько миль сухого пути, и предстояло тащить багаж на плечах. Оставив в лодке только самый легкий груз, Кит и Малыш перегнали ее на озеро Беннет по узкому, но быстрому протоку, соединяющему оба озера, и тут Кит приобрел много познаний в судоходном деле. Багаж пришлось тащить на себе Киту и Малышу. Спраг и Стайн исчезли, и Кит с Малышом, надрываясь, в два дня перенесли его от озера к озеру. Так было и дальше, — Кит и Малыш изнемогали под тяжестью клади, а хозяева шли налегке и вдобавок требовали, чтобы им угождали.</p>
       <p>Полярная зима приближалась и сковывала все, как железом, а путники продвигались вперед медленно, тратя много дней по-пустому. В Уинди-Арм Стайн самовластно отставил Кита от руля и взялся управлять лодкой сам; в результате не прошло и часа, как лодку отнесло на подветренный берег, где яростно бушевали волны. Два дня были потеряны на починку лодки, а когда на третий день утром хозяева и работники вышли на берег, на корме и на носу красовались огромные буквы сделанной углем надписи: Чечако.</p>
       <p>Кит улыбнулся, оценив меткость прозвища.</p>
       <p>— Я, конечно, умею читать и писать, и я знаю, что чечако значит новичок, но я не настолько образован, чтобы написать такое трудное слово, — заявил Малыш в ответ на обвинение Стайна.</p>
       <p>Оба хозяина злобно посмотрели на Кита. Кит промолчал о том, что накануне вечером Малыш попросил его показать, как пишется это слово.</p>
       <p>— Их это задело не меньше медвежатины! — радовался Малыш.</p>
       <p>Кит усмехнулся. С каждым днем убеждаясь в своих силах, в своей возрастающей ловкости, он все глубже проникался презрением к хозяевам. Они не только раздражали и возмущали его, но и внушали ему омерзение. Сам он отведал медвежьего мяса, и оно пришлось ему по вкусу; они же отбивали у него всякую охоту к этой еде. Он благодарил бога, что бог создал его непохожим на них. Его неприязнь к ним порою доходила до ненависти. Хозяева раздражали Кита не столько своими вечными придирками, сколько своей беспомощностью. Все-таки он принадлежал к закаленному роду старого Исаака Беллью.</p>
       <p>— Малыш! — сказал он как-то во время одной из обычных досадных задержек. — Стукнуть бы их веслом по башке и выкинуть за борт.</p>
       <p>— Правильно! — согласился Малыш. — Где уж им есть медвежатину! Рыбу им жевать, а не мясо, вонючкам этаким!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Первые пороги находились в Ящичном ущелье, следующие — Белая Лошадь — на несколько миль ниже. Ящичное ущелье недаром было так прозвано. Это был захлопнутый ящик, западня. По сторонам его поднимались отвесными стенами скалы, и выйти из него можно было только через пороги. Русло реки сужалось здесь, и вода, как бешеная, с неистовым ревом мчалась через узкий проход, вздуваясь посередине футов на восемь выше, чем у скалистых берегов. Волны мчащейся реки сталкивались с огромными бурунами, которые клокотали на порогах, не двигаясь с места. Ущелье Ящик пользовалось дурной славой: здесь смерть собирала богатую дань с проезжающих золотоискателей.</p>
       <p>Высадившись на крутом берегу, где уже находилось штук двадцать нерешительно выжидающих лодок, Кит и его спутники отправились посмотреть на пороги. Они подползли к карнизу и глянули вниз на кипящий водоворот. Спраг отшатнулся.</p>
       <p>— Боже мой! — закричал он. — Да тут не выплывешь!</p>
       <p>Малыш многозначительно толкнул Кита локтем и прошептал:</p>
       <p>— Трусы несчастные! Бьюсь об заклад, они сдрейфят!</p>
       <p>Кит не слушал его. Во время путешествия на лодке он познал упрямство и безжалостность стихии. Ему захотелось помериться с ней силами.</p>
       <p>— Нам нужно будет держаться гребня на середине реки, — сказал он. — Если мы отклонимся от него, лодка налетит на скалы…</p>
       <p>— И мы даже не узнаем, обо что расшиблись, — докончил Малыш. — Умеешь плавать, Смок?</p>
       <p>— Если случится беда, я предпочел бы не уметь плавать: один конец!</p>
       <p>— Я тоже так думаю, — мрачно проговорил незнакомец, стоявший рядом с Китом на скале. — Хорошо бы, если бы все это было уже позади!</p>
       <p>— А я и за деньги не пропустил бы такого случая! — сказал Кит.</p>
       <p>Он говорил вполне искренне, но в то же время ему хотелось подбодрить незнакомца. Постояв немного, Кит направился к лодке.</p>
       <p>— Так вы решились? — спросил незнакомец. Кит кивнул головой.</p>
       <p>— А у меня не хватает духу. Я тут торчу уже много часов. Чем дольше я смотрю на реку, тем больше страху нагоняет она на меня. Гребец я плохой, а со мной жена и маленький племянник. Если вам самим удастся благополучно переправиться, не поможете ли вы мне?</p>
       <p>Кит вопросительно взглянул на Малыша. Тот молчал.</p>
       <p>— С ним жена! — сказал Кит, и ему не пришлось разочароваться в товарище.</p>
       <p>— Ладно! — согласился Малыш. — Я и сам думал, что нужно помочь человеку.</p>
       <p>Малыш и Кит заторопились, но Стайн и Спраг не двинулись с места.</p>
       <p>— Желаю удачи, Смок! — крикнул Спраг. — Я… — он замялся, — я… останусь здесь… посмотрю, как вы справитесь.</p>
       <p>— Нам нужно троих в лодке: двоих на веслах и одного на руле! — твердо сказал Кит.</p>
       <p>Спраг и Стайн переглянулись.</p>
       <p>— Никуда я не поеду, — сказал Стайн. — Если ты не боишься стоять здесь и смотреть, так и я не боюсь.</p>
       <p>— А кто боится? — запальчиво спросил Спраг. Стайн ответил ему с жаром, и пошла перебранка.</p>
       <p>Кит и Малыш ушли одни.</p>
       <p>— Обойдемся и без них! — сказал Кит. — Ты будешь грести, а я сяду на руль. Греби напрямик, и больше никаких! Там будет такой шум, что ты меня не услышишь, а потому помни: грести без передышки и держать прямо!</p>
       <p>Они отчалили и вышли на середину реки; течение становилось все более быстрым. Из ущелья доносился грохот. Река спокойно вливалась в ущелье, гладкая, как расплавленное стекло. Когда лодка очутилась между черными скалами, Малыш набил себе рот жевательным табаком и налег на весла. Лодка подскочила на первых порогах, и гребцы были оглушены ревом клокочущих вод, который удваивало эхо ущелья. Путников окатило холодными брызгами. Порой Кит едва различал Малыша, сидевшего на носу. За две минуты лодка прошла три четверти мили и благополучно примчала их к низкому песчаному берегу.</p>
       <p>Малыш выплюнул жвачку — во время опасности он забывал отплевываться — и восторженно крикнул:</p>
       <p>— Вот оно, медвежье мясо! Самое настоящее! Признаться, Смок, садясь в лодку, я трусил, как черт. А теперь я за медвежатину! Идем переправим другую лодку!</p>
       <p>Возвращаясь по берегу к лодкам, они издали увидели хозяев, которые сверху рассматривали пороги.</p>
       <p>— Вот они, рыбоеды, — сказал Малыш. — Сразу завоняло.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>Переправив через пороги лодку Брэка — так звали их нового знакомого, — Кит и Малыш познакомились с его женой, худенькой женщиной, похожей на девочку. В ее синих глазах блестели слезы благодарности. Брэк сделал попытку вручить Киту пятьдесят долларов и, потерпев неудачу, предложил деньги Малышу.</p>
       <p>— Чудак человек! — ответил Малыш. — Я приехал в эти места, чтобы выколачивать деньгу из земли, а не из своих же товарищей.</p>
       <p>Брэк порылся на дне челнока и вытащил большую, оплетенную соломой бутыль виски. Малыш потянулся было к бутылке, но вдруг резко отдернул руку и покачал головой.</p>
       <p>— Нет. Впереди еще проклятая Белая Лошадь, — сказал он, — и говорят, она похуже Ящика. Сейчас не время пить!</p>
       <p>Проплыв по тихой реке еще несколько миль, все четверо сошли на берег, чтобы посмотреть на новые пороги. Каменная гряда отклоняла здесь стрежень порожистой реки к правому берегу. Мощная масса воды устремлялась в узкий проход между грядой и берегом, неистово вздымая огромные пенистые волны. Смертоносная грива Белой Лошади собирала с проезжающих еще более богатую дань мертвецами. Перед Гривой бушевал бурун, позади Гривы крутился водоворот. Обойти Гриву стороной было невозможно.</p>
       <p>— Это почище Ящика, — сказал Малыш.</p>
       <p>Чья-то лодка приближалась к порогам. Лодка была большая, футов тридцать в длину и тяжело нагруженная. В лодке сидели шестеро. Еще не достигнув Гривы, она уже металась и прыгала, пена и брызги то и дело скрывали ее из виду.</p>
       <p>Малыш исподлобья глянул на Кита.</p>
       <p>— Ей уже здорово достается, хотя все худшее еще впереди. Гребцы сложили весла! Началось. Боже! Пошла ко дну! Нет, вынырнула!</p>
       <p>Пенистые валы погребли под собой огромную лодку. Через мгновение она вынырнула и взлетела на волну прямо посреди Гривы. К великому удивлению Кита, над водой показалось даже днище лодки. Мгновение она словно висела в воздухе. Пятеро гребцов в бездействии сидели на скамьях, а шестой во весь рост стол на корме у руля. Затем лодка снова нырнула и исчезла из глаз. Трижды она ныряла и трижды вновь восставала из пучины. Она благополучно миновала страшную Гриву, и вдруг наблюдавшие с берега увидели, что нос ее попал в водоворот. Рулевой всей тяжестью налег на руль, пытаясь повернуть его. Напрасная попытка! Лодка закружилась в водовороте.</p>
       <p>Трижды пронеслась она по кругу, каждый раз так близко от скал, на которых стояли Кит и Малыш, что они могли бы прыгнуть в нее. Рулевой, человек с недавно отпущенной рыжей бородкой, махнул им рукою. Единственный путь из водоворота лежал через Гриву. Вероятно, у рулевого закружилась голова, и потому, когда лодку внезапно снова бросило в быстрое течение Гривы, он не успел выпрямить руль. То ныряя, то подскакивая, лодка помчалась вперед, уносимая бешеным течением Гривы. Гигантская водяная воронка втянула ее вглубь. Затем на поверхность всплыли ящики и мешки. Вынырнуло днище перевернутой лодки, и замелькали в воде головы гребцов. Двоим удалось выбраться на берег, а четверых засосала воронка. Доски, тюки, ящики скрылись за поворотом реки.</p>
       <p>Долго молчали. Первым заговорил Малыш.</p>
       <p>— Идем, — сказал он. — Нужно и нам попытать счастья. Если мы еще будем здесь стоять, я просто струшу и сбегу.</p>
       <p>— Пора и нам обкуриться! — усмехнулся Кит.</p>
       <p>— Хочешь оправдать свое прозвище? — сказал Малыш. — Идете? — спросил он, обращаясь к хозяевам.</p>
       <p>Вероятно, рев воды помешал им расслышать его приглашение.</p>
       <p>Малыш и Кит, по колено в снегу, вернулись к началу порогов и отвязали лодку. Кита пришпоривала решимость товарища, а также память о том, что старый Исаак Беллью и все другие Беллью не раз совершали подобные подвиги в своем победоносном шествии на Запад. Что сделали они, то может сделать и он! Перед ним было мясо, настоящее сырое мясо, и он радостно думал, что такое мясо по зубам лишь сильным людям.</p>
       <p>— Держи прямо на бурун! — крикнул ему Малыш и бросил в рот кусок прессованного табаку, а лодка между тем летела все быстрей, увлекаемая течением к порогам.</p>
       <p>Кит кивнул Малышу и изо всех сил налег на руль.</p>
       <p>Через несколько минут мокрый до нитки Малыш, причалив к берегу ниже Белой Лошади и выплевывая жвачку, пожимал своему товарищу руку.</p>
       <p>— Мясо! Мясо! — ликуя, восклицал Малыш. — Мы едим его сырым! Мы живьем пожираем его.</p>
       <p>На берегу они встретили Брэка. Его жена стояла поодаль. Кит обменялся с Браком крепким рукопожатием.</p>
       <p>— Боюсь, ваша лодка здесь не пройдет, — сказал Кит. — Она мала, меньше нашей, и, кажется, очень валкая.</p>
       <p>Брэк извлек из кармана пачку кредиток.</p>
       <p>— Каждому из вас дам по сотне, если вы переправите лодку.</p>
       <p>Кит еще раз взглянул на пенистую гриву Белой Лошади. Мороз крепчал, в рано спустившихся долгих сумерках все вокруг казалось сумрачнее и опасней.</p>
       <p>— Не в этом дело! — сказал Малыш. — Нам не нужны ваши деньги. Но мой товарищ собаку съел в гребле, и если он говорит, что ваша лодка не пройдет, значит, так оно и есть.</p>
       <p>Кит в подтверждение этих слов кивнул головой, но взгляд его случайно упал на миссис Брэк. Она в упор смотрела на него, и Кит прочел в ее глазах мольбу. Малыш тоже заметил умоляющий взгляд миссис Брэк. Товарищи смущенно переглянулись и промолчали. Повинуясь общему чувству, они кивнули друг другу и зашагали к порогам. Но не успели они пройти и сотни ярдов, как навстречу им попались Стайн и Спраг.</p>
       <p>— Куда вы? — спросил Спраг.</p>
       <p>— Переправить еще одну лодку, — ответил Малыш.</p>
       <p>— Оставьте! Уже темнеет. Вы оба сейчас же пойдете готовить нам ужин.</p>
       <p>Возмущение Кита было так велико, что он не сказал ни слова.</p>
       <p>— С ним жена! — сказал Малыш.</p>
       <p>— Это его дело, — ответил Стайн.</p>
       <p>— И мое и Смока! — сказал Малыш.</p>
       <p>— А я вам запрещаю! — грубо крикнул Спраг. — Смок, еще один шаг — и вы уволены.</p>
       <p>— Ни с места, Малыш! — прибавил Стайн.</p>
       <p>— Вы без нас пропадете, — ответил Малыш. — Как вы доставите вашу несчастную лодку в Доусон? Кто будет подавать вам кофе в постель и подстригать вам ногти? Идем, Смок. Они не посмеют рассчитать нас. Кроме того, у нас уговор. Если они нас рассчитают, им придется даром кормить нас целую зиму.</p>
       <p>Едва они спустили лодку Брэка на воду и отъехали от берега, как волны стали плескать через борт. Впрочем, это было еще только предвестие того, что ждало их впереди. Малыш, набив рот неизменной жвачкой, весело глянул на Кита, и Кит почувствовал неожиданный прилив нежности к этому человеку, который совершенно не умел плавать и все-таки решился на такое опасное дело.</p>
       <p>Пороги клокотали все сильнее, и тучи брызг окружили лодку. В надвигающихся сумерках перед Китом мелькнула Грива, весь извилистый путь бегущего через нее течения. Кит почувствовал огромную радость, когда ему удалось ввести лодку в бурлящую Гриву по самой ее середине. В следующую минуту лодка запрыгала на волнах, то ныряя, то взлетая на гребни волн, и Кит изо всех сил налег на руль. Он уже ничего не мог разглядеть в облаке водяной пыли и желал только одного: чтобы дядя видел его в эту минуту. Мокрые насквозь, задыхаясь, они вынырнули ниже Гривы; лодка была полна воды, и легкий багаж плавал на поверхности. Малыш сделал несколько осторожных взмахов веслами — в водовороте лодку подхватило течением, и она мягко коснулась отмели. С высокого берега на них смотрела миссис Брэк. Мольба ее была услышана, и слёзы струились из ее глаз.</p>
       <p>— Вы обязаны принять деньги, обязаны! — воскликнул, идя навстречу им, Брэк.</p>
       <p>Малыш вскочил, лодка накренилась под ним, и он шлепнулся в воду.</p>
       <p>— К черту деньги! — сказал Малыш. — Давайте сюда виски! Все уже кончено, а я промочил ноги и боюсь простудиться.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>На следующее утро лодка Спрага и Стайна отчалила, по обыкновению, одной из последних. Несмотря на то, что Брэк был плохой моряк и что вся его команда состояла лишь из жены и племянника, он давно нагрузил свою лодку и с рассветом пустился в путь. Но Стайн и Спраг не торопились, словно не понимали, что озеро может замерзнуть в любую минуту. Они отлынивали от дела и постоянными придирками мешали Малышу и Киту работать.</p>
       <p>— Я теряю всякое уважение к господу богу! — богохульствовал Малыш. — Сотворил этакую мразь в человеческом образе.</p>
       <p>— Зато с тобой он не промахнулся, — с усмешкой отвечал Кит. — Чем я больше гляжу на тебя, тем больше уважаю создателя.</p>
       <p>— Так, по-твоему, он смастерил меня на совесть? — спрашивал Малыш, смущенный комплиментом.</p>
       <p>Их путь лежал через озеро Ле-Барж. В озере не было течения, и если не дул попутный ветер, сорок миль приходилось идти на веслах. Но пора попутных ветров миновала, с севера сорвался ледяной вихрь и дул прямо в лицо. Озеро вздулось, поднялись огромные волны, было почти невозможно грести. В довершение всех бед пошел снег; весла покрывались слоем льда, и одному из гребцов приходилось беспрестанно сбивать лед топором. Вынужденные приняться за весла, Спраг и Стайн только делали вид, что гребут. Кит хорошо знал, что значит налегать на весла всей тяжестью своего тела, и отлично видел, что хозяева только обмакивают весла в воду.</p>
       <p>По прошествии трех часов Спраг бросил весло на дно лодки и заявил, что они должны вернуться в устье реки на ночлег. Стайн поддержал его, и, таким образом, все труды пошли насмарку. На второй и третий день повторились те же бесплодные попытки. В устье реки образовалась целая флотилия, лодок в двести. Каждый день прибывало их сорок — пятьдесят, и только двум или трем удавалось добраться до северо-западного берега озера, не возвращаясь к устью. Озеро вдоль берега стало затягиваться льдом. Лед узкой кромкой охватывал отмели. Озеро должно было замерзнуть в самые ближайшие дни.</p>
       <p>— Не будь они такие тряпки, мы перемахнули бы на тот берег, — сказал Кит Малышу на третий день вечером, когда они сушили у огня свои насквозь промокшие мокасины. — Сегодня уже были бы там, если бы они не заставили повернуть обратно. Стоило поработать еще какой-нибудь час, и нас вынесло бы на западный берег. Наши хозяева беспомощные младенцы.</p>
       <p>— Правильно, — согласился Малыш. Он придвинул свои мокасины к огню и задумчиво помолчал. — Послушай, Смок. До Доусона еще не одна сотня миль. Если мы не хотим мерзнуть здесь всю зиму, необходимо что-нибудь предпринять.</p>
       <p>Кит взглянул на товарища и ничего не ответил.</p>
       <p>— Связались мы с этими младенцами! — ворчал Малыш. — Командовать и швырять деньгами они умеют, а как дойдет до дела, так они и вправду младенцы. Если мы хотим в этом году попасть в Доусон, не надо их слушать.</p>
       <p>Они переглянулись.</p>
       <p>— Идет! — сказал Кит и подтвердил свое согласие пожатием руки.</p>
       <p>Ранним утром, еще задолго до рассвета, Малыш поднял громкий крик.</p>
       <p>— Вставайте! — орал он. — Пошевеливайтесь, эй вы там, сони! Получайте свой кофе. Лакайте его поживее! Мы отправляемся в путь!</p>
       <p>Ворча и хныча, Стайн и Спраг поднялись на два часа раньше, чем обычно. Ветер стал крепче, лица путников заиндевели, весла отяжелели от льда. Они боролись три, четыре часа — один на руле, один сбивал лед и двое на веслах. По очереди менялись местами. Северо-западный берег все приближался. Но ветер крепчал, и наконец Спраг не выдержал — бросил весло и отказался грести. Малыш схватил весло, хотя его только что сменили.</p>
       <p>— А вы сбивайте лед, — сказал он Спрагу, протягивая ему топор.</p>
       <p>— Что толку? — захныкал Спраг. — Все равно не доехать. Ворочайте назад!</p>
       <p>— Вперед! — закричал Малыш. — Лед обрубайте. А как отдохнете, смените меня на веслах.</p>
       <p>Наконец после многочасовых усилий они достигли берега и увидели одни только скалы, о которые хлестал прибой; причалить было невозможно.</p>
       <p>— Говорил я вам! — хныкал Спраг.</p>
       <p>— Ничего путного вы не говорили! — ответил Малыш.</p>
       <p>— Едем обратно!</p>
       <p>Кит и Малыш промолчали. Кит повел лодку вдоль негостеприимного берега. Каждый удар весел подвигал лодку всего лишь на фут вперед, а бывало и так, что два-три удара только-только удерживали ее на месте. Кит старался утешить приунывших хозяев. Он говорил им, что лодки, которым удалось добраться до этого берега, не возвращались. Следовательно, они где-то нашли удобную пристань. Они гребли еще час, еще два.</p>
       <p>— Если бы вы всю ту силу, которую нагуляли, попивая кофе в постели, вложили в греблю, мы были бы уже давно на берегу, — подбодрял своих хозяев Малыш. — А то вы только делаете вид, что гребете.</p>
       <p>Через несколько минут Спраг бросил весло.</p>
       <p>— Не могу больше! — со слезами в голосе сказал он.</p>
       <p>— Мы тоже больше не можем! — крикнул Кит, чувствуя, что сейчас расплачется или совершит убийство. — Но мы все-таки идем вперед!</p>
       <p>— Мы возвращаемся. Поверните руль.</p>
       <p>— Малыш, если он не может грести, возьми у него весла и греби! — приказал Кит.</p>
       <p>— Ладно, — отозвался Малыш. — А он пусть сбивает лед.</p>
       <p>Но Спраг заявил, что не отдаст весел Малышу. Стайн тоже бросил грести, и лодку понесло назад.</p>
       <p>— Поворачивайте, Смок! — скомандовал Спраг.</p>
       <p>— Убирайтесь вы к черту! — крикнул Кит, сам себе удивляясь. Первый раз в жизни он обругал человека. — Берите весло и гребите!</p>
       <p>Бывают минуты усталости, когда люди забывают обо всем, чему их научила цивилизация, и такая минута наступила. Каждый дошел до предела. Спраг снял перчатку, вытащил револьвер и направил его на рулевого. Это было для Кита еще не изведанным ощущением. Но оказалось, что это вовсе не страшно. Он чувствовал себя как ни в чем не бывало.</p>
       <p>— Если вы сейчас же не уберете револьвер, — сказал Кит, — я отниму его у вас и переломаю вам ребра.</p>
       <p>— Если вы сейчас же не повернете лодку обратно, — прогремел Спраг, — я пристрелю вас.</p>
       <p>Тогда вмешался Малыш. Он бросил скалывать лед и, с топором в руке, встал за спиною Спрага.</p>
       <p>— Стреляйте! — сказал Малыш, поднимая топор. — Наконец-то мне представился случай раскроить вам череп. Начинайте увеселение.</p>
       <p>— Да это бунт! — вмешался Стайн. — Вы обязаны подчиняться! Вы нанялись!</p>
       <p>Малыш повернулся к нему.</p>
       <p>— И вы тоже получите по черепу, как только я расправлюсь с вашим товарищем, слюнтяй поросячий!</p>
       <p>— Спраг, — сказал Кит, — опустите револьвер и принимайтесь за греблю. Даю вам тридцать секунд.</p>
       <p>Спраг колебался с минуту, затем, истерически смеясь, спрятал револьвер и начал грести.</p>
       <p>Еще два часа, дюйм за дюймом, продвигались они вдоль негостеприимных скал, и Кит уже опасался, что сделал большую ошибку, не повернув назад. Еще минута — и он повернул бы руль, но вдруг перед ним открылся узкий проход, шириною около двадцати футов, ведущий в спокойную бухточку, защищенную от ветра. Это была гавань, в которой нашли приют лодки, прибывшие раньше. Путники причалили к отлогому берегу, и пока хозяева в изнеможении лежали в лодке, Кит и Малыш раскинули палатку, развели костер и принялись стряпать.</p>
       <p>— Что значит поросячий слюнтяй, Малыш? — осведомился Кит.</p>
       <p>— Черт его знает! Не знаю! — ответил Малыш. — Но так или иначе, это название отлично подходит к нему.</p>
       <p>Вечером ветер пошел на убыль, стало ясно и холодно. Кофе, налитый в чашку, через минуту покрылся толстым слоем льда. В восемь часов, когда усталые хозяева, завернувшись в одеяла, уснули крепким сном, Кит пошел посмотреть, в порядке ли лодка.</p>
       <p>— Озеро замерзает, — возвестил он. — Вся бухта уже покрыта корочкой льда.</p>
       <p>— Что же нам делать?</p>
       <p>— Выбора у нас нет. Озеро всегда замерзает первым. А река благодаря быстрому течению не замерзнет еще несколько дней. Если лодка останется хотя бы на один день на озере Ле-Барж, ей придется зимовать здесь.</p>
       <p>— Значит, необходимо выехать сегодня? Сейчас же? Кит утвердительно кивнул головой.</p>
       <p>— Вставайте, эй, вы, сони! — заорал Малыш и, не теряя времени, принялся убирать палатку.</p>
       <p>Хозяева проснулись и громко застонали. Их одеревенелые мускулы ныли, расставаться со сном было для них мукой.</p>
       <p>— Который час? — спросил Стайн.</p>
       <p>— Половина девятого.</p>
       <p>— Еще темно, — возразил Стайн.</p>
       <p>Малыш выдернул несколько шестов, и палатка стала оседать.</p>
       <p>— Сейчас не утро! — пояснил он. — Не утро, а вечер. Вставайте! Озеро покрывается льдом. Нужно сегодня же выбраться отсюда.</p>
       <p>Стайн со злым лицом уселся на постели.</p>
       <p>— Пусть его замерзает! Мы не тронемся сегодня.</p>
       <p>— Ну и не трогайтесь, пожалуйста! А мы со Смоком берем лодку и едем.</p>
       <p>— Но вы подрядились…</p>
       <p>— Доставить вас в Доусон! — перебил Малыш. — Вот мы и тащим вас в Доусон, разве не так?</p>
       <p>И он наглядно подтвердил свои слова, обрушив палатку на головы хозяев.</p>
       <p>Ломая тонкий лед маленькой бухты, лодка вошла в озеро, где тяжелая, как стекло, вода оседала на веслах льдом. Вскоре озеро превратилось в густую кашу, в которую с трудом погружались весла. Капавшая с весел вода замерзала в воздухе. Поверхность озера затягивалась тонкой корочкой, и лодка двигалась вперед все медленнее и медленнее.</p>
       <p>Впоследствии Кит нередко пытался восстановить в памяти события этой ночи, но это ему никогда не удавалось. «А что чувствовали несчастные Спраг и Стайн?» — думал Кит, вспоминая свои тогдашние муки. Пробиваясь сквозь замерзающую воду, он чувствовал себя так, как будто борется с лютым морозом и невыносимой усталостью по крайней мере уже тысячу лет.</p>
       <p>Наутро лодка стала — и ни с места. Стайн отморозил себе пальцы, Спраг — нос, а у Кита мучительно ныли и щеки и нос, давая ему знать, что мороз не обошел и его. Когда немного рассвело, они огляделись. Всюду, куда хватал взгляд, расстилалась ледяная равнина. Озеро замерзло. Вдали, в какой-нибудь сотне шагов от них, виднелся северный берег. Малыш уверял, что там — устье реки и что он видит воду. Работать были в состоянии только Кит и Малыш. Разбивая веслами лед, они повели лодку дальше. Когда последние силы уже покидали их, быстрое течение реки вдруг подхватило лодку и понесло. Оглянувшись, они увидели, что целая стая выехавших ночью лодок бесповоротно застыла в могучих тисках льда; а они обогнули отмель и направились вниз по течению со скоростью шести миль в час.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VI</p>
       </title>
       <p>День за днем плыли они вниз по быстрой реке, и с каждым днем береговой лед сковывал все большие и большие пространства воды, подбираясь к середине реки. Перед тем как лечь спать, они вырубали во льду желоб для лодки и переносили на берег все необходимое для привала. Утром они снова вырубали лодку из свежего льда и тащили ее к воде. Малыш установил в лодке железную печку, и Спраг и Стайн проводили у печки длинные, томительные часы. Они покорились судьбе, не отдавали больше приказаний, и единственным их желанием было — поскорее добраться до Доусона. Малыш, неутомимый веселый пессимист Малыш, не жалея сил, выкрикивал три строчки первого куплета песни, которую он позабыл:</p>
       <poem>
        <stanza>
         <v>Как аргонавты в старину,</v>
         <v>Родной покинув дом,</v>
         <v>Плывем, тум-тум, тум-тум, тум-тум,</v>
         <v>За Золотым Руном.</v>
        </stanza>
       </poem>
       <p>Чем крепче становился мороз, тем чаще пел эту песню Малыш.</p>
       <p>Хуталинква, Большой и Малый Лосось несли в Юкон ледяную кашу. Ледяная каша прилипала к бортам лодки, и на ночь, чтобы лодка не оказалась в ледяном кольце, им приходилось вытаскивать ее из воды и ставить на береговой лед. Утром они снова вырубали лодку из льда и переносили в открытую воду.</p>
       <p>Последнюю ночь на берегу они провели между устьями рек Белой и Стюарт. Наутро перед ними открылся Юкон, покрытый снегом во всю свою полумильную ширину, от одного берегового припая до другого. Малыш проклял весь мир не так беззаботно, как проклинал его обычно, и вопросительно глянул на Кита.</p>
       <p>— Последняя лодка, которая достигнет Доусона в этом году, будет наша, — сказал Кит.</p>
       <p>— В реке ни капли воды, Смок.</p>
       <p>— Так двинемся по льду. Идем!</p>
       <p>Спраг и Стайн, несмотря на свои протесты, были посажены в лодку. Не меньше получаса Кит и Малыш прорубали топорами путь через прибрежный лед к быстро несущейся, но уже замерзавшей воде. Когда им удалось пробиться, плавучий лед проволок лодку ярдов сто вдоль берегового припая, ободрав верхний край одного из бортов и чуть не потопив ее. Затем они попали в излучину течения, которое понесло их прочь от берега. Они старались выбраться на середину реки. Ледяная каша вокруг них затвердевала в крупные льдины. Полыньи, где плавал мелкий лед, смерзались у них на глазах. Упираясь веслами в лед, порою выскакивая на плывущие льдины и руками протаскивая лодку вперед, они через час достигли середины реки. А через пять минут лодка остановилась, скованная ледяным кольцом. Река затвердевала на ходу. Глыба примерзала к глыбе, и лодка оказалась в центре огромной льдины в семьдесят пять футов диаметром. Они двигались вперед то боком, то кормой, а вокруг вода поминутно разрывала свои оковы, чтобы сразу же попасть в другие, еще более прочные. Часы шли, Малыш топил печурку, стряпал и распевал свою боевую песню.</p>
       <p>Наступила ночь, и после долгих бесплодных стараний подвести лодку к берегу они беспомощно понеслись вперед сквозь тьму.</p>
       <p>— А что, если мы уже проскочили Доусон? — спросил Малыш.</p>
       <p>— Придется возвращаться пешком, — ответил Кит, — если только нас не раздавят льды.</p>
       <p>Небо было ясное, и в мерцающем свете холодных звезд они различали на берегу смутные очертания гор.</p>
       <p>В одиннадцать часов они услышали впереди глухой, раскатистый грохот. Льдины замедлили ход; глыбы наталкивались друг на дружку, трещали и разбивались. Огромная глыба, вздернутая на дыбы, наскочила на льдину, к которой была припаяна лодка, расколола лодку пополам и, скользнув, утащила одну половину с собой. Другая половина не потонула, она удержалась на старой льдине, но на мгновение они увидели рядом черную воду. Река остановилась. Через полчаса она собралась с силами и снова двинулась. Движение продолжалось не больше часа, потом льды опять сомкнулись. Собравшись с силами, река еще раз сбросила оковы и вновь помчалась вперед. Они увидели огоньки на берегу; река стала окончательно — теперь уже на шесть месяцев.</p>
       <p>На берегу в Доусоне собрались любопытные — поглазеть на ледостав, и из темноты к ним долетала боевая песня Малыша:</p>
       <poem>
        <stanza>
         <v>Как аргонавты в старину,</v>
         <v>Родной покинув дом,</v>
         <v>Плывем, тум-тум, тум-тум, тум-тум,</v>
         <v>За Золотым Руном.</v>
        </stanza>
       </poem>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VII</p>
       </title>
       <p>Три дня работали Кит и Малыш, перетаскивая полторы тонны груза с середины реки в дом на высоком берегу Доусона, купленный Спрагом и Стайном. В сумерки, когда работа была окончена, Спраг пригласил Кита к себе в теплую комнату. Снаружи термометр показывал шестьдесят пять градусов ниже нуля.</p>
       <p>— Месяц еще не кончился, Смок, — сказал Спраг. — Но вот вам ваши деньги сполна. Счастливого пути!</p>
       <p>— А уговор? — воскликнул Кит. — Вам известно, что здесь голод. Даже на приисках нельзя найти работу, если нет своего продовольствия. Наш уговор…</p>
       <p>— Не помню никакого уговора! — перебил Спраг. — Может быть, вы помните какой-нибудь уговор, Стайн? Мы наняли вас на месяц. Вот вам деньги. Распишитесь в получении.</p>
       <p>У Кита потемнело в глазах. Он сжал кулаки. Спраг и Стайн шарахнулись от него. Но Кит ни разу в жизни никого не ударил, к тому же он чувствовал себя настолько сильнее Спрага, что постыдился его ударить.</p>
       <p>Малыш заметил его колебания и вмешался.</p>
       <p>— Послушай, Смок, — сказал он. — Я тоже ухожу от этих молодцов. Неохота мне оставаться у них. Будем держаться друг друга. Ладно? Бери одеяла и отправляйся в «Олений Рог». Жди меня там. Я соберу свои пожитки, получу с наших хозяев что следует, а потом они с меня получат что следует. Моряк я неважный, но теперь, когда мы на твердой земле, я от тебя не отстану.</p>
       <p>Через полчаса Малыш появился в салуне «Олений Рог», где его ждал Кит. Руки его и одна щека были в крови, и Кит понял, что Спраг и Стайн действительно получили что следует.</p>
       <p>— Жаль, что ты не видал нашей схватки! — весело говорил Малыш. — Описать невозможно, что там творилось. Бьюсь об заклад, что ни один из них целую неделю носа на улицу не высунет. А теперь у нас с тобой выбора нет. Жратва стоит полтора доллара фунт. Работы без собственного продовольствия здесь не получить. За фунт лосиного мяса дают по два доллара, да и то не достать. Наших денег хватит на месяц — на харчи и на амуницию, а потом едем на Клондайк, подальше. Если по дороге нам не попадутся лоси, мы пристанем к индейцам. А если через шесть недель мы не набьем пяти тысяч фунтов лосины, я… я готов вернуться к нашим хозяевам и принести им мои извинения. Согласен?</p>
       <p>Кит пожал Малышу руку.</p>
       <p>— Ну, какой я охотник, — сказал он смущенно. Малыш поднял свой стакан.</p>
       <p>— Ты из тех, кто питается мясом, и я научу тебя.</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>За золотом на ручей индианки</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>Два месяца спустя Смок Беллью и Малыш вернулись с охоты на лосей в Доусон и остановились в «Оленьем Роге». Охота была успешно закончена, мясо перевезено в город и продано по два с половиной доллара за фунт; таким образом, у них оказалось на руках три тысячи долларов золотым песком и хорошая упряжка собак. Им повезло. Несмотря на то, что толпы золотоискателей загнали дичь за сто миль от Доусона, в горы, Киту и Малышу, не пройдя и пятидесяти миль, удалось в узком ущелье затравить четырех лосей.</p>
       <p>Откуда взялись эти лоси — так и осталось загадкой, так как в тот же день, незадолго до встречи с лосями, четыре изголодавшихся индейских семейства жаловались охотникам, что они не встретили никакой дичи на протяжении трехдневного пути. Часть своей добычи охотники отдали в обмен на упряжку издыхающих с голоду собак: после недельной хорошей кормежки Смок и Малыш запрягли собак и перевезли мясо на изголодавшийся рынок Доусона.</p>
       <p>Теперь перед охотниками стояла задача — превратить золотой песок в еду. Мука и бобы стоили полтора доллара фунт, но самое трудное было найти человека, готового продать их. Доусон задыхался в тисках голода. Сотни людей с полными карманами, но пустыми желудками принуждены были покинуть город. Многие уплыли вниз по реке еще до ледостава; другие, захватив последние свои запасы, отправились пешком по льду в Дайю — за шестьсот миль от Доусона.</p>
       <p>Смок встретился с Малышом в жарко натопленном салуне. Малыш сиял.</p>
       <p>— Жизнь никуда не годится без виски и сахара, — изрек Малыш вместо приветствия, срывая с заиндевелых усов кусочки льда и бросая их на пол. — Я только что раздобыл восемнадцать фунтов сахара. Чудак спросил всего только по три доллара за фунт. Ну, а у тебя как дела?</p>
       <p>— Я тоже не терял времени даром, — гордо ответил Смок. — Я закупил пятьдесят фунтов муки. И приезжий с Адамова ручья обещал мне доставить еще пятьдесят фунтов завтра.</p>
       <p>— Отлично! Мы великолепно проживем до вскрытия реки. Послушай, Смок, какие у нас чудесные собаки! Скупщик предлагал мне по двести за морду, хотел купить пятерых. Но я ответил, что он напрасно старается. Собачки у нас хоть куда! Мясо пошло им впрок, хотя не очень-то весело скармливать собакам провизию по два с половиной доллара фунт. Давай выпьем! Нужно спрыснуть мою добычу: восемнадцать фунтов сахара!</p>
       <p>Через несколько минут, отвешивая золотой песок за выпитый виски, Малыш хлопнул себя по лбу.</p>
       <p>— Совсем из головы вон! Ведь я сговорился встретиться в «Тиволи» с одним молодцом. Он продает порченую грудинку по полтора доллара за фунт. Я возьму несколько фунтов для наших собачек, и мы сэкономим на их харчах доллар в день. Прощай!</p>
       <p>Только что ушел Малыш, как в двойных дверях появился закутанный в меха человек. Увидев Смока, он радостно заулыбался, и Смок узнал мистера Брэка — того самого, чью лодку он переправил через Ящичное ущелье и пороги Белой Лошади.</p>
       <p>— Я узнал, что вы в городе, — торопливо заговорил Брэк, пожимая руку Смока, — и вот уже полчаса разыскиваю вас. Пойдемте отсюда, мне надо поговорить с вами наедине.</p>
       <p>Смок бросил печальный взгляд на гудящую, раскаленную докрасна печку.</p>
       <p>— А здесь нельзя?</p>
       <p>— Нет, дело важное. Идемте во двор.</p>
       <p>Выходя из салуна, Смок снял рукавицу, чиркнул спичкой и осветил термометр, висевший снаружи у двери. Мороз обжег ему руку, и он поспешно натянул рукавицу. В небе дугой раскинулось северное сияние. Над Доусоном стоял заунывный вой многих тысяч псов.</p>
       <p>— Сколько? — спросил Брэк.</p>
       <p>— Шестьдесят ниже нуля. — Кит плюнул для пробы, и плевок замерз в воздухе, не долетев до земли. — Термометр трудится вовсю. Падает и падает. Час назад было всего пятьдесят два градуса. Я не хотел бы теперь очутиться в дороге!</p>
       <p>— А я затем и пришел, чтобы позвать вас в дорогу! — прошептал Брэк, пугливо озираясь вокруг. — Вы знаете ручей Индианки? Он впадает в Юкон на том берегу, в тридцати милях отсюда.</p>
       <p>— Там нет ничего! — возразил Смок. — Эту речушку исследовали уже много лет назад.</p>
       <p>— Другие богатые реки тоже были исследованы и, однако… Слушайте! Это богатейшее место! И золото лежит неглубоко: от восьми до двадцати футов глубины — рыть недолго! Там не будет ни одного участка, который дал бы меньше полумиллиона. Это величайшая тайна. Я узнал об этом от моих ближайших друзей и тогда же сказал жене, что перед уходом непременно разыщу вас. Прощайте. Инструменты мои зарыты в песке на берегу. Я обещал друзьям не выезжать, пока не уснет весь город. Сами знаете, что все пойдет к чертям, если хоть кто-нибуть выследит, куда мы едем. Берите своего товарища — и айда! Не забудьте: ручей Индианки. Третий после Шведского ручья!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Войдя в хижину на окраине Доусона, Смок услышал знакомый храп.</p>
       <p>— Спать, спать, ложись спать! — пробурчал Малыш, когда Смок взял его за плечо. — Я не в ночной смене, — забормотал он, когда Смок стал настойчивее. — Расскажи о своих заботах буфетчику.</p>
       <p>— Натягивай штаны! — сказал Смок. — Нам нужно сделать две заявки.</p>
       <p>Малыш уселся на постели, собираясь разразиться проклятиями, но Смок закрыл ему рот рукой.</p>
       <p>— Тсс, тише! — прошептал Смок. — Тут дело не маленькое. Не разбуди соседей. Весь город спит.</p>
       <p>— Знаю я твои секреты! — сказал Малыш. — Никто никому ничего не рассказывает, а потом все встречаются на дороге. Где же твое сокровище?</p>
       <p>— Ручей Индианки, — продолжал шептать Смок. — Дело верное. Эти сведения у меня от Брэка. Золото лежит неглубоко, чуть не под самым мхом. Вставай! Мы пойдем налегке.</p>
       <p>Малыш закрыл глаза и снова погрузился в сон. Смок сдернул с него одеяла.</p>
       <p>— Не хочешь — не надо. Я иду один, — сказал он. Малыш начал одеваться.</p>
       <p>— Собак возьмем с собой? — спросил он.</p>
       <p>— Нет. Вряд ли там есть дорога, и мы скорее доберемся без собак.</p>
       <p>— Тогда я задам им корму, чтобы они не подохли до нашего возвращения. Не забудь захватить березовой коры и свечу.</p>
       <p>Малыш открыл дверь и, обожженный морозом, поспешил опустить наушники и надеть рукавицы. Через пять минут он вернулся, потирая нос.</p>
       <p>— Смок, право же, я против этого похода. Воздух холоднее, чем были крюки в аду за тысячу лет до того, как черти развели огонь. Кроме того, сегодня пятница и тринадцатое. Верно тебе говорю, не будет нам удачи.</p>
       <p>Захватив небольшие походные сумки, они закрыли за собой дверь и стали спускаться с холма. Северное сияние погасло, и им пришлось идти в темноте, при неверном свете мигающих звезд. На повороте тропинки Малыш оступился, провалился по колено в сугроб и стал проклинать тот день, месяц и год, когда он родился на свет.</p>
       <p>— Неужели ты не можешь помолчать? — сердитым шепотом проговорил Смок. — Оставь календарь в покое! Ты разбудишь весь город.</p>
       <p>— Хо! Видишь свет в этом окне? И там, повыше! Слышишь, как хлопнула дверь? Разумеется, Доусон спит! Огни? Это безутешные родственники плачут над своими покойниками. Нет, нет, никто не собирается в поход.</p>
       <p>Когда они сошли с горы и были уже почти в самом городе, огни мелькали во всех окнах, всюду хлопали двери и раздавался скрип многих мокасин по утоптанному снегу.</p>
       <p>Малыш снова нарушил молчание.</p>
       <p>— Черт возьми, сколько тут похорон разом!</p>
       <p>На тропинке стоял человек и повторял громким встревоженным голосом:</p>
       <p>— Ох, Чарли! Шевелись! Скорее!</p>
       <p>— Заметил тюк у него за спиною? Наверное, кладбище не близко, если факельщикам приходится брать с собою одеяла.</p>
       <p>Когда Смок и Малыш вышли на главную улицу города, за ними уже шли вереницей человек сто, и пока они при обманчивом свете звезд с трудом разыскивали узенькую тропинку, ведущую к реке, сзади собиралось все больше и больше народа. Малыш поскользнулся и с высоты тридцати футов скатился в мягкий снег. Смок покатился туда же и упал на Малыша, который барахтался в снегу, пытаясь встать на ноги.</p>
       <p>— Я нашел первый! — пробурчал Малыш, снимая рукавицы и вытряхивая из них снег.</p>
       <p>Через минуту им пришлось бежать от лавины тел, сыпавшихся на них сверху. Во время ледостава здесь образовался затор, и нагроможденные друг на дружку льдины были теперь коварно прикрыты снегом. Смок, уставший падать и ушибаться, вытащил свечу и зажег ее. Люди, шедшие сзади, приветствовали неожиданный свет шумными возгласами одобрения. В морозном безветренном воздухе свеча горела ярко, и Смок пошел быстрее.</p>
       <p>— Все они спешат за золотом, — сказал Малыш. — Или, может, это просто лунатики?</p>
       <p>— Во всяком случае, мы во главе процессии! — сказал Смок.</p>
       <p>— Неизвестно! Видишь огни? Что же это, по-твоему, светлячки? Погляди. Уверяю тебя, впереди нас целая вереница таких процессий.</p>
       <p>Весь путь по торосам до западного берега Юкона был усеян огоньками, а позади, на высоком берегу, с которого они только что спустились, огней было еще больше.</p>
       <p>— Нет, Смок, это не поход за золотом, это исход евреев из Египта. Впереди, должно быть, не меньше тысячи человек и сзади не меньше десяти тысяч. Слушайся старших, Смок, я пропишу тебе правильное лекарство. Чует мое сердце — ничего хорошего из этого не выйдет. Идем домой и ляжем!</p>
       <p>— Побереги легкие, если не хочешь отстать, — оборвал его Смок.</p>
       <p>— Ноги у меня, правда, короткие, но они сгибаются сами собою, и потому мускулы мои не знают усталости. Бьюсь об заклад, что я перегоню любого из здешних скороходов…</p>
       <p>Смок знал, что Малыш не хвастает. Он давно убедился в том, что его друг великолепный ходок.</p>
       <p>— Я нарочно иду медленно, чтобы ты, бедненький, не отставал от меня, — поддразнивал Смок.</p>
       <p>— Вот потому-то я и наступаю тебе на пятки. Если не можешь идти быстрее — пусти меня вперед.</p>
       <p>Смок пошел быстрее и скоро нагнал ближайшую кучку золотоискателей.</p>
       <p>— Вперед, вперед, Смок! — торопил Малыш. — Обгони этих непогребенных покойников. Тут тебе не похороны. Живо! Чтобы в ушах свистело!</p>
       <p>В этой группе Смок насчитал восьмерых мужчин и женщин. Вскоре здесь же, среди торосов, они обогнали и вторую группу — человек двадцать. В нескольких футах от западного берега тропа сворачивала к югу. Торосы сменились гладким льдом. Но этот лед был покрыт слоем снега в несколько футов толщины. Санная колея не шире двух футов узкой лентой извивалась впереди. Стоило шагнуть в сторону — и провалишься в глубокий снег. Золотоискатели, которых они обгоняли, неохотно пропускали их вперед, и Смоку с Малышом часто приходилось сворачивать в сугроб и вязнуть в глубоком снегу.</p>
       <p>Малыш был угрюм и неукротимо зол. Когда люди, которых он толкал, ругали его, он не оставался у них в долгу.</p>
       <p>— Куда ты так торопишься? — сердито спросил один.</p>
       <p>— А ты куда? — ответил Малыш. — Вчера с Индейской реки двинулась куча народу. Все они доберутся до места раньше тебя, и тебе ничего не останется.</p>
       <p>— Если так, тебе тем более незачем торопиться!</p>
       <p>— Кому? Мне? Да ведь я не за золотом! Я чиновник. Иду по служебному делу. Бегу на ручей Индианки, чтобы произвести там перепись.</p>
       <p>— Эй ты, малютка! Куда спешишь? — окликнул Малыша другой. — Неужели ты и вправду надеешься сделать заявку?</p>
       <p>— Я? — ответил Малыш. — Да я тот самый и есть, который открыл золотую жилу на ручье Индианки. Теперь иду приглядеть, чтобы никто из проклятых чечако не отнял у меня моего участка.</p>
       <p>В среднем золотоискатели по ровной дороге проходили три с половиной мили в час. Смок и Малыш — четыре с половиной. Иногда они делали короткие перебежки и тогда двигались еще быстрее.</p>
       <p>— Я решил оставить тебя без ног, — сказал Смок.</p>
       <p>— Ну, это ты врешь! — отозвался Малыш. — Я и без ног могу так зашагать, что у твоих мокасин через час отлетят подметки. Хотя куда нам торопиться, право не знаю. Я вот иду и прикидываю в уме. Каждая заявка на ручье пятьсот футов. Допустим, что на каждую милю будет по десяти заявок. Впереди шагает не меньше тысячи человек, а весь ручей не длиннее ста миль. Вот и считай, сколько народа останется с носом. В том числе и мы с тобой.</p>
       <p>Прежде чем ответить Малышу, Смок неожиданно пошел быстрее и сразу же опередил своего спутника шагов на десять.</p>
       <p>— Если бы ты помалкивал да прибавил бы шагу, мы живо обогнали бы кое-кого из этой тысячи идущих впереди, — сказал Смок.</p>
       <p>— Кто? Я? Пусти меня вперед, и я тебе покажу, что значит ходить по-настоящему.</p>
       <p>Смок рассмеялся и снова перегнал Малыша. Теперь эта погоня за золотом представилась ему в новом свете. Ему припомнились известные слова одного безумного философа о переоценке ценностей. И в самом деле: в эту минуту ему гораздо важнее было перегнать Малыша, чем найти целое состояние. Он пришел к заключению, что в игре самое важное — игра, а не выигрыш. Все силы его души, его ума, его мускулов были направлены только на то, чтобы победить этого человека, который за всю свою жизнь не прочел ни единой книги и не мог бы отличить визга шарманки от оперной арии.</p>
       <p>— Погоди, Малыш, я тебя доконаю. С тех пор как я ступил на берег в Дайе, каждая клеточка моего тела переродилась. Мясо у меня жилистое, как клубок струн, и горькое, как яд гремучей змеи. Несколько месяцев назад я бы многое отдал, чтобы выдумать такую великолепную фразу, но не мог. А теперь она пришла сама собой, потому что я ее выстрадал. И когда я ее выстрадал, мне незачем стало ее писать. Я теперь настоящий мужчина и могу дать хорошую трепку всякому, кто заденет меня. Так и быть, пропускаю тебя вперед на полчаса. Сделай, что можешь. А потом вперед пойду я и покажу тебе, как надо ходить.</p>
       <p>— Ну, теперь держись, — добродушно посмеивался Малыш. — Прочь с дороги ты, молокосос, и поучись у старших.</p>
       <p>Каждые полчаса они сменяли друг друга, устанавливая по очереди рекорд быстроты. Разговаривали они мало. Им было тепло, потому что они шли быстро, но дыхание застывало у них на губах. Они почти беспрерывно терли рукавицами нос и щеки. Достаточно было не растирать лицо одну минуту, как щеки и нос начинали неметь, и требовался новый энергичный массаж, чтобы ощутить обжигающее покалывание вернувшегося кровообращения.</p>
       <p>Часто им казалось, что они уже обогнали всех, но впереди неизменно обнаруживались путники, вышедшие из города раньше. Некоторые пытались не отставать от Смока и Малыша, но это никому не удавалось, и, пройдя милю или две, обескураженные соперники постепенно терялись во тьме позади.</p>
       <p>— Мы всю зиму в дороге, — объяснял Малыш, — а они раскисли, сидя возле печки, и туда же — хотят состязаться с нами! Другое дело, если бы они были настоящие старатели. Настоящий старатель умеет ходить.</p>
       <p>Смок зажег спичку и посмотрел на часы. Больше он не повторял этого: мороз с такой злостью накинулся на его пальцы, что прошло полчаса, прежде чем они согрелись.</p>
       <p>— Четыре часа, — сказал он, надевая рукавицы. — Мы обогнали уже триста человек.</p>
       <p>— Триста тридцать восемь, — поправил Малыш. — Я считал. Эй вы там, уступите дорогу! Дайте возможность идти тому, кто умеет ходить.</p>
       <p>Это относилось к выбившемуся из сил человеку, который еле плелся впереди, загораживая дорогу. Этот да еще такой же были единственными неудачниками, которые попались им на пути, потому что Смок и Малыш двигались почти впереди всех. Об ужасах этой ночи они узнали только впоследствии. Обессиленные люди садились в снег, чтобы отдохнуть немного, и больше уже не вставали. Насмерть замерзли только семеро, но сколько ампутаций ног, рук, пальцев было произведено в доусонских больницах на следующий день! Ночь великого похода на ручей Индианки была самая холодная за всю эту зиму. На рассвете спиртовые термометры Доусона показывали семьдесят пять градусов ниже нуля. Участники того похода были большею частью новички и не имели представления о том, что такое мороз.</p>
       <p>Через несколько шагов наши путники обогнали еще одного ходока, выбывшего из строя. Северное сияние, яркое, как прожектор, охватило полнеба, от горизонта до зенита. Он сидел у дороги на глыбе льда.</p>
       <p>— Вперед, сестрица! — весело крикнул ему Малыш. — Шевелись, а не то замерзнешь.</p>
       <p>Человек ничего не ответил. Путники остановились, чтобы выяснить, отчего он молчит.</p>
       <p>— Твердый, как кочерга, — объявил Малыш. — Толкни его, и он переломится пополам.</p>
       <p>— Дышит ли он? — Смок снял рукавицу и сквозь мех и фуфайку попытался нащупать сердце.</p>
       <p>Малыш открыл одно ухо и приложил его к оледенелым губам человека.</p>
       <p>— Не дышит, — сказал он.</p>
       <p>— Сердце не бьется, — сказал Смок.</p>
       <p>Смок натянул рукавицу и долго хлопал рука об руку, прежде чем решился снова снять рукавицу и зажечь спичку. На льдине сидел мертвый старик. При беглом свете спички они разглядели длинную седую бороду, превратившуюся в ледяную сосульку, щеки, побелевшие от холода, закрытые глаза, слипшиеся, опушенные снегом ресницы. Спичка догорела.</p>
       <p>— Идем, — сказал Малыш, потирая ухо. — Покойнику ничем не поможешь. А я отморозил ухо. Теперь слезет кожа, и оно будет ныть целую неделю.</p>
       <p>Несколько минут спустя, когда пылающая лента на горизонте неожиданно брызнувшим светом озарила все небо, они увидели на льду, далеко впереди, две быстро шагающие фигуры. Кроме них, кругом не было ни одной живой души.</p>
       <p>— Те двое — впереди всех, — сказал Малыш, когда снова спустилась тьма. — Идем скорее, перегоним их.</p>
       <p>Но прошло полчаса, а Смок и Малыш все еще не нагнали двоих впереди. Малыш уже не шел, а бежал.</p>
       <p>— Догнать мы их догоним, но перегнать все равно не удастся! — задыхаясь, проговорил Малыш. — Ну и шагают! Это тебе не чечако! Готов поклясться, это здешние старожилы.</p>
       <p>Они нагнали быстроногих ходоков, когда впереди был Смок. И Смок с удовольствием пристроился к ним сзади. У него вдруг явилась уверенность, что та из закутанных фигур, которая ближе к нему, женщина. Откуда взялась эта уверенность, он не знал. Женщина была вся закутана в меха, и все-таки что-то знакомое почудилось Смоку. Когда снова вспыхнуло северное сияние, Смок успел разглядеть маленькие ножки в мокасинах и узнал походку, которую, раз увидав, невозможно забыть.</p>
       <p>— Здорово шагает, — хрипло произнес Малыш. — Пари держу, что она индианка.</p>
       <p>— Здравствуйте, мисс Гастелл! — сказал Смок.</p>
       <p>— Здравствуйте! — ответила она, повернув голову и бросив на него быстрый взгляд. — Темно. Я ничего не вижу. Кто вы?</p>
       <p>— Смок.</p>
       <p>В морозном воздухе раздался смех, и Смок почувствовал, что ни разу в жизни не слышал такого очаровательного смеха.</p>
       <p>— Ну как? Женились? Воспитываете детей, как тогда обещали? — И, прежде чем он успел ответить, она продолжала: — Много ли чечако плетутся за вами?</p>
       <p>— Несколько тысяч. Мы перегнали больше трехсот. И они не теряют времени.</p>
       <p>— Старая история! — горько вздохнула девушка. — Пришлые люди занимают самые богатые русла, а старожилы, которые так мужественно, с такими страданиями создали эту страну, остаются ни с чем. Ведь они нашли золото на Индианке и дали знать старожилам Морского Льва. Как об этом пронюхали все, неизвестно. Морской Лев на десять миль дальше Доусона, и когда старожилы придут на ручей Индианки, весь он будет занят доусонскими чечако. Это несправедливо, возмутительно.</p>
       <p>— Да, это скверно, — согласился Смок. — Но, право же, с этим ничего не поделаешь. Кто первый пришел, тот и нашел.</p>
       <p>— А все-таки я хотела бы что-нибудь предпринять, — с жаром воскликнула она. — Я буду рада, если все они замерзнут в дороге или что-нибудь ужасное случится с ними, только бы старожилы Морского Льва пришли раньше!</p>
       <p>— Однако вы не очень любите нас! — рассмеялся Смок.</p>
       <p>— Ах, нет, совсем не то! — торопливо сказала она. — Но я знаю всех в Морском Льве, каждого человека, и какие это люди! Сколько голодали они в этом краю и как геройски работали! Вместе с ними мне пришлось пережить тяжелые времена на Коюкуке, когда я была совсем маленькой девочкой. Мы вместе голодали на Березовом ручье и на Сороковой Миле. Это герои, которые заслужили награду. А тысячи желторотых новичков обгоняют их и оставляют ни с чем. Ну, я умолкаю и прошу вас не сердиться на меня. Нужно беречь дыхание, а то вы и ваши обгоните меня и отца.</p>
       <p>В течение часа Джой и Смок не сказали друг другу ни слова, но он видел, что девушка изредка перешептывается с отцом.</p>
       <p>— Я узнал его, — сказал Малыш Смоку. — Это Льюис Гастелл из настоящих. А девушка — его дочь. Он пришел сюда в незапамятные времена и привез с собой девочку, грудного ребенка. Это он вместе с Битлсом пустил первый пароход по Коюкуку.</p>
       <p>— Нам незачем обгонять их, — сказал Смок. — Нас только четверо.</p>
       <p>Малыш согласился с ним, и они еще час шагали в полном молчании. В семь часов утра, при последней вспышке северного сияния, они увидели широкий проход между гор.</p>
       <p>— Ручей Индианки! — воскликнула Джой.</p>
       <p>— Чудеса! — воскликнул Малыш. — А по моим расчетам выходило, что мы придем сюда только через полчаса. Ну и быстро же мы бежали.</p>
       <p>Здесь дорога, ведущая по Юкону к Дайе, поворачивала в обход торосов к восточному берегу. Им пришлось сойти с хорошо накатанной дороги и шагать между льдин по едва заметной тропинке, бегущей вдоль западного берега.</p>
       <p>Льюис Гастелл, шедший впереди, вдруг поскользнулся в темноте на неровном льду и сел, схватившись обеими руками за лодыжку. Он с трудом поднялся на ноги и, прихрамывая, медленно заковылял. Через несколько минут он остановился.</p>
       <p>— Не могу идти дальше, — сказал он дочери. — Я растянул себе сухожилие. Иди одна и сделай заявку за нас обоих.</p>
       <p>— Не можем ли мы вам помочь? — спросил Смок. Льюис Гастелл покачал головой.</p>
       <p>— Ей нетрудно застолбить два участка. А я поднимусь на берег, разведу костер и перевяжу себе ногу. Обо мне не беспокойтесь. Иди, Джой, застолби участок выше «Находки». Выше почва богаче.</p>
       <p>— Возьмите хоть бересты, — сказал Смок, разделив свой запас на две равные части. — Мы позаботимся о вашей дочери.</p>
       <p>Льюис Гастелл хрипло рассмеялся.</p>
       <p>— Благодарю вас, — сказал он. — Она и сама о себе позаботится. Лучше вы идите за нею. Она вам покажет дорогу.</p>
       <p>— Вы позволите мне идти впереди? — спросила она Смока. — Я знаю этот край лучше, чем вы.</p>
       <p>— Ведите нас, — галантно ответил Смок. — Я с вами согласен: возмутительно, что мы, чечако, обгоняем жителей Морского Льва. А нет ли здесь какой-нибудь другой дороги, чтобы от них избавиться?</p>
       <p>Она покачала головой.</p>
       <p>— Если мы пойдем другой дорогой, они все равно, как стадо, побегут за нами.</p>
       <p>Пройдя четверть мили, она вдруг круто повернула к западу, и Смок заметил, что они теперь идут по девственному снегу. Однако ни он, ни Малыш не обратили внимания на то, что едва заметная тропинка, по которой они шли, по-прежнему ведет на юг. Если бы они видели, что сделал Льюис Гастелл, оставшись один, вся история Клондайка приняла бы, пожалуй, другой оборот. Старик, нисколько не хромая, побежал за ними, низко наклонив голову, как собака, бегущая по следу. Он старательно утоптал и расширил поворот в том месте, где они свернули на запад, а сам зашагал вперед по старой дороге, ведущей к югу.</p>
       <p>Тропинка вела вверх по ручью, но она была так мало заметна, что несколько раз они сбивались с пути. Через четверть часа Джой почему-то выразила желание идти сзади и пропустила обоих мужчин вперед поочередно прокладывать путь по снегу. Они двигались теперь так медленно, что золотоискатели, шедшие по их следам, стали догонять их: к девяти часам, когда стало светать, за ними тянулся огромный хвост. Темные глаза Джой засверкали.</p>
       <p>— Сколько времени мы идем по этому ручью? — спросила она.</p>
       <p>— Два часа, — ответил Смок.</p>
       <p>— Да два часа на обратную дорогу! Итого четыре, — сказала она и засмеялась. — Старожилы Морского Льва спасены!</p>
       <p>Смутное подозрение пронеслось в голове Смока. Он остановился и посмотрел на девушку.</p>
       <p>— Я не понимаю, — сказал он.</p>
       <p>— Что ж, я вам объясню. Это Норвежский ручей. Ручей Индианки — следующий к югу.</p>
       <p>Смок на мгновение онемел.</p>
       <p>— И вы это сделали намеренно? — спросил Малыш.</p>
       <p>— Да, намеренно, для того чтобы старожилы выиграли время.</p>
       <p>Она засмеялась. Смок взглянул на Малыша, и они оба захохотали.</p>
       <p>— Если бы женщины не были такой редкостью в этой стране, — сказал Малыш, — я перекинул бы вас через колено и высек.</p>
       <p>— Значит, ваш отец не растянул себе жилу, а просто подождал, пока мы скроемся из виду, и пошел дальше? — спросил Смок.</p>
       <p>Она кивнула.</p>
       <p>— И вы заманили нас на ложный путь?</p>
       <p>Она снова кивнула, и Смок весело захохотал. Это был смех человека, открыто признававшего себя побежденным.</p>
       <p>— Почему вы на меня не сердитесь? — обиженно спросила она. — Или… не побьете меня?</p>
       <p>— Надо возвращаться, — сказал Малыш. — У меня ноги мерзнут, когда мы стоим.</p>
       <p>Смок покачал головой.</p>
       <p>— Значит, мы даром потеряли четыре часа. Я предлагаю идти вперед. Мы прошли вверх по этому Норвежскому ручью миль восемь, и когда посмотришь назад, видно, что мы довольно круто повернули к югу. Если мы пойдем прямо и перемахнем через водораздел, мы выйдем на ручей Индианки где-нибудь повыше «Находки». — Он посмотрел на Джой. — Не пойдете ли и вы? Я обещал вашему отцу смотреть за вами.</p>
       <p>— Я… — она колебалась, — я пойду с вами, если вы ничего не имеете против. — Она смотрела ему прямо в глаза и больше уже не смеялась. — Право, мистер Смок, вы заставили меня пожалеть о том, что я сделала. Но ведь должен же был кто-нибудь защитить интересы старожилов?</p>
       <p>— Я понял, что поход за золотом — это, в сущности, спортивное состязание.</p>
       <p>— А я поняла, что вы оба хорошие спортсмены, — сказала она со вздохом и прибавила: — Как жаль, что вы не старожилы!</p>
       <p>В продолжение двух часов они шли по замерзшему руслу Норвежского ручья, а потом повернули к югу по узкому извилистому притоку. В полдень они стали взбираться на перевал. Позади тянулась длинная цепь золотоискателей, шедших по их следам. Кое-где с привалов подымались уже тонкие струйки дыма.</p>
       <p>Идти было трудно. Они брели по пояс в снегу и часто останавливались, чтобы перевести дух. Малыш первый взмолился об отдыхе.</p>
       <p>— Мы уже целых двенадцать часов в пути, — сказал он. — Я устал. Вы тоже. Я чертовски голоден и готов, как индеец, закусить сырой медвежатиной. А эта бедная девушка свалится с ног, если не поест чего-нибудь. Надо разложить костер. Что скажете?</p>
       <p>Они так быстро, ловко и так методически принялись устраивать временную стоянку, что Джой, недоверчиво следившая за ними, должна была признать, что и старожилы не справились бы лучше. Из еловых веток и одеял был сооружен шалаш. Путники не подошли к огню, пока не растерли докрасна своих щек и носов.</p>
       <p>Смок плюнул в воздух. Через секунду раздался звон упавшей льдинки.</p>
       <p>— Я сдаюсь, — сказал он. — Никогда еще я не видал такого мороза.</p>
       <p>— Была одна зима на Коюкуке, когда мороз достиг восьмидесяти шести градусов, — заметила Джой. — Сейчас, должно быть, не меньше семидесяти или семидесяти пяти. Я чувствую, что отморозила себе щеки. Они горят, как в огне.</p>
       <p>Здесь, на горном склоне, не было льда. Поэтому они положили в таз твердого, зернистого, как сахар, снегу и сварили кофе. Смок жарил свинину и подогревал сухари, чтобы они оттаяли. Малыш поддерживал огонь. Джой расставила две тарелки, две кружки, жестянку со смесью соли и перца и жестянку с сахаром. Она и Смок ели из одной тарелки и пили из одной кружки.</p>
       <p>Было уже около двух часов, когда они стали спускаться и попали на какой-то приток ручья Индианки. Джой, которая теперь хотела, чтобы ее спутники сделали заявки, боялась, что из-за нее они идут медленно, и потребовала пропустить ее вперед. Она шла так быстро и ловко, что Малыш пришел в восторг.</p>
       <p>— Посмотрите на нее! — воскликнул он. — Вот это женщина! Смотрите, как мелькают ее мокасины. У нее нет высоких каблуков! Она пользуется ногами, дарованными ей природой. Да, она годится в жены бравому охотнику на медведей.</p>
       <p>Джой повернула голову и бросила благодарный взгляд, предназначавшийся отчасти и для Смока. И Смок уловил дружеское чувство в этой улыбке и в то же время отметил про себя, сколько женского заключено в этой дружелюбной улыбке.</p>
       <p>Дойдя до ручья Индианки, они оглянулись и увидели длинную цепь золотоискателей, с большим трудом тащившихся вниз с перевала.</p>
       <p>Они спустились с откоса в русло промерзшего до самого дна ручья; его берега, аллювиального <a l:href="#n_792" type="note">[792]</a> происхождения, доходили до восьми футов в вышину. Лед был покрыт нетронутым снегом, и наши путники поняли, что они сошли в ручей выше «Находки» и выше последних заявок старожилов Морского Льва.</p>
       <p>— Не попадите в родник! — крикнула Джой Смоку. — А то при семидесятиградусном морозе вы останетесь без ног.</p>
       <p>Эти родники, обычные для Клондайка, не замерзают даже при самых страшных морозах. Они образуют лужи, замерзающие сверху и прикрытые снегом. Вот почему, ступая по сухому снегу, можно неожиданно провалиться в воду по колено. Если в течение пяти минут не переменить промокшую обувь, ноги придется отнимать.</p>
       <p>Уже в три часа дня начались долгие серые северные сумерки. Наши спутники стали искать сухое дерево, которое должно было обозначать центральный столб последней заявки. Джой, увлекающаяся и живая, первая увидела его. Она побежала вперед и закричала:</p>
       <p>— Здесь уже кто-то был! Посмотрите на снег! Вот зарубка на этой елке!</p>
       <p>И вдруг по пояс провалилась в снег.</p>
       <p>— Я попалась! — жалобно закричала она. — Не подходите ко мне. Я сама выберусь.</p>
       <p>Шаг за шагом, проламывая тонкую корочку льда, прикрытую сухим снегом, она выбралась на более прочный лед. Смок, не теряя времени, побежал на берег в кусты, куда весенние ручьи нанесли много валежника. Этот валежник, казалось, только ждал спички, чтобы вспыхнуть. Когда Джой подошла к Смоку, костер уже разгорался.</p>
       <p>— Сядьте! — скомандовал он.</p>
       <p>Она послушно села в снег. Он сбросил мешок со спины и постлал ей под ноги одеяло.</p>
       <p>Сверху донеслись голоса золотоискателей, следовавших за ними.</p>
       <p>— Пусть Малыш пойдет вперед и поставит столбы, — посоветовала Джой.</p>
       <p>— Иди, Малыш, — сказал Смок, снимая с нее заледеневшие мокасины. — Отшагай тысячу футов и поставь два столба. Угловые столбы поставим потом.</p>
       <p>Смок перочинным ножом срезал завязки с мокасин Джой. Они так замерзли, что скрипели и визжали под ножом. Сивашские чулки и тяжелые шерстяные носки обледенели. Казалось, будто вся нога вложена в железный футляр.</p>
       <p>— Ну, как нога? — спросил он, продолжая работать.</p>
       <p>— Я ее не чувствую. Не могу шевельнуть пальцами. Но все обойдется. Огонь чудесно горит. Сами не отморозьте себе рук. Должно быть, пальцы у вас уже онемели.</p>
       <p>Он снял рукавицы и стал голыми руками хлопать себя по бедрам. Когда кровообращение в пальцах восстановилось, он снова принялся разувать девушку. Вот обнажилась белая кожа сначала одной, потом другой ноги, предоставленная укусам семидесятиградусного мороза.</p>
       <p>Смок с яростью принялся растирать ее ноги снегом. Наконец Джой откинулась, зашевелила пальцами и радостно пожаловалась на боль.</p>
       <p>Она подползла с его помощью к огню. Он усадил ее на одеяло — ногами к живительному пламени.</p>
       <p>— Теперь сами займитесь своими ногами, — сказал он.</p>
       <p>Она сняла рукавицы и стала растирать себе ноги, как бывалая путешественница, следя за тем, чтобы они согревались постепенно. А в это время он согревал руки. Снег не таял и даже не становился влажным. Его легкие кристаллы были тверды, как песчинки. Укусы и уколы кровообращения медленно возвращались в замерзшие пальцы Смока. Он поправил костер, открыл котомку Джой и вынул оттуда запасную пару обуви.</p>
       <p>Вернулся Малыш и вскарабкался к ним на берег.</p>
       <p>— Я отмерил ровно тысячу футов, — заявил он. — Номера двадцать семь и двадцать восемь. Когда я ставил верхний столб на номере двадцать семь, первый из той кучки, что шла за нами следом, остановил меня и сказал, что я не имею права на двадцать восьмой номер. Но я ответил ему…</p>
       <p>— Ну, — закричала Джой, — что вы ему ответили?</p>
       <p>— Я ответил ему напрямик, что, если он сейчас же не уберется на пятьсот футов дальше, я превращу его обмороженный нос в сливочное мороженое и шоколадный пломбир. Он ушел, и я поставил два центральных столба для двух честнейшим образом отмеренных пятисотфутовых участков. Он поставил свой столб по соседству. Я думаю, сейчас ручей Индианки уже поделен весь от истока до устья. Впрочем, наше дело в порядке. Сейчас уже темно и ничего не видно, но завтра можно будет поставить угловые столбы.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Наутро погода изменилась. Стало так тепло, что Смок и Малыш, не вылезая из-под одеял, определили температуру в двадцать градусов ниже нуля. Стужа кончилась. Одеяла были покрыты шестидюймовым слоем инея.</p>
       <p>— Доброе утро! Как ваши ноги? — через потухший костер обратился Смок к Джой Гастелл, которая сидела в своем спальном мешке и стряхивала с себя снег.</p>
       <p>Пока Смок готовил завтрак, Малыш развел костер и принес льду из речки. К концу завтрака совсем рассвело.</p>
       <p>— Пойди и поставь угловые столбы, Смок, — сказал Малыш. — Там, где я рубил лед для кофе, я видел песок. Сейчас натоплю воды и промою лоток этого песку — на счастье.</p>
       <p>Смок, взяв топор, пошел ставить столбы. Отойдя от нижнего центрального столба номер двадцать семь, он направился под прямым углом по узкой долинке до ее края. Он шагал машинально, так как ум его был занят воспоминаниями о том, что случилось вчера. Ему казалось, что он каким-то образом приобрел власть не только над нежными очертаниями и крепкими мускулами тех ног, которые он так старательно растирал снегом, но и над всеми женщинами мира. Неясное, но сладостное чувство обладания наполняло его всего. Ему казалось, что он должен сейчас же подойти к Джой Гастелл, взять ее за руку и сказать: «Идем».</p>
       <p>И вдруг он сделал открытие, которое заставило его позабыть о власти над белыми женскими ножками. Ему не пришлось поставить углового столба у края долины, ибо он вышел не на край долины, а на другой какой-то ручей. Он приметил высохшую иву и большую одинокую ель и затем вернулся к ручью, где стояли центральные заявочные столбы. Пройдя по руслу, имевшему форму подковы, он убедился, что оба ручья на самом деле один и тот же ручей. Потом он дважды прошел долину поперек — от нижнего столба номер двадцать семь к верхнему столбу номер двадцать восемь и обратно — и убедился, что верхний столб последнего находится ниже нижнего столба первого. Вчера в серых сумерках Малыш сделал две заявки на излучине, имевшей форму подковы!</p>
       <p>Смок вернулся назад в лагерь. Малыш только что окончил промывать песок.</p>
       <p>— Нам повезло! — закричал он, протягивая таз Смоку. — Смотри! Здесь уйма золота! Не меньше чем на двести долларов. Я еще не видал такого жирного улова.</p>
       <p>Смок равнодушно посмотрел на золото, налил себе кружку кофе и сел. Джой почувствовала что-то недоброе и с беспокойством посмотрела на Смока. Малыш был обижен невниманием товарища.</p>
       <p>— Почему ты не радуешься? — спросил он. — Ведь тут целое богатство, а ты и посмотреть на него не желаешь.</p>
       <p>Прежде чем ответить, Смок отхлебнул глоток кофе.</p>
       <p>— Малыш, знаешь ли ты, что наши заявки напоминают Панамский канал?</p>
       <p>— Не понимаю.</p>
       <p>— Восточный вход в Панамский канал находится западнее его западного входа.</p>
       <p>— Не понимаю этой шутки. Продолжай.</p>
       <p>— Короче говоря, Малыш, ты сделал обе наши заявки на большой подкове.</p>
       <p>Малыш выронил из рук таз с золотом.</p>
       <p>— Ну! — крикнул он.</p>
       <p>— Верхний столб двадцать восьмого номера находится на десять футов ниже нижнего столба номер двадцать семь.</p>
       <p>— Ты хочешь сказать, что мы ничего не получим?</p>
       <p>— Даже на десять футов меньше, чем ничего.</p>
       <p>Малыш спустился к реке. Через пять минут он вернулся. В ответ на вопросительный взгляд Джой он кивнул головою. Затем безмолвно подошел к поваленному дереву, сел на него и стал разглядывать снег перед своими мокасинами.</p>
       <p>— Мы можем теперь вернуться в Доусон, — сказал Смок и принялся складывать одеяла.</p>
       <p>— Как мне жаль, Смок, — сказала Джой. — Это я во всем виновата.</p>
       <p>— Не беда! — ответил он.</p>
       <p>— Я во всем виновата, — настаивала она. — Но папа сделал заявку для меня ниже «Находки». Я отдаю ее вам.</p>
       <p>Он покачал головой.</p>
       <p>— Малыш! — взмолилась она.</p>
       <p>Малыш тоже покачал головой и вдруг захохотал. Он хохотал как сумасшедший.</p>
       <p>— Это не истерика, — объяснил он. — Мне иногда бывает страшно весело.</p>
       <p>Его взгляд случайно упал на таз с золотом. Он ударил его ногой и рассыпал золото по снегу.</p>
       <p>— Это не наше золото, — сказал он. — Оно принадлежит тому лоботрясу, которого я вчера прогнал. И, как оказывается, для его же пользы. Идем, Смок, вернемся в Доусон. Впрочем, если ты хочешь убить меня, я и пальцем не двину, чтобы помешать тебе.</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Малыш видит сны</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>— Почему ты никогда не играешь? — спросил Малыш у Смока, когда они как-то раз сидели в «Оленьем Роге». — Неужели тебя не тянет к игорному столу?</p>
       <p>— Тянет, — ответил Смок. — Но я знаю статистику проигрышей, а мне нужна верная прибыль.</p>
       <p>Вокруг них в большом зале бара раздавалось жужжание дюжины игорных столов, за которыми люди в мехах и мокасинах испытывали свое счастье.</p>
       <p>— Посмотри на них, — сказал Смок, охватив широким жестом весь зал. — Ведь самый простой математический расчет говорит, что все они, в общем, сегодня проиграют больше, чем выиграют. Многие из них уже сейчас проигрались.</p>
       <p>— Ты хорошо знаешь арифметику, — почтительно пробормотал Малыш. — И в основном ты прав. Но, с другой стороны, нельзя не считаться с фактами. Людям иногда везет. А бывает и так, что все игроки выигрывают. Я говорю это, потому что сам играл и видел, как срывают банк. Нужно только выждать счастье, а там уж играть вовсю.</p>
       <p>— Судя по твоим словам, это так просто, — сказал Смок, — что я не понимаю, почему люди проигрывают.</p>
       <p>— К сожалению, — возразил Малыш, — большинство игроков не чувствует, когда им действительно везет. И со мной не раз так бывало. Каждый раз это надо проверить на опыте.</p>
       <p>Смок покачал головой.</p>
       <p>— Тут тоже статистика, Малыш. Большинство игроков ошибается в своих предположениях.</p>
       <p>— Но неужели ты никогда не чувствовал, что стоит тебе поставить, и ты непременно выиграешь?</p>
       <p>Смок рассмеялся.</p>
       <p>— Слишком много шансов против меня. Но вот что, Малыш. Я сейчас поставлю на карту доллар. И посмотрим, принесет ли она нам что-нибудь на выпивку.</p>
       <p>Смок направился к карточному столу, но Малыш схватил его за руку.</p>
       <p>— Чует мое сердце, что мне сегодня повезет. Поставь лучше этот доллар на рулетку.</p>
       <p>Они подошли к стоявшему возле буфета столу с рулеткой.</p>
       <p>— Подожди, пока я не скажу, — посоветовал Малыш.</p>
       <p>— На какой номер? — спросил Смок.</p>
       <p>— На какой хочешь. Но не ставь, пока я не скажу.</p>
       <p>— Надеюсь, ты не станешь меня убеждать, что за этим столом у нас больше шансов, — сказал Смок.</p>
       <p>— У нас столько же шансов, сколько у нашего соседа.</p>
       <p>— Но меньше, чем у крупье.</p>
       <p>— Подожди, — сказал Малыш. — Ну, ставь!</p>
       <p>Крупье пустил шарик из слоновой кости по гладкому краю колеса над вращающимся диском с цифрами. Смок, сидевший много ниже, протянул руку над головой какого-то игрока и наугад бросил свой доллар. Монета скользнула по гладкому зеленому сукну и остановилась как раз против номера 34.</p>
       <p>Шарик тоже остановился, и крупье закричал:</p>
       <p>— Выиграл тридцать четвертый.</p>
       <p>Он смел деньги со стола, и Смок забрал тридцать пять долларов. Малыш хлопнул его по плечу.</p>
       <p>— Теперь ты видишь, что такое счастье, Смок. Чуяло мое сердце. Этого не расскажешь, но я знал, что ты выиграешь. Если бы твой доллар упал на какой-нибудь другой номер, ты все равно выиграл бы. Главное, чтобы предчувствие было верное, а тогда уж нельзя не выиграть.</p>
       <p>— А если бы вышел двойной ноль? — спросил Смок, направляясь с Малышом к буфету.</p>
       <p>— Тогда бы и твой доллар упал на двойной ноль, — ответил Малыш. — Счастье есть счастье. А потому идем назад к игорному столу. Я сегодня в удаче: я дал выиграть тебе, а теперь сам хочу выиграть.</p>
       <p>— У тебя есть какая-нибудь система? — спросил Смок минут через десять, когда его товарищ спустил сто долларов.</p>
       <p>Малыш с негодованием помотал головой и поставил фишки на 3, 11 и 17. Кроме того, он бросил мелочь на «зеленое».</p>
       <p>— К черту дураков, играющих по какой-то системе! — закричал он, в то время как крупье собрал со стола все его ставки.</p>
       <p>Смок, сначала равнодушный к игре, вдруг заинтересовался ею и, сам не принимая в ней участия, стал внимательно следить за вращающимся колесом, за ставками и выигрышами. Он так погрузился в это занятие, что Малыш, который решил, что с него довольно, с трудом оттащил его от стола.</p>
       <p>Крупье вернул Малышу мешок с золотым песком, данный в залог, и приложил к нему бумажку, на которой было написано: «Отсыпать 350 долларов».</p>
       <p>Малыш отнес свой мешок и бумажку весовщику, сидевшему в противоположном углу зала, за большими весами. Тот отвесил триста пятьдесят долларов и всыпал их в хозяйский сундук.</p>
       <p>— На этот раз твое счастье подтвердило правильность статистики, — сказал Смок.</p>
       <p>— Согласись, что я не мог этого знать, не проверив на опыте, — возразил Малыш. — Я увлекся малость, потому что хотел показать тебе, что все-таки бывают минуты, когда начинает везти.</p>
       <p>— Не горюй, Малыш, — рассмеялся Смок. — А вот я действительно набрел на счастье.</p>
       <p>Глаза Малыша засверкали.</p>
       <p>— Чего же ты медлишь! Ставь!</p>
       <p>— У меня счастье особого рода. Скоро я выработаю систему, которая перевернет всю эту лавочку.</p>
       <p>— Система! — буркнул Малыш, с искренней жалостью смотря на своего приятеля. — Смок, послушай друга и пошли все системы к черту. Кто играет по системе, тот всегда проигрывает. При системе счастья не бывает.</p>
       <p>— Вот этим она мне и нравится, — заявил Смок. — Система — это статистика. Если система правильная, ни за что не проиграешь. А счастье всегда может обмануть.</p>
       <p>— Я видел много неудачных систем, но не видал ни одной верной. — Малыш помолчал и вздохнул. — Послушай, Смок, если ты помешался на системе, лучше тебе сюда больше не показываться. Да и вообще не пора ли нам в путь-дорогу?</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Несколько недель оба друга спорили. Смок проводил время в наблюдениях за рулеткой в «Оленьем Роге», Малыш настаивал, что необходимо как можно скорее двинуться в путь. А когда стали говорить о походе за двести миль вниз по Юкону, Смок отказался наотрез.</p>
       <p>— Послушай, Малыш, — сказал он. — Я не пойду.</p>
       <p>Такая прогулка отнимет целых десять дней, а за это время я надеюсь окончательно разработать мою систему. Она уже сейчас может дать мне верный выигрыш. Ну чего ради я потащусь в такую даль?</p>
       <p>— Смок, я о тебе забочусь, — ответил Малыш. — Как бы ты не рехнулся. Я готов тащить тебя хоть на Северный полюс, хоть к черту на рога, только бы оторвать от игорного стола.</p>
       <p>— Не беспокойся, Малыш. Ты забываешь, что я совершеннолетний. Тебе еще придется тащить домой тот золотой песок, который я выиграю с помощью моей системы. И тогда ты не обойдешься без хорошей собачьей упряжки.</p>
       <p>— Сам ты не пробуй играть, — продолжал Смок. — Все, что я выиграю, мы разделим пополам, но для начала мне необходимы все наши наличные деньги. Моя система еще не испытана, а потому возможно, что на первых порах я не раз промахнусь.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Наконец после многих часов и дней, проведенных в наблюдении за игорным столом, пришел вечер, когда Смок заявил, что он начинает сражение. Малыш, грустный и насупленный, словно плакальщик на похоронах, сопровождал друга в «Олений Рог». Смок накупил фишек и сел рядом с крупье. Много раз шарик обежал круг, прежде чем Смок решился поставить свою фишку. Малыш сгорал от нетерпения.</p>
       <p>— Ставь же, ставь, — говорил он. — Кончай эти похороны. Чего ты ждешь? Испугался, что ли?</p>
       <p>Смок качал головой и ждал. Было сыграно уже десять партий, когда он наконец поставил десять однодолларовых фишек на номер 26. Номер выиграл, и Смоку было уплачено триста пятьдесят долларов. Потом, пропустив еще десять, двадцать, тридцать игр, Смок снова поставил десять долларов на номер 32. Он снова выиграл триста пятьдесят долларов.</p>
       <p>— Тебе везет! — свирепо прошептал Малыш Смоку. — Жарь дальше, не останавливайся!</p>
       <p>Прошло полчаса, в течение которых Смок не принимал участия в игре, затем он поставил десять долларов на номер 34 и выиграл.</p>
       <p>— Везет! — прошептал Малыш.</p>
       <p>— Нисколько! — ответил Смок. — Это работает моя система. А ведь недурная система, не правда ли?</p>
       <p>— Рассказывай! — не соглашался Малыш. — Счастье приходит самыми разными путями. Никакой системы тут нет. Тебе просто везет сегодня.</p>
       <p>Теперь Смок стал играть иначе. Он ставил чаще, но по мелкой, разбрасывая фишки по разным номерам, и больше проигрывал, чем выигрывал.</p>
       <p>— Брось игру, — советовал Малыш. — Забирай деньги и уходи. Ты выиграл около тысячи долларов. Не искушай судьбу.</p>
       <p>В эту минуту шарик снова забегал по кругу, и Смок поставил десять фишек на номер 26. Шарик остановился на 26, и крупье снова выплатил Смоку триста пятьдесят долларов.</p>
       <p>— Если уж тебе так везет, — советовал Малыш, — так лови счастье за хвост и ставь сразу двадцать пять долларов.</p>
       <p>Прошло около четверти часа, во время которых Смок выигрывал и проигрывал небольшие суммы. А затем он вдруг поставил двадцать пять долларов на ноль — и тотчас же крупье выплатил ему восемьсот семьдесят пять долларов.</p>
       <p>— Разбуди меня, Смок, это сон, — взмолился Малыш.</p>
       <p>Смок улыбнулся, достал записную книжку и занялся вычислениями. Эту книжку он неоднократно вынимал из кармана и надолго погружался в какие-то расчеты.</p>
       <p>Вокруг стола собралась толпа. Многие игроки стали ставить на те же номера, что и Смок. Тут он снова изменил свой маневр. Десять раз подряд он ставил на 18 и проигрывал. Тут даже самые упрямые последователи покинули его. Тогда он поставил на другой номер и выиграл триста пятьдесят долларов. Игроки снова ринулись за ним и снова покинули его после целого ряда проигрышей.</p>
       <p>— Да брось же, Смок! — настаивал Малыш. — Всякому везению есть предел, и твое явно кончилось: таких кушей, как раньше, тебе уже не забрать.</p>
       <p>— Еще один раз — и баста! — ответил Смок.</p>
       <p>В продолжение нескольких минут он ставил с переменным счастьем мелкие фишки на разные номера, а затем бросил сразу двадцать пять долларов на двойной ноль.</p>
       <p>— Давайте подсчитаем, — сказал он крупье, выиграв на этот раз.</p>
       <p>— Можешь не показывать мне счет, — сказал Малыш Смоку, когда они направились к весам. — Ты выиграл около трех тысяч шестисот долларов. Верно?</p>
       <p>— Ровно три тысячи шестьсот, — ответил Смок. — А теперь отвези песок домой. Ведь мы так условились.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>— Не шути со своим счастьем! — говорил на следующее утро Малыш, видя, что Смок снова собирается в «Олений Рог». — Тебе повезло, но уже больше везти не будет. Счастье изменит тебе.</p>
       <p>— Не смей говорить о счастье! Тут не счастье, а статистика, система, научная формула. Проиграться я никак не могу.</p>
       <p>— К черту систему! Никаких систем не существует. Я как-то выиграл семнадцать раз подряд, но тут система была ни при чем. Просто дурацкое счастье! Я испугался и прекратил игру. Если бы я играл дальше, я выиграл бы тридцать тысяч на свои два доллара.</p>
       <p>— А я выигрываю, потому что у меня есть система.</p>
       <p>— Ну как ты это докажешь?</p>
       <p>— Я уже доказал тебе. Идем, докажу еще раз.</p>
       <p>В «Оленьем Роге» все уставились на Смока. Игроки у стола очистили ему место, и он снова сел рядом с крупье. На этот раз он вел игру совсем иначе. За полтора часа он поставил только четыре раза. Но каждая ставка была по двадцать пять долларов, и всякий раз он выигрывал. Он получил три тысячи пятьсот долларов, и Малыш снова отнес домой золотой песок.</p>
       <p>— А теперь пора кончать, — сказал Малыш, присев на край койки и снимая мокасины. — Ты выиграл семь тысяч. Только сумасшедший стал бы дразнить свое счастье.</p>
       <p>— А по-моему, только сумасшедший мог бы бросить игру, когда у него есть такая замечательная система, как у меня.</p>
       <p>— Ты умный человек, Смок. Ты учился в колледже. Мне ввек того не узнать, что ты сообразишь в одну минуту. Но ты ошибаешься, считая свое случайное везение за систему. Я много на своем веку слышал о разных системах, но скажу тебе по совести, как другу, — все они ни черта не стоят. Нет такой системы, чтобы выигрывать в рулетку наверняка.</p>
       <p>— Но ведь я тебе доказал! И не раз еще докажу, если хочешь.</p>
       <p>— Нет, Смок. Все это просто сон. Вот сейчас я проснусь, разведу огонь и приготовлю завтрак.</p>
       <p>— Так вот же, мой недоверчивый друг, золотой песок, который я выиграл! Попробуй подыми его.</p>
       <p>Смок бросил на колени товарищу мешок с золотым песком. В мешке было тридцать пять фунтов весу, и Малыш почувствовал его тяжесть.</p>
       <p>— Это явь, а не сон, — продолжал настаивать Смок.</p>
       <p>— Уф! Много видел я разных снов на своем веку. Во сне, конечно, все возможно. Но наяву системы не помогают. Правда, я не учился в колледже, однако это не мешает мне с полным основанием утверждать, что твое невероятное везение — только сон.</p>
       <p>— Это «закон бережливости Гамильтона», — со смехом сказал Смок.</p>
       <p>— Я никогда не слышал ни о каком Гамильтоне, но, по-видимому, он прав. Я сплю, Смок, а ты лезешь ко мне со своей системой. Если ты любишь меня, крикни: «Малыш! Проснись!» — и я проснусь и приготовлю завтрак.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>На третий вечер крупье вернул Смоку его первую ставку — пятнадцать долларов.</p>
       <p>— Больше десяти ставить нельзя, — сказал он. — Высшая ставка уменьшена.</p>
       <p>— Испугался, — фыркнул Малыш.</p>
       <p>— Кому не нравится, может не играть, — ответил крупье. — И, сказать откровенно, я предпочел бы, чтобы ваш товарищ не играл за моим столом.</p>
       <p>— Не нравится его система, а? — издевался Малыш, в то время как Смок получал триста пятьдесят долларов.</p>
       <p>— В систему я не верю. В рулетке никаких систем нет и быть не может. Но бывает так, что человеку начинает везти. Я должен принять все меры, чтобы предохранить банк от краха.</p>
       <p>— Струхнули!</p>
       <p>— Да, рулетка — такое же деловое предприятие, как и всякое другое. Мы не филантропы.</p>
       <p>Проходил вечер за вечером, а Смок продолжал выигрывать, все время меняя способы игры. Эксперты, столпившись вокруг стола, записывали его номера и ставки, тщетно стараясь разгадать его систему. Но ключа к ней они не могли найти. Все уверяли, что ему просто везет. Правда, так везет, как еще не везло никому на свете.</p>
       <p>Всех смущало то, что Смок всякий раз играл по-иному. Порою он целый час не принимал участия в игре и сидел, уткнувшись в свою записную книжку, и что-то высчитывал. Но случалось и так, что он в продолжение пяти — десяти минут ставил три раза подряд высшую ставку и забирал больше тысячи долларов. Порою его тактика заключалась в том, что он с поразительной щедростью разбрасывал фишки, ставя на разные номера. Так продолжалось от десяти до тридцати минут, и вдруг, когда шарик обегал уже последние круги, Смок ставил высшую ставку разом на ряд, на цвет, на номер и выигрывал по всем трем. Однажды он, для того чтобы сбить с толку тех, кто хотел проникнуть в тайну его игры, проиграл сорок десятидолларовых ставок. Но неизменно, из вечера в вечер, Малышу приходилось тащить домой золотого песку на три с половиной тысячи долларов.</p>
       <p>— И все же никаких систем не бывает, — утверждал Малыш, ложась спать. — Я все время слежу за твоей игрой и не вижу в ней никакого порядка. Ты, когда пожелаешь, ставишь на выигрывающий номер, а когда пожелаешь — на проигрывающий.</p>
       <p>— Ты, Малыш, и представить себе не можешь, как ты близок к истине. Я иногда сознательно ставлю на проигрыш. Но и это входит в мою систему.</p>
       <p>— К черту систему! Я говорил со всеми игроками города, и все они утверждают, что не может быть никакой системы.</p>
       <p>— Но ведь я каждый вечер доказываю им, что система есть.</p>
       <p>— Послушай, Смок, — сказал Малыш, подходя к свече и собираясь задуть ее. — Я, видно, и впрямь не в себе. Ты, вероятно, думаешь, что это — свечка. Это не свечка.</p>
       <p>И я — не я. Я сейчас где-нибудь в дороге, лежу в своем спальном мешке, на спине, открыв рот, и все это вижу во сне. И ты — не ты, и свечка — не свечка.</p>
       <p>— Странно, Малыш, что мы с тобой видим одинаковые сны, — сказал Смок.</p>
       <p>— Совсем нет. Я и тебя вижу во сне. Тебя нет, мне только снится, что ты со мной разговариваешь. Мне снится, что со мною многие разговаривают. Я, кажется, схожу с ума. А если этот сон продлится еще немного, я взбешусь, стану кусаться и выть.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VI</p>
       </title>
       <p>На шестую ночь игры предельная ставка в «Оленьем Роге» была понижена до пяти долларов.</p>
       <p>— Не беда, — сказал Смок, обращаясь к крупье. — Я уйду отсюда не раньше, чем выиграю три тысячи пятьсот долларов. Вы только заставите меня играть дольше, чем вчера.</p>
       <p>— Почему вы не играете за каким-нибудь другим столом? — злобно спросил крупье.</p>
       <p>— Потому что мне нравится ваш стол! — И Смок посмотрел на гудевшую в нескольких шагах от него печку. — Здесь не дует, тепло и уютно.</p>
       <p>Малыш чуть не помешался, неся домой девятый мешок с золотым песком, — добычу девятого вечера.</p>
       <p>— Я совсем сбит с толку, Смок, — говорил он. — С меня хватит. Я вижу, что и вправду не сплю. Вообще систем не бывает, но у тебя есть система. Нет никакого тройного правила. Календарь отменен. Мир перевернулся. Не осталось никаких законов природы. Таблица умножения пошла ко всем чертям. Два равно восьми. Девять — одиннадцати. А дважды два — равно восьмистам сорока шести с… с… половиной. Дважды все — равно кольдкрему, сбитым сливкам и коленкоровым лошадям. Ты изобрел систему, и теперь существует то, чего никогда не было. Солнце встает на западе, луна превратилась в монету, звезды — это мясные консервы, цинга — благословение божие, мертвые воскресают, скалы летают, вода — газ, я — не я, ты — не ты, а кто-то другой, и возможно, что мы с тобой — близнецы, если только мы — не поджаренная на медном купоросе картошка. Разбуди меня! О кто бы ты ни был, разбуди меня!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VII</p>
       </title>
       <p>На следующее утро к ним пришел гость. Смок знал его. Это был Гарвей Моран, владелец всех игорных столов в «Тиволи». Он заговорил умоляюще и робко.</p>
       <p>— Вы нас всех озадачили, Смок, — начал он. — Я пришел к вам по поручению девяти других владельцев игорных столов в трактирах города. Мы ничего не понимаем. Нам известно, что в рулетке не может быть никаких систем. Это говорят все ученые математики. Рулетка сама по себе система, и все другие системы против нее бессильны, в противном случае арифметика — чушь.</p>
       <p>Малыш яростно закивал головой.</p>
       <p>— Если система может победить систему, значит, никакой системы не существует, — продолжал владелец рулетки. — А тогда нам пришлось бы признать, что одна и та же вещь может находиться одновременно в двух разных местах или что две разные вещи могут одновременно находиться в одном месте, способном вместить только одну из них.</p>
       <p>— Ведь вы следили за моей игрой? — спросил. Смок. — Если системы нет, а мне просто везет, то вам нечего волноваться.</p>
       <p>— В этом вся загвоздка. Мы не можем не волноваться. Вы, несомненно, играете по какой-то системе, а между тем никакой системы не может быть. Я слежу за вами пять вечеров подряд и мог заметить только, что у вас есть кое-какие излюбленные номера. Так вот, мы, владельцы девяти игорных столов, собрались и решили обратиться к вам с дружеским предложением. Мы поставим рулетку в задней комнате «Оленьего Рога», и там обыгрывайте нас, сколько угодно. Совершенно частным образом. Только вы, да Малыш, да мы. Что вы на это скажете?</p>
       <p>— Мы это сделаем немного иначе, — ответил Смок. — Вы просто хотите следить за моей игрой. Сегодня вечером я буду играть в баре «Оленьего Рога». Там следите за моей системой, сколько вам будет угодно.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VIII</p>
       </title>
       <p>В этот вечер, когда Смок сел за игорный стол, крупье закрыл игру.</p>
       <p>— Игра кончена, — сказал он. — Так велел хозяин.</p>
       <p>Но собравшиеся владельцы игорных столов не хотели с этим примириться. В несколько минут они собрали по тысяче долларов с человека и снова открыли игру.</p>
       <p>— Обыграйте нас, — сказал Гарвей Моран Смоку, когда крупье первый раз пустил шарик по кругу.</p>
       <p>— Согласны на то, чтобы предельная ставка была двадцать пять долларов?</p>
       <p>— Согласны.</p>
       <p>Смок сразу поставил двадцать пять фишек на ноль и выиграл. Моран вытер пот со лба.</p>
       <p>— Продолжайте, — сказал он. — У нас в банке десять тысяч.</p>
       <p>Через полтора часа все десять тысяч перешли к Смоку.</p>
       <p>— Банк сорван, — сказал крупье.</p>
       <p>— Ну что, хватит? — спросил Смок.</p>
       <p>Владельцы игорных столов переглянулись. Эти разъевшиеся продавцы счастья, вершители его законов, были побиты. Перед ними стоял человек, который либо был ближе знаком с этими законами, либо создал иные законы, высшие.</p>
       <p>— Больше мы не играем, — сказал Моран. — Ведь так, Бэрк?</p>
       <p>Большой Бэрк, владелец игорных столов в двух трактирах, кивнул головой.</p>
       <p>— Случилось невозможное, — сказал он. — У этого Смока есть система. Он разорит нас. Если мы хотим, чтобы наши столы работали по-прежнему, нам остается только сократить предельную ставку до доллара, до десяти центов, даже до цента. С такими ставками ему много не выиграть.</p>
       <p>Все взглянули на Смока. Он пожал плечами.</p>
       <p>— Тогда, джентльмены, я найду людей, которые по моим указаниям будут играть за всеми вашими столами. Я буду платить им по десяти долларов за четырехчасовую смену.</p>
       <p>— Видно, нам придется закрыть лавочку, — ответил Большой Бэрк. — Если только… — он переглянулся с товарищами, — если только вы не пожелаете с нами серьезно поговорить. Сколько вы хотите за вашу систему?</p>
       <p>— Тридцать тысяч долларов! — сказал Смок. — По три тысячи с каждого стола.</p>
       <p>Они пошептались и согласились.</p>
       <p>— И вы объясните нам вашу систему?</p>
       <p>— Конечно.</p>
       <p>— И обещаете никогда больше в Доусоне не играть в рулетку?</p>
       <p>— Нет, сэр, — твердо сказал Смок, — я обещаю только никогда больше не пользоваться этой системой.</p>
       <p>— Черт возьми! — воскликнул Моран. — Нет ли у вас еще и других систем?</p>
       <p>— Подождите! — вмешался Малыш. — Мне надо поговорить с моим компаньоном. Иди сюда, Смок.</p>
       <p>Смок пошел за Малышом в угол комнаты. Сотни любопытных глаз следили за ними.</p>
       <p>— Послушай, Смок, — хрипло зашептал Малыш. — Может, это и не сон. А в таком случае ты продаешь свою систему страшно дешево. Ведь с ее помощью ты можешь весь мир ухватить за штаны. Речь идет о миллионах! Сдери с них! Сдери с них как следует!</p>
       <p>— А если это сон? — ласково спросил Смок.</p>
       <p>— Тогда, во имя сна и всего святого, сдери с них как можно больше. Какой толк видеть сны, если мы даже во сне не можем сделать выгодного дельца?</p>
       <p>— К счастью, это не сон, Малыш.</p>
       <p>— В таком случае я никогда тебе не прощу, если ты продашь систему за тридцать тысяч.</p>
       <p>— Ты бросишься мне на шею, когда я продам ее за тридцать тысяч. Это не сон, Малыш. Ровно через две минуты ты убедишься, что это был не сон. Я решил продать систему, потому что мне ничего другого не остается.</p>
       <p>Смок заявил владельцам столов, что он не меняет своего решения. Те передали ему расписки, на три тысячи каждая.</p>
       <p>— Потребуй, чтобы тебе заплатили наличными, — сказал Малыш.</p>
       <p>— Да, я хочу получить золотым песком, — сказал Смок.</p>
       <p>Владелец «Оленьего Рога» взял расписки, и Малыш получил золотой песок.</p>
       <p>— Теперь у меня нет ни малейшего желания проснуться, — сказал он, поднимая тяжелые мешки. — Этот сон стоит семьдесят тысяч. Нет, я не такой расточитель, чтобы раскрыть сейчас глаза, вылезть из-под одеяла и готовить завтрак.</p>
       <p>— Ну, рассказывайте вашу систему, — сказал Бэрк. — Мы вам заплатили и ждем ваших объяснений.</p>
       <p>Смок подошел к столу.</p>
       <p>— Прошу внимания, джентльмены! У меня не совсем обыкновенная система. Вряд ли это даже можно назвать системой. Но у нее то преимущество, что она дает практические результаты. У меня, собственно, есть свои догадки, однако я не стану о них сейчас распространяться. Следите за мной. Крупье, приготовьте шарик. Я хочу выиграть на номер двадцать шесть. Допустим, что я ставлю на него. Пускайте шарик, крупье!</p>
       <p>Шарик забегал по кругу.</p>
       <p>— Заметьте, — сказал Смок, — что номер девять был как раз напротив!</p>
       <p>Шарик остановился против двадцати шести. Большой Бэрк выругался. Все ждали.</p>
       <p>— Для того чтобы выиграть на ноль, нужно, чтобы напротив стояло одиннадцать. Попробуйте сами, если не верите.</p>
       <p>— Но где же система? — нетерпеливо спросил Моран. — Мы знаем, что вы умеете выбирать выигрышные номера. Но как вы их узнали?</p>
       <p>— Я внимательно следил за выигрышами. Случайно я дважды отметил, где остановился шарик, когда вначале против него был номер девять. Оба раза выиграл двадцать шестой. Тогда я стал изучать и другие случаи. Если напротив находится двойной ноль — выигрывает тридцать второй. А для того чтобы выиграть на двойной ноль, необходимо, чтобы напротив было одиннадцать. Это случается не всегда, но обычно. Как я уже сказал, у меня есть свои догадки, о которых я предпочитаю не распространяться.</p>
       <p>Большой Бэрк, пораженный какой-то мыслью, внезапно вскочил, остановил рулетку и стал внимательно осматривать колесо. Все девять остальных владельцев рулеток тоже склонили головы над колесом. Затем Большой Бэрк выпрямился и посмотрел на печку.</p>
       <p>— Черт возьми! — сказал он. — Никакой системы не было. Стол стоит слишком близко к огню, и проклятое колесо рассохлось, покоробилось. Мы остались в дураках. Не удивительно, что он играл только за этим столом. За другим столом он не выиграл бы и кислого яблока.</p>
       <p>Гарвей Моран облегченно вздохнул.</p>
       <p>— Не беда! — произнес он. — Мы не так уж много заплатили, зато мы знаем наверняка, что никакой системы не существует.</p>
       <p>Он захохотал и хлопнул Смока по плечу.</p>
       <p>— Да, Смок, вы нас помучили изрядно. А мы еще радовались, что вы оставляете наши столы в покое. У меня в «Тиволи» есть славное вино. Идем со мной, и я его открою.</p>
       <p>Вернувшись домой, Малыш стал молча перебирать мешки с золотым песком. Наконец он разложил их на столе, сел на край скамьи и стал снимать мокасины.</p>
       <p>— Семьдесят тысяч! — говорил он. — Это весит триста пятьдесят фунтов. И все благодаря покривившемуся колесику и зоркому глазу. Смок, ты съел их сырыми, ты съел их живьем. И все же я знаю, что это сон! Только во сне случаются такие замечательные вещи. Но у меня нет ни малейшего желания проснуться. Я надеюсь, что никогда не проснусь.</p>
       <p>— Успокойся! — отозвался Смок. — Тебе незачем просыпаться. Есть философы, которые утверждают, что все люди живут во сне. Ты попал в хорошую компанию.</p>
       <p>Малыш встал, подошел к столу, взял самый большой мешок и стал укачивать его, как ребенка.</p>
       <p>— Может быть, это и сон, — сказал он. — Но зато, как ты справедливо заметил, я попал в хорошую компанию.</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Человек на другом берегу</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>Еще до того, как Смок Беллью в шутку основал поселок Тру-ля-ля, совершил вошедшую в историю спекуляцию с яйцами, которая чуть было не привела к банкротству Билла Свифтуотера, и взял приз в миллион долларов на состязании собачьих упряжек в беге по Юкону, ему пришлось разлучиться с Малышом в верховьях Клондайка. Малыш должен был спуститься вниз по Клондайку в Доусон, чтобы зарегистрировать несколько заявок.</p>
       <p>Смок же повернул со своими собаками на юг. Он хотел добраться до Нежданного озера и до мифических Двух Срубов. Для этого он должен был пересечь верховья Индейской реки и неисследованные области, лежащие за горами, и спуститься к реке Стюарт. По слухам, именно где-то в этих краях лежало Нежданное озеро, окруженное зубчатыми горами и ледниками, а дно этого озера было усеяно золотыми самородками. Рассказывали, что когда-то старожилы, чьи имена теперь забылись, ныряли в ледяную воду озера и выплывали на поверхность, держа по золотому самородку в каждой руке. Но вода была до того холодная, что одни из этих смельчаков умирали тут же от разрыва сердца, другие становились жертвой скоротечной чахотки, и никто из тех, кто отправлялся на это озеро, еще не вернулся. Всякий раз случалось какое-нибудь несчастье. Один провалился в полынью неподалеку от Сороковой Мили. Другой был разорван и съеден своими же собаками. Третьего раздавило свалившееся дерево. Нежданное озеро было заколдованным местом. Дорогу к нему давно забыли, и золотые самородки до сих пор устилали его дно.</p>
       <p>О местонахождении Двух Срубов, столь же мифических, имелись более точные сведения. Они стояли на расстоянии «пяти ночевок» от реки Стюарт вверх по реке Мак-Квещен. Их поставил кто-то в те времена, когда в бассейне Юкона еще ни одного золотоискателя и в помине не было. Бродячие охотники на лосей говорили Смоку, что их старикам как-то удалось добраться до этих лачуг, но никаких следов давнишних разработок там не оказалось.</p>
       <p>— Лучше бы ты поехал со мной, — сказал Смоку на прощание Малыш. — Если тебе так уж не сидится, это еще не значит, что надо наживать себе неприятности. Поезжай куда-нибудь, но зачем ехать в какое-то заколдованное место, где, как и тебе и мне хорошо известно, каждого подстерегает злой дух.</p>
       <p>— Не беспокойся, Малыш. Через шесть недель я вернусь в Доусон. Дорога по Юкону накатана, да и первые сто миль по Стюарту тоже, должно быть, хорошо наезжены. Старожилы с Гендерсона говорили мне, что в те края после ледостава отправилось несколько золотоискателей. Идя по их следам, я могу делать по сорок, даже по пятьдесят миль в день. Мне бы только добраться туда, И через месяц, я буду дома.</p>
       <p>— Да, вот добраться туда. Это именно меня и беспокоит. Как ты туда доберешься? Ну что ж, прощай, Смок. Главное, смотри в оба, не попадись злому духу. И помни, что нечего стыдиться, если ты вернешься домой с пустыми руками.</p>
       <empty-line/>
       <image l:href="#i_094.jpg"/>
       <empty-line/>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Неделю спустя Смок уже карабкался по отрогам гор, окаймляющих южный берег Индейской реки. На водоразделе между Индейской рекой и Клондайком он бросил нарты и навьючил своих псов. Каждая из шести огромных собак тащила по пятидесяти фунтов. Такой же груз был и на спине у Смока. Смок шел впереди, приминая своими лыжами мягкий снег, а за ним гуськом тащились собаки.</p>
       <p>Он любил эту жизнь, эту суровую полярную зиму, дикое безмолвие, беспредельные снежные равнины, на которые никогда не ступала нога человека. Вокруг него вздымались обледенелые горные громады, еще безымянные, еще не нанесенные на карту. Глаз нигде не встречал одиноких дымков, поднимающихся над стоянками охотников. Он один двигался среди этих никому не ведомых пространств. Одиночество нисколько не тяготило его. Он любил дневной труд свой, перебранки собак, устройство привала в зимние сумерки, мерцание звезд и пламенеющую пышность северного сияния.</p>
       <p>Но больше всего любил он свои ночные стоянки в этой снежной пустыне. Вовек не забудет он их. Ему грезилась картина, которую он когда-нибудь напишет. Утоптанный снег и горящий костер, постель из пары заячьих шуб, разостланных на свежесрубленных ветвях; заслон от ветра — кусок холста, задерживающий и отражающий жар костра, закоптелый кофейник, кастрюлька, мокасины, надетые на палки для просушки, лыжи, воткнутые в снег. А по ту сторону костра — собаки, жмущиеся поближе к огню, умные и жадные, косматые и заиндевелые, с пушистыми хвостами, которыми они заботливо прикрывают себе ноги. И кругом сплошная стена непроницаемого мрака.</p>
       <p>В такие минуты Сан-Франциско, «Волна» и О'Хара казались ему неясными, бесконечно далекими призраками, тенями из несбывшихся снов. Ему трудно было поверить, что он знал когда-то иную жизнь, что он когда-то плескался и барахтался в болоте городской богемы. В одиночестве, лишенный возможности перекинуться с кем-нибудь словом, он много думал, и мысли его были глубоки и просты. Он с ужасом думал о том, как попусту прошли для него годы его городской жизни, о бездарности всех школьных и книжных философий, об умничающем цинизме редакций и художественных мастерских, о ханжестве дельцов, отдыхающих в своих клубах. Они не знают, что такое волчий аппетит, крепчайший сон, железное здоровье; никогда они не испытывали настоящего голода, настоящей усталости, им незнакомо опьянение работой, от которой вся кровь в жилах бурлит, как вино.</p>
       <p>Эта прекрасная, мудрая, суровая Северная Страна существовала всегда, а он ничего о ней не знал. Его удивляло, как это он, созданный для такой жизни, мог не слышать тихого зова северной природы. Она звала его, а он не знал. Но и это пришло в свое время.</p>
       <p>— Зато теперь, Желтомордый, я слышу ее ясно!</p>
       <p>Пес, к которому были обращены эти слова, поднял сначала одну лапу, потом другую, потом опять уютно прикрыл их хвостом и засмеялся, глядя на своего хозяина через костер.</p>
       <p>— Герберту Спенсеру <a l:href="#n_793" type="note">[793]</a> было почти сорок лет, когда он начал понимать, в чем его призвание. Я нашел свое призвание гораздо раньше. Я не дождался и тридцати лет. Мое призвание — здесь. Знаешь, Желтомордый, я хотел бы родиться волчонком и всю жизнь быть твоим братом и братом всего твоего волчьего племени.</p>
       <p>Много дней бродил он по хаосу ущелий и перевалов; они были расположены в таком беспорядке, что казалось, будто их разбросал здесь какой-то космический проказник. Тщетно искал он ручеек или речку, которые текли бы на юг — к Мак-Квещену и Стюарту. Подул ветер с гор и принес вьюгу. Находясь над линией лесов и не имея возможности поэтому развести огонь, он два дня бесплодно старался спуститься пониже. К концу второго дня он добрел до карниза какой-то колоссальной отвесной скалы. Падал такой густой снег, что Смоку не удалось рассмотреть ее основания. Смок плотно закутался в оленью доху, окружил себя собаками, укрылся с ними в огромном сугробе и так провел всю ночь, стараясь не заснуть.</p>
       <p>Утром, когда буря утихла, он пошел на разведку. В четверти мили под ним находилось замерзшее, занесенное снегом озеро. Над озером поднимались со всех сторон зубчатые вершины гор. Да, ему так и рассказывали. Он нечаянно набрел на Нежданное озеро.</p>
       <p>— Подходящее название, — бормотал он час спустя, приближаясь к самому берегу.</p>
       <p>Здесь росло несколько старых елей. Пробираясь к ним, Смок наткнулся на три могилы, почти доверху занесенные снегом: торчали только столбы, на которых были вырезаны совершенно неразборчивые надписи. За елями стояла маленькая ветхая хижина. Он толкнул дверь и вошел. В углу, на том, что когда-то было постелью из еловых веток, лежал скелет, завернутый в истлевшие меха.</p>
       <p>«Последний посетитель Нежданного озера», — подумал Смок, поднимая с пола кусок золота величиною в два кулака. Рядом с этим самородком стояла жестянка, полная шершавых золотых самородков величиной с орех.</p>
       <p>Так как все, что рассказывали про Нежданное озеро, пока подтверждалось, Смок решил, что золото это добыто с его дна. Но сейчас озеро было покрыто толстым слоем льда и потому недосягаемо. И в полдень с крыльца хижины Смок бросил на него прощальный взгляд.</p>
       <p>— Все в порядке, мистер Озеро, — сказал он. — Сторожи свои сокровища. Я еще вернусь сюда за ними, если только здешний злой дух мне не помешает. Я не совсем ясно представляю себе, как я сюда попал, но надеюсь узнать это, выбираясь отсюда.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Четыре дня спустя Смок развел костер в большой долине, на берегу замерзшего потока, под гостеприимными елями. Где-то там, в этом белом хаосе, позади находилось Нежданное озеро, но где именно — он уже не знал. Четверо суток блужданий в слепящей пурге сбили его с толку, и он уже не знал, где у него «впереди» и где «позади». Он словно вынырнул из какого-то кошмара. Он не мог бы даже сказать, сколько времени был в пути — четыре дня или целую неделю. Он спал вместе с собаками, перебрался через десятки невысоких перевалов, следовал за извилинами сумасшедших ущелий, кончавшихся тупиками, и за все время ему только дважды удалось развести огонь и подогреть лосиное мясо. Теперь впервые он мог вдоволь поесть и поставить заслон. Снежная буря улеглась, снова стало ясно и холодно. Мир вокруг него принял свой обычный вид. Речка, на которой он очутился, казалась обыкновенной речкой и текла на юго-запад. Но Нежданное озеро он потерял так же, как потеряли его и все прежние Колумбы.</p>
       <p>Полдня пути вниз вдоль небольшой речки привели его в долину другой, более широкой реки. Он догадался, что это и есть Мак-Квещен. Тут он убил лося, и теперь каждая его собака снова тащила по пятидесяти фунтов мяса. Идя вниз по Мак-Квещену, он набрел на санный след. Верхний слой снега был мягок, но под ним находилась утоптанная тропа. Он заключил, что на Мак-Квещене есть два лагеря и что этот путь ведет от одного к другому. Решив, что нижний лагерь — это Два Сруба и что там, вероятно, кто-то поселился, он двинулся вниз по реке.</p>
       <p>Было сорок градусов мороза, когда он расположился на ночлег. Засыпая, он размышлял, кто бы могли быть эти люди, открывшие таинственные Два Сруба, и доберется ли он до их стоянки на следующий день. Он тронулся в путь при первых проблесках рассвета и шел по запорошенной тропе, утаптывая ее своими плетеными лыжами, чтобы собаки не проваливались.</p>
       <p>Неожиданное настигло его на излучине реки. Он услышал и почувствовал его одновременно. Справа щелкнул ружейный выстрел; пуля, пробив насквозь парку и фуфайку, ударила его в плечо и заставила повернуться вокруг своей оси. Он покачнулся на лыжах, желая сохранить равновесие, и услышал второй выстрел. На этот раз стрелявший промахнулся. Смок не стал дожидаться. Нырнув в снег, он пополз к берегу, чтобы спрятаться среди деревьев и кустов. Снова и снова трещали выстрелы, и он с отвращением почувствовал, что по его спине течет что-то теплое и липкое.</p>
       <p>Ведя за собой собак, Смок вскарабкался на берег и спрятался в кустах. Там он снял лыжи, пробрался вперед и стал внимательно осматривать противоположный берег. Но никого не увидел. Стрелявший, должно быть, спокойно лежал за деревьями на противоположном берегу.</p>
       <p>— Если сейчас ничего не случится, — пробормотал Смок спустя полчаса, — я вылезу и разведу костер. Иначе я отморожу себе ноги. Желтомордый, что бы ты стал делать, если бы тебе пришлось лежать на морозе, чувствуя, что кровь застывает в твоих жилах, и зная, что тебя собираются застрелить?</p>
       <p>Он отполз на несколько шагов назад, утоптал снег и стал приплясывать на месте. Эта пляска нагнала ему кровь в ноги и позволила выдержать еще полчаса. Вдруг он услышал звон бубенчиков. Он увидел нарты, показавшиеся из-за поворота реки. У передка, рядом с шестом, бежал одинокий человек, погонявший собак. Смок был потрясен, так как это был первый человек, которого он увидел после того, как три недели назад расстался с Малышом. Он сразу подумал о негодяе, притаившемся на том берегу.</p>
       <p>Не вылезая из своей засады, Смок предостерегающе свистнул. Человек не расслышал и продолжал мчаться вперед. Смок свистнул громче. Человек остановил собак и увидел Смока как раз в тот момент, когда раздался выстрел. Тогда Смок поднял ружье и сам выстрелил в сторону деревьев, откуда донесся звук выстрела.</p>
       <p>При первом выстреле человек у шеста покачнулся. Шатаясь, он подошел к нартам и, поднимая ружье к плечу, вдруг начал медленно опускаться и сел на нарты. Потом выстрелил, не целясь, и повалился навзничь, — Смок мог видеть только его живот и ноги.</p>
       <p>Снова снизу донесся звон бубенчиков. Упавший не шевельнулся. Из-за поворота выехало трое нарт, шесть человек сопровождало их. Смок крикнул, чтобы предупредить, но те уже сами видели, что произошло с первыми нартами, и торопились к пострадавшему. Выстрелы с того берега не повторялись, и Смок, позвав своих собак, вышел из-за прикрытия. Его встретили восклицаниями, двое из только что прискакавших сняли рукавицы, подняли ружья и взяли Смока на прицел.</p>
       <p>— Подойди-ка сюда, подлый убийца, — скомандовал чернобородый мужчина. — Брось сейчас же свое ружье в снег.</p>
       <p>Поколебавшись, Смок кинул ружье и подошел к ним.</p>
       <p>— Обыщи его, Луи, и отними у него оружие, — приказал чернобородый.</p>
       <p>Смок понял, что Луи — канадский француз, проводник, как и остальные. Он обыскал Смока и отобрал у него охотничий нож.</p>
       <p>— Ну, что ты скажешь в свое оправдание, незнакомец, прежде чем я тебя застрелю? — спросил чернобородый.</p>
       <p>— Скажу, что вы ошибаетесь: не я убил этого человека, — сказал Смок.</p>
       <p>Один из проводников закричал. Он прошел по следам Смока и добрался до кустов, за которыми тот прятался. Об этом своем открытии он немедленно сообщил остальным.</p>
       <p>— За что ты убил Джо Кинэда? — спросил чернобородый.</p>
       <p>— Я его не убивал… — начал Смок.</p>
       <p>— Нечего разговаривать. Ты пойман на месте преступления. Вот следы твоих ног. Услышав, что подъезжает наш товарищ, ты отошел в сторону. Ты залег между деревьями и выстрелил в него. Пьер, подними его ружье.</p>
       <p>— Дайте мне рассказать вам, — сказал Смок.</p>
       <p>— Заткнись! — крикнул чернобородый. — Твое ружье само все расскажет.</p>
       <p>Они осмотрели ружье Смока, сосчитали заряды, проверили дуло и магазины.</p>
       <p>— Один выстрел! — сказал чернобородый.</p>
       <p>Пьер, словно олень, широко раздувая ноздри, понюхал магазин.</p>
       <p>— Выстрел был сделан совсем недавно, — сказал он.</p>
       <p>— Пуля попала ему в спину, — сказал Смок. — А он ехал лицом ко мне. Ясно, что стреляли с того берега.</p>
       <p>Чернобородый на минуту задумался. Затем он покачал головой.</p>
       <p>— Нет, ты нас не обманешь. Он повернулся к тебе спиной, и тогда ты выстрелил. Пойдите, ребята, посмотрите, не ведут ли какие-нибудь следы к тому берегу.</p>
       <p>Но ему ответили, что возле того берега лежит совершенно нетронутый снег. Чернобородый вынул из раны Убитого свалявшийся меховой пыж. Разрезав его, он достал пулю. Кончик пули расплющился и сделался величиной в полудолларовую монету, но основание ее, одетое сталью, было цело. Он сравнил пулю с пулями Смока.</p>
       <p>— Тут и слепой поймет, в чем дело, — сказал он. — Эта пуля с мягким носом и стальной рубашкой, и твоя с мягким носом и стальной рубашкой. Здесь тридцать — тридцать; и твоя тридцать — тридцать. Эта — завода Д. и Т., и твоя — завода Д. и Т. Пойдем на берег и посмотрим, как это ты все устроил.</p>
       <p>— Я сам ранен, — сказал Смок, — у меня прострелена парка.</p>
       <p>Пока чернобородый рассматривал пробитую парку, один из его товарищей исследовал затвор ружья, принадлежавшего убитому. Ружье свидетельствовало, что из него был сделан один выстрел. Пустая гильза оставалась еще в камере.</p>
       <p>— Жаль, что бедному Джо не удалось застрелить тебя, — огорченно сказал чернобородый. — Однако он не оплошал — с такой-то дырой в спине. Ну, ступай!</p>
       <p>— Поищите сначала на том берегу, — настаивал Смок.</p>
       <p>— Молчи и ступай за мной. Говорить за тебя будут факты.</p>
       <p>Они сошли с тропы в том самом месте, где свернул Смок, поднялись по его следам на берег и осмотрели все пространство между деревьями.</p>
       <p>— Здесь он плясал, чтобы согреть ноги, — сказал Луи. — Здесь он полз на животе. Здесь приподнялся на локте, чтобы выстрелить…</p>
       <p>— А вот его пустой патрон! — сказал чернобородый. — Ребята, нам остается только одно…</p>
       <p>— Раньше спросите меня, зачем я сделал этот выстрел, — перебил его Смок.</p>
       <p>— Если не замолчишь, я заткну тебе глотку твоими собственными зубами. Ты еще успеешь поговорить. Мы люди приличные, уважающие закон, и мы поступим с тобой как полагается. Пьер, далеко мы от дома?</p>
       <p>— Миль двадцать будет!</p>
       <p>— Отлично. Заберем с собой бедного Джо с его поклажей и едем к Двум Срубам. Я полагаю, мы видели вполне достаточно для того, чтобы вздернуть этого молодца.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>Спустя три часа после наступления темноты убитый, Смок и его конвоиры прибыли к Двум Срубам.</p>
       <p>При свете звезд Смок увидел на плоском берегу десяток недавно построенных домишек, окружавших старый, довольно большой дом того типа, который нередко встречается на крайнем Западе. Его ввели как раз в этот старый дом. Там он увидел молодого человека огромного роста, его жену и слепого старика. Женщина, которую муж назвал Люси, тоже была высокая и сильная. Старик, как Смок узнал впоследствии, был старый зверолов со Стюарта. Он ослеп прошлой зимой. Узнал Смок и о том, что лагерь Два Сруба был построен год назад. Сюда прибыла группа людей, нашла здесь слепого зверолова и поселилась рядом с ним. Более поздние пришельцы создали тут целый поселок. Охота была здесь хорошая, попадалось и золото.</p>
       <p>Через несколько минут в комнату набилось все население Двух Срубов. Смоку связали руки и ноги ремнями из оленьей кожи, и, всеми осмеянный, никем не замечаемый, он лежал в углу. Он насчитал тридцать восемь человек, народ все грубый и дикий, — выходцы из Штатов и французы — проводники из северной Канады. Поймавшие Смока люди снова и снова повторили рассказ о том, как все произошло, и вокруг каждого из них толпились разъяренные поселенцы.</p>
       <p>— Линчуйте его сейчас же, чего ждать! — кричали в толпе.</p>
       <p>Одного огромного ирландца пришлось удержать силой. Он хотел броситься на беззащитного пленника и избить его.</p>
       <p>Разглядывая присутствующих, Смок заметил знакомое лицо. Это был Брэк, лодку которого он однажды провел через пороги. К удивлению Смока, тот не подошел к нему и не заговорил с ним. Смок тоже сделал вид, будто не узнает его. И вдруг заметил, что Брэк, заслонив лицо рукой, мигает ему.</p>
       <p>Чернобородый, которого звали Эли Гардинг, положил конец толкам о немедленном линчевании.</p>
       <p>— Молчать! — заорал он. — Потерпите немного. Этот человек принадлежит мне. Я его поймал, и я привел его сюда. Неужели вы думаете, что я тащил его в такую даль для того, чтобы линчевать? Конечно, нет! Я это и сам мог сделать. Я привез его для справедливого и беспристрастного суда, и, клянусь богом, мы будем его судить справедливо и беспристрастно. Он связан и не сбежит. Оставим его здесь до утра, а завтра — суд.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>Смок проснулся. Он лежал лицом к стене и вдруг почувствовал, что струя ледяного воздуха впилась ему в плечо, как игла. В помещении было жарко натоплено, и струйка морозного воздуха, проникшая снаружи, где было пятьдесят градусов ниже нуля, свидетельствовала о том, что кто-то за стеной выковырял мох из щели между бревнами. Смок был связан, но все же ему удалось изогнуться и дотронуться губами до щели.</p>
       <p>— Кто там? — прошептал он.</p>
       <p>— Брэк! — последовал ответ. — Не шумите. Я хочу передать вам нож.</p>
       <p>— Не стоит, — сказал Смок. — Я не могу им воспользоваться. Руки у меня связаны за спиной и притянуты ремнем к койке. Да и нож вам в отверстие не просунуть. Но что-нибудь необходимо сделать. Эти молодцы самым серьезным образом хотят меня повесить, а вы, конечно, понимаете, что не я убил этого человека.</p>
       <p>— Нечего об этом говорить, Смок. Если даже вы убили его, у вас на это, вероятно, были основания. Не в том дело. Я хочу спасти вас. Здесь отчаянный народ, вы сами их видели. Они оторваны от всего мира и судят по собственным законам на своих сборищах. Недавно они казнили двух воров, укравших продовольствие. Одного они прогнали из лагеря без провизии и спичек. Он прошел сорок миль, промучился два дня и в конце концов замерз. Другому — это было недели две спустя — они предложили на выбор: или уйти без продовольствия и огня, или получить по десяти ударов плетью за каждую дневную порцию. Он выдержал сорок ударов и испустил дух. Теперь они взялись за вас. Все до последнего человека уверены, что вы убили Джо Кинэда.</p>
       <p>— Человек, убивший Кинэда, стрелял и в меня. Его пуля задела мне плечо. Добейтесь отсрочки суда и пошлите кого-нибудь обследовать тот берег.</p>
       <p>— Ничего не выйдет. Все поверили Гардингу и пяти французам, бывшим с ним. Кроме того, им досадно, что они никого еще до сих пор не повесили. Им живется скучновато. Никаких особенных богатств они пока не нашли, а искать Нежданное озеро им надоело. В начале зимы они ходили в походы, но сейчас и это оставлено. У них началась цинга, и они страшно озлоблены.</p>
       <p>— И хотят выместить на мне все свои неудачи? — сказал Смок. — А вы, Брэк, как попали в это проклятое место?</p>
       <p>— Я сделал несколько заявок на ручье Индианки, оставил там компаньонов, а сам пошел вверх по Стюарту, надеясь добраться до Двух Срубов. Здесь меня не приняли в компанию, и я начал разработку выше по Стюарту. У меня кончились запасы, и я только вчера вернулся сюда за продовольствием.</p>
       <p>— Вам удалось что-нибудь найти?</p>
       <p>— Мало! Но я изобрел одно гидравлическое сооружение, которое будет очень полезно, когда здесь начнется оживление. Особая драга для промывания золота.</p>
       <p>— Подождите, Брэк, — сказал Смок, — дайте мне подумать.</p>
       <p>В тишине, прислушиваясь к храпу спящих рядом людей, он обдумывал мелькнувшую у него мысль.</p>
       <p>— Скажите, Брэк, распаковали они мешки с провизией, которые были на моих собаках?</p>
       <p>— Несколько мешков распаковали. Я видел. Они снесли их в хижину Гардинга.</p>
       <p>— Нашли они там что-нибудь?</p>
       <p>— Мясо!</p>
       <p>— Отлично. Поищите темный полотняный мешок, завязанный ремнем из оленьей кожи. Вы найдете там несколько фунтов самородного золота. Никто никогда в этих местах такого золота не видывал. Слушайте, сделайте вот что…</p>
       <p>Четверть часа спустя, получив подробные инструкции и обморозив себе пальцы, Брэк ушел. Смок тоже отморозил себе нос и щеку. Он целых полчаса терся лицом об одеяло, и только жар и покалывание прилившей к щекам крови уверили его, что опасности больше нет.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VI</p>
       </title>
       <p>— Мне все ясно. Не сомневаюсь, что это он убил Кинэда. Вчера вечером мы слышали все подробности. Зачем снова выслушивать то же самое? Я голосую: он виновен!</p>
       <p>Так начался суд над Смоком. Оратор, здоровенный детина, выходец из Колорадо, был очень огорчен, когда Гардинг сказал в ответ, что Смока надо судить по всем правилам, и предложил выбрать судьей и председателем собрания Шэнка Вильсона. Все население Двух Срубов вошло в состав присяжных и попутно, после некоторой дискуссии, лишило женщину, Люси, права голоса.</p>
       <p>Смок, сидя на койке в углу комнаты, прислушивался к разговору между Брэком и одним из золотоискателей.</p>
       <p>— Не продадите ли вы мне пятьдесят фунтов муки? — спрашивал Брэк.</p>
       <p>— У вас не хватит песку, чтобы заплатить мне за нее.</p>
       <p>— Я дам вам двести. Тот покачал головой.</p>
       <p>— Триста! Триста пятьдесят!</p>
       <p>Когда дошло до четырехсот, человек согласился и сказал:</p>
       <p>— Пойдемте ко мне в хижину. Там вы отвесите песок.</p>
       <p>Они пробрались к двери и вышли. Через несколько минут вернулся один Брэк.</p>
       <p>Гардинг давал свидетельские показания, когда Смок увидел, что дверь отворилась и в щели показалось лицо человека, продававшего муку. Он подмигивал и делал какие-то знаки одному из золотоискателей. Наконец тот встал и пошел к двери.</p>
       <p>— Куда ты, Сэм? — спросил Шэнк Вильсон.</p>
       <p>— Я на минутку, — ответил Сэм. — У меня там дело.</p>
       <p>Смоку разрешили задавать вопросы свидетелям. Начался перекрестный допрос. И вдруг все услышали визг собачьей упряжки и скрип полозьев по снегу. Кто-то из сидевших у двери выглянул наружу.</p>
       <p>— Это Сэм и его компаньон, — сказал он. — Они помчались по направлению к Стюарту.</p>
       <p>В течение полминуты никто не сказал ни слова. Все многозначительно переглядывались. Уголком глаза Смок видел, как Брэк, Люси и ее муж шептались между собой.</p>
       <p>— Продолжай, — сказал Шэнк Вильсон Смоку. — Кончай поскорее допрос свидетелей. Ты хочешь доказать, что тот берег не был осмотрен. Свидетели этого не отрицают. Мы тоже. Но это и не понадобилось. Не было следов, которые вели бы к тому берегу.</p>
       <p>— И все же на том берегу был человек! — настаивал Смок.</p>
       <p>— Что ты нам очки втираешь. Нас не так много на Мак-Квещене, и мы всех знаем.</p>
       <p>— Кто был тот человек, которого вы выгнали из лагеря две недели назад?</p>
       <p>— Алонсо Мирамар, мексиканец. Но при чем тут этот вор?</p>
       <p>— Ни при чем, если не считать того, что вы о нем ничего не знаете, господин судья.</p>
       <p>— Он пошел вниз по реке, а не вверх.</p>
       <p>— Почему вы так в этом уверены?</p>
       <p>— Я видел, как он выходил из лагеря.</p>
       <p>— И это все, что вам известно о нем?</p>
       <p>— Нет, не все, молодой человек. Я знаю, все мы знаем, что у него было продовольствие на четыре дня, но не было ружья. Если он не добрался до поселка на Юконе, он давно погиб.</p>
       <p>— Вы, должно быть, знаете и все ружья здесь? — спросил Смок.</p>
       <p>Шэнк Вильсон рассердился.</p>
       <p>— Ты так меня допрашиваешь, будто я обвиняемый, а ты судья. Следующий свидетель! Где француз Луи?</p>
       <p>Луи вышел вперед. В эту минуту Люси открыла дверь.</p>
       <p>— Куда вы? — строго спросил судья.</p>
       <p>— Я не обязана торчать здесь, — вызывающе ответила женщина. — Во-первых, вы меня лишили голоса, а во-вторых, тут слишком душно.</p>
       <p>Через несколько минут вышел и ее муж. Судья заметил это, только когда закрылась дверь.</p>
       <p>— Кто это вышел? — перебил он Пьера.</p>
       <p>— Билл Пибоди, — ответил кто-то. — Он сказал, что ему надо спросить о чем-то жену и что он сейчас вернётся.</p>
       <p>Вместо Билла вернулась Люси, сняла шубу и села возле печки.</p>
       <p>— Я полагаю, что нам незачем допрашивать остальных, — сказал Вильсон, выслушав Пьера. — Все они говорят одно и то же. Соренсен, сходи приведи Билла Пибоди. Сейчас будем голосовать. А теперь, незнакомец, встань и попробуй оправдаться. А мы, чтобы не терять времени, пустим по рукам оба ружья, патроны и обе пули.</p>
       <p>Смок объяснил, как он попал в этот край, но в том месте рассказа, когда он начал описывать, как в него выстрелили из засады и как он выбрался на берег, его перебил Шэнк Вильсон.</p>
       <p>— Зачем все эти россказни? Ведь мы только время теряем. Ты лжешь, чтобы избавить свою шею от петли, и это, конечно, твое право, но мы не желаем слушать вздор. Ружье, патроны и пуля, убившая Джо Кинэда, свидетельствуют против тебя. Что там такое? Откройте дверь!</p>
       <p>Мороз густым клубом пара ворвался в комнату. Сквозь открытую дверь донесся затихающий вдали собачий лай.</p>
       <p>— Это Соренсон и Пибоди, — сказал кто-то. — Они гонят собак вниз по реке.</p>
       <p>— Какого черта… — начал было Шэнк Вильсон, но взглянул на Люси и застыл с открытым ртом. — Может, вы, миссис Пибоди, объясните нам, в чем тут дело?</p>
       <p>Она покачала головой и сжала губы. Тогда неприязненный взгляд судьи остановился на Брэке.</p>
       <p>— Может, вам будет угодно сделать какие-нибудь разъяснения? Я видел, как вы перешептывались с миссис Пибоди.</p>
       <p>Все взгляды обратились в сторону Брэка. Тот смутился.</p>
       <p>— Он шептался и с Сэмом, — сказал кто-то.</p>
       <p>— Послушайте, мистер Брэк, — продолжал Шэнк Вильсон. — Вы прервали заседание и теперь должны объяснить нам, в чем дело. О чем вы там шушукались?</p>
       <p>Брэк робко кашлянул и ответил:</p>
       <p>— Я хотел купить немного продовольствия.</p>
       <p>— На что?</p>
       <p>— Как на что? На золотой песок, конечно.</p>
       <p>— Где вы его достали? Брэк промолчал.</p>
       <p>— Он промышлял недалеко отсюда, в верховьях Стюарта, — сказал один из золотоискателей. — На прошлой неделе я охотился неподалеку от его стоянки. Он держался как-то странно.</p>
       <p>— Этот песок я нашел не там, — сказал Брэк. — Там я разрабатывал проект одного гидравлического сооружения.</p>
       <p>— Подайте сюда ваш мешок, — приказал Вильсон.</p>
       <p>— Да я нашел этот песок не здесь.</p>
       <p>— Все равно! Мы хотим посмотреть.</p>
       <p>Брэк притворился, будто не хочет показывать золото. Но он всюду видел угрожающие взоры. Нехотя он сунул руку в карман куртки и вынул жестянку. При этом он брякнул ею обо что-то твердое.</p>
       <p>— Вытаскивайте все! — заорал Вильсон.</p>
       <p>И Брэк вытащил огромный самородок необычайной желтизны. Таких самородков никто из присутствующих и не видывал.</p>
       <p>Шэнк Вильсон ахнул. Человек шесть кинулись к дверям. Они долго толкались и ругались, прежде чем им удалось выйти на улицу. Судья вытряхнул содержимое жестянки на стол, и, увидев самородки, еще человек шесть бросились к выходу.</p>
       <p>— Куда вы? — спросил Эли Гардинг, видя, что Шэнк Вильсон тоже собирается уходить.</p>
       <p>— За собаками, конечно.</p>
       <p>— Да ведь вы хотели повесить его!</p>
       <p>— Успеется! Он подождет, пока мы вернемся. Заседание откладывается. Нельзя терять времени.</p>
       <p>Гардинг колебался. Он свирепо посмотрел на Смока, на Пьера, который с порога делал знаки Луи, потом на самородок, лежавший на столе, и тоже решил пойти с остальными.</p>
       <p>— Не советую тебе удирать, — сказал он Смоку. — Впрочем, я думаю воспользоваться твоими собаками.</p>
       <p>— Что это? Снова нелепая скачка за золотом? — ворчливо спросил слепой старик, когда раздался лай собак и скрип нарт.</p>
       <p>— Я никогда в жизни не видела такого золота, — сказала Люси. — Потрогай его, старик.</p>
       <p>Она протянула ему самородок. Но золото не интересовало его.</p>
       <p>— У нас тут была чудная охота за пушным зверем, пока сюда не явились эти проклятые золотоискатели.</p>
       <p>Открылась дверь, и вошел Брэк.</p>
       <p>— Все обстоит прекрасно, — сказал он. — Кроме нас четверых, во всем лагере не осталось ни одного человека. До моей стоянки на Стюарте — сорок миль. Они вернутся не раньше, чем через пять-шесть дней. Но вам, Смок, надо поскорее улепетывать отсюда.</p>
       <p>Брэк достал охотничий нож, перерезал веревки, связывающие его друга, и взглянул на женщину.</p>
       <p>— Надеюсь, вы не протестуете? — сказал он с подчеркнутой вежливостью.</p>
       <p>— Если вы собираетесь стрелять, — сказал слепой, — переведите меня раньше в другую хижину.</p>
       <p>— Со мной вы можете не считаться, — сказала Люси. — Если я не гожусь на то, чтобы повесить человека, я не гожусь и на то, чтобы сторожить его.</p>
       <p>Смок встал, потирая затекшие руки.</p>
       <p>— Я уже все для вас приготовил, — сказал Брэк. — На десять дней продовольствия, одеяло, спички, табак, топор и ружье.</p>
       <p>— Бегите, — сказала Люси. — Держитесь холмов, незнакомец. Постарайтесь с божьей помощью перебраться через них как можно скорее.</p>
       <p>— Прежде чем ехать, я хочу поесть, — сказал Смок, — и поеду я не вверх по Мак-Квещену, а вниз. Я хотел бы, чтобы вы поехали со мной, Брэк. Мы должны найти настоящего убийцу.</p>
       <p>— Советую вам ехать вниз до Стюарта, а оттуда пробираться к Юкону, — возразил Брэк. — Когда эти головорезы вернутся, осмотрев мое гидравлическое сооружение, они будут злы, как волки.</p>
       <p>Смок улыбнулся и покачал головой.</p>
       <p>— Нет, Брэк, я не могу оставить эти места. Меня слишком многое здесь держит. Хотите верьте, хотите нет, но я должен вам сказать, что я нашел Нежданное озеро. Это золото я вывез оттуда. Кроме того, я хочу, чтобы мне вернули моих собак. Я знаю, что говорю: на той стороне реки прячется какой-то человек. Он выпустил в меня чуть ли не всю свою обойму.</p>
       <p>Спустя полчаса Смок, евший жареную оленину и пивший кофе, вдруг поставил на стол свою чашку и прислушался. Он первый услышал какие-то подозрительные звуки. Люси открыла дверь.</p>
       <p>— Здорово, Спайк. Здорово, Методи! — приветствовала она двух заиндевевших мужчин, склонившихся над чем-то лежащим на санях.</p>
       <p>— Мы вернулись с верхней стоянки, — сказал один из них. Они осторожно внесли какой-то длинный предмет, завернутый в меха. — Вот что мы нашли по дороге. Он, верно, уж совсем замерз.</p>
       <p>— Положите его на нары, — сказала Люси.</p>
       <p>Она наклонилась и откинула мех, открыв темное, местами обмороженное лицо, на котором выделялись большие черные немигающие глаза. Кожа туго обтягивала его.</p>
       <p>— Да ведь это Алонсо! — воскликнула она. — Несчастный, он умирает с голоду.</p>
       <p>— Вот он, человек с того берега, — вполголоса сказал Смок Брэку.</p>
       <p>— Когда мы нашли его, — говорил один из новоприбывших, — он ел сырую муку и мороженую свинину. Он набрел на тайник, который устроил, верно, Гардинг. Он бился и кричал в наших руках, как пойманный ястреб. Посмотрите на него. Он высох от голода и замерз. Того и гляди умрет.</p>
       <p>Через полчаса, когда лицо умершего снова покрыли мехом, Смок повернулся к Люси.</p>
       <p>— Если это вас не затруднит, миссис Пибоди, я бы попросил вас зажарить мне еще кусок оленины. Сделайте его потолще и не слишком прожаривайте.</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Гонки</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>— Так, так! Наряжаешься.</p>
       <p>Малыш с притворным неодобрением оглядывал товарища, а Смок сердился, тщетно стараясь расправить набегающие складки на только что надетых брюках.</p>
       <p>— Для брюк, сшитых на другого, они сидят вполне прилично, — продолжал Малыш. — Сколько ты дал за них?</p>
       <p>— Сто пятьдесят долларов за весь костюм, — сказал Смок. — Его бывший владелец был почти такого же роста, как я; мне казалось, что это замечательно дешево. Чего ты, собственно, пристал ко мне?</p>
       <p>— Кто? Я? Пустяки! Костюм сидит на тебе превосходно. Для такого любителя медвежатины, который прибыл в Доусон верхом на льдине, не имея ни крошки продовольствия, с единственной сменой белья, в истертых мокасинах, и штанах, явно побывавших в кораблекрушении, — это просто шикарный костюм. И до чего же он тебе к лицу! Скажи, пожалуйста…</p>
       <p>— Что тебе еще нужно? — раздраженно спросил Смок.</p>
       <p>— Как ее зовут?</p>
       <p>— Никак ее не зовут. Просто я приглашен на обед к полковнику Бови. А тебе, должно быть, завидно, что в такое почтенное общество приглашен я, а не ты.</p>
       <p>— А ты не опоздаешь? — забеспокоился Малыш.</p>
       <p>— Куда?</p>
       <p>— На обед. Пожалуй, как раз к ужину попадешь.</p>
       <p>Смок хотел было пуститься в объяснения, но заметил искорку насмешки в глазах Малыша. Он продолжал одеваться, но его пальцы потеряли былую гибкость, — вот почему он так неудачно завязал галстук под воротником своей бумажной сорочки.</p>
       <p>— Какая жалость, — издевался Малыш, — что все мои крахмальные сорочки в стирке. А то я мог бы одолжить тебе.</p>
       <p>Смок уже возился с башмаками. Шерстяные чулки были слишком толсты для них. Он умоляюще посмотрел на Малыша, но тот покачал головой.</p>
       <p>— Ничем не могу помочь. Даже если бы у меня были тонкие носки, я бы тебе не дал. Надень мокасины. Ты останешься без пальцев, если пойдешь в этих башмаках.</p>
       <p>— Я дал за них пятнадцать долларов, за подержанные, — простонал Смок.</p>
       <p>— Ручаюсь, что там все будут в мокасинах.</p>
       <p>— Малыш, ведь там дамы. Я буду сидеть за одним столом с настоящими живыми женщинами. С миссис Бови и многими другими.</p>
       <p>— Что ж, твои мокасины не испортят им аппетита. Не понимаю только одного: зачем ты понадобился полковнику?</p>
       <p>— Я и сам не знаю. Должно быть, он слышал, что я открыл Нежданное озеро. Чтобы осушить его, понадобится целое состояние, а Гуггенгеймы, видимо, ищут, куда бы вложить свои капиталы.</p>
       <p>— В таком случае иди в мокасинах. Слушай, пиджак-то узковат, очень уж талию облегает. Смотри, если дамы начнут там ронять на пол носовые платки, не поднимай их. Пусть себе лежат на полу, не обращай внимания…</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Полковник Бови, высокооплачиваемый специалист, представитель крупного торгового дома Гуггенгеймов, жил, как ему и подобало, в лучшем здании Доусона. Это двухэтажное бревенчатое здание было так огромно, что в нем была отдельная, настоящая гостиная, служившая только для приема гостей и больше ни для чего.</p>
       <p>Огромные медвежьи шкуры покрывали некрашеный дощатый пол этой гостиной, а стены были украшены рогами оленей и лосей. В камине и в большой, набитой дровами печке весело трещал огонь.</p>
       <p>Здесь Смок увидел сливки доусонского общества — не скороспелых миллионеров, а подлинный цвет золотопромышленного городка, население которого рекрутировалось со всех концов света. Тут были такие люди, как Уорбэртон Джонс, исследователь Арктики и литератор, капитан Консадайн из канадской конной полиции, Хаскелл — местный комиссар по золоту и барон фон Шредер, любимец кайзера <a l:href="#n_794" type="note">[794]</a> знаменитый международный дуэлянт.</p>
       <p>Здесь же, в бальном платье, предстала перед ним Джой Гастелл, которую Смок до сих пор встречал только на тропе, в мехах и мокасинах. За обедом он сидел рядом с ней.</p>
       <p>— Я чувствую себя, как рыба, вытащенная из воды, — признался он. — У вас у всех такой важный вид. Я никогда не предполагал, что в Клондайке существует восточная роскошь. Посмотрите хотя бы на фон Шредера! Ведь на нем настоящий смокинг! А Консадайн надел крахмальную рубашку. Правда, он все же в мокасинах. А как вы находите мою обмундировку?</p>
       <p>Он повел плечами, будто приглашая ее полюбоваться собой.</p>
       <p>— Вы как будто пополнели за последнее время! — со смехом сказала Джой.</p>
       <p>— Ошибаетесь, подумайте еще.</p>
       <p>— Это не ваш костюм.</p>
       <p>— Совершенно верно. Я купил его за большие деньги у конторщика Аляскинской компании.</p>
       <p>— Как жаль, что у конторщиков такие узкие плечи! — сказала девушка. — А как вам нравится моя обмундировка?</p>
       <p>— Я потрясен! — воскликнул Смок. — У меня не хватает слов! Я слишком долго был в походе. Ваш наряд ошеломил меня. Я совершенно позабыл, что у женщин есть руки и плечи. Завтра утром я, подобно моему другу Малышу, проснусь, и окажется, что это был только сон. Последний раз, когда я видел вас на ручье Индианки…</p>
       <p>— Там я сама была похожа на индианку, — вставила Джой.</p>
       <p>— Я не то хотел сказать. На ручье я открыл, что у вас есть ноги.</p>
       <p>— Я никогда не забуду, что обязана вам своим спасением, — сказала она. — С тех пор я все время хотела повидаться с вами, чтобы поблагодарить вас. (Смок умоляюще повел плечами.) И вот почему сегодня вечером вы здесь.</p>
       <p>— Это вы предложили полковнику пригласить меня?</p>
       <p>— Нет, не полковнику, а полковнице. Я же попросила ее посадить нас за столом рядом. Кстати, все увлеклись разговором. Слушайте меня и не перебивайте. Вы знаете ручей Моно?</p>
       <p>— Да.</p>
       <p>— Как оказалось, это необычайно богатое место. Каждая заявка там стоит миллион долларов и выше. Разобрали эти заявки только на днях.</p>
       <p>— Я помню нашествие на этот ручей.</p>
       <p>— Словом, весь ручей и его притоки теперь покрыты заявочными столбами. Но вдруг выяснилось, что участок номер три, ниже «Находки», никем не занят. Ручей так далеко от Доусона, что комиссар предоставил шести-, десятидневный срок для регистрации после фактической заявки, и все заявки, за исключением третьего номера, были в свое время зарегистрированы. Заявочные столбы на участке номер три поставил Сайрус Джонсон. Но он исчез. Умер ли он, пошел ли вниз или вверх по реке — никто не знает. Через шесть дней истекает срок подачи заявления. Человек, который поставит там столбы и первый зарегистрируется в Доусоне, получит этот участок.</p>
       <p>— Миллион долларов! — пробормотал Смок.</p>
       <p>— Гилкрайст, которому принадлежит соседний участок, промыв один лоток, получил золота на шестьсот долларов. А участки рядом еще богаче.</p>
       <p>— Но почему же никто об этом не знает? — скептически спросил Смок.</p>
       <p>— Скоро узнают все. Это долго держали в тайне, но весть уже просочилась наружу. Хорошая собачья упряжка через двадцать четыре часа будет продаваться за сумасшедшие деньги. Как только кончится обед, вы отправитесь в дорогу. Сделайте это как можно тактичнее. Я все устроила. Придет индеец и принесет вам письмо. Вы прочтете письмо, притворитесь, что весьма озабочены, извинитесь и уйдете.</p>
       <p>— Нет… Я не хочу расстаться с вами так скоро…</p>
       <p>— Глупости! — шепотом воскликнула она. — Вы должны выехать сегодня же ночью. Надо достать собак. Я знаю две подходящие упряжки. Одна у Гансона — семь большущих собак с Гудзонова залива. Он просит по четыреста долларов за каждую. Сегодня это дорого, но завтра будет дешевкой. Затем у Ситки Чарли есть восемь мейлемьтов, за которых он просит три тысячи пятьсот. Завтра он рассмеется, если ему предложат пять тысяч. У вас тоже есть собаки. Но не мешает скупить за ночь все лучшие упряжки. Вам предстоит путь в сто десять миль, и собак надо будет менять возможно чаще.</p>
       <p>— Я вижу, вы хотите, чтобы я во что бы то ни стало принял участие в этой гонке.</p>
       <p>— Если у вас нет денег на собак, то я… Смок не дал ей договорить.</p>
       <p>— Собак я могу купить сам. Но не думаете ли вы, что это азартная игра?</p>
       <p>— После ваших подвигов на рулетке в «Оленьем Роге» я знаю, что она вас не испугает. Смотрите на это, как на спорт. Гонка на приз в миллион долларов. Вам придется состязаться с лучшими здешними гонщиками. Они еще не вступили в игру, но через сутки вступят, и собаки невероятно подымутся в цене. Толстяк Олаф в городе. Он — самый опасный ваш соперник. Аризона Билл тоже примет участие. Это профессиональный перевозчик грузов и почты. Все внимание будет сосредоточено на нем и на Толстяке Олафе.</p>
       <p>— И вы хотите, чтобы я выступил в роли темной лошадки?</p>
       <p>— Конечно. В этом и заключается ваше преимущество. С вами не будут серьезно считаться. Ведь вас до сих пор считают за чечако. Вы еще и года здесь не живете. Если вы не обгоните всех на обратном пути, никто вас и не заметит.</p>
       <p>— Значит, темной лошадке придется показать свой класс на финише? — сказал Смок.</p>
       <p>Она утвердительно кивнула головой.</p>
       <p>— Если вы не выиграете заявки на Моно, я никогда не прощу себе того, что я сделала с вами там, на ручье Индианки. И помните, вы единственный человек, который может оспаривать эту победу у наших старожилов.</p>
       <p>Самое главное заключалось в том, как она это сказала. Смоку стало жарко. Сердце его забилось. Он кинул на нее вопросительный взгляд, невольный и значительный, и в ее глазах, на мгновение встретившихся с его глазами, прочел нечто гораздо более важное, чем весть об участке, который Сайрус Джонсон не успел зарегистрировать.</p>
       <p>— Я приму участие в этом состязании, — сказал он. — И добьюсь победы.</p>
       <p>Счастливый свет в ее глазах, казалось, обещал ему большую награду, чем все золото участка на ручье Моно. Он почувствовал, что ее рука, лежавшая у нее на коленях, ищет его руку. Под покровом скатерти он протянул свою навстречу и испытал крепкое пожатие девичьих пальцев. Ему снова стало жарко.</p>
       <p>«Что скажет Малыш?» — неожиданно для себя подумал Смок, выпустив ее руку. Он уже почти ревниво смотрел на фон Шредера и Джонсона. Неужели они не замечают необыкновенной прелести этой девушки?</p>
       <p>— Аризона Билл — белый индеец, — продолжала она. — А Толстяк Олаф — охотник на медведей, король снегов, могучий дикарь. Он выносливее любого индейца и никогда не знал другой жизни, кроме жизни в морозной пустыне.</p>
       <p>— О ком вы говорите? — спросил через стол капитан Консадайн.</p>
       <p>— О Толстяке Олафе, — ответила она. — Я рассказывала мистеру Беллью, какой он замечательный ездок.</p>
       <p>— Вы правы, — ответил капитан. — Толстяк Олаф — лучший ездок на Юконе. В тысяча восемьсот девяносто пятом году он провез правительственные депеши после того, как два курьера замерзли на Чилкуте, а третий у Тридцатой Мили провалился в полынью.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Смок ехал к ручью Моно не торопясь. Он боялся утомить своих собак до главной гонки. Он изучал тропу и отмечал места, где ему придется менять собак. В этом состязании приняло участие столько людей, что все пространство в сто десять миль было похоже на один сплошной поселок. По всему пути были расставлены собачьи подставы для смены упряжек. Фон Шредер, принявший участие в состязании исключительно из спортивных видов, имел одиннадцать упряжек, то есть мог менять собак каждые десять миль. Аризона Билл удовлетворился восемью упряжками. У Толстяка Олафа было семь упряжек — столько же, сколько у Смока. Кроме них, в состязании принимало участие свыше сорока человек. Гонки с призом в миллион долларов даже на золотоносном Севере случаются не каждый день. Цены на собак удвоились и даже учетверились.</p>
       <p>Участок номер три ниже «Находки» находился в десяти милях от устья Моно. Остальные сто миль надо было проехать по ледяной груди Юкона. На третьем номере было пятьдесят палаток и триста собак. Заявочные столбы, поставленные Сайрусом Джонсоном два месяца назад, все еще стояли на своих местах, и каждый участник состязания десятки раз обходил участок номер три. Дело в том, что скачке на собаках предшествовала скачка с препятствиями — пешком. Ведь каждый должен был поставить сам свои заявочные столбы — два центральных и четыре боковых. Для этого надо было дважды пересечь речку и только тогда уже можно было гнать своих собак в Доусон.</p>
       <p>Было постановлено, что участок откроется для новой заявки ровно в двенадцать часов ночи, в пятницу. До тех пор никто не имел права ставить столбы. Таково было распоряжение комиссара, и, чтобы оно выполнялось, капитан Консадайн отрядил сюда отряд конной полиции. Возникла дискуссия, правильны ли часы у полиции, и капитан Консадайн во избежание споров решил, что время должен установить по своим часам лейтенант Поллок.</p>
       <p>Тропа вдоль Моно имела неполных два фута ширины и напоминала желоб, так как по обеим сторонам ее возвышались огромные сугробы. Всех озадачивал вопрос, как по такому узкому пути смогут проехать сорок нарт и триста собак.</p>
       <p>— Ну, и давка же будет, — говорил Малыш. — Тебе, Смок, придется пробиваться силой. Если бы вся поверхность речки была как каток, и то на ней не разъехались бы и десять упряжек. Все смешается в одну непролазную кучу прежде, чем тронутся в путь. Если кто-нибудь загородит тебе дорогу, дай мне расправиться с ним.</p>
       <p>Смок пожал плечами и уклончиво улыбнулся.</p>
       <p>— Ты не должен заниматься такими пустяками! — встревоженно закричал Малыш. — Ведь нельзя же с больной рукой погонять собак сто миль, а ты непременно повредишь сустав, если вздумаешь разбить кому-нибудь морду.</p>
       <p>Смок кивнул головой.</p>
       <p>— Ты прав, Малыш, я не имею права рисковать.</p>
       <p>— Первые десять миль собак буду гнать я, — продолжал Малыш. — А ты в это время постарайся сохранять полное спокойствие. Я довезу тебя до Юкона. А дальше собак будешь гнать ты сам. Знаешь, что придумал Шредер? Он поставил свою первую упряжку за четверть мили вниз по ручью и узнает ее по зеленому фонарю. Мы устроимся не хуже его. Но только во всех случаях я сторонник красного цвета.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>День был ясный и морозный, но к вечеру небо заволокли облака, и ночь пришла темная и теплая. Ждали близкого снегопада. Термометр показывал пятнадцать градусов ниже нуля, а для Клондайка зимой это очень тепло.</p>
       <p>За несколько минут до полуночи Смок оставил Малыша с собаками в пятистах ярдах вниз по ручью и присоединился к золотоискателям, столпившимся на участке номер три. У старта собралось сорок пять человек, жаждущих получить миллион, который Сайрус Джонсон оставил в промерзшей земле. Каждый золотоискатель, одетый в просторную парку из грубого тика, тащил на себе шесть кольев и большой деревянный молоток.</p>
       <p>Лейтенант Поллок, сидевший возле костра в широкой медвежьей дохе, смотрел на часы. До полуночи оставалась одна минута.</p>
       <p>— Готовьтесь! — сказал он, поднимая в правой руке револьвер, а в левой часы.</p>
       <p>Сорок пять капюшонов было откинуто назад, сорок пять пар рукавиц было снято, сорок пять пар ног, обутых в мокасины, уперлось в утоптанный снег. Сорок пять кольев опустились в снег, и сорок пять молотков взвилось в воздух.</p>
       <p>Раздался выстрел, и молотки ударили. Сайрус Джонсон потерял свои права на миллион. Во избежание давки лейтенант Поллок распорядился, чтобы первым забивался нижний центральный столб, вторым — юго-восточный, затем остальные три угловые столба и, наконец, верхний центральный.</p>
       <p>Смок вбил свой кол и в числе первого десятка двинулся дальше. По углам участка горели костры, возле костров стояли полисмены. У полисменов были списки участников состязания, и они вычеркивали имена тех, кто пробегал мимо. Каждый должен был назвать свою фамилию и показаться полисмену. Это было устроено для того, чтобы избежать подставных лиц, которые могли вбивать столбы, в то время как настоящий хозяин уже мчался вниз по реке на регистрацию.</p>
       <p>В первом углу Смок и фон Шредер поставили свои столбы в одно время. Пока они стучали молотками, их окружила толпа переругивающихся людей. Пробившись сквозь толчею и назвав полисмену свое имя, Смок увидел, как барон столкнулся с кем-то и, сбитый с ног, полетел в сугроб. Но Смок не стал ждать. Впереди него были еще другие. При свете костра он увидел перед собой широкую спину Толстяка Олафа. На юго-западном углу он и Толстяк Олаф вбили свои колья рядом.</p>
       <p>Не легка была эта предварительная гонка с препятствиями. Участок в милю длиной был усеян покрытыми снегом кочками. Все спотыкались и падали. Смок тоже несколько раз скатывался вниз на четвереньках. Толстяк Олаф растянулся прямо перед ним и сбил его с ног.</p>
       <p>Верхний центральный столб нужно было поставить на откосе противоположного берега; люди спустились с откоса, перебежали через речку по льду и начали взбираться на противоположный откос. Смок взбирался на крутой берег, когда вдруг чья-то рука схватила его за ногу и потащила вниз. Смок не мог разобрать при мигающем свете отдаленного костра, кто сыграл над ним эту шутку. Но, к несчастью для себя, мошенник попробовал проделать то же самое с Аризоной Биллом. Аризона встал и изо всей силы ударил его кулаком по лицу. Смок попробовал подняться, но вдруг тоже получил удар по лицу и едва не лишился сознания. Ему все же удалось встать на ноги. Он уже приготовился было нанести ответный удар, но вспомнил советы Малыша и удержался. Тут чье-то тело, как метательный снаряд, ударило его по ногам, и он снова покатился вниз.</p>
       <p>Все это было словно прелюдией к тому, что потом творилось возле нарт. Люди скатывались с откоса и смешивались в кучу. Они старались вскарабкаться на противоположный откос, но нетерпеливые соперники стаскивали их вниз. Удары сыпались направо и налево, в воздухе стон стоял от ругани. Смок, вспоминая лицо Джой Гастелл, думал только о том, чтобы дерущиеся не вздумали пустить в ход деревянные молотки. Его несколько раз сбивали с ног, несколько раз он терял и снова находил свои колья. Наконец он выкарабкался из гущи человеческих тел и стал подниматься на берег подальше в сторонке. Многие конкуренты успели опередить его, и Смок поздравлял себя с тем, что в этой гонке на северо-западный угол участка он может укрыться за чьими-то спинами.</p>
       <p>По дороге к четвертому углу он снова упал и потерял свой последний кол. Целых пять минут он искал его в темноте, и все время мимо него пробегали запыхавшиеся люди. От последнего угла он начал и сам перегонять людей, для которых такая гонка на расстоянии мили была не по силам.</p>
       <p>У старта творилось нечто невообразимое. Нарты переворачивались, собаки бросались друг на дружку. Среди псов суетились люди и колотили сцепившихся животных дубинками. Увидев мельком это зрелище, Смок подумал, что даже на гравюрах Доре <a l:href="#n_795" type="note">[795]</a> он не встречал ничего подобного.</p>
       <p>Выбравшись на укатанную тропу ниже этой свалки, Смок пошел быстрее. Здесь на утоптанных стоянках по сторонам узкой тропы люди и нарты поджидали отставших гонщиков. Внезапно сзади донесся шум полозьев и визг собак, и Смок едва успел отскочить в глубокий снег. Нарты вихрем пронеслись мимо, и Смок увидел в них человека, стоявшего на коленях и дико кричавшего. Но уже через мгновение нарты эти остановились. Смок услышал шум битвы. На одной из стоянок разъяренные псы, почуяв пробегавших мимо собак, вырвались из рук погонщика и набросились на них.</p>
       <p>Смок осторожно обошел сцепившихся псов. Он увидел зеленый фонарь фон Шредера и рядом красный огонек своей собственной упряжки. Двое погонщиков с короткими дубинками охраняли собак Шредера.</p>
       <p>— Смок, сюда! — услышал он еще издали встревоженный голос Малыша.</p>
       <p>— Иду! — закричал он.</p>
       <p>При свете красного фонаря он увидел, что снег вокруг нарт смят и утоптан, а по тяжелому дыханию товарища понял, что здесь была драка. Он бросился к нартам и с разбега вскочил в них. Малыш поднял бич.</p>
       <p>— Вперед, черти, вперед! — завыл он.</p>
       <p>Собаки налегли на грудные ремни и вынесли нарты на дорогу. Это были крупные звери — Гансонова премированная упряжка гудзоновцев, — и Смок назначил их для первого перегона: десять миль от речки до Юкона, трудный пробег по голому льду возле устья и десять миль вниз по Юкону.</p>
       <p>— Сколько человек впереди нас? — спросил Смок.</p>
       <p>— Закрой рот и береги дыхание! — ответил Малыш. — Эй вы, зверюги! Вперед! Вперед!</p>
       <p>Он бежал за нартами, держась за короткую веревку. Смок не мог видеть его, как не мог видеть и нарт, в которых лежал, вытянувшись во весь рост. Огни остались позади, и они мчались сквозь стену непроглядного мрака со всей скоростью, на какую собаки были способны. Этот мрак был какой-то обволакивающий; он казался плотным, почти осязаемым.</p>
       <p>Смок почувствовал, как нарты, делая невидимый поворот, наехали на что-то и качнулись. Он услышал впереди ожесточенный лай и отчаянную брань. Впоследствии это называли «свалкой Барнса — Слокума». Упряжки Барнса и Слокума налетели одна на другую, ив эту кучу врезались сейчас семь огромных псов Смока. Возбуждение этой ночи на Моно довело этих полуприрученных волков до исступления. Клондайкских собак, которыми правят без вожжей, останавливают обычно только окриком, и сейчас не было никакой возможности прекратить побоище, завязавшееся на узкой дороге. А сзади налетали все новые нарты, увеличивая свалку. На людей, которым уже почти удалось распутать свои упряжки, катилась лавина новых собак, хорошо накормленных, отдохнувших и рвавшихся в бой.</p>
       <p>— Мы должны во что бы то ни стало прорваться вперед! — заревел Малыш на ухо Смоку. — Береги руки и положись на меня.</p>
       <p>Как они вырвались из этого водоворота, Смок почти не мог вспомнить. Чей-то кулак двинул его по челюсти, чья-то дубина стукнула по плечу. Собачий клык вонзился ему в ногу, и он почувствовал, как в мокасин стекает теплая кровь. Оба рукава его парки были изодраны в клочья. Наконец шум свалки оказался позади. Словно во сне, Смок помогал Малышу перепрячь собак. Одна из собак издохла, они обрезали постромки и в темноте ощупью починили поврежденную упряжь.</p>
       <p>— А теперь, Смок, ложись на нарты и отдышись, — сказал Малыш.</p>
       <p>И собаки во всю прыть понеслись в темноту, вниз по Моно, пересекли широкую равнину и выбежали на Юкон. Здесь, при слиянии речонки с великой рекой, у поворота на широкий санный путь, кто-то разжег костер, и у этого костра Малыш расстался со Смоком. При свете костра, когда нарты понеслись, увлекаемые мчавшимися собаками, Смок запечатлел в своей памяти еще одну из незабываемых картин Севера. Это был Малыш, который шел, качаясь, проваливаясь в глубокий снег, и бодро давал свои последние наставления, хотя один глаз у него почернел и закрылся, пальцы были разбиты, а из руки, изодранной выше локтя собачьими клыками, лилась кровь.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>— Сколько нарт впереди? — спросил Смок, сменяя на первой остановке своих утомленных гудзоновцев и вскакивая на поджидавшие его новые нарты.</p>
       <p>— Одиннадцать! — крикнул ему вслед человек, стороживший собак.</p>
       <p>Эта упряжка должна была сделать пятнадцать миль и довезти его до устья Белой реки. Это была самая слабая его упряжка, хотя в нее входило девять собак. Двадцать пять миль, загроможденных торосами, между Белой рекой и Шестидесятой Милей, он разбил на два перегона и поставил на них две свои лучшие упряжки.</p>
       <p>Смок лежал на нартах ничком, вытянувшись во всю длину, и держался обеими руками. Едва собаки замедляли бег, он вскакивал на колени и, оглушительно крича, хлестал их бичом. Как ни слаба была эта упряжка, он все же обогнал на ней двух соперников. Вот наконец и Белая. Здесь во время ледостава торосы образовали барьер, отгородивший полынью длиной в целую милю; теперь полынья замерзла и была покрыта гладким льдом. Эта ровная поверхность давала возможность состязающимся менять собак на ходу, и здесь вдоль всего пути стояли наготове свежие собачьи подставы.</p>
       <p>Миновав барьер и выскочив на гладкий лед, Смок полетел во весь опор и громко крикнул:</p>
       <p>— Билли! Билли!</p>
       <p>Билли услышал и отозвался, и при свете многочисленных костров на льду Смок увидел нарты, которые вынырнули откуда-то сбоку и понеслись за ним вдогонку. Собаки были свежие и догнали его. Когда нарты с ним поравнялись, Смок перепрыгнул в них, а Билли перепрыгнул в его нарты и отъехал прочь.</p>
       <p>— Где Толстяк Олаф? — закричал Смок.</p>
       <p>— Первым идет! — ответил Билли, и костры остались позади, а Смок снова мчался сквозь стену непроглядного мрака.</p>
       <p>На этом трудном перегоне, среди хаоса торчащих кверху торосов, Смок, соскочив с нарт и тщательно управляя своим вожаком, обогнал еще троих соперников. Здесь, в темноте, среди льдин, то и дело происходили катастрофы, и Смок слышал, как обрезали постромки с погибших собак и чинили упряжь.</p>
       <p>На следующем перегоне, коротком, но, пожалуй, самом трудном, ведущем к Шестидесятой Миле, он обогнал еще двоих. И словно для того, чтобы ему понятна стала их судьба, одна из его собак вывихнула себе плечо и запуталась в сбруе. Передовые собаки, озлобленные такой неудачей, бросились на пострадавшую товарку, и Смоку пришлось пустить в ход тяжелую рукоять своего бича.</p>
       <p>В то время как Смок удалял из упряжки раненую собаку, он услышал за собой собачий лай и человеческий голос, который показался ему знакомым. Это был фон Шредер. Смок закричал, чтобы предотвратить столкновение. Барон, гикнув на своих собак и налегая на поворотный шест, объехал Смока на расстоянии каких-нибудь двенадцати футов. Было так темно, что Смок, слыша его окрик над самым ухом, ничего не мог разглядеть.</p>
       <p>Близ фактории на Шестидесятой Миле, на ровном льду, Смок обогнал еще две упряжки. Здесь все только что переменили собак и поэтому ехали почти рядом, стоя в нартах на коленях, размахивая бичами и крича на обезумевших псов. Но Смок хорошо изучил этот участок пути и знал, что сейчас возле вон той сосны, озаренной кострами, дорога круто повернет и превратится в узкую тропу. Дальше нарты смогут ехать только гуськом.</p>
       <p>Нагнувшись вперед, Смок ухватился за веревку и подтянул нарты к своему кореннику. Потом поймал его за задние лапы и опрокинул на спину. Собака, рыча от бешенства, пыталась вонзить в него клыки, но остальные собаки уволокли ее за собой. Ее тело сыграло роль тормоза, и две другие упряжки, шедшие со Смоком наравне, обогнав его, ринулись в темноту узкого прохода.</p>
       <p>Впереди раздался грохот. Это столкнулись две упряжки. Смок выпустил из рук лапы коренника, бросился к шесту, круто повернул и погнал собак прямо через непримятый снег. Это было убийственно трудно, псы увязали в снегу по уши, но зато ему удалось вырваться на укатанную дорогу, оставив позади две пары столкнувшихся нарт.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VI</p>
       </title>
       <p>Перегон после Шестидесятой Мили имел всего пятнадцать миль, и Смок оставил для него неважную упряжку. Лучших псов он приберег для двух последних перегонов. Они домчат его до конторы инспектора в Доусоне. Сам Ситка Чарли поджидал Смока со своими восемью мейлемьтами, которые должны были перебросить его на двадцать миль вперед. А для финиша — пробег в пятнадцать миль — он назначил свою собственную упряжку, ту самую, на которой он добрался до Нежданного озера.</p>
       <p>На этом перегоне ему не удалось перегнать ни одной из трех упряжек, что шли впереди. Но и те гонщики, нарты которых сбились в кучу у Шестидесятой Мили, не догнали его. Собаки весело и дружно бежали вперед, подчиняясь малейшему окрику, и управлять ими было легко. Смок лежал ничком, крепко держась за передок. То полный мрак окружал его, то вспыхивал свет костров, возле которых грелись собаки и закутанные в меха люди поджидали своих утомленных хозяев. Он покрывал милю за милей, не слыша ничего, кроме однообразного визга нарт. Нарты то кренились набок, то подскакивали в воздух, налетев на ледяной бугор, то раскатывались на поворотах, но Смока не так-то легко было вытряхнуть в снег. Привычка позволяла ему держаться в нартах без всякого усилия воли, почти машинально.</p>
       <p>По временам он забывался, и три лица вставали тогда перед ним без всякой видимой связи: лицо Джой Гастелл, смеющееся и отважное, лицо Малыша, осунувшееся и постаревшее во время гонки по ручью Моно, и лицо Джона Беллью, суровое и непреклонное, как бы выкованное из стали.</p>
       <p>Ему хотелось петь и кричать, когда он вспоминал редакцию «Волны», серию рассказов, которую ему так и не удалось окончить, и всю прочую канитель своей прежней бессмысленной жизни.</p>
       <p>Уже забрезжил рассвет, когда он сменил утомленных собак на восьмерку свежих мейлемьтов. Эти легконогие выносливые псы могли бежать быстрее тяжеловесных гудзоновцев и были неутомимы, как настоящие волки. Ситка Чарли назвал Смоку всех его конкурентов, шедших впереди. Первым несся Толстяк Олаф, вторым Аризона Билл и третьим фон Шредер. Это были три лучших гонщика страны. Еще до отъезда Смока весь Доусон держал на них пари, называя их именно в этом порядке. Они оспаривали друг у друга миллион, а поставленные на них суммы в целом достигали полумиллиона. Но ни один человек не поставил на Смока. Несмотря на свои всем известные подвиги, он все еще считался чечако, которому предстоит учиться и учиться.</p>
       <p>Когда совсем рассвело, Смок заметил перед собой нарты и через полчаса нагнал их. Ездок оглянулся, и Смок поздоровался с ним. Это был Аризона Билл. Очевидно, фон Шредер опередил его. Дорога была так узка, что целых полчаса Смок не мог обскакать его и мчался за ним следом. Но наконец, обогнув огромную ледяную глыбу, они выехали на широкую гладкую дорогу, где стояло много собачьих подстав и снег был хорошо утоптан. Смок вскочил на колени, взмахнул бичом, закричал на собак и полетел рядом с Аризоной Биллом. Тут только он заметил, что правая рука соперника безжизненно повисла и тот вынужден править левой рукой. Это было страшно неудобно, — бедный Билл не мог держаться левой рукой, и все же ему приходилось бросать бич и хвататься за передок нарт, чтобы не вылететь из них. Смок вспомнил драку на участке номер три и все понял. Прав был Малыш, советуя ему избегать потасовок.</p>
       <p>— Что случилось? — спросил Смок, обгоняя Билла.</p>
       <p>— Не знаю. Должно быть, мне вывихнули плечо в драке.</p>
       <p>Он отставал медленно, но все же в конце концов отстал на целых полмили. Перед Смоком, почти рядом, шли Толстяк Олаф и фон Шредер. Снова Смок поднялся на колени и выжал из своих замученных собак такую скорость, какую способен выжать только человек, обладающий чутьем настоящего собачьего погонщика. Он подъехал вплотную к задку нарт фон Шредера, и в таком порядке три упряжки выехали на просторную гладь перед торосами, где их ждали люди и свежие собаки. До Доусона оставалось всего пятнадцать миль.</p>
       <p>Фон Шредер, разбивший весь путь на десятимильные перегоны, должен был сменить собак через пять миль. Он продолжал гнать своих псов полным ходом. Толстяк Олаф и Смок на лету сменили свои упряжки, и крепкие свежие псы живо догнали ушедшего было вперед барона. Впереди мчался Толстяк Олаф, за ним по узкому следу несся Смок.</p>
       <p>— Хорошо, но бывает лучше, — перефразировал Смок выражение Спенсера.</p>
       <p>Фон Шредера, теперь отставшего, он не боялся, но впереди шел лучший гонщик страны. Перегнать его казалось невозможным. Много раз Смок заставлял своего вожака сворачивать, чтобы объехать Олафа, но тот неизменно загораживал ему дорогу и уходил вперед. Впрочем, Смок не терял надежды. Никто не проиграл, пока никто не выиграл; впереди еще пятнадцать миль, и мало ли что может случиться.</p>
       <p>И действительно, в трех милях от Доусона кое-что случилось. К удивлению Смока, Толстяк Олаф вдруг вскочил на ноги и, отчаянно ругаясь, принялся бешено стегать своих собак. К такому крайнему средству можно прибегать в ста ярдах от финиша, но не в трех милях. Что за беспощадное избиение! Это значит губить собак, подумал Смок. Его собственная упряжка полностью оправдала его надежды. На всем Юконе не было собак, которых заставляли бы больше работать, и тем не менее они находились в отличном состоянии. А все благодаря тому, что Смок был неразлучен со своими собаками, ел и спал с ними, знал характер каждого пса в отдельности, умел воздействовать на их разум и заставлял охотно служить себе.</p>
       <p>Они проскочили через небольшой торос и снова понеслись по гладкой поверхности. Толстяк Олаф был всего в каких-нибудь пятидесяти футах впереди. Вдруг сбоку выскочили какие-то нарты. Смок все понял. Толстяк Олаф приготовил себе упряжку на смену перед самым Доусоном. Он гнал своих собак для того, чтобы не дать Смоку опередить себя во время смены упряжек. Эта свежая подстава перед самым домом была неожиданностью для всех, сюрпризом, который он тщательно подготовил и держал в строжайшей тайне. Даже большинство его помощников ничего не знало о ней.</p>
       <p>Смок бешено погнал свою свору, и ему удалось покрыть те пятьдесят футов, которые отделяли его от соперника. Теперь его вожак поравнялся с коренником Олафа. По другую сторону неслись нарты, предназначенные для смены. При такой сумасшедшей скорости Толстяк Олаф не решался перескочить на ходу. Если он промахнется и упадет, Смок выиграет состязание.</p>
       <p>Толстяк Олаф все еще держался впереди, с необычайным искусством управляя собаками. Но головной пес Смока по-прежнему бежал рядом с его коренником.</p>
       <p>Полмили все трое нарт мчались рядом. И только когда ровная дорога подходила к концу, Толстяк Олаф решился наконец на прыжок. Улучив минуту, когда несущиеся нарты почти сомкнулись, он прыгнул, мгновенно опустился на колени, взмахнул бичом, гикнул и погнал свою свежую упряжку. Дальше дорога была так узка, что Смок на время принужден был отказаться от попыток обогнать своего соперника. Но расстояние между ними было не больше одного ярда.</p>
       <p>«Человек не побежден, пока его не победят», — говорил себе Смок. Как Толстяк Олаф ни гнал собак, он не мог оторваться от своего преследователя. Ни одна из тех упряжек, которые мчали Смока этой ночью, не могла бы выдержать такой убийственной гонки и соперничать со свежими собаками — ни одна, кроме его собственной. Но и эти выдерживали гонку с трудом, и, огибая утес возле Клондайк-сити, Смок чувствовал, что они выбиваются из последних сил. Мало-помалу они стали отставать, и Толстяк Олаф фут за футом уходил вперед, пока не оторвался от Смока на целых двадцать ярдов.</p>
       <p>Жители Клондайк-сити, вышедшие на лед, восторженно кричали. Здесь Клондайк впадал в Юкон, а в полумиле дальше, на северном берегу, стоял Доусон. Снова раздались бешеные крики, и вдруг Смок, скосив глаза, увидел подъезжающие к нему нарты. Он сразу узнал запряженных в них собак. Это были псы Джой Гастелл. И сама Джой Гастелл погоняла их. Капюшон ее беличьей парки был откинут, и овал ее лица выделялся, словно камея, на фоне темной массы волос. Она скинула рукавицы и в одной руке держала бич, а другой ухватилась за нарты.</p>
       <p>— Прыгайте! — крикнула она Смоку, когда их нарты поравнялись.</p>
       <p>Смок прыгнул и очутился позади нее. От тяжести его тела нарты накренились, но девушка удержалась на коленях.</p>
       <p>— Гей, гей, поддай! Живо! — кричала она, и собаки завыли, изо всех сил стремясь перегнать Толстяка Олафа.</p>
       <p>И когда ее вожак поравнялся с нартами Толстяка Олафа и ярд за ярдом стал выдвигаться вперед, огромная толпа народа на доусонском берегу окончательно обезумела. Толпа и в самом деле была огромная, потому что все золотоискатели на своих речонках побросали кирки и явились сюда, чтобы посмотреть на исход состязания. Конец пробега в сто десять миль — достаточная причина для любых безумств.</p>
       <p>— Как только вы его перегоните, я соскочу с нарт! — крикнула Джой через плечо.</p>
       <p>Смок попытался протестовать, но безуспешно.</p>
       <p>— Не забудьте, что на береговом откосе крутой поворот, — предупредила она.</p>
       <p>Обе упряжки бежали рядом. В продолжение минуты Толстяку Олафу с помощью бича и криков удавалось удерживать равновесие. Но вот вожак Джой стал выбираться вперед.</p>
       <p>— Возьмите бич, — крикнула девушка, — я сейчас спрыгну!</p>
       <p>Он уже протянул руку, чтобы взять бич, как вдруг услышал предостерегающий окрик Толстяка Олафа. Но было уже поздно. Передовой пес Олафа, разъяренный тем, что его обгоняют, кинулся в атаку. Он вонзил клыки в бок вожака Джой. Все собаки обеих соперничающих свор вцепились в глотки друг дружке. Нарты наехали на дерущихся собак и опрокинулись. Смок вскочил на ноги и стал поднимать Джой. Но она оттолкнула его, крикнув:</p>
       <p>— Бегите!</p>
       <p>Толстяк Олаф, не теряя надежды на победу, успел убежать футов на пятьдесят вперед. Смок догнал его уже на берегу Доусона. Но на подъеме Толстяк Олаф собрал все свои силы и опять ушел футов на двенадцать вперед.</p>
       <p>До конторы инспектора оставалось пять кварталов.</p>
       <p>Улица была полна зрителей. Все высыпали на улицу, как на парад. Смоку нелегко было догнать своего рослого соперника, но все же он в конце концов догнал его. Но перегнать не мог. Бог о бок бежали они по узкому проходу в толпе одетых в меха, кричащих людей. То Смок, то Олаф судорожным прыжком выдвигался вперед на какой-нибудь дюйм лишь для того, чтобы сейчас же потерять его.</p>
       <p>Если раньше они загоняли до полусмерти своих собак, то теперь они загоняли самих себя. Но ведь их ждал миллион и величайшие почести, какие только возможны в стране Юкона. «Откуда на Клондайке столько народу?» — думал Смок. Это было единственное впечатление от внешнего мира, доходившее до его сознания. Он впервые видел все население края сразу.</p>
       <p>Смок снова начал отставать. Сердце его разрывалось, ног он не чувствовал и, казалось, продолжал бежать помимо своей воли. И помимо своей воли он ценой невероятного усилия опять оказался рядом со своим огромным соперником.</p>
       <p>Вот уже и открытая дверь заявочной конторы. Оба сделали последнюю напрасную попытку опередить друг друга. Бок о бок они ввалились в дверь, столкнулись и рухнули на пол конторы.</p>
       <p>Им помогли сесть, но встать они были не в силах. Толстяк Олаф задыхался, обливался потом, махал руками и тщетно пытался что-то сказать. Затем он протянул руку, Смок взял ее, и они обменялись крепким рукопожатием.</p>
       <p>— Вот это гонка! — как сквозь сон, услышал Смок голос инспектора, показавшийся ему далеким и слабым. — Вы оба выиграли. Вам придется делить между собой заявку. Вы — компаньоны.</p>
       <p>Их руки поднялись вверх, потом опустились — в знак того, что это решение утверждено. Толстяк Олаф качал головой, задыхаясь. Наконец ему удалось заговорить.</p>
       <p>— Проклятый вы чечако! — выговорил он, но выговорил с восхищением в голосе. — Как это вам удалось — не знаю, но вам удалось!</p>
       <p>Контора была переполнена, за дверьми на улице шумела толпа. Смок и Толстяк Олаф помогли друг другу подняться. Ноги едва держали Смока, он шатался, как пьяный. Толстяк Олаф, спотыкаясь, шагнул к нему.</p>
       <p>— Мне ужасно досадно, что мои собаки напали на ваших!</p>
       <p>— Что с ними поделаешь! — ответил Смок. — Я слышал, как вы кричали на них.</p>
       <p>— Скажите, — сверкая глазами, вдруг сказал Толстяк Олаф, — ведь эта девушка — дьявольски славная девушка, а?</p>
       <p>— Да, дьявольски славная девушка, — согласился Смок.</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Смок и Малыш</p>
      <empty-line/>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>Маленький Карсон</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>— Экий ты упрямец, — ворчал Малыш. — Боюсь я этого ледника. В одиночку его никто на свете не одолеет.</p>
       <p>Смок весело засмеялся и смерил взглядом небольшой сверкающий ледник в дальнем конце долины.</p>
       <p>— Сейчас уже август, — возразил он, — два месяца, как день пошел на убыль. Ты разбираешься в кварце, а я нет. Вот ты и поищи главную жилу, а я пошел добывать еду. Ну, до скорого. Вернусь завтра к вечеру.</p>
       <p>И он зашагал прочь.</p>
       <p>— Чует мое сердце, что это добром не кончится! — жалобно крикнул вслед Малыш.</p>
       <p>Но Смок только расхохотался в ответ. Он шагал по узкой долине, изредка утирая пот со лба. Ноги его мяли спелую горную малину и хрупкие листья папоротника, что росли тут же, по соседству с островками льда, лежавшего всюду, куда не проникали солнечные лучи.</p>
       <p>Ранней весною они с Малышом поднялись по реке Стюарт и углубились в хаос гор и ущелий, среди которых затерялось Нежданное озеро. Всю весну и половину лета они проблуждали понапрасну и совсем было повернули обратно, как вдруг перед ними впервые блеснуло неуловимое озеро с золотым дном, то самое, что манило и дурачило целое поколение золотоискателей.</p>
       <p>Они поселились в старой хижине, которую Смок нашел еще в прошлый свой приход сюда, и вскоре сделали три открытия: во-первых, дно озера сплошь устлано крупными самородками; во-вторых, есть тут места неглубокие, где за золотом можно бы просто нырять, если бы не убийственно холодная вода; и наконец осушить озеро — задача огромная, не под силу двоим, да еще сейчас, когда уже прошла большая часть короткого полярного лета. Но они не пали духом; судя по неровной, шероховатой поверхности самородков, течение подхватило их где-то неподалеку, — и Смок с Малышом отправились на разведку. Они перебрались через большой ледник, нависший над южным берегом, и начали обследовать головоломный лабиринт небольших долин и ущелий, по дну которых сейчас или же когда-то в прошлом самыми прихотливыми путями сбегали в озеро горные речки, вместо того чтобы брать в нем начало.</p>
       <p>Долина, по которой шел Смок, как и полагается всякой долине, постепенно расширялась; но в дальнем конце ее сдавили две круто поднимающиеся вверх каменные стены, а третья, глухая, встала наперерез. У основания этой поперечной стены беспорядочно громоздились обломки скал, и протекавший здесь ручей исчезал бесследно: должно быть, он проложил себе дорогу под землей. Смок взобрался на скалу, преградившую ему путь, и перед ним открылось озеро. В отличие от всех горных озер, какие он видел на своем веку, это озеро не было голубым. Оно было густо-зеленое, цвета павлиньего пера, а это означало, что вода здесь неглубокая и, значит, озеро вполне можно осушить. Со всех сторон вздымались горы, иссеченные льдами скалистые пики и утесы самых причудливых форм и очертаний, — дикий каменный хаос, земля, вставшая дыбом, точно на гравюрах Доре. Все это было так сказочно, так неправдоподобно, что Смоку представилось, будто перед ним не часть нашей разумной планеты, а какой-то космический гротеск. Тут и там в ущельях лежали ледники, почти все небольшие, полуистаявшие, и на глазах у Смока один из более крупных, на северном берегу озера, пополз и с грохотом и плеском рухнул в воду. За озером, казалось, в какой-нибудь полумиле, — но Смок знал, что это добрых пять миль, — росли несколько елей и стояла хижина. Он присмотрелся внимательнее — нет, ему не померещилось, из трубы поднимался дымок. «Стало быть, еще какие-то люди, сами того не ожидая, набрели на Нежданное озеро», — подумал Смок и, повернув к югу, стал карабкаться по крутому склону.</p>
       <p>Перевалив через скалу, он пошел небольшой долиной; под ногами у него расстилался цветочный ковер, в воздухе лениво жужжали пчелы, да и вообще эта долина вела себя вполне разумно: как и полагается, она выходила к озеру. Но через каких-нибудь сто ярдов она уперлась в отвесную стену в тысячу футов вышиной — со стены этой падал горный ручей, разлетаясь облаком мельчайшей водяной пыли.</p>
       <p>Тут Смок увидал еще одну струйку дыма, лениво поднимавшуюся в солнечных лучах из-за выступа скалы. Огибая скалу, он услышал легкое постукивание по металлу и в такт стуку — веселое посвистывание. Еще несколько шагов — и он увидел человека, который, зажав между колен башмак подошвой кверху, вбивал в нее шипы.</p>
       <p>— Здорово! — окликнул его незнакомец; он с первого взгляда пришелся Смоку по душе. — Как раз вовремя! Сейчас закусим! В котелке кофе, а вот еще парочка холодных лепешек и немного вяленого мяса.</p>
       <p>— Не откажусь! — сказал Смок, усаживаясь напротив. — Последние дни пришлось изрядно поголодать. Но там, подальше, в хижине найдется что поесть.</p>
       <p>— Вон в той, за озером? Туда-то я и направляюсь.</p>
       <p>— Похоже, что Нежданное озеро становится людным местом, — пожаловался Смок, допивая остатки кофе.</p>
       <p>— Да вы шутите? — На лице его собеседника выразилось величайшее изумление.</p>
       <p>Смок рассмеялся:</p>
       <p>— Оно всех застает врасплох. Вон видите, на северо-западе высокая гряда? Оттуда я увидел его в первый раз. Без всякого предупреждения. Вдруг внизу появилось озеро — все как на ладони. А я уже и искать его перестал.</p>
       <p>— Вот и я тоже. Я уже повернул обратно, думал вчера вечером выйти на реку Стюарт, вдруг гляжу — озеро. Если это оно самое и есть, где же тогда Стюарт? И где я плутал все время? А вы как сюда попали? Вас как зовут?</p>
       <p>— Беллью. Кит Беллью.</p>
       <p>— О, знаю, — Он весь просиял и крепко потряс руку Смока. — Я о вас столько слышал!</p>
       <p>— Понимаю, вы следили по газетам за уголовной хроникой, — отшутился Смок.</p>
       <p>— Ну, нет, — собеседник, смеясь, покачал головой, — только за последними событиями на Клондайке. Вы давно не брились, а то бы я вас сразу узнал. Я ведь был в «Оленьем Роге», когда вы всех провели с рулеткой. Меня зовут Карсон, Энди Карсон. Даже сказать не могу, как я рад с вами познакомиться.</p>
       <p>Карсон был худощавый, но жилистый, с живыми черными глазами. Сразу чувствовалось, что он славный малый и хороший товарищ.</p>
       <p>— Стало быть, это и есть Нежданное озеро? — недоверчиво пробормотал он.</p>
       <p>— Оно самое.</p>
       <p>— И на дне — золото, как масло в горшке?</p>
       <p>— Совершенно верно. Вот полюбуйтесь. — Смок вытащил из кармана штук шесть самородков. — Видите? Только нырните — и хоть с закрытыми глазами набирайте пригоршни. Но потом надо пробежать по крайней мере полмили, чтоб согреться.</p>
       <p>— Да-а, черт меня побери со всеми потрохами, обскакали вы меня, — беззлобно ругнулся Карсон, но ясно было, что он огорчен и разочарован. — А я-то думал все сам выскрести, все до донышка. Ну ничего, хоть побывал тут, поглядел — и то развлечение.</p>
       <p>— Развлечение! — воскликнул Смок. — Да если мы доберемся до дна, Рокфеллер покажется нищим рядом с нами!</p>
       <p>— Но это же все ваше, — возразил Карсон.</p>
       <p>— Что вы, что вы! Поймите, сколько лет люди ищут золото, а такого места еще никогда не находили. Чтоб выбрать все, что лежит там, на дне, понадобятся и мои руки, и ваши, и моего компаньона, и всех наших друзей. Да здесь в полакре больше золота, чем в Бонанзе и Эльдорадо, вместе взятых. Все дело в том, что озеро необходимо осушить. А на это нужны миллионы. Я боюсь одного: тут столько золота, что, если прямо так, без ограничения, пустить его в ход, оно потеряет всякую Цену.</p>
       <p>— И вы меня примете… — Карсон был так удивлен, что даже не мог договорить.</p>
       <p>— С радостью, — докончил Смок. — Чтобы осушить озеро, понадобится год, если не два, и прорва денег, все, что только удастся собрать. А осушить можно. Я уже все кругом осмотрел. Но для этого потребуются усилия всех и каждого, кто согласится работать по найму потребуется целая армия рабочих, и прежде всего нужны надежные люди, чтоб было с кем начинать дело. Хотите с нами?</p>
       <p>— Хочу ли? Еще бы! Я уже чувствую себя миллионером — даже через ледник перебираться страшно. Как-то, знаете, неохота сейчас сломать себе шею. Жаль, что у меня нет больше шипов. Последний вбил в подметку, как раз когда вы явились. А у вас? Покажите-ка.</p>
       <p>Смок вытянул ногу.</p>
       <p>— Совсем стерлись! Подошва гладкая, что твой каток! — воскликнул Карсон. — Вы, я вижу, немало отмахали. Погодите минутку, я вытащу часть своих и отдам вам.</p>
       <p>Но Смок и слушать не стал.</p>
       <p>— Незачем, — сказал он. — У меня припасена веревка, футов сорок, я ее оставил в том месте, где мы с товарищем перебирались в прошлый раз. А с веревкой дело верное.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Подъем был трудный и утомительный. Лед, сверкая на солнце, слепил глаза. Смок и Карсон обливались потом и еле переводили дух. Кое-где лед был сплошь иссечен трещинами и расщелинами, пробираться в таких местах было тяжело и опасно, за час едва удавалось пройти какую-нибудь сотню ярдов. В два часа дня, поравнявшись с небольшим озерцом, образовавшимся на льдине, Смок предложил отдохнуть.</p>
       <p>— Где там у вас мясо? — спросил он. — Давайте пожуем. Последнее время я недоедал, и у меня ноги подкашиваются. Ну ничего, самое плохое уже позади: еще триста ярдов, и мы выйдем на скалы. Теперь идти будет легче, осталось только две-три скверные расселины и одна — перед крутым выступом — совсем дрянь. Там есть снеговая перемычка, довольно ненадежная, но мы с Малышом все-таки перебрались.</p>
       <p>За едой они познакомились ближе, и Энди Карсон поведал Смоку свою историю.</p>
       <p>— Я так и знал, что отыщу Нежданное озеро, — говорил он с набитым ртом. — Я должен был его найти. Я прозевал Французские Холмы, Большой Скукум, Монте-Кристо, только и оставалось Нежданное озеро, либо — прощай надежда! Ну, и вот добрался. Моя жена была уверена, что мне повезет. Я и сам не падал духом, но куда мне до нее. Другой такой женщины нет на свете — огонь, золотые руки, никогда не унывает, никого не боится, прямо для меня создана, стойкая, как кремень, и все такое. Вот поглядите.</p>
       <p>Он достал часы, щелкнул крышкой — внутри была вставлена маленькая фотография; Смок увидел женское лицо в ореоле светлых волос и по обе стороны — смеющиеся детские рожицы.</p>
       <p>— Мальчики? — спросил он.</p>
       <p>— Сын и дочка, — гордо ответил Карсон. — Он на полтора года старше. У нас уже могли бы быть дети побольше, — со вздохом прибавил он, — да пришлось ждать. Жена, понимаете, хворала. Легкие. Но она решила не сдаваться. А что мы знали о таких вещах? Когда мы поженились, я работал в Чикаго, служащим на железной дороге. У жены вся родня чахоточная. Доктора в то время еще мало разбирались в туберкулезе. Считалось, что он передается по наследству. У жены в семье он всех перебрал. Заражались друг от друга и даже не подозревали этого. Думали, что так с чахоткой и родились, что такая уж у них судьба. Мы с ней первые два года жили у нее в доме. Я не боялся. В моей семье туберкулеза никогда не бывало. Как вдруг и я заболел. Тут пришлось мне задуматься. Стало быть, это заразительно. Я заразился, потому что дышал одним воздухом с ними.</p>
       <p>Мы с женой все это обсудили. Я не пошел к врачу, который всегда их всех лечил, а обратился к специалисту из самых новых. Он подтвердил то, до чего я уже сам додумался, и посоветовал переехать в Аризону. Снялись мы с места и поехали — без вещей, без гроша. Я нашел работу — стал пасти овец, а жену оставил в городе. Но это город чахоточных, там их полным-полно.</p>
       <p>Я-то, конечно, сразу пошел на поправку, потому что день и ночь был на свежем воздухе. Домой по нескольку месяцев не наведывался, но каждый раз замечал, что жене становится все хуже. Она никак не могла оправиться. Но потом мы стали умнее. Забрал я ее из города, и она тоже начала со мной пасти овец. Четыре года так прошло — зима ли, лето, холод или жара, дождь, снег, мороз, что бы там ни было, ни разу мы не спали под крышей и все время кочевали с места на место. Видели бы вы, как мы изменились — загорели дочерна, тощие стали, как индейцы, крепкие, как сыромятный ремень. Наконец мы решили, что уже совсем здоровы, и отправились в Сан-Франциско. И, оказывается, рано обрадовались. На второй же месяц у обоих началось кровохарканье. Сбежали мы назад в Аризону, к овцам. Еще два года там прожили. Это нас спасло. Вылечились окончательно. А ее родные все перемерли. Не послушали нас.</p>
       <p>Тогда мы поняли, что в городе нам не житье. Излазили все побережье Тихого океана, и больше всего нам полюбился Южный Орегон. Поселились мы там в долине реки Игруньи, развели яблоневый сад. Там на яблоках можно разбогатеть. Только это еще никому невдомек. Добыл я кусок земли — в аренду, конечно, — по сорок долларов за акр. Через десять лет эта земля будет стоить пятьсот долларов акр.</p>
       <p>Ну и досталось же нам в ту пору! На такие дела нужны деньги, — а у нас для начала не было ни цента. Надо ведь и дом построить и конюшню, надо купить лошадей, плуги и прочее такое. Жена два года проработала учительницей в школе. Потом родился сын. А все-таки мы добились своего. Видели бы вы, какие яблони мы насадили, сотню акров, теперь они уже совсем большие. Но денег это стоило прорву, и платежи по закладной мы просрочили. Потому я и забрался сюда. Жене пришлось остаться дома с детишками и с яблонями. Она хлопочет там, а я тут — будущий миллионер, черт меня дери.</p>
       <p>Сияющими глазами он посмотрел на зеленые воды озера за искрящейся кромкой льда, потом еще раз взглянул на фотографию.</p>
       <p>— Да, вот это женщина, — пробормотал он. — Всегда своего добьется. Она просто-напросто не пожелала умереть, вот и пошла пасти овец. А от нее только и оставалось тогда, что кожа да кости да огонек внутри. Она и сейчас худенькая. Толстой она никогда не будет. Но хоть и худенькая, а все равно хороша, милее всех на свете. И когда я вернусь домой и наши яблони начнут приносить плоды, а детишки пойдут в школу, мы с ней поедем в Париж. Я-то не бог весть какого мнения об этом Париже, но ей до смерти хочется туда попасть.</p>
       <p>— Что ж, тут хватит золота, чтобы и в Париж съездить, — заверил Смок. — Надо только прибрать его к рукам.</p>
       <p>Карсон кивнул, глаза его блестели.</p>
       <p>— Вот что я вам скажу. Лучше, чем наш, не найти фруктового сада на всем побережье Тихого океана. И климат прекрасный. Там нам нечего бояться чахотки. У кого было плохо с легкими, тому, знаете, надо быть поосторожнее. Так вот, если вам захочется пустить где-нибудь корни, вы первым делом загляните в нашу долину, непременно! А рыба там как ловится! Ого! Вам не случалось поймать лосося в тридцать пять фунтов весом на самую обыкновенную удочку? Это здорово, дружище, куда как здорово!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>— Я легче вас на сорок фунтов, — сказал Карсон, — давайте я пойду первым.</p>
       <p>Они стояли на краю расселины. Она была огромная, не меньше ста футов в поперечнике, и, видно, образовалась очень давно, — края у нее были не ровные и острые, как у свежей трещины, а обтаявшие, изъеденные временем. В том месте, где стояли Смок и Карсон, края этой ледяной пропасти соединял, точно мост, громадный пласт плотного, слежавшегося снега, наполовину тоже превратившегося в лед. Глаз не достигал нижнего края этой снежной массы, а уж дна расселины и вовсе нельзя было разглядеть. Мост этот подтаивал, обламывался и грозил каждую минуту обрушиться. Видно было, что совсем недавно от него отвалились большие куски, и пока Смок с Карсоном стояли и разглядывали его, снежная глыба весом в добрых полтонны оторвалась и рухнула вниз.</p>
       <p>— Не нравится мне это, — сказал Карсон и мрачно покачал головой. — Совсем не нравится. Тем более я теперь миллионер.</p>
       <p>— Все равно надо перебраться, — сказал Смок. — Мы почти у цели. Не возвращаться же назад. И ночевать на льду нельзя. А другой дороги нет. Мы с Малышом все осмотрели на милю вокруг. Правда, когда мы тут проходили, все это выглядело еще не так скверно.</p>
       <p>— Надо поодиночке. Чур, я первый. — Карсон взялся за смотанную кольцами веревку, которую держал в руках Смок. — А потом уж вы. Я возьму веревку и кирку. Ну-ка, помогите мне спуститься.</p>
       <p>Медленно, осторожно он соскользнул вниз, туда, где начиналась снеговая перемычка, и остановился, чтобы окончательно приготовиться к опасному переходу. За спиной у него висел дорожный мешок. На плечи он набросил свернутую широким кольцом веревку, один конец которой был накрепко обмотан у него вокруг пояса.</p>
       <p>— Я бы с радостью отдал половину моих миллионов, лишь бы хорошая артель мигом выстроила тут мост, — сказал он, но его лукавая и веселая усмешка говорила, что это только шутка. И он прибавил: — Ничего, перелезу не хуже кошки.</p>
       <p>Точно канатоходец, он взял наперевес кирку и длинный шест, который служил ему альпенштоком, осторожно вытянул ногу и сразу отдернул — видно было, что ему нелегко побороть страх.</p>
       <p>— Уж лучше бы мне оставаться бедняком, — весело сказал он. — Если и на сей раз мои миллионы мне улыбнутся, не стану больше в это дело ввязываться. До чего это хлопотно — быть миллионером!</p>
       <p>— Пустяки, — ободряюще сказал Смок. — Давайте я пойду первым, я ведь уже однажды это проделал.</p>
       <p>— Но вы на сорок фунтов тяжелей меня, — возразил маленький, щуплый Карсон. — Погодите минуту, сейчас я соберусь с духом. Вот! — И он разом овладел собой. — Да здравствует Игрунья и наши яблони! — провозгласил он и осторожно, легко ступил одной ногой, потом другой. Медленно, рассчитывая каждое движение, он прошел две трети пути. Потом остановился и начал осматривать глубокую яму, через которую ему предстояло перебраться; на дне ее зияла свежая трещина. Смок увидел, как Карсон искоса поглядел вниз, в бездонную пропасть под снежным мостом, и зашатался.</p>
       <p>— Выше голову! — повелительно крикнул Смок. — Вниз не смотреть! Так! Вперед!</p>
       <p>Карсон повиновался и дошел до конца, ни разу больше не дрогнув. Противоположный край расселины, обтаявший на солнце, был скользкий, но не слишком крутой; Карсон добрался до узкого карниза, повернулся и сел.</p>
       <p>— Теперь ваш черед! — крикнул он. — Только не останавливайтесь и не смотрите вниз. Вот что меня чуть не подвело. Шагайте без остановки, в этом вся суть. И пошевеливайтесь. Эта махина того и гляди развалится.</p>
       <p>Балансируя своим шестом, Смок двинулся в путь. Ясно было, что мост еле дышит. Снежный пласт под ногами у Смока дрогнул, чуть заметно качнулся, задрожал сильнее. И вдруг раздался громкий треск. Несомненно, позади что-то случилось. Достаточно было посмотреть на потемневшее, напряженное лицо Карсона, чтобы понять это. Откуда-то снизу послышалось далекое слабое журчание и плеск воды, и Смок невольно глянул туда, в мерцающую ледяную бездну. Но тотчас вскинул глаза и уже не смотрел ни вправо, ни влево. Пройдя две трети пути, он оказался перед той же глубокой ямой с трещиной на дне. По острым краям, еще не обтаявшим на солнце, видно было, что трещина образовалась совсем недавно. Он уже готов был перешагнуть через нее, как вдруг края стали медленно расходиться с сухим непрерывным треском. Смок заторопился, широко шагнул, но башмак со стертыми шипами не удержался на противоположном краю ямы. Смок упал ничком и съехал вниз к самой щели, ноги его уже повисли над пропастью; он совсем провалился бы в нее, если бы, падая, не успел перебросить поперек свой шест и не лег на него грудью.</p>
       <p>Сердце его бешено забилось, тошнота подступила к горлу. «Почему я больше не падаю?» — мелькнула мысль. Позади что-то трещало, сотрясалось, перемещалось, и шест, на котором повис Смок, дрожал, как натянутая струна. Снизу, из самых недр ледника, донесся глухой, далекий грохот — это обвалившиеся глыбы достигли дна пропасти. Дальний конец снегового моста лишился опоры, середина переломилась, и все же он еще держался, хотя та часть, которую Смок уже миновал, повисла под углом в двадцать градусов. Карсон, прочно усевшись на выступе скалы и изо всех сил упираясь ногами в подтаявший плотный снег, поспешно сматывал и перехватывал рукой обвивавшую его плечи веревку.</p>
       <p>— Погодите! — крикнул он. — Не шевелитесь, а то все загремит к чертям.</p>
       <p>Он прикинул на глаз расстояние, сорвал с шеи платок, привязал его к веревке, потом вытащил из кармана второй платок. Веревка из связанных намертво упряжных ремней и сплетенных полос сыромятной кожи была легкая и очень прочная. Карсон ловко метнул ее, и Смок с первого же раза поймал конец. Он хотел тотчас выбраться из щели, но Карсон, который тем временем заново опоясался веревкой, остановил его.</p>
       <p>— Обвяжитесь тоже, да покрепче, — скомандовал он.</p>
       <p>— Если я упаду, я и вас потяну за собой, — возразил Смок.</p>
       <p>В голосе маленького, щуплого Карсона зазвучали металлические нотки.</p>
       <p>— Помолчите, — оборвал он Смока. — От вашего крика все это может рухнуть вниз.</p>
       <p>— Но если я свалюсь…</p>
       <p>— Молчите! Никуда вы не свалитесь. Делайте, что вам говорят. Обвяжитесь под мышками, вот так. Покрепче. Так! Вылезайте! А теперь шагайте, но только полегче. Я буду выбирать веревку. Вы знай шагайте. Вот так. Легче! Легче!</p>
       <p>Смоку оставалось пройти каких-нибудь десять шагов, и тут мосту пришел конец. Бесшумно, толчками, он заваливался, оседал все ниже.</p>
       <p>— Скорей! — крикнул Карсон, торопливо перехватывая руками веревку.</p>
       <p>Смок спешил, как только мог. И вот мост рухнул. Смок пальцами впился в край ледяной стены, а все тело его рванулось вниз за снеговой громадой, ушедшей у него из-под ног. Карсон, сидя на выступе скалы, напрягся, уперся ногами и изо всей мочи потянул веревку к себе. Огромным усилием ему удалось подтащить Смока к верхнему краю стены, но тут он и сам не удержался. Он, как кошка, перевернулся в воздухе, отчаянно цепляясь за гладкий лед, и съехал вниз. Под ним, на другом конце сорокафутовой веревки, так же отчаянно цеплялся за что. попало Смок; и прежде чем грохот, донесшийся из бездны, возвестил, что снежная громада достигла дна, оба задержались в своем падении. Карсон первым нашел точку опоры и, изо всех сил натянув веревку, удержал Смока.</p>
       <p>Теперь каждый оказался в небольшой впадине; но та ямка, куда попал Смок, была так неглубока, что, как он ни цеплялся за откос, распластавшись на нем всем телом, он неминуемо упал бы, если бы не веревка, — она хоть немного поддерживала его. Он лежал на краю выступа и не мог видеть, что там, ниже. Прошло несколько минут, оба оценивали положение и с необычайной быстротой овладевали искусством прилипать к мокрому и скользкому ледяному склону. Карсон заговорил первый.</p>
       <p>— Эй, — окликнул он; и еще чуть погодя: — Если вы продержитесь минуту сами, я повернусь. Попробуйте.</p>
       <p>Смок попытался удержаться без помощи веревки.</p>
       <p>— Могу, — сказал он. — Скажите, когда будете готовы. Только поскорее.</p>
       <p>— Фута на три ниже есть место, где можно стать, — сказал Карсон. — Я в два счета. Готовы?</p>
       <p>— Валяйте!</p>
       <p>Это была нелегкая задача — сползти на ярд ниже по крутому скользкому склону, повернуться и сесть; но еще трудней пришлось Смоку: прильнув к ледяной стене, он удерживался на ней огромным напряжением всех мышц, которое с каждой секундой становилось все невыносимее. Он уже чувствовал, что начинает съезжать вниз, но тут веревка натянулась, и, подняв глаза, он увидел Карсона. Карсон был изжелта-бледен, вся кровь отхлынула от его загорелого лица, и Смок мельком подумал, что и сам он, наверно, выглядит не лучше. Тут он увидел, что Карсон нащупывает на поясе нож и руки его трясутся.</p>
       <p>«Кончено! — решил Смок. — Малый ошалел от страха. Сейчас перережет веревку».</p>
       <p>— Н-ничего, — стуча зубами, выговорил Карсон. — Я не боюсь. Это просто н-нервы, ч-черт их дери. Сейчас все будет в порядке.</p>
       <p>Смок, закинув голову, смотрел на него; весь скорчившись, дрожащий и неловкий, Карсон одной рукой натягивал веревку, на которой повис его спутник, а другой сжимал нож и понемногу выдалбливал во льду зарубки для ног.</p>
       <p>— Карсон, — тихо сказал Смок, — вы молодчина. Вы просто молодчина!</p>
       <p>Слабая, жалкая улыбка была ему ответом.</p>
       <p>— Я всегда боялся высоты, — признался Карсон. — У меня от нее голова кружится. Я минутку передохну, ладно? А потом вырублю ямки поглубже, для упора, и вытащу вас.</p>
       <p>У Смока потеплело на душе.</p>
       <p>— Слушайте, Карсон, — сказал он. — Вы должны перерезать веревку. Все равно вам меня не вытащить, зачем же пропадать обоим. Нож у вас есть. Перережьте веревку.</p>
       <p>— Молчите! — возмущенно оборвал его Карсон. — Вас никто не спрашивает.</p>
       <p>Смок не мог не заметить, что гнев благотворно подействовал на нервы Карсона. Зато для его собственных нервов было жестоким испытанием лежать вот так и ждать, прижимаясь ко льду и напрягая все силы, чтобы не упасть.</p>
       <p>Стон и окрик: «Держись!» — предупредили его об опасности. Сделав нечеловеческое усилие, он вжался лицом и всем телом в лед, почувствовал, как ослабла веревка, и понял, что Карсон скользит вниз, к нему. Он не смел поднять глаза; потом веревка опять натянулась, — Карсон снова нашел опору.</p>
       <p>— Еще немного — и была бы крышка, — прерывающимся голосом сказал Карсон. — Съехал на целый ярд. Теперь погодите. Мне надо опять сделать зарубки. Проклятый лед уж очень слаб, а то мы давно бы вылезли.</p>
       <p>Левой рукой он натянул веревку, помогая Смоку держаться, а правой долбил лед. Так прошло минут десять.</p>
       <p>— Вот слушайте, что я сделал! — крикнул Карсон. — Я выдолбил вам зарубки для ног и для рук, чтобы мы могли стоять рядом. Я буду понемногу тянуть веревку, а вы лезьте сюда, только не торопитесь. И первым делом вот что: избавьтесь-ка от своего мешка, я вас пока удержу на веревке. Понятно?</p>
       <p>Смок кивнул и медленно, осторожно отстегнул ремни. Потом повел плечами, высвобождаясь, и Карсон увидел, как мешок соскользнул вниз и исчез за ледяным, выступом.</p>
       <p>— Теперь я избавлюсь от своего, — крикнул он Смоку. — Потерпите еще немного!</p>
       <p>Через пять минут начался трудный, мучительный подъем. Смок насухо вытер ладони о подкладку рукавов и впился руками в лед; он полз, карабкался, цеплялся, распластывался на этой скользкой круче, поддерживаемый натянутой веревкой. Без помощи Карсона он не поднялся бы ни на дюйм. Хотя он был много сильнее, но зато и тяжелее на сорок фунтов, а потому не мог так цепко держаться на крутизне. Треть пути осталась позади; подъем стал еще круче, а ледяная поверхность, меньше тронутая солнцем, еще более скользкой, и тут Смок почувствовал, что веревка уже не тянет его вверх с прежней силой. Он полз все медленнее, медленнее. Остановиться и передохнуть было негде. Он выбивался из сил, но все же поневоле остановился — и тотчас снова заскользил вниз.</p>
       <p>— Падаю! — крикнул он.</p>
       <p>— Я тоже, — сквозь зубы отозвался сверху Карсон.</p>
       <p>— Тогда бросьте веревку!</p>
       <p>В ответ веревка натянулась было в тщетном усилии, потом Смок покатился вниз еще быстрей; он миновал яму, откуда недавно выбрался, и свалился за ледяной бугор. Падая, он в последний раз мельком увидел Карсона: сбитый с ног, Карсон неистово цеплялся за что попало, пытаясь удержаться. Смок был уверен, что летит в пропасть, но, к его удивлению, этого не случилось. Веревка все еще поддерживала его, он скользил по крутизне, но очень скоро скат стал, более отлогим, падение замедлилось, и наконец Смок очутился в новой впадине, задержанный новым бугром. Карсона он теперь не видел, — Карсон оказался в той самой впадине, которую прежде занимал Смок.</p>
       <p>— Ну-ну, — дрожащим голосом сказал Карсон. — Ну и ну!</p>
       <p>Стало тихо. Потом веревка заколебалась.</p>
       <p>— Что вы делаете? — окликнул Смок.</p>
       <p>— Зарубки для рук и для ног, — нетвердо, запинаясь, отвечал Карсон. — Вот погодите. Я вас живо вытащу. Вы не смотрите, что я заикаюсь. Это просто от волнения. А вообще я ничего. Вот увидите.</p>
       <p>— Вы все силы на меня тратите, — сказал Смок. — Лед тает, еще немного — и вы свалитесь вместе со мной. Вам надо это бросить. Слышите? Незачем нам обоим погибать. Понятно? Вы молодчина, каких нет на свете, прямо герой. Но вы бьетесь понапрасну. Бросьте меня.</p>
       <p>— Молчите. На этот раз я сделаю зарубки поглубже, тут не то что человек — и лошадь станет. Целая упряжка.</p>
       <p>— Довольно уж вы меня тянули, — настаивал Смок. — Бросьте!</p>
       <p>— Сколько раз я вас вытягивал? — грозно спросил Карсон.</p>
       <p>— Много раз, и совершенно зря. Вы из-за этого только сами съезжаете все ниже.</p>
       <p>— Зато учусь действовать вернее. Я до тех пор буду вас тянуть, пока мы отсюда не выберемся. Поняли? Видно, господь бог знал, что делал, когда создал меня легковесом. Ну, теперь помолчите. Я занят.</p>
       <p>Несколько минут прошло в молчании. Смок слышал, как стучит и звенит, ударяя по льду, лезвие ножа, ледяные осколки перелетали к нему за бугор. Смока мучила жажда; цепляясь руками и ногами за откос, он губами ловил эти мелкие льдинки, давал им растаять во рту и жадно глотал.</p>
       <p>Он услышал, как охнул и потом в отчаянии простонал Карсон; веревка ослабла, и Смок изо всей силы вцепился в лед. Но тотчас веревка снова натянулась. Смок поднял глаза: из-за бугра показался нож и скользнул к нему по крутому склону, острием вперед. Смок зажал его щекой, содрогнулся от пореза, но тут же зажал крепче, и нож остановился.</p>
       <p>— Экий я ротозей! — огорченно вскрикнул Карсон.</p>
       <p>— Ничего, я его поймал, — успокоил Смок.</p>
       <p>— Да ну? Постойте-ка! У меня в кармане сколько угодно бечевки. Я вам ее спущу, и вы привяжите нож.</p>
       <p>Смок не ответил, охваченный вихрем противоречивых мыслей.</p>
       <p>— Эй, вы там! Вот вам бечевка. Скажите, когда поймаете.</p>
       <p>Маленький перочинный ножик, привязанный к бечевке вместо груза, заскользил по льду. Смок поймал его, одной рукой и зубами торопливо открыл большое лезвие и попробовал — острое ли. Потом привязал к бечевке большой нож и крикнул Карсону:</p>
       <p>— Тащите!</p>
       <p>Нож ушел вверх. Смок не сводил с него глаз. Но он видел не только нож, перед глазами его стоял маленький, щуплый человечек, испуганный и все же непреклонный: он дрожит, стучит зубами, голова у него кружится и, однако, он умеет побороть страх и отчаяние и ведет себя героем. С тех пор как Смок повстречался с Малышом, ни один человек так сразу не пришелся ему по сердцу, как Карсон. Да, этот поистине вскормлен мясом, это настоящий друг — готов погибнуть за тебя, и твердость духа такая, что самый жестокий страх ее не поколеблет. И, однако, Смок трезво оценивал положение. Обоим им не спастись. Медленно, но верно они сползают в пропасть, — он, Смок, тяжелее, и он тащит за собой Карсона. Карсон — легкий и цепкий, как муха. Оставшись один, он спасется.</p>
       <p>— Ай да мы! — донесся голос из-за бугра над головой Смока. — Теперь все в порядке, выберемся в два счета!</p>
       <p>Он так старался, чтоб голос его звучал бодро и уверенно! И Смок принял решение.</p>
       <p>— Слушайте, — заговорил он твердо; откуда-то выплыло лицо Джой Гастелл, но Смок силился прогнать это видение. — Я отправил вам наверх нож, с ним вы отсюда выберетесь. Понятно? А перочинным ножиком я перережу веревку. Лучше спастись одному, чем погибнуть обоим, понятно?</p>
       <p>— Спастись обоим — или никому. — В дрожащем голосе Карсона была непоколебимая решимость. — Только продержитесь еще минутку…</p>
       <p>— Я и так держусь слишком долго. Я человек одинокий, никто меня не ждет — ни славная худенькая женушка, ни детишки, ни яблони. Понятно? Ну и шагайте подальше отсюда.</p>
       <p>— Погодите! Бога ради, погодите! — закричал Карсон. — Не смейте! Дайте мне вас вытащить! Спокойнее, дружище. Мы с вами выкарабкаемся. Вот увидите. Я тут таких ям понарою, что в них влезет целый дом и конюшня в придачу.</p>
       <p>Смок не ответил. Как завороженный, следя глазами за ножом, он старательно, неторопливо стал перерезать веревку — и вот одна из трех узких полосок сыромятной кожи лопнула, и концы ее разошлись.</p>
       <p>— Что вы делаете? — отчаянно закричал Карсон. — Если вы ее перережете, я вам никогда не прощу, никогда! Спасаться — так обоим или никому, слышите? Мы сейчас выберемся. Только подождите! Ради бога!</p>
       <p>И Смок, не сводивший глаз с перерезанного ремешка, ощутил безмерный, обессиливающий страх. Он не хотел умирать! Пропасть, зияющая внизу, приводила его в ужас, и с перепугу он ухватился за бессмысленную надежду: может быть, отсрочка окажется спасительной… Страх толкал его на этот компромисс.</p>
       <p>— Ладно, — откликнулся он. — Я подожду. Делайте, что можно. Но так и знайте, Карсон, если мы опять поползем вниз, я перережу веревку.</p>
       <p>— Тише вы! И не думайте про это. Уж если поползем, дружище, так только вверх. Я прилипаю, как пластырь. Я мог бы удержаться, будь тут хоть вдвое круче. Для одной ноги вам уже вырублена солидная ямина. Теперь помолчите, а я буду работать.</p>
       <p>Потянулись долгие минуты. Стараясь ни о чем больше не думать, Смок прислушивался к ноющей боли в пальце, на котором задралась заусеница. Надо было еще утром ее срезать, она уже и тогда мешала; ничего, как только выберемся из этой щели, сейчас же срежу, — решил Смок. И вдруг он увидел этот палец и заусеницу другими глазами. Пройдет еще минута, в лучшем случае десять, двадцать минут, — и заусеница, и этот крепкий, гибкий, подвижной палец, быть может, станут частью искалеченного трупа на дне пропасти. Смоку стало страшно, и он возненавидел себя за малодушие. Нет, храбрые люди, те, что едят медвежатину, сделаны из другого теста! От гнева, от презрения к себе он готов был взмахом ножа рассечь веревку. Но страх заставил его опустить нож, и, дрожа, обливаясь потом, он опять прильнул к скользкому откосу. Он старался уверить себя, будто весь дрожит оттого, что промок насквозь, прижимаясь к тающему льду; но в глубине души он знал, что не в этом дело.</p>
       <p>Он услышал вскрик, стон, и веревка вдруг ослабла. Смок начал сползать вниз. Он скользил медленно, очень медленно. Веревка опять натянулась. Но Смок все-таки скользил вниз. Верный Карсон не мог удержать его и сам скользил вместе с ним. Вытянутая нога Смока повисла в пустоте, и он почувствовал, что сейчас рухнет в бездну. Еще секунда — и он, падая, увлечет за собой Карсона.</p>
       <p>В этот краткий миг он с пронзительной ясностью понял, что единственно правильно, — и, уже не думая, поборов страх смерти и страстную волю к жизни, наотмашь провел лезвием по веревке, увидел, как она порвалась, почувствовал, что скользит все быстрее… падает…</p>
       <p>Что было дальше, он так и не понял. Сознание он не потерял, но все произошло слишком быстро и внезапно. Он должен был разбиться насмерть, но нет — почти тотчас под ногами плеснуло, он с размаху шлепнулся в воду, и холодные брызги обдали ему лицо. Сперва Смок вообразил, что расселина совсем не так глубока, как казалось, и он благополучно достиг дна. Но сейчас же понял свою ошибку. Противоположная стена пропасти была в десяти или двенадцати футах от него. Он сидел в небольшом водоеме, образовавшемся на ледяном уступе оттого, что выше, где лед торчал бугром, таяла, сочилась, капала вода и струйки ее, падая с высоты в десять футов, выдолбили здесь впадину. В том месте, куда свалился Смок, глубина была фута два, и вода доходила до краев. Смок заглянул за край: узкая расселина уходила вниз на многие сотни футов, и на дне ее пенился бурный поток.</p>
       <p>— Ох, что вы сделали! — с ужасом крикнул Карсон.</p>
       <p>— Послушайте, — отозвался Смок, — я цел и невредим, сижу по горло в воде. Наши мешки тоже тут. Сейчас я на них сяду. Тут хватит места еще человек на шесть. Если начнете скользить, держитесь поближе к стене — как раз сюда попадете. А лучше выбирайтесь отсюда. Идите в ту хижину. Там кто-то есть. Я видел дым. Достаньте веревку или что-нибудь, что может сойти за веревку, возвращайтесь и выудите меня отсюда.</p>
       <p>— А вы правду говорите? — недоверчиво переспросил Карсон.</p>
       <p>— Чтоб мне провалиться, если вру. Но только поскорее, а то как бы мне не схватить насморк!</p>
       <p>Стараясь согреться, Смок стал каблуком пробивать льду спуск для воды. К тому времени, как вся вода вылилась, он услышал далекий голос Карсона, который сообщал, что он благополучно выбрался наверх.</p>
       <p>Потом Смок стал сушить свою одежду. Под теплыми лучами послеполуденного солнца он все снял с себя, выжал и разостлал вокруг. Спички в непромокаемой коробке не пострадали от воды. Смок ухитрился просушить щепотку табаку, клочок рисовой бумаги и свернул папиросу-другую.</p>
       <p>Часа два он просидел нагишом на мешках, курил, и вдруг наверху послышался так хорошо знакомый ему голос:</p>
       <p>— Смок! Смок!</p>
       <p>— Мое почтение, Джой Гастелл! — отозвался он. — Откуда вы взялись?</p>
       <p>— Вы сильно разбились?</p>
       <p>— Ни царапины!</p>
       <p>— Отец спускает вам веревку, вы видите ее?</p>
       <p>— Да, я ее уже ухватил, — ответил Смок, — пожалуйста, подождите минуту.</p>
       <p>— Что с вами? — тревожно спросила она немного погодя. — Вы, наверно, ранены?</p>
       <p>— Вовсе нет. Я одеваюсь.</p>
       <p>— Одеваетесь?</p>
       <p>— Да. Я тут искупался. Ну вот. Готово? Тяните. Сначала он отправил наверх оба мешка, за что Джой Гастелл сердито отчитала его, и лишь после этого дал вытащить себя.</p>
       <p>Джой Гастелл смотрела на Смока сияющими глазами; ее отец и Карсон сматывали веревку.</p>
       <p>— Как вы решились перерезать веревку? — воскликнула Джой. — Это великолепно, это… это настоящий подвиг!</p>
       <p>Смок отмахнулся от похвал. Но Джой стояла на своем:</p>
       <p>— Я знаю все. Карсон мне рассказал. Вы пожертвовали собой, чтобы спасти его.</p>
       <p>— И не думал, — солгал Смок. — Я давно видел, что тут меня ждет отличный бассейн, и решил искупаться.</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Как вешали Калтуса Джорджа</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>Их путь вел в гору по глубокому, рассыпчатому снегу, на котором не видно было ни единого следа нарт или мокасин. Смок шел впереди, приминая хрупкие снежные кристаллы широкими короткими лыжами. Это тяжкий труд, тут требуются здоровые легкие и крепкие мускулы, и Смок не щадил себя. Позади, по проложенному им следу, двигалась упряжка из шести собак; клубы пара поднимались от их дыхания, свидетельствуя о том, как нелегка их работа и как силен мороз. Между коренником и нартами бежал Малыш — он налегал на шест, управляя собаками, и помогал им тянуть нарты. Каждые полчаса он и Смок менялись местами, потому что прокладывать дорогу было еще трудней и утомительней, чем править.</p>
       <p>И люди и собаки пустились в путь со свежими силами. Они умело справлялись со своей нелегкой задачей — среди зимы, по снежной целине, пробираться через перевал. В таких трудных условиях хорошо, если удается за день пройти десять миль. Им это удавалось, но к вечеру, когда можно было наконец лечь и уснуть, завернувшись в мех, Смок и Малыш изрядно уставали. Шесть дней назад они покинули людный лагерь Муклук на Юконе. В первые два дня они с тяжело нагруженными нартами прошли пятьдесят миль вверх по Лосиному ручью накатанной дорогой. А потом началась борьба с целиной, где слоем в четыре фута лежал даже не снег, а тончайшая морозная пыль, — кристаллы ее не слипались друг с другом, и она, сухо шелестя, рассыпаюсь под ногами, точно сахарный песок. За три дня они одолели еще тридцать миль — поднялись по ручью Колюшки, миновали несколько неглубоких долин, по которым текли на юг ручьи, впадающие в реку Сиваш. Теперь они направлялись мимо Лысых Холмов к горной гряде, за которой по ручью Дикобраза можно было выйти к среднему течению реки Молочной. По слухам, в верховьях реки Молочной были залежи меди. Туда они и шли — к горе из чистой меди, а идти к ней надо мимо того места, где река Молочная вырывается из глубокого ущелья и исчезает в густом лесу, потом у первого же ручья свернуть вправо и подняться на полмили вверх по течению. Стоит только увидеть это место — они его сразу узнают. Одноглазый Маккарти описал го совершенно точно. Заблудиться невозможно — разве что Маккарти наврал.</p>
       <p>Смок шел впереди; редкие хилые елки попадались все реже, становились все мельче, и вдруг он заметил на самой дороге давно высохшую, мертвую ель. Слова были излишни. Смок только взглянул на Малыша, и в ответ раздалось зычное: «Стой!» Собаки послушно остановились и стали как вкопанные; Малыш принялся распрягать, а Смок накинулся с топором на мертвое дерево; собаки тут же улеглись на снег и свернулись в клубок, плотно укрыв пушистым хвостом не защищенные шерстью лапы и заиндевевший нос.</p>
       <p>Люди работали с быстротой, какую дает только долгий опыт. Скоро в лотке для промывки золота, в кофейнике и в кастрюле уже таял снег. Смок вытащил из нарт брусок вареных замороженных бобов с щедро нарезанными кубиками свинины и сала, — оставалось только разогреть их. Он расщепил брусок топором, точно полено, и бросил куски на сковороду, чтобы они оттаяли. Промерзшие насквозь сухари тоже пришлось отогревать. Через каких-нибудь двадцать минут уже можно было приниматься за еду.</p>
       <p>— Градусов сорок, — сказал Малыш с полным ртом. — Только бы не стало холоднее. Да и теплее тоже ни к чему. Самая подходящая погода, когда надо прокладывать тропу.</p>
       <p>Смок не ответил, у него тоже был полон рот бобов; усердно жуя, он мельком взглянул на вожака упряжки, лежавшего поодаль. Серый с сединой пес смотрел на него пристально, задумчиво, с бесконечной тоской, которая так часто туманит глаза северных собак. Этот загадочный, гипнотизирующий взгляд был хорошо знаком Смоку и всегда волновал его. Словно стараясь стряхнуть оцепенение, Смок отставил свою тарелку и кружку кофе, подошел к нартам и стал развязывать мешок с вяленой рыбой.</p>
       <p>— Эй, — окликнул Малыш, — ты что это делаешь?</p>
       <p>— Нарушаю все законы, порядки, обычаи и правила пути, — ответил Смок. — Хочу один-единственный раз накормить собак среди дня. Они здорово поработали, и им еще предстоит тащить нарты в гору. А главное, Быстрый сейчас поговорил со мной, он глазами сказал мне такое, чего не рассказать словами.</p>
       <p>Малыш недоверчиво засмеялся:</p>
       <p>— Смотри, разбалуешь собак. Скоро ты им начнешь маникюрить лапы. Я еще присоветую кольдкрем и электрический массаж — для ездовых собак это самое подходящее. И турецкая баня им тоже не повредит.</p>
       <p>— Никогда я их днем не кормил, — защищался Смок. — И больше не буду. Только сегодня. Такая блажь на меня нашла.</p>
       <p>— А, это у тебя сердце что-то чует, — сказал, мгновенно смягчаясь, Малыш. — Ну, тогда другое дело. Если человеку сердце подсказывает, это уж всегда надо исполнять.</p>
       <p>— Это не предчувствие, Малыш. Просто Быстрый так подействовал на мое воображение. Он мне в одну минуту столько сказал глазами, что я не вычитал бы в книгах и за тысячу лет. В его взгляде скрыты все тайны бытия. Они там прямо кишат. Беда в том, что я уж было уловил их — и вдруг опять упустил. Я не стал умней, чем прежде, но я побывал у истоков мудрости. — Смок на минуту умолк. — Не могу тебе объяснить, — прибавил он, — но в глазах этого пса скрыто многое: они рассказывают, что такое жизнь и весь ее ход и звездная пыль, и силы вселенной, и все прочее — понимаешь, все.</p>
       <p>— Ну, а попросту говоря, это у тебя сердце что-то чует, — упрямо повторил Малыш.</p>
       <p>Смок бросил собакам по вяленому лососю; он ничего не ответил, только головой покачал.</p>
       <p>— Говорю тебе, Смок, — настаивал Малыш, — это не к добру. Что-то сегодня случится. Сам увидишь. И тогда будет видно, к чему она, эта рыба.</p>
       <p>— Вот ты и объясни, к чему она.</p>
       <p>— Не могу. Время покажет. И знаешь, что я тебе скажу? Твое сердце моему весть подает. Ставлю одиннадцать унций золота против трех зубочисток, что я прав. Уж когда у меня предчувствие, я не боюсь ему верить.</p>
       <p>— Лучше ты спорь на зубочистки, а я на золото, — возразил Смок.</p>
       <p>— Ну нет. Это уж будет чистый грабеж. Выиграю-то я. Я уж знаю, когда у меня предчувствие, я это всей кожей чую. Еще до вечера что-то случится, вот увидишь и тогда эта самая рыба покажет, что она такое значит.</p>
       <p>— Чертовщина какая-то, — презрительно фыркнул Смок, которому надоела эта болтовня.</p>
       <p>— Да, уж это будет чертовщина, — не остался в долгу Малыш. — Спорю, будет самая что ни на есть чертовщина. Ставлю еще одиннадцать унций против трех зубочисток.</p>
       <p>— Идет, — сказал Смок.</p>
       <p>— И я выиграю! — победоносно сказал Малыш — За тобой зубочистки из куриных перьев!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Через час они одолели перевал, спустились мимо Лысых Холмов в узкое изогнутое ущелье и вышли на крутой широкий откос, ведущий к ручью Дикобраза. Малыш, шедший впереди, вдруг замер на месте, и Смок криком остановил собак. По откосу медленно, еле волоча ноги, поднималось странное шествие, растянувшееся на добрую четверть мили.</p>
       <p>— Плетутся, как на похоронах, — заметил Малыш.</p>
       <p>— И ни одной собаки, — сказал Смок.</p>
       <p>— Верно. Вон двое тащат нарты.</p>
       <p>— А там один упал, видишь? Что-то неладно, Малыш. Смотри, тут не меньше двухсот человек.</p>
       <p>— Шатаются все, как пьяные. Вон еще один свалился.</p>
       <p>— Целое племя. И дети.</p>
       <p>— Смок, а ведь я выиграл, — объявил Малыш. — Вот оно, предчувствие, — тут и спорить нечего. Это оно самое и есть. Ты погляди: прямо толпа мертвецов!</p>
       <p>Заметив двух путников, индейцы с диким воплем радости ускорили шаг.</p>
       <p>— Что и говорить, они порядком выпили, — сказал Малыш. — Видишь, так и валятся с ног.</p>
       <p>— Посмотри, какое лицо у этого, впереди, — возразил Смок. — Они голодные, вот что. Они съели своих собак.</p>
       <p>— Как же быть? Удирать, пока целы?</p>
       <p>— И бросить нарты и собак? — с упреком сказал Смок.</p>
       <p>— Если мы не удерем, они нас слопают. Смотри, до чего они голодные… Эй, приятель! Что с вами стряслось? Не смотри так на собаку. Она не пойдет в котел, понятно?</p>
       <p>Индейцы, шедшие впереди, окружили их, послышались стоны и жалобы на непонятном наречии. «Ужасное, фантастическое зрелище», — подумал Смок. Никаких сомнений, это голод. Лица у индейцев были страшно исхудалые, с глубоко ввалившимися щеками, — не лица, а обтянутые кожей черепа. Все новые и новые живые скелеты подходили, теснились к Смоку и Малышу, и наконец эта дикая орда окружила их сплошной стеной. Одежда из шкур, вся в лохмотьях, была изрезана ножом, и Смок быстро понял, почему: он увидел, как тощий, высохший ребенок, привязанный к спине матери, сосет и мнет беззубыми деснами грязную полоску оленьей шкуры. Другой мальчуган усердно жевал обрывок ремня.</p>
       <p>— Назад! Не подходите! — завопил Малыш, вновь переходя на английский после безуспешных попыток объясниться при помощи немногих известных ему индейских слов.</p>
       <p>Мужчины, женщины и дети, шатаясь и покачиваясь на нетвердых ногах, обступали их все теснее, отовсюду смотрели обезумевшие глаза, слезящиеся от слабости и горящие алчным огнем. Какая-то женщина со стоном шагнула мимо Малыша, повалилась на нарты и жадно вцепилась в них. За нею последовал старик — задыхаясь, ловя ртом воздух, он трясущимися руками пытался развязать ремни я добраться до тюка с провизией. Молодой индеец с обнаженным ножом в руке тоже кинулся было к нартам, но Смок отшвырнул его. Толпа все напирала, началась свалка.</p>
       <p>Сперва Смок и Малыш просто отталкивали, отбрасывали обезумевших от голода индейцев. Потом пустили в ход рукоятку кнута и кулаки. А вокруг рыдали и всхлипывали женщины, дети. Ремни, привязывающие груз к нартам, были уже перерезаны в десятке мест. Под градом пинков и ударов индейцы подползали по снегу и пытались вытащить тюки с едой. Приходилось хватать их и отбрасывать прочь. Они были так слабы, что поминутно падали от малейшего толчка. И при этом они даже не пробовали отбиваться от двух путников, которые не подпускали их к нартам.</p>
       <p>Индейцы совсем обессилели от голода, только поэтому они и не опрокинули Смока и Малыша. В пять минут сплошная стена нападающих рассыпалась на кучки поверженных в схватке — они жалобно стонали, бормотали что-то, корчась на снегу, ныли и хныкали, а их расширенные, полные слез глаза прикованы были к мешкам с пищей, которая одна могла спасти им жизнь, и на губах выступала голодная слюна. В воздухе стоял стон, это плакали женщины и дети.</p>
       <p>— Замолчите! Да молчите же! — вопил Малыш, затыкая уши и тяжело дыша от усталости. — Ах, ты! Вот ты как! — крикнул он вдруг и, кинувшись вперед, выбил нож из рук индейца, который подполз к нартам и хотел перерезать горло вожаку упряжки.</p>
       <p>— Вот ужас… — пробормотал Смок.</p>
       <p>— Уф, жарко! — отозвался Малыш. Выручив Быстрого, он снова подошел к товарищу. — Я прямо взмок весь. Что ж нам делать с этой инвалидной командой?</p>
       <p>Смок покачал головой, а затем решение задачи пришло само. К ним подполз индеец; единственный глаз его был обращен не на нарты, а на Смока, и Смок увидел в этом взгляде усилие крепнущей мысли. Другой глаз заплыл, под ним вздулась шишка — Смок вспомнил, что это его рук дело. Индеец приподнялся на локте и заговорил:</p>
       <p>— Я Карлук. Я хороший сиваш. Я видел много-много белые люди. Я много-много голодный. Все сиваши много-много голодный. Все сиваши не видал белые люди. Я видал. Я теперь сытый будет. Все сиваши сытый будет. Мы купить еду. У нас золото, много-много. Еды нет. Лето было — в реку Молочную лосось не пришел. Зима была — олень не пришел. Еды нет. Я говорил всем сивашам — много-много белые люди пришел на Юкон. У белые люди еда, много-много. Белые люди любят золото. Возьмем золото, пойдем на Юкон, белые люди дать еду. Много-много золота. Я видал, белые любят золото.</p>
       <p>Он взялся за висевший у пояса мешок и костлявыми пальцами стал его развязывать.</p>
       <p>— А, черт! — вне себя прервал индейца Малыш. — Вели всем скво, вели пискунам, пускай перестанут орать!</p>
       <p>Карлук обернулся и крикнул что-то плачущим женщинам. Мужчины, услышав его окрик, в свою очередь, повелительно возвысили голос, и понемногу женщины затихли и успокоили детей. Карлук оставил на время свой мешок, поднял в воздух руку и растопырил пальцы; он повторял этот жест снова и снова.</p>
       <p>— Вот сколько людей умерло, — сказал он.</p>
       <p>И Смок подсчитал, что семьдесят пять человек из племени унесла голодная смерть.</p>
       <p>— Я куплю еду, — сказал Карлук. Он развязал наконец свою поклажу и вытащил большой кусок тяжелого металла. Другие последовали его примеру, со всех сторон протягивались руки с такими же кусками металла. Малыш смотрел во все глаза.</p>
       <p>— Боже праведный! — воскликнул он. — Медь! Самая обыкновенная красная медь! А они думают, это золото!</p>
       <p>— Золото, — убежденно повторил Карлук, уловив главное в возгласе Малыша.</p>
       <p>— Бедняги, они верили, что в этом их спасение, — пробормотал Смок. — Посмотри, этот кусок весит фунтов сорок. У них тут сотни фунтов, и они тащили эту тяжесть, хотя сами еле бредут. Вот что, Малыш. Мы должны их накормить.</p>
       <p>— Ха! Легко сказать. А ты считать не разучился? У нас еды только на месяц. Вот и прикинь: шесть порций помножить на тридцать — будет сто восемьдесят. А тут двести индейцев, и у всех отличный аппетит. Как это, черт возьми, мы ухитримся накормить их хотя бы по одному разу?</p>
       <p>— А собачий корм? — отозвался Смок. — Двести фунтов вяленой лососины очень выручат. Мы должны их накормить. Понимаешь, они верят, что белые им помогут.</p>
       <p>— Ясно, мы не можем просто так их бросить, — согласился Малыш. — Да, неприятная работенка нам с тобой предстоит. Уж и не знаю, что хуже. Одному надо слетать в Муклук за подмогой. Другой останется командовать всем этим лазаретом, и его почти наверняка самого слопают. Не забывай, пожалуйста, мы шесть дней сюда добирались. Даже если гнать налегке и ничего в дороге не помешает, все равно быстрей, чем за три дня, не обернешься.</p>
       <p>Минуту Смок соображал и прикидывал, каковы были эти пройденные ими мили и в какой срок он их одолеет, если напрячь все силы.</p>
       <p>— Я буду там завтра к вечеру, — заявил он.</p>
       <p>— Идет, — бодро согласился Малыш. — А я останусь тут, и они меня скушают.</p>
       <p>— Но я возьму по рыбине для собак и на один раз еду для себя, — прибавил Смок.</p>
       <p>— Ясно. Ведь в Муклуке ты будешь завтра к вечеру, не раньше.</p>
       <p>Смок через Карлука изложил индейцам свой план.</p>
       <p>— Разведите костры, длинные костры, много костров, — сказал он в заключение. — В Муклуке много белых людей. Белые люди — хорошие люди. У них много еды. Пройдет пять снов, и я вернусь, привезу много еды. Вот этот человек — мой очень хороший друг, его зовут Малыш. Он остается здесь. Он большой начальник, ясно?</p>
       <p>Карлук кивнул и перевел слова Смока остальным.</p>
       <p>— Вся еда остается здесь, — сказал Смок. — Малыш будет раздавать еду. Он начальник, ясно?</p>
       <p>Карлук перевел, и индейцы кивками и гортанными возгласами выразили свое одобрение.</p>
       <p>Смок не уезжал и распоряжался всем, пока дело не пошло на лад. Все, кто мог двигаться, шатаясь или хотя бы ползком, собирали хворост и сучья. Потом развели длинные костры, какие разжигают индейцы, чтобы можно было всем усесться у огня. Малыш с десятком помощников взялся за стряпню; наготове у него была короткая дубинка: голодные нетерпеливы, то одному, то другому приходилось давать по рукам. Женщины усердно растапливали снег в каждой посудине, какую только удалось для этого приспособить. Первым делом все получили по крошечному ломтику сала, а затем — по ложке сахару, чтоб хоть немного притупить голод. Вскоре на кострах, кольцом окружавших Малыша, во множестве котелков варились бобы, а сам Малыш, строго следя, как бы кто не схватил лишней порции, наскоро пек и раздавал тончайшие оладьи.</p>
       <p>— Я тут разведу знатную стряпню, — сказал он на прощание Смоку, — а ты знай гони. Туда рысью, а оттуда галопом. Сегодняшний день и завтрашний у тебя — чтобы добраться туда и еще три дня на обратную дорогу. Завтра они у меня доедят последнюю рыбу, а потом три дня у них не будет во рту ни крошки. Так что гони вовсю, Смок. Гони вовсю.</p>
       <p>Но хотя Смок и отправился налегке, погрузив на нарты всего-навсего шесть вяленых лососей, два фунта замороженных бобов с беконом да меховое одеяло, а все-таки ехать ему пришлось не слишком быстро. Вместо того чтобы сидеть на нартах и погонять собак, он вынужден был все время работать шестом, направляя и выравнивая нарты. А ведь позади был длинный день, и Смок и собаки немало поработали и порядком измучились. Уже наступили долгие полярные сумерки, когда он одолел перевал и оставил за собою Лысые Холмы.</p>
       <p>Но вот путь пошел под гору, и собаки побежали веселее; время от времени Смок даже вскакивал на нарты и гнал во всю мочь, заставляя собак делать по шесть миль в час. Темнота подкралась незаметно, и он заплутался — поехал по широкой долине, где протекал какой-то неизвестный ему ручей; потом ручей пошел петлять по равнинам, и Смок для скорости решил не следовать его капризному течению, а срезать напрямик. И уже в полной тьме ему пришлось вернуться к руслу и заново нащупывать дорогу. Час прошел в бесплодных поисках. Убедившись, что дальше плутать безрассудно, Смок развел костер, бросил собакам по половинке лосося и свои бобы тоже разделил пополам. Потом лег и завернулся поплотнее в мех. Засыпая, Смок все же успел сообразить, где он. На последней широкой равнине ручей разделялся на два рукава. Срезая напрямик, Смок сбился с дороги. Сейчас он находился на главном русле, за милю от той тропы, по которой они с Малышом шли накануне. Эта тропа пересекала долину, узкий проток, выходила на другой берег и дальше вела к невысокому подъему.</p>
       <p>Едва забрезжил рассвет, Смок, не проглотив ни куска, отправился в путь: надо было протащиться милю вверх по течению, чтоб выйти на тропу. Человек и собаки, голодные, без передышки, восемь часов кряду пробирались напрямик, пересекая многочисленные мелкие ручьи и одолевая невысокие перевалы, потом спустились по ручью Колюшки. К четырем часам дня, когда уже стало быстро темнеть, Смок выбрался на Лосиный ручей, по которому бежала плотно укатанная дорога. Оставалось пройти пятьдесят миль. Смок остановил нарты, развел огонь, бросил собакам по оставшейся половине лосося, разогрел и съел свой фунт бобов. Потом прыгнул на нарты, заорал собакам: «Вперед!» — и они с силой налегли на лямки.</p>
       <p>— Живо, звери! — кричал он. — Вперед! Живо, если хотите лопать! В Муклуке еды сколько угодно! Ходу, волки! Ходу!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Шел первый час ночи. В салуне «Прииск Энни» толпился народ; гудело пламя в печах, и в большой, жаркой, плохо проветриваемой комнате впору было задохнуться. Непрерывное щелканье фишек и стук костей на столах, где шла шумная игра, сливались в сплошной, однотонный гул, и так же однотонно гудели голоса мужчин, которые разговаривали- кто сидя, кто стоя, кучками, по двое, по трое. Весовщики хлопотали у весов, так как здесь за все платили золотым песком, и даже за порцию виски, выпитую у стойки, надо было отсыпать на доллар песку.</p>
       <p>Стены были сложены из толстых бревен, не очищенных от коры, и проконопачены полярным мхом. Дверь в зал была отворена, там под рояль и скрипку задорно отплясывали веселую виргинскую. Только что была разыграна «китайская лотерея», и счастливчик, получивший у весов главный выигрыш, пропивал его с добрым десятком приятелей. Игравшие в фараон и рулетку держались деловито и спокойно. Тихо было и за столами, где резались в покер, хотя каждый стол окружало плотное кольцо зрителей. Рядом серьезно и сосредоточенно играли в Черного Джека. Шумно было только за столом, где шла игра в кости. В безуспешной погоне за обманчивым счастьем игрок с размаху выбрасывал кости на зеленое поле, громко приговаривая:</p>
       <p>— Ну-ну, дружок! Где она, четверка? Давай, давай! Беги, дружок, принеси пирожок! Давай, давай!</p>
       <p>Калтус Джордж, рослый жилистый индеец из Сёркла, стоял поодаль, с мрачным видом прислонясь к бревенчатой стене. Это был цивилизованный индеец, если жить так, как живут белые, значит быть цивилизованным, — и он чувствовал себя жестоко оскорбленным, хотя пора бы уже ему свыкнуться со своей судьбой. Многие годы он исполнял работу белого человека бок о бок с белыми людьми и нередко исполнял лучше, чем они. Он носил такие же штаны, шерстяные фуфайки и теплые рубашки. У него были часы не хуже, чем у белых, и свои короткие волосы он зачесывал на косой пробор. Питался он теми же бобами, беконом, так же пек себе лепешки. Но ему было отказано в самом главном развлечении и отраде белых — в виски. Калтус Джордж недурно зарабатывал. Прежде он делал заявки, покупал и перепродавал участки. Он работал в доле с золотоискателями и сам принимал других в долю. Сейчас у него были отличные собаки, и он по санной дороге перевозил грузы с Шестидесятой Мили в Муклук, получая двадцать восемь центов с фунта, а за бекон и все тридцать три цента, — такой уж был порядок. У него полон кошель золотого песка, хватило бы на множество выпивок. Но ни в одном кабаке ему не дадут выпить. Виски — веселящее и согревающее душу, лучшее и неоспоримое благо цивилизации — не для него! Только тайком, из-под полы и втридорога мог он доставать спиртное. Это уязвляло его самолюбие, и долгие годы не притупили в нем чувства обиды. А в этот вечер и обида и жажда особенно мучили его, и белые, с которыми он так упорно соперничал, были ему сегодня ненавистны, как никогда. Белые любезно разрешали ему проигрывать золото за их игорными столами, но ни из дружеских чувств, ни за деньги не отпускали ему в своих кабаках и стаканчика спиртного. Вот почему он был безнадежно трезв, безнадежно последователен в своих рассуждениях и, следовательно, мрачен.</p>
       <p>Плясовая в зале оборвалась бурным финалом, который, впрочем, не потревожил трех отъявленных пьяниц, храпевших под роялем. «Пара за парой — в буфет!» — провозгласил распорядитель танцев, едва музыка умолкла. И все парами двинулись по широкому коридору в главное помещение — мужчины в мехах и мокасинах, женщины в пышных платьях, в шелковых чулках и бальных туфельках, — как вдруг входная дверь распахнулась, и в салун, шатаясь от усталости, ввалился Смок Беллью.</p>
       <p>Все глаза обратились к нему, шум постепенно утих. Смок хотел заговорить, но ему пришлось сначала сбросить рукавицы, которые повисли, болтаясь на шнурках, и отодрать ледяную корку, наросшую вокруг рта от дыхания, пока он мчался пятьдесят миль по морозу. Помедлив минуту, он подошел к стойке и облокотился на нее.</p>
       <p>Один лишь игрок за дальним столом даже не повернул головы и все бросал кости, приговаривая: «Ну-ну, дружок! Давай, давай!» Но пристальный взгляд банкомета, остановившийся на Смоке, привлек его внимание, и он тоже оглянулся. Рука, готовая бросить костяной кубик, застыла в воздухе.</p>
       <p>— Что случилось, Смок? — спросил Мэтсон, хозяин салуна «Прииск Энни».</p>
       <p>Смоку наконец удалось очистить лицо от льда.</p>
       <p>— У меня там собаки… загнал их до полусмерти… — хрипло проговорил он. — Кто-нибудь позаботьтесь о них, а я сейчас расскажу, в чем дело.</p>
       <p>Несколькими отрывочными фразами он обрисовал положение. Игрок в кости, чьи деньги все еще лежали на столе и чье капризное счастье по-прежнему не давалось ему в руки, подошел к Смоку и заговорил первым:</p>
       <p>— Надо помочь. Дело ясное. А как? Ты, наверно, уже что-нибудь придумал. Что предлагаешь? Выкладывай.</p>
       <p>— Я вот как думаю, — сказал Смок. — Надо сейчас же снарядить несколько легких нарт. Скажем, по сто фунтов провизии на каждые. Снаряжение погонщика и корм для собак — это еще по пятьдесят фунтов. Такие упряжки мигом домчат. Отправим сейчас же хотя бы пять таких нарт — с самыми резвыми собаками, с лучшими погонщиками. По нетронутому снегу они будут вести по очереди. Пусть отправляются сейчас же. И то, даже при самой большой скорости, пока они доберутся до места, у индейцев три дня не будет во рту ни крошки. А как только эти уедут, снарядим еще несколько нарт побольше. Подсчитайте сами. Два фунта съестного в день на человека: меньше нельзя, а то им не дойти. Это значит четыреста фунтов в день, а там старики и дети. Выходит, раньше чем за пять дней им до Муклука не добраться. Вот теперь и скажите, что вы думаете делать.</p>
       <p>— Сложимся и купим провизию, — сказал игрок в кости.</p>
       <p>— Провизию я и сам куплю, — нетерпеливо сказал Смок.</p>
       <p>— Нет уж, — прервал игрок в кости, — ты тут не один. Мы все этим займемся. Дайте-ка кто-нибудь таз. Это — минутное дело. Вот для почина.</p>
       <p>Он вытащил из кармана тяжелый мешочек с золотом, развязал — и в таз полилась струя крупного золотого песка и самородков. Человек, стоявший рядом, выругался и, схватив игрока за руку, зажал край мешка, чтобы остановить эту струю. В тазу на глаз было уже шесть, а то и восемь унций золота.</p>
       <p>— Осади назад! — крикнул сердитый человек. — Не у тебя одного есть золото!</p>
       <p>— Ого! — усмехнулся игрок в кости. — Что это ты больно рвешься вперед, думаешь, тут расхватывают заявки?</p>
       <p>Люди теснились и толкались, спеша внести свою долю, а когда все добились своего, Смок приподнял обеими руками тяжелый таз и широко улыбнулся.</p>
       <p>— Тут хватит, чтоб прокормить все племя до конца зимы, — сказал он. — Так как же насчет собак? Нужны собаки побойчее, пять хороших, легких упряжек.</p>
       <p>Тотчас был предложен десяток упряжек, и все обитатели Муклука, в полном составе вошедшие в комитет помощи голодающим, судили, принимали и отвергали одну упряжку за другой.</p>
       <p>— Да разве тут годятся твои тяжеловозы? — сказал кто-то Длинному Биллу Хаскелу.</p>
       <p>— Они отлично тянут, — возразил Хаскел, оскорбленный в своих лучших чувствах.</p>
       <p>— Тянут-то отлично, — ответил тот, — да скорость у них не ахти какая. Ты погоди, для тяжелых нарт они подойдут в самый раз.</p>
       <p>Как только отбирали подходящую упряжку, ее хозяин шел запрягать и готовиться к отъезду, и человек пять-шасть спешили ему помочь.</p>
       <p>Одну упряжку отвергли потому, что она только сегодня вернулась из поездки и собаки устали. Владелец другой предложил своих собак, но с виноватым видом показал перевязанную лодыжку, которая мешала ему поехать самому. Эту упряжку взял Смок, хоть его и уговаривали хором, что он вымотался и вовсе ему незачем ехать.</p>
       <p>Длинный Билл Хаскел заявил, что у Толстяка Олсена упряжка, правда, лихая, но сам Олсен — настоящий слон. Толстяк весил ровным счетом двести сорок фунтов, и все его могучее тело задрожало от негодования. Слезы ярости навернулись ему на глаза, и он до тех пор ругался по-норвежски, пока его не определили в отряд тяжелых упряжек; игрок в кости воспользовался случаем и перехватил легкую упряжку Олсена.</p>
       <p>Пять упряжек были отобраны, нагружены и готовы к отправке, но комитет нашел пока только четверых подходящих погонщиков.</p>
       <p>— А Калтуса Джорджа забыли! — крикнул кто-то. — Он отличный гонщик, и он сегодня отдыхал.</p>
       <p>Все взгляды обратились на рослого, сильного индейца, но лицо его было неподвижно, и он ничего не ответил.</p>
       <p>— Возьми упряжку, — сказал ему Смок.</p>
       <p>Индеец опять не ответил. Казалось, электрический ток пронизал толпу, все насторожились, почуяв неладное. Люди все тесней обступали Смока и Калтуса Джорджа, стоявших теперь друг против друга. И Смок понял: с общего молчаливого согласия он сейчас выразитель воли своих товарищей в том, что происходит и что должно произойти. К тому же он был зол. В самом деле, как может кто-либо оставаться в стороне, когда все так и рвутся наперебой помочь голодным! В дальнейшем развитии событий Смок никак не мог проникнуть в ход Мыслей Калтуса Джорджа, — он не представлял себе, что у этого индейца могут быть какие-то иные побуждения, кроме самых эгоистических и корыстных.</p>
       <p>— Ты, конечно, возьмешь упряжку, — повторил Смок.</p>
       <p>— Сколько? — спросил Калтус Джордж.</p>
       <p>Все разом глухо заворчали, все лица исказились презрительной гримасой. Сжав кулаки, готовые вцепиться в того, кто нанес им такое оскорбление, золотоискатели придвинулись вплотную.</p>
       <p>— Погодите, ребята! — крикнул Смок. — Может быть, он просто не понял. Сейчас я ему растолкую. Послушай, Джордж. Разве ты не видишь, тут никто не требует платы. Каждый отдает все, что может, только бы те двести индейцев не умерли с голоду.</p>
       <p>Он замолчал, выжидая, чтобы его слова дошли до сознания Калтуса Джорджа.</p>
       <p>— Сколько? — повторил Калтус Джордж.</p>
       <p>— Погодите, вы все! Слушай, Джордж. Мы хотим, чтобы ты все как следует понял. Эти голодные индейцы — твои сородичи. Другое племя, но тоже индейцы. И ты видишь: белые выкладывают свое золото, дают нарты и собак, каждый так и рвется в погонщики. Только самые лучшие достойны пойти с первыми упряжками.</p>
       <p>Вот Олсен чуть не в драку лез, когда его не брали. Ты должен гордиться: все считают тебя первоклассным гонщиком. Тут вопрос не в том, сколько тебе заплатят, а в том, скоро ли ты доедешь.</p>
       <p>— Сколько? — повторил Калтус Джордж.</p>
       <p>Толпа, минуту назад доброжелательная и отзывчивая, мгновенно рассвирепела.</p>
       <p>— Убить его! — неслось со всех сторон. — Проломить ему башку! Дегтя и перьев сюда!</p>
       <p>Калтус Джордж стоял невозмутимый среди этой бури негодования; Смок, отталкивая самых неистовых, заорал во все горло:</p>
       <p>— Стойте! Кто тут распоряжается? — Кругом примолкли. — Давайте веревку, — прибавил он тише.</p>
       <p>Калтус Джордж пожал плечами, лицо его искривила угрюмая, недоверчивая усмешка. Знает он их, этих белых. Сколько лет он работал вместе с ними, сколько миль отшагал, ел их лепешки, бекон и бобы, — он успел их изучить. Это племя держится своих законов — вот что отлично знал Калтус Джордж. Оно всегда наказывает того, кто нарушает их закон. Но он, Калтус Джордж, не нарушал никаких законов. Он знает законы белых. Он всегда соблюдал их. Он никого не убил, не обокрал, не обманул. Закон белых вовсе не запрещает запросить цену и торговаться. Белые сами запрашивают и торгуются. Вот и он так делает, они же его и научили. А кроме того, если он недостоин пить вместе с ними, значит, недостоин и заниматься вместе с ними делами милосердия и вообще принимать участие в их нелепых затеях.</p>
       <p>Ни Смок и никто другой из присутствующих не догадывались о том, что происходит в мозгу Калтуса Джорджа, чем вызвано его странное поведение и что за ним кроется. Сами того не подозревая, они были так же сбиты с толку и не способны понять его, как он не мог понять их. В их глазах он был себялюбивая, грубая скотина; в его глазах себялюбивыми грубыми скотами они были.</p>
       <p>Принесли веревку. Длинный Билл Хаскел, Толстяк Олсен и игрок в кости, разъяренные, торопливо и неловко надели индейцу на шею петлю и перекинули веревку через балку потолка. За ее конец ухватились человек десять, готовые вздернуть Калтуса.</p>
       <p>А Калтус Джордж не сопротивлялся. Он-то знал, что все это чистейший обман, блеф. Белые — мастера обманывать. Недаром покер — их любимая игра. И разве они не обманывают, когда покупают, продают, заключают сделки? Еще как! Он сам наблюдал, как один белый вел свои дела с таким видом, словно у него на руках большая карта, а была у него одна дрянь.</p>
       <p>— Стойте! — скомандовал Смок. — Свяжите ему руки, чтобы не барахтался.</p>
       <p>«Опять пугают», — решил Калтус Джордж и покорно дал связать себе руки за спиной.</p>
       <p>— В последний раз спрашиваю, Джордж, — сказал Смок, — поведешь ты упряжку?</p>
       <p>— Сколько? — повторил Калтус Джордж.</p>
       <p>Сам себе удивляясь, ибо он никогда не думал, что способен на такое, и в то же время взбешенный безграничным эгоизмом индейца, Смок подал знак. И Калтус Джордж удивился не меньше, когда петля вдруг затянулась и его рывком подняло в воздух. Невозмутимости индейца как не бывало. На лице его промелькнули, сменяя друг друга, изумление, ужас, боль.</p>
       <p>Смок с тревогой наблюдал. Его самого никогда еще не вешали, и он чувствовал себя новичком в этом деле. Тело Калтуса судорожно забилось, связанные за спиной руки силились разорвать путы, из горла вырвался хрип. Неожиданно Смок поднял руку.</p>
       <p>— Хватит! — распорядился он.</p>
       <p>Ворча, недовольные, что наказание так быстро пришло к концу, люди, тянувшие веревку, опустили Калтуса Джорджа на пол. Глаза Калтуса выкатились, ноги не держали его, он шатался из стороны в сторону и все еще силился высвободить руки. Смок догадался просунуть пальцы под веревку на шее индейца и быстрым движением ослабил петлю. Калтус Джордж наконец вздохнул.</p>
       <p>— Пойдешь ты с этой упряжкой? — спросил Смок. Калтус Джордж не ответил, он был слишком занят: он дышал.</p>
       <p>— Ну да, мы, белые, свиньи, — заговорил Смок, злясь на себя за то, что ему пришлось играть такую роль. — Мы готовы душу продать за золото и все такое. Но бывают же случаи, когда мы обо всем забываем и действуем, не спрашивая себя, сколько на этом можно заработать. И уж тогда, Калтус Джордж, никто нам не становись поперек. А теперь мы хотим знать одно: пойдешь ты с этой упряжкой?</p>
       <p>Калтус Джордж колебался. Он был не трус. Может, это все еще обман, нелепая забава белых, и, уступив, он останется в дураках. А пока он не знал, на что решиться, Смок в глубине души терзался тревогой: этот упрямый индеец, пожалуй, добьется того, что его и в самом деле повесят.</p>
       <p>— Сколько? — спросил Калтус Джордж. Смок поднял руку, давая сигнал.</p>
       <p>— Я пойду, — поспешно сказал Калтус Джордж, прежде чем веревка затянулась.</p>
       <p>— …и когда спасательная экспедиция меня отыскала, — рассказывал потом Малыш в салуне «Прииск Энни», — этот самый Калтус Джордж примчался первым, обогнал Смока на три часа. А все-таки, не забудьте, Смок пришел вторым. И, скажу я вам, они приехали вовремя. Когда я услыхал, как Калтус Джордж орет на перевале на своих собак, эти чертовы сиваши уже слопали мои мокасины, и рукавицы, и все ремни, и футляр от моего ножа, а кое-кто уже стал и на меня посматривать этакими голодными глазищами… понимаете, я ведь потолще их.</p>
       <p>А Смок? Он был еле жив. Он еще покрутился немного, помогал готовить еду для этих двухсот несчастных сивашей, да так, сидя на корточках, и заснул и во сне все еще видел, что подкладывает снег в ведро. Я ему приготовил свою постель и сам его уложил, вот чтоб мне провалиться! Он до того вымотался, что и укрыться не мог. А зубочистки я все-таки выиграл. Вот и выходит, что Смок недаром скормил собакам те шесть рыбин, верно?</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Ошибка господа бога</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>— Стой! — закричал собакам Смок и всей тяжестью налег на шест, останавливая нарты.</p>
       <p>— Что это на тебя напало? — недовольно спросил Малыш. — Тут воды уже нет, можно ехать спокойно.</p>
       <p>— Да, — ответил Смок. — Но ты посмотри, вправо отходит тропа. А я думал, в этих местах никто не зимует.</p>
       <p>Собаки тотчас улеглись на снег и стали выгрызать намерзшие между пальцами льдинки. Еще пять минут назад это был не лед, а вода. Собаки провалились сквозь присыпанную снегом ледяную корку, под нею скрывалась ключевая вода, которая просочилась с берега и образовала озерко поверх трехфутовой толщи льда, сковавшей реку Нордбеска.</p>
       <p>— Первый раз слышу, чтобы на Нордбеске был народ, — сказал Малыш, разглядывая почти незаметную тропу: прикрытая двухфутовым слоем снега, она пересекала русло реки под прямым углом и исчезала в устье небольшого ручья, впадавшего в Нордбеску слева. — Может, они тут охотились и давным-давно укатили со всеми своими пожитками.</p>
       <p>Не снимая рукавиц, Смок обеими руками сгреб с тропы верхний слой рыхлого снега, посмотрел, подумал, отбросил еще немного снега и снова подумал.</p>
       <p>— Нет, — решил он наконец, — следы ведут в обоих направлениях, но в последний раз ехали туда, вверх по ручью. Не знаю, что это за люди, но сейчас они наверняка там. Больше тут никто не проезжал, пожалуй, с месяц. Почему они там застряли, хотел бы я знать?</p>
       <p>— А я хотел бы знать, где мы сегодня остановимся на ночевку, — сказал Малыш, уныло глядя на юго-запад: небо там уже темнело, сгущались вечерние сумерки.</p>
       <p>— Пойдем по этой тропе, по ручью, — предложил Смок. — Сухостоя и хвороста тут сколько угодно. Можно сделать привал в любую минуту.</p>
       <p>— Привал-то, конечно, всегда можно сделать, но, если мы не хотим помереть с голоду, надо поторапливаться и никуда не сворачивать.</p>
       <p>— Мы, наверно, что-нибудь найдем на этом ручье, — продолжал уговаривать Смок.</p>
       <p>— Да ты только погляди, у нас еды совсем не осталось! И собаки на что похожи! — воскликнул Малыш. — Погляди только… Ну да черт с ним, ладно! Все равно будет по-твоему.</p>
       <p>— Да это нас и на один день не задержит, — уверял Смок. — Может, всего-то надо какую-нибудь лишнюю милю пройти.</p>
       <p>— И из-за одной мили люди помирали, — возразил Малыш и с угрюмой покорностью покачал головой. — Что ж, пошли искать себе лиха. Подымайтесь, эй вы, хромоногие! Вставай! Эй, Быстрый! Вставай!</p>
       <p>Вожак повиновался, и упряжка устало двинулась, увязая в рыхлом снегу.</p>
       <p>— Стой! — заорал Малыш. — Придется прокладывать тропу.</p>
       <p>Смок вытащил из нарт лыжи, прикрепил их к мокасинам и зашагал впереди, утаптывая и приминая снег.</p>
       <p>Это была нелегкая работа. И собаки и люди уже много дней недоедали, и силы их были на исходе. Они шли по руслу ручья, круто сбегавшего к реке, и с трудом одолевали тяжелый, непрерывный подъем. Высокие отвесные скалы с обеих сторон сходились все тесней, и скоро путники уже двигались по дну узкого ущелья. Отсвет долгих северных сумерек не проникал за высокие каменные стены, и в ущелье было почти темно.</p>
       <p>— Настоящая западня, — сказал Малыш. — Точно лезешь в преисподнюю. Тут так и жди беды.</p>
       <p>Смок не ответил; полчаса они молча пробивались вперед, и молчание снова нарушил Малыш.</p>
       <p>— У меня предчувствие, — проворчал он. — Да, да, у меня предчувствие. Сказал бы я тебе, да ты слушать не станешь…</p>
       <p>— Ну, ну, валяй, — отозвался Смок.</p>
       <p>— Так вот, чует мое сердце, что мы здесь надолго застрянем. Наживем себе лиха, проторчим тут целую вечность, да еще с хвостиком.</p>
       <p>— А что твое сердце чует насчет еды? — довольно нелюбезно осведомился Смок. — У нас нет в запасе еды на целую вечность, да еще с хвостиком.</p>
       <p>— Насчет еды ничего не чует. Наверно, уж как-нибудь извернемся. Но одно я тебе прямо скажу, Смок. Я готов съесть всех наших собак, но только не Быстрого. На Быстрого у меня рука не поднимется. Я этого пса слишком уважаю.</p>
       <p>— Рано ты нос вешаешь! — насмешливо сказал Смок. — Мое сердце чует больше. Оно чует, что собак есть не придется. Уж не знаю, на лосином мясе, на оленине или на жареных рябчиках, а только мы тут даже раздобреем.</p>
       <p>Малыш фыркнул, не находя слов, чтобы выразить свое негодование, и они снова на время умолкли.</p>
       <p>— Вот оно начинается, твое лихо, — сказал Смок, останавливаясь и пристально глядя на что-то лежащее у тропы.</p>
       <p>Малыш оставил шест, подошел к товарищу и тоже стал разглядывать лежавшее на снегу тело.</p>
       <p>— Это не голодный, — сказал Смок.</p>
       <p>— Погляди на его губы, — сказал Малыш.</p>
       <p>— Совсем закоченел, — сказал Смок и потянул мертвеца за руку; рука не согнулась, но с нею приподнялось все тело.</p>
       <p>— Если его бросить оземь, он расколется на куски, — заметил Малыш.</p>
       <p>Человек лежал на боку, скованный морозом. Он не был засыпан снегом — значит, лежал здесь недолго.</p>
       <p>— Только третьего дня снег сыпал вовсю, — сказал Малыш.</p>
       <p>Смок кивнул, нагнулся над мертвым и повернул его лицом вверх. Висок был прострелен; Смок огляделся и кивком указал на валяющийся в снегу револьвер.</p>
       <p>Через сотню ярдов им попался еще один труп — он лежал ничком на тропе.</p>
       <p>— Две вещи совершенно очевидны, — сказал Смок. — Оба они толстые. Значит, не голодали. И они не нашли золота, иначе не покончили бы самоубийством.</p>
       <p>— Да еще самоубийство ли это, — возразил Малыш.</p>
       <p>— Несомненно. Тут только одни следы — их собственные, и у обоих виден ожог от пороха. — Смок оттащил второй труп в сторону и носком мокасина подкинул револьвер, вдавленный в снег тяжестью упавшего, тела. — Вот и у этого револьвер под боком. Говорил я, что мы тут что-нибудь найдем.</p>
       <p>— Видно, все находки еще впереди. С чего бы этим сытым парням пускать себе пулю в лоб?</p>
       <p>— Когда уж мы это узнаем, так будем знать и все беды, какие ты чуял, — ответил Смок. — Пойдем дальше. Смеркается.</p>
       <p>Было уже совсем темно, когда лыжа Смока вдруг зацепилась за неподвижное мертвое тело и он свалился поперек нарт, на которых лежал еще один покойник. А когда он отряхнулся от снега, насыпавшегося за шиворот, и чиркнул спичкой, они с Малышом увидели третьего покойника, завернутого в одеяла, — он лежал возле наполовину вырытой могилы. И прежде чем спичка погасла, они заметили еще пять или шесть могил.</p>
       <p>— Бр-р, — содрогнулся Малыш. — Лагерь самоубийц. А какие сытые. Наверно, там все перемерли.</p>
       <p>— Нет… вот посмотри. — Смок показал на мерцающий в отдалении слабый огонек. — А вон еще огонь… и еще. Пошли. Прибавь-ка шагу.</p>
       <p>Больше трупов им не попадалось, и через несколько минут плотно укатанная тропа привела их в лагерь.</p>
       <p>— Да это прямо город, — прошептал Малыш. — Хижин двадцать, не меньше. И ни одной собаки. Вот занятно!</p>
       <p>— Теперь я знаю! — взволнованно и тоже шепотом ответил Смок. — Это люди Лоры Сибли. Разве ты не помнишь? Они приплыли осенью по Юкону на «Порт-Таунсенде». Прошли мимо Доусона без остановки. Должно быть, высадились прямо у этого ручья.</p>
       <p>— Ну да. Припоминаю. Они мормоны <a l:href="#n_796" type="note">[796]</a>.</p>
       <p>— Нет, вегетарианцы. — Смок усмехнулся в темноте. — Не едят мяса и не ездят на собаках.</p>
       <p>— Мормоны, вегетарианцы — один черт. У всех у них мозги набекрень. И всегда их на золото тянет. Эта самая Лора Сибли обещала привести их на такое место, где они разом станут миллионерами.</p>
       <p>— Правильно. Она у них пророчица — ее посещают видения и всякое такое. А я думал, что они двинулись вверх по Норденсджолду.</p>
       <p>— Тсс! Слушай!</p>
       <p>В темноте Малыш предостерегающе дотронулся рукой до груди Смока, и оба прислушались: низкий протяжный стон донесся от одной из хижин. И, прежде чем он замер, его подхватили в другой хижине, в третьей… казалось, это рвется наружу беспредельное человеческое горе. От этих стенаний мороз продирал по коже.</p>
       <p>— Бр-р, — содрогнулся Малыш. — Прямо жуть берет. Пойдем поглядим, что с ними стряслось.</p>
       <p>Смок подошел к освещенной хижине и постучал. «Войдите!» — со стоном отозвался голос за дверью, и они с Малышом вошли. Это был самый обыкновенный сруб, бревенчатые стены проконопачены мхом, земляной пол усыпан опилками и стружками. При свете керосиновой лампы можно было разглядеть четыре койки; на трех койках лежали люди, они перестали стонать и уставились на вошедших.</p>
       <p>— Что у вас тут? — спросил Смок одного из лежащих; даже под одеялами видно было, какие широкие плечи и большое, сильное тело у этого человека, но глаза у него были страдальческие и щеки ввалились. — Оспа, что ли?</p>
       <p>Вместо ответа человек показал на свой рот, с усилием растянул вспухшие, почернелые губы, и Смок невольно отшатнулся.</p>
       <p>— Цинга, — негромко сказал он Малышу, и больной кивком подтвердил диагноз.</p>
       <p>— Еды хватает? — спросил Малыш.</p>
       <p>— Ага, — отозвался человек с другой койки. — Можете взять. Еды полно. В соседнем доме никого нет. Кладовая рядом. Идите и берите.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Во всех хижинах, которые они обошли в этот вечер, оказалось то же самое. Цингой был поражен весь лагерь. Среди его жителей было десять или двенадцать женщин, но Смок с Малышом увидели далеко не всех. Вначале тут было девяносто три человека. Но десять умерли, и еще двое недавно исчезли. Смок рассказал, как они с Малышом нашли двух самоубийц совсем неподалеку отсюда, и выразил удивление, что никто из лагеря не пошел на поиски. Больше всего его и Малыша поражала беспомощность этих людей. В хижинах была грязь, мусор, дощатые столы заставлены немытой посудой. Никто и не думал помочь друг другу. В каждой хижине были свои несчастья, нимало не трогавшие соседей, и никто уже не давал себе труда хоронить умерших.</p>
       <p>— Прямо понять не могу, — признался Малышу Смок. — Встречал я лодырей и бездельников, но не столько сразу! Слыхал, что они говорят? Никто и пальцем не шевельнул за все время. Пари держу, они тут и не умываются. Не удивительно, что у них цинга.</p>
       <p>— Но откуда у вегетарианцев цинга? — возразил Малыш. — Всегда говорят, что цинга косит тех, кто питается мясом, солониной. А эти вообще мяса не едят — ни соленого, ни сырого, ни жареного, никакого.</p>
       <p>Смок покачал головой.</p>
       <p>— Знаю. Цингу и лечат овощами. Никакие лекарства не помогают. Овощи, особенно картошка, — вот единственное средство. Но не забывай, Малыш, тут перед нами не теория, а факты: эти травоядные все поголовно больны цингой.</p>
       <p>— Значит, она заразная.</p>
       <p>— Нет, это доктора точно знают. Цинга передается не бациллами. Заразиться ею нельзя. Она сама возникает в организме. От истощения, что ли, от плохого состава крови. Не в том дело, что они что-то подхватили, а в том, что им чего-то не хватает. Цингой заболевают оттого, что недостает каких-то веществ в крови, и эти вещества находятся не в склянках и порошках, а в овощах и зелени.</p>
       <p>— Но ведь эти, здешние, только зелень и едят, — возразил Малыш. — У них тут всякой травы сколько угодно. Нет, ты все путаешь. Смок. Это ты разводишь теорию, а факты ее разбивают вдребезги. Цинга — штука заразная, потому они все ее и подхватили и гниют заживо. И мы с тобой заразимся, если будем тут болтаться. Бр-р! Так вот и кажется, что эти самые букашки заползают в меня.</p>
       <p>Смок только фыркнул и постучал в дверь следующей хижины.</p>
       <p>— Наверно, и тут то же самое, — сказал он. — Входи. Надо разобраться как следует.</p>
       <p>— Что вам нужно? — резко спросил женский голос.</p>
       <p>— Видеть вас, — ответил Смок.</p>
       <p>— Кто вы такие?</p>
       <p>— Два доктора из Доусона, — выпалил Малыш и тут же за свое легкомыслие получил от Смока тумак под ребра.</p>
       <p>— Никакие доктора нам не нужны, — наотрез заявила женщина, голос ее прервался от боли и злости. — Уходите. До свидания. Мы в докторов не верим.</p>
       <p>Смок отодвинул щеколду, толкнул дверь, вошел и вывернул фитиль в слабо горевшей керосиновой лампе. Четыре женщины, лежавшие на койках, перестали стонать и охать и уставились на непрошеных гостей. Две женщины были молодые, с исхудалыми лицами, третья — пожилая и очень полная, четвертая, которую Смок сразу признал по голосу, была до того худа, что он не верил своим глазам, — таких живых скелетов он еще не видывал. Он сразу понял, что это и есть Лора Сибли, известная пророчица и ясновидящая, затеявшая в Лос-Анджелесе экспедицию; она-то и привела их всех сюда, на Нордбеску, в этот лагерь смерти. Разговор получился весьма недружелюбный. Лора Сибли не признавала докторов. И в придачу ко всем своим испытаниям она почти утратила веру в самое себя.</p>
       <p>— Почему вы не послали за помощью? — спросил Смок, когда она умолкла, утомленная, задохнувшись после первой же своей гневной тирады. — Есть большой лагерь на реке Стюарт, и до Доусона всего восемнадцать дней пути.</p>
       <p>— А почему Эймос Уэнтворт не пошел? — крикнула она с истерической злостью.</p>
       <p>— Я не знаком с этим джентльменом, — ответил Смок. — Чем он занимается?</p>
       <p>— Ничем. Но он один из всех нас не заболел цингой. А почему не заболел? Я могу вам сказать. Нет, не скажу… — И она плотно сжала тонкие губы; она была худа до прозрачности. Смоку даже казалось, будто сквозь кожу видны ее зубы до самых корней. — Да если бы он и пошел, что толку? Я же знаю. Я не дура. Наши кладовые полны всяких фруктовых соков и консервированных овощей. Ни один лагерь во всей Аляске не вооружен так, как мы, для борьбы с цингой. У нас есть всякие овощи, фрукты, орехи, какие только изготовляются в сушеном виде и в консервах, и всего этого сколько угодно.</p>
       <p>— Вот ты и попался, Смок! — с торжеством воскликнул Малыш. — Тут тоже факт, а не теория. Говоришь, лечение овощами? Вот они, овощи, а как же насчет лечения?</p>
       <p>— Не понимаю, в чем дело, — признался Смок. — И ведь во всей Аляске другого такого лагеря не найти. Видал я цингу — попадались два-три случая то тут, то там, — но никогда не видел, чтобы целый лагерь был охвачен цингой, да еще такой свирепой. Ничего нельзя понять, Малыш. Мы должны для них сделать все, что можно, но сперва надо позаботиться о ночлеге и о собаках. Мы навестим вас утром, э-э… миссис Сибли.</p>
       <p>— Мисс Сибли, — оскорбленно поправила она. — И вот что, молодой человек: если вы сунетесь сюда с вашими дурацкими лекарствами, я всажу в вас хороший заряд дроби.</p>
       <p>— Ну и ведьма же эта пророчица! — смеялся Смок, когда они ощупью пробирались в темноте к пустующей хижине рядом с той, откуда они начали свой обход.</p>
       <p>Видно было, что здесь до недавнего времени жили два человека, и друзья невольно спрашивали себя, не те ли самоубийцы, которых они нашли на дороге. Они осмотрели кладовую и обнаружили великое множество всяческих припасов — в банках, в порошке, консервированных, сушеных, сгущенных.</p>
       <p>— Как же, спрашивается, они ухитрились заполучить цингу? — воскликнул Малыш, широким жестом указывая на пакетики с яичным порошком и итальянскими грибами. — Ты погляди! Только погляди! — Он потрясал банками с томатом, с кукурузой и фаршированными маслинами. — И сама приводчица тоже подхватила цингу. Как это понимать?</p>
       <p>— Пророчица, — поправил Смок.</p>
       <p>— Приводчица, — упрямо повторил Малыш. — Кто их привел в эту дыру, не она, что ли?</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>На другое утро, когда было уже светло, Смок столкнулся на улице с человеком, тащившим тяжело груженные сучьями и хворостом сани. Низенький, опрятный и подвижной, этот человек шагал бодро, быстро, хотя сани были тяжелые. Смок тотчас проникся неприязнью к нему.</p>
       <p>— Что с вами? — спросил он.</p>
       <p>— Ничего, — ответил низенький.</p>
       <p>— Знаю, — сказал Смок. — Потому и спрашиваю. Вы Эймос Уэнтворт. Любопытно, как это получилось, что вы один из всех не заболели цингой?</p>
       <p>— Потому что я не лежал на боку, — быстро ответил тот. — Они бы тоже не заболели, если бы не сидели взаперти и хоть что-нибудь делали. А они чем занимались? Ворчали, и жаловались, и ругали холод, долгую ночь, тяжелую жизнь, работу, болезни и все на свете. Они валялись в постели, пока не распухли так, что уже не могут подняться, вот и все. Посмотрите на меня. Я работал. Войдите ко мне в хижину.</p>
       <p>Смок последовал за ним.</p>
       <p>— Поглядите вокруг. Дом как игрушечка, а? То-то! Чистота, порядок. Я бы и опилки со стружками вымел, да они нужны для тепла. Но они у меня чистые. А поглядели бы вы, что у других на полу делается. Прямо как в хлеву. Я еще ни разу не ел с немытой тарелки. Нет, сэр. А для этого надо работать, и я работал — и не заболел цингой. Намотайте себе это на ус.</p>
       <p>— Вы попали в самую точку, — признался Смок. — Но тут у вас, я вижу, только одна койка. Почему это вы в грустном одиночестве?</p>
       <p>— Потому что мне так больше нравится. Проще убирать за одним, чем за двумя, только и всего. Тут все лодыри и лежебоки. Неужели я стал бы терпеть такого в доме? Не диво, что у них началась цинга.</p>
       <p>Все это звучало очень убедительно, но Смок не мог преодолеть неприязни к своему собеседнику.</p>
       <p>— А почему Лора Сибли так на вас сердита? — спросил он вдруг.</p>
       <p>Эймос Уэнтворт быстро взглянул на Смока.</p>
       <p>— Лора Сибли чудачка, — ответил он. — Все мы чудаки, если хотите знать. Но избави меня боже от чудака, который тарелки за собой не вымоет, а они все такие.</p>
       <p>Несколько минут спустя Смок разговаривал с Лорой Сибли. Опираясь на палки, она проковыляла мимо его хижины и остановилась передохнуть.</p>
       <p>— Почему это вы так сердиты на Уэнтворта? — вдруг спросил он ни с того ни с сего.</p>
       <p>Этот внезапный вопрос застал ее врасплох. Зеленые глаза ее вспыхнули, худое, изнуренное лицо исказилось от бешенства, распухшие, почерневшие губы кривились, готовые произнести самые резкие, необдуманные слова. Но только какие-то бессвязные, нечленораздельные звуки сорвались с этих губ, и тотчас страшным усилием воли Лора Сибли овладела собой.</p>
       <p>— Потому что он здоров, — задыхаясь, выговорила она. — Потому что у него нет цинги. Потому что он думает только о себе. Он пальцем не шевельнет, чтоб кому-нибудь помочь. Бросил нас гнить заживо, и мы гнием заживо, а он хоть бы раз принес нам ведро воды, вязанку хвороста! Такой негодяй! Но он еще дождется! Да, да! Он еще дождется!</p>
       <p>Все еще с трудом переводя дух, она заковыляла дальше. Пять минут спустя Смок вышел кормить собак и увидел, как она вошла в хижину Эймоса Уэнтворта.</p>
       <p>— Что-то тут неладно, Малыш, что-то неладно, — сказал он, мрачно качая головой, когда его товарищ, перемыв посуду, вышел из дому выплеснуть помои.</p>
       <p>— Ясное дело, — весело ответил Малыш. — И нам с тобой тоже ее не миновать. Вот увидишь.</p>
       <p>— Я не про цингу.</p>
       <p>— А, ты про приводчицу? Эта на все способна, она и мертвого ограбит. До чего же у нее вид голодный, я таких сроду не видал!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>— Мы с тобой здоровы, потому что все время работаем, Малыш. И Уэнтворт поэтому здоров. А остальные почти не двигались, и сам видишь, что из этого вышло. Теперь мы пропишем этой хворой команде физический труд. Твое дело следить, чтоб каждый получил свою порцию. Я тебя назначаю старшей сиделкой.</p>
       <p>— Что-о-о? — крикнул Малыш. — Меня? Нет уж, увольте!</p>
       <p>— Не уволю. И сам буду твоим помощником, потому что это дело нешуточное. Надо их расшевелить. Прежде всего пускай похоронят мертвецов. Самых крепких определим в похоронную команду; других, кто все-таки еще держится, — в команду сборщиков топлива, ведь они тут валялись под одеялами, чтобы экономить дрова; ну, а тех, кто послабее, — на работу полегче. Да, и хвойный отвар. Не забыть бы. Аляскинские старожилы просто молятся на него. А эти про него и не слыхивали.</p>
       <p>— Ну, нам несдобровать, — ухмыльнулся Малыш. — Первым делом в нас всадят хорошую порцию свинца.</p>
       <p>— А вот с этого мы и начнем, — сказал Смок. — Пошли.</p>
       <p>За час они обшарили все двадцать с лишним хижин и отобрали у их обитателей все патроны, все ружья, дробовики и револьверы до единого.</p>
       <p>— Ну-ка, болящие, — приговаривал Малыш, — выкладывайте ваши пушки и пистолеты. Они нам пригодятся.</p>
       <p>— А вы кто? — осведомились в первой же хижине.</p>
       <p>— Доктора из Доусона, — ответил Малыш. — Как скажем, так и делайте. Ну-ну, давайте сюда. И патроны тоже.</p>
       <p>— А зачем они вам?</p>
       <p>— На нас идут войной мясные консервы. Они уже захватили пол-ущелья, будем отбивать атаку. И имейте в виду, скоро сюда вторгнется хвойный отвар. Ну-ка, поживее.</p>
       <p>И это было только начало. Все утро Смок и Малыш поднимали людей с постели — кого просьбами, уговорами, а кого и угрозами и просто силой заставляли встать и одеться. Тех, у кого цинга была в более легкой форме, Смок отобрал в похоронную команду. Других послал запасти дров, чтобы можно было отогреть кострами мерзлую глину и песок и выкопать могилы. Третьим было поручено нарубить и наколоть дров поровну для каждой хижины. Те, кто оказался не в силах выйти из дому, должны были чистить, мыть, прибирать у себя в хижине и стирать белье. Еще одна партия натащила еловых ветвей, и всюду на очагах стали кипятить хвойный отвар.</p>
       <p>Но хоть Смок с Малышом и старались делать вид, будто все идет как надо, положение было очень тяжелое. У них мороз пошел по коже, когда они убедились, что по меньшей мере тридцать человек находятся в ужасном, безнадежном состоянии и их нельзя поднять с постели, а одна из женщин в хижине Лоры Сибли умерла. Однако надо было действовать решительно.</p>
       <p>— Неохота мне колотить больного, — объяснял Малыш, угрожающе поднимая кулак, — но если это для его же пользы, я ему башку прошибу. А вас всех очень даже полезно поколотить, лодыри вы несчастные. Ну, ну, давай! Подымайся-ка и надевай свои лохмотья, да поживей, а то я тебе сейчас расквашу физиономию!</p>
       <p>За работой люди стонали, охали, всхлипывали, слезы струились по их щекам и замерзали, и ясно было, что муки их неподдельные. Положение было отчаянное, и предписанные Смоком меры — поистине героические.</p>
       <p>Когда работники вернулись в полдень домой, их уже ждал вполне приличный обед, приготовленный более слабыми соседями по хижине под надзором и руководством Смока и Малыша.</p>
       <p>— Пока хватит, — сказал Смок в три часа дня. — Кончайте работу. Ложитесь в постель. Сейчас вы устали, вам худо, зато завтра будет лучше. Конечно, выздороветь не так-то легко, но у меня вы все выздоровеете.</p>
       <p>— Слишком поздно, — посмеиваясь над стараниями Смока, сказал Эймос Уэнтворт. — Им надо было взяться за ум еще осенью.</p>
       <p>— Пойдемте-ка, — ответил Смок. — Захватите эти два ведра. Вы-то не больны.</p>
       <p>И они пошли втроем из хижины в хижину, наделяя всех и каждого доброй пинтой хвойного отвара. Нелегкое это было дело — заставить их выпить лекарство.</p>
       <p>— Запомните раз и навсегда, нам не до шуток, — объявил Смок первому же упрямцу, который лежал навзничь и стонал, стиснув зубы. — Малыш, помогай! — Смок ухватил пациента за нос и одновременно слегка стукнул в солнечное сплетение, тот задохнулся и открыл рот. — А ну, Малыш! Сейчас он проглотит!</p>
       <p>И больной, давясь, отплевываясь, все же проглотил лекарство.</p>
       <p>— Ничего, привыкнете, — заверил Смок свою жертву и потянулся к носу человека, лежавшего на соседней койке.</p>
       <p>— Я бы уж предпочел касторку, — по секрету признался другу Малыш, готовясь принять свою порцию. — Клянусь Мафусаилом <a l:href="#n_797" type="note">[797]</a>, — объявил он во всеуслышание, проглотив горькую настойку, — на грош глотнешь — ведро здоровья хлебнешь!</p>
       <p>— Мы будем вас обходить с этим хвойным отваром четыре раза в день, и каждый раз нам придется напоить восемьдесят человек, — сказал Смок Лоре Сибли. — Мы не можем зря время терять. Выпьете так или зажать вам нос? — Его рука уже тянулась к ее лицу. — Это настойка растительная, так что совесть может вас не мучить.</p>
       <p>— Ни совесть, ни тошнота! — фыркнул Малыш. — Еще бы! Такой дивный напиток!</p>
       <p>Лора Сибли колебалась. Нелегко ей было себя пересилить.</p>
       <p>— Ну? — повелительно сказал Смок.</p>
       <p>— Я… я выпью, — ответила она дрожащим голосом. — Давайте скорей!</p>
       <p>В тот вечер Смок и Малыш заползли под свои одеяла такие измотанные, как никогда еще не выматывал их целый день езды по самой тяжелой дороге.</p>
       <p>— Тошно мне, — признался Смок. — Страшно смотреть, как они мучаются. Но, кроме работы, я никакого средства не вижу, надо его испробовать до конца. Вот если бы у нас был мешок сырого картофеля…</p>
       <p>— Спаркинс не может мыть посуду, — сказал Малыш. — Его прямо корчит от боли. Пришлось его уложить в постель, он и лечь-то сам не мог.</p>
       <p>— Вот был бы у нас сырой картофель, — повторил Смок. — В этих сушеных и сгущенных продуктах не хватает чего-то самого главного. Из них жизнь улетучилась.</p>
       <p>— А знаешь, или я сильно ошибаюсь, или этот парнишка по фамилии Джонс, из хижины Браунлоу, не дотянет до утра.</p>
       <p>— Не каркай, бога ради, — с упреком сказал Смок.</p>
       <p>— А кому придется его хоронить, не нам, что ли? — рассердился Малыш. — Что с этим парнем творится, я тебе скажу, просто ужас…</p>
       <p>— Замолчи ты, — сказал Смок.</p>
       <p>Малыш еще пофыркал сердито и скоро уснул. Смок услышал его тяжелое мерное дыхание.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>К утру умер не только Джонс, — один из самых сильных мужчин, работавший накануне в числе дровосеков, повесился. И потянулись длинной чередой дни, похожие на страшный сон. Целую неделю, напрягая все силы, Смок заставлял своих пациентов работать и глотать хвойный отвар. И одного за другим, а то и по двое, по трое сразу, вынужден был освобождать их от работы. Он убедился, что физический труд — плохое лекарство для больных цингой. Похоронная команда таяла, а работы у нее не убавлялось, и пять или шесть могил, вырытых про запас в отогретой кострами земле, всегда были наготове и ждали.</p>
       <p>— Вы не могли хуже выбрать место для лагеря, — сказал Смок Лоре Сибли. — Посмотрите, ведь он лежит на самом дне узкого ущелья, идущего с востока на запад. Даже в полдень солнце сюда не заглядывает. Вы месяцами не видите солнечного света.</p>
       <p>— Откуда мне было знать? Смок пожал плечами.</p>
       <p>— Надо было знать, раз вы повели сотню дураков за золотом.</p>
       <p>Она со злобой посмотрела на него и проковыляла дальше. Смок проведал рабочую команду, которая со стонами собирала еловые ветки, а возвращаясь через несколько минут, увидел, что пророчица вошла в хижину Эймоса Уэнтворта, и последовал за нею. Из-за двери он услыхал, что она хнычет и просит о чем-то.</p>
       <p>— Только для меня одной, — умоляла она в ту минуту, когда Смок появился на пороге. — Я никому не скажу…</p>
       <p>Оба с виноватым видом оглянулись на нежданного посетителя. Смок понял, что тут что-то кроется, и мысленно выругал себя — зачем не подслушал!</p>
       <p>— Выкладывайте! — резко приказал он. — Что у вас тут?</p>
       <p>— А что вам нужно? — угрюмо переспросил Эймос Уэнтворт. И Смок не мог объяснить, что ему нужно.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VI</p>
       </title>
       <p>Положение становилось все хуже, все безнадежнее, этом мрачном ущелье, куда не заглядывало солнце, беспощадная смерть уносила все новые и новые жертвы. Каждый день Смок и Малыш со страхом заглядывали друг другу в рот — нет ли белых пятен на деснах и слизистой оболочке, первого несомненного признака цинги.</p>
       <p>— Ну, хватит, — заявил однажды вечером Малыш. — Я все сызнова обдумал — и хватит с меня. Может, из меня кое-как вышел бы погонщик рабов, но погонять калек — на это я не гожусь. Им день ото дня хуже становится. Я теперь и двадцати человек не могу выгнать на работу. Нынче я отправил Джексона в постель. Он уже готов был покончить с собой. У него это прямо на лице написано. Никакого толку от работы нет.</p>
       <p>— И я тоже так решил, — сказал Смок. — Освободим их от работы, оставим только человек десять. Нам нужны помощники. Пускай чередуются, сменяют друг друга. Хвойный отвар надо продолжать.</p>
       <p>— Никакого толку от него нет.</p>
       <p>— Может быть, и нет, не знаю, но уж, во всяком случае, он им не вредит.</p>
       <p>— Еще один покончил с собой, — сообщил Малыш на другое утро. — Филипс, вот кто. Я уже давно видел, что к этому идет.</p>
       <p>— Ну что тут будешь делать! — простонал Смок. — Ты что предлагаешь?</p>
       <p>— Кто, я? Ничего не предлагаю. Пускай все идет своим чередом.</p>
       <p>— Но тогда они все перемрут.</p>
       <p>— Кроме Уэнтворта, — проворчал Малыш, который давно уже, как и Смок, не выносил этого субъекта.</p>
       <p>Уэнтворт был неизменно здоров, словно заколдованный, и Смок только диву давался. Почему Уэнтворт — единственный в лагере — не заболел цингой? Почему Лора Сибли так ненавидит его и в то же время хнычет и скулит перед ним и что-то у него выпрашивает? Что это она у него выпрашивает, в чем он ей отказывает?</p>
       <p>Несколько раз Смок нарочно заходил к Уэнтворту в час обеда. Только одно и показалось ему при этом подозрительным — та подозрительность, с какою встречал его Уэнтворт. Затем он попытался расспросить Лору Сибли.</p>
       <p>— Сырой картофель вылечил бы вас всех, — сказал он пророчице. — Я знаю, я уже не раз видел, как он целительно действует.</p>
       <p>Глаза ее вспыхнули — в них была и вера, и злоба, и ненависть, и Смок понял, что напал на след.</p>
       <p>— Почему вы не привезли с собой на пароходе свежего картофеля? — спросил он.</p>
       <p>— Мы везли. Но в Форте Юкон мы его очень выгодно продали. У нас сколько угодно сушеного картофеля, мы знали, что он лучше сохраняется. Он даже не мерзнет.</p>
       <p>Смок охнул от досады.</p>
       <p>— И вы весь свежий продали? — спросил он.</p>
       <p>— Да. Откуда нам было знать?</p>
       <p>— И совсем ничего не осталось? Может быть, мешок-другой случайно завалялся где-нибудь в сторонке?</p>
       <p>Она замялась на мгновение, покачала головой, потом прибавила:</p>
       <p>— Мы ничего не находили.</p>
       <p>— А может быть, все же что-нибудь осталось? — настаивал он.</p>
       <p>— Откуда я знаю? — скрипучим, злым голосом ответила Лора Сибли. — Я не ведала продовольствием.</p>
       <p>— Им ведал Эймос Уэнтворт, — догадался Смок. — Прекрасно. А теперь скажите — это останется между нами, — как по-вашему, не припрятал ли где-нибудь Эймос Уэнтворт немного сырого картофеля?</p>
       <p>— Нет. Конечно, нет. Почему бы он стал прятать?</p>
       <p>— А почему бы и нет?</p>
       <p>Она пожала плечами.</p>
       <p>И как ни бился Смок, ему не удалось заставить ее признать, что это могло случиться.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VII</p>
       </title>
       <p>— Уэнтворт — свинья, — таков был приговор Малыша, когда Смок сказал ему о своих подозрениях.</p>
       <p>— И Лора Сибли тоже, — прибавил Смок. — Она уверена, что у него есть картофель, но молчит об этом и только добивается, чтобы он поделился с нею.</p>
       <p>— А он не желает? — Малыш проклял грешный род человеческий в одной из самых блистательных своих бранных импровизаций и перевел дух. — Оба они настоящие свиньи. Пускай господь бог в наказание сгноит их в цинге — вот все, что я имею сказать по этому поводу. А сейчас я пойду и расшибу Уэнтворту башку.</p>
       <p>Но Смок был сторонником дипломатических переговоров. В эту ночь, когда все в лагере спало и стонало во сне или, быть может, стонало, не в силах уснуть, Смок постучал у дверей неосвещенной хижины Уэнтворта.</p>
       <p>— Выслушайте меня, Уэнтворт, — сказал он. — Вот здесь, в мешке, у меня на тысячу долларов золотого песка. Я один из богатых людей в здешних краях, я могу себе это позволить. Боюсь, что у меня начинается цинга. Дайте мне одну сырую картофелину — и это золото ваше. Вот попробуйте на вес.</p>
       <p>Смок вздрогнул от радости: Эймос Уэнтворт в темноте протянул руку и попробовал на вес мешок с золотом. Потом Смок услыхал, как Уэнтворт шарит под одеялом, и почувствовал, что в руку ему вложили уже не тяжелый мешочек, а картофелину; да, это, несомненно, была картофелина величиной с куриное яйцо и теплая оттого, что лежала у Уэнтворта под боком.</p>
       <p>Смок не стал дожидаться утра. Они с Малышом боялись, что два самых тяжелых пациента могут умереть каждую минуту, и тотчас отправились в их хижину. В чашке они несли тысячедолларовую картофелину, истертую, размятую вместе с шелухой и приставшими к ней песчинками; и эту жидкую кашицу они по нескольку капель зараз вливали в страшные черные дыры, которые некогда были человеческими ртами. Всю долгую ночь, снова и снова сменяя друг друга, Смок и Малыш давали больным картофельный сок, втирали его в распухшие десны, в которых шатались и постукивали зубы, и заставляли несчастных тщательно глотать каждую каплю драгоценного эликсира.</p>
       <p>Назавтра к вечеру в состоянии обоих пациентов произошла чудесная, прямо невероятная перемена. Они уже не были самыми тяжелыми больными в лагере. Через сорок восемь часов, когда была выпита последняя капля картофельного сока, оба они оказались вне опасности, хотя и далеки еще от полного выздоровления.</p>
       <p>— Вот что, — сказал Смок Уэнтворту. — У меня есть в этих краях золотоносные участки, мой вексель вам оплатят где угодно. Даю вам до пятидесяти тысяч, по пятьсот долларов за каждую картофелину. Это будет сто штук.</p>
       <p>— А золотого песку у вас больше нет? — осведомился Уэнтворт.</p>
       <p>— Мы с Малышом наскребли все, что взяли с собой. Но, честное слово, мы с ним стоим несколько миллионов.</p>
       <p>— Нет у меня никакого картофеля, — решительно заявил Уэнтворт. — Мне и самому он нужен. Только одна картофелина у меня и была, та, которую я вам отдал. Я берег ее всю зиму, боялся, что заболею. Нипочем бы ее не продал, да мне нужны деньги на дорогу. Когда река вскроется, я поеду домой.</p>
       <p>Хоть картофельный сок и кончился, на третий день стало ясно, что те двое, которых им лечили, идут на поправку. Тем, кому сока не давали, становилось все хуже и хуже. На четвертое утро были похоронены еще три страшных тела, изуродованных болезнью. Пройдя через это испытание, Малыш сказал Смоку:</p>
       <p>— Ты пробовал на свой лад. Теперь я попробую по-своему.</p>
       <p>И он прямиком отправился к Уэнтворту. Что произошло в хижине Уэнтворта, он рассказывать не стал. Когда он вышел оттуда, суставы его пальцев были расшиблены и ободраны, а физиономия Уэнтворта оказалась вся в синяках, и он еще долгое время держал голову как-то боком на искривленной и негнущейся шее. Нетрудно было объяснить это странное явление: на шее Уэнтворта красовались иссиня-черные отпечатки пальцев — четыре пятна по одну сторону и одно — по другую.</p>
       <p>Затем Смок с Малышом нагрянули к Уэнтворту, вышвырнули его за дверь прямо в снег и все в хижине перевернули вверх дном. Приковыляла Лора Сибли и тоже стала лихорадочно искать.</p>
       <p>— Ничего ты не получишь, старуха, хотя бы мы откопали целую тонну, — заверил ее Малыш.</p>
       <p>Но их постигло не меньшее разочарование, чем Лору Сибли. Они даже пол весь изрыли — и все-таки ничего не нашли.</p>
       <p>— Я бы стал его поджаривать на медленном огне, он бы у меня живо заговорил, — с полной серьезностью предложил Малыш.</p>
       <p>Смок покачал головой.</p>
       <p>— Да ведь это убийство, — стоял на своем Малыш. — Бедняги, он же их убивает. Уж прямо взял бы топор, да и рубил бы головы — и то лучше.</p>
       <p>Прошел еще день. Смок и Малыш неотступно следили за каждым шагом Уэнтворта. Несколько раз, едва он с ведром в руках выходил к ручью за водой, они словно невзначай направлялись к его хижине, и он поскорей возвращался, так и не набрав воды.</p>
       <p>— Картошка у него припрятана тут же в хижине, — сказал Малыш. — Это ясно, как день. Но в каком месте? Мы все перерыли. — Он поднялся и натянул рукавицы. — Я все-таки ее найду, хотя бы мне пришлось по бревнышку растащить эту паршивую лачугу.</p>
       <p>Он посмотрел на Смока. Тот не слушал, лицо у него было напряженное, взгляд отсутствующий.</p>
       <p>— Что это с тобой? — в сердцах спросил Малыш. — Уж не собираешься ли ты подцепить цингу?</p>
       <p>— Просто я стараюсь кое-что вспомнить.</p>
       <p>— Что вспомнить?</p>
       <p>— Сам не знаю. В том-то и беда. Но это очень важно, только бы мне вспомнить.</p>
       <p>— Смотри, брат, как бы тебе не свихнуться, — сказал Малыш. — Подумай, что тогда со мной будет! Дай своим мозгам передышку. Поди помоги мне растащить ту хижину. Я бы ее поджег, да боюсь, картошка спечется.</p>
       <p>— Нашел! — выкрикнул Смок и вскочил на ноги. — Вот это я и хотел вспомнить. Где у нас бидон с керосином? Живем, Малыш! Картофель наш!</p>
       <p>— А в чем фокус?</p>
       <p>— Вот увидишь, — загадочно сказал Смок. — Я всегда тебе говорил, Малыш, плохо, когда человек не знаком с художественной литературой, — она даже на Клондайке полезна. Вот сейчас мы проделаем одну штуку, о которой написано в книге. Я ее читал еще мальчишкой, и это нам очень пригодится. Идем.</p>
       <p>Спустя несколько минут в мерцающем зеленоватом свете северного сияния они подкрались к хижине Эймоса Уэнтворта. Осторожно, бесшумно полили керосином бревенчатые стены и особенно тщательно — дверь и оконные рамы. Потом чиркнула спичка, и они смотрели, как вспыхнуло и разгорелось пламя, освещая все вокруг. Отойдя в тень, они ждали.</p>
       <p>Из хижины выскочил Уэнтворт, дикими глазами поглядел на огонь и бросился назад. И минуты не прошло, как он снова появился на пороге; на этот раз он шел медленно, низко пригнувшись под тяжестью огромного мешка. Нетрудно было догадаться, что в этом мешке. Смок и Малыш кинулись на Уэнтворта, точно голодные волки. Они обрушились на него одновременно справа и слева. Он едва не упал, придавленный своим мешком, который Смок для верности наскоро ощупал. Уэнтворт обхватил руками колени Смока и запрокинул к нему мертвенно-бледное лицо.</p>
       <p>— Берите все! Оставьте мне дюжину, только дюжину!.. Полдюжины!.. — пронзительно завопил Уэнтворт. Он оскалил зубы и в слепом бешенстве хотел было укусить Смока за ногу, но передумал и опять стал клянчить. — Только полдюжины! — выл он. — Только полдюжины! Я сам хотел вам завтра все отдать. Да, да, завтра. Я сам собирался. Это жизнь! Это спасение! Только полдюжины!</p>
       <p>— Где другой мешок? — оборвал его Смок Беллью.</p>
       <p>— Я все съел, — ответил Уэнтворт, и ясно было, что это чистая правда. — Здесь в мешке все, что осталось. Берите все. Дайте мне только несколько штук.</p>
       <p>— Все съел! — воскликнул Малыш. — Целый мешок! А эти бедняги мрут, потому что у них нет ни единой картофелины! Вот тебе! Вот! Вот! Вот тебе! Свинья! Скотина!</p>
       <p>Он смаху пнул Уэнтворта ногой. Первый же пинок оторвал Уэнтворта от Смока, колени которого он обнимал. Второй опрокинул его в снег. Но Малыш бил еще и еще.</p>
       <p>— Побереги пальцы, — только и сказал Смок.</p>
       <p>— Ясно, — ответил Малыш. — Я его пяткой. Увидишь, я ему все ребра переломаю. Я ему челюсть сверну. На тебе! На! Эх, жалко, что на мне мокасины, а не сапоги. Ах ты свинья!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VIII</p>
       </title>
       <p>В эту ночь в лагере никто не спал. Час за часом Смок и Малыш снова и снова обходили его обитателей, вливая животворный картофельный сок, по четверти ложки зараз, в страшные, все в язвах рты. И на следующий день, пока один спал, другой продолжал свое дело.</p>
       <p>Смертных случаев больше не было. Самые безнадежные больные начали поправляться с поразительной быстротой. На третий день люди, которые пролежали пластом долгие недели и даже месяцы, сползли со своих коек и начали двигаться, опираясь на палки. Уже два месяца, как северный короткий день стал прибывать, и вот солнце впервые поднялось над скалистой грядой и весело заглянуло в ущелье.</p>
       <p>— Ни одной картофелины не получишь, — сказал Малыш Уэнтворту, который ныл и хныкал перед ним. — Тебя цинга и не трогала. Уплел целый мешок, теперь она тебе еще двадцать лет не страшна. Через тебя я стал лучше понимать господа бога. Я всегда удивлялся, как это он терпит сатану. А теперь понимаю. Он помиловал сатану, как я тебя помиловал. А все равно это стыд и срам, что я тебя не прикончил.</p>
       <p>— Вот мой совет, — сказал Уэнтворту Смок. — Больные очень быстро поправляются; через неделю мы с Малышом уедем, и некому будет вас от них защитить. Вот дорога. До Доусона восемнадцать дней пути.</p>
       <p>— Сматывайся отсюда, Эймос, — прибавил Малыш. — А то они скоро выздоровеют и так тебя отделают… Как я тебя отделал — это еще сущие пустяки.</p>
       <p>— Джентльмены, умоляю, выслушайте меня, — ныл Уэнтворт, — я в этих краях чужой. Я не знаю здешних обычаев. Я не знаю дороги. Позвольте мне поехать с вами. Я дам вам тысячу долларов, только позвольте мне поехать с вами.</p>
       <p>— Пожалуйста, — сказал Смок с коварной улыбкой. — Если Малыш согласен.</p>
       <p>— Кто?! Я?! — Малыш с достоинством выпрямился. — Я ничтожество. Я смиреннее последней козявки. Я червяк, букашка, лягушкин брат и мухин сын. Я не боюсь гадов и насекомых и не гнушаюсь ими — ни ползучими, ни вонючими. Но чтоб я связался с ним! Да он же хуже гада, он просто ошибка господа бога! Убирайся вон, ты! Я человек не гордый, но на тебя мне и смотреть тошно.</p>
       <p>И Эймос Уэнтворт убрался; он ушел один, волоча сани, нагруженные запасом провизии, которой должно было хватить до самого Доусона. Едва он прошел милю по тропе, как его нагнал Малыш.</p>
       <p>— Поди сюда, — сказал Малыш. — Давай, давай. Выкладывай. Раскошеливайся.</p>
       <p>— Я вас не понимаю, — дрожащим голосом ответил Уэнтворт; он весь затрясся при воспоминании о том, как Малыш уже дважды его отделал — и кулаками и ногами.</p>
       <p>— А тысяча долларов? Непонятно? Тысяча долларов, которую Смок уплатил тебе за ту паршивую картофелину? Пошевеливайся!</p>
       <p>И Эймос Уэнтворт протянул ему мешочек с золотом.</p>
       <p>— Чтоб тебя вонючка искусала, — напутствовал его Малыш. — Авось, ты сбесишься и издохнешь.</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Яичный переполох</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>Ясным морозным утром Люсиль Эрол, что-то выбиравшая у галантерейного прилавка в магазине Аляскинской торговой компании в Доусоне, подозвала к себе Смока Беллью. Приказчик вышел за чем-то на склад. Хотя огромные печи раскалились докрасна, Люсиль снова натянула рукавицы.</p>
       <p>Смок бросился на ее зов. Во всем Доусоне не было человека, которому не польстило бы внимание Люсиль Эрол — эстрадной певицы, которая служила в небольшой труппе, ежедневно дававшей представления в доусонском театре.</p>
       <p>— Вот скука смертная! — пожаловалась Люсиль с капризной гримаской, как только они обменялись рукопожатием. — Уже целую неделю в Доусоне не было приступов золотой лихорадки. Обещал Скиф Митчел устроить костюмированный бал, да отложил. Никто не кутит, и в театр никто не ходит. И почты из Штатов уже две недели нет. В общем, Доусон впал в спячку. Надо что-нибудь придумать. Этому городишке нужна встряска — и мы с вами должны его встряхнуть. Кто же их всех расшевелит, если не мы? Знаете, моя помолвка с Бешеным расстроилась.</p>
       <p>И тотчас перед мысленным взором Смока мелькнули два видения: лицо Джой Гастелл — и он сам, на примятом снегу, под холодной северной луной, убитый наповал меткой пулей вышеупомянутого Чарли Бешеного. Смок отнюдь не горел желанием вместе с Люсиль Эрол расшевелить Доусон, и она не могла этого не заметить.</p>
       <p>— Вот мило! Благодарю покорно, вы меня совсем не так поняли, — засмеялась она и обиженно надула губы. — Право, вы не настолько внимательны ко мне, чтобы стоило бросаться вам на шею.</p>
       <p>— От нечаянной радости можно получить разрыв сердца, — с огромным облегчением пробормотал Смок.</p>
       <p>— Лгунишка, — кокетливо сказала Люсиль. — Просто вы до смерти испугались. Так вот имейте в виду, мистер Смок Беллью, я не собираюсь влюбиться в вас, а если вы попробуете влюбиться в меня, Бешеный быстро вас вылечит. Вы его знаете. И потом, я… я не совсем порвала с ним.</p>
       <p>— Ладно, загадывайте загадки, — усмехнулся Смок. — Может, когда-нибудь я и догадаюсь, к чему вы клоните.</p>
       <p>— Тут нечего гадать, я вам скажу прямо. Бешеный думает, что я порвала с ним, понимаете?</p>
       <p>— А на самом деле нет?</p>
       <p>— Конечно, нет! Но это я только вам, по секрету. А он думает, что все кончено. Я всем так говорю, и он это заслужил.</p>
       <p>— А я вам зачем? Как ширма? Для отвода глаз?</p>
       <p>— Ни в коем случае. Вы заработаете кучу денег, мы поднимем Бешеного на смех, развеселим Доусон, а самое главное, ради чего я все это затеяла, — Бешеный станет немного потише. Ему это полезно. Он… как бы это получше объяснить… уж очень разбушевался. Только потому, что он такой огромный детина, и рудникам своим счет потерял, и…</p>
       <p>— И обручен с самой очаровательной женщиной во всей Аляске, — вставил Смок.</p>
       <p>— Ну, и это — вы очень любезны… а все равно нечего ему буянить. Вчера вечером он опять разошелся. В салуне «М. и М.» засыпал весь пол золотым песком. На тысячу долларов, не меньше. Просто-напросто развязал кошель и пошел сыпать под ноги танцующим. Вы уже, конечно, слыхали?</p>
       <p>— Еще утром. Жалко, что я не уборщик в этом заведении. А все-таки я вас никак не пойму. Я-то тут при чем?</p>
       <p>— Вот слушайте. Вчера это было уж слишком. Я поссорилась с ним, и теперь он делает вид, что сердце его разбито. Ну, вот мы и добрались до сути. Я обожаю яйца всмятку.</p>
       <p>— Вот те на! — в отчаянии воскликнул Смок. — А это тут при чем?</p>
       <p>— Не торопитесь.</p>
       <p>— Но какая же связь между яйцами всмятку и вашей помолвкой?</p>
       <p>— Самая прямая, только дослушайте меня.</p>
       <p>— Я весь внимание! — заверил Смок.</p>
       <p>— Так вот, слушайте, бога ради. Я люблю яйца всмятку. А в Доусоне яйца — редкость.</p>
       <p>— Да, конечно. Я знаю. Почти все, что было, закупил ресторан Славовича. Ветчина с одним яйцом — три доллара. С двумя яйцами — пять долларов. Значит, розничная цена яйцу — два доллара. Только наши богачи да вот Люсиль Эрол или Чарли Бешеный могут позволить себе такую роскошь.</p>
       <p>— Бешеный тоже любит яйца, — продолжала Люсиль. — Но не в этом дело. Важно, что их люблю я. Каждое утро в одиннадцать часов я завтракаю у Славовича. И непременно съедаю два яйца всмятку. — Она многозначительно помолчала. — Но представьте себе, что кто-то скупил все яйца.</p>
       <p>Она ждала ответа, а он смотрел на нее с восхищением: что и говорить, Бешеный выбрал очень неплохо!</p>
       <p>— Вы меня не слушаете, — сказала Люсиль.</p>
       <p>— Продолжайте, — ответил Смок. — Я сдаюсь. Где же разгадка?</p>
       <p>— Вот бестолковый! Вы же знаете Бешеного. Он увидит, как я горюю, что нет яиц всмятку (а я хорошо его изучила и умею разыграть безутешное горе), и как по-вашему, что он тогда сделает?</p>
       <p>— Говорите. Я слушаю.</p>
       <p>— Да он сразу кинется разыскивать того, кто скупил все яйца. Он перекупит их, сколько бы это ему ни стоило. Вообразите картину: в одиннадцать часов я вхожу к Славовичу. За соседним столиком — Бешеный. Можете не сомневаться, он там будет. «Два яйца всмятку», — говорю я официанту. «Виноват, мисс Эрол, — отвечает он, — яиц больше нет». И тут Бешеный говорит своим медвежьим басом: «Официант, омлет из шести яиц!» — «Слушаю, сэр», — говорит официант и подает омлет. Теперь вообразите картину: Бешеный косится в мою сторону, я делаю самое ледяное и возмущенное лицо и подзываю официанта. «Виноват, мисс Эрол, — говорит он, — но это собственность мистера Бешеного. Понимаете, мисс, он скупил все яйца». Вообразите картину: Бешеный торжествует и, старательно делая вид, что ничего не заметил, уплетает омлет из шести яиц.</p>
       <p>А потом такая картина: Славович самолично приносит мне два яйца всмятку и говорит: «Мистер Бешеный просит оказать ему честь». Что тут делать? Мне только и останется улыбнуться Бешеному, и мы, конечно, помиримся, и он будет считать, что это ничуть не дорого, даже если яйца обойдутся ему по десять долларов штука.</p>
       <p>— А дальше что? — спросил Смок. — На какой же станции я влезу в этот экспресс и у какой водокачки меня потом ссадят?</p>
       <p>— Вот глупый! Никто вас не ссадит. Вы приведете свой яичный поезд прямиком к станции назначения. Вы-то и скупите все яйца. Принимайтесь за дело немедленно, сегодня же. Вы можете купить все яйца, сколько их есть в Доусоне, по три доллара за штуку, а с Бешеного возьмете, сколько вам вздумается. И потом мы всем расскажем, в чем дело. Бешеного поднимут на смех. Он немного утихомирится. Мы с вами выйдем победителями. Вы заработаете кучу денег. А Доусон проснется от спячки и будет хохотать до упаду. Разумеется, если… если это, по-вашему, чересчур рискованная спекуляция, я дам вам золотого песку.</p>
       <p>Это было уже слишком. Смок был обыкновенный смертный родом с Запада, с весьма своеобразными взглядами на женщин и на деньги. Разве мог он принять от нее золото?</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>— Эй, Малыш! — окликнул Смок своего компаньона; тот вразвалку шагал по другой стороне улицы, неся под мышкой бутыль, в которой замерзла какая-то жидкость. Смок перешел к нему через дорогу. — Где ты пропадал все утро? Я тебя всюду ищу.</p>
       <p>— К доктору ходил, — ответил Малыш, показывая бутылку. — С нашей Салли что-то неладно. Вчера вечером, когда я их кормил, я увидал, что у нее хвост и бока облезают. Доктор говорит…</p>
       <p>— Это все ерунда, — нетерпеливо прервал Смок. — Я хочу…</p>
       <p>— Что это с тобой? — возмутился Малыш. — А если у Салли вся шерсть вылезет в такой мороз? Говорят тебе, собака больна! Доктор сказал…</p>
       <p>— Салли подождет. Послушай…</p>
       <p>— Говорят тебе, она не может ждать. Нет, это уже пахнет истязанием животных. Ты, видно, заморозить ее хочешь. И какая муха тебя укусила? Может, на Монте-Кристо и впрямь нашли золото?</p>
       <p>— Не знаю, Малыш. Но у меня к тебе просьба.</p>
       <p>— Пожалуйста, — любезно согласился Малыш, сразу успокаиваясь. — Что там у тебя? Выкладывай. Я весь к твоим услугам.</p>
       <p>— Купи для меня яиц…</p>
       <p>— Может, еще пудры и духов? А бедная Салли пускай облезет начисто? Нет, знаешь, Смок, если ты хочешь вести роскошную жизнь, можешь сам покупать себе яйца, а с меня хватит и бобов с салом.</p>
       <p>— Я и сам буду покупать, но ты мне поможешь. А теперь помолчи, Малыш. Говорить буду я. Сейчас ты пойдешь к Славовичу. Плати хоть по три доллара за яйцо, но купи все, что у него есть.</p>
       <p>— По три доллара! — охнул Малыш. — А я только вчера слыхал, что у него в запасе целых семьсот яиц. Две тысячи сто долларов за курочкино яичко! Знаешь, что я тебе скажу? Беги покажись доктору. Он тобой займется. И возьмет с тебя не больше унции песку за совет. До скорого! Мне пора.</p>
       <p>Он шагнул было прочь, но Смок взял его за плечо и с силой повернул к себе.</p>
       <p>— Слушай, Смок, я все для тебя сделаю, — горячо сказал Малыш. — Если ты схватишь насморк и будешь лежать с переломанными руками, я день и ночь буду сидеть подле тебя и утирать тебе нос. Но будь я проклят вовеки, если ради тебя или ради кого другого выложу две тысячи сто полновесных долларов за какие-то там куриные яйца.</p>
       <p>— Да ведь доллары не твои, а мои. Я затеял одно дело. Хочу скупить все яйца, сколько их есть в Доусоне, в Клондайке, по всему Юкону. Ты должен мне помочь. Мне некогда рассказывать, в чем тут суть. Потом объясню и, если захочешь, приму тебя в долю. Но прежде всего надо скупить яйца. А теперь беги к Славовичу и забирай все, что у него есть.</p>
       <p>— Но что я ему скажу? Уж, конечно, он поймет, что я не собираюсь сам все уплести.</p>
       <p>— Ничего ему не говори. Деньги скажут. Он берет за вареное яйцо два доллара. Предложи ему по три доллара за сырое. Если он начнет приставать с расспросами, скажи, что хочешь разводить цыплят. Мне все равно, были бы яйца. И потом продолжай в том же духе, обшарь весь Доусон и скупи все яйца до единого. Понял? Покупай все подряд! В ресторанчике напротив Славовича есть немного — купи их. Я пойду в Клондайк-сити. Там живет один разорившийся старик, хромоногий; у него есть шесть дюжин. Он продержал их всю зиму, надеялся продать подороже, чтоб хватило на дорогу до Сиэтла. Я ему оплачу дорогу и получу яйца. Ну, поторапливайся. И еще, говорят, у той женщины, что живет за лесопилкой и шьет мокасины, найдется дюжина-другая.</p>
       <p>— Ладно, будь по-твоему. Но самая большая партия — у Славовича. Я с ним заключу такой контракт, что комар носу не подточит. А сейчас пойду соберу по мелочам, что у кого есть.</p>
       <p>— Ладно. Только поскорей. Вечером я тебе расскажу, какой у меня план.</p>
       <p>Но Малыш помахал бутылкой.</p>
       <p>— Сперва я займусь лечением Салли. Уж столько-то времени яйца подождут. Если их до сих пор не съели, так не съедят, пока я позабочусь о несчастной собаке, — она столько раз спасала нам жизнь.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Еще никогда ни один товар не скупали так быстро. За три дня Смок с Малышом прибрали к рукам все яйца, сколько их было в Доусоне, кроме нескольких дюжин. Смок не стоял за ценой. Он, не краснея, признавался, что купил у старика из Клондайка семьдесят два яйца по пять долларов штука. Но большую часть купил Малыш, и притом отчаянно торговался. Женщине, которая занималась шитьем мокасин, он заплатил всего по два доллара и очень гордился, что так удачно поладил со Славовичем — купил семьсот пятнадцать яиц по два с полтиной на круг. И как он ворчал, когда в ресторанчике напротив, где всего было каких-то сто тридцать четыре яйца, с него содрали по два семьдесят пять за штуку!</p>
       <p>Но несколько дюжин еще оставалось у двух владельцев. Малыш вел переговоры с индианкой, которая жила в лачуге на холме, за больницей.</p>
       <p>— Сегодня мы с ней покончим, — объявил назавтра Малыш. — Ты вымой посуду. Я мигом обернусь, если только удастся уйти от нее живым. Куда легче вести дела с мужчинами. С бабами прямо беда, они из покупателя всю душу вымотают. Еще продать им что-нибудь можно, а уж купить… Прямо как будто она не яйцами торгует, а золотыми слитками.</p>
       <p>Когда под вечер Смок вернулся домой, Малыш сидел на корточках и с подозрительно бесстрастным видом натирал лекарством хвост Салли. Несколько минут прошло в молчании.</p>
       <p>— Что хорошего? — небрежно спросил наконец Малыш.</p>
       <p>— Да ничего, — ответил Смок. — Сторговался ты со своей скво?</p>
       <p>Малыш победоносно кивнул на стол, где стояло ведерко с яйцами, и продолжал молча втирать снадобье. Потом признался:</p>
       <p>— Пришлось отдать по семь долларов за штуку.</p>
       <p>— А я под конец предлагал по десять, — сказал Смок. — И вдруг этот тип заявил, что уже продал яйца. Плохо наше дело, Малыш. У нас появился конкурент. Эти двадцать восемь яиц доставят нам немало хлопот. Понимаешь, весь секрет в том, чтобы у нас оказались все яйца до единого, иначе…</p>
       <p>Он не договорил и уставился на своего компаньона. Малыш внезапно изменился в лице — что-то взволновало его, но он всячески старался этого не показать. Он отставил лекарство, тщательно, не торопясь, вытер руки о шкуру Салли, поднялся, прошел в угол, посмотрел на термометр, потом повернул обратно. И наконец заговорил тихим, ровным голосом и притом чрезвычайно вежливо:</p>
       <p>— Будь так добр, повтори, пожалуйста, сколько яиц ты торговал у этого типа?</p>
       <p>— Двадцать восемь.</p>
       <p>— Гм… — пробурчал Малыш и легким кивком поблагодарил Смока. Потом раздумчиво и недоброжелательно посмотрел на печь. — Надо поставить новую печку. А то у этой топка прогорела, получаются не лепешки, а уголь.</p>
       <p>— При чем тут печка? — не выдержал Смок. — Скажи толком, в чем дело?</p>
       <p>— В чем дело? Ты желаешь знать, в чем дело? Тогда будь так любезен, обрати свои прекрасные глаза на ведро, вон там, на столе. Видишь?</p>
       <p>Смок кивнул.</p>
       <p>— Так вот что я хочу тебе сказать. Здесь, в этом самом ведре, ровным счетом двадцать восемь яиц, и каждое из них, черт бы их побрал, стоит ровным счетом семь добрых, звонких, полновесных монет. Если ты очень жаждешь еще что-нибудь узнать, пожалуйста, я в твоем распоряжении.</p>
       <p>— Ну-ну, дальше, — потребовал Смок.</p>
       <p>— Скажи, ты у кого торговал яйца? У высокого старого индейца, верно?</p>
       <p>Смок кивнул, и потом ему пришлось кивать на каждый следующий вопрос Малыша.</p>
       <p>— Ему щеку ободрал медведь — верно? Он торгует собаками? Его зовут Джим Рваная Щека? Все сходится? Понимаешь, о ком я?</p>
       <p>— Ты думаешь, мы с тобой перебивали…</p>
       <p>— Друг у друга. Ясное дело. Эта скво — его жена, они живут на холме за больницей. Я бы мог купить эти яйца по два доллара штука, если б ты не сунулся.</p>
       <p>— То же самое и я, — засмеялся Смок, — если б ты не впутался, чтоб тебе пусто было! Но это не имеет значения. Зато мы скупили все без остатка. Это главное.</p>
       <p>И потом целый час Малыш пыхтел, выводя огрызком карандаша какие-то закорючки на полях газеты трехлетней давности, и чем длинней и загадочней становились колонки цифр, тем веселее становился он сам.</p>
       <p>— Вот оно! — сказал он наконец. — Здорово, а? Очень даже мило, по-моему. Смотри, я все подсчитал. В нашем распоряжении ровно девятьсот семьдесят три яйца. Они нам стоили ровно две тысячи семьсот шестьдесят долларов, считая песок по шестнадцать долларов унция и не принимая в расчет наше с тобой время. А теперь слушай. Если мы выжмем из Бешеного по десять долларов за штуку, мы получим ровным счетом шесть тысяч девятьсот семьдесят долларов чистого барыша. Вот это куш, скажу я тебе! И половина моя! Так и запиши, Смок, — я тебе до того благодарен, прямо выразить не могу. Плевать я хотел на всяких букмекеров, я теперь всю жизнь буду ставить на кур, а не на лошадей.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>В тот вечер в одиннадцать часов, когда Смок уже спал крепким сном, его разбудил Малыш; от его меховой парки веяло стужей, а рука, которой он дотронулся до щеки Смока, была ледяная.</p>
       <p>— Что там еще? — проворчал Смок. — У Салли последняя шерсть вылезла?</p>
       <p>— Да нет. У меня хорошие новости. Я говорил со Славовичем. Вернее, Славович говорил со мной, это он начал первый. «Малыш, — сказал он, — я хочу поговорить с тобой насчет этих самых яиц. Я никому и словом не обмолвился. Никто не знает, что я продал их тебе. Но если ты хочешь сделать выгодное дельце, могу дать тебе хороший совет». И он мне посоветовал одну вещь — прямо находка! Угадай, что?</p>
       <p>— Ну, ну, говори.</p>
       <p>— Хочешь верь, хочешь не верь, но находка — Чарли Бешеный. Он хочет купить яйца. Он заявился к Славовичу, предлагал сперва по пять долларов за штуку, а под конец — по восемь. А у Славовича ничего не осталось. Напоследок Бешеный сказал Славовичу, что разобьет ему башку, если узнает, что он где-нибудь припрятал яйца. И пришлось Славовичу сказать, что яйца он продал и обещал не называть покупателя. Славович просит, чтоб я разрешил ему сказать Бешеному, кто купил яйца. «Малыш, — говорит мне Славович, — Бешеный сейчас же к тебе прибежит. Ты можешь вытянуть из него по восемь долларов за штуку». А я говорю — черта с два по восемь, я из него и десять выжму. В общем, я сказал Славовичу, что подумаю и утром дам ему ответ. Пусть он скажет Бешеному, что это мы все скупили. Верно я говорю? — Ну, конечно, Малыш. Утром сразу шепни словечко Славовичу. Пусть скажет Бешеному, что мы с тобой в этом деле компаньоны. Минут через пять Малыш снова разбудил друга. — Послушай, Смок! Эй, Смок! — Ну? — По десять долларов штука — и ни цента меньше. Правильно я говорю?</p>
       <p>— Ну, ясно… — пробормотал Смок, засыпая.</p>
       <p>Наутро в магазине Аляскинской торговой компании Смок снова встретил у галантерейного прилавка Люсиль Эрол.</p>
       <p>— Дело на мази! — весело объявил он. — Дело на мази. Бешеный приходил к Славовичу насчет яиц, давал большие деньги, и просил, и грозил. А сейчас Славович уже, наверно, ему сказал, что яйца скупили мы с Малышом.</p>
       <p>Глаза Люсиль Эрол вспыхнули радостью.</p>
       <p>— Сейчас пойду завтракать! — воскликнула она. — Закажу яйца, а когда их не окажется, сделаю такое жалобное лицо, что и каменное сердце смягчится. Уж, конечно, Бешеный наседал на Славовича! Он постарается перекупить всю партию, хотя бы ему для этого пришлось распроститься с одним из своих рудников. Я его знаю. Но только вы не уступайте. Десять долларов, Смок, на меньшее я не согласна. Если вы продадите дешевле, я вам никогда не прощу.</p>
       <p>В полдень Малыш занялся приготовлениями к обеду: поставил на стол котелок с бобами, кофе, лепешки на сковороде, жестянку с маслом, банку сгущенного молока, дымящуюся оленину с беконом, компот из сушеных персиков.</p>
       <p>— Обед подан, — объявил он. — Только взгляни сперва, как там Салли.</p>
       <p>Смок отложил упряжь, которую он чинил, открыл дверь и увидел, как Салли и Быстрый бесстрашно отгоняют свору соседских собак, сбежавшихся к ним в надежде чем-нибудь поживиться. Но он увидел и еще нечто, заставившее его поспешно захлопнуть дверь и кинуться к печи. Сковорода, на которой жарилась оленина, еще не остыла — рывком он поставил ее на переднюю конфорку, положил большой кусок масла, схватил яйцо, разбил, вылил на шипящую сковороду и потянулся за вторым. Но тут подскочил Малыш и удержал его за руку.</p>
       <p>— Эй, ты что делаешь?</p>
       <p>— Яичницу, — сказал Смок, стряхивая руку Малыша, и разбил второе яйцо. — Ты что, стал плохо видеть? Может, тебе кажется, что я причесываюсь?</p>
       <p>— Да ты не заболел ли? — тревожно спросил Малыш, когда Смок, ловко оттолкнув его локтем, разбил над сковородой третье яйцо. — Или, может, просто рехнулся? Ведь тут яиц уже на тридцать долларов.</p>
       <p>— А будет на шестьдесят, — ответил Смок, разбивая четвертое. — Не мешай, Малыш. К нам поднимается Бешеный, через пять минут он будет здесь.</p>
       <p>Поняв наконец, в чем дело, Малыш с облегчением вздохнул и сел к столу. А когда в дверь постучали, Смок уже сидел против него за столом, и перед каждым стояла тарелка с дымящейся яичницей из трех яиц.</p>
       <p>— Войдите! — крикнул Смок.</p>
       <p>Вошел Чарли Бешеный, молодой великан добрых шести футов ростом, весивший ни много ни мало сто девяносто фунтов, и пожал обоим руки.</p>
       <p>— Присаживайся, Бешеный, закуси с нами, — пригласил Малыш. — Смок, поджарь-ка ему яичницу. Пари держу, что он уже давно не пробовал яичка.</p>
       <p>Смок вылил еще три яйца на горячую сковороду и через несколько минут поставил яичницу перед гостем. Тот смотрел на нее во все глаза; Малыш признавался потом, что ему страшно стало: вдруг Бешеный сунет яичницу в карман и удерет…</p>
       <p>— А пожалуй, даже самые богатые тузы в Штатах не едят так, как мы, — ликовал Малыш. — Вот мы сейчас втроем уплетем яиц на девяносто долларов, и хоть бы что.</p>
       <p>Бешеный уставился на быстро исчезающие яйца и словно окаменел.</p>
       <p>— Ешь, ешь, — подбодрил его Смок.</p>
       <p>— Они… не стоят они по десять долларов! — медленно произнес Бешеный.</p>
       <p>Малыш принял вызов:</p>
       <p>— Всякая вещь стоит столько, сколько можно за нее получить, так? — спросил он.</p>
       <p>— Да, но…</p>
       <p>— Какие тут «но»? Я же говорю, сколько мы можем за них взять. По десять долларов за штуку, это как пить дать. Имей в виду, мы со Смоком — яичный трест. Раз мы говорим — десять долларов штука, значит, так оно и будет. — Малыш тщательно вытер свою тарелку лепешкой. — Я, кажется, мог бы съесть еще яичко-другое, — вздохнул он и положил себе бобов.</p>
       <p>— Как же это вы так едите яйца, — с упреком сказал Бешеный. — это… это просто нехорошо!</p>
       <p>— Уж такая у нас со Смоком слабость, страшно любим яйца, — извиняющимся тоном объяснил Малыш.</p>
       <p>Бешеный без особого удовольствия доел свою яичницу и неуверенно посмотрел на двух друзей.</p>
       <p>— Послушайте, ребята, вы можете мне оказать большую услугу, — начал он, нащупывая почву. — Продайте мне, или одолжите, или подарите, что ли, этак с дюжину яиц.</p>
       <p>— Сделай милость, — ответил Смок. — Мне и самому иной раз до смерти хочется яичницы. Но не такие уж мы бедняки, чтобы брать деньги за угощение. Ни гроша не возьмем. — Тут его под столом сильно ударили ногой, и он понял, что спокойствие изменяет Малышу. — Так сколько тебе, Бешеный, дюжину?</p>
       <p>Бешеный кивнул.</p>
       <p>— А ну, Малыш, поджарь ему еще дюжину, — сказал Смок. — Вполне сочувствую. Было время, я и сам мог уплести целую дюжину зараз.</p>
       <p>Малыш вскочил, но Бешеный удержал его.</p>
       <p>— Нет, не надо жарить, — сказал он. — Мне нужны сырые яйца.</p>
       <p>— Ты что, хочешь взять их с собой?</p>
       <p>— Вот-вот.</p>
       <p>— Какое же это угощение? — запротестовал Малыш. — Это… это уже купля-продажа.</p>
       <p>— Это совсем другое дело, Бешеный, — поддержал Малыша Смок. — Я думал, ты просто хочешь их съесть. Понимаешь, мы затеяли одну коммерческую операцию.</p>
       <p>Грозные огоньки в голубых глазах Бешеного разгорелись ярче обычного.</p>
       <p>— Я заплачу вам, — бросил он. — Сколько?</p>
       <p>— Но не за дюжину, — ответил Смок. — Дюжину мы продать не можем. Мы не торгуем в розницу, у нас крупная операция. Не будем же мы сами себе портить рынок. Мы скупили все яйца до единого — и продадим их только все сразу.</p>
       <p>— Сколько у вас яиц и сколько вы за них хотите?</p>
       <p>— Сколько у нас, Малыш?</p>
       <p>— Сейчас скажу. — Малыш откашлялся и стал считать вслух: — Девятьсот семьдесят три отнять девять, остается девятьсот шестьдесят два. По десять за штуку — это получается за все вместе девять тысяч шестьсот двадцать кругленьких долларов. Ну и, конечно, мы ведем дело по-честному: за тухлые яйца деньги обратно, только тухлых тут нет. Вот уж чего я никогда на Клондайке не видал, так это тухлых яиц. Самый последний дурак не повезет сюда тухлые яйца.</p>
       <p>— Правильно, — поддержал Смок. — За тухлые яйца деньги обратно. Стало быть, вот что мы предлагаем, Бешеный: плати девять тысяч шестьсот двадцать долларов, и все яйца на Клондайке до единого — твои.</p>
       <p>— А потом ты продай их по двадцать за штуку — и выручишь вдвое, — посоветовал Малыш.</p>
       <p>Бешеный уныло покачал головой и положил себе в тарелку бобов.</p>
       <p>— Это мне не по карману, Малыш. Мне ведь нужно всего несколько штук. Я бы взял дюжину-другую по десять долларов штука. Даже по двадцать взял бы, но только не всю партию.</p>
       <p>— Все или ничего, — отрезал Смок.</p>
       <p>— Послушайте, — в порыве откровенности сказал Бешеный, — я расскажу вам все начистоту, только пускай это останется между нами. Вы ведь знаете, мы с мисс Эрол были помолвлены. Ну, и теперь она со мной порвала. Это вы тоже знаете. Это все знают. Яйца мне нужны для нее.</p>
       <p>— Ха! — зло усмехнулся Малыш. — Так вот зачем они тебе понадобились? Не ожидал я от тебя!</p>
       <p>— Чего не ожидал?</p>
       <p>— Это просто низость, скажу я тебе! — воскликнул Малыш, охваченный благородным негодованием. — Я не удивлюсь, если кто-нибудь всадит в тебя пулю, ты этого заслуживаешь.</p>
       <p>Бешеный вспыхнул, готовый разразиться одним из своих знаменитых припадков ярости. Он сжал вилку с такой силой, что она согнулась, голубые глаза его метали молнии.</p>
       <p>— Слушай, ты это про что? Если ты думаешь, что у меня что-то плохое на уме и я это скрываю…</p>
       <p>— Я знаю, что думаю, — упрямо возразил Малыш. — Уж, конечно, тут ничего не скроешь. Кидают только в открытую.</p>
       <p>— Что кидают?</p>
       <p>— Яйца, сливы, мячи, да мало ли что. Только ты просчитаешься, Бешеный. Публика этого не потерпит.</p>
       <p>Хоть она и артистка, а ты не имеешь права закидать ее на сцене яйцами.</p>
       <p>Казалось, Бешеного вот-вот хватит удар. Он судорожно глотнул горячего, как кипяток, кофе и понемногу пришел в себя.</p>
       <p>— Ошибаешься, Малыш, — неторопливо и холодно сказал он. — Я не собираюсь закидать ее яйцами. Ты пойми! — с жаром выкрикнул он. — Я хочу поднести ей яйца на тарелочке, сваренными всмятку, она их очень любит.</p>
       <p>— Так я и знал, что этого не может быть! — обрадовался Малыш. — Уж кто-кто, а ты не способен на такую подлость!</p>
       <p>— Вот и хорошо, — сказал Бешеный, решив не обижаться. — Но перейдем к делу. Теперь вы знаете, зачем мне нужны яйца. Они мне нужны до зарезу.</p>
       <p>— До того, что возьмешь их за девять тысяч шестьсот двадцать долларов? — спросил Малыш.</p>
       <p>— Да ведь это просто грабеж! — возмутился Бешеный.</p>
       <p>— Это сделка, — отрезал Смок. — Ты что думаешь, мы их накупили, чтобы поправить свое здоровье?</p>
       <p>— Да поймите вы! — взмолился Бешеный. — Мне нужно только две-три дюжины, не больше. Я вам заплачу по двадцать долларов за штуку. А остальные мне куда девать? Сколько лет я жил здесь и не ел яиц, уж как-нибудь и дальше без них проживу.</p>
       <p>— Да ты не горячись, — посоветовал Малыш. — Не нужны они тебе — и не надо. Мы тебе их не навязываем.</p>
       <p>— В том-то и дело, что они мне нужны, — жалобно сказал Бешеный.</p>
       <p>— Что ж, ты знаешь, во сколько они тебе обойдутся — в девять тысяч шестьсот двадцать долларов, а если я сосчитал неправильно, можно пересчитать.</p>
       <p>— А вдруг от них не будет толку? — возразил Бешеный. — Вдруг мисс Эрол уже разлюбила яйца?</p>
       <p>— По-моему, мисс Эрол стоит десяти тысяч, — спокойно вставил Смок.</p>
       <p>— Стоит! — Бешеный вскочил и дал волю своему красноречию. — Да она стоит миллиона! Она стоит всего, что у меня есть! Она стоит всего золота, сколько его есть на Клондайке! — Он снова сел и продолжал спокойнее: — Но это не значит, что я должен просадить десять тысяч долларов на ее завтраки. Вот что я предлагаю. Одолжите мне дюжины две яиц. Я отдам их Славовичу, и он преподнесет их ей от моего имени. Она мне уже сто лет не улыбалась. Если эти яйца подарят мне ее улыбку, я заберу у вас всю партию.</p>
       <p>— Согласен ты на этих условиях подписать контракт? — спросил Смок, спеша поймать его на слове: он-то знал, что Люсиль Эрол улыбнется!</p>
       <p>Бешеный даже рот раскрыл.</p>
       <p>— Быстро же у вас дела делаются, — сказал он не без злости.</p>
       <p>— Мы только соглашаемся на твое предложение, — ответил Смок.</p>
       <p>— Ладно! Давай чернила и бумагу, пиши контракт, — вконец разозлился Бешеный, прижатый к стене.</p>
       <p>Смок немедленно составил документ, из которого следовало, что Бешеный обязуется заплатить по десять долларов за каждое предложенное ему яйцо при условии, что две дюжины, выданные ему авансом, послужат его примирению с Люсиль Эрол.</p>
       <p>Бешеный уже готов был подписать бумагу и вдруг застыл с пером в руке.</p>
       <p>— Только вот что, — сказал он. — Если уж я покупаю яйца, они должны быть свежие.</p>
       <p>— На Клондайке несвежих не бывает, — фыркнул Малыш.</p>
       <p>— А все-таки, если попадется хоть одно плохое, яйцо, вы возвращаете мне за него десять долларов.</p>
       <p>— Ну, конечно, — согласился Смок. — Это справедливо.</p>
       <p>— Берусь съесть каждое тухлое яйцо, которое ты найдешь, — объявил Малыш.</p>
       <p>Смок вставил в контракт слово «свежие», Бешеный мрачно подписался, взял ведерко с пробными двумя дюжинами, надел рукавицы и шагнул к двери.</p>
       <p>— До свиданья, грабители! — буркнул он и хлопнул дверью.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>На другое утро Смок был свидетелем сцены, которая разыгралась у Славовича. Бешеный пригласил его за свой столик рядом со столиком Люсиль Эрол.</p>
       <p>Все произошло в точности так, как она предсказывала.</p>
       <p>— Вы все еще не достали яиц? — жалобно спросила она официанта.</p>
       <p>— Нет, мэм, — был ответ. — Говорят, кто-то скупил все яйца в Доусоне. Мистер Славович пытался приобрести несколько штук специально для вас. Но тот, кто все скупил, не хочет выпускать партию из рук.</p>
       <p>Вот тут-то Бешеный и подозвал хозяина и за плечо притянул его к себе.</p>
       <p>— Слушай, Славович, — хрипло зашептал он ему на ухо. — Вчера вечером я тебе принес две дюжины яиц. Где они?</p>
       <p>— В кладовой, я только пяток разморозил и держу для вас наготове.</p>
       <p>— Это не для меня, — еще тише прошептал Бешеный. — Свари их всмятку и преподнеси мисс Эрол.</p>
       <p>— Я сам сейчас все сделаю, — заверил Славович.</p>
       <p>— Да передай от меня поклон, не забудь, — прибавил Бешеный, отпуская наконец плечо Славовича, которое он до сих пор держал железной хваткой.</p>
       <p>Люсиль Эрол сидела, уставясь в тарелку, и на ее хорошеньком личике было ясно написано, что грудинка с консервированным картофельным пюре приводит ее в совершенное уныние. И тут Славович поднес ей на тарелке два сваренных всмятку яйца.</p>
       <p>— Мистер Бешеный просит оказать ему честь, — сказал он так, что его услышали и за соседним столиком.</p>
       <p>«Вот это актриса!» — подумал Смок, глядя на Люсиль. Лицо ее радостно вспыхнуло, она невольно обернулась — вот-вот улыбнется! — и только усилием воли сдержалась и что-то сказала Славовичу. Бешеный под стулом наступил Смоку на ногу.</p>
       <p>— Будет ли она есть? Вот что главное! Будет она есть? — тревожно шептал он.</p>
       <p>Они искоса поглядывали на соседний столик и видели, что Люсиль колеблется: она едва не отодвинула тарелку, но соблазн был слишком велик.</p>
       <p>— Беру все яйца! — сказал Бешеный. — Контракт остается в силе. Ты видел? Нет, ты видел? Она чуть не улыбнулась. Я ее знаю. Теперь все в порядке. Еще пара яиц завтра — и она простит меня, и конец ссоре.</p>
       <p>Я так благодарен тебе, Смок, я бы пожал тебе руку, да боюсь, она увидит. Ты не грабитель, нет, ты мой благодетель!</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VI</p>
       </title>
       <p>Смок вернулся домой в самом праздничном настроении и застал Малыша мрачнее тучи за пасьянсом. Смоку было известно: раз Малыш сел за пасьянс — значит все плохо на этом свете.</p>
       <p>— Молчи и не приставай ко мне, — буркнул Малыш вместо приветствия.</p>
       <p>Но немного погодя его прорвало, и он излил перед Смоком душу.</p>
       <p>— Все пошло прахом, — в отчаянии объявил он. — Мы вылетели в трубу. Завтра во всех кабачках будут продавать коктейль с яйцом по доллару стакан. Всякий бездомный нищий мальчишка в Доусоне сможет есть яйца до отвала. Как по-твоему, с кем я встретился? Один человек привез на продажу три тысячи яиц — понятно тебе? Три тысячи, он только что доставил их сюда с Сороковой Мили.</p>
       <p>— Враки, — недоверчиво сказал Смок.</p>
       <p>— Да, враки, черта с два! Я сам их видел. Его зовут Готеро — такой огромный парень с голубыми глазами. Француз из здешних. Он сперва спрашивал тебя, а потом отозвал меня в сторону и убил насмерть. Он прослышал, что мы покупаем яйца, понимаешь? Он знал, что на Сороковой Миле есть три тысячи штук, и прямо поехал и купил их. «Покажи их мне», — говорю. И он показал. Там, на берегу, были его упряжки, собаки отдыхали и два индейца-погонщика тоже, они только-только добрались с Сороковой Мили. И на нартах ящики из-под мыла, такие, знаешь, деревянные ящики. Мы вытащили один и прямо тут же, на льду, между торосами, вскрыли. А там — яйца! Полно яиц, и все опилками пересыпаны. Продулись мы с тобой, Смок! Наша карта бита. Знаешь, что этот нахал мне заявил? Что он их все нам отдаст по десять долларов за штуку. А знаешь, что он делал, когда я уходил? Писал объявление, что продает яйца. Он предлагает нам первым купить всю партию по десять долларов и будет ждать до Двух часов дня. А если мы не купим, выбросит их на рынок и испортит нам всю музыку. Я, говорит, этими делами никогда не занимался, но уж когда счастье само плывет в руки, я его не упущу, — это он про нас с тобой.</p>
       <p>— Ну, ничего, — беспечно сказал Смок. — Только не теряй голову и дай мне подумать. Надо действовать быстро и слаженно, в этом весь секрет. Я сговорюсь с Бешеным, чтобы он в два часа пришел за своей покупкой. А ты купи яйца у этого Готеро. Поторгуйся с ним как следует. Даже если они тебе обойдутся по десять долларов штука, все равно мы сбудем их Бешеному по той же цене. А купишь дешевле — прекрасно, мы еще заработаем на этом. Ну, шагай. Смотри, чтобы они были здесь в два часа, не позже. Попроси собак у полковника Бови и нашу упряжку тоже возьми. И будь здесь ровно в два.</p>
       <p>И Смок стал спускаться с холма.</p>
       <p>— Послушай, — крикнул вдогонку Малыш, — ты бы прихватил зонтик! А то, глядишь, еще с неба яйца посыплются.</p>
       <p>Смок нашел Бешеного в кабачке «М. и М.»; последовало бурное объяснение.</p>
       <p>— Имей в виду, мы тут купили еще яиц, — сказал Смок, когда Бешеный согласился прийти к ним в два часа и тут же расплатиться.</p>
       <p>— Везет вам на яйца, не то что мне, — сказал Бешеный. — А сколько штук еще вы купили и сколько песку мне приносить?</p>
       <p>Смок заглянул в записную книжку.</p>
       <p>— Малыш подсчитал, что у нас сейчас три тысячи девятьсот шестьдесят два яйца. Если помножить на десять…</p>
       <p>— Сорок тысяч долларов! — завопил Бешеный. — Вы ж говорили, что у вас их девятьсот штук с чем-то! Это — вымогательство! Я на это не пойду.</p>
       <p>Смок вытащил из кармана контракт и показал пункт об оплате всей партии яиц.</p>
       <p>— Тут не указано, сколько именно яиц мы тебе поставляем. Ты обязался уплатить наличными по десять долларов за каждое полученное от нас яйцо. Теперь их у нас прибавилось, но контракт есть контракт, ты его сам подписал. Говоря по чести, мы узнали про эту новую партию уже после того, как ты его подписал. Тогда уж нам пришлось купить их, а то вся наша операция лопнула бы.</p>
       <p>Пять долгих минут Бешеный боролся с собой, не в силах вымолвить ни слова, и наконец все-таки сдался.</p>
       <p>— Плохо мое дело, — уныло сказал он. — Куда ни повернись, всюду яйца, прямо шагу ступить нельзя. Надо мне поскорей развязаться с этой историей. А то еще, пожалуй, яичная лавина свалится на голову. В два часа я буду у вас. Но подумать только: сорок тысяч долларов!</p>
       <p>— Всего тридцать девять тысяч шестьсот двадцать, — поправил Смок.</p>
       <p>— Да ведь это двести фунтов песка! — вне себя крикнул Бешеный. — Мне придется привезти его на собаках!</p>
       <p>— Мы дадим тебе свою упряжку, чтобы отвезти яйца, — вызвался Смок.</p>
       <p>— А потом куда я их дену? Ну, ничего. Я приду. Но теперь я до самой смерти яйца в рот не возьму. Мне о них и думать тошно.</p>
       <p>В половине второго по крутому склону холма поднялись две упряжки — это Малыш привез яйца, купленные у Готеро.</p>
       <p>— Мы заработаем почти вдвое, — говорил он, пока они со Смоком перетаскивали ящики в хижину. — Я дал за них по восемь долларов, француз крепко выругался по-своему — и согласился. Стало быть, у нас чистой прибыли по два доллара на штуку, а ведь их три тысячи. Я уплатил ему сполна. Вот расписка.</p>
       <p>Пока Смок доставал весы и готовил все к приходу Бешеного, Малыш погрузился в расчеты.</p>
       <p>— Вот оно, все подсчитано! — с торжеством объявил он. — Мы получаем двенадцать тысяч девятьсот семьдесят долларов барыша. И Бешеный не в убытке. Он получает мисс Эрол. И яйца тоже достаются ему. Как ни верти, дело для всех выгодное. В накладе никто не останется.</p>
       <p>— Готеро и тот выручил двадцать четыре тысячи, — рассмеялся Смок. — Ну, тут, конечно, надо вычесть, во что ему обошлись яйца и перевозка. А если Бешеный захочет придержать эти яйца, он еще на них наживется.</p>
       <p>Ровно в два часа Малыш, выглянув за дверь, увидел, что к ним поднимается Бешеный. Он вошел оживленный и деловитый. Снял тяжелую медвежью шубу, повесил ее на гвоздь и подсел к столу.</p>
       <p>— Ну, подавайте сюда ваш товар, разбойники, — начал он. — Да смотрите, впредь и не поминайте при мне о яйцах, не то плохо вам будет.</p>
       <p>И все втроем стали подсчитывать яйца, которые Малыш со Смоком скупили до появления Готеро. Когда отсчитали двести штук, Бешеный вдруг ударил одно яйцо о край стола и большими пальцами ловко раскрыл его.</p>
       <p>— Эй! Постой! — запротестовал Малыш.</p>
       <p>— Мое это яйцо или нет? — огрызнулся Бешеный. — Я плачу за него десять долларов и не желаю покупать кота в мешке. Уж раз я выкладываю по десять долларов за яйцо, мне надо знать, что они свежие.</p>
       <p>— Если оно тебе не нравится, я могу его съесть, — лукаво предложил Малыш.</p>
       <p>Бешеный посмотрел, понюхал и покачал головой.</p>
       <p>— Незачем, Малыш. Яйцо хорошее. Дай-ка мне кастрюльку. Я его сам съем на ужин.</p>
       <p>И еще дважды Бешеный на пробу разбивал яйца и, убедившись, что они свежие, выливал их в стоящую рядом кастрюлю.</p>
       <p>— Тут на две штуки больше, чем ты говорил, Малыш, — сказал он, кончив считать. — Не девятьсот шестьдесят два, а девятьсот шестьдесят четыре.</p>
       <p>— Виноват, обсчитался, — с готовностью признал свою ошибку Малыш. — Мы их тебе так подкинем, для ровного счета.</p>
       <p>— Еще бы, вы можете себе это позволить, — хмуро согласился Бешеный. — Стало быть, одна партия есть. Девять тысяч шестьсот двадцать долларов. Получайте. Пиши расписку, Смок.</p>
       <p>— Да уж давай досчитаем до конца, — предложил Смок, — и за все сразу заплатишь.</p>
       <p>Бешеный покачал головой.</p>
       <p>— Я в счете не силен. Лучше сперва покончим с одной партией, чтоб не запутаться.</p>
       <p>Он достал из внутренних карманов шубы два мешочка с золотом, длинные, туго набитые, похожие на колбасы. Когда он расплатился за первую партию, в мешочках осталось золотого песка долларов на триста, не больше.</p>
       <p>Потом притащили ящик из-под мыла и начали пересчитывать следующие три тысячи яиц. Отсчитав первую сотню, Бешеный опять с силой стукнул яйцо о край стола. Раздался не треск, а такой звук, точно это было не яйцо, а мраморный шарик.</p>
       <p>— Насквозь промерзло, — сказал Бешеный и стукнул сильнее.</p>
       <p>Он поднял яйцо и они увидели, что на месте удара скорлупа рассыпалась в пыль.</p>
       <p>— Ну да, — сказал Малыш, — как не промерзнуть, ведь их везли с Сороковой Мили. Их надо топором рубить.</p>
       <p>— Тащи топор, — сказал Бешеный.</p>
       <p>Смок принес топор, и Бешеный, у которого был меткий глаз и ловкая рука дровосека, разрубил яйцо точно пополам. Внутри оно выглядело весьма сомнительно. От недоброго предчувствия у Смока мороз пробежал по коже. Малыш оказался храбрее. Он взял половинку яйца и понюхал.</p>
       <p>— Запах самый обыкновенный, — сказал он.</p>
       <p>— Зато вид необыкновенный, — возразил Бешеный. — Да и какой может быть запах, оно же все промороженное. Постойте-ка.</p>
       <p>Он положил обе половинки на сковороду, поставил ее на переднюю конфорку горячей плиты, и все трое застыли в нетерпеливом ожидании, молча, с расширенными ноздрями. Постепенно по комнате начал распространяться самый недвусмысленный запах. Бешеный хранил молчание, и Малыш тоже не раскрывал рта, хотя все уже было ясно.</p>
       <p>— Выкинь его! — крикнул Смок, задыхаясь.</p>
       <p>— Что толку? — спросил Бешеный. — Все равно придется проверить остальные.</p>
       <p>— Только не здесь! — Смок закашлялся и с трудом одолел приступ тошноты. — Разрубай их, сразу будет видно. Выкинь его, Малыш! Выкинь вон! Уф! И не затворяй дверь.</p>
       <p>Открывали ящик за ящиком, брали наугад яйцо за яйцом, разрубали их пополам — и убеждались, что все яйца до единого безнадежно и безвозвратно протухли.</p>
       <p>— Так и быть, Малыш, можешь их не есть, — насмехался Бешеный. — И уж разрешите мне поскорей убраться отсюда. В контракте речь идет только о свежих яйцах. Одолжите мне, пожалуйста, упряжку, я увезу те, что свежие, пока они тоже не протухли от такого соседства.</p>
       <p>Смок помог нагрузить нарты. А Малыш подсел к столу и начал раскладывать пасьянс.</p>
       <p>— Интересно, долго ли вы придерживали этот товар? — съязвил напоследок Бешеный.</p>
       <p>Смок не ответил и, взглянув на поглощенного пасьянсом Малыша, стал швырять ящики за дверь, прямо в снег. Потом спросил мягко:</p>
       <p>— Слушай, Малыш, во сколько тебе, говоришь, обошлись эти три тысячи?</p>
       <p>— По восемь долларов штука. Молчи и не приставай ко мне. Я не хуже тебя умею считать. Мы потеряли на этой затее семнадцать тысяч долларов, да будет тебе известно. Я подсчитал, еще когда мы сидели и собирались нюхать то первое яйцо.</p>
       <p>Смок раздумывал несколько минут, потом опять прервал молчание:</p>
       <p>— Слушай, Малыш. Сорок тысяч долларов — это ведь двести фунтов золотого песка. Бешеный взял нашу упряжку, чтобы отвезти яйца. Сюда он пришел без нарт. Два мешка с песком он принес прямо в карманах, они весили фунтов по двадцать, не больше. Уговор был платить сразу наличными. Он захватил с собой столько, сколько нужно было, чтобы расплатиться за хорошие яйца. Он не собирался платить за те три тысячи. Значит, он знал, что они тухлые. А откуда он знал? Как это понимать, скажи, пожалуйста?</p>
       <p>Малыш сгреб карты, хотел было стасовать их наново, потом остановился.</p>
       <p>— И понимать нечего. Младенец тебе растолкует. У нас семнадцать тысяч убытку. У Бешеного семнадцать тысяч барыша. Тем яйцам, которые привез Готеро, хозяин вовсе не Готеро, а сам Бешеный. Еще что тебя интересует?</p>
       <p>— Вот что. Почему ты не сообразил, что надо яйца сперва проверить, а потом уже платить за них?</p>
       <p>— Да очень просто. Этот мошенник Бешеный все рассчитал с точностью до секунды. Мне некогда было смотреть, свежие яйца или не свежие. Надо было скакать во весь дух, а то я не поспел бы сюда к расчету. А теперь будь так добр, разреши задать тебе один деликатный вопрос. Как, бишь, зовут ту особу, которая надоумила тебя заняться этой выгодной операцией?</p>
       <p>…Малыш в шестнадцатый раз безуспешно раскладывал свой пасьянс, а Смок уже принялся готовить ужин, когда к ним постучался полковник Бови, вручил Смоку письмо и прошел дальше, к себе домой.</p>
       <p>— Видал ты его? — с яростью крикнул Малыш. — Я думал, он вот-вот расхохочется. Поднимут нас с тобой на смех. Теперь нам в Доусоне не житье.</p>
       <p>Письмо было от Бешеного, и Смок прочел его вслух: «Дорогие Смок и Малыш! Нижайше вам кланяюсь и приглашаю вас сегодня на ужин к Славовичу. С нами ужинает мисс Эрол, а также Готеро. Пять лет назад, в Сёркле, мы с ним были компаньонами. Он славный малый и будет моим шафером. Теперь насчет яиц. Они попали на Клондайк четыре года назад и уже тогда были тухлые. Они были тухлые, еще когда их отправляли из Калифорнии. Они спокон веку тухлые. Один год они зимовали в Карлуке, другой — в Нутлике, последнюю зиму пролежали на Сороковой Миле, их там продали, потому что не была внесена плата за хранение. А на эту зиму, надо полагать, они застрянут в Доусоне. Не держите их в теплой комнате. Люсиль просит сказать вам, что мы все вместе как-никак расшевелили Доусон. Так что выпивка за вами, я считаю.</p>
       <p>С совершенным почтением ваш друг Б.».</p>
       <p>— Ну, что скажешь? — спросил Смок. — Мы, конечно, примем приглашение?</p>
       <p>— Я тебе одно скажу, — ответил Малыш. — Бешеному и разориться не страшно. Он же артист, черт его дери, замечательный артист. И еще я тебе скажу: плохая моя арифметика. У Бешеного будет не семнадцать тысяч барыша, а куда больше. Мы с тобой поднесли ему в подарок все свежие яйца, сколько их было на Клондайке, — девятьсот шестьдесят четыре штуки, считая те два, что я ему подкинул для ровного счета. И он, негодяй, еще нахально утащил с собой в кастрюльке те три, которые мы разбили на пробу. А напоследок вот что я тебе скажу. Мы с тобой записные старатели и прирожденные разведчики. Но что до финансовых махинаций и разных способов разбогатеть в два счета, тут мы такие простофили, каких еще свет не видал. Так давай уж лучше заниматься настоящим делом, будем лазить по горам и лесам, и если ты когда-нибудь заикнешься мне про яйца — кончено, я тебе больше не компаньон. Понятно?</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Поселок Тру-ля-ля</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>Смок и Малыш столкнулись на углу возле салуна «Олений Рог». У Смока лицо было довольное, и шагал он бодро. Напротив, Малыш плелся по улице с самым унылым и нерешительным видом.</p>
       <p>— Ты куда? — весело окликнул Смок.</p>
       <p>— Сам не знаю, — был грустный ответ. — Ума не приложу. Прямо деваться некуда. Два часа убил на покер — скука смертная, карта никому не шла, остался при своих. Сыграл разок со Скифом Митчелом в криббедж <a l:href="#n_798" type="note">[798]</a> на выпивку, а теперь вовсе не знаю, что с собой делать. Вот слоняюсь по улицам и жду — хоть бы подрался кто или собаки погрызлись, что ли.</p>
       <p>— Я тебе припас кое-что поинтереснее, — сказал Смок. — Потому и ищу тебя. Идем!</p>
       <p>— Прямо сейчас?</p>
       <p>— Конечно.</p>
       <p>— Куда?</p>
       <p>— На тот берег, в гости к старику Дуайту Сэндерсону.</p>
       <p>— Первый раз про такого слышу, — угрюмо ответил Малыш. — Вообще первый раз слышу, что на том берегу кто-то живет. Чего ради он там поселился? Он что, не в своем уме?</p>
       <p>— Он кое-что продает, — засмеялся Смок.</p>
       <p>— Чего там продавать? Собачью упряжку? Рудник? Табак? Резиновые сапоги?</p>
       <p>Смок только головой качал в ответ на все вопросы.</p>
       <p>— Пойдем — увидишь. Я хочу рискнуть: куплю у него товар, а если хочешь, входи в долю, купим пополам.</p>
       <p>— Уж не яйца ли? — воскликнул Малыш, скорчив испуганную гримасу.</p>
       <p>— Идем, — сказал ему Смок. — Пока будем переходить реку, можешь отгадывать до десяти раз.</p>
       <p>Улица вывела их на высокий берег Юкона, и они спустились на лед. В трех четвертях мили перед ними почти отвесно вставал противоположный берег — крутые утесы в сотни футов вышиной. К ним вела, кружа и извиваясь среди разбитых, вздыбленных ледяных глыб, едва заметная тропинка. Малыш плелся за Смоком по пятам, развлекаясь догадками: что же такое может продавать Дуайт Сэндерсон?</p>
       <p>— Оленей? Медные копи или кирпичный завод? Это на первый случай. Медвежьи шкуры, вообще меха? Лотерейные билеты? Картофельное поле?</p>
       <p>— Почти угадал, — ободряюще сказал Смок. — Но только подымай выше.</p>
       <p>— Два картофельных поля? Сыроварню? Торфяники?</p>
       <p>— Недурно, Малыш. Ты не так уж далек от истины.</p>
       <p>— Каменоломню?</p>
       <p>— Почти так же близко, как картофельные поля и торфяники.</p>
       <p>— Погоди. Дай подумать. Остался последний раз. Минут десять они шли молча.</p>
       <p>— Знаешь, Смок, не буду я больше голову ломать. Если то, что ты покупаешь, похоже сразу и на картофельное поле, и на торфяник, и на каменоломню, я не берусь отгадать. И не войду с тобой в долю, пока сам эту штуку не увижу и не пощупаю. Что это такое?</p>
       <p>— Ладно, скоро сам увидишь. Будь так добр, погляди вон туда, вверх. Видишь, вон там хибарка и из трубы дым идет? Это и есть жилье Дуайта Сэндерсона. Вся эта земля его, и он продает ее под застройку.</p>
       <p>— Ах, вот как? А больше у него ничего нет?</p>
       <p>— Больше ничего, — засмеялся Смок. — Не считая ревматизма. Говорят, он страдает ревматизмом.</p>
       <p>— Стой! — Малыш схватил товарища за плечо и силой остановил его. — Уж не собираешься ли ты в таком гиблом месте покупать землю под застройку?</p>
       <p>— На десятый раз отгадал. Шагай.</p>
       <p>— Погоди минутку! — взмолился Малыш. — Ты только посмотри, тут же одни утесы да откосы, ни клочка ровного, где же тут строиться?</p>
       <p>— Вот уж не знаю!</p>
       <p>— Так ты не собираешься тут ничего строить?</p>
       <p>— Дуайт Сэндерсон продает только под застройку, — уклончиво ответил Смок. — Идем. Нам надо еще одолеть эту гору.</p>
       <p>Подъем был крутой — казалось, узкая тропинка, петляя, ведет прямо в небо, точно лестница Иакова <a l:href="#n_799" type="note">[799]</a>. Малыш охал и кряхтел на неожиданных поворотах и крутых откосах.</p>
       <p>— Выдумал тоже строить здесь! Да тут нет ровного местечка, чтобы почтовую марку налепить! И берег не годится, тут пароходы не пристают. Вся погрузка проходит по другой стороне. Вот он, Доусон. Там хватит места еще на сорок тысяч жителей. Слушай, Смок, ты питаешься мясом. Я это знаю. Тебе, конечно, не затем нужна эта земля, чтоб строиться на ней. Так какого черта ты ее покупаешь, скажи на милость?</p>
       <p>— Чтобы продать, конечно.</p>
       <p>— Но не все же такие сумасшедшие, как вы с Сэндерсоном.</p>
       <p>— Может, и не совсем такие. Малыш, но вроде того. Так вот, я возьму эту землю, разобью на участки и продам их здоровым и разумным жителям Доусона.</p>
       <p>— Ха! Весь Доусон до сих пор не забыл про те яйца. Ты что, хочешь еще больше насмешить народ?</p>
       <p>— Непременно.</p>
       <p>— Ну, знаешь, Смок, это больно дорогое удовольствие. Я помогал тебе смешить людей, когда мы скупали яйца, и мне лично этот смех обошелся почти что в девять тысяч долларов.</p>
       <p>— Ладно. На этот раз незачем тебе входить в долю. Барыши будут мои, но все равно ты должен мне помочь.</p>
       <p>— Это пожалуйста. И пускай надо мной еще посмеются. Но я не выброшу на это дело ни унции. Сколько Сэндерсон просит за землю? Долларов двести, триста?</p>
       <p>— Десять тысяч. Но желательно получить ее за пять.</p>
       <p>— Эх, почему я не священник! — сокрушенно вздохнул Малыш.</p>
       <p>— Что это вдруг?</p>
       <p>— Я бы произнес самую красноречивую проповедь на текст, который тебе, может быть, знаком, а именно — о дураке и его деньгах.</p>
       <p>— Войдите! — раздраженно откликнулся на их стук Дуайт Сэндерсон.</p>
       <p>Когда они вошли, он сидел на корточках перед каменным очагом и толок кофейные зерна, обернутые в кусок мешковины.</p>
       <p>— Чего вам? — грубо спросил он, высыпая истолченный кофе в кофейник, стоявший на угольях.</p>
       <p>— Хотим потолковать о деле, — ответил Смок. — Говорят, вы продаете эту землю под застройку. За сколько вы ее отдадите?</p>
       <p>— За десять тысяч, — был ответ. — Слыхали? А теперь смейтесь, если угодно, и убирайтесь вон. Вот она, дверь. До свидания.</p>
       <p>— Не затем я пришел, чтобы смеяться. Я мог бы найти себе другую забаву, а не лезть сюда, на вашу гору. Я хочу купить у вас землю.</p>
       <p>— Ах, вот как? Что ж, умные речи приятно и слушать. — Сэндерсон подошел и сел напротив посетителей, положив руки на стол и опасливо косясь на кофейник. — Я вам сказал мою цену и не стыжусь повторить: десять тысяч. Можете смеяться, можете купить — как угодно.</p>
       <p>И чтоб показать, насколько это ему безразлично, он узловатыми пальцами забарабанил по столу и уставился на кофейник. Потом начал напевать себе под нос: «Тра-ля-ля, тру-ля-ля, тру-ля-ля, тра-ля-ля…»</p>
       <p>— Послушайте, мистер Сэндерсон, — сказал Смок. — Эта земля не стоит десяти тысяч. Если б она стоила десять тысяч, ее можно было бы оценить и во сто тысяч. А если она не стоит ста тысяч — а вы сами знаете, что не стоит, — так не стоит и десяти центов.</p>
       <p>Сэндерсон постукивал по столу костяшками пальцев и бубнил себе под нос «тру-ля-ля, тра-ля-ля», пока кофе не убежал. Тогда он долил в кофейник немного холодной воды, отставил его на край очага и опять уселся на свое место.</p>
       <p>— А сколько вы дадите? — спросил он.</p>
       <p>— Пять тысяч, — ответил Смок.</p>
       <p>Малыш застонал.</p>
       <p>Снова молчание; старик барабанит по столу и напевает свое «тру-ля-ля».</p>
       <p>— Вы не дурак, — сказал он затем Смоку. — Вы говорите, если эта земля не стоит ста тысяч долларов, она не стоит и десяти центов. А сами предлагаете мне пять тысяч. Значит, она стоит и все сто тысяч.</p>
       <p>— Но вы не получите за нее и двадцати центов, — горячо возразил Смок, — хоть просидите тут до самой смерти.</p>
       <p>— От вас получу.</p>
       <p>— Нет, не получите.</p>
       <p>— Значит, буду сидеть тут, пока не помру, — отрезал Сэндерсон.</p>
       <p>Не обращая больше внимания на посетителей, он занялся своей стряпней, точно был один. Разогрел котелок с бобами, лепешку и принялся за еду.</p>
       <p>— Нет, спасибо, — пробормотал Малыш. — Мы ни капельки не голодны. Мы только что пообедали.</p>
       <p>— Покажите ваши бумаги, — сказал наконец Смок. Сэндерсон пошарил в изголовье своей койки и вытащил сверток документов.</p>
       <p>— Все в полном порядке, — сказал он. — Вот эта длинная, с большими печатями, прислана прямиком из Оттавы. Это вам не бумажонка от местных властей. Само канадское правительство дало мне право собственности на эту землю.</p>
       <p>— Это было два года назад? А сколько участков вы уже продали? — осведомился Смок.</p>
       <p>— Не ваше дело, — буркнул Сэндерсон. — Я могу и один жить на своей земле, если пожелаю. Законом это не возбраняется.</p>
       <p>— Даю вам пять тысяч, — сказал Смок. Сэндерсон покачал головой.</p>
       <p>— Не знаю, кто из вас больше спятил, — горестно промолвил Малыш. — Выйдем на минуту, Смок. Я хочу тебе сказать два словечка.</p>
       <p>Смок нехотя повиновался — уж очень настаивал его компаньон.</p>
       <p>— Ты только сообрази, — сказал Малыш, когда они вышли за дверь, — ведь вокруг этого дурацкого участка всюду такие же скалы, и они ничьи. Застолби их и стройся сколько душе угодно.</p>
       <p>— Они не годятся, — ответил Смок.</p>
       <p>— Да почему не годятся?</p>
       <p>— Тебя удивляет, почему я покупаю именно это место, когда кругом земли сколько хочешь?</p>
       <p>— Еще бы не удивляло, — подтвердил Малыш.</p>
       <p>— То-то и оно! — с торжеством сказал Смок. — Раз ты удивляешься — значит, и другие удивятся. И от удивления все сбегутся сюда. Раз ты удивляешься, значит, я правильно рассчитал. Вот что я тебе скажу, Малыш: я поднесу Доусону такой подарок, что они забудут, как смеяться над нами из-за тех яиц. Вернемся в дом.</p>
       <p>— Здорово, — сказал Сэндерсон, снова увидев их в дверях. — А я думал, вас и след простыл.</p>
       <p>— Ну, за сколько вы уступите землю? — спросил мок.</p>
       <p>— За двадцать тысяч.</p>
       <p>— Даю вам десять.</p>
       <p>— Ладно, продам за десять. Я только этого и хотел, вы когда выложите денежки?</p>
       <p>— Завтра в Северо-западном банке. Но за эти деньги мне нужны от вас еще две вещи. Во-первых, когда вы получите свои десять тысяч, вы уедете на Сороковую Милю и пробудете там до конца зимы.</p>
       <p>— Это можно. Еще что?</p>
       <p>— Я вам заплачу двадцать пять тысяч, а вы мне пятнадцать вернете.</p>
       <p>— Согласен. — Сэндерсон повернулся к Малышу. — Когда я поселился здесь, все говорили, что я дурак, — сказал он насмешливо. — Что ж, значит, такому дураку цена десять тысяч долларов, так, что ли?</p>
       <p>— На Клондайке полно дураков, — только и нашелся ответить Малыш, — глядишь, которому-нибудь и повезет.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>На другой день была законно скреплена продажа земли, принадлежавшей Дуайту Сэндерсону («землевладение, которое впредь должно именоваться поселком Тру-ля-ля», — как было обозначено в купчей по требованию Смока). И кассир Северо-западного банка отвесил Сэндерсону на двадцать пять тысяч принадлежавшего Смоку золотого песка, причем несколько случайных посетителей заметили и эту процедуру, и размер суммы, и получателя.</p>
       <p>Золотоискатели — народ подозрительный. Чуть кто сделал что-либо не совсем обычное — даже просто-напросто отправился поохотиться на лося или вышел ночью полюбоваться северным сиянием, — как все уже готовы заподозрить, что он нашел золотые россыпи или наткнулся на богатую жилу. И, конечно, едва стало известно, что такой видный житель Доусона, как Смок Беллью, выплатил старику Дуайту Сэндерсону двадцать пять тысяч долларов, весь город пожелал узнать, за что уплачены эти деньги. Дуайт Сэндерсон помирал с голоду на своей заброшенной земле — что же у него, спрашивается, могло быть такого, что стоило бы двадцать пять тысяч? Ответа не было — и, естественно, жители Доусона с лихорадочным любопытством следили за каждым шагом Смока.</p>
       <p>К середине дня распространился слух, что несколько десятков доусонцев уложили свои походные мешки и инструменты и припрятали в кабачках по Главной улице, чтобы можно было в любую минуту двинуться в путь. Куда бы ни направлялся Смок, множество глаз следило за ним. Его считали человеком серьезным, и ни один из многочисленных знакомых не осмелился спросить его про сделку с Дуайтом Сэндерсоном. С другой стороны, никто ни словом не упоминал при нем о яйцах. Столь же дружелюбное внимание повсюду встречал и Малыш.</p>
       <p>— Прямо как будто я убил кого или оспа у меня, так они за мной следят, а заговорить боятся, — жаловался Малыш, повстречав Смока у входа в «Олений Рог». — Вон, видишь, по той стороне идет Билл Солтмен? Ему до смерти хочется поглядеть на нас, а он уставился куда-то в конец улицы. Можно подумать, что он нас с тобой и знать не знает. А я спорю на хорошую выпивку: вот завернем сейчас за угол, будто спешим куда-то, а потом повернем назад — и уж непременно налетим на него, потому как он сразу поскачет за нами.</p>
       <p>Они испробовали этот трюк — и в самом деле, когда повернули назад, за углом натолкнулись на Солтмена, который шагал им вдогонку широким походным шагом.</p>
       <p>— Здорово, Билл! — приветствовал его Смок. — Далеко собрался?</p>
       <p>— Здорово! Просто так, вышел прогуляться, — ответил Солтмен. — Просто вышел прогуляться. Чудная погода, правда?</p>
       <p>— Ха! — усмехнулся Малыш. — Это ты так прогуливаешься? А я-то подумал: вот несется во весь опор!</p>
       <p>В тот вечер, кормя собак, Малыш безошибочно чувствовал, что из темноты в него со всех сторон впиваются десятки пар глаз. И, привязывая собак к столбу, вместо того чтобы оставить их на ночь на свободе, он знал, что дает Доусону новый повод для волнений.</p>
       <p>Обдумав заранее план действий, Смок поужинал в ресторане и принялся развлекаться. Он нарочно кружил по всему Доусону — и всюду оказывался в центре внимания. Кабачки, куда он заходил, тотчас наполнялись народом и сразу пустели, как только он выходил за дверь. Если он подсаживался к дремавшей, всеми заброшенной рулетке и покупал партию фишек, вокруг сразу собирался десяток игроков. Он не удержался от маленькой мести — встал и вышел из театра именно в ту минуту, когда Люсиль Эрол запела свою самую популярную песенку. Добрых две трети слушателей покинули зал вслед за Смоком.</p>
       <p>В час ночи он прошел по Главной улице, на которой царило необычайное оживление, свернул на перекрестке и стал подниматься на холм, к своей хижине. На полдороге он приостановился и ясно услышал, как позади поскрипывает снег под чьими-то мокасинами.</p>
       <p>Целый час хижина была погружена в темноту; потом Смок зажег свечу, и, выждав ровно столько времени, сколько надо человеку, чтобы одеться, они с Малышом вышли и начали запрягать собак. Работая при свете, падавшем из отворенной двери, они услышали неподалеку слабый свист. Ответный свист донесся откуда-то снизу.</p>
       <p>— Ты только послушай, — усмехнулся Смок. — Это они следят за нами и сообщают обо всем в город. Пари держу, что в эту самую минуту по крайней мере человек сорок вылезают из-под одеял и натягивают штаны.</p>
       <p>— Ну и глупый же народ! — фыркнул Малыш. — Ничего не стоит их обжулить. Знаешь, чудаки, которые в наше время зарабатывают деньги своим горбом, это… это просто чудаки! На свете полным-полно дурачья, они только и ждут, чтоб им облегчили карманы. И вот что я тебе скажу: если ты еще не передумал, возьми меня в долю.</p>
       <p>Груз на нартах был невелик — меховые одеяла, запас провизии. Небольшой моток стальной проволоки едва заметно выглядывал из-под мешка со съестным, и на самом дне нарт был почти совсем спрятан лом.</p>
       <p>Рукою в рукавице Малыш с нежностью погладил проволоку и еще разок ласково дотронулся до лома.</p>
       <p>— Ха! — шепнул он. — Я и сам бы призадумался, если б темной ночью заметил на чьих-нибудь нартах этакие штуки.</p>
       <p>Осторожно, в молчании они спустились со своей упряжкой с холма, потом вышли на Главную улицу и, удвоив осторожность, повернули на север, к лесопилке, подальше от центра города. Им не встретилось ни души, но едва они свернули к лесопилке, позади, в темноте, которую не могло рассеять слабое мерцание звезд, раздался свист. Быстрым шагом они прошли еще с четверть мили, миновали лесопилку, больницу. Потом повернули назад той же дорогой и, пройдя сотню ярдов, едва не наскочили на пятерых пешеходов, спешивших рысцой им навстречу. Все пятеро слегка сгибались под тяжестью походных мешков. Один из них остановил передовую собаку Смока, остальные подошли вплотную.</p>
       <p>— Встретились вам нарты? — был первый вопрос.</p>
       <p>— Нет, — ответил Смок. — Это ты, Билл?</p>
       <p>— Черт меня побери! — в величайшем изумлении произнес Билл Солтмен. — Да это Смок!</p>
       <p>— Чем это вы занимаетесь среди ночи? — спросил Смок. — Гуляете?</p>
       <p>Прежде чем Билл Солтмен успел ответить, к ним подбежали еще двое, а там подоспело еще несколько человек, и скрип шагов по снегу возвещал о приближении толпы.</p>
       <p>— С кем это ты? — спросил Смок. — Или опять в поход за золотом?</p>
       <p>Солтмен не ответил, он раскуривал трубку, которая вряд ли могла доставить ему удовольствие, судя по тому, что он все еще задыхался от бега. Ясно было, для чего ему понадобилось зажечь спичку, — он хотел разглядеть нарты, и Смок видел, что все взоры устремились на моток проволоки и на лом. Спичка погасла.</p>
       <p>— Да просто так, разные слухи ходят, просто слухи, — многозначительно и таинственно пробормотал Солтмен.</p>
       <p>— Может, вы посвятите нас с Малышом? Кто-то сзади насмешливо фыркнул.</p>
       <p>— А вы сами куда направляетесь? — спросил Солтмен.</p>
       <p>— А вы кто? Добровольная полиция?</p>
       <p>— Да просто так, интересуемся, — сказал Солтмен, — просто так.</p>
       <p>— Еще как интересуемся, — откликнулся другой голос из темноты.</p>
       <p>— Любопытно знать, — ввернул Малыш, — кто тут чувствует себя самым большим дураком?</p>
       <p>Все расхохотались, всем стало неловко.</p>
       <p>— Пошли, Малыш, нам пора, — сказал Смок и погнал собак.</p>
       <p>Толпа двинулась следом.</p>
       <p>— Эй, а вы не ошиблись? — съязвил Малыш. — Вы ведь шли в ту сторону, а теперь ни с того ни с сего повернули обратно. Может, вы потеряли направление?</p>
       <p>— Пошел к черту, — любезно ответил Солтмен. — Куда хотим, туда и направляемся.</p>
       <p>И нарты двинулись по Главной улице. Смок шел впереди, Малыш правил шестом, а за ними — свита человек в шестьдесят, все с походным снаряжением за плечами. Было три часа ночи, и только отпетые гуляки видели эту процессию и могли назавтра поведать о ней Доусону.</p>
       <p>Полчаса спустя Смок с Малышом взобрались на свой холм и распрягли собак у порога хижины под угрюмыми взглядами шестидесяти провожатых.</p>
       <p>— Спокойной ночи! — крикнул им Смок, затворяя дверь.</p>
       <p>Через пять минут он задул свечу, а через какие-нибудь полчаса они с Малышом снова бесшумно выбрались из хижины и. не зажигая огня, начали запрягать собак.</p>
       <p>— Эй, Смок! — окликнул Солтмен, подходя ближе, так, что они смутно различили в темноте его силуэт.</p>
       <p>— Я вижу, от тебя не отделаешься, Билл, — весело отозвался Смок. — А где твои дружки?</p>
       <p>— Пошли выпить по стаканчику. Оставили меня смотреть за вами в оба, вот я и смотрю. А все-таки, Смок, признавайся, что у тебя на уме? Вы не отделаетесь от нас, так уж давай начистоту. Все мы — твои друзья, ты это знаешь.</p>
       <p>— Бывают случаи, когда с друзьями можно говорить начистоту, а бывает так, что и нельзя, — уклончиво ответил Смок. — На этот раз никак нельзя, Билл. Иди-ка лучше спать. Спокойной ночи.</p>
       <p>— Никакой спокойной ночи не будет. Ты нас еще не знаешь. Мы вопьемся не хуже клеща.</p>
       <p>— Что ж, — вздохнул Смок, — если вы настаиваете, дело ваше. Идем, Малыш. Нечего зря тратить время.</p>
       <p>Нарты тронулись; Солтмен пронзительно свистнул и зашагал следом. У подножия холма ответили свистом, дальше послышался еще свист и еще… Малыш правил шестом, Смок и Солтмен шли рядом за нартами.</p>
       <p>— Слушай, Билл, — сказал Смок. — Я хочу тебе кое-что предложить. Хочешь присоединиться к нам?</p>
       <p>Солтмен не колебался ни минуты.</p>
       <p>— И бросить товарищей? Ну нет. Мы все к вам присоединимся.</p>
       <p>— Тогда ты первый! — воскликнул Смок, внезапно обхватил Солтмена обеими руками и, столкнув его с тропы, опрокинул в глубокий снег.</p>
       <p>Малыш крикнул на собак и бешено погнал упряжку вниз по тропе, которая, извиваясь среди редких хижин, разбросанных по холмам и косогорам, бежала к югу, к окраине Доусона. Смок и Солтмен, вцепившись друг в друга, катались по снегу. Смок был полон сил и задора и надеялся взять верх, но Солтмен оказался на пятьдесят фунтов тяжелее — это были пятьдесят фунтов превосходных, натренированных мускулов — и снова и снова одолевал его. Не раз он укладывал Смока на обе лопатки, и Смок, очень довольный, лежал и отдыхал. Но всякий раз, как Солтмен хотел высвободиться и встать, Смок вцеплялся в него, и начиналась новая схватка.</p>
       <p>— Ничего, силенка у тебя есть, — задыхаясь, признал Солтмен минут через десять, опять повалив Смока в снег и усевшись на него верхом. — И все-таки я тебя каждый раз укладываю.</p>
       <p>— А я каждый раз тебя задерживаю, — тоже задыхаясь, ответил Смок. — Мне только того и надо. Малыш за это время знаешь куда укатил?</p>
       <p>Солтмен отчаянно рванулся, но ему все же не удалось освободиться. Смок ухватил его за ногу, дернул — и тот растянулся на снегу во всю длину. От подножия холма донесся тревожный, вопросительный свист. Солтмен сел и пронзительно свистнул в ответ, но Смок тут же вцепился в него, повалил на спину, уселся верхом на грудь, коленями уперся в его могучие бицепсы, руками — в плечи и вдавил в снег. Так и нашли их золотоискатели. Смок расхохотался и встал.</p>
       <p>— Спокойной ночи, друзья, — сказал он и стал спускаться под гору, а шестьдесят взбешенных золотоискателей угрюмо и решительно двинулись за ним по пятам.</p>
       <p>Смок повернулся к северу, миновал лесопилку и больницу и пошел тропой, ведущей по реке вдоль крутых скал, над которыми вздымалась Лосиная Гора. Он обошел индейскую деревню и направился к Лосиному ручью, опять повернул и оказался лицом к лицу со своими преследователями.</p>
       <p>— Вы меня совсем загоняли, — сказал он, делая вид что зол, как черт.</p>
       <p>— Тебя, кажется, никто не заставляет, — вежливо пробормотал Солтмен.</p>
       <p>— О нет, ни капельки, — огрызнулся Смок, еще успешнее прикидываясь обозленным, и, пройдя через толпу своих провожатых, зашагал назад к Доусону. Дважды он пытался свернуть с тропы и напрямик, через торосы, перейти на другой берег, но спутники не отставали, и он каждый раз сдавался и сворачивал к доусонскому берегу. Он побрел по Главной улице, пересек по льду реку Клондайк, дошел до Клондайк-сити и снова вернулся в Доусон. В восемь часов, когда стало светать, он привел всю усталую ораву к ресторану Славовича, где в часы завтрака столики приходилось брать с бою.</p>
       <p>— Спокойной ночи, друзья, — сказал он, расплачиваясь по счету.</p>
       <p>Но не тут-то было, пришлось еще раз пожелать им спокойной ночи у подножия холма. При дневном свете они не стали преследовать его и только смотрели, как он поднимался к своей хижине.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>Два дня Смок околачивался в городе, и все время за ним неотступно следили. Малыш исчез вместе с нартами и собаками. Ни один человек из тех, кто разъезжал вверх или вниз по Юкону, кто приехал с Бонанзы, Эльдорадо или Клондайка, не встречал его. Оставался только Смок — уж, конечно, он рано или поздно постарается установить связь со своим исчезнувшим компаньоном; и все взоры были обращены на Смока. Весь вечер второго дня он просидел дома, погасил лампу в девять часов, а на два часа завел будильник. Добровольный страж за дверью услыхал звон будильника, и когда полчаса спустя Смок вышел из хижины, его ждала толпа уже не в шестьдесят человек, а по меньшей мере в триста. Их озаряло яркое северное сияние, и в сопровождении столь пышной свиты Смок спустился в город и вошел в «Олений Рог». В минуту трактир был набит до отказа, злые и нетерпеливые посетители пили, платили и четыре долгих часа смотрели, как Смок играет в криббедж со своим старым другом Брэком. В начале седьмого, скорчив унылую и злобную гримасу, ни на кого не глядя, никого не узнавая, Смок вышел из «Оленьего Рога» и пошел по Главной улице, а за ним нестройными рядами шагала толпа в триста человек, хором выкликая:</p>
       <p>— Левой, правой! Сено, солома! Раз! Два! Три!</p>
       <p>— Спокойной ночи, друзья, — сказал он сквозь зубы, останавливаясь на берегу Юкона у обрыва, где тропа круто сбегала вниз. — Я позавтракаю и лягу спать.</p>
       <p>Все триста закричали, что проводят его, и по льду двинулись за ним на другой берег, прямиком к Тру-ля-ля. Около семи часов утра он привел всю ватагу к извилистой тропинке, которая поднималась по крутому откосу к хибарке Дуайта Сэндерсона. Сквозь затянутое промасленной бумагой окошко виднелся огонек свечи, Над трубой вился дым. Малыш распахнул дверь.</p>
       <p>— Входи, Смок, — сказал он. — Завтрак готов. А это что за народ?</p>
       <p>На пороге Смок обернулся.</p>
       <p>— Ну, друзья, спокойной ночи. Надеюсь, вы приятно провели время!</p>
       <p>— Одну минуту, Смок! — крикнул Билл Солтмен, и в его голосе прозвучало жестокое разочарование. — Мне надо с тобой потолковать.</p>
       <p>— Валяй, — весело ответил Смок.</p>
       <p>— За что ты заплатил старику Сэндерсону двадцать пять тысяч? Можно узнать?</p>
       <p>— Ты меня огорчаешь, Солтмен, — был ответ. — Я прихожу в свое, так сказать, загородное имение, мечтаю найти покой, тишину, хороший завтрак, а ты с целой оравой устраиваешь мне перекрестный допрос. Для чего же человеку загородное имение, если он и тут не находит тишины и покоя?</p>
       <p>— Ты не ответил на мой вопрос, — с неумолимой логикой возразил Билл Солтмен.</p>
       <p>— И не собираюсь отвечать, Билл. Это наши счеты с Дуайтом Сэндерсоном, больше они никого не касаются. Есть еще вопросы?</p>
       <p>— А почему это у тебя в ту ночь были с собой лом и проволока?</p>
       <p>— Да какое тебе, собственно, до этого дело? Хотя, если Малышу угодно, он может тебе ответить.</p>
       <p>— Пожалуйста! — воскликнул Малыш, с радостью вступая в разговор. Он уже открыл рот, но поперхнулся и посмотрел на Смока. — Скажу тебе, Смок, по секрету, строго между нами: по-моему, это их вовсе не касается, черт подери. Пойдем-ка. Там уже весь кофе выкипел.</p>
       <p>Дверь затворилась, и триста провожатых, огорченные и недовольные, разбились на группы.</p>
       <p>— Послушай, Солтмен, — сказал кто-то, — а ведь ты хвалился, что приведешь нас на место.</p>
       <p>— С чего вы взяли? — сварливо ответил Солтмен. — Я сказал, что Смок приведет нас на место.</p>
       <p>— Так это оно и есть?</p>
       <p>— Я знаю столько же, сколько и ты. Но все мы знаем, что Смок где-то что-то пронюхал. За что бы он заплатил Сэндерсону двадцать пять тысяч? Не за эту же никудышную землю, ясно.</p>
       <p>Толпа хором согласилась с этим рассуждением.</p>
       <p>— Ну, а теперь что будем делать? — печально спросил кто-то.</p>
       <p>— Я, например, пойду завтракать, — бодро сказал Чарли Бешеный. — Выходит, ты одурачил нас, Билл.</p>
       <p>— И не думал, — возразил Солтмен. — Это Смок нас одурачил. Но все равно, двадцать пять тысяч-то он платил?</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>В половине девятого, когда стало совсем светло, Малыш осторожно приоткрыл дверь и выглянул наружу.</p>
       <p>— Вот те на! — воскликнул он. — Они все смылись обратно в Доусон! А я-то думал, они тут станут лагерем!</p>
       <p>— Не бойся, ты скоро их увидишь, — успокоил его Смок. — Или я сильно ошибаюсь, или мы и оглянуться не успеем, как сюда сползется половина Доусона. Ну, давай помогай, живо! Надо дело делать.</p>
       <p>— Ох, ради всего святого, объясни ты мне, что к чему? — взмолился Малыш час спустя оглядывая плоды их общих трудов: установленную в углу хижины лебедку с приводом, обвивающимся вокруг двойного деревянного вала.</p>
       <p>Смок без малейшего усилия повернул рукоятку, и канат со скрипом побежал вхолостую вокруг вала.</p>
       <p>— Ну-ка, Малыш, выйди за дверь и скажи, на что это похоже.</p>
       <p>Стоя за дверью, Малыш услышал тот самый скрип и визг, какой издает лебедка, вытягивая груз, и поймал себя на том, что бессознательно прикидывает, какой глубины должна быть шахта, откуда этот груз вытаскивают. Потом все стихло, и он мысленно увидел ведро, подтянутое вплотную к блоку. Затем он услышал, как рукоятка повернулась в обратную сторону, ослабляя канат, и как стукнуло ведро, отставленное на край шахты. Широко улыбаясь, он распахнул дверь.</p>
       <p>— Понял! — крикнул он. — Я чуть было и сам не попался на удочку! Дальше что?</p>
       <p>Дальше понадобилось натащить в хижину столько камня, что хватило бы нагрузить доверху десяток нарт. И еще много других дел было у них в этот необычайно хлопотливый день.</p>
       <p>— А сейчас бери собак и отправляйся в Доусон, — наставлял Малыша после ужина Смок. — Собак оставишь у Брэка, он о них позаботится. За тобой будут следить, так ты попроси Брэка пойти на склад Аляскинской торговой компании и купить весь динамит, — там у них в запасе всего несколько сот фунтов. И пускай Брэк закажет кузнецу штук шесть прочных сверл, таких, чтоб можно было бурить самую твердую породу. Брэк — опытный старатель, он сумеет втолковать кузнецу, что именно требуется. Кстати, дай Брэку все сведения по нашему участку, пускай он завтра сообщит их инспектору приисков. А в десять часов выходи на Главную улицу и прислушайся. Имей в виду, я не хочу, чтоб получилось слишком много шуму. Пускай в Доусоне будет слышно, но не более того. Я запалю три штуки разной силы, а ты заметь, когда оно прозвучит всего лучше.</p>
       <p>В десять часов вечера, когда Малыш, ощущая на себе множество любопытных взглядов и напряженно прислушиваясь, прогуливался по Главной улице, он услышал слабый, отдаленный взрыв. Через полминуты донесся второй взрыв, погромче, — на него обратили внимание и другие прохожие. А затем раздался третий, от него задребезжали стекла, и люди выскочили на улицу.</p>
       <p>— Здорово их тряхнуло! — задыхаясь, объявил Малыш, едва он час спустя переступил порог хибарки в Тру-ля-ля. Он схватил Смока за руку. — Поглядел бы ты на них! Случалось тебе разворошить муравейник? В точности то же самое! Когда я уезжал, Главная улица так и кишела народом, так и гудела. Завтра сюда набьется столько доусонцев, что шагу нельзя будет ступить. Они уже сейчас сюда подкрадываются, так и знай, или я ни черта не смыслю в золотоискателях.</p>
       <p>Смок усмехнулся, шагнул к фальшивой лебедке и раза два со скрипом повернул рукоятку. Малыш выдернул в нескольких местах мох, которым были заделаны пазы между бревнами, чтобы в щелку можно было видеть, что творится вокруг хижины. Потом задул свечу.</p>
       <p>— А ну, — шепнул он спустя полчаса.</p>
       <p>Смок медленно повернул ворот лебедки, выждал несколько минут, подхватил оцинкованное ведро, наполненное землей, и со стуком, скрипом и скрежетом с размаху поставил его на груду камней, которые они натащили в дом. Потом, заслоняя огонек спички ладонями, закурил папиросу.</p>
       <p>— Трое уже тут, — прошептал Малыш. — Ты бы поглядел! Знаешь, когда загремело ведро, они прямо затряслись. Вот один сейчас пробует заглянуть в окно…</p>
       <p>Смок затянулся папиросой и при ее красноватом свете посмотрел на часы.</p>
       <p>— Надо проделывать это регулярно, — шепнул он, — будем вытаскивать ведро каждые четверть часа. А в промежутках…</p>
       <p>Набросив на камень сложенный втрое кусок мешковины, он ударил по нему долотом.</p>
       <p>— Прекрасно, прекрасно! — в восторге простонал Малыш, бесшумно отходя от щелки. — Они сошлись в кружок — видно, совещаются.</p>
       <p>С этой минуты и до четырех часов утра, с пятнадцатиминутными перерывами, слышно было, как в хибарке вытаскивают тяжелое ведро скрипучей лебедкой, которая на самом деле крутилась вхолостую. Затем непрошеные гости удалились, и Смок с Малышом легли спать.</p>
       <p>Когда рассвело, Малыш осмотрел следы мокасин на снегу.</p>
       <p>— И Большой Билл Солтмен тоже тут был, — сказал он. — Погляди, какие огромные следы!</p>
       <p>Смок взглянул на реку.</p>
       <p>— Готовься встречать гостей, — сказал он. — Вон двое уже топают по льду.</p>
       <p>— Ха! Вот погоди, в девять часов Брэк зарегистрирует наши заявки, тогда к нам две тысячи притопают.</p>
       <p>— И все до единого будут кричать, что найдена «главная жила», — засмеялся Смок. — «Наконец-то открыт источник всех богатств Клондайка!»</p>
       <p>Малыш вскарабкался на утес и глазом знатока оглядел ряд участков, которые они застолбили.</p>
       <p>— Конечно, это похоже на излом жилы, — сказал он. — Кто смыслит в этом деле, тот ее и под снегом проследит. Тут всякий поверит. А вот и обнажение, вот и порода выходит наружу. Можно подумать, что тут и впрямь жила.</p>
       <p>Когда двое гостей, перейдя реку, взобрались по извилистой тропе на крутой откос, дверь хибарки оказалась заперта. Билл Солтмен, шедший первым, тихо подошел к двери, прислушался и кивком подозвал Чарли Бешеного. Изнутри донесся скрип и стон лебедки, поднимающей тяжелый груз. Они дождались минуты затишья, потом услышали обратный поворот вала и стук ведра о камень. За следующий час это повторилось еще четыре раза. Наконец Бешеный постучал в дверь. Изнутри послышались неясные звуки, там что-то делали, крадучись и спеша, затихли, снова, крадучись заспешили, — и наконец минут через пять Смок, тяжело переводя дух, приотворил дверь и выглянул в щелку. Лицо и рубашка у него были в пыли, в мелких осколках. И поздоровался он что-то чересчур приветливо.</p>
       <p>— Одну минуту, — прибавил он, — сейчас я к вам выйду.</p>
       <p>Он натянул рукавицы и выскользнул в полуоткрытую дверь, чтобы принять гостей прямо на снегу. Они тотчас заметили, что плечи у него в пыли, даже не разобрать, какого цвета рубашка, и колени перепачканы — сразу видно, не успел толком почиститься и отряхнуться.</p>
       <p>— Вот ранний визит, — сказал он. — Как вы оказались на этом берегу? Собрались на охоту?</p>
       <p>— Мы всё знаем, — сказал Бешеный. — Так что давай в открытую, Смок. Вы тут кое-что нашли.</p>
       <p>— Если вам нужны яйца… — начал Смок.</p>
       <p>— Да брось ты! Мы хотим поговорить о деле.</p>
       <p>— А, так вы хотите купить участки под застройку? — затараторил Смок. — Тут есть превосходные участки. Но, понимаете, мы их пока не продаем. Надо еще изучить местность, разбить улицы. Приходи через недельку, Бешеный, и если ты хочешь поселиться тут в тихом и мирном уголке, я тебе покажу чудное местечко. На той неделе все наверняка будет уже готово. До свидания. Извините, что не приглашаю вас войти, но Малыш… сами знаете, он не без странностей. Он говорит, что поселился здесь ради тишины и покоя. Сейчас он спит, и я до смерти боюсь его разбудить.</p>
       <p>Говоря без умолку, он крепко пожал им руки на прощанье. Все еще не умолкая и пожимая им руки, он перешагнул порог и тотчас закрыл за собою дверь.</p>
       <p>Они переглянулись и многозначительно кивнули друг другу.</p>
       <p>— Колени-то, видал? — хрипло зашептал Солтмен.</p>
       <p>— А как же! И плечи. Перемазался, когда ползал по шахте. — Говоря это, Бешеный обводил глазами засыпанную снегом глубокую лощину, и вдруг его взгляд задержался на чем-то, что заставило его присвистнуть. — Смотри-ка, Билл! Вот, вот, видишь, яма? Да это же они рыли шурф! И в обе стороны следы на снегу. Если это не жила, которая простирается по обе стороны, так я ничего не понимаю. Самая настоящая жила.</p>
       <p>— И какая громадная! — воскликнул Солтмен. — Да, ничего не скажешь, находка!</p>
       <p>— И внизу, вдоль откоса — видишь, как порода выходит наружу и опять уходит вглубь? Откос как раз перерезает жилу.</p>
       <p>— А ты вон куда погляди. — Солтмен показал на дорогу, пересекавшую скованный льдом Юкон. — Похоже, весь Доусон идет сюда.</p>
       <p>И Бешеный увидел, что вся дорога чернеет, залитая сплошным людским потоком вплоть до дальнего доусонского берега, на котором тоже толпится народ.</p>
       <p>— Ну, не мешает, пока они не нагрянули, заглянуть в тот шурф, — сказал он и быстро зашагал к лощине.</p>
       <p>Но тут дверь хибарки распахнулась, и на пороге появились Смок и Малыш.</p>
       <p>— Эй! — окликнул Смок. — Вы куда?</p>
       <p>— Хотим выбрать участок, — отозвался Бешеный. — Поглядите на реку. Весь Доусон будет расхватывать ваши участки, и мы хотим выбрать первыми. Верно, Билл?</p>
       <p>— Еще бы, — подтвердил Солтмен. — По всему видно, шикарный будет поселок, от желающих переехать сюда прямо отбою не будет.</p>
       <p>— Вы пошли не в ту сторону, ту часть мы не продаем, — сказал Смок. — Участки под застройку вон там, направо, и повыше на утесах. А эта часть, от реки и до самого верха, не продажная. Так что поворачивайте оглобли.</p>
       <p>— Но мы присмотрели себе именно эту землю.</p>
       <p>— Говорят вам, не продается, — резко ответил Смок.</p>
       <p>— Что ж, ты и пройтись в ту сторону не разрешаешь? — упорствовал Солтмен.</p>
       <p>— Не разрешаю. Довольно вы тут погуляли, надоело. Поворачивайте назад.</p>
       <p>— А мы все-таки хотим пройтись, — упрямо сказал Солтмен. — Идем, Бешеный.</p>
       <p>— Смотрите, это противозаконно, вы вторгаетесь в чужие владения, — предостерег Смок.</p>
       <p>— Вовсе нет, мы просто гуляем, — весело возразил Солтмен и, повернувшись, двинулся было дальше.</p>
       <p>— Эй! Стой на месте, Билл, не то я тебя сейчас продырявлю! — загремел Малыш, выхватывая два кольта и прицеливаясь. — Еще шаг — и я проделаю одиннадцать дырок в твоей поганой шкуре. Понятно?</p>
       <p>Ошарашенный Солтмен остановился.</p>
       <p>— Понять-то он понял, — пробормотал Малыш. — Но если он пойдет дальше, тогда что? Не могу же я стрелять. Как тогда быть?</p>
       <p>— Послушай, Малыш, рассуди здраво! — взмолился Солтмен.</p>
       <p>— Поди сюда, тогда и порассуждаем, — ответил Малыш.</p>
       <p>Первая волна доусонцев уже захлестнула крутой откос и надвинулась на них, а они все еще пререкались.</p>
       <p>— Человек хочет купить землю, присматривает себе участок, а вы говорите, что он куда-то вторгается, — доказывал Бешеный.</p>
       <p>— А если земля уже принадлежит другому владельцу? — возражал Малыш. — Как раз этот самый кусок — частная собственность, вот и все. Говорят тебе, этот участок не продается.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>— Надо скорее кончать, — шепнул Малышу Смок. — А то их, пожалуй, не удержишь…</p>
       <p>— Храбрый ты парень, если надеешься их удержать, — шепнул в ответ Малыш. — Тут их две тысячи, и еще прибавится. Того и гляди ринутся на наши участки.</p>
       <p>Запретная черта проходила по ближнему краю лощины, там, где Малыш остановил Солтмена с Бешеным. В толпе был лейтенант северо-западной полиции и человек шесть полицейских. Смок подошел к лейтенанту и заговорил с ним вполголоса.</p>
       <p>— Из Доусона народ все прибывает, — сказал он, — скоро наберется тысяч пять, не меньше. Того и гляди кинутся захватывать участки. Вы только представьте, тут всего пять заявок, это выходит тысяча человек на участок, причем четыре тысячи из пяти бросятся на самый ближний. Этого нельзя допустить, здесь будет столько жертв, сколько не было за всю историю Аляски. А кроме того, на эти пять участков сегодня утром уже сделаны заявки, и никто не имеет права их перехватить. Короче говоря, нельзя, чтоб началась драка за участки.</p>
       <p>— Верно, — сказал лейтенант. — Сейчас я соберу и расставлю своих людей. Мы не можем допустить беспорядка — и не допустим. Но вы все-таки поговорите с ними.</p>
       <p>— Тут какая-то ошибка, ребята! — громко начал Смок. — У нас еще не все готово, и мы ничего не продаем. Улицы еще не размечены. А вот на будущей неделе прошу пожаловать: открываем широкую распродажу.</p>
       <p>Взрыв общего гнева и нетерпения прервал его на полуслове.</p>
       <p>— Нам не нужны никакие улицы! — выкрикнул молодой старатель. — Нам не нужно то, что на земле. Мы пришли за тем, что под землей.</p>
       <p>— Мы не знаем, что тут есть под землей, — ответил Смок, — Зато мы знаем, что на этой земле можно выстроить отличный поселок.</p>
       <p>— Верно! — подтвердил Малыш. — Уединенное место, и вид красивый. Кто любит уединение, все так тысячами сюда и кинутся. Это будет самое людное уединенное местечко на Юконе!</p>
       <p>Снова раздались крики нетерпения, и Солтмен, который разговаривал о чем-то с вновь подошедшими доусонцами, выступил вперед.</p>
       <p>— Мы пришли сюда, чтоб застолбить участки, — начал он. — Мы знаем, что вы тут сделали — застолбили пять участков на золотой жиле, вон они идут в ряд по откосу и вдоль ущелья. Только вы при этом смошенничали. Две записи у вас фальшивые. Кто такой Сэт Байрс? Никто у нас и не слыхал про такого. А вы сегодня утром сделали заявку на его имя. И на имя Гарри Максуэлла записали заявку. Но Гарри Максуэлла здесь нет. Он в Сиэтле. Он еще осенью отсюда уехал. Стало быть, две заявки свободны, можно их распределять заново.</p>
       <p>— А если у меня есть от него доверенность? — спросил Смок.</p>
       <p>— Нет у тебя никакой доверенности, — ответил Солтмен. — Ну-ка, покажи, если есть. И все равно эти участки нужно делить заново. Айда, ребята.</p>
       <p>И Солтмен переступил запретную черту, подавая пример остальным, но тут готовую хлынуть за ним толпу остановил громкий окрик лейтенанта:</p>
       <p>— Ни шагу дальше! Вы не имеете права!</p>
       <p>— Ах, вот как, не имеем права? — переспросил Билл Солтмен. — Разве по закону не разрешается заново столбить, если заявки сделаны неправильно?</p>
       <p>— Действуй, Билл! Не сдавайся! — подбадривала толпа, не переходя, однако, запретную черту.</p>
       <p>— По закону разрешается, верно? — вызывающе спросил Солтмен, наступая на лейтенанта.</p>
       <p>— Пускай разрешается, — последовал невозмутимый ответ. — Я не могу допустить, чтоб толпа в пять тысяч человек кинулась на две заявки, — и не допущу. Это будет беспорядок, а наше дело — не допускать беспорядка. Здесь, сейчас, на этом самом месте, северо-западная полиция представляет собою закон. Если кто перешагнет эту черту, буду стрелять. А вы, Билл Солтмен, осадите назад.</p>
       <p>Солтмен нехотя повиновался. И все же в толпе, теснившейся повсюду, где можно было примоститься на этих скалистых уступах, склонах и утесах, нарастало беспокойство, которое не предвещало ничего хорошего.</p>
       <p>— Боже милостивый! — шепнул лейтенант Смоку. — Посмотрите вон туда, на край обрыва, его точно мухи облепили. Стоит толпе податься в сторону, как сотни людей свалятся вниз.</p>
       <p>Смока пробрала дрожь; он выступил вперед.</p>
       <p>— Давайте действовать по справедливости, друзья. Если вы непременно хотите, я вам распродам участки под застройку по сто долларов штука, а когда поселок будет распланирован, вы распределите их по жребию.</p>
       <p>Возмущенная толпа всколыхнулась, но Смок предостерегающе поднял руку:</p>
       <p>— Ни с места, вы все! Иначе сотни людей свалятся с обрыва и разобьются. Положение угрожающее.</p>
       <p>— Все равно тебе эту землю не заграбастать! — выкрикнул кто-то. — Нам ни к чему тут строиться. Мы хотим застолбить участки.</p>
       <p>— Но спорных заявок только две, — возразил Смок. — Ну, они достанутся двоим, а остальные что будут делать?</p>
       <p>Он утер лоб рукавом, и тут новый голос выкрикнул:</p>
       <p>— Мы все войдем в долю, всё поделим поровну!</p>
       <p>Те, кто громкими криками одобрил это предложение, И не подозревали, что оно сделано человеком, с которым Смок заранее уговорился и которому теперь подал знак, утирая лоб.</p>
       <p>— Не будьте свиньями, не хватайте всё себе, — продолжал этот человек. — Примите всех в долю, поделите между всеми права на землю — и на ископаемые, какие есть в земле, тоже.</p>
       <p>— Да ни при чем тут права на ископаемые, говорят вам, — возразил Смок.</p>
       <p>— Делите их со всем прочим. А мы попытаем счастья.</p>
       <p>— Вы хотите, чтоб я уступил насилию, — сказал Смок. — Лучше бы вы сюда не являлись.</p>
       <p>Было очевидно, что он в нерешимости, и мощный рев толпы заставил его окончательно уступить. Но Солтмен и другие, стоявшие в первом ряду, начали что-то возражать.</p>
       <p>— А вот Билл Солтмен и Бешеный не желают, чтоб вы все участвовали в этом деле, — сообщил толпе Смок. — Кто же теперь свинья?</p>
       <p>Это сразу изменило настроение толпы не в пользу Солтмена и Бешеного.</p>
       <p>— А как же вы хотите все поделить? — продолжал Смок. — Контрольный пакет должен остаться за мной и Малышом. Мы первые открыли это место.</p>
       <p>— Верно! — закричало сразу много голосов. — Правильно! Это справедливо!</p>
       <p>— Три пятых будут на нашу долю, — предложил Смок, — а вы все поделите между собой остальные две пятых. И вам придется оплатить свои паи.</p>
       <p>— Десять центов за доллар! — раздался крик. — И акции обложению не подлежат!</p>
       <p>— И председатель правления самолично подносит каждому его дивиденды на серебряном блюде, — насмешливо заключил Смок. — Нет уж! Будьте благоразумны, друзья. Десять центов за доллар — это поможет начать дело. Вы покупаете две пятых всех акций и за стодолларовую акцию платите десять долларов. Это самое большее, на что я могу согласиться. А если вам это не подходит — пожалуйста, начинайте драку, сбросьте мои заявочные столбы. Больше чем на две пятых я не дам себя нагреть.</p>
       <p>— Но только не выпускайте дутых акций! — крикнул кто-то, и это прозвучало как программа, на которой сошлись все.</p>
       <p>— Вас тут около пяти тысяч человек, значит, и паев должно быть пять тысяч, — стал вслух рассчитывать Смок. — А пять тысяч — это две пятых от двенадцати с половиной тысяч. Таким образом, капитал Акционерной компании поселка Тру-ля-ля составит миллион двести пятьдесят тысяч долларов, это будет двенадцать тысяч пятьсот паев по сто долларов каждый, и вы все купите пять тысяч паев и уплатите по десять долларов за штуку. И плевать мне, если вы не согласны. Будьте все свидетелями — я иду на это только потому, что вы меня заставили.</p>
       <p>Доусонцы остались в уверенности, что поймали Смока с поличным, ибо он сфабриковал две фальшивых заявки. Тотчас было выбрано правление и заложены основы Акционерной компании поселка Тру-ля-ля. Не пожелав, как это было предложено, распределять акции на другой день в Доусоне — ведь все, кто не участвовал в нынешнем нашествии, тоже захотят урвать свою долю, — члены правления уселись вокруг костра, разведенного на льду у подножия горы, и вручали каждому из присутствующих расписку в обмен на десять долларов в золотом песке, который, как полагается, отвешивали на специальных весах, — для этого из города притащили десятка два весов.</p>
       <p>Только к вечеру вся эта работа была закончена и поселок Тру-ля-ля опустел. Смок и Малыш остались одни. Они ужинали у себя в хижине и посмеивались, глядя на списки акционеров, насчитывавшие четыре тысячи восемьсот семьдесят четыре фамилии, и на мешки, в которых, как они знали, было золота на сорок восемь тысяч семьсот сорок долларов.</p>
       <p>— Но ты еще не довел дело до конца, — заметил Малыш.</p>
       <p>— Он придет, — убежденно ответил Смок. — Это прирожденный игрок, и когда Брэк шепнет ему словечко, так он и помирать будет, а притащится.</p>
       <p>Не прошло и часа, как в дверь постучали и вошел Бешеный, а за ним Билл Солтмен. Жадным взглядом они окинули хибарку, и глаза их остановились на лебедке, искусно прикрытой одеялами.</p>
       <p>— А если я хочу получить тысячу двести акций? — доказывал Бешеный полчаса спустя. — Сегодня вы продали пять тысяч, вместе будет всего-навсего шесть тысяч двести. У вас с Малышом остается шесть тысяч триста. Все равно контрольный пакет за вами.</p>
       <p>— Да на что тебе дался наш поселок? — удивился Малыш.</p>
       <p>— Ты это знаешь не хуже меня, — отвечал Бешеный. — Между нами говоря, — он покосился на окутанную одеялами лебедку, — это просто прелестный поселок.</p>
       <p>— Но вот Билл тоже хочет, чтоб ему подбавили, — проворчал Смок, — а мы никак не можем отдать больше пятисот паев.</p>
       <p>— Сколько ты хочешь вложить в это дело? — спросил Бешеный.</p>
       <p>— Ну, скажем, пять тысяч долларов, — сказал Солтмен. — Больше мне не наскрести.</p>
       <p>— Послушай, Бешеный, — продолжал Смок все тем же ворчливым, обиженным тоном, — если б мы не были добрыми знакомыми, я не продал бы тебе ни единой из этих дурацких акций. И уж во всяком случае больше чем пятьсот акций мы с Малышом не отдадим, и вам придется заплатить по пятьдесят долларов за штуку. Это мое последнее слово, не хотите — не надо. Билл может взять сотню, а на твою долю останется четыреста.</p>
       <empty-line/>
       <p>А назавтра весь Доусон держался за бока от смеха. Смех вспыхнул рано утром, едва рассвело, когда Смок подошел к доске объявлений у входа на склад Аляскинской торговой компании и кнопками прикрепил к доске лист бумаги. Он еще не успел всадить последнюю кнопку и отойти, а люди уже собрались и читали, заглядывая через его плечо и фыркая. Вскоре перед доской толпилось несколько сот человек, и задним ничего не было видно. Криками потребовали, чтобы кто-нибудь читал вслух; и затем весь день то один, то другой по общему требованию громогласно перечитывал вывешенное Смоком объявление. И немало было таких, что стояли в снегу и выслушивали это чтение по нескольку раз, чтобы лучше, во всех пикантных подробностях, запомнить статьи объявления, которое гласило:</p>
       <empty-line/>
       <p>«Акционерная компания поселка Тру-ля-ля сводит свой баланс на стене. Это ее первый и последний баланс.</p>
       <empty-line/>
       <image l:href="#i_095.png"/>
       <empty-line/>
       <p>Всякий акционер, который не пожелает пожертвовать десять долларов Доусонской городской больнице, может получить назад свои десять долларов, обратившись лично к Чарли Бешеному, а в случае отказа последнего уплатить эти деньги немедленно получит их, обратившись к Смоку Беллью.</p>
       <p>Имеется остаток акций на сумму 7 126 долларов. Эти акции, принадлежащие Смоку Беллью и Джеку Малышу, не стоят ничего и могут быть приобретены бесплатно, по первому требованию, любым жителем Доусона, желающим переменить местожительство и насладиться тишиной и уединением в поселке Тру-ля-ля.</p>
       <p><emphasis>Примечание.</emphasis> Тишина и уединение гарантируются в поселке Тру-ля-ля на вечные времена.</p>
       <p>Подписи:</p>
       <p><emphasis>Смок Беллью, председатель</emphasis></p>
       <p><emphasis>Джек Малыш, секретарь</emphasis>».</p>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>Тайна женской души</p>
      </title>
      <section>
       <title>
        <p>I</p>
       </title>
       <p>— А все-таки, я вижу, ты не очень-то спешишь жениться, — заметил Малыш, возобновляя разговор, оборвавшийся несколько минут назад.</p>
       <p>Смок не ответил; сидя на краешке мехового одеяла, он опрокинул в снег ворчащую собаку и внимательно обследовал ее лапы. А Малыш, поворачивая перед огнем надетый на палку мокасин, от которого валил пар, пристально всматривался в лицо своего компаньона.</p>
       <p>— Погляди-ка на северное сияние, — продолжал Малыш. — Экое непостоянство! Совсем как женщина: то она так, то этак, сама не знает, чего ей надо. У самой лучшей женщины ветер в голове, если уж она не совсем дура. И все они настоящие кошки — что большие, что маленькие, красавицы и уродины. А если какая увяжется за мужчиной — ну, считай, что за тобой охотится голодный лев или гиена.</p>
       <p>И снова красноречие Малыша иссякло. Смок ударил собаку, которая чуть не укусила его за руку, и продолжал осматривать ее израненные, кровоточащие лапы.</p>
       <p>— Фу ты! — опять заговорил Малыш. — Да неужто я не женился бы, если б захотел? А может, меня бы и против моей воли окрутили, но только я всегда удирал, как заяц. Знаешь, Смок, что меня спасало? Хорошее дыхание. Я просто бегу что есть духу. Хотел бы я посмотреть на ту юбку, которая способна меня загонять.</p>
       <p>Смок отпустил собаку и тоже повернул перед огнем свои мокрые мокасины, насаженные на палки.</p>
       <p>— Придется нам завтра сидеть на месте и шить для собак мокасины, — сказал он наконец. — Этот битый лед совсем искалечил им лапы.</p>
       <p>— Нам нельзя оставаться на месте, — возразил Малыш. — И назад повернуть еды не хватит. Если мы с тобой завтра-послезавтра не нападем на след оленей или этих самых белых индейцев, придется нам слопать своих собак вместе с изрезанными лапами. А кстати сказать, кто их вообще видел, белых индейцев? Все это враки. Как может индеец быть белым? Это все равно, что назвать белым чернокожего. Нет, Смок, завтра надо двинуться дальше. Вся округа точно вымерла, никакой дичи нет. Сам знаешь, вот уж неделя, как нам не попадалось ни одного заячьего следа. Надо выбраться из этого гиблого места куда-нибудь, где водится дичь.</p>
       <p>— Собаки будут бежать вдвое быстрее, если дать им денек отдохнуть и обуть их в мокасины, — сказал Смок. — Ты бы влез на какую-нибудь горку и осмотрелся вокруг. Мы, наверно, уже вот-вот выйдем на ту равнину с холмами, о которой рассказывал Лаперль.</p>
       <p>— Ха! Лаперль сам говорит, что проходил тут десять лет назад и был в ту пору не в своем уме от голода, даже не понимал толком, что у него перед глазами. Помнишь, он рассказывал, будто на вершинах гор развевались огромные флаги? Ясное дело: все у него в голове мутилось. И он сам говорил, что не видел никаких белых индейцев, это уж Энтон сочинил. А Энтон помер за два года до того, как мы с тобой прикатили на Аляску. Да ладно, завтра пойду огляжусь. Может, удастся подстрелить лося. А сейчас пора спать, вот что я тебе скажу.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>II</p>
       </title>
       <p>Все утро Смок провел на стоянке: шил собакам мокасины, чинил упряжь. В полдень он приготовил обед на двоих, съел свою порцию и начал ждать Малыша. Час спустя он стал на лыжи и двинулся по следу товарища. Он поднялся по руслу ручья и миновал узкое ущелье, которое неожиданно вывело его на просторную поляну, — видно было, что когда-то на ней паслись лоси. Однако ни один лось не побывал здесь с осени, с тех пор как выпал первый снег. Следы лыж Малыша пересекали пастбище и поднимались по косогору. Дойдя до вершины, Смок остановился. След шел дальше, вниз по откосу. За милю отсюда, вдоль русла нового ручья, рос невысокий ельник, и видно было, что Малыш прошел через этот лесок. Смок взглянул на часы, подумал о надвигающейся темноте, о собаках, о покинутой стоянке и скрепя сердце отказался от мысли продолжать поиски. Но прежде чем повернуть назад, он внимательно осмотрелся. На востоке в небо, точно зубья пилы, вгрызались снежные пики Скалистых Гор. Гряда за грядой вздымались горные цепи, и все они тянулись на северо-запад, отрезая пути к той равнине, о которой рассказывал Лаперль. Казалось, горы сговорились преградить дорогу пришельцу, заставить его вернуться на запад, к Юкону. Смок спрашивал себя, многие ли до него приходили сюда и отступали перед этим грозным зрелищем. Правда, Лаперль не отступил, но ведь он перевалил через Скалистые Горы с востока.</p>
       <p>До полуночи Смок поддерживал большой костер, чтобы Малыш мог издали его увидеть. А утром, чуть забрезжило, свернул лагерь, запряг собак и с рассветом пустился на поиски. В узком ущелье вожак упряжки насторожил уши и заскулил. И немного погодя Смок увидел шестерых индейцев, идущих навстречу. Они шли налегке, без собак, у каждого за плечами был совсем небольшой мешок с походным снаряжением. Они окружили Смока. К немалому его удивлению, они его явно искали. Сразу выяснилось также, что они не говорят ни на одном из индейских наречий, на которых он знал хотя бы одно слово. Белыми они не были, но казались и выше и крепче индейцев, живущих в долине Юкона. Пятеро были вооружены старинными длинноствольными мушкетами Компании Гудзонова залива, в руках шестого Смок увидел хорошо ему знакомый винчестер — это был винчестер Малыша.</p>
       <p>Индейцы не стали тратить время на переговоры со своим пленником. Смок был безоружен, ему оставалось только покориться. Они тотчас разобрали груз, лежавший на нартах, каждый взвалил часть себе на плечи, Смоку дали нести меховые одеяла — его и Малыша. Собак распрягли, а когда Смок запротестовал, один из индейцев знаками объяснил, что дорога впереди слишком тяжела для нарт. Смок примирился с неизбежным, спрятал нарты на берегу ручья, сунув их стоймя в снег, и побрел вместе со своими конвойными. Они направились к северу, перевалили через невысокую гряду, спустились к перелеску, который накануне заметил Смок. Миль десять — двенадцать шли по руслу ручья, а когда он стал отклоняться к западу, свернули по узкому притоку прямо на восток.</p>
       <p>В первый раз они остановились на ночлег в месте, где за несколько дней до них стояли лагерем какие-то люди. Тут хранились запасы вяленой лососины и мяса, — все это индейцы теперь взяли с собой. От стоянки уходило много лыжных следов, и Смок понял, что эти-то люди и захватили Малыша; и еще прежде, чем стемнело, ему удалось разглядеть на снегу следы знакомых лыж, более узких, чем лыжи индейцев. Он знаками стал расспрашивать своих спутников, они утвердительно кивнули и показали на север.</p>
       <p>И во все следующие дни они показывали на север; и как ни кружила, ни извивалась тропа меж беспорядочно теснящихся, нацеленных в небо скалистых пиков, все же она упорно вела на север. То и дело казалось, что в этой суровой снежной пустыне дальше нет дороги, и, однако, тропа поворачивала, отступала, находя невысокие перевалы и избегая крутых, неодолимых горных кряжей. Здесь навалило больше снегу, чем ниже, в долинах, и каждый шаг надо было брать с бою, утаптывая целину лыжами. Притом все спутники Смока были молоды, шли легким, быстрым шагом; и в глубине души он невольно гордился тем, что без труда поспевает за ними. Они были закалены кочевой жизнью, с самого раннего детства привыкли прокладывать путь через снега; и все же он был так крепок и здоров, что этот переход давался ему не тяжелее, чем им.</p>
       <p>За шесть дней они достигли главного перевала и миновали его; хоть он был ниже окружающих грозных гор, но все же лежал на огромной высоте и был недоступен для нагруженных нарт. А через пять дней, спускаясь капризной, извилистой тропой все ниже и ниже, они вышли на широко раскинувшуюся холмистую равнину, открытую Лаперлем десять лет назад. Смок узнал ее с первого взгляда. В этот морозный день термометр показывал сорок градусов ниже нуля и воздух был так прозрачен, что видно было на сто миль вокруг. Насколько хватал глаз, перед Смоком расстилалась эта волнистая равнина. Далеко на востоке еще виднелись Скалистые Горы, вздымавшие в небо свои неприступные, покрытые снегом зубчатые гребни. К югу и к западу тянулись изрезанные ущельями отроги, которые Смок и его спутники недавно пересекли. А здесь, в гигантской впадине, лежал край, по которому прошел Лаперль, — край, одетый снегами, но, несомненно, богатый дичью, а летом это, конечно, смеющаяся, цветущая, вся в зелени земля.</p>
       <p>К полудню они спустились по широкому руслу замерзшего потока, мимо утонувших в снегу ив и голых осин, пересекли ровные пространства, густо поросшие елью, и вышли к большому лагерю, покинутому совсем недавно. На ходу Смок подсчитал примерно следы костров — их было сотни четыре, а то и пять; как видно, здесь стояли лагерем несколько тысяч человек. Тропа была свежая, утоптанная множеством мокасин, так что Смок и его похитители сняли лыжи и без них пошли еще быстрей. Все больше признаков указывало на обилие в этих местах дичи, все чаще попадались следы хищников — волков и рысей. Один из индейцев с радостным возгласом указал на широкую поляну, усеянную обглоданными оленьими черепами: снег на поляне был взрыт и измят, словно тут разыгралось большое сражение. И Смок понял, что после недавнего снегопада охотники перебили здесь немало дичи.</p>
       <p>Стало смеркаться, но индейцы ничем не обнаруживали намерения остановиться на ночлег. В сгущавшихся сумерках они шли все вперед и вперед; порою небо вспыхивало, тьма рассеивалась и огромные мерцающие звезды бледнели, подернутые трепетной зеленоватой дымкой северного сияния. Собаки Смока первыми заслышали вдалеке шум лагеря, насторожились и тихонько заскулили от нетерпения. Потом и человеческий слух стал улавливать отдаленный гул, еще смутный, но не смягченный расстоянием, как бывает обычно. Напротив, это был пронзительный, дикий шум, нестройные резкие звуки перебивались еще более резкими — протяжным воем множества лаек, и в этом вое, то визгливом, то заунывном, слышались тревога и боль, угрюмая безнадежность и вызов. Сняв рукавицу, Смок открыл стекло карманных часов и кончиками пальцев нащупал стрелки — они показывали одиннадцать. Его провожатые оживились. Ноги, столько отшагавшие за долгий день пути, сами собою ускорили шаг — теперь люди почти бежали. Внезапно они вышли из темного ельника, яркий свет многих костров ослепил их, многоголосый шум оглушил. Перед ними лежало огромное становище.</p>
       <p>Они пробирались между неровными рядами вигвамов, и шум, как прибой, вздымался им навстречу и катился вслед — возгласы, приветствия, вопросы и ответы, шутки, насмешки, ответные шутки, злобное рычание лаек, которые так и сыпались на собак Смока, точно косматые яростные бомбы, брань индианок, смех, хныканье детей и плач грудных младенцев, стоны разбуженных всем этим больных — адский шум и крик оглушал в этом становище первобытного народа, не знающего, что такое нервы.</p>
       <p>Спутники Смока палками и прикладами отбивались от налетающих отовсюду псов, а его собаки, напуганные таким множеством врагов, рыча и огрызаясь, жались к своим двуногим защитникам, грозно ощетинивались и вставали на дыбы.</p>
       <p>Вновь прибывшие остановились у костра, разведенного на утоптанном снегу, где сидели на корточках Малыш и два молодых индейца, поджаривая на огне нарезанную длинными узкими кусками оленину. Еще три молодых индейца лежали, завернувшись в меха, на подстилке из еловых ветвей; при виде подошедших они сели. Малыш поверх костра взглянул на Смока, но лицо его осталось таким же бесстрастным и неподвижным, как лица его соседей; он не кивнул, не улыбнулся и продолжал жарить мясо.</p>
       <p>— Что это с тобой? — сердито спросил Смок. — Язык отнялся?</p>
       <p>Малыш весело ухмыльнулся.</p>
       <p>— Вовсе нет, — ответил он. — Я индеец. Учусь ничему не удивляться. Когда они тебя зацапали?</p>
       <p>— На другой день после твоего ухода.</p>
       <p>— Хм… — В глазах Малыша заплясали искорки. — Мои дела идут прекрасно, хуже некуда. Тут у нас лагерь холостяков, — и он широким жестом обвел все это великолепие: костер, постели из еловых ветвей на снегу, вигвамы из оленьих шкур и щиты от ветра, сплетенные из тех же еловых ветвей и ивовых прутьев. — А вот это сами холостяки. — Малыш показал на молодых индейцев, произнес несколько гортанных слов на их языке, и их глаза и зубы сверкнули в ответной улыбке. — Они рады познакомиться с тобой, Смок. Садись и высуши мокасины, я сейчас приготовлю поесть. А здорово я болтаю по-ихнему? Тебе тоже надо выучиться. Похоже, что мы у них останемся надолго. Тут есть еще один белый, ирландец, он попал к ним шесть лет назад. Они его поймали на дороге к Большому Невольничьему озеру. Дэнни Мак-Кен его звать. Он тут обзавелся женой, у них уже двое детишек, но, если подвернется случай, он рад будет дать тягу. Видишь, вон направо маленький костер? Это он и есть.</p>
       <p>Как видно, тут и предстояло жить Смоку: провожатые оставили его и его собак и исчезли среди вигвамов. Смок занялся своей обувью, потом стал уплетать кусок за куском дымящееся мясо, а Малыш жарил все новые куски и рассказывал новости:</p>
       <p>— Похоже, Смок, что мы с тобой здорово влипли. Не так-то просто будет отсюда выбраться. Это самые настоящие, чистейшей воды дикие индейцы. Сами они не белые, но вождь у них белый. Говорит, точно у него полон рот горячей каши, и уж если он не шотландец, так и не знаю, какие они есть, шотландцы. Он тут у них царь и бог и всему голова. Что он скажет, тому и быть. Так и запомни. Дэнни Мак-Кен шесть лет все старается от него удрать. Дэнни парень неплохой, только у него пороху не хватает. Какой дорогой отсюда выбраться, он знает, на охоте высмотрел: западнее, чем мы с тобой сюда шли. Только одному ему не уйти, никак с духом не соберется. А втроем мы это дело обстряпаем. Бородач крепкий парень, стоящий, да только у него не все дома.</p>
       <p>— Кто это Бородач? — спросил Смок с полным ртом, на миг отрываясь от еды.</p>
       <p>— Да этот самый их вождь. Шотландец. Он уже человек немолодой и сейчас, верно, спит, а завтра он потолкует с тобой и докажет, как дважды два, что в его владениях ты просто червяк и больше никто. Тут распоряжается он один. Ты должен крепко вбить себе это в башку. Места эти неисследованные, никому не известные, и хозяин здесь он. И уж он не даст тебе про это забыть. Тут примерно на двадцать тысяч квадратных миль охотничьи угодья — и все это его. Вот он и есть белый индеец, да и его девчонка тоже. Ха! Не смотри на меня такими глазами. Погоди, сам увидишь. Хорошенькая и совсем белая, как отец — как Бородач, значит. А оленей тут!.. Я сам видел. Сытые, откормленные, стадо в сто тысяч голов, — десять тысяч волков и диких кошек идут по пятам, хватают отставших и кормятся объедками. Да-да, у нас и объедки остаются. Стадо идет на восток, и мы теперь будем все время двигаться следом. Самцов мы едим, а что не съедим, коптим и вялим про запас, чтоб было на весну, пока не начнется лов лосося. Я тебе вот что скажу: чего Бородач не знает про лосося и про оленей, того уж никто на свете не знает…</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>III</p>
       </title>
       <p>— Вот он идет, Бородач, и с таким видом, будто по делу, — шепнул Малыш и, дотянувшись до ближайшей ездовой собаки, вытер жирные руки о ее косматую шерсть.</p>
       <p>Было утро, и холостяки, сидя на корточках вокруг костра, жарили оленину и с аппетитом завтракали. Смок поднял глаза — к их костру направлялся невысокий, худощавый человек в одежде из шкур, как любой индеец, но, несомненно, белый; за ним собаки тащили нарты и шагали человек десять индейцев. Смок разбил кость и, высасывая горячий мозг, с интересом разглядывал хозяина этих мест. Густая борода и рыжевато-седые волосы, закопченные дымом костров, почти совсем скрывали лицо этого человека, но видно было, что оно худое, изможденное, щеки совсем ввалились. А все же он здоровый, хоть и худ, как скелет, решил Смок, заметив его расширенные ноздри и широкую грудь, — они говорили о глубоком дыхании, об отличных легких — залоге жизни и здоровья.</p>
       <p>— Здравствуйте, — сказал Бородач, снимая рукавицу, и протянул руку. — Меня зовут Снасс.</p>
       <p>Они обменялись рукопожатием.</p>
       <p>— А меня Беллью, — сказал Смок, чувствуя какую-то непонятную неловкость под испытующим, пронзительным взглядом черных глаз Снасса.</p>
       <p>— Я вижу, у вас тут еды достаточно.</p>
       <p>Смок кивнул и опять взялся за мозговую кость; почему-то ему было приятно слышать этот мурлыкающий шотландский говор.</p>
       <p>— Грубая пища. Но зато мы почти не знаем голода. И это куда полезнее, чем всякие деликатесы, которыми питаются в городах.</p>
       <p>— Я вижу, вы не любитель города, — отшутился Смок, чтобы сказать что-нибудь, и был поражен мгновенной переменой в собеседнике.</p>
       <p>Он весь задрожал и поник, точно какое-то чувствительное растение. Потом в глазах его вспыхнул ужас, безмерное отвращение, жгучая ненависть, точно крик нестерпимой боли. Он круто повернулся и, овладев собой, бросил через плечо:</p>
       <p>— Мы еще увидимся, мистер Беллью. Олени идут на восток, и я отправляюсь вперед, чтобы выбрать место для стоянки. Вы все сниметесь завтра.</p>
       <p>— Вот тебе и Бородач! — пробормотал Малыш, когда Снасс и его спутники отошли подальше, и снова вытер руки о шерсть пса, который с наслаждением принялся слизывать с себя жир.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IV</p>
       </title>
       <p>Немного позже Смок пошел пройтись по становищу, поглощенному несложными будничными заботами. Только что возвратился большой отряд охотников, и мужчины разбрелись каждый к своему костру. Женщины и дети запрягали собак в легкие нарты, уходили с ними, а когда возвращались, все вместе тащили нарты, нагруженные уже промерзшим мясом только что убитой дичи. Стоял морозный день, какие бывают ранней весной, и вся эта первобытная жизнь шла при тридцати градусах ниже нуля. Ни на ком вокруг не было ни клочка ткани: всем одинаково служили одеждой меха или светло-желтая замша. У мальчиков были в руках луки, колчаны и стрелы с костяными наконечниками; у многих — заткнутые за пояс или висящие в кожаных ножнах на груди костяные или каменные ножи для выделки шкур. Женщины, согнувшись над кострами, коптили мясо, а привязанные за спиной у матерей младенцы сосредоточенно сосали куски сала и смотрели на все круглыми глазами. Огромные псы — настоящие волки — злобно ощетинивались при виде чужака, вооруженного короткой дубинкой, и принюхивались к его запаху, но дубинка заставляла их мириться с присутствием Смока.</p>
       <p>В самой середине становища Смок наткнулся на очаг, который явно принадлежал Снассу. Хотя и временное, жилище его было больше и прочнее других. Свернутые шкуры и всякое снаряжение громоздились на помосте, где их не могли достать собаки. Большая брезентовая палатка служила спальней и жильем. Рядом стояла другая, шелковая, какие обычно предпочитают путешественники по неисследованным землям и богатые любители охоты. Смок, никогда не видевший такой палатки, подошел ближе. Пока он стоял и смотрел, передние полотнища распахнулись и вышла молодая женщина. Ее движения были так стремительны и появилась она так внезапно, что Смок был ошеломлен, точно увидел призрак. Казалось, и он так же поразил ее, и несколько минут они молча смотрели друг на друга.</p>
       <p>Она была одета в звериные шкуры, но таких великолепных, так мастерски расшитых меховых одежд Смок никогда еще не видел. Парка с откинутым капюшоном была из какого-то незнакомого ему очень светлого серебристого меха. Муклуки на моржовой подошве сшиты из множества серебристых рысьих лапок. Длинные рукавицы, кисточки муклуков, каждая мелочь в этом меховом костюме была, как бледное серебро, мерцающее в свете морозного дня; и из этого мерцающего серебра поднималась на гибкой точеной шее изящная головка — синие глаза, нежно розовеющие щеки, уши, точно маленькие розовые раковины, светло-каштановые волосы, в которых сверкали искорки инея и морозной пыли.</p>
       <p>Смоку казалось, что он видит сон; наконец, спохватившись, он потянулся к шапке. И тут изумление в глазах девушки сменилось улыбкой; быстрым, уверенным движением она сняла рукавицу и протянула руку.</p>
       <p>— Здравствуйте, — сказала она негромко, степенно, со странным и милым акцентом, и ее голос, серебристый, как ее меховые одежды, прозвучал неожиданно для ушей Смока, уже свыкшихся с пронзительными голосами индианок.</p>
       <p>Он промямлил что-то смутно напоминающее о том, что когда-то он был светским человеком.</p>
       <p>— Я рада с вами познакомиться, — продолжала она медленно, с трудом подыскивая слова и неудержимо улыбаясь. — Вы меня, пожалуйста, простите, я не очень хорошо говорю по-английски. Я, как вы, тоже англичанка. Мой отец шотландец. Моя мать умерла. Она была француженка, и англичанка, и немножко индианка. Ее отец был большой человек в Компании Гудзонова залива… Брр! Холодно! — Она надела рукавицы и стала растирать свои розовые уши, которые уже начали белеть. — Пойдемте к огню и поговорим. Меня зовут Лабискви. А вас как зовут?</p>
       <p>Так Смок познакомился с Лабискви, дочерью Снасса, который называл ее Маргерит.</p>
       <p>— Моего отца зовут не Снасс, — сообщила она Смоку. — Снасс — это его только по-индейски так зовут.</p>
       <p>Многое узнал Смок и в этот день и потом, когда племя двинулось по следу оленей. Да, это были настоящие дикие индейцы — те, которых много лет назад встретил и от которых бежал Энтон. Здесь близко проходила западная граница их охотничьих владений, а на лето они перекочевывали на север, в тундру, к берегам Ледовитого океана, и в восточном направлении доходили до самой Лусквы. Что это за река — Лусква, Смок так и не понял, и ни Лабискви, ни Мак-Кен не могли ему объяснить. Изредка Снасс, взяв сильнейших охотников, отправлялся на восток, переходил Скалистые Горы, миновал озера, реку Маккензи и доходил до Бесплодных земель. В последний раз, когда они побывали в той стороне, и была найдена шелковая палатка, ставшая жилищем Лабискви.</p>
       <p>— Она принадлежала экспедиции Миллисента и Эдбери, — сказал Смоку Снасс.</p>
       <p>— А, помню! Они охотились на мускусных быков. Спасательной экспедиции не удалось разыскать никаких следов их обоих.</p>
       <p>— Я их нашел, — сказал Снасс, — но они были уже мертвы.</p>
       <p>— Об этом до сих пор никто ничего не знает. Вести не дошли.</p>
       <p>— Вести никогда не доходят, — любезно пояснил Снасс.</p>
       <p>— Вы хотите сказать, что если бы вы застали их в живых?..</p>
       <p>Снасс кивнул.</p>
       <p>— Они остались бы со мной и с моим народом.</p>
       <p>— Энтон, однако, ушел, — сказал Смок с вызовом.</p>
       <p>— Не помню такого имени. Давно это было?</p>
       <p>— Лет четырнадцать-пятнадцать назад, — ответил Смок.</p>
       <p>— Значит, он все-таки пробрался… А я не раз спрашивал себя, что с ним сталось. Мы звали его Длинный Зуб. Это был сильный человек, очень сильный.</p>
       <p>— И Лаперль прошел здесь десять лет назад. Снасс покачал головой.</p>
       <p>— Он видел следы ваших стоянок. Это было летом.</p>
       <p>— Тогда понятно, — ответил Снасс. — Летом мы бываем на сотни миль севернее.</p>
       <p>Но как ни старался Смок, он не мог найти ключа к прошлому Снасса. Кем он был до того, как переселился в эти дикие северные края? Человек, несомненно, образованный, он уже долгие годы не читал ни книг, ни газет. Он не знал и знать не хотел, что изменилось за это время в мире. Он слыхал о нашествии золотоискателей на Юкон, о клондайкской золотой лихорадке. Но золотоискатели никогда не вторгались в его владения, и он был этому рад. А огромный внешний мир для него просто не существовал. Снасс и слышать о нем не хотел.</p>
       <p>Лабискви тоже мало что могла сообщить Смоку о прошлом отца. Она родилась здесь, в охотничьем становище. Ее мать умерла, когда девочке было шесть лет. Мать была красавица — единственная белая женщина, которую видела Лабискви за всю свою жизнь. Она сказала это с грустью — и с грустью снова и снова заговаривала о том мире, откуда ее отец бежал безвозвратно. Да, она знает, что существует другой, большой мир, но это — ее тайна. Она давно поняла, что одно упоминание о нем приводит отца в ярость.</p>
       <p>Энтон рассказал одной индианке, что дед Лабискви — отец ее матери — занимал высокий пост в Компании Гудзонова залива. Позднее индианка рассказала об этом Лабискви. Но имени своей матери девушка так и не узнала.</p>
       <p>От Дэнни Мак-Кена нельзя было почерпнуть никаких полезных сведений. Он не любитель приключений. Бродячая жизнь среди дикарей ужасна, а он ведет ее вот уже девять лет. Он жил в Сан-Франциско, его напоили и обманом затащили на китобойное судно; с мыса Барроу он и еще трое из команды бежали. Двое умерли, третий бросил его на полпути, когда они с огромным трудом пробирались к югу. Два года прожил он среди эскимосов, прежде чем набрался мужества снова пуститься в тяжкий и страшный путь на юг, а когда оставалось всего несколько дней до ближайшего поста Гудзоновой компании, его захватили в плен молодые охотники Снасса. Мак-Кен был маленький, неумный человечек с больными глазами, он мечтал и говорил только об одном: как бы вернуться в милый город Сан-Франциско, к милой его сердцу профессии каменщика.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>V</p>
       </title>
       <p>— Наконец-то к нам попал умный человек, — сказал Смоку Снасс однажды вечером у костра. — До вас нам все не везло. Впрочем, был еще старик Четырехглазый. Это индейцы так его прозвали, он был близорук и носил очки. Он был профессор зоологии. (Смок отметил про себя, что Снасс совершенно правильно произнес это слово.) Мои охотники захватили его в верховьях реки Поркьюпайн, он заблудился и отстал от своей экспедиции. Умный человек был, спору нет, но чего-то ему не хватало. Вечно он сослепу сбивался с дороги. Правда, он знал геологию и умел обращаться с металлами. На берегах Лусквы есть уголь, Четырехглазый устроил там для нас отличные кузницы. Он чинил наши ружья и научил этому молодежь. В прошлом году он умер, и нам его очень недостает. Он заблудился, замерз в какой-нибудь миле от лагеря, — вот как это случилось.</p>
       <p>В тот же вечер Снасс сказал Смоку:</p>
       <p>— Вам надо бы выбрать себе жену и завести собственный очаг. Вам будет удобнее, чем с молодыми охотниками. У нас, знаете, есть такой девичий праздник — девушки зажигают костры и ожидают суженых. Это обычно делается среди лета, когда пойдет лосось, но я могу распорядиться раньше, если хотите.</p>
       <p>Смок засмеялся и покачал головой.</p>
       <p>— Помните, — спокойно сказал в заключение Снасс, — Энтон — единственный, кому удалось отсюда выбраться. Ему повезло, необыкновенно повезло.</p>
       <p>Лабискви говорила Смоку, что у ее отца железная воля.</p>
       <p>— Четырехглазый называл его Замороженным Пиратом — не знаю, что это означает, — Ледяным Тираном, Пещерным Медведем, Первобытным Зверем, Оленьим Королем, Бородатым Леопардом и еще разными именами. Четырехглазый любил такие слова. Это он меня выучил английскому языку. Он всегда шутил. Никак нельзя было понять, серьезно он говорит или нет. Когда я сердилась, он называл меня — мой дружок гепард. А что такое гепард? Он всегда меня так дразнил.</p>
       <p>Смока удивляла ребячески наивная, оживленная болтовня Лабискви, которая так не вязалась с ее обликом взрослой девушки.</p>
       <p>Да, ее отец — человек непреклонный. Его все боятся. Он страшен, когда рассердится. Тут есть племя Дикобразов. Они и еще племя Лусква служат Снассу посредниками, продают за него в факториях шкуры и покупают ему патроны и табак. Он всегда поступал честно, а вождь Дикобразов начал его обманывать. Снасс дважды предупреждал его, а потом поджег его селение, и человек пятнадцать из племени Дикобразов были убиты в схватке. После этого никто не пытался обмануть Снасса. Однажды, когда она была еще маленькая, один белый человек пытался убежать отсюда, и его убили. Нет, отец сам не убивал, он только отдал приказ молодым охотникам. Никогда еще ни один индеец не ослушался ее отца.</p>
       <p>И чем больше она рассказывала, тем непроницаемее казалась Смоку тайна Снасса.</p>
       <p>— Скажите мне, — спросила Лабискви, — правда, что были на свете мужчина и женщина, их звали Паоло и Франческа <a l:href="#n_800" type="note">[800]</a>, и они очень любили друг друга?</p>
       <p>Смок кивнул, и она просияла.</p>
       <p>— Мне о них рассказывал Четырехглазый. Значит, он все-таки не выдумал. Понимаете, я как-то не верила. Спросила отца, а он так рассердился! Индейцы мне говорили, что он страшно ругал Четырехглазого. Потом были еще Тристан и Изольда… Даже две Изольды. Это очень печальная история. Но я хотела бы любить так. А в том, вашем, мире все мужчины и женщины так любят? Здесь- нет. Здесь просто женятся. Наверно, они тут слишком заняты другими делами. Я англичанка, я никогда не выйду замуж за индейца — правильно это, как по-вашему? Я поэтому еще не зажигала своего девичьего костра. Некоторые молодые охотники уже сколько раз просили, чтобы отец заставил меня зажечь костер. И Либаш тоже. Он великий охотник. А Махкук все ходит и поет песни. Он такой смешной! Сегодня, когда стемнеет, приходите к моей палатке — услышите, как он поет. Мороз, а он ходит вокруг и поет. Но отец говорит: делай, как знаешь, и потому я не зажгу костра. Понимаете, когда девушка решает выйти замуж, она зажигает костер, чтобы юноши узнали об этом. Четырехглазый говорил, что это прекрасный обычай. А сам так и не выбрал себе жены. Может быть, он был слишком старый. У него было очень мало волос на голове, но, мне кажется, на самом деле он был не такой уж старый. А как вы узнаёте, что вы влюблены? Так влюблены, как Паоло и Франческа?</p>
       <p>Смок смутился под ясным взглядом ее синих глаз.</p>
       <p>— Видите ли… — с запинкой начал он. — Говорят… те, кто влюблен, говорят, что любовь дороже жизни. Когда мужчина или женщина почувствуют, что кто-то им милее всех на свете… ну, тогда, значит, они влюблены. Так оно и получается, только это ужасно трудно объяснить. Это просто знаешь, вот и все.</p>
       <p>Она посмотрела куда-то вдаль, сквозь дым костра, потом вздохнула и вновь взялась за иглу (она шила меховую рукавицу).</p>
       <p>— Во всяком случае, — решительно объявила она, — я никогда не выйду замуж.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VI</p>
       </title>
       <p>— Уж если мы сбежим, придется удирать со всех ног, — мрачно сказал Малыш.</p>
       <p>— Мы тут в огромной западне, — согласился Смок.</p>
       <p>Поднявшись на небольшой голый холм, они оглядывали утопающее в снегах царство Снасса. На востоке, на юге и на западе его замыкали остроконечные вершины и зубчатые хребты далеких гор. К северу без конца и края простиралась все та же холмистая равнина, но оба они знали, что и там им перережут дорогу пять или шесть горных цепей.</p>
       <p>— В это время года я могу дать вам три дня форы, — сказал Смоку в тот вечер Снасс. — Вас выдадут следы, сами понимаете. Энтон бежал, когда снега уже не было. Мои молодые охотники догонят любого белого; и притом вы сами проложите для них тропу. А когда снег сойдет, уж я позабочусь о том. чтобы вы не могли сбежать, как Энтон. Мы ведем здоровую, привольную жизнь. А тот мир — он быстро забывается. Меня до сих пор удивляет, как легко, оказывается, обойтись без него.</p>
       <p>— Дэнни Мак-Кен мне покоя не дает, — говорил Смоку Малыш. — Попутчик он, понятно, никудышный. Но он клянется, что знает дорогу на запад. Придется нам с ним столковаться, Смок, а то плохо тебе будет.</p>
       <p>— Почему только мне? Все мы в одинаковом положении.</p>
       <p>— Ну уж нет. Вот тебе и впрямь надо смотреть в оба.</p>
       <p>— А что такое?</p>
       <p>— Ты ничего не слыхал? Смок покачал головой.</p>
       <p>— Мне сказали холостяки, — продолжал Малыш. — Они сами только что узнали. Это разыграется нынче, чуть не на полгода раньше срока.</p>
       <p>Смок пожал плечами.</p>
       <p>— И не любопытно тебе, о чем речь? — поддразнил Малыш.</p>
       <p>— Я слушаю.</p>
       <p>— Так вот, жена Дэнни только что сказала холостякам… — Малыш помолчал для внушительности. — А холостяки, понятно, рассказали мне. Сегодня вечером будут зажжены девичьи костры. Вот и все. Как тебе это понравится?</p>
       <p>— Не понимаю, куда ты клонишь.</p>
       <p>— Ах, вот как, не понимаешь? А это очень даже ясно и понятно. За тобой охотится девчонка, и она собирается зажечь костер, и зовут эту девчонку Лабиекви. Ого, видал я, какими глазами она на тебя смотрит, когда ты на нее не глядишь. Она никогда не зажигала костра. Все говорила, что не выйдет замуж за индейца. А теперь она зажжет костер, и — это уж как пить дать — ради тебя, милый друг.</p>
       <p>— Да, это ты логично рассудил, — сказал Смок, и сердце его упало, когда он вспомнил, как вела себя Лабискви в последние дни.</p>
       <p>— Это уж как пить дать, — повторил Малыш. — Вот и всегда так. Только мы надумали удирать — нате вам, вмешивается девчонка и все запутывает. Не будет нам удачи… Эге! Слышишь, Смок?</p>
       <p>Три старухи остановились на полдороге между лагерем холостяков и костром Мак-Кена, и самая старая что-то выкрикивала пронзительным, визгливым голосом.</p>
       <p>Смок узнавал имена, но далеко не все слова были ему понятны, и Малыш с грустной усмешкой стал переводить:</p>
       <p>— Лабискви, дочь Снасса, Повелителя Туч, Великого Вождя, зажигает сегодня вечером свой первый девичий костер. Мака, дочь Оуитса, Грозы Волков…</p>
       <p>Так были перечислены имена десяти или двенадцати девушек, и затем три вестницы побрели дальше, чтобы объявить новость у других костров.</p>
       <p>Юношей, поклявшихся никогда не разговаривать с девушкой, — потому их и звали холостяками, — не занимало предстоящее празднество; наутро они должны были по приказу Снасса пуститься в дальний путь, но теперь, чтобы ясней выразить свое презрение к происходящему, решено было отправиться немедля. Снасса не удовлетворяли расчеты старых охотников: если олени, по следу которых идет племя, в самом деле так малочисленны, решил он, значит, стадо разделилось. И послал холостяков в разведку на север и на запад — отыскивать вторую половину огромного стада.</p>
       <p>Смок, встревоженный намерением Лабискви зажечь костер, объявил, что хочет пойти с холостяками. Но сначала он посовещался с Малышом и Мак-Кеном.</p>
       <p>— Жди нас там на третий день, Смок, — сказал Малыш. — А мы захватим снаряжение и собак.</p>
       <p>— Только помни, — предупредил Смок, — если как-нибудь так получится, что мы не встретимся, вы должны идти своей дорогой и выбираться на Юкон. Это дело решенное. Если выберетесь — летом вернетесь за мной. А если повезет мне, я удеру и потом вернусь за тобой.</p>
       <p>Мак-Кен, стоя подле своего костра, показал глазами на крутую мрачную гору на западе, там, где на равнину выходила высокая, неприступная гряда.</p>
       <p>— Вот это она и есть, — сказал Мак-Кен. — С южной стороны — небольшой ручеек. Мы поднимемся по нему. На третий день вы нас встретите. Мы попадем туда на третий день. В каком бы месте вы ни вышли на этот ручей, вы найдете если не нас, то наш след.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VII</p>
       </title>
       <p>Но Смоку не повезло. Холостяки решили вести разведку в другом направлении, и на третий день, в то самое время, как Малыш и Мак-Кен со своими собаками пробирались вверх по ручью, Смок с холостяками за шестьдесят миль к северо-востоку от них напали на след второго оленьего стада. Несколько дней спустя, в слабом свете сумерек, еще более тусклом от валящего снега, они вернулись в становище. Индианка, рыдавшая у костра, вдруг вскочила и накинулась на Смока. Глаза ее горели злобой, она осыпала его бранью и проклятиями, протягивая руки к недвижному и немому, завернутому в меха телу, лежавшему на недавно прибывших нартах.</p>
       <p>Смок мог только догадываться о том, что произошло, и, подходя к костру Мак-Кена, приготовился к новому взрыву проклятий. Но он увидел самого Мак-Кена, который усердно жевал кусок оленины.</p>
       <p>— Я не воин, — заскулил он в объяснение. — А Малыш, убежал, хотя за ним еще идет погоня. Он дрался, как черт. Да все равно его поймают, не выбраться ему. Он подстрелил двоих, но они поправятся. А одному всадил пулю прямо в сердце.</p>
       <p>— Знаю, — ответил Смок. — Я только что видел вдову.</p>
       <p>— Снасс хотел с вами поговорить, — прибавил Мак-Кен. — Приказал, как только вернетесь, чтоб шли к его костру. Я вас не выдал. Вы ничего не знаете. Помните это твердо. Малыш удрал со мной на свой страх и риск.</p>
       <p>У костра Снасса Смок застал Лабискви. В ее глазах, обращенных к нему, сияла такая нежность, что он испугался.</p>
       <p>— Я рада, что вы не пытались убежать, — сказала она. — Видите, я… — Она замялась, но глаз не опустила, и нельзя было не понять, что означает льющийся из них свет. — Я зажгла свой костер, зажгла, конечно, для вас. Мой час настал. Вы мне милее всех на свете. Милее, чем отец. Милее, чем тысяча Либашей и Махкуков. Я люблю. Это так странно. Люблю, как Франческа, как Изольда. Старик Четырехглазый говорил правду. Индейцы так не любят. Но у меня синие глаза и белая кожа. Мы оба белые, вы и я.</p>
       <p>Никогда еще ни одна женщина не предлагала Смоку руку и сердце, и он не знал, как себя вести. Впрочем, это было даже не предложение. В его согласии никто и не сомневался. Для Лабискви все это было так просто и ясно, такой нежностью лучились ее глаза, что Смоку оставалось только удивляться, почему она еще не обняла его и не склонилась головой ему на плечо. Потом он понял, что хотя она искренна и простодушна в своей любви, но нежные ласки влюбленных ей незнакомы. Первобытные дикари их не знают. Лабискви негде было этому научиться.</p>
       <p>Она все лепетала, изливая любовь и радость, переполнявшую ее сердце, а Смок собирался с духом, — надо же как-нибудь открыть ей горькую правду… Казалось, желанный случай представился ему.</p>
       <p>— Но послушайте, Лабискви, — начал он, — вы уверены, что Четырехглазый рассказал вам всю историю любви Паоло и Франчески?</p>
       <p>Она всплеснула руками и радостно засмеялась:</p>
       <p>— Это еще не все! Я так и знала, что это еще не все про любовь! Я много думала с тех пор, как зажгла свой костер. Я…</p>
       <p>Но тут сквозь завесу падающего снега к костру шагнул Снасс — и удобный случай был упущен.</p>
       <p>— Добрый вечер, — буркнул Снасс. — Ваш приятель натворил тут черт знает чего. Хорошо, что хоть вы оказались умнее.</p>
       <p>— Может, вы мне скажете, что случилось? — спросил Смок.</p>
       <p>Зубы Снасса, удивительно белые по сравнению с прокопченной дымом костров бородой, блеснули в недоброй усмешке.</p>
       <p>— Конечно, скажу, — ответил он. — Ваш приятель убил одного из моих людей. Это жалкое ничтожество Мак-Кен струсил при первом же выстреле. Больше он не удерет. Вашего приятеля ловят в горах мои охотники — и они его изловят. Юкона ему не видать. А вы теперь будете спать у моего костра и с охотниками больше не пойдете. Я сам буду приглядывать за вами.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>VIII</p>
       </title>
       <p>Переселившись к костру Снасса, Смок попал в затруднительное положение. Теперь он гораздо больше виделся с Лабискви. Она ничуть не скрывала своей нежной, невинной любви, и это приводило его в ужас. Она смотрела на него влюбленными глазами, и каждый ее взгляд был лаской. Снова и снова он собирался с духом, чтобы сказать ей о Джой Гастелл, и всякий раз приходил к убеждению, что он просто трус. И что хуже всего, Лабискви так очаровательна! Нельзя не любоваться ею… Каждая минута, проведенная с нею, заставляла его презирать себя — и все же как отрадны были эти минуты. Впервые перед ним раскрывалась женская душа — и так прозрачно-чиста была душа Лабискви, так поразительно наивна и невинна, что Смок видел ее до дна и читал в ней, как в раскрытой книге. Вся изначальная женская доброта была в Лабискви, с ее нетронутой душой, чуждой лжи и каких-либо условностей.</p>
       <p>Он вспомнил Шопенгауэра <a l:href="#n_801" type="note">[801]</a>, которого читал когда-то, и ему стало ясно, что угрюмый философ глубоко заблуждался. Узнать женщину, как Смок узнал Лабискви, значило понять, что все женоненавистники — душевнобольные.</p>
       <p>Лабискви была просто чудо, и, однако, рядом с ее лицом из плоти и крови, неизменно вставало, точно огненное видение, лицо Джой Гастелл. Джой была всегда так сдержанна, так владела собой, она подчинялась всем запретам, какие навязала женщине цивилизация, но теперь воображение Смока награждало Джой Гастелл теми же сокровищами души, что открылись ему в Лабискви. Одна лишь возвышала другую, и все женщины всего мира возвысились в глазах Смока благодаря тому, что увидел он в душе Лабискви, в краю снегов, у костра Снасса.</p>
       <p>Немало узнал он и о самом себе. Он вспомнил все, что знал о Джой Гастелл, и понял, что любит ее. А между тем ему так хорошо, так отрадно подле Лабискви. Что же это, если не любовь? Можно ли назвать это чувство иначе, не унизив его? Нет, это любовь. Конечно, любовь. Оказывается, он склонен к многоженству! Это открытие потрясло его до глубины души. Когда-то, живя среди сан-францисской богемы, он слышал разговоры о том, что мужчина может любить сразу двух, даже трех женщин. Тогда он этому не верил. И как мог бы он поверить, не испытав ничего подобного? Но теперь другое дело. Теперь он и впрямь любит сразу двух — и хотя его чувство к Джой Гастелл наверняка сильнее, в иные минуты он готов поклясться, что больше он любит Лабискви.</p>
       <p>— На свете, должно быть, много женщин, — сказала она однажды. — И женщины любят мужчин. Вас, наверно, многие женщины любили. Расскажите мне о них.</p>
       <p>Смок не ответил.</p>
       <p>— Расскажите, — повторила она.</p>
       <p>— Я никогда не был женат, — уклончиво ответил он.</p>
       <p>— И у вас больше никого нет? Нет за горами другой Изольды?</p>
       <p>Вот тут-то Смок и понял, что он трус. Он солгал. Против воли, но все же солгал. Он покачал головой, медленно, ласково улыбнулся — и сам не подозревал, сколько нежности отразилось на его лице, когда Лабискви вся просияла от счастья.</p>
       <p>Он пытался оправдаться в собственных глазах, успокаивал себя заведомо лицемерными рассуждениями, но он и в самом деле был не настолько спартанец, чтобы безжалостно разбить сердце этой девочки.</p>
       <p>Смущение Смока возрастало еще и из-за Снасса Ничто не ускользало от черных глаз шотландца, и каждое слово его было исполнено значения.</p>
       <p>— Кому приятно видеть свою дочь замужем? — говорил он Смоку. — Человек с воображением во всяком случае к этому не стремится. Это тяжело. Говорю вам, даже думать об этом горько. Но что ж, такова жизнь: Маргерит тоже должна когда-нибудь выйти замуж.</p>
       <p>Наступило молчание, и Смок в сотый раз спрашивал себя, что же таится в прошлом Снасса.</p>
       <p>— Я человек грубый, жестокий, — продолжал Снасс. — Но закон есть закон, и я справедлив. Мало того, здесь, среди этих первобытных людей, я и закон и судья. Никто не выйдет из моей воли. Притом я отец, и живое воображение всегда было моим проклятием.</p>
       <p>К чему велась эта речь, Смок так и не узнал, — ее прервали громкое ворчание и взрыв серебристого смеха, донесшиеся из палатки, где Лабискви играла с недавно пойманным волчонком. Лицо Снасса исказилось от боли.</p>
       <p>— Ничего, я это переживу, — угрюмо пробормотал он. — Маргерит должна выйти замуж, и это счастье для меня и для нее, что здесь оказались вы. На Четырехглазого у меня было мало надежды. Мак-Кен был до того безнадежен, что я сплавил его индианке, которая зажигала свой костер двадцать лет подряд. Если бы не вы, пришлось бы выдать ее за индейца. Либаш мог бы стать отцом моих внуков!</p>
       <p>В эту минуту из палатки с волчонком на руках показалась Лабискви и подошла к костру, чтобы посмотреть на того, к кому ее словно притягивало магнитом; глаза ее сияли любовью, которую ее никто не научил скрывать.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>IX</p>
       </title>
       <p>— Слушайте, — сказал Мак-Кен. — Теперь весна, оттепель, снег покрывается настом. Самое время двинуться в путь, только вот в горах весной бывают снежные бури. Я их хорошо знаю. С другим я бы не рискнул бежать, но с вами решаюсь.</p>
       <p>— Где уж вам бежать, — возразил Смок. — Вы всякому будете только обузой. Какой вы мужчина, вы размякли, как кисель. Если уж я сбегу, так сбегу один. А пожалуй, и вовсе не сбегу, меня никуда не тянет. Оленина мне по вкусу, и лето уже недалеко, будем есть лососину.</p>
       <p>— Ваш приятель умер, — сказал Снасс. — Мои охотники не убивали его. Они нашли его мертвым, он замерз в горах, его там застигли весенние метели. Отсюда никому не уйти. Когда мы отпразднуем вашу свадьбу?</p>
       <p>А Лабискви сказала:</p>
       <p>— Я смотрю и вижу — в лице и в глазах у вас тоска. Я так хорошо знаю ваше лицо! У вас на шее маленький шрам, под самым ухом. Когда вам хорошо, уголки рта у вас поднимаются вверх. А когда у вас печальные мысли, уголки опускаются вниз. Когда вы улыбаетесь, от глаз идут лучики — три, четыре. Когда смеетесь — шесть. Иногда бывает даже семь, я считала. А теперь нет ни одного. Я не читала книг. Я не умею читать. Но Четырехглазый меня многому научил. Я правильно говорю по-английски. Это он меня научил. Я видела и у него тоску в глазах, точно голод, — тоску по большому миру. Он часто тосковал по тому миру. А ведь у нас он ел вдоволь мяса, и рыбы тогда было много, и ягод, и кореньев, и даже мука была, — нам ее часто приносят Дикобразы и Лусква в обмен на меха. А все-таки ему не хватало того, большого мира. Разве тот мир так хорош, что и вам его недостает? У Четырехглазого ничего не было. А у вас — я. — Она со вздохом покачала головой. — Четырехглазый и умирая тосковал. Может быть, если вы останетесь здесь навсегда, вас тоже убьет тоска по тому миру? Боюсь, что я совсем не знаю, какой он, тот мир. Хотите убежать туда?</p>
       <p>Смок не в силах был ответить, лишь уголки его рта дрогнули — и она поняла.</p>
       <p>Минуты проходили в молчании; видно было, что Лабискви борется с собой, и Смок проклинал себя за непонятную слабость: как мог он выдать ей свою тоску по свободе, по большому миру — и не сказать о своей любви к другой женщине!</p>
       <p>И опять Лабискви вздохнула.</p>
       <p>— Хорошо, — сказала она. — Я так люблю вас, что даже не боюсь отца, хотя в гневе он страшней, чем снежная буря в горах. Вы рассказали мне, что такое любовь. Это — испытание любви. Я помогу вам убежать отсюда и вернуться в большой мир.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>X</p>
       </title>
       <p>Смок проснулся и лежал тихо, не шевелясь. Маленькая теплая рука скользнула по его щеке, мягко легла на губы. Потом мех, от которого так и веяло морозом, защекотал его лицо, и ему шепнули на ухо одно только слово:</p>
       <p>— Идем.</p>
       <p>Он осторожно сел и прислушался. Сотни собак по всему становищу уже завели свою ночную песню, но сквозь вой и лай Смок расслышал совсем близко негромкое, ровное дыхание Снасса.</p>
       <p>Лабискви тихонько потянула его за рукав, и он понял, что надо следовать за нею. Он взял свои мокасины, шерстяные носки и в спальных мокасинах неслышно вышел наружу. У погасшего костра, при красноватом отсвете последних угольев, она знаком велела ему обуться, а сама опять скользнула в шатер, где спал Снасс.</p>
       <p>Смок нащупал стрелки часов — был час ночи. Совсем тепло, подумал он, не больше десяти ниже нуля. Лабискви вернулась и повела его по темным тропинкам через спящее становище. Как ни осторожно они шли, снег все же поскрипывал под ногами, но этот звук тонул в стоголосой собачьей жалобе: псы самозабвенно выли, им было не до того, чтобы залаять на проходивших мимо мужчину и женщину.</p>
       <p>— Теперь можно и разговаривать, — сказала Лабискви, когда последний костер остался в полумиле позади.</p>
       <p>Она повернулась к нему — и только сейчас, в слабом свете звезд, Смок заметил, что она идет не с пустыми руками; он дотронулся до ее ноши — тут были его лыжи, ружье, два пояса с патронами и меховые одеяла.</p>
       <p>— Я обо всем позаботилась, — сказала она и радостно засмеялась. — Целых два дня я готовила тайник. Я снесла туда мясо, и муку, и спички, и узкие лыжи, на которых хорошо идти по насту, и плетеные лыжи, которые будут держать нас, даже когда снег станет совсем слабый. О я умею прокладывать тропу, мы пойдем быстро, любимый.</p>
       <p>Слова замерли на губах Смока. Удивительно уже то, что она помогла ему бежать, но что она и сама пойдет с ним, этого он никак не ожидал. Растерянный, не зная, как быть дальше, он мягко отнял у нее ношу. Потом, все еще не в силах собраться с мыслями, одной рукой обнял девушку и притянул к себе.</p>
       <p>— Бог добрый, — прошептала Лабискви. — Он послал мне возлюбленного.</p>
       <p>У Смока хватило мужества промолчать о том, что он хотел бы уйти один. Но прежде, чем он вновь обрел дар речи, образы далекого, многоцветного мира, дальних солнечных стран вспыхнули в его памяти, мелькнули и померкли.</p>
       <p>— Вернемся, Лабискви, — сказал он. — Ты станешь моей женой, и мы всегда будем жить с Оленьим народом.</p>
       <p>— Нет, нет! — Она покачала головой и вся протестующе выпрямилась в кольце его рук. — Я знаю. Я много думала. Тоска по большому миру измучит тебя, долгими ночами она будет терзать твое сердце. Она убила Четырехглазого. Она убьет и тебя. Всех, кто приходит сюда из большого мира, грызет тоска. А я не хочу, чтобы ты умер. Мы пойдем на юг и проберемся через снежные горы.</p>
       <p>— Послушай меня, дорогая, — уговаривал он, — вернемся!</p>
       <p>Она прижала руку в рукавице к его губам, не давая ему продолжать.</p>
       <p>— Ты любишь меня? Скажи, любишь?</p>
       <p>— Люблю, Лабискви. Ты моя любимая. И снова ее рука ласково зажала ему рот.</p>
       <p>— Идем к тайнику, — решительно сказала Лабискви. — До него еще три мили. Идем.</p>
       <p>Смок не трогался с места, она потянула его за руку, но не могла сдвинуть. Он уже готов был сказать ей, что там, на юге, его ждет другая…</p>
       <p>— Нельзя тебе возвращаться, — заговорила Лабискви. — Я… я только дикарка, я боюсь того большого мира, но еще больше я боюсь за тебя. Видишь, все так и есть, как ты мне говорил. Я тебя люблю больше всех на свете. Люблю больше, чем себя. Нет таких слов в индейском языке, чтобы сказать об этом. Нет таких слов в английском языке. Все помыслы моего сердца — о тебе, они яркие, как звезды, и им нет числа, как звездам, и нет таких слов, чтобы о них рассказать. Как я расскажу тебе, что в моем сердце? Вот смотри!</p>
       <p>Она взяла его руку и, сняв с нее рукавицу, притянула к себе, под теплый мех парки, прижала к самому сердцу. В долгом молчании Смок слышал, чувствовал, как бьется ее сердце, и знал, что каждый удар этого сердца — любовь. А потом медленно, едва заметно, все еще держа его за руку, она отстранилась, шагнула. Она вела его к тайнику — и он не мог ей противиться. Казалось, это ее сердце ведет его — сердце, которое бьется вот здесь, в его руке.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>XI</p>
       </title>
       <p>Подтаявший накануне снег за ночь прихватило морозом, и лыжи легко и быстро скользили по прочному насту.</p>
       <p>— Вот сейчас за деревьями будет тайник, — сказала Смоку Лабискви.</p>
       <p>И вдруг она схватила его за руку, вздрогнув от испуга и изумления. Среди деревьев плясало веселое пламя небольшого костра, а перед ним сидел Мак-Кен. Лабискви что-то сказала сквозь зубы по-индейски, — это прозвучало как удар хлыста, и Смок вспомнил, что Четырехглазый называл ее гепардом.</p>
       <p>— Недаром я опасался, что вы сбежите без меня, — сказал Мак-Кен, когда Смок и Лабискви подошли ближе, и его колючие хитрые глаза блеснули. — Но я следил за девушкой, и когда она припрятала тут лыжи и еду, я тоже собрался в дорогу. Я захватил для себя и лыжи и еду. Костер? Не бойтесь, это не опасно. В становище все спят как убитые, а без огня я бы тут замерз, дожидаясь вас. Сейчас и пойдем?</p>
       <p>Лабискви испуганно вскинула глаза на Смока и, тотчас приняв решение, заговорила. В своем чувстве к Смоку она была совсем девочкой, но теперь она говорила твердо, как человек, который ни от кого не ждет совета и поддержки.</p>
       <p>— Ты собака, Мак-Кен, — процедила она сквозь зубы, с яростью глядя на него. — Я знаю, что ты задумал: если мы не возьмем тебя, ты поднимешь на ноги все становище. Что ж, хорошо. Придется тебя взять. Но ты знаешь моего отца. Я такая же, как и он. Ты будешь работать наравне с нами. И будешь делать то, что тебе скажут. И если попробуешь устроить какую-нибудь подлость — знай, ты пожалеешь, что пошел.</p>
       <p>Мак-Кен посмотрел на нее, и в его свиных глазках мелькнули страх и ненависть, а в глазах Лабискви, обращенных к Смоку, гнев сменился лучистой нежностью,</p>
       <p>— Я правильно ему сказала — спросила она.</p>
       <p>Рассвет застал их в предгорьях, отделявших равнину, где обитало племя Снасса, от высоких гор. Мак-Кен намекнул, что пора бы и позавтракать, но они не стали его слушать. Поесть можно и позже, среди дня, когда наст подтает на солнце и нельзя будет идти дальше.</p>
       <p>Горы становились все круче, и замерзший ручей, вдоль которого они шли, вел их по все более глубоким ущельям. Здесь не так заметно было наступление весны, хотя в одном из ущелий из-подо льда уже выбивалась вольная струя, и дважды они замечали на ветвях карликовой ивы первые набухающие почки.</p>
       <p>Лабискви рассказывала Смоку, по каким местам им предстоит идти и как она рассчитывает сбить и запутать погоню. Есть только два выхода из Оленьей страны — на запад и на юг. Снасс немедля вышлет молодых охотников сторожить обе эти дороги. Но к югу ведет еще одна тропа. Правда, на полпути, среди высоких гор, она сворачивает на запад, пересекает три горных гряды и сливается с главной южной дорогой. Не обнаружив там, на главной дороге, следов, погоня повернет назад в уверенности, что беглецы направились на запад; никто не заподозрит, что они осмелились избрать более долгий и трудный кружной путь.</p>
       <p>Взглянув через плечо на Мак-Кена, шедшего последним, Лабискви сказала негромко:</p>
       <p>— Он ест. Нехорошо.</p>
       <p>Смок оглянулся. Ирландец набил карманы оленьим салом и теперь исподтишка жевал на ходу.</p>
       <p>— Есть будете только на привале, Мак-Кен, — приказал Смок. — Впереди никакой дичи не будет, всю еду надо с самого начала делить поровну. Ведите себя честно, иначе вы нам не попутчик.</p>
       <p>К часу дня наст сильно подтаял, и узкие лыжи стали проваливаться, а еще через час не держали уже и широкие плетеные лыжи. Впервые путники сделали привал и поели. Смок подсчитал запасы съестного. Оказалось, что Мак-Кен захватил с собой совсем мало еды. Его мешок был набит шкурками черно-бурой лисы, и для остального почти уже не оставалось места.</p>
       <p>— Я просто не знал, что их так много, — объяснил он. — Я собирался в темноте. Зато они стоят больших денег. Оружие у нас есть, патронов много, набьем дичи — это сколько угодно.</p>
       <p>— Волки тебя слопают, это сколько угодно, — с досадой сказал Смок, а глаза Лабискви гневно вспыхнули.</p>
       <p>Вдвоем они рассчитали, что провизии хватит на месяц, если строго экономить и не наедаться досыта. Лабискви потребовала, чтобы и ей дали нести часть груза; после долгих споров Смок сдался и разделил всю поклажу на три части, строго определив величину и тяжесть каждого тюка.</p>
       <p>На другой день ручей вывел их в широкую горную долину; здесь наст уже сильно подтаял, и они с большим трудом, то и дело проваливаясь, добрались наконец до склона новой горы, где под ногами была более твердая ледяная корка.</p>
       <p>— Еще десять минут — и нам бы не перейти равнину, — сказал Смок, когда они остановились передохнуть на обнаженной вершине. — Теперь мы поднялись, должно быть, на тысячу футов.</p>
       <p>Но тут Лабискви молча показала вниз, на равнину. Меж деревьев, рассеявшись редкой цепью, темнели пять точек. Они почти не двигались.</p>
       <p>— Это молодые охотники, — сказала она.</p>
       <p>— Они проваливаются чуть не по пояс, — сказал Смок. — Сегодня им уже не выбраться на твердую дорогу. Мы опередим их на несколько часов. Идемте, Мак-Кен. Да побыстрей. Есть будем, когда уже нельзя будет идти дальше.</p>
       <p>Мак-Кен тяжело вздохнул, но в кармане у него уже не было оленьего сала, и он побрел за ними, упорно держась позади.</p>
       <p>Они опять шли долиной, но уже значительно выше; здесь солнце растопило наст только к трем часам пополудни, а к этому времени им удалось войти в отбрасываемую горою тень, где снег уже снова подмерзал. Лишь раз они приостановились, достали оленье сало, отобранное у Мак-Кена, и съели его на ходу. Промерзшее мясо затвердело, как камень, его нельзя было есть, не разогрев на огне, а сало крошилось во рту и кое-как утоляло мучительный голод.</p>
       <p>Только в девять часов, когда кончились долгие сумерки и под пасмурным небом воцарилась непроглядная темень, они сделали привал в рощице карликовых елей. Мак-Кен ныл и жаловался. Девять лет жизни за Полярным кругом ничему его не научили, по дороге он наглотался снега и теперь, кроме усталости после дневного перехода, его еще мучила жажда и во рту жгло, как огнем. Прикорнув у костра, он стонал и охал, пока Смок с Лабискви разбивали лагерь.</p>
       <p>Лабискви была неутомима, Смок только дивился ее живости и выносливости, силе ее духа и тела. Бодрость ее не была напускной. Всякий раз, встретясь с ним глазами, она улыбалась ему и, случайно коснувшись его руки, медлила отнять свою. Но стоило ей взглянуть на Мак-Кена, как лицо ее становилось жестоким, беспощадным и глаза сверкали ледяным, недобрым блеском.</p>
       <p>Ночью поднялся ветер, повалил снег; весь день они шли, ослепленные метелью, не разбирая дороги, и не заметили ручейка, по руслу которого надо было свернуть на запад и выйти к перевалу. Еще два дня плутали они по горам то вверх, то вниз, и наконец весна осталась позади — здесь, наверху, все еще властвовала зима.</p>
       <p>— Теперь охотники потеряли наш след, почему бы нам не отдохнуть денек? — упрашивал Мак-Кен.</p>
       <p>Но отдыха нельзя было себе позволить. Смок и Лабискви хорошо сознавали опасность. Они заблудились высоко в горах, где не видно было никакого следа и признака дичи. День за днем пробирались они в холодном каменном хаосе, в лабиринте ущелий и долин, которые почти никогда не приводили на запад. Попав в такое ущелье, они вынуждены были идти до конца: по обе стороны вздымались обледенелые, вершины и отвесные скалы, грозные и неприступные. Нечеловечески тяжел был их путь, холод отнимал силы, и все же пришлось еще уменьшить дневную порцию пищи.</p>
       <p>Однажды ночью Смока разбудил шум борьбы. В той стороне спал Мак-Кен, и слышно было, как он хрипит и задыхается. Смок ногой разворошил костер, и вспыхнувшее пламя осветило Лабискви: схватив ирландца за горло, она пыталась вырвать у него изо рта кусок мяса. Смок увидел, как рука Лабискви метнулась к бедру, и в ней блеснуло лезвие ножа.</p>
       <p>— Лабискви! — властно позвал он. Ее рука застыла в воздухе.</p>
       <p>— Не надо, — сказал он, подойдя к ней.</p>
       <p>Дрожа от гнева, она помедлила еще мгновение, потом рука ее нехотя опустилась и вложила нож в ножны. Словно опасаясь, что не совладает с собой, она отошла к костру и подбросила хворосту в огонь. Мак-Кен сел и, раздираемый страхом и яростью, плаксиво и злобно забормотал в свое оправдание что-то невнятное.</p>
       <p>— Где вы взяли мясо? — спросил Смок.</p>
       <p>— Обыщи его, — сказала Лабискви.</p>
       <p>Это были ее первые слова, голос ее прерывался от гнева, она с трудом сдерживала себя.</p>
       <p>Мак-Кен пытался отбиваться, но Смок взял его железной хваткой, обыскал и вытащил кусок оленины — Мак-Кен запрятал его под мышкой, чтобы отогреть. Тут внезапный вскрик Лабискви заставил его оглянуться. Она бросилась к мешку Мак-Кена и развязала его. Вместо мяса из мешка посыпался мох, хвоя, щепки, — всю эту дрянь он напихал туда, чтобы его изрядно полегчавшая ноша сохраняла прежний вид и размеры.</p>
       <p>Лабискви вновь схватилась за нож и кинулась на вора, но Смок удержал ее, и она поникла в его объятиях, всхлипывая от бессильной ярости.</p>
       <p>— Любимый мой, я ведь не из-за еды! — задыхаясь, говорила она. — Я о тебе, это твоя жизнь. Собака! Это он тебя, тебя пожирает!</p>
       <p>— Ничего, мы еще поживем, — успокаивал ее Смок. — Теперь он понесет муку. Не станет же он есть ее сырой, а если попробует, я сам его убью, потому что он пожирает и твою жизнь, не только мою. — Он притянул Лабискви к себе. — Родная, убийство оставь мужчинам. Убивать — не женское дело.</p>
       <p>— Ты бы не стал меня любить, если б я убила этого пса? — удивилась она.</p>
       <p>— Любил бы не так сильно, — уклончиво ответил Смок.</p>
       <p>Лабискви вздохнула.</p>
       <p>— Хорошо, — покорно сказала она, — я его не убью.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>XII</p>
       </title>
       <p>Охотники неутомимо преследовали их. Они прекрасно знали эти места, к тому же им сопутствовала удача; раз напав на занесенный метелью след, они его уже не упускали. Когда выпадал снег, Смок и Лабискви всячески старались сбить преследователей с толку, поворачивали на восток, хотя перед ними была дорога на юг или на запад, карабкались на высокую гору, когда можно было выбрать не такой крутой подъем. Не все ли равно, ведь они уже заблудились. Но им не удавалось избавиться от погони. Иной раз они день-два не видели индейцев, но всякий раз молодые охотники Снасса появлялись опять. После снегопада, когда заметало все следы, они кидались в разные стороны, как стая гончих, и тот, кто первым вновь нападал на след, зажигал костер, дымом подавая знак своим товарищам.</p>
       <p>Смок потерял счет времени, дням и ночам, метелям и привалам. Это был долгий, беспросветный кошмар, полный мук и тяжкого труда, и все же они шли вперед и вперед, и Мак-Кен, спотыкаясь, плелся позади, бормоча что-то о Сан-Франциско, заветной своей мечте. Они шли — и гигантские остроконечные вершины, суровые и невозмутимые, вставали над ними, уходя в ледяную синеву небес. Они то скользили по мрачным ущельям, среди отвесных скал, где на крутизне даже снег не держался, то пробирались оледенелыми долинами, по насквозь промерзшим озерам. Однажды ночью, в короткую передышку между двумя снежными бурями, они увидали в небе огненный отсвет далекого вулкана. Никогда больше они его не видели и даже спрашивали себя, не померещилось ли им в тот раз.</p>
       <p>Наст заносило толстым слоем рыхлого снега, потом снег покрывался ледяной коркой, и ее вновь заносило снегом. Местами, в глубоких ущельях и долинах, они шли по толще снега во много сотен футов, а местами, в узких расселинах, где дуло, как в трубе, пересекали небольшие ледники, подметенные ветром начисто, до последней снежинки. Точно безмолвные призраки, они проползали по нависшим снеговым глыбам, готовым каждую секунду обрушиться лавиной, или просыпались среди ночи от грохота обвалов. На высотах, где уже не было ни леса, ни кустарника, они не могли развести огонь на привале, — надо было теплом собственного тела отогревать промороженное мясо, чтобы поесть. И все время Лабискви оставалась верна себе. Она была неизменно бодра и весела, только на Мак-Кена глядела без улыбки, и ни холод, ни оцепенение безмерной усталости не могли заглушить ее любви к Смоку.</p>
       <p>Зорче кошки следила она за распределением их скудных припасов, и Смок видел, что каждый глоток Мак-Кена выводит ее из себя. Однажды она сама взялась делить еду, и тотчас Мак-Кен разразился неистовыми протестами: не только ему, но и себе она положила гораздо меньше, чем Смоку. После этого Смок всегда сам делил еду. Как-то всю ночь шел снег, и наутро небольшая лавина снесла их на сто ярдов по склону горы; они выбрались из-под снега задохнувшиеся, но невредимые. Однако при этом потерялся мешок Мак-Кена, где была вся их мука. Тотчас второй обвал похоронил этот мешок под снегом уже навсегда. И хоть беда случилась не по вине Мак-Кена, Лабискви с тех пор даже не смотрела в его сторону; Смок понимал, что она боится не совладать с собой.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>XIII</p>
       </title>
       <p>Стояло утро, вокруг была какая-то особенная, ничем не нарушаемая тишина, синело над головой безоблачное небо, ослепительно сверкал под солнцем снег. Они брели вверх по обледенелому откосу, которому не было ни конца, ни края, — брели медленно, точно усталые тени в этом ледяном, безжизненном мире. Ни звука, ни ветерка, все вокруг застыло и замерло. За сотни миль на горизонте вставал зубчатый хребет Скалистых Гор с острыми вершинами, видными так отчетливо, словно до них было каких-нибудь пять миль.</p>
       <p>— Что-то будет… — прошептала Лабискви. — Ты чувствуешь? Что-то надвигается… Смотри, все так странно вокруг!</p>
       <p>— Меня пробирает дрожь, — ответил Смок, — но это не от холода. И не от голода.</p>
       <p>— Дрожь в мозгу, в сердце! — подхватила Лабискви. — Вот и у меня тоже.</p>
       <p>— Нет, это не внутри, — определил Смок. — Как будто тебя покалывает ледяными иголками. Я чувствую это всей своей кожей, каждым нервом.</p>
       <p>Минут через пятнадцать они остановились передохнуть.</p>
       <p>— Дальних гор больше не видно, — сказал Смок.</p>
       <p>— Воздух какой-то густой, тяжелый, — сказала Лабискви. — Дышать тяжело…</p>
       <p>— Три солнца! — хрипло пробормотал Мак-Кен, зашатался и крепче стиснул палку, чтобы не упасть.</p>
       <p>Два ложных солнца появились по обе стороны настоящего.</p>
       <p>— Пять, — сказала Лабискви.</p>
       <p>Они стояли и смотрели, и все новые солнца вспыхивали у них перед глазами.</p>
       <p>— Господи, да их не сосчитать! — в страхе крикнул Мак-Кен.</p>
       <p>И правда — куда ни глянь, полнеба пылало и сверкало слепящими вспышками все новых солнц.</p>
       <p>Вдруг Мак-Кен издал пронзительный вопль изумления и боли.</p>
       <p>— Жжет! — крикнул он и снова взвыл от боли.</p>
       <p>Потом вскрикнула и Лабискви, и Смоку словно вонзилась в лицо ледяная игла, его обожгло, точно кислотой. Он вспомнил, как когда-то, купаясь в море, ожегся о ядовитые стрекала медузы-сифонофоры. Ощущение было настолько сходное, что он машинально провел рукой по щеке, пытаясь отбросить жгучие нити.</p>
       <p>Внезапно раздался до странности глухой выстрел. Внизу под откосом стояли на лыжах молодые индейцы и один за другим стреляли по беглецам.</p>
       <p>— Разойдемся! — крикнул Смок. — Лезьте вверх, в этом спасение! Мы уже почти на вершине. Они на четверть мили ниже нас, сейчас мы перевалим, пойдем под гору и далеко их опередим!</p>
       <p>Все трое кинулись врассыпную и изо всех сил стали карабкаться вверх по снежному откосу. Невидимые воздушные жала кололи и жгли им лица. Приглушенные выстрелы странно отдавались в ушах.</p>
       <p>— Слава богу, — задыхаясь, проговорил Смок, — у четверых из них мушкеты, только у одного винчестер. И все эти солнца не дают им целиться. Они никак не рассчитают. Мажут на добрых сто футов.</p>
       <p>— Видишь, отец вне себя, — отозвалась Лабискви. — Он приказал нас убить.</p>
       <p>— Как странно, — сказал Смок, — твой голос звучит как будто очень издалека.</p>
       <p>— Закрой рот! — крикнула вдруг Лабискви. — Не говори, молчи! Я знаю, что это. Закрой рот рукавом, вот так, и молчи.</p>
       <p>Мак-Кен упал первым и через силу поднялся. И потом все они падали вновь и вновь, пока не добрались до вершины. Они не могли понять, почему руки и ноги не повинуются им, все тело онемело, движения стали медленными, тяжелыми. Достигнув вершины, они оглянулись и увидели, что индейцы, поминутно спотыкаясь и падая, карабкаются вслед за ними.</p>
       <p>— Им не дойти сюда, — сказала Лабискви. — Это белая смерть. Я ее никогда не видела, но я знаю. О ней рассказывали старики. Скоро поднимется туман — не такой, как все туманы, как бывает вечером, или перед рассветом, или в сильный мороз. Мало кто видел его и остался в живых.</p>
       <p>Мак-Кен начал задыхаться и хватать ртом воздух.</p>
       <p>— Закройте рот! — прикрикнул на него Смок.</p>
       <p>Слепящий свет залил все вокруг, и Смок опять поднял глаза к бесчисленным солнцам. Они мерцали, затуманивались. В воздухе плясали мельчайшие огненные искры. Вершины гор, даже самые близкие, исчезли в этом странном и страшном тумане, и молодые индейцы, все еще упрямо пробивавшиеся вверх, к беглецам, утонули в нем. Мак-Кен опустился в снег, сел на корточки и закрыл лицо руками.</p>
       <p>— Вставайте, пойдем, — приказал Смок.</p>
       <p>— Не могу, — простонал Мак-Кен.</p>
       <p>Согнувшись в три погибели, он раскачивался из стороны в сторону. Смок направился к нему, медленно, с трудом, огромным усилием воли преодолевая оцепенение, сковавшее каждый мускул. Он отметил, что мысли его ясны. Только тело словно поражено непонятным недугом.</p>
       <p>— Оставь его, — сердито пробормотала Лабискви. Но Смок упорствовал; он поднял ирландца на ноги и повернул лицом к склону, по которому им предстояло спуститься. Потом подтолкнул его, и Мак-Кен, то правя, то притормаживая своей палкой, понесся на лыжах вниз и скрылся в сиянии алмазной пыли.</p>
       <p>Смок посмотрел на Лабискви, и она улыбнулась ему, хотя еле стояла на ногах. Он кивнул ей, давая знак спускаться, но она подошла ближе — и почти рядом, в каком-нибудь десятке футов друг от друга, они одновременно помчались вниз сквозь жгучее и жалящее холодное пламя.</p>
       <p>Как ни тормозил Смок, он был много тяжелее Лабискви и потому, опередив ее, понесся под гору с ужасающей быстротой; ему удалось задержаться лишь далеко внизу, на ровном оледенелом плоскогорье. Здесь он дождался Лабискви, и они пошли рядом; шли все медленнее и наконец уже еле передвигали ноги. Оцепенение все больше овладевало ими, и, несмотря на отчаянные усилия, они ползли, как улитки. Они прошли мимо Мак-Кена, который опять скорчился на снегу, не сняв лыж, и Смок на ходу палкой заставил его подняться.</p>
       <p>— Нужно остановиться, — с трудом прошептала Лабискви, — иначе мы умрем. Нужно укрыться, так говорят старики.</p>
       <p>Она не стала развязывать узлы, а для скорости перерезала ремни, стягивавшие мешок. Смок тоже разрезал ремни своего мешка, и, в последний раз взглянув на смертоносный огненный туман и на бесчисленные солнца, они завернулись с головой в свои одеяла и крепко обнялись. Потом кто-то натолкнулся на них и упал, они услышали всхлипывания, брань, оборвавшуюся отчаянным, раздирающим кашлем, и поняли, что рядом свалился Мак-Кен.</p>
       <p>Потом и их стало мучить удушье, внезапные, неудержимые приступы сухого кашля раздирали грудь, сотрясали все тело. Смок почувствовал, что у него начинается жар, Лабискви тоже лихорадило все сильнее. Чем дальше, тем чаще и мучительнее становились припадки кашля, и только под вечер худшее миновало. Понемногу дышать становилось легче, и в промежутках между приступами они засыпали, обессиленные.</p>
       <p>А Мак-Кен кашлял все громче, надрывнее, они слышали его стоны и вопли и поняли, что он без сознания. Один раз Смок попытался сбросить с себя мех, но Лабискви обхватила его обеими руками.</p>
       <p>— Нет, нет! — умоляла она. — Нельзя раскрываться, это смерть. Лежи вот так, прислонись ко мне лицом и дыши медленно, тихо, вот так, как я, и молчи.</p>
       <p>Они дремали, лежа в темноте, приступы кашля слабели, и все же всякий раз они кашлем будили друг друга. Уже за полночь, по расчетам Смока, Мак-Кен раскашлялся в последний раз. Потом он начал стонать — глухо, непрерывно, как больное животное.</p>
       <p>Смок проснулся оттого, что губы Лабискви коснулись его губ. Ее руки обвивали его, голова его лежала у нее на груди. Голос Лабискви звучал весело и звонко, как всегда, в нем больше не было глухих, незнакомых нот.</p>
       <p>— Вот уже и день, — сказала она, приподнимая мех, закрывавший их лица. — Смотри, любимый, вот уже и день. И мы с тобой живы и не кашляем больше. Давай встанем, посмотрим, что делается вокруг, хотя я могла бы остаться так с тобою на веки вечные. Этот последний час мне было так хорошо. Я не спала и смотрела на тебя, я так тебя люблю.</p>
       <p>— Мак-Кена совсем не слышно, — сказал Смок. — А что случилось с охотниками, почему они не нашли нас?</p>
       <p>Он откинул мех, огляделся и увидел в небе лишь одно самое обыкновенное солнце. Дул легкий ветерок, еще прохладный, но обещавший в недалеком будущем теплые дни. Весь мир снова стал простым и обычным. Мак-Кен лежал навзничь, его немытое, почерневшее от дыма костров лицо окоченело, застыло, как мрамор. Лабискви это зрелище ничуть не взволновало.</p>
       <p>— Посмотри! — воскликнула она. — Овсянка. Это добрый знак.</p>
       <p>Погони нигде не было видно — молодые индейцы либо погибли там, за перевалом, либо повернули назад.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>XIV</p>
       </title>
       <p>Еды у них оставалось совсем мало, они не смели съесть и десятой доли того, что им было необходимо, сотой доли того, что им хотелось съесть; много дней блуждали они по скалистой пустыне, отупевшие, полуживые, точно во сне. Порой Смок ловил себя на том, что лепечет что-то бессмысленное и несвязное, уставясь на нескончаемые, ненавистные снежные вершины. И снова — казалось, через века — он приходил в себя от звука собственного голоса, бормотавшего что-то. Лабискви тоже почти все время была как в бреду. Они двигались машинально, ничего не сознавая. И все время они стремились на запад, и все время покрытые снегом неприступные вершины преграждали им путь, сплошные каменные стены вставали наперерез, заставляя сворачивать то к северу, то к югу.</p>
       <p>— На юге выхода нет, — говорила Лабискви. — Старики знают. Надо идти на запад, только на запад.</p>
       <p>Охотники Снасса больше не преследовали их, но голод гнался за ними по пятам.</p>
       <p>Однажды вновь похолодало, повалил снег, даже не снег, а какая-то морозная пыль, сухая и сыпучая, как песок. Так продолжалось весь день и всю ночь и еще два дня и две ночи. Нельзя было и шагу ступить, пока на весеннем солнце этот сыпучий покров не подтает и не подернется за ночь настом, — они лежали, закутавшись в свои меха, и отдыхали, и поэтому ели еще меньше, чем всегда. Так ничтожно мала была теперь дневная порция съестного, что она не успокаивала муки голода, терзавшие желудок, а еще больше мозг. И вот Лабискви, разом проглотив свою обычную долю — крохотный кусочек мяса, — вдруг с пронзительным радостным вскриком, всхлипывая и лепеча что-то, как зверек, накинулась на завтрашнюю порцию и жадно впилась в нее зубами.</p>
       <p>И тут Смок увидел нечто поразительное. Вкус мяса привел Лабискви в себя. Она выплюнула жалкий кусочек мяса и яростно, изо всей силы ударила стиснутым кулаком по своим согрешившим губам.</p>
       <p>И еще много удивительного дано было Смоку увидеть в те дни. После долгого снегопада поднялся вихрь, подхватил сухие, мелкие снежинки и закружил их, как самум кружит песок в пустыне. Всю ночь бушевала эта снежная буря; потом настал ясный, ветреный день, и при свете его Смок огляделся; на глаза его навертывались слезы, голова кружилась, и ему казалось, что он спит или грезит. Со всех сторон высились остроконечные пики, громадные и поменьше, то одинокие, как часовой, то по нескольку сразу, точно титаны, которые сошлись на совет. И над каждой горной вершиной реяли, развевались на многие мили, полыхали в лазурном небе гигантские снежные знамена, молочно-белые, туманные, переливающиеся светом и тенями, пронизанные серебром солнечных лучей.</p>
       <p>— «Я ныне господа узрел, грядущего во славе», — запел Смок, глядя на эти полотнища снежной пыли, развеваемые ветром, точно шелковые небесные стяги, излучающие свет.</p>
       <p>Он смотрел и смотрел, а увенчанные знаменами снежные вершины не исчезали, и все же ему казалось, что это только сон, но тут Лабискви поднялась и присела.</p>
       <p>— Я сплю и вижу сны, Лабискви, — сказал он. — Посмотри. Может быть, и тебе снится тот же сон?</p>
       <p>— Это не сон, — ответила она. — Старики рассказывали мне и об этом. Значит, скоро подует теплый ветер и мы не погибнем, мы пойдем на запад — и дойдем.</p>
       <empty-line/>
      </section>
      <section>
       <title>
        <p>XV</p>
       </title>
       <p>Смок застрелил овсянку, и они разделили ее. Потом в долине, среди ив, на которых, хоть они и стояли в снегу, уже набухали почки, он подстрелил зайца. И наконец однажды он убил тощую белую ласку. Но больше дичи им не попадалось — ни одного живого существа, только раз высоко над головой они увидали стаю диких уток, летящих на запад, на Юкон.</p>
       <p>— Ниже, в долинах, уже лето, — сказала Лабискви. — Скоро лето настанет и здесь.</p>
       <p>Лицо ее исхудало, но большие, сияющие глаза стали еще больше, сияли еще ярче, и вся она светлела при одном взгляде на Смока, поражая его какой-то дикой, неземной красотой.</p>
       <p>Дни становились длиннее, снег начал оседать. Каждый день покрывавшая его ледяная корка таяла, каждую ночь его вновь схватывало морозом; беглецам приходилось пускаться в путь с рассветом и идти до поздней ночи, а среди дня, когда подтаявший наст проваливался, не выдерживая их тяжести, делать привал. Смока временно поразила снежная слепота, и Лабискви, обвязавшись ремнем вокруг талии, повела его за собой, точно на буксире. А когда она сама ослепла от сверкающего снега, уже он повел ее за собою, обвязавшись ремнем. Полумертвые от голода, они все глубже погружались в какой-то сон наяву и все шли и шли по этой воскресающей после зимы, но пустынной земле, где они были единственными живыми существами.</p>
       <p>Как ни изнурен был Смок, он теперь засыпал со страхом, — горькие и страшные сны преследовали его в этом безумном сумеречном краю. Вечно ему снилась еда вечно она была перед ним, у самых губ, — и в последний миг коварный властитель снов отнимал ее у него. Он задавал обеды своим старым сан-франциским друзьям и сам жадно и нетерпеливо следил за всеми приготовлениями, сам украшал стол гроздьями винограда с багряными осенними листьями. Гости запаздывали, и, пока он здоровался с ними, смеялся, отвечал шутками на шутки, его терзало одно желание — скорее сесть за стол. И вот он крадется к столу, никем не замеченный, хватает пригоршню черных спелых маслин — и, обернувшись, видит перед собою нового гостя. Остальные окружают его, и снова смех, шутки, остроты, и все время его сводит с ума мысль о спелых маслинах, которые он зажал в кулаке.</p>
       <p>Он давал немало таких обедов и всякий раз оставался ни с чем. Он посещал пиршества, достойные Гаргантюа, где толпы гостей поедали без счета целые туши зажаренных быков, выхватывая их из огромных жаровен и острыми ножами отрезая сочные ломти дымящегося мяса. Он стоял, разинув рот, и смотрел снизу вверх на длинные ряды индеек, — их продавали лавочники в белых фартуках. И все покупали их, кроме Смока, а он никак не мог перейти оживленную, людную улицу и все стоял, как прикованный, и смотрел, разинув рот. Вот он снова ребенок, он сидит на слишком высоком стуле, размахивая ложкой, а перед ним в больших мисках — молоко и хлеб, и ему никак до них не дотянуться. То он гнался по горным пастбищам за пугливыми телками и долгие века мучился в тщетном усилии поживиться молоком, то в зловонных подземельях дрался с крысами за объедки и отбросы. Любая пища сводила его с ума, он бродил по просторным конюшням, где на целые мили тянулись стойла, в них стояли откормленные кони, и он искал, где же ведра и кормушки, куда им насыпают отруби и овес, — искал и не находил.</p>
       <p>Только один-единственный раз сон не обманул его. Он спасся после кораблекрушения, или, быть может, его высадили на необитаемый остров, и вот, изголодавшийся, он борется с грозным тихоокеанским прибоем, отдирает от скал двустворчатые раковины и тащит их на отмель, где вдоволь сухих водорослей, выброшенных волнами. Он разводит костер и кладет свою драгоценную добычу на уголья. Из раковин бьет пар, створки раскрываются, видна мякоть, розовая, точно лососина. Теперь они готовы, и здесь некому выхватить кусок у него изо рта. Наконец-то, думает он сквозь сон, наконец-то сон сбывается. На этот раз он поест. Он был так уверен в этом — и все же сомневался и уже готов был к неминуемому разочарованию: вот сейчас видение исчезнет… Но наконец нежно-розовая мякоть, горячая, сочная, у него во рту. Он вонзил в нее зубы. Он ест! Чудо совершилось! Это разбудило его. Он проснулся во мраке, лежа на спине, и услышал, что бормочет, и взвизгивает, и мычит от радости. Челюсти его двигались, он жевал, во рту у него было мясо. Он не шевельнулся, и скоро тонкие пальцы дотронулись до его губ и в рот ему проскользнул новый крохотный кусочек мяса. Но теперь он не стал есть — и больше от этого, чем от того, что он рассердился, горько заплакала Лабискви и еще долго всхлипывала в его объятиях, пока наконец не уснула. А он лежал без сна, изумляясь, как чуду, силе женской любви и величию женской души.</p>
       <p>И вот кончились их последние припасы. Неприступные вершины остались позади, уже не так круты были невысокие перевалы, наконец-то открывался перед ними путь на запад. Но и силы их пришли к концу, еды не осталось ни крошки, и однажды, проснувшись поутру, они не смогли встать. Смок кое-как поднялся на ноги, упал — и уже ползком, на четвереньках стал разводить костер. Но все попытки Лабискви оказались тщетными, — всякий раз она снова падала, совсем обессиленная. Смок упал подле нее, слабая усмешка тронула его губы, — зачем же он, как заведенный, старается разжечь никому не нужный костер? Готовить нечего и греться не надо — тепло. Ласковый ветерок вздыхает в ветвях елей, и отовсюду из-под исчезающего на глазах снега доносится звон и пение невидимых ручейков.</p>
       <p>Лабискви лежала неподвижно, почти без дыхания, и минутами Смоку казалось, что она уже мертва. К концу дня его разбудило беличье цоканье. Волоча за собой тяжелое ружье, он потащился по талому, размякшему снегу. Он то полз на четвереньках, то вставал и, шагнув к белке, падал и растягивался во всю длину, а белка сердито цокала и неторопливо, словно дразня, уходила от него. У него не было сил быстро вскинуть ружье и выстрелить, а белка ни минуты не сидела спокойно. Не раз Смок падал в снежную слякоть и плакал от слабости. И не раз огонек жизни готов был угаснуть в нем и на него обрушивалась тьма. Он не знал, сколько времени пролежал в обмороке в последний раз, но когда очнулся, был уже вечер, он весь продрог, и мокрая одежда, заледенев на нем, примерзла к насту. Белка исчезла, и, усталый, измученный, он все же кое-как приполз назад к Лабискви. Он так ослабел, что проспал всю ночь мертвым сном и никакие сновидения не тревожили его.</p>
       <p>Солнце уже поднялось, все та же белка стрекотала в ветвях, когда он проснулся оттого, что рука Лабискви коснулась его щеки.</p>
       <p>— Положи руку мне на сердце, любимый, — сказала она ясным, но еле слышным голосом, прозвучавшим словно издалека. — В моем сердце — любовь, моя любовь в твоей руке.</p>
       <p>Казалось, прошли часы, прежде чем она снова заговорила:</p>
       <p>— Помни, на юг дороги нет. Олений народ хорошо это знает. Иди на запад… там выход… ты почти дошел… ты дойдешь…</p>
       <p>Смок забылся сном, похожим на смерть, но еще раз Лабискви разбудила его.</p>
       <p>— Поцелуй меня, — сказала она. — Поцелуй, и я умру.</p>
       <p>— Мы умрем вместе, любимая, — ответил он.</p>
       <p>— Нет! — Чуть заметным, бессильным движением руки она заставила его замолчать.</p>
       <p>Слабый голос ее звучал едва слышно, и все же Смок расслышал каждое слово. С трудом дотянувшись до капюшона своей парки, она вытащила из его складок небольшой мешочек и вложила ему в руку.</p>
       <p>— А теперь поцелуй меня, любимый. Поцелуй меня и положи руку мне на сердце.</p>
       <p>Он прижался губами к ее губам, и снова тьма нахлынула на него, а когда сознание вернулось, он понял, что теперь он один и скоро умрет. И он устало обрадовался тому, что скоро умрет.</p>
       <p>Он ощутил под рукой мешочек и, мысленно посмеиваясь над своим любопытством, потянул завязки. Из мешочка посыпались крохи съестного. Он узнал каждую крошку, каждый кусочек — все это Лабискви украла сама у себя. Тут были остатки лепешек, припрятанные давным-давно, когда еще Мак-Кен не потерял мешка с мукой; надкусанные ломтики и обрезки оленьего мяса и крошки оленьего сала; задняя нога зайца, даже не тронутая; задняя ножка белой ласки и часть передней ножки; лапка овсянки и ее крылышко, которое Лабискви надкусила, но не стала есть… жалкие огрызки, трагические жертвоприношения: она отдавала свою жизнь, эти крохи отнимала у нее, терзаемой голодом, безмерная любовь.</p>
       <p>С безумным смехом он отбросил все это на лед и снова забылся.</p>
       <p>Ему приснился сон. Юкон пересох. Он бродил по обнажившемуся дну, среди грязных луж и изодранных льдами скал, подбирая крупные самородки. Их тяжесть начинала утомлять его, но тут он открыл, что они съедобные. И он стал жадно есть. В конце концов что толку было бы в золоте, которое люди ценят так высоко, если бы им нельзя было насытиться?</p>
       <p>Когда Смок проснулся, настал новый день. Сознание его странно прояснилось. Глаза уже не застилала пелена. Он больше не ощущал знакомой голодной дрожи во всем теле. Радостная легкость пронизывала все его существо, точно в него вливалась весна. Блаженное чувство охватило его. Он обернулся, чтобы разбудить Лабискви, увидел ее и вспомнил все. Он стал искать глазами крохи пищи, которые накануне разбросал по снегу. Они исчезли. И он понял, что это и были золотые самородки его сна, его бреда. В бреду, во сне он вернулся к жизни, ибо Лабискви отдала ему свою жизнь; она вложила ему в руку свое сердце и открыла ему глаза на тайну, имя которой — душа женщины.</p>
       <p>Он поразился тому, что может двигаться с такой легкостью, — у него хватило сил отнести ее закутанное в меха тело к обнажившемуся на солнце песчаному откосу, подрубить его топором и похоронить Лабискви под обвалом.</p>
       <p>Три дня, не имея больше ни крошки во рту, он пробирался на запад. На третий день он свалился под одинокой елью на берегу большой реки, уже свободной ото льда, и понял, что это Клондайк. Слабость и забытье одолевали его, но он еще успел развязать свою поклажу, улыбнуться на прощание сияющему миру и закутаться в одеяло.</p>
       <p>Разбудило его сонное попискиванье. Уже наступили сумерки. В ветвях ели у него над головой примостились на ночлег белые куропатки. Острый голод заставил его действовать, хотя все движения его были бесконечно медленны. Долгих пять минут прошло, пока ему удалось наконец поднять ружье к плечу, еще пять минут, лежа на спине, он старательно целился вверх и все не решался спустить курок. Потом выстрелил и промахнулся. Ни одна куропатка не упала, но ни одна и не улетела. Они только сонно, бессмысленно копошились и шуршали в ветвях. Плечо у него болело. Второй выстрел пропал, потому что он невольно вздрогнул от боли, нажимая курок. Должно быть, в один из этих трех дней он упал и расшиб плечо, хотя никак не мог вспомнить, когда и как это случилось.</p>
       <p>Куропатки не улетели. Он свернул одеяло, осторожно засунул его между правым боком и рукой. Уперев приклад ружья в этот меховой сверток, он выстрелил еще раз, и с дерева упала куропатка. Он жадно схватил ее, но мяса почти не оказалось, — пуля крупного калибра вырвала его, оставив только жалкий комок измятых перьев. А куропатки все не улетали, и он решил: стрелять- так только в голову! Теперь он целил только в голову. Он заряжал все снова и снова… Мимо… Попал! Глупые куропатки, которым лень было улететь, дождем посыпались на него — он отнимал у них жизнь, чтобы утолить свой голод, чтобы жить. Их было девять, и вот наконец он свернул голову девятой. И потом долго лежал, не шевелясь, и сам не понимал, почему он и смеется и плачет.</p>
       <p>Первую куропатку он съел сырую. Потом лег и уснул, и эта поглощенная им жизнь вернула к жизни его тело. Среди ночи он проснулся, мучимый голодом, и у него хватило сил развести огонь. До самого рассвета он жарил куропаток и ел, и его стосковавшиеся от безделья челюсти перетирали в порошок хрупкие косточки. Потом он весь день спал, проснулся среди ночи и снова уснул, и солнце нового дня разбудило его.</p>
       <p>С удивлением он увидел, что костер ярко разгорелся, пожирая свежую порцию хвороста, а сбоку на углях стоит закопченный кофейник, окутанный облаком пара. У огня, так близко, что Смок мог бы дотянуться до него рукой, сидел Малыш, курил самокрутку и пристально, зорко всматривался в лицо друга. Губы Смока дрогнули, но ему не удалось выговорить ни слова: что-то перехватило горло, в груди закипали слезы. Он протянул руку за самокруткой и жадно вдохнул дым, еще и еще.</p>
       <p>— Давно я не курил, — негромко, спокойно сказал он наконец. — Очень, очень давно.</p>
       <p>— И не ел, как видно, вон до чего отощал, — ворчливо прибавил Малыш.</p>
       <p>Смок кивнул и показал на белые перья куропаток, раскиданные вокруг.</p>
       <p>— Зато недавно поел, — ответил он. — Вот от чашки кофе я бы не отказался. Я уже забыл, какой у него вкус. И от лепешек не откажусь и от сала.</p>
       <p>— И от бобов? — подсказал Малыш.</p>
       <p>— Ну, бобы — это пища богов! Оказывается, я опять изрядно проголодался.</p>
       <p>Один стряпал, другой ел — и между делом они коротко рассказали друг другу, что с каждым произошло с тех пор, как они расстались.</p>
       <p>— Клондайк вскрылся, — сказал в заключение Малыш, — надо было дождаться, пока пройдет лед. Собрал я шестерых ребят — молодец к молодцу, ты их всех знаешь, — снарядили мы две лодки. Двинулись полным ходом, где шестами отпихивались, где бечевой тянули, где волоком волокли. Но на водопадах пришлось бы застрять на целую неделю. Тут я оставил ребят перетаскивать лодки через скалы. Чуяло мое сердце, что надо поторапливаться. Прихватил побольше еды и пошел. Я так и знал, что отыщу тебя где-нибудь тут еле живого.</p>
       <p>Смок кивнул и крепко стиснул руку Малыша.</p>
       <p>— Что ж, пойдем, — сказал он,</p>
       <p>— Ну нет, дудки! — возмутился Малыш. — Мы с места не двинемся по крайней мере дня два. Тебе надо отдохнуть и подкормиться.</p>
       <p>Смок покачал головой.</p>
       <p>— Да ты посмотри на себя, — уговаривал Малыш. Зрелище было неутешительное. Смок оброс бородой, но видно было, что лицо у него жестоко обморожено — черно-багровое и все в струпьях. Щеки провалились, и даже сквозь бороду и усы, кажется, можно было пересчитать все зубы под натянувшейся кожей. Так же туго она обтягивала и лоб и скулы под глубоко запавшими глазами. Клочковатая борода была не золотистая, как ей бы полагалось, а грязно-черная, опаленная у костров на привалах, и вся в копоти.</p>
       <p>— Давай укладывай вещи, — сказал Смок. — Мне надо идти.</p>
       <p>— Ты же слаб, как младенец. Ты не можешь и шагу ступить. И что за спешка?</p>
       <p>— Малыш, я иду за тем, что всего дороже на Клондайке, и я не могу ждать. Вот и все. Давай укладывайся. Дороже этого нет ничего в целом мире. Перед этим ничто золотые озера и золотые горы, и жизнь, полная приключений, это даже лучше, чем быть настоящим мужчиной и питаться медвежатиной.</p>
       <p>У Малыша глаза на лоб полезли от изумления.</p>
       <p>— Боже милостивый, — сказал он хрипло. — Да ты что? Совсем спятил?</p>
       <p>— Вовсе нет. Наверно, человеку не мешает хорошенько поголодать, и тогда у него раскроются глаза. Во всяком случае, я научился видеть. Я увидел такое… Прежде мне и не снилось, что это возможно. Теперь я знаю, что такое женщина.</p>
       <p>Малыш уже открыл рот, губы его насмешливо вздрагивали, глаза смеялись, но Смок не дал ему сострить.</p>
       <p>— Не надо, — сказал он мягко. — Ты не знаешь, а я знаю.</p>
       <p>И Малыш удержался от шутки.</p>
       <p>— Ха, — сказал он, — мне и гадать не надо, и так ясно, кто она. Все кинулись осушать Нежданное озеро, а Джой Гастелл и с места не тронулась. Она сидит в Доусоне и ждет, когда я вернусь и привезу тебя. А если не привезу, она поклялась продать все, что у нее есть, и нанять целую армию охотников, и отправиться в Оленью страну, и вышибить дух из старика Снасса и всей его орды… Но постой, куда же ты, дай я хоть уложусь, пойдем вместе!</p>
       <empty-line/>
       <empty-line/>
      </section>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Рожденная в ночи</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Рожденная в ночи</p>
     </title>
     <p>Вечер был жаркий, какие не часто выдаются даже в Сан-Франциско, и в раскрытые окна старинного клуба Алта-Иньо проникал далекий и глухой шум улиц. Разговор зашел о законах против взяточничества, о том, что если его не пресекут, то, по всем признакам, город будет наводнен преступниками. Приводились всевозможные примеры человеческой низости, злобы, нравственной испорченности. Под конец кто-то вспомнил о вчерашнем происшествии, и было произнесено имя О'Брайена, популярного молодого боксера, накануне вечером убитого на ринге. Это имя сразу словно внесло свежую струю в атмосферу комнаты. О'Брайен был целомудренный юноша, идеалист. Он не пил, не курил, не сквернословил и был прекрасен, как молодой бог. Он даже на ринг носил с собой молитвенник. Молитвенник этот нашли в его уборной, в кармане пальто… после его смерти.</p>
     <p>Он был воплощением юности, чистой, здоровой, ничем не запятнанной юности, к которой с восторгом взывают люди, когда они уже ее утратили и к ним подкрадывается старость. И в этот вечер мы так усиленно взывали к ней, что пришла Мечта и на время увлекла нас в мир романтики, далеко от этого города, сердито шумевшего за окном. Такое настроение отчасти было навеяно отрывками из Торо <a l:href="#n_802" type="note">[802]</a>, которые вздумал прочесть нам Бардуэл. Однако не он, а лысый и обрюзгший Трифден предстал перед нами в этот вечер в роли романтического героя. Слушая его рассказ, мы сперва спрашивали себя, сколько же стаканов виски он поглотил после обеда, но скоро забыли и думать об этом.</p>
     <p>— Случилось это в тысяча восемьсот девяносто восьмом году, мне было тогда тридцать пять лет, — начал Трифден. — Знаю, вы сейчас мысленно подсчитываете… Ну что ж, от правды не уйдешь — мне сорок семь, а на вид можно дать на десять лет больше, и доктора говорят… ну, да к черту всех докторов!</p>
     <p>Он поднял высокий бокал к губам и пил медленно, чтобы успокоиться.</p>
     <p>— Но я был молод… когда-то. Да, двенадцать лет назад на голове у меня была не лысина, а густая шевелюра, я был крепкий парень, стройный и подтянутый, как спортсмен, и самый долгий день казался мне слишком коротким. Ты же помнишь, Милнер, мы с тобой давно знакомы. Ну, скажи, разве я не был молодцом хоть куда?</p>
     <p>Милнер кивнул головой. Он, как и Трифден, был горным инженером и тоже сколотил себе состояние в Клондайке.</p>
     <p>— Ты прав, старик, — сказал Милнер. — Никогда не забуду, как ты разделался с лесорубами в тот вечер, когда какой-то корреспондентишка затеял скандал. В то время Слэвин был в отъезде, — пояснил он нам, — и его управляющий натравил своих людей на Трифдена.</p>
     <p>— А полюбуйтесь на меня сейчас, — с горечью сказал Трифден. — Вот что сделала со мной золотая лихорадка. У меня бог знает сколько миллионов, а в душе — пустота и в жилах ни капли горячей красной крови. Я теперь вроде медузы — огромная студенистая масса протоплазмы… Брр!</p>
     <p>Голос его оборвался, и он для утешения снова отхлебнул из стакана.</p>
     <p>— В те дни женщины заглядывались на меня. На улице они оборачивались, чтобы взглянуть еще раз. Странно, что я так и не женился… Все из-за той девушки… О ней-то я и хотел вам рассказать. Я встретил ее за тысячу миль — а то и еще дальше — от всех мест, где живут белые люди. И это она процитировала мне те самые строки Торо, которые только что читал Бардуэл, — о богах, рожденных при свете дня, и богах, рожденных в ночи.</p>
     <p>Это было после того, как я обосновался на Голстеде, не подозревая даже, каким золотым дном окажется этот ручей. Я отправился на восток через Скалистые Горы к Большому Невольничьему озеру. На севере Скалистые Горы не просто горный кряж: это рубеж, стена, за которую не проникнешь. В старые времена бродячие охотники изредка переходили эти горы, но большинство таких смельчаков погибало в пути. Именно потому, что это считалось трудным делом, я и взялся за него. Таким переходом мог гордиться любой. Я и сейчас горжусь им больше, чем всем, сделанным мною в жизни.</p>
     <p>Я очутился в неведомой стране. Ее огромные пространства еще никем не были исследованы. Здесь никогда не ступала нога белого человека, а индейские племена пребывали почти в таком же первобытном состоянии, как десять тысяч лет назад… Я говорю — почти, так как они уже и тогда изредка вступали в торговые сношения с белыми. Время от времени отдельные группы индейцев переходили горы с этой целью. Но даже Компании Гудзонова залива не удалось добраться до их стоянок и прибрать их к рукам.</p>
     <p>Теперь о девушке. Я поднимался вверх по ручью, который в Калифорнии считался бы рекой, ручью безыменному и не нанесенному ни на одну карту. Вокруг расстилалась прекрасная долина, то замкнутая высокими стенами каньонов, то открытая. Трава на пастбищах была почти в человеческий рост, луга пестрели цветами, там и сям высились кроны великолепных старых елей. Мои собаки, тащившие весь груз на своих спинах, окончательно выбились из сил, и лапы у них были стерты до крови. Я стал разыскивать какую-нибудь стоянку индейцев, у которых надеялся достать нарты и нанять погонщиков, чтобы с первым снегом продолжать путь.</p>
     <p>Стояла поздняя осень, и меня поражала стойкость здешних цветов. По всей видимости, я находился где-то в субарктической Америке, высоко в Скалистых Горах, а между тем вся земля была покрыта сплошным ковром цветов. Когда-нибудь туда придут белые и засеют эти просторы пшеницей.</p>
     <p>Наконец я заметил дымок, услышал лай собак — индейских собак — и дошел до становища. Там было, вероятно, человек пятьсот индейцев, а по количеству навесов для вяления мяса я понял, что осенняя охота была удачной. И здесь-то я встретил ее, Люси. Так ее звали. С индейцами я мог объясняться только жестами, пока они не привели меня к большому вигваму — это что-то вроде шатра, открытого с той стороны, где горит костер. Вигвам был весь из золотисто-коричневых лосиных шкур. Внутри царили чистота и порядок, каких я не встречал ни в одном жилище индейцев. Постель была постлана на свежих еловых ветках: на них лежала груда мехов, а сверху — одеяло из лебяжьего пуха, белого лебяжьего пуха. Мне не доводилось видеть ничего подобного этому одеялу! И на нем, скрестив ноги, сидела Люси. Кожа у нее была смуглая, орехового цвета. Я назвал ее девушкой. Нет, это была женщина, смуглая амазонка, царственная в своей пышной зрелости. А глаза у нее были голубые. Да, вот что тогда меня потрясло: ее глаза, темно-голубые — в них как будто смешались синева моря с небесной лазурью — и умные. Более того, в них искрился смех, жаркий, напоенный солнцем, в них было что-то глубоко человеческое и вместе с тем… как бы это объяснить… бесконечно женственное. Что вам еще сказать? В этих голубых глазах я прочел и страстное томление, и печаль, и безмятежность, полную безмятежность, подобную мудрому спокойствию философа.</p>
     <p>Неожиданно Трифден прервал свой рассказ.</p>
     <p>— Вы, друзья, наверно, думаете, что я хлебнул лишнего. Нет. Это только пятый стакан после обеда. Я совершенно трезв и настроен торжественно. Ведь сейчас со мной говорит моя былая благословенная молодость. И не «старый Трифден», как называют меня теперь, а моя молодость утверждает, что это были самые удивительные глаза, какие я когда-либо видел: такие спокойные и в то же время тоскующие, мудрые и пытливые, старые и молодые, удовлетворенные и ищущие. Нет, друзья, у меня не хватает слов описать их. Когда я расскажу вам о ней, вы все сами поймете…</p>
     <p>Не поднимаясь с места, она протянула мне руку. «Незнакомец, — сказала она, — я очень рада вам».</p>
     <p>Знаете вы резкий северо-западный говор? Вообразите мои ощущения. Я встретил женщину, белую женщину, но этот говор! Чудесно было здесь, на краю света, встретить белую женщину, но ее говор, ей-богу, причинял боль! Он резал уши, как фальшивая нота. И все же эта женщина обладала поэтической душой. Слушайте — и вы поймете это.</p>
     <p>Она сделала знак — и, верите ли, индейцы тотчас вышли. Они беспрекословно повиновались ей, как вождю. Она велела мужчинам соорудить для меня шатер и позаботиться о моих собаках. Индейцы выполнили ее приказания. Они не позволили себе взять из моих вещей даже шнурка от мокасин. Они видели в ней ту, Которой Следует Повиноваться. Скажу вам, меня пронизала дрожь при мысли, что здесь, за тысячу миль от ничьей земли, белая женщина повелевает племенем дикарей.</p>
     <p>«Незнакомец, — сказала она, — я думаю, вы первый белый человек, проникший в эту долину. Сядьте, поговорим, а потом и поедим. Куда вы держите путь?»</p>
     <p>Меня снова покоробил ее выговор. Но вы пока забудьте о нем. Уверяю вас, я и сам забыл о нем, сидя там, на лебяжьем одеяле, и слушая эту замечательную женщину, которая словно сошла со страниц Торо или другого поэта.</p>
     <p>Я прожил неделю в той долине. Она сама пригласила меня. Обещала дать мне собак, нарты и проводников, которые укажут мне самую удобную дорогу через перевал в пятистах милях от их становища. Ее шатер стоял в стороне от других, на высоком берегу реки, а несколько девушек-индианок стряпали для нее и прислуживали ей. Мы беседовали с ней, беседовали без конца, пока не пошел первый снег и не установился санный путь. И вот что Люси рассказала мне: она родилась на границе, в семье бедных переселенцев, знаете, какая у них жизнь: работа, работа, которой не видно конца.</p>
     <p>«Я не замечала красоты мира, — рассказывала она. — У меня не было времени. Я знала, что она рядом, повсюду вокруг нашей хижины, но нужно было печь хлеб, убирать, стирать и делать всякую другую работу. Порой я умирала от желания вырваться на волю, особенно весной, когда пение птиц просто сводило меня с ума. Мне хотелось бежать далеко в высокой траве пастбищ, чтобы ноги мокли от росы, перелезть через изгородь и уйти в лес, далеко-далеко, до самого перевала, чтобы оттуда увидеть все. Хотелось бродить по каньонам, у озер, дружить с выдрами и пятнистыми форелями, тихонько подкравшись, наблюдать за белками, кроликами, за всякими зверьками, посмотреть, чем они заняты, выведать их тайны. Мне казалось, что, будь у меня время, я бы все время лежала в траве среди цветов и могла бы услышать, о чем они шепчутся между собой, рассказывая друг другу то, чего не знаем только мы, люди».</p>
     <p>Трифден подождал, пока наполнят его стакан.</p>
     <p>— А в другой раз она сказала:</p>
     <p>«Меня мучило желание бродить по ночам, как дикие звери, при свете луны, под звездами, бежать обнаженной, чтобы мое белое тело ласкал прохладный бархат мрака, бежать не оглядываясь. Как-то раз вечером, после тяжелого, очень жаркого дня — в этот день все не ладилось у меня, масло не сбивалось, — я была раздражена, измучена и сказала отцу, как мне хочется иногда бродить ночью. Он испуганно и удивленно посмотрел на меня, дал две пилюли и велел лечь в постель и хорошенько выспаться, тогда я утром буду здорова и весела. С тех пор я больше никому не поверяла свои мечты».</p>
     <p>Хозяйство их пришло в полный упадок, семья голодала, и они перебрались в Сиэтл. Там Люси работала на фабрике, где рабочий день долог и работа изнурительная, тяжелая. Спустя год она поступила официанткой в дешевый ресторан, харчевню, как она называла его.</p>
     <p>«Я думаю, — сказала мне однажды Люси, — что у меня всегда была потребность в романтике. А какая же романтика в сковородах и корытах, на фабриках и в дешевых ресторанах?»</p>
     <p>Когда ей исполнилось восемнадцать лет, она вышла замуж за человека, который собирался открыть ресторан в Джуно. У него были небольшие сбережения, и ей он казался богачом. Люси не любила его — в разговорах со мной она всегда это подчеркивала, — но она очень устала, и ей надоело тянуть лямку изо дня в день. К тому же Джуно находится на Аляске, и Люси захотелось увидеть этот край чудес. Но мало ей довелось увидеть. Муж ее открыл дешевый ресторан, и очень скоро Люси узнала, для чего он женился на ней: просто чтобы иметь даровую служанку. Скоро ей всем пришлось заправлять и делать всю работу, начиная от обслуживания посетителей и кончая мытьем посуды. Кроме того, она целый день стряпала. Так она прожила четыре года.</p>
     <p>Можете себе представить это дикое лесное существо с первобытными инстинктами, жаждущее свободы, заточенное в грязный кабак и принужденное выполнять каторжную работу на протяжении четырех убийственных лет!</p>
     <p>«Все было так бессмысленно, — говорила она. — Кому это было нужно? Для чего я родилась? Неужели весь смысл существования в том, чтобы работать, работать и всегда быть усталой? Ложиться спать усталой, вставать усталой; и каждый день как две капли воды похож на другой или еще тяжелее!» От разных святош она слышала разговоры о бессмертии, но сомневалась в том, чтобы ее земная жизнь была залогом бессмертия.</p>
     <p>Мечты о другой жизни не переставали волновать ее, хотя они приходили все реже. Она прочла несколько книг — не знаю, какие именно, — вероятно, романы из серии «Библиотека Приморья», но даже они давали пищу ее фантазии.</p>
     <p>«Иногда, — рассказывала она, — у меня так кружилась голова от кухонной жары и чада, что казалось: если я не глотну свежего воздуха, то упаду в оборок. Я высовывалась из окна, закрывала глаза, и передо мной вставали самые удивительные картины. Мне представлялось, что я иду по дороге, а кругом — такая тишина, такая чистота: ни пыли, ни грязи. В душистых лугах журчат ручейки, играют ягнята, ветерок разносит запахи цветов, и все залито мягким солнечным светом. Коровы лениво бродят по колено в воде, и девушки купаются в ручье, такие беленькие, стройные. Мне казалось, будто я нахожусь в Аркадии. Я читала про эту страну в какой-то книге. А может быть, — мечтала я, — из-за поворота дороги выедут вдруг верхом рыцари в сверкающих на солнце доспехах или дама на белой, как снег, лошади. Где-то вдали мне мерещились башни замка. Или вдруг чудилось, что за следующим поворотом я увижу белый, словно сотканный из воздуха, сказочный дворец с фонтанами, цветами и павлинами на лужайке… А когда я открывала глаза, кухонный жар снова ударял мне в лицо, и я слышала голос Джейка, моего мужа: «Почему ты не подаешь бобов? Думаешь, я буду ждать целый день?» Романтика! Пожалуй, я была ближе всего к ней в тот день, когда пьяный повар-армянин поднял скандал и пытался перерезать мне горло кухонным ножом, а я уложила его на месте железной ступкой, которой толкла картофель, но раньше обожгла себе руку о горячую плиту. Я мечтала о беззаботной, радостной жизни, красивых вещах… однако мне часто приходило в голову, что счастье не суждено мне и мой удел — только стряпня и мытье посуды. В то время в Джуно разгульное было житье. Я видела, как вели себя другие женщины, но их образ жизни не соблазнял меня. Я хотела быть чистой; не знаю, почему, но вот хотелось так. Не все ли равно — умереть за мытьем посуды или так, как умирали эти женщины?»</p>
     <p>Трифден на мгновение умолк, словно желая собраться с мыслями.</p>
     <p>— Да, вот какую женщину я встретил там: она была вождем племени диких индейцев и владела территорией в несколько тысяч квадратных миль. И случилось это довольно просто, хотя, казалось, ей суждено было жить и умереть среди горшков и сковородок. Мечта ее осуществилась.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>«Настал день моего пробуждения, — рассказывала она, — в этот день мне случайно попал в руки клочок газеты со словами, которые я помню до сих пор». И она процитировала мне строки из книги Торо «Вопль человека»:</p>
     <p>«Молодые сосны вырастают в маисовом поле из года в год, и это для меня явление отрадное. Мы говорим, что надо цивилизовать индейцев, но это не сделает их лучше. Оставаясь воинственным и независимым, живя уединенной жизнью в лесу, индеец не утратил связи со своими богами, и время от времени ему выпадает счастье редкого и своеобразного общения с природой. Ему близки звезды и чужды наши кабаки. Неугасимый свет его души кажется тусклым, ибо он далек нам. Он подобен бледному, но благодетельному свету звезд, соперничающему с ослепительно ярким, но вредным и недолговечным пламенем свечей.</p>
     <p>У жителей островов Товарищества были боги, рожденные при свете дня, но они считались менее древними, чем боги, рожденные в ночи…»</p>
     <p>Люси процитировала эти строки все от слова до слова, и они в ее устах звучали торжественно, как догмат веры — правда, языческой, но вобравшей в себя всю живую силу ее мечты.</p>
     <p>«Вот и все: остальное было оторвано, — добавила Люси с глубокой печалью в голосе. — Ведь это был только клочок газеты. Торо — мудрый человек. Хотелось бы побольше узнать о нем».</p>
     <p>Она помолчала, и, клянусь вам, ее лицо было невыразимо прекрасно и невинно, как лицо святой, когда она сказала через минуту: «Я была бы для него подходящей женой».</p>
     <p>Затем она продолжала свой рассказ:</p>
     <p>«Как только я прочла эти строки, мне сразу стало понятно то, что творилось со мной. Видно, я рожденная в ночи. Всю жизнь я прожила среди рожденных днем, а сама была рожденной в ночи. Вот почему мне не мила была такая жизнь, эта стряпня и мытье посуды, вот почему мне так хотелось бегать обнаженной при лунном свете. Я поняла, что грязный кабак в Джуно не место для меня. И вот тогда-то я и сказала: «Довольно». Я уложила свою жалкую одежонку и вышла. Джейк пытался удержать меня.</p>
     <p>— Что это ты задумала? — спросил он.</p>
     <p>— Ухожу в лес, туда, где мне место.</p>
     <p>— Никуда ты не пойдешь, — говорит он и хватает меня за плечи. — Это у тебя от жары в кухне разум помутился. Выслушай меня прежде, чем натворишь бед.</p>
     <p>Но я направила на него револьвер, маленький кольт-44, сказала: «Вот мой ответ», — и ушла».</p>
     <p>Трифден осушил свой стакан и потребовал другой.</p>
     <p>— Знаете, что сделала эта девушка? Ей было тогда двадцать два года. Она провела всю жизнь на кухне и знала о мире не больше, чем я о четвертом или пятом измерении. Перед ней были открыты все пути, однако она не пошла в кабак. Она пошла прямо на берег, так как на Аляске предпочитают путешествовать водным путем. Как раз в это время индейская пирога отправлялась в Дайю — вы знаете лодки этого типа, выдолбленные из ствола дерева, узкие, глубокие, длиной футов в шестьдесят. Люси заплатила индейцам несколько долларов и села в лодку.</p>
     <p>«Романтика? — говорила она мне. — Романтика началась с первой же минуты. В лодке было, кроме меня, три семьи, так что нельзя было пошевелиться. Под ногами вертелись собаки и ребятишки, и всем приходилось грести, чтобы лодка двигалась. А вокруг высились величественные горы, и над ними облака то и дело скрывали солнце. А тишина какая! Дивная тишина! Иногда где-то вдалеке, среди деревьев, мелькал дымок на охотничьей стоянке. Это путешествие напоминало пикник, веселый пикник, и я уже верила, что мои мечты сбудутся, и все время ожидала, что случится что-то необыкновенное. И оно случилось.</p>
     <p>А первый привал на острове! А мальчики, бьющие рыбу острогой! А большой олень, которого один из индейцев уложил на месте! Везде вокруг росли цветы, а подальше от берега трава была густая, сочная, в человеческий рост. Несколько девушек вместе со мной взбирались на холмы, собирали ягоды и коренья, кисловатые, но приятные на вкус. В одном месте мы набрели на большого медведя, который ужинал ягодами. Он зарычал и обратился в бегство, испуганный не меньше, чем мы. А жизнь в лагере, дым костра и запах свежей оленины! Это было восхитительно! Наконец-то я была с рожденными в ночи и чувствовала, что мое место здесь, среди них! В эту ночь, ложась спать, я подняла угол шатра и смотрела на звезды, сверкавшие за черными уступами гор, слушала голоса ночи и впервые в жизни чувствовала себя счастливой, зная, что так будет и завтра, и послезавтра, всегда, всегда, ибо я решила не возвращаться. И я не вернулась.</p>
     <p>Романтика! Я узнала ее на следующий день. Нам нужно было перебраться через большой морской рукав шириной не менее чем в двенадцать — пятнадцать миль. И вот, когда мы были на середине его, поднялась буря. Эту ночь я коротала на берегу одна с огромным волкодавом, так как больше никого не осталось в живых».</p>
     <p>— Вообразите себе, — сказал, прерывая рассказ, Трифден, — лодка перевернулась и затонула, а все люди погибли, разбившись о скалы. Только Люси, ухватившись за хвост собаки, добралась до берега, избежав скал, и очутилась на крохотной отмели, единственной на протяжении многих миль.</p>
     <p>«К счастью, это был материк, — сказала она. — Я пошла вглубь, прямо через леса и горы, куда глаза глядят. Можно было подумать, что я ищу чего-то, — так спокойно я шла. Я ничего не боялась. Ведь я была рожденной в ночи, и огромный лес не мог погубить меня. А на второй день я нашла то, что мне было нужно. Я увидела полуразвалившуюся хижину на маленькой просеке. Она пустовала, должно быть, уже много лет. Крыша провалилась. На койках лежали истлевшие одеяла, а на очаге стояли горшки и сковородки. Но не это было самое интересное. Вы ни за что не угадаете, что я нашла за деревьями. Там оказались скелеты восьми лошадей, когда-то привязанных к дереву. Они, наверное, умерли с голоду, и от них остались только маленькие кучки костей. У каждой лошади на спине была поклажа, а теперь среди костей валялись мешки из крашеного холста, а в этих мешках находились другие, из лосиных шкур, а в них, как вы думаете, что?»</p>
     <p>Люси нагнулась и из-под груды еловых веток, служивших ей постелью, вытащила кожаный мешок. Она развязала его, и мне в руки полился поток золота, какого я никогда не видел: здесь был крупный золотой песок, но больше всего самородков, и по цвету видно было, что все это ни разу еще не подвергалось промывке.</p>
     <p>«Ты говоришь, что ты горный инженер, — обратилась она ко мне, — и знаешь эту страну. Можешь ты назвать ручей, где добывают золото такого цвета?»</p>
     <p>Я не мог. Золото было почти чистым, без всякой примеси серебра, и я сказал об этом Люси.</p>
     <p>«Верно, — подтвердила она, — я продаю его по девятнадцати долларов за унцию. За золото из Эльдорадо больше семнадцати не дают, а минукскому цена около восемнадцати. Я нашла среди костей восемь вьюков золота, по сто пятьдесят фунтов в каждом!</p>
     <p>— Четверть миллиона долларов! — воскликнул я.</p>
     <p>— Именно так выходит и по моему грубому подсчету, — сказала она. — Вот вам и романтика! Работала, как вол, все свои годы, а стоило мне вырваться на волю — и за три дня столько приключений! Что же сталось с людьми, которые добыли все это золото? Я часто думала об этом. Оставив нагруженных и привязанных лошадей, они бесследно исчезли с лица земли. Никто здесь о них не слышал, никому не известна их участь. И я, рожденная в ночи, считаю себя по праву их наследницей».</p>
     <p>Трифден помолчал, закуривая сигару.</p>
     <p>— Знаете, что сделала эта женщина? Она спрятала все золото и, захватив с собой только тридцать фунтов, отправилась на берег. Здесь она подала сигнал плывшей мимо лодке и в ней добралась до фактории Пэта Хили в Дайе. Закупив снаряжение, она перебралась через Чилкутский перевал. Это было в тысяча восемьсот восемьдесят восьмом году, за восемь лет до открытия золота в Клондайке, когда берега Юкона еще представляли собой мертвую пустыню. Люси боялась индейцев, но она взяла с собой двух молодых скво, перебралась через озера и спустилась вниз по реке к первым стоянкам на нижнем Юконе. Несколько лет она блуждала здесь, а затем добралась до того места, где я встретил ее. Оно ей понравилось, по ее словам, оттого, что она увидела «огромного самца-оленя, стоящего в глубине долины по колена в пурпурных ирисах». Она осталась жить с индейцами, лечила их, завоевала их доверие и постепенно стала править ими. С тех пор она только раз уходила отсюда: с группой молодых индейцев перешла Чилкут, вырыла из тайника спрятанное ею золото и перенесла его сюда.</p>
     <p>«И вот я живу здесь, незнакомец, — закончила Люси свой рассказ, — а вот самое ценное из всего, чем я владею».</p>
     <p>Она вытащила мешочек из оленьей кожи, который висел у нее на шее, словно медальон, и открыла его. Внутри лежал завернутый в промасленный шелк клочок газеты, пожелтевший от времени, истертый и замусоленный, на котором был напечатан отрывок из Торо.</p>
     <p>— И вы счастливы? Довольны? — спросил я. — Имея четверть миллиона долларов, вы могли бы жить не работая и в Штатах. Вам здесь, должно быть, очень многого не хватает.</p>
     <p>— Не так уж много, — ответила она. — Я не поменялась бы ни с одной женщиной в Штатах. Мое место здесь, среди таких людей, как я. Правда, бывают минуты, — и в ее глазах я увидел голодную тоску, о которой уже говорил вам, — бывают минуты, когда мне страстно хочется, чтобы здесь очутился этот Торо.</p>
     <p>— Зачем? — спросил я.</p>
     <p>— Чтобы я могла выйти за него замуж. Временами я чувствую себя очень одинокой. Я ведь только женщина, самая обыкновенная женщина. Я слышала про женщин другого сорта, которые, как и я, сбегали из дому и проделывали удивительные вещи, например, становились солдатами или моряками. Но это странные женщины. Они и с виду больше похожи на мужчин, чем на женщин, не знают потребностей, которые есть у настоящих женщин. Они не жаждут любви, не жаждут иметь детей, держать их в объятиях и сажать к себе на колени. А я как раз такая женщина. Судите сами, разве я похожа на мужчину?</p>
     <p>Нет, она ничуть не походила на мужчину. Она была красивая, смуглая женщина с здоровым, округлым телом и чудесными темно-голубыми глазами.</p>
     <p>— Разве я не женщина? — переспросила она. — Да, такая, как большинство других. И странно: оставаясь во всем рожденной в ночи, я перестаю быть ею, когда дело касается любви. Я думаю, дело в том, что люди всегда любят себе подобных. Так было и со мной — по крайней мере все эти годы.</p>
     <p>— Неужели же… — начал я.</p>
     <p>— Никогда, — прервала она, и по глазам я понял, что она говорит правду. — У меня был только один муж, — я теперь мысленно называю его «Быком». Он, наверно, и сейчас держит кабак в Джуно. Навестите его, если будете в тех местах, и вы убедитесь, что он заслужил это прозвище.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Я действительно разыскал этого человека два года спустя. Он оказался именно таким, каким описала его Люси. Флегматичный, толстый — настоящий бык. Он ходил, волоча ноги, между столиками своей харчевни, прислуживая посетителям.</p>
     <p>— Вам нужна бы жена в помощь, — сказал я ему.</p>
     <p>— У меня она была когда-то, — ответил он.</p>
     <p>— Овдовели?</p>
     <p>— Да, померла жена. Она всегда твердила, что кухонный чад ее с ума сведет. Так и случилось. В один прекрасный день она пригрозила мне револьвером и удрала с сивашами в пироге. Их настигла буря, и все погибли.</p>
     <p>Трифден опять наполнил свой стакан и долго молчал.</p>
     <p>— Ну, что же женщина? — напомнил Милнер. — Ты остановился на самом интересном месте. Что дальше?</p>
     <p>— А дальше, — продолжал Трифден, — вот что: судя по ее словам, она оставалась дикаркой во всем, но мужем желала иметь человека своей расы. И она очень мило, напрямик объяснила мне, что хочет стать моей женой.</p>
     <p>— Незнакомец, — сказала она, — вы мне очень по сердцу. Если вы осенью могли перейти Скалистые Горы и прийти сюда, значит, вам нравится такая жизнь, какую мы ведем. Здесь красивые места, лучше не сыщешь. Почему бы вам не остаться здесь? Я буду хорошей женой.</p>
     <p>Она ждала ответа. Должен признаться, соблазн был велик. Я уже почти влюбился в нее. Ведь вы знаете, я так и не женился. И теперь, оглядываясь на прожитую жизнь, могу сказать, что Люси была единственной женщиной, к которой меня влекло. Но вся эта история казалась мне слишком несуразной. И я солгал, как джентльмен: сказал ей, что я уже женат.</p>
     <p>— А жена ждет тебя? — спросила она.</p>
     <p>— Да, — ответил я.</p>
     <p>— И она любит тебя?</p>
     <p>— Да.</p>
     <p>Тем и кончилось. Люси больше никогда не возвращалась к этому разговору… кроме одного раза, когда ее страсть прорвалась наружу.</p>
     <p>— Мне стоит лишь приказать, — сказала она, — и ты не уйдешь отсюда… Да, стоит мне сказать слово — и ты останешься здесь. Но я не произнесу его. Я не хочу тебя, если ты не хочешь меня и тебе не нужна моя любовь.</p>
     <p>Она вышла и приказала, чтобы меня снарядили в дорогу.</p>
     <p>— Право, это очень печально, что ты уезжаешь, — сказала она, прощаясь со мной. — Ты мне нравишься, я полюбила тебя. Если когда-нибудь передумаешь, возвращайся сюда.</p>
     <p>А мне в ту минуту очень хотелось поцеловать ее, ведь я был почти влюблен, но я стеснялся. И к тому же не знал, как она отнесется к этому. Она сама пришла ко мне на помощь.</p>
     <p>— Поцелуй меня, — сказала она, — поцелуй, чтобы было о чем вспомнить.</p>
     <p>И мы поцеловались там, в снежной долине у Скалистых Гор. Я оставил Люси на краю дороги и пошел вслед за своими собаками. Прошло полтора месяца прежде, чем я, одолев перевал, добрался до первого поста на Большом Невольничьем озере.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Город гремел за окнами, как отдаленный прибой. Бесшумно двигаясь, официант принес нам сифоны. В тишине голос Трифдена звучал, как погребальный колокол:</p>
     <p>— Было бы лучше, если бы я остался там. Посмотрите на меня.</p>
     <p>И мы посмотрели на его седеющие усы, на плешивую голову, мешки под глазами, отвислые щеки, двойной подбородок, на всю эту картину разрушения когда-то сильного и крепкого мужчины, который устал, выдохся, разжирел от слишком легкой и слишком сытой жизни.</p>
     <p>— Еще не поздно, старик, — едва слышно сказал Бардуэл.</p>
     <p>— Клянусь богом, жаль, что я такой трус! — воскликнул Трифден. — Я мог бы вернуться к ней. Она и сейчас там. Я мог бы подтянуться и жить по-другому еще много лет… с ней… там, в горах. Остаться здесь — это самоубийство! Но взгляните на меня: я старик, а ведь мне всего сорок семь лет. Беда в том, — он поднял свой стакан и посмотрел на него, — беда в том, что такое самоубийство не требует мужества. Я избаловался. Мысль о долгом путешествии на собаках пугает меня; мне страшны сильные утренние морозы, обледенелые нарты.</p>
     <p>Привычным движением он снова поднес к губам стакан. Затем внезапно в порыве гнева сделал движение, как бы желая швырнуть его на пол. Но гнев сменился нерешительностью, затем раздумьем. Стакан опять поднялся и замер у губ. Трифден хрипло и горько рассмеялся, но слова его звучали торжественно:</p>
     <p>— Выпьем за Рожденную в Ночи! Она была поистине необыкновенной женщиной!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Безумие Джона Харнеда</p>
     </title>
     <p>То, что я вам расскажу, — истинное происшествие. И случилось это во время боя быков в Кито <a l:href="#n_803" type="note">[803]</a>. Я сидел в ложе вместе с Джоном Харнедом, Марией Валенсуэлой и Луисом Сервальосом и видел, как это случилось. Да, вся эта история от начала до конца произошла у меня на глазах.</p>
     <p>Я ехал на пароходе «Эквадор» из Панамы в Гваякиль <a l:href="#n_804" type="note">[804]</a>. Мария Валенсуэла — моя кузина. Я знаю ее с детства. Она очень красива. Я испанец, — правда, родом из Эквадора, но потомок Педро Патино, одного из капитанов Писарро <a l:href="#n_805" type="note">[805]</a>. Храбрые то были люди. Герои! Триста пятьдесят испанских кабальеро и четыре тысячи индейцев повел Писарро в далекие Кордильеры на поиски сокровищ. И все четыре тысячи индейцев и триста храбрых кабальеро погибли во время этих бесплодных поисков. Но Педро Патино выжил. От него и пошел наш род Патино. Я, конечно, уроженец Эквадора, но испанец по крови. Мое имя — Мануэль де Хесус Патино. У меня много гациенд и десять тысяч индейцев-рабов, хотя по закону они считаются свободными людьми, работающими по добровольному найму. Так называемые законы — просто нелепость, и мы, эквадорцы, смеемся над ними. Мы сами создаем себе законы. И не они управляют нами, а мы — ими. Я — Мануэль Хесус Патино. Запомните это имя. Когда-нибудь оно будет вписано в историю. В Эквадоре у нас бывают перевороты. Мы называем их перевыборами. Шутка недурна, верно? У вас это, кажется, называется «игрой слов»?</p>
     <p>Джон Харнед был американец. Я познакомился с ним в Панаме, в отеле «Тиволи». У него было много денег — так мне говорили. Он ехал в Лиму, но в «Тиволи» встретил Марию Валенсуэлу, мою кузину. Она красавица, поистине самая красивая женщина в Эквадоре. Впрочем, не только в Эквадоре, но и в Париже, Мадриде, Нью-Йорке, Вене — нигде нет ей равных. И все мужчины заглядываются на нее. Вот и Джон Харнед, когда встретил ее в Панаме, не мог от нее глаз отвести. Он влюбился, — это я знаю наверное. Мария — уроженка Эквадора, но в любой стране, во всем мире она как дома. Она знает множество языков. Она пела — ах, как она пела! Как настоящая артистка. Улыбка у нее была божественная. А глаза такие, что каждому мужчине непременно хотелось заглянуть в них. Это были глаза «дивные», как говорите вы, англичане, и они сулили блаженство. Душа мужчины тонула в них, как в пучине.</p>
     <p>Мария Валенсуэла богата, богаче меня, а я считаюсь одним из богатейших людей в Эквадоре. Но Джон Харнед не гнался за ее деньгами. Это был человек со странной, непонятной душой. Он не уехал в Лиму. Этот безумец сошел с парохода в Гваякиле и отправился за Марией в Кито. Она тогда возвращалась из Европы или откуда-то еще. Не знаю, что она нашла в этом американце, но он ей нравился, несомненно нравился, и поехал он в Кито только потому, что она его попросила об этом. Я отлично помню их разговор. Мария сказала:</p>
     <p>— Приезжайте в Кито, я покажу вам бой быков, великолепный, искусный и смелый!</p>
     <p>Джон Харнед возразил:</p>
     <p>— Я еду в Лиму, а не в Кито. И билет на пароход меня взят до Лимы.</p>
     <p>— Но вы же путешествуете ради собственного удовольствия, не правда ли? — спросила Мария и посмотрела на него так, как только она умела смотреть; в глазах ее светилось обещание.</p>
     <p>И американец поехал в Кито. Не ради боя быков, а ради того, что он прочел в ее глазах. Такие женщины, как Мария Валенсуэла, рождаются раз в столетие, они не принадлежат какой-либо одной стране или эпохе. Эти богини принадлежат всему миру. Мужчины всегда у их ног. А они играют мужчинами и пропускают их, как песок, между своих прелестных пальцев. Вот Клеопатра <a l:href="#n_806" type="note">[806]</a>, говорят, была такой женщиной. Такова была и Цирцея <a l:href="#n_807" type="note">[807]</a>, та, что превращала мужчин в свиней. Ха-ха-ха! Верно я говорю?..</p>
     <p>Началось все со спора насчет боя быков. Мария Валенсуэла сказала:</p>
     <p>— Вы, англосаксы… как бы это назвать… варвары. Возьмем, например, любимый вами бокс. Два человека дерутся на кулаках, пока один другому не сломает нос или не подобьет глаз. Какая мерзость! А зрители орут от восторга. Разве это не варварство?</p>
     <p>— Но эти люди дерутся по собственному желанию, — возразил Джон Харнед. — Никто их не принуждает, для них бокс — самое большое удовольствие в жизни.</p>
     <p>В улыбке Марии Валенсуэлы сквозило презрение.</p>
     <p>— Ведь они же часто убивают друг друга, — я читала об этом в газетах.</p>
     <p>— Ну, а быки? — сказал Джон Харнед. — Во время боя убивают не одного быка. А быки-то выходят на арену не по своей воле. Их заставляют. Это нечестно. Людей же никто не принуждает участвовать в кулачных боях.</p>
     <p>— Тогда это тем более непростительно! — воскликнула Мария Валенсуэла. — Значит, они звери, свирепые дикари. Выходят на арену и молотят друг друга кулаками, как пещерный медведь лапами. Совсем другое дело — бой быков. Вы никогда его не видели? Тореадор ловок, он должен быть мастером своего дела. Он не первобытный дикарь, а человек нашего времени. И сколько в этом романтики: человек, по природе своей мягкий и чувствительный, выходит на борьбу со свирепым быком. И убивает он это огромное животное шпагой, гибкой шпагой, одним ударом — вот так! — в самое сердце. Это замечательно! Сердце бьется сильнее, когда видишь такое зрелище: небольшой человек против огромного зверя, покрытая песком широкая арена, тысячи людей смотрят, затаив дыхание. Зверь бросается на человека, а человек стоит неподвижно, как статуя. Он не знает страха, не отступает, а в руке у него гибкая шпага, она серебром сверкает на солнце. Все ближе и ближе надвигаются страшные острые рога, а человек все так же недвижим. И вдруг — шпага блеснула в воздухе, вонзилась по рукоятку прямо в сердце! Бык, мертвый, падает на песок, а человек невредим! Как это великолепно! Вот где подлинная храбрость. Право, я способна влюбиться в тореадора. А ваш боксер — просто двуногий зверь, первобытное существо, дикарь, маньяк, который принимает град ударов по своей глупой образине и доволен. Нет, едем в Кито, и я покажу вам настоящий спорт, спорт бесстрашных мужчин: тореадор против быка.</p>
     <p>И Джон Харнед поехал в Кито, но не для того, чтобы увидеть бой быков, а для того, чтобы не расставаться с Марией Валенсуэлой. Этот американец, настоящий великан, был шире в плечах, чем мы, эквадорцы, выше ростом, массивнее. И, пожалуй, даже крупнее большинства людей своей расы. Глаза у него были голубые, но мне приходилось видеть, как они в иные минуты становились серыми и холодными, как сталь. Черты лица крупные, не такие тонкие, как у нас, а подбородок очень энергичный. Лицо гладко выбрито, как у священника. Не понимаю, с какой стати мужчине стыдиться растительности на своем лице?! Разве не бог создал его таким? Да, я верую в бога. Я не язычник, как многие из вас, англичан. Господь милостив, он сотворил меня эквадорцем и дал мне десять тысяч рабов. И после смерти я пойду к своему господу. Священники говорят правду… Итак, я хотел вам рассказать о Джоне Харнеде. Он поражал своей сдержанностью. Говорил всегда тихо и никогда при этом не размахивал руками. Можно было подумать, что у него в груди не сердце, а кусок льда. Однако, видно, в крови у него было все-таки немного жару, раз он поехал за Марией Валенсуэлой в Кито. И хотя говорил он тихо и не размахивал руками, в нем, как вы сами увидите, таился настоящий зверь, глупый и свирепый дикарь тех времен, когда человеку одеждой служили звериные шкуры и жил он в пещерах, в соседстве с медведями и волками.</p>
     <p>Луис Сервальос — мой друг, достойнейший из эквадорцев. У него три плантации какао в Наранхито и Чобо, а в Милагро — сахарная. Он владеет большими гациендами в Амбато и Латакунге и состоит пайщиком Компании по разработке нефти на побережье. Он потратил много денег на каучуковые насаждения. Луис — человек современного типа, не хуже янки: такой же делец, как они. Денег у него куча, но они вложены в разные предприятия, и ему всегда нужны новые капиталы для поддержания этих предприятий, да и для новых сделок.</p>
     <p>Луис везде побывал и все видел. В юности он учился в американской военной академии, которую вы называете «Вест Пойнт». Но там у него вышли неприятности, и пришлось уйти. Он не терпит американцев.</p>
     <p>Луису Сервальосу очень нравилась Мария Валенсуэла, его соотечественница. Притом ему нужны были ее деньги для новых предприятий и для его золотых приисков в Восточном Эквадоре, где живут индейцы, которые раскрашивают себе лица. А я друг Луиса и был бы рад, если бы он женился на моей кузине. Кроме того, я вложил изрядную часть моего капитала в его предприятия, особенно в золотые прииски, — дело это сулило огромный доход, но, раньше чем обогатить нас, требовало больших затрат. А если бы Луис женился на Марии Валенсуэле, я бы сразу получил большие деньги.</p>
     <p>Однако Джон Харнед поехал за Марией Валенсуэлой в Кито, и нам — Луису Сервальосу и мне — было совершенно ясно, что она увлечена этим американцем. Говорят, женщина всегда своего добьется, но в этом случае вышло иначе: Мария Валенсуэла не сумела навязать свою волю Джону Харнеду. Быть может, все окончилось бы точно так же, если бы в тот день меня и Луиса не было в ложе на бое быков. Но мы были там. И сейчас вы услышите, что произошло.</p>
     <p>Нас было четверо в ложе: Луис Сервальос и мы трое, его гости. Я сидел с краю, рядом с ложей президента. С другой стороны находилась ложа генерала Хозе Салазара. В ней, кроме генерала, сидели Хоакин Эндара и Урсисино Кастильо, тоже генералы, полковник Хасинто Фьерро и капитан Бальтазар де Эчеверрия. Луис Сервальос занимал настолько видное положение в обществе, что только он мог получить ложу рядом с ложей президента. Мне даже доподлинно известно, что президент сам предложил дирекции отдать эту ложу Луису Сервальосу.</p>
     <p>Оркестр сыграл национальный гимн Эквадора. Прошла по арене процессия тореадоров, президент дал знак начинать. Затрубили трубы, и на арену выскочил бык. Как всегда в этих случаях, ошалелый, взбешенный, потому что спину ему огнем жгли застрявшие в ней дротики, он искал врага, на ком мог бы выместить ярость. Тореадоры стояли за прикрытием и выжидали. И вот вбежали на арену кападоры, с каждой стороны по пяти, стремительно размахивая яркими плащами. При виде такого множества врагов бык остановился, не зная, на кого прежде кинуться. Тогда один из кападоров выступил ему навстречу. Бык окончательно взбесился. Он передними ногами рыл песок с такой силой, что пыль поднялась столбом. И вдруг, наклонив голову, ринулся на кападора.</p>
     <p>Интересное это зрелище — первое нападение первого быка! Потом, естественно, немного устаешь смотреть, и впечатления утрачивают свою остроту. Но первые моменты борьбы всегда захватывают зрителей. Джон Харнед видел бой быков впервые, и его не могло не взволновать это зрелище: человек вооружен только яркой тряпкой, а бык несется прямо на него, выставив вперед острые рога.</p>
     <p>— Смотрите, смотрите! — воскликнула Мария Валенсуэла. — Разве это не замечательно?</p>
     <p>Джон Харнед в ответ только кивнул, не глядя на нее. Он не отрывал горящих глаз от арены. А там кападор, увернувшись от быка и махнув плащом перед самым его носом, отошел в сторону и накинул свой плащ на плечи.</p>
     <p>— Ну, что? — спросила Мария Валенсуэла. — Как по-вашему, это настоящий спорт?</p>
     <p>— Да, конечно, — ответил Джон Харнед. — Очень ловкая работа!</p>
     <p>Мария Валенсуэла от восторга хлопала в ладоши, высоко подняв маленькие руки. Хлопали и все зрители. Бык повернулся и пошел обратно. И снова кападор ускользнул от него, набросив плащ на плечи, и публика снова зааплодировала. Это повторилось три раза. Кападор был великолепен! Наконец он ушел с арены, его сменили другие кападоры. Они продолжали дразнить быка, всаживая ему сразу по две бандерильи под лопатки и в спину. Затем выступил вперед главный матадор, Ордоньес, с длинной шпагой и в ярко-красном плаще. Завыли во всю мощь сигнальные трубы. Ордоньес, конечно, не может сравниться с Матестини, но все же он молодчина. Одним взмахом всадил шпагу прямо в сердце быку, и у быка подогнулись ноги, он свалился мертвый. Удар был превосходный, искусный и меткий. Матадору долго хлопали, а из тех рядов, где сидело простонародье, на арену полетели шляпы. Мария Валенсуэла аплодировала так же восторженно, как все, а Джон Харнед, которому даже и тут не изменило хладнокровие, с любопытством наблюдал за ней.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_096.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Вам нравится смотреть на это? — спросил он.</p>
     <p>— Всегда, — ответила она, продолжая аплодировать.</p>
     <p>— С детства, — добавил Луис Сервальос. — Я помню, как ее в первый раз привели на бой быков. Ей было только четыре года. Она сидела подле матери и неистово хлопала — так же, как сейчас. Она настоящая испанка.</p>
     <p>— Ну, вот теперь вы сами видели, — сказала Мария Валенсуэла Джону Харнеду в то время, как мертвого быка привязали к мулам и тащили с арены. — Видели бой быков. И вам понравилось, да? Я хочу знать, что вы об этом думаете.</p>
     <p>— Думаю, что быку не дали возможности защищаться, — сказал Харнед. — Он был обречен заранее, исход боя не оставлял сомнений. Еще до того, как бык вышел на арену, все знали, что он будет убит. А спортивное состязание только тогда интересно, когда неизвестно, чем оно кончится. Здесь против глупого быка, который никогда еще не нападал на человека, выпустили пять опытных мужчин, много раз уже участвовавших в таких боях. Было бы, пожалуй, честнее выпустить одного человека против одного быка.</p>
     <p>— Или одного человека против пятерых быков, — бросила Мария Валенсуэла, и мы все захохотали, а громче всех — Луис Сервальос.</p>
     <p>— Да, вот именно, — сказал Джон Харнед, — против пяти быков. И притом такого человека, который, как и быки, ни разу до того не выходил на арену, — вот, например, как вы, сеньор Сервальос.</p>
     <p>— А все же мы, испанцы, любим бой быков, — отозвался Луис Сервальос.</p>
     <p>(Я готов поклясться, что сам дьявол надоумил Луиса, как действовать. А как он действовал, я сейчас расскажу.)</p>
     <p>— Что ж, вкус к тому или иному всегда можно привить людям, — ответил Джон Харнед на замечание Луиса. — У нас в Чикаго убивают добрую тысячу быков ежедневно, однако никому и в голову не придет платить деньги, чтобы посмотреть на это.</p>
     <p>— Но то — бойня, — возразил я. — А это… о, это — искусство! Искусство тонкое, редкое, замечательное!</p>
     <p>— Ну, не всегда, — вмешался Луис Сервальос. — Я видывал неумелых матадоров, и, должен сказать, это — довольно неприятное зрелище.</p>
     <p>Он содрогнулся, и лицо его выразило такое отвращение, что в эту минуту мне окончательно стало ясно: Луис разыгрывает какую-то роль, и, должно быть, сам дьявол нашептывает ему, как вести себя.</p>
     <p>— Сеньор Харнед, может быть, и прав, — сказал Луис. — Пожалуй, с быком действительно поступают несправедливо. Ведь мы все знаем, что быку целые сутки не дают воды, а перед самым боем позволяют пить сколько влезет.</p>
     <p>— Значит, он выходит на арену, отяжелев от воды, — сказал Джон Харнед быстро, и я видел, как его глаза стали серыми, острыми и холодными, как сталь.</p>
     <p>— Да, это необходимо для боя, — пояснил Луис Сервальос. — Ведь не хотите же вы, чтобы бык был полон сил и забодал всех тореадоров?</p>
     <p>— Я хотел бы только, чтобы быка не лишали заранее возможности победить, — сказал Джон Харнед, глядя на арену, где появился уже второй бык. Этот был похуже первого. И очень напуган. Он заметался по арене, ища выхода. Кападоры выступили вперед и стали размахивать плащами, но бык не хотел нападать.</p>
     <p>— Вот глупая скотина! — сказала Мария Валенсуэла.</p>
     <p>— Простите, но, по-моему, он очень умен, — возразил Джон Харнед. — Он понимает, что ему не следует тягаться с человеком. Смотрите, он почуял смерть на этой арене!</p>
     <p>Действительно, бык остановился на том месте, где его предшественник упал мертвым. Он нюхал сырой песок и фыркал. Потом снова обежал арену, подняв кверху морду и глядя на тысячи зрителей, которые свистели, швыряли в него апельсинными корками и осыпали его бранью. Наконец запах крови привел быка в возбуждение, и он атаковал кападора да так неожиданно, что тот едва спасся: уронив плащ, он спрятался за прикрытие. Бык с грохотом ударился о стену. А Джон Харнед сказал тихо, словно про себя:</p>
     <p>— Я пожертвую тысячу сукрэ <a l:href="#n_808" type="note">[808]</a> на приют для прокаженных в Кито, если сегодня вечером хоть один бык убьет человека.</p>
     <p>— Вы очень любите быков? — с улыбкой спросила Мария Валенсуэла.</p>
     <p>— Во всяком случае, больше, чем таких людей, как те на арене, — ответил Джон Харнед. — Тореадор далеко не храбрец. Да и к чему тут храбрость? Смотрите, бой еще не начинался, а бык уже так утомлен, что и язык отвесил.</p>
     <p>— Это от воды, — сказал Луис Сервальос.</p>
     <p>— Да, от воды, конечно, — согласился Джон Харнед. — А еще безопаснее было бы подрезать быку сухожилия, раньше, чем выпустить его на арену.</p>
     <p>Марию Валенсуэлу рассердил сарказм, звучавший в словах Джона Харнеда. А Луис подмигнул мне так, чтобы другие этого не заметили, и тут только я сообразил, какую он ведет игру. Нам обоим в ней предназначалась роль бандерильеров: мы должны были втыкать дротики в большого американского быка, который сидел с нами в ложе, дразнить его, пока он окончательно не рассвирепеет, — и, авось, тогда дело не дойдет до брака его с Марией Валенсуэлой. Начиналась интересная игра, а знакомый всем любителям боя быков азарт был у нас в крови.</p>
     <p>Бык на арене уже рассвирепел, и кападорам приходилось туго. Движения его были стремительны, и по временам он поворачивался так круто, что задние ноги скользили, и он, оступившись, взрывал копытами песок. Но кидался он все время только на развевавшиеся перед ним плащи и вреда никому не причинял.</p>
     <p>— Ему не дают ходу, — сказал Джон Харнед. — Он впустую тратит силы.</p>
     <p>— Он плащ принимает за врага, — пояснила Мария Валенсуэла. — Глядите, как ловко кападор дурачит его!</p>
     <p>— Так уж он создан, что его легко дурачить, — сказал Джон Харнед. — Вот и приходится ему воевать впустую. Знают это и тореадоры, и зрители, и вы, и я — все мы заранее знаем, что он обречен. Только он один по своей глупости не знает, что у него отняты все шансы победить в бою.</p>
     <p>— Дело очень просто, — сказал Луис Сервальос. — Бык, нападая, закрывает глаза. Таким образом…</p>
     <p>— Человек отскакивает в сторону, и бык пролетает мимо, — докончил за него Джон Харнед.</p>
     <p>— Правильно, — подтвердил Луис. — Бык закрывает глаза, и человеку это известно.</p>
     <p>— А вот коровы — те не закрывают глаз, — сказал Джон Харнед. — И у нас дома есть корова джерсейской породы, которая легко могла бы расправиться со всей этой компанией храбрецов на арене.</p>
     <p>— Но тореадоры не вступают в бой с коровами, — сказал я.</p>
     <p>— Коров они боятся, — подхватил Джон Харнед.</p>
     <p>— Да, с коровами драться они опасаются, — вмешался Луис Сервальос. — Да и какое это было бы развлечение, если бы убивали тореадоров?</p>
     <p>— Отчего же? Бой можно было бы назвать состязанием только в том случае, если бы иногда погибал в бою не бык, а тореадор. Когда я состарюсь или, может быть, стану калекой, неспособным к тяжелой работе, я буду зарабатывать себе кусок хлеба трудом тореадора. Это легкая профессия, подходящая для стариков и инвалидов.</p>
     <p>— Да посмотрите же на арену! — сказала Мария Валенсуэла, так как в эту минуту бык энергично атаковал кападора, а тот увернулся, взмахнув перед его глазами плащом. — Для таких маневров нужна немалая ловкость.</p>
     <p>— Вы правы, — согласился Джон Харнед. — Но, поверьте, в тысячу раз больше ловкости требуется в боксе, чтобы отражать град быстрых ударов противника, ибо противник не бык, глаз не закрывает и атакует умело и расчетливо. А ваш бык вовсе не хочет боя. Смотрите, он удирает!</p>
     <p>Бык действительно был негодный — опять он забегал вокруг арены, ища выхода.</p>
     <p>— Но такие быки бывают опаснее всего, — заметил Луис Сервальос. — Никогда не угадаешь, что они выкинут через минуту. Они умны, почти как коровы. Тореадоры не любят таких. Ага! Повернул обратно!</p>
     <p>Бык, сбитый с толку и разозленный тем, что везде натыкался на стены, не выпускавшие его, вдруг смело атаковал своих врагов.</p>
     <p>— Видите, он уже язык высунул, — сказал Джон Харнед. — Сначала его наливают водой, потом кападоры по очереди изматывают его, заставляя тратить силы впустую. Пока одни дразнят его, другие отдыхают. А быку ни на минуту не дают передышки. И когда он уже вконец измучен и отяжелел от усталости, матадор убивает его.</p>
     <p>На арене между тем дошла очередь до бандерильеров. Один из них трижды пытался всадить дротики в тело быка — и все безуспешно. Он только исколол быку спину и привел его в бешенство. Надо вам знать, что бандерильи (дротики) полагается всаживать по две сразу, под лопатки, по обе стороны спинного хребта и как можно ближе к нему. Если всажена только одна, это считается промахом.</p>
     <p>Толпа начала свистать, требовала Ордоньеса. И тут Ордоньес отличился на славу: четыре раза он выходил вперед и все четыре раза с одного маху всаживал дротики, так что скоро на спине у быка их оказалось восемь штук, симметрично расположенных. Зрители бесновались от восторга, на арену дождем посыпались монеты, шляпы.</p>
     <p>И в этот самый миг бык кинулся на одного из кападоров. Тот поскользнулся и от неожиданности совсем потерял голову. Бык поднял его, но, к счастью, кападор очутился между его широко раскинутыми рогами. Зрители безмолвно, не дыша, следили за происходящим — и вдруг Джон Харнед вскочил и заорал от удовольствия. Да, среди мертвой тишины он один стоял и кричал, весело приветствуя быка. Сами видите: он хотел, чтобы убит был не бык, а человек. Надо же быть таким зверем! Его неприличное поведение возмутило всех, кто сидел в соседней ложе генерала Салазара, и они стали ругать Джона Харнеда. Урсисино Кастильо обозвал его «подлым гринго» и бросил ему в лицо всякие другие обидные слова. Впрочем, сказано это было по-испански, так что Джон Харнед ничего не понял. Он стоял и кричал секунд десять, пока быка не отвлекли на себя другие кападоры, и первый остался невредим.</p>
     <p>— Опять не дали быку развернуться, — уныло сказал Джон Харнед, садясь на место. — Кападор то ничуть не пострадал. Быка снова одурачили, отвлекли от противника.</p>
     <p>Он повернулся к Марии Валенсуэле:</p>
     <p>— Извините меня за несдержанность.</p>
     <p>Она улыбнулась и с шутливым упреком хлопнула его веером по руке.</p>
     <p>— Ну, ведь вы в первый раз видите бой быков, — сказала она. — Когда увидите его еще несколько раз, вы не станете больше желать победы быку и гибели людям. Мы не так жестоки, как вы, американцы. В этом виноват ваш бокс. А мы ходим только смотреть, как убивают быков.</p>
     <p>— Мне просто хотелось, чтобы и быку была оказана справедливость, — ответил Джон Харнед. — Наверное, со временем меня перестанет возмущать то, что люди убивают его обманом и хитростями, а не в честном бою.</p>
     <p>Опять завыли трубы. Ордоньес в алом плаще вышел вперед с обнаженной шпагой. Но бык уже раздумал драться. Ордоньес топнул ногой, заорал на него и стал размахивать плащом перед его носом. Бык двинулся на него, но как-то нехотя, без всякой воинственности. Первый удар шпаги был неудачен — она угодила в кость и согнулась. Ордоньес взял другую шпагу. Быка принуждали к бою, и он опять кинулся на противника. Пять раз Ордоньес наносил удар, но шпага то входила неглубоко, то натыкалась на кость. При шестом ударе она вонзилась по рукоятку. Но и этот удар был неудачен. Шпага не попала в сердце и прошла насквозь между ребер быка, выйдя на пол-ярда с другой стороны. Публика освистала матадора. Я посмотрел на Джона Харнеда. Он сидел молча и неподвижно, но я заметил, что он стиснул зубы, и рука его крепко сжимала барьер ложи.</p>
     <p>А бык уже утратил весь боевой пыл. Ранен он был не очень тяжело, но бегал с трудом, прихрамывая — наверное, мешала торчавшая в его теле шпага. Спасаясь от матадора и кападоров, он кружил по краю арены, глядя вверх на множество окружающих лиц.</p>
     <p>— Он словно говорит: «Ради бога, выпустите меня отсюда, я не хочу драться!» — только и сказал Джон Харнед.</p>
     <p>Он продолжал следить за тем, что делалось на арене, и лишь по временам искоса поглядывал на Марию Валенсуэлу, словно проверяя, что она чувствует. Она сердилась на матадора: он был неловок, а ей хотелось интересного зрелища.</p>
     <p>Бык уже ослабел от потери крови, но и не думал умирать. Он все еще медленно бродил у стены ринга, ища выхода. Он был утомлен и не хотел нападать. Но участь его была предрешена, его следовало убить. На шее у быка, за рогами, есть местечко, где позвоночник ничем не защищен, и, если шпага попадет в это место, быку верная смерть. Ордоньес выступил навстречу быку, сбросив свой алый плащ на песок. Бык по-прежнему и не думал нападать. Он стоял неподвижно, опустив голову, и нюхал плащ. Ордоньес воспользовался этим и попытался вонзить шпагу в незащищенное место на затылке. Но бык быстро вскинул голову, и удар не попал в цель. Бык следил теперь глазами за шпагой. Когда же Ордоньес пошевелил ногой плащ, лежавший на песке, бык забыл о шпаге и снова опустил голову, чтобы обнюхать его. Матадор нанес удар — и опять промахнулся. Это повторилось несколько раз. Положение было нелепое. Джон Харнед все молчал. Но вот наконец шпага попала в цель, бык упал мертвым. Тотчас впрягли мулов и уволокли его с арены.</p>
     <p>— Значит, гринго <a l:href="#n_809" type="note">[809]</a> находят, что это жестокая забава? — сказал Луис Сервальос. — Что это бесчеловечно по отношению к быку, не так ли?</p>
     <p>— Дело не в быке, — ответил Джон Харнед. — Это зрелище вредное: оно развращает тех, кто его видит, — люди привыкают наслаждаться мучениями животного. Впятером нападать на одного глупого быка — ведь на это же способны только жалкие трусы! И зрителей это учит трусости. Бык умирает, а люди остаются жить и усваивают урок. Зрелище трусости отнюдь не воспитывает в людях храбрость.</p>
     <p>Мария Валенсуэла не промолвила ни слова и даже не взглянула на Джона Харнеда. Но она слышала все, что он сказал, и побледнела от гнева. Глядя на арену, она обмахивалась веером. Я видел, что рука ее дрожит. И Джон Харнед тоже не смотрел на Марию. Он продолжал говорить, словно забыв о ее присутствии, и в голосе его звучал холодный гнев.</p>
     <p>— Это трусливая забава трусливого народа, — сказал он.</p>
     <p>— Ого! — тихо отозвался Луис Сервальос. — Вам кажется, что вы понимаете нас?</p>
     <p>— Да, я теперь понял, что породило испанскую инквизицию, — ответил Джон Харнед. — Она, наверное, доставляла испанцам еще большее наслаждение, чем бой быков.</p>
     <p>Луис Сервальос только усмехнулся и промолчал. Он глянул на Марию Валенсуэлу и убедился, что бой в нашей ложе принес ему желанную победу. Мария больше и знать не захочет гринго, который мог сказать такое! Однако ни Луис, ни я не ожидали того, что произошло.</p>
     <p>Пожалуй, мы все-таки не понимаем американцев. Как мы могли предвидеть, что Джон Харнед, все время, несмотря на свое раздражение, такой сдержанный и холодный, внезапно взбесится? А он действительно сошел с ума, как вы увидите. Не из-за быка это вышло. Он ведь сам сказал, что не в быке дело. Так почему же участь лошади его довела до безумия? Не понимаю. Джон Харнед не способен был логически мыслить — вот единственное возможное объяснение.</p>
     <p>— В Кито обычно лошадей не выводят на бой быков, — сказал Луис Сервальос, поднимая глаза от программы. — Это принято только в Испании. Но сегодня по особому разрешению пустят в ход и лошадей. Когда выйдет следующий бык, мы увидим на арене лошадей и пикадоров — знаете, всадников с копьями.</p>
     <p>— А что, лошади тоже обречены заранее, как и бык? — спросил Джон Харнед.</p>
     <p>— Им надевают наглазники, чтобы они не видели быка, — пояснил Луис Сервальос. — И много их было убито на моих глазах. Эффектное зрелище!</p>
     <p>— Как зарезали быка, я уже видел. Теперь увижу еще как убивают лошадей. И тогда, быть может, вполне постигну все тонкости этого благородного спорта, — сказал Джон Харнед.</p>
     <p>— Лошадей всегда берут старых, — заметил Луис Сервальос. — Таких, которые ни на что уже не годятся.</p>
     <p>— Ясно, — сказал Джон Харнед.</p>
     <p>Выпустили третьего быка, и кападоры и пикадоры принялись дразнить его. Один пикадор остановился как раз под нашей ложей. Лошадь его действительно была старая, облезлая — кожа да кости.</p>
     <p>— Просто чудо, что эта бедная кляча выдерживает тяжесть всадника, — заметил Джон Харнед. — А чем же лошадь вооружена для боя с быком?</p>
     <p>— Лошади вовсе не дерутся с быком, — сказал Луис Сервальос.</p>
     <p>— Вот как! Значит, лошадь выводят только для того, чтобы бык ее забодал? И ей надевают наглазники, чтобы она не видела быка, когда он кидается на нее?</p>
     <p>— Не совсем так, — возразил я. — Копье пикадора не дает быку забодать лошадь.</p>
     <p>— Значит, лошади редко гибнут на арене? — допытывался Джон Харнед.</p>
     <p>— Часто, — вмешался Луис Сервальос. — В Севилье на моих глазах в один день было убито восемнадцать лошадей, а публика все шумела, требуя, чтобы вывели новых.</p>
     <p>— И те лошади тоже были в наглазниках, как и эта? — спросил Джон Харнед.</p>
     <p>— Да, разумеется, — ответил Луис Сервальос. Разговор оборвался. Мы все следили за ходом боя на арене. А Джон Харнед сходил с ума, но мы этого не замечали. Бык на арене не хотел нападать на лошадь, она же стояла спокойно, так как не могла видеть, что кападоры натравливают на нее быка. Они дразнили его плащами, а когда он бросался на них, отбегали к лошади и прятались за прикрытия. Наконец, бык здорово рассвирепел, и тут его внимание привлекла лошадь.</p>
     <p>— А лошадь не знает! Лошадь не знает! — шептал Джон Харнед словно про себя, не сознавая, что говорит вслух.</p>
     <p>Бык наскакивал на лошадь, а она ничего не знала, пока пикадор не промахнулся, и бык не поднял ее на воздух рогами. Это был великолепный, могучий бык! Смотреть на него было настоящим наслаждением. Он рогами поддел лошадь и подкинул ее на воздух. Когда она затем упала на песок, пикадор соскочил с нее и спасся бегством, а кападоры опять стали травить быка. Из распоротого брюха лошади вывалились внутренности, но она еще приподнялась с отчаянным визгом. И, услышав этот предсмертный визг, Джон Харнед совсем обезумел.</p>
     <p>Он встал с места. Я слышал, как он бормотал ругательства. Он не мог оторвать глаз от лошади, а она, не переставая визжать, пыталась бежать, но свалилась на спину и дрыгала ногами в воздухе. Тут бык опять набросился на нее и бодал ее до тех пор, пока она не издохла.</p>
     <p>Джон Харнед стоял у барьера, и глаза его больше не были холодны, как сталь. Они метали голубой огонь. Он посмотрел на Марию Валенсуэлу, а она — на него.</p>
     <p>Лицо его выражало глубочайшее отвращение. В эту минуту нам стало ясно, что он сошел с ума. Люди смотрели теперь на нашу ложу, потому что с лошадью на арене все было кончено, а стоявший у барьера Джон Харнед был высокого роста и всем бросался в глаза.</p>
     <p>— Сядьте, — сказал ему Луис Сервальос. — Не дурите, иначе люди поднимут вас на смех.</p>
     <p>Джон Харнед, ничего не ответив, сжал кулак и ударил Луиса в лицо с такой силой, что тот, как мертвый, упал на стулья и остался лежать. Он уже не видел, что было дальше. Зато я видел. Урсисино Кастильо перегнулся через стенку, разделявшую наши ложи, и тростью хлестнул Джона Харнеда по лицу. А Джон Харнед в ответ нанес ему такой удар кулаком, что Кастильо, падая, сбил с ног генерала Салазара. Джон Харнед был уже в настоящем исступлении. В нем проснулся дикий зверь, пещерный дикарь первобытных времен вырвался на волю.</p>
     <p>— Ага, вы пришли смотреть бой быков, — закричал он. — Но, клянусь богом, я покажу вам, как дерется человек!</p>
     <p>Ну и бой же был! Солдаты, охранявшие ложу президента, бросились в нашу ложу, но Джон Харнед вырвал у одного из них винтовку и стал прикладом дубасить их по головам. Из другой ложи полковник Хасинто Фьерро палил в него из револьвера. Первым выстрелом был убит солдат. Это я видел своими глазами. А вторая пуля угодила Джону Харнеду в бок. Он с проклятиями прыгнул перед и всадил штык винтовки в полковника. Страшно было смотреть!</p>
     <p>Да, американцы и англичане — зверски жестокий народ. Они высмеивают наш бой быков, а для них самих проливать кровь — лучшее удовольствие. В тот день из-за Джона Харнеда убито было больше людей, чем на всех боях быков, какие до сих пор были в Кито, да и в Гваякиле и во всем Эквадоре.</p>
     <p>И все это наделал визг раненой лошади! Но отчего же Джон Харнед не безумствовал, когда убит был бык? Животное есть животное, все равно, лошадь это или бык. Джон Харнед был сумасшедший — только этим и можно все объяснить. Взбесившийся зверь! Ну сами посудите, что хуже: то, что бык забодал лошадь, или то, что Джон Харнед штыком заколол полковника Хасинто Фьерро? И не его одного он заколол тем же штыком! В него словно бес вселился. Уже все тело его было пробито пулями, а он продолжал драться. Не так-то легко было его убить.</p>
     <p>Мария Валенсуэла проявила большое мужество. Она не вопила, не упала в обморок, как другие женщины. Она спокойно сидела в ложе и смотрела на арену. Лицо ее побелело, но она ни разу не повернула головы. Сидела и обмахивалась веером.</p>
     <p>Со всех сторон бежали солдаты, офицеры, народ — храбрые люди, желавшие одолеть безумного гринго. И должен сказать, в толпе кричали, что надо перебить всех гринго. В Латинской Америке этот клич не новость, здесь не любят неотесанных гринго и их странные повадки. Вот и в тот день слышались такие крики, но наши храбрые эквадорцы убили только одного Джона Харнеда, после того как он убил семерых да и немало людей изувечил. Бывал я не раз на бое быков, но не видел зрелища отвратительнее, чем наши ложи после этого побоища. Они походили на поле битвы. Повсюду лежали убитые, стонали раненые и умирающие. Один человек, которому Джон Харнед всадил штык в живот, прижимал к ране обе руки и кричал. И, поверьте, эти крики были куда страшнее визга тысячи издыхающих лошадей.</p>
     <p>Нет, Мария Валенсуэла не вышла замуж за Луиса Сервальоса. И я очень сожалею об этом. Он был мой друг, и я вложил в его предприятия много денег. Только через пять недель врачи сняли у него с лица повязку. И по сей день у него на щеке под глазом остался рубец, хотя Джон Харнед ударил Луиса только раз, да и то кулаком. Мария Валенсуэла сейчас в Австрии. Говорят, она выходит замуж не то за эрцгерцога, не то за какого-то знатного вельможу, не знаю. Мне кажется, она была увлечена Джоном Харнедом до того, как он поехал за ней в Кито на бой быков.</p>
     <p>Но почему все началось из-за лошади — вот что я хотел бы знать! Почему Харнед смотрел на быка и говорил, что не в нем дело, а когда завизжала лошадь, он сразу обезумел? Непонятный народ эти гринго! Варвары они — и больше ничего.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Когда мир был юным</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Он был очень спокойный и хладнокровный человек и потому, вскарабкавшись на стену, стал вслушиваться в сырую тьму, стараясь разгадать, не таится ли где опасность. Но слух его уловил лишь завывание ветра в деревьях да шелест листвы на раскачивающихся ветвях. По земле, подгоняемый порывами ветра, полз тяжелый, плотный туман, и хотя он ничего не видел, зато ощущал влажное его дыхание на своем лице. Стена, на которой он сидел, тоже была влажной.</p>
      <p>Так же бесшумно, как только что он вскарабкался на стену снаружи, человек соскользнул внутрь. Он достал из кармана электрический фонарик, но не зажег его. Лучше обойтись без света, решил он, хотя кругом царила кромешная тьма. Зажав фонарь в руке и держа палец на кнопке выключателя, он стал подвигаться вперед. Земля была мягкой и слегка пружинила под ногами, потому что ее устилал многолетний слой мертвой хвои, листьев и мха. Ветви цеплялись за одежду, но разглядеть их во тьме и обойти было невозможно. Он протянул руку и стал продвигаться ощупью, но рука то и дело натыкалась на толстые стволы огромных деревьев. Кругом высились эти деревья, они подступали со всех сторон, и он вдруг почувствовал, насколько он микроскопически мал среди гигантских стволов, которые нависали над ним, как бы угрожая раздавить. Где-то там, за деревьями, находился дом, и он надеялся отыскать какую-нибудь дорожку или извилистую тропинку, которая привела бы его туда.</p>
      <p>Однажды ему почудилось, будто он попал в ловушку. Куда бы он ни повернулся, он всюду натыкался на стволы, сучья или на густой кустарник; выхода, казалось, не было. Тогда он осторожно зажег фонарь, сначала направив луч на землю, туда, где стоял. Он медленно обводил лучом вокруг себя, и яркий белый свет выхватывал из темноты во всех подробностях преграды на его пути. Потом между двумя огромными деревьями он заметил проход и, погасив фонарь, двинулся туда, стараясь ступать по сухому: густая листва наверху не давала кое-где осесть туману. Он умело ориентировался и знал, что идет к дому.</p>
      <p>И тут случилось нечто неожиданное, немыслимое. Его нога ступила на что-то мягкое и живое, и это что-то зафыркало под его тяжестью и стало подниматься. Он отпрыгнул в сторону и замер в напряженном ожидании, готовый броситься прочь или отразить нападение неизвестного существа. Он подождал немного, пытаясь угадать, что за животное выскочило у него из-под ног, а теперь застыло в неподвижности, без единого звука, так же, очевидно, пригнувшись и настороже, как и он сам. Напряжение становилось невыносимым. Держа фонарь перед собой, он нажал кнопку и закричал от ужаса. Он был готов увидеть что угодно — от напуганного теленка или молодого оленя до кровожадного льва, — но то, что он увидел, явилось полнейшей для него неожиданностью. На какое-то короткое мгновение тонкий и белый луч фонаря осветил то, что тысячи лет не изгладят из его памяти — огромного человека с рыжей гривой и бородой; руки, ноги, плечи, большая часть груди были у него обнажены, и только у пояса болталось нечто вроде козлиной шкуры, а ноги были обуты в мокасины из дубленки. Кожа у него была гладкая, без растительности, но потемневшая от солнца и ветра; под ней. точно толстые змеи, тяжелыми узлами сплетались мускулы.</p>
      <p>Но даже не появление этого существа, как бы неожиданно оно ни было, заставило человека закричать. Ужас его вызвали невыразимая свирепость в том лице, какой-то животный, дикий блеск голубых глаз, которые почти не ослепил свет, иголки хвои, запутавшиеся в волосах и бороде, огромное тело, изогнувшееся для прыжка. Все это он увидел в одно мгновение. Не успел его крик затихнуть, как существо прыгнуло вперед, а он швырнул в него фонарь и бросился наземь. Он почувствовал его ноги у себя на спине и рванулся в сторону. Существо не удержалось на ногах и тяжело рухнуло в кустарник.</p>
      <p>Когда стих треск ветвей, человек замер на четвереньках и прислушался. Существо рыскало неподалеку, и он опасался, что обнаружит свое присутствие, если тронется с места. Непременно хрустнет какая-нибудь ветка, и тогда существо припустится за ним. Он даже вытащил револьвер, но передумал. К нему вернулось самообладание, и он надеялся теперь убраться потихоньку. Он слышал, как странное существо несколько раз принималось колотить по кустам, стараясь обнаружить его, а потом останавливалось и, очевидно, прислушивалось. Это навело человека на одну мысль. Под рукой у него случился кусок засохшего дерева. Он осторожно обшарил вокруг себя руками, дабы убедиться, что не заденет ничего, когда размахнется, потом поднял деревяшку и бросил ее. Деревяшка была небольшая, ему удалось далеко закинуть ее, и она с шумом упала в кусты. Он слышал, как существо метнулось к тому месту, и тут же пополз прочь. Он полз на четвереньках, медленно и осторожно, пока колени его не стали мокрыми от сырой земли. Когда он останавливался и прислушивался, до него доносились лишь завывание ветра и стук падающих с ветвей капель. Все так же осторожно он поднялся, подбежал к стене, перелез через нее и спрыгнул на дорогу.</p>
      <p>Ощупью пробираясь сквозь кусты, он вывел велосипед и приготовился сесть на седло. Он как раз переводил одной ногой передачу, чтобы поставить педаль в удобное положение, когда услышал, как на землю легко и, по-видимому, прямо на ноги спрыгнуло то существо. Он тут же побежал, держа велосипед за руль, потом, разогнавшись, прыгнул на седло, поймал педали и рванулся вперед. Он услышал позади частое топанье ног по пыльной дороге, но наддал ходу и ушел от преследования.</p>
      <p>К несчастью, он в спешке покатил в сторону, противоположную городу, и теперь поднимался к холмам Он хорошо знал, что на этой дороге нет ответвлений и вернуться в город можно единственно поехав назад, мимо того чудовища, а он не находил в себе сил решиться на такой подвиг. Часа через полтора, на каком-то подъеме, который с каждым шагом становился круче, он слез с велосипеда. Оставив его на обочине дороги, он для вящей безопасности перелез через ограду, попав, как он решил, на выгон, расстелил там на земле газету и сел.</p>
      <p>— Ну и ну! — проговорил он, вытирая с лица пот и капли влаги. — Ну и ну! — повторил он, сворачивая сигарету и раздумывая, как бы пробраться к городу.</p>
      <p>Но он так и не тронулся с места. Ему не хватило решимости ехать той же дорогой в темноте, и, ожидая рассвета, он уронил голову на колени и задремал.</p>
      <p>Человек не знал, сколько прошло времени, когда проснулся, разбуженный тявканьем молодого койота. Оглядевшись и увидев койота на краю холма позади себя, он заметил, как изменился облик ночи. Туман рассеялся, на небе высыпали звезды и выплыла луна, даже ветер приутих. Стояла мягкая летняя калифорнийская ночь. Он снова опустил голову на колени, но тявканье не давало ему заснуть. Почти в полусне он вдруг услышал какое-то дикое, жуткое пение. Подняв голову, он увидел, как по гребню холма, перестав лаять, бежит койот, а за ним, тоже молча, мчится то нагое существо, которое он встретил в саду. Койот был молодой и сильный, но существо, как он успел заметить, настигало его; потом они скрылись из виду. Человек поднялся, перелез через ограду и вскарабкался на велосипед. Его било как в лихорадке, но надо было спешить, ибо это — единственный шанс на спасение. Чудовище больше не преграждало путь к Мельничной Долине.</p>
      <p>Он несся по уклону с головокружительной быстротой, но на повороте в низине, там, где на дорогу падали густые тени, колесо попало в выбоину, и он вылетел через руль из седла.</p>
      <p>— Не везет, так не везет, — бормотал он, разглядывая сломанную переднюю вилку.</p>
      <p>Потом, взвалив велосипед на плечи, он двинулся пешком. Спустя некоторое время он добрался до каменной ограды сада и, дабы удостовериться, что с ним действительно случилось то странное происшествие, стал искать следы на дороге. Вот они! Огромные, глубоко ушедшие у пальцев в землю, следы мокасин. Он наклонился, рассматривая их, и тут снова услышал жуткое пение. Он видел, как чудовище гналось за койотом, и понял, что ему не убежать. Он и не пытался обратиться в бегство, решив, что лучше спрятаться в тени на дальней, от стены, стороне дороги.</p>
      <p>Затем он снова увидел то существо, похожее на голого человека — оно быстро, легко бежало и пело на ходу. Потом оно остановилось как раз напротив человека, и сердце у того замерло. Но существо не направилось к тому месту, где он укрылся; подпрыгнув, оно ухватилось за сук стоявшего у дороги дерева и, перебирая руками, быстро, по-обезьяньи, вскарабкалось наверх. Оттуда оно перемахнуло через стену, футах в десяти от нее уцепилось за ветви другого дерева, а потом спрыгнуло на землю в сад. Человек в недоумении постоял несколько минут, потом потихоньку пошел прочь.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Дейв Слоттер воинственно облокотился на перегородку, отделявшую приемную от кабинета Джеймса Уорда, старшего компаньона фирмы «Уорд, Ноулз и Ко». Дейва злило, что посматривают на него как-то подозрительно, особенно тот, который стоял перед ним.</p>
      <p>— Передайте мистеру Уорду, что я по очень важному делу, — наседал Дейв.</p>
      <p>— Я объяснил вам, что мистер Уорд сейчас занят: он диктует стенографистке, — отвечал человек. — Приходите завтра.</p>
      <p>— Завтра будет поздно! Доложите ему, что речь идет о жизни или смерти.</p>
      <p>Секретарь заколебался, и Дейв поспешил воспользоваться случаем.</p>
      <p>— Скажите ему, что вчера вечером я был в Мельничной Долине, там, за заливом, и хочу кое-что сообщить.</p>
      <p>— Как доложить? — осведомился секретарь.</p>
      <p>— Он не знает меня.</p>
      <p>Дейв все еще пребывал в воинственном расположении духа, когда его провели в кабинет, но пыл его поостыл, как только он увидел крупного рыжеволосого мужчину, который, закончив фразу стенографистке, повернулся на вращавшемся кресле к нему. Дейв не знал, почему у него пропал пыл, и злился на себя в душе.</p>
      <p>— Вы мистер Уорд? — Он не нашел ничего лучшего, как задать этот глупый вопрос, и оттого разозлился на себя еще больше. Он вовсе не собирался задавать этот вопрос.</p>
      <p>— Да, — отвечал мужчина. — А кто вы?</p>
      <p>— Гарри Бэнкрофт, — соврал Дейв. — Вы меня не знаете, и мое имя ничего не скажет вам.</p>
      <p>— Вы передали, что вчера вечером были в Мельничной Долине. Ну и что?</p>
      <p>— Вы ведь там живете? — в свою очередь, спросил Дейв, выразительно поглядев в сторону стенографистки.</p>
      <p>— Да, я там живу. По какому делу вы хотели меня видеть? Я очень занят.</p>
      <p>— Мне хотелось бы проговорить с вами наедине. Мистер Уорд оглядел его быстрым, оценивающим взглядом, подумал и сказал:</p>
      <p>— Мисс Поттер, сделаем перерыв на несколько минут.</p>
      <p>Девушка поднялась, собрала свои бумаги и вышла из кабинета. Дейв с любопытством взирал на мистера Джеймса Уорда, пока тот не прервал цепь зарождавшихся мыслей посетителя.</p>
      <p>— Итак…</p>
      <p>— Вчера вечером я был в Мельничной Долине, — запинаясь, начал Дейв.</p>
      <p>— Это я уже слышал. Что вам угодно?</p>
      <p>В Дейве крепло совершенно немыслимое предположение, но он продолжал:</p>
      <p>— Я был в вашем доме, вернее, в вашем саду.</p>
      <p>— Что вы там делали?</p>
      <p>— Я хотел ограбить вас, — откровенно ответил Дейв. — Мне стало известно, что вы живете один с поваром-китайцем, и я решил, что дело безопасное. Но я не попал в дом. Мне помешали. Вот почему я здесь. Я пришел предупредить вас: в вашем саду бегает какой-то дикарь, сущий дьявол, скажу я вам. Такого, как я, на кусочки разорвет. Мне едва удалось спастись. Он совсем почти голый, лазает по деревьям, как обезьяна, и бегает, как олень. Я видел, как он гнался за койотом, и, черт побери, он, кажется, догнал его.</p>
      <p>Дейв замолчал, ожидая, какое впечатление произведет его рассказ. Но рассказ не произвел никакого впечатления. Джеймс Уорд выслушал Дейва со спокойным интересом, не более того.</p>
      <p>— Странно, весьма странно, — негромко произнес он. — Так вы говорите, — дикарь? А зачем вы рассказали об этом мне?</p>
      <p>— Чтобы предупредить вас об опасности. Я в некотором роде тоже опасен, но чтоб убивать людей… то есть, если нет крайней необходимости. Вам угрожает опасность, и я решил предупредить о том. Вот и все, можете мне поверить. Само собой, если бы вы пожелали вознаградить меня за хлопоты, я бы не отказался. Это я тоже имел в виду. Впрочем, мне безразлично, отблагодарите вы меня или нет. Я рассказал вам все и выполнил свой долг.</p>
      <p>Мистер Уорд задумчиво барабанил пальцами по столу. Дейв обратил внимание, что руки у него были большие, крепкие и ухоженные, несмотря на темный загар. Он снова посмотрел на крошечный кусочек пластыря тельного цвета над бровью, который бросился ему в глаза, как только он вошел. И все же он никак не мог принять ту мысль, что настойчиво лезла в голову.</p>
      <p>Мистер Уорд достал бумажник из внутреннего кармана пиджака, и вытянув оттуда банкноту, отдал ее Дейву. Убирая бумажку в карман, тот успел заметить, что банкнота была достоинством в двадцать долларов.</p>
      <p>— Благодарю вас, — сказал мистер Уорд, давая понять, что разговор окончен. — Я непременно попрошу проследить за этим делом. Дикарь в собственном саду — это действительно небезопасно.</p>
      <p>Но настолько невозмутим был мистер Уорд, что Дейв осмелел. Кроме того, ему явилась новая мысль. А что, если дикарь — лунатик, которого упрятали с глаз, и доводится мистеру Уорду братом. Дейв слышал о таких случаях. Очевидно, мистер Уорд не хочет, чтобы дело получило огласку. Вот и сунул ему двадцать долларов.</p>
      <p>— Послушайте, — начал Дейв, — мне только что пришло в голову, что тот дикарь здорово похож на вас…</p>
      <p>Дейв не нашел сил продолжать, пораженный переменой в облике своего собеседника: он увидел те же невыразимо свирепые голубые глаза, что горели в темноте прошлой ночью, те же скрюченные, точно когти, руки, то же огромное тело, изготовившееся для прыжка. На этот раз у Дейва не было фонаря, который он мог бы швырнуть в лицо, поэтому в тот же миг плечи его сжало железное объятие, и он застонал от боли. Он увидел белые оскаленные клыки, как у собаки, что вот-вот укусит. Борода мистера Уорда терлась о его лицо, зубы приближались к горлу. Но мистер Уорд не укусил. Напротив, Дейв почувствовал, что его противник напрягся, словно зажатый в мощных тисках, затем легко, будто играючи, но с такой силой отшвырнул его, что Дейв отлетел к стене и, ловя ртом воздух, свалился на пол.</p>
      <p>— Шантажировать пришел? — прорычал мистер Уорд. — А ну, отдавай назад деньги.</p>
      <p>Дейв молча протянул банкноту.</p>
      <p>— Я полагал, у тебя добрые намерения. Теперь я вижу, что ты за птица. Убирайся, чтоб духу твоего тут не было, иначе я быстренько упрячу тебя за решетку. Там твое место. Понятно?</p>
      <p>— Да, сэр, — едва проговорил Дейв.</p>
      <p>— А теперь убирайся!</p>
      <p>Дейв молча повернулся и пошел к выходу; от того железного объятия отчаянно болели плечи. Когда он взялся за ручку двери, мистер Уорд заговорил:</p>
      <p>— Скажи спасибо, что дешево отделался. — Глаза у него светились жестокостью и надменностью. — Я бы тебе руки оторвал, если бы захотел, и в мусорную корзинку выбросил.</p>
      <p>— Понимаю, сэр, — с полной убежденностью в голосе отвечал Дейв.</p>
      <p>Он открыл дверь и вышел. Секретарь вопросительно поднял голову.</p>
      <p>— Ну и ну, — единственно и произнес Дейв, покидая приемную мистера Уорда, а заодно и наш рассказ.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Джеймсу Дж. Уорду стукнуло сорок лет, он был весьма преуспевающий бизнесмен и очень несчастный человек. В течение сорока лет он тщетно пытался разрешить проблему собственной личности, и эта проблема с каждым годом становилась все более страшным несчастьем. В его телесной оболочке обитали как бы два человека, и с точки зрения времени их разделял промежуток в несколько тысяч лет или около того. Он изучил проблему раздвоения личности более тщательно, чем любой из специалистов в этой запутанной и загадочной области психологии. В литературе он не нашел случая, подобного своему. Даже в описаниях беллетристов, отличающихся буйным полетом фантазии, он не обнаружил ничего похожего. Он не был ни доктором Джекиллом, ни мистером Хайдом <a l:href="#n_810" type="note">[810]</a>, ни тем несчастным молодым человеком из киплинговской «Самой великой истории на свете». Обе личности в нем были так слиты, что все время каждая из них знала о соседстве другой.</p>
      <p>Одна личность была личностью человека современного воспитания и образования, обитавшего в последней четверти девятнадцатого века и первом десятилетии двадцатого. Другая личность принадлежала дикарю, варвару, обитавшему в условиях первобытного существования тысячи лет назад. И Джеймс Уорд так и не мог решить, кем именно был он, ибо постоянно ощущал в себе обе личности. Почти не случалось так, чтобы одно его «я» не знало, что делает другое. Кроме того, к нему не приходили ни видения прошлого, в котором существовало его первобытное «я», ни даже воспоминания о нем. Эта первобытная личность жила сейчас, в настоящем времени, но тем не менее ее всегда тянуло к образу жизни, который приличествовал тому далекому прошлому.</p>
      <p>В детстве он был сущим наказанием для матери, отца и докторов, пользовавших семью, хотя никто даже не приблизился к разгадке странного поведения Джеймса. Никто не мог понять, к примеру, откуда у мальчика чрезмерная сонливость в утренние часы и чрезмерный подъем вечером. Не раз видели, как он ночью бродил по коридорам, лазал по крышам на головокружительной высоте или бегал по холмам, и все решили, что мальчик — лунатик. На самом же деле он вовсе не спал- первобытные импульсы толкали его бродить по ночам. Однажды он рассказал правду какому-то недалекому лекарю, но в ответ за откровенность тот презрительно высмеял его и назвал все «выдумкой». Однако каждый раз, когда спускались сумерки и наступал вечер, сон словно бежал прочь от Джеймса Уорда. Стены комнаты казались клеткой, раздражали. Он слышал в темноте тысячи каких-то голосов, разговаривающих с ним. Ночь звала его, ибо из всех частей суток именно ночь гнала его из дома. Никто ничего не мог понять, а он не пытался объяснить. Его считали лунатиком и принимали соответствующие меры предосторожности, но они в большинстве случаев оказывались тщетными. С возрастом мальчик становился хитрее, так что чаще всего проводил ночи на открытом воздухе, наслаждаясь свободой. Потом, разумеется, спал до полудня. Поэтому утренние занятия исключались, и лишь днем нанятые учителя могли научить юного Джеймса кое-чему. Так воспитывалась и развивалась современная личность мистера Уорда.</p>
      <p>Да, ребенком он был сущим наказанием, таким потом и остался. Он слыл за злого, бессмысленно жестокого чертенка. Домашние врачи в душе считали его умственным уродом и дегенератом. Приятели-мальчишки, которых насчитывались единицы, превозносили его как «силу», но страшно боялись. Он лучше всех лазал по деревьям, быстрее всех плавал и бегал — словом, был самым отчаянным сорванцом, и никто не осмеливался задирать его. Он моментально впадал в ярость и в порыве гнева обладал феноменальной силой.</p>
      <p>Когда Джеймсу было девять лет от роду, он убежал в холмы и больше месяца, пока его не нашли и не вернули домой, жил вольной жизнью, скитаясь по ночам. Каким чудом удалось ему не умереть с голоду и вообще выжить, никто не знал. А он и не думал рассказывать о диких кроликах, которых он убивал, о том, как ловил и пожирал выводки перепелов, делал набеги на курятники на фермах, о том, как соорудил и выстлал сухими листьями и травой берлогу, где наслаждался в тепле утренним сном.</p>
      <p>В колледже Джеймс славился сонливостью и тупостью на утренних лекциях и блестящими успехами на дневных. Занимаясь самостоятельно по пособиям и конспектам товарищей, он кое-как ухитрялся сдавать экзамены по тем ненавистным ему предметам, которые читались по утрам, зато в других предметах, читавшихся днем, успевал преотлично. Он считался в колледже звездой футбола и грозой для противников, в легкой атлетике его тоже привыкли видеть первым, хотя порой он обнаруживал приступы совершенно непонятной ярости. Что касается бокса, то товарищи попросту боялись встречаться с ним: последнюю схватку он ознаменовал тем, что впился зубами в плечо своему противнику.</p>
      <p>После окончания Джеймсом колледжа отец его был в отчаянии, не зная, что делать со своим отпрыском, и наконец решил отправить его на дальнее ранчо в Вайоминг. Три месяца спустя видавшие виды ковбои вынуждены были признаться, что не могут совладать с Джеймсом, и телеграфировали его отцу, чтобы тот забрал назад своего дикаря. Когда отец приехал, ковбои в один голос заявили, что предпочитают скорее иметь дело с завывающими людоедами, заговаривающимися лунатиками, скачущими гориллами, громадными медведями и разъяренными тиграми, чем с этим выпускником колледжа, носившим аккуратный прямой пробор.</p>
      <p>Единственное, что он помнил из жизни своего первобытного «я», был язык. В силу загадочных явлений атавизма в его сознании сохранилось немало слов и фраз первобытного языка. В минуты блаженства, восторга, схватки он имел привычку издавать дикие звуки или разражаться первобытными напевами. Благодаря этим выкрикам и напевам он с точностью обнаруживал в себе ту пережившую свое время личность, которая давным-давно, тысячи поколений назад, должна была бы стать прахом. Однажды он намеренно спел несколько древних мелодий в присутствии известного лингвиста, профессора Верца, читавшего курс древнеанглийского языка и до самозабвения влюбленного в свой предмет. Прослушав первую песню, профессор навострил уши и пожелал узнать, что это — тарабарский жаргон или испорченный немецкий. После второй он пришел в крайнее возбуждение. Джеймс Уорд закончил свое выступление мелодией, которая неудержимо срывалась у него с уст во время схватки или боя. Тогда профессор Верц объявил, что это не тарабарщина, а древнегерманский, вернее, прагерманский такой давней эпохи, о какой языковеды и понятия не имеют. Он даже представить не мог, в какую глухую древность уходил тот язык, и все же опытное ухо профессора улавливало в нем нечто такое, что отдаленно напоминало знакомые архаичные формы. Он пожелал узнать, откуда известны Джеймсу эти песни, и попросил его одолжить ему на время ту бесценную книгу, где они приведены. Кроме того, он пожелал узнать, почему Уорд делал вид, будто он круглый невежда по части германских языков. Уорд, разумеется, не смог ни объяснить, почему держался невеждой, ни дать профессору ту книгу. Тогда после длительных, в течение нескольких недель, уговоров и просьб профессор невзлюбил Уорда и стал называть его шарлатаном и бессовестным эгоистом — подумать только, не позволил и краем глаза заглянуть в тот удивительный список на языке, который был древнее, чем самый древний из тех языков, что когда-либо обращали на себя внимание лингвистов.</p>
      <p>Сообщение о том, что он наполовину современный американец, а наполовину древний тевтонец, отнюдь не способствовало хорошему настроению вконец запутавшегося молодого человека. Современный американец был, однако, сильного характера, так что он, Джеймс Уорд (если он и в самом деле существовал и имел право на самостоятельную жизнь), принудил к согласию, вернее, компромиссу второго человека, что жил в нем, дикаря, который бродил по ночам, не давая спать своему соседу — культурному, изысканному джентльмену, который хотел жить, любить и заниматься делами, как все нормальные люди. Днем и к вечеру он давал волю одной своей личности, ночью — другой, а утром и урывками в ночные часы отсыпался за двоих. Утром он спал в кровати, как всякий цивилизованный человек. Ночью он спал, как дикое животное, среди деревьев, как и в тот момент, когда на него наступил Дейв Слоттер.</p>
      <p>Убедив своего отца ссудить ему значительный капитал, Джеймс Уорд начал заниматься коммерцией, надо признаться, энергично и успешно; он целиком отдавался делам днем, а его компаньон работал по утрам. Покончив с делами, он бывал на людях, но как только время приближалось к девяти или десяти, его охватывало непреодолимое беспокойство, и он поспешно покидал людей до следующего дня. Друзья и знакомые предполагали, что Джеймс Уорд увлечен спортом. И они не ошибались в своем предположении, хотя ни один не догадывался, каким именно видом спорта, даже если бы увидели, как ночью в холмах Мельничной Долины он гоняется за койотами. И никто не верил капитанам каботажных судов, которые утверждали, что не раз холодным зимним утром в проходе Рэкун во время прилива или в быстром течении между островами Козерога и Ангела они видели в нескольких милях от берега плывущего по волнам человека.</p>
      <p>На своей вилле в Мельничной Долине Джеймс Уорд жил в полном уединении, если не считать Ли-Синга, повара-китайца и доверенного, который достаточно знал о странностях своего хозяина, но ему хорошо платили за то, чтобы он держал язык за зубами, и он научился молчать. Вдоволь насладившись ночными прогулками и выспавшись утром, Джеймс Уорд после плотного завтрака, приготовленного Ли-Сингом, в полдень переправлялся на пароме через залив в Сан-Франциско и являлся в клуб или контору таким же нормальным, уравновешенным бизнесменом, как и любой другой в городе. Но вот наступал вечер, и ночь снова звала его. Им овладевало беспокойство, обострялось восприятие. Слух становился чутким, и несметное множество ночных шорохов рассказывало ему знакомую увлекательную повесть. И если он бывал наедине с самим собою, то начинал нетерпеливо мерять шагами тесную комнату, точно хищник, попавший в клетку.</p>
      <p>Однажды он отважился влюбиться. Но с тех пор ни разу не позволял себе подобного развлечения. Он боялся. Дело в том, что некая, насмерть перепуганная молодая леди целую неделю ходила с синяками на руках и плечах, — то были следы ласк, которыми он осыпал ее в приливе нежности, но — увы! — слишком поздно вечером. Случись то свидание днем, все сошло бы превосходно: он был бы обыкновенным, в меру страстным возлюбленным, а не свирепым дикарем из непроходимых германских лесов, умыкающим женщину. Из полученного опыта он заключил, что дневные свидания могут быть успешными, но одновременно пришел к убеждению, что в случае женитьбы семейная жизнь его неминуемо обречена на провал. Он с ужасом представлял себе, как останется наедине с женой после наступления темноты.</p>
      <p>Поэтому Джеймс Уорд сторонился женщин, регулировал свою двойную жизнь, сколачивал первый миллион в деле, избегал деятельных мамаш, жаждущих сбыть с рук молоденьких дочек разного возраста, но с одинаково нетерпеливым огоньком в глазах, встречался с Лилиан Джерсдейл, причем взял за правило никогда не устраивать свиданий позднее восьми вечера, по ночам гонялся наперегонки с койотами, засыпал в лесных берлогах и ухитрялся держать свою жизнь втайне ото всех, за исключением Ли-Синга… а потом и Дейва Слоттера. Его встревожило, что тому парню удалось видеть двух человек, что жили в нем. Правда, он порядком напугал этого громилу, но тот все равно может проболтаться. И даже если он не проболтается, то рано или поздно его тайна все-таки выплывет наружу.</p>
      <p>Так Джеймс Уорд решил сделать еще одну героическую попытку обуздать тевтонца-варвара, который составлял половину его существа. Настолько неукоснительно следовал он правилу встречаться с Лилиан только днем и ранним вечером, что настало время, когда она примирилась с этим — может, оно и к лучшему, а он ревностно молил в душе, чтобы дела не обернулись к худшему. Никакой, наверное, чемпион не готовился к состязанию так усиленно и прилежно, как тренировался в течение этого времени Джеймс Уорд, чтобы покорить к себе дикаря. Помимо всего прочего, он старался так измотать себя за день, чтобы от усталости не слышать потом зова ночи. Он часто отрывался от дел и предпринимал длительные прогулки, охотясь за красным зверем в самых глухих и недоступных уголках в округе, но делал это непременно днем. Вечером, усталый, он возвращался к себе. Дома он установил с десяток гимнастических снарядов, сотни раз проделывая те упражнения, которые другой делал бы десять — двенадцать раз. В качестве уступки самому себе он приказал пристроить внизу открытую веранду, где спал, наслаждаясь по крайней мере пряным запахом ночи. Ли-Синг вечером запирал его там и выпускал только утром, а двойная сетка не давала ему возможности сбежать в лес.</p>
      <p>Наконец в августе он нанял слуг в помощь Ли-Сингу и рискнул пригласить в Мельничную Долину гостей — Лилиан, ее мать, и брата, и человек шесть общих друзей. В течение двух дней он держался превосходно. На третий, засидевшись допоздна за бриджем, Джеймс Уорд имел все основания гордиться собой. Он умело скрывал возникающее порой беспокойство, но случилось так, что Лилиан Джерсдейл оказалась его противником в бридже и сидела справа. Это была хрупкая, как цветок, женщина, и ее хрупкость буквально распалила его в тот вечер. Не то чтобы она меньше нравилась ему в такие минуты — нет, он просто испытывал неудержимое желание схватить ее и растерзать — особенно тогда, когда она выигрывала.</p>
      <p>Он приказал привести в комнату шотландскую борзую, и когда казалось, что мускулы его вот-вот разорвутся от напряжения, он гладил собаку. Почувствовав шерсть под рукой, он немедленно успокаивался и мог продолжать игру. Никто не догадывался, что за беспечным смехом, тонкой, расчетливой игрой радушный хозяин с трудом сдерживает обуревающие его страсти.</p>
      <p>Когда стали расходиться на ночь, Джеймс Уорд намеренно простился с Лилиан на глазах у всех. А после того, как Ли-Синг запер его в комнате, Джеймс Уорд принялся за физические упражнения, вдвое и даже втрое увеличивая их продолжительность, пока, выбившись из сил, не свалился на диван, стоявший на веранде. Пытаясь заснуть, он размышлял над двумя проблемами, которые особенно тревожили его. Прежде всего — эти упражнения. Странная вещь: чем усиленнее он занимался, тем больше прибывало в нем сил. Он, разумеется, вконец изнурял жившего в себе ночного бродягу-тевтонца, но таким образом, сдавалось ему, лишь отодвигал тот роковой день, когда энергия, копившаяся в нем, вдруг прорвется наружу чудовищной, невиданной прежде волной. Другой задачей была женитьба и уловки, к которым придется прибегать, чтобы не оставаться наедине с женой после наступления темноты.</p>
      <p>В Мельничной Долине потом долго ломали голову, откуда в ту ночь забрел туда медведь, хотя участники цирка «Братьев Спрингс», дававшего представления в Сосалито, сбились с ног, разыскивая Большого Бена — самого «крупного медведя в неволе». Но Большой Бен ушел от погони и из полутысячи имений и вилл почему-то выбрал для посещения парк Джеймса Уорда. Первое, что осознал мистер Уорд, когда, дрожа от напряжения, вскочил на ноги, был пламень схватки в груди и древняя боевая песнь на устах. Снаружи доносились заливистый лай и злобное рычание собак. Потом этот адский шум внезапно, словно удар ножом, прорезал пронзительный визг раненой собаки — он знал, что это его собака.</p>
      <p>Не надевая туфель, в одной пижаме он взломал дверь, которую так тщательно запирал Ли-Синг, одним махом сбежал с лестницы и выскочил на улицу. Но как только босые ноги его коснулись гравия, которым была посыпана дорожка, он резко остановился, нагнувшись, пошарил рукой в заветном месте под крыльцом и вытащил огромную сучковатую дубину — верного спутника по безумным ночным приключениям среди холмов. Яростный собачий лай приближался, и, размахивая дубиной, он прыгнул в чащу навстречу ему.</p>
      <p>Встревоженные гости собрались на большой веранде. Кто-то включил свет, но они не видели ничего, кроме своих перепуганных лиц. По другую сторону ярко освещенной дорожки черной стеной стояли деревья. И где-то там, в непроглядной тьме, шла страшная схватка. Оттуда доносились дикие крики животных, вой, рычание, звуки ударов, треск ломающихся под тяжелыми прыжками кустов.</p>
      <p>Волна боя выкатилась из-за деревьев на дорожку как раз перед верандой. И тут они увидели все. Миссис Джерсдейл закричала и, теряя сознание, ухватилась за сына. Лилиан судорожно, так что потом долго ныли кончики пальцев, вцепилась в перила и, застыв от ужаса, смотрела на рыжеволосого, с неистовым огоньком в глазах великана, узнавая в нем человека, который должен стать ее мужем. Мерно взмахивая дубиной, он яростно наносил удары косматому медведю, такому огромному, какого ей ни разу не доводилось видеть.</p>
      <p>Лилиан Джерсдейл было очень страшно за любимого человека, и все же немалую долю того страха внушал он сам. Разве могла она представить, что под крахмальной рубашкой и модным костюмом ее суженого таился такой грозный, величественный дикарь? И разве она знала, каков мужчина в бою? Схватка, что кипела у нее перед глазами, не была, разумеется, схваткой нынешнего времени, и мужчина не был современным человеком. То был не мистер Джеймс Дж. Уорд, бизнесмен из Сан-Франциско, а некто неизвестный и безымянный, какой-то свирепый, первобытный дикарь, который прихотью случая ожил много тысячелетий спустя.</p>
      <p>Продолжая бешено лаять, собаки метались вокруг, бросаясь на медведя и отвлекая его внимание. Как только зверь поворачивался, чтобы отразить нападение сзади, человек прыгал вперед и обрушивал на него свою дубину. Разъяренный медведь снова кидался на противника, но тот отскакивал, стараясь не налететь на собак, отступал, кружил взад и вперед. Тогда собаки опять бросались на медведя, и тот опять огрызался на них.</p>
      <p>Конец схватки был неожиданным. Повернувшись, медведь со всего размаха так хватил собаку лапой, что она с перебитым позвоночником и сломанными ребрами отлетела футов на шесть в сторону. Зверь в человеке впал в неистовство. На губах у него выступила пена, из груди вырвался дикий, нечленораздельный вопль; он рванулся вперед и, размахнувшись, изо всех сил опустил дубинку на голову поднявшегося на задние лапы животного. Даже череп медведя не мог выдержать такого, сокрушительной силы, удара; и зверь рухнул на землю, где его принялись терзать собаки. Человек, перемахнув через рычащую свору, вскочил на медвежью тушу и там, освещенный ярким светом, опираясь на свою дубинку, запел на неизвестном наречии победную песнь — такую древнюю, что профессор Верц отдал бы десять лет жизни, чтобы услышать ее.</p>
      <p>Гости кинулись к победителю, бурно приветствуя его, но тут Джеймс Уорд внезапно посмотрел глазами древнего тевтонца на хрупкую белокурую девушку двадцатого века, которую он любил, и что-то оборвалось в нем. Неверными шагами он направился к ней, потом уронил дубинку и, пошатнувшись, чуть не упал. Что-то случилось с ним. Невыносимо болела голова. Душа, казалось, распадается на части. Он обернулся, следя глазами за взглядами остальных, и увидел обглоданный скелет медведя. Он закричал, рванулся было бежать, но его удержали и бережно отвели в дом.</p>
      <p>Джеймс Дж. Уорд по-прежнему заправляет делами фирмы «Уорд, Ноулз и Ко». Но он не живет теперь за городом и не гоняется лунными ночами за койотами. Живший в нем древний тевтонец умер в ту ночь, когда в Мельничной Долине произошла схватка с медведем. Теперь Джеймс Дж. Уорд — только Джеймс Дж. Уорд и никто больше; ни единую часть своего существа не делит он с бродягой, случайно уцелевшим с тех времен, когда мир был юным. Джеймс Дж. Уорд стал настолько современным человеком, что вполне познал безотчетный страх, который горьким проклятием висит над цивилизацией. Он боится темноты, и мысль о том, чтобы пойти ночью в лес на прогулку, повергает его в смятение. Городской дом Джеймса Уорда — пример порядка и изящества, а хозяин его обнаруживает большой интерес ко всякого рода устройствам, защищающим от взломщиков. По стенам всюду протянуты провода, и после того, как расходятся спать, редкий гость повернется в своей постели без того, чтобы не включился сигнал тревоги. Джеймс Уорд самолично изобрел комбинированный дверной замок без ключей, который можно при переездах носить в жилетном кармане и безбоязненно использовать при любых условиях. Но жена не считает его трусом. Она знает, что муж ее не трус. А он, подобно любой знаменитости, преспокойно почиет на лаврах. Мужество Джеймса Дж. Уорда не ставится под сомнение теми из его друзей, которые знают о происшествии в Мельничной Долине.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Польза сомнения</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Картер Уотсон, зажав под мышкой номер журнала, медленно шел по городу, с любопытством озираясь вокруг. Двадцать лет он не был здесь и теперь замечал везде большие, просто поразительные перемены. В ту пору, когда он, еще мальчуганом, шатался по улицам этого западного городка, здесь было тридцать тысяч жителей, а теперь их насчитывалось триста тысяч. Когда-то улица, по которой он шагал, представляла собой тихий рабочий квартал, а сейчас она кишела китайскими и японскими лавчонками вперемежку с притонами и кабаками самого низкого пошиба. Мирная уличка его юношеских лет превратилась в самый бандитский квартал города.</p>
      <p>Он посмотрел на часы. Половина шестого. В это время дня в таких местах бывает затишье; Уотсон хорошо это знал, но его разбирало любопытство. В течение двух десятков лет, которые он провел в скитаниях, изучая социальные условия во всех странах земного шара, он хранил память о своем родном городе как о мирном и отрадном уголке. Метаморфоза, происшедшая здесь, его ошеломляла. Он решил продолжать прогулку и увидеть своими глазами, до какой степени позора дошел его город.</p>
      <p>Картер Уотсон был наделен чуткой гражданской совестью. Человек состоятельный и независимый, он не любил растрачивать энергию на изысканные званые обеды и чаепития в светском обществе; он был равнодушен к актрисам, скаковым лошадям и тому подобным развлечениям. Его коньком были вопросы морали, и он мнил себя реформатором, хотя деятельность его заключалась преимущественно в том, что он сотрудничал в толстых и тонких журналах и выпускал блестящие умные книги о рабочем классе и обитателях трущоб.</p>
      <p>Некоторые из двадцати семи прославивших его трудов носили такие заглавия: «Если бы Христос явился в Новый Орлеан», «Истощенный рабочий», «Жилищная реформа в Берлине», «Сельские трущобы Англии», «Население Ист-Сайда», «Реформа в противовес революции», «Университетский городок — обитель радикализма» и «Пещерные люди цивилизации».</p>
      <p>Однако Картер Уотсон не был ни одержимым, ни фанатиком. Натыкаясь на ужасы, он не терялся — он их изучал и разоблачал. Не склонен он был и к наивному энтузиазму. Его выручал природный юмор, накопленный годами опыт, философский ум и вялый темперамент; он не верил в молниеносные преобразования, полагая, что общество может совершенствоваться только путем долгой и трудной эволюции. Он не признавал ни коротких путей, ни внезапных перерождений: человечество придет к совершенству лишь путем жертв и страданий, только таким путем осуществлялись до сих пор все социальные реформы.</p>
      <p>В этот летний вечер Картер Уотсон испытывал живейшее любопытство исследователя. Он остановился перед баром, на вывеске которого красовалась надпись «Вендом». У этого заведения было два входа. Одна дверь, видимо, вела прямо к буфетной стойке. Этот вход Картер не стал исследовать. За другой дверью тянулся узкий коридор. Пройдя его, Картер очутился в большой комнате, заставленной столиками и стульями. Здесь не было ни души. В дальнем углу он заметил пианино. Сказав себе мысленно, что сюда еще надо будет вернуться и присмотреться к людям, которые выпивают за этими столиками, он продолжал свой обход.</p>
      <p>Из комнаты небольшой коридорчик вел в кухню, и здесь за столом в одиночестве ужинал Пэтси Хоран, хозяин «Вендома», торопившийся поесть до вечернего наплыва посетителей. Пэтси Хоран был зол на весь мир. Он сегодня встал с левой ноги, и целый день у него ничего не ладилось. Его подчиненные знали, что он нынче не в духе. Но Картеру Уотсону это было неизвестно. Когда он вошел, угрюмый взгляд Пэтси Хорана случайно остановился на пестрой обложке журнала, который Картер держал под мышкой. Пэтси не знал Картера Уотсона, не знал и того, что под мышкой у него попросту иллюстрированный журнал. В своем раздражении Пэтси решил, что незнакомец принадлежит к разряду тех назойливых субъектов, которые портят и уродуют стены его трактира, наклеивая на них или прикалывая кнопками всякие рекламные объявления. С этого и началась вся история. Пэтси, держа в руках нож и вилку, подскочил к Картеру Уотсону.</p>
      <p>— Вон отсюда! — взревел он. — Знаю я ваши штуки!</p>
      <p>Картер Уотсон опешил. Человек вырос перед ним, как чертик из табакерки.</p>
      <p>— Стены пачкать? — кричал Пэтси, изрыгая поток сочных и довольно-таки отвратительных эпитетов.</p>
      <p>— Если я вас чем-нибудь неумышленно обидел…</p>
      <p>Ничего больше посетителю выговорить не удалось. Пэтси перебил его.</p>
      <p>— Заткни глотку и убирайся прочь! — изрек он, для большей убедительности размахивая ножом и вилкой.</p>
      <p>Картер Уотсон мгновенно представил себе, как вилка вонзается ему в бок, и, поняв, что благоразумнее будет «заткнуть глотку», быстро пошел к двери. Но его покорное отступление, видимо, еще больше разъярило Пэтси Хорана, ибо сей достойный джентльмен, выронив из рук и вилку и нож, кинулся на него.</p>
      <p>Пэтси Хоран весил сто восемьдесят фунтов. Столько же весил и Уотсон. В этом отношении шансы были равны. Но Пэтси был просто напористый и грубый трактирный забияка, тогда как Уотсон был искусный боксер. В этом заключалось его преимущество. Сильно размахнувшись, Пэтси промазал, попав кулаком в пустоту. Уотсону следовало ударить его наотмашь и бежать. Но Уотсон обладал и другим преимуществом: опыт, приобретенный при исследовании трущоб и гетто, воспитал в нем выдержку. Круто обернувшись, он, вместо того чтобы нанести удар, быстро нагнулся, избегнув удара противника. У Пэтси, который ринулся вперед, как бык, была сила разбега, тогда как у Уотсона в момент, когда он повернулся, ее не было. В результате оба всей тяжестью своих трехсот шестидесяти фунтов с грохотом рухнули на пол, причем Уотсон очутился под противником.</p>
      <p>Он лежал у задней стены, — и до двери на улицу было сто пятьдесят футов, — необходимо было быстро что-нибудь придумать. Прежде всего — избежать скандала! Ему вовсе не хотелось, чтобы его имя попало в газеты города, где он вырос и где у него еще много родственников и старых друзей.</p>
      <p>Он обхватил тело лежавшего на нем человека, крепко стиснул его и стал ждать помощи, которая должна была явиться в ответ на шум, вызванный их падением. И помощь явилась: шестеро мужчин вбежали из зала и полукругом обступили лежавших.</p>
      <p>— Снимите его, ребята! — сказал Уотсон. — Я его не трогал и не желаю с ним драться.</p>
      <p>Но зрители хранили молчание. Уотсон держал своего противника и ждал. После ряда неудачных попыток ударить Уотсона Пэтси начал переговоры:</p>
      <p>— Уберите руки, тогда я слезу.</p>
      <p>Уотсон отпустил его, но Пэтси, вскочив и наклонившись над лежащим противником, замахнулся на него.</p>
      <p>— Вставай! — скомандовал он.</p>
      <p>Голос его звучал грозно и неумолимо, подобно гласу божию в день страшного суда, и Уотсон понял, что пощады ждать нечего.</p>
      <p>— Отойдите прочь, и я встану, — возразил он.</p>
      <p>— Вставай, если ты порядочный человек! — крикнул Пэтси; его бледно-голубые глаза пылали яростью, и кулак сжался для сокрушительного удара.</p>
      <p>В тот же миг он отвел ногу назад, чтобы пнуть противника в лицо. Скрестив руки, Уотсон загородил ими лицо и вскочил на ноги так проворно, что успел схватить противника прежде, чем тот изловчился для удара. Не выпуская его, он обратился к свидетелям:</p>
      <p>— Уберите его от меня, ребята! Вы видите, я его не бью. Я не лезу в драку. Я хочу уйти отсюда.</p>
      <p>Круг оставался недвижим и безмолвен. Молчание это принимало зловещий характер, и у Уотсона захолонуло сердце. Пэтси сделал попытку свалить его с ног, но Уотсон опрокинул его на спину и устремился к выходу. Однако зрители толпою загородили ему дорогу. Он обратил внимание на их лица — бледные, одутловатые лица людей, никогда не видящих солнца, — и понял, что это ночные хищники городских трущоб. Его оттеснили назад к Пэтси, и тот опять кинулся на него. Уотсон обхватил его и, пользуясь минутой передышки., снова воззвал к шайке. Но обращение его осталось гласом вопиющего в пустыне. Ему стало жутко. Он знал немало случаев, когда в таких притонах посетителям-одиночкам ломали ребра, увечили, забивали их да смерти. Он понял также, что, если хочет спастись, не должен наносить ударов ни нападающему, ни его пособникам.</p>
      <p>Но в нем заговорило справедливое возмущение. Семеро против одного — это никак нельзя назвать честной игрой! Он злился, в нем просыпался дремлющий в человеке зверь, жаждущий боя. Но он вспомнил о жене и детях, о неоконченной книге, о своем обширном — в десять тысяч акров — ранчо в горах, которое он так любил. Мимолетным видением сверкнуло перед ним голубое небо, залитые солнцем, усеянные цветами луга, скот, лениво бредущий по колено в воде, форели в ручьях. Жизнь была хороша, слишком хороша, чтобы рисковать ею из-за минутной вспышки животной ярости! Словом, Картер Уотсон быстро остыл и ощутил страх.</p>
      <p>Его противник, крепко взятый в тиски, силился вырваться. Уотсон снова положил его на пол, бросился к двери, но был оттеснен компанией мучнистолицых сообщников Пэтси. Опять пришлось ему увернуться от кулаков Пэтси и взять его в тиски. Это повторялось много раз. Уотсон становился все спокойнее и увереннее, а озадаченный Пэтси, спасовав перед противником, все больше распалялся дикой яростью. Зажатый Уотсоном в тиски, он стал колотиться о него головой. Сначала ударился лбом о нос Уотсона. В последовавших за этим схватках Уотсон прижимался лицом к груди Пэтси. Разъяренный Пэтси стал колотиться головой об его темя и таким манером подбил себе собственный глаз, нос и щеку. И чем больше Пэтси причинял себе увечий, тем ожесточеннее колотился он головой о голову противника. Это одностороннее побоище продолжалось минут двенадцать — пятнадцать. Уотсон не нанес ни единого удара и лишь старался увертываться. Когда он в минуты передышки, кружась между столами, делал попытки продвинуться к выходу, люди с меловыми лицами хватали его за полы и отбрасывали назад к Пэтси. По временам — это повторялось множество раз — Картер, повертев Пэтси, клал его на обе лопатки, стараясь в то же время приблизиться к двери.</p>
      <p>В конце концов, без шапки, растрепанный, с окровавленным носом и подбитым глазом, Уотсон выскочил на улицу и попал в объятия полисмена.</p>
      <p>— Арестуйте этого человека! — задыхаясь, выговорил Уотсон.</p>
      <p>— Привет, Пэтси, — сказал полисмен. — Из-за чего перепалка?</p>
      <p>— Здорово, Чарли, — был ответ. — Этот тип входит…</p>
      <p>— Арестуйте этого человека, полисмен! — повторил Уотсон.</p>
      <p>— Пошел! Пошел! Проваливай! — сказал Пэтси.</p>
      <p>— Проваливай! — поддержал его полисмен. — А не уйдешь, так я тебя засажу куда следует.</p>
      <p>— Не уйду, пока вы не арестуете этого человека. Он ни с того ни с сего напал на меня.</p>
      <p>— Верно это, Пэтси? — спросил полисмен.</p>
      <p>— Нет. Я все расскажу тебе, Чарли, и, клянусь богом, у меня есть свидетели. Сижу я у себя в кухне за миской супа, как вдруг входит этот парень и начинает приставать ко мне. Я его сроду не видел! Он был пьян…</p>
      <p>— Посмотрите на меня, полисмен, — запротестовал возмущенный социолог. — Разве я пьян?</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_097.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>Полицейский окинул его угрюмым, враждебным взглядом и кивнул Пэтси в знак того, что он может продолжать.</p>
      <p>— Понимаешь, входит он и начинает хулиганить. «Я Тим Мак-Грэт, говорит, я могу сделать с тобой все, что хочу. Руки вверх». Я засмеялся, а он двинул меня раз, другой, разлил мой суп. Посмотри на мой глаз. Я чуть живой!</p>
      <p>— Ну, что вы намерены сделать, полисмен? — спросил Уотсон.</p>
      <p>— Ступай, ступай, не то арестую!</p>
      <p>Тут в душе Картера Уотсона вспыхнуло благородное негодование свободного гражданина.</p>
      <p>— Я протестую…</p>
      <p>Но полицейский в тот же миг схватил его за плечо и тряхнул так свирепо, что Картер чуть не упал.</p>
      <p>— Пойдем, ты арестован!</p>
      <p>— Арестуйте же и его! — потребовал Уотсон.</p>
      <p>— И не подумаю! — был ответ. — Зачем ты напал на него, когда он мирно ел свой суп?</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Картер Уотсон был не на шутку взбешен. Мало того, что на него напали, сильно избили и его же потом арестовали, — все утренние газеты вышли с сенсационными заметками о его якобы пьяной ссоре с хозяином знаменитого «Вендома». В заметках не было ни слова правды. Пэтси Хоран и его приятели описали драку со всеми подробностями. Они утверждали, что Картер Уотсон был пьян. Его будто бы трижды выбрасывали в канаву, а он трижды возвращался в трактир, вопя, как бешеный, что разнесет все заведение. «Выдающийся социолог арестован в пьяном виде!» — прочел Уотсон на первой странице одной из газет, поместившей его увеличенный портрет. Другие заголовки гласили:</p>
      <cite>
       <p>«Картер Уотсон домогается звания чемпиона!»</p>
       <p>«Картер Уотсон получил по заслугам!»</p>
       <p>«Известный социолог пытался разгромить кабак!»</p>
       <p>«Картер Уотсон нокаутирован Пэтси Хораном в три раунда!»</p>
      </cite>
      <p>Выпущенный на поруки, Картер Уотсон на следующее же утро явился в полицейский суд в качестве ответчика «по иску народа к Картеру Уотсону, обвиняемому в нападении на некоего Пэтси Хорана и избиении оного». Но прежде, чем приступить к делу, прокурор, которому платят жалованье за обвинение всех обидчиков «народа», отвел Уотсона в сторону и завел с ним неофициальный разговор.</p>
      <p>— Не лучше ли замять это дело? — сказал прокурор. — Мой вам совет, мистер Уотсон: помиритесь с мистером Хораном, пожмите друг другу руки, и все! Одно мое слово судье — и дело будет прекращено.</p>
      <p>— Но я вовсе не желаю замять его, — возразил Уотсон. — Ваша обязанность меня обвинять, а не предлагать мне помириться с этим… этим субъектом!</p>
      <p>— О, я буду вас обвинять, не беспокойтесь! — резко сказал прокурор.</p>
      <p>— Вам придется выступать и против этого Пэтси Хорана, — предупредил Уотсон, — потому что я подам на него в суд за нападение и побои.</p>
      <p>— Лучше бы вам пожать друг другу руки и прекратить дело, — повторил прокурор, и на этот раз в его голосе слышалось что-то похожее на угрозу.</p>
      <p>Оба дела были назначены к слушанию через неделю у полицейского судьи Уитберга.</p>
      <p>— У тебя нет шансов выиграть дело, — сказал Уотсону его друг детства, бывший издатель самой крупной газеты в городе. — Конечно, все понимают, что этот субъект избил тебя. Про него идет самая дурная слава. Но это тебе нисколько не поможет. Оба дела будут прекращены. И только потому, что ты — это ты. Человек менее известный был бы осужден.</p>
      <p>— Ничего не понимаю! — воскликнул озадаченный социолог. — На меня ни с того ни с сего напали, жестоко избили, а я не нанес ни одного удара. И я же…</p>
      <p>— Это неважно, — прервал Картера его собеседник.</p>
      <p>— А что же, скажи?</p>
      <p>— Сейчас тебе объясню. Ты восстал против местной полиции и всей политической машины. Кто ты такой? Ты даже не житель нашего города. Здесь у тебя нет избирательного права, ты не можешь иметь никакого влияния на избирателей. А владелец этого кабака командует множеством избирателей в своем районе — он может обеспечить голоса на выборах!</p>
      <p>— Не хочешь ли ты сказать, что судья Уитберг способен изменить своему долгу и присяге и оправдать этого скота?</p>
      <p>— Увидишь сам, — мрачно ответил приятель. — О, он это сделает очень ловко! Он вынесет архизаконное, архиюридическое решение, изобилующее всеми имеющимися в наших словарях словами о праве и справедливости.</p>
      <p>— Но у нас есть газеты! — воскликнул Уотсон.</p>
      <p>— Газеты не воюют с властями. Они разделают тебя под орех. Смотри, как они уже успели навредить тебе!</p>
      <p>— Стало быть, эти молодчики не напишут правды в протоколе?</p>
      <p>— Они напишут что-нибудь настолько правдоподобное, что публика поверит им. Разве ты не знаешь, что они пишут протоколы по инструкциям свыше? Им прикажут исказить истину — и тебе не поздоровится, когда они это сделают. Лучше теперь же покончить с этим. Ты влип в скверную историю!</p>
      <p>— Но дело ведь назначено к слушанию!</p>
      <p>— Только захоти — и они его прекратят. Человек не может бороться с машиной, если только его не поддерживает другая машина.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Картер Уотсон был упрямый человек. Он понимал, что машина раздавит его, но он всю жизнь стремился обогатить свой социальный опыт, а данный случай представлял собой несомненно нечто новое.</p>
      <p>В утро суда прокурор сделал еще одну попытку уладить дело.</p>
      <p>— Если вы так настроены, то я хотел бы пригласить адвоката, — заявил Уотсон.</p>
      <p>— Это ни к чему, — сказал прокурор. — Народ платит мне за то, чтобы я вел дело, и я буду его вести. Имейте в виду — у вас нет никаких шансов его выиграть. Мы соединим оба дела в одно — и держите ухо востро!</p>
      <p>Судья Уитберг произвел на Уотсона приятное впечатление. Довольно молодой, невысокий и плотный, гладко выбритый, он казался очень милым человеком. Лицо его выражало ум, губы всегда улыбались, в уголках черных глаз залегли веселые морщинки. Глядя на этого судью, Уотсон решил, что предсказания его старого друга не оправдаются.</p>
      <p>Но очень скоро его в этом разубедили. Пэтси Хоран и двое его приспешников нагромоздили целую гору ложных обвинений. Уотсон не поверил бы этому, если бы не слышал их собственными ушами. Они отрицали даже присутствие при драке остальных четырех свидетелей! Из тех двоих, которые давали показания, один утверждал, что находился в кухне и видел ничем не вызванное нападение Уотсона на Пэтси, а другой — будто он из другой комнаты видел, как потом Уотсон два раза врывался в кабак с целью добить ни в чем не повинного Пэтси. Ругань, которую они приписывали Уотсону, была так замысловата и невыразимо гнусна, что этим они себя выдавали с головой. Кто же мог поверить, что Картер Уотсон произносил такие слова! Когда они стали описывать, какие жестокие удары он будто бы обрушил на физиономию бедного Пэтси, Уотсону даже стало смешно, но вместе с тем ему тяжело было видеть, как суд превращался в комедию. Он думал: «До какого же падения дошли люди и какой длинный путь должно еще проделать человечество к вершинам прогресса!»</p>
      <p>Уотсон не узнавал себя, да и злейший враг не признал бы его в том забияке и скандалисте, каким его изобразили! Как всегда бывает с запутанными лжесвидетельствами, в отдельных версиях рассказа были пробелы и противоречия. Но судья почему-то совсем не замечал их, а прокурор ловко обходил. Уотсон не позаботился пригласить защитника и теперь рад был, что не сделал этого.</p>
      <p>Все же он питал еще некоторое доверие к судье Уитбергу, когда подошел к судейскому столу и стал излагать дело.</p>
      <p>— Я прогуливался и забрел случайно… — начал он, но судья перебил его.</p>
      <p>— Нас не интересуют ваши прежние действия, — сказал он грубо. — Кто первый нанес удар?</p>
      <p>— Ваша честь, — продолжал Уотсон, — у меня нет свидетелей, и удостовериться в правдивости моего рассказа вы можете, лишь выслушав меня до конца.</p>
      <p>Его опять перебили.</p>
      <p>— Мы здесь не журналы издаем! — прорычал судья Уитберг, свирепо глядя на него. Уотсон с трудом мог поверить, что он тот самый человек, лицо которого ему понравилось несколько минут назад.</p>
      <p>— Кто первый нанес удар? — спросил адвокат Пэтси.</p>
      <p>Тут вмешался прокурор, потребовав, чтобы ему объяснили, какое же из двух дел сейчас рассматривается и по какому праву адвокат Пэтси допрашивает подсудимого. Адвокат отразил выпад. Судья Уитберг заявил, что ему ничего не известно о втором деле, которое соединили с первым. Все это требовало выяснений. Началось генеральное сражение, закончившееся тем, что оба юриста извинились перед судьей и друг перед другом. Уотсону казалось, что он видит перед собою шайку карманных воров, шныряющих вокруг честного человека и заговаривающих ему зубы, пока другие вытаскивают у него кошелек. Да, машина пущена в ход — только и всего!</p>
      <p>— Зачем вы зашли в это заведение, пользующееся дурной репутацией? — спросили Уотсона.</p>
      <p>— Вот уже много лет я изучаю экономику и социологию и стараюсь знакомиться…</p>
      <p>Только это и успел выговорить Уотсон.</p>
      <p>— Нам не интересны ваши «ологии», — перебил судья Уитберг. — Вопрос ясен. Дайте на него ясный ответ. Были вы пьяны или не были? В этом вся суть.</p>
      <p>Когда Уотсон сделал попытку рассказать, как Пэтси расшиб себе лицо, колотясь о его голову, его подняли на смех, и судья Уитберг снова остановил его.</p>
      <p>— Сознаете ли вы святость присяги, которую вы дали, обещав свидетельствовать только правду? — спросил судья. — Ведь вы рассказываете нам какие-то сказки! Возможно ли, чтобы человек добровольно увечил себя и наносил себе вред, колотясь мягкими, чувствительными частями своего лица о вашу голову? Ведь вы же разумный человек! То, что вы говорите, ни с чем не сообразно.</p>
      <p>— В ярости люди бывают безрассудны, — мягко ответил Уотсон.</p>
      <p>Тут судья Уитберг глубоко оскорбился и воспылал праведным гневом.</p>
      <p>— Какое право вы имеете говорить это? — закричал он. — Это не имеет никакого отношения к делу. Вы обязаны только давать показания. Суду нет никакого дела до ваших мнений о чем бы то ни было.</p>
      <p>— Я лишь ответил на вопрос, ваша честь, — смиренно возразил Уотсон.</p>
      <p>— Ничего подобного! — снова заорал на него судья. — Предупреждаю вас, сэр, что своим дерзким поведением вы восстановите против себя всех. И знайте, что мы умеем соблюдать законы и правила вежливости. Мне стыдно за вас!</p>
      <p>Пока шел начавшийся затем казуистический спор между адвокатом и прокурором, прервавший показания подсудимого о событиях в «Вендоме», Картер без всякой горечи, с любопытством и одновременно с грустью наблюдал, как действует эта огромная, могущественная и вместе с тем жалкая машина, управлявшая страною. Он думал о безнаказанном и бесстыдном взяточничестве в тысячах городов, узаконенном паукообразными гадами, состоящими при этой машине. Вот она — на его глазах в этой судебной камере, где судья угодливо склоняется перед кабатчиком, в руках которого множество марионеток-избирателей. Ничтожное судебное дело о побоях было лишь одним из многочисленных примеров работы той сложной и многоликой машины, которая действовала во всех городах и штатах, бросая тень на всю страну.</p>
      <p>В мозгу Картера звучала знакомая фраза: «Да ведь это просто смешно!» В самый разгар спора он не сдержался и захихикал, вызвав этим сердитый взгляд судьи. Уотсон решил, что эти юристы и этот грубиян судья в тысячу раз хуже драчливых штурманов на торговых кораблях: те умели не только нападать, но и защищаться, а эти мелкие негодяи укрывались за спиной закона. Сами они нападали, но не давали возможности отражать их удары, прячась за тюремные камеры и дубинки тупых полисменов, этих профессиональных истязателей на жалованье. Но злобы Уотсон не испытывал. Грубость и неприличие всей процедуры заслонялись ее невероятной комичностью. Уотсона спасало природное чувство юмора.</p>
      <p>Несмотря на запугивание и придирки, ему удалось в конце концов дать точное и правдивое описание схватки, и, вопреки явно пристрастному характеру перекрестного допроса, ни одна мелочь в его показаниях не была опровергнута. Совсем другой характер носили крикливые показания Пэтси и его двух свидетелей, лживые от начала до конца.</p>
      <p>Как адвокат Пэтси, так и прокурор поддерживали обвинение, не оспаривая ничего по существу. Уотсон протестовал, но прокурор зажал ему рот, объявив, что он общественный обвинитель и знает свое дело.</p>
      <p>«Патрик Хоран доказал, что жизни его грозила опасность и он вынужден был обороняться, — гласил приговор, вынесенный судьей. — Аналогичное заявление сделано и мистером Уотсоном. Каждый из них под присягой удостоверяет, что первый удар был нанесен противной стороною. Каждый клянется, что подвергся ничем не вызванному нападению со стороны противника. Закон гласит, что сомнение толкуется в пользу ответчика. В данном случае налицо весьма основательные сомнения. Поэтому в деле «Народ против Картера Уотсона» сомнение толкуется в пользу вышеозначенного Картера Уотсона, который тем самым освобождается от ареста. То же имеет место в деле «Народ против Патрика Хорана». Сомнение толкуется в его пользу, и он освобождается от ареста. Я рекомендую обоим обвиняемым обменяться рукопожатием и помириться».</p>
      <p>На странице вечерней газеты Уотсон прочел заголовок: «Картер Уотсон оправдан!» Вторая газета объявляла: «Картер Уотсон избежал штрафа!» Но лучше всего была заметка, начинавшаяся словами: «Картер Уотсон- славный малый!» В ней говорилось, что судья Уитберг посоветовал обоим драчунам пожать друг другу руки, что они и поспешили сделать. Далее он прочел следующее:</p>
      <p>— Что ж, по этому случаю выпьем по маленькой? — промолвил Пэтси Хоран.</p>
      <p>— Идет! — сказал Картер Уотсон.</p>
      <p>И они направились в ближайший бар.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>В общем это приключение не оставило горечи в душе Картера Уотсона. Это был еще один новый «социальный опыт», и в результате Уотсоном была написана еще одна книга, озаглавленная: «Полицейское судопроизводство».</p>
      <p>Год спустя, приехав в одно летнее утро на свое ранчо, Картер Уотсон слез с лошади и стал пробираться через небольшое ущелье, желая посмотреть группу горных папоротников, посаженных им прошлой зимой. Выйдя из ущелья, он очутился на усеянной цветами поляне, то был очаровательный уединенный уголок, отгороженный от остального мира холмиками и купами деревьев. И здесь Картер увидел человека, который, по-видимому, вышел на прогулку из летней гостиницы, расположенной в миле отсюда. Они столкнулись лицом к лицу и узнали друг друга: приезжий был не кто иной, как судья Уитберг. Он явно нарушил границы чужого владения, ибо Уотсон, хотя и не придавал этому значения, выставил на рубеже своих владений межевые знаки. Судья протянул руку, но Уотсон сделал вид, что не заметил этого.</p>
      <p>— Политика — грязное дело, не правда ли, судья? — сказал он. — О, я вижу вашу руку, но не хочу ее пожать! Газеты писали, будто я после суда подал руку Пэтси Хорану. Вы знаете, что это ложь, но скажу прямо — я в тысячу раз охотнее пожал бы руку ему и его подлым приспешникам, нежели вам!</p>
      <p>Судья Уитберг испытывал сильное замешательство. Покуда он, откашливаясь и запинаясь, силился заговорить, Уотсона, наблюдавшего за ним, внезапно осенила одна мысль, и он решился на веселую, хотя и злую проделку.</p>
      <p>— Не думал я, что встречу злопамятство в человеке столь просвещенном и знающем жизнь… — начал судья.</p>
      <p>— Злопамятство? Вот уж нет! — возразил Уотсон. — Мне оно несвойственно. В доказательство разрешите показать вам одну любопытную штуку, какой вы, наверное, никогда не видали!</p>
      <p>Уотсон поднял с земли камень величиной с кулак.</p>
      <p>— Видите это? Теперь смотрите на меня!</p>
      <p>Сказав это, Картер Уотсон нанес себе сильный удар камнем по щеке. Он рассек щеку до кости, и кровь брызнула струей.</p>
      <p>— Камень попался чересчур острый, — пояснил он изумленному судье, решившему, что Уотсон сошел с ума. — Переборщил малость. А в таких делах самое главное — правдоподобие.</p>
      <p>Отыскав другой, гладкий камень, Картер Уотсон несколько раз подряд ударил им себя по щеке.</p>
      <p>— Ага, — сказал он спокойно, — через час-другой щека приобретет великолепную черно-зеленую окраску. Это будет убедительно!</p>
      <p>— Да вы спятили! — дрожащим голосом пролепетал судья Уитберг.</p>
      <p>— Не грубите! — сказал Уотсон. — Разве вы не видите моей окровавленной физиономии? Вы дважды ударили меня правой рукой! Какое зверское, ничем не вызванное нападение! Моя жизнь в опасности! Я вынужден обороняться.</p>
      <p>Судья Уитберг в страхе отступил, увидев под самым носом кулаки Уотсона.</p>
      <p>— Только ударьте меня, и я прикажу вас арестовать! — пригрозил он.</p>
      <p>— Это самое я говорил Пэтси, — последовал ответ. — И знаете, что он сделал?</p>
      <p>— Нет.</p>
      <p>— Вот что!</p>
      <p>В то же мгновение правый кулак Уотсона обрушился на нос судьи Уитберга, и сей джентльмен упал навзничь.</p>
      <p>— Встаньте! — скомандовал Уотсон. — Встаньте, если вы порядочный человек! Так сказал мне Пэтси. Да вы ведь это знаете…</p>
      <p>Судья Уитберг не желал вставать, но Уотсон поднял его за шиворот и поставил на ноги — лишь для того, чтобы подбить ему глаз и снова опрокинуть на спину. После этого началось истязание по методу краснокожих индейцев. Судью Уитберга избивали по всем правилам искусства, били по щекам, по ушам, возили лицом по траве. Все время Уотсон показывал, «как проделывал это Пэтси Хоран». По временам расшалившийся социолог с большой ловкостью наносил себе удар, оставляющий настоящий кровоподтек, и раз, поставив бедного судью стоймя, он умышленно расшиб себе нос о голову этого джентльмена. Из носа пошла кровь.</p>
      <p>— Видите? — воскликнул Уотсон, отступая на шаг и размазывая кровь по всей манишке. — Вот что вы сделали! Треснули меня кулаком! Это ужасно. Я едва жив! Я вынужден защищаться.</p>
      <p>И снова судья Уитберг получил удар кулаком в лицо и свалился.</p>
      <p>— Я велю вас арестовать, — сказал он, всхлипывая.</p>
      <p>— Вот это самое говорил Пэтси!</p>
      <p>— Это зверское, ничем не вызванное нападение…</p>
      <p>— Эти самые слова я слышал от Пэтси.</p>
      <p>— Я вас арестую, не сомневайтесь!</p>
      <p>— Вряд ли, если мне удастся опередить вас. Картер Уотсон сошел в ущелье, сел на свою лошадь и уехал.</p>
      <p>Часом позже, когда судья Уитберг, прихрамывая, добрался до своей гостиницы, он был арестован деревенским констеблем за нападение и побои по жалобе Картера Уотсона.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>— Ваша честь, — говорил на другой день Уотсон деревенскому судье, зажиточному фермеру, окончившему лет тридцать тому назад сельское училище. — Ввиду того, что вслед за учиненным надо мной насилием этому Солу Уитбергу пришла фантазия обвинить меня в нанесении ему побоев, я предложил бы, чтобы оба дела слушались вместе. Свидетельские показания и факты в обоих случаях одинаковы.</p>
      <p>Судья согласился, и оба дела разбирались одновременно. Как свидетель обвинения, Уотсон выступил первым и так изложил происшествие.</p>
      <p>— Я рвал цветы, — показывал он, — мои цветы на моей собственной земле, не предвидя никакой опасности. Вдруг этот человек кинулся на меня из-за деревьев. «Я — Додо, — говорит он, — и могу исколошматить тебя так, что от тебя останется мокрое место. Руки вверх!» Я улыбнулся, но тут он — бац! — сбил меня с ног и разбросал цветы. И ругался при этом отвратительно! Это ничем не вызванное зверское нападение. Смотрите на мою щеку, смотрите, во что он превратил мой нос! Должно быть, он был пьян. Не успел я опомниться, как он начал избивать меня. Жизни моей грозила опасность, и я был вынужден защищаться! Вот и все, ваша честь, и, должен сказать, я так ничего и не понял. Почему он назвал себя «Додо»? Почему без всякого повода напал на меня?</p>
      <p>Так Солу Уитбергу было преподано искусство лжесвидетельства. С высоты своего кресла ему часто случалось снисходительно выслушивать ложь под присягой в инсценированных полицией «делах»; но тут впервые лжесвидетельство было направлено против него самого, причем на этот раз он не восседал на судейском кресле под охраной пристава и полицейских дубинок.</p>
      <p>— Ваша честь! — возопил он. — Никогда еще мне не доводилось слышать такой бесстыдной лжи!</p>
      <p>Уотсон вскочил.</p>
      <p>— Ваша честь, я протестую! Дело ваше решать, где правда и где ложь. Свидетель в суде должен только излагать факты. Его личное мнение не имеет отношения к делу!</p>
      <p>Судья почесал затылок и довольно вяло выразил негодование.</p>
      <p>— Совершенно верно, — сказал он. — Мистер Уитберг, вы утверждаете, будто вы судья. Следовательно, вы должны знать все тонкости судопроизводства. Между тем вы совершаете такие противозаконные деяния! Ваши повадки, сэр, и ваш образ действий характеризуют вас как кляузника! Нам надо установить, кто первый нанес удар, и нам нет никакого дела до вашей оценки личных качеств мистера Уотсона. Продолжайте давать показания!</p>
      <p>Судья Уитберг с досады прикусил бы свою распухшую губу, если бы она не болела так сильно. Он взял себя в руки и изложил дело ясно и верно.</p>
      <p>— Ваша честь, — сказал Уотсон. — Спросите же его, что он делал в моих владениях.</p>
      <p>— Вопрос резонный. Что вы делали, сэр, во владениях мистера Уотсона?</p>
      <p>— Я не знал, что это его владения.</p>
      <p>— Это нарушение чужих границ, ваша честь! — сказал Уотсон. — Знаки выставлены на видном месте!</p>
      <p>— Я не видел никаких знаков, — сказал Сол Уитберг.</p>
      <p>— Я сам видел их! — резко возразил судья. — Они бросаются в глаза! Должен предупредить вас, сэр, что если вы даже и в таких мелочах будете уклоняться от истины, то вызовете недоверие к более важным пунктам ваших показаний! За что вы ударили мистера Уотсона?</p>
      <p>— Ваша честь, я уже докладывал, что не нанес ему ни одного удара.</p>
      <p>Судья посмотрел на распухшее лицо Картера Уотсона, затем устремил грозный взгляд на Сола Уитберга.</p>
      <p>— Взгляните на щеку этого человека! — загремел он. — Если вы не нанесли ему ни одного удара, почему же он так избит и изувечен?</p>
      <p>— Как я уже объяснял…</p>
      <p>— Будьте осторожны! — предостерег его судья.</p>
      <p>— Я буду осторожен, сэр, я буду говорить только правду. Он сам ударил себя камнем. Он ударил себя двумя казнями.</p>
      <p>— Возможно ли, чтобы человек, если только он не помешан, сам себя увечил, нанося себе камнем удары по лицу? — спросил Картер Уотсон.</p>
      <p>— Да, это сильно смахивает на сказку, — заметил судья. — Мистер Уитберг, вы были пьяны?</p>
      <p>— Нет, сэр.</p>
      <p>— Вы никогда не пьете?</p>
      <p>— Только иногда, при случае.</p>
      <p>Некоторое время судья размышлял, сделав глубокомысленную мину.</p>
      <p>Уотсон воспользовался этим и подмигнул Солу Уитбергу; но сей джентльмен, претерпев столько невзгод, не видел в создавшемся положении ничего смешного.</p>
      <p>— Странный, очень странный случай! — объявил судья, приступая к чтению приговора. — Показания обеих сторон явно противоречивы, а свидетелей нет. Каждый утверждает, что нападение совершил другой, и суд не имеет возможности установить истину. Но у меня создалось свое мнение, мистер Уитберг, и я советовал бы вам держаться подальше от владений мистера Уотсона и уехать отсюда.</p>
      <p>— Возмутительно! — буркнул Сол Уитберг.</p>
      <p>— Сядьте на место, сэр! — приказал громовым голосом судья. — Если вы еще раз перебьете меня, я оштрафую вас за неуважение к суду. И предупреждаю — штраф будет большой. Вы сами судья и должны блюсти достоинство суда! Сейчас я прочту приговор.</p>
      <p>Закон гласит, что сомнение всегда толкуется в пользу подсудимого. Ввиду невозможности установить, кто нанес первый удар, я, к моему великому сожалению, — тут он сделал паузу и грозно посмотрел на Сола Уитберга, — по каждому из этих дел вынужден оправдать ответчика… Джентльмены, вы оба свободны…</p>
      <p>— Что ж, выпьем по этому случаю? — обратился Уотсон к Уитбергу, когда они вышли из суда. Но возмущенный Уитберг отказался пойти с ним под руку в ближайший кабак.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Воздушный шантаж</p>
     </title>
     <p>Удобно развалившись в кресле и закрыв глаза, Питер Уинн сосредоточенно обдумывал план кампании против группы враждующих с ним финансистов, с которыми собирался расправиться в самом ближайшем будущем. Основной замысел пришел ему в голову еще накануне ночью, и теперь он радостно смаковал более мелкие и второстепенные детали этого плана. Он берет в свои руки контроль над местным банком, двумя универсальными магазинами, несколькими лесопилками и тем самым над одной очень симпатичной железнодорожной веткой, которая — пусть она останется безымянной — позволит ему захватить больше миль главной магистрали, чем вбито костылей в полотно этой симпатичной железнодорожной ветки. Все было так просто, что он чуть не расхохотался, когда его вдруг осенила эта замечательная идея. И не удивительно, что его старые хитроумные враги упустили такой удобный случай.</p>
     <p>Дверь отворилась, и в библиотеку вошел тощий мужчина средних лет. Он был близорук и носил очки. В руках он держал распечатанный конверт и письмо. Это был секретарь Питера Уинна, и в его обязанности входило разбирать, прочитывать и сортировать почту своего хозяина.</p>
     <p>— Это письмо пришло с утренней почтой, — начал секретарь извиняющимся тоном и робко хихикая. — Конечно, все это ерунда, но мне показалось, что вы захотите сами взглянуть.</p>
     <p>— Читайте, — скомандовал Питер Уинн, не открывая глаз.</p>
     <p>Секретарь откашлялся.</p>
     <p>— Датировано семнадцатым июля, но обратного адреса нет. Штемпель — Сан-Франциско. Написано совершенно безграмотно. Орфография чудовищная. Читаю:</p>
     <p>«Мистеру Питеру Уинну.</p>
     <p>Сэр, с уважением посылаю вам голубя, он стоит гору денег, это лу-лу…»</p>
     <p>— Что такое лу-лу? — прервал его Питер Уинн. Секретарь хихикнул.</p>
     <p>— Понятия не имею. Наверное, это означает что-то самое лучшее. Читаю дальше:</p>
     <p>«Будьте разлюбезны нагрузить его парой тысячедолларовых бумажек и отпустите. Если нагрузите, то вам от меня никогда не будет никакого беспокойства. А не нагрузите, то пожалеете».</p>
     <p>Все. Оно не подписано. Я думал, что это вас позабавит.</p>
     <p>— Голубь здесь? — поинтересовался Питер Уинн.</p>
     <p>— Я еще не спрашивал.</p>
     <p>— Так спросите.</p>
     <p>Через пять минут секретарь вернулся.</p>
     <p>— Да, сэр. Он прилетел сегодня утром.</p>
     <p>— Принесите его сюда.</p>
     <p>Секретарь был склонен думать, что кто-то подшутил над ними, но Питер Уинн, осмотрев голубя, пришел к иному выводу.</p>
     <p>— Вы только взгляните на него, — сказал Питер Уинн, поглаживая голубя. — Какое длинное туловище и какая гибкая шея! Настоящий почтовик! Ничего лучшего я в жизни не видел. А какие сильные крылья! А мускулы! Наш неизвестный корреспондент прав: это лу-лу. Очень не хочется его отпускать.</p>
     <p>Секретарь хихикнул.</p>
     <p>— А зачем отпускать? Конечно, вы не отдадите его отправителю такого письма.</p>
     <p>Питер Уинн покачал головой.</p>
     <p>— Я отвечу ему. И никому не позволю угрожать мне ни анонимно, ни в шутку.</p>
     <p>На клочке бумаги он написал очень лаконичное послание: «Идите к черту!», — подписал его и вложил в специальный аппарат, которым предусмотрительно снабдили голубя.</p>
     <p>— А теперь пусть летит. Где мой сын? Я хочу, чтобы он посмотрел, как голубь поднимется.</p>
     <p>— Он в мастерской. Он и спал там ночью, а утром велел принести ему туда завтрак.</p>
     <p>— Сломает он себе шею, — заметил Питер Уинн раздраженно, но не без гордости, и вышел на веранду. Стоя на верхней площадке широкой лестницы, он подбросил красавца голубя вверх. Голубь быстро взмахнул крыльями, на какое-то мгновение, словно в нерешительности, повис в воздухе и тут же взмыл в голубую высь.</p>
     <p>Высоко в небе он снова замер, словно не зная, куда лететь, потом вдруг нашел нужное направление и помчался на восток над высокими дубами, которые зелеными точками усеивали эту похожую на парк местность. — Прекрасно! Прекрасно! — бормотал Питер Уинн.</p>
     <p>Я почти жалею, что отпустил его.</p>
     <p>Но Питер Уинн был очень занятой человек; в его голове возникали такие грандиозные планы, а в руках было столько рычагов от множества предприятий, что он быстро забыл этот маленький инцидент. Через три дня левый флигель его загородной виллы взлетел на воздух. Взрыв был не очень сильный, никто из людей не пострадал, однако от флигеля не осталось и камня на камне. В здании вылетели все стекла, и оно было основательно повреждено. С первым паромом из Сан-Франциско прибыли полдюжины сыщиков, а через несколько часов к Питеру Уинну ворвался его секретарь, который был чем-то крайне взволнован.</p>
     <p>— Он здесь! — задыхаясь, вымолвил секретарь; по лбу у него струился пот, а глаза под очками вылезли из орбит.</p>
     <p>— Кто здесь? — осведомился Питер Уинн.</p>
     <p>— Он… этот… этот лу-лу… голубь! Финансист сразу же все понял.</p>
     <p>— Вы уже просмотрели почту?</p>
     <p>— Я как раз ее просматриваю, сэр.</p>
     <p>— В таком случае продолжайте; быть может, там найдется новое письмо от нашего таинственного друга-голубятника.</p>
     <p>Письмо было. И вот что в нем было написано:</p>
     <p>«Мистеру Питеру Уинну.</p>
     <p>Достопочтенный сэр, не валяйте дурака. Если бы вы не заартачились, ваша хижина не взлетела бы к небесам. Наипочтительнейше извещаю вас, что опять посылаю вам своего голубя. Обращайтесь с ним так же хорошо, за что я вас благодарю. Привяжите к нему пять тысяче долларовых бумажек и отпустите. Не кормите его. И не пытайтесь следить за ним. Теперь он знает дороги и полетит еще быстрее. Если не дадите денег, берегитесь».</p>
     <p>Питер Уинн искренне возмутился. На этот раз он не стал посылать голубятнику писем. Зато позвал сыщиков и по их совету тяжело нагрузил голубя дробью. Поскольку прошлый раз голубь летел на восток к заливу, власти отрядили самый быстроходный катер в Тибурне, чтобы он следил за птицей, если она полетит через залив.</p>
     <p>Но дроби наложили слишком много, и голубь устал, даже не долетев до берега. Потом была допущена новая ошибка: дроби оставили слишком мало, и голубь, взвившись в небо, полетел дальше на восток через бухту Сан-Франциско. Он летел прямо над островом Ангела, и пока катер огибал остров, голубя и след простыл.</p>
     <p>Всю ночь вооруженные полицейские охраняли виллу Питера Уинна. Но взрыва не произошло. Однако утром к Питеру Уинну позвонили и сказали, что дом его сестры в Аламеде сгорел дотла. Через два дня голубь снова был тут как тут, но на этот раз он прибыл в чем-то похожем на ящик из-под картофеля. Пришло и очередное письмо:</p>
     <p>«Мистеру Питеру Уинну.</p>
     <p>Уважаемый сэр, это я спалил дом вашей сестры. Незачем было поднимать такой шум. Теперь пришлите мне десять тысяч. Все время буду повышать сумму. Не нагружайте птицу дробью. Вам все равно ее не выследить. Стыдно мучить животных».</p>
     <p>Питер Уинн готов был признать себя побежденным. Сыщики оказались бессильны чем-либо помочь, и Питер не знал, куда этот человек нанесет следующий удар, удар, который может оказаться смертельным для кого-нибудь из его родных или близких. Он даже позвонил в Сан-Франциско, чтобы ему прислали десять тысяч долларов крупными купюрами. Но у Питера был сын, Питер Уинн-младший, с такой же сильной челюстью, как у отца, и с таким же стальным и упрямым блеском в глазах. Ему исполнилось двадцать шесть лет, но это был уже настоящий мужчина, которым тайно восхищался и за которого боялся старый финансист; он гордился успехами сына в конструировании аэропланов и страшился, что все это плохо кончится.</p>
     <p>— Подожди, отец, не посылай ему денег, — сказал Питер Уинн-младший. Номер восьмой уже готов, и я наконец создал приспособление для уменьшения поверхности крыла. Это целый переворот в воздухоплавании. Скорость — вот что нам нужно прежде всего, но нужны и большие несущие плоскости, чтобы взлететь и набрать высоту. Я добился и того и другого. Поднявшись в воздух, я уменьшаю поверхность крыла. Понимаешь, чем меньше несущая плоскость, тем выше скорость. Этот закон открыл Лэнглей. А я применил его. Теперь я могу взлетать и в безветрие, когда вокруг множество воздушных ям, и в бурю; регулируя ширину крыльев, я смогу развивать почти любую скорость, какую мне нужно, особенно с этим новым мотором Сэнгстер-Эндхолма.</p>
     <p>— И в один прекрасный день свернешь себе шею, — ободряюще заметил его отец.</p>
     <p>— Говорю тебе, папа, я буду летать со скоростью девяносто миль в час, ты представляешь себе, да-да, даже сто миль! А теперь слушай меня. Я собирался идти завтра в пробный полет. Но могу взлететь и сегодня часа через два. Давай договоримся на вторую половину дня. И придержи деньги. Дай мне голубя, и я полечу за ним до самой его голубятни, где бы она ни была. Подожди, я только поговорю с механиком.</p>
     <p>Войдя в мастерскую, он стал отдавать приказания настолько ясно, четко и решительно, что донельзя растрогал старика. Да, его единственный сын был весь в отцовскую породу, а старый Питер Уинн оценивал без ложной скромности великие достоинства этой породы.</p>
     <p>Ровно через два часа, минута в минуту, молодой человек был готов к вылету. В кобуре на боку лежал крупнокалиберный автоматический пистолет; он был заряжен, а курок поставлен на предохранитель. Юный Питер Уинн еще раз проверил и осмотрел свой аэроплан, а потом занял место в кабине. Он включил мотор, прекрасная машина с диким, ревом понеслась по взлетной дорожке и оторвалась от земли. Поднимаясь по спирали в западном направлении, он кружил, петлял и маневрировал, чтобы в любой момент быть готовым к старту предстоящего соревнования.</p>
     <p>Старт зависел от голубя. Питер Уинн держал его в руках. На этот раз его не нагрузили дробью. Зато крепко-накрепко привязали к лапке яркую ленту длиной в пол-ярда, чтобы легче было следить за его полетом. Питер Уинн выпустил голубя, и он легко взвился в воздух, несмотря на развевавшуюся под ним ленту. Голубь уверенно выбирал направление полета. Он уже третий раз летел домой по этому маршруту и хорошо знал дорогу.</p>
     <p>Достигнув высоты в несколько сот футов, голубь понесся на восток. Аэроплан перестал кружить и полетел прямо за ним. Кто быстрей! Питер Уинн-старший взглянул вверх и увидел, что голубь обгоняет крылатую машину. Но еще он увидел, что аэроплан вдруг стал меньше. Крылья его сузились. Это действовало ускорительное устройство. Широких громоздких плоскостей, на которых он поднялся в воздух, уже не было и в помине, и по небу несся изящный, похожий на ястреба, моноплан, слегка покачиваясь на длинных и очень узких крыльях.</p>
     <p>Когда молодой Уинн так резко сузил крылья, его ждал приятный сюрприз. Это было первое испытание нового устройства, и хотя Питер знал, что скорость увеличится, он даже не представлял себе, что машина полетит так быстро. Результат превзошел самые смелые ожидания, и не успел он оглянуться, как уже догонял голубя. Маленькая птица, испуганная этим огромным ястребом, какого она никогда не видела, немедленно взмыла вверх, как и все голуби, которые всегда стараются подняться выше ястреба.</p>
     <p>Моноплан тоже стал подниматься большими зигзагами в синее небо. Снизу было трудно уследить за голубем, и молодой Уинн боялся потерять его из виду. Он даже расширил немного крылья, чтобы быстрей набрать высоту. Они поднимались все выше и выше, пока голубь, верный своему инстинкту, не упал камнем на спину преследующего его врага. Ударившись о гладкую обшивку машины, он, очевидно, сразу же почувствовал, что это не ястреб, перестал описывать круги и опять полетел на восток.</p>
     <p>Почтовый голубь, возвращаясь домой, развивает очень высокую скорость, и Уинн снова сузил крылья.</p>
     <p>И снова он с удовлетворением отметил, что догоняет голубя. Но на этот раз он быстро увеличил площадь крыльев и вовремя замедлил полет. Убедившись, что голубю от него не скрыться, Питер даже начал напевать какую-то песенку, и время от времени с губ его срывались слова: «Все хорошо, все хорошо! Я говорил, все будет хорошо!»</p>
     <p>Однако полет проходил не так уж гладко. Воздух — очень ненадежная опора, и совершенно неожиданно аэроплан вошел под острым углом в сильный вихревой поток, который, словно гигантский сквозняк, продувал Золотые Ворота. Сначала воздушная струя ударила в правое крыло: резкий, сильный толчок подбросил машину вверх, накренил и чуть не перевернул ее. Однако Уинн сделал вираж, а потом быстро, хотя и без излишней торопливости, изменил угол крыльев, опустил передние горизонтальные рули и повернул задний руль так, чтобы идти прямо против ветра. Как только машина выровнялась и полностью вошла во встречный невидимый поток воздуха, он снова изменил угол крыльев, повернул руль, сузил на несколько ярдов плоскости и устремился за голубем, который за эти несколько мгновений успел улететь довольно далеко.</p>
     <p>Голубь летел прямо к берегу округа Аламеды, и уже у самого берега Питера Уинна ожидало новое испытание: он попал в воздушную яму. Питер и раньше попадал в воздушные ямы, но такой глубокой, как эта, ему никогда не доводилось встречать. Он не спускал глаз с ленты, привязанной к голубю, и, глядя на эту яркую полоску ткани, определял расстояние, которое пролетел к земле. Питер падал все ниже и ниже, и у него засосало под ложечкой, как в дни его детства, когда еще мальчиком он быстро спускался в лифте. Однако среди прочих тайн пилотирования Уинн постиг одно важное правило: чтобы набрать высоту, иногда нужно сначала спуститься вниз. Воздух не держал его. И тогда, дабы не вести тщетную и рискованную борьбу за опору, Уинн решил уступить силе тяжести.</p>
     <p>Твердой рукой, смело, но осмотрительно он опустил передний горизонтальный руль, и моноплан носом вниз нырнул в бездну. Падая, он рассекал воздух, как лезвие ножа. С каждым мгновением его скорость ужасающе росла. Но теперь у него была подъемная сила, которая могла спасти его от гибели. Резко поднимая и опуская горизонтальные рули, он в несколько секунд поднялся в более плотные слои воздуха и выскочил из ямы.</p>
     <p>На высоте около пятисот футов голубь пролетел над городом Беркли и стал приближаться к холмам Контра Коста. Поднимаясь вслед за голубем все выше и выше, молодой Уинн разглядел здания и двор Калифорнийского университета, в котором сам учился.</p>
     <p>Над холмами Контра Коста он снова чуть не попал в беду. Теперь голубь летел совсем низко, и там, где эвкалиптовая роща преграждала дорогу ветру, птицу вдруг подбросило на добрую сотню футов вверх. Уинн сразу же понял, в чем дело. Голубь попал в восходящий поток воздуха, который поднимался на сотни футов над тем местом, где сильный западный ветер ударялся в высокую стену эвкалиптовых деревьев. Уинн поспешно сузил до предела крылья своей машины и в то же время изменил угол полета так, чтобы не опрокинуться на восходящем потоке. Однако на протяжении трехсот футов моноплан бросало из стороны в сторону, пока наконец опасность не осталась позади.</p>
     <p>Голубь миновал еще две гряды холмов, и Питер Уинн увидел, что он садится на поляну на склоне холма возле небольшой хижины. Питер возблагодарил судьбу за то, что она послала ему эту поляну. На нее было удобно садиться и еще удобнее благодаря крутизне склона с нее было взлетать.</p>
     <p>На поляне сидел какой-то человек и читал газету; увидев возвращающегося голубя, он встал, как вдруг услышал шум мотора и заметил огромный моноплан с раздвинутыми плоскостями, идущий на посадку; опустив горизонтальные рули, машина замерла на образовавшейся при этом воздушной подушке, скользнула вниз и, коснувшись земли, остановилась в нескольких шагах от него. Но когда он увидел, что в кабине спокойно сидит какой-то молодой человек, направив на его пистолет, он бросился бежать. Не успел он добежать до угла хижины, как в ногу ему попала пуля, и он рухнул на землю.</p>
     <p>— Что вы хотите? — спросил он, когда молодой человек подошел к нему.</p>
     <p>— Хочу покатать вас на своей новой машине, — ответил Уинн. — И уверяю вас, что она тоже лу-лу.</p>
     <p>Голубятник не стал спорить, ибо странный гость явно обладал большим даром убеждения. По его указаниям, которые все время подкреплялись пистолетом, раненый приготовил что-то вроде бинта и перевязал себе ногу. Потом Уинн помог ему залезть в кабину аэроплана, а сам поднялся на голубятню и взял голубя с лентой, которая все еще висела у него на лапке.</p>
     <p>Голубятник оказался очень покладистым пленником. Очутившись в воздухе, он замер от страха. Хоть он и занимался воздушным шантажом, небо его нисколько не прельщало, и, глядя на летящую где-то далеко внизу землю и воду, он даже не пытался напасть на своего врага, который сейчас был совершенно беззащитен, так как руки его лежали на рычагах.</p>
     <p>Пленник старался лишь поплотнее прижаться к креслу, в котором сидел.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Глядя на небо в очень сильный бинокль, Питер Уинн-старший увидел, что над зазубренным хребтом на острове Ангела вдруг появился и стал быстро расти моноплан. Через несколько минут он крикнул стоящим рядом сыщикам, что в кабине сидит какой-то пассажир. Быстро опустившись и притормозив на воздушной подушке, моноплан приземлился.</p>
     <p>— Мое новое приспособление работает как надо! — воскликнул молодой Уинн, вылезая из кабины. — Ты видел, как я взлетел? Я почти обогнал голубя! Все хорошо, папа! Все хорошо! Что я говорил? Все хорошо!</p>
     <p>— А это кто там с тобой? — спросил отец. Молодой человек оглянулся на своего пленника и тут же вспомнил.</p>
     <p>— Это один голубятник, — сказал он. — Думаю, что господа полицейские позаботятся о нем.</p>
     <p>Питер Уинн молча пожал руку сына и погладил голубя, которого сын передал ему. Потом, снова погладив красавца голубя, сказал:</p>
     <p>— Получит первый приз на выставке!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Только кулаки</p>
     </title>
     <p>Лихорадочные приготовления к празднованию рождества на яхте «Сэмосет» были закончены. Уже много месяцев яхта не заходила в цивилизованные порты, и оставшиеся продукты не отличались изысканностью, но все же Минни Дункан сумела приготовить настоящее пиршество для кают-компании и команды.</p>
     <p>— Посмотри, Бойд, — сказала она мужу. — Вот меню. Для кают-компании — свежая макрель по-туземному, черепаховый суп, омлет а la Сэмосет…</p>
     <p>— Это еще откуда? — перебил ее Бойд Дункан.</p>
     <p>— Раз уж тебе так необходимо знать, я нашла за буфетом банку консервированных грибов и пакетик яичного порошка, ну и много другого. Но не перебивай меня… Вареный ямс, жареное таро, потом груша-авокадо — ну вот, ты совсем меня сбил. А еще я нашла полфунта восхитительной сушеной каракатицы. Будут и печеные бобы по-мексикански, если мне удастся втолковать Тойяме, как их готовят; затем печенная в меду с Маркизских островов папайя и наконец изумительный пирог, тайну приготовления которого Тойяма отказывается разглашать.</p>
     <p>— Не знаю только, удастся ли соорудить пунш или коктейль из местного рома? — неуверенно пробормотал Дункан.</p>
     <p>— Ах, я совсем забыла! Пойдем!</p>
     <p>Она схватила мужа за руку и через низенькую дверь провела в свою крошечную каюту. Все еще не отпуская его руку, она порылась в шляпной картонке и извлекла бутылку шампанского.</p>
     <p>— Вот теперь у нас будет полный обед! — воскликнул он.</p>
     <p>— Подожди-ка.</p>
     <p>Она снова пошарила в картонке, и ее труды были вознаграждены бутылкой виски с серебряной головкой. Она поднесла ее к иллюминатору: в бутылке еще сохранилась четверть содержимого.</p>
     <p>— Я ее уже давно спрятала, — объяснила она. — Здесь хватит и тебе и капитану Детмару.</p>
     <p>— Для двоих тут только понюхать, — жалобно заметил Дункан.</p>
     <p>— Было бы больше, но я поила Лоренцо, когда он болел.</p>
     <p>— Могла бы давать ему ром, — шутливо проворчал Дункан.</p>
     <p>— Такую гадость! Больному! Не жадничай, Бойд! И я рада, что виски мало, — ты ведь знаешь капитана Детмара. Стоит ему выпить, и он становится невозможным. А для матросов бисквит на соде, сладкие пирожки, леденцы…</p>
     <p>— Существенный обед, нечего сказать.</p>
     <p>— Да помолчи ты! Рис с керри, ямс, таро, конечно, макрель, ну, и большой пирог, который печет Тойяма, поросенок…</p>
     <p>— Однако! — запротестовал он.</p>
     <p>— Ни чего, Бойд. Через три дня мы будем в Ату-Ату. Кроме того, это мой поросенок. Его определенно подарил мне тот старый вождь — как его там зовут? Ты же сам видел. И затем две банки тушеной говядины. Вот им и обед. А теперь о подарках. Подождем до завтра или раздадим их сегодня вечером?</p>
     <p>— Конечно, в сочельник, — решил муж. — Давай созовем матросов, когда пробьет восемь склянок. Я угощу их ромом, а ты раздашь подарки. Ну, пойдем на палубу. Здесь дышать нечем. Надеюсь, Лоренцо наладил динамо; если ночью не будут работать вентиляторы, то внизу просто не уснуть.</p>
     <p>Они прошли через небольшую кают-компанию, поднялись по крутому трапу и вышли на палубу. Солнце садилось и всем предвещало ясную тропическую ночь. «Сэмосет», с поставленными фоком <a l:href="#n_811" type="note">[811]</a> и гротом <a l:href="#n_812" type="note">[812]</a>, лениво скользил по гладкой поверхности моря, делая четыре узла. Из люка машинного отделения доносился стук молотка. Они прошли на корму, где капитан Детмар, поставив одну ногу на поручни, смазывал счетчик лага <a l:href="#n_813" type="note">[813]</a>.</p>
     <p>У штурвала стоял рослый туземец в белой рубашке и ярко-красной набедренной повязке.</p>
     <p>Бойд Дункан был оригиналом. По крайней мере так полагали его друзья. Человек состоятельный, он мог бы жить в полном комфорте, но предпочитал путешествовать самым диким и некомфортабельным образом. Как-то у него возникли некоторые соображения о коралловых рифах, резко расходившиеся с мнением Дарвина по этому вопросу. Он изложил их в нескольких статьях и одной книге и снова занялся любимым делом — бороздил Тихий океан на крохотной яхте водоизмещением в тридцать тонн и изучал рифообразование.</p>
     <p>Его жену, Минни Дункан, тоже считали оригиналкой, так как она с радостью делила с мужем его бродячую жизнь. За шесть богатых приключениями лет их брака она поднималась с ним на Чимборасо, проделала зимой на собаках три тысячи миль по Аляске, проехала верхом из Канады в Мексику, плавала на десятитонном яле по Средиземному морю и прошла на байдарке из Германии к Черному морю через всю Европу. Это была великолепная пара бродяг; он — высокий и широкоплечий, она — маленькая брюнетка и счастливая женщина, сто пятнадцать фунтов мышц и выносливости, и при этом очень красива.</p>
     <p>В прошлом «Сэмосет» был торговой шхуной; Дункан купил его в Сан-Франциско и переоборудовал. Внутренние помещения были полностью переделаны, так что трюм превратился в кают-компанию и каюты, а ближе к корме были установлены машина, динамо, рефрижератор, аккумуляторы, а на самой корме — бензиновые баки. Разумеется, команда судна была невелика. Бойд, Минни и капитан Детмар были единственными белыми на борту. Считал себя белым и метис Лоренцо, маленький, замасленный механик родом из Португалии. Коком взяли японца, а стюардом — китайца. Первоначально команда яхты состояла из четырех белых матросов, но один за другим они подпали под чары осененных пальмами Южных островов, и их заменили островитянами. Так, один из темнокожих матросов был родом с острова Пасхи, второй — с Каролины, третий — с Паумоту, четвертым оказался гигант самоанец. В море Бойд Дункан, знавший мореходное дело, нес вахту в очередь с капитаном Детмаром, и оба они становились к штурвалу или определяли местонахождение судна. В трудные моменты к штурвалу могла стать сама Минни, и именно в этих случаях она оказывалась более надежной, чем туземные матросы.</p>
     <p>Когда пробило восемь склянок <a l:href="#n_814" type="note">[814]</a>, все матросы собрались на корме, и затем появился Бойд Дункан с бутылкой и кружкой. Ром он разливал сам, по полкружки на каждого. Они выпивали свою порцию, одобрительно причмокивая, с явным удовольствием, хотя ром был не очищенный и обжигал даже их луженые глотки. Выпили все, кроме Ли Гума — стюарда-трезвенника. Эта церемония окончилась, и они стали ждать следующей — раздачи подарков. Великолепные образчики полинезийской расы, гиганты с крепкими мускулами, они тем не менее весело смеялись по пустякам, как дети, и при свете фонаря было видно, как загорались нетерпением их черные глаза, а большие тела покачивались в такт качке.</p>
     <p>Выкликая каждого по имени, Минни вручала подарок, сопровождая подношение каким-нибудь шутливым замечанием, что еще больше увеличивало общее веселье. Тут были дешевые часы, складные ножи, пакетики с наборами рыболовных крючков, прессованный табак, спички и, кроме того, всем — по куску пестрого ситца для набедренных повязок. Команда встречала шутки Бойда Дункана взрывами смеха: он завоевал их симпатии.</p>
     <p>Капитан Детмар, бледный, улыбавшийся только когда хозяин случайно взглядывал на него, стоял, прислонившись к рулевой рубке, и наблюдал за этой сценой. Дважды он спускался в свою каюту, задерживаясь там не больше, чем на минутку. Позднее, когда Лоренцо, Ли Гум и Тойяма получали свои подарки в кают-компании, он опять дважды исчезал. Ибо дьявол, дремавший в душе капитана Детмара, выбрал для пробуждения именно этот вечер всеобщего веселья. Может быть, в этом был повинен не только дьявол, потому что капитан Детмар, тайно в течение долгих месяцев хранивший непочатую кварту виски, избрал сочельник, чтобы приложиться к ней.</p>
     <p>Было еще не поздно — только что пробило две склянки <a l:href="#n_815" type="note">[815]</a>, — когда Дункан и его жена остановились у трапа на наветренном борту. Поглядывая на море, они обсуждали, можно ли будет сегодня спать на палубе. Маленькое темное облачко, медленно сгущавшееся на горизонте, предвещало шквал. В то время как они заговорили об этом, капитан Детмар, спускаясь с бака, мельком взглянул на них с внезапной подозрительностью. Он остановился, и лицо его судорожно задергалось. Затем он произнес:</p>
     <p>— Вы говорите обо мне.</p>
     <p>Голос его дрожал от возбуждения. Минни Дункан вздрогнула, затем поглядела на непроницаемое лицо мужа, все поняла и промолчала.</p>
     <p>— Я знаю, что вы говорили обо мне, — повторил капитан Детмар, на этот раз почти рыча.</p>
     <p>Он не шатался, и опьянение проявлялось только в судорожных подергиваниях его лица.</p>
     <p>— Минни, пойди вниз, — мягко проговорил Дункан. — Скажи Ли Гуму, что мы будем спать в каюте. Еще немного — и ливень промочит все насквозь.</p>
     <p>Она поняла его с полуслова и ушла, лишь чуточку помедлив и бросив тревожный взгляд на хмурые лица мужчин.</p>
     <p>Попыхивая сигарой, Дункан ждал, пока через открытый люк до него не донеслись голоса жены и стюарда.</p>
     <p>— Ну? — тихо, но резко спросил Дункан.</p>
     <p>— Я сказал, что вы говорите обо мне. Я повторяю это снова. Я ведь не слепой. День за днем я вижу, как вы разговариваете обо мне. Почему вы не скажете это мне в лицо? Я знаю, что вы думаете. И я знаю, вы решили рассчитать меня в Ату-Ату.</p>
     <p>— Жаль, что у вас в голове такая путаница, — спокойно ответил Дункан.</p>
     <p>Но капитан Детмар был настроен воинственно.</p>
     <p>— Вы-то знаете, что собираетесь рассчитать меня. Вы слишком хороши, думаете вы, чтобы общаться с такими, как я — вы и ваша жена.</p>
     <p>— Будьте любезны не упоминать о ней, — предостерег Дункан. — Что вам надо?</p>
     <p>— Мне надо знать, что вы собираетесь делать дальше.</p>
     <p>— Теперь уволить вас в Ату-Ату.</p>
     <p>— Это вы с самого начала собирались.</p>
     <p>— Нет. К этому принуждает меня ваше теперешнее поведение.</p>
     <p>— Нечего мне очки втирать!</p>
     <p>— Я не могу держать капитана, который называет меня лжецом.</p>
     <p>На мгновение капитан Детмар растерялся. Его губы зашевелились, но он ничего не сказал. Дункан еще раз невозмутимо затянулся и перевел взгляд на растущую тучу.</p>
     <p>— В Таити Ли Гум ходил за почтой, — начал капитан Детмар. — И сразу после этого мы снялись. Вы прочли письма уже в море, а тогда было поздно. Вот почему вы не рассчитали меня на Таити. Я все понимаю. Когда Ли Гум поднялся на борт, я видел длинный конверт. На конверте стоял штамп канцелярии губернатора Калифорнии, каждый мог это видеть. Вы действовали за моей спиной. Какой-нибудь оборванец в Гонолулу наябедничал вам, и вы написали губернатору, чтобы проверить его слова. И его ответ Ли Гум принес вам. Почему вы не поговорили со мной, как мужчина с мужчиной? Нет, вы действовали за моей спиной, зная, что это место — единственная для меня возможность снова встать на ноги. А как только вы прочли письмо губернатора, вы решили отделаться от меня. Было ясно по вашему лицу все эти месяцы. Все время вы оба любезничали со мной, а сами прятались по углам и говорили обо мне и об этом деле во Фриско.</p>
     <p>— Вы кончили? — спросил Дункан тихим и напряженным голосом. — Совсем кончили?</p>
     <p>Капитан Детмар не ответил.</p>
     <p>— Тогда я вам кое-что скажу. Именно из-за этого дела во Фриско я не рассчитал вас на Таити, хотя вы давали мне для этого бог знает сколько поводов. Но я полагал, что если нужно кому-нибудь предоставить возможность снова стать человеком, так именно вам. Если бы не эта история, я бы уволил вас, как только узнал, что вы меня обкрадываете.</p>
     <p>Капитан Детмар вздрогнул от удивления, хотел было перебить Дункана, но раздумал.</p>
     <p>— Конопачение палубы, бронзовые рулевые петли <a l:href="#n_816" type="note">[816]</a>, переборка мотора, гик для спинакера <a l:href="#n_817" type="note">[817]</a>, новые шлюпбалки <a l:href="#n_818" type="note">[818]</a> и починка шлюпки — вы подписали счета верфи на четыре тысячи сто двадцать два франка. По существующим расценкам счет не должен был превысить две тысячи пятьсот франков.</p>
     <p>— Если вы верите этим береговым акулам, а не мне… — хриплым голосом начал Детмар.</p>
     <p>— Не утруждайте себя дальнейшей ложью, — холодно продолжал Дункан. — Я проверил это сам. Я привел Флобена к самому губернатору, и старый мошенник признался, что приписал к счету тысячу шестьсот франков. Он сказал, что вы заставили его. Вы получили тысячу двести, а ему досталось четыреста и работа. Не перебивайте. У меня внизу есть его письменное показание. Вот тогда я бы и отправил вас на берег, если бы не ваше сомнительное прошлое. Вы должны были использовать этот единственный шанс либо окончательно опуститься. Этот шанс я вам дал. Что вы теперь скажете?</p>
     <p>— Что вы узнали от губернатора? — свирепо рявкнул Детмар.</p>
     <p>— Какого губернатора?</p>
     <p>— Калифорнии. Соврал он вам, как и все остальные?</p>
     <p>— Я вам скажу. Он сообщил, что вы были осуждены на основании косвенных улик, что поэтому вы получили пожизненное заключение вместо веревки на шею; что вы все время упорно настаивали на своей невиновности; что вы блудный сын мэрилендских Детмаров; что они пустили в ход все средства для того, чтобы вас помиловали; что ваше поведение в тюрьме было самым примерным; что он был прокурором во время суда над вами; что после того, как вы отбыли семь лет заключения, он уступил настоятельным просьбам ваших родственников и помиловал вас и что у него самого нет твердой уверенности, что Максуина убили вы.</p>
     <p>Наступило молчание, во время которого Дункан продолжал внимательно рассматривать нарастающую тучу; лицо капитана Детмара задергалось еще сильнее.</p>
     <p>— А губернатор ошибся, — объявил он с коротким смешком. — Максуина убил я. Той ночью я напоил вахтенного. Я избил Максуина до смерти на его койке. Я убил его тем самым железным нагелем <a l:href="#n_819" type="note">[819]</a>, о котором говорилось на суде. Он и не шелохнулся. Я превратил его в студень. Желаете подробности?</p>
     <p>Дункан поглядел на него с холодным любопытством, как смотрят на мерзкого урода, но ничего не сказал.</p>
     <p>— Я не боюсь говорить вам об этом, — продолжал капитан Детмар. — Свидетелей нет. Кроме того, теперь я свободный человек. Я помилован, и, черт побери, они уже никогда не упрячут меня в эту дыру. Первым ударом я раздробил Максуину челюсть. Он спал на спине. Он сказал: «Господи, Джим, господи!» Забавно было смотреть, как тряслась его разбитая челюсть, когда он говорил это. Тут я разбил ему… Ну как, желаете ли вы слушать остальные подробности?</p>
     <p>— Вам больше нечего сказать? — последовал ответ.</p>
     <p>— А разве этого недостаточно? — возразил капитан Детмар.</p>
     <p>— Вполне достаточно.</p>
     <p>— И что же вы собираетесь сделать?</p>
     <p>— Высадить вас в Ату-Ату.</p>
     <p>— А пока?</p>
     <p>— А пока… — Дункан замолчал. Порыв ветра растрепал его волосы. Звезды над головой исчезли, и «Сэмосет» под беспечной рукой рулевого отклонился от своего курса на четыре румба. — Пока разберите фалы и следите за штурвалом. Я позову матросов.</p>
     <p>В следующий момент разразился шквал. Капитан Детмар, кинувшись на корму, сорвал фалы грота с нагеля. Три туземца выбежали из крошечного кубрика, двое из них подбежали к фалам, в то время как третий задраивал люк машинного отделения и закрывал вентиляторы. Внизу Ли Гум и Тойяма опускали крышки люков и подтягивали тали. Дункан задраил люк каюты и остался на палубе, а первые капли дождя уже хлестали его по лицу, в то время как «Сэмосет» вдруг рванулся вперед, повернулся сначала вправо, потом влево, подчиняясь порывам ветра, ударявшим в его паруса.</p>
     <p>Все ждали. Но спускать паруса было уже не надо. Ветер стих, и на яхту обрушился тропический ливень. Теперь, когда опасность миновала и канаки начали снова крепить фалы <a l:href="#n_820" type="note">[820]</a> за нагели, Бойд Дункан спустился в каюту.</p>
     <p>— Все в порядке! — весело сообщил он жене. — Ложная тревога.</p>
     <p>— А капитан Детмар? — спросила она.</p>
     <p>— Напился, только и всего. В Ату-Ату от него отделаюсь.</p>
     <p>Но прежде чем лечь на свою койку, Дункан надел под пижаму, прямо на тело, пояс с тяжелым револьвером.</p>
     <p>Он заснул почти сразу же — он умел мгновенно отключаться от дневных тревог. Дункан отдавался любому делу с полным напряжением сил, как это делают дикари, но едва необходимость исчезала — он отдыхал душой и телом. Итак, он спал, а дождь все еще поливал палубу, и яхта ныряла в волнах, поднятых шквалом.</p>
     <p>Он проснулся от чувства удушья и тяжести. Вентиляторы остановились, и воздух был жарким и спертым. Мысленно обругав Лоренцо и аккумуляторы, он услышал, как за переборкой его жена прошла в кают-компанию. Очевидно, она поднялась на палубу подышать свежим воздухом, подумал он, и решил последовать хорошему примеру. Надев комнатные туфли и взяв под мышку одеяло и подушку, он отправился за ней. Когда он уже поднимался по трапу, часы в каюте начали бить, и Дункан остановился. Было два часа ночи. С палубы доносился скрип гафеля <a l:href="#n_821" type="note">[821]</a>, трущегося о мачту. «Сэмосет» накренился и выпрямился, и под легким ударом ветра его паруса глухо загудели.</p>
     <p>Только он ступил на верхнюю ступеньку трапа, как услышал крик жены. Это был испуганный крик, и за ним раздался всплеск за бортом. Дункан одним прыжком очутился на палубе и кинулся на корму. В тусклом свете звезд он различил голову и плечи Минни, исчезающие за кормою в пенном следе яхты.</p>
     <p>— Что случилось? — спросил капитан Детмар, стоявший у штурвала.</p>
     <p>— Миссис Дункан, — ответил Дункан, срывая спасательный круг и бросая его за борт. — Право на борт и заходите по ветру! — приказал он.</p>
     <p>И тут Бойд Дункан совершил ошибку. Он прыгнул за борт.</p>
     <p>Когда он всплыл, то сразу увидел голубой огонек на спасательном круге, который загорелся автоматически, как только круг коснулся воды. Он поплыл к нему и увидел, что Минни уже там.</p>
     <p>— С добрым утром! — сказал он. — Освежаешься?</p>
     <p>— О Бойд! — больше она ничего не сказала и только коснулась его плеча мокрой ладонью.</p>
     <p>Голубой фонарик, не то испортившийся от удара, не то совсем неисправный, замигал и погас. Когда тихая волна подняла их на свой гребень, Дункан обернулся и взглянул на «Сэмосет», смутно белевший в темноте.</p>
     <p>Бортовых огней не было видно, но со стороны яхты слышался тревожный шум. Он различил голос капитана Детмара, покрывавший крики всех остальных.</p>
     <p>— Он что-то не торопится. — проворчал Дункан. — Почему он не поворачивает? Ну вот, наконец-то!</p>
     <p>До них донесся скрип блоков опускаемого паруса.</p>
     <p>— Грот спускают, — пробормотал Дункан. — Он сделал левый поворот, хотя я приказал ему повернуть направо.</p>
     <p>Вновь и вновь поднимала их волна, пока на четвертый раз они не увидели в отдалении зеленый огонек правого борта «Сэмосета». Он должен был бы оставаться неподвижным, если бы яхта двигалась к ним, но вместо этого зеленый огонь двигался поперек их поля зрения.</p>
     <p>Дункан выругался:</p>
     <p>— Чего этот бездельник болтается там? У него есть компас, и он знает, где мы.</p>
     <p>Но зеленый огонек, единственное, что они могли видеть, и то только когда поднимались на гребне волны, неуклонно уходил от них в наветренную сторону и становился все менее и менее заметным. Дункан громко крикнул раз, другой, третий, и каждый раз в промежутках до них доносился еле слышный голос капитана Детмара, отдающего приказания.</p>
     <p>— Как он может услышать меня в таком шуме? — пожаловался Дункан.</p>
     <p>— Он затем и кричит, чтобы команда не услышала тебя, — ответила Минни.</p>
     <p>Спокойствие, с которым это было сказано, заставило ее мужа насторожиться.</p>
     <p>— Что ты имеешь в виду?</p>
     <p>— Просто он и не собирается спасать нас, — продолжала она тем же невозмутимым тоном. — Он сам столкнул меня в море.</p>
     <p>— А ты не ошибаешься?</p>
     <p>— Нет. Я подошла к борту посмотреть, не приближается ли шквал. Детмар, очевидно, оставил штурвал и подкрался ко мне сзади. Я держалась за поручни. Он рванул мою руку так, что пальцы разжались, и столкнул меня в воду. Жаль, что ты не догадался, иначе ты бы остался на яхте.</p>
     <p>Дункан застонал; несколько минут он не произносил ни слова. Зеленый огонек двигался уже в другом направлении.</p>
     <p>— Яхта сделала полукруг, — заявил он. — Ты права. Он умышленно заходит к нам с наветренной стороны. Так они не могут меня услышать. Но попытаемся еще.</p>
     <p>Он долго кричал, иногда замолкая на минуту. Зеленый огонек скрылся, на его месте появился красный, и они поняли, что яхта пошла обратным курсом.</p>
     <p>— Минни, — сказал он наконец, — мне больно это говорить, но ты вышла замуж за дурака. Только дурак мог прыгнуть за борт.</p>
     <p>— Есть ли какой-нибудь шанс, что нас подберут… какой-нибудь другой корабль, я хочу сказать? — спросила она.</p>
     <p>— Один шанс на десять тысяч, или, вернее, на десять миллиардов. Мы далеко от обычных путей пассажирских и торговых судов. И китобои не заходят в эту часть Тихого океана. Разве только случайно пройдет торговая шхуна из Тутуванга. Но, к сожалению, на этот остров она заходит только раз в год. У нас один шанс на миллион.</p>
     <p>— И мы будем бороться за этот шанс, — твердо заявила она.</p>
     <p>— Ты прелесть! — Он прижал к губам ее руку. — А тетя Элизабет еще удивлялась, что я нашел в тебе. Конечно, мы будем бороться за этот шанс. И этот шанс будет наш. Иначе и быть не может. Начнем.</p>
     <p>Он отстегнул от пояса тяжелый револьвер, который немедленно пошел ко дну. Пояс, однако, он оставил.</p>
     <p>— Теперь забирайся в круг и немного поспи. Ныряй под него.</p>
     <p>Она послушно нырнула и поднялась внутри плавающего круга. Дункан помог ей затянуть спасательный линь <a l:href="#n_822" type="note">[822]</a> и затем сам пристегнулся снаружи к кругу ремнем от пистолета, пропустив его под мышки.</p>
     <p>— Завтрашний день мы продержимся, — сказал он. — Слава богу, вода теплая. Во всяком случае, первые сутки нам придется еще не так туго. А если нас к ночи не подберут, нам просто надо будет продержаться еще денек. Вот и все.</p>
     <p>Примерно полчаса они молчали. Дункан опустил голову на руку, которой опирался на круг, и, казалось, спал.</p>
     <p>— Бойд? — тихо окликнула его Минни.</p>
     <p>— Я думал, ты спишь, — проворчал он.</p>
     <p>— Бойд, если мы не выберемся…</p>
     <p>— Прекрати, — грубо прервал он ее. — Мы безусловно выберемся. Нет никакого сомнения. Где-нибудь в океане есть корабль, который плывет прямо к нам. Вот увидишь. Хотя, впрочем, жаль, что у меня в голове нет радиостанции. Ну, ты как хочешь, а я буду спать.</p>
     <p>Но на этот раз уснуть ему не удалось. Примерно через час, услышав, что Минни пошевелилась, он понял, что и она не спит.</p>
     <p>— Знаешь, о чем я думаю? — спросила она.</p>
     <p>— Нет, о чем?</p>
     <p>— О том, что я забыла поздравить тебя с рождеством.</p>
     <p>— Черт побери, я совсем забыл! Конечно, ведь сегодня рождество. И мы еще много раз будем праздновать его. А знаешь, о чем думал я? О том, какое свинство оставить нас без рождественского обеда. Ну, ничего, я еще доберусь до Детмара. Уж тогда я отыграюсь. И мне не понадобится для этого железный болт. Только кулаки — вот и все.</p>
     <p>Хотя Бойд Дункан шутил, он почти ни на что не надеялся. Он хорошо знал, что значит один шанс из миллиона, и трезво сознавал, что им остается прожить считанные часы и что эти последние часы неизбежно будут часами ужаса и мучений.</p>
     <p>В безоблачном небе показалось солнце. Кругом ничего не было видно. «Сэмосет» уже скрылся за горизонтом. Когда солнце поднялось выше, Дункан разорвал свою пижаму и смастерил подобие тюрбанов. Смоченные в воде, они защищали головы от палящих лучей.</p>
     <p>— Стоит мне подумать об этом обеде, как я свирепею, — пожаловался он, когда заметил, что лицо жены начинает омрачаться. — И я хочу свести счеты с Детмаром при тебе. Я против того, чтобы женщины были свидетелями кровавых сцен, но тут — другое дело. Я его разукрашу как следует!</p>
     <p>Надеюсь только, что я не разобью о него свои кулаки, — помолчав, добавил он.</p>
     <p>Настал и прошел полдень, а они все плавали, окруженные морем и небом. Ласковое дыхание затихающего пассата освежало их, и они мерно покачивались в мягкой зыби летнего океана. Однажды альбатрос заметил их и часа полтора парил над ними, величаво взмахивая крыльями. А в другой раз в нескольких ярдах от них проплыл огромный скат футов в двадцать длиной.</p>
     <p>На закате Минни начала бредить — тихо и жалобно, как ребенок. Дункан смотрел, слушал, и в глазах его застывала безнадежность; он мучительно думал о том, как сократить часы наступающей агонии. Именно об этом он думал, когда, поднявшись на высокой волне, еще раз оглядел горизонт; и то, что он увидел, заставило его вскрикнуть.</p>
     <p>— Минни! — Она не ответила, и он несколько раз громко, как только мог, окликнул ее. Ее глаза открылись, но она была еще в полуобморочном состоянии. Он хлопал ее по рукам, пока от боли она не пришла в себя.</p>
     <p>— Вот он, этот шанс из миллиона! — крикнул он. — Пароход, и идет прямо на нас! Черт побери, да это крейсер! Я знаю, это «Аннаполис», который везет астрономов из Тутуванги.</p>
     <p>Консул Соединенных Штатов Лингфорд был пугливым старичком, и за два года службы в Ату-Ату ему не доводилось слышать о столь беспрецедентном случае, о каком рассказал ему Бойд Дункан. Последнего, вместе с женой, высадил здесь «Аннаполис», который тотчас же отправился со своим грузом астрономов дальше, на Фиджи.</p>
     <p>— Это хладнокровное, обдуманное покушение на убийство, — сказал консул Лингфорд. — Правосудие доберется до него. Я не знаю точно, как поступить с этим капитаном Детмаром, но если он появится в Ату-Ату, можете не сомневаться — им займутся, им… э… им займутся. Я между делом пороюсь в своде законов. А пока не откушаете ли вы у меня с вашей супругой?</p>
     <p>Дункан собирался принять приглашение, как вдруг Минни, которая поглядывала в окно на пристань, подалась вперед и коснулась руки мужа. Он посмотрел в ту же сторону и увидел «Сэмосет» с приспущенным флагом <a l:href="#n_823" type="note">[823]</a>, — яхта разворачивалась и стала на якорь всего лишь в сотне ярдов от них.</p>
     <p>— Вот моя яхта, — сказал Дункан консулу. — И моторная лодка у борта… капитан Детмар спускается в нее. Если я не ошибаюсь, он направляется сюда сообщить о нашей гибели.</p>
     <p>Нос моторной лодки уперся в белый песок, и, оставив Лоренцо возиться с машиной, капитан Детмар прошел по пляжу и зашагал тропинкой к консульству.</p>
     <p>— Пусть рассказывает, — сказал Дункан. — А мы с вашего разрешения пойдем в соседнюю комнату и послушаем.</p>
     <p>И через приоткрытую дверь он и его жена слушали, как капитан Детмар, со слезами в голосе, описывал гибель своих хозяев.</p>
     <p>— Я тут же повернул и прошел по тому самому месту, — заключил он. — Их нигде не было видно. Я звал и звал — никакого ответа. Я лавировал там целых два часа, а потом остановился ждать до рассвета и крейсировал весь день, выставив на мачтах двух дозорных. Это ужасно. Я в отчаянии. Мистер Дункан был превосходный хозяин, и я никогда…</p>
     <p>Но ему не пришлось закончить фразу, потому что в эту минуту «превосходный хозяин» появился перед ним, а в дверях он увидел Минни. Бледное лицо капитана Детмара совсем побелело.</p>
     <p>— Я сделал все, чтобы подобрать вас, сэр, — начал он.</p>
     <p>Вместо ответа — а может быть, это был именно ответ — кулаки Дункана обрушились справа и слева на физиономию капитана Детмара. Капитан отлетел к стене, однако устоял на ногах и, пригнув голову, кинулся на своего хозяина, но получил удар прямо между глаз. Теперь Детмар упал, увлекая за собой пишущую машинку.</p>
     <p>— Это не дозволительно! — взвизгнул консул Лингфорд. — Прошу вас, прошу вас прекратить это!</p>
     <p>— Я заплачу за испорченную мебель, — ответил Дункан, обрабатывая кулаками глаза и нос Детмара.</p>
     <p>Консул Лингфорд в волнении прыгал вокруг них, как мокрая курица, а в это время мебель его кабинета превращалась в щепки. Он даже схватил Дункана за руку, но получил толчок в грудь и, задыхаясь, отлетел в другой конец комнаты. И тогда он воззвал к Минни:</p>
     <p>— Миссис Дункан, пожалуйста, прошу вас, не попытаетесь ли вы сдержать вашего мужа?</p>
     <p>Но она, бледная и дрожащая, решительно покачала головой, не спуская глаз с дерущихся.</p>
     <p>— Это возмутительно! — кричал консул Лингфорд, увертываясь от катающихся по полу противников. — Это оскорбление правительства, правительства Соединенных Штатов! Предупреждаю вас, это не останется без последствий. Прошу вас, прекратите, мистер Дункан. Вы его убьете. Прошу вас. Прошу вас, прошу…</p>
     <p>Но тут треск разлетевшейся на куски высокой вазы с пунцовой тропической мальвой заставил его онеметь.</p>
     <p>И вот настал момент, когда капитан Детмар не мог уже подняться на ноги. Он сумел лишь встать на четвереньки и, тщетно пытаясь выпрямиться, растянулся на полу. Дункан толкнул ногой стонущего Детмара.</p>
     <p>— Ничего, — заявил Дункан. — Я избил его не сильней, чем он сам в свое время избивал матросов.</p>
     <p>— Великий боже, сэр! — Консул Лингфорд в ужасе уставился на человека, которого он пригласил к обеду.</p>
     <p>Дункан с трудом подавил невольный смешок.</p>
     <p>— Я приношу извинения, мистер Лингфорд, приношу самые нижайшие извинения. Боюсь, что я позволил себе несколько увлечься.</p>
     <p>Консул Лингфорд судорожно глотал воздух, взмахивая руками.</p>
     <p>— Несколько, сэр? Несколько? — с трудом выдавил он наконец.</p>
     <p>— Бойд, — тихо позвала Минни. Он оглянулся и посмотрел на нее.</p>
     <p>— Ты прелесть, — сказала она.</p>
     <p>— А теперь, мистер Лингфорд, когда я рассчитался с ним, — сказал Дункан, — передаю то, что осталось, вам и правосудию.</p>
     <p>— Вот это? — в ужасе спросил консул Лингфорд.</p>
     <p>— Вот это, — ответил Бойд Дункан и с грустью взглянул на свои разбитые кулаки.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Война</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Это был молодой человек лет двадцати четырех — двадцати пяти, не больше, и он сидел бы на лошади с небрежной грацией юности, если бы им не владели озабоченность и страх. Черные глаза его бегали во все стороны, ловя каждое движение ветвей и сучьев, среди которых порхали птицы; он пристально всматривался вдаль, оглядывая постоянно меняющиеся ряды деревьев и кустов, и то и дело переводил взор на густые заросли, окаймлявшие с обеих сторон дорогу. Он обшаривал глазами лес и в то же время прислушивался, хотя кругом царила тишина, нарушаемая лишь далеким гулом тяжелых орудий, стрелявших где-то на западе. Этот монотонный гул стоял у него в ушах уже много часов, и он мог бы обратить на него внимание только в том случае, если бы гул прекратился. Теперь же его занимало лишь то дело, которое он безотлагательно должен был исполнить. Через луку его седла был перекинут карабин.</p>
      <p>Нервы его были настолько напряжены, что взлетевший из-под ног лошади выводок перепелов заставил его вздрогнуть: он машинально натянул поводья и вскинул карабин почти к самому плечу. Однако, опомнившись, он стыдливо улыбнулся и поехал дальше. Он был так озабочен, так поглощен предстоящим делом, что даже не вытирал пота, который щипал ему глаза и скатывался с носа, капая на седло. Лента его кавалерийской шляпы промокла от пота до нитки. Чалая лошадь под ним тоже вся была в поту. Солнце стояло в зените, день был жаркий и совершенно безветренный. Даже птицы и белки не смели показаться на солнцепеке, прячась в лесной тени.</p>
      <p>И всадник и его конь были усыпаны древесными листьями и желтой пыльцой, так как на открытые места юноша выезжал только в случае необходимости. Он все время старался держаться под защитой деревьев и кустов, и всякий раз, когда ему надо было пересечь поляну или голый склон горного пастбища, он останавливал лошадь и внимательно оглядывал место. Пробирался он все время на север, хотя и часто сворачивал в сторону; по-видимому, с севера и грозила ему опасность, навстречу которой он двигался. Он не был трусом, но, обладая мужеством обыкновенного цивилизованного человека, хотел жить, а не искал смерти.</p>
      <p>Взбираясь по узкой пастушьей тропе на гребень невысокой горы, он попал в такую чащобу, что был вынужден спешиться и вести лошадь под уздцы. Когда тропинка повернула к западу, он оставил ее и, держа путь снова на север, поехал вдоль поросшего дубняком гребня горы.</p>
      <p>За перевалом начался спуск столь крутой, что юноша продвигался зигзагами, скользя и спотыкаясь среди опавшей листвы и цепких виноградных лоз, но при этом он все время следил, чтобы шедшая за ним лошадь не сорвалась и не свалилась на него. Пот стекал по его лицу ручьями, едкая цветочная пыльца, попадая в ноздри и рот, усиливала жажду. Путник старался двигаться совершенно беззвучно, но это ему не удавалось, и он то и дело замирал на месте, судорожно вдыхая знойный воздух и прислушиваясь, нет ли внизу какой опасности.</p>
      <p>Одолев спуск, он очутился в долине, покрытой таким густым лесом, что невозможно было определить, где она кончалась. Местность здесь позволяла ехать верхом, и юноша вновь сел на лошадь. Перед ним уже не было узловатых, искривленных горных дубков — тут, на влажной и жирной земле, росли стройные, высокие деревья с мощными стволами. Время от времени встречались и сплошные чащобы, но их легко было объехать по живописным, словно в парке, прогалинам: тут, пока не началась война, пасся скот.</p>
      <p>Теперь, попав в долину, он поехал гораздо быстрее и через полчаса наткнулся на старую изгородь, за которой шло очищенное от леса поле. Ехать по открытому месту ему не хотелось, однако путь лежал только через поле: надо было добраться до видневшейся за ним опушки леса, вдоль которого протекала речка. До опушки было не больше четверти мили, но сама мысль о том, что придется выйти из-под защиты деревьев, вызывала неприятное чувство. Ведь там, в кустах у реки, могло таиться ружье — десяток, тысяча ружей!</p>
      <p>Дважды он трогался с места и дважды останавливался. Его угнетало одиночество. Пульс войны, бившийся на западе, говорил о тысячах людей, сражавшихся бок о бок, а здесь была мертвая тишина, он со своей лошадью да грозящие смертью пули, которые могут просвистеть из-за любого куста, из-за каждого дерева. И все-таки ему надо было исполнить свой долг — найти то, что он так страшился искать. Надо ехать вперед и вперед, пока в каком-то месте, в какой-то час он не встретит человека или несколько человек с вражеской стороны, выехавших, как и он, на разведку и, как и он, обязанных доложить о соприкосновении с неприятелем.</p>
      <p>Он все же решил, что показываться в открытом поле не следует, и довольно долго ехал в обход, держась крайних деревьев и время от времени выглядывая в поле. И тут он увидел, что посреди поля стоит небольшая ферма. Казалось, все на ней вымерло. Не вился из трубы дым, не бродили и не кудахтали на дворе куры. Дверь в кухню была отворена настежь, и, глядя в ее черный проем, всадник долго ждал, что оттуда вот-вот выйдет хозяйка.</p>
      <p>Он облизал покрытые пыльцой пересохшие губы и, весь сжавшись от напряжения, выехал на знойное, залитое солнцем поле. Все было тихо. Он миновал ферму и приблизился к гряде деревьев и кустов, росших по берегу речки. Одна упорная мысль сводила его с ума — мысль о пуле, молниеносно пронзающей его тело. Думая об этом, он чувствовал себя слабым и беззащитным и еще ниже пригибался к седлу.</p>
      <p>Спешившись и привязав лошадь к дереву, он прошел сотню ярдов и оказался у самой речки. Она была футов двадцать шириной, совершенно тихая; прохладная вода так и манила измученного жаждой путника. Но, скрытый листвой, он замер на месте и выжидал, пристально вглядываясь в сплошную завесу ветвей на противоположном берегу. Потом он, чтобы немного отдохнуть, сел наземь, положив карабин на колени. Текли минута за минутой, и постепенно страх и напряжение у юноши проходили. Наконец он решил, что опасности нет; но только он собрался раздвинуть ветви и подползти к воде, какое-то движение в кустах на противоположном берегу вновь заставило его насторожиться.</p>
      <p>Возможно, это всего-навсего вспорхнула птица. Но путник терпеливо ждал. Вот кусты опять шевельнулись, и вдруг — это было так неожиданно, что он едва не вскрикнул, — из раздвинутых веток показалось лицо человека. Было ясно, что человек не брился уже не одну неделю — лицо обросло бородой имбирного цвета. Глаза у человека были голубые, широко расставленные, с морщинками смеха в уголках — эти морщинки были хорошо заметны на лице, несмотря на общее выражение усталости и тревоги.</p>
      <p>Все это юноша видел ясно и отчетливо, ибо расстояние между ними не превышало и двадцати футов. Он рассмотрел все это за тот короткий миг, пока вскидывал карабин к плечу. Он глядел теперь на мушку карабина и знал, что перед ним человек, жизнь которого можно считать конченной. Промахнуться на таком расстоянии было немыслимо.</p>
      <p>Но он не выстрелил. Он медленно опустил карабин и стал ждать. Из кустов показалась рука с зажатой в пальцах бутылкой, и голова с имбирной бородой наклонилась к воде, наполняя бутыль. Он расслышал даже бульканье воды в горлышке бутылки. Затем рука, бутыль и имбирная борода скрылись за сомкнувшимися кустами. Он долго ждал, потом, так и не утолив жажду, прокрался назад к лошади, сел на нее, неторопливо пересек залитое жарким солнцем поле и скрылся под ветвями могучих деревьев.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Другой день — знойный и безветренный. Большая, покинутая людьми ферма, со множеством строений и фруктовым садом, стоит на поляне. Из лесу на чалой лошади, с карабином поперек седла выехал молодой человек с быстрыми черными глазами. Добравшись до фермы, он с облегчением вздохнул. Ему было ясно, что здесь когда-то разыгралось сражение. Всюду валялись пустые позеленевшие гильзы патронов, а сырая земля хранила следы конских копыт. За огородом виднелись свежие могилы с нумерованными дощечками. Возле кухонной двери на дубе висели мертвецы — двое мужчин в ветхих, грязных лохмотьях. Их сморщенные, искаженные конвульсией лица уже утратили все человеческое. Чалая лошадь, проходя мимо трупов, захрапела, и всадник, гладя и успокаивая ее, привязал лошадь подальше от дуба.</p>
      <p>Заглянув в дом, он убедился, что там буквально все разрушено. Переходя из комнаты в комнату и наступая на разбросанные по полу гильзы, он посмотрел во все окна. Дом служил недавно местом привала, во всех его углах, видимо, спали люди; в одной комнате на полу остались пятна запекшейся крови — здесь явно лежал раненый.</p>
      <p>Выйдя из дома, он взял лошадь под уздцы и повел ее за сарай, в сад. В саду десяток яблонь были унизаны спелыми яблоками. Он рвал их, ел и набивал ими карманы. Потом ему пришла в голову какая-то мысль, — он посмотрел на солнце, прикидывая, сколько времени займет у него возвращение в лагерь. Затем он снял с себя рубашку и, связав рукава, сделал из нее нечто вроде мешка, который тоже принялся набивать яблоками.</p>
      <p>Он уже занес ногу в стремя, собираясь сесть на лошадь, как та внезапно насторожила уши. Юноша на секунду замер и услышал топот конских копыт по мягкой, влажной земле. Он прижался вместе с лошадью к стене сарая за углом и стал ждать. Дюжина всадников врассыпную скакала с противоположной стороны поляны и была теперь от него всего ярдах в ста. Вот уже всадники въехали во двор фермы. Кое-кто из них спешился, другие сидели в седле, словно собираясь ехать дальше. Казалось, будто они держат совет, ибо юноша расслышал возбужденный разговор, шедший на ненавистном для него языке иноземных завоевателей. Время тянулось, а они, видимо, никак не могли договориться. Юноша вложил карабин в чехол, сел на лошадь и нетерпеливо ждал, поддерживая на луке седла рубашку, набитую яблоками.</p>
      <p>Вдруг он услышал приближающиеся шаги и вонзил в бока своему чалому шпоры с такой силой, что тот застонал и бешено прянул вперед. За углом сарая всадник увидел человека, который его напугал, — это был совсем зеленый юнец, лет девятнадцати-двадцати, в военной форме; он едва успел отскочить от метнувшегося на него чалого. В тот же миг чалый резко повернул в сторону, и его седок увидел группу встревоженных людей возле дома. Несколько всадников спрыгивали с коней, а кое-кто уже успел поднести к плечу ружье. Юноша пронесся мимо кухонной двери и раскачивающихся в тени мертвецов и тем вынудил своих врагов обогнуть дом со стороны фасада. Загремел выстрел, потом второй, но юноша скакал с бешеной скоростью и сильно пригибался к седлу, вцепившись одной рукой в рубашку с яблоками, а другой держа поводья и правя лошадью.</p>
      <p>Верхняя перекладина изгороди была на высоте четырех футов от земли, но юноша знал своего чалого: тот перемахнул ее под аккомпанемент разрозненных выстрелов, ни на секунду не задержавшись. Лес был в восьмистах ярдах, и чалый могучим размашистым галопом мчался к нему. Теперь по всаднику стреляли уже все, кто только был на ферме, — они палили с такой быстротой, что юноша уже не различал отдельных выстрелов. Пуля пронзила его шляпу, но он этого не заметил, а заметил другую пулю, попавшую в рубашку с яблоками. Он вздрогнул и приник еще плотнее к луке седла, когда третья пуля, посланная слишком низко, ударилась о камень между ног коня и рикошетом взвилась в воздух, жужжа, словно какое-то диковинное насекомое.</p>
      <p>Выстрелы замирали по мере того, как пустели обоймы, и наконец совсем смолкли. Юноша ликовал: он вышел невредимым из-под дьявольского обстрела. Он оглянулся назад: нет сомнения, обоймы у них иссякли. Он увидел, как одни заряжали ружья, другие бросились к дому за лошадьми, а двое уже выехали из-за угла сарая, мчась во весь опор. И в ту же секунду он заметил человека с имбирной бородой: тот стоял на коленях и хладнокровно наводил ружье, чтобы попасть в цель с дальнего расстояния.</p>
      <p>Юноша всадил шпоры в коня, пригнулся еще ниже и круто свернул в сторону, мешая стрелку прицелиться. Выстрела до сих пор не было. С каждым прыжком коня лес становился все ближе. До него оставалось всего две сотни ярдов, а выстрела все еще не было.</p>
      <p>И вот он услышал его — последнее, что он услышал в жизни, ибо он умер раньше, чем ударился оземь, медленно валясь с седла. А те, на ферме, видели, как он падал, видели, как его тело подпрыгнуло, ударившись о землю, и видели, как во все стороны от него покатились краснощекие яблоки. Они громко смеялись над этим неожиданным извержением плодов и от души рукоплескали меткому выстрелу человека с имбирной бородой.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Под палубным тентом</p>
     </title>
     <p>— Может ли мужчина — я имею в виду джентльмена — назвать женщину свиньей?</p>
     <p>Бросив этот вызов всем присутствующим, маленький человечек вытянулся в шезлонге и медленно допил свой лимонад с видом самоуверенным и настороженно-воинственным. Никто не ответил. Все давно привыкли к маленькому человечку, к его вспыльчивости и к высокопарности его речей.</p>
     <p>— Повторяю, я своими ушами слышал, как он сказал, что некая леди, которую никто из вас не знает, — свинья. Он не сказал «поступила по-свински», а грубо заявил, что она свинья. А я утверждаю, что ни один порядочный человек не может так назвать женщину.</p>
     <p>Доктор Доусон невозмутимо попыхивал черной трубкой. Мэтьюз, обхватив руками согнутые колени, внимательно следил за полетом чайки. Суит, допив виски, искал глазами палубного стюарда.</p>
     <p>— Я спрашиваю вас, мистер Трелор, позволительно ли мужчине назвать женщину свиньей?</p>
     <p>Трелор, сидевший рядом с ним, растерялся при этой внезапной атаке; он не понимал, почему именно его заподозрили в том, что он способен назвать женщину свиньей.</p>
     <p>— Я бы сказал, — пробормотал он неуверенно, — что это… э… зависит от… того, какая… женщина.</p>
     <p>Маленький человечек был ошеломлен.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что… — начал он дрожащим голосом.</p>
     <p>— …что я встречал женщин, которые были не лучше свиней, а иногда и хуже.</p>
     <p>Наступило долгое напряженное молчание. Маленький человечек, видимо, был потрясен откровенной грубостью этого ответа. На его лице отразились неописуемые боль и обида.</p>
     <p>— Вы рассказали о человеке, который употребил не совсем деликатное выражение, и высказали свое мнение о нем, — продолжал Трелор спокойным, ровным тоном. — Теперь я расскажу вам об одной женщине — нет, извините, о леди — и, когда кончу, попрошу вас высказать ваше мнение о ней. Назовем ее хотя бы мисс Кэрьюферз, — просто потому, что ее звали не так. То, о чем я вам расскажу, случилось на одном из пароходов Восточной компании несколько лет тому назад.</p>
     <p>Мисс Кэрьюферз была очаровательна. Нет, вернее будет сказать, изумительна. Это была молодая девушка и знатная леди. Ее отец занимал высокий пост, фамилии его я называть не стану, так как она, несомненно, всем вам знакома. Девушка эта ехала к старику на восток в сопровождении матери и двух горничных.</p>
     <p>Она — простите, что я повторяю, — была изумительна! Другого определения не подберешь. Говоря о ней, приходится все прилагательные употреблять в превосходной степени. Она делала все, за что ни бралась, лучше всякой другой женщины и лучше, чем большинство мужчин. Как она играла, как пела! Соперничать с ней было невозможно, — воспользуюсь тем, что сказал один краснобай о Наполеоне. А как она плавала! Будь она профессиональной спортсменкой, она бы прославилась и разбогатела. Она принадлежала к тем редким женщинам, которые в простом купальном костюме, без всяких финтифлюшек, кажутся еще красивее. Но одевалась она со вкусом настоящей художницы.</p>
     <p>Но я говорил о том, как она плавала. Сложена она была идеально — вы понимаете, что я хочу сказать: не грубая мускулатура акробатки, а безупречность линий, изящество, хрупкость. И вместе с тем — сила. Сочеталось это в ней чудесно. У нее были прелестные руки: у плеч — только намек на мускул, нежная округлость от локтя до кисти, а кисть крохотная, но сильная. Когда она плыла быстрым английским кролем… Ну, я разбираюсь и в анатомии и в спорте, но для меня так и осталось тайной, как это у нее получалось.</p>
     <p>Она могла оставаться под водой две минуты — я проверял с часами в руках. Никто на пароходе, за исключением Деннитсона, не мог, нырнув, собрать со дна столько монет за раз. На носу был устроен наполнявшийся морской водой парусиновый бассейн в шесть футов глубиной. Мы бросали туда мелкие монеты, и я не раз видел, как она, нырнув с мостика в эту шестифутовую глубину (что само по себе было нелегким делом), собирала до сорока семи монет, разбросанных по всему дну. Деннитсон, хладнокровный и сдержанный молодой англичанин, ни разу не мог ее превзойти и только старался всегда не отставать от нее.</p>
     <p>Море казалось ее стихией, но и суша тоже. Она была великолепной наездницей… Она была совершенством! Глядя на нее, такую женственную, окруженную всегда десятком пылких поклонников, томно-небрежную или блистающую остроумием, которым она их покоряла, а иной раз и мучила, вы сказали бы, что только для этого она и создана. В такие минуты мне приходилось напоминать себе о сорока семи монетах, собранных со дна бассейна. Вот какой была эта чудо женщина, которая все умела делать хорошо. Ни один мужчина не мог остаться к ней равнодушным. Не скрою, я тоже ходил за ней по пятам. И молодые щенята и старые седые псы, которым следовало бы уже образумиться, — все стояли перед ней на задних лапах, и стоило ей свистнуть, как все до одного — от юнца Ардмора, розовощекого девятнадцатилетнего херувима, будущего чиновника в консульстве, до капитана Бентли, седовласого морского солка, который, казалось, был способен на нежные чувства не более китайского идола, бросались на ее зов. А один приятный и немолодой уже человек, по фамилии, кажется, Перкинс, вспомнил, что с ним едет жена, только тогда, когда мисс Кэрьюферз поставила его на место.</p>
     <p>Мужчины были мягким воском в ее руках, и она лепила из них, что хотела, а иногда предоставляла им таять или сгорать, как им вздумается. Со слугами она вела себя сдержанно и надменно, но любой стюард по ее знаку, не колеблясь, облил бы супом самого капитана. Кто из вас не встречал подобных женщин, пленяющих всех мужчин на свете? Мисс Кэрьюферз была великая завоевательница сердец. Она была, как удар хлыста, как жало, как пламя, как электрическая искра. И, поверьте мне, при всей ее обаятельности у нее бывали такие вспышки, что жертва ее гнева трепетала от страха и просто теряла голову.</p>
     <p>Притом, чтобы лучше понять то, что я вам расскажу, вам следует помнить, что в ней жила нечеловеческая гордость, соединившая в себе гордость расы, гордость касты, гордость пола, гордость сознания своей власти. Страшная это была гордость, страшная и капризная!</p>
     <p>Мисс Кэрьюферз командовала всем и всеми на пароходе и командовала Деннитсоном. Мы признавали, что он намного опередил всю нашу свору. Он нравился девушке все больше и больше, в этом не было сомнения, И я уверен, что она испытывала подобное чувство впервые. А мы продолжали поклоняться ей, были всегда под рукой, хотя и знали, что за Деннитсоном нам не угнаться. Неизвестно, чем бы все это кончилось, но мы пришли в Коломбо, и кончилось все это иначе.</p>
     <p>Вы помните, как в Коломбо туземные ребятишки ныряют за монетами в кишащую акулами бухту? Конечно, они рискуют это проделывать лишь по соседству с береговыми акулами, которые охотятся только за рыбой. У ребят выработалось какое-то сверхъестественное чутье: стоит появиться страшному людоеду — тигровой акуле или серой, которая забредает туда из австралийских вод, — и, раньше чем пассажиры поймут, в чем дело, мальчишки все уже выбрались на безопасное место!</p>
     <p>Дело было после завтрака. Мисс Кэрьюферз, как обычно, царила под палубным тентом. Она улыбнулась капитану Бентли, и он разрешил то, чего никогда до сих пор не разрешал: пустить туземных ребятишек на верхнюю палубу. Мисс Кэрьюферз заинтересовалась ими, ведь она сама была искусным пловцом. Она забрала у нас всю мелочь и принялась бросать монеты за борт, то по одной, то целыми горстями, диктуя условия состязания, подшучивая над неудачниками, награждая отличившихся, — словом, дирижировала всем представлением.</p>
     <p>Ее особенно заинтересовали их прыжки. Как вы знаете, центр тяжести у человека расположен высоко, и при прыжке ногами вниз трудно удержать тело в вертикальном положении и не перевернуться. У мальчишек был свой способ, ей не знакомый, и она заявила, что хочет его изучить. Они прыгали со шлюпбалок, согнувшись, и только в последний момент выпрямлялись и вертикально входили в воду.</p>
     <p>Красивое это было зрелище! Ныряли они, однако, хуже. Все, кроме одного. Этот мальчуган нырял превосходно. Вероятно, его обучал какой-нибудь белый: он нырял «ласточкой» и притом замечательно красиво. Вы знаете, что это такое: прыгаешь вниз головой с большой высоты, и задача в том, чтобы войти в воду под правильным углом. Стоит ошибиться, и рискуешь повредить себе позвоночник, остаться на всю жизнь калекой; нередки и смертные случаи. Но этот мальчик знал свое дело. Я сам видел, как он нырял с вант, с семидесятифутовой высоты. Прижав руки к груди, откинув голову, он взлетал, как птица, а потом падал горизонтально, распростершись в воздухе. Если бы он ударился так о воду, его сплющило бы, как селедку. Но над самой водой голова его опускалась, вытянутые руки сходились над ней, и грациозно изогнутое тело правильно входило в воду.</p>
     <p>Мальчик снова и снова повторял свой прыжок, восхищая всех нас, а особенно мисс Кэрьюферз. Ему было не больше тринадцати лет, но он был самым ловким из всей ватаги, любимцем и вожаком своих товарищей. Даже ребята постарше охотно ему подчинялись. Он был красив: гибок и строен, как молодой бог, живая фигурка из бронзы, с широко расставленными умными и смелыми глазами — весь, как чудесный яркий огонек жизни. Бывают и среди животных такие удивительные творения природы — леопард, лошадь. Кто из вас не любовался игрой их стальных мускулов, неукротимой порывистостью, грацией и кипучей жизнерадостностью каждого движения! В этом мальчике жизнь била ключом, она таилась в блеске его кожи, горела в глазах. Взгляд на него освежал, как глоток кислорода, — такой он был чудесный, юный, стремительный и дикий.</p>
     <p>И этот-то мальчик в самый разгар забавы первый подал сигнал тревоги. Товарищи его изо всех сил поплыли за ним к трапу, вода так и кипела от их беспорядочных движений, фонтаны брызг взлетали к небу. Мальчуганы карабкались на пароход, помогая друг другу скорее выбраться из опасного места. Лица у всех были испуганные. Наконец они все выстроились на сходнях, не отводя глаз от поверхности моря.</p>
     <p>— Что случилось? — осведомилась мисс Кэрьюферз.</p>
     <p>— Акула, наверное, — ответил капитан Бентли. — Пострелятам повезло, что она никого не сцапала.</p>
     <p>— Разве они боятся акул? — спросила она.</p>
     <p>— А вы? — спросил он, в свою очередь.</p>
     <p>Она вздрогнула, бросила взгляд на море и сделала гримаску.</p>
     <p>— Ни за что в мире я не вошла бы в воду, когда поблизости акула! — Она снова вздрогнула. — Они отвратительны!</p>
     <p>Мальчики поднялись на верхнюю палубу и столпились у поручней, с обожанием глядя на мисс Кэрьюферз, бросившую им столько монет. Представление кончилось, и капитан Бентли знаком приказал им убираться. Но мисс Кэрьюферз остановила его:</p>
     <p>— Погодите минутку, капитан. Я всегда думала, что туземцы не боятся акул.</p>
     <p>Она поманила к себе мальчика, нырявшего «ласточкой», и жестом предложила ему прыгнуть еще раз. Он покачал головой, и вся толпа у поручней рассмеялась, как будто услышала веселую шутку.</p>
     <p>— Акула, — пояснил он, указывая на воду.</p>
     <p>— Нет, — сказала она, — никакой акулы нет!</p>
     <p>Но мальчик решительно кивнул, и его товарищи закивали так же решительно.</p>
     <p>— Нет тут никаких акул! — воскликнула она и обратилась к нам: — Кто одолжит мне полкроны и соверен?</p>
     <p>Немедленно полдюжины рук протянулись к ней с кронами и соверенами. Она взяла две монеты у Ардмора и показала мальчикам полкроны, но ни один не бросился к поручням. Они стояли, растерянно ухмыляясь Она стала предлагать монету каждому отдельно, но каждый только качал головой и улыбался, переминаясь с ноги на ногу. Тогда она бросила полукрону за борт. Мальчики провожали сверкавшую в воздухе монету взглядами, полными сожаления, но никто не шевельнулся.</p>
     <p>— Только не предлагайте им соверен, — шепнул ей Деннитсон.</p>
     <p>Не обращая внимания на его слова, она вертела золотой монетой перед глазами мальчика, который нырял «ласточкой».</p>
     <p>— Оставьте! — сказал капитан Бентли. — Я и больную кошку за борт не брошу, если акула близко.</p>
     <p>Но мисс Кэрьюферз только рассмеялась, упорствуя в своей затее, и продолжала соблазнять мальчика совереном.</p>
     <p>— Не искушайте его, — настаивал Деннитсон. — Это для него целое состояние. Он способен прыгнуть.</p>
     <p>— А вы не прыгнули бы? — резко сказала она и добавила мягче: — Если я брошу?</p>
     <p>Деннитсон покачал головой.</p>
     <p>— Вы дорого себя цените, — заметила она. — Сколько нужно соверенов, чтобы вы прыгнули?</p>
     <p>— Столько еще не начеканено, — был ответ.</p>
     <p>На мгновение мисс Кэрьюферз задумалась. В стычке с Деннитсоном мальчик был забыт.</p>
     <p>— Даже ради меня? — спросила она очень тихо.</p>
     <p>— Только чтобы спасти вас.</p>
     <p>Она снова обернулась к мальчику и показала ему золотой, прельщая его таким огромным богатством. Затем притворилась, что бросает, и он невольно шагнул к поручням; только резкие окрики товарищей удержали его. В их голосах звучали злоба и упрек.</p>
     <p>— Я знаю, вы только дурачитесь, — сказал Деннитсон. — Дурачьтесь, сколько хотите, только ради бога не бросайте!</p>
     <p>Был ли это каприз, думала ли она, что мальчик не рискнет прыгнуть в воду, трудно сказать. Для нас всех это явилось полной неожиданностью. Золотая монета вылетела из-под тента, сверкнула в ослепительном солнечном свете и, описав сияющую дугу, упала в море. Никто не успел опомниться, как мальчик был уже за бортом. Он и монета взлетели в воздух одновременно. Красивое было зрелище! Соверен упал в воду ребром, и в ту же секунду в том же месте почти без всплеска вошел в воду мальчик. Раздался общий крик ребятишек, у которых глаза были зорче наших, и мы бросились к поручням. Ерунда, что акуле для нападения нужно перевернуться на спину. Эта не перевернулась. Сквозь прозрачную воду мы сверху видели все. Акула была крупная и сразу перекусила мальчика пополам.</p>
     <p>Кто-то из нас шепотом сказал что-то — не знаю, кто, — может быть, и я. Затем наступило молчание. Первой заговорила мисс Кэрьюферз. Лицо ее было смертельно бледно.</p>
     <p>— Я… мне и в голову не приходило… — сказала она с коротким истерическим смешком.</p>
     <p>Ей понадобилась вся ее гордость, чтобы сохранить самообладание. Она посмотрела на Деннитсона, словно ища поддержки, потом поочередно на каждого из нас. В ее глазах был ужас, губы дрожали. Да, теперь я думаю, что мы были жестоки тогда, никто из нас не шелохнулся.</p>
     <p>— Мистер Деннитсон, — сказала она. — Том! Проводите меня вниз.</p>
     <p>Он не повернулся, не взглянул на нее, даже бровью не повел, только достал папиросу и закурил, но в жизни я не видел такого мрачного выражения на лице человека. Капитан Бентли что-то буркнул и сплюнул за борт. И все. И кругом молчание.</p>
     <p>Она отвернулась и пошла по палубе твердой походкой, но, не пройдя и десяти шагов, пошатнувшись, уперлась рукой в стену каюты, чтоб не упасть. Вот так она и шла — медленно, цепляясь за стену.</p>
     <p>Трелор умолк и, повернувшись к маленькому человечку, устремил на него холодный вопросительный взгляд.</p>
     <p>— Ну, — спросил он наконец, — что вы скажете о ней?</p>
     <p>Человек проглотил слюну.</p>
     <p>— Мне нечего сказать, — пробормотал он, — нечего.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Убить человека</p>
     </title>
     <p>Дом освещали только тускло мерцавшие ночники, но она уверенно ходила по хорошо знакомым большим комнатам и просторным залам, тщетно разыскивая недочитанную книгу стихов, которую накануне куда-то положила и о которой вспомнила только теперь. Войдя в гостиную, она зажгла свет. Он озарил ее фигуру в легком домашнем платье из бледно-розового шелка, отделанном кружевами, в которых тонули ее обнаженные плечи и шея. Несмотря на поздний час, на ее пальцах все еще сверкали кольца, а пышные золотистые волосы были уложены в прическу. Женщина была очень хороша собой и грациозна. На тонко очерченном овальном лице с алыми губами и нежным румянцем светились голубые глаза, изменчивые, как хамелеон: они то широко раскрывались с выражением девичьей невинности, то становились жестокими, серыми и холодными, а порой в них вспыхивало что-то дикое, властное и упрямое.</p>
     <p>Она погасила свет в гостиной и прошла через вестибюль, направляясь в другую комнату. У двери остановилась: что-то заставило ее насторожиться. До ее слуха донесся какой-то звук, легкий шорох, словно там кто-то двигался. Она могла бы поклясться, что ничего не слышала, а между тем ей почему-то было не по себе. Ночная тишина была нарушена. Женщина спрашивала себя, кто из слуг мог в такой час бродить по комнатам? Конечно, не дворецкий: он только в особых случаях изменял своей привычке рано ложиться спать. И не горничная, которую она отпустила на весь вечер.</p>
     <p>Проходя мимо столовой, она увидела, что дверь закрыта. Зачем она отворила ее и вошла, она и сама не знала. Может быть, она инстинктивно чувствовала, что именно отсюда донеслись звуки, встревожившие ее. В комнате было темно, но она ощупью отыскала выключатель и повернула его. Когда вспыхнул свет, она отступила к двери и негромко ахнула.</p>
     <p>Прямо перед ней, около выключателя, прижавшись к стене, стоял какой-то мужчина, направив на нее револьвер. Несмотря на испуг, женщина успела заметить, что револьвер черного цвета и очень длинный. «Кольт», — подумала она. Человек был среднего роста, плохо одет, его темное от загара лицо с карими глазами казалось совершенно спокойным. Револьвер не дрожал в полусогнутой руке и был направлен прямо ей в грудь.</p>
     <p>— Ах, извините, — сказала она. — Вы напугали меня. Что вам угодно?</p>
     <p>— Мне угодно поскорее выбраться отсюда, — ответил он, насмешливо кривя губы. — Я вроде как заблудился в ваших апартаментах, и если вы будете так добры показать мне выход, я не причиню вам никаких неприятностей и немедленно уберусь.</p>
     <p>— А как вы сюда попали? — спросила она, и в ее голосе послышались резкие ноты, как у человека, привыкшего повелевать.</p>
     <p>— Просто хотел вас ограбить, мисс, вот и все. Я забрался сюда, чтобы посмотреть, что можно взять. Я был уверен, что вас нет дома, потому что видел, как вы садились в машину со стариком. Это, верно, ваш папаша, а вы мисс Сетлиф?</p>
     <p>Мисс Сетлиф заметила его ошибку, оценила бесхитростный комплимент и решила оставить незнакомца в заблуждении.</p>
     <p>— Кто вам сказал, что я мисс Сетлиф? — спросила она.</p>
     <p>— Это дом старого Сетлифа?</p>
     <p>Она утвердительно кивнула головой.</p>
     <p>— А я и не знал, что у него есть дочь. Ну, а теперь, если это вас не затруднит, покажите мне, как выйти отсюда, и я буду вам очень признателен.</p>
     <p>— С какой стати? Ведь вы грабитель, взломщик.</p>
     <p>— Не будь я зеленым новичком в этом деле, я просто снял бы с ваших рук кольца и не стал бы с вами церемониться, — сказал он. — Но я пришел обчистить старого Сетлифа, а не грабить женщин. Если вы отойдете от двери, я, пожалуй, и сам найду дорогу.</p>
     <p>Мисс Сетлиф была сообразительна. Она сразу поняла, что этого человека ей бояться нечего. Ясно, что он не профессиональный преступник и, судя по его произношению, не городской житель. На нее даже как будто пахнуло свежим воздухом необъятных степных просторов.</p>
     <p>— А если я закричу? — полюбопытствовала она. — Если стану звать на помощь? Разве вы способны застрелить меня?.. Женщину?</p>
     <p>Она заметила мелькнувшее в его темных глазах выражение растерянности. Он ответил медленно, задумчиво, как бы решая трудную задачу:</p>
     <p>— Пожалуй, тогда я придушил бы или покалечил вас.</p>
     <p>— Женщину?</p>
     <p>— Я был бы вынужден так поступить, — ответил он. и она увидела, как сурово сжались его губы. — Конечно, вы только слабая женщина, но, видите ли, мисс, мне никак нельзя попасть в тюрьму. Никак нельзя! Мой друг ждет меня на Западе. Он попал в беду, и я должен выручить его. Думаю, я сумел бы придушить вас, не причинив особой боли.</p>
     <p>Она смотрела на него во все глаза, с детским любопытством.</p>
     <p>— Я еще никогда не видела грабителей, — пояснила она, — и вы представить себе не можете, как мне интересно говорить с вами.</p>
     <p>— Я не грабитель, мисс… То есть не настоящий, — поспешил он добавить, увидев, что она смотрит на него с ироническим недоверием. — Да, конечно, так можно подумать… раз я забрался в чужой дом… Но за такое дело я взялся впервые. Мне до зарезу нужны деньги. И, кроме того, я, собственно, беру то, что мне причитается.</p>
     <p>— Не понимаю. — Она ободряюще улыбнулась. — Вы пришли грабить, а грабить — это значит брать то, что вам не принадлежит.</p>
     <p>— Это и так и не так… Однако мне, пожалуй, пора уходить.</p>
     <p>Он шагнул к двери, но женщина преградила ему путь. И какая это была обольстительная преграда! Он протянул левую руку, словно желая схватить ее, но остановился в нерешимости. Видно было, что его покорила ее кротость и женственность.</p>
     <p>— Вот видите, — сказала она торжествующе, — я знала, что вы меня не тронете!</p>
     <p>Незнакомец был в явном замешательстве.</p>
     <p>— Я никогда в жизни не обижал женщин, — объяснил он. — И решиться на это мне нелегко. Но если вы закричите, я буду вынужден…</p>
     <p>— Останьтесь еще на несколько минут, — настаивала она. — Мы поговорим. Это так интересно. Я хочу, чтобы вы объяснили, почему грабить — значит брать то, что вам причитается.</p>
     <p>Он смотрел на нее с восхищением.</p>
     <p>— Я всегда думал, что женщины боятся грабителей, — признался он, — но вы, видно, не из таких!</p>
     <p>Она весело засмеялась.</p>
     <p>— Воры бывают разные, знаете ли! Я вас не боюсь, потому что вижу вы не из тех, кто способен обидеть женщину. Давайте поболтаем. Нас никто не потревожит. Я одна дома. Мой отец уехал с ночным поездом в Нью-Йорк, слуги все спят. Хотелось бы угостить вас чем-нибудь — ведь женщины всегда угощают ужином грабителей, которых они задерживают, так по крайней мере бывает в романах. Но я не знаю, где найти еду. Может, хотите чего-нибудь выпить?</p>
     <p>Он стоял в нерешительности и ничего не отвечал; но она без труда заметила, что все больше нравится ему.</p>
     <p>— Боитесь? — спросила она. — Я не отравлю вас, честное слово. Чтобы убедить вас в этом, я сама выпью вместе с вами.</p>
     <p>— Вы удивительно славная девчонка! — воскликнул он, впервые опустив револьвер. — Теперь уж я никогда не поверю, что городские женщины трусливы. Вот вы — такая слабая, маленькая женщина, а храбрости хоть отбавляй! А главное — так доверчивы! Много ли найдется женщин или даже мужчин, которые спокойно разговаривали бы с вооруженным грабителем?</p>
     <p>Она улыбнулась, польщенная комплиментом, но ее лицо стало серьезно, когда она снова заговорила:</p>
     <p>— Это потому, что вы мне понравились. Вы кажетесь вполне порядочным человеком, и вас трудно принять за грабителя. Оставьте это занятие. Если вам не везет, поищите работу. Ну, отложите же ваш противный револьвер и давайте потолкуем об этом. Прежде всего вам необходимо найти работу.</p>
     <p>— В этом городе ничего не выйдет, — заметил он с горечью. — Я ноги исходил, пытаясь найти здесь заработок. По правде говоря, я был далеко не последним человеком до того… До того, как стал безработным.</p>
     <p>Его гневная вспышка была встречена веселым смехом, который пришелся ему по душе, а она, заметив это, постаралась использовать удобный момент. Отойдя от двери, она направилась прямо к буфету.</p>
     <p>— Расскажите мне обо всем подробно, пока я найду что-нибудь в буфете. Что вы пьете? Виски?</p>
     <p>— Да, мэм, — сказал он, шагнув за нею, но все еще сжимая в руке револьвер и нерешительно поглядывая на открытую и никем не охраняемую дверь.</p>
     <p>Она налила в стакан виски.</p>
     <p>— Я обещала выпить с вами, — сказала она медленно, — но я не люблю виски. Я… я предпочитаю херес…</p>
     <p>Она подняла бутылку с хересом, как бы спрашивая у него позволения.</p>
     <p>— Конечно, виски — напиток для мужчин. Признаться, мне не нравится, когда женщина пьет виски. Другое дело — вино.</p>
     <p>Она чокнулась с ним, глядя на него томно и ласково.</p>
     <p>— За ваши успехи! Желаю вам найти хорошую работу…</p>
     <p>Вдруг она замолчала, увидев, что на лице его выразилось отвращение и удивление. Он поставил стакан, отпив один только глоток.</p>
     <p>— В чем дело? — спросила она озабоченно. — Вам не нравятся виски? Может, я ошиблась?</p>
     <p>— Странный виски! Пахнет дымом…</p>
     <p>— Ах, какая я глупая! Я дала вам шотландский, а вы, конечно, привыкли к нашему. Давайте переменю.</p>
     <p>С почти материнской заботливостью она переменила стакан и нашла нужную бутылку.</p>
     <p>— Ну, а этот вам нравится?</p>
     <p>— Да, мэм. Он не пахнет дымом. Настоящий первосортный виски. У меня целую неделю капли во рту не было. Этот виски маслянистый. Сразу видно, что без всяких примесей.</p>
     <p>— Вы много пьете?</p>
     <p>Это был полувопрос, полувызов.</p>
     <p>— Нет, мэм, не сказал бы. Прежде бывало, что я изрядно выпивал, но это случалось очень редко… Иной раз добрая рюмка виски приходится очень кстати — вот как сейчас. Ну, а теперь, мэм, благодарю вас за доброту, мне пора.</p>
     <p>Однако миссис Сетлиф не хотелось так скоро отпустить своего вора. Нельзя сказать, чтобы ее увлекала романтика этого приключения, — она была для этого слишком уравновешенной женщиной. Но в нем было что-то необычное, волнующее, и это занимало ее. Кроме того, она теперь знала, что ей нечего опасаться. Этот человек, несмотря на свою тяжелую челюсть и суровые глаза, был удивительно послушен. И где-то глубоко в ее сознании мелькала мысль о восхищении и изумлении знакомых, когда они узнают… Жаль было упустить такой случай…</p>
     <p>— Вы так и не объяснили, почему для вас ограбить — значит взять то, что вам причитается, — сказала она. — Присядьте вот сюда, к столу, и расскажите об этом.</p>
     <p>Она придвинула себе стул, а незнакомца усадила напротив. Настороженность, видимо, не покидала его: глаза его зорко поглядывали вокруг, возвращаясь к женщине с затаенным восхищением, но останавливались на ее лице лишь ненадолго, а когда она говорила, он больше прислушивался к другим звукам, чем к ее голосу. Он ни на минуту не забывал о револьвере, который лежал на углу стола между ними, повернутый рукояткой к его правой руке.</p>
     <p>Он был в чужом, незнакомом ему доме. Этот сын Запада, уши и глаза которого были всегда настороже, когда он смело рыскал по лесам и равнинам, не знал, что под столом, около ноги его собеседницы, находилась кнопка электрического звонка. Он никогда и не слышал о такой выдумке, его бдительность и осторожность здесь были бессильны.</p>
     <p>— Видите ли, мисс, — начал он, отвечая на ее настойчивый вопрос, — старик Сетлиф когда-то надул меня в одном деле и разорил дотла. Это была грязная махинация, и она удалась ему. Для тех, у кого в кармане сотни миллионов, все законно, им все сходит с рук. Я не хнычу и не думаю мстить вашему папаше. Он никогда не слышал обо мне и, конечно, не знает, что сделал меня нищим. Ведь он — важная персона и орудует миллионами, где ему слышать о такой мелкой сошке, как я? Он делец. К его услугам сотни разных специалистов, которые думают и работают за него. Я слышал, что некоторые из них получают больше жалованья, чем президент Соединенных Штатов. А я только один из тех тысяч, которых разорил ваш «па».</p>
     <p>Понимаете, мэм, у меня было маленькое предприятие с гидравлической установкой в одну лошадиную силу. Но, когда Сетлиф и его компаньоны забрали в свои руки все Айдахо, реорганизовали плавильный трест, завладели всеми земельными участками и поставили большую гидравлическую установку у Туин Пайнс, я, конечно, прогорел, не выручив даже денег, вложенных в дело. Меня выбросили за борт. И вот сегодня ночью, не имея ни гроша и зная, как нуждается мой приятель, я решил зайти сюда и немного пообчистить вашего папашу. Мне очень нужны деньги, так что, если я отберу у него то, что мне причитается, греха тут большого нет.</p>
     <p>— Если даже то, что вы сказали, правда, — возразила миссис Сетлиф, — все же грабеж остается грабежом.</p>
     <p>И это никак не послужило бы вам оправданием на суде.</p>
     <p>— Знаю, — кротко согласился он. — То, что справедливо, не всегда законно. И вот поэтому-то я так неспокойно сижу здесь и разговариваю с вами. Это вовсе не значит, что мне не по душе ваше общество. Нет, вы мне очень нравитесь, но мне никак нельзя угодить в лапы полиции. Я знаю, что они со мной сделают! Вот на прошлой неделе одного парня осудили на пять лет только за то, что он на улице стащил у прохожего два доллара восемьдесят пять центов. Я сам читал об этом в газете. В тяжелые времена, когда нет работы, люди становятся отчаянными. А те. у кого можно поживиться, тоже ожесточаются и срывают зло на всяком, кто попадется им в руки. Если бы меня сейчас схватили, то меньше чем десятью годами мне никак не отделаться. Поэтому я и хочу поскорее убраться отсюда.</p>
     <p>— Нет, подождите, — она жестом пыталась удержать его и одновременно сняла ногу с кнопки звонка, которую время от времени нажимала, — вы даже не сказали мне, как вас зовут.</p>
     <p>После минутного колебания он сказал:</p>
     <p>— Называйте меня Дэйвом…</p>
     <p>— Ну, так вот… Дэйв… — она засмеялась с милым смущением, — нужно что-нибудь сделать для вас. Вы еще молоды и впервые пошли по плохой дороге. Если вы и впредь будете брать все, что, по вашему мнению, вам причитается, то потом вы начнете брать и то, что вам наверняка не причитается. А вы знаете, каков бывает конец. Давайте-ка лучше подыщем вам честное занятие.</p>
     <p>— Мне нужны деньги, и нужны сейчас! — ответил он упрямо. — Они не для меня, а для приятеля, о котором я вам говорил. Он в беде, его нужно выручить поскорее, или он пропал.</p>
     <p>— Я могу подыскать вам место, — быстро сказала она. — А что касается вашего приятеля… Знаете что? Я одолжу вам деньги, и вы их пошлете ему. Отдадите мне потом из вашего жалованья…</p>
     <p>— Долларов триста хватило бы, — медленно сказал он. — Да, с тремя сотнями он выпутается. За это и еще за харчи и несколько центов на табак я готов работать год не покладая рук.</p>
     <p>— Ах, вы курите? А я и не подумала об этом.</p>
     <p>Она протянула руку над револьвером к его руке, указывая на характерные желтые пятна на его пальцах, и одновременно измерила взглядом расстояние до оружия. Ей страстно хотелось быстрым движением схватить револьвер. Она была уверена, что сможет сделать это, и все же не решалась. В конце концов она сдержала себя и убрала руку.</p>
     <p>— Вам хочется курить?</p>
     <p>— До смерти.</p>
     <p>— Курите, пожалуйста, я не возражаю. Мне даже нравится, когда курят — сигареты, конечно.</p>
     <p>Левой рукой он достал из бокового кармана клочок измятой папиросной бумаги и положил его возле правой руки, рядом с револьвером. Снова полез в карман и высыпал на бумажку щепотку крупного бурого табаку. Затем, положив обе руки на револьвер, начал свертывать папиросу.</p>
     <p>— Вы так держитесь за этот отвратительный револьвер, как будто боитесь меня, — задорно сказала она.</p>
     <p>— Вас не боюсь, мэм, но все-таки чуточку неспокоен…</p>
     <p>— А я вот не побоялась вас.</p>
     <p>— Вы же ничем не рисковали.</p>
     <p>— А жизнью? — возразила она.</p>
     <p>— Да, правда, — быстро согласился он. — И все-таки не испугались! Может быть, я чересчур осторожен.</p>
     <p>— Я не сделаю вам ничего плохого. — Говоря это и устремив на него серьезный и искренний взгляд, она в то же время ногой снова нажала кнопку электрического звонка. — Я вижу, вы плохо разбираетесь в людях. Особенно в женщинах! Я пытаюсь убедить вас бросить преступную жизнь и хочу найти вам честное занятие, а вы…</p>
     <p>Ему стало совестно.</p>
     <p>— Прошу прощения, мэм, — сказал он, — пожалуй, моя подозрительность не делает мне чести.</p>
     <p>Сняв правую руку с револьвера, он закурил, потом опустил ее на колени.</p>
     <p>— Благодарю вас за доверие, — сказала она чуть слышно и, отведя глаза от револьвера, еще энергичнее нажала кнопку звонка.</p>
     <p>— А эти триста долларов, — начал он, — я могу сегодня же отправить по телеграфу на Запад. За них я согласен работать целый год получая только на харчи.</p>
     <p>— Вы заработаете больше. Я обещаю вам не меньше семидесяти пяти долларов в месяц. Вы умеете ходить за лошадьми?</p>
     <p>Его лицо прояснилось, а в глазах сверкнули огоньки.</p>
     <p>— Ну вот, поступайте на службу ко мне или к моему отцу — это все равно, слуг обычно нанимаю я. Мне нужен второй кучер…</p>
     <p>— Носить ливрею? — резко перебил он, и презрение свободного сына Запада послышалось в его голосе и выразилось в усмешке.</p>
     <p>Она снисходительно улыбнулась.</p>
     <p>— Значит, это вам не подойдет. Дайте подумать… Вы умеете объезжать жеребцов?</p>
     <p>Он кивнул головой.</p>
     <p>— У нас есть племенной завод, и там найдется работа для такого человека, как вы. Согласны?</p>
     <p>— Согласен ли, мэм? — В его голосе звучали благодарность и восторг. — Скажите, где это. Я готов начать хоть завтра. И одно могу обещать вам, мэм: вы никогда не пожалеете, что помогли Хьюги Люку в беде.</p>
     <p>— Вы, кажется, назвали себя Дэйвом? — сказала она с легким упреком.</p>
     <p>— Да, мэм, простите, что я соврал. Мое настоящее имя Хьюги Люк. И если вы укажете мне, где находится ваш племенной завод, и дадите денег на проезд, я утром сразу отправлюсь туда.</p>
     <p>Во время этого разговора она продолжала непрерывно нажимать кнопку звонка. Она давала разные сигналы: три коротких звонка и один длинный, два коротких и длинный и, наконец, пять звонков подряд. Затем, после ряда коротких звонков, она непрерывно звонила целых три минуты. И то мысленно упрекала глупого заспавшегося дворецкого, то сомневалась в исправности звонка.</p>
     <p>— Я так рада, — сказала она, — так рада, что вы согласны! Это можно будет устроить без особых хлопот. А теперь разрешите мне сходить наверх за кошельком.</p>
     <p>И, увидев, что в его глазах мелькнуло сомнение, она быстро добавила:</p>
     <p>— Я же доверяю вам триста долларов!</p>
     <p>— Я верю вам, мэм, — почтительно ответил он. — Но просто не могу справиться со своими нервами.</p>
     <p>— Значит, я могу сходить наверх за деньгами?</p>
     <p>Прежде чем он успел ответить, она услышала отдаленный легкий шум. Она узнала скрип двери в буфетной, но он был так слаб — скорее легкое колебание воздуха, чем звук: она бы и не услыхала его, если бы не ждала его с таким напряжением. Однако его услышал и Хьюги Люк.</p>
     <p>— Что это? — спросил он с тревогой.</p>
     <p>Вместо ответа она мгновенно протянула левую руку и схватила револьвер. Ее движение было полной неожиданностью для Люка, и женщина рассчитывала на это. В следующий момент его рука коснулась пустого места, где прежде лежало оружие.</p>
     <p>— Сядьте! — скомандовала она резким голосом, который он даже не сразу узнал. — Не двигайтесь! Руки на стол!</p>
     <p>Она помнила, как он держал револьвер, и урок пошел ей на пользу. Вместо того чтобы держать тяжелый револьвер в вытянутой руке, она оперлась локтем о стол и целилась не в голову, а прямо в грудь. А он сидел спокойно и подчинялся ее приказаниям, видя, что нет ни малейшей возможности выбить у нее из рук револьвер, а надеяться на промах тоже бессмысленно. Он видел, что ни револьвер, ни рука не дрожат, и хорошо представлял себе размеры дыры, которую оставляют пули с мягким кончиком. Он следил не за женщиной, а за курком, который приподнялся оттого, что она пальцем слегка нажала спуск.</p>
     <p>— Пожалуй, надо предупредить вас, что у него очень тонкая нарезка. Не нажимайте так сильно, а то вы просверлите во мне дыру величиной с грецкий орех.</p>
     <p>Она немного опустила курок.</p>
     <p>— Вот так лучше, — заметил он. — А еще лучше опустить совсем. Видите, как он послушен. Если потребуется, то быстрый и легкий нажим поднимет и опустит его, на вашем зеркальном полу будет хорошая каша.</p>
     <p>Дверь за его спиной открылась, и он услышал, что кто-то вошел в комнату. Но он не сделал ни малейшего движения, он только посмотрел на женщину и увидел совсем другое лицо: жестокое, холодное, безжалостное и все же удивительно красивое. Глаза ее тоже стали суровыми и сверкали холодным огнем.</p>
     <p>— Томас, — приказала она, — вызовите по телефону полицию. Почему вы так долго не приходили?</p>
     <p>— Я пришел, как только услышал звонок, мадам.</p>
     <p>Вор ни на минуту не отрывал от нее глаз, и она тоже смотрела на него в упор, но при упоминании о звонке она заметила, что в его глазах мелькнуло недоумение.</p>
     <p>— Простите, мадам, — сказал дворецкий — не лучше ли будет мне взять револьвер и разбудить слуг?</p>
     <p>— Нет, звоните в полицию. Я сама задержу здесь этого человека. Идите и действуйте быстро!</p>
     <p>Дворецкий, шлепая ночными туфлями, вышел из комнаты, а мужчина и женщина продолжали сидеть, не сводя глаз друг с друга. Она испытывала острое наслаждение при мысли о будущих восторженных похвалах всех ее знакомых, она уже видела заметки в светской хронике газет о молодой, прекрасной миссис Сетлиф, которая одна задержала вооруженного грабителя. Она была уверена, что это вызовет настоящую сенсацию!</p>
     <p>— Когда вам вынесут в суде тот приговор, о котором вы говорили, — сказала она холодно, — у вас будет достаточно времени поразмыслить над тем, какую вы сделали глупость, посягнув на чужое имущество и угрожая женщине оружием. У вас будет достаточно времени, чтобы на всю жизнь запомнить этот урок. Теперь скажите правду: ведь у вас нет никакого друга, который нуждается в вашей помощи? И все, что вы мне говорили, — ложь?</p>
     <p>Он молчал, и в его глазах, устремленных на нее, ничего нельзя было прочесть. В эту минуту словно какой-то туман заслонил от него женщину, и он видел не ее, а залитые солнцем просторы Запада, где мужчины и женщины нравственно были неизмеримо выше этих растленных жителей прогнивших городов Востока.</p>
     <p>— Что же вы молчите? Почему не выдумываете что-нибудь еще? Почему не попросите, чтобы я вас отпустила?</p>
     <p>— Я бы попросил, — ответил он, облизывая пересохшие губы. — Я бы попросил, если бы…</p>
     <p>— Если бы что? — спросила она повелительно.</p>
     <p>— Я все думаю о словечке, которое вы мне напомнили… Я попросил бы вас отпустить меня, если бы вы были порядочной женщиной.</p>
     <p>Она побледнела.</p>
     <p>— Будьте осторожнее! — предупредила она.</p>
     <p>— Да у вас не хватит духу убить меня! — Он презрительно усмехнулся. — Наш мир — прегнусное место, если в нем разгуливают люди вроде вас, но он, мне думается, не так низко пал, чтобы позволить вам безнаказанно продырявить меня. Вы дрянная женщина, но беда ваша в том, что вы слабы. Убить человека не так уж трудно, но вы не посмеете сделать это. У вас не хватит духу.</p>
     <p>— Осторожнее выражайтесь! — повторила она. — Предупреждаю вас, дело плохо кончится. От меня зависит, будет ли вам вынесен приговор суровый или мягкий.</p>
     <p>— И что это за бог, — воскликнул он неожиданно, — если он позволяет таким, как вы, безнаказанно делать подлости! Не понимаю, зачем ему так зло издеваться над бедным человечеством… Если бы я был богом…</p>
     <p>Его рассуждения были прерваны появлением дворецкого.</p>
     <p>— Что-то случилось с телефоном, мадам, — сообщил он, — провода повреждены или что другое. Станция не отвечает.</p>
     <p>— Так разбудите кого-нибудь из слуг, — приказала она. — Пошлите за полицией, а затем возвращайтесь сюда.</p>
     <p>И они снова остались вдвоем.</p>
     <p>— Не ответите ли вы мне на один вопрос, мэм? — сказал Люк. — Ваш слуга говорил что-то о звонке. Я все время следил за вами и не видел, чтобы вы дотронулись до звонка.</p>
     <p>— Он под столом, глупый вы человек! Я нажимала его ногой.</p>
     <p>— Благодарю вас, мэм. Мне казалось, что я уже встречал людей вроде вас, и теперь я в этом убежден. Я доверился вам и открыл вам душу, а вы все время подло меня обманывали.</p>
     <p>Она пренебрежительно засмеялась.</p>
     <p>— Продолжайте. Говорите, что хотите. Это очень занятно.</p>
     <p>— Вы строили мне глазки, притворялись доброй и милой и, пользуясь тем, что носите юбку, а не брюки, провели меня. И все это время ногой нажимали кнопку звонка! Что ж и в этом есть кое-какое утешение. Я предпочитаю оставаться бедным Хьюги Люком и десять лет сидеть в тюрьме, чем быть в вашей шкуре. Таким женщинам, как вы, мэм, место в аду!</p>
     <p>Воцарилось молчание, во время которого мужчина не сводил с женщины глаз. Он, казалось, изучал ее и принимал какое-то решение.</p>
     <p>— Продолжайте, — настаивала она, — скажите еще что-нибудь.</p>
     <p>— Да, мэм, скажу. Обязательно скажу. Вы знаете, что я собираюсь сделать? Я поднимусь со стула и пойду к двери. Я отнял бы у вас револьвер, но вы можете сделать глупость и спустить курок. Ладно, оставлю его вам! А жаль, револьвер хороший. Да, так я пойду прямо к двери. И вы не будете стрелять. Чтобы убить человека, необходимо мужество, а у вас его нет. Ну, теперь приготовьтесь и посмотрим, сможете ли вы выстрелить. Я не причиню вам никакого вреда и уйду через эту дверь. Я ухожу.</p>
     <p>Не спуская с нее глаз, он оттолкнул стул и встал. Курок наполовину поднялся. Она смотрела на револьвер, и он тоже.</p>
     <p>— Нажимайте сильнее, — посоветовал он, — курок еще и до половины не дошел. Ну-ка, попробуйте убить человека, сделайте в нем дыру величиною с кулак, чтобы его мозг брызнул на ваш пол. Вот что значит убить человека.</p>
     <p>Курок поднимался толчками, но медленно. Человек повернулся спиной и не спеша пошел к двери. Она подняла револьвер, целясь Люку в спину. Дважды курок поднимался, но нерешительно опускался вниз.</p>
     <p>У двери Люк еще раз повернулся, прежде чем уйти. Презрительно усмехаясь, он тихо, с расстановкой, произнес отвратительное ругательство, вложив в него всю свою ненависть к этой женщине.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Мексиканец</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Никто не знал его прошлого, а люди из Хунты <a l:href="#n_824" type="note">[824]</a> и подавно. Он был их «маленькой загадкой», их «великим патриотом» и по-своему работал для грядущей мексиканской революции не менее рьяно, чем они. Признано это было не сразу, ибо в Хунте его не любили. В день, когда он впервые появился в их людном помещении, все заподозрили в нем шпиона — одного из платных агентов Диаса <a l:href="#n_825" type="note">[825]</a>. Ведь сколько товарищей было рассеяно по гражданским и военным тюрьмам Соединенных Штатов! Некоторые из них были закованы в кандалы, но и закованными их переправляли через границу, выстраивали у стены и расстреливали.</p>
      <p>На первый взгляд мальчик производил неблагоприятное впечатление. Это был действительно мальчик, лет восемнадцати, не больше, и не слишком рослый для своего возраста. Он объявил, что его зовут Фелипе Ривера и что он хочет работать для революции. Вот и все — ни слова больше, никаких дальнейших разъяснений. Он стоял и ждал. На губах его не было улыбки, в глазах — привета. Рослый, стремительный Паулино Вэра внутренне содрогнулся. Этот мальчик показался ему замкнутым, мрачным. Что-то ядовитое, змеиное таилось в его черных глазах. В них горел холодный огонь, громадная, сосредоточенная злоба. Мальчик перевел взор с революционеров на пишущую машинку, на которой деловито отстукивала маленькая миссис Сэтби. Его глаза на мгновение остановились на ней, она поймала этот взгляд и тоже сочувствовала безыменное нечто, заставившее ее прервать свое занятие. Ей пришлось перечитать письмо, которое она запечатала, чтобы снова войти в ритм работы.</p>
      <p>Паулино Вэра вопросительно взглянул на Ареллэно и Рамоса, которые, в свою очередь, вопросительно взглянули на него и затем друг на друга. Их лица выражали нерешительность и сомнение. Этот худенький мальчик был Неизвестностью, и Неизвестностью, полной угрозы. Он был непостижимой загадкой для всех этих революционеров, чья свирепая ненависть к Диасу и его тирании была в конце концов только чувством честных патриотов. Здесь крылось нечто другое, что — они не знали. Но Вэра, самый импульсивный и решительный из всех, прервал молчание.</p>
      <p>— Отлично, — холодно произнес он, — ты сказал, что хочешь работать для революции. Сними куртку. Повесь ее вон там. Пойдем, я покажу тебе, где ведро и тряпка. Видишь, пол у нас грязный. Ты начнешь с того, что хорошенько его вымоешь, и в других комнатах тоже. Плевательницы надо вычистить. Потом займешься окнами.</p>
      <p>— Это для революции? — спросил мальчик.</p>
      <p>— Да, для революции, — отвечал Паулино.</p>
      <p>Ривера с холодной подозрительностью посмотрел на них всех и стал снимать куртку.</p>
      <p>— Хорошо, — сказал он.</p>
      <p>И ничего больше. День за днем он являлся на работу — подметал, скреб, чистил. Он выгребал золу из печей, приносил уголь и растопку, разводил огонь раньше, чем самый усердный из них усаживался за свою конторку.</p>
      <p>— Можно мне переночевать здесь? — спросил он однажды.</p>
      <p>Ага! Вот они и обнаружились — когти Диаса. Ночевать в помещении Хунты — значит найти доступ к ее тайнам, к спискам имен, к адресам товарищей в Мексике. Просьбу отклонили, и Ривера никогда больше не возобновлял ее. Где он спал, они не знали; не знали также, когда и где он ел. Однажды Ареллано предложил ему несколько долларов. Ривера покачал головой в знак отказа. Когда Вэра вмешался и стал уговаривать его, он сказал:</p>
      <p>— Я работаю для революции.</p>
      <p>Нужно много денег для того, чтобы в наше время поднять революцию, и Хунта постоянно находилась в стесненных обстоятельствах. Члены Хунты голодали, но не жалели сил для дела; самый долгий день был для них недостаточно долог, и все же временами казалось, что быть или не быть революции — вопрос нескольких долларов. Однажды, когда плата за помещение впервые не была внесена в течение двух месяцев и хозяин угрожал выселением, не кто иной, как Фелипе Ривера, поломойка в жалкой, дешевой, изношенной одежде, положил шестьдесят золотых долларов на конторку Мэй Сэтби. Это стало повторяться и впредь. Триста писем, отпечатанных на машинке (воззвания о помощи, призывы к рабочим организациям, возражения на газетные статьи, неправильно освещающие события, протесты против судебного произвола и преследований революционеров в Соединенных Штатах), лежали неотосланные, в ожидании марок. Исчезли часы Вэры, старомодные золотые часы с репетиром, принадлежавшие еще его отцу. Исчезло также и простенькое золотое колечко с руки Мэй Сэтби. Положение было отчаянное. Рамос и Ареллано безнадежно теребили свои длинные усы. Письма должны быть отправлены, а почта не дает марок в кредит. Тогда Ривера надел шляпу и вышел. Вернувшись, он положил на конторку Мэй Сэтби тысячу двухцентовых марок.</p>
      <p>— Уж не проклятое ли это золото Диаса? — сказал Вэра товарищам.</p>
      <p>Они подняли брови и ничего не ответили. И Фелипе Ривера, мывший пол для революции, по мере надобности продолжал выкладывать золото и серебро на нужды Хунты.</p>
      <p>И все же они не могли заставить себя полюбить его. Они не знали этого мальчика. Повадки у него были совсем иные, чем у них. Он не пускался в откровенности. Отклонял все попытки вызвать его на разговор, и у них не хватало смелости расспрашивать его.</p>
      <p>— Возможно, великий и одинокий дух… не знаю, не знаю! — Ареллано беспомощно развел руками.</p>
      <p>— В нем есть что-то нечеловеческое, — заметил Рамос.</p>
      <p>— В его душе все притупилось, — сказала Мэй Сэтби. — Свет и смех словно выжжены в ней. Он мертвец, и вместе с тем в нем чувствуешь какую-то страшную жизненную силу.</p>
      <p>— Ривера прошел через ад, — сказал Паулино. — Человек, не прошедший через ад, не может быть таким, а ведь он еще мальчик.</p>
      <p>И все же они не могли его полюбить. Он никогда не разговаривал, никогда ни о чем не расспрашивал, не высказывал своих мнений. Он мог стоять не шевелясь — неодушевленный предмет, если не считать глаз, горевших холодным огнем, — покуда споры о революции становились все громче и горячее. Его глаза вонзались в лица говорящих, как раскаленные сверла, они смущали их и тревожили.</p>
      <p>— Он не шпион, — заявил Вэра, обращаясь к Мэй Сэтби. — Он патриот, помяните мое слово! Лучший патриот из всех нас! Я чувствую это сердцем и головой. И все же я его совсем не знаю.</p>
      <p>— У него дурной характер, — сказала Мэй Сэтби.</p>
      <p>— Да, — ответил Вэра и вздрогнул. — Он посмотрел на меня сегодня. Эти глаза не могут любить, они угрожают; они злые, как у тигра. Я знаю: измени я делу, он убьет меня. У него нет сердца. Он беспощаден, как сталь, жесток и холоден, как мороз. Он словно лунный свет в зимнюю ночь, когда человек замерзает на одинокой горной вершине. Я не боюсь Диаса со всеми его убийцами, но этого мальчика я боюсь. Я правду говорю, боюсь. Он — дыхание смерти.</p>
      <p>И, однако, Вэра, а никто другой, убедил товарищей дать ответственное поручение Ривере. Связь между Лос-Анжелосом и Нижней Калифорнией <a l:href="#n_826" type="note">[826]</a> была прервана. Трое товарищей сами вырыли себе могилы, и на краю их были расстреляны. Двое других в Лос-Анжелосе стали узниками Соединенных Штатов. Хуан Альварадо, командир федеральных войск, оказался негодяем. Он сумел разрушить все их планы. Они потеряли связь как с давнишними революционерами в Нижней Калифорнии, так и с новичками.</p>
      <p>Молодой Ривера получил надлежащие инструкции и отбыл на юг. Когда он вернулся, связь была восстановлена, а Хуан Альварадо был мертв: его нашли в постели, с ножом, по рукоятку ушедшим в грудь. Это превышало полномочия Риверы, но в Хунте имелись точные сведения о всех его передвижениях. Его ни о чем не стали расспрашивать. Он ничего не рассказывал. Товарищи переглянулись между собой и все поняли.</p>
      <p>— Я говорил вам, — сказал Вэра. — Больше чем кого-либо Диасу приходится опасаться этого юноши. Он неумолим. Он карающая десница.</p>
      <p>Дурной характер Риверы, заподозренный Мэй Сэтби и затем признанный всеми, подтверждался наглядными, чисто физическими доказательствами. Теперь Ривера нередко приходил с рассеченной губой, распухшим ухом, с синяком на скуле. Ясно было, что он ввязывается в драки там — во внешнем мире, где он ест и спит, зарабатывает деньги и бродит по путям, им неведомым. Со временем Ривера научился набирать маленький революционный листок, который Хунта выпускала еженедельно. Случалось, однако, что он бывал не в состоянии набирать: то большие пальцы у него были повреждены и плохо двигались, то суставы были разбиты в кровь, то одна рука беспомощно болталась вдоль тела и лицо искажала мучительная боль.</p>
      <p>— Бродяга, — говорил Ареллано.</p>
      <p>— Завсегдатай злачных мест, — говорил Рамос.</p>
      <p>— Но откуда у него деньги? — спрашивал Вэра. — Сегодня я узнал, что он оплатил счет за бумагу — сто сорок долларов.</p>
      <p>— Это результат его отлучек, — заметила Мэй Сэтби. — Он никогда не рассказывает о них.</p>
      <p>— Надо его выследить, — предложил Рамос.</p>
      <p>— Не хотел бы я быть тем, кто за ним шпионит, — сказал Вэра. — Думаю, что вы больше никогда не увидели бы меня, разве только на моих похоронах. Он предан какой-то неистовой страсти. Между собой и этой страстью он не позволит стать даже богу.</p>
      <p>— Перед ним я кажусь себе ребенком, — признался Рамос.</p>
      <p>— Я чувствую в нем первобытную силу. Это дикий волк, гремучая змея, приготовившаяся к нападению, ядовитая сколопендра! — сказал Ареллано.</p>
      <p>— Он сама революция, ее дух, ее пламя, — подхватил Вэра, — он воплощение беспощадной, неслышно разящей мести. Он ангел смерти, неусыпно бодрствующий в ночной тиши.</p>
      <p>— Я готова плакать, когда думаю о нем, — сказала Мэй Сэтби. — У него нет друзей. Он всех ненавидит. Нас он терпит лишь потому, что мы — путь к осуществлению его желаний. Он одинок, слишком одинок… — Голос ее прервался сдавленным всхлипыванием, и глаза затуманились.</p>
      <p>Времяпрепровождение Риверы и вправду было таинственно. Случалось, что его не видели в течение недели. Однажды он отсутствовал месяц. Это неизменно кончалось тем, что он возвращался и, не пускаясь ни в какие объяснения, клал золотые монеты на конторку Мэй Сэтби. Потом опять отдавал Хунте все свое время — дни, недели. И снова, через неопределенные промежутки, исчезал на весь день, заходя в помещение Хунты только рано утром и поздно вечером. Однажды Ареллано застал его в полночь за набором; пальцы у него были распухшие, рассеченная губа еще кровоточила.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Решительный час приближался. Так или иначе, но революция зависела от Хунты, а Хунта находилась в крайне стесненных обстоятельствах. Нужда в деньгах ощущалась острее, чем когда-либо, а добывать их стало еще трудней.</p>
      <p>Патриоты отдали уже все свои гроши и больше дать не могли. Сезонные рабочие — беглые мексиканские пеоны <a l:href="#n_827" type="note">[827]</a> — жертвовали Хунте половину своего скудного заработка. Но нужно было куда больше. Многолетний тяжкий труд, подпольная подрывная работа готовы были принести плоды. Время пришло. Революция была на чаше весов. Еще один толчок, последнее героическое усилие, и стрелка этих весов покажет победу. Хунта знала свою Мексику. Однажды вспыхнув, революция уже сама о себе позаботится. Вся политическая машина Диаса рассыплется, как карточный домик. Граница готова к восстанию. Некий янки с сотней товарищей из организации «Индустриальные рабочие мира» <a l:href="#n_828" type="note">[828]</a> только и ждет приказа перейти ее и начать битву за Нижнюю Калифорнию. Но он нуждается в оружии. В оружии нуждались все — социалисты, анархисты, недовольные члены профсоюзов, мексиканские изгнанники, пеоны, бежавшие от рабства, разгромленные горняки Кер д'Ален и Колорадо, вырвавшиеся из полицейских застенков и жаждавшие только одного — как можно яростнее сражаться, и, наконец, просто авантюристы, солдаты фортуны, бандиты — словом, все отщепенцы, все отбросы дьявольски сложного современного мира. И Хунта держала с ними связь. Винтовок и патронов, патронов и винтовок! — этот несмолкаемый, непрекращающийся вопль несся по всей стране.</p>
      <p>Только перекинуть эту разношерстную, горящую местью толпу через границу — и революция вспыхнет. Таможня, северные порты Мексики будут захвачены. Диас не сможет сопротивляться. Он не осмелится бросить свои основные силы против них, потому что ему нужно удерживать юг. Но пламя перекинется и на юг. Народ восстанет. Оборона городов будет сломлена. Штат за штатом начнет переходить в их руки, и наконец победоносные армии революции со всех сторон окружат город Мехико, последний оплот Диаса.</p>
      <p>Но как достать денег? У них были люди, нетерпеливые и упорные, которые сумеют применить оружие. Они знали торговцев, которые продадут и доставят его. Но долгая подготовка к революции истощила Хунту. Последний доллар был израсходован, последний источник вычерпан до дна, последний изголодавшийся патриот выжат до отказа, а великое дело по-прежнему колебалось на весах. Винтовок и патронов! Нищие батальоны должны получить вооружение. Но каким образом? Рамос оплакивал свои конфискованные поместья. Ареллано горько сетовал на свою расточительность в юные годы. Мэй Сэтби размышляла, как бы все сложилось, если б люди Хунты в свое время были экономнее.</p>
      <p>— Подумать, что свобода Мексики зависит от нескольких несчастных тысяч долларов! — воскликнул Паулино Вэра.</p>
      <p>Отчаяние было написано на всех лицах. Последняя их надежда, новообращенный Хосе Амарильо, обещавший дать деньги, был арестован на своей гациенде в Чиу-ауа и расстрелян у стен собственной конюшни. Весть об этом только что дошла до них.</p>
      <p>Ривера, на коленях скребший пол, поднял глаза. Щетка застыла в его обнаженных руках, залитых грязной мыльной водой.</p>
      <p>— Пять тысяч помогут делу? — спросил он.</p>
      <p>На всех лицах изобразилось изумление. Вэра кивнул и с трудом перевел дух. Говорить он не мог, но в этот миг в нем вспыхнула надежда.</p>
      <p>— Так заказывайте винтовки, — сказал Ривера. Затем последовала самая длинная фраза, какую когда-либо от него слышали: — Время дорого. Через три недели я принесу вам пять тысяч. Это будет хорошо. Станет теплее, и воевать будет легче. Больше я ничего сделать не могу.</p>
      <p>Вэра пытался подавить вспыхнувшую в нем надежду. Все это было так неправдоподобно. Слишком много заветных чаяний разлетелось в прах с тех пор, как он начал революционную игру. Он верил этому обтрепанному мальчишке, мывшему полы для революции, и в то же время не смел верить.</p>
      <p>— Ты сошел с ума! — сказал он.</p>
      <p>— Через три недели, — отвечал Ривера. — Заказывайте винтовки.</p>
      <p>Он встал, опустил засученные рукава и надел куртку.</p>
      <p>— Заказывайте винтовки, — повторил он. — Я ухожу.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>После спешки, суматохи, бесконечных телефонных разговоров и перебранки в конторе Келли происходило ночное совещание. Дел у Келли было выше головы; к тому же ему не повезло. Три недели назад он привез из Нью-Йорка Дэни Уорда, чтобы устроить ему встречу с Билом Карти, но Карти вот уже два дня как лежит со сломанной рукой, что тщательно скрывается от спортивных репортеров. Заменить его некем. Келли засыпал телеграммами легковесов Запада, но все они были связаны выступлениями и контрактами. А сейчас опять вдруг забрезжила надежда, хотя и слабая.</p>
      <p>— Ну, ты, видно, не робкого десятка, — едва взглянув на Риверу, сказал Келли.</p>
      <p>Злоба и ненависть горели в глазах Риверы, но лицо его оставалось бесстрастным.</p>
      <p>— Я побью Уорда. — Это было все, что он сказал.</p>
      <p>— Откуда ты знаешь? Видел ты когда-нибудь, как он дерется?</p>
      <p>Ривера молчал.</p>
      <p>— Да он положит тебя одной рукой, с закрытыми глазами!</p>
      <p>Ривера пожал плечами.</p>
      <p>— Что, у тебя язык присох, что ли? — пробурчал директор конторы.</p>
      <p>— Я побью его.</p>
      <p>— А ты когда-нибудь с кем-нибудь дрался? — осведомился Майкл Келли.</p>
      <p>Майкл, брат директора, держал тотализатор в «Иеллоустоуне» и зарабатывал немало денег на боксерских встречах.</p>
      <p>Ривера в ответ удостоил его только злобным взглядом.</p>
      <p>Секретарь, молодой человек спортивного вида, громко фыркнул.</p>
      <p>— Ладно, ты знаешь Робертса? — Келли первый нарушил неприязненное молчание. — Я за ним послал. Он сейчас придет. Садись и жди, хотя по виду у тебя нет никаких шансов. Я не могу надувать публику. Ведь первые ряды идут по пятнадцати долларов.</p>
      <p>Появился Робертс, явно подвыпивший. Это был высокий, тощий человек с несколько развинченной походкой и медлительной речью.</p>
      <p>Келли без обиняков приступил к делу.</p>
      <p>— Слушайте, Робертс, вы хвастались, что открыли этого маленького мексиканца. Вам известно, что Карти сломал руку. Так вот, этот мексиканский щенок нахально утверждает, что сумеет заменить Карти. Что вы на это скажете?</p>
      <p>— Все в порядке, Келли, — последовал неторопливый ответ. — Он может драться.</p>
      <p>— Вы, пожалуй, скажете еще, что он побьет Уорда? — съязвил Келли.</p>
      <p>Робертс немного поразмыслил.</p>
      <p>— Нет, этого я не скажу. Уорд — классный боец, король ринга. Но в два счета расправиться с Риверой он не сможет. Я Риверу знаю. Это человек без нервов, и он одинаково хорошо работает обеими руками. Он может послать вас на пол с любой позиции.</p>
      <p>— Все это пустяки. Важно, сможет ли он угодить публике? Вы растили и тренировали боксеров всю свою жизнь. Я преклоняюсь перед вашим суждением. Но публика за свои деньги хочет получить удовольствие. Сумеет он ей его доставить?</p>
      <p>— Безусловно, и вдобавок здорово измотает Уорда. Вы не знаете этого мальчика, а я знаю. Он — мое открытие. Человек без нервов! Сущий дьявол! Уорд еще ахнет, познакомившись с этим самородком, а заодно ахнете и вы все. Я не утверждаю, что он побьет Уорда, но он вам такое покажет! Это восходящая звезда!</p>
      <p>— Отлично. — Келли обратился к своему секретарю: — Позвоните Уорду. Я его предупредил, что если найду что-нибудь подходящее, то позову его. Он сейчас недалеко, в «Иеллоустоуне»; щеголяет там перед публикой и зарабатывает себе популярность. — Келли повернулся к тренеру: — Хотите выпить?</p>
      <p>Робертс отхлебнул виски и разговорился.</p>
      <p>— Я еще не рассказывал вам, как я открыл этого мальца. Года два назад он появился в тренировочных залах. Я готовил Прэйна к встрече с Дилэни. Прэйн — человек злой. Снисхождения ждать от него не приходится. Он изрядно отколошматил своего партнера, и я никак не мог найти человека, который бы по доброй воле согласился работать с ним. Положение было отчаянное. И вдруг попался мне на глаза этот голодный мексиканский парнишка, который вертелся у всех под ногами. Я зацапал его, надел ему перчатки и пустил в дело. Выносливый — как дубленая кожа, но сил маловато. И ни малейшего понятия о правилах бокса. Прэйн сделал из него котлету. Но он хоть и чуть живой, а продержался два раунда, прежде чем потерять сознание. Голодный — вот и все. Изуродовали его так, что мать родная не узнала бы. Я дал ему полдоллара и накормил сытным обедом. Надо было видеть, как он жрал! Оказывается, у него два дня во рту маковой росинки не было. Ну, думаю, теперь он больше носа не покажет. Не тут-то было. На следующий день явился — весь в синяках, но полный решимости еще раз заработать полдоллара и хороший обед. Со временем он здорово окреп. Прирожденный боец и вынослив невероятно! У него нет сердца. Это кусок льда. Сколько я помню этого мальчишку, он ни разу не произнес десяти слов подряд.</p>
      <p>— Я его знаю, — заметил секретарь. — Он немало для вас поработал.</p>
      <p>— Все наши знаменитости пробовали себя на нем, — подтвердил Робертс. — И он все у них перенял. Я знаю, что многих из них он мог бы побить. Но сердце его не лежит к боксу. По-моему, он никогда не любил нашу работу. Так мне кажется.</p>
      <p>— Последние месяцы он выступал по разным мелким клубам, — сказал Келли.</p>
      <p>— Да. Не знаю, что его заставило. Или, может быть, вдруг ретивое заговорило? Он многих за это время побил. Скорей всего ему нужны деньги; и он неплохо подработал, хотя по его одежде это и незаметно. Странная личность! Никто не знает, чем он занимается, где проводит время. Даже когда он при деле, и то — кончит работу и сразу исчезнет. Временами пропадает по целым неделям. Советов он не слушает. Тот, кто станет его менеджером, наживет капитал; да только с ним не столкуешься. Вы увидите, этот мальчишка будет домогаться всей суммы, когда вы заключите с ним договор.</p>
      <p>В эту минуту прибыл Дэнни Уорд. Это было торжественно обставленное появление. В сопровождении менеджера и тренера он ворвался, как всепобеждающий вихрь добродушия и веселья. Приветствия, шутки, остроты расточались им направо и налево, улыбка находилась для каждого. Такова уж была его манера — правда, не совсем искренняя. Уорд был превосходный актер и добродушие считал наилучшим приемом в игре преуспеяния. По существу, это был осмотрительный, хладнокровный боксер и бизнесмен. Остальное было маской. Те, кто знал его или имел с ним дело, говорили, что в денежных вопросах этот малый — жох! Он самолично участвовал в обсуждении всех дел, и поговаривали, что его менеджер не более как пешка.</p>
      <p>Ривера был иного склада. В жилах его, кроме испанской, текла еще и индейская кровь; он сидел, забившись в угол, молчаливый, неподвижный, и только его черные глаза, перебегая с одного лица на другое, видели решительно все.</p>
      <p>— Так вот он! — сказал Дэнни, окидывая испытующим взглядом своего предполагаемого противника. — Добрый день, старина!</p>
      <p>Глаза Риверы пылали злобой, и на приветствие Дэнни он даже не ответил. Он терпеть не мог всех гринго, но этого ненавидел лютой ненавистью.</p>
      <p>— Вот это да! — шутливо обратился Дэнни к менеджеру. — Уж не думаете ли вы, что я буду драться с глухонемым? — Когда смех умолк, он сострил еще раз: — Видно, Лос-Анжелос здорово обеднел, если это — лучшее, что вы могли откопать. Из какого детского сада вы его взяли?</p>
      <p>— Он славный малый, Дэнни, верь мне! — примирительно сказал Робертс. — И с ним не так легко справиться, как ты думаешь.</p>
      <p>— Кроме того, половина билетов уже распродана, — жалобно протянул Келли. — Придется тебе пойти на это, Дэнни. Ничего лучшего мы сыскать не могли.</p>
      <p>Дэнни еще раз окинул Риверу пренебрежительным взглядом и вздохнул.</p>
      <p>— Придется мне с ним полегче. А то как бы сразу дух не испустил.</p>
      <p>Роберте фыркнул.</p>
      <p>— Потише, потише, — осадил Дэнни менеджер. — С неизвестным противником всегда можно нарваться на неприятность.</p>
      <p>— Ладно, ладно, я это учту, — улыбнулся Дэнни. — Я готов сначала понянчиться с ним для удовольствия почтеннейшей публики. Как насчет пятнадцати раундов, Келли?.. А потом устроить ему нокаут!</p>
      <p>— Идет, — последовал ответ. — Только чтобы публика приняла это за чистую монету.</p>
      <p>— Тогда перейдем к делу. — Дэнни помолчал, мысленно производя подсчет. — Разумеется, шестьдесят пять процентов валового сбора, как и с Карти. Но делиться будем по-другому. Восемьдесят процентов меня устроят. — Он обратился к менеджеру: — Подходяще?</p>
      <p>Тот одобрительно кивнул.</p>
      <p>— Ты понял? — обратился Келли к Ривере. Ривера покачал головой.</p>
      <p>— Так вот слушай, — сказал Келли. — Общая сумма составит шестьдесят пять процентов со сбора. Ты начинающий, и никто тебя не знает. С Дэнни будете делиться так: восемьдесят процентов ему, двадцать тебе. Это справедливо. Верно ведь, Робертс?</p>
      <p>— Вполне справедливо, Ривера, — подтвердил Робертс. — Ты же еще не составил себе имени.</p>
      <p>— Сколько это шестьдесят пять процентов со сбора? — осведомился Ривера.</p>
      <p>— Может, пять тысяч, а может — даже и все восемь, — поспешил пояснить Дэнни. — Что-нибудь в этом роде. На твою долю придется от тысячи до тысячи шестисот долларов. Очень недурно за то, что тебя побьет боксер с моей репутацией. Что скажешь на это?</p>
      <p>Тогда Ривера их ошарашил.</p>
      <p>— Победитель получит все, — решительно сказал он.</p>
      <p>Воцарилась мертвая тишина.</p>
      <p>— Вот это да! — проговорил наконец менеджер Уорда.</p>
      <p>Дэнни покачал головой.</p>
      <p>— Я стреляный воробей, — сказал он. — Я не подозреваю судью или кого-нибудь из присутствующих. Я ничего не говорю о букмекерах <a l:href="#n_829" type="note">[829]</a> и о всяких надувательствах, что тоже иногда случается. Одно могу сказать: меня это не устраивает. Я играю наверняка. А кто знает — вдруг я сломаю руку, а? Или кто-нибудь опоит меня? — Он величественно вскинул голову. — Победитель или побежденный — я получаю восемьдесят процентов. Ваше мнение, мексиканец?</p>
      <p>Ривера покачал головой.</p>
      <p>Дэнни взорвало, и он заговорил уже по-другому:</p>
      <p>— Ладно же, мексиканская собака! Теперь-то уж мне захотелось расколотить тебе башку.</p>
      <p>Робертс медленно поднялся и стал между ними.</p>
      <p>— Победитель получит все, — угрюмо повторил Ривера.</p>
      <p>— Почему ты на этом настаиваешь? — спросил Дэнни.</p>
      <p>— Я побью вас.</p>
      <p>Дэнни начал было снимать пальто. Его менеджер знал, что это только комедия. Пальто почему-то не снималось, и Дэнни милостиво разрешил присутствующим успокоить себя. Все были на его стороне. Ривера остался в полном одиночестве.</p>
      <p>— Послушай, дуралей, — начал доказывать Келли. — Кто ты? Никто! Мы знаем, что в последнее время ты побил нескольких местных боксеров — и все. А Дэнни — классный боец. В следующем выступлении он будет оспаривать звание чемпиона. Тебя публика не знает. За пределами Лос-Анжелоса никто и не слыхал о тебе.</p>
      <p>— Еще услышат, — пожав плечами, отвечал Ривера, — после этой встречи.</p>
      <p>— Неужели ты хоть на секунду можешь вообразить, что справишься со мной? — не выдержав, заорал Дэнни.</p>
      <p>Ривера кивнул.</p>
      <p>— Да ты рассуди, — убеждал Келли. — Подумай, какая это для тебя реклама!</p>
      <p>— Мне нужны деньги, — отвечал Ривера.</p>
      <p>— Ты будешь драться со мной тысячу лет, и то не победишь, — заверил его Дэнни.</p>
      <p>— Тогда почему вы не соглашаетесь? — сказал Ривера. — Если деньги сами идут к вам в руки, чего же от них отказываться?</p>
      <p>— Хорошо, я согласен! — с внезапной решимостью крикнул Дэнни. — Я тебя до смерти исколочу на ринге, голубчик мой! Нашел с кем шутки шутить! Пишите условия, Келли. Победитель получает всю сумму. Поместите это в газетах. Сообщите также, что здесь дело в личных счетах. Я покажу этому младенцу, где раки зимуют!</p>
      <p>Секретарь Келли уже начал писать, когда Дэнни вдруг остановил его.</p>
      <p>— Стой! — Он повернулся к Ривере. — Когда взвешиваться?</p>
      <p>— Перед выходом, — последовал ответ.</p>
      <p>— Ни за что на свете, наглый мальчишка! Если победитель получает все, взвешиваться будем утром, в десять.</p>
      <p>— Тогда победитель получит все? — переспросил Ривера.</p>
      <p>Дэнни утвердительно кивнул. Вопрос был решен. Он выйдет на ринг в полной форме.</p>
      <p>— Взвешиваться здесь, в десять, — продиктовал Ривера.</p>
      <p>Перо секретаря снова заскрипело.</p>
      <p>— Это, значит, лишних пять фунтов, — недовольно заметил Роберте Ривере. — Ты пошел на слишком большую уступку. Продул бой. Дэнни будет силен, как бык. Дурень ты! Он наверняка тебя побьет. Даже малейшего шанса у тебя не осталось.</p>
      <p>Вместо ответа Ривера бросил на него холодный, ненавидящий взгляд. Он презирал даже этого гринго, которого считал лучшим из всех.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Появление Риверы на ринге осталось почти незамеченным. В знак приветствия раздались только отдельные жидкие хлопки Публика не верила в него. Он был ягненком, отданным на заклание великому Дэнни. Кроме того, публика была разочарована. Она ждала эффектного боя между Дэнни Уордом и Биллом Карти, а теперь ей приходилось довольствоваться этим жалким маленьким новичком. Неодобрение ее выразилось в том, что пари за Дэнни заключались два, даже три против одного. А на кого поставлены деньги, тому отдано и сердце публики.</p>
      <p>Юный мексиканец сидел в своем углу и ждал. Медленно тянулись минуты. Дэнни заставлял дожидаться себя. Это был старый трюк, но он неизменно действовал на начинающих бойцов. Новичок терял душевное равновесие, сидя вот так, один на один со своим собственным страхом и равнодушной, утопающей в табачном дыму публикой. Но на этот раз испытанный трюк себя не оправдал. Роберте оказался прав: Ривера не знал страха. Более организованный, более нервный и впечатлительный, чем кто бы то ни было из боксеров, этого чувства он не ведал. Атмосфера заранее предрешенного поражения не влияла на него. Его секундантами были гринго — подонки, грязные отбросы этой кровавой игры, бесчестные и бездарные. И они тоже были уверены, что их сторона обречена на поражение.</p>
      <p>— Ну, теперь смотри в оба! — предупредил его Спайдер Хэгерти. Спайдер был главным секундантом. — Старайся продержаться как можно дольше — такова инструкция Келли. Иначе растрезвонят на весь Лос-Анжелос, что это опять фальшивая игра.</p>
      <p>Все это не способствовало бодрости духа. Но Ривера ничего не замечал. Он презирал бокс. Это была ненавистная игра ненавистных гринго. Начал он ее в роли снаряда для тренировки только потому, что умирал с голоду. То, что он был словно создан для бокса, ничего для него не значило. Он это занятие ненавидел. До своего появления в Хунте Ривера не выступал за деньги, а потом убедился, что это легкий заработок. Не первый из сынов человеческих преуспевал он в профессии, им самим презираемой.</p>
      <p>Впрочем, Ривера не вдавался в рассуждения. Он твердо знал, что должен выиграть этот бой. Иного выхода не существовало. Тем, кто сидел в этом переполненном зале, в голову не приходило, какие могучие силы стоят за его спиной. Дэнни Уорд дрался за деньги, за легкую жизнь, покупаемую на эти деньги. То же, за что дрался Ривера, пылало в его мозгу, и, пока он ожидал в углу ринга своего хитроумного противника, ослепительные и страшные видения, как наяву, проходили перед его широко открытыми глазами.</p>
      <p>Он видел белые стены гидростанции в Рио-Бланко. Видел шесть тысяч рабочих, голодных и изнуренных. Видел ребятишек лет семи-восьми, за десять центов работающих целую смену. Видел мертвенно бледные лица ходячих трупов — рабочих-красильщиков. Он помнил, что его отец называл эти красильни «камерами самоубийц», — год работы в них означал смерть. Он видел маленькое патио <a l:href="#n_830" type="note">[830]</a> и свою мать, вечно возившуюся со скудным хозяйством и все же находившую время ласкать и любить сына. Видел и отца, могучего, широкоплечего длинноусого человека, который всех любил и чье сердце было так щедро, что избыток этой любви изливался и на мать и на маленького мучачо <a l:href="#n_831" type="note">[831]</a>, игравшего в углу патио. В те дни его звали не Фелипе Ривера, а Фернандес: он носил фамилию отца и матери. Его имя было Хуан. Впоследствии он переменил и то и другое. Фамилия Фернандес была слишком ненавистна полицейским префектам и жандармам.</p>
      <p>Большой добродушный Хоакин Фернандес! Немалое место занимал он в видениях Риверы. В те времена малыш ничего не понимал, но теперь, оглядываясь назад, юноша понимал все. Он словно опять видел отца за наборной кассой в маленькой типографии или за письменным столом — выводящим бесконечные, торопливые, неровные строчки. Он опять переживал те таинственные вечера, когда рабочие под покровом тьмы, точно злодеи, сходились к его отцу и вели долгие, нескончаемые беседы, а он, мучачо, без сна лежал в своем уголке.</p>
      <p>Откуда-то издалека до него донесся голос Хэгерти:</p>
      <p>— Ни в коем случае сразу не ложиться на пол. Такова инструкция. Получай трепку за свои деньги!</p>
      <p>Десять минут прошло, а Ривера все еще сидел в своем углу. Дэлни не показывался: видимо, он хотел выжать все, что можно, из своего трюка.</p>
      <p>Новые видения пылали перед внутренним взором Риверы. Забастовка, вернее — локаут, потому что рабочие Рио-Бланко помогали своим бастующим братьям в Пуэбло. Голод, хождение в горы за ягодами, кореньями и травами — все они этим питались и мучались резями в желудке. А затем кошмар: пустырь перед лавкой Компании; тысячи голодных рабочих; генерал Росальо Мартинес и солдаты Порфирио Диаса; и винтовки, изрыгающие смерть… Казалось, они никогда не смолкнут, казалось, прегрешения рабочих вечно будут омываться их собственной кровью! И эта ночь! Трупы, целыми возами отправляемые в Вера-Крус <a l:href="#n_832" type="note">[832]</a> на съедение акулам. Сейчас он снова ползает по этим страшным кучам, ищет отца и мать, находит их, растерзанных, изуродованных. Особенно запомнилась ему мать: виднелась только ее голова, тело было погребено под грудой других тел. Снова затрещали винтовки солдат Порфирио Диаса, снова мальчик пригнулся к земле и пополз прочь, точно затравленный горный койот.</p>
      <p>Рев, похожий на шум моря, донесся до его слуха, и он увидел Дэнни Уорда, выступающего по центральному проходу со свитой тренеров и секундантов. Публика неистовствовала, приветствуя героя и заведомого победителя. У всех на устах было его имя. Все стояли за него. Даже секунданты Риверы повеселели, когда Дэнни ловко нырнул под канат и вышел на ринг. Улыбка сияла на его лице, а когда Дэнни улыбался, то улыбалась каждая его черточка, даже уголки глаз, даже зрачки. Свет не видывал такого благодушного боксера. Лицо его могло бы служить рекламой, образцом хорошего самочувствия, искреннего веселья. Он знал всех. Он шутил, смеялся, посылал с ринга приветы друзьям. Те, что сидели подальше и не могли выказать ему своего восхищения, громко кричали: «О, о, Дэнни!» Бурные овации продолжались не менее пяти минут.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_098.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>На Риверу никто не обращал внимания. Его словно и не существовало. Одутловая физиономия Спайдера Хэгерти склонилась над ним.</p>
      <p>— Не поддаваться сразу, — предупредил Спайдер. — Помни инструкцию. Держись до последнего. Не ложиться. Если окажешься на полу, нам велено избить тебя в раздевалке. Понятно? Драться — и точка!</p>
      <p>Зал разразился аплодисментами: Дэнни шел по направлению к противнику. Он наклонился, обеими руками схватил его правую руку и сердечно потряс ее. Улыбающееся лицо Дэнни вплотную приблизилось к лицу Риверы. Публика взвыла при этом проявлении истинно спортивного духа: с противником он встретился, как с родным братом. Губы Дэнни шевелились, и публика, истолковывая неслышные ей слова как благожелательное приветствие, снова разразилась восторженными воплями. Только Ривера расслышал сказанное шепотом.</p>
      <p>— Ну ты, мексиканский крысенок, — прошипел Дэнни, не переставая улыбаться, — сейчас я вышибу из тебя дух!</p>
      <p>Ривера не шевельнулся. Не встал. Его ненависть сосредоточилась во взгляде.</p>
      <p>— Встань, собака! — крикнул кто-то с места. Толпа начала свистеть, осуждая его за неспортивное поведение, но он продолжал сидеть неподвижно. Новый взрыв аплодисментов приветствовал Дэнни, когда тот шел обратно.</p>
      <p>Едва Дэнни разделся, послышались восторженные охи и ахи. Тело у него было великолепное — гибкое, дышащее здоровьем и силой. Кожа белая и гладкая, как у женщины. Грация, упругость и мощь были воплощены в нем. Да он и доказал это во множестве боев. Все спортивные журналы пестрели его фотографиями.</p>
      <p>Словно стон пронесся по залу, когда Спайдер Хэгерти помог Ривере стащить через голову свитер. Смуглая кожа придавала его телу еще более худосочный вид. Мускулы у него были, но значительно менее эффектные, чем у его противника. Однако публика не разглядела ширины его грудной клетки. Не могла она также угадать, как мгновенно реагирует каждая его мускульная клеточка, не могла угадать неутомимости Риверы, утонченности нервной системы, превращавшей его тело в великолепный боевой механизм. Публика видела только смуглокожего восемнадцатилетнего юношу с еще мальчишеским телом. Другое дело — Дэнни! Дэнни было двадцать четыре года, и его тело было телом мужчины. Контраст этот еще больше бросился в глаза, когда они вместе стали посреди ринга, выслушивая последние инструкции судьи.</p>
      <p>Ривера заметил Робертса, сидевшего непосредственно за репортерами. Он был пьянее, чем обычно, и речь его соответственно была еще медлительнее.</p>
      <p>— Не робей, Ривера, — тянул Робертс. — Он тебя не убьет, запомни это. Первого натиска нечего пугаться. Защищайся, а потом иди на клинч. Он тебя особенно не изувечит. Представь себе, что это тренировочный зал.</p>
      <p>Ривера и виду не подал, что расслышал его слова.</p>
      <p>— Вот угрюмый чертенок! — пробормотал Робертс, обращаясь к соседу. — Какой был, такой и остался.</p>
      <p>Но Ривера уже не смотрел перед собой обычным, исполненным ненависти взглядом. Бесконечные ряды винтовок мерещились ему и ослепляли его. Каждое лицо в зале до самых верхних мест ценою в доллар превратилось в винтовку. Он видел перед собой мексиканскую границу, бесплодную, выжженную солнцем; вдоль нее двигались оборванные толпы, жаждущие оружия.</p>
      <p>Встав, он продолжал ждать в своем углу. Его секунданты уже пролезли под канаты и унесли с собой брезентовый стул. В противоположном углу ринга стоял Дэнни и смотрел на него. Загудел гонг, и бой начался. Публика выла от восторга. Никогда она не видела столь внушительного начала боя. Правильно писали в газетах: тут были личные счеты. Дэнни одним прыжком покрыл три четверти расстояния, отделявшего его от противника, и намерение съесть этого мексиканского мальчишку так и было написано на его лице. Он обрушил на него не один, не два, не десяток, но вихрь ударов, сокрушительных, как ураган. Ривера исчез. Он был погребен под лавиной кулачных ударов, наносимых ему опытным и блестящим мастером со всех углов и со всех позиций. Он был смят, отброшен на канаты; судья разнял бойцов, но Ривера тотчас же был отброшен снова.</p>
      <p>Боем это никто бы не назвал. Это было избиение. Любой зритель, за исключением зрителя боксерских состязаний, выдохся бы в первую минуту. Дэнни, несомненно, показал, на что он способен, и сделал это великолепно. Уверенность публики в исходе состязаний, равно как и ее пристрастие к фавориту, была безгранична, она даже не заметила, что мексиканец все еще стоит на ногах. Она позабыла о Ривере. Она едва видела его: так он был заслонен от нее свирепым натиском Дэнни. Прошла минута, другая. В момент, когда бойцы разошлись, публике удалось бросить взгляд на мексиканца. Губа у него была рассечена, из носу лила кровь. Когда он повернулся и вошел в клинч <a l:href="#n_833" type="note">[833]</a>, кровавые полосы — следы канатов — были ясно видны на его спине. Но вот то, что грудь его не волновалась, а глаза горели обычным холодным огнем, — этого публика не заметила. Слишком много будущих претендентов на звание чемпиона практиковали на нем такие сокрушительные удары. Он научился выдерживать их за полдоллара разовых или за пятнадцать долларов в неделю — тяжелая школа, но она пошла ему на пользу.</p>
      <p>Затем случилось нечто поразительное. Ураган комбинированных ударов вдруг стих. Ривера один стоял на ринге. Дэнни, грозный Дэнни, лежал на спине! Он не пошатнулся, не опустился на пол медленно и постепенно, но грохнулся сразу. Короткий боковой удар левого кулака Риверы поразил его внезапно, как смерть. Судья оттолкнул Риверу и теперь отсчитывал секунды, стоя над павшим гладиатором.</p>
      <p>Тело Дэнни затрепетало, когда сознание понемногу стало возвращаться к нему. В обычае завсегдатаев боксерских состязаний приветствовать удачный нокаут громкими изъявлениями восторга. Но сейчас они молчали. Все произошло слишком неожиданно. В напряженном молчании прислушивался зал к счету секунд, как вдруг торжествующий голос Робертса прорезал тишину:</p>
      <p>— Я же говорил вам, что он одинаково владеет обеими руками.</p>
      <p>На пятой секунде Дэнни перевернулся лицом вниз; когда судья сосчитал до семи, он уже отдыхал, стоя на одном колене, готовый подняться при счете девять, раньше, чем будет произнесено десять. Если при счете десять колено Дэнни все еще будет касаться пола, его должны признать побежденным я выбывшим из боя. В момент, когда колено отрывается от пола, он считается «на ногах»; и в этот момент Ривера уже вправе снова положить его. Ривера не хотел рисковать. Он приготовился ударить в ту секунду, когда колено Дэнни отделится от пола. Он обошел противника, но судья втиснулся между ними, и Ривера знал, что секунды тот считает слишком медленно. Все гринго были против него, даже судья.</p>
      <p>При счете девять судья резко оттолкнул Риверу. Это было неправильно, зато Дэнни успел подняться, и улыбка снова появилась на его губах. Согнувшись почти пополам, защищая руками лицо и живот, он ловко вошел в клинч. По правилам, судья должен был его остановить, но он этого не сделал, и Дэнни буквально прилип к противнику, с каждой секундой восстанавливая свои силы. Последняя минута раунда была на исходе. Если он выдержит до конца, у него будет потом целая минута, чтобы прийти в себя. И он выдержал, продолжал улыбаться, несмотря на отчаянное положение.</p>
      <p>— А все ведь улыбается! — крикнул кто-то, и публика облегченно засмеялась.</p>
      <p>— Черт знает какой удар у этого мексиканца! — шепнул Дэнни тренеру, покуда секунданты, не щадя сил, трудились над ним.</p>
      <p>Второй и третий раунды прошли бледно. Дэнни, хитрый и многоопытный король ринга, только маневрировал, финтил, стремясь выиграть время и оправиться от страшного удара, полученного им в первом раунде. В четвертом раунде он был уже в форме. Расстроенный и потрясенный, он все же благодаря силе своего тела и духа сумел прийти в себя. Правда, свирепой тактики он уже больше не применял. Мексиканец оказывал потрясающее сопротивление. Теперь Дэнни призвал на помощь весь свой опыт. Этот великий мастер, ловкий и умелый боец, приступил к методическому изматыванию противника, не будучи в силах нанести ему решительный удар. На каждый удар Риверы он отвечал тремя, но этим он скорее мстил противнику, чем приближал его к нокауту. Опасность заключалась в сумме ударов. Дэнни почтительно и с опаской относился к этому мальчишке, обладавшему удивительной способностью обеими руками наносить короткие боковые удары.</p>
      <p>В защите Ривера прибег к смутившему противника отбиву левой рукой. Раз за разом пользовался он этим приемом, гибельным для носа и губ Дэнни. Но Дэнни был многообразен в приемах. Поэтому-то его и прочили в чемпионы. Он умел на ходу менять стиль боя. Теперь он перешел к ближнему бою, в котором был особенно страшен, и это дало ему возможность спастись от страшного отбива противника. Несколько раз подряд вызывал он бурные овации великолепным апперкотом, поднимавшим мексиканца на воздух и затем валившим его с ног. Ривера отдыхал на одном колене, сколько позволял счет, зная, что для него судья отсчитывает очень короткие секунды.</p>
      <p>В седьмом раунде Дэнни применил поистине дьявольский апперкот <a l:href="#n_834" type="note">[834]</a>, но Ривера только пошатнулся. И тотчас же, не дав ему опомниться, Дэнни нанес противнику второй страшный удар, отбросивший его на канаты. Ривера шлепнулся на сидевших внизу репортеров, и они толкнули его обратно на край платформы. Он отдохнул на одном колене, покуда судья торопливо отсчитывал секунды. По ту сторону каната его дожидался противник. Судья и не думал вмешиваться или отталкивать Дэнни. Публика была вне себя от восторга.</p>
      <p>Вдруг раздался крик:</p>
      <p>— Прикончи его, Дэнни, прикончи!</p>
      <p>Сотни голосов, точно волчья стая, подхватили этот вопль.</p>
      <p>Дэнни сделал все от него зависящее, но Ривера при счете восемь, а не девять неожиданно проскочил под канат и вошел в клинч. Судья опять захлопотал, отводя Риверу так, чтобы Дэнни мог ударить его, и предоставляя любимцу все преимущества, какие только может предоставить пристрастный судья.</p>
      <p>Но Ривера продолжал держаться, и туман в его мозгу рассеялся. Все было в порядке вещей. Эти ненавистные гринго бесчестны все до одного! Знакомые видения снова пронеслись перед ним: железнодорожные пути в пустыне; жандармы и американские полисмены; тюрьмы и полицейские застенки; бродяги у водокачек — вся его страшная и горькая одиссея после Рио-Бланко и забастовки. И в блеске и сиянии славы он увидел великую красную Революцию, шествующую по стране. Винтовки! Вот они здесь, перед ним! Каждое ненавистное лицо — винтовка. За винтовки он примет бой. Он сам винтовка! Он сам — Революция! Он бьется за всю Мексику!</p>
      <p>Поведение Риверы стало явно раздражать публику. Почему он не принимает предназначенной ему трепки? Ведь все равно он будет побит, зачем же так упрямо оттягивать исход? Очень немногие желали удачи Ривере, хотя были и такие. На каждом состязании немало людей, которые ставят на темную лошадку. Почти уверенные, что победит Дэнни, они все же поставили на мексиканца четыре против десяти и один против трех. Большинство из них, правда, ставило на то, сколько раундов выдержит Ривера. Бешеные суммы ставили на то, что он не продержится и до шестого или седьмого раунда. Уже выигравшие эти пари, теперь, когда их рискованное предприятие окончилось так благополучно, на радостях тоже аплодировали фавориту.</p>
      <p>Ривера не желал быть побитым. В восьмом раунде его противник тщетно пытался повторить апперкот. В девятом Ривера снова поверг публику в изумление. Во время клинча он легким быстрым движением отодвинулся от противника, и правая рука его ударила в узкий промежуток между их телами. Дэнни упал, надеясь уже только на спасительный счет. Толпа обомлела. Дэнни стал жертвой своего же собственного приема. Знаменитый апперкот правой теперь обрушился на него самого. Ривера не сделал попытки схватиться с ним, когда он поднялся при счете «девять». Судья явно хотел застопорить схватку, хотя, когда ситуация была обратной и подняться должен был Ривера, он стоял, не вмешиваясь.</p>
      <p>В десятом раунде Ривера дважды прибег к апперкоту, то есть нанес удар «правой снизу» от пояса к подбородку противника. Бешенство охватило Дэнни. Улыбка по-прежнему не сходила с его лица, но он вернулся к своим свирепым приемам. Несмотря на ураганный натиск, ему не удалось вывести Риверу из строя, а Ривера умудрился среди этого вихря, этой бури ударов три раза кряду положить Дэнни. Теперь Дэнни оживал уже не так быстро, и к одиннадцатому раунду положение его стало очень серьезным. Но с этого момента и до четырнадцатого раунда он демонстрировал все свои боксерские навыки и качества, бережливо расходуя силы. Кроме того, он прибегал к таким подлым приемам, которые известны только опытному боксеру. Все трюки и подвохи были им использованы до отказа: он как бы случайно прижимал локтем к боку перчатку противника, затыкал ему рот, не давая дышать; входя в клинч, шептал своими рассеченными, но улыбающимися губами в ухо Ривере нестерпимые и грязные оскорбления. Все до единого, начиная от судьи и кончая публикой, держали сторону Дэнни, помогали ему, отлично зная, что у него на уме.</p>
      <p>Нарвавшись на такую неожиданность, он все ставил теперь на один решительный удар. Он открывался, финтил, изворачивался во имя этой единственной оставшейся ему возможности: нанести удар, вложив в него всю свою силу, и тем самым вырвать у противника инициативу. Как это уже было сделано однажды до него неким еще более известным боксером, он должен нанести удар справа и слева, в солнечное сплетение и челюсть. И Дэнни мог это сделать, ибо, пока он держался на ногах, руки его сохраняли силу.</p>
      <p>Секунданты Риверы не очень-то заботились о нем в промежутках между раундами. Они махали полотенцами лишь для виду, почти не подавая воздуха его задыхающимся легким. Спайдер Хэгерти усиленно шептал ему советы, но Ривера знал, что следовать им нельзя. Все были против него. Его окружало предательство. В четырнадцатом раунде он снова положил Дэнни, а сам, бессильно опустив руки, отдыхал, покуда судья отсчитывал секунды. В противоположном углу послышалось подозрительное перешептывание. Ривера увидел, как Майкл Келли направился к Робертсу и, нагнувшись, что-то зашептал. Слух у Риверы был, как у дикой кошки, и он уловил обрывки разговора. Но ему хотелось услышать больше, и, когда его противник поднялся, он сманеврировал так, чтобы схватиться с ним над самыми канатами.</p>
      <p>— Придется! — услышал он голос Майкла Келли. И Роберте одобрительно кивнул. — Дэнни должен победить… не то я теряю огромную сумму… я всадил в это дело уйму денег. Если он выдержит пятнадцатый — я пропал… Вас мальчишка послушает. Необходимо что-то предпринять.</p>
      <p>С этой минуты никакие видения уже не отвлекали Риверу. Они пытаются надуть его! Он снова положил Дэнни и отдыхал, уронив руки. Роберте встал.</p>
      <p>— Ну, готов, — сказал он. — Ступай в свой угол.</p>
      <p>Он произнес это повелительным тоном, каким не раз говорил с Риверой на тренировочных занятиях. Но Ривера только с ненавистью взглянул на него, продолжая ждать, когда Дэнни поднимется. В последовавший затем минутный перерыв Келли пробрался в угол Риверы.</p>
      <p>— Брось эти шутки, черт тебя побери! — зашептал он. — Ложись, Ривера. Послушай меня, и я устрою твое будущее. В следующий раз я дам тебе побить Дэнни. Но сегодня ты должен лечь.</p>
      <p>Ривера взглядом показал, что расслышал, но не подал ни знака согласия, ни отказа.</p>
      <p>— Что же ты молчишь? — злобно спросил Келли.</p>
      <p>— Так или иначе — ты проиграешь, — поддал жару Спайдер Хэгерти. — Судья не отдаст тебе победы. Послушайся Келли и ложись.</p>
      <p>— Ложись, мальчик, — настаивал Келли, — и я сделаю из тебя чемпиона.</p>
      <p>Ривера не отвечал.</p>
      <p>— Честное слово, сделаю! А сейчас выручи меня. Удар гонга зловеще прозвучал для Риверы. Публика ничего не замечала. Он и сам еще не знал, в чем опасность, знал только, что она приближается. Былая уверенность, казалось, вернулась к Дэнни. Это испугало Риверу. Ему готовили какой-то подвох. Дэнни ринулся на него, но Ривера ловко уклонился. Его противник жаждал клинча. Видимо, это было необходимо ему для задуманного подвоха. Ривера отступал, увертывался, но знал, что рано или поздно ему не избежать ни клинча, ни подвоха. В отчаянии он решил выиграть время. Он сделал вид, что готов схватиться с Дэнни при первом же его натиске. Вместо этого, когда их тела вот-вот должны были соприкоснуться, Ривера отпрянул. В это мгновение в углу Дэнни завопили: «Нечестно!» Ривера одурачил их. Судья в нерешительности остановился. Слова, уже готовые сорваться с его губ, так и не были произнесены, потому что пронзительный мальчишеский голос крикнул с галерки:</p>
      <p>— Грубая работа!</p>
      <p>Дэнни вслух обругал Риверу и двинулся на него. Ривера стал пятиться. Мысленно он решил больше не наносить ударов в корпус. Правда, таким образом терялась половина шансов на победу, но он знал, что если победит, то только с дальней дистанции. Все равно теперь по малейшему поводу его станут обвинять в нечестной борьбе. Дэнни уже послал к черту всякую осторожность. Два раунда кряду он беспощадно дубасил этого мальчишку, не смевшего схватиться с ним вплотную.</p>
      <p>Ривера принимал удар за ударом, он принимал их десятками, лишь бы избегнуть гибельного клинча. Во время этого великолепного натиска Дэнни публика вскочила на ноги. Казалось, все сошли с ума. Никто ничего не понимал. Они видели только одно: их любимец побеждает.</p>
      <p>— Не уклоняйся от боя! — в бешенстве орали Ривере. — Трус! Раскройся, щенок! Раскройся! Прикончи его, Дэнни! Твое дело верное!</p>
      <p>Во всем зале один Ривера сохранял спокойствие. По темпераменту, по крови он был самым горячим, самым страстным из всех, но он закалился в волнениях, настолько больших, что эта бурная страсть толпы, нараставшая, как морские волны, для него была не чувствительнее легкого дуновения вечерней прохлады.</p>
      <p>На семнадцатом раунде Дэнни привел в исполнение свой замысел. Под тяжестью его удара Ривера согнулся. Руки его бессильно опустились. Он отступил шатаясь. Дэнни решил, что счастливый миг настал. Мальчишка был в его власти. Но Ривера этим маневром усыпил его бдительность и сам нанес ему сокрушительный удар в челюсть. Дэнни упал. Три раза он пытался подняться, и три раза Ривера повторил этот удар. Никакой судья не посмел бы назвать его неправильным.</p>
      <p>— Билл, Билл! — взмолился Келли, обращаясь к судье.</p>
      <p>— Что я могу сделать? — в тон ему отвечал судья. — Мне не к чему придраться.</p>
      <p>Дэнни, побитый, но решительный, всякий раз поднимался снова. Келли и другие сидевшие возле самого ринга начали звать полицию, чтобы прекратить это избиение, хотя секунданты Дэнни, отказываясь признать поражение, по-прежнему держали наготове полотенца. Ривера видел, как толстый полисмен неуклюже полез под канаты. Что это может значить? Сколько разных надувательств у этих гринго! Дэнни, поднявшись на ноги, как пьяный, бессмысленно топтался перед ним. Судья и полисмен одновременно добежали до Риверы в тот миг, когда он наносил последний удар. Нужды прекращать борьбу уже не было: Дэнни больше не поднялся.</p>
      <p>— Считай! — хрипло крикнул Ривера.</p>
      <p>Когда судья кончил считать, секунданты подняли Дэнни и оттащили его в угол.</p>
      <p>— За кем победа? — спросил Ривера.</p>
      <p>Судья неохотно взял его руку в перчатке и высоко поднял ее.</p>
      <p>Никто не поздравлял Риверу. Он один прошел в свой угол, где секунданты даже не поставили для него стула. Он прислонился спиной к канатам и с ненавистью посмотрел на секундантов, затем перевел взгляд дальше и еще дальше, пока не охватил им все десять тысяч гринго. Колени у него дрожали, он всхлипывал в изнеможении. Ненавистные лица плыли и качались перед ним. Но вдруг он вспомнил: это винтовки! Винтовки принадлежат ему! Революция будет продолжаться!</p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Сила сильных</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Сила сильных</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Притчи не лгут, но лгуны говорят</p>
      <p>притчами.</p>
      <text-author>Лип-Кинг</text-author>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>Длиннобородый умолк, облизал сальные пальцы и вытер их о колени, едва прикрытые потрепанной медвежьей шкурой. Около старика на корточках сидели трое парней, его внуки: Быстроногий Олень, Желтоголовый и Боящийся Темноты. Они были похожи друг на друга — худые, нескладные, узкобедрые, кривоногие и в то же время широкие в груди, тяжелоплечие, с огромными руками; на всех троих болтались шкуры каких-то диких зверей. Грудь, плечи, руки и ноги обросли густой растительностью. Спутанные волосы на голове то и дело космами спадали на черные, точно бусинки, по-птичьи блестящие глаза. Сходство дополняли узкие лбы, широкие скулы и тяжелые, выдвинутые вперед подбородки.</p>
     <p>Ночь стояла такая звездная, что видно было, как гряда за грядой тянулись, покуда хватал глаз, покрытые лесами холмы. Где-то далеко плясали на небе отсветы извергающегося вулкана. Позади людей чернело отверстие пещеры — оттуда тянуло холодком. Подле ярко пылающего костра лежали остатки медвежьей туши, а на приличном расстоянии припали к земле огромные, косматые, волчьего обличья, псы. Под рукой у каждого из сидевших вокруг костра были лук, стрелы и увесистая дубинка. Прислоненные к скале у входа в пещеру стояли грубые копья.</p>
     <p>— Вот так мы и покинули пещеры и стали жить на деревьях, — снова заговорил Длиннобородый.</p>
     <p>Внуки неудержимо, по-детски рассмеялись над только что услышанным рассказом. Хохотнул и Длиннобородый, и пятидюймовая костяная игла, продетая сквозь хрящ в носу, нелепо затряслась, запрыгала, придавая его физиономии еще большую свирепость. Старик не произнес этих слов, но животные звуки, которые он издал губами, обозначали то же самое.</p>
     <p>— Это первое, что я помню о Приморской Долине, — продолжал Длиннобородый. — Да, мы были глупы. Мы не знали, в чем секрет силы. Ведь каждая семья жила сама по себе и заботилась только о себе. Тридцать семей в племени, а силы нашей не прибывало. Мы боялись друг друга, не ходили в гости. Мы построили шалаши на деревьях, а снаружи, у входа, держали груду камней, которыми встречали тех, кто приходил к нам. К тому же у нас были копья и стрелы. Никто не осмеливался пройти под деревом, принадлежащим чужой семье. Мой брат как-то сделал это, и старый Бу-уг проломил ему череп, и брат умер.</p>
     <p>Бу-уг был очень сильный. Говорят, что он мог оторвать человеку голову. Я не слышал, чтобы он оторвал кому-нибудь голову, потому что все боялись его и прятались подальше. И отец мой боялся. Однажды, когда отец был на берегу, Бу-уг погнался за матерью. Она не могла бежать быстро, потому что накануне в горах мы собирали ягоды и медведь порвал ей ногу. Бу-уг поймал ее и потащил к себе на дерево. Отец не решился сделать так, чтобы она вернулась. Он испугался Бу-уга. А тот сидел на дереве и корчил ему рожи.</p>
     <p>Отец не очень горевал. Жил среди нас еще один сильный человек, Крепкая Рука. Он умел хорошо ловить рыбу. Как-то Крепкая Рука полез за птичьими яйцами и сорвался с утеса. После этого он потерял свою силу. Стал подолгу кашлять, спина у него согнулась. Тогда отец взял жену Крепкой Руки. Тот пришел к нам под дерево и кашлял, а отец смеялся и бросал в него камнями. Таковы были обычаи в те времена. Мы не знали, как соединить нашу силу и сделаться по-настоящему сильными.</p>
     <p>— Неужели и брат отнимал жену у брата? — подивился Быстроногий Олень.</p>
     <p>— Да, отнимал, когда решал жить отдельно, на собственном дереве.</p>
     <p>— А у нас так не делается, — сказал Боящийся Темноты.</p>
     <p>— Потому что я научил кое-чему ваших отцов. — Длиннобородый засунул волосатую руку в медвежью тушу, вытащил пригоршню нутряного сала и стал задумчиво сосать его. Потом обтер пальцы и продолжал:- То, о чем я рассказываю, происходило очень давно, когда мы не все понимали.</p>
     <p>— Нужно быть глупцом, чтобы не все понимать, — заметил Быстроногий Олень.</p>
     <p>И Желтоголовый одобрительно заворчал.</p>
     <p>— Верно, я расскажу, как потом мы стали еще большими глупцами. И все-таки в конце концов мы кое-чему научились. Вот как это случилось.</p>
     <p>Мы, рыбоеды, не умели тогда соединять нашу силу так, чтобы сила племени была силой всех нас. А вот за перевалом, в Большой Долине, жили мясоеды. Они стояли друг за друга, вместе охотились, ловили рыбу, вместе воевали. И вот они пошли на нас. Каждая семья забилась в свою пещеру, попряталась на деревьях. Мясоедов было всего десять человек, но они сражались вместе, а мы каждый за себя.</p>
     <p>Длиннобородый долго и старательно считал на пальцах.</p>
     <p>— У нас было шестьдесят человек, — объяснил он наконец жестами и звуками. — Мы были сильны, но не знали этого. Мы видели, как мясоеды карабкались на дерево Бу-уга. Он хорошо дрался, но что он мог сделать в одиночку? Ведь остальные просто смотрели. Когда несколько мясоедов полезли на дерево, Бу-уг вынужден был высунуться из шалаша, чтоб сбросить на них камни. Другие только того и ждали: засыпали его стрелами. Так пришел конец Бу-угу.</p>
     <p>Потом мясоеды принялись за Одноглазого, который вместе с семьей забился в пещеру. Они разложили у входа костер и стали выкуривать их точно так же, как мы сегодня выкурили из берлоги медведя. Потом мясоеды побежали к дереву Шестипалого, и пока они расправлялись с ним и с его взрослым сыном, мы кинулись прочь. Но мясоеды поймали нескольких наших женщин, убили двух стариков, которые не могли бежать быстро, и кое-кого из детей. Женщин они увели с собой, в Большую Долину.</p>
     <p>Когда те, кто уцелел, вернулись, решено было созвать совет. Так решили, наверное, потому, что все были напуганы и поняли, как нужны друг другу. Да, мы держали совет, наш первый настоящий совет. И на том совете договорились создать племя. Урок пошел нам на пользу. Каждый из десяти мясоедов сражался за десятерых, потому что все десять сражались заодно. Они соединили свои силы. А у нас тридцать семей — шестьдесят человек — обладали силой лишь одного человека, потому что каждый сражался в одиночку.</p>
     <p>Мы совещались долго, нам было трудно договориться, ибо мы не пользовались словами, как теперь. Потом, много лет спустя, человек по имени Гнида придумал несколько слов, потом другие тоже. Но в конце концов мы все-таки договорились соединить наши силы и быть заодно, когда мясоеды снова надумают прийти из-за перевала и похитить наших женщин. Так было создано племя.</p>
     <p>Мы поставили двух мужчин поочередно днем и ночью дежурить на перевале, чтобы предупредить нас, если придут мясоеды. Они стали глазами племени. Кроме того, племя назначило десять человек, которые должны были всегда иметь при себе дубинки, копья и стрелы и быть готовыми отразить нападение. Прежде, отправляясь ловить рыбу, собирать моллюсков или птичьи яйца, человек брал с собой оружие. Половину времени он собирал пищу, а половину следил, как бы на него не напал кто-нибудь. Теперь дела пошли по-иному. Мужчины уходили без оружия, чтобы без опаски, не отвлекаясь, добывать пищу. Когда в горы за кореньями или ягодами отправлялись женщины, их сопровождали пять воинов. А на перевале дни и ночи напролет глаза племени следили за врагом.</p>
     <p>Но потом начались раздоры. И как всегда, из-за женщин. Холостые мужчины пытались отнять чужих жен, и часто случались драки — то размозжат кому-нибудь голову, то проткнут копьем. Пока один из стражей дежурил на перевале, у него похитили жену, и он прибежал, чтобы отбить ее. За ним пришел и второй страж, опасаясь за свою жену. Произошла ссора и среди тех десяти воинов, которые всегда носили при себе оружие; разделившись пополам, они сражались друг против друга, пока пятеро из них под натиском соперников не отступили к берегу.</p>
     <p>Так племя лишилось глаз и воинов. У нас уже не было силы шестидесяти человек. У нас совсем не было силы. Тогда мы еще раз созвали совет и установили первые законы. Я в то время был юнцом, но я помню. Мы порешили, что не должны сражаться между собой, если хотим быть сильными, и что племя будет сурово расправляться с тем, кто убьет человека. По другому закону племя получало право сурово карать того, кто похитит чужую жену. Мы установили, что, если человек, обладающий большой силой, обижает братьев по племени, остальные обязаны лишить его силы. Если позволить ему, пользуясь силой, обижать других, то людей охватит страх, и племя распадется, и мы снова станем такими же слабыми, как в первое нашествие мясоедов, когда убили Бу-уга.</p>
     <p>Жил среди нас сильный человек по имени Голень, очень сильный человек, который не признавал закона. Он полагался только на свою силу и потому забрал жену у Трехстворчатой Раковины. Тот стал было драться, но Голень раздробил ему череп. Однако Голень забыл, что, решив соблюдать закон, люди соединили свои силы, и племя убило его, а тело повесили на суке его собственного дерева в знак того, что закон сильнее любого человека. Мы все были законом, и нет никого, кто был бы могущественнее закона.</p>
     <p>Случались и иные беспорядки, ибо знайте, о Быстроногий Олень, Желтоголовый и Боящийся Темноты, — нелегко создать племя. И было много всяких споров, порой мелочей, которые следовало уладить. А чего стоило собрать всех на совет! Мы совещались утром и днем, вечером и ночью. У нас не оставалось времени добывать пищу, потому что вечно возникали какие-нибудь дела: то назначить на перевал новых стражей, то решить, какую долю добычи отдавать тем, кто всегда носил при себе оружие и не мог поэтому добывать пищу.</p>
     <p>Чтобы все уладить, нужен был старший, который стал бы голосом совета и отчитывался перед ним. Мы выбрали Фит-фита. Он был сильный и хитрый, а когда сердился, делал ртом «фит-фит», словно дикая кошка.</p>
     <p>Тем десяти, которые охраняли племя, поручили навалить стену из камней в самой узкой части долины. Им помогали женщины, подростки и даже мужчины, пока стена не стала совсем крепкой. Люди покинули свои пещеры, спустились с деревьев и построили хижины под прикрытием стены. Большие хижины удобнее, чем пещеры и шалаши на деревьях, и жить стало лучше, ибо все соединили свои силы и образовали племя. Благодаря стене, воинам и стражам у племени оставалось больше времени охотиться, ловить рыбу, собирать коренья и ягоды. Было вдоволь хорошей пищи, никто не голодал. А Трехногий — его прозвали так потому, что в детстве ему перебили ноги и он ковылял с палкой, — так вот, Трехногий набрал семян дикой кукурузы и посеял их возле дома в долине. Потом он посадил корнеплоды и всякие другие растения, которые нашел в горах.</p>
     <p>Благодаря построенной нами стене, нашим воинам и стражам мы чувствовали себя в Приморской Долине в полной безопасности, и никто не дрался из-за еды, потому что ее хватало на всех. К нам стали приходить целыми семьями из других племен в соседних долинах, а также из-за гор, где люди жили, как животные. И вскорости в Приморской Долине поселилось так много народу, что не сосчитать семей. Но еще до того кто-то надумал поделить землю, которая прежде была общей и принадлежала всем. Пример показал Трехногий, когда посадил кукурузу. Большинство, однако, не заботилось о земле. Мы считали глупым ограждать камнями участки. Пищи было вдоволь, а что еще человеку нужно? Помню, как мы с отцом делали ограду для Трехногого, и он дал нам взамен кукурузы.</p>
     <p>Так и получилось, что землю захватили немногие, и больше всех Трехногий. Некоторым очень хотелось получить участки, и те, у кого была земля, отдавали ее за кукурузу, вкусные коренья, медвежьи шкуры и рыбу, которую земледельцы выменивали у рыбаков. Словом, не успели мы оглянуться, как свободной земли не осталось.</p>
     <p>В то приблизительно время умер Фит-фит, и вождем выбрали его сына, Собачьего Клыка. Он сам потребовал, чтобы, его сделали вождем. Он даже считал себя более мудрым вождем, чем отец. И в самом деле, поначалу он был хорошим вождем, много старался, так что совету постепенно нечего стало делать. Тут выплыл еще один, Кривогубый, и стал важным человеком в Приморской Долине. Мы никогда не замечали за ним каких-нибудь особых достоинств, пока он не объявил, что умеет разговаривать с тенями умерших. После мы прозвали его Жирным, потому что он не работал, много ел и стал большим и толстым. Жирный объявил, что только ему ведомы тайны смерти, что он слышит голос бога. Он заделался дружком Собачьего Клыка, и тот приказал построить Жирному большую хижину. Жирный наложил на хижину табу и держал там бога.</p>
     <p>Собачий Клык понемногу прибирал к рукам дела совета, а когда в племени стали роптать, угрожая, что назначат другого вождя, Жирный посоветовался с богом и сказал, будто это противно воле божьей. Вождя поддерживал Трехногий и другие владельцы земли. Они подговорили самого сильного в совете, Морского Льва, и втихомолку дали ему земли, множество медвежьих шкур и несколько корзин кукурузы. И тогда Морской Лев сказал, что устами Жирного глаголет бог и что мы должны ему подчиняться. Скоро Морского Льва назначили помощником Собачьего Клыка, и он говорил от имени вождя.</p>
     <p>А еще был в племени Пустой Живот, низенький и такой тонкий посередине, как будто никогда не ел досыта. В устье реки, там, где отмель гасила волны, он устроил большую вершу. Никто до него не додумался ловить рыбу вершей. Он делал ее несколько недель подряд, ему помогали жена и дети, а мы потешались над его затеей. Но когда все было готово, он в первый же день наловил столько рыбы, сколько не удавалось целому племени за неделю, и мы веселились такой удаче. На реке оказалось другое подходящее для верши место, и мы с отцом и еще человек десять решили последовать примеру Пустого Живота. Но из большой хижины, выстроенной для Собачьего Клыка, прибежали стражники. Они принялись колоть нас копьями и приказали убираться вон, потому что Пустой Живот по разрешению Морского Льва, который был подголоском Собачьего Клыка, сам задумал поставить там вершу.</p>
     <p>Поднялся ропот, и мой отец потребовал созвать совет. Но когда он поднялся, чтобы говорить, Морской Лев проткнул ему горло копьем, и отец умер. А Собачий Клык, Пустой Живот, Трехногий и все, кто владел землей, сказали, что так надо. Жирный поддакнул: такова, дескать, воля господня. После этого люди боялись говорить в совете, и совет распался.</p>
     <p>А был такой — звали его Свиное Рыло, — который надумал разводить коз. Он узнал, что так делают мясоеды, и скоро козы ходили у него стадами. Те, у кого не было ни земли, ни вершей, нанимались к Свиному Рылу, чтобы заработать еду, — они ходили за козами, охраняли их от волков и тигров, гоняли на пастбища в горы. За это он давал им козлиное мясо и шкуры прикрывать тело, а они нередко меняли козлятину на рыбу, кукурузу и коренья.</p>
     <p>В то время как раз и появились деньги. Выдумал их Морской Лев, посоветовавшись с Собачьим Клыком и Жирным. Дело в том, что эта троица имела долю во всем, что добывалось в Приморской Долине. Из каждых трех корзин кукурузы одну отдавали им. То же самое с рыбой и козами. Они кормили воинов и стражей, а остальное забирали себе. Иногда после большого улова они не знали, что делать со своей долей. И вот Морской Лев заставил женщин изготавливать из ракушек деньги — маленькие круглые пластинки, гладкие, красивые, с отверстием посередине. Пластинки нанизывали на нитки, и эти нитки стали называть деньгами.</p>
     <p>За одну нитку давали тридцать или сорок рыб, а женщинам, которые делали по нитке в день, давали по две рыбины каждой из доли Собачьего Клыка, Жирного и Морского Льва, которую они не могли съесть. Поэтому все деньги принадлежали им. Потом они сказали Трехногому и другим землевладельцам, что будут брать свою долю кукурузы и корнеплодов деньгами; Пустому Животу тоже сказали, что долю рыбы будут брать деньгами, а Свиному Рылу сказали, что будут брать свою долю коз и сыра деньгами. Так получилось, что человек, у которого ничего не было, вынужден был работать на того, кто чем-то владел, и ему платили деньгами. На них он покупал кукурузу, рыбу, мясо и сыр. А Трехногий и другие богатеи давали Собачьему Клыку, Морскому Льву и Жирному их долю деньгами. Эти трое платили деньги воинам и стражам, а те на деньги покупали еду. А поскольку деньги были дешевы, Собачий Клык многих сделал своими воинами. Деньги нетрудно было изготовить, и некоторые попытались сами делать пластинки из раковин. Но стражники били их копьями и засыпали стрелами, утверждая, что те, кто делает деньги, стараются подорвать могущество племени. А подрывать могущество племени нельзя, ибо тогда придут из-за гор мясоеды и всех перебьют.</p>
     <p>Жирный толковал волю бога, но потом он призвал Сломанное Ребро и сделал его жрецом, чтобы тот толковал его, Жирного, собственную волю и держал вместо него речи. И оба заставили других служить им. Так Же поступил и Пустой Живот, и Трехногий, и Свиное Рыло — подле их хижин постоянно валялись на солнышке какие-то бездельники, которых они посылали с разными поручениями. Таким образом, все больше и больше людей отрывали от работы, а остальным приходилось трудиться тяжелее, чем прежде. Оказалось, что иные не хотят работать и ищут способа, как заставить других работать на них. Один, по прозвищу Кривой, нашел такой способ. Он первым приготовил из кукурузы огненный напиток. И после он уже не работал, так как втихомолку сговорился с Собачьим Клыком, Жирным и другими хозяевами, что он будет единственным, кому разрешено делать огненный напиток. Но Кривой сам-то ничего не делал. За него работали другие, а он платил им деньги. Потом он продавал напиток, и люди охотно покупали. А сколько ниток денег он передал Собачьему Клыку, Морскому Льву и прочим — не счесть!</p>
     <p>Когда Собачий Клык решил взять вторую жену, а потом и третью, его, конечно, поддержали Жирный и Сломанное Ребро. Они сказали, что Собачий Клык не такой, как все, и что над ним — только бог, которого Жирный прятал в своем закрытом доме. Собачий Клык подтвердил их слова и сказал, что хотел бы знать, кто недоволен тем, что у него много жен. И еще Собачьему Клыку сделали большую лодку, и ради этого он оторвал много людей от работы: они подолгу болтались без дела и, лишь когда он решал выехать на лодке, садились за весла. Кроме того, он назначил Тигриную Морду начальником над стражниками, и тот стал правой рукой вождя и убивал людей, которые пришлись вождю не по сердцу. Тигриная Морда, в свою очередь, назначил себе помощника, и тот стал правой рукой начальника и убивал людей, которые пришлись начальнику не по сердцу.</p>
     <p>И вот что странно: чем тяжелее становилась работа, тем меньше мы получали еды.</p>
     <p>— Однако у вас были козы и кукуруза, корнеплоды и верши для рыбы, — возразил Боящийся Темноты. — Вы работали и не могли добыть себе пищу?</p>
     <p>— Почему же, конечно, могли, — согласился Длиннобородый. — Три человека ловили вершей больше рыбы, чем все племя прежде, когда мы не знали вершей. Но разве я не сказал вам, что мы были глупцами? Чем больше пищи мы научились добывать, тем меньше мы ели.</p>
     <p>— И вы не понимали, что все поедали те, кто не работал? — спросил Желтоголовый.</p>
     <p>Длиннобородый печально покачал головой.</p>
     <p>— Собаки у вождя отяжелели от мяса, и люди, которые не работали и валялись на солнце, заплыли жиром, в то время как маленькие дети плакали от голода и не могли уснуть.</p>
     <p>Подавленный страшной картиной голода, Быстроногий Олень оторвал от туши кусок мяса и, наколов на палку, обжарил его на угольях. С аппетитом, громко причмокивая, он съел мясо. Длиннобородый продолжал:</p>
     <p>— Когда мы начинали роптать, вставал Жирный и говорил, будто бог повелел избранным владеть землей и козами, рыбными вершами и огненным напитком, что без таких мудрых людей мы превратились бы в диких зверей — как в те времена, когда мы жили на деревьях.</p>
     <p>За ним вставал бард, что был при Собачьем Клыке. Его прозвали Гнидой — такой маленький, уродливый, скрюченный, не умел ни работать, ни воевать. Но он любил сочные мозговые кости, вкусную рыбу, парное козье молоко, свежие побеги молодой кукурузы и удобное место у очага. Он стал слагать песни в честь вождя — сумел ничего не делать и быть сытым. А когда люди начинали роптать, иные даже забрасывали камнями дом вождя, он затягивал песню о том, как хорошо быть рыбоедом. Он пел, что мы избранники божьи и самые счастливые люди на земле. Он называл мясоедов хищными воронами и грязными свиньями и призывал нас сражаться и доблестно умирать, выполняя волю господню, который повелел уничтожать мясоедов. От той песни в сердце у нас вспыхивал пламень, мы требовали, чтобы нас вели на мясоедов. Мы забывали о голоде, забывали о своем недовольстве и с криками шли за Тигриной Мордой через перевал, били мясоедов и радовались победе.</p>
     <p>Но ничто не менялось от этого в Приморской Долине. Единственно, нанимаясь в батраки к Трехногому, Пустому Животу или Жирному, можно было прокормить себя — ведь незанятой земли, где бы человек мог выращивать для себя кукурузу, больше не оставалось. Часто у Трехногого и его друзей не хватало на всех работы. Тогда люди голодали, голодали их жены, дети и старые матери. Тигриная Морда объявил, что желающие могут стать стражниками, и многие соглашались и после ничем не занимались, кроме как колотили копьями тех, кто работал и ворчал, что приходится кормить столько бездельников.</p>
     <p>Когда люди начинали роптать, Гнида пел песни. Он пел о том, что Трехногий, Свиное Рыло и остальные — сильные и мудрые вожди, и потому все принадлежит им. Мы должны гордиться ими, говорилось в песне, и благодарить судьбу. Не будь их, мы погибли бы от собственного ничтожества и от руки мясоедов. Поэтому мы должны быть счастливы, отдавая все, что они пожелают. Жирный, Свиное Рыло и Тигриная Морда довольно кивали головой.</p>
     <p>«Тогда я тоже буду сильным», — заявил однажды Длиннозубый.</p>
     <p>Он собрал кукурузы, наварил огненного напитка и начал продавать его за нитки денег. Кривой стал кричать, что у Длиннозубого нет на это права. А тот сказал, что он тоже сильный, и пообещал размозжить Кривому голову, если он поднимет шум. Кривой испугался и побежал к Трехногому и Свиному Рылу. Потом втроем они пошли к Собачьему Клыку. Тот призвал к себе Морского Льва, а Морской Лев отправил гонца к Тигриной Морде. Тигриная Морда послал стражников, и те сожгли дом Длиннозубого вместе с огненным напитком, который он наварил. Жирный сказал, что это справедливо, а Гнида пел новую песню о том, что следует блюсти закон, что Приморская Долина — самое прекрасное место на свете и каждый, кто любит ее, должен идти уничтожать злых мясоедов. У нас в сердце снова вспыхивало пламя, и мы забывали свой гнев.</p>
     <p>Странные дела творились в долине. Когда у Пустого Живота случался хороший улов и приходилось за небольшие деньги отдавать много рыбы, он бросал ее обратно в море, чтобы за оставшуюся часть получить больше денег. Иногда Трехногий даже не засевал свои огромные поля, чтобы выручить за кукурузу побольше. Женщины делали много-много пластинок из раковин, потому что требовалась уйма денег, чтобы купить что-нибудь. Тогда Собачий Клык запретил изготавливать пластинки. Женщины остались без работы, их стали нанимать на место мужчин. Я вот, помню, ловил рыбу вершей и получал нитку денег каждые пять дней. Пришла сестра, ей стали давать нитку за десять дней. Труд женщин обходился дешевле, да и еды им требовалось меньше. «А мужчины должны поступать в стражники», — заявил Тигриная Морда. Я-то не мог стать стражником: с детства прихрамывал на одну ногу, и начальник не взял бы меня. Много было таких, как я. Мы, убогие, могли только клянчить работу или ходить за детишками, пока женщины были заняты.</p>
     <p>Желтоголовый тоже захотел есть и обжарил на угольях кусок медвежатины.</p>
     <p>— Почему же вы не восстали, не перебили их — Трехногого, Свиное Рыло, Жирного и всех остальных? — удивленно спросил Боящийся Темноты. — Тогда у вас была бы пища.</p>
     <p>— Мы не понимали этого, — отвечал Длиннобородый. — Забот всяких по горло, да потом эти стражники с копьями, и болтовня Жирного насчет бога, и Гнида со своими песнями. А когда кто-нибудь начинал задумываться и делиться мыслями с другими, его забирали стражники Тигриной Морды, привязывали к скале у самой воды, и он погибал во время прилива.</p>
     <p>Непонятная это штука — деньги! Точно те песни, что пел Гнида. Чем больше их, тем, казалось, лучше, а выходило наоборот. Мы долго не могли взять в толк, в чем тут дело. А Собачий Клык — так тот начал копить деньги. Он собирал их в груду в особом доме, и стражники охраняли этот дом денно и нощно. И чем больше там набиралось денег, тем они становились дороже, и приходилось дольше работать за нитку пластинок. Да еще все время говорили о войне с мясоедами, и Собачий Клык с Тигриной Мордой набивали свои хижины зерном, вяленой рыбой, копченой козлятиной и сыром. Столько всяких запасов понаделали, а людям в горах не хватало еды. И что вы думаете? Как только люди начинали громко роптать, Гнида затягивал новую песню, Жирный говорил, что бог повелел уничтожить мясоедов, а Тигриная Морда снова вел нас через перевал убивать и умирать. Я не годился в воины, которые толстели, валяясь на солнце, но когда объявляли войну, Тигриная Морда брал меня вместе с остальными. Мы сражались до тех пор, пока не выходили запасы еды. Тогда мы возвращались и принимались снова работать и заготовлять пищу.</p>
     <p>— Какие-то ненормальные вы были! — изрек Быстроногий Олень.</p>
     <p>— И вправду ненормальные, — согласился Длиннобородый. — Мы ничего не понимали, ровным счетом ничего. Раздробленный Нос твердил, что все устроено несправедливо и плохо. Верно, мы стали сильными лишь тогда, когда соединили силы, говорил он. Справедливо было и то, что в племени стали лишать силы тех, кто обижал и задирал других, кто отнимал у братьев жен и убивал соседей. Но теперь племя не набирает силы, а слабеет, говорил он, потому что появились люди с иной силой, они вредят племени. Это Трехногий, за которым сила земли, это Пустой Живот, за которым сила рыболовной верши, Свиное Рыло, за которым сила козьего мяса. Надо лишить их злой силы, говорил Раздробленный Нос, надо заставить таких людей работать и установить: кто не работает, тот не ест.</p>
     <p>А Гнида уже пел о таких, как Раздробленный Нос: они, дескать, тянут назад, жить на деревьях.</p>
     <p>Нет, отвечал Раздробленный Нос, нет, он не тянет назад, он хочет идти вперед. Мы стали сильными тогда, когда соединили свои силы. Если рыбоеды соединят свою силу с силой мясоедов, не будет ни сражений, ни воинов, ни стражей, все станут трудиться, и будет так много еды, что каждому придется работать не больше двух часов в день.</p>
     <p>Но Гнида в песнях своих твердил, что Раздробленный Нос — лентяй. Он сочинил какую-то коварную «Песнь о пчелах», и те, кто слушал ее, теряли рассудок, как от крепкого огненного напитка. В песне рассказывалось о трудолюбивом пчелином рое и разбойной осе, которая таскала из сот мед. Оса была ленивая, она жужжала, что работать ни к чему и выгоднее подружиться с медведями, ибо они добрые и не таскают мед. Хотя Гнида говорил обиняками, все понимали, что пчелиный рой — это наше племя в Приморской Долине, медведи — мясоеды, а ленивая пчела — Раздробленный Нос. Гнида пел, что пчелы послушались осу и рой начал погибать, и тут люди невольно заворчали, у них сжимались кулаки. А когда он запел про то, как пчелы поднялись и зажалили осу до смерти, люди набрали камней и принялись забрасывать ими Раздробленного Носа. Тот упал, а они бросали и бросали, пока не завалили его грудой камней. И среди тех, кто бросал тогда камни, были самые что ни на есть бедняки, которые тяжко трудились, но никогда не ели досыта.</p>
     <p>После смерти Раздробленного Носа нашелся лишь один, кто не боялся встать и высказать то, что он думает. То был Волосатый. «Куда девалась сила сильных? — вопрошал он. — Мы сильные, вместе мы сильнее Собачьего Клыка, Тигриной Морды, Трехногого, Свиного Рыла и остальных, которые не работают, а жрут и наносят нам урон своей злой силой. Рабы не бывают сильными. Если бы тот, кто первым высек огонь, захотел воспользоваться своей силой, мы стали бы его рабами, как сегодня мы рабы Пустого Живота, который придумал вершу, и людей, которые придумали, как возделывать землю, разводить коз и варить огненный напиток. Когда-то мы жили на деревьях, братья мои, и на каждом шагу нас подстерегали опасности. Потом мы перестали драться друг с другом, потому что соединили свои силы. Так зачем нам сражаться с мясоедами? Не лучше ли нам соединить наши силы? Тогда мы будем поистине сильными. Будем действовать сообща, рыбоеды и мясоеды, будем вместе уничтожать хищников, разводить на горных склонах коз, выращивать в долинах кукурузу и корнеплоды. Мы будем такими сильными, что хищники убегут и погибнут. И не будет нам преград, ибо сила каждого превратится в силу всех людей на земле».</p>
     <p>Так говорил Волосатый, но они убили его, объявив, что он сумасшедший и тянул нас назад, жить на деревьях. Почему? Всякий раз, когда кто-нибудь хотел идти вперед, те, что топтались на месте, кричали: он тянет назад, уничтожить его! И бедняки тоже забрасывали такого камнями, потому что были глупы. Мы все были глупы, кроме тех, кто не работал и жирел. О, они знали свое дело! Глупцы назывались мудрыми, а мудрых забрасывали камнями. Те, кто работал, не ел вдоволь, а кто не работал, обжирался.</p>
     <p>Племя теряло былую силу. Дети рождались больными и хилыми. Мы мало ели, среди нас начались болезни, и люди гибли, как мухи. Вот тогда-то и нагрянули мясоеды. Мы слишком часто ходили на них войной, теперь они пришли отплатить нам кровью за кровь. Племя было слабое, мы не смогли удержать стену. Мясоеды перебили почти всех, кроме нескольких женщин, которых увели с собой за перевал. Гниде и мне удалось спастись. Я спрятался в глухой чащобе, охотился и не голодал. Потом я выкрал себе жену у мясоедов, и мы поселились в пещере на вершине горы, где нас не могли найти. У нас родилось три сына, и, когда они подросли, они, в свою очередь, выкрали жен у мясоедов. Ну, а остальное вам известно, ибо разве вы не сыновья моих сыновей?</p>
     <p>— А где же Гнида? — спросил Быстроногий Олень. — Что сталось с ним?</p>
     <p>— Он неплохо устроился: пошел к мясоедам и сделался бардом <a l:href="#n_835" type="note">[835]</a> тамошнего вождя. Теперь он глубокий старик, но песни у него старые, те же, что он пел прежде. Когда человек хочет идти вперед, Гнида поет, что тот тянет назад, жить на деревьях.</p>
     <p>Рассказчик снова вытащил из туши кусок сала и принялся жевать его беззубыми деснами.</p>
     <p>— Настанет время, — сказал он, вытирая пальцы о бедра, — когда глупцы сгинут, а остальные пойдут вперед. Они соединят свои силы и будут сильными из сильных. Никто не будет воевать друг с другом. Люди забудут о воинах и стражниках на стенах. Они уничтожат хищников, и на склонах холмов, как предвещал Волосатый, будут пастись стада овец, а в горных долинах начнут выращивать кукурузу и корнеплоды. Все люди будут братьями, и не останется лежебок, которых нужно кормить. Такое время придет тогда, когда сгинут глупцы и поэты, которые сочиняют «Песни пчел». Ибо мы люди, а не пчелы.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>По ту сторону рва</p>
     </title>
     <p>Старый Сан-Франциско (впрочем, не такой уж старый — я говорю о Сан-Франциско до землетрясения <a l:href="#n_836" type="note">[836]</a>) был разделен на две части так называемым «рвом». Ров этот тянулся посреди Маркет-стрит, и здесь постоянно стоял лязг канатов, поднимавших и опускавших вагоны. Собственно, таких рвов было два, но упрощенный жаргон Запада объединил их в один, тем более что слово это приобрело уже значение символическое.</p>
     <p>На северной стороне рва были торговый центр, магазины, театры, гостиницы, банки, конторы всех солидных и крупных фирм. На южной стороне — фабрики и заводы, всякие ремонтные мастерские, прачечные, мрачные трущобы и дома, где ютились рабочие. Таким образом, ров как бы обозначал разделение общества на классы. И никто не переходил этой границы так ловко и успешно, как Фредди Драмонд. С некоторого времени он умудрялся жить в обоих этих мирах и тут и там чувствовал себя как дома.</p>
     <p>Фредди Драмонд был профессором социологии в Калифорнийском университете. Именно это побудило его в первый раз перейти через «ров». Прожив с полгода на южной стороне, в обширном рабочем гетто, он написал свою книгу «Чернорабочий», книгу, которую повсюду восхваляли как ценный вклад в литературу прогрессивную <a l:href="#n_837" type="note">[837]</a> и великолепный отпор литературе недовольных. И в политическом и в экономическом смысле книга была до крайности ортодоксальна. Правления крупных железнодорожных компаний закупали книгу целыми выпусками для раздачи своим рабочим и служащим. Одно только Объединение Промышленников закупило и распространило пятьдесят тысяч экземпляров. В некотором отношении эта книга была так же порочна, как знаменитое «Послание к Гарсиа», и своей пагубной проповедью экономии и апологией действительности ничуть не уступала книге «Миссис Уиггс и ее капуста».</p>
     <p>Вначале Фредди Драмонду было ужасно трудно приноровиться к новой для него среде. Он не привык к повадкам рабочих, а рабочим тем более были чужды его повадки. Они присматривались к нему недоверчиво.</p>
     <p>У Фредди не было никакого трудового стажа, он не мог ничего рассказать о прежней работе. Руки у него были холеные, а его исключительная учтивость — в высшей степени подозрительна. Сперва он воображал, что здесь можно будет разыгрывать независимого американца, который пожелал заниматься физическим трудом и никому не обязан отдавать отчет. Но ему очень скоро стало ясно, что это не пройдет. Вначале рабочие видели в нем попросту чудака. Позднее, когда Фредди уже несколько освоился с новой средой, он незаметно для самого себя стал разыгрывать более подходящую роль: человека, который знавал лучшие дни, |но которому не повезло в жизни — временно, разумеется.</p>
     <p>Он многое узнал здесь и, усердно обобщая все, что видел, заполнял этими часто неверными обобщениями страницы своей книги «Чернорабочий». Впрочем, с благоразумием и консервативностью людей своего круга Фредди Драмонд не преминул оговориться, что выводы его — лишь «попытка обобщения».</p>
     <p>Свои наблюдения он начал на большом консервном заводе Уилмекса, куда нанялся на сдельную работу — сколачивать небольшие упаковочные ящики. На завод поступали из мастерской готовые части, и Фредди Драмонду оставалось только собирать их и сколачивать молотком.</p>
     <p>Работа была простая, но оплачивалась сдельно, и в среднем рабочий получал полтора доллара в день. Фредди Драмонд заметил, что некоторые без всяких усилий зарабатывают и больше — доллар и семьдесят пять центов. И уже на третий день он добился того же.</p>
     <p>Но, будучи человеком способным и честолюбивым и не желая работать спустя рукава, он на четвертый день заработал уже целых два доллара, а на пятый, понатужившись и подстегивая себя, — два с половиной. Его сотоварищи стали хмуриться неодобрительно и угрюмо на него поглядывать, обменивались на непонятном для него жаргоне какими-то колкими замечаниями на его счет. Говорили, что вот, мол, есть охотники подлизываться к хозяину и показывать свою прыть, тогда как прыть эту следует умерять, чтобы для всех не наступили черные дни. А Фредди Драмонда удивляло то, что люди на сдельщине работают вполсилы. Он тут же сделал вывод, что рабочие в основном — лодыри. И на другой день умудрился заработать три доллара.</p>
     <p>Но вечером, когда он выходил с завода, его обступили рабочие. Они говорили с ним гневно и невразумительно; он не понимал их жаргона, а главное — не мог понять, чем объясняются их действия. А действовали они энергично: когда он отказался умерить темп своей работы и стал разглагольствовать о независимости американского гражданина, свободе действий и доблести труда, они решили своими средствами ослабить его пыл и усердие. Драка завязалась жестокая, ибо Драмонд был здоровенный малый и опытный спортсмен. Но в конце концов его сбили с ног, намяли ему бока, расквасили физиономию, отдавили сапогами пальцы. Пришлось пролежать в постели целую неделю и потом искать другой работы. Все это он должным образом изложил в своей первой книге, в главе «Тирания рабочего класса».</p>
     <p>Через некоторое время, работая уже в другом цехе того же завода, где разносил работницам фрукты для приготовления консервов, он попробовал таскать сразу по два ящика вместо одного, но остальные грузчики немедленно стали ругать его за такую прыть. Это был явный саботаж, но Драмонд рассудил, что он пришел сюда лишь в качестве наблюдателя, а не для того, чтобы вводить какие-то реформы. Он стал таскать по одному ящику и так хорошо изучил искусство саботажа, что даже написал об этом специальную главу, закончив ее опять-таки «пробными» обобщениями.</p>
     <p>За полгода пребывания на южной стороне он работал в разных местах и научился очень хорошо подделываться под настоящего рабочего. Он был прирожденный лингвист и, делая заметки у себя в записной книжке, изучил жаргон, на котором говорили рабочие. Это помогало ему лучше следить за ходом их мыслей и таким образом накоплять материал для будущей книги, которую он хотел назвать «Синтез психологии рабочего класса».</p>
     <p>Еще до того, как он снова вынырнул на поверхность после первого спуска на «дно», Фредди Драмонд открыл в себе талант актера и проявил большую гибкость натуры. Его самого поражала эта способность приспособляться. Усвоив язык рабочих и преодолев неоднократные приступы малодушия, а также свою разборчивость, он убедился, что ему доступны теперь все закоулки жизни рабочего люда. Да, он так хорошо приноровился к этой среде, что чувствовал себя в ней как дома! И в предисловии ко второй книге, «Труженик», он писал:</p>
     <p>«Чтобы узнать по-настоящему рабочего человека, надо трудиться плечом к плечу с ним, есть то, что он ест, спать в его постели, делить его развлечения, думать его мыслями, чувствовать то, что чувствует он. Это единственный путь, и я его избрал».</p>
     <p>Фредди Драмонд не был глубоким мыслителем. Он не верил в новые теории. Все выработанные им для себя нормы и критерии были условны. Его диссертация о французской революции была отмечена в анналах университета не только как результат усердной, кропотливой и тщательной работы, но и потому, что это было самое сухое, мертвое и ортодоксальное из всех сочинений на эту тему.</p>
     <p>Драмонд был человек очень замкнутый, с железной выдержкой. У него было мало друзей, это объяснялось его холодностью и необщительностью. Никаких пороков за ним не водилось, и, казалось, он даже не знал искушений. Табака не выносил, презирал пиво, и никто не видел, чтобы он когда-нибудь пил что-либо покрепче легкого столового вина.</p>
     <p>На первом курсе университета его товарищи студенты, чья кровь была горячее, называли его «Ледник». Позднее, когда он был уже профессором, ему придумали кличку «Холодильник». Но огорчало его только одно — уменьшительное «Фредди», которое укрепилось за ним еще в те времена, когда он играл в университетской футбольной команде в качестве защитника. С этим никак не могла примириться его душа формалиста.</p>
     <p>Но он так и остался для всех «Фредди», за исключением тех случаев, когда к нему обращались официально. И в ночных кошмарах виделось ему будущее, когда все станут за глаза называть его фамильярно «старина Фредди».</p>
     <p>Дело в том, что для доктора социологических наук он был слишком молод — ему было только двадцать семь лет, а на вид и того меньше. Рослый, широкоплечий, гладко выбритый, всегда опрятный, он производил впечатление студента, простодушного, здорового и непринужденно веселого. Он считался превосходным спортсменом. В высшей степени благовоспитанный и холодно-любезный, он умел держать людей на расстоянии. Вне стен университета никогда не говорил о своей научной работе. И только позднее, когда вышли в свет его книги и он стал предметом утомительного и назойливого внимания публики, Фредди Драмонд вынужден был иногда выступать с научными докладами в различных литературных и экономических обществах.</p>
     <p>Он все делал правильно, слишком даже правильно. Одежда и манеры его всегда были безупречны. При этом его никак нельзя было назвать денди, вовсе нет! Этот молодой ученый всем своим внешним обликом и поведением, как две капли воды, походил на тех, кого в последние годы во множестве выпускают в свет наши высшие учебные заведения. Рукопожатие его было достаточно энергично и крепко, взгляд холодных голубых глаз убедительно ясен и прямодушен. Голос его звучал твердо и мужественно, и произносил он слова четко и правильно, так что его приятно было слушать. Единственным недостатком Фредди Драмонда была его чопорная сдержанность. Она никогда не изменяла ему. Даже во время футбольных матчей он проявлял хладнокровие, тем большее, чем напряженнее и азартнее становилась игра. Фредди считался прекрасным боксером, но за то, что он с точностью машины умел рассчитывать темпы своей игры, удары при нападении и защите, его называли «автоматом». Он редко получал в бою повреждения и так же редко причинял их противникам. Благоразумие и выдержка его были так велики, что он никогда не позволял себе нанести удар сильнее, чем рассчитывал. Для него спорт был только тренировкой и средством сохранять здоровье.</p>
     <p>Время шло, и Фредди Драмонд все чаще стал переходить «границу» на Рыночной улице и скрываться на южной стороне. Там он проводил свои летние и зимние дни отдыха, иногда два дня, иногда целую неделю, и всегда не только приятно, но и с пользой. Еще бы! Ведь здесь можно было собрать так много материала! Третья книга Драмонда, «Массы и Хозяин», стала учебником в американских университетах. А он уже засел писать четвертую под названием «Порочность непроизводительного труда».</p>
     <p>В складе души этого человека таился какой-то странный надлом или вывих. Быть может, это был бессознательный протест против окружающей среды и полученного воспитания, против наследия предков, которые из рода в род были книжниками, кабинетными учеными. Как бы то ни было, Фредди Драмонду нравилось жить среди рабочих. В своем кругу он слыл «Холодильником», а здесь, по другую сторону «рва», где его звали Билл Тотс, Верзила Билл, он пил, курил, дрался, ругался и был всеобщим любимцем. Да, Билла все любили, и не одна девушка заглядывалась на него. Вначале он только, как хороший актер, играл роль, но с течением времени эта роль стала его второй натурой. Теперь он уже не притворялся, а действительно любил сосиски, колбасу, копченое сало, тогда как Фредди Драмонд всего этого терпеть не мог и никогда не ел.</p>
     <p>То, что он делал вначале по необходимости и с определенной целью, он постепенно стал делать ради удовольствия. Когда подходило время вернуться в аудитории университета и в свою чопорную оболочку, он думал об этом с чувством недовольства и сожаления. И, вернувшись домой, частенько ловил себя на том, что с нетерпением ждет блаженного дня, когда можно будет перейти «на ту сторону», дать себе волю и «покуролесить». Не такой уж он был грешник, но в обличье Билла Тотса делал мириады вещей, которые для Фредди Драмонда были совершенно недопустимы. Более того, Фредди Драмонду никогда бы и в голову не пришло делать их. Это и было самое удивительное! Фредди Драмонд и Билл Тотс были совершенно различные люди, с диаметрально противоположными потребностями, вкусами, побуждениями. Билл Тотс со спокойной совестью работал вполсилы, а Фредди Драмонд считал это недостойным американца, более того — позором, величайшим преступлением, клеймил подобный «саботаж» в своей книге, посвящая этому целые главы. Фредди Драмонд не любил танцевать, а Билл Тотс не пропускал ни одного вечера в таких клубах, как, например, «Магнолия», «Звезда Запада» и «Элита». Он даже получил массивный серебряный кубок в тридцать дюймов высотой за лучшее выступление на ежегодном грандиозном бале-маскараде в Клубе Мясников. Билл Тотс любил девушек, и девушки любили его, а Фредди Драмонд усердно разыгрывал из себя аскета, открыто заявлял, что он против избирательных прав для женщин, цинично и зло высмеивал в душе совместное обучение.</p>
     <p>Фредди Драмонд очень легко вместе с костюмом менял свои повадки. Входя в темную комнатушку, где преображался в Билла Тотса, он еще сохранял присущую ему чопорность, держался слишком прямо, откинув назад плечи, а лицо его было серьезно, почти сурово и, в сущности, лишено всякого выражения. Но выходил он из этой комнаты в одежде Билла Тотса уже совсем другим человеком. Билл Тотс вовсе не казался увальнем по сравнению с Фредди Драмондом, напротив, во всех его движениях появлялись гибкость и свободная грация. Даже голос его звучал по-иному, и смеялся Билл громко, весело, говорил, не стесняясь в выражениях, нередко уснащая речь крепкими словечками. По вечерам он засиживался допоздна в пивных с другими рабочими, всегда оставаясь благодушным даже в спорах и стычках. На воскресных прогулках или когда всей компанией возвращались домой из кино, Билл шел обычно между двумя девушками и с ловкостью, которую дает только опыт, незаметно обнимал обеих за талию, остроумно болтая и шутливо ухаживая за ними, как полагается славному и веселому парню из рабочего класса.</p>
     <p>Билл Тотс был настоящий рабочий южной стороны, проникнутый классовым самосознанием не меньше, чем его товарищи, а штрейкбрехеров он ненавидел даже сильнее, чем самый ревностный член профессионального союза. Во время забастовки рабочих водного транспорта Фредди Драмонд умудрялся хладнокровно и критически наблюдать со стороны, как энергично Билл Тотс расправлялся с штрейкбрехерами-грузчиками. Ибо Билл состоял верным членом Союза Портовых Грузчиков, аккуратно платил членские взносы и имел полное право негодовать на тех, кто отнимал у него работу. Верзила Билл был такой сильный и ловкий парень, что его всегда выдвигали вперед, когда заваривалась каша. Фредди Драмонд, преобразившись в Билла Тотса, вначале только притворялся возмущенным, а потом уже вполне искренне возмущался, когда нарушали права рабочих. Только по возвращении в классическую атмосферу университета он снова обретал способность хладнокровно и беспристрастно обобщать свои наблюдения на «дне» и тут же излагал все на бумаге, как подобает ученому-социологу. Фредди Драмонд ясно видел, что узость кругозора мешает Биллу Тотсу подняться выше своего классового самосознания. А Билл Тотс этого не понимал. Когда штрейкбрехер отнимал у него работу, он приходил в бешенство и терял способность рассуждать. Зато Фредди Драмонд, безупречно одетый, подтянутый, сидя за письменным столом в своем кабинете или выступая в аудитории перед студентами, прекрасно во всем разбирался. Ему был ясен и Билл Тотс, и все, что окружало Билла, и вопрос о штрейкбрехерах и рабочих профсоюзах, и роль всего этого в экономическом процветании Соединенных Штатов и в их борьбе за господство на мировом рынке. А Билл Тотс действительно неспособен был заглядывать дальше сегодняшнего обеда или завтрашнего состязания боксеров в спортивном клубе.</p>
     <p>Только когда Фредди Драмонд стал собирать материал для новой книги, «Женщина и Труд», он впервые почуял грозящую ему опасность. Слишком уж легко удавалось ему жить в двух разных мирах! Такая удивительная двойная жизнь была, в сущности, весьма неустойчива. И вот, сидя у себя в кабинете и размышляя об этом, Фредди понял вдруг, что долго так продолжаться не может, что это, в сущности, переходная стадия: ему неизбежно придется сделать выбор между двумя мирами и с одним из них распроститься навсегда. Продолжать жить в обоих он больше не мог. И, созерцая ряды книг, украшавших верхнюю полку книжного Шкафа (все это были его труды, начиная с диссертации и кончая последней книгой — «Женщина и Труд»), он решил, что именно здесь тот мир, в котором ему следует навсегда оставаться. Билл Тотс сделал свое дело, но он стал уже для него, Фредди, чересчур опасным сообщником. И Биллу пора перестать существовать.</p>
     <p>Виновницей тревоги, одолевшей Драмонда, была Мэри Кондон, председательница Международного союза перчаточников № 974. В первый раз он увидел ее с галереи для публики на ежегодном собрании Северо-западной Федерации Труда. Увидел глазами Билла Тотса, и она очень пришлась ему по вкусу. Фредди Драмонду такие женщины не нравились. Правда, у Мэри была великолепная фигура, грациозная и мускулистая, как у пантеры, и чудесные черные глаза, которые то вспыхивали огнем, то лучились смехом и лаской. Но что из того? Фредди терпеть не мог женщин с избытком кипучей жизненной энергии и недостатком… ну, скажем, сдержанности. Фредди Драмонд признавал теорию эволюции, ибо она была признана всеми учеными мира, и безоговорочно допускал, что человек есть высшая ступень развития той массы отвратительных низших существ, что копошатся на нашей планете. Но его несколько шокировала такая генеалогия, и он старался о ней не думать. Этим, вероятно, и объяснялось то суровое самообуздание, которого он требовал от себя и проповедовал другим. Потому и нравились ему только женщины его типа, сумевшие освободиться от животного, чувственного начала, этого прискорбного наследия, женщины, которые путем самообуздания и аскетизма углубляли пропасть, отделяющую их от сомнительных предков человечества.</p>
     <p>Биллу Тотсу подобные настроения были чужды. Ему полюбилась Мэри Кондон с той самой минуты, как он впервые увидел ее в зале съезда, и он твердо решил узнать, кто она такая. Вторая встреча с ней произошла совершенно случайно, когда он работал фургонщиком у Пата Морисси. Его вызвали на Мишн-стрит, в дом меблированных комнат, откуда надо было перевезти чей-то сундук в камеру хранения. Дочь хозяйки повела его наверх, в тесную комнатку, жилица которой, перчаточница, была только что отправлена в больницу. Билл этого не знал. Он нагнулся, поднял большой сундук и, взвалив его на плечо, выпрямился, стоя спиной к открытой двери. Вдруг за ним раздался женский голос:</p>
     <p>— Вы член профсоюза?</p>
     <p>— А вам какое дело? — отрезал Билл. — Ну-ка, отойдите с дороги! Видите, мне повернуться негде.</p>
     <p>Не успел он это сказать, как его оттолкнули от двери с такой силой, что могучий парень завертелся волчком и, едва удержав сундук, ударился о стену. Он начал было ругаться, но в эту минуту глаза его встретились с гневно сверкавшими глазами Мэри Кондон.</p>
     <p>— Ну, конечно, я состою в Союзе, — сказал он. — Я просто хотел вас подразнить.</p>
     <p>— Покажите членский билет, — потребовала она деловым тоном.</p>
     <p>— Он у меня в кармане. Но сейчас мне его не достать: проклятый сундук мешает. Пойдемте вниз, я свалю его в фургон и тогда покажу вам билет.</p>
     <p>— Нет, поставьте сундук на место! — был приказ.</p>
     <p>— Это еще зачем? Я же вам сказал: есть у меня членский билет.</p>
     <p>— Оставьте сундук, слышите? Я не позволю ни одному штрейкбрехеру тронуть его. Постыдились бы! Этакий здоровенный детина празднует труса и отбивает хлеб у честных людей! Почему вы не хотите вступить в Союз и быть человеком?</p>
     <p>Щеки Мэри побледнели, и видно было, что она сильно рассержена.</p>
     <p>— Подумать только — такой здоровый, сильный мужчина идет в штрейкбрехеры, предает своих братьев, рабочих! Наверное, спите и видите, как бы поступить на службу в полицию, тогда вы в следующую забастовку сможете подстреливать бастующих возчиков. А может, вы и теперь уже служите в полиции? С вас это станется.</p>
     <p>— Будет вздор молоть! — Билл с грохотом поставил сундук на пол и, выпрямившись, сунул руку во внутренний карман куртки. — Нате, глядите! Я же вам сказал: мне просто хотелось вас подурачить.</p>
     <p>В руках у него действительно был членский билет профсоюза.</p>
     <p>— Ладно, возьмите, — сказала Мэри. — И в другой раз не шутите этим.</p>
     <p>Лицо ее прояснилось. И, когда она увидела, с какой легкостью Билл вскинул на плечо тяжелый сундук, она заблестевшими глазами оглядела его могучую и ладную фигуру. Но Билл этого не заметил: он был занят сундуком.</p>
     <p>В другой раз он встретился с Мэри Кондон во время забастовки прачечных. Работники прачечных только недавно организовали свой Союз, были еще неопытны в этом деле и попросили Мэри Кондон руководить забастовкой. А Фредди Драмонд, предвидя, что надвигается, еще раньше отправил Билла Тотса на разведки, и Билл, вступив в их союз, стал работать в прачечной. В утро забастовки мужчинам предложили первым бросить работу, чтобы подать пример работницам и укрепить их мужество. Билл случайно оказался у двери в катальный цех, когда Мэри Кондон пыталась туда войти. Заведующий, высокий и грузный мужчина, загородил ей дорогу — он вовсе не желал, чтобы его девушек сняли с работы, и решил отучить эту представительницу Союза вмешиваться в чужие дела. Когда Мэри попыталась протиснуться в дверь мимо него, он оттолкнул ее, схватив своей мясистой рукой за плечо. Мэри осмотрелась по сторонам и увидела Билла.</p>
     <p>— Эй, мистер Тотс! — крикнула она. — Помогите-ка мне! Я хочу войти.</p>
     <p>Билла поразило и обрадовало то, что она запомнила его имя, которое узнала из членского билета. Мгновение — и заведующий отлетел от двери, в ярости выкрикивая что-то о правах и законности, а девушки побросали работу. До самого конца этой быстро и успешно закончившейся забастовки Билл состоял при Мэри Кондон в качестве добровольного связиста и верного адъютанта. А когда забастовка прекратилась, Фредди Драмонд снова вернулся в университет, недоумевая, чем эта женщина могла пленить Билла Тотса.</p>
     <p>Фредди Драмонду подобная опасность не грозила. Но Билл влюбился страстно, и с этим приходилось считаться. Именно это обстоятельство явилось для Фредди Драмонда первым предостережением. И тогда он сказал себе, что работа его завершена, а значит, и рискованным похождениям можно положить конец. Ему незачем больше переходить на ту сторону «рва». Новая книга «Тактика и стратегия рабочего класса» почти готова, осталось только дописать последние три главы, и материала для них собрано достаточно.</p>
     <p>К тому же, поразмыслив, он пришел к заключению, что ему следует наконец прочно утвердиться в своей социальной среде, а для этого необходима более тесная связь с людьми этой среды. Пора ему жениться — ведь совершенно очевидно, что если не женится Фредди Драмонд, то, несомненно, женится Билл Тотс, и страшно даже подумать, какие это вызовет осложнения.</p>
     <p>Таким образом, в жизнь Фредди Драмонда вошла Кэтрин Ван-Ворст. Это была девушка с университетским образованием, дочь самого богатого из профессоров, декана философского факультета. И Фредди Драмонд решил, что это будет брак, подходящий во всех отношениях. Помолвка состоялась. Кэтрин Ван-Ворст, аристократически-сдержанная и здраво-консервативная, внешне холодная, хотя и не лишенная темперамента, умела владеть собой. Сдерживающее начало было в ней так же сильно, как и в Фредди Драмонде.</p>
     <p>Все как будто шло хорошо. Но Фредди Драмонду еще трудно было устоять перед зовом «дна», его все еще манила вольная, беспечная жизнь, не отягощенная никакой ответственностью, жизнь, которой он жил на южной стороне. Близился день свадьбы, и хотя Фредди твердил себе, что его похождения были только данью молодости и он уже «перебесился», ему все сильнее хотелось окунуться с головой в эту жизнь, еще раз стать веселым и отчаянным парнем, Биллом Тотсом, прежде чем окончательно упокоиться в сереньком существовании ученого лектора и спокойном семейном благополучии. Искушение было тем сильнее, что последняя глава книги Тактика и стратегия рабочего класса все еще оставаясь недописанной: не хватало кое-каких существенных иных, которых он не успел собрать.</p>
     <p>И вот Фредди Драмонд, в последний раз превратившись в Билла Тотса, отправился на ту сторону и там на свою беду повстречался с Мэри Кондон. Вернувшись потом в свой кабинет, он неохотно вспоминал об этой встрече. Она еще сильнее обеспокоила его, явилась новым настойчивым предостережением. Билл Тотс вел себя возмутительно: встретив Мэри Кондон в Главном рабочем комитете, он этим не ограничился, пошел ее провожать, а по дороге пригласил в кабачок и угостил устрицами. Мало того. Прощаясь с Мэри у дверей ее дома, он обнял ее и несколько раз поцеловал в губы. В ушах его до сих пор еще звучали ее прощальные слова — она казала тихо и нежно, с тем хватающим за душу рыданием в голосе, которое рождает только любовь: «Билл… милый, милый Билл!»</p>
     <p>Фредди Драмонд трепетал, вспоминая это, — он чувствовал, что стоит на краю пропасти. Грозящие ему осложнения ужасали его тем более, что он не был создан для многоженства: не в его это было характере. Он говорил себе, что надо положить конец двойной жизни: либо стать окончательно Биллом Тотсом и жениться на Мэри Кондон, либо остаться Фредди Драмондом и обвенчаться с Кэтрин Ван-Ворст. Иначе его поведение будет достойно величайшего презрения.</p>
     <p>Следующие несколько месяцев были месяцами непрерывных забастовок, нарушивших мирную жизнь Сан-Франциско. Профессиональные союзы рабочих и объединения хозяев вступили в борьбу с таким ожесточением, словно задались целью раз навсегда решить вопрос. А Фредди Драмонд правил корректуры, читал лекции и знать ничего не хотел о том, что творится на южной стороне. Он усердно ухаживал за Кэтрин Ван-Ворст и с каждым днем все больше уважал ее, восхищался ею и даже близок был к тому, чтобы полюбить ее.</p>
     <p>Забастовка возчиков, правда, заинтересовала его, но меньше, чем он ожидал, а к грандиозной забастовке мясников он отнесся с полнейшим равнодушием. Дух Билла Тотса был окончательно изгнан, и Фредди Драмонд с обновленной энергией трудился над давно задуманной брошюрой об уменьшении прибыли.</p>
     <p>Как-то днем, за две недели до свадьбы, Кэтрин заехала за ним и повезла смотреть в рабочем поселке новый клуб молодежи, в устройстве которого она принимала участие. Ехали они в автомобиле ее брата вдвоем, если не считать шофера. У Керни-стрит две улицы пересекаются под острым углом, образуя нечто вроде треугольника. Фредди Драмонд и Кэтрин ехали по Маркет-стрит, намереваясь завернуть за угол, на Гири-стрит. Они не подозревали, что происходит в это время на Гири-стрит и с чем им придется столкнуться на углу. Конечно, из газет Фредди знал, что началась забастовка рабочих мясной промышленности и борьба идет отчаянная, но он меньше всего думал об этом. Ведь рядом с ним сидела Кэтрин! И как раз в эти минуты он обстоятельно излагал ей свое мнение о рабочих поселках, мнение, сложившееся отчасти во время похождений Билла Тотса.</p>
     <p>По Гири-стрит навстречу им двигалось шесть фургонов с мясом. Рядом с каждым возчиком-штрейкбрехером сидел полицейский. Впереди, позади и по обе стороны фургонов шагала охрана — отряд из сотни полицейских. А в арьергарде на почтительном расстоянии от них во всю ширину улицы валила толпа, растянувшись на несколько кварталов. Люди шли, сохраняя порядок, и только громкий говор выдавал их возбуждение. В этот день Мясной Трест пытался сорвать забастовку и снабдить мясом все гостиницы. Отелю Сент-Фрэнсис мясо было уже доставлено ценой множества разбитых окон и голов, а теперь экспедиция направлялась выручать Палас-отель.</p>
     <p>Ничего не замечая, Фредди Драмонд продолжал беседовать с Кэтрин, а шофер их, все время давая сигналы, объезжал другие машины, делал широкий круг, чтобы добраться до угла и свернуть. Вдруг с Керни-стрит выехал большой фургон с углем, запряженный четверкой сильных лошадей, и загородил дорогу. Возчик в минутной нерешительности остановил фургон, и шофер Кэтрин, несмотря на предостерегающие окрики полицейских, погнал машину влево, нарушая правила уличного движения. Он хотел проскочить мимо фургона.</p>
     <p>Тут уже Фредди Драмонд прервал разговор. Ему так и не пришлось возобновить его, ибо события развивались с быстротой поистине калейдоскопической. Он услышал рев толпы, увидел каски полисменов вокруг медленно продвигавшихся вперед фургонов с мясом. В этот миг возчик угольного фургона, стегнув лошадей, погнал их наперерез движению, затем круто осадил и затормозил фургон. После этого он привязал вожжи к ручке тормоза и уселся с видом человека, который приготовился застрять тут надолго. Автомобиль Кэтрин тоже вынужден был остановиться, так как в него, шумно фыркая, почти уперлись головами передние лошади упряжки угольного фургона.</p>
     <p>Прежде чем шофер успел дать задний ход, автомобиль врезался в другой, одноконный фургон, которым управлял пожилой ирландец, пустивший лошадь в галоп. Драмонд сразу узнал и лошадь и расхлябанный Фургон: ведь Билл Тотс не раз сам водил его, когда служил у этого ирландца, Пата Морисси. С другой стороны столкнулись фургон пивоваренного завода и угольный, а в эту минуту подкатил и трамвай, ходивший по Керни-стрит в восточный район. Вагоновожатый неистово звонил и орал на полисмена-регулировщика, потом проскочил вперед, и тогда на улице образовался полнейший затор. Подъезжали фургон за фургоном и застревали здесь. Сумятица росла. Остановились все фургоны с мясом. Полиция оказалась в ловушке. А рев напиравшей сзади толпы все усиливался. Наконец она хлынула вперед, окружив полицейских, которые лезли на загородившие дорогу фургоны.</p>
     <p>— Ну, попали мы в переделку! — спокойно сказал Драмонд своей невесте.</p>
     <p>— Да-а, — отозвалась Кэтрин так же невозмутимо. — Какие дикари!</p>
     <p>В эти минуты она нравилась Драмонду больше, чем когда-либо. Да, это женщина в его вкусе! Он не осудил бы ее даже, если бы она вскрикнула от испуга и прижалась к нему. Но ее самообладание было поистине великолепно! Среди бушевавшей вокруг бури она сидела так спокойно, как будто это было обычное скопление экипажей перед зданием Оперы.</p>
     <p>Полиция делала усилия расчистить проезд. Возчик фургона с углем, здоровенный малый, сняв куртку, спокойно сидел на козлах и курил трубку. Он снисходительно посматривал сверху на капитана полиции, который бесновался и осыпал его ругательствами, и в ответ только пожимал плечами. Позади застучали по головам дубинки, поднялся ураган воплей, проклятий, стонов. Шум стал еще оглушительнее, — было ясно, что толпа прорвала наконец цепь полицейских и стаскивала штрейкбрехеров с козел. Капитан послал туда свой головной отряд, и толпу оттеснили. Между тем в верхних этажах дома справа, где помещались конторы, открывалось окно за окном, и оттуда стали швырять чем попало в полицейских и штрейкбрехеров. На их головы обрушился град мусорных корзинок, чернильниц, пресс-папье, в воздухе мелькали даже стулья и пишущие машинки.</p>
     <p>Один из полицейских по приказу капитана взобрался на высокие козлы угольного фургона, чтобы арестовать возчика. А тот как будто миролюбиво, не спеша поднялся ему навстречу и вдруг обхватил его и швырнул вниз, прямо на капитана. Когда этот возчик, молодой великан, взял в каждую руку по увесистому куску угля, второй полицейский, который полез было на его фургон, предпочел с ним не связываться и соскочил на мостовую. Тогда по приказу капитана шестеро его людей атаковали фургон. А возчик, перебегая с места на место, отгонял их, швыряя вниз большие куски угля.</p>
     <p>Толпа на тротуарах и возчики других фургонов поощряли его восторженными криками. Вожатый трамвая, колотивший полицейских по каскам рукояткой тормоза, был ими так избит, что с площадки его стащили уже в бесчувственном состоянии. Капитан, взбешенный энергичным отпором, сам возглавил атаку на угольный фургон. Десятка два полицейских осаждали теперь эту высокостенную крепость, но возчик отбивался так энергично, что один стоил целого отряда.</p>
     <p>Полицейские по пять-шесть человек сразу валились на мостовую, под фургон. Возчик, отражая атаку на заднем конце фургона, обернулся как раз в ту минуту, когда капитан пробовал влезть на козлы и висел еще в воздухе в самом неустойчивом положении. Возчик запустил в него куском угля в добрых тридцать фунтов весом. Метательный снаряд этот угодил капитану прямо в грудь, и он полетел кувырком, ударился о круп коренника и свалился на землю у заднего колеса автомобиля, в котором сидели Фредди Драмонд и Кэтрин Ван-Ворст.</p>
     <p>Кэтрин подумала, что он убит, но капитан поднялся и опять полез на фургон. Она протянула руку в перчатке и погладила еще дрожавшую от испуга, громко фыркавшую лошадь. Драмонд этого не заметил. Он был весь поглощен созерцанием битвы у фургона, и где-то в глубине его сложной души уже ворочался некий Билл Тотс в напряженных усилиях вернуться к жизни. Фредди Драмонд верил в законы и считал своим долгом поддерживать установленный порядок вещей, а сидевший в нем дикарь-бунтовщик не признавал ни того, ни другого. В эти минуты, более чем когда-либо, Фредди Драмонду понадобилась его железная выдержка. Но веди недаром сказано, что дом, который треснул изнутри, обречен на разрушение. А Драмонд чувствовал, что воля его и душа раздваиваются, что весь он как бы распадается на двух человек — Фредди Драмонда и Билла Тотса.</p>
     <p>Он сидел в автомобиле рядом с Кэтрин Ван-Ворст совершенно спокойно, но из глаз его уже смотрел Билл Тоге, и где-то внутри боролись за власть над их общим телом Фредди Драмонд, здравомыслящий, консервативный профессор социологии, и Билл Тотс, боевой член рабочего профсоюза, во всеоружии своего классового самосознания. Именно глазами Билла Тотса Фредди Драмонд видел неизбежный исход битвы у фургона с углем. Он видел, как на фургон забрался один полицейский, за ним другой, третий. Они неуклюже балансировали на рыхлой груде угля, но усиленно действовали длинными дубинками. Один удар пришелся возчику по голове, второй — в плечо. Его участь явно была решена. Он неожиданно ринулся вперед, обхватил руками двух полицейских разом и вместе с ними выбросился на мостовую, не ослабляя мертвой хватки, хотя был уже пленником этих людей.</p>
     <p>Кэтрин Ван-Ворст обмирала от ужаса и отвращения при виде этой кровавой, жестокой стычки. Но через минуту совершенно неожиданное и необычайное происшествие отвлекло ее. Ее жених вдруг испустил какой-то нечеловеческий, дикий крик и вскочил с места. У нее на глазах он перепрыгнул через переднее сиденье прямо на широкую спину лошади, а с нее — на фургон. Его бешеная атака была стремительна, как ураган. Пораженный капитан не успел еще сообразить, что нужно этому прилично одетому, чрезвычайно возбужденному на вид джентльмену, как удар кулаком сшиб его с фургона на мостовую. За ним последовал лезший на фургон полицейский, которого джентльмен пнул ногой в лицо. Тут трое других полицейских вскочили на фургон и окружили Билла Тотса. Удар дубинки рассек ему голову. Пиджак, жилет и крахмальная манишка были изорваны в клочья. Но еще минута — и трое нападавших отлетели далеко и шлепнулись на землю, а Билл Тотс, удержав позиции, осыпал врагов градом угля.</p>
     <p>Капитан первым храбро ринулся в атаку, но был опрокинут обрушенной на его голову грудой угля, вмиг превратившей его в негра. Полиции нужно было освободить дорогу впереди, прежде чем толпа прорвется через цепь. А Биллу Тотсу нужно было удержать на месте угольный фургон, пока не подоспеет толпа. И бой продолжался.</p>
     <p>Толпа узнала своего защитника. Ага, Верзила Билл, как всегда, впереди! Кэтрин Ван-Ворст ошеломили поднявшиеся со всех сторон крики:</p>
     <p>— Эй, Билл! Ты здесь, Билл! — Пат Морисси в диком восторге прыгал на своем фургоне и орал во весь голос:</p>
     <p>— Так их, Билл! Задай им перцу! Слопай их живьем!</p>
     <p>А с тротуара какая-то женщина закричала:</p>
     <p>— Берегись, Билл! Они лезут спереди!</p>
     <p>Билл услышал ее предостережение и метко направленным градом угля очистил передок фургона от нападающих. Кэтрин, обернувшись, увидела на краю тротуара женщину с ярким румянцем на щеках и горящими черными глазами. Женщина с самозабвенным восторгом, не отрываясь, смотрела на того, кто несколько минут назад был еще Фредди Драмондом.</p>
     <p>Из раскрытых окон контор загремели аплодисменты, и снова полетели вниз стулья, ящики. Толпа уже прорвала фронт с одной стороны и хлынула вдоль ряда фургонов. Каждый полицейский оказался в кольце атакующих. Всех штрейкбрехеров стащили с козел, постромки перерезали и напуганных лошадей разогнали. Многие полицейские, спасаясь, забрались под угольный фургон, кое-кто из них вскочил на лошадей, пытаясь удержать остальных, но лошади через свободный от людей тротуар ринулись все на Маркет-стрит.</p>
     <p>Кэтрин Ван-Ворст услышала голос той самой женщины, что раньше предупредила Драмонда об опасности. Женщина снова появилась на обочине тротуара и кричала:</p>
     <p>— Удирай, Билл, пора! Удирай!</p>
     <p>Полиция в этот момент была сметена в сторону толпой. Билл Тотс соскочил с фургона, подошел к женщине на тротуаре. И Кэтрин Ван-Ворст увидела, как та обняла его и поцеловала в губы. Оба зашагали вниз по улице, и Билл одной рукой обнимал женщину за талию, болтая и смеясь с такой веселой непринужденностью, Какой пытливо смотревшая им вслед Кэтрин никогда не ожидала от Фредди Драмонда.</p>
     <p>Полицейские вернулись и в ожидании подкрепления и новых возчиков и лошадей стали очищать улицу. Толпа расходилась, сделав свое дело, а Кэтрин Ван-Ворст все еще смотрела вслед тому, кого она знала под именем Фредди Драмонда. Он был на голову выше всех и шагал, по-прежнему обнимая одной рукой ту женщину с черными глазами. И, сидя в автомобиле, Кэтрин видела, как эта пара пересекла Маркет-стрит, перешла через «ров» и скрылась на Третьей улице в рабочем гетто.</p>
     <empty-line/>
     <p>Шли годы. В Калифорнийском университете не читал больше лекций Фредди Драмонд, не появлялись книги по вопросам экономики и труда с напечатанным на обложке именем автора «Фредерик А. Драмонд». А по ту сторону «рва» появился новый лидер рабочих, Уильям Тотс. Он женился на Мэри Кондон, председательнице Международного союза перчаточников № 974. Именно он организовал знаменитую забастовку поваров и официантов, которая дала такие блестящие результаты. В нее вовлечены были десятки других союзов, даже такие, которые имели к Союзу Поваров и Официантов довольно далекое отношение, — например, Союз Ощипывателей кур и Союз Гробовщиков.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Враг всего мира</p>
     </title>
     <p>Чудо-ученый и архивраг человечества Эмиль Глюк был наконец пойман Сайласом Бэннермэном. Показания Глюка, которые он дал перед тем, как сесть на электрический стул, проливают свет на ряд загадочных, явно не связанных между собой событий, которые так всполошили мир в 1933 и в 1941 годах. А до тех пор, пока не был опубликован этот удивительный документ, мир и не подозревал, что существует какая-то связь между убийством короля и королевы Португалии и гибелью нью-йоркских полицейских. Хотя деяния Эмиля Глюка носят отвратительный характер, мы не можем не испытывать некоторой жалости к этому несчастному уроду и отверженному гению. Эта сторона его биографии никогда не освещалась, но, ознакомившись с его признанием и изучив большое количество свидетельских показаний, документов и мемуаров того времени, мы можем довольно точно воссоздать образ Эмиля Глюка и выявить, под влиянием каких факторов и обстоятельств сформировалось это чудовище в человеческом облике и что толкнуло его на страшный путь преступлений.</p>
     <p>Эмиль Глюк родился в городе Сиракузы, штат Нью-Йорк, в 1895 году. Отец его, Джозеф Глюк, был ночным сторожем и состоял в специальной полиции, В 1900 году он внезапно скончался от воспаления легких. Мать Эмиля Глюка, хорошенькое хрупкое создание, до замужества была модисткой. Убитая горем, она ненадолго пережила своего мужа. Впечатлительность, передавшаяся мальчику по наследству от матери, получила в нем патологически страшное развитие.</p>
     <p>В 1901 году Эмиль, которому исполнилось тогда шесть лет, стал жить у своей тетки, миссис Энн Бартелл. Она была сестрой его матери, но не испытывала никаких теплых чувств к робкому, впечатлительному мальчику. Энн Бартелл была тщеславной, пустой и бессердечной женщиной. Живя в постоянной нужде, она к тому же вынуждена была содержать ленивого сумасброда-мужа. Маленький Эмиль Глюк оказался нежеланным прибавлением семейства, и, уж конечно, Энн Бартелл не преминула внушить это несчастному мальчику. Для того, чтобы показать, как с ним обращались в юные годы, достаточно привести следующий случай.</p>
     <p>Прожив в доме Бартеллов немногим более года, Эмиль сломал ногу. Он потерпел увечье, свалившись с крыши — этого запретного места для игр, куда все мальчишки всегда лазили и будут лазить до скончания века. Берцовая кость была переломлена в двух местах. С помощью перепугавшихся товарищей Эмиль сумел дотащиться до тротуара, где потерял сознание. Соседские дети боялись сварливой, с резкими чертами лица женщины, которая была главой в доме Бартеллов; однако, набравшись храбрости, они все же позвонили и сообщили ей о несчастном случае. Но она даже не взглянула на мальчика, лежавшего без памяти на тротуаре, и, хлопнув дверью, вернулась к своей лохани с мокрым бельем. Время шло. Стал накрапывать мелкий дождик, а Эмиль, уже пришедший в сознание, все еще лежал на тротуаре и плакал.</p>
     <p>Следовало немедленно вправить ногу. Как всегда бывает в таких случаях, быстро поднялась температура, и положение ребенка стало угрожающим. Часа через два, после того, как возмущенные соседки пристыдили Энн Бартелл, она вышла поглядеть на мальчика. Ткнув в бок лежавшего у ее ног беспомощного ребенка, истеричная женщина отреклась от него. Она кричала, что это не ее ребенок и что надо вызвать карету скорой помощи и отвезти его в приемный покой городской больницы. Затем она вернулась в дом.</p>
     <p>Но нашлась одна женщина, Элизабет Шепстоун, которая, узнав, в чем дело, велела положить мальчика на снятый ставень, вызвала доктора и, оттолкнув Энн Бартелл, распорядилась внести мальчика в дом. Как только прибыл доктор, Энн Бартелл предупредила, что не заплатит ему за услуги. Целых два месяца маленький Эмиль не покидал постели. Весь первый месяц он лежал на спине, и никто ни разу не перевернул его. Никто не ухаживал за ним, он лежал в одиночестве, и только изредка его бесплатно навещал перегруженный работой доктор. У него не было игрушек или чего-либо такого, что помогло бы ему скоротать томительно тянувшиеся дни болезни. Никто не сказал ему ни единого ласкового слова, никто не утешал его, гладя по голове, он не испытал ни единого проявления нежности и заботы… ничего, кроме упреков и грубостей со стороны Энн Бартелл, которая все время повторяла, что он ей не нужен. И вполне понятно, как в таком окружении в душе заброшенного, одинокого ребенка возникла ожесточенность и враждебность к роду человеческому, которая позже проявилась в такой форме, что ужаснула весь мир.</p>
     <p>Как ни странно, но именно благодаря Энн Бартелл Эмиль Глюк получил высшее образование. А объяснение этому простое. Муж-сумасброд, покинув ее, напал на золотую жилу в Неваде и вернулся домой миллионером. Энн Бартелл, ненавидевшая мальчика, немедленно отправила его за сотню миль в Фарристаунскую частную школу. Застенчивый и впечатлительный, одинокий и непонятый человечек, в Фарристауне он был одинок, как никогда. Он ни разу не ездил домой, как другие мальчики, в дни каникул и праздников. Вместо этого он бродил по пустынным зданиям и окрестностям, пытался заводить дружбу с не понимавшими его слугами и садовниками и, как вспоминают, проводил дни в полях или у камина, уткнувшись носом в какую-нибудь книгу. Именно тогда он и натрудил себе глаза и был вынужден с тех пор носить очки, которые так знакомы нам по фотографиям, опубликованным в газетах в 1941 году.</p>
     <p>Он оказался способным учеником. Уже с одним таким прилежанием, какое было у него, он мог пойти далеко, но дело даже не в его усидчивости. Ему достаточно было бросить один взгляд в текст, и он уже знал его в совершенстве. Это привело к тому, что он прочел огромное Количество дополнительной литературы и за полгода приобрел знаний больше, чем средний ученик за пять лет. В 1909 году, когда ему едва исполнилось четырнадцать лет, он был уже подготовлен («более, чем подготовлен», как сказал директор школы) к поступлению в Йейлский или Гарвардский университет. Но по молодости лет он еще не мог поступить ни в одно из этих учебных заведений и в 1909 году был принят в старинный Баудойнский колледж. В 1913 году он закончил его с высшими наградами и тотчас уехал вместе с профессором Брэдлафом в Беркли, в Калифорнию. За всю жизнь у Эмиля Глюка был один-единственный друг — профессор Брэдлаф. Из-за слабых легких профессору пришлось переехать из штата Мэн в Калифорнию. Этому способствовало еще и то обстоятельство, что ему предложили кафедру в университете штата. В течение 1914 года Эмиль Глюк жил в Беркли и слушал специальный курс по различным отраслям науки. В конце того же года не стало двух человек, смерть которых спутала его планы на жизнь. В лице профессора Брэдлафа он потерял единственного друга, а смерть Энн Бартелл лишила его средств к существованию. Ненавидя несчастного юношу до конца дней своих, она лишила его наследства, оставив ему всего сто долларов.</p>
     <p>В следующем году двадцатилетний Эмиль Глюк стал преподавателем химии в Калифорнийском университете. Там он провел несколько спокойных лет и выполнял нудные, будничные обязанности, честно отрабатывая причитавшееся ему жалованье. Он не прекращал учебы и набрал полдюжины степеней. Он стал, между прочим, доктором социологии, доктором философии и доктором естественных наук, хотя позже был известен людям только как профессор Глюк.</p>
     <p>Когда ему исполнилось двадцать семь лет, он опубликовал книгу «Секс и прогресс», и имя его впервые замелькало на страницах газет. Книга эта и по сей день остается одним из основополагающих трудов по истории и философии брака. Семьсот страниц пухлого тома содержат тщательно подобранный научный материал и оригинальные выводы. Книга была предназначена для ученых и совсем не рассчитана на сенсацию. Но в последней главе Глюк упомянул чисто гипотетически о желательности пробных браков, отведя им буквально три строчки. Газеты сразу же ухватились за эти три строчки и так «раздули дело», как выражались в те дни, что заставили весь мир смеяться над двадцатисемилетним молодым близоруким профессором Глюком. Его снимали фотографы, осаждали репортеры, женские клубы по всей стране принимали резолюции, осуждавшие его безнравственные теории, а в законодательном собрании штата при обсуждении вопроса об ассигнованиях было выдвинуто предложение не ассигновать университету положенных сумм, пока Глюк не будет уволен. (Конечно, никто из обвинителей не читал книги, для них было достаточно трех строчек, преподнесенных газетами в искаженном виде.) С того времени Эмиль Глюк возненавидел газетчиков. Из-за них серьезный и представляющий научную ценность труд шести лет был выставлен на посмешище и стал одиозным. Хотя они потом и пожалели об этом, но он до конца дней так и не простил их.</p>
     <p>Газеты виноваты и еще в одной неприятности, обрушившейся на Глюка. В течение пяти лет после издания книги он хранил молчание, а такая замкнутость не предвещает ничего хорошего для одинокого человека. И можно лишь с сочувствием представить себе, как ужасно одинок был Эмиль Глюк в своем многолюдном университете, потому что у него не было друзей, которые могли бы оказать ему моральную поддержку. Единственным утешением его были книги, и он с головой погрузился в чтение и занятия.</p>
     <p>Но в 1927 году он принял приглашение выступить перед «Обществом человеческих интересов» Эмеривилля. Он не решился говорить без подготовки, и вот сейчас перед нами лежит экземпляр его заранее написанной речи. Она сдержанна, сугубо научна, суха и, следует отметить, отражает довольно консервативные позиции оратора. Но в своей речи он упомянул о (цитирую по рукописи) «…промышленной и социальной революции, которая происходит в обществе».</p>
     <p>Репортер, присутствовавший на собрании, ухватился за слово «революция», вырвал его из контекста и написал искаженное сообщение о собрании, в котором изобразил Эмиля Глюка настоящим анархистом. Сразу же сообщение об «анархисте профессоре Глюке» было передано по проводам и помещено на первых страницах всех газет страны.</p>
     <p>В первый раз Глюк еще пытался отвечать на нападки прессы, но теперь он молчал. Он ожесточился. Профессора и преподаватели советовали ему написать опровержение, но он угрюмо отклонил их предложение и даже, когда ему угрожали увольнением, отказался представить в свое оправдание текст произнесенной речи. Он не пожелал подать в отставку и был исключен из числа преподавателей университета. Следует добавить, что на председателя и членов правления университета было оказано политическое давление.</p>
     <p>Гонимый, оклеветанный, непонятый и одинокий, бедняга даже не пытался постоять за себя. Всю жизнь ему подстраивали всякие пакости, но сам он никому не делал зла. Однако он еще не был настолько ожесточен, чтобы окончательно выйти из себя. Потеряв место и не имея никаких средств к существованию, он был вынужден приняться за поиски работы. Сначала он поступил на судостроительный завод «Юнион айрон уоркс» в Сан-Франциско, где проявил себя очень способным конструктором. Именно здесь он детально ознакомился с линейными кораблями и их устройством. Но репортеры и тут не оставили его в покое и детально описали в газетах его новое занятие.</p>
     <p>Он тотчас уволился и нашел другое место, но после того, как репортеры заставили его раз пять переменить занятие, он закалился и перестал обращать внимание на травлю, которую ему устроила пресса.</p>
     <p>Это было уже тогда, когда он открыл гальванопластическую мастерскую на Телеграф-авеню в Окленде. На его маленьком предприятии работали три мастера и два ученика. Сам он тоже очень много трудился. Как показал на суде полицейский Кэрью, Глюк редко покидал мастерскую раньше часу ночи. Именно в этот период своей жизни он усовершенствовал систему зажигания для двигателей внутреннего сгорания и запатентовал ее, что потом сделало его богатым.</p>
     <p>Эмиль Глюк открыл свою мастерскую ранней весной 1928 года, того самого года, когда он так неудачно влюбился в Айрин Тэкли. Теперь трудно себе представить, чтобы любовь такого необыкновенного существа, каким был Эмиль Глюк, могла быть обыкновенной. К тому, что мы говорили о его гениальности, одиночестве и болезненной впечатлительности, следует добавить, что он совсем не знал женщин. Из-за своей неопытности он не сумел выразить обуревавшие его чувства обычным путем, а чрезмерная робость привела его к весьма необычным изъявлениям любви.</p>
     <p>Айрин Тэкли была довольно хорошенькой, но пустой и легкомысленной молодой женщиной. В то время она работала в небольшой кондитерской, находившейся напротив мастерской Глюка. Он часто захаживал в кондитерскую и, не спуская с девушки глаз, пил там прохладительные напитки. Девушка, кажется, была к нему совершенно равнодушна и просто кокетничала с ним. Она говорила, что он «чудной», и даже как-то назвала его «тронутым», рассказывая, как он сидит у стойки и пялит на нее глаза сквозь очки, как он краснеет и заикается, когда она смотрит на него, и как часто он в смущении стремительно выбегает из кондитерской.</p>
     <p>Глюк делал ей поразительные подарки. Он подарил ей серебряный чайный сервиз, кольцо с бриллиантом, меха, театральный бинокль, скучнейшую многотомную «Историю мира» и мотоцикл, весь отникелированный в его собственной мастерской. Этим подношениям положил конец любовник девушки, который разгневался и заставил ее вернуть Глюку странный ассортимент подарков.</p>
     <p>Этот человек по имени Уильям Шербурн — грубое, тупое существо с тяжелой челюстью, выбился из рабочих в весьма удачливые мелкие подрядчики. Глюк ничего не понимал. Он попытался объясниться с девушкой, когда она возвращалась вечером с работы. Она пожаловалась Шербурну, и тот однажды подстерег и избил Глюка. Это была очень жестокая трепка, о чем свидетельствует запись в регистрационной книге больницы «Скорой помощи», куда в ту же ночь попал Глюк и где он оставался на излечении в течение целой недели.</p>
     <p>Но Глюк так ничего и не понял. Он продолжал свои попытки объясниться с девушкой. Боясь Шербурна, он обратился к начальнику полиции с просьбой разрешить ему носить при себе револьвер. В просьбе ему было отказано, а газеты, по своему обыкновению, сделали из этого сенсацию. А тут как раз произошло убийство Айрин Тэкли. Это случилось в субботу вечером, за Шесть дней до ее свадьбы с Шербурном. Она допоздна работала в кондитерской, откуда ушла после одиннадцати часов с недельным жалованьем в сумочке. Она доехала на трамвае по Сан-Пабло-авеню до Тридцать четвертой улицы, где сошла и отправилась пешком к своему дому, который находился в трех кварталах от трамвайной остановки. В живых ее больше не видели. На другое утро труп ее был найден на каком-то пустыре.</p>
     <p>Эмиля Глюка тотчас арестовали. Ничто не могло спасти его. Прямых улик не было, его обвинили на основании свидетельских показаний, состряпанных оклендской полицией. Нет сомнений в том, что большая часть показаний была попросту сфабрикована. Показания капитана Шехана оказались явным лжесвидетельством, и уже гораздо позже было доказано, что в ту самую ночь «свидетеля» не только не было поблизости от места, где произошло убийство, но что он вообще находился тогда за городом в одном заведении на Санлеандрской дороге.</p>
     <p>Несчастный Глюк был приговорен к пожизненному заключению в Санквентинской тюрьме, но газеты и публика считали приговор судебной ошибкой и требовали для него смертной казни.</p>
     <p>Глюк прибыл в Санквентинскую тюрьму 17 апреля 1929 года, Тогда ему было тридцать четыре года. И вот целых три с половиной года (причем большую часть этого срока он провел в одиночном заключении) ему предоставили на размышления о людской несправедливости. Именно в этот период его ожесточение достигло апогея, и он стал ненавистником всего рода человеческого. В тот же период он написал свой знаменитый трактат «О человеческой этике», незаурядную брошюру «Разумный преступник» и разработал ужасный, чудовищный план мести. Некое событие, приключившееся с ним, когда он еще работал в своей мастерской, подсказало ему идею уникального орудия мести. Как пишет сам Глюк в своих показаниях, во время пребывания в тюрьме он разработал теоретически каждую деталь прибора и, оказавшись на свободе, мог сразу же приступить к мщению.</p>
     <p>Освобождение его вызвало сенсацию. Но и оно было преступно оттянуто из-за бездушной бюрократической волокиты, бытовавшей в то время. В ночь на 1 февраля 1932 года во время попытки ограбления одного из жителей Пьемонтских холмов был смертельно ранен бандит Тим Хэсуэлл. Он прожил еще три дня и за это время не только признался в убийстве Айрин Тэкли, но и предоставил убедительные доказательства своего преступления. Он указал как на соучастника на заключенного Фолсомской тюрьмы Берта Дэнникера, умиравшего от чахотки, и тот тоже признался. Сегодня мы даже вообразить себе не можем, какая путаница и волокита существовали в судопроизводстве поколение назад. Доказательства невиновности Эмиля Глюка были представлены в феврале, а из тюрьмы он был выпущен лишь в октябре. Несправедливо осужденный, он в течение еще восьми месяцев был вынужден подвергаться незаслуженному наказанию. Это отнюдь не способствовало улучшению его настроения, и мы легко можем представить себе, сколько горечи накопилось в его душе за эти томительные восемь месяцев.</p>
     <p>Он оказался на свободе осенью 1932 года, и снова его имя замелькало на первых страницах газет. Вместо того, чтобы выразить сожаление по поводу случившегося недоразумения, газеты в поисках сенсации продолжали по-прежнему травить его. Газета «Сан-Франциско интеллидженсер» пошла даже дальше. Ее редактор Джон Хартуэлл придумал остроумную версию, в которой игнорировались признания двух преступников и содержалась попытка доказать, что в конечном счете в убийстве Айрин Тэкли виноват Глюк. Хартуэлл умер. Умер и Шербурн, а полицейский Филиппе был ранен в ногу и уволен из оклендской полиции.</p>
     <p>Убийство Хартуэлла долго оставалось неразрешимой загадкой. Он был один в своем кабинете. Револьверные выстрелы услышал редакционный курьер. Он вбежал в комнату и увидел в кресле умирающего Хартуэлла. Полиция ломала себе голову, каким образом его собственный револьвер, находившийся в запертом ящике стола, вдруг стал стрелять. Пули пробили ящик и поразили Хартуэлла в живот. Полиция отвергла версию о том, что здесь имело место самоубийство, мысль об убийстве была сочтена абсурдной, и ответственность за происшествие была возложена на компанию «Эврика», занимавшуюся производством патронов. Полицейские считали, что произошли самопроизвольные выстрелы, и химикам компании пришлось натерпеться страху во время следствия. Но полиция не знала, что комнату номер 633 в Доме, находившемся как раз напротив редакции, снимал Эмиль Глюк, который и был в ней в то самое время, когда раздались непонятные выстрелы из револьвера Хартуэлла.</p>
     <p>Тогда никто не видел никакой связи между смертью Хартуэлла и смертью Уильяма Шербурна. Шербурн все еще жил в том самом доме, который он построил для Айрин Тэкли, и однажды утром, в январе 1933 года, его нашли там мертвым. Следствие установило, что причиной смерти явилось самоубийство, так как Шербурн был застрелен из собственного револьвера. В ту же ночь случилось еще одно любопытное событие. У дома Шербурна подстрелили полицейского Филиппса. Он дополз до полицейского телефона, находившегося на углу, и вызвал «Скорую помощь». Полицейский утверждал, что кто-то сзади выстрелил ему в ногу. Нога его была размозжена тремя пулями тридцать восьмого калибра, и ее пришлось ампутировать.</p>
     <p>Но когда в полиции узнали, что увечье было нанесено выстрелами из собственного револьвера Филиппса, его подняли на смех и обвинили в том, что он был пьян, Несмотря на его уверения, что он в рот не брал спиртного и не притрагивался к револьверу, лежавшему в заднем кармане брюк, Филиппса выгнали из полиции. Признание Глюка, которое он сделал шесть лет спустя, сняло с несчастного полицейского обвинение в позорном поступке. В настоящее время он находится в добром здравии и получает от города приличную пенсию.</p>
     <p>Расправившись со своими личными врагами, Эмиль Глюк искал теперь более широкое поле деятельности, хотя его ненависть к газетчикам и полицейским по-прежнему оставалась неудовлетворенной. Пока он находился в тюрьме, процентные отчисления с дохода компаний, использовавших изобретенную им систему зажигания для двигателей внутреннего сгорания, поступали на его счет в банк, и с каждым годом его состояние все увеличивалось. Он был независим, мог ехать куда угодно и удовлетворить свое чудовищное желание мстить.</p>
     <p>Он стал маньяком и анархистом, причем не идейным, а каким-то диким анархистом. Может быть, это не то слово и его лучше назвать нигилистом и террористом. Но известно, что он не входил ни в одну террористическую организацию. Он действовал в одиночку, но нагнал на людей в тысячу раз больше страха и произвел в тысячу раз больше разрушений, чем все террористические организации, вместе взятые.</p>
     <p>Он ознаменовал свой отъезд из Калифорнии взрывом Форта Мейсон. В своих показаниях он говорил об этом как о маленьком эксперименте (он, мол, просто набивал себе руку). Восемь лет он бродил по свету, сея ужас, причиняя убытки на сотни миллионов долларов, губя людей без счета. Благоприятным последствием его злодеяний было лишь то опустошение, которое он произвел в рядах самих террористов. Каждый раз, когда он совершал какое-нибудь преступление, полиция хватала всех террористов, оказавшихся поблизости, и многие из них были казнены. Только в одном Риме после убийства итальянского короля было казнено семнадцать человек.</p>
     <p>Самым потрясающим деянием его было, пожалуй, убийство короля и королевы Португалии. Это произошло в день их бракосочетания. Против террористов были приняты все возможные меры предосторожности. Улицы, ведущие к собору, были оцеплены двойной шеренгой солдат, а королевский экипаж охраняли две сотни кавалеристов. И вдруг случилась поразительная вещь. Автоматические винтовки кавалеристов, как и винтовки стоявших поблизости пехотинцев, начали стрелять. Поднялась паника, дула стреляющих винтовок были направлены во все стороны. Побоище было ужасным — лошади, солдаты, зрители, король и королева оказались изрешеченными пулями. Дело осложнилось еще и тем, что среди теснившейся за цепью солдат толпы у двух террористов, которые находились поодаль друг от друга, взорвались бомбы. Террористы намеревались бросить эти бомбы в королевскую чету, если бы представилась такая возможность, Но кто знал, что случится? Страшное опустошение, произведенное взорвавшимися бомбами, усилило панику. Полагали, что взрывы входили в планы нападавших.</p>
     <p>Одного нельзя было лишь объяснить — поведения солдат в тот момент, когда их винтовки стали стрелять. Никто не мог поверить, что они тоже участвовали в заговоре. Однако от их пуль погибли сотни людей, в том числе и король с королевой. С другой стороны, еще в большее недоумение приводил тот факт, что семьдесят процентов самих солдат было убито или ранено. Некоторые объясняли это тем, что верные своему долгу солдаты, из числа тех, кто присутствовал во время нападения на королевский экипаж, открыли огонь по предателям. Но хотя многие из оставшихся в живых были подвергнуты пытке, ни один из них не дал показаний, подтверждавших эту версию. Они упрямо твердили, что вообще не стреляли из своих винтовок и что винтовки стали стрелять сами. Проводившие экспертизу химики посмеялись над ними, заявив, что один патрон, начиненный новым бездымным порохом, мог еще самопроизвольно взорваться, но абсолютно исключали возможность того, чтобы все патроны в данном районе взорвались одновременно. В конце концов это поразительное происшествие так и не получило объяснения.</p>
     <p>По общему мнению, сложившемуся в других странах мира, все это дело явилось результатом паники, созданной экспансивными латинянами после взрыва двух бомб, брошенных террористами. И в этой связи припоминали смешной случай, который произошел много лет тому назад, когда разыгралось сражение между русским флотом и английскими рыбачьими лодками <a l:href="#n_838" type="note">[838]</a>.</p>
     <p>Эмиль Глюк посмеивался и продолжал свое черное дело. Он-то знал, что случилось. Но откуда об этом мог ведать мир? Глюк случайно открыл секрет своего оружия, когда еще работал в гальванопластической мастерской на Телеграф-авеню в городе Окленде. Как-то «Тэрстон Пауэр компани» установила радиостанцию неподалеку от его мастерской. И через некоторое время гальваническая ванна вышла из строя. Обмотка аппаратуры замкнулась во многих местах. Осматривая повреждения, Глюк обнаружил в местах замыканий мелкие спайки. Замкнутый накоротко ток накалил обмотку, раствор закипел, и работа стала. Но что вызвало замыкание? Глюк задумался. Ход его рассуждений был прост. До установки радиостанции аппаратура работала хорошо. Она вышла из строя только после установки радиостанции. Следовательно, причиной этого была работа радиостанции. Но что же произошло? Ответ на этот вопрос был найден быстро. Если электромагнитные волны способны заставить слипаться железные опилки когерера, находящегося за океаном в трех тысячах миль от передатчика, то электромагнитные волны, излучаемые радиостанцией, находящейся всего в четырехстах футах от мастерской, могли вызвать тот же эффект в плохо изолированных местах обмотки.</p>
     <p>В то время Глюк не проявил особого интереса к этому явлению. Он просто перемотал обмотку и продолжал заниматься гальванопластикой. Но потом, в тюрьме, он вспомнил об этом случае, и его осенило. Он понял, что может создать бесшумное, незаметное оружие, с помощью которого будет вершить свою месть. Его великое открытие, которое он унес с собой в могилу, заключалось в том, что он умел создавать направленные электромагнитные волны любой мощности. В то время эта проблема не была еще решена радиоинженерами, как, впрочем, она не решена и теперь. Но Эмиль Глюк, сидя в тюремной камере, сумел докопаться до ее сути, А выйдя на волю, он осуществил свою идею. Умея направлять электромагнитные волны, он довольно просто вызывал искру в пороховых погребах форта, в снарядах на линкоре или в патронах револьверов. Он мог не только взрывать на расстоянии порох, ему удавалось вызывать пожары. При его участии начался большой бостонский пожар, но, как он заявил в своих показаниях, это была чистая случайность, правда, добавил он, пожар явился для него приятной неожиданностью, о которой он потом никогда не сожалел.</p>
     <p>Не кто иной, как Эмиль Глюк, вызвал ужасную германо-американскую войну, которая унесла около восьмисот тысяч жизней и потребовала почти неисчислимых затрат. Следует вспомнить, что в 1939 году, вследствие Пикардского инцидента, отношения между двумя странами были напряженными. И хотя интересы Германии были несколько ущемлены, тем не менее она не хотела войны и в знак своих мирных намерений послала кронпринца и эскадру из семи линейных кораблей с дружественным визитом в Соединенные Штаты Америки. В ночь на пятнадцатое февраля семь броненосцев стали на якорь в Гудзоновом заливе напротив Нью-Йорка.</p>
     <p>В ту же ночь Эмиль Глюк, захватив свой аппарат, вышел на катере в море. Этот катер, как выяснилось впоследствии, он приобрел у «Росс Тэрнер компани», а детали аппарата, пущенного в ход в ту ночь, — на заводе «Коламбиа электрик». Но тогда об этом никто не знал. Известно было только то, что семь броненосцев взлетели на воздух один за другим с интервалом между взрывами ровно в четыре минуты. Погибло девяносто процентов матросов и офицеров, в том числе и кронпринц.</p>
     <p>За много лет до этого события на рейде Гаваны был взорван американский линкор «Мэн» <a l:href="#n_839" type="note">[839]</a>, после чего тотчас же началась война с Испанией, хотя тогда существовали законные сомнения относительно того, был ли взрыв результатом диверсии или случайности. Но взрыв семи броненосцев с интервалами в четыре минуты объяснить случайностью уже было нельзя. Германия считала, что взрывы произведены подводной лодкой, и немедленно объявила войну. И только через шесть месяцев после признания Глюка она вернула Соединенным Штатам Филиппины и Гавайские острова.</p>
     <p>Тем временем злой волшебник и человеконенавистник Эмиль Глюк разрушительным смерчем носился по земле. Он не оставлял следов. С научной тщательностью он уничтожал все улики. Обычно он снимал комнату или дом и тайком устанавливал там свою аппаратуру, которую, между прочим, так усовершенствовал и упростил, что она занимала очень мало места. Осуществив намеченный план, он осторожно увозил аппаратуру. Такая осторожность сулила ему долгую жизнь и множество ужасных преступлений.</p>
     <p>Весьма приметным делом была эпидемия самострелов среди нью-йоркских полицейских. Она стала одной из самых кошмарных тайн того времени. Всего за две недели более сотни полицейских получили ранения в ногу из собственных револьверов. Инспектор Джонс не разрешил этой загадки, но в конце концов он перехитрил Глюка. По ее рекомендации полицейские перестали носить револьверы, и больше происшествий с самопроизвольными выстрелами не было.</p>
     <p>Ранней весной 1940 года Глюк уничтожил судоверфь на острове Мэр. Из своей комнаты в Вальехо он послал электромагнитный луч через пролив в сторону острова Мэр. Сначала он направил его на линкор «Мэриленд». Корабль стоял в доке у минного склада. На его носовой палубе была временно сооружена огромная деревянная платформа, на которой лежало более сотни мин. Эти мины предназначались для обороны Золотых Ворот. Любая из них могла уничтожить десяток линкоров, а всего этих мин насчитывалось больше сотни. Разрушения были ужасны, но это было только начало. Глюк направил луч на побережье острова Мэр и взорвал пять торпедных катеров, склад снарядов и большое хранилище боеприпасов в восточной оконечности острова. Поведя луч к западу, он по дороге зацепил несколько отдельных складов, находившихся на холмах в глубине острова, взорвал три крейсера и линкоры «Орегон», «Делавэр», «Нью-Хемпшир» и «Флорида», причем последний только что вошел в сухой док, и этот великолепный док был уничтожен вместе с кораблем.</p>
     <p>Ужасная катастрофа потрясла всю страну. Но она не шла в сравнение с тем, что случилось позже. Ранней осенью того же года Эмиль Глюк смел с лица земли все, что находилось на атлантическом побережье страны от Мэйна до Флориды. Форты, береговые оборонительные сооружения всех видов, склады мин, торпед и других боеприпасов взлетели на воздух. Три месяца спустя, в середине зимы, он таким же ошеломляющим ударом опустошил северное побережье Средиземного моря от Гибралтара до Греции.</p>
     <p>Все страны были охвачены страхом. Никто не сомневался, что все эти разрушения — дело рук человеческих, но из-за беспристрастности Эмиля Глюка не менее ясно было и то, что разрушительную работу ведет не одна какая-либо определенная страна. Очевидно было лишь одно: какие бы люди ни стояли за этим, они представляют угрозу для всего мира. Ни одна страна не могла считать себя гарантированной от разрушений. Никакие оборонительные меры не могли быть приняты против таинственного и всемогущего врага. Орудия ведения войны были бесполезны; мало сказать, бесполезны, иметь их — значило подвергаться угрозе. На год прекратилось производство пороха, а все солдаты и матросы были удалены из военных укреплений и с кораблей. А на совещании держав, состоявшемся в то время в Гааге, даже началось серьезное обсуждение вопроса о всеобщем разоружении.</p>
     <p>Но тут сотрудник секретной службы Соединенных Штатов Сайлас Бэннермэн арестовал Эмиля Глюка и прославился на весь мир. Сначала Бэннермэна подняли на смех, но он так хорошо подготовил дело, что в течение нескольких недель убедил в виновности Глюка даже самых закоренелых скептиков. Однако Бэннермэн так и не смог объяснить даже самому себе, почему ему вдруг пришло в голову, что Эмиль Глюк причастен к Жестоким преступлениям. Правда, Бэннермэн выполнял в Вальехо секретное правительственное задание и был там во время взрыва острова Мэр, правда и то, что на улицах Вальехо он видел Эмиля Глюка, на которого ему указали, как на подозрительного чудака, но тогда Глюк не произвел на него никакого впечатления. И только во время своего отпуска в Скалистых горах, читая сообщения о разрушениях на атлантическом побережье, Бэннермэн вдруг вспомнил об Эмиле Глюке. И тут же ему пришла в голову мысль, что имеется какая-то связь между Глюком и разрушениями. Это была только гипотеза, но ее оказалось достаточно, чтобы дать пищу для размышлений. Великое дело — создание гипотез, которые сами по себе являются продуктом подсознательной работы мозга. Явление это так же необъяснимо, как необъяснимо, например, внезапное озарение, приведшее Ньютона к открытию закона всемирного тяготения.</p>
     <p>Остальное оказалось нетрудным. «Где был Глюк, когда по атлантическому побережью пронесся ураган разрушений?» — спросил себя Бэннермэн. По его собственной просьбе ему поручили расследовать это дело. Он тотчас же установил, что ранней осенью 1940 года Глюк разъезжал по атлантическому побережью. Он также установил, что во время эпидемии самострелов среди полицейских Глюк был в Нью-Йорке, «А где Глюк теперь?» — продолжал спрашивать себя Бэннермэн. И, словно в ответ на этот вопрос, стали поступать сообщения о повальных разрушениях на Средиземном море.</p>
     <p>Бэннермэн знал, что месяц тому назад Глюк выехал в Европу. Бэннермэну даже не потребовалось ехать туда самому. Сопоставляя телеграфные сообщения о разрушениях и сведения, предоставляемые сотрудничавшими с ним европейскими секретными службами, Бэннермэн проследил путь Глюка по всему Средиземноморью и установил, что каждый раз прибытие Глюка на новое место совпадало по времени с очередным взрывом береговых укреплений и военных кораблей. Он также выяснил, что Глюк только что отплыл на лайнере «Плутоник» компании «Грин стар» в Соединенные Штаты.</p>
     <p>Бэннермэну все было ясно, оставалось только до прибытия Глюка уточнить некоторые детали. В этом ему умело помог Джордж Браун, специалист из радиокомпании «Вуд систем». Когда «Плутоник» показался на траверзе Сэнди Хук, к нему подошел военный катер.</p>
     <p>Бэннермэн поднялся на борт корабля и арестовал Эмиля Глюка.</p>
     <p>Потом состоялся суд. Глюк во всем признался. Давая показания, он выразил сожаление лишь о том, что действовал слишком медленно. Он сказал, что если бы он мог представить себе, что его когда-нибудь арестуют, он бы поторопился и разрушений было бы в тысячу раз больше.</p>
     <p>Глюк умер и унес с собой в могилу свой секрет, хотя, как теперь стало известно, представители французского правительства сумели проникнуть к нему и предложили ему миллиард франков за его изобретение, которое заключалось в том, что он мог создавать мощное направленное электромагнитное излучение. «Что? — спросил Глюк. — Продать его, чтобы дать вам возможность поработить и угнетать бедное человечество? Ничего не выйдет!»</p>
     <p>И хотя военные министерства всех стран продолжали проводить изыскания в своих секретных лабораториях, им так и не удалось раскрыть тайну изобретения Эмиля Глюка.</p>
     <p>Эмиль Глюк казнен 4 декабря 1941 года в возрасте сорока шести лет. Так не стало самого несчастного в мире гения, человека колоссального интеллекта, огромные способности которого никогда не были использованы для добрых дел и получили такое извращенное развитие, что обладатель их стал самым удивительным из всех преступников.</p>
     <p><emphasis>Из книги мистера А. Г. Бэрнсайда «Оригинальные преступники», публикуется с разрешения издательства «Холидей и Уитсанд».</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Мечта Дебса <a l:href="#n_840" type="note">[840]</a></p>
     </title>
     <p>В тот день я проснулся на час раньше обычного. Это было в высшей степени удивительно, и я лежал, широко раскрыв глаза, охваченный каким-то смутным беспокойством. Я не мог понять, в чем дело. Меня угнетало предчувствие: случилось или должно было вот-вот случиться нечто страшное. Но что? Я попытался собраться с мыслями и вспомнил, как после землетрясения 1906 года многие утверждали, что незадолго до первого толчка они испытали необъяснимое чувство страха. Неужели Сан-Франциско снова постигнет землетрясение?</p>
     <p>Я затаил дыхание, тупо ожидая, что вот-вот раздастся грохот, зашатаются стены, посыпятся кирпичи. Но все было тихо. Так вот что меня поразило — тишина! Я не слышал привычного шума большого города, и это, естественно, вызывало беспокойство. Обычно в такое время. дня мимо моего дома каждые три минуты бежали трамваи, а тут ни одного вагона за десять минут. Верно, забастовали трамвайщики, подумал я, или отключили энергию из-за какой-нибудь аварии. Но нет, тишина была слишком глубокой. Не дребезжали колеса, не скрежетали тормоза, не стучали копыта по поднимающейся в гору мостовой.</p>
     <p>Я нажал кнопку звонка подле кровати и прислушался, хотя отлично знал, что на третьем этаже колокольчика не слышно, даже если звонок действовал. Звонок действовал, ибо минуты три спустя вошел Браун с завтраком на подносе и утренней газетой. Лицо его было бесстрастно, как всегда, но во взгляде я заметил тревогу и ожидание. Кроме того, на подносе не было сливок.</p>
     <p>— Сливок сегодня не принесли, — объяснил он, — и хлеба тоже.</p>
     <p>И в самом деле на подносе я не увидел французских булочек, вместо них лежали ломтики получерствого, оставшегося, верно, от вчерашнего обеда, хлеба из грубой муки, который я терпеть не мог.</p>
     <p>— Сегодня ничего не доставили, сэр, — извиняющимся тоном начал Браун, но я прервал его:</p>
     <p>— А газета?</p>
     <p>— Только газету и принесли, сэр, но завтра газеты тоже не будет. Она не выйдет — так там написано. Может быть, послать за сгущенным молоком, сэр?</p>
     <p>Я покачал головой, решив довольствоваться черным кофе, и развернул газету. Огромные заголовки объясняли все, объясняли слишком многое — пессимизм издателей был просто-напросто смешон. В Соединенных Штатах объявлена всеобщая забастовка, сообщалось в газете, в информированных кругах высказываются самые мрачные прогнозы относительно снабжения городов.</p>
     <p>Я читал быстро, пропуская абзацы и вспоминая попутно, сколько хлопот доставляли в прошлом волнения среди рабочих. На протяжении жизни целого поколения всеобщая забастовка была как бы мечтой рабочего движения, мечтой, которая родилась в голове Дебса, одного из знаменитых рабочих лидеров, лет тридцать назад. Помнится, во время пребывания в колледже, я даже написал для какого-то журнала статью на эту тему, озаглавив ее «Мечта Дебса». Весьма бесстрастным, но в то же время довольно безапелляционным, должен признаться, тоном я объявил всеобщую забастовку пустой мечтой, не более того. Шли годы, менялся мир, давно забыт Гомперс <a l:href="#n_841" type="note">[841]</a>, распалась Американская федерация труда, умер Дебс, унеся с собой бредовые революционные идеи. Но мечта его, как видно, осталась жить, и вот наконец обрела плоть. Я от души смеялся над теми мрачными видами на будущее, которые рисовала газета. Боже мой, как все это знакомо! Сколько было на моем веку так называемых трудовых конфликтов, но рабочим ни разу не удавалось взять верх. Я был убежден, что происшествие уладится благополучнейшим образом, что это вопрос дней. Поскольку забастовка приняла национальный характер, за дело возьмется правительство.</p>
     <p>Я отбросил газету и начал быстро одеваться. Интересно сейчас побродить по улицам Сан-Франциско, когда замерло движение и весь город словно по чьему-то приказанию отбыл на каникулы.</p>
     <p>— Прошу прощения, сэр, — обратился ко мне Браун, подавая портсигар. — Мистер Хармед хотел бы поговорить с вами до того, как вы уйдете.</p>
     <p>— Пусть войдет, — сказал я.</p>
     <p>Хармед — мой дворецкий. Когда он вошел, я увидел, что он с трудом сохраняет спокойствие. Хармед сразу приступил к делу.</p>
     <p>— Как мне быть, сэр? У нас иссякают запасы, а шоферы, которые доставляют продукты, присоединились к забастовке. И электричество выключили — там тоже, видно, бастуют.</p>
     <p>— А магазины открыты? — спросил я.</p>
     <p>— Только небольшие, сэр. Продавцы тоже не работают, и в больших магазинах некому обслуживать покупателей. В маленьких же справляются сами владельцы с помощью домочадцев.</p>
     <p>— Возьмите машину, отправляйтесь по всем магазинам. Покупайте все, что может понадобиться, да побольше. Не забудьте коробку свечей, впрочем, нет, полдюжины коробок. А когда разделаетесь с покупками, пусть Гаррисон заедет за мной в клуб, но не позднее одиннадцати.</p>
     <p>Хармед удрученно покачал головой.</p>
     <p>— Мистер Гаррисон, как член профсоюза шоферов, прекратил работу, а я не умею водить машину.</p>
     <p>— Как? И он тоже? — спросил я. — Ну что ж, когда мистер Гаррисон соблаговолит явиться, передайте ему, что он может поискать работу в другом месте.</p>
     <p>— Хорошо, сэр.</p>
     <p>— А вы-то сами, Хармед, не состоите случаем в Союзе дворецких?</p>
     <p>— Нет, сэр, — последовал ответ. — И даже, если бы состоял, я ни за что не покинул бы своего хозяина в такую минуту. Нет, сэр, я бы…</p>
     <p>— Хорошо, хорошо, благодарю вас! А теперь приготовьтесь сопровождать меня. Я сам поведу машину. Мы сделаем такие запасы, какие позволят нам выдержать долгую осаду.</p>
     <p>Был первый день мая, и погода стояла чудесная даже для этой поры. На небе ни облачка, ветер утих, в воздухе было разлито какое-то целительное тепло. По пути нам попадалось немало автомобилей, за рулем сидели их владельцы. На улицы высыпало много народу, но повсюду сохранялись порядок и тишина. Прогуливались разодетые в свои лучшие воскресные костюмы рабочие, наслаждаясь, по-видимому, эффектом, который произвела на горожан забастовка. Все выглядело так необычно и вместе с тем так мирно, что я даже испытывал некоторое удовольствие. Нервы, разумеется, были чуточку возбуждены, как во время какого-нибудь невинного и неопасного приключения. Навстречу попалась мисс Чикеринг — она изящно восседала за рулем своего миниатюрного автомобиля. Завидев меня, она сделала поворот и на углу догнала мою машину.</p>
     <p>— Мистер Корф, мистер Корф, — зачирикала она, — вы не знаете, где можно купить свечи? Объездила с десяток магазинов — все распроданы. Это просто ужас, вы не находите?</p>
     <p>Но по заблестевшим глазкам было видно, что мисс Чикеринг говорит неправду, что ей, как и остальным людям нашего круга, было ужасно интересно и забавно. Поиски свечей и те показались нам необыкновенным приключением. Мы объездили весь город и лишь в рабочем квартале, южнее Маркет-стрит, в какой-то крохотной бакалейной лавке нашли свечи. Мисс Чикеринг думала ограничиться одной коробкой, но я убедил ее взять четыре. Сам же я купил дюжину коробок. Кто знает, насколько еще затянется забастовка! Кроме того, я доверху загрузил свой просторный автомобиль несколькими мешками муки, дрожжами, консервами и другими столь же необходимыми припасами. Руководство покупками взял на себя Хармед, он суетился и кудахтал, точно хлопотливая наседка.</p>
     <p>Самое любопытное в первый день забастовки было то, что никто не принял ее всерьез. Все от души смеялись над опубликованными в утренних газетах заявлениями профсоюзных лидеров о том, что забастовка продлится не меньше месяца, а то и все три. Мы, по правде сказать, в тот же день могли бы догадаться, что забастовка рассчитана надолго, ибо рабочие, не в пример остальным, не кинулись запасаться продуктами. Им это было ни к чему. За много месяцев наперед каждый из них втайне от хозяев очень искусно устроил себе личный склад провизии. Потому мы и смогли делать покупки только в рабочих кварталах.</p>
     <p>Но по-настоящему я встревожился лишь тогда, когда днем приехал в клуб. Там царило полное смятение. Коктейли продавали без маслин, обслуживали медленно и как-то нерасторопно. Собравшиеся были явно обеспокоены, иные едва сдерживали гнев. Еще у входа я услышал гул голосов. На своем обычном месте, в курительной комнате, восседал в кресле генерал Фолсом и, поглаживая пухлый живот, отбивался от полдюжины наседавших на него джентльменов, которые требовали, чтобы он немедленно принял какие-то меры.</p>
     <p>— Я сделал все, что мог, — говорил он. — Из Вашингтона не поступало никаких распоряжений. Если вам, джентльмены, удастся телеграфировать моему начальству, я сделаю все, что мне прикажут. Иначе я не могу ничего предпринять. Утром, узнав о забастовке, я первым делом вызвал войска из Президио, три тысячи человек. Они охраняют банки, Монетный двор, почтамт и все общественные здания. Беспорядка пока не наблюдается. Забастовщики держатся мирно. Не могу же я стрелять в них просто так — вырядились, точно на праздник, и высыпали на улицы со своими чадами и домочадцами.</p>
     <p>— Интересно, что творится сейчас на Уолл-стрит? — услышал я голос Джимми Уомболда, когда проходил мимо. Можно понять озабоченность Джимми: совсем недавно он скупил порядочное количество акций «Консоли дейтед-Вестерн».</p>
     <p>— Послушай, Корф, — подбежал ко мне Аткинсон. — У тебя машина на ходу?</p>
     <p>— Да, — отвечал я. — А что с твоей?</p>
     <p>— Что-то сломалось, а мастерские закрыты. Понимаешь, моя жена застряла где-то около Траки. Телеграмму не пошлешь ни за какие деньги. Она должна была приехать вечером. Может быть, умирает там с голоду! Одолжи, пожалуйста, машину.</p>
     <p>— Бесполезно, — вмешался Холстед. — Все равно через залив не переправиться. Паромы не ходят. Однако я знаю, что делать. У Роллинсона… Эй, Роллинсон, подойди-ка сюда на минутку! Аткинсону нужно переправить машину через залив. У него жена в Траки. Не можешь ли ты вызвать из Тибурона «Ларлетту», чтобы перевезти автомобиль?</p>
     <p>«Ларлетта» — океанская прогулочная шхуна водоизмещением двести тонн.</p>
     <p>Роллинсон в раздумье покачал головой:</p>
     <p>— Пожалуй, сейчас не найти грузчиков, чтобы поднять его на борт, даже если бы было кому вести «Ларлетту». Ведь весь экипаж, члены Союза моряков, тоже побросал работу.</p>
     <p>— Но моя жена, наверно, умирает с голоду, — хныкал Аткинсон.</p>
     <p>Я направился дальше. В другом углу курительной группа озабоченных джентльменов окружила Берти Мессенера, горячо убеждая его в чем-то. А Берти с присущим ему хладнокровием насмешливо подзадоривал их своими циничными замечаниями. Берти Мессенер плевал на забастовку. Ему на все было наплевать. Он был равнодушен ко всему и пресыщен — радостями жизни по крайней мере; что до горестей, то они вовсе не привлекали его. Он стоил двадцать миллионов, вложенных в надежнейшие предприятия, и за всю жизнь не поработал и часа — денежки ему достались от отца и двух дядюшек. Где он только не побывал, чего не перевидел, чего не перепробовал, и единственно не успел жениться, несмотря на решительную и упорную осаду нескольких сотен тщеславных мамаш. Много лет он был самой желанной приманкой, которую никому пока не посчастливилось схватить. Он был до неприличия выгодной партией, ибо, помимо богатства, выделялся молодостью, красотой и безукоризненной репутацией. Отличный спортсмен, юный белокурый бог, ему с завидной легкостью удавалось все, в том числе и избежать уз брачного союза. У него, начисто лишенного честолюбия и страстей, не возникало и мысли сделать то, в чем он мог успеть лучше других.</p>
     <p>— Но это же бунт! — плакался один из собеседников Берти Мессенера; другой называл забастовку восстанием и революцией; третий — разгулом анархии.</p>
     <p>— Ничего похожего, — возражал Берти. — Я все утро толкался на улицах — никаких беспорядков. Ни разу не видел таких законопослушных граждан. Нечего впадать в Панику — никакая это не революция и не бунт. Просто всеобщая забастовка, как и объявлено. Теперь ваш ход, джентльмены!</p>
     <p>— Мы примем игру, будьте уверены! — воскликнул Гарфилд, один из трамвайных магнатов. — Мы их поставим на место, этих грязных животных. Погодите, вот примется за дело правительство!</p>
     <p>— Но где оно, ваше правительство? — язвил Берти. — Может быть, уже на дне океана. Мы ведь не знаем, что происходит в Вашингтоне. Не знаем даже, есть у нас правительство или нет.</p>
     <p>— Ну, на этот счет можете не волноваться! — негодующе выпалил Гарфилд.</p>
     <p>— Я ничуть не волнуюсь, уверяю вас, — с ленивой улыбочкой ответствовал Берти. — Скорее волнуетесь вы, друзья. Посмотрите-ка на себя в зеркало, Гарфилд.</p>
     <p>Почтенный джентльмен не последовал совету Берти, однако выглядел он и в самом деле крайне возбужденным: седые волосы разлохматились, лицо побагровело, рот угрюмо кривился, растерянно блуждали глаза.</p>
     <p>— Но это же несправедливо, говорю я вам, — сказал коротышка Гановер; по унылому тону я понял, что он повторял это в сотый, наверное, раз.</p>
     <p>— Хватит, Гановер, — оборвал его Берти. — Тошно слушать вашу болтовню. Вы же сторонники открытого цеха и все уши мне прожужжали о праве на работу и прочем. И гнули эту линию из года в год. Рабочим ничего не оставалось, как начать всеобщую забастовку. Что тут незаконного? Помолчите минуту, Гановер, прошу вас! Сколько лет вы твердили о богом данном праве работать… или не работать? Вот вам и результат! Грязное в общем-то дело. Сначала вы прижали рабочих, теперь рабочие прижали вас, и нечего жаловаться.</p>
     <p>Исполненные благородного негодования, все в один голос стали отрицать, что они прижимали рабочих.</p>
     <p>— Напротив, сэр! — кипятился Гарфилд. — Мы делали для рабочих все, что могли. Прижимали!.. Нет, мы давали им возможность жить. Давали работу. Интересно, как бы они прожили без нас?</p>
     <p>— Намного лучше, намного, — откровенно насмехался Берти. — Вы прижимали и обманывали рабочих при каждом удобном случае. Из кожи лезли, чтобы вам такой случай представился.</p>
     <p>— Ничего подобного! Клевета! — раздались возмущенные голоса.</p>
     <p>— Нет, это не клевета, — невозмутимо продолжал Берти. — Вы помните ту забастовку возчиков тут, в Сан-Франциско. Всем известно, что забастовка была спровоцирована Ассоциацией нанимателей. Вы знаете, что мне это известно — ведь я сидел здесь, в этой самой комнате, когда тут велись закулисные переговоры и обсуждались новости. Вы толкнули рабочих на забастовку, потом подкупили мэра и начальника полиции, и те благополучно разогнали рабочих. Нужно было поглядеть, как вы, мнящие себя благотворителями, прижали в тот раз рабочих.</p>
     <p>Позвольте, я еще не кончил. Не далее как в прошлом году губернатором Колорадо был избран кандидат по рабочему списку. Но разве он вступил в должность? Нет, и вы знаете, почему. Дело рук ваших дружков — благотворителей и капиталистов из Колорадо. Разве тогда не обманули рабочих? Вы три года продержали в тюрьме по ложному обвинению в убийстве президента Ассоциации горняков Юго-Запада. Расправившись с ним, вы погубили и ассоциацию. Станете утверждать, что вы и на этот раз не прижали рабочих? А разве не обман — объявить в третий раз прогрессивный налог противоречащим конституции? Обман, такой же откровенный обман, как и в том случае, когда вы провалили в Конгрессе закон о восьмичасовом рабочем дне.</p>
     <p>Но венцом ваших махинаций стало наступление на закрытый цех. Известно, каким образом вам удалось добиться своего. Вы подкупили Фарберга, последнего президента прежней Американской федерации труда. Вы сделали его своим ставленником, вернее, ставленником всех трестов и ассоциации нанимателей. Вы спровоцировали грандиозную забастовку на предприятиях, где работали только члены профсоюза. Фарберг, как и следовало ожидать, предал рабочих. Вы выиграли конфликт, и Американская федерация труда распалась. Да, да, вы уничтожили ее, но просчитались. На обломках АФТ рабочие создали Международный союз рабочих, который стал самой крупной и крепкой в истории Соединенных Штатов профсоюзной организацией. Вы сами помогли создать этот союз, вы сами виноваты в нынешней забастовке. После разгрома прежних федераций рабочим не оставалось ничего иного, как создать новую организацию. И вот эта новая организация объявила забастовку, и рабочие снова требуют установить систему закрытых цехов. И после этого у вас хватает бесстыдства утверждать, будто вы никогда не прижимали и не обманывали рабочих. Какая чепуха!</p>
     <p>На этот раз никто не осмелился отрицать что-либо. Только Гарфилд попробовал защититься:</p>
     <p>— Но мы были вынуждены поступать так! Иначе рабочие взяли бы верх.</p>
     <p>— Да я не об этом, — ответил Берти. — Нечего плакаться, коли ваши затеи обернулись против вас самих, вот в чем дело. Вспомните, сколько раз голодовками вы заставляли рабочих подчиниться и прекратить забастовку. Ну, а теперь они намерены заставить вас подчиниться им. Они требуют закрытого цеха, и если из-за этого вам придется поголодать, значит, так тому и быть!</p>
     <p>— Однако вы и сами не раз наживались на обмане рабочих, — ввернул Брентвуд, один из самых хитрых и проницательных адвокатов наших корпораций. — Скупщик краденого — такой же преступник, как и вор, — усмехнулся он. — Обманывать не обманывали, а свой куш сорвали.</p>
     <p>— Это не имеет никакого отношения к делу, дорогой Брентвуд, — холодно и отчетливо произнес Берти. — И вы туда же, толковать о морали, как и Гановер. Справедливо, несправедливо — разве об этом сейчас речь? Одно я знаю наверное: грязная это игра. Единственное, что я говорю: нечего хныкать, если рабочие прижали вас. Да, я тоже наживался на обмане, хотя благодаря вам сам не марал руки грязными делишками. Вы, джентльмены, делали это за меня. Поверьте, я вовсе не ходячая добродетель, я такой же, как и вы. Но мой драгоценный папочка и его любезные братцы оставили мне кучу денег — ими-то я и платил за грязную работу.</p>
     <p>— Вы хотите сказать, что мы… — в негодовании начал Брентвуд.</p>
     <p>— Да бросьте вы кипятиться, — высокомерно оборвал его Берти. — Какой смысл лицемерить в этом воровском логове? Высокие слова уместны в газетах, юношеских клубах да воскресных школах — это тоже часть игры, которую мы ведем. Но, ради бога, не надо притворяться друг перед другом. Мы с вами отлично знаем, какой разбой был учинен прошлой осенью в строительном профсоюзе, кто давал деньги, кто был исполнителем и кто нажился. — Брентвуд побагровел. — Все мы одним миром мазаны, и нечего распространяться о морали. Я еще раз говорю: ведите игру, бейтесь до последнего, но Не хнычьте, если вам наступают на хвост.</p>
     <p>Отходя от спорящих, я успел услышать, как Берти снова начал пугать своих собеседников более серьезными последствиями забастовки, В частности, он указал на ощутимый уже недостаток продуктов и спросил джентльменов, что они намерены предпринять. Позже я встретил Берти в гардеробной, он уходил, и я подвез его на своей машине.</p>
     <p>— Да, всеобщая забастовка — это удар, — задумчиво говорил Берти, когда мы мчались по многолюдным улицам, где, однако, сохранялся полный порядок. — Удар сокрушительной силы! Пока мы дремали, рабочие улучили момент и двинули нам в самое уязвимое место — в желудок. Нет, Корф, уберусь-ка я отсюда на время. И ты уезжай, послушай доброго совета. В деревню, куда угодно. Там хоть можно спокойно переждать. Эх, запастись бы всем необходимым, забраться в какую-нибудь хижину или палатку!.. А здесь нашему брату придется подтянуть пояс.</p>
     <p>В тот день я и представить себе не мог, как прав был Берти. «Паникер», — подумал я и решил из любопытства остаться в городе. Расставшись с ним, я не поехал домой, а снова отправился на поиски продуктов. Каково было мое удивление, когда я обнаружил, что в тех крохотных бакалейных лавчонках, где я побывал утром, все уже распродано. Тогда я помчался в Петреро, и там мне чудом удалось купить еще один пакет свечей, два мешка крупчатки, фунтов десять пшеничной муки (пригодится для слуг), ящик консервированной кукурузы и два ящика томатов. Все говорило за то, что перебои в снабжении неминуемы, и я мысленно поздравил себя с удачной и своевременной покупкой.</p>
     <p>На следующее утро мне, как обычно, подали в постель кофе, но без сливок и, что еще хуже, без утренней газеты. Не знать, что творится в мире, оказалось настоящим лишением. В клубе тоже мало что было известно. Из Окленда прибыл на своем катере Райдер, а Холстед успел сгонять на машине в Сан-Хосе, но и они не рассказали ничего нового. И в Окленде и в Сан-Хосе жизнь замерла полностью, бакалейные лавки пустые — все подчистили люди с деньгами, на улицах безупречный порядок. Но что происходит в остальных городах — в Чикаго, Нью-Йорке, Вашингтоне? Вероятно, то же самое, что и здесь. Но никто не знал наверное, и это внушало тревогу.</p>
     <p>Кое-что сообщил нам генерал Фолсом. Его люди попытались связаться по телеграфу с другими городами, но провода повсюду оказались перерезанными. То было единственным пока незаконным действием со стороны забастовщиков, и генерал не сомневался, что оно подготовлено заранее. Он попытался снестись по радио с гарнизоном в Бенишии. Войска охраняли телеграфную линию на всем протяжении до Сакраменто, и один раз оттуда донесся вызов, но потом связь оборвалась снова: провода все-таки перерезали. Генерал Фолсом был убежден, что по всей стране власти пытаются установить связь, но он не высказал своего мнения относительно того, насколько эти попытки окажутся успешными. Его безмерно беспокоило, что рабочие перерезали провода, и он считал это частью обширного и детально разработанного заговора. Попутно он высказал сожаление о том, что правительство задержалось со строительством запроектированной сети радиостанций.</p>
     <p>Однообразно текли дни, все оставалось по-прежнему. Улеглось волнение, вызванное первыми событиями. Толпы народа больше не запружали улицы. Рабочие не приходили с семьями в наши кварталы посмотреть, как мы реагируем на забастовку. Стало меньше машин. Мастерские и гаражи были закрыты, и любая поломка выводила машину из строя. У меня тоже что-то случилось со сцеплением, но починить невозможно было ни за какие деньги. Так что мне тоже приходилось ходить пешком. Жизнь в Сан-Франциско замерла, никто не имел никакого понятия о том, что происходит в стране. Но именно это отсутствие сообщений заставляло предполагать, что жизнь замерла повсюду.</p>
     <p>Время от времени по всему городу расклеивались рабочие прокламации, отпечатанные, по-видимому, много месяцев назад и свидетельствовавшие, как тщательно готовил забастовку Международный союз рабочих. Каждая мелочь была предусмотрена заранее. До сих пор не было зарегистрировано ни одного акта насилия, если не считать того, что солдаты расстреляли нескольких рабочих, которые перерезали провода. Однако голодающие обитатели трущоб начали выказывать зловещие знаки нетерпения и беспокойства.</p>
     <p>Бизнесмены, миллионеры и адвокаты провели несколько совещаний и приняли соответствующие решения. Но как довести эти решения до сведения публики? Мы не могли даже напечатать их. Однако в результате этих совещаний генерала Фолсома убедили отдать распоряжение захватить крупные магазины и склады с зерном и мукой. Мера была вполне своевременна, так как люди состоятельные уже стали терпеть лишения, и следовало немедленно установить хлебный рацион. Я заметил, что мои слуги начинают проявлять недовольство, а припасов в доме порядком поубавилось. Потом только я узнал, что каждый из них потихоньку воровал продукты и откладывал для себя.</p>
     <p>После установления хлебного рациона возникли новые затруднения. Дело в том, что в Сан-Франциско было не так уж много запасов продовольствия, их не могло хватить надолго. Забастовщики, и те вынуждены были ввести нормы на хлеб, хотя у каждого, разумеется, было вдоволь припасено всякой снеди. Запасы продовольствия на складах, которые охранялись людьми генерала Фолсома, таяли с поразительной быстротой. Да и как могли солдаты отличить какого-нибудь мелкого служащего или обитателя трущоб от члена Международного союза рабочих? Первых надо было кормить, а солдаты не знали всех забастовщиков в лицо, не говоря уже об их женах или детях. Не один раз с помощью нанимателей из очередей за хлебом выкидывали членов Союза, но что это могло дать? Поначалу правительственные катера доставляли продукты с армейских складов на Мэр-Айленд и Эйнджел-Айленд, но вскорости и там все кончилось. Теперь солдаты получали свои рационы из конфискованных продуктов, причем в первую очередь.</p>
     <p>Словом, приближалась катастрофа. Участились ограбления и иные правонарушения. Люди пускались на всякого рода незаконные делишки; должен признаться, что к тому были склонны прежде всего обитатели трущоб и представители высших классов. Забастовщики могли позволить себе полностью сохранять порядок: у них было чем питаться.</p>
     <p>Помню, однажды утром, придя в клуб, я застал Холстеда и Брентвуда шепчущимися в углу. Они посвятили меня в свой план. У Брентвуда машина была пока на ходу, и они решили стащить где-нибудь корову. Холстед запасся огромным ножом, какие бывают у мясников, и топором, и мы отправились за город. То тут, то там паслись коровы, но неподалеку непременно торчал хозяин. Мы продолжили наши поиски, поехав по окраине города на восток, и там, среди холмов у Хантерс Пойнт, наткнулись на корову, которую сторожила маленькая девочка. Тут же пасся и упитанный теленок. Надо ли говорить, что мы не тратили времени даром. Девочка с ревом убежала, а мы забили корову. Я опускаю непривлекательные подробности: как-никак мы не были обучены такой работе, и нам пришлось порядком повозиться.</p>
     <p>Но, как мы ни спешили, нам не удалось довести дела до конца. Послышались крики, и мы увидели, что к нам бегут какие-то люди. Мы кинули нашу добычу и бросились наутек. Но нас никто не преследовал. Люди торопливо рубили тушу. Они, видно, тоже были не прочь поживиться чужим. Мы быстренько сообразили, что мяса хватит на всех, и помчались обратно. То, что произошло после, не поддается описанию. Мы выли и дрались из-за мяса, как дикари. Брентвуд показал себя настоящим зверем: он огрызался, рычал, угрожал проломить череп всякому, кто посмеет захватить нашу долю.</p>
     <p>Пока мы таким образом делили тушу несчастной коровы, на сцене появились новые лица. То была рабочая дружина общественного порядка — придумают же такое! Их было человек двадцать, и у каждого в руках была плеть или дубинка. Та негодная девчонка, что привела их, приплясывала от возбуждения, по щекам у нее бежали слезы. «Так их! Так их! — кричала она. — Задайте тому дядьке в очках. Это все он придумал! По морде ему, по морде!» Тот дядька в очках был я, и мне порядком двинули по физиономии, хотя у меня достало присутствия духа сдернуть до того очки. Да, задали нам перцу! Брентвуду в кровь разбили нос, Холстеда так полоснули по лицу плетью из змеиной кожи, что на щеке вздулся багровый рубец. Мы со всех ног кинулись к машине.</p>
     <p>И вот чудо! Там, спрятавшись за кузовом, стоял насмерть перепуганный теленок. Брентвуд дал нам знак не двигаться, а сам крадучись, точно волк или тигр, стал подбираться к нему. Нож и топор, конечно, остались на поле брани, зато у нас были целы собственные руки. Брентвуд вцепился теленку в горло, и они в обнимку покатились по земле. Потом мы втащили нашу добычу в машину, прикрыли полостью и направились домой. Но неудачи преследовали нас. Через несколько минут лопнула шина. Починить ее было невозможно, к тому ж сгущались сумерки, и мы решили бросить машину. Брентвуд взвалил на плечи прикрытую полостью тушу теленка и, отдуваясь, неверными шажками поплелся впереди. Мы по очереди тащили того проклятого телка, но все равно уморились до смерти и ко всему заблудились. Мы брели несколько часов и вдруг наткнулись на группу каких-то хулиганов. Они были голодны не меньше, чем мы, и, конечно, не состояли ни в каких союзах. Как бы там ни было, им достался теленок, а нам новые синяки. Брентвуд чуть с ума не сошел от обиды и злости, пока мы добирались домой; впрочем, он и выглядел как законченный псих: разодранная в клочья одежда, раздувшийся, словно слива, нос, кровоподтек под глазом.</p>
     <p>С тех пор мы не решались отправляться на охоту за коровами. Кроме того, генерал Фолсом приказал солдатам конфисковать всех коров; мясо пошло тем же солдатам и полицейским. Вряд ли можно винить в чем-либо нашего генерала: его долг — поддерживать порядок в городе, и он выполнял свой долг с помощью солдат, и, естественно, он был обязан в первую очередь кормить их.</p>
     <p>В это приблизительно время и произошла великая паника. Люди из состоятельных классов стали лихорадочно покидать город, затем зараза перекинулась в трущобы. Генерал Фолсом довольно потирал руки. Сама собой разрешалась продовольственная проблема: кто-то подсчитал, что Сан-Франциско покинули около двухсот тысяч человек, а это немало. Никогда не забуду тот день. Утром я съел какую-то сухую корочку. Потом полдня стоял в очереди за хлебом и вернулся домой, когда уже стемнело, — изнуренный, голодный, бережно неся два стакана риса и ломтик свинины. У дверей меня встретил встревоженный, усталый Браун. Все слуги ушли, остался он один, объявил он. Я был до глубины души тронут этой верностью и, узнав, что он весь день ничего не ел, предложил ему разделить со мной скудный ужин. Мы сварили стакан риса, зажарили половину свинины, остальное приберегли на утро. Я лег спать голодным и беспокойно проворочался всю ночь. Утром я обнаружил, что Браун тоже сбежал, прихватив, к несчастью, остатки риса и свинины.</p>
     <p>В тот день в клубе собралась лишь небольшая горсточка угрюмых джентльменов. Никакого обслуживания не было: прислуга разбежалась. Я заметил также, что исчезло столовое серебро, и догадывался, куда оно подевалось. Не думаю, что его растащили слуги: сами члены клуба добрались до него прежде слуг. И они распорядились серебром очень просто. За Маркет-стрит, в кварталах, где жили забастовщики, в обмен на серебро можно было получить у тамошних хозяев неплохие продукты. Я немедленно вернулся домой. Так оно и есть: моего серебра тоже не оказалось. Сохранился только огромный кубок; я аккуратно завернул его и отнес на Маркет-стрит.</p>
     <p>Плотно поев, я почувствовал себя несравненно лучше и еще раз зашел в клуб узнать, нет ли каких новостей. Там я застал Гановера, Коллинза и Дейкона, они как раз собрались уходить. Они сказали, что в клубе никого нет, и позвали меня с собой. Они решили выбраться из города на лошадях Дейкона — лишняя лошадь для меня найдется. Генерал Фолсом намекнул Дейкону, что с завтрашнего дня все лошади в городе будут конфискованы и забиты, и тому, естественно, чертовски не хотелось расставаться со своей четверкой великолепных ездовых лошадей. В городе лошадей осталось совсем немного, потому что в первые же дни, как только вышло все сено и овес, их стали выгонять на луга. Бердэл, например, который держал немалое извозное дело, погнал за город сотни три ломовых битюгов общей стоимостью 150 тысяч долларов, если считать по пятьсот за лошадь. Он, конечно, надеялся заполучить большинство из них обратно после забастовки, но ему не удалось вернуть ни одной. Их съели беженцы из Сан-Франциско. Из-за острого недостатка продовольствия начали даже забивать армейских мулов и лошадей.</p>
     <p>По счастью, в конюшнях Дейкона было предостаточно сена и овса. Нам удалось раздобыть четыре седла, животные были в отличном состоянии, к тому ж застоялись. Я хорошо помню Сан-Франциско после большого землетрясения, но тот Сан-Франциско, который раскинулся перед нами, когда мы ехали верхом, являл еще более унылый вид. И подумать только, не из-за стихийного бедствия, а из-за ненавистной тирании рабочих союзов. Мы проехали Юнион-сквер, театр, отель. Улицы были пустынны. Кое-где попадались автомобили, брошенные владельцами из-за неисправности или отсутствия горючего. Если бы не случайные полицейские да солдаты, охраняющие банки и общественные здания, можно было бы подумать, что город вымер. Потом мы наткнулись на какого-то профсоюзника, он приклеивал свежую прокламацию. Мы остановились, чтобы прочитать. «Забастовщики соблюдают полный порядок, и мы сохраним этот порядок до конца. Мы прекратим забастовку лишь тогда, когда будут полностью удовлетворены наши требования, а наши требования будут удовлетворены лишь тогда, когда наниматели вынуждены будут пойти на уступки из-за голода, как нередко и мы из-за голода шли на уступки».</p>
     <p>— То же самое говорил Мессенер, — проворчал Коллинз. — Что до меня, то я готов пойти на уступки, только кому они нужны, мои уступки? Боже, кажется, целую вечность не ел досыта! Интересно, какой вкус у конины?</p>
     <p>Неподалеку мы увидели другую прокламацию: «Когда наниматели будут готовы пойти на уступки, мы откроем им доступ к телеграфным линиям и позволим ассоциациям нанимателей по всей стране связаться друг с другом. Однако мы позволим передавать лишь те сообщения, в которых будут обсуждаться условия прекращения забастовки».</p>
     <p>Мы пересекли Маркет-стрит и вскоре въехали в рабочий район. На улицах было много прохожих. У ворот группами стояли люди из МСР. Довольные, сытые ребятишки затевали игры. Дородные женщины восседали на ступеньках возле дома. Все бросали на нас любопытные взгляды, а мальчишки бежали за нами, улюлюкая: «Эй, мистер, а ты есть не хочешь?» Какая-то женщина с ребенком на руках закричала Дейкону: «Послушай, толстяк, не хочешь выменять свою лошадку на еду? Дам свинины, картофеля, смородинного варенья, масла да еще пару стаканов кофе!»</p>
     <p>— Вы заметили, что последние дни на улицах не видно бродячих собак? — обратился Гановер ко мне.</p>
     <p>Да, я заметил, но как-то не придал тому значения. Пора, пора выбираться из этого проклятого города! Наконец мы достигли дороги, ведущей к Сан-Бруно, и поехали по ней к югу. Мы спешили на мою виллу, что находилась неподалеку от Менло. Но скоро мы убедились, что в деревне опаснее и пустыннее, чем в городе. Там солдаты и члены Союза поддерживали порядок, тут же царила полная анархия. Двести тысяч, что покинули Сан-Франциско, начисто опустошили местность, словно пронеслась тут туча саранчи.</p>
     <p>Все было подчищено, точно метлой. То тут, то там вспыхивали драки, чинились грабежи. У обочины дороги на каждом шагу попадались трупы, поодаль виднелись обгорелые остатки ферм. Ограды были повалены, посевы вытоптаны, голодающие орды не оставили ни единой курицы, ни другой живности, повыдергали даже кустики на грядках. То же самое творилось и на других дорогах, идущих из Сан-Франциско. Кое-где, в стороне от дорог, фермерам с револьверами и ружьями в руках удавалось отстаивать свое имущество. Они не желали разговаривать с нами, угрожая стрелять, если мы попытаемся приблизиться. Надо признаться, что разбой и разрушения были делом рук обитателей трущоб и людей из имущих классов. Забастовщики, припрятав у себя продукты, спокойненько отсиживались дома.</p>
     <p>Еще в самом начале нашего путешествия нам выпал случай убедиться, насколько серьезным стало положение. Внезапно недалеко раздались какие-то крики и выстрелы. Совсем близко засвистели пули. Потом послышался треск ломаемого кустарника, на дорогу выскочил огромный вороной битюг и поскакал прочь. Мы едва успели заметить, что лошадь была изранена и сильно хромала. За ней вдогонку промчались три человека в военной форме. Они быстро скрылись в лесу, и мы только слышали, как они перекликаются. Затем на дорогу вышел еще один солдат и присел на валун, вытирая с лица пот.</p>
     <p>— Это полицейские, — прошептал Дейкон. — Дезертиры.</p>
     <p>Увидев нас, человек осклабился и попросил спичку. В ответ на вопрос Дейкона, что произошло, он сообщил, что полицейские разбегаются. «Жрать нечего! Все отдают регулярным частям», — пожаловался он. Кроме того. мы узнали, что из тюрьмы на Элкатраз-Айленд выпустили всех заключенных, потому что их нечем стало кормить.</p>
     <p>До конца дней своих не забуду одного зрелища, которое нам довелось наблюдать в пути. Оно открылось нашим глазам совершенно внезапно за поворотом дороги. Вплотную к обочине подступали деревья, сквозь ветви лился мягкий солнечный свет. В воздухе порхали бабочки, с поля доносилось пение жаворонка. А посреди дороги стоял многоместный лимузин, в кабине и возле валялись трупы. Мы догадались, что случилось с теми несчастными людьми. Они бежали из города, на них напали какие-то хулиганы и растерзали их. Каких-нибудь двадцать четыре часа отделяли нас от этого страшного происшествия. Пустые банки от мясных и фруктовых консервов красноречиво рассказывали о причинах нападения. Дейкон внимательно осмотрел тела.</p>
     <p>— Так я и думал! — воскликнул он. — Что-то знакомым показался мне автомобиль. Это Перрингтон с семьей. Теперь надо смотреть в оба.</p>
     <p>— Но на нас какой резон нападать? — возразил я. — У нас еды нет.</p>
     <p>Дейкон молча показал на лошадь подо мной, и я понял, что он имеет в виду.</p>
     <p>Утром того дня у лошади, на которой ехал Дейкон, отвалилась подкова. Мягкое копыто сбилось, и к полудню лошадь захромала. Дейкон не мог ехать верхом и отказался бросить несчастное животное. Он настоятельно просил нас продолжать путь, а сам надеялся дойти пешком и привести лошадь. Больше мы не видели Дейкона, не узнали даже, как он погиб.</p>
     <p>К часу дня мы прибыли в Менло, точнее, туда, где раньше был Менло, ибо от города остались одни развалины. Куда ни поглядеть, всюду были трупы. Огромный пожар спалил дотла деловую часть города и несколько жилых кварталов. Лишь кое-где сохранились дома, но приблизиться к ним оказалось невозможно: всякий раз нас встречали выстрелы. Какая-то женщина бродила среди развалин своего коттеджа. Прежде всего разграбили магазины, рассказала она, и мы представили себе разъяренную, рычащую от голода толпу пришельцев, расправляющихся с горсточкой горожан. Плечом к плечу бились миллионеры и нищие, чтобы раздобыть пищу, а потом схватывались из-за нее друг с другом. Пало Альто и Стенфордский университет подверглись такому же нашествию. Впереди расстилалась выжженная, безлюдная пустыня, так что мы сочли наиболее благоразумным укрыться на моей вилле. Она прилепилась у подножия убегающих вдаль холмов, милях в трех к западу.</p>
     <p>По пути туда мы увидели, что разрушительный смерч докатился даже до тех глубинных уголков. Первый поток беженцев держался преимущественно дорог, сметая в своем движении городки и поселения, но следующие волны захлестнули всю округу, прошлись по ней, точно гигантская метла. Моя вилла, построенная из кирпича и бетона и крытая черепицей, уцелела от огня, но имела жалкий вид. У ветряной мельницы мы наткнулись на мертвого садовника; земля вокруг него была усеяна стреляными гильзами: бедняга защищался, видимо, до конца. Но двух работников-итальянцев, экономки и ее мужа и след простыл. Не осталось никакой живности: ни породистых коров с телятами, ни жеребят, ни даже птицы. Кухня и камин, где бродяги стряпали пищу, были в ужасном состоянии, а следы костров снаружи свидетельствовали о том, какое множество народу заночевало там. Они утащили все, что не могли съесть. Нам не досталось ни крошки.</p>
     <p>Наша троица провела томительную ночь, тщетно ожидая появления Дейкона, а утром с револьверами в руках нам пришлось отбиваться от полудюжины мародеров. Потом мы забили одну лошадь, позавтракали, припрятав остатки мяса на будущее. Днем Коллинз пошел прогуляться и не вернулся. Гановер впал в полнейшее отчаяние и предложил, не медля ни минуты, убираться отсюда, так что мне с большим трудом удалось убедить его дождаться утра. Лично я был уверен, что забастовка прекратится со дня на день, и был полон решимости вернуться в Сан-Франциско. На рассвете мы с Гановером расстались: он направился к югу, привязав к седлу полсотни фунтов конины, я с таким же грузом двинулся на север. Коротышке Гановеру посчастливилось избежать всяких опасностей, и я не сомневаюсь, что он всю жизнь будет надоедать собеседникам рассказами о необыкновенных приключениях, которые ему привелось пережить.</p>
     <p>По той же дороге я добрался до Белмонта, но там трое полицейских отняли у меня конину. Все по-прежнему, сказали они, разве что хуже стало. У членов МСР вдоволь всяких припасов, так что они могут продержаться еще несколько месяцев. Неподалеку от Бадена меня окружили человек двенадцать и отняли лошадь. Двое из них были полицейскими из Сан-Франциско, остальные — солдаты регулярных частей. Это было чудовищно. Уж если солдаты дезертируют, значит, дело совсем скверно. Едва я успел отойти от них, как раздался выстрел, и последняя лошадь из великолепной четверки Дейкона грохнулась наземь.</p>
     <p>Уж не везет так не везет. Я растянул сухожилие и сумел добраться лишь до южной оконечности Сан-Франциско. Там я свалился в каком-то сарае, дрожа от холода и в то же время сгорая от пламени лихорадки. Я провалялся в сарае два дня, не в силах пошевельнуть пальцем, а на третий, пошатываясь от головокружения и опираясь на импровизированный костыль, поплелся в город. Я очень ослабел: три дня во рту ни крошки не было. То был день сплошных кошмаров и мучений. Словно во сне, я видел, как навстречу и мимо тянулись сотни солдат, а за ними, объединившись в большие группы для удобства самозащиты, множество полицейских в сопровождении своих семейств.</p>
     <p>Войдя в город, я вспомнил, что где-то неподалеку находится дом, где мне посчастливилось обменять свой серебряный кубок на еду, и голод погнал меня туда. Уже смеркалось, когда я добрался до места. Я обошел дом с бокового переулка, вскарабкался на заднее крыльцо и упал. Кое-как я дотянулся костылем до двери и постучал. Потом я, наверное, потерял сознание, ибо, очнувшись, увидел, что нахожусь в кухне, кто-то брызжет мне в лицо водой и вливает в рот виски. Я захлебнулся, пытался заговорить. Я бормотал, что у меня нет больше серебряного кубка, что я щедро вознагражу их после, лишь бы мне дали что-нибудь поесть. Хозяйка прервала меня:</p>
     <p>— Боже мой, неужели вы ничего не знаете? Забастовка прекращена еще днем. Вам, конечно, надо подкрепиться.</p>
     <p>Она захлопотала у плиты, открывая банку свинины и грея сковороду.</p>
     <p>— Пожалуйста, дайте мне кусочек сейчас, — попросил я и через несколько мгновений жадно поглощал ломоть хлеба с консервированной свининой; тем временем хозяин рассказал мне, что требования МСР полностью удовлетворены. Связь восстановлена, и ассоциации нанимателей повсеместно пошли на уступки. В Сан-Франциско, правда, никого из нанимателей не осталось, но от их имени вел переговоры генерал Фолсом. Утром возобновится движение поездов, отправятся в рейсы пароходы, и, как только будет восстановлен порядок, жизнь войдет в свою колею.</p>
     <p>Так закончилась всеобщая забастовка. Не приведи господь пережить такое снова! Это страшнее, чем война. Да, да, джентльмены, всеобщая забастовка — жестокая и аморальная акция, человеческий разум должен найти более рациональный способ управления промышленностью. Кстати, Гаррисон опять служит у меня шофером. В числе условий, выдвинутых МСР, было совершенно абсурдное требование: восстановить членов профсоюза на прежней работе. Браун так и не вернулся, хотя остальная прислуга по-прежнему со мной. Сперва у меня недостало решимости отказать им: как-никак, беднягам туго пришлось в те дни, когда они сбежали, прихватив мои запасы и серебро. Теперь же я и вовсе не могу уволить их: все стали членами МСР. Нет, рабочая тирания переполнила чашу человеческого терпения. Необходимо немедленно что-то предпринять!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Морской фермер</p>
     </title>
     <p>— К нам идет карантинный катер, — сказал капитан Мак-Элрат.</p>
     <p>Лоцман что-то буркнул в ответ, а капитан перевел бинокль с катера на полоску берега и на Кингстаун, а потом, медленно оглядев вход в бухту, стал смотреть на северную сторону ее, где был Хаут Хэд.</p>
     <p>— Попали в самый прилив; еще часа два — и будем на месте, — заверил лоцман, словно подбадривая. — Куда станем, в Ринге энд Бейзен?</p>
     <p>Теперь капитан что-то буркнул в ответ.</p>
     <p>— Вот она, дублинская погодка!</p>
     <p>Капитан опять что-то пробурчал под нос. Он устал от бурного плавания по Ирландскому морю, от бессонной ночи на капитанском мостике; устал от долгих скитаний, — два года и четыре месяца, как он уехал из дому, восемьсот пятьдесят дней по судовому журналу.</p>
     <p>— Настоящая зимняя погода, — сказал он, помолчав. — В тумане и города не разглядишь. Теперь дождь зарядит на целый день.</p>
     <p>Капитан Мак-Элрат был так мал ростом, что над парусиновым обвесом мостика <a l:href="#n_842" type="note">[842]</a> виднелась только его голова. Рядом с ним возвышались фигуры лоцмана, младшего помощника и рулевого. Этот рулевой был здоровенный немец, сбежавший с военного судна, на которое он записался в Рангуне. Впрочем, маленький рост ничуть не мешал капитану Мак-Элрату быть отличным моряком. Во всяком случае, у компании он был на хорошем счету, и капитан сам бы мог в этом убедиться, если б получил доступ в архив и прочел все, что подробно и тщательно заносилось в его послужной список. Однако мнение свое о капитане компания держала про себя. Так уж было заведено. Компания строго придерживалась того принципа, что от служащего следует всячески скрывать, что он незаменимый или хотя бы просто ценный работник, а поэтому, щедрая на выговоры, она никогда никого не хвалила. Да и кто такой капитан Мак-Элрат, чтобы его хвалить? Один из восьмидесяти капитанов на одном из восьмидесяти пароходов компании, что вдоль и поперек бороздят моря и океаны.</p>
     <p>По главной палубе <a l:href="#n_843" type="note">[843]</a>, ступая по заржавевшим листам железа, которые могли бы многое рассказать о силе и жестокости морских волн, шли два китайца-кочегара и несли завтрак. Один из матросов свертывал штормовой леер <a l:href="#n_844" type="note">[844]</a>, протянутый от бака к люкам, к грузовым лебедкам и к трапу.</p>
     <p>— Нелегкий рейс, — сказал лоцман.</p>
     <p>— Да уж досталось крепко, пришлось попыхтеть. Но это бы все ничего, а вот время потеряли. Для меня хуже нет — время терять.</p>
     <p>Сказав это, капитан Мак-Элрат повернулся, и лоцман, следя за его взглядом, увидел все то, что безмолвно, но красноречиво объясняло потерю времени. Коричневая дымовая труба совсем побелела от налета соли, крупные кристаллы которой поблескивали на трубке гудка, как только случайный луч солнца пробивался сквозь просветы в облаках. Спасательная шлюпка исчезла, а железные шлюп-балки, перекрученные и погнутые, свидетельствовали о страшной силе удара, который пришлось выдержать старому «Триапсику». Шлюп-балки по правому борту тоже пустовали, и жалкие обломки второй шлюпки лежали возле разбитого светового люка над машинным отделением, теперь прикрытого брезентом. На бридждеке <a l:href="#n_845" type="note">[845]</a> сломанную дверь кают-компании кое-как приколотили для защиты от ударов волны; неподалеку боцман и матрос снимали огромную предохранительную сеть <a l:href="#n_846" type="note">[846]</a>, которая не смогла ослабить неистовый натиск моря.</p>
     <p>— Уже дважды я заявлял компании про эту дверь, — сказал капитан Мак-Элрат, — а они все свое. Сойдет, говорят, и так. А шторм был здоровый. Волны прямо невиданные. И вот самая большая и натворила дел. Дверь вышибло, она плашмя так и брякнулась на стол кают-компании. Каюту механика разбило, — вот уж он злился!</p>
     <p>— Волна, видать, была подходящая, — посочувствовал лоцман.</p>
     <p>— Да уж, ничего не скажешь, поддала нам жару. Пришлось попотеть. Тогда вот и помощника моего прикончило. Он стоял со мной на мостике, а я ему велел осмотреть клинья на люке <a l:href="#n_847" type="note">[847]</a> номер один. Течь была сильная. И гляжу я — что-то не нравится мне люк номер один. Только я подумал, не лечь ли в дрейф до утра, а тут волна как взмоет — выше мостика. Ну и волна, я такой отродясь не видывал. Нас на мостике и то окатило. Второпях никто не хватился помощника. Дел было по горло: дверь забить, люк над машинным отделением покрыть брезентом, — а потом смотрим — помощника-то и нет. Последним его рулевой видел, когда он спускался по трапу. Ну давай искать: на носу нет, в каюте, в машинном отделении тоже нет. Потом вышли на нижнюю палубу, смотрим — а он лежит по обе стороны паровой трубы. Так его кожухом трубы пополам и разрезало.</p>
     <p>Лоцман крепко выругался в знак изумления и ужаса.</p>
     <p>— Да, лежит это он, — устало продолжал капитан, — половина по одну сторону трубы, половина-по другую. Разрезало его ровнехонько надвое, как селедку. Видно, смыло волной с верхней палубы <a l:href="#n_848" type="note">[848]</a>, потащило вниз и трахнуло прямо головой о кожух. Он ему и угодил между глаз. Да так и разрезал сверху донизу, словно кусок масла. Тут тебе правая половина лежит, с рукой и с ногой, а тут левая. Картина, скажу, не из приятных. Ну, сложили мы его, завернули в парусину да и спустили в море.</p>
     <p>Лоцман снова выругался.</p>
     <p>— А впрочем, жалеть о нем не приходится, заметил капитан Мак-Элрат, — не велика потеря. Моряк он был никудышный. Ему бы свиней пасти в самый раз, да и то, может, не по плечу.</p>
     <p>Говорят, есть три категории ирландцев: католики, протестанты и северные ирландцы; и северный ирландец — это, по сути дела, шотландский переселенец. Однако ничто не проводило капитана в большую ярость, чем когда его по выговору, случалось принимали за шотландца. В Ирландии он родился, ирландцем намерен был сойти могилу, хотя от него не раз слышали пренебрежительные отзывы о южных ирландцах и даже об оранжистах. Сам он был пресвитерианин. Правда, в его общине конгрегацию оранжистов посещали не более пяти человек. Родиной капитана был остров Мак-Гилл, где среди семи тысяч его земляков царили такая трезвенность и согласие, что на всем острове был только один полисмен и вовсе не было кабаков.</p>
     <p>Капитан Мак-Элрат не любил моря, и море никогда не влекло его. Оно давало ему средства к жизни — вот и все. Оно было для него таким же местом службы, как для других бывает фабрика, лавка или контора. Никогда романтика не пела ему призывных песен. Никогда приключение не горячило его холодную кровь. Он был лишен воображения. Его не поражали чудеса морских глубин, а бури, смерчи, ураганы, приливы и отливы были только бесчисленными препятствиями для судна и для того, кто стоит на капитанском мостике. Больше они для него ничего не означали. Он смотрел на диковинки дальних стран, не замечая их. В его зрачках отражались ослепительные красоты тропических морей и грозные штормы Северной Атлантики или южной части Тихого океана. Но из всего этого он запомнил лишь сломанную дверь кают-компании, залитые волной палубы, плохо задраенные люки, нехватку топлива, задержки в пути или расходы на окраску после неожиданных ливней и шквалов.</p>
     <p>— Я свое дело знаю, — любил он говорить. Но, кроме своего дела, он ничего не знал и не подозревал даже, что перед его невидящим взором проходит мир, полный чудес. Компания не сомневалась в том, что капитан знает свое дело, иначе в сорок лет ему бы не удалось стать шкипером «Триапсика» — судна в три тысячи регистровых тонн нетто, грузоподъемностью в девять тысяч тонн, оцененного в пятьдесят тысяч фунтов.</p>
     <p>Капитан ушел в море не из любви к нему, а потому, что так суждено было судьбой, ибо он родился не первенцем, а вторым сыном в семье. Остров Мак-Гилл невелик, и только ограниченное количество его жителей могло прокормить себя на земле. Те же, кому земли не хватало, — а таких было много, — поневоле уходили в море для заработка. Так шло из поколения в поколение. Старшим сыновьям доставалась земля отцовских ферм, младшим — море, которое они бороздили весь свой век. И Дональд Мак-Элрат, сын фермера, с малых лет привыкший пахать поле, бросил любимую землю и по воле судьбы принялся перепахивать соленые воды ненавистного моря. Он трудился не покладая рук в течение двадцати лет и благодаря своему упорству, выдержке, трезвости и бережливости сумел из юнги и простого матроса сделаться помощником капитана, а со временем и шкипером парусных судов. Он служил на пароходах младшим помощником, а потом и старшим и наконец стал капитаном сначала малых судов, а затем и крупных, пока не поднялся на капитанский мостик старого «Триапсика». Старого, правда, но еще оправдывающего свои пятьдесят тысяч фунтов и способного провезти в трюме сквозь любые штормы и ураганы девять тысяч тонн груза.</p>
     <p>Он стоял на капитанском мостике «Триапсика», на этом почетном месте, которого добивались многие, и смотрел на открывающийся перед ним Дублинский порт, на смутные очертания города под мрачным небом ненастного дня, на причудливые узоры из снастей и бесчисленных мачт. После двух кругосветных плаваний и бесконечных рейсов по морям он возвращался теперь домой к жене, которую не видал два года и четыре месяца, и к ребенку, которого не видал ни разу, а мальчик уже начал ходить и говорить. Он взглянул на палубу: кочегары и угольщики выскакивали из-под полубака, словно кролики из садка, и бежали по палубе, местами покрытой ржавчиной, на корму, где должен был происходить врачебный осмотр. Он смотрел на лица китайцев-матросов, бесстрастные, как у сфинксов, на их странную походку: они волочили тощие ноги в грубых, казалось, слишком тяжелых для них башмаках.</p>
     <p>Он смотрел на них невидящим взором, рассеянно перебирая пальцами под козырьком фуражки жесткие белесые волосы. Все, что встречал его взгляд, было лишь фоном, на котором он видел созданную его воображением картину счастья, картину, которая рисовалась ему в долгие бессонные ночи на капитанском мостике во время снежных шквалов или тропических ливней, когда бурные волны окатывали палубу и подбрасывали старый «Триапсик», а мачты трещали под напором свирепого ветра. Ему чудилась ферма с пристройками под соломенной кровлей, и играющие на солнце дети, и жена на крыльце; в хлеву мычат коровы, на дворе кудахчут куры, из конюшни доносится топот копыт, по соседству стоит отцовская ферма, а за ней широкая равнина и любовно возделанные огороженные поля, которые тянутся до гребня пологих холмов. Это была его сокровенная Мечта, его Романтика, его Приключение, желанная цель всех его стремлений, высокая награда за долгие годы труда в море, за бесчисленные борозды, которые он прокладывал по зыбкой почве морских полей.</p>
     <p>Этот моряк исколесил весь свет, но мечты и желания его были просты, проще, чем у какого-нибудь наивного деревенского домоседа. Отец его прожил семьдесят один год на острове Мак-Гилл, и не было случая, чтобы он оставил свой дом, свою постель хотя бы на одну ночь. Вот это была идеальная жизнь, по мнению капитана Мак-Элрата. И он не понимал, как это люди могут по собственной воле бросить ферму ради моря. Он объездил весь мир и знал его так, как сельский башмачник, сидящий в своей лавчонке, знает свое село. Весь мир казался капитану Мак-Элрату огромным селом, где улицы — длиной в тысячу миль, а может, и того длиннее, где переулки огибают бурные мысы или ведут к тихим лагунам <a l:href="#n_849" type="note">[849]</a>, от перекрестков которых берут начало дороги в цветущие края южных морей или в края вечных льдов, страшных айсбергов и штормов. Залитые огнями города казались ему лавками на этих огромных улицах, лавками, где совершалась купля и продажа, где можно пополнить запасы угля, выгрузиться или взять груз, прочесть прибывшие из Лондона приказы компании и следовать, согласно этим приказам, дальше и дальше по бесконечно длинным морским большакам, время от времени останавливаясь, чтобы сдать груз или принять новый и везти его туда, куда разрешат страховщики, туда, куда манят шиллинги и пенсы. Но как томительно скучны были все эти скитания! Если бы не погоня за хлебом насущным, такая жизнь казалась бы капитану и вовсе бессмысленной.</p>
     <p>Последний раз капитан расстался с женой в Кардиффе, двадцать восемь месяцев тому назад; он повез в Вальпарайзо девять тысяч тонн угля. Судно сидело по ватерлинию. Из Вальпарайзо налегке в Австралию — шесть тысяч миль. Путь был трудный — штормы, топлива не хватило, еле дотянули. Потом покрыли еще семь тысяч миль до Орегона — опять с углем, а вслед за этим прошли еще больше — до берегов Японии и Китая; оттуда на Яву за сахаром, отвезли груз в Марсель, потом по Средиземному морю в Черное; оттуда снова с переполненным трюмом в Балтимору — везли хромовую руду; по дороге попали в шторм, опять израсходовали топливо, пришлось зайти на Бермуды; по срочному фрахту <a l:href="#n_850" type="note">[850]</a> отправились в Норфолк в штате Виргиния, там нагрузились контрабандным углем и повезли его в Южную Африку. Потом попали в Японию, в военный порт Сасебо; оттуда в Австралию. Снова срочный фрахт и погрузка в Сиднее, в Мельбурне и в Аделаиде. Потом доставка груза на остров св. Маврикия и Лоренцо Маркез, в Дурбан, в бухту Алгоа и Капштадт. Потом на Цейлон за дальнейшими распоряжениями; из Цейлона в Рангун, где взяли груз риса и отправились в Рио-де-Жанейро; оттуда в Буэнос-Айрес за маисом, повезли его в Англию и на континент, зашли в Сан-Винсент и уже там получили приказ следовать в Дублин. Два года и четыре месяца, восемьсот пятьдесят дней по судовому журналу, курсировали они по бесконечным морским дорогам, и вот теперь наконец возвращаются домой в Дублин. До чего же он устал!</p>
     <p>К «Триапсику» пришвартовался маленький катер; поднялся шум, звон, скрип, скрежет, — и по команде «малый вперед» старого, потрепанного морского бродягу, направляя и подталкивая, медленно протиснули в док <a l:href="#n_851" type="note">[851]</a> Рингс энд Бейзен. С кормы и с носа подали концы, а на берегу уже собрались встречающие — те счастливцы, что всегда живут на суше.</p>
     <p>— Стоп машина! — скомандовал капитан густым басом. Третий помощник повернул ручку машинного телеграфа. Второй помощник подал команду: «Спустить трап!» И когда трап был спущен, добавил: «Ну вот, все в порядке».</p>
     <p>Спуск трапа был самой последней задачей, а слова «все в порядке» означали, что команда теперь свободна и может сойти на берег. Плавание окончено. Матросы бросились по заржавленной палубе к заранее упакованным вещам. Все жадно вдыхали запах земли, вдыхал его и сам капитан, и, бросив лоцману прощальное «счастливо», он спустился в свою каюту. По трапу уже поднимались инспектор, таможенные чиновники, конторские служащие и грузчики. Вскоре с делами было покончено, в каюте остался только агент компании, с которым следовало пойти в контору.</p>
     <p>— Жене сообщили? — спросил капитан вместо приветствия.</p>
     <p>— Телеграфировали, как только узнали, что вы возвращаетесь.</p>
     <p>— Наверное, она приедет утренним поездом, — вслух подумал капитан и пошел мыться и переодеваться.</p>
     <p>С порога он последний раз окинул взглядом свою каюту, где на стене висели фотографии жены и ребенка — сына, которого он никогда не видел. Потом вошел в кают-компанию — стены ее были отделаны кленом и кедром. Здесь за длинным столом, рассчитанным на десять человек, в течение всего томительного плавания он всегда обедал в одиночестве. Смех и споры кают-компании были чужды ему. Молчаливый и угрюмый, сидел он за столом, и бесшумно прислуживавший ему китаец-стюард только подчеркивал его молчаливость. Внезапно с болью в сердце осознал он свое одиночество за эти два с лишним года. Ни с кем не делил он своих тревог и сомнении. Младшие помощники слишком молоды и беспечны, а старший был глуп, как пень, так что какие уж тут советчики. Один лишь спутник не разлучался с ним ни на минуту, спутник этот — служебный долг. Вместе сидели они за столом, вместе стояли на капитанском мостике, вместе жили в каюте и делили одну постель.</p>
     <p>— Ну, теперь-то мы распрощаемся, — сказал капитан своему мрачному спутнику. — Хоть на время.</p>
     <p>Он сошел на берег, и пропустив мимо себя последнего матроса, отправился в контору, где после обычных долгих формальностей сдал дела. Ему предложили выпить виски, но он попросил содовой воды с молоком.</p>
     <p>— Не такой уж я праведник, а все же пива и виски в рот не беру.</p>
     <p>После полудня, покончив с раздачей жалованья команде, капитан поспешил в одно из отделений конторы, где его ожидала жена.</p>
     <p>Первый взгляд его был обращен на жену, хотя ему очень хотелось разглядеть ребенка, сидевшего подле нее в кресле. После долгого объятия он отстранил ее от себя, жадно вглядываясь в ее черты и поражаясь тому, что время не изменило их.</p>
     <p>«Какой он любящий муж», — сказала бы о нем жена.</p>
     <p>«Какой суровый и желчный человек», — сказали бы подчиненные.</p>
     <p>— Ну, как ты, Энни? — спросил он и снова прижал ее к себе.</p>
     <p>И опять отстранил ее, эту женщину, которая десять лет была его женой и которую он так мало знал. Ведь, в сущности, она была ему почти чужой. Более чужой, чем китаец-стюард, чем помощники; ведь с ними он встречался каждый день, восемьсот пятьдесят дней долгого плавания. Вот уже десять лет, как они женаты, а провели вместе не более девяти недель, можно считать, медовый месяц. И в каждый свой приезд капитан как бы заново знакомился с женой. Такова участь всех, кто уходит бороздить морские просторы. Мало видят они своих жен и почти вовсе не знают своих детей. Рассказывал же старший механик на пароходе, как однажды его не пустили в собственный дом; приехал он домой, а четырехлетний сынишка, никогда не видевший отца, запер перед его носом дверь.</p>
     <p>— Вот какой у нас сынок, — сказал капитан и неуверенно протянул руку, собираясь потрепать мальчика по щеке. Но мальчик отстранился и боязливо прижался к матери.</p>
     <p>— Господи, — воскликнула она, — ведь он родного отца не знает!</p>
     <p>— Да и отец его не знает. Я б его и не отличил среди других ребятишек, хотя, по-моему, у него в точности твой нос.</p>
     <p>— А глаза твои, правда, Дональд? Это твой папа, малыш. Будь умником, поцелуй же его скорее.</p>
     <p>Но ребенок крепче прижался к матери, посмотрел на капитана еще более испуганно и недоверчиво и чуть было не расплакался, когда тот попытался взять его на руки. У капитана сжалось сердце, и, скрывая огорчение, он выпрямился и достал из кармана часы.</p>
     <p>— Пора ехать, Энни, — сказал он, — а то опоздаем на поезд.</p>
     <p>В поезде он сначала сидел молча, то глядя на жену и ребенка, заснувшего у нее на коленях, то в окно на засеянные поля и покрытые травой холмы, смутно различимые сквозь сетку моросящего дождя. В купе, кроме них, никого не было; ребенок быстро уснул, жена уложила его на диван и тепло укутала. И когда иссякли расспросы о здоровье всех родственников и знакомых и обсуждены были все события и новости на острове Мак-Гилл, включая погоду, цены на землю и хлеб, и больше не о чем стало говорить, кроме как о самих себе, капитан Мак-Элрат приступил к рассказу о своих кругосветных странствованиях, который он приготовил для жены. Но это не был рассказ о диковинках дальних стран, о прекрасных краях или о таинственных городах Востока.</p>
     <p>— А что это за остров Ява? — однажды прервала его жена.</p>
     <p>— Ява? Сплошная лихорадка, вот и все. Половина команды слегла, и работать было некому. Только и знали хину глотать. Хина да джин всей команде с утра натощак. Тут и здоровые стали притворяться больными.</p>
     <p>Другой раз она спросила его о Ньюкасле.</p>
     <p>— Дрянь город — уголь и пыль. У меня там два китайца-кочегара удрали. Компании пришлось платить за них штраф правительству за каждого по сто фунтов. А мне присылают в Орегон письмо. «С величайшим, — пишут, — сожалением мы узнали об исчезновении в Ньюкасле двух китайцев из числа вашей команды. Предлагаем впредь быть осмотрительнее». Осмотрительнее! Скажите пожалуйста! Будто и без них не знаю. Китайцам этим причиталось по сорока пяти фунтов жалованья. Кому бы в голову пришло, что они удерут?</p>
     <p>А эти знай свое заладили: «Мы сожалеем», «Мы предлагаем» да «Нас удивляет». Черт бы его подрал, это дырявое корыто. Что это им, «Лукания», что ли? И умудрились еще топливо экономить. А то вот с винтом была история. Сколько я к ним приставал из-за него. Старый-то винт был железный, у него погнулись лопасти. Нельзя было идти с нормальной скоростью. Поставили мы новый винт, медный. Компании это обошлось в девятьсот фунтов. Они и решили во что бы то ни стало его окупить. А мы как раз тогда попали в шторм, еле тащимся. «Крайне сожалеем, — пишут, — что рейс из Вальпарайзо в Сидней был столь продолжительным. Вы шли со средней скоростью сто шестьдесят семь миль в день. Мы ожидали, что при наличии нового винта будут лучшие результаты. Вам следовало идти со скоростью двести шестнадцать миль».</p>
     <p>А ведь рейс-то был зимний, шторм, ураган страшный, машины застопорили. Дрейфуем шесть дней, топливо совсем на исходе, а у меня еще в придачу помощник болван болваном. Сигнальные огни и то не мог отличить. Как ночью идет встречный пароход, так он меня будит. Ну, я компании про все это написал, а они мне в ответ: «Наш консультант по навигации считает, что вы слишком отклонились на юг». А то еще: «Мы ожидаем от нового винта лучших результатов». Консультант по навигации. Подумаешь! Моряк сухопутный. А шли мы как надо при зимнем рейсе из Вальпарайзо в Сидней, и широта была обычная.</p>
     <p>А потом зашел я в Окленд за углем — мы шесть дней дрейфовали, чтобы сэкономить топливо, у меня тогда тонн двадцать оставалось, — так вот, думаю, надо хоть убытки возместить и наверстать время. Вот и решил я не брать лоцмана. Сам ввел пароход в док, сам и вывел. Там и без лоцмана можно обойтись. И что же ты думаешь — встречаю в Иокогаме капитана Робинсона с «Диапсика». Разговорились мы о портах по пути в Австралию, а он меня и спрашивает:</p>
     <p>— А в Окленд вам не случалось заходить?</p>
     <p>— Как же, — говорю, — недавно оттуда.</p>
     <p>— Ах, вот оно что! — говорит, да не слишком-то ласково. — Значит, вы и есть тот самый умник, из-за которого мне письмо прислали? Полюбуйтесь.</p>
     <p>«Получен счет на 15 фунтов за лоцмана в Окленде. Уведомляем вас, что один из наших пароходов вошел в Окленд, не нанимая лоцмана. Считаем нужным отметить, что вы произвели излишний расход. Предлагаем впредь подобных расходов не повторять».</p>
     <p>А меня, думаешь, они поблагодарили за экономию? Как же, дождешься от них! К капитану Робинсону привязались из-за пятнадцати фунтов, а меня тоже пожаловали: «Получен счет на две гинеи за вызов в Окленде врача для команды. Предлагаем объяснить непредвиденный расход». У меня там заболели два китайца. Я боялся, что у них бери-бери, и послал за врачом. И недели не прошло, как их похоронили. А этим легко писать: «Объясните непредвиденный расход» или «Считаем нужным отметить, что вы произвели излишний расход», как в письме к капитану Робинсону.</p>
     <p>Ты думаешь, я им не писал из Ньюкасла, что их старое корыто до того прогнило, что ему пора в сухой док? Семь месяцев судно не чистили, а курсировали мы вдоль западного побережья. Там не успеешь оглянуться, и уж всякая дрянь днище облепила. Время горячее, велят везти уголь в Портленд. Тут еще с нами в один день вышла «Аррата», пароход компании «Вурлайн», и тоже держит курс на Портленд. А мой старый «Триапсик» еле ползет. Делает шесть узлов, хорошо, когда семь. Беру я в Комоксе топливо и вот получаю письмо; подписано самим директором и внизу его рукой приписка: «Аррата» обогнала вас на четыре с половиной дня. Весьма разочарован». Разочарован, изволите видеть! Я же им телеграфировал из Ньюкасла. Ведь когда пароход поставили в портлендский сухой док <a l:href="#n_852" type="note">[852]</a>, оказалось, что у него днище усами обросло в фут длиной, и ракушки прилипли, ну вот с мой кулак, и устрицы, что твоя тарелка. Потом в доке столько всякой дряни и мусора осталось, что за два дня не могли убрать.</p>
     <p>А чего стоит история с колосниками в Ньюкасле? Их сделали тяжелее, чем заказал механик, и фирма забыла поставить в счет разницу в весе. В последнюю минуту, когда я уже выправил все бумаги и собрался на пароход, являются ко мне со счетом. «По ошибке с вас недополучено шесть фунтов за колосники». Говорят, что были на пароходе у Макферсона и что тот подписал. Мне это не понравилось, и я платить отказался. А они мне: «Неужто вы своему старшему механику не доверяете?» А я говорю: «Конечно, доверяю, но подписать это я не обязан. Поедем на пароход, потом вас бесплатно доставят на берег. Мне надо самому поговорить с Макферсоном!».</p>
     <p>Но они не поехали. В Портленде опять получаю от них письмо и счет. Я не ответил. В Гонконге получаю письмо от компании. Оказывается, счет послали туда. Я им написал с Явы, объяснил, в чем дело. В Марселе опять письмо от компании: «Получен счет на шесть фунтов за дополнительную работу для машинного отделения. Счет подписан механиком, но вашей подписи нет. По какой причине вы не доверяете своему механику?» Я им пишу в ответ, что и не думал ему не доверять, что счет этот вышел по случаю разницы в весе и что в общем все в порядке. И, думаешь, они его оплатили? Ничуть не бывало. Заявили, что сначала надо разобрать дело. А потом какой-то конторщик заболел, и счет так и затеряли. И тут посыпались письма то от компании, то от фирмы. «По ошибке с вас недополучено шесть фунтов». Где я только их не получал — и в Балтиморе, и в Модзи, и в Рангуне, и в Рио, и в Монтевидео. Так до сих пор дело тянется. Да, милая моя, на хозяев нелегко угодить.</p>
     <p>Капитан умолк, переживая рассказанное, и потом негодующе проворчал: «По ошибке с вас недополучено шесть фунтов за колосники».</p>
     <p>— А ты про Джимми слыхал? — спросила жена после недолгого молчания.</p>
     <p>Капитан отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Его и еще трех матросов смыло волной с кормы.</p>
     <p>— Где?</p>
     <p>— У мыса Горн. Они плыли на «Торнсби».</p>
     <p>— Что же они, в обратный путь шли?</p>
     <p>— Да, — кивнула она. — Мы только три дня назад об этом узнали. Как бы с его женой чего не случилось. Больно уж убивается.</p>
     <p>— Да, хороший был парень, — сказал капитан, — только очень с норовом. Мы ведь с ним вместе служили помощниками на «Абионе». Вот оно как! Значит, Джимми погиб.</p>
     <p>Снова жена прервала наступившее молчание.</p>
     <p>— А про «Бенкшир» ты тоже ничего не слыхал? Мак Дугелл потерпел на нем крушение в Магеллановом проливе.</p>
     <p>— Да, это место гиблое, — сказал капитан. — Мой дурак помощник там нас два раза чуть не прикончил. Я бы такого болвана к мостику и близко не подпускал. Подходили мы к Нэроурич. Погода ненастная, снежный шквал. Я сижу в рубке и решаю изменить курс, и говорю ему:</p>
     <p>— Зюйд-ост-тень-ост. Он повторяет:</p>
     <p>— Есть зюйд-ост-тень-ост, сэр.</p>
     <p>Через пятнадцать минут сам поднимаюсь на мостик.</p>
     <p>— Что-то я не припомню этих островов, — говорит помощник. — Разве при входе в Нэроурич есть острова?</p>
     <p>Я глянул и ору штурвальному:</p>
     <p>— Клади руль на штирборт <a l:href="#n_853" type="note">[853]</a>!</p>
     <p>Такой поворот старику «Триапсику» никогда еще не приходилось делать. Подождал я, пока снежный шквал утихнет, а потом смотрю — Нэроурич от нас к востоку оказался, а острова при входе в Фолс-Бей к югу. Спрашиваю рулевого:</p>
     <p>— Ты какой курс держал? А он:</p>
     <p>— Зюйд-тень-ост, сэр.</p>
     <p>Смотрю на помощника: ну что тут ему толковать? Так бы его и прихлопнул на месте. Ошибся, болван, на четыре румба. Еще бы минут пять, и старому «Триапсику» крышка.</p>
     <p>А потом при выходе из пролива он еще почище отмочил! Не будь ненастья, мы бы в четыре часа выбрались. А мне до этого пришлось сорок часов выстоять на мостике. Даю я помощнику курс и объясняю, что надо идти так, чтобы Асктарский маяк был все время за кормой. Говорю: дальше норд-веста не заходить, и все будет в порядке, а сам спустился в каюту, прилег соснуть. Да какой тут сон! На душе неспокойно. Думаю: сорок часов выстоял, неужели еще четыре не достоять? А он того гляди за эти четыре часа судно загубит. Нет, говорю, пойду. Встал я, умылся, выпил чашку кофе и подымаюсь на мостик. Смотрю, вот тебе и на! Асктарский маяк на норд-вест-тень-вест. «Триапсик» почти на мели. Ну, не дубина этот помощник. Уже дно почти видно. Не досмотри я, «Триапсику» тут и конец. Вот так он за тридцать часов два раза чуть не угробил судно.</p>
     <p>Капитан стал разглядывать спящего ребенка, и в его маленьких голубых глазах затеплилось радостное удивление. Чтобы отвлечь капитана от мрачных воспоминаний, жена заговорила о другом.</p>
     <p>— Помнишь Джимми Мак-Кола? Ты ведь с его сыновьями в школу ходил. У него ферма за домом доктора Хейторна. Вспомнил?</p>
     <p>— Да-да, помню. А что он, умер?</p>
     <p>— Нет, жив-здоров. Так вот, приходит он к твоему отцу, когда ты уехал в Вальпарайзо, и спрашивает, бывал ты в этом городе раньше или нет. Отец и говорит:</p>
     <p>— Нет, не бывал.</p>
     <p>А Джимми удивляется:</p>
     <p>— Как же он туда дорогу найдет? А отец ему в ответ:</p>
     <p>— Что же тут мудреного? Вот, к примеру, надо тебе кого-нибудь разыскать в Белфасте. Белфаст — город большой. Ну, как ты дорогу найдешь?</p>
     <p>— Меня-то язык доведет, — отвечает Джимми. — Я бы стал у прохожих спрашивать. А отец ему:</p>
     <p>— Я же говорю, дело немудреное. Вот и Дональд также. Он у встречных пароходов справляется, пока не наткнется на судно, что побывало в Вальпарайзо. Тут ничего мудреного нет.</p>
     <p>Капитан усмехнулся, и на миг усталые глаза его повеселели.</p>
     <p>— А уж до чего тощий был, помощник-то. В пору из одного двоих таких, как мы с тобой, выкроить, — опять заговорил капитан, и в глазах его мелькнула лукавая искорка. Видимо, он был доволен своим остроумием. Но искорка тут же погасла, и снова глаза его поблекли и помрачнели. — А в Вальпарайзо он умудрился выгрузить три тысячи шестьсот футов стального троса и не взять с приемщика расписку. Я был занят, выправлял бумаги на отход. Вышли мы в море, вижу, расписки у него нет.</p>
     <p>— Что же, — говорю, — и расписку не сумел взять? А он отвечает:</p>
     <p>— Я и не знал. Ведь трос все равно сразу сдадут агентам.</p>
     <p>— Что же, — говорю, — первый раз в море вышел? Не слыхал никогда, что помощник обязан взять расписку после сдачи груза? Да еще где? На западном побережье! Теперь приемщик сопрет сколько ему вздумается.</p>
     <p>Так оно и вышло. Выгрузили три тысячи футов, а до агентов дошло две тысячи. Приемщик, конечно, клялся и божился, что помощник так ему две тысячи футов и сдал. В Портленде получаю от компании письмо. Достается, ясно, мне, а не помощнику. А я же на берегу был по делу. Что же мне, выходит, пополам разорвись? Так до сих пор и компания и агенты все пишут мне об этом деле.</p>
     <p>Никудышный он был моряк. Разве такие нужны компании? А, думаешь, не постарался он мне пакость устроить в Торговой инспекции за то, что я взял слишком много груза? Так прямо и заявили боцману и мне, когда мы обратно шли, что пароход при отправке сидел на полдюйма ниже ватерлинии. Мы тогда стояли в Портленде, брали груз, а потом отправились в Комокс за топливом. Между нами говоря, так оно и было. На полдюйма я ниже сидел, это точно. И вот ведь, подлюга, донести на меня собирался, только не успел — кожухом его раскроило.</p>
     <p>Ну и болван же был! Приняли в Портленде груз, а чтобы дойти до Комокса, надо было еще взять шестьдесят тонн угля. А в угольном доке <a l:href="#n_854" type="note">[854]</a> мест нет. Брать лихтер <a l:href="#n_855" type="note">[855]</a> очень дорого. У дока как раз стоит французское судно. Я и спросил капитана, сколько он возьмет, если вечером уступит нам место часика на два. Он говорит: двадцать долларов. Я согласился. Как-никак, а для компании экономия. Только стемнело, подхожу к доку и беру уголь. Потом выходим на стоянку. Выходить пришлось кормой вперед, а тут как на грех что-то с реверсом <a l:href="#n_856" type="note">[856]</a> не ладится. Старик Макферсон говорит, что можно его двигать вручную, потихоньку. Я говорю: ладно. Вот мы и тронулись. А на борту был лоцман. Идем против сильного течения. Невдалеке стоит пароход, по бокам у него два лихтера. На пароходе есть сигнальные огни, а на лихтерах нет. Между прочим, вывести такое большое судно, как наше, против течения дело не пустяшное, да еще с испорченным реверсом. Нам надо было пройти рядом с тем пароходом, чтобы выйти из дока и стать на якорь. Только я крикнул Макферсону: «Средний вперед», — и мы тут как двинем кормой в лихтер.</p>
     <p>Лоцман спрашивает:</p>
     <p>— В чем дело?</p>
     <p>— Сам, говорю, не знаю, что там такое.</p>
     <p>Лоцман-то был не из опытных. Ну, вышли мы на хорошую стоянку, отдали якорь, и все бы сошло гладко, если бы не этот осел помощник, будь он трижды проклят. Поднимается по трапу на мостик и объявляет:</p>
     <p>— А мы лихтер разбили.</p>
     <p>А уж лоцман уши навострил.</p>
     <p>— Какой еще такой лихтер? — спрашиваю.</p>
     <p>— Да лихтер возле того судна, — говорит.</p>
     <p>— Никакого, — говорю, — лихтера я не видел. И довольно крепко наступаю ему на ногу. Когда лоцман уехал, я помощнику говорю:</p>
     <p>— Ну, раз у тебя, парень, голова ни черта не варит, так хоть язык держи на привязи.</p>
     <p>— Но вы же разбили лихтер?</p>
     <p>— Может, и так. Но кто тебя за язык тянет лоцману сообщать? Хотя, имей в виду, никакого лихтера я там не заметил.</p>
     <p>Наутро, только я успел одеться, входит стюард и докладывает:</p>
     <p>— К вам какой-то человек, сэр.</p>
     <p>— Веди сюда, — говорю. Его приводят.</p>
     <p>— Садитесь, — говорю.</p>
     <p>Он сел. Это был хозяин лихтера. И когда он мне все выложил, я ему и заявляю:</p>
     <p>— Я никакого лихтера не видел.</p>
     <p>— Как же так? — говорит. — Не видели возле того судна двухсоттонного лихтера с целый дом величиной?</p>
     <p>— Сигнальные огни на том судне я видел. Судно я ведь не задел? Значит, все в порядке.</p>
     <p>— Не задели! Зато мой лихтер задели! Так его долбанули, что теперь убытков на тысячу долларов. И вы мне их возместите!</p>
     <p>— Вот что, хозяин, — говорю. — Когда я ночью веду судно, то я следую правилам, а там черным по белому сказано: следи за сигнальными огнями. На лихтере огней не было? Не было. И никакого лихтера я и знать не знаю.</p>
     <p>— А ваш помощник говорит…</p>
     <p>— Плевать, — говорю, — на помощника. Вы лучше скажите: у вас на лихтере сигнальные огни были или нет?</p>
     <p>— Нет, — отвечает, — не было. Да ведь ночь-то была светлая, луна взошла.</p>
     <p>— Послушайте, — говорю. — Вы, я вижу, человек толковый, ну да и я в своем деле кое-что смыслю. Так вот имейте в виду — без сигнальных огней никакие лихтеры я замечать не обязан. Если в суд надумаете подавать — пожалуйста, а сейчас — будьте здоровы. Стюард вас проводит.</p>
     <p>На том дело и кончилось. Ну, видишь, какая дрянь! Для капитанов просто счастье, что его пополам распороло у паровой трубы. Он и держался-то потому только, что имел связи.</p>
     <p>— А знаешь что? — сказала жена. — Мне земельные агенты говорили, что скоро будет продаваться ферма Уикли. — И она украдкой лукаво взглянула на мужа, проверяя, какое впечатление произвели ее слова.</p>
     <p>При этой вести глаза капитана загорелись, и он расправил плечи, как человек, готовый приступить к приятной для него работе. Вот она, желанная мечта, ферма по соседству с землей отца и совсем близко от фермы тестя.</p>
     <p>— Мы ее купим, — сказал он. — Только смотри, раньше, чем дела не сделаем и деньги не уплатим, никому ни слова. Я кое-что сколотил за последнее время, хоть с приработками теперь туговато. А все-таки есть у нас кругленькая сумма на черный день. Я потолкую с отцом и оставлю ему деньги, чтобы он при первой возможности купил ферму, если я уйду в море.</p>
     <p>Он протер холодное запотевшее стекло, но сквозь сетку дождя за окном ничего нельзя было разглядеть.</p>
     <p>— В молодости я все боялся, что меня могут уволить, да признаться, и до сих пор побаиваюсь. А теперь купим ферму, и бояться нечего. Пусть увольняют: море перепахивать — дело незавидное. Ведешь по всем морям да во всякую погоду судно стоимостью в пятьдесят тысяч фунтов, да с грузом тоже тысяч на пятьдесят. Это уж выходит сто тысяч фунтов, или полмиллиона долларов, как говорят янки. И за все это, за весь риск и ответственность, дают тебе двадцать фунтов в месяц. Слыханное ли дело, чтобы на суше управляющий какой-нибудь фирмы с капиталом в сотни тысяч фунтов стал бы работать за двадцать фунтов в месяц? А хозяев у меня сколько! И компания, и страховщики, и Торговая инспекция — и всяк вертит по-своему. Одни требуют — подавай скорость, а что на риск идешь — им дела нет. Другие — чтобы риска не было, хоть черепахой ползи. Торговая инспекция требует осторожности, тут без задержек не обойдешься. Три разных хозяина, и каждый норовит надавать по шее, чуть что не так.</p>
     <p>Чувствуя, что поезд замедляет ход, капитан снова приблизил лицо к запотевшему стеклу. Потом он встал, застегнул пальто, поднял воротник и неумело взял на руки спящего ребенка.</p>
     <p>— Я потолкую с отцом, а перед отъездом отдам ему деньги. Как станут продавать ферму, он ее тут же и купит. А тогда пусть меня компания увольняет. Кончатся мои скитания, заживем мы с тобой вместе, Энни, и пошлем море ко всем чертям.</p>
     <p>При мысли о будущем лица их просветлели, и перед обоими на миг возникла картина мирного счастья. Энни потянулась к мужу, и, когда поезд остановился, они поцеловались над спящим ребенком.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Сэмюэл</p>
     </title>
     <p>Maргарет Хэнен при любых обстоятельствах нельзя было не заметить, но особенно поразила она меня, когда я увидел ее в первый раз: взвалив на плечи мешок зерна в добрый центнер весом, она нетвердыми, но решительными шагами шла от телеги к амбару и лишь на минутку остановилась передохнуть у крутой лесенки, по которой нужно было подниматься к закромам. Ступенек было четыре, и Маргарет поднималась по ним шаг за шагом, медленно, но уверенно и с такой упрямой настойчивостью, что мне и в голову не пришло опасаться, как бы силы ей не изменили и не свалился с плеч этот мешок, под тяжестью которого чуть не пополам согнулось ее тощее и дряхлое тело. Сразу было видно, что эта женщина очень стара, и оттого-то я и задержался у телеги, наблюдая за нею.</p>
     <p>Шесть раз прошла она от телеги к сараю, перетаскивая на спине полные мешки, и, поздоровавшись, не обращала на меня больше никакого внимания. Когда телега опустела, она полезла в карман за спичками и закурила коротенькую глиняную трубку, уминая горящий табак заскорузлым и, видимо, онемелым большим пальцем. Я смотрел на ее руки, жилистые, распухшие в суставах, с обломанными ногтями, обезображенные черной работой, покрытые мозолями, шрамами, а кое-где свежими и заживающими царапинами, — такие руки бывают обычно у мужчин, занятых тяжелым физическим трудом. Сильно вздутые вены красноречиво говорили о возрасте, о годах непосильной работы. Глядя на них, трудно было поверить, что это руки женщины, которая когда-то считалась первой красавицей острова Мак-Гилл.</p>
     <p>Впрочем, это я узнал позднее. А в тот день мне были совершенно незнакомы ни эта женщина, ни ее история.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_099.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>На ней были тяжелые мужские башмаки из грубой покоробившейся кожи, надетые на босу ногу, и я еще раньше заметил, что эти твердые, как железо, башмаки, в которых ее голые ноги болтались свободно, при ходьбе натирали ей лодыжки. Плоскогрудая, худая, она была одета в грубую мужскую рубаху и рваную юбку из некогда красной фланели. Но меня больше всего заинтересовало ее лицо, обветренное, морщинистое, обрамленное нечесаными космами седых волос, и я не мог уже от него оторваться. Ни растрепанные волосы, ни сеть морщин не могли скрыть красоту ее чудесного высокого лба, линии которого были безупречны. Ввалившиеся щеки и острый нос мало вязались с огнем, тлевшим в глубине ярко-голубых глаз. Окруженные сетью мелких морщинок, которые их почему-то не старили, глаза Маргарет были ясны, как у молодой девушки, — ясны, широко раскрыты и зорки, а их прямой, немигающий, пристальный взгляд вызывал во мне какое-то замешательство. Любопытной особенностью этого лица было расстояние между глазами. Мало у кого это расстояние достигает длины глаза, а у Маргарет Хэнен оно составляло не меньше чем полторы длины. Но лицо ее было настолько симметрично, что эта особенность ничуть его не портила, и не очень внимательный наблюдатель, пожалуй, даже не заметил бы ее. Утративший четкость линий беззубый рот с опущенными углами сухих пергаментных губ не обнаруживал еще, однако, той вялости мускулов, которая, является обычным признаком старости. Такие губы могли быть у мумии, если бы не присущее им выражение непреклонного упорства. Они вовсе не казались безжизненными, — напротив, в их решительной складке чувствовалась большая душевная сила. В выражении губ и глаз крылась разгадка той уверенности, с какой эта женщина, ни разу не оступившись и не теряя равновесия, таскала тяжелые мешки наверх по крутой лестнице и высыпала зерно в ларь.</p>
     <p>— Вы старая женщина, а взялись за такую работу! — решился я сказать.</p>
     <p>Она поглядела на меня своим странным неподвижным взглядом, подумала и заговорила с характерной для, нее неторопливостью, словно знала, что перед нею — вечность и спешить не к чему. И опять поразила меня ее безмерная уверенность в себе. Несомненно, в ней сильно было ощущение вечности, и отсюда — эта твердая поступь и спокойствие, с которым она таскала по лестнице тяжелые мешки, — словом, отсюда была ее уверенность в себе. В своей духовной жизни она, вероятно, точно так же не боялась оступиться или потерять равновесие. Странное чувство вызывала она во мне. Я встретил существо, которое во всем, не считая самых элементарных точек соприкосновения, оказывалось вне моего человеческого понимания. И чем ближе узнавал я Маргарет Хэнен в следующие несколько недель, тем сильнее ощущал эту ее непонятную отчужденность. Маргарет казалась гостьей с какой-то другой планеты, и ни сама она, ни ее односельчане не могли помочь мне хоть сколько-нибудь понять, какого рода душевные переживания, какой накал чувств или философское мировоззрение двигали ею в прошлом и настоящем.</p>
     <p>— Мне через две недели после страстной пятницы минет семьдесят два, — сказала она, отвечая на мое замечание.</p>
     <p>— Ну, вот видите, я же говорю, что вы стары для такой работы. Это работа для мужчины, и притом сильного мужчины, — настаивал я.</p>
     <p>Она опять задумалась, словно созерцая вечность, — и это производило такое странное впечатление, что я бы нисколько не удивился, если бы, уснув и проснувшись через столетие, увидел, что она только еще собирается ответить мне.</p>
     <p>— Работу кому-то делать надо, а я не люблю кланяться людям.</p>
     <p>— Неужели у вас нет ни родных, ни детей?</p>
     <p>— У меня их много, но они не помогают мне.</p>
     <p>Она на минуту вынула изо рта трубку и прибавила, кивком головы указывая на дом:</p>
     <p>— Я живу одна.</p>
     <p>Я посмотрел на крытый соломой вместительный дом, на большой амбар, на поля, широко раскинувшиеся вокруг и, очевидно, принадлежавшие хозяину этой фермы.</p>
     <p>— Как же вы одна обрабатываете такой большой участок?</p>
     <p>— Да, участок большой. Семьдесят акров. Хватало дела и моему старику, и сыну, да еще работник у нас жил, и служанка для домашней работы, а во время уборки приходилось нанимать поденщиков.</p>
     <p>Она взобралась на телегу и, беря в руки вожжи, пытливо посмотрела на меня своими живыми и умными глазами.</p>
     <p>— Вы, должно быть, из-за моря — из Америки то есть?</p>
     <p>— Да, я американец.</p>
     <p>— В Америке, наверное, не много встретишь людей с нашего острова Мак-Гилл?</p>
     <p>— Не припомню, чтобы я встретил в Штатах хоть одного.</p>
     <p>Она кивнула.</p>
     <p>— Да, народ у нас такой — домоседы. Правда, нельзя сказать, чтобы они не ездили по свету, но в конце концов все возвращаются домой — все, кто не погиб в море и не умер на чужбине от лихорадки или других напастей.</p>
     <p>— А ваши сыновья тоже были в плавании и вернулись домой? — спросил я.</p>
     <p>— Да, все, кроме Сэмюэла: Сэмюэл утонул.</p>
     <p>Я готов был поклясться, что, когда она упомянула это имя, в глазах ее зажегся какой-то странный свет. И, словно под влиянием внезапно возникшей между нами телепатической связи, я угадал в ней огромную печаль, неизбывную тоску. Мне показалось, что вот он — ключ к тайнам этой души, путеводная нить, которая, если упорно ее держаться, приведет к разъяснению всего непонятного. Я почувствовал, что точка соприкосновения найдена и что в эту минуту я заглянул в душу Маргарет. У меня уже вертелся на языке второй вопрос, но она причмокнула губами, понукая лошадь, крикнула мне: «Будьте здоровы, сэр!» — и уехала.</p>
     <p>Жители острова Мак-Гилл — простой, бесхитростный народ. Я думаю, во всем мире вы не найдете таких трудолюбивых, степенных и бережливых людей. Встретив их на чужбине (а вне родины их можно встретить только в море, ибо каждый уроженец Мак-Гилла представляет собой помесь моряка с фермером), никак не примешь их за ирландцев. Сами они считают себя ирландцами, с гордостью говорят о Северной Ирландии и насмехаются над своими братьями — шотландцами. Между тем они, несомненно, шотландцы, — правда, давно переселенные сюда, но все же настоящие шотландцы, сохранившие тысячу характерных черт, не говоря уж об особенностях речи и мягком произношении, которое только благодаря чисто шотландской обособленности и замкнутости внутри своего клана могло сохраниться до сих пор.</p>
     <p>Лишь узкий морской залив в каких-нибудь полмили шириной отделяет остров Мак-Гилл от материка Ирландии. Но, переехав эту полосу воды, вы оказываетесь в совершенно иной стране. Здесь уже сильно чувствуется Шотландия. Начать хотя бы с того, что все жители острова — пресвитериане. Затем, если я вам скажу, что на всем острове нет ни одного трактира, а живет здесь семь тысяч человек, это даст вам некоторое представление об их воздержанности. Жители Мак-Гилла преданны старым обычаям, общественное мнение здесь — закон, священники пользуются большим влиянием. В наше время мало найдется мест, где так почитают родителей и слушаются их. Молодежь гуляет только до десяти часов вечера, и ни одна девушка не пойдет никуда со своим кавалером без ведома и согласия родителей.</p>
     <p>Молодые люди отправляются в плавание, и разгульная жизнь портов дает им возможность «перебеситься», но в промежутках между рейсами они, возвратившись домой, ведут прежний, строго нравственный образ жизни, ухаживают за девушками только до десяти часов вечера, по воскресеньям ходят в церковь слушать проповедь, а дома слушают все те же, знакомые с детства, суровые наставления старших. Сколько бы женщин ни знавали во всех концах света эти сыновья-моряки, они из мудрой осторожности никогда не привозят себе оттуда жен. Единственным исключением на всем острове был школьный учитель: он провинился в том, что взял себе жену с другого берега залива, за полмили от родной деревни. Ему этого не простили, и он до конца дней своих так и оставался у всех в немилости. Когда он умер, жена его вернулась к своим родным, и это пятно было смыто с герба Мак-Гилла. Обычно все моряки кончали тем, что женились на местных девушках, обзаводились семьей и являли собой образец всех тех добродетелей, которыми гордится остров.</p>
     <p>Остров Мак-Гилл не имеет славного прошлого. Он не может похвастать ни одним из тех событий, которые входят в историю. Никогда здесь не замечалось пристрастия к зеленому цвету, не бывало фенианских заговоров, аграрных беспорядков. За все время произошел только один случай выселения, и то чисто формальный, — это был пробный опыт, проделанный по совету адвоката самого арендатора.</p>
     <p>Таким образом, у острова Мак-Гилл нет летописи. История его обошла. Он платил положенные налоги, признавал своих коронованных правителей и ничем не беспокоил мир. Взамен он просил только одного: чтобы и мир оставил его в покое. Для жителей острова вселенная делилась на две части: остров Мак-Гилл и остальная поверхность земного шара. И все, что не было островом Мак-Гилл, рассматривалось его жителями как чуждый, далекий и варварский мир. Уж им ли было не знать этого, — ведь их земляки-мореходы, вернувшись домой, могли кое-что порассказать о том, другом мире и его богопротивных обычаях.</p>
     <p>О существовании острова Мак-Гилл я узнал впервые от шкипера торгового парохода из Глазго, на котором я в качестве пассажира плыл от Коломбо до Рангуна. Он снабдил меня рекомендательным письмом, и оно открыло мне двери дома миссис Росс, вдовы шкипера. Миссис Росс жила с дочерью, а ее два сына, тоже уже шкиперы, находились в плавании. Она не сдавала комнат, и мне удалось у нее поселиться только благодаря письму ее сына шкипера Росса.</p>
     <p>Вечером, после моей встречи с Маргарет Хэнен, я стал расспрашивать о ней миссис Росс, — и сразу понял, что в самом деле натолкнулся на какую-то загадку.</p>
     <p>Миссис Росс, как и все другие жители острова (в чем я скоро убедился), сначала очень неохотно отвечала на мои расспросы о Маргарет Хэнен. Все же в тот вечер я узнал от нее, что Маргарет была когда-то одной из первых здешних красавиц. Дочь зажиточного фермера, она и замуж вышла за человека состоятельного, Томаса Хэнена. Она никогда ничем не занималась, кроме домашнего хозяйства, и не работала в поле, как большинство женщин на острове.</p>
     <p>А где ее дети?</p>
     <p>— Два сына, Джэми и Тимоти, женаты и ушли в плавание. Видали рядом с почтой большой дом? Это дом Джэми. А ее незамужние дочери живут у своих замужних сестер. Остальные все умерли.</p>
     <p>— Умерли все Сэмюэлы, — вставила Клара, как мне показалось, со смешком.</p>
     <p>Клара — это дочь миссис Росс, высокая, красивая девушка с чудесными черными глазами.</p>
     <p>— Тут не над чем зубы скалить! — упрекнула ее мать.</p>
     <p>— Сэмюэлы? Какие Сэмюэлы? — вмешался я.</p>
     <p>— Это ее четыре сына — те, что умерли.</p>
     <p>— И все четыре носили имя Сэмюэл? — Да.</p>
     <p>— Как странно! — заметил я, нарушая затянувшееся молчание.</p>
     <p>— Да, очень странно, — согласилась миссис Росс, невозмутимо продолжая вязать лежавшую у нее на коленях шерстяную фуфайку, одну из тех частей туалета, которые она постоянно вязала для своих сыновей.</p>
     <p>— И умерли только Сэмюэлы? — допытывался я, стараясь узнать что-нибудь еще.</p>
     <p>— Да, остальные живы, — был ответ. — Семья почтенная, другой такой семьи нет на острове. Из всех мужчин, что когда-либо уходили отсюда в море, ее сыновья — самые лучшие. Пастор всегда ставит их другим в пример. И о дочках никто никогда дурного слова не сказал.</p>
     <p>— Но почему же они бросили ее на старости лет? — настойчиво допытывался я. — Почему родные дети не заботятся о ней? Почему она живет одна? Неужели они никогда ее не навещают и не помогают ей?</p>
     <p>— Нет, никогда, — вот уже больше двадцати лет. Она сама в этом виновата, она их выжила из дому, а мужа своего, старого Тома Хэнена, вогнала в гроб.</p>
     <p>— Пьет? — рискнул я спросить.</p>
     <p>Миссис Росс покачала головой с таким презрительным видом, как будто пьянство — слабость, до которой не унизится самый последний человек на острове Мак-Гилл.</p>
     <p>Наступило долгое молчание. Миссис Росс упорно вязала и оторвалась от работы только для того, чтобы кивком головы разрешить Кларе пойти погулять с ее женихом, молодым штурманом парусной шхуны. Я в это время рассматривал страусовые яйца, висевшие на стене в углу подобно гроздьям каких-то гигантских плодов. На каждом яйце было грубо намалевано фантастическое море, по которому, вздымая волны, плыли на всех парусах суда. Рисунки эти отличались полным отсутствием перспективы, искупавшимся разве только точностью и обилием технических деталей. На каминной полке стояли две большие раковины (явно парные) с затейливой резьбой, сделанной терпеливыми руками новокаледонских каторжников. Между ними красовалось чучело райской птицы. Великолепные раковины южных морей были расставлены в комнате повсюду. Из раковин моллюсков в стеклянных ящиках выглядывали тонкие веточки кораллов. Были тут дротики из Южной Африки, каменные топоры с Новой Гвинеи, большущие табачные кисеты с Аляски, на которых были вышиты бусами тотемы племен, австралийский бумеранг, модели различных судов под стеклянными колпаками, чаша каннибалов «Кай-кай» с Маркизских островов и хрупкие шкатулочки Вест-Индии и Китая с инкрустациями из перламутра и драгоценных сортов дерева.</p>
     <p>Я смотрел на эти трофеи, привезенные домой моряками, но думал не о них, а о загадочной Маргарет Хэнен, которая «вогнала в гроб» мужа и от которой отвернулась вся ее семья. Она не пьет. В чем же тут дело? Может быть, причиной этому какая-нибудь ужасающая жестокость? Или неслыханная измена мужу? Или страшное преступление — из тех, что в старые времена случались в деревнях?</p>
     <p>Я высказал вслух свои догадки, но миссис Росс на все только отрицательно качала головой.</p>
     <p>— Нет, ничего подобного, — сказала она. — Маргарет была примерной женой и доброй матерью, и я уверена, что она во всю свою жизнь мухи не обидела. Она и детей воспитала в страхе божьем и всех вывела в люди. Беда в том, что она свихнулась, стала настоящей идиоткой.</p>
     <p>И миссис Росс выразительно постучала пальцем по лбу, чтобы наглядно показать, что у Маргарет голова не в порядке.</p>
     <p>— Но я разговаривал с нею сегодня, и, по-моему, она разумная женщина и удивительно бодра для своих лет.</p>
     <p>— Да, все это верно, — спокойно подтвердила миссис Росс. — Я не про это говорю, а про ее неслыханное, безбожное упрямство. Такой упрямой женщины, как Маргарет, во всем свете не сыщете. И все из-за имени Сэмюэл. Так звали ее младшего и, говорят, самого любимого брата — того, что наложил на себя руки из-за ошибки пастора, потому что пастор не зарегистрировал в Дублине нашу новую церковь. Кажется, ясно было, что имя Сэмюэл — несчастливое. Так нет же, Маргарет не хотела с этим согласиться. Сколько, было разговоров еще тогда, когда она окрестила Сэмюэлом своего первого ребенка, того, что умер от крупа! И можете себе представить — после этого она взяла да и назвала следующего сына тоже Сэмюэлом! Этот второй прожил только три года — упал в котел с кипятком и сварился насмерть, а все ведь из-за ее проклятого, дурацкого упрямства! Непременно ей надо было иметь Сэмюэла. Вот и схоронила четверых сыновей! После смерти первого мальчика родная мать в ногах у нее валялась, просила, заклинала ее не называть следующего этим именем. Но ее никак нельзя было уломать. Маргарет Хэнен всегда ставила на своем, а в особенности когда дело касалось имени Сэмюэл.</p>
     <p>Она была просто помешана на этом имени. Ведь когда крестили ее второго мальчика — того, что потом сварился, то все соседи и родня, все, кроме тех, кто жил в доме, встали и ушли, ушли в ту самую минуту, когда священник спросил у нее, какое имя дать ребенку, а она ответила: «Сэмюэл». Да, все встали и ушли. А тетка Фанни, сестра ее матери, на пороге обернулась и сказала громко, так, что все слышали: «И зачем она хочет загубить младенца?» Священник тоже слышал, и ему стало неприятно (он потом говорил это моему Лерри), но что поделаешь, раз так хотела мать? Нет такого закона, который запрещал бы матери назвать своего ребенка, как ей хочется.</p>
     <p>А третьего сына она разве не назвала Сэмюэл? А когда он погиб в море около мыса Доброй Надежды, разве она не пошла против природы и не родила четвертого? Вы подумайте, ей было сорок семь лет, и в сорок семь лет она родила! В сорок семь лет! Срам, да и только!</p>
     <p>На другое утро я уже от Клары услышал рассказ о смерти любимого брата Маргарет Хэнен. И в течение недели, расспрашивая то того, то другого, я постепенно узнал эту трагическую историю.</p>
     <p>Сэмюэл Данди был самым младшим из четырех братьев Маргарет, и, по словам Клары, Маргарет души в нем не чаяла. Он был шкипером каботажного парусника и перед уходом в плавание женился на Агнес Хьюит. По описанию Клары, Агнес была маленькая женщина с тонким личиком, очень хрупкая, нервная и болезненно впечатлительная. Они с Сэмюэлом первые венчались в новой церкви, и после двухнедельного медового месяца Сэмюэл, поцеловав жену, ушел в море на большом четырехмачтовом барке «Лохбэнк».</p>
     <p>Из-за этой самой новой церкви и вышла ошибка у пастора. Как потом объяснял один из старост, виноват был не только он, но и Кафлинская пресвитерия, в которую входили все пятнадцать церквей на острове Мак-Гилл и материке. Дело было так: старая церковь совсем развалилась, и ее снесли, а на том же фундаменте построили новую. Ни священник, ни пресвитерия никак не могли предположить, что новая церковь с точки зрения закона представляет собой нечто другое, чем старая.</p>
     <p>— И в первую же неделю в новой церкви были обвенчаны три пары, — рассказывала Клара. — Первыми — Сэмюэл Данди и Агнес Хьюит, на другой день после них — Альберт Махан с Минни Дункан, а в конце недели — Эдди Трои с Фло Мэкинтош. Молодые мужья были моряки, и не прошло и двух месяцев, как они все трое вернулись на свои суда и ушли в плавание, и никто из них не подозревал, в какую беду они попали.</p>
     <p>Должно быть, сам дьявол устроил себе из этого потеху. Все складывалось как назло. Свадьбы были отпразднованы на первой неделе мая, и только через три месяца священник, как полагается, представил дублинским властям отчет за четверть года. В ответ немедленно пришло извещение, что церковь его незаконная, так как она не зарегистрирована законным порядком. Ее спешно зарегистрировали, и дело уладилось. Но не так легко было узаконить браки: все три мужа были в плавании. Одним словом, выходило, что их жены — им вовсе не жены.</p>
     <p>— Но пастор не хотел их пугать, — продолжала Клара. — Он хранил все в секрете и выжидал, пока моряки вернутся из плавания. И вот, как на грех, когда он уехал на дальний конец острова крестить, неожиданно вернулся домой Альберт Махан, — его судно только что прибыло в Дублин. Пастор узнал эту новость в девять часов вечера, когда был уже в халате и ночных туфлях. Он сразу велел оседлать лошадь и вихрем помчался к Альберту Махану. Альберт как раз ложился спать и стащил уже один сапог, а тут входит пастор.</p>
     <p>— Едемте со мною оба! — говорит пастор, еле переводя дух.</p>
     <p>— Это еще зачем? Я устал до смерти и хочу спать, — отвечает Альберт.</p>
     <p>— Вам надо законно обвенчаться, — объясняет пастор.</p>
     <p>Альберт посмотрел на него, нахмурился и говорит:</p>
     <p>— Что это вы, пастор, шутить вздумали?</p>
     <p>А про себя (я не раз слыхала, как Альберт это рассказывал) удивляется: неужто пастор в его годы пристрастился к виски?</p>
     <p>— Разве мы не венчаны? — спрашивает Минни. Пастор покачал головой.</p>
     <p>— Так, значит, я не миссис Махан?</p>
     <p>— Нет, — отвечает пастор, — вы не миссис Махан. Вы всего-навсего мисс Дункан.</p>
     <p>— Да вы же сами нас обвенчали!</p>
     <p>— И да и нет, — говорит пастор.</p>
     <p>И тут он им все рассказал. Альберт надел второй сапог, и они пошли за пастором и обвенчались законным порядком, как полагается, и Альберт Махан потом часто говаривал: «Не каждому на нашем острове доводилось венчаться дважды».</p>
     <p>Через полгода вернулся домой и Эдди Трои, и его тоже обвенчали вторично. Но Сэмюэл Данди отправился в плавание на три года, и его судно не вернулось в срок. К тому же Агнес ждала его не одна, а с двухлетним сыном на руках, и это еще больше осложняло дело. Шли месяцы, и жена Сэмюэла просто чахла от тревоги.</p>
     <p>— Не о себе я думаю, — говорила она не раз, — а о бедном малыше, который растет без отца. Если с Сэмюэлом что случится, что будет с ребенком?</p>
     <p>Компания Лойд занесла «Лохбэнк» в список судов, пропавших без вести, и владельцы перестали выплачивать жене Сэмюэла половину его жалованья. Но Агнес больше всего мучило то, что сын ее оказался незаконнорожденным. И когда на возвращение Сэмюэла уже не оставалось никакой надежды, Агнес вместе с ребенком утопилась в заливе.</p>
     <p>Дальше эта история становится еще трагичнее. «Лохбэнк» вовсе не погиб. Из-за ряда всяких бедствий и нескончаемых задержек в пути, о которых слишком долго рассказывать, судну пришлось проделать такой длительный и непредвиденный рейс, какой случается раз или два в столетие. То-то, должно быть, тешился дьявол!</p>
     <p>В конце концов Сэмюэл вернулся из плавания, и, когда ему сообщили страшную весть, у него словно что-то оборвалось в голове и сердце. На другое утро его нашли на могиле жены и ребенка, где он наложил на себя руки. С тех пор как стоит остров Мак-Гилл, никто так страшно не умирал здесь! Сэмюэл плевал в лицо священнику, осыпал его ругательствами и так ужасно богохульствовал перед смертью, что у тех, кто ходил за ним, тряслись руки, и они боялись взглянуть на него.</p>
     <p>И после всего этого Маргарет Хэнен назвала своего первенца Сэмюэлом!</p>
     <p>Чем объяснить упрямство этой женщины? Или это было не упрямство, а одержимость навязчивой идеей, желание, чтобы один из ее сыновей непременно носил имя Сэмюэл?</p>
     <p>Третий ребенок была девочка, и ее назвали именем матери. Четвертый — опять мальчик. Несмотря на постигшие ее удары судьбы, несмотря на то, что от нее отшатнулись все родные и знакомые, Маргарет упорствовала в своем решении дать и этому ребенку имя любимого брата. С ней перестали здороваться в церкви даже друзья детства, с которыми она росла вместе. Мать Маргарет, после новых тщетных уговоров, покинула ее дом, объявив, что, если ребенка назовут этим именем, она до конца жизни не будет говорить с дочерью. Старуха прожила после этого еще тридцать с лишним лет и сдержала слово.</p>
     <p>Пастор соглашался окрестить ребенка любым именем, только не Сэмюэлом, и все остальные священники на острове тоже отказывались назвать его так, как хотела мать. Маргарет сначала грозила, что подаст на них в суд, но в конце концов повезла малыша в Белфаст, и там его окрестили Сэмюэлом.</p>
     <p>И ничего худого не случилось. Вопреки ожиданиям всего острова, ребенок рос и хорошо развивался. Школьный учитель постоянно твердил всем, что он не видывал мальчика смышленее и способнее. У Сэмюэла был замечательно крепкий организм и огромная жизненная энергия. К удивлению всех, он не хворал ни одной из обычных детских болезней: ни корью, ни коклюшем, ни свинкой. Он был словно забронирован от микробов, абсолютно невосприимчив ко всем болезням. Он не знал, что такое головная боль или боль в ухе. «Хоть бы у него когда прыщик или чирей вскочил!» — говорил мне кто-то из стариков. В школе Сэмюэл побивал рекорды в учении и спорте и опередил всех мальчиков своего возраста.</p>
     <p>Маргарет Хэнен торжествовала. Этот чудо-мальчик был ее сын и носил дорогое ей имя! Все друзья и родные, кроме матери, вернулись к ней, признав свою ошибку. Правда, были такие старые карги, которые упорно держались прежнего мнения и, зловеще покачивая головами, за чашкой чая шептались о том, что мальчик слишком хорош и, значит, недолговечен, что ему не уйти от проклятия, которое навлекла на него бессовестная мать, дав ему это имя. Молодежь вместе с Маргарет высмеивала их, но старухи продолжали качать головами.</p>
     <p>У Маргарет родились еще дети. Пятым был мальчик, она назвала его Джэми, а за ним, одна за другой, родились три девочки — Элис, Сара и Нора, потом сын Тимоти и снова две дочки — Флоренс и Кэти. Кэти была одиннадцатой по счету и последней: в тридцать пять лет Маргарет Хэнен почила от трудов. Она и так уж постаралась для острова Мак-Гилл и королевы: вырастила девять здоровых детей. С ними все было благополучно. Казалось, что смертью двух первых сыновей кончились все ее злоключения. Девять остальных выжили, и один из них носил имя Сэмюэл.</p>
     <p>Джэми решил стать моряком, — впрочем, решение это было до некоторой степени вынужденное, ибо на острове Мак-Гилл так уж принято, чтобы старшие сыновья оставались дома и владели землей, а младшие отправлялись бороздить моря. Тимоти последовал примеру брата, и к тому времени, когда Джэми в первый раз принял командование торговым судном, отплывшим из Кардиффа, Тимоти уже был помощником капитана на большом паруснике.</p>
     <p>Сэмюэл остался дома, но он не имел ни малейшей склонности к сельскому хозяйству. Жизнь фермера ему не нравилась. Братья его стали моряками не из любви к морю, а потому, что для них это был единственный способ прокормить себя. Он же, которому в этом не было надобности, завидовал братьям, когда те, возвратясь из дальнего плавания и сидя на кухне у очага, рассказывали всякие чудеса о заморских странах.</p>
     <p>Сэмюэл, к великому разочарованию отца, стал учителем и даже получил аттестат в Белфасте, куда ездил сдавать экзамены. Когда старый учитель ушел в отставку, Сэмюэл занял его место. Но он тайком изучал навигацию, и Маргарет очень любила слушать, как ее старший сын, сидя с братьями у огня, побивал их в теоретических вопросах, несмотря на то, что они оба уже были капитанами. Когда Сэмюэл, школьный учитель, сын почтенных родителей и наследник фермы Хэнен, неожиданно отправился в плавание простым матросом, негодовал только один Том. Маргарет твердо верила в счастливую звезду сына и была убеждена, что все, что бы он ни делал, — к лучшему. В самом деле, Сэмюэл и тут проявил свои замечательные способности. Моряки не помнят такого быстрого повышения. Он не пробыл и двух лет матросом, как его забрали с бака и назначили штурманом. Было это во время стоянки в одном из тех портов Западного побережья, где свирепствует лихорадка, — и экзаменовавшая Сэмюэла комиссия шкиперов убедилась, что он знает больше, чем когда-либо знали они. Прошло еще два года, и он отплыл из Ливерпуля на судне «Стэрри Грэйс» с дипломом капитана дальнего плавания в кармане. Но тут свершилось то, о чем все годы каркали старухи.</p>
     <p>Мне рассказывал об этом Гэвин Мак-Нэб, тоже уроженец Мак-Гилла, служивший тогда боцманом на «Стэрри Грэйс».</p>
     <p>— Да, я очень хорошо все помню, — говорил он. — Мы шли, как нам полагалось по рейсу, на восток, и погода вдруг сильно испортилась. Сэмюэл Хэнен был отличный моряк, другого такого моряка свет не знал. Как сейчас его вижу, когда он стоял на вахте в то последнее утро и громадные волны бушевали за кормой, а он один смотрел, как «Стэрри Грэйс» выдерживает их удары, — наш капитан уже несколько дней пьянствовал внизу в каюте. В семь часов Хэнен поставил шхуну по ветру, не рискуя больше идти вперед в такой страшный шторм. В восемь он позавтракал и ушел к себе в каюту, а через полчаса на мостик вылез капитан. Глаза мутные, трясется весь и держится за перила. Буря была страшная, можете мне поверить, кругом света божьего не видно, а он стоит и только глазами хлопает да сам с собой разговаривает. Наконец как крикнет рулевому: «Отойди назад!» Младший помощник, который стоял около него, так и ахнул: «Господи помилуй, что это вы!» Но капитан наш и не взглянул на него, а все что-то бурчит и бурчит себе под нос. Потом вдруг выпрямился, приосанился и опять крикнул: «Меняй галс, кому я говорю! Оглох ты, что ли, черт тебя побери!»</p>
     <p>Недаром говорят, что пьяным везет, — ведь «Стэрри Грэйс» шла, не зачерпнув и ведра воды, при таком-то шторме! Это был не ветер, а настоящее наказание господне. Второй помощник выкрикивал распоряжения, и все матросы носились, как сумасшедшие. А капитан кивнул головой и, довольный, ушел вниз допивать виски. Это было все равно что послать на верную смерть всех людей на судне, потому что даже самый большой корабль не может плыть в такую погоду. Да какое там плыть! И вообразить себе нельзя, что творилось на море, в жизни не видел ничего подобного! А я ведь сорок лет плаваю, начал еще мальчишкой. Ужас, что было!</p>
     <p>Помощник капитана стоял бледный, как смерть. Он пробыл на мостике полчаса, потом не выдержал, сошел вниз и позвал на помощь Сэмюэла и третьего помощника. Да, уж на что хороший моряк был Сэмюэл, а тут и он спасовал. Все смотрел и раскидывал умом так и этак, но не знал, что делать. Остановить судно он не решался, потому что, пока будешь останавливать, с него снесет и команду и все остальное. Ничего больше не оставалось, как идти дальше. Если бы буря усилилась, нас все равно ждала смерть. Рано или поздно разбушевавшиеся волны непременно смыли бы нас всех с кормы в море.</p>
     <p>Я вам сказал, что это был не шторм, а чистое наказание господне. Где там! Не бог, а сам дьявол, должно быть, наслал его! Я на своем веку видал виды, но такое не дай бог еще пережить! Внизу, в кубрике, никто не рискнул остаться. На палубах тоже не было ни единой души. Матросы все толпились наверху, цеплялись за что придется. Все три помощника были на корме, два человека — у штурвала, и только этот пьяница-капитан, нализавшись, храпел внизу, в каюте.</p>
     <p>И вдруг я вижу, что примерно в миле от нас поднимается волна выше всех других, как остров из моря. Я таких в жизни не видал. Три помощника стояли рядом и тоже смотрели, как она надвигается, и все мы молили бога, чтобы она прошла мимо и не обрушилась на нас. Но молитва не помогла. Волна встала, как гора, захлестнула корму и закрыла нам небо. Три помощника кинулись в разные стороны: второй и третий побежали к винтам и полезли на бизань-мачту, а Хэнен бросился помогать штурвальным. Он был храбрый человек, этот Сэмюэл Хэнен! Пошел навстречу такой волне, не думая о себе, думая только о спасении судна. Оба матроса были привязаны к штурвалу, но Сэмюэл хотел быть наготове, на случай, если кто из них погибнет и нужно будет его заменить. И вот в этот миг волна и обрушилась на судно. С мостика нам не видно было кормы, на нее хлынула тысяча тонн воды. Волна смыла всех, всех унесла — двух помощников, забравшихся на бизань, Сэмюэла Хэнена, бежавшего к штурвалу, обоих штурвальных да и самый штурвал тоже. Так мы их больше и не видели. Судно вышло из ветра и потеряло управление. Двоих из нас смыло с мостика в море, а нашего плотника мы нашли потом на корме, у него не осталось ни одной целой косточки, и тело превратилось в какой-то кисель…</p>
     <p>Тут-то и начинается самое необычайное во всей этой истории — чудо, свидетельствующее о героической душе Маргарет. Этой женщине было сорок семь лет, когда пришла весть о гибели Сэмюэла. Через некоторое время по всему острову пошли невероятные слухи. Да, поистине невероятные! Никто им не верил. Доктор Холл пренебрежительно фыркал и отмахивался от такого вздора. Все смеялись, как смеются забавной шутке, Выяснилось, что слух исходит от Сары Дэк, единственной служанки Хэненов. Сара Дэк уверяла, что это правда, но ее называли бессовестной лгуньей. Кое-кто из соседей даже решился спросить об этом самого Тома Хэнена, но от него ничего не добились. Том в ответ только хмурился и бранился.</p>
     <p>Молва заглохла, и Мак-Гилл уже занялся было обсуждением гибели в Китайском море «Гренобля», все офицеры которого и половина экипажа родились и выросли на острове. Однако сплетня не хотела умирать. Сара Дэк все громче твердила свое. Том Хэнен бросал вокруг все более угрюмые взгляды, а доктор Холл, побывав в доме у Хэненов, перестал недоверчиво фыркать. Наступил день, когда весь остров встрепенулся, и языки заработали вовсю. То, о чем говорила Сара Дэк, казалось всем неестественным, неслыханным. И когда через некоторое время факт стал для всех очевидным, жители Мак-Гилла, подобно боцману «Стэрри Грэйс», решили, что тут дело не обошлось без дьявола. По словам Сары, эта одержимая, Маргарет, была уверена, что у нее будет мальчик. «Я родила одиннадцать, — говорила она. — Шестерых девочек и пятерых мальчиков. И как во всем, так и тут должен быть ровный счет шесть тех и шесть других — вот и выйдет поровну. Я рожу мальчика — это так же верно, как то, что солнце восходит каждое утро».</p>
     <p>У нее и в самом деле родился мальчик, и притом прекрасный. Доктор Холл восторгался его безупречным и крепким сложением и даже написал доклад для Дублинского медицинского общества, в котором указывал, что это самый интересный случай в его многолетней практике. Когда Сара Дэк сообщила, сколько весит новорожденный, ей отказались верить и опять назвали ее лгуньей. Но доктор Холл подтвердил, что он сам взвешивал малыша, и тот весит именно столько, сколько сказала Сара, — и после этого остров Мак-Гилл, затаив дыхание, слушал без недоверия все, что ни сообщала Сара о росте и аппетите ребенка, И снова Маргарет Хэнен повезла сына в Белфаст, и там его окрестили Сэмюэлом.</p>
     <p>— Это был не ребенок, а золото, — рассказывала мне Сара Дэк.</p>
     <p>Когда я познакомился с Сарой, она была уже шестидесятилетней старой девой, полной и флегматичной. Память этой женщины хранила события столь трагические и необычайные, что если бы она болтала еще десятки лет рассказы ее все равно не могли бы утратить интереса для ее приятельниц.</p>
     <p>— Да, не ребенок, а золото, — повторила Сара. — И никогда он не капризничал. Посадишь его, бывало, на солнышке, и он сидит часами — пока не проголодается, его не слышно. А какой сильный! Сожмет что-нибудь в руках, так не вырвешь у него, как у взрослого мужчины. Помню, когда ему было от роду всего несколько часов, он так вцепился в меня ручонками, что я вскрикнула от испуга. На редкость здоровый был ребенок. Спал, ел, рос и никогда никого не беспокоил. Ни разу не бывало, чтобы он хоть одну минуту мешал нам спать по ночам, — даже когда у него резались зубы.</p>
     <p>Маргарет все качала его на коленях и спрашивала, был ли когда-нибудь другой такой красавчик во всех трех королевствах.</p>
     <p>А как быстро он рос! Это, наверное, оттого, что он так много ел. К году Сэмми был уже ростом с двухлетнего. Только ходить и говорить долго не начинал. Издавал горлом какие-то звуки и ползал на четвереньках, — больше ничего. Но при таком быстром росте этого можно было ожидать. Он становился все здоровее и крепче. Даже старый Том Хэнен и тот веселел, глядя на него, и твердил, что другого такого мальчонки не сыщешь во всем Соединенном Королевстве.</p>
     <p>Доктор Холл первый заподозрил неладное. Я отлично это помню, хотя, правда, тогда мне и в голову не приходило, что у доктора такие подозрения. Как-то раз я заметила, что он держит у Сэмми перед глазами разные вещи и кричит ему в уши то громче, то тише, то отойдет от него подальше, то ближе подойдет. Потом, уходя, наморщил брови и покачал головой, как будто ребенок болен. Но я готова была поклясться, что Сэмми вполне здоров, ведь я же видела, как он ест и как быстро растет. Доктор Холл не сказал Маргарет ни слова, и я никак не могла понять, чем он так озабочен.</p>
     <p>Помню, как маленький Сэмми в первый раз заговорил. Ему было уже два года, а по росту он сошел бы за пятилетнего. Только с ходьбой у него дело не ладилось, все еще ползал на четвереньках. Всегда он был веселый и довольный, никому не надоедал, если его вовремя кормили. А ел он очень уж часто. Помню, я развешивала во дворе белье, а Сэмми вылез из дому на четвереньках, мотает своей большой головой и жмурится на солнце. И вдруг заговорил. Я чуть не умерла со страху — и тут только поняла, почему доктор Холл ушел тогда такой расстроенный. Да, Сэмми заговорил! Никогда еще ни у одного ребенка на острове не было такого громкого голоса. Я вся дрожала. Сэмми ревел по-ослиному! Понимаете, сэр, ревел совершенно так, как осел, громко и протяжно, так что, казалось, у него того и гляди лопнут легкие.</p>
     <p>Сэмми был идиот, страшный, здоровенный идиот, настоящее чудовище. После того как он заговорил, доктор Холл сказал об этом Маргарет, но она не хотела верить и твердила, что это пройдет, что это от слишком быстрого роста. «Погодите, дайте срок, — говорила она. — Погодите, увидите!»</p>
     <p>Но старый Том Хэнен понял, что доктор прав, и с тех пор уже не поднимал головы. Он не выносил идиота и не мог заставить себя хотя бы прикоснуться к нему. Но при этом, надо вам сказать, его словно притягивала к Сэмми какая-то таинственная сила. Я не раз видела, как он наблюдал за ним из-за угла, — смотрит, смотрит, и глаза у него чуть на лоб не лезут от ужаса. Когда идиот начинал реветь по-ослиному, старый Том затыкал уши, и такой у него был несчастный вид, что просто жалко было смотреть.</p>
     <p>А ревел Сэмми здорово! Он только это и умел — реветь и есть, да рос как на дрожжах. Бывало, проголодается и начнет орать, и унять его можно было только кормежкой. По утрам он всегда выползал за порог кухни, смотрел, жмурясь, на солнце и ревел, из-за этого рева ему и конец пришел.</p>
     <p>Я очень хорошо помню, как все это случилось. Сэмми было уже три года, а на вид ему можно было дать десять. С Томом творилось что-то неладное, и чем дальше, тем хуже. Ходит, бывало, в поле и все что-то бормочет, разговаривает сам с собой. В то утро он сидел на скамейке у дверей кухни и прилаживал ручку к мотыге, а идиот незаметно вылез во двор и, по обыкновению, заревел, глядя на солнце. Вижу, старый Том вздрогнул и уставился на него. А тот мотает себе большой башкой, жмурится и ревет, как осел. Тут Том не выдержал. На него вдруг что-то нашло: как вскочит да как треснет идиота рукояткой мотыги по голове, и еще раз, и еще — все бил, бил, будто перед ним бешеная собака. Потом пошел на конюшню и повесился на балке.</p>
     <p>После этого я не хотела оставаться у них в доме и перебралась к своей сестре, той, которая замужем за Джоном Мартином. Они хорошо живут.</p>
     <p>Я сидел на скамейке перед кухонной дверью и смотрел на Маргарет Хэнен, а она мозолистым пальцем уминала горящий табак в трубке и смотрела на окутанные сумраком поля. Это была та самая скамейка, на которой сидел Том в последний, страшный день своей жизни. А Маргарет сидела на пороге, где рожденное ею чудовище так часто грелось на солнце и, мотая головой, ревело по-ослиному. Мы беседовали вот уже около часа. Маргарет отвечала мне все с тем же неторопливым спокойствием человека, уверенного, что у него впереди вечность, — спокойствием, которое так шло к ней. Но я, хоть убейте, не мог угадать, какие побуждения скрывались в темной глубине этой души. Была ли она мученицей за правду, могла ли она поклоняться столь абстрактной святыне? Может быть, в тот далекий день, когда эта женщина назвала своего первенца Сэмюэлом, она служила абстрактной истине, которая представлялась ей высшей целью человеческих стремлений?</p>
     <p>Или в ней попросту говорило слепое животное упорство, упорство заартачившейся лошади? Тупое своеволие крестьянки? Что это было — каприз, фантазия? Единственный заскок ума, во всем остальном очень здравого и трезвого? Или, напротив, в ней жил дух Джордано Бруно? Может быть, она упорствовала потому, что была убеждена в своей правоте? Может быть, с ее стороны это была стойкая и сознательная борьба против суеверия? Или, — мелькнула у меня более хитроумная догадка, — быть может, она сама была во власти какого-то глубокого и сильного суеверия, особого рода фетишизма, альфой и омегой которого было это загадочное пристрастие к имени Сэмюэл?</p>
     <p>— Вот вы сами скажите, — говорила мне Маргарет. — Неужели, если бы я своего второго Сэмюэла назвала Лэрри, так он не упал бы в кипяток и не захлебнулся бы? Между нами говоря, сэр (вы, я вижу, человек умный и образованный), — разве имя может иметь какое-нибудь значение? Разве, если бы его звали Лэрри или Майкл, у нас в тот день не было бы стирки и он не мог бы упасть в котел? Неужели кипяток не был бы кипятком и не ошпарил бы ребенка, если бы ребенок назывался не Сэмюэл, а как-нибудь иначе?</p>
     <p>Я согласился, что она рассуждает правильно, и Маргарет продолжала:</p>
     <p>— Неужели такой пустяк, как имя, может изменить волю господа? Выходит, что миром правит случай, а бог — слабое, капризное существо, которое может изменить человеческую судьбу только из-за того, что какой-то червь земной, Маргарет Хэнен, вздумала назвать своего ребенка Сэмюэлом? Вот, например, мой сын Джэми не хотел принять на свое судно одного матроса, финна, — и знаете, почему? Он верит, что финны могут накликать дурную погоду. Как будто они распоряжаются ветрами! Что вы на это скажете? Вы тоже думаете, что господь, посылающий ветер, склонит голову сверху и станет слушать какого-то вонючего финна, который сидит на баке грязной шхуны?</p>
     <p>Я сказал:</p>
     <p>— Ну, конечно, нет.</p>
     <p>Но Маргарет непременно хотела развить свою мысль до конца.</p>
     <p>— Неужели вы думаете, что бог, который управляет движением звезд, которому весь наш мир — только скамеечка для ног, пошлет назло какой-то Маргарет Ханен большую волну у мыса Доброй Надежды, чтобы смыть ее сына на тот свет, — и все только за то, что она окрестила его Сэмюэлом?</p>
     <p>— А почему непременно Сэмюэлом? — спросил я.</p>
     <p>— Не знаю. Так мне хотелось.</p>
     <p>— Но отчего?</p>
     <p>— Ну, как я могу объяснить вам это? Может ли хоть один человек из всех, кто живет или жил на земле, ответить на такой вопрос? Кто знает, почему нам одно любо, а другое — нет? Мой Джэми, например, большой охотник до сливок. Он сам говорит, что готов их пить, пока не лопнет. А Тимоти с детства терпеть не может сливки. Я вот люблю грозу, люблю слушать, как гремит, а моя Кэти при каждом ударе грома вскрикивает, и вся трясется, и залезает с головой под перину. Никогда я не слыхала ответа на такие «почему». Один бог мог бы ответить на них. А нам с вами, простым смертным, знать это не дано. Мы знаем только, что нам нравится, а что — нет. Нравится — и все. А объяснить, почему, ни один человек не может. Мне вот нравится имя Сэмюэл, очень нравится. Это красивое имя и звучит чудесно. В нем есть какая-то удивительная прелесть.</p>
     <p>Сумерки сгущались. Мы оба молчали, и я смотрел на этот прекрасный лоб, красоту которого даже время не могло испортить, на широко расставленные глаза, ясные, зоркие, словно вбиравшие в себя весь мир. Маргарет встала, давая мне понять, что пора уходить.</p>
     <p>— Вам темно будет возвращаться. Да и дождик вот-вот хлынет, — небо все в тучах.</p>
     <p>— А скажите, Маргарет, — спросил я вдруг, неожиданно для самого себя, — вы ни о чем не жалеете?</p>
     <p>С минуту она внимательно смотрела на меня.</p>
     <p>— Жалею, что не родила еще одного сына.</p>
     <p>— И вы бы его… — начал я и запнулся.</p>
     <p>— Да, конечно, — ответила она. — Я бы дала ему то же имя.</p>
     <p>Я шагал в темноте по дороге, обсаженной кустами боярышника, думал обо всех этих «почему» и то про себя, то вслух повторял имя «Сэмюэл», вслушиваясь в это сочетание звуков, ища в нем «удивительную прелесть», которая пленила Маргарет и сделала жизнь ее такой трагической. «Сэмюэл». Да, в звуке этого имени было что-то чарующее. Несомненно, было!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Черепахи Тасмана</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Клянусь черепахами Тасмана</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>На лице Фредерика Траверса лежала печать порядочности, аккуратности и сдержанности. Это было резко очерченное, волевое лицо человека, привыкшего к власти и пользовавшегося ею мудро и осторожно. Морщины на его чистой и здоровой коже не были следами порока. Они свидетельствовали о честно прожитой жизни, о напряженном, самоотверженном труде, и только. Ясные голубые глаза, густые, тронутые сединой каштановые волосы, разделенные аккуратным пробором и зачесанные вбок над высоким выпуклым лбом, — весь внешний облик этого человека говорил о том же. Он был подтянут и тщательно одет; легкий, практичный костюм как нельзя лучше шел этому человеку, находившемуся в расцвете сил, но в то же время не был крикливым, не подчеркивал, что его обладатель является владельцем многих миллионов долларов и огромного имущества.</p>
      <p>Фредерик Трэверс ненавидел все показное. Машина, ожидавшая его у подъезда, была скромного черного цвета. Это была самая дорогая машина в округе, но он отнюдь не был склонен хвастаться ее ценой или мощностью мотора и пускать пыль в глаза всему краю, который почти целиком, от песчаных дюн и неумолчного тихоокеанского прибоя, тучных долин и нагорных пастбищ до далеких вершин, окутанных туманом и облаками и поросших ценными породами деревьев, тоже принадлежал ему.</p>
      <p>Шорох юбок заставил его резко обернуться. Чувствовалось, что он немного раздражен. Но поводом к этому было вовсе не появление дочери. Что бы там ни было, но, казалось, источник раздражения лежал на столе, за которым он сидел.</p>
      <p>— Повтори, пожалуйста, это странное имя, — попросила дочь. — Никак не могу его запомнить. Видишь, я принесла блокнот, чтобы записать…</p>
      <p>Она была высокой, хорошо сложенной, белокожей молодой женщиной. В ее низком, бесстрастном голосе, в спокойной манере держаться чувствовалась та же привычка к порядку и сдержанности.</p>
      <p>Фредерик Трэверс стал разглядывать подпись на одном из двух писем, лежавших на столе.</p>
      <p>— Бронислава Пласковейцкая-Трэверс, — прочел он, потом по буквам продиктовал первую, трудную часть фамилии.</p>
      <p>— Так вот, Мэри, — добавил он, — помни, что Том всегда был легкомысленным человеком, и ты не должна подходить к его дочери с обычной меркой. Уже одно имя ее… э… как бы это сказать… приводит в замешательство. Я не видел Тома много лет, а что касается ее…</p>
      <p>Он пожал плечами и больше уже не говорил о своих сомнениях. Потом он улыбнулся и попытался обратить все в шутку.</p>
      <p>— Но так или иначе, они тебе родственники, как и мне. Раз он мой брат, значит, тебе он приходится дядей. И если она моя племянница, то вы кузины.</p>
      <p>Мэри кивнула.</p>
      <p>— Не беспокойся, папа. Я буду ласкова с ней, бедняжечкой. Какой национальности была ее мать? Дать дочери такое ужасное имя!</p>
      <p>— Не знаю. Русская, или полька, или испанка, или что-то в этом роде. В этом весь Том… Она была актрисой или певичкой… Не помню точно. Они познакомились в Буэнос-Айресе и тайно бежали. Ее муж…</p>
      <p>— Так она была замужем!</p>
      <p>Удивление и испуг, прозвучавшие в голосе Мэри, были такими неподдельными и неожиданными, что раздражение, которое испытывал ее отец, стало более заметным. Он вовсе не хотел пугать ее. Просто сорвалось с языка.</p>
      <p>— Конечно, потом она получила развод. Мне не известны подробности. Ее мать умерла в Китае… Хотя нет, на Тасмании. А вот в Китае Том…</p>
      <p>Он так быстро закрыл рот, что губы издали нечто вроде щелчка. Нет, больше он не проговорится. Мэри помедлила немного и пошла к двери. Здесь она задержалась.</p>
      <p>— Я велела приготовить для нее комнаты над цветником, где розы… — сказала она. — Пойду еще раз погляжу, все ли в порядке.</p>
      <p>Фредерик Трэверс снова повернулся к столу, чтобы убрать письма, но потом передумал и внимательно перечитал их.</p>
      <empty-line/>
      <p>«Дорогой Фред!</p>
      <p>Давно уже я не был так близко от родных мест, и мне вдруг захотелось заглянуть домой. К сожалению, мой юкатанский «прожект» прогорел (кажется, я тебе о нем писал), и я, по обыкновению, остался без гроша за душой. Не можешь ли ты подбросить мне что-нибудь на дорогу? Хотелось бы приехать в первом классе. Да, кстати, Полли со мной. Интересно, как вы с ней поладите?</p>
      <p>Том.</p>
      <p>P. S. Если это тебя не затруднит, пришли деньги со следующей почтой».</p>
      <empty-line/>
      <p>Другое письмо, как ему показалось, было написано странным, неанглийским почерком, но явно женской рукой.</p>
      <empty-line/>
      <p>«Дорогой дядя Фред!</p>
      <p>Папа не знает, что я пишу вам. Он рассказал мне, о чем написал. Это неправда. Он хочет вернуться, чтобы умереть дома. Он не знает об этом, но я говорила с врачами. И ему приходится ехать домой, потому что у нас нет денег. Мы живем в душных меблированных комнатушках, и здесь не место для папы. Всю жизнь он помогал другим, и теперь пора помочь ему. Его юкатанский «прожект» не прогорел. Он вложил в это дело все, что имел, но его попросту ограбили. Он не мог действовать теми же средствами, что дельцы из Нью-Йорка. Этим объясняется все, и я горжусь им.</p>
      <p>Он все смеется надо мной и говорит, что я никогда не смогу поладить с вами. Но я не согласна с ним. И потом, я никогда в жизни не видела ни одного настоящего кровного родственника, а ведь у вас есть дочь. Подумать только! Настоящая живая кузина! В ожидании встречи</p>
      <p>Ваша племянница, Бронислава Пласковейцкая-Трэверс.</p>
      <p>P. S. Деньги лучше выслать телеграфом, а то вы можете совсем не увидеть папы. Он даже не подозревает, насколько серьезно болен, и если встретит старых друзей, то опять затеет какое-нибудь сумасшедшее предприятие. Он уже начинает поговаривать об Аляске. Говорит, что она вышибет из него все болячки. Вы извините меня, но я вынуждена сообщить вам, что нам предстоит заплатить за пансион, иначе мы приедем без багажа.</p>
      <p>Б.П.-Т.»</p>
      <empty-line/>
      <p>Фредерик Трэверс открыл дверцу большого, встроенного в стену сейфа и аккуратно сложил письма в отделение под табличкой «Томас Трэверс».</p>
      <p>— Бедный Том! Бедный Том! — сказал он со вздохом.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>Большой автомобиль стоял у вокзала, и Фредерик Трэверс был взволнован, как это случалось с ним всякий раз, когда он слышал далекий гудок паровоза, спускавшегося в долину Айзек Трэверс-ривер. Айзек Трэверс первым из всех направлявшихся на запад белых людей увидел эту великолепную долину, ее богатые рыбой воды, ее плодородные долы и покрытые девственным лесом склоны. А увидев, он вцепился в нее и уже не выпускал из рук.</p>
      <p>«Бедолага», — говорили о нем, когда время массового заселения новых земель еще не пришло. Это было в те времена, когда здесь поистощилось золотишко, но еще не было ни дорог, ни буксиров, чтобы перетаскивать суда через опасное мелководье, и его одинокая мельница молола пшеницу под охраной вооруженных стражей, отражавших разбойные наскоки индейцев-кламатов.</p>
      <p>Каков отец, таков и сын, и то, что Айзек Трэверс захватил, Фредерик Трэверс удержал. У него была та же цепкая хватка. И оба они были прозорливы. Оба предвидели преображение Крайнего Запада, строительство железной дороги и нового города на тихоокеанском побережье.</p>
      <p>Паровозный гудок взволновал Фредерика Трэверса еще и потому, что эта железная дорога была делом его рук. Отец его до самой смерти страстно мечтал о том, чтобы проложить дорогу через горы, но строительство каждой мили такой дороги стоило не менее сотни тысяч долларов. Он, Фредерик, осуществил мечту отца. Ради железной дороги он работал ночами, подкупал газеты, ввязывался в политические интриги, субсидировал партийные машины и не раз на свой страх и риск ездил обивать пороги у железнодорожных магнатов Востока. Весь округ знал, сколько миль его земли попало в полосу отчуждения железной дороги, но никому в округе и во сне не могло присниться, как много долларов было истрачено на поручительства и приобретение железнодорожных бумаг. Он немало сделал для своего округа, и железная дорога была его последним и самым большим достижением, венцом его деятельности, важным и удивительным делом, завершенным чуть ли не вчера. Железная дорога работала каких-нибудь два года, но дивиденды уже были не за горами, а это являлось высшим доказательством его дальновидности и рассудительности. Не за горами была и более высокая награда. Поговаривали, что имя следующего губернатора Калифорнии будет «Фредерик А. Трэверс».</p>
      <p>Двадцать лет прошло с тех пор, как он в последний раз видел своего старшего брата, да и то после десятилетнего перерыва. Он хорошо помнил ту ночь. Только Том мог рискнуть войти ночью в мелководное устье реки, и в тот раз, подгоняемый крепчавшим зюйд-остом, после заката солнца он провел свою шхуну через мелководье и еще до рассвета ушел обратно. И никакого предупреждения о своем приезде: в полночь стук копыт, взмыленная лошадь на конюшне, и Том явился, по словам матери, не стерев с лица брызг соленой морской воды. Он пробыл дома только час и умчался на свежей лошади. Порывисто хлестал по стеклам ливень, в ветвях секвой стонал крепкий ветер, да и самый приезд его остался в памяти, как внезапный и сильный шквал, налетевший из диких просторов.</p>
      <p>Неделей позже, пробившись сквозь бурю и мели, прибыло сторожевое таможенное судно «Медведь», а в местной газете появилась заметка, и в ней были высказаны предположения относительно выгрузки большой партии опиума и о тщетных поисках таинственной шхуны «Зимородок». Только Фред, его мать да кое-кто из местных индейцев знали о спрятанной в конюшне лошади, которую потом тайком, окольным путем отвели назад в рыбачью деревушку на побережье.</p>
      <p>Несмотря на то, что прошло двадцать лет, из пульмановского спального вагона вышел все тот же Том. Брату он не показался больным. Постарел, конечно. Из-под панамы выбивались седые волосы, и, несмотря на еле уловимую старческую сутулость, могучие плечи его были все еще широки и прямы. При виде же молодой женщины, приехавшей с братом, Фредерика Траверса вдруг охватило чувство неприязни. Оно было смутным, но довольно ощутимым. Смешно и нелепо, но виной тому было ее отлично сшитое полотняное платье заграничного покроя, вызывающе яркая полосатая блузка, черные непокорные волосы и щегольской пучок маков на соломенной широкополой шляпе. Возможно, его смутила ее броская, яркая внешность: черные глаза и брови, пламенный румянец на щеках, ослепительный блеск ровных зубов, которые она показывала слишком охотно. «Избалованный ребенок», — едва успел подумать он, но брат уже держал его за руку и знакомил с племянницей.</p>
      <p>Первое неприятное впечатление подтвердилось. У нее была броская манера говорить, и она жестикулировала. Он не мог не отметить, что у нее очень маленькие руки. Они до смешного малы. Опустив глаза, он увидел такие же маленькие ноги. Не обращая внимания на толпу любопытных, собравшихся на станционной платформе, она остановила Фредерика Траверса, направившегося было к своему автомобилю, и попросила братьев стать рядом. Улыбавшийся Том подчинился с шутливой покорностью, но его младший брат под взглядами своих сограждан чувствовал себя чрезвычайно неловко. Он признавал только привычную пуританскую манеру поведения. Изъявление родственных чувств было частным семейным делом, а не публичным зрелищем. Хорошо, что она не вздумала поцеловать его. Странно, что она не сделала этого. От нее можно ожидать чего угодно.</p>
      <p>Она обняла братьев, заглянула к ним в души сияющим взглядом и словно увидела все, что было у них скрытого, спрятанного, не лежащего на виду.</p>
      <p>— А вы действительно братья! — воскликнула она, всплеснув руками. — Это всякий скажет. И все-таки есть различие… Я не знаю только в чем… Это трудно объяснить.</p>
      <p>По правде говоря, воздержавшись от объяснения, она проявила такт, до которого было далеко привычно-снисходительной сдержанности Фредерика Траверса. С зоркостью, присущей художникам, она сразу заметила существенное различие. Внешне они были похожи, черты их лиц безошибочно говорили о том, что они из одного рода, одной семьи, и на этом сходство кончалось. Том был выше дюйма на три, и у него были совершенно седые, длинные, как у викинга, усы. Нос орлиный, как и у брата, но покрупнее, а глаза определенно орлиные. Морщины на лице глубже, скулы покруче, щеки более впалые, загар потемнее. Это было лицо очень энергичного человека. И в преклонные годы оно оставалось живым и подвижным. Только у уголков глаз было больше морщинок, а в самих глазах читался характер более твердый, чем у младшего брата. По манере держать себя Фредерик был буржуа, а в непринужденной осанке Тома ощущалось что-то яркое, оригинальное. В них обоих текла одна и та же кровь пионера Айзека Трэверса, только перегнали ее в различных ретортах. Фредерик был таким, каким и следовало быть потомку Айзека, в Томе же чувствовалось что-то необъятное, неуловимое, что-то не присущее роду Трэверсов. И это заметила и поняла в один миг черноглазая девушка. Все, что было непонятного в этих двух людях и их взаимоотношениях, прояснилось в то мгновение, когда она увидела их рядом друг с другом.</p>
      <p>— Как во сне, — говорил Том. — Не верится, что я приехал на поезде. А сколько народу! Тридцать лет тому назад здесь жило всего четыре тысячи человек.</p>
      <p>— А теперь шестьдесят тысяч, — ответил брат. — И с каждым днем становится все больше. Не хотите ли посмотреть город? У нас много времени.</p>
      <p>Пока они ехали по широким, хорошо мощенным улицам, Том все разыгрывал из себя Рипа Ван Винкля <a l:href="#n_857" type="note">[857]</a>, очнувшегося после многолетнего сна. Увидев порт, он поразился. Там, где когда-то якорь его шлюпа ушел футов на десять в воду, он нашел твердую землю и железнодорожные пути, а причалы и верфи выдвинулись еще дальше в море.</p>
      <p>— Погодите! Остановитесь! — воскликнул он, проехав несколько кварталов и увидев массивные здания. — Где мы, Фред?</p>
      <p>— Четвертый квартал, разве ты забыл?</p>
      <p>Том встал и оглядел все кругом, пытаясь распознать очертания местности под нагромождением зданий.</p>
      <p>— Я… мне кажется… — начал он неуверенно. — Нет, я уверен в этом. Здесь мы обычно охотились на кроликов и стреляли в зарослях серых дроздов. А там, где сейчас стоит здание банка, был пруд. — Он обернулся к Полли. — Там я построил свой первый плот и впервые хлебнул водички.</p>
      <p>— Один бог ведает, сколько ты ее потом нахлебался, — сказал, засмеявшись, Фредерик и кивнул шоферу. — Пожалуй, не меньше бочки.</p>
      <p>— Куда там! Больше! — кричала Полли, хлопая в ладоши.</p>
      <p>— А там парк, — сказал немного погодя Фредерик, показывая на лесной массив, раскинувшийся на ближнем склоне одного из больших холмов.</p>
      <p>— Однажды отец застрелил там трех гризли, — заметил Том.</p>
      <p>— Я подарил городу сорок акров этой земли, — продолжал Фредерик. — Отец купил этот участок у Лероя по доллару за акр.</p>
      <p>Том кивнул. Как и у дочери, глаза у него загорелись — подобного огня в глазах его брата не появлялось никогда.</p>
      <p>— Да, — подтвердил он, — у негра Лероя, что был женат на индианке. Я помню, как он тащил нас с тобой на своем горбу в деревню к дружественному племени в ту ночь, когда индейцы сожгли ранчо, а отец остался и отстреливался.</p>
      <p>— Но ему не удалось спасти мельницу. Это сильно подорвало его дела.</p>
      <p>— И все же четырех индейцев он уложил. В глазах у Полли появился тот же огонек.</p>
      <p>— Он сражался с индейцами! — воскликнула она. — Расскажите мне о нем.</p>
      <p>— Расскажи ей о Переправе Траверса, — попросил Том.</p>
      <p>— Это была переправа через реку Кламат на пути в Орлеанз Бар и Сискию. В то время там велись большие разработки, и отец, кроме всего прочего, обосновался в тех местах. К тому же на речных террасах была очень плодородная земля. Он построил подвесной мост, доставил с побережья строительные материалы и матросов, и они сплели канаты на месте. Это обошлось ему в двадцать тысяч долларов. В первый же день по мосту прошло восемьсот мулов, отец получил по доллару с головы, кроме того, он брал деньги с каждого всадника и пешехода. Но в ту же ночь река вышла из берегов. Мост был футов на сто сорок выше нормального уровня реки. И все же в паводок вода поднялась еще выше и смыла мост. А то бы отец сразу разбогател.</p>
      <p>— Да я совсем не об этом, — нетерпеливо заговорил Том. — Именно там, на Переправе Траверса, на отца и старого Джейкоба Ванса напала шайка индейцев с Бешеной Речки. Они убили старого Джейкоба как раз у самой бревенчатой хижины. Отец втащил тело внутрь и отстреливался от индейцев целую неделю. Отец был неплохим стрелком. Он похоронил Джейкоба под полом хижины.</p>
      <p>— Я до сих пор еще держу переправу, — продолжал Фредерик, — хотя теперь там не так оживленно, как в старые времена. Я отправляю грузы в фургонах до Резервации, потом на мулах вверх по Кламату, вплоть до притоков Малого Лосося. По дороге на Резервацию у меня теперь двенадцать подстав, а там у меня гостиница. Обслуживание туристов начинает приносить доход.</p>
      <p>И девушка с любопытством и задумчиво глядела го на одного, то на другого, пока братья так по-разному говорили о себе и о жизни.</p>
      <p>— Да, отец был настоящий человек, — пробормотал Том.</p>
      <p>Он сказал это таким вялым тоном, что дочь бросила на него быстрый взгляд, полный беспокойства. Машина повернула к кладбищу и остановилась у массивного склепа на вершине холма.</p>
      <p>— Я думал, тебе захочется побывать здесь, — сказал Фредерик. — Мне пришлось построить большую часть этого мавзолея собственными руками. Мать хотела, чтобы отца похоронили достойно, а имущество было страшно обременено долгами. Я торговался с подрядчиками, но они запросили за постройку не менее одиннадцати тысяч. А мне он обошелся в восемь тысяч с небольшим.</p>
      <p>— Ты, должно быть, работал по ночам, — восхищенно пробормотал Том. Голос у него был совсем сонный.</p>
      <p>— Работал, Том, и не одну ночь. При свете фонаря. А дел было по горло. Я тогда реконструировал водоснабжение (с артезианскими колодцами ничего не вышло), и мать мучилась с глазами. Помнишь, я писал тебе, у нее была катаракта. Она была так слаба, что не могла поехать к врачам, и я вызвал специалистов из самого Сан-Франциско. Да, работы было по горло. Я как раз ликвидировал убыточную пароходную линию до Сан-Франциско, которую основал отец, и мне приходилось выплачивать проценты по закладной на сумму сто восемьдесят тысяч долларов.</p>
      <p>Он замолчал, услышав тихий храп. Том спал, опустив голову на грудь. Полли многозначительно посмотрела на дядю. Потом отец ее беспокойно заворочался и поднял отяжелевшие веки.</p>
      <p>— Чертовски жаркий день, — сказал он с виноватой улыбкой. — Я, кажется, заснул. Нам еще далеко?</p>
      <p>Фредерик кивнул шоферу, и машина тронулась.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Дом, который Фредерик Трэверс построил, став состоятельным человеком, был большим и дорогим, комфортабельным и удобным, лучшим загородным домом во всем округе. И порядки в нем вполне соответствовали характеру хозяев. Но после приезда брата все в доме переменилось. Спокойному и размеренному образу жизни пришел конец. Фредерик чувствовал себя не в своей тарелке. Началась непривычная суматошная жизнь, заведенный порядок и традиции были нарушены. Садились за стол, когда хотели. Иногда среди ночи разогревали ужин, в самые неподходящие часы суток вдруг раздавались взрывы смеха.</p>
      <p>Фредерик был воздержанным человеком. Самое большое безрассудство, которое он мог позволить себе, — это стакан вина за обедом. Он выкуривал три сигары в день и делал это либо на широкой веранде, либо в курительной комнате. Для чего же еще существует курительная комната? Сигареты вызывали у него отвращение. А брат его то и дело сворачивал тонкие сигареты и курил их, где придется. Большое удобное кресло, в котором он любил сидеть, и подушки диванов были усыпаны табачной крошкой. И потом эти коктейли! Воспитанный в строгом духе Айзеком и Элизой Трэверс, Фредерик считал употребление спиртных напитков в доме просто неприличным. Именно за это господь покарал древние города. А Том перед ленчем и обедом неизменно смешивал бесчисленное множество разных коктейлей, причем с помощью Полли, которая поощряла его возлияния. Она поистине была знатоком приготовления этих сногсшибательных смесей, рецепты которых она изучила бог знает где. Временами Фредерику казалось, что его буфетная и столовая превратились в бары. Когда он вроде бы в шутку сказал об этом Тому, тот заявил, что если бы ему удалось сколотить состояние, он завел бы по винному погребку в каждой комнате дома.</p>
      <p>В доме стало бывать гораздо больше молодых людей, чем раньше, и они помогали разделываться с коктейлями. Фредерик рад был бы объяснить их посещение именно этим обстоятельством, но он знал истинную причину. Брат и его дочь сделали то, что не могли сделать ни он сам, ни Мэри. Они притягивали людей, словно магниты. Вокруг них всегда были юность, радость, смех. Дом заполнила молодежь. В любое время дня и ночи на усыпанных гравием подъездных аллеях гудели автомобили. В теплые летние дни устраивались пикники и экскурсии, в лунные ночи катание на яхтах по заливу, иногда все уходили перед рассветом и возвращались за полночь, и часто в доме ночевало столько народу, как никогда раньше. Тому надо было посетить все места, где он бродяжил мальчишкой, поймать форель в Булл-Крике, подстрелить перепелку в прерии Уолкотта, добыть оленя на горе Раунд. Когда Фредерик думал об этом олене, ему было стыдно и больно. А что, если сезон кончился? Торжествующий Том привез оленя домой и нарек его сухопутным лососем, когда его подали к столу Фредерика.</p>
      <p>Они устраивали пикники на морском берегу у самой пены ревущего прибоя, варили различные кушанья из мидий и других моллюсков. Однажды Том без всякого зазрения совести стал рассказывать о «Зимородке», о контрабанде и вдруг при всех спросил Фредерика, как ему удалось провести к рыбакам их лошадь и не засыпаться.</p>
      <p>Все молодые люди словно сговорились с Полли и баловали Тома, исполняя любую его прихоть. Они рассказали Фредерику, как действительно был убит олень, как они купили его в переполненном заповеднике Золотых Ворот, как доставили его в клетке сначала на поезде, а потом на лошадях и мулах в девственные леса горы Раунд, как Том уснул в засаде у оленьей тропы, когда первый раз выпустили оленя, как молодые люди, загоняя лошадей, пробираясь сквозь заросли и падая, настигли и связали оленя в Бэрнт Рэнч Клиэринг и наконец как все ликовали, когда выпустили оленя во второй раз и Том свалил его с расстояния ярдов в пятьдесят. От всего этого на душе Фредерика было нехорошо. Разве ему когда-нибудь оказывали подобное внимание?</p>
      <p>Бывали дни, когда Том не мог выходить на улицу и эскапады на вольном воздухе откладывались. Но и тогда он оставался в центре внимания. Том дремал в большом кресле. Изредка пробуждаясь, он непринужденно шутил, скручивал сигарету и просил принести укулеле — что-то вроде миниатюрной гитары, изобретенной португальцами. Потом, небрежно положив зажженную сигарету прямо на полированную поверхность стола, он, бренча и постукивая, начинал напевать своим сочным баритоном хулы южных морей и веселые французские или испанские песенки.</p>
      <p>Одна из них поначалу особенно нравилась Фредерику. Том объяснил, что это любимая песня таитянского короля — последнего из Помаре, который сам сочинил ее и имел обыкновение часами лежать на циновках и напевать. Она состояла из нескольких повторявшихся слогов: «Э меу ру ру а вау», — но они звучали величественно, протяжно, каждый раз по-новому, под аккомпанемент торжественных звуков, извлекаемых из укулеле.</p>
      <p>Полли с великой радостью научила этой песенке дядю, но когда он сам попытался блеснуть в общем веселье и запел ее, то заметил, что некоторые слушатели сначала прятали улыбки, а потом стали хихикать и наконец разразились смехом. К своему ужасу, он узнал, что повторяющаяся вновь и вновь простенькая фраза означала не что иное, как «Я так пьян». Из него сделали посмешище. Вновь и вновь, торжественно и горделиво он, Фредерик Трэверс, возглашал, как он пьян. И потом всякий раз, когда ее запевали, он незаметно выходил из комнаты. И даже когда Полли объяснила ему, что последнее слово означает «счастлив», а не «пьян», он все равно не мог успокоиться, потому что ей пришлось признать, что старый король и в самом деле был пьяницей и распевал эту песенку, когда был навеселе.</p>
      <p>Фредерика все время угнетало чувство, будто он чужой в своем собственном доме. Он был общительный человек и любил развлечения, но, разумеется, более здоровые и достойные, чем те, которым предавался его брат. Он не мог понять, почему прежде молодые люди считали его дом скучным и никогда не посещали его, за исключением тех случаев, когда здесь устраивались какие-либо торжества или официальные приемы, теперь же они все бывали в его доме, но приходили они не к нему, а к брату. Не мог он примириться и с тем, что молодые женщины вели себя с братом весьма непринужденно и звали его запросто — Томом. Невыносимо было глядеть, как они, притворно сердясь, крутили и дергали его пиратские усы, когда до них доходил смысл его иногда слишком рискованных, хотя и добродушных шуток.</p>
      <p>Такое поведение оскверняло память Айзека и Элизы Трэверс. К тому же в доме слишком часто пировали. Стол никогда не сдвигался, а на кухню пришлось взять еще одну кухарку. Завтрак, затягивающийся до одиннадцати, ужины ночью, налеты на буфетную, жалобы слуг — все это раздражало Фредерика. Будто ресторан или гостиница, с горькой усмешкой говорил он себе и временами испытывал жгучее желание топнуть ногой и возродить старые порядки. Но он как-то все не мог выйти из-под власти чар своего обаятельного брата; иногда он взирал на него почти с чувством благоговейного трепета. Фредерик старался познать секрет очарования, и его приводили в смятение и блеск глаз брата и его мудрость, почерпнутая в скитаниях по дальним странам с бурные ночи и дни, оставившие свой след на его лице.</p>
      <p>Что же это такое? Какие чудесные видения являлись ему, беспечному? Фредерик вспомнил строчку из старинной песни: «Он идет сияющей дорогой». Почему, думая о брате, он вспомнил эту строчку? А вдруг и вправду он, который в детстве просто не знал никаких законов, а когда подрос, наплевал на них, нашел эту сияющую дорогу?</p>
      <p>Такая несправедливость угнетала Фредерика, пока он не нашел утешения в мысли, что жизнь Тому в общем-то не удалась. И в такие дни он несколько успокаивался и тешил свое тщеславие тем, что показывал Тому свои владения.</p>
      <p>— Ты неплохо поработал, Фред, — говаривал Том. — Ты хорошо поработал.</p>
      <p>Он говорил это часто и часто засыпал в большой, плавно идущей машине.</p>
      <p>— Кругом порядок и стерильная чистота, все новенькое, как с иголочки. Каждая травинка на своем месте, — заметила Полли. — Как вам это удается? Не хотела бы я быть травинкой на вашей земле, — заключила она, едва заметно передернув плечами.</p>
      <p>— Тебе немало пришлось поработать, — сказал Том.</p>
      <p>— Да, поработал я немало, — согласился Фредерик. — Но дело стоило того!</p>
      <p>Он собирался сказать что-то еще, но, заметив странное выражение глаз девушки, почувствовала себя неловко и промолчал. Он чувствовал, что она оценивает его, бросает ему вызов. Впервые его почетная работа по созданию благосостояния округа была поставлена под сомнение и кем — какой-то девчонкой, дочерью расточителя, ветреным созданием иностранного происхождения.</p>
      <p>Конфликт между ними был неизбежен. Он невзлюбил ее с первого взгляда. Даже если она молчала, уже само ее присутствие стесняло его. Он постоянно чувствовал ее молчаливое неодобрение, но иногда она не ограничивалась этим. И говорила без обиняков. Она высказывалась откровенно, по-мужски, хотя ни один мужчина не осмеливался говорить с ним в таком тоне.</p>
      <p>— Интересно знать, вы когда-нибудь сожалели о том, что прошло мимо вас? — говорила она ему. — Вы хоть раз в жизни давали волю своим чувствам? Совершили хоть один опрометчивый поступок? Вы хоть раз напились допьяна? Или накурились до одурения? Или отплясывали на десяти заповедях? Или становились на задние лапы и подмигивали богу, как доброму приятелю?</p>
      <p>— Ну, не хороша ли! — рокотал Том. — Вся в мать. Внешне Фредерик был спокоен и даже улыбался, но сердце его сжималось от ужаса. Все это было слишком неправдоподобным.</p>
      <p>— Кажется, у англичан, — продолжала она, — есть поговорка, что тот еще не мужчина, кто не поцеловал любимую женщину и не ударил врага. Сомневаюсь — ну, признайтесь же, — что вы ударили хоть одного человека.</p>
      <p>— А вы? — спросил он, в свою очередь.</p>
      <p>Она вспомнила что-то, глаза ее стали злыми. Она кивнула и ждала, что скажет он.</p>
      <p>— Нет, я никогда не имел удовольствия, — медленно проговорил он. — Я рано научился владеть собой.</p>
      <p>Позже, выслушав его рассказ о том, как он скупал рыбу у индейцев, развел устриц в заливе и установил выгодную монополию на их добычу, как после многолетней борьбы, вконец измотанный тяжбой, он прибрал к рукам район порта, а следовательно, и торговлю лесом, она, раздраженная его самодовольством, снова перешла атаку.</p>
      <p>— Вы, кажется, расцениваете жизнь только с точки рения прибылей и убытков, — сказала она. — Интересно, любили вы когда-нибудь?</p>
      <p>Стрела попала в цель. Он никогда не целовал любимой женщины. Его женитьба была сделкой. В те дни, когда он терпел поражение за поражением, пытаясь отстоять обширные владения, которые были захвачены загребущими руками Айзека Траверса, женитьба поправила его дела. Эта девчонка — ведьма. Так разбередить старую рану! Но ему некогда было любить. Он много работал. Он был председателем торговой палаты, мэром города, сенатором штата, но он не знал любви. Иногда он видел, как Полли открыто, без малейшего стеснения льнет к отцу, и замечал, с какой теплотой и нежностью они смотрят друг на друга. Экстравагантное зрелище, ничего подобного он и Мэри не допускали даже наедине.</p>
      <p>И он снова чувствовал, что любовь прошла мимо. Обыкновенная, суховатая и бесцветная, Мэри была именно тем отпрыском, который и следовало ожидать от брака без любви. Он даже не мог сказать наверняка, является ли то чувство, которое он к ней испытывал, любовью. И любят ли его самого?</p>
      <p>После тех слов Полли он почувствовал большую душевную пустоту. У него было такое ощущение, словно он оказался на пепелище. Тут он увидел сквозь открытую дверь Тома, спавшего в большом кресле, седого, старого и усталого. И вспомнил все, что было сделано, все, чем владел. А чем владел Том? Что сделал Том? Рисковал жизнью и прожигал ее, пока не осталась только эта тускло мерцающая искорка в умирающем теле.</p>
      <p>Странная вещь, Полли отталкивала и в то же время привлекала Фредерика. Его собственная дочь никогда не вызывала у него таких эмоций. Мэри шла проторенным путем, и предвидеть ее действия было очень просто. Но Полли! Сколько настроений, какой переменчивый характер! Никогда не догадаешься, какую штуку она может выкинуть.</p>
      <p>— Твердый орешек, а? — посмеивался Том.</p>
      <p>Она была неотразима. Она вела себя с Фредериком настолько своевольно, что будь на ее месте Мэри, такое поведение было бы просто немыслимым. Она позволяла себе вольности, подшучивала над ним, задевала за больные места, и он не мог не думать о ней.</p>
      <p>Однажды после одной стычки она поддразнивала его, играя на пианино какую-то неистовую, бравурную вещь, которая волновала и раздражала, заставляя бешено биться пульс, а его дисциплинированный мозг — рождать фантастические образы. Но хуже всего было го, что она видела и знала, что делает. Она поняла его настроение раньше, чем он сам, и это было видно по ее лицу, обращенному к нему, по задумчивой и почти снисходительной усмешке. Именно это заставило его болезненно осознать, что творилось в его распаленном воображении.</p>
      <p>На стене, у которой стояло пианино, висели портреты Айзека и Элизы Трэверс. Они с чопорным видом укоризненно взирали на все происходившее. Фредерик разозлился и вышел из комнаты. Он не представлял себе, что в музыке может таиться такая сила. А потом он со стыдом вспоминал, что тотчас же украдкой вернулся и стал слушать игру Полли из другой комнаты, а она знала это и вновь принималась дразнить его.</p>
      <p>Когда Мэри спросила его, что он думает об игре Полли, в голову пришло невольное сравнение. Музыка Мэри чем-то напоминала ему церковь. Она была холодна и проста, как молитвенный дом методистов. А музыка Полли была похожа на неистовый, необузданный обряд, совершаемый в каком-нибудь языческом храме, где курится фимиам и извиваются танцовщицы.</p>
      <p>— Она играет, как иностранка, — сказал он, довольный тем, что так удачно уклонился от прямого ответа.</p>
      <p>— Она настоящая артистка, — серьезно сказала Мэри. — Она гениальна. А ведь она никогда не упражняется. Никогда. Ты знаешь, как много работаю я. Мое самое лучшее исполнение — упражнение для пяти пальцев по сравнению с любым пустячком, который она наигрывает на пианино. Ее музыка рассказывает мне о чем-то невыразимо чудесном. Моя говорит мне «раз-два-три», «раз-два-три». Можно сойти с ума. Я работаю, работаю и не могу ничего добиться. Это несправедливо. Почему она родилась такой, а не я?</p>
      <p>«Любовь» — была первой тайной мыслью Фредерика, но не успел он обдумать свою догадку, как случилось нечто совсем уж немыслимое прежде: Мэри разрыдалась. Ему захотелось утешить ее, как это делал Том, но он почувствовал, что не умеет. Он попытался обнять Мэри и обнаружил, что она так же непривычна к ласке, как и он. И оба они не ощутили ничего, кроме неловкости.</p>
      <p>Неизбежно напрашивалось сравнение двух девушек. Каков отец, такова и дочь. Мэри была всего лишь невзрачным штатским в свите блистательного властного генерала. Бережливость Фредерика научила его весьма тонко разбираться в вопросах одежды. Он знал, какие дорогие туалеты носит Мэри, и в то же время не мог не заметить, что привезенные Полли из дальних странствий дешевые и приобретенные по случаю вещи всегда превосходно сидели на ней и имели куда больший успех у окружающих. У нее был безошибочный вкус. Она неподражаемо носила шаль, а с обыкновенным шарфом творила чудеса.</p>
      <p>— Она надевает что попало, — жаловалась Мэри. — Даже не примеряет и может одеться за пятнадцать минут. А когда она идет купаться, то все молодые люди высыпают из раздевалок, чтобы полюбоваться ею.</p>
      <p>Мэри откровенно восхищалась Полли, что было совсем не в ее характере.</p>
      <p>— Не могу понять, как у нее получается это. Никто бы не осмелился носить такие цвета, а ей они к лицу.</p>
      <p>— Она все время грозилась заняться шитьем дамских туалетов и содержать нас обоих, когда я окончательно разорюсь, — вставил Том.</p>
      <p>Как-то Фредерик, наблюдая поверх газеты, стал свидетелем сцены, которая объяснила ему многое; он-то наверняка знал, что Мэри провела у зеркала не менее часа перед тем, как появиться.</p>
      <p>— Как мило! — откровенно восхитилась Полли. Она всплеснула руками и вся засияла от удовольствия. — Но почему бы не приколоть этот бант сюда, вот так?..</p>
      <p>Несколько прикосновений, и даже Фредерик заметил чудесную перемену в туалете.</p>
      <p>Полли, как и ее отец, до нелепости щедро раздаривала свои скудные пожитки. Мэри пришла в восхищение от веера — ценной мексиканской безделушки, некогда принадлежавшей одной из фрейлин двора императора Максимилиана. Полли вся так и засветилась от удовольствия. Мэри немедленно стала обладательницей веера, и к тому же ее почти убедили, что перед ней останутся в неоплатном долгу, если она примет этот подарок. Только иностранка могла позволить себе нечто подобное, а Полли была повинна в том, что делала такие же подарки всем молодым женщинам. Такова уж была она. Иногда это был кружевной платочек, розовая жемчужина с Паумоту или черепаховый гребень. Казалось, все вещи для нее имели одинаковую ценность. На чем бы ни останавливались восхищенные взгляды женщин, они тотчас же получали понравившийся предмет. И женщины, как и мужчины, не чаяли в ней души.</p>
      <p>— Я теперь боюсь чем-либо восхищаться, — сетовала Мэри. — Она сразу же делает мне подарок.</p>
      <p>Фредерик даже не представлял себе, что может существовать подобное создание. Среди женщин его круга нельзя было встретить такую. Что бы она ни делала — дарила ли вещи, горячо радовалась или злилась, ласкалась ли, как кошечка, — все это было невероятно искренним. Ее экстравагантные порывы шокировали и в то же время пленяли Фредерика. Ее живой голосок был зеркалом ее души. Она не могла говорить спокойным тоном и постоянно жестикулировала. И все же в устах ее английский язык становился каким-то новым, красивым и кристально чистым. Она говорила так броско и выразительно, а ее речь передавала все оттенки и нюансы явлений с такой точностью и непосредственностью, какую трудно было ожидать от этого полуребенка. Он просыпался по ночам, и на темном фоне закрытых, век всплывало ее повернутое к нему оживленное, веселое личико.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Какова дочь, таков и отец. Том тоже был неотразим. Его не забывали, и время от времени со всех концов света к нему прибывали какие-то удивительные вестники. В доме Трэверсов сроду не бывало таких гостей. У иных походка напоминала о морской качке, некоторые выглядели отъявленными головорезами, другие были изнурены лихорадкой и прочими болезнями, и у всех был какой-то странный, диковинный вид. И говорили они на каком-то диковинном жаргоне о таких вещах, которые Фредерику и не снились, и он не ошибался, принимая этих людей за вольных птиц, искателей приключений и авантюристов. Не могло не броситься в глаза, с какой любовью и уважением они относятся к своему вожаку. Они называли его по-разному: Черным Томом, Блондином, Крепышом Трэверсом, Мэйльмьютом-Томом, Томом — Быстрой Водой, но для большинства из них он был просто Капитан Том.</p>
      <p>Их планы и предложения были тоже разными. Торговец с Южного моря предлагал отправиться на открытый им остров, богатый гуано; латиноамериканец призывал принять участие в назревавшей революции. Тома звали искать золото в Сибири и в верховьях Кускоквима, ему предлагали даже заняться такими темными делишками, о которых говорили только шепотом.</p>
      <p>Но Капитан Том с сожалением ссылался на временное недомогание, которое мешало ему немедленно отправиться с ними в путь, и продолжал дремать в своем большом кресле, с которого он поднимался теперь все реже и реже. А Полли с фамильярностью, коробившей ее дядю, отводила этих людей в сторону и обиняками давала понять, что Капитан Том уже больше никогда не ступит на сияющую дорогу.</p>
      <p>Но не все они приходили с планами. Многие из них приезжали лишь для того, чтобы отдать долг любви и уважения тому, кто когда-то, в незабываемые дни, был их вожаком, и Фредерик, становясь иногда свидетелем их встреч, удивлялся вновь и вновь тому загадочному обаянию, которое привлекало людей к его брату.</p>
      <p>— Клянусь черепахами Тасмана! — восклицал один из них. — Когда я услышал, что вы в Калифорнии, Капитан Том, я тотчас решил ехать, чтобы пожать вам руку. Я думаю, вы не забыли Тасмана, а? Помните, как он дрался на острове Четверга? И подумайте… старый Тасман убит своими неграми в прошлом году, когда шел в немецкую Новую Гвинею. Помните его кока? Нгани-Нгани? Тасман доверял ему, как себе, а этот негодяй зарезал его.</p>
      <p>— Познакомься с капитаном Карлсеном, Фред, — представлял Том другого посетителя. — Он меня выручил из одной переделки на Западном Берегу. Не окажись вы поблизости, Карлсен, мне была бы крышка.</p>
      <p>Капитан был неуклюжим гигантом с пронзительным взглядом бледно-голубых глаз, с большим шрамом от сабельного удара поперек рта, которого не могла скрыть даже густая ярко-рыжая борода. Он так крепко стиснул руку Фредерика, что лицо того перекосилось от боли.</p>
      <p>Несколько минут спустя Том отвел брата в сторону.</p>
      <p>— Послушай, Фред, тебе не трудно будет дать мне в долг тысчонку?</p>
      <p>— Конечно, нет, — торжественно сказал Фредерик. — Ты же знаешь, половина всего, что я имею, принадлежит тебе, Том.</p>
      <p>И когда капитан Карлсен отбыл, Фредерик не сомневался, что тысяча долларов отбыла вместе с ним.</p>
      <p>Не удивительно, что Тому не повезло в жизни и… он приехал домой умирать. Фредерик сидел за своим опрятным письменным столом и думал о том, какие они с братом разные. Да, но если бы не он, Фредерик, то не было бы дома и Тому некуда было бы приезжать умирать.</p>
      <p>Фредерик погрузился в воспоминания: он искал утешения в истории их взаимоотношений. Это он, Фредерик, всегда был надежной опорой семьи. А Том еще в детстве был весельчаком и сорви-головой, он пропускал занятия в школе и не слушался Айзека. Он шатался по горам, пропадал на море, вечно у него были неприятности с соседями и городскими властями — словом, он поспевал повсюду, но только не туда, где требовалось выполнять тяжелую, нудную работу. А в те дни, когда здесь была лесная глушь, работы было по горло и эту работу делал он, Фредерик. Он трудился от зари до зари. Он хорошо помнит то лето, когда провалилось очередное грандиозное предприятие Айзека, когда владельцу сотни тысяч акров земли почти нечего было есть, когда не было денег, чтобы нанять людей косить сено, и когда Айзек все же не выпустил из рук ни единого акра. Айзек сам косил сено и сгребал, а он, Фредерик, копнил его. Том в это время валялся в постели со сломанной ногой и наращивал счет от доктора. Он упал с крыши амбара — места, самого неподходящего для уборки сена. Том, как казалось Фредерику, только тем и занимался, что снабжал семью олениной и медвежатиной, объезжал молодых лошадей да с шумом гонялся за дичью по пастбищам и поросшим лесом каньонам со своими собаками, натасканными на медведя.</p>
      <p>Том был старшим, но если бы он, Фредерик, после смерти Айзека не впрягся в работу и не взвалил на себя все бремя забот, имение, у которого были такие большие перспективы, пошло бы с молотка. Работа! Он помнит расширение городского водного хозяйства. Как он лавировал и выкручивался из финансовых затруднений, беря небольшие займы под разорительные проценты, как он укладывал и свинчивал трубы при свете фонаря, пока рабочие спали, а потом вставал раньше них и ломал голову, где бы достать денег, чтобы выплатить им следующую получку! Он поступал так, как поступал бы старый Айзек. Он не мог позволить, чтобы все пошло прахом. Будущее оправдывало все труды.</p>
      <p>А Том в это время со сворой псов рыскал по горам и неделями не ночевал дома. Фредерик помнил последний разговор на кухне, который вели Том, он и Элиза Трэверс, все еще сама готовившая и мывшая грязную посуду, хотя их имущество, судя по закладным, оценивалось в сто восемьдесят тысяч долларов.</p>
      <p>— Не надо делиться, — умоляла Элиза Трэверс, давая отдых своим изъеденным мылом и распаренным рукам. — Айзек был прав. Земля будет стоить миллионы. Край расцветает. Нам нужно держаться вместе.</p>
      <p>— Мне ничего не надо, — горячился Том. — Пусть все достается Фредерику. Я хочу лишь…</p>
      <p>Он не закончил фразы, глаза его сияли, словно он уже видел перед собой весь мир.</p>
      <p>— Я не могу ждать, — продолжал он. — Ты можешь взять себе миллионы, когда они появятся. А пока дай мне десять тысяч. Я подпишу бумагу, в которой откажусь от всего имущества. И дай мне старую шхуну. Когда-нибудь я вернусь с кучей денег и помогу тебе.</p>
      <p>Фредерик вспоминал, как в тот далекий день сам он в ужасе воздевал руки и кричал:</p>
      <p>— Десять тысяч! Сейчас, когда я разрываюсь на части, чтобы достать деньги и выплатить процент по закладным.</p>
      <p>— За зданием окружного управления есть участок земли, — настаивал Том. — Я знаю, что банк купит его за десять тысяч долларов.</p>
      <p>— Но через десять лет за него дадут сто тысяч, — возразил Фредерик.</p>
      <p>— Пусть будет так. Считай, что я отказываюсь от всего за сто тысяч. Продай участок за десять и дай мне их. Это все, что мне надо, но я хочу иметь деньги сейчас. Можешь взять себе остальное.</p>
      <p>И Том, как обычно, настоял на своем (причем участок был заложен, а не продан) и уплыл на старой шхуне, благословляемый городом, потому что забрал с собой в качестве команды половину портового отребья.</p>
      <p>Обломки шхуны были найдены на побережье Явы. Это случилось тогда, когда Элизе Трэверс делали глазную операцию, и Фредерик не говорил ей ничего, пока не получил несомненных доказательств того, что Том жив.</p>
      <p>Фредерик полез в свой архив и выдвинул ящик с наклейкой «Томас Трэверс». В нем лежали аккуратно сложенные конверты. Он стал просматривать письма. Они были отовсюду: из Китая, Рангуна, Австралии, Южной Африки, Золотого Берега, Патагонии, Армении, Аляски. Том писал скупо и нерегулярно, и письма олицетворяли собой его кочевую жизнь. Фредерик припомнил наиболее выдающиеся события из жизни брата. Том сражался во время каких-то волнений в Армении, потом был офицером в китайской армии, а позже вел в Китайском море какие-то дела, явно незаконные. Его поймали, когда он доставлял оружие на Кубу. Кажется, он всегда доставлял куда-то что-то такое, чего не следовало доставлять. И он так и не отказался от этой дурной привычки. В одном письме, написанном на смятом клочке папиросной бумаги, говорилось, что во время русско-японской войны его поймали, когда он доставлял уголь в Порт-Артур, и отправили в Сасебо, где призовой суд конфисковал его пароход и присудил к тюремному заключению до конца войны.</p>
      <p>Фредерик улыбался, читая такие строки: «Как идут твои дела? Дай мне знать в любое время, выручат ли тебя несколько тысяч?» Фредерик взглянул на дату: «18 апреля 1883 года». Потом он раскрыл другой конверт. «5 мая 1883 года» было написано на листке, который он вынул из конверта. Пять тысяч дадут мне возможность снова встать на ноги. Если ты можешь это сделать и если ты любишь меня, пришли их пронто — по-испански это значит «срочно».</p>
      <p>Фредерик снова посмотрел на даты. Было очевидно, что где-то между 18 апреля и 5 мая Том потерпел крах. Горько усмехнувшись, Фредерик пробежал еще одно письмо: «У острова Мидуэй произошло кораблекрушение. Затонуло целое богатство, а ты знаешь, что за спасение имущества полагается вознаграждение. Аукцион через два дня. Вышли телеграфом четыре тысячи».</p>
      <p>В последнем письме, которое прочел Фредерик, говорилось: «Я мог бы успешно провернуть одно дело, имея небольшую сумму наличными. Уверяю тебя, дело большое. Такое большое, что я даже не решаюсь сказать тебе, какое». Фредерик помнил это дело — революцию в одной из стран Латинской Америки. Он тогда послал наличные, и Том успешно употребил их на то, чтобы попасть в тюремную камеру и заработать смертный приговор.</p>
      <p>У Тома всегда были добрые намерения, этого отрицать нельзя. И он всегда со скрупулезной точностью присылал свои расписки. Фредерик прикинул на руке, сколько весит пачка расписок, словно хотел определить, нет ли какой-либо зависимости между весом бумаги и суммами, которые на ней написаны.</p>
      <p>Он поставил ящик на место и вышел из кабинета. Он увидел большое кресло и Полли, выходившую на цыпочках из комнаты. Голова Тома запрокинулась, дыхание было слабым и частым, на обмякшем лице явственно проступили следы болезни.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>— Я много работал, — оправдывался Фредерик в тот же вечер, когда они с Полли сидели на веранде, и невдомек ему было, что если человек начинает оправдываться, то это признак того, что он теряет уверенность в своей правоте. — Я сделал все, что было в моих силах. Хорошо ли, пусть скажут другие. Свое я получил спорна. Я позаботился о других, ну, и о себе тоже. Доктора говорят, что никогда не видели такого здорового человека моих лет. Я прожил всего полжизни, у нас, Траверсов, долголетие в роду. Я берег себя, и вот, как видите, результат. Я не прожигал жизни. Я берег свое сердце и кровеносные сосуды, а много ли найдется людей, которые могли бы похвастаться тем, что сделали больше меня? Поглядите на эту руку. Крепкая, а? Она будет такой же крепкой и через двадцать лет. Нельзя безответственно относиться к своему здоровью.</p>
      <p>И Полли сразу поняла, какое обидное сравнение кроется за его словами.</p>
      <p>— Вы получили право писать перед своим именем слово «почтенный», — гордо сказала она, покраснев от негодования. — А мой отец был великий человек. Он жил настоящей жизнью. А вы жили? Чем вы можете похвастаться? Акциями и бонами, домами и слугами… Фу! Здоровым сердцем, отличными сосудами, крепкой рукой… и это все? А вы жили просто так, ради самой жизни? Знали страх смерти? Да я лучше пущусь во все тяжкие и пропаду ни за грош, чем жить тысячу лет, постоянно заботясь о своем пищеварении и боясь промочить ноги. От вас останется пыль, а от моего отца — пепел. В этом разница.</p>
      <p>— Но, мое дорогое дитя… — начал было он.</p>
      <p>— Чем вы можете похвастаться? — горячо продолжала Полли. — Послушайте!</p>
      <p>Со двора через открытое окно доносилось бренчание укулеле и веселый голос Тома, напевавший хулу. Она кончалась страстным любовным призывом, словно донесшимся из чувственной тропической ночи. Послышался хор молодых голосов, просивших спеть что-нибудь еще. Фредерик молчал. Он смутно осознавал, что в этом действительно было что-то значительное.</p>
      <p>Обернувшись, он взглянул в окно на Тома, гордого и величественного, окруженного молодыми людьми и женщинами; из-под его висячих усов торчала сигарета, которую он прикуривал от спички, зажженной одной из девушек. Фредерик почему-то подумал, что сам он никогда не прикуривал сигару от спички, которую держала рука женщины.</p>
      <p>— Доктор Тайлер говорит, что ему не следует курить… это очень вредно в его состоянии, — сказал он, и это было все, что он мог сказать.</p>
      <p>С осени того же года дом стали часто посещать люди нового типа. Они гордо называли себя «старожилами» на Аляске, с золотых приисков которой они прибывали в Сан-Франциско отдохнуть на зиму. Их прибывало все больше и больше, и они завладели большей частью номеров одной из гостиниц в центре города. Капитан Том слабел на глазах и почти не покидал большого кресла. Он спал все чаще и продолжительней, но когда бы он ни просыпался, его тотчас окружала свита молодых людей, или подсаживался какой-нибудь приятель и начинался разговор о прежних золотых денечках, или строились планы на будущие золотые денечки.</p>
      <p>Том (Крепыш Трэверс, как звали его юконцы) никогда не думал о приближавшейся кончине. Он называл свою болезнь временным недомоганием, вполне естественным после продолжительного приступа лихорадки, которую он подцепил на Юкатане. Весной все как рукой снимет. Морозец — вот что ему нужно. Просто кровь на солнце перегрелась. А пока к этому надо относиться спокойно и хорошенько отдохнуть.</p>
      <p>И никто не выводил его из этого заблуждения — даже юконцы, которые непринужденно курили трубки и дрянные сигары и жевали табак на широких верандах Фредерика, тогда как сам он чувствовал себя незваным гостем в собственном доме. С ними у него не было ничего общего. Они считали его чужаком, присутствие которого надо терпеть. Они приходили к Тому. И их отношение к нему вызывало у Фредерика чувство беззлобной зависти. День за днем он наблюдал за ними. Он видел, как юконцы встречались, когда один из них бывало выходил из комнаты больного, а другой собирался войти. За дверью они молча и серьезно обменивались рукопожатием. В глазах вновь пришедшего читался немой вопрос, а вышедший от больного сокрушенно покачивал головой. И не раз Фредерик видел, как глаза обоих наполнялись слезами. Потом вновь прибывший входил, пододвигал стул к креслу Тома и бодрым голосом приступал к обсуждению плана экспедиции к верховьям Кускоквима, потому что именно туда по весне собирался отправиться Том. Собак можно достать в Лараби, причем чистокровных, в жилах которых не текло ни капли крови изнеженных южных пород. Говорили, что сторона та очень суровая, но уж если старожилы не смогут добраться туда от Лараби за сорок дней, интересно посмотреть, как чечако, новички, справятся с этим за шестьдесят.</p>
      <p>Так проходили дни. Фредерик мучительно думал, найдется ли хоть один человек в его округе, не говоря уже о соседнем, который будет сидеть у его постели, когда придет время умирать ему самому.</p>
      <p>Фредерик сидел в своем кабинете, в открытые окна вплывали клубы крепкого табачного дыма, и он не мог не слышать обрывки разговоров, которые вели между собой юконцы.</p>
      <p>— Помните золотую лихорадку на Койокуке в начале девяностых годов? — говорил один из них. — Ну так вот, мы с ним были тогда партнерами. Торговали и еще кое-чем занимались. У нас был шикарный маленький пароходик, назывался он «Рябой». Так Трэверс окрестил его, название и пристало. Он человек со странностями. Вот мы, как я уже говорил, битком набили свой пароходишко всяким грузом и отправились вверх по Койокуку. Я работал за кочегара и машиниста, он стоял у руля, и оба мы были за палубных матросов. Время от времени мы приставали к берегу и заготавливали дрова. Была осень, на реке уже появилось сало, вот-вот должен был начаться ледостав. А мы, понимаете ли, были аж за Полярным кругом и шли все дальше к северу. Там было двести человек золотоискателей, и если бы они остались на зимовку, им нечего было бы жрать, а мы как раз везли им припасы.</p>
      <p>И вот, значит, довольно скоро они стали проплывать мимо нас вниз по реке на лодках и плотах. Они подались назад. Мы считали их. Когда проплыло сто девяносто четыре человека, мы решили, что дальше идти не стоит, развернулись и пошли вниз. Вдруг похолодало, вода стала быстро спадать, и мы, черт побери, сели на мель. Как шли вниз по течению, так и врезались. «Рябой» завяз накрепко. Никак не могли мы его сдвинуть с места. «Это позор — оставлять неизвестно кому столько жратвы», — сказал я, когда мы сели в лодку, чтобы плыть дальше. «Давай останемся и съедим ее», — сказал он. И черт меня побери, если мы так и не сделали. Мы зазимовали прямо на «Рябом», охотились, торговали с индейцами, и, когда следующей весной реку вскрыло, мы привезли с собой одних шкур на восемь тысяч долларов. Провести вдвоем, с глазу на глаз, всю зиму — это не шутка. И, представьте, ни разу не поругались. Мне в жизни никогда не попадался партнер с таким хорошим характером. Но когда дело доходит до драки…</p>
      <p>— Точно! — послышался другой голос. — Я помню ту зиму, когда Жирный Джонс хвалился, что выкинет нас с Сороковой Мили. Только не пришлось ему… Не успел он вякнуть второй раз, как нарвался на Крепыша Трэверса. Это было в «Белом Олене». «Я волк!» — вопит Джонс. Ты помнишь его: за поясом пистолет, мокасины с бахромой и длинные волосы до пояса. «Я волк, — вопит он, — и выть здесь разрешается только мне. Ты слышишь меня, тощая подделка под человека?» он это он… Трэверсу.</p>
      <p>— Ну? — спросил другой голос.</p>
      <p>— Секунды через полторы Жирный Джонс уже лежит на полу, а Крепыш сидит на нем и вежливо просит, чтобы кто-нибудь подал ему нож. Но он только начисто отрезал длинные волосы Жирного Джонса. «Теперь вой, черт тебя побери, вой!» — сказал Крепыш и встал.</p>
      <p>— Горячий-то он горячий, а когда надо, откуда только выдержка берется, — снова сказал первый голос. — Я видел, как он в «Маленькой Росомахе» проиграл в рулетку девять тысяч за два часа, а потом занял немного денег, тут же отыграл их назад, потом заказал всем выпивку и расплатился наличными — и все это было, черт меня побери, за каких-нибудь пятнадцать минут.</p>
      <p>Однажды вечером Том был в особенно приподнятом настроении, и Фредерик, присоединившийся к кружку восхищенных молодых слушателей, сидел и внимал полусерьезному-полушутливому повествованию брата о ночном кораблекрушении у острова Блэнг, о том, как Тому пришлось добираться вплавь до берега и как акулы слопали половину команды, о большой жемчужине, которую Десай успел прихватить с собой, об украшенном отрубленными головами частоколе, окружавшем соломенный дворец, в котором жила королева-малайка вместе со своим супругом, спасшимся после кораблекрушения китайцем, о борьбе за обладание жемчужиной Десая, о неистовых оргиях и плясках под покровом первобытной ночи, о неожиданных опасностях и смерти, о любви королевы к Десаю и о любви Десая к дочери королевы, о том, как Десая с перебитыми ногами и руками, но еще живого, бросили на рифы во время отлива, чтобы его сожрали акулы, о разразившейся эпидемии чумы, о гуле тамтамов и заклинаниях шаманов, о побеге кабаньими тропами, где на каждом шагу человека подстерегали волчьи ямы, через горную страну обитателей зарослей и, наконец, о том, как ему на выручку пришел Тасман, тот самый Тасман, которого зарезали лишь в прошлом году и чья голова покоится в каком-то недоступном меланезийском уголке. В рассказе Тома все было овеяно страстностью, отрешенностью и дикостью далеких островов, раскинувшихся под палящим тропическим солнцем.</p>
      <p>Рассказ невольно захватил Фредерика, и, когда Том кончил говорить, в душе его появилось какое-то странное чувство опустошенности. Фредерик вспомнил свое детство, когда он сосредоточенно рассматривал иллюстрации в стареньком учебнике географии. Он тоже мечтал об удивительных приключениях в дальних краях и хотел бродить сияющими дорогами. И он собирался уехать куда-нибудь, но на долю его достались только работа и выполнение долга. Быть может, в этом и была разница между ним и Томом. Быть может, в этом и заключался секрет нездешней мудрости, светившейся в глазах брата. На какое-то мгновение, смутное и мимолетное, он взглянул на мир глазами брата. Он вспомнил резкую реплику Полли: «Вы проглядели романтику. Вы променяли ее на дивиденды». Да, она права, но несправедлива к нему. Ему тоже хотелось романтики, но под рукой всегда была неотложная работа. Он трудился, как вол, не зная покоя ни днем, ни ночью, и его никогда не покидало чувство ответственности. Но он не знал любви, не бродил по свету, а именно этим была наполнена жизнь его брата. А что сделал Том, чтобы заслужить это? Мот и бездельник, распевающий пустяковые песенки.</p>
      <p>Он же, Фредерик, видный человек. Он собирается выдвинуть свою кандидатуру на пост губернатора Калифорнии. Да, но кто придет к нему и из любви будет придумывать успокоительную ложь?</p>
      <p>Мысль о собственном благосостоянии, казалось, вызывала теперь только сухость и неприятный вкус во рту. Собственность! Теперь он уже видел все по-другому: одна тысяча долларов была, как две капли воды, похожа на любую другую, и каждый день, прожитый им, похож на любой другой день. Он так и не увидел стран, изображенных на картинках в учебнике географии. Он так и не ударил своего врага, не прикурил сигары от спички, зажженной рукой женщины. «Человек не может спать сразу на двух кроватях», — сказал как-то Том. Фредерик поежился, попытавшись сосчитать свои кровати и одеяла. Но сколько бы их ни было у него, ни один человек не приедет издалека, с конца света, чтобы пожать ему руку и воскликнуть: «Клянусь черепахами Тасмана!»</p>
      <p>Что-то в этом роде Фредерик и сказал Полли. В словах его можно было уловить жалобу на несправедливость существующего порядка вещей. И она ответила ему:</p>
      <p>— Иначе и быть не могло. Отец заслужил это. Он никогда не торговался. Он прожил великолепную жизнь и щедро расплачивался за все. А вы поскупились. Вы берегли свои сосуды и деньги, вы ни разу не промочили ног.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>VI</p>
      </title>
      <p>Однажды поздней осенью все собрались у большого кресла, в котором лежал Капитан Том. Сам того не ведая, он продремал весь день и, едва проснувшись, потребовал свое укулеле и прикурил сигарету от спички, которую зажгла ему Полли. Но он не притронулся к струнам, он ежился и говорил, что ему холодно, хотя в огромном камине весело потрескивали сосновые дрова.</p>
      <p>— Это хороший признак, — сказал он, не заметив, как склонились к нему присутствовавшие, чтобы услышать его слабеющий голос. — Холодок расшевелит меня. Нелегко выгнать из крови тропический жар. Я уже подумываю, что можно отправляться на Кускоквим. Весной, Полли, мы отправимся в путь на собаках, и ты увидишь полуночное солнце. Твоей матери понравилось бы такое путешествие. Она была легка на подъем. Сорок ночевок, и мы будем вытряхивать из мха золотые самородки. У Лараби есть превосходные собаки. Я знаю эту породу. Настоящие лесные волки, большие серые лесные волки. Правда, в каждом помете непременно есть один рыжий щенок. Верно, Беннингтон?</p>
      <p>— Да, почти в каждом помете, — быстро ответил юконец Беннингтон, но голос его был неузнаваемо хриплым.</p>
      <p>— И с ними никогда не следует ездить одному, — продолжал Капитан Том, — стоит упасть, как они кидаются на тебя. Эти звери уважают только того человека, который стоит на ногах. Упав, он превращается в мясо. Помню, мы шли через перевал из Танана в Сёркл. Это было еще до того, как открыли Клондайк. В девяносто четвертом… нет, в девяносто пятом году, когда замерзла ртуть в термометре. В нашей компании был один молодой канадец. Звали его… имя у него было какое-то особенное… погодите минуту… я сейчас вспомню…</p>
      <p>У него вдруг пропал голос, хотя губы еще шевелились. На лице его появилось выражение величайшего удивления. Затем его всего передернуло. И в этот момент он внезапно увидел лик Смерти. Взор его был чистым и твердым, словно он о чем-то глубоко задумался. Потом он повернулся к Полли и, слабо шевеля рукой, пытался взять ее за руку, и когда нашел руку Полли, пальцы его уже не слушались. Он глядел на Полли с ласковой улыбкой, которая постепенно угасала. Он умер, глаза его закрылись, но лицо было по-прежнему умиротворенным и спокойным. Укулеле со стуком упало на пол. Один за другим все тихо вышли из комнаты, оставив Полли одну.</p>
      <p>Стоя на веранде, Фредерик увидел, как по парковой аллее шагал какой-то человек. По морской, враскачку, походке Фредерик догадался, к кому пришел этот незнакомец. Лицо его было бронзовым от загара и испещренным старческими морщинами, которые так не вязались с живостью движений и настороженностью зорких черных глаз. В мочку каждого уха было вдето по тонкой золотой серьге.</p>
      <p>— Здравствуйте, — сказал человек, и было очевидно, что английский не был его родным языком. — Как поживает Капитан Том? В городе мне сказали, что он болен.</p>
      <p>— Мой брат умер, — ответил Фредерик. Незнакомец отвернулся и взглянул поверх парковых растений на поросшие лесом далекие вершины, и Фредерик заметил, как он с трудом проглотил подкативший к горлу ком.</p>
      <p>— Клянусь черепахами Тасмана, он был настоящим человеком! — сказал он низким, изменившимся голосом.</p>
      <p>— Клянусь черепахами Тасмана, он был настоящим человеком! — не задумываясь, повторил Фредерик непривычную клятву.</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Неизменность форм</p>
     </title>
     <cite>
      <p>Смерть оборвала загадочную жизнь мистера Седли Крейдена, владельца усадьбы Крейден Хилл. Мягкий и безобидный, он стал жертвой непонятной мании. В течение последних двух лет он ни ночью, ни днем не покидал своего кресла. Таинственная смерть или, вернее, исчезновение его старшего брата Джеймса Крейдена повлияло, очевидно, на его рассудок, потому что признаки этой мании стали обнаруживаться именно после этого события.</p>
      <p>Мистер Крейден никогда не давал объяснений относительно причин своего странного поведения. Физически он был совершенно здоров, и в умственном отношении врачи также находили его нормальным, если не считать повышенной возбудимости. Его постоянное пребывание в кресле было актом вполне сознательным и добровольным. И теперь, когда он умер, тайна по-прежнему остается неразгаданной.</p>
      <p>(Из газеты «Ньютон Курьер Таймс»)</p>
     </cite>
     <empty-line/>
     <p>«Я был камердинером и доверенным слугой мистера Седли Крейдена последние восемь месяцев его жизни. В течение всего этого времени он много писал, причем всегда держал рукопись при себе; даже перед тем, как задремать или уснуть, он неизменно запирал ее в ящик стола, находившийся у него под рукой.</p>
     <p>Меня всегда интересовало, что пишет этот джентльмен, но он был очень осторожен и хитер. Мне ни разу не удалось даже взглянуть на рукопись. Если мне случалось прислуживать ему, когда он писал, он тут же закрывал верхнюю страницу огромным листом промокательной бумаги. Я был первым, кто обнаружил его в кресле мертвым, и мне уже ничто не мешало завладеть рукописью. Жгучее любопытство было единственной причиной, заставившей меня похитить ее.</p>
     <p>Несколько лет я хранил рукопись в тайне, но убедившись, что после мистера Крейдена не осталось наследников, я решился опубликовать ее. Рукопись очень большая, и я позволил себе в значительной степени сократить ее, оставив наиболее понятные и яркие места. Они сохранили отпечаток его расстроенной психики и постоянно повторяющихся навязчивых идей, настолько смутных, бессвязных, что они с трудом поддаются пониманию. Тем не менее, прочитав рукопись, я осмеливаюсь утверждать, что, если в подвале дома произвести раскопки, где-нибудь около главной трубы будут обнаружены останки, сильно напоминающие то, что некогда было бренной плотью Джеймса Крейдена».</p>
     <cite>
      <p>[Показание Рудольфа Хеклера.]</p>
     </cite>
     <p>Далее следуют выдержки из рукописи, систематизированные и подготовленные к печати Рудольфом Хеклером:</p>
     <p>Я не убивал моего брата. Пусть это будет моим первым и последним словом. Зачем мне было убивать его? Двадцать лет мы жили в полном согласии. Мы были уже немолоды, огонь и пыл юности давно погасли в наших сердцах. У нас не было разногласий даже по пустякам. Вряд ли когда-либо существовала такая дружба, как наша. Ведь мы были философами. Нам не было дела до внешнего мира. Книги и общество друг друга — вот все, что нам было нужно. Часто мы просиживали до поздней ночи, беседуя, обмениваясь мнениями, вспоминая суждения авторитетов — короче говоря, мы жили в атмосфере возвышенных духовных интересов.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Он исчез. Это потрясло меня. Почему он исчез? Куда он мог уйти? Известие об этом оглушило меня. Говорят, после этого я серьезно заболел воспалением мозга. Причина тому — его необъяснимое исчезновение. Случившееся совпало с началом моих переживаний, о которых я хочу здесь рассказать.</p>
     <p>Что я только не делал, чтобы отыскать его! Я не слишком богат, и тем не менее я непрерывно увеличит вал сумму предлагаемого мною вознаграждения. Я поместил объявления во всех газетах, обращался во все сыскные бюро. В настоящий момент сумма вознаграждения составляет уже более пятидесяти тысяч долларов.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Говорят, он убит. Утверждают также, что убийство рано или поздно будет раскрыто. Так почему же до сих пор не раскрыто его убийство? Почему? Где он? Где Джим? Где мой ДЖИМ?</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Мы были счастливы вместе. Он обладал исключительным умом, широким кругозором, большой эрудицией, неумолимой логикой, — не удивительно, что между нами царило полное согласие. Размолвки были незнакомы нам. Джим был самым правдивым человеком из тех, кого я когда-либо знал. И это тоже сближало нас. Мы никогда не поступались истиной, чтобы выйти из спора победителем. Впрочем, у нас и не было причин для споров — настолько едины были наши взгляды. Нелепо думать, будто в этом мире мог бы найтись повод для наших разногласий.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Я хочу, чтобы он вернулся. Почему он ушел? Может ли кто-нибудь объяснить это? Я очень одинок. Меня одолевают дурные предчувствия, а созданные моим воображением страхи отрицают все, что ранее постиг мой ум. Форма многообразна и изменчива. Это — последнее слово позитивной науки. Мертвые не возвращаются. Это бесспорно. Мертвые мертвы. И все же… то, что произошло здесь, здесь, в этой комнате, за этим самым столом… Однако подождите… Позвольте мне написать об этом черным по белому словами простыми и точными. Но прежде всего я хочу поставить несколько вопросов. Кто перекладывает с места на место мою ручку? Кто так быстро исписывает мои чернила? Только не я. А между тем чернила исчезают.</p>
     <p>Ответ на эти вопросы разрешил бы все загадки вселенной. Я знаю ответ. Я не сумасшедший. И как-нибудь, когда мои мучения станут нестерпимы, я сам отвечу на них. Я назову имя того, кто перекладывает мою ручку и пользуется моими чернилами. Глупо предположить, что я мог исписать такое количество чернил. Слуга лжёт, я знаю.</p>
     <p>Я обзавелся авторучкой. Мне никогда не нравилось это изобретение, но от старого пера пришлось отказаться. Я сжег его в камине. Чернила я теперь держу под замком. Я дам достойную отповедь той лжи, что пишется обо мне. Есть у меня и другие намерения. Нет, я не отступил. Я все так же верю, что живу в материальном мире. И ничто, даже его злобные измышления, которые я прочитал из-за его плеча, не убедят меня в обратном. Он считает меня дураком. Он полагает, что я поверю в его реальность. Какая чушь! Я отлично знаю, что он лишь плод моего воображения.</p>
     <p>Существуют же галлюцинации. Даже когда я читал написанное им, я знал, что это не что иное, как галлюцинация. Будь я здоров, это было бы даже интересно. Мне всегда хотелось разобраться в этом необычном явлении. И теперь, когда я столкнулся с ним, я исследую его до конца. Что такое воображение? Это нечто, что может создать что-то из ничего. Как может что-то быть чем-то, где нет ничего? Как может что-то быть чем-то и ничем в одно и то же время? Пусть метафизики ломают себе голову. Схоластика не для меня. Я смотрю в суть вещей. Вокруг реальный мир, и все в нем реально. Все, что не реально, не существует. Поэтому он тоже не существует. И тем не менее он все еще пытается убедить меня в своей реальности, в то время как я ни на минуту не сомневаюсь, что он существует лишь в клетках моего мозга.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Сегодня я видел, как он сидел за столом и писал. Меня это совершенно потрясло. Я думал, что он больше не появится. Но, приглядевшись внимательнее, я понял, что это обычная игра воображения, — слишком много я размышляю о случившемся. Я становлюсь болезненно впечатлительным, а мое хроническое несварение все больше и больше беспокоит меня. Попробую отвлечься. Каждый день буду гулять по два часа.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Невероятно. Я не могу гулять. Каждый раз, когда я возвращаюсь с прогулки, он сидит за столом в моем кресле. И все труднее становится прогнать его. Это мое кресло. Он сидел в нем прежде, но теперь он мертв, и кресло больше не принадлежит ему. Какую, однако, злую шутку может сыграть собственное воображение! В том, что я вижу, нет ничего реального. Я знаю это.</p>
     <p>В этом меня убеждают исследования, что я вел на протяжении пятидесяти лет. Мертвые не возвращаются.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Но как объяснить следующее: сегодня, перед тем как отправиться на прогулку, я положил ручку в карман. Я отчетливо помню это. Я как раз взглянул на часы. Было двадцать минут одиннадцатого. Когда же я вернулся, ручка лежала на столе. Кто-то писал ею. Чернила были на исходе. Зачем он так много пишет? Я совершенно обескуражен.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Существовал лишь один вопрос, в котором я и Джим не были полностью согласны. Он верил, что формы вещей вечны. Отсюда, естественно, вытекала вера в бессмертие и прочие идеи философов-метафизиков. Должен признаться, в этом вопросе я не отличался большой терпимостью. Тщетно пытался я вскрыть истоки его заблуждений, показывая ему, что они сложились под влиянием его чрезмерного увлечения в молодости логикой и математикой. Вполне естественно, что, будучи воспитанным на искаженных представлениях и абстракциях, легко поверить в неизменность форм.</p>
     <p>Я смеялся над его рассуждениями о существовании незримого мира. Лишь материальное реально, утверждал я, а все, что не поддается чувственному восприятию, не существует и не может существовать. Я верил в материальность мира. Химия и физика способны объяснить все. Он спрашивал в ответ: «Разве не существует нематериальное?» Я отвечал, что этот вопрос представляет собой главную посылку ложного силлогизма христианской науки. Поверьте, я тоже владею логикой. Но он упрямился. А я всегда был нетерпим к идеалистам.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Однажды я изложил ему основы своего мировоззрения. Они были краткими, ясными, неоспоримыми. Даже сейчас, когда я пишу это, я уверен в их правильности! Вот что я сказал: Вслед за Гоббсом я утверждаю, что невозможно отделить мысль от мыслящей материи. Вслед за Бэконом и Локком я утверждаю, что все человеческие знания и идеи являются результатом чувственного восприятия мира. Вслед за Кантом я утверждаю механическое происхождение мира и то, что его сотворение является естественным историческим процессом.</p>
     <p>Как и Лаплас <a l:href="#n_858" type="note">[858]</a>, я утверждаю, что нет необходимости в гипотезе о творце. И наконец, подводя итог сказанному, я утверждаю, что формы изменчивы и преходящи. Поэтому преходящи и мы сами.</p>
     <p>Я повторяю, все это звучало достаточно убедительно. И, однако, он ответил мне пресловутым софизмом Палея относительно часов. Кроме того, он заявил, что последние лабораторные исследования радия почти подорвали самое представление о существовании материи. Это звучало по-детски. Я даже не предполагал, что у него могут быть такие незрелые суждения.</p>
     <p>Как спорить с таким человеком? Я сослался на целесообразность всего сущего. Он согласился со мной, за одним исключением. При этом он как-то особенно посмотрел на меня, что мне тут же стал ясен смысл его взгляда. Вывод напрашивался сам собой. Меня ошеломило, что в самый разгар серьезного спора он оказался способным на такую дешевую колкость.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Неизменность форм <a l:href="#n_859" type="note">[859]</a>. Это смехотворно. И все же странное очарование заключено в этих словах. Если это верно, то он не перестал существовать. Значит, он существует. Нет, это невозможно!</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Я прекратил прогулки. Дело в том, что пока я в комнате, меня не тревожат никакие видения. Но, возвращаясь к себе после какой-нибудь отлучки, я всегда застаю его: он сидит за столом и что-то пишет. Я не решаюсь обратиться к врачу. Я должен побороть это сам.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Он становится все более настойчивым. Сегодня, подойдя к полке за нужной книгой, я обернулся: он снова сидит в кресле! Впервые он посмел сделать это в моем присутствии. Но, посмотрев на него несколько минут спокойно и твердо, я заставил его исчезнуть. Это доказывает мою правоту. Он не существует. Если бы он существовал, я не смог бы избавиться от него лишь усилием собственной воли.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Ужасно! Сегодня я целый час пристально смотрел на него, прежде чем заставил его исчезнуть. И вместе с тем это так легко объяснить. Мне просто видятся картины, ранее запечатлевшиеся в моей памяти. Каждый день, в течение двадцати лет, я видел его за этим столом. Наблюдаемое мною явление — повторение этих картин, которые бессчетное число раз откладывались в моем сознании.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Сегодня я сдался. Я совершенно обессилел, а он не уходил. Я сидел и наблюдал за ним несколько часов. Он продолжал писать, не обращая на меня ни малейшего внимания. Я знаю, что он пишет, потому что читаю из-за его плеча. Все это ложь. Он пользуется своим преимуществом.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Вопрос: он продукт моего сознания, следовательно, сознание может создавать нечто материальное?</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Мы не ссорились. До сих пор не понимаю, как это случилось. Позвольте мне рассказать обо всем по порядку. И судите сами. В ту незабываемую, последнюю ночь его существования мы засиделись допоздна. Вспыхнул старый спор — вечность и неизменность форм. Сколько часов, сколько ночей было отдано ему!</p>
     <p>Той ночью он особенно раздражал меня, и нервы мои были напряжены до предела. Он продолжал утверждать, что человеческая душа сама по себе является вечной формой и что светильник его мысли будет гореть всегда и вечно. Я взял в руки кочергу:</p>
     <p>— «Предположим, я убью тебя этой штукой?»</p>
     <p>— «Я буду продолжать существовать», — последовал ответ.</p>
     <p>— «Как сознательное существо?» — настаивал я.</p>
     <p>— «Да, как сознательное существо. Я буду переходить из одной сферы бытия в другую, более высокую, и помнить свою земную жизнь, тебя, наш спор и продолжать, да, да — продолжать спорить с тобой».</p>
     <p>Кочерга была лишь доводом <a l:href="#n_860" type="note">[860]</a>. Клянусь, я взял ее лишь в качестве довода. Я не поднимал на него руку. Как я мог?! Он был моим братом, моим старшим братом.</p>
     <p>Я ничего не помню. Я был вне себя. Он всегда был нестерпимо упрям, когда отстаивал свой метафизический бред. Когда я очнулся, он лежал у камина. Лилась кровь. Это было ужасное зрелище! Он был нем и неподвижен. С ним, должно быть, случился припадок, и он ударился головой. Я заметил на кочерге кровь. Падая, он, очевидно, ударился об нее. До сих пор не могу понять, как все случилось, потому что я ни на секунду не выпускал кочерги из рук. Я держал ее в руке и в ужасе смотрел на случившееся.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Это галлюцинации. Вот что подсказывает здравый смысл. Я наблюдал за этим явлением. Сначала я видел его сидящим в кресле лишь при самом слабом свете. Но со временем, повторяясь, галлюцинации усиливались, и он стал появляться в кресле даже при самом ярком освещении. Вот и все объяснение. И оно достаточно убедительно.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Никогда не забуду, как я увидел его в первый раз. Я не пью вина, поэтому случившееся не было результатом опьянения. Я пообедал внизу в одиночестве. Спускались сумерки, когда я вернулся в кабинет Я взглянул на стол. Там сидел он. Все это выглядело настолько естественным, что я невольно крикнул: «Джим!» Затем я все вспомнил. Конечно, это была галлюцинация. Я убежден в этом. Я взял кочергу и подошел к креслу. Он не пошевелился, не исчез. Кочерга разрезала пустоту и ударилась о спинку кресла. Плод воображения — вот что это такое. Там, где кочерга ударилась о кресло, и сейчас виден след. Я на минуту перестаю писать, поворачиваюсь и разглядываю вмятину, надавливая на нее кончиками пальцев.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Он и в самом деле продолжает спор. Сегодня я подкрался сзади и посмотрел, что он пишет. То была история нашего спора. Он нес все тот же вздор относительно вечности форм. Читаю дальше, что же — он описывает мой практический опыт с кочергой. Это — бесчестное и лживое утверждение. Никакого опыта не было. Падая, он сам ударился головой о кочергу.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Впоследствии кто-нибудь найдет его записи. Это будет ужасно. Я уже подозреваю слугу: он все время вертится около меня, стараясь подглядеть, что я пишу. Сколько я ни менял слуг, все одинаково любопытны. Плод воображения — и ничего больше. Никакого Джима в кресле нет. Я знаю это наверное. Вчера ночью, когда все уснули, я спустился в подвал и внимательно осмотрел пол вокруг трубы. Земля не тронута. Мертвые не встают из могил.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Вчера утром, когда я вошел в кабинет, он сидел в кресле. Усилием воли отогнав его, я сам опустился в кресло и просидел весь день. Я не вставал даже, чтобы поесть: обед и ужин мне принесли в кабинет. Так в течение нескольких часов мне удалось избежать его присутствия, потому что он появляется только в кресле. Я смертельно устал, но продолжал сидеть, пока не пробило одиннадцать. Пора было идти спать. Я встал и обернулся — он был уже там! Он плод моего воображения, и весь день не выходил у меня из головы. Но как только он перестал занимать мои мысли, он тут же занял свое место в кресле. Неужели это и есть его высшие сферы существования, которыми он хвастал, — мой мозг и кресло? А может быть, он все-таки прав? Что, если его вечная форма настолько бесплотна, что принимает вид галлюцинации? Имеют ли галлюцинации материальную оболочку? А почему бы и нет? Здесь есть над чем подумать. Придет время, и я разберусь в этом.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Сегодня он был очень обеспокоен. Я велел слуге унести из комнаты ручку, и он не мог писать. Но ведь и я не мог писать.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Слуга почему-то не видит его. Странно. Неужели у меня развилось более острое зрение на невидимое. Или это доказывает, что наблюдаемое мною явление — лишь результат моего болезненного воображения?</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Он снова стащил мою ручку. Призраки не крадут ручек. Уму непостижимо! Не могу же я вечно держать ручку не в комнате. Мне самому необходимо писать.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>С тех пор, как это несчастье свалилось на мою голову, я сменил трех слуг, и ни один не видел его. Не является ли это доказательством того, что они здоровы, а я болен? Но как же так — чернила исчезают слишком быстро! Мне приходится наполнять ручку чаще, чем это необходимо. Кроме того, только сегодня я обнаружил, что перо испорчено. Я не мог сломать его.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Несколько раз я заговаривал с ним, но он не отвечает. Все утро сегодня я сидел и наблюдал за ним. Изредка он поглядывал на меня, и было ясно, что он узнал меня.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Если я с силой ударю себя по голове ребром ладони, то видение исчезает. Тогда я могу сесть в кресло; правда, нужно двигаться очень быстро, чтобы опередить его. Часто он дурачит меня, возвращаясь в кресло до того, как я успеваю сесть.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Он становится невыносим. Хлопается в кресло, точно попрыгунчик, выскакивающий из ящика. Да, да именно выскакивает, иначе не скажешь. Я не могу больше смотреть на него. Это прямой путь к сумасшествию, потому что я начинаю верить в реальность того, кто, как мне доподлинно известно, не существует. Кроме того, призраки не выскакивают, как попрыгунчики.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Слава богу, он появляется только в кресле. Пока я нахожусь в нем, он не беспокоит меня.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Мой способ гнать его из кресла, колотя себя по голове, больше не действует. Приходится бить посильнее обычного, но мои старания увенчиваются успехом крайне редко — раз из двенадцати. От многократных ударов трещит голова. Нужно попробовать колотить другой рукой.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Брат был прав. Невидимый мир все-таки существует. Разве я не вижу его? Разве не лежит на мне это проклятие — способность все время видеть этот мир? Назовите это как угодно: мыслью, воображением, фантазией, — этот мир существует, и от него никуда не деться.</p>
     <p>Мысль материальна. Мы творим с каждым актом мышления. Я создаю призрака, который сидит в моем кресле и пользуется моими чернилами. То, что он создан мною, не умаляет его реальности. Он — творение моей мысли, нечто существующее. Вывод: мысль создает нечто существующее, а все существующее реально.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Вопрос: если человек, сам являющийся продуктом эволюции, может создать нечто существующее, нечто реальное, то, может быть, гипотеза о творце состоятельна? Если может создавать живая материя, вполне естественно допустить существование Его, создавшего материю жизни. Разница лишь в степени. Я пока не сотворил гору или солнечную систему, но уж создал нечто, сидящее в моем кресле. Почему бы не предположить, что когда-нибудь я создам гору или солнечную систему?</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>На протяжении всей истории человечество жило как в тумане, оно не знало света истины. Я убежден, что я подхожу к истине, но не так, как мой брат, — ощупью и спотыкаясь, а сознательно и целеустремленно.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Мой брат мертв. Он перестал существовать. Это не подлежит сомнению, потому что я еще раз спускался в подвал. Земля не тронута. Я сам разворошил ее, и то, что я увидел, окончательно убедило меня. Мой брат перестал существовать, и тем не менее я воссоздал его силой собственной мысли. Это не мой прежний брат, и все же это нечто напоминающее его настолько, насколько мне удалось придать ему сходство с братом. Я не похож на других людей. Я бог. Я создатель.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Каждый раз, отправляясь спать, я оглядываюсь — он неизменно сидит в кресле. Я не могу спать, так как все время думаю о том, что он сидит там долгие ночные часы. А утром, открывая дверь, я вижу его на том же месте и знаю, что он просидел здесь всю ночь напролет.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Я прихожу в отчаяние от недосыпания. Как бы мне хотелось посоветоваться с врачом!</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>О благословенный сон! Наконец-то мне удалось уснуть спокойно! Позвольте рассказать об этом. Прошлой ночью я так утомился, что задремал в кресле. Потом позвонил слуге и приказал принести плед. Я уснул. Он был изгнан из моих мыслей, как и из кресла, на всю ночь. Я провел в кресле весь день. Чудесное облегчение!</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Как неудобно спать в кресле! Но хуже час за часом лежать в постели, не смыкая глаз, и знать, что там, в холодной тьме, сидит он.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Мне ничто не поможет. Я не смогу больше спать в кровати. Я попробовал это, но каждая такая ночь превращалась в ад. Если бы я только мог убедить его лечь спать. Но нет! Он сидит там и только там, и мысль эта не покидает меня ни на минуту, и я лежу, уставившись в темноту, и думаю, думаю, без конца думаю о нем. И зачем только я узнал о неизменности форм!</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Слуги считают меня сумасшедшим. Этого следовало ожидать, потому я и не обращаюсь к психиатру.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Решено. С сегодняшнего дня галлюцинации прекратятся. Отныне я навсегда останусь в кресле, не покину его ни на минуту. Я буду сидеть в кресле, днем, ночью, всегда.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Какая удача! Уже две недели я не видел его. И не увижу никогда. Наконец я добился душевного равновесия, необходимого для философских размышлений. Сегодня я написал целую главу.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Утомительно сидеть в кресле. Проходят дни, недели, приходят и уходят месяцы, меняются слуги; а я все сижу и сижу и не вижу этому конца. Странная жизнь, зато наконец я обрел долгожданный покой.</p>
     <p>………………………………..</p>
     <p>Он не появляется больше. Формы конечны. Я доказал это. Вот уже два года я не встаю из кресла и с тех пор ни разу не видел его. Правда, иногда я чувствую себя совершенно разбитым. Но теперь мне абсолютно ясно, что прежние видения были просто-напросто галлюцинациями. Его не было и нет. Но я не покидаю кресла. Я боюсь.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>История, рассказанная в палате для слабоумных</p>
     </title>
     <p>Я? Нет, я не сумасшедший. Я здесь за ассистента. Просто не знаю, что делали бы без меня мисс Келси и мисс Джонс. В этой палате двадцать пять слабоумных, самых тяжелых, какие только могут быть. Кто бы их всех кормил, если бы не я? Мне нравится кормить слабоумных. Они не доставляют никаких хлопот. Да они и не могут. У всех у них что-нибудь не в порядке с руками или ногами, и они не умеют говорить. Они очень плохи. А я могу ходить, разговаривать и делать все, что угодно. Со слабоумными надо обращаться очень осторожно и не следует кормить их слишком быстро. А не то они подавятся. Мисс Джонс говорит, что я в этом большой знаток. Каждый раз, когда в приют приходит новая няня, я учу ее, как это делать. Вот уж смеху-то бывает, когда новенькая начинает их кормить! Она кормит их так медленно и осторожно, что, пока успевает запихнуть им в рот завтрак, подходит время ужина. Тогда я начинаю учить ее, ведь я большой знаток. Доктор Далримпл тоже подтверждает это, а уж ему ли не знать. Слабоумный может есть вдвое быстрее, если умеют к нему подойти.</p>
     <p>Меня зовут Том. Мне двадцать восемь лет. В нашем заведении меня все знают. Ведь это специальное заведение. Оно находится в штате Калифорния, и им заправляют местные политиканы. Да, да, я знаю. Я живу тут уже очень давно. Мне все доверяют. Мне то и дело дают какие-нибудь поручения, и я бегаю по всему дому, если, конечно, не занят со слабоумными. Я их очень люблю. Когда я с ними, то лишний раз убеждаюсь в том, какое счастье, что сам я не слабоумный.</p>
     <p>Мне нравится здесь, в нашем доме. А за его стенами не нравится. Я уже побывал там однажды и вернулся, и меня взяли обратно. Я люблю жить дома, а лучшего дома, чем этот, не сыщешь. И на слабоумного я не похож, ведь правда? Это же видно с первого взгляда. Я ассистент. А для тронутого это что-нибудь да значит. Что такое тронутый? Да ведь это же ненормальный! Я думал, вы знаете. Мы все здесь тронутые.</p>
     <p>Но я тронутый высшего разряда. Доктор Далримпл даже говорит, что я слишком умен для нашего заведения, но я никому не рассказываю об этом. По-моему, у нас здесь совсем неплохо. И со мной никогда не бывает припадков, не то что с другими тронутыми. Видите вон тот дом, за деревьями? В нем живут припадочные высшего разряда. Они ужасные задавалы, потому что они не простые тронутые. Они называют свой дом клубом и уверяют, что они ничуть не хуже тех, что живут на воле, разве что немного нездоровы. Я не очень их люблю. Всегда насмехаются надо мной, если только не корчатся в припадке. Но мне наплевать. Уж я-то не хлопнусь в припадок и не буду биться головой об стенку. А иногда они вдруг начинают носиться, как сумасшедшие, по комнате, словно ищут, где бы присесть. Но не садятся. Припадочные низшего разряда отвратительны, а припадочные высшего разряда вечно задирают нос. Я рад, что я не припадочный. Ничего в них нет особенного. Только и делают, что болтают.</p>
     <p>Мисс Келси утверждает, что я тоже много болтаю. Но я говорю разумные вещи, а ни один тронутый на это не способен. Доктор Далримпл говорит, что у меня дар красноречия. Да я и сам это знаю. Вы бы только послушали, как я разговариваю сам с собой или со слабоумными. Иногда мне приходит в голову, что неплохо бы стать политическим деятелем, да только очень уж это хлопотное занятие. Все они большие говоруны, на том и держатся.</p>
     <p>Сумасшедших в нашем заведении нет. Все просто немного не в своем уме. Презабавные сценки иногда наблюдаешь. Вот послушайте. У нас здесь есть девицы — человек девять — двенадцать, и все из высшего разряда, — им поручено накрывать столы к обеду. Иногда, управившись до времени, они усаживаются в кружок и принимаются болтать. А я тихонько подкрадусь к двери и слушаю. Вот потеха-то, помереть можно со смеху. Хотите знать, о чем они говорят? Сначала они долго-долго сидят и молчат. Потом одна произносит: «Слава богу, что я в своем уме». А остальные одобрительно кивают головами. И снова молчат. Через некоторое время другая девица говорит: «Слава богу, что я в своем уме», — и опять все кивают головами. Так они и повторяют по очереди одно и то же. Ну, не тронутые? Решайте сами! Я тоже тронутый, но, слава богу, не такой, как они.</p>
     <p>А иногда мне кажется, что я вовсе не тронутый. Я играю в оркестре и умею читать ноты. Считается, что все в оркестре тронутые, кроме дирижера. Он настоящий сумасшедший. Мы так думаем, но никогда не говорим об этом, разве только между собой. Ведь его работа тесно связана с политикой, а мы не хотим, чтобы он ее лишился. Я играю на барабане. Без меня в нашем заведении не обойтись. Это я уж точно знаю. Однажды я заболел. Просто диву даешься, как у них все не пошло вверх тормашками, пока я лежал в лазарете.</p>
     <p>Я в любое время могу уйти отсюда, стоит мне только захотеть. Не так уж я слаб умом, как могут подумать. Но я об этом помалкиваю. Мне и тут неплохо живется. Кроме того, без меня все здесь пойдет кувырком. Боюсь только, что когда-нибудь они поймут, что никакой я не слабоумный, и тогда меня выгонят отсюда в большой мир, и придется мне самому о себе заботиться. А я знаю, что такое большой мир, не люблю я его. Мне хорошо здесь, и больше мне ничего не надо.</p>
     <p>Вы иногда видите на моем лице ухмылку. Я ничего не могу с этим поделать. Но иногда я ухмыляюсь нарочно. Однако я совсем не урод. Я часто смотрю на себя в зеркало. У меня смешной рот, и губы отвисают, и зубы гнилые. Слабоумного за версту узнаешь, стоит только поглядеть на его рот и зубы. Но это еще не доказывает, что я слабоумный. Просто мне повезло, что я так на них похож.</p>
     <p>Чего я только не знаю! Вы бы поразились, если б я выложил все, что знаю. Но если я что-нибудь не хочу понимать или меня заставляют что-нибудь делать, а мне это не по душе, я немедля распускаю губы, ухмыляюсь и мычу. Я не раз видел, как мычат слабоумные низшего разряда, и мне ничего не стоит провести кого угодно. Я могу мычать на все лады. Мисс Келси на днях обозвала меня идиотом. Мне удалось обмануть ее, притворившись слабоумным, и она очень рассердилась.</p>
     <p>Однажды мисс Келси спросила меня: «Почему бы тебе не написать книгу о тронутых?» В ту минуту я советовал ей, как ходить за маленьким Альбертом. Маленький Альберт слабоумный, и я всегда понимаю, что он хочет по тому, как у него подергивается левый глаз. Я и объяснил это мисс Келси, а она вышла из себя: сама-то она этого не знала. Но когда-нибудь я, может, и напишу эту книгу. Только писать ее — хлопот не оберешься. Разговаривать куда как легче.</p>
     <p>Вам приходилось видеть микроцефала? Это ребенок с малюсенькой головкой, не больше кулака. Они, как правило, все слабоумные, но живут очень долго. Гидроцефалы не обязательно слабоумные. У них огромная голова, и они более толковые. Но они никогда не выживают. Всегда умирают. Смотришь на такого и думаешь: «Долго он не протянет». Иногда, когда на меня нападает лень или нянька начинает ворчать, я жалею, что я не слабоумный: глядишь, не заставляли бы работать да кормили бы с ложечки. Но, пожалуй, все же лучше остаться таким, как я есть, и болтать сколько душе угодно.</p>
     <p>А вчера доктор Далримпл сказал мне: «Том, — говорит, — что бы я без тебя делал?» А уж он-то знает, что говорит — шутка сказать, вот уже два года на его руках тысяча тронутых! До него здесь был доктор Уотком. Их ведь сюда назначают. Это все политика. Сколько я их перевидал на своем веку! Я-то появился в приюте, когда их и в помине не было. Я в этом заведении уже двадцать пять лет. Нет, не подумайте, что я жалуюсь. Лучшего заведения, пожалуй, не найти.</p>
     <p>Быть тронутым — плевое дело. А возьмите доктора Далримпла. Вот уж кому нелегко приходится! Его положение целиком зависит от политических интриг. Можете не сомневаться, что мы разговариваем о политике. Мы про нее все знаем, и это плохо. Таким заведением, как наше, не должна управлять политика. Посмотрите на доктора Далримпла. Он здесь уже два года и многому научился. Но в один прекрасный день в результате каких-нибудь политических махинаций его выгонят, и на его место пришлют нового доктора, который ничего не смыслит в нашем деле.</p>
     <p>А сколько нянек сменилось, пока я здесь! Некоторые из них совсем не дурны. Но они приходят и уходят. Многие обзаводятся мужьями. Иногда я думаю, что и мне неплохо бы жениться. Как-то я заговорил об этом с доктором Уоткомом, но он сказал, что, к его сожалению, тронутым не разрешают жениться. Однажды я влюбился. Она была няней. Мне не хочется называть вам ее имя. У нее были голубые глаза, светлые волосы, нежный голос, и я ей нравился. Она сама сказала мне об этом. Она всегда уговаривала меня быть хорошим и послушным. И я слушался ее, до того самого момента… Тогда я убежал. Понимаете, она бросила нас и вышла замуж. И не сказала мне об этом ни слова.</p>
     <p>Я считаю, женитьба не такая приятная штука, как кажется. Доктор Энглин и его жена часто дерутся. Сам видел. А однажды я слышал, как она обозвала его сумасшедшим. Но ведь никто не имеет права обзывать человека сумасшедшим, если он вовсе не сумасшедший. Вот уж доктор Энглин разбушевался! Но он недолго здесь продержался. Снова какие-то политические махинации — и его убрали. На его место пришел доктор Мандевилл. У него не было жены. Я слышал, как он однажды разговаривал с инженером. Инженер с женой жили как кошка с собакой. Доктор Мандевилл сказал инженеру: «Я счастлив, что не привязан к юбке». Юбка — это женская одежда. Я знаю, что он имел в виду, хоть я малость и тронутый. Но я помалкиваю. Когда держишь язык за зубами, слышишь массу интересного.</p>
     <p>Я много повидал в жизни. Как-то раз меня взяли к себе некие Боппы, и я уехал к ним за сорок миль по железной дороге. У них была ферма. Доктор Энглин сказал им, что я сильный и смышленый, и я подтвердил это — я хотел, чтобы меня взяли на воспитание. Питер Бопп обещал, что мне будет у них хорошо, и юристы оформили все бумаги.</p>
     <p>Но очень скоро я понял, что ферма совсем не то место, какое мне нужно. Миссис Бопп почему-то до смерти боялась меня и не разрешала спать в доме. Они приспособили для меня дровяной сарай и заставляли спать там. Я должен был вставать в четыре утра, кормить лошадей, доить коров и развозить молоко соседям. Считалось, что это так, пустое дело, а на поверку выходило, что я гнул спину с утра до вечера. Я колол дрова, чистил курятник, пропалывал огород, и чего только я не делал! Ни развлечений, ни свободного времени.</p>
     <p>Послушайте, что я вам скажу. По мне лучше кормить молочной кашей слабоумных, чем холодными утрами доить коров. Миссис Бопп не хотела, чтобы я играл с ее детьми, боялась. Да я и сам боялся. Когда никто не видел, они корчили мне рожи и дразнили лунатиком. Все звали меня Том-Лунатик. А соседские мальчишки бросали в меня камнями. Здесь, в нашем доме, такого никогда не бывает. Слабоумные куда лучше воспитаны.</p>
     <p>Миссис Бопп щипала меня и таскала за волосы, когда ей казалось, что я отлыниваю от работы, а я в ответ глупо хихикал. Она не раз говорила, что когда-нибудь я ее в гроб вгоню. Однажды я забыл закрыть крышку колодца на выгоне, туда свалился теленок и утонул. Питер Бопп пообещал отколотить меня. И он сдержал свое обещание. Он взял вожжи и пошел на меня. Это было ужасно. Меня никогда не били. Чтобы у нас здесь кого-нибудь били — такого не случалось. Почему я и говорю, что это заведение — самое подходящее для меня место.</p>
     <p>Я разбираюсь в законах и знаю, что он не имел никакого права меня бить. Это жестоко, а в бумагах опекунского совета сказано, что со мной нельзя обращаться жестоко. Но тогда я ему ничего не сказал. Я просто выжидал, и уже из одного этого видно, тронутый я или нет. Я ждал долго, и нарочно работал медленно, и все чаще глупо хихикал и мычал. Но он не отсылал меня домой, на что я так надеялся. Однажды — это случилось в начале месяца — миссис Браун дала мне три доллара в уплату за молоко, которое она покупала у Питеpa Боппа. Это было утром. А вечером я привез ей молоко и должен был передать ей расписку от Питера Боппа в получении денег. Но я этого не сделал. Я отправился на железнодорожную станцию, купил билет, как всякий другой, и поехал обратно к себе домой. Вот какой я тронутый!</p>
     <p>Доктор Энглин к тому времени уже ушел из приюта, и вместо него назначили доктора Мандевилла. Я направился прямо к нему в кабинет. Он не знал меня. «Здравствуйте, — сказал он. — Сегодня не приемный день». «А я вовсе не на прием, — говорю. — Меня зовут Том. Я здешний». Он присвистнул, не скрывая своего удивления. Я сообщил ему обо всем и показал следы от вожжей, а он рассердился и заявил, что займется этим делом.</p>
     <p>Видали б вы, как обрадовались слабоумные моему возвращению!</p>
     <p>Я отправился прямо к ним в палату. Маленького Альберта кормила новая няня. «Постойте, — говорю я ей. — Так у вас ничего не получится. Разве вы не видите, как у него дергается левый глаз? Давайте покажу, как надо его кормить». Должно быть, она решила, что я новый доктор, и безропотно отдала мне ложку. Мне думается, что со дня моего отъезда маленький Альберт ни разу не ел с таким аппетитом. Со слабоумными не так уж трудно, если уметь к ним подойти. Однажды я слышал, как мисс Джонс сказала мисс Келси, что у меня прямо-таки особый дар в обращении с ними.</p>
     <p>Когда-нибудь я поговорю с доктором Далримплом и потребую у него справку, что я не тронутый. Тогда я попрошу его назначить меня настоящим ассистентом в палату слабоумных с окладом в сорок долларов и со столом. А потом женюсь на мисс Джонс, и мы заживем припеваючи. А если она мне откажет, я женюсь на мисс Келси или на какой-нибудь другой сестре. Многие из них хотят выйти замуж. И мне наплевать, если моя жена когда-нибудь вспылит и назовет меня сумасшедшим. Подумаешь! Когда привык иметь дело с ненормальными, то с женой управиться совсем не трудно.</p>
     <p>Я еще не рассказал вам, как однажды убежал отсюда. Я бы и не помышлял о побеге, если б Чарли и Джо не втравили меня в это дело. Оба они эпилептики. В тот день я зашел в кабинет к доктору Уилсону с каким-то поручением и уже возвращался обратно в палату, как вдруг заметил Чарли и Джо. Они спрятались за углом гимнастического зала и подавали мне какие-то знаки. Я подошел к ним.</p>
     <p>— Привет! — сказал Джо. — Как поживают твои слабоумные?</p>
     <p>— Прекрасно, — ответил я. — А что нового у припадочных?</p>
     <p>Они распсиховались, а я преспокойно отправился дальше. И вдруг слышу:</p>
     <p>— Том, мы решили бежать. Хочешь с нами?</p>
     <p>— Зачем? — спрашиваю.</p>
     <p>— Мы хотим добраться до вершины горы, — говорит Джо.</p>
     <p>— И найти золотую жилу, — добавляет Чарли. — И никакие мы не припадочные. Мы уже выздоровели.</p>
     <p>— Хорошо, — говорю.</p>
     <p>Мы прошмыгнули мимо гимнастического зала и выбрались во двор. Не прошли мы и десяти минут, как а остановился.</p>
     <p>— В чем дело? — спрашивает Джо.</p>
     <p>— Подождите, — говорю я, — мне надо вернуться.</p>
     <p>— Зачем? — спрашивает Джо. — За маленьким Альбертом.</p>
     <p>Они разозлились и сказали, чтоб я не смел возвращаться. Но я и ухом не повел. Я знал, что они все равно будут меня ждать. Дело в том, что я живу здесь уже двадцать пять лет и знаю все тропки в горах как свои пять пальцев. А Чарли и Джо не знают этих тропок. Вот почему я им и понадобился.</p>
     <p>Я вернулся за маленьким Альбертом. Он не мог ни ходить, ни говорить и только мычал. Я взял его на руки и понес. Мы миновали самый дальний луг — дальше него я никогда не забирался. Вскоре лес и кустарник стали такие густые, что я потерял тропинку, и мы свернули на дорогу, по которой коров гоняют к ручью на водопой, а потом перелезли через забор и очутились за пределами нашего приюта.</p>
     <p>Перейдя ручей, мы стали карабкаться на высокий холм. Склоны его поросли большими деревьями, так что не надо было продираться через кустарник. Но подъем был очень крутой, ноги скользили по опавшим листьям, и мы с трудом продвигались вперед. Чем дальше — тем хуже. Дорога пошла по самому краю обрыва, и нам предстояло пройти футов сорок по страшной крутизне. Поскользнешься — полетишь вниз с высоты в тысячу футов, а может, и в сто. Упасть не упадешь, только скатишься вниз. Я пошел первый, с Альбертом на руках. За мной следовал Джо. Но Чарли дошел до середины и испугался.</p>
     <p>— Сейчас у меня начнется припадок, — заявил он и уселся на землю.</p>
     <p>— Ничего подобного, — сказал Джо. — Ты бы не стал тогда садиться. Ты всегда стоишь во время припадков.</p>
     <p>— Припадок припадку рознь, — сказал Чарли и захныкал.</p>
     <p>Он стал усиленно трястись и дергаться всем телом, но именно потому, что он очень старался, ему не удалось выжать из себя даже самого слабенького припадка.</p>
     <p>Джо пришел в ярость и с бранью обрушился на Чарли. Но это не помогло. Тогда я стал мягко и ласково уговаривать Чарли. Ненормальных можно взять только лаской. Стоит выйти из себя — и пиши пропало. Ведь и со мной так случалось. Вот почему я чуть не вогнал в гроб миссис Бопп. Она только и знала, что выходить из себя…</p>
     <p>День приближался к концу, и я понимал, что нам надо продолжать путь. Поэтому я сказал Джо:</p>
     <p>— Подержи Альберта и не бранись. Я пойду приведу его.</p>
     <p>И я пошел. Но от страха у Чарли так дрожали ноги и кружилась голова, что он мог передвигаться только на четвереньках, а я шел рядом и поддерживал его. Когда я переправил его таким образом на другую сторону и снова взял на руки Альберта, я услышал чей-то смех и посмотрел вниз. Я увидел мужчину и женщину верхом на лошадях. У мужчины к седлу было приторочено ружье; женщина громко смеялась.</p>
     <p>— Какого черта их сюда принесло? — испуганно воскликнул Джо. — Уж не погоня ли за нами?</p>
     <p>— Хватит ругаться, — сказал я. — Это хозяин ранчо, он пишет книги. Как поживаете, мистер Эндикот? — крикнул я вниз.</p>
     <p>— Хэлло! — ответил он. — Что вы здесь делаете?</p>
     <p>— Мы убежали из приюта.</p>
     <p>— Желаю удачи, — сказал он. — Но постарайтесь вернуться засветло.</p>
     <p>— Но ведь мы взаправду сбежали, — ответил я. Тут они оба рассмеялись.</p>
     <p>— Ну что ж, прекрасно! Все равно, желаю удачи! Только смотрите, чтобы вас не съели пумы и медведи, когда стемнеет.</p>
     <p>И они со смехом ускакали прочь. «Напрасно он сказал про медведей и пум», — подумал я.</p>
     <p>Как только мы миновали опасное место, я тотчас разыскал тропинку, и мы пошли гораздо быстрей. Чарли раздумал устраивать припадок, он смеялся и без умолку болтал о золотой жиле. Труднее всего приходилось теперь с маленьким Альбертом. Ведь он был чуть не с меня ростом. Я привык звать его маленьким, а он уже давным-давно вырос. Он был до того тяжелый, что я с трудом поспевал за Джо и Чарли. Я изнемогал от усталости и предложил нести его по очереди, но они отказались. Тогда я сказал, что брошу их, они заблудятся и их съедят пумы и медведи. Чарли задрожал, словно собирался забиться в припадке, а Джо сказал: «Давай его мне». После этого мы несли маленького Альберта по очереди.</p>
     <p>Мы продолжали карабкаться на гору. Я не думаю, чтобы там была золотая жила, но мы все равно могли бы напасть на нее, если бы не сбились с пути, если бы не стемнело и если бы мы не выбились из сил, потому что тащили Альберта. Многие припадочные боятся темноты, и Джо заявил, что у него сию же минуту начнется припадок. Но припадок не начался. Никогда не встречал такого невезучего парня: только он вздумает устроить припадок, и пиши пропало — ничего не получится. А другим закатить припадок — раз плюнуть.</p>
     <p>Мало-помалу стемнело, нам хотелось есть, а костра развести мы не могли. Дело в том, что тронутым не дают в руки спичек, и нам ничего не оставалось, как дрожать от холода. Кто бы мог подумать, что мы захотим есть? Ведь тронутые живут на всем готовом. Вот почему куда как лучше быть тронутым, чем самому зарабатывать себе на пропитание.</p>
     <p>Тишина! Вот что было самое страшное. Страшнее ночной тишины разве только ночные шорохи. Они были повсюду — шорохи и снова тишина, тишина и снова шорохи. Должно быть, то были кролики, но они шуршали в кустах, словно дикие звери — эдак, знаете: пш-пш, тум-бум, крэк-крэк. Сперва начался припадок у Чарли — на этот раз настоящий. Потом забился Джо. Я не против припадков, если только они случаются в приюте, когда кругом полным-полно народу. Но в лесу, когда темно, хоть глаз выколи, — это совсем другое. Послушайтесь моего совета: никогда не пускайтесь на поиски золотой жилы в компании эпилептиков, даже если они эпилептики высшего разряда.</p>
     <p>То была ужасная ночь. В короткие промежутки, когда Чарли и Джо не бились в припадке, они притворялись, будто он вот-вот начнется; они дрожали от холода, а в темноте я принимал эту дрожь за новый приступ. У меня тоже зуб на зуб не попадал, и мне казалось, что я сам с минуты на минуту забьюсь в припадке. Маленький Альберт до того проголодался, что только жалобно мычал. Ни разу не видел я его в таком плохом состоянии. Левый глаз его дергался так сильно, что я опасался, как бы он вовсе не выскочил. В темноте я не мог этого разглядеть, но по тому, как Альберт ерзал и мычал, догадывался, что это так. Джо валялся под кустом и непрерывно ругался, а Чарли хныкал и просился обратно в приют.</p>
     <p>Мы все же не умерли в ту ночь, и как только забрезжило утро, отправились прямехонько домой. Маленький Альберт стал еще тяжелее. Видели бы вы, как разбушевался доктор Уилсон! Он сказал, что я самый скверный и непослушный парень в приюте. Да и Чарли с Джо, по его словам, недалеко от меня ушли. Но мисс Страйкер, тогдашняя няня в палате слабоумных, обняла меня и заплакала от радости, что я вернулся. Я подумал, что, может быть, женюсь на ней. Но не прошло и месяца, как она выскочила замуж за водопроводчика, который приехал из города устанавливать трубы в нашем новом лазарете. А маленький Альберт до того измучился, что у него целых два дня не дергался левый глаз.</p>
     <p>Когда я убегу в следующий раз, то отправлюсь прямиком на эту гору. Но чтобы взять с собой эпилептиков — ни за что. Они никогда не излечиваются, и если испугаются чего-нибудь или придут в возбуждение, то сразу закатывают припадок. Однако маленького Альберта я возьму. Я не могу его бросить. А вообще-то говоря, я не собираюсь отсюда бежать. Зачем мне золотая жила, если мне и здесь хорошо! И я слышал, что должна приехать новая няня. К тому же маленький Альберт уже перерос меня, и я не смогу перенести его через гору. А он все растет — не по дням, а по часам. Просто удивительно!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Бродяга и фея</p>
     </title>
     <p>Он лежал навзничь. Его свалил такой крепкий сон, что ни топот лошадей, ни крики возчиков, доносившиеся с перекинутого через речку моста, не разбудили его. Телеги, доверху нагруженные виноградом, бесконечной вереницей тянулись по мосту, направляясь к долине, в винодельню, и каждая телега, проезжая, словно взрывом сотрясала дремотную тишину послеполуденных часов.</p>
     <p>Но человек не просыпался. Голова его давно скатилась с газеты, заменявшей ему подушку, и в нечесаные, всклокоченные волосы набились колючки и стебельки сухого пырея и репья. Вид у него был далеко не привлекательный. Он спал с открытым ртом, и в верхней челюсти вместо передних зубов, которые ему когда-то вышибли, зияла пустота. Человек дышал хрипло, с присвистом, временами мычал, стонал, словно что-то мучило его во сне. Он метался, раскидывал руки, судорожно вздрагивал и ерзал головой по колючкам. Что его мучило? Это могли быть и душевная тревога, и солнце, бившее ему в лицо, и мухи, которые с жужжанием садились на него, ползая по носу, по щекам и векам. Да им больше и негде было ползать, потому что остальную часть лица закрывала густая, свалявшаяся в войлок борода, слегка уже тронутая сединой, выцветшая от непогоды, грязная.</p>
     <p>На скулах спящего багровели пятна от застоя крови — последствие пьянства. Да и сейчас он, должно быть, спал с похмелья. Назойливые мухи, привлеченные запахом винного перегара, роем вились вокруг его рта. Человек этот, широкоплечий, с воловьей шеей и жилистыми, изувеченными тяжелой работой руками, выглядел богатырем. Но следы увечий были давнего происхождения, так же как и мозоли, проступавшие сквозь грязь на повернутой наружу ладони. Время от времени рука эта угрожающе сжималась в кулак — огромный и костистый.</p>
     <p>Человек лежал в сухой колкой траве на узкой поляне, спускавшейся к окаймленной деревьями речке. Вдоль прогалины тянулась изгородь, какие в старину возводились для скачек с препятствиями. Правда, ее почти не видно было за густо разросшимися кустами дикой ежевики, низкорослыми дубками и молоденькими земляничными деревцами. В другом конце лужайки, в низкой ограде, открывалась калитка: она вела к уютному, приземистому домику, построенному в испано-калифорнийском вкусе. Он так чудесно гармонировал с окружающим пейзажем, как будто возник вместе с ним и составлял его неотъемлемую часть. Изящный по стилю и пропорциям, изысканный и в то же время простой и скромный, он дышал уютом, с уверенным спокойствием рассказывая о ком-то, кто знал, чего ищет, кто искал и нашел.</p>
     <p>Из калитки на поляну вышла девочка, прелестная, как на картинке, нарисованной для того, чтобы показать, как прелестны могут быть маленькие девочки. Было ей, вероятно, лет восемь, а может быть, чуточку больше или меньше. По тоненькой фигурке и худеньким, в черных чулочках ножкам видно было, какая она хрупкая и нежная. Но хрупкой она была только по сложению. В ее свежем, розовом личике, в быстрой, легкой походке не было и намека на болезненность или слабость. Это было просто очень миниатюрное, очаровательное, белокурое создание. Ее волосы казались сотканными из золотой паутинки; из-под длинных полуопущенных ресниц глядели большие синие глаза. Лицо ее сияло добротой и счастьем. Впрочем, иным оно и не могло быть у существа, обитавшего под крышей такого домика.</p>
     <p>Девочка держала маленький детский зонтик и, наклоняясь за цветами дикого мака, бережно отводила его в сторону, чтобы не порвать о низкие ветки деревьев или кусты ежевики. Это были поздние маки, они цвели в этом году уже третий раз, не в силах противиться зову жаркого октябрьского солнца.</p>
     <p>Оборвав их вдоль одной стороны изгороди, девочка двинулась к другой и, дойдя до середины поляны, наткнулась на бродягу. Она вздрогнула, но не от страха, от неожиданности. Остановилась и долго, пытливо смотрела на это отталкивающее зрелище и собралась было уже повернуть обратно, когда спящий беспокойно заворочался и задвигал руками, натыкаясь на колючки. Она увидела солнце на его лице и жужжащих мух. Глаза ее приняли озабоченное выражение, и с минуту она стояла, раздумывая. Потом на цыпочках подошла к нему сбоку, заслонила зонтиком от солнца и принялась отгонять мух. Немного погодя она для большего удобства уселась рядом.</p>
     <p>Так прошел час. Когда рука у нее уставала, она перекладывала зонтик в другую руку. Сначала спящий все так же метался, потом, защищенный от солнца и мух, стал дышать ровнее и успокоился. Несколько раз, однако, он серьезно испугал ее. В первый раз это показалось всего страшнее, потому что было неожиданно. «Господи Исусе! Дна не достать! Дна не достать!» — прошептал человек из каких-то глубин сна. Зонтик колыхнулся, но девочка сразу овладела собой и продолжала выполнять добровольно взятый на себя подвиг милосердия.</p>
     <p>В другой раз он, словно от нестерпимой боли, заскрежетал зубами. Зубы скрипели так страшно, что ей показалось, будто они сейчас раскрошатся в кусочки. Потом он вдруг вытянулся во всю длину и застыл. Руки сжались в кулаки, и на лице появилась отчаянная решимость, вызванная каким-то сном. Вероятно, ему привиделось что-то ужасное: веки дрогнули, как от удара, и казалось, вот-вот откроются. Но они не открылись. Вместо того губы забормотали: «Нет! Клянусь богом, нет и еще раз нет! Я не доносчик!» Губы сомкнулись, потом опять забормотали: «Хоть вяжи меня, сторож, хоть на куски режь, ничего ты из меня не выжмешь, разве только кровь мою. Мало ли вы ее пили здесь, в вашей проклятой дыре!»</p>
     <p>После этого взрыва человек продолжал спокойно спать, между тем как девочка, высоко держа над ним зонтик, с великим удивлением смотрела на это грязное, лохматое существо, пытаясь найти какую-то связь между ним и тем маленьким кусочком мира, который она знала. До ее ушей доносились с моста крики возчиков, стук копыт, пронзительный скрип и шум тяжело нагруженных телег.</p>
     <p>Стоял удушливый день калифорнийского бабьего лета. В лазурном небе плыли легкие, кудрявые облачка, но на западе сгустились тучи, предвещая дождь. С ленивым жужжанием пролетела пчела. Из далеких зарослей кустарника доносился зов перепела, а с полей — пение жаворонка. Но, не чуя всего этого, Росс Шенклин спал — Росс Шенклин, бродяга, отверженный, бывший каторжник № 4379, ожесточенный, неисправимый, непокорившийся, которого не сломили никакие зверства.</p>
     <p>Россу Шенклину, уроженцу Техаса, потомку первых поселенцев — породы, всегда отличавшейся непокорностью и упрямством, не повезло в жизни. Ему не было еще семнадцати, когда его арестовали за конокрадство, — суд признал его виновным в краже семи лошадей, которых он не крал, и приговорил к четырнадцати годам тюремного заключения. Жестокое наказание, и тем более жестокое, что он судился впервые. Даже те, кто верил в его виновность, считали, что два года заключения — достаточное наказание для такого юнца. Но окружной прокурор рассудил иначе. Ведь за каждый обвинительный приговор, которого ему удавалось добиться, он получал особую плату. Обвинив Росса Шенклина в семи отдельных преступлениях, он и плату получил в семикратном размере. Из чего видно, что для окружного прокурора эти несколько долларов представляли куда большую ценность, чем двенадцать лет жизни какого-то Росса Шенклина.</p>
     <p>И юный Росс Шенклин познал, что такое жестокий труд в аду. Он не раз бежал, его ловили и отправляли работать в другой ад; на каторге их было много — и самых разнообразных. Его подвешивали, пороли плетьми до потери сознания, обливали водой и опять пороли. Его держали в темном каземате по девяносто суток кряду. Он изведал ужас смирительной рубашки. Узнал пытку, после которой кажется, будто в голове звенит птица-муха. Государство сдавало его внаем подрядчикам-строителям, как рабочий скот. За ним охотились по болотам с собаками-ищейками. Дважды в него стреляли и тяжело ранили. Последние шесть лет ему приходилось изо дня в день рубить по полтора корда дров в каторжном леском лагере. Живой или мертвый, он обязан был нарубить эти полтора корда под страхом наказания плетью, завязанной узлами и вымоченной в соленом растворе.</p>
     <p>И Росс Шенклин не стал ангелом от такого обращения. Он отвечал на него язвительным смехом и вызывающим поведением. Он видел, как заключенные, над которыми издевались сторожа, становились калеками на всю жизнь или навсегда теряли рассудок. Случалось, что сторожа, доведя каторжников до исступления, толкали их на убийство — так было с его товарищами по камере, — и те шли на виселицу, проклиная бога. Он участвовал в попытке к бегству, когда одиннадцать таких, как он, были застрелены. Участвовал в мятеже, когда триста арестантов взбунтовались в острожном дворе и были рассеяны пулеметами, после чего здоровенные сторожа избивали их рукоятками мотыг.</p>
     <p>Он изведал силу человеческой жестокости и, пройдя через все испытания, ни разу не дрогнул. С неугасимой злобой боролся он до последнего дня, пока его, ожесточенного, озверевшего, наконец не выпустили. Ему выдали пять долларов в уплату за все годы труда и загубленную молодость. Зато в последующие годы он почти не работал. Он презирал и ненавидел труд. Он бродяжничал, нищенствовал, воровал, обманывал или запугивал — в зависимости от обстоятельств — и при первом удобном случае напивался до бесчувствия.</p>
     <p>Когда он проснулся, девочка все еще смотрела на него. Как у дикого зверя, все в нем проснулось, едва он открыл глаза. Первое, что он увидел, был неизвестно откуда взявшийся зонтик, который заслонял от него небо. Он не вскочил, даже не шевельнулся, только весь подобрался. Глаза его медленно скользнули от ручки зонтика к крепко стиснувшим ее пальчикам, потом по руке все выше и выше, пока не остановились на детском лице. Прямо и не мигая смотрел он в глаза девочки, и та ответила ему таким же взглядом, до дрожи испугавшись его горящих и в то же время холодных, угрюмых, налитых кровью глаз. В них не было и следа той теплой человечности, какую она привыкла видеть в глазах людей. Это были настоящие глаза каторжника, который научился мало говорить и почти разучился разговаривать.</p>
     <p>— Алло! — произнес он наконец, даже не переменив позы. — Что за игру ты тут затеяла?</p>
     <p>Голос у него был хриплый и грубый, вначале сердитый, но потом он как-то смягчился от слабой попытки придать ему давно забытую ласковость.</p>
     <p>— Здравствуйте, — сказала она. — Я не играю. Вам в лицо светило солнце, а мама говорит, что спать на солнце вредно.</p>
     <p>Свежесть и чистота ее голоса приятно поразили его слух, и он удивился, почему раньше не замечал этого в детских голосах. Глядя на нее в упор, он медленно приподнялся и сел. Он чувствовал, что ему следует что-то сказать, но говорить он не любил и не умел.</p>
     <p>— Надеюсь, вы хорошо выспались? — серьезно спросила девочка.</p>
     <p>— Здорово выспался, — ответил он, все еще не отрывая от нее глаз, изумленный ее красотой и грациозностью. — И долго ты продержала надо мной эту штуковину?</p>
     <p>— Ох, долго, долго! — протянула она, словно разговаривая сама с собой. — Я думала, вы никогда не проснетесь.</p>
     <p>— А я, как увидел тебя, подумал, что ты фея.</p>
     <p>Росс Шенклин почувствовал гордость, оттого что так удачно ответил.</p>
     <p>— Нет, я не фея, — улыбнулась она.</p>
     <p>Он с немым восхищением смотрел на ее белые, маленькие и ровные зубы.</p>
     <p>— Я просто добрый самаритянин <a l:href="#n_861" type="note">[861]</a>, — добавила она.</p>
     <p>— Понятия не имею, что это за личность.</p>
     <p>Он ломал голову, что бы еще такое сказать. Ему было очень трудно поддерживать этот разговор, ибо с той поры, как он стал взрослым, ему не приходилось иметь дело с детьми.</p>
     <p>— Странно! Вы не знаете, кто такой был добрый самаритянин? Неужели вы не помните? Некий человек отправился в Иерихон.</p>
     <p>— Бывал я там. Я еще и почище места видал.</p>
     <p>— Я так и знала, что вы путешественник! — воскликнула она, захлопав в ладоши. — Может быть, вы видели это самое место?</p>
     <p>— Какое?</p>
     <p>— Ну, то самое место, где он случайно попал к разбойникам и они бросили его полумертвого. И вот пришел добрый самаритянин и перевязал ему раны, возливая масло и вино. Как вы думаете, это оливковое масло?</p>
     <p>Он медленно покачал головой.</p>
     <p>— Ты что-то меня с толку сбила. Оливковое масло — это то масло, на котором даго <a l:href="#n_862" type="note">[862]</a> готовят. Сроду не слыхал, чтобы им смазывали расшибленные головы.</p>
     <p>Она подумала над его словами.</p>
     <p>— Как же так? Мы ведь тоже готовим на оливковом масле, значит, мы даго. А я и не знала, что это такое. Думала, это так ругаются.</p>
     <p>— И, подошедши, перевязал ему раны… — тихо повторил бродяга, припоминая. — Помню, помню, священник действительно что-то такое болтал об этом старикане. С тех пор я всю жизнь искал его и ничего даже похожего не нашел. Видно, самаритяне давно перевелись на белом свете.</p>
     <p>— А я? Разве я не добрый самаритянин? — живо спросила девочка.</p>
     <p>Он впился в нее взглядом, полным удивления и любопытства. От легкого движения головы ее ушко, повернутое к солнцу, стало совсем прозрачным. Сквозь него почти можно было видеть. Его изумляла нежность ее красок: синева глаз, золото волос, ослепительно сверкавшее сейчас на солнце. Особенно поражала его ее хрупкость. «Того и гляди сломаешь», — подумал он и быстро перевел глаза со своей громадной, искривленной лапы на ее ручку, такую маленькую и нежную, что, казалось, видно, как кровь бежит по жилкам. Он знал колоссальную силу своих мускулов, знал все уловки и приемы, к каким люди прибегают, чтобы причинить другим увечье. По правде сказать, он почти ничего, кроме этого, не знал, и мысль его работала сейчас в привычном направлении. Такое сравнение его силы с ее хрупкостью служило ему мерилом необычайности ее красоты. Он подумал, что стоит ему чуть покрепче сжать ее пальчики, и они превратятся во что-то бесформенное. Он вспомнил, как бил людей по голове и как его били: даже самый легкий из этих ударов разнес бы ее головку, как яичную скорлупу. Глядя на ее плечики и тоненькую талию, он нисколько не сомневался, что мог бы сломать ее пополам.</p>
     <p>— А я? Разве я не добрый самаритянин? — настойчиво переспросила она.</p>
     <p>Слова эти будто толчком привели его в себя, вернее, увели от себя. Ему не хотелось, чтобы разговор их кончился.</p>
     <p>— Что? — спросил он. — Ах да, конечно, ты самаритянин, хотя и без оливкового масла. — Потом вспомнил, о чем только что думал, и спросил: — А ты не боишься?</p>
     <p>Она посмотрела на него с недоумением.</p>
     <p>— Ме… меня? — запнувшись, добавил он. Она весело рассмеялась.</p>
     <p>— Мама говорит, что никогда и ничего не надо бояться. Она говорит, если ты хорошая и думаешь, что все люди хорошие, они и будут хорошие.</p>
     <p>— Значит, ты думала, что я хороший, когда заслонила меня от солнца? — поразился он.</p>
     <p>— Но только очень трудно считать хорошими всяких гадких насекомых и червяков, — призналась она.</p>
     <p>— Есть люди, которые во сто раз хуже всяких ползучих гадов, — заспорил он.</p>
     <p>— А мама говорит, что это неправда. Она говорит, в каждом есть что-то хорошее.</p>
     <p>— Ручаюсь, что она все же крепко запирает дом на ночь, — торжествующе заявил он.</p>
     <p>— А вот и нет! Мама никого не боится. Потому она и позволяет мне играть здесь одной, когда мне вздумается. Это что? Один раз к нам залез грабитель. Мама случайно встала и увидела его. И что же вы думаете! Это оказался просто бедный, голодный человек. Мама хорошенько накормила его, а потом нашла ему работу.</p>
     <p>Росс Шенклин был ошеломлен. Такой взгляд на человеческую природу показался ему немыслимым. Ему выпало на долю жить в мире подозрения и ненависти, дурных мыслей и дурных поступков. Сколько раз детишки в деревне, завидев, как он в сумерки понуро бредет по улице, с визгом бросались к матерям. Даже взрослые женщины шарахались от него, когда он проходил по тротуару.</p>
     <p>От этих мыслей его отвлекла девочка, громко воскликнув:</p>
     <p>— Я знаю, кто вы такой! Вы человек, который обожает свежий воздух. Вот почему вы спали на траве.</p>
     <p>Росс Шенклин почувствовал мрачное желание расхохотаться, но подавил его.</p>
     <p>— Я все думала, откуда берутся бродяги. Оказывается, это люди, которым нужен свежий воздух. Мама считает, что ничего не может быть полезнее свежего воздуха. Ночью я сплю на веранде. Мама тоже. Это наш участок. Вы, должно быть, перебрались сюда через забор. Мама не запрещает мне лазить, только велит надевать штаны от спортивного костюма. Но мне нужно вам что-то сказать. Человек не знает, что он храпит во сне. Но вы скрипите зубами, это еще хуже. Это очень плохо. Всякий раз, как вы ложитесь спать, говорите себе: не буду скрипеть зубами! Не буду скрипеть зубами! Повторяйте это по нескольку раз вот этими самыми словами, и постепенно вы отучитесь от этой привычки.</p>
     <p>Все дурное входит в привычку. И все хорошее тоже. И это от нас зависит, к чему мы будем привыкать. Я раньше все морщила лоб, поднимала брови — вот так, и мама сказала, что надо оставить эту привычку. Она сказала, что когда у меня наморщен лоб — значит, и мозг сморщен. Она разгладила мой лоб и сказала: ты всегда должна думать: гладко, гладко снаружи, гладко и внутри. И знаете, это было совсем нетрудно. Теперь я уже давно перестала морщить лоб. Говорят, что даже больной зуб можно лечить мыслями и не надо никакой пломбы. Но я этому не верю. И мама не верит.</p>
     <p>Слегка задохнувшись, она замолчала. Молчал и он. Этот поток слов оглушил его. К тому же, пьяный, он спал с открытым ртом, и теперь ему очень хотелось пить. Но Росс Шенклин готов был терпеть мучительную жажду, от которой у него жгло во рту и горле, ради каждой драгоценной минуты этого разговора. Он облизал пересохшие губы, пытаясь заговорить.</p>
     <p>— Как тебя звать? — удалось ему наконец выжать из себя.</p>
     <p>— Джин.</p>
     <p>Бродяга прочел в ее глазах тот же вопрос.</p>
     <p>— А меня Росс Шенклин, — охотно ответил он, впервые за эти долгие годы назвавшись своим настоящим именем.</p>
     <p>— Вы, наверное, много путешествовали?</p>
     <p>— Много, а все-таки не так много, как мне хотелось бы.</p>
     <p>— Папе тоже очень хотелось бы путешествовать, но он слишком занят делами. У него никогда нет свободного времени. Они с мамой ездили вместе в Европу. Но это было давно, когда я еще не родилась. Путешествия — дорогое удовольствие.</p>
     <p>Росс Шенклин не знал, соглашаться ему с таким утверждением или нет.</p>
     <p>— Но бродягам они обходятся гораздо дешевле, — подхватила она его мысль. — Оттого, должно быть, вы и бродяжничаете.</p>
     <p>Он кивнул и опять облизал губы.</p>
     <p>— Мама говорит, как это плохо, что людям приходится бродить по свету, чтобы найти работу. Но в наших местах сейчас сколько угодно работы. Все фермеры в долине нуждаются в рабочих руках. А вы работали?</p>
     <p>Он покачал головой, досадуя на себя, что ему стыдно признаться, тогда как исступленный разум говорил ему, что он прав, презирая труд. Но следом пришла другая мысль: кто-то ведь приходится отцом этому чудесному ребенку, а такое дитя — одна из наград за труд.</p>
     <p>— Как бы мне хотелось иметь такую девочку, как ты! — нечаянно вырвалось у него под впечатлением вдруг пробудившейся жажды отцовства. — Я бы работал не покладая рук… все бы стал делать…</p>
     <p>Девочка отнеслась к его заявлению с подобающей серьезностью.</p>
     <p>— Значит, вы не женаты?</p>
     <p>— Какая женщина пошла бы за меня?</p>
     <p>— Пошла бы, если б…</p>
     <p>Она не повела брезгливо носиком, но наградила его грязь и лохмотья неодобрительным взглядом, в значении которого он не мог ошибиться.</p>
     <p>— Продолжай! — почти крикнул он. — Валяй, не стесняйся. Если б я был чисто умыт, если б на мне была хорошая одежа… если б я был порядочным человеком… если б я работал… если б у меня была постоянная работа… если б я не был тем, что я есть…</p>
     <p>Каждую его фразу она подтверждала кивком головы.</p>
     <p>— Что делать, я не такого сорта человек. Во мне нет ни настолько вот хорошего, — неистовствовал он. — Я бродяга и не хочу работать. Не хочу, вот и все. И грязь мне по нутру.</p>
     <p>Взгляд ее выразил явный упрек, когда она сказала:</p>
     <p>— Значит, вы меня обманули и вам вовсе не хочется иметь такую девочку, как я?</p>
     <p>Он растерялся от этих слов, ибо вся сила впервые пробудившегося отцовского инстинкта говорила ему, что он хочет именно этого.</p>
     <p>Заметив его смущение, девочка с присущим ей тактом постаралась переменить тему разговора.</p>
     <p>— А что вы думаете о боге? — спросила она.</p>
     <p>— Никогда с ним не знался. А ты что о нем думаешь?</p>
     <p>В ответе его чувствовалась явная злоба, и она отозвалась на нее откровенным неодобрением.</p>
     <p>— Странный вы человек. Чуть что, и уже разозлились. Никогда еще не видела, чтобы кто-нибудь злился на бога, на работу или на то, что нужно умываться, а не ходить грязным.</p>
     <p>— Он никогда ничего для меня не делал! — сердито пробормотал Росс Шенклин. В памяти его быстро пронеслись долгие годы подневольной работы в лагерях и рудниках. — И работа мне тоже никогда ничего не давала.</p>
     <p>Наступило тягостное молчание.</p>
     <p>Он смотрел на девочку, томимый впервые пробудившимся в нем отцовским чувством. Он жалел, что у него такой скверный характер, и мучительно думал, что бы ей сказать. Она отвернулась от него и стала глядеть на облака, а он пожирал ее глазами. Протянув грязную руку и касаясь украдкой самого края ее платьица, он думал о том, что нет на земле более чудесного существа, чем она. Из далеких зарослей все еще слышался зов перепела, и шум работ на виноградниках показался ему вдруг очень громким. Чувство беспредельного одиночества давило его.</p>
     <p>— Я… Никудышный я человек! — вырвалось у него хрипло, отчаянно.</p>
     <p>Девочка взглянула на него своими синими глазами. И снова будто перестала замечать его. Росс Шенклин чувствовал, что отдал бы все на свете, лишь бы коснуться губами краешка ее платья, которого касалась его рука. Но он боялся испугать ее.</p>
     <p>Поминутно облизывая языком пересохшие губы, он силился выговорить что-нибудь связное, все равно что, только бы прервать молчание.</p>
     <p>— Это не долина Сономы! — выпалил он наконец. — Это волшебная страна, а ты фея. Может, я сплю и это мне снится, не знаю. Мы с тобой не умеем столковаться друг с другом, потому что, видишь ли, ты фея и знаешь только хорошее, а я человек из скверного, грешного мира.</p>
     <p>Благополучно справившись с длинной фразой, он остановился в поисках мыслей, судорожно ловя воздух, как выброшенная на берег рыба.</p>
     <p>— Так вы мне сейчас расскажете про этот скверный, грешный мир. Мне так хочется узнать, какой он.</p>
     <p>Он с ужасом посмотрел на нее, вспомнив о распутных женщинах, о том отребье, с которым он сталкивался на извилистых дорогах жизни. Значит, она не фея, а настоящее земное, существо, и, может быть, семена порока заложены в ней, как были заложены в нем, когда он еще лежал у материнской груди. Недаром ей не терпится все знать.</p>
     <p>— Э, нет! — улыбнулся он. — Человек из скверного, грешного мира не станет тебе рассказывать ничего дурного. Наоборот, он расскажет тебе про то, что есть в этом мире хорошего. Расскажет, как он любил лошадей, когда был мальчишкой, и о первой лошади, на которую сел верхом, и о первой собственной лошади. Лошадь не то, что человек. Она лучше. Она чистая, вся как есть чистая. Эх, маленькая фея, хочется мне рассказать тебе одну вещь, с которой, кажется, ничто на свете не сравнится: это когда я, бывало, сяду к концу долгого дня на усталую лошадь и только скажу ей словечко, как эта намаявшаяся за день животина послушно взовьется подо мной и помчит меня далеко, далеко. Лошади! Это моя давнишняя страсть. Я помешан на лошадях! Да! Ведь я был когда-то ковбоем.</p>
     <p>Она так радостно захлопала в ладоши, что звук этот блаженно рванул его за сердце, и глаза ее загорелись, когда она вскрикнула:</p>
     <p>— Техасским ковбоем! Мне всегда ужасно хотелось увидеть ковбоя. Папа говорил, что у всех у них ноги дугой. А у вас?</p>
     <p>— Я действительно был техасским ковбоем. И, ясное дело, ноги у меня дугой. Сама подумай, как тут ногам немножко не согнуться, когда ты, совсем мальчонкой с еще мягкими косточками, только и знаешь, что мчаться верхом. А ведь мне было всего три годочка, когда я начал ездить. Лошадка моя тоже была трехлетка, только что объезженная. Я подвел ее к забору, влез на верхнюю перекладину и махнул оттуда вниз прямо ей на спину. Это была мексиканская лошадка, сущий дьяволенок по части ляганья, но я мог с ней делать все, что хотел. Мне сдается, она понимала, что я только малый ребенок. Многие лошади понимают куда больше, чем мы думаем.</p>
     <p>В течение получаса Росс Шенклин изливал свои воспоминания о лошадях, перескакивая с одного на другое, ни на мгновение, однако, не забывая о величайшей радости, наполнявшей его оттого, что его рука касалась края ее платья. Солнце медленно садилось в гряду облаков, перепелиный зов становился все настойчивее, и телеги, теперь уже порожняком, одна за другой с грохотом катились назад по мосту. В это время послышался женский голос:</p>
     <p>— Джин! Джин! Где ты, маленькая!</p>
     <p>Девочка отозвалась, и Росс Шенклин увидел женщину, которая, выйдя из домика, показалась в калитке. Одетая в мягко облегающее фигуру платье, она была так стройна и грациозна, что его очарованному взгляду представилось, будто она плывет, а не ступает по земле, как обыкновенный человек.</p>
     <p>— Что ты делала после обеда? — спросила женщина, подойдя к ним.</p>
     <p>— Разговаривала, мама, — ответила девочка. — Мне было очень весело.</p>
     <p>Росс Шенклин с трудом поднялся на ноги и стоял неуклюжий, насторожившийся. Девочка взяла мать за руку, и та, так же как дочь, открыто и приветливо на него взглянула. Росс Шенклин почувствовал, что она признала в нем человека, и это было для него новостью. В голове его пронеслась мысль: «Женщина, которая не боится». Он не заметил в ней и следа того страха, какой привык видеть в глазах женщин. И никогда еще он с такой ясностью не представлял себе своей отталкивающей внешности, своих тусклых, слезящихся глаз.</p>
     <p>— Здравствуйте, — просто и ласково поздоровалась она с ним.</p>
     <p>— Здравствуйте, мэм, — ответил он и устыдился своего хриплого, грубого голоса.</p>
     <p>— А вам тоже было весело? — улыбнулась она.</p>
     <p>— Да, мэм, очень. Я только что рассказывал вашей дочурке о лошадях.</p>
     <p>— Он был когда-то ковбоем, мама! — воскликнула девочка.</p>
     <p>Взглянув на нее с нежностью, мать благодарно улыбнулась Россу. А тот подумал, каким бы это было преступлением, если б кто-нибудь обидел одну из них. И ему захотелось, чтобы им сейчас угрожала какая-нибудь страшная опасность, тогда б он кинулся за них в драку — а драться он умел! — и защищал бы их, не жалея сил и жизни.</p>
     <p>— Пора домой, маленькая. Уже поздно, — сказала мать, потом нерешительно взглянула на Росса Шенклииа.</p>
     <p>— Не хотите ли закусить?</p>
     <p>— Нет, мэм, сердечно вам благодарен. Я… я не голоден.</p>
     <p>— Тогда попрощайся, Джин, — напомнила мать.</p>
     <p>— Прощайте. — Девочка протянула ему руку, и глаза ее лукаво засветились. — Прощайте, Человек из скверного, грешного мира!</p>
     <p>Для него прикосновение ее руки, когда он взял ее в свою, было венцом этого чудесного приключения.</p>
     <p>— Прощай, маленькая фея, — глухо произнес он. — Кажется, и мне пора двигаться.</p>
     <p>Но он не двинулся с места и долго глядел вслед этому видению, пока оно не исчезло за калиткой. День, показалось ему, разом померк. Он нерешительно огляделся, перемахнул через изгородь, миновал мост и понуро побрел дальше. Он шел как во сне, не замечая, как и куда несут его ноги, временами спотыкаясь на пыльной ухабистой дороге.</p>
     <p>Пройдя с милю, он очнулся на перекрестке. Прямо напротив виднелся трактир. Он остановился и, облизывая губы, долго смотрел на него. Потом полез рукой в карман штанов и нащупал единственную десятицентовую монету. «Боже! — тихо пожаловался он. — Боже!» Ноги, отказывавшиеся сдвинуться с места, оторвались и опять потащили его вперед.</p>
     <p>Он доплелся до крупной фермы. Что она, должно быть, крупная, он понял по размеру дома и по количеству больших амбаров и надворных служб. На крылечке, без пиджака, покуривая сигару, стоял фермер, человек средних лет, с острыми глазами.</p>
     <p>— Как насчет работы? — спросил Росс Шенклин. Острые глаза скользнули по нему.</p>
     <p>— Доллар в день и харчи, — последовал ответ.</p>
     <p>Росс Шенклин судорожно глотнул слюну и набрался духу.</p>
     <p>— Я отлично соберу вам виноград или другое, что придется. Но нет ли у вас постоянной работы? Я вижу, это большое ранчо. Я родился на таком же. Умею править лошадьми, ездить верхом, пахать, бороновать — словом, делать всякую работу с лошадьми или при лошадях.</p>
     <p>Фермер окинул его с ног до головы оценивающим, недоверчивым взглядом.</p>
     <p>— Что-то не похоже, — вывел он свое заключение.</p>
     <p>— Знаю, что не похоже. Дайте мне возможность вам это доказать. Большего я не прошу.</p>
     <p>Озабоченно поглядывая на сгустившиеся тучи, фермер задумался.</p>
     <p>— Мне нужен возчик, и я дам вам возможность показать себя. Ступайте и садитесь ужинать с рабочими.</p>
     <p>У Росса Шенклина перехватило горло, и он еле выговорил:</p>
     <p>— Ладно. Я докажу вам. Где у вас тут можно испить воды и умыться?</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Блудный отец</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Джозия Чайлдс был обыкновенным процветающим дельцом с самой заурядной внешностью. Он носил шестидесятидолларовый практичный костюм, приличные, удобные ботинки по моде, его галстук, воротнички и манжеты были именно такими, какие носят все процветающие деловые люди. Единственной экстравагантной деталью его костюма был котелок. Город Окленд (Калифорния) не какой-нибудь сонный провинциальный городишко, и Джозия Чайлдс, один из самых крупных бакалейщиков этого бурно растущего западного города с населением в триста тысяч человек, жил, действовал и одевался соответственно своему положению.</p>
      <p>Но в это утро его появление в магазине незадолго до наплыва покупателей, если и не вызвало нарушения заведенного порядка, то уж, во всяком случае, самым значительным образом снизило работоспособность служащих на целых полчаса. Он приветливо кивнул двум возчикам, грузившим свои фургоны товаром для того, чтобы с утра пораньше доставить его покупателям, и по привычке бросил довольный взгляд на вывеску, прибитую на фронтоне здания, — «Чайлдс. Бакалейные товары». Буквы были не слишком большие, но с достоинством выписанные золотом на черном фоне, что наводило на мысли о благородных специях, аристократических приправах и превосходном качестве товаров (за что, разумеется, здесь брали на десять процентов больше, чем в любой другой бакалейной города). И так как Джозия Чайлдс повернулся спиной к возчикам и вошел в здание, ему не довелось увидеть, как эти два достопочтенных человека, буквально изнемогая от удивления, повисли на шее друг у друга. Стоять на ногах без опоры они уже не могли.</p>
      <p>— Ты заметил, какие у него штиблеты, Билл? — простонал один из них.</p>
      <p>— А чепчик? — простонал Билл в ответ.</p>
      <p>— Собрался, видно, на маскарад…</p>
      <p>— Или на собрание «Диких всадников»…</p>
      <p>— Или охотиться на медведей…</p>
      <p>— Или представлять сведения о своих доходах…</p>
      <p>— А не ехать на этот несчастный Восток. Монктон говорит, что он собирается в Бостон…</p>
      <p>Возчики отстранились на вытянутую руку и потом снова упали в объятия друг друга.</p>
      <p>Экипировка Джозии Чайлдса вполне объясняла их поведение. На нем была желтовато-коричневая стетсоновская шляпа с жесткими полями, схваченная лентой из тисненой мексиканской кожи. Поверх голубой фланелевой рубашки, украшенной длинным виндзорским галстуком, была надета вельветовая куртка. Штаны, сшитые из того же материала, были заправлены в ботинки с высокой шнуровкой, какие обычно носят землемеры, путешественники и путевые сторожа.</p>
      <p>Клерк, сидевший за конторкой, буквально оцепенел, увидев эксцентричный наряд своего хозяина. Монктон, недавно произведенный в ранг заведующего, открыл рот от изумления, потом судорожно сглотнул и снова принял свой невозмутимо-внимательный вид. Конторщица, примостившаяся в стеклянном насесте, оборудованном на внутреннем балкончике, взглянув на хозяина, прыснула и уткнулась в бухгалтерскую книгу. Все это не укрылось от Джозии, но ему было все нипочем. Он уезжал в отпуск, и весь окунулся в планы, предвкушая самую авантюрную поездку за последние десять лет. Ему виделся городок Ист-Фоллз в Коннектикуте, где он родился и вырос. Окленд, несомненно, представлялся ему более современным городом, чем Ист-Фоллз, и переполох, вызванный его появлением в необыкновенном одеянии, был вполне закономерным. Не обращая внимания на потрясенных служащих, Джозия Чайлдс в сопровождении заведующего обходил магазин, делая замечания, отдавая последние распоряжения и излучая нежные, прощальные взгляды на свое дело, созданное им буквально из ничего.</p>
      <p>Он имел право гордиться своим магазином. Двенадцать лет тому назад он сошел с поезда на землю Окленда, имея в кармане четырнадцать долларов и сорок три цента. На Крайнем Западе центы не имели хождения, и потому, израсходовав четырнадцать долларов, он довольно долго еще носил в кармане три монетки. Позже, когда Джозия Чайлдс устроился приказчиком в бакалейную лавку за одиннадцать долларов в неделю и стал ежемесячно посылать небольшие денежные переводы некой Агате Чайлдс в Ист-Фоллз, штат Коннектикут, он вложил свои медяки в почтовые марки. Дядя Сэм не мог отвергнуть законного платежного средства.</p>
      <p>Прожив всю жизнь в перенаселенной Новой Англии, где изворотливость и хитрость оттачиваются до бритвенной остроты на шершавом камне малых возможностей, он вдруг оказался на лишенном предрассудков Западе, где люди мыслят тысячедолларовыми категориями, а мальчишки-газетчики падают замертво при виде медных центов. Джозия Чайлдс буквально вгрызался в дела. Он был сообразителен. Он увидел так много способов добывания денег, что сначала глаза у него разбежались.</p>
      <p>В то же время, будучи человеком здравомыслящим и консервативным, он решительно избегал спекулятивных махинаций. Его влекло нечто существенное и солидное. Работая конторщиком за одиннадцать долларов в неделю, он подмечал, какие возможности упускал его хозяин, в какие выгодные сделки можно было бы вступить и как тот допускал бесчисленные ненужные расходы. И если, несмотря на все это, хозяин неплохо зарабатывал, то что бы мог сделать он, Джозия Чайлдс, имея за плечами коннектикутскую выучку? Прибыв на бурлящий, щедрый Запад после тридцати пяти лет пребывания в Ист-Фоллз, из которых пятнадцать он прослужил в скучной должности приказчика в скучном истфоллзском универсальном магазине, Джозия Чайлдс чувствовал себя иссохшим от жажды отшельником, вдруг выпившим бутылку вина. Голова у него шла кругом от представившихся ему возможностей легко разбогатеть. Но он не терял головы. И ничего не упустил. Он проводил свои свободные часы, изучая Окленд и его жителей, присматриваясь, как они зарабатывают деньги, почему и где их тратят. Он бродил по центральным улицам, наблюдая за потоком покупателей и даже подсчитывая их и занося результаты этих статистических подсчетов в многочисленные записные книжки. Он изучал общую кредитную систему торговли и кредитные системы различных районов города. Он досконально знал среднюю заработную плату или жалованье обитателей любого околотка и тщательно изучал все районы города — от портовых трущоб до аристократических кварталов у озера Меритт и на Пьемонтских холмах, от Западного Окленда, где жили железнодорожные служащие, до фермеров Фрютвейла на противоположной стороне города.</p>
      <p>И он решил, что в конце концов обоснуется на Бродвее — на главной улице, в самом центре торгового района, где ни один здравомыслящий бакалейщик даже и не мечтал открыть свое заведение. На это требовались деньги, и ему приходилось начинать с малого.</p>
      <p>Первая лавка его находилась в Нижнем Филберте, где жили рабочие с гвоздильной фабрики. Спустя полгода три бакалейные лавчонки, находившиеся в этом районе, не выдержали конкуренции и закрылись, а ему пришлось нанять более просторное помещение. Он усвоил принцип массовой торговли с небольшой прибылью, принцип честной торговли товарами хорошего качества. Он также разгадал секрет рекламы. Каждую неделю он продавал какой-нибудь вид товара с убытком. И то были не какие-нибудь грошовые рекламные издержки, это был настоящий убыток. Его единственный приказчик предсказывал неминуемое банкротство, когда масло, которое обошлось Чайлдсу в тридцать центов, продавалось по двадцать пять, а двадцатидвухцентовый кофе выкладывался на прилавок по восемнадцать. На эти распродажи собирались женщины со всей округи и заодно закупали другие продукты, продававшиеся с прибылью. Вся округа вскоре узнала Джозию Чайлдса, и постоянная толпа покупателей в его лавке служила хорошим средством привлечения все новых клиентов.</p>
      <p>Но Джозия Чайлдс не зарывался. Он знал, на чем зиждется его процветание. Он изучал гвоздильную фабрику до тех пор, пока не узнал производство так, как не знали даже управляющие. При первом же тревожном признаке он продал свою лавку и с небольшой суммой наличных денег отправился на поиски нового района. Шесть месяцев спустя гвоздильная фабрика закрылась, и закрылась навсегда.</p>
      <p>Потом он открыл магазин на Аделин-стрит, где обитали обеспеченные служащие. Здесь на полках были выставлены уже более высококачественные и разнообразные товары. Испытанным способом он привлек покупателей. Он завел у себя гастрономический отдел. Он имел дело непосредственно с фермерами, и поэтому его масло и яйца были не только всегда свежими, но даже чуть лучше, чем в дорогих бакалейных города. Только в его магазине можно было купить бостонские печеные бобы, и они стали настолько популярными, что пекарня «Туин Кэбин» перекупила дело за более чем приличную цену. Он не жалел времени на изучение фермерских хозяйств и сортов яблок, которые там выращивались, а некоторых фермеров научил, как правильно делать сидр. Побочное дело поначалу, его новоанглийский яблочный сидр имел такой успех, что вскоре, монополизировав торговлю сидром в Сан-Франциско, Беркли и Аламеде, Джозия Чайлдс превратил ее в самостоятельную отрасль.</p>
      <p>Но он не оставлял своей мечты о Бродвее. Он открыл еще всего лишь одну новую лавку, обосновавшись как можно ближе к Эшлэнд Парк Тракт, где каждый покупатель земельного участка должен был взять обязательство построить дом стоимостью не менее четырех тысяч долларов. Потом он переехал на Бродвей.</p>
      <p>Жители Бродвея вели себя странно. Они постепенно переселялись на Вашингтон-стрит, где цены на дома взлетели вверх, на Бродвее же цены пали. По мере того, как истекали сроки арендных договоров, владельцы магазинов перебирались на Вашингтон-стрит.</p>
      <p>«Они еще вернутся обратно», — сказал Джозия Чайлдс, но сказал он это про себя. Он знал людей. Окленд рос, и Джозия Чайлдс знал, почему он рос. Вашингтон-стрит становилась слишком узка для интенсивного уличного движения. А по широкому Бродвею, по логике вещей, будет ходить все большее количество трамваев. Агенты по продаже недвижимого имущества говорили, что население Бродвея никогда уже не увеличится, а ведущие коммерсанты переселялись туда, где росло население. И вот по смехотворно низкой цене Джозия Чайлдс заключил долгосрочное соглашение на аренду современного первоклассного здания на Бродвее и внес задаток на его покупку по твердой цене. Это начало конца Бродвея, говорили торговцы недвижимым имуществом, раз уж бакалею открывают в центральном квартале, прежде неприкосновенном для подобных заведений. Позже, когда Бродвей снова стал главной улицей, они говорили что Джозия Чайлдс родился в рубашке. Ходили также слухи, что в результате этой сделки он сэкономил по крайней мере тысяч пятьдесят.</p>
      <p>Магазин этот в корне отличался от его прежних лавок. Больше не устраивались дешевые распродажи. Все было самого лучшего качества, и на все были самые высокие цены. Он поставлял розничным торговцам самые дорогие товары в городе. Только те, кто мог, не задумываясь, позволить себе платить на десять процентов больше, чем в любом другом месте, были его покупателями, и обслуживание было настолько хорошим, что они не могли позволить себе покупать продукты в другом месте. Его лошади и доставочные фургоны были дороже и лучше, чем у кого бы то ни было в городе. Он платил своим возчикам, продавцам и конторщикам такое жалованье, о котором и не мечтали в других магазинах. В результате этого он заполучил более квалифицированных служащих, услуги которых удовлетворяли как хозяина, так и его клиентов. Короче говоря, если человек покупал у Чайлдса, то это было верным признаком того, что он имеет в обществе большой вес.</p>
      <p>В довершение всего в Сан-Франциско случилось большое землетрясение и пожар, после чего сразу сто тысяч человек пересекли залив и поселились в Окленде. И Джозия Чайлдс оказался не последним среди тех, кто заработал на этом необычном буме. И теперь, прожив двенадцать лет на Западе, он собирался посетить Ист-Фоллз в штате Коннектикут. За двенадцать лет он не получил ни одного письма от Агаты и ни разу не видел фотографии своего сына.</p>
      <p>С Агатой они никогда не ладили. Агата была деспотична и сварлива. В ней крепко сидела закваска старомодной морали. Строгие правила, которых она неуклонно придерживалась, вызывали неприязнь. Джозия никак не мог разобраться, каким образом он оказался женатым на ней. Она была года на два старше его и давно уже ходила в старых девах. Она преподавала в школе, и молодое поколение знало ее как строгую блюстительницу дисциплины. Поддерживать во всем порядок вошло у нее в привычку, и, выйдя замуж, она просто получила под надзор вместо десятков учеников одного. На долю Джозии достались все придирки и угрозы, которые прежде распределялись между многими. О том, как стряслась эта женитьба, довольно точно выразился однажды его дядя Айзек:</p>
      <p>— Джозия, когда Агата выходила за тебя замуж, наверно, не обошлось без борьбы. Бьюсь об заклад, что она положила тебя на обе лопатки. Ты, наверно, сломал ногу и не мог убежать от нее.</p>
      <p>— Дядя Айзек, — ответил Джозия, — я не ломал ноги. Я бежал, что было сил, но задохнулся, и она догнала меня.</p>
      <p>— У нее хорошо поставлено дыхание, а? — хихикнул дядя Айзек.</p>
      <p>— Мы уже пять лет, как женаты, — согласился Джозия, — и еще не было случая, чтобы она запыхалась.</p>
      <p>— И не будет, — добавил дядя Айзек.</p>
      <p>Разговор этот происходил в последние дни пребывания Джозии в семье, ибо жить, имея такую мрачную перспективу, оказалось выше его сил. Джозия Чайлдс кротко переносил строгий воспитательный режим, установленный Агатой, но он был здоровяком и у него недостало бы терпения прожить долгую жизнь с такой супругой. Ему было всего лишь тридцать три, и родители его обладали завидным долголетием. Прожить еще тридцать три года с Агатой и подвергаться ее придиркам — страшно подумать! И вот однажды ночью Джозия Чайлдс исчез из Ист-Фоллз. И с того времени, за все двенадцать лет, он не получил от нее ни одного письма. Но это не ее вина. Он тщательно скрывал от нее свое местонахождение. Свои первые почтовые переводы он отправлял из Окленда, но потом приспособился посылать их так, чтобы на них были различные марки большинства штатов к западу от Скалистых гор.</p>
      <p>Но двенадцать лет и самонадеянность, порожденная заслуженным успехом, несколько приглушили тягостные воспоминания. В конце концов, она была матерью его сына. И она, разумеется, вовсе не желала ему плохого. Кроме того, теперь ему уже не приходилось работать так много, и у него оставалось время, чтобы подумать о чем-то, что не относилось к деловой сфере. Ему хотелось увидеть мальчика, которого он никогда не видел; тому исполнилось уже три года, когда он впервые узнал, что является отцом. И потом в душу его стала закрадываться тоска по родине. Двенадцать лет он не видел снега, и ему почему-то казалось, что плоды и ягоды Новой Англии имеют иной вкус, чем те, что произрастают в Калифорнии. Он весьма туманно представлял себе Новую Англию и хотел воочию увидеть ее снова хотя бы еще раз в жизни.</p>
      <p>И наконец поехать обязывал долг. Агата — его жена. Он возьмет ее с собой на Запад. Он знал, что может справиться с ней. Он стал настоящим мужчиной здесь, в этом мире мужчин. И уже руководили не им, а он сам руководил, и Агата не замедлит уразуметь это. Тем не менее он хотел, чтобы Агата приехала к нему ради него самого. Вот почему он вырядился в доспехи покорителя Запада. Он притворится блудным отцом, вернувшимся таким же бедняком, каким уехал, и все будет зависеть от того, заколет ли она для него упитанного тельца. Он прикинется, что у него нет за душой ни гроша, и справится, не может ли он снова устроиться на работу в универсальный магазин. Как развернутся события дальше, это будет зависеть от Агаты.</p>
      <p>Когда он попрощался со своими служащими и вышел на улицу, у магазина стояло под погрузкой еще пять фургонов. Он с гордостью оглядел их, бросил последний влюбленный взгляд на черно-золотую вывеску и сел в трамвай на углу.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>В Нью-Йорке Джозия Чайлдс пересел на поезд, идущий через Ист-Фоллз. В пульмановском вагоне для курящих он познакомился с несколькими бизнесменами. Зашел разговор о Западе, и он вскоре завладел вниманием присутствовавших. Джозия Чайлдс был президентом оклендской Торговой палаты, и голос его звучал авторитетно. Слова его были весомы, и он с одинаковым знанием дела высказывался о торговле с Азией, о Панамском канале или о проблеме японских кули. Поощряемый почтительным вниманием этих процветающих дельцов с Востока, он весьма оживился и не заметил, как подъехал к Ист-Фоллз.</p>
      <p>Кроме него, никто не сошел на этой пустынной станции. Никто никого не встречал. Спускались долгие январские сумерки, и его сразу пробрал крепкий морозец. На свежем воздухе вдруг он почувствовал, что его одежда пропиталась запахом табачного дыма. Он невольно вздрогнул. Агата не выносила курения. Он хотел было отшвырнуть только что зажженную сигару, но потом, сообразив, что на него действует атмосфера Ист-Фоллз, решительно сунул сигару в рот и стиснул ее зубами со всей твердостью, какую он приобрел за двенадцать лет жизни на Западе.</p>
      <p>Пройдя несколько шагов, он вышел на маленькую главную улицу городка. Его поразил ее холодный, чопорный вид. Казалось, все замерзло и сжалось, как и морозный кусачий воздух, который так контрастировал с теплым и мягким воздухом Калифорнии. На улице ему попалось всего несколько незнакомых ему людей, равнодушно взглянувших на него. Взгляды их были непроницаемыми, холодными, недружелюбными. И он вдруг удивился тому, что удивляется. Во время двенадцати бурных лет жизни на Западе он постоянно вспоминал об Ист-Фоллз как о чем-то весьма несущественном, но то, что он увидел, было уже вообще ниже всякой критики. Он и не представлял себе, что все это настолько ничтожно. А вид универсального магазина буквально ошеломил его. Миллионы раз он мысленно сравнивал с ним свой просторный храм торговли, и теперь понял, что эта лавочка не стоила даже сравнения. Он был уверен, что не разместил бы в ней даже двух гастрономических прилавков, что она затерялась бы в любом из его складских помещений.</p>
      <p>Он повернул направо на знакомом углу в конце улицы и, с трудом шагая по скользкому тротуару, решил, что в первую очередь нужно купить котиковую шапку и перчатки. При мысли о катании на санках он даже развеселился, пока не вышел на окраину городка, где его смутила явно антисанитарная близость жилых помещений и коровников. Кое-где они даже составляли единое целое. Неприятные воспоминания о работе по хозяйству, о потрескавшихся и обмороженных руках расстроили его. Сердце его сжалось при виде двойных рам, которые, как он знал, были заделаны намертво, а при взгляде на маленькие, не больше дамского платка, форточки у него появилось ощущение удушья.</p>
      <p>«Агате понравится Калифорния», — думал он, и перед его глазами вставали розы, залитые ослепительным солнцем, и великое множество цветов, распускавшихся круглый год.</p>
      <p>Но тут вопреки всякой логике годы, проведенные в Калифорнии, выпали из его памяти, а действительность Ист-Фоллз свинцовой тяжестью легла на сердце, обступила, словно сырой морской туман. Он отгонял ее, отмахивался от нее с помощью сентиментальных мыслишек о «добром снеге», «прекрасных вязах», «здоровом духе Новой Англии» и «счастливом возвращении домой». Но, увидев дом Агаты, он сник. Внезапно вновь появилось ощущение вины, он невольно отбросил недокуренную сигару и умерил шаг, пока не стал вяло волочить ноги, как в дни своей жизни в Ист-Фоллз. Он старался внушить себе, что является владельцем крупнейшего магазина, человеком, привыкшим командовать, что к словам его прислушиваются в Ассоциации предпринимателей и что он председательствует на собраниях Торговой палаты. Он попытался воскресить в памяти золотые буквы на черном фоне, ряды фургонов у тротуара. Но от новоанглийского духа, едкого, как мороз, не спасали ни толстые стены дома, в котором жила Агата, ни сотни ярдов, отделявших его от нее.</p>
      <p>Потом он понял, что машинально бросил сигару. Перед ним возникло страшное видение. Вот он выходит на мороз, чтобы покурить в дровяном сарае. И он почувствовал, что теперь, когда между ним и Агатой не лежало расстояние в три тысячи миль, годы разлуки уже не могли приглушить тягостные воспоминания о ней. Нет, это немыслимо. Он не может сделать этого. Он слишком стар, слишком привык курить всюду, где ему заблагорассудится, и не в силах совершить подвиг — курить в дровяном сарае. Все будет зависеть от того, как он поставит себя с самого начала. Он настоит на своем. Он закурит в доме сегодня же вечером… в кухне. Нет, черт побери, он закурит теперь же! Он войдет с сигарой в зубах. Проклиная холод, он вынул из карманов руки и зажег новую сигару. Крохотное пламя спички, казалось, распалило его мужество. Он покажет ей, кто хозяин! Он с самого начала покажет ей!</p>
      <p>Джозия Чайлдс родился в этом доме. А отец построил дом задолго до его рождения. Поверх низкого каменного забора Джозия видел веранду, дверь в кухню, примыкающий к дому дровяной сарай и поодаль дворовые службы. Он только что приехал с Запада, где все было, как с иголочки, все постоянно обновлялось, и его поразило отсутствие перемен. Все было таким, как прежде. Он даже видел себя мальчуганом, помогающим по хозяйству. Сколько дров напилено и нарублено там, в дровяном сарае! Слава богу, все это в прошлом.</p>
      <p>Дорожку к кухне, видно, недавно расчистили от снега. Это тоже входило в его обязанности. Интересно знать, кто делает это теперь, и тут Джозия вспомнил, что его сыну должно уже исполниться двенадцать. Он собирался было постучаться в кухонную дверь, как услышал визг пилы, заставивший его сделать шаг назад. Он заглянул в сарай и увидел поглощенного работой мальчугана. Наверно, это был его сын. Под влиянием нахлынувшего теплого чувства Джозия чуть было не бросился к пареньку. Он с трудом взял себя в руки.</p>
      <p>— Отец дома? — коротко спросил он, внимательно рассматривая мальчика из-под твердых полей своей стетсоновской шляпы.</p>
      <p>«Рослый для своего возраста, — подумал он. — Худоват немного, это, наверно, от быстрого роста. Но черты лица волевые и приятные, а глаза, как у дяди Айзека. Что говорить, хороший парень!»</p>
      <p>— Нет, сэр, — ответил мальчик, опираясь на пилу.</p>
      <p>— А где он?</p>
      <p>— В плавании.</p>
      <p>Джозия Чайлдс испытал что-то вроде облегчения, и внутри все затрепетало от радости. Агата снова вышла замуж… по-видимому, за моряка. Потом в голову ему пришла зловещая мысль, бросившая его в дрожь. Агата совершила преступление — она стала двумужницей. Он вспомнил «Эноха Ардена», которого учитель читал классу вслух в старой школе, и вообразил себя героем. Он совершит героический поступок. Да, черт побери, он сделает это! Он потихоньку уйдет и первым же поездом уедет в Калифорнию. И она ничего не узнает.</p>
      <p>Но куда же девалась новоанглийская мораль Агаты, ее новоанглийская порядочность? Она регулярно получала переводы. Она знала, что он жив. Не может быть, чтобы она так поступила. Он мучительно раздумывал. Наверно, она продала старый дом и этот мальчик чужой.</p>
      <p>— Как тебя зовут? — спросил Джозия.</p>
      <p>— Джонни, — был ответ.</p>
      <p>— А фамилия?</p>
      <p>— Чайлдс, Джонни Чайлдс.</p>
      <p>— А как зовут твоего отца?</p>
      <p>— Джозия Чайлдс.</p>
      <p>— Ты говоришь, что он в плавании?</p>
      <p>— Да, сэр.</p>
      <p>Джозия снова удивился.</p>
      <p>— Что он за человек?</p>
      <p>— Он у нас замечательный. Мама говорит, что он хорошо зарабатывает. Это точно. Он всегда посылает деньги домой и много трудится, чтобы заработать их. Мама говорит, что он много работает и что он самый лучший из всех людей, каких она знает. Он не курит, не пьет, не ругается, не делает ничего недозволенного. Мама говорит, он всегда был таким, она знает его с детства. Он очень добрый человек, никого не обижает. Мама говорит, что он самый деликатный человек на свете.</p>
      <p>Сердце Джозии упало. Агата все-таки совершила преступление — она вышла замуж во второй раз, зная, что первый ее муж жив. Запад научил его широкому взгляду на вещи, и он может быть милосердным. Он тихо удалится. Никто ничего не узнает. Он вдруг подумал, как низко с ее стороны получать его переводы, имея такого образцового, трудолюбивого мужа — моряка, который посылает свой заработок домой. Он ломал голову, пытаясь припомнить, кто же из его истфоллзских знакомых мог быть ее мужем.</p>
      <p>— А как он выглядит?</p>
      <p>— Не знаю. Я никогда не видел его. Он все время в плавании. Но я знаю, что он высокий. Мама говорит, что я, когда вырасту, буду еще выше, чем он. В нем пять футов одиннадцать дюймов. У нас в альбоме есть его фотография. У него худое лицо, и он носит бакенбарды.</p>
      <p>И тут Джозию осенило. Пять футов одиннадцать дюймов — это же его собственный рост. Это он носил бакенбарды и был худощав в то время. К тому же Джонни сказал, что его отца звали Джозия Чайлдс. Это он, Джозия, образцовый муж, который не курит, не ругается, не пьет! Это он моряк, о котором никогда не забывали благодаря великодушной выдумке Агаты. Джозия исполнился доброго чувства к жене. Она, должно быть, сильно переменилась с тех пор, как он уехал. Его охватило раскаяние. Но потом он испугался: ведь ему придется заслужить ту репутацию, которую Агата создала ему. Этот мальчик с доверчивыми голубыми глазами знает его именно таким. Что ж, ему придется стать безупречным. Агата поступила великодушно. Он не знал за ней такого.</p>
      <p>Но решению, которое он тут же приготовился принять, не суждено было осуществиться: он услышал, как открылась кухонная дверь и послышался ворчливый, раздраженный женский голос:</p>
      <p>— Джонни, как тебе не стыдно!</p>
      <p>Как часто он слышал в прежние времена: «Джозия, как тебе не стыдно!» Он вздрогнул и невольно по-мальчишески спрятал за спину руку с сигарой. Ему показалось, что он весь сжался и стал незаметным, когда она вышла на крыльцо. Жена не изменилась: то же кислое выражение лица, те же скорбные складки, так же опущены вниз уголки тонкогубого рта. Но выражение лица стало еще более кислым, уголки рта опустились еще ниже, губы стали тоньше, складки глубже. Она смерила Джозию враждебным и тусклым взглядом.</p>
      <p>— Ты думаешь, твой отец бросает работу, чтобы болтать с бродягами! — обрушилась она на мальчика, который так же струсил, как и Джозия.</p>
      <p>— Дядя просто спросил о папе, — пытался оправдаться Джонни, в голосе его было и упрямство и безысходность.</p>
      <p>— И ты, конечно, все выложил, — придралась она. — А ты не спросил, чего он тут высматривает? Нет, еды я ему не дам. А ну принимайся за дело! Я тебе покажу, как отлынивать от работы! Твой отец никогда бы так не поступил. Неужели ты никогда не станешь таким, как он?</p>
      <p>Джонни склонился над бревном, и пила снова протестующе завизжала. Агата с кислым видом оглядела Джозию. Очевидно, она не узнала его.</p>
      <p>— А ты убирайся! — грубо скомандовала она. — Нечего совать нос в чужие дела!</p>
      <p>Джозия потерял дар речи. Он облизал губы, попытался сказать что-то и не мог.</p>
      <p>— Убирайся, я говорю, — завопила она пронзительным голосом, — а не то я позову полицейского!</p>
      <p>Джозия послушно пошел прочь. Он услышал, как позади хлопнула дверь. Словно в кошмарном сне, он открыл калитку, которую открывал десятки тысяч раз, и вышел на улицу. Он был ошеломлен. Конечно, это был сон. Сейчас он проснется и вздохнет с облегчением. Он потер лоб и нерешительно потоптался на месте. Послышался монотонный, жалобный визг пилы. Если в этом мальчишке есть хоть что-то от Чайлдсов, рано или поздно он сбежит. Выносить Агату — это уже сверх человеческих сил. Если она и изменилась, то только к худшему, если это вообще возможно. Мальчик, несомненно, сбежит и, наверно, скоро. Может быть, сейчас.</p>
      <p>Джозия Чайлдс выпрямился и выпятил грудь. В нем проснулся дерзкий дух Запада, появилось то небрежение к последствиям, когда на пути встают трудные препятствия. Он взглянул на часы, припомнил расписание поездов и сказал торжественно, вслух, словно для укрепления веры в свою правоту:</p>
      <p>— Плевать я хотел на закон! Я не дам мучить мальчика! Я буду посылать ей в два, в четыре раза больше, сколько ей будет угодно, но он уедет со мной. Она может поехать с нами в Калифорнию, если пожелает, но я составлю соглашение, что к чему, и она подпишет его и будет жить, как положено, черт возьми, если захочет остаться! И она останется, — добавил он зловеще, — надо же ей кого-нибудь пилить!</p>
      <p>Он вернулся, отворил калитку и зашагал в сарай. Джонни поднял голову, но продолжал пилить.</p>
      <p>— Что бы тебе хотелось больше всего на свете? — спросил Джозия взволнованным низким голосом.</p>
      <p>Джонни колебался и перестал было пилить. Джозия знаками показал ему, что надо продолжать.</p>
      <p>— Уйти в плавание, — ответил Джонни, — вместе с отцом.</p>
      <p>Джозия задрожал.</p>
      <p>— Правда? — спросил он нетерпеливо.</p>
      <p>— Правда!</p>
      <p>Все решило радостное выражение лица Джонни.</p>
      <p>— Тогда иди сюда. Слушай. Я твой отец. Джозия Чайлдс. Тебе когда-нибудь хотелось убежать из дому?</p>
      <p>Джонни выразительно кивнул.</p>
      <p>— А я это сделал, — продолжал Джозия. — Я убежал. — Он судорожно схватился за цепочку от часов. — Сейчас самое время бежать, чтобы поспеть на поезд в Калифорнию. Я теперь там живу. Агата, твоя мать, быть может, приедет к нам после. Я расскажу тебе обо всем в поезде. Пошли.</p>
      <p>Он обнял немного испуганного, но доверчиво прижавшегося к нему мальчика, потом, взявшись за руки, они побежали через двор, в калитку и дальше по улице. Кухонная дверь отворилась, и они услышали в последний раз:</p>
      <p>— Джонни, как тебе не стыдно! Почему ты бросил пилить? Вот я тебе сейчас задам!</p>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Первобытный поэт</p>
     </title>
     <cite>
      <p>Летняя равнина, ограниченная с востока известняковыми холмами, покрытыми травой, а с запада лесом. Ближний холм заканчивается скалой, в которой почти на уровне земли вырублены четыре пещеры с низкими и тесными отверстиями. Перед пещерами, в сотне футов, большой, плоский валун со следами крови; на нем острые кремни. Между валуном и пещерами на груде камней восседает мускулистый волосатый человек. На коленях у него толстая дубинка, сзади прижалась к земле женщина. Справа и слева от него двое таких же мужчин с дубинками в руках. Поодаль, ближе к валуну, с полсотни пещерных жителей; сидя на корточках, они громко переговариваются между собой. Спускается вечер. Того, кто восседает на груде камней, зовут Ак, имя его подруги — Ала, тех, что по бокам, — Ок и Ан.</p>
     </cite>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Помолчите, вы! (Полуобернувшись к женщине.) Посмотри, чтобы они молчали. Ему все время ночью кажется, что подползает змея. Никто, кроме меня, не сможет урезонить такого, разве только обезьяний вождь… На кого ты так пристально смотришь? На Оуна? Оун, подойди-ка сюда!</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я твой слуга.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Ты глупец, Оун!</p>
     <p><emphasis>Ок и Ан (в один голос):</emphasis></p>
     <p>Хо-хо! Оун — глупец!</p>
     <p><emphasis>Все племя:</emphasis></p>
     <p>Хо-хо! Оун — глупец!</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Почему я глупец?</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Разве ты не бубнишь нараспев какие-то непонятные слова? Ночью я слышал, как ты пел у пещеры странную песнь.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Да, я пел. То были волшебные слова, они родились во мне ночью.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Разве мужчина может родить? Почему ты не спишь, когда темно?</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я плохо спал, я видел сны.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Откуда у тебя сны? Ты же съел только свою долю мяса. Или ты убил в лесу оленя, но не принес его к священному камню?</p>
     <p><emphasis>Племя:</emphasis></p>
     <p>Слушайте, слушайте! Он убил в лесу оленя, но не принес мясо к священному камню.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Помолчите, вы! (Обращаясь к Але.) Последи за тем, чтобы они молчали… Оун, ты убил оленя, а мясо припрятал?</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Нет. Ты знаешь, я не умею охотиться. Мне скучно торчать целый день на дереве с камнем и ждать, пока по тропе пройдет зверь. Те волшебные слова проснулись во мне, когда ночью не пришел покой.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>А почему к тебе не пришел покой?</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Потому что ты бил свою женщину, и она плакала.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Да, она громко плакала. Раз ты все равно не спишь, отныне будешь ночью охранять пещеры. И вот, когда придет тигр Гарр и ты услышишь, как он рыщет среди камней, ты высечешь из кремня огонь, которого он боится. Гарр приходит к пещерам каждую ночь.</p>
     <p><emphasis>Кто-то из племени:</emphasis></p>
     <p>Гарр обнюхивает камень!</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Помолчи. (Але.) Если он не угомонится, Ок и Ан изобьют его дубинками… Оун, ну-ка расскажи, что это были за слова, которые родились в тебе ночью, когда плакала Ала?</p>
     <p><emphasis>Оун (встает):</emphasis></p>
     <p>Это были чудесные слова. Вот они:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Светлый день уходит куда-то…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_100.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Ты не только глупец, ты лжец: смотри, день пока никуда не уходит.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Но день уже ушел, когда во мне рождалась песня.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Значит, ты должен петь эту песню только ночью, а не днем. Но берегись, не разбуди меня! А то я тебя так стукну, что из глаз посыплются звезды — и прямо в пасть Гарру!</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>В моей песне есть и о звездах.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Твой отец, Ан, до того, как я убил его большими камнями, очень любил забираться на верхушки высоких деревьев и тянуть руку кверху, пытаясь схватить звезду. Я сказал ему: «А что, если это колючки от каштанов?» Все племя хохотало над ним. Он тоже был глупец. Так что же ты поешь о звездах?</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я начну сначала:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Светлый день уходит куда-то,</v>
       <v>Становится грустно, грустно, грустно…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Вот опять врешь: надо говорить «становится грустно», а не «грустно, грустно, грустно». Когда я говорю Але: «Набери сухих листьев», — я ни за что не скажу: «Набери сухих листьев, листьев, листьев». Ты самый настоящий глупец!</p>
     <p><emphasis>Ок и Ан:</emphasis></p>
     <p>Ты самый настоящий глупец!</p>
     <p><emphasis>Племя:</emphasis></p>
     <p>Он самый настоящий глупец!</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Да, он глупец. Однако продолжай, Оун, расскажи нам о колючках от каштана.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я начну снова:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Светлый день уходит куда-то…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Смотри, не скажи «куда-то, куда-то, куда-то»!</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я твой слуга. Позволь мне продолжать, и племя пусть порадуется.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Говори!</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я начну еще раз:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Светлый день уходит куда-то,</v>
       <v>Становится грустно, грустно…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Я же приказал, чтобы слово «грустно» ты говорил только один раз. Неужели ты хочешь, чтобы Ок и Ан избили тебя дубинками?</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Но если я так слышу эту песнь — «грустно, грустно…»</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Если ты еще раз понапрасну повторишь «грустно», я прикажу отвести тебя к священному камню.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Нет, нет! Я твой слуга. Только послушай меня:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Светлый день уходит куда-то,</v>
       <v>Становится грустно.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Ох! От этого мне еще более грустно, чем в ту ночь. Ведь песнь эта…</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Эй, Ок! Ан! Возьмите-ка свои дубинки!</p>
     <p><emphasis>Оун (торопливо):</emphasis></p>
     <p>Нет, нет, смилуйся! Я начну снова:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Светлый день уходит куда-то.</v>
       <v>Становится грустно.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>И… И…</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Глупец, ты все забыл! Ала, смотри, какой он глупец.</p>
     <p><emphasis>Ок и Ан:</emphasis></p>
     <p>Он глупец!</p>
     <p><emphasis>Племя:</emphasis></p>
     <p>Он глупец!</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Нет, я не глупец! Вы же никогда не слышали такой песни. Люди, ведь раньше, когда вам хотелось петь, вы только скакали вокруг священного камня, били себя в грудь и кричали: «Хэй, хэй, хэй!» Когда была большая луна, вы тоже кричали: «Хэй, хэй, хэй!» А моя песня из слов, из тех самых, какими вы говорите. Это же чудо! Можно сесть у пещеры и, глядя, как уходит с неба свет, снова и снова напевать ее!</p>
     <p><emphasis>Кто-то из племени:</emphasis></p>
     <p>Он так и делает: сидит у пещеры и поет, а мы дивимся, особенно женщины.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Молчать!.. Когда я хочу, чтобы женщина удивилась, я показываю ей, как могу размозжить волку голову, или бросить большой камень, или крепко схватить ее руками, или принести домой много мяса. Что же еще делать мужчине? Я не потерплю тут каких-то песен.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>И все же позволь мне спеть племени песню. Такую, какую никто не слышал. И тогда они будут восхвалять тебя, ибо тот, кто создал эту песнь, — твой слуга.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Ну что ж, мы согласны послушать песню.</p>
     <p><emphasis>Оун (обращаясь лицом к людям):</emphasis></p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Светлый день уходит куда-то,</v>
       <v>Становится грустно…</v>
       <v>Но шепчут мне белые звезды,</v>
       <v>Что он непременно вернется.</v>
       <v>О звезды — осколки дня!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Он с ума сошел. Где ты слышал, чтобы звезды шептали? Разве Ал, твой отец, слышал, как шепчут звезды, когда лазал на деревья? Ты это от него знаешь? И что из того, что звезда — осколок дня? Ведь свет звезды бесполезен. Ты глупец!</p>
     <p><emphasis>Ок и Ан:</emphasis></p>
     <p>Ты глупец!</p>
     <p><emphasis>Племя:</emphasis></p>
     <p>Он глупец!</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Но именно эти слова родились во мне. Тогда мне казалось, что я вот-вот заплачу, хотя меня никто не ударил. И я был так счастлив, хотя никто не подарил мне мяса.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Ты сошел с ума. Какая нам польза от звезд? Разве они показывают нам дорогу к берлоге медведя или туда, где ходят стада оленей? Или они разламывают кости зверей, чтобы мы могли высосать мозг? Разве они говорят нам что-нибудь? Вот подождем ночи, и люди залягут между камнями и станут слушать и узнают, что звезды не могут шептать… Однако, может быть, они и в самом деле осколки дня? Это очень серьезный вопрос.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Звезды — это осколки луны.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Что ты еще болтаешь? Как могут быть они осколками двух разных вещей? Кроме того, о луне ничего не говорится в твоей песне.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я сложу новую песню. Мы научились делать разные вещи из дерева и камня, но песня делается из ничего. Эй, вы! Я могу делать вещи из ничего! И еще я знаю, что утром звезды падают и превращаются в росу.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Довольно о звездах! Может быть, песня — хорошая вещь, если бы в ней говорилось о том, что все знают. Вот если бы ты пел о моей дубинке, или медведе, что я убил, или о крови на священном камне, или о пещере, устланной сухими листьями, — тогда иное дело.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я сложу песню об Але!</p>
     <p><emphasis>Ак (в ярости):</emphasis></p>
     <p>Только посмей! Ты сложишь песню об оленьей печенке! Той самой печенке, которую я дал тебе за то, что ты принес мне рака.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Ты прав, я съел оленью печенку, но петь об этом…</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Тебе не составило труда петь о звездах. А посмотри на наши дубинки и камни, которыми мы убиваем зверей, чтобы есть! Посмотри на пещеры, где мы живем, и на наш священный камень, где мы приносим жертвы! Ты что, отказываешься петь об этом?</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Может быть, когда-нибудь я буду петь и о таких вещах. Но вот я попытался сейчас петь об оленьей печенке, но не смог выжать ни слова. Песня не рождается во мне. Единственное, что получилось, — «О печенка! О густо-красная печенка!»</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Отличная песня! Каждый видит, что печенка красная. Красная, как кровь.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Но я не люблю печенку, я ее ем.</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>И все-таки песня отличная. Когда будет полная луна, мы будем петь ее у священного камня. Мы будем колотить себя в грудь и петь: «О печенка! О густо-красная печенка!» И женщины в пещерах перепугаются насмерть.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Я не хочу, чтобы эту песню считали моей! Пусть она принадлежит Оку. Чтобы в племени говорили: «Это Ок сложил песню!»</p>
     <p><emphasis>Ок:</emphasis></p>
     <p>Я и сам стану великим певцом. Я буду петь о волчьем сердце, вот так: «Смотрите, оно красное!»</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Ты глупец, Ок. Ты единственно сможешь горланить: «хэй, хэй», — как и твой отец до тебя. Нет, Оун сложит мне песню, песню о моей дубинке, ибо только его песни слушают женщины.</p>
     <p><emphasis>Оун:</emphasis></p>
     <p>Нет, я не буду слагать песни ни о твоей дубинке, ни о пещере, ни о паршивой печенке! Не буду! И пусть ты не дашь мне мяса — я буду жить один в лесу и питаться кореньями и кроликами — их легко поймать. А спать я буду на вершине деревьев и каждую ночь петь:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Светлый день уходит куда-то,</v>
       <v>Становится грустно, грустно, грустно, грустно, грустно…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Ок, Ан, убейте его!</p>
     <p>(Ок и Ан кидаются на Оуна, но тот быстро нагибается и хватает с земли два камня. Одним он ударяет Ока по голове, другим — Ана по руке, и тот роняет дубинку. Поднимается Ак.)</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Смотрите! Идет Гарр! Он вышел из леса!</p>
     <p>(Все, в том числе Оун и Ала, бросаются к пещерам. Оун бежит мимо Ака; тот припускается за ним и сзади обрушивает ему на голову свою дубинку.)</p>
     <p><emphasis>Ак:</emphasis></p>
     <p>Эй, люди! Люди с сердцем гиен! Никакого Гарра нет! Я обманул вас, чтобы мне было легче убить этого быстроногого певца. Идите сюда, я буду держать мудрую речь… У нас не должно быть песен, кроме тех, которые пели наши отцы и деды, или тех, где говорится о том, что понятно всем. Если человек поет об олене, то пусть он пойдет и убьет оленя, а то и лося. Если он поет о камнях, то пусть научится еще лучше кидать их. Если он захочет петь о пещере, то пусть храбро защищает ее, когда между камнями крадется Гарр. Но бесполезно слагать песни о звездах, которые словно насмехаются даже надо мной, или о дне, который уходит и не хочет оставаться, даже если мы закалываем в жертву девочку. Я не потерплю таких песен! Посудите сами: если я вдруг запою в совете, как мне тогда собраться с мыслями? А если я во время охоты подумаю о песне и она сорвется с моих губ, то ведь зверь услышит и скроется. И перед тем, как садиться за еду, я должен думать только об охоте. Если же петь за едой, то что же тебе достанется? А поев, мы тут же укладываемся спать. У нас просто-напросто нет времени для песен. Впрочем, кто как хочет, но я этих песенок о звездах не потерплю!</p>
     <p>И пусть знают женщины: если они вспомнят те безумные слова Оуна и станут петь их или учить им детей, то я прикажу избить их прутьями ежевики.</p>
     <p>А теперь приказываю, чтобы жена Ока перестала скулить и принесла сюда мясо убитых вчера лошадей. Я буду делить его. Будь у Оуна хоть капля ума, он славно бы поел сейчас, а то и пировал бы несколько дней, попади к нам в яму мамонт. Но Оун был глупец!</p>
     <p><emphasis>Ан:</emphasis></p>
     <p>Оун был глупец!</p>
     <p><emphasis>Племя:</emphasis></p>
     <p>Оун был глупец!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Finis <a l:href="#n_863" type="note">[863]</a></p>
     </title>
     <p>Моргансон съел последний кусок бекона. Никогда в жизни он не баловал желудок. Желудок — это было нечто, мало принимавшееся в расчет и мало его беспокоившее, и еще меньше он сам беспокоился о нем. Но сейчас, после долгих лишений, кусочек бекона, вкусный, подсоленный, приятно утолял острую тоску желудка по вкусному.</p>
     <p>Тоскливое голодное выражение не сходило с лица Моргансона, щеки у него втянулись, скулы торчали и казались слишком туго обтянутыми кожей. Бледно-голубые глаза смотрели беспокойно; в них застыл страх перед неизбежным. Дурные предчувствия, сомнение, тревога читались в его взгляде. Тонкие от природы губы стали еще тоньше; они то и дело подергивались, словно вожделея к начисто выскобленной сковородке.</p>
     <p>Моргансон сел, вынул трубку, тщательно ее обследовал и постучал о ладонь, хотя табака в ней не было; потом вывернул наизнанку кисет из тюленьей кожи, смахнул все с подкладки, бережно подбирая каждую пылинку и крупицу табака, — но собрал не больше наперстка; обшарил карманы и двумя пальцами вытащил крошечную щепотку мусора. Среди этого мусора попадались крупинки табака. Он выбрал их все, не упуская самой крошечной, и присоединил к ним даже посторонние частицы — несколько маленьких свалявшихся шерстинок от подкладки его меховой куртки, которые долгие месяцы пролежали в глубине карманов.</p>
     <p>Наконец минут через пятнадцать ему удалось набить трубку до половины. Он зажег ее от костра, сел на одеяла и, согревая у огня обутые в мокасины ноги, стал курить, смакуя каждый глоток дыма. Выкурив трубку, он продолжал задумчиво глядеть в угасающее пламя костра. И мало-помалу беспокойство исчезло из его глаз и сменилось решимостью. Он нашел наконец выход из обрушившихся на него бедствий. Но выход этот был не из приятных. Лицо Моргансона стало суровым и хищным, а тонкие губы сжались еще плотнее.</p>
     <p>За решением последовало действие. Моргансон с трудом встал и начал свертывать палатку; уложил на нарты скатанные одеяла, сковородку, ружье и топор и обвязал все веревкой; потом погрел у огня руки и натянул рукавицы. У него болели ноги, и, когда он пошел к передку нарт, хромота сразу стала заметной. Он накинул на плечо лямку, налег на нее всей своей тяжестью, чтобы сдвинуть нарты с места, и невольно сморщился от боли: лямка за долгий путь натерла ему плечи.</p>
     <p>Дорога шла по замерзшему руслу Юкона. Через четыре часа Моргансон добрался до излучины, обогнул ее и вошел в Минто. Селение, прилепившееся к вершине холма среди вырубки, состояло из одного крытого тростником дома, одного трактира и нескольких хижин. Моргансон оставил нарты у дверей и вошел в трактир.</p>
     <p>— На стаканчик хватит? — спросил он, положив на стойку мешок из-под золотого песка, на вид совсем пустой.</p>
     <p>Трактирщик пристально взглянул на него потом на мешок и поставил на стойку бутылку и стакан.</p>
     <p>— Ладно, — и так обойдемся, — сказал он.</p>
     <p>— Нет, возьми, — настаивал Моргансон. Трактирщик поднял мешок над весами и встряхнул его; оттуда выпало несколько песчинок золота. Моргансон взял у него мешок, вывернул наизнанку и бережно стряхнул на весы золотую пыль.</p>
     <p>— Я думал, с полдоллара наберется, — сказал он.</p>
     <p>— Немного не дотянуло, — ответил трактирщик. — Ничего! Доберу на ком-нибудь другом.</p>
     <p>Моргансон смущенно налил в стакан немного виски.</p>
     <p>— Наливай, наливай так, чтобы почувствовать, — подбодрил его трактирщик.</p>
     <p>Моргансон нагнул бутылку и наполнил стакан до краев. Он пил медленно, с наслаждением ощущая, как виски обжигает язык, горячо ласкает горло и приятной теплотой разливается по желудку.</p>
     <p>— Цинга? — спросил трактирщик.</p>
     <p>— Да, немножко есть, — ответил Моргансон. — Но я еще не отекаю. Вот доберусь до Дайи, там свежие овощи, тогда поправлюсь.</p>
     <p>— Положеньице, — усмехнулся трактирщик добродушно, — ни собак, ни денег и к тому же цинга. На твоем месте я бы попробовал хвойный настой.</p>
     <p>Через полчаса Моргансон распрощался с трактирщиком и вышел на дорогу. Он накинул лямку на стертое плечо и пошел к югу по санному следу, проложенному по руслу реки. Час спустя он остановился. Справа к реке примыкала под углом узкая лощинка. Моргансон оставил нарты и, прихрамывая, прошел по ней с полмили. Отсюда до реки было ярдов триста. Плоская низина поросла тополями. Он прошел ею к Юкону. Дорога тянулась у самого берега, но он на нее не спустился. К югу, по направлению к Селкерку, проложенный в снегу, укатанный нартами путь расширялся и был виден на целую милю. Но на север, к Минто, на расстоянии примерно четверти мили, дорогу заслонял поросший лесом берег.</p>
     <p>Довольный результатами осмотра, Моргансон той же кружной дорогой вернулся к нартам. Накинув лямку на плечо, он потащил нарты лощиной. Снег был рыхлый, неслежавшийся, и тащить было тяжело. На полозья налипал снег, нарты застревали, и, не пройдя и полмили, Моргансон совсем запыхался. Едва успел он раскинуть свою небольшую палатку, установить железную печурку и нарубить немного хвороста, как уже наступила ночь. Свечи у него не было, и, удовольствовавшись кружкой чая, он забрался под одеяла.</p>
     <p>Утром Моргансон натянул рукавицы, спустил наушники и прошел поросшей тополями низиной к Юкону. Ружье он взял с собой, но, как и вчера, вниз не спустился. Целый час он наблюдал за пустынной дорогой, бил в ладоши и топал ногами, стараясь согреться, потом вернулся в палатку завтракать. В жестянке оставалось очень мало чая, заварок на пять, не больше, но он положил в котелок такую крошечную щепотку, словно дал обет растягивать чай до бесконечности. Весь его запас продовольствия состоял из полмешка муки и начатой коробки пекарного порошка. Он испек лепешки и не спеша принялся за них, с бесконечным наслаждением пережевывая каждый кусок. Съев третью, он подумал немного, протянул руку за четвертой и заколебался; потом посмотрел на мешок с мукой, приподнял его и прикинул на вес.</p>
     <p>— Недели на две хватит, — сказал он вслух и, отодвинув от себя лепешки, добавил: — А может, и на три.</p>
     <p>Затем он опять натянул рукавицы, опустил наушники, взял ружье и пошел к своему посту над берегом. Притаившись в снегу, никому не видимый, он стал наблюдать. Так ом просидел несколько минут совсем неподвижно, пока его не начал пробирать мороз; тогда, положив ружье на колени, он принялся хлопать в ладоши. Колющая боль в ногах стала нестерпимой, и он отошел немного от берега и начал шагать взад и вперед между деревьями. Но такие прогулки были непродолжительны. Через каждые пять — десять минут Моргансон подходил к краю берега и так пристально смотрел на дорогу, словно одного его желания было достаточно, чтобы на ней появилась человеческая фигура. Однако короткое утро быстро миновало, хотя ему оно и показалось вечностью, — а дорога по-прежнему оставалась пустынной.</p>
     <p>Днем караулить стало легче. Температура поднялась, пошел снег. Ветра не было, и сухие мелкие звездочки спокойно и тихо ложились на землю. Моргансон закрыл глаза, уткнул голову в колени и слушал, что происходит на дороге. Но ни визг собак, ни скрип нарт, ни крик погонщиков не нарушали тишины. В сумерки Моргансон вернулся в палатку, нарубил хвороста, съел две лепешки и забрался под одеяла. Спал он беспокойно, стонал и метался во сне, а в полночь встал и съел еще одну лепешку.</p>
     <p>С каждым днем становилось холоднее. Четырьмя лепешками невозможно было поддержать жизнь в теле, несмотря на то, что Моргансон пил много горячего хвойного настоя; пришлось увеличить порцию до шести лепешек — три утром и три вечером. Днем он не ел ничего, довольствуясь лишь несколькими чашками очень жидкого, но зато настоящего чая. Так шло день за днем: утром три лепешки, в полдень настоящий чай и вечером снова три лепешки. В промежутках Моргансон пил хвойный настой — как лекарство от цинги. Он поймал себя на том, что старается делать лепешки побольше, и после жестокой борьбы с самим собой вернулся к прежним порциям.</p>
     <p>На пятый день дорога ожила. На юге показалась темная точка, — она стала увеличиваться. Моргансон насторожился. Он привел в готовность ружье, выбросил патрон из ствола, заменил его новым, а выброшенный вернул в магазинную коробку; потом поставил курок на предохранитель и натянул рукавицу, чтобы правая рука не закоченела. Когда темная точка приблизилась, он различил, что это человек, который идет налегке, без собак и без нарт. Моргансон засуетился, взвел курок, потом снова поставил его на предохранитель. Человек оказался индейцем, и Моргансон, разочарованно вздохнув, опустил ружье на колени. Индеец прошел мимо и исчез за лесистым выступом по направлению к Минто.</p>
     <p>Моргансона осенила новая мысль. Он перешел на другое место, где ветви тополей низко нависали над землей. На ветвях он сделал топором две глубокие зарубки для упора. Потом положил ствол на один упор и навел ружье на дорогу. Часть дороги полностью была у него под прицелом. Моргансон переложил ружье на другой упор и опять навел его; с этой позиции он держал под прицелом другую часть дороги, вплоть до лесистого выступа, за которым она исчезала.</p>
     <p>Вниз Моргансон не сходил. Человек, идущий по дороге, не мог бы догадаться, что кто-то прячется наверху над берегом. Снежная пелена была нетронута. След нарт нигде не сворачивал с дороги.</p>
     <p>Ночи становились длиннее, и дневные дежурства Моргансона все сокращались. Однажды в темноте по дороге проехали нарты со звоном колокольчиков, и Моргансон в угрюмой досаде жевал лепешки, прислушиваясь к этим звукам. Все было против него. Десять дней он упорно следил за дорогой, терпя адские муки холода, и ничего не дождался. Прошел только один индеец налегке. А теперь, ночью, когда сторожить было ни к чему, по дороге двигались люди, собаки и нарты с грузом жизни, направляясь к югу, к морю, к солнцу, к цивилизации.</p>
     <p>Так думал он теперь о нартах, которые подстерегал. В нартах была жизнь, его жизнь. В нем жизнь затухала, слабела; он боролся со смертью в этой палатке, занесенной снегом. От недоедания он терял силы и не мог продолжать путь. А нарты, которых он дожидался, везли собаки, — там была еда, которая раздует пламя его жизни, там были деньги, и они обещали ему море, солнце, цивилизацию. Море, солнце, цивилизация — все это стало для него равнозначно жизни, его жизни, и все это было на тех нартах, которые он ждал. Эта мысль завладела им, и постепенно он стал думать о себе как о законном владельце нарт, груженных жизнью, как о законном владельце, у которого отняли его собственность.</p>
     <p>Мука подходила к концу, и Моргансон вернулся к прежней норме — две лепешки утром и две вечером. Но тогда увеличилась слабость и мороз стал щипать еще крепче, однако Моргансон по-прежнему день за днем сторожил дорогу, которая, словно назло ему, оставалась мертвой и не хотела ожить. Скоро цинга перешла в следующую стадию: кожа потеряла способность выводить из крови продукты распада, и тело стало отекать. Особенно отекали ступни и так ныли, что ночью Моргансон подолгу не мог заснуть. Потом отеки распространились до колен, и боль усилилась.</p>
     <p>Наступило резкое похолодание. Температура все падала — сорок, пятьдесят, шестьдесят градусов ниже нуля. Термометра у Моргансона не было, но как все, кто жил в этой стране, он определял температуру по ряду признаков — по шипению воды, когда ее выплескиваешь на снег, по острым укусам мороза, по тому, с какой быстротой замерзает пар от дыхания и слоем инея оседает на парусиновых стенах и на потолке палатки. Тщетно он боролся с холодом, стараясь продолжать свои дежурства на берегу. Он очень ослабел, и мороз легко одолевал его, запуская зубы глубоко в его тело, пока он не спасался в палатку, чтобы погреться у огня. Нос и щеки у него были уже обморожены и почернели, а большой палец левой руки он ухитрился отморозить, даже не снимая рукавицы. Моргансон примирился с мыслью, что первым суставом придется пожертвовать.</p>
     <p>И вот именно тогда, когда мороз загнал его в палатку, дорога, как бы в насмешку над ним, вдруг ожила. В первый день проехало трое нарт, во второй — двое. Оба эти дня он выходил на берег, но, сраженный холодом, спасался бегством, — и каждый раз, через полчаса после его ухода, по дороге проезжали нарты.</p>
     <p>Затем мороз спал. Теперь Моргансон опять мог сидеть на берегу, но дорога снова замерла. Целую неделю он сторожил, прячась среди ветвей, но на реке не было и признака жизни, ни одна живая душа не прошла ни в ту, ни в другую сторону. Моргансон еще сократил свою дневную порцию — до одной лепешки вечером и одной утром — и как-то даже не очень это почувствовал. Иногда он сам удивлялся, что еще жив. Он никогда не представлял себе, что можно выдержать столько мучений.</p>
     <p>Когда на дороге вновь появилась жизнь, завладеть этой жизнью ему было не под силу. Отряд северо-западной полиции проехал мимо — двадцать человек на нартах и с собаками. Моргансон сидел, скорчившись, на берегу, и они даже не почувствовали смертельной угрозы, которая в образе умирающего человека притаилась у края дороги.</p>
     <p>Отмороженный палец очень беспокоил Моргансона. У него вошло в привычку снимать рукавицу и прятать руку под мышку, чтобы палец отходил в тепле. На дороге появился почтальон. Моргансон пропустил его: почтальон — фигура заметная, его хватятся сразу.</p>
     <p>В тот день, когда у него кончилась мука, пошел снег. Когда падает снег, всегда становится теплее, и Моргансон, не шелохнувшись, высидел на берегу все восемь часов, ужасающе голодный и полный ужасающего терпения, — словно чудовищный паук, стерегущий добычу. Но добыча не появилась, и в темноте он кое-как добрался до палатки, выпил несколько кружек хвойного настоя и горячей воды и завалился спать.</p>
     <p>На следующее утро судьба сжалилась над ним. Выходя из палатки, он увидел громадного лося, который пересекал лощину ярдов за четыреста от него. Моргансон почувствовал, как кровь бурно заходила у него в жилах, а потом его охватила неизъяснимая слабость, к горлу подступила тошнота, и ему пришлось на секунду опуститься на снег, чтобы прийти в себя. Затем он взял ружье и тщательно прицелился. Первый заряд попал в цель, он был уверен в этом, но лось повернул и бросился вверх по лесному склону. Моргансон яростно посылал выстрел за выстрелом вдогонку мелькающему между деревьями и кустами зверю, пока не сообразил, что попусту растрачивает заряды, нужные ему для нарт с грузом жизни, которые он караулил.</p>
     <p>Он перестал стрелять и начал присматриваться; установил направление бега лося и высоко на холме между деревьями заметил прогалину, а на ней — ствол упавшей сосны. Продолжив мысленно линию бега; Моргансон решил, что лось должен пробежать мимо этой сосны, — еще одним патроном можно пожертвовать; и он нацелился в пустоту над упавшим стволом, крепче сжав ружье в дрожащих руках. Лось появился в поле его зрения с поднятыми в прыжке передними ногами. Моргансон спустил курок. Раздался выстрел. Лось, казалось, перекувырнулся в воздухе и рухнул на снег, подняв вихрь снежной пыли.</p>
     <p>Моргансон бросился вверх по склону, вернее, хотел броситься. Очнувшись, он понял, что у него был обмерок, с трудом встал на ноги и пошел медленно, время от времени останавливаясь, чтобы перевести дух и понемногу прийти в себя. Наконец он дотащился до поваленного ствола. Лось лежал перед ним. Моргансон грузно сел на тушу и засмеялся, потом закрыл лицо руками в рукавицах и снова засмеялся.</p>
     <p>Поборов истерический смех, он вынул охотничий нож и насколько мог быстро принялся за дело, преодолевая боль в руке и общую слабость. Он не стал свежевать лося, а разрезал его на четыре части, прямо со шкурой. Это был целый Клондайк мяса.</p>
     <p>Закончив разделку туши, он выбрал кусок фунтов в сто весом и поволок его к палатке. Но снег был рыхлый, и такая ноша оказалась Моргансону не под силу. Тогда он взял другой кусок, фунтов в двадцать, и, беспрестанно останавливаясь и отдыхая, дотащил его до палатки. Он поджарил небольшой кусок и больше есть не стал, потом машинально побрел к своему посту. На снегу был свежий след: нарты с грузом жизни прошли мимо, пока он разрезал лося.</p>
     <p>Но это не огорчило его. Он был рад, что нарты не прошли до появления лося: лось изменил его планы. Мясо стоило пятьдесят центов фунт, а до Минто было немногим дальше трех миль. Больше не нужно ждать нарт с грузом жизни: лось заменил их. Он продаст его, купит в Минто пару собак, еду и курево, и собаки повезут его по дороге на юг — к морю, к солнцу, к цивилизации.</p>
     <p>Ему захотелось есть. Глухой сосущий голод превратился в острую, невыносимую тягу к еде. Он добрался до палатки и поджарил кусок мяса, потом выкурил две полных трубки высушенного спитого чая и опять поджарил кусок мяса. После этого он почувствовал необыкновенный прилив сил, вышел и нарубил хвороста. За этим последовал еще кусок мяса. Пища раздразнила аппетит, и теперь его нельзя было утолить. Моргансон не мог удержаться — он то и дело должен был поджаривать мясо. Он попробовал отрезать кусочки поменьше, но тут же заметил, что стал есть чаще.</p>
     <p>Днем ему вдруг пришло в голову, что звери могут сожрать его запасы, и, захватив с собой топор, лямку и веревку от нарт, он снова побрел вверх по склону. Он был очень слаб, и, чтобы сделать хранилище и заложить туда мясо, понадобился целый день. Он срубил несколько молодых деревцев, очистил их от веток и, связав вместе, соорудил из них высокий помост. Получилось не такое надежное хранилище, как ему хотелось, но сделать лучше он не мог. Поднять мясо наверх стоило мучительных усилий. Не справившись с большими кусками, Моргансон пустился на хитрость: перекинул веревку через ветку высокого дерева и, привязав к одному концу кусок мяса, подтянул его кверху, повиснув всей своей тяжестью на другом конце.</p>
     <p>Вернувшись в палатку, Моргансон продолжал свое одинокое пиршество. У него не было нужды в сотрапезниках: он и желудок — вот и вся компания. Он жарил мясо кусок за куском. Он съедал его фунтами. Заварил крепкий, настоящий чай. Это была последняя заварка. Неважно, завтра он купит чаю в Минто. Пресытившись, он закурил; выкурил весь свой запас высушенного спитого чая. Не беда! Завтра у него будет настоящий табак. Он выбил трубку, зажарил напоследок еще один кусок и лег спать. Он столько съел, что боялся лопнуть, и все же вскоре выбрался из-под одеяла и поел еще немного мяса.</p>
     <p>Утром Моргансон проснулся с трудом; сон его был глубок, подобен смерти. Ему слышались непонятные звуки. Он не мог понять, где он, и тупо оглядывался кругом, пока не заметил сковородки с последним, уже надкушенным ломтиком мяса. Тогда он все вспомнил и вздрогнул, услышав непонятные звуки; потом с ругательством выскочил из-под одеял. Слабые от цинги ноги подкосились, Моргансон скорчился от боли и, стараясь не делать резких движений, обулся и вышел из палатки.</p>
     <p>С холма, там, где у него хранилось мясо, доносились звуки грызни, прерываемые временами коротким звонким тявканьем. Не обращая внимания на боль, Моргансон ускорил шаги и громко, угрожающе закричал. Волки бросились в кусты, их было много, — помост лежал на снегу. Звери уже нажрались досыта и рады были улизнуть, оставив ему одни огрызки.</p>
     <p>Моргансон догадался, как произошло несчастье. Волки учуяли мясо, и одному из них удалось перепрыгнуть со ствола упавшего дерева на помост, — Моргансон различил волчьи следы на снегу, покрывавшем ствол. Он никак не думал, что волк может так высоко прыгнуть. За первым волком последовал второй, потом третий и четвертый — и непрочный помост рухнул под их тяжестью.</p>
     <p>Когда Моргансон прикинул размеры катастрофы, взгляд его стал на мгновение жестким и злобным; потом злоба уступила место прежнему терпеливому выражению. Моргансон стал собирать в кучу гладко обглоданные и изгрызанные кости: в них есть мозг. Обшарив снег, он обнаружил, кроме того, клочья мяса, которыми пренебрегли насытившиеся звери.</p>
     <p>Все утро ушло на перетаскивание остатков туши вниз. В палатке оставалось еще не меньше десяти фунтов от того куска, который он принес накануне.</p>
     <p>Оглядев свои запасы, Моргансон заключил: «На несколько недель хватит».</p>
     <p>Он научился жить, находясь на краю голодной смерти. Прочистив ружье, он подсчитал оставшиеся патроны, — их было семь, — зарядил ружье и побрел к своему посту над берегом. Весь день он караулил пустынную дорогу. Он караулил всю неделю. Но на дороге не появлялось никаких признаков жизни.</p>
     <p>Мясо подкрепило его, но цинга мучила все больше, ноги болели все сильнее. Теперь он жил на одном супе: варил жидкий бульон из костей и пил его котелок за котелком. Бульон становился все жиже, потому, что Моргансон дробил кости и варил их снова и снова. Но горячая вода с мясным наваром пошла ему впрок, и он заметно окреп, с тех пор, как подстрелил лося.</p>
     <p>На следующей неделе в жизни Моргансона появилась новая забота: ему захотелось вспомнить, какое сегодня число. Это стало у него навязчивой идеей. Он раздумывал, высчитывал, но результаты каждый раз получались разные. С этой мыслью он просыпался утром, думал об этом весь день, наблюдая за дорогой, и с той же мыслью засыпал вечером. Ночью он часами лежал без сна, думая все о том же. Никакого практического значения это не имело — узнать, какое сегодня число, но его беспокойство все увеличивалось, пока не стало таким же сильным, как голод, как желание жить. В конце концов оно победило, и Моргансон решил пойти в город.</p>
     <p>Когда он пришел в Минто, уже стемнело. Но это было ему на руку: никто его не заметит. А на обратном пути будет светить луна. Он поднялся на холм и открыл дверь трактира. Свет ослепил его. В трактире горело всего несколько свечей, но Моргансон слишком долго прожил в темной палатке. Когда его глаза привыкли к свету, он увидел троих мужчин, сидевших вокруг печки, и сейчас же заключил: путешествуют на нартах, мимо него не проезжали — значит, прибыли с другой стороны. Завтра утром проедут мимо его палатки.</p>
     <p>Удивленный трактирщик протяжно свистнул.</p>
     <p>— Я думал, ты умер, — сказал он.</p>
     <p>— Почему? — запинаясь, спросил Моргансон.</p>
     <p>Он отвык говорить и не узнал собственного голоса, показавшегося ему чужим и хриплым.</p>
     <p>— Больше двух месяцев о тебе не было слышно, — пояснил трактирщик. — Ты отправился отсюда к югу, а до Селкерка не дошел. Где же ты был?</p>
     <p>— Рубил дрова для пароходной компании, — неуверенно солгал Моргансон.</p>
     <p>Ему все еще не удавалось совладать со своим голосом. Он подошел к стойке и облокотился на нее. Он понимал, что лгать надо обдуманно; внешне он держался небрежно и равнодушно, но сердце его колотилось бурно, с перебоями, и он не мог удержаться, чтобы не бросить голодного взгляда на троих мужчин у печки. Они были обладателями жизни — его жизни.</p>
     <p>— Где же, черт побери, ты скрывался все это время? — продолжал допытываться трактирщик.</p>
     <p>— На том берегу, — ответил Моргансон. — Нарубил целый штабель дров.</p>
     <p>Трактирщик понимающе кивнул и заулыбался.</p>
     <p>— То-то я слышал, что там рубят, — сказал он. — Значит, это был ты? Ну, выпьешь?</p>
     <p>Моргансон обеими руками вцепился в стойку. Выпить! Он готов был целовать ноги этому человеку. Тщетно пытался он вымолвить хоть слово, но трактирщик, не дожидаясь его согласия, уже протягивал ему бутылку.</p>
     <p>— А что ты там ел? — спросил он. — По-моему, тебе не под силу и хвороста нарубить. У тебя ужасный вид, приятель.</p>
     <p>Моргансон жадно потянулся к долгожданной бутылке и проглотил слюну.</p>
     <p>— Я рубил еще до того, как меня разобрала цинга, — сказал он. — Кроме того, подстрелил лося. Да нет, жилось ничего; вот только цинга подвела. — Он наполнил стакан и прибавил: — Я пью хвойный настой, это помогает.</p>
     <p>— Еще наливай, — предложил трактирщик.</p>
     <p>Два стакана виски на голодный желудок оказали немедленное действие на ослабевший организм Моргансона. Очнувшись, он увидел, что сидит на ящике у печки. Казалось, прошла целая вечность. Высокий, черноусый, широкоплечий человек расплачивался с трактирщиком. У Моргансона плыл туман перед глазами, но он увидел, как человек отделил бумажку от толстой пачки банкнотов. И туман мгновенно рассеялся: это были банкноты в сто долларов. Жизнь! Его жизнь! Он почувствовал непреодолимое желание схватить деньги и броситься вон, в темноту.</p>
     <p>Черноусый встал; за ним поднялся один из его товарищей.</p>
     <p>— Пойдем, Ольсон, — сказал черноусый третьему спутнику, здоровенному краснолицему блондину.</p>
     <p>Ольсон тоже встал, зевая и потягиваясь.</p>
     <p>— Как! Уже спать? — огорчился трактирщик. — Ведь рано еще.</p>
     <p>— Завтра надо быть в Селкерке, — отвечал черноусый.</p>
     <p>— В первый день рождества! — воскликнул трактирщик.</p>
     <p>— Чем лучше день, тем лучше для дела, — засмеялся тот.</p>
     <p>Все трое вышли, и тут только их слова дошли до сознания Моргансона. Вот, значит, какое сегодня число — канун рождества! Ведь для того, чтобы узнать это, он и пришел в Минто. Но теперь для него все заслонили три фигуры и толстая пачка стодолларовых банкнотов.</p>
     <p>Дверь хлопнула.</p>
     <p>— Это Джон Томсон, — сказал трактирщик. — Он нарыл на два миллиона золота на Серном ручье и на Бонанзе. Денежки к нему так и плывут. Ну, пойду спать. Может, выпьешь еще?</p>
     <p>Моргансон колебался.</p>
     <p>— Ради праздника, — настаивал трактирщик. — Не беспокойся. Заплатишь сразу, когда продашь дрова.</p>
     <p>У Моргансона хватило сил выпить, попрощаться и выйти на дорогу, не подав виду, что он уже пьян. Ярко светила луна, и он медленно шел в ясной серебристой тишине, унося с собой видение жизни, обернувшейся для него пачкой стодолларовых банкнотов.</p>
     <p>Моргансон проснулся. Было темно. Он лежал, закутавшись в одеяла, так и не сняв мокасин и рукавиц, в шапке со спущенными наушниками. Он встал быстро, насколько позволили силы, разжег огонь, вскипятил воду. Засыпав в котелок сосновых иголок, он заметил первые бледные проблески утра и, схватив ружье, поспешил к берегу. Притаившись на снегу, в своей засаде, он вспомнил, что так и не выпил хвойного настоя. И еще ему пришло в голову, что Джон Томсон может передумать и, чего доброго, не захочет ехать в первый день рождества.</p>
     <p>Рассвело, наступил день. Было холодно и ясно. Моргансон определил, что мороз не меньше шестидесяти градусов. Ни малейшее дуновение ветра не нарушало морозной полярной тишины. Вдруг Моргансон выпрямился, и напряжение мышц сразу растравило боль в отечных ногах. До него донеслись отдаленные звуки чьих-то голосов и слабое повизгивание собак. Он начал колотить руками по бедрам. Снять рукавицу при шестидесяти градусах ниже нуля, чтобы нажать на спусковой крючок, не так-то просто, и надо было к тому времени заставить тело дать все тепло, какое еще в нем оставалось.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Они появились из-за лесного выступа. Впереди шел тот, третий, имени которого Моргансон не знал. За ним бежали восемь собак в упряжке. Джон Томсон шагал рядом с нартами, направляя их бег поворотным шестом. Шествие замыкал швед Ольсон. «Красавец», — подумал Моргансон, глядя на этого великана в парке из беличьих шкурок. Силуэты людей и собак четко вырисовывались на белом фоне. Они казались плоскими, словно картонные фигурки, и двигались, как заведенные.</p>
     <p>Моргансон взвел курок, положил ружье на упор и тут же почувствовал, что пальцы у него застыли. Правая рука была голая: он и не заметил, как снял рукавицу. Он поспешно натянул ее снова. Люди и собаки подошли ближе, и он уже различал в морозном воздухе клубы пара от их дыхания. Когда тот, что шел впереди, приблизился на пятьдесят ярдов, Моргансон опять стянул рукавицу с правой руки, положил указательный палец на спуск и прицелился. Раздался выстрел; шедший впереди повернулся и рухнул на дорогу.</p>
     <p>Моргансон второпях прицелился в Джона Томсона, но взял слишком низко, — тот зашатался и сел на нарты. Моргансон прицелился выше и снова выстрелил. Джон Томсон повалился на нарты навзничь.</p>
     <p>Моргансон устремил все свое внимание на Ольсона. Он увидел, что тот бросился бежать по направлению к Минто, а собаки, дойдя до лежащего поперек дороги тела, остановились. Моргансон выстрелил в Ольсона и промахнулся; Ольсон вильнул в сторону, он бежал, кидаясь то вправо, то влево. Моргансон выпустил по нему еще два заряда, один за другим, и не попал. Он уже хотел снова нажать на спуск, но взял себя в руки. Шесть патронов истрачено, оставался только один, и он был в патроннике. На этот раз надо бить наверняка.</p>
     <p>Моргансон заставил себя не стрелять и с отчаянием в душе напряженно присматривался, как бежит Ольсон: кидаясь, как безумный, из стороны в сторону, великан зигзагами мчался по дороге; полы его парки развевались сзади. Моргансон повел ружье, следуя прихотливым скачкам Ольсона. Палец у него начал неметь. Он почти не чувствовал спускового крючка.</p>
     <p>— Господи, помоги! — вырвалось у него, и он нажал на спуск.</p>
     <p>Ольсон упал с разбега ничком, тело его подскочило, ударившись о накатанную дорогу, и несколько раз перевернулось. Мгновение он бил руками снег, потом замер.</p>
     <p>Моргансон бросил ружье (ненужное теперь, когда последний патрон был истрачен) и соскользнул вниз по мягкому снегу. Дело сделано, и прятаться больше незачем. Он заковылял к нартам, хищно сжимая пальцы в рукавицах.</p>
     <p>Рычание собак остановило его. Вожак, громадный пес, помесь водолаза и канадской лайки, ощетинившись, оскалив на Моргансона клыки, стоял над телом, лежащим поперек дороги. Остальные семь собак тоже ощетинились и зарычали. Моргансон попробовал сделать еще шаг к нартам, и вся упряжка рванулась ему навстречу. Он снова остановился, то угрозой, то лаской пробуя успокоить собак. Между лапами вожака он увидел побелевшее лицо убитого и удивился тому, как быстро жизнь уступила морозу. Джон Томсон лежал на нартах поверх поклажи; голова его завалилась между двумя мешками, и Моргансон видел только черную бороду, торчащую вверх.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_101.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Убедившись, что собаки не подпустят его, Моргансон сошел с дороги, и, утопая в глубоком снегу, стал обходить нарты. Вожак кинулся к нему, и вся упряжка, путаясь в постромках, повернула следом за вожаком. Больные ноги не позволяли Моргансону быстро двигаться. Он увидел, что собаки окружают его, хотел отступить, но вожак в один прыжок очутился рядом с ним и впился зубами в ногу. Икра была прокушена насквозь, но все же Моргансону удалось вырваться.</p>
     <p>Он осыпал собак ругательствами, но усмирить их не мог. Вся упряжка рычала, ощетинившись, и рвала постромки, стараясь добраться до него. Моргансон вспомнил об Ольсоне, повернулся и пошел по дороге. Он не обращал внимания на свою прокушенную ногу. Из раны хлестала кровь, — была повреждена артерия, но Моргансон не знал этого.</p>
     <p>Больше всего поразила Моргансона бледность, разлившаяся по лицу шведа, еще вчера такому румяному. Сейчас оно было белое, как мрамор. Светлые волосы и ресницы еще больше придавали ему сходство с мраморным изваянием, и невозможно было представить себе, что несколько минут тому назад этот человек был жив. Моргансон стянул рукавицу и обыскал тело. Пояса с деньгами под одеждой не было, не нашлось и мешочка с золотом. В нагрудном кармане парки Моргансон нашарил небольшой бумажник. Коченеющими пальцами он перерыл все, что в нем было, — письма с иностранными штемпелями и марками, несколько квитанций, какие-то счета и записки, аккредитив на восемьсот долларов… И все. Денег не оказалось.</p>
     <p>Моргансон хотел было повернуть обратно к нартам и не смог сдвинуться с места: его нога примерзла к дороге. Он глянул вниз и увидел, что стоит в замерзшей красной луже; на разорванной штанине и на мокасинах нарос красный лед. Резким движением он разбил эти кровавые ледяные оковы и заковылял по дороге к нартам. Огромный вожак, укусивший его, зарычал, рванулся вперед, и вся упряжка последовала его примеру.</p>
     <p>Моргансон беспомощно заплакал, пошатываясь из стороны в сторону, потом смахнул заледеневшие на ресницах слезы. Это было похоже на шутку. Злой рок насмехается над ним. Даже Джон Томсон смеется над ним, задрав бороду к небу.</p>
     <p>Обезумев, Моргансон бродил вокруг нарт. То бессильно ругаясь, то рыдая, он вымаливал у собак жизнь, что была там, на нартах. Потом успокоился. Какая глупость! Надо пойти к палатке, взять топор, вернуться и размозжить собакам головы. Теперь он им покажет!</p>
     <p>Чтобы пройти к палатке, надо было далеко обогнуть нарты и разъяренных собак. Моргансон сошел с дороги в рыхлый снег и вдруг почувствовал головокружение и остановился. Он боялся, что упадет, если сделает хоть шаг, и долго стоял, покачиваясь на дрожащих от слабости ногах, потом посмотрел вниз и увидел, что снег под ногами опять стал красный. Из раны продолжала бить кровь. Кто мог подумать, что укус так глубок!</p>
     <p>Моргансон поборол головокружение и нагнулся, чтобы осмотреть рану. Ему показалось, что снег ринулся к нему навстречу, и он отпрянул, словно от удара. Его охватил панический страх — как бы не упасть! — и, сделав огромное усилие, он ухитрился кое-как выпрямиться. Он боялся этого снега, который мог снова ринуться ему навстречу.</p>
     <p>Потом белый мерцающий снег вокруг внезапно стал черным. Когда Моргансон пришел в себя, он лежал на снегу. Головокружение прошло. Туман в глазах рассеялся. Но встать он не мог: не хватало сил. Тело было как мертвое. С огромным усилием он перевернулся на бок и увидел нарты и черную бороду Джона Томсона, торчащую вверх. Увидел также, что вожак лижет лицо человека, лежавшего поперек дороги. Моргансон с любопытством наблюдал за ним. Вожак волновался и выражал нетерпение. По временам он отрывисто и звонко лаял, словно желая разбудить человека, и смотрел на него, насторожив уши и махая хвостом; потом сел, поднял кверху морду и завыл. Следом за ним завыла и вся упряжка.</p>
     <p>Лежа на снегу, Моргансон больше ничего не боялся. Ему представилось, как найдут его мертвое тело, и он заплакал от жалости к самому себе. Но ему не было страшно. Борьба кончена. Он хотел открыть глаза, но не мог разлепить смерзшиеся ресницы. Он не сделал попытки протереть глаза. Все равно теперь. Он и не думал, что умирать так легко. Он даже рассердился на себя, что провел столько томительных недель в борьбе и страданиях. Его обманули, его запугали смертью. Оказывается, умирать не больно. Все мучения, которые он испытал, принесла жизнь. Жизнь оклеветала смерть. Как это жестоко!</p>
     <p>А потом злоба прошла. Теперь, когда он узнал, истину, — ложь и вероломство жизни не имели значения. Дремота охватила его, сладкий сон наплывал, успокаивая обещанием отдыха и свободы. Он слышал отдаленный вой собак. Промелькнула мысль, что мороз, завладев его телом, уже не причиняет боли. Потом мысль померкла, а за ней померк и свет, проникавший сквозь веки, на которых жемчужинами замерзли слезы, и с усталым вздохом облегчения он погрузился в сон.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Конец сказки</p>
     </title>
     <section>
      <title>
       <p>I</p>
      </title>
      <p>Стол был из строганных вручную еловых досок, и людям, игравшим в вист, часто стоило усилий придвигать к себе взятки по его неровной поверхности. Они сидели в одних рубахах, и пот градом катился по их лицам, тогда как ноги, обутые в толстые мокасины и шерстяные чулки, зудели, пощипываемые морозом. Такова была разница температур в этой маленькой хижине. Железная юконская печка гудела раскаленная докрасна, а в восьми шагах от нее, на полке, прибитой низко и ближе к двери, куски оленины и бекона совершенно замерзли. Снизу дверь на добрую треть была покрыта толстым слоем льда, да и в щелях между бревнами, за нарами, сверкал белый иней. Свет проникал в окошко, затянутое промасленной бумагой. Нижняя ее часть с внутренней стороны была тоже покрыта инеем в дюйм толщиной, — это замерзала влага от человеческого дыхания.</p>
      <p>Роббер был решающим: проигравшей паре предстояло сделать прорубь для рыбной ловли в семифутовой толще льда и снега, покрывавших Юкон.</p>
      <p>— Такая вспышка мороза в марте — это редкость! — заметил человек, тасовавший карты. — Сколько, по-вашему, градусов, Боб?</p>
      <p>— Пожалуй, будет пятьдесят пять, а то и шестьдесят ниже нуля <a l:href="#n_864" type="note">[864]</a>. Как думаете, док?</p>
      <p>Доктор повернул голову и посмотрел на дверь, словно измеряя взглядом толщину покрывавшего ее льда.</p>
      <p>— Никак не больше пятидесяти. Или, может, даже поменьше — скажем, сорок девять. Посмотрите, лед на двери чуточку повыше отметки «пятьдесят», но верхний край его неровный. Когда мороз доходил до семидесяти, лед поднимался на целых четыре дюйма выше.</p>
      <p>Он снова взял в руки карты и, тасуя их, крикнул в ответ на раздавшийся стук в дверь:</p>
      <p>— Войдите.</p>
      <p>Вошедший был рослый, плечистый швед. Впрочем, угадать его национальность стало возможным только тогда, когда он снял меховую ушанку и дал оттаять льду на бороде и усах, который мешал рассмотреть лицо. Тем временем люди за столом успели доиграть один круг.</p>
      <p>— Я слышал, у вас здесь на стоянке доктор появился, — вопросительным тоном сказал швед, тревожно обводя всех глазами. Его измученное лицо говорило о перенесенных им долгих и тяжких испытаниях. — Я приехал издалека. С северной развилины Вайо.</p>
      <p>— Я доктор. А что?</p>
      <p>Вместо ответа человек выставил вперед левую руку с чудовищно распухшим указательным пальцем и стал отрывисто и бессвязно рассказывать, как стряслась с ним эта беда.</p>
      <p>— Дайте погляжу, — нетерпеливо прервал его доктор. — Положите руку на стол. Сюда, вот так!</p>
      <p>Швед осторожно, словно на пальце у него был большой нарыв, сделал то, что ему велели.</p>
      <p>— Гм, — буркнул доктор, — растяжение сухожилия. Из-за этого вы тащились сюда за сто миль! Да ведь вправить его — дело одной секунды. Следите за мной — в другой раз вы сумеете проделать это сами.</p>
      <p>Подняв вертикально ладонь, доктор, без предупреждения, со всего размаху и точно опустил ребро ладони на распухший, скрюченный палец. Человек взревел от ужаса и боли. Крик был какой-то звериный, да и лицо у него было, как у дикого зверя; казалось, он сейчас бросится на доктора, сыгравшего с ним такую штуку.</p>
      <p>— Тише! Все в порядке! — резко и властно остановил его доктор. — Ну как? Полегчало, правда? В следующий раз вы сами это проделайте. Строзерс, вам сдавать! Кажется, мы вас обставили.</p>
      <p>На туповатом, бычьем лице шведа выражалось облегчение и работа мысли. Острая боль прошла, и он с любопытством и удивлением рассматривал свой палец, осторожно сгибая и разгибая его. Потом полез в карман и достал мешочек с золотом.</p>
      <p>— Сколько?</p>
      <p>Доктор нетерпеливо мотнул головой.</p>
      <p>— Ничего. Я не практикую. Ваш ход, Боб.</p>
      <p>Швед тяжело потоптался на месте, снова осмотрел палец и с восхищением взглянул на доктора.</p>
      <p>— Вы хороший человек. Звать-то вас как?</p>
      <p>— Линдей, доктор Линдей, — поторопился ответить за доктора Строзерс, словно боясь, как бы тог не рассердился.</p>
      <p>— День кончается, — сказал Линдей шведу, тасуя карты для нового круга. — Оставайтесь-ка лучше ночевать. Куда вы поедете в такой мороз? У нас есть свободная койка.</p>
      <p>Доктор Линдей был статный и сильный на вид мужчина, брюнет с впалыми щеками и тонкими губами. Его гладко выбритое лицо было бледно, но в этой бледности не было ничего болезненного. Все движения доктора были быстры и точны. Он делал ходы, не раздумывая долго, как другие. Его черные глаза смотрели прямо и пристально, — казалось, они видели человека насквозь. Руки, изящные, нервные, были как бы созданы для тонкой работы, и с первого же взгляда в них угадывалась сила.</p>
      <p>— Опять наша! — объявил он, забирая последнюю взятку. — Теперь только доиграть роббер, и посмотрим, кому придется делать прорубь!</p>
      <p>Снова раздался стук в дверь, и доктор опять крикнул:</p>
      <p>— Войдите!</p>
      <p>— Кажется, нам так и не дадут докончить этот роббер, — проворчал он, когда дверь отворилась. — А с вами что случилось? — Это относилось уже к вошедшему.</p>
      <p>Новый пришелец тщетно пытался пошевелить губами, которые, как и щеки, были словно скованы льдом. Видимо, он пробыл в дороге много дней. Кожа на скулах, должно быть, не раз была обморожена и даже почернела. От носа до подбородка сплошной лед — в нем виднелось лишь небольшое отверстие, которое человек растопил дыханием. В это отверстие он сплевывал табачный сок, который, стекая, замерз янтарной сосулькой книзу, как ван-дейковская бородка.</p>
      <p>Он молча кивнул головой, улыбаясь глазами и подошел к печке, чтобы поскорее растаял лед, мешавший ему говорить. Он пальцами отдирал куски его, которые трещали и шипели, падая на печку.</p>
      <p>— Со мной-то все в порядке, — произнес он наконец. — Но если есть в вашей компании доктор, так он до крайности нужен. На Литтл Пеко человек схватился с пантерой, и она его черт знает как изувечила.</p>
      <p>— А далеко это? — осведомился доктор Линдей.</p>
      <p>— Миль сто будет.</p>
      <p>— И давно это с ним случилось?</p>
      <p>— Я три дня сюда добирался.</p>
      <p>— Плох?</p>
      <p>— Плечо вывихнуто. Несколько ребер, наверное, сломано. Все тело изорвано до костей, только лицо цело. Две-три самые большие раны мы временно зашили, а жилы перетянули бечевками.</p>
      <p>— Удружили человеку! — усмехнулся доктор. — А на каких местах эти раны?</p>
      <p>— На животе.</p>
      <p>— Ну так теперь ему конец.</p>
      <p>— Вовсе нет! Мы их сперва начисто промыли той жидкостью, которой мы насекомых травим, и только потом зашили — на время, конечно. Надергали ниток из белья — другого ничего не нашлось, но мы их тоже промыли.</p>
      <p>— Можете уже считать его мертвецом, — дал окончательное заключение доктор, сердито перебирая карты.</p>
      <p>— Ну, нет, он не умрет! Не такой человек! Он знает, что я поехал за врачом, и сумеет продержаться до вашего приезда. Смерть его не одолеет. Я его знаю.</p>
      <p>— Христианское учение как способ лечить гангрену? — фыркнул доктор. — Впрочем, какое мне дело. Я ведь не практикую. И не подумаю ради покойника ехать за сто миль в пятидесятиградусный мороз.</p>
      <p>— А я уверен, что поедете! Говорю вам, он не собирается помирать!</p>
      <p>Линдей покачал головой.</p>
      <p>— Жаль, что вы напрасно ехали такую даль. Заночуйте-ка лучше здесь.</p>
      <p>— Никак нельзя! Мы двинемся отсюда через десять минут.</p>
      <p>— Почему вы так в этом уверены? — запальчиво спросил доктор.</p>
      <p>Тут Том Доу разразился самой длинной речью в своей жизни.</p>
      <p>— А потому, что он непременно дотянет до вашего приезда, хотя бы вы раздумывали целую неделю, прежде чем двинуться в путь. И к тому же при нем жена. Она, молодчина, не проронила ни слезинки и поможет ему продержаться до вашего приезда. Они друг в друге души не чают, и воля у нее сильная, как у него. Если он сдаст, она поддержит в нем дух и заставит жить. Да только он не сдаст, головой ручаюсь. Ставлю три унции золота против одной, что он будет живехонек, когда вы приедете. У меня на берегу стоит наготове собачья упряжка. Согласитесь только выехать через десять минут, и мы доберемся туда меньше чем в три дня, потому что поедем по проложенному следу. Ну, пойду к собакам и жду вас через десять минут.</p>
      <p>Доу опустил наушники, надел рукавицы и вышел.</p>
      <p>— Черт его побери! — крикнул Линдей, возмущенно глядя на захлопнувшуюся дверь.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>II</p>
      </title>
      <p>В ту же ночь когда было пройдено двадцать пять миль и давно наступила темнота, Линдей и Том Доу сделали остановку и разбили лагерь. Дело было нехитрое, хорошо им знакомое: развести костер на снегу, а рядом, настлав еловых веток и покрыв их меховыми одеялами, устроить общую постель и протянуть по другую ее сторону брезент, чтобы сохранить тепло. Доу покормил собак, нарубил льда и веток для костра. Линдей, у которого щеки были словно обожжены морозом, подсел к огню и занялся стряпней. Они плотно поели, выкурили по трубке, пока сушились у костра мокасины, потом, завернувшись в одеяла, уснули мертвым сном здоровых и усталых людей.</p>
      <p>Небывалый в это время мороз к утру сдал. Температура, по расчетам Линдея, была примерно пятнадцать ниже нуля, но уже начинала подниматься. Доу забеспокоился и объяснил доктору, что, если днем начнется весеннее таяние, каньон, через который лежит их путь, будет затоплен водой. А склоны у него высотой где в несколько сот футов, а где и в несколько тысяч. Подняться по ним можно, но это отнимет много времени.</p>
      <p>В тот вечер, удобно расположившись в темном, мрачном ущелье и покуривая трубки, они уже жаловались на жару. Оба были того мнения, что температура впервые за полгода поднялась, должно быть, выше нуля.</p>
      <p>— Ни один человек здесь, на дальнем севере, и не слыхивал про пантер, — говорил Доу. — Рокки называет ее «кугуар». Но я много их убил у нас в Керри, в штате Орегон, — я ведь тамошний уроженец, — и там их называют пантерами. Как там ни называй, пантера или кугуар, а другой такой громадной кошки я сроду не видывал. Настоящее страшилище! И как ее занесло в такие дальние места, ума не приложу.</p>
      <p>Линдей не поддерживал разговора, он уже клевал носом. От его мокасин, сушившихся на палках у огня, валил пар, но он этого не замечал и не переворачивал их. Собаки, свернувшись пушистыми клубками, спали на снегу. Потрескивали изредка догорающие уголья, и эти звуки словно подчеркивали глубокую тишину.</p>
      <p>Линдей вдруг очнулся и посмотрел на Доу, который, встретившись с ним взглядом, кивнул в ответ. Оба прислушались. Откуда-то издалека доносился неясный, тревожащий гул, который скоро перешел в зловещий рев и грохот. Он приближался, все набирая силы, несся через вершины гор, через глубины ущелий, склоняя перед собой лес, пригибая к земле тонкие сосны в расселинах каменных склонов, и путники уже понимали, что это за шум. Ветер бурный, но теплый, уже насыщенный запахами весны, помчался мимо, взметнув из костра целый дождь искр. Проснувшиеся собаки сели и, подняв кверху унылые морды, завыли по-волчьи долго, протяжно.</p>
      <p>— Это Чинук, — сказал Доу.</p>
      <p>— Значит, двинемся по реке?</p>
      <p>— Конечно. Десять миль пройдешь легче, чем одну по верхней дороге. — Доу долго и внимательно всматривался в Линдея. — А ведь мы уже идем пятнадцать часов! — крикнул он сквозь ветер, как бы испытывая Линдея, и опять помолчал. — Док, — сказал он наконец, — вы не из трусливых?</p>
      <p>Вместо ответа Линдей выбил трубку и стал натягивать сырые мокасины. Не прошло и нескольких минут, как собаки, борясь с ветром, стояли уже в упряжке, вся утварь и меховые одеяла, которыми им так и не пришлось воспользоваться, лежали на нартах. Они снялись с лагеря и в темноте двинулись по следу, проложенному Доу почти неделю тому назад. Всю ночь ревел Чинук, а они шли и шли, понукая измученных собак, напрягая ослабевшие мускулы. Так шли они еще двенадцать часов и остановились позавтракать после этого двадцатисемичасового пути.</p>
      <p>— Часок можно соснуть, — сказал Доу после того, как они с волчьей жадностью проглотили несколько фунтов оленьей строганины, поджаренной с беконом.</p>
      <p>Доу дал своему спутнику поспать не один, а два часа, но сам не решился глаз сомкнуть. Он занялся тем, что делал отметки на мягком, оседающем снегу. Снег оседал на глазах: за два часа его уровень понизился на три дюйма. Отовсюду доносилось заглушаемое вешним ветром, но близкое журчание невидимых вод. Литтл Пеко, приняв в себя бесчисленные ручейки, рвалась из зимнего плена, с грохотом и треском ломая ледяные оковы.</p>
      <p>Доу тронул Линдея за плечо раз, другой, потом энергично растолкал его.</p>
      <p>— Ну и спите же вы! — восхищенно шепнул он. — И можете проспать еще сколько угодно!</p>
      <p>Усталые черные глаза под тяжелыми веками выразили благодарность за комплимент.</p>
      <p>— Но спать больше никак нельзя. Рокки безобразно искалечен. Я вам уже говорил, что сам помогал зашивать ему нутро. Док! — снова встряхнул он Линдея, у которого смыкались глаза. — Послушайте, док! Я спрашиваю — можете вы двинуться дальше? Вы слышите? Я говорю, можете вы пройти еще немного?</p>
      <p>Усталые собаки огрызались и скулили, когда их толчками подняли со сна. Шли медленно, делая не больше двух миль в час, и животные пользовались каждой возможностью залечь в мокрый снег.</p>
      <p>— Еще миль двадцать, и мы выберемся из ущелья, — подбодрял спутника Доу. — А там пусть этот лед хоть провалится — нам все равно: мы двинемся берегом. И всего-то нам останется пройти миль десять до стоянки. В самом деле, док, нам теперь, можно сказать, рукой подать. А когда вы почините Рокки, вы сможете уже за один день доплыть на лодке к себе.</p>
      <p>Но лед под ними становился все ненадежнее, отходя от берега и неустанно, дюйм за дюймом, громоздясь все выше. В тех местах, где он еще держался у берега, его захлестывало водой, и путники с трудом продвигались, шлепая по жиже талого снега и льда. Литтл Пеко сердито урчала. На каждом шагу, по мере того как они пробивались вперед, отвоевывая милю за милей, из которых каждая стоила десяти, пройденных верхней дорогой, появлялись все новые и новые трещины и полыньи.</p>
      <p>— Садитесь на нарты, док, и вздремните немного, — предложил Доу.</p>
      <p>Черные глаза глянули на него так грозно, что Доу не решился повторить свое предложение.</p>
      <p>Уже в полдень выяснилось, что идти дальше невозможно. Льдины, увлекаемые быстрым течением вниз, ударялись о неподвижные еще участки льда. Собаки беспокойно визжали и рвались к берегу.</p>
      <p>— Значит, выше река вскрылась, — объяснил Доу. — Скоро где-нибудь образуется затор, и вода станет с каждой минутой подниматься на фут. Придется нам, видно, идти верхней дорогой, если только сможем взобраться. Ну, пошли, док! Гоните собак во всю мочь. И подумать только, что на Юконе лед простоит еще не одну неделю!</p>
      <p>Высокие стены каньона, очень узкого в этом месте, были слишком круты, чтобы подняться по ним. Линдею и Доу оставалось только идти вперед. И они шли, пока не случилось несчастье: словно взорвавшись, лед с грохотом раскололся пополам под самой упряжкой. Две средние в упряжке собаки провалились в полынью и, подхваченные течением, потащили за собой в воду переднюю. Эти три собаки, уносимые течением под лед, тянули за собой к краю льда визжавших остальных собак. Люди яростно боролись, стараясь задержать нарты, но нарты медленно тащили их вперед. Все кончилось в несколько секунд. Доу обрезал охотничьим ножом постромки коренника, и тот, слетев в полынью, сразу скрылся под водой. Путники стояли теперь на качавшейся под ногами льдине, которая, ударяясь то и дело о прибрежный лед и скалы, давала трещины. Едва только успели они вытащить нарты на берег, как льдина перевернулась и ушла под воду.</p>
      <p>Мясо и меховые одеяла они сложили в тюки, а нарты бросили. Линдея возмутило, что Доу берет на плечи более тяжелый тюк, но тот настоял на своем.</p>
      <p>— Вам хватит работы, когда прибудем на место. Пошли!</p>
      <p>Был уже час дня, когда они начали карабкаться по склону. В восемь часов вечера они перевалили через верхний край каньона и целых полчаса лежали там, где свалились. Затем разложили костер, сварили полный котелок кофе и поджарили огромную порцию оленьего мяса. Сначала, однако, Линдей прикинул в руках оба тюка и убедился, что его ноша вдвое легче.</p>
      <p>— Железный вы человек, Доу! — восхитился он.</p>
      <p>— Кто? Я? Полноте! Посмотрели бы вы на Рокки! Вот это молодец! Он словно вылит из платины, из стали, из чистого золота, из самого что ни на есть крепкого материала. Я горец, но куда мне до него! Дома, в Керри, я, бывало, чуть не до смерти загонял всех наших ребят, когда мы охотились на медведя. И вот, когда сошлись мы с Рокки на первой охоте, я, грешным делом, думал утереть ему нос. Спустил собак со сворки и сам от них не отстаю, а за мной по пятам идет Рокки. Я знал, что долго ему не выдержать, и как приналег, как дал ходу! А он к концу второго часа все так же не спеша спокойно шагает за мной по пятам! Меня даже обида взяла. «Может, говорю, тебе хочется пройти вперед и показать мне, как ходят?» — «Ясно!» — говорит. И ведь показал! Я не отстал, но, по совести сказать, совсем замучился к тому времени, как мы загнали медведя.</p>
      <p>Этот человек ни в чем удержу не знает! Никакой страх его не берет. Прошлой осенью, перед самыми заморозками, шли мы, он и я, к стоянке. Уже смеркалось. Я расстрелял все патроны на белых куропаток, а у Рокки еще оставался один. Тут вдруг собаки загнали на дерево медведицу гризли. Небольшую — фунтов на триста, но вы знаете, что такое гризли! «Не делай этого! — говорю я Рокки, когда он вскинул ружье. — У тебя единственный патрон; а темень такая — не видать, в кого целишься».</p>
      <p>«Полезай, — говорит, — на дерево». На дерево я не полез, но когда медведица скатилась вниз, взбешенная и только задетая выстрелом, — скажу честно, пожалел я, что его не послушался. Ну, и попали в переделку! Дальше пошло и совсем худо. Медведица прыгнула в яму под здоровый пень, фута в четыре высотой. С одного краю собакам до нее никак не добраться, а с другого- крутая песчаная насыпь; собаки, ясное дело, и соскользнули вниз, прямо на медведицу. Назад им не выпрыгнуть, и медведица их того и гляди в куски растерзает. Кругом кусты, почти стемнело, а у нас ни единого патрона!</p>
      <p>Что же делает Рокки? Ложится на пень, свешивает вниз руку с ножом и давай колоть зверя. Только дальше медвежьего зада ему не достать, а собакам вот-вот конец всем троим. Рокки в отчаянии: жалко ему своих собак. Вскочил на пень, ухватил медведя за огузок и вытащил его наверх. Тут как понесется вся честная компания — медведь, собаки и Рокки! Промчались двадцать футов, покатились вниз, рыча, ругаясь, царапаясь, и бултых в реку на десять футов в глубину, на самое дно. Все выплыли, кто как умел. Ну, медведя Рокки не достал, зато собак спас. Вот каков Рокки! Уж если он на что решился, ничто его не остановит.</p>
      <p>На следующем привале Линдей услышал от Тома Доу, как с Рокки случилось несчастье.</p>
      <p>— Пошел я вверх по реке, за милю от дома, искать подходящую березку для топорища. Возвращаюсь назад — слышу, кто-то отчаянно возится в том месте, где мы поставили медвежий капкан. Какой-то охотник бросил его за ненадобностью в старой яме для провианта, а Рокки опять наладил. «Кто же это, — думаю, — возится?» Оказывается, Рокки с братом своим, Гарри. То один горланит и смеется, то другой, словно шла у них там какая-то игра. И надо же было придумать такую дурацкую забаву! Видал я у себя в Керри немало смелых парней, но эти всех перещеголяли. Попала к ним в капкан здоровенная пантера, и они по очереди стукали ее по носу палочкой. Выхожу я из-за куста, вижу, Гарри ударяет ее; потом отрубил конец у палочки, дюймов шесть, и передал палочку Рокки. Так постепенно палочка становилась все короче. Игра, выходит, была не так безопасна, как вы, может быть, думаете. Пантера пятилась, выгнув спину горбом, и так проворно увертывалась от палочки, словно в ней пружина какая-то сидела. Капкан защемил ей заднюю лапу, но она каждую минуту могла прыгнуть.</p>
      <p>Люди, можно сказать, играли со смертью. Палочка становилась все короче да короче, а пантера все бешенее. Скоро от палочки почти ничего не осталось; дюйма четыре, не больше. Очередь была за Рокки. «Давай лучше бросим», — говорит Гарри. «Это почему?» — спрашивает Рокки. «Да ведь если ты ударишь, для меня и палочки не останется», — говорит Гарри. «Тогда ты выйдешь из игры, а я выиграю!» — со смехом отвечает Рокки и подходит к пантере.</p>
      <p>Не хотел бы я опять увидеть такое! Кошка подалась назад, съежилась, словно вобрала в себя все шесть футов своей длины. А палочка-то у Рокки всего в четыре дюйма! Кошка и сгребла его. Схватились они- не видать, где он, где она! Стрелять нельзя! Хорошо, что Гарри изловчился и в конце концов всадил ей нож в горло.</p>
      <p>— Знал бы я все это раньше, ни за что бы не поехал! — сказал Линдей.</p>
      <p>Доу кивнул в знак согласия.</p>
      <p>— Она так и говорила. И просила меня, чтоб я вам и словом не обмолвился насчет того, как это приключилось.</p>
      <p>— Он что, сумасшедший? — сердито спросил Линдей.</p>
      <p>— Оба они шальные какие-то — и он и брат его, — все время подбивают друг друга на всякие сумасбродства. Видал, я, как они прошлой осенью переплывали пороги. Вода ледяная, дух захватывает, а по реке уже сало пошло. Это они об заклад бились. Что бы ни взбрело в голову, за все берутся! И жена у Рокки почти такая же. Ничего не боится. Только позволь ей Рокки — на все пойдет! Но он очень бережет ее. Обращается, как с королевой, никакой тяжелой работы делать не велит. Для того и наняли меня и еще одного человека за хорошее жалованье. Денег у них уйма. А уж любят друг друга, как сумасшедшие!</p>
      <p>«Похоже, здесь будет недурная охота», — сказал Рокки, когда они той осенью набрели на это место. «Ну что ж, давай здесь и устроимся», — говорит Гарри. Я-то все время думал, что они золото ищут, а они за всю зиму и таза песку не промыли на пробу.</p>
      <p>Раздражение Линдея еще усилилось.</p>
      <p>— Терпеть не могу сумасбродов! Я, кажется, способен повернуть обратно!</p>
      <p>— Нет, этого вы не сделаете! — уверенно возразил Доу. — И еды не хватит на обратный путь. А завтра мы будем уже на месте. Осталось только перевалить через последний водораздел и спуститься вниз, к хижине. А главное — вы слишком далеко от дома, а я, будьте уверены, не дам вам повернуть назад!</p>
      <p>Как ни был Линдей измучен, огонь сверкнул в его черных глазах, и Доу почувствовал, что переоценивает свою силу. Он протянул руку.</p>
      <p>— Заврался. Извините, док. Я немного расстроен тем, что пропали мои собаки.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>III</p>
      </title>
      <p>Не день, а три дня спустя, после того как на вершине их едва не замело снежной метелью, Линдей и Том Доу добрели наконец до хижины в плодородной долине, на берегу бурной Литтл Пеко. Войдя и очутившись в полутьме после яркого солнечного света, Линдей сперва не разглядел как следует обитателей хижины. Он только заметил, что их было трое — двое мужчин и женщина. Но они его не интересовали, и он прошел прямо к койке, на которой лежал раненый. Лежал он на спине, закрыв глаза, и Линдей заметил, что у него красиво очерченные брови и кудрявые каштановые волосы. Исхудавшее и бледное лицо казалось слишком маленьким для мускулистой шеи, но тонкие черты этого лица, при всей его изможденности, были словно изваяны резцом.</p>
      <p>— Чем промывали? — спросил Линдей у женщины.</p>
      <p>— Сулемой, обычным раствором.</p>
      <p>Линдей быстро взглянул на женщину, бросил еще более быстрый взгляд на лицо больного и встал, резко выпрямившись. А женщина шумно и прерывисто задышала, усилием воли стараясь скрыть это. Линдей повернулся к мужчинам.</p>
      <empty-line/>
      <image l:href="#i_102.jpg"/>
      <empty-line/>
      <p>— Уходите отсюда! Займитесь колкой дров, чем угодно, только отсюда уходите!</p>
      <p>Один из них стоял в нерешимости.</p>
      <p>— Случай очень серьезный. Мне надо поговорить с его женой, — продолжал Линдей.</p>
      <p>— Но я его брат, — возразил тот.</p>
      <p>Женщина умоляюще взглянула на него. Он нехотя направился к двери.</p>
      <p>— И мне вон идти? — спросил Доу, сидевший на скамье, на которую плюхнулся, как только вошел.</p>
      <p>— И вам.</p>
      <p>Линдей принялся осматривать больного, дожидаясь, когда хижина опустеет.</p>
      <p>— Так это и есть твой Рекс Стрэнг?</p>
      <p>Женщина бросила взгляд на лежавшего, словно хотела удостовериться, что это в самом деле он, потом молча посмотрела в глаза Линдею.</p>
      <p>— Что же ты молчишь? Она пожала плечами.</p>
      <p>— К чему говорить? Ты ведь знаешь, что это Рекс Стрэнг.</p>
      <p>— Благодарю. Хотя я мог бы тебе напомнить, что вижу его впервые. Садись. — Доктор указал ей на табурет, а сам сел на скамью. — Я отчаянно устал. Шоссейной дороги от Юкона сюда пока еще не провели.</p>
      <p>Он вынул из кармана перочинный нож и стал вытаскивать занозу из своего большого пальца.</p>
      <p>— Что ты думаешь делать? — спросила она, подождав минуту.</p>
      <p>— Поесть и отдохнуть, прежде чем пущусь в обратный путь.</p>
      <p>— Я спрашиваю, что ты сделаешь, чтобы ему помочь? — Женщина движением головы указала на человека, лежавшего без сознания.</p>
      <p>— Ничего.</p>
      <p>Женщина подошла к койке, легко провела пальцами по тугим завиткам волос.</p>
      <p>— Ты хочешь сказать, что убьешь его? — медленно проговорила она. — Дашь ему умереть без помощи? А ведь если ты захочешь, ты можешь спасти его.</p>
      <p>— Понимай, как знаешь. — Линдей подумал и сказал с хриплым смешком: — С незапамятных времен в этом дряхлом мире именно таким способом частенько избавляются от похитителей чужих жен.</p>
      <p>— Ты несправедлив, Грант, — возразила она тихо. — Ты забываешь, что го была моя воля, что я сама этого захотела. Рекс не увел меня. Это ты сам меня потерял. Я ушла с ним добровольно, с радостью. С таким же правом ты мог бы обвинить меня, что я его увела. Мы ушли вместе.</p>
      <p>— Удобная точка зрения! — сказал Линдей. — Я вижу, ум у тебя так же остер, как был. Стрэнга это, должно быть, утомляло?</p>
      <p>— Мыслящий человек способен и сильно любить…</p>
      <p>— И в то же время действовать разумно, — вставил Линдей.</p>
      <p>— Значит, ты признаешь, что я поступила разумно? Он поднял руки к небу.</p>
      <p>— Черт возьми, вот что значит говорить с умной женщиной! Мужчина всегда это забывает и попадает в ловушку. Я не удивился бы, узнав, что ты покорила его каким-нибудь силлогизмом.</p>
      <p>Ответом была тень улыбки в пристальном взгляде синих глаз. Все ее существо словно излучало женскую гордость.</p>
      <p>— Нет, нет, беру свои слова обратно. Будь ты даже безмозглой дурой, все равно ты пленила бы его и кого угодно — лицом, фигурой, всем!.. Кому, как не мне, знать это! Черт возьми, я все еще не покончил с этим.</p>
      <p>Он говорил быстро, нервно, раздраженно и, как всегда (Медж это знала) искренне. Она ответила только на его последние слова:</p>
      <p>— Ты еще помнишь Женевское озеро?</p>
      <p>— Еще бы! Я был там до нелепости счастлив. Она кивнула головой, и глаза ее засветились.</p>
      <p>— От прошлого не уйдешь. Прошу тебя, Грант, вспомни… на одну только минуту… вспомни, чем мы были друг для друга… И тогда…</p>
      <p>— Вот чем ты хочешь меня подкупить, — улыбнулся он и снова принялся за свой палец. Он вынул занозу, внимательно рассмотрел ее, затем сказал: — Нет, благодарю. Я не гожусь для роли доброго самаритянина.</p>
      <p>— Но ведь ты прошел такой трудный путь ради незнакомого человека, — настаивала она.</p>
      <p>Линдея наконец прорвало:</p>
      <p>— Неужели ты думаешь, что я сделал бы хоть один шаг, если бы знал, что это любовник моей жены?</p>
      <p>— Но ты уже здесь… Посмотри, в каком он состоянии! Что ты сделаешь?</p>
      <p>— Ничего. С какой стати? Он ограбил меня. Она хотела что-то еще сказать, но в дверь постучали.</p>
      <p>— Убирайтесь вон! — закричал Линдей.</p>
      <p>— Может, вам нужно помочь?</p>
      <p>— Уходите, говорю! Принесите только ведро воды и поставьте его у двери.</p>
      <p>— Ты хочешь… — начала она, вся дрожа.</p>
      <p>— Умыться.</p>
      <p>Она отшатнулась, пораженная такой бесчеловечностью, и губы ее плотно сжались.</p>
      <p>— Слушай, Грант, — сказала она твердо. — Я все расскажу его брату. Я знаю Стрэнгов. Если ты способен забыть старую дружбу, я тоже ее забуду. Если ты ничего не сделаешь, Гарри убьет тебя. Да что! Даже Том Доу сделает это, если я попрошу.</p>
      <p>— Мало же ты меня знаешь, если угрожаешь мне! — серьезно упрекнул он ее, потом с усмешкой добавил: — К тому же не понимаю, чем, собственно, моя смерть поможет твоему Рексу Стрэнгу?</p>
      <p>Она судорожно вздохнула, но тут же крепко стиснула губы, заметив, что от его зорких глаз не укрылся бивший ее озноб.</p>
      <p>— Это не истерика, Грант! — торопливо воскликнула она, стуча зубами. — Ты знаешь, что никогда со мной не бывает истерик. Не знаю, что со мной, но я справлюсь с этим. Просто меня одолело все сразу: и гнев на тебя и страх за него. Я не хочу потерять его. Я его люблю, Грант! И я провела у его изголовья столько ужасных дней и ночей! О Грант, умоляю… умоляю тебя!..</p>
      <p>— Просто нервы! — сухо заметил Линдей. — Перестань! Ты можешь взять себя в руки. Если бы ты была мужчиной, я рекомендовал бы тебе покурить.</p>
      <p>Она, шатаясь, подошла к табурету и, сев, наблюдала за ним, силясь овладеть собой. За грубо сложенным очагом затрещал сверчок. За дверью грызлись две овчарки. Видно было, как грудь больного поднимается и опускается под меховыми одеялами. Губы Линдея сложились в улыбку, не предвещавшую ничего хорошего.</p>
      <p>— Ты сильно его любишь? — спросил он.</p>
      <p>Грудь ее бурно вздымалась, глаза ярко блестели. Она глядела на него гордо, не тая страсти. Линдей кивнул в знак того, что ответ ему ясен.</p>
      <p>— Давай потолкуем еще немного. — Он помолчал, словно обдумывая, с чего начать. — Мне вспомнилась одна прочитанная мною сказка. Написал ее, кажется, Герберт Шоу <a l:href="#n_865" type="note">[865]</a>. Я хочу ее тебе рассказать… Жила-была одна женщина, молодая, прекрасная. И мужчина, замечательный человек, влюбленный в красоту. Он любил странствовать. Не знаю, насколько он был похож на твоего Рекса Стрэнга, но, кажется, сходство есть. Человек этот был художник, по натуре цыган, бродяга. Он целовал ее, целовал часто и горячо в течение нескольких недель. Потом ушел от нее. Она любила его так, как ты, мне кажется, любила меня… там, на Женевском озере. Десять лет она плакала от тоски по нем, и в слезах истаяла ее красота. Некоторые женщины, видишь ли, желтеют от горя: оно нарушает обмен веществ.</p>
      <p>Потом случилось так, что человек этот ослеп и через десять лет, приведенный за руку, как ребенок, вернулся опять к ней. У него ничего не осталось в жизни. Он не мог больше писать. А она была счастлива. И радовалась, что он не может видеть ее лица. Вспомни, он поклонялся красоте. Он снова держал ее в объятиях, целовал и верил, что она прекрасна. Он сохранил живое воспоминание о ее красоте и не переставал говорить о ней и горевать, что не видит ее.</p>
      <p>Однажды он рассказал ей о пяти больших картинах, которые ему хотелось бы написать. Если бы к нему вернулось зрение, он, написав их, мог бы сказать: «Конец!» — и успокоиться… И вот каким-то образом в руки этой женщины попадает волшебный эликсир: стоит ей только смочить им глаза возлюбленному, и зрение вернется к нему полностью.</p>
      <p>Линдей передернул плечами.</p>
      <p>— Ты понимаешь, какую душевную борьбу она переживала? Прозрев, он напишет пять картин, но ее он тогда покинет: ведь красота — его религия. Он не в силах будет смотреть на ее обезображенное лицо. Пять дней она боролась с собой, потом смочила ему глаза этим эликсиром…</p>
      <p>Линдей замолчал и пытливо посмотрел на женщину. Какие-то огоньки зажглись в блестящей черноте его зрачков.</p>
      <p>— Вопрос в том, любишь ли ты Рекса Стрэнга так же сильно?</p>
      <p>— А если да?</p>
      <p>— Действительно любишь?</p>
      <p>— Да.</p>
      <p>— И ты способна ради него на жертву? Можешь от него отказаться?</p>
      <p>Медленно, с усилием она ответила:</p>
      <p>— Да.</p>
      <p>— И ты уйдешь со мной?</p>
      <p>На этот раз голос ее перешел в едва слышный шепот:</p>
      <p>— Когда он поправится, да.</p>
      <p>— Пойми, то, что было на Женевском озере, должно повториться. Ты станешь опять моей женой.</p>
      <p>Она вся съежилась и поникла, но утвердительно кивнула головой.</p>
      <p>— Очень хорошо! — Линдей быстро встал, подошел к своей сумке и стал расстегивать ремни.</p>
      <p>— Мне понадобится помощь. Зови сюда его брата. Зови всех. Нужен будет кипяток, как можно больше кипятку. Бинты я привез, но покажи, какой еще перевязочный материал у вас имеется? Эй, Доу, разведите огонь и принимайтесь кипятить воду — всю, сколько ее есть под рукой. А вы, — обратился он к Гарри, — вынесите стол из хижины вот туда, под окно. Чистите, скребите, шпарьте его кипятком. Чистите, чистите, как никогда не чистили ни одной вещи! Вы, миссис Стрэнг, будете мне помогать. Простынь, вероятно, нет? Ничего, как-нибудь обойдемся. Вы его брат, сэр? Я дам ему наркоз, а вам придется затем давать еще по мере надобности. Теперь слушайте: я научу вас, что надо делать. Прежде всего — умеете вы следить за пульсом?</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>IV</p>
      </title>
      <p>Линдей славился как смелый и способный хирург, а в последующие дни и недели он превзошел самого себя.</p>
      <p>Потому ли, что Стрэнг был страшно изувечен, или потому, что помощь сильно запоздала, только Линдей впервые столкнулся с таким трудным случаем. Хотя никогда еще ему не приходилось иметь дело с более здоровым образчиком человеческой породы, но он потерпел бы неудачу, если бы не кошачья живучесть больного, его почти сверхъестественная физическая и душевная жизнестойкость.</p>
      <p>Были дни очень высокой температуры и бреда; дни полного упадка сердечной деятельности, когда пульс у Стрэнга бился едва слышно; дни, когда он был в сознании, лежал с открытыми глазами, усталыми и глубоко запавшими, весь в поту от боли. Линдей был неутомим, энергичен и беспощадно требователен, смел до дерзости и добивался удачных результатов, рискуя раз за разом и выигрывая. Ему мало было того, что его пациент останется жив. Он поставил себе сложную и рискованную задачу: сделать его таким же сильным и здоровым, как прежде.</p>
      <p>— Он останется калекой? — спрашивала Медж.</p>
      <p>— Он сможет не только ходить и говорить, будет не только жалким подобием прежнего Стрэнга — нет, он будет бегать, прыгать, переплывать пороги, кататься верхом на медведях, бороться с пантерами — словом, удовлетворять свои самые безумные прихоти. И предупреждаю: он станет по-прежнему кумиром всех женщин. Как ты на это смотришь? Довольна? Не забывай: ты-то не будешь с ним.</p>
      <p>— Продолжай, продолжай свое дело, — отвечала она беззвучно. — Верни ему здоровье. Сделай его опять таким, каким он был.</p>
      <p>Не раз, когда состояние больного позволяло, Линдей усыплял его и проделывал самые рискованные и трудные операции: он резал, сшивал, связывал воедино части разрушенного организма. Как-то он заметил, что у больного плохо действует левая рука: Стрэнг мог поднимать ее только до определенной высоты, не дальше. Линдей стал доискиваться причины.</p>
      <p>Оказалось, что в этом виноваты несколько скрюченных и разорванных связок. Он снова принялся резать, расправлять, вытягивать и распутывать. Спасали Стрэнга только его поразительная живучесть и здоровый от природы организм.</p>
      <p>— Вы убьете его! — запротестовал Гарри. — Оставьте его в покое! Ради бога, оставьте его в покое! Лучше живой калека, чем полностью починенный труп.</p>
      <p>Линдей вспыхнул от гнева.</p>
      <p>— Убирайтесь вон! Вон из хижины, пока вы, подумав, не признаете, что я ему возвращаю этим жизнь!</p>
      <p>Следовало бы поддерживать меня, а не ворчать. Жизнь вашего брата все еще висит на волоске. Понятно? Дуньте — и она может оборваться. Теперь ступайте отсюда и возвращайтесь спокойным и бодрым и вопреки всему уверенным, что он будет жить и станет опять таким, каким был, пока вам обоим не вздумалось свалять дурака.</p>
      <p>Гарри с угрожающим видом, сжав кулаки, оглянулся на Медж, как бы спрашивая совета.</p>
      <p>— Уйди, пожалуйста, уйди! — взмолилась она. — Доктор прав. Я знаю, что он прав.</p>
      <p>В другой раз, когда состояние Стрэнга не внушало уже тревоги, брат его сказал:</p>
      <p>— Док, вы чудодей! А я за все время не подумал даже спросить, как ваша фамилия.</p>
      <p>— Не ваше дело! Уходите, не мешайте!</p>
      <p>Процесс заживления истерзанной правой руки неожиданно приостановился: страшная рана опять вскрылась.</p>
      <p>— Некроз, — сказал Линдей.</p>
      <p>— Теперь ему конец! — простонал брат.</p>
      <p>— Замолчите! — прикрикнул на него Линдей. — Ступайте вместе с Доу, Билла тоже возьмите и добудьте мне зайцев… живых и здоровых! Наловите их силками. Повсюду расставьте силки.</p>
      <p>— Сколько штук вам надо?</p>
      <p>— Сорок… четыре тысячи… сорок тысяч… сколько сможете добыть! А вы, миссис Стрэнг, будете мне помогать. Я хочу покопаться в этой руке, посмотреть, в чем дело. А вы, ребята, ступайте за зайцами.</p>
      <p>Он глубоко вскрыл рану, быстро и умело отскоблил разлагающуюся кость и определил, насколько далеко прошло загнивание.</p>
      <p>— Этого, конечно, никогда не случилось бы, — объяснил он Медж, — если бы у него не оказалось такого множества других поражений, которые требовали в первую очередь всех его жизненных сил. Даже такому жизнеспособному организму, как у него, трудно справиться со всем. Я это видел, но мне ничего другого не оставалось, как ждать и рисковать. Вот этот кусок кости придется удалить… Обойдется без него. Я заменю его заячьей косточкой, которая сделает руку такой, какой она была.</p>
      <p>Из сотен принесенных зайцев Линдей отобрал несколько, испытал их пригодность, потом сделал окончательный выбор. Усыпив Стрэнга остатками хлороформа, он произвел пересадку, привив живую кость зайца к живой кости человека, чтобы общий отныне физиологический процесс в них помог сделать руку вполне здоровой.</p>
      <p>И все это трудное время, особенно когда Стрэнг начал поправляться, между Линдеем и Медж изредка возникали короткие разговоры. Доктор не смягчался, она не проявляла строптивости.</p>
      <p>— Это хлопотливое дело! — говорил он. — Но закон есть закон, и тебе придется взять развод, чтобы мы могли опять пожениться. Что ты на это скажешь? Поедем на Женевское озеро?</p>
      <p>— Как хочешь! — отвечала она. А в другой раз он сказал:</p>
      <p>— Ну, что ты, черт возьми, нашла в нем? У него было много денег, знаю. Но ведь и мы с тобой жили, можно сказать, с комфортом. Практика давала мне в среднем тысяч сорок в год, я проверял потом по приходной книге. В сущности, тебе не хватало разве только собственных яхт и дворцов.</p>
      <p>— А знаешь, я, кажется, сейчас поняла, в чем дело. Все, вероятно, произошло потому, что ты был слишком занят своей практикой и мало думал обо мне.</p>
      <p>— Вот как! — насмешливо буркнул Линдей. — А может, твой Рекс тоже слишком поглощен пантерами и короткими палочками?</p>
      <p>Он беспрестанно добивался от нее объяснения, чем Стрэнг так ее пленил.</p>
      <p>— Этого не объяснишь, — всегда говорила она. И наконец однажды ответ ее прозвучал резко:</p>
      <p>— Никто не может объяснить, что такое любовь, и я — меньше всякого другого. Я узнала любовь, божественную, непреодолимую, — вот и все. В Форте Ванкувер какой-то магнат из Компании Гудзонова залива был недоволен местным священником англиканской церкви. Последний в письмах домой, в Англию, жаловался, что служащие Компании, начиная с главного уполномоченного, грешат с индианками. «Почему вы умолчали о смягчающих обстоятельствах?» — спросил у него магнат. Священник ответил: «Хвост у коровы растет книзу. Я не могу объяснить, почему коровий хвост растет книзу. Я только констатирую факт».</p>
      <p>— К черту умных женщин! — закричал Линдей. Глаза его сверкали гневом.</p>
      <p>— Что тебя привело на Клондайк? — спросила однажды Медж.</p>
      <p>— У меня было слишком много денег и не было жены, чтобы их тратить. Захотелось отдохнуть, должно быть, переутомился. Я сначала уехал в Колорадо. Но пациенты забросали меня телеграммами, а некоторые явились в Колорадо. Я переехал в Сиэтл — та же история: Рейсом отправил специальным поездом ко мне свою больную жену. Отвертеться было невозможно. Операция удалась. Местные газеты пронюхали об этом. Остальное ты сама можешь себе представить! Я хотел от всех скрыться, удрал на Клондайк. И вот когда я спокойно играл в вист в юконской хижине, меня и тут разыскал Том Доу.</p>
      <p>Настал день, когда постель Стрэнга уже вынесли на воздух.</p>
      <p>— Разреши мне теперь сказать ему, — попросила Медж.</p>
      <p>— Нет, подожди еще, — ответил Линдей.</p>
      <p>Скоро Стрэнг мог уже сидеть, спустив ноги с койки, потом сделал первые несколько неверных шагов, поддерживаемый с обеих сторон.</p>
      <p>— Пора сказать ему, — твердила Медж.</p>
      <p>— Нет. Я хочу прежде довести работу до конца. Чтобы не было никаких недоделок! Левая рука еще плоховато действует. Это мелочь, но я хочу воссоздать его таким, каким его сотворил бог. Завтра опять вскрою руку и устраню дефект. Придется Стрэнгу опять два дня лежать на спине. Жаль, что хлороформ весь вышел. Ну, да ничего, стиснет зубы и вытерпит. Он сумеет это сделать. Выдержки у него хватит на десятерых.</p>
      <p>Пришло лето. Снег растаял и лежал еще только на дальних вершинах Скалистых Гор, на востоке. Дни становились все длиннее, и уже совсем больше не темнело, только в полночь солнце, склонясь к северу, скрывалось на несколько минут за горизонтом.</p>
      <p>Линдей не отходил от Стрэнга. Он изучал его походку, движения тела, снова и снова раздевая его догола и заставляя в тысячный раз сгибать все мускулы.</p>
      <p>Массаж ему делали без конца, пока Линдей не объявил, что Том Доу, Билл и Гарри здорово натренировались и могли бы стать массажистами в турецких банях или клинике костных болезней. Однако доктор все еще не был удовлетворен. Он заставил Стрэнга проделать целый комплекс физических упражнений, все опасаясь каких-нибудь скрытых изъянов. Он опять уложил его в постель на целую неделю, проделал несколько ловких операций над мелкими венами, скоблил на кости какое-то местечко величиной с кофейное зернышко до тех пор, пока не показалась здоровая, розовая поверхность, к которой он подсадил живую ткань.</p>
      <p>— Позволь мне наконец сказать ему, — умоляла Медж.</p>
      <p>— Еще не время, — был ответ. — Скажешь ему, когда лечение будет закончено.</p>
      <p>Прошел июль, близился к концу август. Линдей велел Стрэнгу идти на охоту за оленем. Сам он шел за ним по пятам и наблюдал. Стрэнг снова обрел чисто кошачью гибкость — такой походки, как у него, Линдей не видел ни у одного человека. Стрэнг двигался без малейших усилий — казалось, он может поднимать ноги чуть не вровень с плечами так легко и грациозно, что быстрота его шага на первый взгляд была незаметна. Это был тот убийственно скорый шаг, на который жаловался Том Доу. Линдей с трудом поспевал за своим пациентом и время от времени, где позволяла дорога, даже бежал, чтобы не отстать от него. Пройдя так миль десять, он остановился и растянулся на мху.</p>
      <p>— Хватит! — крикнул он Стрэнгу. — Не могу угнаться за вами!</p>
      <p>Он утирал разгоряченное лицо, а Стрэнг уселся на еловый пень, улыбаясь доктору, глядя вокруг с тем радостным чувством близости к природе, которое знакомо лишь пантеистам <a l:href="#n_866" type="note">[866]</a>.</p>
      <p>— Нигде не колет, не режет, не больно? Ни намека на боль? — спросил Линдей.</p>
      <p>Стрэнг отрицательно покачал головой и блаженно потянулся всем своим гибким телом.</p>
      <p>— Ну, значит, все в порядке, Стрэнг. Зиму-другую холод и сырость будут еще отзываться болью в старых ранах. Но это пройдет. А может быть, этого и вовсе не будет.</p>
      <p>— Боже мой, доктор, вы совершили чудо! Не знаю, как вас и благодарить… Я даже до сих пор не знаю вашего имени!</p>
      <p>— Это неважно. Помог вам выпутаться — вот что главное.</p>
      <p>— Но ваше имя, должно быть, известно многим! — настаивал Стрэнг. — Держу пари, что оно и мне окажется знакомым, если вы его назовете.</p>
      <p>— Думаю, что да. Но это ни к чему. Теперь еще одно, последнее испытание — и я вас оставлю в покое. За водоразделом, у самого своего истока, эта речка имеет приток Биг Винди. Доу мне рассказывал, что в прошлом году вы за три дня дошли до средней развилины и вернулись обратно. Он говорил, что вы его чуть не уморили. Так вот, заночуйте, а я пришлю вам Доу со всем, что нужно в дорогу. Вам дается задание: дойти до средней развилины и вернуться обратно за такой же срок, как в прошлом году.</p>
      <empty-line/>
     </section>
     <section>
      <title>
       <p>V</p>
      </title>
      <p>— Ну, — сказал Линдей, обращаясь к Медж, — даю тебе час времени на сборы, а я иду за лодкой. Билл отправился на охоту за оленем и не вернется дотемна. Мы еще сегодня будем в моей хижине, а через неделю — в Доусоне.</p>
      <p>— А я надеялась… — Медж из гордости не договорила.</p>
      <p>— Что я откажусь от платы?</p>
      <p>— Нет, договор есть договор, но тебе не следовало быть таким жестоким: зачем ты услал его на три дня, не дав мне проститься с ним? Это нечестно!</p>
      <p>— Оставь ему письмо.</p>
      <p>— Да, я все ему напишу.</p>
      <p>— Утаить что-либо было бы несправедливо по отношению ко всем троим, — сказал Линдей.</p>
      <p>Когда он вернулся с лодкой, вещи Медж были уже сложены, письмо написано.</p>
      <p>— Если ты не возражаешь, я прочту его.</p>
      <p>После минутного колебания она протянула ему письмо.</p>
      <p>— Достаточно прямо и откровенно, — сказал Линдей, прочтя его. — Ну, ты готова?</p>
      <p>Он отнес ее вещи на берег и, став на колени, одной рукой удерживал челнок на месте, другую протянул Медж, чтобы помочь ей войти. Он внимательно следил за ней, но Медж, не дрогнув, протянула ему руку, готовясь переступить через борт.</p>
      <p>— Постой, — сказал он. — Одну минуту! Ты помнишь сказку о волшебном эликсире, которую я рассказывал тебе? Я ведь ее тогда не досказал. Слушай! Смочив ему глаза и готовясь уйти, та женщина случайно взглянула в зеркало и увидела, что красота вернулась к ней. А художник, прозрев, вскрикнул от радости, увидев, как она прекрасна, и сжал ее в объятиях.</p>
      <p>Медж ждала, стараясь не выдать своих чувств. Лицо ее вдруг выразило легкое недоумение.</p>
      <p>— Ты очень красива, Медж… — Линдей сделал паузу, потом сухо добавил: — Остальное ясно. Думаю, что объятия Стрэнга недолго останутся пустыми. Прощай.</p>
      <p>— Грант! — промолвила она почти шепотом, и голос ее сказал ему все то, что было понятно и без слов.</p>
      <p>Линдей рассмеялся коротким, неприятным смехом.</p>
      <p>— Я только хотел доказать тебе, что я не так уж плох, — как видишь, плачу добром за зло.</p>
      <p>— Грант!</p>
      <p>— Прощай! — Он вошел в лодку и протянул Медж свою гибкую, нервную руку.</p>
      <p>Медж сжала ее в своих.</p>
      <p>— Дорогая, мужественная рука! — прошептала она и, наклонившись, поцеловала ее.</p>
      <p>Линдей резко выдернул руку, оттолкнул лодку от берега и направил ее туда, где зеркальная вода уже вскипала белой клокочущей пеной.</p>
      <empty-line/>
      <empty-line/>
     </section>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>«Голландская доблесть»</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>«Голландская доблесть»</p>
     </title>
     <p>— Эх, и везет же нам!</p>
     <p>Гэс Лафи вытер руки и мрачно швырнул полотенце на камни. Он был вне себя от злости. Ему казалось, что день стал серым и тусклым, а яркое солнце померкло. Прозрачный горный воздух больше не бодрил и раннее утро не радовало.</p>
     <p>— Эх, и везет же нам! — повторил Гэс, на этот раз явно для сведения своего товарища, деловито окунавшего голову в воды озера.</p>
     <p>— Чего это ты так разворчался, между прочим? — Хэзэрд Ван-Дорн вопросительно повернул к нему намыленное лицо. Глаза его были зажмурены. — В чем это нам не везет?</p>
     <p>— А ты погляди вон туда! — Гэс бросил мрачный взгляд в небо. — Какой-то пролаза нас опередил! Мы с тобой в дураках остались, вот в чем дело.</p>
     <p>Хэзэрд на секунду приоткрыл глаза и увидел белый флаг, дерзко реявший на краю огромной, чуть не в милю высотой скалы, но тут же закрыл глаза и скривился. Гэс бросил ему полотенце и, не испытывая к Хэзэрду ни малейшего сочувствия, стал наблюдать, как тот стирает едкое мыло. Он был слишком расстроен, чтобы обращать внимание на подобные мелочи.</p>
     <p>Хэзэрд застонал.</p>
     <p>— Что, очень больно? — осведомился Гэс холодно и с таким видом, будто выполняет свой повседневный долг — осведомляться о состоянии товарища.</p>
     <p>— Еще бы! — ответил страдалец.</p>
     <p>— А мыло и впрямь едкое. Я и сам это заметил.</p>
     <p>— Мыло тут ни при чем. Вот в чем дело, — Хэзэрд открыл покрасневшие глаза и показал на невинный белый флажок. — Вот отчего больно.</p>
     <p>Вместо ответа Гэс Лафи принялся разжигать костер и готовить завтрак. Его разочарование и досада были настолько глубоки, что он не мог заставить себя произнести ни слова, да и Хэзэрд, испытывавший те же чувства, ни разу не раскрыл рта, пока кормил лошадей, ни разу не потерся щекой об их выгнутые шеи, не погладил их гривы. Юноши были слепы к небывалым красотам Зеркального озера, раскинувшегося у их ног. А ведь пройди они всего какие-нибудь сто ярдов вдоль берега, они увидели бы восход солнца, повторенный девять раз; девять раз из-за девяти стоящих одна за другой вершин поднимался огненный круг и девять раз — загляни они в воды озера — они увидели бы там его ослепительное отражение. Но титаническое великолепие этого зрелища их нисколько не трогало. Они чувствовали себя ограбленными- у них отняли главную приманку путешествия в Йоземитскую долину. Издавна лелеемый план покорения Полукупола рухнул, и поэтому они были слепы и нечувствительны ко всем красотам и чудесам здешней местности.</p>
     <p>Полукупол вздымает свою заснеженную главу на пять тысяч футов над уровнем Йоземитской долины. В названии этой гигантской скалы заключено ее точное и полное описание. Этот полукруглый купол, возвести который было бы под силу лишь циклопам, разрезан пополам так же аккуратно, как обычное яблоко. Вряд ли стоит упоминать о том, что от Купола осталась одна половина, — чем собственно и объясняется его название, — другая половина была снесена гигантским ледником в бурный ледниковый период. В те далекие времена одна из холодных рек прорыла широкое русло в толще скалы, из которого и образовалась Йоземитская долина. Но вернемся к Полукуполу. По его северо-восточному склону, если очень упорно карабкаться кружными тропами, можно добраться до Седла. Седло лежит на склоне Купола как гигантская плита, от верхнего края его вздымается крутая дуга в тысячу футов длиной, доходящая до вершины Купола. Дуга эта, почти непреодолимая, уже в течение многих лет бросает вызов всем искателям приключений, когда-либо мечтавшим взобраться на вершину Купола.</p>
     <p>Однажды два сообразительных альпиниста начали сверлить в скале отверстия на расстоянии в несколько футов друг от друга и вколачивать в них железные крюки. Но когда они поднялись на три сотни футов над Седлом и повисли, прильнув, как мухи, к ненадежной стене, по обе стороны которой зияла пропасть, нервы их сдали и они отступились. Лишь некоему неукротимому шотландцу по имени Джордж Андерсон удалось совершить этот подвиг. Начав работу там, где кончили его предшественники, он принялся сверлить отверстия в скале. Он сверлил и карабкался целую неделю, ступил наконец на грозную вершину и окинул оттуда взглядом ущелье, где чуть не в миле от него раскинулось Зеркальное озеро.</p>
     <p>Многие потом пользовались оставленной им веревочной лестницей, но в одну снежную зиму и лестница, и веревки, и все прочее было снесено обвалом. Большинство крюков, правда, сильно покореженных и искривленных, все же устояло. Однако с тех пор лишь немногие храбрецы отваживались на это рискованное предприятие. Не один из них расстался с жизнью на этой предательской вершине, но ни один из них ее не покорил. Однако Гэс Лафи и Хэзэрд Ван-Дорн покинули приветливые равнины Калифорнии и приехали в гористую Сиерру с твердым намерением испытать настоящие приключения. Вот почему они так огорчились, когда, пробудившись утром ото сна, увидели белый флажок, извещавший о том, что их опередили.</p>
     <p>— Видно, раскинул лагерь у подножья Седла прошлой ночью, а взобрался туда на рассвете, — решился наконец прервать молчание Хэзэрд уже много времени спустя после того, как они съели завтрак и помыли посуду.</p>
     <p>Гэс кивнул. Молодости несвойственно долго предаваться унынию, и он поддержал разговор.</p>
     <p>— Небось, теперь уже спустился, валяется в лагере и чувствует себя этаким Александром Македонским, — продолжал Хэзэрд. — Да и кто его за это упрекнет? Только хотелось бы мне, чтобы мы пришли туда первыми.</p>
     <p>— Он наверняка спустился, — заговорил наконец Гэс. — Там, должно быть, жутко жарко, тем более что солнце в это время года палит нещадно. Ведь и мы — помнишь? — собирались начать восхождение как можно раньше, с тем чтобы пораньше спуститься. Да и у любого, у кого достало ума добраться до вершины, должно достать здравого смысла спуститься прежде, чем скала накалится, а сам он взмокнет от пота.</p>
     <p>— А башмаков он с собой не брал, это точно. — Хэзэрд повернулся на спину и принялся лениво рассматривать белое пятнышко флага, бодро развевающегося на краю пропасти.</p>
     <p>— Погоди-ка! — Он резко поднялся. — Что бы это могло означать?</p>
     <p>С вершины Полукупола кто-то пустил на них зайчик, за ним второй, третий. Гэс и Хэзэрд в волнении уставились на вершину Полукупола.</p>
     <p>— Вот олух! — завопил Гэс. — И чего он не спустился, пока было прохладно?</p>
     <p>Хзэзрд медленно покачал головой в знак того, что вопрос слишком сложен, чтобы ответить на него сразу, и что с суждениями по этому поводу лучше повременить.</p>
     <p>Сигналы не прекращались. Юноши вскоре заметили, что они следуют через равные промежутки времени, а порой и вовсе пропадают. Они были то долгими, то короткими, неожиданно появлялись и так же неожиданно исчезали, а иногда прекращались на несколько секунд кряду.</p>
     <p>— Догадался! — Хэзэрда осенила идея. — Догадался! Этот парень, там, наверху, пытается нам что-то сообщить. Он посылает сигналы карманным зеркальцем: точка, тире, точка, тире, — понимаешь?</p>
     <p>Тут и Гэс все понял.</p>
     <p>— Знаю, знаю. Так сигналили в войну. Это гелиограф, правильно? То же, что телеграф, только беспроволочный. И сигналят так же: точка, тире.</p>
     <p>— Ну да, пользуются азбукой Морзе. Хотелось бы мне ее знать.</p>
     <p>— И мне тоже. Этому парню наверняка что-то нужно нам сообщить, иначе чего ради он стал бы затевать эту возню.</p>
     <p>Сигналы следовали один за другим с неослабевающим упорством до тех пор, пока Гэс не закричал:</p>
     <p>— Этот парень попал в беду, вот в чем дело! Скорее всего он расшибся или с ним еще что-нибудь произошло!</p>
     <p>— Еще чего придумаешь? — насмешливо спросил Хэзэрд.</p>
     <p>Гэс вынул ружье и три раза подряд разрядил оба ствола. Не успело замолкнуть эхо, как им ответила целая вереница сигналов. Смысл сигналов был настолько очевиден, что даже недоверчивый Хэзэрд убедился: опередившему их альпинисту грозит серьезная опасность.</p>
     <p>— Собирайся, Гэс, — закричал он, — а я займусь лошадьми. В конце концов наше путешествие оказалось не таким уж бесполезным! Теперь нам придется взобраться на Полукупол хотя бы для того, чтобы выручить этого парня! Где карта? Как нам добраться до Седла?</p>
     <p>— «Конской тропой, что идет ниже Вернальских водопадов, — читал Гэс путеводитель, — турист, преодолев энергичным шагом милю пути, попадет к знаменитому Невадскому водопаду. Неподалеку от него возвышается во всей своей величавой красе Чаша Свободы».</p>
     <p>— Пропусти эту чепуху, — нетерпеливо прервал его Хэзэрд. — Тропа — вот, что нас сейчас интересует.</p>
     <p>— Ага, вот оно где! «Следуя по тропе вдоль водопада, вы попадете к развилке. Левая дорога приведет вас к Малой Йоземитской долине, Убежищу облаков и прочим достопримечательностям».</p>
     <p>— Стоп! Это нам подходит. Я нашел этот маршрут по карте, — снова прервал его Хэзэрд. — От Убежища облаков к Полукуполу отходит пунктирная линия. Значит, тропинка заброшена. Придется изрядно потрудиться, чтобы ее разыскать. На это уйдет день пути.</p>
     <p>— Подумать только, что нам придется проделать такой путь, когда мы у самого подножья Купола, — жалобно сказал Гэс, глядя на вершину.</p>
     <p>— В Йоземитской долине — это не редкость, так что давай поторапливайся. Собирайся, да поживее!</p>
     <p>Привычные к походной жизни юноши всего за несколько минут погрузили свои пожитки на спины вьючных лошадей и сами вскочили в седла.</p>
     <p>Лишь вечером, когда сгустились сумерки, они стреножили лошадей на горной лужайке у подножья Седла и принялись стряпать ужин, состоявший из кофе и грудинки. Сразу после ужина они разыскали неподалеку от своей стоянки лагерь злополучного незнакомца, обреченного провести эту ночь на крыше Купола, и только тогда, закутавшись в одеяла, легли спать.</p>
     <p>Рассвет уже уступил место дню, когда юноши запыхавшись опустились на землю неподалеку от вершины Седла и принялись стаскивать башмаки. Когда они взглянули вниз, им показалось, что они находятся на крыше мира: даже снежные короны пиков Сиерры лежали где-то далеко под ними. По одну сторону-в полумиле от них — раскинулась Малая Йоземитская долина, по другую — в миле — Большая Йоземитская. Лучи солнца начинали припекать двух искателей приключений, но пропасть все еще окутывала ночная тьма. А над ними, купаясь в свете дня, вздымалась величественная окружность Купола.</p>
     <p>— А что это? Для чего она тебе понадобилась? — спросил Гэс, указывая на фляжку в кожаном чехле, которую Хэзэрд засовывал в нагрудный карман.</p>
     <p>— Для храбрости, разумеется, — последовал ответ. — Нам тут потребуется все наше мужество и еще немного сверх того. А вот это, — он многозначительно постучал по фляжке, — и обеспечит нам то, что требуется сверх.</p>
     <p>— Неплохая мысль, — заметил Гэс.</p>
     <p>Трудно сказать, как они пришли к этой мысли, но они были молоды, и им предстояло разрезать еще немало страниц в книге жизни. Кроме того, они верили, что виски помогает от змеиных укусов, и в изобилии запаслись этим целебным снадобьем. Правда, пока они еще не прикасались к нему.</p>
     <p>— Хлебнем немного перед стартом, — предложил Хэзэрд.</p>
     <p>Гэс заглянул в пропасть и покачал головой:</p>
     <p>— Лучше подождать. Когда мы взберемся повыше, тогда карабкаться станет труднее.</p>
     <p>В семидесяти футах от них торчал первый крюк. Зимой ледяные наросты так покорежили его, что теперь он выступал всего лишь на полтора дюйма над скалой, и забросить на него лассо с такого расстояния было неимоверно трудно. Снова и снова свертывал Хэзэрд свое лассо на ковбойский манер, делал бросок, и снова и снова неуловимый крюк ускользал. Гэсу тоже не везло. Используя малейшие неровности поверхности скалы, они вскарабкались еще на двадцать футов и там отдохнули в неглубокой расщелине. Отвесный склон Купола был от них так близко, что, высунувшись из расщелины, они увидели гладкую стену, отвесно сбегавшую вниз. Правда, до основания Полукупола взгляд не проникал: его еще окутывала тьма.</p>
     <p>Теперь до крюка оставалось всего пятьдесят футов, но дальше шел крутой и совершенно ровный склон. На этом промежутке не было ни одного места для отдыха. Тут оставалось взбираться вверх или скользить вниз. Остановиться было невозможно. В этом заключалась главная опасность. Купол имел сферическую форму, и если ты скользил вниз, тебя относило не к отправной точке, где могло задержать Седло, а чуть не на полмили южнее — к Малой Йоземитской долине.</p>
     <p>— Я первый, — просто сказал Гэс.</p>
     <p>Они связали вместе два лассо и оказались обладателями веревки в сто футов длиной. Каждый привязал по концу веревки к поясу.</p>
     <p>— Если я начну падать, — предупредил Гэс, — перехватывай веревку и старайся удержаться на месте. Не сделаешь так — покатишься за мной, и делу конец.</p>
     <p>— Ладно, — прозвучал самонадеянный ответ. — Отхлебни-ка лучше перед тем, как двинуться в путь.</p>
     <p>Гэс посмотрел на флягу. Он хорошо знал себя и свои возможности.</p>
     <p>— Подождем, пока я не доберусь до крюка и ты ко мне не присоединишься. Готов?</p>
     <p>— Да!</p>
     <p>Гэс проворно пополз на четвереньках, цепко, как кошка, хватаясь за землю. По мере того, как Гэс продвигался, Хэзэрд осторожно отпускал веревку. Сначала Гэс двигался довольно быстро, но постепенно стал выдыхаться. Ему оставалось пятнадцать футов до крюка, — десять, — восемь, но теперь он двигался все медленнее и медленнее. Хэзэрд, следивший за ним из расщелины, сначала недоумевал, потом стал негодовать. Ведь дело-то было проще простого! Теперь Гэс был в пяти футах от крюка, еще одно мучительное усилие — и он в четырех футах. Но когда промежуток сократился до трех футов, он замер на месте. И даже не замер, а, подобно белке в колесе, удерживался на месте, лишь отчаянно цепляясь за скалу.</p>
     <p>Попытка не удалась. Это было очевидно. Ему оставалось одно — спасаться. Он мгновенно перевернулся на спину, уперся пяткой в крошечное, не больше блюдца, углубление и сел. Мужество покинуло его. Лучи солнца проникли наконец в долину, и Гэса потрясла ужасающая глубина бездны.</p>
     <p>— Лезь вперед, хватайся за крюк! — крикнул Хэзэрд, но Гэс лишь покачал головой. — Не можешь? Тогда спускайся.</p>
     <p>И снова Гэс покачал головой.</p>
     <p>На его долю выпало тяжелое испытание — сидеть на краю пропасти, рискуя каждую минуту свалиться. Но и Хэзэрду, который сейчас лежал в полной безопасности в расщелине, тоже предстояло выдержать испытание, хотя и несколько другого рода. Когда Гэс начнет сползать — а он вот-вот начнет — не увлечет ли Гэс за собой при падении Хэзэрда, удастся ли ему удержаться на месте? Вряд ли. Вот он лежит, казалось бы, в полной безопасности, а ведь на самом деле он обречен на смерть. И тут началось искушение. Почему бы ему не отвязать веревку? Тогда он в любом случае будет спасен. Это самый простой выход из положения. Кому нужно, чтобы погибли два человека там, где может погибнуть только один. Но фамильная гордость, честь и чувство собственного достоинства помогли ему преодолеть искушение. Он так и не отвязал веревку.</p>
     <p>— Спускайся! — приказал Хэзэрд, но Гэс словно окаменел. — Спускайся, не то я стащу тебя вниз, — пригрозил он и подергал веревку, чтобы показать, что не шутит.</p>
     <p>— Не смей! — прошипел Гэс сквозь стиснутые зубы.</p>
     <p>— Еще как посмею, если не спустишься! — Хэзэрд снова потянул за веревку.</p>
     <p>Всхлипнув, Гэс начал спускаться, стараясь изо всех сил держаться подальше от пропасти. Хэзэрд — постоянно настороже — ловко и споро выбирал конец веревки, наслаждаясь своим хладнокровием. Когда веревка стала натягиваться, он постарался понадежнее укрепиться в расщелине. Рывок чуть не вытащил его, но он все же удержался на месте и очутился в центре полукруга, который Гэс, с веревкой в качестве радиуса, описал, приземлившись на самом краю южного выступа Седла. Через несколько секунд Хэзэрд протягивал ему флягу.</p>
     <p>— Глотни сначала сам, — сказал Гэс.</p>
     <p>— Нет, ты. Мне уже не хочется.</p>
     <p>— Да и мне что-то не хочется. — Видно, Гэс не очень верил в магические свойства бутылки.</p>
     <p>Хэзэрд спрятал бутылку в карман.</p>
     <p>— Ты продолжаешь игру, — спросил он, — или отступишься?</p>
     <p>— Ни за что, — запротестовал Гэс, — не отступлюсь. В роду Лафи трусов еще не было. Если я и сплоховал там, наверху, так только на секунду: на меня нашло что-то вроде морской болезни. А теперь я пришел в себя и доберусь до самой вершины.</p>
     <p>— Ладно, — сказал Хэзэрд. — Только теперь ты оставайся в расщелине, а я тебе покажу, как это делается.</p>
     <p>Но Гэс отказался. Он считал, что ему с его ста шестнадцатью фунтами веса гораздо легче вскарабкаться на ровную скалу, чем Хэзэрду, который весил сто шестьдесят пять фунтов, и что человек весом в сто шестьдесят пять фунтов скорее приостановит падение человека в сто шестнадцать фунтов, чем наоборот. Да и помимо всего прочего, у него уже был кое-какой опыт. Хэзэрд внял уговорам с большой неохотой.</p>
     <p>Вторая попытка увенчалась успехом — видно, Гэс не зря так уверовал в себя. Какой-то миг, правда, казалось, что его первая неудача повторится, но он напоследок поднатужился и ухватился за крюк, к которому так долго стремился. Хэзэрд по веревке быстро присоединился к нему. Следующий крюк был на расстоянии шестидесяти футов, но чуть не половину из них занимала неглубокая борозда, прорытая ледником еще в незапамятные времена. Без особого труда преодолев ее, Гэс закинул лассо на крюк. Теперь им казалось, — да так оно и было на самом деле, — что самая трудная часть пути осталась позади. Правда, склон в этом месте вздымался еще круче, зато почти все крюки тут уцелели — они располагались на расстоянии шести футов друг от друга, как будто были вбиты специально для юношей и только их и ждали. Даже лассо не понадобилось. Теперь им казалось детской забавой, стоя на одном крюке, забрасывать петлю на другой — и подтягиваться к нему по веревке. Бородатый, бронзовый от загара человек встретил их на вершине и горячо пожал им руки.</p>
     <p>— А еще восхваляют разные там Монбланы! — воскликнул он и прервал свою речь, чтобы еще раз полюбоваться величественной панорамой. — Ведь нет ничего ни на земле, ни под землей, что могло бы сравниться с этим зрелищем.</p>
     <p>Тут он спохватился и кинулся благодарить их. Нет, нет, он не расшибся и не поранился. Просто, забравшись на вершину, он по беспечности тут же выпустил из рук веревку, ну, а без нее опуститься невозможно. Они поняли его сигналы? Нет? Неужели? Тогда как же они…</p>
     <p>— Мы поняли, что произошла беда, — прервал его Гэс, — по тому, как отчаянно вы стали сигналить, когда мы дали залп.</p>
     <p>— Вы, должно быть, промерзли здесь ночью без одеял? — спросил Хэзэрд.</p>
     <p>— Еще бы! Я до сих пор не отогрелся.</p>
     <p>— А ну-ка отхлебните, — сунул Гэс ему фляжку. Незнакомец посмотрел на него внимательно, потом сказал:</p>
     <p>— Видите этот ряд крюков, милый юноша? Раз уж я всерьез намереваюсь как можно скорее спуститься по ним, я вынужден отклонить ваше предложение! Очень вам за него благодарен, но принять его никак не могу.</p>
     <p>Хэзэрд взглянул на Гэса и сунул фляжку обратно в карман. Но когда они пропустили сложенную вдвое веревку через последний крюк и спустились на Седло, он снова вытащил фляжку.</p>
     <p>— А теперь, когда мы спустились, она нам и вовсе не понадобится, — произнес он решительно. — Да и вообще я пришел к выводу, что пить для храбрости не стоит. — Он взглянул на величественную вершину Купола. — Посмотрите, куда мы забрались без помощи бутылки.</p>
     <p>Вскоре туристы, гулявшие по берегу Зеркального озера, стали свидетелями удивительного явления природы — фляжка с виски, кометой пронесшись по небу, свалилась прямо на них. Возвращаясь в свой отель, они только и разговаривали, что о чудесах природы, в частности о метеоритах.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Тайфун у берегов Японии</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>(Первый рассказ Джека Лондона, опубликованный им в семнадцать лет)</p>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>На утренней вахте пробили четыре склянки. Мы только что кончили завтракать, когда на бак поступило приказание вахтенным привести судно к ветру и лечь в дрейф, а всей остальной команде приготовиться к спуску шлюпок.</p>
     <p>— Лево руля! Лево на борт! — крикнул штурман. — Марселя на гитовы! Бом-кливер долой! Вынести кливер на ветер и спустить фок!</p>
     <p>И вот наша шхуна «Софи Сезерлэнд» 10 апреля 1893 года легла в дрейф у берегов Японии, вблизи мыса Эримо.</p>
     <p>Потом наступили минуты спешки и суматохи. На шесть шлюпок пришлось восемнадцать человек. Одни взялись за лопари талей, другие отдавали найтовы; появились рулевые со шлюпочными компасами и анкерками с водой и гребцы с запасами провизии. Охотники, пошатываясь, волокли на себе по два-три дробовика, винтовку и тяжелый ящик с боеприпасами. Все это вместе с дождевиками и рукавицами вскоре было погружено в шлюпки.</p>
     <p>Штурман отдал последние приказания, и мы на трех парах весел рванулись вперед занять предназначенное нам место. Мы находились в наветренной шлюпке, поэтому и гребки должны были делать длиннее, чем на остальных шлюпках. На первой, второй и третьей подветренных шлюпках вскоре поставили паруса, и они, пользуясь боковым ветром, пошли к югу и к западу. Шхуна продолжала идти, держась с подветренной стороны от шлюпок, чтобы в случае нужды мы могли бы располагать попутным ветром для возвращения на судно.</p>
     <p>Утро было великолепным, но наш рулевой, взглянув на восходящее солнце, опасливо покачал головой и многозначительно пробормотал: «Красно солнце поутру моряку не по нутру». И правда, солнце выглядело таким зловещим, что несколько резвившихся в небе легких кудрявых облаков, словно испугавшись его, куда-то поспешно скрылись.</p>
     <p>На севере, подобно огромному чудовищу, вздымающемуся из пучины морской, высилась грозная черная вершина мыса Эримо. Зимний снег, еще не совсем растаявший под лучами весеннего солнца, покрывал ее большими блестящими заплатами, над которыми по пути к морю проносился легкий ветер. Трепеща крыльями, медленно взмывали вверх навстречу легкому бризу огромные чайки, но им нелегко было оторваться от воды, и еще с полмили касались поверхности волн их перепончатые лапы. Едва смолк вдали их гомон, как над водой появилась стая морских перепелов. Со свистом рассекая крыльями воздух, они полетели туда, где развлекалась стая китов, тяжелое дыхание которых напоминало выхлоп парового двигателя. Хриплые, неприятные для слуха крики морского попугая встревожили нескольких котиков из той маленькой стаи, что шла впереди нас. Они умчались вдаль, делая по дороге такие прыжки и кульбиты, что почти целиком оказывались над водой. Медленно взмахивая крыльями, величественно парила над нами морская чайка, а на полубак, словно напоминая нам о родине, нахально уселся маленький английский воробей и, склонив набок голову, весело зачирикал. Шлюпки вскоре ворвались в самую гущу стаи котиков, и со всех сторон послышались выстрелы.</p>
     <p>Ветер понемногу крепчал, и в три часа, когда, подняв на борт уже с десяток котиков, мы раздумывали над тем, продолжать ли охоту или идти обратно, на бизань-мачте шхуны подняли сигнал к возвращению. Это был верный признак того, что с усилением ветра начал падать барометр и что наш штурман тревожится за судьбу шлюпок.</p>
     <p>Мы пошли на фордевинд, взяв на нашем парусе один риф. Стиснув зубы, сидел наш рулевой, крепко сжимая в руках кормовое весло, и попеременно бросал беспокойный взгляд то на шхуну, когда мы поднимались на гребень волны, то на грота-шкот, а то и «а корму, где вздымаемая ветром темная рябь возвещала о приближении шквала или увенчанной шапкой пены целой лавины воды, которая грозила сокрушить нас. Веселым хороводом неслись в бешеной пляске высокие волны, выделывая самые причудливые фигуры и ожесточенно преследуя нас со всех сторон, пока какой-нибудь громадный вал ярко-зеленого цвета с молочно-белым гребнем не поднимался с трепещущей груди океана и не прогонял их прочь. Но через секунду они вновь появлялись, вытягиваясь и приседая по-новому. Они метались на солнечной дорожке, где волны, большие и малые, капли и брызги походили на расплавленное серебро, а вода теряла свой темно-зеленый цвет и превращалась в сверкающий поток только для того, чтобы тотчас же исчезнуть в бесконечном просторе угрюмой, непокорной стихии, грозные, темные волны которой вздымались вверх, разбивались и снова катились вдаль. Однако все это движение, сверкание и серебряный блеск вскоре исчезли вместе с солнцем, которое скрылось за тучами, мчавшимися по небу от вест-норд-веста — предвестниками грядущего тайфуна.</p>
     <p>Мы быстро добрались до шхуны, но на борт нас приняли последними. Через несколько минут с котиков были сняты шкуры, шлюпки и палубы вымыты, и мы, умывшись и переодевшись в сухое платье, сидели внизу в теплом кубрике, где нас ждал обильный горячий ужин. На шхуне поставили все паруса, так как нам предстояло пройти до утра семьдесят пять миль к югу, чтобы вновь очутиться возле лежбища котиков, от которых мы отстали за последние два дня.</p>
     <p>Мы несли первую вахту с восьми вечера до полуночи. Ветер вскоре почти достиг силы шторма, и наш штурман, по-видимому, вовсе не собирался спать этой ночью, так как непрестанно ходил взад и вперед по палубе. Через некоторое время марсели были взяты на гитовы и закреплены, а затем спущен и свернут и бом-кливер. Волнение на море стало нешуточным: волны перехлестывали через палубу, заливали ее и угрожали смыть шлюпки. Когда пробили шесть склянок, нам было приказано перевернуть шлюпки и наложить на них штормовые найтовы. Этим мы занимались, пока не пробили восемь склянок — нас сменила ночная вахта. Я сошел вниз последним и видел, как вахтенные на палубе начали крепить бизань. В кубрике все уже спали, за исключением нашего новичка — «каменщика», погибавшего от чахотки. Бешено раскачивающийся фонарь освещал кубрик бледным, дрожащим светом, превращая в золотистый мед капли воды на желтых дождевиках. Во всех углах, казалось, появлялись и исчезали черные тени, тогда как наверху, в самой носовой оконечности судна, позади оснований битенгов, спускавшихся от верхней палубы до нижней, где эти тени таились в засаде, подобно сказочному дракону у входа в пещеру, было черно, как в преисподней. Время от времени, когда шхуну качало сильнее обычного, свет, казалось, на мгновение проникал туда, чтобы тотчас же исчезнуть, и на носу становилось еще темнее и чернее, чем прежде. Рев ветра в снастях доносился до слуха приглушенно, как отдаленный грохот пересекающего эстакаду поезда или рокот набегающего на гальку прибоя. Зато волны с такой силой били в наветренный борт судна, что, казалось, разрывали бимсы и обшивку в клочья. Скрип и стоны шпангоутов, пиллерсов и переборок — такое напряжение испытывало судно — заглушали стоны умирающего, тревожно метавшегося на своей койке. Попытки фок-мачты вырваться из тисков палубных бимсов вызывали ливень водяной пыли, а вздохи ее пропадали в неистовстве шторма. Небольшие каскады воды струились по основаниям битенгов и, мешаясь с ручьями, стекавшими с мокрых дождевиков, бежали по нижней палубе, исчезая в главном трюме.</p>
     <p>Когда пробили две склянки ночной вахты — или, если говорить так, как говорят на суше, пробил час ночи, на баке загремела команда: «Все наверх! Убавить парусов!»</p>
     <p>Соскочив с коек, сонные матросы кое-как напялили одежду, дождевики и морские сапоги и выскочили на палубу. Обычно, когда такое приказание приходится выполнять в холодную штормовую ночь, «Джек» угрюмо ворчит: «Кто не хотел бы продать ферму и уйти в море?»</p>
     <p>Только на палубе, особенно после того как пришлось покинуть душный кубрик, по-настоящему чувствовалась сила ветра. Он, казалось, стоял стеной, не позволяя ни двигаться по уходящей из-под ног палубе, ни даже, когда налетали особенно свирепые порывы, дышать. Шхуна шла под кливером, фоком и гротом. Мы быстро спустили фок. Ночь была темной, и это порядком затрудняло нашу работу. Тем не менее, хотя свет луны и звезд не мог проникнуть сквозь толщу гонимых ветром штормовых облаков, природа отчасти сама помогала нам. Мягкий блеск исходил от поверхности океана. Каждый могучий вал, весь фосфоресцирующий и пылающий крошечными огоньками мириадов микроскопических животных, грозил обрушить на нас ливень огня. Все выше и выше, все тоньше и тоньше становился гребень волны по мере того, как она начинала изгибаться, готовясь к прыжку, а потом с грохотом обрушивалась через фальшборт массой мягкого сияния и тонн воды, которые сбивали матросов с ног, разбрасывая их в стороны, и оставляли в каждой щели, в каждой трещине дрожащие пятнышки огня, горящие до тех пор, пока их не смывала очередная волна, оставляя на их месте новые. Иногда несколько валов, один за другим, с лихорадочной поспешностью обрушивались на палубу, заполняя ее водой по самый фальшборт и тотчас исчезая через подветренные шпигаты.</p>
     <p>Чтобы зарифить грот, мы были вынуждены спуститься под ветер и идти с попутным штормом под одним зарифленным кливером. К тому времени, когда этот маневр был завершен, ветер усилился настолько, что судно не могло лечь в дрейф. И мы полетели на крыльях шторма сквозь тьму и водяную пыль. Ветер заходил то с правого, то с левого борта, а один раз огромный вал ударил в корму шхуны, чуть не развернув ее к ветру. Когда наступил рассвет, мы убрали кливер, не оставив таким образом на судне ни одного поднятого паруса. Поскольку мы шли с попутным ветром, шхуна перестала принимать на себя воду носом, однако в средней части судна волны чередовались с лихорадочной поспешностью. Это был шторм без дождя, но сильный ветер наполнял воздух водяной пылью, которая поднималась на высоту салинга и резала лицо, словно ножом, сокращая видимость до сотни ярдов. Море стало темно-свинцовым; оно медленно перекатывалось длинными величественными валами, вершины которых ветер обращал в горы пены. Рыскание шхуны под порывами ветра увеличилось. Она то почти останавливалась, будто ей предстоял подъем на гору, то, поднявшись на гребень волны, кренилась вправо и влево, а потом выпрямлялась и замирала, словно испугавшись открывшейся перед ней зияющей бездны. Подобно лавине, устремлялась она вперед, когда море с кормы обрушивалось на нее силой тысячи стенобитных орудий, зарываясь носом по кат-балки в молочную пену, которая лезла на палубу со всех сторон: с носа, с кормы, через якорные клюзы и через поручни.</p>
     <p>Наконец ветер начал падать, и к десяти часам мы заговорили о том, чтобы привести судно к ветру. Мы миновали один большой парусник, две шхуны и четырехмачтовую баркентину и в одиннадцать часов, поставив спенкер и кливер, легли в дрейф, а еще через час мы снова лавировали против волны под всеми парусами, возвращаясь на запад, к тому месту, где находились котики.</p>
     <p>Внизу двое матросов зашивали в парусину тело «каменщика», готовясь похоронить его по морскому обычаю. Так, вместе со штормом ушел из жизни «каменщик».</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Исчезнувший браконьер</p>
     </title>
     <p>— Они и слушать нас не будут. Нарушили границу — и все. Заберут нас и отправят на соляные копи. А дядя Сэм — как он об этом узнает? До Штатов ничего не дойдет. В газетах напишут: «Мэри Томас» исчезла со всем ее экипажем. Вероятно, попала в тайфун в Японском море». Вот что скажут газеты и люди. А нас отправят в Сибирь, на соляные копи. И хотя бы мы прожили еще пятьдесят лет, для всего мира, для родных и знакомых мы будем похоронены.</p>
     <p>Так расценивал положение Джон Льюис, по прозвищу «Морской законник».</p>
     <p>В кубрике «Мэри Томас» обсуждался важный вопрос. Разговор начали подвахтенные. Матросы, несшие вахту, спустились к ним с палубы. В такую безветренную погоду всем, кроме разве рулевого — да и того удерживала на месте только дисциплина, — делать было нечего. Даже юнга, «Малыш» Рассел, пробрался вперед послушать, о чем идет речь.</p>
     <p>Судя по мрачным лицам моряков, положение было серьезным. Три месяца зверобойная шхуна «Мэри Томас» охотилась на котиков вдоль берегов Японии и севернее, в Беринговом море. Однако у азиатских берегов она вынуждена была прекратить охоту; здесь, в запретных водах, патрулировали русские крейсера, и котики могли спокойно выводить своих детенышей.</p>
     <p>Неделю назад начался штиль; шхуна попала в полосу густого тумана, который никак не рассеивался. Ветер был такой слабый, что едва поднимал легкую рябь на воде. Это само по себе было не так плохо, потому что зверобойные шхуны никогда не спешат, пока кругом котики; но беда заключалась в том, что проходившее в этом месте сильное течение относило «Мэри Томас» к северу. Таким образом, она пересекла границу и с каждым часом все дальше и дальше проникала в опасные воды, охраняемые русским медведем.</p>
     <p>Никто не знал, как далеко отнесло шхуну. В течение всей недели не было видно ни солнца, ни звезд, и капитан не имел возможности провести необходимые наблюдения, чтобы определить местонахождение шхуны. В любой момент мог нагрянуть крейсер, и тогда команде не спастись от Сибири. Матросам «Мэри Томас» была хорошо известна судьба многих браконьеров, и их лица были мрачными не без причины.</p>
     <p>— Ну, фройнде <a l:href="#n_867" type="note">[867]</a>,- громко сказал немец, рулевой одной из шлюпок, — швах дело. У нас такой улов, и все добыто честно, и на тебе: теперь на нас нападают русские, забирают наши шкуры и шхуну, а нас отправляют в Сибирь цу ден анархистен <a l:href="#n_868" type="note">[868]</a>. Хорошенькое дельце!</p>
     <p>— Да, не повезло, — продолжал Законник. — Полторы тысячи шкур, добытых честно и благородно, всем нам причитается по круглой сумме — и вместо этого попасть в плен и все потерять! Другое дело, если бы мы были браконьеры, а то ведь это все честная работа в открытом море.</p>
     <p>— Но раз мы ни в чем не виноваты, они нам не могут ничего сделать, правда? — осведомился юнга.</p>
     <p>— По-моему, такому мальцу, как ты, совсем не след толкаться там, где разговаривают старшие, — оборвал его со своей койки матрос-англичанин.</p>
     <p>— Не трогай Малыша, Джек, — заметил Законник. — Это и его касается. Разве его жалованье не прогорит так же, как наше?</p>
     <p>— За это жалованье я теперь и гроша ломаного не дам! — фыркнул Джек.</p>
     <p>Он рассчитывал после получки поехать домой, в Челси, повидаться с семьей, и ему становилось не по себе при мысли о том, что он может лишиться не только заработанных денег, но и свободы.</p>
     <p>— А как они узнают? — переспросил Законник, отвечая на вопрос Малыша. — Мы находимся в запретных водах. Откуда им знать, что мы прибыли сюда не по своей воле? Мы здесь, в трюме у нас полторы тысячи шкур. Им ведь неизвестно, где мы их добыли: в открытом море или в территориальных водах! Видишь, Малыш, все факты против нас. Скажем, поймаешь ты парня с полными карманами яблок — точь-в-точь таких, что растут на твоей яблоне, да еще поймаешь его на этой самой яблоне, и пусть этот малый тебе скажет, что, мол, он попал туда не нарочно, что сам не знает, как его туда занесло, и уж, во всяком случае, эти яблоки попали к нему с другого дерева, что ты тогда подумаешь, а?</p>
     <p>После такого объяснения Малышу стало все ясно, и он уныло покачал головой.</p>
     <p>— Уж лучше умереть, чем попасть в Сибирь, — сказал один из гребцов. — Повезут тебя на соляные копи, и будешь там работать до тех пор, пока не подохнешь. И никогда не увидишь дневного света! Рассказывают, как одного парня приковали к напарнику, а тот взял да умер. А они ведь были наглухо прикованы друг к другу! А кого пошлют на ртутные копи, тот изойдет слюной. Пусть лучше повесят, только бы не изойти слюной.</p>
     <p>— А отчего это идет слюна? — спросил Джек, который, услышав о новой опасности, приподнялся со своей койки.</p>
     <p>— Да оттого, что ртуть попадает в кровь, вроде так. Десны распухают, как от цинги, только еще хуже, и зубы начинают шататься. А потом человек покрывается страшными язвами и умирает ужасной смертью. Любой силач недолго протянет в ртутных рудниках.</p>
     <p>— Швах дело, — печально прозвучали в наступившей тишине слова рулевого, — дело швах. Вот бы попасть в Иокогаму. А? Что это такое?</p>
     <p>Шхуна внезапно накренилась. По палубе со стуком и грохотом покатилась оловянная кружка. Наверху захлопали паруса и резко защелкала задняя шкаторина слабо натянутого фока. До матросов донесся голос старшего помощника капитана:</p>
     <p>— Все наверх, паруса ставить!</p>
     <p>Никогда подобное приказание не исполнялось с большим энтузиазмом, чем сейчас. Штиль кончился, подул ветер. Уж он-то отнесет их на юг, в безопасное место. С радостными возгласами все выскочили на палубу. Пока они работали, туман рассеялся, и взорам открылся темный небосвод, усыпанный знакомыми звездами. Когда все было в полном порядке, «Мэри Томас», повернувшись боком к ветру, устремилась вперед, на юг.</p>
     <p>— Впереди, слева по носу огни парохода, сэр! — взволнованно закричал вахтенный со своего поста на баке.</p>
     <p>Капитан послал Малыша вниз за ночным биноклем. Все столпились у подветренного борта, чтобы рассмотреть подозрительное судно, очертания которого уже начали смутно вырисовываться. Лишь один шанс из тысячи был за то, что они встретят в этих пустынных водах какое-нибудь другое судно, кроме русского патруля. Капитан все еще с беспокойством смотрел в бинокль, когда на неизвестном судне показалась вспышка, за которой последовал громкий звук пушечного выстрела. Самые худшие опасения подтвердились. Это было патрульное судно, выстрелившее по направлению носовой части «Мэри Томас», очевидно, чтобы заставить ее остановиться.</p>
     <p>— Руль под ветер, — приказал капитан рулевому упавшим голосом. — Раздернуть фока — и кливер-шкоты! — скомандовал он. — Спустить бом-кливер! Взять на гитовы фортопсель! А теперь на корму, налегай на грота-шкот!</p>
     <p>«Мэри Томас» пошла прямо против ветра, сбавила скорость и остановилась, тяжело покачиваясь на больших волнах, катившихся с запада.</p>
     <p>Крейсер подошел немного ближе. Молча, с замиранием сердца смотрели на него моряки. Они видели, как травили тали, спуская на воду большую белую шлюпку, в которую затем спрыгнули матросы. До них доносились скрип шлюпбалок и распоряжения офицеров. Рывок весел — шлюпка отвалила и направилась к шхуне. Ветер все крепчал, море было неспокойно, и хрупкое суденышко никак не могло лечь борт о борт с подбрасываемой на волнах шхуной; выждав момент, офицер и два матроса поднялись на судно при помощи брошенных им концов. Шлюпка отошла на безопасное расстояние, и матросы под командованием сидевшего на корме у румпеля молодого гардемарина осушили весла.</p>
     <p>Офицер — судя по мундиру, это был лейтенант русского флота — зашел с капитаном «Мэри Томас» в каюту проверить судовые документы. Через несколько минут, когда он вышел, его матросы подняли крышку люка, и он спустился с фонарем в трюм осмотреть груз. Его взорам предстала груда в тысячу пятьсот великолепных свежих шкур — добыча целого сезона; при данных обстоятельствах офицер мог прийти только к одному выводу.</p>
     <p>Поднявшись на палубу, он обратился на ломаном английском языке к капитану «Мэри Томас»:</p>
     <p>— Прошу меня извинить, но я обязан именем его величества задержать ваше судно, как браконьера, захваченного со свежими шкурами в наших территориальных водах. Вам, по-видимому, известно, что за это полагается конфискация груза и тюремное заключение.</p>
     <p>Капитан с напускным равнодушием пожал плечами и отвернулся. Даже сильным людям — пусть внешне они держатся спокойно — порой хочется плакать от незаслуженных ударов судьбы. Ясно представив себе свой маленький дом в Калифорнии, жену и двух рыжеволосых мальчуганов, он почувствовал, что его горло как-то странно сжимается, и не стал говорить, боясь разрыдаться.</p>
     <p>Кроме того, у него был долг перед матросами. Он не имел права выказывать слабость в их присутствии, потому что должен был являться для них опорой в беде. Он уже объяснился с лейтенантом и знал всю безнадежность положения. Как сказал Законник, все факты были против него. Поэтому он повернулся и стал шагать взад и вперед по корме судна, на котором он больше не был командиром.</p>
     <p>Теперь шхуной командовал русский офицер. Он велел еще нескольким из своих матросов подняться на судно, спустить все паруса и аккуратно их свернуть и закрепить. Пока выполнялись эти приказания, шлюпка, курсировавшая между двумя судами, подвезла тяжелый трос, который закрепили за большие буксирные кнехты на носовой части шхуны. Моряки шхуны стояли вокруг с мрачным видом. Только сумасшедший стал бы думать о сопротивлении, когда до пушек военного корабля было рукой подать; но они не хотели и помогать русским матросам и только угрюмо смотрели.</p>
     <p>Сделав свое дело, лейтенант оставил четырех матросов на шхуне, а всем остальным велел вернуться в шлюпку. Теперь на борт поднялся гардемарин, юноша лет шестнадцати, казавшийся взрослым и величественным в своем мундире с кортиком; он принял командование захваченной шхуной. Лейтенант уже приготовился спускаться, как вдруг его взгляд случайно остановился на Малыше. Без всякого предупреждения он схватил его за плечо и велел спрыгнуть в ожидавшую шлюпку, а затем, сделав прощальный знак рукой, сам последовал за мальчиком.</p>
     <p>Не удивительно, что Малыш испугался. Все рассказы, которые он слышал о русских, вызывали в нем страх, и в эту минуту они ярко всплыли в его памяти. Попасть ям в лапы было ужасно само по себе, но теперь они увозили его от товарищей; такой участи он никак не ожидал.</p>
     <p>— Веди себя хорошо, Малыш, — крикнул ему капитан, когда шлюпка отвалила от борта «Мэри Томас», — и говори правду!</p>
     <p>— Да, да, сэр! — ответил он с бравым видом. Он ощущал какую-то расовую гордость и стыдился проявить трусость перед этими враждебными чужаками, этими дикими русскими медведями.</p>
     <p>— И будь вежлив! — добавил немец-рулевой, и его низкий голос прозвучал над водой, как звук туманного горна.</p>
     <p>Малыш помахал на прощание рукой, а его товарищи столпились у борта, подбадривая юнгу криками. Малыш уселся на корме и стал рассматривать лейтенанта. В конце концов лейтенант не похож на дикаря или на медведя, решил Малыш, он такой же, как другие люди, и матросы такие же, как все матросы военных кораблей, которых он когда-либо знал.</p>
     <p>И все же, как только его нога коснулась стальной палубы крейсера, ему показалось, будто он вошел в ворота тюрьмы. Несколько минут на него никто не обращал внимания. Моряки подняли шлюпку и оставили ее висеть на шлюпбалках. Потом из труб повалили огромные облака черного дыма, и корабль двинулся — Малыш не мог не думать о том, что он плывет прямиком в Сибирь. Он видел, как «Мэри Томас» внезапно качнулась, став в кильватер к крейсеру, трос натянулся, шхуна пошла на буксире; ее бортовые огни, красный и зеленый, то поднимались, то опускались.</p>
     <p>При этом печальном зрелище взгляд Малыша затуманился, но так как в это время пришел лейтенант, чтобы отвести его вниз к командиру, юнга выпрямился и сжал губы, как будто это было для него самым обычным делом и его каждый день отправляли в Сибирь.</p>
     <p>Каюта, в которой сидел командир, была дворцом по сравнению со скромной обстановкой «Мэри Томас», и сам командир, важный, с золотыми галунами, был весьма величественной персоной, совсем не похожим на простого человека, который командовал зверобойной шхуной.</p>
     <p>Скоро Малыш понял, почему его взяли на борт, и во время продолжительного допроса говорил только чистую правду. Правда была безопасна; его положению могла повредить только ложь. Он не знал ничего, кроме того, что шхуна охотилась на котиков далеко на юге, в открытом море, а когда наступил штиль и спустился туман, она оказалась поблизости от границы, и их отнесло в русские воды. Малыш все время настаивал на том, что в течение недели, пока их носило по запретным водам, они не спускали шлюпок и не убили ни одного котика. Но командир предпочитал считать все его объяснения лживыми россказнями и говорил с ним весьма строгим тоном, стараясь запугать мальчика. Но как он ни угрожал, как ни льстил, ему не удалось найти ни малейшего противоречия в заявлениях Малыша, и наконец он приказал ему убираться с глаз долой.</p>
     <p>По оплошности за Малышом не установили присмотра, и он без всякого надзора бродил по палубе. Иногда матросы, проходя мимо, бросали на него любопытные взгляды, но в остальное время он был совершенно один и не привлекал к себе внимания, потому что был мал, а ночь стояла темная, и вахтенные на палубе занимались своими делами. Спотыкаясь среди незнакомых предметов, он пробрался на корму, откуда были видны бортовые огни «Мэри Томас», неуклонно следовавшей за крейсером.</p>
     <p>Он долго смотрел на нее, а потом улегся на палубе, поближе к тому месту, где проходил буксирный трос.</p>
     <p>Подошел офицер, чтобы посмотреть, не трется ли обо что-нибудь натянутый трос. Но Малыш, сжавшись, отполз в тень и остался незамеченным. Однако это происшествие подало ему идею, как спасти жизнь двадцати двух человек, дать им свободу, избавить от тяжелого горя многие семьи за тысячи миль отсюда.</p>
     <p>Он начал свои рассуждения с того, что команда не виновна ни в каком преступлении и все же ее безжалостно увозят в заключение в Сибирь, где, по слухам, которым он безоговорочно верил, люди заживо гниют. Он думал о том, что сам он в плену и что нет никакой надежды спастись. Но можно было устроить побег двадцати двух человек на «Мэри Томас». Их удерживал только четырехдюймовый трос. Они не осмелятся обрезать его на своем конце, потому что русские, захватившие их в плен, постоянно за ними наблюдают; но на этом конце — да, на этом конце…</p>
     <p>Малыш не стал тратить времени на дальнейшие рассуждения. Пробравшись к самому тросу, он открыл большой складной нож и принялся за работу. Лезвие было не очень острым, и ему пришлось перепиливать волокно за волокном; с каждым движением ножа перед ним все ярче вставала страшная картина одинокой сибирской ссылки. Такую ссылку трудно было бы переносить даже вместе с товарищами, но жить в Сибири одному казалось ужасным. И кроме того, за тот самый поступок, который он совершает теперь, он наверняка получит еще большее наказание.</p>
     <p>Его мрачные размышления были прерваны звуком приближающихся шагов. Малыш отполз в тень. Рядом с ним остановился офицер; он нагнулся было, чтобы посмотреть на трос, но раздумал и выпрямился. Несколько минут он стоял, пристально глядя на огни захваченной шхуны, и снова пошел дальше.</p>
     <p>Теперь наступило самое время действовать. Малыш снова подполз к тросу и принялся пилить. Две пряди были уже перерезаны. Потом три. Оставалась только одна. Она была так сильно натянута, что подалась очень быстро. Раздался всплеск. Свободный конец троса упал за борт. Малыш лежал тихо, с замирающим сердцем прислушиваясь к каждому звучку. Никто на крейсере не слышал всплеска.</p>
     <p>Он видел, как красный и зеленый огни «Мэри Томас» становились все более и более тусклыми. Затем со шхуны донесся приглушенный окрик русской сторожевой команды. На крейсере никто ничего не слышал. Дым по-прежнему вырывался из труб корабля, и его машины работали так же мощно, как и раньше.</p>
     <p>Что происходило на «Мэри Томас»? Об этом Малыш мог только догадываться, но в одном он был уверен: его товарищи сумеют постоять за себя и одолеют четырех матросов и гардемарина. Через несколько минут он увидел легкую вспышку, и его напряженный слух уловил очень слабый звук пистолетного выстрела. Потом — о радость! — оба огня, красный и зеленый, вдруг исчезли. «Мэри Томас» обрела свободу!</p>
     <p>Какой-то офицер прошел на корму, Малыш прополз вперед и спрятался в шлюпке. Едва он успел это сделать, как на корабле забили тревогу. Раздались громкие приказания. Крейсер изменил направление. Электрический прожектор своими белыми лучами прорезал море во всех направлениях, но яркий сноп его света не обнаружил носившейся по волнам шхуны.</p>
     <p>Вскоре Малыш уснул и проснулся только на рассвете. Машины монотонно стучали, и по шумным всплескам воды он догадался, что моют палубы. Один быстрый взгляд — и он убедился в том, что они одни среди бескрайнего океана. «Мэри Томас» исчезла. Когда он поднял голову, раздался взрыв смеха матросов. Даже офицер, который тут же приказал ему отправляться вниз и запер его там, не мог скрыть улыбки. Позже Малыш часто думал о том, что они не очень рассердились на него.</p>
     <p>Он был недалек от истины. В глубине души каждого человека живет какое-то врожденное благородство, которое заставляет его восхищаться смелым поступком, если даже этот поступок совершил враг. И русские в этом отношении нисколько не отличались от других людей. Правда, мальчик провел их; но они не могли его порицать и мучительно ломали себе голову, не зная, что с ним делать. Нельзя же было держать в плену одного мальчугана; он все равно не мог заменить всех тех, кто остался на исчезнувшем браконьере.</p>
     <p>Поэтому спустя две недели русский крейсер попросил остановиться военный корабль Соединенных Штатов, который шел из русского порта Владивосток. От одного корабля к другому прошла шлюпка, и маленький мальчик перебрался через планшир на палубу американского судна. Неделей позже его высадили в Хакодате и после обмена телеграммами дали ему денег на проезд по железной дороге до Иокогамы.</p>
     <p>С железнодорожной станции он поспешил по причудливым японским улицам в гавань и попросил владельца сампана перевезти его на борт судна, оснастка которого сразу показалась ему знакомой. Сезни этого судна были отданы, паруса поставлены; оно вот-вот должно было отправиться обратно в Соединенные Штаты. Когда он подплыл ближе, на бак высыпала группа матросов, рычаги брашпиля стали подниматься и опускаться, и якорь оторвался от илистого дна.</p>
     <p>— «Вниз плывут лихие янки!» — прокатился голос Законника, затянувшего якорную песню.</p>
     <p>— «Эй, ребята, налегай!» — подхватил знакомый хор, и тела людей наклонялись и выпрямлялись в такт песне.</p>
     <p>Малыш Рассел расплатился с лодочником и ступил на палубу. О якоре забыли. Раздалось громкое «ура», и не успел он перевести дыхание, как оказался на плечах капитана в окружении своих товарищей. Ему задавали по двадцать вопросов в секунду, и он едва успевал на них отвечать.</p>
     <p>На следующий день шхуна, подошедшая к японскому рыбачьему поселку, высадила на берег четырех матросов и маленького гардемарина и ушла прочь. Эти люди не говорили по-английски, но у них были деньги, и они быстро добрались до Иокогамы. С того дня жители японского поселка никогда больше ничего не слышали о них, и об этой загадке все еще ходит много толков. Поскольку русское правительство ни разу не упоминало об этом инциденте, Соединенные Штаты до сих пор официально ничего не знают об исчезнувшем браконьере и не слышали о том, каким образом несколько их граждан похитили пять подданных царя. Иногда даже у наций бывают свои тайны.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>На берегах Сакраменто</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Ветер мчится — хо-хо-хью! -</p>
      <p>Прямо в Калифорнию.</p>
      <p>Сакраменто — край богатый:</p>
      <p>Золото гребут лопатой!</p>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>Худенький мальчик тонким пронзительным голосом распевал эту морскую песню, которую во всех частях света горланят матросы, выбирая якорь, чтобы двинуться в порт Фриско. Это был обыкновенный мальчуган, он никогда и моря-то в глаза не видел, но всего в двухстах футах от него — только спуститься с утеса — бурлила река Сакраменто. Малыш Джерри — так звали его потому, что был еще старый Джерри, его отец; от него-то и слышал Малыш эту песню и от него же унаследовал ярко-рыжие вихры, задорные голубые глаза и очень белую, усыпанную веснушками кожу.</p>
     <p>Старый Джерри был моряк, он добрую половину своей жизни плавал по морям, а песня матросу сама просится на язык. Но однажды в каком-то азиатском порту, когда он вместе с двадцатью другими матросами пел, выбиваясь из сил над проклятым якорем, слова этой песни впервые заставили его призадуматься всерьез. Очутившись в Сан-Франциско, он распрощался со своим судном и с морем и отправился поглядеть собственными глазами на берега Сакраменто.</p>
     <p>Тут-то он и увидел золото. Он нанялся работать на рудник «Золотая Греза» и оказался в высшей степени полезным человеком при устройстве подвесной дороги на высоте двухсот футов над рекой.</p>
     <p>Затем эта дорога осталась под его надзором. Он следил за тросами, держал их в исправности, любил их и вскоре стал незаменимым работником на руднике «Золотая Греза». А потом он полюбил хорошенькую Маргарет Келли, но она очень скоро покинула его и малютку Джерри, который только-только начинал ходить, и уснула непробудным сном на маленьком кладбище среди больших, суровых сосен.</p>
     <p>Старый Джерри так и не вернулся на морскую службу. Он жил возле своей подвесной дороги и всю любовь, на какую способна была его душа, отдал толстым стальным тросам и малышу Джерри. Для рудника «Золотая Греза» наступили черные дни, но и тогда старик остался на службе у Компании сторожить заброшенное предприятие.</p>
     <p>Однако сегодня утром его что-то не было видно. Один только малыш Джерри сидел на крылечке и распевал старую матросскую песню. Он сам приготовил себе завтрак и уже успел управиться с ним, а теперь вышел поглядеть на белый свет. Неподалеку, шагах в двадцати от него, возвышался громадный стальной барабан, на который наматывался бесконечный металлический трос. Рядом с барабаном стояла тщательно закрепленная вагонетка для руды. Проследив взглядом головокружительный полет стальных тросов, перекинутых высоко над рекой, малыш Джерри различил далеко на том берегу другой барабан и другую вагонетку.</p>
     <p>Сооружение это приводилось в действие просто силой тяжести: вагонетка двигалась, увлекаемая собственным весом, а в это время с противоположного берега двигалась пустая вагонетка. Когда нагруженную вагонетку опорожняли, а пустую нагружали рудой, все повторялось снова, повторялось много-много сотен и тысяч раз, с тех пор как старый Джерри стал смотрителем подвесной дороги.</p>
     <p>Малыш Джерри перестал петь, услышав приближающиеся шаги. Высокий человек в синей рубахе, с винтовкой на плече вышел из соснового леса. Это был Холл, сторож на руднике «Желтый Дракон», расположенном примерно в миле отсюда вверх по течению Сакраменто, где тоже была перекинута дорога на тот берег.</p>
     <p>— Здорово, Малыш! — крикнул он. — Что ты тут делаешь один-одинешенек?</p>
     <p>— А я здесь теперь за хозяина, — ответил Малыш Джерри как нельзя более небрежным тоном, словно ему не впервой было оставаться одному. — Отец, знаете, уехал.</p>
     <p>— Куда уехал? — спросил Холл.</p>
     <p>— В Сан-Франциско. Он еще вчера вечером уехал. Брат у него умер, где-то в Старом Свете. Вот он и поехал с адвокатом потолковать. Завтра вечером вернется.</p>
     <p>Все это Джерри выложил с гордым сознанием, что на него возложена большая ответственность-самолично сторожить рудник «Золотая Греза». Видно было в то же время, что он страшно рад замечательному приключению — возможности пожить совсем одному на этом утесе над рекой и самому готовить себе завтрак, обед и ужин.</p>
     <p>— Ну, смотри будь поосторожней, — посоветовал ему Холл, — не вздумай баловать с тросами. А я вот иду посмотреть, не удастся ли подстрелить оленя в каньоне «Колченогой Коровы».</p>
     <p>— Как бы дождя не было, — степенно промолвил Джерри.</p>
     <p>— А мне что! Промокнуть, что ли, страшно? — засмеялся Холл и, повернувшись, скрылся между деревьями.</p>
     <p>Предсказание Джерри насчет дождя сбылось. Часам к десяти сосны заскрипели, закачались, застонали, стекла в окнах задребезжали, дождь захлестал длинными косыми струями. В половине двенадцатого Джерри развел огонь в очаге и, едва пробило двенадцать, уселся обедать.</p>
     <p>«Сегодня уж, конечно, гулять не придется», — решил он, тщательно вымыв и убрав посуду после еды. И еще подумал: «Как, должно быть, вымок Холл! И удалось ли ему подстрелить оленя?»</p>
     <p>Около часу дня постучали в дверь, и, когда Джерри открыл, в комнату стремительно ворвались мужчина и женщина, словно их силком впихнул ветер. Это были мистер и миссис Спиллен, фермеры, жившие в уединенной долине, милях в двенадцати от реки.</p>
     <p>— А где Холл? — запыхавшись, отрывисто спросил Спиллен.</p>
     <p>Джерри заметил, что фермер чем-то взволнован и куда-то торопится, а миссис Спиллен, по-видимому, очень расстроена.</p>
     <p>Это была худая, совсем уже поблекшая женщина, много поработавшая на своем веку; унылый, беспросветный труд наложил на ее лицо тяжелую печать. Та же тяжкая жизнь согнула спину ее мужа, искорежила его руки и покрыла волосы сухим пеплом ранней седины.</p>
     <p>— Он на охоту пошел, в каньон «Колченогой Коровы». А вам что, на ту сторону, что ли, надо?</p>
     <p>Женщина стала тихонько всхлипывать, а у Спиллена вырвался возглас, выражавший крайнюю досаду. Он подошел к окну. Джерри стал с ним рядом и тоже поглядел в окно, в сторону подвесной дороги; тросов почти не было видно за густой пеленой дождя.</p>
     <p>Обычно жители окрестных селений переправлялись через Сакраменто по канатной дороге «Желтого Дракона». За переправу полагалась небольшая плата, из которой Компания «Желтого Дракона» платила жалованье Холлу.</p>
     <p>— Нам надо на тот берег, Джерри, — сказал Спиллен. — Отца у нее, — он ткнул пальцем в сторону плачущей жены, — задавило на руднике, в шахте «Клеверного Листа». Там взрыв был. Говорят, не выживет. А нам только что дали знать.</p>
     <p>Джерри почувствовал, как у него екнуло сердце. Он понял, что Спиллен хочет переправиться по тросам «Золотой Грезы», но без старого Джерри он не мог решиться на такой шаг, потому что по их дороге не возили пассажиров, и она уже давно находилась в бездействии.</p>
     <p>— Может быть, Холл скоро придет, — промолвил мальчик.</p>
     <p>Спиллен покачал головой.</p>
     <p>— А отец где? — спросил он.</p>
     <p>— В Сан-Франциско, — коротко ответил Джерри.</p>
     <p>С хриплым стоном Спиллен яростно хлопнул кулаком по ладони. Жена его всхлипывала все громче, и Джерри слышал, как она причитала: «Ах, не поспеем, не поспеем, умрет…»</p>
     <p>Мальчик чувствовал, что и сам вот-вот заплачет; он стоял в нерешительности, не зная, что предпринять. Но Спиллен решил за него.</p>
     <p>— Послушай, Малыш, — сказал он тоном, не допускающим возражений, — нам с женой надо переправиться во что бы то ни стало по твоей дороге. Можешь ты нам помочь в этом деле — запустить эту штуку?</p>
     <p>Джерри невольно попятился, точно ему предложили коснуться чего-то недозволенного.</p>
     <p>— Я лучше пойду посмотрю, не вернулся ли Холл, — робко сказал он.</p>
     <p>— А если нет? Джерри снова замялся.</p>
     <p>— Если случится что, я за все отвечаю. Видишь ли, Малыш, нам до зарезу надо на ту сторону. — Джерри нерешительно кивнул. — А дожидаться Холла нет никакого смысла, — продолжал Спиллен, — ты сам понимаешь, что из каньона «Колченогой Коровы» он не скоро вернется. Так что идем-ка, запусти барабан.</p>
     <p>«Не удивительно, что у миссис Спиллен был такой испуганный вид, когда мы помогали ей забираться в вагонетку», — невольно подумал Джерри, глянув вниз, в пропасть, которая сейчас казалась совсем бездонной. Дальнего берега, находившегося на расстоянии семисот футов, вовсе не было видно сквозь ливень, клубящиеся в вихре клочья облаков, яростную пену и брызги. А утес, на котором они стояли, уходил отвесной стеной прямо в бурлящую мглу, и казалось, что от стальных тросов туда, вниз, не двести футов, а по крайней мере миля.</p>
     <p>— Ну, готово? — спросил Джерри.</p>
     <p>— Давай! — во всю глотку заорал Спиллен, чтобы перекричать вой ветра.</p>
     <p>Он уселся в вагонетку рядом с женой и взял ее за руку.</p>
     <p>Джерри это не понравилось.</p>
     <p>— Вам придется держаться обеими руками: ветер сильно швыряет! — крикнул он.</p>
     <p>Муж с женой тотчас же розняли руки и крепко ухватились за края вагонетки, а Джерри осторожно отпустил тормозной рычаг. Барабан не спеша завертелся, бесконечный трос стал разматываться, и вагонетка медленно двинулась в воздушную пропасть, цепляясь ходовыми колесиками за неподвижный рельсовый трос, протянутый вверху.</p>
     <p>Джерри уже не в первый раз пускал в ход вагонетку. Но до сих пор ему приходилось это делать только под наблюдением отца. Он осторожно регулировал скорость движения при помощи тормозного рычага. Тормозить было необходимо, потому что от бешеных порывов ветра вагонетка сильно раскачивалась, а перед тем, как совсем скрыться за стеной дождя, она так накренилась, что чуть не вывернула в пропасть свой живой груз.</p>
     <p>После этого Джерри мог судить о движении вагонетки только по движению троса. Он очень внимательно следил, как трос разматывается с барабана.</p>
     <p>— Триста футов… — шептал он, по мере того как проходили отметки на кабеле, — триста пятьдесят… четыреста… четыреста…</p>
     <p>Трос остановился. Джерри дернул рычаг тормоза, но трос не двигался. Мальчик обеими руками схватился за трос и потянул его на себя, стараясь сдвинуть его с места. Нет! Где-то явно застопорило. Но где именно, он не мог догадаться, и вагонетки не было видно. Он поднял глаза вверх и с трудом различил в воздухе пустую вагонетку, которая должна была двигаться к нему с такой же скоростью, с какой вагонетка с грузом удалялась. Она была от него примерно в двухстах пятидесяти футах. Это означало, что где-то в серой мгле на высоте двухсот футов над кипящей рекой и на расстоянии двухсот пятидесяти футов от другого берега висят в воздухе застрявшие в пути Спиллен с женой.</p>
     <p>Три раза Джерри окликал их во всю силу своих легких, но голос его тонул в неистовом реве непогоды. В то время как он лихорадочно перебирал в уме, что бы такое сделать, быстро бегущие облака над рекой вдруг поредели и разорвались, и он на мгновение увидел вздувшуюся Сакраменто внизу и висящую в воздухе вагонетку с людьми. Затем облака снова сошлись, и над рекой стало еще темнее, чем раньше.</p>
     <p>Мальчик тщательно осмотрел барабан, но не обнаружил в нем никаких неполадок. По-видимому, что-то неисправно в барабане на том берегу. Страшно было представить себе, как эти двое висят над пропастью среди ревущей бури, раскачиваясь в утлой вагонетке, и не знают, почему она вдруг остановилась. И подумать только, что им придется так и висеть до тех пор, пока он не переправится на тот берег по тросам «Желтого Дракона» и не доберется до злополучного барабана, из-за которого все это стряслось!</p>
     <p>Но тут Джерри вспомнил, что в чулане, где хранятся инструменты, есть блок и веревки, и со всех ног бросился за ними. Он быстро прикрепил блок к тросу и стал тянуть — тянул изо всех сил, так что руки прямо отрывались от плеч, а мускулы, казалось, вот-вот лопнут. Однако трос не сдвинулся с места. Теперь уж ничего другого не оставалось, как перебраться на тот берег.</p>
     <p>Джерри уже успел промокнуть до костей, так что теперь сломя голову бежал к «Желтому Дракону», даже не замечая дождя. Ветер подгонял его, и бежать было легко, хоть и беспокоила мысль, что придется обойтись без помощи Холла и некому будет тормозить вагонетку. Он сам соорудил себе тормоз из крепкой веревки, которую накинул петлей на неподвижный трос.</p>
     <p>Ветер с бешеной силой налетел на него, засвистел, заревел ему в уши, раскачивая и подбрасывая вагонетку, и малыш Джерри еще яснее представил себе, каково сейчас тем двоим — Спиллену и его жене. Это придало ему мужества. Благополучно переправившись, он вскарабкался по откосу и, с трудом удерживаясь на ногах от порывов ветра, но все же пытаясь бежать, направился к барабану «Золотой Грезы».</p>
     <p>Осмотрев его, Малыш с ужасом обнаружил, что барабан в полном порядке. И на этом и на другом конце все в исправности. Где же в таком случае застопорило? Не иначе как посредине!</p>
     <p>Вагонетка с четой Спилленов находилась от него всего на расстоянии двухсот пятидесяти футов. Сквозь движущуюся дождевую завесу Джерри мог различить мужчину и женщину, скорчившихся на дне вагонетки и словно отданных на растерзание разъяренным стихиям. В промежутке между двумя шквалами он крикнул Спиллену, чтобы тот проверил, в порядке ли ходовые колесики.</p>
     <p>Спиллен, по-видимому, услыхал его, потому что Джерри видел, как он, осторожно приподнявшись на колени, ощупал оба колесика вагонетки, затем повернулся лицом к берегу.</p>
     <p>— Здесь все в порядке, Малыш!</p>
     <p>Джерри едва расслышал эти слова, но смысл их дошел до него. Так что же все-таки случилось? Теперь уже можно было не сомневаться, что все дело в пустой вагонетке; ее не было видно отсюда, но он знал, что она висит там, в этой ужасной бездне, за двести футов от вагонетки Спиллена.</p>
     <p>Он, не задумываясь, решил, что надо делать. Ему было всего четырнадцать лет, этому худощавому, подвижному мальчугану, но он вырос в горах, отец посвятил его в разные тайны матросского искусства, и он совсем не боялся высоты.</p>
     <p>В ящике с инструментами около барабана он разыскал старый гаечный ключ, небольшой железный прут и целую связку почти нового манильского троса. Он безуспешно пытался найти какую-нибудь дощечку, чтобы смастерить себе некое подобие матросской люльки, но под рукой не оказалось ничего, кроме громадных тесин; распилить их было нечем, и он вынужден был обойтись без удобного седла.</p>
     <p>Седло, которое Джерри себе устроил, было проще простого: он перекинул канат через неподвижный трос, на котором висела пустая вагонетка, и, затянув его узлом, сделал большую петлю; сидя в этой петле, он без труда мог достать руками до троса и держаться за него. А вверху, где петля должна была тереться о металлический трос, он подложил свою куртку, потому что как ни искал, нигде не мог найти тряпки или старого мешка.</p>
     <p>Наскоро закончив все эти приготовления, Джерри повис в своей петле и двинулся прямо в бездну, перебирая руками трос. Он взял с собой гаечный ключ, небольшой железный прут и несколько футов веревки. Путь его лежал не горизонтально, а несколько вверх, но не подъем затруднял его, а страшный ветер. Когда бешеные порывы ветра швыряли Джерри то туда, то сюда и чуть не переворачивали кругом, он чувствовал, что сердце у него замирает от страха. Ведь трос совсем старый… а вдруг он не выдержит его тяжести и этих бешеных натисков ветра — не выдержит и оборвется?</p>
     <p>Это был самый откровенный страх. Джерри чувствовал, как у него сосет под ложечкой, а колени дрожат мелкой дрожью, которую он не в силах был сдержать.</p>
     <p>Но Малыш мужественно продолжал свой путь. Трос был ветхий, раздерганный, острые концы оборванных проволок, торчавшие во все стороны, в кровь раздирали руки. Джерри заметил это, только когда решил сделать первую остановку и попытался докричаться до Спилленов. Их вагонетка висела теперь прямо под ним, на расстоянии всего нескольких футов, так что он уже мог объяснить им, что случилось и зачем он пустился в это путешествие.</p>
     <p>— Рад бы помочь тебе, — крикнул Спиллен, — да жена у меня совсем не в себе! Смотри, Малыш, будь осторожнее! Сам я напросился на это, но теперь, кроме тебя, нас некому вызволить.</p>
     <p>— Да уж так я вас не оставлю! — крикнул ему в ответ Джерри. — Скажите миссис Спиллен, что не пройдет и минуты, как она будет на той стороне.</p>
     <p>Под слепящим проливным дождем, болтаясь из стороны в сторону, как соскочивший маятник, чувствуя нестерпимую боль в изодранных ладонях, задыхаясь от усилий и от врывавшейся в легкие стремительной массы воздуха, Джерри наконец добрался до пустой вагонетки.</p>
     <p>С первого же взгляда мальчик убедился, что не напрасно совершил это страшное путешествие. Вагонетка висела на двух колесиках; одно из них сильно поистерлось за время долгой службы и соскочило с троса, который был теперь намертво зажат между самим колесиком и его обоймой.</p>
     <p>Ясно было, что прежде всего надо освободить колесико из обоймы, а на время этой работы вагонетку необходимо крепко привязать веревкой к неподвижному тросу.</p>
     <p>Через четверть часа Джерри наконец удалось привязать вагонетку, — это было все, чего он добился. Чека, державшая колесико на оси, совсем заржавела и стала намертво. Джерри изо всей силы колотил по ней одной рукой, а другой держался, как мог, но ветер непрерывно налетал и раскачивал его, и он очень часто промахивался и не попадал по чеке. Девять десятых всех его усилий уходило на то, чтобы удержаться на месте; опасаясь уронить ключ, он привязал его к руке носовым платком.</p>
     <p>Прошло уже полчаса. Джерри сдвинул чеку с места, но вытащить ее ему не удалось. Десятки раз он готов был отчаяться, все казалось напрасным — и опасность, которой он себя подвергал, и все его старания. Но внезапно его словно осенило. С лихорадочной поспешностью он стал рыться в карманах. И нашел то, что ему было нужно, — длинный толстый гвоздь.</p>
     <p>Если бы не этот гвоздь, который неведомо когда и как попал к нему в карман, Джерри пришлось бы снова возвращаться на берег. Продев гвоздь в отверстие чеки, он наконец ухватил ее, и через минуту чека выскочила из оси.</p>
     <p>Затем началась возня с железным прутом, которым он старался освободить колесико, застрявшее между тросом и обоймой. Когда это было сделано, Джерри поставил колесико на старое место и, с помощью веревки подтянув вагонетку, посадил наконец колесико на металлический трос.</p>
     <p>Однако на все это потребовалось немало времени. Часа полтора прошло с тех пор, как Джерри сюда добрался. И вот теперь он наконец решился вылезти из своего «седла» и прыгнуть в вагонетку. Он отвязал веревку, которая ее держала, и колесики медленно заскользили по тросу. Вагонетка двинулась. И мальчик знал, что где-то там, внизу — хотя ему это и не было видно — вагонетка со Спилленами тоже двинулась, только в обратном направлении.</p>
     <p>Теперь ему уже не нужен был тормоз, потому что вес его тела достаточно уравновешивал тяжесть другой вагонетки. И скоро из мглы облаков показался высокий утес и старый, знакомый, уверенно вращавшийся барабан.</p>
     <p>Джерри соскочил на землю и закрепил свою вагонетку. Он проделал это спокойно и тщательно. А потом вдруг — совсем уже не по-геройски — бросился на землю у самого барабана, невзирая на бурю и ливень, и громко зарыдал.</p>
     <p>Причин для этого было немало: нестерпимая боль в изодранных руках, страшная усталость и сознание, что он наконец освободился от ужасного нервного напряжения, не отпускавшего его несколько часов, и еще — горячее, захватывающее чувство радости оттого, что Спиллен с женой теперь в безопасности.</p>
     <p>Они были далеко и, понятно, не могли его поблагодарить, но он знал, что где-то там, за разъяренной, беснующейся рекой, они сейчас спешат по тропинке к шахте «Клеверного Листа».</p>
     <p>Джерри, пошатываясь, побрел к дому. Белая ручка двери окрасилась кровью, когда он взялся за нее, но он даже не заметил этого.</p>
     <p>Мальчик был горд и доволен собой, потому что он твердо знал, что поступил правильно; а так как он еще не умел хитрить, то не боялся признаться самому себе, что сделал хорошее дело. Одно только маленькое сожаление копошилось у него в сердце: ах, если бы отец был здесь и видел его!</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Крис Фаррингтон — настоящий моряк</p>
     </title>
     <p>— На европейском судне такой юнец, как ты, мог бы быть только юнгой и прислуживать настоящим морякам. Там, если бы моряк крикнул: «Юнга, кувшин воды!» — ты бы пулей помчался за водой. А если бы он крикнул: «Юнга, мои сапоги!» — ты бы принес и сапоги, и был бы вежлив, и отвечал: «Да, сэр», «Нет, сэр». Но ты на американском судне и воображаешь, будто ты настоящий моряк. Крис, мой мальчик, я плаваю уже двадцать два года, так неужели ты думаешь, что можешь сравниться со мной? Я стал моряком задолго до того, как ты родился. Я вязал узлы, брал рифы и сращивал тросы, когда ты еще крутил волчок и запускал змеев.</p>
     <p>— Ты несправедлив, Эмиль! — воскликнул Крис Фаррингтон, и его живое лицо, вспыхнув, приняло обиженное выражение. Это был стройный, но крепко скроенный семнадцатилетний паренек, настоящий янки.</p>
     <p>— Опять за свое! — взорвался швед. — Меня зовут мистер Иохансен, и такой щенок, как ты, не смеет называть меня «Эмиль»! Подобное издевательство сходит с рук только на американском судне.</p>
     <p>— Но ты же называешь меня Крисом! — запротестовал юноша.</p>
     <p>— Ты еще мальчишка.</p>
     <p>— Который выполняет мужскую работу, — отпарировал Крис. — А раз я работаю, как настоящий мужчина, я имею такое же право называть тебя по имени, как и ты меня. Здесь, на баке, мы все равны, и ты это отлично знаешь. Когда в Сан-Франциско мы нанимались в плавание, нас взяли на «Софи Сезерлэнд» простыми матросами, и между нами не делалось никакого различия. Разве я не справляюсь со своей работой? Или когда-нибудь отлынивал? Разве тебе или кому-либо приходилось стоять вместо меня у штурвала, нести вахту или быть впередсмотрящим?</p>
     <p>— Крис прав, — вмешался молодой матрос-англичанин. — Никому из нас не приходилось помогать ему в работе. Он нанялся, как любой из нас, и показал себя не хуже…</p>
     <p>— Лучше! — вставил матрос из Новой Шотландии. — Лучше, чем кое-кто из нас. Когда мы наткнулись на лежбище котиков, он оказался одним из лучших рулевых. Только француз Луи, который уже много лет сидит за рулем, смог обойти его. Я простой гребец, но и ты, Эмиль Иохансен, тоже всего лишь гребец, хоть плаваешь двадцать два года. Почему бы тебе не стать рулевым?</p>
     <p>— Слишком он медлителен и неповоротлив, — засмеялся англичанин.</p>
     <p>— Все это чепуха, — пришел на помощь своему скандинавскому собрату датчанин Юргенсен. — Эмиль — взрослый человек и настоящий моряк, мальчишка же пока еще ничто.</p>
     <p>Так с переменным успехом продолжался спор между шведами, норвежцами, датчанами, из солидарности вставшими на сторону своего соотечественника, и англичанами, канадцами, американцами, поддерживавшими Криса. Если судить беспристрастно, то прав был Крис. Он в самом деле работал не хуже других. Но скандинавы были слишком предубеждены, и поэтому спор перерос в длительную ссору, разделившую бак на два лагеря.</p>
     <p>«Софи Сезерлэнд» была приписанной к Сан-Францисскому порту зверобойной шхуной, охотившейся на морского пушного зверя вдоль берегов Японии в направлении к Берингову морю. Другие суда были двухмачтовые, но «Софи Сезерлэнд», самая большая в этой флотилии, несла три мачты. Это была совсем новая шхуна с полной оснасткой.</p>
     <p>Хотя Крис и был уверен в своей правоте, часто втайне он мечтал о каком-нибудь непредвиденном событии, благодаря которому ему удалось бы доказать, что он тоже настоящий моряк.</p>
     <p>Но однажды ночью во время шторма случайно, не по его вине, при осмотре якорной цепи ему сильно помяло пальцы на левой руке. И надежды его рухнули, потому что он больше не мог охотиться на шлюпке и вынужден был без дела слоняться по шхуне, пока не заживут пальцы. Все еще не оставляя своей мечты, он и не подозревал, что именно этот случай даст ему долгожданную возможность показать себя.</p>
     <p>Однажды в конце мая «Софи Сезерлэнд» покачивалась в послеполуденном мертвом штиле. Котики были в изобилии, охота велась отлично, и шлюпки были далеко в море. На них ушла вся команда. На шхуне, кроме Криса, остались лишь капитан, штурман и кок-китаец.</p>
     <p>Капитан назывался капитаном только из вежливости. Старику перевалило за восемьдесят, и он пребывал в блаженном неведении относительно всего, что касалось моря и его обычаев; но он был хозяином шхуны, что и дало ему право на этот почетный титул. На деле же капитаном был штурман, опытный моряк. Помощник капитана, который должен был оставаться на шхуне, ушел со шлюпками, временно заменив у руля Криса.</p>
     <p>Когда хорошая погода и удачная охота приходили вместе, шлюпки уходили далеко в море, часто возвращаясь на шхуну за полночь. И хотя охота в этот день шла особенно удачно, Крис заметил растущее беспокойство штурмана. Он нервно шагал по палубе, все время посматривая на горизонт в морской бинокль. Ни одной шлюпки не было видно. Перед заходом солнца он даже послал Криса на топ мачты, но безрезультатно. Шлюпки едва ли могли вернуться раньше полуночи.</p>
     <p>После полудня барометр начал падать с невероятной быстротой. Все свидетельствовало о приближении шторма, силу которого не мог предвидеть даже сам штурман. Он и Крис начали готовиться к шторму. Они наложили штормовые сезни на свернутые марсели, спустили и убрали фок, спенкер и два стакселя. На оставшихся кливере и гроте они взяли по рифу.</p>
     <p>Ночь наступила до того, как они успели кончить свою работу, и вместе с темнотой пришел шторм. Глухой стон пронесся над морем, и удар ветра почти положил «Софи Сезерлэнд» на бок. Но она быстро выпрямилась и благодаря усилиям стоявшего на руле штурмана повернулась носом на пять румбов от ветра. Действуя с ловкостью, какую допускала забинтованная рука, Крис бросился вперед и с помощью кока, правда, весьма незначительной, вынес кливер на наветренную сторону. С кливером и гротом на вантах шхуна легла в дрейф.</p>
     <p>— Да поможет бог нашим шлюпкам! Это не шторм! Это тайфун! — прокричал штурман в одиннадцать часов. — Слишком много парусов! Придется взять еще два рифа на гроте, и сделать это нужно немедленно. — Он взглянул на полумертвого от страха капитана, который стоял у нактоуза и дрожал, закутавшись в дождевик. — Нас только двое, Крис, ты да я, от кока мало толку.</p>
     <p>Чтобы взять риф, необходимо было спустить грот, но так, чтобы в результате давления ветра на кливер шхуна не увалилась под ветер.</p>
     <p>— Встань к штурвалу! — приказал штурман. — И по моему сигналу поверни его на наветренный борт. А когда она встанет против ветра, закрепи штурвал. Так и держи. Мы снова ляжем в дрейф, как только я возьму риф.</p>
     <p>Крепко сжимая вырывавшийся из рук штурвал, Крис наблюдал, как штурман и по-прежнему не проявляющий энтузиазма кок скрылись в ревущей тьме. «Софи Сезерлэнд», отчаянно сопротивляясь, ныряла в огромные встречные валы, и туго натянутые снасти гудели на ветру, как струны арфы. Сдавленный крик донесся до Криса, и он почувствовал, что нос шхуны, не повинуясь управлению, уваливается под ветер. Грот был спущен.</p>
     <p>Крис круто повернул штурвал и по тому, как дрейфовало судно, уловил тревожный сигнал изменившегося направления ветра. Это был критический момент. Выполняя маневр, шхуна должна была стать всем бортом к волне, чтобы повернуться прямо против ветра. Ветер дул справа, когда Крис почувствовал, что «Софи Сезерлэнд» накренилась и начала подыматься куда-то бесконечно вверх, казалось, прямо в небо. Неужели она проскочит гребень этой гигантской волны?</p>
     <p>Вокруг ничего не было видно, почти инстинктивно Крис понял, что стена воды вздымается и изгибается высоко над ним вдоль наветренной стороны. Выросшая стена на мгновение загородила шхуну от ветра. Это было минутное затишье. Шхуна выпрямилась, на секунду, казалось, замерла в абсолютном покое и затем качнулась навстречу обрушившейся стремнине.</p>
     <p>Крис крикнул капитану держаться крепче и сам приготовился к удару. Но не было человека, который мог бы выдержать его. Океан воды с силой ударил Криса в спину, и его руки, отчаянно вцепившиеся в штурвал, вдруг ослабели, как у ребенка. Оглушенного, обессилевшего, его, словно соломинку на поверхности бурлящего потока, понесло куда-то вперед. За углом каюты его швырнуло, пронесло футов сто от кормы и с силой ударило об основание фок-мачты. Вторая волна, обрушившаяся на палубу, отнесла его тем же путем обратно и оставила полузахлебнувшегося там, где должен был быть кормовой трап.</p>
     <p>Весь в синяках и кровоподтеках, с трудом соображая, что делает, он нащупал поручни и тяжело поднялся на ноги. Он понимал, что, если ничего не предпримет, наступит конец. Он повернулся к корме и чуть не задохнулся от дующего в лицо ветра. Это сразу привело его в себя. Ветер дул прямо в корму. Шхуна вырвалась из ложбины между валами. Но удары воды могли снова столкнуть ее обратно. Ползком передвигаясь по пароходу, он добрался до штурвала как раз вовремя, чтобы успеть предотвратить катастрофу. Огонь на нактоузе еще горел. Они были спасены.</p>
     <p>Собственно, спасены были только он и шхуна, судьба его трех товарищей была ему неизвестна. Но он не мог оставить штурвал, чтобы разыскать их, потому что, дабы удержать шхуну на курсе, нельзя было ни на секунду ослаблять внимания. Малейшая неосторожность — и напор воды за кормой мог развернуть шхуну бортом к волне. Так он, мальчишка весом в сто сорок фунтов, взвалил на себя геркулесову задачу вести судно водоизмещением в две сотни тонн среди хаоса разбушевавшейся стихии.</p>
     <p>Полчаса спустя, охая и всхлипывая, к ногам Криса подполз капитан. Все пропало, хныкал он, измятый до полусмерти. Камбуз, грот, бегучий такелаж — все было смыто за борт.</p>
     <p>— Где штурман? — крикнул Крис, передохнув после того, как ему удалось сдержать очередной резкий крен шхуны. Вести в тайфун судно под единственным рифом на кливере — далеко не детская игра.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_103.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— На носу, — ответил старик. — Его придавило на полубаке, но он еще дышит. Он говорит, что у него сломаны обе руки и неизвестно сколько ребер. Ему здорово досталось.</p>
     <p>— Он захлебнется там, вон как хлещет вода через клюзы. Отправляйтесь туда! — приказал Крис, взяв на себя командование как нечто само собой разумеющееся. — Скажите ему, пусть не беспокоится: я у штурвала. Помогите ему чем можете и заставьте его… — Он остановился и круто повернул штурвал вправо как раз в тот момент, когда громадная волна поднялась под кормой и положила шхуну на левый борт. — Заставьте его потом самого заботиться о себе. Откройте люк на баке и уложите его на койку. Не забудьте задраить люк судна снова.</p>
     <p>Капитан повернул сморщенное лицо в сторону бака и задрожал от страха. Шкафут судна был заполнен водой до фальшборта. Он только что проделал этот путь и знал, что смерть подстерегает его на каждом шагу.</p>
     <p>— Отправляйтесь! — свирепо заорал Крис, а когда перепуганный старик двинулся вперед, добавил: — И отыщите кока!</p>
     <p>Два часа спустя полумертвый от перенесенных страданий капитан вернулся. Он выполнил приказ. Беспомощный штурман был уже в безопасности, кок исчез. Крис отправил капитана в каюту переодеться.</p>
     <p>В напряженном труде шли бесконечные часы, пока наконец не забрезжил серый холодный рассвет. Крис осмотрелся. Подгоняемая тайфуном, «Софи Сезерлэнд» неслась вперед, словно одержимая. Дождь перестал, но ветер поднимал морские брызги на высоту мачты, оставляя в поле зрения только то, что находилось в непосредственной близости.</p>
     <p>Одновременно Крис мог видеть лишь две волны: одну впереди, другую сзади. Какой маленькой и жалкой выглядела шхуна среди длинных тихоокеанских валов! Взлетев на умопомрачительную высоту, она, подобно скорлупке, замирала на этой неустойчивой вершине, бездыханная и колеблющаяся, с тем, чтобы тотчас вновь, совершив головокружительный прыжок, погрузиться в зияющую бездну, зарываясь в облако пены на дне ее. А потом все сначала: новая гора воды, новый захватывающий дыхание полет вверх, новая остановка и стремительное падение. Впереди, справа по борту, словно тень бушующего шторма, Крис видел летящего рядом со шхуной кока. Очевидно, после того как его смыло за борт, он ухватился за свисающий фал и запутался в нем.</p>
     <p>Еще три часа один на один с этим ужасным компаньоном Крис вел «Софи Сезерлэнд», борясь с ветром и океаном. Он уже давно забыл о своих искалеченных пальцах. Повязки были сорваны, и холодная морская пыль въедалась в полузалеченные раны до тех пор, пока они не онемели и не перестали болеть. Ему не было холодно. Нечеловеческое напряжение выжимало пот из каждой его поры. Он пребывал в полуобморочном состоянии, ослабев от голода и истощения, и поэтому с восторгом встретил появление на палубе капитана, который накормил его целым фунтом шоколада. Это сразу восстановило его силы.</p>
     <p>Он приказал капитану обрубить фал с телом кока, а потом пройти вперед и освободиться от кливер-фала и шкота. Когда капитан выполнил приказание, кливер еще несколько мгновений трепетал на ветру, как носовой платок, а затем сорвался с ликтроса и исчез. «Софи Сезерлэнд» неслась вперед без парусов.</p>
     <p>К полудню шторм выдохся, а к вечеру волны улеглись настолько, что Крис смог оставить штурвал. Нечего было мечтать о том, что маленькие шлюпки сумели справиться с тайфуном, но нельзя терять надежды, когда речь идет о спасении человеческой жизни, и Крис сразу же решил лечь на обратный курс. Ему удалось взять риф на одном из нижних кливеров и двойной риф на бизани, а затем с помощью талей поднять их, несмотря на все еще сильный ветер. И всю ночь напролет, лавируя вперед и назад, он шел обратным курсом, прибавляя парусов, как только позволял ветер.</p>
     <p>Искалеченный штурман начал бредить, и Крис занимал капитана то заботой о штурмане, то помощью по управлению судном. «Он научил меня морскому делу больше, чем выучился я сам за всю мою жизнь», — вспоминал потом капитан. Но на рассвете его слабые силы сдали, и он забылся в тяжелом сне на полуюте.</p>
     <p>Крис, который теперь уже мог оставить штурвал, прикрыл старика принесенными снизу одеялами и отправился в кладовую в поисках пищи. Но на следующий день он почувствовал, что сдает, временами впадая в полузабытье и приходя в себя, только чтобы осмотреться.</p>
     <p>К полудню третьего дня он наткнулся на шхуну, которая была порядком потрепана и без мачт. Приведя судно в самый крутой бейдевинд и приблизившись к ней, он увидел, что палуба ее заполнена необычайно большой командой, подойдя еще ближе, узнал в этих людях своих пропавших товарищей. Он пришел как раз вовремя, потому что они вели безнадежную борьбу у помп. Час спустя вместе с командой тонущего судна они были на борту «Софи Сезерлэнд».</p>
     <p>Далеко уйдя на шлюпках от своей шхуны, перед началом шторма команда «Софи Сезерлэнд» нашла убежище на скандинавском судне, для которого этот рейс был первым и, как оказалось, последним.</p>
     <p>Капитану «Софи Сезерлэнд» было о чем порассказать, и, по-видимому, история его звучала настолько убедительно, что, когда все матросы собрались на палубе во время полувахты, Эмиль Иохансен подошел к Крису и крепко пожал ему руку.</p>
     <p>— Крис, — сказал он так громко, чтобы все могли слышать- Крис, я сдаюсь. Ты оказался таким же хорошим матросом, как и я. Ты крепкий парень и настоящий моряк, и я горжусь тобой!</p>
     <p>И еще, Крис, — он отвернулся, как будто забыл о чем-то, и затем добавил: — С этого времени всегда называй меня просто Эмиль.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Абордаж отбит</p>
     </title>
     <p>— Нет, кроме шуток, Боб, я опоздал родиться. Двадцатый век не для меня. Будь моя воля…</p>
     <p>— Ты бы родился в шестнадцатом, вместе с Дрэйком, Хокинсом, Рэлеем <a l:href="#n_869" type="note">[869]</a> и прочими викингами, — перебил я со смехом.</p>
     <p>— Верно! — подтвердил Поль. Он повернулся на спину на небольшой кормовой палубе и тяжело вздохнул.</p>
     <p>Было уже за полночь, и, пользуясь почти попутным ветром, мы шли Нижней Сан-Францисской бухтой к бухте Фарм Айленда. С Полем Фейрфексом мы учились в одной школе, жили по соседству и были друзьями. Экономя карманные деньги, подрабатывая, где можно, отказавшись от велосипедов на день рождения, мы скопили вполне достаточную сумму, чтобы стать хозяевами «Тумана» — вместительного шлюпа двадцати восьми футов в длину, со скошенной мачтой, небольшим топселем и выдвижным килем. Отец Поля сам был яхтсменом и помог нам совершить эту покупку: заглядывал во все уголки, высматривая пороки, тыкал перочинным ножом в шпангоуты и заботливо проверял обшивку. Собственно, на его шхуне «Каприз» мы с Полем и научились немного управляться с парусами, а теперь, когда у нас был «Туман», усердно пополняли свои знания.</p>
     <p>Благодаря широкой палубе на «Тумане» было просторно и удобно. В каюте можно было стоять во весь рост, притом имелись и печка, и кухонная утварь, и койки, так что мы вполне могли совершать даже недельные переходы. Мы как раз и пустились в первое такое плавание да к тому же впервые шли под парусами ночью.</p>
     <p>Ранним вечером, лавируя против течения, мы вышли из Окленда и сейчас уже оставили позади устье Аламеда Крик, большой реки, впадающей в бухту Сан-Леандро.</p>
     <p>— Вот тогда была жизнь, — сказал Поль так неожиданно, что я вздрогнул. — Я про викингов, — пояснил он.</p>
     <p>— Угу! — сочувственно сказал я и начал насвистывать песенку про капитана Кидда <a l:href="#n_870" type="note">[870]</a>.</p>
     <p>— У меня, знаешь, свое мнение на этот счет, — продолжал Поль. — Вот болтают: романтика, мол, приключения и все такое, а по-моему, и романтика и приключения уже отжили свое. Мы слишком цивилизованны. Какие уж там приключения в двадцатом веке! В цирке разве…</p>
     <p>— Но… — попробовал я перебить его, однако он не слушал.</p>
     <p>— Посуди сам, Боб, — сказал он. — Ну, какие у нас с тобой были приключения за все время, что мы дружим? Правда, один раз мы удрали в горы и проболтались там до поздней ночи, ну, устали, ну, проголодались, но ведь даже не заблудились. Мы все время знали, где находимся. Это же просто небольшая прогулка. То есть, я хочу сказать, нам ни разу не пришлось бороться за свою жизнь. Понимаешь? В нас никогда не стреляли из пистолета или там из пушки, и меч не свистел над головой, или еще чего-нибудь такое…</p>
     <p>— Потрави-ка лучше шкот фута на три, — прибавил он тоскливо, словно ему все опостылело. — Ветер еще меняется.</p>
     <p>— В старину в море всегда случались разные славные приключения, — продолжал он. — Какой-нибудь мальчишка бросал школу и поступал в юнги, а недели через три, смотришь, он уже гонится за испанскими галеонами или сцепляется ноками рей с французским капером, да мало ли чего еще.</p>
     <p>— И сейчас бывают приключения, — возразил я. Но Поль не обратил на мои слова никакого внимания.</p>
     <p>— А сейчас мы из начальной школы идем в средняя, оттуда в колледж, а потом поступаем на службу или становимся докторами, или еще кем, а о приключениях только и знаем, что из книжек. Вот, случись настоящее приключение, мы и знать не будем, что делать, провалиться мне на этом месте. Скажешь, нет?</p>
     <p>— Ну, не знаю, — ответил я уклончиво.</p>
     <p>— Но ведь ты не струсишь, верно? — наседал Поль. Я ответил, что, уж конечно, не струшу.</p>
     <p>— Не обязательно ведь быть трусом, можно просто растеряться, правда?</p>
     <p>Я признал, что и храбрые люди иногда волнуются.</p>
     <p>— Значит, и с приключением у нас ничего не получится, это уж как пить дать, — с досадой сказал он. — Позор, да и только.</p>
     <p>— Приключения-то еще никакого нету, — ответил я, не понимая, чего он разахался из-за ерунды. За Полем, знаете ли, водились некоторые странности, я-то хорошо его изучил. Он очень много читал, любил пофантазировать, и, случалось, на него «накатывало», вроде как в этот раз. Поэтому я сказал: — Что толку беспокоиться, получится или не получится, ведь приключением еще и не пахнет. Глядишь, все обернется в лучшем виде.</p>
     <p>Некоторое время Поль молчал, и я думал, что с него слетело его настроение, как вдруг он опять заговорил:</p>
     <p>— Представь себе, Боб Келлог: мы плывем куда-то, ну, вот как сейчас, и ничего не подозреваем, и вдруг — какой-нибудь корабль, а на нем вооруженные люди, и они бросаются на абордаж. Что бы ты стал делать? Сумел бы отбить их?</p>
     <p>— А ты что стал бы делать? — вывернулся я. — У нас ведь ружья и того нет на борту.</p>
     <p>— Значит, ты бы сдался в плен, да? — сердито доращивал он. — А если бы они захотели тебя убить?</p>
     <p>— Я не про себя говорю, — ответил я, тоже начиная литься. — Я спрашиваю: что бы ты сам сделал, раз у нас нет никакого оружия?</p>
     <p>— Уж я бы что-нибудь да нашел, — сказал он довольно резко.</p>
     <p>Мне стало смешно.</p>
     <p>— Уж ты бы в грязь лицом не ударил, да? Ну и хвастун же ты!</p>
     <p>Поль чиркнул спичкой, взглянул на свои часы и сказал, что скоро уже час ночи. Он всегда прибегал к этому способу, когда спор оборачивался не в его пользу. Кроме того, мы еще никогда не были так близки к ссоре, как сейчас, хотя небольшие размолвки случались и прежде. Тут я заметил впереди какой-то слабый белый огонек, и в ту же минуту Поль сказал:</p>
     <p>— Якорный огонь. Чудаки, нашли место для стоянки. Может, это шаланда со шлюпкой на буксире, держи-ка лучше подальше.</p>
     <p>Я отвернул шлюп на несколько румбов, паруса надулись, и мы помчались вперед, оставляя огонь далеко в стороне, так что даже не удалось разглядеть, какое это было судно. И вдруг наш «Туман» стал терять скорость все больше и больше, словно увязал в жидкой грязи. Мы оба испугались. Ветер крепчал, а мы, несмотря на это, почти стояли на месте.</p>
     <p>— Илистая отмель? Здесь? Первый раз слышу! Недоверчиво фыркнув, Поль схватил весло и сунул его за борт. Он опускал весло все глубже, и наконец рука его ушла в воду. Дна не было! Это ошеломило мае. Ветер так и свистел, а «Туман» двигался вперед черепашьим шагом. Казалось, жизнь ушла из него, и ничего нельзя было сделать, я только повернул его против ветра, чтобы уберечься от качки.</p>
     <p>— Слушай! — тронул я Поля за плечо.</p>
     <p>До нас донесся скрип уключин, и мы увидели, что белый огонек, прыгающий вверх и вниз, теперь совсем близко от нас.</p>
     <p>— Вот он, твой вооруженный корабль, — шутки ради прошептал я. — Вели свистать всех наверх и отбивай абордаж!</p>
     <p>Мы расхохотались и все еще продолжали смеяться, когда в темноте вдруг раздался яростный вопль и о нашу корму стукнулась лодка. При свете висевшего в ней фонаря мы ясно увидели двух гребцов. Бронзовые от загара лица и вязаные шотландские береты, лихо сдвинутые набекрень, делали их похожими на чужеземцев. Оба они были подпоясаны яркими шерстяными кушаками, на ногах высокие матросские сапоги. Я и по сей день помню, как у меня мороз пробежал по коже, когда в ушах у одного я заметил маленькие золотые сережки. Прямо пираты какие-то из романа. Искаженные гневом лица и длинные ножи, которыми оба размахивали, довершали сходство. Они о чем-то визгливо кричали не по-нашему, так что мы ничего не могли понять.</p>
     <p>Один из них, тот, что был ниже ростом и злее с виду, схватился за поручни нашего шлюпа и начал карабкаться на борт. В мгновение ока Поль уперся концом весла ему в грудь и столкнул обратно. Незнакомец мешком свалился на дно лодки, однако же сразу вскочил на ноги и, размахивая ножом, завизжал:</p>
     <p>— Ты сломал моя сеть! Ты сломал моя сеть!</p>
     <p>И снова залопотал по-своему, его товарищ тоже; было видно, что они вот-вот бросятся на нас.</p>
     <p>— Это же итальянские рыбаки! — закричал я, сообразив наконец, в чем дело. — Мы наскочили на их сеть, она прошла под килем и зацепилась за руль. Она-то нас и держит.</p>
     <p>— Да, натворили дел, а эти парни вон какие свирепые, — отозвался Поль, тыкая в них веслом и не подпуская к борту. — Эй, вы! — крикнул он им. — Оставьте нас в покое и тогда получите свое добро назад. Мы же не знали, что вы там сетей понаставили. Что мы, нарочно, что ли!</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_104.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Вы ничего не потеряете! — прибавил я. — Мы вам заплатим.</p>
     <p>Но они ничего не понимали. Или просто не хотели понимать.</p>
     <p>— Ты сломал моя сеть! Ты сломал моя сеть! — яростно размахивая руками, визжал в ответ коротышка с серьгами. — Я тебе покажу! Я из тебя душу выну, так и знай!</p>
     <p>На этот раз, когда Поль сталкивал его с борта, он ухватился за весло, а его товарищ прыгнул на палубу. Я прислонился спиной к румпелю и, пока он, стоя на краю палубы, пытался удержать равновесие, встретил го другим веслом. Он тяжело рухнул в лодку. Дело принимало серьезный оборот, а когда он, вскочив, вцепился мое весло и я ощутил его силу, признаюсь, я порядком трухнул. Он был много сильнее и мог бы легко стащить меня с палубы, но вместо этого почему-то просто подтянул лодку вплотную к нашему борту, и, когда я опять толкнул его, лодка немного отошла. Кроме того, нож, который он все еще держал в правой руке, очень мешал ему, и это до некоторой степени уравнивало наши силы. Поль тоже пока не уступал своему коротышке, но долго так продолжаться не могло. Несколько раз я принимался кричать, что мы не отказываемся заплатить за испорченную сеть, но все было напрасно.</p>
     <p>Затем мой противник, перебирая руками весло, начал медленно, но упорно подвигаться ко мне. Коротышка точно так же понемногу отбирал весло у Поля. Расстояние между нами все сокращалось, и мы понимали, что развязка — лишь вопрос времени.</p>
     <p>— Руль под ветер, Боб! — тихо окликнул меня Поль. Я быстро взглянул на него и успел заметить очень</p>
     <p>бледное лицо и крепко сжатые зубы.</p>
     <p>— Эй, Боб, — настойчиво повторял Поль, — руль под ветер! Держи под ветер, Боб!</p>
     <p>И вдруг я понял. Не выпуская из рук весла, я спиной подтолкнул румпель и весь изогнулся, чтобы удержать его в новом положении. Как я уже говорил, шлюп, поставленный против ветра, почти не двигался. И теперь мой маневр должен был развернуть его так, чтобы грот перекинулся с одной стороны на другую. Я всем телом почувствовал, что парус уже потерял ветер, и наш гик начал поворачиваться. Противник Поля в это время опять занес ногу на палубу, а мой как раз карабкался наверх.</p>
     <p>— Берегись! — крикнул я Полю. — Пошел!</p>
     <p>Мы разом отпустили весла и спрыгнули в кубрик. В тот же миг толстый гик и тяжелые блоки талей пронеслись над нашими головами, следом, как огромная извивающаяся змея, хлестнул грота-шкот, и «Туман», резко дернувшись, перевалился на другой бок. Оба рыбака успели соскочить с палубы, но низенькому каким-то образом прищемило руку, или он, падая, напоролся на нож, только, когда мы выглянули, он стоял в лодке, зажав окровавленные пальцы между колен, и лицо его перекосилось от боли и бессильной ярости.</p>
     <p>— Ну, теперь не зевай! — прошептал Поль. — За борт скорей!</p>
     <p>Мы скользнули в воду по обе стороны руля и потянули сеть ногами, сталкивая ее вниз, еще и еще, и вот резкий толчок — руль свободен! Миг — и мы снова были на палубе, Поль кинулся к шкоту, я к штурвалу, и наш «Туман», освободившись от пут, стремглав полетел вперед, а белый огонек за кормой становился все меньше и меньше.</p>
     <p>— Ну, вот тебе и приключение, теперь успокоился? — помнится, спросил я, когда мы переоделись в сухое и, довольные, опять сидели в кубрике.</p>
     <p>— Знаешь, теперь всю неделю меня будут мучить кошмары, это уж верно. — Поль помолчал, задумчиво сдвинул брови. — Разве что я вообще спать не буду.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Приключение в воздушном океане</p>
     </title>
     <p>Я отставной капитан верхнего моря. Иначе говоря, в молодости (а это было не так уж давно) я был воздухоплавателем и странствовал по воздушному океану, что простирается над нами и вокруг нас. Понятно, профессия эта опасная, и, понятно, я пережил немало волнующих приключений; но самым волнующим и уж, конечно, самым тяжким испытанием было то, о котором я хочу рассказать.</p>
     <p>Случилось это еще до того, как я стал летать на водородных аэростатах с двойной оболочкой из покрытого лаком шелка на подкладке — такие аэростаты держатся в воздухе не часами, а целыми днями. В ту пору я поднимался на «Маленьком Нассау» (названном так в честь «Великого Нассау», который бороздил воздушный океан за много лет до него). «Маленький Нассау» был солидных размеров, с однослойной оболочкой; наполненный нагретым воздухом, он поднимался вверх на милю и даже больше, и на нем можно было летать чуть не целый час. Меня это вполне устраивало: я тогда совершал с высоты в полмили прыжки с парашютом над общественными парками и сельскими ярмарками. У меня был подписан на все лето контракт с трамвайной компанией города Окленда (штат Калифорния). Этой компании принадлежал большой загородный парк, и, естественно, ей выгодно было устраивать всякие развлечения, ради которых горожане трамваем отправлялись на лоно природы подышать воздухом. По условиям контракта, я поднимался на своем аэростате дважды в неделю, и мой номер программы был самым заманчивым: в эти дни в парк стекалось больше всего народу.</p>
     <p>Чтобы вы могли понять, что произошло, сперва объясню вкратце, что за штука этот самый наполняемый нагретым воздухом аэростат, с которого совершаются парашютные прыжки. Если вы хоть раз видели такой прыжок, вы помните, что, едва парашют отделился, аэростат переворачивается вверх дном, горячий воздух и дым выходят из него — и пустая плоская оболочка падает на землю. Таким образом, не приходится рыскать по всей округе, догоняя покинутый воздушный шар, и тратить на его розыски много времени и сил. Достигается это так: к вершине воздушного шара прикрепляется на длинном канате груз. Воздухоплаватель с парашютом и трапецией висит внизу, под шаром, и своим весом удерживает его в нужном положении. Но как только он отделяется, груз тотчас заставляет шар перевернуться — и нагретый воздух выходит из его устья. На «Маленьком Нассау» грузом служил небольшой мешок с песком.</p>
     <p>В тот день, о котором я хочу рассказать, публики — бралось больше обычного, и полиция из сил выбивалась, осаживая толпу. Мужчины, женщины и дети толкались и напирали, стараясь подойти поближе, и канаты, которыми была огорожена площадка с аэростатом, чуть не лопались. Когда я, переодевшись для полета, вышел из своей будки, я заметил у самого каната двух девочек лет четырнадцати и шестнадцати, а по эту стону каната — мальчонку лет восьми. Девочки удерживали его за руки, а он, хоть и со смехом, отчаянно вырывался. В ту минуту я почти не обратил на них внимания: дети разыгрались, не велика важность. Но после случилось такое, что эта сценка сразу ожила у меня в памяти.</p>
     <p>— Никого не подпускай близко, Джордж! — велел своему помощнику. — А то как бы кого не зацепило.</p>
     <p>— Ладно, — отозвался он. — Не беспокойся, Чарли, я уж пригляжу.</p>
     <p>Джордж Гаппи десятки раз помогал мне подниматься в воздух, и, зная, что он человек хладнокровный, рассудительный и надежный, я привык спокойно вверять ему свою жизнь. Джордж всегда наполнял аэростат горячим воздухом и заботился о том, чтобы парашют работал безотказно.</p>
     <p>«Маленький Нассау», уже надутый, туго натягивал удерживавшие его веревки. Парашют был аккуратно разложен на земле перед трапецией. Я сбросил пальто, занял свое место и дал знак пускать. Как вы знаете, в первую секунду аэростат взлетает очень резко, рывком, а на этот раз, подхваченный ветром, он сильно накренился и потом выпрямился не так быстро, как всегда. Я глянул вниз; мне давно знаком был вид убегающей из-под ног земли. Как всегда, подо мною были тысячи зрителей, тысячи запрокинутых лиц, но все молчали. Их молчание поразило меня: ведь прошло уже несколько секунд, обычно за это время толпа успевала перевести дух и разражалась бурей приветственных криков. А тут никто не хлопал в ладоши, не свистел, не кричал «ура», стояла мертвая тишина. И в тишине, громкий, как колокол, отчетливо и спокойно прозвучал в рупор голос Джорджа:</p>
     <p>— Посади его, Чарли! Посади шар наземь!</p>
     <p>Что случилось? Я помахал рукой в знак, что слышал, и стал раскидывать мозгами. Может, что-нибудь неладно с парашютом? Чего ради сажать аэростат, когда тысячи людей собрались поглядеть, как я прыгну? Что такое стряслось? Я терялся в догадках, и вдруг новая неожиданность. Земля осталась далеко внизу, и, однако, я услышал, как где-то, кажется, совсем рядом, негромко плачет ребенок. И хотя «Маленький Нассау», словно шутиха, стремительно уносился в небо, плач не стихал, не замирал вдали. Невольно я поднял глаза, поглядел в ту сторону и, признаться, чуть не ошалел от страха: на мешке с грузом, который должен был опустить «Маленького Нассау» на землю, сидел верхом мальчуган, тот самый, что раньше вырывался из рук двух девочек, — как я потом узнал, это были его сестры.</p>
     <p>Он сидел верхом на мешке, изо всех сил вцепившись обеими руками в канат. Порыв ветра слегка накренил аэростат, непрошеного пассажира отнесло футов на двенадцать в сторону и опять прибило к туго натянутой оболочке, о которую он ударился с такой силой, что и меня порядком тряхнуло, а я находился на добрых тридцать футов ниже. Я думал, он сорвется, но мальчишка хоть и захныкал, а каната не выпустил. После мне рассказали, что в ту самую минуту, когда аэростат освобождали от привязи, малыш вырвался из рук сестер, нырнул под канат и оседлал мешок с песком. Ума не приложу, как он не свалился от толчка при взлете.</p>
     <p>Так вот, увидал я его, и тошно мне стало, и я понял, почему на этот раз аэростат так долго не выпрямлялся и почему Джордж кричал, чтобы я садился. Ведь прыгни я с парашютом, шар тотчас перевернется, горячий воздух выйдет и пустая оболочка сразу упадет на землю. Остается одна надежда, что я сумею посадить его, а мальчуган не выпустит каната. Добраться до него невозможно. Ни один человек не мог бы вскарабкаться по тонкому сложенному парашюту; а если бы это и удалось, если бы и подтянуться к отверстию внизу аэростата, что дальше? Мальчишка на своем ненадежном насесте мотается в пятнадцати футах от устья аэростата, и эти пятнадцать футов пустоты никакими силами не одолеешь.</p>
     <p>Мысль моя работала куда быстрей, чем я сейчас все это рассказываю, и я мигом понял, что надо отвлечь мальчика от грозящей ему опасности. Призвав на помощь все свое самообладание и стараясь казаться спокойным, я окликнул весело:</p>
     <p>— Эй, на мешке, ты кто такой?</p>
     <p>Он поглядел на меня сверху вниз, проглотил слезы, оживился, но тут аэростат попал во встречный воздушный поток, завертелся и почти лег набок. Мальчишка на своем канате закачался, как маятник, потом снова ударился о туго натянутую ткань. И опять заплакал.</p>
     <p>— Здорово, а? — сказал я весело, точно лучшего удовольствия и придумать нельзя. И, не дожидаясь ответа, продолжал: — А тебя как звать?</p>
     <p>— Томми Дирмот, — отозвался мальчик.</p>
     <p>— Рад с тобой познакомиться, Томми Дирмот, — сказал я. — А интересно знать, кто тебе позволил со мной лететь?</p>
     <p>Он засмеялся и сказал, что решил полететь просто так, для забавы. И мы продолжали беседовать, причем я до смерти боялся за мальчишку и ломал себе голову, о чем бы еще поговорить. Я знал, что больше ничего сделать не могу — только бы не давать ему думать об опасности, от этого зависит его жизнь. Я показывал ему, какой великолепный вид простирается в четырех тысячах футов под нами до самого горизонта. Вон раскинулась бухта Сан-Франциско, точно безмятежное озеро, вон и самый город, окутанный дымным маревом, а там Золотые ворота, и за ними, в тумане, океан, и над всем, четко вырезанная в небе, высится гора Тэмелпайс. Прямо под нами виднелся кабриолет; казалось, он ползет, как черепаха, но я по опыту знал, что седоки, несясь за нами вдогонку, изо всех сил нахлестывают лошадей.</p>
     <p>Но скоро Томми устал любоваться окрестностями, и я видел: ему становится страшно.</p>
     <p>— Может, пойдешь ко мне в компаньоны? — предложил я.</p>
     <p>Он сразу оживился и спросил:</p>
     <p>— А вы хорошо зарабатываете?</p>
     <p>Но теперь «Маленький Нассау», постепенно остывая, начал спускаться, встречные воздушные потоки то и дело немилосердно встряхивали его. Беднягу Томми раскачивало из стороны в сторону, и один раз он сильно ударился о стенку аэростата. Губы его задрожали, и он опять заплакал. Я пробовал шутить, смеяться, но все понапрасну. Мужество покидало мальчика, и я с минуты на минуту ждал, что руки его разожмутся и он рухнет вниз.</p>
     <p>Меня взяло отчаяние. И вдруг я вспомнил, что иной раз страх страхом вышибают. Я сурово сдвинул брови и крикнул:</p>
     <p>— А ну, цепляйся покрепче за канат! Не то, когда спустимся, я тебя так отлуплю — своих не узнаешь! Понятно?</p>
     <p>— Д-да-а, сэр, — прохныкал Томми, и я понял, что хитрость удалась. Я был к нему ближе, чем земля, и меня он боялся больше, чем падения.</p>
     <p>— Тебе хорошо сидеть там, на мягком мешке, — болтал я, не давая ему опомниться. — Не то что мне на этой жесткой перекладине.</p>
     <p>Тут ему пришла в голову такая мысль, что он даже забыл, как у него ноют пальцы.</p>
     <p>— А когда вы будете прыгать? — спросил он. — Я хочу посмотреть, как вы прыгаете.</p>
     <p>Пришлось мне его разочаровать: прыгать я не собирался.</p>
     <p>— А в газете написано, что вы прыгнете! — заспорил Томми.</p>
     <p>— Мало ли что, — сказал я. — Меня нынче лень одолела, посажу шар на землю — и ладно. Это мой шар, что хочу, то с ним и делаю. Да и все равно мы уже почти спустились.</p>
     <p>И правда, мы были уже низко и быстро спускались. И тут мальчишка стал на меня наседать: мол, нехорошо обманывать людей, все ждут, чтоб я прыгнул, значит, надо прыгать. А я, в душе радуясь такому обороту дела, гнул свое и на все лады доказывал ему, будто имею полное право не прыгать; но вот мы пролетели над эвкалиптовой рощей и спустились к самой земле.</p>
     <p>— Цепляйся крепче! — крикнул я и повис на руках на трапеции, чтобы спружинить ногами.</p>
     <p>Мы пронеслись над сараем, едва не задели веревку, на которой сушилось белье, распугали кур на каком-то дворе, перемахнули через стог сена — все куда быстрей, чем я сейчас рассказываю. Наконец мы опустились в чей-то фруктовый сад, ноги мои коснулись земли и, несколько раз обернув трапецию вокруг ствола ближайшей яблони, я остановил аэростат.</p>
     <p>Однажды мой аэростат загорелся в воздухе; в другой раз я зацепился и повис на карнизе десятиэтажного дома; случилось мне камнем падать шестьсот футов, когда не раскрылся вовремя парашют; но никогда еще я не чувствовал такой слабости, никогда у меня так не кружилась голова и не подкашивались ноги, как в минуту, когда я, шатаясь, подошел к этому мальчишке, целому и невредимому, без единой царапинки, и схватил его за плечо.</p>
     <p>— Томми Дирмот, — сказал я, кое-как совладав с собой. — Томми Дирмот, сейчас я тебя разложу и задам тебе такую трепку, какой еще никогда с сотворения мира ни одному мальчишке не задавали!</p>
     <p>— Нет, не зададите! — сказал он, вырываясь у меня из рук. — Вы говорили, что не станете меня бить, если я буду крепко цепляться.</p>
     <p>— Верно, говорил. Но все равно я тебя отлуплю. На воздушных шарах летает народ самый что ни на есть дрянной и непутевый, и ты себе заруби на носу: от таких надо держаться подальше и от воздушных шаров тоже.</p>
     <p>И я действительно выдрал его на совесть. Не знаю, как другим мальчишкам, а ему, уж наверно, сроду так не доставалось.</p>
     <p>А у меня после этого случая всякое мужество пропало. Я расторг контракт с Оклендской трамвайной компанией и потом стал летать на водородных аэростатах. Это все-таки спокойнее.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Плешивый</p>
     </title>
     <p>— Так вот, значит, о медведях… Король Клондайка помолчал немного в раздумье, а все сидевшие на веранде отеля пододвинули свои стулья поближе.</p>
     <p>— Коли уж зашла о них речь, — продолжал он, — то на Аляске, я вам скажу, медведи водятся разные. Вот на Литл Пелли, к примеру, они летом кормятся лососем, так столько их там собирается, что ни белый, ни индеец и близко не подойдут к этому месту. А в Рампартских горах водится удивительный медведь по прозванию «кособокий гризли». Прозвали его кособоким за то, что он с самого потопа ходит по косогорам, и от этого лапы у него с одного боку стали вдвое короче, чем с другого. Такому и кролика не догнать, лети он хоть на всех парах. Опасный? Сцапает? Ну, где ему. Тут, главное дело, не теряйся, заворачивай вниз по склону и беги в обратную сторону. Понимаете, он, бедняга, сразу окажется длинными лапами кверху, а короткими вниз. Да, чудная тварь, но разговор не про него.</p>
     <p>На Юконе водится еще один медведь, и уж у этого-то лапы в полном порядке. Большущий зверь и злобный, а прозвали его «плешивый гризли». Охотиться на него придет в голову разве только белым. Индейцы не такие Дураки. К тому же медведь этот с норовом, да не все о нем знают: он никому никогда не уступает дороги. Коли приведется сойтись с ним на тропе и вы дорожите своей шкурой, лучше посторонитесь. Не то быть беде. Да повстречайся плешивому сам господь бог, он и ему не уступил бы ни дюйма. Гордый, бродяга, верьте слову. Мне ведь самому пришлось все это испытать. До приезда сюда я и думать не думал о медведях, хотя мальчишкой видел немало бурых да и черных тоже, малорослых. Но их бояться было нечего.</p>
     <p>Так вот, когда мы поселились на своем участке, пошел я на гору поискать подходящую березку на топорище. Но прямое деревцо все не попадалось, и я шагал и шагал, верно, часа два. Да я и не торопился с выбором, потому что заодно хотел заглянуть на Развилок к старику Джо Лошадке и одолжить у него рубанок. В кармане у меня на случай если проголодаюсь лежали пара сухарей да ломоть свиного сала. И, верьте слову, этот завтрак пригодился мне раньше, чем я успел его съесть.</p>
     <p>Наконец среди сосен набрел я на очень подходящую березку. Я уж было взмахнул топором, да тут случайно поглядел под гору. И вижу — прямо на меня шагает вперевалку громадный медведище. Это был плешивый, но тогда я еще ничего не смыслил в этой породе.</p>
     <p>«Погляжу, как ты будешь улепетывать», — сказал я про себя и спрятался за деревьями.</p>
     <p>Подождал, пока он подойдет шагов на сто, да как выскочу на прогалину, да как заору на весь лес! «Ну, — думаю, — сейчас он от меня задаст стрекача».</p>
     <p>Не тут-то было! Башкой только дернул и прет дальше, на меня.</p>
     <p>Я заорал еще громче. Но он будто и не слышал.</p>
     <p>— Ах ты, подлая душа, — разозлился я. — Все-таки я заставлю тебя свернуть с дороги.</p>
     <p>Сорвал я с головы шапку, замахал ею и бегу навстречу, а сам ору во все горло. А поперек тропы лежала толстая калифорнийская сосна, видать, бурей свалило — как раз по грудь мне. Я добежал до нее и остановился, потому что плешивый упрямец все шел и шел прямо на меня. Вот когда меня взял страх. Плешивый поднялся на дыбы и полез через эту самую сосну — и тут я завопил, точно дикий индеец, да как запущу шапкой ему в морду. И бежать…</p>
     <p>Слушайте дальше. Обогнул я поваленное дерево и что есть духу помчался с горы вниз, а плешивый с каждым прыжком настигал меня. Под горой была открытая, вся в кочках низина шириной в четверть мили, за ней лес. Я знал, стоит мне поскользнуться, и я — конченый человек, но я выбирал места посуше и летел, как ветер. А плешивый дьявол хрипел у меня за спиной. На полпути он совсем догнал меня и уже задел разок лапой за пятку мокасина. Тут, скажу я вам, пришлось пошевелить мозгами. Понял я: не убежать мне от него, догонит, а спрятаться и вовсе некуда. И вот достал я на бегу из кармана свой немудрящий завтрак и бросил ему.</p>
     <p>Оглянулся я только, когда добрался до леса. Плешивый в это время уплетал мои сухари, меня прямо мороз по коже продрал: ведь он чуть было не сцапал меня! Ходу я не сбавлял ни на минуту. Нет, дудки! Бежал что было сил. А тут как раз поворот, выбегаю и вижу — хотите верьте, хотите нет — навстречу топает еще один плешивый!</p>
     <p>Заметил он меня, фыркнул — и рысью ко мне!</p>
     <p>Я мигом повернулся и еще быстрей припустил обратно. Плешивый следом, да так, что я про первого-то медведя сразу забыл. А он тут как тут — несется во всю прыть, верно, думает, куда это я девался и такой ли я вкусный, как мой завтрак. Увидел он меня — и морда у него прямо расплылась от удовольствия. Кинулся он ко мне да как рявкнет! А позади меня другой тоже как рявкнет!</p>
     <p>Прыгнул я с тропы в сторону, нырнул в кусты и стал, как бешеный, продираться сквозь них. Я совсем ошалел, мне везде чудились медведи. И вдруг — бац! — в самой гуще черной смородины я наскочил на что-то живое. А оно как даст мне, сбило с ног, навалилось на меня. Еще медведь! Ну, думаю, все, теперь-то мне крышка! А сам не сдаюсь, бью его что есть силы, сцепились мы, катаемся по земле. Вдруг слышу:</p>
     <p>— Господи, помоги! Женушка моя милая!</p>
     <p>Глянул получше, оказалось — человек, а ведь я чуть не убил его.</p>
     <p>— Я думал, вы медведь, — говорю ему.</p>
     <p>Он даже всхлипнул от неожиданности и уставился на меня.</p>
     <p>— И я тоже, — говорит.</p>
     <p>За ним, как и за мной, тоже гнался плешивый, а он от него спрятался в кусты. Вот мы и приняли друг друга за медведей.</p>
     <p>На тропе тем временем поднялся жуткий рев, но мы и не подумали узнавать, в чем там дело. К полудню мы уже были у Джо Лошадки, взяли ружья, зарядили их на медведя и отправились обратно. Может, вы мне не поверите, но только когда мы пришли на то место, оба плешивых лежали мертвые. Понимаете, когда я отскочил в сторону, они сошлись нос к носу, и ни один не захотел уступить дорогу. Ну, и пошла драка насмерть.</p>
     <p>Так вот я и говорю. Ежели рассказывать про медведей…</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>В бухте Йеддо</p>
     </title>
     <p>Кошелек пропал у него где-то на Театральной. Он вспомнил, как на мосту через один из каналов, пересекавших эту оживленную улицу, его совсем затолкали в толпе. Возможно, какой-нибудь ловкий воришка именно тогда и выудил у него из кармана пятьдесят с лишним иен вместе с кошельком. А может быть, он сам потерял его, просто обронил по неосторожности.</p>
     <p>Напрасно уже в который раз обшаривал он карманы в поисках пропажи. Кошелька не было. Рука его задержалась в пустом кармане брюк, и он горестно посмотрел на горластого хозяина ресторана, который кричал, как сумасшедший:</p>
     <p>— Двадцать пять сен! Давай плати! Двадцать пять сен!</p>
     <p>— Да ведь кошелька-то нет! — сказал парнишка. — Говорят вам, я его где-то потерял.</p>
     <p>В ответ на это хозяин ресторана воздел руки к небесам и завопил:</p>
     <p>— Двадцать пять сен! Двадцать пять сен! Плати давай!</p>
     <p>Вокруг них уже толпились любопытные, и Элфу Дэвису становилось не по себе.</p>
     <p>«До чего все это нелепо и мелочно, — думал Элф. — Поднять такой шум из-за пустяка! Нет, надо что-то делать».</p>
     <p>Он уже собрался было удрать как-нибудь — прошмыгнуть сквозь этот лес ног или пробиться силой, но, словно разгадав его намерения, один из официантов, коренастый малый, единственный глаз которого горел злобой, схватил его за руку.</p>
     <p>— Плати давай! Плати! Двадцать пять сен! — орал охрипший от злости хозяин.</p>
     <p>Элф даже побагровел от унижения, однако упорно продолжал поиски. Он уже не думал о кошельке: не завалялось ли у него где-нибудь хоть немного денег — вот на что он надеялся. В кармане блузы он обнаружил монету в десять сен и пять сен медяшками; потом, вспомнив, что недавно у него куда-то затерялись десять сен, он распорол карман и нашел их в самой глубине подкладки. Теперь у него было двадцать пять сен — ровно столько, сколько требовалось заплатить за съеденный ужин. Он протянул деньги хозяину, тот пересчитал их, сразу же успокоился и низко поклонился, и все собравшиеся вокруг тоже подобострастно поклонились и разошлись.</p>
     <p>Элфу Дэвису едва исполнилось шестнадцать, он служил матросом на американской парусной шхуне «Энни Майн», которая пришла в Иокогаму за очередной партией кож для Лондона. На берегу он был уже второй раз, и тут ему впервые мимолетно приоткрылись и озадачили его некоторые черты восточного характера. Когда поклоны и приседания кончились, он рассмеялся и вышел; ему предстояло решить еще одну задачу. Как теперь попасть на шхуну? Уже одиннадцать часов вечера, и судовых шлюпок, конечно, у берега нет, а нанимать местного лодочника, не имея в кармане ни гроша, совсем не весело.</p>
     <p>Внимательно глядя по сторонам в поисках товарищей по плаванию, он зашагал к пристани. В Иокогаме нет сплошной линии причалов. Суда отдают якорь на рейде, благодаря чему сотни малорослых, коротконогих японцев имеют возможность заработать на хлеб, перевозя пассажиров на берег и обратно.</p>
     <p>Десятка полтора лодочников, мужчин и подростков, окликнули Элфа и предложили свои услуги. Он выбрал наиболее подходящего с виду — благообразного старика с сухой ногой. Элф шагнул в сампан и сел. В темноте он не мог видеть, чем занят старик, ясно было только, что тот не торопится в путь. Наконец лодочник подковылял ближе и заглянул Элфу в лицо.</p>
     <p>— Десять сен, — сказал он.</p>
     <p>— Да, я знаю, десять сен, — небрежно подтвердил Элф. — Однако поторопись. На американскую шхуну.</p>
     <p>— Десять сен. Давай плати, — настаивал старик. Элфа бросило в жар от этого ненавистного «давай плати».</p>
     <p>— Свези меня на американскую шхуну, тогда и заплачу, — сказал он.</p>
     <p>Но лодочник терпеливо стоял перед ним с протянутой рукой и твердил свое:</p>
     <p>— Десять сен. Давай плати.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_105.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Элф попробовал объясниться. У него нет денег. Он потерял кошелек. Но он обязательно заплатит. Как только попадет на шхуну, сразу же и заплатит. Нет, он даже не станет подниматься на борт. Он крикнет товарищам, и они сначала отдадут лодочнику эти десять сен. А уж потом он поднимется на корабль. Так что все будет в порядке, пусть лодочник не беспокоится.</p>
     <p>Однако благообразный старец в ответ только повторил:</p>
     <p>— Давай плати. Десять сен.</p>
     <p>Хуже всего, что остальные лодочники сидели на ступенях причала и слушали.</p>
     <p>Раздосадованный и сердитый Элф поднялся и уже хотел выйти из лодки, но старик ухватил его за рукав.</p>
     <p>— Давай блузу. Я везу тебя мериканская шхуна, — предложил он.</p>
     <p>И тут все, что было в Элфе от американской независимости, вспыхнуло в его груди. Англосакс вообще тереть не может, когда его обманывают, здесь же, как показалось Элфу, был явный грабеж. Десять сен — это есть американских центов, а ведь блуза, очень хорошая совсем еще новая, обошлась ему в два доллара. Ни слова не говоря, он повернулся спиной к старику и пошел в конец пристани, а по пятам за ним двигалась смачно хохотавшая толпа лодочников. Большинство — плотные, мускулистые парни, почти совсем голые, так как июльская ночь была изнуряюще жаркой. Прибрежные жители в любой стране — народ буйный, грубый, и Элф подумал, что оказаться глухой порой на краю пристани с целой оравой таких людей, да еще в большом японском городе, небезопасно.</p>
     <p>К нему подошел рослый малый с копной черных волос на голове и свирепым взглядом. Остальные сгрудились за ним, готовые принять участие в переговорах.</p>
     <p>— Давай башмаки, — сказал парень. — Давай, ну! Я свезу тебя на мериканскую шхуну.</p>
     <p>Элф покачал головой, а толпа загалдела, требуя, чтобы он соглашался. Но англосакс так уж устроен: на испуг его не возьмешь. Он скорее пойдет на риск, чем позволит командовать собой. И попытка лодочников нажать на Элфа лишь пробудила в нем все неистребимое упрямство его расы. Им двигало то же чувство, какое бывает у солдат, обреченных почти на верную гибель и все же не теряющих мужества; и там, под звездами, на пустынном причале, взятый в кольцо этой бандой, он решил лучше умереть, чем унизиться и отдать им хоть единую тряпку. Дело не в цене — на карту поставлена его честь.</p>
     <p>Кто-то грубо толкнул его в спину. Сверкнув глазами, он быстро обернулся, и круг невольно раздался. Но галдеж все усиливался. Каждому хотелось урвать что-либо из его одежды, и они, перебивая друг друга, во всю силу здоровенных глоток выкрикивали свои требования.</p>
     <p>Элф уже давно не произносил ни слова, однако видел, что положение становится опасным — нужно уходить. Челюсти его были упрямо сжаты, в глазах — стальной блеск, тело — как пружина, готовая развернуться. В нем чувствовалась такая решимость, что когда он двинулся к берегу, лодочники расступились и пропустили его. Крича и смеясь громче прежнего, они пошли за ним, одни сзади, другие сбоку. Какой-то нахальный парнишка ростом с Элфа сорвал с него кепи и хотел было напялить на себя, но не успел: Элф сильным ударом сбил его с ног, и тот растянулся на камнях.</p>
     <p>Падая, парнишка выронил кепи, и оно исчезло под ногами лодочников. Элф торопливо соображал — матросская гордость не позволяла ему оставить им кепи. Он бросился вслед и вскоре нашел кепи — здоровенный босой верзила стоял на нем столбом и явно не желал сдвинуться с места. Элф попытался выдернуть кепи, но безуспешно. Он попробовал спихнуть ногу в сторону, но верзила только мычал в ответ. Это был прямой вызов, и Элф принял его. С быстротой молнии он подставил парню сзади подножку, а плечом сильно толкнул его в грудь. Тот не ожидал такого жестокого приема и грохнулся навзничь.</p>
     <p>Миг — и кепи уже у Элфа на голове, а кулаки его готовы к бою. Затем он резко обернулся, чтобы предупредить нападение сзади, и все бросились врассыпную. Этого он и хотел. Между ним и берегом никого не осталось. Пристань была узкая. Повернувшись лицом к противнику и угрожая кулаками тем, кто пытался обойти его с тыла, он продолжал отступление. Пятиться так, сдерживая наседавшую ораву, было делом не легким. Но люди с темной кожей во всем мире хорошо знают кулак белого человека, и своей победой Элф был обязан не столько собственной воинственности, сколько бесчисленным потасовкам, в которых когда-либо участвовали матросы.</p>
     <p>На берегу, у самой пристани, находился полицейский участок, и Элф, пятясь, ввалился в ярко освещенную комнату на потеху щегольски одетому лейтенанту. Лодочники сразу умолкли, присмирели и, как мухи, облепили открытую дверь, сквозь которую им было видно и слышно все, что делается внутри.</p>
     <p>В нескольких словах Элф рассказал о своих злоключениях и потребовал, чтобы из уважения к правам иностранца его доставили на шхуну в полицейской шлюпке. В ответ лейтенант, знавший назубок все «правила и предписания», разъяснил ему, что портовые полицейские не перевозчики, а полицейские шлюпки предназначены вовсе не для того, чтобы развозить на суда запоздавших и безденежных матросов.</p>
     <p>— Конечно, — прибавил он, — здешние лодочники — прирожденные грабители, но пока они грабят в рамках закона, я бессилен. Требовать плату вперед — их право, и не в моей власти заставить их брать плату за проезд в конце пути.</p>
     <p>Элф согласился с его доводами, однако намекнул, что если уж он не может приказать, то мог бы уговорить. Что ж, лейтенант готов сделать одолжение: он подошел к двери и произнес перед лодочниками речь. Но они тоже знали свои права, и не успел лейтенант закрыть рот, как они хором завели свое отвратительное: «Десять сен! Давай плати!»</p>
     <p>— Как видите, я ничего не могу сделать, — сказал лейтенант, кстати, безупречно говоривший по-английски. — Но я предупредил, чтобы они не причиняли вам вреда и не приставали, так что вы, по крайней мере, будете в безопасности. Ночь теплая, да и до утра уже недалеко. Ложитесь где-нибудь и спите. Я бы позволил вам спать здесь, в участке, но это против правил и предписаний.</p>
     <p>Элф поблагодарил полицейского за доброту и учтивость, но лодочники разбудили в нем всю его национальную гордость и упрямство, и такое решение вопроса его не устраивало. Провести ночь на камнях пристани значило признать себя побежденным.</p>
     <p>— Лодочники отказываются переправить меня на шхуну?</p>
     <p>Лейтенант кивнул.</p>
     <p>— Вы тоже отказываетесь? Последовал еще один кивок.</p>
     <p>— Ну, а как там, по вашим правилам и предписаниям, вы будете против, если я переправлюсь сам?.</p>
     <p>Лейтенант был озадачен.</p>
     <p>— Лодки-то у вас нету, — сказал он.</p>
     <p>— Дело не в лодке, — горячился Элф. — Если я сам переправлюсь, никто ведь от этого не пострадает?</p>
     <p>— Так-то оно так, — упорствовал в недоумении лейтенант, — но вы же не сможете переправиться.</p>
     <p>— А вот увидим.</p>
     <p>Элф швырнул на пол кепи. Следом в разные стороны полетели туфли. За ними блуза и брюки.</p>
     <p>— Запомните, — сказал он зазвеневшим голосом, — я, гражданин Соединенных Штатов, возлагаю на вас ответственность за эту одежду. На вас, на город Иокогаму и на японское правительство. Спокойной ночи!</p>
     <p>Он бросился к двери, растолкал изумленных лодочников и выскочил на пристань. Но они тотчас опомнились и кинулись за ним, восторженными воплями приветствуя этот новый поворот событий. Лодочники и рыбаки Иокогамы долго еще вспоминали эту ночь. Элф добежал до причала и с ходу ловко нырнул. Он поплыл размашистыми саженками, потом любопытство взяло верх, и он на минуту задержался. Из темноты, с пристани, ему что-то кричали.</p>
     <p>Он перевернулся на спину, замер и прислушался.</p>
     <p>— Ладно! Твоя взяла! — разобрал он отдельные голоса. — Заплатишь после! Вернись! Плыви сюда! Плата потом!</p>
     <p>— Нет уж, спасибо, — откликнулся он. — Обойдется без платы. Спокойной ночи.</p>
     <p>Он огляделся кругом, высматривая «Энни Майн». Она стояла в доброй миле от берега, и отыскать ее в темноте оказалось не просто. Сначала в глаза ему бросилась целая россыпь огней — так сверкать мог только военный корабль. Очевидно, это был американский крейсер «Ланкастер». Где-то левее и дальше должна быть «Энни Майн». Но левее горели три близко стоящих друг к другу огня. Это не могла быть шхуна. На секунду Элф растерялся. Он лег на спину, закрыл глаза и попытался представить себе гавань, какою он видел ее днем. Потом удовлетворенно фыркнул и снова перевернулся. Три огня, видимо, принадлежат большому английскому грузовому пароходу. Значит, шхуна находится где-то между этими тремя огнями и «Ланкастером». Он долго и пристально вглядывался, и вот, совсем низко над водой, но как раз там, где он и ожидал, тускло засветился одинокий фонарь — якорный огонь «Энни Майн».</p>
     <p>А плыть ночью под звездами было одно удовольствие. Воздух был теплый, как вода, а вода — как парное молоко. На губах чувствовался приятный вкус соли, руки и ноги слегка покалывало, а сильные и ровные удары сердца наполняли его ощущением радости жизни.</p>
     <p>Да, это было чудесно, и доплыл он без всяких приключений. Справа остался ярко освещенный «Ланкастер», слева — английский грузовой пароход, а вскоре над головой выросла громада «Энни Майн». Элф схватился за шторм-трап и бесшумно поднялся на палубу. Здесь не было ни души. В камбузе он заметил свет и понял, что это сын капитана варит кофе, коротая скучную стояночную вахту. Элф проскользнул дальше, на полубак. Матросы храпели на своих койках, и духота тесного помещения показалась ему невыносимой. Он надел тонкую бумажную рубаху, парусиновые брюки, сгреб в охапку одеяло с подушкой и, поднявшись наверх, забрался на палубу полубака.</p>
     <p>Едва он успел задремать, как его разбудил плеск подходившей к борту лодки и оклик вахтенного. Лодка оказалась полицейской, а подслушанный Элфом взволнованный разговор доставил ему немалое удовольствие. Да, конечно, сын капитана узнает эту одежду. Она принадлежит Элфу Дэвису, их матросу. А что случилось? Нет. Элф Дэвис не возвращался на шхуну. Он на берегу. Его нет на берегу? Ну, тогда, значит, он утонул. Тут лейтенант и сын капитана заговорили оба разом, и Элф ничего не мог больше разобрать. Потом он услышал, как они пошли и подняли на ноги команду. Матросы разворчались спросонок и сказали, что Элфа Дэвиса среди них нет, после чего сын капитана с яростью обрушился на иокогамскую полицию и ее порядки, а лейтенант оправдывался, ссылаясь на правила и предписания, и его английский язык на этот раз оставлял желать лучшего.</p>
     <p>Элф подошел к ним и протянул руку.</p>
     <p>— Одежду я, пожалуй, заберу, — сказал он. — Спасибо, что быстро доставили.</p>
     <p>— Не понимаю, почему он не мог тебя самого доставить, — отозвался сын капитана.</p>
     <p>Полицейский лейтенант промолчал и не без смущения передал одежду ее законному владельцу.</p>
     <p>На другой день, когда Элф собрался в город, его окружила толпа лодочников, они кричали и размахивали руками, но были вполне почтительны, каждый хотел непременно сам перевезти его на берег. Он выбрал одного и, войдя в лодку, на сей раз не услышал: «Давай плати». Перед тем как шагнуть на причал, Элф протянул лодочнику обычные десять сен. Но тот выпрямился и затряс головой.</p>
     <p>— Ты молодец, — сказал он. — Не надо платить. Никогда не надо. Ты смелый, хороший парень.</p>
     <p>И все время, пока «Энни Майн» оставалась в порту, лодочники отказывались брать деньги с Элфа Дэвиса. Восхищенные его отвагой и независимостью, они перевозили его даром.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Их дело — жить</p>
     </title>
     <p>Стэнтон Дэвис и Джим Уэмпл замолчали и насторожились: шум на улице все усиливался. Град камней с грохотом обрушился на проволочные противомоскитные сетки на окнах. Вечер был жаркий, и нот заливал лица. Оба прислушивались; сквозь нарастающий гомон толпы прорывались отдельные злобные выкрики на испано-мексиканском наречии. И самыми безобидными из этих чудовищных угроз были: «Смерть гринго!», «Бей американских собак!», «Утопить их в море!».</p>
     <p>Недоуменно пожав плечами, Стэнтон Дэвис и Джим Уэмпл вернулись к прерванному разговору, — пришлось повысить голос, чтобы рев толпы не мешал им слышать друг друга.</p>
     <p>— Весь вопрос в том, как туда добраться, — сказал Уэмпл. — До Пануко по реке сорок семь миль…</p>
     <p>— А посуху никак нельзя, — подхватил Дэвис, — всюду разбойничают шайки Вильи и Сарагосы <a l:href="#n_871" type="note">[871]</a>, а может, они уже и объединились.</p>
     <p>События, описанные в рассказе «Их дело — жить», относятся к весне 1914 года. В апреле 1914 года американские империалисты, обеспокоенные размахом революционного движения в Мексике и недовольные позицией правительства генерала В. Уэрты (1854–1916), который ориентировался на поддержку английского империализма, захватили порт и город Вера-Крус, обороняемый войсками Уэрты (федералистами) от армии Каррансы (конституционалистов).</p>
     <p>Правительство Уэрты, ненавидимое народом, не могло обеспечить национального суверенитета Мексики. Пользуясь его слабостью, империалистические державы (США, Англия, Германия, Голландия) держали на рейде Вера-Крус значительные военно-морские силы и ждали случая, чтобы вмешаться в гражданскую войну в Мексике.</p>
     <p>Хотя Карранса вел борьбу против Уэрты, он усмотрел в захвате Вера-Крус угрозу мексиканской независимости и резко протестовал против вмешательства США во внутренние дела странны. Волна возмущения против американской политики прокатилась по всей Мексике, как на территории, где еще держались федералисты (это изображено в рассказе), так и в штатах, где уже победили конституционалисты. Позже под давлением всенародного возмущения США были вынуждены оставить Вера-Крус.</p>
     <p>Уэмпл кивнул.</p>
     <p>— А она на востоке Магнолии, — продолжал он, — это еще две мили от побережья, если только она не вернулась в охотничий домик. Мы должны найти ее…</p>
     <p>— Мы с вами вели честную игру, Уэмпл, и теперь можем говорить прямо. Вы любите ее. Я тоже люблю.</p>
     <p>Уэмпл закурил сигарету и снова кивнул.</p>
     <p>— Но теперь нам надо сделать вид, что мы равнодушны к ней и хотим только одного — уберечь ее от опасности и доставить сюда.</p>
     <p>— И заключим перемирие на то время, пока будем спасать ее — что ж, я согласен, — сказал Уэмпл.</p>
     <p>— Перемирие, пока не привезем ее живой и невредимой сюда, в Тэмпико, или на борт линкора. А потом…</p>
     <p>Они вздохнули, посмотрели друг на друга с улыбкой и скрепили свой уговор рукопожатием.</p>
     <p>Камни снова забарабанили по проволочным сеткам на окнах, пронзительный мальчишеский голос взлетел над криками, требуя смерти гринго; в парадную дверь начали бить каким-то тараном, и весь дом загудел от тяжелых ударов. Схватив винтовки, Дэвис и Уэмпл выбежали на площадку лестницы: отсюда можно было в крайнем случае держать вход под огнем.</p>
     <p>— Если они дверь вышибут, придется задать им взбучку, — сказал Уэмпл.</p>
     <p>Дэвис молча кивнул, затем неожиданно разразился страшными проклятиями.</p>
     <p>— Подумать только! — пояснил он свою вспышку. — Каждый третий из этих собак работал у меня или у вас, — тощие, босые, оборванные, они рады были бы и десяти сентаво в день, лишь бы получить работу. А мы дали им постоянную работу и сто пятьдесят сентаво в день, и вот теперь они готовы перегрызть нам глотку.</p>
     <p>— Не все, только метисы, — поправил Уэмпл.</p>
     <p>— Вы знаете, о чем я говорю, — ответил Дэвис. — Мы не досчитались только тех пеонов, которых заставили уйти или пристрелили.</p>
     <p>В дверь никто больше не ломился, и они опять поднялись наверх. Несколько разрозненных выстрелов вдоль улицы, откуда-то издалека, казалось, вымели всех, и вокруг дома стало сравнительно тихо.</p>
     <p>Через открытые окна до них долетел свист, и мужской голос позвал:</p>
     <p>— Уэмпл! Отоприте! Это я, Хэберт! Мне нужно с вами поговорить!</p>
     <p>Уэмпл сошел вниз и скоро вернулся с довольно полным, крепким седеющим американцем лет пятидесяти; тот поздоровался с Дэвисом и, тяжело дыша, плюхнулся в кресло. Он так и не выпустил из рук самозарядный кольт 44-го калибра и сразу же принялся вытаскивать из кармана своего парусинового пиджака обойму с патронами. Прибежал он без шляпы, запыхавшийся, одна щека рассечена камнем и вся в крови. Вложив в пистолет обойму, он вскочил на ноги и в порыве гнева тоже начал изощренно ругаться.</p>
     <p>— Они сорвали американский флаг, затоптали его в грязь и плюют на него. И меня заставляли плевать.</p>
     <p>Уэмпл и Дэвис промолчали и только вопросительно смотрели на него.</p>
     <p>— О, я понимаю, что вас интересует, — вспыхнул Хэберт. — Плюнул я или нет, спасая свою жизнь? Вот что вас заело. Отвечу. Без всяких уверток, прямо: если другого выхода не будет — плюну. И не ваше дело, нечего на меня глаза таращить.</p>
     <p>Он замолчал, с вызывающим видом взял сигару из ящика на столе и решительно раскурил ее.</p>
     <p>— Черт возьми! Я полагаю, в этих местах знают Энтони Хэберта, и уж будьте уверены, знают не как труса. Не отрицаю, в трудную минуту я плюну на флаг. А за каким дьяволом, по-вашему, я мотаюсь по улицам в такую ночь? Разве не сбежал я полчаса назад из Южной гостиницы, где засели сорок здоровенных американцев, не считая женщин, и все с оружием? Там-то было безопасно. Для чего, по-вашему, я приперся сюда? Вас, что ли, спасать?</p>
     <p>От негодования у него перехватило горло, и он весь затрясся, — казалось, его вот-вот хватит удар.</p>
     <p>— Выкладывайте, — сухо приказал Дэвис.</p>
     <p>— И скажу! — вскричал Хэберт. — Все дело в моем Билли. Он застрял в самой глуши, за пятьдесят миль от побережья, и между ним и мною двадцать тысяч головорезов федералистов и мятежников. Знаете, что сделал бы мой мальчик, будь он здесь, в Тэмпико, а я в пятидесяти милях, где-то у Пануко? Я-то знаю. Вот я и сделаю то же самое — поеду и разыщу его.</p>
     <p>— Мы как раз собираемся туда, — заверил его Уэмпл.</p>
     <p>— Потому-то я к вам и пришел. Вы, конечно, за мисс Дрэксел?</p>
     <p>Дэвис и Уэмпл улыбнулись: верно, мол, угадал. В такое время люди отваживаются говорить о вещах, которые прежде были под запретом.</p>
     <p>— Тогда — в путь! — воскликнул Хэберт, взглянув на часы. — Сейчас полночь. Нужно добраться до реки и разыскать лодку…</p>
     <p>В ответ под окном раздались крики возвратившейся толпы.</p>
     <p>Дэвис хотел было что-то сказать, но тут зазвонил телефон, и Уэмпл бросился к аппарату.</p>
     <p>— Это Карсон, — объяснил он, прикрыв трубку рукой. — Значит, провода через реку еще целы. Алло, Карсон, связь не обрывалась? Молодец… Да, мулов переправьте к возчику за Тэмкочин… Кто у резервуара? Вы еще можете ему позвонить?.. Скажите ему, чтобы он наполнил баки и выключил магистраль на Арико. Пусть держится до последней возможности и чтобы лошадь была у него наготове, если придется удирать. Не забыл бы он перед уходом оборвать телефонный провод… Да, да, да. Безусловно. Никаких метисов. Оставьте все на попечение чистокровных индейцев. Габриель — человек надежный… Бог знает, когда мы вернемся, если нас выгонят отсюда… Нельзя держать Харамильо на голодном пайке, им нужно две с половиной тысячи баррелей <a l:href="#n_872" type="note">[872]</a> — самое малое. У нас есть запас на десять дней. Пусть Габриель им распорядится. Продолжайте добычу, даже если нам придется спустить все в реку…</p>
     <p>— Спросите, нет ли у него катера, — вмешался Хэберт.</p>
     <p>— Нету, — ответил Уэмпл. — В полдень федералисты забрали последний.</p>
     <p>— Послушайте, Карсон, а сами-то вы каким образом думаете удрать? — спросил Уэмпл.</p>
     <p>Человек, с которым он говорил, находился на другом, южном, берегу Пануко, на нефтехранилище.</p>
     <p>— Говорит, убежать нельзя, — отрывисто повторил Уэмпл его слова. — Федералисты повсюду. Удивляется, что его еще не схватили… Кто? Кампос? Вот негодяй!.. Ладно… Не беспокойтесь, если от меня не будет вестей. Я отправляюсь вверх по реке с Дэвисом и Хэбертом… Будьте осторожны, но если представится случай пристрелить Кампоса, не зевайте… О, здесь-то у нас жарко. Они вышибают сейчас двери. Да, во что бы то ни стало… Прощайте, старина.</p>
     <p>Уэмпл закурил сигарету и вытер лоб.</p>
     <p>— Вы ведь знаете Кампоса, Хосе Кампоса, — заговорил он. — Этот грязный пес потребовал у Карсона двадцать тысяч песо. Нам пришлось заплатить, иначе он забрал бы половину наших пеонов в свою армию или поджег бы скважины. Вам-то известно, Дэвис, что мы сделали для него за последние годы. Благодарности захотели? Или простой порядочности? Черта с два!..</p>
     <p>День двадцать первого апреля был на исходе. Утром этого дня американская морская пехота и матросы военных кораблей высадились в Вера-Крус и захватили таможню и город. Сразу же, как только телеграф разнес эту весть, на улицы Тэмпико хлынули разъяренные толпы мексиканцев; выражая свое возмущение действиями Соединенных Штатов, они сорвали американские флаги и грозили расправой самим американцам.</p>
     <p>Лишь собственная нерешительность помешала толпе довести дело до конца. Взломай она двери в Южной или в какой-нибудь другой гостинице или, например, в доме Уэмпла, началась бы драка, и тысячи федералистских солдат в Тэмпико помогли бы гражданскому населению в его благом намерении — уменьшить число гринго в этой части Мексики. Сдерживать наиболее ретивых могли бы американские военные корабли, «о по каким-то непонятным соображениям — сверхделикатности или стратегии, или уж бог знает чего — Соединенные Штаты, приказав захватить Вера-Крус, заботливо вывели свои военные корабли из Тэмпико в открытое море, на двенадцать миль от берега. Приказ этот адмирал Мэйо получил по беспроволочному телеграфу из Вашингтона и трижды просил повторить его, прежде чем со слезами на глазах покинул своих соотечественников и соотечественниц и ушел в море.</p>
     <p>— Это же свинство — бросить нас в беде в такое время! — негодовал Хэберт на правителей своей страны. — Мэйо никогда бы этого не сделал. Помяните мое слово, ему пришлось действовать по приказу Вашингтона. И вот — мы здесь, а наши близкие где-то у черта на рогах, за пятьдесят миль… Поймите, если я потеряю Билли, я просто не посмею вернуться домой, не смогу посмотреть в глаза жене… Поторапливайтесь. Отправимся втроем. Мы сумеем нагнать страху божьего на любую банду на улице.</p>
     <p>— Идите-ка сюда, посмотрите, — сказал Дэвис. Он стоял немного поодаль от окна и заглядывал вниз, на улицу.</p>
     <p>Там было полно мятежников; они кричали, ругались, грозили и подстрекали друг друга взломать дверь, но за дверью их ждала смерть, они знали это, и начинать никому не хотелось.</p>
     <p>— Сквозь такое скопище нам не пробиться, Хэберт, — заметил Дэвис.</p>
     <p>— Если они выпустят нам кишки, пользы от этого для вашего Билли или кого-нибудь еще в верховьях Пануко будет немного, — добавил Уэмпл. — А если…</p>
     <p>Он не договорил: в толпе началось какое-то непонятное движение. Она расступалась перед отрядом мерно и молчаливо шагавших людей в белой форме.</p>
     <p>— Матросы Мэйо все-таки вернулись за нами, — пробормотал Хэберт.</p>
     <p>— В таком случае мы сумеем достать военный катер, — сказал Дэвис.</p>
     <p>Галдеж на улице прекратился. В наступившей тишине матросы дошли до парадной двери и постучали. Все трое бросились отпирать, и тут выяснилось, что пришли не американцы, а немцы: два лейтенанта и шестеро солдат морской пехоты. При виде американцев толпа снова забурлила, но солдаты стукнули прикладами о землю, и гнев ее сразу улегся.</p>
     <p>— Нет, благодарю вас, — отклонил старший лейтенант приглашение войти, он сносно говорил по-английски. В те минуты, когда голос его терялся в шуме, он беспечно попыхивал сигарой. — Мы возвращаемся на корабль. Наш командир совещался с английским и голландскими командирами, но они отказались действовать заодно, и наш командир взял на себя полную ответственность. Мы обошли гостиницы. Им нужно продержаться до рассвета, утром мы их выручим. Мы оставили им ракеты, вот такие. Возьмите и вы. Если к вам ворвутся, держитесь во что бы то ни стало и пустите с крыши ракету. Мы сможем быть здесь через сорок пять минут. Наши катера в полной готовности: пары подняты, экипажи и морская пехота на местах, — мы двинемся по первой же ракете.</p>
     <p>— Раз вы идете сейчас на корабль, нам хотелось бы пойти с вами, — сказал Дэвис, поблагодарив, как полагается.</p>
     <p>Лица обоих лейтенантов вытянулись от неприкрытого брезгливого удивления.</p>
     <p>— Нет, нет, — рассмеялся Дэвис. — Мы не собираемся прятаться. В пятидесяти милях вверх по реке остались наши друзья, и нам нужно добраться до берега, чтобы поехать за ними.</p>
     <p>Офицеры сразу повеселели, переглянулись и без слов поняли друг друга.</p>
     <p>— Если наш командир взял на себя серьезную ответственность в такую ночь, неужели мы не возьмем на себя ответственность гораздо меньшую? — спросил старший.</p>
     <p>Младший охотно согласился.</p>
     <p>Мигом взлетев по лестнице, трое американцев захватили еще патронов и запасные пистолеты, набили карманы сигаретами, сигарами и спичками и сбежали вниз, готовые двинуться в путь. Уэмпл прокричал наверх последние наставления — пусть осаждающие думают, будто в доме кто-то остается, — проверил замок и захлопнул дверь.</p>
     <p>Офицеры шли впереди, за ними — американцы, с тыла их прикрывали шестеро матросов; толпа выла и плевалась, уступая дорогу, но ни один камень не просвистел в воздухе.</p>
     <p>Подходя к трапу крейсера, они увидели катера и баркасы, полные матросов — тут только и ждали сигнала ракет из осажденных гостиниц. Неподалеку, вверх по реке, бухнуло орудие, за ним еще несколько, и торопливо защелкали винтовочные выстрелы.</p>
     <p>— По кому это лупит «Топилья»? — проворчал Хэберт, потом присоединился к другим и тоже стал смотреть.</p>
     <p>Луч прожектора, очевидно, с мексиканской канонерки, пронзил темноту на середине реки и заиграл на воде. И вдруг в этом месте, в самом центре движущегося светлого пятна, мелькнул длинный, с низкими бортами, быстроходный катер. Футах в ста позади него в воздухе разорвался снаряд. Другие снаряды рвались в воде, где-то сбоку, за чертой света: видно было, как волны от взрывов подбрасывают катер. О свисте пуль оставалось только догадываться.</p>
     <p>Однако это длилось всего несколько минут. Мексиканская канонерка вынуждена была прекратить огонь, катер мчался так быстро, что сумел укрыться за немецким крейсером. Тут он замедлил ход, накренился, сделал широкий круг и встал рядом с паровым катером у трапа.</p>
     <p>При свете огней на трапе все увидели лишь одного человека — светловолосого, взъерошенного паренька лет двадцати, с перепачканным лицом, очень худого, очень спокойного и очень довольного собой.</p>
     <p>— Да ведь это Питер Тонсбург! — воскликнул Хэберт, протягивая ему руку. — Здорово, Питер, здорово. Куда это тебя черти несут, как оглашенного, и чего ты раздразнил «Топилью»?</p>
     <p>Питер родился в Техасе, в семье шведов-переселенцев, и старые техасские обычаи крепко въелись в него: он небрежно сунул замасленную руку Дэвису, затем Уэмплу, и «здорово», которое он так же небрежно бросал каждому, звучало у него истинно по-техасски.</p>
     <p>— Я самый и есть, — ответил он Хэберту. — И никуда меня черти не несут, просто я удирал из-под обстрела. Она хитрая, эта «Топилья». Ну, да я ее обставил. Я давал верных двадцать пять узлов. Эти мазилы и стрелять-то не умеют толком, все шпарили мимо.</p>
     <p>— Это «Холод»? — спросил Уэмпл.</p>
     <p>— «Холод-два», — ответил Питер. — Все, что осталось.</p>
     <p>Сегодня в полдень этот проходимец Кампос — да вы его знаете — забрал «Холод-один». А на закате они сцапали меня, когда я угонял «Холод-три». Взяли на мушку, заставили подойти к базе на восточном берегу, а потом выгнали в шею. Как раз перед вечером хозяин переправился на этом катере в Тэмпико, а минут десять назад, не больше, смотрю, на нем уже целая орава федералистов причаливает к восточному берегу — ну, я, понятно, дал им выгрузиться, прыгнул к рулю — и ходу! А где хозяин? Надеюсь, он цел? Я ведь за ним пришел.</p>
     <p>— Нет, Питер, это ни к чему, — сказал Дэвис. — Мистер Фрисби в Южной гостинице, он цел и невредим, ему только ободрали кирпичом голову, ссадина дюймов пять, голова трещит отчаянно, и он лежит в постели. Он в безопасности, а ты поедешь с нами, отвезешь нас вверх по реке, чуть дальше Пануко.</p>
     <p>— Ха! Это еще надо подумать, — возразил Питер, вытирая свой и без того грязный нос куском замасленной ветоши. — Я немного простыл. Да и цвет лица у меня портится от этих ночных прогулок.</p>
     <p>— Там остался мой сын, — сказал Хэберт.</p>
     <p>— Ну, он постарше меня, может и сам о себе позаботиться.</p>
     <p>— Там еще женщина, мисс Дрэксел, — тихо сказал Дэвис.</p>
     <p>— Кто? Мисс Дрэксел? Что же вы мне раньше-то не сказали? — обиделся Питер. И, вздохнув, прибавил:- Ну, влезайте, что ли, да и тронемся. Вот уговорили бы своих немецких друзей, пускай пожертвуют мне галлонов <a l:href="#n_873" type="note">[873]</a> двадцать бензина, а то нам не добраться.</p>
     <p>— Прятаться теперь толку нет, — заметил Питер Тонсбург, когда они полным ходом мчались вверх по реке и «Топилья» настигла их своим прожектором. — Видно тебя или нет, коли уж влепит снаряд поблизости, так поминай как звали!</p>
     <p>И в ту же минуту канонерка открыла огонь. В реве мотора грохот пушек был едва слышен, но разрывы снарядов то и дело встряхивали и раскачивали легкое суденышко. А когда редкие пули защелкали по обшивке и засвистели над головой, никто — даже и сам Питер — не вспомнил его уверений, что прятаться бесполезно, все четверо скорчились на дне катера: каждому казалось, будто все пули и осколки летят именно в него, и он невольно съеживался и втягивал голову в плечи.</p>
     <p>Канонерская лодка «Топилья» принадлежала федералистам. А с северного берега по катеру открыли огонь из винтовок и пулемета осаждавшие Тэмпико сторонники конституции, и положение стало еще более опасным.</p>
     <p>— Слава богу, что это мексиканцы, а не наши, — сказал Хэберт, когда после пятиминутного бешеного обстрела они все еще оставались целы. — Мексиканец родится с ружьем в руках, но стрелять из него так и не умеет до самой смерти.</p>
     <p>Обогнув наконец излучину реки, которая укрыла их от прожектора, они еще раз убедились, что никто не получил ни царапины и катер тоже невредим.</p>
     <p>— И трех часов не пройдет, как доставлю вас в Пануко… только бы не напороться на бревно! — откинувшись назад, прокричал Питер в самое ухо Уэмплу. — А если врежемся в какую-нибудь корягу, тогда еще раньше доставлю — прямо в омут.</p>
     <p>Катер мчался сквозь тьму, управляемый светловолосым парнишкой, который знал каждый фут этой реки и находил фарватер лишь по очертаниям берегов, чуть видных в призрачном свете звезд. Резкий ветер развел на широких плесах мелкую злую волну и хлестал водяной пылью и брызгами. И, несмотря на тепло тропической ночи, встречный поток воздуха, насквозь пронизывая их мокрую одежду, заставлял вздрагивать от холода.</p>
     <p>— Теперь-то я знаю, почему эту посудину окрестили «Холодом», — силясь не стучать зубами, сказал Хэберт.</p>
     <p>Но ему никто не ответил, и почти все три часа этой гонки в темноте они провели молча. Один раз мимо них, вниз по течению, промчался неосвещенный катер, они заметили его по искрам, вылетавшим из трубы. В другой раз, когда проходили мимо промыслов Торено, большое зарево невдалеке, на южном берегу, вызвало недолгий спор о том, что могло так ярко гореть: Торенские скважины или бунгало на банановой плантации Меррика.</p>
     <p>На исходе первого часа пути Питер замедлил ход и направился к берегу.</p>
     <p>— У меня тут бензин припрятан, десять галлонов, — пояснил он. — Надо бы проверить, цел ли: сгодится на обратный путь. — Не вылезая из катера, он сунул руку в кусты и объявил: — Все в лучшем виде. — Потом принялся смазывать мотор. — Ха! Вот вчера вечером прочитал я в журнале один рассказ, — заговорил он, стараясь развлечь своих пассажиров. — Называется «Их дело — умирать». А я скажу — черта с два! Человек должен жить — вот его дело! Может, по-вашему, мы должны были думать о смерти, когда «Топилья» задавала нам перцу? Ошибаетесь. Мы живы, верно? Мы удрали от нее. В этом вся штука. Никто не должен умирать. Вот я, к примеру, хотел бы жить вечно, если уж на то пошло.</p>
     <p>Он крутанул рукоятку газа, мотор взревел и положил конец его рассуждениям.</p>
     <p>Ни Дэвис, ни Уэмпл не возвращались больше к разговору о своем заветном — все, что нужно, было уже сказано. На некоторое время они порешили затаить свои чувства, и уговор этот был свят и нерушим: соперники уважали друг друга, и каждый верил, что другой ни на волос не отступит от данного слова. Что будет потом — вопрос иной. А сейчас они оба хотели только одного: укрыть Бет Дрэксел от опасности в мятежном Тэмпико или на военном корабле.</p>
     <p>В четыре часа они миновали городок Пануко. По крикам и песням можно было догадаться, что расположившийся здесь отряд федералистов выражает свое возмущение высадкой американских моряков в Вера-Крус. Часовые с берега окликнули катер и выстрелили наугад в темноту, откуда доносился треск мотора.</p>
     <p>В миле от города, у северного берега, где. стоял под парами освещенный речной пароход, они причалили к Асфодельскому промыслу. Пароход был невелик, и сотни две американцев — мужчин, женщин и детей — с трудом разместились на нем. Мужчины в знак приветствия обменялись добродушной бранью, в которой сквозила неподдельная радость от встречи, и тут Хэберт выяснил, что на пароходе ждут его сына: Билли объезжает отдаленные буровые бригады, где еще не знают, что Соединенные Штаты захватили Вера-Крус и что вся Мексика клокочет яростью.</p>
     <p>Хэберт решил дождаться сына и потом вернуться пароходом, а трое остальных, услыхав, что мисс Дрэксел нет среди беженцев, направились к южному берегу, на промысел голландской компании. Здесь была богатая скважина, она могла давать до ста восьмидесяти пяти тысяч баррелей нефти в сутки, но добычу пришлось уменьшить, поскольку компания не справлялась с таким количеством. Между Мексикой и Голландией не существовало никаких раздоров, поэтому управляющий был совершенно спокоен, хоть и не мог спать: вместе с ночными сторожами он следил, как бы пьяные солдаты не устроили пожара — на промысле скопились целые озера нефти. Да, мисс Дрэксел вместе со своим братом вернулась в охотничий домик, а больше ему о ней ничего не известно. Нет, он не посылал никаких предупреждений и сомневается, чтобы это сделал кто-нибудь другой. О высадке в Вера-Крус он узнал вчера, часов в десять вечера. Мексиканцы, как только услыхали об этом, сразу остервенели, убили Майлса Формена с Имперского промысла, разогнали его рабочих и разграбили дом. Лошади? Нет, у него здесь нет ни лошадей, ни мулов. Федералисты давным-давно реквизировали и тех и других. Однако в охотничьем домике, насколько он помнит, сохранились две лошади, но это уж такие клячи, что их даже мексиканцы не взяли.</p>
     <p>— Придется пешком, — весело сказал Дэвис.</p>
     <p>— Всего шесть миль, — так же весело отозвался Уэмпл. — Не будем мешкать.</p>
     <p>С реки вдруг донесся выстрел, и они бегом бросились на берег, туда, где оставался Питер. Вслед за первым выстрелом грохнуло еще несколько, похоже было, что стреляли из двух винтовок. Пока управляющий на ломаном испанском языке кричал в коварно притаившуюся темноту что-то о голландском нейтралитете, они добежали до катера и обнаружили на планшире безжизненное тело светловолосого паренька, который собирался жить вечно.</p>
     <p>Пробираясь в темноте по невообразимо скверной дороге, ведущей сквозь джунгли к домику, Дэвис и Уэмпл сначала почти не разговаривали. Только заметив на востоке, вдоль южного берега Пануко, зарево пожаров, они перекинулись несколькими словами и от души понадеялись, что горят жилища, а не скважины.</p>
     <p>— Здесь на одном лишь промысле Эбаньо нефти на два миллиарда долларов, — проворчал Дэвис.</p>
     <p>— И какой-нибудь пьяный мексиканец, который вместе со всеми своими потрохами и бессмертной душой не стоит и десяти песо, может запалить все это куском промасленной ветоши, — поддержал Уэмпл. — А если уж начнется пожар, огонь опустошит весь промысел до последней капли.</p>
     <p>В пять часов наконец рассвело, и они зашагали быстрее, а в шесть уже помогали обитателям домика собираться в путь.</p>
     <p>— Одевайтесь попроще, дорога нелегкая, и не теряйте времени на разные бантики, — взывал Уэмпл из-за угла веранды, где находилась отгороженная ширмами спальня мисс Дрэксел.</p>
     <p>— Обойдетесь без умывания, некогда, — неумолимо прибавил Дэвис, здороваясь за руку с Чарли Дрэкселом, который, зевая, приплелся к ним в пижаме и шлепанцах. — Чарли, а где лошади? Они еще живы?</p>
     <p>Уэмпл велел заспанным пеонам остаться на месте, смотреть за домом и на досуге припрятать наиболее ценные вещи, и теперь все так же из-за угла выкрикивал мисс Дрэксел новости о захвате Вера-Крус; тут вернулся Дэвис и сообщил, что лошади оказались просто жалкими развалинами: они наверняка свалятся и сдохнут, не пройдя и полмили.</p>
     <p>Из-за ширм вышла Бет Дрэксел и первым делом заявила, что ни в коем случае не позволит себе сесть верхом на какую-то клячу, потом поздоровалась со своими спасителями; ее смуглая кожа и темные глаза все еще излучали сонное тепло.</p>
     <p>— Не мешало бы вам умыться, Стэнтон, — заметила она Дэвису и, обернувшись к Уэмплу, добавила: — И вы тоже хороши, Джим. Вы оба ужасно чумазые.</p>
     <p>— Погодите, пока доберемся до Тэмпико, и вы будете не чище. Готовы?</p>
     <p>— Сейчас Хуанита уложит мой чемоданчик.</p>
     <p>— Ради бога, Бет, не теряйте времени! — воскликнул Уэмпл. — Бегите и хватайте самое необходимое.</p>
     <p>— Пора, пора в дорогу! — пропел Дэвис. — Быстро! Быстро! Чарли, выбирайте ружье, какое вам по душе. Захватите и для нас парочку.</p>
     <p>— Дело настолько серьезно? — спросила мисс Дрэксел.</p>
     <p>Оба кивнули.</p>
     <p>— Мексиканцы сорвались с цепи, — объяснил Дэвис. — Почему они сюда не заглянули, ума не приложу.</p>
     <p>Какое-то движение в соседней комнате насторожило его.</p>
     <p>— Кто там? — крикнул он.</p>
     <p>— Да это же миссис Морган, — ответила Бет.</p>
     <p>— О боже! Уэмпл, я ведь про нее совсем забыл, — простонал Дэвис. — Что же нам с ней-то делать?</p>
     <p>— Бет пусть идет пешком, а клячи по очереди потащат эту даму.</p>
     <p>— В ней сто восемьдесят фунтов, — рассмеялась мисс Дрэксел. — Ау, Марта, поторопитесь! Мы вас ждем, поpa отправляться! — Из-за перегородки донеслось приглушенное бормотание, затем выкатилась очень низенькая, тучная и суетливая женщина средних лет.</p>
     <p>— Я совсем не могу ходить пешком, — пожаловалась она. — Уж вы, мальчики, меня и не просите, все равно толку не будет. Мне и полмили не пройти, даже под страхом смерти, а до реки целых шесть по дрянной дороге.</p>
     <p>Они в отчаянии смотрели на нее.</p>
     <p>— Тогда вы поедете верхом, — сказал Дэвис. — Идемте, Чарли. Оседлаем обеих лошадей.</p>
     <p>По дороге сквозь тропические заросли впереди шли мисс Дрэксел и ее горничная, индианка Хуанита; Чарли, с тремя винтовками на плечах, замыкал шествие, а в середине Дэвис и Уэмпл маялись с миссис Морган и двумя облезлыми одрами. Один из них, чубарый, принимался хрипеть всякий раз, как на него сажали миссис Морган, и хрипел до тех пор, пока его не освобождали от этого солидного груза. Другой одер, покрытый коростой гнедой, когда приходила его очередь везти миссис Морган, неизменно ложился, пройдя четверть мили.</p>
     <p>Мисс Дрэксел смеялась, шутила и подзадоривала других, а Уэмпл чуть не силой заставлял миссис Морган идти пешком каждую третью четверть мили. В конце первого часа пути гнедой упал и больше не поднялся, пришлось его бросить. Теперь миссис Морган четверть мили ехала на лошади, и потом столько же шла пешком, вернее, не шла, а, поддерживаемая с обеих сторон, кое-как ковыляла на своих до смешного маленьких ножках.</p>
     <p>В миле от реки дорога стала получше, она проходила здесь вдоль банановой плантации, раскинувшейся на тысячу акров.</p>
     <p>— Участок Парслоу, — сказал Чарли Дрэксел. — Теперь он потеряет весь урожай из-за этой неразберихи.</p>
     <p>— Ой, посмотрите, что тут такое! — крикнула им мисс Дрэксел.</p>
     <p>Они догнали ее и увидели на дороге отпечатки автомобильных шин.</p>
     <p>— Первая машина в этих местах, — уверенно заявил Чарли.</p>
     <p>— Да вы обратите внимание на след, — не унималась его сестра. — Наверное, машина выехала прямо из банановой рощи и взобралась на откос.</p>
     <p>— Чудо, а не машина, если она сумела вскарабкаться на такой откос! — иронически заметил Дэвис. — На самом-то деле она съехала с него. Слетайте-ка на разведку, Чарли, пока мы сгружаем миссис Морган с ее норовистого рысака. В этих бананах ни одна машина далеко не уйдет.</p>
     <p>Чубарый держался мужественно все время, пока его освобождали от груза, потом глубоко вздохнул и рухнул наземь. Миссис Морган тоже вздохнула, села прямо на дорогу и горестно посмотрела на свои крохотные ножки.</p>
     <p>— Не ждите меня, мальчики, — сказала она. — Может быть, у реки вы найдете какую-нибудь повозку и пришлете за мной.</p>
     <p>Но не успели они и рта раскрыть, чтобы с негодованием отвергнуть этот план, как вдруг внизу, среди зеленого моря бананов, раздалось фырканье мотора. По треску выхлопной трубы они поняли, что на ней нет глушителя. Огромные листья бананов тряслись, будто по стволам колотил невидимый гигант. Слышно было, как переключались передачи и машина подавалась то вперед, то назад; наконец, минут пять спустя, из стены зелени вырвался длинный и приземистый черный автомобиль и с ходу взлетел было на песчаный откос, однако грунт оказался слишком сыпучий, и, одолев всего две трети подъема, смущенный Чарли Дрэксел вынужден был затормозить, но земля поползла из-под колес, и машина по своим же следам покатилась вниз и опять почти наполовину скрылась в зарослях.</p>
     <p>— Расчудесная машина! — пропела мисс Дрэксел, вспомнив популярную песенку, и захлопала в ладоши. — Ну, Марта, ваши мучения кончились.</p>
     <p>— Шестицилиндровый и, похоже, совсем новенький — чтоб мне никогда больше не сесть в машину, если я не прав! — сказал Уэмпл и обернулся к Дэвису за подтверждением. Дэвис кивнул. — Это машина Элисона, — пояснил он. — Кампос стал требовать у него денег взаймы, ну и… Вы же знаете Элисона: он выгнал Кампоса вон. А тот в отместку реквизировал его новый автомобиль. Это случилось позавчера, еще до того, как мы ударили по Вера-Крус. Вчера Элисон говорил мне, что, по самым последним сведениям, машину погрузили на пароход, направлявшийся вверх по реке. И вот видите, куда ее засадили. Но давайте все-таки попробуем ее вытащить.</p>
     <p>Трижды Чарли Дрэксел пытался выехать наверх — и все неудачно: грунт был очень мягкий, а подъем слишком крутой.</p>
     <p>— Силы у нее хоть отбавляй, — уверял Чарли. — Да вот колеса буксуют в этой каше.</p>
     <p>Они уже разостлали на земле найденные в машине плащи. Теперь мужчины сбросили пиджаки, а Уэмпл, кроме того, расседлал чубарого и, чтобы колеса меньше скользили, разложил в образовавшиеся колеи потник, уздечку, подпруги и ремни от стремян. Автомобиль рывком взлетел на предательский склон, забуксовавшие было колеса впились в набросанную одежду и сбрую, и, чуть помедлив, словно в нерешительности, машина перевалила через гребень откоса и выехала на дорогу.</p>
     <p>— Вот это машина, я понимаю! — ликовал Дрэксел. — Да она, чертовка, и на стену вскарабкается, только бы ей за что-нибудь зацепиться!</p>
     <p>— Надо поставить на место глушитель, если не хотите играть в пятнашки с каждым солдатом в округе, — распорядился Уэмпл, вместе с остальными водворяя в автомобиль миссис Морган.</p>
     <p>Дорога на голландский промысел вела через окраину города Пануко. Женщины — индианки и метиски — бесстрастно глядели на невиданную повозку, дети возвещали о ее продвижении восторженными криками, собаки — отчаянным лаем. В одном месте, когда они проезжали мимо длинного ряда привязанных федералистских лошадей, их окликнул часовой, но Уэмпл только бросил: «Прибавь газу!» — и машина понеслась по разбитой дороге со скоростью пятидесяти миль в час. Вслед им хлестнул выстрел. Но вскрикнула миссис Морган совсем не поэтому. Вырытые свиньями на дороге глубокие ямы были до краев наполнены грязью и потому почти незаметны. Не успел Дрэксел затормозить, как сильный толчок едва не выбил руль у него из рук.</p>
     <p>— Удивительно, как еще ось выдержала, — буркнул Дэвис. — Поезжайте дальше, Чарли, да не гоните так. Нам ничего больше не грозит.</p>
     <p>Они подкатили к домикам голландского промысла, и тут-то начались настоящие неприятности. Парохода с беженцами у Асфодельской пристани уже не было. Катер исчез вместе с телом Питера Тонсбурга, а куда и каким образом, — этого управляющий промыслом не знал, и ему явно хотелось от них избавиться.</p>
     <p>— Я вынужден считаться с владельцами, — сказал он. — Наша скважина — самая крупная в Мексике, вы сами знаете: она может давать ежедневно сто восемьдесят пять тысяч баррелей нефти. Я не имею права ею рисковать. Мы с мексиканцами не ссорились. Это все вы, американцы. Если вы останетесь здесь, мне придется вас защищать. И все равно я ничего сделать не смогу. Они перебьют нас всех и вдобавок уничтожат скважину. А если они подожгут ее, запылает весь промысел Эбаньо. Пласт слишком разрушен. Мы сейчас получаем только двадцать тысяч баррелей, и сокращать добычу больше нельзя. И так нефть уже просачивается наверх рядом с трубой. Мы не можем ввязываться в драку. Мы должны продолжать работу.</p>
     <p>Дэвис и Уэмпл кивнули. Спорить было нечего: этот человек рассуждал бессердечно, но он был по-своему прав.</p>
     <p>Когда управляющий понял, что они и не собираются настаивать, хмурое, испуганное лицо его просветлело.</p>
     <p>— Машина у вас хорошая, — продолжал он. — Через Пануко вы переправитесь, там есть паром, а на северном берегу мятежников не так уж много. Да вы будете в Тэмпико еще раньше парохода. Дождя давно не было.</p>
     <p>Дорога, наверно, совсем не плоха.</p>
     <p>— Все это хорошо, — заметил Дэвис, когда они подъезжали к Пануко, — только вот беда: дорога на том берегу не рассчитана на автомобили, и тем более такие длинные, как наш. Лучше бы он был четырех, а не шестицилиндровый.</p>
     <p>— На четырехцилиндровом не просто было бы одолеть тот подъем у Алисо, где дорога петляет над самой рекой, — возразил Уэмпл.</p>
     <p>— А мы его одолеем на шестицилиндровом или уж загубим машину, а она совсем недурна, — со смехом сказала Бет Дрэксел.</p>
     <p>Они влетели в Пануко на всей скорости, какую можно было развить на изрезанной колеями дороге, и, обогнув стороной кавалерийские казармы, помчались по городу, делая головокружительные повороты под неистовое кудахтанье кур и собачий лай. На пути к парому им пришлось проехать краем большой рыночной площади в самом центре города. Солдаты, которые дремали, греясь на солнце, или толпились вокруг войсковых лавчонок, осоловело вытаращили глаза на проносившуюся мимо машину. Какой-то пьяный майор заорал из дверей трактира, спрашивая пароль, и начал крикливо командовать, и, когда площадь уже осталась позади, до них долетел хорошо знакомый многоголосый клич: «Смерть гринго!»</p>
     <p>— Если поднимется стрельба, женщинам лечь на дно! — приказал Дэвис. — А вот и паром. Осторожнее, Чарли.</p>
     <p>По выемке, такой крутой, что она больше походила на обрыв, машина скатилась прямо к воде, сильно ударилась о сходни, подпрыгнула и очутилась на пароме. Он был только чуть длиннее автомобиля, и Дрэксел, заметно взволнованный (еще бы немного — и поминай, как звали!), сумел остановиться лишь у самого бортика.</p>
     <p>Паром ходил по канату и приводился в движение бензиновым мотором, и, пока Уэмпл отдавал чалку, Дэвис быстро осмотрел двигатель. Мотор завелся с третьего оборота. Дэвис включил лебедку, и она начала выбирать со дна трос.</p>
     <p>Они были уже на середине реки, когда на берег, только что оставленный ими, вылетели десятка два всадников и открыли беспорядочную стрельбу. Все укрылись за машиной и слушали, как изредка взвизгивали рикошетом ударявшиеся о паром пули. В машину попало лишь один раз.</p>
     <p>— Эй, вы что это задумали? — спросил вдруг Уэмпл Дрэксела, который приподнялся, вытаскивая из машины винтовку.</p>
     <p>— Хочу показать этим негодяям, как надо стрелять, — ответил тот.</p>
     <p>— Нет уж, не надо, — сказал Уэмпл. — Мы здесь не для драки, с нами женщины, нужно доставить их в Тэмпико. — Он вспомнил слова Питера Тонсбурга. — Кому-кому, а нам сейчас надо жить, Чарли, такое наше дело. Погибнуть может каждый. А в такое время — тем более.</p>
     <p>Все еще под огнем они причалили к северному берегу, и после того, как Дэвис забросил в воду запальную свечу с паромного мотора и реквизировал остатки бензина — десять галлонов, одним махом взлетели на крутой песчаный откос.</p>
     <p>— Вы только посмотрите, как она лезет в гору! — ликовал Дрэксел. — Что нам теперь этот подъем у Алисо! Мы и ему бока наломаем.</p>
     <p>— Дело не в подъеме, а в крутых поворотах, — ответил Дэвис. — Там есть один такой — как бы у нас самих бока не затрещали. Эта дорога не для автомобилей, и ни разу еще ни одна машина здесь не проходила. Нашу ведь завезли сюда пароходом.</p>
     <p>Но неприятности начались еще раньше, чем они добрались до Алисо. Дорогу вдруг пересекла небольшая ложбина с крутыми склонами, по другую сторону которой сразу начиналась полоса сыпучего песка в сто ярдов длиной. Без разгона автомобиль неминуемо увяз бы в песке, поэтому Дрэкселу ничего не оставалось, как проскочить ложбину, не замедляя хода. Уэмпл успел подхватить мисс Дрэксел, которая едва не вылетела из машины. Миссис Морган, слишком тяжеловесная для таких полетов, вскрикнула, больно ударившись обо что-то, и даже невозмутимая Хуанита начала быстро-быстро креститься и бормотать молитвы.</p>
     <p>Выбравшись из ложбины, автомобиль врезался в песок и, ерзая и виляя из стороны в сторону, двигался все медленнее и медленнее. Мужчины спрыгнули и принялись ему помогать. Мисс Дрэксел вытолкнула Хуаниту и сама соскочила следом, но машина застряла окончательно. Чарли Дрэксел оглянулся и показал назад. Там, в четверти мили от них, скакал верхом на лошади солдат-конституционалист, а ближе, на склоне ложбины, который они только что миновали, дорога в одном месте обвалилась. Похоже, они попали в западню.</p>
     <p>— Чтобы одолеть этот песок, нужно снова разогнать машину, а назад перебраться — свалишься в яму, — сказал Дрэксел.</p>
     <p>Огромная, двадцати футов глубиной, яма с какой-то слизью на дне была похожа на естественный грязевой отстойник.</p>
     <p>Дэвис и Уэмпл бросились к рулю, чтобы сменить Дрэксела.</p>
     <p>— И у вас ничего не получится, — настаивал тот. — Если задние колеса пройдут мимо ямы, тогда переднее сорвется с кромки вон на том закруглении. А если направить переднее дальше от края, — заднее угодит в яму.</p>
     <p>Они тщательно прикинули все, потом взглянули друг на друга.</p>
     <p>— Надо суметь, — сказал Дэвис.</p>
     <p>— Что ж, попробуем. — Уэмпл дружески оттолкнул соперника и без колебаний сел за руль. — машину мы ведем одинаково, Дэвис. А вот стреляете вы лучше. Вы нас прикроете с тыла: не подпускайте близко этих разбойников, палите, как только они появятся.</p>
     <p>Дэвис взял винтовку и двинулся назад с таким зловещим видом, что одинокий кавалерист дал коню шпоры и ускакал. Миссис Морган, которой помогли вылезти из машины и велели идти вперед, беспомощно заковыляла туда, где кончался песок. Мисс Дрэксел и Хуанита вместе с Чарли разостлали на песке плащи и пиджаки, а затем принялись обламывать чахлые придорожные кустики и раскладывать на дороге пучки прутьев, ветки и охапки хвороста. Но лишь только Уэмпл тронул машину, все трое бросили свое дело и стали смотреть, как он, пятясь, скатился в ложбину и начал взбираться по противоположному склону. Автомобиль задрал кверху сперва нос, потом зад, качнулся, словно пьяный, и чуть не опрокинулся в яму, когда правое переднее колесо повисло в воздухе. Но задние колеса уже нашли опору, и машина выползла наверх.</p>
     <p>И тотчас Уэмпл помчался вниз, набирая скорость на опасном склоне, вылетел из ложбины и проехал по песку на пятьдесят футов дальше, чем в первый раз. Почва в ложбине была наносной, и теперь дорога обвалилась еще больше, но Уэмпл снова пересек ложбину задним ходом, как и раньше, пронеся переднее колесо по воздуху, и снова помчался обратно, на песок. Четыре раза повторил он этот маневр, с каждым броском проезжая дальше вперед, но и яма после каждой попытки делалась все шире, а дорога все сужалась, так что мисс Дрэксел наконец не выдержала и стала умолять Уэмпла не рисковать больше.</p>
     <p>Он показал на группу всадников, летевших во весь опор в миле позади них, и еще раз перебрался задним ходом через опасное место.</p>
     <p>— Эх, если бы нам еще тряпья какого-нибудь! — пожаловался Чарли сестре, кидая на дорогу тощую, с трудом собранную охапку сухих веток.</p>
     <p>И тут машина взревела и опять стремительно ринулась вниз. На какую-то долю секунды показалось, что огромный автомобиль опрокинется в яму, но миг — и яма позади. Машина с разгона сильно ударилась о дно ложбины, отскочила и пробкой вылетела наверх. И тут мисс Дрэксел охватило то ли вдохновение, то ли отчаяние — она сорвала с себя плисовую дорожную юбку и, гибкая и стройная, как мальчишка, в одних шелковых изящных штанишках, побежала к машине и бросила юбку под медленно вращавшиеся на песке колеса. Автомобиль почти совсем уже остановился, затем, обретя опору, снова двинулся вперед и, подталкиваемый бегущими рядом людьми, выехал на твердую дорогу.</p>
     <p>Едва они успели подобрать плащи, пиджаки и юбку и втащить в машину миссис Морган, как их нагнал Дэвис.</p>
     <p>— Ложитесь на дно! Все ложитесь! — закричал он, вскочил на подножку, и машина понеслась.</p>
     <p>Сзади раздались беспорядочные выстрелы.</p>
     <p>— Кому жизнь дорога — пригнись! — гаркнул Дэвис в ухо Уэмплу и для убедительности с маху хлопнул его по плечу.</p>
     <p>— Сам поберегись, — проворчал Уэмпл, однако послушно пригнулся. — Ниже голову. Не торчите на виду.</p>
     <p>Погоня продолжалась недолго, вдали треснул еще один выстрел, для острастки, и все стихло.</p>
     <p>— Отвязались, — сказал Дэвис. — Этим дурням и невдомек, что они еще могли бы сцапать нас на горе Алисо.</p>
     <p>— Нет, здесь не проехать, — с юношеской скоропалительностью решил Чарли; они остановили машину на затяжном подъеме у Алисо и осматривали крутой поворот. Внизу под обрывом неслась река.</p>
     <p>— Вылезайте все! — приказал Уэмпл. — Идите в гору пешком, если не хотите, чтобы машина опрокинулась на вас. Будете, где нужно, подкладывать тряпки под колеса.</p>
     <p>— Двигайтесь вперед или назад, только не стойте на месте, — тихо сказал ему Дэвис, который стоял у самой кромки обрыва. — Земля так и ползет из-под колес.</p>
     <p>— Отойдите подальше! Не свалиться бы мне вам на макушку, — предупредил Уэмпл, отъехав на несколько ярдов.</p>
     <p>Но едва машина на минуту задержалась, как рыхлая, сухая земля начала рассыпаться под ее тяжестью и крохотными лавинами скатываться по круче в воду. Уэмпл вынужден был спуститься задним ходом вниз по узкому карнизу на целых пятьдесят ярдов и только здесь смог без риска остановить машину. Затем он прошел вперед и еще раз внимательно осмотрел поворот, где дорога изламывалась под острым углом. Вместе с Дэвисом они наметили план действий.</p>
     <p>— Действуйте быстро, — напутствовал его Дэвис. — Если остановитесь где-нибудь больше чем на две-три секунды, — дело дрянь, купание будет не из приятных.</p>
     <p>— Машина боевая, она-то не подведет. Видите вон там, на внутренней стороне дороги, твердый пласт? Лучшей отметки не придумаешь. Если я не загоню машину задним ходом хотя бы до середины этого пласта, значит, в следующий миг мы полетим вниз.</p>
     <p>— Машина сильная, — успокоил Дэвис. — Я знаю эту марку. Если уж ей что не по зубам, так вообще никакой автомобиль на это не способен. Верно, Бет?</p>
     <p>— Да, машина — молодец, храбрая чертовка, и вы оба тоже… м-м, то есть, конечно, в мужском роде! — со смехом подтвердила мисс Дрэксел.</p>
     <p>Никогда еще она не казалась им такой очаровательной, как теперь: взволнованная, она забыла, что не совсем одета, ее каштановые волосы развевались, глаза блестели, на губах играла улыбка. После минутного замешательства они вдруг поймали себя на том, что оба любуются ею, вздохнули украдкой, обменялись взглядом и, поняв друг друга, поспешили каждый к своему делу.</p>
     <p>Уэмпл сел за руль и, как всегда, стремительно погнал машину в гору, но теперь и стремительность его была точно рассчитана; Дэвис, пренебрегая опасностью, вскочил на подножку со стороны обрыва, чтобы своим весом увеличить немного сцепление широких колес с ненадежной почвой. Если бы кромка дороги обвалилась, опрокинувшийся автомобиль, падая в реку, раздавил бы его.</p>
     <p>Вперед — назад, вперед — назад, и лишь мгновенные остановки, чтобы переключить скорость. Уэмпл, дав задний ход, взбирался до примеченного им твердого пласта на откосе так, что машина, казалось, делала стойку, потом гнал ее вперед, пока земля под передними колесами не начинала отваливаться и шлепаться в воду. Дэвис спрыгивал с подножки и снова оказывался на ней, когда было нужно, ни на шаг не отставая от машины в ее странном, скачкообразном движении вперед, подбрасывал под колеса плащи и пиджаки, успевал отдавать приказания Чарли, занятому той же работой с другой стороны машины, и время от времени покрикивал на мисс Дрэксел, чтобы держалась подальше.</p>
     <p>— Расчудесная машина, расчудесная машина, расчудесная моя! — невнятно, как заклинание, бормотал Уэмпл. борясь с машиной на узком карнизе; иногда он выигрывал несколько дюймов при маневрировании, поднимаясь задним ходом точно до отметки, достигнутой им ранее, а один раз, когда он забрался выше полотна дороги, автомобиль сполз боком вниз, и целых два фута было потеряно.</p>
     <p>Лишь после того как Бет захлопала в ладоши, до сознания Дэвиса наконец дошло: подвиг совершен; повернувшись на подножке, он увидел, что автомобиль задним ходом выбирается уже на прямую дорогу за поворотом; а Уэмпл все так же исступленно продолжал напевать: «Расчудесная машина, расчудесная машина!»</p>
     <p>Между ними и Тэмпико не оставалось больше ни тяжелых подъемов, ни слишком крутых поворотов, но древняя дорога была настолько узка, что, прежде чем они смогли развернуться, им пришлось пятиться еще две мили. Но препятствие на пути в Тэмпико все же было и нешуточное — войска конституционалистов, осаждавших город. Однако в полдень им посчастливилось встретить трех американских солдат-пулеметчиков, которые служили наемниками в войсках, сражавшихся против Вильи, и воевали с самого начала наступления от Техасской границы. Под белым флагом Уэмпл провел машину через ничейную полосу в расположение федералистов, и тут им опять повезло: они встретили того же самого вездесущего немецкого морского офицера.</p>
     <p>— По-моему, вы сейчас едва ли не единственные американцы в Тэмпико, — сказал он им. — Остальные почти все перебрались на различные корабли, только в Южной гостинице еще живут несколько человек. Но страсти как будто уже начинают остывать.</p>
     <p>Они остановились у Южной гостиницы. Дэвис вышел и положил руку на капот машины.</p>
     <p>— Молодец, старушка! — тихо сказал он.</p>
     <p>Уэмпл последовал его примеру. Оба они посмотрели на мисс Дрэксел, которая хотела было что-то оказать, но глаза ее вдруг наполнились слезами, и, отвернувшись, она ласково погладила машину и тоже повторила:</p>
     <p>— Молодец, старушка!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Кpacнoe божество</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Принцесса</p>
     </title>
     <p>В зарослях, непринужденно развалясь около весело горевшего костра, сидел человек. В нем было что-то беззаботное и вместе с тем ужасное. Эта полоса редкого леса между железнодорожной насыпью и речным берегом — излюбленное пристанище бродяг. Но человека, сидевшего у костра, нельзя было назвать бродягой. Он так опустился, что ни один уважающий себя бродяга не сел бы с ним рядом у одного костра. «Кот», только вышедший на «дорогу», — еще присел бы, пожалуй, но и он тотчас ушел бы, раскусив, с кем имеет дело. Даже самые ничтожные подонки и попрошайки, смерив его беглым взглядом, прошли бы мимо. Закоренелый бродяга, пара мелких воришек или малолетняя шпана с «дороги», может быть, и не погнушались бы переворошить его лохмотья, чтобы посмотреть, не завалялся ли там какой-нибудь случайный пенни или цент, и затем, дав хорошего пинка, толкнули бы его в темноту. Даже последний пьянчужка счел бы себя стоящим неизмеримо выше его.</p>
     <p>Этот опустившийся бродяга и пропойца настолько утратил уважение к себе, что не мог рассердиться на Кого-нибудь, он настолько потерял чувство собственного достоинства, что довольствовался объедками с помойки. Выглядел он действительно ужасно. Ему могло быть и шестьдесят лет и девяносто. На его одежду не польстился бы и старьевщик. Рядом с ним лежал развязанный узел, представлявший собой рваную куртку, из которой виднелась почерневшая от дыма банка из-под томатного сока, пустая искореженная жестянка из-под сгущенного молока, обрезки мяса в коричневой оберточной бумаге — вероятно, подачка какого-нибудь мясника — морковка, раздавленная колесом фургона, три заплесневелых, гнилых картофелины и, наконец, надкусанная с одного края сдобная булочка, покрытая комками грязи и добытая, очевидно, из канавы.</p>
     <p>Лицо этого человека покрывала большая борода, грязно-серая и годами не подстригавшаяся. Вообще-то она, вероятно, была белой, но стояло лето и давно не было дождей, которые могли бы смыть с нее грязь. Можно было подумать, что лицо его в свое время искалечила ручная граната. Нос, деформированный после перелома, был лишен переносицы, одна ноздря, размером с горошину, смотрела вниз, другая — с яйцо воробья, подымалась кверху, Один глаз, нормальной величины, тусклый и мутный, был так сильно навыкате, что, казалось, сейчас выскочит; он слезился обильно и непрерывно, как у старика, другой — чуть побольше, чем глаз белки, — поблескивал, кося в волосатом рубце под обезображенной бровью. К тому же у него не было одной руки.</p>
     <p>И все же он не унывал. Единственной рукой бродяга почесывал бок, и на лице его было написано чувственное удовольствие. Он поковырял в объедках, задумался и вытащил из внутреннего кармана куртки двенадцатиунцевую аптечную склянку. В ней находилась бесцветная жидкость, при виде которой его маленький глаз загорелся и стал бегать быстрее. Бродяга взял банку из-под томата, спустился по тропинке к реке и принес в ней мутноватую воду. В жестянке из-под сгущенного молока он приготовил смесь, состоявшую на две трети из жидкости, находившейся в склянке, и на одну треть — из воды. Бесцветная жидкость была аптечным спиртом, который на жаргоне бродяг называется «алки».</p>
     <p>Но бродяга не успел выпить свою смесь: его встревожили чьи-то неторопливые шаги со стороны железнодорожной насыпи. Он осторожно поставил банку на землю между ног, накрыл ее шляпой и стал напряженно ждать.</p>
     <p>Из мрака появился такой же грязный оборванец, как и он. Ему можно было дать лет пятьдесят, а то и шестьдесят. Он был карикатурно толст. Его буквально распирало во все стороны. Весь од состоял из одних выпуклостей. Шишковатый нос величиной и формой напоминал турнепс. У него были набухшие веки, а голубые глаза таращились, словно собирались выскочить. Одежда на нем трещала во многих местах, не выдерживая толщины его тела. Резинки гетр лопнули под напором жира; ноги от самых икр колонной переходили прямо в ступни. Он тоже был однорукий. На плече у бродяги висел потертый узелок, заскорузлый от грязи последнего ночлега. Толстяк приближался с осторожностью, но, увидев, что человек у костра не представляет опасности, подошел к нему.</p>
     <p>— Здорово, дед! — приветливо сказал Толстяк, но внезапно осекся и внимательно посмотрел на зияющую ноздрю старого бродяги. — Скажи-ка, Бородач, как ты защищаешь свою ноздрю от ночной росы?</p>
     <p>Бородач пробурчал что-то несвязное и плюнул в огонь, давая понять, что этот вопрос не доставил ему особого удовольствия.</p>
     <p>— В самом деле, — хихикнул Толстяк, — ведь так и утонуть можно, если выйдешь в дождь без зонтика!</p>
     <p>— Хватит, Толстяк, хватит, — устало пробормотал Бородач, — все равно нового ничего не придумаешь. Даже «быки» угощают меня этим.</p>
     <p>— Но выпить, я надеюсь, ты можешь? — Толстяк смягчился и, приглашая Бородача, стал проворно развязывать единственной рукой свой потрепанный заплечный мешок.</p>
     <p>Он извлек оттуда двенадцатиунцевую склянку с «алки». Но тут его встревожили чьи-то шаги, послышавшиеся на железнодорожной насыпи. Толстяк поставил склянку на землю между ног и накрыл ее шляпой.</p>
     <p>Вновь подошедший кое-чем отличался от них, но был тоже однорук. Отталкивающе мрачный, он вместо приветствия лишь пробурчал что-то невнятное.</p>
     <p>Костлявый, тощий, с землистым лицом мертвеца, он напоминал одного из кошмарных стариков, рожденных воображением Гюстава Доре <a l:href="#n_874" type="note">[874]</a>, и вызывал чувство неприязни. Его тонкогубый, беззубый рот походил на шрам, а крупный изогнутый нос смыкался почти вплотную с подбородком и напоминал крючковатый клюв хищной птицы. Его единственная тощая и искривленная рука загибалась наподобие когтя. Серые бусинки-глаза, тусклые и немигающие, были пусты и безжалостны, как сама смерть. В нем чудилось что-то зловещее, может быть, поэтому Бородач и Толстяк инстинктивно подвинулись ближе друг к другу, как бы объединяясь против возможной угрозы, которую они почувствовали в пришельце. Улучив подходящий момент, Бородач украдкой придвинул увесистый камень на случай защиты и прикрыл его рукой. Толстяк сделал то же самое.</p>
     <p>Теперь оба они сидели, облизывая пересохшие губы и испытывая неловкость и смущение: страшный пришелец сверлил их своими тусклыми глазами и смотрел то на одного, то на другого, то на приготовленные камни.</p>
     <p>— Ха! — усмехаясь, процедил он так зловеще и угрожающе, что Бородач и Толстяк невольно взяли свое первобытное оружие.</p>
     <p>— Ха! — повторил он, проворно засунув свой птичий коготь в боковой карман куртки. — Куда вам, дешевым пройдохам, тягаться со мной?</p>
     <p>Коготь вынырнул из кармана, зажав шестифунтовый железный кастет.</p>
     <p>— Да мы и не собираемся ссориться с тобой, Тощий, — пробормотал Толстяк.</p>
     <p>— А как ты смеешь, черт возьми, называть меня Тощим? — прорычал он.</p>
     <p>— Я? Поскольку я Толстяк… И раз мне никогда в жизни не приходилось тебя встречать…</p>
     <p>— А вон тот, наверное, Бородач? Ну и фонарь же ему зажгли над бровью, а нос-то, прости господи, на морде так и гуляет!</p>
     <p>— Полно, полно, — пробормотал примирительно Бородач, — всякая рожа годится, особенно в наши годы. Все говорят мне одно и то же и что я в зонтике нуждаюсь, чтобы в дождь не утонуть, и все тому подобное. Я ведь наизусть это знаю.</p>
     <p>— Я не люблю компании, не привык к ней, — угрюмо пробурчал Тощий, — а потому, если вы собираетесь здесь околачиваться, то будьте поосторожнее.</p>
     <p>Он извлек из кармана сигарный окурок, который, вероятно, нашел на улице, и собрался было взять его в рот, но передумал, грозно посмотрел на соседей и развязал свой узел. Он достал из него аптечную склянку с «алки».</p>
     <p>— Ладно уж, — пробормотал Тощий, — придется и вам дать, хоть мне и самому не хватает, чтобы выпить как следует.</p>
     <p>Что-то напоминающее довольную улыбку пробежало по его сухому лицу, когда те двое с достоинством приподняли с земли свои шляпы, демонстрируя собственное богатство.</p>
     <p>— Вот, разбавь, — сказал Бородач, протягивая ему банку из-под томата с мутной речной водой. — Правда, выше по течению находится сток, — прибавил он виновато, — но они говорят…</p>
     <p>— Чепуха, — огрызнулся Тощий, приготовляя смесь, — мне в свое время еще и не такое приходилось пить.</p>
     <p>Однако, когда напиток был готов и каждый единственной рукой поднял свою жестянку, три существа, бывшие когда-то людьми, вдруг замерли в нерешительности, и это внезапное смущение явственно показало, что некогда у них были иные привычки.</p>
     <p>Бородач первым дерзнул нарушить молчание.</p>
     <p>— В былые времена я пил и потоньше напитки, — похвастался он.</p>
     <p>— Из оловянной кружки? — усмехнулся Тощий.</p>
     <p>— Из серебряного бокала, — поправил Бородач. Тощий испытующе посмотрел на Толстяка, тот кивнул головой.</p>
     <p>— Ты сидел ниже солонки <a l:href="#n_875" type="note">[875]</a>, — сказал Тощий.</p>
     <p>— Нет, выше, — ответил Толстяк. — Я родился аристократом и никогда не путешествовал вторым классом. Или уж первым, или на палубе: не люблю середины.</p>
     <p>— А ты? — спросил Бородач Тощего.</p>
     <p>— Я разбивал бокал в честь королевы, да хранит господь ее величество, — произнес Тощий с пафосом, без обычного ворчания.</p>
     <p>— В буфетной? — съехидничал Толстяк.</p>
     <p>Тощий сжал свой кастет, Бородач и Толстяк взялись за камни.</p>
     <p>— Ну, не стоит горячиться, — сказал Толстяк, кладя свое оружие. — Мы не какая-нибудь шантрапа. Мы джентльмены. Так выпьем, как подобает джентльменам.</p>
     <p>— По-настоящему, — одобрил Бородач.</p>
     <p>— До потери сознания, — подхватил Тощий.</p>
     <p>— Да, немало воды утекло с тех пор, как мы были джентльменами, но забудем лучше длинную дорогу, которая осталась позади, и выпьем на сон грядущий, как истинные джентльмены, вспомним юность!</p>
     <p>— Мой отец так и грохал, то есть… пил, — поправился Толстяк; старые воспоминания вытеснили из его речи налет жаргона.</p>
     <p>Двое остальных кивком головы подтвердили, что их отцы также были достойными людьми, и поднесли к губам свои жестянки с «алки».</p>
     <p>Допив содержимое этих склянок, они отыскали в своем тряпье новые. Бродяги заметно обмякли и разгорячились, но не настолько, чтобы разоткровенничаться и назвать свои настоящие имена. Их язык стал чище, жаргонные словечки перестали слетать с их губ.</p>
     <p>— Уж таков мой организм, — пояснил Бородач. — Не многие люди могли бы перенести то, что выдержал я, остаться в живых и спокойно рассказывать об этом. Я никогда не берег себя. Если бы моралисты и физиологи говорили правду, я давно лежал бы в земле. Да и вы оба такие же. Достаточно одного взгляда, чтобы в этом убедиться! В наши преклонные годы мы пьем так, что не уступаем молодым, спим на земле, не боимся ни мороза, ни бури, а между тем не страдаем ревматизмом или воспалением легких, которые и молодых укладывают на больничную койку.</p>
     <p>Он стал готовить вторую порцию смеси, а Толстяк, кивнув головой, продолжал:</p>
     <p>— Ив веселье мы знали толк, и «нежные слова шептали», — вспомнил он строки Киплинга <a l:href="#n_876" type="note">[876]</a>, — и пожили в свое удовольствие, и свет посмотрели…</p>
     <p>— В свое время, — закончил Тощий.</p>
     <p>— Это правда, сущая правда, — подхватил Толстяк, — и принцессы дарили нам свою любовь, по крайней мере мне…</p>
     <p>— Поделись-ка с нами этим, — предложил Бородач. — Ночь еще только начинается, почему бы нам не вспомнить королевские дворцы.</p>
     <p>Толстяк не стал возражать, он откашлялся, думая, как лучше начать.</p>
     <p>— Вы должны узнать, что я родом из приличной семьи… Персивал Делани… да, да. Персивала Делани в свое время нельзя было не знать в Оксфорде. Правда, он славился не успехами в науках, что греха таить, но любой гуляка, проведший там молодые годы, помнит его, если, конечно, жив сейчас.</p>
     <p>— Мои предки явились вместе с Вильгельмом Завоевателем <a l:href="#n_877" type="note">[877]</a>, — перебил его Бородач и протянул Толстяку руку в знак симпатии.</p>
     <p>— А как тебя зовут? — спросил Толстяк. — Я что-то не расслышал.</p>
     <p>— Деларауз, Чонси Деларауз, скажем приблизительно так…</p>
     <p>Они обменялись рукопожатиями и посмотрели на Тощего.</p>
     <p>— Брюс Кэдогэн Кэвендиш, — угрюмо пробормотал Тощий. — Ну, Персивал, повествуй о своей принцессе и королевских дворцах.</p>
     <p>— Да, в юности я был сущим дьяволом, — сказал Персивал. — Я растранжирил состояние, продал дома, объездил весь свет. У меня была хорошая фигура, пока я не растолстел, — поло, участие в различных состязаниях, бокс, борьба, плавание… В Австралии я получал призы за охоту на ланей, ставил рекорды по плаванию на короткие дистанции. Женщины заглядывались на меня, когда я проходил мимо. Женщины! Дай бог им счастья!</p>
     <p>И Толстяк, он же Персивал Делани, этот шарж на мужчину, прикоснулся своей мясистой ладонью к толстым губам и послал звездам воздушный поцелуй.</p>
     <p>— А принцесса… — продолжал он, послав звездам еще один поцелуй, — принцесса была таким же идеалом женщины, как я — мужчины, — пылкая, смелая и безрассудная. Бог мой! В воде она казалась наядой, богиней моря! А если говорить о ее роде, то в сравнении с ней я был, конечно, «парвеню». Ее королевское родословное дерево уходило своими корнями в туманную древность.</p>
     <p>Она не принадлежала к белой расе. Она вся была смугло-золотая, с золотисто-карими глазами, ее иссиня-черные волосы падали до колен, прямые, они на концах слегка вились, — это придает такое очарование волосам женщины! О, в ее роду никто не имел курчавых волос! Она была дочерью Полинезии — горячая, золотистая, женственная королева Полинезии!</p>
     <p>Он замолк и в память о ней поцеловал кончики пальцев, а Тощий, он же Брюс Кэдогэн Кэвендиш, воспользовавшись паузой, не преминул заметить:</p>
     <p>— Хоть ты и не преуспел в науках, но все же приобрел в Оксфорде недурное красноречие!</p>
     <p>— Я пополнил свой лексикон в Южных морях, там я узнал язык любви, — подхватил Персивал.</p>
     <p>— Это случилось на острове Талофа, — продолжал он, — что означает остров Любви, это был ее остров. Ее отец, старый король, разбитый параличом, не подымался с циновок и пил чистый джин; день и ночь, день и ночь он пил с горя. Она, моя принцесса, осталась единственным отпрыском, ее братья погибли во время шторма, возвращаясь на своем сдвоенном каноэ <a l:href="#n_878" type="note">[878]</a> из Самоа. В Полинезии принцессы равноправны с наследниками-мужчинами. Это сущая правда, у них в генеалогическом дереве всегда преобладала женская линия.</p>
     <p>При этих словах Чонси Деларауз и Брюс Кэдогэн Кэвендиш утвердительно закивали головами.</p>
     <p>— А вы, — сказал Персивал, — я вижу, знаете, что такое Южные моря, а поэтому, мне не нужно много говорить для того, чтобы вы оценили всю прелесть моей принцессы, принцессы Туи-Нуи с острова Любви.</p>
     <p>Он еще раз поцеловал в знак памяти о ней кончики пальцев, как следует глотнул из своей жестянки спирта и вновь послал звездам воздушный поцелуй.</p>
     <p>— Но она была застенчива и, кружась около меня, никогда не подходила слишком близко. Только я, бывало, соберусь обнять ее, а принцессы уже и след простыл. Она подарила мне множество восхитительных и дорогих сердцу мук любви, которых мне ни разу не довелось испытать ни до, ни после, — томительное, вечно манящее желание, отвергнутое, но не угасшее по воле богини любви.</p>
     <p>— Каково красноречие, — пробурчал Брюс Кэдогэн Кэвендиш, обращаясь к Чонси Делараузу.</p>
     <p>Но Персивал не обратил на эти слова внимания и, послав звездам новый воздушный поцелуй, продолжал:</p>
     <p>— О, сколько сладких страданий она мне доставила! Она была воплощением пленительного, близкого, недостижимого блаженства. С ней я узнал упоительный ад любви, который не снился и Данте <a l:href="#n_879" type="note">[879]</a>! О, эти опьяняющие тропические ночи под сенью пальм, томный шепот отдаленного прибоя, в котором чудится смутная тайна! Она, моя принцесса, казалось, готова была раствориться в моем желании, но вдруг я слышал ее смех, словно ветка цветущего дерева ударяла по серебряной струне, и моя страсть переходила в безумие.</p>
     <p>Мое состязание с чемпионами острова Талофа явилось первым событием, заинтересовавшим ее. Своим отличным плаванием я вызвал симпатию принцессы. Это было нечто более определенное, чем кокетливая улыбка и застенчивое притворство.</p>
     <p>В тот день мы занимались ловлей осьминогов в коралловых рифах, — не вам объяснять, как это делается. Ныряешь со скалы на пять — десять саженей <a l:href="#n_880" type="note">[880]</a>, словом, на достаточную глубину, и палкой заталкиваешь осьминога в его нору, которую он обычно устраивает в расщелинах рифа. Тут вся трудность состоит в том, чтобы заостренной с обоих концов палкой раздразнить осьминога и заставить его обхватить щупальцами палку и руку. И тогда всплываешь с ним на поверхность и бьешь осьминога по голове, которая находится посередине его тела, а потом бросаешь его в каноэ. И подумать только, что я проделывал!</p>
     <p>Персивал Делани замолк на минуту, его жирное лицо выражало благоговение, в то время как он вспоминал славные дни своей молодости.</p>
     <p>— Как-то раз я выудил осьминога со щупальцами в восемь футов длиной, а нашел я его на глубине пятидесяти футов. Я мог оставаться под водой четыре минуты. Я спускался, привязав для тяжести коралловую глыбу, на глубину в сто десять футов и доставал оттуда зацепившийся якорь. Я мог нырять ногами вперед, мог прыгать в воду с высоты восьмидесяти футов.</p>
     <p>— Хватит, перестань! — сердито проговорил Чонси Деларауз. — Рассказывай нам о принцессе. Вот что волнует старую кровь. Я так ясно представляю ее. Она и впрямь была так хороша?</p>
     <p>Персивал снова поцеловал кончики пальцев, не находя нужных слов.</p>
     <p>— Ведь я сказал вам, что она была истинной дочерью моря, наядой. Как-то раз шхуна принцессы разбилась во время шторма, и она плыла в течение тридцати шести часов, пока ее не подобрали. Я своими глазами видел, как она ныряла на глубину в девяносто футов и возвращалась, держа в каждой руке по жемчужине. Это была необыкновенная женщина! Восхитительная, великолепная! О, я знаю, что если бы Фидий <a l:href="#n_881" type="note">[881]</a> или Пракситель запечатлели дивную красоту ее тела, то получился бы великолепный шедевр.</p>
     <p>В тот же день после ловли осьминогов в рифах я чуть было не заболел от любви к ней. Я впал в безумие. Мы прыгали с большого каноэ и плыли бок о бок в прохладных ослепительных волнах, а она смотрела на меня, и ее взгляд причинял мне танталовы муки. И наконец там, в океане, я почувствовал, что уже не властен над собой, и обнял ее. Она ускользнула из моих рук, как сирена, и я видел, как она смеется, удаляясь от меня.</p>
     <p>Я нырнул вслед за принцессой, но, достигнув дна, она стала ворошить палкой коралловый песок и мутить воду. Это известный трюк, когда надо уйти от акулы. Она пустила в ход этот прием против меня и подняла такой водоворот, что я потерял ее из виду. Принцесса обогнала меня, и, когда я всплыл на поверхность, она, смеясь, забиралась в каноэ.</p>
     <p>Но все-таки это не был отказ. Принцесса есть принцесса. Она взяла меня за руку и попросила выслушать ее. «Давай состязаться, кто поймает больше осьминогов и кто достанет самого крупного и самого маленького», — сказала принцесса. В качестве приза она обещала мне свой поцелуй. И я, разумеется, тут же очертя голову бросился в волны.</p>
     <p>Но я не добыл ни одного осьминога и с тех пор никогда уже больше не занимался их ловлей. Это случилось, когда мы, по всей вероятности, опустились на глубину пяти саженей и, приблизившись к рифам, притаились в своей засаде, карауля добычу. Я как раз отыскал подходящую расщелину и убедился в том, что она пуста, когда почувствовал близость чего-то враждебного. Я повернулся. Рядом со мной находилась гигантская акула длиной футов в двенадцать. Ее глаза горели, как у кошки, и зловеще мерцали, словно падающие звезды. Я понял, что это тигровая акула.</p>
     <p>Не более как в десяти футах справа от меня принцесса нащупывала своей палкой коралловую ветвь; акула стремительно кинулась к ней. Все во мне подчинилось только одному — отвлечь внимание хищника от принцессы. Ведь я, как всякий безумно влюбленный, с радостью готов был сражаться и умереть, а еще лучше — страдать и жить за свою возлюбленную. Вспомните, какой необыкновенной женщиной она была и как я боготворил ее.</p>
     <p>Отчетливо сознавая весь риск этого шага, я дотронулся до бока акулы острым концом своей палки, — так иной раз слегка касаются рукой проходящего мимо знакомого, чтобы обратить на себя внимание. Страшный хищник повернулся ко мне. Вы знаете, что такое Южные моря, и вам, конечно, известно, что тигровая акула так же, как и гризли <a l:href="#n_882" type="note">[882]</a> с Аляски, никогда не отступает. В глубинах океана начался бой, если можно назвать сражением такую неравную борьбу.</p>
     <p>Принцесса, ни о чем не догадываясь, схватила осьминога и поднялась на поверхность. Акула бросилась на меня. Я ударил ее обеими руками по носу над зубастым провалом пасти, а она прижала меня к острому краю кораллового рифа. Шрамы на моем теле остались и по сей день. Как только я пытался встать, она бросалась на меня. Я не мог так долго оставаться под водой без воздуха. Акула бросалась на меня, и я бил ее кулаками по носу. Скорее всего, я вышел бы из борьбы невредимым, если бы моя правая рука не соскользнула прямо в открытую пасть акулы. Она сомкнула челюсти у самого моего локтя. Вы знаете, что такое хватка акулы. Раз сомкнувшись, ее зубы не разжимаются, пока не кончат свое дело. Зубы акулы не могут прокусить большой кости, но она содрала все мясо с моей руки от локтя до самого запястья, и здесь ее зубы сомкнулись. Моя правая рука разожгла ее аппетит.</p>
     <p>Пока она ела правую руку, я глубоко воткнул большой палец левой руки в глазное отверстие акулы и выдавил ей глаз. Но это не остановило ее. Человеческое мясо возбудило аппетит акулы. Она захватила в свою пасть уже и мое окровавленное запястье. Раз шесть я пытался отразить ее нападение при помощи неповрежденной руки. Затем акула схватила мою бедную, искалеченную руку и ободрала мясо от плеча до локтя, где ее зубы сомкнулись вторично. Но в то же время я левой рукой выдавил ее второй глаз.</p>
     <p>Персивал Делани содрогнулся и продолжал:</p>
     <p>— С каноэ видели все случившееся и громко восторгались мной. На острове и сейчас поют обо мне песни и рассказывают легенды. А принцесса… — Пауза была короткой, но многозначительной. — Принцесса вышла за меня замуж… О, дни радости и невзгод! О, карусель времени и изменчивости счастья, превратности судьбы, деревянные башмаки, карабкающиеся в гору, и лакированные каблуки, спускающиеся вниз!.. Французский линкор и покоренное королевство Океания, где сейчас командует грубый солдафон из колониальной жандармерии…</p>
     <p>Толстяк кончил свой рассказ и склонился над жестянкой из-под сгущенного молока; едкая жидкость, которую он жадно проглотил, забулькала у него в горле.</p>
     <p>После некоторого молчания начал свое повествование Чонси Деларауз, он же Бородач:</p>
     <p>— Не все ли равно, где я родился, раз уж я сижу здесь, у этого костра, с кем попало? Скажу только одно: в свое время я тоже был в некотором роде известен. Добавлю лишь, что любовь к лошадям и потворство родителей моим прихотям заставили меня исколесить свет. И я вправе спросить: «Белеют ли еще берега Дувра?»</p>
     <p>— Ха, ха! — усмехнулся Брюс Кэдогэн Кэвендиш. — Ты еще, может быть, спросишь, как здоровье тюремного начальника?</p>
     <p>— Я вытворял все, что вздумается, без всякого ущерба для своего железного организма, — торопливо добавил Бородач. — Мне уже семьдесят, а сколько их, таких же безрассудных и смелых, но более молодых друзей, я похоронил на этой длинной дороге; они не выдержали бродячей жизни. Я испытал в юности много невзгод, я испытываю их и сейчас, когда стал стариком. Но была пора, правда, очень мимолетная, когда я знал лучшую жизнь.</p>
     <p>И сейчас я тоже шлю воздушный поцелуй принцессе моего сердца. Она действительно была полинезийской принцессой и жила в тысяче миль на юго-восток от острова Любви Делани.</p>
     <p>Остров Веселья — так называют этот остров туземцы Южных морей. Но сами жители именуют его островом Тихого смеха. На карте вы встретите старое его наименование, данное мореплавателями в былые времена — Манатомана. Бывалые моряки, избороздившие океан, называли его «Раем без Адама», а миссионеры того времени — «Божьим Свидетелем», так как туземцы легко переходили в лоно христианской церкви. Что касается меня, то этот остров всегда был и останется моим раем.</p>
     <p>Это был воистину мой рай, потому что там жила моя принцесса. На острове правил Джон Азибели Танги. Король был коренным туземцем, происходившим от самой древней и аристократической королевской ветви, которая начиналась от Ману, легендарного предка этого народа. Короля именовали Джоном Вероотступником. Он прожил долгую жизнь и много раз менял религию. Сначала он стал католиком и, нарушив табу, закопал в землю языческих идолов, прогнал жрецов, предал смерти наиболее непокорных из них и повелел своему народу посещать церковь.</p>
     <p>Потом, под давлением купцов-протестантов, потакавших его любви к шампанскому, он выселил католических священников на Новую Зеландию. Большинство его подданных всегда следовало за королем, не исповедуя никакой религии, что вело к распущенности нравов, и миссионеры Южных морей стали отзываться в своих проповедях об острове короля Джона, как о новом Вавилоне.</p>
     <p>Но шампанское купцов оказало пагубное действие на желудок старого короля, и он через некоторое время переметнулся к методистам, снова повелел своим подданным ходить в церковь, очистил побережье от толпы одетых с иголочки торговцев, не позволял купцам курить по воскресеньям трубку на воздухе и как-то оштрафовал одного из крупнейших торговцев на сто соверенов за то, что у него на шхуне собирались в субботу утром мыть палубу.</p>
     <p>Это был период пуританских законов, ставших со временем в тягость и самому королю Джону.</p>
     <p>Однажды он покончил с методистами, выслал несколько сот своих приближенных в Самоа за приверженность к методизму и, наконец, изобрел свою собственную религию, провозгласив себя богом, требующим поклонения.</p>
     <p>Он нашел себе помощника в лице одного ренегата с Фиджи. Это тянулось пять лет. Но затем, может быть, потому, что королю надоело изображать божество, или оттого, что его фаворит бесследно исчез, прикарманив шесть тысяч фунтов из королевской казны, но в конце концов он вторично перешел к методизму, и все его подданные последовали примеру короля, Миссионера-методиста он назначил на пост премьер-министра, что явилось предупреждением для торговой братии. Это восстановило торговцев против короля Джона, они занесли остров в черный список и стали бойкотировать его, что свело доходы королевства к нулю. Народ обнищал, и король не мог занять ни у кого из своих приближенных даже шиллинга.</p>
     <p>К этому времени король начал стареть. Теперь он все чаще философствовал, и в конце концов в нем заговорил голос предков. Король покончил с методизмом, разрешил изгнанникам вернуться с Самоа, вновь призвал купцов, отпустил вожжи в отношении религии, провозгласил всеобщий мир, братство, любовь и высокий тариф, сам же вернулся к вере предков, выкопал из земли идолов, приблизил к себе жрецов и стал соблюдать табу. Все это было на руку купцам — воцарилось благоденствие. Разумеется, большинство подданных последовало примеру короля и возвратилось к язычеству. Но некоторые все же исповедовали католичество, протестантство или методизм, — они собирались в своих убогих церковках. Король Джон смотрел на все это сквозь пальцы, так же как и на процветание купцов на побережье. Он со всем мирился, только бы получать налоги. Король не сказал ни слова даже тогда, когда его жене, королеве Мамаре, вздумалось стать баптисткой и она призвала к себе тщедушного, хромого баптистского проповедника. Но король настоял на том, чтобы странствующие миссионеры жили не за счет казны, а существовали на собственные доходы.</p>
     <p>Ну вот, теперь все нити повествования сплетаются в прекрасный, утонченный узор, именуемый моей принцессой.</p>
     <p>Бородач умолк, бережно поставил на землю до половины наполненную жестянку из-под сгущенного молока, которую машинально вертел в руках во время рассказа, и звучно поцеловал кончики пальцев своей единственной руки.</p>
     <p>— Ее матерью была королева Мамара. Принцесса была изумительной женщиной, не столько полинезийкой Дианой <a l:href="#n_883" type="note">[883]</a>, сколько каким-то небесным существом, вершиной целомудрия. Принцесса напоминала застенчивую фиалку, хрупкую, стройную лилию. Ее глаза излучали тонкий, прозрачный свет, словно нарциссы на неясных полях. Свежая, как высокогорная роза, ласковая, как голубка, она была цветок, утренняя влага на траве, пламень. В ней сливались воедино добро и красота. Религиозная, так же как ее мать, она следовала учению баптистского проповедника Эбенезера Нэйсмита. Но не думайте, что она была бесплотным ангелом. О нет! Она была вершиной женственности, женщиной до мельчайшей частицы своего трепетного существа.</p>
     <p>А я? Я был самым отпетым на побережье, самым отчаянным среди всей этой бесшабашной торговой братии.</p>
     <p>Считалось, что никто лучше меня не играет в покер. Я единственный из всех — белых, мулатов и черных — не боялся переплыть в темноте пролив Куни-Куни. И однажды я перебрался через него глубокой ночью, в бурю. У меня была самая дурная слава на берегу, где вообще не знали, что такое хорошая репутация. Буйный, бесстрашный и грозный, я не знал удержу ни в драке, ни в веселом разгуле. Капитаны торговых шхун имели обыкновение приводить ко мне разных типов с лужеными глотками из самых мерзких дыр Тихого океана. Эта шайка пыталась напоить меня так, чтобы я свалился под стол. Я помню одного сожженного спиртом шотландца с Ново-Гебридских островов. Ну и пьянка же была! Она доконала беднягу. Мы запаковали его в бочку из-под рома и, погрузив на шхуну, отправили домой. Вот сак мы забавлялись на берегу Манатоманы!</p>
     <p>И из всех невероятных вещей что, вы думаете, было самым ошеломляющим? Однажды я посмотрел на принцессу, увидел, как она хороша, и влюбился в нее. Ко мне пришла настоящая любовь. Я стал беспокойным, как заяц в марте, а после совсем обезумел. Подумать только, что может сделать маленькая женщина с таким здоровенным бродягой. Клянусь чертом, это правда! Я стал ходить в церковь. Я очистил свою душу перед богом и не подымал рук — у меня их было тогда две — на береговых гуляк, которые смеялись над моим последним «фокусом» и недоумевали, какого черта я все это затеял.</p>
     <p>Но, верьте мне, я действительно проникся новой верой, страстно и искренно отдавшись религиозному чувству; с той поры я отношусь терпимо к любому вероисповеданию. Я рассчитал своего самого лучшего капитана за безнравственность, а также своего повара, лучшего из всех поваров, когда-либо кипятивших воду на Манатомане. По той же причине я уволил моего старшего клерка. И в первый раз за всю историю колониальной торговли мои шхуны вместе с другим грузом везли на Запад библии. За чертой города, среди манговых деревьев, я выстроил уединенный бунгало, расположившийся по соседству с домиком Эбенезера Нэйсмита. Я сделал миссионера своим близким другом, открыв, что его душа — сосуд, наполненный добротой и мудростью, подобно тому, как пчелиные соты наполнены медом. И вместе с тем он был мужчиной, истинным мужчиной и умер много лет спустя, как подобает мужчине, и я с удовольствием рассказал бы вам об этом, если бы история не была столь длинной.</p>
     <p>Но то, что я совершал благочестивые поступки, в частности построил новую церковь — нашу церковь, церковь королевы-матери, — было скорее заслугой принцессы, а не миссионера.</p>
     <p>«Наша бедная церковь, — сказала мне принцесса однажды вечером, после молитвенного собрания (прошло только две недели со времени моего обращения), — такая маленькая, что число прихожан не может увеличиться. И крыша течет. А король Джон, мой жестокосердный отец, не желает пожертвовать нам ни одного пенни, А средств в казне не хватает. Манатомана не бедная страна. Здесь наживают и тратят много денег. Мне это известно. Я слышала о разгуле на берегу. Всего месяц назад вы в одну ночь оставили на карточном столе больше, чем стоит годовое содержание нашей бедной церкви».</p>
     <p>Я не возражал ей, но заметил, что все это было раньше, до того, как у меня открылись глаза. Я сказал ей, что с тех пор ни разу не пил вина и не брал в руки карт, сказал, что она сейчас же может позвать плотников из числа членов нашей общины, чтобы они поправили крышу. Но принцесса — эта милая святая — мечтала о возрождении веры в новой просторной церкви, где Эбенезер Нэйсмит мог бы читать проповеди.</p>
     <p>«Вы богаты, — сказала она мне, — вы владеете многими кораблями и торгуете с далекими островами, мне сказали, что вы заключили большой контракт на поставку рабочих для немецких плантаций в Уполу. Говорят, что вы здесь самый состоятельный купец после Швейцера. Я бы так хотела, чтобы часть ваших доходов пошла во славу божью. Это было бы благородно, и я гордилась бы, что знакома с вами, с человеком, поступившим так». Я обещал построить новую церковь, где преподобный Эбенезер Нэйсмит прочтет свою проповедь возрождения, которую смогут услышать все желающие.</p>
     <p>«Такую же большую, как католическая?» — спросила принцесса.</p>
     <p>Это был огромный разрушенный собор, построенный в то время, когда весь народ исповедовал католичество. Принцесса хотела от меня очень многого, но я, пламенея от любви, сказал, что воздвигнутая мной церковь будет больше собора.</p>
     <p>«Но она будет стоить много денег, — мне потребуется время, чтобы скопить нужную сумму».</p>
     <p>«Вы так богаты, — возразила принцесса, — говорят, что у вас больше денег, чем у моего отца-короля».</p>
     <p>«Да, но это преимущественно кредит, — сказал я. — Вы не знаете, что это такое. Чтобы рассчитывать на кредит, нужно иметь деньги. С теми деньгами и кредитом, которыми я располагаю, я буду работать, чтобы умножить и то и другое, и тогда я построю церковь».</p>
     <p>Работать! Я дивился самому себе! Поразительно, какая уйма времени освобождается, когда человек бросает попойки, азартные игры и тому подобные развлечения. Я стал дорожить каждой свободной минутой. Я научился их продлевать и ни одной секунды из этого освободившегося времени не растратил попусту. Я мог работать в десять раз больше, чем раньше. Мои доходы стали расти, мои шхуны курсировали быстрее, чем раньше, я следил за тем, чтобы надсмотрщики выполняли свои обязанности на совесть; в результате всего этого прибыль увеличилась.</p>
     <p>А что касается нравственности, то я сделался сверхнравственным, клянусь чертом! Моя совесть стала такой щепетильной и заняла так много места, что лопатки ныли под ее тяжестью. Я даже занялся своими старыми счетами и вернул Швейцеру пятьдесят фунтов, которые недоплатил ему в Фиджи три года назад. Да еще заплатил проценты!</p>
     <p>Да, я работал! Я стал выращивать сахарный тростник, — это были первые сахарные плантации на острове, созданные с коммерческой целью. Я вывез с Малаиты (один из Соломоновых островов) курчавых дикарей, и скоро на моей плантации было уже более тысячи чернокожих. Потом я послал шхуну на Гавайи за оборудованием для сахарного завода и за немцем-специалистом, знакомым с сахароварением. Приехав, он потребовал месячное жалованье в триста долларов. Я собственноручно построил завод с помощью нескольких механиков, которых привез из Квинсленда.</p>
     <p>Как водится, у меня появился соперник. Его звали Мотомо. Он происходил из самого знатного рода после королевского. Это был красивый, рослый мужчина, чистокровный туземец, необузданный в выражении своих антипатий. Понятно, что он стал зло поглядывать на меня, когда я начал околачиваться около дворца. Он заинтересовался моим прошлым и стал распускать обо мне самые мерзкие слухи. К сожалению, в них было очень много правды. Мотомо побывал даже в Апии, чтобы там выкопать еще что-нибудь скверное обо мне, словно ему не хватало пищи для сплетен здесь, на побережье. Он издевался над тем, что я ударился в религию, над тем, что я посещаю молитвенные собрания, а главное — над моими сахарными плантациями. Он вызывал меня на драку, но я держался от него подальше. Посыпались угрозы, и я вовремя узнал, как он жаждет, чтобы мне проломили череп. Он тоже хотел получить принцессу, но я желал этого более пылко.</p>
     <p>Принцесса часто играла на фортепьяно. Я тоже играл в свое время. Но, услыхав в первый раз ее игру, решил никогда не говорить принцессе об этом. А она-то считала, что играет прекрасно, милая, нежная девочка! Знаете это ученическое трынканье — раз-два-три, там-там-там! Но я вам скажу сейчас нечто очень смешное: ее игра мне казалась восхитительной, словно райские ворота открывались, когда она играла. Я и сейчас вижу, как я, измотанный, усталый, как собака, после забот трудового дня, лежу, растянувшись на циновках на веранде дворца, и, пребывая в каком-то идиотском блаженстве, смотрю на нее, сидящую за роялем. Ее заблуждение — высокое мнение о собственной игре — было, пожалуй, единственным недостатком совершенного создания. Но я любил ее за это еще больше. Маленькая слабость делала ее как-то человечнее, ближе. И когда принцесса бренчала свое «раз-два-три, там-там-там», я был на седьмом небе от счастья. Мою усталость как рукой снимало. Я любил ее, и мое чувство к ней было чисто, как пламя, искренно, как моя любовь к господу богу. И представляете, моему помутненному любовью сознанию казалось, что всевышний, должно быть, во многом похож на нее…</p>
     <p>Да, это так, смейтесь, Брюс Кэдогэн Кэвендиш, смейтесь, сколько душе угодно, но моя любовь была именно такой, как я говорю, вот и все. Это самое возвышенное и чистое, что выпадает на долю человека. Я знаю, о чем говорю, ибо я испытал это.</p>
     <p>Бородач сверкнул своим острым беличьим глазом из-под разбитой брови — глазом горячим, как раскаленный уголек костра на их привале в зарослях. Затем он прервал повествование, чтобы допить содержимое своей жестянки и налить новую порцию спирта.</p>
     <p>— Сахарный тростник, — продолжал Бородач, вытирая густую спутанную бороду тыльной стороной ладони, — созревает в тех краях за шестнадцать месяцев, и мой завод был достроен как раз к тому времени, когда пришла пора этот тростник обрабатывать. Он созревал не весь сразу, но я посадил его с таким расчетом, чтобы время от времени подсаживать новый и чтобы завод мог работать беспрерывно в течение девяти месяцев.</p>
     <p>Первые дни у меня была масса забот. То и дело что-нибудь не ладилось на заводе. На четвертый день Фергюссон, мой инженер, остановил его на несколько часов, чтобы исправить неполадки. Меня беспокоил питательный привод. После того, как негры смазали вальцы, я отослал их на плантацию резать тростник и был там совсем один, когда Фергюссон запустил машину, и я выяснил, что случилось с питательными вальцами. И вот как раз тогда ко мне подошел Мотомо.</p>
     <p>Он стоял одетый по моде, что называется, с иголочки в норфолькском пиджаке и крагах из свиной кожи, и, ухмыляясь, рассматривал меня, с ног до головы покрытого грязью и жиром, подобно чернорабочему. Наблюдая работу вальцов, я понял, в чем заключалась неполадка: было нарушено равновесие — одна сторона забирала тростник правильно, другая была немного приподнята. Я вложил туда руку. Острые зубцы колес на вальцах не касались моих пальцев. Но вдруг как будто десять тысяч дьяволов схватили мои пальцы, втянули их, сдавили и сделали из них кашу. Меня затягивало, как тростниковый стебель, меня ничто не могло спасти, это оказалось бы не под силу сделать даже десяти тысячам лошадей. Рука, плечо, голова, грудь — весь я, с головы до ног, должен был подвергнуться обработке машиной.</p>
     <p>Боль стала такой адской, что я уже не чувствовал ее. Словно посторонний наблюдатель, смотрел я, как машина втягивала пальцы, затем кисть, запястье, предплечье плавно и неудержимо. О инженер, попавший в собственную ловушку! О плантатор, измолотый собственной молотилкой!</p>
     <p>Мотомо невольно бросился ко мне, ехидная улыбка на его лице сменилась выражением озабоченности. Потом до него дошла вся прелесть ситуации, он хихикнул и осклабился. Нет, мне нечего было рассчитывать на его помощь. Разве он не жаждал проломить мне череп? Да и что он мог сделать? Ведь он ничего не смыслил в машинах.</p>
     <p>Я, надрываясь, заорал Фергюссону, чтобы он выключил мотор, но мой голос потонул в грохоте колес. Машина уже втянула мою руку до локтя и продолжала тащить меня дальше. Да, было здорово больно, особенно, когда рвались и выдергивались с корнем нервы, но помню, меня удивляло, что боль все же не так нестерпима.</p>
     <p>Мотомо сделал движение, которое привлекло мое внимание. При этом он громко и сердито сказал, словно злясь на себя: «Ну и дурак же я!» Он схватил нож, которым срезают тростник, — знаете, такой большой и тяжелый, вроде мачете. Я заранее говорил Мотомо спасибо за то, что он сейчас прекратит мои страдания. Какой смысл было ждать, когда машина медленно втянет меня и сделает из моей головы лепешку, — моя рука от локтя до плеча уже превратилась в кровавое месиво, а машина все продолжала тащить меня. Поэтому я с чувством благодарности склонил голову для удара.</p>
     <p>«Убери голову, идиот!» — рявкнул Мотомо.</p>
     <p>Я понял и послушался. Я был крупным детиной, и поэтому ему пришлось сделать два удара ножом, прежде чем он смог отсечь мне руку. Он отсек ее чуть пониже плеча, оттащил меня в сторону и опустил на тростник.</p>
     <p>Да, сахар принес огромную прибыль! Я выстроил принцессе церковь, предмет ее святых помыслов, и она… вышла за меня замуж.</p>
     <p>Он отпил из жестянки и сказал в заключение:</p>
     <p>— Да! Такова уж жизнь, вот чем все кончается; мы становимся твердыми, внутренности наши настолько лужеными, что с ними ничего не может сделать даже спирт и только он один приносит радость. Но я все же пожил и сейчас шлю воздушный поцелуй памяти моей принцессы. Она давно уже спит вечным сном в большом мавзолее короля Джона, а напротив, по ту сторону долины Маноны, стоит дом губернатора с развевающимся на крыше чужеземным британским флагом…</p>
     <p>Толстяк сочувственно предложил тост за здоровье Бородача и выпил из своей маленькой жестянки. Брюс Кэдогэн Кэвендиш с непримиримой горечью смотрел на огонь. Он предпочитал пить в одиночку. Толстяк увидел, как что-то вроде усмешки пробежало по его жестоким тонким губам. Удостоверившись, что камень недалеко, Толстяк спросил вызывающе:</p>
     <p>— Ну, теперь очередь за тобой, Брюс Кэдогэн Кэвендиш?</p>
     <p>Тот поднял свои бесцветные глаза и впился ими в Толстяка так, что он беспокойно поежился.</p>
     <p>— У меня была нелегкая жизнь, — проскрипел Тощий, — что я знаю о любовных похождениях?</p>
     <p>— Я не поверю, чтобы их не было у мужчины с такой внешностью и фигурой, — польстил ему Толстяк.</p>
     <p>— Ну и что? — огрызнулся Тощий. — Хвастаться своими победами не занятие для джентльмена.</p>
     <p>— Ну, ладно, не упрямься, расскажи, — настаивал Толстяк, — до утра еще далеко, и выпить есть что. Мы с Делараузом уже выложили все. Не часто трое настоящих людей могут встретиться и поговорить по душам. Ну хотя бы одно любовное приключение, о котором не стыдно рассказать, у тебя, конечно, было?</p>
     <p>Брюс Кэдогэн Кэвендиш достал свой кастет и, казалось, раздумывал, не хватить ли ему Толстяка по черепу, потом он вздохнул и сунул кастет обратно.</p>
     <p>— Ну, если вам так хочется, я расскажу, — с явной неохотой согласился он. — Как и у вас, у меня было прекрасное здоровье. И даже такой, каким я стал сейчас, — раз уж вы говорите о луженых внутренностях, — я мог бы шутя перепить вас в дни вашей молодости. Начало моей жизни, так же как и у вас, отличалось от ее конца. То, что я родился джентльменом, разумеется, не подлежит сомнению, хотя, может быть, кто-нибудь из вас сомневается в этом?..</p>
     <p>Он засунул руку в карман и сжал свой кастет. Никто не выразил недоверия.</p>
     <p>— Это произошло в тысяче миль к востоку от Матоманы, на острове Тагалаг, — продолжал он отрывисто, и в его тоне почувствовалось угрюмое разочарование, словно он был недоволен, что никто не захотел с ним спорить.</p>
     <p>— Но сначала я, пожалуй, объясню вам, как я очутился на этом острове. По причинам, которые я не считаю нужным излагать, постепенно спускаясь вниз по дорогам, рассказывать о которых я не буду, я, в самом расцвете своей распутной молодости, прожженный настолько, что рядом со мной недоучившиеся юнцы из Оксфорда и великосветские шалопаи показались бы младенцами, оказался владельцем некоей шхуны, снискавшей такую славу, что не стоит называть ее имени. Я набирал негров-рабочих на юго-западе Тихого океана и в Коралловом море и отвозил их на плантации Гавайских островов и в рудники Чили, где добывают селитру.</p>
     <p>— Значит, это ты вывез оттуда все население? — не сдержавшись, выпалил Толстяк.</p>
     <p>Единственная рука Брюса Кэдогэна Кэвендиша мелькнула в воздухе, скользнула в карман и вынырнула оттуда уже с кастетом.</p>
     <p>— Продолжай, — вздохнул Толстяк, — я… не помню, что хотел сказать.</p>
     <p>— Чертовски забавная там страна… — небрежно процедил Тощий. — Вам приходилось читать о Морском Волке?</p>
     <p>— Ты никогда не был Морским Волком, — с уверенностью заявил Бородач.</p>
     <p>— Нет, сэр, — злобно ответил Тощий. — Морской Волк умер, не правда ли? А я ведь жив, а?</p>
     <p>— Да, да, — согласился Бородач, — он захлебнулся в грязи на верфи в Виктории года два назад.</p>
     <p>— Как я уже говорил, — и я не люблю, когда меня перебивают, чертовски забавная была эта страна, — продолжал Брюс Кэдогэн Кэвендиш. — Я попал на Таки-Тики, равнинный остров, который относится к Соломоновым, но геологически не имеет с ними ничего общего, ведь Соломоновы острова гористые. Если говорить о его населении, то этнографически он примыкает к Полинезии, Меланезии и Микронезии, потому что представители всех тихоокеанских племен постепенно перебрались туда на каноэ и там вырождались, так что весь осадок, поднятый со дна людского моря, говоря языком биологии, осел на Таки-Тики. Мне известно это дно, и я знаю, о чем говорю.</p>
     <p>Это была чертовски занятная пора: я добывал ракушки, ловил трепангов, менял железные обручи и топорики на копру и орехи, вербовал черномазых и т. д. На Фиджи жизнь, прямо сказать, не баловала, местные царьки все еще употребляли в пищу человеческое мясо, а потешные, кудлатые, низкорослые чернокожие, жившие западнее, все поголовно были людоедами. Они охотились за головами, за человеческую голову давали изрядный куш.</p>
     <p>— Куш? — спросил удивленно Толстяк и, заметив нетерпеливое движение Тощего, добавил: — Видите ли, мне никогда не приходилось забираться на запад так далека, как вам с Делараузом.</p>
     <p>— Головы ценились очень высоко, — продолжал Тощий, — особенно головы белых. Дикари украшают ими сараи для каноэ и священные хижины. В любой деревне есть «общий котел», в который каждый вносит известную долю. Тот, кто приносит голову белого, получает все содержимое котла. Если долгое время запасы не трогали, то котел переполнялся через край, — чертовски смешно, не так ли?</p>
     <p>Я сам удостоился такого богатства. Случилось это вот как. У меня на судне умер от тропической лихорадки голландец — помощник капитана. Я об этом не заявил и договорился обо всем с моим рулевым Джонни, туземцем из Порт-Мересби. Мы были тогда в Ланго-Луи. Джонни отрубил покойнику голову и отправился с ней ночью на берег, а я стрелял в него из ружья, делая вид, что хочу его догнать. Он и в самом деле получил содержимое котла за голову штурмана. Разумеется, на следующий день я послал за ним своих под прикрытием двух шлюпок, и он вернулся на шхуну вместе с добычей.</p>
     <p>— А какая цена была этим запасам? — спросил Бородач. — Я слышал, что на Орле содержимое одного котла стоило восемьдесят соверенов.</p>
     <p>— Во-первых, — сказал Тощий, — там находилось сорок откормленных свиней. Каждая из них стоила два ярда туземных монет-ракушек, то есть один соверен. Вот уже двести долларов, и еще двести ярдов этих монет-ракушек, то есть почти пятьсот долларов, а потом еще двадцать два золотых. Я разделил все это на четыре части: четверть — Джонни, четверть — команде, четверть взял себе, как хозяин шхуны, и еще четверть, как ее шкипер. Джонни не протестовал. Он ни разу в жизни не держал в руках такой суммы сразу. Кроме того, я дал ему пару старых рубашек покойного штурмана, а голова бедняги, наверное, и по сей день украшает туземный сарай для каноэ.</p>
     <p>— Не совсем достойное погребение для христианина, — заметил Бородач.</p>
     <p>— Зато выгодное, — отпарировал Тощий. — Мне пришлось бесплатно отдать акулам его обезглавленный труп. Не хватало еще угостить их бесплатной головой, которая стоила восемьсот долларов. Это было бы преступной расточительностью и полным кретинизмом.</p>
     <p>Да, в тех краях было много чертовски смешных вещей! Не стоит рассказывать историю, которая случилась со мной на Таки-Тики. Скажу одно, я выбрался оттуда с двумя сотнями негров-чернорабочих, которых вез в Квинсленд. За то время, что я вербовал их, два британских военных судна рыскали за мной по Тихому океану, так что мне пришлось переменить курс и направиться на запад, в надежде сбыть их всех на испанских плантациях в Бангаре.</p>
     <p>Началось как раз время тайфунов. А шхуна моя называлась «Веселая мгла». До тех пор, пока нас не застиг тайфун, я считал ее на совесть сделанной посудиной. Но таких волн я в жизни не видел. Они превратили шхуну в щепки, буквально в щепки. Они вывернули мачты, разнесли шканцы, сорвали железные решетки, а потом, когда самое худшее было позади, начала сдавать обшивка. Нам едва удалось починить единственную шлюпку и кое-как поддерживать на воде шхуну, пока море слегка успокоилось и мы смогли вырваться оттуда. Мы с корабельным плотником спрыгнули в эту наскоро заштопанную шлюпку последними, когда шхуна стала тонуть. В живых нас осталось только четверо.</p>
     <p>— Вы потеряли всех негров? — спросил Бородач.</p>
     <p>— Некоторые из них какое-то время держались на воде, но я не думаю, что они достигли берега. Мы на это затратили десять дней, а нас подгонял ветер. И как вы думаете, что успели мы захватить с тонущей шхуны? Джин и динамит. Забавно, не правда ли? Потом стало еще смешнее. У нас был маленький бочонок пресной воды, кусок солонины и подмоченные сухари, то есть самое необходимое, чтобы как-то добраться до острова Тагалаг.</p>
     <p>Это самый мрачный остров из всех, какие я видел. Он выступает из моря и виден за двадцать миль. Это вулкан, выброшенный морем, с глубоко вырезанным кратером.</p>
     <p>Море входит в кратер, поэтому остров может служить хорошо защищенной гаванью. И это все. Остров необитаем, и внешняя и внутренняя стороны кратера слишком отвесны. На острове небольшая роща — около тысячи кокосовых пальм. Вот и все, если не считать кое-каких насекомых. Нет ни одного четвероногого, даже крысы. И как будто на смех: столько кокосовых орехов и хоть бы один краб! Из рыбы там водились только мулеты, плававшие косяками в бухте, это были самые великолепные, самые жирные, самые крупные мулеты, каких я когда-либо видел.</p>
     <p>И вот мы вчетвером появляемся на этом берегу и разбираем под пальмами свои пожитки, а они состоят из джина и динамита. Что же вы не смеетесь? Ведь это смешно. Сядьте на такой рацион — голландский джин и кокосовые орехи, и это все. С тех пор я не могу смотреть на витрины кондитерских. Я не такой дока в религии, как Чонси Деларауз, но кое-какие примитивные понятия все же имею. И ад мне представляется в виде бескрайней кокосовой плантации с ящиками джина и потерпевшими крушение моряками. Смешно? Сам дьявол хохотал бы до истерики.</p>
     <p>Кокосовый орех недаром считается пищей, не дающей равновесия, — и действительно, он испортил наши желудки. А поэтому, когда голод особенно сильно кусал нас, мы пили джин. Через две недели в голове нашего скандинава, матроса Олафа, блеснула одна идея. Эта мысль осенила его башку, когда она до краев была наполнена джином. И мы, тоже изрядно пьяные, видели, как он взял фитиль и динамитный патрон и пошел к шлюпке.</p>
     <p>Я догадался, что Олаф отправился глушить рыбу. Была дикая жара, я улегся поудобнее и пожелал ему удачи.</p>
     <p>Через полчаса мы услышали взрыв, но Олаф не приходил. Мы дождались вечерней прохлады и пошли на берег. Там мы все поняли. Шлюпка, прибитая ветром к берегу, была невредима, но Олаф исчез. Мы поняли, что ему не придется больше есть кокосовые орехи. Мы вернулись еще более подавленными и напились как следует.</p>
     <p>А назавтра кок сказал нам, что он предпочитает рискнуть с динамитом, чем продолжать питаться кокосовыми орехами. Пусть он толком не знаком с динамитом, но зато действие кокосовых орехов знает слишком хорошо. Мы достали патрон, сунули туда фитиль, дали ему хорошую головешку, а он тем временем накачивался джином.</p>
     <p>Все было так же, как и накануне. Спустя некоторое время мы услышали взрыв, а в сумерки спустились к шлюпке и кое-как выгребли останки кока, чтобы предать их земле.</p>
     <p>Мы с плотником держались еще два дня. Затем кинули жребий — идти выпало ему. Простились мы с руганью, так как он хотел забрать флягу с джином для бодрости, чтобы пить по дороге, а я не мог согласиться с таким идиотским мотовством. Он и так уже хватил больше, чем требовалось, и шел зигзагами, изрядно шатаясь.</p>
     <p>Произошло то же самое, с той лишь разницей, что на сей раз труп не был искромсан на части, потому что плотник использовал лишь половину патрона. Я терпел сутки. А потому, подкрепившись как надо, расхрабрился и приготовил динамит. Я взял только треть патрона, совсем короткую трубку с расщеплением на конце, куда можно было вставить безопасную спичку. Так я усовершенствовал метод моих предшественников. Они употребляли слишком длинные фитили, и им приходилось держать патрон в руках, пока огонь не доходил почти до самого динамита. Если они бросали патрон преждевременно, то он не взрывался, падая в воду, и лишь распугивал мулетов. Да, смешная штука динамит! Как бы то ни было, я утверждаю, что мой метод самый безопасный.</p>
     <p>Через пять минут я наткнулся на косяк мулетов, они были крупные, жирные, и я уже мысленно вдыхал аромат жареной рыбы. Когда я поднялся, зажав спичку в одной руке, а динамитный патрон в другой, то почувствовал, что у меня дрожат колени. Возможно, это действовал джин, может быть, я нервничал, может быть, давали себя знать слабость и голод, но я чувствовал, что весь трясусь. Дважды я пытался зажечь спичку и не мог. Наконец мне это удалось, я услышал треск вспыхнувшей спички и бросил…</p>
     <p>Не берусь судить, как это было у других, но помню, что произошло со мной. Я растерялся. Может быть, вам случалось, сорвав землянику, бросить ягоду, а стебелек машинально взять в рот. Так было и со мной. Спичку я бросил в воду, а патрон продолжал держать в руке, и он отлетел вместе с моей рукой…</p>
     <p>Тощий заглянул в банку из-под томата, в которой раньше находилась вода для приготовления смеси, но она была пуста.</p>
     <p>— Охо-хо, — зевнул он и направился к речке. Через несколько минут он вернулся, смешал мутную воду со спиртом и, неторопливо выпив эту смесь, с мрачной тоской уставился на огонь.</p>
     <p>— Да… но… — сказал Толстяк, — а что же случилось потом?</p>
     <p>— Ну, — сказал Тощий, — принцесса, разумеется, вышла за меня замуж.</p>
     <p>— Но ведь ты же остался там один, никакой принцессы не было, — отрывисто проговорил Бородач, но тут же спохватился и смущенно замолчал.</p>
     <p>Тощий немигающим взглядом смотрел на огонь.</p>
     <p>Персивал Делани и Чонси Деларауз переглянулись. В торжественной тишине каждый своей единственной рукой помог другому завязать узел. И, молча взяв свои пожитки, оба вышли из освещенного круга. Они шли молча, пока не поднялись на железнодорожную насыпь.</p>
     <p>— Ни один джентльмен не поступил бы так, — сказал Бородач.</p>
     <p>— Ни один джентльмен не поступил бы так, — согласился Толстяк.</p>
     <p><emphasis>Глен Эллен, Калифорния.</emphasis></p>
     <p><emphasis>26 сентября 1916 года.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Красное божество</p>
     </title>
     <p>Опять этот рвущийся ввысь звук! Отмечая по часам время, в течение которого слышался этот звук, Бэссет сравнивал его с трубой архангела. Он подумал о том, что стены городов, наверное, не выдержав, рухнули бы под напором этого могучего, властного призыва. Уже в тысячный раз Бэссет пытался определить характер мощного гула, который царил над землей и разносился далеко кругом, достигая укрепленных селений дикарей. Горное ущелье, откуда он исходил, содрогалось от громовых раскатов, они все нарастали и, хлынув через край, заполняли собой землю, небо и воздух. Больному воображению Бэссета чудился в этом звуке страшный вопль мифического гиганта, полный отчаяния и гнева. Бездонный голос, взывающий и требовательный, устремлялся ввысь, словно обращаясь к иным мирам. В нем звучал протест против того, что никто не может услышать его и понять.</p>
     <p>Так казалось больному. Он снова попытался определить природу странного звука. В нем сливались воедино и гром, и мягкое звучание золотого колокола, и сладостный звон туго натянутой серебряной струны. Но это не был ни один из этих звуков и не смешение их. Ни словарь больного, ни его опыт не могли найти слова или сравнения, чтобы передать все многообразие этого звука.</p>
     <p>Время шло. Минуты перерастали в часы, а звук все слышался, он только изменил свою тональность, постепенно затухая и тускнея. Звук исчезал так же величественно, как ранее нарастал. Он перешел в беспокойное бормотание, в громкий шепот. Звук медленно угасал в огромной груди, породившей его, пока не преобразился в жуткий ропот гнева и в пленительный шепот восторга. Все еще желая быть услышанным, он как будто пытался передать некую космическую тайну, сообщить нечто бесконечно важное и ценное. Теперь это был лишь отзвук, в нем не чувствовалось ни угрозы, ни обещания, он таял. Да, звук умер, но в течение нескольких минут он еще продолжал напряженно пульсировать в сознании больного.</p>
     <p>Перестав ощущать последнее биение звука, Бэссет снова взглянул на часы. Прошел час, прежде чем этот трубный глас архангела растворился в небытии.</p>
     <p>«Так это его темная башня?» — мысленно спросил Бэссет, вспоминая свой браунинг и глядя на иссушенные лихорадкой, худые, как у скелета, руки. И он улыбнулся возникшему в его воображении образу Чайльд-Роланда, рукой, такой же слабой, как у него, подносящего к губам охотничий рог. Месяцы или годы, спрашивал он себя, прошли с того дня, как он впервые услышал этот таинственный призывный голос на берегу Рингману? Бэссет не смог бы ответить на этот вопрос, даже если бы от этого зависела его жизнь. Болезнь длилась очень долго. Бэссет судил об этом по тем промежуткам, когда находился в сознании. Но он не мог сказать, насколько длительными были периоды кошмаров и беспамятства.</p>
     <p>А как дела у Бэтмена, капитана шхуны «Нари», занимавшегося вербовкой чернокожих? Умер ли наконец от белой горячки пьяница — помощник капитана?</p>
     <p>Бэссет отогнал от себя эти пустые размышления и попытался не спеша вспомнить все события, происшедшие с ним с того самого дня, когда он на берегу Рингману впервые услышал таинственный зов из глубины джунглей и пошел ему навстречу. Сагава противился. Бэссет отчетливо вспомнил его странное обезьянье личико, на котором застыл ужас, его спину, согнутую под грузом футляров для коллекций, свое ружье и сачок естествоиспытателя у него в руках. Сагава испуганно бормотал на исковерканном английском языке: «Мой боится в чаще, много плохой человек сидит в кустах».</p>
     <p>Бэссет грустно улыбнулся, вспоминая это. Несмотря на страх, мальчик из Нового Ганновера Новый <a l:href="#n_884" type="note">[884]</a> остался ему верен и без колебаний последовал за ним в чащу, в поисках источника этого удивительного звука. Нет, такой звук не может издавать древесный ствол с выжженной сердцевиной, несущий в глубь джунглей весть о войне, как сначала подумал Бэссет. И он еще раз ошибся, решив, что источник звука находится не далее как на расстоянии часа ходьбы и что к обеду он непременно вернется на шхуну.</p>
     <p>— Там большой шум, это нехорошо, там злой дух, — говорил Сагава.</p>
     <p>И он оказался прав. Разве ему не отрубили в тот же день голову? Бэссет содрогнулся при этом воспоминании. Сагаву наверняка съели те «плохой человек, которые сидят в кустах». Бэссет представил мальчика таким, каким он запомнился ему в последний раз — без ружья и без клади, — распростертым на узкой тропинке и обезглавленным. Да, это случилось за одну минуту. Еще минуту назад Бэссет видел, как Сагава терпеливо идет за ним, согнувшись под своей ношей. А вскоре и самому Бэссету пришлось туго. Он посмотрел на безобразные обрубки пальцев на левой руке, потом осторожно дотронулся до шрама на затылке… Взмах томагавка был мгновенен, но Бэссет успел отдернуть голову и отвести удар рукой. Он заплатил за свою жизнь обрубками пальцев и неприятной раной на черепе. Одним выстрелом Бэссет убил наповал дикаря, который едва не прикончил его, затем задал жару туземцам, столпившимся у тела Сагавы, и с удовлетворением убедился, что основной заряд попал в того, кто удирал с головой мальчика в руках. Все это случилось в какое-нибудь мгновение. На узкой тропе, протоптанной дикими свиньями, остались только он, убитый туземец и тело Сагавы. Из темных джунглей, обступивших тропу с обеих сторон, не доносилось ни шороха, ни каких-либо признаков жизни. Впервые в жизни Бэссет убил человека, и, видя результаты своего выстрела, он испытал приступ тошноты.</p>
     <p>Потом началась погоня. Бэссет бежал по тропинке от своих преследователей, которые оказались между ним и берегом. Он не знал, сколько человек гонятся за ним, потому что не видел их. Может быть, это был один туземец, может быть, сотня. Некоторые из дикарей, Бэссет был уверен в том, перебирались по ветвям, но он лишь изредка видел бесшумно скользящие тени. Звона тетивы лука тоже не было слышно, но неведомо откуда в его сторону то и дело устремлялся поток коротких стрел, — они со свистом вонзались в стволы деревьев, падали на землю. Наконечники их были сделаны из кости, пестрые перья колибри, украшавшие стрелы, переливались многоцветной радугой…</p>
     <p>Однажды — это воспоминание и сейчас, когда прошло столько времени, вызывало у него довольный смех — Бэссет увидел над головой чью-то тень, которая притаилась, едва он посмотрел вверх. Он ничего не мог разобрать, но тем не менее рискнул и выстрелил наугад крупной дробью. Визжа, как разъяренная дикая кошка, тень рухнула сквозь зелень ветвей и с глухим шумом свалилась к его ногам. Продолжая дико вопить от бешенства и боли, дикарь вонзился зубами в твердую кожу сапога Бэссета. Но тот, не теряя времени, ударом сапога в голову заставил его замолкнуть навсегда. С той поры Бэссет так свыкся с жестокостью, что теперь, вспоминая это происшествие, усмехнулся.</p>
     <p>Какая жуткая ночь последовала за этим! Нет ничего удивительного в том, что всевозможные разновидности злокачественной лихорадки прочно поселились в нем, думал Бэссет, вспоминая ту мучительную бессонную ночь, когда боль от ран казалась ерундой в сравнении с мукой, которую доставляли ему полчища москитов. От них не было спасения, а зажечь костер он не решался. Москиты до такой степени начинили тело Бэссета ядом, что к утру его глаза заплыли. Он брел, как слепой, в каком-то тупом оцепенении, и ему было почти безразлично, скоро ли ему отрубят голову и зажарят, так же, как Сагаву. За одни сутки он стал развалиной и физически и морально. Бэссет едва не потерял рассудок из-за огромной дозы москитного яда, который разлился в его крови. Время от времени он стрелял в тени, следовавшие за ним по пятам. В течение дня комары продолжали мучить его, а омерзительные мухи целыми стаями липли к кровоточащим ранам, их приходилось стряхивать и давить.</p>
     <p>В тот день до Бэссета снова донесся удивительный звук, который заглушил барабаны дикарей, но слышался уже дальше. Тут-то Бэссет и допустил роковую ошибку. Думая, что он сделал круг и что источник звука находится между ним и берегом Рингману, Бэссет двинулся назад, полагая, что идет к побережью. На самом же деле он все больше углублялся в таинственные дебри этого неисследованного острова. Этой ночью, спрятавшись между переплетенными корнями смоковницы, он в изнеможении заснул, отдав себя в полную власть москитам.</p>
     <p>Смутным кошмаром запечатлелись в его памяти последующие ночи и дни. Одно видение запомнилось ему. Внезапно он обнаружил, что находится в поселке дикарей, и увидел, как старики и дети в страхе устремляются в джунгли. Бежали все, кроме одного существа. Где-то совсем рядом над собой Бэссет услышал подвывание, словно издаваемое раненым животным, и ужас охватил его. Он взглянул вверх и увидел девушку, или, скорее, молодую женщину, которая висела на дереве под лучами безжалостно палящего солнца, привязанная за руку. Вероятно, она висела так не один день. Об этом свидетельствовал ее вывалившийся, распухший язык. Все еще живая, женщина с ужасом смотрела на него. Оказать ей помощь уже нельзя, подумал он, глядя на ее опухшие, видимо, переломанные в нескольких местах ноги, и решил, что будет лучше, если он ее застрелит. На этом воспоминание обрывалось. Бэссет не знал, выстрелил он в женщину или нет, так же как не мог представить, как он попал в эту деревню и как ему удалось выбраться из нее.</p>
     <p>Много неясных видений сменялось в голове Бэссета, вспоминавшего эти ужасные странствия; картины исчезали так же быстро, как появлялись. Он увидел, как вторгся в другую деревню, насчитывавшую десяток хижин, и своим дробовиком загнал всех ее обитателей в джунгли. В деревне остался лишь один дряхлый старик, у которого не было сил бежать; он плевался в белого, причитал и злобно рычал в то время, как Бэссет доставал из земляной жаровни восхитительно пахнувшего жареного поросенка, завернутого в листья. Тут, в этом поселке, Бэссета охватила бессмысленная жестокость. Окончив есть, он взял окорок с собой и, уходя, поджег крышу хижины зажигательным стеклом.</p>
     <p>Но еще более неизгладимый след оставила в душе Бэссета зловонная сырость джунглей. Сам воздух их был насыщен злом, там всегда царил полумрак. Солнечный луч с трудом пробивался сквозь плотную зелень листьев, образовавших своего рода крышу на высоте ста футов от земли. Под этим навесом было чудовищное гнилое царство растений-паразитов, рождавшихся из тлена и процветавших во мраке смерти. И Бэссет пробирался сквозь эти сумрачные дебри, преследуемый скользящими тенями людоедов — духов зла, которые не решались вступить с ним в бой, но твердо знали, что рано или поздно они его съедят. Бэссет вспоминал, что в минуты прояснения он казался сам себе раненым буйволом, за которым гонится по степи стая койотов, слишком трусливых для того, чтобы напасть на него, но уверенных в том, что конец его неизбежен, и тогда они наедятся вволю. И подобно тому, как рога и твердые копыта буйвола защищают его от койотов, дробовик Бэссета удерживал на почтительном расстоянии эти расплывчатые тени дикарей Соломоновых островов.</p>
     <p>Но вот настал день, когда Бэссет вышел на равнину, покрытую травой. Джунгли сразу кончились, словно отрубленные божественным мечом. Зловещая черная стена леса подымалась до высоты ста футов, и сразу же у ее подножия росла мягкая, нежная трава, которая радовала глаз и простиралась на много километров. Равнина кончалась у горного кряжа, вздыбленного, наверное, еще в древние времена каким-нибудь землетрясением и размытого тропическими дождями. Бэссет упивался видом этой травы. Он полз, вдыхая ее запах, с наслаждением опуская в нее свое лицо, и наконец разрыдался.</p>
     <p>И в это время снова послышался удивительный мощный звук, если словом «мощный», как часто впоследствии думал Бэссет, можно было определить беспредельность и в то же время нежность его. Он был нежен, как никакой другой звук на свете. Он был титанически могуч, словно его издавала металлическая глотка какого-то неведомого чудовища. Голос как бы звал Бэссета через бескрайние просторы саванны, благословляя его многострадальную, изболевшуюся душу.</p>
     <p>Бэссет вспомнил, как он неподвижно лежал, погрузив мокрое от слез лицо в траву, и, перестав плакать, прислушиваясь к удивительному голосу, недоумевал, как мог услышать его на берегу Рингману. Видимо, какая-то прихоть воздушных течений позволила звуку залететь так далеко. Это могло не повториться через тысячу, а может быть, и через десять тысяч дней. Но случилось так, что благоприятные условия сложились как раз в тот самый день, когда он сошел со шхуны «Нари» на несколько часов для того, чтобы пополнить свою коллекцию. Бэссет искал знаменитую гигантскую тропическую бабочку с размахом крыльев в один фут — они такие же бархатные и темные, как сумрак джунглей. Бабочка обычно садилась на вершины деревьев, и только выстрелом можно было ее сбить. Для этого Сагава и нес за Бэссетом ружье, заряженное дробью.</p>
     <p>Два дня и две ночи Бэссет ползком двигался по равнине. Ему пришлось нелегко, но зато его преследователи остались в джунглях. Бэссет умер бы от жажды, если бы тропический ливень, прошедший на второй день, не напоил его.</p>
     <p>А потом появилась Балатта. В тени первых же деревьев, там, где саванна сменялась густыми нагорными джунглями, он свалился, думая, что сейчас умрет. Сначала Балатта, увидев его беспомощность, дико завизжала от радости, собираясь раскроить ему череп толстым суком. Но, быть может, именно эта полная беспомощность привлекла ее, а возможно, она не прикончила его из любопытства. Во всяком случае, она его не ударила. Открыв глаза и мысленно приготовившись к удару, Бэссет увидел, что женщина внимательно его разглядывает. Ее особенно поразили его голубые глаза и белая кожа. Она спокойно опустилась на корточки, плюнула ему на руку и стала соскабливать с нее многодневную вязкую грязь джунглей, от которой его кожа потеряла природную белизну.</p>
     <p>Все в этой женщине поражало Бэссета. Он усмехнулся при этом воспоминании, потому что по части одежды она была наивна, как Ева до происшествия с фиговым листком. Приземистая и в то же время худая, с непропорционально развитыми конечностями и мускулами, напоминавшими пеньковые канаты, видимо, с раннего детства покрытая грязью, смываемой лишь случайными дождями, она представляла собой самую непривлекательную разновидность женщин диких племен, которую ему, как ученому, приходилось видеть. Ее грудь говорила одновременно и о юности и о зрелости. И если даже отбросить все остальное, то о ее принадлежности к женскому полу можно было судить по ее единственному украшению — свиному хвостику, болтавшемуся в ее левом ухе. Он был отрублен так недавно, что еще сочился; капли крови падали на плечо женщины и застывали, как расплавленный стеарин, стекающий со свечи. А ее лицо! Сморщенная кожа, монгольский нос с вывороченными ноздрями, рот с нависшей огромной верхней губой, срезанный подбородок и, наконец, острые, злые глаза, мигающие, как у обезьяны в клетке.</p>
     <p>Даже вода, которую она принесла ему в древесном листе, и кусок тухлой свинины не смогли искупить в глазах Бэссета ее вопиющего безобразия.</p>
     <p>Поев немного, Бэссет закрыл глаза, чтобы не видеть ее. Но Балатта то и дело насильно открывала ему веки, чтобы полюбоваться голубизной глаз. И тогда снова раздался этот звук. Казалось, теперь его источник ближе, но Бэссет знал, что еще много часов утомительного пути отделяют его от неведомого голоса. На Балатту звук произвел чрезвычайно сильное впечатление. Она съежилась и, отвернув лицо, застонала, ее зубы судорожно стучали от страха. Голос звенел в течение целого часа, после чего Бэссет закрыл глаза и уснул, а Балатта отгоняла от него мух.</p>
     <p>Он проснулся уже ночью, Балатта исчезла. Бэссет почувствовал прилив новых сил, — он был так искусан москитами, что уже не ощущал их яда, — и, сомкнув веки, проспал до утра. Некоторое время спустя Балатта вернулась с несколькими другими женщинами. Отнюдь не красавицы, они были все же менее уродливы, чем она. По тому, как держалась Балатта, было очевидно, что она считает Бэссета своей добычей, своей собственностью. Она так гордилась своей находкой, что это могло бы показаться комичным, если бы положение, в какое попал Бэссет, не было таким отчаянным.</p>
     <p>Позже, когда после перехода, показавшегося ему необыкновенно длительным и тяжелым, Бэссет свалился под хлебным деревом, у входа в священную хижину, Балатта энергично отстаивала свое право на него. Нгурн, с которым Бэссету пришлось впоследствии познакомиться, как с главным колдуном, жрецом и лекарем деревни, хотел заполучить его голову. Остальные окружавшие их люди, хихикавшие и верещавшие, как обезьяны, не менее обнаженные и не менее безобразные, чем Балатта, жаждали заполучить его тело, чтобы зажарить и съесть. Тогда Бэссет еще не понимал их языка, если можно называть языком те грубые звуки, при помощи которых дикари изъяснялись, но он вполне понял суть их спора, особенно когда эти обезьяноподобные люди стали бесцеремонно щупать его, словно он был тушей в мясной лавке.</p>
     <p>Балатте, вероятно, пришлось бы уступить свою добычу, если бы не произошло следующее событие: один из мужчин, с интересом разглядывавший заряженное ружье Бэссета, ухитрился взвести и нажать курок. При отдаче дикарь получил удар прикладом в живот, и в то же время заряд дроби разнес вдребезги голову одного из участников прений. Даже Балатта бросилась бежать вместе с остальными. Бэссет успел забрать ружье раньше, чем они вернулись, хотя его сознание уже подернулось пеленой наступившего приступа лихорадки. Когда дикари снова столпились около Бэссета, несмотря на то, что его трясло от озноба, а глаза слезились, он напряг волю и сумел внушить им страх при помощи простых чудес — часов, компаса, зажигательного стекла и спичек. В заключение Бэссет торжественно и внушительно застрелил из ружья бегущего поросенка и тотчас потерял сознание.</p>
     <p>Бэссет напряг мускулы рук, проверяя, сколько осталось у него сил, и медленно, с трудом поднялся на ноги. Он был необычайно истощен, но все же ни разу за долгие месяцы болезни он не чувствовал себя таким крепким, как сейчас. Бэссет боялся рецидивов, уже не раз повторявшихся. Без всяких медикаментов, даже без хины, он до сих пор выдерживал натиск самой страшной тропической лихорадки. Но насколько у него хватит сил, чтобы и дальше бороться с ней? Этот вопрос все время терзал его. Бэссет, как истинный ученый, не мог разрешить себе умереть, так и не узнав тайны странного звука.</p>
     <p>Опираясь на палку, он побрел к священной хижине, где во мраке царили Нгурн и Смерть. Эта хижина была для Бэссета такой же темной и зловещей, как и сами джунгли. Но там сидел словоохотливый старый Нгурн, его приятель и собеседник, который с удовольствием спорил и разглагольствовал среди пепла смерти. В дыму и копоти он неторопливо поворачивал человеческие головы, подвешенные к черным балкам. В те часы своей болезни, когда сознание не покидало Бэссета, он усвоил примитивный по мысли, но трудный по форме язык племени Балатты, Нгурна и Гнгна — глуповатого молодого вождя с яйцевидной головой, который подчинялся старику (ходил слух, что юноша был его сыном).</p>
     <p>— Будет ли Красное Божество говорить сегодня? — спросил Бэссет.</p>
     <p>К этому времени он так привык к жуткому занятию Нгурна, что даже проникся интересом к процессу копчения голов.</p>
     <p>Взглядом знатока Нгурн посмотрел на голову, которую обрабатывал.</p>
     <p>— Не раньше чем через десять дней я смогу сказать что она готова, — проговорил он, — никто еще не коптил таких голов.</p>
     <p>Бэссет мысленно усмехнулся, поняв, что старик избегает разговора о таинственном Божестве. Это повторялось изо дня в день. Ни сам Нгурн, ни люди его племени ни разу не обмолвились ни единым словом о физической природе Красного Божества, а божество непременно должно было обладать физической оболочкой, чтобы издавать такой удивительный звук. Дикари называли божество Красным, но Бэссет не думал, что этот эпитет характеризовал лишь его окраску. Кроваво-красными были его деяния, как понял Бэссет из неясных намеков. Нгурн сообщил ему, что Красный — не только более могущественный, чем боги их соседей, и неутолимо жаждет алой человеческой крови, но что даже эти боги подвергались истязаниям и приносились ему в жертву. Божество царствовало над двенадцатью селениями, а в деревне Нгурна располагался своего рода центральный орган власти этой местности. Во имя Красного Божества многие окрестные деревни были сожжены и стерты с лица земли, а их жители принесены в жертву. Таково было положение вещей в настоящее время, и так велось из поколения в поколение. Нгурн был еще юношей, когда жившие за саванной племена напали на его селение. Совершив ответный набег, Нгурн и его воинственные сородичи захватили много пленников. Из них, еще живых выпустили всю кровь перед Красным Божеством, одних лишь детей было принесено в жертву более ста, а взрослых пленников даже не считали.</p>
     <p>Иногда старики называли таинственное божество Громоподобным, а иногда Сладкоголосым, Поющим Солнцем, а также Рожденным Звездой.</p>
     <p>Но почему — Рожденный Звездой? — тщетно задавал Бэссет этот вопрос Нгурну. Как утверждал старик, Красное Божество всегда находилось там же, где и сейчас, и во все времена громоподобным пением изъявляло свою волю людям. Но отец жреца, чья прокопченная голова, завернутая в благовонные травы, раскачивалась между черных балок, считал иначе. Этот мудрец полагал, что Красный прилетел сюда с неба, иначе почему же еще их предки называли его Рожденным Звездой. Бэссет не мог не согласиться отчасти с этим предположением. Но Нгурн возражал ему. Старик говорил, что видел немало звездных ночей, но никогда он не находил ни в джунглях, ни на равнине ни одной звезды, хотя искал их. Правда, он видел, как падают звезды (это был ответ на возражение Бэссета), но он наблюдал также, как светятся гнилые коряги, грибы и тухлое мясо, он видел сияние плодов воскового дерева, и огоньки светляков, и лесные пожары. Но во что превращается это горение после того, как все угасает? В воспоминания. В воспоминания о том, чего уже нет, — о минувших любовных утехах, трапезах и несбывшихся желаниях, об этих отзвуках прошлого, не воплотившихся в реальность. Но где мясо кабана, не убитого охотником, где девушка, умершая, до того, как юноша познал ее?</p>
     <p>— Нет, воспоминание не может быть звездой, — утверждал Нгурн. — Как оно может быть ею? Я много лет всматриваюсь в ночное небо и ни разу еще не замечал, чтобы хоть одной звезды не хватало. К тому же звезды состоят из огня, а Красный — не огонь, он — свет, — невольно проговорился Нгурн. Но эта обмолвка ничего не сказала Бэссету.</p>
     <p>— Заговорит ли Красный завтра? — снова спросил он старика.</p>
     <p>Нгурн лишь пожал плечами.</p>
     <p>— А послезавтра? А через два дня? — настаивал Бэссет.</p>
     <p>— Мне бы хотелось заняться копчением твоей головы, — перевел Нгурн разговор на другую тему. — Она иная, чем другие головы. Еще ни один жрец не имел такой головы. Я хорошо прокопчу ее. Я не стану спешить, я буду заниматься ею много месяцев. Луны будут нарастать и убывать, дым будет лениво клубиться, я сам соберу травы для обкуривания. Кожа на твоем лице не сморщится, она останется такой же гладкой, как сейчас.</p>
     <p>Он поднялся и снял тростниковый мешок, висевший на одной из балок, черневших в полумраке хижины.</p>
     <p>— Вот голова, напоминающая твою, но она плохо прокопчена, — сказал Нгурн.</p>
     <p>Бэссет насторожился при этих словах и подумал, что это, возможно, голова белого. Он считал, что туземцы, жившие в глубине джунглей, в самом сердце большого острова, никогда не сталкивались с белыми. Дикари не имели ни малейшего представления о том ломаном английском языке, на котором говорят почти все коренные жители юго-западной части Тихого океана. Им было неведомо, что такое табак и порох, а немногие высоко ценившиеся ножи, сделанные из железного обруча, и еще более редкие томагавки, изготовленные из дешевых топориков, достались им, по мнению Бэссета, как военная добыча от побежденных племен, живших за лугами и получивших их таким же образом от дикарей, обитавших на коралловых островах у побережья, изредка общавшихся с белыми.</p>
     <p>— Люди, которые живут далеко-далеко, не умеют коптить головы, — пояснил Нгурн, передавая Бэссету то, что, безусловно, являлось древней головой европейца, — светлые волосы подтверждали это. Бэссет готов был поклясться, что это голова англичанина, и притом англичанина другого столетия, доказательством этого служили массивные золотые серьги, сохранившиеся в высохших мочках ушей.</p>
     <p>— А вот твоя голова… — вернулся жрец к излюбленной теме.</p>
     <p>— Знаешь, что, — прервал его Бэссет, которого осенила новая мысль, — ты можешь распоряжаться моей головой, когда я умру, если дашь мне увидеть Красное Божество.</p>
     <p>— Твоя голова мне все равно достанется, когда ты умрешь, — отверг Нгурн его предложение и добавил с жестокой откровенностью дикаря: — Твои дни сочтены, ты уже и сейчас почти труп. Ты все слабеешь. Пройдет немного месяцев — и твоя голова будет коптиться здесь, у меня. Ты знаешь, приятно в течение долгих дней поворачивать в дыму голову человека, которого знал так хорошо, как я знаю тебя. Я стану беседовать с тобой и открою тебе много тайн, это не будет опасно нам, ведь ты будешь мертв.</p>
     <p>— Нгурн, — с внезапным гневом сказал Бэссет, — тебе знаком мой Маленький Гром в железе? (Так дикари называли его всесильный дробовик). Я могу убить тебя в любой момент, тогда тебе не видать моей головы.</p>
     <p>— Ну так что же, — невозмутимо проговорил Нгурн, — все равно твоя голова достанется нам, она будет висеть здесь, в этой хижине. Твою голову получит Гнгн или кто-нибудь другой из людей моего племени. И знай, чем скорее ты убьешь меня, тем раньше твоя голова будет поворачиваться здесь, в дыму.</p>
     <p>Бэссет понял, что из этого спора старик вышел победителем.</p>
     <p>Но что же представляет собой Красное Божество? Этот вопрос Бэссет в тысячный раз задавал себе в течение следующей недели, когда, как ему казалось, силы начали возвращаться к нему. Что же являлось источником чудесного звука? Кто он, этот Певец Солнца, Рожденный Звездой?</p>
     <p>Кто — это таинственное божество, такое же свирепое, как те дикие чернокожие племена, которые ему поклонялись, и чей властный серебряный голос не раз слышал Бэссет?</p>
     <p>Попытка соблазнить старого жреца своей головой окончилась неудачей. Нельзя было рассчитывать и на вождя племени Гнгна: этот кретин фактически во всем подчинялся Нгурну. Оставалась одна Балатта. Она обожала Бэссета с того самого дня, как впервые увидела его синие глаза. Балатта была женщиной, и он знал: единственное, что может заставить дикарку изменить своему племени, — это ее сердце. Но Бэссет был брезглив. Он не мог оправиться от того чувства ужаса, которое с самого начала внушило ему безобразие Балатты. Даже в Англии женщины никогда особенно не увлекали его. Но сейчас, поступая, как человек, готовый на любую жертву во имя науки, он начал усиленно ухаживать за отвратительной дикаркой, совершая насилие над своей утонченной натурой.</p>
     <p>Он с содроганием, пряча гримасу и преодолевая отвращение, обнимал ее покрытые коркой грязи плечи и чувствовал, как ее курчавые, пахнущие прогорклым маслом, волосы касались его шеи и подбородка. Но он едва не закричал, когда она сразу же отдалась этой ласке, выражая свой восторг ужимками, невнятным бормотанием и поросячьими взвизгиваниями. Это было уж слишком. И следующим шагом в этом ухаживании явилось то, что Бэссет повел Балатту к ручью и как следует вымыл ее.</p>
     <p>Как верный поклонник, Бэссет с этого дня не отходил от нее ни на шаг. Он уделял Балатте столько времени, на сколько у него хватало воли сдерживать свое отвращение. Но все же Бэссет уклонился от бракосочетания с соблюдением обычаев племени, на котором настаивала Балатта. К счастью, у этих дикарей строго соблюдались определенные табу. Например, Нгурн не имел права прикасаться к скелету, мясу или коже крокодила. Это было твердо определено. Гнгну, также от рождения, запрещалось прикосновение к женщине. Если бы какая-нибудь женщина коснулась его, то она только своей смертью могла бы смыть осквернение вождя. Как-то раз Бэссет видел, как девятилетняя девочка, играя, споткнулась и налетела на священного вождя. С тех пор она исчезла. Балатта поведала ему по секрету, что в течение трех дней и ночей девочка умирала перед Красным Божеством. Балатте были запрещены плоды хлебного дерева. Это радовало Бэссета: что бы он стал делать, если бы ей запретили воду!</p>
     <p>Для себя Бэссет тоже выдумал запрет. Он заявил, что имеет право жениться только тогда, когда созвездие Южного Креста достигнет зенита. Бэссет разбирался в астрономии и знал, что таким образом получил отсрочку почти в девять месяцев. Бэссет считал, что за это время он или умрет, или сумеет бежать к побережью, узнав тайну Красного Божества и источник удивительного звука. Сначала он думал, что Красное Божество представляет собой гигантскую статую, наподобие колосса Мемнона, поющую при определенной температуре под действием солнечных лучей. Но потом Бэссет отказался от своей гипотезы: однажды, после военного набега, партия пленных была принесена в жертву Божеству ночью, во время дождя, и Красный Дух пел еще громче, хотя солнце в данном случае не могло играть никакой роли.</p>
     <p>С Балаттой или в обществе других дикарей Бэссет мог свободно бродить в джунглях, но ему было запрещено ходить в том направлении, где обитало Красное Божество. Он стал еще более внимательным к Балатте, не забывая при этом следить за тем, чтобы она чаще купалась в ручье. Как всякая истинная женщина, Балатта была способна на любое предательство ради любви. И хотя вид ее вызывал отвращение, а ласки приводили его в отчаяние, хотя ее страшное лицо преследовало Бэссета в ночных кошмарах, все же, несмотря ни на что, он чувствовал в ней ту первозданную силу пола, воодушевлявшую Балатту и делавшую для нее собственную жизнь менее ценной, чем счастье возлюбленного, женой которого она надеялась стать. Джульетта или Балатта? Чем они отличались друг от друга? Нежный и утонченный продукт высокоразвитой цивилизации и его звероподобный прообраз, отставший на сто тысяч лет, но существенной разницы между ними он не видел.</p>
     <p>Бэссет был прежде всего ученым, а потом уже гуманистом. В самой глубине джунглей Гвадалканара он ставил опыт так же, как он проверял бы любую химическую реакцию в своей лаборатории. Он усиленно притворялся влюбленным, в то же время все настоятельнее требуя, чтобы Балатта свела его к Красному Божеству. История, старая, как мир, думал он: женщина всегда расплачивается.</p>
     <p>Это случилось однажды, когда они сидели на берегу ручья и ловили неизвестную Бэссету черную рыбешку с золотистой икрой (она часто заплывала в пресные воды и во всех видах — живая и протухшая — считалась лакомством). Услышав его требование, Балатта бросилась ничком в грязь, обвила руками его ноги и стала целовать их, всхлипывая так, что у него мурашки бегали по телу. Балатта умоляла убить ее, но не требовать невозможного. Она рассказала ему, что нарушителя табу Красного Божества ждет страшное наказание — неделя пыток. Бэссет слушал ее и убеждался в том, что он еще плохо знает, как человек может истязать человека.</p>
     <p>И все-таки Бэссет настаивал на том, что его мужская воля должна быть выполнена, хотя бы с риском для ее жизни. Он должен проникнуть в тайну Красного Божества, пусть даже ей пришлось бы заплатить за это медленной, мучительной смертью.</p>
     <p>Балатта была только женщиной, и она уступила. Она повела его в запретную область джунглей. Крутой горный кряж, тянувшийся с севера, встречался здесь с таким же хребтом, идущим с юга, образуя глубокое черное ущелье, где протекал поток, в котором Балатта и Бэссет ловили рыбу. Дорога около мили шла по краю ущелья, а затем резко поднималась в гору. Они прошли мимо известковых отложений, которые привлекли внимание Бэссета как геолога. То и дело останавливаясь из-за слабости Бэссета, они карабкались по поросшим лесом вершинам, пока не вышли на голое плоскогорье. Бэссет увидел, что оно покрыто темным песком вулканического происхождения. Он подумал, что карманный магнит легко мог бы притянуть несколько черных блестящих зерен.</p>
     <p>Держа Балатту за руку и побуждая ее идти вперед, Бэссет оказался наконец у цели своего путешествия — в центре плато находилась огромная яма, имевшая, несомненно, искусственное происхождение. Он тут же вспомнил все, что знал из истории путешествий по Южным морям, в его голове замелькали отдельные даты, обрывки событий. Эти острова открыл в свое время Мендана. Он назвал их Соломоновыми, думая, что нашел легендарные копи царя Соломона. Многие смеялись над ребяческой доверчивостью старого моряка, а теперь сам Бэссет стоял на краю котлована, напомнившего ему алмазные разработки Южной Африки.</p>
     <p>Но то, что он увидел внизу, скорее напоминало жемчужину, переливающуюся всеми цветами радуги. Это была жемчужина-гигант; жемчуг всей земли, слитый воедино, не составил бы ее величины, а окраска ее не походила ни на цвет жемчуга, ни на что-либо другое. Увидев неповторимый цвет Красного Божества, Бэссет сразу понял, что перед ним именно оно. Это был идеальной формы шар около двухсот футов в диаметре, его верхняя часть на сто футов выступала из котлована. Казалось, что поверхность шара покрыта каким-то лаком. Изумительная полировка могла быть сделана и человеком, но, разумеется, не руками дикарей. Лак был красивейшего ярко-вишневого оттенка, казалось, что один слой наложен на другой. Шар сверкал на солнце и переливался многоцветным сиянием.</p>
     <p>Тщетно Балатта умоляла Бэссета не спускаться вниз. Она валялась в грязи, прося его остаться, но когда он все же начал спускаться по тропинке, петлявшей по стенам гигантского оврага, Балатта поплелась за ним, съежившись и хныкая. Красный шар извлекли из земли как большую ценность, — это не вызывало сомнений. Дикарей, живших в окрестных двенадцати деревнях, было слишком мало, их орудия отличались крайней примитивностью, поэтому Бэссет решил, что только благодаря труду множества поколений мог быть вырыт этот гигантский котлован.</p>
     <p>Дно обширной ямы было усеяно высохшими скелетами, среди которых валялись также деревянные и каменные изображения идолов, изувеченные и разбитые. Некоторые из них были вырезаны из крепких древесных стволов сорока — пятидесяти футов в длину и украшены непристойными тотемическими рисунками. Он отметил отсутствие изображений акулы и черепахи, которые так часто повторялись на предметах культа туземцев, живших на побережье. Его поразило постоянно повторяющееся изображение шлема. Что могли знать о шлемах эти дикари из дебрей Гвадалканара? Быть может, воины Менданы носили шлемы и проникли сюда несколько веков назад? А если нет, то откуда пришло к ним это изображение?</p>
     <p>Пробираясь по кучам искалеченных божков и костей в сопровождении плачущей Балатты, Бэссет подошел вплотную к Красному Божеству и слегка дотронулся до него кончиками пальцев. Нет, то не мог быть лак. Лакированная поверхность была бы гладкой, а эту избороздили морщины и выбоины, всюду виднелись следы плавки. Шар мог быть только металлическим, но Бэссет знал, что на земле нет ни одного металла или сплава, напоминающего этот. Его цвет был естественным и, по-видимому, принадлежал самому металлу.</p>
     <p>Бэссет тихо провел пальцами по поверхности шара, и вдруг гигантская сфера вздрогнула, ожила и запела. Это было невероятно! От такого, почти неощутимого прикосновения гудит огромная масса! Шар словно отвечал на ласку его пальцев ритмическими вибрациями, которые переходили в шепот, в шелест и бормотание. Звуки поражали своим разнообразием: в них слышались тонкий, едва уловимый в своих переливах свист и дурманяще сладостный голос волшебной трубы. Бэссет решил, что так бы звучал колокол богов, летящих к земле из просторов космоса.</p>
     <p>Бэссет бросил вопросительный взгляд на Балатту, но она, услыхав пение Красного Божества, со стоном пала ниц среди костей. Ученый стал внимательно рассматривать чудесный шар. Он полый и сделан из неизвестного нам металла, решил Бэссет. Да, кто-то еще в древние времена справедливо назвал его Рожденным Звездой. Только звезды могли послать его на Землю. В нем воплотились знания и искусство иных миров. Его идеальная форма не может быть результатом случайности. Бесспорно, шар был творением высокого ума, проникшего в тайны металла. Бэссет с изумлением смотрел на него, в его мозгу мелькали сотни гипотез, объясняющих появление этого странника, который отважился пересечь звездное небо и сейчас лежал перед ним, извлеченный из земли благодаря упорному труду людоедов.</p>
     <p>Может быть, его окраска — результат нагрева какого-нибудь известного металла? Бэссет вонзил кончик перочинного ножа в поверхность гиганта, пытаясь установить природу материала. Шар рокотом протеста ответил на это прикосновение. Он зазвенел прозрачным золотым звоном. Звук опускался и поднимался, он ширился и готов был перерасти в тот поглощавший все вокруг себя гром, который так часто слышал Бэссет.</p>
     <p>Забыв об опасности и о собственной жизни, пораженный невероятным и необъяснимым явлением, он занес нож, чтобы ударить им по шару со всей силой, но Балатта удержала его. В ужасе она обхватила его ноги, умоляла Бэссета не делать этого. В своем неистовом желании остановить его она прокусила себе руку до кости.</p>
     <p>Он едва ли заметил это, хотя машинально поддался инстинктивному чувству и удержался от удара. Человеческая жизнь представилась ему чем-то бесконечно ничтожным перед этим величественным знамением недоступного бытия звездных миров. Словно собаку, он пнул ногой маленькую уродливую дикарку и заставил ее подняться. Она пошла за ним вокруг шара. Пройдя немного, Бэссет увидел страшное зрелище. Он узнал высохший на солнце труп девятилетней девочки, нечаянно нарушившей священное табу вождя. Не случайно дикари назвали свое божество Красным, видя в нем собственный образ и стараясь задобрить его кровавыми жертвоприношениями. Среди мертвецов Бэссет увидел человека, который был еще жив.</p>
     <p>Он продолжал свой путь, ступая по костям, усеивавшим этот древний склеп для жертвоприношений. Скоро Бэссет увидел сооружение, которое заставляло Красное Божество устремлять свой зов сквозь дикие леса до далекого берега Рингману. Простота этого сооружения особенно бросалась в глаза рядом с совершенством чудесного шара. Это была массивная балка, около пятидесяти футов в длину, охраняемая с древних времен священной традицией. Ее украшало множество изображений богов в шлемах, сидящих в открытой пасти крокодила один над другим. Балка была подвешена на веревках, сплетенных из лиан, на огромном треножнике из древесных стволов, также покрытых резьбой. С балки свисали веревки, при помощи которых можно было раскачивать ее и ударять в искрящуюся разноцветными переливами поверхность шара.</p>
     <p>Здесь старый Нгурн и совершал нечто похожее на богослужение. Бэссет громко, почти истерически, расхохотался при мысли о том, что этот чудесный вестник иных миров попал к обезьяноподобным людоедам, охотящимся за человеческими головами…</p>
     <p>Это было все равно, как если бы слово божье упало в грязную бездну, лежащую под адом, или скрижали <a l:href="#n_885" type="note">[885]</a> с заповедями Иеговы отдали бы обезьянам в зоологическом саду, а нагорная проповедь была произнесена в доме для умалишенных.</p>
     <p>Недели тянулись медленно. Бэссет спал в хижине жреца, на усыпанном пеплом полу, а над ним мерно покачивались коптящиеся головы. Бэссет ночевал там не случайно: женщины не имели права входить в священную хижину, а следовательно, он был недоступен для Балатты, которая становилась все навязчивее по мере того, как Южный Крест подымался на небе, приближая день свадьбы. Дни Бэссет проводил в плетеном гамаке, в тени хлебного дерева, росшего возле хижины. Этот распорядок жизни нарушали частые приступы изнурительной лихорадки, во время которых Бэссет сутками лежал ничком в хижине Нгурна. Он пытался побороть болезнь, потому что страстно хотел выжить. Ему надо было окрепнуть для того, чтобы совершить побег, чтобы пройти через равнину и джунгли и достигнуть побережья. Там он мог на какой-нибудь вербовочной шхуне вернуться в цивилизованный мир и поведать людям о посланце других миров, покоящемся в сердце мрачного Гвадалканара, у звероподобных дикарей, поклоняющихся ему.</p>
     <p>Иногда, по ночам, лежа под хлебным деревом, Бэссет в течение многих часов смотрел, как звезды постепенно уходят за черную стену джунглей, теснимую деревней. Бэссет был неплохо знаком с астрономией, и, больной, он находил горькое удовольствие в размышлениях о жителях отдаленных солнечных систем, куда робко приходит жизнь из темных тайников материи. Для него не существовало границ времени и пространства. Его твердое убеждение в том, что энергия неисчерпаема, а материя вечна, не поколебали никакие теории радиоактивного распада. Звезды всегда были и будут. Конечно, в этом космическом круговороте все сравнительно похоже и, за редким исключением, должно иметь примерно одну и ту же субстанцию. Все подчиняется тем же самым законам, которые были нерушимы за всю историю человечества. А потому жизнь возможна во всех солнечных системах.</p>
     <p>Лежа под хлебным деревом, он думал о том, что, быть может, бесчисленное множество глаз непрерывно и так же пытливо смотрит на небо, стремясь проникнуть в загадки вселенной. И он ощущал себя частицей незримой цепи, связывающей человеческие существа в различных частях мироздания, существа, которые так же, как и он, мысленно устремлены в бесконечность.</p>
     <p>Каков он, этот неведомый высший разум, пославший из глубин вселенной сияющего пурпурного вестника с его небесным голосом? Вероятно, давным-давно он шел по той же тропе научных исканий, на которую по календарю космоса люди Земли вступили так недавно. Ведь для того, чтобы послать сквозь черную бездну вселенной своего гонца, этот разум должен был достигнуть тех высот, к которым человек, ощупью бредущий во мраке неведения, так медленно пробивает путь ценой своего пота и крови. Каковы же эти высшие существа? Достигли ли они великого братства? Или они признали, что закон любви ведет к слабости и упадку? Или жизнь — это борьба? Был ли беспощадный закон естественного отбора распространен на всю вселенную? И что важнее всего? Не была ли их мудрость и сейчас заключена в металлическом сердце Красного Шара в ожидании того часа, когда первый человек Земли сможет разгадать ее? Одно не вызывало у Бэссета сомнений: поющий вестник не был каплей красной росы, нечаянно упавшей с львиной гривы какого-нибудь далекого солнца. Красное Божество послали преднамеренно, в его пении звучал мудрый язык звезд.</p>
     <p>Сколько стихий укротили сыны космоса, сколько тайн они познали? Несомненно, этот огромный шар должен содержать в себе не только историю величайших открытий, намного обогнавших человеческую фантазию, которые, если ими овладеть, подымут общественную и личную жизнь человека на недосягаемые высоты чистоты и могущества. Красное Божество — это великий дар слепому, ненасытному, рвущемуся в небо человечеству. И ему, Бэссету, выпала великая честь первому получить послание Звездных Собратьев человека.</p>
     <p>Ни один белый, ни один туземец, не принадлежавший к племени Нгурна, никогда не смел посмотреть на Красное Божество под страхом смерти. Таков был древний закон, о котором жрец поведал Бэссету. Только сын их племени мог лицезреть Красного и остаться в живых. Но теперь положение изменилось. Преступную тайну Бэссета знала только Балатта, которая его не выдаст из страха быть умерщвленной во имя Красного Божества. Сейчас перед Бэссетом стояла только одна цель: побороть изнуряющую лихорадку и вернуться в цивилизованный мир. Он бы организовал экспедицию и вырвал из сердца Красного Божества послание других миров, пусть даже для этого пришлось бы уничтожить всех туземцев острова.</p>
     <p>Но приступы болезни стали повторяться все чаще и чаще. Теперь значительную часть времени он находился в беспамятстве. И наконец Бэссет, несмотря на свойственный его крепкой натуре оптимизм, понял, что никогда не одолеет джунглей и не пройдет к морю. Южный Крест поднимался все выше, в то время как жизнь медленно уходила из Бэссета. Даже Балатта теперь понимала, что ему не дожить до дня свадьбы. Нгурн собственноручно собирал травы для обкуривания его головы и гордо хвастался, как искусно он ее обработает. Что касается Бэссета, то это его не возмущало. Жизнь покидала его так медленно и упорно, что ученого уже не страшила мысль об уходе в небытие. Он продолжал существовать. Периоды беспамятства чередовались с промежутками полубессознательного состояния, смутного и нереального, когда он лениво спрашивал себя, наяву ли он видел Красное Божество, или дивный шар явился ему в бредовом кошмаре.</p>
     <p>Но вот наступил день, когда сумрачный туман рассеялся, и Бэссет почувствовал, что ум его ясен, как колокольный звон, а тело так слабо, что он не может пошевелить ни рукой, ни ногой. Физическая оболочка стала невесомой, и в краткую минуту прояснения он почувствовал, что смерть рядом. Он понял, что конец неизбежен. Но теперь Бэссет не сомневался в том, что он действительно видел своими глазами Красное Божество, посланца иных миров. И он сознавал, что умрет, так и не поведав миру о поющем вестнике, который здесь, в сердце Гвадалканара, может быть, ждал тысячелетия, чтобы о нем узнали люди.</p>
     <p>Бэссет принял решение, вызвал к себе под тень хлебного дерева Нгурна и обсудил со старым колдуном условия осуществления последнего дела своей жизни.</p>
     <p>— Я знаю закон, Нгурн, — заключил он, — только сын вашего племени может лицезреть Красное Божество и остаться в живых; мне известно, что чужим это запрещено, но ведь я все равно умру. Пусть юноши твоего племени отнесут меня к Красному, я только раз посмотрю на него, услышу, как он поет, и потом умру от твоей руки, Нгурн. Тогда все будут довольны: исполнится мое последнее желание, ты получишь мою голову, которой ждешь с таким нетерпением, и закон не будет нарушен.</p>
     <p>Нгурн согласился с этим и сказал:</p>
     <p>— Да, ты прав, так будет лучше. Ты все равно не поправишься, так зачем же цепляться за какие-то немногие часы, это неразумно. И для нас, здоровых, ты стал бременем. Правда, ты умен, и мне было приятно с тобой беседовать, но прошло уже много лун, а мы с тобой почти не говорим. Между тем ты занимаешь место в моей хижине, неприятно хрипишь, как умирающая свинья, громко и утомительно болтаешь на своем языке, которого я не понимаю. Ты смущаешь покой моей души, а я, когда копчу головы, люблю размышлять о вечности, о свете и мраке. Ты тяготишь меня, ты нарушаешь ход моих мыслей и не даешь мне достигнуть высшей мудрости, которую я должен познать, прежде чем угасну. Над тобой уже нависла тьма, и поэтому тебе лучше скорее умереть. Я обещаю, что в те долгие дни, когда я буду коптить твою голову, ни один человек не помешает нам. И тогда я открою тебе много тайн… ибо я стар и много знаю, и я буду нанизывать мудрость на мудрость, поворачивая твою голову в дыму.</p>
     <p>Сделали носилки, и Бэссета понесли навстречу его последнему маленькому приключению, которое должно было завершить большое приключение, именуемое жизнью. Он почти не ощущал своего тела, не чувствовал даже боли, но его сознание прояснилось, мысли просветлели. Наблюдая угасание уходящего мира, он в состоянии тихого экстаза прощался с жизнью. Лежа на носилках, Бэссет в последний раз видел сумерки под сводом джунглей, хлебное дерево возле священной хижины, мрачное горное ущелье и плоскогорье, покрытое черным вулканическим песком.</p>
     <p>Его несли вниз, в обитель Красного Божества. Гигантский сияющий шар, казалось, вот-вот зазвучит. По истлевшим останкам, по деревянным идолам ступали туземные юноши, несшие Бэссета к Красному Божеству, мимо живых еще жертв, внушавших ужас. И вот они подошли к треножнику с висячим тараном.</p>
     <p>Там Бэссет при помощи Нгурна и Балатты с трудом сел на носилках, слегка раскачиваясь от слабости, и ясным, всевидящим взглядом внимательно посмотрел на Красное Божество.</p>
     <p>— О, только раз, Нгурн, — сказал Бэссет, впиваясь глазами в сверкающую, вибрирующую поверхность, которая переливалась алыми бликами, готовыми в любую минуту преобразиться в звук, в нежный шорох шелка, в серебристый шепот, в бархатное пение волшебного рожка, в золотой рокот струн, в глухие раскаты лесного грома.</p>
     <p>— Я жду, — напомнил жрец после долгой паузы, держа наготове томагавк с длинной рукояткой.</p>
     <p>— О, только раз, Нгурн, — повторил Бэссет, — пусть Красное Божество заговорит, чтобы я мог видеть и слышать, как оно звучит, а потом я, склонив голову, подыму руку, и тогда ты нанесешь свой удар. Но, уходя в вечную ночь, я хочу, Нгурн, услышать дивный голос Красного.</p>
     <p>— Я обещаю тебе, что твоя голова будет прокопчена так хорошо, как еще ни одна до сих пор, — уверил его Нгурн, делая знак стоящим у треножника юношам раскачать бревно. — Твоя голова будет величайшим произведением моего искусства.</p>
     <p>Бэссет тихо улыбнулся тщеславию старика. В это самое мгновение массивное бревно привели в движение. Бэссет погрузился в экстаз внезапного громоподобного освобождения звука. Что это был за гром! В нем слышалось звучание всех ценнейших металлов, в нем чудился глас архангелов. То был не только чудеснейший из звуков — то был мудрый голос иных миров.</p>
     <p>О, чудо звездного металла! Бэссет явственно видел, как поверхность гигантского шара вздрагивает, вспыхивает яркими огнями и переливается не то оттенками, не то звуками.</p>
     <p>Время шло, наконец Бэссета вернуло к действительности нетерпеливое движение Нгурна. Он совсем было забыл о старике. В голове Бэссета мелькнула мысль, которая заставила его усмехнуться. Ружье лежало рядом с ним на носилках, достаточно было нажать курок, и он раздробил бы свою голову.</p>
     <p>Но к чему этот обман? Нгурн был людоедом, охотником за черепами, звероподобным существом, но он был по-своему человечен и этичен, он поступил с Бэссетом честно. — Нет, решил он, это подлость — обмануть старика в последнюю минуту, моя голова — собственность Нгурна, и он ее получит.</p>
     <p>И тогда Бэссет поднял руку и склонил голову; в эту минуту он совсем забыл о Балатте, которая была всего лишь женщиной и притом нелюбимой. Бэссет, не глядя, почувствовал, как над ним взвился остро наточенный томагавк. На него опустилась тень неведомого. И пока падал топор, пока еще были живы его нервы и мышцы, Бэссету показалось, что он взглянул в ясное лицо Медузы-Правды. А когда он почувствовал прикосновение стали и мрак хлынул на него, в последней вспышке сознания он увидел свою голову, которая медленно покачивается в густом дыму в священной хижине под хлебным деревом.</p>
     <p><emphasis>Вайкики, Гонолулу.</emphasis></p>
     <p><emphasis>22 мая 1916 г.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Как аргонавты в старину…</p>
     </title>
     <p>Летом 1897 года семейство Таруотеров не на шутку всполошилось. Дедушка Таруотер, который, казалось, окончательно покорился своей судьбе и сидел смирнехонько почти полных десять лет, вдруг снова будто с цепи сорвался. На сей раз это была клондайкская горячка. Первым и неизменным симптомом таких припадков было у него то, что он начинал петь. И пел он всегда одну песню, хотя помнил из нее только первую строфу, да и то всего три строчки. Стоило ему хриплым басом, превратившимся с годами в надтреснутый фальцет, затянуть:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Как аргонавты <a l:href="#n_886" type="note">[886]</a> в старину,</v>
       <v>Спешим мы, бросив дом,</v>
       <v>Плывем, тум-тум, тум-тум, тум-тум,</v>
       <v>За Золотым Руном, —</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>и все семейство уже знало, что ноги у него так и зудят, а мозг сверлит всегдашняя бредовая идея.</p>
     <p>Десять лет назад он запел свой гимн, исполнявшийся на мотив «Слава в вышних богу», когда схватил патагонскую золотую горячку. Многочисленное семейство дружно на него насело, но справиться с дедушкой Таруотером было не так просто. Когда все попытки его образумить оказались напрасными, родные решили напустить на старика адвокатов, установить над ним опеку и засадить его в сумасшедший дом — мера вполне уместная в отношении человека, который четверть века назад ухитрился спустить в рискованных спекуляциях огромные владения в Калифорнии, сохранив всего какой-то жалкий десяток акров, и с той поры не выказывал никакой деловой сообразительности. Угроза призвать адвокатов подействовала на Джона Таруотера как хороший горчичник, ибо, по его глубокому убеждению, именно стараниями этих господ, умеющих драть с человека три шкуры, он и лишился всех своих земельных богатств. Не мудрено поэтому, что в пору патагонской горячки одной мысли о столь сильно действующем средстве оказалось достаточно, чтобы его излечить. Он мгновенно оправился от горячки и согласился ни в какие Патагонии <a l:href="#n_887" type="note">[887]</a> не ехать, чем и доказал, что находится в здравом уме и твердой памяти.</p>
     <p>Но вслед за тем старик совершил поистине безумный поступок, передав родным по дарственной свои десять акров земли, воды, дом, сарай и службы. К этому он присовокупил бережно хранимые в банке восемьсот долларов — все, что ему удалось спасти от былого богатства. Тут, однако, близкие не нашли нужным заключать его в сумасшедший дом, сообразив, что это лишило бы дарственную законной силы.</p>
     <p>— Дедушка, видать, дуется на нас, — сказала старшая дочь Таруотера, Мери, сама уже бабушка, когда отец бросил курить.</p>
     <p>Старик оставил себе только пару старых кляч, таратайку и свою отдельную комнатку в переполненном доме. Больше того, заявив, что не желает быть ничем обязанным детям, он подрядился дважды в неделю возить почту из Кельтервила через гору Таруотер в Старый Альмаден, где в нагорном скотоводческом районе находились ртутные разработки. На своих клячах ему только-только хватало времени обернуться. И десять лет кряду, и в дождь и в ведро, он исправно дважды в неделю доставлял почту. Столь же аккуратно каждую субботу вручал он Мери деньги за стол. Отделавшись от патагонской горячки, он настоял на том, чтобы платить за свое содержание, и пунктуальнейшим образом вносил деньги, хотя для этого ему пришлось отказаться от табака.</p>
     <p>Мысли свои на этот счет старик поверял только ветхому колесу старой таруотерской мельницы, которую он собственноручно поставил из росшего здесь мачтового леса. Она молола пшеницу еще для первых поселенцев.</p>
     <p>— Э-э! — говорил он. — Пока я сам себя могу прокормить, они не упрячут меня в богадельню. А раз у меня теперь нет ни гроша, никакой мошенник-адвокат не пожалует сюда по мою душу.</p>
     <p>И вот, поди ж ты, за эти именно весьма разумные поступки Джона Таруотера стали почитать в округе полоумным!</p>
     <p>Впервые он запел «Как аргонавты в старину» весной 1849 года, когда, двадцати двух лет от роду, заболев калифорнийской горячкой, продал двести сорок акров земли в Мичигане, из которых сорок уже были расчищены, на все вырученные деньги купил четыре пары волов и фургон и пустился в путь через прерии.</p>
     <p>— В Форте Холл мы разделились: часть переселенцев повернула на север к Орегону, а мы двинулись на юг, в Калифорнию, — так он неизменно заканчивал свой рассказ об этом тяжелом переходе. — И в долине Сакраменто, где Каш Слу, мы с Биллом Пингом в кустарниках ловили арканом серых медведей.</p>
     <p>Долгие годы он занимался извозом, промывал золото, пока наконец на деньги, вырученные от продажи своей доли в прииске Мерсед, не обосновался в округе Сонома, удовлетворив таким образом присущую веку и унаследованную от отцов и дедов ненасытную жадность к земле.</p>
     <p>Все десять лет, что старик развозил почту в Таруотерском районе, вверх по долине реки Таруотер и через Таруотерский хребет — территория, некогда почти целиком входившая в его владения, — он мечтал вернуть эти земли, прежде чем ляжет в могилу. И вот теперь, распрямив согбенное годами большое костлявое тело, с вдохновенным пламенем в крохотных, близко посаженных глазках, старик опять запел во все горло свою старую песню.</p>
     <p>— Ишь, заливается… слышите? — сказал Уильям Таруотер.</p>
     <p>— Совсем спятил старик, — посмеялся поденщик Хэррис Топпинг, муж Энни Таруотер и отец ее девятерых детей.</p>
     <p>Дверь отворилась, и на пороге кухни показался дедушка Таруотер; он ходил задать корм лошадям. Песнь оборвалась, но Мери была в тот день не в духе потому, что обварила себе руку, и потому, что внучонка, которого начали прикармливать разбавленным по всем правилам коровьим молоком, слабило.</p>
     <p>— Пой не пой, ничего у тебя не выйдет, отец, — накинулась она на старика. — Прошло времечко, когда ты мог очертя голову скакать в какой-нибудь Клондайк, пением-то ведь сыт не будешь.</p>
     <p>— А я вот голову даю на отсечение, что добрался бы до Клондайка и накопал столько золота, что хватило бы выкупить таруотерскую землю, — спокойно возразил он.</p>
     <p>— Старый дуралей! — буркнула себе под нос Энни.</p>
     <p>— Меньше чем за триста тысяч да еще с лишком ее не выкупишь, — пытался образумить отца Уильям.</p>
     <p>— Вот я и добыл бы триста да еще с лишком, только бы мне туда попасть, — невозмутимо возразил дедушка Таруотер.</p>
     <p>— Слава богу, что туда не дойти пешком, а то вмиг бы отправился, знаю я тебя, — крикнула Мери. — Ну, а пароходом стоит денег.</p>
     <p>— Когда-то у меня были деньги, — смиренно заметил старик.</p>
     <p>— А теперь у тебя их нет, так что и толковать не о чем, — сказал Уильям. — Прошло то времечко. Когда-то ты с Биллом Пингом медведей арканом ловил. А теперь и медведи все перевелись.</p>
     <p>— Все равно…</p>
     <p>Но Мери не дала ему договорить. Схватив с кухонного стола газету, она яростно потрясла ею перед самым носом своего престарелого родителя.</p>
     <p>— А ты читал, что рассказывают тамошние золотоискатели? Вот оно черным по белому написано. Только молодые да сильные выдерживают. На Клондайке хуже, чем на Северном полюсе. Сколько их там погибло! Взгляни-ка на портреты. А ты лет на сорок старше самого старого из них.</p>
     <p>Джон Таруотер взглянул, но сейчас же уставился на другие снимки на той же испещренной кричащими заголовками первой странице.</p>
     <p>— А ты взгляни, какие они оттуда самородки привезли, — сказал он. — Уж я-то знаю толк в золоте. Худо-бедно, двадцать тысяч добыл из Мерседы? Кабы ливень не прорвал мою запруду, так и все бы сто добыл. Попасть бы только в Клондайк…</p>
     <p>— Как есть рехнулся, — чуть ли не в глаза старику бросил Уильям.</p>
     <p>— Это ты про отца родного! — мягко пожурил его старик Таруотер. — Посмел бы я сказать такое твоему деду, он бы мне все кости переломал вальком.</p>
     <p>— Да ты и в самом деле рехнулся… — начал было Уильям.</p>
     <p>— Может, ты и прав, сынок. А вот дед твой, тот был в здравом уме и не потерпел бы такого.</p>
     <p>— Дедушка, видно, начитался в журналах про людей, которые разбогатели, когда им уже за сорок перевалило, — с насмешкой сказала Энни.</p>
     <p>— А почему бы и нет, доченька? — возразил старик. — Почему бы человеку и после семидесяти не разбогатеть? Мне-то семьдесят ведь только нынешний год стукнуло. Может, я бы и разбогател, кабы в этот самый Клондайк попал.</p>
     <p>— Так ты туда и не попадешь, — срезала его Мери.</p>
     <p>— Ну что же, нет так нет, — вздохнул он, — а раз так, можно, пожалуй, и на боковую.</p>
     <p>Старик встал из-за стола, высокий, тощий, мосластый и корявый, как старый дуб, — величественная развалина крепкого и могучего когда-то мужчины. Косматые волосы и борода его были не седые, а белоснежные, на огромных узловатых пальцах торчали пучки белой щетины. Он пошел к двери, отворил ее, вздохнул и остановился, оглядываясь на сидящих.</p>
     <p>— А все-таки ноги у меня так и зудят, так и зудят, — пробормотал он жалобно.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>На следующее утро дедушка Таруотер, засветив фонарь, покормил и запряг лошадей, сам позавтракал при свете лампы и, когда все еще в доме спали, уже трясся вдоль речки Таруотер по дороге в Кельтервил. Два обстоятельства были необычны в этой обычной поездке, которую он проделал тысячу сорок раз с тех пор, как подрядился возить почту. Первое то, что, выехав на шоссе, старик повернул не к Кельтервилу, а на юг, к Сантa-Роса. А второе — что уже и вовсе странно — у него был зажат между коленями бумажный сверток. В свертке находилась его единственная еще приличная черная пара, которую Мери давно уже не приказывала ему надевать, не оттого, как догадывался он, что сюртук очень обносился, а потому, что дочь считала одежду достаточно еще приличной, чтобы отца в ней похоронить.</p>
     <p>В Санта-Роса, в третьеразрядной лавке подержанного платья, он, не торгуясь, продал пару за два с половиной доллара. Тот же услужливый лавочник дал ему четыре доллара за обручальное кольцо покойной жены. Лошади и шарабан пошли за семьдесят пять долларов; правда, наличными он получил всего двадцать пять. Встретив на улице Алтона Грэнджера, которому он никогда не поминал раньше про взятые им еще в семьдесят четвертом году десять долларов, Таруотер теперь напомнил ему о долге и тотчас получил деньги. Старик перехватил доллар даже у известного всему городу горького пьяницы, который, как это не удивительно, оказался при деньгах и с радостью ссудил человека, не раз угощавшего его виски в дни своего благоденствия, — после чего с вечерним поездом Таруотер отбыл в Сан-Франциско.</p>
     <p>Две недели спустя с тощим вещевым мешком за плечами, где лежали одеяла и кое-какая теплая одежонка, старик высадился на берег Дайи в самый разгар клондайкской горячки. На берегу стоял сущий содом. Тут было сложено в кучи и разбросано прямо на песке не меньше десяти тысяч тонн всяких припасов и снаряжения, вокруг которых металось два десятка тысяч пререкавшихся и оравших во всю глотку людей. Цена за доставку груза через Чилкутский перевал к озеру Линдерман сразу подскочила: вместо шестнадцати центов за фунт индейцы запрашивали теперь тридцать, что составляло шестьсот долларов за тонну. А полярная зима была уже не за горами. Все это знали, и каждый прекрасно понимал, что из двадцати тысяч приезжих лишь очень немногие переберутся через перевалы, остальным же предстоит зазимовать в ожидании нескорой весенней оттепели.</p>
     <p>Вот на этот-то берег и ступил старый Джон, миновал его, мурлыча под нос свою, песенку, с ходу направил стопы прямо вверх по тропе к перевалу, как древний аргонавт, не заботясь о снаряжении, потому что снаряжения у него никакого и не было. Ночь он провел на косе в пяти милях вверх по течению Дайи; выше этого места уже нельзя было плыть даже на каноэ. Река, бравшая свое начало от высокогорных ледников, вырывалась здесь из мрачного ущелья и превращалась в бурный поток.</p>
     <p>И здесь рано утром он был свидетелем того, как щупленький человек, не более ста футов весом, шатаясь под тяжестью привязанного за плечами стофунтового мешка с мукой, опасливо переправлялся по бревну. Видел он и то, как человечек сорвался с бревна, упал вниз лицом в тихую протоку, где не было и двух футов глубины, и преспокойно стал тонуть. Ему вовсе не хотелось так легко расстаться с белым светом; просто мешок, весивший столько же, сколько и он сам, не давал ему подняться.</p>
     <p>— Спасибо, старина, — сказал он Таруотеру, когда тот помог ему встать на ноги и выкарабкаться на берег.</p>
     <p>Расшнуровывая башмаки и выливая из них воду, незнакомец разговорился, затем вытащил золотой и протянул его своему спасителю.</p>
     <p>Но старик Таруотер, у которого зуб на зуб не попадал после ледяной ванны, отрицательно покачал головой:</p>
     <p>— Вот по-приятельски с тобой перекусить, пожалуй, не откажусь.</p>
     <p>— Ты что, еще не завтракал? — с явным любопытством оглядывая Таруотера, спросил человечек, который назвался Энсоном и которому на вид было лет сорок.</p>
     <p>— Маковой росинки во рту не было, — признался Джон Таруотер.</p>
     <p>— А где ж твои припасы, отец? Впереди?</p>
     <p>— Нету у меня никаких припасов.</p>
     <p>— Думаешь купить продовольствие на месте?</p>
     <p>— Не на что покупать, дружище, денег нету ни цента. Да это неважно, мне бы сейчас вот перехватить чего-нибудь горяченького.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В лагере Энсона — примерно в четверти мили дальше — Таруотер увидел долговязого рыжебородого мужчину лет тридцати; он, чертыхаясь, тщетно пытался разжечь костер из сырого тальника. Представленный как Чарльз, молодой человек всю свою злость перенес на старика и сердито посмотрел на него исподлобья, но Таруотер, делая вид, что ничего не заметил, занялся костром: рыжебородый умудрился наложить камней с подветренной стороны. Таруотер откинул их, утренний ветерок усилил тягу, и вскоре вместо валившего от тальника дыма заполыхал огонь. Тут подоспел и третий их компаньон, Билл Уилсон, или Большой Билл, как прозвали его товарищи с тюком в сто сорок фунтов весом, и Чарльз подал весьма скверный, по мнению Таруотера, завтрак. Каша сверху не проварилась, а снизу подгорела, бекон обуглился, кофе больше походил на помои.</p>
     <p>Наспех проглотив завтрак, трое компаньонов забрали лямки и отправились назад по тропе примерно за милю, к месту последней стоянки, чтобы перетащить остатки своего добра. Но и старик Таруотер тоже не сидел сложа руки. Он почистил котел, вымыл миски, натаскал валежника, зашил порванную лямку, наточил кухонный нож и лагерный топорик и по-новому увязал кирки и лопаты, чтобы ловчее было нести.</p>
     <p>За завтраком старика поразило, что Энсон и Большой Билл почему-то с особым почтением относятся к Чарльзу. И когда Энсон, принеся очередной стофунтовый тюк, сел передохнуть, Таруотер издалека завел об этом разговор.</p>
     <p>— Видишь ли, — ответил Энсон — мы поделили между собой обязанности. У нас у каждого своя специальность. Я вот, к примеру, плотник. Когда мы доберемся до озера Линдерман, навалим лесу и распилим на доски, постройкой лодки распоряжаться буду я. Большой Билл — шахтер и лесоруб. Так что он будет ведать разделкой леса и всем, что касается добычи. Больше половины нашего груза уже на перевале. Мы все деньги спустили индейцам, чтобы подтащить хоть эту часть на Чилкут. Наш четвертый компаньон сейчас там и пока один перетаскивает снаряжение вниз. Его зовут Ливерпул. Он — моряк. Так вот, когда построим лодку, всем переходом по озерам и рекам до самого Клондайка командовать будет он.</p>
     <p>— А Чарльз? Этот мистер Крейтон, по какой он части?</p>
     <p>— Он у нас за коммерсанта и распорядителя. Когда до этого дойдет, он будет заправлять всеми делами.</p>
     <p>— Н-да… — задумчиво протянул Таруотер. — Вам повезло! Компания подобралась всех мастей!</p>
     <p>— Еще как повезло-то, — простодушно согласился с ним Энсон. — И ведь все, понимаешь, вышло случайно. Отправлялись каждый сам по себе, в одиночку. А на пароходе, когда шли из Сан-Франциско, познакомились и решили ехать артелью… Ну, мне пора, не то Чарльз, чего доброго, начнет меня шпынять, что я не управляюсь со своей долей груза. А как мне, мозгляку, который весит всего-то сто фунтов, сравняться с детиной в сто шестьдесят!</p>
     <p>Притащив в лагерь еще один тюк и заметив, как ловко старик все там прибрал и устроил, Чарльз сказал Таруотеру:</p>
     <p>— Хочешь, оставайся, приготовишь нам чего-нибудь к обеду.</p>
     <p>И Таруотер состряпал обед на славу, перемыл всю посуду, а к ужину подал великолепную свинину с бобами и испек в сковороде такой восхитительный хлеб, что трое компаньонов объелись и чуть не полегли костьми. Вымыв посуду после ужина, он нащепал лучины, чтобы утром не канителиться с костром и побыстрее приготовить завтрак, показал Энсону, как нужно обуваться, чтобы не стирались ноги, спел «Аргонавты в старину» и рассказал им о великом переходе через прерии в сорок девятом году.</p>
     <p>— Убей меня бог, это первый порядочный привал с тех пор, как мы высадились, — сказал Большой Билл, выбивая трубку и принимаясь стаскивать башмаки на ночь.</p>
     <p>— Так-то вроде лучше будет, ребята, а? — добродушно спросил Таруотер.</p>
     <p>Все утвердительно кивнули.</p>
     <p>— Тогда, ребятки, у меня к вам есть предложение. Хотите — принимайте его, хотите — нет, а уж выслушать извольте. Вам нужно торопиться попасть на место до ледостава. А один из вас половину времени тратит на стряпню, вместо того чтобы таскать груз. Если я буду на вас стряпать, дело у вас пойдет веселее. И едва будет получше, а с хорошей еды работа спорится. Между делом и я подсоблю с переноской, и побольше, чем вы думаете; не смотрите, что старик, — силенка еще есть.</p>
     <p>Большой Билл и Энсон одобрительно было закивали головой, но Чарльз их опередил.</p>
     <p>— А что ты за это хочешь? — осведомился он у старика.</p>
     <p>— Это уж как все решат.</p>
     <p>— Так дела не делаются, твое предложение, тебе и условия ставить, — отчитал его Чарльз.</p>
     <p>— Я вот как думал…</p>
     <p>— Небось, хочешь, чтобы мы тебя всю зиму кормили? — перебил Чарльз.</p>
     <p>— Какое там! Мне бы только добраться до Клондайка на вашей лодке, и на том великое спасибо.</p>
     <p>— Да ведь у тебя нет никаких припасов, старик. Ты с голоду там помрешь.</p>
     <p>— Кормился же я как-то до сих пор, — отвечал Таруотер, и в глазах его зажглись лукавые огоньки. — Вон уж семьдесят стукнуло, а с голоду не помер.</p>
     <p>— А подпишешь бумагу, что по прибытии в Доусон обязуешься сам заботиться о своем пропитании? — деловито осведомился Чарльз.</p>
     <p>— Почему не подписать, подпишу, — отвечал старик, Но Чарльз опять не дал товарищам выразить свое удовлетворение состоявшейся сделкой.</p>
     <p>— И вот что еще, старик. Нас ведь четверо компаньонов, такие вопросы мы обязаны решать сообща. Впереди с главным грузом Ливерпул, он хоть и молодой, но согласие его тоже требуется, раз его сейчас здесь нет.</p>
     <p>— А что он за человек? — полюбопытствовал Таруотер.</p>
     <p>— Моряк. Сорвиголова и буян. Характер у него неважный.</p>
     <p>— Да, горяченек, — подтвердил Энсон.</p>
     <p>— А уж сквернослов и богохульник, страсть какой! — удостоверил Большой Билл. Однако тут же добавил: — Но справедлив, этого у него не отнимешь.</p>
     <p>Энсон одобрительно закивал, присоединяясь к похвале.</p>
     <p>— Ну что ж, ребята, — сказал Таруотер. — В свое время я отправился в Калифорнию и добрался до нее. Доберусь и до Клондайка. Сказал, доберусь — и доберусь. И свои триста тысяч из земли добуду, это тоже верно. Как сказал, так оно и будет, потому деньги мне позарез нужны. А дурного характера я не боюсь, лишь бы парень был честный да справедливый. Попытаю счастья, пойду с вами, пока его не нагоним. А уж если он откажет, что ж, в накладе останусь я один. Только мне не верится, чтобы он отказал. До ледостава остались считанные дни, да и поздно мне искать другой оказии. А уж раз я до Клондайка непременно доберусь, значит нипочем он мне не откажет.</p>
     <p>Старый Джон Таруотер вскоре стал одной из самых примечательных фигур на Клондайкской тропе, где путникам никак нельзя было отказать в своеобразии и красочности. Тысячи людей, которым приходилось отмерять каждую милю пути раз по двадцать, чтобы на своем горбу доставить до места полтонны груза, уже знали его в лицо и, встретив, дружески называли «Дедом Морозом». И всегда старик дребезжащим от старости фальцетом пел за работой свой гимн. Три спутника Таруотера не могли не него пожаловаться. Пусть суставы его плохо гнулись — он не отрицал, что у него небольшой ревматизм, — пусть двигался он медленно, с хрустом и треском, зато он был неустанно в движении. Спать он укладывался последним и вставал раньше всех, чтобы еще до завтрака напоить товарищей кружкой горячего кофе, прежде чем они с первым тюком отправятся к новой стоянке. А между завтраком и обедом и обедом и ужином он всегда ухитрялся и сам перетащить тюк-другой груза. Однако не больше чем в шестьдесят фунтов весом. Это был его предел. Он мог взвалить на себя и семьдесят пять фунтов, но тогда очень скоро сдавал. А один раз, попытавшись дотащить тюк в девяносто фунтов, свалился на тропе и потом несколько дней чувствовал противную дрожь и слабость в ногах.</p>
     <p>Труд, неустанный труд! На тропе, где даже привычные к тяжелой работе мужчины впервые узнавали, что такое труд, никто соразмерно со своими силами не трудился больше, чем старик Таруотер. Подгоняемые страхом перед близостью зимы, подхлестываемые страстной жаждой золота, люди работали из последних сил и падали у дороги. Одни, когда неудача становилась явной, пускали себе пулю в лоб. Другие сходили с ума. Третьи, не выдержав нечеловеческого напряжения, порывали с компаньонами и ссорились насмерть с друзьями детства, которые были ничем их не хуже, а только так же измучены и озлоблены, как и они.</p>
     <p>Труд, неустанный труд! Старик Таруотер мог посрамить их всех, несмотря на треск и хруст в суставах и мучивший его сухой кашель. С раннего утра и до позднего вечера, на тропе и в лагере, он всегда был на виду, всегда что-то делал и всегда по первому зову «Дед Мороз» с готовностью откликался. Как часто усталые путники, прислонив к сваленному дереву или выступу скалы рядом с его тюком и свои, просили:</p>
     <p>— А ну-ка, дед, спой нам песенку о сорок девятом годе.</p>
     <p>И когда Таруотер, тяжело дыша, исполнял их просьбу, снова взваливали на себя поклажу, говорили, что ничто так не подымает дух, и шли дальше.</p>
     <p>— Если кто честно заработал свой проезд, — сказал как-то Большой Билл компаньонам, — так это наш старикан.</p>
     <p>— Что верно, то верно, — подтвердил Энсон. — Для нас он просто находка, и я лично не прочь бы принять его в нашу артель на полных правах…</p>
     <p>— Еще чего? — вмешался Чарльз Крейтон. — Приедем в Доусон — и до свидания, как уговорились. Какой смысл тащить с собой старика, чтобы его там похоронить. А кроме всего прочего, здесь ждут голода, и каждый сухарь будет на счету. Не забывайте, что нам придется всю дорогу кормить его из своих запасов. Так что если в будущем году нам нечего будет кусать, пеняйте на себя. Пароходы доставляют продовольствие в Доусон к середине июня, а до этого еще девять месяцев.</p>
     <p>— Что ж, ты вложил в дело не меньше денег и снаряжения, чем мы все, и имеешь такое же право голоса, — признал Большой Билл.</p>
     <p>— И я этим правом воспользуюсь, — заявил Чарльз со все возрастающим раздражением. — Ваше счастье, что хоть кто-то из вас думает, не то с вашей идиотской жалостью вы все с голоду передохнете. Говорят вам, что будет голод. Здешние порядки мне уже достаточно известны. Мука дойдет до двух долларов за фунт, если не до десяти, да еще ее не достанешь. Вот помяните мое слово.</p>
     <p>По осыпям, вверх по мрачному ущелью к Овечьему Лагерю, мимо грозно нависших ледников к Весам и от Весов по крутым уступам отшлифованных ледниками скал, где приходилось карабкаться чуть ли не на четвереньках, старый Таруотер носил тюки, стряпал и пел. Через лежащий высоко над границей леса Чилкут он перевалил вместе с первой осенней метелью. Те, кто уже спустились до неприютного берега озера Кратер и мерзли там, не имея даже хворостинки на костер, услышали из надвигавшейся сверху тьмы призрачный голос, который пел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Как аргонавты в старину,</v>
       <v>Спешим мы, бросив дом.</v>
       <v>Плывем тум-тум, тум-тум, тум-тум,</v>
       <v>За Золотым Руном.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>И вслед за тем из снежного вихря выступила длинная, сухопарая фигура с развевающимися космами белоснежных, как сама метель, бакенбард, согнувшаяся под тяжестью шестидесятифунтового мешка с лагерными пожитками.</p>
     <p>— Дед Мороз! — приветствовали его восторженно. — Ура Деду Морозу!</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В двух милях от озера Кратер расположен Счастливый Лагерь, прозванный так потому, что здесь проходит верхняя граница леса и путники могут наконец обогреться у костра. Впрочем, растущие здесь карликовые горные ели лишь с большой натяжкой могут быть названы лесом, ибо даже самые могучие их экземпляры подымают свою крону всего лишь на фут выше мха, а стволы наподобие портулака скручиваются и вьются подо мхом. Здесь, на тропе, ведущей в Счастливый Лагерь, в первый за всю неделю солнечный день, старый Таруотер, прислонив мешок к огромному валуну, остановился перевести дух. Тропа огибала валун, и мимо старика в одну сторону медленно шагали люди, нагруженные кладью, а обратно спешили другие, налегке, за новым грузом. Дважды пытался Таруотер взвалить мешок на спину и тронуться в путь, и оба раза дрожь в ногах заставляла его прислоняться к камню и ждать, пока не прибудет сил. За валуном раздались приветственные возгласы. Он услышал голос Чарльза Крейтона и понял, что наконец-то они встретились с Ливерпулом. Чарльз сразу же заговорил о деле, и Таруотер от слова до слова слышал, как Чарльз нелестно отозвался о нем и о его, Таруотера, предложении довезти его до Доусона.</p>
     <p>— Дурацкое предложение, — заключил Ливерпул, выслушав Чарльза. — Везти к черту на рога дряхлого семидесятилетнего деда! Если он еле ноги таскает, какого дьявола вы с ним связались? А как же голод? Ведь к тому идет. Тогда каждая щепотка муки самим нужна будет. Запасались-то мы на четверых, а не на пятерых.</p>
     <p>— Да ты не волнуйся. Все это очень просто уладить, — услышал Таруотер, как Чарльз успокаивал компаньона. — Старый чудак согласился подождать, пока мы тебя не нагоним, и за тобой остается последнее слово. Так что тебе нужно только упереться и сказать «не хочу».</p>
     <p>— Выходит, ты предлагаешь мне отказать старику после того, как вы его обнадежили и пользовались его услугами от самой Дайни?</p>
     <p>— Путь тяжелый, и надо быть мужчиной, если хочешь дойти, — оправдывался Чарльз.</p>
     <p>— А я, значит, из-за вас подлость делай? — проворчал Ливерпул.</p>
     <p>У Таруотера упало сердце.</p>
     <p>— Ничего не попишешь, — сказал Чарльз. — Тебе решать.</p>
     <p>Но тут старый Таруотер опять воспрянул духом, ибо воздух потряс неистовый циклон брани, среди которой можно было разобрать такие фразы:</p>
     <p>— Ах, подлецы… Сперва я вас самих к дьяволу упеку… Я принял решение. Линек вам поперек!.. Старик пойдет с нами по Юкону, заруби себе на носу, голубчик… Мужчина? Я тебе покажу, что значит быть мужчиной!.. Я ни на что не посмотрю, если вы вздумаете отделаться от старика… Только попробуйте, я такое тут светопреставление устрою, что вам небо с овчинку покажется.</p>
     <p>И такова была живительная сила этого словоизвержения Ливерпула, что старик, даже не сознавая того, что делает, легко взвалил на плечи свою ношу и бодро зашагал к Счастливому Лагерю.</p>
     <p>Весь путь от Счастливого Лагеря к Долгому озеру, от Долгого озера к Глубокому и от Глубокого вверх, через крутой горный хребет, и вниз к Линдерману продолжалась гонка не на жизнь, а на смерть с наступающей зимой. Здоровые мужчины, выбившись из сил, падали в изнеможении и плакали у обочины тропы. Но зима, которой не требовалось ни отдыха, ни передышки, неуклонно надвигалась. Задули пронизывающие осенние ветры, и под проливными дождями и все более частыми снегопадами партия, к которой примкнул Таруотер, свалила наконец последние тюки на берегу озера.</p>
     <p>Но отдыхать не пришлось. Со склона горы на противоположной стороне озера с ревом сбегал поток; пройдя с милю вверх по течению, они нашли несколько елей и вырыли яму для пилки леса. Здесь вручную, с помощью продольной пилы, они распиливали бревна на доски. Работали круглые сутки. В ночную смену, работая внизу в яме, старый Таруотер раза три терял сознание, а днем он еще и стряпал и между делом помогал Энсону собирать лодку, по мере того как им подбрасывали сырые доски.</p>
     <p>Дни становились все короче. Ветер переменился и дул теперь с севера, нагоняя непогоду. По утрам изнуренные путники с трудом выползали из-под одеял и, сидя в одних носках, согревали затвердевшие от мороза башмаки у костра, который Таруотер, встав раньше всех, для них разводил. Слухи о голоде становились все упорнее. Последние суда с продовольствием из Берингова моря застряли из-за мелководья у первых же отмелей Юкона, больше чем на сотню миль севернее Доусона. Они стояли на приколе возле старой фактории Компании Гудзонова залива, в Форте Юкон, по существу, за Полярным кругом. Мука в Доусоне дошла до двух долларов за фунт, но и за эту цену ее нельзя было достать. Короли Бонанзы и Эльдорадо, не знавшие счета деньгам, уезжали в Штаты, потому что не могли купить продуктов. Комитеты золотоискателей конфисковали продовольствие и посадили все население на жесткий паек. Того, кто утаивал хотя бы горстку бобов, пристреливали, как собаку. Десятка два людей уже постигла такая участь.</p>
     <p>Между тем нечеловеческое напряжение, сломившее даже более молодых и крепких мужчин, чем Таруотер, начало сказываться на старике. Он все сильнее кашлял, и если бы его измученные товарищи не спали мертвым сном, не дал бы им глаз сомкнуть всю ночь. Его трясло от озноба, и, укладываясь спать, он старался теперь одеться потеплее. Когда бедняга забирался наконец под одеяло, в его вещевом мешке не оставалось даже рваного носка. Всю свою жалкую одежонку, все до последней тряпки, он напяливал на себя или обматывал вокруг своего старого, тощего тела.</p>
     <p>— Плохи дела! — заметил Большой Билл. — Если старикан в двадцать градусов выше нуля <a l:href="#n_888" type="note">[888]</a> надевает на себя все тряпки, что же он станет делать потом — при минус пятидесяти или шестидесяти?</p>
     <p>Они спустили грубо сколоченную лодку вниз по горному потоку, десятки раз рискуя ее разбить, и в снежную бурю переправились через южную оконечность озера Линдерман. На следующее утро им предстояло погрузиться и плыть прямо на север, совершить опаснейший переход в пятьсот миль по озерам, бурным потокам и рекам. Вечером, прежде чем лечь спать, Ливерпул куда-то отлучился из лагеря. Вернулся он, когда все уже спали. Разбудив Таруотера, Ливерпул долго вполголоса с ним беседовал.</p>
     <p>— Вот что, отец, — сказал он. — Проезд тебе в нашей лодке обеспечен, и если кто заслужил свое место, так это ты. Но сам понимаешь, годы твои уже не те и здоровьишко твое тоже не ахти какое. Если поедешь с нами, того и гляди концы отдашь. Постой, отец, не перебивай, дай досказать. За проезд теперь платят по пятьсот долларов. Я тут походил и нашел одного пассажира. Он служащий Аляскинского коммерческого банка и должен во что бы то ни стало попасть в Доусон. Он дает шестьсот долларов, чтобы я его взял в своей посудине. Продай ему свое место, ты его честно заработал, забирай эти шестьсот долларов и сыпь к себе на юг, в Калифорнию, пока еще можно умотать. За два дня доберешься до Дайи, а через неделю будешь в Калифорнии. Что ты на это скажешь?</p>
     <p>Таруотер долго кашлял и дрожал, прежде чем мог выговорить слово.</p>
     <p>— А вот что я тебе скажу, сыночек, — ответил он. — В сорок девятом я гнал свои четыре упряжки волов через прерии, и хоть бы один у меня издох. Я пригнал их целехонькими в Калифорнию и потом возил на них грузы из Форта Суттера в Америкен Бар. Теперь я еду в Клондайк. Как сказал, так оно и будет. Я поеду в лодке, которую ты поведешь, прямиком до Клондайка и вытрясу там из мха свои триста тысяч долларов. А раз так, то какой же мне смысл продавать мое место? Но большое тебе спасибо, сынок, за заботу, большое спасибо!</p>
     <p>Молодой матрос горячо потряс руку старика.</p>
     <p>— Ну и молодчина же ты! Ей-ей, отец, поедешь с нами! — воскликнул он и, с откровенным презрением взглянув в сторону храпевшего в рыжую бороду Чарльза Крейтона, добавил: — Такие, как ты, видно, больше не родятся, отец!</p>
     <p>Пятерка золотоискателей упорно пробивалась на север, хотя встречавшиеся им старожилы качали головами и предвещали, что они на озерах неминуемо вмерзнут в лед. Ледостава и в самом деле надо было ждать со дня на день, и, дорожа каждой минутой, они перестали считаться с опасностью. Так Ливерпул решил проскочить порожистую протоку, соединяющую озеро Линдерман с озером Беннет, не разгружая лодки. Обычно лодки здесь перегоняли порожняком, а груз перетаскивали на себе. Впрочем, немало и пустых лодок разбивалось в щепы. Но теперь прошло время для таких предосторожностей.</p>
     <p>— Вылезай, папаша, — приказал Ливерпул перед тем, как оттолкнуться от берега и ринуться вниз по протоке.</p>
     <p>Но старый Таруотер покачал белой как лунь головой.</p>
     <p>— Ну нет, сынок, я остаюсь с вами, — заявил он. — Тогда наверняка проскочим. Видишь ли, я в Клондайк доберусь. И если буду сидеть в лодке — значит, и она дойдет. А вылезу, так, чего доброго, и лодку потеряем.</p>
     <p>— Но и перегружать ее не к чему, — ввернул Чарльз и в ту минуту, когда она отчаливала, выпрыгнул на берег.</p>
     <p>— В другой раз без команды не вылезать! — крикнул ему вдогонку Ливерпул, в то время как лодку подхватило течение. — Еще чего выдумал, пешком обходить пороги, а мы жди его, теряй время!</p>
     <p>И правда, то, что по воде отняло всего каких-нибудь десять минут, заняло у Чарльза целых полчаса. Поджидая его у впадения протоки в озеро Беннет, путники разговорились с кучкой оборванных старожилов, спешивших выбраться отсюда подобру-поздорову. Слухи о голоде не только подтверждались, но становились все тревожнее. Отряд северо-западной конной полиции, стоявший у южной оконечности озера Марш, где золотоискатели переходят на канадскую территорию, пропускал только тех, кто имел с собой не меньше семисот фунтов продовольствия. В Доусоне больше тысячи человек с собачьими упряжками ждали лишь ледостава, чтобы выехать по первопутку. Торговые фирмы не могли выполнять договоров на поставку продовольствия, и компаньоны тянули жребий, кому уезжать, а кому оставаться разрабатывать участки.</p>
     <p>— Значит, и толковать больше не о чем, — заявил Чарльз, узнав о действиях пограничной полиции. — Можешь, старик, с тем же успехом сейчас же поворачивать оглобли.</p>
     <p>— Полезай в лодку! — скомандовал Ливерпул. — Мы идем в Клондайк, и дедушка идет с нами.</p>
     <p>Северный ветер сменился попутным южным, и по озеру Беннет они шли курсом фордевинд <a l:href="#n_889" type="note">[889]</a>, под огромным парусом, который смастерил Ливерпул. Тюки со снаряжением и продовольствием служили хорошим балластом, и он выжимал из паруса все, что мог, как и подобает отважному моряку, когда дорога каждая минута. На Оленьей переправе ветер опять как нельзя более кстати отклонился на четыре румба <a l:href="#n_890" type="note">[890]</a> к юго-востоку, погнав их по протоке к озерам Тагиш и Марш. Опасный рукав Уинди-Арм они пересекли на закате, и уже в сумерках, при сильном ветре, тут, на их глазах, опрокинулись и пошли ко дну две другие лодки с золотоискателями.</p>
     <p>Чарльз предлагал провести ночь на берегу, но Ливерпул, даже не сбавив хода, повел лодку по Тагишу, определяя направление по шуму прибоя на отмелях и горевшим кое-где вдоль берега кострам менее смелых или потерпевших крушение аргонавтов. Часа в четыре утра он разбудил Чарльза. Окоченевший от холода Таруотер никак не мог уснуть; он заметил, как Ливерпул подозвал к рулю Крейтона, и слышал весь разговор, в котором рыжебородому едва удавалось вставить словечко.</p>
     <p>— Вот что, приятель, послушай, что я тебе скажу, а сам попридержи язык, — начал Ливерпул. — Я хочу, чтобы ты зарубил себе на носу: у деда на заставе не должно быть заминки. Понятно? Никакой заминки. Когда полиция начнет досматривать тюки с продовольствием — пятая часть деда, ясно? На каждого из нас получится меньше, чем положено, но как-нибудь вывернемся. Так вот запомни хорошенько: все должно сойти гладко.</p>
     <p>— Если ты думаешь, что я могу донести на старого чудака… — возмущенно начал Чарльз.</p>
     <p>— Я ничего подобного не говорил, а вот ты, видать, это думал, — оборвал его Ливерпул. — Но вот что я хочу сказать тебе: что ты думал — мне наплевать, важно то, что ты теперь надумаешь. Сегодня во второй половине дня мы будем у заставы. И надо сделать так, чтобы все прошло без сучка и задоринки. Ну, хватит, надеюсь, ты меня понял.</p>
     <p>— Если ты думаешь, что у меня на уме… — начал было Чарльз.</p>
     <p>— Послушай, — перебил его Ливерпул. — Что у тебя на уме, я не знаю, да и знать не хочу. Я хочу, чтобы ты наконец понял, что у меня на уме. Если дело сорвется, если полиция отправит деда обратно, я выберу какой-нибудь уголок поживописней, свезу тебя на берег и там так отлуплю, что ты своих не узнаешь. И не мечтай легко отделаться. Поколочу тебя как полагается, как мужчина мужчину, а у меня, сам знаешь, рука тяжелая. Убить не убью, а до полусмерти исколочу, будь уверен.</p>
     <p>— Но что я могу сделать? — заскулил Чарльз.</p>
     <p>— Только одно. Молить бога! Так горячо молить бога, чтобы полиция пропустила дедушку, что она его пропустит. Больше ничего, — закончил Ливерпул. — А теперь ступай спать.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Они еще не достигли озера Ле-Барж, как земля покрылась пеленой снега, который не сойдет раньше полугода. Труднее стало приставать к берегу, уже обросшему кромкой льда. В устье реки, при впадении ее в озеро Ле-Барж, укрылось не менее сотни судов аргонавтов, задержанных бурей. Уже который день из конца в конец большого озера дул свирепый норд со снегом. Три утра кряду Ливерпул и его спутники вступали, в борьбу с ветром и гонимыми к берегу пенящимися валами, которые захлестывали лодку, покрывая ее ледяной корой. Четверка золотоискателей надрывалась на веслах, а закоченевший Таруотер потому только и остался жив, что непрерывно скалывал лед и выбрасывал его за борт.</p>
     <p>И все три дня, доведенные до отчаяния, они вынуждены были бесславно отступать с поля боя и искать прибежища в устье реки. На четвертый день там уже скопилось более трехсот лодок, и все две тысячи аргонавтов хорошо понимали, что, лишь только утихнет шторм, озеро замерзнет. По ту сторону Ле-Баржа быстрые реки еще долго не остановят свой бег, но если лодки сейчас же, не теряя времени, не переправятся на ту сторону, им предстоит на целые полгода вмерзнуть в лед.</p>
     <p>— Сегодня пробьемся, — объявил Ливерпул. — Ни за что не повернем обратно. Хоть сдохнем за веслами а грести будем.</p>
     <p>И пробились. К наступлению темноты они дошли до середины озера и гребли всю ночь напролет; ветер понемногу стих, а они все продолжали грести, засыпая за веслами; тогда Ливерпул расталкивал их, и они снова налегали на весла, будто в бесконечном кошмаре. Меж тем в вышине одна за другой высыпали звезды, волнение улеглось, и гладкое, словно лист бумаги, озеро постепенно стало затягиваться ледяной корочкой, которая под ударами весел похрустывала, как битое стекло.</p>
     <p>А когда забрезжило ясное и холодное утро и они вошли в реку, позади расстилалось сплошное море льда. Ливерпул посмотрел на своего престарелого пассажира: по всему было видно, что старик обессилел и едва жив. Но только моряк повернул лодку к кромке прибрежного льда, чтобы обогреть Таруотера у костра и напоить его чем-нибудь горячим, как Чарльз накинулся на него, — нечего, мол, зря тратить время.</p>
     <p>— Это тебе не коммерция, — оборвал его Ливерпул, — так что прошу не в свое дело носа не совать. На воде я командир. Вылезай быстрей да топай за валежником, только не вздумай отделаться одной охапкой, чтобы хватило, слышишь! Я займусь дедушкой. Ты, Энсон, разведешь костер. А ты, Билл, пристрой-ка на носу лодки юконскую печурку. Дедушка немного постарше нашего, пусть сидит у печки и греется до самого Доусона.</p>
     <p>Так и сделали, и увлекаемая течением лодка, дымя, как заправский речной пароход, своей двурогой печурочной трубой, проскакивала клокочущие пороги, крутилась в водоворотах, мчалась по быстринам и горным потокам, все глубже забираясь на север. Притоки Большой и Малый Лосось несли в реку сало, а за порогами всплыл сверкавший, как хрусталь, донный лед. С каждым часом росла кромка льда у берега; там, где течение замедлялось, она достигала уже более ста ярдов ширины. А старик, закутанный во все свое тряпье, сидел у печки и поддерживал огонь. Смело устремляясь вперед, они, боясь ледостава, не могли остановиться ни на минуту, а вслед за кормой лодки двигался и все уплотнялся лед.</p>
     <p>— Эй, там, на баке! — время от времени окликал моряк Таруотера.</p>
     <p>— Есть на баке! — научился отвечать старик.</p>
     <p>— Как же мне, сынок, тебя отблагодарить? — говорил иногда Таруотер, помешивая в печурке и глядя на Ливерпула, который сидел на заледеневшей корме у руля и, похлопывая о колено, отогревал то одну, то другую руку.</p>
     <p>— А ты грянь-ка свою геройскую, про сорок девятый год, — был неизменный ответ.</p>
     <p>И Таруотер срывающимся по-петушиному голосом запевал свою песнь, как запел ее, достигнув цели, когда лодка сквозь теснящиеся льдины повернула к доусонскому причалу и весь прибрежный Доусон навострил уши, внимая его победному пеану:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Как аргонавты в старину,</v>
       <v>Спешим мы, бросив дом,</v>
       <v>Плывем, тум-тум, тум-тум, тум-тум,</v>
       <v>За Золотым Руном.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Чарльз все-таки донес, но он сделал это так хитро и осторожно, что никто из его спутников и всего меньше матрос могли что-либо заподозрить. Еще когда они причаливали, он увидел две большие открытые баржи, на которых сгоняли народ; расспросив у людей, он узнал, что это комитет спасения вылавливает и отправляет вниз по Юкону золотоискателей, не имеющих продовольствия. Тут лелеяли, правда, слабую надежду, что последний пароходик из Доусона все же успеет до ледостава отбуксировать баржи к Форту Юкон, где стояли вмерзшие в лед суда с продовольствием. Как бы то ни было, Доусон по крайней мере избавится от лишних ртов. Чарльз тайком сбегал в комитет спасения и предупредил, что сюда прибыл немощный старик без денег и без продовольствия. Таруотера забрали самым последним, и когда Ливерпул вернулся к лодке, он с берега увидел, как окруженные шугой баржи исчезают за поворотом реки у горы Лосевая Шкура.</p>
     <p>Продвигаясь все время среди льдов и благополучно миновав несколько заторов на юконских отмелях, баржи проследовали еще на сто с лишним миль далее к северу и вмерзли в лед бок о бок с продовольственным транспортом. Здесь, за Полярным кругом, Таруотер обосновался на всю долгую арктическую зиму. Кормился он тем, что рубил дрова для пароходной компании. Это занимало у него несколько часов в день, остальное время делать было нечего, и он отлеживался в бревенчатой хижине.</p>
     <p>Тепло, покой и сытная пища излечили сухой кашель и, насколько это возможно в такие преклонные годы, восстановили его силы. Однако еще до рождества, из-за отсутствия свежих овощей, в лагере объявилась цинга, и приунывшие искатели счастья один за другим укладывались в постель и лежали, не вставая, сутками, малодушно пасуя перед этой последней неудачей. Иное дело Таруотер. Не дожидаясь первых признаков цинги, он стал применять лучшее, по его мнению, средство против этой болезни — моцион. На старой фактории в куче хлама он отыскал несколько заржавленных капканов, а у одного из шкиперов попросил на время ружье.</p>
     <p>Снарядившись таким образом, он бросил рубить дрова и стал промышлять не ради одного пропитания. Не пал он духом и тогда, когда сам захворал цингой. По-прежнему обходил он свои капканы и пел свою старинную песнь. И ни один пессимист не мог поколебать его твердую уверенность в том, что он вытрясет из мхов Аляски свои триста тысяч долларов.</p>
     <p>— Но ведь в здешних местах и золота-то нет, — говорили ему.</p>
     <p>— Золото там, где его находят, сынок. Мне ли не знать, ведь я его копал, когда тебя еще на свете не было, в сорок девятом году, вон когда! — не смущаясь, отвечал Таруотер. — Чем была Бонанза? Долинкой, где лоси паслись. Ни один порядочный золотоискатель туда не заглядывал. А вот намывали же там в лотке по пятьсот долларов и добыли чистых пятьдесят миллионов! А Эльдорадо? Почем знать, может, под этой самой хижиной или вон за той горой лежат миллионы и только того и ждут, чтобы какой-нибудь счастливец вроде меня выкопал их из земли.</p>
     <p>Однако в конце января с Таруотером приключилась беда. Какой-то крупный зверь, должно быть, рысь, попал в один из капканов поменьше и уволок его. Старик погнался было за ним, но повалил сильный снег, и он потерял след зверя, а когда повернул обратно, не нашел и своего следа. В это время года короткий северный день сменяется двадцатичасовым мраком; снег все валил, и в серых сумерках угасающего дня отчаянные попытки Таруотера отыскать дорогу в Форт привели только к тому, что он окончательно заплутался. По счастью, когда в этих краях выпадает снег, всегда становится теплее, и вместо обычных сорока, пятидесяти и даже шестидесяти градусов ниже нуля температура была минус пятнадцать. К тому же Таруотер был тепло одет и в кармане у него лежала полная коробка спичек. Облегчило его положение и то, что на пятый день ему удалось добить подстреленного кем-то лося, который весил больше полутонны. Устроив возле туши подстилку и загородку из хвои, старик приготовился здесь зазимовать, если его не разыщет спасательная партия и не доконает цинга.</p>
     <p>Так прошло две недели, но никто его не разыскивал, а цинга явно усилилась. Свернувшись в комок у костра и укрывшись от ветра и холода за своей загородкой из еловых ветвей, Таруотер долгие часы спал и долгие часы бодрствовал. Но, по мере того как им овладевало оцепенение зимней спячки, часы бодрствования все сокращались, становясь не то полудремотой, не то полузабытьем. Искра разума и сознания, носившая имя Джона Таруотера, постепенно угасала, погружаясь в недра первобытного существа, сложившегося задолго до того, как человек стал человеком, и в самом процессе развития человека, когда он, первый из зверей, начал приглядываться к себе и создал начальные понятия добра и зла в страшных, словно кошмар, творениях фантазии, где в образах чудовищ выступали его собственные желания, подавленные запретами морали.</p>
     <p>Как горячечный больной временами приходит в себя, так Таруотер просыпался, жарил себе мясо и подкладывал сучья в костер, но все чаще и чаще его одолевала апатия, и в безмятежном забытьи он уже не различал, когда грезит наяву и когда — во сне. И тут, в заветных катакомбах неписаной истории человечества, он встретил непостижимых и невероятных, как кошмар или бред сумасшедшего, чудовищ, созданных первыми проблесками человеческого сознания, чудовищ, которые и поныне побуждают людей слагать сказки, чтобы уйти от них или бороться с ними.</p>
     <p>Короче говоря, под бременем своих семидесяти лет, один среди пустынного безмолвия Севера, Таруотер, словно курильщик опиума или одурманенный снотворным больной, вернулся к младенческому мышлению первобытного человека. Над съежившимся в комок у костра Таруотером черной тенью реяла смерть, а он, как его отдаленный предок, человек-дитя, слагал мифы и молился солнцу, сам и мифотворец и герой, пустившийся на поиски сказочного и труднодостижимого сокровища.</p>
     <p>Либо он добудет сокровище, гласила неумолимая логика этого призрачного царства, либо погрузится в ненасытное море, во всепожирающий мрак, что каждый вечер проглатывает солнце — солнце, которое наутро встает на востоке и сделалось для человека первым символом бессмертия. Но страна заходящего солнца, где он пребывал в своем забытьи, была не чем иным, как надвигающимися сумерками близкой смерти.</p>
     <p>Как же спастись от чудовища, которое медленно пожирало его изнутри? Он чересчур ослаб, чтобы мечтать о спасении или даже чувствовать побуждение спастись. Действительность для него перестала существовать. И не из глубин его затемненного сознания могла она возродиться вновь. Сказывалось бремя лет, болезнь, летаргия и оцепенение, навеянное окружающим безмолвием и холодом. Только извне могла действительность встряхнуть его, пробудить в нем сознание окружающего, не то из призрачного царства теней он неприметно скользнет в полный мрак небытия.</p>
     <p>И вот действительность обрушилась на него, ударила по его барабанным перепонкам внезапным громким фырканьем. Двадцать дней подряд стояли пятидесятиградусные морозы, и все эти двадцать дней ни единое дуновение ветерка, ни единый звук не нарушали мертвой тишины. И как курильщик опиума не сразу может оторвать взгляд от просторных хором своих сновидений и с недоумением оглядывает тесные стены жалкой лачуги, так и старый Таруотер уставил мутные глаза на замершего по ту сторону костра огромного лося с перебитой ногой, который, тяжело дыша, в свою очередь, уставился на него. Животное, как видно, тоже слепо бродило в призрачном царстве теней и пробудилось к действительности, только наткнувшись на догорающий костер.</p>
     <p>Таруотер с трудом стянул с правой руки неуклюжую меховую рукавицу на двойной шерстяной подкладке, но тут же убедился, что указательный палец совсем онемел и не может спустить курок. Казалось, прошла вечность, пока он, опасаясь спугнуть зверя, медленно засовывал бессильную руку под одеяло, затем под свою меховую парку и, наконец, за пазуху, под чуть теплую подмышку. Целая вечность прошла, пока к пальцу вернулась подвижность, и Таруотер мог с той же осторожной медлительностью приложить ружье к плечу и нацелиться в стоявшего перед ним лося.</p>
     <p>Когда грянул выстрел, один из скитальцев в царстве сумерек рухнул наземь и погрузился во мрак, а другой воспрянул к свету и, шатаясь, как пьяный, на ослабевших от цинги ногах, дрожа от волнения и холода, стал трясущимися руками протирать глаза и озираться на окружающий его реальный мир, который предстал перед ним с головокружительной внезапностью. Таруотер встряхнулся и только тут понял, что долго, очень долго грезил в объятиях смерти. Первое, что он сделал, — это плюнул; слюна еще на лету затрещала: значит, много больше шестидесяти градусов. В тот день спиртовой термометр Форта Юкон показывал семьдесят два градуса ниже нуля, иначе говоря — сто семь градусов мороза, ибо по Фаренгейту точка замерзания — тридцать два градуса выше нуля.</p>
     <p>Медленно, словно ворочая тяжести, мозг Таруотера подсказывал ему, что нужно действовать. Здесь, среди пустынного безмолвия, обитает смерть. Сюда пришли два раненых лося. С наступлением сильных морозов небо прояснилось, и Таруотер определил свое местонахождение: лоси могли прийти только с востока. Значит, на востоке люди — белые или индейцы, неизвестно, но, во всяком случае, люди, которые окажут ему поддержку, помогут пристать к берегу жизни, избежать пучины мрака.</p>
     <p>Таруотер взял ружье, патроны, спички, уложил в мешок двадцать фунтов мяса убитого лося — движения его по-прежнему были медленны, но зато он двигался в реальном мире. Засим воскресший аргонавт, прихрамывая на обе ноги, повернулся спиной к гибельному западу и заковылял в сторону животворного востока, где каждое утро вновь восходит солнце…</p>
     <p>Много дней спустя — сколько их прошло, он так никогда и не узнал, — грезя наяву, галлюцинируя и бормоча свою неизменную песнь о сорок девятом годе, словно человек, который тонет и из последних сил барахтается, чтобы его не затянула темная глубина, Таруотер вышел на снежный склон и увидел в ущелье, внизу, вьющийся дымок и людей, которые, бросив работать, глядели на него. Не переставая петь, он, спотыкаясь, устремился к ним, а когда у него пресеклось дыхание и он умолк, они закричали на все лады: «Смотрите, Николай чудотворец!.. Борода!.. Последний из могикан!.. Дед Мороз!» Они обступили старика, а он стоял неподвижно, не в силах вымолвить слова, и только крупные слезы катились у него по щекам. Он долго беззвучно плакал, потом, будто опомнившись, сел в сугроб, так что его старые кости хрустнули, и из этого удобного положения повалился на бок, облегченно вздохнул и лишился чувств.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Не прошло и недели, как Таруотер уже снова был на ногах и, ковыляя по хижине, стряпал, мыл посуду и хозяйничал у пятерых обитателей ущелья. Настоящие старожилы-пионеры, люди мужественные и привыкшие к лишениям, они так далеко забрались за Полярный круг, что ничего не слыхали о золоте, найденном в Клондайке. Таруотер первый принес им эту весть. Питались они мясом лосей, олениной, копченой рыбой, дополняя этот почти исключительно мясной стол ягодами и сочными кореньями каких-то диких растений, которые заготовляли еще с лета. Они забыли вкус кофе, зажигали огонь с помощью увеличительного стекла, в дорогу брали с собой трут и палочки, как индейцы, курили в трубках засушенные листья, от которых першило в горле и шел невыносимый смрад.</p>
     <p>Три года назад они вели разведку к северу от верховьев Коюкука и до самого устья Маккензи на побережье Северного Ледовитого океана. Здесь, на китобойных судах, они в последний раз видели белых людей и в последний раз пополнили свои запасы товарами белого человека, главным образом солью и курительным табаком. Направившись на юго-запад в длительный переход к слиянию Юкона и Поркьюпайна у Форта Юкон, они наткнулись в русле пересохшего ручья на золото и остались тут его добывать.</p>
     <p>Появление Таруотера обрадовало золотоискателей, они без устали слушали его рассказы о сорок девятом годе и окрестили его Старым Героем. Отваром из ивовой коры, кислыми и горькими корешками и клубнями, хвойным настоем они излечили старика от цинги, так что он перестал хромать и даже заметно поправился. Не видели они причин и к тому, чтобы лишить старика его доли в богатой добыче.</p>
     <p>— Насчет трехсот тысяч поручиться не можем, — сказали они ему как-то утром, за завтраком, перед тем как идти на работу. — Ну, а как насчет ста тысяч, Старый Герой? Заявка тут примерно того стоит, россыпь, что ни говори, богатая, а участок тебе уже застолбили.</p>
     <p>— Спасибо, ребята, большое вам спасибо, — отвечал старик, — могу сказать одно — сто тысяч для начала неплохо, даже совсем неплохо. Конечно, я на этом не остановлюсь и свои триста тысяч добуду. Ведь я затем сюда и ехал.</p>
     <p>Ребята посмеялись, похвалили его упорство, говоря, что, видно, им придется сыскать старику местечко побогаче. А Старый Герой ответил, что, как наступит весна и он станет бодрей, видно, ему самому придется тут полазить и пошарить.</p>
     <p>— Почем знать, может, вон под той горкой, — сказал он, указывая на заснеженный склон холма по другую сторону ущелья, — мох растет прямо на самородках.</p>
     <p>Больше он ничего не сказал, но, по мере того как солнце подымалось все выше и дни становились длиннее и теплее, все чаще поглядывал через ручей на характерный сброс посредине склона. И однажды, когда снег почти всюду стаял, Таруотер перебрался через ручей и поднялся к сбросу. Там, где солнце припекало сильней, земля уже оттаяла на целый дюйм. И вот в одном таком месте Таруотер стал на колено, большой заскорузлой рукой ухватил пучок мха и вырвал его с корнями. Что-то блеснуло и загорелось в ярких лучах весеннего солнца. Он тряхнул мох, и с корней, будто гравий, на землю посыпались крупные самородки — золотое руно, которое оставалось теперь только стричь!</p>
     <p>У аляскинских старожилов еще свежа в памяти золотая горячка лета 1898 года, когда из Форта Юкон на новооткрытые прииски Таруотера хлынули толпы народа. И когда старый Таруотер, продав свои акции компании Боуди за чистые полмиллиона, отправился в Калифорнию, он до самой пароходной пристани Форта Юкон ехал на муле по великолепной новой тропе с удобными трактирами для проезжих.</p>
     <p>На борту океанского парохода, вышедшего из Сент-Майкла, Таруотер за первым же завтраком обратил внимание на скрюченного цингой седоватого официанта с испитым лицом, который, морщась от боли, подавал ему на стол. Но только еще раз пристально оглядев его с головы до ног, он удостоверился, что это и в самом деле Чарльз Крейтон.</p>
     <p>— Что, плохо пришлось, сынок? — посочувствовал Таруотер.</p>
     <p>— Уж такое мое счастье, — пожаловался тот, когда узнал Таруотера и они поздоровались. — Из всей нашей компании ко мне одному прицепилась цинга. Чего только я не натерпелся! А те трое живы-здоровы и работают, собираются зимой отправиться на разведку вверх по Белой. Энсон плотничает, зарабатывает двадцать пять долларов в день. Ливерпул валит лес и получает двадцать. Большой Билл, тот работает старшим пильщиком на лесопилке, выгоняет больше сорока в день. Я старался, как мог, да вот цинга…</p>
     <p>— Старался-то ты старался, сынок, только можешь ты мало, уж очень коммерция тебе характер испортила, больно ты мужчина черствый да раздражительный. Так вот что я тебе скажу. Хворый — ты не работник. За то, что вы взяли меня с собой в лодку, я уж заплачу капитану за твой проезд, отлеживайся и отдыхай, пока едем. А что думаешь делать, когда высадишься в Сан-Франциско?</p>
     <p>Чарльз Крейтон пожал плечами.</p>
     <p>— Так вот что, — продолжал Таруотер, — пока не наладишь свою коммерцию, для тебя найдется работенка у меня на ферме.</p>
     <p>— Возьмите меня к себе управляющим… — сразу оживился Чарльз.</p>
     <p>— Ну нет, голубчик, — наотрез отказал Таруотер. — Но другая работа всегда найдется: ямы рыть для столбов, колоть дрова, а климат у нас превосходный…</p>
     <p>К возвращению блудного дедушки домашние не преминули заколоть и зажарить откормленного тельца. Но прежде чем сесть за стол, Таруотер пожелал пройтись и оглядеться. Тут, разумеется, все единокровные и богоданные дщери и сыновья непременно пожелали его сопровождать и подобострастно поддакивали каждому слову дедушки, у которого было полмиллиона. Он шествовал впереди, нарочно говорил самые нелепые и несообразные вещи, однако ничто не вызывало возражений у его свиты. Остановившись у разрушенной мельницы, которую он когда-то построил из мачтового леса, он с сияющим лицом глядел на простиравшуюся перед ним долину Таруотер и на дальние холмы, за которыми возвышалась гора Таруотер — все это он мог теперь снова назвать своим.</p>
     <p>Тут его осенила мысль, и, чтобы скрыть веселые огоньки в глазах, он поспешил отвернуться, делая вид, что сморкается. По-прежнему сопровождаемый всем семейством, дедушка Таруотер прошел к ветхому сараю. Здесь он поднял с земли почерневший от времени валек.</p>
     <p>— Уильям, — сказал он, — помнишь наш разговор перед тем, как я отправился в Клондайк? Не может быть, чтобы не помнил. Ты мне тогда сказал, что я рехнулся. А я тебе ответил, что если бы я посмел так разговаривать с твоим дедушкой, он бы мне все кости переломал вальком.</p>
     <p>— Я только пошутил, — старался вывернуться Уильям.</p>
     <p>Уильям был сорокапятилетний мужчина с заметной проседью. Его жена и взрослые сыновья стояли тут же и с недоумением смотрели на дедушку Таруотера, который зачем-то снял пиджак и дал его Мери подержать.</p>
     <p>— Подойди ко мне, Уильям, — приказал он. Уильям скрепя сердце подошел.</p>
     <p>— Надо и тебе, сынок, хоть раз попробовать, чем меня частенько потчевал твой дед, — приговаривал Таруотер, прохаживаясь вальком по спине и плечам сына. — Заметь, я тебя хоть по голове не бью! А вот у моего почтенного родителя нрав был горячий, бил по чему попало… Да не дергай ты локтями! А то по локтю огрею. А теперь скажи, любезный сыночек, в своем я уме или нет?</p>
     <p>— В своем! — заорал Уильям благим матом, приплясывая на месте от боли. — В своем, отец. Конечно, в своем!</p>
     <p>— Ну то-то же! — наставительно заметил старик и, отбросив валек, стал натягивать куртку. — А теперь пора и за стол.</p>
     <p><emphasis>Глен Эллен, Калифорния.</emphasis></p>
     <p><emphasis>14 сентября 1916 г.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Бесстыжая</p>
     </title>
     <p>Есть рассказы, которым безусловно веришь, — они не состряпаны по готовому рецепту. И точно так же есть люди, чьи рассказы не вызывают сомнения. Таким человеком был Джулиан Джонс, хотя, быть может, не всякий читатель поверит тому, что я от него услышал. Но я ему верю. Я так глубоко убежден в правдивости этой истории, что не перестаю носиться с мыслью войти участником в задуманное им предприятие и хоть сейчас готов пуститься в далекий путь.</p>
     <p>Встретился я с ним в австралийском павильоне панамской Тихоокеанской выставки. Я стоял у витрины редчайших самородков, найденных на золотых приисках у антиподов. С трудом верилось, что эти шишковатые, бесформенные, массивные глыбы всего лишь макеты, и так же трудно было поверить в приведенные данные об их весе и стоимости.</p>
     <p>— И чего только эти охотники на кенгуру не называют самородком! — прогудело у меня за спиной, когда я стоял перед самым большим образцом.</p>
     <p>Я обернулся и посмотрел снизу вверх в тусклые голубые глаза Джулиана Джонса. Посмотрел вверх, потому что ростом он был не менее шести футов четырех дюймов. Песочно-желтая копна его волос была такой же выцветшей и тусклой, как и глаза. Видимо, солнце смыло с него все краски; лицо его во всяком случае хранило следы давнего, очень сильного загара, который, впрочем, уже стал желтым.</p>
     <p>Когда он отвел взгляд от витрины и посмотрел на меня, я обратил внимание на странное выражение его глаз — такие глаза бывают у человека, который тщетно силится вспомнить что-то необычайно важное.</p>
     <p>— Чем вам не нравится этот самородок? — спросил я.</p>
     <p>Его рассеянный, словно отсутствующий взгляд стал осмысленным, и он прогудел:</p>
     <p>— Чем? Конечно, своими размерами.</p>
     <p>— Да, он действительно очень велик. И таков он, наверно, на самом деле. Вряд ли австралийское правительство решилось бы…</p>
     <p>— Очень велик! — прервал он меня, презрительно фыркнув.</p>
     <p>— Самый большой из когда-либо найденных… — начал я.</p>
     <p>— Когда-либо найденных! — В его тусклых глазах вспыхнул огонек. — Уж не думаете ли вы, что о всяком когда-либо найденном куске золота пишут газеты и энциклопедии?</p>
     <p>— Ну что ж, — сказал я примирительно, — раз не пишут, значит, мы ничего о нем и не знаем. А если редкий по размерам самородок, или, вернее, тот, кто его нашел, предпочитает стыдливо краснеть и пребывать в неизвестности…</p>
     <p>— Да нет же, — перебил он. — Я видел его своими глазами, а покраснеть не могу, даже если б и захотел: загар мешает. Я железнодорожник по профессии и долго жил в тропиках. Поверите ли, кожа у меня была цвета красного дерева — старого красного дерева, и меня частенько принимали за голубоглазого испанца…</p>
     <p>— А разве тот самородок был больше вот этих, мистер… э… — прервал я его.</p>
     <p>— Джонс, меня зовут Джулиан Джонс.</p>
     <p>Он порылся во внутреннем кармане и извлек конверт, адресованный этому человеку в Сан-Франциско до востребования, а я вручил ему свою визитную карточку.</p>
     <p>— Рад познакомиться с вами, сэр, — сказал он, протягивая руку, и голос его прогудел, как у человека, привыкшего к оглушительному шуму или к широким просторам. — Я, конечно, слышал о вас и видел в газетах ваш портрет, но хотя и не следовало бы этого говорить, все-таки скажу, что ваши статьи о Мексике, на мой взгляд, гроша ломаного не стоят. Вздор! Сущий вздор! Считая мексиканца белым, вы делаете ту же ошибку, что и все гринго. Они не белые. Никто из них не белый — что португальцы, что испанцы, латиноамериканцы и тому подобный сброд. Да, сэр, они и думают не так, как мы с вами, и не так рассуждают, и поступают не так. Даже таблица умножения и та у них какая-то своя. По-нашему семью семь — сорок девять, а по-ихнему совсем не то, и считают они по-своему. Белое у них называется черным. Вот, например, вы покупаете кофе для хозяйства — допустим, фунтовый или десятифунтовый пакет…</p>
     <p>— Какой величины, вы сказали, был тот самородок? — настойчиво спросил я. — Как самый большой из этих?</p>
     <p>— Больше, — спокойно ответил он. — Больше всех, месте взятых, на этой дурацкой выставке, куда больше.</p>
     <p>Он замолчал и пристально посмотрел на меня.</p>
     <p>— Не вижу причины, почему бы не потолковать с вами об этом. У вас репутация человека, которому можно довериться, вы и сами, я читал, видали виды и побывали во всяких богом забытых местах. Я все глаза проглядел, высматривая кого-нибудь, кто взялся бы вместе со мной за это дело.</p>
     <p>— Да, вы можете мне довериться, — сказал я.</p>
     <p>И вот я для общего сведения оглашаю от слова до слова то, что он рассказал мне, сидя на скамье у Дворца изящных искусств, под крики чаек, носившихся над лагуной. Мы тогда же условились с ним встретиться.</p>
     <p>Однако я забегаю вперед.</p>
     <p>Когда мы вышли из павильона в поисках местечка. где бы посидеть, к нему по-птичьи суетливо, как суетливо сновали у нас над головой чайки, подбежала маленькая женщина лет тридцати с тем поблекшим лицом, какие бывают у фермерских жен, — и уцепилась за его руку с точностью и быстротой какого-нибудь механизма.</p>
     <p>— Уходишь! — взвизгнула она. — Пустился рысью. а обо мне забыл!</p>
     <p>Я был ей представлен. Мое имя, разумеется, ничего ей не говорило, и она недружелюбно посмотрела на меня близко сидящими, черными, хитрыми глазками, такими же блестящими и беспокойными, как у птицы.</p>
     <p>— Уж не думаешь ли ты рассказать ему про эту бесстыжую? — заныла она.</p>
     <p>— Погоди-ка, Сара, у нас ведь деловой разговор, сама знаешь, — жалобно возразил он. — Я давно ищу подходящего человека, и вот он мне встретился, так почему бы не рассказать ему все, как было?</p>
     <p>Маленькая женщина промолчала, но ее губы вытянулись шнурочком. Она смотрела прямо перед собой на Башню драгоценных камней с таким мрачным видом, что, казалось, самый яркий луч солнца не мог бы смягчить ее взгляд.</p>
     <p>Мы не спеша подошли к лагуне и присели на свободную скамейку, с облегчением вытянув натруженные беготней ноги.</p>
     <p>— Только устаешь от всего этого, — заявила женщина вызывающим тоном.</p>
     <p>Два лебедя, покинув зеркальную гладь воды, уставились на нас. А когда они окончательно удостоверились в нашей скупости или в том, что у нас нет с собой фисташек, Джонс чуть ли не спиной повернулся к своей подруге жизни и поведал мне следующее:</p>
     <p>— Вы бывали когда-нибудь в Эквадоре? Так вот вам мой совет — не ездите туда. А впрочем, беру свои слова обратно, может, мы еще махнем в те края вместе, если вы решитесь мне довериться и если у вас хватит пороху на такое путешествие. Да, как подумаешь, что всего несколько лет назад я притащился туда из Австралии на дырявом угольщике, после сорока трех дней пути… Он делал семь узлов при самых благоприятных условиях, а мы севернее Новой Зеландии перенесли двухнедельный шторм и к тому же двое суток чинили машины у острова Питкерн.</p>
     <p>Я не служил на этом судне. Я машинист. В Ньюкасле я подружился со шкипером и ехал до Гваякиля как его гость. До меня, видите ли, дошли слухи, что оттуда и дальше, через Анды, до самого Кито <a l:href="#n_891" type="note">[891]</a> на американских железных дорогах хорошо платят. Так вот, Гваякиль…</p>
     <p>— Дыра, где свирепствует лихорадка, — вставил я. Джулиан Джонс кивнул.</p>
     <p>— Томас Нэст умер от лихорадки, прожив там месяц… Это был знаменитый американский карикатурист, — добавил я в пояснение.</p>
     <p>— Не знал такого, — небрежно бросил Джулиан Джонс. — Но не его первого она так быстро скрутила. И вот как я впервые об этом услышал. Порт там в шестидесяти милях от устья реки. «Как у вас насчет лихорадки?» — спросил я лоцмана, который рано утром явился к нам на борт. «Видишь вон то гамбургское судно, — сказал он, показывая на довольно большой корабль, стоявший на якоре. — Капитан и четырнадцать человек экипажа приказали долго жить, а кок и еще двое при смерти. Ну, а больше там никого и не осталось».</p>
     <p>И, право же, он не врал. Тогда от желтой лихорадки умирало в Гваякиле по сорок человек в день. Но потом я узнал, что это еще пустяки. Там свирепствовали бубонная чума и оспа, людей косили дизентерия и воспаление легких, но страшнее всего была железная дорога. Я не шучу. Для тех, кто решался по ней ездить, она была опаснее всех болезней, какие только есть на свете. Не успели мы отдать якорь в Гваякиле, как к нам на борт явилось несколько шкиперов с других судов предупредить нашего, чтобы он никого из экипажа не пускал на берег, разве что тех, от кого не прочь избавиться. За мной пришла лодка с другого берега, из Дюрана — конечной станции железной дороги. Прибывшему ней человеку так не терпелось попасть на борт, что он в три прыжка перемахнул к нам по трапу.</p>
     <p>Очутившись на палубе, он, не сказав никому ни слова, перегнулся через поручни, погрозил кулаком в сторону Дюрана и закричал: «А все-таки я с тобой разделался! Все-таки разделался!» «С кем это ты разделался, дружище?» — спросил я. «С железной дорогой, — сказал он, расстегивая ремень и доставая большой кольт, который висел у него на левом боку под пальто. — Три месяца — вой срок по договору — отбыл и целехонек остался. Я служил кондуктором».</p>
     <p>Так вот на какой железной дороге мне предстояло работать! Но и это пустяки по сравнению с тем, что он рассказал мне в следующие пять минут. От Дюрана дорога поднимается вверх на двенадцать тысяч футов над уровнем моря по склону Чимборасо <a l:href="#n_892" type="note">[892]</a> и спускается на десять тысяч футов в Кито — по другую сторону горного хребта. Здесь так опасно, что поезда ночью не ходят. Пассажиры, едущие на далекое расстояние, слезают где-нибудь в пути и ночуют в ближайшем городе, а поезд дожидается рассвета. В каждом поезде едет для охраны отряд эквадорских солдат, а это и есть самое страшное. Им полагается защищать поездную прислугу, но всякий раз, как вспыхнет драка, они хватают ружья и присоединяются к толпе. А в случае крушения испанцы первым делом орут: «Бей гринго!» Это уж у них так заведено: они убивают поездную прислугу и уцелевших при катастрофе пассажиров-гринго. Я уже говорил вам, что у них своя арифметика, не та, что у нас.</p>
     <p>Вот чертовщина! В тот же день я убедился, что бывший кондуктор не врал. Случилось это в Дюране. Я должен был водить поезда на первом участке, а единственный поезд прямого сообщения на Кито, куда мне надо было отправиться на следующее утро, отходил раз в сутки. В день моего приезда, часа в четыре, взорвались котлы на «Губернаторе Хэнкоке», и он затонул у самых доков на глубине шестидесяти футов. Это был паром, перевозивший пассажиров железной дороги в Гваякиль. Тяжелая авария, но еще более тяжелыми были последствия. К половине пятого начали прибывать переполненные поезда. День был праздничный, и экскурсанты из Гваякиля, ездившие в горы, возвращались домой.</p>
     <p>Толпа — тысяч в пять — требовала, чтобы ее переправили на другую сторону, но не наша была вина, что паром лежал на дне реки. А по испанской арифметике, виноваты были мы. «Бей гринго!» — крикнул кто-то в толпе. И началась потасовка. Мы едва унесли ноги. Я мчался вслед за главным механиком с одним из его ребят на руках, мчался к паровозам, которые стояли под парами. Там, знаете ли, во время беспорядков прежде всего спасают паровозы, потому что дорога без них не. может работать. Когда мы тронулись, пять-шесть жен американцев и столько же детей лежали вместе с нами, скрючившись на полу паровозных будок. И вот солдаты-эквадорцы, которым полагалось охранять нашу жизнь и имущество, выпустили нам вслед не меньше тысячи зарядов, прежде чем мы отъехали на безопасное расстояние.</p>
     <p>Мы переночевали в горах и только на следующий день вернулись, чтобы навести порядок. Но навести порядок было не так-то просто. Платформы, товарные и пассажирские вагоны, старые маневренные паровозы — все, вплоть до ручных дрезин, было сброшено с доков на паром «Губернатор Хэнкок», затонувший на глубине шестидесяти футов. Толпа сожгла паровозное депо, подожгла угольные бункера, разгромила ремонтные мастерские. Кроме того, нам надо было немедля похоронить трех наших парней, убитых в свалке. Ведь там такая жара!</p>
     <p>Джулиан Джонс замолчал и покосился на свирепое лицо жены, хмуро смотревшей прямо перед собой.</p>
     <p>— Я не забыл про самородок, — успокоил он меня.</p>
     <p>— И про бесстыжую, — огрызнулась маленькая женина, видимо, обращаясь к болотным курочкам, плескавшимся в лагуне.</p>
     <p>— Я как раз подхожу к рассказу о самородке…</p>
     <p>— Нечего было тебе делать там, в этой ужасной стране, — огрызнулась жена, теперь уже в его сторону.</p>
     <p>— Полно, Сара, — умоляюще сказал он. — Ради кого работал, как не ради тебя. — И он пояснил мне: — Риск был огромный, зато и платили хорошо. В иные месяцы я зарабатывал до пятисот долларов. А в Небраске ждала меня Сара…</p>
     <p>— Мы уже два года как были обручены, — пожаловалась она Башне драгоценных камней.</p>
     <p>— …Не забывай, что в Австралии была забастовка, попал в черные списки, схватил брюшной тиф и мало ли что еще, — продолжал он. — Но на той железной дороге мне везло. Да, я знавал парней, которые умерли, только что приехав из Штатов, поработав какую-нибудь неделю. Если болезнь или железная дорога их не скрутят, так прикончат испанцы. Ну, а мне, видно, не судьба была, даже когда я пустил поезд под откос с высоты сорока футов. Мой кочегар погиб; кондуктору и инспектору Компании — он ехал в Дюран встречать свою невесту — испанцы отрубили головы и насадили их на колья. Я лежал, зарывшись, как жук, в кучу каменного угля, лежал весь день и всю ночь, пока они не утихомирились, а они думали, что я скрылся в лесу… Да, мне действительно везло. Самое худшее, что со мной приключилось, — это простуда, которую я схватил как-то, а в другой раз — карбункул. Да, но что было с другими! Они мерли, как мухи, — от желтой лихорадки, воспаления легких, от рук испанцев, от железной дороги. Мне так и не пришлось приобрести себе друзей. Только познакомишься с кем поближе, глядь, а он возьми да помри, и так все, кроме кочегара Эндруса, да и тот с ума спятил.</p>
     <p>Работа у меня ладилась с самого начала; жил я в Кито снимал там глинобитный домик, крытый испанской черепицей. С испанцами у меня хлопот не было. Почему не разрешить им прокатиться бесплатно на тендере или на щите перед паровозом! Чтобы я стал их сбрасывать? Да никогда! Я хорошо запомнил, что, после того как Джек Гаррис спихнул двоих-троих, я muy pronto <a l:href="#n_893" type="note">[893]</a> попал на его похороны…</p>
     <p>— Говори по-английски, — резко оборвала его сидевшая рядом маленькая женщина.</p>
     <p>— Сара терпеть не может, когда я говорю по-испански, — извинился он. — Это ей так действует на нервы, что я обещал не говорить. Так вот, как видите, я не прогадал — все шло как по маслу, я копил деньги, чтобы, вернувшись в Небраску, жениться на Саре, но тут-то и получилась эта история с Ваной…</p>
     <p>— С этой бесстыжей! — зашипела Сара.</p>
     <p>— Перестань, Сара, — умоляюще сказал ее великан муж. — Должен же я упомянуть о ней, а не то как я расскажу про самородок? Как-то ночью ехали мы на паровозе — не на поезде — в Амато, милях в тридцати от Кито. Кочегаром был у меня Сэт Менерс. Я готовил его в машинисты и потому разрешил ему вести паровоз, а сам сел на его место и стал думать о Саре. Я только что получил от нее письмо. Она, как всегда, просила меня вернуться и, как всегда, намекала на опасности, подстерегающие холостого человека, который болтается в стране, где на каждом шагу синьориты и фанданго. Господи, если б только она их видела! Настоящие пугала! Лица от белил, как у мертвецов, а губы красные, ровно… те жертвы крушения, которых я помогал убирать.</p>
     <p>Была чудная апрельская ночь, ни малейшего ветерка, и над самой вершиной Чимборасо разливался свет луны… Ну и гора! Полотно железной дороги опоясывает ее на высоте двенадцати тысяч футов над уровнем моря, а выше, до гребня, еще десять тысяч.</p>
     <p>Пока Сэт вел паровоз, я, видно, задремал, и вдруг он как затормозит — я чуть в окно не вылетел.</p>
     <p>«Какого чер…» — закричал было я, а Сэт сказал: «Ну и дьявольщина», — когда мы увидели то, что было на полотне. И я вполне с ним согласился. Там стояла индианка… Поверьте мне, индейцы — это не испанцы, нет. Сэт ухитрился затормозить футах в двадцати от нее, а ведь мы неслись с горы как бешеные! Но девушка… Она…</p>
     <p>Я заметил, что миссис Джулиан Джонс насторожилась, хотя взор ее по-прежнему был злобно устремлен на двух болотных курочек, плескавшихся внизу, в лагуне. «Бесстыжая», — свирепо прошипела она. При звуке ее голоса Джонс осекся, но тут же продолжал:</p>
     <p>— Девушка была высокого роста, тоненькая, стройная — вы знаете этот тип, — удивительно длинные черные волосы, распущенные по спине… Она стояла, такая смелая, раскинув руки, чтобы остановить паровоз. На ней была какая-то легкая одежда, запахнутая спереди, — не из материи, а из пятнистой, мягкой, шелковистой шкуры оцелота. И ничего больше.</p>
     <p>— Бесстыжая, — прошипела миссис Джонс.</p>
     <p>Но мистер Джонс продолжал, словно не заметил, то его прервали.</p>
     <p>— «Нечего сказать, хорош способ останавливать паровозы», — пожаловался я Сэту, соскакивая на полотно. Я обошел паровоз и подошел к девушке. И подумайте только! Глаза у нее были плотно закрыты. Она так дрожала, что вы бы это заметили даже при лунном свете. И она была босая.</p>
     <p>«Что стряслось?» — спросил я не очень-то ласково.</p>
     <p>Она вздрогнула, видно, пришла в себя и открыла глаза. Ну и ну! Такие большие, черные, красивые. Девушка, скажу я вам, заглядение…</p>
     <p>«Бесстыжая!» Услыхав это шипение, болотные курочки вспорхнули и отлетели на несколько футов. Но теперь Джонс взял себя в руки, он и бровью не повел.</p>
     <p>— «Для чего ты остановила паровоз?» — спросил я по-испански. Никакого ответа. Она посмотрела на меня, потом на пыхтящий паровоз и залилась слезами, а это, согласитесь, совсем не в характере индианок.</p>
     <p>«Если ты вздумала прокатиться, — сказал я ей на местном испанском (который, говорят, отличается от настоящего испанского), — то тебя так подмяло бы под фонарь и щит, что моему кочегару пришлось бы отдирать тебя лопатой».</p>
     <p>Моим испанским хвастать не приходится, но я видел, что она меня поняла, хотя только покачала головой и ничего не сказала. Да, девушка, скажу я вам, заглядение…</p>
     <p>Я с опаской посмотрел на миссис Джонс, но она, видимо, искоса следила за мной и теперь пробормотала:</p>
     <p>— Разве он взял бы ее к себе в дом, будь она дурнушкой, как вы думаете?</p>
     <p>— Помолчи, Сара, — запротестовал он. — Ты не права. Не мешай мне рассказывать… Потом Сэт говорит: «Что же, мы тут всю ночь стоять будем?»</p>
     <p>«Идем, — сказал я девушке, — полезай на паровоз. Но только в другой раз, если захочешь прокатиться, не сигнализируй, когда поезд на полном ходу».</p>
     <p>Она пошла за мной, но только я стал на подножку и обернулся, чтобы помочь ей подняться, как ее уже не было. Я опять соскочил на землю. Ее и след простыл. Вверху и внизу отвесные скалы, а железнодорожное полотно тянется вперед на сотни ярдов, и нигде ни души. И вдруг я увидел ее — она сжалась комочком у самого щита, так близко, что я чуть не наступил на нее. Если бы мы тронулись, мы тут же раздавили бы ее. Все это было так бессмысленно, что я никак не мог уразуметь, чего она хочет. Может, она задумала покончить с собой. Я схватил ее руку не очень-то нежно и заставил подняться. Она покорно пошла за мною. Женщина понимает, когда мужчина не намерен шутить.</p>
     <p>Я перевел взгляд с этого Голиафа на его маленькую супругу с птичьими глазками и спросил себя, пробовал ли он когда-нибудь показать этой женщине, что не намерен шутить.</p>
     <p>— Сэт было заартачился, но я втолкнул ее в будку и посадил с собой рядом…</p>
     <p>— Сэт в это время был, конечно, занят паровозом, — заметила миссис Джонс.</p>
     <p>— Ведь я обучал его, сама знаешь! — возразил мистер Джонс. — Мы доехали до Амато. Всю дорогу она рта не открыла, и только паровоз остановился, спрыгнула на землю и исчезла. Да, вот оно как. Даже не поблагодарила. Ничего не сказала.</p>
     <p>А наутро, когда мы собирались возвращаться в Кито с десятками платформ, груженных рельсами, она уже поджидала нас в паровозной будке; и при дневном свете я увидел, что она еще лучше, чем казалось ночью.</p>
     <p>«Ага! Видно, ты ей по вкусу пришелся», — усмехнулся Сэт. И похоже, что так оно и было. Она стояла и смотрела на меня… на нас… как верный пес, которого любят, — его поймали, когда он ел колбасу, но он знает, что вы его не ударите. «Убирайся! — сказал я ей. — Pronto». (Миссис Джонс дала о себе знать, вздрогнув, когда было произнесено испанское слово.) Разумеется, Сара, мне с самого начала не было до нее никакого дела.</p>
     <p>Миссис Джонс выпрямилась. Губы ее шевелились беззвучно, но я знал, какое слово она произнесла.</p>
     <p>— А больше всего досаждали мне насмешки Сэта. «Теперь ты от нее не избавишься, — говорил он. — Ты ведь спас ей жизнь…» — «Не я, — отвечал я резко, — а ты». — «Но она думает, что ты, а стало быть, так оно и есть, — стоял он на своем. — И теперь она твоя. Такой здесь обычай, сам знаешь».</p>
     <p>— Варварский, — вставила миссис Джонс. И хотя она не сводила глаз с Башни драгоценных камней, я понимал, что ее замечание относилось не к архитектурному стилю башни.</p>
     <p>— «Она будет у тебя хозяйкой», — ухмыльнулся Сэт. Я не мешал ему болтать, зато потом заставил его так усердно подбрасывать уголь в топку, что ему некогда было заниматься разговорами. А когда я доехал до места, где подобрал ее, и остановил поезд, чтобы ее ссадить, она грохнулась на колени, обхватила мои ноги обеими руками, и слезы ручьем полились на мои башмаки. Что тут было делать!</p>
     <p>Миссис Джонс каким-то неуловимым образом дала понять, что ей хорошо известно, что сделала бы она на его месте.</p>
     <p>— Но только мы приехали в Кито, она, как и в прошлый раз, исчезла. Сара не верит, когда я говорю, что вздохнул с облегчением, избавившись от девушки. Но не тут-то было.</p>
     <p>Я пришел в свой глинобитный дом и съел превосходный обед, приготовленный моей кухаркой. Старуха была наполовину испанка, наполовину индианка, и звали ее Палома. Ну вот, Сара, не говорил ли я тебе, что она была старая-престарая и больше походила на сарыча, чем на голубку? Кусок не шел мне в горло, если она вертелась перед глазами. Но она держала дом в порядке и, бывало, лишнего гроша не истратит на хозяйство.</p>
     <p>В тот день я выспался хорошенько, а потом, как вы думаете, кого я застал на кухне? Да эту проклятую индианку. И как будто она у себя дома! Старуха Палома сидит перед ней на корточках и растирает ей ноги; можно было подумать, что у девушки ревматизм, а ведь какое там — видел я, как она ходит. При этом Палома напевала как-то чудно, непонятно. Я, конечно, задал ей трепку. Сара знает, что я не терплю у себя в доме женщин — разумеется, молодых, незамужних. Да что толку! Старуха стала заступаться за индианку и заявила, что если девчонка уйдет, она тоже уйдет. А меня обозвала дурачиной и такими словами, каких и нет на английском языке. Тебе, Сара, понравился бы испанский, очень уж ругаться на нем способно, да и Палома понравилась бы тебе. Она была добрая женщина, хотя у нее не осталось ни одного зуба и ее физиономия могла отбить аппетит даже у человека ко всему привычного.</p>
     <p>Я сдался. Мне пришлось сдаться. Палома так и не объяснила, почему она стоит за девушку; сказала только, что нуждается в помощи Ваны (хотя она вовсе не нуждалась). Так или иначе, а Вана была девушка тихая и никому не мешала. Вечно она сидела дома и болтала с Паломой или помогала ей по хозяйству. Но вскорости я стал примечать, что она боится чего-то. Всякий раз, когда заходил какой-нибудь приятель распить бутылочку или сыграть партию в педро, она так пугалась, что жалко было на нее смотреть. Я пробовал выпытать у Паломы, что тревожит девушку, но старуха только головой качала, и вид у нее при этом был такой торжественный, будто она ждала к нам в гости всех чертей из пекла.</p>
     <p>И вот однажды к Ване пожаловал гость. Я только возвратился с поездом и проводил время с Ваной — не мог же я обижать девушку, даже если она мне навязалась и сама поселилась у меня в доме, — как вдруг вижу, глаза у нее стали какие-то испуганные. На пороге стоял мальчик-индеец. Он был похож на нее, но моложе и тоньше. Вана повела его на кухню, и у них там, наверно, был серьезный разговор, потому что индеец ушел, когда уже стемнело. Потом он заходил опять, только я его не видел. Когда я вернулся домой, Палома сунула мне в руку крупный самородок, за которым Вана посылала мальчика. Эта чертова штука весила не меньше двух фунтов, а цена ей была долларов пятьсот с лишним. Палома сказала, что Вана просит меня взять его в уплату за ее содержание. И чтобы сохранить в доме мир, я должен был его взять.</p>
     <p>А немного погодя пришел еще один гость. Мы сидели у печки…</p>
     <p>— Он и бесстыжая, — промолвила миссис Джонс.</p>
     <p>— И Палома, — поспешно добавил он.</p>
     <p>— Он, его хозяйка и его кухарка сидели у печки, — внесла она поправку.</p>
     <p>— Да, я и не отрицаю, что Вана ко мне крепко привязалась, — храбро сказал он, а потом с опаской поправился: — Куда крепче, чем следовало бы, потому что я был к ней равнодушен.</p>
     <p>Так вот, говорю, явился к нам еще один гость. Высокий, худой, седовласый старик индеец, с крючковатым, как орлиный клюв, носом. Он вошел, не постучав. Вана тихо вскрикнула — не то приглушенный визг, не то стон, потом упала передо мной на колени и смотрит на меня умоляющими глазами лани, а на него, как лань, которую вот-вот убьют, а она не хочет, чтобы ее убивали. Потом с минуту, показавшуюся мне вечностью, она и старик смотрели друг на друга. Первой заговорила Палома, должно быть, на его языке, потому что старик ей ответил. И, клянусь всеми святыми, вид у него был гордый и величественный! У Паломы дрожали колени, и она виляла перед ним, как собачонка. И это в моем доме! Я вышвырнул бы его вон, не будь он такой старый.</p>
     <p>Слова его были, наверно, так же страшны, как и взгляд. Он будто плевал в нее словами! А Палома все хныкала и перебивала, потом сказала что-то такое, что подействовало, так как лицо его смягчилось. Он удостоил меня беглым взглядом и быстро задал Ване какой-то вопрос. Она опустила голову и покраснела, и вид у нее был смущенный, а потом ответила одним словом и отрицательно покачала головой. Тогда он повернулся и исчез за дверью. Должно быть, она сказала «нет».</p>
     <p>После этого стоило Ване меня увидеть, как она начинала дрожать. Она теперь все время торчала на кухне. Потом смотрю — опять стала появляться в большой комнате. Она все еще дичилась, но ее огромные глаза неотступно следили за мной…</p>
     <p>— Бесстыжая! — отчетливо услышал я. Но и Джулиан Джонс и я уже успели к этому привыкнуть.</p>
     <p>— Признаться, и я почувствовал к ней какой-то интерес — о, не в том смысле, как думает и постоянно твердит мне Сара. — Двухфунтовый самородок — вот что не давало мне покоя. Если бы Вана навела меня на след, я мог бы сказать прощай железной дороге и двинуться в Небраску, к Саре.</p>
     <p>Но потом все полетело вверх тормашками… Неожиданно… Я получил письмо из Висконсина. Умерла моя тетка Элиза и оставила мне свою большую ферму. Я вскрикнул от радости, когда прочитал об этом; напрасно я радовался, потому что вскорости суды и адвокаты все из меня выкачали — ни одного цента мне не оставили, и я до сих пор плачу по долговым обязательствам.</p>
     <p>Но тогда я этого не знал и собрался ехать домой, в обетованную страну. Палома расхворалась, а Вана лила слезы. «Не уезжай! Не уезжай!» — завела она песню! Но я объявил на службе о своем уходе и отправил письмо Саре — ведь, правда, Сара?</p>
     <p>В тот вечер у Ваны, сидевшей с убитым видом у печки, впервые развязался язык. «Не уезжай!» — твердит она мне, а Палома ей поддакивает. «Если ты останешься, я покажу тебе место, где брат нашел самородок». — «Слишком поздно», — сказал я. И объяснил, почему.</p>
     <p>— А ты говорил ей, что я жду тебя в Небраске? — заметила миссис Джонс холодным, бесстрастным тоном.</p>
     <p>— Что ты, Сара, зачем бы я стал огорчать бедную индейскую девушку! Конечно, не говорил. Ладно. Она и Палома перекинулись несколькими словами по-индейски, а потом Вана говорит: «Если ты останешься, я покажу тебе самый большой самородок, отца всех самородков». — «Какой величины, — спрашиваю, — с меня будет?» Она засмеялась. «Больше, чем ты. Куда больше». — «Ну, таких не бывает», — говорю я. Но она сказала, что сама видела, и Палома подтвердила. Послушать их, так этот самородок стоил миллионы. Сама Палома никогда его не видела, но она о нем слыхала. Ей не могли доверить тайну племени, потому что она была полукровка.</p>
     <p>Джулиан Джонс умолк и вздохнул.</p>
     <p>— И они уговаривали меня до тех пор, пока я не соблазнился…</p>
     <p>— Бесстыжей, — выпалила миссис Джонс с бесцеремонностью птицы.</p>
     <p>— Нет, самородком. Ферма тетки Элизы сделала меня достаточно богатым, чтобы я мог бросить работу на железной дороге, но не таким богатым, чтобы отказаться от больших денег… а этим женщинам я не мог не поверить. Ого, я мог бы сделаться вторым Вандербильтом или Морганом! Вот какие у меня были мысли; и я принялся выпытывать у Ваны ее секрет. Но она не поддавалась. «Пойдем вместе, — сказала она. — Мы вернемся через две-три недели и принесем столько золота, сколько дотащим». — «Возьмем с собой осла или даже несколько ослов», — предложил я. «Нет, нет, это невозможно». И Палома согласилась с ней. Нас захватили бы индейцы.</p>
     <p>В полнолуние мы вдвоем отправились в путь. Мы шли только ночью, а днем отлеживались. Вана не позволяла мне зажигать костер, и мне адски недоставало кофе. Мы взбирались на высочайшие вершины Анд, и на одном из перевалов нас застал снегопад; хотя девушке были известны все тропы и хотя мы зря не теряли времени, однако шли целую неделю. Я знаю направление, потому что у меня был с собой карманный компас; а направление — это все, что мне нужно, чтобы добраться туда, потому что я запомнил вершину. Ее нельзя не узнать. Другой такой нет во всем мире. Теперь я вам не скажу, какой она формы, но когда мы с вами направимся туда из Кито, я приведу вас прямо к ней.</p>
     <p>Нелегкое это дело — взобраться на нее, и не родился еще тот человек, который взобрался бы ночью. Пришлось идти при дневном свете, а вершины мы достигли только после заката солнца. Да, об этом последнем подъеме я мог бы рассказывать вам долгие часы, но не стоит.</p>
     <p>Вершина горы была ровная, как бильярд, площадью с четверть акра, и на ней почти не было снега. Вана сказала мне, что здесь постоянно дуют сильные ветры и сметают снег.</p>
     <p>Мы выбились из сил, а у меня началось такое головокружение, что я должен был прилечь. Потом, когда поднялась луна, я обошел все вокруг. Это не заняло много времени; но здесь как будто и не пахло золотом. Когда я спросил Вану, она только засмеялась и захлопала в ладоши. Но тут горная болезнь меня вконец скрутила, и я присел на большой камень, выжидая, пока мне полегчает.</p>
     <p>«Полно, — сказал я, когда почувствовал себя лучше, — Брось дурачиться, скажи, где самородок». «Сейчас он ближе к тебе, чем буду когда-нибудь я, — ответила она, и ее большие глаза затуманились. — Все вы, гринго, одинаковы! Только золото любо вашему сердцу, а женщина для вас ничего не значит».</p>
     <p>Я промолчал. Сейчас не к месту было говорить ей о Саре, Но тут Вана как будто повеселела и опять принялась смеяться и дразнить меня. «Ну, как он тебе нравится?» — спросила она. «Кто?» «Самородок, на котором ты сидишь?».</p>
     <p>Я вскочил, как с раскаленной плиты. Но подо мной была обыкновенная каменная глыба. Сердце у меня упало. То ли сна совсем свихнулась, то ли вздумала таким манером подшутить надо мной. От этого мне было не легче.</p>
     <p>Она дала мне топорик и велела ударить по глыбе: я так и сделал, раз и еще раз, и при каждом ударе отлетали желтые осколки. Клянусь всеми святыми, то было золото! Вся эта чертова глыба!</p>
     <p>Джонс неожиданно поднялся во весь рост и, обратив лицо к югу, простер длинные руки. Этот жест вселил ужас в лебедя, который приблизился к нам с миролюбивыми, хотя и корыстными намерениями. Отступая, он наскочил на полную старую леди, которая взвизгнула и уронила мешочек с фисташками. Джонс сел и продолжал рассказ:</p>
     <p>— Золото, поверьте мне, сплошное золото, такое чистое и мягкое, что я откалывал от него кусок за куском. Оно было покрыто какой-то водонепроницаемой краской или лаком, сделанным из смолы, или чем-то в этом роде. Не удивительно, что я принял самородок за простую каменную глыбу. Он был футов десять в длину и пять в вышину, а по обе стороны суживался, как яйцо. Вот взгляните-ка.</p>
     <p>Он достал из кармана кожаный футляр, открыл и вытащил оттуда какой-то предмет, завернутый в промасленную папиросную бумагу. Развернув его, он бросил мне на ладонь кусочек чистого золота величиною с десятидолларовую монету. На одной стороне я мог разглядеть сероватое вещество, которым он был окрашен.</p>
     <p>— Я отколол его от края той штуки, — продолжал Джонс, заворачивая золото в бумагу и пряча в футляр. — И хорошо, что я сунул его в карман. Прямо за моей спиной раздался громкий окрик — по-моему, он больше походил на карканье, чем на человеческий голос. И я увидел того сухопарого старика с орлиным клювом, который однажды вечером ввалился к нам в дом. А с ним человек тридцать индейцев — все молодые, крепкие парни,</p>
     <p>Вана бросилась на землю и давай реветь, но я сказал ей: «Вставай и помирись с ними ради меня». «Нет, нет, — закричала она. — Это смерть! Прощай, amigo» <a l:href="#n_894" type="note">[894]</a>.</p>
     <p>Тут миссис Джонс вздрогнула, и ее муж резко сократил это место в своем повествовании.</p>
     <p>— «Тогда вставай и дерись вместе со мной», — сказал я. И она стала драться с ними. Там, на макушке земного шара, она царапалась и кусалась с каким-то остервенением, как бешеная кошка. Я тоже не терял времени, хотя у меня был только топорик да мои длинные руки. Но врагов было слишком много, и я не видел ничего такого, к чему можно было прислониться спиной. А потом, когда я очнулся после того, как они треснули меня по голове, — вот пощупайте-ка…</p>
     <p>Сняв шляпу, Джулиан Джонс провел по своей копне желтых волос кончиками моих пальцев, и они погрузились во вмятину. Она была не меньше трех дюймов в длину и уходила в самую черепную коробку.</p>
     <p>— Очнувшись, я увидел Вану, распростертую на самородке, и старика с орлиным клювом, торжественно бормочущего над ней, будто он совершал какой-то религиозный обряд. В руке он держал каменный нож, вы знаете — тонкий, острый осколок какого-то минерала вроде обсидиана, того самого, из которого они делают наконечники для стрел. Я не мог пошевельнуться — меня держали, к тому же я был слишком слаб. Ну что тут говорить… каменный нож прикончил ее, а меня они даже не удостоили чести убить здесь, на макушке их священной горы. Они спихнули меня с нее, как падаль.</p>
     <p>Но и сарычам я тоже не достался. Как сейчас вижу лунный свет, озарявший снежные пики, когда я летел вниз. Да, сэр, я упал бы с высоты пятисот футов, однако этого не случилось. Я очутился в огромном сугробе снега в расщелине скалы. И когда я очнулся (верно, через много часов, потому что был яркий день, когда я снова увидел солнце), я лежал в сугробе или пещере, промытой талым снегом, стекавшим по уступу. Скала наверху нависла как раз над тем местом, куда я упал. Несколько футов в ту или в другую сторону — и был бы мне конец. Я уцелел только чудом!</p>
     <p>Но я дорого заплатил за это. Больше двух лет прошло, прежде чем я узнал, что со мною было. Я помнил только, что меня зовут Джулиан Джонс, что во время забастовки я был занесен в черный список и что, приехав домой, я женился на Саре. Вот и все. А что произошло в промежутке, я начисто забыл, и когда Сара заводила об этом речь, у меня начинала болеть голова. Да, с головой у меня творилось что-то неладное, и я это понимал.</p>
     <p>И вот как-то на ферме ее отца в Небраске, когда я сидел лунным вечером на крыльце, Сара подошла и сунула мне в руку этот обломок золота. Должно быть, она только что нашла его под прорванной подкладкой в чемодане, который я привез из Эквадора, а ведь я-то целых два года не помнил, что был в Эквадоре или в Австралии, ничего не помнил! Глядя при лунном свете на обломок камня, я вертел его так и этак и старался вспомнить, что бы это могло быть и откуда, как вдруг в голове у меня будто что-то треснуло, будто там что-то разбилось, и тогда я увидел Вану, распростертую на том огромном самородке, и старика с орлиным клювом, занесшего над нею нож, и… все остальное. Я хочу сказать — все, что случилось с той поры, как я уехал из Небраски, и до того дня, когда я выполз на солнечный свет из снежной ямы, куда они меня сбросили с вершины горы. Все, что было потом, я начисто забыл. Когда Сара говорила мне, что я ее муж, я и слушать не хотел. Чтобы убедить меня, пришлось созвать всю ее родню и священника, который нас венчал.</p>
     <p>А потом я написал Сэту Менерсу. Тогда еще железная дорога не прикончила его, и он мне помог кое в чем разобраться. Я покажу вам его письма. Они у меня в гостинице. Он писал, что однажды, это было в его очередной рейс, я выполз на железнодорожное полотно. Я на ногах не держался и только полз. Сначала он принял меня за теленка или большую собаку. Во мне не было ничего человеческого, писал он, и я не узнавал его и никого не узнавал. По моим расчетам, Сэт подобрал меня дней через десять после того происшествия на вершине горы. Не знаю, что я ел. Может, я и вовсе не ел. А потом в Кито доктора и Палома выхаживали меня (это она, наверно, и положила тот кусок золота в мой чемодан), пока они не обнаружили, что я потерял память — и тогда железнодорожная компания отправила меня домой в Небраску. Так по крайней мере писал мне Сэт. Сам-то ничего не помню. Но Сара знает. Она переписывалась с Компанией, прежде чем меня посадили на пароход.</p>
     <p>Миссис Джонс подтвердила его слова кивком головы, вздохнула и всем своим видом дала понять, что ей не терпится уйти.</p>
     <p>— С тех пор я не могу работать, — продолжал ее муж. — Я все думаю, как бы мне вернуться туда за этим огромным самородком. У Сары есть деньги, но она не дает мне ни одного пенни…</p>
     <p>— Больше он в эту страну не поедет, — отрезала она.</p>
     <p>— Но, послушай, Сара, ведь Вана умерла… ты же знаешь, — возразил Джулиан Джонс.</p>
     <p>— Ничего я не знаю и знать не хочу, — сказала она решительно. — Знаю только, что эта страна не место для женатого человека.</p>
     <p>Губы ее плотно сжались, и она рассеянно посмотрела туда, где рдело предзакатное солнце. Я бросил взгляд на ее лицо, белое, пухлое и неумолимое, с мелкими чертами, и понял, что уломать ее невозможно.</p>
     <p>— Чем вы объясняете, что там оказалась такая масса золота? — спросил я Джулиана Джонса. — Золотой метеор свалился с неба, что ли?</p>
     <p>— Ничего подобного. — Он покачал головой. — Его притащили туда индейцы.</p>
     <p>— На такую высоту… такой огромный, тяжелый! — возразил я.</p>
     <p>— Очень просто, — улыбнулся он. — Я и сам не раз ломал над этим голову, когда ко мне вернулась память. «Как, черт побери, могла эта глыба…» — начинал я, а затем часами прикидывал и так и этак. А когда нашел ответ, я почувствовал себя круглым идиотом — ведь это так просто.</p>
     <p>Он подумал немного и сказал:</p>
     <p>— Они его не притащили.</p>
     <p>— Но ведь вы сами только что сказали, что притащили.</p>
     <p>— И да и нет, — ответил он загадочно. — Конечно, они и не думали тащить туда эту чудовищную глыбу. Они принесли ее по частям.</p>
     <p>Он подождал, пока не увидел по моему лицу, что я понял.</p>
     <p>— А потом, конечно, расплавили все золото, или сварили, или сплавили в один слиток. Вы знаете, наверно, что первые испанцы, пришедшие туда под предводительством некоего Писарро <a l:href="#n_895" type="note">[895]</a>, были грабителями и насильниками. Они прошли по стране, как чума, и резали индейцев, что твой скот. У индейцев, видите ли, была пропасть золота. И вот из того, что испанцы у них не отобрали, уцелевшие индейцы отлили единый слиток, который хранится на вершине горы. И это золото ждет там меня… и вас, если вы надумаете отправиться за ним.</p>
     <p>Но здесь, у лагуны перед Дворцом изящных искусств, мое знакомство с Джулианом Джонсом и оборвалось. Заручившись моим согласием финансировать его предприятие, он обещал прийти на следующее утро ко мне в гостиницу с письмами Сэта Менерса и Железнодорожной компании, чтобы договориться обо всем. Но он не пришел. В тот же вечер я позвонил в его гостиницу, и клерк сообщил мне, что мистер Джулиан Джонс с супругой выехали днем, захватив весь свой багаж.</p>
     <p>Неужели миссис Джонс увезла его насильно и запрятала в Небраске? Помнится, когда мы прощались, в ее улыбке было что-то напоминающее коварное самодовольство мудрой Монны Лизы.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>На циновке Макалоа</p>
     <p>(сборник рассказов)</p>
     <empty-line/>
     <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>На циновке Макалоа</p>
     </title>
     <p>На Гавайях, в отличие от большей части других жарких стран, женщины долго не старятся и даже в старости красивы. Женщине, сидевшей под деревом хау — а она была не накрашена и никак не старалась скрыть разрушительную работу времени, — искушенный наблюдатель в любой точке земного шара, кроме Гавайских островов, дал бы лет пятьдесят. А между тем и дети ее, и внуки, и Роско Скандуэл, за которым она уже сорок лет как была замужем, знали, что ей шестьдесят четыре года, — двадцать второго июня исполнится шестьдесят пять. Она казалась куда моложе, несмотря на то, что, читая сейчас журнал, надела очки и снимала их всякий раз, как взгляд ее устремлялся на лужайку, где резвилась стайка детей.</p>
     <p>Прекрасно было старое дерево хау, высокое, как дом, — она и сидела под ним, как в доме, до того густую и уютную тень давала его огромная крона; прекрасна была лужайка — бесценный зеленый ковер, раскинувшийся перед бунгало, столь же прекрасным, благородным и дорогостоящим. А в другой стороне сквозь бахрому из стофутовых кокосовых пальм виден был океан: за рифом — синева, сгущавшаяся у горизонта до темного индиго, ближе к берегу — шелковистые переливы яшмы, изумруда и рубина.</p>
     <p>И это был только один из домов, принадлежавших Марте Скандуэл. Ее городской особняк в нескольких милях отсюда в Гонолулу на улице Нууану, между первым и вторым фонтанами, был настоящим дворцом. Сотни гостей пребывали и в ее комфортабельном доме на горе Танталус, и в ее доме на склоне вулкана, и в ее горном домике, и в ее приморской вилле на Гавайи — самом большом из островов. Однако и этот дом на побережье Ваикики не уступал остальным по красоте местоположения и благородству архитектуры, да и на содержание его тратилось не меньше. Вот и сейчас два садовника японца подрезали мальвы, третий со знанием дела подравнивал длинную изгородь из ночного цевеуса, на котором скоро должны были распуститься таинственные бледно-желтые цветы. Японец-лакей в белоснежном полотняном костюме принес из дома чай, за ним шла горничная японка в ярком кимоно, красивая и легкая, как бабочка. В противоположном конце лужайки другая горничная японка торопилась с целой охапкой мохнатых полотенец к купальням, откуда уже выбегали дети в купальных костюмчиках. А под пальмами у самого моря две нянюшки китаянки с черными косами, в красивой национальной одежде — белые кофты и длинные белые штаны — сторожили каждая свою колясочку с младенцем.</p>
     <p>Все эти слуги, няньки и внуки были слугами няньками и внуками Марты Скандуэл. И это она передала внукам свой цвет кожи — кожи гавайцев, прогретой гавайским солнцем, — который не смешаешь ни с каким другим. Дети были всего на одну восьмую или на одну шестнадцатую гавайцами, однако ни семь восьмых, ни пятнадцать шестнадцатых белой крови не могли стереть с их кожи золотисто-коричневые краски Полинезии. Но опять-таки только опытный наблюдатель догадался бы, что эти дети, играющие на лужайке, — не чистокровные белые. Их дед, Роско Скандуэл, был белый; Марта — белая на три четверти; сыновья их и дочери — на семь восьмых; а внуки — на пятнадцать шестнадцатых или — в тех случаях когда их отцы или матери вступали в брак с потомками гавайцев, — тоже на семь восьмых. Порода и с той и с другой стороны была отличная: Роско происходил по прямой линии от пуритан Новой Англии <a l:href="#n_896" type="note">[896]</a>, а Марта — по столь же прямой линии — от гавайского вождя, чей древний род славили в песнях за тысячу лет до того, как люди научились писать.</p>
     <p>У дома остановился автомобиль, и из него вышла женщина, которой на вид было не более шестидесяти лет; она пересекла лужайку упругой походкой хорошо сохранившейся сорокалетней женщины, хотя ей на самом деле исполнилось шестьдесят восемь. Марта поднялась ей навстречу, и они с чисто гавайской сердечностью крепко обнялись и поцеловались в губы. Их лица и все движения выражали искреннее, горячее чувство; только и слышно было, что «сестрица Белла», «сестрица Марта», вперемешку с несвязными расспросами друг о друге, о братьях, дядьях и тетках. Но наконец первое волнение встречи утихло, и со слезами умиления на глазах они уселись друг против друга за чайный столик. Можно было подумать, что они не виделись много лет. В действительности их разлука длилась два месяца. И одной было шестьдесят четыре года, другой — шестьдесят восемь. Но не забудьте, что в груди у них билось сердце на одну четверть гавайское, насквозь прогретое солнцем и любовью.</p>
     <p>Дети устремились к тете Белле, как волны к берегу, и получили щедрую порцию поцелуев и ласк, прежде чем отбыть на пляж под присмотром нянюшек.</p>
     <p>— Я решила выбраться сюда на несколько дней, — объяснила Марта, — пассат сейчас улегся.</p>
     <p>— Ты здесь уже две недели. — Белла нежно улыбнулась младшей сестре. — Мне братец Эдвард сказал. Он встречал меня на пристани и чуть не силой увез к себе повидаться с Луизой и Дороти и поглядеть на его первого внучонка — он в нем просто души не чает.</p>
     <p>— Боже мой! — воскликнула Марта. — Две недели! Я и не заметила, как пролетело время.</p>
     <p>— А где Энни? — спросила Белла. — И Маргарет? Марта пожала пышными плечами, выражая этим снисходительную любовь к своим уже немолодым, но легкомысленным дочерям, которые на целые полдня вверили детей ее заботам.</p>
     <p>— Маргарет на собрании общества городского благоустройства, они там задумали посадить деревья и мальвы по обеим сторонам Калакауа-авеню. А Энни изводит на восемьдесят долларов автомобильных шин, чтобы собрать семьдесят пять долларов для Английского Красного Креста. Сегодня у них день уплаты членских взносов.</p>
     <p>— Роско, наверное, торжествует, — сказала Белла и заметила, что глаза сестры горделиво сверкнули. — Я еще в Сан-Франциско узнала о первых дивидендах Компании Хо-о-ла-а. Помнишь, когда их акции стоили семьдесят пять центов, я вложила тысячу долларов для детей бедняжки Эбби и сказала, что продам, когда эти акции поднимутся до десяти долларов?</p>
     <p>— И все смеялись над тобой, да и над всяким, кто покупал их, — подхватила Марта. — Но Роско знал, что делает. Сейчас они идут по двадцать четыре.</p>
     <p>— Я продала свои по радио, с парохода, по двадцать долларов, — продолжала Белла. — И сейчас Эбби с ног сбилась: шьет туалет за туалетом, собирается с Мэй и Тутси в Париж.</p>
     <p>— А Карл? — спросила Марта.</p>
     <p>— О, тот кончает Гарвардский университет…</p>
     <p>— …который он все равно окончил бы, уж тебе-то это должно быть известно, — заметила Марта.</p>
     <p>Белла признала свою вину — она уже давно решила, что сын ее школьной подруги получит университетское образование за ее счет, — но добавила добродушно:</p>
     <p>— А все же приятнее, что за него платит Хо-о-ла-а. Можно даже сказать, что платит Роско, — ведь я потому тогда купила акции, что положилась на его здравый ум.</p>
     <p>Она медленно огляделась по сторонам, и взгляд ее, казалось, впитал не только красоту, комфорт и покой всего, на чем он останавливался, но также красоту, комфорт и покой других оазисов, подобных этому, разбросанных по всем островам. Со вздохом удовлетворения она добавила:</p>
     <p>— Наши мужья создали нам богатую жизнь на те средства, что мы им принесли.</p>
     <p>— И счастливую… — подтвердила Марта и почему-то сразу умолкла.</p>
     <p>— …и счастливую для всех, кроме сестрицы Беллы, — беззлобно закончила ее мысль старшая сестра.</p>
     <p>— Печально получилось с этим браком, — тихо сказала Марта, преисполненная нежного сочувствия. — Ты была так молода. Напрасно дядя Роберт поторопился выдать тебя замуж.</p>
     <p>— Да, мне было всего девятнадцать лет, — согласилась Белла. — Но Джордж Кастнер ни в чем не виноват. И видишь, сколько он для меня сделал после смерти. Дядя Роберт поступил умно. Он знал, что Джордж энергичен, и упорен, и дальновиден. Уже тогда, пятьдесят лет назад, он один понял, как важно завладеть водами Наала. Люди думали, что он скупает землю для пастбищ. А он покупал будущее воды в этих краях, и как он преуспел — ты сама знаешь. Иногда мне просто стыдно становится, как подумаю о своих доходах. Нет, что другое, а брак наш не удался не из-за Джорджа. Останься он в живых, я по сей день могла бы жить с ним вполне счастливо. — Она медленно покачала головой. — Нет, он не виноват. Никто здесь не виноват. Даже я. А если кто и виноват… — она улыбнулась грустно и ласково, словно желая смягчить впечатление от того, что собиралась сказать, — если кто и виноват, так это дядя Джон.</p>
     <p>— Дядя Джон! — изумилась Марта. — Если уж на то пошло, так я бы скорее сказала — дядя Роберт. А дядя Джон…</p>
     <p>Белла только улыбнулась в ответ.</p>
     <p>— Но ведь замуж тебя выдал дядя Роберт! — не унималась Марта.</p>
     <p>— Конечно. — Белла кивнула головой. — Только дело тут не в муже, а в лошади. Я попросила дядю Джона дать мне лошадь, и он дал. Вот так все и случилось.</p>
     <p>Наступило молчание, полное недоговоренности и тайны, и Марта Скандуэл, прислушиваясь к голосам детей и негромким замечаниям служанок, возвратившихся с пляжа, вдруг почувствовала, что вся дрожит от дерзкой решимости. Она жестом отогнала детей.</p>
     <p>— Бегите, милые, бегите. Бабушке надо поговорить с тетей Беллой.</p>
     <p>И пока высокие, звонкие детские голоса постепенно стихали за лужайкой, Марта с душевным участием смотрела на скорбные тени, которые тайная полувековая печаль наложила на лицо ее сестры. Скоро пятьдесят лет, как она помнит эти скорбные тени. Поборов в себе гавайскую робость и мягкость, она решилась нарушить полувековое молчание.</p>
     <p>— Белла, — сказала она, — мы ничего не знаем. Ты никогда ничего не говорила. Но мы так часто, так часто думали…</p>
     <p>— И ни о чем не спрашивали, — благодарно докончила Белла.</p>
     <p>— Но теперь наконец я спрашиваю. Мы с тобою старухи. Слышишь? Порою даже страшно становится, как подумаешь, что это мои внуки, мои внуки, а ведь я и сама-то словно только вчера была беззаботной девчонкой, ездила верхом, купалась в большом прибое, собирала ракушки во время отлива да смеялась над десятком поклонников. Так давай хоть сейчас на старости лет забудем обо всем, кроме того, что ты моя дорогая сестра, а я — твоя.</p>
     <p>У обеих на, глазах стояли слезы. Ясно было, что старшая готова заговорить.</p>
     <p>— Мы думали, что это все — Джордж Кастнер, — продолжала Марта, — а о подробностях только гадали. Он был холодный человек. В тебе кипела горячая гавайская кровь. Может, он с тобой жестоко обращался. Брат Уолкот всегда говорил, что он, наверно, бьет тебя.</p>
     <p>— Нет, нет! — перебила ее Белла. — Джордж Кастнер никогда не бывал ни груб, ни жесток. Я даже нередко жалела об этом. Он ни разу не ударил меня. Ни разу на меня не замахнулся. Ни разу не прикрикнул. Ни разу — можешь ты этому поверить? Пожалуйста, сестра, поверь мне, — мы с ним не поссорились, не поругались. Но только его дом — наш дом — в Наала был весь серый. Все там было серое, холодное, мертвое. А во мне сверкали все краски солнца и земли, моей крови и крови моих предков. Очень мне было холодно в Наала, холодно и скучно одной с серым, холодным мужем. Ты же знаешь, Марта, он был весь серый, как те портреты Эмерсона <a l:href="#n_897" type="note">[897]</a>, что висели у нас в школе. Кожа у него была серая. Он никогда не загорал, хоть и проводил целые дни в седле во всякую погоду. И внутри он был такой же серый, как снаружи.</p>
     <p>А мне было всего девятнадцать лет, когда дядя Роберт устроил наш брак. Что я понимала? Дядя Роберт поговорил со мной. Он объяснил мне, что богатства и земли Гавайских островов постепенно переходят к белым людям. Гавайская знать упускает из рук свои владения. А когда дочери знатных гавайцев выходят замуж за белых, их владения, под управлением белых мужей, растут и процветают. Он напомнил мне, как дедушка Уилтоп взял за бабушкой Уилтон бесплодные горные земли, потом приумножил их и создал ранчо Килохана…</p>
     <p>— Даже тогда оно уступало только ранчо Паркера, — гордо вставила Марта.</p>
     <p>— И еще он сказал мне, что, если бы наш отец был так же предусмотрителен, как дедушка, половина паркеровых земель отошла бы к Килохана и оно стало бы лучшим ранчо Гавайских островов. И сказал, что мясо никогда, никогда не упадет в цене. И что будущее гавайцев — это сахар. Пятьдесят лет назад это было, а он во всем оказался прав. И он сказал, что белый человек Джордж Кастнер далеко видит и далеко пойдет и что, нас, сестер, много, а земли Килохана по праву должны отойти братьям; если же я выйду за Джорджа, будущее мое обеспечено.</p>
     <p>Мне было девятнадцать лет. Я только что вернулась домой из Королевского пансиона, — ведь тогда наши девушки еще не ездили учиться в Штаты. Ты, сестрица Марта, одна из первых получила образование в Америке. Что я знала о любви, а тем более о браке? Все женщины выходят замуж. Это их назначение в жизни. И мама и бабушка — все были замужем. Мое назначение в жизни — выйти замуж за Джорджа Кастнера. Так сказал дядя Роберт, а я знала, что он очень умный. И я поселилась со своим мужем в сером доме в Наала.</p>
     <p>Ты помнишь его. Ни деревца кругом — только холмистые луга; позади — высокие горы, внизу — море, и ветер, ветер без конца, у нас дуло и с севера, и с юга, и с юго-запада тоже. Но ветер не пугал бы меня — как не пугал он нас в Килохана, — не будь таким серым мой дом и мой муж. Мы жили одни. Он управлял в Наала землями Гленов, которые всей семьей уехали к себе в Шотландию. Тысяча восемьсот долларов в год да коровы, лошади, ковбои и дом для жилья — вот что он получал за свою работу.</p>
     <p>— По тем временам это было немало, — заметила Марта.</p>
     <p>— Но за услуги такого человека, как Джордж Кастнер, они платили очень дешево, — возразила Белла. — Я прожила с ним три года. Не было дня, чтоб он встал позже, чем в половине пятого. Он был предан своим хозяевам душой и телом. Не обсчитывал их ни на пенни, не жалел ни времени, ни сил. Потому-то, возможно, наша жизнь и была такая серая. Но слушай, Марта. Из своих тысячи восьмисот долларов он каждый год откладывал тысячу шестьсот. Ты только подумай! Мы вдвоем жили на двести долларов в год. Хорошо еще, что он не пил и не курил. И одевались мы на эти же деньги. Я сама шила себе платья — можешь себе представить, какие ужасные. Дрова нам приносили, но всю работу в доме я делала сама: стряпала, пекла, стирала…</p>
     <p>— Это после того, как ты с самого рождения была окружена слугами! — жалостливо вздохнула Марта. — В Килохана их были целые толпы.</p>
     <p>— Но ужаснее всего было это голое, голодное убожество! — вскричала Белла. — На сколько времени мне приходилось растягивать фунт кофе! Новую половую щетку покупали тогда, когда на старой ни одного волоска не оставалось. А вечная говядина! Свежая и вяленая, утром, днем и вечером! А овсяная каша! Я с тех пор ни ее, да и никакой другой каши в рот не беру.</p>
     <p>Внезапно она встала и, отойдя на несколько шагов, вперила невидящий взгляд в многоцветное море. Потом, успокоившись, вернулась на свое место великолепной, уверенной, грациозной походкой, которую не может отнять у гавайской женщины никакая примесь белой крови. Белла Кастнер, с ее тонком, светлой кожей, была очень похожа на белую женщину. Но высокая грудь, благородная посадка головы, длинные карие глаза под полуопущенными веками и смелыми дугами бровей, нежные линии небольшого рта, который даже сейчас, в шестьдесят восемь лет, словно таил еще сладость поцелуя, — все это вызывало в воображении образ дочери древних гавайских вождей. Ростом она была выше Марты и, пожалуй, отличалась еще более царственной осанкой.</p>
     <p>— Мы прямо-таки прославились как самые негостеприимные хозяева. — Белла рассмеялась почти весело. — От Наала до ближайшего жилья было много миль и в ту и в другую сторону. Изредка у нас останавливались переночевать путники, задержавшиеся в дороге или ищущие убежища от бури. Ты знаешь, как радушно принимали, да и сейчас принимают гостей на больших ранчо. А мы стали всеобщим посмешищем. «Что нам до мнения этих людей? — говорил Джордж. — Они живут сейчас, сегодня. Через двадцать лет, Белла, придет наш черед. Они будут такие же, как сейчас, но они будут уважать нас. Нам придется кормить их, голодных, и мы будем кормить их хорошо, потому что мы будем богаты, Белла, так богаты, что я и сказать тебе боюсь. Но я что знаю, то знаю, и ты должна в меня верить».</p>
     <p>Джордж был прав. Он не дожил до этого, но двадцать лет спустя мой месячный доход составлял тысячу долларов. А сколько он составляет сейчас, я даже не знаю, честное слово! Но тогда мне было девятнадцать лет, и я говорила Джорджу: «Нет, сегодня, сейчас! Мы живем сейчас! Через двадцать лет нас, может быть, и на свете не будет. Мне нужна новая щетка. И есть сорт кофе всего на два цента фунт дороже, чем эта гадость, которую мы пьем. Почему я не могу жарить яичницу на масле — сейчас? И как бы мне хотелось иметь хоть одну новую скатерть! А постельное белье! Мне стыдно постелить гостю наши простыни, впрочем, и гости к нам не часто решаются заглянуть».</p>
     <p>«Запасись терпением, Белла, — отвечал он, бывало. — Очень скоро, через несколько лет, те, кто сейчас гнушается сидеть за нашим столом и спать на наших простынях, будут гордиться, получив от нас приглашение, — если они к тому времени не умрут. Вспомни, как умер в прошлом году Стивене, — он жил легкой жизнью, всем был другом, только не себе самому. Хоронить его пришлось обществу, — он ничего не оставил, кроме долгов. А разве мало других идут той же дорогой? Вот хотя бы твой брат Хэл. Он этак и пяти лет не протянет, а сколько горя доставляет своим дядьям. Или принц Лилолило. Носится мимо меня на коне со свитой из полсотни гавайских лодырей — все крепкие парни, им бы надо работать и позаботиться о своем будущем, потому что он никогда не будет королем. Не дожить ему до этого».</p>
     <p>Джордж был прав. Брат Хэл умер. И принц Лилолило тоже. Но Джордж был не совсем прав. Он сам, хотя не пил, и не курил, и не растрачивал силу своих рук на объятия, а свои губы на поцелуи, кроме самых коротких и равнодушных, и всегда вставал с петухами, а ложился прежде, чем в лампе выгорит десятая часть керосина, и никогда не думал о собственной смерти, — он сам умер еще раньше, чем брат Хэл и принц Лилолило.</p>
     <p>«Запасись терпением, Белла, — говорил мне и дядя Роберт. — Джордж Кастнер — человек с большим будущим. Я выбрал тебе хорошего мужа. Твои нынешние лишения — это лишения на пути в землю обетованную. Не всегда на Гавайских островах будут править гавайцы. Свое богатство они уже упустили из рук, упустят и власть. Политическая власть и владение землей неотделимы одно от другого. Предстоят большие перемены, перевороты — никто не знает, какие и сколько, но одно несомненно: в конце концов и власть и землю захватят белые. И когда это случится, ты займешь первое место среди женщин наших островов, — я в этом не сомневаюсь, как и в том, что Джордж Кастнер будет правителем Гавайев. Так суждено. Так всегда бывает, когда белые сталкиваются с более слабыми народами. Я, твой дядя Роберт, сам наполовину белый и наполовину гаваец, знаю, о чем говорю. Запасись терпением, Белла».</p>
     <p>«Белла, милая», — говорил дядя Джон; и я понимала сколько нежности ко мне живет в его сердце. Он, благодарение богу, никогда не советовал мне запастись терпением. Он понимал. Он был очень мудрый. Теплый он был, человечный, а потому и более мудрый, чем дядя Роберт и Джордж Кастнер, — те искали не возвышенного, а земного, вели счета в толстых книгах и не считали удары сердца, бьющегося рядом с другим сердцем, они складывали столбики цифр и не вспоминали о взглядах, словах и ласках любви. «Белла, милая», — говорил дядя Джон. Он понимал. Ты ведь слышала, что он был возлюбленным принцессы Наоми. Он был верным любовником. Он любил только раз. Люди говорили, что после ее смерти он стал какой-то странный. Так оно и было. Он полюбил один раз и навеки. Помнишь его заповедную комнату в Килохана, куда мы вошли только после его смерти, и оказалось, что там был устроен алтарь принцессе? «Белла, милая», — вот все, что он говорил, но я знала, что он-то меня понимает.</p>
     <p>Мне было девятнадцать лет, и три четверти белой крови не убили во мне горячего гавайского сердца, и я не знала ничего, кроме детских лет, проведенных в роскоши Килохана, Королевского пансиона в Гонолулу, да моего серого мужа в Наала с его серыми рассуждениями, трезвостью и бережливостью, да двух бездетных дядьев, одного — с холодным, проницательным умом, другого — с разбитым сердцем и вечными мечтами о мертвой принцессе.</p>
     <p>Нет, ты только представь себе этот серый дом! А я выросла в таком довольстве, среди радостей и смеха, не смолкавшего в Килохана, и в Мана у Паркеров, и в Пуувааваа! Ты помнишь, мы жили в те дни в царственной роскоши. А в Наала — поверишь ли, Марта, — у меня была швейная машинка из тех, что привезли еще первые миссионеры, маленькая, вся дребезжащая, и вертеть ее нужно было рукой.</p>
     <p>К нашей свадьбе Роберт и Джон подарили моему мужу по пяти тысяч долларов. Но он попросил сохранить это в тайне. Знали только мы четверо. И пока я на своей дребезжащей машинке шила себе грошовые платья, он покупал на эти деньги землю — ты знаешь где, в верховьях Наала, — покупал маленькими участками и всякий раз отчаянно торговался, притворяясь последним бедняком. А сейчас я с одного туннеля Наала получаю сорок тысяч в год.</p>
     <p>Но стоила ли игра свеч? Я изнывала от такой жизни. Если бы он хоть раз обнял меня по-настоящему! Если бы хоть раз пробыл со мною лишних пять минут, позабыв о своих делах и о своем долге перед хозяевами! Иногда я готова была завизжать, швырнуть ему в лицо горячую миску с ненавистной овсяной кашей или разбить вдребезги мою швейную машинку и сплясать над нею, как пляшут наши женщины, — лишь бы он вспылил, вышел из терпения, озверел, показал себя человеком, а не каким-то серым, бездушным истуканом.</p>
     <p>Вся скорбь сбежала с лица Беллы, и она искренне и весело рассмеялась своим воспоминаниям.</p>
     <p>— А он, когда на меня находило такое, с важным видом оглядывал меня, с важным видом щупал мне пульс, смотрел язык и советовал принять касторки и пораньше лечь, обложившись горячими вьюшками, — к утру, мол, все пройдет. Пораньше лечь! Мы и до девяти-то часов редко когда засиживались. Обычно мы ложились в восемь, — экономили керосин. У нас в Наала обедать не полагалось, — а помнишь за каким огромным столом обедали в Килохана? Мы с Джорджем ужинали. Затем он подсаживался поближе к лампе и ровно час читал старые журналы, которые брал у кого-то, а я, сидя по другую сторону стола, штопала его носки и белье. Он всегда носил дешевые, жиденькие вещи. Когда он ложился спать, ложилась и я. Разве можно было позволить себе такое излишество — жечь керосин в одиночку. И ложился он всегда одинаково: заведет часы, запишет в дневник погоду, потом снимет башмаки — обязательно сначала правый, потом левый — и поставит их рядышком на полу, со своей стороны кровати.</p>
     <p>Чистоплотнее его я не видела человека. Он каждый день менял белье. А стирала я. Чист он был просто до противности. Брился два раза в день. Тратил на себя больше воды, чем любой гаваец. А работал больше, чем любые два белых человека, вместе взятых. И понимал, какие сокровища скрыты в водах Наала.</p>
     <p>— И он дал тебе богатство, но не дал счастья, — сказала Марта.</p>
     <p>Белла со вздохом кивнула головой.</p>
     <p>— В конце концов что такое богатство, сестрица Марта? Вот я привезла с собой на пароходе новый «пирсарроу». Третий за два года. Но, боже мой, что значат все автомобили и все доходы в мире по сравнению с другом — с единственным другом, любовником, мужем, с которым можно делить и труд, и горе, и радость, с единственным мужчиной…</p>
     <p>Голос ее замер, и сестры, задумавшись, молчали, а по газону ковыляла к ним, опираясь на палку, древняя старуха, сморщенная и сгорбленная под тяжестью сотни прожитых лет. Глаза ее — щелочки между ссохшихся век — были острые, как у мангусты. Она опустилась на землю у ног Беллы и забормотала беззубым ртом, запела по-гавайски хвалу Белле и всем ее предкам, заодно импровизируя приветствие по случаю возвращения ее из плавания за большое море — в Калифорнию. Не переставая петь, она ловкими старыми пальцами массировала Белле обтянутые шелковыми чулками ноги, от щиколотки вверх, за колено.</p>
     <p>Потом Марта тоже получила свою долю песен и массажа, и обе сестры со слезами на глазах заговорили со старой служанкой на древнем языке и стали задавать ей извечные вопросы о ее здоровье, годах и праправнуках, — ведь она массировала их еще в раннем детстве, в огромном доме Килохана, а ее мать и бабка из поколения в поколение массировали их мать и их бабок. Побеседовав со старухой сколько полагалось, Марта поднялась и проводила ее до самого дома, где дала ей денег и велела красивым и заносчивым горничным-японкам позаботиться о столетней гавайянке, угостить ее «пои» — кушаньем из корней водяной лилии, «йамака» — сырой рыбой, толчеными восковыми орехами «кукуй» и водорослями «лиму», которые нежны на вкус и легко разминаются беззубыми деснами. То были старые феодальные отношения: верность простого человека господину, забота господина о простом человеке; и Марта, в которой было на три четверти белой крови англосаксов Новой Англии, не хуже чистокровных гавайцев помнила и соблюдала быстро исчезающие обычаи седой старины.</p>
     <p>Она шла обратно к столику под деревом хау, и Белла со своего места словно обнимала ее всю любящим взглядом. Марта была пониже ее ростом, но лишь чуть-чуть пониже, и держалась не так величественно, но была она статная, красивая, настоящая дочь полинезийских вождей, с великолепной фигурой, не испорченной, а скорее смягченной временем, которую приятно обрисовывало свободное платье черного шелка с черным кружевом, стоившее дороже любого парижского туалета.</p>
     <p>Глядя на сестер, возобновивших свою беседу, всякий подивился бы их сходству: тот же прямой четкий профиль, широкие скулы, высокий чистый лоб, серебряная седина пышных волос, нежный рот, говорящий о десятилетиями вскормленной, уже привычной гордости, прелестные тонкие дуги бровей над прелестными длинными карими глазами. При взгляде на их руки, почти не тронутые временем, особенно поражали тонкие на концах пальцы, которые с младенчества массировали им старые гавайские служанки вроде той, что сидела сейчас в доме за угощением из пои, йамака и лиму.</p>
     <p>— Так мы прожили год, — возобновила свой рассказ Белла, — и понимаешь, что-то стало налаживаться. Я начала привыкать к моему мужу. Так уж созданы женщины. Я, во всяком случае, такая. Ведь он был хороший человек. И справедливый. В нем были все исконные пуританские добродетели. Я начала к нему привязываться, можно даже сказать, почти полюбила его. И если бы дядя Джон не дал мне тогда лошадь, я знаю, что и вправду полюбила бы мужа и была бы с ним счастлива, хотя это, конечно, было бы скучноватое счастье.</p>
     <p>Ты пойми, я ведь не знала других мужчин, не таких, как он, лучше его. Мне уже приятно было смотреть на него через стол, когда он читал в короткий перерыв между ужином и сном, приятно было услышать стук копыт его лошади, когда он вечером возвращался из своих бесконечных поездок по ранчо. И от его скупых похвал у меня радостно замирало сердце, — да, сестрица Марта, я узнала, что значит краснеть от его немногословной справедливой похвалы за какую-нибудь хорошую работу или правильный поступок.</p>
     <p>Вот так и шло бы все ладно до конца, если бы не пришлось ему отправиться пароходом в Гонолулу. По делам, конечно. Он собирался пробыть в отлучке не меньше двух недель — сперва уладить какие-то дела Гленов, а потом и свои собственные: купить еще земли в верховьях Наала. Ты ведь знаешь, он скупал дикие горные участки у самого водораздела, которые не имели никакой ценности, — если не считать воды; они шли по пять — десять центов за акр. Мне хотелось поехать с ним в Гонолулу. Но он, как всегда помня об экономии, решил — нет, лучше в Килохана. За то время, что я буду гостить в родном доме, он мог не тратить на меня ни цента и вдобавок сберегал даже те жалкие гроши, которые я истратила бы на еду, если бы осталась одна в Наала, — на них можно было купить еще несколько акров земли в горах. А в Килохана дядя Джон согласился дать мне лошадь.</p>
     <p>Дома я первые дни чувствовала себя, как в раю. Сначала мне просто не верилось, что на свете может быть так много еды. И меня приводило в ужас, что пропадает столько добра. После мужниной муштровки мне все время казалось, что даром переводят добро. Здесь не только слуги, даже их престарелые родственники и дальние знакомые питались лучше, чем мы с Джорджем. Ты помнишь, как было у нас да и у Паркеров — каждый день резали корову, скороходы доставляли свежую рыбу из, прудов Ваипио и Кихоло, и всегда все самое лучшее, самое дорогое…</p>
     <p>А любовь! Как у нас в семье любили друг друга! Про дядю Джона и говорить нечего. А тут и брат Уолкот был дома, и брат Эдвард, и все младшие сестры, только ты и Салли еще не вернулись из школы. И тетя Элизабет как раз у нас гостила и тетя Дженет с мужем и со всеми детьми. С утра до ночи поцелуи, ласковые слова, все, чего мне так недоставало целый долгий, унылый год. Я изголодалась по такой жизни. Словно после кораблекрушения, меня носило по волнам в шлюпке и вот выбросило на песок, и я припала к холодному журчащему роднику под пальмами.</p>
     <p>А потом явились они — верхом из Кавайхаэ, куда их привезла королевская яхта, — целой кавалькадой, все в венках, молодые, веселые, на лошадях с паркеровского ранчо, тридцать человек, и с ними сто паркеровских ковбоев и столько же их собственных слуг- весь королевский кортеж. Затеяла эту прогулку принцесса Лихуэ — мы уже тогда знали, что ей недолго жить, ее сжигала страшная болезнь — туберкулез. Она прибыла в сопровождении племянников: принца Лилолило, которого везде встречали как будущего короля, и его братьев — принцев Кахекили и Камалау. С принцессой была и Элла Хиггинсворт, — она справедливо считала, что по линии Кауаи в ней больше королевской крови, чем у царствующего рода; и еще Дора Найлз, и Эмили Лоукрофт, и… да к чему всех перечислять! С Эллой Хиггинсворт мы жили в одной комнате в Королевском пансионе. Они остановились у нас на часок отдохнуть, пира не устраивали, пир ждал их у Паркеров, но мужчинам подали пиво и крепкие напитки, а женщинам — лимонад, апельсины и прохладные арбузы.</p>
     <p>Мы расцеловались с Эллой Хиггинсворт и с принцессой, которая, оказывается, меня помнила, и со всеми остальными женщинами, а потом Элла поговорила с принцессой, и та пригласила меня ехать с ними — догнать их в Мана, откуда они должны были тронуться в путь через два дня. Я просто себя не помнила от счастья — тем более после года заточения в сером доме Наала. И мне все еще было девятнадцать лет, до двадцати не хватало одной недели.</p>
     <p>О, мне и в голову не приходило, чем это может кончиться. Я была так увлечена разговором с женщинами, что даже не разглядела Лилолило, видела только издали, что он выше всех других мужчин. Но я никогда еще не участвовала в такой прогулке. Я помнила, как высоких гостей принимали в Килохана и в Мана, но сама была еще мала, меня не приглашали, а потом я уехала учиться, а потом вышла замуж. Я знала, что мне предстоят две недели райского блаженства, — не так уж много в предвкушении еще нескольких лет в Наала.</p>
     <p>Вот я и попросила дядю Джона дать мне лошадь, то есть, конечно, трех лошадей — одну для слуги и еще одну вьючную. Шоссейных дорог тогда не было. И автомобилей не было. А какая лошадь досталась мне! Ее звали Хило. Ты ее не помнишь. Ты тогда была в школе, а в следующем году, еще до твоего возвращения, она сломала шею себе и наезднику на ловле дикого скота на Мауна-Кеа. Ты, наверно, об этом слышала — молодой американец, офицер флота.</p>
     <p>— Лейтенант Баусфилд, — кивнула Марта.</p>
     <p>— Но Хило, ах, что это был за конь! До меня ни одна женщина на нем не ездила. Трехлеток, почти четырехлеток, только что объезженный. Такой черный и гладкий, что на ярком свету блестел, как серебро. Это была самая крупная лошадь на всем ранчо, от королевского жеребца Спарклингдью и дикой кобылы, и всего несколько недель как заарканена. В жизни я не видала такой красоты. Корпус горной лошади — крепкий, пропорциональный, с широкой грудью, шея чистокровного скакуна, не худая, но стройная, чудесные чуткие уши — не такие маленькие, которые кажутся злыми, и не большие, как у какого-нибудь упрямца-мула. И ноги у нее были чудесные — безупречной формы, уверенные, с длинными упругими бабками, потому она так легко и ходила под седлом.</p>
     <p>— Я помню, — перебила ее Марта, — принц Лилолило при мне говорил дяде Джону, что ты — лучшая наездница на Гавайях. Это было два года спустя, когда я вернулась из школы, а ты еще жила в Наала.</p>
     <p>— Неужели он это сказал! — воскликнула Белла. Даже кровь прилила ей к щекам, а длинные карие глаза засветились — она вся перенеслась в прошлое, к любовнику, который полвека уже как обратился в прах. Но из благородной скромности, столь присущей гавайским женщинам, она тут же постаралась загладить это неуместное проявление чувств новыми славословиями своей лошади.</p>
     <p>— Ах, когда она носила меня вверх и вниз по травянистым склонам, мне чудилось, что я во сне беру барьеры, она каждым скачком словно взлетала над высокой травой, прыгала, как олень, как кролик, как фокстерьер, ну, ты понимаешь. А как она танцевала подо мной, как держала голову! Это был конь для полководца, такого, как Наполеон или Китченер <a l:href="#n_898" type="note">[898]</a>. А глаза у нее были… не злые, а такие умные, лукавые, точно она придумала хорошую шутку и вот-вот засмеется. Я попросила дядю Джона дать мне Хило. Дядя Джон посмотрел на меня, а я на него; и хоть он ничего не сказал, я чувствовала, что он подумал: «Белла, милая», и что при взгляде на меня перед ним встал образ принцессы Наоми. И дядя Джон согласился. Вот так оно и случилось.</p>
     <p>Но он потребовал, чтобы я сперва испытала Хило — вернее, себя — без свидетелей. С этой лошадкой нелегко было справиться. Но коварства или злобы в ней не было ни капли. Правда, она раз за разом выходила из повиновения, но я делала вид, что не замечаю этого. Я совсем не боялась, а потому она все время ощущала мою волю и даже вообразить не могла, что не я хозяин положения.</p>
     <p>А сколько раз я думала: мог ли дядя Джон предвидеть, чем все это кончится? Самой мне это наверняка не приходило в голову в тот день, когда я верхом явилась к принцессе, на ранчо Паркеров. А там шел пир горой. Ты ведь помнишь, как старики Паркеры умели принять гостей. Устраивали охоту на кабанов, стреляли дикий скот, объезжали и клеймили лошадей. Слуг нагнали видимо-невидимо. Ковбои со всех концов ранчо. И девушки отовсюду — из Ваимеа и Ваипио, из Хонокаа и Паауило; как сейчас их вижу — сидят рядами на каменной стене загона, где клеймили скот, и плетут венки — каждая для своего ковбоя. А ночи, полные аромата цветов, ночи с песнями и танцами, и по всей огромной усадьбе Мана бродят под деревьями влюбленные пары! И принц…</p>
     <p>Белла умолкла, и ее мелкие зубы, все еще белые и чистые, крепко прикусили нижнюю губу, а невидящий взгляд устремился в синюю даль. Через минуту, справившись с собой, она продолжала:</p>
     <p>— Это был настоящий принц, Марта. Ты видела его до того, как… после того, как вернулась из школы. На него заглядывались все женщины, да и мужчины тоже.</p>
     <p>Ему было двадцать пять лет — красавец, в расцвете молодости, с сильным и щедрым телом, сильной и щедрой душой. Какое бы безудержное веселье ни царило вокруг, как бы ни были беспечны забавы, он, казалось, ни на минуту не забывал, что он — королевского рода и все его предки были вождями, начиная с того первого, о котором сложили песни, того, что провел свои двойные челны до острова Таити и Райатеи и привел их обратно. Он был милостив, светел, приветлив, но и строг, и суров, и резок, когда что-нибудь приходилось ему очень уж не по нраву. Мне трудно это выразить. Он был до мозга костей мужчина и до мозга костей принц, и было в нем что-то от озорника-мальчишки и что-то непреклонное, что помогло бы ему стать сильным и добрым королем, если бы он вступил на престол.</p>
     <p>Я словно сейчас его вижу — таким, как в тот первый день, когда я коснулась его руки и заговорила с ним… всего несколько слов, застенчиво, робко, как будто не была целый год женой серого чужестранца в сером доме Наала. Полвека прошло с тех пор — ты помнишь, как тогда одевались наши молодые люди: белые туфли и брюки, белая шелковая рубашка и широкий испанский кушак самых ярких цветов, — полвека прошло, а он вот так и стоит у меня перед глазами. Элла Хиггинсворт хотела представить меня ему и повела на лужайку, где он стоял, окруженный друзьями. Тут принцесса Лихуэ бросила ей какую-то шутку, и она задержалась, чтобы ответить, а я остановилась шага на два впереди нее.</p>
     <p>И когда я там стояла одна, смущенная, взволнованная, он случайно заметил меня. Боже мой, как ясно я его вижу — стоит, слегка откинув голову, и во всей его фигуре, во всей позе что-то властное, и веселое, и удивительно беззаботное, что было ему так свойственно. Глаза наши встретились. Он выпрямился, чуть подался в мою сторону. Я знаю, что произошло. Может быть, он приказал, и я повиновалась. Знаю только, что я была хороша в тот день — в душистом венке, в восхитительном платье принцессы Наоми, которое дядя Джон достал мне из своей заповедной комнаты; и еще я знаю, что пошла к нему совсем одна по лужайке, а он оставил тех, с кем беседовал, и пошел мне навстречу. Мы шли друг к другу совсем одни по зеленой траве, словно для каждого из нас не было другой дороги в жизни.</p>
     <p>Очень ли я хороша была в молодости, сестрица Марта? Не знаю. Но в ту минуту, когда его красота и царственная мужественность проникли мне в самое сердце, я вдруг ощутила и свою красоту, словно — как бы это сказать? — словно то совершенное, что было в нем и исходило от него, рождало во мне какой-то отзвук.</p>
     <p>Ни слова не было сказано. Но я знаю, что подняла голову и взглядом ясно ответила на гром и трубный звук немого призыва и что, если бы за этот взгляд, за эту минуту мне грозила смерть, я и тогда, не задумываясь, отдала бы ему себя, и он понял это по моим глазам, по лицу, по учащенному дыханию. Хороша я была в двадцать лет, Марта, очень хороша?</p>
     <p>И Марта, которой исполнилось шестьдесят четыре года, посмотрела на Беллу, которой стукнуло шестьдесят восемь, и серьезно покивала головой, а про себя оценила и ту Беллу, что сидела перед него сейчас, — гордая голова на все еще полной и круглой шее, более длинной, чем обычно бывает у гавайских женщин; властное лицо с выдающимися скулами и высокими дугами бровей; густые, по-прежнему кудрявые волосы, уложенные в высокую прическу, посеребренные временем, так что особенно темными казались четкие тонкие брови и карие глаза. И, словно ослепленная тем, что увидела, Марта скромно скользнула взглядом по великолепным плечам и груди Беллы, по всему ее пышному телу, к ногам в шелковых чулках и нарядных туфлях, маленьким, полным, с безупречным высоким подъемом.</p>
     <p>— «Нам молодость дается только раз», — засмеялась Белла. — Лилолило <a l:href="#n_899" type="note">[899]</a> был настоящий принц. Я так изучила его лицо, каждое его выражение… позднее, в наши волшебные дни и ночи у поющих вод, у дремлющего прибоя и на горных дорогах. Я знала его чудесные смелые глаза под прямыми черными бровями, его нос — нос истинного потомка короля Камехамеха <a l:href="#n_900" type="note">[900]</a> — и малейший изгиб его рта. Во всем мире нет губ красивее, чем у гавайцев, Марта.</p>
     <p>И весь он был красивый и сильный — от прямых, непокорных волос до бронзовых лодыжек. Тут на днях кто-то назвал одного из уайлдеровских внуков «королем Гарварда». Ну-ну! Как же они назвали бы моего Лилолило, если б могли поставить его рядом с этим юнцом и всей его футбольной командой.</p>
     <p>Белла умолкла и перевела дух, крепко сжав на полных коленях изящные, маленькие руки. Легкий румянец разлился у нее по лицу, прекрасные глаза светились — она снова переживала дни своего юного счастья.</p>
     <p>— Ну, конечно, ты угадала. — Белла вызывающе повела плечами и взглянула прямо в глаза сестре. — Мы покинули веселую усадьбу Мана и пустились в путь дальше — вниз по лавовым склонам в Кихоло, там пировали, купались, ловили рыбу и спали на теплом песке под пальмами; патом вверх в Пуувааваа, там охотились на кабанов, носились с арканом за дикими лошадьми, ловили баранов на горных пастбищах; и дальше, через Кона, в горы, а потом вниз — к королевскому дворцу в Каилуа, а там купанье в Кеаухоу, бухта Кеалакекуа, Напоопоо, Хонаунау. И везде люди выходили встречать нас и несли цветы, фрукты, рыбу, свиней, и сердца их были полны любви и песен, головы почтительно склонялись перед членами королевской семьи, а с губ слетали возгласы восхищения и песни о давних, но незабытых днях.</p>
     <p>Чего же было ждать, сестрица Марта? Ты знаешь, каковы мы, гавайцы, какими мы были полвека назад. Лилолило был прекрасен. Мне все было нипочем. Лилолило мог вскружить голову любой женщине. А мне все было нипочем еще потому, что меня ждал серый, холодный дом в Наала. Я знала, на что иду. У меня не было ни сомнений, ни надежды. О разводах в те времена и не помышляли. Жена Джорджа Кастнера не могла стать королевой Гавайских островов, даже если бы перевороты, которые предсказывал дядя Роберт <a l:href="#n_901" type="note">[901]</a>, свершились еще не скоро и Лилолило успел бы стать королем. Но я не думала о троне. Если мне и хотелось стать королевой, так только в сердце Лилолило. Я не обольщалась. Что невозможно, то невозможно, но я не тешила себя пустыми мечтами.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_106.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>Самый воздух вокруг меня дышал любовью. Лилолило любил меня. Он украшал мою голову венками, его скороходы приносили розы из садов Мана — ты их помнишь, — бежали с ними пятьдесят миль по горам, по лаве и доставляли в футлярах из коры банана свежими, будто только что сорванными, — бутоны на длинных стеблях, похожие на нитки неаполитанского коралла. А во время нескончаемых пиршеств я всегда должна была сидеть рядом с ним на циновке Макалоа — личной циновке принца, на которую не смели опуститься простые смертные, если на то не было его особого желания. И мне велено было ополаскивать пальцы в его личной чаше, где на теплой воде плавали душистые лепестки цветов. Да, он велел мне у всех на глазах брать из его миски красную соль, и красный перец, и лиму, и восковой орех, а рыбу есть с его блюда из дерева ку, которым во время таких же увеселительных путешествий пользовался сам великий Камехамеха. Мне подносили и все лакомства, предназначенные только для Лилолило и для принцессы. И надо мною веяли его опахала, и слуги его были моими слугами, и сам он был мой, и любил меня всю — от головы, увенчанной цветами, до кончиков ног.</p>
     <p>Белла снова прикусила губу и невидящим взглядом смотрела в морскую даль, пока не справилась с собой и своими воспоминаниями.</p>
     <p>— Мы ехали все дальше — через Кона, Кау, Хоопулоа и Капуа на Хонуапо и Пуналуу; целая жизнь вместилась в эти две коротких недели. Цветок расцветает только раз. То была пора моего цветения: у меня был Лилолило, и мой чудесный конь, и сама я была королевой — пусть не для всех островов, но для любимого. Он говорил, что я — солнечный блик на черной спине левиафана; я — капелька росы на дымящемся гребне лавы; я — радуга на грозовой туче…</p>
     <p>Белла помолчала.</p>
     <p>— Что он еще мне говорил, я тебе не скажу, — закончила она серьезно, — но в словах его был огонь, красота и любовь, он слагал для меня песни и пел их мне при всех вечером, под звездами, когда мы пировали, лежа на циновках, и мое место было рядом с ним, на циновке Макалоа.</p>
     <p>Дивный сон подходил к концу. Но мы еще поднялись на Килауэа и, разумеется, бросили в кипящий кратер свои приношения богине Пеле — цветы, рыбы и густое пои, завернутое в листья ти. А потом стали спускаться через Пуна к морю, снова пировали, плясали и пели в Кохоуалеа, Камаили и Опихикао, купались в прозрачных пресноводных озерах Калапана и наконец вышли на побережье, в Хило.</p>
     <p>Все было кончено. Мы ни словом об этом не обмолвились. И без слов было ясно, что это — конец. Яхта ждала у пристани. Мы запоздали на много дней. Из Гонолулу пришли вести, что у короля усилились припадки безумия <a l:href="#n_902" type="note">[902]</a>, что католические и протестантские миссионеры строят тайные козни и назревают неприятности с Францией. Они отплывали из Хило со смехом, с цветами и песнями — так же, как за две недели до того высадились в Кавайхаэ. Расставались весело, с берега на яхту и с яхты на берег неслись шутки, последние напутствия, поручения, приветы. Когда поднимали якорь, хор из слуг Лилолило запел на палубе прощальную песню, а мы, сидевшие в больших челнах и вельботах, увидели, как ветер надул паруса яхты и она отделилась от берега.</p>
     <p>Все время, пока длилась суматоха сборов и прощаний, Лилолило, забыв обо всех, с кем должен был проститься, стоял у поручней и смотрел вниз, прямо на меня. На голове у него был венок, который я ему сплела. Уезжавшие стали бросать свои венки друзьям в лодки. Я не надеялась, не ждала… Нет, все-таки чуть-чуть надеялась, только никто этого не видел, лицо у меня было гордое и веселое, как у всех вокруг. И Лилолило сделал то, чего я ждала от него, ждала с самого начала. Глядя мне в глаза прямо и честно, он снял с головы мой чудесный венок и разорвал его надвое. Я видела, как губы его беззвучно произнесли одно только слово — «пау». Кончено. Не отводя от меня глаз, он разорвал каждую половину венка еще раз и бросил остатки цветов — не мне, а в разделившую нас полосу воды, которая становилась все шире и шире. Пау. Все было кончено…</p>
     <p>Белла долго молчала, вперив взгляд в далекий горизонт. Младшая сестра не решалась выразить словами свое сочувствие, но глаза ее были влажны.</p>
     <p>— В тот день, — продолжала Белла, и голос ее звучал сперва сурово и сухо, — я пустилась в обратный путь по старой скверной тропе вдоль берега Хамакуа. Первый день было не очень трудно. Я как-то вся онемела. Я была так полна тем чудесным, о чем предстояло забыть, что и не сознавала, что оно должно быть забыто. На ночь я остановилась в Лаупахоэхоэ. Я думала, что проведу бессонную ночь. Но меня укачало в седле, и онемение еще не прошло, и я всю ночь проспала как убитая.</p>
     <p>Зато на следующий день что было! Поднялся ветер, лил проливной дождь. Тропу размыло, лошади наши скользили и падали. Ковбой, которого дядя Джон дал мне в провожатые, сначала уговаривал меня вернуться, но потом отчаялся, покорно ехал следом за мной и только головой покачивал да бормотал, что я, видно, помешалась. Вьючную лошадь мы бросили в Кукуихаэле. В одном месте мы пробирались почти вплавь по глубокой грязи. В Ваимеа ковбою пришлось сменить свою лошадь. Но мой Хило выдержал до конца. Я пробыла в седле с раннего утра до полуночи, а в полночь, в Килохана, дядя Джон снял меня с лошади, на руках отнес в дом, поднял служанок и велел им раздеть меня и размассировать, а сам напоил меня горячим вином и какими-то снотворными снадобьями. Наверно, я бредила и кричала во сне. Наверно, дядя Джон обо всем догадался. Но никогда никому, даже мне, он не сказал ни слова. О чем бы он ни догадался, он все схоронил в заповедной комнате принцессы Наоми.</p>
     <p>Какие-то обрывки воспоминаний сохранились у меня об этом дне, полном бессильной, слепой ярости, — распустившиеся мокрые волосы хлещут меня по груди и лицу, ручьи слез смешиваются с потоками дождя, а в душе — бешеная злоба на мир, где все устроено скверно и несправедливо… Я помню, что стучала кулаками по луке седла, кричала что-то обидное своему ковбою, вонзала шпоры в бока красавцу Хило, а в душе молилась, чтобы он взвился на дыбы и, упав, придавил меня к земле — тогда не будут больше мужчины любоваться красотой моего тела, — либо сбросил меня с тропы, и я погибла бы в пропасти и обо мне сказали бы «пау» — так же бесповоротно, как произнес одними губами Лило-лило, когда разорвал мой венок и бросил в море…</p>
     <p>Джордж пробыл в Гонолулу дольше, чем думал. Когда он вернулся в Наала, я уже ждала его там. Он церемонно обнял меня, равнодушно поцеловал в губы, с важным видом посмотрел мой язык, сказал, что я плохо выгляжу, и уложил в постель с горячими вьюшками, предварительно напоив касторкой. И я снова вошла в серую жизнь Наала, точно в часовой механизм, и стала одним из зубцов или колесиков, что вертятся все вокруг и вокруг, безостановочно и неумолимо. Каждое утро в половине пятого Джордж вставал с постели, а в пять уже садился на лошадь. Каждый день овсяная каша, и отвратительный дешевый кофе, и говядина, свежая и вяленая, свежая и вяленая. Я стряпала, пекла и стирала. Вертела ручку дребезжащей машинки и шила себе платья. Еще два бесконечных года я каждый вечер сидела напротив него за столом и штопала его дешевые носки и жиденькое белье, а он читал прошлогодние журналы, которые брал у кого-то, потому что сам жалел денег на подписку. А потом пора было спать — керосин ведь стоил денег, — и Джордж заводил часы, записывал в дневник погоду и, сняв башмаки — сначала правый, потом левый, — ставил их рядышком со своей стороны кровати.</p>
     <p>Но теперь уже не было надежды, что я привяжусь к моему мужу, — это только казалось до того, как принцесса Лихуэ пригласила меня на прогулку и дядя Джон дал мне лошадь. Вот видишь, сестрица Марта, ничего бы не случилось, если бы дядя Джон отказался дать мне лошадь. А теперь я изведала любовь, я помнила Лилолило; так мог ли после этого мой муж завоевать мое уважение и привязанность? И еще два года в Наала жила мертвая женщина, которая почему-то ходила и разговаривала, стряпала и стирала, штопала носки и экономила керосин… Врачи сказали, что всему причиной было недостаточно теплое белье, — ведь он и в зимнюю непогоду вечно рыскал в верховьях Наала.</p>
     <p>Его смерть не была для меня горем, — я слишком много горевала, пока он был жив. И радости я не испытывала. Радость умерла в Хило, когда Лилолило бросил мой венок в море и мои ноги забыли, что значит упоение танца. Лилолило умер через месяц после моего мужа. Я не видела его с того прощания в Хило. Да, поклонников у меня потом было хоть отбавляй; но я, как дядя Джон, могла отдать свое сердце только раз в жизни. У дяди Джона была в Килохана комната принцессы Наоми. У меня вот уже пятьдесят лет есть комната Лилолило — в моем сердце. Ты, сестрица Марта, первая, кого я впустила в нее…</p>
     <p>Еще один автомобиль, описав круг, затормозил перед домом, и на лужайке показался муж Марты. Прямой, сухощавый, с седой головой и выправкой военного, Роско Скандуэл был одним из членов «большой пятерки», которая, сосредоточив в своих руках все деловые нити, вершила судьбы Гавайских островов. Хоть он и был чистокровный американец, уроженец Новой Англии, но по гавайскому обычаю сердечно обнял Беллу и расцеловался с нею. Он с одного взгляда понял, что здесь только что шел женский разговор и что, хотя обе сестры глубоко взволнованы, мудрость, пришедшая с годами, поможет им быстро обрести мир и покой.</p>
     <p>— Приезжает Элси с малышами, — сообщил он, поцеловав жену, — я получил радиограмму с парохода.</p>
     <p>Они погостят у нас несколько дней, а потом поедут дальше, на Мауи.</p>
     <p>Марта принялась соображать вслух:</p>
     <p>— Я хотела устроить тебя в розовой комнате, сестрица Белла, но пожалуй, ей там будет удобнее с детьми и няньками, а тебя мы поместим в комнате королевы Эммы.</p>
     <p>— Это даже лучше, я и в прошлый раз там жила, — сказала Белла.</p>
     <p>Роско Скандуэл, хорошо знавший, какова любовь и пути любви на Гавайях, прямой, сухощавый, представительный, стал между красавицами сестрами и, обняв ту и другую за пышную талию, медленно пошел с ними к дому.</p>
     <p><emphasis>Вайкики, Гавайи.</emphasis></p>
     <p><emphasis>6 июня 1916 г.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Кости Кахекили</p>
     </title>
     <p>С верхушек гор Коолуа доносились порывы пассатного ветра, колебавшего огромные листья бананов, шелестевшего в пальмах, с шепотом порхавшего в кружевной листве деревьев альгаробы. Это было перемежающееся дыхание атмосферы — именно дыхание, вздохи темного гавайского предвечерья. А в промежутках между этими тихими вздохами воздух тяжелел и густел от аромата деревьев и испарений жирной, полной жизни земли.</p>
     <p>Много людей собралось перед низким домом, похожим на бунгало, но только один из них спал. Остальные пребывали в напряженном молчании. Позади дома заверещал грудной младенец, издавая тонкий писк, который трудно было унять даже наскоро сунутой грудью. Мать, стройная хапа-хаоле (полубелая), облаченная в свободную холоку из белого муслина, быстрой тенью мелькнула между банановыми и хлебными деревьями, проворно унося подальше крикливого младенца. Прочие женщины, хапа-хаоле и чистые туземки, с тревогой наблюдали за ее бегством.</p>
     <p>Перед домом на траве сидели на корточках десятка два гавайцев. Мускулистые, широкоплечие, они были настоящими силачами. Загорелые, с блестящими карими и черными глазами, с правильными чертами широких лиц, они казались такими же добродушными, веселыми и кроткими по нраву, как сам гавайский климат. Странным образом противоречил этому свирепый вид их одеяний. За грубые кожаные наколенники засунуты были длинные ножи, рукоятки которых выдавались наружу. Сандалии украшены были испанскими шпорами с огромными колесами. Если бы не их нелепые венки из пахучей маиле, надетые поверх щегольских ковбойских шляп, у них был бы вид настоящих бандитов. У одного, выделявшегося плутоватой красотою фавна и с глазами фавна, пламенел кокетливо заткнутый за ухо двойной цветок гибиска. Над их головами, заботливо укрывая от солнца, простирался широкий навес, образованный огненными цветами невиданного тропического растения, и из каждого цветка торчали пушистые листочки перистых пестиков. Издалека, заглушённый расстоянием, доносился топот стреноженных коней. Взоры всех были напряженно устремлены на спящего, который лежал навзничь на циновке лаухала под деревьями.</p>
     <p>Рослыми были эти гавайские ковбои, но спящий был еще рослее! Судя по белоснежной бороде и таким же волосам, он был значительно старше их. Толстые запястья и огромные пальцы свидетельствовали о могучем телосложении. Одет он был в широкие штаны из грубой бумажной ткани и бязевую рубаху без пуговиц, открывавшую грудь, заросшую лохмами таких же белоснежных волос, как и на голове. Ширина и высота этой груди, ее упругие и пластичные, теперь отдыхавшие мускулы свидетельствовали об огромной силе человека. И ни загар, ни обветренность кожи не могли скрыть того, что это был настоящий хаоле — чистокровный белый.</p>
     <p>Вздернутая в небо огромная белая борода, не подстригавшаяся цирюльником, поднималась и опускалась с каждым дыханием, а белоснежные усы топорщились, как иглы дикобраза. Внучка спящего, девочка лет четырнадцати, в рубахе муумуу, сидела возле него на корточках и отгоняла мух перистым опахалом. На ее лице написаны были озабоченность, нервная настороженность и благоговение — словно она прислуживала богу.</p>
     <p>И действительно, спящий бородач Хардмэн Пул был для нее, как и для многих других, богом: источником жизни, источником питания, кладезем мудрости, законодателем, улыбающимся благодеянием и карающим черным громом — короче говоря, владыкой, у которого было четырнадцать живых и совершенно взрослых сыновей и дочерей, шесть правнуков, а внуков столько, что ему трудно было счесть их даже на досуге.</p>
     <p>За пятьдесят один год до этого он высадился из беспалубной шлюпки в Лаупа-хоэхоэ на наветренном берегу Гавайских островов. Эта шлюпка была единственной уцелевшей с китобойного судна «Черный Принц», из Нью-Бедфорда <a l:href="#n_903" type="note">[903]</a>. Уроженец этих мест, он в двадцать лет благодаря своей сокрушительной силе и ловкости уже был вторым помощником на погибшем впоследствии китобойном судне. Прибыв в Гонолулу и хорошенько оглядевшись, он первым делом женился на Каламе Камаиопили, потом стал лоцманом порта Гонолулу, после этого открыл салун с меблированными комнатами и наконец после смерти отца Каламы занялся скотоводством на унаследованных ею обширных пастбищах.</p>
     <p>Свыше полувека жил он с гавайцами и, по их признанию, знал их язык лучше очень многих туземцев. Женившись на Каламе, он взял за ней не только землю, он приобрел и звание вождя и верноподданность простолюдинов. Вдобавок он сам обладал всеми природными качествами, необходимыми вождю: исполинским ростом, бесстрашием, гордостью, пылким нравом, не переносившим ни малейшего оскорбления, ни заносчивости; не боясь решительно ничего, какой бы могучей силой ни обладал противник, он добивался преданности прочих смертных не каким-нибудь презренным торгашеством, а самой широкой щедростью. Он знал гавайцев насквозь, знал их лучше, чем они знали себя, в совершенстве усвоил их полинезийскую велеречивость, знал их поверья, обычаи и обряды.</p>
     <p>И вот на семьдесят втором году жизни, проведя в седле целое утро, начавшееся в четыре часа, он лежал теперь в тени деревьев, предаваясь привычной и священной сьесте <a l:href="#n_904" type="note">[904]</a>, которую ни один подданный не посмел и не позволил бы нарушить никому даже из равных великому владыке. Только королю предоставлялось это право, но король также убедился в свое время, что нарушить сьесту Хардмэна Пула значило разбудить человека, способного сказать в лицо весьма неприятную правду, а ее, как известно, не любят выслушивать даже короли.</p>
     <p>Солнце продолжало палить. В отдалении слышался конский топот. Умирающий пассат вздыхал и жужжал, нарушая промежутки покоя. Еще тяжелее стал аромат цветов. Женщина принесла обратно успокоившегося младенца. Деревья сложили свои листья и замерли в обморочном покое теплого воздуха. Девочка, затаив дыхание от огромной важности своей задачи, продолжала отгонять мух, и два десятка ковбоев напряженно и безмолвно наблюдали за спящим.</p>
     <p>Хардмэн Пул проснулся. Очередной вздох был не таким глубоким, как обычно. Не поднялись и белые длинные усы. Вместо этого под бородой отдулись щеки. Поднялись веки, открыв голубые глаза, живые и глубокие, нисколько не сонные; правая рука потянулась к лежавшей рядом недокуренной трубке, а левая — к спичкам.</p>
     <p>— Принеси джина с молоком! — приказал он по-гавайски девочке, задрожавшей при его пробуждении.</p>
     <p>Он закурил трубку и не обращал ни малейшего внимания на ожидавших верноподданных, пока стакан молока с джином не был принесен и выпит.</p>
     <p>— Ну? — отрывисто спросил он. Двадцать физиономий расплылось в улыбке, двадцать пар черных глаз блестели приветственно, а он вытер оставшиеся на усах капли джина с молоком. — Чего вы тут околачиваетесь? Что вам нужно? Подойдите поближе.</p>
     <p>Двадцать гигантов, в большинстве молодых, поднялись и с великим звоном и бренчанием шпор и цепочек на шпорах зашагали к нему. Они стали вокруг него, застенчиво прячась друг за друга, конфузливо улыбаясь и то же время совершенно невольно проявляя некоторую фамильярность. Правду сказать, для них Хардмэн Пул был больше, чем вождь. Он был их старший брат, или отец, или патриарх; со всеми он состоял в родстве так или иначе, по гавайским обычаям через жену и многочисленные браки своих детей и внуков. Стоило ему хмуриться, и они все терялись, его гнев приводил их ужас, приказ его мог бросить их на верную смерть; и все же никому из них и в голову не пришло бы обратиться к нему иначе, чем просто по имени, и это имя «Хардмэн», «Суровый Человек», по-гавайски выговаривалось: Канака Оолеа.</p>
     <p>По знаку Хардмэна они снова уселись на траву и с заискивающими улыбками ждали, когда он обратится к ним.</p>
     <p>— Что вам нужно? — спросил он по-гавайски с резкостью и суровостью — напускной, как они знали.</p>
     <p>Они еще шире растянули рты в улыбке и задвигали широкими плечами и мощными торсами, как огромные щенята. Хардмэн Пул выделил из них одного.</p>
     <p>— Ну, Илииопои, что тебе нужно?</p>
     <p>— Десять долларов, Канака Оолеа.</p>
     <p>— Десять долларов! — вскричал Пул в притворном ужасе при упоминании столь огромной суммы. — Не собираешься ли ты взять вторую жену? Вспомни, чему учат миссионеры! По одной жене, Илииопои, по одной жене! Потому что тот, у кого много жен, обязательно попадет в ад!</p>
     <p>Шутка была встречена хихиканьем и блеском смеха в глазах.</p>
     <p>— Нет, Канака Оолеа, — был ответ. — Дьяволу известно, что мне не хватает кай-кай для одной жены и ее многочисленных родичей.</p>
     <p>— Кай-кай? — повторил Пул завезенное из Китая обозначение пищи, которым гавайцы заменили их собственное слово паина. — Разве вы нынче не получили кай-кай?</p>
     <p>— Да, Канака Оолеа, — вмешался старый, сморщенный туземец, который только что вышел из дома и присоединился к сидевшим. — Все они получили кай-кай на кухне, и вдоволь; они ели, как отбившиеся лошади, приведенные с лавы.</p>
     <p>— А тебе что надо, Кумухана? — обратился Пул к старику и в то же время сделал знак девочке, чтобы она отгоняла мух с другой стороны.</p>
     <p>— Двенадцать долларов! — объявил Кумухана. — Я хочу купить осла и подержанное седло с уздечкой. Мои ноги ослабели и не носят меня.</p>
     <p>— Подожди! — приказал белый. — Мы с тобой поговорим об этом деле и о других важных делах, когда я закончу с остальными и они уйдут.</p>
     <p>Сморщенный старик кивнул и стал закуривать трубку.</p>
     <p>— Кай-кай на кухне был хорош! — продолжал Илииопои, облизнувшись. — Пои была первый сорт, свить на жирная, лососина не воняла, рыба очень свежая, и ее вдоволь, хотя нужно сказать, что опихи (маленькие ракушки, гнездящиеся в камнях) были пересолены и потому жесткие. Опихи никогда не следует солить! Сколько раз говорил я тебе, Канака Оолеа, что опихи нельзя солить! Я битком набит хорошей кай-кай. Чрево мое отяжелело от нее. Но нет легкости моему сердцу, ибо нет кай-кай в моем доме, где у меня жена, она же тетка второй жены твоего четвертого сына, и моя дочь-малютка, и старая мать моей жены, и приемное дитя старой матери моей жены — калека, и сестра моей жены, которая тоже живет с нами со своими тремя детьми, ибо отец их скончался от злой водянки…</p>
     <p>— Пять долларов отсрочат ваши похороны на день или два? — оборвал Пул эти излияния.</p>
     <p>— Да, Канака Оолеа, и даже можно будет купить моей жене новый гребень и для меня немножко табаку!</p>
     <p>Из кошелька, который он достал из кармана штанов, Хардмэн Пул выудил золотую монету и ловко метнул ее в протянутую руку.</p>
     <p>Холостяку, которому нужны были шесть долларов на новые краги, на табак и на шпоры, досталось три доллара; столько же другому, которому требовалась шляпа; а третьему, скромно попросившему два доллара, отпущено было четыре с присовокуплением цветистого комплимента искусству, с которым он заарканил на горах одичавшего быка. Все знали, что Хардмэн, по общему правилу, сокращает претензии вдвое, и потому удваивали их размеры.</p>
     <p>Хардмэн Пул знал это и про себя улыбался. Такова уж была его манера обращаться с многочисленными подчиненными, и она нисколько не подрывала их уважения к нему.</p>
     <p>— А тебе, Ахуху? — спросил он туземца, имя которого означало — «Ядовитое дерево».</p>
     <p>— И на пару штанов! — заключил Ахуху список своих нужд. — Я очень много и далеко ездил за твоим скотом, Канака Оолеа, и там, где мои штаны терлись о седло, от них ничего не осталось. Нехорошо, когда говорят, что ковбой Канаки Оолеа, к тому же еще родственник сводной сестры жены Канаки Оолеа, стыдится слезть с седла и пятится задом от всех, кто видит его!</p>
     <p>— Вот тебе на дюжину пар штанов, Ахуху! — улыбнулся Хардмэн Пул, вручив туземцу деньги. — Я горжусь тем, что моя семья хранит мою честь. А потом, Ахуху, из этой дюжины пар штанов ты одну пару дай мне, иначе и мне придется пятиться задом, потому что и мои штаны совсем износились, и мне тоже стыдно!</p>
     <p>Громкий смех был ответом на последнюю шутку белого вождя, и вся группа этих физически развитых, но по-детски наивных людей направилась к поджидавшим их коням, все, за исключением старого, сморщенного Кумухана, которому приказано было остаться.</p>
     <p>Целых пять минут сидели они в полном молчании. Затем Хардмэн Пул приказал девочке принести еще стакан джина с молоком, и когда она это сделала, он кивнул ей, чтобы она передала стакан Кумухане. Стакан не отрывался от губ туземца, пока не был опорожнен, после чего старик громко вздохнул и причмокнул губами.</p>
     <p>— Много ава выпил я на своем веку, — задумчиво сказал он, — но ведь ава — напиток простого человека, а напиток хаоле — напиток вождей. В ава нет огня и силы спирта, в ава нет покалывания и кусания, которое очень приятно, так же приятно, как приятно жить.</p>
     <p>Хардмэн Пул улыбнулся и кивнул в знак согласия, а старый Кумухана продолжал:</p>
     <p>— В спирте есть тепло; он обогревает чрево и душу. Он согревает сердце. И душа и сердце стынут у человека, когда он стар.</p>
     <p>— А ты стар! — согласился Пул. — Почти так же, как я.</p>
     <p>Кумухана покачал головой и пробормотал:</p>
     <p>— Если бы я не был старше тебя, то я был бы так же молод, как ты.</p>
     <p>— Мне семьдесят один! — заметил Пул.</p>
     <p>— Я не знаю счета, — был ответ. — Что случилось, когда ты родился?</p>
     <p>— Давай сообразим, — задумался Пул. — Теперь у нас 1880 год, почти семьдесят один, останется девять. Я родился в 1809 году. В том году скончался Келиимакаи, тогда в Гонолулу жил шотландец Арчибалд Кэмпбел.</p>
     <p>— В таком случае я постарше тебя, Канака Оолеа! Я хорошо помню шотландца; я в то время играл среди камышовых хижин Гонолулу и уже ездил верхом на досках во время прибоя в Вайкики. Я мог бы показать тебе, место, где стояла хижина шотландца! Там находится теперь Матросская Миссия. И я знаю, когда я родился. Мне не раз говорили об этом моя бабушка и мать. Я родился, когда госпожа Пеле (богиня огня, она же богиня вулканов) разгневалась на жителей Пайэа; они перестали приносить ей в жертву рыбу из своего пруда, и она наслала поток лавы с Хуулалаи и засыпала их пруд.</p>
     <p>И рыбный пруд Пайэа погиб навеки. Вот когда я родился!</p>
     <p>— Это было в 1801 году, когда Джеймс Бонд строил корабли для Камехамехи в Хило, — сказал Пул, — стало быть, тебе семьдесят девять лет, и ты восемью годами старше меня. Ты очень стар!</p>
     <p>— Да, Канака Оолеа, — пробормотал Кумухана, пытаясь гордо выпятить впалую грудь.</p>
     <p>— Ты очень мудр!</p>
     <p>— Да, Канака Оолеа.</p>
     <p>— И ты знаешь много тайн, ведомых только старцам!</p>
     <p>— Да, Канака Оолеа.</p>
     <p>— И, стало быть, ты знаешь… — Хардмэн Пул сделал паузу, чтобы сильнее загипнотизировать старика упорным взглядом своих выцветших голубых глаз. — Говорят, кости Кахекили взяты из тайника и в настоящее время покоятся в Королевском Мавзолее. А мне шепнули, что только ты один из всех ныне живущих знаешь правду!</p>
     <p>— Знаю! — был гордый ответ. — Один я знаю.</p>
     <p>— И что же, лежат они там? Да или нет?!</p>
     <p>— Кахекили был алии (верховный вождь). По прямой линии от него происходит твоя жена Калама. Она тоже алии. — Старик помолчал, глубокомысленно сжав губы. — Я принадлежу ей, как и весь мой род принадлежал ее роду. Только она может повелевать великими таинствами, известными мне! Она мудра, слишком мудра для того, чтобы приказать мне выдать эту тайну. Тебе, о Канака Оолеа, я не отвечаю «да», но не отвечаю и «нет». Это тайна алии, которой не знают сами алии.</p>
     <p>— Хорошо, Кумухана! — ответил Хардмэн Пул. — Но ты не забывай, что я также алии, и чего не посмела спросить моя славная Калама, то спрошу я! Я пошлю за нею сейчас же и прикажу ей повелеть тебе ответить! Но это будет глупо и вдвойне глупо с твоей стороны. Лучше расскажи тайну мне, и она ничего не узнает! Уста женщин выливают все, что втекает в ухо, — так уж они созданы! Я мужчина, а мужчина создан иначе. Ты хорошо знаешь, что мои губы так же плотно замыкают тайну, как спрут присасывается к соленой скале. Если ты не скажешь мне, так скажешь Каламе и мне, и уста ее начнут говорить, и в скором времени последний малахини будет знать все! Будет знать то, что, если скажешь мне одному, знали бы только мы с тобой!</p>
     <p>Долго сидел Кумухана в полном молчании, обсуждая про себя приведенный довод и не видя возможности уклониться от его неумолимой логики.</p>
     <p>— Велика твоя мудрость, хаоле! — промолвил он наконец.</p>
     <p>— Да? Или нет? — Хардмэн Пул приставал, как с ножом к горлу.</p>
     <p>Кумухана огляделся кругом, потом остановил взор на девчонке, отгонявшей мух.</p>
     <p>— Уходи! — приказал ей Пул. — И не возвращайся, пока я не хлопну в ладоши.</p>
     <p>Больше Хардмэн Пул не промолвил ни слова, даже когда девочка скрылась в доме; но на его лице был написан неумолимый, как железо, вопрос: да или нет?</p>
     <p>Опять Кумухана осмотрелся и взглянул даже вверх, на ветви дерева, словно боялся шпиона. Губы у него пересохли. Он облизывал их языком. Дважды пытался заговорить — и вместо слов издавал лишь нечленораздельный звук. И наконец, понурив голову, он прошептал так тихо и торжественно, что Хардмэну Пулу пришлось приблизить ухо, чтобы услышать: «Нет».</p>
     <p>Пул хлопнул в ладоши, и из дому опрометью выскочила трепещущая девочка.</p>
     <p>— Принеси молока с джином старому Кумухане! — приказал Пул. И обратился к Кумухане: — Теперь рассказывай всю историю!</p>
     <p>— Погоди! — был ответ. — Погоди, пока эта маленькая вахине придет и уйдет!</p>
     <p>Девочка ушла, джин с молоком отправился путем, предназначенным для джина и молока, когда они смешаны в одно, а Хардмэн Пул ждал рассказа, не понукая больше старика. Кумухана положил руку на грудь и глубоко покашливал, как бы прося поощрения; наконец он заговорил:</p>
     <p>— В стародавние дни страшное это было дело — смерть великого алии! Кахекили был великий алии. Поживи он еще немного, он был бы королем. Кто знает? Я был тогда молодой, еще неженатый. Ты знаешь, Канака Оолеа, когда скончался Кахекили, и можешь высчитать, сколько мне было тогда лет. Он умер, когда правитель Боки открыл «Блонд-Отель» в Гонолулу. Ты ведь слыхал об этом?</p>
     <p>— Я в ту пору находился на наветренной стороне Гавайских островов, — отвечал Пул. — Но я слышал об этом. Боки построил спиртоочистительный завод и снимал в аренду земли Маноа для разведения сахара, а Каахуману, в то время бывший правителем, отменил аренду, повырывал с корнями сахарный тростник и насажал картофель. Боки разгневался, стал готовиться к войне, собрал своих бойцов вместе с десятком дезертиров с китобойного судна, достал пять медных пушек из Вайкики…</p>
     <p>— Вот в эту самую пору и умер Кахекили! — быстро подхватил Кумухана. — Ты очень мудр! Многое из старых времен ты знаешь лучше, чем мы, старые канаки!</p>
     <p>— Это произошло в 1829 году, — благодушно продолжал Пул. — Тебе было тогда двадцать восемь лет, а мне двадцать, и я только что пристал к берегу после пожара на «Черном Принце».</p>
     <p>— Мне было двадцать восемь, — подхватил Кумухана, — это верно! Я очень хорошо помню медные пушки Боки из Вайкики. В ту пору Кахекили и скончался в Вайкики. Люди до сих пор думают, будто его кости были отвезены в Хале-о-Кеауе (мавзолей) в Хонаунау, в Кона…</p>
     <p>— А много лет спустя были перевезены в Королевский Мавзолей сюда, в Гонолулу, — закончил Пул.</p>
     <p>— И есть еще люди, Канака Оолеа, которые и по сей день полагают, будто королева Элис укрыла их с остальными костями своих предков в огромных кувшинах в своей запретной комнате. Все это неправда! Я хорошо знаю. Священные кости Кахекили исчезли навсегда! Они нигде не покоятся! Они перестали существовать! Великое число ветров кона посеребрило прибой Вайкики с той поры, как последний смертный глядел на последнего Кахекили! Я один остался в живых из всех этих людей. Я последний человек — и не рад тому, что остался последним…</p>
     <p>Я был молод, и сердце мое горело, как раскаленная добела лава, тоской по Малиа — она была среди домочадцев Кахекили. Горело по ней и сердце Анапуни, но сердце у него было черное, как ты увидишь! В ту ночь, в ночь кончины Кахекили, мы с Анапуни были на попойке. Анапуни и я были простолюдинами, как все канаки и вахине, пировавшие с простыми матросами с китобойного судна. Мы пьянствовали на циновках у взморья Вайкики возле старого хейяу (храма), где теперь находится пляж. В ту ночь я узнал, сколько могут выпить матросы хаоле. Что касается нас, канаков, то наши головы разгорячились, были легки и трещали от виски и рома, как сухие тыквы.</p>
     <p>Дело было за полночь — я хорошо это помню, — когда я увидел Малиа, никогда не показывавшуюся на попойках; она направлялась к нам по мокрому песку взморья. Целый ад загорелся в моей душе, когда я заметил, как смотрит на нее Анапуни — он был к ней ближе всех, потому что сидел напротив меня в кругу пьянствовавших. О, я знаю, что во мне горели виски, и ром, и молодость; но в то мгновение мой безумный ум решил, что, если она заговорит с ним и с ним первым пойдет танцевать, я стисну его обеими руками за горло и сброшу вниз, в прибой, шумевший возле нас, потоплю, задушу, уничтожу препятствие, стоявшее между мною и ею! Имей в виду — она никак не могла выбрать между нами и только он давно уже мешал ей стать моей!</p>
     <p>Это была красивая девушка с фигурой величественной, как у жены вождя. И дивно хороша была она, когда шла к нам по песку в сиянии луны! Даже матросы хаоле умолкли и, разинув рты, уставились на нее. Какая у нее была походка! Я слышал, о Канака Оолеа, твои рассказы о женщине Елене, из-за которой загорелась Троянская война. Так скажу тебе, что из-за Малиа куда больше мужчин штурмовали бы стены ада, чем их бросилось на старый городишко, о котором у вас в обычае так много и долго говорить, когда вы выпьете чересчур мало молока и чересчур много джина.</p>
     <p>Ее походка! И эта луна, мягкое мерцание медуз в прибое, как сияние газовых рожков у рампы, которую я видел в новом театре хаоле. Шла не девушка, а женщина. Она не порхала, как струйки воды на тихом, огороженном взморье, — нет, она шла величественно, царственно, как жидкая лава, текущая по склонам Кау к морю, как движение волн, поднятых морским пассатом, как приход и уход четырех великих приливов года, наверно, отдающихся музыкой в ушах божественной вечности — музыкой, недоступной недолговечному смертному человеку!</p>
     <p>Анапуни был к ней ближе прочих. Но смотрела она на меня. Слыхал ли ты, о Канака Оолеа, зов — беззвучный, но более громкий, чем трубы архангелов? Так взывала она ко мне через головы пьяниц! Я наполовину поднялся, ибо не совсем еще напился; но Анапуни схватил ее и привлек к себе, а я откинулся назад, уперся на локоть, наблюдал за ними и бесновался. Он хотел усадить ее возле себя, и я ждал. Если бы она села и затем танцевала с ним, то еще до утра Анапуни был бы мертв: я задушил бы его и утопил в мелком прибое!</p>
     <p>Не правда ли, странная штука любовь, о Канака Оолеа? Но нет, ничего здесь нет странного! Так и должно быть в пору юности человека, иначе род человеческий не мог бы продолжаться.</p>
     <p>— Вот почему влечение к женщине сильнее желания жить, — вставил Пул. — Иначе не было бы ни мужчин, ни женщин!</p>
     <p>— Да! — подтвердил Кумухана. — Но много лет прошло с той поры, как во мне угасла последняя искра этого пламени. Я вспоминаю его, как человек вспоминает когда-то виденный им восход солнца: было и нет. Так человек стареет, остывает и пьет джин не ради безумия, а ради тепла. Молоко очень питательно!..</p>
     <p>Но Малиа не села возле Анапуни. Я помню, что глаза у нее дико блуждали, волосы были распущены и развевались, когда она нагнулась и что-то шепнула ему на ухо. Ее волосы закрыли его, и сердце мое стукнуло в ребра, и голова закружилась так, что я как бы ослеп. И если бы через минуту она не пошла ко мне, то я пересек бы круг и схватил ее!</p>
     <p>Этому не суждено было случиться. Ты помнишь вождя Конукалани? Он подбежал к кругу. Лицо его почернело от гнева. Он схватил Малиа не за руку, нет, за волосы схватил он ее, потащил за собой и скрылся. И до сих пор я не могу понять случившегося! Я только что готов был убить за нее Анапуни — и не поднял ни руки, ни возмущенного голоса, когда Конукалани потащил ее прочь за волосы. Не сделал этого и Анапуни. Разумеется, мы были простолюдины, а он вождь! Это так, но почему же два простолюдина, обезумевшие от желания обладать женщиной, которое сильнее в них желания жить, позволяют вождю, пускай даже высшему в округе, тащить эту женщину за волосы? Как мы, двое мужчин, желавшие ее больше жизни, не убили вождя на месте? Это — нечто более могущественное, чем желание жить, чем желание обладать женщиной; но что это такое? И почему?</p>
     <p>— Я тебе отвечу! — сказал Хардмэн Пул. — Это потому, что в большинстве люди глупцы, и, стало быть, о них должны заботиться те, кто умнее. Вот тайна предводительства! Во всем мире вожди командуют людьми. Во всем мире, сколько ни существуют люди, существовали вожди, которым приходилось говорить этому множеству глупцов: «Сделайте это, не делайте того-то. Работайте и работайте, как мы приказываем вам, иначе брюхо у вас будет пусто, и вы погибнете. Повинуйтесь законам, которые мы сочинили для вас, иначе вы будете, как звери, и не будет вам места на свете. Вы бы не уцелели, если бы не вожди, которые командуют вами и устраивают дела ваших отцов. Не было бы у вас семьи, если бы мы вами не управляли. Вы должны вести себя смирно, благопристойно, быть людьми воспитанными. Вы должны рано ложиться вечерами и по утрам рано вставать на работу, если хотите иметь постели для сна, а не гнездиться на деревьях, как глупые птицы. Сейчас время сажать ямс — и вы должны сажать его. И сейчас, теперь, сегодня, а не то чтобы плясать и гулять нынче, а сажать ямс завтра или в какой-нибудь другой из множества ваших ленивых дней! Вы не должны убивать друг друга и не имеете права трогать жен ваших соседей. Такова жизнь для вас! Ибо вы зараз обдумываете только один день, а мы, ваши вожди, обдумываем за вас все дни много дней вперед!»</p>
     <p>— Как облако на горной вершине, спускающееся сверху и обволакивающее человека, а он смутно распознает, что это облако, так и твоя мудрость для меня, Канака Оолеа! — бормотал Кумухана. — Грустно все же, что мне суждено было родиться простолюдином и все дни моей жизни прожить простолюдином…</p>
     <p>— Это потому, что ты сам был прост! — уверял Хардмэн Пул. — Когда человек рождается простым, а по природе не прост, он поднимается и сбрасывает вождя, и сам делается вождем над вождями! Почему ты не управляешь моим ранчо с его многими тысячами голов скота, не меняешь пастбищ с приходом дождей, не ловишь диких быков, не продаешь мяса на парусные суда, и на военные корабли, и людям, живущим в домах Гонолулу, не споришь с адвокатами, не помогаешь составлять законы и не говоришь королю, что ему следует делать, а что делать опасно? Почему никто другой не делает того, что я делаю? Никто из всех людей, работающих на меня, кормящихся из моих рук и заставляющих думать за них меня, работающего усерднее кого-либо из них, меня, который ест не больше любого из них и который, как и все они, может спать зараз только на одной циновке лаухала?</p>
     <p>— Вот я и выбрался из облака, Канака Оолеа! — проговорил Кумухана, и физиономия его заметно просияла. — Теперь я понимаю! Многое стало ясным! За все мои долгие годы алии, под которыми я родился, думали за меня! Проголодавшись, я всегда приходил к ним за едой, как прихожу теперь на твою кухню. Много людей ест в твоей кухне, и в дни пиров ты для них убиваешь жирных быков. Вот почему и нынче я пришел к тебе стариком, труд которого не стоит и шиллинга в неделю, а прошу у тебя двенадцать долларов на покупку осла и подержанного седла с уздечкой! Вот почему мы, дважды десять глупцов, под этими самыми деревьями полчаса тому назад просили у тебя кто доллар, кто два, кто четыре, кто пять, кто десять, кто двенадцать. Мы беспечные люди, дети тех беспечных дней, когда никто не додумался бы сажать вовремя ямс, если бы наши алии не заставили бы нас делать это, люди, которые не хотели и одного дня подумать за себя, а теперь, когда мы состарились и никуда не годимся, знаем, что наш алии обеспечит нам кай-кай для нашего брюха и соломенную кровлю, чтобы под ней приютиться…</p>
     <p>Хардмэн Пул кивнул и напомнил:</p>
     <p>— Ну, а что же кости Кахекили? Вождь Конукала-ни оттащил прочь Малиа за волосы, а вы с Анапуни сидели смирно в кругу пьяниц. Что же такое шепнула Малиа на ухо Анапуни, когда наклонилась над ним, закрыв ему лицо своими волосами?</p>
     <p>— Что Кахекили скончался. Вот что она шепнула Анапуни! Что Кахекили только что умер и что вожди, приказав всем домочадцам оставаться в доме, обсуждают вопрос, как распорядиться с его костями и плотью, прежде чем весть о его смерти распространится. Что верховный жрец Эоппо переубедил всех, и она, Малиа, подслушала ни много, ни мало, как то, что меня и Анапуни избрали в жертвы, которые должны будут отправиться одним путем с Кахекили и его костями и ходить за ним во веки веков в мире теней!</p>
     <p>— Моэпуу — человеческое жертвоприношение! — вставил Пул. — А между тем прошло уже девять лет со дня прибытия миссионеров.</p>
     <p>— А за год до их прибытия идолов посбрасывали с подножий и нарушили все табу! — добавил Кумухана. — Но вожди все еще держались старого обычая, обычая хунакеле, и прятали кости алии в таком месте, чтобы ни один человек не мог их найти, не мог делать рыболовных крючков из их челюстей или наконечников для стрел из длинных костей. Смотри, о Канака Оолеа!</p>
     <p>Старик высунул язык, и Пул, к своему изумлению, увидел, что поверхность этого чувствительного органа была от корня до кончика покрыта чрезвычайно сложной татуировкой.</p>
     <p>— Это было сделано через несколько лет после прибытия миссионеров, когда скончался Кеопуолани. Мало того, я выбил у себя четыре передних зуба и выжег дужки на всем моем теле. И всякого, кто в эту ночь осмеливался высунуть нос за дверь, убивали вожди! Нельзя было зажечь огня в доме, не слышно было ни шума, ни шороха. Даже собак и свиней, поднимавших шум, убивали, а всем кораблям хаоле в порту запретили бить в колокола той ночью! Страшная вещь была в те дни смерть алии!</p>
     <p>Но вернемся к ночи, в которую скончался Кахекили. Мы продолжали сидеть в кругу пьяниц после того, как Конукалани утащил Малиа за волосы. Некоторые из матросов хаоле начали было ворчать, но в те дни их было мало в стране, а канаков было много. И больше Малиа не видел никто из живых. Конукалани знал, как ее убили, но никому не рассказывал. А в последовавшие годы разве смели задавать ему такие вопросы простолюдины вроде меня и Анапуни?</p>
     <p>Она все рассказала Анапуни перед тем, как ее оттащили. Но у Анапуни было черное сердце. Мне он не сказал ничего! Он стоил того убийства, которое я замышлял! В кругу сидел исполин гарпунщик, пение которого было подобно мычанию быка; я загляделся на него, покуда он ревел какую-то морскую песню, и когда бросил взгляд через круг на Анапуни, увидел: Анапуни исчез. Он бежал в высокие горы, где мог прятаться с птицеловами недели и месяцы. Это я узнал впоследствии.</p>
     <p>А что же я? Я сидел, стыдясь того, что мое желание обладать женщиной оказалось слабее моего рабского повиновения вождю. И топил свой стыд в больших кружках рома и виски, пока все вокруг меня не пошло ходуном и в голове и снаружи, пока Южный Крест не заплясал хула на небе, пока горы Коолау не закланялись своими царственными вершинами Вайкики, а прибой Вайкики не поцеловал их в лоб. А гигант гарпунщик продолжал реветь — это был последний звук, который я услышал, ибо я откинулся навзничь на циновку лаухала и на время как бы умер.</p>
     <p>Когда я проснулся, чуть-чуть серел рассвет. Чья-то голая нога пнула меня в ребро. После невероятного количества напитков, которое я проглотил, удар пяткой показался мне очень неприятным. Канаки и вахине с попойки ушли по домам. Я один оставался среди спящих матросов, и огромный гарпунщик храпел, как кашалот, положив голову на мои ноги.</p>
     <p>Меня еще несколько раз пнули пяткой; я сел, меня затошнило. Но тот, который пнул меня, находился в великом нетерпении и спрашивал, куда девался Анапуни. Я не знал этого, и вот меня опять толкали — на этот раз с обеих сторон — два нетерпеливых человека за то, что я не знал. Не знал я и того, что Кахекили скончался. Но я догадался, что случилось нечто серьезное, ибо люди, толкавшие меня, были вожди, люди с большой властью. Один был Аимоку из Канеохе, другой — Хумухуму из Маноа.</p>
     <p>Они приказали мне следовать за ними и обращались со мной очень грубо. Когда я поднялся, голова гарпунщика скатилась с моих ног через край циновки на песок. Он хрюкнул, как свинья, раскрыв рот, и весь его язык вывалился изо рта на песок. Он не втянул его обратно. Впервые я тут узнал, как длинен язык человека! Я видел песок на этом языке, и меня стошнило вторично. О, как ужасен день после ночи попойки! Я весь горел, внутри у меня все пересохло и пылало, как лава, как язык гарпунщика, сухой и вывалянный в песке.</p>
     <p>Я нагнулся напиться из кокосового ореха, но Аимоку выбил его из моих дрожащих пальцев, а Хумухуму ударил меня по затылку тыльной частью руки.</p>
     <p>Они шли передо мной плечом к плечу, с торжественными и мрачными лицами, а я плелся за ними следом. Во рту было дурно от выпитого, голова страшно болела, и я готов был отрезать свою правую руку за глоток, за один глоток воды. Если бы я получил его, то, я знаю, он закипел бы у меня в утробе, как вода, пролитая на раскаленные камни очага. О, как страшен день после попойки! Жизнь многих людей, умерших молодыми, прошла передо мной с той поры, как я в последний раз был в состоянии выпить такое великое количество хмельного. Молодость не знает меры!</p>
     <p>Мы шли, и я начал понимать, что скончался какой-нибудь алии. Не видно было ни одного канака, спящего на песке или крадущегося домой после ночи любви; ни одного каноэ не видно было на ранней ловле, когда со сменой прилива рыба так хорошо идет на приманку. Когда мы проходили мимо хейяу (храма), к которому бывало причаливали бриги и шхуны великого Камехамехи, я увидел, что с большого двойного каноэ Кахекили сняты навесы из циновок и что, несмотря на отлив, много людей тащат его по песку в воду. Все эти люди были вожди. И хотя у меня плыло перед глазами, голова кружилась, и нутро горело жаждой, я догадался, что скончавшийся алии был Кахекили. Ибо он был стар, и всего скорее следовало ожидать именно его смерти.</p>
     <p>— Я слышал, что его смерть в большей степени, чем вмешательство Кекуаноа, помешала восстанию правителя Боки! — заметил Хардмэн Пул.</p>
     <p>— Именно смерть Кахекили помешала этому, — подтвердил Кумухана. — Все простолюдины, когда в ту ночь разнеслась весть о его смерти, укрылись в своих деревянных домах, не зажигали ни огня, ни трубок, не дышали громко, потому что в своем доме они были табу от избрания в жертвы. Бежали также все бойцы правителя Боки и дезертиры с кораблей хаоле, так что медные пушки остались без прислуги, а кучка вождей сама по себе ничего не могла сделать.</p>
     <p>Аимоку и Хумухуму посадили меня на песок в сторонке от огромного двойного каноэ, которое спускали на воду. И когда оно поплыло, все вожди почувствовали жажду, ибо они не привыкли к такой работе; мне было приказано влезть на пальмы возле навесов для лодок и сбрасывать кокосовые орехи. Вожди напились и освежились, но мне они не позволили напиться.</p>
     <p>Потом они перенесли Кахекили из его дома в каноэ в гробу хаоле, новеньком, просмоленном и лакированном. Его мастерил корабельный плотник, полагавший, что делает лодку, которая не должна протекать. Гроб был весь деревянный, и только над лицом Кахекили оставалось тонкое стекло. Вожди не привинтили наружной доски, чтобы закрыть это стекло. Может быть, они не знали устройств гробов хаоле; во всяком случае, как ты увидишь, мне оказалось на руку то, что они этого не знали.</p>
     <p>«Тут только один моэпуу», — проговорил жрец Эоппо, глядя на меня, когда я сел на гроб на дне пироги. Вожди уже гребли, выплывая за рифы.</p>
     <p>«Другой убежал и спрятался! — ответил Аимок. — Это единственный, которого нам удалось поймать».</p>
     <p>И тогда я понял. Я понял все! Меня должны были принести в жертву! Второй жертвой был избран Анапуни! Вот о чем шепнула Малиа Анапуни на попойке. И ее утащили, прежде чем она успела предупредить меня. А он, с его злым сердцем, не сказал мне этого. «Их должно быть два! — отвечал Эоппо. — Таков закон!»</p>
     <p>Аимоку перестал грести и поглядел на берег, словно хотел вернуться и найти другую жертву. Но некоторые вожди стали возражать, доказывали, что все простолюдины ушли в горы или лежат табу в своих домах и что могут пройти дни, прежде чем найдут второго. В конце концов Эоппо сдался, хотя время от времени продолжал ворчать, что закон требует двух моэпуу.</p>
     <p>Они гребли. Проехали Алмазный Мыс, поравнялись с Мысом Коко, пока не выплыли на середину пролива Молокаи. Здесь разгулялась волна, хотя пассатный ветер дул очень слабо. Вожди перестали грести, и только рулевые держали челны носами к ветру и к волне. И прежде чем двинуться дальше, они снова вскрыли несколько кокосов и принялись пить.</p>
     <p>«Не беда, что я выбран в моэпуу, — обратился я к Хумухуму, — но я хотел бы напиться перед тем, как меня убьют!»</p>
     <p>Я не получил питья. Но я говорил правду! Я слишком много выпил виски и рому, чтобы бояться смерти. По крайней мере у меня исчез бы отвратительный привкус во рту, перестала бы болеть голова, перестали бы гореть, как раскаленный песок, внутренности! И, кажется, больше всего я страдал от мысли о языке гарпунщика, вывалившемся на песок и покрытом песком. О, Канака Оолеа, какие скоты молодые люди, когда пьют! Только состарившись, подобно мне и тебе, обуздывают они свою жажду и пьют умеренно, как ты и я.</p>
     <p>— Так уж нам приходится! — возразил Хардмэн Пул. — Старые желудки изнеживаются, становятся тонки и слабы. И мы пьем умеренно, ибо не смеем пить больше. Мы мудры, но горька эта мудрость!</p>
     <p>— Жрец Эоппо спел длинную меле о матери Кахекили и родительнице этой матери и обо всех матерях до самого начала времен, — продолжал Кумухана. — И мне казалось, что я умру от пожирающего меня жара, прежде чем он окончит. Он стал взывать ко всем богам нижней вселенной, и средней вселенной, и верхней вселенной, умоляя их холить и лелеять покойного алии и исполнить заклятия — и страшные же были заклятия! — которые он наложил на всех людей в будущем, вздумавших бы дотронуться до костей Кахекили и забавляться, убивая при их помощи гадов.</p>
     <p>Знаешь, Канака Оолеа, жрец говорил совсем на другом языке, и я узнал этот язык — язык жрецов, древний язык. Мауи он называл не Мауи, но Мауи-Тики-Тики и Мауи-По-Тики. А Хину, божественную мать Мауи, он называл Ина. А божественного отца Мауи он называл то Акалана, а то Каналоа.</p>
     <p>Странно, как умирающий от жажды человек мог запомнить все эти вещи! И помню я, что жрец называл Гавайи — Вайи, а Ланан — Нгангаи.</p>
     <p>— Это маорийские названия <a l:href="#n_905" type="note">[905]</a>, — пояснил Хардмэн Пул, — слова Самоа и Тонга, которые жрецы привезли с собой с юга в стародавние времена, когда они открыли Гавайские острова и поселились на них.</p>
     <p>— Велика твоя мудрость, о Канака Оолеа! — торжественно возгласил старик. — Ку, который держит на себе небеса, жрец именовал Ту, а также Ру; а Ла, бога солнца, он называл Ра…</p>
     <p>— А ведь в Египте был бог солнца Ра в древние времена! — перебил рассказчика Пул, внезапно оживившись. — Да, вы, полинезийцы, много прошли времени и пространства! Это отклики Древнего Египта, когда Атлантида <a l:href="#n_906" type="note">[906]</a> еще была над водой в молодых Гавайях в северной части Тихого океана. Но продолжай, Кумухана, не вспомнишь ли ты еще чего-нибудь из древней песни Эоппо?</p>
     <p>— В самом конце его песни, — кивнул рассказчик, — хотя я был уже наполовину мертвец и скоро должен был совсем скончаться под ножом жреца, я крепко запомнил каждое ее слово. Слушай, вот она!</p>
     <p>И старик запел дрожащим фальцетом.</p>
     <p>— Без сомнения, смертная песнь маорийцев! — воскликнул Пул. — И поет ее гаваец с татуированным языком! Повтори-ка, и я переведу ее тебе по-английски.</p>
     <p>И когда старик повторил песню, Хардмэн Пул медленно произнес по-английски:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Но в смерти нет ничего нового.</v>
       <v>Смерть есть и всегда была с кончины старого Мауи.</v>
       <v>В ту пору Пататаи громко засмеялся</v>
       <v>И разбудил домового — бога,</v>
       <v>Который разрубил его надвое;</v>
       <v>И так пришел вечерний сумрак!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— А в конце-то концов, — возобновил свой рассказ Кумухана, — меня не убили! Эоппо, уже державший нож в руке и готовый поднять руку для смертоносного удара, не поднял ее. А я? Как я чувствовал себя? Что я думал? Часто смеялся я впоследствии, вспоминая об этом, Канака Оолеа! Я чувствовал только одно: жажду! Мне не хотелось умирать. Но хотелось глотнуть воды. Я знал, что умру, и мне вспоминались тысячи водопадов, свергающихся в пропасть с наветренных гор Коолау. Я не думал об Анапуни. Меня мучила жажда! Я не думал и о Малиа, — меня мучила жажда! И перед собой я все время видел язык гарпунщика, пересохший и покрытый песком, как видел его в последний раз. У меня был теперь такой же язык. А на дне каноэ перекатывалось много питьевых кокосов. Но я и не пытался тронуть их, ибо кругом были вожди, а я был простолюдин.</p>
     <p>«Нет, — проговорил Эоппо, приказав вождям бросить за борт гроб, — двух моэпуу нет, так пусть же не будет ни одного!»</p>
     <p>«Убей этого одного!» — возопили вожди.</p>
     <p>Но Эоппо покачал головой и промолвил:</p>
     <p>«Мы не можем отправить Кахекили на тот свет с одной лишь половинкой таро!»</p>
     <p>«Полрыбы на человека лучше, чем ничего!» — ответил Аимоку старинной поговоркой.</p>
     <p>«Но только не на похоронах алии! — быстро возразил жрец. — Таков закон! Мы не можем жадничать для Кахекили и урезывать наполовину подобающую ему жертву!»</p>
     <p>Итак, гроб был брошен в воду, и я не был убит. Но странное дело: на мгновение я обрадовался тому, что остался в живых! И сейчас же вспомнил Малиа и начал замышлять месть Анапуни. И когда закипела во мне кровь жизни, жажда моя увеличилась десятикратно: казалось, язык мой, и рот, и глотка наполнились сухим песком, как язык гарпунщика. Когда гроб полетел за борт, я сел на дно лодки. Между моими ногами катался питьевой кокосовый орех, и я схватил его. Но когда я взял его в руку, Аимоку ударил меня по руке краем весла. Смотри!</p>
     <p>Кумухана вытянул руку, показав два скрюченных пальца, очевидно, вывихнутых и невправленных.</p>
     <p>— У меня не было времени злиться из-за боли: на меня свалились новые беды. Все вожди заревели в ужасе; гроб, ставший торчком, не тонул, он подпрыгивал и покачивался в воде за нашей кормой. А каноэ, повернутую к волнам и к ветру, несло волнами и ветром прямо на гроб. Стекло гроба было обращено к нам, так что мы видели лицо и голову Кахекили; он скалился на нас из-за стекла, и, казалось, уже жил на том, другом свете, и гневался на нас, и собирался излить этот гнев при помощи нездешних сил! Он подпрыгивал вверх и вниз, а лодку все ближе толкало к нему.</p>
     <p>«Убей его! Пусти ему кровь! Ударь его в сердце! — вот что перепуганные вожди кричали Эоппо. — Бросай таро! Пусть алии получит полрыбы!»</p>
     <p>Эоппо, хоть и был жрец, также испугался и помутился в рассудке при виде Кахекили в гробу хаоле, который ни за что не хотел тонуть. Он схватил меня за волосы, поднял на ноги и занес нож, чтобы вонзить его в мое сердце, и я не оказал сопротивления. Я только вновь ощутил великую жажду, и перед моими отуманенными глазами в воздухе, у самого носа, болтался облепленный песком язык гарпунщика!</p>
     <p>Но прежде чем нож упал и вонзился в меня, случилось нечто, спасшее мне жизнь. Акай, сводный брат правителя Боки, если ты помнишь, был в каноэ рулевым на корме; он сидел ближе всех к гробу с покойником, не желавшим тонуть. Он обезумел от страха протянул вперед весло, чтобы оттолкнуть заключенного в гробу алии, собиравшегося, казалось, вскочить в каноэ. Конец весла попал в стекло, стекло разбилось…</p>
     <p>— И гроб тотчас затонул! — подхватил Хармэн Пул. — Воздух, благодаря которому он держался на водe, вышел в разбитое стекло!</p>
     <p>— Гроб тотчас затонул, потому что корабельный плотник строил его наподобие лодки, — подтвердил Кумухана. — И я, за минуту до того бывший моэпуу, опять стал человеком. И я остался в живых, хотя умер тысячью смертей от жажды, пока мы добрались до берегов Вайкики.</p>
     <p>Так вот, о Канака Оолеа, кости Кахекили не покоятся в Королевском Мавзолее. Они лежат на дне пролива Молокаи, если только давно уже не превратились в плавающую слизь или не сделались телом кораллов, образовавших коралловый риф. Один я из всех живущих ныне видел, как кости Кахекили потонули в проливе Молокаи!</p>
     <p>Наступила пауза. Хардмэн Пул сидел в глубоком раздумье. Кумухана облизывал сухие губы. Наконец он нарушил молчание:</p>
     <p>— А двенадцать долларов, Канака Оолеа, на осла и на подержанное седло с уздечкой?</p>
     <p>— Ты получил бы двенадцать долларов, — ответил Пул, вручая старику шесть долларов с половиной, — но у меня на конюшне, в сундуке, лежат подходящие для тебя уздечка и седло, которые ты и получишь; а за шесть с половиною долларов ты купишь вполне подходящего осла у паке (китайца) в Кокако, который только вчера предлагал мне его за эту цену!</p>
     <p>Они продолжали сидеть. Пул безмолвствовал, твердя про себя только что услышанную маорийскую смертную песню, в особенности слова: «И так пришел вечерний сумрак». Он находил их прекрасными. Кумухана облизывал губы, явно давая понять, что он ждет еще чего-то. Наконец он нарушил молчание:</p>
     <p>— Я долго говорил, о Канака Оолеа! Нет уже в устах моих постоянной влаги, как в дни моей молодости. Мне кажется, опять мною овладела жажда, терзавшая меня при виде гарпунщика. Для языка, засохшего, как у гарпунщика, весьма хорош джин с молоком, о Канака Оолеа!</p>
     <p>Улыбка мелькнула на лице Пула. Он хлопнул в ладоши, и тотчас же прибежала девчонка.</p>
     <p>— Стакан джина с молоком старому Кумухана! — приказал Хардмэн Пул.</p>
     <p><emphasis>Вайкики, Гонолулу.</emphasis></p>
     <p><emphasis>28 июня 1916.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Исповедь Элис</p>
     </title>
     <p>То, что мы здесь рассказываем об Элис Акана, случилось на Гавайях, хоть и не в наше время, но сравнительно недавно, когда Эйбл А-Йо проповедовал в Гонолулу свою знаменитую «религию возрождения» и убеждал Элис Акана очистить исповедью душу. Самая же исповедь Элис касается более старинных времен.</p>
     <p>Элис Акана (ей было в ту пору пятьдесят лет) рано познала жизнь и всегда жила широко. То, что она знала, касалось самых корней и нитей, затрагивало секреты целых семейств, деловых предприятий и многочисленных плантаций округи. Она была как бы живым архивом точных фактов, которые очень интересовали адвокатов независимо от того, касались ли эти данные границ земельных участков, дарственных записей на землю или браков, рождений, завещаний и скандалов. Крепко держа язык за зубами, она очень редко делилась с людьми тем, что им было нужно; а если делала это, то только во имя справедливости, никого не обижая.</p>
     <p>Ибо Элис с первых дней своего девичества привыкла жить среди цветов, песен, вина и плясок, а войдя в лета, она, будучи владелицей увеселительного заведения с плясуньями, специалистками танца хула, сделалась хозяйкой и присутствовала на пиршествах по обязанности.</p>
     <p>В атмосфере этого дома, где забывались заповеди «божеские и человеческие» и всякая осторожность и где пьяные языки свободно болтались во рту, она черпала исторические данные о таких вещах, о которых в другой обстановке мало кто позволял себе заикаться или догадываться. И то, что она умела держать язык за зубами, сослужило ей хорошую службу; хотя старожилы отлично знали, что ей было известно все, но никто из них не слыхал, чтобы она когда-нибудь сплетничала о кутежах в лодочном сарае Калакауа, о шумных наездах офицеров с военных кораблей или о тайнах дипломатов и министров чужих стран.</p>
     <p>За полстолетия она зарядилась таким количеством исторического динамита, что, если бы он взорвался, это потрясло бы всю общественную и торговую жизнь Гавайских островов; она была хозяйкой дома для танцев хула, импресарио туземных балерин, плясавших для особ царствующего дома на званых вечерах в частных домах, на ужинах, на которых подавался пои, и для любознательных туристов. Все это не мешало ей крепко держать язык за зубами. В пятьдесят лет это была веселая, тучная, приземистая полинезийка крестьянского типа, очень крепкого телосложения и без каких бы то ни было немощей, что обещало ей долгую-долгую жизнь. И на пятидесятом году случилось, что она, влекомая любопытством, попала на собрание, на котором Эйбл А-Йо проповедовал свое «возрождение».</p>
     <p>Эйбл А-Йо был столь же разносторонней личностью, как знаменитый Билл Сандэй. Родословная его отличалась даже большей пестротой, ибо он был на четверть португалец, на четверть шотландец, на четверть гаваец и на четверть китаец. В нем сочетались лукавство и хитрость, ум и рассудочность, грубость и утонченность, страстность и философское спокойствие, неугомонное «богоискательство» и умение погружаться по самую шею в навоз действительности — словом, все элементы четырех, коренным образом отличных друг от друга рас, сумма которых дала эту личность. Вдобавок он в высокой степени владел искусством самообмана.</p>
     <p>По части ораторского дара он далеко обогнал Билла Сандэя, известного мастера простонародного жаргона. Ибо в речи Эйбла А-Йо трепетали красочные глаголы, местоимения, наречия и метафоры четырех живых языков! В этих языках он черпал неизмеримое множество выражений, в которых потонули бы мириады словечек Билла Сандэя. Как хамелеон, колебался он между различными элементами своего существа и умел приспосабливаться к безыскусной свежести простых душ, которых он «обращал» своими речами.</p>
     <p>Эйбл А-Йо так же верил в себя и в многообразие своей натуры, как он верил, что бог похож на него и на всякого человека и что этот бог не какой-нибудь племенной бог, но бог мировой, нелицеприятным оком взирающий на расы всего мира. И его теория имела успех, китайцы, корейцы, японцы, гавайцы, пуэрториканцы, русские, англичане, французы — словом, представители всех народов без колебаний, бок о бок преклоняли колени и приступали к пересмотру собственных богов.</p>
     <p>Сам он еще в ранней молодости отошел от англиканской церкви и много лет чувствовал себя каким-то Иудой.</p>
     <p>Иуда был проклят, — стало быть, и он, Эйбл А-Йо, проклят; а ему не хотелось оставаться проклятым навеки! Вот почему он всячески норовил увильнуть от проклятия. И наступил день, когда он обрел спасение. Он рассудил так: учить, будто Иуда проклят, — значит превратно толковать бога, который наипаче всего есть справедливость. Иуда был слугой божьим, особо избранным для выполнения самого грязного дела. Стало быть, Иуда, преданный Иисусу и предавший его лишь по божественному велению, свят! Стало быть, и он, Эйбл А-Йо, свят уже в силу своего отступничества, и, стало быть, он с чистой совестью может предстать перед богом!</p>
     <p>Эта теория стала одним из главных догматов его вероучения; она оказалась весьма на руку другим отступникам от своих религий, втайне чувствовавшим себя Иудами. А Эйблу А-Йо пути божьи были так же ясны, как и те, которые он, Эйбл А-Йо, начертал себе. Все спасутся в конце концов, хотя у одних это отнимет больше времени, чем у других, и они получат места подальше от благодати. Место человека в вечно меняющемся мировом хаосе предопределено, ибо не существует никакого мирового хаоса. Это лишь порождение путаной фантазии человека. С помощью невиданно смелых приемов мысли и речи, с помощью живых, доходчивых слов ему удавалось заставить своих слушателей забыть об этом хаосе, убедить их в ясности намерений всевышнего и таким образом вселить в них духовное спокойствие и безмятежность.</p>
     <p>И как могла Элис Акана — чистокровная гавайянка — устоять против тонкой, окрашенной демократизмом и закаленной в тигле четырех рас логики неотразимо красноречивого проповедника? На собственном опыте он познал не меньше, чем она, все жизненные грехи: недаром же он был певчим на пассажирских пароходах, крейсирующих между Гавайями и Калифорнией, а после этого — буфетчиком на море и на суше, от Барбарийского берега в Сан-Франциско до таверны Хэйни в Вайкики. По правде сказать, он перед вступлением на великий путь проповеди «возрождения» оставил свой пост первого официанта в Университетском клубе в Гонолулу.</p>
     <p>И стоило Элис Акана попасть на проповедь Эйбла А-Йо, как она начала поклоняться его богу; трезвому уму этой женщины он показался самым толковым из всех богов, о каких ей только приходилось слышать! Она жертвовала деньги в кружку Эйбла А-Йо, закрыла свой танцевальный дом и распустила танцовщиц, которым предоставила добывать пропитание более легким способом, а с себя сорвала яркие платья, ленты и букеты цветов и купила библию.</p>
     <p>Это была пора религиозного шока в Гонолулу, своеобразная демократическая тяга к богу. Буржуа получали приглашения на собрания, но не являлись. И только глупые, смиренные простолюдины отправлялись исповедоваться, на коленях признавались во всех смертных грехах, очищались и выходили на солнце чистенькими, как невинный ребенок. Религия «возрождения», которую проповедовал Эйбл А-Йо, была своеобразным отпущением совершенных грехов и восстановлением духа. Грешники сбрасывали с себя тяжесть грехов и духовно выздоравливали.</p>
     <p>Но Элис не чувствовала себя счастливой; она еще не очистилась. Она покупала и раздавала библии, все больше жертвовала в кружку, подпевала своим контральто священным песнопениям, но не решалась очистить покаянием душу свою. И тщетно боролся с нею Эйбл А-Йэ! Она не хотела опуститься на колени перед амвоном кающихся и в слезах высказать все, что омрачало ее душу, все дурное, что было в ее прошлом.</p>
     <p>— Ты не можешь служить двум господам! — говорил ей Эйбл А-Йо. — Ад кишит людьми, пытавшимися это сделать! С чистым и простодушным сердцем должна ты помириться с богом. Ты не будешь готова к искуплению, пока не исповедуешь душу свою на собрании. Пока ты этого не сделаешь, ты будешь носить в себе язву греха!</p>
     <p>С научной точки зрения, хотя он, конечно, и не подозревал об этом, ибо постоянно глумился над наукой, Эйбл А-Йо был прав. Она не могла вновь по-детски радоваться милостям всевышнего до тех пор, пока не исповедует свою душу, рассказав обо всех своих секретах и о тех тайнах, что делила с другими людьми. У протестантов исповедь происходит в собрании, у католиков — в присутствии только духовника. Считается, что в результате подобного обнажения души человек обретает единение, спокойствие, счастье, очищение духа, искупление и бессмертие.</p>
     <p>— Решайся! — гремел Эйбл А-Йо. — Либо верность человеку, либо верность богу!</p>
     <p>Но Элис не могла решиться. Слишком долго ее уста оставались запечатанными честным словом человека.</p>
     <p>— Я исповедаюсь перед собой! — возражала она. — Бог видит, как моя душа устала от греха и как мне хочется быть чистой и светлой, такой, какой я была маленькой девочкой в Канеохе…</p>
     <p>— Но ведь грехи твоей души скованы грехами других душ! — неизменно отвечал Эйбл А-Йо. — Если у тебя есть на душе бремя, сбрось его! Ты не можешь носить бремя и в то же время быть чистой…</p>
     <p>— Я буду молиться богу ежедневно по нескольку раз в день! — ответила она. — Со смирением, со вздохами и слезами буду я приближаться к господу. Я буду часто жертвовать в кружку и без счета буду покупать библии, библии, библии…</p>
     <p>— И не узреть тебе улыбки божьей! — отвечал проповедник. — Ты будешь по-прежнему отягчена грехами, ибо ты не поведала своих грехов, и не избавишься от их, пока не исповедуешься!</p>
     <p>— Ах, как трудно возрождение! — вздыхала Элис.</p>
     <p>— Возрождение труднее даже рождения! — Эйбл А-Йо не считал нужным утешать ее. — Только, когда ты уподобишься младенцу…</p>
     <p>— Уж если я начну говорить, так разговор будет долгий! — призналась Элис.</p>
     <p>— Тем больше причин исповедаться! Таким образом, дело оставалось на мертвой точке: Эйбл А-Йо требовал безусловной приверженности господу, а Элис Акана продолжала порхать у опушки рая.</p>
     <p>— Длинный будет разговор, можно побиться об заклад, если только Элис начнет! — весело говорили друг другу гуляки из камааинасов (старожилов), потягивая пальмовую водку.</p>
     <p>В клубах предстоящая исповедь Элис была предметом более серьезных забот. Представители молодого поколения хвастались, что приобрели уже места в первых рядах на будущем собрании, а старики кисло острили насчет обращения Элис. Элис стала необычайно популярной среди друзей, которые лет двадцать не вспоминали о ее существовании!</p>
     <p>Однажды, когда Элис с библией в руках ждала на перекрестке трамвай, некий Сайрус Ходж, сахарозаводчик и местный магнат, приказал своему шоферу остановить автомобиль. Волей-неволей, покоренная его любезностью, Элис вынуждена была сесть рядом с ним в его лимузин, и он потерял три четверти часа, забыв о своих делах, только для того, чтобы лично отвезти ее, куда ей было нужно.</p>
     <p>— Глазам отрадно видеть вас! — бормотал он. — Как годы-то летят! Какой у вас чудесный вид — вы владеете секретом молодости!</p>
     <p>Элис улыбалась и отвечала ему пышными комплиментами на полинезийский дружелюбный манер.</p>
     <p>— Боже! Боже! — предавался воспоминаниям Сайрус Ходж. — Какой я был мальчик тогда!</p>
     <p>— Хорош мальчик! — засмеялась она.</p>
     <p>— Но ведь я знал не больше, чем мальчик, в те далекие дни.</p>
     <p>— А помните ночь, когда ваш извозчик напился и сбросил вас?..</p>
     <p>— Тсс! — остановил он ее. — Мой японец-шофер окончил высшую школу и знает по-английски лучше нас с вами! Я даже думаю, что он шпион на службе японского правительства. Зачем нам говорить при нем? К тому же я был тогда так молод! Вы помните?</p>
     <p>— У вас щеки были, как персики, которые зрели у нас в саду, пока их не поточил жучок, — говорила Элис. — Мне помнится, вы тогда брились не чаще одного раза в неделю. Вы были красивый мальчик. Помните, какую хула мы закатили в вашу честь?</p>
     <p>— Тсс!.. — опять остановил он ее. — Все это забыто и похоронено; предадим же прошлое забвению!</p>
     <p>Элис отметила про себя, что в его глазах уже нет того простодушия юности, которое ей хорошо помнилось. Теперь его глаза проницательно-испытующе смотрели на нее, ожидая уверений, что она не станет воскрешать далекого прошлого.</p>
     <p>— Религия — хорошее дело, когда мы становимся пожилыми, — говорил ей другой старинный приятель. Он строил себе великолепный дом на Тихоокеанских высотах, недавно женился вторым браком и как раз ждал пароход, чтобы встретить двух своих дочерей, окончивших учение в Вассаре и возвращавшихся домой. — И в старости нам очень нужна религия! Она смягчает душу, делает нас более терпимыми и снисходительными к слабостям ближних, особенно к грехам молодости, когда люди безумствуют и сами не ведают, что творят.</p>
     <p>И он с тревогой ждал ответа Элис.</p>
     <p>— Да, — отвечала она, — все мы родились во грехах, и очень трудно вырасти из греха! Но я расту, расту…</p>
     <p>— Не забывай, Элис, что в ту пору я всегда честно поступал с тобой. Мы с тобой никогда не ссорились!</p>
     <p>— Даже в ту ночь, когда ты устроил нам луау по случаю своего совершеннолетия и непременно требовал, чтобы после каждого тоста били посуду! Разумеется, ты за нее заплатил.</p>
     <p>— Щедро! — чуть не с мольбой уверял он.</p>
     <p>— Щедро, — согласилась она. — На те деньги, которые ты мне заплатил, я купила почти вдвое посуды, так что на следующем луау я поставила сто двадцать приборов, не взяв взаймы ни единого блюдца или стакана. Этот луау задавал тогда лорд Мэйнуезер, помнишь его?</p>
     <p>— Я вместе с ним охотился на кабанов в Мана, — кивнул собеседник. — Мы приехали туда покутить на две недельки, но знаешь, Элис… Религия очень, очень хорошая вещь, не следует только увлекаться ею. И не исповедуй своей души обо мне! Что подумают мои дочери об этой разбитой посуде?</p>
     <p>— Я всегда питал к тебе алоха (теплые чувства), Элис! — уверял ее член сената, тучный, плешивый человек.</p>
     <p>А другой, адвокат и уже дедушка, говорил ей:</p>
     <p>— Мы всегда были друзьями, Элис. Знайте, если вам понадобится юридический совет или провести дело, я с радостью устрою вам все и не возьму гонорара — я помню нашу старинную дружбу!</p>
     <p>В сочельник к ней явился банкир с большим конвертом делового формата.</p>
     <p>— Совершенно случайно, — объяснил он, — когда мои клерки рылись в земельных архивах долины Иапио, я нашел вашу закладную в две тысячи долларов на рисовое поле, сданное А-Чину. Невольно я задумался над прошлым, когда мы были молоды, ветрены и немножко необузданны… у меня как-то потеплело на сердце, когда я вспомнил вас; и вот ваш должок теперь ликвидирован — так просто, из алоха…</p>
     <p>Вспомнили Элис и ее одноплеменники. Ее дом сделался Меккой для туземцев и туземок, совершавших свое паломничество секретным образом, с наступлением темноты, и всегда приносивших подарки — свежую каракатицу с рифов, опихи, лиму, корзинки с редкостными грушами, зерна самого свежего сбора, плоды мангового дерева и златолистника, отборнейший розовый пышный таро, молочных поросят, бананы, плоды хлебного дерева и свежих крабов, пойманных в тот же день в Пирл-Харбор. Мэри Мендана, жена португальского консула, преподнесла ей ящик конфет ценою в пять долларов и пальто оранжевого цвета, которое на распродаже нельзя было купить дешевле, чем за семьдесят пять долларов. А жена богатого китайского торговца Ин-Чепа, Эльвира Мияхара Макаэна-Ин-Чеп, лично принесла Элис два куска знаменитого сукна пинья с Филиппинских островов и дюжину пар шелковых чулок!</p>
     <p>Время шло. Эйбл А-Йо продолжал бороться с Элис, уговаривая ее покаяться, Элис боролась за свою душу, и добрая половина населения Гонолулу ехидно или со страхом ждала исхода этой борьбы. Прошла масленичная неделя, наступила и прошла неделя игры в поло и скачек, приближался торжественный день Четвертого июля <a l:href="#n_907" type="note">[907]</a>, когда Эйбл А-Йо решил наконец сломить метким психологическим ударом твердыню ее сопротивления. Он произнес свою знаменитую речь, которая содержала в себе определение вечности «по Эйблу А-Йо». Разумеется, как и Билл Сандэй, Эйбл А-Йо крал свои определения. Но из жителей Гавайских островов никто этого не знал, и его оценка как искусного проповедника поднялась на сто процентов.</p>
     <p>Он так успешно проповедовал в этот вечер, что обратил очень многих адептов, которые со стонами упали у покаянной трибуны в толпе других обращенных, горевших религиозным огнем, включая и полроты солдат-негров расквартированного в городе двадцать пятого полка, дюжину кавалеристов четвертого кавалерийского эскадрона, застрявшего здесь по дороге на Филиппины, множество пьяных матросов с военных судов, подозрительных дам из Ивилеи и добрую половину портовых бродяг.</p>
     <p>Эйбл А-Йо, читавший в душе человека, как по книге, а Элис Акана понимавший еще лучше, знал, что делал, когда в эту приснопамятную ночь проповедовал о боге, преисподней и вечности в словах, доступных пониманию Элис Акана. Случайно он открыл ее уязвимое место. Будучи, как все полинезийцы, великим любителем природы, он первым делом угадал, что землетрясения и извержения вулканов ужасают Элис. Ей уже пришлось на Большом Острове пережить катастрофы, от которых провалилась соломенная хижина, где она спала; она видела, как госпожа Пеле (богиня огня и вулканов) извергла красную расплавленную лаву на отлогие склоны горы Мауна-Лоа, и лава уничтожила рыбные садки на берегу моря, слизнув на своем пути стада скота, деревни и людей.</p>
     <p>За день до памятного собрания легкое землетрясение потрясло Гонолулу, и у Элис Акана появилась бессонница. Утренние газеты сообщили, что на Мауна-Кеа началось извержение и что лава быстро поднимается в огромном кратере Кайлу. На молитвенном собрании, колеблясь между страхами сущего мира и вечным блаженством грядущего, Элис сидела на передней скамье в состоянии, близком к истерике.</p>
     <p>Эйбл А-Йо встал и вложил персты в самую чувствительную часть ее души. Описав всемогущество господа на обычный лад, Эйбл А-Йо заговорил о том дне, когда даже бесконечное терпение бога лопнет, и он прикажет святому Петру закрыть свой журнал и гроссбухи, повелит архангелу Гавриилу созвать души на страшный суд и возопиет страшным голосом: «Велакахао!»</p>
     <p>«Велакахао» на туземном язык означает «железо горячо». Это выражение, которое является одним из примеров англо-гавайского жаргона и весьма излюбленным тропом в речах местных проповедников, пришло из чугуноплавильных мастерских Гонолулу, где его употребляли сотни гавайцев, когда следовало сказать, что пора спешить с ковкой.</p>
     <p>— И возгласит бог «Велакахао», и начнется страшный суд, и быстро свершится он; ибо Петр куда лучший бухгалтер, чем счетовод какого-нибудь треста, а кроме того, у Петра книга правильнее!</p>
     <p>Эйбл А-Йо быстро отделил овец от козлищ и вверг последних в геенну огненную.</p>
     <p>— А на что похожа геенна огненная? — спросил он. — О друзья мои! Позвольте описать вам вкратце ту геенну, тот ад, который я видел собственными глазами на нашей земле! В ту пору я был молод, совсем мальчик, и жил в Хило. Утро началось землетрясением. Целые сутки огромный край сотрясался и дрожал, так что самые крепкие мужчины заболели морской болезнью, женщины хватались за стволы деревьев, чтобы не упасть, а скот валился с ног. Я сам видел теленка, который упал от сотрясения. Вслед за этим наступила ночь неописуемых ужасов. Почва тряслась, как каноэ в бурю. Одна мать, выбегая из рухнувшего дома, насмерть растоптала собственного ребенка.</p>
     <p>Небеса горели пламенем. Мы читали наши библии при свете этого пламени, а между тем печать была мелкая и трудная даже для молодых глаз. В сорока милях от нас преисподняя вырвалась из высоких гор и изливала в море красную, как кровь, расплавленную породу. Это зрелище горящих пожаром небес и беснующейся под ногами земли было слишком величественно и слишком ужасно, чтобы им можно было любоваться. Мы думали только о том, какой мыльный пузырь представляет земля, о вечном озере огня и серы и о боге, которому мы молились о спасении. Среди нас нашлось немало благочестивых душ, давших своим пастырям обет уделить церкви не жалкую десятину, но пять десятых своего имущества, если только господь дарует им жизнь!</p>
     <p>О друзья мои! Господь спас нас! Но он дал нам почувствовать, что такое ад, который разверзнется в судный день, когда он громовым голосом воскликнет: «Велакахао! Железо горячо!» Подумайте об этом! Подумайте о горячем железе для грешников!</p>
     <p>На третий день стало спокойнее; мой друг-проповедник и я поднялись на Мауна-Лоа и заглянули в страшный кратер Кайлу. Мы увидели бездонную пучину огненного озера, которое ревело и плескалось, выбрасывая волны и пламенную пену на сотни футов, как фейерверк в вечер Четвертого июля, который вы видели. Мы задыхались, голова кружилась от огромных облаков дыма и серы, поднимавшихся вверх.</p>
     <p>И говорю я вам: ни один богобоязненный человек не мог бы взглянуть на эту картину, не вспомнив библейской картины преисподней! Поверьте, люди, писавшие Новый завет, видели не больше нашего! Что касается меня, то я не отрывал глаз от страшной картины. Я стоял немой и трепещущий, и никогда еще не постигал я с такой ясностью величия и всемогущества бога — всех размеров его гнева и несказанных ужасов, которые ожидают нераскаявшихся грешников, не исповедавшихся и не примирившихся со своим творцом <a l:href="#n_908" type="note">[908]</a>.</p>
     <p>Но, друзья мои, вы думаете, что наши проводники-туземцы, глубоко погрязшие в язычестве, были тронуты этой сценой? Нет! Рука дьявола крепко схватила их! Совершенно равнодушные, они помнили только о своем ужине, судачили о сырой рыбе и располагались на циновках для сна. Это были исчадия сатаны, нечувствительные к величию, красоте и ужасам дел господних. Вы, к которым я теперь обращаюсь, не язычники. Что такое язычник? Это человек, обнаруживающий тупое безразличие ко всем высоким понятиям и возвышенным чувствам. Если вы хотите привлечь его внимание, не просите его заглянуть в преисподнюю! Нет, вы подарите ему горшок пои, сырую рыбу или пригласите его участвовать в низком чувственном удовольствии. О дети мои, насколько глухи они ко всему, что возвышает бессмертную душу! Мы с проповедником скорбели о них, когда глядели в преисподнюю. О друзья мои! Это был ад, тот самый ад, о котором говорится в писании, ад вечной муки для недостойных!</p>
     <p>Элис Акана находилась в экстазе страха, близком к истерике.</p>
     <p>— О господи! — бессвязно бормотала она. — Я отдам девять десятых моего имущества! Я отдам все! Я отдам даже два куска сукна пинья, оранжевое пальто и всю дюжину шелковых чулок!</p>
     <p>Когда она успокоилась настолько, что могла опять слушать, Эйбл А-Йо приступил к своему знаменитому определению вечности.</p>
     <p>— Вечность — великий срок, друзья мои! Бог живет, и, стало быть, он живет в вечности! Бог очень древен! Огонь преисподней столь же древен и столь же вечен, как бог. Иначе как могла бы существовать вечная пытка для грешников, ввергаемых господом в преисподнюю в день страшного суда, чтобы гореть там во веки веков? О друзья мои, ваш ум слаб, слишком слаб, чтобы понять вечность. Но мне по милости божьей дано внушить вам представление о крохотной частице вечности!</p>
     <p>На взморье Вайкики песка столько же, сколько звезд на небе, и даже больше; никто не может сосчитать песчинок. Если бы человеку дано было прожить миллион лет, чтобы сосчитать эти песчинки, он потребовал бы себе отсрочку. Теперь представим себе маленькую птичку со сломанным крылом, которая поэтому не может летать. Представим себе, что в Вайкикй эта птичка, лишенная возможности летать, берет песчинку в клюв и прыгает весь день и в течение многих лет продвигается к Пирл-Харбор, где и бросает эту песчинку в воду. Потом она прыгает опять целый день, и этак в течение многих дней назад, а Вайкики, за другой песчинкой. Опять она скачет всю дорогу обратно, к Пирл-Харбор. Представьте себе, что она это проделывает в течение целых годов, и столетий, и тысяч столетий, пока наконец в Вайкики не останется ни одной песчинки, а Пирл-Харбор не окажется засыпанной доверху и не превратится в сушу, на которой растут красивые деревья и ананасы. И тогда, о друзья мои, — даже тогда! — в преисподней не начнется еще восхода солнца!</p>
     <p>Элис Акана не выдержала столь неудержимого натиска, столь простого и убедительного образа вечности. Она встала, зашаталась и пала на колени у покаянной трибуны. Эйбл А-Йо еще не кончил своей проповеди, но он знал психологию толпы. Он пригласил свою паству запеть псалом и начал протискиваться между неграми, во всю мочь оравшими «аллилуйя», к Элис Акана. И прежде чем возбуждение улеглось, девять десятых его паствы и все вновь обращенные уже стояли на коленях и с громкими воплями и мольбами исповедовались во всех своих бесчисленных грехах и проступках!</p>
     <p>Почти одновременно по телефону дали знать и в Тихоокеанский клуб и в Университетский клуб, что Элис наконец исповедует душу в публичном собрании; и в первый раз за все время проповеднической деятельности Эйбла А-Йо его храм наполнился массой публики, приехавшей на собственных машинах и в таксомоторах. Прибывшие первыми созерцали любопытное зрелище: гавайцы, китайцы и другие представители разношерстных рас плавильного тигля Гавайев крались вон, спеша лизнуть из молельни Эйбла А-Йо. Но удирали большей частью мужчины; женщины остались, жадно прислушиваясь к исповеди Элис.</p>
     <p>Никогда еще на всем Тихом океане, на севере и на юге, не бывало такой изумительной исповеди, как публичное покаяние Элис Акана, кающейся Фрины Гонолулу <a l:href="#n_909" type="note">[909]</a>!</p>
     <p>— Ха! — услышали первые из прибывших, когда она очистила свою душу от главной массы мелких грехов, своих и чужих. — Вы думаете, что Стефен Макекау — сын Моисея Макекау и Минни А-Линг? Вы думаете, он имеет законное право на двести восемь долларов, которые каждый год получает от компании Парк-Ричардс за аренду рыбного пруда, сданного Биллу Конгу в Амане? Как бы не так! Стефен Макекау — не сын Моисея! Он сын Аарона Кама и Тилли Наоне! Его еще грудным младенцем Аарон и Тилли подарили Моисею и Минни. Я это знаю! Моисей, Минни, Аарон и Тилли теперь в могиле. Но я знаю правду и могу доказать! Старая миссис Поэпоэ еще жива! Я присутствовала при рождении Стефена, и ночью, когда ему было два месяца, собственноручно отнесла его к Моисею и Минни, а старая миссис Поэпоэ несла фонарь. Эта тайна — один из моих грехов! Она отвращала меня от господа! Теперь я освободилась от нее. Молодой Арчи Макекау, который собирает долги по счетам Газовой Компании, а после обеда играет в бейсбол и пьет страшно много виски, должен получать эти двести восемь долларов первого числа каждого месяца от компании Парк-Ричардс. Он протранжирит эти деньги на водку и на фордовский автомобиль. Стефен — хороший человек, а Арчи — дурной человек. К тому же он лгун и отслужил два срока каторжных работ на рифах, а до этого находился в исправительном заведении. Но бог требует правды — и Арчи будет получать эти деньги, хотя они пойдут у него прахом.</p>
     <p>Таким образом Элис перебирала воспоминания своей молодости и обильной событиями жизни. Женщины забыли, что они находятся в молельне, да и мужчины тоже, и на их лицах пылали разнообразные страсти, когда они впервые узнавали долгоскрываемые секреты своих дражайших половин.</p>
     <p>— Завтра в конторах адвокатов будет давка! — пробормотал на ухо полковнику Стилтону Мак-Илуэйн, начальник сыскного отделения, добросовестно запоминавший сообщаемые кающейся грешницей факты.</p>
     <p>Полковник Стилтон улыбнулся в ответ, хотя начальник сыщиков не мог не заметить насильственности этой улыбки.</p>
     <p>— В Гонулулу есть банкир, — продолжала Элис. — Вы все знаете, как его зовут. Он пошел в гору и попал в важные господа по милости своей жены. Ему принадлежит много акций Общих Плантаций и Междуостровной Компании…</p>
     <p>Мак-Илуэйн узнал «портрет» и перестал хихикать.</p>
     <p>— Его зовут полковником Стилтоном. В прошлый сочельник он пришел ко мне с великой алоха и отдал мне закладную на мою землю в долине Иапио на две тысячи долларов. Отчего это явилась у него ко мне такая большая алоха? Я вам расскажу…</p>
     <p>И она действительно рассказала, бросив яркий, как от прожектора, свет на разные деловые и политические махинации, долго таившиеся под спудом.</p>
     <p>— Этот грех давно на моей совести, — заключила Элис, — он отвращал мое сердце от господа! В ту пору Харолд Майлс был президентом сената; спустя неделю он купил три участка в Пирл-Харбор, заново покрасил свой дом в Гонолулу и заплатил все свои долги в клубах. Дом Рэмси в Гонолулу был завещан народу, в случае, если государство пожелает содержать его. Но если государство в течение двух лет не возьмет дома на свое содержание, он должен перейти к наследникам Рэмси, которых старый Рэмси смертельно ненавидел!</p>
     <p>Что ж, дом честь честью перешел к наследникам! Их адвокатом был Чарли Мидлтон, и он заставил меня помочь ему состряпать это дельце с членами правительства. Вот их имена… — Назвав шесть имен из обеих палат законодательного собрания, Элис прибавила: — Вероятно, после этого все они покрасили свои дома. Впервые признаюсь в этих делишках. На душе стало легче и светлее! Душа моя была до сих пор забаррикадирована от господа толстым слоем масляной краски. А Гарри Уэрзер! В то время он был членом сената. О нем рассказывали дурные вещи, и он не был переизбран. Но его дом остался без покраски. Он был честный человек. До сих пор его дом стоит некрашеным, и все это знают…</p>
     <p>…А вот еще Джимми Локендампер. Злое у него сердце! Всего лишь неделя прошла, как он перед всеми вами исповедал душу. Не всю душу обнажил он, солгал своему господу! А я не лгу господу; разговор у меня будет долгий, но я расскажу все! Вон там, направо, сидит Азалеа Акау. Венчанная же его жена — Лиззи Локендампер. Много лет тому назад он питал к Азалеа великую алоха. Вы думаете, что действительно ее дядя, уехавший в Калифорнию и там скончавшийся, оставил ей по завещанию две тысячи пятьсот долларов, которые она получила? Не дядя сделал это, я знаю! Дядя ее умер нищим в Калифорнии, и Джимми Локендампер послал в Калифорнию восемьдесят долларов похоронить старика. У Джимми Локендампера был клочок земли в Кохала, который он получил от тетки своей матери. Его венчанная жена Лиззи не знает этого. Он продал этот участок Кохальской водопроводной компании и дал две с половиной тысячи долларов Азалеа Акау…</p>
     <p>Лиззи, венчанная жена, встала, как разъяренная фурия, и вместо своего супруга, который успел убежать, вцепилась зубами и когтями в Азалеа.</p>
     <p>— Постой, Лиззи Локендампер! — воскликнула Элис. — У меня на сердце греховное бремя по твоей милости. Да и масляной краски немало!.. — И когда она кончила рассказывать, как Лиззи красила свой дом, с места вскочила в безумной ярости Азалеа.</p>
     <p>— Постой, Азалеа Акау! Теперь я хочу облегчить свою душу на твой счет, и тут не масляной краской пахнет! За покраску всегда платил Джимми. Дело касается твоей новой ванны и усовершенствованного водопровода, которые тяготят мою душу…</p>
     <p>Много, много пришлось Элис Акана рассказать о своих ближних! Она вторгалась в деловые и финансовые сферы, в жизнь знати и плебса. Никому не удалось увернуться от нее, как бы высоко или низко на общественной лестнице он ни стоял. И только в два часа утра перед зачарованной аудиторией, битком набившей молельню до самых дверей, она закончила свое повествование о темных делишках, свершавшихся в общине, с которой она так интимно срослась. И, уже кончая, опять что-то вспомнила.</p>
     <p>— Ха! — фыркнула она. — На прошлой неделе я отдала Эйблу А-Йо на покрытие текущих расходов и на пополнение бухгалтерской книги святого Петра в небесах участок, стоящий восемьсот долларов. Где же я взяла этот участок? Все вы считаете мистера Флеминга порядочным человеком. А между тем душа его более крива и уклончива, чем был вход в Пирл-Харбор перед тем, как правительство Соединенных Штатов выпрямило канал! У него сейчас болит печень, но его болезнь — кара божья, и он умрет скрюченным. Этот участок дал мне Флеминг двадцать два года тому назад, когда рыночная цена участка равнялась тридцати пяти долларам. Вы думаете, он дал его потому, что его алоха ко мне была велика? Нет! Никогда у него в душе не было никакой алоха, разве что к долларам!</p>
     <p>…Теперь слушайте. Великий грех возложил на меня Флеминг! Когда Франк Ломилоли находился в моем доме пьяный, причем за водку мне авансом заплатил ровно впятеро мистер Флеминг, я убедила Франка Ломилоли подписать бумагу, согласно которой он уступал свой городской участок за сто долларов. В ту пору этот участок стоил шестьсот долларов, а сейчас ему цена двадцать тысяч. Может быть, вы хотите знать, где находится этот участок? Я скажу вам это и сниму бремя со своей души! Он находится на Королевской улице, где теперь помещается кабачок «Милости просим», гараж Японской Таксомоторной Компании, магазин водопроводных принадлежностей Смита и Уилсона и кондитерская «Амброзия», а двумя этажами выше расположены меблированные комнаты Эдисона. Все эти постройки из дерева, и всегда их хорошо красили. Вчера их опять начали красить. Но я не позволю этой краске стать между мной и господом! Между мной и дорогой на небо не будет больше горшков с краской!..</p>
     <p>На следующий день все утренние и вечерние газеты бессовестно молчали об этом величайшем за последние годы скандале; население же Гонолулу наполовину хихикало, наполовину трепетало от ужаса, по мере того как распространялись шепотком рассказы, не всегда преувеличенные и слышавшиеся повсюду, где только встречались двое жителей Гонолулу.</p>
     <p>— Наша ошибка, — говорил полковник Стилтон в клубе, — заключалась в том, что мы с самого начала не назначили комитета безопасности, который бы следил за душой Элис!</p>
     <p>Боб Кристи, один из молодых островитян, залился смехом, таким ядовитым и громким, что от него тотчас же потребовали объяснений.</p>
     <p>— О, ничего особенного! — ответил он. — Но на пути сюда я слышал, что старого Джона Уорда только что заперли в каталажку за пьянство, безобразное поведение и за сопротивление полиции. Вы знаете, Эйбл А-Йо постоянно околачивается в полицейских участках. Ничего он так не любит, как спасти грешную душу какого-нибудь пьяницы.</p>
     <p>Полковник Стилтон посмотрел на Лэска Финнестона, и оба посмотрели на Гарри Уилкинсона. Он ответил им таким же взглядом.</p>
     <p>— Старый забулдыга! — воскликнул Лэск Финнесон. — Нечестивый пропойца! Я и забыл, что он еще жив! Изумительные способности! Никогда он не бывал трезвым, разве что во время кораблекрушения, и, насколько помню, всегда был готов пуститься во все тяжкие. А ему, наверное, под восемьдесят!</p>
     <p>— Около этого, — подтвердил Боб Кристи. — Он все еще всюду шатается, пьет, когда есть деньги, и всегда бодр, хотя не так уж силен физически и для чтения пользуется очками. Память у него изумительная. Если Эйбл А-Йо подцепит его…</p>
     <p>Гарри Уилкинсон крякнул, приготовляясь к речи.</p>
     <p>— Вот замечательный старик начал он. — Какой-то забытый осколок прошлых веков! Мало теперь людей этого типа! Он пионер. Он настоящий «камааина». И в таком преклонном возрасте беспомощно бьется в лапах полиции. Мы должны что-нибудь сделать для него в признание его тяжких трудов на Гавайях! Случайно мне стало известно, что его родина в порту Сэг. Он не видал родных мест свыше полувека! Устроим ему назавтра сюрприз: заплатим за него штраф, презентуем ему билет в порт Сэг и оплатим расходы, скажем, на годичную поездку. Я составлю комитет. Назначаю полковника Стилтона, Лэска Финнестона и себя! Что касается председателя, то кто же годится для этого больше Лэска Финнестона, который так хорошо знал Уорда в старину? Итак, возражений нет? Я назначаю Лэска Финнестона председателем комитета по сбору денег на уплату полицейского штрафа и покрытие расходов для годичного путешествия благородного пионера Джона Уорда в признание его энергии и трудов по строительству Гавайев.</p>
     <p>Возражений не последовало.</p>
     <p>— Комитет открывает секретное заседание! — возгласил Лэск Финнестон, встав и направляясь к дверям библиотеки.</p>
     <p><emphasis>Глен Эллен, Калифорния.</emphasis></p>
     <p><emphasis>30 августа 1916 года.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Берцовые кости</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>«Они сошли в преисподнюю с</p>
      <p>воинскими доспехами и положили</p>
      <p>мечи свои под голову».</p>
     </epigraph>
     <empty-line/>
     <p>— Очень было грустно видеть обращение старухи! — Принц Акули бросил боязливый взгляд в сторону дерева кукуй, под сенью которого только что уселась с работой старая вахине. — Да, — продолжал он, почти уныло кивнув мне, — в последние годы Хивилани вернулась к старым обычаям и старым верованиям, разумеется, тайно; и, верьте мне, она была настоящим коллекционером! Вы посмотрели бы ее коллекцию костей! Они у нее стояли по всей комнате в огромных сосудах; это были кости почти всех ее родственников, не считая какого-нибудь полудесятка, который Капау выхватил у нее из-под носа, первым добравшись до них. Страшно было слушать их ссоры из-за костей! У меня мурашки бегали по спине, когда я мальчиком заходил в ее огромную комнату, где царил вечный полумрак; ведь я знал хорошо, что вот в этом сосуде находится все, что осталось от моей внучатой тетки с материнской стороны, а вот в этом кувшине — мой прадед, что во всех этих сосудах хранятся останки моих предков, семя которых прошло века и воплотилось во мне, живом, полном дыхания существе! Хивилани в конце концов превратилась в подлинную туземку и спала на циновке на твердом полу: она изгнала из своей спальни огромную великолепную кровать под балдахином, подаренную ее бабушке лордом Байроном, кузеном автора «Дон Жуана», прибывшим сюда на фрегате «Блонд» в 1826 году.</p>
     <p>Она вернулась ко всем туземным обычаям; я видел, как она откусывала кусок от сырой рыбы перед тем, как бросить ее своим слугам, она давала им доедать свою пои, вообще все, что не могла сама доесть…</p>
     <p>Принц Акули вдруг оборвал повествование, и по тому, как расширились его ноздри и как изменилось выражение его подвижных черт, я понял, что он почуял что-то в воздухе и определяет запах, оскорбивший его.</p>
     <p>— Чтоб его черт побрал! — крикнул он мне. — Вонь до небес! И мне придется держать его на себе, пока нас не выручат!</p>
     <p>Насчет предмета его отвращения не могло быть ошибки: старая ведьма плела превосходнейший леи (венок) из плодов хала. Она разрезала многочисленные доли ореховидной оболочки плода на колокольчатые части, которые нанизывала на тугую крученую заболонь дерева хау. Без сомнения, запах стоял до небес, но мне, малахини, этот винный и пряный запах плода не был неприятен.</p>
     <p>Дело в том, что лимузин принца Акули сломался на расстоянии четверти мили отсюда, и нам пришлось искать приюта от солнца в этом горном жилье — настоящей беседке. Хижина была убогая, под соломенной кровлей, но зато стояла среди редких бегоний, распустивших свои нежные цветы футах в двадцати над нашей головою; бегонии походили на деревья: стебли у них были, как ствол ивы, толщиной в человеческую руку. Здесь мы освежились кокосами и послали ковбоя за несколько миль на ближайшую телефонную станцию вызвать из города машину. Нам даже виден был этот город — Олокона, столица Лаканайи, рисовавшийся за полями сахарного тростника дымкой на береговой линии, окаймленной венцом пены у рифов и голубой дымкой океана на горизонте, где остров Оаху мерцал тусклым опалом.</p>
     <p>Мауи — Долина Гавайев, а Кауаи — Садовый остров; но Каканайи, лежащий рядом с Оаху, и в прошлом, и ныне, и присно считается Жемчужным островом этой группы. Это не самый крупный, но и не самый мелкий остров; все согласны с тем, что Лаканайи — самый дикий, и самый прекрасный в своей дикости, и самый благородный из всех островов. Он дает лучшие урожаи, сахара, прекрасный жирный горный скот. Дожди на нем падают в изобилии, не причиняя, однако, вреда. На Кауаи он похож тем, что это остров первозданный и потому древнейший; его лава имела достаточно времени превратиться в богатейший чернозем, а ущелья между древними кратерами размылись до того, что стали похожи на большие каньоны реки Колорадо с бесчисленными водопадами, низвергающимися с высоты в тысячи футов; они рассыпаются пеленой пара и исчезают на полпути, спускаясь миражами радуги, как роса или частый дождик, падающий над пропастью.</p>
     <p>Впрочем, Лаканайи легко описать. Но как описать принца Акули? Чтобы узнать его, нужно изучить всю подноготную Лаканайи. А кроме того, в совершенстве узнать и остальную часть земного шара. Во-первых, принц Акули не имел ни признанного, ни законного права именоваться «принцем». Во-вторых, «Акули» — значит каракатица; так что «Принц Каракатица» — едва ли достойный титул для прямого потомка древнейших и самых высоких алии Гавайев: род древний и исключительный, в котором, по обычаю египетских фараонов, братья и сестры вынуждены были сочетаться браком по той причине, что не могли вступать в родственные отношения ни с кем ниже себя по рангу, — во всем известном им мире не было равного или более высокого рода, а династия, во всяком случае, должна была продолжаться.</p>
     <p>Я слышал певцов принца Акули (он их унаследовал от своего отца), которые рассказывали нескончаемые родословные, доказывавшие, что он — знатнейший алии во всем мире! Начиная с Вакеа (их Адам) и Папа (их Ева), они проследили генеалогию через столько поколений, сколько букв в алфавите, до Нанакаоко, первого предка, родившегося на Гавайях, жену которого звали Кахихиокалани. Еще раньше, сохраняя свой ранг, их род откололся от рода Аа, основателя двух королевских линий: Кауаи и Оахау.</p>
     <p>В одиннадцатом веке нашей эры, по свидетельству историков Лаканайи, в ту пору, когда братья женились на сестрах за неимением достойных супруг, их род получил примесь новой крови от рода, восходившего чуть ли не до неба. Некий Хоикемаха приплыл с острова Самоа на огромной двойной каноэ. Он женился на одной лаканайской алии и, когда его три сына выросли, отправился с ними на Самоа, чтобы привезти своего младшего брата. Но привез он Куми, сына Туи Мануа, род которого считался высочайшим во всей Полинезии и только на одну ступень был ниже богов и полубогов. Таким образом драгоценное семя Куми за восемь столетий до этого вошло в кровь лаканайских алии и через них по прямой линии воплотилось в принце Акули!</p>
     <p>Его я впервые встретил в офицерской столовой Черной гвардии <a l:href="#n_910" type="note">[910]</a> в Южной Африке; говорил он с оксфордским акцентом. Это случилось как раз перед тем, как знаменитый полк был изрублен в кашу при Маггерсфонтейне. Принц Акули имел такое же право на эту столовую, как и на свой акцент, ибо воспитывался в Оксфорде и находился на королевской военной службе. С ним в качестве его гостя, приехавшего «посмотреть войну», был принц Купидон. Это было его прозвище, но он настоящий принц всех Гавайев, включая и Лаканайи, а подлинный и законный титул его — Принц Иона Кухио Каланианаоле. Он стал бы королем Гавайев, если бы не произошла «революция хаоле» — аннексия. То обстоятельство, что родословная принца Купидона была ниже принца Акули, происходившего от неба, не имело значения, ибо принц Акули мог бы быть королем Лаканайи и всех Гавайев, если бы его деда в прах не расколотил первый и величайший из всех Камехамеха.</p>
     <p>Это событие произошло в 1810 году, когда процветала торговля сандаловым деревом. Тогда же смирился король Кауаи и подчинился Камехамехе. Дед принца Акули получил свою трепку и успокоился, ибо он был человек старой школы и не умел утверждать островной власти языком пороха и артиллеристов хаоле. Камехамеха, более дальновидный, уже брал к себе на службу хаоле, в том числе таких людей, как Айзек Дэвис, штурман и единственный оставшийся в живых из перебитого экипажа шхуны «Прекрасная Американка», и Джон Юнг, пленный боцман шхуны «Элинор». Айзек Дэвис с Джоном Юнгом и другими авантюристами при помощи шестифутовых медных каронад <a l:href="#n_911" type="note">[911]</a> с захваченных «Ифигении» и «Прекрасной Американки» уничтожили военные каноэ и привели в смятение сухопутных бойцов короля Лаканайи и в награду получили от Камехамехи согласно условию, Айзек Дэвис — шестьсот зрелых, жирных свиней, а Джон Юнг — пятьсот таких же парнокопытных.</p>
     <p>Итак, в результате всех этих бурных страстей, падения первобытных культур, кровожадных убийств, яростных сражений и браков с младшими братьями полубогов появился лощеный, с оксфордским акцентом, современный до кончика ногтей принц Акули, принц Каракатица, чистокровный полинезиец, живой мост через тысячу веков, мой товарищ, приятель и спутник по сломавшемуся лимузину ценой в семь тысяч долларов, застрявший вместе со мной в раю бегоний на высоте полутора тысяч футов над уровнем моря и столицы его острова Олоконы. От скуки он стал рассказывать мне о своей матери, которая на старости лет вернулась к древней религии и древнему идолопоклонству, занялась коллекционированием и окружила себя костями тех, кто был ее предками во тьме веков.</p>
     <p>— Мании коллекционирования положил начало король Калакауа на острове Оаху, — говорил принц Акули. — А его жена, королева Капиолани, заразилась от него этой страстью. Они собирали все решительно. Старые циновки макалоа, старые тапа, старые тыквенные бутылки, древние двойные каноэ и идолов, которых жрецам удалось спасти от всеобщего истребления в 1819 году <a l:href="#n_912" type="note">[912]</a>. Я давно не видал рыболовных крючков из перламутра, но могу поклясться, что Калакауа набрал их несколько тысяч, не говоря уже о крючках из человеческих челюстей, о плащах из перьев, о шлемах, каменных шильях и пестах для толчения пои. Когда он и Капиолани как короли объезжали острова, жителям приходилось прятать свои личные реликвии. Королю в теории принадлежит все имущество подданных; а у Калакауа, когда дело касалось старинных вещей, теория превращалась в практику.</p>
     <p>От них мой отец Канау заразился страстью к коллекционированию, заразилась и Хивилани. Но отец был человек современный. Он не верил ни в богов, ни в кахуна (жрецов), ни в миссионеров. Он не признавал ничего, кроме сахарных акций и породистых коней, и считал своего деда дураком за то, что тот не догадался набрать коллекцию Айзеков Дэвисов, Джонов Юнгов и медных каронад перед тем, как, начать борьбу с Камехамехой,</p>
     <p>Итак, он собирал редкости, как истый коллекционер; но мать относилась к этому делу серьезно. Вот почему она остановилась на костях. Помню также: был у нее безобразный древний каменный идол, перед которым она с воем ползала по полу. Теперь он находится в музее. Я отправил его туда после ее смерти, а ее коллекцию костей — в Королевский Мавзолей в Олоконе.</p>
     <p>Не знаю, помните ли вы, что отцом ее был Кааукуу. Это был гигант. Когда построили Мавзолей, его кости, прекрасно сохранившиеся и чистые, были взяты из тайника и перенесены в Мавзолей. У Хивилани был старый слуга Ахуна. Однажды ночью она украла у Канау ключи и заставила Ахуну выкрасть кости ее отца из Мавзолея. Я это знаю наверное. Он, без сомнения, был гигант! Она хранила его кости в одном из больших сосудов. Однажды, когда я был уже довольно большим мальчиком и горел любопытством узнать, действительно ли Кааукуу был так огромен, как рассказывали легенды, я вытащил из сосуда его нижнюю челюсть и примерил на себе. Я вдел в челюсть свою голову, и она окружила мою шею и плечи, как хомут! Все зубы сохранились в челюсти, белые, как фарфор, без единой дырочки, с нисколько не потемневшей и не потрескавшейся эмалью! За это святотатство мне задали хорошую порку, хотя матери пришлось призвать на помощь старого Ахуну. Но инцидент пошел мне на пользу. Он дал матери уверенность, что я не боюсь мертвецов, и обеспечил мне курс в Оксфорде. Вы это узнаете, если автомобиль задержится.</p>
     <p>Старый Ахуна был подлинно старозаветный слуга, верный и преданный, как раб. Он больше мог порассказать о предках моей матери и отца, чем оба они вместе. И он знал то, чего не знал ни один живой человек: вековое кладбище, где спрятаны были кости большей части предков матери и предков Канау! Канау никак не мог выудить этого секрета у старика, который видел в Канау вероотступника.</p>
     <p>Долгие годы Хивилани боролась со старым лукавцем Ахуной. Как ей наконец удалось настоять на своем, мне неизвестно. Разумеется, она была верна своей вере. Это могло способствовать тому, что Ахуна немножко размяк. А может быть, она его запугала; она знала немало древних заклятий и умела издавать звуки, показывавшие ее близкое знакомство с Ули — самым главным богом колдунов Гавайев. Она могла перещеголять любого обыкновенного кахуна-лапаау (знахаря) на молитве Лонопуха; и Колеамоку; толковала сны и видения, предзнаменования и болезни желудка; выводила на чистую воду жрецов лекарского бога Майола; заводила такие причитания пуле-хее, что у тех голова начинала кружиться; и утверждала, что знает кахуна хоэнохо — современный спиритизм! Я сам видел, как она «пила ветер», «наводила порчу» и прорицала. Она была в самых коротких отношениях с аумакуа, которым приносила жертвы на алтарях разрушенных хеиау, бормоча при этом молитвы, столь же жуткие, сколь и непонятные для меня. А старого Ахуну она заставляла бросаться на пол, завывать и кусать самого себя!..</p>
     <p>Впрочем, я убежден, что она получила над ним власть благодаря так называемой анаана. Ножницами для маникюра она отрезала прядь его волос. Мы называем это мауну, что означает — наживка. И она дала ему понять, что этот клок волос у нее. Она намекнула старику, что зарыла волосы в землю и каждую ночь приносит жертвы и заклинает Ули.</p>
     <p>— Это и есть замаливать до смерти? — спросил я принца Акули, воспользовавшись минутой, когда он закуривал папиросу.</p>
     <p>— Вот именно! — кивнул он. — И Ахуна не устоял. Сперва он пытался найти место, где были спрятаны его волосы. Не успев в этом, он нанял для того же знахаря пахиухиу. Но Хивилани пригрозила знахарю сделать над ним апо-лео — это способ лишить человека речи, не причиняя ему другого вреда.</p>
     <p>Ахуна зачах и с каждым днем все более становился похож на покойника. В отчаянии он обратился к Канау. Случайно я при этом присутствовал. Вы уже слышали, что за человек был мой отец.</p>
     <p>— Свинья! — говорил он Ахуне. — Свиные мозги! Вонючая рыба! Умирай, и пусть это кончится. Ты дурак! Все это вздор! Ровно ничего страшного! Пьяный хаоле Говард может доказать, что миссионеры неправы. Джин доказывает, что Говард неправ. Доктора говорят, что он не проживет и шести месяцев. Даже джин лжет! Жизнь также лжет. Пришли тяжелые времена, цены на сахар упали. Среди моих племенных кобыл падеж! Как бы я хотел заснуть лет на сто и, проснувшись, узнать, что цена на сахар поднялась вдвое.</p>
     <p>Отец был философ; у него был желчный ум и манера выбрасывать отрывистые афоризмы. Он хлопнул в ладоши. «Принеси большой стакан! — скомандовал он, — Нет, принеси два стакана!» Потом повернулся к Ахуне. «Ступай и подыхай, старый язычник, исчадие тьмы, язва преисподней! Но не умирай в нашем доме! Я хочу веселья и смеха, сладкого щекотания музыки и красоты молодых движений, а не карканья больных жаб и пучеглазых покойников, еще держащихся на своих дрожащих ногах! Я сам стану таким, если буду долго жить! И всегда буду жалеть, если проживу долго! За каким чертом я вложил последние две тысячи долларов в плантации Кертиса! Говард предупреждал меня, что цены упадут, а я думал, что он врет спьяна. Кертис размозжил себе голову, его главный «луна» бежал с его дочерью, химик сахарного завода заболел тифом, все пошло к черту!»</p>
     <p>Отец захлопал в ладоши, вызывая слуг, и скомандовал: «Приведите певцов! И танцовщиц хула, да побольше! И пошлите за старым Говардом. Кому-нибудь надо же расплачиваться, и я хочу сократить на месяц оставшиеся ему полгода жизни. Но главное — музыка! Пусть будет музыка! Она крепче хмеля и быстрей опиума!»</p>
     <p>О, эта врачующая музыка! Его отца, старого дикаря, однажды угощали на борту французского фрегата, и там он в первый раз в жизни услышал оркестр. Когда маленький концерт кончился, капитан спросил любезно гостя, что ему понравилось больше всего. Деду пришлось «описать» эту музыку, и как вы думаете, что ему понравилось?</p>
     <p>Я отказался угадывать; принц закурил новую папироску.</p>
     <p>— Разумеется, первое, но не музыкальное произведение, а настраивание инструментов.</p>
     <p>Я кивнул, изобразив в глазах и на лице улыбку, а принц Акули, снова бросив опасливый взгляд на старую вахине и на ее халалеи, который она успела наполовину сплести, вернулся к повествованию о костях своих предков.</p>
     <p>— Так вот, в этой стадии игры старый Ахуна уступил Хивилани. Нельзя сказать, чтобы он окончательно сдался. Но он пошел на компромисс. Если он доставит ей кости ее деда (отца Кааукуу, бывшего, по преданиям, еще рослее своего сына-гиганта), она вернет Ахуне его прядь волос, при помощи которой начала «замаливать его до смерти». Ахуна, со своей стороны, поставил условием, что его не заставят выдать тайну всего кладбища с прахом всех лаканайских алии до седой древности. Но так как он был слишком дряхл, чтобы в одиночку пуститься в столь рискованную экспедицию, то ему должен был помочь кто-нибудь, кому поневоле пришлось бы узнать тайну. И выбор пал на меня! Я был самый высокий алии после моих отца и матери, и они были отнюдь не выше меня рангом!</p>
     <p>Так я появился на сцене; меня вызвали в сумрачную комнату, где я застал двух старых людей, якшавшихся с мертвецами. Замечательная была парочка: мать — растолстевшая до безобразия, и Ахуна — тощий, как скелет. Мать производила впечатление, что если положить ее на спину, то она не сможет повернуться без помощи блоков и веревок; Ахуна же наводил на мысль, что если эту зубочистку ткнуть, то она расколется на тонкие щепочки.</p>
     <p>Когда они объяснили мне, в чем дело, пришла новая пиликиа (беда). Отец заразил меня своим неверием. Я отказался отправиться на похищение костей! Я заявил, что мне плевать на кости всех алии моего рода! Видите ли, я незадолго перед тем открыл Жюля Верна, которого мне дал старый Говард, и зачитывался им до одурения. Кости? На что мне кости, когда существуют северные полюсы, центры земли и хвостатые кометы, на которых можно путешествовать среди звезд! Разумеется, я не желаю отправляться ни в какую экспедицию за костями. Я сказал, что отец еще здоровый человек и может отправиться куда надо, поделив с матерью кости, какие добудет. Но мать ответила, что он только жалкий коллекционер, что-то в этом роде, лишь в более сильных выражениях.</p>
     <p>«Я знаю его! — уверяла она меня. — Он готов прозакладывать кости родной матери на бегах или проиграть в карты».</p>
     <p>Я стоял за отца, когда дело касалось современного скептицизма, и объявил матери, что все это вздор, «Кости? — сказал я. — Что такое кости? Даже у белых мышей, у крыс и у тараканов есть кости, хотя тараканы носят свои кости поверх мяса, а не внутри его. Разница между человеком и другими животными, — объяснил я матери, — не в костях, а в мозгах. Помилуй, у быков кости куда крупнее, чем у человека, и сколько я съел рыб, у которых куда больше костей! А за китом — так и всем не угнаться по части костей!»</p>
     <p>Выражался я весьма откровенно: такова уж наша гавайская манера, если вы знаете. В ответ на это с такой же откровенностью мать пожалела, что не вышвырнула меня вон грудным младенцем, сейчас же после моего появления на свет. Потом стала оплакивать час моего рождения. Отсюда оставался только шаг до анаана — до того, чтобы проклясть меня. Она пригрозила мне этим, и тогда я совершил величайший подвиг мужества в своей жизни! Старый Говард подарил мне нож со множеством лезвий, со штопором, с отвертками и всякими штуками, включая маленькие ножницы. Я начал подстригать себе ногти.</p>
     <p>— Вот! — сказал я, выложив ей на руку обрезки. — Смотри, что я думаю об этом! Вот тебе сколько угодно, иди и наводи на меня порчу анаана, если можешь!</p>
     <p>Я сказал, что это был мужественный поступок. Несомненно так. Мне было всего пятнадцать лет, всю свою жизнь я провел в окружении таинственных предметов, тогда как мой скептицизм совсем недавнего происхождения покрывал меня весьма тонким слоем. Я мог быть скептиком на дворе, под лучами солнца. Но я боялся потемок. И в этой сумрачной комнате, с костями покойников, повсюду лежавшими в огромных сосудах, старуха пугала меня. Но я не сдавался, и моя бравада оказалась сильнее: мать бросила обрезки ногтей мне в лицо и залилась слезами. Слезы пожилой женщины, весящей триста двадцать фунтов, маловнушительны, и я закоснел в своей гордыне!</p>
     <p>Тогда она переменила тактику и принялась беседовать с мертвецами. Мало того, она их вызывала в комнату! Я ничего не видел, Ахуна же умудрился заметить отца Кааукуу в углу комнаты, упал на пол и взвыл. Стало и мне казаться, что я почти видел старого исполина, только не мог как следует разглядеть его.</p>
     <p>«Пусть он сам за себя говорит!» — сказал я. Но Хивилани продолжала говорить за покойника и передала мне торжественное повеление отправиться с Ахуной на кладбище и привезти кости, нужные ей. На это я ответил, что если мертвецов можно убедить изводить живых людей изнурительными болезнями и если мертвецы могут переноситься из места своего погребения в угол комнаты, то я не понимаю, почему бы им, прощаясь с нами для возвращения в среднюю вселенную, верхнюю вселенную, нижнюю вселенную или вообще туда, где они живут, когда не ходят в гости, не оставить своих костей в комнате, где их так удобно положить в сосуды.</p>
     <p>После этого мать взялась за бедного старика Ахуну. Она напустила на него дух отца Кааукуу, который будто бы прикорнул в углу и приказывал Ахуне открыть ей тайну кладбища. Я пытался ободрить Ахуну, советовал предложить покойнику самому открыть этот секрет: ведь он знает его лучше кого бы то ни было, раз живет там уже больше ста лет. Но Ахуна был человек старой школы. Скептицизма в нем не было ни на йоту! Чем больше стращала его Хивилани, тем больше катался он по полу и тем громче хныкал.</p>
     <p>Но когда он начал кусать себя, я сдался. Мне стало жаль старика, да и залюбовался я им. Это был изумительно твердый человек, несмотря на всю духовную темноту! Обуянный страхом тайны, тяготевшей над ним, простодушно веря в заклинания Хивилани, он был раздираем внутренними противоречиями. Мать была его живая алии, его алии капо (священная предводительница). Он должен был хранить верность ей, но еще больше обязан был верностью всем мертвым и исчезнувшим алии, которые полагались на него, уповая, что он не даст потревожить их кости.</p>
     <p>Я сдался. Но и я выставил свои условия! Отец мой, человек новой школы, не пускал меня в Англию учиться; падение цен на сахар было для него достаточной причиной. Моя мать, человек старой школы, также отказывала мне в этом: своей темной душой она мало ценила образование, но понимала, что образование ведет к неверию, к неуважению старины. А я хотел учиться, хотел изучать искусства, науки, философию, знать все, что знает старый Говард, все, что позволяло ему, стоя одной ногой в могиле, бесстрашно насмехаться над суевериями и давать мне читать Жюля Верна. Он в свое время учился в Оксфордском университете и заразил меня тягой к Оксфорду.</p>
     <p>Кончилось тем, что Ахуна и я, старая школа и новая школа, заключили между собой союз и победили. Мать обещала заставить отца послать меня в Англию, хотя бы даже пришлось напоить его. Говард будет сопровождать меня, дабы я мог пристойно похоронить его в Англии. Чудак он был, этот старый Говард! Позвольте рассказать вам о нем маленький анекдот. Это было в ту пору, когда Калакауа отправился в свое кругосветное путешествие — помните, еще Армстронг, Джад и пьяный лакей немецкого барона сопровождали его. Калакауа предложил Говарду…</p>
     <p>Но тут на принца Акули свалилась беда, которой он давно опасался. Старая вахине окончила свой халалеи! Босоногая, без всяких женских украшений, одетая в рубаху из полинялой бумазеи, с увядшим, старым лицом и изуродованными работою руками, она пала перед ним ниц и затянула в его честь меле, предварительно надев ему на шею леи. Правда, хала одуряюще пахла, но поступок старухи был прекрасен, и сама старуха показалась мне прекрасной — под свежим впечатлением рассказа я невольно представил себе, что она похожа на Ахуну.</p>
     <p>О, действительно, быть алии на Гавайях, даже во вторую декаду двадцатого века, — вещь нелегкая! Алии при всей своей современности должен быть снисходителен и величественно внимателен к старым людям, целиком принадлежащим прошлому. И этот принц без королевства — его возлюбленный остров давно уже был аннексирован Соединенными Штатами, присоединен к их территории вместе с остальными Гавайскими островами, — этот принц ничем не выдал своего отвращения к запаху хала! Он наклонил голову, и его приветливые слова, произнесенные на чистом гавайском языке, без сомнения, остались в сердце старухи счастливым воспоминанием до конца ее дней. Гримаса, которую он украдкой сделал в мою сторону, не появилась бы на его лице, если бы оставалась хоть малейшая вероятность, что старуха заметит ее.</p>
     <p>— Итак, — начал принц Акули после того, как вахине удалилась, — мы с Ахуной отправились на нашу авантюру. Вы слыхали о Железном Береге?</p>
     <p>Я кивнул; мне очень хорошо знакома картина этих берегов, образованных застывшей лавой и как бы окованных железом; ни для высадки, ни для якоря там совершенно нет места; видны только страшные, отвесные стены утесов высотою в тысячи футов; вершины их уходят в облака и исчезают в дождевых шквалах, а основания омываются огромными волнами, разлетающимися мириадами брызг; и днем и ночью от облаков до моря здесь стоит пелена пара от скачущих водопадов и непрестанно играют лунные и солнечные радуги. Так называемые долины, а в действительности трещины прорезывают кое-где циклопические стены, открывая путь к безумно высоким и отвесно обрывистым плоскогорьям, почти недоступным ноге человека, и только дикие козы отваживаются туда забираться.</p>
     <p>— Очень мало вы знаете о нем! — возразил принц Акули. — Вы видели этот берег с палубы парохода. А ведь там есть обитаемые долины, из которых нет выхода сушей! Туда можно проникнуть только в каноэ в определенные дни двух месяцев в году. Когда мне было лет двадцать восемь, я забрался однажды в одну такую долину охотиться. Налетевшее ненастье приковало нас там на три недели. Тогда пятеро из моей компании, и я в том числе, решили выбраться вплавь через буруны. Трое действительно добрались до каноэ, ожидавших нас. Двое других были отброшены на берег, каждый со сломанной рукой. А вся остальная компания осталась там до следующего года, выбравшись лишь через десять месяцев! В их числе был Уилсон. Он был помолвлен и собирался жениться.</p>
     <p>Я видел однажды, как коза, подстреленная охотником с плоскогорья, упала у моих ног, слетев с высоты в тысячу ярдов! Поверите ли, в течение десяти минут с плоскогорья, казалось, сыпался дождь из коз и камней! Один из моих людей с каноэ сорвался с тропинки между двумя крохотными долинами Аипио и Луно. Он сперва ударился о камень, торчавший на полторы тысячи футов ниже нас, а затем отлетел на скалистый выступ еще футов на триста. Мы не хоронили его. Мы не могли до него добраться. Там и лежат его кости и, если не случится землетрясения или извержения вулкана, будут лежать до судного дня.</p>
     <p>Бог мой! На днях только, когда наш комитет, конкурирующий с Гонолулу по части привлечения туристов, созвал инженеров выяснить, что стоило бы провести живописную дорогу по Железному Берегу, оказалось, что она обойдется никак не меньше четверти миллиона долларов за милю!</p>
     <p>И вот мы с Ахуной, старик и мальчишка, отправились на этот негостеприимный берег в каноэ, в котором гребли старики! Самому молодому из них, рулевому, было за шестьдесят, остальным же никак не меньше семидесяти каждому. Их было восемь человек, и вышли мы в море в ночное время, так что никто не видал нашего отхода. И даже эти старики, пользовавшиеся доверием всю свою жизнь, знали тайну только краешком уха! И только до края этой тайны они могли довезти нас!</p>
     <p>А на этом краю — теперь я могу вам сказать — лежала долина Понулоо. Мы добрались туда на третий день перед вечером. Дряхлые гребцы выбивались из сил. Потешная была экспедиция! В бурных волнах время от времени кто-нибудь из престарелых матросов лишался сил и падал без чувств! Один даже умер на второе утро! Мы похоронили его, выбросив за борт. Как страшны языческие церемонии, с которыми седые старцы хоронили своего собрата! А мне было всего пятнадцать лет; по крови и по языческому наследственному праву я был над ними алии капо, это я-то, начитавшийся Жюля Верна и собиравшийся вскоре уехать в Англию учиться! Отец мой был философом, который в собственной жизни прошел всю историю человека, от человеческих жертвоприношений и поклонения идолам до самого бесшабашного атеизма! Не удивительно, что и он, подобно древнему Экклезиасту, видел во всем суету, а отдых находил в сахарных акциях, певцах и танцовщицах хула!</p>
     <p>Принц Акули умолк и задумался.</p>
     <p>— Ну что же, — вздохнул он, — и я проделал длинный жизненный путь. — И он с отвращением втянул в себя запах халалеи, душивший его. — Смердит стариной! — засвидетельствовал он. — А я?.. Я воняю современностью! Отец мой был прав. Приятней всего — это когда цена на сахар поднимается на сто процентов или четыре туза выпадают в игре в покер. Если великая война продлится еще год, я наживу чистых три четверти миллиона на каждый миллион! Если завтра будет заключен мир и упадут цены, то я назову вам сотни людей, которые перестанут получать от меня пенсии и вернутся в старые туземные домишки, которые мы с отцом давно им подарили.</p>
     <p>Принц хлопнул в ладоши, и старая вахине приплелась к нему со всей торопливой услужливостью, на какую была способна. Она раболепно простерлась перед ним, а он вытащил записную книжку и карандаш из внутреннего кармана.</p>
     <p>— Каждый месяц, о старая женщина нашего древнего рода, — обратился он к ней, — ты будешь получать по сельской почте клочок писаной бумаги, который сможешь обменять у любого лавочника и в любом месте на десять долларов золотом. Это тебе на все время твоей жизни! Смотри! Вот я записываю это на память вот этим карандашом на этой бумаге. Это потому, что ты моего рода и моей службы. Потому, что в сей день ты почтила меня своими циновками и трижды благословенным и трижды восхитительным халалеи!</p>
     <p>А ко мне он обратил усталый взор скептика, прибавив:</p>
     <p>— А если я завтра умру, то адвокаты станут оспаривать не только мое завещание, но даже мои благодеяния и назначенные мною пенсии; они поставят даже под сомнение ясность моего рассудка!</p>
     <p>Так вот то была подходящая пора года; но с нашими старцами на веслах мы не решились высадиться, пока не собрали на крутом берегу половины населения долины Понулоо. Затем мы сосчитали волны, выбрали наилучшую и доверились ей. Разумеется, каноэ опрокинуло, разнесло вдребезги, но собравшиеся на берегу извлекли нас на сушу невредимыми.</p>
     <p>Ахуна стал распоряжаться. С наступлением ночи всем следует оставаться в своих домах, собаки должны быть привязаны и морды их обвязаны так, чтобы лая не было слышно! И вот в ночную пору мы с Ахуной отправились в экспедицию, и никто не знал, пошли ли мы вправо, влево или вверх по долине. Мы несли с собой вяленые ломтики мяса, твердую кашу пои и сушеный аку, и по количеству провизии я понял, что мы будем отсутствовать несколько дней. О, какая дорога! Подлинная лестница Иакова на небо, так как первая же пали почти отвесно ниспадала с высоты трех тысяч футов. И весь этот путь мы проделали впотьмах!</p>
     <p>На вершине, абсолютно невидимые из долины, которую мы покинули, мы спали до рассвета на твердом камне во впадине, знакомой Ахуне. В ней было так тесно, что мы еле втиснулись. Старик, боясь, как бы я не стал ворочаться в беспокойном юношеском сне, лежал с наружной стороны, обхватив меня руками. На рассвете я понял почему: между мною и обрывом едва было три фута пространства! Я подполз к обрыву, заглянул вниз — и вид этой бездны в сером рассвете заставил меня содрогнуться! Еле-еле я разглядел море прямо под собой на расстоянии полумили. И на такую высь мы поднялись в темноте!</p>
     <p>В следующей долине, совсем крохотной, мы нашли следы древнего поселения, но ни одной живой души. Путь был такой же, головокружительные тропки вверх и вниз по отвесным стенам долины, и так из долины в долину. Старый, изможденный Ахуна, казалось, таил в себе неисчерпаемые силы! Во второй долине жил в одиночестве старый прокаженный. Он не знал меня, и, когда Ахуна сказал ему, кто я такой, он стал пресмыкаться у моих ног, чуть не обнимая их и своим безгубым ртом бормоча меле в честь моего рода.</p>
     <p>Следующая долина оказалась той, которая нам была нужна. Она была длинная и настолько узкая, что на дне ее негде было сажать таро даже для одного человека. Она не имела и берега, ибо поток, размывший в пали эту долину, низвергался водопадом с высоты нескольких сот футов. Это был голый пласт размытой лавы, на котором только кое-где могла укрепиться корнями горная растительность. Много миль прошли мы по этой извилистой трещине между отвесными стенами и забрались в горный хаос, лежащий далеко за Железным Берегом. На какое расстояние мы углубились в эту долину, я не знаю, но, судя по количеству воды в реке, очень далеко. Мы не добрались до конца долины. Я видел, что Ахуна окидывает взглядом встречающиеся вершины, и понял, что он определяет место одному ему известным способом. Когда мы наконец остановились, то это произошло для меня как-то вдруг, совершенно неожиданно. Очевидно, линии, которые он мысленно проводил, здесь скрещивались. Он сбросил часть провизии и снаряжение, которое нес на себе. Здесь было место, которое мы искали. Я оглядывался во все стороны, на жесткие неумолимые стены, лишенные растительности, и не мог себе представить, какое возможно кладбище в этом твердом камне.</p>
     <p>Мы поели, потом разделись для работы. Ахуна позволил мне оставить на себе только рубашку. Он стоял возле меня на краю глубокого пруда, тоже раздетый и страшно костлявый.</p>
     <p>«Спустись в пруд в этом месте, — сказал он. — Спускаясь, ощупывай камень рукой, и на глубине десяти футов нащупаешь яму, пещеру. Войди в нее головою вперед, но войди медленно — края лавы остры и могут рассечь тебе голову и тело».</p>
     <p>«А потом?» — спросил я. «Ты увидишь, что ход расширяется, — был ответ. — Когда пройдешь по этому коридору шестьдесят футов, потихоньку начни подниматься, и голова твоя выйдет из воды в темноте. Там жди меня! Вода очень холодная!»</p>
     <p>Мне это не понравилось; я ожидал не холодной воды и не потемок, а костей. «Иди первым!» — сказал я. Старик стал уверять, что не может. «Ты алии, мой принц! — ответил он. — Нельзя, чтобы я вперед тебя вошел в священное хранилище костей твоих царственных предков!»</p>
     <p>Но путешествие не улыбалось мне. «Брось эту болтовню о принце! — ответил я ему. — Это все вздор! Иди первым, я никому не расскажу об этом!» «Мы должны угождать не только живым вождям, — настаивал он, — но еще более того мертвецам. Мы не можем лгать усопшим!»</p>
     <p>Мы начали спорить, и с полчаса дело стояло на мертвой точке. Я не хотел, а он не мог. Он попробовал наконец задеть мою гордость. Он стал воспевать геройские подвиги моих предков; особенно мне запомнилась песнь о Мокомоку, моем прадеде и гиганте — отце гиганта Кааукуу, в которой говорилось, что во время сражения Мокомоку трижды бросался на своих врагов, хватал рукой за шею по воину и стукал их головами, пока они не умирали. Но не это меня убедило. Мне просто стало жаль старого Ахуну. Он был положительно вне себя от страха, что экспедиция может сорваться! А я восхищался стариком, вспоминая, как он спал между мною и бездной, оберегая мою жизнь.</p>
     <p>Итак, повелительным тоном, как настоящий алии, я промолвил: «Ты тотчас же последуешь за мной!» — и нырнул. Все, что он сказал, оказалось правдой. Я нашел вход в подземный коридор, осторожно проплыл его, порезав плечо об острый выступ лавы, и вынырнул в потемках из воды. Не успел я сосчитать и трех десятков, как он вынырнул рядом, положил на меня руку, чтобы удостовериться, я ли это, и приказал мне проплыть впереди его сотню футов. Тут мы нащупали дно и влезли на камни. А света все не было, и я, помню, радовался тому, что сюда не могут забраться многоножки!</p>
     <p>Ахуна имел при себе нечто вроде бутылки из кокосового ореха, плотно закупоренной; в ней был китовый жир, вероятно, попавший на берег Лаканайи лет за тридцать до этого. Изо рта он вынул непромокаемую спичечную коробку, составленную из двух пустых ружейных патронов. Он зажег фитиль, плававший в масле. Я осмотрелся — и меня постигло разочарование. Это был не погребальный склеп, а просто труба из лавы, какие встречаются на всех здешних островах.</p>
     <p>Сунув мне в руку светильник, Ахуна предложил идти вперед, предупредив, что путь будет длинный, но не очень. Путь оказался длиной по крайней мере в милю, по моим соображениям, а иногда мне казалось — миль в пять; дорога шла в гору. Когда наконец Ахуна остановил меня, я понял, что мы близки к цели. Он стал тощими коленями на остроконечные глыбы лавы и обхватил мои колени костлявыми руками. Свободную мою руку он положил себе на голову и принялся воспевать дрожащим, надтреснутым голосом всех моих предков и их высокие достоинства. Окончив, он промолвил:</p>
     <p>«О том, что ты здесь увидишь, не рассказывай никому, ни Канау, ни Хивилани. В Канау нет ни капли святости. Душа его полна сахаром и конскими заводами. Я знаю, он продал плащ из перьев, который носил его дед, английскому коллекционеру за восемь тысяч долларов и на другой же день проиграл деньги на игре в поло между Мауи и Аахау. Хивилани, мать твоя, полна святости. В ней слишком много святости. Она стареет, слабеет головою и не в меру якшается с колдунами…»</p>
     <p>«Хорошо, — ответил я. — Я никому не скажу. Если бы я рассказал, мне пришлось бы еще раз поехать сюда. А я не хочу повторять путешествие. Найду какую-нибудь другую прогулку. Этого я не стану больше проделывать!»</p>
     <p>«Хорошо, — проговорил он и поднялся, отступив, чтобы я вошел первым. И прибавил: — Твоя мать стара; я, как обещал, принесу ей кости ее матери и ее деда. Довольно ей до самой смерти; если же я умру раньше ее, так ты позаботься, чтобы все кости ее семьи были помещены в Королевский Мавзолей».</p>
     <p>Я осмотрел музеи на всех островах, — продолжал принц Акули, — и должен сказать, что все их коллекции, собранные вместе, не могут сравниться с тем, что я видел в погребальной пещере Лаканайи. Подумайте! У нас недаром самая высокая и древняя родословная на островах. Здесь было все, о чем я слыхал или мечтал, и многое, о чем я не имел представления. Пещера была изумительная! Ахуна бормотал молитвы и меле, расхаживал кругом, зажигал лампады с китовым жиром. Здесь лежали все наши гавайские предки от начала гавайских времен, связки костей, бережно завернутые в гапа; ну, точь-в-точь посылочное отделение почтовой конторы!</p>
     <p>А какие предметы! Кахили от небольших кисточек, которыми отгоняют мух, до царственных регалий, огромныx, как похоронные плюмажи, с ручками от полутора до пятнадцати футов длины. И какие ручки! Из дерева кауила, инкрустированные перламутром или слоновой костью с искусством, вымершим среди наших мастеров более ста лет назад! Это было королевское фамильное хранилище. Впервые я тут увидел вещи, о которых раньше только слыхал, как, например, пахоа, сделанные из китового уса, подвешиваемые за косички из человеческих волос и носимые на груди только самыми высокими вождями!</p>
     <p>Сколько тут было тапа и циновок самых редких и древних сортов, плащей, леи, шлемов, совершенно бесценных, кроме совсем обветшавших, из перьев самых редкостных птиц — мамо, иви, акакапе, иоо! Один плащ из перьев мамо был лучше самого дорогого плаща в Египетском музее Гонолулу, а ведь те ценятся от полумиллиона до миллиона долларов. Я невольно подумал: «Какое счастье, что Канау ничего об этом не знает!»</p>
     <p>Какая масса предметов! Резные тыквы и кубышки, скребки из раковин, сети из волокон олона, джонка из йе-йе, рыболовные крючки из всякого рода костей, ложки из раковин. Музыкальные инструменты давно забытых веков — укуке и носовые флейты — киокио, на которых играют ноздрей, заткнув другую. Табу — чаши для пои, для мытья пальцев, шилья божков-леворучек, резанные из лавы плошки, каменные ступки и песты. И тесла, целые груды их, от маленьких, в унцию весом, для тонкого ваяния идолов и до пятнадцатифунтовых для рубки деревьев, и все это с чудесными рукоятками.</p>
     <p>Были тут каэкееке — эти наши древние барабаны: куски выдолбленного кокосового ствола, на одном конце обтянутые кожей акулы. Ахуна показал мне первый каэкееке на всех Гавайях и рассказал его историю. Невероятно древняя вещь! Он даже боялся прикасаться к ней, чтобы она не рассыпалась прахом; обрывки кожи еще висели на барабане.</p>
     <p>«Это самый древний каэкееке, отец всех наших каэкееке! — говорил Ахуна. — Кила, сын Моикехи, привез его из далекой Райатеа на Южном океане. Сын Килы, Кохаи, приплыл оттуда же; его не было десять лет, и он привез с собой с Таити первые плоды хлебного дерева, которые пустили ростки и размножились на гавайской земле».</p>
     <p>А кости, кости! Рядом с маленькими связками лежали целые скелеты, завернутые в тапа и положенные в каноэ для одного, двух и трех гребцов из драгоценного дерева коа с резными украшениями из дерева виливили. Возле безжизненных костей лежали воинские доспехи — старые, заржавленные пистолеты, пищали и пятиствольные пистоли, длинные кентукийские винтовки, мушкеты, которыми торговала еще Компания Гудзонова залива <a l:href="#n_913" type="note">[913]</a>, кинжалы из зубов акулы, деревянные кортики, стрелы и копья с деревянными наконечниками, обугленными на огне, что придает им железную твердость.</p>
     <p>Ахуна сунул мне в руку копье с наконечником из заостренной, длинной берцовой кости человека и поведал историю копья. Предварительно, однако, он развернул длинные кости, плечевые кости и кости ног из двух связок; точь-в-точь вязанки хвороста! «Это, — объявил Ахуна, показывая содержимое одной из связок, — Лаулани; она была женой Акаико, кости которого (ты их держишь теперь в руке, они, заметь, много крупнее) были облечены плотью рослого семифутового мужчины, весившего триста фунтов триста лет тому назад. А этот наконечник копья сделан из берцовой кости Кеолы, могучего борца и скорохода своего времени. Он полюбил Лаулани, и она бежала с ним. И в давно забытой схватке на песках Калини Акаико прорвал фронт врага, схватил Кеолу, любовника своей жены, бросил его наземь и перепилил ему шею ножом из акульей челюсти. Встарь, как и всегда, мужчина бился с мужчиной из-за женщины. А Лаулани была прекрасна; подумай, Кеола из-за нее превратился в наконечник копья! Она сложена была, как богиня, тело ее было, как полная чаша восторгов, а пальцы, с раннего детства ломи (массированные), были крохотные и тонкие. Десять поколений помнили ее красоту! Певчие твоего отца и сейчас воспевают ее прелести в хула, названной по ее имени. Вот какова была Лаулани, которую ты держишь в своих руках!»</p>
     <p>Ахуна смолк, а я, обуреваемый мыслями, все смотрел и смотрел на кости. Старый пьяница Говард давал мне читать Теннисона, и я часто уносился мечтой в «Королевские идиллии» <a l:href="#n_914" type="note">[914]</a>. «Вот, было таких же трое, — размышлял я, — Артур, Ланселот и Джиневра. И вот чем все это кончилось, вся жизнь, борьба, устремления и любовь! Усталые души давно погибших людей заклинают теперь толстые старухи и шелудивые колдуны, а кости их оценивают коллекционеры, проигрывают в карты и на конских скачках или продают за наличные деньги, помещают их в сахарные акции…»</p>
     <p>Меня точно озарило. В этом погребальном склепе я получил великий урок. И я сказал Ахуне: «Копье с наконечником из берцовой кости Кеолы я возьму себе. Я его никогда не продам, оно всегда будет со мной».</p>
     <p>«А для чего?» — спросил он. И я ответил: «Для того, чтобы созерцание его укрепляло меня в резвости рук и в твердости ног на земле; я буду знать, что мало кому на земле достается счастье оставить памятку о своем «я» хотя бы в виде наконечника для копья через три столетия после кончины…»</p>
     <p>И Ахуна, склонив голову, превознес мою мудрость. Но в этот момент давно сгнившая веревка из волокон олоны порвалась, скорбные кости Лаулани вырвались из моих рук и рассыпались по каменистому полу. Одна берцовая кость, отскочив, упала в тень лодочного носа, и я решил взять ее с собой. Я стал помогать Ахуне собирать и связывать кости, чтобы он не заметил похищенной мною.</p>
     <p>«А вот, — говорил Ахуна, представляя меня другому моему предку, — твой прадед Мокомоку, отец Кааукуу. Смотри, какие огромные кости: он был великан! Я понесу его, ибо тебе трудно будет нести тяжелое копье Кеолы. А вот Лелемахоа, твоя бабушка, мать твоей матери; ее понесешь ты. День теперь короток, а мы должны проплыть под водой прежде, чем тьма сокроет солнце от мира».</p>
     <p>Туша лампады погружением фитиля в масло, Ахуна не заметил, как я подложил берцовую кость Лаулани к костям моей бабушки.</p>
     <p>Рев автомобиля, присланного наконец из Олоконы нам на выручку, прервал рассказ принца. Мы попрощались с древней вахине. Когда мы отъехали с полмили, принц Акули возобновил повествование.</p>
     <p>— Итак, мы с Ахуной вернулись к Хивилани, и, к ее счастью, которое длилось до самой ее смерти, — а умерла она в следующем году — в сосудах ее сумеречной комнаты покоилось еще двое из ее предков. Она сдержала свое обещание и уговорила отца отправить меня в Англию. Я взял с собой старого Говарда; он воспрянул духом и опроверг докторов — только через три года я похоронил его в недрах семейного склепа! Иногда мне кажется, что это был самый умный человек, которого я когда-либо знал! Ахуна же умер только после моего возвращения из Англии, умер последним хранителем наших тайн алии. И на смертном одре снова взял с меня клятву: никогда не открывать места нахождения безымянной долины и никогда туда не возвращаться!</p>
     <p>Я забыл вам рассказать о многом, что я видел в пещере в тот единственный раз. Там были кости Куми, почти полубога, сына Туи Тануа из Самоа, который взял жену из моего рода, чем приобщил мою родословную к небесам. Там же были и кости моей прабабушки, той, что спала на кровати, преподнесенной ей лордом Байроном. Ахуна намекнул на легенду, объяснявшую причины этого дара, а также упомянул об исторически удостоверенном факте продолжительной стоянки «Блонда» в Олоконе. И я держал в руках эти бедные кости, кости, некогда облаченные плотью красавицы, кипевшей умом и жизнью, горевшей любовью, обнимавшей любимого руками, ласкавшей его глазами и губами и зачавшей меня в глубине поколений. Это были прекрасные переживания! Правда, я человек современный. Я не верю ни в старинную дребедень, ни в кахуна. А все же в этой пещере я видел такие вещи, о которых не смею сказать вам и которые после смерти Ахуны знаю только я один! У меня нет детей. Со мной прекращается мой древний род. У нас теперь двадцатый век, и мы пахнем бензином. И все же эти невысказанные тайны умрут со мной! Я никогда не возвращусь в древний склеп. И в будущем ни один человеческий глаз не увидит его никогда до той минуты, когда землетрясения раздерут грудь земли и вышвырнут тайны, зарытые в сердце гор!</p>
     <p>Принц Акули умолк. С явным облегчением он снял с шеи халалеи, фыркнул и, вздохнув, украдкой швырнул венок в кусты.</p>
     <p>— Ну, а что же сталось с берцовой костью Ааулани? — тихонько спросил я.</p>
     <p>Он молчал, пока мы не пролетели добрую милю лугов, сменившихся плантациями сахарного тростника.</p>
     <p>— Она теперь у меня, — ответил он наконец. — И возле нее лежит Кеола, убитый прежде времени и превращенный в наконечник копья за любовь к женщине, кость которой покоится возле его кости. Этим бедным трогательным костям я обязан в жизни больше, чем всему остальному! Они попали в мои руки в период возмужания. Они совершенно изменили весь уклон моей жизни и направление моего ума! Они научили меня скромности и смирению, поколебать которые не удалось даже состоянию моего отца! Как часто, когда женщина готова была завладеть моей душой, я шел смотреть на берцовую кость Лаулани. И как часто, в минуты гордой самоуверенности, беседовал я с останками Кеолы на конце копья — Кеолы, быстрого бегуна, могучего борца и любовника, похитителя жены своего короля! Созерцание их всегда успокаивает меня, и могу даже сказать, что я построил на них свою веру и практику жизни!</p>
     <p><emphasis>Вийкики, Гонолулу, Гавайские острова.</emphasis></p>
     <p><emphasis>16 июля 1916.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Дитя воды</p>
     </title>
     <p>Я лениво слушал бесконечные песни Кохокуму о подвигах и приключениях полубога Мауи, полинезийского Прометея, выудившего сушу из пучин океана прикрепленной к небу удочкой, поднявшего небо, под которым раньше люди ходили на четвереньках, не имея возможности выпрямиться, остановившего солнце с его шестнадцатью перепутанными ногами и заставившего его медленнее двигаться по небу; очевидно, солнце было членом профессионального союза и признавало шестичасовой рабочий день, тогда как Мауи стоял за открытый цех, за двенадцатичасовой рабочий день.</p>
     <p>— А вот это, — говорил Кохокуму, — из семейной меле королевы Лилиукалани <a l:href="#n_915" type="note">[915]</a>:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мауи расшевелился и стал сражаться с солнцем</v>
       <v>При помощи силка, который он расставил.</v>
       <v>И солнце было побеждено зимою,</v>
       <v>А лето победил Мауи…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Будучи сам уроженцем Гавайских островов, я лучше знал местные мифы, чем этот старый рыбак, хотя и пользовался его памятью, дававшей ему возможность воспроизводить их часами без перерыва.</p>
     <p>— И ты веришь в это? — спросил я на мягком гавайском языке.</p>
     <p>— Это было очень, очень давно! — задумчиво ответил он. — Своими глазами я не видел Мауи. Но все наши старики с глубочайшей древности рассказывают нам об этом, как я, старик, рассказываю моим сыновьям и внукам, и так до скончания веков.</p>
     <p>— И ты веришь, — настаивал я, — что фокусник Мауи заарканил солнце, как дикого быка, и поднял небо над землею?</p>
     <p>— Я человек маленький и не мудрый, о Лакана, — ответил мне рыбак. — Но я читал библию, которую миссионеры перевели для нас по-гавайски, и там сказано, что ваш Великий Изначальный Муж создал землю, и солнце, и луну, и звезды, и всяких тварей от лошади до таракана, и от многоножки и москита до морской блохи и медузы, и мужчину и женщину — все решительно, и все это в шесть дней! Ну что ж, Мауи столько не сделал. Он не сотворил ничего. Он привел вещи в порядок, и только — и на это у него ушло много-много времени. Во всяком случае, легче и проще поверить в маленького фокусника, чем в большого фокусника!</p>
     <p>Что мог я на это ответить? Это была сама логика! Кроме того, у меня болела голова. И ведь вот что любопытно, я должен признать: теория эволюции учит нас, что человек действительно бегал на четвереньках, прежде чем начал ходить на двух ногах; астрономия определенно утверждает, что скорость вращения земли по ее оси непременно уменьшается, и, стало быть, увеличивается долгота дня; а сейсмологи допускают, что все Гавайские острова были подняты со дна океана вулканическими силами!</p>
     <p>К счастью, я увидел, что бамбуковый шест, плававший на поверхности моря в нескольких сотнях футов от нас, вдруг стал торчком и заплясал, как бешеный. Это отвлекло нас от бесполезных споров; мы с Кохокуму схватили весла и направили наше маленькое каноэ к танцующему шесту. Кохокуму поймал лесу, привязанную к концу шеста, и вытащил из воды двухфутовую рыбу укикики, отчаянно бившуюся и сверкавшую серебром на солнце; брошенная на дно лодки, она продолжала отбивать барабанную дробь. Кохокуму взял слизистую каракатицу, откусил зубами трепетный кусок наживки, нацепил его на крюк и бросил за борт лесу и грузило. Шест лег плашмя на воду, и палка медленно поплыла прочь. Оглядев десятка два таких шестов, расположенных полукругом, Кохокуму вытер руки о голые бедра и затянул скучную и древнюю, как сам мир, песнь о Куали:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>О великий рыболовный крюк Мауи!</v>
       <v>Манаи-и-ка-ланин («к небесам прикрепленный»)!</v>
       <v>Витая из земли леса держит крючок</v>
       <v>Спущенный с высокой Кауики!</v>
       <v>Его наживка — красноклювый Алаа,</v>
       <v>Птица, посвященная Хине.</v>
       <v>Он погружается до Гавайев,</v>
       <v>Трепеща и в муках умирая!</v>
       <v>Поймана суша под водою,</v>
       <v>И всплыла на поверхность,</v>
       <v>Но Хина спрятала крыло птицы</v>
       <v>И разбила сушу под водою!</v>
       <v>Внизу наживка была сорвана,</v>
       <v>И тотчас же сожрана рыбами</v>
       <v>Улуа глубоких тинистых заводей!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Голос у Кохокуму хриплый и какой-то скрежещущий — накануне, на поминках, он слишком много выпил, и все это не могло смягчить моего раздражения. Голова болела, глаза с болью жмурились от ярких отблесков солнца; тошнило от пляски на волнующемся море. Воздух душный, застоявшийся. На подветренной стороне Ваихее, между белым взморьем и гребнем горы, ни малейшего ветерка, удушливый зной. Я так отвратительно чувствовал себя, что уже решил отказаться от ловли и направиться к берегу.</p>
     <p>Лежа на спине и закрыв глаза, я потерял счет времени. Я даже забыл, что Кохокуму поет, пока он, умолкнув, не напомнил о себе. Раздавшееся восклицание заставило меня открыть глаза, несмотря на яркий блеск солнца. Старик смотрел в воду через водяную трубку.</p>
     <p>— Огромный! — сказал он, передавая мне прибор и прыгая в воду.</p>
     <p>Он погрузился без всплеска, не оставив даже ряби, перевернулся вниз головой и пошел на дно. Я следил за его движениями через водяную трубку, представлявшую на деле продолговатый ящик фута в два длиной, открытый на одном конце, а с другого конца заделанный куском обыкновенного стекла.</p>
     <p>Кохокуму был скучный человек и выводил меня из терпения своей болтливостью; но я невольно залюбовался им теперь. Наверное, старше семидесяти лет, тощий, как копье, и сморщенный, как мумия, он проделывал то, чего не могли бы и не захотели проделать многие молодые атлеты моей расы! До дна было по крайней мере сорок футов. И на дне я увидел заинтересовавший его предмет, то прятавшийся, то высовывавшийся из-за глыбы коралла. Острый взгляд Кохокуму подметил выдававшиеся щупальца спрута. Когда он бросился в воду, щупальца лениво спрятались. Достаточно было мельком увидеть хоть одно из них, чтобы догадаться об огромных размерах чудовища.</p>
     <p>Давление воды на глубине сорока футов не шутка даже для молодого человека, между тем оно, по-видимому, не причиняло ни малейшего неудобства этому старику. Я убежден, что он даже не замечал его! Ничем не вооруженный, совершенно голый, если не считать короткого мало — лоскута материи вокруг бедер, — он не смущался размерами чудовища, которое считал своей добычей. Я видел, как он ухватился правой рукой за выступ коралла, а левую руку до плеча сунул в пещеру. Прошло полминуты; он копался там и ощупывал что-то левой рукой. Покрытые мириадами присосок, показались из-под коралла щупальца. Ухватив его руку, они обвили ее, как змеи. Наконец, дернувшись, показался и спрут — настоящий дьявол-осьминог.</p>
     <p>Между тем старик как будто не торопился вернуться в родную стихию, на воздух. На глубине сорока футов под водою, обернутый спрутом по крайней мере в девять футов ширины между кончиками щупальцев, он холодно и даже небрежно сделал единственное движение, отдававшее в его власть чудовище: он сунул худощавое, ястребиное лицо в центр слизистой, извивающейся массы и уцелевшими старыми клыками прокусил сердце чудовища. Сделав это, он стал подниматься вверх, медленно, как должен делать пловец, когда меняется давление при переходе из глубины на поверхность. Выплыв возле каноэ, не вылезая еще из воды и стряхивая с себя присосавшееся к нему чудовище, неисправимый греховодник затянул торжественное пуле, которое распевали бесчисленные поколения ловцов осьминогов:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>О Каналоа запретных ночей!</v>
       <v>Стань прямо на твердой земле!</v>
       <v>Стань на дне, где лежит осьминог!</v>
       <v>Стань и возьми осьминога из моря глубокого!</v>
       <v>Поднимись, поднимись, о Каналоа!</v>
       <v>Шевелись! Шевелись! Разбуди осьминога!</v>
       <v>Разбуди лежащего плашмя осьминога! Разбуди</v>
       <v>распростертого осьминога…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Я закрыл глаза и уши, не протянув ему даже руки, ибо совершенно был уверен, что он и без посторонней помощи взберется в нашу неустойчивую скорлупку, нисколько не рискуя опрокинуть ее.</p>
     <p>— Замечательный спрут! — говорил он. — Это вахине (самка). А теперь я спою тебе песнь о ракушке каури, о красной ракушке каури, которой мы пользовались, как наживкой для спрутов…</p>
     <p>— Ты возмутительно вел себя ночью на поминках! — отпарировал я. — Я все знаю! Ты здорово шумел! Ты так пел, что всех оглушил! Ты оскорбил сына вдовы. Ты пил, как свинья; нехорошо в твоем возрасте глотать целыми кружками; когда-нибудь ты проснешься мертвецом. Тебе пора быть развалиной…</p>
     <p>— Ха! — хихикнул он. — А ты, который не пил и еще не родился, когда я уже был стариком, ты, улегшийся вчера с солнцем и курами, ты сейчас развалина! Вот объясни мне это! Мои уши так же жаждут услышать тебя, как моя глотка жаждала пива этой ночью. И вот, смотри, нынче я, как выразился англичанин, приехавший сюда на своей яхте, в наилучшем виде, в чертовски хорошем виде!</p>
     <p>— Что с тобой спорить! — возразил я, пожав плечами. — Только одно ясно: ты даже черту не нужен! Молва о твоих безобразиях опередила тебя.</p>
     <p>— Нет, — задумчиво ответил он, — не в этом дело. Может быть, черт и рад бы моему приходу — у меня припасено для него несколько славных песенок, старых скандалов и сплетен о высоких алии; он будет от них хвататься за бока! Позволь, я тебе объясню тайну моего рождения. Море — моя мать! Я родился в двойном каноэ во время шторма, дувшего с Коны в проливе Кахоолава. От этой матери моей, от моря, я получил свою силу! И когда я возвращаюсь в ее объятия, как бы припадая к ее груди, как вот было сейчас, я становлюсь сильным! Для меня она кормилица, источник жизни…</p>
     <p>«Тени Антея!» — подумал я.</p>
     <p>— Когда-нибудь, — продолжал старый Кохокуму, — когда я в самом деле состарюсь, люди скажут, что я утонул в море. Но это будет неправда! В действительности я вернусь в объятия моей матери, чтобы покоиться на ее груди, под ее сердцем, до второго рождения, когда выплыву на солнце, сверкая молодостью и силой, как сам Мауи в золотую пору его юности.</p>
     <p>— Странная вера! — заметил я.</p>
     <p>— Когда я был моложе, я ломал свою бедную голову над верами, куда более странными! — возразил старый Кохокуму. — Но послушай, о юный мудрец, мою старую мудрость. А знаю я вот что: чем старше я становлюсь, тем меньше ищу истину вне себя и тем больше нахожу истину внутри себя. Почему пришла мне в голову вот эта мысль о возвращении к моей матери и о возрождении из моей матери? Ты не знаешь? И я не знаю. Но без участия человеческого голоса или печатного слова, без побуждения откуда бы то ни было эта мысль возникла внутри меня, из моих собственных недр, которые так же глубоки, как море! Я не бог! Я ничего не творю! Стало быть, я не сотворил и этой мысли. Человек не творит истины. Человек, если он не слеп, только познает истину, когда видит ее… Или эта мысль, что мне пришла в голову, — сон?</p>
     <p>— А может быть, ты сам сон? — засмеялся я. — И я, и небо, и море, и твердая, как камень, земля — все это сон.</p>
     <p>— Я часто сам так думаю! — серьезно ответил он. — Очень возможно, что это так. Этой ночью мне казалось, что я птица, жаворонок, красивый небесный жаворонок, подобный жаворонку горных пастбищ Халеакала. И вот я полетел вверх, вверх, к солнцу, и пою, и пою, как старый Кохокуму не пел никогда. Теперь я тебе рассказываю, как мне показалось, приснилось, будто я жаворонок в небесах. Но, может быть, я, настоящий я, и есть эта птица жаворонок? И, может быть, то, что я тебе рассказываю, и есть сон, который снится мне, птице жаворонку? Кто ты такой, чтобы ответить мне на это да или нет? Посмеешь ли ты сказать мне, что я не жаворонок, который спит и грезит, будто он старый Кохокуму?</p>
     <p>Я пожал плечами, а он с торжеством продолжал:</p>
     <p>— И почем ты знаешь, что ты не старый Мауи, который спит и видит во сне, будто он Джон Лакана, разговаривающий со мной в каноэ? Кто знает, не проснешься ли ты, старый Мауи, и не почешешь ли себе бока, и не скажешь ли, что тебе приснился забавный сон, будто ты хаоле?</p>
     <p>— Не знаю, — согласился я. — Да ты и не поверил бы мне!</p>
     <p>— В снах много больше того, что нам известно! — говорил он с большой важностью. — Сны уходят вглубь, назад, может быть, до самого начала начал! Кто знает, не приснилось ли только старому Мауи, что он вытащил Гавайи со дна морского? В таком случае и Гавайи, и сон, и ты, и я, и вот этот спрут — только части сна Мауи, да и птица жаворонок тоже!</p>
     <p>Он вздохнул и уронил голову на грудь.</p>
     <p>— А я ломаю свою старую голову над неисповедимыми таинствами, — продолжал он, — пока не устану и не захочу забвения; тогда я начинаю пить пиво, хожу на рыбную ловлю, пою старые песни и вижу себя во сне птицей жаворонком, распевающим в небесах. Это я люблю больше всего, и чаще всего об этом я грежу, когда выпью много кружек…</p>
     <p>И он с унынием посмотрел на дно лагуны через водяную трубку.</p>
     <p>— Теперь долго не будет клева! — объявил он. — Поблизости шатаются акулы, и нам придется подождать, пока они уплывут. А чтобы ожидание не показалось тебе скучным, я спою песню Лоно, которая поется, когда каноэ вытаскивают на берег. Ты помнишь?</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Отдай мне ствол дерева, о Лоно!</v>
       <v>Отдай мне главный корень дерева, о Лоно!</v>
       <v>Отдай мне ухо дерева, о Лоно!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Будь милостив, Кохокуму, не пой! — оборвал я его. — У меня голова трещит, и от твоего пения делается еще хуже. Может быть, ты и очень в ударе нынче, но голос твой ни к черту не годится. Лучше уж рассказывай сны или какие-нибудь небылицы!</p>
     <p>— Плохо, что ты болен, а такой молодой! — весело согласился он. — Ну, я не буду петь больше! Я расскажу тебе одну вещь, которую ты не знаешь и о которой никогда не слыхал; это уже не сон и не небылица, а то, что действительно случилось. Некогда, давно, жил здесь, у этого взморья, у этой самой лагуны, мальчик по имени Кеикиваи, что означает, как тебе известно, Дитя Воды. Богами его были море и рыбные боги, и родился он со знанием языка рыб; сами рыбы не знали этого языка, пока акулы не выдумали его в один прекрасный день, а рыбы подслушали.</p>
     <p>Случилось это вот как. Быстрые гонцы разнесли повсюду весть и приказы, что король объезжает остров и что на следующий день жители должны устроить ему луау. Жителям маленьких местечек было очень трудно наполнять множество знатных желудков едою, когда король совершал свой объезд. Ведь он приезжал всегда со своею женою, ее служанками, со своими жрецами, и колдунами, танцовщицами, и флейтистами, и певцами хула, воинами, и слугами, и высокими вождями с их женами, их колдунами, их бойцами и их слугами.</p>
     <p>Иногда в местечках, как Ваихи, путь такого короля отмечался после продолжительными бедностью и голодом. Но короля надо кормить, и нехорошо гневить короля! И вот, когда в Ваихи пришла весть о приближающемся бедствии, все, кто занимался добыванием еды и пищи с полей, и с прудов, и с гор, и из моря, занялись заготовлением запасов для празднества. И сумели все достать: от самого отборного королевского таро до сладких междоузлий сахарного тростника, от опихи до лиму, от кур до диких свиней и щенков, откормленных пои, и все, кроме одного, — рыбаки не достали омаров!</p>
     <p>Надобно тебе знать, что омары были любимым королевским блюдом. Он любил их больше всякой другой кау-кау, и гонцы нарочно упомянули об омарах. И вот омаров не оказалось, а нехорошо гневить королевское чрево! За рифы забралось много акул — вот почему пришла беда! Они съели молодую девушку и старика. А из молодых людей, решившихся полезть в воду за омарами, один был съеден, другой лишился руки, а третий руки и ноги.</p>
     <p>Но здесь находился Кеикиваи, Дитя Воды, мальчик всего одиннадцати лет, зато наполовину рыба и говоривший на языке рыб. И вот пошли старейшины к его отцу и стали просить Дитя Воды нырнуть за омарами, чтобы было чем наполнить королевское чрево и отвести гнев короля.</p>
     <p>То, что случилось тогда, всем известно, и все это видели. Рыбаки, и их жены, и те, кто сажал таро, и птицеловы, и старейшины, и всё Ваихи собрались и глядели на скалу, на краю которой стоял Дитя Воды, глядя на омаров, видневшихся на дне.</p>
     <p>Одна из акул, взглянув вверх своими кошачьими глазами, заметила мальчика и кликнула акулий клич о «свежем мясе», созывая всех акул в лагуну. Акулы всегда действуют дружно: вот почему они так сильны.</p>
     <p>И акулы отозвались на клич: сорок штук собралось их, коротких и длинных, тонких, тощих и откормленных, сорок ровным счетом; и стали они переговариваться между собою: «Поглядите на лакомую пищу, на этого мальчика, на сладкий кусочек человеческого мяса, без морской соли, которая нам надоела; вкусный и нежный, он так и растает под сердцем, когда брюхо наше проглотит его и станет высасывать из него сладость».</p>
     <p>И еще говорили они: «Он пришел за омарами. Когда он нырнет, он кому-нибудь из нас достанется. Это не старик, которого мы съели вчера, сухой и жесткий от старости, и не юноша, члены которого тверды и мускулисты; он нежный, такой нежный и мягкий, что растает в глотке, прежде чем брюхо проглотит его. Вот когда он нырнет, мы все бросимся к нему, и одной из нас, счастливице, достанется он: хап — и нет его! Один укус, один глоток — и войдет он в брюхо счастливейшей из нас!»</p>
     <p>А Кеикиваи, Дитя Воды, подслушал этот разговор, ибо он знал акулий язык и взмолился он на языке акул акульему богу Моку-Халии, а акулы услышали это, замахали друг другу хвостами, стали подмигивать друг дружке кошачьими глазами в знак того, что они понимают его речь.</p>
     <p>И промолвил он: «Теперь я нырну за омарами для короля. И не случится со мною беды, ибо акула с самым коротким хвостом мне друг, и она защитит меня».</p>
     <p>С этими словами он поднял глыбу застывшей лавы и бросил ее в воду; с громким всплеском она упала в двадцати футах от берега. Все сорок акул кинулись к месту всплеска, а он нырнул, и пока они разобрали, что промахнулись, он успел опуститься на дно, вернуться назад и вылезть на берег, и в его руке был большой омар, омар вахине, полный яиц для короля.</p>
     <p>«Ха! — в великом гневе говорили акулы. — Среди нас есть предатель! Этот лакомый ребенок, этот сладкий кусочек изобличил одну из нас, которая спасла его. Давайте меряться хвостами!»</p>
     <p>Так они и сделали; они выстроились длинным рядом бок о бок, причем короткохвостые старались надуть других и вытягивались, чтобы казаться длиннее, а длиннохвостые также тянулись и обманывали друг друга, чтобы их кто-нибудь не перехитрил и не перетянул. Они сильно обозлились на самую короткохвостую, кинулись на нее со всех сторон и сожрали, так что от нее ничего не осталось.</p>
     <p>И опять они стали ждать, когда нырнет Дитя Воды, и прислушиваться, и опять Дитя Воды взмолился на акульем языке богу Моку-Халии и промолвил: «Акула с самым коротким хвостом мне друг, она защитит меня!» И опять Дитя Воды бросил глыбу лавы, на этот раз в двадцати футах от берега по другую сторону. Акулы кинулись туда, где плеснул камень, второпях затолкались и так вспенили хвостами воду, что ничего нельзя было видеть: каждая думала, что кто-нибудь другой глотает лакомый кусочек. А Дитя Воды опять вылез с омаром для короля.</p>
     <p>Оставшиеся тридцать девять акул померялись хвостами и слопали акулу с самым коротким хвостом, так что всего осталось тридцать восемь акул. И Дитя Воды продолжал поступать так и дальше, а акулы продолжали делать то, что я уже говорил тебе; и за каждую акулу, съеденную ее собратьями, на скале появлялся новый жирный омар для короля. Разумеется, акулы ссорились, спорили и шумели, когда дело доходило до хвостов; но виновница всегда отыскивалась, и в конце концов остались две акулы, две самые большие акулы из всех сорока.</p>
     <p>И опять Дитя Воды объявил, что акула с самым коротким хвостом — его друг, и обманул обеих акул глыбой лавы, и вынес еще одного омара. Каждая из акул настаивала, что у другой хвост короче, и они стали драться, и акула с длинным хвостом победила…</p>
     <p>— Замолчи, о Кохокуму! — прервал я его. — Не забудь, что эта акула уже…</p>
     <p>— Я знаю, что ты хочешь сказать, — быстро ответил он мне, — и ты прав: ей долго пришлось есть тридцать девятую акулу, ибо в тридцать девятой акуле уже находилось девятнадцать других акул, которых она съела, а в сороковой акуле было также девятнадцать акул, которых она съела, и у нее уже не было того аппетита, с которым она начинала дело. Но ты не забывай, что ведь акула-то была очень большая!</p>
     <p>Так вот, столь долго пришлось ей есть другую акулу и всех девятнадцать акул, сидевших внутри той, что она продолжала еще есть, когда пали сумерки и народ Ваихи пошел по домам с омарами для короля. И что же ты думаешь, разве они не нашли на другое утро на взморье последнюю акулу? Она лопнула от всего, что съела!</p>
     <p>Кохокуму сделал паузу и лукаво посмотрел мне в глаза.</p>
     <p>— Молчи, о Лакана! — остановил он слова, готовые сорваться с моих уст. — Я знаю, что ты теперь скажешь: ты скажешь, что своими глазами я этого не видел и, стало быть, не знаю того, что тебе рассказываю. Но я знаю и могу доказать. Отец моего отца знал внука дяди отца того мальчика. Кроме того, вот на этом утесе, на который я сейчас указываю пальцем, стоял и с него нырял Дитя Воды. Я сам здесь нырял за омарами. Тут для них самое подходящее место! И часто я видел там акул. Там, на дне, я видел и считал — лежат тридцать девять кусков лавы, брошенных мальчиком, как я рассказывал!</p>
     <p>— Но… — начал было я.</p>
     <p>— Ха! — оборвал он меня. — Смотри, покуда мы с тобой разговаривали, рыба опять начала клевать!</p>
     <p>И он указал на три бамбуковых шеста, поднявших бешеную пляску в знак того, что рыба попалась на крючок и тянет лесу. Нагибаясь за своим веслом, он продолжал бормотать:</p>
     <p>— Разумеется, я знаю. Тридцать девять глыб лавы так и лежат там! Ты в любой день можешь сам сосчитать их. Понятно, я знаю и знаю, что это правда…</p>
     <p><emphasis>Глен Эллен.</emphasis></p>
     <p><emphasis>2 октября 1916.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Слезы А Кима</p>
     </title>
     <p>Шум и крики, впрочем, отнюдь не носившие характера скандала, стояли в китайском квартале Гонолулу. Все, кто их слышал, только пожимали плечами и добродушно улыбались. Видимо, такое нарушение общественной тишины было здесь делом вполне привычным.</p>
     <p>— В чем там дело? — спросил свою жену Чин Мо. Он был прикован к постели острым плевритом, она в это время как раз проходила мимо окна и остановилась, прислушиваясь.</p>
     <p>— Да всего только А Ким, — отвечала жена. — Мать снова бьет его.</p>
     <p>Крики неслись из сада, примыкавшего к жилому помещению магазина с горделивой вывеской: «А Ким и Ко. Универсальный магазин». Этот сад, шириною в двадцать футов, был целым поместьем в миниатюре и хитроумным образом обманывал глаз, создавая впечатление беспредельной шири. Здесь были заросли карликовых дубов и елей — столетних, но всего в два или три фута высотою, — которые ввозились с величайшими предосторожностями и за очень дорогую цену. Крохотный мостик изгибался над такой же крохотной речкой, а она стремнинами низвергалась из миниатюрного озера, кишевшего многоперыми ярко-оранжевыми рыбками, которые в этих водах и среди этого пейзажа казались китами. В озерцо с обеих сторон гляделись окна легких многоэтажных зданий. В центре сада, на узкой, усыпанной гравием дорожке, А Ким с воплями принимал наносимые ему побои.</p>
     <p>А Ким не был китайским подростком в том нежном возрасте, который нуждается в побоях. Универсальный магазин «А Ким и Ко» принадлежал ему, и его заслугой было создание этого магазина на капитал, выросший из сбережений законтрактованного кули и впоследствии округлившийся до четырехзначного текущего счета в банке и солидного кредита.</p>
     <p>Полсотни лет и зим уже протекли над головой А Кима и в своем течении сделали его пухлым и дородным. Низкорослый и тучный, он походил на арбузное семечко. Лицо у него было круглое, как луна. Его шелковое одеяние было исполнено достоинства, а черная шапочка с красной пуговкой на макушке — в эту минуту, увы, валявшаяся на земле, — являлась принадлежностью зажиточных и преуспевающих купцов из его одноплеменников.</p>
     <p>Но в данный момент достоинства меньше всего было в его облике. Согнувшись в три погибели, он извивался и корчился под градом ударов бамбуковой палки. Когда же удары приходились по рукам, которыми А Ким пытался защитить лицо и голову, тело его начинало судорожно и непроизвольно дергаться. Соседи в окнах с безмятежным удовольствием наблюдали эту сцену.</p>
     <p>А та, которая благодаря многолетней практике так ловко орудовала палкой! Семидесяти четырех лет от роду, она ни на день не выглядела моложе. Ее тонкие ноги были облачены в штаны из топорщившейся глянцевито-черной ткани, жидкие седые волосы, туго затянутые, открывали плоский лоб. Бровей у нее вовсе не было, они вылезли еще в незапамятные времена, а глаза величиной с булавочную головку казались чернее черного. Она до ужаса походила на труп. Широкие рукава обнажали ее иссохшие руки, и на них вместо мускулов под желтой пергаментной кожей натягивались узловатые жилы. Нефритовые браслеты на руках этой мумии при каждом взмахе прыгали вверх и вниз и стучали.</p>
     <p>— Ах! — пронзительно вскрикивала она, ритмически акцентируя удары, которые наносила по три кряду. — Я запрещаю тебе разговаривать с Ли Фаа. Сегодня ты остановился с ней на улице какой-нибудь час назад. Вы беседовали ровно тридцать минут. На что это похоже?</p>
     <p>— Все этот трижды проклятый телефон, — пробормотал А Ким, а она остановила в воздухе палку, стараясь уловить то, что он говорит. — Вам это сообщила миссис Чанг Люси, знаю, что она. Я знал, что она видит меня. Я велю убрать телефон. Это выдумка дьявола.</p>
     <p>— Это выдумка всех дьяволов, вместе взятых, — согласилась миссис Тай Фу, перехватывая палку поудобнее. — Однако телефон останется. Я люблю беседовать по телефону с миссис Чанг Люси.</p>
     <p>— У нее глаза десяти тысяч кошек, — простонал А Ким, сгибаясь от удара, пришедшегося ему по рукам, — и язык десяти тысяч жаб, — добавил он в ожидании следующего.</p>
     <p>— Это невоспитанная и наглая шлюха, — заявила миссис Тай Фу.</p>
     <p>— Миссис Чанг Люси всегда была такова, — подтвердил А Ким, как подобало почтительному сыну.</p>
     <p>— Я говорю о Ли Фаа, — оборвала его мать, палкой подкрепляя свое мнение. — Она только наполовину китаянка, как тебе известно. Ее мать бесстыжая каначка. Она носит юбки, как эти развратные женщины — хаоле, — а также корсет, я своими глазами видела. Где, спрашивается, ее дети? А ведь она схоронила двух мужей.</p>
     <p>— Один утонул, а другого насмерть лягнула лошадь, — пояснил А Ким.</p>
     <p>— Поживи с нею год, недостойный сын благородного отца, и ты будешь рад-радешенек утонуть или быть убитым лошадью.</p>
     <p>Приглушенный смех в окнах послужил оценкой ее находчивости.</p>
     <p>— Вы сами схоронили двух мужей, досточтимая матушка, — осмелился вставить А Ким.</p>
     <p>— У меня хватило ума не выйти за третьего. Кроме того, оба мои супруга почтенно скончались в своих постелях. Их не лягали лошади, и они не тонули в море. И какое дело до этого нашим соседям? Почему ты должен осведомлять их, было у меня два мужа, десять мужей или ни одного? Ты осрамил меня перед всеми соседями, и за это я, теперь уж по-настоящему, изобью тебя.</p>
     <p>А Ким выдержал целый град ударов, посыпавшихся на него, и когда миссис Тай Фу, задохнувшись, остановилась, проговорил:</p>
     <p>— Досточтимая матушка, я всегда настаивал и просил, чтобы вы били меня в доме при плотно закрытых окнах и дверях, а не на улице и не в саду позади дома.</p>
     <p>— Ты назвал эту отвратительную Ли Фаа Серебристым Цветком Луны, — возразила миссис Тай Фу с чисто женской непоследовательностью, впрочем, заставившей сына прервать свою тираду.</p>
     <p>— Это миссис Чанг Люси вам сказала, — настаивал он.</p>
     <p>— Мне это сказали по телефону, — уклончиво ответила она. — Я не могу узнавать все голоса, которые говорят со мной через эту трубку дьявола.</p>
     <p>Как ни странно, но А Ким даже не пытался удрать от матери, что ему было бы очень легко сделать. Она же находила все новые и новые предлоги для ударов.</p>
     <p>— А! Упрямый человек! Почему ты не плачешь? Ублюдок, позорящий своих предков! Ни разу я не могла заставить тебя плакать. С малолетства не могла. Отвечай мне! Почему ты не плачешь?</p>
     <p>Ослабев и задохнувшись от потраченных ею усилий, она опустила палку и затряслась, словно в нервном припадке.</p>
     <p>— Не знаю. Вероятно, так уж я создан, — отвечал А Ким, озабоченно глядя на мать. — Сейчас я принесу вам стул, вы присядете, отдохнете и почувствуете себя лучше.</p>
     <p>Но она, злобно фыркнув, отошла от него и по-старушечьи заковыляла к дому. А Ким в это время надевал шапочку, приглаживал пришедшую в беспорядок одежду, потирал ушибленные места и преданными глазами следил за матерью. Он даже улыбался, так что можно было предположить, что побои доставили ему удовольствие.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Точно так же А Кима били в детстве, когда он еще жил на высоком берегу у одиннадцатого порога реки Янцзы. Здесь родился его отец и здесь же с юных дней работал в качестве речного кули. Когда он умер, А Ким, сам уже достигнув зрелости, занялся той же почтенной профессией. Во времена еще более давние, чем те, что сохранялись в семейных преданиях, все мужчины их рода были кули на реке Янцзы. Во времена Христа его прямые предки занимались тем же делом. У входа в ущелье они встречали джонки, похожие одна на другую, как две капли воды, к каждой из них привязывали канат в полмили длиной и, в зависимости от размера джонки, впрягались в нее от ста до двухсот человек — великая двуногая сила — и волочили по воде к выходу из ущелья, сгибаясь так, что руки их касались земли, а лица были на фут от нее.</p>
     <p>По-видимому, во все прошедшие столетия плата за эту работу оставалась неизменной. Его отец, отец его отца и сам он, А Ким, получали все то же вознаграждение — одну четырнадцатую цента с джонки, как он высчитал позднее, уже будучи на Гавайях. В счастливое летнее время, когда воды были спокойны, джонок — множество и день длился шестнадцать часов, за шестнадцать часов этого героического труда А Ким зарабатывал немногим больше цента. Но за весь год кули с реки Янцзы не мог заработать больше полутора долларов. Люди умели жить и жили на эти доходы. Были среди них женщины-служанки, чье годовое жалованье составляло доллар. Плетельщики сетей из Ти Ви в год зарабатывали от одного до двух долларов. Они жили на эти деньги, вернее, не умирали. Но кули с реки Янцзы имели еще приработок, который и делал эту профессию почетной, а цех речных кули — закрытой и наследственной корпорацией, чем-то вроде рабочего союза. Одна джонка из пяти, проходя через пороги, получала повреждения. Одна джонка из десяти неизбежно погибала. Кули с реки Янцзы знали все причуды и капризы течения и тянули, выгребали, вылавливали сетями мокрый урожай реки. Люди этого цеха вызывали зависть других, менее преуспевающих кули, ибо они могли позволить себе пить кирпичный чай и каждый день есть четвертый сорт риса.</p>
     <p>И А Ким тоже был доволен и горд своей работой, пока в один злополучный и слякотный весенний день не вытащил из воды тонувшего кантонского моряка. Вот этот-то странник, обогревшийся у его огня, и был тем, кто впервые произнес перед ним волшебное имя — Гавайи. Сам он, добавил моряк, никогда не бывал в этом рабочем раю, но множество китайцев уехало туда из Кантона, и он слышал разговоры об их письмах к родным. На Гавайях не знают ни морозов, ни голода. Свиньи, кормежкой которых там никто не занимается, жиреют от обильных объедков, остающихся после людей. Кантонская и янцзейская семья могла бы прокормиться остатками от стола гавайского кули. А жалованье! Десять золотых долларов ежемесячно, или двадцать колониальных, — вот что получает законтрактованный китайский кули от белых дьяволов — сахарных королей. За год кули зарабатывают огромную сумму в двести сорок колониальных долларов, то есть в сто раз больше, чем в десять раз тяжелее работающий кули с одиннадцатого порога Янцзы. Короче говоря, гавайский кули живет в сто раз лучше, а если его работой довольны, то и в тысячу. К тому же там замечательный климат.</p>
     <p>Двадцати четырех лет от роду, несмотря на мольбы и побои матери, А Ким вышел из древней и почетной корпорации речных кули одиннадцатого порога, определил мать служанкой в дом хозяина артели кули, где она должна была получать в год один доллар, а также платье ценой не дешевле тридцати центов, и отправился вниз по Янцзы к Великому морю. Много приключений, тяжелого труда и мытарств выпало на долю А Кима, прежде чем он поступил матросом на морскую джонку и прибыл в Кантон. Двадцати шести лет он запродал пять лет своей жизни и работы гавайским сахарным королям и в числе восьмисот других законтрактованных кули отбыл на Гавайи на вычеркнутом из списков компании Ллойда вонючем пароходе, который вели полоумный капитан и пьяные помощники.</p>
     <p>Почетным считалось на родине положение А Кима, речного кули. На Гавайях, получая в сто раз больше, он обнаружил, что на него смотрят, как на нижайшего из низших, ибо что может быть ниже кули, работающего на плантации? Но кули, чьи предки еще до рождества Христова волочили джонки через одиннадцатый порог реки Янцзы, неминуемо наследуют основную черту их характера, и черта эта — терпение. А Ким был терпелив. Через пять лет рабского труда у А Кима, такого же сухопарого, как прежде, на текущем счету имелась без малого тысяча долларов.</p>
     <p>На эти деньги он мог бы отправиться обратно на реку Янцзы и до конца своих дней прожить там богатым человеком. Он, пожалуй, скопил бы и большую сумму, если бы при случае осторожно не поигрывал в че фа и фан тан и не проработал бы целый год в постоянном чаду опиума на кишевших сколопендрами и скорпионами плантациях сахарного тростника. То, что он не курил опиум все пять лет, объяснялось единственно дороговизной этой привычки. Сомнений морального характера А Ким не знал, просто опиум требовал больших расходов.</p>
     <p>Но А Ким не уехал обратно в Китай. Он присмотрелся к деловой жизни острова и преисполнился неистового честолюбия. Стремясь основательно изучить коммерцию и английский язык, он в продолжение шести месяцев служил продавцом в магазине при плантации. К концу полугодия он больше знал об этом магазине, чем любой управляющий плантации о любом подведомственном ему предприятии. Перед тем как оставить это место, он уже получал сорок золотых долларов в месяц, или восемьдесят колониальных, и начал входить в тело. Манера его обращения с законтрактованными кули стала нескрываемо надменной. Управляющий предложил ему повышение — шестьдесят золотых долларов. За год это составило бы фантастическую сумму — тысячу четыреста сорок колониальных долларов, то есть в семьсот раз больше его годового заработка на Янцзы в качестве двуногой лошади.</p>
     <p>Вместо того, чтобы согласиться, А Ким поехал в Гонолулу и начал все сначала в большом универсальном магазине Фонг и Чоу Фонг за пятнадцать долларов в месяц. Он проработал год и, когда ему стукнуло тридцать три, ушел оттуда, несмотря на жалованье в семьдесят пять долларов. Тогда-то он и вывел на фасаде «А Ким и Ко. Универсальный магазин». Питался он теперь лучше, и в его пополневшей фигуре начало уже появляться что-то от арбузной круглости будущих лет.</p>
     <p>С каждым годом А Ким преуспевал все больше, и, когда ему минуло тридцать шесть, надежды, подаваемые его фигурой, были близки к осуществлению, сам же он состоял членом избранного и могущественного Хай Гум-Тонга, а также объединения китайских купцов и уже привык к роли хозяина на обедах, стоивших больше, чем он мог бы заработать в течение тридцати лет, будучи речным кули на одиннадцатом пороге. Двух вещей ему недоставало: жены и матери, которая колотила бы его, как в былые времена.</p>
     <p>Тридцати семи лет от роду А Ким проверил свой банковский счет. Три тысячи золотых долларов числились на нем. За две тысячи пятьсот наличными и с помощью небольшой закладной он мог купить трехэтажное здание и наследственное владение землей, на которой оно стояло. Но тогда на жену оставалось всего пятьсот долларов. У господина Фу Йи-Пу была на выданье дочка с очень маленькими ножками; отец готов был привезти ее из Китая и продать А Киму за восемьсот золотых долларов плюс расходы по перевозке. Более того — Фу Йи-Пу соглашался на пятьсот наличными, а остальные под шестипроцентный вексель.</p>
     <p>А Ким, тридцатисемилетний откормленный и холостой мужчина, действительно очень хотел иметь жену, а о жене с маленькими ножками уж и говорить не приходится; он родился и вырос в Китае, и вечный образ женщины с маленькими ножками глубоко врезался в его сердце. Но больше, куда больше, чем жену с маленькими ножками, хотелось ему иметь при себе свою мать и снова ощутить сладость ее побоев. Потому-то он и не согласился на весьма льготные условия Фу Йи-Пу, а со значительно меньшими издержками привез свою мать и из служанки у кули, получавшей в год один доллар и тридцатицентовое платье, сделал ее хозяйкой трехэтажного магазина с двумя женщинами для услуг, тремя приказчиками и привратником, не говоря уж о богатом ассортименте товаров на полках, стоивших десять тысяч долларов, так как здесь было все, начиная от дешевенького ситца и кончая дорогими шелками с ручной вышивкой. Нельзя не отметить, что даже в ту раннюю пору магазин А Кима уже обслуживал американских туристов.</p>
     <p>Тринадцать лет А Ким сравнительно счастливо прожил под одним кровом со своей матерью, систематически подвергаясь побоям по любому поводу, справедливому и несправедливому, существующему или воображаемому. Но к исходу этого срока он сильнее, чем когда-либо, сердцем и мозгом ощутил тоску по жене, чреслами — по сыну, который будет жить после него и продолжать династию «А Ким и Ко», — мечта, волновавшая мужчин, начиная с тех давних пор, когда они впервые стали присваивать себе право охоты, монополизировать песчаные отмели для рыбной ловли и совершать набеги на чужие деревни, принуждая тамошних жителей браться за мечи. Эта мечта одинаково свойственна королям, миллионерам и китайским купцам из Гонолулу, хотя все они и возносят хвалу господу за то, что он сотворил их, пусть по своему подобию, но непохожими друг на друга.</p>
     <p>Идеал женщины, томившей А Кима в пятьдесят лет, был не схож с его идеалом в тридцать семь. Теперь он желал жену не с маленькими ножками, но свободную, вольно ступающую нормальными ногами женщину, которая почему-то являлась ему в дневных и ночных грезах в образе Ли Фаа, Серебристого Цветка Луны. Что с того, что она родилась от матери-каначки и дважды овдовела, что с того, что она носит платья белых дьяволов, корсет и туфли на высоких каблуках. Он желал ее. Казалось, сама судьба предназначала их стать родоначальниками ветви, которая во многих поколениях будет владеть и управлять фирмой «А Ким и Ко. Универсальный магазин».</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Я не хочу иметь невестку нечистокровную пакэ, — частенько говорила мать А Киму («пакэ» по-гавайски называются китайцы), — моя невестка должна быть чистокровной, как ты, мой сын, как я, твоя мать. И она должна носить штаны, мой сын, как все женщины в нашей семье до нее. Женщина в юбке белой дьяволицы и в корсете не может воздавать должного почитания нашим предкам. Корсеты и почитание предков не вяжутся друг с другом. Так вот и эта бесстыжая Ли Фаа. Она наглая, независимая и никогда не будет повиноваться ни мужу, ни матери мужа. Эта нахалка вообразит себя источником жизни и родоначальницей; она не признает предков, бывших до нее. Она насмехается над нашими жертвенниками, молитвами и домашними богами, как я узнала из достоверных источников.</p>
     <p>— От миссис Чанг Люси, — простонал А Ким.</p>
     <p>— Не от одной миссис Чанг Люси, о сын мой! Я всех расспрашивала. По крайней мере десять человек слышали, что она называет наши кумирни обезьянниками. Подлинные слова той, которая ест сырую рыбу, сырых каракатиц и печеных собак. Это наши-то кумирни обезьянники! Однако она не прочь выйти замуж за тебя, за обезьяну, потому что твой магазин, настоящий дворец, а богатство сделало тебя великим человеком. Она покроет позором меня и твоего отца, давно почившего достойной смертью.</p>
     <p>Вопрос этот более не обсуждался. А Ким знал, что, в общем, мать его права. Недаром Ли Фаа сорок лет назад родилась от китайца-отца, изменившего всем традициям, и матери-каначки, чьи предки нарушили табу, свергли своих собственных полинезийских богов и стали малодушно внимать проповедям христианских миссионеров о далеком и невидимом боге. Ли Фаа, образованная женщина, умевшая читать и писать по-английски, по-гавайски и немного по-китайски, делала вид, что ни во что не верит, хотя в глубине души и побаивалась гавайских колдунов, которые своими заклинаниями могут отогнать беду или, напротив, призвать к человеку смерть. А Ким отлично понимал, что Ли Фаа никогда не войдет в его дом для того, чтобы воздавать почести его матери и быть ее рабой, как это испокон веков велось в китайских семьях. Ли Фаа, с китайской точки зрения, была новой женщиной, феминисткой; она скакала верхом на лошади, в нескромном наряде красовалась на пляже Вайкики и на празднествах не раз отплясывала хула с самыми недостойными людьми, к вящему удовольствию сплетников.</p>
     <p>Сам А Ким, на поколение моложе своей матери, тоже был отравлен ядом современности. Старый порядок существовал, поскольку в тайниках души он чувствовал, как касается его, А Кима, запыленная рука прошлого. Однако он страховал свою жизнь и свое имущество, собирал деньги в пользу местных китайских революционеров, намеревавшихся превратить Небесную империю в республику, вносил пожертвования в кружок китайских бейсболистов, побивших в этой американской игре самих американцев, беседовал о теософии с японским буддистом и шелкоторговцем Катсо Сугури, потакал полиции во взяточничестве, вносил свою долю денег и участия в демократическую политику аннексированных Гавайев и подумывал о покупке автомобиля. А Ким никогда не решался обнажать перед самим собой свою душу и устанавливать, чем он поступился из старого. Его мать принадлежала старине, а он ведь почитал ее и был счастлив под ее бамбуковой палкой. Ли Фаа, Серебристый Цветок Луны, принадлежала новому времени, а он никогда не мог быть вполне счастлив без нее.</p>
     <p>Потому что он любил Ли Фаа. С лицом, как луна, круглый, как арбузное семечко, ловкий делец, умудренный опытом полувековой жизни, А Ким становился поэтом, мечтая о Ли Фаа. Для нее он придумывал целые поэмы наименований: женщину он превращал в цветок, в философские абстракции совершенства и красоты. Для него одного из всех мужчин на свете она была Цветком Сливы, Тишиной Женственности, Цветком Блаженства, Лилией Луны, Совершенным Покоем. Бормоча эти сладостные имена любви, он слышал в них плеск ручейков, звон серебряных колокольчиков, благоухание олеандров и жасмина. Она была его поэмой о женщине, его поэтическим восторгом, духом о трех измерениях, его судьбой и счастьем, предначертанным ему еще до создания богами первого мужчины и первой женщины — богами, которые из прихоти создали всех мужчин и всех женщин для радости и горя.</p>
     <p>Однажды мать сунула ему в руки тушь, кисточку и положила на стол табличку для письма.</p>
     <p>— Нарисуй, — сказала она, — идеограмму «жениться».</p>
     <p>Он повиновался, почти не удивившись, и с артистичностью, присущей его расе, столь опытной в этом искусстве, вывел символический иероглиф.</p>
     <p>— Прочти его, — приказала она.</p>
     <p>А Ким взглянул на мать с любопытством, он желал угодить ей, но в то же время не понимал ее намерения.</p>
     <p>— Из чего он составлен? — упорно добивалась она. — Что означают три слагаемых, сумма которых составляет: жениться, соединение, бракосочетание мужчины и женщины? Нарисуй, нарисуй каждое из них отдельно, несвязно, чтобы мы поняли, как проникновенно построили древние мудрецы идеограмму «жениться».</p>
     <p>А Ким повиновался и, рисуя, увидел: то, что чертила его кисточка, было три знака — знак руки, уха и женщины.</p>
     <p>— Назови их, — приказала мать; и он назвал.</p>
     <p>— Верно, — произнесла она. — Это великий замысел! Такова сущность брака. Таким некогда и был брак; и таким он всегда будет в моем доме. Рука мужчины берет за ухо женщину и вводит ее в дом, где она обязана повиноваться ему и его матери. Так вот и меня взял за ухо твой давно и почтенно скончавшийся отец. Я присмотрелась к твоей руке. Она не похожа на его руку. Я присмотрелась и к уху Ли Фаа. Тебе никогда не удастся повести ее за ухо. Не такие у нее уши. Я проживу еще долго и до самой смерти буду госпожой в доме моего сына, как то велит старинный обычай.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Но ведь она моя почитаемая родительница, — объяснял А Ким Ли Фаа.</p>
     <p>Ему было не по себе, ибо Ли Фаа, убедившись, что миссис Тай Фу пошла в храм китайского эскулапа, чтобы принести в жертву сушеную утку и помолиться о своем слабеющем здоровье, воспользовалась случаем и навестила А Кима в его магазине.</p>
     <p>Ли Фаа, сложив свои дерзкие ненакрашенные губы в виде полураскрытого розового бутона, отвечала:</p>
     <p>— Для Китая это еще куда ни шло. Я не знаю Китая. Но здесь Гавайские острова, а на Гавайях иностранцы меняют свои обычаи.</p>
     <p>— Но так или иначе она моя родительница, — возражал А Ким, — мать, давшая мне жизнь, независимо от того, где я нахожусь, в Китае или на Гавайях, о Серебристый Цветок Луны, который я хочу назвать своей женой.</p>
     <p>— У меня было два мужа, — спокойно констатировала Ли Фаа, — один пакэ, другой португалец. Я многому научилась от обоих. Кроме того, я образованная женщина, я училась в колледже и играла на рояле перед публикой. А от своих мужей я научилась еще большему. Я поняла, что китайцы — самые лучшие мужья. Никогда я не выйду больше замуж не за китайца. Но ему не придется брать меня за ухо.</p>
     <p>— Откуда вы все это знаете? — подозрительно прервал ее А Ким.</p>
     <p>— От миссис Чанг Люси, — последовал ответ. — Миссис Чанг Люси сообщает мне все, что ей говорит ваша мать, а она говорит ей немало. Поэтому я позволю себе предупредить вас, что ухо у меня для этого не приспособлено.</p>
     <p>— Это же говорила мне моя досточтимая матушка, — простонал А Ким.</p>
     <p>— Это же ваша досточтимая матушка говорила миссис Чанг Люси, а миссис Чанг Люси мне, — дополнила Ли Фаа. — А я теперь говорю вам, о мой будущий третий супруг, что еще не родился человек, который поведет меня за ухо. На Гавайях это не принято. Я пойду со своим мужем только рука об руку, бок о бок, нога в ногу, как говорят хаоле. Мой португальский муж думал иначе. Он пробовал бить меня. Я три раза отводила его в полицию, и он всякий раз отбывал наказание на рифах. Кончилось тем, что он утонул.</p>
     <p>— Моя мать была мне матерью в продолжение пятидесяти лет, — набравшись храбрости, вставил А Ким.</p>
     <p>— И в продолжение пятидесяти лет она била вас, — захихикала Ли Фаа. — Как мой отец, бывало, смеялся над Яп Тен-Шином! Яп Тен-Шин, как и вы, родился в Китае и вывез оттуда китайские обычаи. Старик отец постоянно колотил его палкой. Он любил отца. Но отец стал бить его еще сильней, когда миссионеры обратили Яп Тен-Шина в христианство. Как только он отправлялся на проповедь, отец его бил. И миссионер корил Яп Тен-Шина за то, что тот позволяет себя бить. А мой отец знай себе смеялся, потому что он был свободомыслящий китаец и отказался от своих обычаев быстрее, чем большинство других иностранцев. Вся беда заключалась в том, что у Яп Тен-Шина было любящее сердце. Он любил своего досточтимого отца. Он любил бога любви христианских миссионеров. Но под конец во мне он нашел величайшую любовь, то есть любовь к женщине. Со мной он забыл свою любовь к отцу и любовь к любвеобильному Христу.</p>
     <p>Он предложил моему отцу за меня шестьсот долларов. Цена невысокая, потому что ноги у меня не были сделаны маленькими. Но я ведь наполовину каначка. Я объявила, что я не рабыня и не допущу, чтобы меня продавали мужчине. Моя учительница в колледже была старая дева хаоле, она всегда говорила, что женская любовь неоценима, что ее нельзя продавать за деньги. Может быть, поэтому она и осталась старой девой. Она была некрасивая и не нашла себе мужа. Моя мать утверждала, что продавать дочерей не канакский обычай. У канаков их отдают за любовь, и она согласна внять просьбе Яп Тен-Шина, если он устроит целый ряд больших и роскошных празднеств. Мой отец, как я уже говорила, был человек либеральный. Он спросил, хочу ли я иметь мужем Яп Тен-Шина. Я отвечала: да, и сама, по собственной воле пошла к нему. Это он погиб от лошади, но до того, как она его лягнула, он был прекрасным мужем.</p>
     <p>Что же касается вас, А Ким, то я всегда буду вас любить и уважать, и в один прекрасный день, когда вам не будет надобности брать меня за ухо, я выйду за вас замуж, приду сюда и навеки останусь с вами, а вы станете счастливейшим пакэ на всех Гавайях, потому что у меня уже было два мужа, я училась в колледже и очень преуспела в искусстве делать мужа счастливым. Но это будет тогда, когда ваша мать перестанет бить вас. Миссис Чанг Люси уверяет, что она бьет вас очень сильно.</p>
     <p>— Да, — согласился А Ким. — Смотрите. — Он откинул широкие рукава, обнажив до локтя свои гладкие, пухлые руки. Они были покрыты синяками и кровоподтеками, свидетельствовавшими о количестве и силе ударов.</p>
     <p>— Но она ни разу не заставила меня плакать, — поспешил добавить А Ким. — Ни разу, даже когда я был еще маленьким мальчиком.</p>
     <p>— То же самое говорит и миссис Чанг Люси, — подтвердила Ли Фаа. — Она говорит, что ваша досточтимая матушка часто жалуется ей на то, что ни разу не заставила нас плакать.</p>
     <p>Предостерегающий свист одного из продавцов раздался слишком поздно. Вошедшая в дом с черного хода миссис Тай Фу возникла перед ними в дверях жилого помещения. Никогда еще А Ким не видал у матери столь грозных глаз. Не обращая внимания на Ли Фаа, она закричала:</p>
     <p>— Ну, теперь-то уж ты у меня заплачешь! Я буду колотить тебя, пока слезы сами не польются у тебя из глаз.</p>
     <p>— Тогда пройдемте в задние комнаты, досточтимая матушка, — предложил А Ким. — Закроем окна и двери, и там вы будете бить меня.</p>
     <p>— Нет! Я буду бить тебя здесь, перед всем светом и перед этой бесстыдной женщиной, которая норовит взять тебя за ухо и такое кощунство называет браком! Останьтесь, бесстыдница!</p>
     <p>— Я и без того намерена остаться, — отвечала Ли Фаа, смерив продавцов уничтожающим взглядом. — И посмотрим, кто, кроме полиции, посмеет удалить меня отсюда.</p>
     <p>— Вы никогда не будете моей невесткой, — отрезала миссис Тай Фу.</p>
     <p>Ли Фаа подтверждающе кивнула и добавила:</p>
     <p>— Но все же ваш сын будет моим третьим мужем.</p>
     <p>— Вы хотите сказать: когда я умру? — взвизгнула старуха.</p>
     <p>— Солнце восходит каждое утро, — загадочно произнесла Ли Фаа. — Я наблюдала это всю жизнь.</p>
     <p>— Вам сорок лет, и вы носите корсеты.</p>
     <p>— Но я еще не крашу волос, это придет позднее, — невозмутимо отвечала Ли Фаа. — Что касается моего возраста, то вы правы. В день Камехамеха мне стукнет сорок один. Сорок лет я видела, как восходит солнце. Мой отец умер стариком. Перед смертью он сказал мне, что не замечает никакого различия между солнечным восходом теперь и в дни, когда он был еще мальчиком. Земля кругла. Конфуций <a l:href="#n_916" type="note">[916]</a> этого не знал, но вы можете это прочитать в любом учебнике географии. Земля кругла. Она вращается вокруг своей оси, круг за кругом. Времена года и жизнь вращаются вместе с ней. То, что есть сейчас, уже было раньше. То, что было, будет опять. Время сбора хлебных плодов и манго всегда возвращается вновь, а мужчины и женщины возрождаются в своих детях. Малиновки вьют гнезда, а кулики весною прилетают с севера. За каждой весною следует другая весна. Кокосовые пальмы тянутся ввысь, приносят плоды и погибают. Но меньше их не становится. Это не только мои слова. Многое я слышала от своего отца. Приступайте к делу, досточтимая миссис Тай Фу, и поколотите вашего сына и моего будущего третьего мужа. А я посмеюсь. Предупреждаю вас: я буду смеяться.</p>
     <p>А Ким опустился на колени, чтобы матери было удобнее. Она осыпала его градом ударов, а Ли Фаа улыбалась, фыркала и наконец разразилась хохотом.</p>
     <empty-line/>
     <image l:href="#i_107.jpg"/>
     <empty-line/>
     <p>— Сильней, сильней, почтенная миссис Тай Фу! — поощряла она старуху в перерыве между взрывами смеха.</p>
     <p>Миссис Тай Фу старалась что было сил, но сил-то было немного, и вдруг она заметила то, что заставило ее от удивления выронить палку. А Ким плакал. По его щекам лились крупные круглые слезы. Ли Фаа была поражена, так же как и глазеющие продавцы. Больше всех, правда, был поражен сам А Ким, но ничего не мог с собой поделать, и хотя удары уже прекратились, он все продолжал плакать.</p>
     <p>— Почему вы плакали? — часто спрашивала потом Ли Фаа. — Это уж было до того глупо… Она не могла причинить вам боли.</p>
     <p>— Подождите, пока мы поженимся, — неизменно отвечал А Ким. — И тогда, о Лилия Луны, я скажу вам.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Однажды, два года спустя, А Ким, более чем когда-либо напоминающий очертаниями арбузное семечко, вернулся домой с собрания китайской торговой ассоциации и нашел свою мать мертвой на постели. Еще уже выглядел ее лоб и суровее зачесанные назад волосы. Но на ее сморщенном лице застыла сухонькая улыбка. Боги были милостивы. Она отошла без страданий.</p>
     <p>Прежде всего А Ким вызвал по телефону номер Ли Фаа, но нашел ее не раньше, чем позвонил к миссис Чанг Люси. Сообщив новость, он назначил день свадьбы в срок в десять раз более короткий, чем того требовали старинные китайские обычаи. И если бы в китайском обряде венчания существовало нечто вроде подружки, то именно эту роль выполняла бы на свадьбе миссис Чанг Люси.</p>
     <p>— Почему, — спросила Ли Фаа А Кима, оставшись с ним наедине в брачную ночь, — почему вы заплакали, когда мать била вас тогда в магазине? Это было так глупо. Она даже не причиняла вам боли.</p>
     <p>— Вот потому-то я и плакал, — отвечал А Ким. Ли Фаа недоумевающе взглянула на него.</p>
     <p>— Я плакал, — пояснил он, — потому, что вдруг понял, что моя мать приближается к концу. Ее удары были невесомы, я их не чувствовал. И я плакал, поняв, что у нее уже нет сил причинить мне боль. Вот почему я плакал, мой Цветок Безмятежности, мой Совершенный Покой. Это единственная причина, по которой я плакал.</p>
     <p><emphasis>Вайкики, Гонолулу.</emphasis></p>
     <p><emphasis>16 июня 1916.</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Прибой Канака</p>
     </title>
     <p>Когда Ли Бартон и его жена Ида вышли из купальни, американки, расположившиеся в тени деревьев хау, что окаймляют пляж отеля Моана, тихо ахнули. И продолжали ахать все время, пока те двое шли мимо них, к морю. Ли Бартон едва ли мог произвести на них столь сильное впечатление. Американки были не из таких, чтобы ахать при виде мужчины в купальном костюме, даже если это великолепный экземпляр, мускулистый и стройный. Правда, у любого тренера такое физическое совершенство исторгло бы вздох глубокого удовлетворения, но он не стал бы ахать, как американки на пляжах, — те были оскорблены в своих лучших чувствах.</p>
     <p>Ида Бартон — вот кто вызывал их осуждение и беспокойство. Они осудили ее, и притом бесповоротно, с первого же взгляда. Сами они, мастерицы себя обманывать, воображали, что их шокирует ее купальный костюм. Но Фрейд <a l:href="#n_917" type="note">[917]</a> недаром утверждает, что там, где затронуты вопросы пола, люди склонны бессознательно подменять действительность вымыслом и мучиться по поводу собственного вымысла не меньше, чем если бы он был реальностью.</p>
     <p>Купальный костюм Иды Бартон был очень миленький — из тончайшей черной шерсти самой плотной вязки, с белой каймой и белым пояском, с небольшим вырезом, короткими рукавами и очень короткой юбочкой. Как ни коротка была юбочка, трико под ней было еще короче. Однако на соседнем пляже яхт-клуба и у кромки воды можно было увидеть десятка два женщин, не привлекавших к себе настороженного внимания, хоть и одетых более смело. Их костюмы, такие же короткие и облегающие, были совсем без рукавов, как мужские, а глубокий вырез на спине и под мышками указывал на то, что обладательницы их освоились с модами 1916 года.</p>
     <p>Таким образом, не купальный костюм Иды Бартон смущал женщин, хотя они и убеждали себя, что дело именно в нем. Смущали их, скажем, ее ноги, или, вернее, вся она, нестерпимый блеск ее очаровательной, вызывающий женственности. Этот вызов безошибочно чувствовали и пожилые матроны, и дамы средних лет, и молодые девушки, оберегавшие от солнца свои слабенькие, затянутые жирком мышцы и тепличный цвет лица. Да, в ней были вызов, и угроза, и оскорбительное превосходство над всеми партнершами в той маленькой жизненной игре, которую они сами выдумали и вели с переменным успехом.</p>
     <p>Но они этого не высказывали. Они не позволяли себе даже мысленно это признать. Они воображали, что все зло в купальном костюме, и осуждали его, словно не видя двух десятков женщин, одетых более смело, но не столь катастрофически красивых.</p>
     <p>Если б можно было просеять психологию этих блюстительниц нравов сквозь мелкое сито, на дне его осталась бы завистливая, чисто женская мысль: «Нельзя допускать, чтобы такая красивая женщина выставляла напоказ свою красоту». Они ощущали это как несправедливость. Теперь, с появлением такой опасной соперницы, много ли у них остается шансов в борьбе за мужчин?</p>
     <p>И они были правы, ибо вот что сказал по этому поводу Стэнли Паттерсон своей жене, когда они, выкупавшись, лежали на песке у ручья, который Бартоны в эту минуту переходили вброд, чтобы попасть на пляж яхт-клуба.</p>
     <p>— Господи боже, покровитель искусств и натурщиц! Нет, ты только посмотри, видала ты когда-нибудь женщину с такими изумительными ногами! До чего стройны и пропорциональны! Это ноги юноши. Я видел на ринге боксеров в легком весе с такими ногами. А вместе с тем это чисто женские ноги. Их всегда отличишь. Вон как выгнута передняя линия бедра. И сзади круглится ровно настолько, насколько нужно. А как эти две линии сходятся к колену, и какое колено! Просто руки чешутся, жалко, глины нет.</p>
     <p>— Колено просто замечательное, — подхватила его жена, не менее его увлеченная, ибо она тоже была скульптором. — Ты погляди, как суставы ходят под кожей. Просто счастье, что все это не залито жиром. — Она вздохнула, вспомнив о собственных коленях. — Вот где и пропорции, и красота, и грация. Тут действительно можно говорить об очаровании плоти. Интересно, кто она такая?</p>
     <p>Стэнли Паттерсон, не сводя глаз с незнакомки, с жаром вел свою партию в семейном дуэте:</p>
     <p>— Ты заметила, что у нее совсем нет мускульных подушек на внутренней стороне колена, от которых почти все женщины кажутся колченогими? Это ноги юноши, крепкие, уверенные…</p>
     <p>— И в то же время ноги женщины, округлые и нежные, — поспешила дополнить его жена. — А взгляни, как она идет, Стэнли! Она ступает на носок и от этого кажется легкой, как перышко. С каждым шагом она как будто чуть отделяется от земли, как будто поднимается все выше и выше и летит, либо сейчас взлетит…</p>
     <p>Так восторгались Стэнли Паттерсон и его жена. Но они были люди искусства, а потому и глаза у них были непохожи на ту батарею глаз, под огонь которых Ида Бартон попала в следующую минуту, — глаз, нацеленных на нее с веранд яхт-клуба и из-под деревьев хау, осенявших соседний Приморский отель. В яхт-клубе собрались главным образом не приезжие туристы, а спортсмены и гавайские старожилы. Но даже старожилки и те ахнули.</p>
     <p>— Это просто неприлично, — заявила своему мужу миссис Хенли Блек, расползшаяся сорокалетняя красавица, которая родилась на Гавайях и даже не слыхала об Остенде <a l:href="#n_918" type="note">[918]</a>.</p>
     <p>Хенли Блек окинул задумчивым, уничтожающим взором недопустимо бесформенную фигуру жены и ее допотопный купальный костюм, к которому не придрался бы даже пуританин из Новой Англии. Они были женаты так давно, что он уже мог высказываться откровенно.</p>
     <p>— Сравнить вас, так это не ее, а твой костюм выглядит неприлично. Точно ты кутаешься в эти нелепые тряпки, чтобы скрыть какой-нибудь позорный изъян.</p>
     <p>— Она несет свое тело, как испанская танцовщица, — сказала миссис Паттерсон мужу; в погоне за ускользающим видением они тоже перешли вброд через ручей.</p>
     <p>— Верно, черт возьми, — подтвердил Стэнли Паттерсон. — Мне тоже вспомнилась Эстреллита. Грудь полная, но не слишком, тонкая талия, живот не чересчур тощий и защищен мускулами, как у мальчишки-боксера. Без этого она не могла бы так держаться, а к тому же они соответствуют мускулам спины. Ты видишь, какой у нее изгиб спины. Совсем как у Эстреллиты.</p>
     <p>— Как по-твоему, какой у нее рост? — спросила жена.</p>
     <p>— Он обманчив, — последовал осторожный ответ. — Может быть, пять футов один дюйм, а может, и все четыре дюйма. Сбивает ее походка, вот именно то, что ты сказала, что она как будто летит.</p>
     <p>— Да, да, — согласилась миссис Паттерсон. — Ее точно все время подымает на цыпочки, так много в ней жизненной энергии.</p>
     <p>Стэнли Паттерсон отозвался не сразу.</p>
     <p>— Ты права, — заключил он наконец. — Она маленькая. От силы пять футов два дюйма. А вес ее, я считаю, сто десять или восемь, и уж никак не больше ста пятнадцати фунтов.</p>
     <p>— Ста десяти она не весит, — убежденно возразила его жена.</p>
     <p>— Но когда она одета, — продолжал Стэнли Паттерсон, — да с ее манерой держаться (результат жизненной энергии и сильной воли), я уверен, что она вовсе не кажется маленькой.</p>
     <p>— Я знаю этот тип, — кивнула его жена. — Смотришь на нее, и создается впечатление, что она не то чтобы особенно крупная женщина, но во всяком случае выше среднего роста. Ну, а сколько ей лет?</p>
     <p>— Это уж тебе виднее, — уклонился он.</p>
     <p>— Может, двадцать пять, а может, и тридцать восемь…</p>
     <p>Но Стэнли Паттерсон, забыв о вежливости, не слушал ее.</p>
     <p>— Да не только ноги! — воскликнул он упоенно. — Она вся хороша. Ты смотри, какая рука, до локтя тонкая, а к плечу округляется. А бицепсы! Красота! Пари держу, что, когда она их напрягает, они здорово вздуваются…</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Любая женщина, а тем более Ида Бартон, неминуемо должна была заметить, какую сенсацию она произвела на пляже Вайкики. Но это не льстило ее тщеславию, а раздражало ее.</p>
     <p>— Вот мерзавки! — смеясь, сказала она мужу. — И подумать только, что я здесь родилась, да еще чуть ли не треть века назад. Тогда люди были не такие противные. Может быть, потому, что тогда здесь не было туристов. Ведь я и плавать-то научилась как раз здесь, перед яхт-клубом. Мы приезжали сюда с отцом на каникулы и на воскресенье и жили в травяной хижине, — она стояла на том самом месте, где сейчас яхт-клубные дамы распивают чай. По ночам на нас падали с крыши сороконожки, мы ели пои, моллюсков и сырую рыбу, купались и рыбачили без всяких костюмов, а в город и дороги-то приличной не было. В большие дожди ее так размывало, что приходилось возвращаться на лодках — выгребать за риф и ходить в гавань в самом Гонолулу.</p>
     <p>— Не забывай, — подхватил Ли Бартон, — что как раз в это время тот юнец, из которого получился я, прожил здесь несколько недель во время своего кругосветного путешествия. Я, наверно, тебя видел среди ребят, которые тут плавали, как рыбы. Я помню, здесь женщины ездили верхом по-мужски, а ведь это было задолго до того, как женская половина рода человеческого в других странах отбросила скромность и решила свесить ноги по обе стороны лошади. Я тоже выучился плавать на этом самом месте. Вполне возможно, что мы пробовали качаться на одних и тех же волнах и, может, я когда-нибудь плеснул тебе в лицо водой, а ты в благодарность показала мне язык…</p>
     <p>Тут его прервало довольно громкое негодующее «ах» из уст некой костлявой особы — скорее всего старой девы, — загоравшей на песке в уродливом купальном костюме, и Ли Бартон почувствовал, как его жена невольно вся сжалась.</p>
     <p>— Я очень доволен, — сказал он. — Ты у меня и так молодец, а тут совсем бесстрашная станешь. Пусть это тебя немножко стесняет, но зато и уверенности придает — только держись!</p>
     <p>Ибо, да будет вам известно, Ли Бартон был сверхчеловек, и Ида Бартон — тоже, во всяком случае, в эту категорию их зачисляли начинающие репортеры, паркетные шаркуны и ученые критики-кастраты, неспособные разглядеть на горизонте, за однообразной равниной собственного существования, людей более совершенных, чем они сами. Эти унылые создания, отголоски мертвого прошлого и самозванные могильщики настоящего и будущего, живущие чужой жизнью и, подобно евнухам, состоящие при чужой чувственности, утверждают — поскольку сами они, их среда и их мелкие треволнения убоги и пошлы, — что ни один мужчина, ни одна женщина не может подняться над убожеством и пошлостью.</p>
     <p>В них самих нет красоты и размаха, и они отказывают в этих достоинствах всем; слишком трусливые, чтобы дерзать, они уверяют, что дерзание умерло еще в средние века, если не раньше; сами они лишь мигающие свечки, и слабые их глаза не видят яркого пламени других душ, что озаряют их небосклон. Сил у них примерно столько, сколько у пигмеев, а что у других может быть больше сил, это им невдомек. Да, в прежние времена бывали на свете великаны; но в старых книгах написано, что великанов давно уже нет, от них остались одни кости. Эти люди никогда не видели гор, значит, гор не существует.</p>
     <p>Зарывшись в тину своей непросыхающей лужи, они уверяют, что славные витязи с высоким челом и в блестящих доспехах возможны только в сказках, в древней истории да в народных поверьях. Они никогда не видели звезд и отрицают звезды. От их взора скрыты славные пути и те смертные, что идут этими путями, поэтому они отрицают существование и славных путей и отважных смертных. Считая собственные тусклые зрачки центром вселенной, они воображают, что вселенная создана по их подобию, и собственной жалкой личностью меряют отважные души, приговаривая: «Вот такой величины и все души, не больше. Не может того быть, чтобы существовали души крупнее наших, а нашим богам известно, что мы огромные».</p>
     <p>Но, когда Ида Бартон входила в воду, все или почти все, кто был на берегу, прощали ей и ее костюм и ее прекрасное тело. В ее глазах веселый вызов, она чуть коснулась пальцами руки мужа, и вот они бегут несколько шагов в ногу и, разом оттолкнувшись от твердого морского песка, описывают в воздухе невысокую дугу и погружаются в воду.</p>
     <p>В Вайкики бывает два прибоя: большой, бородатый Канака, ревущий далеко за молом, и меньший, прибой Вахине, то есть женщина, — тот, что разбивается о берег. Вдоль берега тянется широкая полоса мелководья, здесь можно пройти по дну и сто и двести футов, не захлебнувшись. Все же, если дальний прибой разбушуется, прибой Вахине тоже достигает трех-четырех футов, так что у самого берега твердое песчаное дно может оказаться и в трех дюймах и в трех футах от кипящей на поверхности пены. Чтобы нырнуть в эту пену — с разбега оторваться от земли, повернуться в воздухе пятками вверх и разрезать воду головой, — требуется хорошее знание волн и умение приспособляться к ним, годами выработанное искусство погружаться в эту непостоянную стихию изящным, решительным броском, да еще не уходя глубоко в воду.</p>
     <p>Это красивый, грациозный и смелый номер, который дается не сразу, — им не овладеть без долгой тренировки, сопряженной не только с множеством легких ушибов о морское дно, но и с риском раздробить себе череп или сломать шею. На том самом месте, где Бартоны нырнули так благополучно, за два дня до того сломал себе шею известный американский атлет. Он не сумел рассчитать подъем и спад прибоя Вахине.</p>
     <p>— Профессионалка, — фыркнула миссис Хенли Блек, наблюдавшая за Идой Бартон.</p>
     <p>— Наверно, какая-нибудь циркачка.</p>
     <p>Такими и подобными замечаниями успокаивали друг друга женщины, сидевшие в тени, прибегая к нехитрому методу самообмана, они утешались сознанием великой разницы между теми, кто работает, чтобы есть, и их собственным кругом, где едят не работая.</p>
     <p>В тот день прибой в Вайкики был особенно сильный. Даже волны Вахине вполне удовлетворяли хороших пловцов. Дальше, в прибой Канака, не заплывал никто. И не потому, что молодые спортсмены, собравшиеся на пляже, боялись заплыть так далеко, просто они знали, что гигантские гремящие валы, обрываясь вниз, неизбежно затопят даже самый большой из их челнов и перевернут любую доску. Большинство из них могли бы, правда, пуститься вплавь, потому что человек проплывет и сквозь такую волну, на какую не взобраться челнам и доскам; но не это привлекало сюда молодых людей из Гонолулу: они больше всего любили, раскачавшись на волне, на минуту подняться во весь рост в воздухе, а потом стрелою лететь вместе с волной к берегу.</p>
     <p>Капитан челна номер девять, один из основателей яхт-клуба и сам неоднократный чемпион по плаванию на большую дистанцию, пропустил тот момент, когда Бартоны вошли в воду, и впервые увидел их уже за канатом, намного дальше последней группы купающихся. После этого он, стоя на верхней веранде клуба, уже не спускал с них глаз. Когда они миновали стальной мол, возле которого резвились в воде несколько самых отчаянных ныряльщиков, он с досадой пробормотал: «Вот чертовы малахини!»</p>
     <p>«Малахини» по-гавайски значит новичок, неженка; а капитан челна номер девять, хоть и видел, как хорошо они плывут, знал, что только малахини отважится выплыть в стремительное и страшное глубокое течение за молом. Это-то и вызвало его досаду. Он спустился на берег, вполголоса дал указания кое-кому из самых сильных своих гребцов и вернулся на веранду, прихватив с собой бинокль. Шестеро гребцов, стараясь не обращать на себя внимания, снесли челн номер девять к самой воде, проверили весла и уключины, а затем небрежно развалились на песке. Глядя на них, никто бы не заподозрил, что творится что-то неладное, но сами они то и дело поглядывали вверх на своего капитана, а он не отнимал от глаз бинокля.</p>
     <p>Страшная глубина за молом объяснялась тем, что в море вливался ручей, — кораллы не живут в пресной воде. А стремительность течения объяснялась силой рвущегося к берегу прибоя. Вода, которую снова и снова гнал к берегу грозный прибой Канака, спадая, уходила обратно в море с этим течением и вниз под большие валы. Даже здесь, где было течение, волны вздымались высоко, но все же не на такую великолепную и устрашающую высоту, как справа и слева от него. Таким образом, в самом течении челну или сильному пловцу особая опасность не грозила. Но нужно было быть поистине сильным пловцом, чтобы устоять против его силы. Вот почему капитан номера девятого не покидал своего наблюдательного поста и не переставал бормотать проклятия, уверенный в том, что эти малахини вынудят его спустить челн и отправиться им на подмогу, когда они выбьются из сил. Сам он на их месте повернул бы налево, к мысу Даймонд, и дал бы прибою Канака вынести себя на сушу. Но ведь он — это он, двадцатидвухлетний бронзовый Геркулес, белый человек, обожженный субтропическим солнцем до цвета красного дерева и очень напоминающий фигурой и силой мускулов Дьюка Каханомоку. В заплыве на сто ярдов чемпион мира всегда опережал его на целую секунду, зато на дальних дистанциях он оставлял чемпиона далеко позади.</p>
     <p>Из сотен людей, находившихся на пляже, никто, кроме капитана и его гребцов, не знал, что Бартоны уплыли за мол. Все, кто видел, как они отплывали от берега, были уверены, что они вместе с другими прыгают с мола.</p>
     <p>Внезапно капитан вскочил на перила веранды и, держась одной рукой за столбик, снова навел бинокль на две темные точки вдали. Догадка его подтвердилась. Эти дураки, выбравшись из течения, повернули к мысу Даймонд, отгороженные от берега прибоем Канака. Хуже того: они, видимо, решили пересечь прибой.</p>
     <p>Он быстро глянул вниз, но когда в ответ на его взгляд притворно дремавшие гребцы не спеша поднялись и заняли свои места, чтобы спустить челн на воду, он передумал. Мужчина и женщина погибнут раньше, чем челн успеет с ними поравняться. А если даже он с ними поравняется, его затопит в ту же секунду, как он свернет из течения в прибой, и даже лучшие пловцы из команды девятого едва ли спасут человека, которого швыряет о дно безжалостными ударами бородатых валов.</p>
     <p>Капитан увидел, как далеко в море, позади двух крошечных точек — пловцов, поднялась первая волна Канака, большая, но еще не из самых больших. Потом он увидел, что они плывут кролем, бок о бок, погрузив лицо в воду, вытянувшись во всю длину, работая ногами, как пропеллером, и быстро выбрасывая вперед руки, в попытке набрать ту же скорость, что у настигающей их волны, чтобы, когда она их настигнет, не отстать от нее, а дать ей себя подхватить. Тогда, если у них достанет духа и сноровки, чтобы удержаться на гребне и не упасть с него — иначе их тут же разобьет или утащит вниз головою на дно, — они понесутся к берегу уже не собственными усилиями, а увлекаемые волной, с которой они слились воедино.</p>
     <p>И это им удалось. «Пловцы хоть куда!» — вполголоса доложил сам себе капитан девятого. Он все не отнимал от глаз бинокля. Лучшие пловцы могут проплыть на такой волне несколько сот футов. А эти? Если они не сдадут, треть опаснейшего пути, который они сами выбрали, останется позади. Но, как он и предвидел, первой сплоховала женщина: ведь поверхность ее тела меньше. Через каких-нибудь семьдесят футов она не выдержала и скрылась из глаз под многотонной массой воды, перекатившейся через нее. Потом исчез под водой мужчина, и оба снова появились на поверхности далеко позади волны, которую они потеряли.</p>
     <p>Следующую волну капитан увидел раньше их. «Если они попробуют поймать эту, тогда прощай», — проговорил он сквозь зубы: он знал, что всякий пловец, который решится на такое дело, обречен. Этот вал, в милю длиной, еще без гребня, но страшнее всех своих бородатых собратьев, подымался далеко за ними, все выше и выше, пока не закрыл горизонта плотной стеной, и только тогда на его истонченном, загнутом гребне наконец забелела пена.</p>
     <p>Но мужчина и женщина, видимо, хорошо знали море. Вместо того чтобы убегать от волны, они повернулись к ней лицом и стали ее ждать. Мысленно капитан похвалил их. Он один видел эту картину, и притом удивительно ярко и четко благодаря биноклю. Водяная стена все росла и росла, и далеко вверху, где она была тоньше, сине-зеленую воду пронизывали краски заката. Зеленый тон все светлел у него на глазах и переходил в голубой. Но голубизна эта сверкала на солнце бесчисленными искрами, розовыми и золотыми. Выше и выше, до растущего белого гребня, разливалась оргия красок, пока вся волна не стала сплошным калейдоскопом переливающихся радуг.</p>
     <p>На фоне волны две головы, мужчины и женщины, казались черными точками. Это и были точки, затерявшиеся в слепой стихии, бросавшие вызов титанической силе океана. Тяжесть нависшего над ними высоченного вала могла, обрушившись, насмерть оглушить мужчину, переломать хрупкие кости женщины. Капитан девятого, сам того не замечая, затаил дыхание. О мужчине он забыл. Он видел только женщину. Стоит ей растеряться, или оробеть, или сделать одно неверное движение, и страшной силы удар отшвырнет ее на сто футов, размозжит, беспомощную и бездыханную, о коралловое дно, и глубинное течение потащит ее в открытое море к прожорливым мелким акулам, слишком трусливым, чтобы напасть на живого человека.</p>
     <p>Почему, спрашивал себя капитан, почему они заранее не нырнут поглубже, а дожидаются, пока последний безопасный миг не превратится в первый миг смертельной опасности? Он увидел, как женщина, смеясь, повернула голову к мужчине, и тот засмеялся в ответ. Волна уже поднимала их, а высоко над ними, из молочно-белого гребня брызнули клочья пены, горящей рубинами и золотом. Свежий пассатный ветер, дувший от берега, подхватил эти клочья и понес их назад и вверх. И вот тут-то, держась в шести футах друг от друга, они разом нырнули прямо под волну, и в то же мгновение волна рассыпалась и упала. Как насекомые исчезают в завитках причудливой гигантской орхидеи, так исчезли они, а гребень, и пена, и многоцветные брызги с грохотом обвалились на то самое место, где они только что ушли под воду.</p>
     <p>Наконец пловцы показались снова, позади волны, по-прежнему в шести футах друг от друга, — они ровными взмахами плыли к берегу, готовые либо поймать следующую волну, либо повернуться ей навстречу и нырнуть под нее. Капитан девятого помахал своим гребцам в знак того, что они могут разойтись, а сам присел на перила веранды, чувствуя непонятную усталость и все продолжая следить в бинокль за плывущими.</p>
     <p>— Кто они, не знаю, — пробормотал он, — но только не малахини. За это я ручаюсь.</p>
     <p>Прибой у Вайкики достигает большой силы далеко не всегда, вернее — очень редко; и хотя Бартоны и в последующие дни возбуждали любопытство и негодование путешествующих дам, капитаны из яхт-клуба больше о них не тревожились. Они видели, как муж и жена, отплыв от берега, растворялись в синей дали, а через несколько часов, либо видели, либо не видели, как они приплывали обратно. Капитаны о них не тревожились, они знали, что эти двое вернутся.</p>
     <p>А все потому, что они оказались не малахини. Они были свои. Другими словами — или, вернее, одним выразительным гавайским словом, — это были камааина. Сорокалетние старожилы помнили Ли Бартона с детства, с тех пор, когда он действительно был малахини, хотя и очень юным. А за это время, приезжая сюда часто и надолго, он успел заслужить почетное звание камааина.</p>
     <p>Что касается Иды Бартон, то местные дамы одного с ней возраста встречали ее объятиями и сердечными гавайскими поцелуями (втайне дивясь, как она умудрилась сохранить свою фигуру). Бабушки приглашали ее выпить чаю и поболтать о прошлом в садиках забытых домов, которых не видит ни один турист. Меньше чем через неделю после ее приезда престарелая королева Лилиукалани послала за ней и пожурила за невнимание. А беззубые старики, сидя на прохладных пушистых циновках, толковали ей про ее деда — капитана Уилтона, — сами они его уже на застали, но любили воскрешать в памяти его разгульную жизнь и сумасбродные выходки, о которых знали по рассказам отцов. Это был тот самый дед — капитан Уилтон, он же Дэвид Уилтон, он же «На все руки», как любовно окрестили его гавайцы в те далекие дни: сначала — торговец на диком Северо-западе, потом — беспутный бродяга, капитан без корабля, тот самый что в 1820 году, стоя на берегу в Каилуа, приветствовал первых миссионеров, прибывших сюда на бриге «Тадеуш», а через несколько лет сманил дочку одного из этих миссионеров, женился на ней, остепенился и долго служил верой и правдой королям Камехамеха в должности министра финансов и начальника таможни, в то же время выступая посредником и миротворцем между миссионерами, с одной стороны, и пестрой, вечно сменяющейся толпой бродяг, торговцев и гавайских вождей — с другой.</p>
     <p>Ли Бартон тоже не мог пожаловаться на недостаток внимания. Когда в их честь устраивали игры в море и танцы, обеды и завтраки и национальные пиршества «луау», его тащили в свою компанию старые друзья; — некогда веселые прожигатели жизни, теперь они обнаружили, что наделены пищеварением и еще всякими функциями организма, и соответственно угомонились, меньше кутили, больше играли в бридж и часто ходили на бейсбольные матчи. Такую же эволюцию претерпели и прежние партнеры Ли Бартона по игре в покер — они теперь сильно снизили свои ставки и лимиты, пили минеральную воду и апельсиновый сок, а последнюю партию кончали не позднее полуночи.</p>
     <p>В самый разгар этих развлечений появился на сцене Санни Грэндисон, уроженец и герой Гавайских островов, уже успевший в свои сорок один год отклонить предложенный ему пост губернатора территории. Четверть века назад он швырял Иду Бартон в прибой у берега Вайкики, а еще раньше, проводя каникулы на огромном скотоводческом ранчо своего отца на острове Лаканайи, торжественно принял ее и нескольких других малышей в возрасте от пяти до семи лет в свою шайку под названием «Охотники за головами», или «Гроза Лаканайи». А еще до этого его дед Грэндисон и ее дед Уилтон вместе орудовали в деловых и политических сферах.</p>
     <p>По окончании Гарвардского университета он много странствовал, продолжая заниматься наукой и везде приобретая друзей. Служил на Филиппинах, участвовал как энтомолог в ряде научных экспедиций на Малайский архипелаг, в Африку и в Южную Америку. В сорок один год он все еще числился в штатах Смитсоновского института, и приятели его уверяли, что он понимает в сахарном жучке больше, чем специалисты-энтомологи экспериментальной станции, учрежденной им вместе с другими сахарными плантаторами. Он был видной фигурой у себя на родине и самым популярным представителем Гавайев за границей. Гавайцы-путешественники в один голос утверждали, что в каком бы уголке земного шара им ни пришлось упомянуть, откуда они родом, их первым делом спрашивали: «А Санни Грэндисона вы знаете?»</p>
     <p>Короче говоря, это был сын богача, достигший блестящего успеха. Миллион долларов, полученный в наследство от отца, он превратил в десять миллионов, в то же время не свернув благотворительную деятельность, начатую отцом, а расширив ее.</p>
     <p>Но это еще не все, что можно о нем сказать. Десять лет назад он потерял жену, детей не имел, и на всех Гавайях не было человека, за которого столько женщин мечтало бы выйти замуж. Высокий, тонкий, с втянутым животом гимнаста, всегда в форме, брюнет с резкими чертами лица и сединой на висках, эффектно оттенявшей молодую кожу и живые, блестящие глаза, он выделялся в любой компании. Казалось бы, все его время без остатка должны были поглощать светские развлечения, заседания комитетов и правлений и политические совещания; между тем он еще состоял капитаном команды поло, одержавшей немало побед, и на принадлежащем ему острове Лаканайи разводил лошадей для игры в поло не менее успешно, чем Болдуины на острове Мауи.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>Когда при наличии двух сильных и самобытных натур — мужчины и женщины — на сцене появляется второй, столь же сильный и самобытный мужчина, почти неизбежно возникновение трагического треугольника. Выражаясь языком паркетных шаркунов, такой треугольник можно назвать «сверхтрагическим» или «потрясающим». Первый, должно быть, уяснил себе положение Санни Грэндисон, поскольку с его дерзкого желания все и началось; вряд ли, впрочем, даже его быстрый ум обогнал интуицию такой женщины, как Ида Бартон. Несомненно одно: Ли Бартон прозрел последним и попробовал обратить в шутку то, что отнюдь не было шуткой.</p>
     <p>Он быстро убедился, что прозрел с большим запозданием, то есть уже после того, как все стало ясно доброй половине людей, у которых он бывал в гостях. Оглянувшись назад, он сообразил, что уже довольно давно на все светские сборища, куда приглашали его с женой, оказывался приглашенным и Санни Грэндисон. Где бы ни бывали они вдвоем, бывал и он, третий. Куда бы ни отправлялось веселое общество — в Кахуку, Халейва, Ахуиману, или в коралловые сады Канеохе, или купаться на мыс Коко, — неизменно получалось так, что Ида ехала в автомобиле Санни или оба они ехали еще в чьем-нибудь автомобиле. Они встречались на балах, обедах, экскурсиях, «луау» — словом, всюду.</p>
     <p>Раз прозрев, Ли Бартон уже не мог не заметить, что в присутствии Санни Грэндисона Ида особенно оживляется, что она охотно ездит с ним в машине, танцует с ним или пропускает танец, чтобы посидеть с ним. Но убедительнее всего был вид самого Санни Грэндисона.</p>
     <p>Несмотря на возраст, выдержку и жизненный опыт, его лицо выдавало его чувства так же явно, как лицо двадцатилетнего юноши. В сорок один год, сильный, опытный мужчина, он не научился скрывать свою душу за бесстрастной маской, так что Ли Бартону, его ровеснику, не стоило труда разглядеть ее сквозь такую прозрачную оболочку. И не раз, когда Ида болтала с другими женщинами и речь заходила о Санни, Ли Бартон слышал, как тепло она о нем отзывалась, как красноречиво расписывала его стиль игры в поло, его общественную деятельность и все его многообразные достоинства.</p>
     <p>Итак, душевное состояние Санни не представляло загадки для Ли Бартона, — оно было видно любому. Но Ида, его жена, с которой он двенадцать лет прожил в безоблачном счастливом союзе, что сказать о ней? Он знал, что женщины — этот загадочный пол-многое умеют хранить в тайне. Означают ли ее откровенно дружеские отношения с Грэндисоном всего только возобновление детской дружбы? Или они служат ширмой для тайного сердечного жара, для ответного чувства, быть может, даже более сильного, чем то, что так ясно написано на лице Санни?</p>
     <p>Ли Бартону было невесело. Двенадцать лет безраздельного и узаконенного обладания собственной женой убедили его в том, что она — единственная женщина, которая ему нужна, что нет на свете женщины, которая могла бы посягнуть на ее место в его сердце и сознании. Он не мог себе представить, чтобы какая-нибудь женщина могла отвлечь его от Иды, а тем более превзойти ее в умении всегда и во всем ему нравиться.</p>
     <p>Так неужели же, в ужасе спрашивал он себя, уподобляясь всем влюбленным Бенедиктам <a l:href="#n_919" type="note">[919]</a>, это будет ее первый «роман»? Вопрос этот мучил его непрестанно, и, к удивлению остепенившихся пожилых юнцов — своих партнеров в покер, а также к великому удовольствию дам, наблюдавших за ним на званых обедах, он стал пить вместо апельсинового сока коньяк, громко ратовать за повышение лимита в покере, вечерами с сумасшедшей скоростью гонять свою машину по дорогам на мыс Даймонд и к пропасти Пали и потреблять — либо до, либо после обеда — больше коктейлей и шотландского виски, чем положено нормальному человеку.</p>
     <p>Ида всегда относилась к его увлечению картами очень снисходительно. За годы их брака он к этому привык. Но теперь, когда возникло сомнение, ему чудилось, что она только и ждет, чтобы он засел за карты. Кроме того, он заметил, что Санни Грэндисон перестал появляться там, где играли в покер и в бридж. Говорили, что он очень занят. Где же проводит время Санни, когда он, Ли Бартвн, играет в карты? Не всегда же на заседаниях комитетов и правлений. Ли Бартон решил это проверить. Он без труда установил, что, как правило, Санни проводит это время там же, где Ида Бартон, — на балах, обедах или на купаниях при луне; а в тот день, когда он, сославшись на неотложные дела, отказался составить с Ли, Лэнгхорном Джонсом и Джеком Холстейном партию в бридж в клубе «Пасифик», — в тот самый день он играл в бридж у Доры Найлз с тремя женщинами, и одной из них была Ида.</p>
     <p>Однажды Ли Бартон, возвращаясь из Пирл-Харбора, где он осматривал строительство сухого дока, и включив третью скорость, чтобы успеть переодеться к обеду, обогнал машину Санни; единственным пассажиром в этой машине была Ида. Спустя неделю, в течение которой Ли ни разу не играл в карты, он в одиннадцать часов вечера вернулся домой с холостого обеда в Университетском клубе, а следом за ним вернулась Ида — с ужина и танцев у Алстонов. И домой ее привез Санни Грэндисон. Они упомянули, что сначала отвезли майора Фрэнклина с женой в Форт Шафтер, по ту сторону города, за много миль от Вайкики.</p>
     <p>Ли Бартон был всего лишь человек и втайне жестоко страдал, хотя на людях отношения его с Санни были самые дружеские. Даже Иде было невдомек, что он страдает, и она жила по-прежнему беззаботно и весело, ничего не подозревая и разве что слегка удивляясь количеству коктейлей, которые ее муж поглощал перед обедом.</p>
     <p>Казалось, что он, как и прежде, открыт для нее весь, до последних глубин, на самом же деле он скрывал от нее свои муки, так же как и ту бухгалтерскую книгу, которую он мысленно вел, каждую минуту, днем и ночью, пытаясь подвести в ней итог. В одну колонку заносились несомненно искренние проявления ее обычной любви и заботы о нем, многочисленные случаи, когда она успокаивала его, спрашивала и слушалась его совета. В другую — где записи делались все чаще — собирались слова и поступки, которые он волей-неволей относил в разряд подозрительных. Искренни ли они? Или в них таится обман, пусть даже непреднамеренный? Третья колонка, самая длинная и самая важная с точки зрения человеческого сердца, содержала записи, прямо или косвенно касающиеся его жены и Санни Грэндисона. Ли Бартон вел эту бухгалтерию без всякого умысла. Он просто не мог иначе. Он с радостью бросил бы это занятие. Но ум его требовал порядка, и записи сами собой, помимо его воли, располагались каждая в своей колонке.</p>
     <p>Все теперь представлялось ему в искаженном виде, он из каждой мухи делал слона, хотя часто сам сознавал, что перед ним муха. Наконец он обратился к Мак-Илуэйну, которому когда-то оказал весьма существенную услугу. Мак-Илуэйн был начальником сыскной полиции. «Большую ли роль в жизни Санни Грэндисона играют женщины?» — спросил его Бартон. Мак-Илуэйн ничего не ответил. «Значит, большую», — заключил Бартон. Начальник полиции опять промолчал.</p>
     <p>Вскоре после этого Ли Бартон прочел секретную записку за подписью Мак-Илуэйна и тут же уничтожил ее, как ядовитую гадину. Общий вывод был: Санни вел себя неплохо, но и не слишком хорошо после того, как десять лет назад у него погибла жена. Их брак был притчей во языцех в высшем обществе Гонолулу, так они были влюблены не только до свадьбы, но и после, вплоть до ее трагической гибели — она вместе с лошадью свалилась с тропы Нахику в бездонную пропасть. И еще долго после этого, утверждал Мак-Илуэйн, женщины для Грэндисона словно не существовали. А потом если что и бывало, то все оставалось в рамках приличия. Никаких сплетен, никакой огласки, так что в обществе сложилось мнение, что он однолюб и никогда больше не женится. Что касается нескольких мимолетных связей, которые Мак-Илуэйн перечислил в своем докладе, то, по его словам, Грэндисону и в голову не могло прийти, что о них известно кому-либо, кроме самих участников.</p>
     <p>Бартон наскоро, словно стыдясь, проглядел короткий список имен и дат и успел искренне удивиться, прежде, чем предать бумагу огню. Да, чего другого, а осторожности у Санни хватало. Глядя на пепел, Бартон задумался о том, много ли эпизодов из его собственной молодости хранится в архивах старика Мак-Илуэйна. И вдруг почувствовал, что краснеет. Какой же он дурак! Раз Мак-Илуэйну столько известно о частной жизни любого члена их общества, не ясно ли, что он сам, муж, защитник и покровитель Иды, дал Мак-Илуэйну повод заподозрить ее?</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>— Ничего не случилось? — спросил он жену в тот же вечер, когда она кончала одеваться, а он стоял возле, держа наготове ее пальто.</p>
     <p>Это вполне соответствовало их давнишнему уговору о взаимной откровенности, и в ожидании ее ответа он даже упрекал себя за то, что не спросил ее много раньше.</p>
     <p>— Нет, — улыбнулась она. — Ничего особенного… Может быть, после…</p>
     <p>Она загляделась на себя в зеркало, попудрила нос и снова смахнула пудру пуховкой. Потом добавила:</p>
     <p>— Ты ведь знаешь меня, Ли. Мне нужно время, чтобы во всем разобраться… если есть в чем разбираться; а после этого я тебе всегда все говорю. Только часто оказывается, что говорить-то не о чем, так что нечего тебя и тревожить.</p>
     <p>Она протянула назад руки, чтобы он подал ей пальто, — храбрые, умные руки, крепкие, как сталь, когда она борется с волнами, и в то же время такие чудесные женские руки, круглые, теплые, белые, — как и должны быть у женщины, — с тонкой, гладкой кожей, скрывающей отличные мускулы, покорные ее воле.</p>
     <p>Он смотрел на нее с восхищением, с тоской и болью, — она казалась такой тоненькой, такой хрупкой, что сильный мужчина мог бы одной рукой переломить ее пополам.</p>
     <p>— Едем скорее! — воскликнула она, заметив, что он не сразу накинул легкое пальто на ее прелестное, сверхлегкое платье. — Мы опоздаем. Если на Нууану польет дождь, придется поднимать верх и мы не поспеем ко второму танцу.</p>
     <p>Он решил непременно посмотреть, с кем она будет танцевать второй танец, и пошел следом за нею к двери, любуясь ее походкой, в которой, как он часто сам себе говорил, горделиво проявлялась вся ее сущность, и духовная и физическая.</p>
     <p>— Ты не против того, что я так много играю в покер и оставляю тебя одну? — Это была новая уловка.</p>
     <p>— Да бог с тобой! Ты же знаешь, я приветствую твои картежные оргии. Они тебя так подбадривают. И ты, когда играешь, делаешься такой симпатичный, такой солидный. Я уж не помню, когда ты засиживался за картами позже, чем до часу.</p>
     <p>На улице Нууану дождь не полил, небо, начисто выметенное пассатом, было усеяно звездами. Они поспели ко второму танцу, и Ли Бартон увидел, как его жена пошла танцевать с Грэндисоном. В этом не было ничего удивительного, однако он не преминул отметить это в своей мысленной бухгалтерии.</p>
     <p>Час спустя, терзаемый тоскливым беспокойством, он отказался от партии в бридж и, улизнув от нескольких молодых дам, вышел побродить по огромному саду. Вдоль дальнего края лужайки тянулась изгородь из ночного цереуса. Каждому цветку суждена была всего одна ночь жизни, — распустившись в сумерках, он к рассвету свернется и погибнет. Огромные — до фута в диаметре — чуть желтоватые цветы, похожие на восковые лилии, мерцая, словно маяки, во мраке, допьяна напоенном их ароматом, торопились насладиться своей прекрасной короткой жизнью.</p>
     <p>Но на дорожке, бегущей вдоль изгороди, было людно. Гости парами гуляли здесь в перерывах между танцами или во время танцев и тихо переговаривались, жадно наблюдая это чудо — любовную жизнь цветов. С веранды, где расположился хор мальчиков, доносилась ласкающая мелодия «Ханалеи». Ли Бартону смутно вспомнился рассказ — кажется, Мопассана — про аббата, который свято верил, что все на свете сотворено богом для одному ему ведомых целей, но, затруднившись осмыслить с этой точки зрения ночь, понял в конце концов, что ночь создана для любви.</p>
     <p>От того, что и цветы и люди так страстно славили ночь, Бартону стало больно. Он повернул обратно к дому по дорожке, вьющейся в тени акаций и пальм. С того места, где она снова выходила из зарослей, он увидел в нескольких шагах от себя, на другой дорожке, мужчину и женщину, которые стояли в темноте, обнявшись. Он обнаружил их, потому что услышал страстный шепот мужчины, но в ту же минуту и его заметили: шепот смолк, и пара замерла в полной неподвижности.</p>
     <p>Он побрел дальше, удрученный мыслью, что густая тень деревьев — это следующий этап для тех, кто под широким небом восторгается ночными цветами. О, он хорошо помнил то время, когда ради минуты любви готов был на любой обман, на любую хитрость, и чем гуще была тень, тем лучше. Что люди, что цветы — одно и то же, подумал он. Прежде чем снова включиться в привычную, но сейчас нестерпимую жизнь, он еще немного постоял в саду, рассеянно глядя на куст густо-алых махровых мальв в ярком кругу света, падавшего с веранды. И внезапно все, что он выстрадал, все, что он только что видел и слышал, — ночные цветы, и приглушенные голоса влюбленных, и те двое, что обнимались украдкой, как воры, — все слилось в притчу о жизни, воплощенную в цветах мальвы, на которые он глядел. Ему казалось, что жизнь и страсть человека — это те же цветы: они распускаются на рассвете белыми как снег, розовеют под лучами солнца, а к вечеру становятся густо-алыми и уже не доживают до нового рассвета.</p>
     <p>Какие еще аналогии могли прийти ему в голову, неизвестно, потому что за ним, там, где росли акации и пальмы, послышался знакомый смех — веселый и безмятежный смех Иды. Не оглядываясь, страшась того, что должен был увидеть, он торопливо, чуть не спотыкаясь, поднялся на веранду. Но хотя он знал, что его ждет, все же, когда он наконец оглянулся и увидел свою жену и Санни, только что украдкой обнимавшихся в темноте, — у него закружилась голова, и он постоял, держась за перила и с тупой улыбкой устремив глаза на группу мальчиков, выводивших в сладострастной ночи свой сладострастный припев «Хони кауа викивики».</p>
     <p>Через секунду он облизал губы, справился с дрожью и успел бросить какую-то шутку хозяйке дома миссис Инчкип. Но нельзя было терять время, — те двое уже поднимались по ступенькам веранды.</p>
     <p>— Пить хочется, будто я пересек пустыню Гоби, — сказал он, — я чувствую, что только коктейль может спасти меня.</p>
     <p>Миссис Инчкип улыбнулась и жестом направила его на курительную веранду, где его и нашли, когда начался разъезд: он оживленно обсуждал со старичками положение в сахарной промышленности.</p>
     <p>В Ваикики уезжало сразу несколько машин, и на его долю выпало отвезти домой Бернстонов и чету Лесли. Ида, как он успел заметить, села в машину Санни, рядом с ним. Она вернулась домой первая, — когда он приехал, она уже причесывалась на ночь. Они простились и легли — так же, как обычно, но попытка казаться естественным, помня, чьи губы недавно прижимались к ее губам, стоила ему такого труда, что он едва не потерял сознание.</p>
     <p>«Неужто женщина и вправду совершенно аморальное существо, как утверждают немецкие пессимисты?» — спрашивал он себя, ворочаясь с боку на бок, и не мог ни уснуть, ни взяться за книгу. Через час он встал и нашел в аптечке сильно действующий снотворный порошок. Еще через час, опасаясь провести бессонную ночь наедине со своими мыслями, он принял второй порошок. Он проделал это еще два раза, с часовыми перерывами. Но снотворное действовало так медленно, что когда он наконец уснул, уже светало.</p>
     <p>В семь часов он опять проснулся. Во рту было сухо, хотелось спать, однако он не мог забыться больше чем на несколько минут кряду. Решив, что уже не заснет, он позавтракал в постели и занялся утренними газетами. Но порошки продолжали действовать, и он то и дело засыпал над газетой. Так же было, пока он принимал душ и одевался, и его радовало, что хотя ночью порошки почти не принесли ему облегчения, они помогли ему провести утро в каком-то полузабытьи.</p>
     <p>И только когда жена его встала и пришла к нему в очаровательном халатике, с лукавой улыбкой на губах, как всегда веселая и безмятежная, его охватило порожденное опиумом безумие. Просто и ясно она дала понять, что, несмотря на давнишний уговор, ей нечего сказать ему, и тут, послушный голосу опиума, он начал лгать. На вопрос, хорошо ли он спал, он ответил:</p>
     <p>— Отвратительно! Я два раза просыпался от судороги в ноге. Даже страшно было снова засыпать. Но больше она не повторилась, хотя ноги болят ужасно.</p>
     <p>— У тебя это и в прошлом году было, — напомнила она.</p>
     <p>— Сезонная болезнь, — улыбнулся он. — Это не страшно, только очень противно, когда просыпаешься со сведенной ногой. Теперь до вечера ничего не будет, но ощущение такое, точно меня избили палками.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>В тот же день, попозже, Ли и Ида Бартон нырнули в мелкую воду у пляжа яхт-клуба и, быстро миновав мол, уплыли вдаль, за прибой Канака. Море было такое тихое, что, когда они, часа через два, повернули обратно к берегу и не спеша стали пересекать прибой, они были совершенно одни. Слишком маленькие волны не представляли интереса для любители качаться в челнах и на досках, поэтому все уже давно вернулись на берег.</p>
     <p>Вдруг Ли перевернулся на спину.</p>
     <p>— Что случилось? — окликнула Ида, плывшая футах в двадцати от него.</p>
     <p>— Нога… судорога, — ответил он негромко, весь сжавшись от страшного напряжения.</p>
     <p>Опиум продолжал действовать, и он был словно в полусне. Глядя, как она подплывает к нему ровными, ритмичными взмахами, он полюбовался ее спокойствием, но его тут же кольнуло подозрение, что она спокойна потому, что мало его любит, или, вернее, любит гораздо меньше, чем Грэндисона.</p>
     <p>— В какой ноге? — спросила она, принимая в воде вертикальное положение.</p>
     <p>— В левой… ой! А теперь в обеих.</p>
     <p>Он, словно непроизвольно, подогнул колени, высунул из воды голову и грудь и тут же скрылся из глаз под совсем небольшой волной. Через несколько секунд он всплыл и, отплевываясь, снова лег на спину.</p>
     <p>Он чуть не улыбнулся, но улыбка превратилась в болезненную гримасу: ему действительно свело ногу, во всяком случае, одну, и он почувствовал настоящую боль.</p>
     <p>— Сейчас больнее в правой, — процедил он, увидев что она хочет растереть ему ногу. — Но ты лучше держись подальше. У меня это бывало. Если станет хуже, я, чего доброго, могу вцепиться в тебя.</p>
     <p>Она нашла руками затвердевшие мускулы и стала растирать и разминать их.</p>
     <p>— Очень прошу тебя, держись подальше, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Дай мне отлежаться. Я поработаю суставами, и все пройдет. Я знаю, что нужно делать.</p>
     <p>Она отпустила его, но осталась рядом, по-прежнему держась в воде стоя и стараясь понять по его лицу, помогает ли ему эта гимнастика. Он же нарочно стал сгибать суставы и напрягать мускулы так, чтобы усилить судорогу. Когда это с ним случилось в прошлом году, он научился, лежа в постели с книгой, расслаблять мускулы и успокаивать судорогу, даже не отрываясь от чтения, Теперь он проделывал как раз обратные движения и со страхом и радостью почувствовал, что судорога, усилившись, перекинулась в правую икру. Он громко вскрикнул, сделал вид, что растерялся, попробовал высунуться из воды и исчез под набежавшей волной.</p>
     <p>Он всплыл, отфыркался и лег на спину, раскинув руки, и тут сильные маленькие пальцы Иды крепко взялись за его икру.</p>
     <p>— Не беда, — сказала она, энергично работая. — Такие судороги никогда не длятся очень долго.</p>
     <p>— Я и не знал, что они бывают такие сильные, — простонал он. — Только бы не поднялись выше! Чувствуешь себя таким беспомощным.</p>
     <p>Вдруг он вцепился ей руками в плечи, как утопающий вцепляется в весло, пытаясь на него взобраться, и под его тяжестью она погрузилась в воду. За то время, что он не давал ей вырваться, с нее смыло резиновый чепчик, шпильки выпали, и когда она, тяжело дыша, всплыла наконец на поверхность, мокрые распустившиеся волосы облепили ей все лицо. Он был уверен, что от неожиданности она порядком хлебнула морской воды.</p>
     <p>— Уходи! — предостерег он ее и снова раскинул руки в притворном отчаянии.</p>
     <p>Но пальцы ее уже нащупали больную икру, и не видно было, чтобы она испытывала колебания или страх.</p>
     <p>— Выше пошло, — проговорил он с усилием, едва сдерживая стон.</p>
     <p>Он напряг всю правую ногу, и настоящая судорога в икре усилилась, а мышцы бедра послушно затвердели, как будто их тоже свело.</p>
     <p>Мозг его еще не освободился от действия опиума, так что он мог одновременно вести свою жестокую игру и с восторгом отмечать и силу воли, написанную на ее сразу осунувшемся лице и смертельный ужас, затаившийся в глазах, и за всем этим — ее непоколебимый дух и твердую решимость.</p>
     <p>Она явно не собиралась сдаваться, прячась за дешевую формулу: «Я умру с тобой вместе». Нет, к его великому восхищению, она спокойно приговаривала:</p>
     <p>— Ничего. Погрузись поглубже, оставь над водой только рот. Голову я тебе поддержу. Это же не может продолжаться без конца. На суше никто еще не умирал от судорог. Значит, и в воде хороший пловец не может от них умереть. Дойдет до высшей точки и отпустит. Мы оба прекрасно плаваем и не из пугливых.</p>
     <p>Он зажмурился, точно от страшной боли, и утянул ее под воду. Но когда они всплыли, она была по-прежнему рядом с ним и по-прежнему, стоя в воде, поддерживала его голову и твердила:</p>
     <p>— Успокойся. Расслабь мускулы. Голову я тебе держу. Потерпи. Сейчас пройдет. Не борись. Не напрягай сознание, тогда и тело не будет напряжено. Вспомни, как ты учил меня отдаваться течению.</p>
     <p>Новая волна, исключительно высокая для такого слабого прибоя, нависла над ними, и Ли Бартон опять схватил жену за плечи и утянул под воду в ту минуту, как гребень волны закудрявился и рухнул.</p>
     <p>— Прости, — пробормотал он сдавленным от боли голосом, едва сделав первый вдох. — И оставь меня. — Он говорил отрывисто, с мучительными паузами. — Не к чему нам обоим погибать. Мое дело дрянь. Сейчас боль пойдет еще выше, тогда уж у меня не хватит сил тебя отпустить. Прошу тебя, дорогая, оставь меня. Пусть уж я один умру. Тебе есть для чего жить.</p>
     <p>Она поглядела на него с таким упреком, что в глазах ее не осталось и следа смертельного ужаса. Слова и те не могли бы яснее выразить ее ответ: «Зачем же мне жить, если не для тебя».</p>
     <p>Так, значит, он ей дороже, чем Санни! Бартон возликовал, но тут же вспомнил, как Санни обнимал ее в тени акаций, и решил, что еще мало помучил ее. Может быть, это выпитый опиум подстрекал его к такой жестокости. Раз уж он затеял это испытание, нашептывал маковый сок, пусть доводит его до конца.</p>
     <p>Он подтянул колени, ушел под воду, всплыл и сделал вид, что отчаянно старается вытянуть ноги. Она все время держалась с ним рядом.</p>
     <p>— Нет, не могу! — громко простонал он. — Дело дрянь. Ничего не выйдет. Тебе меня не спасти. Спасайся сама, пока не поздно.</p>
     <p>Но она не отставала, она поворачивала его голову, чтобы вода не попала в рот, и приговаривала:</p>
     <p>— Ничего, ничего. Хуже не будет. Потерпи еще чуточку, сейчас начнет проходить.</p>
     <p>Он вскрикнул, скорчился, схватил ее и увлек под воду. На этот раз он чуть не утопил ее, так хорошо ему удалось разыграть эту сцену. Но она ни на секунду не растерялась, не поддалась страху неминуемой смерти. Едва высунув голову из воды, она старалась поддерживать его и, задыхаясь, все шептала ему слова ободрения:</p>
     <p>— Успокойся… успокойся… расслабь мускулы… Вот увидишь… сейчас станет лучше. Пусть больно… ничего… сейчас пройдет… уже проходит, да?</p>
     <p>А он снова и снова тянул ее ко дну, все грубее хватал ее, заставляя еще и еще глотать соленую воду, в глубине души уверенный, что это не может серьезно ей повредить. На короткие мгновения они всплывали на залитую солнцем поверхность океана и снова скрывались, и кудрявые гребни волн перекатывались через них.</p>
     <p>Она упорно боролась, вырываясь из его цепких пальцев, но, когда он отпускал ее, не делала попыток отплыть подальше: силы ее убывали, сознание мутилось, но всякий раз она снова старалась спасти его. Наконец, рассудив, что пора кончать, он стал спокойнее, разжал руки и растянулся на воде.</p>
     <p>Он испустил долгий блаженный вздох и заговорил, то и дело останавливаясь, чтобы перевести дыхание:</p>
     <p>— Проходит. Какое счастье! Ох, дорогая, я здорово наглотался воды, но сейчас, когда нет этой ужасной боли, я чувствую себя как в раю.</p>
     <p>Она попыталась ответить, но не могла.</p>
     <p>— Теперь мне хорошо, — повторил он. — Давай отдохнем. Ты тоже ляг, чтобы отдышаться.</p>
     <p>И, лежа рядом на спине, они полчаса отдыхали на волнах кроткого прибоя Канака. Первой, оправившись, заговорила Ида Бартон.</p>
     <p>— Ну как ты себя чувствуешь, мой дорогой? — спросила она.</p>
     <p>— Так, как будто по мне прошел паровой каток. А ты, моя бедняжка?</p>
     <p>— А я чувствую, что я самая счастливая женщина на свете. Я так счастлива, что готова плакать, только не хочется. Ты меня ужасно напугал. Одно время мне казалось, что я могу тебя потерять.</p>
     <p>У Ли Бартона радостно забилось сердце. Ни слова о том, что она сама могла погибнуть! Так вот она, подлинная, испытанная любовь, великая любовь, когда забываешь себя, помня только о любимом.</p>
     <p>— А я — самый гордый человек на свете, — сказал он, — потому что моя жена самая храбрая женщина на свете.</p>
     <p>— Храбрая! — возмутилась она. — Я же тебя люблю. Я и не знала, как я тебя люблю, пока мне не показалось, что я тебя теряю. А теперь давай двинемся к берегу. Я хочу побыть с тобой вдвоем, чтобы ты обнял меня, а я тебе рассказала, как ты мне дорог и всегда будешь дорог.</p>
     <p>Еще через полчаса они без единой передышки доплыли до берега и пошли к купальне по твердому мокрому песку, среди публики, бездельничающей на пляже.</p>
     <p>— Что это вы там делали? — окликнул их один из капитанов яхт-клуба. — Просто дурачились?</p>
     <p>— Вот именно, — с улыбкой отвечала Ида Бартон.</p>
     <p>— Вы же знаете, мы — типичные деревенские дурачки, — подтвердил ее муж.</p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
     <p>А вечером, отказавшись от очередного приглашения, они сидели обнявшись в большом кресле у себя на балконе.</p>
     <p>— Санни уезжает завтра в двенадцать часов, — сказала Ида, словно бы без всякой связи с предыдущим разговором. — Он едет в Малайю, посмотреть, как там поживает его Каучуковая и Лесная компания.</p>
     <p>— А я и не слышал, что он покидает нас, — едва выговорил от удивления Ли.</p>
     <p>— Я первая об этом узнала, — объяснила Ида. — Он сказал мне только вчера вечером.</p>
     <p>— На балу? Ида кивнула.</p>
     <p>— Немножко неожиданно это получилось?</p>
     <p>— Очень неожиданно. — Ида отодвинулась от мужа и выпрямилась в кресле. — Я хочу рассказать тебе про Санни. У меня никогда не было от тебя настоящих тайн. Я не хотела тебе рассказывать. Но сегодня, в прибое Канака, я подумала, что, если мы погибнем, между нами останется что-то недосказанное.</p>
     <p>Она замолчала, и Ли, предчувствуя, что последует дальше, не стал ей помогать, а только сжал ее пальцы.</p>
     <p>— Санни… ну, он увлекся мной. — Голос ее дрогнул. — Ты, конечно, это заметил. И… и вчера вечером он просил меня уехать с ним. Но я совсем не в этом хотела покаяться…</p>
     <p>Ли Бартон молча ждал.</p>
     <p>— Я хотела покаяться в том, — продолжала она, — что я совсем на него не рассердилась. Мне было только очень грустно и очень жаль его. Все дело в том, что я и сама немножко… вернее, совсем не немножко, увлеклась им. Потому я вчера вечером и была к нему так снисходительна. Я ведь не дура. Я знала, что это случится. И мне — знаю, знаю, я слабая, тщеславная женщина, — мне было приятно, что такой человек из-за меня потерял голову. Я его поощряла. Мне нет оправдания. Если б я его не поощряла, того, что было вчера, не случилось бы. Это не он, а я виновата, что он звал меня уехать. А я сказала — нет, это невозможно, а почему — ты сам понимаешь, я и повторять не буду. Я обошлась с ним ласково, очень ласково. Я позволила ему обнять меня, не ушла от него, и первый раз — потому что это был и самый, самый последний раз, — позволила ему поцеловать меня, а себе — ответить на его поцелуй. Я знаю, ты поймешь — это было прощание. Я ведь не любила Санни. И не люблю. Я всегда любила тебя, только тебя.</p>
     <p>Она умолкла и в ту же минуту почувствовала, что рука мужа обхватила ее плечи и мягко притянула ее ближе.</p>
     <p>— Да, ты доставила мне много тревожных минут, — признался он. — Я уже подумал было, что ты от меня уйдешь. И я… — Он запнулся, явно смущенный, потом, собравшись с духом, закончил: — Ты же знаешь, что ты для меня — единственная женщина. Ну и довольно.</p>
     <p>Она нащупала у него в кармане спички и дала ему огня — закурить давно потухшую сигару.</p>
     <p>— Да, — проговорил он сквозь окутавшее их облачко дыма, — зная тебя так, как я тебя знаю — всю до конца, — могу только сказать, что мне жаль Санни, очень жаль, он много потерял, но за себя я рад. И… еще одна вещь: через пять лет я что-то расскажу тебе, что-то очень интересное и смешное про меня и про то, на какие глупости я способен из-за тебя. Через пять лет. Подождешь?</p>
     <p>— Подожду и пятьдесят лет, — вздохнула она и крепче прижалась к нему.</p>
     <p><emphasis>Глен Эллен, Калифорния.</emphasis></p>
     <p><emphasis>17 августа 1916 года.</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Стакан с костями дьявола</p>
     <empty-line/>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Мы молились у чужих алтарей;</p>
     <p>били лбом поклоны в пыли;</p>
     <p>и закон наш всех сильней,</p>
     <p>кредо мы в грехе обрели.</p>
     <p>Наш закон и наше кредо</p>
     <p>(за слепую верность — награда).</p>
     <p>Наш закон и наше кредо</p>
     <p>завели нас в бездну ада.</p>
     <text-author>Поклонники мамоны</text-author>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Да нет, мне обо всем этом известно не только из найденного манускрипта, я помогал хоронить того Человека с Востока; знавал я и других людей, пропавших на Востоке; мне точно известно, что они не вернулись. Все случилось в те стародавние времена, задолго до открытия знаменитых золотых россыпей, названных после Клондайком и Оленьим ручьем. Всего-то около сотни белых в те дни обитало в этих диких краях, и, пожалуй, десятка два из них, одержимых великой верой в Северную страну, проживало на зимних стоянках у впадения реки Стюарт в Юкон.</p>
    <p>Был апрель, харчи наши были на исходе, и, гонимый голодом, я потащился за раненым лосем через бесчисленные ручьи и пригорки, ночуя на тропе. Вначале лось направился было на северо-восток, но потом, петляя, повернул к реке Стюарт и перешел ее милях в пятидесяти от истока. Там-то я и наткнулся на льду на мертвую индеанку-полукровку, удивительно красивую, хотя и настрадавшуюся от лишений. Она явно умерла от голода, потому что ее беличья парка была изрезана кусок за куском, как и верха мокасин, — так индейцы заедают муки голода. Я забрал ее пожитки и ушел вслед за лосем, увлекаемый раздражающим зовом пищи, предоставив телу скорбную участь плыть по течению вместе со льдом, когда вскроется река. В ее охотничьем мешке я обнаружил кусок изжеванной кожи, огромный, потяжелее пяти фунтов самородок и завернутую в бересту рукопись, которую привожу ниже. При этом я намеренно маскирую местоположение того пункта, о котором идет речь, ибо собираюсь когда-нибудь сам отправиться туда и вернуться богачом.</p>
    <p>«Все так невероятно и страшно — я не могу поверить, с трудом верю, что умираю. О, Боже! Умираю, завладев богатством, которое вернуло бы мне утраченный авторитет, друзей и потерянную честь! Ибо, Бог мой! на него можно купить целый мир! Нелепый рок или сцепление обстоятельств? Или великое предначертание Первочеловека из-за гор, приведенное в исполнение согласно Неведомому Закону? К чему эта бессмысленная мешанина кровопролитий, убийств и смертей? Ведь можно же избежать болезни, заразы... Но, стоп. Мне необходимо успокоиться. Позвольте начать сначала. Эта записывающая за мной индеанка воспитывалась в миссии на побережье. После моей смерти ей, возможно, удастся добраться до цивилизации и передать мое послание миру.</p>
    <p>Поначалу нас было семь, или, вернее, восемь, если считать Стюарта. Нас, солдат удачи, свел вместе случай, и мы мало что знали друг о друге. Каждый несколько лет провел в бассейне Юкона, а наш предводитель Мельмут Кид — не менее семи и знал здешние края, как немногие. Свою жену, полукровку Люси, он привел из-за гор два года назад. Еще с нами были двое братьев Рендольф, бахвалившихся своим родством со знаменитой семьей Рендольф в Кентукки, два объехавших весь мир моряка и молодой выпускник колледжа, если память мне не изменяет, из Йеля, по имени Чарли, по-видимому, сбежавший из дома от каких-то неприятностей. Что до меня, то чем меньше говорить обо мне, тем лучше. Достаточно сказать, что я прибился к ним прошлой осенью, потеряв своего компаньона в ледяном месиве.</p>
    <p>Первое из событий, о которых я расскажу, случилось в короткие декабрьские дни. Ночь только спустилась, и мы кто зашивал мокасины, курил и трепался, когда снаружи вдруг залаяли собаки. Следом послышались ругательства, свист хлыста, собачий визг, и наконец последовал стук в дверь. Мы, конечно, насторожились. Дверь отворилась, и вошел Человек с Востока. Первыми его словами были: «Ради Бога, закурить!» И пока он с наслаждением глубоко затягивался дымом из своей задышавшей огнем трубки, крепко зажатой в руке, мы хорошо разглядели его. Высокий, темноглазый, черноусый, он был из тех худощавых и мускулистых людей, которым по силам дальние дороги и кто своей завораживающей красотой неизменно приводит в восхищение женщин. После мне казалось, что именно в этом крылась причина свалившихся на него бед. В ответ на наш вопрос, откуда он идет, он указал на восток и продолжал жадно затягиваться. Тогда его жест вызвал у нас сомнение, ибо в этих краях человек, пришедший с Востока, был явлением необычным и маловероятным. Однако мы его устроили поудобнее, и, поскольку он пробыл у нас несколько дней, занимаясь покупкой собак, нам удалось кое-что узнать. Выяснилось, что он намеревался ехать по льду в Дайю.</p>
    <p>Во-первых, мы проследили путь, которым он пришел сюда, и оказалось, что пришел он от реки Стюарт. Во-вторых, он привез на санях более ста фунтов золота — все в солидных самородках высочайшей пробы. Таковы были факты, остальное мы выудили из него по крупицам. Два года назад, летом, вместе с двумя полукровками из французской Канады он прошел на лодке и волоком от озера Атабаска до большого озера Слейв-Лейк, далее вниз по реке Маккензи, примерно до шестьдесят пятого градуса или до широты Медвежьего озера. Там они пробыли до первого снега, перешли реку и направились на запад, в горы. После целого года поисков, продвигаясь на запад по неизведанному краю, он буквально наткнулся на верховье реки Стюарт и проплыл вниз до Юкона. О потере двух товарищей он рассказал как-то мимоходом, но не стеснялся продемонстрировать свое золото, заявив откровенно, что это всего лишь образцы открытого им. Больше мы ничего от него не добились — о прошлой своей жизни он молчал. И все же, как он ни скрытничал, порой от него веяло духом светской жизни, который я не мог не ощутить.</p>
    <p>Хотя мы его и отговаривали, он упорно готовился в дальний путь именно в Рождество; и когда река встала, события закружились вихрем. Увязав сани и пристегнув собак, он уже был готов к отправке, когда с берега подкатила целая вереница свежих собачьих упряжек. Лидер прибывших был до удивления похож на Человека с Востока. Вместо обмена приветствиями между ними внезапно произошла короткая стычка. Изумившись встрече, вновь прибывший наставил на нашего гостя винтовку. Последний хладнокровно улыбнулся, своеобразно искривив рот, и промолвил: «А, дорогой братец!» И больше не было сказано ни слова, их полное взаимопонимание совершенно этого не требовало.</p>
    <p>Последовавшая затем сцена у обыкновенных людей была бы в высшей степени невероятна, но у мужчин, встречающих опасность в унылых северных краях лицом к лицу, все возможно. Все происходило так, будто давно заранее было назначено ими это время и место. С винтовкой в руке, став спиною к спине, каждый отмерил шагами пятьдесят ярдов и повернулся лицом к противнику, а мы убрались с линии огня.</p>
    <p>Думаю, никогда рождественские дни не видели таких событий. Стоял полдень, верхний край солнца едва высовывался над южной стороной горизонта, косо бросая в небеса зловещий кроваво-красный луч. По другую сторону светилось ложное солнце, а воздух был полон мерцающих частичек инея. Царило глубокое безмолвие. Безбрежные снежные просторы походили на монотонную белую пустыню, которую перечеркивали лишь черные фигуры братьев. Всего мгновение смотрели они друг на друга, а потом вновь прибывший сосчитал до трех, винтовки взлетели к плечу и заговорили. Скорость выстрелов нашего гостя была такова, что одна из шести выпущенных пуль находилась в полете в момент следующего, а потом он рухнул от пули, пробившей легкие. Более осмотрительный противник выстрелил всего три раза, но и он не остался невредим: одна пуля перебила ремешок его рукавицы, вторая зацепила два ребра, а его правая рука повисла без движения — действие третьей пули.</p>
    <p>Он бросился по снегу к брату, и, по мере того, как он убеждался, что тот кончается, чувство удовлетворения и облегчения проступало на его лице. Мы приподняли и усадили раненого, и, поскольку он выказал желание говорить, брат наклонился над ним. Что он прошептал, мы никогда не узнаем, но его торжествующая усмешка в миг, когда отлетела душа, была ответом на взрыв гнева чужеземца. Он даже обнажил охотничий нож и наверняка ударил бы умирающего, насмеявшегося над ним, если бы Мельмут Кид не отбросил его в сторону, в снег, ударом кулака в лицо. Прибывшие сбросили рукавицы, защелкали затворами, и схватка могла стать общей, если бы поднявшийся на ноги иноземец не встал между нами. Он отдал распоряжение развязать сани, поменять груз, перевязать раны. Самого лидера, завернув в одеяло, уложили в сани, и под щелканье кнутов и завывания волкодавов компания выкатилась на лед и понеслась вверх по реке тем же путем, которым прибыла. Все произошло буквально в пять минут: прибыл чужестранец, прогремела дуэль, и тут же последовал отъезд, ибо люди на севере принимают решения и действуют быстро. Положив тело на крышу хижины, чтобы собаки не смогли до него добраться, мы вошли в дом держать военный совет. Моряки высыпали на стол две пятидесятифунтовые сумки самородков, и с этого момента началось помешательство. Даже Люси с ее невозмутимой индейской натурой так загорелась при виде этой груды, что отложила приготовление обеда. После короткого обмена мнениями Мельмут Кид вышел за дверь и возвратился с известием, что чужеземцы повернули к реке Стюарт. Все смутились. Даже женщине была ясна важность этого факта. Мы торжествовали, я, признаюсь, тоже ощутил прилив энергии. Чарли клялся всеми богами Олимпа, что человек в Арктике не в состоянии скрыть свои следы, а Мельмут Кид, опустив кулак на стол, просевший от сокровищ, произнес великую клятву быть у добычи первым.</p>
    <p>Немедленно приступили к обсуждению плана, и в самый разгар его встал вопрос, кого оставлять. Вот тут-то и сказалось всеобщее умопомрачение. Каждый уверял, что его не следует оставлять, а нервные сморкания Люси и довод, что она всегда следует за своим господином и хозяином, определили и ее участь. Наши сердца с такой решимостью настроились на погоню, что мы никак не могли преодолеть некоторое отупение и сидели, устремив взгляды на эту груду, размышляя о превратностях судьбы и лелея великую надежду, что свойственно мужчинам, когда ими овладевает непреодолимое, безумное желание.</p>
    <p>Однако решение наконец было найдено: отправляться всем гамузом. Мы энергично принялись собираться. Укрепили сани, починили и приладили упряжь и мокасины; не мытьем, так катаньем, за деньги или так, у белых и у индейцев с трудом добывали собак и каждый фунт еды для них.</p>
    <p>Мы все были до такой степени заняты, что на следующее утро, перед отправкой, вынуждены были прицепить на двери записку с просьбой к первому прибывшему похоронить лежащее на крыше тело. До какой же степени дошло умопомешательство, если вам некогда похоронить мертвеца, погибшего у ваших дверей? Тогда вы и сами обречены на гибель.</p>
    <p>Восемь наших саней и пять дюжин собак производили внушительное впечатление. Если обычно упряжки имеют по пять-семь собак, у нас было по двенадцать на каждые сани. Хотя нам не нужно было идти впереди на снегоступах и прокладывать путь собакам (ведь мы следовали по пробитой тропе), нам все-таки потребовалось три дня, чтобы достать тех. Яснее ясного, они торопились. Однако, обнаружив наше преследование, они против ожиданий не стали нам мешать, напротив, когда мы их достали, они не выказали ни малейшего удивления. Нам это не понравилось, и ту ночь, и много ночей подряд мы были начеку, не исключая какой-нибудь выходки с их стороны и даже нападения. Впрочем, мы были не одиноки, потому что Эйб Рендольф, вышедший на разведку к их лагерю, обнаружил аналогичные меры предосторожности.</p>
    <p>Нам-то было известно, что они знают местонахождение сокровищ, но им было невдомек, что нам оно неизвестно. Они относились к нашему присутствию философски, поняв, что мы им не уступим; в то же время мы были уверены, что им не ускользнуть, ибо условия гонки в Арктике вынуждают идущего впереди прокладывать путь преследователю. Выглядело все так, будто два гонщика едут не торопясь в ожидании финишной стометровки, где выявится победитель. Со стороны наша гонка казалась бы нелепой, ведь команды день за днем менялись местами, чтобы выйти вперед для прокладки пути. Обе группы проделывали это в суровом молчании.</p>
    <p>В обычных условиях подобное состязание не так уж и утомительно, но не в условиях, когда еда на вес золота и ты должен беречь каждый грамм! При этом страдали и собаки, ведь, выжимая из них все силы, мы урезали их паек. На третьей сотне миль начался отстрел тех собак, что выбывали из игры. Правда, они отнюдь не были совсем потеряны, их тут же разрубали на куски и скармливали оставшимся. Январские дни очень коротки, и при всех усилиях мы были не в состоянии покрыть более двадцати, а часто даже и десяти миль. А после тяжких трудов мы в кромешной тьме забирались в свои постели на снегу и забывались мертвым сном. Не представляю, как выдержал все предводитель той группы, привязанный к саням с незажившими ранами; мы часто слышали, как он ругался от боли. Вне всякого сомнения, он обладал железной волей. И не только переносил все тяготы, но, по мере того как затягивались его раны, срастались ребра и крепчал мороз, он начал вставать с саней и шел пешком, чтобы разогреть кровь.</p>
    <p>Все страшно устали, выдохлись, а один из нашей партии стал отставать. Нет, не девушка, благослови ее Всевышний, она родилась и выросла на тропе, а парень из Йеля. В конце концов он так ослаб и обессилел, что не мог работать, и, едва заканчивался завтрак, мы заставляли его отправляться в путь, пока сами разбирали лагерь, увязывали сани и впрягали собак. Через пару часов мы догоняли и перегоняли его, и только спустя длительное время, после того как мы разбивали лагерь и съедали ужин, приходил он, едва живой и шатаясь от усталости. Другая партия, тоже очень уставшая, все же была в лучшем состоянии и, догадываясь о нашем самочувствии, решила извлечь из него пользу. Жестоко, конечно, но справедливо. Они увеличили время нахождения в пути, мы не отставали, но для Чарли это был предел. А они даже перестали ожидать нас для смены лидера на тропе и начали постепенно уходить. Что мы могли поделать? Мы уже потеряли так много собак, что были вынуждены бросить четверо саней и все наши запасные вещи. Каждый сам теперь нес свое ружье и личное имущество, тогда как ранее его везли в санях.</p>
    <p>Постепенно, хотя мы ни разу не говорили и даже намека об этом не было, встал неумолимый вопрос: от чего нам отказываться: от Чарли или от сокровищ? Целых три дня мы пытались заставить его войти в ритм, пока в конце концов не поняли — он не выдержит. Хотя он все еще плелся вперед на своих снегоступах, но был невменяем — смеялся, кричал и бубнил что-то про своих родных, о доме, детстве. Не раз сознание на время возвращалось к нему, и тогда он понимал, сколь тонка нить его жизни, умолял пристрелить его. В последнюю его ночь партия соперников четыре часа прошла в темноте, и лишь благодаря помощи Эйба и Джона Рендольфов Чарли смог дотянуть до лагеря. Есть он был не в состоянии и заснул там же, где упал как колода; мокасины его повело от жаркого костра. Утром противники свернули лагерь на два часа раньше обычного, а нам никак не удавалось поднять Чарли. Мозг его проснулся, но не мог заставить двигаться тело. Это была не болезнь — он просто выдохся. Единственным лекарством для него был бы отдых, а мы не могли ему его предоставить. Мы бы привязали его к саням, но еще четыре собаки оказались негодны для дальнейшей дороги, и нам пришлось их пристрелить. Сани были уже нагружены, собаки пристегнуты, а мы все ждали и пытались, тщетно пытались его поднять. Наконец Старый Сол поднял голову, посмотрел в ту сторону, где светлело небо, и мы все встали. Час наступил. Хладнокровно, без чувств посмотрели мы друг другу в глаза. Лицо Люси выражало неприкрытое страдание, хотя уста молчали. Но нами владело безумие. Нам некуда было отступать. Щелк кнутаи визг собак вернули Чарли сознание, и, взглянув ему в лицо, мы увидели, что и он все понял. Взгляд его был жалок и беспомощен. Таким бывает взгляд раненого оленя, так смотрит умирающий тюлень. Я все еще слышу его рыдания: «Мод! Мод!» — когда он отвернулся от нас. Одержимые безумием, мы бросили его, и не стоит удивляться тому, что боги покинули нас, покинувших своего товарища.</p>
    <p>Мы встали на тропу в молчании. Первой его нарушила Люси, она бросилась к Мельмуту Киду, умоляя его вполголоса о чем-то. Неохотно он позволил ей повернуть назад. Несколько минут спустя она присоединилась к нам, но кобура на ее бедре была пуста. Через какое-то мгновение прозвучал одинокий выстрел, и мы знали, что Чарли навсегда избавился от адских тягот стоянок и снежной тропы.</p>
    <p>А соперники, желая окончательно утвердить свое превосходство, шли до поздней ночи, и нам не удалось их догнать. К концу следующего дня повторилось то же самое; только к вечеру третьего дня добрались мы до их лагеря. Но, как и прежде, они не выказали никакого удивления, хотя внимательно оглядели нас и заметили отсутствие Чарли. Мы со стыдом восприняли это, но ни единым словом ни один из нас не выказал подлинных своих чувств. Изо дня в день, сталкиваясь лицом к лицу с жестокими испытаниями, мы подвергались пытке. Как ни был тяжел наш труд, тяжелее было сопротивляться всепоглощающему желанию отдохнуть. О, этот бесконечный, утомительный, тяжкий путь! Что бы я ни дал, лишь бы хотя бы на день перестать двигаться! С какой завистью вспоминались мне скучные и ленивые дни детства. Я даже завидовал Чарли. А из зависти вырастало желание умереть. Чаще приходила мысль разнести выстрелом череп, и чтобы настал мир и покой, которого я так жаждал. И впервые я осознал страшный смысл строк</p>
    <p>Лонгфелло:</p>
    <p><emphasis>Тишь и покой в пучине морской,</emphasis></p>
    <p><emphasis>Глубины не знают зари.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Шаг один, и все, с концом,</emphasis></p>
    <p><emphasis>Всплеск и мрак... пузыри.</emphasis></p>
    <p>На протяжении этих томительных дней тяжкой работы, сопровождаемой монотонным скрипом железных полозьев и бесконечным плюханьем снегоступов, эти строки вновь и вновь прокручивались в моем сознании. Одна великая жажда, захватившая греховная страсть удерживала меня от того, чтобы вытащить револьвер. Да и я не один, все мы находились почти в состоянии бреда и точно пьяные, шатаясь и пуская пузыри, брели вперед. Все, кроме Мельмута Кида и Люси, даже сейчас их стойкость кажется мне сверхчеловеческой. Они без жалоб переносили не только собственные страдания, но и в делах тянули двойную лямку — в готовке пищи, разбивке и свертывании лагеря. К тому же наши страдания усугублял дикий холод. Две недели термометр стоял за пятьдесят градусов ниже нуля; восемь дней было ниже шестидесяти, а затем ртуть упала ниже семидесяти пяти по Фаренгейту. При такой температуре наш единственный прибор замерз; отныне мы не могли определить, на сколько градусов похолодало. Лица наши стали темно-багровыми и от мороза покрылись большими струпьями, ноги от долгого хождения в снегоступах беспрестанно горели, ступни превратились в сплошные язвы. Собаки одна за другой выходили из строя. Из пяти дюжин едва ли осталось двадцать. Так не могло продолжаться вечно, но однажды утром преследуемые нами повернули в сторону от реки на небольшой приток слева. Погоня подходила к концу.</p>
    <p>День пути привел нас к развилке, где мы и разбили лагерь. Чтобы они не ускользнули от нас в темноте, было установлено тщательное наблюдение. Рассвет снова застал нас в пути. Теперь мы находились возле Больших Скалистых гор, вблизи хребта, и овраг перешел в ущелье. Лес стал редким, ибо мы подошли к границе лесной зоны. Чувствуя, что цель близка, мы осмотрели ружья и приготовились к заключительному броску. Еще один день мы прокладывали путь сквозь мороз и снег, а едва опустилась ночь, увидели конец ущелья. Легко представить наше удивление, когда наши соперники кинулись к водоразделу и принялись топорами пробивать слежавшийся снег, расчищая дорогу себе и собакам. Прочь полетели наши снегоступы, в руки были взяты топоры. Ни о какой стоянке не могло быть и речи, наша цель была где-то совсем близко.</p>
    <p>Два часа спустя, когда взошедшая луна посеребрила снег, мы наконец выбрались наверх и оказались на ровном плато, которое окружали величественные вершины, мрачные и надменные в своем белоснежном великолепии. До сих пор направление движения было очевидным, но теперь, когда первая партия пошла по компасу, мы стали намеренно останавливаться и снова пускаться в путь, делая вид, что тоже сверяем маршрут с показаниями компаса. Мы с таким искусством играли в эту игру, что до самого конца наши соперники верили, что Человек с Востока посвятил нас во все, и так и не узнали о нашем полном неведении относительно места нахождения сокровищ. Эта ночь была великолепной и какой-то призрачной — полярное безмолвие накрывало нас, как пологом, яркий лунный свет делал снег мертвенно-бледным. Мороз стоял свирепый, каждый вдох пронзал легкие, как ножом, лица наши покрылись инеем. И, невзирая на все наши муки и безмерные несчастья, звезды сияли безмятежно и даже ликующе — они танцевали и прыгали, как всегда делают в жестокий мороз.</p>
    <p>Внезапно в самом центре плато те прибавили скорость, пустив собак в галоп. Схватившись за ножи и пистолеты, мы по их примеру один за другим также ринулись вперед. Было что-то роковое в этом последнем рывке гонщиков, охваченных жаждой золота в тысяче миль от рубежей цивилизованного мира, в самом сердце затерянных северных земель, мчащихся сломя голову. Но в самый разгар гонки мы неожиданно затормозили на краю бездны. Перед нами предстала ужасная картина. Мы стояли на краю огромной дыры шириной, наверное, футов триста, уходившей вниз до самого плоского дна, и глубиной в тысячу метров. Стены ее падали отвесно, за исключением одного места на противоположной стороне, где эрозия и, по-видимому, сильный оползень разрушили вертикальный обрыв. Яма была похожа на гигантский стакан для игорных костей, и в довершение иллюзии на дне ее были видны пять огромных каменных блоков — нет, Бог мой! — это были кости! И на них отчетливо можно было различить выпавшие «дьявольские тройки»!</p>
    <p>Бранясь, хлеща и погоняя собак, мы, не останавливаясь, на полной скорости обогнули головокружительный край и сломя голову понеслись по склону. Бок о бок Мельмут Кид и лидер соперников в сопровождении обеих партий. Перемешавшись, собаки и люди мчались вместе. Сани переворачивались, тащились боком, задом и вверх полозьями, увлекая за собой налетавших друг на друга собак. Мы пытались избежать неразберихи, но были сбиты с ног и увлечены вниз, где образовалась настоящая свалка из людей и животных. Кувыркаясь через голову, я перелетел через соседа и, успев ухватиться за чьи-то ноги, растянулся на склоне, чтобы через секунду вновь ринуться вперед. В этой устремленной вниз мешанине мы сдвинули лавину снега и поехали вперед, как на гребне волны. Общая свалка погребла и сковала обоих наших лидеров, и расслышать что-либо, кроме отборных крепких ругательств, в таком грохоте было абсолютно невозможно.</p>
    <p>До сих пор для меня загадка, каким образом в этом ужасающем скольжении нам удалось избежать гибели; приближаясь к пристанищу у гигантских каменных блоков, мы уцелели. Охая и стеная от боли, мы вылезали и вытаскивали друг друга из этой кучи малы, распутывали собак и подсчитывали потери. Здорово пострадали двое из противоположной партии, один наш моряк сломал обе ноги, да с полдюжины собак были разорваны на куски в драке.</p>
    <p>Луна теперь скрылась за краем гигантской ямы, и нас окружала тьма. Мы набрели на небольшую бревенчатую хижину и набились в нее обеими бандами. Через некоторое время, отогрев жир, мы зажгли масляную лампу и смогли оглядеться вокруг. Хижина была с обычным сложенным из камней местом для костра, стены проконопачены мхом, а на грубо сколоченном столе высилась груда самородков стоимостью, пожалуй, в сорок-пятьдесят тысяч долларов. Для нас это было всего лишь предвестием. Под столом мы обнаружили останки человеческого скелета, принадлежавшие, по-видимому, первооткрывателю. Видны были и признаки недавнего посещения — скорее всего нашего гостя, чей труп мы оставили на Юконе. Поверх золота лежало множество исписанных кусков бересты. Записи велись по-французски. Парень из другой партии нам перевел.</p>
    <p>Как мы узнали, автор более двадцати лет назад, «смертельно больной и брошенный своим компаньоном», был оставлен здесь умирать. Ранее, обследуя эти края от постов компании Гудзонова залива до Атабаски, он открыл богатейшие россыпи. Во всех подробностях им излагалась история месторождения, подробно говорилось о трусости и предательстве партнера и в заключение проклиналось это золото. Я содрогаюсь и сейчас, вспоминая эти страшные проклятья именем самого Бога и Дьявола; и если какие-то проклятья вообще сбываются, то эти — из их числа. Под этой анафемой другой рукой десять лет спустя написано: «Ха! Ха! Его партнер умер, а я здесь, и, ей-Богу, анафема на меня не подействует. Доналд Росс».</p>
    <p>Позже еще кто-то вступил в разговор, по-видимому, наш несчастный декабрьский гость, потому что его приписка датирована три месяца назад. Она гласила: «Несчастный! Он поспешил со своим смехом. А хорошо смеется тот, кто смеется последним. Гриффит Ван Бускирк».</p>
    <p>В этом месте мы захохотали, смех, похоже, был истерическим, но с долей издевки, самодовольства и самоуверенности. Конечно, некоторые поддались убедительной силе проклятий Первого человека, но мы были уверены, что нас это не коснется. Боги, как же мы были слепы! Проще говоря, мы свихнулись.</p>
    <p>Вскоре затрещал костер, был приготовлен и съеден ужин, раненые удобно устроены, а остальные улеглись. По молчаливому взаимному согласию хижину поделили между бригадами, и каждая, опасаясь коварства другой, выделила дежурного.</p>
    <p>Утром мы открыли рудник, собственно, все дно ямы оказалось рудником. В каждой из ранее начатых разработок базовой скалы таились богатства, которые могли только привидеться во сне. Чудесное золото, крупное золото, самородки, хоть греби лопатой. Не нужно ни копать, ни промывать, только собирай. Видимо, в доисторическую эпоху метрах в пятистах выше ямы выдвинулся гигантский кварцевый выступ, а в ледниковый период под воздействием эрозии и ледников или еще каких-то природных катаклизмов разрушился и выделил свою золотую жилу. Что касается образования ямы и того, что произошло с породой, мы даже не пытались гадать, скорее всего там был какой-то подземный выход, иначе яма была бы полна воды. Что же до «дьявольских троек», так ясно виденных нами накануне ночью, то они оказались пятью огромными кубической формы камнями, натолкнувшими на шутку нашего злополучного предшественника. Он скорее всего был настолько поражен сходством ямы со стаканом для игры в кости, что сделал пятна на «кубиках» из сосновых спилов, опалив их на огне, чтобы, выделяясь на белом фоне, они производили пугающий эффект.</p>
    <p>Золота здесь было в изобилии для всех, и я вправду поверил, что мы сумеем его поделить по-братски. Так бы и было, если бы не рок. Ведь харчи в обеих партиях подошли к концу. Одна за другой были убиты собаки, рацион сведен до минимума, в поисках дичи обследована вся округа. Хорошо было бы добыть лося или оленя, но самое большее, на что могли рассчитывать наши охотники, — это на куропатку или зйща-беляка. Край оказался бесплодным, и в конце концов исчезла даже мелкая дичь.</p>
    <p>Оставались одни собаки, но они были тощи, а люди голодны, поэтому надолго их не хватило. Когда другая партия прикончила всю свою связку, у нас еще оставалось четыре животных. Два дня их охотники возвращались с пустыми руками, а их желудки требовали пищи. Конечно, мы ничего не могли поделать, но и они не могли примириться с голодом. Настроение было воистину мрачным, и, хотя не говорилось ни слова, мы хмуро смотрели друг на друга.</p>
    <p>Вечером третьего дня положение стало кризисным. После продолжительных бесед в углу их лидер вышел из хижины. Послышалось рычание оставшихся собак, и в следующее мгновение он ввалился, таща одну из них за ошейник. Дальше все произошло в один миг. Люси кинулась к собаке, но Мельмут Кид остановил ее ударом наотмашь и оттолкнул в угол. В то же мгновение француз выхватил охотничий нож, и, мелькнув в воздухе, он вонзился в плечо Мельмута Кида, сцепившегося с их лидером. Расстояние для ружей было слишком мало, но в ход пошли револьверы и ножи. Вверх ногами полетел стол с золотом и масляной лампой, и при судорожном свете костра мы боролись и дрались, словно злые духи. Битва была жестокая, без прощения и пощады. Даже попираемые ногами раненые старались нанести урон дерущимся и добивали друг друга. Двое, сцепившись, покатились в костер, и в воздухе распространился тошнотворный запах горящей плоти, привнесшей в сцену жуткий колорит. Я тоже не бездействовал до тех пор, пока не был сбит с ног и над моей головой не сомкнулась кромешная тьма.</p>
    <p>Мне приходилось слышать про «ирландских котов», но я даже не мечтал принять участие в подобном побоище. С той битвы прошла неделя, остался я один. Да, один я оказался жив, когда Люси осматривала трупы. Как и подобает истинной женщине, она нежно заботится обо мне. Увы, беспомощный и умирающий, я оставляю ее одну в этой страшной пустыне, без товарищеской поддержки. Но вот ирония судьбы: ей удалось разыскать и подстрелить двух лосей, и голод ей сейчас не грозит. Теперь она готовит запас мяса, и как только я умру, я знаю, она уйдет. Пусть поможет ей небо, ибо ей предстоит столкнуться с тем, что редко выпадает на долю даже мужчинам. Если она преодолеет все или кто-нибудь встретит ее, прошу по-доброму обращаться с ней и, если какая-то доля сокровищ уцелеет, дать ей справедливую часть. Я бы лично посоветовал ему также избегать этого места, ибо оно — воистину яма дьявола. Правда, я знаю, что отговаривать бесполезно — ничто не в силах удержать мужчину, если он заразился неизлечимой лихорадкой.</p>
    <p>Мой же час близок, хотя, возможно, я заблуждаюсь. Но я приметил знаки того, что это так. Мне часто слышатся звуки перекатывающихся костей, и я вижу, как мои товарищи ставят на кон свои души. Скоро и я присоединюсь к их игре. На тот случай, если вдруг моя рукопись попадет на глаза моим близким, я подпишусь своим именем, пусть они знают о моей смерти, о моем горе и раскаянии за то зло, что я им принес. Я готов к ответу. Джеймс Ралингтон.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Тысяча смертей</p>
     <empty-line/>
    </title>
    <p>Уже около часа пробыл я в воде, окоченевший, изнемогший, со страшной судорогой в правом бедре, и, казалось, наступает конец. Тщетно пытаясь плыть против отлива, я с отчаянием смотрел на скользившую мимо меня вереницу береговых огней. Теперь же, отказавшись от последних усилий перебороть поток, я довольствовался горькими размышлениями о неудачной карьере, которая должна сейчас найти свой исход.</p>
    <p>Мне посчастливилось увидеть свет в хорошей английской семье, но мои родители знали гораздо больше о банковских операциях, чем о природе детей и о вопросах воспитания. Родился я с серебряной ложкой во рту <a l:href="#n_920" type="note">[920]</a>, но благотворное влияние домашнего уюта оставалось мне совершенно чуждым. Мой отец, человек с большим образованием и весьма известный знаток старины, забывал о существовании своей семьи, будучи вечно погружен в свои кабинетные изыскания, а мать, более выделявшаяся своей красотой, чем здравым смыслом, только и жила комплиментами постоянно окружавшего ее общества.</p>
    <p>Я прошел всю лямку школы и колледжа, неизбежную для подростка английской зажиточной семьи, но с годами проявились накопившиеся силы и страсти, и мои родители вдруг должны были понять, что у меня есть бессмертная душа, и попытались натянуть удила. Но было уже поздно, не прекращалось мое дикое, бесшабашное сумасбродство, родные от меня отреклись, общество отомстило мне остракизмом за весь долгий ряд нанесенных ему оскорблений, и получив от отца тысячу фунтов с заявлением, что он больше не увидит меня и помогать мне не станет, я взял билет первого класса в Австралию.</p>
    <p>С тех пор моя жизнь была бесконечным скитанием — с Востока на Запад, из Арктических краев к Антарктике — и все это для того, чтобы сделавшись хорошим моряком, дожив до тридцати лет, до полного расцвета сил, — утонуть в Сан-Францисской бухте из-за злополучно-удачной попытки дизертирствовать с корабля!</p>
    <p>Правую ногу сводила судорога, и я страдал неимоверно. Легкий ветерок, всколыхнув, избороздил море короткими волнами, вода захлестнула мне рот, проникла в горло, и я ничего не мог поделать. Я еще держался на поверхности воды, но чисто инстинктивно — сознание быстро ослабело. Смутно помню, как меня понесло мимо мола, как блеснул в глазах сигнальный огонь на правом борту какого-то парохода, а дальше — пустое место.</p>
    <subtitle>***</subtitle>
    <p>Я услышал жужжащий говор насекомых, и в лицо мне повеяло ласковым весенним утром. Постепенно это перешло в какой-то ритмический поток, и мое тело, как будто в ответ, мягко вздрагивало. Я плыл по нежному лону освещенного солнцем моря, в сонной истоме колыхался на каждой певучей волне. Но пульс забился чаще, жужжание раздалось громче, волны увеличились, ожесточились — меня метало по бурному морю. Отчаяние овладело мною. Яркие, перемежающиеся вспышки света мелькали в моем сознании; в ушах стоял рокот водных пучин; потом щелкнуло что-то неосязаемое, и я проснулся.</p>
    <p>Сцена, в которой я был главным действующим лицом, оказалась своеобразной. Мне было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что я лежу в самой неудобной позе, на полу каюты барской яхты. С обеих сторон, схватив меня за руки и раскачивая их как рычаги насоса, сидели два странно одетых чернокожих существа. Несмотря на свое знакомство с большинством туземных типов, я не мог определить их национальность. Какое-то приспособление было надето мне на голову и сообщало дыхательные органы с прибором, который я сейчас опишу. Однако ноздри мои были закрыты, так что приходилось дышать через рот. В перспективном ракурсе, вследствие отлогости линии зрения я увидел две трубки, похожие на небольшие рукава насоса, но из другого материала; они были вставлены в рот и расходились под острым углом. Одна была коротка, и конец ее лежал на полу рядом со мной; вторая змеилась по полу кольцами и была соединена с аппаратом, который я обещал описать.</p>
    <p>В то время, когда моя жизнь еще не уподобилась тангенциональной <a l:href="#n_921" type="note">[921]</a> игле, я не мало возился с наукой и, будучи знаком с приборами и всеми атрибутами лаборатории, я теперь сразу узнал это приспособление. Оно было почти все из стекла и отличалось нестройностью конструкции, как обычно бывает в приборах для экспериментирования. Сосуд с водой был окружен воздушной камерой, к которой была прикреплена вертикальная трубка с шаром наверху; в середине его был кран воздушного насоса. Вода в трубке двигалась вверх и вниз, вызывая поочередно вдыхания и выдыхания, в свою очередь сообщавшиеся мне через рукав. При помощи этого прибора и людей усердно раскачивавших мои руки, был вызван процесс искусственного дыхания, мою грудь заставляли подниматься и опускаться, легкие расширяться и сокращаться, пока природа не согласилась, наконец, снова приняться за свою обычную работу.</p>
    <p>Я открыл глаза, и приспособление, надетое мне на голову и просунутое в рот и ноздри, тотчас убрали. Проглотив три рюмки крепкой водки, я, пошатываясь, встал на ноги, чтобы поблагодарить своего спасителя, и очутился лицом к лицу… со своим отцом! Но долгие годы постоянных встреч с опасностью научили меня самообладанию, и я ждал, не узнает ли он меня. <emphasis>Не узнал</emphasis>. Во мне он видел только беглого матроса, и этим определилось его отношение ко мне.</p>
    <p>Оставив меня на попечении чернокожих, он принялся просматривать записи, сделанные им по поводу моего оживления. Пока я уплетал поданный мне вкусный обед, на палубе началась суетня; по окрикам матросов и по скрипу блоков и снастей я догадался, что мы готовимся к отплытию. Вот умора! Пущусь в плавание по Тихому океану с отцом-домоседом! Да, мне было смешно, а я и не подозревал тогда, на чьей стороне превосходство. И если бы знал, то предпочел бы броситься за борт и захлебнуться в соленой воде, из которой меня только что спасли.</p>
    <p>Меня не пускали на палубу, пока мы не миновали Фаралонских островов и последних лоцманских лодок. Я оценил эту предусмотрительность со стороны моего отца и решил поблагодарить его попросту, по-матросски. Я не мог подозревать, что у него были особые причины скрывать мое присутствие от всех, кроме команды яхты. Он кратко рассказал, как его матросы спасли меня, и уверил меня, что напротив он считает себя в долгу, так как мое появление было очень кстати. Он сконструировал аппарат в подтверждение теории, относящейся к известному разряду биологических явлений, и ждал только случая, чтобы испытать его на деле.</p>
    <p>— На вас удалось доказать несомненную правильность теории, — сказал он и, вздохнув, добавил — Но только в применении к второстепенному случаю — к оживлению утопленника.</p>
    <p>Однако, не буду отвлекаться от рассказа — он предложил мне прибавку в два фунта стерлингов к прежнему жалованью, если я соглашусь продолжать с ним плаванье, и по-моему это было довольно щедро, так как он, в сущности, во мне совершенно не нуждался. Против моих ожиданий, мне не пришлось столоваться с матросами на носу, и я имел доступ в комфортабельную каюту и обедал за капитанским столом. Он заметил, что я не простой матрос, и я этим решил воспользоваться, чтобы укрепить его благожелательное отношение ко мне.</p>
    <p>Для объяснения своей образованности и теперешнего положения я рассказал ему мнимую историю своей прежней жизни и старался с ним сблизиться. От меня не укрылась его наклонность к научным изысканиям, как и от него — мои способности. Я сделался его помощником, вместе с этим было увеличено мое жалование, и вскоре, когда он начал доверять мне и излагать свои теории, его восторженное увлечение передалось и мне.</p>
    <p>Дни шли незаметно, так как я глубоко интересовался этими новыми научными занятиями и часами просиживал в его обширной библиотеке или прислушивался к его проектам и помогал в лабораторной работе. Но нам приходилось отказываться от многих заманчивых опытов, потому что корабельная качка исключала возможность тонкого и сложного экспериментирования. Однако, он обещал, что нам предстоит провести много очаровательных часов в великолепной лаборатории, которая была целью нашего путешествия. Он приобрел в собственность не нанесенный на карту остров в Южном океане и, как он говорил, превратил его в «научный рай».</p>
    <p>Вскоре после нашего водворения на остров я узнал, в какую я попал страшную ловушку. Но прежде чем опишу странные обстоятельства дальнейшего моего пребывания с этим человеком, я должен кратко упомянуть о причинах, приведших в конце концов к самому потрясающему, что когда-либо выпадало на долю человека.</p>
    <p>На склоне жизни мой отец охладел к пыльным красотам старины и предался другим, более ослепительным красотам, объединенным под названием биологии. Получив в юности основательное разностороннее образование, он быстро овладел всеми высшими отраслями знания, поскольку наука сказала свое слово, и подошел к предверию области неизведанного. Он решил завладеть раньше других частью этой никому еще не принадлежащей территории, и как раз в этот период его исследований судьба свела нас вместе. Обладая головой, могу сказать без хвастовства, я усвоил его идеи и метод мышления и сделался почти таким же безумцем, как он. Впрочем, едва ли я имею право так выразиться. Поразительные результаты, достигнутые нами, могут только служить доказательством его здравомыслия. Могу только сказать, что он был извращеннейшим воплощением холодной жестокости, какую я когда-либо встречал в человеке.</p>
    <p>Проникнув в тайны физиологии и психологии, он приблизился к обширному полю, и чтобы лучше его исследовать, начал изучать высшую органическую химию, патологию, токсикологию <a l:href="#n_922" type="note">[922]</a> и прочие науки и подчиненные отрасли знания, родственные между собою и служившие вспомогательным орудием в его гипотетических изысканиях. Исходя из предположения, что прямой причиной как временного, так и окончательного прекращения жизнеспособности является коагуляция <a l:href="#n_923" type="note">[923]</a> известных элементов и составных частей протоплазмы, он изолировал эти различные вещества и подверг их бесчисленным опытам. Так как временное прекращение жизнедеятельности организма вызывает оцепенение, а постоянное прекращение — смерть, то он заключил, что можно эту коагуляцию замедлить искусственными средствами, предупредить и даже преодолеть несмотря на крайнюю степень процесса сгущения. Или — оставим в стороне технические термины — он утверждал, что смерть, если она не насильственна и не сопровождалась повреждением органов, представляет собою только приостановление жизнедеятельности; и что в таких случаях можно надлежащими приемами восстановить жизненные функции. Итак, вот в чем была его идея: открыть способ — и практическими опытами доказать его возможность — возобновления жизнедеятельности в организме, который, по-видимому, уже перестал жить. Конечно, он признавал тщетность всякой попытки после того, как началось разложение — ему нужны были организмы, которые только за минуту, за час, за день перед тем были полны жизни. На мне он вчерне уже проверил свою теорию. Я действительно утонул, действительно умер, когда меня вытащили из воды в бухте Сан-Франциско, — но жизненная сила разгорелась снова благодаря его аэротерапевтическому <a l:href="#n_924" type="note">[924]</a> аппарату, как он его называл.</p>
    <p>А теперь о его мрачных замыслах, касавшихся меня. Сначала он показал мне, до какой степени я всецело в его власти. Яхту он отослал на целый год, оставив при себе только двух чернокожих, которые были ему бесконечно преданы. Затем он всесторонне изложил свою теорию, указал путь, которого он решил придерживаться, и закончил ошеломляющим заявлением, что эти опыты будут производиться надо мной.</p>
    <p>Я бывал перед лицом смерти и взвешивал свою судьбу не раз в минуту отчаяния, но ничего подобного мне еще не приходилось переживать. Могу присягнуть, что я не трус, и однако эта перспектива многократного перехода взад и вперед через границу смерти обуяла меня желтым ужасом. Попросил дать мне время на размышление — он разрешил, сказав однако, что у меня выбора нет — я должен покориться. Бежать с острова — немыслимо; о спасении посредством самоубийства не приходилось говорить, хотя, по правде, такой конец был лучше того, что мне предстояло; моя единственная надежда сводилась к попытке убить моих насильников. Но и эта надежда разбивалась о предосторожности, соблюдавшиеся моим отцом. Я находился под постоянным присмотром, и даже во время моего сна при мне дежурил один из чернокожих.</p>
    <p>Убедившись в тщетности просьб, я заявил и доказал, что я его сын. Это была моя последняя карта, и я возлагал на нее последние ожидания. Но он был неумолим; не отец он был, а научная машина. Мне до сих пор не понятно, как он мог жениться на моей матери, ведь ни искорки чувства не было в его натуре. Все и вся для него сводилось к разуму, и непостижимы были для него ни любовь, ни чувства других людей, — он их понимал только как мелочные слабости, которые надо заглушать. И вот он заявил мне, что раз он дал мне жизнь, то кто же имеет большее право отнять ее у меня? Однако, сказал он, не об отнятии жизни идет речь: он хочет брать ее у меня взаймы, обещая вернуть через определенное время. Конечно, возможны несчастные случаи, но этой возможности я должен покориться, потому что от нее не застрахован ни один человек.</p>
    <p>Для лучшего обеспечения успеха он требовал, чтобы я находился в наиболее благоприятных условиях, поэтому мне приходилось питаться и тренироваться, как знаменитому борцу перед чемпионатом. Что я мог поделать? Раз предстояла опасность, то не лучше ли было бы встретить ее во всеоружии сил? В часы моего отдыха он разрешал мне помогать ему в установке приборов и в производстве разных вспомогательных опытов. Легко представить себе, как вся эта работа занимала меня. Я овладел сутью дела почти также основательно, как и он сам, и не раз имел удовольствие видеть осуществление некоторых предложенных мною нововведений и изменений. А потом мне оставалось лишь горько усмехаться при мысли, что я ведь помогаю обставить свои собственные похороны.</p>
    <p>Начал он рядом опытов по токсикологии. По окончании всех приготовлений я был убит значительной дозой стрихнина и часов двадцать пролежал мертвым. Прекратилось и дыхание и кровообращение. Но самое ужасное заключалось в том, что, пока шел процесс сгущения протоплазмы, я сохранял сознание и мог изучать картину процесса во всех ее жутких подробностях.</p>
    <p>Прибор, долженствующий вернуть меня к жизни, состоял из герметически закрытой камеры, устроенной по размерам человеческого тела. Механизм был прост — несколько клапанов, вращающийся вал с поршнем и электромотор. Во время опыта внутренняя атмосфера поочередно сгущалась и разряжалась, сообщая таким образом моим легким искусственное дыхание без помощи трубок, примененных в первом опыте. Хотя тело мое было инертно и, готов был сказать, находилось уже в первой стадии разложения, однако, я сознавал все, что происходило вокруг меня. Я помню, как меня клали в камеру, и несмотря на оцепенение всех моих ощущений, я смутно чувствовал подкожные впрыскивания реагента, который должен был противодействовать процессу коагуляции. Потом камеру закрыли, и была пущена в ход машина. Тревога моя была неописуема; но кровообращение постепенно восстановилось, различные органы начали отправлять свои функции, и через час я уже накинулся на вкусный обед.</p>
    <p>Нельзя сказать, чтобы я с охотой принимал участие в этом или в последующем ряде опытов, но после двух неудачных попыток к бегству я все-таки начал интересоваться ими. К тому же я стал привыкать. Мой отец был в восторге от удачи и, по мере того как проходили месяцы, его замыслы охватывали все более широкие горизонты. Мы испытывали три больших класса ядов — невротические, газообразные и раздражающие, — но тщательно избегали некоторых раздражающих из категории минеральных и оставили целиком в стороне группу разъедающих. Во время «режима» ядов я успел совершенно привыкнуть к умиранию, и только одна неудача поколебала мою укрепившуюся веру. Произведя насечки на мелких кровеносных сосудах на моей руке, отец ввел ничтожную дозу самого страшного из ядов — яда, служащего для отравления стрел, так называемого «курарэ». Я сразу потерял сознание, вслед за тем быстро прекратилось дыхание и кровообращение, и сгущение протоплазмы зашло так далеко, что он уже отказался от всякой надежды; но в последнее мгновение он применил открытие, над которым в то время работал, и, ободренный признаками успеха, удвоил усилия.</p>
    <p>В стеклянной безвоздушной трубке, похожей, но не тождественной с круксовой, было сосредоточено магнитное поле. Под действием поляризованного <a l:href="#n_925" type="note">[925]</a> света она не давала явлений фосфоресценции или прямолинейного выбрасывания атомов, но испускала не светящиеся лучи, сходные с икс-лучами. В то время, как икс-лучи могут обнаруживать непрозрачные предметы, скрытые в плотной среде, — эти лучи обладали еще более тонкой способностью проникновения. При их посредстве он сфотографировал мое тело и нашел на негативе бесчисленное множество смазанных теней, указывавших на все еще продолжающиеся химические и электрические движения. Это было несомненное доказательство, что rigor mortis, в котором я находился еще не окончился; то есть таинственные силы, те нежные звенья, которые связывали мое тело с душой, все еще продолжали действовать.</p>
    <p>Последствия других отравлений были незаметны, если не считать ртутных соединений, после которых я в течение нескольких дней чувствовал некоторую усталость.</p>
    <p>Другой ряд восхитительных опытов относился к электричеству. Через мое тело было пропущено 10.000 вольт, чем доказана правильность утверждения Теслы, что токи высокого напряжения совершенно безвредны. А когда ток уменьшили до 2.500 вольт, то меня сразу убило током. На этот раз отец рискнул оставить меня мертвым или в состоянии приостановленной жизнедеятельности в течение трех дней. Для моего оживления понадобилось четыре часа.</p>
    <p>Однажды он привел меня в состояние столбняка; но ужас этого рода смерти был так мучителен, что я решительно воспротивился подобным опытам. Самые легкие виды смерти были от асфиксии: например, утопление, удушение, отравление газом; смерть от морфия, кокаина и хлороформа тоже была нетяжела.</p>
    <p>В другом случае, после удушения он продержал меня в холодильнике три месяца, предохраняя меня от разложения и полного замерзания. Это произошло без моего ведома, и я был сильно напуган, когда узнал, сколько прошло времени. Я начинал бояться всего, что могло прийти ему в голову, пока я лежу мертвый, и мою тревогу усиливала начинавшаяся в нем склонность к вивисекции. Вслед за последним воскресением из мертвых, я заметил, что он производил опыты над моей грудью. И хотя он тщательно наложил швы и забинтовал надрезы, однако они были так значительны, что я несколько дней пролежал в постели. И вот, во время этой болезни я замыслил план моего будущего спасения.</p>
    <p>Продолжая показывать вид, что я по-прежнему безгранично увлечен лабораторными опытами, я выпросил себе передышку в мое роли умирающего. Во время отдыха я работал в лаборатории, а он был слишком поглощен вивисекцией животных, которых ловили ему чернокожие, чтобы обратить внимание на мои занятия.</p>
    <p>Я построил свою теорию на следующих двух положениях: во-первых, на электролизе или разложении воды на ее составные части посредством электричества; во-вторых, на гипотетическом существовании силы, обратной тяготению, и которую Астор назвал «аспергией». Земное притяжение, например, притягивает предметы друг к другу, но не соединяет их; таким образом аспергия есть не более как взаимное отталкивание. Атомистическое же или молекулярное притяжение не только притягивает друг к другу предметы, но и спаивает их воедино; и вот именно обратное этому, то есть расщепляющую силу мне нужно было найти и не только открыть ее, проявить, но и управлять ею по своему желанию. Сила, которую я хотел найти, должна была оказывать такое же действие не только на два, но и на все элементы, независимо в каких бы соединениях они не находились. После этого стоило заманить отца в сферу ее действия, и он был бы подвергнут мгновенному распаду и рассеялся бы во все стороны облаком отдельных химических элементов.</p>
    <p>Не надо думать, что эта сила которую мне в конце концов удалось подчинить своей власти, уничтожала материю, — она лишь уничтожала форму. Кроме того, как я вскоре открыл, она не оказывала никакого действия на предметы неорганической структуры; но она была безусловно роковой для любой органической формы. Такое как бы пристрастие сначала озадачило меня, но если бы у меня было время хорошенько вдуматься, я бы увидел в чем дело . Так как число атомов в органических молекулах гораздо больше, чем с самых сложных молекулах минеральных, то органические молекулы отличаются своей неустойчивостью, с какой они расщепляются под влиянием физических сил и химических реакций.</p>
    <p>Посредством двух мощных батарей, сообщавшихся со специально устроенными электромагнитами, я мог сосредоточить две громадных силы. В отдельности они были совершенно безвредны; но они отвечали своему назначению, так как сходились в фокусе — в невидимой точке на одинаковом расстоянии от полюсов. Испытав на практике действие прибора, причем я сам чуть не подвергся мгновенному распылению, я расставил ловушку. Спрятав магниты таким образом, что их сила превращала все пространство вокруг двери моей спальни в смертоносное поле, и поместив у своего изголовья кнопку, при помощи которой я мог включать ток от батарей, я лег на кровать.</p>
    <p>Чернокожие продолжали меня сторожить во время сна, сменяя один другого в полночь. Я включил ток, как только пришел первый из них. Едва я успел задремать, как меня разбудил стук какого-предмета, с металлическим звоном упавшего на пол. На пороге лежал ошейник Дана, сенбернара моего отца. Мой телохранитель подбежал, чтобы подобрать его. Он исчез, как дуновение ветра, как только одежда его кучей упала на пол. В воздухе слегка потянуло озоном, но так как главные газовые составные части его тела были водород, кислород и азот, не имеющие ни цвета, ни запаха, то исчезновение его не ознаменовалось больше ничем. Но когда я, включив ток, убрал одежду, то я нашел остаток углерода в виде угля, а также другие порошкообразные вещества, — изолированные твердые элементы его организма, как сера, калий и железо. Расставив снова ловушку, я снова забрался в постель. В полночь я встал и убрал останки второго чернокожего и потом спокойно проспал до утра.</p>
    <p>Меня разбудил громкий окрик отца, который звал меня в лабораторию. Я усмехнулся. Некому было разбудить его и он проспал. Я слышал, как он подходил к моей комнате, чтобы поднять меня с кровати; и я присел в постели, чтобы лучше видеть его исчезновение — или, правильнее, апофеоз. Он на мгновение остановился на пороге, потом сделал роковой шаг. Ффф! Точно ветер прошуршал среди сосен. Его не стало. Причудливой грудой лежало на полу его платье. Кроме озона я заметил слабый, похожий на чеснок запах фосфора. Среди одежды лежала кучка твердых элементов. Вот и все. Мировой простор свободен.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Омоложение майора Рэтбона</p>
     <empty-line/>
    </title>
    <p>— Алхимия была прекрасной мечтой, пленительной и неосуществимой; но прежде чем с ней расстались, из ее чрева родилось дивное дитя, имя которому химия. Гораздо более удивительное, потому что фантазию заменило фактами, неизмеримо расширило сферу человеческих возможностей и превратило идеи в реальность. Вы меня слушаете?</p>
    <p>Машинально нащупывая спичку, Довер внимательно посмотрел на меня, чем сразу напомнил мне старика Дока Фраули, читавшего нам когда-то в клинике лекции.</p>
    <p>— Алхимия научила нас многому, хотя мало что из ее изысканий было тогда понято. Скажем, жизненный эликсир был абсурдом, а вечная молодость — вот эта проблема о самой сути жизни. Но…</p>
    <p>Здесь Довер умолк, сделав торжественную паузу.</p>
    <p>— Так вот, продление жизни — ныне один из актуальнейших вопросов. Совсем недавно смена поколений совершалась каждые тридцать три года, такова была средняя продолжительность жизни человечества. А теперь, благодаря энергичным шагам медицины, санитарии, развитию связей и тому подобному, интервал достиг тридцати четырех лет. Ко времени же наших праправнуков он может увеличиться лет до сорока. Кто знает? Возможно, мы сами станем свидетелями его роста вдвое.</p>
    <p>— А? — воскликнул он, заметив мое намерение вмешаться. — Вы поняли, куда я клоню?</p>
    <p>— Да, — ответил я, — но…</p>
    <p>— Никаких "но", — категорически прервал он. — Вот так всегда закоснелые консерваторы цепляются за фалды науки…</p>
    <p>— И нередко спасают ее от синяков и шишек, — парировал я.</p>
    <p>— Попридержите-ка ваших коней и дайте досказать. Что такое жизнь? Шопенгауэр дал такое определение: это утверждение воли к жизни, что, между прочим, звучит как философский абсурд, но не будем об этом. Пойдем дальше, что такое смерть? Попросту говоря, износ, истощение, разрушение клеток, тканей, нервов, костей и мышц в человеческом организме. Какого огромного труда стоит хирургам сращивание сломанных костей у пожилых людей. Почему? Да потому, что кость, ослабленная с приближением стадии распада, становится неспособной избавляться от веществ, появляющихся; при нормальном функционировании организма. А с какой легкостью ломаются эти кости! Если создать условия для выделения фосфата, карбоната соды и прочего, кости восстанавливали бы гибкость и пластичность, как у молодых людей…</p>
    <p>Возможность повернуть жизненный циферблат, перевернуть песочные часы и заново пересыпать золотой песок времени — смелость такого предприятия меня увлекла. Что этому мешает? Если можно год, то почему не двадцать… не сорок? В самом деле?</p>
    <p>Фу-ты! Едва я улыбнулся своему легковерию, как Довер выдвинул ящик стола и извлек закрытый металлической пробкой пузырек. Признаюсь, меня разочаровал вед содержащейся в нем на вид обыкновенной, как оказалось, жидкости, мутноватой, почти бесцветной водички, без каких-либо заметных вкраплений, которых естественно было ожидать в таком магическом составе. Он бережно, почти любовно встряхнул ее, но она не обнаружила никаких оккультных свойств. Потом Довер открыл черный кожаный контейнер, и я увидел там на мягкой подушечке шприц для подкожных инъекций. Мне пришли на память медицинские эксперименты с лимфой, проводимые известными исследователями. Заметив мою скептическую улыбку, он поспешно сказал:</p>
    <p>— Увы, они были на верном пути, но потеряли его.</p>
    <p>* * *</p>
    <p>Распахнув дверь лаборатории, Довер позвал:</p>
    <p>— Гектор! Иди сюда, старина, иди-ка!</p>
    <p>Гектор — старый ньюфаундленд, вот уже ряд лет ни на что не годный, разве только лежать поперек дороги и мешать людям, в чем весьма преуспевал. Представьте мое удивление, когда в комнату, словно вихрь, влетело крупное упитанное животное, приводя все в беспорядок, и с трудом было успокоено хозяином. Молчаливый взгляд его приятеля был красноречивее всего.</p>
    <p>— Но это же не Гектор! — воскликнул я с изумлением.</p>
    <p>Вывернув животному ухо, он показал мне два глубоки! шрама, оставшихся с времен его драчливой юности, когда мы с его хозяином были молоды. Я прекрасно помнил эти раны.</p>
    <p>— Ему шестнадцать, а он боек, как щенок. — Довер сиял от удовольствия. — Два месяца я проводил над ним эксперименты. Никто пока не знает, но соседи выпучат глаза, как только Гектор снова забегает по улице. Секрет прост: путем инъекций лимфы я создал у него жизненный резерв, да-да, той самой лимфы, которую применяли исследователи, правда, они не сумели хорошо очистить свой состав, а я сумел. Что дальше? Сохранять животному жизнь, устраняя факторы старения, путем воздействия на косневеющие клетки стареющего организма. Обращаю ваше внимание на то, что анатомические изменения у собаки вызваны введением составляющих лимфы. С целью, если говорить в общих чертах, извлечения из костей минеральных веществ и введения мускульных составляющих. Конечно, возникли некоторые проблемы, их удалось разрешить, правда, ценой неудачи с прежними животными. К работе с Гектором я не приступал, пока их не решил. А теперь…</p>
    <p>Он встал и возбужденно прошелся взад-вперед. Некоторое время спустя он вернулся к прерванной мысли.</p>
    <p>— А теперь я готов приступить к омоложению человека; и вначале предполагаю поработать с тем, кто очень мне дорог.</p>
    <p>— Нет, ни в коем случае! — вздрогнул я.</p>
    <p>— Да, с дядюшкой Максом. Поэтому я и хочу прибегнуть к вашей помощи.</p>
    <p>Мною совершено эпохальное открытие, теперь процесс омоложения идет с такой скоростью, что я за себя боюсь. Кроме того, дядюшка Макс так стар, что нужна чрезвычайная осторожность. Столь решительное преобразование организма, ослабленного возрастными изменениями, можно осуществить только самыми радикальными средствами, поэтому и необходима величайшая осмотрительность. Как уже сказал, я очень опасаюсь за себя и для контроля мне нужна другая голова. Вы поняли? Поможете?</p>
    <p>* * *</p>
    <p>Я привел мой разговор с другом Довером Уоллинфордом, чтобы стало ясно, каким образом я был вовлечен в один из самых невероятных в своей жизни экспериментов. О совершенно неслыханных вещах, потом происшедших в деревне, с удивлением говорят до сих пор. И поскольку ни одна душа понятия не имела о реальной подоплеке дела, то невообразимые события в те дни потрясли всех до самой крайности. Вызванный переполох был поистине потрясающим; при огромном наплыве народа на улицах прошли сразу три митинга, многое говорилось о знаках и знамениях свыше, а отдельные ранее трезво мыслившие члены общины даже провозгласили наступление Судного дня. Уши многочисленных горожан смиренно ловили голоса судьбы, тогда как их взгляды искали грозных предзнаменований на небесах. Что же касается майора Рэтбона — доверского дядюшки Макса, то на него большая часть деревенской публики стала смотреть, как на второго Лазаря, воскресшего из мертвых, как на человека, повидавшего самого Бога, в то время как другие уверяли, что он якшается с Люцифером и вот-вот сгорит в адском пламени.</p>
    <p>Как бы там ни говорили, я буду излагать события так, как они происходили. Однако я не намерен вдаваться в детали, а коснусь лишь результатов воздействия на майора Рэтбона.</p>
    <p>* * *</p>
    <p>Итак, к делу. Я не медля послал за своими пожитками и снял комнаты, прилегавшие к лаборатории Довера. Майор Рэтбон, под напором наших настойчивых просьб и ослепленных обещаниями лучезарной молодости, таки дал согласие. Для остального мира он отныне считался больным, был при смерти. А в действительности с каждым днем делался все крепче и сильнее. Целых три месяца посвятили мы своей чреватой опасностями задаче, и вместе с тем настолько увлекательной, что почти не заметили, как пролетело время. Бледная кожа майора обрела цвет, мышцы налились, а морщины кое-где разгладились. В юности он был отнюдь не слабого сложения и, не имея природных недостатков, чудесным образом возвращал свои силы. Живость и энергия в нем росли с необычайной быстротой; боевая молодость так и бурлила в его крови, нам становилось все труднее удерживать его в рамках. Начав с попыток оживить хилого старикашку, мы получили импульсного молодого гиганта. Примечательным обстоятельством были сохранившие свой белоснежный цвет его волосы и борода. Как мы ни старались, ничего не получилось. Кроме того, он сохранял и приобретенную с возрастом раздражительность. Все это, вкупе с прирожденным упрямством и грубоватым характером, легло на нас нелегким бременем. Как-то, в начале апреля, чтобы разобраться с канцелярской путаницей у поставщиков химических веществ мы с Довером были вынуждены отлучиться. Помощнику Майклу были даны соответствующие инструкции, поэтому мы не ожидали никаких происшествий. Увы, по возвращении Майкл встретил нас у ворот сада с виноватым видом.</p>
    <p>— Он сбежал! — выдохнул он. — Убег! — повторял он в отчаянии вновь и вновь.</p>
    <p>Правая рука у него плетью висела сбоку, и не требой лось много слов, чтобы в конце концов понять, что здесь произошло.</p>
    <p>— Я говорил ему, что приказано не выходить. А он повел себя как дикарь и потребовал сказать, чей это приказ. Когда я сказал, он заявил: пора бы мне знать, что он никому не подчиняется. А как только я загородил ему прохода он схватил меня за руку да так сжал. Боюсь, она сломана, сэр. А потом он позвал Гектора и ушел по полю в деревню.</p>
    <p>— Нет, ваша рука в порядке, — пощупав ее, заверил Довер. — Немного повреждены бицепсы, не напрягайте ее, пару дней поболит и пройдет. Пошли, обратился он ко мне. — Нужно его разыскать.</p>
    <p>Отыскать его в деревне оказалось совсем не трудно. Следуя по главной улице, мы у почты увидели толпу, и хотя прибыли к концу происшествия, без труда догадались, что там произошло. Принадлежащий мукомолам бульдог затеял с Гектором ссору, но поскольку вторые щенячьи зубы последнего не шли в сравнение с крепкими зубами противника, то Гектор в завязавшейся схватке выступил конечно, не лучшим образом. По-видимому, вмешался майор Рэтбон, чтобы растащить животных, что бойцов обидело. С его белоснежной шевелюрой и старомодной одеждой он выглядел таким безобидным и почтенным джентльменом, что окружающие явно предвкушали небольшое развлечение.</p>
    <p>— Да отступись, ты! — услышали мы голос какого-то энергичного господина, толкавшего в спину майора, как мальчишку. А тот отвечал, что это его пес, но его словарь принимались всерьез.</p>
    <p>Толпа состояла из простонародья, сбившегося ради зрелища так плотно, что мы с трудом протиснулись вперед.</p>
    <p>— Ваше степенство, — командовал мельник, толкнувший майора в спину, не лучше ли вам убраться к вашей матушке? Такое дело не для тебя.</p>
    <p>Рэтбон был великолепным бойцом и тут сорвался. Мы даже до трех не успели сосчитать, как дело кончилось. Боковой одному в ухо, прямым в подбородок — другому, левый блок с обманным свингом и мгновенный аперкот по шее — третьему; и три грубияна растянулись на грязной дороге. Толпа мгновенно отпрянула от чудо-старца, никто не хотел попасться ему на глаза.</p>
    <p>После того как майору удалось растащить собак, в его глазах вспыхнула задорная искорка, приведшая нас в замешательство. Ведь мы пришли оказать ему помощь, и полнейшее его самообладание и абсолютное спокойствие нас озадачили.</p>
    <p>— Скажите пожалуйста, — весело заявил он, — не мое дело! А ну, все проваливайте! — И он многозначительно нам подмигнул. И мы, взявшись за руки, как закадычные друзья, проследовали сквозь оцепеневшую толпу.</p>
    <p>С этого момента нашей опеки над ним пришел конец. Он повсюду проявлял свое уменье, доказывал полную способность к самостоятельности. Удивительное омоложение совершилось за девять дней, но оно не прекращалось, а продолжало развиваться. По утрам его можно было видеть идущим с охотничьей сумкой и ружьем Довера по росистым лугам домой, к завтраку.</p>
    <p>В прежние годы он был завзятым наездником. Однажды, возвращаясь вечером из поездки в город, мы обнаружили такую картину: полдеревни висело на изгороди соседнего участка. Майор объезжал молодого жеребца, никак не желавшего подчиниться конюхам. Зрелище было впечатляющим. Седые кудри, окладистая борода трепались по ветру, пока он носился по кругу на спине обезумевшего животного. Укротив, в конце концов, коня, он вручил его, дрожащего, конюху, который тут же увел его прочь. В другой раз, выехав по обыкновению вечером на прогулку, этот необузданный тип загорелся при виде молодых всадников и, пришпоривая своего вороного жеребца, пылил на них всю дорогу, пока они ехали по улице засыпающего городка.</p>
    <p>Короче, он снова взял в свои руки жизненные бразды, отпущенные им много лет назад. Что до политики, то он оказался отъявленным консерватором, и чрезвычайно сложное, все ухудшающееся положение в стране вовлекло его в борьбу. Между владельцами и рабочими мельницы в этот момент назревал конфликт, и в округе, как водится, появилась группа "агитаторов", будоражащая общественность. Майор не только выступил против них, но и подрался с некоторыми самыми активными, прекратив стачку в самом зародыше, и в итоге бурной кампании прошел в майорат. Близость числа собранных противником голосов лишь подчеркивала остроту схватки. Между прочим, он организовал шумный многолюдный митинг, на котором вся община дружно скандировала лозунг "Свободу Кубе!" и высказала горячую готовность отправиться ее освобождать.</p>
    <p>Да, он словно библейский охотник Нимрод носился по району и руководил делами, как античный мудрец Солон. При встрече с оппозицией он ржал, как боевой конь, и горе тому, кто вставал ему поперек пути. Удача же подогревала его к большей активности; но если такая горячность естественна для молодого человека, то к его зрелым годам она совсем не шла, поражая друзей и родственников. Наблюдая за проделками нашего чудака, мы с Довером только руками разводили.</p>
    <p>* * *</p>
    <p>Его слава, а лучше сказать известность, вскоре так разрослась, что стали поговаривать о выдвижении его кандидатуры на предстоящих выборах в Конгресс. Авторитетные обозреватели, ведущие колонки в воскресных выпусках, не раз писали о его выступлениях и поразительной активности. А репортеры "желтой прессы" довели бы нас своим вниманием до отчаяния, если бы сам майор не взял дело в свои руки. Потому что постепенно он приобрел привычку выбрасывать перед завтраком с порога самого нахального из них, а вечером по возвращении домой расправляться подобным образом еще с тремя-четырьмя настырными нахалами. Целые толпы зевак и знающих свое дело ученых стали завсегдатаями в нашем тихом уголке. Джентльмены в очках, нередко с лысиной и неизменно вежливые, появлялись по одиночке, по двое, группами и целыми делегациями, чтобы дать оценку фактам и характеру такого исключительного явления. Наши двери — парадная и черный ход — постоянно осаждались какими-то длинноволосыми нечесаными энтузиастами с диким взглядом, приверженцами всевозможных оккультных сект, топтавшими цветники, пока садовник в отчаянии не пригрозил нам немедленным уходом. А я — хотите верьте, хотите нет — между прочим, сумел даже сэкономить десять процентов расходов на уголь, сжигая для обогрева поступающую невостребованную корреспонденцию.</p>
    <p>И в довершение всего, когда Соединенные Штаты объявили войну Испании, майор Рэтбон, уйдя из магистрата, записался для освидетельствования в призывной комиссии. Если учесть его заслуги в гражданской войне и наличие прекрасного здоровья, военный департамент скорее всего удовлетворил бы его просьбу.</p>
    <p>— Прежде чем приступить к рекламе нашего омолодителя, я полагаю, нам следует создать некое противоядие, этакий ослабитель резвости, сопутствующей возвращению молодости.</p>
    <p>Мы сидели в совершенном унынии, обсуждая трудности, ища выход из тупика.</p>
    <p>— Понимаете, — рассуждал Довер, — оживляя пожилого человека, мы целиком теряем над ним власть. Мы не в состоянии взять его под контроль, каким-то образом предотвратить эксцессы, вызываемые возвращаемой юностью, под ее воздействием. Убежден, главным направлением должны стать исследования состава лимфы — самые тщательные, если мы хотим избежать непредсказуемого поведения пациента. А теперь надо решить, что делать с дядюшкой Максом. Добиться в военном департаменте отсрочки призыва — это превыше моих сил, я не в состоянии.</p>
    <p>Почувствовав полную беспомощность Довера, я решил раскрыть ему план, который обдумывал все последнее время.</p>
    <p>— Вы говорите о противоядии, — осторожно начал я. — Насколько известно, существуют разные виды противоядий; одно является лекарством от этого зла, другое от того. Что вы предлагаете, если ребенок выпьет пинту керосина?</p>
    <p>Довер понимающе кивнул.</p>
    <p>— А раз для этого случая нет противоядия, разве ребенку суждено погибнуть? Отнюдь, мы даем ему рвотное. Ну а в нашем случае рвотное не годится. Или вот: какое лекарство дать человеку, страдающему от любви или ипохондрии? Нет такого. А меланхолику что вы пропишете?</p>
    <p>— Перемену обстановки, — быстро вставил Довер. — Что-то такое, чтобы оторвать его от самого себя и его болезненных дум, дать ему новый интерес в жизни, придать смысл существованию.</p>
    <p>— Вот именно, — торжествовал я. — Отметим, вы прописали ему противоядие, правда, не медицинское и не физическое, а некое неосязаемое. Теперь найдите подобное средство против чрезмерной энергии.</p>
    <p>Довер, казалось, был озадачен и ожидал моего продолжения.</p>
    <p>— Помните силача Самсона? Честную филистимлянку Далилу? А вы помните идею сказки "Красавица и чудовище"? Вам же известно, как таяли силы сильных, крепли я приходили к краху династии и многие народы погрязали и распрях или же, наоборот, спасались от внутренних раздоров, — благодаря любви к женщине.</p>
    <p>— Вот вам и противоядие, — заключил я.</p>
    <p>— Да-да! — в глазах его вспыхнула надежда, но, снова став серьезным, он невесело покачал головой: — А где взять ему избранницу? Такой же нет.</p>
    <p>— Как-то вы упоминали о романе майора, еще до войны, когда он был молодым.</p>
    <p>— Вы имеете в виду Дебору Фербуш, вашу тетушку Дебби?</p>
    <p>— Да, тетушку Дебби. Они тогда рассорились и так и не помирились…</p>
    <p>— И с тех пор не разговаривали…</p>
    <p>— Не совсем так. После омоложения он ей не раз звонил, выражал уважение, справлялся о ее здоровье. Видимо, здесь имеет место сильная привязанность. Но вот уже с год она прикована к постели, ее выносят на руках, но ничего серьезного, просто старость,</p>
    <p>— Значит, силы у нее еще есть, — вставил Довер.</p>
    <p>— Конечно! — подчеркнул я. — Это, брат, типичная старость, совершенно ничего подозрительного, слабость сердечных клапанов. Что на это скажешь? Давай используем эту оставшуюся до решения комиссии пару месяцев и приступим к осмотру тетушки Дебби. Как считаешь?</p>
    <p>Такой выход из трудного положения не только вдохновил меня, но в конце концов убедил и Довера. Поняв, что нельзя упускать время, мы, забрав из лаборатории все нам необходимое, немедленно перебрались ко мне, так как мой дом был ближе к коттеджу тети Дебби.</p>
    <p>К этому моменту мы до мелочей разработали всю операцию, поэтому смогли начать ее предельно быстро. Но все делали в тайне, так что майор о ней не имел ни малейшего представления. Через неделю тетушкина горничная, удивленная улучшением ее здоровья, сообщила об этом майору, когда он по обыкновению ей позвонил. А через две недели с наблюдательного пункта моей ветряной мельницы мы увидели их гуляющими в саду, и в поведении майора отметили не свойственную ему галантную осанку. А скорость, с которой тетя впитывала силы, была просто головокружительной. Она буквально на глазах день ото дня становилась моложе, на щеки вернулся румянец, придав им неописуемо очаровательный жемчужно-розовый цвет.</p>
    <p>Еще дней через десять Рэтбон подъехал к ее дверям на двуколке и забрал ее покататься. В деревне сразу об этом заговорили. Но это все были цветочки. А вот когда месяц спустя у майора пропал интерес к войне и он решил отказаться от комиссии, вот тогда начались настоящие пересуды. Ну, а когда любовники-пенсонеры бодро направились к алтарю, а потом уехали на медовый месяц, тут все языки развязались дальше некуда.</p>
    <p>А я всегда говорил: эта лимфа — удивительное открытие.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Кто верит в привидения!</p>
     <empty-line/>
    </title>
    <p>— Потрясающий у вас случай, а я знаю и посильнее…</p>
    <p>— Нет, Дамон, не надо. У вас, уверен, всегда имеется история похлеще. Но я ни капли не прибавил, если сомневаетесь в достоверности, поверьте по крайней мере в честность моего изложения.</p>
    <p>— Джордж, вы же не хотите сказать, что на самом деле верите в привидения? Ведь сама такая мысль абсурдна, и вера в такие вещи несовместима с вашими воззрениями, это же… — Ван Бастер, известный также под прозвищем Дамон {Согласно античной легенде римляне Дамон и Питиас — два самоотверженно преданных друга.}, запнулся в поисках подходящего слова и, наконец, вымолвил: — нелепо!</p>
    <p>— А я верю и. не одинок в своем убеждении, а в подтверждение своей правоты могу привести неопровержимые свидетельства веков, со времен халдейских магов до засилья ученостей наших дней. Помолчите оба и поразмышляйте: ты, Дамон, и ты, Питиас, у тебя, я вижу, в глазах тоже признаки сомнения. Вспомните, ведь во все времена, во всех странах, у всех народов всегда существовали, да и поныне есть много людей, всерьез верящих в возвращение душ после смерти. И как же можно перед лицом такой массы убежденных людей настаивать на том, будто все это творение больного сознания и воспаленного воображения?</p>
    <p>Поскольку ни Дамон, ни Питиас не возражали против его доводов, он заявил, что под напором нелицеприятных обстоятельств им в свое время придется в корне пересмотреть свои убеждения.</p>
    <p>— А ну-ка, Питиас, давай! Что ты скажешь в нашу защиту? Предъяви нашему наивному другу несокрушимые основы, на которые мы опираемся. Подавай сюда всю логику наших аргументов и мобилизуй свое красноречие по поводу этого весьма прискорбного случая. Покажи ему, что психическая энергия — это не что иное, как продукт не в меру разгоряченного воображения, докажи, что все эти земные духи, астральные формы и бестелесные существа — не более чем химеры!</p>
    <p>— Знаешь, Дамон, — лениво откликнулся тот, — я бы предпочел не тратить свою эрудицию и лабораторные исследования на такие несерьезные цели. Вот если бы возник вопрос о конфликтах по поводу земли, тарифов, наконец, финансовых проблем, я бы ответил; тут же все похоже на бабушкины сказки про домовых, чертей, ну и прочей ерунды! Все, что можно сказать нашему Джорджу, — он осел, и до тех пор, пока не познакомит меня с какой-нибудь неземной формой, я не стану обсуждать этот вопрос.</p>
    <p>Ничуть не смутившись от насмешек друзей, Джордж ответил:</p>
    <p>— Пропою вам старую песенку: "Иди в соседний городок, смотри как я, милок". Потому что мне не раз доводилось сталкиваться с чем-то таким, что доказывало существование и активность этих сил. Перед недоверием двух таких выдающихся умов, как я понимаю, доводы бессильны; но, позвольте, разве не коснеет их интеллект от того, что они не знают и не желают знать того, что не знают. Разумеется, все мы смотрим на мир сквозь цветные стекла, но их стекла столь основательно позеленели, что им можно посочувствовать.</p>
    <p>— Но признайся, что и твои стеклышки изрядно закоптились, — прервал его Дамон. — Давай, Джордж, не будем больше спорить на эту тему. Вам известна точка зрения, которой я придерживаюсь, когда сталкиваюсь с неизвестным явлением. Я не тороплюсь ни с отрицанием, ни сутверждением, а могу говорить лишь о степени вероятности и возможности существования того, в чем вы убеждены. Честно говоря и положа руку на сердце, отвечу: да, я не знаю, но хотел бы знать. Я согласен с предложением Пи-тиаса встретиться с бестелесными душами.</p>
    <p>— Есть тут неподалеку старинный замок, — сказал Питиас. — Может быть, мы сможем получить туда доступ. Ходят слухи, будто там есть привидения.</p>
    <p>— Как раз то, что нужно! — воскликнул Дамон. — Полагаете, призрак, бродящий по мрачным коридорам в страшный полночный час, снизойдет до того, чтобы стать видимым ради пополнения знаний двух таких жалких недоверчивых смертных, как мы? У нас редчайшая возможность, сейчас всего лишь десять, к одиннадцати мы успеем. Мы е Питиасом обзаведемся парой дюжин свечей, возьмем с полфунта ветчины и роман "Трилби" — почитать вслух для соответствующего настроения. Что скажешь, Питиас, о таком времяпрепровождении?</p>
    <p>— Я несомненно за, — ответил тот. — У меня как раз есть время передохнуть от трудов праведных. Со своим совместительством, как вам известно, я разделался. Однако предлагаю вычеркнуть "Трилби" и вставить шахматы. Кроме того, захватить десяток шутих, чтобы взорвать, когда появится призрак. Он, знаете ли, может оказаться китайским драконом. А ты, Джордж, конечно, пойдешь с нами, да? Тогда тебе было бы лучше найти кого-нибудь, чтобы посторожил снаружи на всякий случай и проверил, чтобы мы не сбежали,</p>
    <p>— Все это нетрудно организовать, — ответил Джордж. — Могу взять Фреда. Он как раз собирался ловить кошек.</p>
    <p>— Кошек? — удивились Дамон и Питиас.</p>
    <p>— Да-да. Видите ли, он в настоящее время углубился в анатомию и собирает материал для опытов. Он даже у сестры украл большого мальтийского кота и с такой гордостью показывал ей его скелет, выдав за скелет кролика.</p>
    <p>— Изверг!</p>
    <p>— Кто, кот?</p>
    <p>— Фред. Вот бедняжка Дора, должно быть, горевала о пропавшей киске.</p>
    <p>— Его бы следовало проучить как следует.</p>
    <p>— Разобрать по частям, сшить и представить родственникам как недостающее звено эволюции. Они бы тоже не узнали его, как и Дора своего кота.</p>
    <p>— Если бы у котов была душа, я бы на месте Фреда не отважился выходить из дома по ночам. А у них есть душа, Джордж?</p>
    <p>— Не знаю, но давайте не будем больше терять время, если хотим осуществить наш замысел, нам следует встретиться у ворот особняка ровно в одиннадцать.</p>
    <p>Все согласились. Расплатившись по счету, друзья покинули ресторан. Джордж отправился разыскивать Фреда, а Дамон и Питиас за свечами, шутихами и ветчиной.</p>
    <p>К одиннадцати все четверо собрались у ворот замка Берчхолл. У всех было приподнятое настроение, и когда настало время расходиться, Джордж обратился к друзьям с такими словами:</p>
    <p>— Ты, агностик Дамон, и ты, скептик Питиас, прислушайтесь к моему последнему совету. Вы идете в место, известное в народе, как дом с привидениями. Истинность молвы еще предстоит доказать, однако силы, с которыми вы намерены соперничать, не подчиняются известным земным законам. Они таинственны, неуловимы и могущественны; они невидимы, но нередко действенны и могут обнаружить себя всевозможными способами. Открывая, скажем, двери, выключая свет, бросая кирпичи, издавая странные звуки, крики, плач и стон, — это всего лишь слабые их проявления. И точно так же как в этой жизни люди подпадают под влияние добра и зла, так и в загробной жизни есть духи добрые и злые. Горе вам, если вы наткнетесь на злых. Вас могут поднять над землей и бросить как мячик об пол или об стену, сделать свидетелями ужасных, немыслимых для смертных зрелищ; вас может охватить такой жуткий страх, какой способен помутить разум, превратить в лишенных рассудка идиотов. Вдобавок эти злобные духи, если захотят обладают властью лишить вас одного, двух, даже всех чувств, способны порвать ваши барабанные перепонки, обжечь глаза, испортить чувства вкуса и запаха, парализовать тело, всю его нервную систему. И как на заре христианства, они могут вселяться в вас и терзать все тело злыми силами, а потом вам останется одна дорога — в сумасшедший дом, обитую войлоком палату психушки. Я не собираюсь давать советы, как вести себя при встрече с этими потусторонними силами, потому что не знаю, но последнее мое предостережение: будьте начеку, сохраняйте присутствие духа, и пусть вам сопутствует удача!</p>
    <p>На этом они и разошлись: Дамон и Патиас в поисках привидений, а Джордж с Фредом — в поисках котов.</p>
    <p>Первая пара зашагала к подъезду замка, ко обнаружив его запертым, а неземных обитателей лишенными желания отреагировать на настойчивые стуки старинного дверного молотка, они попробовали воспользоваться окнами высокого портика. Но, увы, те оказались тоже на запоре; вскарабкавшись с трудом на портик, они разыскали на втором этаже незапертое окно. Забравшись внутрь, они зажгли по свече и приступили к обследованию замка.</p>
    <p>Здесь все было старым, пыльным и затхлым, как они и ожидали. Они тщательно все осмотрели, начав с третьего этажа: открывали стенные шкафы, отгибали ветхие гобелены — искали потайные двери — простукали все стены. Такие предосторожности были подсказаны недавно прочитанными романами Эмиля Габорио. Следуя подсказке месье Леко, они проникли в подвал, но там была такая свалка, что друзья вынуждены были отказаться от этой затеи.</p>
    <p>Вернувшись на второй этаж с ящиком и парой стульев, они удобно устроились в самой чистой из комнат. И хотя полдюжины свечей неплохо освещали их апартаменты, они все-таки чувствовали себя неуютно и одиноко и, как выразился Дамон, для поднятия духа засели за шахматы.</p>
    <p>Так за игрой пролетело полтора часа. Первая партия прошла великолепно. Вынув часы, Питиас отметил: "Половина первого и никаких призраков…"</p>
    <p>— Потому что в комнате так дымно, что их, бедных, не видно, — возразил Дамон. — Давай распахнем окно и дадим комнате проветриться.</p>
    <p>Проветрив помещение, они расставили шахматы для новой партии. Едва Дамон протянул руку к белой королевской пешке, как вдруг замер с испуганным лицом, а с ним и Питиас. Оба в молчании уставились друг на друга, что-то необъяснимое их явно насторожило. И как только Дамон вновь сделал попытку прикоснуться к пешке, он снова замер, и они опять вопросительно уставились друг на друга. Безмолвие вокруг было абсолютным и давило на них свинцовой тяжестью, напрягая их нервы до предела. Каждый из них пытался разорвать свое оцепенение, но сил не хватало. Им вспомнилось предостережение Джорджа. Неужели вот оно, невозможное? Неужели началось? Вот они, злые силы, в которые они не верили, это они отняли у них способность говорить! Им хотелось кричать как в кошмарном сне, хотелось разорвать эти страшные оковы. Питиас был смертельно бледен, на лбу Дамона выступили капли пота, сползая по носу, они падали на крахмальный воротничок и его белоснежную манишку.</p>
    <p>Эти две минуты, пока они сидели в напряжении, уставясь друг на друга, показались им целым веком. Интуиция подсказывала, что дело близится к развязке. Они знали: такое напряжение не может дольше продолжаться.</p>
    <p>Внезапно в неподвижном ночном воздухе раздался душераздирающий дикий вой, он проник в открытое окно, кто-то карабкался по стене, послышался стук камней по настилу, победный вой сменился кошачьим воплем отболи и ужаса, быстро перешедшим в придушенное ворчание, и они услышали энергичный голос Фреда: "Номер первый!" И точно так же как утопающий, вынырнувший из океанских глубин, испытывает блаженство, вдохнув живительный воздух, возрождается к жизни, так и они почувствовали себя, правда, всего лишь на мгновение. Чары все еще не</p>
    <p>были разорваны. Оцепенение вернулось, охватило их с новой силой. Теперь оба испытывали неудержимое желание рассмеяться, такой дикой казалась им обстановка. Но потусторонняя сила не позволяла им даже этого, их лица исказило какое-то идиотское выражение, так их напугавшее, что они напрягли всю свою волю, чтобы преодолеть сковавший их страх, и у них на лицах появилось выражение стыда и смущения.</p>
    <p>В этот миг словно свет озарил их сознание. Возвратилась способность к движению. Они поняли это по шевелящимся губам. Они было уже привстали, чтобы спастись бегством, когда их охватил стыд, и они вновь опустились на стулья. Питиас взял пучок шутих, поднес к свече и бросил на середину комнаты.</p>
    <p>Те зашипели и засвистели, защелкали и запрыгали, наполняя комнату танцующими клубами дыма, опутавшими их плотным покровом, таинственным и подозрительным в воцарившемся безмолвии. А потом Дамоном овладело странное чувство. Весь страх от сверхъестественного, казалось, исчез, сменился неукротимым, всепоглощающим желанием приступить к игре. Смутно и как-то непонятно он осознал, что перенял перевоплощение, почувствовал, что мгновенно превратился в кого-то другого, или кто-то другой превратился в него. Его собственная личность исчезла, и словно во сне он ощутил, как другая, более сильная личность вселилась в него, прогнав, подавив его собственную. Ему показалось, что он стал слабым, старым, под бременем лет, но это бремя непонятным образом казалось легким, поддерживаемое горячим, энергичным возбуждением, кипевшим и трепетавшим в нем. Было такое ощущение, будто судьба и сама его жизнь решится на шахматной доске, а душа и все-все зависит от того, в чью сторону теперь склонятся весы в этой игре.</p>
    <p>Безотчетная ненависть и слепое желание отмщения усиливали в нем жажду жизни. На него, ему казалось, ополчился целый сонм злых сил, тысячи дьяволов звали к исполнению желания. С дикой страстью в данный момент ненавидел он это существо, сатану, что противостоял ему по ту сторону доски. И он взирал на него в упор, с вызовом; пока он видел эту ехидную физиономию и эти полуприкрытые вероломные глаза, злоба в нем вскипала. Нет, то был не Питиас, тот исчез — когда и куда, его это теперь не интересовало.</p>
    <p>И точно так же, как с Дамоном, те же самые странные вещи происходили и с Питиасом. Он тоже презирал оппонента, сидящего напротив наделял, его всевозможными из существующих отвратительных качеств. Этот другой был в его власти, он знал и радовался вызывающе, улыбался прямо ему в лицо, не скрывая своего ликования. Страстное желание его низвергнуть, раздавить росло в нем неудержимо. Он тоже жаждал скорее начать.</p>
    <p>И их игра началась. Дамон решительно предложил гамбит, Питиас ответил, он защищался. Атака Дамона была великолепной, молниеносной — он был встречен такой смелой и неожиданной комбинацией, что на двадцать седьмом ходу был разгромлен, а у Питиаса еще оставалась королевская пешка. Поменяв тактику на более продуманную и спокойную, Дамон атаковал снова, создав Питиасу такую ситуацию, что тот был вынужден либо потерять королеву, либо получить мат на четвертом ходу. Однако серией ходов Питиасу удалось выйти из трудного положения, правда, пожертвовав две пешки и офицера.</p>
    <p>Воодушевленный успехом, Дамон пошел в решительную атаку, но был остановлен более расчетливой игрой оппонента, который, разрядив обстановку на правом фланге и умело маневрируя, восстановил положение и вновь оказался с противником на равных. Одна из интереснейших игр в мире получала продолжение. Шла схватка исполинов, участники забыли о существовании мира. Когда в окне забрезжил серый рассвет, положение Дамона оказалось весьма серьезным.</p>
    <p>Под угрозой мата его вынуждали сдвоить ладьи, он это видел. Потом соперник запер его королеву и взял офицера. Мат, казалось, был неизбежен, но внезапно в его положении обнаружился просвет. Он нашел великолепный выход. Несколькими ходами он прогонит королеву противника и добьется перелома в игре.</p>
    <p>Увы, вмешался рок. Во дворе раздался кошачий вой, сбивший его мысли. Он позабыл найденный ход, а угроза мата так его напугала, что он сдвоил ладьи, и на шестом ходу его ожидало неизбежное поражение.</p>
    <p>Его мозг работал лихорадочно, все несправедливости, перенесенные в жизни, взывали к решительному возмездию; все горькие обиды, и наглый обман, и предательство противников — все возникло в его мозгу с поразительной остротой. Разразившись проклятием в адрес улыбающегося демона напротив, он, качнувшись, вскочил со стула. "Убить!" — дьявольская мысль сверлила сознание, и, кинувшись на Питиаса, он с диким воплем схватил его за горло. Он повалил его на шахматы и не со злой яростью, а с исступленной радостью стал душить и душил, пока лицо у того не почернело и неначалась агония.</p>
    <p>Если бы на лестнице не послышались торопливые шаги, для Питиаса все кончилось бы трагически. Двое полицейских ворвались в комнату и с помощью Фреда и Джорджа разняли их.</p>
    <p>Придя в себя, до крайности смущенный Дамон помог привести в сознание приятеля.</p>
    <p>— Это было типичное для замка Берчхолл убийство, на этот раз едва не доведенное до конца, — сказал сержант, когда они, стоя на углу, обсуждали происшедшее. — Всю жизнь племянник Дуинсмор был проклятьем старика. С детства он приносил ему одни беды. И, повзрослев, доставлял Берчхолу немало серьезных неприятностей, пока с помощью финансовых махинаций не разорил его окончательно. У него остался только замок. И вот однажды ночью Дуинсмор убедил старика сделать замок ставкой в шахматной игре. Это был его последний шанс. Когда же тот проиграл, то потерял рассудок и, повалив племянника на шахматный стол, вцепился ему в горло.</p>
    <p>— Они что, были хорошими шахматистами?</p>
    <p>— Говорят, лучше на свете не бывало.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Дочери богачей</p>
     <p>(Скетч)</p>
    </title>
    <p><strong>ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:</strong></p>
    <p><emphasis>Джон Мастерсон </emphasis></p>
    <p><emphasis>Фрэнк Барт</emphasis></p>
    <p><emphasis>Полицейский офицер</emphasis></p>
    <p><emphasis>Эдна Мастерсон</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p><strong>НА СЦЕНЕ:</strong></p>
    <p><emphasis>Библиотека в доме Мастерсона в Нью-Йорке. Большая роскошно обставленная комната. Справа стол с телефоном. Еще правее камин. Возле него большое кресло. В правой и в левой части комнаты шкафы с книгами. Слева дверь. Возле нее кушетка. На заднем плане прихожая. Когда поднимается занавес, Мастерсон дремлет в кресле. Часы бьют два раза. Входит Эдна. Она минует прихожую, проходит к двери слева. Прислушивается. Задвигает портьеры на окне. Берет со столасигарету. Хочет прикурить. Мастерсон просыпается. Эдна роняет сигарету.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Кто здесь? <emphasis>(Поворачивается в кресле. Видит Эдну.)</emphasis> А! Когда ты пришла, дорогая?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Папа, как вы меня напугали! Я только что вошла. <emphasis>(Берет другую сигарету.)</emphasis></p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Должно быть, я заснул над своей газетой. Который час?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Время всем хорошим папам спать. Два часа.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Ну, как на балу, тебе понравилось? <emphasis>(Встает, потягивается.)</emphasis></p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Да. <emphasis>(Подходит к креслу.)</emphasis></p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Натанцевалась, наверное, до упаду.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Почти.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Много было народу?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Как обычно.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Ты рано отпустила домой Смитсона? <emphasis>(Возвращается к креслу.)</emphasis></p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Да. Меня привезли домой Арнольдсы в своей машине. <emphasis>(Садится в кресло, курит.)</emphasis></p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Не нравится мне твое курение.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Ты старомоден, папа. Все курят. Я курю с двенадцати лет, научилась еще в школе.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Вот чему тебя научили в нашей драгоценной школе!</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Этому… и другому. <emphasis>(С улицы слышен свисток полицейского.)</emphasis> Полиция… <emphasis>(Звонит дверной колокольчик.)</emphasis> Я открою…</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Нет, дорогая, тебе не следует подходить к двери в такой час. Я посмотрю сам.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Все слуги, наверное, спят. Пусть их звонят. Кто-нибудь ошибся дверью. <emphasis>(Мастерсон идет в прихожую.)</emphasis></p>
    <p><strong>Полицейский</strong> <emphasis>(за сценой)</emphasis>. Извините, сэр, что беспокою вас… Мы видели, как в этот дом вошла женщина. Она открыла дверь ключом, она незадолго перед тем сбежала от нас.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Вы ошибаетесь, офицер. Женщина, которую вы преследовали, просто не могла иметь ключа к этому дому.</p>
    <p><strong>Офицер</strong>. Нет, точно, она вошла сюда.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Что за ерунда! Хорошо, не заставляйте меня стоять здесь, на сквозняке. Войдите, если вам необходимо, и посмотрите сами. <emphasis>(Появляется в прихожей и входит в кабинете сопровождении полицейского офицера и Фрэнка Борта.)</emphasis> Хорошо, хорошо, так в чем же дело?</p>
    <p><strong>Офицер</strong>. Видите ли, сэр, поскольку этот новый закон вошел в действие, мы вынуждены приглядывать за центральными меблированными домами и ресторанами. Сегодня ночью мы обследовали ресторан с комнатами для встреч. У нас был приказ забирать в участок всех, кого мы там обнаружим. Ну я и повел этого парня с его девицей. Он оступился и притворился, будто вывихнул ногу. А она бросилась бежать и прыгнула в такси. Лица ее я не разглядел, она закрывалась меховым воротником, но была она шикарная по всем статьям. Мы сели с ним в другое такси и поехали следом за этой молодой дамой. Вышла она в соседнем квартале, а мы — не доезжая квартала и наблюдали за ней. Это точно, она сюда вошла. Готов поклясться.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Как же вы можете клясться, если толком ничего не видели? Вы просто перепутали и по ошибке погнались за другой машиной.</p>
    <p><strong>Офицер</strong> <emphasis>(смотрит на Эдну, не поворачивая головы, затем на Барта)</emphasis>. Возможно!</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Ну-ну, довольно, офицер! Вы же убедились, здесь только я и моя дочь.</p>
    <p><strong>Офицер</strong> <emphasis>(бросив многозначительный взгляд на Эдну, — Барту)</emphasis>. Полагаю, вы никогда вообще не знали эту молодую даму?</p>
    <p><strong>Барт</strong>. Нет, не знал!</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong> <emphasis>(выходя из себя, в ярости)</emphasis>. Болван! Ты что, осмеливаешься намекать, что моя дочь — это та самая женщина, за которой ты следовал? Это будет стоить тебе твоей службы, ты забыл, в чьем доме находишься? Я Джон Мастерсон <emphasis>(крестится)</emphasis>. О, Господи! Что за времена настали? Человека могут оскорбить в его собственном доме.</p>
    <p><strong>Офицер</strong> <emphasis>(изменяет поведение)</emphasis>. Не думал вас оскорблять, сэр. Разумеется, это ошибка. Я не знал, что это ваш дом, мистер Мастерсон. Прошу про…</p>
    <p><strong>Барт</strong>. Офицер, не слишком ли много беспокойств доставили мы этой леди и джентльмену?</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Вот именно! И более того, тащить незнакомого человека из какого-то борделя в дома почтенных людей! Несколько подобных ошибок, и вместо продвижения по службе вы заработаете отставку. <emphasis>(Подходит к столу.)</emphasis> Для вас, молодой человек, это тоже должно послужить уроком. Доброй ночи, офицер. Надеюсь, вы схватите эту потаскушку, кем бы она ни была. Но послушайтесь моего совета и не врывайтесь при ваших поисках в приличные дома. <emphasis>(Офицер собирается уйти. Останавливается в дверях.)</emphasis></p>
    <p><strong>Офицер</strong>. Эта леди допустила неосторожность, сэр. Она обронила вот это. <emphasis>(Подает Мастерсону драгоценную брошь, он берет и рассматривает ее.)</emphasis> Должно быть, не из дешевых.</p>
    <p><strong>Барт</strong>. Как вы можете с такой уверенностью утверждать, что это потеряно моей дамой!</p>
    <p><strong>Офицер</strong>. Могу. Я абсолютно уверен! Я видел, как эта брошка отскочила от ее платья. Дата и имя владелицы выгравированы на обратной стороне, видите? Жаль, что они не поставили фамилию.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. М-м. Да, чрезвычайно жаль. Это действительно дорогая вещь. Ну, в будущем эта дама будет осторожнее. Вы возбудили мое любопытство, офицер. Что же вы собираетесь с этим делать? Хранить, пока за ней не обратятся?</p>
    <p><strong>Офицер</strong>. Да, сэр.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. А потом?</p>
    <p><strong>Офицер</strong>. Ну, после разбора дела, завтра утром, этой молодой леди ничего не угрожает, если это не попадет в газеты. Мне бы не хотелось, чтобы так получилось, хотя она и обманула меня. Моя обязанность представить ее завтра утром, если я ее обнаружу, перед городским судом.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>, Если обнаружите. Но она сбежала, и, находясь здесь, вы ее не разыщете. Не думаю, чтобы молодая женщина с положением, какой, по вашему мнению, она является… э… позволила себе… э… посещать трущобы.</p>
    <p><strong>Офицер</strong>. Вы, конечно, удивились бы, сэр, узнав, что кое-кто из этих самых важных персон с Пятой авеню вовлечен в эти делишки.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Разумеется, удивился бы. Ну, хорошо, хорошо, спокойной ночи, офицер. Прошу прощения, что не могу ничем помочь. Мы с дочерью только что возвратились с танцевального вечера, перед самым вашим звонком. Мы никого не видели. Спокойной ночи.</p>
    <p><strong>Офицер</strong> <emphasis>(направляется к выходу. Возвращается)</emphasis>. А брошку, сэр?</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Ах! Да-да, брошку. <emphasis>(Вручает ее офицеру, который выходит, бросив перед этим взгляд на Эдну. Мастерсон провожает их, потом возвращается и стоит, глядя на Эдну, которая едва сдерживает рыдания.)</emphasis></p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Это была та самая брошь, которую я подарил тебе на день рождения… Где ты познакомилась с этим человеком?</p>
    <p><emphasis>(Эдна плачет.)</emphasis></p>
    <p><strong>Мастерсон</strong> <emphasis>(подходит к ней)</emphasis>. Отвечай!</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Здесь, в этой комнате.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Кто он такой? Как его зовут?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Он приходил устанавливать телефон.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Приходил устанавливать телефон? Боже мой! А потом? Как давно ты его знаешь?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Три месяца.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. И все это время вы встречались?</p>
    <p><emphasis>(Эдна плачет.)</emphasis></p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Отвечай мне!</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Да.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Отказываюсь в это верить… моя собственная дочь! Я лелеял тебя, как принцессу. Ты — это все, что у меня есть. <emphasis>(Ходит по комнате.)</emphasis> А я-то в поте лица, как каторжный, трудился за своим столом, день и ночь, как последний чернорабочий, все для тебя. Для тебя не спал ночами, придумывал, как заработать тебе денег. Твое образование обошлось мне в целое состояние. И я ничего от тебя не требовал. <emphasis>(Подходит к ней.)</emphasis> Просто поверить не могу, что ты способна так отблагодарить меня. Единственной наградой мне была мысль, что ты счастлива, что все твои желания исполнены, что тебе завидуют, на тебя обращают внимание как на дочь Джона Мастерсона, наследницу неслыханных богатств. Единственной моей мечтой было объединить для тебя мои миллионы с каким-нибудь древним титулом. Ты была моей гордостью и утешением, что же ты вытворяешь? Ты завязываешь грязное знакомство с мужчиной, пришедшим установить телефон, встречаешься с ним в центральном борделе, попадаешь в облаву, и полицейский преследует тебя до самой нашей двери. Это же может обнаружиться в любой момент. Если об этом пронюхают газетчики, то, чтобы заткнуть им рот, не хватит целого состояния. Как ты могла?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Я хотела жить.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Хотела жить? А разве ты не жила? Бог свидетель, сколько это стоило.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Вот именно! Стоило! У вас на уме только доллары, купля и продажа. Все продается: лошади, дома, земли, капиталы, закладные, титулы, род человеческий, собственное дитя. Купля и продажа так вас поглотила, что вы забыли о том, что женщина — тоже живое существо. Вы смотрите на нее как на вещь для демонстрации драгоценностей — свидетельств вашего великого успеха.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Назови хотя бы одно свое желание, которое бы не было исполнено. <emphasis>(Подходит к ней)</emphasis></p>
    <p><strong>Эдна</strong>. В том-то и беда. У меня слишком всего много. <emphasis>(Встает, отходит к кушетке.)</emphasis> Вы держали меня как в теплице и приучили к мысли, будто я получу все, что угодно, даже луну, стоит мне лишь подольше и погромче поплакать. <emphasis>(Опускается на кушетку.)</emphasis> А я, как и множество подобных мне, вышла в жизнь с испорченной нервной системой.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Испорченной нервной системой!</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Да… испорченными сызмальства от пресыщения удовольствиями нервами по вине моих воспитателей.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Этой несусветной чепухе тебя научили в школе. <emphasis>(Подходит к ней.)</emphasis></p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Этому меня научила жизнь. <emphasis>(Уходит от него, садится в кресло.)</emphasis> Я родилась неврастеничкой и воспитывалась в богатом пансионе вместе с дочерьми других богачей. Все мы родились старухами, и всех нас снедало любопытство, наши изношенные нервы взывали к новым, необычным ощущениям и влекли нас к тайнам запретной жизни.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Это истерика!</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Деньги отцов для нас лишь означали, что все дозволено. Мы курили, сколько хотели, свои карманные деньги тратили на конфеты с ромовой начинкой и на книги, которые наши матери постыдились бы взять в руки. Мы рассказывали истории, которыми вы бы постеснялись поделиться сегодня в вашем клубе, а потом, увлекаемые нашими неутоленными желаниями, мы вышли в свет. Чтобы взвинтить себя, мы не в меру едим и пьем, танцуем и курим, а чтобы взвинтить мужчин, мы соответственно одеваемся; со смехом внимаем мы скабрезным остротам распутных стариков и похотливых юнцов, не прекращая с обезьяньим упорством заурядных женщин ни на миг погони за своей судьбой.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Истерические преувеличения.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Это правда.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong> <emphasis>(Подходит к ней)</emphasis>. И вот поэтому ты, которая могла бы быть принцессой, стала в конце концов шлюхой. Что же ты собираешься делать?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Не шлюхой, а добровольным подарком любимому человеку.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Простому рабочему.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Я благодарна Господу!</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Если ты уж решилась на позорную связь, то хотя бы выбрала человека своего круга.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. А дальше что?</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Замужество, все пристойно.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Я не понимаю, почему "позорная связь", если она заканчивается браком с таким же неврастеником, как и я, то это обязательно пристойно. В таком случае я была бы не только достойной зависти дочерью Джона Мастерсона, но также и достойной зависти женой мистера такого-то и, следовательно, всеми уважаемой дамой, потому что наши греховные интимные отношения завершились священным браком. <emphasis>(Разражается истерическим смехом. Отходит вправо.)</emphasis></p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. А разве ты забыла о своих обязанностях перед обществом?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Я и не знала, что они у меня есть. Мои воспитатели, дрессировавшие меня в соответствии с программой, на которую потрачено целое состояние, для вступления на вершины мира сего, забыли включить этот пункт. Они учили меня только тому, как вознаградить себя. Все ваши миллионы были бессильны купить для меня науку об обязанностях перед обществом.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong> <emphasis>(подходит к ней)</emphasis>. Значит, я не знал тебя по-настоящему.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Вы могли бы узнать меня, если бы поменьше тратили времени на охоту за деньгами. С детских лет я боялась вас.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Боялась собственного отца…</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Для меня вы были как король, а совсем не отец. <emphasis>(Мастерсон отходит к кушетке.)</emphasis> Мы с няней часто ходили на окраину, по улице, мимо сверкающих чистотой маленьких домиков, украшенных по фасаду цветами. Вокруг них всегда играла детвора. Нередко я видела, как из трамвая, из обыкновенного трамвая, который останавливался на углу, выходит мужчина. Тогда одна из маленьких девочек, примерно моего возраста, отделялась от своих подружек и с радостными криками бросалась ему навстречу. Он подхватывал ее и сажал себе на плечо. Она запускала руки ему в волосы и крепко в них вцеплялась. К калитке выходила невысокая женщина в простом светлом платье. Он обнимал ее одной рукой, и они шли в дом. О, как я завидовала тогда этой маленькой девочке.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Нашла чему завидовать.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Конечно. Я представляла себе ее комнату с разбросанными повсюду игрушками и ее отца на полу за игрой с ней в трамвайчики. Я упрашивала няню водить меня туда каждый день — и решила тогда своим детским умом, что когда-нибудь у меня тоже непременно будет такой же маленький домик. Играла я обычно на полу в детской, возле камина, на большом ковре — одинокое существо. Вы даже представить не можете, как может быть одинок ребенок богача, а я-то все это знаю, да, знаю! Когда вы возвращались домой, я пыталась набраться смелости и броситься вам навстречу.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. И почему же не бросалась?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Вы так редко приходили домой, а я боялась, как к моему поступку отнесется наш важный дворецкий. Один раз, зная, что вы в библиотеке, я подкралась к двери и долго стояла там, но войти все же побоялась. Несчастная маленькая наследница несметных миллионов так и простояла в огромной гостиной, плотно-плотно прижавшись лицом к двери, снедаемая неизбывной мечтой уютно устроиться у вас на коленях, точно так же, как — я была в этом уверена — та девочка из маленького домика в тот момент, вероятно, устроилась на коленях у своего отца.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Эдна… я не подозревал об этом <emphasis>(подходит)</emphasis>.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Нет, нет, подождите, отец… вы говорите, что жили единственной мыслью — удовлетворять все мои желания. А я хочу лишь одного <emphasis>(встает)</emphasis>. Освободите меня от всего этого… ничего мне не надо. Единственное мое желание — это маленький домик и муж. Я хочу иметь дочурку, которая не будет бояться броситься навстречу своему отцу. Я знать ничего не хочу об обязанностях перед обществом. Хватит с меня! С тем, что оно именует стыдом, с его ограниченностью и истерическим малодушием покончено. Хватит, я хочу жить собственной жизнью, по-своему, со своим "простым рабочим". Это и есть тот единственно честный, единственно мне подходящий, единственно правильный путь.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. С этим мужчиной, который возил тебя в публичный дом…</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Он не хотел, чтобы мы встречались в таком месте. Но мне было все равно, где с ним видеться, лишь бы видеться; и знайте, этой ночью там были и другие из моего круга. <emphasis>(Подходит к нему.)</emphasis> Отец, вы должны позволить мне выйти за него замуж, если он согласится.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Согласится? Да он ухватится за такую возможность руками и ногами…</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. А я в этом не уверена. Вы должны мне разрешить, отец.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Эдна, дитя мое, ты же знаешь, я на все готов ради твоего счастья…</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Тогда звоните быстро в полицейский участок. Заставьте их отпустить его немедленно… сию минуту… вы все можете уладить. Вы же Джон Мастерсон, вы можете сделать все, что угодно, даже с полицией… скорее же, скорее…</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Но это невозможно, это не принесет тебе счастья…</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Вы не хотите?</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Я не могу. Ты с ума сошла.</p>
    <p><emphasis>(Эдна берет плащ и направляется к двери.)</emphasis></p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Если ваше гнилое общество, о котором вы такого высокого мнения, разумно, тогда… Бог мой, да, я сошла с ума.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Ты куда?</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Я иду к нему. Завтра утром перед судом я встану рядом с ним, а потом стану его женой.</p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Если ты это сделаешь…</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Так что же, если я это сделаю…</p>
    <p><emphasis>(Звонит телефон. Мастерсон снимает трубку.)</emphasis></p>
    <p><strong>Мастерсон</strong>. Слушаю. Что? Застрелился? А почему вы поднимаете меня в три часа ночи? Письмо к моей дочери в его кармане? Не может быть. Моя дочь его не знает.</p>
    <p><strong>Эдна</strong>. Отец! Фрэнк… убил себя… <emphasis>(Разражается истерическим смехом.)</emphasis> Теперь… нет оснований для общественных потрясений… и вы можете купить мне титул. <emphasis>(Падает в обморок, увлекая за собой портьеру.)</emphasis></p>
    <p><strong>Занавес.</strong></p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Голиаф</p>
    </title>
    <p>В 19… году, утром 3 января жители Сан-Франциско прочитали в местных газетах любопытное письмо, которое получил Вальтер Бессет и которое, очевидно, было написано каким-нибудь шутником. Вальтер Бессет был одним из королей промышленности на западе Соединенных Штатов и принадлежал к той небольшой группе лиц, которая фактически управляла судьбами целой нации, хотя имена этих лиц были почти неизвестны публике. Будучи такой влиятельной личностью, Бессет получал бесчисленное количество писем, но это письмо так отличалось от всех других писем подобного рода, что он, вместо того чтобы бросить его в корзину, передал письмо репортеру. В конце письма стояла подпись «Голиаф», а в постскриптуме значился адрес: «Остров Пальгрэйв». Оно было следующего содержания:</p>
    <cite>
     <p>«Мистеру Вальтеру Бессету.</p>
     <p>Милостивый государь!</p>
     <p>Я приглашаю вас вместе с девятью вашими коллегами, королями промышленности, прибыть ко мне на остров для обсуждения вопроса о переустройстве общества на более разумных началах. До сих пор развитие общества шло по слепому, бесцельному, ложному пути. Наступило время для перемен. Человек уже вышел из первобытного состояния и подчинил себе природу, но он до сих пор не создал себе разумного общественного порядка. Человек в наши дни является таким же рабом своего глупого общества, как тысячи лет назад он был рабом природы.</p>
     <p>Существуют две теории, на основании которых человек может создать новое общество и воспользоваться им как разумным и сильным орудием в стремлении к достижению счастья и веселья.</p>
     <p>Первая теория выставляет положение, что правительство не может быть лучше и умнее того народа, который выбирает это правительство, что реформы и преобразования должны исходить от самого народа, что, поскольку отдельные личности становятся лучше и умнее, постольку и правительство становится лучше и умнее — словом, что большинство народа должно сделаться лучше и умнее, тогда и правительство сделается лучше и умнее. Реакционные политические взгляды, грубая животность и тупое невежество всякой человеческой толпы обнаруживают всю ложь этой теории. В толпе общий уровень познания и доброты находится в зависимости от наименее сознательных и наиболее грубых членов этой толпы. С другой стороны, во время бури на море тысяча пассажиров вручают свою судьбу мудрости и благоразумию капитана. В этом случае он является самым разумным среди них, обладая наибольшим опытом.</p>
     <p>Другая теория выставляет положение, что большинство народа не является пионерами, что оно подчиняется существующему порядку, что правительство, которое является представителем большинства, воплощает только его слабость, его ничтожество, его грубую сторону, что правительство не является слугой народа, но что народ является рабом правительства — словом, не народ влияет на правительство, а правительство — на народ, и что правительство есть и всегда было тупым и страшным чудовищем.</p>
     <p>Я лично склоняюсь на сторону второй теории. К тому же я не обладаю терпением. В течение жизни многих тысяч поколений, начиная с первых общественных групп наших предков-дикарей, правительство всегда было чудовищем. В наши дни угнетенные массы менее веселы и радостны, чем когда бы то ни было. Несмотря на завоевание человеком природы, прекрасный мир омрачен человеческими страданиями, болезнями и нуждой.</p>
     <p>Поэтому я решил вмешаться в дела человечества и намерен временно стать капитаном мирового корабля. Я обладаю познаниями и широким взглядом искусного эксперта. У меня также есть достаточно силы.</p>
     <p>Мне должны во всем повиноваться. Народы всего мира должны будут исполнять мои приказания и так составлять свои правительства, чтобы они были творцами веселья и счастья. Эти образцовые правительства, которые я имею в виду, не будут делать людей счастливыми, разумными и благородными посредством указов, но они дадут народу возможность самому стать счастливым, разумным и благородным.</p>
     <p>Я сказал все, что нужно. Я пригласил вас и девять ваших коллег на совещание со мной. 3 марта яхта „Энергон“ выйдет из Сан-Франциско. Вам предлагается прибыть на яхту накануне вечером. Все это говорится вполне серьезно. Миру необходима на время сильная рука. Этой сильной рукой являюсь я. Если вы не обратите внимания на мое приглашение, вас ожидает смерть.</p>
     <p>Говоря откровенно, я не надеюсь, что вы примете мое приглашение, но ваша смерть за непослушание заставит послушаться тех, кого я приглашу после вас. Таким образом, ваша смерть не будет бесцельной. И, пожалуйста, запомните, что мне чужда глупая сентиментальность во взгляде на ценность человеческой жизни. Я всегда помню о тех бесчисленных миллиардах людей, которые будут наслаждаться счастьем и радостью в том прекрасном грядущем, которое ожидает их.</p>
     <text-author>Голиаф».</text-author>
    </cite>
    <p>Опубликование этого письма не возбудило любопытства даже среди местного населения. Быть может, лицо читателя озарялось улыбкой при чтении его, но было ясно, что оно написано каким-нибудь любителем шуток и не заслуживает того, чтобы о нем говорить. Интерес к этому пробудился лишь на следующее утро. Благодаря телеграммам, распространившим весть об этом письме по всей Америке, а также вследствие пронырливости газетных репортеров стали известны имена остальных девяти королей промышленности, которые, получив подобные же письма, сочли их настолько незначительными, что не хотели опубликовывать. Но интерес к этому случаю скоро заглох бы совершенно, если бы один карикатурист в остроумной карикатуре не изобразил Голиафа в виде претендента на президентский пост. Вслед за этой карикатурой появилась песня, которую американцы распевали повсюду и у которой был такой припев:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>   Не зевайте, не зевайте</v>
      <v>   Вас поймает Голиаф.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Прошло несколько недель, и об этом случае все забыли. Забыл о нем и Вальтер Бессет. Но 22 февраля он был вызван к телефону инспектором порта.</p>
    <p>— Я хотел только сообщить вам, — сказал инспектор, — что в наш порт прибыла яхта «Энергон» и бросила якорь возле дамбы номер семь.</p>
    <p>Что произошло в ту ночь, Вальтер Бессет никогда не рассказывал. Известно только, что он отправился на автомобиле в порт, где сел на баркас, доставивший его на борт странной яхты. Известно также, что когда он через три часа вернулся на берег, то немедленно отправил пачку телеграмм своим девяти коллегам, получившим, как и он, письма от Голиафа. Все эти телеграммы были следующего содержания:</p>
    <cite>
     <p>«Яхта „Энергон“ прибыла. Тут что-то есть. Советую явиться».</p>
    </cite>
    <p>Телеграмма вызвала лишь общий смех по адресу Бессета. Она была опубликована, и популярная песенка о Голиафе возродилась и сделалась еще более популярной. Голиафа и Бессета изображали на бесчисленных рисунках и карикатурах, причем Голиафа рисовали в виде водяного, оседдавшего Бессета. Смех раздавался в клубах и общественных собраниях, звучал в передовицах газет и превращался в гомерический хохот в юмористических еженедельниках. Но многим, особенно компаньонам Бессета, было не до смеха, так как они начинали сомневаться в здравом рассудке Бессета.</p>
    <p>Бессет не любил долго возиться с одним делом, и, послав вторую пачку телеграмм своим коллегам, которая тоже была встречена смехом, он замолчал.</p>
    <p>Последний раз он телеграфировал:</p>
    <cite>
     <p>«Я вас умоляю — приезжайте. Если вам дорога жизнь — приезжайте».</p>
    </cite>
    <p>Поручив дела на время своего отсутствия компаньону, вечером 2 марта Бессет был уже на борту «Энергона». Яхта снялась с якоря на следующее утро. И в то же утро все газеты в городе напечатали экстренный выпуск.</p>
    <p>Голиаф сдержал свое слово. Девять королей промышленности, не принявших его предложения, постигла смерть. Самые опытные в стране врачи, вскрывавшие тела убитых миллионеров, сообщили, что смерть последовала от какого-то быстрого разложения тканей тела, но врачи не осмелились заявить, что короли промышленности убиты. И еще меньше они были склонны прийти к заключению, что миллионеры «пали от руки неизвестных». Смерть была слишком загадочной и поставила врачей в тупик. Их вера в науку была поколеблена.</p>
    <p>В своих ученых книгах они не могли отыскать ни малейшего намека на то, как анонимное лицо с острова Пальгрэйв могло убить бедных джентльменов.</p>
    <p>Однако одно обстоятельство выяснилось очень скоро, а именно, что остров Пальгрэйв не миф. Он обозначен на карте и прекрасно известен всем мореплавателям. Находится он на сто шестидесятом градусе западной долготы, как раз в том месте, где его пересекает десятый градус северной широты, и всего лишь в нескольких милях от островка Дианы. Подобно островам Мидвэй и Фаннин, остров Пальгрэйв одинок и по своему образованию принадлежит к коралловым островам. Кроме того, он необитаем. Капитан судна, производивший его обследование в 1887 году, в своем докладе писал, что на острове находится несколько родников и что он имеет хорошую естественную гавань, подход к которой, однако, связан с большой опасностью. Вот все, что было известно об этой ничтожной пылинке земли, которой суждено было со временем приковать к себе внимание всего мира.</p>
    <p>Голиаф хранил молчание до 24 марта. Но в этот день утренние газеты напечатали второе его письмо, копию которого получили десять главных политиков Соединенных Штатов, выдающиеся вожди политического мира, которых принято называть «государственными мужами». Письмо это гласило:</p>
    <cite>
     <p>«Милостивый государь!</p>
     <p>Я не намерен тратить слов понапрасну. Мне должны повиноваться. Вы можете считать это приглашением или приказом, но, если вы хотите еще шагать по земле и веселиться, вы должны быть на борту яхты „Энергон“ в гавани Сан-Франциско не позже 5 апреля. Я желаю, чтобы вы приняли участие в конференции о переустройстве общества на более разумных началах, которая состоится на острове Пальгрэйв.</p>
     <p>Во избежание недоразумений я скажу вам, что всецело предан своей теории. Но я хочу, чтобы эта теория оказалась приложимой к жизни, и поэтому приглашаю вас для совместной работы. В этой моей теории я орудую с массами, а отдельные жизни являются для меня пешками. Я имею дело с тысячами и миллионами жизней. Я стремлюсь к установлению на Земле счастья и радости, и те, кто будет стоять на пути к этой цели, должны погибнуть. Эта работа — не простая игра. Нашу планету в настоящее время населяет более полутора тысяч миллионов человек. Что значит ваша отдельная жизнь по сравнению с этими жителями? По моей теории — ничто. И еще помните, что за мною сила. Помните, что я основываюсь на науке и что одна жизнь или миллион жизней для меня ничего не значат, когда я думаю о тех миллиардах миллиардов человеческих жизней, которым еще предстоит жить на Земле. Чтобы они могли пользоваться счастьем и радостью, я теперь должен перестроить общество, и ваша мизерная жизнь — ничто по сравнению с этими миллиардами жизней.</p>
     <p>Кто обладает силой, тот может повелевать себе подобными. Благодаря той военной выдумке, которая известна под названием „фаланга“, Александр Македонский завоевал немалую часть земли<a l:href="#n_992" type="note">[992]</a>. Благодаря химическому изобретению, известному под названием „порох“, Кортес с несколькими сотнями головорезов покорил империю Монтесумы. У меня тоже есть собственное изобретение. В течение каждого столетия делается не менее полдюжины важных открытий и изобретений. Я сделал важное открытие, которое даст мне возможность овладеть целым миром. Я буду пользоваться этим открытием не для коммерческих целей или эксплуатации, а для блага всего человечества. Для достижения этой цели мне нужна помощь, услужливые и послушные помощники, и у меня достаточно силы, чтобы заставить людей служить мне. Я избираю кратчайший путь, хотя и не спешу. Я не смешиваю быстроты с поспешностью.</p>
     <p>Побуждения материального характера послужили развитию человека из дикаря в полуварвара, каким он является сегодня. Эти побуждения были очень полезны в развитии человечества, но они уже сделали свое дело, и их место в мусорном ящике. Конечно, ваше мнение несходно с моим, но я не вижу причин, почему вы не должны принять участия в том, чтобы выбросить этот анахронизм в мусорный ящик. Я должен сообщить вам, что уже наступило время, когда человек может получать пищу и жилище без всяких усилий, так же свободно, легко и просто, как воздух. Это станет возможным благодаря моему открытию и той силе, которую это открытие дало мне. И раз пища, одежда и жилище сделаются легкодоступными всем, стремление к материальным выгодам исчезнет из мира навсегда. Побуждения высшего рода — эстетические и художественные — захватят человечество и сделают прекрасными тело человека, его ум и дух. Тогда во всем мире настанет время счастья и радости. Это будет царство всеобщего счастливого смеха.</p>
     <p>Ваш в ожидании этого дня</p>
     <text-author>Голиаф».</text-author>
    </cite>
    <p>И все-таки никто не хотел верить. Десять политиков находились в Вашингтоне и не имели возможности убедиться, как убедился Бессет, и никто из них не позаботился отправиться в Сан-Франциско. А Голиафа газеты провозгласили вторым Томом Лаусоном с его панацеей<a l:href="#n_993" type="note">[993]</a> от всех бед. Нашлись еще специалисты по душевным болезням, которые после исследования писем Голиафа заявили, что он просто сумасшедший.</p>
    <p>Яхта «Энергон» прибыла в гавань Сан-Франциско 5 апреля, и Бессет сошел на берег. Но «Энергон» не снялся с якоря на следующий день, так как ни один из приглашенных политических деятелей не явился, чтобы отправиться на конференцию на остров Пальгрэйв. Однако в тот же день во всех городах Америки газетчики надрывали глотки, выкрикивая сенсационное сообщение: «Экстренный выпуск. Смерть десяти политических вождей».</p>
    <p>Яхта, мирно стоявшая на якоре в гавани Сан-Франциско, сделалась центром общего внимания. Ее окружала целая флотилия лодок и баркасов, а пароходики сновали беспрестанно между яхтой и берегом. В то время как толпа не допускалась на яхту, представителям власти и даже репортерам разрешалось всходить на борт «Энергона». Городской голова Сан-Франциско и начальник полиции сообщили, что на яхте нет ничего подозрительного, а портовая администрация заявила, что необходимые документы в полном порядке. Газеты были заполнены описаниями яхты и снимками с нее.</p>
    <p>Команда, как сообщали газеты, состояла главным образом из скандинавов — белокурых, голубоглазых шведов, суровых норвежцев, тупоумных финнов, — и в малой доле американцев и англичан. Писали, что команде совершенно несвойственна какая бы то ни было живость, проворство, что она состоит из грузных мужчин, в высшей степени прямых, честных и серьезных, но странно печальных. Они казались людьми без нервов и страха, как будто ими управляла какая-то сверхъестественная сила. Капитан — американец с широким, открытым лицом и грустными глазами — изображался в газетах как «печальный гусь» (герой-пессимист юмористических журналов).</p>
    <p>Некоторые капитаны признали в «Энергоне» яхту «Скэд», принадлежавшую некогда нью-йоркскому яхт-клубу. При проверке оказалось, что действительно яхта «Скэд» исчезла бесследно несколько лет назад. Продавший ее агент заявил, что покупатель был также агентом, которого он никогда не встречал до покупки и не видел после нее. Яхта была перестроена заново на корабельных верфях Деффи в Нью-Джерси и надлежащим образом зарегистрирована под новым названием. И затем «Энергон» бесследно и таинственно исчез.</p>
    <p>Тем временем Бессет сходил с ума, или, по крайней мере, так говорили его друзья и дельцы, с которыми ему приходилось иметь дело. Он совершенно забросил свои дела и заявил, что будет работать над переустройством общества. Это, несомненно, служило доказательством его ненормальности. С репортерами он был скуп на слова и говорил, что не может опубликовать сведений о том, что он видел на острове Пальгрэйв, но уверял, что все это очень серьезно, что это серьезнее всего, что когда-либо случалось на Земле. В заключение он заявил, что весь мир находится накануне переворота, — к добру или ко злу, он не мог сказать, но, во всяком случае, был совершенно уверен в том, что переворот неизбежен. Что же касается его личных дел и интересов, то он послал их к черту. Он теперь понял нечто важнейшее, и больше ему ничего не надо.</p>
    <p>Все это время происходил усиленный обмен телеграммами между местными властями и министерствами военных и внутренних дел в Вашингтоне. Было вынесено тайное решение проникнуть на борт «Энергона» и арестовать капитана, предъявив ему, как предложил главный государственный советник, обвинение в убийстве десяти государственных мужей. Многие лица видели, как однажды после полудня из гавани отошел баркас с представителями власти, держа курс по направлению к «Энергону», но ни этого баркаса, ни находившихся на нем людей больше никто никогда не видел. Правительство хотело обойти молчанием это событие, но семьи без вести пропавших распространили слухи о нем среди публики, чем, конечно, не преминули воспользоваться газеты, подхватывавшие различные версии и предположения.</p>
    <p>После этого правительство решило прибегнуть к крайним мерам. Дредноуту «Аляска» был отдан приказ захватить странную яхту, а если это оказалось бы почему-либо невозможным, то потопить ее.</p>
    <p>Все это происходило втайне, но многотысячные толпы скопившихся на берегу и в гавани людей были свидетелями того, что произошло в тот день.</p>
    <p>Дредноут развел пары и медленно подвигался к «Энергону». На расстоянии мили от него дредноут взорвался — просто взорвался, больше ничего — и быстро пошел ко дну. На поверхности плавало лишь несколько обломков, за которые хватались погибающие. Между спасшимися находился молодой лейтенант, заведовавший на «Аляске» беспроволочным телеграфом. На него сразу набросились репортеры, и он рассказал следующее:</p>
    <p>— Не успела «Аляска» пройти и полпути, как с «Энергона» нами была получена телеграмма. Она была передана в общепринятых международных условных знаках и предупреждала «Аляску» не подходить ближе чем на полмили. Я немедленно сообщил об этом капитану. Не знаю, что было дальше, знаю только, что «Энергон» два раза предупреждал нас, и что минут через пять после второго предупреждения произошел взрыв.</p>
    <p>Капитан «Аляски» погиб вместе с дредноутом, и поэтому нельзя было получить более подробных сведений.</p>
    <p>Вслед за этим «Энергон» немедленно снялся с якоря и ушел в море. Газеты подняли невообразимый шум. Правительство обвиняли в трусости и нерешительности, на него нападали за то, что оно не могло справиться с простой увеселительной яхтой и с сумасшедшим, называющим себя Голиафом, и требовали принятия решительных мер. В печати был поднят страшный вопль по поводу гибели стольких человеческих жизней, и особенно оплакивалась преждевременная кончина десяти государственных мужей.</p>
    <p>На это немедленно последовал ответ Голиафа. В сущности, ответ последовал так быстро, что эксперты беспроволочного телеграфа заявили, что ответ ни в коем случае нельзя было послать по беспроволочному телеграфу и что, следовательно, Голиаф находился не на острове Пальгрэйв, а где-то поблизости. Письмо Голиафа было доставлено в бюро информации печати мальчиком-курьером, которому это было поручено на улице. Голиаф писал:</p>
    <cite>
     <p>«Что значат несколько ваших ничтожных жизней? В ваших безумных войнах вы губите миллионы жизней, совершенно об этом не думая. В вашей братоубийственной борьбе из-за золота вы убиваете бесчисленное множество детей, женщин и мужчин, и вы победоносно называете подобную бойню „индивидуализмом“. Я называю это анархией. Я должен прекратить это безумное массовое уничтожение человеческих жизней. Я не хочу войны и убийств, я хочу радости и веселья, но те из вас, кто будет стоять на пути к общему счастью и радости, будут убиты.</p>
     <p>Ваше правительство хочет изобразить дело так, что „Аляска“ погибла от случайной причины. Так знайте же, что она погибла по моему приказанию. В течение нескольких ближайших месяцев все военные суда на всех морях будут взорваны, и все народы разоружатся. Крепости будут срыты с лица земли, армии распущены, и войны на Земле прекратятся навсегда. У меня хватит для этого сил. Все страны будут покорены мною, но после покорения наступит всеобщий мир.</p>
     <text-author>Голиаф».</text-author>
    </cite>
    <p>«Необходимо немедленно взорвать на воздух этот проклятый остров Пальгрэйв!» — вопили передовицы газет. Правительство было того же мнения и отдало приказ флоту быть готовым. Вальтер Бессет выступил с протестом, но его быстро заставили замолчать, пригрозив сумасшедшим домом. Голиаф хранил молчание. Против острова Пальгрэйв были выпущены огромные морские силы — азиатская эскадра, южнотихоокеанская эскадра, северотихоокеанская эскадра, эскадра Карибского моря и половина североатлантической эскадры. Две последних прибыли через Панамский канал.</p>
    <cite>
     <p>«Имею честь донести, что мы завидели остров Пальгрэйв вечером 29 апреля, — писал капитан броненосца „Северная Дакота“ Джонсон военному министру. — Азиатская эскадра запоздала и прибыла только утром 30 апреля. Немедленно же состоялось совещание адмиралов, на котором было решено повести атаку на следующее утро. Истребитель „Быстрый“ тайно обследовал остров и донес, что на нем не видно никаких военных приспособлений. В гавани находилось лишь несколько торговых пароходов, да на берегу виднелась небольшая деревушка, которую в одно мгновение можно было уничтожить огнем.</p>
     <p>Было решено, что все суда, построившись боевым порядком, направятся к острову и на расстоянии трех миль откроют ураганный огонь, поддерживая его все время, пока не подойдут к острову вплотную. С острова мы все время получали по беспроволочному телеграфу предупреждения не подходить ближе чем на десять миль, но этим предупреждениям не придавалось никакого значения.</p>
     <p>„Северная Дакота“ не могла принять участия в этой атаке по причине происшедшей накануне незначительной поломки в машине. Утром первого мая стояла ясная и тихая погода. Дул легкий юго-восточный ветерок. „Северная Дакота“ находилась от острова в двенадцати милях. По данному сигналу все эскадры полным ходом двинулись на остров со всех сторон. Радиотелеграф все время получал с острова предупреждения. Суда перешли границу, указанную Голиафом, и ничего не случилось. Я следил в бинокль за происходящим. На расстоянии пяти и четырех миль от острова суда шли благополучно. На расстоянии трех миль „Нью-Йорк“, находившийся во главе эскадры, открыл огонь. Другие суда не стреляли. Одно за другим они начали взрываться у нас на глазах. Некоторые повернули обратно, чтобы избежать страшной участи, но им не удалось спастись. Истребитель „Стрела“ успел отойти от острова почти на десять миль, но и он взлетел на воздух. Он был последним. „Северной Дакоте“ не было причинено никакого вреда, и, так как поломка была исправлена, я в ту же ночь отдал приказ взять курс на Сан-Франциско».</p>
    </cite>
    <p>Если мы скажем, что Соединенные Штаты были поражены, то этим обнаружим лишь слабость и бедность нашего языка. Весь мир был поражен. Это было что-то беспримерное, неслыханное. Человеческий ум не мог ничего понять. Достижения и завоевания человеческого ума становились глупой шуткой, чудовищной насмешкой, если какой-то сумасшедший с одинокого острова, владевший простой яхтой и небольшой деревушкой, оказался в состоянии уничтожить один из величайших флотов, составлявший гордость всего мира.</p>
    <p>Каким образом он это мог сделать? Никто ничего не знал. Ученые вопили, плакали и посыпали пеплом главу. Они ничего не могли понять. Военные эксперты десятками кончали самоубийством. Могучий военный аппарат, придуманный и взлелеянный ими, становился тонкой паутиной, которую рвал на части какой-то сумасшедший. Их разум не мог этого постигнуть. Подобно колдуну, покоряющему дикаря непостижимым для него магическим фокусом, Голиаф своей таинственной силой покорил мир. Но как он это делал? Это был ужасный вопрос, стоявший перед миром и пугавший его.</p>
    <p>Но не весь мир был поражен. Было одно исключение — островная империя Япония. Опьяненная успехом, глубоко веря в свою восходящую звезду, смеясь над крушением науки и гордясь своей расой, Япония готовилась к войне. Флот Америки был уничтожен. Воинственные предки из могилы обращали свои взоры на Японию и призывали ее к войне. Ниспосланный самим Богом благоприятный момент наступил. Микадо на деле должен был победить дракона Голиафа и стать земным богом.</p>
    <p>Морские военные чудовища Японии были спущены с цепи. Завоевать Филиппинские острова было так же легко, как легко ребенку сорвать цветок. Чтобы добраться до Гавайских островов, Панамы и Тихоокеанского побережья, потребовалось немного времени. Соединенные Штаты были охвачены паникой; образовалась сильная партия, требовавшая мира на каких угодно условиях. Во время всей этой тревоги в Сан-Франциско прибыл «Энергон», и Голиаф еще раз обратился с письмом к народу. При входе «Энергона» в залив Сан-Франциско взорвалось несколько пороховых погребов, и взрывами были разрушены укрепления на берегу. Красивый фейерверк представился глазам зрителей, когда взрывались подводные мины у Золотых Ворот. Послание Голиафа к народу Сан-Франциско было напечатано во всех газетах.</p>
    <cite>
     <p>«Вы хотите мира? Вы его получите. Я уже говорил об этом раньше. Но и вы должны меня оставить в покое. Не трогайте моего „Энергона“. Если вы хоть чем-нибудь повредите ему, в Сан-Франциско не останется камня на камне.</p>
     <p>Пусть все граждане-друзья соберутся завтра на холмах, что спускаются к морю. Приходите с музыкой, смехом и цветами. Устройте праздник в честь грядущего нового века. Будьте на этих холмах, как дети, и будьте очевидцами гибели войны. Не забудьте же присутствовать при этом зрелище. Последний раз вы увидите то, что отныне можно будет видеть лишь в музеях древности. Приходите. Это будет день радости и веселья.</p>
     <text-author>Голиаф».</text-author>
    </cite>
    <p>Какое-то безумие носилось в воздухе. Народу представлялось, что Бог и его законы повергнуты в прах, хотя небо и оставалось еще на месте. Порядок и закон исчезли с лица земли, хотя солнце все еще изливало свою благодать, ветер играл листвою деревьев, и цветы издавали благоухание. Это было поразительно. Было чудом, что вода все еще течет в сторону уклона. Все устои человеческого разума и человеческих достижений рассыпались прахом. Одна только вещь оставалась устойчивой — это Голиаф, сумасшедший с острова Пальгрэйв.</p>
    <p>На следующий день все население Сан-Франциско пестрой веселой гурьбой отправилось на холмы, спускавшиеся к морю. Впереди толпы шли оркестры.</p>
    <p>Море застилало густое облако дыма, выходившего из труб сотни вражеских военных судов, выстроившихся против беззащитных, беспомощных Золотых Ворот. Хотя, впрочем, не совсем беззащитных, потому что в Золотые Ворота прошел «Энергон», маленькая белая игрушка, качавшаяся, как соломинка, на морских волнах. Но японцы были осторожны. Их суда в тридцать и сорок тысяч тонн приостановили ход милях в шести от Золотых Ворот, неуклюже маневрируя, в то время как небольшие суда-разведчики шли прямо к Золотым Воротам, разрезая морские волны, точно акулы. Но рядом с «Энергоном» и они казались огромными. «Энергон» казался мечом архангела Михаила, а они — властителями ада.</p>
    <p>Народ Сан-Франциско, собравшийся на холмах, не видел взмаха меча. Таинственно, невидимо он прорезал воздух и нанес такой удар, какого еще не видал мир. Население Сан-Франциско увидело только, как японский флот в полтора миллиона тонн взлетел к небу, а затем в виде огненного дождя посыпался в море. Все было кончено в пять минут. На море остался один «Энергон», как игрушка, качавшийся на разбушевавшихся волнах.</p>
    <p>Голиаф обратился к микадо и его министрам. Это была обыкновенная телеграмма, отправленная по кабелю из Сан-Франциско капитаном «Энергона», но ее было вполне достаточно, чтобы Япония немедленно очистила Филиппины и убрала остатки своего флота с моря.</p>
    <p>Сомневающаяся Япония была обращена. Она почувствовала силу Голиафа. И она покорно подчинилась, когда Голиаф приказал ей по частям разобрать свои военные суда и использовать металл для полезных предметов. Во всех портовых доках, мастерских, литейных заводах тысячи желтолицых ремесленников превращали военные чудовища в мириады полезных предметов, как, например, плуги (Голиаф особенно настаивал на плугах), автомобили, принадлежности для мостов, телефона и телеграфа, рельсы, локомотивы и все, что нужно для железных дорог.</p>
    <p>Следующий призыв Голиафа относился к десяти выдающимся ученым Соединенных Штатов. На этот раз все явились без малейшего промедления. Ученые оказались до смешного исполнительными. Некоторые из них приехали в Сан-Франциско задолго до назначенного времени. Они отплыли на «Энергоне» 15 июня и возвратились с острова Пальгрэйв 6 июля. Большие наряды полиции охраняли их от репортеров. В одном официальном интервью, которое было разрешено правительством, они заявили, что не видели Голиафа, но говорили с ним и кое-что узнали. Им не было разрешено ясно изложить, что они видели и слышали, но они заявляли, что в мире произойдет полная революция.</p>
    <p>Голиаф сделал необыкновенное открытие, которое отдавало на его милость весь мир, и хорошо еще, что Голиаф был милостив.</p>
    <p>Ученые мужи специальным поездом проследовали прямо в Вашингтон, где они в течение многих дней совещались с представителями правительства, в то время как народ изнывал от нетерпения в ожидании результатов.</p>
    <p>Но результатов совещания пришлось ждать очень долго. Из Вашингтона президент давал приказы в разные страны. Все держалось в тайне. Изо дня в день в Вашингтон являлись депутации от банкиров, железнодорожных магнатов, королей промышленности и разных государственных чиновников и сенаторов. Эти депутации оставались в Вашингтоне. Прошло несколько недель, а затем с 25 августа началось знаменитое опубликование постановлений. Конгресс и сенат работали вместе с президентом, а верховные судьи утверждали их постановления. Финансовые тузы и короли промышленности на все давали свое согласие. Прежде всего была объявлена война капиталистам — хозяевам всей страны, и повсеместно введено военное положение. Президент был облечен высшей властью.</p>
    <p>По всей стране был запрещен детский труд. Был опубликован декрет, а армии отдан приказ поддержать его, если потребуется, вооруженной силой. Затем в тот же день на фабриках и заводах были рассчитаны все женщины, а все мелкие предприятия, эксплуатировавшие рабочих, закрыты.</p>
    <p>— Ну, теперь пропали наши барыши! — вопили мелкие хозяйчики.</p>
    <p>«Глупцы, — отвечал им Голиаф. — Разве жизнь заключается в барышах? Бросьте вашу торговлю и погоню за барышами».</p>
    <p>— Но кто же купит наши предприятия? — продолжали они вопить.</p>
    <p>«Разве жизнь заключается в том, чтобы продавать и покупать? — отвечал Голиаф. — Не нужно продавать. Передайте правительству свои предприятия, и правительство создаст правильную и регулярную организацию производства».</p>
    <p>На следующий день был опубликован декрет о передаче в руки правительства всех фабрик, заводов, рудников, железных дорог и земель.</p>
    <p>Национализация средств производства и распределения пошла быстрым темпом. Некоторые капиталисты пытались организовать сопротивление. Их моментально арестовывали и отправляли на остров Пальгрэйв. Возвратившись оттуда, они во всем соглашались с правительством. Впоследствии в этих экскурсиях на остров Пальгрэйв не было необходимости. Когда кто-нибудь сопротивлялся, ему заявляли: «Так приказал Голиаф», — а это означало: ты должен немедленно повиноваться.</p>
    <p>Короли промышленности были поставлены во главе предприятий. Оказалось, что инженеры, например, работали для правительства с таким же успехом, как раньше для частных владельцев, и что люди с большими творческими силами не могли насиловать свою природу. Они не могли отказаться от проявления своего творчества, как краб не может не ползать, а птица — не летать. Поэтому все силы человека, которые тратились прежде для достижения эгоистического благополучия, теперь прилагались к труду для блага всего общества.</p>
    <p>Совместными усилиями пяти-шести главных инженеров-железнодорожников удалось организовать единую железнодорожную сеть в государстве, оказавшуюся в высшей степени продуктивной. Инженеры не были железнодорожными магнатами с Уолл-стрит<a l:href="#n_994" type="note">[994]</a>, но они были раньше слугами магнатов с Уолл-стрит.</p>
    <p>Уолл-стрит замерла. Прекратились купля, продажа и спекуляция. Никто ничего не продавал и не покупал. Нечем было спекулировать.</p>
    <p>— Заставьте биржевых игроков работать, — сказал Голиаф, — пусть они учатся полезным ремеслам. Дайте также работу и разным приказчикам, коммивояжерам и агентам.</p>
    <p>И тысячи и десятки тысяч бесполезных прежде посредников и паразитов занялись полезным делом. Четыреста тысяч праздных джентльменов, живших раньше на свои «доходы», теперь стали работать. Кроме того, на всяких высоких постах было много бесполезных людей, которых немедленно выгнали работавшие вместе с ними их прежние сотрудники. К этим господам принадлежали и профессиональные политиканы, привыкшие только интриговать да брать взятки. Теперь взяточничество прекратилось. Так как больше не существовало частных интересов, для которых необходимы особые привилегии, законодателям никто не предлагал взяток, и они впервые начали издавать законы для народа. В результате во главе законодательства стали самые честные, самые способные люди в стране.</p>
    <p>Благодаря такой разумной организации общества были достигнуты поразительные результаты. Во всем государстве был проведен восьмичасовой рабочий день, но производство увеличилось. Несмотря на то что государство много тратило сил на постоянные улучшения и нововведения, а также на приведение в порядок всего того хаоса, который остался от прежнего строя, производство увеличилось в два-три раза. Люди начали питаться, одеваться и пользоваться предметами роскоши в большем размере, чем раньше, и все-таки потребление не могло угнаться за производством. Рабочий возраст был установлен от 18 до 48 лет. Восьмичасовой рабочий день был заменен семичасовым, а затем, по прошествии нескольких месяцев, пятичасовым.</p>
    <p>В то же время начали обнаруживаться кое-какие указания на то, как действовал Голиаф, чтобы взять управление миром в свои руки. То здесь, то там выявлялась какая-нибудь мелочь, приоткрывавшая завесу. События, которые на первый взгляд, казалось, не имели никакого отношения друг к другу, теперь соединялись и кое-что объясняли в прошлом. Вспоминали о случаях кражи чернокожих в Африке, о заключенных контрактах с китайскими и японскими кули, которые затем бесследно исчезли, о набегах на одинокие острова Южных морей, жители которых куда-то увозились. Говорили о тех яхтах и торговых пароходах, которые приобретались какими-то таинственными лицами и затем исчезали, причем добавляли, что суда, которые возили китайцев, японцев и африканцев, имели кое-что общее с исчезнувшими яхтами и пароходами. Явился вопрос: каким образом Голиаф достиг такой силы? Эксплуатацией труда всех этих украденных им рабочих?</p>
    <p>Предполагали, что это был труд тех, кто жил в деревушке на острове Пальгрэйв. Благодаря их труду можно было купить яхты и пароходы и дать возможность агентам Голиафа проникать во все слои общества и выполнять его волю. Но какие же предметы производились этими людьми, дав возможность Голиафу накопить богатство и все то, что ему было необходимо для осуществления его планов? Газеты заявляли, что это был радий, и радиит, и радиозол, и аргазий, и аргит, и таинственный голит (который играет теперь такую важную роль в металлургии). То были новые соединения, открытые в первом десятилетии XX века и нашедшие себе широкое применение в науке и промышленности во втором десятилетии.</p>
    <p>Говорили, что те суда, которые возят фрукты между Гавайскими островами и Сан-Франциско, принадлежит Голиафу. Это было лишь предположение, основанное на том, что владельца этих судов не знали, так как во главе их стояли простые агенты. А раз не было хозяина у этих судов, значит, они принадлежали Голиафу.</p>
    <p>Все эти предположения оказались правильными, как показало будущее. Через несколько лет все рабочие Голиафа стали известны Международному Правительству, которое оказало им великие почести и назначило пенсию. В это же время печать молчания была снята с уст агентов и высших комиссаров, и некоторые из них поведали очень многое об организации и методах Голиафа. Но те, что руководили разрушением, остались немы навсегда. Кто выполнял по приказу Голиафа убийства высокопоставленных лиц, осталось неизвестным; убийства производились при помощи той утонченной и тогда еще таинственной силы, которую открыл Голиаф и которую он назвал «энергон».</p>
    <p>Но в то время об энергоне, которому было суждено перевернуть весь мир, еще никто не знал. Знал о нем только Голиаф, и это была его тайна. Даже те его помощники, которые были вооружены этим средством и которые с яхты «Энергон» уничтожили могущественный военный флот, взорвав на военных судах пороховые погреба, даже они не знали, что это было за средство и как оно изготовлялось. Они только знали об одном из его многочисленных применений, которому их научил Голиаф. Теперь уже прекрасно известно, что радий, радиит, радиозол и другие химические соединения были побочными продуктами при добывании Голиафом энергона из солнечных лучей; но в то время никому еще не было известно, что такое энергон, и Голиаф продолжал держать весь мир в благоговейном ужасе.</p>
    <p>В декабре 19… года Голиаф выпустил свое знаменитое «рождественское послание», некоторые выдержки из которого мы здесь приводим:</p>
    <cite>
     <p>«До сих пор я больше всего внимания уделял Соединенным Штатам, хотя в то же время старался не допустить войн и между другими народами. Но не я ввел разумный общественный строй в Соединенных Штатах. Я только старался помочь народу ввести у себя такой строй. И в настоящее время в Соединенных Штатах гораздо больше веселья, радости и смеха, чем раньше, и в то же время больше разумности. Пищу, одежду и жилище все получают уже не при помощи прежнего анархического метода, но почти без всякого труда. Особенно ценно, что народ Соединенных Штатов сам достиг этого. Я повторяю: он достиг этого сам. Моя помощь выразилась лишь в том, что я вселил страх смерти в сердца небольшого числа лиц, находившихся на высоких постах и мешавших торжеству разума и радостной жизни. Страх смерти заставил их сойти с дороги и дать возможность людям проявить свой разум и свои знания для разумного общественного устройства.</p>
     <p>В настоящем году я намерен заняться и другими странами света. Я наполню страхом смерти сердца высокопоставленных лиц всех народов.</p>
     <p>И они принуждены будут последовать примеру Соединенных Штатов — сойти с дороги и очистить место для разумного общественного устройства. Все народы пойдут по тому пути, на который вступили Соединенные Штаты.</p>
     <p>И когда все нации полностью станут на этот путь, я преподнесу им подарок. Но сначала они сами должны расчистить себе путь. Они должны наглядно показать, что современный человеческий разум и знание, соединенные с той механической силой, которая находится в распоряжении человека, вполне могут создать общество на таких началах, что пища, одежда и жилище будут обеспечены человеку почти без труда, что труд уменьшится до трех часов в день и что радость, веселье и смех воцарятся во всем мире. И когда это будет достигнуто не моими усилиями, а разумом человечества, тогда я подарю человечеству новый способ применения механической энергии. Это и есть мое изобретение. Энергон — это новая сила. Это не что иное, как космическая энергия, заключающаяся в солнечных лучах. Когда человечество овладеет ею, оно заставит ее производить работу для всего мира. Тогда больше не будет ни громадных армий, ни шахтеров, губящих свою жизнь в недрах земли, ни пропитанных сажей кочегаров, ни засаленных механиков. Все смогут тогда носить белые платья, если это им будет нравиться. Труд сделается игрой, и молодые и старые будут радостны и веселы, как дети, вся жизнь будет радостью. Люди будут стремиться к достижениям в других, нематериальных областях, проявляя свои силы в живописи, поэзии, вообще в искусстве, в играх и в разумных спортивных состязаниях. Они будут вступать в соревнование друг с другом не ради презренного металла и материальных побуждений, но ради той радости, которую им доставят сила и крепость их тела и утонченность и изящество их духа. Все сделаются кузнецами общего счастья, и труд людей будет состоять в том, чтобы ковать радость и смех на звонкой наковальне жизни.</p>
     <p>И еще одно слово о ближайшем будущем. В день Нового года все нации разоружатся, военные флоты будут превращены в полезные суда, крепости уничтожены, и армии распущены.</p>
     <text-author>Голиаф».</text-author>
    </cite>
    <p>В день Нового года весь мир разоружился. Были распущены по домам бесчисленные миллионы солдат, матросов и рабочих, которые находились в постоянных армиях, флотах, в многочисленных арсеналах, на военных заводах и фабриках. Эти бесчисленные миллионы людей, равно как и пожиравший огромные средства военный аппарат, содержались усиленным трудом рабочих всего мира. Все они принялись за полезное дело, и освобожденный великан-труд первый раз за всю историю человечества вздохнул свободно.</p>
    <p>До сих пор девяносто процентов всех преступлений были преступлениями против частной собственности. С уничтожением частной собственности и с организацией промышленности на таких началах, что каждому был открыт широкий доступ к труду, преступления против собственности прекратились! Полицейские силы повсеместно сокращались. Не было причин для преступлений, и люди изменились вместе с изменением жизненных условий. Небольшое число преступников было помещено в больницы, где их подвергли особому лечению, а врожденные, безнадежные преступники были отделены от остального общества. Также и судебные учреждения во всех странах постепенно уменьшались в своем размере. Девяносто пять процентов всех гражданских дел до сих пор состояли из споров из-за собственности: споры из-за имущества, тяжбы, духовные завещания, нарушение контрактов и сделок, банкротства и т. д. С исчезновением частной собственности исчезли и все эти судебные процессы. Суды превратились в тени, в какие-то привидения, в пережиток времен анархии — до появления Голиафа.</p>
    <p>19… год был веселым годом в мировой истории. Сильной рукой Голиаф правил миром. Короли и императоры производили экскурсии на остров Пальгрэйв, где им показывали чудеса энергона, и с ужасом смерти в душе возвращались они в свои страны и отрекались и от тронов, и от корон, и от наследственных прав.</p>
    <p>Когда Голиаф обращался к политикам (так называемым государственным мужам), они повиновались — или… умирали. Он диктовал мировые реформы, разгонял непослушные парламенты, а денежные тузы и короли промышленности, пытавшиеся устраивать заговоры, погибали от руки его агентов.</p>
    <p>«Прошло время для глупостей, — говорил он. — Вы — анахронизм. Вы стоите на пути человечества. Отправляйтесь в мусорный ящик!»</p>
    <p>Тем, кто протестовал — а таких было много, — он говорил:</p>
    <p>«Теперь не время для болтовни. Вас не переслушаешь и за сто лет. Вы болтали в прошлом. А у меня нет для этого времени. Прочь с дороги!»</p>
    <p>За исключением прекращения войн и составления в общих чертах плана дальнейших работ, Голиаф ничего не сделал. Запугав страхом смерти всех тех, кто занимал высокие посты и мешал прогрессу, Голиаф дал возможность освобожденному разуму лучших общественных мыслителей проявить себя во всей полноте. Голиаф предоставил этим мыслителям всю громадную работу по переустройству общества. Он хотел, чтобы они доказали, что в состоянии это сделать, и они доказали. Только благодаря их усилиям и их работе навсегда было покончено с сифилисом. Благодаря им и несмотря на многочисленные протесты со стороны чувствительных людей, все те, у кого оказались в опасной форме врожденные духовные или физические недостатки, были изолированы от остального общества, и им не разрешалось вступать в брак.</p>
    <p>Голиаф совершенно не был причастен к учреждению института изобретений. Эта мысль родилась почти одновременно в умах многих тысяч мыслителей. Время уже созрело для осуществления этой идеи, и везде появились замечательные институты изобретений. Впервые изобретательность человеческого ума была направлена на то, чтобы упростить и облегчить жизнь, а не на то, чтобы побольше получить денег. Такие работы, как содержание в чистоте дома, мытье окон и посуды, удаление пыли, стирка белья, благодаря различным техническим изобретениям были упрощены, а затем стали легко и быстро выполняться машинами. Теперь мы даже не можем себе представить ту грязную и рабскую обстановку, в которой жили люди до того времени.</p>
    <p>Мысль о едином международном правительстве была другой мыслью, одновременно родившейся в умах многих тысяч людей. Осуществление этой идеи для многих явилось неожиданностью, но еще большей неожиданностью для разных кротких протестантов-социологов и биологов было то, что неопровержимые факты опрокинули учение Мальтуса<a l:href="#n_995" type="note">[995]</a>. Несмотря на то что у людей было много досуга, что их пища, одежда и жилище были во много раз лучше, чем раньше, что они обладали огромными возможностями для развития своего тела и духа, несмотря на все это, рождаемость пала, и пала поразительно. Люди перестали рождать, как животные. И еще важнее было то, что рождающиеся были крепче и красивее, чем раньше. Учение Мальтуса было заброшено в мусорный ящик, как выразился бы Голиаф.</p>
    <p>Голиаф предсказывал, что человеческий разум с механической энергией к его услугам сможет совершать чудеса. Так и случилось. Недовольство почти исчезло с лица земли. Обыкновенно ворчунами бывают старики; но когда общество, после того, как кончался установленный срок рабочих лет, отстраняло стариков от работы, давая им в то же время возможность жить в тех же условиях, что и раньше, — громадное большинство не делалось теперь ворчунами. Им на старости лет было гораздо лучше при новом строе, они пользовались большим спокойствием и большим комфортом, чем в то время, когда были молоды и должны были тяжело трудиться при прежнем строе. Более молодое поколение быстро освоилось с новыми порядками, а дети совсем не знали ничего о тяжком прошлом.</p>
    <p>Счастья на Земле стало во много раз больше, чем раньше. Жизнь стала повсеместно радостной и разумной. Даже старые глупые профессора социологии, всеми силами противившиеся вначале введению нового порядка, теперь замолчали. Их вознаграждение было во много раз больше, чем раньше, причем им не приходилось тяжело работать. Они усердно занялись исправлением учебников по социологии. Правда, изредка встречались остатки прошлого, существа с большими зубами и огромными когтями, которые жалели о том «индивидуализме», когда можно было есть мясо и пить кровь своих ближних; но на таких людей смотрели как на больных и отправляли их в клиники. Небольшое число их, однако, оказалось неизлечимым, и таких пришлось изолировать и запретить им вступать в брак. Таким образом, после них не оставалось потомства, которое могло бы унаследовать их атавистические свойства.</p>
    <p>С течением времени Голиаф отказался от управления миром. Ему нечем было управлять. Мир управлялся само собой, и делалось это без всяких трений и потрясений.</p>
    <p>В 1937 году Голиаф преподнес миру давно обещанный им подарок в виде энергона. Голиаф придумал тысячи применений энергона и сделал это достоянием всех. Но институты изобретений нашли еще многие тысячи применений. На самом деле, как сознался сам Голиаф в своем письме в марте 1938 года, институты изобретений разъяснили ему несколько особенностей энергона, которые были непонятны ему самому. С введением применения энергона двухчасовой рабочий день был уменьшен почти до нуля. Труд действительно сделался игрой, как предсказывал Голиаф. И так велика была производительность человека благодаря разумному применению энергона, что самый скромный гражданин пользовался благами земли в гораздо большей степени, чем самый привилегированный при прежнем строе.</p>
    <p>Но никто никогда не видел Голиафа, и люди начали просить своего спасителя показаться им. Хотя мир высоко ценил Голиафа за изобретение энергона, но еще больше ценили этого мыслителя за его широкий кругозор, за его социальные идеи. Его считали сверхчеловеком, сверхчеловеком науки, и люди страстно желали увидеть его.</p>
    <p>Наконец, в 1940 году, победив свои колебания, Голиаф покинул остров Пальгрэйв и 6 июня прибыл в Сан-Франциско. Мир в первый раз увидел его лицо. И мир был разочарован. Воображение людей создало из Голиафа героическую фигуру. Его считали необыкновенным человеком, каким-то полубогом, перевернувшим всю планету. Завоевания Александра Македонского, Цезаря и Наполеона казались детской игрой в сравнении с его достижениями.</p>
    <p>На набережную Сан-Франциско вступил старичок небольшого роста, лет шестидесяти пяти, хорошо сохранившийся, со свежим цветом лица и с небольшой лысиной. Он был близорук и носил очки. Когда он снимал очки, его смешные голубые глаза светились, как у ребенка, выражая какое-то удивление. Иногда они блестели, и на лице появлялись гримасы, как будто Голиаф смеялся над той огромной шуткой, которую он разыграл в мире, сделав человечество, против его воли, счастливым и радостным.</p>
    <p>У Голиафа было много слабостей, и это трудно было соединить с представлением о нем как о сверхчеловеке науки и как о тиране мира. Он любил сладкое, и ему очень нравился соленый миндаль. Он всегда носил с собой пакетик с миндалем, говоря, что организм его требует именно миндаля. Но самой большой его слабостью была боязнь кошек. У него всегда было непреодолимое отвращение к этим домашним животным. Однажды он упал в обморок во время речи во Дворце Братства, когда кошка управляющего дворцом вошла на трибуну и стала тереться о его сапог.</p>
    <p>Как только он показался миру, немедленно была установлена его личность. Прежние его друзья без особенного труда узнали в нем некоего Персиваля Штульца, американского немца, который в 1898 году работал на машиностроительном заводе и в течение двух лет состоял секретарем Международного братства машинистов. В 1901 году, когда ему было двадцать пять лет, он поступил на специальные научные курсы в Калифорнийском университете и служил в то же время агентом по так называемому страхованию жизни. О нем в университете сохранились воспоминания, которыми нельзя было особенно похвастаться. Профессора особенно отмечают его рассеянность. Нет сомнения, что уже тогда в его голове бродили великие идеи, которые он впоследствии осуществил.</p>
    <p>То, что он назвал себя Голиафом и облекся в таинственность, было просто шуткой с его стороны, как он впоследствии заявлял. В образе Голиафа или чего-нибудь в том же духе он был в состоянии поразить воображение людей и перевернуть весь мир, как он говорил, но как Персиваль Штульц, с небольшими бакенбардами, в очках и весом пятьдесят девять кило, он не мог бы перевернуть даже зернышка соленого миндаля.</p>
    <p>Однако мир быстро оправился от своего разочарования внешностью Голиафа и его прошлой жизнью. Мир знал и почитал его как величайшего человека всех веков и любил его ради его самого. Любил его за смешные близорукие глаза, за его неподражаемые гримасы, за его простоту, душевность, товарищеское отношение к людям, за его склонность к соленому миндалю и за его отвращение к кошкам.</p>
    <p>И теперь в чудесном городе Азгарде поднимается к небу в честь Голиафа величественный памятник, перед которым пирамиды и все древние, обрызганные кровью, монументы кажутся карликами. И на этом памятнике, как всем известно, прибита огромная бронзовая доска, на которой написано следующее осуществившееся пророчество:</p>
    <cite>
     <p>«Все сделаются кузнецами общего счастья, и труд людей будет состоять в том, чтобы ковать радость и смех на звонкой наковальне жизни».</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод Михаила Чехова (редакция 1925 г.)</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Переводчики рассказов</p>
    </title>
    <empty-line/>
    <p><strong>Сын Волка (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Белое Безмолвие (перевод А. Елеонской)</p>
    <p>     Сын Волка (перевод Н. Галь)</p>
    <p>     На Сороковой Миле (перевод Э. Васильевой)</p>
    <p>     В далеком краю (перевод Н. Хуцишвили)</p>
    <p>     За тех, кто в пути (перевод А. Елеонской)</p>
    <p>     По праву священника (перевод Т. Литвиновой)</p>
    <p>     Мудрость снежной тропы (перевод Т. Литвиновой)</p>
    <p>     Жена короля (перевод Т. Литвиновой)</p>
    <p>     Северная Одиссея (перевод Н. Георгиевской)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Бог его отцов (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Бог его отцов (перевод Г. Злобина)</p>
    <p>     Великая загадка (перевод Р. Облонской)</p>
    <p>     Встреча, которую трудно забыть (перевод Н. Емельяниковой) </p>
    <p>     Сивашка (перевод И. Гуровой)</p>
    <p>     Человек со шрамом (перевод М. Абкиной)</p>
    <p>     Строптивый Ян (перевод Г. Прокуниной)</p>
    <p>     Мужество женщины (перевод Н. Емельяниковой)</p>
    <p>     Там, где расходятся пути (перевод Н. Санникова)</p>
    <p>     Дочь Северного сияния (перевод Т. Озерской)</p>
    <p>     Там, где кончается радуга (перевод Д. Жукова)</p>
    <p>     Женское презрение (перевод М. Клягиной-Кондратьевой) </p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Дети мороза (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     В дебрях Севера (перевод Л. Слонимской)</p>
    <p>     Закон жизни (перевод А. Елеонской)</p>
    <p>     Нам-Бок — лжец (перевод Л. Слонимской)</p>
    <p>     Великий кудесник (перевод Е. Калашниковой)</p>
    <p>     Пришельцы из Солнечной Страны (перевод Л. Бродской)</p>
    <p>     Болезнь Одинокого Вождя (перевод Э. Березиной)</p>
    <p>     Киш, сын Киша (перевод Н. Георгиевской)</p>
    <p>     Смерть Лигуна (перевод Л. Бродской)</p>
    <p>     Светлокожая Ли Ван (перевод М. Клягиной-Кондратьевой)</p>
    <p>     Лига стариков (перевод Н. Банникова)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Мужская верность (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Мужская верность (перевод И. Гуровой)</p>
    <p>     Замужество Лит-Лит (перевод Р. Облонской)</p>
    <p>     Тысяча дюжин (перевод Н. Дарувес)</p>
    <p>     История Джис-Ук (перевод И. Гуровой)</p>
    <p>     Гиперборейский напиток (перевод М. Юфит)</p>
    <p>     Золотое дно (перевод Т. Литвиновой)</p>
    <p>     Батар (перевод М. Клягиной-Кондратъевой)</p>
    <p>     Осколок третичной эпохи (перевод Р. Облонской)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Рассказы рыбачьего патруля (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Белые и желтые (перевод В. Хинкиса)</p>
    <p>     «Король Греков» (перевод Э. Березиной)</p>
    <p>     Набег на устричных пиратов (перевод Э. Березиной)</p>
    <p>     Осада «Ланкаширской королевы» (перевод Э. Березиной)</p>
    <p>     Уловка Чарли (перевод Е. Шишмаревой)</p>
    <p>     Деметриос Контос (перевод Э. Березиной)</p>
    <p>     Желтый платок (перевод В. Хинкиса)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Луннолицый (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Луннолицый (перевод Д. Жукова)</p>
    <p>     Рассказ укротителя леопардов (перевод Д. Жукова)</p>
    <p>     Местный колорит (перевод Н. Емельяниковой)</p>
    <p>     Любительский вечер (перевод В. Курелла)</p>
    <p>     Любимцы Мидаса (перевод Д. Жукова)</p>
    <p>     Золотой каньон (перевод Т. Озерской)</p>
    <p>     Планшетка (перевод Д. Жукова)</p>
    <p>     Тень и вспышка (перевод Г. Журавлева)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Любовь к жизни (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Любовь к жизни (перевод И. Дзрузес)</p>
    <p>     Бурый волк (перевод М. Богословской)</p>
    <p>     Однодневная стоянка (перевод Л. Кисловой)</p>
    <p>     Обычай белого человека (перевод М. Абкиной)</p>
    <p>     Сказание о Кише (перевод Н. Георгиевской)</p>
    <p>     Неожиданное (перевод Т. Озерской)</p>
    <p>     Тропой ложных солнц (перевод Д. Горбова)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Потерявший лицо (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Потерявший лицо (перевод Б. Грибанова)</p>
    <p>     Поручение (перевод Б. Грибанова)</p>
    <p>     Меченый (перевод Т. Озерской)</p>
    <p>     Костер (перевод В. Топер)</p>
    <p>     Золотая Зорька (перевод Б. Грибанова)</p>
    <p>     Исчезновение Маркуса О'Брайена (перевод Б. Грибанова)</p>
    <p>     Шутка Порпортука (перевод Б. Грибанова)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Когда Боги смеются (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Когда боги смеются (перевод Н. Волжиной)</p>
    <p>     Отступник (перевод 3. Александровой)</p>
    <p>     Безнравственная женщина (перевод Н. Емельяниковой)</p>
    <p>     «Просто мясо» (перевод И. Пикман)</p>
    <p>     Он их создал (перевод Н. Шерешевской)</p>
    <p>     А Чо (перевод В. Курелла)</p>
    <p>     Держи на запад (перевод Э. Кабалевской)</p>
    <p>     Semper Idem (перевод Н. Шерешевской)</p>
    <p>     Нос для императора (перевод Н. Емельяниковой)</p>
    <p>     «Френсис Спейт» (перевод А. Парфенова)</p>
    <p>     Любопытный отрывок (перевод Г. Головина)</p>
    <p>     Кусок мяса (перевод Н. Аверьяновой)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Рассказы Южного моря (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Дом Manyи (перевод М. Лорис)</p>
    <p>     Зуб кашалота (перевод М. Клягиной-Кондратьевой)</p>
    <p>     Мауки (перевод В. Курелла)</p>
    <p>     Ату их, ату! (перевод Р. Гальпериной)</p>
    <p>     Язычник (перевод М. Бессараб)</p>
    <p>     Страшные Соломоновы острова (перевод Е. Коржева)</p>
    <p>     Неукротимый белый человек (перевод М. Бессараб)</p>
    <p>     Потомок Мак-Коя (перевод Э. Раузиной)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Сын Солнца (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Сын солнца (перевод Н. Емельяниковой)</p>
    <p>     Буйный характер Алоизия Пенкберна (перевод Ю. Семенова)</p>
    <p>     Дьяволы на Фуатино (перевод В. Тамохина)</p>
    <p>     Шутники с Нью-Гиббона (перевод К. Телятникова)</p>
    <p>     Маленький счет Суизину Холлу (перевод М. Литвиновой-Белосельской)</p>
    <p>     Ночь на Гобото (перевод К. Телятникова)</p>
    <p>     Перья Солнца (перевод М. Абкиной)</p>
    <p>     Жемчуг Парлея (перевод Н. Галь)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Храм гордыни (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Храм гордыни (перевод М. Урнова)</p>
    <p>     Кулау-прокаженный (перевод М. Лорис)</p>
    <p>     Прощай, Джек! (перевод Г. Злобина)</p>
    <p>     "Алоха Оэ" (перевод М. Абкиной)</p>
    <p>     Чун А-чун (перевод И. Полетаевой)</p>
    <p>     Шериф Коны (перевод М. Абкиной)</p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
    <p><strong>Смок Беллью и Джек Малыш (цикл рассказов)</strong></p>
    <p><strong>Смок Беллью</strong></p>
    <p>     Вкус мяса (перевод Л. и Н. Чуковских) </p>
    <p>     Мясо (перевод Л. и Н. Чуковских)</p>
    <p>     За золотом на ручей индианки (перевод Л. и Н. Чуковских)</p>
    <p>     Малыш видит сны (перевод Л. и Н. Чуковских)</p>
    <p>     Человек на другом берегу (перевод Л. и Н. Чуковских)</p>
    <p>     Гонки (перевод Л. и Н. Чуковских)</p>
    <p><strong>Смок и Малыш</strong></p>
    <p>     Маленький Карсон (перевод Н. Галь)</p>
    <p>     Как вешали Калтуса Джорджа (перевод Н. Галь)</p>
    <p>     Ошибка господа бога (перевод Н. Галь)</p>
    <p>     Яичный переполох (перевод Н. Галь)</p>
    <p>     Поселок Тру-ля-ля (перевод Н. Галь)</p>
    <p>     Тайна женской души (перевод Н. Галь)</p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
    <p><strong>Рожденная в ночи (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Рожденная в ночи (перевод Н. Емельяниковой)</p>
    <p>     Безумие Джона Харнеда (перевод М. Абкиной)</p>
    <p>     Когда мир был юным (перевод Г. Злобина)</p>
    <p>     Польза сомнения (перевод С. Займовского)</p>
    <p>     Воздушный шантаж (перевод К. Телятникова)</p>
    <p>     Только кулаки (перевод А. Myрик)</p>
    <p>     Война (перевод Н. Банникова)</p>
    <p>     Под палубным тентом (перевод И. Гуровой)</p>
    <p>     Убить человека (перевод Н. Емельяниковой)</p>
    <p>     Мексиканец (перевод Н. Ман)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Сила сильных (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Сила сильных (перевод Г. Злобина)</p>
    <p>     По ту сторону рва (перевод М. Абкиной)</p>
    <p>     Враг всего мира (перевод Д. Жукова)</p>
    <p>     Мечта Дебса (перевод Г. Злобина)</p>
    <p>     Морской фермер (перевод Н. Бать)</p>
    <p>     Сэмюэл (перевод М. Абкиной)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Черепахи Тасмана (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Клянусь черепахами Тасмана (перевод Д. Жукова)</p>
    <p>     Неизменность форм (перевод М. Поповой)</p>
    <p>     История, рассказанная в палате для слабоумных (перевод Н. Дынник и Э. Раузиной)</p>
    <p>     Бродяга и фея (перевод Н. Аверьяновой)</p>
    <p>     Блудный отец (перевод Д. Жукова)</p>
    <p>     Первобытный поэт (перевод Г. Злобина)</p>
    <p>     Finis (перевод Ю. Соловьевой)</p>
    <p>     Конец сказки (перевод Н. Аверьяновой)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>«Голландская доблесть» (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     «Голландская доблесть» (перевод Л. Беспаловой)</p>
    <p>     Тайфун у берегов Японии (перевод Н. Емельяниковой)</p>
    <p>     Исчезнувший браконьер (перевод Н. Старостиной)</p>
    <p>     На берегах Сакраменто (перевод М. Богословской)</p>
    <p>     Крис Фаррингтон — настоящий моряк (перевод М. Поповой)</p>
    <p>     Абордаж отбит (перевод И. Воскресенского)</p>
    <p>     Приключение в воздушном океане (перевод Н. Галь)</p>
    <p>     Плешивый (перевод И. Воскресенского)</p>
    <p>     В бухте Йеддо (перевод И. Воскресенского)</p>
    <p>     Их дело — жить (перевод И. Воскресенского)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Красное божество (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     Принцесса (перевод М. Тарасовой)</p>
    <p>     Красное божество (перевод М. Тарасовой)</p>
    <p>     Как аргонавты в старину... (перевод В. Курелла)</p>
    <p>     Бесстыжая (перевод Э. Березиной)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>На циновке Макалоа (сборник рассказов)</strong></p>
    <p>     На циновке Макалоа (перевод М. Лорие)</p>
    <p>     Кости Кахекили (перевод С. Займовского)</p>
    <p>     Исповедь Элис (перевод С. Займовского)</p>
    <p>     Берцовые кости (перевод С. Займовского)</p>
    <p>     Дитя воды (перевод С. Займовского)</p>
    <p>     Слезы А Кима (перевод Н. Ман)</p>
    <p>     Прибой Канака (перевод М. Лорие)</p>
    <empty-line/>
    <p>Стакан с костями дьявола (перевод В. Быкова)</p>
    <p>Тысяча смертей (перевод В. Быкова)</p>
    <p>Омоложение майора Рэтбона (перевод В. Быкова)</p>
    <p>Кто верит в привидения! (перевод В. Быкова)</p>
    <p>Дочери богачей (скетч, перевод В. Быкова)</p>
    <p>Голиаф (перевод М. Чехова)</p>
    <empty-line/>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>ОЧЕРКИ</p>
    <empty-line/>
    <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
    <empty-line/>
   </title>
   <section>
    <title>
     <p>Люди бездны</p>
     <p>(книга очерков)</p>
     <empty-line/>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Говорят первосвященники и правители:</p>
     </title>
     <poem>
      <stanza>
       <v>«Господь, мы безгрешны, мы славим творца,</v>
       <v>Сын строит у нас по заветам отца;</v>
       <v>Взгляни: присносущий образ твой</v>
       <v>Царит безраздельно над нашей страной.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Тяжел наш труд — огнем и мечом</v>
       <v>Мы древний порядок в стране блюдем,</v>
       <v>Мы жезлом стальным направляем стада —</v>
       <v>Да найдут они верный путь всегда!»</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Молившимся двух показал Христос:</v>
       <v>Работник — угрюм, изможден, бос,</v>
       <v>И дева — несчастна, худа, тиха,</v>
       <v>Повел ее голод стезею греха.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>И сильных толпа отхлынула вспять,</v>
       <v>Ризы свои боясь запятнать;</v>
       <v>Христос восскорбел, и молвил им он:</v>
       <v>«Глядите, как образ мой искажен».</v>
      </stanza>
      <text-author>Джемс Расселл Лоуэлл<a l:href="#n_926" type="note">[926]</a></text-author>
     </poem>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Предисловие</p>
     </title>
     <p>В этой книге описано то, что мне пришлось испытать летом 1902 года. Я отправился на «дно» Лондона с чувством, свойственным каждому исследователю. Меня убедят лишь факты, решил я, лишь то, что я увижу собственными глазами, а вовсе не поучения третьих лиц, которые не были на «дне», и даже не свидетельства очевидцев, побывавших там до меня. Скажу еще, что к жизни «дна» я подходил с одной простой меркой: я готов был считать хорошим то, что приносит долголетие, гарантирует здоровье — физическое и моральное, и плохим то, что укорачивает человеческий век, порождает страдания, делает из людей тщедушных карликов, извращает их психику.</p>
     <p>Я увидел много плохого, — это читателю будет ясно из моей книги. Притом прошу не забывать, что время, которое я описываю, считалось «хорошим временем» в Англии. Я увидел голод и бездомность, увидел такую безысходную нищету, которая не изживается даже в периоды самого высокого экономического подъема.</p>
     <p>За летом пришла суровая зима. Страдания и голод — голод в самом точном смысле слова — приняли столь широкие размеры, что общество не могло справиться с этим бедствием. Безработные устраивали демонстрации, нередко свыше десяти демонстраций в день в разных концах Лондона. Громадные толпы запружали улицы и громко требовали хлеба. М-р Джастин Мак-Карти в своей статье в нью-йоркском «Индепендент» за январь 1903 года кратко охарактеризовал положение в следующих словах:</p>
     <p>«Работные дома не могут вместить всех голодных, молящих каждый день и каждую ночь о пище и ночлеге. Благотворительные организации уже исчерпали все свои средства, стремясь прокормить вымирающих от голода обитателей чердаков и подвалов в тупиках и закоулках Лондона. Сонмы безработных и голодных денно и нощно осаждают казармы Армии спасения в различных районах Лондона, но дать им пристанище негде и поддержать их силы нечем».</p>
     <p>Меня обвиняют в чрезмерно пессимистической оценке нынешнего положения дел в Англии. Должен сказать в свое оправдание, что я по природе самый что ни на есть оптимист. Но человечество для меня — это не столько разные политические объединения, сколько сами люди. Общество развивается, в то время как политические машины рушатся, идут на свалку. Что касается английского народа, его здоровья и счастья, то я предрекаю ему широкое, светлое будущее. Что же касается почти всей политической машины, которая ныне так плохо управляет Англией, то для них я вижу лишь одно место — на мусорной свалке.</p>
     <p><emphasis>Джек Лондон,</emphasis></p>
     <p><emphasis>Пидмонт, Калифорния.</emphasis></p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава I</p>
      <p>Сошествие в ад</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Христос, на город наш взгляни,</p>
      <p>Любовь и жалость в нас сохрани,</p>
      <p>Пусть будут кротки наши сердца</p>
      <p>До конца.</p>
      <text-author>Томас Эш<a l:href="#n_927" type="note">[927]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>— Но поймите, это невозможно, — убеждали меня знакомые, к которым я обращался с просьбой помочь мне проникнуть на «дно» Восточного Лондона. — Или уж попросите тогда себе проводника в полиции, — подумав, добавляли они, мучительно силясь понять, что происходит в сознании этого сумасшедшего: несомненно, голова у него не на месте, хотя он и явился с хорошими рекомендациями.</p>
     <p>— Да на что мне ваша полиция! — возражал я. — Единственно, чего я хочу, — это попасть на Восточную сторону и повидать все собственными глазами. Хочу узнать, как и почему и во имя чего живут там люди. Короче, сам хочу пожить среди них.</p>
     <p>— Пожить там! — кричали все в один голос, и я читал решительное неодобрение на их лицах. — Ведь там, говорят, есть такие места, где человеческую жизнь ни в грош не ставят!</p>
     <p>— Вот-вот, — нетерпеливо перебивал я. — Как раз то, что мне нужно.</p>
     <p>— Но это же невозможно! — неизменно слышалось в ответ.</p>
     <p>— Да не за этим вовсе я к вам пришел, — вспылил наконец я, раздраженный бестолковостью моих собеседников. — Я тут новый человек и надеялся разузнать у вас хоть что-нибудь о Восточной стороне, чтобы понять, как к этому делу лучше приступиться.</p>
     <p>— Но мы же ничего не знаем о Восточной стороне! Это где-то там… — И мои знакомые неопределенно махали рукой в ту сторону, где иногда восходит солнце.</p>
     <p>— Тогда я обращусь к Куку, — заявил я.</p>
     <p>— Вот и хорошо! — сказали они с облегчением. — У Кука-то уж наверное знают!</p>
     <p>О Кук! О «Томас Кук и сын»,<a l:href="#n_928" type="note">[928]</a> разведчики путей, всемирные следопыты, живые указательные столбы по всему земному шару, надежные спасители заблудившихся путешественников! Вы могли бы в мгновение ока и без малейших колебаний отправить меня в дебри черной Африки или в самое сердце Тибета, но в восточные кварталы Лондона, куда от Ладгейт-серкус<a l:href="#n_929" type="note">[929]</a> рукой подать, вы не знаете дороги!</p>
     <p>— Уверяю вас, это невозможно, — изрек ходячий справочник маршрутов и тарифов в Чипсайдском отделении конторы Кука. — Это так… гм… так необычно!</p>
     <p>— Обратитесь в полицию, — заключил он авторитетным тоном, видя, что я продолжаю настаивать. — Нам еще не приходилось сопровождать путешественников на Восточную сторону, нас об этом никогда никто не просил, и мы решительно ничего не знаем про эти места.</p>
     <p>— Ладно, не беспокойтесь, — прервал я, испугавшись, как бы ураганом его отрицаний меня не вышибло вон из конторы. — Но все-таки вы можете кое-что сделать для меня. Я предупреждаю вас о своих намерениях, чтобы в случае чего вы имели возможность удостоверить мою личность.</p>
     <p>— Ага! Понимаю! Чтобы мы сумели опознать тело, если вас убьют?</p>
     <p>Он произнес это так весело и хладнокровно, что моему воображению вмиг представился мой голый изуродованный труп на мраморном столе в мертвецкой. Журчит без умолку холодная вода; а вот и он, этот клерк из конторы Кука; скорбно и сосредоточенно склонившись надо мной, он подтверждает: «Да, это тот сумасшедший американец, которому до зарезу понадобилось повидать Восточную сторону!»</p>
     <p>— Нет, нет, — ответил я, — просто, чтобы вы сумели опознать меня в том случае, если я влипну в историю с вашими бобби.<a l:href="#n_930" type="note">[930]</a> —Последние слова я произнес с особым удовольствием; право, я начинал уже усваивать лондонский жаргон.</p>
     <p>— Ну, это дело главной конторы, — сказал он и добавил извиняющимся тоном: — У нас, видите ли, еще не бывало таких случаев.</p>
     <p>Но в главной конторе тоже не могли решиться.</p>
     <p>— У нас правило, — пояснил клерк, — не сообщать никаких сведений о своих клиентах.</p>
     <p>— Помилуйте, — настаивал я, — в данном случае сам клиент просит вас сообщить о нем.</p>
     <p>Но он все же колебался.</p>
     <p>— Разумеется, — опередил я его, догадываясь, что он сейчас скажет, — я знаю, у вас еще не бывало таких случаев, но…</p>
     <p>— Именно это я собирался вам заявить, — твердо изрек он, — у нас не бывало таких случаев, и боюсь, мы вам ничем не сможем помочь.</p>
     <p>Все же я ушел оттуда, прихватив с собой адрес сыщика, проживавшего на Восточной стороне. Затем я направился к американскому генеральному консулу. В его лице я нашел человека, с которым можно было разговаривать по-деловому. Он не мялся, не поднимал бровей, не таращил удивленно глаз, не выказывал скептицизма. Одной минуты мне хватило, чтобы объяснить ему, кто я и чего добиваюсь, и он принял все это как нечто совершенно заурядное. В следующую минуту он осведомился, сколько мне лет, каковы мой рост и вес, и оглядел меня с головы до ног. На исходе третьей минуты мы уже пожимали друг другу руки, и он сказал мне на прощание:</p>
     <p>— Ладно, Джек. Не буду терять вас из виду.</p>
     <p>Я вздохнул с облегчением. Теперь мои корабли были сожжены, и мне оставалось только углубиться в эти человеческие джунгли, о которых никто как будто ничего не знал. Однако тут же возникло новое препятствие в лице извозчика, который невозмутимо возил меня в течение нескольких часов по Сити. У него были седые бакенбарды и весьма почтенный вид.</p>
     <p>— На Восточную сторону, — приказал я, усаживаясь в экипаж.</p>
     <p>— Куда, сэр? — переспросил извозчик, не скрывая удивления.</p>
     <p>— Куда-нибудь на Восточную сторону. Трогайте!</p>
     <p>Несколько минут высокий двухколесный экипаж куда-то катился, потом внезапно стал. Окошко над моей головой приоткрылось, и я увидел растерянного извозчика, уставившегося на меня.</p>
     <p>— Простите, — спросил он, — куда, вы сказали, вам нужно?</p>
     <p>— На Восточную сторону, — повторил я. — Все равно куда. Просто покатайте меня там, где хотите.</p>
     <p>— Но какой же адрес, сэр?</p>
     <p>— Эй, слушайте! — рассвирепел я. — Везите меня на Восточную сторону, да поживей!</p>
     <p>Было ясно, что он ничего не понял, но все же голова исчезла, и он с ворчанием погнал лошадь дальше.</p>
     <p>На улицах Лондона нигде нельзя избежать зрелища крайней нищеты: пять минут ходьбы почти от любого места — и перед вами трущоба. Но та часть города, куда въезжал теперь мой экипаж, являла сплошные, нескончаемые трущобы. Улицы были запружены людьми незнакомой мне породы — низкорослыми и не то изможденными, не то отупевшими от пьянства. На много миль тянулись убогие кирпичные дома, и с каждого перекрестка, из каждого закоулка открывался вид на такие же ряды кирпичных стен и на такое же убожество. То здесь, то там мелькала спотыкающаяся фигура пьяницы, попадались и подвыпившие женщины; воздух оглашался резкими выкриками и бранью. На рынке какие-то дряхлые старики и старухи рылись в мусоре, сваленном прямо в грязь, выбирая гнилые картофелины, бобы и зелень, а ребятишки облепили, точно мухи, кучу фруктовых отбросов и, засовывая руки по самые плечи в жидкое прокисшее месиво, время от времени выуживали оттуда еще не совсем сгнившие куски и тут же на месте жадно проглатывали их.</p>
     <p>На всем пути нам не попалось ни одного экипажа, и детям, бежавшим сзади нас и по бокам, мы казались, верно, посланцами из какого-то неведомого и лучшего мира. Всюду, куда ни обращался взор, были сплошные кирпичные стены и покрытые грязной жижей мостовые. И над всем этим стоял несмолкаемый галдеж. Впервые за всю мою жизнь толпа внушила мне страх. Такой страх внушает морская стихия: сонмы бедняков на улицах представлялись мне волнами необъятного зловонного моря, грозящими нахлынуть и затопить меня.</p>
     <p>— Сэр, вот Степни, станция Степни! — крикнул сверху извозчик.</p>
     <p>Я осмотрелся: в самом деле, железнодорожная станция. Извозчик с отчаяния подъехал сюда, к единственному, очевидно, знакомому ему месту в этих дебрях.</p>
     <p>— Ну и что ж? — спросил я.</p>
     <p>Он что-то бессвязно пробормотал и покачал головой. Вид у него был самый жалкий.</p>
     <p>— Я тут никогда не бывал, — наконец выдавил он из себя, — и коль вам надо не на станцию Степни, то я уж не знаю, куда вам надо.</p>
     <p>— Я вам объясню, куда мне надо, — сказал я. — Поезжайте прямо и глядите по сторонам, пока не увидите лавку старьевщика. А как увидите, сверните на первом же углу и остановитесь там, и я сойду.</p>
     <p>Видно было, что его начинают одолевать сомнения насчет моей личности. Все же через некоторое время экипаж остановился у панели, и извозчик объявил, что мы только что проехали лавку старьевщика.</p>
     <p>— А как насчет платы? — просительно сказал он. — С вас семь шиллингов шесть пенсов.</p>
     <p>— Ну да, — рассмеялся я, — заплати я вам сейчас, вас и след простынет!</p>
     <p>— Господи! Это вас наверняка след простынет, если вы сейчас не заплатите мне, — возразил он.</p>
     <p>Тем временем экипаж уже обступила толпа оборванных зевак. Я снова рассмеялся и зашагал к лавке старьевщика.</p>
     <p>Здесь самым трудным делом оказалось убедить хозяина, что мне требуются именно старые вещи. Только поняв бесплодность своих стараний всучить мне новые, немыслимого вида пиджаки и брюки, он стал извлекать на свет кучи старья, поглядывая на меня, как заговорщик, и делая таинственные намеки. Он явно желал показать, что догадывается, чем тут пахнет, и намеревался, запугнув разоблачением, содрать с меня втридорога. Человек, которого ищут, а может, даже крупный преступник из-за океана — вот что он обо мне подумал, полагая, что и в том и в другом случае главная моя забота — избежать встречи с полицией.</p>
     <p>Однако я так яростно с ним торговался, доказывая несоответствие между ценой и товаром, что почти развеял его подозрения на свой счет. Тогда он переменил тактику и принялся на все лады уламывать неподатливого покупателя. В конце концов я выбрал изрядно поношенные, хоть и крепкие еще брюки, потрепанный пиджачок с единственной уцелевшей пуговицей, башмаки, в которых, по-видимому, не раз грузили уголь, узкий кожаный пояс и грязную-прегрязную летнюю кепку. Но белье и носки я взял новые и теплые, — такие, между прочим, в Америке покупает себе любой бездомный неудачник.</p>
     <p>— Я вижу, вас не проведешь, — сказал лавочник с притворным восхищением, когда я, сторговавшись наконец, протянул ему десять шиллингов. — Небось, успели уже исходить всю Петтикот-лейн вдоль и поперек. Да за эти брюки всякий заплатит пять шиллингов! А за такие башмаки любой докер отвалил бы два шиллинга шесть пенсов. Я уж не говорю про пиджак, про эту новенькую кочегарскую фуфайку и все прочее!</p>
     <p>— Сколько вы мне за них дадите? — вдруг спросил я. — Я уплатил вам десять шиллингов и готов вернуть все это за восемь. По рукам?</p>
     <p>Но он только ухмыльнулся и замотал головой, и я с досадой понял, что если для меня эта сделка казалась выгодной, то для него она была еще выгоднее.</p>
     <p>Возле экипажа мой извозчик секретничал с полисменом. Впрочем, блюститель порядка ограничился тем, что окинул меня испытующим взглядом — особенно узелок, который я держал под мышкой, — и пошел прочь, оставив извозчика кипеть гневом в одиночку. А тот не тронулся с места, пока я не вручил ему семь шиллингов шесть пенсов. После этого он готов был отвезти меня хоть на край света и смиренно просил прощения за свою настойчивость, оправдываясь тем, что мало ли каких подозрительных седоков приходится иной раз возить по Лондону.</p>
     <p>Но я доехал только до Хайбери-Вейл в северной части Лондона, где я оставил свои вещи. Здесь на следующий день я снял с себя ботинки (не без сожаления — ведь они были так легки и удобны!), свой мягкий серый дорожный костюм и все, что было на мне, и начал облачаться в чужие обноски, принадлежавшие неизвестным мне людям, которым, видимо, здорово не повезло, если им пришлось отнести свое тряпье старьевщику за какие-то жалкие гроши.</p>
     <p>В пройму кочегарской фуфайки я зашил соверен (более чем скромный запас на всякий случай) и натянул на себя фуфайку. Затем я сел и прочел сам себе мораль на тему о том, что годы удачи и сытая жизнь изнежили мою кожу и сделали ее непомерно чувствительной. Надо сказать, что самый суровый отшельник не так страдал от своей власяницы, как я страдал еще целые сутки от этой жесткой, колючей фуфайки.</p>
     <p>Обрядиться в остальное тряпье не составило особого труда, хотя с башмаками я изрядно намучился. Твердые, негнущиеся, они были словно выдолблены из дерева; я долго колотил кулаками по верхам, и лишь после этого мне удалось протолкнуть в них свои ступни. Рассовав по карманам мелкие монеты, нож, носовой платок, коричневую курительную бумагу и немного табаку, я прогромыхал вниз по лестнице и распростился со своими друзьями, исполненными самых мрачных предчувствий на мой счет. Когда я уже выходил из дому, прислуга — благообразная женщина средних лет — не смогла подавить улыбку, и рот ее раскрывался все шире и шире до тех пор, пока из горла не вырвались странные лающие звуки, порожденные, должно быть, невольным сочувствием ко мне и почему-то именуемые «смехом».</p>
     <p>Едва покинув дом, я сразу ощутил, как отражается на положении человека его одежда. Простые люди утратили в обращении со мной прежнее подобострастие. Хлоп! — и в мгновение ока я, так сказать, стал таким, как они. Потертый, подранный на локтях пиджак был явным свидетельством моей принадлежности к их классу, и это ставило меня на одну доску с ними, — вот почему угодливость и чрезмерно почтительное внимание к моей особе сменились товарищеским обращением. Человек в плисовом костюме, с грязным шарфом на шее не называл меня больше ни «сэр», ни «хозяин». Теперь он обращался ко мне со словом «товарищ» — прекрасным, сердечным, теплым и приветливым словом, совсем непохожим на те два. Слово «хозяин» связано с представлением о господстве, власти, праве командовать, — это дань, которую человек, стоящий внизу, платит человеку, забравшемуся наверх, в надежде, что тот, наверху даст ему передышку, ослабит свой нажим. По существу, это та же мольба о милостыне, только в иной форме.</p>
     <p>Лохмотья дали мне, кстати, возможность испытать то наслаждение, которого лишен за границей рядовой американец. Путешествуя по Европе, скромный приезжий из Штатов, не крез, вскоре начинает чувствовать себя закоренелым скрягой, если он пытается противостоять шайке раболепствующих грабителей, преследующих его с утра до ночи и разоряющих его почище, чем любые ростовщики.</p>
     <p>Обтрепанный костюм избавил меня от неприятной обязанности давать чаевые и позволил держаться с людьми на равной ноге. Больше того — я настолько вошел в свою роль, что на исходе первого дня сам с чувством сказал: «Благодарю вас, сэр», одному джентльмену, который бросил пенни в мою протянутую ладонь за то, что я подержал его лошадь.</p>
     <p>Я обнаружил и другие перемены в своем положении, также вызванные моим новым обличьем. На оживленных уличных перекрестках от меня теперь требовалось особое проворство, чтобы не угодить под колеса и остаться целым, причем мне весьма выразительно давали понять, что цена моей жизни находится в прямой зависимости от цены моего костюма. Прежде, когда я спрашивал у полисмена, как попасть в то или иное место, он, в свою очередь, сначала спрашивал: «Вы как поедете, сэр, в омнибусе или в экипаже?». Теперь я слышал от него лаконичное: «Пешком?» А в билетной кассе на вокзале ныне мне безмолвно просовывали в окошечко билет третьего класса, словно это в порядке вещей.</p>
     <p>Но все это компенсировалось другим. Впервые в жизни я вплотную столкнулся с англичанами из непривилегированного сословия и увидел их такими, каковы они есть. Если на уличном перекрестке или в кабаке какой-нибудь бродяга или мастеровой вступал со мной в беседу, это был разговор равного с равным — простой, естественный, без малейшего расчета выманить у меня что-то льстивыми словами.</p>
     <p>И когда я попал, наконец, на Восточную сторону, то с радостью почувствовал, что освободился от страха перед толпой. Я стал частью ее. Огромное зловонное море захлестнуло меня — вернее, я сам осторожно погрузился в его пучину, — и в этом не было ничего страшного, если не считать моей кочегарской фуфайки.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава II</p>
      <p>Джонни Апрайт</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Люди живут в грязных лачугах, где нет места ни здоровью, ни надеждам, а есть только недовольство своей судьбой да бессильный ропот на то, что богатства принадлежат другим.</p>
      <text-author>Торолд Роджерс<a l:href="#n_931" type="note">[931]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Я не даю вам адреса Джонни Апрайта. Достаточно сказать, что он живет на самой приличной улице Восточной стороны. В Америке такая улица считалась бы скверной, но в Восточном Лондоне она подобна оазису в пустыне. Кругом нищета, скученность, ее обступают кварталы, кишащие замызганной, рано познавшей жизнь детворой, но там, где обитает Джонни Апрайт, у ребят есть, должно быть, другие места для игр, кроме тротуара, да и вообще на этой пустынной улице людей почти не видно.</p>
     <p>Каждый дом здесь — как, впрочем, и на других улицах — тесно прижат к соседним. У каждого только один вход — с улицы, а длина дома по фасаду около восемнадцати футов<a l:href="#n_932" type="note">[932]</a> сзади — дворик, окруженный кирпичной стеной; оттуда, если нет дождя, можно полюбоваться свинцовым небом. Не будем забывать, что речь идет о так называемых преуспевающих жителях Восточного Лондона. Кое-кто из них даже настолько богат, что позволяет себе держать «рабыню». Мне, например, доподлинно известно, что Джонни Апрайт тоже держит «рабыню», — она-то и была первой, с кем я свел знакомство в этом обособленном мирке.</p>
     <p>Я пришел к Джонни Апрайту, и мне открыла дверь «рабыня». И вот что интересно: эта особа, занимая сама положение, вызывающее презрение и жалость, посмотрела на меня презрительно и с сожалением. Она, не скрывая, дала мне понять, что не желает тратить время на разговор со мной: я пришел в воскресенье, хозяина нет дома, о чем тут еще толковать?! А я все мешкал на крыльце, стараясь доказать, что нет — это еще не все; но тут на наши голоса вышла супруга Джонни Апрайта и принялась распекать девушку за то, что та не захлопнула дверь. Лишь потом она удостоила меня вниманием.</p>
     <p>Мистера Джонни Апрайта нет дома, и он вообще не принимает по воскресеньям. Очень жаль, сказал я. Пришел ли я просить работы? Нет, напротив, я пришел к Джонни Апрайту по делу, которое может оказаться выгодным для него.</p>
     <p>Вмиг отношение переменилось. Нужный мне джентльмен ушел в церковь, но он вернется через час, и его, безусловно, можно будет повидать.</p>
     <p>Я уже ждал вопроса, не угодно ли мне пройти в комнату, но так, к сожалению, и не дождался, хотя весьма прозрачно напрашивался на приглашение, говоря, что пойду на угол в пивную и подожду там. И пришлось-таки пойти туда, но так как служба в церкви еще не отошла, пивная оказалась закрытой. Моросил противный мелкий дождик, и, за неимением лучшего, я вернулся, присел на соседнее крылечко и принялся ждать.</p>
     <p>Вскоре на пороге дома снова появилась «рабыня» Джонни Апрайта, в самом неприглядном виде, и растерянно объявила, что хозяйка приглашает меня подождать на кухне.</p>
     <p>— Вы не представляете, сколько народу ходит сюда просить работу, — сказала миссис Апрайт извиняющимся тоном. — Надеюсь, вы не обиделись, что я с вами так разговаривала?</p>
     <p>— Да что вы, что вы! — ответил я со всей любезностью, на какую только был способен, давая понять, что нищенское облачение не мешает мне оставаться джентльменом. — Я отлично понимаю, уверяю вас. Вам, верно, покоя не дают эти люди, что ходят насчет работы?</p>
     <p>— Еще бы! — отозвалась она, договорив остальное многозначительным взглядом, и повела меня, представьте, не на кухню, а в столовую, оказав мне явную милость, которую я, надо полагать, заслужил своим светским обхождением.</p>
     <p>Столовая была расположена рядом с кухней, в подвале, фута на четыре ниже уровня земли. Несмотря на полдень, там была такая темень, что я не сразу начал различать предметы. Через окно, верхняя рама которого приходилась вровень с тротуаром, едва пробивался тусклый свет, но я все же умудрился почитать здесь газету.</p>
     <p>В ожидании прихода Джонни Апрайта позвольте объяснить вам причину моего визита. Решив пожить среди восточных лондонцев, питаться из одного котла с ними и спать под одной крышей, я хотел все-таки подыскать себе какое-нибудь пристанище поблизости, куда можно было бы укрываться время от времени, дабы не забыть окончательно, что на свете все еще существуют хороший костюм и опрятность. Кроме того, там я должен был получать корреспонденцию, обрабатывать свои записи и изредка, соответственно переодевшись, совершать оттуда вылазки в цивилизованный мир.</p>
     <p>Но вот какая дилемма вставала передо мной: в квартире, где я мог надеяться на сохранность моих вещей, окажется, вероятнее всего, хозяйка, которая сочтет подозрительным джентльмена, ведущего двойную жизнь; а у хозяйки, равнодушной к двойной жизни ее постояльцев, вещи мои вряд ли останутся целы. Чтобы разрешить эту дилемму, я и явился к Джонни Апрайту. Это был сыщик, бессменно проработавший тридцать с лишним лет на Восточной стороне, известный здесь каждому под кличкой «Апрайт»,<a l:href="#n_933" type="note">[933]</a> данной ему некогда каким-то осужденным уголовником. И он, как никто другой, мог подыскать мне подходящую квартирную хозяйку и заверить ее, что ей нечего беспокоиться по поводу моих странных визитов и исчезновений.</p>
     <p>Две дочки Апрайта прибежали из церкви, опередив отца. Это были хорошенькие девушки в воскресных платьицах, наделенные болезненно хрупкой красотой, столь характерной для девушек Восточного Лондона, — красотой мимолетной, обманчивой, грозящей поблекнуть так же быстро, как блекнут в небе краски заката.</p>
     <p>Они посмотрели на меня с нескрываемым любопытством, как на диковинного зверя, и тут же перестали замечать. Вскоре вернулся и сам Джонни Апрайт, и я был приглашен наверх для беседы с ним.</p>
     <p>— Говорите громче, — перебил он меня на первом слове, — я простужен, заложило уши.</p>
     <p>Тени старой ищейки и Шерлока Холмса! «Интересно бы знать, — подумал я, — где спрятан у него помощник, который обязан записывать все то, что я найду нужным рассказать?» И поныне, после неоднократных встреч с Джонни Апрайтом, вспоминая это первое свидание с ним, я не могу решить, в самом ли деле ему тогда заложило уши или он прятал помощника в соседней комнате. Но одно совершенно достоверно: несмотря на то, что я чистосердечно изложил Джонни Апрайту все, что касалось моих планов, он воздержался от обещаний, зато на другой день, когда я подъехал к его дому в экипаже, одетый как положено, он встретил меня вполне любезно, и мы вместе прошли в столовую, где его семейство сидело за чаем.</p>
     <p>— Мы люди скромные, — сказал Джонни Апрайт, — жиреть не с чего. Вы уж не взыщите, мы люди скромные.</p>
     <p>Дочки Апрайта поздоровались со мной, красные от смущения, а он не только не постарался выручить их, а, наоборот, привел в еще большее замешательство.</p>
     <p>— Ха-ха! — раскатисто смеялся он, шлепая ладонью по столу так, что звенела посуда. — Девочки решили вчера, что вы пришли сюда за подаянием. Ха-ха! Хо-хо!</p>
     <p>Девушки с негодованием отрицали это, глаза их гневно сверкали, щеки стыдливо алели, — словно обязательным признаком аристократизма является умение распознать под лохмотьями человека, у которого нет нужды ходить в лохмотьях.</p>
     <p>И после, в то время как я поглощал хлеб с вареньем, дочки пререкались с отцом: они считали оскорбительным, что меня приняли за нищего, а отец говорил, что это величайшая дань моим талантам, раз я сумел так ловко всех провести. Все это меня забавляло и, пожалуй, доставляло не меньше удовольствия, чем хлеб с вареньем и чай; а потом Джонни Апрайт отлучился ненадолго и договорился относительно жилья для меня на той же солидной, великолепной улице, в доме по соседству, как две капли воды похожем на его дом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава III</p>
      <p>Мое жилище и жилища других</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Дверь Выгоды — тяжка, прочна,</p>
      <p>Внутрь открывается она;</p>
      <p>И дверь закрыта тем плотней,</p>
      <p>Чем изнутри напор сильней.</p>
      <p>А в спертом воздухе народ</p>
      <p>Мечту в простор свободный шлет,</p>
      <p>Где жаворонок песнь поет,</p>
      <p>Взлетая в синий небосвод.</p>
      <text-author>Сидней Ланьер<a l:href="#n_934" type="note">[934]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>По понятиям Восточного Лондона, комната, которую я снял за шесть шиллингов в неделю, то есть за полтора доллара, являла собой верх комфорта. По американским же понятиям, это была убого обставленная и неудобная комнатенка. Когда я внес туда столик для пишущей машинки, там уже негде стало повернуться, и приходилось лавировать, выделывая причудливые зигзаги, требующие величайшей ловкости и изобретательности.</p>
     <p>Пристроившись здесь, вернее, пристроив свои вещи, я облачился в свой бедняцкий наряд и вышел прогуляться. Квартирный вопрос занимал мои мысли, и я отправился на розыски жилья, вообразив себя бедным и обремененным семейством молодым человеком.</p>
     <p>Прежде всего я сделал открытие, что свободные дома здесь встречаются редко. Настолько редко, что, исколесив большой район, я не нашел ни одного. Ни одного свободного дома — убедительное доказательство перенаселенности района!</p>
     <p>Когда стало ясно, что мне, то есть бедному молодому человеку, обремененному семьей, искать себе в этом негостеприимном районе отдельный домик бессмысленно, я перешел к поискам свободных комнат, где можно было бы разместить жену с малышами и весь наш скарб. Не скажу, чтоб таких комнат оказалось много, но кое-что я нашел, правда, сдавались они большей частью по одной. Видимо, считается, что для семьи бедняка довольно и одной комнаты — тут и стряпают, и едят, и спят. Когда я спрашивал, нет ли двух смежных комнат, квартирные хозяйки смотрели на меня так, как, вероятно, смотрел некий диккенсовский персонаж на Оливера Твиста, попросившего у него добавки каши.</p>
     <p>Мало того, что одной комнаты считается вполне достаточно для бедного человека с женой и детьми, — многие семьи обнаруживают у себя такие излишки площади, что пускают одного, а то и двух жильцов. Если подобная комната расценивается от трех до шести шиллингов в неделю, то с жильца, снимающего угол (он должен представить рекомендации!), по всей справедливости взимают от восьми пенсов до шиллинга в неделю; он может даже столоваться у своих хозяев — еще за несколько шиллингов. Об этом, однако, я не сообразил разузнать подробнее — недопустимое упущение со стороны человека, который должен планировать бюджет воображаемой семьи.</p>
     <p>Ни в одном из домов, которые я посетил, не имелось ванн, впрочем, я установил, что их не было и в тысячах других домов. Невообразимое предприятие — мыться в жестяном корыте, когда в комнате, кроме твоей семьи, обеспокоенной излишком площади, еще один или два жильца. Но, кажется, отсутствие ванн выгодно народу: можно экономить на мыле — значит, все в порядке, есть еще господь на небесах! Кроме того, природа в Восточном Лондоне весьма предусмотрительна: ежедневно тут идут дожди, и, хочешь не хочешь, искупаешься на улице.</p>
     <p>Санитарное состояние домов, в которые я заходил, ужасающе: неисправная канализация, плохая очистка выгребных ям, течь из водопроводных труб, скверная вентиляция, сырость и грязь кругом. От этого моя жена и дети быстро заработали бы дифтерию, круп, тиф, рожу, гангрену, воспаление легких, чахотку и мало ли какие еще болезни. Смертность тут, должно быть, чрезвычайно высока. Но вдумайтесь хорошенько, как все мудро устроено в этом мире! Для бедняка, обремененного большой семьей, самое разумное — избавиться от нее, и условия жизни в Восточном Лондоне помогут ему в этом. Не исключено, разумеется, что и сам он погибнет. В последнем случае особой мудрости мы не видим, но где-то она кроется несомненно. И вот когда мы ее найдем, у нас не останется сомнения, что это тонкая мудрость, — иначе пришлось бы констатировать, что на земле все устроено просто из рук вон плохо.</p>
     <p>Конечно, никаких комнат я не снял и вернулся на улицу Джонни Апрайта (теперь это уже была и моя улица!). Занятый мыслями о жене и детях и о том, куда рассовать их в каморке, где, кроме нас, поселятся в углу еще жильцы, я потерял представление о масштабах и, не сразу смог охватить взглядом всю мою комнату. Ее необъятность вызывала благоговейный восторг. Неужели это та самая комната, которую мне сдали за шесть шиллингов в неделю? Быть не может! Но мои сомнения были развеяны хозяйкой, постучавшей в дверь, чтобы узнать, не нужно ли мне чего-нибудь.</p>
     <p>— Ах, сэр! — воскликнула она, когда я стал расспрашивать ее. — Наша улица одна теперь такая осталась. Лет восемь — десять назад и другие улицы были не хуже, и жили там очень приличные люди, но всех их вытеснили эти пришлые. Нынче приличного человека нигде, кроме нашей улицы, не сыщешь. Это ужасно, сэр!</p>
     <p>И она начала подробно объяснять мне, как протекало вторжение пришельцев и как от этого квартирная плата росла, а репутация района падала.</p>
     <p>— Понимаете, сэр, мы ведь не привыкли к такой тесноте, не то что другие. Мы вот живем в отдельном домике, а эта голытьба и разные там иностранцы готовы втиснуться в такой дом по пять, по шесть семейств. Понятно, что хозяин собирает с них больше, чем с нас! Это ужасно, сэр! И подумать только, был такой хороший район всего несколько лет назад!</p>
     <p>Я пригляделся к ней. Вот женщина, воплощающая в себе лучшие черты английского рабочего класса, по-видимому, из хорошей семьи, и ее медленно захлестывает шумный и грязный людской поток, который власти предержащие гонят на восток от Лондона. Нужно строить банки, фабрики, гостиницы, конторские здания… А что такое городская беднота? Бродячее племя! И она отступает на Восточную сторону волна за волной, вытесняя оттуда старожилов, превращая в трущобы квартал за кварталом, принуждая более солидных рабочих уходить в еще необжитые предместья Лондона или затягивая к себе на дно если не их самих, то уж детей и внуков несомненно.</p>
     <p>Очередь за улицей Джонни Апрайта. Остаются считанные месяцы. Джонни и сам это понимает.</p>
     <p>— Через два года истекает срок моей аренды, — говорит он. — Владелец наших домов— свой человек. Он не повысил квартирной платы ни нам, ни соседям, и потому мы пока еще продержались. Но в любой день он может продать свое имущество или умереть; для нас и то и другое будет одинаково плохо. Этот дом купит какой-нибудь спекулянт, построит потогонную мастерскую на клочке земли за домом, где у меня виноград вьется по забору, сделает пристройку и начнет сдавать по одной комнате семейным. Вот и все! И Джонни Апрайту крышка!</p>
     <p>И я живо представил себе, как Апрайт и его почтенная супруга вместе с хорошенькими дочками и растрепанной «рабыней», словно призрачные тени, бегут на восток, а город-чудовище с ревом настигает их.</p>
     <p>Но Джонни Апрайт — это еще не все. Далеко, на самой окраине города, обитают мелкие коммерсанты, управляющие карликовых фирм, удачливые служащие. Они живут в отдельных домиках или в тесных дачках на две семьи, с крошечными садиками, где растут цветы; у них попросторнее, чем в других местах, дышать еще можно. Они горделиво выпячивают грудь, когда заходит разговор о Бездне, которой они сумели избежать, и возносят хвалу всевышнему за то, что он сделал их не такими, как других людей! И вдруг… врывается Джонни Апрайт, а следом за ним несется город-чудовище. Как по волшебству, вырастают доходные дома, садики застраиваются, дачи перегораживаются на каморки, и черная лондонская ночь окутывает все своим грязным покровом.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IV</p>
      <p>Человек и бездна</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Потом заговорил еще один горшок,</p>
      <p>Что в стороне стоял, шершав и кривобок:</p>
      <p>«Смеются надо мной, твердят, что я уродлив —</p>
      <p>Так, значит, дрожь руки Гончар сдержать не мог?»</p>
      <text-author>Омар Хайям</text-author>
     </epigraph>
     <p>— Скажите, у вас тут сдается что-нибудь?</p>
     <p>Этот вопрос я бросил небрежно, полуобернувшись к пожилой толстой женщине, которая подавала мне еду в грязной кофейне неподалеку от Пула и Лаймхауза.<a l:href="#n_935" type="note">[935]</a></p>
     <p>— Сдается, — отрезала она, решив, вероятно, что мой внешний вид не обещает того минимума состоятельности, который требуется для проживания в ее доме.</p>
     <p>Я не сказал больше ничего и принялся молча дожевывать ломтик бекона, запивая его жидким чаем. Она тоже не обращала на меня ни малейшего внимания, пока я не вытащил из кармана монету в десять шиллингов, дабы расплатиться за свой завтрак стоимостью в четыре пенса. Желаемый эффект был достигнут.</p>
     <p>— Да, сэр, — сразу оживилась она. — У меня отличное помещение, наверняка вам понравится. Вернулись из морской поездки, сэр?</p>
     <p>— Сколько вы хотите за комнату? — спросил я, не стремясь удовлетворить ее любопытство.</p>
     <p>Она оглядела меня с нескрываемым изумлением.</p>
     <p>— Комнат я не сдаю даже своим постоянным жильцам, а уж чужим-то и подавно.</p>
     <p>— Придется, значит, поискать в другом месте, — сказал я, делая огорченное лицо.</p>
     <p>Но вид моих десяти шиллингов придал ей настойчивость.</p>
     <p>— Я могу предложить вам очень хорошую койку в комнате, где у меня живут всего двое. Очень почтенные люди, постоянные жильцы.</p>
     <p>— Нет, я не хочу спать вместе с чужими людьми, — отвечал я.</p>
     <p>— Да вам и не придется. Там три постели, и комната не такая уж маленькая.</p>
     <p>Ну, а сколько это будет стоить? — спросил я.</p>
     <p>— С постоянных жильцов я беру полкроны в неделю — два шиллинга шесть пенсов. Вам понравятся соседи, я уверена. Один из них служит на складе и живет у меня третий год. А второй вот уже шесть лет. Да, сэр, шесть лет и два месяца как раз будет в ту субботу. Он рабочий сцены, — продолжала она рассказывать, — приличный, солидный человек, работает вечерами и за все шесть лет ни одного прогула. И он очень доволен, говорит, что лучшего жилья не найти. Он у меня столуется и другие жильцы тоже.</p>
     <p>— Небось, даже откладывает денежки, — ввернул я с невинной физиономией.</p>
     <p>— Да нет, что вы, господь с вами! Но в другом месте он не мог бы прожить так хорошо на свой заработок.</p>
     <p>Тут я подумал о моем родном просторном Западе, под небом которого можно было бы разместить тысячу таких городов, как Лондон, и всем хватило бы воздуха; а вот здесь этот человек — положительный, строгих правил, за шесть лет ни одного прогула, скромный и честный — ютится в одной комнате с двумя другими мужчинами за два доллара пятьдесят центов в месяц на наши деньги, зная по опыту, что лучшего ему не найти. И невесть откуда прихожу я и благодаря своим десяти шиллингам водворяюсь со всем своим тряпьем на соседнюю с ним кровать. Человеческая душа знакома с тоской, но как, наверное, бывает ей тоскливо, когда в комнате три кровати и любой случайный прохожий может занять одну из них, если у него есть десять шиллингов в кармане!</p>
     <p>— Давно вы здесь живете? — спросил я.</p>
     <p>— Тридцать лет, сэр. Ну, как вы решаете?</p>
     <p>Разговаривая со мной, она не переставала грузно передвигаться по маленькой кухне, где готовила пищу для своих квартирантов. Я застал ее за работой, и она ни на секунду не оторвалась от своих дел. Несомненно, у этой женщины уйма хлопот: «встаешь в половине шестого, ложишься ночью, когда все уже спят, работаешь, пока не свалишься с ног», — и так все тридцать лет; а наградой за это — седая голова, засаленное платье, сутулая спина, расплывшаяся фигура и бесконечный труд в грязной и шумной кофейне, окна которой отстоят на десять футов от стены соседнего дома, в окружении портовых трущоб, мрачных и грязных, чтобы не сказать больше.</p>
     <p>— Вы сюда еще заглянете? — спросила она с робкой надеждой в голосе, когда я уже отворял дверь.</p>
     <p>Я посмотрел на нее и только тут ощутил всю правду мудрого старого речения: «Добродетель сама себе награда».</p>
     <p>Я снова шагнул к ней.</p>
     <p>— У вас была когда-нибудь передышка? — спросил я.</p>
     <p>— Передышка?</p>
     <p>— Ну да, денька два в деревне, отдых на свежем воздухе?</p>
     <p>— Боже упаси! — Она начала смеяться и впервые даже отвлеклась от работы. — Отдых! Отдых для нашего брата? Нет, подумать только! — И вдруг крикнула мне: — Эй, осторожно! — так как я в эту секунду споткнулся о прогнившую доску порога.</p>
     <p>Возле Вест-индских доков я заметил молодого парня, который уныло глядел на мутную воду реки. Кочегарская кепка, сдвинутая на глаза, и покрой его помятой одежды сразу изобличали в нем моряка.</p>
     <p>— Здорово, приятель! Не скажешь ли, как пройти в Уоппинг? — спросил я его, чтобы начать разговор.</p>
     <p>— С парохода? Ехал проводником скота? — в свою очередь, спросил он, мгновенно угадав мою национальность.</p>
     <p>Завязалась беседа, которую мы продолжили в трактире за двумя пинтами дешевого пива, темного со светлым пополам. Это сблизило нас настолько, что, когда я выгреб из кармана на шиллинг медяков (давая понять, что это — вся моя наличность) и, отделив шесть пенсов на ночлег, выложил остальные на пиво, он великодушно предложил пропить весь шиллинг.</p>
     <p>— Мой сосед по комнате так скандалил вчера ночью, что полисмены забрали его, — сказал он. — Можешь спать на его койке. Идет?</p>
     <p>Я согласился и, распив с ним на целый шиллинг пива и проведя ночь в жалкой конуре, на жалкой постели, составил себе некоторое представление об этом парне. Позднее я по опыту убедился, что в каком-то отношении он является довольно типичным представителем большинства лондонских чернорабочих.</p>
     <p>Он родился в Лондоне, отец его был пьяница-кочегар, и сын пошел по его стопам. Домом для ребенка служили улицы и доки. Читать он не научился и никогда не испытывал в этом потребности, убежденный, что грамота— никчемное дело, во всяком случае, для человека в его положении.</p>
     <p>У него была мать и куча горластых братьев и сестер. Они ютились в двух комнатенках, питались скверно, а то и вовсе голодали, и себя одного он мог прокормить лучше. Поэтому он редко являлся домой, только в тех случаях, когда совсем уже нечего было есть. Он воровал, попрошайничал на улицах и пристанях, дважды плавал на пароходе слугой в кают-компании, потом несколько раз помощником кочегара и достиг вершины, став, наконец, кочегаром.</p>
     <p>За это время он выработал себе жизненную философию, довольно мерзкую и отталкивающую, но, с его точки зрения, весьма здравую и логичную. Когда я спросил, для чего он живет, он отвечал не задумываясь: «Да чтоб выпить». Наймется на пароход (ведь подработать-то надо!), в конце плавания — расчет и грандиозная попойка. Затем выпивки поскромнее, от случая к случаю, выклянченные в кабаках у приятелей (вроде меня), не успевших еще растратить свои медяки; а потом, когда и этот источник иссякнет, — опять пароход, и весь дьявольский круг сначала.</p>
     <p>— А женщины? — поинтересовался я, когда он кончил восхваление попойки как единственной цели существования.</p>
     <p>— Что женщины! — Он стукнул кружкой о стойку и заговорил с горячностью: —Известно, что это за народ!</p>
     <p>Лучше держаться от них подальше. Не стоит, приятель, с ними связываться, верь слову, не стоит. Ну, на что женщины такому, как я? Скажи сам. Вот, к примеру, моя мать. Она драла ребятишек и отравляла жизнь отцу, когда он приходил домой, хоть, по правде сказать, домой он и заглядывал-то редко. А почему редко? Из-за нее же. Потому что дома ему было не сладко. А другие женщины, думаешь, лучше обращаются с бедным кочегаром, если у него завелось вдруг несколько шиллингов в кармане? Он мог бы выпить на эти деньги, мог бы здорово напиться, а они в момент все выпотрошат — и конец, даже на рюмочку не останется. Мне это все известно. Я-то погулял вволю и знаю, что к чему. И еще скажу тебе: где женщины, там и неприятности — крики, ругань, драки, поножовщина, полисмены, суд. А знаешь, что за это дают? Месяц тяжелых работ. И никакой тебе получки, когда выйдешь оттуда.</p>
     <p>— Но подумай, жена и дети, семейный очаг и всякое такое, — назидательно заговорил я. — Вот ты вернулся из плавания, малыши карабкаются к тебе на колени, жена счастлива, улыбается, тащит обед на стол, целует тебя, и детишки чмокают папу перед сном, и чайник на плите насвистывает песенку, а вы долго еще говорите и наговориться не можете, и ты рассказываешь ей, где ты был и что видел, а она тебе — про разные домашние дела, про все, что тут без тебя произошло, и…</p>
     <p>— Да ну тебя! — крикнул он, шутливо ткнув меня кулаком в плечо. — Шутки со мной шутишь, а? Хозяюшка с поцелуями, и детишки с ласками, и чайник с песенкой — и все это за четыре фунта десять шиллингов в месяц, если тебя взяли на пароход! А вдруг не взяли, — тогда шиш! Нет, друг, я тебе сейчас расскажу, что я получу на свои четыре фунта десять шиллингов. Жена скандалит, дети пищат, в доме угля ни кусочка, так что чайнику и петь не с чего, да и чайник-то сам заложен в ссудной лавке! Вот тебе и вся картина. Поневоле рад будешь удрать на пароходе. Хозяюшка! На кой черт она мне? Чтобы жизнь отравляла? Детки? Мой тебе совет, друг, не заводи ты их. Посмотри на меня. Я могу выпить кружку пива, когда захочу, и никакая хозяюшка и никакие детки не требуют от меня хлеба. И я счастлив — да, да! — что у меня есть пиво и приятели — вот как ты, и что скоро придет хороший пароход и я опять уеду куда-нибудь. По сему случаю давай выпьем еще по кружке. Светлое с темным пополам будет в самый раз.</p>
     <p>Нет нужды передавать здесь все то, что он говорил; мне кажется, я уже достаточно очертил жизненную философию этого двадцатидвухлетнего парня и ее экономическую основу. Домашней жизни он не изведал. Слово «дом» вызывало в его сознании одни лишь неприятные ассоциации. Ничтожный заработок отца и других мужчин его круга давал ему достаточный повод считать жену и детей обузой и причиной всех мужских несчастий. Бессознательный гедонист, чуждый всякой морали и проникнутый практицизмом, он искал для себя высшего счастья и находил его в вине.</p>
     <p>Пропойца уже в молодые годы и задолго до старости — развалина; а когда работать кочегаром станет не под силу, — канава или работный дом, и — конец… Он сам понимал все не хуже меня, но его это не страшило. С самого рождения жизненные обстоятельства огрубляли его душу, и он смотрел на свое неизбежное печальное будущее с холодным безразличием, поколебать которое оказалось мне не под силу.</p>
     <p>И все же он был неплохой малый — не злой и не жестокий от природы. Он обладал нормальными умственными способностями и более чем недурной внешностью: у него были широко расставленные, оттененные длинными ресницами большие голубые глаза, в которых то и дело мелькали искорки смеха, свидетельствуя о хорошем чувстве юмора; правильные черты лица, красивые брови, нежно очерченный рот, хотя губы уже научились кривиться в жесткой усмешке. Правда, подбородок был невелик, впрочем не так уж и мал, — я видывал людей с куда менее внушительным подбородком, занимающих разные высокие посты.</p>
     <p>Красивая голова ловко сидела на великолепной шее, и я не удивился, увидев его тело, когда он скинул одежду, чтобы лечь спать. В гимнастических залах и на спортивных площадках мне не раз приходилось видеть оголенных мужчин весьма благородного происхождения и утонченного воспитания, но ни один из них не мог поспорить сложением с этим двадцатидвухлетним пьяницей, с этим юным богом, обреченным превратиться в развалину через каких-нибудь пять лет и исчезнуть с лица земли, не оставив потомства, которому он мог бы передать столь замечательное наследство.</p>
     <p>Казалось бы, грех растрачивать таким образом жизнь, но все же я вынужден был признать, что он прав: где уж обзаводиться семьей в Лондоне на четыре фунта десять шиллингов! А тот рабочий сцены — разве он не счастливее, чем женатые, живя в обществе двух посторонних мужчин и тратя на себя одного свой заработок? Каково бы ему пришлось, если бы он втиснулся с целым семейством в комнатенку еще более дрянную, чем его теперешняя, да пустил бы туда вдобавок каких-то квартирантов? И ведь все равно не сводил бы концы с концами!</p>
     <p>С каждым днем я все больше убеждался, что жениться для людей Бездны не только не разумно, но даже преступно. Они — камни, отвергнутые строителями. Для них нет места в жизни: все силы общества гонят их вниз, на дно, где их ждет гибель. На дне Бездны они становятся хилыми, безвольными, слабоумными. Если они плодятся, то потомство их гибнет, — жизнь здесь стоит дешево. Где-то над ними в мире идет созидательная работа, но принять в ней участие они не хотят, да и не могут. Впрочем, мир не нуждается в них. Там, наверху, есть достаточно людей, более приспособленных, которые цепляются изо всех сил за крутые склоны над Бездной, отчаянно стараясь не сорваться вниз.</p>
     <p>Короче: лондонская Бездна — это громадная бойня. Год за годом, десятилетие за десятилетием сельская Англия вливает в город все новые и новые людские силы, но силы эти не только не приумножаются, а уже к третьему поколению исчезают вовсе. Специалисты говорят, что лондонский рабочий, родители и деды которого родились в Лондоне, представляет собой весьма редкостное явление.</p>
     <p>М-р А. С. Пигу заявил, что престарелые бедняки и все прочие, кого называют «низы» общества, составляют семь с половиной процентов жителей Лондона. Иными словами, и год назад, и вчера, и сегодня, в данную минуту, четыреста пятьдесят тысяч душ гибнут на дне социальной преисподней, название которой «Лондон». Как они гибнут, покажу на примере из сегодняшней газеты.</p>
     <cite>
      <subtitle>Небрежность</subtitle>
      <p>«Вчера д-р Уинн Весткотт производил судебное следствие в Шордиче по делу скончавшейся в среду Элизабет Круз, семидесяти семи лет, проживавшей на Ист-стрит, дом 32, Холборн. Элис Матисон сообщила, что она является владелицей дома, в котором квартировала покойная. Свидетельница в последний раз видела Круз за два дня до смерти, то есть в понедельник. Круз была совершенно одинока. Попечитель района Холборн м-р Фрэнсис Берч показал, что покойная в течение тридцати пяти лет проживала в одной и той же комнате. Вызванный к ней первого числа, свидетель нашел старуху в ужасном состоянии; после отправки ее в больницу пришлось подвергнуть дезинфекции карету скорой помощи и кучера. Д-р Чейс Феннелл сообщил суду, что смерть была вызвана заражением крови от пролежней, вследствие небрежного отношения больной к себе и грязи в комнате, и суд вынес соответствующее заключение».</p>
     </cite>
     <p>В этом маленьком происшествии больше всего поражает то самодовольное равнодушие, с которым официальные лица отнеслись к смерти женщины и вынесли свое заключение. Сказать, что старуха семидесяти семи лет умерла от <emphasis>небрежного отношения к себе</emphasis>, — это, право же, значит проявить наивность. Старуха сама виновата в том, что умерла. И вот, найдя виновного, общество со спокойной совестью возвращается к своим делам.</p>
     <p>По поводу так называемых низов общества м-р Пигу сделал следующее заявление:</p>
     <cite>
      <p>«Физическое слабосилие, или недостаточное умственное развитие, или отсутствие силы воли, а иногда и все три фактора, вместе взятые, делают одних неспособными, других нерадивыми рабочими, вследствие чего они не могут прокормить себя… многие из них находятся на таком низком уровне развития, что не умеют отличить правую руку от левой или прочесть на двери номер своего дома; хилые телом, они не обладают выносливостью; у них нет нормальных чувств и привязанностей, и мало кто из них знает, что такое семейная жизнь».</p>
     </cite>
     <p>Четыреста пятьдесят тысяч человек — это уйма народу Молодой кочегар был лишь одним из них, и ему понадобилось некоторое время, чтобы поведать мне свою нехитрую повесть. Я бы не хотел услышать всех этих людей разом. Но интересно знать, слышит ли их бог?</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава V</p>
      <p>Те, кто на краю</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Поверьте, я не видел ничего более ужасного, более унизительного, более безнадежного, чем эта тоскливая, несчастная жизнь, которую я оставил там, в Восточном Лондоне.</p>
      <text-author>Хаксли<a l:href="#n_936" type="note">[936]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Само собою разумеется, что мое первое впечатление о Восточном Лондоне было поверхностным. Позднее передо мной стали вырисовываться детали, и среди хаоса бедствий я обнаружил отдельные уголки, где царило относительное благополучие, — иногда это были целые ряды домов в тихих незаметных переулках. Они заселены ремесленниками, и там живут по-семейному, хотя это и весьма примитивная жизнь. По вечерам мужчины сидят на улице возле дома — трубка в зубах, на коленях ребенок; а жены их, собравшись кучками, сплетничают. Слышатся смех и шутки. Эти люди явно довольны своим существованием, ибо по сравнению с окружающей нищетой им живется хорошо.</p>
     <p>И все же в лучшем случае — это тупое, животное счастье, довольство сытого брюха. Материальная сторона жизни играет тут главенствующую роль. Это люди скучные, ограниченные, недалекие. Бездна создает отупляющую атмосферу апатии, которая засасывает людей и гасит в них все живое. Вопросы религии не трогают их; тайны бытия не вызывают ни страха, ни восторга. Им даже невдомек, что есть какие-то тайны бытия. Набить брюхо, пососать вечером трубку да выпить кружку дешевого пива — вот все, что они стараются взять от жизни или о чем мечтают.</p>
     <p>И уж пусть бы это было все; но это не все. Самодовольное отупение этих людей представляет собой убийственную инерцию, за которой следует полный распад. Прогресса нет; а раз они не идут вперед — значит, катятся назад, в Бездну. Для них самих это, быть может, только начало падения, но его завершат их дети и внуки. Жизнь всегда дает человеку меньше, чем он от нее требует, — а тут люди требуют такую малость, что, получая меньше малого, они уже обречены на гибель.</p>
     <p>Городская жизнь вообще чужда природе человека, что же касается лондонской жизни, то для простого рабочего или работницы она предельно чужда и губительна. Тело и душу разрушают непрестанно действующие силы. Падает моральная и физическая выносливость. И хорошие крестьяне, попав из деревни в город, становятся плохими рабочими, а их потомство уже теряет всякую инициативу и энергию и не способно даже к такой физической работе, какую выполняли отцы, и тогда остается только один путь — в Бездну.</p>
     <image l:href="#i_108.jpg"/>
     <p>Даже самый воздух, которым дышат здесь днем и ночью, так расслабляет тело и мозг, что городской рабочий не способен конкурировать с тем, кто, полный жизни и сил, прибывает из деревни в Лондон, чтобы уничтожать и, в свою очередь, быть уничтоженным.</p>
     <p>Забудем на время о болезнетворных микробах, которыми насыщен воздух Восточного Лондона, рассмотрим один только фактор — дым. Сэр Вильям Тислтон-Дайер, куратор Ботанического сада, давно уже занимается изучением влияния дыма на растения. По его подсчетам, не меньше шести тонн твердого вещества, состоящего из сажи и смол, осаждается в неделю на каждой четверти квадратной мили территории Лондона и его окрестностей. — Иными словами, на одну квадратную милю — двадцать четыре тонны, или тысяча двести сорок восемь тонн в год. Не так давно с карниза под куполом собора св. Павла было снято отложение кристаллического сернокислого кальция, образовавшееся в результате взаимодействия серной кислоты воздуха с углекислым кальцием камня. А этой серной кислотой лондонские рабочие день и ночь непрерывно дышат.</p>
     <p>И вот неизбежно дети превращаются в худосочных, малосильных, недоразвитых взрослых. Это рахитичное, узкогрудое, вялое племя, неспособное устоять перед наступающими деревенскими ордами и терпящее поражение в жестокой борьбе с ними. Деревня поставляет Лондону железнодорожных рабочих, носильщиков, кучеров омнибусов, грузчиков — всех тех, от кого требуется физическая выносливость. В числе лондонских полисменов — двенадцать тысяч выходцев из деревни и только три тысячи родившихся в Лондоне.</p>
     <p>Итак, мы вынуждены сделать заключение, что Бездна — это поистине колоссальная человекоубойная машина, и когда я прохожу по тихим переулкам Восточной стороны и вижу у дверей домов плотно наевшихся ремесленников, я думаю о том, что их ждет больше горестей, чем тех четыреста пятьдесят тысяч несчастных, что погибают на самом дне преисподней. Те-то уже гибнут, для них все кончено; а этим предстоит еще пройти через многочисленные стадии медленного и мучительного процесса умирания в двух или даже в трех поколениях.</p>
     <p>А ведь все это хороший человеческий материал! В нем заложены все превосходные качества. В нормальных условиях он мог бы просуществовать много столетий и дать миру великих людей, героев, творцов, которые, в свою очередь, сделали бы жизнь на земле краше.</p>
     <p>Я беседовал с одной женщиной, судьба которой типична для людей этой среды, — ее уже выбросило из такого тихого переулка и понесло по роковой наклонной вниз. Ее муж — механик, член профсоюза. Он не может получить постоянной службы, значит, надо полагать, работник он неважный: не хватает энергии или предприимчивости, чтобы добиться приличного места и удержать его за собой.</p>
     <p>У них две дочери. Вчетвером они занимают две конурки, из вежливости называемые комнатами, и платят за них семь шиллингов в неделю. Плиты нет, для приготовления пищи имеется только одна газовая конфорка, вделанная в камин. Они недостаточно состоятельные люди, чтобы им отпускали неограниченное количество газа в кредит, — для их блага в доме установлен хитроумный счетчик. Вы бросаете в отверстие одно пенни — и получаете ровно на пенни газу. Как только вы выжгли, что вам причиталось, подача автоматически прекращается.</p>
     <p>— Не успеешь оглянуться, как уже сгорело на пенни, а свариться еще ничего не сварилось, — пожаловалась мне эта женщина.</p>
     <p>Уже много лет ее семья влачит полуголодное существование. Каждый день они встают из-за стола с желанием поесть еще. А когда человек катится по наклонной плоскости в Бездну, хроническое недоедание понижает его жизнеспособность и значительно ускоряет этот процесс.</p>
     <p>А ведь женщина, о которой идет речь, — труженица. Она рассказала мне, что с половины пятого утра до поздней ночи шьет шерстяные юбки с двумя воланами, и за дюжину ей платят семь шиллингов. Нет, вы только подумайте: за дюжину шерстяных юбок, отделанных двумя воланами, семь шиллингов! То есть доллар семьдесят пять центов, меньше пятнадцати центов за каждую юбку!</p>
     <p>Для того чтобы получать работу, муж должен быть членом профсоюза и платить взносы — один шиллинг шесть пенсов еженедельно. А вспыхни где-нибудь забастовка, ему, если он в это время работает, приходится вносить в фонд взаимопомощи: союза целых семнадцать шиллингов.</p>
     <p>Старшая дочь работала ученицей у портнихи за шиллинг шесть пенсов в неделю (на наши деньги — тридцать семь с половиной центов, или чуть побольше пяти центов в день). Однако, когда наступило сезонное затишье, ее уволили, хотя нанимали ее за эту мизерную плату, с обещанием обучить ремеслу и повысить в должности. После этого она три года работала за пять шиллингов в неделю в магазине, где продают велосипеды, ходила пешком по две мили на работу и домой и подвергалась штрафу, если опаздывала.</p>
     <p>Что касается родителей, то их песенка спета. Они потеряли опору и катятся в Бездну. А что же станет с дочерьми? Живя в скотских условиях, ослабленные хроническим недоеданием, истощенные умственно, морально и физически, могут ли они надеяться избегнуть Бездны, куда их втягивает с самого рождения?!</p>
     <p>Я пишу эти строки, а за окном, на соседнем дворе, уже целый час идет неистовая драка, форменная свалка, доступная для всеобщего обозрения. Вначале, услыхав какой-то визг, я подумал, что сцепились собаки, и не сразу уразумел, что эти дикие звуки издают человеческие существа, мало того — женщины.</p>
     <p>Драка пьяных женщин! Об этом даже подумать противно. А каково все это слушать! Происходит примерно следующее. Что-то нечленораздельное орут во всю глотку несколько женщин зараз, потом умолкают, и становится слышно, как плачет ребенок и какая-то девочка кого-то о чем-то умоляет. Затем вдруг истошный голос женщины:</p>
     <p>— Ударь! Только сунься!</p>
     <p>И — бах, бах! — вызов принят, драка возобновляется.</p>
     <p>Окна домов, выходящие во двор, облепили восторженные зрители; я слышу удары и такую отборную ругань, что кровь стынет в жилах.</p>
     <p>На минуту все затихает. Затем:</p>
     <p>— Оставь ребенка в покое!</p>
     <p>Ребенок — должно быть, совсем еще малыш — от страха вопит благим матом.</p>
     <p>— Ну, держись! — выкрикивает раз двадцать подряд тот же пронзительный голос. — Получишь вот этим камнем по голове! — И, по всей вероятности, кто-то получает камнем по голове, потому что вдруг раздается оглушительный визг.</p>
     <p>Опять все затихает: видимо, одна из воюющих сторон временно выведена из строя и ей оказывают первую помощь; снова слышен плач ребенка, но голос его постепенно слабеет: ребенок запуган и изнемог от плача.</p>
     <p>Потом крики вновь начинают нарастать:</p>
     <p>— Ах, так?</p>
     <p>— Так!</p>
     <p>— Так??</p>
     <p>— Так!!</p>
     <p>— Так???</p>
     <p>— Так!!!</p>
     <p>Обе уже достаточно подтвердили свою непримиримость, и схватка опять обостряется. Одна из сторон, должно быть, получает значительный перевес и пользуется им вовсю, если судить по крикам другой стороны: «Караул! Убивают!» Внезапно крики начинают прерываться, глохнуть: очевидно, женщину душат.</p>
     <p>Тут вступают новые голоса — идет развернутая атака по всему фронту; руки оторваны от горла жертвы, и возобновляются крики: «Караул! Убивают!» — теперь уже октавой выше. Общая потасовка. Орут все.</p>
     <p>Передышка. Тишину прорезает новый голос — девочки или молоденькой девушки:</p>
     <p>— Я тебе отплачу за маму!</p>
     <p>Затем раз пять подряд повторяется такой диалог:</p>
     <p>— Буду делать, что захочу… (нецензурное слово).</p>
     <p>— А ну, попробуй… (нецензурное слово).</p>
     <p>Драка разгорается с новой силой; в ней участвуют и матери, и дети, и все, кому не лень. В этот момент я слышу, как моя квартирная хозяйка с заднего крыльца зовет домой свою маленькую дочурку, и я предаюсь размышлениям о том, какое влияние окажет все, что она услышала во дворе, на ее юную душу.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VI</p>
      <p>Переулок Фраинг-Пэн, или я заглядываю в ад</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Мир — это хлев, а мы в нем — скот,</p>
      <p>Что чувствует голод, ест и мрет.</p>
      <p>«От свинства ничто, увы, не спасет»—</p>
      <p>Так скажет иной и мимо пройдет.</p>
      <text-author>Сидней Ланьер</text-author>
     </epigraph>
     <p>Мы шагали втроем по Майлэнд-роуд, и один из моих спутников был личностью героической. Худенький девятнадцатилетний юноша, настолько тщедушный, что казалось, малейшее дуновение ветерка может свалить его, подобно Фра Филиппо Липпи,<a l:href="#n_937" type="note">[937]</a> с ног. Он был пламенный социалист, полный юношеского энтузиазма и готовности принять муки за человечество. С немалой опасностью для себя он активно выступал в роли оратора и председателя на многочисленных митингах в защиту буров.<a l:href="#n_938" type="note">[938]</a> Митинги в ту пору происходили в разных помещениях и под открытым небом, нарушая безмятежный покой «доброй старой Англии». Шагая рядом со мной по улице, он поведал мне некоторые эпизоды из своей деятельности: как на него нападали в парках и вагонах трамвая; как он полез на трибуну, не имея никаких шансов на успех, ибо разъяренная толпа стаскивала с подмостков одного оратора за другим и жестоко их избивала; как, укрывшись в церкви, он с тремя товарищами отбивал осаду толпы под градом камней и осколков стекла, пока их не спасла полиция. Он описал мне жестокие стычки на лестничных площадках, на балконах и галереях — выбитые окна, разрушенные лестницы, развороченные лекционные залы; страшные увечья — размозженные черепа и перебитые кости. А потом, поглядев на меня, добавил с печальным вздохом:</p>
     <p>— До чего я завидую таким, как вы, — рослым, сильным мужчинам! Я такой заморыш. Ну какая от меня польза, когда дело доходит до драки!</p>
     <p>Я был на целую голову выше моих спутников и невольно вспомнил, какие у нас на Западе все рослые и как я там, в свою очередь, всегда с завистью смотрел на каждого высокого, плечистого человека. Потом, оглядев этого юношу с хрупким телом и с сердцем льва, я подумал, что такие, как он, в нужный час воздвигают баррикады и доказывают миру, что люди еще не разучились умирать, как герои.</p>
     <p>Тут в разговор вмешался второй мой спутник, человек лет двадцати восьми, рабочий потогонной мастерской.</p>
     <p>— А я вот здоровяк! — заявил он. — Не то, что другие парни у нас в мастерской. Меня все ставят в образец: таким и должен быть мужчина. Я вешу целых сто сорок фунтов!<a l:href="#n_939" type="note">[939]</a></p>
     <p>Мне было совестно признаться, что я вешу сто семьдесят, и я промолчал, разглядывая его. Какой он нескладный, низкорослый! Землистое лицо, скрюченное, потерявшее человеческое подобие тело, впалая грудь, согнутые от бесконечных часов изнурительной работы плечи, тяжело свисающая голова, словно ее не держит шея. Да, уж воистину здоровяк!</p>
     <p>— Какого вы роста?</p>
     <p>— Пять футов два дюйма, — гордо ответил он, — а ребята у нас в мастерской…</p>
     <p>— Вы показали бы мне вашу мастерскую, — попросил я.</p>
     <p>Сейчас в мастерской не работали, но мне все же хотелось зайти туда. Миновав Леман-стрит, мы взяли влево на Спайтелфилдз и нырнули в переулок Фраинг-пэн. На грязных тротуарах копошились дети, словно лягушата на дне пересохшего пруда. Мы подошли к дому. Дверь была настолько узка, что нам пришлось перешагнуть через женщину, которая, сидя с беззастенчиво обнаженной грудью и оскверняя своим видом святость материнства, кормила младенца. Далее, ощупью пробравшись сквозь узкий темный подъезд, битком набитый детворой, мы оказались на грязной-прегрязной лестнице и, минуя крошечные площадки, заваленные всякими отбросами, поднялись на третий этаж.</p>
     <p>В этой трущобе, называемой домом, семь комнат. В шести из них живет более двадцати человек обоего пола и различного возраста. Каждая комната имеет площадь шесть-семь квадратных метров. В ней стряпают, едят, спят и работают. Мы вошли в последнюю комнату— в мастерскую. Обычно здесь трудятся, не разгибая спины, пять человек. Почти все помещение занимает стол. На нем я увидел пять сапожных колодок, но не мог понять, где же тут можно работать, если всюду навалены кучи картона, кожи, обувных заготовок и прочего материала, требующегося для того, чтобы получился готовый башмак.</p>
     <p>В соседней каморке живет женщина с шестью детьми. В другой грязной дыре — вдова с единственным сыном, шестнадцати лет, который умирает от чахотки. Эта женщина торгует на улице леденцами, и лишь в редкие дни ей удается заработать на три кварты молока для сына. А мясо этот слабый, умирающий юноша получает не чаще чем раз в неделю, и то такого качества, что трудно даже понять, как люди могут есть подобные отбросы.</p>
     <p>— Кашляет он страшно! — сказал мой приятель-сапожник. — Ужас! Нам здесь все слышно. Просто ужас!</p>
     <p>А я подумал, что этот кашель и эти леденцы, которыми торгует мать туберкулезного больного, представляют собой еще одну зловещую опасность для детей, населяющих здешние трущобы.</p>
     <p>Итак, в этой вот конуре трудится мой приятель и четверо его товарищей, когда, конечно, у них есть работа. Зимой лампа горит почти целый день, и керосиновый чад насыщает и без того убийственно тяжелый воздух, и этим воздухом люди снова, снова и снова наполняют свои легкие.</p>
     <p>Когда бывает много работы, мой приятель зарабатывает до тридцати шиллингов в неделю. Подумайте! Тридцать шиллингов — семь долларов пятьдесят центов!</p>
     <p>— Но так заработать могут только лучшие мастера, — подчеркнул он, — а спину-то гнешь двенадцать, тринадцать, а когда и четырнадцать часов в день. Да, уж потогонный труд в полном смысле слова: пот некогда отереть! Взглянули бы на нас, у вас бы в глазах зарябило: гвозди так и летят изо рта, будто из машины. Вот, поглядите на меня.</p>
     <p>Я глянул ему в рот. Зубы были гнилые и черные, как уголь, — вся эмаль с них содрана гвоздями.</p>
     <p>— А ведь я их чищу, — сказал он, — не то были бы еще страшней.</p>
     <p>Он рассказал, что рабочие обязаны иметь собственные инструменты, покупать за свой счет приклад, гвозди, картон, платить за помещение и керосин. И мне стало ясно, что при таких условиях их тридцать шиллингов — это постоянно уменьшающаяся величина.</p>
     <p>— Сколько же продолжается такой сезон, когда вы зарабатываете по тридцать шиллингов?</p>
     <p>— Четыре месяца, — был ответ.</p>
     <p>Обычный недельный заработок в остальное время года — от полуфунта до фунта стерлингов, то есть от двух с половиной до пяти долларов. Сегодня, например, уже четвертый день недели пошел, а он заработал только четыре шиллинга, иными словами, один доллар. И тем не менее меня старались уверить, что из всех потогонных ремесел сапожное — самое выгодное.</p>
     <p>Я посмотрел в окно, надеясь увидеть дворики соседних владений. Но никаких двориков не оказалось, вернее, они были сплошь застроены одноэтажными лачугами, хлевами, в которых жили люди. Крыши лачуг были завалены мусором, местами чуть ли не на два фута, — его выбрасывали сверху из окон жители соседних домов. Чего только я там не увидел! Мясные и рыбные кости, овощные очистки, тряпки, рваные башмаки, глиняные черепки — в общем, все отбросы человеческого хлева.</p>
     <p>— Скоро нашей работе конец: в этом году поставят машины, а нас тогда в шею, — печально сказал сапожник, когда мы, спустившись вниз, снова перешагнули через женщину с голой грудью и пошли пробираться сквозь толпы уличной детворы.</p>
     <p>Отсюда мы прошли в муниципальные жилые дома, выстроенные Советом лондонского графства на месте старых трущоб, где некогда жил «Сын Джего» Артура Моррисона.<a l:href="#n_940" type="note">[940]</a> Хотя народу теперь сюда вселилось еще больше, условия жизни все же улучшились. Однако в новые дома попали наиболее обеспеченные рабочие и ремесленники. Выселенные же обитатели трущоб либо еще плотнее набились в другие трущобы, либо создали где-нибудь новые трущобы.</p>
     <p>— А теперь, — сказал «здоровяк»-сапожник, который работает быстро, как машина, — я покажу вам легкие Лондона. Это Спайтелфилдзский сад. — На слове «сад» он сделал язвительное ударение.</p>
     <p>Тень от храма Христа падает на Спайтелфилдзский сад, и в тени христова храма в три часа дня глазам моим предстало такое зрелище, какого я никогда не хотел бы увидеть вновь. Там не растет ни единого цветка, в этом саду, в этом крошечном садике, который меньше моего американского розария, — там есть только трава; и, как все сады и парки в Лондоне, он обнесен острозубой железной оградой, чтобы бездомный люд не мог проникнуть туда ночью и соснуть на траве.</p>
     <p>У входа в сад нас обогнала старуха лет шестидесяти. Она шла размеренным шагом, слегка пошатываясь под тяжестью двух перекинутых через плечо мешков, свисавших ей на грудь и на спину. Бездомная, несчастная женщина, сохранившая, впрочем, настолько человеческое достоинство, чтобы бояться как огня работных домов. Как улитка, тащила она на себе свой домик. В этих двух мешках умещалось все ее хозяйство: белье, одежда, разные дорогие женскому сердцу мелочи.</p>
     <p>Мы двинулись по узкой дорожке, посыпанной гравием. По обеим сторонам на скамьях сидели люди, уродливый и жалкий вид которых вызвал бы у Доре<a l:href="#n_941" type="note">[941]</a> такой мрачный полет фантазии, какого он не знал за всю свою жизнь. Скопище тряпья и грязи, отвратительные кожные болезни, раны, кровоподтеки, хамство, уродство и непристойность. Дул холодный, пронизывающий ветер, иные спали, закутавшись в свои лохмотья, другие пытались заснуть. Я насчитал там более десятка женщин — в возрасте от двадцати до семидесяти лет — и видел даже младенца, который спал на голой скамье, без одеяла и подушки, и никого с ним рядом не было. Подальше шестеро мужчин спали сидя, прислонившись друг к другу. На соседней скамье разместилось семейство: жена дремала, держа на руках спящего ребенка, а муж (или самец, если угодно) неумело чинил порванный башмак. Дальше женщина подравнивала ножом истрепанный подол юбки, а другая, вооружившись иглой, зашивала какие-то лохмотья. Рядом мужчина держал в объятиях спящую женщину. Еще один, весь в грязи — видимо, он побывал в канаве, — спал, уткнув голову в колени женщины лет двадцати пяти. Она тоже спала.</p>
     <p>Я был поражен этой картиной. Почему почти все тут спят или пытаются заснуть? Впоследствии я выяснил это. <emphasis>Законы сильных мира сего запрещают бездомным спать по ночам.</emphasis> На панели у входа в храм Христа, где величественные ряды колонн гордо возносятся к небу, лежало вповалку много людей. Одни спали, другие дремали, но все были охвачены такой апатией, что никто даже не поднял головы, когда мы проходили.</p>
     <p>— Легкие Лондона! — сказал я. — Какие же это легкие? Это нарыв, гнойник!</p>
     <p>— Зачем вы привели меня сюда? — воскликнул пылкий юноша-социалист. Боль — физическая и душевная— исказила его побледневшее лицо.</p>
     <p>— Вот эти женщины там, — сказал наш провожатый, — готовы продать себя за три, даже за два пенса, а то и за ломоть черствого хлеба.</p>
     <p>Он произнес это с каким-то добродушным пренебрежением.</p>
     <p>Не знаю, что еще прибавил бы он к своим словам, но тут юноша, бледный как полотно, взмолился:</p>
     <p>— Ради бога, уйдемте отсюда!</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VII</p>
      <p>Кавалер ордена Виктории</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>В городе люди стонут, и душа убиваемых вопиет.</p>
      <text-author>Иов</text-author>
     </epigraph>
     <p>Я узнал, что попасть в «палату разового ночлега» в работном доме весьма нелегко. Я уже дважды неудачно пытался проникнуть туда и намерен вскоре попробовать снова. В первый раз я отправился в семь часов вечера с четырьмя шиллингами в кармане, совершив, таким образом, сразу две ошибки. Во-первых, туда пускают только самых обездоленных, для выяснения чего каждый подвергается тщательному обыску: докажи, мол, что ты действительно гол как сокол; обладатель даже четырех пенсов — не говоря уж о четырех шиллингах! — решительно отвергается. Второй моей ошибкой было то, что я пришел слишком поздно. В семь часов вечера нищий уже не может рассчитывать на получение нищенской постели.</p>
     <p>Для пользы людей, изнеженных воспитанием и далеких от правды жизни, я готов объяснить значение термина «палата разового ночлега». Это учреждение, попав в которое, в случае удачи, бездомный человек, не имеющий ни кола ни двора, может дать <emphasis>временный</emphasis> отдых своим усталым костям. За это он обязан проработать там, как вол, весь следующий день.</p>
     <p>Вторая моя попытка проникнуть в «палату разового ночлега» началась при более благоприятных обстоятельствах. Я вышел из дому в середине дня в сопровождении того же молодого социалиста и еще одного приятеля, имея при себе всего лишь три пенса. Друзья проводили меня до Уайтчепелского работного дома, и я стал из-за угла наблюдать за происходящим. Было только начало шестого, но перед зданием уже выстроилась длинная, наводящая уныние очередь, которая заворачивала за угол и терялась где-то вдали.</p>
     <p>Тяжелое это зрелище — мужчины и женщины, ожидающие в холодных сумерках нищенского ночлега. И, сказать по правде, оно поколебало мою решимость. Как ребенок у дверей зубного врача, я внезапно нашел множество причин, чтобы быть сейчас не здесь, а в другом месте. Очевидно, душевная борьба как-то отразилась у меня на лице, ибо один из моих спутников сказал: «Не робейте, справитесь!»</p>
     <p>«Конечно, справлюсь», — подумал я. Но мне уже становилось ясно, что и три пенса — огромный капитал в глазах собравшихся здесь людей, и, чтобы не вызвать у них неприязни, я вытряс свои медяки из карманов. Сердце мое громко стучало, когда я, простившись с друзьями, прошел, втянув голову в плечи, вдоль всей очереди и занял место в самом конце. Да, невесело выглядели эти бедняки, кое-как цеплявшиеся за жизнь на крутом спуске к смерти. Я даже не представлял себе, сколь скорбным может быть такое зрелище.</p>
     <p>Рядом со мной стоял невысокий коренастый человек, крепкий на вид, несмотря на преклонный возраст. Его резко очерченное лицо с грубой, словно дубленой кожей, испытавшей и зной и непогоду, и выцветшие глаза явно выдавали в нем моряка, и мне сразу же вспомнились строки из «Раба на галере» Киплинга:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Бич хлестал мне спину часто — и рубцы теперь болят;</v>
       <v>Солнце, в море отражаясь, притупило зоркий взгляд,</v>
       <v>На плече клеймо мне выжгли, цепь натерла ноги мне —</v>
       <v>Труд мой был сполна оплачен…</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Насколько правильным оказалось мое предположение и как удивительно подходили к этому случаю киплинговские строки, вы сейчас узнаете.</p>
     <p>— Не могу больше выносить этого, — жаловался старик своему соседу по другую руку. — Выберу окно побольше и трахну камнем — пускай посадят недели на две. Тогда уж, будьте уверены, получу и место для спанья и жратву получше, чем в ночлежке. Вот только без курева плоховато, — добавил он с грустной покорностью.</p>
     <p>— Последние две ночи провел на улице, — снова заговорил он, — позавчера вымок до костей. Сил нет больше терпеть. Да, одряхлел я; когда-нибудь утром найдут меня на мостовой мертвым.</p>
     <p>Вдруг он с жаром обрушился на меня:</p>
     <p>— Смотри, малый, не вздумай дожить до старости! Умирать надо, пока молод, не то докатишься до такого же конца. Верно тебе говорю. Мне вот восемьдесят семь лет, и я честно послужил моей стране: имел три нашивки за отличную службу и орден Виктории. А что толку? Хоть бы уж помереть скорей! Чем скорей, тем лучше.</p>
     <p>Глаза его заволокло влагой, но не успел сосед пробормотать что-то ободряющее, как старик уже мурлыкал развеселую матросскую песенку, словно нет и не бывало на свете никаких печалей.</p>
     <p>Вот что, видя мой интерес, рассказал мне этот человек, который провел две последние ночи на улице и сейчас стоял в очереди в ночлежку.</p>
     <p>Еще совсем мальчишкой он поступил на службу в британский флот и прослужил там верой и правдой более сорока лет. Фамилии командиров, названия портов и кораблей, даты стычек и боев так и сыпались из его уст, но запомнить все это я был не в состоянии, а делать записи у входа в ночлежку едва ли удобно. Старик участвовал в «первой войне в Китае», как он ее называл; потом завербовался на службу в Ост-индскую компанию и пробыл десять лет в Индии; позднее снова попал в Индию с британским флотом, во время восстания сипаев; участвовал в бирманской и крымской войнах да сверх того воевал и трудился во славу английского флага в разных других частях земного шара.</p>
     <p>И вдруг стряслась беда. Пустячное дело — если разобраться в причинах: то ли лейтенант страдал несварением желудка, то ли слишком поздно кутил накануне ночью, то ли его донимали кредиторы, то ли он получил нагоняй от командира, — но, как бы там ни было, лейтенант в тот день вышел на дежурство в раздраженном состоянии. Мой новый знакомый вместе с другими матросами в это время обтягивал фока-ванты.</p>
     <p>Напоминаю вам, что этот человек служил во флоте более сорока лет, удостоился трех нашивок за отличную службу и ордена Виктории за боевую отвагу, — значит, надо думать, считался неплохим матросом. Но лейтенант был в дурном расположении духа и ругнулся… ну, не особенно красивым словом, — в общем, проехался по адресу его матери. Когда я был ребенком, каждый мальчишка считал себя обязанным драться, как черт, если кто-нибудь таким словом оскорблял его мать, и в тех местах, откуда я родом, немало людей поплатились жизнью за то, что осмелились бросить кому-то подобное оскорбление.</p>
     <p>Однако лейтенант оскорбил матраса именно так. У матроса оказался в руках железный лом, он стукнул им лейтенанта по голове, и тот полетел за борт.</p>
     <p>А потом… передаю точно словами старика:</p>
     <p>— Я увидел, что натворил. Устав я знал и сказал себе: «Крышка тебе, Джек, дружище, — так не лучше ли уж…», и прыгнул в воду следом за ним. Решил: утоплю его и сам утону. Так бы я и сделал, да тут подоспела шлюпка с флагманского судна. Ну, вытащили нас, а я как вцепился в него, так все и колочу. Это и решило мою судьбу. Если бы я не бил его, так мог бы еще оправдаться: понял, мол, свою вину и прыгнул в воду спасти лейтенанта.</p>
     <p>Его судили военно-полевым судом, или как там это называется у них во флоте. Старик повторил мне наизусть текст приговора, слово в слово, — видимо, хорошо запомнил его и не раз твердил в горькие минуты. Для поддержания дисциплины и почтения к офицерам, не всегда проявляющим себя джентльменами, человека, виновного только в том, что он вел себя, как мужчина, приговорили: разжаловать в рядовые матросы, лишить всех причитающихся премиальных и права на пенсию, отобрать орден Виктории, уволить из флота с хорошей аттестацией (ибо это был его первый проступок), наказать пятьюдесятью плетьми и посадить на два года в тюрьму.</p>
     <p>— Лучше бы мне утонуть в тот день! Вот как перед богом — жалею, что не утонул! — заключил он свой рассказ.</p>
     <p>Очередь тем временем стала подвигаться, и мы обогнули угол.</p>
     <p>Наконец, показалась впереди входная дверь, — через нее впускают группами по нескольку человек. И тут я узнал нечто неожиданное: <emphasis>сегодня среда, а тех, кто сейчас сюда войдет, не выпустят до пятницы.</emphasis> И еще— курильщики, внимание! — <emphasis>табак вносить запрещается</emphasis>. Если у кого есть при себе табак, нужно его сдать. Мне сказали, что при выходе табак иногда отдают обратно, а иногда уничтожают.</p>
     <p>Старый матрос показал мне, как нужно действовать. Развязав свой кисет, он высыпал его содержимое — жалкую горстку табаку — на бумажку, а бумажку туго свернул и сунул поглубже в носок. Я последовал его примеру, ибо прожить сорок часов без курева трудновато, — какой курильщик этого не знает?</p>
     <p>Очередь понемножку двигалась, и мы медленно, но верно приближались к двери. Когда мы ступили на решетку над подвальным этажом, там мелькнула чья-то голова, и старик матрос крикнул, наклонившись к решетке:</p>
     <p>— Сколько еще мест?</p>
     <p>— Двадцать четыре, — услышали мы ответ.</p>
     <p>Мы стали с тревогой пересчитывать стоящих впереди. Их оказалось тридцать четыре человека. Я увидел горестное разочарование и испуг на лицах тех, кто был возле меня. Не очень-то приятно провести ночь на улице на голодный желудок и без гроша в кармане. Но мы все еще надеялись, — хоть надеяться было явно не на что, — пока впереди не осталось десять человек и служитель не погнал нас прочь.</p>
     <p>— Всё, — сказал он и захлопнул дверь.</p>
     <p>С быстротой молнии, несмотря на свои восемьдесят семь лет, старый матрос бросился бежать, рассчитывая все же найти где-нибудь приют на ночь. Я остался с двумя другими бездомными, имевшими опыт в подыскании разового ночлега. Они решили попытать счастья в работном доме Поплер, за три мили отсюда, и мы направились в ту сторону.</p>
     <p>Когда мы свернули за угол, один из моих спутников сказал:</p>
     <p>— Я-то должен был попасть сегодня: я пришел к часу дня, очередь еще только устанавливалась. Но здесь есть свои любимчики, вот в чем дело. Только они одни и попадают, — каждую ночь те же самые.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава VIII</p>
      <p>Возчик и плотник</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Не боязнь смерти, даже не боязнь голодной смерти делает человека несчастным. Мало ли людей умирало. Всем нам суждено умереть! Несчастным делает человека то, что он вынужден, сам не зная почему, вести нищенскую жизнь и трудиться в поте лица, не получая за это никаких благ; и то, что он устал, измучен, одинок, оторван от других людей и окружен всеобщим laissez-faire.<a l:href="#n_942" type="note">[942]</a></p>
      <text-author>Карлейль<a l:href="#n_943" type="note">[943]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Этого возчика, с его резко очерченным профилем и клинообразной бородкой на безусом лице, я мог бы принять в Соединенных Штатах за кого угодно — от квалифицированного рабочего до зажиточного фермера. Что же касается плотника, то его я так и принял бы за плотника. Сама его внешность говорила о его профессии: тощая, жилистая фигура, острый, проницательный взгляд, руки, скрюченные от пользования плотничьим инструментом в течение ни много, ни мало сорока семи лет. Несчастье этих людей заключалось в том, что они состарились, а дети, которые могли бы служить им опорой под старость, умерли. Годы дали себя знать, и старики оказались выброшенными за борт, — соперники помоложе и посильнее захватили их места.</p>
     <p>Этим старикам, как и мне, было отказано в ночлеге в работном доме Уайтчепел, и мы теперь шагали вместе по направлению к работному дому Поплер.</p>
     <p>— Паршивое место, — говорили они, — да ничего другого не остается.</p>
     <p>Либо Поплер, либо еще одна ночь на улице. Оба мечтали о койке, — по их словам, они уже валились с ног. Возчик, которому было пятьдесят восемь лет, провел три последние ночи на улице, а шестидесятипятилетний плотник уже пятые сутки не ночевал под крышей.</p>
     <p>О вы, благородные господа, изнеженные, упитанные и полнокровные! Вы, кого ждут по вечерам просторные спальни с белоснежными постелями. Как заставить вас понять, что это значит — провести ночь на улицах Лондона? Воображаю, как бы вы страдали! Вам бы, поверьте, показалось, что протекли столетия, прежде чем на востоке забрезжил рассвет! Мучительная дрожь пробирает вас до костей, вам хочется выть от ноющей боли во всем теле, и вы сами диву даетесь, откуда берутся еще силы терпеть все это. Вот вы присели на скамейку, смежив усталые веки, но тут же, не сомневайтесь, вас разбудит грубый окрик полисмена: «Катись отсюда!» Присесть отдохнуть на скамейку вам еще можно (кстати, скамеек мало и расставлены они редко), но не воображайте, что отдохнуть— это значит поспать. Только попробуйте задремать— вас тотчас прогонят, и снова придется вам тащить усталые ноги по бесконечным улицам. И если вы в отчаянии пуститесь на хитрость и приляжете где-нибудь в глухом закоулке или в темной подворотне, вас и там достанет око вездесущего полисмена. Гнать вас — его обязанность. Гнать вас отовсюду — закон властей предержащих.</p>
     <p>Но с рассветом кошмар окончится. Вернувшись домой, вы отдохнете и до конца дней своих будете рассказывать завороженным слушателям об этом удивительном приключении. Со временем это выльется в обширное повествование. Описание короткой восьмичасовой ночи превратится в Одиссею, а сами вы — в Гомера.</p>
     <p>Но не так обстояло дело с бездомными, которые спешили со мной в работный дом Поплер. А таких, как они, — мужчин и женщин — наберется сегодня в Лондоне тысяч тридцать пять. Пожалуйста, не думайте об этом, когда будете ложиться спать: если вы, как полагается, наделены чувствительной душой, это может нарушить ваш привычный покой. Но каково старикам шестидесяти, семидесяти и даже восьмидесяти лет, истощенным, малокровным, встречать рассвет, не отдохнув, и затем бродить весь день с одною мыслью о корке хлеба, зная, что впереди новая страшная ночь, — и так пять суток подряд! О вы, благородные господа, изнеженные, упитанные и полнокровные! Разве вы в состоянии понять это?!</p>
     <p>Я шел между возчиком и плотником по Майлэнд-роуд, широкой магистрали, пересекающей самый центр Восточного Лондона, где всегда толпы людей. Подчеркиваю это, чтобы вы лучше поняли значение того, что я собираюсь рассказать. Итак, мы шагали втроем по Майл-энд-роуд, и моих спутников душил гнев; они громко бранили свою родину, а я вторил им, выдавая себя за бродягу американца, застрявшего случайно в этой чужой, ужасной стране. Мои старания увенчались успехом: они поверили, что я матрос, прокутился дочиста, прожил вещи (явление отнюдь не редкое среди матросов, сошедших на берег), сел, что называется, на мель и ищу работу на пароходе. Вот чем объяснялось мое незнание английских обычаев вообще и «разовых ночлегов» в частности, а также проявляемое мною к этому любопытство.</p>
     <p>Возчик едва поспевал за нами, — он признался мне, что сегодня у него еще не было во рту ни крошки. Плотник же, тощий и голодный, в своем сером рваном пальто, полы которого скорбно развевались на ветру, шел ровным крупным шагом и чем-то сильно напоминал волка или койота, рыскающего по прериям. Разговаривая, оба они глядели себе под ноги, и время от времени то один, то другой нагибался, не замедляя, однако, шага, и поднимал что-нибудь с земли. Я решил, что они собирают сигарные и папиросные окурки, и сначала не обратил на это особого внимания. Но потом я присмотрелся и был потрясен:</p>
     <p><emphasis>С заплеванного, грязного тротуара они подбирали апельсинные корки, яблочные очистки, объеденные виноградные веточки и с жадностью отправляли в рот; сливовые косточки они разгрызали и съедали ядрышки. Они поднимали хлебные крошки величиной с горошину и яблочные сердцевины, настолько черные и грязные, что трудно было определить, что это такое. Эти отбросы они клали в рот, жевали и глотали. И все это происходило между шестью и семью часами вечера 20 августа, в году 1902-м от рождества христова, в сердце самой великой, самой богатой, самой могущественной империи, какая когда-либо существовала на свете.</emphasis></p>
     <p>Возчик и плотник вели между собой разговор. Эти люди были отнюдь не дураки, только, к сожалению, стары. И ничего нет удивительного, если после всей съеденной дряни, с которой их воротило, они говорили о кровавой революции. Они говорили как анархисты, как фанатики, как сумасшедшие. Кто их за это осудит? Я сам хоть и успел уже за этот день три раза плотно поесть и знал, что меня ждет теплая постель, хоть я и имел свою социальную философию и верил в эволюцию, в постепенное изменение и переход от одного состояния к другому, — повторяю: я сам, несмотря на все это, чувствовал потребность молоть такой же вздор или же молчать, прикусив язык. Жалкие глупцы! Не таким, как они, делать революции! Но когда они умрут и превратятся в прах, — что наступит весьма скоро, — другие глупцы будут говорить о кровавой революции, подбирая отбросы с заплеванных тротуаров Майлэнд-роуд по пути к работному дому Поплер.</p>
     <p>Видя, что я иностранец и человек молодой, возчик и плотник старались объяснить общее положение вещей и вразумить меня. Впрочем, их вразумления были кратки и сводились к одному: поскорее выбраться из этой страны.</p>
     <p>— Господи, пусть только колесо фортуны повернется, дам тягача, и след мой простынет! — заверил я их.</p>
     <p>Они не столько поняли, сколько почувствовали силу моих метафор и одобрительно закивали.</p>
     <p>— Делают человека преступником против его воли, — сказал плотник. — Вот я, например, состарился; молодежь заняла мое место. Одежонка на мне ветшает, поэтому получить работу с каждым днем все труднее. Сплю в ночлежке, и то если повезет. Должен прийти туда в два, самое позднее в три часа, — иначе не попасть. Видал, что сегодня творилось? Когда ж мне искать работу? Положим, я устроюсь сегодня на ночлег. Меня продержат там завтра весь день, выпустят в пятницу утром. А дальше что? По правилам, меня на следующую ночь уже не впустят ни в одну ночлежку, ближе чем за десять миль от той, где я ночевал. Выходит, я. должен сразу же бежать за десять миль, чтобы поспеть вовремя. Так когда же, спрашивается, искать работу? Хорошо, скажем, я не пошел в очередь за койкой, — бросился искать работу. Не успеешь оглянуться — уже ночь, а спать негде. А не спавши, голодный, куда я гожусь наутро? Какая тут работа? Значит, надо пойти поспать хотя бы в парке (при этих словах плотника я представил себе храм Христа в Спайтелфилдзе) и хоть что-нибудь поесть. Вот оно как! Старый я, песенка моя спета, и нет у меня больше надежды снова стать на ноги.</p>
     <p>— Прежде тут стоял шлагбаум, — заметил возчик. — С меня не раз драли здесь за проезд, когда я был ломовым.</p>
     <p>Последовала долгая пауза.</p>
     <p>— За два дня я только и съел, что три полпенсовых хлебца, — произнес плотник. — Два вчера, а третий нынче, — добавил он, помолчав.</p>
     <p>— А у меня сегодня еще маковой росинки во рту не было, — отозвался возчик. — Сил уж нет дальше тащиться. Страсть как ноги болят!</p>
     <p>— Хлеб, который тебе дают «на колу», — такая черствятина, что нужно не меньше двух кружек воды, чтобы его разжевать, — сообщил плотник к моему сведению.</p>
     <p>Я спросил его, как понимать это «на колу», и он ответил:</p>
     <p>— А это значит — в ночлежке. Такое жаргонное выражение.</p>
     <p>Меня удивило, что в его лексикон входит слово «жаргонное». Однако из дальнейшего разговора я выяснил, что язык его довольно богат.</p>
     <p>Я спросил своих спутников, какие там порядки в работном доме Поплер, и они дружно постарались просветить меня на этот счет. Первым делом заставят принять холодную ванну, на ужин дадут шесть унций<a l:href="#n_944" type="note">[944]</a> хлеба и миску похлебки. Похлебка — это жидкая бурда, приготовленная так: три кварты овсянки на три с половиной ведра горячей воды.</p>
     <p>— С молоком и сахаром, небось, да еще дадут серебряную ложку, — пошутил я.</p>
     <p>— Как же! Соль — это еще, пожалуй, дадут! А я бывал в таких местах, где даже ложек нет. Поднимай миску да лей себе прямо в рот, вот как!</p>
     <p>— А вот в Хакни похлебка ничего, — сказал возчик.</p>
     <p>— Куда! Просто замечательная похлебка! — подхватил плотник, и оба выразительно переглянулись.</p>
     <p>— А в Восточном Сент-Джордже — мука и вода, — заметил возчик.</p>
     <p>Плотник кивнул головой. Он уже везде побывал.</p>
     <p>— Ну, а дальше что? — спросил я.</p>
     <p>А дальше, мне объяснили, сразу пошлют спать.</p>
     <p>— В половине шестого утра разбудят; встанешь, вымоешься под краном, иной раз даже с мылом. Потом завтрак — такой же, как ужин: миска похлебки и шесть унций хлеба.</p>
     <p>— Нет, шесть унций не всегда, — поправил возчик.</p>
     <p>— Верно, не всегда. И хлеб бывает до того кислый, что скулы сводит. Когда я только начинал скитаться по этим местам, так просто не мог есть ни хлеба этого, ни похлебки. Ну, а теперь куда там — съедаю не только свою порцию, но и чужую могу прихватить!</p>
     <p>— Да я бы и три порции съел, — сказал возчик. — За весь божий день маковой росинки во рту не было.</p>
     <p>— Ну, а потом что? — допытывался я.</p>
     <p>— Как что? Пошлют работать: на уборку или трепать пеньку, норма — четыре фунта в день, или бить камень — центнеров десять-одиннадцать. Меня не заставляют бить камень, мне больше шестидесяти лет. А тебя заставят: ты молодой и крепкий.</p>
     <p>— Чего я не люблю, — проворчал возчик, — так это когда запирают в камере и велят трепать пеньку. Точно в тюрьме.</p>
     <p>— А что, если переночевать, а потом отказаться трепать пеньку, бить камень— вообще работать? — поинтересовался я.</p>
     <p>— Второй раз уж не откажешься, — ответил плотник, — они тебя упекут в тюрьму. Не советую пробовать. Ну, а потом обед, — продолжал он прерванный рассказ. — восемь унций хлеба, полторы унции сыра и холодная вода на запивку. Потом идешь кончать работу, а вечером получишь еще ужин, такой же, как накануне, — порцию бурды и шесть унций хлеба. В шесть часов погонят спать. А наутро иди на все четыре стороны — если, конечно, вчера все отработал.</p>
     <p>Мы давно оставили позади Майлэнд-роуд и, поколесив по мрачному лабиринту узких извилистых уличек, подошли к работному дому Поплер. На камнях невысокой ограды мы разостлали наши носовые платки и завязали в них свои земные богатства — все, за исключением табака, который запрятали в башмаки. Грязно-серое небо еще больше почернело, подул холодный, злой ветер; сжимая в руках наши нищенские узелки, мы робко ступили на крыльцо работного дома.</p>
     <p>Мимо прошли три молоденькие работницы, и одна из них сочувственно посмотрела на меня. Я проводил ее глазами, а она оглянулась и снова бросила на меня жалостливый взгляд. Стариков она даже не заметила. Боже праведный! Она жалела меня — молодого, здорового, сильного, а не двух стариков, стоявших рядом со мной! Она была молодая женщина, я молодой парень, и чувство жалости ко мне имело, по-видимому, подоплеку эротического свойства. Жалость к старикам — чувство альтруистическое; кроме того, порог работного дома — привычное место для стариков, поэтому она пожалела не их, а меня, куда меньше заслуживавшего жалости, даже вовсе ее не заслуживавшего. Да, без почета сходят старики в могилу в городе Лондоне!</p>
     <p>По одну сторону двери болталась ручка звонка, по другую была электрическая кнопка.</p>
     <p>— Потяни за ручку, — сказал мне возчик.</p>
     <p>Я дернул решительно, как звоню всегда у всех дверей.</p>
     <p>— Ой! Ой! — в один голос закричали старики, перепуганные до крайности. — Не так сильно!</p>
     <p>Я опустил руку. В их глазах я прочел немой укор: ведь своим поведением я мог помешать им получить койку и миску похлебки. Но на звонок никто не шел — надо было, видимо, звонить в другой. — и я почувствовал некоторое облегчение.</p>
     <p>— Нажмите кнопку, — посоветовал я плотнику.</p>
     <p>— Нет, нет, подождем немножко, — вмешался возчик.</p>
     <p>Из всего этого я заключил, что привратник работного дома, получающий шесть — восемь фунтов в год, — весьма капризная и важная персона и требует исключительно деликатного обращения… со стороны бедняков.</p>
     <p>И вот мы ждали — раз в десять дольше, чем следовало бы. Наконец дрожащим указательным пальцем возчик робко, едва-едва тронул кнопку. Мне приходилось видеть людей, ожидающих решения, от которого зависела их жизнь, но даже лица тех выражали меньше тревоги, чем лица стариков, ожидавших привратника.</p>
     <p>Он появился и еле удостоил нас взглядом.</p>
     <p>— Мест нет, — сказал он и захлопнул дверь.</p>
     <p>— Еще одна ночь на улице! — простонал плотник.</p>
     <p>Я глянул на возчика. В густых сумерках его лицо казалось еще более изнуренным и серым.</p>
     <p>«Благотворительность без разбору — преступление», — говорят филантропы. Ладно, пусть я буду преступником.</p>
     <p>— Доставайте-ка свой нож и идите за мной, — приказал я возчику, увлекая его в темный тупик.</p>
     <p>Он уставился на меня со страхом и стал пятиться назад. Должно быть, он принял меня за современного Джека-Потрошителя, специализирующегося по части нищих стариков, или подумал, что я собираюсь втянуть его в какое-нибудь мокрое дело. Так или иначе — он был испуган.</p>
     <p>Хочу напомнить, что, отправившись на Восточную сторону, я зашил на всякий случай в пройме фуфайки, купленной у старьевщика, золотой соверен. Теперь впервые возникла необходимость тронуть мой «неприкосновенный запас».</p>
     <p>Только изогнувшись, словно акробат, и дав возчику пощупать монету, зашитую у меня под мышкой, сумел я добиться от него помощи. Но руки у него так дрожали, что я побоялся, как бы вместо шва он не вспорол мне бок. Пришлось взять у него нож и самому выполнить необходимую операцию. Но вот монета покатилась на тротуар. В глазах моих спутников это было целое состояние. Не теряя времени, я повел их в ближайшую кофейню.</p>
     <p>Разумеется, мне пришлось объяснить старикам, что я исследователь социальных проблем и цель моя — узнать поближе, как живут неимущие. И сразу же они смолкли, ушли в себя, словно улитки. Я стал для них чужаком, и речь моя по-иному зазвучала у них в ушах, в голосе моем они услышали новые нотки, — словом, они признали во мне человека «высшего сословия», а они остро ощущали классовые различия.</p>
     <p>— Что вы будете есть? — спросил я у стариков, когда к нашему столику подошел официант.</p>
     <p>— Два ломтика и чашку чаю, — робко сказал возчик.</p>
     <p>— Два ломтика и чашку чаю, — как эхо, повторил плотник.</p>
     <p>Представьте себе все это на минутку. Я пригласил двух стариков в кофейню. Они видели мой золотой и поняли, что я не нищий. Один из них за весь день съел только полпенсовый хлебец, другой совсем ничего не брал в рот. И они заказали по два ломтика да по чашке чаю — всего-навсего на четыре пенса! Два ломтика, кстати, — это два ломтика хлеба, намазанных маслом.</p>
     <p>В этом тоже сказалось их униженное сознание, как и по отношению к привратнику ночлежки. Но я, конечно, распорядился иначе: я велел подать яиц, жареного бекона и постепенно добавлял еще яиц и еще бекона, еще хлеба с маслом и так далее. Они не переставали отказываться, уверяя, что уже сыты, и жадно поглощали все, что приносил официант.</p>
     <p>— Первая чашка чаю за две недели, — признался возчик.</p>
     <p>— Замечательный чай! — сказал плотник.</p>
     <p>Каждый из них выпил по четыре чашки. И, поверьте, это был не чай, это были помои, столь же похожие на чай, как дешевое немецкое пиво похоже на шампанское. Да нет, просто желтенькая водичка, не имевшая ничего общего с чаем.</p>
     <p>Когда старики немного оправились от неожиданности, любопытно было наблюдать, какое действие оказывает на них пища. Вначале, настроившись на меланхолический лад, они стали рассказывать о том, как при различных обстоятельствах неоднократно покушались на самоубийство. Возчик признался, что с неделю назад он стоял на мосту и обдумывал, не броситься ли ему в воду.</p>
     <p>— Ну, топиться — это не дело! — горячо возразил плотник; он был убежден, что непременно стал бы барахтаться и пытаться выплыть. — Пуля куда удобнее. Но только каким чудом раздобыть револьвер? Вот в чем загвоздка!</p>
     <p>Согревшись горячим «чаем», они повеселели и кое-что рассказали о себе. Возчик рано схоронил жену и детей; в живых остался один сын, который вырос и стал помогать ему в извозном деле. Но грянула беда: тридцати одного года сын умер от оспы. Схоронив его, старик сам заболел горячкой и попал на три месяца в больницу. И тут все пошло прахом. Из больницы он вышел слабым, ни на что не годным. А сына, который мог бы крепкой рукой поддержать отца, уже не было на свете. Маленькое предприятие прогорело. Денег — ни гроша. Пришла беда — отворяй ворота. Где уж старику начинать все сызнова? Друзья — сами бедняки — помочь не могли. Старик сделал попытку получить работу на постройке трибун для первого коронационного парада.</p>
     <p>— «Нет, нет, нет!» Везде только «нет!» — жаловался возчик. — Я едва с ума не сошел, слыша повсюду отказ. Это «нет» стояло у меня в ушах даже ночью, спать не давало. На прошлой неделе пошел в Хакни по объявлению, но, как только сказал, сколько мне лет, опять то же самое: «Нет, куда там, — слишком стар! Нет, нет!»</p>
     <p>Плотник родился в семье военного. Отец его прослужил в армии двадцать два года. Два брата тоже были военными. Один, вахмистр 7-го гусарского полка, погиб в Индии, после восстания сипаев. Второй, прослужив девять лет в армии Робертса на Востоке, пропал без вести в Египте. Сам плотник не пожелал идти в солдаты, а то, верно, и его уже не было бы в живых.</p>
     <p>— Дайте-ка вашу руку, — сказал он, расстегивая свою рваную рубашку. — Смотрите, на мне можно анатомию изучать. Тощаю, сэр, изо дня в день, тощаю от голода. Пощупайте-ка мои ребра!</p>
     <p>Я сунул руку ему под рубаху и пощупал. Сухая, как пергамент, кожа обтягивала кости, и мне показалось, что я провел рукой по стиральной доске.</p>
     <p>— Было у меня в жизни семь счастливых лет, — продолжал плотник. — Имел хорошую хозяюшку и трех славных дочурок. И все умерли. Скарлатина скосила девочек в две недели.</p>
     <p>— Сэр, — вмешался возчик, показывая на наш стол, уставленный едой, и желая перевести разговор на иную, более веселую тему, — боюсь, что после такого пира мне уж не полезет в горло завтрак в работном доме.</p>
     <p>— И мне тоже, — подтвердил плотник. После этого они принялись обсуждать разные вкусные кушанья; каждый вспоминал, какие замечательные блюда готовила его жена в далеком прошлом.</p>
     <p>— Но пришлось мне как-то пропоститься три дня, — заметил возчик.</p>
     <p>— А мне — целых пять, — сказал плотник и сразу помрачнел от этого воспоминания. — Пять дней проходил вовсе с пустым желудком, если не считать апельсинных корок. Человеческая натура не может выдержать такого надругательства, сэр, и я чуть не умер. Бродишь ночью по улицам, и такое отчаяние вдруг нападет, — кажется, сделаешь что-нибудь страшное, была не была. Вы понимаете, сэр, о чем я говорю? На грабеж готов был пойти, вот… Но наступит утро, ослабеешь от холода и голода, и куда там — мышонка нет сил прихлопнуть.</p>
     <p>Когда пища основательно разогрела им внутренности, мои старики стали говорливей и даже хвастливей и принялись рассуждать о политике. Могу сказать, кстати, что о последней они толковали не хуже любого обывателя и даже умнее многих, с кем мне приходилось беседовать. Я был немало удивлен, услыхав, как они говорят обо всем на свете, разбираются и в географии, и в истории, и в текущих событиях. Впрочем, я уже заметил раньше: они не дураки. Их беда в том, что они стары и что их дети не потрудились дожить до этих дней и дать им теплое местечко у своего очага.</p>
     <p>Последний штрих. На углу улицы я попрощался с моими стариками, повеселевшими оттого, что у каждого в кармане бренчало теперь по два шиллинга — постель на ночь была обеспечена. Закурив, я хотел было бросить на землю горящую спичку, но возчик выхватил ее у меня. Тогда я предложил ему весь коробок, но он сказал:</p>
     <p>— Не беспокойтесь, сэр, к чему такой расход?</p>
     <p>И, закурив папиросу, которой я его угостил, он передал огонек плотнику, торопившемуся набить свою трубку, чтобы использовать ту же спичку.</p>
     <p>— Не дело зря добро растрачивать, — сказал плотник.</p>
     <p>— Ваша правда, — согласился я, вспомнив, как провел рукой по его телу, похожему на стиральную доску.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава IX</p>
      <p>«На колу»</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Древние спартанцы действовали более мудро: когда илотов становилось слишком много, они устраивали на них облаву и убивали их, поражая копьями. Насколько же легче было бы проводить такие облавы при нашей усовершенствованной технике, когда изобретено огнестрельное оружие и существуют регулярные армии! Пожалуй, даже в самой густо населенной стране можно было бы за три дня перестрелять всех работоспособных нищих, накопившихся там за год, если проводить эти мероприятия ежегодно.</p>
      <text-author>Карлейль</text-author>
     </epigraph>
     <p>Прежде всего да простит мне тело мое, что я таскал его по таким гнусным местам, и желудок мой — за то, что пихал в него такую дрянь. Я был «на колу», и спал, и ел «на колу», и, признаюсь откровенно, сбежал оттуда.</p>
     <p>После двух неудачных попыток проникнуть в «палату разового ночлега» Уайтчепела я отправился туда в третий раз, пораньше; не было еще трех часов, когда я занял очередь среди отверженных. В дом пускают с шести, но, даже придя так рано, я оказался двадцатым по счету. В очереди поговаривали, что впустят только двадцать два человека. К четырем часам нас было тридцать четыре, и эти лишние десять не собирались уходить, надеясь, видимо, на чудо. Прибывали еще и еще бедняки, но, посмотрев на очередь и с горечью убедившись, что для них не хватит места в ночлежке, спешили прочь.</p>
     <p>Сперва разговор в очереди не клеился. Но вот два моих соседа — впереди и сзади — случайно обнаружили, что оба они в одно и то же время лежали в больнице, в оспенном бараке. Познакомиться там им помешало то обстоятельство, что в переполненной больнице, кроме них, находилось еще тысяча шестьсот больных; зато, встретившись здесь, они решили вознаградить себя за упущенную возможность и принялись обсуждать спокойно и деловито самые тошнотворные подробности оспенного заболевания. Я узнал, что от этой болезни умирает примерно каждый шестой, что один из собеседников провел в бараке три месяца, а второй — три с половиной и что они там просто «гнили заживо». При этих словах у меня мурашки побежали по телу, и я спросил их, давно ли они выписались из больницы.</p>
     <p>— Да уже две недели, — ответил первый.</p>
     <p>— А я три недели как вышел, — сказал другой.</p>
     <p>Лица у обоих были изрыты оспой, хотя они убеждали друг друга, что решительно ничего не заметно. Кроме того, на руках у них были еще свежие следы болезни. И вот один — для моего вразумления — сорвал головку с незажившей язвочки. Я втянул голову в плечи, молясь в душе, чтобы она не попала на меня.</p>
     <p>Оспа сделала этих людей бродягами. Оба они работали, когда их свалила болезнь, и оба вышли из больницы без гроша и сразу столкнулись с тяжелой задачей— найти работу. До сих пор их поиски не увенчались успехом, и после трех суток, проведенных на улице, они заняли очередь у ночлежки, надеясь получить здесь хотя бы краткий отдых.</p>
     <p>Не только старикам приходится расплачиваться за свою беду, но также и молодым, ставшим жертвой несчастного случая или болезни. Позднее в тот же день я разговорился с человеком, которого тут все звали Живчик и который стоял первым в очереди, — верное доказательство того, что он явился сюда в час дня. Примерно год назад, когда он служил на рыбном складе, ему пришлось поднять тяжеленный ящик с рыбой, — тут у него «что-то оборвалось внутри», и он вместе с ящиком грохнулся на землю.</p>
     <p>В больнице, куда отвезли Живчика, сказали, что у него грыжа, вправили ее, дали немного вазелину — втирать в больное место и, продержав часа четыре, велели уходить. Не прошло, однако, и трех часов, как новый приступ свалил его на улице, и он был доставлен в другую больницу. Там беднягу кое-как подлатали. Примечательно, что хозяин рыбного склада ничего, ровным счетом ничего не сделал для пострадавшего рабочего и даже отказался хотя бы изредка давать ему какую-нибудь легкую работу. И вот теперь Живчик — конченый человек. Раньше он мог заработать себе на жизнь только тяжелым физическим трудом; теперь же, когда эта возможность утеряна, ночлежки, «обжорки» Армии спасения и лондонские тротуары — вот все, что для него осталось, и так уж будет до самой смерти. Случилась беда, что ж поделаешь! Попался слишком тяжелый ящик с рыбой — и прости-прощай надежда увидеть хоть немножко счастья в жизни!</p>
     <p>Некоторые из стоявших в очереди побывали в Соединенных Штатах и теперь жалели, что не остались там, и ругали себя. Англия стала для них тюрьмой, и у них уже не было надежды вырваться на волю. Уехать невозможно: никогда им не удастся собрать денег на дорогу, и никто не возьмет их на пароход — отработать стоимость проезда. В Англии и без них полно бедняков, ищущих такой возможности.</p>
     <p>Я назвался моряком, промотавшим свои вещи и деньги, и все сочувствовали мне и давали множество полезных советов. Советы эти сводились в основном к следующему: держаться подальше от таких мест, как ночлежки, — ни к чему хорошему это не приведет; взять курс на побережье и поставить себе одну цель — наняться на пароход; поработать, если возможно, наскрести около фунта стерлингов и дать взятку какому-нибудь пароходному эконому или помощнику, чтоб тот устроил мне проезд на родину в обмен на мой труд. Эти люди завидовали моей молодости и здоровью, — им казалось, что благодаря этому я рано или поздно смогу выбраться из Англии. У них же все было позади. Старость и тяжелая жизнь на английской земле сломили их, карта бита, игра проиграна!</p>
     <p>Был среди ожидающих один человек, еще нестарый, который, я убежден, в конце концов выкарабкается. В молодости он уехал из Англии в Соединенные Штаты, прожил там четырнадцать лет и дольше двенадцати часов никогда не оставался без работы. Он накопил денег, ему показалось, что целый капитал, — и вернулся на родину. А теперь стоял в очереди, чтобы попасть в ночлежку.</p>
     <p>Последние два года он служил поваром, и ему приходилось работать ежедневно с семи часов утра до половины одиннадцатого вечера, а по субботам — до половины первого ночи, — то есть девяносто пять часов в неделю, — за двадцать шиллингов, или пять долларов.</p>
     <p>— Меня просто убивала эта работа, без отдыха столько часов подряд, — рассказывал он. — Пришлось уйти. Были кое-какие сбережения, но, пока я искал другое место, я все прожил.</p>
     <p>В тот день он впервые пришел в ночлежку, чтобы немного отдохнуть. Как только его отсюда выпустят, он пойдет в Бристоль, отмахает сто десять миль пешком, — зато есть надежда устроиться там на пароход и уехать в Америку.</p>
     <p>Но таких, как этот повар, в очереди нашлось бы немного. Тут были люди жалкие, забитые, огрубевшие, часто не умеющие связать двух слов, что, кстати, не мешало им оставаться во многих отношениях весьма человечными. Мне вспоминается, например, такая картинка: ломовой извозчик, возвращавшийся домой после трудового дня, остановил неподалеку от нас свою телегу, чтобы подсадить сынишку, выбежавшего на улицу встретить папу; но телега была слишком высока, и малыш никак не мог на нее вскарабкаться. Тогда какой-то с виду совсем опустившийся человек вышел из нашей очереди и шагнул на мостовую; он поднял ребенка на руки и усадил в телегу. Этот поступок тронул меня своим полным бескорыстием. Извозчик был сам бедняк, и бездомный знал об этом; бездомный дожидался впуска в ночлежку, и извозчик знал об этом; но бездомный проявил чуткость и любезность, и извозчик поблагодарил его, как равный равного, — как поблагодарил бы я вас, если бы вы оказали мне услугу.</p>
     <p>Очень трогательно выглядела также одна пара: сборщик хмеля и его «старушка». Он занял очередь раньше, а она присоединилась к нему через полчаса. Для женщины в ее положении она имела, я бы сказал, приличный вид: седые волосы прикрывала шляпка (правда, довольно поношенная), в руках был холщовый узелок с вещами. Слушая, как жена что-то ему рассказывает, старик поймал выбившуюся у нее на ветру белоснежную прядь, двумя пальцами ловко скрутил и бережно засунул ей за ухо, под шляпку. Этот жест сказал мне о многом. О том, что он хочет, чтобы она выглядела опрятно и привлекательно. О том, что он гордится своей женой, дожидающейся очереди в ночлежку, и желает, чтобы она производила хорошее впечатление и на других несчастных, стоящих в этой очереди. И, самое главное, как основа всего, что он к ней крепко привязан, ибо иначе ему было бы все равно, — опрятно или неопрятно она выглядит, и он едва ли стал бы так гордиться ею.</p>
     <p>Я не мог взять в толк, почему эта супружеская пара, привычная, как я понял из их разговора, к упорному труду, вынуждена искать случайного нищенского ночлега. У него было чувство собственного достоинства и чувство гордости за свою жену. Когда я спросил, сколько, по его мнению, я, новичок в этом деле, мог бы заработать на уборке хмеля, он оценивающе оглядел меня и ответил несколько туманно. Многие не годятся для такой работы, потому что не могут быстро собирать хмель. Чтобы научиться этому, нужно иметь хорошую голову и проворные пальцы, необыкновенно проворные пальцы. Вот они с женой очень ловко это делают; у них всегда общий ларь, и они не спят за работой. Но, конечно, это уже от многолетней привычки.</p>
     <p>— Один мой товарищ поехал туда в прошлом году, — вмешался кто-то из стоявших рядом, — поехал первый раз в жизни, а привез назад целых два фунта десять шиллингов, только за месяц.</p>
     <p>— Вот, вот! — подтвердил старик с форменным восхищением. — Значит, у него проворные руки. Значит, у него к этому делу природная сноровка, да!</p>
     <p>Два фунта десять шиллингов — двенадцать с половиной долларов — за месяц работы, да еще если у тебя к ней «природная сноровка»! И притом спать под открытым небом, без одеял, и жить бог знает как! Порой я благодарен судьбе, что не имею природной сноровки ни к чему, даже к сбору хмеля.</p>
     <p>По части экипировки для работы на хмельнике этот человек дал мне много ценных советов, которые прошу всех изнеженных, благородных господ учесть, на случай если им придется сесть на мель в прекрасном городе Лондоне.</p>
     <p>— Надо иметь кастрюльки или жестянки, не то поневоле будешь жрать один хлеб с сыром, — говорил старик. — А это — самое паршивое дело. Нужно и чайку горячего попить и поесть чего-нибудь овощного, да хоть изредка перехватить кусочек мяса, если хочешь работать по-настоящему. Всухомятку много не наработаешь. Я тебя, парень, научу, что делать. Походи утром и поройся на помойках. Найдешь сколько угодно жестянок. Иной раз замечательные попадаются. Мы с женой свои там же подобрали, — он ткнул пальцем на узелок у нее в руках, и она подтвердила его слова горделивым кивком; лицо ее сияло добротой и уверенностью в успехе и богатстве. — И вот это пальто — теплое, как одеяло, — он поднял полу, чтобы я мог пощупать толщину материи. — А может, скоро я и одеяло найду.</p>
     <p>Жена снова закивала и заулыбалась, — она была совершенно убеждена, что, конечно, он скоро найдет и одеяло.</p>
     <p>— Для меня собирать хмель все равно что праздник, — восторженно продолжал ее муж. — Хороший способ выколотить два-три фунта и обеспечить себя на зиму. Вот только плохо, что ходить далеко, — устаешь копыта бить.</p>
     <p>«Ничего себе — только!» — подумал я. Ясно было, что возраст давал себя знать и «бить копыта», то есть передвигаться по способу пешего хождения, этим энергичным людям, любящим работу и гордящимся проворством своих пальцев, становилось все труднее. Я глядел на их седые головы и думал: что же будет с ними лет через десять?</p>
     <p>Мое внимание привлекла еще одна чета. Обоим было за пятьдесят. Жену, снисходя к ее полу, пустили на ночлег, а мужа — нет, он опоздал; и вот, разлученный со своей подругой, он ушел, чтобы бродить всю ночь по городу.</p>
     <p>Ширина улицы, на которой мы стояли, едва ли достигала двадцати футов, ширина тротуаров не превышала трех. Улица была застроена жилыми домами. Во всяком случае, на противоположной стороне ютился — худо ли, хорошо ли — рабочий люд. И каждый день от часу до шести напротив их окон выстраивались оборванцы, чающие попасть в ночлежку. Как раз напротив нас сидел на крылечке дома какой-то рабочий — вышел, видно, подышать воздухом после трудового дня. Его жене захотелось поболтать с ним, но так как крылечко было слишком узкое, ей приходилось стоять. Тут же возились их ребятишки. А меньше чем в двадцати шагах от них теснилась очередь в ночлежку; и жизнь рабочих и жизнь бродяг была на виду. Под ногами у нас вертелись дети из соседних домов. Их не удивляло наше присутствие, — они к этому привыкли, как привыкли к кирпичным стенам домов и каменной мостовой. День за днем с самого рождения они наблюдали это зрелище.</p>
     <p>В шесть часов очередь стала продвигаться; людей впускали по трое. Фамилия, возраст, род занятий, место рождения, степень нуждаемости, где провел предыдущую ночь — все это смотритель записывал с быстротою молнии. Когда я повернулся, чтобы идти, меня напугал какой-то человек, сунув мне в руку предмет, напоминавший на ощупь кусок кирпича, и выкрикнув над самым моим ухом:</p>
     <p>— Нож, спички, табак есть?</p>
     <p>— Нет, сэр, — солгал я по примеру остальных.</p>
     <p>Спускаясь в подвал, я разглядел предмет, который держал в руке. Только совершая насилие над языком, этот кусок можно было назвать хлебом. Твердый и тяжелый, он, несомненно, был выпечен без дрожжей.</p>
     <p>Подвал был тускло освещен. Не успел я освоиться с этим полумраком, как кто-то сунул мне в другую руку жестяную миску. Спотыкаясь, я перешел в следующее помещение, еще более темное, где за столами сидели на скамейках люди. Пахло здесь отвратительно. Зловещий мрак, смрад и приглушенные голоса, долетавшие откуда-то из темноты, делали это место похожим на преддверие ада.</p>
     <p>У многих были натерты ноги, и, прежде чем приняться за еду, они стаскивали с себя башмаки и разматывали грязные портянки. Это усиливало зловоние и окончательно убило мой аппетит.</p>
     <p>Тут я понял, что совершил ошибку. Я плотно пообедал пять часов назад, а чтобы оценить здешнее меню, следовало поголодать денечка два. В моей миске плескалась похлебка: горячая вода с кукурузными зернами. Люди макали куски хлеба в соль, насыпанную кучками на грязных столах. Я последовал их примеру, но хлеб застрял у меня в горле, и я вспомнил слова плотника: «Нужно не меньше двух кружек воды, чтобы его разжевать».</p>
     <p>Я направился в темный угол, куда, как я заметил, подходили другие, и нашел там воду. Затем вернулся к столу, чтобы разделаться с похлебкой. Кукуруза была полусырая, плохо посоленная и горькая; она оставляла противный вкус во рту. Я мужественно съел пять-шесть ложек, но приступ тошноты заставил меня сдаться. Сосед, успевший проглотить свою порцию, докончил и мою. Он выскреб обе миски и стал метать голодные взгляды по сторонам — не осталось ли где чего-нибудь еще.</p>
     <p>— Я встретил сегодня земляка, и он угостил меня сытным обедом, — объяснил я ему.</p>
     <p>— А я, — отозвался он, — со вчерашнего утра в рот не брал ни крошки.</p>
     <p>— Табачку? — предложил я. — Только как бы этот дубина не придрался.</p>
     <p>— Нет, — отвечал он, — ни черта не бойся. Эта ночлежка самая хорошая. Вот побывал бы ты в других! Уж там когда обыскивают, так всего обшарят!</p>
     <p>Когда все миски были выскоблены дочиста, беседа оживилась.</p>
     <p>— Здешний смотритель вечно пишет про нас, подлецов, в газетах, — сказал один из моих соседей по столу.</p>
     <p>— Что ж он пишет? — полюбопытствовал я.</p>
     <p>— Да вот, что все мы никудышные люди, мерзавцы и негодяи и не хотим работать. Расписывает разные допотопные истории, про которые я уже лет двадцать слышу, да что-то сам никогда такого не видывал. Последний раз он написал в газете про одного парня, который прихватил в кармане из ночлежки корку хлеба, увидал какого-то важного пожилого господина и кинул свою корку в решетку канализации, потом подошел к этому старику и попросил одолжить ему палку, чтобы выудить хлеб. Ну, старик и подал ему медяк.</p>
     <p>Этот избитый анекдот был встречен шумным одобрением слушателей. Затем из мрака донесся чей-то сердитый голос:</p>
     <p>— Болтают, будто в других городах со жратвой лучше. Хотел бы я это повидать. Был я вот недавно в Дувре, — ни черта там нет, никакой жратвы. Глотка воды тебе не дадут, не то что пожрать!</p>
     <p>— А вот в Кенте есть такие, что живут все время на месте и никуда не едут, — послышался другой голос. — Ну и морды же себе раскормили — страх!</p>
     <p>— Я проходил через Кент, — еще злее отозвался первый, — и никакой я там жратвы не видел, чтоб мне пропасть! Я уж давно приметил: все эти типы только вечно хвалятся, будто им везде дают, а как дорвутся до ночлежки, так живо слопают всю похлебку, да и твою норовят прихватить.</p>
     <p>— Есть и в Лондоне такие, — сказал человек, сидевший напротив меня, — для которых во всякое время сколько угодно жратвы; этим тоже никуда не нужно ехать. Живут себе и живут в Лондоне круглый год, даже о ночлежке не беспокоятся — заявляются сюда в девять, а то и в десять часов вечера.</p>
     <p>Все хором подтвердили правоту его слов.</p>
     <p>— Хитрые черти! — раздался чей-то восхищенный голос.</p>
     <p>— Еще бы! — отозвался кто-то. — Мы с тобой так не умеем. Такими родиться надо. Небось, с пеленок открывали господам дверцы экипажей да торговали газетами. И мать с отцом тем же занимались и их приучили, а мы с тобой подохли бы от голода на такой работе.</p>
     <p>Это было тоже подтверждено дружным хором, равно как и заявление, что есть такие типы, которые круглый год преспокойно живут в ночлежке, всегда обеспечены куском хлеба и похлебкой, и никакой голод им не страшен.</p>
     <p>— А я раз получил полкроны в стратфордской ночлежке, — сказал какой-то бедняк, до сих пор молчавший; мгновенно воцарилась тишина, и все, как зачарованные, внимали чудесному рассказу. — Нас послали втроем дробить камень. Дело было зимой, холод зверский. Те двое, что со мной пришли, говорят: «Ну ее к черту, эту работу!» — и не стали работать. А я все грохаю да грохаю, чтобы согреться. Вдруг откуда ни возьмись комиссия! Этих двух упекли на четырнадцать суток, а мне за мой труд каждый из комиссии дал по шесть пенсов, — а их там было пятеро. И тут же меня отпустили.</p>
     <p>Большинство этих людей, вернее сказать — все, не любят ночлежек, но их гонит туда необходимость. После ночи отдыха «на колу» они в состоянии провести двое-трое суток на улице, пока нужда снова не загонит их в ночлежку. Разумеется, такая жизнь быстро подтачивает их организм, и они это понимают, хотя и смутно; но уже настолько свыклись, что перестали тревожиться.</p>
     <p>Среди бродяг существует мнение, что самая сложная проблема — найти угол для спанья, что это даже труднее, чем прокормиться. Объясняется такое положение главным образом плохим климатом и суровыми полицейскими правилами, но послушать этих людей, так во всем виноваты иммигранты, особенно польские и русские евреи, которые захватывают их места, работая за более низкую плату и тем поддерживая систему потогонного труда.</p>
     <p>Около семи часов нас погнали мыться и спать. Каждый разделся догола, завернул одежду в пиджак и перевязал сверток поясом. Все свертки мы свалили на переполненную вещами полку и просто на пол, — отличный метод распространения насекомых, — затем парами прошли в обмывочную. Там стояли две большие лохани, и я сам видел, как двое до нас мылись в воде, в которую сели мы, а затем двое, пришедших вслед за нами, окунулись в ту же самую воду. Это я видел собственными глазами, но, помимо того, готов поручиться, что в одной и той же воде мылись все двадцать два человека.</p>
     <p>Я только сделал вид, будто ополаскиваюсь этой грязной водицей, и поспешно вытерся совершенно мокрым полотенцем, которым до меня пользовались другие. На душе у меня не стало легче, когда я увидел спину одного бедняка, всю в укусах насекомых и расцарапанную в кровь.</p>
     <p>Мне выдали рубаху — трудно было определить, сколько человек облачалось в нее до меня, — и два одеяльца. Сунув их под мышку, я поплелся в «спальное отделение». Это была длинная, узкая комната, вдоль которой тянулись в два ряда невысокие железные перила. На них висели гамаки, даже не гамаки, а просто узкие куски парусины. Пространство между «постелями» было едва ли шире ладони, и примерно такое же расстояние отделяло их от пола. Неприятнее всего было то, что голова оказывалась выше ног и тело все время соскальзывало вниз. Все «постели» крепятся к. общим перилам, — стоит одному хоть чуть пошевелиться, и остальных уже раскачивает. Только я успевал задремать, как кто-нибудь начинал ворочаться, чтобы удержаться на своем ложе, и будил меня.</p>
     <p>Прошел не один час, прежде чем я смог заснуть. Нас уложили в семь часов, а крики детей, игравших на улице, не затихали почти до полуночи. В комнате стояла ужасающая, тошнотворная вонь, воображение мое разыгралось не на шутку, и вся кожа так зудела, что я едва не лишился рассудка. Стоны, бормотание и храп, сливаясь воедино, создавали впечатление, будто в комнате находится какое-то огромное допотопное чудовище. Несколько раз за ночь я, да и не я один, просыпался от истошных криков других ночлежников, которых, вероятно, душили кошмары. Под утро меня разбудила крыса, прыгнувшая мне на грудь. Поднятый ото сна столь неожиданным способом и еще не очнувшись как следует, я испустил такой отчаянный вопль, который мог бы пробудить и мертвого. Во всяком случае, живых-то я поднял, и все они хором принялись бранить меня за невоспитанность.</p>
     <p>Но вот настало утро. В шесть часов нам дали завтрак — хлеб и жидкую похлебку, которые я уступил соседу, — и распределили нас всех на работу. Одних назначили чистить помещение, других — трепать пеньку, а восьмерых — в том числе и меня — повели под конвоем через улицу в уайтчепелский лазарет убирать мусор. Так людей заставляют возмещать стоимость похлебки и пользования парусиновой койкой. По моему убеждению, я оплатил с лихвой все затраты.</p>
     <p>Хотя нам поручили невообразимо мерзкую работу, она, оказывается, считалась наилучшей, и все семеро пришедших со мной решили, что им здорово повезло.</p>
     <p>— Не трогай этого, браток. Сиделка сказала, что тут смертельная зараза, — предупредил меня мой напарник, когда я открыл мешок, в который он приготовился высыпать содержимое мусорного ведра.</p>
     <p>Мусор был из больничных палат, и я заверил моего товарища, что не собираюсь трогать заразу и не позволю, чтобы зараза коснулась меня. Тем не менее мне пришлось тащить на спине с пятого этажа вниз не только этот мешок с мусором, но и много других. Мы опорожняли мешки в помойный ящик и поспешно обливали мусор крепким дезинфицирующим раствором.</p>
     <p>Возможно, во всем этом есть какое-то мудрое милосердие. Бедняк в ночлежке, или в «обжорке» Армии спасения, или на улице под открытым небом — одна обуза для общества. От него никому нет пользы, и сам он себе тоже в тягость, — только небо коптит. Так не лучше ли ему исчезнуть? Подкошенный жизненными неудачами, изнуренный, голодный, он первая жертва любых эпидемий и быстрее всех сходит в могилу. Он и сам чувствует, что силы общества направлены на его уничтожение.</p>
     <p>Мы поливали дезинфицирующей жидкостью участок вокруг мертвецкой, когда подъехали похоронные дроги и на них свалили пять трупов. Разговор тут же перешел на «белый яд» и «черную отраву». Мои товарищи по работе твердо верили, что если бедняк, будь то мужчина или женщина, совсем плох или доставляет чересчур много хлопот, его в больнице «прикручивают в два счета». Они считали, что беспокойным и неизлечимым больным вливают дозу «белого яда» или «черной отравы» и отправляют их на тот свет. Безразлично, так ли это на самом деле или не так. Важно то, что люди в этом уверены и даже придумали термины: «прикручивают в два счета», «белый яд», «черная отрава».</p>
     <p>В восемь часов мы сошли в подвал под лазаретом, и нам принесли чаю и гору больничных объедков, наваленных на громадном подносе. Здесь были хлебные корки, куски сала и жира, опаленная свиная кожа, обглоданные кости — и все это побывало в руках и во рту у больных, страдающих самыми различными недугами. Ночлежники рылись в этой куче, переворачивали куски, разглядывали их, отбрасывали совсем уж непригодные, хватали что получше. Да, не очень-то привлекательно выглядели эти люди! Вели они себя, надо прямо сказать, по-свински. Но несчастные были голодны и жадно поедали отбросы. Насытившись, каждый заворачивал остатки в носовой платок и прятал за пазуху.</p>
     <p>— Однажды мне тут повезло, — сказал Живчик. — Я нашел целую кучу свиных костей вон там. — Он указал на помойку, в которую сваливали мусор из палат и обливали карболкой. — Такие это были кости — первый сорт, мяса полно! Я собрал их в охапку — и шасть за ворота, чтобы отдать кому-нибудь. Но, как назло, на улице ни души, и я ношусь, как полоумный, а сторож за мной, — думал, верно, что я хочу удрать. Но прежде чем он меня схватил, я-таки успел высыпать кости в передник какой-то старухе.</p>
     <p>О Благотворительность! О Филантропия! Спустились бы вы хоть разок в ночлежку и поучились у этого Живчика! На самом дне Бездны он доказал свою любовь к ближнему альтруистическим поступком, который сделал бы честь многим, никогда не заглядывавшим сюда. Живчик поступил благородно. И даже если старуха подхватила какую-нибудь заразу от этих свиных костей, — все равно это было прекрасно, хоть, может быть, и не очень эстетично. Но особенно примечательно, на мой взгляд, то, что бедный парень едва не помешался от волнения: ведь могло пропасть зря столько превосходной провизии!</p>
     <p>Согласно правилам ночлежек, каждый попавший туда должен провести там полтора суток; однако я уже успел повидать все, что меня интересовало. Я оплатил полностью и похлебку и ночлег и теперь собирался уйти.</p>
     <p>— Давай смоемся отсюда, — предложил я одному из товарищей по работе, указывая на ворота, которые открыли, чтобы пропустить дроги с мертвецами.</p>
     <p>— И заработаем четырнадцать суток?!</p>
     <p>— Зачем? Мы удерем!</p>
     <p>— Нет. Я пришел сюда отдохнуть, — вяло отозвался он, — и лишняя ночевка под крышей мне не повредит.</p>
     <p>Все прочие были того же мнения. Оставалось удрать одному.</p>
     <p>— Помни только: сюда больше нипочем не пустят, — предупредили они меня.</p>
     <p>— Ну и не надо! — крикнул я с непонятным для них задором и, выскочив за ворота, со всех ног помчался по улице.</p>
     <p>У себя в комнате я переоделся, и не прошло и часа, как уже парился в турецкой бане, выгоняя из своих пор грязь и микробы и сожалея, что не в силах стерпеть температуру в шестьдесят пять градусов вместо сорока.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава X</p>
      <p>«Хождение с флагом»</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Я не хочу, чтобы рабочий был принесен в жертву плодам своего труда. Я не хочу, чтобы рабочий был принесен в жертву моим удобствам и моему тщеславию или же удобствам и тщеславию всего класса, состоящего из таких, как я. Пусть ситец будет хуже, а люди будут лучше. У ткача нельзя отнимать сознания, что главное — это он, а не его работа.</p>
      <text-author>Эмерсон<a l:href="#n_945" type="note">[945]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>«Ходить с флагом» — означает слоняться всю ночь по улицам. И вот, подняв воображаемый флаг, я вышел из дому, чтобы повидать все, что удастся. Ночью можно встретить бездомных обоего пола повсюду в этом громадном городе, но сегодня я решил отправиться на Западную сторону, в район Лестерской площади, побродить между набережной Темзы и Гайд-парком.</p>
     <p>Когда в театрах окончились спектакли, дождь лил как из ведра. Из театральных подъездов высыпала нарядная публика и кинулась искать извозчиков. Улицы были запружены экипажами, но почти все они были уже заняты. И тут я увидел, как бедняки — не только мальчуганы, но и взрослые мужчины — прилагают отчаянные и даже рискованные усилия, стараясь раздобыть экипаж для богатых господ, чтоб заработать малую толику себе на ночлег. Именно «рискованные» — я обдуманно употребляю это выражение, — ибо эти люди рисковали промокнуть до нитки, лишь бы заработать себе на койку, и большинство из них, как я успел заметить, вымокнуть вымокли, а ничего не заработали. Бродить ночь напролет в мокрой одежде, под холодным дождем, когда вы до крайности истощены и во рту у вас не было ни кусочка мяса вот уже неделю, а то и месяц, — пожалуй, одно из тягчайших испытаний, какие могут выпасть на долю человека. Однажды — дело было в Клондайке — я, сытый и хорошо одетый, проехал целый день на нартах в шестидесятиградусный мороз. Это было тоже невесело, но сущий пустяк по сравнению с тем, что испытывают голодные, плохо одетые и вдобавок промокшие до костей люди, которые вынуждены «ходить с флагом» всю долгую ночь напролет.</p>
     <p>После того как театральная публика разошлась, улицы затихли, опустели. Только вездесущий полисмен, возникая то тут, то там, шарил своим фонарем в подъездах и темных закоулках, да жались к стенам зданий, ища укрытия от дождя и ветра, бездомные мужчины, женщины и дети. На Пикадилли, впрочем, было не так пустынно. Панель оживляли нарядно одетые женщины, прогуливавшиеся в единственном числе, и здесь, не в пример другим улицам, обнаруживалась кипучая деятельность, связанная с поисками кавалера. К трем часам ночи, однако, исчезли и эти женщины, и тогда стало совсем тихо.</p>
     <image l:href="#i_109.jpg"/>
     <p>В половине второго ливень начал утихать и перешел в мелкий обложной дождь. Бездомные оторвались от стен и разбрелись кто куда, чтобы размять ноги и хоть немного согреться.</p>
     <p>Еще с вечера я заметил на Пикадилли, неподалеку от Лестерской площади, старуху, лет под шестьдесят. Казалось, у нее не хватало уже ни физических сил, ни сообразительности, чтобы спрятаться от дождя или просто сдвинуться с места; она словно впала в транс, грезя, возможно, о тех далеких днях, когда была молода и в жилах ее текла горячая кровь. Но старуху не оставляли в покое, — каждый полисмен считал своим долгом гнать ее прочь. Протащившись несколько шагов, она оказывалась лицом к лицу с новым полисменом, который, в свою очередь, гнал ее дальше. К трем часам ночи она успела доплестись до Сент-Джеймс-стрит, а когда башенные часы пробили четыре, я увидел, что старуха крепко спит, привалившись к чугунной ограде Грин-парка. В это время снова хлынул ливень, и она, конечно, промокла до костей.</p>
     <p>«Вообрази, — сказал я самому себе в час ночи, — что ты бедный молодой человек, очутившийся в Лондоне без гроша в кармане, и с утра тебе нужно идти искать работу. А для того чтобы хватило сил на поиски и, может, даже на труд, если тебе повезет, необходимо хоть немного поспать».</p>
     <p>И вот я присаживаюсь на каменных ступенях какого-то здания. Через пять минут замечаю, что на меня уставился полисмен, но так как глаза мои широко раскрыты, полисмен с ворчанием удаляется. Минут через десять я склоняю голову на колени, пытаясь вздремнуть. И сразу же слышу грубый окрик полисмена:</p>
     <p>— Эй, ты, проваливай отсюда!</p>
     <p>Я встаю, плетусь куда-то. Но стоит мне где-нибудь присесть, как предо мной немедленно вырастает полисмен и гонит меня дальше.</p>
     <p>Окончательно отказавшись от надежды поспать, я пустился бродить по улицам в сопровождении молодого лондонца, который приехал из британских колоний и мечтал вернуться туда. Я заметил теряющуюся во мраке сводчатую нишу какого-то здания. Ее прикрывала невысокая железная решетка.</p>
     <p>— Давай перелезем через решетку, — предложил я, — и выспимся как следует.</p>
     <p>— Что? — Мой спутник испуганно отшатнулся от меня. — Хочешь угодить в тюрьму на три месяца?! Черта с два!</p>
     <p>Под утро я проходил мимо Гайд-парка. Вместе со мной шагал на этот раз изможденный подросток лет пятнадцати; у него были глубоко запавшие глаза и совершенно больной вид.</p>
     <p>— Хочешь, перемахнем за ограду, спрячемся в кустах и там поспим? — сказал я. — Полисмены нас не найдут.</p>
     <p>— Как же! — возразил он. — А сторожа? Схватят и упекут на шесть месяцев.</p>
     <p>Увы, времена меняются! В детстве я не раз читал про бездомных мальчишек, ночующих под лестницами. Это стало литературной традицией. Как стандартная ситуация, ночевки под лестницами, несомненно, сохранятся в книгах еще лет сто, но в жизни это уже вывелось. Существуют бездомные мальчишки, существуют и подъезды, но былого счастливого сочетания уже не встречается. В подъездах пусто, — мальчишки не спят, а слоняются всю ночь по улицам.</p>
     <p>— Я спрятался под арками во время дождя, — угрюмо сказал мне другой паренек («под арками» — значит под береговыми устоями темзенских мостов), — но полисмен прогнал меня. Я побродил вокруг и вернулся, а он тут как тут. «Эй, — кричит, — опять здесь околачиваешься?» Пришлось убраться. Но все-таки я сказал ему: «Испугался, что я украду ваш сволочной мост?»</p>
     <p>Среди лондонских бездомных Грин-парк славится тем, что его ворота открываются раньше, чем ворота других парков, и в четверть пятого утра я вошел в Грин-парк в компании бродяг. Снова припустил дождь, но люди так устали и намучились за ночь, что бросились на скамьи и тут же заснули. Другие в полном изнеможении растянулись прямо на мокрой траве и заснули под проливным дождем.</p>
     <image l:href="#i_110.jpg"/>
     <p>А теперь я хочу подвергнуть критике властей предержащих. Конечно, сила у них — они могут приказывать что им заблагорассудится, я же лишь беру на себя смелость критиковать абсурдность их приказаний. Они заставляют бездомных ночи напролет бродить по городу. Они гонят их из подъездов и подворотен и не пускают в парки. Цель, которую они преследуют, очевидна: не дать людям спать! Ладно. Власти могут лишить бездомных сна и даже еще чего-нибудь, — на то они и власти. Но почему же тогда, почему в пять часов утра открывают они ворота парков и пускают туда бедняков? Если уж решили лишить людей сна, зачем давать им спать после пяти утра? А если не собирались лишать их сна, так что стоило пустить их сюда пораньше, с вечера?</p>
     <p>По этому поводу могу добавить, что я проходил через Грин-парк в тот же день после полудня и насчитал множество оборванцев, храпевших на траве. Было воскресенье, солнце то выглядывало из-за облаков, то снова пряталось, и тысячи нарядных обитателей Западной стороны с женами и детьми прогуливались по парку. Вероятно, смотреть на грязных, оборванных бродяг, валявшихся на траве, было им не особенно приятно, а сами бродяги, я уверен, предпочли бы иметь возможность выспаться еще ночью.</p>
     <p>Итак, благородные, изнеженные господа, если вам случится посетить прекрасный город Лондон и увидеть в парке людей, дремлющих на траве и на скамьях, не спешите делать заключение, что все это лодыри, предпочитающие спать, а не работать. Не мешает вам знать, что по вине властей предержащих они вынуждены были слоняться всю ночь по улицам и что другого места для отдыха днем у них нет.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XI</p>
      <p>«Обжорка»</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>…И я считаю, требование, чтобы у всех людей было здоровое тело, влечет за собой все остальные справедливые требования, ибо кто знает, где были посеяны первые семена тех болезней, от которых страдают даже богачи? В излишествах предков? Возможно. Но скорее, сдается мне, — в их бедности.</p>
      <text-author>Вильям Моррис<a l:href="#n_946" type="note">[946]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Пробродив всю ночь «с флагом», я не заснул в Грин-парке и с наступлением утра. Хоть я промок насквозь и не спал сутки, но, войдя в роль безработного бедняка, должен был прежде всего промыслить себе завтрак, а затем поискать работу.</p>
     <p>Прошлой ночью я слышал, что есть такое местечко на саррейской стороне Темзы, где Армия спасения раздает по воскресеньям бесплатные завтраки «немытым» (а после «хождения с флагом» совсем нетрудно оказаться немытым, если только не помог вам дождь). «Именно то, что мне нужно, — подумал я. — Позавтракать пораньше и потом иметь в своем распоряжении целый день для поисков работы».</p>
     <p>Я проделал длинный, утомительный путь, миновал Сент-Джеймс-стрит, Пэлл-Мэлл, Трафальгарскую площадь и Стрэнд, потом, усталый до изнеможения, перешел по мосту Ватерлоо на саррейскую сторону, на Блэкфрайерз-роуд неподалеку от театра, и около семи часов приплелся к казармам Армии спасения. Это и была «обжорка», что в переводе с жаргона на обычный язык означает место, где можно получить даровую еду.</p>
     <p>Здесь собралась пестрая толпа обездоленных людей, пробродивших ночь под дождем. Такая страшная нищета и в таком многообразии! Люди самого разного возраста — от стариков до мальчишек, и мальчишки тоже всех возрастов. Многие дремали стоя, человек десять спали крепким сном, приткнувшись на каменных ступенях в крайне неудобных позах. Сквозь дыры в лохмотьях проглядывало покрасневшее от холода тело. И по всей улице, на крыльце каждого дома тоже сидели люди — по двое, по трое. Все они спали, уронив голову на колени. Хочу напомнить, что Англия сейчас не переживает каких-либо исключительных трудностей. Жизнь в стране протекает так же, как всегда, — не лучше, но и не хуже, чем в другие годы.</p>
     <p>И вдруг на улице появился полисмен.</p>
     <p>— Вон отсюда, свиньи проклятые! — заорал он. — Эй, вы! Вон отсюда! — и принялся гнать людей, как собак, на все четыре стороны. Особенное неистовство вызвали в нем те, кто уснул на крыльце казармы.</p>
     <p>— Позор! Стыд и позор! — кричал он. — Ведь воскресенье сегодня! Ну и зрелище! Эй, вы, черти, нарушители порядка, вон отсюда!</p>
     <p>Да, конечно, это было скандальное зрелище. Мне и самому было противно смотреть. И я не хотел бы, чтобы моя дочь увидела эту страшную картину. Я не подпустил бы ее сюда и за милю. Но… вот в том-то и дело, что «но», — и ничего другого не остается сказать.</p>
     <p>Полисмен скрылся из виду, и мы снова облепили крыльцо, как мухи банку с медом. Ведь нас ждало нечто замечательное — завтрак! Если бы нам сказали, что тут будут пригоршнями раздавать золото, мы и тогда, наверное, не теснились бы у этой двери более жадно и настойчиво. Некоторые успели и тут заснуть, не присаживаясь. Но вот вернулся полисмен, и мы опять разбежались кто куда и опять устремились к крыльцу, как только опасность миновала.</p>
     <p>В половине восьмого приоткрылась узкая дверца, и в ней показалась голова солдата Армии спасения.</p>
     <p>— Освободить проход! — скомандовал он. — У кого есть талоны — пусть проходят. У кого нет — будут ждать до девяти.</p>
     <p>До девяти часов! О завтрак, завтрак! Придется ждать еще целых полтора часа! Все с завистью смотрели на счастливых обладателей талонов, которым дозволено было пройти в помещение, умыться, присесть и отдохнуть в ожидании завтрака. Нам же придется ждать его здесь. Талоны были розданы накануне на набережной и на улицах, и достались они этим счастливцам не за какие-либо особые их достоинства, а по воле случая.</p>
     <p>В половине девятого впустили еще одну партию с талонами, а около девяти узенькая дверца открылась и для нас. Каким-то чудом мы протиснулись внутрь и очутились, как сельди в бочке, в битком набитом дворике. Много раз за годы бродяжничества у себя на родине мне приходилось с немалым трудом добывать себе завтрак, но ни один завтрак никогда не доставался мне ценой таких усилий, как этот. Более двух часов прождал я на улице и час с лишним во дворе. Я ничего не ел всю ночь и чувствовал слабость во всем теле, а тут еще запах грязного белья и потных, немытых тел, прижатых ко мне со всех сторон, — от всего этого меня едва не стошнило. Мы были так плотно спрессованы, что многие воспользовались этим и заснули стоя.</p>
     <image l:href="#i_111.jpg"/>
     <p>Я не берусь судить об Армии спасения в целом — для этого я недостаточно осведомлен — и позволю себе подвергнуть критике только тот ее филиал, деятельность которого протекает на Блэкфрайерз-роуд, вблизи театра Саррей. Прежде всего я считаю, что жестоко и бессмысленно принуждать людей, не спавших всю ночь, еще несколько часов выстаивать на ногах, как принуждали нас, слабых, голодных, измученных бессонной ночью, стоять без всякой разумной причины.</p>
     <p>В толпе оказалось много матросов, и среди них не меньше дюжины американцев. Я выяснил, что чуть ли не каждый четвертый из пришедших сюда стремится поступить на пароход. Свое пребывание на суше все они объясняли на один лад, и, знакомый с морскими порядками, я верил им. Британские суда нанимают матросов на круговое плавание, с обязательным возвращением в порт отправления; такое плавание иной раз длится до трех лет, причем матрос не имеет права уйти и получить расчет, пока не отработал срока полностью. Плата на судах мизерная, кормежка скверная, обращение еще того хуже. Нередко по вине капитана матросы бегут с кораблей и застревают где-нибудь в Америке или в колониях, а их заработок — изрядная сумма — идет в пользу капитана или пароходной компании. Впрочем, какова бы ни была причина, таких дезертиров бывает много, и капитану приходится брать в обратное плавание кого попало. Новому матросу платят чуть побольше— по ставкам той страны, где его нанимают, но берут его только в один конец — до прибытия в Англию. И это понятно. Было бы весьма нерасчетливо вербовать его на более долгий срок, если в Англии матросов всегда хоть пруд пруди и платить им можно мало. Поэтому появление американских матросов в казарме Армии спасения было нисколько не удивительно. Они искали диковинных мест, поехали в Англию — и вот очутились в самом диковинном из всех.</p>
     <p>В толпе находилось еще человек двадцать американцев — не матросов, а «отпетых босяков», чей друг — «шальной бродяга-ветер». Это были веселые парни, главной чертой которых являлся неистребимый оптимизм, и они осыпали Англию изощренной бранью, которая показалась мне приятным разнообразием после того, как пришлось целый месяц слушать одну и ту же фразу, употребляемую лишенным воображения лондонским «кокни». У «кокни» есть лишь одно ругательство, одно-единственное, причем совершенно непристойное, и он его пускает в ход во всех случаях жизни. Совсем другое дело — наш Запад с его красочными и разнообразными словечками, отдающими не столько непристойностью, сколько богохульством. В конце концов, если без ругани человеку не обойтись, то я предпочту богохульство непристойности: в нем смелость, вызов, удальство, что куда лучше, чем просто грязь!</p>
     <p>Один босяк из Америки особенно мне понравился. Я приметил его еще на улице — он спал на крыльце, уткнув голову в колени. Я обратил внимание на его шляпу: такую не встретишь по эту сторону океана. Когда полисмен заорал на него, он встал неторопливо и спокойно, смерил полисмена взглядом, зевнул, потянулся, опять посмотрел на полисмена, всем своим видом как бы говоря, что еще подумает, уходить ему или нет, и лишь потом двинулся вразвалку по тротуару. Если я раньше догадывался об американском происхождении только шляпы, то теперь у меня уже не было никаких сомнений, что и ее владелец — мой соотечественник.</p>
     <p>Во дворе, в тесноте и давке, нас притиснули друг к другу, и мы разговорились. Он побывал и в Испании, и в Италии, и в Швейцарии, и во Франции и одержал почти невероятную победу, проехав триста миль «зайцем» по французским железным дорогам и не попав в лапы жандармам. Он спросил меня, где я живу. А где ночую? Познакомился ли уже немного с городом? Сам-то он ничего— устраивается кое-как, хотя страна злющая, а города— просто дрянь. Скверно, а? И попрошайничать нельзя нигде: сразу сцапают. Но он не отступит. Вот скоро сюда приедет цирк «Буффало-Билл»,<a l:href="#n_947" type="note">[947]</a> и такой человек, как он, который может править восьмеркой лошадей, конечно, получит там работу. Разве здешние обезьяны это умеют? Ни черта они не умеют, им только на волах ездить! Почему бы и мне не дождаться и не попытать счастья в цирке? Он уверен, что я куда-нибудь там пристроюсь.</p>
     <p>В конце концов кровь не вода. Мы были соотечественниками и оба на чужбине. Его старая шляпа с первого взгляда вызвала во мне теплые чувства, и он как-то сразу принял братское участие в моей судьбе. Мы обменялись разными полезными сведениями насчет страны и ее обычаев и различных способов добывать здесь пищу, кров и прочее и простились, искренне сожалея, что надо расставаться.</p>
     <p>Я обратил внимание на то, что в этой толпе все какие-то маленькие. Я, человек среднего роста, смотрел поверх голов. И англичане и иностранные матросы — все были коротышки. В этой массе людей только пятеро или шестеро были довольно рослые, и они оказались скандинавами или американцами. Однако самым высоким ростом отличался все-таки англичанин, но и он не был лондонцем.</p>
     <p>— Вполне годился бы для лейб-гвардии, — сказал я ему.</p>
     <p>— Попал в точку, друг, — откликнулся он. — Я уже служил там, и похоже, что скоро придется снова туда вернуться.</p>
     <p>С час мы стояли в этой тесноте тихо и смирно. Потом люди начали нервничать. Кое-кто пытался пробраться вперед, возникла толкотня, раздались недовольные голоса. Впрочем, ничего грубого или резкого — просто усталые, голодные люди проявляли некоторое беспокойство. Как раз в этот момент к нам вышел адъютант Армии спасения. Мне не понравились его злые глаза и то, что в нем не было ничего от милосердного самаритянина,<a l:href="#n_948" type="note">[948]</a> зато весьма много от центуриона,<a l:href="#n_949" type="note">[949]</a> который говорил: «У меня в руках власть, и мне подчиняются солдаты; я говорю этому человеку: „Иди“, — и он идет, а другому: „Приди“, — и он приходит; и слуге моему: „Делай это“— и он делает».</p>
     <p>Именно с таким видом адъютант и смотрел на нас, и те, кто находился поближе к нему, оробели. Тогда он заговорил:</p>
     <p>— Стоять смирно! Не то живо скомандую: «Налево кру-гом!» — и выгоню всех отсюда, и ни один не получит завтрака.</p>
     <p>Перо бессильно описать нестерпимо наглый тон, которым были сказаны эти слова. Я видел, что он наслаждается своей властью, тем, что может сказать сотням несчастных оборванцев: «От меня зависит накормить вас или прогнать голодными!»</p>
     <p>Отказать нам в завтраке, после того как мы прождали столько часов! Это была страшная угроза. Мгновенно воцарилась тишина — жалкая, унизительная тишина, доказывавшая общий страх. И это был подлый, трусливый ход, как удар ниже пояса. Мы не могли ответить ударом на удар, потому что были голодны, и так уж устроен мир, что, когда один человек кормит другого, он становится его господином. Однако центуриону — я хочу сказать, адъютанту — этого показалось мало. В мертвенной тишине снова прозвучал его голос: он повторил свою угрозу и даже усилил ее.</p>
     <p>Наконец нас впустили в зал для пиршества, где уже сидели люди с талонами, успевшие умыться, но еще не получившие еды. Здесь было не менее семисот человек, и нас всех рассадили по местам, но вовсе не для того, чтобы дать сразу вкусить хлеба и мяса, а затем, чтобы мы внимали речам, песнопениям и молитвам.</p>
     <p>Из этого я заключил, что Тантал в многообразных воплощениях продолжает претерпевать муки по эту сторону ада. Адъютант стал громко читать проповедь, но я не особенно прислушивался к его словам, всецело поглощенный зрелищем горя и нищеты вокруг себя.</p>
     <p>Проповедь его сводилась примерно к следующему:</p>
     <p>«На том свете вас ожидает вечный пир. Вы голодали и мучились на земле, но в раю вам воздастся сторицей, — разумеется, при условии, что вы будете слушаться наставлений…» И так далее и тому подобное.</p>
     <p>Хитро поет, подумал я, но только эта пропаганда ничего не даст по двум причинам: во-первых, люди, для которых она предназначается, — лишенные воображения материалисты, не ведающие о существовании потустороннего мира и слишком привыкшие к аду на земле, чтоб их можно было запугать адом загробным; во-вторых, усталые и измученные бессонной ночью и долгим ожиданием, ослабевшие от голода, они жаждут не спасения души, а наполнения желудка. «Ловцы душ» — так эти бедняки называют религиозных проповедников — должны были бы хоть немного изучить влияние физиологии на психику, если они хотят достигнуть каких-то результатов.</p>
     <p>И вот настал долгожданный момент: около одиннадцати часов началась раздача завтрака. Каждая порция была уложена не на тарелку, а в бумажный пакетик. Не скажу, чтобы я получил достаточно, чтобы насытиться, или хотя бы половину того, и уверен, что всем остальным тоже было мало. Я отдал часть хлеба бродяге-американцу, который ждал приезда цирка «Буффало-Билл», но он все равно остался голодным. Вот что входило в завтрак: два ломтика простого хлеба, еще один крохотный ломтик хлеба с несколькими изюминками, именуемый «кексом», да тоненький, как папиросная бумага, кусочек сыра. Каждому налили также по кружке мутной жидкости, сходившей за чай. Многие ждали этого завтрака с пяти утра, остальные простояли здесь по крайней мере часа четыре; нас согнали сюда, как стадо свиней, втиснули, как сельдей в бочку, обращались с нами, как с собаками, пичкали проповедями и гимнами и молились за наши грешные души, — но и это еще было не все.</p>
     <p>Не успели мы проглотить завтрак (это заняло один миг), как многие начали клевать носом, и через пять минут половина людей уже крепко спала. Не похоже было, что нас собираются отпустить. Напротив, все свидетельствовало о приготовлении к молитвенному собранию. Я глянул на маленькие стенные часы. Они показывали без двадцати пяти минут двенадцать. «Ого, — подумал я, — время летит, а мне еще надо искать работу!»</p>
     <p>— Я хочу уйти отсюда, — сказал я двум своим соседям, которые не спали.</p>
     <p>— Надо дождаться богослужения, — ответили мне.</p>
     <p>— Вы хотите остаться?</p>
     <p>Оба отрицательно покачали головой.</p>
     <p>— Тогда пойдемте и скажем им, что мы хотим уйти, — предложил я.</p>
     <p>Но они ужаснулись моим словам. Тогда я решил предоставить им самим заботиться о себе и подошел к солдату Армии спасения.</p>
     <p>— Я хочу уйти, — сказал я. — Я пришел сюда получить завтрак, а теперь я должен идти искать работу. Мне нужно было подкрепиться, но я никак не думал, что на это уйдет столько времени. У меня есть надежда получить работу в Степни, и чем скорее я туда попаду, тем больше будет шансов.</p>
     <p>Солдат казался добродушным малым, но мое требование повергло его в замешательство.</p>
     <p>— То есть как? — сказал он. — Сейчас начнется богослужение. Нужно остаться.</p>
     <p>— Но тогда я наверняка не получу работы, — возразил я. — А для меня работа — самое главное.</p>
     <p>Так как он был всего лишь солдат, то направил меня к адъютанту. Я снова рассказал, почему хочу уйти, и вежливо попросил отпустить меня.</p>
     <p>— Но это невозможно! — с ханжеским возмущением произнес адъютант, потрясенный моей неблагодарностью. — Нет, подумать только! — Он даже зафыркал. — Подумать только!</p>
     <p>— Значит, вы не позволяете мне уйти отсюда? — решительно спросил я. — Будете держать меня здесь против моей воли?</p>
     <p>— Будем, — фыркнул он.</p>
     <p>Не знаю, что могло бы в этот момент случиться, ибо я тоже кипел от возмущения. Но так как «паства» начала, видимо, уже интересоваться нашим спором, адъютант потащил меня куда-то в угол, а затем в другую комнату. Там он снова потребовал, чтобы я изложил ему свои доводы.</p>
     <p>— Я хочу уйти, — повторил я, — я собираюсь искать работу в Степни, и каждый потерянный час уменьшает мои шансы. Уже почти двенадцать. Когда я шел сюда, я не думал, что столько времени уйдет на завтрак.</p>
     <p>— Так, значит, у тебя дела? — презрительно хмыкнул он. — Значит, ты деловой человек, а? Тогда зачем же ты сюда явился?</p>
     <p>— Я провел ночь на улице, и мне нужно было подкрепиться, прежде чем идти искать работу. Потому я здесь.</p>
     <p>— Очень мило! — протянул он тем же презрительным тоном. — Человеку, которого ждут дела, здесь не место. Ты отнял завтрак у неимущего, вот что!</p>
     <p>Это была ложь, потому что все, кто хотел попасть сюда в это утро, попали.</p>
     <p>Теперь скажите, по-христиански ли он себя вел? Попросту говоря, честно ли? Ведь он ясно слышал, что я бездомный и пришел потому, что был голоден, а теперь должен идти искать работу. А он понес околесицу про какие-то «дела», что я бизнесмен, богач, и вот позарился на бесплатный завтрак, отняв его у голодного бедняка, и, конечно, не бизнесмена, как я.</p>
     <p>Я с трудом сдержал гнев и еще раз повторил свои доводы, четко и ясно показав ему, что он несправедлив ко мне и извратил факты. Видя, что я не сдаюсь (а лицо у меня, верно, было довольно злое), он направился со мной через черный ход во двор, где стояла палатка. Все так же пренебрежительно он сказал двум солдатам, сторожившим палатку:</p>
     <p>— Вот я привел парня. Говорит, что у него неотложные дела и что не может ждать богослужения.</p>
     <p>Разумеется, они были в должной мере потрясены и взглянули на меня с невыразимым ужасом, а мой провожатый, оставив меня у входа, скрылся в палатке и вышел оттуда с майором Армии спасения. С тем же презрением в голосе, особенно подчеркивая слово «дела», он доложил майору о происшествии. Майор был человек иного склада. Мне он сразу понравился, и я опять, слово в слово, повторил свою просьбу.</p>
     <p>— А ты разве не знал, что должен будешь остаться на богослужение? — спросил майор.</p>
     <p>— Конечно, нет, — ответил я. — Я бы тогда предпочел обойтись без завтрака. У вас нигде не написано, что таков порядок. Надо было хотя бы предупреждать у входа.</p>
     <p>Он подумал немного, потом промолвил:</p>
     <p>— Ладно, ступай.</p>
     <p>Было двенадцать часов, когда я выбрался на улицу; я так и не мог решить, где ж это я находился: в казарме Армии спасения или в тюрьме? Полдня уже прошло, а до Степни отсюда оказалось очень далеко. Было воскресенье, и ведь даже бедняку неохота искать работу в праздник. Кроме того, я чувствовал, что немало потрудился в эту ночь, бродя по городу, и утром — добывая себе завтрак. И вот, решив забыть на время, что я «голодный человек в поисках работы», я вскочил в проходивший омнибус.</p>
     <p>Дома я скинул с себя все, что на мне было, принял ванну, побрился, улегся в чистую постель и заснул. Заснул я в шесть часов вечера, а проснулся в девять утра, проспав целых пятнадцать часов. И еще в полудреме, лежа в постели, я вспомнил тех семьсот несчастных, которые остались там вчера дожидаться богослужения. И им, бедным, не помыться, не побриться, не скинуть с себя лохмотья, не поспать пятнадцать часов кряду на чистых простынях. Когда молебствие в Армии спасения окончилось, их снова выгнали на улицу, и снова перед ними встали вечные вопросы: как раздобыть кусок хлеба на обед, где укрыться ночью от непогоды и откуда взять кусок хлеба, когда наступит новый день?</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XII</p>
      <p>День коронации</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Волной от супостата</p>
      <p>Надежно огражден,</p>
      <p>Республикой когда-то</p>
      <p>Ты был, о Альбион!</p>
      <p>Край Мильтона великий,</p>
      <p>Ты под ярмом склонен…</p>
      <p>Приемлешь глав венчанных</p>
      <p>Заржавленную ложь</p>
      <p>И, раб речей обманных,</p>
      <p>Покорно спину гнешь,</p>
      <p>Простор небес не видишь</p>
      <p>И воздух сфер не пьешь!</p>
      <text-author>Суинберн<a l:href="#n_950" type="note">[950]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Vivat Rex Eduardus!<a l:href="#n_951" type="note">[951]</a> Сегодня короновали короля, и было устроено пышное празднество с целым шутовским представлением, а мне все это непонятно и навевает грусть. Я никогда не видывал ничего столь нелепо мишурного, если не считать американского цирка и балета «Алгамбра»,<a l:href="#n_952" type="note">[952]</a> и столь трагически безнадежного — тоже.</p>
     <p>Чтобы получить удовольствие от коронации, мне следовало бы явиться прямо из Америки в отель Сесиль и оттуда — на трибуны для «умытых», где за место взимают пять гиней. Ошибка моя заключалась в том, что я прибыл с Восточной стороны, со стороны «немытых», — их, кстати сказать, собралось здесь немного. Жители Восточной стороны в подавляющем большинстве остались дома и напились допьяна. Социалисты, демократы и республиканцы отправились за город подышать свежим воздухом, мало интересуясь тем, что сорок миллионов англичан венчают на царство нового помазанника божьего. Шесть с половиной тысяч прелатов, священников, государственных деятелей, принцев и военных присутствовали при коронации и миропомазании царственного владыки, мы же — все прочие — должны были довольствоваться лицезрением торжественного шествия.</p>
     <p>Я наблюдал церемонию с Трафальгарской площади. Это «первая по красоте площадь в Европе», как ее называют; самое что ни на есть сердце Британской империи! Нас собралось там много тысяч человек, сдерживаемых в железной узде превосходно организованным воинским ограждением. Двойная стена солдат отрезала процессию от зрителей. Подножие колонны Нельсона окаймляли три ряда синих мундиров. Восточнее, у входа на площадь, выстроилась королевская морская артиллерия. На скрещении Пэлл-Мэлл и Кокспер-стрит уланы и гусары подпирали со всех сторон памятник Георгу III. В западной части площади алели мундиры моряков королевского флота, а от Юнион-клуба до самой Уайтхолл-стрит выстроился плотным сверкающим полукольцом 1-й лейб-гвардейский полк — великаны верхом на гигантских конях, стальные панцири, стальные каски, стальные чепраки — мощный стальной кулак, готовый ударить по первому приказу властей предержащих. Далее, как бы расслаивая толпы зрителей, тянулись длинные шпалеры городской полиции, а позади всех стояли резервы — рослые, откормленные вооруженные люди, умеющие ловко орудовать саблей в случае надобности.</p>
     <p>Так было на Трафальгарской площади, и так было по всему пути следования процессии — демонстрация мощи, колоссальной мощи, и людей, красивых, статных, как на подбор, у которых одно только назначение в жизни: слепо повиноваться и слепо убивать, уничтожать, вытаптывать все живое. И для того, чтобы они были всегда сыты, хорошо одеты и хорошо вооружены, а государство имело бы корабли, чтобы перебрасывать их во все концы земного шара, Восточная сторона Лондона и «восточная сторона» всей Англии трудится до седьмого пота, заживо гниет и вымирает.</p>
     <p>Существует китайская поговорка: «Если один живет в лени, другой умирает от голода». А Монтескье<a l:href="#n_953" type="note">[953]</a> сказал: «Из-за того, что много людей занято изготовлением одежды для одного человека, много людей вовсе не имеют одежды». Таким образом, одно объясняет другое. Мы не поймем, откуда берется этот голодный малорослый труженик Восточного Лондона, ютящийся со всей семьей в жалкой конуре, сдавая при этом внаем углы таким же, как он, голодным заморышам, пока не увидим верзилу лейб-гвардейца Западного Лондона и не узнаем, что первый должен кормить и одевать второго.</p>
     <image l:href="#i_112.jpg"/>
     <p>И вот, в то время как в Вестминстерском аббатстве сажают нового короля на трон, я, зажатый между лейб-гвардией и полицией на Трафальгарской площади, предаюсь размышлениям о том, как народ израильский впервые взял себе царя. Вы все помните текст из священного писания:</p>
     <cite>
      <p>«Все старейшины пришли к Самуилу и сказали ему: поставь над нами царя, чтобы он судил нас, как у прочих народов…</p>
      <p>И сказал господь Самуилу: итак, послушай голоса их; только представь им и объяви им права царя, который будет царствовать над ними…</p>
      <p>И пересказал Самуил все слова господа народу, просящему у него царя, и сказал: вот какие будут права царя, который будет царствовать над вами: сыновей ваших он возьмет и приставит их к колесницам своим и сделает всадниками своими, и будут они бегать пред колесницами его;</p>
      <p>и поставит их у себя тысяченачальниками и пятидесятниками, и чтобы они возделывали поля его, и жали хлеб его, и делали ему воинское оружие и колесничный прибор его;</p>
      <p>и дочерей ваших возьмет, чтобы они составляли масти, варили кушанье и пекли хлеб;</p>
      <p>и поля ваши и виноградные и масличные сады ваши лучшие возьмет и отдаст слугам своим;</p>
      <p>и от посевов ваших и из виноградных садов ваших возьмет десятую часть и отдаст евнухам своим и слугам своим;</p>
      <p>и рабов ваших и рабынь ваших, и юношей ваших лучших и ослов ваших возьмет и употребит на свои дела;</p>
      <p>от мелкого скота вашего возьмет десятую часть, и сами вы будете ему рабами;</p>
      <p>и восстенаете тогда от царя вашего, которого вы избрали себе, и не будет господь отвечать вам тогда».</p>
      <p>Так вот оно все и произошло в те далекие времена, и воистину народ воззвал к Самуилу, говоря:</p>
      <p>«Помолись о рабах твоих перед господом богом твоим, чтобы не умереть нам; ибо ко всем грехам нашим мы прибавили еще грех, когда просили себе царя»</p>
     </cite>
     <p>И после Саула и Давида царствовал Ровоам, который ответил народу сурово и сказал им:</p>
     <cite>
      <p>«Отец мой наложил на вас тяжкое иго, а я увеличу иго ваше; отец мой наказывал вас бичами, а я буду наказывать вас скорпионами».</p>
     </cite>
     <p>И в наши дни пятьсот лордов владеют по наследству одной пятой частью Англии; вкупе с придворными и королевскими слугами и всеми теми, кто представляет власть, они растрачивают ежегодно на ненужную роскошь миллиард восемьсот пятьдесят миллионов долларов, или триста семьдесят миллионов фунтов стерлингов, что равно тридцати двум процентам общего богатства, созданного руками трудового народа.</p>
     <p>В Вестминстерском аббатстве под звуки фанфар и гром военных оркестров, окруженный блестящей толпой лордов и иностранных владык, король, в великолепной золотой мантии, торжественно принимал атрибуты верховной власти. Лорд-камергер положил к его ногам шпоры, а архиепископ кентерберийский вручил ему меч в красных ножнах, сопровождая это речью:</p>
     <p>— Прими сей королевский меч с престола господня. Вручают его тебе священники, недостойные слуги господа.</p>
     <p>И, опоясываемый мечом, король внимал заклинаниям архиепископа:</p>
     <p>— Твори мечом этим справедливость, искореняй зло, охраняй святую церковь господню, защищай вдов и сирот и помогай им; восстанавливай то, что пришло в упадок, береги то, что восстановлено, карай и исправляй дурное и поддерживай хорошее.</p>
     <p>Стоп, внимание! Со стороны Уайтхолла прокатилось «ура!», толпа заколыхалась, солдаты стали навытяжку — и вот показались королевские гребцы в маскарадных средневековых одеяниях красного цвета. Ну, точь-в-точь как выход на цирковом параде! Затем выкатила дворцовая карета, битком набитая придворными дамами и джентльменами, с ливрейными лакеями в пудреных париках на запятках и пышно одетыми кучерами. За ней другие кареты, и в каждой лорды и камергеры, виконты и фрейлины — словом, вся лакейская. Дальше воины, королевский эскорт: генералы со следами ратных трудов на бронзовых лицах, прибывшие в Лондон со всех концов света; офицеры волонтерских войск, офицеры милиционной армии и кадровые офицеры; Спенс и Пламер, Бродвуд и Купер, который сменил Укипа; Малтияс, отличившийся в Даргае, Диксон, командовавший при Флакфонтейне; генерал Гейзли и адмирал Сеймур, только что из Китая; Китченер<a l:href="#n_954" type="note">[954]</a> — герой Хартума, и лорд Робертс,<a l:href="#n_955" type="note">[955]</a> воевавший в Индии и повсюду на земном шаре, — военачальники Великобритании, специалисты по разрушениям, инженеры смерти! Порода людей, резко отличная от тех, кто работает на фабриках и обитает в трущобах, — да, совершенно иная раса!</p>
     <p>Проходят эти, а за ними еще и еще, без конца. Какая помпа, какая спесь и мощь — стальные люди, военные диктаторы, поработители мира! Идут вперемежку пэры и члены палаты общин, принцы и магараджи, шталмейстеры короля и дворцовые стражи. А вот пошли колониальные солдаты, стройные, худощавые, закаленные; а дальше войска всех племен и народов: из Канады, Австралии и Новой Зеландии; с Бермудских островов и с Борнео; с островов Фиджи и Золотого Берега; из Родезии, Капской колонии, Наталя, Сиерра-Леоне и Гамбии; из Нигерии и Уганды; с Цейлона, Ямайки, Кипра; из Гонг-Конга и Вей-Хай-Вея; из Лагоса, с Мальты и с Санта-Лючии; из Сингапура и с Тринидада. Скачут верхом покоренные племена с Инда — смуглые наездники с саблями, во всей своей дикой первобытности, — сикхи, раджпуты, бирманцы, провинция за провинцией, каста за кастой; глаза слепит от малинового и алого.</p>
     <p>Мелькнули золотые доспехи — промчались конногвардейцы на чудесных пони светлой масти. И сразу же ураган приветствий и неистовый треск оркестров: «Король! Король! Боже, храни короля!» Начинается массовый психоз. Я, кажется, тоже охвачен им, я тоже готов орать: «Король! Боже, храни короля!» Я вижу вокруг себя оборванных людей, которые со слезами на глазах подбрасывают шапки вверх и самозабвенно вопят: «Благослови их! Благослови!» Вот он, смотрите, — в волшебной золотой карете, на голове сверкающая корона; рядом с ним женщина в белом и тоже в короне.</p>
     <p>И я стараюсь убедить себя, что все это наяву, а не в сказочном сне. Но нет, я не могу поверить, — и, пожалуй, так даже лучше. Куда отраднее думать, что этот балаган, и мишура, и помпа, и почти суеверное поклонение— лишь выдумка, сказка, а не реальные действия нормальных, здравомыслящих людей, овладевших тайнами природы и секретом звезд.</p>
     <p>Мелькают в роскошных нарядах князья и князьки, герцоги и герцогини, всевозможные титулованные особы из свиты монарха; потом еще воины, еще лакеи, еще какие-то покоренные народы — и сказочная процессия кончается. Толпа увлекает меня с площади в лабиринт узеньких уличек, где в кабаках стон стоит от пьяного веселья, где все перемешалось — мужчины, женщины и даже дети. Со всех сторон несется популярная песенка, подобающая моменту:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Эге-гей! Теперь пришла коронации пора,</v>
       <v>Так начнем гулять, плясать и кричать: «Гип-гип ура!»</v>
       <v>То-то вволю мы попьем виски, херес, джин и ром…</v>
       <v>Веселимся мы: пришла коронации пора!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>С неба льет ливень. На улице появляются вспомогательные территориальные войска — черные африканцы и желтые азиаты в тюрбанах и фесках, за ними кули с ношей на голове: пулеметами и горными пушками. Босые ноги ритмично шлепают по грязи — хлюп, хлюп, хлюп. Кабаки разом пустеют, братья-англичане выбегают и громкими возгласами приветствуют смуглых вассалов, но тут же спешат вернуться к прерванному возлиянию.</p>
     <p>— Понравилась коронация, папаша? — спросил я одного старика на скамейке Грин-парка.</p>
     <p>— Мне-то? Ах, черт, подумал я, самое время выспаться — полицейских нет! Вот и махнул сюда, а со мной еще человек пятьдесят. Да никак не мог заснуть от голода, — лежал и все думал, думал. Всю свою жизнь я проработал, а теперь вот негде даже голову приклонить, а тут еще эта музыка, крик, салюты… И мне, словно я анархист какой, захотелось броситься туда и проломить башку лорду-камергеру.</p>
     <p>Почему именно лорду-камергеру — этого я не мог понять, и он не сумел мне объяснить.</p>
     <p>— Такое у меня было чувство, — сказал старик исчерпывающим тоном, и на этом наш разговор окончился.</p>
     <p>С наступлением ночи зажглась иллюминация. Всюду засверкали гирлянды огней — зеленых, янтарных, красных, и вензеля из двух горящих букв: «Е. R.». Тысячные толпы высыпали на улицы, и хотя полиция старалась не допускать буйства, пьяных и хулиганов было хоть отбавляй. Усталый трудовой люд, казалось, потерял голову от непривычного возбуждения, радуясь возможности в кои веки отдохнуть и поразвлечься. Стар и млад, мужчины и женщины водили хороводы, распевали песни: «Может, я сошел с ума, но я люблю тебя», «Долли Грей» и «Куст душистый и пчела» с таким припевом:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Ты цветок, а я пчела, я к тебе лечу,</v>
       <v>Мед твоих пунцовых губок выпить я хочу!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Я сидел на набережной Темзы и глядел, как играют огни иллюминации, отражаясь в воде. Близилась полночь, и мимо меня лился людской поток — возвращались с гулянья «солидные» лондонцы, чуравшиеся шумных улиц. На скамейке рядом со мной клевали носом два оборванных существа — мужчина и женщина. Женщина, крепко прижав скрещенные руки к груди, ни минуты не сидела прямо: то никла всем телом вперед так, что казалось, вот-вот она потеряет равновесие и упадет, то приподнималась и сразу валилась влево, роняя голову на плечо мужчины, то откидывалась вправо, но от неудобства и напряжения вздрагивала, открывала глаза и рывком выпрямлялась; затем опять клонилась вперед и проходила весь цикл, пока боль от неудобного положения вновь не заставляла ее встряхнуться.</p>
     <empty-line/>
     <p>Возле них то и дело останавливались мальчишки и парни постарше; забегая сзади, они вдруг издавали какой-нибудь дикий звук. Спящая пара, как от толчка, мгновенно просыпалась, и их лица были так искажены испугом, что прохожие начинали весело гоготать.</p>
     <p>Больше всего меня удивляла эта черствость окружающих, которую никто и не пытался скрыть. Бездомный на городской скамье — здесь совершенно привычное зрелище, это несчастное, безобидное существо, и над ним можно безнаказанно издеваться. Тысяч пятьдесят людей прошло мимо нас, пока я сидел на скамейке, и ни у одного из них, даже в этот день, когда они все так развеселились по случаю коронации, не дрогнуло сердце, не подсказало подойти к спящей и предложить: «Вот вам шесть пенсов на ночлег». Наоборот, женщины, особенно молодые, потешались над тем, как эта несчастная клевала носом, и отпускали шутки, которые неизменно смешили их кавалеров.</p>
     <p>Пользуясь их собственным жаргоном, это было «кошмарно», я бы сказал даже — чудовищно. Не скрою, меня уже сильно бесила эта веселящаяся толпа, и я невольно с каким-то мрачным удовлетворением припомнил статистику, которая показывает, что в Лондоне каждому четвертому из взрослых обитателей его суждено умереть в благотворительном учреждении — в работном доме, больнице или богадельне.</p>
     <p>Я завел разговор с моим соседом по скамейке. Ему пятьдесят четыре года, он бывший портовый грузчик. Изредка его берут на работу, но лишь в случае особой горячки, когда до зарезу нужны люди. В другое время предпочитают более молодых и здоровых. Уже семь суток, как он живет на набережной, но на следующей неделе надеется поправить дела: может, посчастливится поработать несколько дней, — тогда он снимет себе койку в ночлежке. Он всю жизнь прожил в Лондоне, если не считать пяти лет с 1878 года, когда был призван в армию и служил солдатом в Индии.</p>
     <p>Голоден ли он? Еще бы! И девушка тоже. Сейчас у них особенно тяжкие дни, хоть полиции не до них и можно, казалось, хотя бы отоспаться. Я разбудил эту девушку, вернее сказать, молодую женщину («Мне уже двадцать восемь лет, сэр», — сказала она), и повел обоих в кофейню.</p>
     <p>— Сколько тут работы было! — сказал мне мой новый знакомый, глядя на какое-то ослепительно иллюминованное здание.</p>
     <p>Работа была для этого человека смыслом существования. Всю жизнь он трудился, и работа была единственным критерием, с которым он подходил к оценке всех жизненных явлений и самого себя в том числе.</p>
     <p>— Очень хорошо, что коронация, — продолжал он свою мысль. — Дали людям работу.</p>
     <p>— А вы-то ведь по-прежнему голодны? — заметил я.</p>
     <p>— Что ж, — вздохнул он. — Ходил я тоже, да меня не взяли. Возраст не тот! А вы чем занимаетесь? Моряк? Я так сразу и подумал.</p>
     <p>— А я знаю, кто вы, — сказала женщина. — Итальянец!</p>
     <p>— Да что ты! — с жаром возразил старик. — Он янки, вот кто. Уж я-то знаю.</p>
     <p>— Боже ты мой, что тут делается! — воскликнула наша спутница, когда мы, пробившись на Стрэнд, очутились в гуще шумной, развеселой толпы. Мужчины горланили песню, им резкими, хриплыми голосами подпевали девушки:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Эге-гей! Теперь пришла коронации пора,</v>
       <v>Так начнем гулять, плясать и кричать: «Гип-гип ура!»</v>
       <v>То-то вволю мы попьем виски, херес, джин и ром…</v>
       <v>Веселимся мы: пришла коронации пора!</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— До чего же я грязная! Где-где только не побывала сегодня! — сказала женщина, вытирая заспанные глаза, в уголках которых чернела сажа. Мы уже сидели за столиком в кофейне. — Но очень было интересно! — продолжала она. — Мне так понравилось, только скучновато одной. Дамы такие важные, все в роскошных белых платьях! Красивые, как картинки!</p>
     <p>— Я ирландка, — сказала она в ответ на мой вопрос. — Меня зовут Айторн.</p>
     <p>— Как? — не понял я.</p>
     <p>— Айторн, сэр, Айторн.</p>
     <p>— Что за имя такое? Как оно пишется?</p>
     <p>— Ну, Хэйторн. А говорится: Айторн.</p>
     <p>— О! — сказал я. — Значит, вы ирландская «кокни»?</p>
     <p>— Да, сэр, я родилась здесь, в Лондоне.</p>
     <p>Хэйторн мирно жила в родительском доме, пока не погиб от несчастного случая отец, и она осталась одна-одинешенька. Старший брат ее служил в солдатах, у другого — жена и восемь человек детей, а зарабатывает он двадцать шиллингов в неделю, да и то не всегда. Чем он ей может помочь? Однажды она ездила на три недели куда-то в Эссекс, за двенадцать миль, собирать фрукты.</p>
     <p>— Я вернулась оттуда черная-пречерная, ей-богу! Вы бы прямо не поверили!</p>
     <p>Последнее время она работала в кофейне с семи утра до одиннадцати ночи за стол и пять шиллингов в неделю; потом заболела, попала в больницу и с тех пор, как вышла оттуда, не может найти работы. Чувствует она себя все еще плоховато, а вот уже вторую ночь приходится проводить на улице.</p>
     <p>И она, и старик уплетали за обе щеки, но не могли насытиться, пока не съели по второй и третьей порции.</p>
     <p>Во время ужина женщина протянула руку через стол и пощупала материю на моем пиджаке и рубашке.</p>
     <p>— Хорошие вещи носят янки! — заметила она.</p>
     <p>Это мои-то тряпки хорошие! Я даже покраснел от неловкости, но, приглядевшись повнимательнее к себе и к моим собеседникам, пришел к заключению, что я и в самом деле не так уж плохо одет и сравнительно прилично выгляжу.</p>
     <p>— А что же вы думаете делать дальше? — спросил я у них. — Ведь старость-то не за горами.</p>
     <p>— Ну, пойду в работный дом, — сказал мужчина.</p>
     <p>Нет уж, провалиться мне на этом месте, если я туда пойду! — заявила женщина. — Дело мое дрянь, но лучше сдохнуть на улице, чем идти туда. Нет уж, спасибо! — На несколько минут воцарилось молчание. — Спасибо! — повторила она.</p>
     <p>— Вот вы ходите так всю ночь по улице, — сказал я, — а как вы добываете себе еду утром?</p>
     <p>— Стараюсь достать где-нибудь пенни, если не сберег от вчерашнего дня, — ответил старый грузчик. — Иду в кофейню, беру кружку чая.</p>
     <p>— Ну, этим сыт не будешь, — возразил я.</p>
     <p>Оба многозначительно улыбнулись.</p>
     <p>— Сидишь и пьешь маленькими глоточками, — пояснил он, — чтобы подольше растянуть, да все поглядываешь, не оставил ли кто чего-нибудь на столе.</p>
     <p>— Вы не поверите, сколько некоторые оставляют, — добавила женщина.</p>
     <p>— Самое главное, — рассудительно закончил ее приятель, — это достать пенни.</p>
     <p>Наконец-то я понял, на что он намекает.</p>
     <p>Когда мы уходили, мисс Хэйторн собрала с соседних столов какие-то корочки и спрятала под свою рваную шаль.</p>
     <p>— Нечего таким добром бросаться, — сказала она, и старик одобрительно закивал головой, тоже засовывая в карман чьи-то объедки.</p>
     <p>В три часа утра я шел по набережной. Эта ночь была сущим праздником для бездомных, потому что полицию услали в другие места. Все скамейки были заняты спящими. Женщин оказалось здесь не меньше, чем мужчин, и большинство этих бездомных были старики и старухи. Видел я, правда, и нескольких мальчиков. На одной скамейке устроилась целая семья: муж сидел, держа на руках спящего младенца, жена его спала, положив голову ему на плечо, а ей в колени уткнулся головкой спящий мальчуган. Глаза мужчины были широко раскрыты; он глядел на воду и думал какую-то свою думу — занятие не очень полезное для бездомного человека, обремененного семьей. Неохота разгадывать его мысли, но я знаю, да и всему Лондону это хорошо известно, что случаи, когда безработный убивает жену и детей, не так уж редки.</p>
     <p>Невозможно пройти в ночной час по набережной Темзы от парламента мимо обелиска Клеопатры до моста Ватерлоо и не вспомнить страданий, описанных две тысячи семьсот лет тому назад в книге Иова:</p>
     <cite>
      <p>«Межи передвигают, угоняют стада и пасут у себя; у сирот уводят осла, у вдовы берут в залог вола; бедных сталкивают с дороги, все уничиженные земли принуждены скрываться.</p>
      <p>Вот они какие дикие ослы в пустыне, выходят на дело свое, вставая рано на добычу; степь дает хлеб для них и для детей их;</p>
      <p>жнут они на поле не своем и собирают виноград у нечестивца;</p>
      <p>нагие ночуют без покрова и без одеяния в стуже; мокнут от горных дождей и. не имея убежища, жмутся к скале;</p>
      <p>отторгают от сосцов сироту и с нищего берут залог; заставляют ходить нагими, без одеяния, и голодных кормят колосьями…»</p>
      <text-author>(Иов —24, 2—10).</text-author>
     </cite>
     <p>С тех пор миновало двадцать семь столетий! Но столь же правдиво звучат эти слова и сегодня в самом центре христианской цивилизации, где царствует король Эдуард VII.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIII</p>
      <p>Дэн Каллен, портовый грузчик</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Величье жизни ты найдешь едва ли В подворье смрадном и в сыром подвале.</p>
      <text-author>Томас Эш</text-author>
     </epigraph>
     <p>Вчера я посетил одну из комнат муниципальных жилых домов близ Леман-стрит. Если бы внезапно передо мной раскрылось безрадостное будущее и я узнал бы, что мне предстоит жить в этой комнате до самой смерти, я пошел бы и утопился в Темзе, чтобы раз и навсегда покончить с этим.</p>
     <p>Да это была и не комната. Назвать ее комнатой так же невозможно, как невозможно назвать дворцом какую-нибудь хижину, не совершая грубого насилия над языком. Скорее нора, берлога — шесть шагов в длину и пять в ширину, с таким низким потолком, что воздуху тут было меньше, чем полагается на британского солдата в казармах. Половину «комнаты» занимала какая-то немыслимая кушетка, покрытая тряпьем; остальное место почти заполняли — колченогий стол, стул и несколько ящиков. Все это имущество, вместе взятое, стоило от силы пять долларов. Ни коврика, ни дорожки на полу, зато стены и потолок обильно изукрашены кровяными пятнами. Каждое такое пятно свидетельствовало о насильственной смерти насекомого, которыми забиты все щели в доме; бороться с ними в одиночку — непосильная задача.</p>
     <p>Обитатель этой конуры, портовый грузчик Дэн Каллен, лежал при смерти в больнице. Однако жалкая обстановка его жилища сохранила какой-то отпечаток его личности, так что можно было получить некоторое представление о том, что за человек этот Дэн Каллен. Стены были увешаны дешевыми портретами Гарибальди, Энгельса, Дэна Бернса<a l:href="#n_956" type="note">[956]</a> и других вождей рабочего класса, а на столе я заметил роман Уолтера Безанта.<a l:href="#n_957" type="note">[957]</a> Мне рассказали, что Дэн Каллен читал Шекспира и книги по истории, социологии и политической экономии, — все это будучи самоучкой.</p>
     <p>Среди разного хлама на столе лежал листок бумаги, на котором было нацарапано: «М-р Каллен, прошу вернуть большой белый кувшин и пробочник, которые вы у меня одолжили». Видимо, когда Дэн Каллен заболел, соседка дала ему на время эти предметы, а теперь, испугавшись, что он умрет, требовала их обратно. Большой белый кувшин и пробочник — слишком ценные вещи для обитателя Бездны, чтобы он мог позволить своему ближнему спокойно умереть, и не напомнил ему о них. До последнего вздоха душу Дэна Каллена должна терзать людская черствость, от которой он тщетно стремился найти избавление.</p>
     <p>История Дэна Каллена коротка, но многое в ней можно прочесть между строк. Он родился плебеем в таком городе и в такой стране, где установлены строжайшие кастовые разграничения. Всю жизнь он ворочал тяжести, но потому, что он пристрастился к чтению, увлекся пищей духовной и умел составить письмо, «как адвокат», его товарищи избрали его туда, где нужно было ворочать мозгами. Он стал руководителем организации грузчиков фруктовых товаров, он представлял докеров в лондонском совете профсоюзов и писал острые корреспонденции в рабочие газеты.</p>
     <p>Он не раболепствовал перед людьми, даже если эти люди являлись его хозяевами и от них зависело, получит ли он кусок хлеба. Он смело высказывал свои мысли и не боялся вступать в борьбу. Во время большой забастовки докеров он был одним из ее руководителей, и это оказалось роковым для Дэна Каллена: с того дня он стал «меченым», и более десяти лет ему мстили за его деятельность.</p>
     <p>Докер — это поденщик. В работе бывают приливы и отливы — в зависимости от того, сколько надо погрузить или выгрузить товаров. Дэна Каллена подвергали дискриминации. Окончательно его не выгнали — боялись скандала (хотя это было бы куда милосерднее), — но работу давали не чаще двух-трех раз в неделю. Это то, что называется «проучить», «дисциплинировать» рабочего, иначе говоря: заморить его голодом. Десять лет такой жизни надломили его душу, а после этого человек долго не протянет.</p>
     <p>Он слег. Оттого, что он становился все беспомощнее, его ужасная конура принимала все более ужасный вид. Одинокий старик без всякой родни, обозленный и мрачный, он боролся с мучившими его насекомыми, а с грязных стен на него взирали портреты вождей. Никто из жителей этой густонаселенной муниципальной казармы не навещал его (он тут ни с кем не подружился), и Дэну Каллену была предоставлена полная свобода гнить заживо.</p>
     <p>Но с далекой восточной окраины к нему пришли его единственные друзья — сапожник с сыном. Они прибрали в комнате, вытащили из-под больного почерневшие от грязи простыни, постелили чистое белье, которое принесли с собой; они же привели к нему сиделку из Олдгейтского королевского благотворительного общества.</p>
     <p>Сиделка обмыла больному лицо, выбила пыль из постели и завела беседу с ним. Он слушал ее с интересом, пока она случайно не назвала свою фамилию.</p>
     <p>— Да, моя фамилия — Блэнк, — ничего не подозревая, сказала она, — и сэр Джордж Блэнк — мой брат.</p>
     <p>— Как, сэр Джордж Блэнк — ваш брат?! — загремел старый грузчик, привскочив на постели.</p>
     <p>Сэр Джордж Блэнк, поверенный администрации кардиффского порта, тот самый, который больше всех постарался, чтобы разгромить кардиффский союз докеров, и за это удостоился рыцарского звания? А она, стало быть, его сестра? Тут Дэн Каллен сел на своей страшной постели и изверг проклятия на нее и всю ее родню. И она убежала оттуда со всех ног, чтобы никогда больше не возвратиться, унося в сердце обиду на черную неблагодарность этих бедняков.</p>
     <p>Ноги Дэна Каллена отекли от водянки. Целыми днями он сидел на постели, спустив их на голый пол (этим он сгонял отеки); тоненькое одеяльце на коленях, на плечах старый пиджак. Миссионер принес ему бумажные комнатные туфли за четыре пенса (я их видел) и вознамерился прочитать с полсотни молитв за спасение его души, но Дэн Каллен был не из тех, кто позволяет первому встречному залезать себе в душу, копаться в ней за какие-то четырехпенсовые шлепанцы. Он попросил миссионера оказать ему любезность — открыть окошко. чтобы он мог выбросить эти шлепанцы. И миссионер поспешил удалиться навсегда, как и сестра Блэнк, унося в сердце обиду на черную неблагодарность бедняков.</p>
     <p>Сапожник — тоже героический старик, хоть его подвиги никем не воспеты и нигде не записаны, — отправился на свой риск и страх в главную контору крупного фруктового агентства, где Дэн Каллен работал поденщиком в течение тридцати лет. Эта фирма пользуется почти исключительно трудом поденных рабочих. Сапожник рассказал о безвыходном положении Дэна Каллена — старого, больного, умирающего, совершенно одинокого и без гроша, напомнил, что этот человек проработал у фирмы три десятка лет, и попросил оказать ему какую-нибудь помощь.</p>
     <p>— Нет, — сказал управляющий, который отлично помнил, кто такой Дэн Каллен, не заглядывая ни в какие списки, — нет, мы ничего не можем сделать. У нас, видите ли, существует твердое правило не помогать поденным рабочим.</p>
     <p>Они и пальцем не ударили, даже не подписали ходатайства о помещении Дэна Каллена в больницу. А это не такое простое дело — устроиться в больницу в прекрасном городе Лондоне. Чтобы попасть в больницу в Хемстеде, например, даже пройдя врачебную комиссию, Дэну Каллену пришлось бы ждать очереди на койку месяца четыре, не меньше. В конце концов сапожник поместил его в уайтчепелский лазарет. Там он частенько навещал своего друга и обнаружил, что Дэн Каллен заразился общим настроением больных: он уверял, что его, как и всех неизлечимых, спешат отправить на тот свет. Нельзя не согласиться, что в умозаключении, сделанном больным стариком, была своя логика, — ведь его с такой настойчивостью «учили» и «дисциплинировали» последние десять лет! У него нашли нефрит и заставляли потеть, чтобы согнать жир с почек, но Дэн Каллен был совершенно убежден, что его просто-напросто хотят уморить: ведь нефрит — это распад почек, и какой там может быть вредный жир, — доктор просто-напросто врет. Врач был настолько разгневан поведением больного, что девять дней не подходил к нему.</p>
     <p>Потом койку Дэна Каллена установили в наклонном положении, чтобы ноги были выше головы. Отеки немедленно перешли на тело, и больной решил, что это делается с единственной целью — доконать его. Он потребовал выписки из лазарета. Его предупредили, что он свалится на лестнице, но он кое-как дотащился до мастерской сапожника. Сейчас он умирает в другой больнице, куда верный друг-сапожник поместил его, употребив на это нечеловеческие усилия.</p>
     <p>Бедный Дэн Каллен! Джуд Незаметный,<a l:href="#n_958" type="note">[958]</a> стремившийся к знаниям! Занятый весь день физическим трудом, он ночи напролет просиживал за книгами; он мечтал о светлом будущем и доблестно боролся за Идею; патриот, борец за свободу человека, он бесстрашно вступал в сражения; и вот под конец у него не хватило духа, чтобы подняться над окружавшей его обстановкой. В предсмертные часы, лежа на койке для нищих в бесплатной палате, он стал циником и пессимистом. «Когда умирает человек, который мог стать мудрецом, но не стал им, — это я называю трагедией».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIV</p>
      <p>Хмель и сборщики хмеля</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Богатую страну, где нищ народ,</p>
      <p>Угрюмый ряд несчастий тяжких ждет.</p>
      <p>Пусть процветает или гибнет знать —</p>
      <p>Всегда нетрудно новую создать.</p>
      <p>Но гордость Англии, ее живая кровь,—</p>
      <p>Крестьянство смелое не возродится вновь.</p>
      <text-author>Голдсмит<a l:href="#n_959" type="note">[959]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Отделение трудящихся от земли зашло так далеко, что теперь во всех цивилизованных странах мира деревня не в состоянии убрать урожай без помощи города. Когда щедрые дары земли начинают уже гнить на корню, призывают обратно в деревню изгнанных оттуда бедняков, ставших жителями городских трущоб. Но в Англии — это не блудные сыны, возвращающиеся под отчий кров, это отщепенцы, бродяги, парии. Встречаемые с недоверием и презрением своими сельскими братьями, они вынуждены ночевать в тюрьмах и ночлежках, а нередко прямо под забором и жить так, как не приведи бог никому.</p>
     <p>Подсчитано, что одному только Кенту для сбора хмеля требуется восемьдесят тысяч городских бедняков. И они устремляются туда из гетто, трущоб и притонов, этих страшных и никогда не иссякающих людских муравейников, послушные зову не только желудка, но и души, сохранившей еще тягу к приключениям. Они заполняют деревни, словно полчища мертвецов, восставших из могил, и все от них шарахаются: пришельцы там не к месту. Малорослые, безобразные, рассыпались они по дорогам и проселкам, словно ядовитая плесень. Присутствие их на земле, самый факт их существования — оскорбление яркому солнцу, зеленой траве, всему, что растет и цветет. Красивые, стройные деревья укоризненно глядят на чахлых уродцев, чья хилость оскверняет нетронутую прелесть природы.</p>
     <p>Сгущаю ли я краски? С какой точки зрения смотреть. Те, для кого самое главное в жизни — приобретать акции и стричь купоны, расценят это именно так; но те, для кого дороже человек с его интересами, конечно, не сделают подобного вывода. Какая масса горя и нищеты — и все для того, чтобы миллионер — владелец пивоваренных заводов мог жить в своем дворце на Западной стороне, смотреть в раззолоченных лондонских театрах спектакли, дразнящие его чувственность, якшаться с титулованными ничтожествами и удостоиться от короля посвящения в рыцари. Будто он и впрямь заслужил эти рыцарские шпоры! В старину рослые белокурые бестии носились на своих скакунах в авангарде войск и зарабатывали себе рыцарское звание, рассекая врага от головы до пояса. И если на то пошло, так уж лучше сразу убить сильного человека одним ударом звонкой стали, чем на протяжении веков коварными паучьими приемами угнетать его политически и экономически и тем низводить его, и его внуков, и правнуков до нечеловеческого состояния.</p>
     <image l:href="#i_113.jpg"/>
     <p>Но поговорим о хмеле. В этой отрасли, как и в остальных, резко сказывается отделение трудящихся от земли. В то время как производство пива непрерывно увеличивается, разведение хмеля идет на убыль. В 1835 году посевы его занимали 71 327 акров, а в нынешнем — 48 024 акра, причем только по сравнению с прошлым годом площадь уменьшилась на 3 103 акра.</p>
     <p>Но даже и с этой сокращенной площади собрали меньше, чем предполагали, из-за скверного, дождливого лета. Недород бьет не только по владельцу плантации, но также и по сборщику. Волей-неволей владелец лишится какой-то части благ; но сборщику придется урезать себя в харчах, которых он и при хорошем урожае никогда не имел вдосталь. За последние недели в лондонских газетах бросались в глаза такого сорта заголовки:</p>
     <cite>
      <p>«Бродяг избыток, а хмеля мало, и он еще не созрел».</p>
     </cite>
     <p>Или заметки в таком духе:</p>
     <cite>
      <p>«С хмельников поступают печальные вести: внезапное прояснение погоды привлекло в Кент сотни сборщиков, но им приходится ждать, пока хмель созреет. В работном доме Дувра сегодня в три раза больше бродяг, чем было в это время в прошлом году, и в других городах по той же причине скопилось большое число безработных поденщиков».</p>
     </cite>
     <p>В довершение бед, когда уже, наконец, приступили к сбору, разразилась страшная буря с грозой и градом, уничтожившая почти весь хмель и едва не погубившая людей. Хмель сорвало с жердей и повалило на землю, а сборщиков, спасавшихся от крупного града в землянках и палатках на низине, едва не затопило. После бури на них жалко было смотреть: их положение было еще тяжелее, чем прежде, — ибо, как ни плох урожай, все же каждый рассчитывал заработать хоть несколько пенсов, а тут пришлось не солоно хлебавши тащиться назад в Лондон.</p>
     <p>— Подметать нам его, что ли? — говорили люди, не желая глядеть на землю, по щиколотку устеленную хмелем.</p>
     <p>Те, кто остался обирать полуголые стебли; негодовали, что за шиллинг должны сдать семь бушелей<a l:href="#n_960" type="note">[960]</a> хмеля, как и в урожайный год, когда хмель первоклассный.</p>
     <p>Я побывал в Тестоне, а также в Восточном и Западном Фарлее вскоре после бури, слышал, как роптали сборщики, и видел гниющий на земле хмель. В парниках Бархам-Корта градом выбило тридцать тысяч стекол и уничтожило все: персики, сливы, груши, яблоки, ревень, капусту, свеклу.</p>
     <p>Это было, разумеется, довольно печально для предпринимателей, но, даже в худшем случае, ни один из них не остался без обеда. Однако именно этим людям печать пространно выражала сочувствие, с нудными подробностями сообщая об их убытках. Например: «М-р Херберт Лени исчисляет свои потери в 8 000 фунтов стерлингов; м-р Фремлин, владелец прославленного пивоваренного завода, арендующий всю землю в этом округе, потерпел убыток на сумму в 10 000 фунтов; столь же сильно пострадал брат Херберта Лени, владелец пивоваренного завода в Уотерингбюри». Что касается сборщиков хмеля, то о них никто даже и не вспомнил. Тем не менее я беру на себя смелость утверждать, что для вечно голодного м-ра Вильяма Баглса и его вечно голодной жены и вечно голодных детишек лишиться нескольких даже самых скудных обедов гораздо большее несчастье, чем для пивовара Фремлина потерять 10 000 фунтов стерлингов; тем более что трагедия Баглса может быть умножена на тысячи таких же, а трагедию Фремлина едва ли можно помножить на пять.</p>
     <p>Желая собственными глазами увидеть, как идут дела у такого Баглса и его собратьев, я надел свой костюм кочегара и отправился на поиски работы. Компанию мне составил Берт — молодой сапожник из Восточного Лондона, большой охотник до всяких приключений. По моему совету, он обрядился в самое что ни на есть старье и всю дорогу от Мейдстона беспокоился, дадут ли нам, таким оборванцам, работу.</p>
     <p>И не так уж он был неправ. Когда мы зашли перекусить в придорожный трактир, хозяин не спускал с нас подозрительного взгляда и, лишь убедившись, что у нас есть деньги, стал чуть любезнее. Местные жители, встречавшиеся на пути, поглядывали на нас недоверчиво. А гуляки из Лондона, проносясь мимо в экипажах, с гиканьем и улюлюканьем выкрикивали оскорбления по нашему адресу. Однако к концу пребывания в этом районе мой друг понял, что мы одеты ничуть не хуже, а пожалуй, даже лучше любого сборщика хмеля. Нам довелось увидеть в тот день просто фантастические лохмотья.</p>
     <p>— Отлив! — крикнула своим товаркам какая-то женщина, похожая на цыганку, когда мы подошли к ларям, куда сборщики сваливали хмель.</p>
     <p>— Понял? — шепнул мне Берт. — Это она на твой счет проехалась.</p>
     <p>Да, я понял. Сказано было метко. Во время отлива судно не выходит в море, и матросы вынуждены оставаться на берегу. Моя матросская фуфайка на хмелевой плантации в Кенте красноречиво доказывала, что я сел на мель, как садится лодка при морском отливе.</p>
     <p>— Не найдется ли для нас работенки, хозяин? — спросил Берт у пожилого управляющего с добродушным лицом, который был чем-то очень занят.</p>
     <p>Тот решительно ответил: «Нет». Но Берт не отставал от него, я тоже, и, куда бы он ни двинулся, мы следовали за ним. Так мы обошли чуть не все поле. То ли ему понравилась наша настойчивость, которую он принял за особое рвение к труду, то ли его тронул наш несчастный вид и рассказ о злоключениях, но в конце концов он смилостивился и указал на ларь для хмеля — единственный свободный, как оказалось, потому, что двое рабочих ушли отсюда, не сумев заработать на пропитание.</p>
     <p>— Но чтоб без хулиганства, слышите?! — предупредил управляющий, оставляя нас работать в обществе женщин.</p>
     <p>Была суббота. Мы знали, что рабочий день скоро кончится, и усердно принялись за дело, желая проверить, удастся ли нам заработать хотя бы на соль. Работа оказалась легкая, прямо-таки женская. Мы сидели на краю ларя, между шпалерами, по которым вился хмель, и человек, обрывавший его, бросал нам сверху крупные душистые ветки. За час мы научились на ощупь находить шишки и срывать их разом по полдесятка. В этом и заключалась вся премудрость.</p>
     <p>Мы действовали проворно, не отставая от женщин, и все же их лари наполнялись быстрее: им помогали стаи ребятишек, которые обрывали хмель обеими руками почти так же быстро, как и мы.</p>
     <p>— Со стеблями обрывать не разрешается, — сказала нам какая-то женщина.</p>
     <p>Мы поблагодарили ее и стали оставлять стебельки.</p>
     <p>Скоро мы убедились, что мужчине, работая в одиночку, здесь не прокормиться. Женщины, даже дети, успевают сделать больше мужчины: ему не под силу соревноваться с матерью, окруженной выводком ребятишек; они работают артелью, и их совместные старания определяют заработок.</p>
     <p>— Я голоден, как зверь, Берт, — сказал я. Мы в тот день еще не обедали.</p>
     <p>— Я сам готов лопать хмель, черт побери, — отозвался он.</p>
     <p>И мы принялись сетовать на то, что не позаботились обзавестись потомством, — вот и нет у нас в столь трудную минуту помощников! Так мы коротали время, развлекая своей болтовней соседей. Мы даже завоевали расположение деревенского паренька, обязанностью которого было выдергивать жерди и подбирать с земли упавшие цветы, — он то и дело подбрасывал в наш ларь горсть шишек.</p>
     <p>От этого парня мы узнали, на какой «аванс» можно тут рассчитывать. Рабочему платят шиллинг за семь бушелей хмеля, но чтобы получить этот шиллинг, нужно сдать двенадцать бушелей, то есть за пять бушелей деньги задерживаются. Так хозяева принуждают сборщика оставаться до конца работ, независимо от того, хороший урожай хмеля или плохой, — особенно когда плохой.</p>
     <p>Впрочем, сидеть на солнышке было приятно: золотистая цветочная пыльца сыпалась с рук, острый аромат хмеля щекотал ноздри; память о шумных городах, откуда пришли сюда все эти люди, затуманилась, отодвинулась куда-то далеко. Бедные, горемычные бродяги! Бедные обитатели трущоб! И они стремятся на простор полей, и их одолевает смутная тоска по земле, с которой их согнали, тоска по ветру, дождю, солнцу и вольному воздуху, не оскверненному городским смрадом. Как море манит моряка, так манит их плодородная земля, и в каждом хилом, нерасцветшем теле живет душа далеких предков, которые не знали городов. Людей безотчетно волнуют и радуют звуки, краски и запахи земли, потому что в крови у них еще живут воспоминания, хоть памятью они давно утрачены.</p>
     <p>— Хмель весь, приятель, — вздохнул Берт.</p>
     <p>Было уже пять часов, и нам прекратили подачу ветвей, чтобы сборщики успели привести все в порядок, потому что по воскресеньям не работали. Целый час томились мы без дела в ожидании учетчиков. Как только село солнце, сразу похолодало, и ноги у нас изрядно застыли. Рядом с нами две женщины и шестеро ребятишек собрали девять бушелей хмеля. У нас же с Бертом по обмеру оказалось пять бушелей. Тоже не плохо, если принять во внимание, что дети наших конкуренток были в возрасте от девяти до четырнадцати лет.</p>
     <p>Пять бушелей! Значит, за три с половиной часа мы вдвоем заработали восемь с половиной пенсов. По четыре с четвертью пенса на брата — чуть больше одного пенса в час! В виде аванса мы могли получить только пять пенсов; впрочем, за неимением мелочи учетчик вручил нам шестипенсовик. Он остался глух к нашим мольбам, повесть о наших бедах не тронула его сердца. Он громко заявил, что мы и так получили на пенс больше, чем следовало, и с тем удалился.</p>
     <p>Допустим на минуту, что мы и в самом деле те, за кого себя выдавали, — бедняки без гроша за душой, — и посмотрим, как развертывались бы события дальше. Надвигалась ночь, а мы еще не ужинали, даже не обедали, и на двоих имели шесть пенсов. Я один легко проел бы не шесть пенсов, а в три раза больше, и Берт тоже. Ясно было, во всяком случае, что, удовлетворив шестью пенсами желудок на одну шестую, мы оставили бы его на пять шестых возмущенным такой несправедливостью. Далее. Очутившись снова без денег, мы должны были бы ночевать под забором, что, возможно, не так уж страшно, только, правда, пришлось бы пожертвовать частью тепла, полученного нами от еды. Завтра — воскресенье и вынужденный отдых. А глупый желудок не желает отдыхать! Стало быть, вот проблема: где взять деньги, чтобы набить его три раза в воскресенье и дважды в понедельник? (Ведь следующего «аванса» можно было ждать только в понедельник вечером!) Мы знали, что ночлежки переполнены, а если обратиться за подаянием к фермерам, то рискуем угодить в тюрьму на четырнадцать суток. Что оставалось делать? Мы посмотрели друг на друга с отчаянием. Да нет же, вовсе не с отчаянием! Мы от души возблагодарили бога за то, что он сотворил нас непохожими на других людей, особенно на сборщиков хмеля, и зашагали по дороге в Мейдстон, побрякивая серебряными монетами, которыми запаслись, выходя из Лондона.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XV</p>
      <p>Мать моряков</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Эти глупые крестьяне, которые держат на своих плечах царские троны, приносят славу государственным деятелям, обеспечивают генералам прочные победы, оставаясь в то же время невежественными, апатичными или исполненными тупой ненависти; эти крестьяне, которые своим трудом движут мир, хотя их заставляют уничтожать друг друга во имя бога, короля и биржи, — эти мечтатели, жалкие глупцы, заслужили себе бессмертие, а они позволяют командовать собою какой-нибудь раззолоченной кукле и отдают свою жизнь в распоряжение денежного мешка.</p>
      <text-author>Стивен Крейн<a l:href="#n_961" type="note">[961]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Меньше всего можно было рассчитывать на встречу с «Матерью моряков» в сердце Кента, но именно там я ее нашел — на убогой улице, в бедном районе Мейдстона. На окне ее дома не виднелось объявления о сдаче внаем комнат, и мне пришлось долго ее уговаривать, прежде чем она согласилась пустить меня переночевать в своем зальце. Вечером того же дня я зашел в подвал, где у них была кухня, побеседовать с нею и с ее мужем — Томасом Магриджем.</p>
     <p>Во время этой беседы тонкости и условности сложной цивилизации нашего машинного века перестали для меня существовать. Мне казалось, что я проникаю под кожу, добираюсь до тайников души удивительного островного племени, найдя какой-то сплав всех его черт в супружеской паре Магриджей. Я обнаружил и дух странствий, увлекавший сынов Альбиона за моря и океаны, и колоссальное безрассудство, заставлявшее англичан ввязываться в нелепые инциденты и бессмысленные войны, и слепую настойчивость, и упорство, приведшие их к имперскому величию; и наравне с этим я обнаружил огромное, непостижимое долготерпение этого народа, безропотно несущего тяжкое бремя труда от рождения до смерти и покорно посылающего лучших своих сынов на край света воевать и колонизировать чужие земли.</p>
     <p>Томасу Магриджу семьдесят один год. Он мал ростом — из-за этого его и не взяли в солдаты. Он жил безвыездно на одном месте и работал. Все воспоминания его детства связаны с работой. Труд — единственное, что он знал всю свою жизнь, трудится он и сейчас. Каждое утро старик встает с петухами и спешит на поденную работу, — он чуть ли не с пеленок поденщик. Жене его семьдесят три года. Семи лет она начала работать в поле — сначала наравне с мальчишками, потом — с мужчинами. И по сей день она не перестает трудиться — убирает в доме, стирает, варит, печет, а теперь еще готовит и для меня и заставляет меня краснеть, застилая по утрам мою постель. Старики проработали более шестидесяти лет, но ничего не накопили, и впереди их не ждет ничего, кроме работы. Тем не менее они довольны. Ни на что другое они и не рассчитывают, ни о чем другом и не мечтают.</p>
     <p>Живут они скромно. Потребности их весьма ограниченны: кружка пива после рабочего дня за кухонным столом в полуподвале, еженедельная газета, которая читается семь вечеров подряд, и беседа — вялая и однообразная, как жвачка. Со стены смотрит на них с гравюры худенькая, ангелоподобная девушка, под гравюрой надпись: «Наша будущая королева». А с пестрой литографии рядом глядит пожилая полная дама. «Наша королева в день брильянтовой свадьбы», — прочел я внизу.</p>
     <p>— Слаще нет ничего, чем хлеб, добытый в поте лица, — изрекла миссис Магридж, когда я намекнул, что им пора, пожалуй, отдохнуть.</p>
     <p>А муж ее в ответ на мой вопрос, есть ли им подмога от детей, сказал так:</p>
     <p>— Нет, да мы и не нуждаемся в помощи. Будем работать — я и мать, — пока нас бог не приберет.</p>
     <p>И миссис Магридж энергично закивала головой о знак полного согласия.</p>
     <p>Старуха произвела на свет пятнадцать человек детей, но одни уехали, другие умерли. Только самая младшая живет в Мейдстоне, ей двадцать семь лет. Дети обзавелись семьями, своих забот по горло, как и положено семейным людям.</p>
     <p>Где же дети? Спросите лучше, где их только нет! Лиззи в Австралии, Мери в Буэнос-Айресе, Полл в Нью-Йорке, Джо умер в Индии… В угоду гостю упомянули всех — и живых и покойных, и солдата, и матроса, и жену колониста.</p>
     <p>Мне показали фотографию, изображающую молодцеватого парня в солдатской форме.</p>
     <p>— А это который из ваших сыновей? — спросил я.</p>
     <p>Они дружно рассмеялись. Да разве это сын? Это внук! Только что из Индии, солдат, королевский горнист. В одном полку с ним служит и его брат. И так оно шло и шло — сыновья и дочери, внуки и внучки — мировые путешественники, строители империи… Впрочем, и старики, не покидавшие родины, тоже помогали строить империю.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Стоит Богатой Морячки дом</v>
       <v>У Северных Ворот;</v>
       <v>Она рождает на свет бродяг</v>
       <v>И в земли заморские шлет.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Одни утонут у берегов,</v>
       <v>Другие — от суши вдали;</v>
       <v>Мать услышит и снова шлет сыновей</v>
       <v>Во все концы земли.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Но «Мать моряков» уже почти перестала давать потомство. Род ее пошел на убыль, меж тем как население земного шара увеличивается. Может быть, жены ее сыновей продолжат род, сама же она на это уже неспособна. Выходцы из Англии ныне стали жителями Австралии, Африки, Америки. Англия так упорно усылала за океаны «лучших сынов», а тех, кто не уехал, подвергает столь безжалостному истреблению, что теперь ничего другого ей не остается, как только сидеть бессонными ночами да глядеть на своих королев.</p>
     <p>Исчезла порода истых моряков британского торгового флота. Туда не вербуются больше такие «морские волки», как те, кто сражался под водительством Нельсона при Трафальгаре и на Ниле. Теперь матросами на торговых судах служат все больше иностранцы, хотя командуют ими по-прежнему англичане, которые любят в случае чего гнать вперед представителей других наций. В Южной Африке буры учат британцев, как надо воевать, а британские офицеры совершают глупость за глупостью и попадают впросак, хотя у них на родине, в Англии, устраиваются грандиозные гулянья для городской бедноты в честь снятия осады с Мафекинга, а военное министерство под шумок снижает норму роста для новобранцев.</p>
     <p>Да иначе и невозможно. Даже самый благодушный британец не может рассчитывать на долголетие, обескровливая себя полуголодной жизнью. Рядовые Магриджи вынуждены переселяться в города, и там они плодят малокровное, хилое потомство, для которого не хватает еды. Силы расы, говорящей на английском языке, сосредоточены сегодня не на тесном маленьком британском острове, а в Новом Свете, за океаном, куда перекочевали сыновья и дочери миссис Магридж. «Морячка у Северных Ворот» уже доигрывает свою роль на мировой арене, хоть она и не понимает этого. Пора ей на покой, пора дать отдых усталому телу, и если старческая немощь не приведет ее в ночлежку или в работный дом, то это потому, что она вырастила себе детей на черный день.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVI</p>
      <p>Собственность против личности</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Права частной собственности настолько расширились, что права общества почти полностью исчезли, и едва ли будет преувеличением сказать, что благосостояние, жизненные удобства и гражданские свободы большинства населения брошены к ногам кучки собственников, которые не занимаются никаким трудом.</p>
      <text-author>Джозеф Чемберлен<a l:href="#n_962" type="note">[962]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>При цивилизации, имеющей откровенно утилитарный характер и кладущей в основу собственность, а не душу, — собственность неизбежно начинает попирать личность, и всякое нарушение прав собственности карается строже, нежели нарушение прав личности. Человек, вынужденный спать под открытым небом из-за того, что ему нечем уплатить за койку в ночлежке, представляется куда более опасным преступником, чем тот, который в кровь избил жену и переломал ей ребра. Подростка, выкравшего полтора десятка груш из товарного вагона богатой железнодорожной компании, сочтут более серьезной угрозой для общества, чем молодого хулигана, напавшего без всякого повода на семидесятилетнего старика. Девушку, которая обманом сняла угол, сказав, что имеет работу, обязательно подвергнут суровому наказанию, — иначе она и ей подобные взорвут, чего доброго, всю систему частной собственности. Вот если бы она бесстыдно фланировала ночами по Пикадилли и Стрэнду, полиция не преследовала бы ее и уж она заработала бы себе на комнату.</p>
     <p>Привожу в качестве образца выдержки, сделанные мною из судебных отчетов за одну неделю:</p>
     <cite>
      <p>«Полицейский суд, Уиднис. Судьи: Госсадж и Нийл. Обвинялся Томас Линч в том, что он в пьяном виде нарушил общественный порядок и напал на полисмена. Обвиняемый похитил из-под стражи женщину, нанес побои полисмену и бросал в него камнями. Приговорен к штрафу: за нарушение общественного порядка — 3 шиллинга 6 пенсов и за оскорбление действием — 10 шиллингов плюс судебные издержки.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд в Куинс-парке, Глазго. Городской судья Норман Томсон. Джон Кейн признал себя виновным в избиении жены. Имел до этого пять судимостей. Приговорен к штрафу в 2 фунта 2 шиллинга.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Судебная коллегия Тонтонского графства. Джон Пейнтер, высокий, здоровый мужчина, называющий себя рабочим, привлечен к ответственности за избиение жены. У нее обнаружены два больших кровоподтека под глазами, сильная опухоль лица. С Пейнтера взыскан штраф 1 фунт 8 шиллингов, включая судебные издержки, и взята подписка о том, что он будет соблюдать общественное спокойствие.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Уиднис. Рассматривалось дело Ричарда Бествика и Джорджа Хэнта, нарушивших границы чужого владения с целью охоты на дичь. Оба приговорены к штрафу: Хэнт — на 1 фунт плюс судебные издержки, Бествик — на 2 фунта плюс судебные издержки. — Штраф заменен одним месяцем тюремного заключения ввиду неплатежеспособности обвиняемых.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Шафтсбери. Судья — мэр города мистер Карпентер. Обвиняемый Томас Бейкер приговорен к тюремному заключению на четырнадцать суток за то, что спал на улице.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Центральный полицейский суд, Глазго. Судья Дэнлоп. Подросток Эдуард Моррисон обвинялся в краже пятнадцати груш из железнодорожного вагона. Приговорен к тюремному заключению на семь суток.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Донкастер. Судьи: Кларк и другие. На основе закона о борьбе с браконьерством рассматривалось дело Джеймса Мак-Гоуана. У обвиняемого найдены капканы и много кроликов. Приговор: штраф в 2 фунта стерлингов плюс судебные издержки или один месяц тюрьмы.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Графство Данфермлайн. Шериф Джиллеспи. Шахтер Джон Йонг признал себя виновным в избиении Александра Сторрара. Ответчик избивал истца кулаками по голове и телу, потом повалил на землю и ударил крепежным бревном. Приговорен к штрафу в 1 фунт стерлингов.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Керкалди. Судья Дишарт. Саймон Уокер признал себя виновным в том, что ударил человека и сбил с ног без всякого повода. Судья охарактеризовал обвиняемого как личность, представляющую серьезную угрозу для всего района, и оштрафовал его на 30 шиллингов.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Мэнсфилд. Суд в составе мэра города и судебных заседателей Ф. Тернера, Дж. Уитекера, Ф. Тидсбери, Э. Холмса и д-ра Р. Несбитта слушал дело по обвинению Джозефа Джексона в нападении на Чарлза Нэнна. Джексон без каких-либо оснований напал на истца, повалил его на землю и нанес ногой удар в голову. Нэнн потерял сознание и находился после этого две недели на излечении. Джексон оштрафован на 21 шиллинг.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Графство Перт. Шериф Сим. Судился за браконьерство Дэвид Митчелл, имевший две судимости, последнюю — три года назад. Перед шерифом возбуждено ходатайство о снисхождении ввиду преклонного возраста обвиняемого — шестьдесят два года, а также ввиду того, что он не сопротивлялся при аресте. Приговорен к тюремному заключению сроком на четыре месяца.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Графство Донди. Заместитель шерифа, достопочтенный Р. Уокер судил за браконьерство Джона Мэрей, Доналда Крэга и Джеймса Паркса. Крэг и Паркс приговорены каждый к штрафу в 1 фунт стерлингов, который может быть заменен четырнадцатью сутками тюрьмы, Мэрей — к штрафу в 5 фунтов стерлингов или к одному месяцу тюрьмы.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Ридинг. Суд в составе У. Монка, Ф. Парфитта, X. Уолиса, Г. Гилэгэна рассмотрел дело Альфреда Мастерса, шестнадцати лет, обвиняемого в том, что он спал на пустыре и не имеет видимых средств к существованию. Приговор: семь суток тюрьмы.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Город. Салсбери. Судебная коллегия в составе мэра, С. Хоскинса, Г. Фулфорда, Е. Александра и У. Марлоу рассмотрела дело Джеймса Мора по обвинению в краже пары сапог со двора магазина. Приговор: тюремное заключение сроком на двадцать один день.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Хорнкасл. Судьи: его преосвященство У. Массингберд, его преосвященство Дж. Грэхем и м-р Лукас Колкрафт. Молодой рабочий Джордж Брекенбери обвинялся в том, что без малейших оснований совершил, как это квалифицировал суд, зверское нападение на Джеймса Фостера, старика семидесяти лет. Преступник оштрафован на 1 фунт 5 шиллингов 6 пенсов.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Уорксоп. Судебная коллегия в составе Ф. Фолджамбе, Р. Эдисона и С. Смита рассмотрела иск священника Лесли Грэхема к Джону Пристли, который нанес ему оскорбление действием. Обвиняемый в пьяном виде катил коляску с ребенком наперерез проезжавшей подводе; при столкновении коляска опрокинулась и ребенок выпал на мостовую. Подвода переехала коляску, но ребенок остался невредим. Пристли бросился избивать возчика, а когда священник Грэхем, наблюдавший эту сцену, выразил ему порицание, то Пристли избил и священника. Пострадавшему оказана медицинская помощь. Обвиняемый приговорен к штрафу в 40 шиллингов с оплатой судебных издержек.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Ротергам, Уэст Райдинг. Судьи С. Райт, Г. Пью и полковник Стодарт слушали дело Бенджамена Стори, Томаса Браммера, Сэмюэла У илкока, обвиненных в браконьерстве. Приговор: тюремное заключение сроком на один месяц каждому.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, графство Саутгемптон, в составе адмирала Дж. Раули, X. Кэлм-Симора и др., рассмотрел дело Генри Торрингтона, привлеченного к ответственности за то, что спал на улице. По решению суда подсудимый заключен в тюрьму на семь суток.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Экингтон. Суд в составе майора Л. Баудена, Р. Эйр, X. Фаулера и д-ра Корта приговорил Джозефа Уотса, укравшего из сада девять кустов папоротника, к тюремному заключению на один месяц.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Рипли. Судебная коллегия в составе Дж. Уилера, У. Бембриджа и М. Хупера рассмотрела в соответствии с законом о борьбе с браконьерством дело Винсента Аллена и Джорджа Холла, похитивших большое количество кроликов, и Джона Спархема, содействовавшего им. Холл и Спархем оштрафованы на 1 фунт 17 шиллингов 4 пенса, Аллен — на 2 фунта 17 шиллингов 4 пенса с оплатой судебных издержек. Подсудимые заключены в тюрьму ввиду их неплатежеспособности — первый и второй на четырнадцать суток, третий на один месяц.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд Юго-западного района, Лондон. Судья м-р Роуз. Арестованный Джон Пробин обвинялся в нанесении тяжелого увечья полисмену. Пробин избил свою жену, а также постороннюю женщину, старавшуюся его остановить. Полисмен уговаривал его пойти домой, но Пробин внезапно сбил его с ног ударом в лицо и продолжал избивать и душить лежачего. Затем он преднамеренно ударил полисмена ногой по самому опасному месту, нанеся ему серьезное увечье, которое на долгий срок лишит его трудоспособности. Приговор суда: шесть недель тюремного заключения.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Полицейский суд, Ламбет, Лондон. Судья м-р Хопкинс. «Бэби» Стюарт, девятнадцати лет, назвавшая себя хористкой, заключена под стражу за то, что преднамеренно нанесла содержательнице пансиона Эмме Брейзер убыток в пять шиллингов. Подсудимая сняла меблированную комнату в доме Эммы Брейзер на Атуэлл-роуд, заявив, что служит в театре Краун. После того как Стюарт бесплатно пользовалась пансионом м-сс Брейзер в течение трех дней, последняя навела справки и, узнав, что квартирантка солгала, потребовала ее ареста. Стюарт заявила суду, что хотела бы работать, но не может из-за тяжелой болезни. Приговор суда: шесть недель тяжелых принудительных работ».</p>
     </cite>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVII</p>
      <p>«Непригодность»</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Я скорей уж согласился бы умереть на большой дороге под открытым небом. Я скорей бы согласился умереть с голоду на вольном воздухе, или утонуть в гордой морской пучине, или погибнуть от пули в упоении жестокой битвы, нежели влачить скотское существование в зловонном аду и после всего испустить дух на нищенской постели.</p>
      <text-author>Роберт Блэтчфорд<a l:href="#n_963" type="note">[963]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Я приостановился на майлэндском пустыре, привлеченный спором в группе мужчин. Был вечер; спорщики, представлявшие, по-видимому, верхушку рабочего класса, окружили одного из своих — человека лет тридцати с приятным и открытым лицом — и довольно возбужденно отчитывали его.</p>
     <p>— Ну, а как насчет этой шантрапы иммигрантской? — наскакивал один. — Как насчет евреев из Уайтчепела, которые душат нас, вырывают работу из-под носа?</p>
     <p>— Да они разве виноваты? — следовал ответ. — Они такие же люди, как мы, и тоже жить хотят. Нельзя винить человека за то, что он продает свой труд дешевле, чем ты, и его берут на твое место.</p>
     <p>— Понятно. А что же будут делать мои жена и дети? — не унимался собеседник.</p>
     <p>— Ишь ты какой! А у него, что ли, нет жены и детей? Собственная семья для него дороже, чем твоя. Он не может допустить, чтобы она голодала, вот он и продает свой труд по дешевке; а ты катись, куда хочешь. Но чем же он, бедняга, виноват? Какой у него выход? Плата всегда снижается, когда на одно место хотят попасть двое. Тут все дело в конкуренции, а не в человеке, который согласен работать дешевле.</p>
     <p>— Но у тех, кто в профсоюзе, плата не снижается! — возразили ему.</p>
     <p>— То-то и оно. Профсоюз не допускает конкуренции, зато там, где нет союза, становится еще труднее. Вот туда и проникают эти дешевые рабочие руки из Уайтчепела. Это все неквалифицированный народ, непрофсоюзный, они рвут друг у друга работу, и нашу прихватят заодно, если у нас не будет защиты — сильного профсоюза.</p>
     <p>Не углубляя спора, этот человек показал своим собеседникам, что, когда двое борются за одно место, заработок обязательно снижается. Если бы он проанализировал глубже, то пришел бы к выводу, что даже профсоюз с двадцатью тысячами членов не в состоянии удержать заработную плату на определенном уровне, когда двадцать тысяч безработных рвутся занять их место. Это превосходно подтверждается теперь, при возвращении демобилизованных солдат из Южной Африки. Положение их поистине отчаянное — десятками тысяч они вливаются в армию безработных. По всей Англии снижается заработная плата, и это вызывает трудовые конфликты и забастовки, а безработные ждут не дождутся подхватить инструменты, брошенные забастовщиками.</p>
     <p>Потогонная система труда и нищенские заработки, сонмы безработных и бездомных людей, лишенных даже разового пристанища, — все это неизбежно, когда предложение труда превышает спрос. Женщины и мужчины, которых я встречал на улицах, в городских ночлежках и «обжорках» Армии спасения, приходят туда вовсе не потому, что такую жизнь они считают «малиной». Я достаточно подробно описал, какие мучения выпадают на их долю, и, думаю, для каждого ясно, что их житье — далеко не «малина».</p>
     <p>Трезвый расчет показывает, что в Англии выгоднее работать за двадцать шиллингов в неделю и питаться регулярно и спать в постели, чем слоняться по улицам. Ведь бродяге куда труднее: и работа у него более тяжелая и платят ему меньше. Я рассказал, как проводит он свои ночи и как, вконец измученный, плетется в «палату разового ночлега» отдохнуть. Ясно, что такая жизнь — не сласть. Намять четыре фунта пеньки, раздробить двенадцать центнеров камня или проделать совершенно омерзительную работу за корку черствого хлеба и койку… да это же безрассудное расходование сил со стороны ночлежников! А со стороны властей — это чистый грабеж. Они платят людям значительно меньше, чем платил бы за такой труд капиталист-предприниматель. Делая то же самое для частного хозяина, рабочий имел бы лучшую постель и лучшую пищу, был бы в лучшем настроении и уж подавно свободнее. Итак, повторяю, посетители «палаты разового ночлега» безрассудно расходуют силы. И они это понимают, недаром они так чураются подобных заведений и идут туда лишь чувствуя полное изнеможение. Но все-таки идут. Почему? Вовсе не потому, что у них отбита охота к труду. Совсем наоборот— у них нет никакой охоты бродяжить. В Соединенных Штатах бродяга — это почти всегда рабочий, которому неохота трудиться. Он считает, что бродяжничать легче, чем работать. В Англии же дело обстоит иначе. Здесь власти предержащие делают все возможное, чтобы отбить охоту бродяжить, — и, надо признать, весьма успешно добиваются своей цели. Бродяге ясно, что за два шиллинга, что равняется нашим пятидесяти центам, он ел бы три раза в день, имел бы постель да выкроил бы еще два-три пенни на мелкие расходы. И, конечно, он предпочел бы заработать эти два шиллинга, а не пользоваться милостью ночлежки, — ведь и работа была бы полегче и не пришлось бы терпеть такого унижения. Почему же он не работает? Потому, что людей, желающих работать, больше чем есть на них спрос.</p>
     <p>Когда предложение труда превышает спрос, начинается процесс отсева. Изо всех отраслей промышленности вытесняются менее работоспособные рабочие. Вытесненные по этой причине, они уже не в состоянии подняться, а обречены падать все ниже и ниже, пока не найдут такое место в промышленной структуре, где они еще могут быть использованы. Самые же непригодные безжалостно и неумолимо вытесняются и отсюда летят на дно, в Бойню, где в муках погибают.</p>
     <p>Достаточно одного взгляда на этих записанных в непригодные и попавших на дно людей, чтобы убедиться, какими они здесь становятся развалинами — в умственном, физическом и моральном отношениях. Исключение составляют новички — эти просто не выдержали наверху конкуренции, и разрушительный процесс пока только начинает делать свое страшное дело. Запомним, что все силы здесь губительные, иных нет. Человек со здоровым телом, попавший сюда из-за недостаточных умственных способностей, быстро теряет осанку и силы, другой, со здоровым духом, которого привела сюда физическая неполноценность, утрачивает ясность мысли и развращается. Смертность на дне особенно высока, и все же люди слишком долго страдают, прежде чем их постигнет конец.</p>
     <p>Так создаются резервы Бездны и Бойни. Процесс непрерывного вытеснения происходит повсюду, во всех отраслях промышленности, — менее пригодных вырывают, как сорную траву, и швыряют вниз. А непригодными люди становятся в силу разных причин. Механик, лишенный чувства ответственности и почитающий постоянную работу тягостью, будет опускаться до тех пор, пока не очутится в рядах поденщиков — то есть там, где вообще не существует постоянной работы и где человек мало за что отвечает. Опускаются на дно — кто быстро, а кто постепенно — медлительные и неповоротливые, люди с неразвитым телом или умом, а также те, кто не обладает крепкими нервами и физической выносливостью. Непригодными становятся и хорошие рабочие, получившие увечья в результате какого-нибудь несчастного случая, и состарившиеся рабочие, утратившие былую энергию и смекалку; и для них начинается страшный, безостановочный спуск на дно, где их уже не ждет ничего, кроме смерти.</p>
     <p>Статистика Лондона рисует ужасающую картину. Население столицы — это одна седьмая часть всего населения Великобритании; по ежегодному подсчету, каждый четвертый из всех умерших здесь за год взрослых окончил свои дни в благотворительном учреждении: либо в работном доме, либо в больнице, либо в богадельне. Но ведь людей состоятельных не постигает подобный конец, значит ясно, что смерть в благотворительном учреждении — это удел примерно каждого третьего взрослого рабочего.</p>
     <p>В качестве примера того, как хороший рабочий может вдруг оказаться непригодным и что с ним тогда случается, я должен рассказать о судьбе тридцатидвухлетнего Мак-Гарри, обитателя работного дома. Цитирую выдержки из его сообщения о себе, приведенного в годовом отчете профессионального союза:</p>
     <empty-line/>
     <p>«Я служил на заводе Сэлливена в Уиднисе, который больше известен под названием „Британский содовый завод“. В тот вечер я работал в сарае, и мне надо было пройти через заводской двор. Было десять часов, но там не горело ни одного фонаря. Иду я через двор и вдруг чувствую: чем-то зацепило мою ногу, прямо-таки отрывает ее. Не помню, что со мной было дальше, два дня я пролежал без сознания. Только в воскресенье вечером я пришел в себя и узнал, что нахожусь в больнице. „Что с моими ногами?“ — спросил я у сиделки, и она сказала, что обе ноги у меня отрезаны.</p>
     <p>Во дворе в заторной яме работала мешалка со скоростью три оборота в минуту, но яму ничем не покрыли и не огородили. После несчастного случая со мной мешалкой перестали пользоваться и прикрыли яму листом железа. Они дали мне двадцать пять фунтов стерлингов, но не как компенсацию за увечье, а в виде пожертвования. Так мне было сказано. Из этих денег я купил себе за девять фунтов кресло на колесах.</p>
     <p>Я потерял свои ноги на производстве. Я получал двадцать четыре шиллинга в неделю, — побольше других, потому что соглашался работать в любую смену. На тяжелую работу всегда посылали меня. Управляющий мистер Мэнтон несколько раз навещал меня в больнице. Я попросил его подыскать мне работу, когда начал поправляться. Он сказал, чтоб я не беспокоился: директора, мол, не такие уж жестокосердные, так или иначе обеспечат меня. Потом мистер Мэнтон перестал приходить, а в последний раз, когда был, пообещал мне выхлопотать у дирекции пятьдесят фунтов, чтобы я мог уехать к моим друзьям в Ирландию».</p>
     <empty-line/>
     <p>Бедный Мак-Гарри! Ему платили побольше, чем другим рабочим, за его особое радение и постоянную готовность работать в любую смену. На всякую тяжелую работу посылали именно его. Но стряслась беда — и вот он в работном доме. Есть у него, впрочем, еще одна возможность: вернуться на родину в Ирландию и на всю жизнь стать обузой для друзей. Комментарии излишни.</p>
     <p>Не надо забывать, что пригодность определяется не личными качествами рабочего, а спросом на труд. Если на одно место имеются три претендента, то работу получает один, а двое других, как бы способны они ни были, зачисляются в «непригодные». Представим себе, что Германия, Япония и Соединенные Штаты захватят мировые рынки железа, угля и текстиля, — немедленно сотни тысяч английских рабочих окажутся выброшенными за борт. Кое-кто из них эмигрирует за границу, но большинство бросится в другие отрасли промышленности и вызовет общее потрясение сверху донизу. Для установления равновесия на дно Бездны будут сброшены сотни тысяч новых «непригодных». Или, допустим, случилось другое— все рабочие увеличили производительность труда вдвое. Сразу половина их оказалась бы лишней и отнесенной к числу «непригодных», хотя каждый человек работал бы в два раза лучше прежнего и лучше многих умелых своих предшественников.</p>
     <p>Когда работы не хватает на всех, то сколько есть лишних, незанятых рабочих, столько и будет «непригодных», обрекаемых на медленную, мучительную гибель. Я ставлю себе целью показать в следующих главах своей книги не только то, как условия работы и образ жизни губят «непригодных» рабочих, но и то, как силами современной промышленной цивилизации непрерывно и бессмысленно создаются новые сонмы «непригодных».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XVIII</p>
      <p>Заработная плата</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Иной за хлеб свою жизнь продает,</p>
      <p>За золото душу — иной.</p>
      <p>Кто в доме работном приют найдет,</p>
      <p>А кто в воде речной.</p>
      <empty-line/>
      <p>У нас богачи вершат дела,</p>
      <p>И жребий наш хорош:</p>
      <p>В Англии подешевели тела,</p>
      <p>А души купишь за грош.</p>
     </epigraph>
     <p>Когда я узнал, что в Лондоне сотни тысяч семейств живут на недельный заработок в двадцать один шиллинг или еще того меньше и эта часть населения составляет 1 292 737 человек, меня заинтересовал вопрос: как же надо составить бюджет на неделю, чтобы семья могла существовать и имела силы работать? Я не стал брать семью из шести, семи или десяти человек, а взял среднюю, состоящую из отца, матери и троих детей, и записал, как там тратится 21 шиллинг, или приблизительно 5 долларов 25 центов на американские деньги.</p>
     <cite>
      <p>Стоимость в долларах — Стоимость в шиллингах.</p>
      <p>Квартирная плата — 1,50 — 6/0</p>
      <p>Хлеб — 1,00 — 4/0</p>
      <p>Мясо — 0,87½ — 3/6</p>
      <p>Овощи — 0,62½ — 2/6</p>
      <p>Чай — 0,18 — 0/9</p>
      <p>Сахар — 0,18 — 0/9</p>
      <p>Масло — 0,20 — 0/10</p>
      <p>Молоко — 0,12 — 0/6</p>
      <p>Мыло — 0,08 — 0/4</p>
      <p>Уголь — 0,25 — 1/0</p>
      <p>Дрова — 0,08 — 0/4</p>
      <p>Керосин — 0,16 — 0/8</p>
      <p><strong>Итого — </strong>5,25–21/2</p>
     </cite>
     <p>Достаточно вглядеться лишь во вторую графу, чтобы понять, как мало тут места для излишеств. Один доллар (на наши деньги) в неделю на <emphasis>хлеб</emphasis> для пятерых — то есть два и шесть седьмых цента в день на человека, — значит, меньше одного цента на раз, если человек ест три раза в день! А между тем хлеб — у них самая большая статья расхода. Мяса они получают меньше, а овощей еще меньше. Что касается остальных продуктов, то их дозы настолько микроскопичны, что не заслуживают внимания. При этом надо еще сказать, что провизия покупается понемногу, а это самый дорогой и расточительный метод ведения хозяйства.</p>
     <p>Хотя такой бюджет исключает какие бы то ни было излишества и охраняет семью от ожирения, лишних денег тоже, как видите, не остается: двадцать один шиллинг полностью уходит на еду и квартирную плату. Ни о каких карманных деньгах не может быть и речи. Если глава семьи выпьет кружку пива — это значит, что все члены семьи получат меньше еды; а чем меньше они будут есть, тем скорее станут «непригодными». Эти люди не могут пользоваться ни омнибусом, ни трамваем; они не имеют денег даже на конверт с маркой, не говоря уж о воскресной поездке за город, посещении грошового кабаре, членстве в каком-нибудь клубе или покупке сладостей, табака, книг и газет.</p>
     <p>Но предположим, что одному из трех ребятишек понадобились башмаки. Тогда семья на целую неделю вынуждена отказаться от мяса. А ведь у них пять пар ног, которые нужно обуть, и всем пятерым членам семейства нужно что-то надеть на голову и как-то прикрыть тело, поскольку закон преследует хождение в непристойном виде. Словом, чтобы не замерзнуть на улице и не попасть в тюрьму, приходится снова и снова жертвовать своим здоровьем. А что так оно и бывает, это факт: отбросьте квартирную плату, уголь, керосин, дрова и мыло, и на пропитание останется по четыре с половиной пенса в день на человека. Если из этих четырех с половиной пенсов еще выгадывать на одежду, то где же взять силы работать?!</p>
     <p>Все это достаточно тяжко. Но случилось несчастье: отец сломал себе ногу или умер. И вот уже нет четырех с половиной пенсов на еду, а через неделю нечем уплатить за квартиру. Тогда путь на улицу, в работный дом или в какую-нибудь страшную лачугу, где мать будет биться из последних сил, стараясь прокормить семью на десять шиллингов, которые, может быть, ей удастся добывать.</p>
     <p>Хотя в Лондоне 1 292 737 человек живут на заработок в двадцать один шиллинг и ниже того, мы анализировали только бюджет семьи из пяти человек. Но ведь есть семьи побольше, и есть такие, которые не располагают двадцатью одним шиллингом, а многие и вовсе не имеют постоянной работы. Естественно задать вопрос: как же живут те? На это можно ответить лишь одно: они не живут. Им неведомо, что такое жизнь. Они влачат полуживотное существование, пока над ними не смилуется смерть.</p>
     <p>Прежде чем заглянуть в самые глубины нищеты, рассмотрим положение телефонисток. Для этих чистых, свежих английских девушек требуется более высокий уровень жизни, не такой скотский, иначе не сохранить им своей свежести и чистоты, этим молодым английским девушкам. Поступая работать на телефонную станцию, они получают для начала одиннадцать шиллингов в неделю. При уме и расторопности такая девушка может лет через пять дослужиться до фунта стерлингов в неделю. Недавно лорду Лондондерри был представлен следующий расчет еженедельных затрат рядовой телефонистки:</p>
     <cite>
      <p>Квартирная плата, топливо и освещение — шиллингов 7/6</p>
      <p>Питание дома —» 3/6</p>
      <p>Питание на работе —» 4/6</p>
      <p>Проезд —» 1/6</p>
      <p>Стирка белья —» 1/0</p>
      <p><strong>Итого</strong> — 18/0</p>
     </cite>
     <p>Итак, ни на одежду, ни на театр, ни на лекарство в случае болезни не остается ничего. К тому же многие из этих девушек получают не восемнадцать шиллингов, а четырнадцать, двенадцать и даже одиннадцать шиллингов в. неделю! Но им ведь необходимо одеваться и хочется хоть немножко развлечься, а…</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Мужчина с мужчиной часто жесток,</v>
       <v>А с женщиной — неизменно.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>На конгрессе профсоюзов, заседающем в настоящее время в Лондоне, союз рабочих газовых заводов внес предложение обратиться в парламент с требованием издать закон, запрещающий наемный труд детей моложе пятнадцати лет. Против этой резолюции выступил представитель объединения ткачей северных графств, член парламента Шаклтон; он заявил, что при существующих ставках ткачи не могут сводить концы с концами без заработка детей. За резолюцию голосовали представители пятисот тридцати пяти тысяч рабочих, против — представители пятисот четырнадцати тысяч. Если полмиллиона рабочих протестуют против запрещения детского труда, это говорит о том, какое огромное количество взрослых рабочих не обеспечено прожиточным минимумом.</p>
     <p>Я беседовал в Уайтчепеле с женщинами, которые шьют пиджаки в потогонных мастерских, зарабатывая менее одного шиллинга за двенадцатичасовой рабочий день, и с женщинами, которые подшивают брюки, получая за это «по-царски» — от трех до четырех шиллингов в неделю.</p>
     <p>Недавно промелькнуло сообщение об одном богатом торговом доме, который платит своим рабочим шесть шиллингов (со столом) за шесть шестнадцатичасовых рабочих дней. «Человек-реклама» зарабатывает четырнадцать пенсов в день, и этого должно ему хватить на все. Средний недельный заработок уличного торговца от силы десять— двенадцать шиллингов. Рабочие средней квалификации всех профессий, за исключением докеров, получают меньше шестнадцати шиллингов в неделю, а докеры — от восьми до девяти шиллингов. Цифры эти точные, они почерпнуты мною из отчета королевской комиссии.</p>
     <p>Представьте себе такое: больная, умирающая старуха содержит себя и четверых детей (и платит три шиллинга в неделю за квартиру) тем, что клеит коробки для спичек по два с четвертью пенса за гросс. Два с четвертью пенса за двенадцать дюжин коробок, да еще покупай за свой счет клей и шпагат для увязки! Эта женщина никогда, ни на один день не прекращала работы — ни по болезни, ни ради отдыха или развлечения. Каждый день, включая воскресенье, она работает по четырнадцати часов, дабы выполнить норму — семь гроссов, — за что ей платят один шиллинг три и три четверти пенса. Стало быть, ее рабочая неделя — девяносто восемь часов, норма труда — семь тысяч шестьдесят шесть спичечных коробок и заработок — восемь шиллингов десять с четвертью пенсов, за вычетом стоимости клея и шпагата.</p>
     <p>Некто Томас Холмс, пользующийся известностью священник при полицейском суде, получил в прошлом году в качестве отклика на свою статью о положении женщин-работниц следующее письмо:</p>
     <cite>
      <p>«Сэр! Простите мою смелость, но, прочитав то, что вы пишете о бедных женщинах, работающих по четырнадцать часов в день за десять шиллингов в неделю, я хотела бы сообщить вам о своем положении. Я шью галстуки и за целую неделю получаю не больше пяти шиллингов, а у меня на руках больной муж, которого я должна кормить, так как сам он уже десять лет ничего не зарабатывает».</p>
     </cite>
     <p>Понимаете? Женщина, способная написать такое толковое, грамотное письмо, живет вдвоем с мужем на пять шиллингов в неделю! М-р Холмс побывал у нее. Он с трудом мог протиснуться в ее комнатушку, где на кровати лежал больной муж и где целыми днями работала она. Тут же они ели, мылись и спали. Кровать больного оказалась единственным местом, где мистер Холмс мог присесть, да и та была завалена кусками шелка и галстуками. Больной находился в последней стадии туберкулеза; он непрерывно кашлял, отхаркивая мокроту, и жене приходилось то и дело отрываться от работы и подбегать к нему. Шелковая пыль от галстуков попадала ему в легкие, а зараза из его легких попадала на галстуки. Нельзя сказать, что это очень полезно для тех, кто будет торговать этими галстуками или носить их.</p>
     <p>М-р Холмс посетил еще один дом, где живет двенадцатилетняя девочка, которую судили за кражу чего-то съестного. Оказалось, что эта девочка заменяет мать двум братьям — девяти и семи лет (второй — калека) — и маленькой сестренке, а мать их, вдова-белошвейка, не разгибая спины, работает целый день. Она платит пять шиллингов в неделю за комнату. Вот запись ее последних хозяйственных расходов: чаю на полпенса, сахару на полпенса, хлеба на четверть пенса, маргарина на один пенс, керосина на полтора пенса, дров на полпенса. Милые, добрые хозяюшки, представьте себе, что это вы ходите за покупками и должны прокормить на такие гроши семью из пяти душ да еще следить за двенадцатилетней «мамой», как бы она не стащила чего-нибудь для своих подопечных малышей, пока вы все шьете и шьете бесконечные блузки, и этими блузками устилается дорога во мрак — туда, где ждет вас зияющая яма нищенской могилы!</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XIX</p>
      <p>Гетто</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Можно ль славить наше время? Чем оправдана хвала,</p>
      <p>Если в городской клоаке гибнут души и тела?</p>
      <p>Там, в извилистых проулках, в царстве рабского труда,</p>
      <p>Женщин гонят на панели преступленье и нужда,</p>
      <empty-line/>
      <p>Там людская жизнь проходит в тесноте и темноте,</p>
      <p>Там хозяин отнимает хлеб последний у детей,</p>
      <p>Там гнилая лихорадка по сырой ползет стене</p>
      <p>И с живым в одной постели спит мертвец, окостенев.</p>
      <text-author>Теннисон<a l:href="#n_964" type="note">[964]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Было время, когда европейские нации обрекали нежеланных им евреев на жизнь в городских гетто. Сегодня господствующий класс при помощи менее грубых, но не менее жестоких средств обрекает нежеланных и все же необходимых ему рабочих на существование в гетто, поражающем своими гигантскими масштабами и невообразимо чудовищными условиями жизни. Восточный Лондон — не что иное, как гетто. Богатые и могущественные не обитают в подобных местах, туда не забредает случайный путешественник, там, сбившись в кучу, живут, плодятся и умирают два миллиона рабочих.</p>
     <p>Не следует думать, что все рабочее население Лондона ютится на Восточной стороне; впрочем, дело явно идет к тому. В основной части города бедные кварталы один за другим уничтожаются, и лишившиеся крова перекочевывают главным образом на Восточную сторону. Только за последние двенадцать лет в одном из восточных районов, по ту сторону Олдгейта, Уайтчепела и Майлэнда, число жителей увеличилось на двести шестьдесят тысяч, то есть больше, чем на шестьдесят процентов. Кстати сказать, церкви в этом районе в состоянии вместить лишь одного молящегося из каждых тридцати семи «новоселов».</p>
     <p>«Город убийственной монотонности» — так отзываются о Восточном Лондоне многие, в особенности упитанные, оптимистически настроенные, праздношатающиеся туристы, поражаясь однообразию и убожеству здешних мест. Было бы еще полбеды, если бы Восточный Лондон характеризовала только «убийственная монотонность», коль скоро рабочие не заслуживают, видно, красоты и многообразия впечатлений. Но Восточный Лондон достоин худшего наименования. Его следует назвать «городом деградации».</p>
     <p>Некоторые думают, что Восточный Лондон состоит из одних только трущоб. Это не так, хотя и не будет ошибкой сказать, что в целом Восточный Лондон — одна гигантская трущоба. В отношении элементарной пристойности и общепринятой нравственности любая из его ужасных улиц — трущоба. Если там можно увидеть и услышать такое, что не полезно видеть и слышать моему или вашему ребенку, то это также не полезно и другим детям. Если моей жене или вашей жене не подобает жить в подобных условиях, то это в равной мере не подобает и женам других людей. Ибо на Восточной стороне все грубое, все непристойное цветет пышным цветом. Здесь нет ничего интимного. Дурные портят хороших и разлагаются вместе. Казалась бы, что может быть милее и прекраснее младенческой невинности? Но в Восточном Лондоне невинность улетучивается так быстро, что за младенцем в колыбели надо смотреть в оба, не то, начав ползать, он уже окажется посвященным во все дела житейские не меньше нас, грешных.</p>
     <p>Следуя Золотому правилу из Евангелия, нельзя никого заставлять жить в Восточном Лондоне. Вы считаете неподходящим для вашего ребенка расти, развиваться и набираться житейского опыта в таких местах? Значит, это неподходящее место и для ребенка других родителей расти, развиваться и набираться житейского опыта. Золотое правило — очень простая вещь, и если следовать ему. то больше ничего не требуется. К черту политическую экономию и теорию естественного отбора, если там это трактуется по-иному. Я говорю: то, что вредно для меня, столь же вредно для других. И точка.</p>
     <p>Десятки тысяч семей в Лондоне, общим числом триста тысяч человек, занимают по одной комнате. Семей, живущих в двух-трех комнатах, еще больше, но у них так же тесно, и они так же сбиты все в одну кучу, без различия пола и возраста, как и те, кто ютится в одной комнате. По закону требуется одиннадцать кубических метров на человека, в казармах на солдата отводится в полтора раза больше, а вот профессор Хаксли, в прошлом видный деятель здравоохранения Восточного Лондона, настаивал, что норма на каждого должна быть около двадцати кубических метров, при наличии хорошей вентиляции. Тем не менее девятьсот тысяч человек из числа живущих в Лондоне не имеют минимальных одиннадцати.</p>
     <p>По данным Чарльза Бута, в течение многих лет занимающегося экономическими исследованиями быта трудового населения Лондона, в этом городе миллион восемьсот тысяч бедных и <emphasis>очень бедных</emphasis> жителей. Любопытно отметить, что <emphasis>бедными</emphasis> он называет те семьи, которые живут на заработок от восемнадцати до двадцати одного шиллинга в неделю, а <emphasis>очень бедными</emphasis> — семьи, не имеющие даже такого заработка.</p>
     <p>Капиталисты все с большим рвением изолируют рабочих как класс и все больше принуждают их жить в чудовищной тесноте, впритык друг к другу, что порождает не столько безнравственность, сколько полную аморальность. Привожу выдержку из протокола недавнего заседания совета лондонского графства, сухую и сжатую, в которой между строк можно прочесть немало страшного.</p>
     <cite>
      <p>«М-р Брус задал вопрос председателю комиссии по общественному здравоохранению: известны ли ему факты, свидетельствующие о чрезвычайной скученности населения на Восточной стороне. В Восточном Сент-Джордже отец, мать и восьмеро детей: дочери — двадцати, семнадцати, восьми, четырех лет и самая младшая грудного возраста, и сыновья — пятнадцатилетний, тринадцатилетний и двенадцатилетний, — проживают все в одной маленькой комнате. В Уайтчепеле муж, жена, три дочери — шестнадцати, восьми и четырех лет, и два сына — двенадцати и десяти лет — занимают одну комнату еще меньших размеров. В Бетнал-Грине в одной каморке ютится семья из восьми человек: отец, мать, четыре сына — двадцати трех лет, двадцати одного года, девятнадцати и шестнадцати лет — и две дочери — четырнадцати и семи лет. М-р Брус спросил, не считают ли местные власти своим долгом бороться с такой непомерной скученностью».</p>
     </cite>
     <p>Когда девятьсот тысяч человек живут фактически в условиях, запрещаемых законом, для властей это, конечно, тоже изрядная морока. Например, выселяют жителей из битком набитого дома, и те перебираются в другую берлогу; переезд обычно совершается ночью (на ручной тележке умещается весь домашний скарб и спящие дети), и власти почти неизбежно теряют их след. Если бы власти вдруг решили полностью выполнить закон 1891 года об общественном здравоохранении, то пришлось бы выселить девятьсот тысяч человек прямо на улицу, и чтобы водворить их опять под крышу, потребовалось бы построить пятьсот тысяч комнат.</p>
     <p>На первый взгляд эти скверные, грязные улицы кажутся просто-напросто скверными, грязными улицами. Но загляните в дома — и вам откроются неслыханные нищета, убожество и трагедии.</p>
     <p>Следующий факт, возможно, вызовет у читателя отвращение, но еще отвратительнее то, что такой факт мог произойти. На Девоншайр-плейс недавно скончалась старуха семидесяти пяти лет. Представитель следственных органов заявил, что все имущество покойной состояло из кучи тряпья, усеянного насекомыми. Пока следователь находился в комнате, вши переползли и на него. Никогда еще он не видел ничего подобного: решительно все в комнате было усеяно вшами.</p>
     <p>По свидетельству врача, покойная лежала в одной рубашке и чулках на поваленной решетке камина. Тело ее кишело вшами, и вся одежда, какая была в комнате, казалась серой от насекомых. Осмотр тела выявил предельное физическое истощение покойной. Ноги ее были покрыты язвами от укусов, и чулки прилипли к язвам.</p>
     <p>Другой свидетель заявил следующее: «Я имел несчастье видеть труп бедной женщины в морге и до сих пор не могу без содрогания вспомнить это страшное зрелище. Она лежала в мертвецкой худая, как щепка, — кости да кожа. Волосы на голове свалялись, как войлок, и в них гнездилось несметное количество насекомых. По костлявой груди ползали сотни, тысячи, мириады вшей».</p>
     <p>Я не желал бы такой смерти своей матери, а вы — своей, так не будем желать ее другим матерям тоже.</p>
     <p>Священник Уилкинсон, побывавший в Зулуленде, недавно писал: «Никогда бы вождь африканского племени не разрешил столь непристойного смешения полов: молодых мужчин и женщин, мальчиков и девочек». Он имел в виду детей гетто, которые спят вповалку со взрослыми и уже в пятилетнем возрасте знают такое, чего им лучше бы не знать, но только уже поздно их переучивать.</p>
     <p>Общеизвестно и позорно то, что дома в гетто, населенные бедняками, приносят владельцам больше дохода, чем барские особняки. Мало того, что бедняк-рабочий вынужден жить в скотских условиях, он еще должен платить за свою конуру относительно более высокую плату, нежели богач за просторные апартаменты. Существует целая категория людей, выгодно эксплуатирующих трущобы — ведь для всех нуждающихся не хватает жилья и бедняки берут его с боя, а многие вынуждены волей-неволей идти в работный дом. В аренду сдается все: дома, квартиры, комнаты и углы.</p>
     <p>«Сдается часть комнаты» — такое объявление я видел недавно в окне дома в пяти минутах ходьбы от Сент-Джеймс-Холла.<a l:href="#n_965" type="note">[965]</a> Священник Хью Хьюз утверждает, что койки сдаются на основе трехсменной системы. Это значит, что на одну койку приходится по три жильца; каждый из них занимает ее восемь часов, — постель не успевает остыть. На три смены сдается даже пол под койкой. Санитарные инспектора нередко обнаруживают такую картину: в комнате объемом в тысячу кубических футов спят на одной кровати три женщины, а на полу под кроватью — еще две. В другой комнате в тысячу шестьсот пятьдесят кубических футов на кровати спит мужчина с двумя детьми, а под кроватью — две женщины.</p>
     <p>А вот типичный образец более «респектабельного», двухсменного, пользования комнатой: днем ее занимает молодая женщина, работающая по ночам в гостинице, а с семи часов вечера, когда она уходит на работу, и до семи утра в комнате располагается рабочий-каменщик.</p>
     <p>У. Дэйвис, настоятель храма Христа в Спайтелфилдзе, произвел перепись населения некоторых улиц своего прихода, и вот что он отметил:</p>
     <cite>
      <p>«В одном переулке десять домов, и в них пятьдесят одна комната. Комнаты почти все одинаковой площади — восемь футов на девять. Общее число жильцов — двести пятьдесят четыре человека. Но по двое живут только в шести комнатах, в остальных помещается от трех до девяти человек. В соседнем переулке шесть домов, в них двадцать две комнаты и восемьдесят четыре жильца, причем в некоторых из комнат проживают по шесть, восемь и девять человек. В одном доме на восемь комнат приходится сорок пять жильцов: девять в одной, восемь в другой, по семи в третьей и четвертой и шесть в пятой».</p>
     </cite>
     <p>Гетто перенаселено не потому, что людям нравится так жить, а потому, что у них нет другого выхода. Почти половина рабочих платит за квартиру от двадцати пяти до пятидесяти процентов своего заработка. Средняя квартирная плата за комнату в Восточном Лондоне колеблется от четырех до шести шиллингов в неделю. Квалифицированный рабочий из своего заработка в тридцать пять шиллингов отдает домохозяину пятнадцать шиллингов за две крохотные клетушки, прилагая отчаянные усилия к тому, чтобы поддержать некое подобие семейной жизни. При этом квартирная плата непрерывно растет. На одной из улиц в Степни только за два года плата за жилище возросла с тринадцати до восемнадцати шиллингов, на другой улице — с одиннадцати до шестнадцати, на третьей — с одиннадцати до пятнадцати, а в Уайтчепеле, где прежде за домик из двух комнат брали десять шиллингов, теперь берут двадцать один. На востоке, западе, севере и юге Лондона квартирная плата неуклонно ползет вверх. Когда акр земли ценится от двадцати до тридцати тысяч фунтов стерлингов, кто-то должен возмещать расходы домовладельцу!</p>
     <p>Член палаты общин У. Стедмен, выступая по поводу положения своих избирателей района Степни, заявил следующее:</p>
     <cite>
      <p>«Сегодня утром меня остановила возле моего дома некая вдова. У нее шестеро детей, их надо кормить. Она арендует домик за четырнадцать шиллингов в неделю и в свою очередь сдает углы. Кроме того, занимается поденной стиркой и уборкой. Она с плачем рассказала мне, что домовладелец увеличил квартирную плату до восемнадцати шиллингов. Что ей остается делать? Свободных домов в районе Степни нет: каждый угол занят, все переполнено».</p>
     </cite>
     <p>Господство одного класса зиждется на вырождении другого; когда рабочие согнаны в гетто, им трудно избежать процесса вырождения. В гетто вырастает низкорослое, физически недоразвитое, слабовольное племя, резко отличающееся от племени хозяев. Мужчина здесь — это какая-то карикатура на физически здорового человека. А женщины? А дети? Они бледны и малокровны, сутулы и кривобоки, под глазами пролегли глубокие тени. Все женственно привлекательное гибнет здесь, не успев расцвесть.</p>
     <p>Хуже всего то, что только такие и остались в гетто — вырождающееся племя, которому предстоит дальнейшее вырождение. Уже полтора столетия, не меньше, истощаются людские резервы. Сильные, мужественные, инициативные, предприимчивые люди уезжали в новые, более свободные страны, строили новые государства, создавали новые нации. Те, кто не обладал этими качествами, — люди слабовольные, неспособные, неумелые или безнадежно больные и отчаявшиеся, — оставались в Англии продолжать род. Но и дальше, из года в год, все, что они производили лучшего, отнималось у них: стоит юноше подняться здоровым и рослым, как его немедленно призывают в армию. По словам Бернарда Шоу, солдат — «это якобы героический, полный патриотических чувств защитник родины, а на самом деле — горемыка, которого нищета заставила за дневной паек, крышу над головой и одежду продаться в качестве пушечного мяса».</p>
     <p>Этот постоянный отсев всего лучшего, что родится в рабочей среде, истощил породу, а самые жалкие ее остатки опускаются в гетто на дно. Лучшие жизненные соки высосаны и впрыснуты в кровь новых поколений в далеких заморских странах. В гетто остаются одни подонки; их изолируют и предоставляют своей судьбе, и они теряют облик человеческий, уподобляясь животным. Если они совершают убийства, то, убив, тупо отдают себя в руки палачей. Они грешат, не дерзая. Такой пырнет тупым ножом приятеля или размозжит ему голову чугунным горшком, а потом усядется ждать полицию. Бить жену — привилегия мужчины, которую дает ему брак. Мужчины носят здесь удивительные сапоги, подбитые железными гвоздями. Украсив мать своих детей синяком под глазом, супруг валит ее на землю и топчет подковами, как техасский жеребец топчет гремучую змею.</p>
     <p>Женщина из беднейших слоев гетто — такая же рабыня мужа, как индейская скво. И лично я, на месте такой женщины, предпочел бы быть индейской скво. Мужчины находятся в экономической зависимости от своих хозяев, женщины — от своих мужей. В результате кулачная расправа, которую по справедливости заслужил хозяин, выпадает на долю жены. А она беспомощна: муж — кормилец семьи, и у них дети, — не сажать же его в тюрьму, чтобы самой с детьми помереть с голоду! При разборе в суде дела о рукоприкладстве почти невозможно бывает получить доказательства, которые позволили бы вынести приговор виновному: обычно пострадавшая от мужниных кулаков жена, истерически рыдая, молит судью отпустить ее мужа на свободу — ради детей.</p>
     <p>Жены становятся сущими ведьмами или по-собачьи покорными, утрачивают самоуважение и те скудные понятия о приличиях, которые они имели во времена девичества, и все вместе, и мужчины и женщины, безотчетно погружаются глубже и глубже в трясину.</p>
     <p>Иногда я пугаюсь собственных обобщений относительно массовой нищеты в гетто и начинаю обвинять себя в преувеличении, боясь, что стою слишком близко от изображаемого предмета и мне не хватает перспективы. В такие минуты я нахожу полезным прибегнуть к свидетельству других людей для подтверждения того, что нервы у меня в порядке и голова на месте. Фредерик Гаррисон<a l:href="#n_966" type="note">[966]</a> всегда производил на меня впечатление разумного, уравновешенного человека, однако вот что пишет он:</p>
     <cite>
      <p>«Для меня, во всяком случае, есть достаточно оснований сказать, что современный общественный строй едва ли представляет шаг вперед по сравнению с рабовладельческим или крепостным строем, если навсегда сохранится то положение, которое мы наблюдаем: девяносто процентов фактических производителей материальных благ владеют правом на свой угол только до конца недели, у них нет ни клочка земли, ни даже собственной комнаты и никаких ценностей вообще, за исключением домашнего хлама, целиком умещающегося на одной ручной тележке; они не уверены даже в своем скудном недельном заработке, которого едва хватает, чтобы поддержать душу в теле; они живут чаще всего в таких местах, где хороший хозяин не стал бы держать лошадь; они никак не застрахованы от нужды, ибо один месяц безработицы, болезни или любое другое несчастье приводит их на грань голода и нищеты… Если такое положение есть норма для рядового рабочего города и деревни, то еще хуже приходится огромной массе отщепенцев — безработных, этому резерву промышленной армии, составляющему минимум одну десятую часть всего пролетариата; для этих людей нормальное положение — полная обездоленность. Если такое устройство современного общества закрепится навсегда, мы должны будем признать, что цивилизация несет проклятие огромному большинству человечества».</p>
     </cite>
     <p>Девяносто процентов! Страшное дело! Однако священник Стопфорд Брук, рисующий ужасную картину жизни одной лондонской семьи, считает необходимым помножить ее на полмиллиона! Цитирую Брука:</p>
     <cite>
      <p>«В бытность мою помощником приходского священника в Кенсингтоне я часто видел, как люди целыми семьями двигались в Лондон по Хаммерсмит-роуд. Я познакомился с одной из таких семей, состоящей из отца-рабочего, матери, сына и двух дочерей. Долгое время они жили в деревне, работали в чьем-то имении и кое-как кормились благодаря тому, что существовал общественный выгон. Но потом общественный выгон был ликвидирован, владелец имения перестал нуждаться в их услугах, и их преспокойно выселили из дома. Куда идти? В Лондон, разумеется, где, как они полагали, работы хватает на всех. Им удалось сберечь немного денег, и они надеялись снять две приличные комнаты. Но в Лондоне перед ними встал неумолимый жилищный вопрос: две комнаты в мало-мальски благоустроенном доме стоили десять шиллингов в неделю. Продукты в городе были дорогие и плохого качества, питьевая вода скверная. Все это очень быстро сказалось на здоровье приезжих. Работу найти было трудно, платили мало, — и скоро появились долги. Отвратительные жилищные условия — грязь и темнота — и нескончаемая работа все больше подрывали их здоровье и сломили дух. Вскоре пришлось искать квартиру подешевле. Сияли одну комнату, тоже за безбожную цену, и очутились в самой настоящей клоаке. Мне это место хорошо знакомо. С таким адресом им стало еще труднее находить работу, и они попали в лапы людей, которые за гроши тянут из рабочих последние соки, не считаясь с тем, мужчина это, женщина или ребенок. На новом месте было еще темнее и грязнее, пища и вода еще хуже, и здоровье их все убывало, а дурная среда лишала последних остатков человеческого достоинства. Зеленый змий одолевал их. Само собой разумеется, что на каждом углу этой улицы было по кабаку. Туда и устремлялись эти люди, желая согреться, побыть среди людей, забыть на время свое горе. Оттуда они выходили отягощенные новыми долгами, с отуманенной головой, готовые ради выпивки на все. И не прошло и нескольких месяцев, как отец попал в тюрьму, мать слегла, чтобы больше не встать, сын сделался преступником, а дочки пошли по рукам. <strong>Помножьте этот случай на полмиллиона, и тогда вы начнете только добираться до истины</strong>».</p>
     </cite>
     <p>На всем свете нельзя найти более мрачного зрелища, чем этот «ужасный Восточный Лондон» с его районами Уайтчепел, Хокстон, Спайтелфилдз, Бетнал-Грин и Уоппинг до Ост-индских доков. Жизненные краски здесь серые, тусклые. Вокруг — бедность, безнадежность, уныние, грязь. Ванн никто никогда и в глаза не видал, — обитателям Восточного Лондона это представляется каким-то мифом о наслаждениях, которыми пользовались боги. Народ живет в грязи, а если кто и делает жалкие попытки поддерживать чистоту, то это выглядит и смешно и трагично. Даже воздух здесь какой-то грязный, насыщенный гадкими запахами, и дождь больше похож на грязь, чем на чистую воду с неба. Каменные мостовые заросли грязью. Словом, кругом грязь без конца и края, и смыть ее может только извержение вулкана Пеле или Везувия.</p>
     <p>Унылы и однообразны бесконечные мили кирпичных домов, и так же унылы и однообразны люди. Религия, по существу, обошла их стороной, и они с головой погрязли в земном, в грубом и пошлом, губительном для духа и возвышенных чувств.</p>
     <p>Когда-то англичане любили похваляться: «Мой дом— моя крепость». Сегодня эти слова звучат анахронизмом. У жителей гетто нет дома. Они не знают, что такое семейный очаг, и потому не чтут его святости. Даже муниципальные дома, где живут квалифицированные рабочие, это лишь густонаселенные казармы. Здесь и не пахнет семейным очагом, что, кстати, проявляется даже в их лексиконе: например, отец, вернувшийся с работы, спрашивает на улице свою девочку, где мать, и та отвечает: «Мама в помещении».</p>
     <p>Образовалась новая порода людей — люди улицы.</p>
     <p>Вся их жизнь проходит или на работе, или на улице. У них есть какие-то крысиные норы, куда можно заползти, чтобы переночевать, — и ничего больше. Мы не вправе оскорблять наш язык, называя подобную нору домом. Традиционный сдержанный, молчаливый англичанин исчез. Люди улицы шумны, крикливы, нервны, взвинчены, — я имею в виду молодых. Те, кто постарше, выглядят угрюмыми, отупевшими от пива. Когда они не заняты, они часто стоят, уставясь в одну точку, точно жующие жвачку коровы. Таких можно встретить на любой улице — они стоят и тупо смотрят перед собой. Последите за любым из них, и вы увидите, что он способен часами не двигаться с места и после вашего ухода будет стоять все так же неподвижно, вперив пустой взгляд в пространство, точно завороженный. На пиво у него нет денег; в свою нору он забирается, только чтобы поспать. Куда же деваться? Он уже знает цену всему — и девичьей любви, и любви жены, и любви ребенка. По его мнению, все это притворство и обман и испаряется, как роса, бесследно исчезает под напором суровой жизненной правды.</p>
     <p>Повторяю: молодые нервны, взвинчены и легко возбудимы; пожилые тупы, неповоротливы, флегматичны. Нелепо даже на миг предположить, что эти люди в состоянии конкурировать с рабочими Нового Света. Доведенные до нечеловеческого состояния, опустившиеся и отупевшие обитатели гетто не смогут быть полезными Англии в ее борьбе за мировое господство в области промышленности, в борьбе, которая, по свидетельству экономистов, уже началась. Они не сумеют достойным образом проявить себя ни в качестве рабочих, ни в качестве солдат, когда Англия в нужде обратится к ним, своим забытым сыновьям. А если положение их родины в мире индустрии пошатнется, они погибнут, как осенние мухи. Или же, когда дела Англии примут скверный оборот, то обитатели гетто, доведенные до полного отчаяния, могут стать опасными: толпами ринутся они на Западную сторону, чтобы отомстить за все беды, причиненные ею жителям Восточной стороны. В этом случае под огнем скорострельных пушек и прочих современных средств ведения войны они погибнут еще быстрее и проще.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XX</p>
      <p>Кофейни и ночлежные дома</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Во имя чего должны мы жить, как сельди в бочке?</p>
      <text-author>Роберт Блэтчфорд</text-author>
     </epigraph>
     <p>Еще одно понятие сверкнуло и кануло в Лету, лишившись своей литературной, овеянной романтикой традиции и всего того, что делает иные слова дорогими нашему сердцу! Отныне слово «кофейня» будет порождать во мне самые неприятные ощущения. Там, за океаном, одного этого слова было достаточно, чтобы вызвать в памяти множество исторических персонажей — завсегдатаев кофеен — денди и острословов, памфлетистов и наемных бандитов и, разумеется, нищей богемы лондонской Граб-стрит.</p>
     <p>Но здесь, на месте, — увы! — само название бессмысленно. Кофейня — место, где люди пьют кофе. Неверно. Вы не раздобудете там кофе ни за какие блага. Правда, по вашему заказу принесут какую-то бурду, именуемую кофе, но, отхлебнув глоток, вы с разочарованием убедитесь, что это отнюдь не то, чего вы ждали.</p>
     <p>И кофе не кофе, и кофейни не кофейни. Это грязные «обжорки», посещаемые главным образом рабочим людом, и тот, кто пришел сюда закусить, не может после этого уважать себя. О скатертях и салфетках здесь и не слыхивали; на обеденных столах навалена грязная посуда с чужими объедками; чтобы очистить тарелку или кружку, содержимое вываливают прямо на стол или на пол. В дневные часы, когда там особенно людно, я буквально утопал в скользких помоях и если умудрялся проглотить кусок в такой обстановке, то лишь потому, что был зверски голоден и способен съесть что угодно.</p>
     <p>Рабочий человек к этому, по-видимому, привык и недовольства не выражает: еда — необходимость, какие там еще для нее украшения! Он приходит, ест с жадностью троглодита и уходит, я полагаю, только раздразнив аппетит. Когда вы видите, что человек по пути на работу заказывает кружку водицы, именуемой чаем и столь же похожей на чай, как на амброзию, и запивает ею вытащенный из кармана ломоть черствого хлеба, будьте уверены, что после такого завтрака он много не наработает. И, разумеется, ни он, ни тысяча его собратьев не смогут дать столько продукции хорошего качества, сколько дают те люди, которые плотно позавтракали добрым куском мяса с картофелем и выпили настоящего кофе.</p>
     <p>Кружка чаю, кусок копченой сельди и два ломтика хлеба с маслом считаются для лондонского рабочего роскошным завтраком. Не было случая, чтобы хоть кто-нибудь заказал при мне в кофейне порцию мяса за пять-шесть пенсов (самая дешевая цена), а когда я требовал себе бифштекс, то каждый раз должен был дожидаться, пока хозяин кофейни пошлет в мясную лавку за куском мяса.</p>
     <p>Посаженный в калифорнийскую тюрьму, куда я попал за бродяжничество, я получал лучшую пищу, чем та, которую подают лондонскому рабочему в кофейнях; а когда я был в Америке рабочим, то за двенадцать пенсов ел такой завтрак, какой британскому рабочему и не снился. Правда, его завтрак обходится только в три-четыре пенса, но соотношение одинаковое, ибо он зарабатывает два — два с половиной шиллинга, а мне платили шесть. Зато я и делал за рабочий день куда больше, чем он. Вот вам обе стороны медали. Человек, материально лучше обеспеченный, всегда работает производительнее того, чей материальный уровень низок.</p>
     <p>Моряки говорят, что между службой в английском торговом флоте и в американском существует вот какая разница: на английских пароходах дрянная кормежка, ничтожная плата, но работа легкая. На американских же кормежка хорошая и плата хорошая, зато заставляют много работать. То же самое можно сказать и вообще о положении рабочего люда обеих стран. Чтобы машины на океанском пароходе производили энергию, им необходимо топливо. С рабочим такая же картина. А если ему не на что приобретать питание, тогда у него не будет энергии, вот и все. Обратный пример: английский рабочий приезжает в Соединенные Штаты. Уже в Нью-Йорке он укладывает больше кирпичей, чем в Лондоне, в Сент-Луисе еще больше, а в Сан-Франциско больше, чем в Сент-Луисе.<a l:href="#n_967" type="note">[967]</a> Это потому, что уровень его жизни все время соответственно повышается.</p>
     <p>По утрам, когда люди спешат на работу, на уличных тротуарах сидят торговки, которые выносят в мешках хлеб на продажу. Почти все рабочие покупают этот хлеб и едят тут же, всухомятку, даже не заходя в кофейню, чтобы запить его чаем по пенни за кружку. Ясно, что при таком питании человек будет работать плохо, ясно также и то, что его наниматель — и вся нация заодно — потерпят убыток. Уже давно политические деятели кричат: «Англия, пробудись!» Право, они проявили бы больше здравого смысла, если бы изменили свой клич на «Англия, поешь досыта!»</p>
     <p>Мало того, что пища рабочих плохая, — она еще и грязная. Я стоял возле мясной лавки, где толпились озабоченные домашние хозяйки, и наблюдал, как они рылись в куче жалких обрезков говядины и баранины, какие в Америке покупают для собак. Не буду ручаться за чистоту рук этих женщин, как не буду ручаться за чистоту их жалких жилищ, а меж тем они перебрасывали мясо руками, поворачивали его так и этак, придирчиво рассматривая и прикидывая, как повыгоднее истратить свои медяки. Я видел, что один наиболее отвратительный кусок побывал по крайней мере в двадцати руках, покуда мясник не всучил его маленькой робкой женщине. Так продолжалось до вечера: вместо проданных обрезков добавлялись новые, уличная пыль оседала на мясе, по нему ползали мухи, и множество грязных рук шарило и шарило в этой куче.</p>
     <p>На тележках торгуют битыми и гнилыми фруктами; очень часто торговцы хранят товар ночью у себя в комнатах, где спят целой семьей, дышат, потеют, плюют, заражая фрукты всевозможными бациллами, а наутро опять выносят их на продажу.</p>
     <p>Бедняк-рабочий Восточного Лондона не знает вкуса свежего мяса или свежих фруктов, да и вообще-то мясо и фрукты почти для него недоступны. Даже квалифицированный рабочий не может похвастать своим столом. Если судить по тому, что едят в кофейнях, — а это довольно показательно, — английский рабочий не имеет представления о настоящем кофе, чае, какао. Помои и бурда, подаваемые в кофейнях, могут еще кое-как отличаться по качеству в разных местах, но они даже отдаленно не напоминают того, что мы с вами привыкли называть кофе или чаем.</p>
     <p>Вспоминается мне такой случай в кофейне неподалеку от Джюбили-стрит, на Майлэнд-роуд.</p>
     <p>— Дашь мне, доченька, чего-нибудь вот на эти деньги? Давай, что хочешь, мне все равно, — с утра еще крошки во рту не было, сил больше нет.</p>
     <p>То говорила старуха, облаченная в опрятное черное старье. «Доченька», которой она протягивала монетку в один пенс, была хозяйка кофейни, она же и подавальщица, — изможденная женщина лет сорока.</p>
     <p>Я ждал ответа хозяйки, волнуясь не меньше, пожалуй, чем старуха. Было четыре часа дня. Посетительница, казалось, вот-вот упадет от слабости. После минутного колебания хозяйка пошла на кухню и принесла порцию «рагу из барашка с молодым зеленым горошком». В тот момент я сам ел такое же блюдо, но у меня сложилось впечатление, что барашек окончил земное существование довольно-таки старым бараном, а горох, будь он даже помельче и помягче, все равно не оправдал бы названия «молодой». Но не в этом дело; блюдо это стоило шесть пенсов, а хозяйка взяла со старухи один пенс, лишний раз доказав извечную истину, что бедняки — самые щедрые люди на свете.</p>
     <p>Старуха, рассыпаясь в благодарностях, присела напротив меня за маленький столик и принялась жадно поглощать горячее рагу. Оба мы молча, энергично ели. Вдруг она громко и весело воскликнула, обращаясь ко мне:</p>
     <p>— Я продала коробку спичек! Да! — Радость просто бурлила в ней. — Я продала коробку спичек! Вот и заработала пенни!</p>
     <p>— Вам уж, видно, порядочно лет? — высказал я предположение.</p>
     <p>— Семьдесят четыре стукнуло вчера, — ответила она и снова склонилась над своей тарелкой.</p>
     <p>— Эх, дьявол, я бы рад помочь старушке, да, поверишь ли, сам до сих пор не ел сегодня, — сказал парень, сидевший рядом. — Вот сейчас только случайно подработал шиллинг: черт знает сколько горшков заставили меня за это перемыть.</p>
     <p>— Я уже шесть недель не работаю по своему делу, — ответил он на мои расспросы. — Время от времени попадается работа, да редко, очень редко.</p>
     <p>Чего только не насмотришься в этих кофейнях! Я никогда не забуду воинственную официантку из кофейни близ Трафальгарской площади; я дал ей золотой соверен, чтобы расплатиться по счету. Кстати, в кофейнях полагается платить вперед, а уж для плохо одетых это правило совершенно обязательно!</p>
     <p>Официантка попробовала монету на зуб, звякнула ею о стойку, потом окинула испепеляющим взглядом меня и мой оборванный костюм и, наконец, спросила:</p>
     <p>— Где ты ее взял?</p>
     <p>— Какой-то тип забыл на столе. Что, не верите?</p>
     <p>Она посмотрела мне прямо в глаза.</p>
     <p>— Ври больше!</p>
     <p>— Ну, тогда я сам их делаю, — сказал я.</p>
     <p>Она презрительно фыркнула и сдала мне одной мелочью, а я в отместку ей пробовал на зуб и на звук каждую серебряную монетку.</p>
     <p>— Прибавьте кусок сахару в чай, я заплачу вам еще полпенни, — попросил я.</p>
     <p>— Раньше ты издохнешь, — последовал любезный ответ, который она подкрепила выразительными, непристойными жестами.</p>
     <p>Я никогда не был находчив и скор на язык, но тут почувствовал, что сражен окончательно, и кое-как, не помня себя от обиды, проглотил свой чай, а она продолжала злобствовать даже тогда, когда я уже выскочил на улицу.</p>
     <p>Как уже говорилось, триста тысяч человек в Лондоне живут семьями в одной комнате, а девятьсот тысяч прозябают в отчаянных условиях, запрещаемых законом. Но есть еще один вид жилья для бедных — это частные ночлежные дома, и за ними числится еще тридцать восемь тысяч лондонцев. Таких заведений здесь множество — от маленьких, тонущих в грязи хибарок до предприятий-гигантов, приносящих пять процентов дохода и расхваливаемых самодовольными буржуа на все лады (хотя сами они никогда там не бывали!). Но все они одинаково непригодны для человека. Не то чтобы там протекали крыши или дуло в окна, нет, — я имею в виду обстановку в них: нездоровую и унижающую человеческое достоинство.</p>
     <p>Такие учреждения часто называют «гостиницами для бедных», но эти слова звучат как насмешка. Хороша гостиница, если человек не располагает отдельной комнатой, где он мог бы побыть наедине с собой, если его срывают с постели чуть свет и гонят вон, если он имеет право уплатить только за одну ночь и должен каждый вечер заново снимать койку!</p>
     <p>Не подумайте, что я пытаюсь огульно предать анафеме все крупные частные и муниципальные заведения подобного рода и все дома для одиноких рабочих. Отнюдь нет. В таком общежитии рабочий избавлен от многих ужасов мелких ночлежных домов, он получает здесь на свои деньги то, чего не получит нигде, — но все разно это не место для жилья; человек, который делает какое-то общественно полезное дело, не должен жить в таких условиях.</p>
     <p>Мелкие ночлежные дома, как правило, — сплошной ужас; я это изведал на себе. Но не буду говорить о них, перейду сразу к «гигантам». Один такой дом находится неподалеку от Миддлэссекс-стрит; его постояльцы — почти исключительно рабочие. Прямо с улицы вы по нескольким ступенькам спускаетесь в подвал. Две большие полутемные комнаты заполнены мужчинами, занятыми поглощением пищи, которую они тут же собственноручно готовят. Я тоже собирался приготовить что-нибудь для себя, но запах, ударивший мне в нос, отбил всякий аппетит, и я ограничился тем, что решил понаблюдать, как стряпают и едят другие.</p>
     <p>Какой-то человек — видимо, только что вернувшийся с работы, — сел за некрашеный деревянный стол напротив меня и принялся за еду. Соль, насыпанная кучкой на довольно грязном столе, заменяла ему масло. Он макал в нее хлеб и уписывал свой «бутерброд», запивая чаем из большой кружки, а на закуску съел еще кусочек рыбы. Он ни с кем не разговаривал и ни на кого не смотрел. Так же безмолвно ужинали и другие. Никто в этой большой, скудно освещенной комнате не произносил ни слова, уныние и подавленность царили здесь. Люди мрачно размышляли о чем-то за своей убогой трапезой. И я, как рыцарь Роланд, подумал: за какие же грехи эти люди заслужили такое наказание?</p>
     <p>Из кухни, однако, доносились оживленные звуки, и я пошел туда — к плите, на которой мужчины варили себе еду. Вонь, ударившая мне в нос при входе, была здесь еще сильнее, я почувствовал тошноту и выбежал на улицу глотнуть свежего воздуха.</p>
     <p>Потом я вернулся в дом, заплатил пять пенсов за «кабину» для спанья (вместо квитанции мне вручили огромную медную бирку) и поднялся наверх в курительную. Там я увидел два настольных бильярда и несколько шашечных досок. Вокруг толпились люди: одни играли, другие ждали своей очереди. Вдоль стен тоже сидел народ — кто курил, кто читал, кто занимался починкой одежды. Молодежь весело шумела, старики угрюмо молчали. Можно сказать, что здесь были люди двух типов: веселые и мрачные, — причем грань прокладывал их возраст.</p>
     <p>Но как и подвальные помещения, этот зал не может сойти за «домашний очаг», особенно для нас с вами, познавших смысл этого выражения! На стенах висят чудовищные, оскорбительнейшие правила поведения постояльцев. В десять часов гасят свет, и людям не остается ничего другого, как идти спать. Для этого извольте снова спуститься в подвал, вручить свою бирку дородному сторожу и подняться по другой лестнице в спальное отделение. Я вскарабкался на самую верхотуру и потом прошел вниз, обойдя несколько этажей, заполненных спящими. «Кабина» считается высшим разрядом, туда вдвинута узенькая кровать, и остается еще достаточно места, чтобы человек мог стоя раздеться. Постель неплохая, белье чистое, — в этом отношении претензий предъявить не могу. Но побыть одному и тут никак нельзя.</p>
     <p>Чтобы представить себе помещение, заполненное «кабинами», вообразите пчелиные соты, увеличьте мысленно каждую ячейку до семи футов в высоту, остальное — пропорционально, потом поставьте эти увеличенные соты на пол большого сарая — и вот вам все, как в натуре. «Кабины» без потолков, они разделены тонкими перегородками, и вы слышите храп всех спящих, чувствуете каждое движение ваших соседей. Но и эта клетушка-уголок сдается вам на весьма короткий срок! Рано утром вы обязаны покинуть ее; вам не разрешается оставлять там вещи, приходить и уходить, когда заблагорассудится, или, чего доброго, запирать дверь (впрочем, и двери-то никакой нет, имеется лишь дверной проем). Если вы согласны оставаться постояльцем «гостиницы для бедных», то придется мириться с этим, равно как и с тюремными порядками, посредством которых все время подчеркивается, что вы нуль, ничтожество и нечего вам ерепениться.</p>
     <p>А по-моему, человеку, который трудится целый день, необходимо иметь отдельную комнату с собственным ключом, где сохраняются в целости его пожитки, где он может почитать или поглядеть в окно, где он свободен бывать когда захочет, где он может завести какие-то собственные вещи, помимо тех, которые он носит на себе и в карманах, где он может прибить на стенку фотографии матери, сестры, возлюбленной, балерин, собак по собственному усмотрению, — словом, человеку необходимо иметь такой уголок, про который он имел бы право сказать: «Это мое, это моя крепость, внешний мир кончается на пороге, здесь я царь и бог!» Имея это, человек будет лучше относиться к своим гражданским обязанностям и будет лучше работать тоже.</p>
     <p>Я стоял посреди спальни и слушал. Я переходил от койки к койке и вглядывался в лица спящих. По большей части это были люди молодые, в возрасте от двадцати до сорока лет, — старикам не по карману ночлежный дом, старики ходят в работный дом. Я смотрел на этих молодых мужчин и думал о том, что у них ведь красивые лица — такие лица созданы для женских поцелуев, а тела — для объятий. Они достойны любви и сами способны на любовь. Влияние женщины благотворно, а этим людям не хватает облагораживающего и смягчающего влияния, — они, наоборот, с каждым днем становятся грубее и бесчувственнее. «Где же эти женщины?» — думал я. И мне послышался «блудницы пьяный смех». Эхом отозвались Леман-стрит, Ватерлоо-роуд, Пикадилли и Стрэнд, — и я понял, где эти женщины.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXI</p>
      <p>Необеспеченность</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>— Чем вы занимаетесь? Вы кажетесь больным.</p>
      <p>— Это из-за моих легких. Я работаю на производстве серной кислоты.</p>
      <empty-line/>
      <p>— Вы работаете на производстве сернокислого натрия?</p>
      <p>— Да.</p>
      <p>— Трудная у вас работа?</p>
      <p>— Дьявольски трудная.</p>
      <empty-line/>
      <p>— Зачем вы избрали себе такую каторжную профессию?</p>
      <p>— Я женат. У меня дети. Не голодать же нам всем!</p>
      <empty-line/>
      <p>— Почему вы ведете такой образ жизни?</p>
      <p>— У меня семья. В наших местах пропасть безработных.</p>
      <empty-line/>
      <p>— Какую работу вы называете тяжелой?</p>
      <p>— Мою, какую же еще! Попробовали бы вы поворочать пятидесятифунтовым ломом глыбы по три центнера каждая, когда из печи так и полыхает!</p>
      <p>— Мне-то не надо. Я философ.</p>
      <p>— Ах, так? Тогда держитесь за свое дело. Хуже нашего и в аду не сыщешь.</p>
      <text-author>Ив бесед Роберта Блэтчфорда с разными рабочими.</text-author>
     </epigraph>
     <p>Я разговорился с одним чрезвычайно озлобленным человеком. По его убеждению, жена обошлась с ним несправедливо и столь же несправедливо обошелся суд. Неважно, кто здесь прав, а кто виноват. Дело в том, что жена добилась развода, и его присудили к выплате десяти шиллингов в неделю на содержание ее и пятерых детей.</p>
     <p>— Вы только подумайте, — жаловался он мне, — что будет с нею, если я перестану платить эти десять шиллингов? Вдруг какое-нибудь несчастье случится со мной и я не смогу работать или заболею грыжей, ревматизмом, холерой… Что с ней тогда будет, что? — Он уныло покачал головой. — Пропадет ведь, одна ей дорога — в работный дом, а там, знаете, какая собачья жизнь? А не захочет туда, так будет еще того хуже. Пойдемте, я покажу вам десяток женщин, спящих в подворотне. И это еще не самое страшное, что ее ждет, если не будет меня и моих десяти шиллингов.</p>
     <p>Уверенность, с какой этот человек предрекал судьбу своей семьи, заслуживает внимания. Умудренный жизнью, он понимал, как непрочно обеспечена его жена куском хлеба и пристанищем. Крышка ей, если бывший муж потеряет — окончательно или даже на время — способность работать. Раздвиньте рамки этого случая, и вы обнаружите, что точно в таком же положении находятся сотни тысяч и даже миллионы супружеских пар, которые не разводились, а вместе, полюбовно несут заботы о своей семье.</p>
     <p>Факты действительно чудовищные. В одном только Лондоне миллион восемьсот тысяч человек относятся к разряду малоимущих, а частично даже неимущих; добавьте к ним еще миллион таких, которых недельная получка спасает от нищенства. Восемнадцать процентов населения Англии и Уэльса вынуждены пользоваться пособием, причем в Лондоне, по данным совета лондонского графства, эти лица составляют двадцать один процент. Разумеется, между получающими пособие и абсолютными нищими есть известная градация, но Лондон кормит и сто двадцать три тысячи полностью обездоленных тоже (цифра, равная населению целого города!). Каждый четвертый лондонец умирает в благотворительном учреждении; из каждой тысячи жителей Англии девятьсот тридцать девять человек умирают в бедности; восемь миллионов человек живут впроголодь и, наконец, двадцать миллионов не знают самых элементарных жизненных удобств.</p>
     <p>Интересно более подробно рассмотреть данные о лондонцах, умерших в благотворительных учреждениях.</p>
     <p>В период от 1886 до 1893 года процент нищих по отношению ко всему населению был в Лондоне ниже, чем по всей Англии в целом; в дальнейшем, однако, Лондон стал перегонять. Но даже из статистического отчета за 1886 год явствует, что в 1884 году в Лондоне скончалось 81 951 человек, из них:</p>
     <cite>
      <p>в работных домах — 9 909</p>
      <p>в больницах — 6 559</p>
      <p>в сумасшедших домах — 278</p>
      <p>Всего в благотворительных учреждениях 16 746 человек.</p>
     </cite>
     <p>Один писатель, член Фабианского общества, комментировал эту таблицу так:</p>
     <cite>
      <p>«Учитывая, что приведенные цифры включают сравнительно небольшое количество детей, можно предположить, что каждому третьему взрослому лондонцу суждено умереть в благотворительном учреждении, причем среди них явно преобладают люди физического труда».</p>
     </cite>
     <p>Эти цифры помогают понять, насколько близок рядовой трудящийся к нищете. Причины обнищания бывают разные. Вот, например, объявление из вчерашней газеты:</p>
     <cite>
      <p>«Требуется конторщик со знанием стенографии, машинописи и счетоводства. Жалованье 10 шиллингов в неделю. Обращаться письменно и т. д.».</p>
     </cite>
     <p>А сегодня я прочитал в газете о том, что обитатель одного из лондонских работных домов, конторщик по профессии, тридцати пяти лет, был привлечен к судебной ответственности за отказ от трудовой повинности. Человек этот утверждал, что за время пребывания в работном доме беспрекословно выполнял все наряды, когда же надзиратель послал его дробить камень, не сумел кончить работу вовремя, ибо руки у него покрылись волдырями. Он признался, что никогда не держал в руках более тяжелого инструмента, чем перо. Судья вынес приговор ему и его несчастным рукам: семь дней тяжелых принудительных работ.</p>
     <p>Одних людей приводит к нищете старость, других — несчастный случай, третьих — болезнь или смерть кормильца семьи. Возьмем семью, которая состоит из мужа, жены и троих детей и еле-еле сводит концы с концами на двадцать шиллингов в неделю (а таких семей в Лондоне сотни тысяч). Заработок мужа уходит у них весь до последнего гроша, и если вдруг они его лишатся, то через неделю семья будет обречена на нищету и голод. А что, если с кормильцем семьи произойдет несчастный случай? Мать, обремененная тремя детьми, много не заработает. Перед ней выбор: либо отдать детей обществу по призрению малолетних нищих, а самой поступить куда-нибудь, либо приносить работу из потогонной мастерской в свою берлогу (куда придется перебраться, ибо прежняя комната будет уже ей не по карману). Но в потогонных мастерских основной контингент надомниц — замужние женщины, чей заработок в семье является не главным, а подсобным, да женщины-одиночки, которым нужно кормить лишь себя, и это определяет расценки. И они настолько ничтожны, что мать и трое ее детей вынуждены жить хуже животных, голодать и мучиться, пока смерть не положит конец их страданиям.</p>
     <p>Два факта из газет подтверждают, что мать — кормилица троих детей — не может выдержать конкуренции тех, которые согласны на еще более мизерную плату, чем она.</p>
     <p>Некий человек написал письмо в редакцию, в котором выразил свое возмущение. Его дочь вдвоем с товаркой делают коробки по восемь с половиной пенсов за гросс. Ежедневно они изготовляют четыре гросса. При этом восемь пенсов они должны расходовать на транспорт, два — на этикетки, два с половиной — на клей и один — на шпагат для обвязывания коробок. Им остается один шиллинг девять пенсов, то есть по девять с половиной пенсов на каждую.</p>
     <p>Второй случай: на днях в опекунский совет Лутона обратилась за вспомоществованием старушка семидесяти двух лет. По словам газеты, «она шила соломенные шляпы, но вынуждена была бросить это занятие, так как платили баснословно мало: два с четвертью пенса за шляпу, которую требовалось изготовить собственноручно от начала до конца и поставить за свой счет отделку».</p>
     <p>Между тем мать и трое детей, о которых говорилось выше, ничем решительно не согрешили, чтобы заслужить подобное наказание. Просто стряслась беда — и все; вышел из строя кормилец семьи. Обезопасить себя на этот счет невозможно: кому как повезет. Каждая семья имеет столько же шансов избежать падения на дно Бездны, сколько и угодить туда. Возможности эти отражены в холодных, безжалостных цифрах. Некоторые из них уместно здесь привести.</p>
     <p>Сэр А. Форвуд подсчитал, что ежегодно один рабочий из 1 400 бывает убит, один из 2 500 превращается в полного инвалида, один из 300 превращается в полуинвалида и один из 8 выходит из строя на три-четыре недели по болезни.</p>
     <p>Но это касается только несчастных случаев в промышленности. А ведь ужасную роль играет и общая высокая смертность в гетто. Средняя продолжительность жизни обитателей Западного Лондона пятьдесят пять лет, жителей же Восточного Лондона — тридцать лет. Иными словами, обитателю Западного Лондона дается возможность прожить вдвое дольше, чем обитателю Восточного Лондона. А еще толкуют об ужасах войны! Да перед лондонскими цифрами меркнет все, что было в Южной Африке и на Филиппинских островах.<a l:href="#n_968" type="note">[968]</a> Вот где проливается кровь — здесь, в самой мирной обстановке! И в этой войне не соблюдается никаких гуманных правил: женщин и грудных детей убивают здесь с такой же жестокостью, как и мужчин. Нечего ссылаться на войну, если в Англии ежегодно убивают и превращают в инвалидов полмиллиона мужчин, женщин и детей, занятых в промышленности.</p>
     <p>На Западной стороне умирают, не достигнув пяти лет, восемнадцать процентов детей. На Восточной стороне в том же возрасте гибнет пятьдесят пять процентов детей. В Лондоне есть такие кварталы, где из каждых ста младенцев пятьдесят умирает до года, а из пятидесяти оставшихся в живых двадцать пять гибнут, не дожив до пяти лет. Убийство — вот это что! Ирод, ты посрамлен: ведь ты истребил лишь половину младенцев!</p>
     <p>О том, что из-за несчастных случаев в промышленности гибнет больше людей, чем на войне, свидетельствует следующая выдержка из недавнего отчета санитарного инспектора города Ливерпуля (его заявление верно не только в отношении Ливерпуля):</p>
     <cite>
      <p>«Во дворы здесь почти никогда не заглядывает солнце, а в домах постоянное зловоние, вызываемое главным образом тем, что стены и потолки, сделанные из пористого материала, за многие годы насквозь пропитались всеми запахами. Убедительным доказательством того, что солнечные лучи не проникают в эти помещения, может служить такой факт: комитет садов и парков постановил подарить беднякам ящики с цветами для украшения их жилищ, но это ни к чему не привело, <strong>так как цветы чахли в столь нездоровой атмосфере</strong>».</p>
     </cite>
     <p>М-р Джордж Хоу составил следующую таблицу, характеризующую положение в трех приходах Сент-Джордж в Лондоне:</p>
     <cite>
      <p>Процент населения, живущего в условиях скученности — Смертность на тысячу человек</p>
      <p>В Западном — 10–13,2</p>
      <p>В Южном — 35–23,7</p>
      <p>В Восточном — 40–26,4</p>
     </cite>
     <p>А так называемые вредные профессии, в которых занято бесчисленное множество рабочих! Жизнь этих людей поистине висит на волоске и подвергается куда большей опасности, чем жизнь солдата двадцатого века. При обработке льна в полотняном производстве, где работать приходится с мокрыми ногами и в мокрой одежде, чрезвычайно многие болеют бронхитом, пневмонией и острым ревматизмом, а в чесальных и прядильных цехах мелкая пыль вызывает хронические легочные заболевания. Женщина, начавшая работать там с семнадцати — восемнадцати лет, к тридцати годам превращается в развалину. Рабочие химической промышленности (а на химические заводы обычно принимают самых крепких людей, с великолепным телосложением) в среднем не доживают до сорока восьми лет.</p>
     <p>О труде гончаров доктор Арлидж говорит следующее: «Пыль в этом производстве убивает не сразу, но из года в год все плотнее оседает на легких, образуя в конце концов как бы панцирь. Дыхание становится все более затрудненным и, наконец, прекращается совсем».</p>
     <p>Стальная пыль, каменная пыль, глиняная и известковая пыль, пыль от пуха и древесного волокна — все это уносит больше жизней, чем пулеметы и пушки. Страшнее всего свинцовое отравление, которому люди подвергаются на производстве белил. Вот весьма типичная картина гибели молодой, здоровой, хорошо сложенной девушки-работницы с производства свинцовых белил.</p>
     <cite>
      <p>«Соприкасаясь в течение некоторого времени с ядовитыми веществами, девушка заболевает малокровием. На деснах проступает синяя кайма. Но это необязательный признак — иногда десны и зубы сохраняются в хорошем состоянии. Развивается малокровие, и девушка худеет, — но это происходит постепенно, и ни она, ни ее близкие не придают этому значения. Однако болезнь прогрессирует, ей сопутствуют головные боли, которые все нарастают и нередко сопровождаются ухудшением зрения, даже временной слепотой. Появляются симптомы, принимаемые родственниками, а иногда и врачом за обыкновенную истерию. Внезапно возникают судороги. Сначала сводит половину лица, затем руку и ногу с той же стороны и, наконец, все тело. Больная, потеряв сознание, бьется в тяжелом эпилептическом припадке. Приступы следуют один за другим с нарастающей силой, и она умирает. Иногда же сознание возвращается на несколько минут, несколько часов или даже на несколько дней. Больная жалуется все время на невыносимую головную боль или же крайне возбуждена, бредит; это напоминает картину острого маниакального состояния. В некоторых случаях у больной, наоборот, наблюдается подавленность, как при меланхолии. Сознание затемнено, больная перестает понимать, что с ней происходит, речь ее бессвязна. Внезапно (если не считать того, что со стороны пульса уже имелись сигналы: бывший до того мягким и почти нормальным, пульс становится замедленным и твердым) начинается новый приступ судорог, и девушка умирает — сразу или после комы. Бывают случаи, когда судороги постепенно прекращаются, головная боль исчезает и больная выздоравливает; но, к сожалению, она слепнет — временно или навсегда».</p>
     </cite>
     <p>Приведу несколько конкретных случаев свинцового отравления.</p>
     <p>Шарлотта Рафферти, рослая, красивая молодая женщина, пышущая здоровьем (за всю свою жизнь она не болела ни одного дня), поступила на фабрику свинцовых белил. Первый приступ судорог случился в цеху, она стояла в это время на стремянке. Доктор Оливер осмотрел ее и обнаружил кайму на деснах — свидетельство свинцового отравления. Для него было ясно, что судороги скоро начнут повторяться. Так и случилось. Девушка умерла.</p>
     <p>Мери Энн Толер, семнадцати лет, никогда в жизни не страдавшая припадками, поступив на фабрику, трижды заболевала и была вынуждена оставить работу. Ей еще не было девятнадцати лет, когда у нее обнаружились признаки свинцового отравления — припадки с пеной на губах. Вскоре она скончалась.</p>
     <p>Мери А., необычайно выносливая женщина, сумела продержаться на свинцовом производстве <emphasis>двадцать лет</emphasis>. За все это время только один раз у нее были судороги. Она родила восьмерых детей, но все они умерли в младенчестве от эклампсии. Однажды утром, расчесывая волосы, она внезапно перестала владеть кистями обеих рук.</p>
     <p>У Элизы X., двадцати пяти лет, <emphasis>после пяти месяцев </emphasis>работы на фабрике свинцовых белил начались припадки. Ее уволили с работы. Она перешла на другую фабрику и работала там без перерыва два года. Вдруг у нее появились прежние симптомы болезни — судороги, и через два дня она умерла от острого отравления свинцом.</p>
     <empty-line/>
     <p>Вот что говорит м-р Воэн Нэш: «Дети, матери которых работают на производстве свинцовых белил, появляются на свет лишь для того, чтобы умереть от эклампсии в результате свинцового отравления, — они родятся недоношенными или погибают, не прожив года».</p>
     <p>И, наконец, разрешите мне рассказать о Гарриет Уоркер, совсем юной девушке, которую убила безнадежная борьба за кусок хлеба. Работа Гарриет заключалась в том, что она покрывала посуду эмалью, вызывающей свинцовое отравление. Ее отец и брат были безработными. Девушка держала в тайне свою болезнь, ходила пешком на фабрику — шесть миль туда и шесть обратно, зарабатывала свои семь-восемь шиллингов в неделю и умерла семнадцати лет от роду.</p>
     <p>Спады производства тоже играют немалую роль в том, что рабочие скатываются в Бездну. Если недельная получка — единственная защита семьи рабочего от нищеты, то легко понять, что вынужденная безработица в течение одного месяца сопряжена с неописуемыми страданиями и муками, от последствий которых жертвы безработицы уже не могут избавиться, даже когда получают работу. Только что я прочел в газетах отчет о собрании Карлейльского отделения профсоюза докеров, в котором говорится, что многие рабочие на протяжении ряда месяцев зарабатывали четыре-пять шиллингов в неделю, не больше. Такое положение приписывают тому, что в лондонском порту наблюдается застой.</p>
     <p>Молодой рабочий, молодая работница, холостые или женатые, не могут надеяться ни на счастливую, здоровую жизнь в среднем возрасте, ни на безбедную старость. Как ни трудятся они, им не удается обеспечить свое будущее. Все зависит от случая, от того — произойдут или не произойдут события, над которыми они не властны. Никакая предосторожность, никакие увертки тут не помогут. Раз они решили остаться на этом поле битвы, именуемом промышленным производством, то пусть знают, что они идут на риск и шансы на успех у них ничтожны. Разумеется, человек может покинуть поле битвы, при условии, что он вообще удачник и не связан никакими семейными узами. В таком случае мужчине лучше поступить на военную службу, а женщине стать сиделкой Красного Креста или постричься в монахини. Но тогда они вынуждены отказаться от семьи, от детей, от всего того, что придает жизни ценность и спасает от страшного одиночества в старости.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXII</p>
      <p>Самоубийства</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Англия — это рай для богатых, чистилище для мудрых и ад для бедняков.</p>
      <text-author>Теодор Паркер<a l:href="#n_969" type="note">[969]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Когда человек так необеспечен и надежды его на счастье так несбыточны, жизнь, естественно, теряет ценность и самоубийства становятся заурядным явлением. Настолько заурядным, что, какую газету ни открой, обязательно натолкнешься на заметку о том, что кто-то покончил с собой. Причем к неудачному покушению на самоубийство полиция проявляет не больше интереса, чем к делу какого-нибудь пьяного дебошира, решая его с одинаковой быстротой и равнодушием.</p>
     <p>Такой случай произошел при мне в Темзенском полицейском суде. Я льщу себя мыслью, что у меня зоркий глаз, чуткий слух и неплохое знание жизни, но должен признаться, что, попав в зал суда, я далеко не все улавливал — по причине молниеносной быстроты, с которой машина правосудия обрабатывала пьяных, хулиганов и скандалистов, драчливых мужей, бродяг, воров, укрывателей краденого, шулеров и проституток. В центре зала, на самом светлом месте, стояла скамья подсудимых, и по мере того как судья изрекал свой очередной приговор, на этой скамье непрерывным потоком появлялись все новые фигуры женщин, мужчин и детей.</p>
     <p>Я еще находился под свежим впечатлением от последнего подсудимого — чахоточного «укрывателя краденого», присужденного к году тяжелых принудительных работ, несмотря на его попытку добиться снисхождения ссылкой на то, что у него жена и ребятишки и что из-за болезни он не может работать, как на скамье подсудимых уже появился новый обвиняемый — юноша лет двадцати. Я расслышал его имя и фамилию — Альфред Фримен, но не мог разобрать, в чем его преступление. На свидетельское место поднялась добродушного вида толстуха — жена шлюзового сторожа на канале. Дело было ночью на шлюзе «Британия», — поведала она суду. Услышав всплеск воды, она кинулась к шлюзу и увидела вот этого самого парнишку в воде.</p>
     <p>Я перевел взгляд на юношу. Так вот в чем он обвиняется — в покушении на самоубийство! Он стоял неподвижно, точно утратив и слух и зрение; прядь красивых темных волос свисала ему на лоб, в его лице, худом и изможденном, было что-то детское.</p>
     <p>— Да, сэр, — тараторила свидетельница, — я тяну его что есть силы, хочу вытащить, а он рвется назад. Я давай кричать: «Помогите!» Спасибо, шли мимо рабочие, мы вместе вытащили его и передали констеблю.</p>
     <p>Судья сделал комплимент толстухе, воздав хвалу ее мускулам, и в зале рассмеялись. А я не отводил взгляда от этого юноши, который, едва вступив в жизнь, уже страстно ищет смерти в грязных водах канала. Тут-то не до смеха!</p>
     <p>Затем свидетельское место занял какой-то мужчина, очень лестно охарактеризовавший юношу и пытавшийся привести смягчающие вину обстоятельства. Он мастер в цехе, Альфред работал у него.</p>
     <p>— Парень хороший, — сказал свидетель, — только очень уж заморочен домашними неприятностями денежного порядка. Да еще мать у него больная. Беспокойная натура у парня, все расстраивался, пока не довел себя до того, что уже не смог работать. Я побоялся, как бы мне самому не влетело из-за его плохой работы и вынужден был дать ему расчет, — закончил мужчина свои показания.</p>
     <p>— Имеете что-нибудь сказать? — рявкнул судья.</p>
     <p>Юноша что-то пробормотал; он все еще не пришел в себя.</p>
     <p>— Констебль, что он говорит? — раздраженно спросил судья.</p>
     <p>Дюжий человек в синей форме пригнулся к лицу подсудимого, затем произнес во всеуслышание:</p>
     <p>— Он говорит, ваша честь, что очень сожалеет.</p>
     <p>— Заключить под стражу, следствие продолжить, — изрек почтенный судья и тут же перешел к слушанию следующего дела, свидетеля по которому уже приводили к присяге.</p>
     <p>А юношу, по-прежнему не замечавшего ничего вокруг, увел стражник. Вот и все. Дело Альфреда Фримена от начала до конца заняло пять минут. На скамье подсудимых уже находились два парня со зверскими физиономиями, которые пытались взвалить друг на друга вину за кражу какой-то удочки, ценою, небось, в десять центов.</p>
     <p>Беда в том, что эти бедняки действуют весьма неумело, и только при втором или третьем покушении им удается покончить с собой. Суду и полиции это, разумеется, доставляет массу беспокойства и ужасно их раздражает. Иные судьи не скрывают своего отношения к неумелым самоубийцам и откровенно бранят их за то, что они не довели дело до конца. М-р Р. Сайкс, председатель суда в Стейлибридже, рассматривая несколько дней тому назад дело некоей Энн Вуд, пытавшейся утопиться в канале, спросил ее гневно:</p>
     <p>— Если уж вы решили покончить с собой, так почему не сделали этого? Топиться так топиться, зачем же причинять людям хлопоты?!</p>
     <p>Нищета, обездоленность, страх перед работным домом — вот главные причины самоубийства людей из рабочего класса. «Утоплюсь, но в работный дом не пойду», — говорила Эллен Хьюз Хэнт, пятидесяти двух лет. И в прошлую среду в Шордиче проводилось следствие и опознавание ее трупа. Из Айлингтонского работного дома был вызван в качестве свидетеля муж покойной. Когда-то он торговал вразнос молочными продуктами, но банкротство и нищета погнали его в работный дом. Жена отказалась последовать за ним.</p>
     <p>В последний раз Эллен Хэнт видели в час ночи. Через три часа на причале канала Риджент были обнаружены ее шляпка и жакет, а позднее был вытащен из воды ее труп. Заключение присяжных:</p>
     <cite>
      <p>«Самоубийство в состоянии временного умопомешательства».</p>
     </cite>
     <p>Такое заключение — преступная ложь! Закон — воплощение лжи, и, пользуясь законом, люди лгут особенно бесстыдно. Например, обесчещенная женщина, отвергнутая всеми, отравляет себя и своего новорожденного ребенка настойкой опия. Младенец умирает, а мать, пробыв долгое время в больнице, остается в живых. После выздоровления ее судят за убийство, признают виновной и приговаривают к десяти годам каторжных работ. Она выжила, и закон считает ее ответственной за свои поступки. Умри она вместе с ребенком — тот же закон признал бы, что она находилась в «состоянии временного умопомешательства».</p>
     <p>Но вернемся к делу Эллен Хэнт. С одинаковым основанием можно утверждать, что мужем этой женщины овладело временное умопомешательство, когда он пошел жить в Айлингтонский работный дом, как и то, что временное умопомешательство овладело Эллен, когда она пошла топиться. Какое из двух мест выбирать — это уж дело вкуса и каждый решает его по-своему.</p>
     <p>Если бы я очутился в подобном положении, то, зная, что такое работный дом и что такое канал, я избрал бы последний. И я беру на себя смелость заявить, что я не больший психопат, чем Эллен Хэнт, ее муж или все остальное племя людское.</p>
     <p>В наше время человек уже не находится в плену у слепых инстинктов. Он обладает способностью к мышлению, ум его достаточно развит, чтобы он мог сознательно выбирать между жизнью и смертью в зависимости от того, что обещает ему жизнь — радость или страдание. Смею утверждать, что Эллен Хэнт, обманутая во всех своих надеждах и полностью лишенная радостей жизни, которые она, несомненно, заслужила своим многолетним трудом, не видя впереди ничего, кроме ужасов работного дома, поступила весьма благоразумно и трезво, избрав смерть в водах канала. Далее, смею утверждать, присяжные вынесли бы куда более мудрое решение, если бы признали, что в состоянии «временного умопомешательства» находилась не она, а общество, допустившее, чтобы эта женщина после стольких лет труда на его благо была обманута в своих надеждах и лишена радостей жизни.</p>
     <p>Временное умопомешательство! Ох, эти проклятые лживые слова, которыми сытые, тепло одетые люди хотят прикрыть свою вину перед голодными братьями и сестрами, одетыми в рубище!</p>
     <p>А вот несколько обыденных происшествий, описанных в одном номере газеты «Обсервер», издающейся на Восточной стороне:</p>
     <cite>
      <p>«Джонни Кинг, по профессии пароходный кочегар, обвинялся в покушении на самоубийство. Явившись в среду в полицейский участок, Кинг заявил, что он принял дозу фосфора, так как нигде не мог достать работу и находился в крайней нужде. Кинга задержали и дали ему рвотного; в рвоте было обнаружено большое количество яда. Привлеченный к суду Кинг заявил, что очень сожалеет о случившемся. Он нигде не мог устроиться на работу, хотя предъявлял отличные аттестации за шестнадцать лет службы. М-р Дикинсон распорядился увести подсудимого в камеру для беседы со священником.</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Тимоти Уорнер, тридцати двух лет, был заключен под стражу для продолжения следствия в связи с аналогичным преступлением. Он спрыгнул в воду с пристани Лаймхауз, а когда его спасли, заявил: «Я сделал это преднамеренно».</p>
     </cite>
     <cite>
      <p>Молодая, приличного вида женщина, назвавшаяся Эллен Грей, обвинялась в попытке покончить с собой. В воскресенье, в половине девятого утра, постовой полисмен № 834-К нашел ее лежащей в подъезде одного из домов на Бенворт-стрит; с трудом удалось ее разбудить. В руке она сжимала пустой пузырек. Эллен Грей призналась, что часа два-три тому назад выпила дозу опиума. Так как состояние женщины оказалось тяжелым, был вызван районный врач. Он велел напоить больную кофе и не давать ей спать. На суде Эллен Грей заявила, что покушалась на жизнь потому, что совершенно одинока и не имеет пристанища».</p>
     </cite>
     <p>Я не стану утверждать, что все самоубийцы — психически нормальные люди, но это отнюдь не значит, что психически нормален всякий, кто не наложил на себя рук. Кстати, очень часто люди сходят с ума от неуверенности в завтрашнем дне и тревоги за кусок хлеба. Если сравнить разные профессии, то уличные торговцы, специфика работы которых лишает их всякой обеспеченности, дают наивысший процент психических заболеваний. Из десяти тысяч уличных торговцев-мужчин ежегодно попадают в психиатрические больницы двадцать семь человек, и из такого же числа женщин — тридцать семь. В армии, среди солдат, которые уж едой-то и постелью всегда обеспечены, психически заболевают тринадцать человек на десять тысяч, а среди фермеров и скотоводов — пять человек на десять тысяч. Таким образом, уличный торговец подвергается вдвое большей опасности сойти с ума, чем солдат, и в пять раз большей, чем фермер.</p>
     <p>Неудачи и бедственное положение часто лишают людей рассудка, доводя одних до психиатрической больницы, других до морга или виселицы. Когда приходит беда и отец семейства, несмотря на любовь к жене и детям, несмотря на все свое трудолюбие, не в силах найти работу, нечего удивляться, что он теряет рассудок. И чем больше он истощен голодом и болезнью, чем сильнее исстрадалась его душа от жалости к семье, тем скорее это может случиться.</p>
     <p>«Красивый густоволосый шатен с темными выразительными глазами, правильными тонкими чертами лица и пушистыми усами, одетый в очень потрепанный серый костюм, без воротничка», — так описал репортер Фрэнка Кавиллу, представшего перед судом в один пасмурный сентябрьский день.</p>
     <p>Фрэнк Кавилла служил в Лондоне маляром-обойщиком. Его характеризуют как хорошего рабочего: он был старателен, трудолюбив, никогда в рот не брал спиртного. Все соседи Кавиллы в один голос утверждают, что это был нежный отец и любящий муж.</p>
     <p>Жена Фрэнка Кавиллы, Ганна, была рослая, красивая, жизнерадостная женщина. Она всегда заботилась, чтобы дети ее ходили в школу чистенькие, аккуратно одетые, — все соседи заявили об этом в один голос. Довольство царило в этой семье, глава которой всегда имел работу и не пьянствовал.</p>
     <p>И вдруг судьба переменилась. Фрэнк служил у подрядчика по фамилии Бэк и занимал квартиру в одном из его домов на Трэндли-роуд. М-ра Бэка выбросила из двуколки лошадь, и он был убит на месте. В данном случае судьба приняла обличье норовистой лошади. Фрэнк Кавилла очутился перед необходимостью искать другую работу и другую квартиру.</p>
     <p>Это случилось полтора года тому назад. Кавилла мужественно боролся с обстоятельствами. Он переехал в маленький домишко на Батавия-роуд, но и тут не мог свести концы с концами. Постоянную работу найти было невозможно. Кавилла не отказывался ни от какой случайной работы, и все же жена и четверо детей голодали у него на глазах. Он и сам голодал, терял силы, и, наконец, три месяца тому назад болезнь свалила его. И тогда в доме совершенно нечего стало есть. Ни сам Кавилла, ни его жена никогда не жаловались, не говорили никому о своих злоключениях. Но бедняки — народ чуткий: соседки посылали семье Кавиллы еду, хотя, зная, какие это почтенные люди, делали это тайно, анонимно, чтобы не обидеть гордых соседей.</p>
     <p>Стряслась беда, и выхода не было. Кавилла бился, недоедал и мучился полтора года. А потом, как-то сентябрьским утром, поднялся рано, взял карманный нож и перерезал горло жене Ганне, тридцати лет, сыну Фрэнку, двенадцати лет, сыну Уолтеру, восьми лет, дочери Нелли, четырех лет, и самому маленькому — Эрнсту, которому был год и четыре месяца. После этого он сел сторожить убитых. Когда поздно вечером явилась полиция, Кавилла попросил полисменов бросить пенни в счетчик-автомат, чтобы можно было зажечь газовый рожок и осветить комнату.</p>
     <p>Фрэнк Кавилла стоял перед судом в потрепанном сером костюме, без воротничка. Красивый густоволосый шатен с темными выразительными глазами, правильными, тонкими чертами лица и пушистыми усами.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIII</p>
      <p>Дети</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>В лачугах тупеем, без солнца хиреем,</p>
      <p>Забыв, что прекрасен мир.</p>
     </epigraph>
     <p>Одно зрелище радует глаз на Восточной стороне, одно-единственное: это дети, пляшущие на улице под звуки шарманки. Стоишь и смотришь на них, словно зачарованный, — до чего же они хороши, эти малютки, наша подрастающая смена! Как непринужденны их движения, как легки и стремительны их прыжки, как плавно они выступают, кружатся, приседают, подражая виденному и импровизируя, создавая собственные ритмы, каким не обучают в балетных школах.</p>
     <p>Я вступал в разговор с этими детьми при всяком удобном случае, и у меня создалось впечатление, что они такие же смышленые, как и все прочие дети, а во многих отношениях даже смышленее. У них необыкновенно живое воображение и поразительная способность переноситься в мир романтики и фантазии. В их крови бурлит веселье, они наслаждаются музыкой, танцами, пестрыми красками, и нередко сквозь грязь и лохмотья мне удавалось разглядеть удивительно красивое личико и прелестную фигурку.</p>
     <p>Но злой колдун, живущий в Лондоне, похищает их. Они исчезают. Напрасно станете вы искать кого-нибудь, хоть отдаленно похожего на них, среди взрослых. Вы обнаружите лишь хилых недоростков с уродливыми лицами, с вялым, неразвитым умом. Пропало все: грация, красота, фантазия, гибкость ума и эластичность мускулов. Порой, впрочем, можно увидеть на улице, как женщина, не старая еще, но уже утратившая всякую женственность, опухшая от пьянства, подхватит вдруг свои обтрепанные юбки и пустится отплясывать на панели какой-нибудь нелепый танец. Это в ней заговорил голос минувшего, когда она маленькой девчуркой плясала под звуки шарманки. Нелепый, неуклюжий танец — все, что осталось от надежд, которые сулило детство; в затуманенном мозгу женщины вдруг мелькнуло давно забытое воспоминание. Собирается толпа зрителей. Девочки, взявшись за руки, танцуют вокруг пьяной плавно и легко, и она смутно помнит, что сама плясала так когда-то, но теперь, увы, ее танец лишь пародия на былое. Вскоре женщина устает, начинает жадно ловить воздух и, спотыкаясь, уходит из круга. А девочки продолжают танцевать.</p>
     <p>Дети гетто обладают всеми качествами, которые необходимы для лепки благородных характеров, но гетто, как дикий зверь, набрасывается на своих детенышей, терзает молодое поколение, губит в нем эти качества, душит жизнерадостность и загоняет многих в могилу, а тех, кого не удается уничтожить, превращает мало-помалу в горьких, несчастных пропойц, огрубевших, опустившихся, низведенных до скотского состояния.</p>
     <p>Как это происходит, я подробно описал в предшествующих главах, а теперь даю слово профессору Хаксли. «Каждый, кто знаком с крупными промышленными центрами в Англии и за границей, — пишет он, — знает, что большая и все увеличивающаяся часть населения живет там в условиях, которые французы называют „la misère“.<a l:href="#n_970" type="note">[970]</a> В этих условиях человек лишен самого необходимого для нормальной жизнедеятельности его организма: пищи, тепла и одежды. В этих условиях мужчины, женщины и дети вынуждены ютиться в каких-то звериных логовах, жизнь в которых несовместима с понятием о приличии; люди лишены всяких средств для поддержания здоровья, а пьянство и драка — единственно доступные для них развлечения. Голод и болезни многократно увеличивают страдания, усугубляют физическое и нравственное вырождение, и даже упорный, честный труд не помогает в борьбе с голодом, не спасает от смерти в нищете».</p>
     <p>При таких условиях положение детей безнадежно. Они мрут, как мухи, выживают лишь те, кто обладает исключительной выносливостью и чей организм приспосабливается к деградирующему воздействию среды. Ребенок здесь не знает, что такое домашний очаг. В берлоге, где он живет, он привыкает к бесстыдству и непристойностям; в бедности, тесноте и грязи чахнет его душа и хиреет тело. Если отец, мать и трое-четверо детей ютятся в одной комнатушке и дети должны по очереди дежурить ночью, чтобы отгонять крыс от спящих, жить постоянно впроголодь и буквально погибать от паразитов, легко себе представить, в каких мужчин и женщин превратится уцелевшая в гетто молодая поросль.</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Жизни нищенских семей</v>
       <v>Как не быть извечно грустной?</v>
       <v>Гнусным смехом, бранью гнусной</v>
       <v>Там баюкают детей.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Молодые поженились, сняли комнату. Денег стало уходить больше, хотя заработок не увеличился, — хорошо еще, что глава семьи здоров и не потерял работы! Рождаются дети. Пора бы, пожалуй, переменить квартиру, но это не по карману: ведь чем больше детей, тем больше расходов. А семья все увеличивается, и скоро уже в маленькой комнатушке не повернуться. Большую часть времени дети проводят на улице, а лет в четырнадцать, когда теснота становится для них невыносимой, они покидают родителей. Мальчику, возможно, удастся снять для себя угол, вообще у него какие-то перспективы имеются. Но у девочки четырнадцати или пятнадцати лет, которую те же обстоятельства гонят из родительского дома, то бишь из одной комнаты, у девочки, способной в лучшем случае заработать жалких пять-шесть шиллингов в неделю, путь один. И конец этого пути весьма скорбный, как тот конец, который постиг неизвестную женщину, найденную мертвой в подъезде одного дома на Дорсет-стрит в Уайтчепеле. Ей было шестьдесят два года; она торговала спичками. Бездомная, больная, одна-одинешенька в свой последний час, она умерла, как в лесу умирают звери.</p>
     <p>У меня не выходит из головы мальчуган, которого я видел на скамье подсудимых в полицейском суде Восточной стороны. Его макушка едва доходила до барьера. Было установлено, что он украл два шиллинга у какой-то женщины. Деньги он истратил не на конфеты и пирожные и не на развлечения, а на еду.</p>
     <p>— Почему ты не попросил у этой женщины поесть? — брюзгливо спросил его судья. — Она бы, наверное, тебя накормила.</p>
     <p>— Станешь просить — посадят в тюрьму за попрошайничество, — отвечал мальчик.</p>
     <p>Судья нахмурился и молча принял упрек. Никто не знал ни мальчика, ни его родителей. Это был безродный оборвыш, в полном смысле слова дикий зверек, рыщущий в джунглях империи, чтобы хоть как-нибудь утолить свой голод; такой нападет на слабого и сам, в свою очередь, станет жертвой более сильного.</p>
     <p>Благотворители собирают детей гетто и устраивают для них однодневные экскурсии за город. Они утверждают, что вряд ли найдется один десятилетний ребенок, не участвовавший хоть раз в подобной экскурсии. Некий автор пишет по этому поводу: «Нельзя недооценивать перемену, происшедшую в сознании ребенка, который провел целый день за городом. Дети хотя бы узнают, что представляют собой лес и поле, и таким образом то, о чем они читали в книжках, приобретает для них новый смысл».</p>
     <p>Итак, если счастье улыбнется ребенку, то он попадет в число тех, кого благотворители вывезут на денек за город! Но ведь эти бедняки плодят такое количество детей, что всех-то мудрено вытащить за город даже на один день. Один день! За всю жизнь единственный! А про остальное время неплохо сказал один мальчуган священнику: «В десять лег мы отлыниваем, в тринадцать норовим слямзить что-нибудь, а в шестнадцать подставляем фонари фараону». На обычном языке это означает, что в ребячестве они убегают с уроков, в тринадцать лет воруют, а в шестнадцать, став уже достаточно опытными хулиганами, избивают полисменов.</p>
     <p>Священник Картмел Робинсон рассказывает о мальчике и девочке из его прихода, которые задумали пойти в лес. Дети долго брели по нескончаемым улицам в надежде когда-нибудь выбраться из города и, вконец измученные, присели отдохнуть. Какая-то добрая женщина доставила их домой. Очевидно, про этих детей забыли щедрые филантропы.</p>
     <p>Тот же Робинсон утверждает, что на одной из улиц Хокстона (так называется часть Восточного Лондона) в восьмидесяти домишках проживает более семисот детей в возрасте от пяти до тринадцати лет. «Лондон запер детей в лабиринты улиц и мышеловки домов и отнял у них законное право наслаждаться небом, полями и гладью реки. Вот откуда у нас столько хилых мужчин и женщин», — заключает Робинсон.</p>
     <p>М-р Робинсон рассказывает также об одном прихожанине его церкви, который сдал комнату в подвале супружеской чете. «Эти люди заявили, что у них двое детей, — повествует его преподобие, — а когда въехали, оказалось, что ребят не двое, а четверо. Вскоре родился пятый, и домовладелец предложил квартирантам очистить помещение. Жильцы не послушались. Явился санитарный инспектор. Он привык смотреть сквозь пальцы на многие нарушения, но на сей раз пригрозил владельцу дома составить протокол. Хозяин оправдывался, что не в состоянии выселить жильцов, — они не хотят выезжать, ибо за доступную им плату их никуда не пустят с такой кучей детей. (Это, кстати, общий довод большинства бедняков.) Что тут будешь делать? Домовладелец очутился, что называется, между молотом и наковальней. Он подал заявление в суд, и оттуда тоже приходил инспектор. Но уже дней двадцать прошло с тех пор, а все остается без перемены. Вы думаете, это единственный случай? Наоборот — самый обыденный».</p>
     <p>На прошлой неделе полиция совершила облаву на какой-то притон и в одной из комнат нашла двух девочек. Девочки были арестованы наравне со взрослыми живущими в этом доме проститутками. Отец их заявил на суде, что снимает там комнату со своим семейством, состоящим из жены и детей: двух старших и этих двух, посаженных на скамью подсудимых; а живут они там потому, что другой комнаты за полкроны в неделю не найти. Судья освободил малолетних «преступниц», но прочел нотацию их отцу насчет того, что он воспитывает своих детей в нездоровой обстановке.</p>
     <p>Можно было бы умножить подобные примеры. В Лондоне «избиение младенцев»<a l:href="#n_971" type="note">[971]</a> приняло такие чудовищные размеры, каких еще не знала история. И поистине чудовищна бессердечность людей, которые молятся Иисусу Христу, верят в бога и регулярно посещают по воскресеньям церковь, а остальные дни недели кутят на деньги, запятнанные кровью детей и выжимаемые у обитателей Восточной стороны в виде квартирной платы и прибылей от различных предприятий. А иной раз они способны выкинуть и такую штуку: возьмут полмиллиона накопленных таким путем денег, да и пошлют куда-нибудь в Судан, чтобы учить грамоте детей негров.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXIV</p>
      <p>Ночные призраки</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Некогда все они были крошечными красными младенцами, с еще не затвердевшим костяком, и из них можно было вылепить кого угодно, придать им любую социальную форму.</p>
      <text-author>Карлейль</text-author>
     </epigraph>
     <p>Вчера поздно вечером я прошелся пешком по Коммершл-стрит от Спайтелфилдза до Уайтчепела и дальше на юг, по Леман-стрит, к докам, и воочию убедился, чего стоят хвастливые заверения преисполненных гражданской гордости газет Восточного Лондона о том, что жители этого района живут как нельзя лучше.</p>
     <p>Трудно описать хотя бы десятую долю того, что я увидел, — для многого просто не подыщешь слов. Могу сказать только, что это было нечто кошмарное — какое-то сборище отбросов человечества; я видел и слышал на улицах уйму непередаваемо непристойного, затмевавшего даже «ночные ужасы» Пикадилли и Стрэнда. Это был зверинец, где расхаживали двуногие в брюках и юбках, лишь отдаленно похожие на людей, а в остальном — скорее звери. Картину дополняли стражи в мундирах с медными пуговицами, наводившие порядок, если в зверинце начинали вести себя слишком беспокойно.</p>
     <p>Я был рад присутствию там блюстителей порядка, ибо не надел своего «матросского» костюма и мог послужить приманкой для хищников, шнырявших взад и вперед. Когда стражей не было поблизости, эти трущобные волки ощупывали меня голодным взглядом, и я боялся их рук, их страшных голых рук, похожих на обезьяньи лапы. Да и вообще эти люди были похожи на горилл — приземистые, сутулые, уродливые. Казалось, природа поскупилась, не дала им ни могучих играющих мускулов, ни мужественных, широких плеч, а отпустила ровно столько всего, сколько требуется для пещерного человека. Но в их тощих телах заключена дикая, первобытная сила, — такие руки могут вцепиться, терзать, рвать на части. Говорят, при нападении они так перегибают свою жертву, что у нее ломается позвоночник. Из-за десяти шиллингов они готовы без всякой жалости убить первого встречного, был бы только случай. Это новая порода дикарей — дикари больших городов. Место их охоты — улицы и дома, переулки и дворы. Дома и улицы для них то же, что для дикаря горы и долины. Их джунгли — городские трущобы; здесь они живут, здесь рыскают в поисках добычи.</p>
     <p>Благородные, изнеженные господа — обитатели роскошных особняков и завсегдатаи раззолоченных театров Западного Лондона — никогда не видывали подобных созданий и даже не подозревают об их существовании. Но дикари эти существуют; они здесь и готовы к прыжку. И горе Англии в тот день, когда она отступит на свои последние рубежи и все способные держать оружие мужчины окажутся на линии огня! Ибо в тот день дикари выползут из своих нор и берлог, и жители Западного Лондона увидят их, как увидали когда-то благородные, изнеженные аристократы феодальной Франции им подобных и спрашивали друг друга: «Откуда они? Неужели это люди?»</p>
     <p>Но не только этими существами населен зверинец; они лишь появляются то тут, то там, выискивая уголки потемнее, скользя вдоль стен, подобно теням. Но женщины, женщины, давшие им жизнь, — те бродят повсюду! Они нахально приставали ко мне, назойливо выпрашивая пенни и делая непристойные предложения. Они пьянствовали во всех кабаках — грязные, косматые и бесстыдные до предела, — бормотали похабные слова, подмигивая осоловелыми глазами. Напившись, они засыпали на скамьях, за стойками — где попало и являли невыносимо омерзительное зрелище.</p>
     <p>И были там еще другие: страшные, похожие на призраки существа, подлинные отбросы общества, чудовищные в своей уродливости, ходячие скелеты, живые трупы, — женщины, доведенные недугами и пьянством до того, что, продаваясь с публичного торга, не могли получить за себя даже двух пенсов, и мужчины с искаженными лицами, в фантастических лохмотьях, утратившие всякое человеческое подобие, переступавшие с идиотической ухмылкой с ноги на ногу, как обезьяны, и, казалось, не имевшие сил сделать еще хоть шаг. Но были и юные девушки, восемнадцати— двадцати лет, стройные, красивые, с лицами, еще не испорченными пороком и пьянством, — эти, должно быть, внезапно и стремительно скатились в Бездну. Заметил я также одного четырнадцатилетнего мальчика и другого — лет шести-семи; оба бледные, болезненные, явно бездомные, они сидели на тротуаре, прислонившись к ограде дома, и наблюдали за тем, что творилось вокруг.</p>
     <p>Непригодные и лишние! Промышленность не нуждается в них. Нет таких предприятий, где ощущалась бы нехватка рабочих рук. Портовые грузчики толпятся у ворот доков и уходят оттуда с проклятиями, потому что их не берут. Механики, имеющие работу, отдают шесть шиллингов в неделю в пользу безработных товарищей. Пятьсот четырнадцать тысяч текстильщиков протестуют против предложения запретить использовать труд детей моложе пятнадцати лет. Женщины-работницы — их уже избыток — трудятся на хозяев потогонных мастерских, получая десять пенсов за четырнадцатичасовой рабочий день. Альфред Фримен, лишившись работы, ищет смерти в грязных водах канала. Эллен Хьюз Хэнт тоже предпочитает утопиться, лишь бы не идти в Айлингтонский работный дом. Фрэнк Кавилла, не найдя работы, которая дала бы ему возможность прокормить семью, перерезает горло жене и детям.</p>
     <p>Непригодные и лишние, брошенные на произвол судьбы, окруженные презрением, эти несчастные гибнут в Бездне. Они — порождение проституции, проституции мужчин, женщин и детей, вынужденных продавать предпринимателю плоть и кровь, ум и душу. Если это все, что цивилизация может дать человеку, то уж лучше вернуться в дикое, первобытное состояние, лучше переселиться в пустыни и леса, жить в пещерах и кочевать с места на место, чем быть людьми машинного века и обитать на дне Бездны.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXV</p>
      <p>Вопль голодных</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Мне кажется, если бы всемогущий господь задумал создать племя людей, которые должны были бы есть за всех и никогда не работать, он дал бы им только рты, но сделал бы их без рук; а пожелай он создать таких людей, которые должны были бы работать за всех и ничего не есть, он сделал бы их без ртов, но зато с большим количеством рук.</p>
      <text-author>Авраам Линкольн<a l:href="#n_972" type="note">[972]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>Один смышленый юноша с Восточной стороны жаловался мне на свою физическую недоразвитость:</p>
     <p>— Мой отец куда сильнее меня, он ведь из деревни. Вот поглядите, какие у меня худые руки! — Он засучил рукав рубашки. — И все от недоедания. Нет, сейчас-то я ем, что хочу. Но дела этим уже не поправишь. Теперь не восполнишь ту нехватку, которую я ощущал в детстве. Отец приехал в Лондон из Ирландии. Мать умерла. Нас, детей, было шестеро, и жили мы с отцом в двух комнатушках.</p>
     <p>Ну и туго же ему приходилось! Он мог бросить нас, но не захотел. Целый день, бывало, работает, как вол, а вечером придет домой, варит обед, возится с нами, чтоб мы не чувствовали, что мы сироты. Старался, из кожи лез, а еды все равно не хватало. Мясо мы редко когда ели, да и то брали самый последний сорт. А разве это обед для ребенка — хлеб да кусочек сыра, и того не вдоволь?</p>
     <p>И видите, что получилось. Потому я и щуплый такой, и нет у меня отцовской силы. Заморили в детстве голодом. Еще одно-два поколения, и от таких, как я, следа не останется. А вот младший мой братишка — тот выше и крепче; это потому, что у нас была дружная семья, понимаете?</p>
     <p>— Нет, не понимаю, — сказал я. — Казалось бы, в таких условиях младшие дети должны быть еще слабее.</p>
     <p>— Но только не в дружных семьях, — возразил он. — Походите по Восточной стороне, приглядитесь хорошенько. И когда увидите крупного, здорового ребенка лет восьми — десяти, двенадцати, — так это уж наверняка один из младших, если не самый младший в семье. И очень просто почему — старшим приходится голодать больше, чем младшим. Младшие родятся на свет, когда старшие уже работают, — и денег в семье больше и питание получше.</p>
     <p>Он опустил рукав. Его тощая рука была наглядным доказательством того, что хроническое недоедание если и не убивает людей, то делает их заморышами. Я услышал здесь лишь одного из миллионов, чьи голоса сливаются в общий голодный вопль в величайшей империи мира.</p>
     <p>Ежедневно более миллиона бедняков получает в Соединенном Королевстве государственное пособие. В течение года каждый одиннадцатый рабочий обращается за пособием в благотворительные учреждения. Тридцать семь с половиной миллионов англичан живут с семьями на месячный заработок менее двенадцати фунтов. И постоянная восьмимиллионная армия бедняков находится на грани голода.</p>
     <p>Один из комитетов при Лондонском управлении школ выступил со следующим заявлением: «Только в Лондоне в те периоды, <emphasis>когда не ощущается особых экономических бедствий</emphasis>, насчитывается пятьдесят пять тысяч голодающих школьников, которых в силу этого обстоятельства бесполезно обучать». Фраза «когда не ощущается особых экономических бедствий» выделена мною, и сделал я это потому, что в устах англичан она означает хорошие времена, ибо просто «бедствия», то есть нужду и недоедание, они научились принимать как неотъемлемую часть существующего социального строя. Хроническое недоедание — заурядное явление для них.</p>
     <p>Только когда люди начинают гибнуть от голода массами, англичанам приходится признать это обстоятельством из ряда вон выходящим.</p>
     <p>Никогда не забуду горькой повести, которую поведал мне на исходе пасмурного дня один слепой в лавчонке на Восточной стороне. Он был старшим из пятерых детей, выросших без отца. По долгу старшего он работал и голодал, уступая свой кусок хлеба младшим. По три месяца подряд он не видел мяса, за всю жизнь ни разу не поел досыта. Он считает, что до слепоты его довело вечное недоедание. Даже Королевская комиссия по делам слепых, сказал он, подтверждает это. И он процитировал наизусть из отчета комиссии: «Слепота чаще всего поражает бедняков, и чем беднее человек, тем скорее постигает его это несчастье».</p>
     <p>Он еще многое говорил, этот слепой, и в его голосе звучала горькая обида человека, которого общество обрекло на голод. Он был одним из громадной армии лондонских слепых и жаловался, что в специальных приютах они не получают даже половины минимально необходимой пищи. Вот их дневной рацион:</p>
     <cite>
      <p><strong>Завтрак:</strong> миска похлебки с черствым хлебом.</p>
      <p><strong>Обед:</strong> 3 унции мяса, полфунта картофеля, ломтик хлеба.</p>
      <p><strong>Ужин:</strong> миска похлебки с черствым хлебом.</p>
     </cite>
     <p>Оскар Уайльд<a l:href="#n_973" type="note">[973]</a> — упокой, господи, его душу! — поведал о страданиях ребенка в тюрьме. Но это вопль не только детей, но и взрослых арестантов — мужчин и женщин. «…что еще причиняет ребенку в тюрьме страдания, — пишет Уайльд, — так это голод. В половине восьмого ему дают на завтрак ломоть скверно выпеченного тюремного хлеба и кружку воды, в полдень — обед: миску жидкой похлебки из грубо размолотой кукурузы, а в половине шестого — ужин: ломоть хлеба и кружку воды. Даже крепкий, закаленный взрослый заболевает от подобной еды; особенно страдают арестанты от поносов, которые их обессиливают. В больших тюрьмах принято выдавать арестантам закрепляющие средства, не дожидаясь их просьб. Что касается детей, то они, как правило, просто не могут переварить такую пищу. Каждый, кто так или иначе соприкасается с детьми, знает, как легко нарушается пищеварение ребенка от всякого огорчения. Терзаемый страхом в темноте одиночной камеры, проплакавший весь день, иногда до глубокой ночи, ребенок не в состоянии есть эту грубую, мерзкую пищу. Один малыш проплакал во вторник все утро от голода— тюремный хлеб не лез ему в горло. Надзиратель Мартин сжалился над ним: окончив раздачу завтраков, он пошел и купил для него сладких галет. Мартин совершил добрый поступок, ребенок почувствовал это и, не зная тюремных порядков, рассказал одному из старших надзирателей о доброте младшего надзирателя. На Мартина был, разумеется, подан рапорт, и его уволили».</p>
     <p>Роберт Блэтчфорд сравнивает паек работного дома с солдатским пайком, какой получал он сам в бытность свою солдатом. Паек этот считался не слишком сытным и все же был в два раза больше того, что получает современный бедняк в работном доме.</p>
     <cite>
      <p>Наименование продуктов — Рацион бедняка в работном доме — Рацион солдата</p>
      <p>Мясо — 3¼ унции — 12 унций</p>
      <p>Хлеб — 15½» — 24»</p>
      <p>Овощи — 6» — 8»</p>
     </cite>
     <p>Мужчина в работном доме получает порцию мяса, не считая супа на костном бульоне, лишь раз в неделю; и потому у всех, по словам Блэтчфорда, «бледные, землистые лица — явное следствие голодания».</p>
     <p>А вот нормы продуктов на неделю обитателя работного дома и надзирателя этого же дома:</p>
     <cite>
      <p>Наименование продуктов — Норма надзирателя — Норма бедняка</p>
      <p>Хлеб — 7 фунтов — 6¾ фунта</p>
      <p>Мясо — 5» — 1 фунт 2 унции</p>
      <p>Бекон — 12 унций — 2½ унции</p>
      <p>Сыр — 8» — 2»</p>
      <p>Картофель — 7 фунтов — 1½ фунта</p>
      <p>Овощи — 6» — 0</p>
      <p>Мука — 1» — 0</p>
      <p>Сало — 2 унции — 0</p>
      <p>Масло — 12» — 7 унций</p>
      <p>Рисовый пудинг — 0» — 1 фунт</p>
     </cite>
     <p>Тот же Блэтчфорд пишет: «Норма надзирателя гораздо больше нормы бедняка, — и все же, как видно, она не считается достаточной, поскольку под графой надзирателя имеется специальное примечание, что „обслуживающему персоналу и надзирателям, проживающим в работном доме, кроме того, выдается еженедельно по два с половиной шиллинга наличными“. Если бы обитатель работного дома получал пищи вволю, зачем было бы тогда давать надзирателю больше? Но если даже увеличенной нормы надзирателю не хватает, то как может бедняк насытиться менее чем половинной долей?»</p>
     <p>Но голодают не только жители гетто, арестанты и нищие. Сельский батрак тоже не знает, что значит есть досыта. Собственно говоря, именно пустой желудок и гонит жителей деревни в город. Посмотрим, как живет семья рабочего с двумя детьми в колонии для бедных в Беркшире. Предположим, что глава семьи имеет постоянную работу, за которую получает тринадцать шиллингов в неделю и пользуется бесплатным жильем. Вот его недельный бюджет:</p>
     <cite>
      <p>Шиллингов — Пенсов</p>
      <p>Хлеб — 5 куртенов<a l:href="#n_974" type="note">[974]</a> — 1 — 10</p>
      <p>Мука (½ гал.)<a l:href="#n_975" type="note">[975]</a> — 0 — 4</p>
      <p>Чай (¼ фунта) — 0 — 6</p>
      <p>Масло (1 фунт) — 1 — 3</p>
      <p>Сало (1 фунт) — 0 — 6</p>
      <p>Сахар (6 фунтов) — 1 — 0</p>
      <p>Бекон или другое мясо (около 4 фунтов) — 2 — 8</p>
      <p>Сыр (1 фунт) — 0 — 8</p>
      <p>Молоко (полбанки сгущенного молока) — 0–3¼</p>
      <p>Керосин, свечи, синька, мыло, соль, перец и т. п. — 1 — 0</p>
      <p>Уголь — 1 — 6</p>
      <p>Пиво — 0 — 0</p>
      <p>Табак — 0 — 0</p>
      <p>Страхование от несчастного случая — 0 — 3</p>
      <p>Профсоюзные взносы — 0 — 1</p>
      <p>Дрова, инструменты, аптека и др. — 0 — 6</p>
      <p>Страхование от огня и остаток на одежду — 1–1¾</p>
      <p><strong>Итого:</strong> 13 шиллингов 6 пенсов</p>
     </cite>
     <p>Опекуны работного дома в этой колонии похваляются своим умением экономно вести хозяйство. Их затраты на призрение бедняков составляют еженедельно:</p>
     <cite>
      <p>На мужчину — 6 шиллингов 1½ пенса</p>
      <p>На женщину — 5» 6½»</p>
      <p>На ребенка — 5» 1¼»</p>
     </cite>
     <p>Значит, если человек, чей бюджет я привел выше, останется без работы и попадет в работный дом, то содержание его с семьей выразится в следующей сумме:</p>
     <cite>
      <p>На главу семьи — 6 шиллингов 1½ пенса</p>
      <p>На его жену — 5» 6½»</p>
      <p>На двоих детей — 10» 2½»</p>
      <p><strong>Итого:</strong> 21 шиллинг 10½ пенсов.</p>
     </cite>
     <p>Итак, содержание семьи, существовавшей на тринадцать шиллингов в неделю, обошлось бы в работном доме больше чем в двадцать один шиллинг. А ведь всем известно, что при оптовой закупке провизии и совместном питании большого числа людей это должно быть не дороже, а дешевле.</p>
     <p>Кстати, когда составлялась смета расходов указанной семьи из четырех человек, я узнал, что в том же районе семья <emphasis>из одиннадцати</emphasis> человек существует на заработок не в тринадцать, а в двенадцать шиллингов (зимой даже одиннадцать) и не пользуется при этом бесплатным жильем, а расходует три шиллинга в неделю на аренду дома.</p>
     <p>Запомним — и запомним твердо: <emphasis>все примеры нищеты и деградации в Лондоне относятся ко всей Англии в целом</emphasis>. Говорят, что Париж — не Франция, но Лондон — это Англия. Ужасные условия, превращающие Лондон в ад, превращают в ад и все Соединенное Королевство. Утверждение, что разукрупнение Лондона улучшит якобы положение дел, лживо и ни на чем не основано. Если бы шестимиллионное население Лондона разделить на сто городов по шестьдесят тысяч человек в каждом, нищета, конечно, была бы разукрупнена, но нисколько от этого не уменьшилась; общий итог остался бы прежним.</p>
     <p>М-р Б. Раунтри в своем исчерпывающем исследовании пришел к тем же выводам в отношении провинции, что и Чарльз Бут в отношении столицы, то есть что и там и здесь четвертая часть населения обречена на нищету, губящую людей морально и физически; и там и здесь четвертая часть населения систематически недоедает, плохо одета, не обеспечена ни жильем, ни теплой одеждой в условиях сурового климата. В смысле же чистоты и соблюдения приличий эти англичане стоят ниже дикарей и обречены на нравственное вырождение.</p>
     <p>Старик ирландец в Керри жаловался Роберту Блэтчфорду на свою горемычную жизнь. «А чего бы ты хотел?»— спросил его Блэтчфорд. Опершись на заступ, крестьянин долго смотрел на мрачные тучи, нависшие над черными торфяными полями, потом переспросил: «Чего бы хотел?» — И сказал печально, точно беседуя с самим собой: «Самые лучшие наши парни уехали за море, хорошие девушки тоже, агент отнял у меня свинью, дожди погубили весь урожай картофеля, и я уже стар. Чего же мне теперь хотеть? Только Страшного суда».</p>
     <p>Он хочет увидеть Страшный суд! И не он один! Со всех концов страны доносятся вопли голодных — из гетто и деревень, из тюрем и ночлежек, из приютов для убогих и работных домов. Это голоса людей, которые никогда не едят досыта. Голодают миллионы: мужчины, женщины, дети и грудные младенцы; слепые, глухие, убогие, больные; бродяги и труженики, арестанты и нищие; ирландцы и англичане, шотландцы и валлийцы. И это так, несмотря на то, что пять человек способны напечь хлеба для тысячи ртов, несмотря на то, что один рабочий способен произвести ситца на двести пятьдесят человек, шерсти — на триста, а обуви — на тысячу. Сорок миллионов человек живут как бы одним большим домом, но порядка в нем нет. Общий доход в стране не так уж мал, но управляется страна преступно плохо. Кто посмеет возразить против того, что она управляется преступно, если пять человек в состоянии напечь хлеба, чтобы накормить тысячу ртов, и тем не менее миллионы людей живут впроголодь?</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVI</p>
      <p>Пьянство, трезвенность и бережливость</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Иногда бедных хвалят за бережливость. Но советовать бедняку быть бережливым и нелепо и оскорбительно. Это то же самое, что советовать человеку, умирающему от голода, есть поменьше. Бережливость для человека рабочего — будь он из города или из деревни — вещь просто безнравственная. Человек не должен мириться с тем, что ему приходится жить как скотине, которую плохо кормят.</p>
      <text-author>Оскар Уайльд</text-author>
     </epigraph>
     <p>Не будет преувеличением сказать, что английские рабочие насквозь пропитаны пивом. Пиво делает их вялыми, тупыми и менее трудоспособными; они утрачивают находчивость, изобретательность и живость воображения, свойственные им от природы. Едва ли правильно назвать склонность англичан к пьянству благоприобретенной, ибо, зачатые пьяными родителями, они уже в утробе матери пропитываются алкоголем. Пиво — первое, что им дают понюхать и отведать, едва они успевают появиться на свет, с ним же связаны все дальнейшие картины их детства.</p>
     <p>Кабаки встречаются повсюду — на каждом углу и даже еще чаще. Женщин бывает там, пожалуй, не меньше, чем мужчин. Заходят туда и дети: ждут мать или отца. Малыши прихлебывают из стаканов взрослых, слушают грубости и непристойности, наблюдают пьяные скандалы и набираются ума-разума.</p>
     <p>Миссис Грэнди так же властно диктует свои правила рабочим, как и буржуа; однако, когда дело касается пива, она смотрит сквозь пальцы на пристрастие рабочих к питейным заведениям. Ни женщине, ни даже молоденькой девушке посещение кабака не грозит позором.</p>
     <p>Одна подавальщица в кофейне говорила при мне своей товарке: «Я никогда не пью крепких напитков в пивной». Это была юная миловидная девушка, и она хотела дать почувствовать другой официантке, что такое благовоспитанность и скромность. Миссис Грэнди не дозволяет девушкам пить крепкие напитки, но пиво она считает вполне допустимым и посещение пивных тоже.</p>
     <p>Дело не только в том, что пиво не годится для людей, — сами люди очень часто не пригодны для пива. Но это-то как раз и гонит их в кабак. Истощенный дурным питанием, исстрадавшийся в тесноте, бедняк Восточного Лондона чувствует нездоровую тягу к алкоголю совершенно так же, как манчестерский текстильщик томится от жажды, наевшись с усталости и с голодухи соленых огурцов и прочей неудобоваримой пищи. Нездоровый труд и нездоровые условия жизни порождают и нездоровые желания. Не может человек, трудясь, как вол, и питаясь, как свинья, сохранять чистые идеалы и здоровые желания.</p>
     <p>Когда рушатся надежды на семейное счастье, власть над человеком приобретает кабак. Жаждут напиться не только те, кто устал и замучен работой, кто болен желудком и страдает от тяжелых бытовых условий, не только те, кто уже без сопротивления тянет унылую лямку, но и живые, общительные мужчины и женщины из-за того, что они лишены семейной жизни. Они спешат в ярко освещенный и шумный кабак, безуспешно пытаясь как-то отвести за разговорами душу. Ведь разве это семейная жизнь, если все ютятся в одной крохотной каморке!</p>
     <p>Заглянем в одно из таких жилищ, и мы поймем одну из важных причин пьянства. По утрам вся семья встает в одно время и начинает одеваться: мать, отец, сестры и братья совершают туалет, мешая друг другу в общей тесноте. Мать готовит завтрак, и здесь же, где они спали, в этой самой непроветренной комнатушке, отвратительно пропахшей потом, семья садится есть. Потом отец уходит на работу, старшие дети бегут в школу или на улицу, а мать, оставшись с маленькими, берется за хозяйственные дела. Устраивается стирка, и к общему аромату добавляется запах грязного белья и мыла. Мокрое белье развешивается для просушки здесь же, в комнате.</p>
     <p>Настает вечер, и в этой провонявшей всеми запахами конуре начинаются приготовления ко сну. Это значит, что все, кто уместится, лягут на кровать (если таковая имеется!), остальные же прямо на пол. Так вот и живут они из месяца в месяц, из года в год, не зная, что такое свежий воздух, разве лишь когда их выселят на улицу… Если умирает ребенок, — а это здесь не редкость, ибо пятьдесят пять процентов детей Восточной стороны гибнут, не достигнув пятилетнего возраста, — труп остается в комнате. И он лежит до тех пор, пока не наскребут денег на похороны, — чем беднее семья, тем дольше. Днем он лежит на кровати, ночью его перекладывают на стол, а утром — снова на кровать, так как за этим столом будут завтракать. Иногда тело кладут на полку, которая в обычных случаях служит буфетом. Недавно я узнал, что одна женщина, не имея средств на похороны, продержала трупик ребенка в комнате три недели.</p>
     <p>Каждому понятно, что это не жизнь, а ужас, и те мужчины и женщины, которые бегут из такого «дома» в кабак, заслуживают не порицания, а сочувствия. В Лондоне триста тысяч человек ютятся целыми семьями в одной комнате, а еще девятьсот тысяч живут в запрещенных условиях, если иметь в виду закон об общественном здравоохранении 1891 года. Вот что поддерживает торговлю спиртными напитками, поставляя завсегдатаев кабаков!</p>
     <p>К этому присоединяются и другие мощные факторы, побуждающие к пьянству: полная неуверенность в завтрашнем дне и страх перед будущим, — надо сказать, весьма обоснованный. Человек, чувствуя себя несчастным, ищет облегчения своим мукам, а алкоголь притупляет остроту чувств, дает временное забытье. Это вредно. Но ведь так же вредно и все прочее в жизни обитателя Бездны, и в кабаке он находит забвение, которого ему недостает. Там он приобретает даже какую-то уверенность в себе, возвышается в собственных глазах, хотя на самом деле кабак затягивает его на дно и огрубляет еще больше. И несчастный бедняк всю жизнь старается размыкать здесь свое горе, пока не закроет глаза навеки.</p>
     <p>Таким людям бесполезно проповедовать воздержание и трезвенность. Привычка к пьянству порождает многие несчастья, но и сама она — результат тех или иных несчастий. Поборники трезвенности могут сколько угодно надрывать глотки, распинаясь о зле, порождаемом пьянством, но до тех пор, пока не уничтожат зло, заставляющее людей пить, пьянство будет процветать и приносить зло.</p>
     <p>Пока благотворители не поймут этого, все их добрые намерения останутся бесплодными и будут вызывать только смех. Как-то раз я посетил выставку японского искусства, устроенную для бедняков Уайтчепела, дабы облагородить их души и вселить в них жажду Красоты, Истины и Добра. Допустим (хотя на самом деле это не так!), что удалось таким путем привить беднякам стремление к Красоте, Истине и Добру. Но для них это явилось бы лишь новым проклятием, ибо совсем нестерпимой показалась бы тогда бедным людям та жалкая жизнь, на которую обрекает их существующий социальный порядок, сулящий каждому третьему бедняку смерть в благотворительном учреждении. Ведь они почувствовали бы себя еще более обездоленными, чем прежде, когда еще ничего не познали и ни к чему не стремились! Если бы судьба превратила меня на всю жизнь в одного из рабов Восточного Лондона, обещая при этом выполнить последнее мое желание, я сказал бы, что хочу забыть о Красоте, Истине и Добре, забыть обо всем, что вычитал из книг или слышал, обо всех людях, которых когда-либо знал, обо всех странах, где побывал. А если судьба отказала бы мне в этом моем последнем желании, то почти наверняка я стал бы шляться по кабакам и пьянствовать, чтобы избавиться от воспоминаний.</p>
     <p>Ох, уж эти благотворители! Все их просветительные и религиозные миссии и разные филантропические затеи — это же чушь, бессмыслица! И ничего этим не будет достигнуто, ибо все это в корне неверно, даже если и задумано с искренним стремлением помочь. Эти жалостливые люди совершенно не понимают жизни. Они еще не раскусили Западную сторону, а уже спешат на Восточную — в качестве наставников и мудрецов. Не познав простого христианского учения, они являются к несчастным, отверженным беднякам в пышном обличье избавителей от социального зла. Они стараются, как могут, но им удается облегчить лишь страдания незначительной части бедняков да записать кое-какие данные, которые можно было бы, кстати, собрать более научными путями и с меньшими затратами средств.</p>
     <p>Как метко выразился кто-то, эти люди делают для бедняка все, за исключением одного, — они не слезают с его шеи. Деньги, которые они тратят по капле на осуществление своих ребяческих затей, высосаны из бедняков. Удачливые хищные двуногие, они стоят между рабочим и его заработком и стараются научить рабочего, что он должен делать с той мизерной частью, которая остается на его долю. Объясните ради всего святого, какая польза устраивать ясли для детей, матери которых, ну, скажем, делают бумажные фиалки в Айлингтонском работном доме по три фартинга за гросс, если и детей и цветочниц становится все больше и больше и благотворителям все равно никак не управиться? Цветочница должна повернуть в руках каждую фиалку четыре раза и сделать пятьсот семьдесят шесть таких движений за три фартинга, а в день — шесть тысяч девятьсот двенадцать движений за девять пенсов. Эту женщину грабят. Кто-то плотно уселся у нее на шее, и никакие порывы к Красоте, Истине и Добру не облегчат ее участи. Ведь эти дилетанты ничего не делают для нее, а если что и делают для ее ребенка, то все это идет насмарку, когда мать приводит его домой на ночь.</p>
     <p>И все они хором твердят одну главную, основную ложь. Они не ведают, что это ложь, но их неведение не превращает ее в правду. Ложь эта — проповедь «бережливости». Докажу на примере. В перенаселенном Лондоне идет острая борьба за работу, поэтому оплата труда падает до самого низкого прожиточного минимума. Для рабочего быть бережливым — значит тратить меньше, чем он зарабатывает; это значит снизить свой прожиточный минимум. Соревнуясь с другими в погоне за куском хлеба, человек, привыкший плохо жить, отобьет работу у человека, привыкшего жить получше. И везде, где в промышленности много свободных рук, кучка «бережливых» рабочих будет систематически подрывать заработную плату. И вскоре эти бережливые перестанут быть бережливыми, ибо их заработок будет падать до тех пор, пока не сравняется с самыми наискромнейшими тратами.</p>
     <p>Словом, бережливость сама себе роет могилу. Если каждый английский рабочий, наслушавшись проповедников бережливости, сократит свои расходы вдвое, то (учитывая, что на всех не хватает работы) заработная плата тоже снизится вдвое. И тогда уже никто из рабочих в Англии не будет бережливым, потому что нечего будет сберегать. Недальновидные проповедники бережливости, разумеется, придут в ужас от таких результатов. И эти результаты будут тем разительнее, чем успешнее будет их пропаганда. Да и вообще ведь это нелепость, вздор — проповедовать бережливость среди миллиона восьмисот тысяч семейных рабочих, зарабатывающих меньше двадцати одного шиллинга в неделю да еще вынужденных от четверти до половины этого заработка отдавать за жилье.</p>
     <p>Говоря о бесплодности благотворительной деятельности, я должен упомянуть все же об одном благородном исключении. Это доктор Барнардо<a l:href="#n_976" type="note">[976]</a> и его детские дома. Доктор Барнардо — «ловец» детей. Он подбирает их, пока они еще юны и не успели загрубеть в нездоровой социальной среде, и отсылает за границу, помещая в лучшую социальную среду. Он уже успел вывезти из Англии тринадцать тысяч триста сорок мальчиков — большинство из них в Канаду, — и лишь очень немногие обманули его ожидания: из каждых пятидесяти сорок девять сделались людьми. И это отличный результат, если помнить, что подобранные доктором дети были беспризорными, бездомными сиротами, отвоеванными у Бездны.</p>
     <p>Ежесуточно доктор Барнардо подбирает с панели девять беспризорных ребят, — отсюда уже можно понять, как велик размах его деятельности. Благотворителям есть чему поучиться у него. Он не забавляется полумерами, он доискался до истоков социальных бедствий. Он вырывает детей трущоб из губительной для них обстановки и переносит в иную, здоровую, где и происходит их дальнейшее формирование.</p>
     <p>Когда благодетели бедных бросят свои дилетантские забавы, все эти детские ясли и японские выставки, а вместо этого постараются понять, что представляет собой Западная сторона и чему учил Христос, они сумеют с большей пользой взяться за дело. Если они всерьез займутся им, то последуют примеру доктора Барнардо уже в широком, общенациональном масштабе. Они не будут тогда призывать цветочницу, делающую фиалки по три фартинга за гросс, к Красоте, Истине и Добру, но заставят кое-кого слезть с ее шеи и перестать обжираться, дабы не пришлось ему, как древним римлянам, спускать жир в горячей бане. И тогда, к их изумлению и ужасу, окажется, что на шее этой женщины и многих других женщин и детей сидят и они сами. А они-то, добрые люди, и не подозревали этого!</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Глава XXVII</p>
      <p>Система управления</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Семь человек, работая шестнадцать часов на усовершенствованных машинах, могли бы накормить тысячу человек.</p>
      <text-author>Эдуард Аткинсон<a l:href="#n_977" type="note">[977]</a></text-author>
     </epigraph>
     <p>В этой последней главе следовало бы расширить понятие социальной Бездны и поставить перед Цивилизацией некоторые вопросы, — ответы на них покажут, выстоит ли Цивилизация или погибнет. Зададим, например, такой вопрос: улучшила ли Цивилизация условия жизни человека? Слово «человек» я употребляю в его демократическом смысле, в значении «простой человек». Пожалуй, лучше спросить точнее: <emphasis>улучшила ли Цивилизация условия жизни простого человека?</emphasis></p>
     <p>Обратимся к фактам. На Аляске вдоль берегов Юкона, близ его устья, живут иннуиты. Это — первобытное племя, имеющее весьма смутное представление о такой огромной махине, как Цивилизация. Его национальный доход составляет что-то около двух фунтов стерлингов на душу. Пропитание себе иннуиты добывают ловлей рыбы и охотой; для этого им служат стрелы и копья с костяными наконечниками. Они никогда не страдают из-за отсутствия крова; они носят теплую одежду из звериных шкур. У них постоянно есть дрова для очага и лес для постройки жилищ, которые они делают наполовину в земле и спасаются в них во время зимней стужи. Летом они переселяются в палатки — прохладные, насквозь продуваемые свежим ветерком. Эти люди здоровы, сильны и счастливы. У них только одна забота — пища. Периоды изобилия сменяются периодами голодовок.</p>
     <p>В хорошие времена они пируют, в плохие гибнут от голода. Но массовый хронический голод им неведом. Кроме того, у них нет долгов.</p>
     <p>В Великобритании, на островах Атлантического океана, проживает английский народ. Это в высшей степени цивилизованный народ. Его национальный доход составляет минимум триста фунтов стерлингов на душу населения. Англичане добывают себе пропитание не охотой и не рыбной ловлей, а трудом на колоссальных предприятиях. Подавляющая часть англичан страдает от нехватки жилья, живет в отвратительных условиях, не имеет топлива, чтобы обогреться, и очень плохо одета. Есть немало и таких, которые лишены вообще всякого крова и спят просто под открытым небом, причем количество их никогда не уменьшается. Многих можно увидеть летом и зимой на улицах одетыми в лохмотья и дрожащими от холода. Бывают у них хорошие времена, бывают и плохие. В хорошие времена большинство из них как-то умудряется прокормиться; в плохие времена они гибнут от голода. Они гибнут от голода сегодня, гибли вчера и в прошлом году, будут гибнуть завтра и через год, ибо они пребывают в состоянии хронического голода, которого не знают иннуиты. Численность английского народа — сорок миллионов человек, и из каждой тысячи девятьсот тридцать девять умирают в бедности, а постоянная восьмимиллионная армия обездоленных находится на грани голодной смерти. Далее надо сказать, что каждый только что родившийся на свет младенец уже имеет долг в сумме двадцать два фунта стерлингов. За это он может благодарить тех, кто изобрел «национальный долг».</p>
     <p>Сравнивая беспристрастно простого иннуита с простым англичанином, убеждаешься, что жизнь иннуита менее сурова, чем жизнь англичанина: первый страдает от голода только в тяжелые времена, второй же — постоянно; у первого всегда имеется топливо, кров и одежда, второй же никогда не бывает этим надежно обеспечен. Здесь уместно привести мнение такого человека, как Хаксли. Будучи муниципальным врачом Восточного Лондона, а впоследствии изучая быт дикарей, Хаксли на основе своего опыта приходит к следующему выводу: «Если бы мне предстояло выбирать — жить ли, как дикарь, или прозябать, как эти люди в христианском Лондоне, я, не колеблясь, выбрал бы первое».</p>
     <p>Жизненные блага, которыми пользуются люди, являются продуктом человеческого труда. Поскольку Цивилизация не сумела обеспечить рядового англичанина пищей и кровом даже в такой мере, в какой обеспечен иннуит, то встает вопрос: <emphasis>развивает ли Цивилизация производительные силы простого человека?</emphasis> Если нет, то Цивилизация не может существовать.</p>
     <p>Но ведь Цивилизация развивает производительные силы человека, это факт! Пять человек могут напечь хлеба на тысячу человек. Один рабочий может произвести ситца на двести пятьдесят человек, шерсти на триста и обуви на тысячу. Однако, как показывает каждая страница этой книги, миллионы англичан не получают ни пищи, ни одежды, ни обуви в достаточном количестве. И вот неизбежно возникает третий вопрос: <emphasis>если Цивилизация развивает производительные силы простого человека, почему же она не улучшает условий жизни простого человека?</emphasis></p>
     <p>Ответ один: <strong>негодная система управления.</strong> Цивилизация несет с собой всевозможные жизненные блага, но рядовой англичанин не получает своей доли. Если так будет и дальше, Цивилизация падет — система, столь явно не оправдавшая себя, не имеет права на существование. Но ведь не может же быть, чтобы возвели такое грандиозное здание совершенно зря! Это немыслимо. Признаться в таком страшном поражении значило бы нанести смертельный удар всякому прогрессу, всякому стремлению к лучшему будущему.</p>
     <p>Есть только один выход, один-единственный: <emphasis>Цивилизацию нужно заставить служить интересам простого человека</emphasis>. А если это так, то сейчас же встает проблема управления страной. То, что полезно, должно быть оставлено, то, что вредно, — уничтожено. Приносят ли империя пользу Англии или вред? Если только вред, — надо с империей покончить. Если же пользу, — то надо управлять ею так, чтобы простой человек получал свою долю благ.</p>
     <p>Если борьба за рынки сбыта полезна, продолжайте ее. Если нет, если она наносит ущерб рабочему человеку и делает его жизнь тяжелее, чем жизнь дикаря, то долой иностранные рынки заодно с индустриальной империей! Ибо не требует доказательств тот факт, что когда сорокамиллионный народ, оснащенный Цивилизацией, достигает более высокого развития производительных сил, чем иннуиты, то этот народ должен пользоваться и большими жизненными благами, чем иннуиты.</p>
     <p>Если четыреста тысяч английских джентльменов «без определенных занятий» (согласно их собственному признанию во время переписи 1881 года) не приносят пользы, — долой их! Пошлите их работать: пахать землю, сажать картофель. Если вам выгодно их сохранить, — что ж, пожалуйста; но только пусть и рядовой англичанин участвует в распределении прибылей, которые получают эти люди, не имея «определенных занятий».</p>
     <p>Короче говоря, общество должно быть реорганизовано под надежным управлением. О том, что нынешнее никуда не годится, не может быть двух мнений. Оно обескровило Великобританию. Оно высосало жизненные соки из своих верных подданных и лишило их способности бороться за то, чтобы Англия сохранила свое былое место среди соревнующихся государств. Всю Великобританию оно разделило на Западную сторону и Восточную сторону, из которых первая развращена и насквозь прогнила, а вторая страдает от болезней и голода.</p>
     <p>Колоссальная империя идет к распаду при этом негодном управлении. Под словом «империя» подразумевается политическая машина, объединяющая все страны, говорящие на английском языке, за исключением Соединенных Штатов. И я к этому не отношусь пессимистически. Империя крови сильнее, чем политическая империя, а англичане в Новом Свете и в антиподах по-прежнему сильны и жизнедеятельны.<a l:href="#n_978" type="note">[978]</a> Но политическая империя, формально объединяющая этих англичан, идет к гибели. Политическая машина, носящая название Британской империи, катится в пропасть. При этой системе управления она утрачивает свою жизнеспособность с каждым днем.</p>
     <p>Эта система, столь грубо и преступно попирающая права людей, будет неизбежно уничтожена. И надо сказать, что она не только расточительная и бездарная, но также и грабительская система. Каждый изможденный бедняк без кровинки в лице, каждый слепой, каждый малолетний преступник, попавший в тюрьму, каждый человек, желудок которого сводят голодные спазмы, страдает потому, что богатства страны разграблены теми, кто ею управляет.</p>
     <p>И ни один из представителей этого правящего класса не сумеет оправдаться перед судом Человека. Каждый младенец, гибнущий от истощения, каждая девушка, выходящая по ночам на панель Пикадилли после целого дня изнурительного труда на фабрике, каждый несчастный труженик, ищущий забвения в водах канала, требует к ответу «живых в домах и мертвых в могилах». Восемь миллионов человек, никогда не евшие досыта, и шестнадцать миллионов, никогда не имевшие теплой одежды и сносного жилья, предъявляют счет правящему классу за пищу, которую он пожирает, за вина, которые он пьет, за роскошь, которой он себя окружил, за дорогие платья, которые он носит.</p>
     <p>Сомнений нет. Цивилизация увеличила во сто крат производительные силы человечества, но по вине негодной системы управления люди в условиях Цивилизации живут хуже скотов. У них меньше пищи, меньше одежды, меньше возможностей укрыться от непогоды, чем у дикаря иннуита на крайнем севере, жизнь которого сегодня мало чем отличается от жизни его предков в каменном веке, десять тысяч лет тому назад.</p>
     <empty-line/>
     <poem>
      <stanza>
       <subtitle>Проклятие</subtitle>
       <v>Откуда-то преданье</v>
       <v>Пришло на память мне —</v>
       <v>Испанская легенда</v>
       <v>О давней старине.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>У Саморы король Санчес</v>
       <v>Предательски был убит,</v>
       <v>И вот королевское войско</v>
       <v>Вкруг города стоит.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Дон Дьего де Ордоньес</v>
       <v>Выезжает грозно вперед,</v>
       <v>Он воинов на стенах</v>
       <v>Обличает и клянет.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>В измене обличает,</v>
       <v>Клеймит позором он</v>
       <v>Всех горожан Саморы,</v>
       <v>Кто рожден и не рожден.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Клянет живых под кровом,</v>
       <v>Покойников в земле,</v>
       <v>Воду в ручьях и реках,</v>
       <v>Яства на столе.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>…Но есть иное войско:</v>
       <v>Горшую из осад</v>
       <v>Ведет голодное войско</v>
       <v>У Жизни замкнутых врат.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Клянут миллионы нищих</v>
       <v>Яства на нашем столе,</v>
       <v>Обличают нас в измене —</v>
       <v>Всех, кто жив и кто спит в земле.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>И часто на шумном пире</v>
       <v>Средь шуток весельчаков,</v>
       <v>Сквозь музыку и хохот</v>
       <v>Я слышу ужасный зов.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Изможденные, тощие лица</v>
       <v>Мне видны в окно сквозь мглу.</v>
       <v>Иссохшие тянутся руки</v>
       <v>За крохами на полу.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Внутри — изобнлье пира,</v>
       <v>Благовонья, праздничный свет,</v>
       <v>А снаружи — отчаянье, голод,</v>
       <v>Впотьмах надежды нет.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>И там, во стане голодных,</v>
       <v>Где ветер, мрак, мороз.</v>
       <v>Мертв, лежит средь долины</v>
       <v>Той рати вождь — Христос.</v>
      </stanza>
      <text-author>Лонгфелло</text-author>
     </poem>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод В. Лимановской</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Дорога</p>
     <p>(сборник очерков)</p>
     <empty-line/>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Изведал я счастливые пути,</p>
     <p>Все, по которым можно мир пройти,</p>
     <p>И в общем их одобрил я, они</p>
     <p>Для тех, кто не валяется в постели,</p>
     <p>Кого влечет вперед, как и меня,</p>
     <p>Увидеть, как устроен этот мир.</p>
     <text-author>«Бродяга из бродяг», секстина.</text-author>
    </epigraph>
    <section>
     <title>
      <p>Признание</p>
     </title>
     <p>В штате Невада есть женщина, которой я однажды на протяжении нескольких часов лгал упорно, последовательно и нагло. Я не винюсь перед ней — упаси бог! Но объяснить ей кое-что мне бы хотелось. К сожалению, я не знаю ни имени ее, ни тем более теперешнего адреса. Может, ей случайно попадутся эти строки, и она не откажется черкнуть мне несколько слов.</p>
     <p>Это было в городе Рено, штат Невада, летом тысяча восемьсот девяносто второго года. Время стояло ярмарочное, и пропасть жулья и всякого продувного народа наводнила город, не говоря уж о бродягах, налетевших голодной саранчой. Собственно, голодные бродяги и делали город «голодным». Они так настойчиво толкались в двери с черного хода, что двери притаились и молчали.</p>
     <p>«В таком городе не больно разживешься», — говорили бродяги. Мне, во всяком случае, то и дело приходилось «забывать про обед», хоть я мог с кем угодно потягаться, когда надо было «перехватить взаймы», «пострелять», забрести «на дымок», «напроситься в гости» или подцепить на улице «легкую монету». И так не повезло мне в этом городишке, что в один прекрасный день, увернувшись от проводника, я вторгся очертя голову в неприкосновенный вагон, личную собственность какого-то бродячего миллионера. Поезд как раз тронулся, когда я вскочил на площадку вагона и устремился к его хозяину, преследуемый по пятам проводником, который уже простирал руки, готовясь меня схватить. Гонка была отчаянная: не успел я настичь миллионера, как мой преследователь настиг меня. Тут уж было не до обмена приветствиями. Задыхаясь, я выпалил: «Дайте четвертак — пожрать!» И, клянусь вам, миллионер полез в карман и дал мне… ровным счетом… двадцать пять центов. Мне думается, он был так ошеломлен, что действовал машинально. Я по сю пору простить себе не могу, что не нагрел его на доллар. Уверен, что он дал бы и доллар. Я тут же соскочил на ходу, к великому разочарованию проводника, который всячески норовил залепить мне по физиономии, без особого, впрочем, успеха. Но незавидное, скажу я вам, положение: представьте, что вы висите на поручне вагона и прыгаете с нижней ступеньки, стараясь не разбиться, а в это самое время разъяренный эфиоп, стоя на площадке, тычет вам в лицо сапожищем сорок шестого размера! Но как бы там ни было, а деньгами я разжился!</p>
     <p>Однако вернемся к женщине, которой я так безбожно лгал. В тот день я уже намеревался отбыть из Рено. Дело было под вечер. Я задержался на бегах — любопытно было поглядеть на тамошних лошадок — и не успел, что называется, «перекусить», вернее, не ел с утра. Аппетит у меня разыгрался, а между тем мне было известно, что в городе организован комитет безопасности и что ему надлежит избавить жителей от голодных бродяг, вроде меня, грешного. Немало бездомных моих собратьев попало уже в руки Закона, и солнечные долины Калифорнии тем неотступнее звали меня перемахнуть через хмурые гребни Сиерры. Но прежде чем отрясти от ног своих пыль города Рено, мне надо было решить две задачи: первая — еще этим вечером забраться на «глухую» площадку в поезде дальнего следования, идущем на запад, и вторая — слегка подкрепиться на дорогу. Ибо, даже если вы молоды, вам не понравится на голодный желудок трястись целую ночь напролет где-нибудь на площадке или крыше вагона, мчащегося во весь опор сквозь бураны и тоннели, мимо устремленных в небо снеговых вершин.</p>
     <p>Но подкрепиться было не так-то просто. Меня уже «попросили» из десятка домов. По моему адресу то и дело летели нелестные замечания вроде того, что по мне скучает некий уютный уголок за решеткой и что это самое подходящее для меня место. Увы, все эти замечания были недалеки от истины. Потому-то я и собирался этим вечером податься на запад. В городе хозяйничал Закон, он охотился за сирыми и голодными, этими повседневными жильцами его владений за решеткой.</p>
     <p>Были дома, где двери захлопывались у меня перед носом, обрывая на полуслове мою учтивую, нарочито смиренную просьбу пожертвовать что-нибудь на пропитание. В одном доме мне и вовсе не открыли. Я стоял на крыльце и стучался, а в окне стояли люди и глазели на незваного гостя. Кто-то поднял на руки упитанного бутуза, чтобы и он через головы взрослых полюбовался на бродягу, которого в этом доме не намерены были покормить.</p>
     <p>Я уже подумывал перенести свои поиски в кварталы бедняков. Бедняк — это последний и верный оплот голодного бродяги. На бедняка всегда можно положиться: он не прогонит голодного от своего порога. Как часто, странствуя по Штатам, я безуспешно стучал в двери роскошных особняков на вершине холма; но не было случая, чтобы где-нибудь в речной низине или на гнилом болоте из лачуги с разбитыми окошками, заткнутыми тряпьем, не показалась изнуренная работой женщина и по-матерински приветливо не предложила мне зайти. О вы, лицемеры, проповедующие милосердие! Ступайте к беднякам и поучитесь у них, ибо только бедняк знает, что такое милосердие. Бедняк дает — или отказывает — не от избытков своих. Какие у него избытки! Он дает — и никогда не отказывает — от бедности своей и часто делится последним. Кость, брошенная псу, не говорит о милосердии. Милосердие — это кость, которую делишь с голодным псом, когда ты так же голоден, как и он.</p>
     <p>Особенно запомнился мне разговор в одном доме, где меня в этот вечер выставили за порог. Окна столовой выходили на террасу, и я увидел человека, который, сидя за столом, уписывал пудинг — большущий мясной пудинг. Я стоял у двери, и, разговаривая со мной, он ни на минуту не отрывался от еды. Это был преуспевающий делец, с вершин успеха презрительно взиравший на тех, кому не повезло в жизни.</p>
     <p>Он грубо оборвал мою просьбу дать мне поесть, прорычав сквозь зубы:</p>
     <p>— Работать, небось, не хочешь?</p>
     <p>Странный ответ! Ведь я и не заикнулся о работе. Речь шла о еде. Я и в самом деле не намерен был работать: я собирался этой же ночью поймать поезд, идущий на запад.</p>
     <p>— Дай тебе работу, ты наверняка откажешься, — язвительно продолжал он.</p>
     <p>Я взглянул на его робкую жену и понял, что только присутствие этого цербера мешает мне получить свою долю угощения. А между тем цербер продолжал уплетать пудинг. Обстоятельства требовали уступок, и я скрепя сердце сделал вид, будто согласен с его моралью о необходимости работать.</p>
     <p>— Разумеется, я хочу работать, — солгал я.</p>
     <p>— Враки! — презрительно фыркнул он.</p>
     <p>— А вы испытайте меня, — настаивал я с задором.</p>
     <p>— Ладно, — сказал он. — Приходи завтра туда-то и туда-то (я забыл куда), ну, где погорелый дом. Я поставлю тебя разбирать кирпич.</p>
     <p>— Слушаюсь! Приду непременно.</p>
     <p>Он что-то хрюкнул и опять уткнулся в тарелку. Я не уходил. Прошла минута, другая, и он воззрился на меня: какого, дескать, черта тебе еще надо?</p>
     <p>— Ну! — властно гаркнул он.</p>
     <p>— Я… А вы не покормите меня? — спросил я как можно деликатнее.</p>
     <p>— Так я и знал, что ты не хочешь работать! — заорал он.</p>
     <p>Положим, он был прав, но ведь это значит заниматься чтением мыслей; с точки зрения логики, его рассуждения никуда не годились. Однако нищему у порога приличествует смирение, и я принял его логику, как раньше его мораль.</p>
     <p>— Видите ли, — продолжал я так же деликатно. — Я уже сейчас голоден. Что же будет со мной завтра! А ведь мне предстоит таскать кирпич, легко ли целый день работать на голодный желудок? Покормите меня сегодня, и завтра мне будет как раз впору возиться с вашим кирпичом.</p>
     <p>Не переставая жевать, он как будто задумался над моими словами. Я видел, что робкая жена готова за меня заступиться, но она так и не собралась с духом.</p>
     <p>— Вот что я сделаю, — сказал он, дожевав один кусок и принимаясь за другой. — Выходи утром на работу, а в полдень, так и быть, дам тебе немного вперед, чтобы ты мог пообедать. Тогда будет ясно, хочешь ты работать или нет.</p>
     <p>— А пока что… — начал я, но он не дал мне договорить.</p>
     <p>— Нет, голубчик, — сказал он. — Я вашего брата знаю. Вас накорми, а потом ищи ветра в поле. Посмотри на меня: я никому ни гроша не должен. Я в жизни ни у кого крошки хлеба не попросил и счел бы это за унижение. Я всегда жил на свои заработки. А твоя беда в том, что ты ведешь беспутную жизнь и бежишь от работы. Сразу видно, стоит на тебя посмотреть! Я всегда жил честным трудом. Я одному себе обязан тем, что вышел в люди. И ты можешь добиться того же, возьмись только за ум и стань честным тружеником.</p>
     <p>— Таким, как вы? — спросил я.</p>
     <p>Увы, заскорузлая душа этого человека, болтавшего о труде, была недоступна юмору.</p>
     <p>— Да, — буркнул он, — таким, как я.</p>
     <p>— И вы это каждому посоветуете?</p>
     <p>— Да, каждому, — сказал он убежденно.</p>
     <p>— Но если все станут такими, как вы, кто будет таскать для вас кирпич, позвольте вас спросить?</p>
     <p>Клянусь, в глазах его жены мелькнуло некое подобие улыбки. Что касается его самого, то он был взбешен — то ли пугающей перспективой жить в новом, преображенном обществе, где некому будет таскать для него кирпич, то ли моей наглостью, — затрудняюсь сказать.</p>
     <p>— Довольно! — взревел он. — Я не намерен больше с тобой разговаривать! Вон отсюда, щенок неблагодарный!</p>
     <p>Я переступил с ноги на ногу в знак того, что не стану утруждать его своим присутствием, и только спросил:</p>
     <p>— Значит, вы меня не покормите?</p>
     <p>Он вскочил. Это был человек внушительных размеров. Я же чувствовал себя чужаком на чужой стороне, и за мной охотился Закон. Надо было убираться подобру-поздорову. «Но почему же неблагодарный? — спрашивал я себя, с треском захлопывая калитку. — За какие милости должен я его благодарить?» Я оглянулся. Его фигура все еще маячила в окне. Он опять набросился на пудинг.</p>
     <p>Но тут мужество оставило меня. Я проходил мимо десятка дверей, не решаясь постучать. Все дома были на одно лицо, и ни один не внушал доверия. Только пройдя несколько кварталов, я приободрился и взял себя в руки. Попрошайничество было для меня своего рода азартом: если мне не нравилась моя игра, я всегда мог стасовать карты и пересдать. Я решил сделать новую попытку— постучаться в первый попавшийся дом. Сумерки спускались на землю, когда, обойдя вокруг дома, я остановился у черного хода.</p>
     <p>На мой робкий стук вышла женщина средних лет, и при первом же взгляде на ее милое, приветливое лицо меня словно осенило: я уже знал наперед, что я ей расскажу. Ибо, да будет это известно, успех бродяги зависит от его способности выдумать хорошую «историю». Попрошайка должен прежде всего «прикинуть на глазок», что представляет собой его жертва, и сообразно с этим сочинить «историю» применительно к нраву и темпераменту слушателя. Главная трудность здесь в том, что, еще не раскусив свою жертву, он уже должен приступить к рассказу. Ни минуты не дается ему на размышление. Мигом изволь разгадать стоящего перед тобой человека и придумать нечто такое, что брало бы за сердце. Бродяга должен быть артистом. Он импровизирует по наитию и тему черпает не в преизбытке своего воображения, — тему подсказывает ему лицо человека, вышедшего на его стук, будь то лицо мужчины, женщины или ребенка, иудея или язычника, человека белой или цветной расы, зараженного расовыми предрассудками или свободного от них, доброе или злое, приветливое или отталкивающее, говорящее о щедрости или о скупости, о широте мировоззрения или мещанской ограниченности. Мне не раз приходило в голову, что своим писательским успехом я в значительной мере обязан этой учебе на дороге. Чтобы добыть дневное пропитание, мне вечно приходилось что-то выдумывать, памятуя, что рассказ мой должен дышать правдой. Та искренность и убедительность, в которых, по мнению знатоков, и заключается искусство короткого рассказа, рождены на черной лестнице жестокой необходимостью. Я убежден, что писателем-реалистом сделала меня школа бродяжничества. Реалистическое искусство — это единственный товар, за который вам на черной лестнице дадут кусок хлеба.</p>
     <p>Всякое искусство в конечном счете — изощренное надувательство, и только известная ловкость помогает рассказчику сводить концы с концами. Помню, как мне пришлось изворачиваться и лгать в полицейском участке города Виннипега, в провинции Манитоба. Я направлялся на запад по Канадско-Тихоокеанской дороге. Разумеется, полисмены пожелали услышать мою биографию, и я стал врать напропалую. Это были сухопутные крысы, не нюхавшие моря, а в таких случаях нет ничего лучше, нежели морской рассказ. Тут уж ври, что бог на душу положит, никто не придерется. И я рассказал им чувствительную историю о том, как мне пришлось служить на судне «Гленмор» (в Сан-Францисском заливе я видел судно с таким названием).</p>
     <p>Я отрекомендовался англичанином и сказал, что служил на корабле юнгой. Мне возразили, что говорю я отнюдь не как англичанин. Надо было как-то выкрутиться, и я сказал, что родился и вырос в Соединенных Штатах, но после смерти родителей был отослан к дедушке и бабушке в Англию. Они-то и отдали меня в учение на «Гленмор». И — да простит мне капитан «Гленмора»— досталось же ему в тот вечер в виннипегском полицейском участке: это был злодей, изверг, мучитель, наделенный изуверской изобретательностью. Вот почему в Монреале я дезертировал с корабля.</p>
     <p>Но если дедушка и бабушка у меня живут в Англии, почему же я оказался здесь, в самом сердце Канады, и держу путь на запад? Не долго думая, я вывел на сцену замужнюю сестру, проживающую в Калифорнии: сестра хочет взять меня к себе. И я вдался в подробное описание этой превосходной, добрейшей женщины. Однако жестокосердые полисмены этим не удовлетворились. Допустим, что я в Англии нанялся на пароход. В каких же морях побывал «Гленмор» и какую он нес службу за истекшие два года? Делать нечего, я отправился с этими сухопутными крысами в дальнее плавание. Вместе со мной их трепало бурями и обдавало пеной разбушевавшихся стихий, вместе со мной они выдержали тайфун у японских берегов. Вместе со мной грузили и разгружали товары во всех портах Семи Морей. Я побывал с ними в Индии, в Рангуне и Китае, вместе со мной они пробивались через ледяные поля у мыса Горн, после чего мы наконец благополучно ошвартовались у Монреаля.</p>
     <p>Тут они предложили мне подождать, и один из полисменов нырнул в темноту ночи, оставив меня греться у огня и безуспешно гадать, какую еще ловушку мне готовят.</p>
     <p>Сердце у меня екнуло, когда я увидел его на пороге, за плечом вернувшегося полисмена. Нет, не цыганская любовь к побрякушкам продела в эти уши серьги из тончайшей золотой проволоки; не ветры прерий дубили эту кожу, превратив ее в измятый пергамент; не снежные заносы и горные кручи выработали эту характерную с развальцем походку. И разве не солнце Южных морей выбелило эти устремленные на меня глаза? Передо мной — увы! — повелительно встала тема, на которую мне предстояло импровизировать под бдительным оком пяти полисменов, — мне, никогда не бывшему в Китае, не огибавшему мыса Горн, не видевшему ни Индии, ни Рангуна.</p>
     <p>Отчаяние овладело мной. На лице этого закаленного бурями сына морей с золотыми серьгами в ушах я читал свой приговор. Кто он и что собой представляет? Я должен был разгадать его еще до того, как он разгадает меня. Мне надо было взять твердый курс, прежде чем стервецы-полисмены возьмут курс на то, чтобы переправить меня в тюремную камеру, в полицейский суд, в энное число тюремных камер. Если он первым начнет задавать вопросы, прежде чем я узнаю, что он знает, мне крышка.</p>
     <p>Но выдал ли я свою растерянность виннипегским блюстителям порядка, сверлившим меня рысьими глазками? Как бы не так! Я встретил моряка восторженно, сияя от радости, с видом величайшего облегчения, какое испытывает тонущий, когда последним, судорожным усилием хватается за спасательный круг. Вот кто поймет меня и подтвердит мой правдивый рассказ этим ищейкам, не способным ничего понять, — таков был смысл того, что я всячески старался изобразить. Я буквально вцепился в моряка и забросал его вопросами: кто он, откуда? Я как бы ручался этим судьям за честность своего спасителя еще до того, как он меня спасет.</p>
     <p>Это был добродушный человек, его ничего не стоило обвести вокруг пальца. Наконец полисменам надоел учиненный мной допрос, и мне было приказано заткнуться. Я повиновался, а между тем голова моя напряженно работала над сценарием следующего акта. Я знал достаточно, чтобы отважиться на дальнейшее. Это был француз. Он плавал на французских торговых кораблях и только однажды нанялся на английское судно. А главное — вот удача! — он уже двадцать лет не выходил в море.</p>
     <p>Полисмен торопил его, предлагая приступить к экзамену.</p>
     <p>— Бывал в Рангуне? — осведомился моряк.</p>
     <p>Я утвердительно кивнул.</p>
     <p>— Мы оставили там нашего третьего помощника. Сильнейший приступ горячки.</p>
     <p>Если бы он спросил, какой горячки, я сказал бы «септической», а сам, хоть убей, не знал, что это такое. Но он не спросил. Вместо этого он поинтересовался:</p>
     <p>— Ну как там, в Рангуне?</p>
     <p>— Недурно. Все время, пока мы там стояли, дождь лил как из ведра.</p>
     <p>— Отпускали тебя на берег?</p>
     <p>— А то как же! Мы, трое юнг, ездили на берег вместе.</p>
     <p>— Храм помнишь?</p>
     <p>— Это который же? — сманеврировал я.</p>
     <p>— Ну, самый большой, с широкой лестницей.</p>
     <p>Если бы я помнил храм, мне бы предложили описать его. Подо мной разверзлась бездна.</p>
     <p>Я покачал головой.</p>
     <p>— Да его видно с любого места в гавани, — пояснил он. — Даже не сходя с корабля.</p>
     <p>Я всегда был равнодушен к храмам. Но этот рангунский храм я просто возненавидел. И я расправился с ним без сожаления.</p>
     <p>— Ошибаетесь, — сказал я. — Его не видно из гавани. Его не видно из города. Его не видно даже с вершины лестницы. Потому что, — я остановился, чтобы усилить впечатление, — потому что там нет никакого храма.</p>
     <p>— Но я видел его собственными глазами! — воскликнул моряк.</p>
     <p>— Это в котором же году? — допрашивал я.</p>
     <p>— В семьдесят первом.</p>
     <p>— Храм был уничтожен великим землетрясением тысяча восемьсот восемьдесят седьмого года, — объявил я. — Он был очень старый.</p>
     <p>Наступило молчание. Перед потускневшим взором моего собеседника оживало видение юношеских лет: прекрасный храм на берегу далекого моря.</p>
     <p>— Лестница сохранилась, — поспешил я утешить его. — Ее видно из любой точки гавани. А помните небольшой остров, направо, у самого входа в порт? — Очевидно, там был такой остров (я уже приготовился перенести его налево), потому что он кивнул в ответ. — Его точно языком слизало! Там теперь семь морских саженей глубины.</p>
     <p>Я перевел дыхание и, пока он размышлял о том, как все меняется на свете, придумывал для своей повести заключительные штрихи.</p>
     <p>— А помните Бомбейскую таможню?</p>
     <p>Да, он ее помнил.</p>
     <p>— Сгорела дотла, — объявил я.</p>
     <p>— А ты помнишь Джима Уона? — спросил он, в свою очередь.</p>
     <p>— Помер, — сказал я, хоть я понятия не имел, кто такой Джим Уон.</p>
     <p>Опять подо мной затрещал лед.</p>
     <p>— А помните в Шанхае Билли Харпера? — перешел я в наступление.</p>
     <p>Старый моряк тщетно ворошил свои поблекшие воспоминания — ничто не напоминало ему о мифическом Билли Харпере.</p>
     <p>— Ну ясно, вы помните Билли Харпера, — настаивал я. — Его ж все знают! Он уже сорок лет там безвыездно. Ну, так представьте, он и сейчас там, ничего ему не делается.</p>
     <p>И тут случилось чудо. Старый моряк вспомнил Билли Харпера! Может, и правда был такой Билли Харпер, может, он и правда сорок лет назад приехал в Шанхай и живет там поныне. Для меня, во всяком случае, это была новость.</p>
     <p>Еще битых полчаса толковали мы с ним, и все в таком же роде. Наконец он сказал полисмену, что я тот, за кого себя выдаю. Я переночевал в участке и даже получил утром завтрак и мог без помехи продолжать свое путешествие к замужней сестре в Сан-Франциско.</p>
     <p>Но вернемся к женщине в городе Рено, открывшей мне дверь в тихий вечерний час, когда на землю ложились сумерки. Достаточно было взгляда на ее милое, приветливое лицо, и я уже знал, какую роль мне придется играть перед ней. Я почувствовал себя славным, простодушным малым, которому не повезло в жизни. Я открывал и закрывал рот, показывая, как трудно мне заговорить: ведь я в жизни ни к кому не обращался за куском хлеба. Мною владела крайняя, мучительная растерянность. Мне было стыдно. Я, смотревший на попрошайничество, как на забавное озорство, вдруг обернулся этаким сынком миссис Грэнди,<a l:href="#n_979" type="note">[979]</a> зараженным всеми ее буржуазными предрассудками. Только пытки голода могли толкнуть меня на постыдное и унизительное попрошайничество. И я старался изобразить на лице тоску и смятение бесхитростного юноши, доведенного до отчаяния длительной голодовкой и впервые протягивающего руку за подаянием.</p>
     <p>— Бедный мальчик, вы голодны, — сказала она.</p>
     <p>Я-таки заставил ее заговорить первой.</p>
     <p>Я кивнул и проглотил непрошеные слезы.</p>
     <p>— Мне еще никогда, никогда не приходилось… просить, — пробормотал я.</p>
     <p>— Да заходите же! — Она широко распахнула дверь. — Мы, правда, отужинали, но плита еще топится, я приготовлю вам что-нибудь на скорую руку.</p>
     <p>Когда я вступил в полосу света, она пристально поглядела на меня.</p>
     <p>— Экий вы статный и крепкий, — сказала она. — Не то что мой сынок. Он у меня страдает припадками. Вот и сегодня упал бедняжка и разбился.</p>
     <p>В ее голосе было столько материнской ласки, что я потянулся к ней всем существом. Я взглянул на ее сына. Он сидел против меня за столом, худой и бледный, голова в бинтах. Он не шевелился, и только его глаза, в которых отражался свет лампы, испытующе-удивленно уставились на меня.</p>
     <p>— Точь-в-точь мой бедный папа, — сказал я. — Он тоже падал. Это такая болезнь — кружится голова. Доктора не знали, что и думать.</p>
     <p>— Ваш папа умер? — осторожно спросила она, ставя передо мной тарелку, на которой лежал пяток сваренных всмятку яиц.</p>
     <p>— Умер. — Я снова проглотил воображаемые слезы. — Две недели назад. Вдруг, у меня на глазах. Мы переходили улицу, он упал на мостовую… И так и не пришел в сознание. Его отнесли в аптеку: там он и скончался.</p>
     <p>И я стал рассказывать ей грустную повесть о моем отце, как после смерти матушки мы оставили наше ранчо и поселились в Сан-Франциско. Как его пенсии (он был старый солдат) и небольших сбережений нам не хватало, и он сделался агентом по распространению печатных изданий. Я рассказал также о собственных злоключениях, как после смерти отца я очутился на улице и несколько дней, одинокий и потерянный, бродил по городу. Пока добрая женщина разогревала мне бисквиты, жарила ломтики грудинки и варила новую партию яиц, я, расправляясь со всем этим, продолжал набрасывать портрет бедного, осиротевшего юноши, вписывая в него все новые детали. Я и в самом деле превратился в этого бедного юношу. Он был для меня такой же действительностью, как яйца, которые я уплетал. Я готов был плакать над собственными горестями, и раза два голос мой прерывался от слез. Это было здорово, скажу я вам!</p>
     <p>И положительно каждый мазок, которым я оживлял этот портрет, находил отзвук в ее чуткой душе, и она удесятеряла свои милости. Она собрала мне еды в дорогу, завернула крутые яйца, перец, соль и еще какую-то снедь да большое яблоко в придачу. Подарила мне три пары красных плотных шерстяных носков, надавала чистых носовых платков и еще невесть чего — всего и не упомнишь. И все время она готовила мне новые и новые блюда, которые я исправно уничтожал. Я обжирался, как дикарь. Перевалить через Сиерру на положении бесплатного груза было весьма серьезным предприятием, а ведь я понятия не имел, когда и где приведется следующий раз пообедать. И все время, подобно черепу, напоминающему за пиршеством о смерти, ее собственный злосчастный сын сидел тихо, не шелохнувшись, и не сводил с меня немигающих глаз. Должно быть, я был для него воплощенной загадкой, романтическим приключением — всем тем, на что не мог его подвигнуть слабый огонек жизни, чуть теплившийся в тщедушном теле. И все же на меня нет-нет да и нападало сомнение: а не видят ли эти глаза насквозь все мое фальшивое, изолгавшееся нутро?</p>
     <p>— Куда же вы едете? — спросила женщина.</p>
     <p>— В Солт-Лейк-Сити, — ответил я. — Там живет моя сестра. Она замужем (у меня был минутный соблазн объявить сестру мормонкой, но я вовремя одумался). У зятя водопроводная контора, он берет подряды.</p>
     <p>Я тут же спохватился, что водопроводчики, берущие подряды, как будто недурно зарабатывают, но слово уже сорвалось с языка, — пришлось пуститься в объяснения.</p>
     <p>— Если б я написал, они, конечно, выслали б мне на дорогу. Но оба они болеют, а теперь и дела у них пошатнулись. Зятя обобрал компаньон. Мне не хотелось вводить их в лишние расходы. Я знал, что как-нибудь доберусь, и написал, что наскребу на проезд до Солт-Лейк-Сити. Сестра у меня красавица, редкой доброты женщина. И очень ко мне привязана. Очевидно, я начну работать у шурина и со временем изучу дело. У сестры две девочки, обе меня моложе. Младшая — совсем еще ребенок.</p>
     <p>Из всех замужних сестер, которых я рассеял по городам Соединенных Штатов, особенно близка моему сердцу сестра в Солт-Лейк-Сити. Это, можно сказать, вполне реальная личность. Рассказывая о ней, я воочию вижу ее, ее мужа водопроводчика и их маленьких девочек. Сестра — видная, рослая женщина с добрым лицом и заметной склонностью к полноте, — ну, знаете, одна из тех милых женщин, которых невозможно вывести из себя и которые славятся своим умением печь всякие вкусные штуки. Она цветущая брюнетка. Муж ее — тихий, покладистый человек. Порой мне кажется, что мы с ним старые приятели. Как знать, быть может, когда-нибудь я повстречаюсь с ним. Припомнил же тот старый моряк Билли Харпера! Так и я не теряю надежды встретиться с мужем моей сестры, живущей в Солт-Лейк-Сити.</p>
     <p>Зато я совершенно уверен, что никогда не увижу во плоти моих многочисленных родителей, а также бабушек и дедушек, да и не мудрено: ведь я неизменно спроваживал их на тот свет. Матушка преимущественно умирала от сердца, хотя иной раз я кончал с ней при помощи таких болезней, как чахотка, воспаление легких или тиф. Правда, виннипегские полисмены скажут вам, что в Лондоне у меня есть бабушка и дедушка и что они благополучно здравствуют, но ведь это бог весть когда было; можно сказать с уверенностью, что они давно умерли. Тем более, что писем от них я не получаю.</p>
     <p>Надеюсь, моя добрая покровительница в городе Рено, прочтя эти строки, не прогневается на меня за некоторые отступления от истины и добропорядочности. Я не винюсь: мне нисколько перед ней не совестно. Юность, жизнерадостность и жажда приключений привели меня к ее порогу. Встреча с ней много дала мне. Она открыла мне естественную доброту человеческого сердца. Надеюсь, и ей эта встреча пошла на пользу. Во всяком случае, теперь, когда этот эпизод предстанет перед ней в новом, истинном, свете, она, может быть, посмеется от души.</p>
     <p>Но тогда мой рассказ не вызвал у нее сомнений. Она уверовала в меня и в мое семейство, и ее крайне заботила предстоявшая мне нелегкая поездка. Ее забота чуть не наделала мне беды. Когда я собрался уходить, нагрузившись припасами и рассовав носки по карманам, отчего последние заметно оттопырились, она вспомнила о племяннике, или дяде, или дальнем родственнике, возившем почту: он должен был этой ночью проследовать через Рено тем самым поездом, на котором мне предстояло ехать зайцем. Как это кстати! Она проводит меня на станцию, расскажет ему мою историю, и он спрячет меня у себя в почтовом вагоне. Таким образом, я в полной безопасности и без особых хлопот доберусь до Огдена, а оттуда рукой подать до Солт-Лейк-Сити. Сердце у меня упало. Она с все большим увлечением развивала мне свой план, а я слушал ее со стесненной душой и делал вид, что в восторге от этой удачи, разрешающей все мои затруднения.</p>
     <p>Нечего сказать, удача! Мне надо было в тот же вечер сматываться на запад, а тут ни с того ни с сего, здорово живешь, отправляйся на восток! Это была форменная ловушка, но у меня не хватило мужества сказать моей покровительнице, что я бессовестно ее надул. И вот, прикидываясь, что я счастлив и доволен, я тщетно ломал голову в поисках выхода. Но положение было безвыходное, она вознамерилась самолично посадить меня в почтовый вагон, а там ее родственник доставит меня в Огден. Изволь потом всеми правдами и неправдами пробираться назад через пустыню, которая тянется в этих местах на сотни миль.</p>
     <p>Однако счастье благоприятствовало мне в тот вечер. Добрая женщина уже собиралась надеть шляпу, чтобы отвести меня на станцию, как вдруг спохватилась, что все перепутала. У ее родственника недавно изменилось расписание, его ждали в Рено не этой ночью, а лишь через двое суток. Итак, я был спасен, ибо какой нетерпеливый юнец согласится отложить выполнение своих планов на целых двое суток! Я самонадеянно заверил свою добрую покровительницу, что доберусь до Солт-Лейк-Сити скорее, если выеду сегодня же, и расстался с ней, напутствуемый ее благословениями и сердечными пожеланиями, которые еще долго отдавались в моих ушах.</p>
     <p>Но каким сокровищем оказались ее шерстяные носки! Я убедился в этом той же ночью, путешествуя на глухой площадке в поезде дальнего следования, держащем путь на запад!</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Р. Гальпериной</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Держись!</p>
     </title>
     <p>Если не подведет шальная случайность и если — непременное условие — дело происходит ночью, всякий стоящий бродяга, молодой и проворный, может удержаться на поезде, вопреки стараниям кондукторов его ссадить. Достаточно такому бродяге проявить упорство, и он удержится, разве уж очень не повезет. Избавиться от него можно только одним из противозаконных образов, включая убийство. Среди бродяг утвердилось мнение, будто поездная прислуга не останавливается и перед убийством. За верность не ручаюсь, в бытность мою бродягой мне лично сталкиваться с этим не приходилось.</p>
     <p>Но вот что я слышал о дорогах, пользующихся репутацией «скверных». Уж если бродяга «забрался под вагон», иначе говоря, устроился на раме, и поезд идет полным ходом, ничего с ним, по-видимому, не поделаешь — до самой остановки. Бродяга, прикорнувший на оси, в уютном соседстве с колесами и иными приспособлениями, плюет на всех — или так ему кажется, — пока не случится ему путешествовать по «скверной дороге». Скверная дорога обычно та, где незадолго был убит бродягами один, а то и несколько железнодорожных служащих. Горе бродяге, застигнутому под вагоном на такой дороге, — все равно ему крышка, делай поезд хоть шестьдесят миль в час.</p>
     <p>Кондуктор, запасшись веревкой и муфтой сцепления, влезает на площадку впереди вагона, где едет бродяга. Прикрепив муфту к веревке, он спускает ее вниз между вагонами и начинает орудовать. Муфта, отлетая от шпал, стукается о платформу заднего вагона и опять ударяется о шпалы. Кондуктор травит веревку, посылая свой снаряд то вперед, то назад, то направо, то налево, предоставляя ему самое обширное поле действия. Каждый удар такого маятника смертелен, а при скорости шестьдесят миль в час он выбивает настоящую зорю смерти. Завтра путевой сторож соберет на полотне останки безбилетного пассажира, и в местной газете промелькнет несколько строк о том, что найден труп неизвестного, предположительно бродяги, должно быть, заплутавшегося, не иначе как в нетрезвом виде, и уснувшего на рельсах.</p>
     <p>В качестве примера того, как бывалый бродяга может постоять за себя, приведу случай из своего опыта. Я направлялся из Оттавы на запад по Канадско-Тихоокеанской, собираясь проехать по этой линии три тысячи миль. Была поздняя осень, а мне предстояло пересечь Манитобу и Скалистые Горы. Каждый день могли ударить холода, и любая проволочка грозила путнику всеми прелестями зимней непогоды. К тому же я был в мерзейшем настроении. Между Монреалем и Оттавой всего лишь сто двадцать миль: мне ли не знать — ведь я только что проделал их, ухлопав ни много ни мало шесть дней. По оплошности я вместо главной магистрали угодил на какую-то паршивую ветку, по которой только дважды в день курсировали местные поезда. И все эти шесть дней я жил впроголодь, питаясь черствым хлебом, — единственное, что можно было выпросить у французских фермеров.</p>
     <p>Мерзкое настроение мое еще усилилось после однодневной задержки в Оттаве, где я надеялся раздобыть хотя бы самую необходимую одежонку для предстоящей дальней дороги. Да будет известно миру, что для попрошайки, желающего освежить свой гардероб, Оттава, за одним-единственным исключением, самый никудышный город в Канаде и Соединенных Штатах. Исключение я делаю для Вашингтона. Вашингтон — это предел! Две недели промыкался я там, пытаясь выпросить какие-нибудь опорки, и пришлось катать за ними до самого Нью-Джерси.</p>
     <p>Но вернемся в Оттаву. Ровно в восемь утра отправился я в поход за одеждой. Я трудился, как колодник! Клянусь, я отшагал не менее сорока миль. Я обошел тысячи квартир и в каждой беседовал с хозяйкой. Я не дал себе времени даже пообедать. И вот к шести часам пополудни, после изнурительного трудового дня, мне все еще не хватало рубашки, а уж что до штанов, та неприглядная пара, которой удалось разжиться, была мне тесна и являла все признаки преждевременного распада.</p>
     <p>В шесть я пошабашил и отправился на станцию, рассчитывая перекусить по дороге. Но меня по-прежнему преследовала неудача. Я заходил в один дом за другим и повсюду слышал отказ. Наконец мне вынесли «подаяние». Я воспрянул духом — такого объемистого подаяния мне еще не приходилось видеть за всю мою жизнь многоопытного попрошайки. Это был пакет, завернутый в несколько газетных листов, размером с небольшой чемодан. Я кинулся с ним на ближайший пустырь и развернул его. Первое, на что я наткнулся, были пирожные, затем еще пирожные, а там еще и еще, — словом, целый ассортимент пирожных! Ничего, кроме пирожных! Тщетно искал я среди них основательного бутерброда с толстым аппетитным ломтем мяса — это были сплошь пирожные, а между тем, если есть что-нибудь, от чего у меня с души воротит, так это пирожные. Когда-то, в иные времена и при иных обстоятельствах, некий народ сидел и плакал на реках вавилонских; так и я, сидя на одном из пустырей канадской столицы, обливался слезами… над горою пирожных. Как злосчастный отец взирает на умершего сына, так я смотрел на эту кучу кондитерских изделий. Видно, я и в самом деле неблагодарный бродяга — я отказывался вкусить щедрых даров богатого дома, созвавшего вчера гостей на обильное угощение. Впрочем, гости, должно быть, тоже не обожали пирожных.</p>
     <image l:href="#i_114.jpg"/>
     <p>Пирожные знаменовали вершину моих несчастий. Хуже ничего уже не могло случиться; с этой минуты дела мои должны были пойти на поправку. И действительно, уже в следующем доме я был «приглашен к столу». Такое «приглашение» — нечаянная радость в трудном быту бродяги. Вас просят войти и даже ведут умыться, а потом сажают за стол. Бездомному бродяге приятно посидеть за столом. Я вошел в просторный уютный особняк, стоявший в глубине двора с обширными лужайками и раскидистыми деревьями. Хозяева только что отобедали, и меня провели прямо в столовую, а это величайшая редкость в жизни бродяги — в лучшем случае его угощают на кухне. Пока я насыщался, со мной беседовал радушный седовласый англичанин, его добросердечная жена и прехорошенькая молодая француженка.</p>
     <p>Интересно, помнит ли еще эта прелестная молодая особа, или уже забыла за давностью лет, как насмешило ее одно мое вульгарное выражение, — я имею в виду слово «трояк». Как видите, не довольствуясь угощением, я решил позондировать почву насчет чего-то посущественнее. Тут-то я и назвал упомянутую сумму денег. «Что такое?!» — спросила она. «Трояк», — ответил я. «Как?» переспросила она, еле сдерживая улыбку. «Трояк», — повторил я снова. Она разразилась смехом. «Пожалуйста, повторите», — попросила она, немного успокоившись. «Трояк», — повторил я. Новый безудержный взрыв серебристого смеха. «Простите, ради бога, — взмолилась она, — но что… что вы сказали?» — «Трояк, — повторил я еще раз. — Или, может, я что не так говорю?»— «Да нет, что вы! — пролепетала она, задыхаясь от смеха. — Просто я вас не совсем понимаю». Я объяснил ей, но так и не припомню, удалось ли мне выудить у нее названную монету. Однако частенько потом я спрашивал себя, кто же из нас двоих был более провинциал.</p>
     <p>Придя на станцию, я, к великому своему огорчению, увидел по меньшей мере человек двадцать босяков, намеренных, как и я, зайцем прокатиться на «глухой» площадке поезда дальнего следования. Два-три бесплатных пассажира — это еще куда ни шло. Они незаметны. Но нас собралась целая орава. Значит — жди беды! Никакая поездная бригада этого не потерпит.</p>
     <p>Но не мешает объяснить, что такое «глухая площадка». Некоторые почтовые вагоны лишены дверей по обоим концам. Эти вагоны называются «глухими». А если в почтовых вагонах даже имеются двери на площадку, то их всегда держат на запоре. Предположим, что перед отходом поезда бродяге удается забраться на такую площадку. Двери в вагоне нет — или она заперта. Ни один кондуктор или проводник сюда не проникнет, чтобы потребовать билета или ссадить вас. Ясно, что бродяга сидит себе и посмеивается в кулак — до следующей остановки. Там он соскакивает и бежит вперед, чтобы укрыться в темноте, а как только поезд с ним поравняется, опять прыгает на глухую площадку. Но тут всяко бывает, как вы сейчас увидите.</p>
     <p>Поезд тронулся, и два десятка бродяг роем налетели на передние три вагона. Некоторые были уже на площадке, когда поезд не прошел и десяти шагов. Я видел, что это — дубье, совершеннейшие болваны, и что скоро им крышка. Конечно, поездная прислуга начеку, и на следующей же остановке начнутся неприятности. Я соскочил и побежал вперед вдоль рельсов. Вскоре я заметил, что нахожусь в довольно большой компании. Все это были, очевидно, бывалые бродяги. Когда вы едете поездом дальнего следования, держитесь на остановках впереди паровоза на порядочном расстоянии. Я бежал во всю прыть, и мало-помалу мои спутники начали отставать. В этом состязании измерялась ловкость и выдержка в искусстве брать приступом поезд.</p>
     <p>Ибо правила игры состоят в следующем. При отходе поезда кондуктор стоит на глухой площадке. Единственный способ для него возвратиться к своим — это соскочить на ходу и сесть на площадку обычного вагона. Пока поезд не. набрал большой скорости, он соскакивает, пропускает несколько вагонов и садится где-нибудь посередине. Бродяге поэтому надо оказаться настолько впереди, чтобы, когда глухая площадка с ним поравняется, кондуктор уже ее покинул.</p>
     <p>Я опередил ближайшего бродягу футов на пятьдесят и теперь ждал. Поезд тронулся. Я заметил фонарь кондуктора на первой глухой площадке. Он стоял на ней, отъезжая от станции. Я заметил группу давешних болванов, в растерянности стоящих у полотна. Они не делали ни малейшей попытки сесть. Они вышли из строя в самом начале игры по причине собственной тупости и бездарности. За ними, поближе ко мне, стояли бродяги, которые кое-что смыслили в игре. Они пропустили первую глухую площадку, занятую кондуктором, и вскочили на вторую и третью. Разумеется, кондуктор, соскочив, взобрался на вторую площадку, как только она с ним поравнялась, и принялся расправляться с безбилетными пассажирами, спихивая их на полотно. Мое преимущество заключалось в том, что я был впереди, и, когда первая глухая площадка с мной поравнялась, кондуктор возился с пассажирами второй. Пяток бродяг поопытнее, успевших отбежать достаточно далеко, забрались вместе со мной на первую глухую площадку.</p>
     <p>На следующей остановке, когда все мы устремились вперед, я насчитал лишь пятнадцать человек. Пятеро отсеялось. Это прореживание, начатое с таким успехом, продолжалось на каждой станции. Позже нас осталось четырнадцать, потом двенадцать, одиннадцать, девять, восемь человек. Мне вспомнилась детская песенка о десяти негритятах, число которых раз от разу убывает, и я твердо решил, что буду последним уцелевшим негритенком. А почему бы и нет? Разве не был я молод, здоров, проворен? (Мне исполнилось восемнадцать, и я был, что называется, в форме.) Разве не мог я похвалиться железной выдержкой? И, наконец, разве я не бродяга из бродяг? Все мои случайные попутчики попросту болваны, новички и любители по сравнению со мной. Если я не достоин быть последним негритенком, значит, пора мне выходить в отставку, засесть где-нибудь на ферме и заняться разведением люцерны.</p>
     <p>К тому времени, как нас осталось четверо, вся поездная бригада включилась в погоню. С этой минуты борьба приняла характер состязания в хитрости и ловкости, — неравного состязания, с решительным перевесом сил на стороне бригады. Вскоре все мои уцелевшие товарищи вышли из строя, увеличив список потерь, и я остался в единственном числе. Ну и гордился же я! Ни один крез так не гордился своим первым миллионом. Я удерживал свои позиции, несмотря на превосходящие силы противника — два кондуктора, обер-кондуктор, кочегар и машинист.</p>
     <p>Вот несколько эпизодов, показывающих, как я держался, несмотря ни на что. Забираюсь вперед, в темноту, так далеко, что кондуктор вынужден соскочить с первой площадки, прежде чем она со мной поравняется, — и сажусь на ходу. Отлично — я выиграл еще перегон. Когда поезд приходит на следующую станцию, я повторяю свой маневр. Поезд трогается. Я слежу за его приближением. На первой глухой площадке что-то не видно фонаря. Неужели бригада так легко сдалась? Я не знаю. В такой борьбе никогда ничего не знаешь наверняка, приходится каждый миг быть начеку. Но вот вагон передо мной, я вскакиваю с разбегу и в то же время напряженно вглядываюсь, — а вдруг кондуктор прячется? Возможно, что он там, с притушенным фонарем, и стоит лишь вскочить на подножку, как тебе размозжат фонарем голову. Мне ли этого не знать? Ведь меня уже два-три раза били фонарем.</p>
     <p>Нет, нет, первая площадка безусловно пуста. Поезд набирает скорость. Я спасен — до следующей остановки. Но так ли? Чувствую, что поезд опять замедляет ход. Я начеку. Что-то готовится против меня, но что? Нужно смотреть в оба — и влево, и вправо, и вперед, где тендер. Нападение возможно с любой стороны, если не со всех одновременно.</p>
     <p>Ага, вот оно что: оказывается, кондуктор был на паровозе. Я увидел его в ту минуту, когда он вскочил на подножку справа от меня. С быстротой молнии соскакиваю налево, бегу вперед, минуя паровоз, и теряюсь в темноте. Словом, я все в том же положении, в каком был все время, с самой Оттавы. Я нахожусь впереди, поезд, продолжая свой путь, пройдет мимо меня, и я, как всегда, рассчитываю на него сесть.</p>
     <p>Наблюдаю внимательно. Вижу, как фонарь движется к паровозу, но не вижу, чтобы он оттуда возвратился. Очевидно, он так и остался на паровозе, а с ним, надо полагать, и кондуктор. Кондуктор изрядный ротозей: ему бы погасить фонарь, а он прикрывает его ладонью. Поезд трогается. Первая площадка пуста, и я вскакиваю на нее. Как и раньше, поезд замедляет ход, кондуктор, соскочив с паровоза, поднимается на площадку с одной стороны, а я соскакиваю с другой и со всех ног мчусь вперед.</p>
     <p>Я стою в темноте, и сердце у меня бьется от горделивого сознания: поезд дальнего следования дважды останавливался — и ради кого же? Ради меня — нищего, бездомного бродяги. Я дважды остановил поезд дальнего следования, с его многочисленными вагонами и пассажирами, с его правительственной почтой и паровозом, из которого так и прут две тысячи лошадиных сил. А ведь во мне всего сто шестьдесят фунтов веса, и у меня и пяти центов нет в кармане!</p>
     <p>Снова я вижу, как фонарь движется к паровозу. На этот раз он движется открыто, не таясь. Слишком открыто, как мне кажется, и я дивлюсь — к чему бы это? Но тут возникает новая опасность. Поезд тронулся, и я только вознамерился вскочить на первую площадку, как вижу там темную фигуру другого кондуктора, без фонаря. Пропускаю эту площадку и готовлюсь вскочить на вторую. Но кондуктор с первой площадки уже соскочил наземь и бежит за мной следом. Краешком глаза успеваю заметить фонарь кондуктора, ехавшего на паровозе. Фонарь соскочил на полотно, и теперь все мы по одну сторону поезда. Подходит второй вагон, я вскакиваю на площадку, но не задерживаюсь на ней. У меня готов контрход. Бросаюсь через площадку и слышу, как у меня за спиной вскакивает на подножку кондуктор. Я соскакиваю на противоположную сторону и бегу вперед рядом с движущимся составом. Мой план состоит в том, чтобы забраться на первую глухую площадку. Бегу во весь опор, потому что поезд набирает скорость. К тому же следом во весь дух поспешает кондуктор. Но где ему за мной угнаться! Я вскакиваю на подножку первой глухой площадки и с этой позиции наблюдаю за своим преследователем. Он отстал шагов на десять и пыхтит вовсю. Поезд идет уже довольно быстро, и сколько бы кондуктор ни старался, он по отношению ко мне не подвигается ни на пядь. Я кричу ему, чтобы поторапливался, и даже протягиваю руку; но он разражается несусветной бранью и, махнув на меня рукой, садится несколькими вагонами дальше.</p>
     <p>Поезд идет полным ходом, я все еще втихомолку посмеиваюсь, как вдруг откуда ни возьмись струя воды окатывает меня с головы до ног. Это кочегар угостил меня из паровозной кишки. Но я перехожу с площадки на тендер и здесь, под навесом, чувствую себя в безопасности. Струя, не задевая меня, описывает дугу над моей головой. Меня так и подмывает влезть наверх и запалить в кочегара увесистым куском угля. Но я знаю: стоит мне поддаться соблазну, и кочегар с кондуктором не успокоятся, пока не укокошат меня, — и я отказываю себе в этом удовольствии.</p>
     <p>На следующей остановке опять соскакиваю и бегу в темноту. На этот раз, когда поезд трогается, оба кондуктора торчат на первой площадке. Мне ясна их игра.</p>
     <p>Они хотят блокировать мой предыдущий ход. Мне больше не удастся сесть на вторую площадку, пересечь ее, соскочить и броситься на первую. Увидев, что я пропустил мимо первую площадку, оба кондуктора соскакивают в противоположные стороны. Я прыгаю на вторую и при этом знаю, что уже в следующую минуту мои преследователи застукают меня с двух сторон. Это ловушка. Оба выхода отрезаны. И все же остается еще один выход — наверх.</p>
     <p>Итак, я не жду появления своих преследователей, Цепляясь за какие-то части, карабкаюсь вверх по отвесной стене и становлюсь на баранку ручного тормоза. Но вот спасительная передышка кончилась. Сапоги моих преследователей с двух сторон с цоканьем ударяются о подножку. Я не удостаиваю их взгляда. Поднимаю руки и упираюсь в закругленные края вагонов: одна рука на одной крыше, другая — на другой. Кондукторы уже поднялись на площадку. Я знаю это, хоть и не смотрю на них: у меня нет времени на них смотреть. Ведь все это — дело нескольких секунд. Я подпрыгиваю и подтягиваюсь на руках. Не успел я поджать ноги, как кондукторы бросаются к ним, но хватают руками пустоту. Я знаю это, потому что смотрю теперь вниз и все вижу, Я слышу, как они разносят меня на все корки.</p>
     <p>Положение не из веселых: я держусь за края закругленных крыш двух смежных вагонов. Быстрым решительным рывком перевожу ноги на закругление одной крыши, а руки — на закругление другой. Потом, уцепившись покрепче за края, передвигаюсь с покатости на плоскость крыши и присаживаюсь, чтобы отдышаться, держась за выступающий вверх вентилятор. Итак, я «на палубе», как говорят бродяги, а в целом это называется — «лезть на палубу». К вашему сведению, только молодой и сильный бродяга может залезть на палубу пассажирского поезда, да и то при железной выдержке.</p>
     <p>Поезд идет, ускоряя ход, и я чувствую себя в безопасности — до ближайшей остановки. Если я вовремя не уберусь с крыши, кондукторы на станции забросают меня камнями. Здоровенный кондуктор может зашвырнуть на крышу камешек весом от пяти до двадцати фунтов. С другой стороны, не исключено, что мои преследователи поджидают меня на площадке, с которой я поднялся вверх; они, возможно, думают, что я здесь я слезу. Значит, спуститься надо где-нибудь подальше.</p>
     <p>Всей душой уповая, что на расстоянии ближайшей полумили нам не встретится ни один тоннель, я вскакиваю и пробегаю по крышам примерно десяти вагонов. Тот, кто отважится на такую прогулку, должен забыть, что такое страх. Крыши пассажирских вагонов — это вам не аллея для романтических прогулок при свете луны. А если кто со мной не согласен, пусть попробует. Пусть прогуляется по крыше вихляющего, подскакивающего вагона, когда единственное, за что можно ухватиться, это пустой черный воздух, и пусть не забудет ускорить шаг, когда, приближаясь ж покатому, скользкому краю, он готовится перепрыгнуть на край соседней крыши, такой же покатый и скользкий. Поверьте, это будет для него серьезным испытанием: не дрогнет ли сердце, не закружится ли голова?..</p>
     <p>Когда поезд замедляет ход перед станцией, я спускаюсь на площадку шестого вагона, считая от того, где «взобрался на палубу». На площадке ни души. Поезд останавливается, и я соскакиваю наземь. Впереди, между мной и паровозом, два движущихся фонаря. Кондукторы ищут меня на крыше. Я замечаю, что вагон, у которого стою, двухосный, то есть у него четыре колеса. (Когда вы лезете «под поезд», избегайте трехосных вагонов: они крайне опасны.)</p>
     <p>Я ныряю под поезд и стараюсь освоиться в потемках, благо остановка здесь порядочная. Мне еще не приходилось ездить под поездом на этой линии, и я не знаю устройства ходовых частей. Стараюсь протиснуться в щель между тележкой и кузовом, но здесь так узко, что не пролезть. Это для меня новость. В Соединенных Штатах я на полном ходу забирался под поезд — достаточно было ухватиться за край платформы и, забросив ноги под тормозной брус, пролезть поверху, а потом спуститься в глубь платформы и устроиться на поперечной оси.</p>
     <p>Пошарив рукой в темноте, устанавливаю, что под тормозным брусом есть пространство. Это узкая щель. Ложусь плашмя и ползу по-пластунски. Попав внутрь платформы, усаживаюсь на оси и начинаю размышлять, что думают теперь кондукторы. Они, верно, считают, что избавились от меня. Поезд трогается. Значит, кондукторы и думать про меня забыли.</p>
     <p>Но так ли это? На ближайшей станции я вижу, что под следующим вагоном кто-то шарит фонарем. Они ищут меня на осях. Надо убираться, и как можно скорее. Опять проползаю на животе под тормозным брусом. Они заметили меня и подбегают, но я на четвереньках пробираюсь по шпалам на другую сторону, а там вскакиваю и — бегом, к началу состава. Миную паровоз и прячусь в спасительной темноте. И снова я на исходной позиции. Я — впереди поезда, и он должен пройти мимо меня.</p>
     <p>Поезд отходит от станции. Замечаю фонарь на первой глухой площадке. Я притаился и вижу, как мимо проплывает кондуктор, пристально вглядываясь в темноту. На следующей площадке тоже фонарь. Этот кондуктор заметил меня и окликнул другого, проехавшего на первой площадке. Оба соскакивают. Не беда! Я устремляюсь к третьей площадке, чтобы оттуда переправиться на палубу. Но черт дери этих иродов, — на третьей площадке тоже фонарь. Это — обер-кондуктор. Пропустим и его! По крайней мере вся их братия теперь позади. Поворачиваю и бегу на этот раз против движения поезда. Оглядываюсь назад — все три фонаря спустились наземь и, покачиваясь, бегут за мной. Я припускаю вовсю. Половина вагонов проплыла мимо, и поезд идет довольно быстро; тогда я вскакиваю на какую-то подножку, хоть и понимаю, что через одну-две секунды оба кондуктора, во главе со старшим, накинутся на меня, как кровожадные псы. Взбираюсь на баранку руля, упираюсь в закругленные края крыш и на руках подтягиваюсь на палубу, меж тем как мои разочарованные преследователи, сгрудившись внизу, точно собаки, загнавшие кошку на дерево, бранят меня на чем свет стоит, поминая крепким словцом также и всю мою родню.</p>
     <p>Но что из этого? Ведь их пятеро против одного, считая машиниста и кочегара, не говоря уже о том, что на их стороне Его Величество закон и могущество влиятельнейшей корпорации. А все же где им со мной тягаться! Но я слишком далеко забрался назад и теперь бегу вперед по крышам вагонов, пока не добегаю примерно до пятой, шестой площадки от паровоза. Осторожно выглядываю и вижу на площадке кондуктора. Он тоже заметил меня, — я догадываюсь по тому, как быстро он юркнул в вагон и спрятался там. Я знаю, что он стоит за дверью, готовый сцапать меня, как только я спущусь. Но не подаю и виду — пусть воображает, что я в его руках. Я не вижу его, а только слышу, как он чуть-чуть приоткрывает дверь, чтобы удостовериться, здесь ли я еще.</p>
     <p>Поезд замедляет ход, приближаясь к станции. Я нарочно свешиваю ноги. Поезд останавливается. Я слегка болтаю ногами. Слышу, как тихонько щелкает дверной замок. Кондуктор притаился и ждет: вот-вот он бросится на меня. Вскакиваю и бегу вперед. Поезд стоит. Ночь безмолвствует, а я стараюсь возможно громче топать ногами по железной крыше. Трудно сказать наверняка, но мне кажется, что кондуктор бежит за мной, надеясь поймать, когда я буду спускаться с крыши. Но я и не думаю здесь спуститься. Дойдя до половины крыши, я поворачиваю и быстро и бесшумно бегу к той площадке, которую мы вместе с кондуктором только что покинули. Путь свободен. Я соскакиваю на перрон по другую сторону поезда и прячусь в темноте. Ни одна душа меня не видела.</p>
     <p>Я перелезаю через изгородь у края насыпи и наблюдаю. Это еще что? Ага! Я вижу, как огонек фонаря передвигается поверху от паровоза к хвосту поезда. Они думают, что я на палубе, и ищут меня по всем крышам. Мало того, по обе стороны поезда движутся еще два фонаря в ряд с тем, что на крыше. Это напоминает травлю кролика, и я сейчас в роли этого животного. Когда тот, наверху, спугнет кролика, эти, внизу, схватят его. Свертываю папироску и провожаю шествие глазами. Как только оно проследовало мимо, я преспокойно направляюсь в сторону паровоза. Поезд трогается, и я беспрепятственно сажусь на первую глухую площадку. Но поезд еще не пошел полным ходом и только я закуриваю папиросу, как вижу кочегара: он перелез через гору угля в тендере и уставился на меня. Дело дрянь: со своего места ему нетрудно забросать меня углем и превратить в лепешку. Однако вместо этого он заговаривает со мной, и я улавливаю в его голосе нотку восхищения.</p>
     <p>— Ах ты сволочь, сволочь! — произносит он.</p>
     <p>Это — лестное обращение, и я трепещу от восторга, как школьник, удостоившийся первой награды.</p>
     <p>— Приятель, — говорю я ему, — брось ты эти шутки с кишкой.</p>
     <p>— Идет, — говорит он и возвращается к своей работе.</p>
     <p>Итак, с кочегаром мы поладили, но кондукторы так и шныряют — ищут меня. На следующей станции все трое опять размещаются по первым трем площадкам, а я снова взбираюсь на палубу где-то посередине состава. Но мои гонители закусили удила. Поезд, пройдя немного, останавливается среди поля. Кондукторы ни с чем не считаются, только бы меня зацапать. Три раза на этом перегоне огромный поезд задерживается ради какого-то бродяги, и каждый раз я обманываю кондукторов и спасаюсь на палубе. Но положение ухудшается. Кое-чему они все-таки научились. Я доказал, что им не уберечь поезд от меня. Придется им придумать что-нибудь новенькое.</p>
     <p>Так они и делают. Когда поезд останавливается в третий раз, они пускаются за мной следом. Ага, догадываюсь, они решили меня затравить! Сначала меня гонят к хвосту состава, но я понимаю, в чем опасность. Стоит мне оказаться позади, как поезд уйдет и оставит меня одного, в поле. Я бросаюсь туда-сюда, сгибаюсь в три погибели и, внезапно повернув, ныряю между ними и стрелой несусь назад. Один кондуктор все же увязывается за мной. Погоди, голубчик, я загоняю тебя до смерти, будешь знать; небось легкие-то у меня получше, чем у тебя. Я бегу и бегу себе по насыпи. Мне-то что! Пусть гонится за мной хоть десять миль, — когда-нибудь ему придется сесть на поезд, а там, где он вскочит, вскочу и я.</p>
     <p>Так я и бегу, сохраняя дистанцию, и зорко посматриваю в темноте, чтобы не наткнуться на шлагбаум и не споткнуться о стрелку. Но, к сожалению, смотрю вперед, а спотыкаюсь о что-то под ногами, — сам не знаю обо что, какое-то незаметное препятствие, — и растягиваюсь во весь рост. В следующую минуту я уже на ногах, но и кондуктор тут как тут, хватает меня за шиворот. Я не сопротивляюсь. Стараюсь отдышаться и понять, что представляет собой мой противник. Он узкоплечий, я вешу на добрых тридцать фунтов больше. К тому же он выдохся не меньше моего, и если он вздумает влепить мне затрещину, я в долгу не останусь.</p>
     <p>Однако у него, видно, другое на уме, и, значит, не будем торопиться. Он ведет меня обратно к поезду, и передо мной возникает новая угроза. Я вижу в отдалении фонари его приятелей-кондукторов. Мы приближаемся в ним. Но не зря я побывал в науке у нью-йоркских полисменов. Не зря, сидя где-нибудь в товарном вагоне, в тюремной камере или на путях под водокачкой, слушал страшные рассказы о бесчеловечных расправах с бездомными бродягами. А что, если эта тройка собирается так же поступить со мной? Видит бог, я дал им достаточно оснований. Мысль моя лихорадочно работает. Мы все ближе и ближе подходим к обоим железнодорожникам. Я примериваюсь к правой скуле и животу моего конвойного и готовлюсь двинуть его правой и левой при первом признаке тревоги.</p>
     <p>Вздор! Лучше испытаю другой прием. Эх, что бы мне сразу догадаться! Покажу ему, как хватать меня за шиворот! Его пальцы клещами вцепились мне в ворот. Моя куртка застегнута на все пуговицы. Видели ли вы, как закручивают жгут? Вот это-то я и имею в виду. Единственное, что требуется, это нырнуть под вытянутую руку моего стража и несколько раз повернуться волчком. Вертеться надо быстро, возможно быстрее. Я знаю в точности, как это делается. Вы вертитесь с силою, рывками, ныряя противнику под руку при каждом повороте. Не успеет он опомниться, как его пальцы, зажавшие ваш ворот тисками, сами окажутся в тисках. Он не сможет высвободить их, даже если захочет, — вот какое это мощное орудие! Через двадцать секунд после того, как вы начнете свои пируэты, кровь брызнет у него из-под ногтей, порвутся нежные связки, помятые, раздавленные нервы превратятся в вопящее крошево. Испытайте мои прием, когда кто-нибудь схватит вас за шиворот. Но проделайте это молниеносно. И не забудьте защитить лицо — прикройте его согнутой левой, а живот правой. Вашему противнику может прийти в голову двинуть вас как следует свободной рукой. Вертеться надо не в сторону угрожающей вам свободной руки, а от нее. Удар настигающий всегда предпочтительнее встречного удара.</p>
     <p>Мой конвойный никогда не узнает, какая опасность ему угрожала. Его спасло то, что избить меня, оказывается, не входило в его планы. Когда мы приблизились, он крикнул своим, что поймал меня и что поезд может трогаться. Мы видим, как проплывает паровоз и три первых глухих площадки. Обер-кондуктор и его помощник не спеша садятся. Мой тюремщик все еще держит меня за шиворот. Мне ясен его план. Он будет держать меня, пока не подойдет последний вагон. А тогда он вскочит на подножку, а я останусь за бортом.</p>
     <p>Но поезд тронул слишком энергично, машинисту, видно, не терпится наверстать потерянное время. К тому же это какой-то бесконечный состав, вагоны проворно мелькают, и я чувствую, что кондуктор не без опасения глядит на эту прыть.</p>
     <p>— Думаешь поспеть? — спрашиваю я невинно.</p>
     <p>Он отпускает мой ворот и с разбегу повисает на поручне. Его вагон — далеко не последний, и он это знает. Поэтому он не сходит с подножки, а, вытянув шею, наблюдает за мной. Мой план созрел: я вскочу на последнюю площадку. Правда, поезд все набирает скорость. Ну что ж, в крайнем случае сорвусь и вываляюсь в пыли. Я не вешаю носа. Меня поддерживает мой юношеский оптимизм. Стою, понурив голову, и всем видом показываю, что уже ни на что не надеюсь. И в то же время пробую ногой, хорошо ли слежался гравий. Да, гравий утоптан как следует. И наблюдаю за обращенной ко мне головой кондуктора. Но вот она спряталась. Кондуктор уверился, что поезд идет слишком быстро и что мне на него не вскочить.</p>
     <p>Поезд и в самом деле идет быстро — сесть довольно мудрено, это будет первый такой случай в моей практике. Когда подходит последний вагон, я изо всех сил пускаюсь бежать в том же направлении. Короткая, но сильная пробежка. Я не надеюсь сравняться с ним скоростью, но надеюсь разницу наших скоростей довести до минимума и тем самым ослабить силу толчка, когда ноги мои коснутся подножки. В этот стремительный миг я не успеваю различить в темноте железный поручень вагона. Хватаюсь за него наобум, и в ту же секунду ноги мои отрываются от земли. Все происходит словно в каком-то головокружительном вихре. Уже в следующее мгновение я могу оказаться на земле со сломанными руками, ребрами или головой. Но пальцы мои крепко хватаются за поручень, руки выдерживают рывок, от которого весь корпус отбрасывает в сторону, а ноги с грохотом ударяются о ступеньку.</p>
     <p>Сажусь с горделивым чувством в душе. Это самый мастерский прыжок за всю мою бродяжническую жизнь! Я знаю, что поздней ночью можно без особого риска проехать несколько станций на последней платформе, но мне кажется небезопасным оставаться в хвосте поезда. Поэтому я на первой же остановке бегу вперед по второму перрону, пропустив спальные вагоны, лезу под обыкновенный пассажирский и устраиваюсь внизу на оси. На следующей станции опять пропускаю несколько вагонов и опять устраиваюсь на оси.</p>
     <p>Теперь я в относительной безопасности. Кондукторы считают, что ссадили меня. Утомительный день и переживания этой ночи начинают сказываться. К тому же внизу тепло и не дует. Я начинаю клевать носом. Плохо дело! Уснуть, сидя на оси, — значит неминуемо оказаться под колесами. Делать нечего, вылезаю на станции и направляюсь ко второй глухой площадке. Здесь я могу привалиться к стене и заснуть.</p>
     <p>Как долго я спал, затрудняюсь сказать, — меня разбудил фонарь, поднесенный к самому моему носу. Оба кондуктора удивленно таращат на меня глаза. Я вскакиваю и сжимаю кулаки, не зная, с какой стороны ждать удара. Но они, видимо, не помышляют о мордобое.</p>
     <p>— Я думал, ты там и застрянешь, — говорит мой давешний конвойный.</p>
     <p>— Если б ты не отпустил меня, мы застряли бы там вместе, — отвечаю я.</p>
     <p>— Это как же так? — спрашивает он.</p>
     <p>— А так, — говорю, — что я бы повис на тебе, и никуда б ты от меня не делся.</p>
     <p>С минуту они совещаются и выносят приговор:</p>
     <p>— Что ж, так и быть, поезжай, приятель. С тобой, как видно, не сладишь.</p>
     <p>И, уйдя, оставляют меня в покое до большой узловой станции, где должна заступить новая бригада.</p>
     <p>Я привел это как пример того, что значит держаться, невзирая ни на что. Разумеется, я выбрал особенно благоприятную ночь и умолчал о других, весьма многочисленных ночах, когда меня подводила какая-нибудь случайность и кондукторам удавалось меня ссадить.</p>
     <p>Расскажу в заключение, что случилось со мной на узловой станции. На одноколейных трансконтинентальных линиях товарные поезда ждут на узловых станциях отхода пассажирских. Добравшись до первого узлового пункта, я покинул свой поезд и отправился на поиски идущего следом товарного. Я нашел его готовым к отправлению на запасном пути, забрался в крытый вагон, наполовину груженный углем, и устроился в углу. Нечего и говорить, что я мгновенно уснул.</p>
     <p>Проснулся я оттого, что дверь с шумом отлетела. Занимался холодный, пасмурный день, а поезд все еще стоял на месте.</p>
     <p>В проеме двери показалась голова кондуктора.</p>
     <p>— Проваливай отсюда, такой-растакой! — заорал он.</p>
     <p>Я послушно вылез и, стоя на путях, наблюдал, как он обходит вагон за вагоном. Когда кондуктор исчез из виду, я рассудил, что он не станет больше искать меня там, откуда благополучно выкурил, — такой наглости он от меня, разумеется, не ждет. Итак, я вернулся в вагон и расположился на полу.</p>
     <p>Однако мысли кондуктора, видимо, работали в том же направлении. Он, видимо, не сомневался, что я именно гак и поступлю, и вскоре вернулся, чтобы опять меня выгнать.</p>
     <p>Но уж теперь-то, сказал я себе, ему и в голову не придет, что я в третий раз отважусь на то же самое. И я снова залез в вагон, на этот раз приняв меры предосторожности. Из двух боковых дверей вагона только одна открывалась наружу. Другая была забита гвоздями. Взобравшись на гору угля, я вырыл себе нору у заколоченной двери и лег. Слышу, отворяется противоположная дверь. Кондуктор залез наверх и внимательно огляделся. Увидеть он меня не увидел, но потребовал, чтобы я вылез из норы. Я, конечно, притаился и молчу. Но когда он стал забрасывать меня кусками угля, пришлось сдаться. Я вылез из своего убежища и был выставлен в третий раз. В самых энергичных выражениях кондуктор предупредил меня, что со мной будет, попадись я ему в четвертый раз.</p>
     <p>Тогда я изменил тактику. Если у человека мысли движутся в одинаковом с тобой направлении, ссади его или сам сверни на другой путь. Так я и сделал. Спрятался между соседними вагонами и жду. И, конечно, кондуктор опять наведался в полюбившийся мне вагон. Он открыл дверь, забрался наверх, окликнул меня и снова закидал углем вырытое мною убежище. Он даже подполз к нему на четвереньках, но, убедившись, что меня там нет, успокоился. Пять минут спустя паровоз дал свисток. Кондуктор больше не показывался. Я побежал за вагоном, отодвинул дверь и залег. Кондуктор, должно быть, и думать обо мне забыл. Я проехал в этом вагоне ровно тысячу двадцать две мили и почти все время спал, выходя только на больших станциях (где товарные составы стоят по часу и по два), чтобы выпросить что-нибудь на пропитание. И лишь на тысяча двадцать третьей миле потерял свой вагон — на этот раз по счастливой случайности. Я был приглашен «к столу», а уж такой возможности ни один бродяга не упустит, куда бы и как срочно он ни направлялся.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Р. Гальпериной</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Картинки</p>
     </title>
     <epigraph>
      <p>Не важно, где и как мы умрем,—</p>
      <p>Было бы здоровье, чтобы все увидеть.</p>
      <text-author>«Бродяга из бродяг», секстина.</text-author>
     </epigraph>
     <p>Быть может, величайшая прелесть бродяжнической жизни в том, что она не знает однообразия. В Царстве Бродяг жизнь постоянно меняет свою личину; это причудливая фантасмагория, где невозможное становится возможным и за каждым поворотом дороги прячется неожиданное — вот-вот оно выглянет из-за куста. Бродяге неведомо, что ждет его в ближайшую минуту, и живет он только настоящим. Он познал тщету земных усилий, и величайшая для него радость — бездумно плыть по течению, отдаваясь на волю капризного случая.</p>
     <p>Часто вспоминаются мне дни, когда я вел жизнь бесприютного бродяги, и я не перестаю дивиться быстрой смене возникающих в памяти картин. Неважно, на чем остановить свой выбор: ни один день не похож на другой, каждый — сам по себе, у каждого свой калейдоскоп впечатлений. Помню, например, ясный летний день в Харрисбурге, штат Пенсильвания, а особенно его многообещающее начало. Я «напросился в гости» к двум почтенным старым девам, и они угощали меня — не на кухне, а в столовой, посадив с собой за стол. Мы ели яйца из рюмок для яиц. До этого я не видел яичных рюмок и даже не подозревал об их существовании. Признаюсь, я был в затруднении, но голод не тетка, и дело быстро пошло на лад, — я стал так ловко управляться и с рюмкой и с яйцами, что мои девы только глазами хлопали.</p>
     <p>Еще бы! Сами они клевали, как канарейки, без конца возились каждая со своим единственным яйцом и отщипывали крохотные кусочки от ломтиков поджаренного хлеба, более похожих на облатки. Жизнь еле билась в их сердцах; в их жилах текла не кровь, а розовая водица, а ночью они спали в теплых постелях. Я же всю ночь тащился пешком из города Эмпориума в северной части штата, и уйма жизненной энергии ушла у меня только на то, чтобы окончательно не продрогнуть. Какие-то облатки вместо хлеба! Что это для меня! Такого сухарика хватало мне на глоток, а сколько глотков нужно сделать человеку, чтобы насытиться!</p>
     <p>Мальчишкой я получил в подарок крохотную собачонку, которая отзывалась на кличку «Панч». Я сам заботился о ее пропитании. Кто-то у нас дома настрелял прорву дичи, и мы вволю поели мяса. После обеда я набрал целую тарелку костей и лакомых объедков для Панча. Вышел я с тарелкой во двор, а тут, на беду, прискакал к нам сосед с ближайшего ранчо, и с ним прибежала собака — большущий ньюфаундленд, с теленка. Я поставил тарелку на землю, и Панч, умильно виляя хвостом, принялся за еду. Он рассчитывал по меньшей мере на полчаса неизъяснимого блаженства, как вдруг сзади поднялся какой-то вихрь. Панч отлетел, как пушинка, сдунутая ураганом, и огромный ньюфаундленд устремился к тарелке. Несмотря на свои внушительные размеры, он, должно быть, привык закусывать на скорую руку, ибо в то короткое мгновение, какое мне понадобилось, чтоб дать ему пинка в бок, он сожрал все приготовленное для Панча. На прощание он еще раз любовно прошелся по тарелке языком, после чего на ней не осталось даже жирного пятнышка.</p>
     <p>Подобно тому, как огромный пес распорядился с тарелкой Панча, так я расправился со всем, что было на столе у добрых харрисбургских дев. Я не оставил на нем ни единой крошки. Я ничего не разбил, но зато уничтожил все яйца, весь поджаренный хлеб и кофе. Служанка то и дело убегала за новой порцией, но я не унимался и требовал все новых и новых подкреплений. Кофе был отличный, но придет же в голову разливать его по таким крошечным чашкам! Пока я наливал себе еще и еще, у меня положительно не оставалось времени на еду.</p>
     <p>Тем исправнее работал мой язык. Обеим старым дамам с их бело-розовой комплекцией и седыми буклями никогда еще не приходилось так близко заглядывать в сияющее лицо приключения. Всю свою жизнь, как говорится в «Бродяге из бродяг», они «просидели на одном стуле». В душную атмосферу и узкие рамки их тоскливого существования я внес свежее дыхание ветра, насыщенное терпким запахом борьбы и пота, ароматами цветов и пряностей чуждых стран и полей. Я безжалостно мял их нежные пальчики в своих шершавых ладонях с мозолями в полвершка толщиной, какие натираются, когда вы подолгу тащите из воды канат, выбирая его обеими руками, или когда часами ласкаете и нежите ручку лопаты. И то была не юношеская похвальба, — я хотел доказать им, что право на их подаяние куплено мной ценою тяжелого труда.</p>
     <p>Как сейчас вижу перед собой этих милых старушек, с которыми я завтракал двенадцать лет назад. Я рассказываю им, как носило меня по свету, отмахиваюсь от их ласковых советов с бесконечностью заправского сорвиголовы и повергаю их в дрожь повестью о своих приключениях вперемешку с приключениями других бродяг, с которыми я делил кочевую жизнь и обменивался рассказами о пережитом. Теперь я их себе все присвоил. Я имею в виду приключения других бродяг. Если бы почтенные старушки не были так наивны и легковерны, они бы мгновенно обнаружили путаницу в моей хронологии. Неважно! Это был честный обмен. Я уплатил им сполна за их бесчисленные чашки кофе и яйца и невесомые ломтики хлеба. Я предложил им поистине королевское угощение. Мои рассказы за чайным столом были величайшим приключением их жизни, — а чего не отдашь за настоящее приключение!</p>
     <p>Я расстался с милыми старушками, вышел на улицу и, прихватив газету, торчавшую в дверях какого-то любителя поспать, завернул на сквер, прилег на зеленую травку и погрузился в события, происшедшие в мире за последние сутки. Здесь же, в парке, я столкнулся с другим бродягой. Он начал с того, что рассказал мне историю своей жизни, а кончил тем, что стал подбивать завербоваться вместе с ним в армию Соединенных Штатов. Сам он сдался на уговоры офицера-вербовщика; не сегодня-завтра ему идти в солдаты, и он не видел причины, почему бы мне не составить ему компанию. Несколько лет назад он с армией Кокси<a l:href="#n_980" type="note">[980]</a> ходил в Вашингтон и пристрастился в походе к лагерной жизни. Я и сам ветеран этой кампании, ибо разве не был я рядовым роты «Л», второй дивизии рабочей армии Келли? Правда, наша рота была более известна как «Невадская босая команда». Но мой армейский опыт оказал на меня обратное действие. И я предоставил своему коллеге присоединяться к кровавым псам войны, а сам побрел промышлять себе обед.</p>
     <p>Покончив с этим делом, я направился по мосту на противоположный берег Сасквеханны. Не припомню названия железной дороги, проходившей на той стороне, — помню только, что, валяясь этим утром на траве, я надумал ехать в Балтимору. Итак, в Балтимору лежал мой путь по железной дороге, название которой так прочно ускользнуло из моей памяти. День стоял жаркий, и, пройдя немного, я увидел группу молодых парней, нырявших с мостовых ферм. Мгновение — и моя одежда полетела на перила, а я — в воду. Выкупался я на славу, но когда вылез из воды и начал одеваться, оказалось, что меня обокрали. Кто-то побывал в моих карманах. А теперь посудите сами: разве быть ограбленным — это не приключение, которого человеку вполне хватит на день? Я знал людей, которых обокрали и которые ни о чем другом не говорили до конца жизни. Правда, вор, забравшийся в мой карман, унес не бог весть какую добычу: двадцать-тридцать центов мелочью, пачку табаку да несколько листков папиросной бумаги. Но ведь это было все мое достояние, а не всякий ограбленный скажет это о себе; другого ограбят, зато у него есть кое-что дома, а у меня и дома-то не было. Видать, решил я, эти купальщики — озорной народ. Присмотревшись к ним поближе, я понял, что нарвался, и почел за лучшее промолчать. Скромненько попросил на закурку, и бумага, из которой я свернул козью ножку, показалась мне до странности знакомой.</p>
     <p>Итак, я перешел на тот берег. А вот и железная дорога. Но станции что-то не видно. Возникал вопрос: как сесть на товарный, не давая себе труда тащиться на станцию? Я заметил, что железнодорожное полотно идет здесь в гору и что я нахожусь на его высшей точке — значит, тяжелый товарный состав особой скорости тут не разовьет. Да, но какую все же скорость? По ту сторону полотна возвышалась крутая насыпь. На краю ее из густой травы выглядывала чья-то голова. Может, этот малый знает, как быстро идут здесь поезда, а также когда ждать товарного в южном направлении? Напрягая голос, чтоб быть услышанным, я обратился с этими вопросами к незнакомцу, но он вместо ответа поманил меня к себе.</p>
     <p>Я повиновался и, взобравшись на откос, увидел, что рядом с ним на траве расположились пятеро мужчин. Оглядевшись, я понял, что попал в табор американских цыган. На открытой поляне, окруженной деревьями и начинавшейся у самой насыпи, стояло несколько фургонов необычного вида. Стайка оборванных, полуголых ребятишек носилась по поляне, но, как я заметил, все они с опаской обходили лежавших мужчин, стараясь их не беспокоить Несколько худых, поблекших, изнуренных работой женщин были заняты кто чем, а одна, забравшись в фургон, сидела, понуро свесив голову, обхватив колени безжизненными руками. Видно было, что несладко ей живется. Казалось, все кругом ей безразлично, — впрочем, вскоре выяснилось, что я не прав: были вещи, которые она принимала близко к сердцу. Лицо ее, напоминавшее трагическую маску, говорило, что она испила полную чашу страданий и новые страдания ей уже не под силу. «Ничто не способно возмутить эту отчаявшуюся душу», — подумал я, но и тут оказался неправ.</p>
     <p>Я лежал на траве, на краю насыпи, и разговаривал с мужчинами. Мы были членами одной семьи, братьями: я американский бродяга, и они американские цыгане. Я достаточно знал их наречие, чтобы понимать их, а они не хуже — тот жаргон, на котором изъяснялся я. Двое из табора, по их словам, ушли в Харрисбург «на промысел». Официально их занятием считалась починка зонтов, но чем они промышляли на самом деле, никто не счел нужным мне объяснить, а я считал неудобным спрашивать.</p>
     <p>День был великолепный — ни малейшего ветерка.</p>
     <p>Мы нежились под лучами солнца, прислушиваясь к дремотному жужжанию насекомых. Воздух был напоен свежестью земли и ароматом полевых трав и цветов. Разомлев, мы молча лежали на припеке и только изредка обменивались отрывистыми замечаниями. И вдруг эта благостная тишина была кощунственно нарушена человеком.</p>
     <p>Два босоногих мальчугана лет восьми-девяти в чем-то провинились, погрешив — надо полагать, не особенно серьезно — против законов табора. В чем заключалась их вина, я так и не узнал. Цыган, лежавший рядом со мной, вдруг приподнялся и грозно окликнул их. Это был «вожак», человек с низким лбом и глазками-щелками. Достаточно было взглянуть на его тонкогубый рот и перекошенное надменной гримасой лицо, чтобы понять, почему мальчуганы, едва заслышав его голос, вздрогнули и застыли на месте, как почуявшие опасность олени. На их настороженных лицах был написан слепой страх, и первым их движением было бежать без оглядки. Но властный голос звал ослушников назад, и я заметил, что один из мальчиков замедляет шаг. Все его маленькое тельце в выразительной пантомиме выдавало борьбу, которую вели в нем страх и рассудок. Он хотел вернуться. Разум и горький опыт говорили ему, что вернуться— меньшее зло, чем бежать. Но хоть и меньшее — оно было достаточно велико, чтобы страх безотчетно толкал его в спину, а ноги сами бежали вперед.</p>
     <p>Не в силах ни на что решиться, он все подвигался вперед, пока не остановился в тени деревьев. Цыган не преследовал беглеца. Он пошел к фургону, взял тяжелый кнут, затем вернулся и стал посреди поляны. Он больше нс произнес ни слова, не сделал ни одного движения. Он был воплощением Закона, безжалостного, всемогущего Закона. Он застыл на месте и ждал. И я знал, и все мы знали, и двое мальчиков, стоявших под деревьями, знали, чего он ждет.</p>
     <p>Мальчуган, тащившийся сзади, повернул обратно. Лицо его говорило о трепетной решимости. Он не колебался больше: он решил понести заслуженную кару. И, заметьте, наказание ожидало его уже не за первоначальную провинность, а за то, что он посмел убежать. Вожак лишь следовал примеру высококультурного общества, в котором мы живем, — мы так же караем своих преступников, а когда им удается бежать, преследуем и караем их вдвойне.</p>
     <p>Мальчик без колебаний подошел к вожаку и остановился на таком расстоянии, чтобы кнут мог развернуться. Кнут просвистел, и я вздрогнул от неожиданности — так велика была сила обрушившегося удара. Тоненькие, худенькие ножки мальчика были до ужаса тоненькие и худенькие. Там, где сыромятный ремень впивался в тело, оно вздувалось белой полосой, которая тут же сменялась страшным багровым рубцом с маленькими сочащимися алыми трещинками в тех местах, где лопнула кожа. И снова кнут взвился в воздух, и тельце мальчика судорожно скорчилось в ожидании удара— но он не сдвинулся с места. Он держался крепко. Вздулся второй рубец, потом третий. И только когда кнут просвистел в четвертый раз, мальчик вскрикнул. Больше у него не было сил стоять и молчаливо сносить удары; они сыпались один за другим, а он приплясывал на месте, отчаянно вопя, но не делал все же попытки бежать. И если этот непроизвольный танец уводил его за невидимую черту, где его уже нельзя было достать кнутом, он, все так же приплясывая, возвращался обратно. Получив свои двенадцать ударов, он, плача и повизгивая, скрылся между фургонов.</p>
     <p>Вожак стоял неподвижно и ждал. Тогда из-за деревьев вышел второй мальчик. Но у этого не хватило мужества пойти на казнь с поднятой головой. Он приближался чуть ли не ползком, как трусливая собачонка, охваченная смертельным страхом, который заставляет ее то и дело поворачивать и сломя голову бросаться обратно. И каждый раз он возвращался, описывая вокруг своего палача все меньшие и меньшие круги, скуля и повизгивая, как звереныш. Я заметил, что он ни разу не взглянул на цыгана. Глаза его были неотступно прикованы к кнуту, и в них стоял такой ужас, что все во мне переворачивалось от сострадания, — безысходный ужас ребенка, не понимающего, за что его мучают. Я видел, как справа и слева от меня падают в бою крепкие мужчины, корчась в предсмертных судорогах; видел, как разорвавшийся снаряд превращает десятки человеческих тел в кровавое месиво, но, поверьте, видеть это было забавой, совершеннейшим пустяком по сравнению с тем, что я испытывал, глядя на несчастного ребенка.</p>
     <p>Началась порка. Избиение, которому подвергся первый мальчик, бледнело перед карой, постигшей его товарища. Не прошло и минуты, как его худенькие ножки залила кровь. Он приплясывал, извивался и сгибался пополам, — казалось, это не мальчик, а зловещий картонный паяц, которого дергают за нитку. Я говорю «казалось», но его отчаянные вопли не оставляли сомнений в реальности этой казни. Это был звенящий, пронзительный визг, без единой хриплой ноты, — невинная, надрывающая душу жалоба ребенка. Наконец силы изменили ему, разум померк, и он кинулся бежать. Но на этот раз человек бросился за мальчиком, щелканьем кнута отрезая ему дорогу, загоняя его на открытое место.</p>
     <p>И тут произошло замешательство. Я услышал дикий, сдавленный вопль: женщина, сидевшая на козлах фургона, бежала к мальчику, чтобы помешать расправе. Она бросилась между мужчиной и ребенком.</p>
     <p>— Что, и тебе захотелось? — проворчал цыган. — Получай, коли так!</p>
     <p>Он замахнулся. Длинная юбка закрывала ей ноги, и он целился выше, ладил хлестнуть ее по лицу, — а она защищалась, как могла, закрываясь руками и локтями, втянув голову, подставляя под удары худые руки и плечи. Героическая мать! Она знала, что делает. Мальчик, повизгивая, побежал к фургонам, чтобы там укрыться.</p>
     <p>И все это время четверо мужчин, лежавших со мной рядом, смотрели на это истязание и не двигались с места. Не шелохнулся и я, — говорю это без ложного стыда, хотя моему рассудку пришлось выдержать нелегкую борьбу с естественным побуждением — вскочить и вмешаться. Но я достаточно знал жизнь. Не много пользы принесло бы этой женщине или мне, если бы пятеро цыган на берегу Сасквеханны избили меня насмерть! Я однажды видел, как вешали человека, и хотя все во мне кричало от негодования, не проронил ни звука. При первой же попытке протеста мне раскроили бы череп рукояткой револьвера, ибо повесить этого человека повелевал Закон.</p>
     <p>А здесь, в цыганском таборе, Закон требовал, чтобы непокорная жена была наказана плетью.</p>
     <p>По правде сказать, в обоих случаях причиною того, что я не вмешался, было не столько уважение к Закону, сколько то, что Закон был сильнее меня. Не будь здесь четырех цыган, с какой радостью бросился бы я на человека, вооруженного кнутом. И уж, конечно, сделал бы из него котлету, — разве только кто из женщин поспешил бы к нему на выручку с ножом или дубиной. Но рядом со мной на траве лежало четверо цыган, а это означало, что перевес на стороне Закона.</p>
     <p>Поверьте, я жестоко страдал, Мне и раньше случалось видеть, как избивают женщин, но такого избиения я еще не видел. Платье у нее на плечах было изодрано в клочья. Один удар, от которого она не смогла увернуться, пришелся по лицу и рассек ей всю щеку до самого подбородка. Не один, не два, не десять и не двадцать — удары сыпались без счета, без конца, кнут снова и снова обвивался вокруг тела несчастной, сыромятный ремень обжигал, язвил. Пот лил с меня градом, я тяжело дышал и судорожно цеплялся за траву, выдирая ее с корнем. И все время рассудок твердил мне: «Дурак ты, дурак!» Удар, рассекший ей щеку, чуть не погубил меня. Я рванулся было с места, но рука соседа тяжело легла мне на плечо.</p>
     <p>— Полегче, приятель, полегче, — пробормотал цыган.</p>
     <p>Я посмотрел на него, и он тоже уставился на меня. Это был атлет, огромный детина, широкоплечий, с налитыми мускулами, лицо вялое, невыразительное — не злое, но без искорки чувства, без проблеска мысли. Темная душа, не ведающая добра и зла, душа тупого животного. Да это и было животное, почти без проблесков сознания, добродушное животное, с мозгом и мускулами гориллы. Рука его тяжело давила мне на плечо, и я чувствовал всю силу его мышц. Я взглянул на остальных скотов: двое из них были безучастны и не проявляли ни малейшего любопытства, между тем как третий пожирал глазами это зрелище. И тогда здравый смысл вернулся ко мне, мускулы мои обмякли, я снова повалился на траву.</p>
     <p>Добрые девы, накормившие меня утром, невольно пришли мне на ум. Всего каких-нибудь две мили по прямой отделяли их от этой сцены. Здесь, в этот тихий безветренный день, под благодатным солнцем такую же слабую женщину, их сестру, истязал брат мой. Вот страница жизни, которой им не увидеть. Что ж, тем лучше, хотя, оставаясь слепыми, они никогда не поймут ни сестер своих, ни себя, ни того, из какой глины они вылеплены. Ибо женщине, живущей в тесных, надушенных комнатах-коробочках, не дано быть маленькой сестрой большого мира.</p>
     <p>Но вот казнь кончилась, смолкли крики, и цыганка поплелась назад, на свое место в фургоне. Никто из подруг не решался к ней подойти — сразу по крайней мере. Их удерживал страх. И лишь выждав, сколько требовало приличие, они окружили ее. Вожак убрал кнут на место и, возвратившись к нам, снова растянулся на земле, по правую руку от меня. Он притомился после своей работы и тяжело дышал. Утирая рукавом пот, заливавший ему глаза, он вызывающе уставился на меня. Я равнодушно встретил его взгляд: то, что он сделал, ни в малейшей степени меня не касалось. Я не сразу ушел, а пролежал еще с полчаса, что при данных обстоятельствах предписывал такт и этикет. Я свернул себе две-три папиросы из их табака. И когда я спустился с насыпи на полотно, у меня уже были все сведения насчет того, как лучше сесть на ближайший товарный, идущий на юг.</p>
     <p>Подумаешь, невидаль! Самая обыкновенная страничка жизни — не больше! Бывает куда страшнее. Когда-то я доказывал (в шутку, как полагали слушатели), что главное отличие человека от других тварей в том, что человек — единственное животное, которое дурно обращается со своей самкой. На это не способны ни волк, ни трусливый койот, ни даже собака, природу которой изгадил приручивший ее человек. По крайней мере в этом собака верна первобытному инстинкту, тогда как человек растерял их все — в первую очередь инстинкты благодетельные.</p>
     <p>Есть ли что-нибудь страшнее здесь описанного? Прочтите любой очерк о детском труде в Соединенных Штатах на востоке и западе, на севере и юге — везде, и вы убедитесь, что все мы причастные и подвластные царству чистогана, печатаем и выпускаем в свет куда более страшные страницы жизни, чем эта скромная страничка об избиении женщины на откосе Сасквеханны.</p>
     <p>Я спустился футов на сто под уклон и нашел место, где плотно слежался гравий; здесь я мог сесть на товарный, когда он замедлит ход на подъеме. На насыпи человек шесть бродяг караулили поезд. Кое-кто из них, чтобы убить время, резался в карты, которые были необыкновенно истрепаны. Я присоединился к ним. Сдавал молодой веселый негр, толстяк, с круглым, как луна, лицом, излучавшим добродушие. Добродушие так и сочилось из него. Бросив мне первую карту, он вдруг остановился и спросил:</p>
     <p>— Эй, дружок, а ведь мы с тобой вроде встречались?</p>
     <p>— Встречаться-то встречались, — отвечал я, — только, сдается, на тебе была другая амуниция.</p>
     <p>Он озадаченно посмотрел на меня.</p>
     <p>— Помнишь Буффало? — спросил я.</p>
     <p>Тут он вспомнил — и восторженно приветствовал меня как старого товарища, ибо в Буффало он носил полосатую куртку и отбывал свой срок в исправительной тюрьме округа Эри. Что до меня, то я тоже носил тогда полосатую куртку и тоже отбывал свой срок.</p>
     <p>Игра продолжалась, и я узнал, на что играют. Внизу под насыпью, где протекала река, футах в двадцати пяти от нас виднелся источник; к нему бежала крутая узкая тропка. Мы играли в карты, примостившись на краю насыпи. Проигравший должен был сбежать вниз, набрать воды в небольшую жестянку из-под сгущенного молока и напоить желающих.</p>
     <p>После первой партии в дураках остался негр. Он взял жестянку и полез вниз, а мы сверху глядели, как он набирает воду, и потешались над ним. Ну и пили же мы, скажу я вам! Как лошади! Четыре раза ходил он в оба конца для меня одного, да и другие пили, не стесняясь. Тропинка была крутая, негр то и дело где-нибудь на полдороге тыкался носом в землю, проливал воду и снова спускался вниз. Однако он ничуть не сердился и хохотал не меньше нас, а потому, должно быть, и падал. Впрочем, он клялся, что еще возьмет свое: пусть только кто-нибудь проиграет, — он будет пить, как бездонная бочка!</p>
     <p>Когда все напились вволю, сыграли второй кон, и опять проиграл негр, и опять мы хлебали воду, сколько влезет. Третий и четвертый кон — то же самое, и каждый раз негр с круглым, как луна, лицом от души хохотал над тем, как отчаянно ему не везет. И мы тоже надрывали животики. Мы смеялись, как дети, как беспечные боги, примостясь на краю железнодорожной насыпи. — Я по крайней мере хохотал до слез и так накачался, что вода подступала мне к горлу. Кто-то сказал, что с таким грузом нам не вскочить на поезд, когда он на подъеме замедлит ход. Мы всесторонне обсудили этот вопрос, и разгоревшиеся прения так насмешили негра, что чуть его не доконали. Он даже перестал носить воду и добрых пять минут катался по земле от смеха.</p>
     <p>Тени, удлиняясь, все дальше наползали на противоположный берег. Тихие прохладные сумерки спускались на землю, а мы по-прежнему дули воду, и наш черный виночерпий приносил нам еще и еще. Забыта была бедная женщина, судьба которой так занимала меня какой-нибудь час назад. Эта страница была прочтена, открылась другая. Теперь я был увлечен ею, а когда внизу, на подъеме, закричит паровоз, придет к концу и эта страница и начнется новая. Так, пока мы молоды, перелистываем мы книгу жизни — страница за страницей, — и нам кажется, что им конца нет.</p>
     <p>Но тут — наконец-то! — повезло негру: проиграл бледный, испитой бродяга, должно быть, страдавший затяжной желудочной болезнью. Он, кстати сказать, смеялся меньше других. Мы в один голос заявили, что больше не хотим наливаться, да так оно и было. Никакие богатства Ормуза и Инда не заставили бы меня сделать еще глоток, никаким самым мощным насосом нельзя было бы накачать в мою раздутую утробу еще хотя бы каплю жидкости. Я видел, что негр огорчен, однако он не растерялся и заявил, что выпил бы самую малость. И он постоял за себя. Он выпил малость, потом еще малость, потом еще и еще и все не мог напиться. И сколько бы воды ни приносил ему унылый бродяга, сновавший по откосу вниз и вверх, негр был не прочь выпить еще. В конце концов он выпил больше всех нас, вместе взятых. Ночь сменила сумерки, в небе высыпали звезды, а негр все пил и пил. Если бы не внезапно разорвавший тишину паровозный свисток, он, думается, так без конца и хлестал бы воду, упиваясь местью, а унылый бродяга все таскался бы вверх и вниз.</p>
     <p>Но паровоз просвистел. Кончилась и эта страница. Мы вскочили и растянулись шеренгой вдоль рельсов. Паровоз подходил, пыхтя и отдуваясь на подъеме, и его огненный глаз превращал ночь в день, отчего наши силуэты казались еще чернее. Но вот он проскочил; мы побежали рядом с вагонами, кто цепляясь за ступеньки, кто раздвигая двери крытых вагонов и вваливаясь внутрь. Я забрался на платформу с лесными материалами, прополз между досок и приткнулся в уютном уголке. Сложив газету, я сунул ее под голову вместо подушки. Звезды надо мной мерцали в вышине и стайками шарахались куда-то в сторону, когда поезд делал дугу на повороте. Так, наблюдая звезды, я и уснул. Еще один день пришел к концу — один из многих моих дней. Завтра будет новый: ведь я молод.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Р. Гальпериной</emphasis></p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>«Сцапали»</p>
     </title>
     <p>Я прибыл на Ниагарский водопад в «пульмановском вагоне с боковым затвором», или, говоря общепринятым языком, в товарном. Кстати сказать, открытая товарная платформа именуется у нашей братии «гондолой», причем на втором, протяжно произносимом слоге делается энергичное ударение. Но к делу. Прибыл я под вечер и как вылез из товарного поезда, так прямо пошел к водопаду. Когда моим глазам открылось это чудо— эта масса низвергающейся воды, — я пропал. Я уже не мог оторваться от него и упустил время, пока еще можно было «прощупать» кого-нибудь из «оседлых» (местных жителей) на предмет ужина. Даже «приглашение к столу» не могло бы отвлечь меня от этого зрелища. Наступила ночь — дивная лунная ночь, а я все сидел у водопада и очнулся только в двенадцатом часу, когда надо было уже идти искать, куда бы «шлепнуться».</p>
     <p>«Шлепнуться», «приткнуться», «завалиться», «дать храпу» — все это означает одно: поспать. Что-то подсказывало мне, что это «плохой» город, то есть мало подходящий для бродяг, и я взял курс на предместье. Перелез через какую-то ограду и «двинул» в поле. Уж здесь-то господин Закон не доберется до меня! — решил я, повалился в траву и заснул, как младенец. Благоуханный воздух и теплынь так разморили меня, что я ни разу не проснулся за всю ночь. Но как только стало светать, я открыл глаза и тут же вспомнил изумительный водопад. Я опять перелез через ограду и пошел взглянуть на него еще разок. Было совсем рано, не больше пяти часов утра, а раньше восьми нечего было и думать раздобыть завтрак. Я мог побыть у реки еще добрых три часа. Но увы! Мне не суждено было больше увидеть ни реки, ни водопада!</p>
     <p>Город спал. Бредя пустынной улицей, я увидел, что навстречу мне по тротуару идут трое людей. Они шагали все в ряд. «Такие же бродяги, как я, и тоже встали спозаранку», — мелькнула у меня мысль. Но я несколько ошибся в своих предположениях. Я угадал только на шестьдесят шесть и две трети процента. По бокам шли действительно бродяги, но тот, кто шагал посередине, был отнюдь не бродяга. Я отступил на край тротуара, чтобы пропустить эту троицу мимо. Но они не прошли мимо. Идущий посередине что-то сказал, все трое остановились, и он обратился ко мне.</p>
     <p>Я мигом почуял опасность. Это был «фараон», а двое бродяг — его пленники! Господин Закон проснулся и вышел на охоту за первой дичью. А я был этой дичью. Будь у меня тот опыт, который я приобрел несколько месяцев спустя, я тотчас повернул бы назад и бросился наутек. Фараон мог, конечно, выстрелить мне в спину, но ведь он мог и промахнуться, и тогда я был бы спасен. Он никогда не погнался бы за мной, ибо двое уже пойманных бродяг всегда лучше одного, удирающего во все лопатки. Но я, дурак, стал как вкопанный, когда он окликнул меня! Разговор у нас был короткий.</p>
     <p>— В каком отеле остановился? — спросил он.</p>
     <p>Тут он меня и «застукал». Ни в каком отеле я не останавливался и даже не мог назвать наугад какую-нибудь гостиницу, так как не знал ни одной из них. Да и слишком уж рано появился я на улице. Все говорило против меня.</p>
     <p>— Я только что приехал! — объявил я.</p>
     <p>— Ну, поворачивайся и ступай впереди, только не вздумай слишком спешить. Здесь кое-кто хочет повидаться с тобой.</p>
     <p>Меня «сцапали»! Я сразу понял, кто это хочет со мной повидаться. Так я и зашагал — прямо в городскую тюрьму; двое бродяг и фараон шли за мной по пятам и последний указывал дорогу. В тюрьме нас обыскали и записали наши фамилии. Не помню уж, под какой фамилией был я записан. Я назвал себя Джеком Дрэйком, но они, обыскивая меня, нашли письма, адресованные Джеку Лондону. Это создало некоторую трудность, и от меня потребовали разъяснений… Подробности я уже забыл и так и не знаю, сцапали ли меня как Джека Дрэйка или как Джека Лондона. Во всяком случае либо то, либо другое имя и по сей день украшает собой списки арестантов упомянутой городской тюрьмы. Наведя справки, можно это выяснить. Дело происходило во второй половине июня 1894 года. Через несколько дней после моего ареста началась крупная железнодорожная забастовка.</p>
     <p>Из конторы нас повели в «хобо» и заперли. «Хобо»— та часть тюрьмы, где содержат в огромной железной клетке мелких правонарушителей. Так как «хобо», то есть бродяги, составляют главную массу мелких правонарушителей, то эту железную клетку и прозвали «хобо». Здесь уже находились несколько бродяг, арестованных в это утро, и чуть ли не каждую минуту дверь отворялась, и к нам вталкивали еще двух-трех человек. Наконец, когда в клетке набралось шестнадцать хобо, нас повели наверх, в судебную камеру. А теперь я добросовестно опишу вам, что происходило в этом «суде», ибо тут моему патриотизму американского гражданина был нанесен такой удар, от которого он никогда не мог вполне оправиться.</p>
     <p>Итак, в судебной камере находились шестнадцать арестантов, судья и два судебных пристава. Судья, как выяснилось, исполнял одновременно и обязанности секретаря. Свидетелей не было. Граждан Ниагара-Фоллс, которые могли бы тут увидеть воочию, как в их городе совершается правосудие, также не было. Судья заглянул в список «дел», лежавший перед ним, и назвал фамилию. Один из бродяг встал. Судья посмотрел на судебного пристава.</p>
     <p>— Бродяжничество, ваша честь, — проговорил тот.</p>
     <p>— Тридцать дней! — сказал его честь.</p>
     <p>Бродяга сел. Судья назвал другую фамилию, — встал другой бродяга.</p>
     <p>Суд над ним занял ровно пятнадцать секунд. Следующего осудили с такой же быстротой. Судебный пристав произнес: «Бродяжничество, ваша честь», а его честь изрек: «Тридцать дней». Так оно и шло, как по хронометру: на каждого хобо пятнадцать секунд… и тридцать дней ареста.</p>
     <p>«Какая смирная, бессловесная скотинка! — подумал я. — Вот погодите: дойдет до меня черед, так я задам перцу его чести!» В разгар этой судебной процедуры «его честь» по какой-то минутной прихоти дал одному из подсудимых возможность заговорить. И это как раз оказался не настоящий хобо. Он ничем не напоминал профессионального «отпетого» бродягу. Подойди он к нам, когда мы ждали товарного поезда у водокачки, мы бы сразу распознали в нем «котенка». В царстве бродяг «котятами» называют новичков. Этот хобо-новичок был уже немолод — лет сорока пяти с виду. Сутулый, с морщинистым обветренным лицом.</p>
     <p>Он, по его словам, много лет работал возчиком у какой-то фирмы, — если память мне не изменяет, в Локпорте, в штате Нью-Йорк. Дела фирмы пошатнулись, и в тяжелый 1893 год она закрылась. Его держали до последних дней, хотя под конец работа уже стала нерегулярной. Он рассказал, как в течение нескольких месяцев не мог никуда устроиться, — кругом было полно безработных. Наконец, решив, что скорее можно найти какую-нибудь работенку на Великих Озерах, он отправился в Буффало. Дошел, как водится, до полной нищеты — и вот попал сюда. Все было ясно.</p>
     <p>— Тридцать дней! — объявил его честь и вызвал следующего.</p>
     <p>Тот встал.</p>
     <p>— Бродяжничество, ваша честь, — сказал судебный пристав.</p>
     <p>— Тридцать дней, — объявил его честь.</p>
     <p>Так оно и шло: пятнадцать секунд — и каждый получал тридцать дней. Машина правосудия работала без заминки. Весьма вероятно, что в этот ранний час его честь еще не успел позавтракать и потому спешил.</p>
     <p>Кровь во мне закипела. Я услышал голос моих американских предков. Одной из привилегий, за которые они сражались и умирали, было право на суд с присяжными. Это право, освященное их кровью, я получил от них в наследие и считал своим долгом отстаивать его. «Ладно, — грозил я мысленно судье, — пусть только дойдет до меня очередь!»</p>
     <p>И вот очередь дошла до меня. Одна из моих фамилий — не помню которая — была названа, и я встал. Судебный пристав произнес:</p>
     <p>— Бродяжничество, ваша честь!</p>
     <p>И я заговорил! Но в ту же секунду заговорил и судья. Он изрек:</p>
     <p>— Тридцать дней!</p>
     <p>Я было запротестовал, но его честь, бросив мне: «Молчать!», — уже называл фамилию следующего по списку. Пристав заставил меня сесть на место. Новый бродяга получил свои тридцать дней, и поднялся следующий, чтобы получить столько же.</p>
     <p>Когда с нами расправились, дав каждому по тридцать суток ареста, судья уже хотел отпустить нас, но вдруг обратился к возчику из Локпорта — единственному из подсудимых, которому была дана возможность что-то сказать.</p>
     <p>— Зачем ты бросил работу? — спросил судья.</p>
     <p>Возчик уже объяснял, что не он бросил работу, а она уплыла от него, и вопрос судьи его озадачил.</p>
     <p>— Ваша честь, — растерянно начал он, — чудно как-то вы спрашиваете…</p>
     <p>— Еще тридцать дней за то, что бросил работу! — изрек его честь, и на этом судопроизводство закончилось. В итоге возчик получил по совокупности шестьдесят суток, а все мы — по тридцати.</p>
     <p>Нас свели вниз, заперли в клетку и принесли нам завтрак. Для тюремного завтрака он был не так уж плох, — потом мне целый месяц ни разу не довелось так позавтракать.</p>
     <p>Я был потрясен: меня лишили не только права предстать перед судом присяжных, но даже права обратиться к суду и заявить о своей невиновности и после какой-то пародии на суд вынесли мне приговор. Тут меня осенило: есть еще одно право, за которое дрались мои предки, — право на неприкосновенность личности. Я им покажу! Но когда я потребовал адвоката, меня подняли на смех. Право существовало; но мне от этого было мало проку, раз я не мог снестись ни с кем вне тюрьмы. И все-таки я им покажу! Они не могут вечно держать меня в тюрьме. Ладно, подождите, дайте мне только выйти на свободу. Тут они у меня попляшут! Я немножко знаю законы и свои права и докажу, что здесь нарушают правосудие! Когда тюремщики пришли и погнали нас в главную канцелярию, я уже воображал себе, как предъявлю иск за убытки, и перед глазами у меня мелькали сенсационные газетные заголовки.</p>
     <p>Полисмен надел нам наручники, соединив мою правую руку с левой рукой какого-то негра. («Ага, — подумал я, — новое оскорбление! Погодите же, дайте мне только выйти на свободу!..») Негр был очень рослый, наверное, выше шести футов, и, когда нас сковали, его рука немного подтягивала мою кверху. Это был самый оборванный и самый веселый негр, каких я когда-либо встречал!</p>
     <p>Так сковали нас всех попарно. По окончании этой операции принесли блестящую цепь из никелированной стали, пропустили ее через звенья всех наручников и замкнули на замок. Теперь мы представляли собою «кандальную шеренгу». Был отдан приказ трогаться, и мы зашагали по улице под охраной двух полицейских. Рослому негру и мне досталось почетное место — во главе процессии.</p>
     <p>После могильного мрака тюрьмы солнечный свет ослепил меня. Никогда еще он не казался мне таким отрадным, как теперь, когда я брел, позвякивая кандалами, и знал, что скоро расстанусь с ним на целых тридцать дней.</p>
     <p>Под любопытными взглядами прохожих мы шли по улицам городка к железнодорожной станции; особенно заинтересовалась нами группа туристов на веранде одного отеля, мимо которого мы проходили.</p>
     <p>Цепь была довольно длинная, и мы со звоном и лязгом расселись попарно на скамьях вагона для курящих. Как ни горячо негодовал я по поводу издевательства, учиненного надо мною и моими предками, все же я был слишком практичен и благоразумен, чтобы терять из-за этого голову. Все было так ново для меня. А впереди еще целый месяц чего-то неизведанного… Я стал озираться кругом, ища кого-нибудь поопытнее меня. Я уже знал, что нас везут не в маленькую тюрьму с сотней арестантов, а в настоящий исправительный дом с двумя тысячами узников, заключенных на сроки от десяти дней до десяти лет.</p>
     <p>На скамейке позади меня сидел здоровенный, коренастый мужчина с могучими мускулами. На вид ему было лет тридцать пять — сорок. Я присмотрелся к нему. В выражении его глаз заметны были юмор и добродушие, в остальном он больше походил на животное, и можно было предположить, что он совершенно аморален и наделен звериной силой и всеми звериными инстинктами. Но выражение его глаз — это веселое добродушие зверя, когда его не трогают, — искупало многое, во всяком случае для меня.</p>
     <p>Он был моей «находкой». Я «нацелился» на него. И покуда скованный со мной верзила-негр жаловался, что из-за ареста он потеряет обещанную ему работу в прачечной, перемежая, впрочем, свои сетования шутками и смехом, и покуда поезд мчался в Буффало, я разговорился с этим человеком, сидевшим позади меня. Его трубка была пуста. Я набил ее табаком из моего драгоценного запаса, — этого табаку хватило бы на десяток папирос. Да что там, чем дольше мы с ним беседовали, тем больше я убеждался, что это действительно находка, и в конце концов разделил с ним весь мой табак.</p>
     <p>Надо вам сказать, что я довольно покладистый малый и достаточно знаком с жизнью, чтобы приноровиться к любому положению. Я поставил себе целью приноровиться к этому человеку, еще не подозревая даже, до чего удачен мой выбор. Он никогда не сидел в той «исправилке», куда нас везли, но успел отсидеть в других тюрьмах, — где год, где два, а где и целых пять — и был начинен арестантской премудростью. Мы довольно быстро освоились друг с другом, и сердце мое дрогнуло от радости, когда он посоветовал мне во всем его слушаться. Он называл меня «малый», и я называл его так же.</p>
     <p>Поезд остановился на станции в пяти милях от Буффало, и мы сошли, гремя цепями. Не помню точно, как называлась эта станция, — надо думать, что это было что-то вроде Роклина, Роквуда, Блэкрока, Роккасля или Ньюкасля. Но как бы она там ни звалась, нас сначала немного прогнали пешком, а затем посадили в трамвай. Это был старомодный вагон с сиденьями по обе стороны. Всех пассажиров попросили разместиться на одной стороне вагона, а мы, громко лязгая цепями, заняли места на другой. Мы сидели прямо против них, и я как сейчас помню выражение ужаса на лицах женщин, которые, наверное, приняли нас за осужденных на каторгу убийц и банковых громил. Я постарался напустить на себя самый свирепый вид, но мой компаньон по наручникам, развеселый негр, не переставал вращать глазами и повторять со смехом: «О боже! Боже милостивый!»</p>
     <p>Мы вылезли из вагона и пешком дошли до канцелярии исправительной тюрьмы округа Эри. Здесь нас переписали, и в этом списке вы можете найти одну из моих двух фамилий. Нам объявили также, что мы должны сдать все ценности: деньги, табак, спички, карманные ножи и прочее.</p>
     <p>Мой новый приятель взглянул на меня и отрицательно покачал головой.</p>
     <p>— Если вы не оставите ваших вещей здесь, их все равно конфискуют потом, — предупредил чиновник.</p>
     <p>Но мой приятель продолжал мотать головой. Он делал какие-то движения руками, пряча их за спиной других арестантов (наручники с нас уже сняли). Я наблюдал за ним и, последовав его примеру, связал в носовой платок все, что хотел взять с собой. Эти узелки мы сунули себе за рубашки. Я заметил, что и прочие арестанты, за исключением одного или двух, у которых имелись часы, не отдали своих вещей чиновнику канцелярии. Они решили довериться случаю, надеясь так или иначе пронести их контрабандой; но они были не так опытны, как мой товарищ, и не связали своих пожитков в узелки.</p>
     <p>Конвойные, забрав наручники и цепь, удалились, а нас под охраной новых стражей отправили в тюрьму. Пока мы ожидали в канцелярии, к нам присоединили еще несколько партий вновь прибывших арестантов, так что теперь наша процессия насчитывала сорок — пятьдесят человек.</p>
     <p>Знаете ли вы, гуляющие на свободе, что движение в большой тюрьме так же затруднено, как была затруднена торговля в средние века! Попав в исправительный дом, вы уже не можете расхаживать здесь как вам вздумается. На каждом шагу вы наталкиваетесь на огромные железные двери или ворота, которые всегда на запоре. Нас повели в парикмахерскую, но на нашем пути все время возникали преграды в виде запертых дверей. В первом же «вестибюле» нам пришлось ждать, пока отпирали дверь. «Вестибюль» — это не вестибюль и не коридор. Представьте себе огромный прямоугольный кирпичный брус высотою в шесть этажей; в каждом этаже ряды камер — скажем, по пятьдесят камер в ряду. Еще лучше, вообразите себе огромный пчелиный сот. Поставьте его на землю, обнесите стенами и покройте крышей — и вы получите представление о «вестибюле» исправительной тюрьмы округа Эри. Для полноты картины представьте себе и узенькие висячие галерейки с железными перилами, бегущие вдоль каждого ряда камер. Галерейки с обоих концов соединяются между собой — на случай пожара — узенькими железными лестницами.</p>
     <p>Итак, мы задержались в первом «вестибюле», ожидая, пока сторожа отопрут двери. Мимо проходили заключенные с бритыми головами, в полосатой тюремной одежде. Одного такого заключенного я заметил над нами, на галерее третьего этажа. Он стоял, наклонившись вперед, опираясь о перила, и, казалось, совершенно не замечал нашего присутствия. Он смотрел куда-то в пространство. Мой новый приятель издал тихий шипящий звук. Заключенный глянул вниз. Они обменялись какими-то сигналами. Узелок моего приятеля взвился вверх. Заключенный поймал его, мгновенно сунул за пазуху и снова безучастно уставился в пространство. Приятель посоветовал мне последовать его примеру. Я улучил минуту, когда сторож повернулся к нам спиной, и мой узелок тоже полетел вверх и исчез у заключенного за пазухой.</p>
     <p>Через минуту дверь отперли, и нас ввели в парикмахерскую. Здесь тоже были люди в полосатой одежде— тюремные цирюльники. Были тут и ванны, и горячая вода, и мыло, и щетки. Нам приказали раздеться и вымыться, причем каждому велено было потереть спину соседу. Это обязательное омовение оказалось совершенно излишним, так как тюрьма кишела паразитами. После мытья каждому дали по холщовому мешку для одежды.</p>
     <p>— Сложите свою одежду в мешки, — сказал нам конвойный. — И не пытайтесь протащить, чего не велено! Строиться для осмотра будете голыми. У кого тридцать суток и меньше — оставляйте себе башмаки и подтяжки. У кого больше тридцати суток — не оставляйте ничего.</p>
     <p>Это всех смутило: как может голый человек пронести «чего не велено»? Только мой приятель и я чувствовали себя спокойно. Но тут за дело принялись цирюльники. Они обходили вновь прибывших, любезно предлагая взять на свое попечение их драгоценные пожитки и обещая вернуть их в тот же день. Послушать их — это были сущие филантропы. Кажется, нигде еще людей так быстро не освобождали от излишнего груза, если не считать случая с фра Филиппо Липпи.<a l:href="#n_981" type="note">[981]</a> Спички, табак, папиросная бумага, трубки, ножи, деньги — все решительно исчезло у цирюльников за пазухой. Цирюльники раздулись, как пузыри, от своей добычи, а сторожа делали вид, что ничего не замечают. Короче говоря, все это так и пропало. Да цирюльники и не собирались ничего отдавать. Они считали захваченное добро своей законной добычей. Это был побочный доход парикмахерской! В тюрьме, как я потом установил, процветали самые разнообразные виды незаконных поборов. Мне пришлось узнать это на собственном опыте, — все благодаря моему приятелю.</p>
     <p>В парикмахерской стояло несколько стульев, и цирюльники работали быстро. Я никогда еще не видел, чтобы людей так проворно брили и стригли! Намыливались заключенные сами, а цирюльники брили их с молниеносной быстротой — по одному человеку в минуту. Стрижка головы занимала чуть побольше времени. В три минуты исчез весь мой пушок восемнадцатилетнего юнца и голова моя стала гладкой, как бильярдный шар, но с зачатками новой поросли. Нас лишили бороды и усов с таким же проворством, как и нашей одежды и ценностей. Можете мне поверить — после того как нас так обработали, мы приобрели вид настоящих злодеев! Я даже и не подозревал, до чего же мы все гнусные личности!</p>
     <p>Потом нас выстроили в шеренгу. Сорок — пятьдесят человек стояли нагишом, подобно героям Киплинга, бравшим приступом Лунгтунпен. Это чрезвычайно облегчило обыск, на нас были только башмаки. Двое-трое отчаянных голов не решились довериться цирюльникам, и у них сразу нашли их добро — табак, трубки, спички, мелкую монету, и тут же конфисковали. Покончив с этим, нам принесли новое одеяние: грубые тюремные рубашки, куртки и штаны — все полосатое. Оказывается, я всю жизнь пребывал в заблуждении, полагая, что в полосатую арестантскую одежду облачают лишь уголовных преступников. Тут я со своим заблуждением расстался, надел на себя эту одежду позора и получил первый урок маршировки.</p>
     <p>Выстроившись тесной вереницей, в затылок друг другу, причем задний держал руки на плечах переднего, мы перешли в другой большой «вестибюль». Здесь нас выстроили у стенки, приказав обнажить левую руку. Студент-медик, молодой парень, практиковавшийся на такой скотине, как мы, обошел ряд. Он делал прививку еще вчетверо проворней, чем цирюльники свое дело. Нам велели соблюдать осторожность, чтобы не задеть за что-нибудь рукой, пока не подсохнет кровь и не образуется струпик, и развели нас по камерам. Здесь меня разлучили с моим новым приятелем, но он все же успел шепнуть мне: «Высоси»!</p>
     <p>Как только меня заперли, я начисто высосал ранку. Потом я видел тех, кто не высосал: у них на руках образовались ужасные язвы, в которые свободно вошел бы кулак! Сами виноваты! Могли бы высосать…</p>
     <p>В моей камере находился еще один заключенный. Нам предстояло отбывать срок вместе. Это был молодой, крепкий парень, несловоохотливый, но очень дельный, в общем, превосходный парень, какие встречаются не так уж часто, — нужды нет, что он только что отбыл двухлетний срок в одной из «исправилок» штата Огайо.</p>
     <p>Не прошло и получаса, как по галерее прошел заключенный и заглянул в нашу камеру. Это был мой приятель. Оказывается, он получил право свободно расхаживать по «вестибюлю». Его камеру отпирали в шесть часов утра и не запирали до девяти вечера. У него здесь нашелся приятель, и его уже сделали доверенным лицом, носившим наименование «коридорного». В эту должность определило его другое доверенное лицо из заключенных, именовавшееся «первым коридорным». В нашем корпусе было тринадцать коридорных — на каждую из десяти галерей по одному, — а над ними начальствовали первый, второй и третий коридорные.</p>
     <p>Мой приятель объяснил мне, что нас, новоприбывших, оставят сидеть в камерах весь остаток дня, чтобы не мешать «приниматься» прививке. А утром поведут на тюремный двор, на принудительные работы.</p>
     <p>— Но я вызволю тебя, как только можно будет, — пообещал он. — Добьюсь, чтоб уволили одного из коридорных, а тебя назначили на его место!</p>
     <p>Сунув руку за пазуху, он вытащил оттуда платок с моими драгоценными пожитками и передал его мне сквозь решетку. Затем пошел дальше по галерее.</p>
     <p>Я развязал узелок. Все оказалось на месте! Не пропало ни единой спички. Я поделился табачком с моим товарищем по камере. Когда я хотел зажечь спичку, он удержал меня. На каждой из наших коек валялось по ветхому, грязному одеялу. Он оторвал узенькую полоску ткани, плотно скрутил ее и поднес к ней драгоценную спичку. Бумажная ткань не воспламенилась, но край обуглился и начал тлеть; он мог тлеть несколько часов. Товарищ мой по камере называл это «трутом». Когда трут догорал, стоило только сделать новый трут, приложить его к догорающему, подуть — и огонек воскресал. Как видите, по части хранения огня мы могли дать сто очков вперед самому Прометею!</p>
     <p>В двенадцать часов подали обед. В двери нашей клетки внизу было небольшое отверстие, вроде тех, что делают в курятниках. В это отверстие нам сунули два ломтя сухого хлеба и две мисочки «супа». Порция супа состояла приблизительно из кружки кипятку, на поверхности которого одиноко плавала капля жира. Было в этой воде и немного соли.</p>
     <p>Мы выпили суп, но не притронулись к хлебу. Не потому, что были не голодны или хлеб оказался несъедобным, — нет, он был довольно сносный, но у нас имелись на то свои причины. Мой товарищ обнаружил, что наша камера кишит клопами! Во всех щелях и промежутках между кирпичами, где осыпалась штукатурка, жили огромные колонии этих насекомых. Старожилы дерзали появляться даже среди бела дня; их были сотни — на стенах и на потолке… Но мой товарищ обладал некоторым опытом по этой части, бесстрашно, как Чайлд-Роланд,<a l:href="#n_982" type="note">[982]</a> вызывал он клопов на бой. Разгорелась небывалая битва. Она длилась час за часом. Она была беспощадна. Но когда разбитый наголову неприятель бежал в свои штукатурные и кирпичные твердыни, наше дело было сделано еще только наполовину. Мы жевали хлеб, превращали его в замазку и, как только обращенный в бегство воин скрывался в расщелину меж кирпичами, тотчас залепляли ее жеваным хлебом Трудились мы так до самых сумерек, пока все отверстия, щели и трещины не оказались закупоренными. Не могу без содрогания подумать о сценах голодной смерти и каннибализма, которым суждено было разыграться за крепостными стенами из жеваного хлеба!</p>
     <p>Измученные и голодные, мы повалились на койки и стали дожидаться ужина. За один день было проделано достаточно. Теперь мы не будем по крайней мере страдать от полчищ паразитов! Пришлось пожертвовать обедом, спасти, так сказать, шкуру за счет желудка, но мы были довольны. Увы! Сколь тщетны человеческие старания! Едва был окончен наш долгий труд, как надзиратель отпер дверь: затеяли перераспределение заключенных, нас перевели двумя галереями выше, в другую камеру.</p>
     <p>На другой день рано утром наши камеры отперли, и несколько сот узников выстроились гуськом в нижнем «вестибюле» и пошли на тюремный двор работать. Канал Эри проходил как раз мимо заднего двора исправительной тюрьмы. Мы разгружали приплывшие по каналу суда и перетаскивали в тюрьму на спине огромные, похожие на шпалы распорные болты. Работая, я изучал обстановку, ища возможность дать тягу. Но на это не было и тени надежды. По стенам расхаживали часовые, вооруженные автоматическими винтовками, а в сторожевых башнях, как мне сказали, стояли еще и пулеметы.</p>
     <p>Впрочем, я не очень огорчался. Тридцать суток не такой уж большой срок! Потерплю. У меня только прибавится материала против этих гарпий правосудия, который я пущу в ход, как только выйду на свободу. Я покажу, что может сделать американский юноша, когда его права и привилегии растоптаны так, как были растоптаны мои! Меня лишили права предстать перед судом присяжных — не спросили даже, считаю ли я себя виновным или нет; меня, в сущности, осудили без суда (ибо не мог же я считать судом фарс, разыгранный в городе Ниагара-Фоллс!); мне не дали возможности снестись с юристом или с кем бы то ни было и, стало быть, лишили права обжаловать приговор; меня наголо обрили, облачили в полосатую одежду каторжника, держали на воде и хлебе, заставили выполнять каторжную работу и ходить под вооруженным конвоем. И все это — за что? Что я сделал? Какое преступление совершил я по отношению к гражданам города Ниагара-Фоллс, что на меня обрушили все эти кары? Я даже не погрешил против постановления, запрещающего ночевать на улице. Я спал не на улице, а в поле! Я даже не просил хлеба и не выклянчивал «легкую монету» у прохожих! Я только прошелся по их тротуарам и поглядел на их грошовый водопад! Так в чем же тут преступление? Юридически я не совершил ни малейшего проступка. Ладно, я им покажу, дайте мне только выйти на волю!</p>
     <p>На следующий день я обратился к надзирателю. Я потребовал адвоката. Надзиратель высмеял меня. Надо мной смеялись все, к кому бы я ни обращался. Фактически я был отрезан от мира. Я вздумал написать письмо, но узнал, что письма читаются, подвергаются цензуре или конфискуются тюремными властями и что «краткосрочникам» вообще не разрешено писать писем. Тогда я попробовал переслать письма тайком через заключенных, выходивших на волю, но узнал, что их обыскали, нашли мои письма и уничтожили. Ладно, все это лишь отягчит обвинение, которое я предъявлю, выйдя на свободу!</p>
     <p>Но шли дни, и я мало-помалу «умнел». Я наслушался невероятных, чудовищных рассказов о полицейских, об адвокатах, о полицейских судах. Заключенные рассказывали мне вещи поистине страшные о своих столкновениях с полицией в больших городах. Еще страшнее были ходившие среди них истории о людях, которые погибли от рук полиции и, следовательно, не могли уже поведать о себе. Несколько лет спустя в докладе «Комиссии Лексоу»<a l:href="#n_983" type="note">[983]</a> мне пришлось читать правдивые повести, еще более жуткие, чем те, каких я наслушался в тюрьме. А ведь в первые дни заключения я недоверчиво усмехался, слушая эти, как мне казалось, россказни.</p>
     <p>Но дни проходили, и я начинал верить. Я собственными глазами увидел в этой исправилке вещи невероятные и чудовищные. И чем больше я узнавал, тем сильнее проникался трепетом перед ищейками закона и перед всей машиной правосудия.</p>
     <p>Возмущение испарялось, а страх все глубже пускал корни в моей душе. Я отчетливо понял наконец, против чего я восстал. Я присмирел, утихомирился и с каждым днем все более укреплялся в решении не поднимать шума, когда выйду на волю. Единственное, чего мне теперь хотелось, — это смыться куда-нибудь подальше. Именно это я и сделал, когда меня освободили. Я придержал язык, ушел тихо и смирненько — умудренный опытом и покорный — и стал пробираться в штат Пенсильвания.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод С. Займовского</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Исправительная тюрьма</p>
     </title>
     <p>На тюремном дворе я трудился не покладая рук два дня. Это была тяжелая работа, и хотя я отлынивал при каждом удобном случае, я совершенно выбился из сил. В этом виновата еда. На таких харчах никто не смог бы как следует работать. Хлеб да вода — вот все, что нам давали. Раз в неделю нам полагалось мясо, но мы не всегда его получали, а если и получали, то после того, как из него предварительно вываривали все питательные вещества: они уходили в «суп», так что уже не имело значения, попадалось ли тебе это мясо или нет.</p>
     <p>Кроме того, эта хлебно-водяная диета имела еще один существенный недостаток. Воду нам давали в неограниченном количестве, но хлеба не хватало. Порция хлеба была примерно величиной с два кулака, и такую порцию каждому заключенному давали три раза в день. Должен сказать, что у воды было одно положительное качество — она была горячая. По утрам ее именовали «кофе», в полдень величали «супом», а вечером выдавали за «чай». Но это была все та же, старая как мир, вода. Заключенные называли ее «заколдованной» водой. Утром она была черной, потому что ее кипятили с поджаренными корками хлеба. Днем ее подавали бесцветной со щепоткой соли и каплей жира. Вечером она приобретала багрянисто-каштановый оттенок, происхождение которого оставалось тайной; это был отвратительный чай, но вода все же была отменно горяча.</p>
     <p>Мы были всегда голодны в исправительной тюрьме округа Эри. Только «долгосрочники» ели досыта. Причина заключалась в том, что если бы они получали такой же паек, как и мы, осужденные на короткие сроки, они бы умерли до окончания сроков своего заключения. Я знаю, что долгосрочники получали пищу более существенную, потому что в нашем здании они занимали весь первый этаж, и я таскал у них продукты из их запасов, когда был коридорным. Нельзя же быть сытым одним только хлебом, да еще когда его получаешь так мало!</p>
     <p>Мой приятель выполнил свое обещание. Я проработал во дворе только два дня, а потом меня назначили доверенным, «коридорным». Утром и вечером мы разносили хлеб по камерам, но в полдень раздача производилась несколько иначе. Длинная шеренга заключенных маршем возвращалась с работы. В коридоре они уже не шли в ногу, каждый снимал руки с плеч впереди идущего товарища. Возле самого входа стояли большие лотки с хлебом, тут же находился главный староста и два коридорных. Я был одним из этих двух. Мы должны были держать перед проходящими заключенными лотки с хлебом. Вот опорожняется лоток, который держу я, вместо меня с полным лотком становится другой коридорный. А когда опустеет его лоток, я заменяю его с полным лотком. Таким образом арестанты безостановочно шли мимо, каждый протягивал правую руку и брал одну порцию хлеба.</p>
     <p>У главного старосты были другие обязанности. Он орудовал дубинкой. Он стоял у лотка и наблюдал. Изголодавшиеся бедняги никогда не могли отделаться от ошибочной мысли, что в один прекрасный день им удастся взять с лотка два куска хлеба. Однако на моей памяти такого случая не было. Дубинка главного старосты молниеносно, как лапа тигра, опускалась на провинившуюся руку. У главного старосты был отличный глазомер, он изувечил этой дубинкой столько рук, что действовал безошибочно. Он ни разу не промахнулся и в наказание отбирал у провинившегося арестанта и ту порцию, что ему полагалась, и отправлял его в камеру обедать горячей водой.</p>
     <p>И в то время, когда эти несчастные валялись голодные в своих камерах, я видел, как сотни лишних порций хлеба перекочевывали в камеры коридорных и старост.</p>
     <p>Наше стремление присвоить себе этот хлеб может показаться абсурдным. Однако это был один из видов наших доходов. В стенах нашего коридора мы были экономическими магнатами, проделывая операции, во многом схожие с теми, которые осуществляют экономические магнаты государственного масштаба. Мы держали под контролем снабжение населения продовольствием, и совершенно так же, как это делают наши собратья-бандиты на воле, мы заставляли население дорого платить за это. Мы торговали лишним хлебом. Раз в неделю заключенные, работающие во дворе, получали пятицентовый кусок жевательного табака. Этот жевательный табак и был денежной единицей нашего царства. Мы давали две-три порции хлеба за кусок табака, и они шли на это не потому, что табак любили меньше, но потому, что они больше любили хлеб. О, я знаю, это все равно, что отнять у ребенка конфету. Но что поделаешь? Нам надо было жить. И, конечно, инициатива и предприимчивость требовали вознаграждения. Кроме того, мы всего-навсего подражали нашим более преуспевшим собратьям на воле, которые в несоизмеримо больших масштабах и под респектабельной маской купцов, банкиров и магнатов индустрии делали то же самое, что и мы. Я даже не могу себе представить, что было бы без нас с этими несчастными заключенными. Мы пустили в оборот хлеб в исправительной тюрьме округа Эри, тому свидетель небо. Да, и мы поощряли умеренность и бережливость… у этих бедняг, которые отказывали себе в табаке. И кроме того, мы подавали им пример. В душе каждого арестанта мы зародили стремление возвыситься до нашего положения и тоже брать дань. Я полагаю, мы были попросту спасителями человечества.</p>
     <p>Вот вам голодный мужчина, у которого не было табаку. Может быть, он дошел до такого разврата, что сам его сжевал. Отлично, но у него была пара подтяжек. Я ему за них предлагал полдюжины кусков хлеба или целую дюжину, если подтяжки очень хороши. Сам я никогда не косил подтяжек, но это не имело значения. За углом обитал долгосрочник, осужденный на десять лет за непреднамеренное убийство. Он носил подтяжки, и ему нужна была одна пара. Я мог поменять их на мясо. А мне нужно было мясо. Или, может быть, у него был какой-нибудь старый, потрепанный роман без обложки. Это было целое состояние. Я мог его прочесть и потом отдать пекарям за пирожное, или поварам за мясо и овощи, или кочегару за приличный кофе, или еще кому-нибудь в обмен на газету, которые изредка к нам попадали бог весть какими путями. Повара, булочники и кочегары были такими же арестантами, как и я; и они размещались в нашем здании этажом выше.</p>
     <image l:href="#i_115.jpg"/>
     <p>Короче говоря, в исправительной тюрьме округа Эри процветала прекрасно организованная система товарообмена. В обороте были даже деньги. Эти деньги иногда контрабандой приносили с собой краткосрочники, чаще всего они попадали к нам от цирюльника, который обирал вновь прибывающих, но в подавляющем большинстве случаев они шли из камер долгосрочников, хотя я совершенно не понимаю, как они туда попадали.</p>
     <p>Положение главного старосты было исключительным еще и потому, что его считали богатым. Помимо прочих источников дохода, он еще обирал нас. Мы взяли на откуп всю массу несчастных, а главный староста был генеральным откупщиком над всеми нами. Мы получали свои доходы с его разрешения и должны были платить ему за это. Как я уже сказал, его считали человеком состоятельным, но мы никогда не видели его денег, он жил в своей камере в блестящем одиночестве.</p>
     <p>Но я утверждаю с полной ответственностью, что в исправительной тюрьме можно было добыть деньги, я знаю это потому, что мне пришлось жить в одной камере с третьим старостой. У него было больше шестнадцати долларов. Каждый вечер после девяти часов, когда нас запирали, он имел обыкновение пересчитывать свои капиталы. Он также имел обыкновение каждый вечер рассказывать мне, что он со мной сделает, если я донесу на него другим коридорным. Видите ли, он боялся, что его ограбят, и опасность угрожала ему с трех сторон. Существовала охрана. Два охранника могли наброситься на него, избить как следует под предлогом «неподчинения» и посадить в «одиночку» (карцер), а в суматохе эти шестнадцать долларов улетучились бы. Опять же их мог отобрать главный староста, пригрозив, что разжалует его и снова направит на тяжелые работы в тюремный двор. И кроме того, было десять человек нас, простых коридорных. Если бы кто-нибудь намекнул коридорным о его богатстве, то скорее всего в один прекрасный день вся наша братия загнала бы его в угол и выпотрошила. О, смею вас уверить, мы были волки, точно как те парни, которые делают бизнес на Уолл-стрите.</p>
     <p>У него были все основания бояться нас, и, следовательно, у меня были все основания бояться его. Это был грубый, неграмотный верзила, бывший Чесапикский устричный пират, «рулевой», который отсидел в тюрьме Синг-Синг пять лет, и вообще он был олицетворением непроходимой тупости плотоядного животного. Он постоянно ловил воробьев, которые залетали в наш коридор сквозь прутья решеток. Когда ему удавалось схватить жертву, он спешил с ней в свою камеру, где пожирал ее живьем. Я сам видел это — косточки хрустели у него на зубах, а он только выплевывал перья. О нет, я никогда не доносил на него другим коридорным. Сейчас я впервые рассказал о его шестнадцати долларах.</p>
     <p>Но тем не менее я брал с него взятки. Он был влюблен в одну заключенную, которая находилась в «женском отделении». Он не умел ни читать, ни писать, и я обычно читал ему ее письма и писал от его имени ответы. И ему приходилось платить за это. Но это были хорошие письма. Я вкладывал в них свою душу, я делал все, что было в моих силах, и я покорил ее для него, хотя я отлично понимаю, что она полюбила не его, а безвестного автора писем. Повторяю, письма были потрясающие.</p>
     <p>Другой статьей наших доходов был «трут». В этом железном мире решеток и засовов мы были посланцами небес, приносившими священный огонь. Когда по вечерам арестантов приводили с работы и запирали в камерах, они жаждали закурить. Тогда-то мы и разжигали божественную искру, перебегавшую с этажа на этаж, из камеры в камеру с нашего тлеющего фитиля. Тот, кто был поумнее или с кем мы вели дела, держал свой трут наготове. Однако не каждый получал божественную искру. Парень, который отказывался с нами сотрудничать, ложился спать без огня и без курева. Но какое нам до этого дело? Нам была ниспослана вечная власть над ним, и если он пытался дерзить нам, двое-трое наших брали его в оборот и объясняли ему что к чему.</p>
     <p>Как видите, у коридорных была своя философия. Нас было тринадцать. В нашем коридоре было что-то около полутысячи заключенных. Считалось, что мы работаем и поддерживаем порядок. Последнее было делом надзирателей, но они передоверили это нам. Поддерживать порядок было нашим кровным делом; если бы мы этого не делали, нас бы тут же отправили на тяжелые работы, и мы, конечно, не миновали бы и карцера. Но до тех пор, пока все было в порядке, мы могли обделывать свои собственные делишки.</p>
     <p>Остановитесь на минутку и постарайтесь представить себе ситуацию. Нас было тринадцать животных на полтысячи других животных. Это был сущий ад — наша тюрьма — и мы должны были править ею. Немыслимо было, учитывая природу этих животных, держать их в повиновении и проявлять к ним доброту. Мы правили при помощи террора. Разумеется, у нас за спиной, поддерживая нас, стояла охрана. В крайних случаях мы обращались к ним за помощью, но им бы скоро надоело, если бы мы беспокоили их слишком часто, и возникла бы угроза, что они найдут на наше место более толковых коридорных. Но мы обращались к ним редко, в тех случаях, когда нужно было действовать решительно и спокойно: если требовалось отпереть камеру и подойти к взбунтовавшемуся узнику. В таких случаях надзиратель только отпирал дверь и тут же уходил, чтобы не видеть, как полдюжины коридорных врывались в камеру и избивали заключенного.</p>
     <p>Что же касается подробностей этой операции, то я лучше не буду на них останавливаться. В конце концов среди неописуемых ужасов тюрьмы округа Эри избиение заключенных было самым незначительным явлением. Я сказал «неописуемых», и ради справедливости я должен еще добавить «невообразимых». Я не верил, что существуют подобные зверства, пока не убедился в этом собственными глазами, а я не был желторотым юнцом и знал жизнь и глубины человеческих пороков. Чтобы измерить эту глубину в тюрьме округа Эри, понадобился бы очень длинный лот, а здесь я только слегка и игриво касаюсь явлений, которые я там наблюдал.</p>
     <p>Временами, например, по утрам, когда заключенные шли вниз умываться, мы, тринадцать человек, фактически оказывались среди них в полном одиночестве, самый последний из арестантов понимал, что они могут с нами расправиться.</p>
     <p>Тринадцать против пятисот, и мы правили с помощью террора. Мы не могли допустить ни малейшего нарушения правил, ни малейшей дерзости. Если бы мы это позволили, мы бы погибли. У нас было свое правило: бить человека, едва он раскроет рот: бить сильно, бить чем попало. Метла, рукоятью в лицо, производила весьма отрезвляющее действие. Мало того, в назидание другим надо было еще как следует избить его, и второе правило — броситься за ним, преследовать его в толпе. Все, конечно, знали, что каждый коридорный, который увидит погоню, немедленно присоединится к карателям, потому что это тоже входило в правила. Всякий раз, когда коридорный схватывался с заключенным, все остальные коридорные должны были немедленно пустить в ход свои кулаки. Не имеет значения в чем дело — набрасывайся и бей наповал, бей чем попало, одним словом, уложи его на месте.</p>
     <p>Мне запомнился один красавец мулат лет двадцати, у которого была идиотская идея отстаивать свои права. В данном случае он действительно был прав, но это ему ни в какой мере не помогло. Его камера находилась на самом верхнем этаже. Восемь надсмотрщиков выбили из его головы зазнайство ровным счетом за полторы минуты, потому что этого времени было достаточно, чтобы протащить его до конца коридора и спустить с пятого этажа вниз по стальным ступеням. Этот путь он проделал всей поверхностью своего тела, кроме ног, и восьмерка надсмотрщиков не теряла времени зря. Мулат грохнулся о каменный пол неподалеку от того места, где я стоял, наблюдая все это. Он поднялся на ноги и простоял какую-то долю секунды. В то же мгновение он широко раскинул руки, и из груди его вырвался страшный крик ужаса и боли. И тут же, как в сцене с превращениями, его крепко сшитая арестантская одежда свалилась с него, разорванная в клочья, он оказался голым, все его тело обагрилось кровью. И тут он, потеряв сознание, рухнул на пол, как подкошенный. Так он получил свой урок, и одновременно каждый узник в этих стенах, который слышал его крик, тоже получил урок. И для меня это было уроком. Не очень-то приятно видеть, как за полторы минуты у человека разрывается сердце.</p>
     <p>Следующий пример пояснит вам, как мы выколачивали прибыль из тлеющего трута. Партию новеньких размещают в ваших камерах. Вы проходите мимо решеток со своим трутом. «Эй, бо (хобо), дай огоньку!» Ну, это равносильно заявлению, что у него есть табак. Вы передаете ему трут и идете своей дорогой. Немного погодя вы возвращаетесь и невзначай останавливаетесь у его решетчатой двери. «Послушай, бо, ты не одолжишь нам немного табачку?» — вот что вы говорите. Если он недостаточно искушен в этой игре, все шансы за то, что он торжественно объявит, что у него не осталось табаку. Очень хорошо. Вы посочувствуете ему и пойдете своей дорогой. Но вам известно, что вашего фитиля ему хватит только на один день. На следующий день вы проходите мимо, и он снова спрашивает: «Эй, бо, дай огоньку». А вы отвечаете: «У тебя нет табаку, и тебе не нужен огонь». И вы ему ничего не даете. Спустя полчаса, или час, или два, или три часа вы будете проходить мимо, и человек этот окликнет вас размягченным голосом: «Поди-ка сюда, бо». И вы подойдете. Вы просунете руку сквозь решетку, и вашу ладонь наполнят драгоценным табаком. Тогда вы дадите ему огня.</p>
     <p>Бывает иногда, что прибывает новенький, на котором ничего нельзя заработать. Таинственное предписание, что с ним надо обращаться как следует, сопутствует этому человеку. Я никак не мог докопаться, откуда исходило подобное приказание. Одно было очевидно: этот человек имел протекцию. Может быть, он был связан с одним из вышестоящих надсмотрщиков, может быть, с кем-нибудь из охраны, может быть, за это хорошее обращение было заплачено высшим инстанциям, но как бы то ни было, мы знали, что нам следует хорошо с ним обращаться, если мы не хотим нажить себе неприятностей.</p>
     <p>Мы, коридорные, были и посредниками и обыкновенными посыльными. Мы налаживали торговлю между узниками, размещенными в разных частях тюрьмы, и мы осуществляли товарообмен. При этом мы брали причитающееся нам комиссионное вознаграждение с тех, кто покупает, и с тех, кто продает. Порой предметы купли-продажи проходили через руки полдюжины посредников, каждый из которых брал свою долю, и не одним, так другим способом получал за свои услуги.</p>
     <p>Случалось, человек оказывался в долгу за оказанные ему услуги, бывало и так, что ему были должны. Так, я, поступая в тюрьму, стал должником человека, который контрабандой протащил мои вещи. Прошло около недели, и один из истопников вложил мне в руку письмо, Оно попало к нему от цирюльника. Цирюльник получил его от заключенного, который пронес мои вещи. Так как я был у него в долгу, я должен был передать его письмо. Но письмо это писал не он Настоящим его отправителем был долгосрочник из того же коридора, что и он. Письмо надо было передать одной заключенной из женского отделения. Но предназначалось ли оно ей самой, или она, в свою очередь, была лишь одним из звеньев в цепи посредников, я не знал. Единственное, что мне было известно, — ее приметы, все остальное зависело от меня: я должен был передать письмо ей в руки.</p>
     <p>Прошло два дня, в течение которых я держал письмо у себя, затем представился удобный случай. Женщины занимались починкой белья для заключенных. Несколько наших коридорных должны были идти в женское отделение, чтобы принести огромные узлы с бельем. Я договорился с главным старостой, что пошлют меня. Перед нами отпирали дверь за дверью, и мы шли через тюрьму к камерам женщин. Мы вошли в большую комнату, где сидели за работой женщины. Я стал искать глазами ту, которую мне описали. Я обнаружил ее и стал к ней пробираться. Две матроны с ястребиными глазами были начеку. Я держал письмо в ладони и многозначительно посмотрел на женщину, чтобы определить, знает ли она о моем намерении. Она знала, что у меня для нее что-то есть, она, вероятно, ожидала послания и с момента нашего прихода старалась угадать, кто из нас посыльный. Но одна из матрон стояла в двух шагах от нее. Коридорные уже собирали узлы с бельем, которое мы должны были унести. Время уходило. Я замешкался со своим узлом, делая вид, что он плохо увязан.</p>
     <p>Неужели эта матрона никогда не отвернется? Или я потерпел неудачу? И как раз в это время другая женщина начала заигрывать с одним из коридорных, вытянула ногу и наступила ему на башмак, или ущипнула его, или что-то в этом роде. Матрона посмотрела в ту сторону и резко ее осадила. Не знаю, было ли это специально придумано, чтобы отвлечь внимание матроны, но я знал одно: такой случай не повторится. Рука женщины, за которой я следил, соскользнула с колен. Я наклонился, чтобы поднять свой узел. Наклонившись, я положил ей в руку письмо и взамен получил другое. В следующий момент узел был на моем плече, взгляд матроны снова остановился на мне, потому что я был последним коридорным, оставшимся в комнате, и я заспешил за своими приятелями. Письмо, полученное от той женщины, я передал истопнику, потом оно через руки цирюльника попало к заключенному, пронесшему мои вещи, и дальше — долгосрочнику в другой конец тюрьмы.</p>
     <p>Часто мы передавали письма по таким запутанным каналам, что не знали ни отправителей, ни получателей. Мы были всего лишь звеньями цепи. Где-то каким-нибудь образом вложит, бывало, узник мне в руку письмо с поручением передать его следующей инстанции. За все подобные услуги я впоследствии получал плату: сталкиваясь непосредственно с главным агентом по передаче писем, я получал от него вознаграждение. Вся тюрьма была охвачена сетью связи, что вполне естественно, так как мы, являясь точной копией капиталистического общества, взимали за это с наших клиентов немалую дань. Это были услуги только ради выгоды, хотя временами мы были готовы оказать услугу не в службу, а в дружбу.</p>
     <p>Во время пребывания в тюрьме я старался ладить со своим приятелем. Он много для меня сделал и, в свою очередь, ожидал, что я так же много сделаю для него. Когда мы вышли на свободу, мы уехали вместе и, само собой разумеется, должны были вместе «работать». Дело в том, что мой приятель был преступником, ну не первого класса, а обыкновенным мелким преступником, которые воруют и грабят, совершают кражи со взломом и не остановятся перед убийством, если не будет другого выхода. В течение многих часов мы с ним сидели и мирно толковали. На ближайшее будущее у него на примете были два или три дела, в которых я должен был принять участие, и мы вместе разрабатывали детали. Я знал многих преступников, меня частенько видели с ними, и моему приятелю не приходило в голову, что я морочил ему голову, водил его за нос в течение тридцати дней. По его мнению, я был для него находкой, он симпатизировал мне, потому что я был неглуп и вообще, по-моему, я ему нравился. У меня, разумеется, не было ни малейшего желания связываться с ним и заниматься жалкими, убогими преступлениями, но я был бы последним идиотом, если бы отказался от всех благ, которые мне сулила дружба с этим человеком. Когда опускаешься в ад и ноги твои ступают по раскаленной лаве, уже не выискиваешь прямую тропинку и не обдумываешь каждый свой шаг; именно так и случилось со мной в исправительной тюрьме округа Эри. Я должен был оставаться в шайке или идти на тяжелые работы, чтобы заработать себе на хлеб и воду, а чтобы остаться в шайке, я должен был ладить со своим приятелем.</p>
     <p>Жизнь в исправительной тюрьме не отличалась однообразием. Каждый день что-нибудь происходило: то с кем-нибудь из заключенных случится припадок, глядишь, кто-нибудь сойдет с ума, подерется, или коридорные напьются! Джек Ровер, один из рядовых коридорных, был нашей звездой первой величины. Это был заядлый бродяга, «профессионал», продувная бестия, и поэтому он пользовался всевозможными поблажками надсмотрщиков, облеченных властью. Джо Питсбург, который был вторым коридорным, обычно звал Джека Ровера на свои попойки, и у этой парочки была поговорка, что тюрьма округа Эри — это единственное место, где человек может напиться, не опасаясь ареста. Я не знаю, так ли это, но мне рассказывали, что бромистый калий, добытый при помощи всевозможных ухищрений из аптеки, и был тем наркотиком, которым они опьянялись. Но каковы бы ни были средства опьянения, мне доподлинно известно, что они добывали таковые и время от времени напивались.</p>
     <p>Наше отделение было настоящим притоном, его наполняла всякая мразь, отщепенцы общества, подонки, отбросы. Здесь были потомственные бездельники, дегенераты, калеки, психопаты, слабоумные, эпилептики, уроды, идиоты — словом, воплощение кошмара, до которого может дойти человечество. Поэтому у нас постоянно случались припадки истерии. Казалось, эти припадки были инфекционным заболеванием. Когда у кого-нибудь начинался припадок, другие следовали его примеру. Я видывал, как по семь человек сразу бились в припадке, они оглашали воздух неистовыми криками, и вокруг них метались и бормотали еще столько же помешанных. Никто никогда не оказывал припадочным никакой помощи, если не считать того, что их обливали из ведра холодной водой. Бесполезно было посылать за врачом или за студентом-медиком. Их не полагалось беспокоить по такому незначительному поводу.</p>
     <p>Там был мальчик-датчанин, восемнадцати лет от роду, у него припадки случались чаще, чем у других. Обычно он падал каждый день. По этой причине мы держали его на первом этаже в самом конце коридора, подальше от того места, где размещались мы. После того, как с ним случилось несколько припадков в тюремном дворе, охрана отказалась с ним возиться, и чтобы он не оставался один, его все время держали взаперти с одним англичанином, посаженным к нему для компании. Не то, чтобы от этого простака была какая-нибудь польза. Каждый раз, когда у мальчика начинался припадок, англичанин от ужаса находился в состоянии шока.</p>
     <p>Датчанин не знал ни слова по-английски. Он был крестьянским парнем и получил девяносто дней за то, что ввязался в какую-то драку. Перед припадками он дико выл. Он выл по-волчьи. К тому же во время припадков он стоял, что было пагубно для него, так как в конце припадка он падал навзничь на пол. Заслышав протяжный волчий вой, я обычно хватал метлу и бежал к его камере. Коридорным из заключенных не доверяли ключей от камер, так что я не мог к нему войти. Он обычно стоял в центре своей узкой камеры, содрогаясь от конвульсий, глаза его закатывались все больше и больше, пока зрачки совсем не исчезали. Это был вопль загубленной души.</p>
     <p>Как я ни старался, я не мог заставить англичанина протянуть ему руку. Все время, что он стоял и выл, простанок дрожал на верхних нарах, его застывший от ужаса взгляд был прикован к страшной фигуре с закатившимися глазами, которая выла и выла. Для него это тоже было тяжело, для этого бедняги англичанина. Его собственный рассудок был не совсем в порядке, и это чудо, что он не сошел с ума.</p>
     <p>Единственное, что я мог сделать, я делал с помощью моей метлы. Я просовывал ее сквозь решетку к груди датчанина и ждал. С приближением кризиса он начинал раскачиваться взад и вперед. Я двигал следом за ним свою метлу, потому что нельзя было предугадать, когда он рухнет лицом вниз. Но когда происходило это ужасное падение, я был здесь со своей метлой, подхватывая его и смягчая удар. Как я ни старался, он ни разу не упал без сильных ушибов, и на лице его всегда были синяки и кровоподтеки — следы падений на каменный пол. Он начинал корчиться в конвульсиях, и тут я выливал на него ведро воды. Не знаю, ведро воды — это верное средство или нет, но так было принято делать в тюрьме округа Эри. Больше для него никто ничего не делал. Он обычно лежал промокший около часу, а потом уползал на свои нары. Я знал, что лучше не бежать за помощью к охране. В конце концов что такое человек в припадке?</p>
     <p>В соседней камере жил странный тип — мужчина, который получил шестьдесят дней за то, что съел помои из ушата в цирке Барнама, во всяком случае, он излагал свою историю именно так. Голова у него была не совсем в порядке, но первое время он был тих и скромен. Все, что с ним случилось, произошло именно так, как он рассказывал. Он заблудился где-то возле цирка и, будучи голоден, подошел к ушату, куда бросали объедки со стола циркачей. «И это был действительно хороший хлеб, — часто уверял он меня, — а мяса совсем не было видно». Полицейский заметил его и арестовал, и вот он попал к нам.</p>
     <p>Однажды я проходил мимо его камеры с тонкой стальной проволокой в руках. Он попросил дать ему эту проволоку с таким серьезным видом, что я просунул проволоку сквозь его решетку. Быстро, не имея никаких инструментов, кроме своих пальцев, он разделил ее на короткие куски и скрутил из них полдюжины очень хороших английских булавок. Он заострил их концы о каменный пол. Тогда я открыл Настоящую торговлю английскими булавками. Я доставал сырье и реализовывал готовую продукцию, а он работал. Что же касается платы, то я давал ему лишние порции хлеба, а иногда куски мяса или мозговую кость из супа.</p>
     <p>Но пребывание в тюрьме плохо сказывалось на его здоровье, и изо дня в день он становился все более ненормальным. Надсмотрщикам доставляло удовольствие дразнить его. Его помутившийся рассудок жадно впитывал их россказни об огромном состоянии, которое будто бы он должен был получить. Они уверяли, что его арестовали и бросили в тюрьму для того, чтобы ограбить. Он, разумеется, и сам знает, что нет такого закона, который запрещает питаться отбросами из ушата. Следовательно, его не имели права лишать свободы. Это сделали заговорщики с целью лишить его наследства.</p>
     <p>Я узнал об этом от коридорных, которые были в восторге от своей выдумки. Вскоре он устроил со мной очень серьезное совещание, во время которого рассказал мне о своих миллионах, о заговоре, связанном с этими миллионами, и сообщил, что назначает меня своим сыщиком. Я приложил все силы, чтобы его успокоить, не очень убедительно рассказал ему об ошибке и о том, что настоящим наследником является его однофамилец. Я оставил его совершенно спокойным, но я не мог изолировать его от остальных коридорных, а они продолжали дразнить его пуще прежнего. В конце концов после дичайшей сцены он меня отверг, лишил меня звания частного сыщика и объявил забастовку. Моя торговля английскими булавками прекратилась. Он отказался делать булавки и швырнул в меня сырьем, когда я проходил мимо его решетки.</p>
     <p>Я уже не мог с ним ладить. Другие коридорные сказали ему, что я являюсь платным агентом заговорщиков. И в то же время своими выдумками они доводили его до безумия. Эти вымышленные истории взбудоражили его мозг, и в конце концов он превратился в опасного сумасшедшего, одержимого мыслью об убийстве. Охранники отказывались выслушивать его рассказы о похищенных миллионах, и он обвинил их в том, что они участвуют в заговоре. Однажды он запустил в одного из них кружкой с кипятком, и тогда расследовали его дело. Начальник тюрьмы поговорил с ним несколько минут через решетку. Затем его взяли для медицинского освидетельствования. Больше его никто не видел, и я часто думаю: умер он или все еще бредит о своих миллионах в каком-нибудь сумасшедшем доме.</p>
     <p>Наконец настал долгожданный день моего освобождения. В этот же день выходил на свободу и третий коридорный, а девушка, отбывавшая краткосрочное наказание, та, которую я покорил для него, ожидала его у стен тюрьмы. Они блаженно пошли рядом.</p>
     <p>Я и мой приятель вышли вместе и вместе направились в Буффало. Будем ли мы всегда вместе? В тот день мы вместе выпрашивали монетки на хлеб на «главном проспекте», и то, что мы получили, было истрачено на суперпиво, я не знаю, как пишется это слово, но произносится оно так, как я его написал, и стоит оно три цента. Я все время ждал удобного случая, чтобы улизнуть. От одного парня на дороге мне удалось узнать, в какое время проходит товарный поезд. В соответствии с этим я все рассчитал. В этот час я со своим приятелем сидел в салуне. Перед нами стояли две пенящиеся кружки. Мне очень хотелось с ним попрощаться. Он много для меня сделал. Но я не рискнул. Я вышел через черный ход и перемахнул через забор. Это было молниеносное бегство, и несколько минут спустя я был уже в товарном вагоне и мчался на юг по Западной Нью-Йоркско-Пенсильванской железной дороге.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод М. Бессараб</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Бродяги, которые проходят ночью</p>
     </title>
     <p>Когда я скитался по стране, я встречал сотни бродяг, которых я приветствовал или они приветствовали меня, вместе с которыми у водокачек я ожидал поездов, кипятил воду, готовил изысканные обеды, попрошайничал по дорогам и у кухонных дверей, цеплялся на подножки, — мы расставались, и я их больше никогда не встречал. Но были бродяги, которые исчезали и снова попадались на моем пути поразительно часто, а были еще и такие, которые проходили совсем рядом, невидимые, как призраки, и я с ними никогда не встречался.</p>
     <p>К числу таких бродяг принадлежал человек, за которым я мчался через Канаду по железной дороге больше трех тысяч миль и ни разу не видел его в глаза.</p>
     <p>Кличка его была Джек-Парус. Впервые я наткнулся на это имя в Монреале. Большим складным ножом на водокачке был вырезан верхний парус корабля. Выполнено это было превосходно. Под рисунком стояла подпись «Джек-Парус» и ниже «Н. З. 10-15-94». Последнее значило, что он отбыл из Монреаля в направлении на запад 15 октября 1894. Нас разделяли одни сутки. Как раз тогда у меня была кличка «Джек-Матрос», и я тотчас же вырезал ее рядом с его именем, поставил дату и сообщил, что я тоже направляюсь на запад.</p>
     <p>Следующие сто миль меня преследовали неудачи, и я напал на след Джека-Паруса только через неделю в трехстах милях западнее Оттавы. Его знак был нацарапан на водокачке, и по дате я понял, что он тоже задержался. Он обогнал меня только на два дня. Я был «кометой» и «королем бродяг», так же как и Джек-Парус. Из гордости и чтобы укрепить свою репутацию, я решил догнать его. Я ехал по железной дороге день и ночь и перегнал его, потом он, в свою очередь, перегнал меня. Иногда он вырывался вперед на один-два дня, иногда впереди был я.</p>
     <p>От бродяг, направлявшихся на восток, я иногда слышал о нем, они же мне рассказали, что он заинтересовался Джеком-Матросом и наводил обо мне справки.</p>
     <p>Мы были бы с ним великолепной парой, если бы когда-нибудь встретились, я в этом уверен, но встретиться нам так и не удалось. Когда мы пересекали Манитобу, я был впереди, а в Альберте впереди все время был он, и в одно отвратительное хмурое утро на границе провинции Альберта, чуть восточнее перевала Брыкливой Лошади, я узнал, что его видели минувшей ночью между Брыкливой Лошадью и перевалом Роджерса. Сведения эти поступили ко мне довольно странным путем. Всю ночь я ехал в «пульмановском вагоне с боковым затвором» (то есть в товарном) и замерз до полусмерти. На остановке я вылез попросить что-нибудь поесть. Холодный туман застилал все вокруг в депо; я набрел на нескольких кочегаров. Они дали мне остатки своего завтрака, и вдобавок я получил от них около кварты замечательного кофе «Ява». Кофе я подогрел, и, когда принялся за еду, с запада появился товарный поезд. Я увидел, как открылась боковая дверь и из вагона вылез бездомный мальчишка. Сквозь пелену тумана он заковылял ко мне. Он совершенно окоченел от холода, губы у него посинели. Я разделил с ним мой кофе и остальную еду, расспросил о Джеке-Парусе и потом о нем самом. Представьте, он был из моего родного города Окленда в Калифорнии, и он был членом знаменитой шайки Боу, шайки, к которой я иногда примыкал. Мы второпях за полчаса поели и поговорили. Потом мой состав тронулся, и я вскочил на него, чтобы продолжать путь на запад по следам Джека-Паруса.</p>
     <p>Я застрял между горными перевалами, два дня шел без еды, а на третий день, прежде чем раздобыть еду, проделал путь в одиннадцать миль, и все-таки мне удалось перегнать Джека-Паруса на реке Фрезер, в Британской Колумбии. Я ехал на пассажирском и сэкономил время, но он, должно быть, тоже ехал на пассажирском, и с большей ловкостью или с большей удачей, чем я, потому что в Мишн он прибыл раньше меня.</p>
     <p>Мишн — это узловая станция в сорока милях к востоку от Ванкувера. С этой станции можно было отправиться и на юг через Вашингтон и Орегон по Северной-Тихоокеанской. Я гадал, какой путь изберет Джек-Парус, я был уверен, что он от меня отстал. Сам-то я все еще пробирался на запад, к Ванкуверу. Я подошел к водокачке, чтобы начертать это сообщение, и увидел там помеченную тем же днем свежую отметину Джека-Паруса; я поспешил в Ванкувер, но он исчез.</p>
     <p>Он тут же сел на корабль и уже летел на запад в своем кругосветном приключении. Право, Джек-Парус, ты король бродяг, и твоим другом был «ветер, бродяжничающий по всему свету». Я снимаю перед тобой шляпу. Ты профессионал, продувная бестия. Неделей позже я, тоже сел на свое судно, на пароход «Уматилла». На его палубе я отработал свой проезд на юг, к Сан-Франциско. Джек-Парус и Джек-Матрос! Эх, если бы мы только встретились!</p>
     <p>Водокачки — адресные книги бродяг. Не от дури и не просто так пишут бродяги свои прозвища, даты и указания, куда они направляются. Не один раз встречал я хобо, которые настойчиво выспрашивали, не видел ли я где-нибудь такую-то и такую-то персону или его факсимиле. И я часто мог вспомнить кличку, которую видел накануне, и бак, где она была написана, и направление, куда он следовал. И тотчас же бродяга, которому я сообщал эти сведения, мчался вдогонку своему приятелю. Я встречал бродяг, которые, пытаясь догнать товарища, пересекали весь континент туда и обратно и продолжали поиски.</p>
     <p>Клички — это nom-de-rails, которые бродяга присваивает себе сам или которые дают ему его товарищи. Джо Трус, например, был робок, и так его назвали приятели. Ни один уважающий себя бродяга не выберет себе кличку Копченая Туша. Очень немногие бродяги любят вспоминать те позорные времена, когда они работали, так что клички, происходящие от названия профессии, очень редки, хотя, мне помнится, я встречал следующие: Литейщик Блэкки, Рыжий Маляр, Жестянщик Ши, Котельщик, Матрос и Печатник. Между прочим, «Ши» на жаргоне означает «Чикаго».<a l:href="#n_984" type="note">[984]</a></p>
     <p>Больше всего бродяги любят придумывать себе клички, указывающие на местность, откуда они родом, как, например: Нью-йоркский Томми, Тихоокеанский Слим, Смит из Буффало, Кантонский Тим, Питтсбургский Джек, Сиракузский Блеск, Микки из Трои, Коннектикутский Джимми. Был еще «Слим Джим с Виноградного холма, никогда не работал, хоть дел там тьма».</p>
     <p>«Блеск» — всегда прозвище негра, называют их так, вероятно, из-за бликов света на черных негритянских физиономиях. Техасский Блеск или Блеск Толедо указывает сразу и национальность и происхождение.</p>
     <p>Среди тех, кто включал в кличку свою национальность, я запомнил Фриско-еврея, Нью-Йоркского Ирландца, Француза из Мичигана, Джека-Англичанина, Кокни-Кида, Голландца из Миллуоки. Другие брали свои клички по цвету кожи: Ши Белый, Краснокожий из Нью-Джерси, Черный-бостонец, Коричневый из Сиэттла и Желтый Дик и Желтобрюхий, последний — креол с Миссисипи, которому, по-моему, насильно навязали эту кличку.</p>
     <p>Король Техаса, Счастливчик Джо, Бесстрашный Коннорз, Бо-Силач, Мрачный торнадец, Мак Кол-Гроза проявляли больше выдумки, когда пришлось вторично окрестить себя. Другие, у кого фантазии было меньше, пытались произвести имена от своих физических недостатков, как-то: Ванкуверская каланча, Детройтский коротышка, Толстяк из Огайо, Длинный Джек, Большой Джим, Маленький Джим, Заморыш из Нью-Йорка, Носатый Ши и Горбатый Бэн.</p>
     <p>Отдельно стоят клички бездомных мальчишек, к которым прибавляли слово «малыш» — «Кид». Я, например, припоминаю следующее: Кид-Щеголь, Слепой Кид, Кид-Карапуз, Нудный Кид, Кид-Гуляка, Шустрый Кид, Кид-Поваренок, Кид-Мартышка, Кид из Иовы, Кид-Плисовые Штаны, Кид-Оратор (который может рассказать, «как это произошло») и Кид-Нахал (который был грубияном, можете не сомневаться).</p>
     <p>На водокачке в Сан-Марсиал, штат Нью-Мексико, лет десять назад красовался следующий путеводитель для бродяг:</p>
     <cite>
      <p>1. Главная дорога — лафа.</p>
      <p>2. «Быки» не жлобы.</p>
      <p>3. Паровозное депо — годится поспать.</p>
      <p>4. Поезда на север плохие.</p>
      <p>5. В частные не заходи.</p>
      <p>6. Рестораны хороши только для поваров.</p>
      <p>7. Вокзал хорош только для ночной работы.</p>
     </cite>
     <p>Пункт первый сообщает, что стоит просить милостыню на главной улице; пункт второй — что полиция не беспокоит бродяг; пункт третий — что можно поспать в депо. Пункт четвертый, однако, можно понимать по-разному. На поезда, идущие на север, может быть, было неудобно садиться, а может, в них нельзя ничего выпросить. Пункт пятый означал, что в особняках нищим не подают, а пункт шестой — что только бывшие повара могут получить пищу в ресторанах. Пункт седьмой меня смутил. Я не мог понять, является ли вокзал подходящим местом, где любой бродяга может по ночам просить милостыню, или там могут поживиться ночью только бродяги-повара, или любой бродяга, повар или не повар, может там ночью рассчитывать на помощь, сделав на кухне черную работу и получив в качестве платы за труд что-нибудь съестное.</p>
     <p>Но вернемся к бродягам, которые проходят ночью. Мне запомнился один, я его встретил в Калифорнии. Он был швед, но так давно жил в Соединенных Штатах, что трудно было угадать его национальность. Он должен был сам говорить об этом. В самом деле, его привезли в Соединенные Штаты, когда он был грудным ребенком. Впервые я с ним столкнулся в горах, в городе Тракки. «Куда направляешься, хобо?» — приветствовали мы друг друга. «На восток», — был ответ, последовавший с обеих сторон. Целая орава отпетых бродяг пыталась в тот вечер уехать из города, и среди этого стада я потерял шведа. Потерял я и поезд.</p>
     <p>Добрался я до Рено, в штате Невада, в крытом товарном вагоне, который сразу загнали на запасный путь. Было воскресное утро, и после того, как я раздобыл себе кое-что на завтрак, я пошел в лагерь Пиут посмотреть индейские игры. И там стоял швед, захваченный этим зрелищем. Конечно, мы оба были рады. Он был единственным знакомым, какого я имел во всей округе, а он, кроме меня, тоже никого не знал. Мы бросились друг другу навстречу, как двое отшельников, которым надоело одиночество, и мы провели вместе весь этот день, вместе пустились на поиски обеда и под вечер пытались прыгнуть на один и тот же поезд. Но его сбросили, и я уехал один, чтобы оказаться сброшенным в канаву на пустыре в 20 милях от этого города.</p>
     <p>Из всех захолустных мест то, в котором меня сбросили, было самым пустынным. Это была станция, где поезд останавливается только по особому требованию. На станции не было ничего, кроме хибарки, стоявшей прямо на песке среди редкого кустарника. Дул холодный ветер, надвигалась ночь, и единственная живая душа — телеграфист, что жил в этой хибарке, смертельно меня боялся. Я знал, что не получу от него ни еды, ни крова. Он так меня боялся, что я ему не поверил, когда он сказал, что поезда, идущие на восток, никогда не останавливаются на этой станции. Кроме того, разве пять минут назад меня не сбросили в этом самом месте с поезда, идущего на восток? Он уверял меня, что поезд остановился по специальному требованию и что может пройти целый год, пока остановится следующий. Он сказал, что до Водсворта всего двенадцать или пятнадцать миль и что мне лучше всего добираться туда пешком. Однако я предпочел ждать и имел удовольствие видеть два товарных состава, промчавшихся без остановки на запад, и один — на восток. Не в этом ли поезде ехал швед? Мне ничего не оставалось делать, как отправиться пешком в Водсворт, и я пошел, к великому облегчению телеграфиста, поскольку я отказался от возможности сжечь его хибарку и убить его самого. Телеграфистов вообще есть за что благодарить.</p>
     <p>Я прошел не более шести миль, как мне пришлось сойти с пути и пропустить поезд, шедший на восток. Он мчался на полной скорости, но я уловил смутные очертания какой-то фигуры, очень похожей на шведа, в слепом тамбуре первого вагона.</p>
     <p>После этого я долго не видел его. Я неплохо провел этот рейс — сотни миль по пустыням Невады, для быстроты путешествовал ночью в пассажирских, а днем отсыпался в товарных вагонах. Было начало года, и на этих высокогорных пастбищах было очень холодно. В долинах осталось еще много снега, а горы были совершенно белые, и по ночам с них дул самый отвратительный из всех ветров на свете. Это был не тот край, где стоило задержаться. И не забывайте, дорогой читатель, бродяга идет по этой земле без крова, без денег, выпрашивая подаяние, чтобы продолжать путь, и ночью спит без одеяла. Такие вещи познаются только на собственном опыте.</p>
     <p>Под вечер я прибыл в Огденское депо. Пассажирский поезд Трансконтинентальной Тихоокеанской отходил на восток, и я ломал голову, как быть. За паровозом, среди сплетения стрелок, я увидел бредущую во мраке человеческую фигуру. Это был швед. Мы пожали друг другу руки, как братья после долгой разлуки, и обнаружили, что мы оба в перчатках. «Это у тебя откуда?» — спросил я. «Из паровозной будки, — ответил он. — А у тебя?» «Они принадлежали кочегару, — объяснил я, — он был растяпа».</p>
     <p>Мы забрались на слепую площадку почтово-багажного вагона, когда поезд тронулся. Там было страшно холодно. Дорога поднималась по узкому ущелью между покрытыми снегом горами, и мы дрожали и стучали зубами и рассказывали друг другу, как мы прошли это расстояние между Рено и Огденом. Накануне ночью я спал не больше часа, и в почтово-товарном вагоне вздремнуть было трудно. Поезд остановился, и я пошел вперед к паровозу. К нашему составу прицепили второй паровоз, так как поезд поднимался к перевалу.</p>
     <p>Я знал, что на предохранительной решетке первого паровоза слишком холодно, потому что он будет пробиваться против ветра, поэтому я выбрал решетку второго паровоза, который шел под прикрытием первого. Я забрался на решетку и обнаружил, что она занята. В темноте я разглядел очертания мальчишеской фигуры. Он крепко спал. Если лечь вплотную друг к другу, на решетке хватит места для двоих, я заставил мальчика потесниться и лег рядом с ним. Это была «хорошая» ночь, тормозные кондукторы нас не беспокоили, и мы моментально уснули. Время от времени я просыпался от сильного толчка или из-за горячей угольной пыли; тогда я еще ближе подвигался к мальчику и дремал под стук колес и всех этих механизмов.</p>
     <p>Состав миновал Эванстон, Вайоминг и дальше не пошел. Путь был закрыт: впереди произошло крушение. Принесли мертвого машиниста. Это наглядно свидетельствовало, что путь опасен. Еще был убит какой-то бродяга, но его труп остался на снегу. Я заговорил с мальчиком. Ему было 13 лет. Он убежал от своих родителей где-то в Орегоне и пробирался на восток к бабушке. Его рассказ о жестоком обращении в доме, который он оставил, звучал правдиво, кроме того, ему незачем было лгать мне, бездомному бродяге на дороге.</p>
     <p>Этот мальчик страшно спешил. Ему все хотелось ехать скорее. Когда железнодорожные смотрители решили послать состав обратно до развилки по той дороге, по которой он только что прошел, а потом перевести его на Орегонскую ветку и по ней выехать на Трансконтинентальную Тихоокеанскую выше места крушения, этот паренек снова забрался на решетку и заявил, что он на ней останется. Для шведа и для меня это было уж слишком. Это означало пропутешествовать весь остаток холодной ночи, чтобы выиграть миль двенадцать, не больше. Мы ответили, что будем ждать, пока очистят путь, и тем временем хорошенько отоспимся.</p>
     <p>Что ж, устроиться в чужом городе двум измученным людям — нелегкое дело. Полночь, холод, и надо искать место для ночлега. У шведа не было ни пенса. Весь мой капитал состоял из двух монет по десять центов и одной пятицентовой. Городские мальчишки нам рассказали, что пиво здесь стоит пять центов и что бары открыты всю ночь. Это нас устраивало. Два стакана пива обойдутся в десять центов, там будет печь и стулья, и мы проспим до утра. Мы направились к огням салуна, шли быстро, снег поскрипывал под ногами, холодный, порывистый ветер продувал нас насквозь.</p>
     <p>Увы, я неправильно понял городских мальчишек. Во всем городе только в одном баре торговали пивом по пять центов, и мы не попали в этот бар. Но тот, в который мы зашли, был хорош. Благословенная печь рокотала, раскаленная докрасна, в баре были уютные кресла с плетенными из камыша сиденьями и не особенно приятного вида хозяин, который с подозрением рассматривал нас с момента нашего появления. Человек не может проводить все дни и ночи в одной и той же одежде — цепляться на поезда, коптиться в тучах сажи и угля, спать где попало — и сохранить приличный «фасад». Наш внешний облик говорил решительно не в нашу пользу, но нам не о чем было волноваться. В кармане у меня были деньги.</p>
     <p>— Два пива, — сказал я хозяину бесстрастным голосом, и пока он его наливал, мы со шведом облокотились на стойку, втайне мечтая о креслах возле печки.</p>
     <p>Хозяин поставил перед нами две пенящихся кружки, а я с гордостью выложил десять центов. Тут моя карга была бита. Как только я увидел, что ошибся в цене, я собирался выудить другую десятицентовую монету. Неважно, что у меня осталось бы только пять центов и я был чужой в чужом городе. Я бы все равно заплатил. Но хозяин не дал мне возможности это сделать. Как только он разглядел, какую я положил монету, он схватил обе кружки и выплеснул их содержимое в отлив за стойкой. При этом, смерив нас злобным взглядом, он заявил:</p>
     <p>— У вас на носу короста. У вас на носу короста. У вас на носу короста. Смотрите!</p>
     <p>Ничего такого не было ни у меня, ни у шведа. Наши носы были в порядке. Прямое значение его слов было для нас совершенно непонятно, но косвенное их значение было ясно, как день: мы ему не понравились, и кружка пива, очевидно, стоила десять центов.</p>
     <p>Я порылся в кармане и положил на стойку другую десятицентовую монету, небрежно заметив:</p>
     <p>— О, я думал, что эти стаканы по пять центов.</p>
     <p>— Ваши деньги здесь не помогут, — ответил он, швыряя мне через стойку мои монеты.</p>
     <p>Печально опустил я их снова в карман, печально мы шли мимо благословенной печки и кресел и печально вышли за дверь в морозную ночь.</p>
     <p>Но когда мы были уже в дверях, хозяин, все еще сверливший нас взглядом, крикнул нам вслед:</p>
     <p>— У вас на носу короста, смотрите!</p>
     <p>С тех пор я многое повидал в мире, путешествовал по диковинным странам, видел разные народы, открывал множество книг, сидел во многих аудиториях, но по сей день, хотя я об этом много и усиленно размышлял, я не в силах понять смысла таинственного высказывания того хозяина в Эванстоне, штат Вайоминг. Наши носы были в полном порядке.</p>
     <p>В ту ночь мы спали над котлами в электростанции. Как мы наткнулись на этот «ночлег», я не помню. Мы, должно быть, двигались к нему инстинктивно, как лошади к водопою или почтовые голуби к своей голубятне. Но это была ночь, которую не очень приятно вспоминать.</p>
     <p>Над котлами еще до нас устроилось человек десять бродяг, и всем там было слишком жарко. В довершение всех наших бед механик не разрешил нам стоять внизу у котлов. Он предоставил нам выбор: или над котлами, или на снегу.</p>
     <p>— Вы утверждали, что хотите спать, ну так, черт с вами, спите, — заявил он мне, когда, совершенно разбитый и обезумевший от жары, я зашел в котельную.</p>
     <p>— Воды, — попросил я, вытирая залитые потом глаза, — воды.</p>
     <p>Он указал мне на дверь и заверил, что где-то там в темноте я найду речку. Я отправился к реке, заблудился во тьме, раза два или три падал в сугробы, поднимался и вернулся к котлам замерзший до полусмерти. Когда я оттаял, мне захотелось пить еще больше. Вокруг меня стонали, вздыхали, всхлипывали, охали, задыхались, хрипели, барахтались, метались и тяжело переворачивались с боку на бок в этой нескончаемой пытке бродяги. Мы, заблудшие души, нещадно поджаривались на этой адской сковородке, и механик — олицетворение сатаны — давал нам единственный выход — замерзнуть на улице.</p>
     <p>Швед сел и принялся страстно проклинать любовь человека к перемене мест, которая довела его до бродяжничества и тяжких страданий, вроде этого.</p>
     <p>— Когда я вернусь в Чикаго, — клялся он, — поступлю на работу и не брошу ее, пока ад не потрескается от мороза. Тогда я снова пойду бродяжничать.</p>
     <p>И — такова ирония судьбы — на следующий день, когда последствия аварии были устранены, мы со шведом выехали из Эванстона в ящиках для льда вагона-холодильника, предназначенного «специально для апельсинов», скорого товарного состава для фруктов из солнечной Калифорнии. Ящики, конечно, были пустые из-за холодной погоды, но от этого они не стали теплее. Мы проникали в них через люки на крышах вагонов, ящики были сделаны из оцинкованного железа, и в такой холод прикасаться к их стенкам было не очень-то приятно. Мы лежали в ящиках для льда и дрожали, у нас зуб на зуб не попадал. Мы держали совет и решили оставаться в холодильнике день и ночь, пока не проедем район негостеприимного плоскогорья и не спустимся в долину Миссисипи.</p>
     <p>Но мы должны были чем-то питаться и решили на следующей остановке вылезти за едой и тут же бежать обратно. Мы прибыли в город Грин Ривер слишком рано для ужина. Время перед едой — это худшие часы для того, чтобы стучаться в кухонные двери, но мы взяли себя в руки и, как только состав подошел к сортировочной, спустились по боковым лесенкам и побежали к домам. Мы сразу направились в разные стороны, но условились встретиться в холодильнике. Вначале мне не везло, но под конец мне насовали в руки всякой всячины, и я помчался к поезду. Он уже тронулся и шел довольно быстро. Тот рефрижератор, в котором мы должны были встретиться, был уже далеко, и я повис на боковой лесенке другого холодильника, на расстоянии шести вагонов от него. Я быстро поднялся на крышу и влез в ящик.</p>
     <p>Но проводник из служебного вагона заметил меня и через несколько миль на следующей остановке в Рок Спрингсе он просунул свою голову в мой ящик и крикнул: «Пошел вон, жабий сын! Пошел вон!» Он схватил меня за ноги и выволок из ящика. Я благополучно смотался, и «специальный апельсиновый» вместе со шведом укатил без меня.</p>
     <p>Пошел снег. Приближалась холодная ночь. Когда стемнело, я начал рыскать по станционным путям, пока не нашел пустой вагон-рефрижератор. Я влез в него, не в ящик для льда, а прямо в вагон. Я задвинул тяжелые двери, и их края, обшитые резиновыми полосами, надежно закупорили вагон. Стены были толстые. Никакая стужа не могла проникнуть вовнутрь вагона. Но в нем был такой же холод, как и снаружи. Мне предстояло разрешить проблему — как поднять температуру. Но профессиональный бродяга знает свое дело. Я извлек из карманов три или четыре газеты. Я сжег их одну за другой на полу вагона. Дым поднялся к потолку. Все тепло осталось в вагоне, и я чудесно провел ночь: в тепле и с удобствами. Я не просыпался ни разу.</p>
     <p>Утром все еще шел снег. Отправившись на поиски завтрака, я прозевал восточный поезд. Днем я дважды садился на поезда, и дважды меня сбрасывали. После полудня на восток не шел ни один поезд. Снег повалил сплошной пеленой, но в сумерках я вскочил на первый почтовый вагон поезда дальнего следования. Когда я прыгал в тамбур, кто-то вскочил туда же с другой стороны. Это был мальчишка, который убежал из Орегона.</p>
     <p>Однако поездка в тамбуре первого вагона для перевозки почты в разбушевавшейся снежной буре — не летний пикник. Ветер пронизывает вас насквозь, бьет в стенку вагона и снова набрасывается на вас. На первой остановке, в сгустившейся темноте, я пошел вперед и представился кочегару. Я предложил подбрасывать уголь до конца его смены, то есть до Роулинса, и мое предложение было принято. Работал я на тендере, на снегу, разбивая лопатой глыбы угля и перетаскивая уголь в паровозную будку. Но так как я не должен был работать все время, я снова и снова входил в будку и грелся.</p>
     <p>— Послушай, — сказал я кочегару в первый свой короткий перерыв, — там, в первом тамбуре, маленький парнишка. Он совсем замерз.</p>
     <p>Паровозные будки на Трансконтинентальной Тихоатлантической вполне просторны, и мы уложили мальчишку в теплый угол перед высоким стулом кочегара, где мальчик моментально заснул. Мы прибыли в Роулинс в полночь. Снег повалил еще сильнее. Здесь паровоз уходил в депо, а вместо него подавали новый. Как только состав подошел к остановке, я соскочил с паровозной лесенки и плюхнулся в объятия огромного мужчины в огромном пальто. Он начал задавать мне вопросы, а я напрямик спросил у него, кто он такой. Он тут же объяснил мне, что он шериф. Я присмирел, выслушал его и отвечал ему.</p>
     <p>Он начал перечислять приметы мальчика, который в это время спал в кабине. Я сразу сообразил, в чем дело. Очевидно, семья напала на след мальчика, и шериф получил телеграфные инструкции из Орегона. Да, я видел этого ребенка. Первый раз я встретил его в Огдене. Дата совпала с теми сведениями, которые имел шериф. Но мальчишка был еще где-то далеко от этих мест, объяснил я, потому что минувшей ночью его сняли с этого самого состава, когда он отходил из Рок Спрингса. И все это время я молил бога, чтобы мальчишка не проснулся, не вылез из будки и не испортил мне все дело.</p>
     <p>Шериф оставил меня, чтобы пойти расспросить проводников, но, уходя, сказал:</p>
     <p>— Слушай, бродяга, в этом городе тебе нечего делать. Ясно? Ты поезжай на этом поезде дальше и не вздумай задерживаться. Если я поймаю тебя после отхода поезда…</p>
     <p>Я заверил его, что попал в его город отнюдь не по собственному желанию, очутился в нем только из-за остановки поезда и что он не должен ломать себе голову над тем, каким образом выкурить меня из его проклятого города.</p>
     <p>Как только он пошел разговаривать с проводниками, я вскочил обратно в будку. Мальчик проснулся и протирал глаза. Я рассказал ему, что произошло, и посоветовал ехать на паровозе в депо. Короче говоря, мальчишка уехал на этом самом поезде, на защитной решетке, я велел ему на первой же остановке попросить кочегара, чтобы он пустил его в кабину. Что же касается меня, то меня высадили. Новый кочегар был молод и еще слишком прилежен, чтобы нарушать правила компании, запрещающие пускать на паровоз бродяг, так что он отверг мое предложение подбрасывать уголь. Я надеюсь, мальчишке с ним повезло, потому что в такой буран ночь на решетке означала верную смерть.</p>
     <p>Странное дело, я теперь не могу припомнить со всеми подробностями, как меня сбросили в Роулинсе. Помню только, что поезд мгновенно был поглощен снежной бурей, а я отправился на поиски салуна, чтобы согреться. Там были свет и тепло. Дело шло полным ходом. За столами играли в фараон, рулетку, кости, покер, какие-то сумасшедшие погонщики скота веселились. Только я с ними побратался и допил первую стопку за их счет, как тяжелая рука опустилась на мое плечо. Я оглянулся и тяжело вздохнул. Это был шериф.</p>
     <p>Не говоря ни слова, он вывел меня на улицу.</p>
     <p>— Там в депо стоит «специальный апельсиновый», — сказал он.</p>
     <p>— Чертовски холодная ночь, — сказал я.</p>
     <p>— Он отойдет через десять минут, — сказал он.</p>
     <p>Все. Никаких дискуссий. И когда «специальный апельсиновый» тронулся, я сидел в ящике для льда. Я думал, что к утру отморожу ноги, и последние двадцать миль до Ларами я стоял в люке и танцевал на месте. Снег шел такой густой, что проводники не могли меня заметить, но мне было безразлично, даже если бы они и заметили.</p>
     <p>За свои четверть доллара я позавтракал в Ларами и после этого моментально вскочил в тамбур почтового вагона, который взбирался на перевал через основной хребет Скалистых гор. Ехать на открытой площадке почтового вагона днем невозможно, но я надеялся, что проводники не будут так бессердечны, чтобы высадить меня в эту снежную бурю на вершине Скалистых гор. И они не высадили. У них вошло в правило на каждой остановке идти и смотреть, замерз я уже или нет.</p>
     <p>У монумента Амесу, на вершине Скалистых гор, я не помню, какова их высота, проводник подошел ко мне в последний раз.</p>
     <p>— Послушай, бродяга, — сказал он, — видишь, на втором пути стоит товарный поезд, который пропускает наш состав вперед?</p>
     <p>Я видел. Он стоял на соседнем пути в шести шагах от меня. Будь он на несколько шагов дальше, в такую метель я бы ничего не мог разглядеть.</p>
     <p>— Ну, так в одном из вагонов остатки банды Келли. У них там на полу два фута соломы, и их так много, что в вагоне не холодно.</p>
     <p>Это был хороший совет, и я ему последовал, хотя решил, что если проводник задумал сыграть со мной какую-нибудь злую шутку, то я вернусь на свое место, когда тронется его состав. Но все обошлось благополучно. Я нашел вагон — большой вагон-рефрижератор с дверью, которая была широко раскрыта для вентиляции. Я залез туда. Я наступил кому-то на ногу, потом кому-то на руку. В сумеречном свете я ничего не мог разглядеть, кроме запутанного клубка из чьих-то рук, ног и тел. Никогда еще я не видел такого человеческого месива. Все они лежали на соломе, друг на друге, друг под другом, один возле другого. Восемьдесят четыре здоровых бродяги заняли бы все пространство вагона, если бы они разлеглись как следует. Те, на которых я наступил, возмутились. Их тела заходили у меня под ногами, как волны на море, я покачнулся и шагнул вперед. Я не мог найти свободного кусочка соломы, чтобы поставить свою ногу, поэтому я снова наступил на каких-то людей. Негодование возрастало, меня продолжали переталкивать все дальше.</p>
     <p>Я потерял равновесие и со всего маху сел. К несчастью, я сел на чью-то голову. Человек этот в ярости приподнялся на четвереньки, и я взлетел на воздух. То, что подбрасывают, должно опуститься, и я опустился на голову другого человека.</p>
     <p>Я смутно помню, что произошло потом. Похоже было, что я попал в молотилку.</p>
     <p>Меня перебрасывали из одного конца вагона в другой. Эти восемьдесят четыре человека бросали меня до тех пор, пока то немногое, что от меня осталось, каким-то чудом не нашло клочок соломы, на котором можно было отдохнуть. Я был принят, причем в веселую компанию. Остаток дня мы ехали сквозь бурю и, чтобы убить время, решили, что каждый должен что-нибудь рассказать. Было поставлено условие, что каждая история должна быть интересной и, более того, чтобы ее никто раньше не слышал. Наказанием для неудачника будет молотилка. Неудачников не было. И здесь я должен сразу сказать, что никогда в жизни я не присутствовал на таком грандиозном литературном пиршестве. Здесь было восемьдесят четыре человека со всего света — я был восемьдесят пятым, — и каждый рассказ был шедевром. Он должен был им быть, потому что выбор был таков: либо шедевр, либо молотилка.</p>
     <p>Поздно вечером мы прибыли в Шайенн.</p>
     <p>Буран достиг предельной силы, и, хотя последний раз мы ели утром, ни один человек не рискнул отправиться на поиски ужина. Всю ночь мы мчались сквозь бурю и утром следующего дня обнаружили, что мы находимся уже среди прелестных равнин Небраски и продолжаем ехать. Горы и буран остались позади. Благодатное солнце сияло над улыбающейся землей, и у нас вот уже сутки ничего не было во рту. Мы выяснили, что наш состав около полудня прибывает в город, который, если я не ошибаюсь, назывался Гранд Айленд.</p>
     <p>Мы собрали деньги и послали телеграмму городским властям. Текст телеграммы гласил, что восемьдесят пять здоровых голодных бродяг прибывают в полдень и что было бы неплохо приготовить им заранее обед. У властей Гранд Айленда было два выхода. Они могли накормить нас или бросить в тюрьму. В последнем случае они также должны были нас накормить, и они мудро решили, что один обед обойдется дешевле.</p>
     <p>Когда наш поезд в полдень прибыл в Гранд Айленд, мы сидели на крышах вагонов, свесив ноги, и грелись на солнышке. Вся городская полиция была включена в комитет по встрече. Они нас построили отрядами, и мы маршем отправились в отели и рестораны, где для нас был приготовлен обед. Тридцать шесть часов мы пробыли без пищи, и нас не надо было учить, что делать. После этого мы промаршировали обратно на станцию. Полиция благоразумно задержала поезд до нашего прибытия. Состав медленно тронулся, и восемьдесят пять человек атаковали боковые лестницы. Мы «захватили» поезд.</p>
     <p>В тот вечер мы были без ужина, во всяком случае, вся банда, за исключением меня. Как раз когда пришло время ужина и состав отходил от маленького городка, в вагон, где я с тремя бродягами играл в педро, влез человек. Рубашка этого человека подозрительно оттопыривалась. В руке он держал помятую литровую кружку, из которой поднимался пар. До меня дошел аромат «Явы». Я отдал свои карты одному бродяге, который следил за игрой, и извинился перед партнерами. Потом в другом конце вагона, сопровождаемый завистливыми взглядами, я сел рядом с этим человеком и разделил с ним его «Яву» и содержимое пакета, что был спрятан под его сорочкой. Это был швед.</p>
     <p>Мы прибыли в Омаху часов в десять вечера.</p>
     <p>— Давай поохотимся? — сказал мне швед.</p>
     <p>— Конечно, — ответил я.</p>
     <p>Когда поезд подходил к Омахе, мы приготовились к высадке. Но население Омахи тоже приготовилось. Мы со шведом повисли на боковых лестницах, готовые к прыжку. Но поезд не остановился. Более того, длинные ряды полисменов, чьи медные пуговицы и звезды поблескивали в электрическом освещении, вытянулись по обеим сторонам пути. Мы со шведом знали, что произойдет, если только мы попадем им в руки. Мы прильнули к лестницам, и поезд помчался по мосту над рекой Миссури к городу Каунсил Блафс.</p>
     <p>«Генерал» Келли с двухтысячной армией бродяг разбил лагерь в нескольких милях оттуда, в парке Шатокуа. Наша банда двигалась в арьергарде армии генерала Келли, и, высадившись из поезда в Каунсил Блафс, мы двинулись к лагерю. Ночью похолодало, и от сильного штормового ветра с дождем мы промокли и продрогли. До самого лагеря нас эскортировали и подгоняли многочисленные полицейские. Мы со шведом дождались удобного случая и благополучно улизнули.</p>
     <p>Дождь лил как из ведра, и в кромешной тьме, когда не видно собственных рук, как двое слепцов, мы искали укрытия. Нам помог инстинкт, потому что мы сразу наткнулись на салун — не на такой, который был открыт и торговал или который был просто заперт на ночь, и даже не на такой, который имел постоянный адрес, а на салун, который стоял на больших балках с роликами: его перевозили с места на место. Двери были заперты. Шквал ветра и дождя подтолкнул нас. Мы не колебались. Рухнула выбитая дверь, и мы вошли в салун.</p>
     <p>Мне в своей жизни приходилось устраиваться на разные ночевки в самых адских условиях: я ночевал в лужах, засыпал в снегу под двумя одеялами, когда спиртовой термометр показывал 74 градуса ниже нуля (что соответствует 106 градусам мороза), но я хочу сказать без обиняков, что у меня никогда не было привала хуже, чем тот, что был у нас со шведом в этом передвижном салуне в Каунсил Блафс.</p>
     <p>Это была самая несчастная ночь в моей жизни. Во-первых, постройка, приподнятая над землей, будто висела в воздухе, и в бесчисленные щели в полу задувал ветер. Во-вторых, салун был пуст, не было в нем огненной жидкости, закупоренной в бутылки, которая дала бы нам тепло и помогла бы забыть о наших бедствиях. У нас не было одеял, и в нашей сырой одежде, промокшие до мозга гостей, мы пытались уснуть. Я свернулся в комок под стойкой. Швед скорчился под столом. Ветер из щелей и дыр не дал нам сомкнуть глаз, и через полчаса я полез на стойку. Немного погодя швед взобрался на стол.</p>
     <p>Так мы дрожали и молили бога, чтобы скорее настало утро. Я только одно знаю: я дрожал до тех пор, пока уже дрожать не было сил. Осталась только резкая, ноющая боль. Швед охал, и стонал, и все время шептал, стуча зубами: «Никогда, никогда». Он повторял эту фразу без конца, повторял ее тысячу раз, и, когда задремал, он продолжал повторять ее во сне.</p>
     <p>Лишь только забрезжило утро, мы покинули нашу обитель страданий и попали в туман, изморозь и стужу. Мы брели, пока не наткнулись на железнодорожную линию. Я решил ехать обратно в Омаху, чтобы стрельнуть себе завтрак, мой спутник собирался в Чикаго. Настало время прощаться. Мы протянули друг другу онемевшие руки. Мы дрожали. У нас так стучали зубы, что мы не могли сказать ни слова. Мы были одни, отрезанные от всего мира, мы ничего не могли разглядеть, кроме небольшого участка пути, оба конца которого исчезали в тумане. Мы молча глядели друг на друга, сочувственно пожимая руки. Лицо шведа было синим от холода, и я знал, что выглядел так же.</p>
     <p>— Что никогда? — с трудом произнес я.</p>
     <p>Слова застряли в горле у шведа, потом откуда-то из глубины его заледеневшего сердца раздались еле слышные звуки:</p>
     <p>— Никогда не буду бродягой.</p>
     <p>Он помолчал, а когда снова заговорил, его голос, обретая уверенность, становился все громче и сильнее.</p>
     <p>— Никогда не буду бродягой. Пойду работать. Тебе бы лучше сделать то же самое. Такие ночи, как эта, приводят к ревматизму.</p>
     <p>Он пожал мою руку.</p>
     <p>— Прощай, друг, — сказал он.</p>
     <p>— Прощай, друг, — сказал я.</p>
     <p>Нас сразу же разъединила мгла. Таково было наше последнее прощание. Но это написано для вас, мистер швед, где бы вы ни находились. Я надеюсь, что вы устроились на работу.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод М. Бессараб</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Бездомные мальчишки и веселые коты</p>
     </title>
     <p>Время от времени в газетах, журналах и биографических словарях мне попадаются очерки о моей жизни, из которых я, если можно так выразиться, узнаю, что я стал бродягой ради того, чтобы изучить социологию. Это очень мило и внимательно со стороны биографов, но это неверно. Я стал бродягой, — что ж, этого требовала моя натура, в моей крови была жажда скитаний, которая никогда не давала мне покоя. Социология пришла потом, она была следствием, а не причиной, так же, как мокрая кожа является следствием купания. Я вышел на Дорогу, потому что я не мог иначе, потому что у меня в кармане не было денег на билет, потому что я был так устроен, что не мог всю жизнь «работать в одной смене», потому что— словом, потому, что легче было это сделать, чем не делать.</p>
     <p>Это случилось в моем родном городе Окленде, когда мне было шестнадцать лет. К этому времени у меня была сногсшибательная репутация в избранном кругу авантюристов, которые дали мне кличку «Принц устричных пиратов». Правда, за пределами этого круга честные матросы, работавшие в бухте, портовые грузчики, лодочники и законные владельцы устриц называли меня головорезом, хулиганом, бандитом, вором, грабителем и всевозможными другими не совсем лестными словами, но все они звучали для меня как комплименты, они только подчеркивали головокружительную высоту моего положения.</p>
     <p>В ту пору я еще не читал «Потерянный рай», и позже, когда я прочитал у Мильтона<a l:href="#n_985" type="note">[985]</a> слова: «лучше править в аду, чем прислуживать на небесах», я окончательно убедился, что мысли великих умов текут по одному руслу.</p>
     <p>Именно в это время случайное сцепление обстоятельств привело меня к моему первому приключению на Дороге. Случилось так, что устричное дело в тот период замерло, что в Бенишии, в сорока милях от Окленда, для меня были приготовлены одеяла, которые я хотел забрать, а в нескольких милях от Бенишии, в Порт-Коста, под охраной констебля стояла на якоре украденная лодка. Так эта вот лодка принадлежала моему другу Динни Мак-Кри. А украл ее и оставил в Порт-Коста другой мой друг, Виски Боб (бедный Виски Боб! Прошлой зимой его тело было выброшено на берег, сплошь продырявленное пулями, и убийцу так и не нашли). Я как раз вернулся с верховьев реки и сообщил Динни Мак-Кри, где находится его лодка. Динни Мак-Кри сразу предложил мне десять долларов, если я доставлю ее в Окленд.</p>
     <p>Времени у меня было сколько угодно. Мы сидели на пристани и толковали с Никки-Греком, еще одним бездельничающим устричным пиратом. «Давай поедем!» — сказал я, и Никки охотно согласился. Он был на мели. Я обладал пятьюдесятью центами и маленькой лодчонкой. Деньги я вложил в дело и истратил на продукты, которые и погрузил в лодку: я купил крекер, мясные консервы и десятицентовую банку французской горчицы (мы тогда очень увлекались французской горчицей). Затем ближе к вечеру мы подняли свой маленький шпринтов-парус и легли на курс. Мы шли всю ночь, и на следующее утро, на первой волне отличного прилива, подгоняемые веселым попутным ветром, мы понеслись вверх по Каркинезскому проливу к Порт-Коста. Там футах в двадцати пяти от пристани стояла украденная лодка. Мы встали рядом с ней, быстро спустили большой парус. Я послал Никки поднять на лодке якорь, а сам начал спускать малый парус.</p>
     <p>На пристань выскочил человек и окликнул нас. Это был констебль. И тут я вдруг сообразил, что не удосужился взять у Динни Мак-Кри письменное разрешение на то, чтобы забрать его лодку. Кроме того, я знал, что констебль захочет получить не меньше двадцати пяти долларов за то, что он отобрал эту лодку у Виски Боба и потом стерег ее. А мои последние пятьдесят центов вылетели на мясные консервы и французскую горчицу, да и все мое вознаграждение составляло десять долларов. Я взглянул на Никки. Он изо всех сил тянул якорную цепь, а та не поддавалась.</p>
     <p>— Тащи скорее! — зашипел я на Никки, повернулся к констеблю и прокричал ему что-то в ответ.</p>
     <p>Мы с констеблем говорили одновременно, наши высказанные вслух мысли сталкивались в воздухе, и получалась какая-то тарабарщина.</p>
     <p>Голос констебля становился все более властным, и волей-неволей мне пришлось его слушать. Никки тащил якорную цепь с таким напряжением, что я подумал, как бы у него не полопались жилы. Когда констебль покончил со своими угрозами и предупреждениями, я спросил у него, кто он такой. Время, которое он потратил на ответ, дало возможность Никки поднять якорь. Я быстро сделал кое-какие вычисления. У ног констебля начиналась лестница, которая вела прямо к воде. К этой лестнице была привязана шлюпка. В ней были весла. Но цепь от лодки была на замке. От этого замка зависел успех всей игры. В лицо мне дул бриз, я видел высокую воду прилива, глянул на частично свернутый малый парус, мой взгляд пробежал от фалов к блокам, и я понял, что все готово. Я перестал притворяться.</p>
     <p>— Отчаливай! — крикнул я Никки и прыгнул к сезеню. Я опустил нижний край паруса, благословляя судьбу, что Виски Боб завязал сезень не морским, а простым узлом.</p>
     <p>Констебль кинулся вниз по лестнице и замешкался с замком. Якорь был поднят, и последний парус был поставлен в то самое мгновение, когда констебль освободил лодку и прыгнул к веслам.</p>
     <p>— Дирик-фал! — скомандовал я своему экипажу, одновременно разворачивая гафель.</p>
     <p>Парус пошел вверх. Я закрепил снасти и бросился на корму к румпелю.</p>
     <p>— Так держать! — крикнул я Никки.</p>
     <p>Констебль как раз поравнялся с нашей кормой. Порыв ветра подхватил нас, и мы понеслись. Это было здорово. Если бы у меня был черный флаг, я бы поднял его в знак торжества. Констебль стоял в своей лодке и осквернял великолепие дня отборнейшей бранью. Он проклинал себя за то, что не захватил с собой оружия. Как видите, нам и здесь повезло.</p>
     <p>Во всяком случае, мы не крали этой шхуны. Она не принадлежала констеблю. Мы только лишили его вознаграждения, которое для него было особой формой взятки. И вознаграждение это мы украли не для себя, а для моего друга Динни Мак-Кри.</p>
     <p>Через несколько минут мы уже были в Бенишии, а еще через несколько минут мои одеяла были на борту. Я повернул лодку к дальнему концу пароходной пристани. Этот наблюдательный пункт имел одно преимущество: мы видели всех, кто входил в гавань. Все было ясно без слов. Ведь могло случиться, что констебль из Порт-Коста позвонил констеблю в Бенишию. У нас с Никки состоялся военный совет. Мы лежали на палубе под теплыми лучами солнца, свежий бриз дул нам в лицо, волны прилива с журчанием и плеском набегали на берег. Идти к Окленду можно было только после полудня, когда начнется отлив. Но мы знали, что в это время констебль будет следить за Каркинезским проливом и что нам остается только одно: ждать следующего отлива в два часа ночи, когда мы сможем проскользнуть в темноте мимо цербера.</p>
     <p>Так мы и лежали на палубе, покуривая сигареты и радуясь тому, что живы. Я перегнулся за борт, чтобы определить скорость течения.</p>
     <p>— При таком ветре с этим приливом можно дойти до Рио-Виста, — сказал я.</p>
     <p>— На реке самый разгар фруктового сезона, — сказал Никки.</p>
     <p>— И низкая вода, — сказал я. — Это — лучшее время года для поездки в Сакраменто.</p>
     <p>Мы сели и посмотрели друг на друга. Чудесный западный ветер опьянял нас, как вино. Мы одновременно перегнулись через корму, чтобы посмотреть, каково течение. Теперь я убежден, что всему виной были прилив и попутный ветер. Они пробудили в нас морские инстинкты. Если бы не они, не было бы всей цепи событии, которые привели меня на Дорогу.</p>
     <p>Мы поняли друг друга без слов. Снялись с якоря и подняли паруса. Наши приключения на реке Сакраменто заслуживают особого повествования, здесь я не буду о них распространяться. Мы прибыли в город Сакраменто и пришвартовались у пристани. Вода была отличная, и большую часть времени мы купались. На песчаной косе чуть повыше железнодорожного моста мы очутились среди целой компании купающихся мальчишек. В перерывах между купаниями мы лежали на песке и разговаривали. Они говорили совсем не так, как мальчики, с которыми я раньше общался. Это был новый жаргон. Это были бездомные мальчишки, дети Дороги, и каждое произнесенное ими слово усиливало мое влечение к Дороге. Это влечение все более и более овладевало мной.</p>
     <p>То вдруг один из них начинал: «Когда я был в Алабаме», или другой: «Когда я ехал из Канзас-Сити по Чикаго-Альтонской», на что третий паренек отвечал: «О, на Чикаго-Альтонской нет лесенок к слепым площадкам!» А я все лежал на песке и слушал. «Это было в небольшом городке в Огайо на озере Шор, на Южно-Мичиганской ветке», — начинал мальчишка, а другой продолжал: «А ты когда-нибудь ездил на „пушечном ядре“ по Уобашу?», и кто-нибудь продолжал: «Нет, но я выезжал на белом почтовом из Чикаго», «Пока не побываешь в Пенсильвании, не заикайся о железных дорогах: четыре колеи, никаких водокачек, воду набирают на ходу, вот это штука!», «А Северная Тихоокеанская теперь стала дрянной дорогой», «Салинас начеку, „быки“ такие, что лучше не подступайся», «Меня сцапали в Эль Пазо вместе с Моук-Кидом», «Прежде чем рассказывать нам, что такое „стрельнуть“, ты сначала поброди вокруг Монреаля, где живут французы, — по-английски никто ни слова, ты говоришь: „Манже, мадам, манже, ноу спик де френч“, и трешь свое пузо, и показываешь ей, что подыхаешь с голоду, а она тебе сует кусок свиной требухи и ломоть сухого хлеба».</p>
     <p>А я все лежал на песке и слушал. В присутствии этих бродяг мое устричное пиратство превращалось в пустяковое занятие. Каждое их слово звучало в моих ушах как призыв нового мира — мира вагонных тележек и буферов, «слепых» тамбуров и «пульмановских вагонов с боковым затвором», «быков» и кондукторов, мира, где «влипают» и «смываются», где есть мертвая хватка и бродяги, желторотые и забубенные. И от всего этого веяло приключениями. Прекрасно, я вступлю в этот новый мир. Я поставил себя в один ряд с этими бездомными мальчишками. Я ведь был таким же крепышом, как любой из них, таким же быстрым, таким же самоуверенным, и сообразительности у меня было не меньше, чем у них.</p>
     <p>После купания, когда наступил вечер, они оделись и пошли к городу. Я пошел с ними. Мальчишки начали закидывать удочку за монетками на прямой, иными словами, попрошайничали на главной улице. Я ни разу в жизни не просил подаяния, и это оказалось для меня самым трудным делом, когда я впервые вступил на Дорогу. У меня были совершенно нелепые представления о попрошайничестве. Моя философия в ту пору сводилась к тому, что лучше украсть, чем просить милостыню, и что грабеж еще лучше, потому что риск и возмездие соответственно больше. Если бы я отбыл положенный мне за устричное пиратство срок заключения, мне бы пришлось сидеть не меньше тысячи лет. Грабить — это по-мужски, побираться — презренно и убого. Но со временем я стал умнее, все утряслось, когда я начал смотреть на попрошайничество как на веселую проделку, игру ума, упражнение для нервной системы.</p>
     <p>Как бы то ни было, в ту первую ночь я еще до этого не поднялся, в результате чего, когда парни собрались идти в ресторан, я не пошел. Я был без гроша. Минни-Кид, кажется, это был он, дал мне денег, и мы поужинали все вместе. Но во время еды я продолжал размышлять. Говорят, тот, кто принимает краденое, сам не лучше вора. Минни-Кид клянчил милостыню, а я пользуюсь ею. Я пришел к выводу, что принимающий краденое хуже вора и что больше это никогда не повторится. И это не повторилось. На следующий день я вышел вместе с ними и не отставал от других в попрошайничестве.</p>
     <p>У Никки-Грека не хватило честолюбия пойти на Дорогу. Он не умел попрошайничать, и однажды ночью он удрал на барже вниз по реке к Сан-Франциско. Я встретил его как раз неделю назад на боксе. Он преуспевает. Он сидел у ринга на почетном месте. Он стал антрепренером крупных боксеров и очень этим гордится. В общем, среди местных спортсменов в этом маленьком мирке он стал вполне заметным светилом.</p>
     <p>Парень не бродяга, пока он не побывает за холмом, — таков был закон Дороги, который мне растолковали в Сакраменто. Ладно, я переберусь через холм и буду принят в это общество. Кстати, «холм» — это Сиерра-Невада. Вся банда собиралась отправиться в турне через холм, и я, разумеется, к ним присоединился. Для Кида-Француза это тоже было первое крещение. Он только что удрал от родителей из Сан-Франциско. Мне и ему нужно было показать себя. Замечу мимоходом, что мой старый титул «Принца» исчез. Я получил другую кличку. Теперь я стал «Кидом-Моряком», позднее, когда между мной и моим родным штатом пролегли Скалистые горы, я превратился во Фриско-Кида.</p>
     <p>В десять часов двадцать минут вечера от станции Сакраменто Трансконтинентальной Тихоокеанской железной дороги отошел поезд на восток — этот пункт расписания неизгладимо врезался в мою память. В нашей компании было человек десять, и мы выстроились вдоль линии впереди поезда, готовые к штурму. Все местные босяки, каких мы знали, явились поглазеть на наш отъезд и «сбросить нас в канаву», если это им удастся. В их представлении это была милая шутка, и чтобы претворить ее в жизнь, их собралось человек сорок. Возглавлял эту компанию опытный дорожный бродяга Боб. Он был родом из Сакраменто, но исколесил всю страну вдоль и поперек. Отведя в сторону меня и Кида-Француза, он дал нам приблизительно такой совет: «Мы собираемся спустить в канаву всю вашу банду. Вы оба еще не сильны, а остальные могут сами о себе позаботиться. Так что, как только прицепитесь к слепому вагону, полезайте на крышу. И лежите там, пока не проедете Роузвиль, потому что там такие свирепые констебли, что хватают всех, кто попадается им на глаза».</p>
     <p>Паровоз свистнул, и поезд тронулся. В нем было три слепых багажных вагона, то есть достаточно места для нас всех. Наша десятка предпочла бы сесть на поезд без лишнего шума, но сорок провожающих вскакивали в вагоны с наглой демонстративностью, устраивали невообразимый шум. Следуя совету Боба, я сразу же залез на крышу одного из почтово-багажных вагонов и оттуда с замиранием сердца следил за происходившей внизу баталией и прислушивался ко всей этой катавасии. Вся поездная бригада была на ногах, яростно и поспешно сбрасывая с вагонов нашего брата. Пройдя полмили, поезд остановился. Снова явилась бригада и сбросила в канаву уцелевших. Я, один я, остался на поезде.</p>
     <p>Позади у депо лежал без обеих ног Кид-Француз, возле него стояли два или три приятеля из шайки, которые видели, как все это произошло. Кид-Француз не то споткнулся, не то поскользнулся, и все остальное сделали колеса. Это было мое посвящение. Теперь я принадлежал Дороге. Года два спустя я встретился с Кидом-Французом и осмотрел его культяпки. Это был акт вежливости. Калеки страшно любят показывать свои обрубки. Встреча двух калек на Дороге — одно из самых любопытных зрелищ. Их общее несчастье является для них неисчерпаемой темой разговоров, и они подробно рассказывают, как это случилось, описывают все, что им известно об ампутации, отпускают критические замечания о своем собственном и о других хирургах и обязательно отходят в сторону, снимают бинты и повязки и сравнивают свои обрубки.</p>
     <p>Но я узнал о несчастье Кида-Француза только через несколько дней, когда шайка догнала меня в Неваде. Шайка тоже пострадала. Во время снежного бурана она попала в крушение. Счастливчик Джо ходил на костылях: ему раздробило обе ноги, — а все остальные получили раны и ушибы.</p>
     <p>А я во время всех этих несчастий лежал на крыше багажного вагона, стараясь вспомнить, первой или второй остановкой будет станция Роузвиль. Это была станция, о которой меня предупреждал Боб, и, чтобы не ошибиться, я решил не спускаться на платформу, пока не проеду вторую остановку. Однако я не спустился и после нее. Я был новичком в этой игре, и я чувствовал себя в большей безопасности на крыше. Однако своим товарищам я не сказал, что пробыл на крыше всю ночь, когда поезд шел через туннели и снежные перевалы Сиерры, и что я спустился на платформу только в семь часов утра уже по ту сторону гор. Подобное поведение позорно, я бы стал всеобщим посмешищем. Я только теперь впервые рассказываю о своем первом путешествии через горы. Моя компания решила, что я парень подходящий, и, когда я снова пересек горы и вернулся в Сакраменто, я был уже вполне оперившимся дорожным птенцом, бездомным мальчишкой.</p>
     <p>Однако мне еще многому нужно было научиться. Моим ментором был Боб, и он отлично справлялся с этой ролью. Мне запомнился один вечер (в Сакраменто как раз была ярмарка, и мы слонялись по городу, весело проводя время), когда я в драке потерял шапку. Мне пришлось бы ходить по городу с непокрытой головой, но Боб пришел на помощь. Он отвел меня в сторону и объяснил, что нужно делать. Его совет немного испугал меня. Я только что вышел из тюрьмы, где провел три дня, и отлично понимал, что, если меня снова сцапает полиция, мне здорово достанется. Но, с другой стороны, нельзя было показать, что я струсил. Я уже побывал за холмом, меня считали своим в этой компании, и я должен был доказать, что я это заслужил. Словом, я принял совет Боба, и он отправился вместе со мной, чтобы проследить, как я справлюсь с этим делом.</p>
     <p>Мы заняли позицию на углу Пятой улицы, если мне не изменяет память. Дело было к вечеру, и улица была полна народу. Боб стал внимательно разглядывать головные уборы каждого проходившего мимо нас китайца. Я все удивлялся, откуда у бездомных мальчишек новые пятидолларовые стэтсонские шляпы, а теперь я понял, в чем дело. Они доставали их у китайцев тем же способом, каким я сам собирался это сделать. Я нервничал: на улице было слишком много народу, но Боб был спокоен, как айсберг. Несколько раз, когда я, взвинченный и решительный, направлялся к какому-либо китайцу, Боб возвращал меня на место. Он хотел, чтобы я достал хорошую шляпу и чтобы она подошла мне по размеру. То появлялась шляпа нужного размера, но не новая, а после того, как проходил мимо десяток совершенно непригодных шляп, нам попадалась на глаза новая, но не того размера. И когда проходила шляпа и новая и подходящего размера, то поля ее были или слишком широкими, или слишком узкими. Мой бог, Боб привередничал! Все это меня так измотало, что я готов был схватить любую шляпу.</p>
     <p>Наконец появилась подходящая шляпа — для меня это была единственная шляпа во всем Сакраменто. Как только я взглянул на нее, я понял: это то, что нужно. Я посмотрел на Боба. Он оглянулся, нет ли поблизости полиции, затем кивнул мне. Я снял шляпу с китайца и надел на собственную голову. Она идеально подошла мне по размеру. Тогда я побежал. Я слышал, как Боб что-то закричал, и, оглянувшись, увидел, что Боб сначала удерживал рассвирепевшего монгола, а потом подставил ему ногу. Я бежал. Я повернул за угол, потом снова повернул за угол. Эта улица была не так многолюдна, как другие, и я спокойно пошел шагом, стараясь отдышаться, и поздравил себя со шляпой и с удачным побегом.</p>
     <p>И вдруг сзади из-за угла неожиданно выскочил китаец без шляпы. За ним по пятам бежала еще целая куча китайцев и с полдесятка мужчин и мальчишек. Я снова шмыгнул за угол, пересек улицу и еще раз свернул за угол. Я был уверен, что на этот раз перехитрил его, и опять пошел спокойно. Но настырный монгол снова выскочил из-за угла. Повторялась сказка о зайце и черепахе. Он не мог бежать так же быстро, как я, но зато он бежал, не сбавляя скорости, и его неуклюжая рысца придавала его бегу кажущуюся медлительность. От непрерывных ругательств он еще больше задыхался. Он призывал весь Сакраменто в свидетели своего несчастья, и добрая часть Сакраменто услышала его и бросилась за ним следом. Я бежал, как заяц, и все-таки этот настырный монгол со своей все увеличивающейся толпой настигал меня. Но в конце концов, когда к числу его последователей присоединился полицейский, я пустился бежать во весь дух. Я мчался зигзагами, сворачивал в переулки и, клянусь, на этот раз пробежал по крайней мере десятка два кварталов. Китайца я больше никогда не видел, моя щегольская шляпа, совершенно новый стэтсон, только что из магазина, была предметом зависти всей нашей компании.</p>
     <p>«Бездомные мальчишки» — славные парни, но только когда они одни и когда они рассказывают вам, «как это случилось». Но, поверьте моему слову, их надо остерегаться, когда они ходят стаей. Тогда они превращаются в волков и могут, подобно волкам, повалить и растерзать самого сильного человека. В такие минуты они не знают страха. Они бросаются на человека, наваливаются на него всей силой своих жилистых тел, пока он не падает. Я не раз наблюдал это и знаю, что говорю. У них обычно одна цель — грабеж. И особенно опасайтесь «мертвой хватки». Все мальчишки, с которыми мне приходилось путешествовать, владели этим приемом в совершенстве. Даже Кид-Француз успел этому научиться до того, как ему отрезало ноги.</p>
     <p>Особенно ярко запечатлелась в моей памяти одна сцена в «Ивах». Ивы — это купа деревьев на пустыре близ железнодорожного депо и всего в нескольких минутах ходьбы от центра Сакраменто. Ночь, сцена освещена тусклым мерцанием звезд. Я вижу, как огромный детина-рабочий отбивается от целой стаи «бездомных мальчишек», окруживших его. Он злится, ругается, но не испытывает никакого страха, так он уверен в своих силах. Он весит около ста восьмидесяти фунтов, у него литые мускулы, но он не знает, с кем имеет дело. Мальчишки наскакивают на него. Это совсем неприятно. Они нападают со всех сторон, и он вертится на месте и размахивает руками. Рядом со мной стоит Кид-Парикмахер. Когда мужчина отворачивается, Кид-Парикмахер бросается вперед и пускает в ход испытанный прием. Он упирается коленом в спину человека, сзади обхватывает правой рукой его шею, крепко надавливая кистью руки на сонную артерию. Кид-Парикмахер всем телом откидывается назад. Этот прием действует безотказно. Особенно потому, что у человека остановлено дыхание. Это и есть «мертвая хватка».</p>
     <p>Мужчина не сдается, но практически он уже беспомощен. «Бездомные мальчишки» хватают его со всех сторон, виснут на его руках, ногах, а Кид-Парикмахер не отпускает и тянет назад, как волк, схвативший за горло лося. Под грудой тел человек падает навзничь. Кид-Парикмахер выскальзывает из-под него, но по-прежнему держит его за горло. Пока одни ребята обыскивают жертву, другие наваливаются ему на ноги, так что он не может сбросить их или ударить. Пользуясь случаем, они стаскивают с человека башмаки. Он сдается. Он побежден. К тому же рука прижимает его сонную артерию, и он задыхается. Страшный хрип вырывается из его горла, и ребята спешат. Они и в самом деле не хотят, чтобы он умер. Дело сделано. По команде все мигом оставляют жертву и бросаются врассыпную. Один тащит башмаки, он знает, где ему дадут за них полдоллара. Человек садится и беспомощно, изумленно озирается. Даже если бы у него было желание бежать за ними в темноте, он не мог бы их догнать босиком. На мгновение я останавливаюсь и наблюдаю за ним. Он прикасается рукой к горлу, откашливается и как-то странно вытягивает шею, будто хочет убедиться, цела ли она. Потом я догоняю свою компанию. Этого человека я никогда больше не видел, хотя он навсегда остался у меня перед глазами — освещенный слабым мерцанием звезд, сидящий в каком-то изумлении, испуге, страшно взъерошенный, и голова его как-то странно, конвульсивно вытягивалась.</p>
     <p>Пьяные — особая статья доходов «бездомных мальчишек». Грабить пьяницу называется у них «качать обрубок», и где бы ребята ни находились, они постоянно выискивают пьяных. Как муха — добыча паука, так и пьяные-добыча специально для них. Ограбление пьяного — подчас довольно забавное зрелище, особенно если пьяный невменяем и нет опасности, что кто-нибудь может помешать. При первом натиске исчезают деньги и ценности пьяницы. После этого ребята усаживаются вокруг пьяного, словно на конференции. Одному из них понравился галстук пьянчуги — галстук моментально снимают. Другому нужно белье. Белье снимают и ножом отрезают слишком длинные рукава и штанины. Если куртка и штаны слишком велики для мальчишек, их отдают знакомым бродягам. В конце концов все исчезают, оставив возле пьянчуги кучу сброшенных с себя лохмотьев.</p>
     <p>Еще одна картина возникает перед моими глазами. Темная ночь. Моя шайка идет вдоль тротуара на окраине города. Впереди нас под фонарем человек переходит на другую сторону улицы. В его походке нет уверенности и четкости. Ребята издали почуяли добычу. Человек пьян. Он бредет по противоположному тротуару и исчезает в темноте, свернув на пустырь. Ни одного воинственного клича, но вся компания бросается по его следам. В середине пустыря она настигает пьяного. Маленькие, угрожающе рычащие фигурки возникают между шайкой и ее добычей. Это другая стая «бездомных мальчишек». Наступает напряженная пауза, мы узнаем, что это их добыча, они преследуют ее больше десяти кварталов, и нам здесь делать нечего. Но мы живем в первобытном мире. Перед нами не волки, а волчата. (На самом деле, ни одному из них не было больше двенадцати-тринадцати лет.</p>
     <p>Потом я встречал кое-кого из них и узнал, что в тот день они только что вернулись из-за холма и что родом они были из Дэнвера и из Солт-Лейк-Сити). Наша стая бросается вперед. Волчата визжат, царапаются и дерутся, как чертенята. Вокруг пьяного идет борьба за обладание им. В разгаре битвы он падает на землю, и борьба продолжается, подобно тому, как греки и троянцы дрались над поверженным воином, отвоевывая тело и доспехи сраженного героя. С криками, с визгом и со слезами волчата отогнаны, и пьяного обирает наша стая. Но я никогда не забуду несчастного забулдыгу и его недоумение: почему вдруг разразилась баталия на заброшенном пустыре. Я вижу его, едва различимого во мраке, заикающегося от изумления. Он добродушно старался взять на себя роль миротворца в этой всеобщей свалке, абсолютно не понимал, в чем смысл драки, и искренне обиделся, когда он, ни в чем не повинный человек, был схвачен множеством рук и под давлением кучи тел опрокинут на землю.</p>
     <p>Самая любимая добыча «бездомных мальчишек» — «грузные узлы». Грузным узлом называется работающий бродяга. Название свое он получил от узла, что носит с собой. В узле — скатанное одеяло. Так как он работает, то всегда можно рассчитывать, что у него есть в кармане кое-какая мелочь, за этой-то мелочью и охотятся бездомные мальчишки. За грузным узлом лучше всего охотиться в сараях, в конюшнях, на дровяных складах, в железнодорожных депо и тому подобных местах на окраинах города, а лучшее время для охоты — ночь, потому что грузный узел приходит в эти места на ночь, чтобы развязать здесь свое одеяло и уснуть.</p>
     <p>«Веселые коты» тоже нередко страдают от бездомных мальчишек. Попросту говоря, веселые коты — это новички, чечако, вновь прибывшие, новое пополнение. Веселый кот — это новенький на Дороге, но по летам совершенно взрослый мужчина или юноша. С другой стороны, мальчик на Дороге, даже если он зеленый новичок, никогда не будет веселым котом, он бездомный мальчишка или «босяк», а если он путешествует с каким-нибудь «профессионалом», он получает звание ученика.</p>
     <p>Я никогда не был учеником бродяги, мне это было неприятно. Сначала я был бездомным мальчишкой, а потом сразу стал профессионалом. Так как я начал молодым, то фактически перескочил через годы ученичества. Когда я менял свою юношескую кличку «Фриско-Кид» на кличку полноправного взрослого бродяги — «Джек-Матрос», меня заподозрили в том, что я веселый кот. Однако когда те, которые заподозрили меня в этом, поближе со мной познакомились, они поняли, что ошиблись, и я в кратчайший срок приобрел манеры и повадки настоящего профессионала. И да будет известно отныне и навеки, что профессионалы — это аристократия Дороги. Они господа и владыки, предприимчивые люди, истинные аристократы, белокурые бестии, которых так любил Ницше.</p>
     <p>Когда я возвратился из Невады в Сакраменто, я обнаружил, что какой-то речной пират украл оставленную мной шхуну Динни Мак-Кри. (Как это ни странно, я не могу вспомнить, куда девалась лодчонка, на которой мы с Никки-Греком отправились в Порт-Коста. Мне известно, что констеблю она не досталась, что мы не взяли ее с собой в Сакраменто — это мне тоже известно, а больше я ничего о ней не знаю.)</p>
     <p>С утратой лодки Динни Мак-Кри мне оставалось только одно — идти на Дорогу. А когда мне надоело Сакраменто, я распрощался с нашей компанией (из дружеских чувств они сделали все, что было в их силах, чтобы меня сбросили в канаву с товарного поезда, на котором я уезжал из города) и пустился в путь в долину Сан-Хоакин. Дорога захватила меня и больше не отпускала, и впоследствии, когда я избороздил все моря, принимался то за одно, то за другое дело, я возвращался на Дорогу на более длительное время, чтобы прослыть «кометой» и профессионалом, чтобы окунуться в социологические проблемы и пропитаться ими до мозга костей.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод М. Бессараб</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Две тысячи бродяг</p>
     </title>
     <p>Хобо — это бродяга.</p>
     <p>Однажды по прихоти судьбы я несколько недель скитался с бандой в две тысячи хобо. Она была известна как «Армия Келли». По всему дикому Западу, от самой Калифорнии, генерал Келли и его герои захватывали поезда, но их разбили, когда они переправились через Миссури и двинулись на цивилизованный Восток. Восток не имел ни малейшего желания предоставлять свободу передвижения двум тысячам босяков. «Армия Келли» некоторое время беспомощно сидела в Каунсил Блафс. В день, когда я к ней присоединился, доведенная до отчаяния вынужденной задержкой, она двинулась маршем захватывать поезд.</p>
     <p>Это было внушительное зрелище. Генерал Келли восседал на великолепном черном боевом коне, и с развевающимися знаменами, под звуки военного марша, исполняемого соединением флейтистов и барабанщиков, отряд за отрядом, двумя дивизиями, две тысячи хобо маршировали перед ним и двинулись по проселочной дороге к небольшому городку Уэстону, в семи милях от Каунсил Блафс. Будучи последним рекрутом, я попал в последнее отделение последнего полка Второй дивизии и, мало того, в последний ряд арьергарда. Армия разбила лагерь в Уэстоне у железнодорожной линии, вернее, у железнодорожных линий, потому что там пересекались две дороги: Чикаго — Милуоки — Сент-Пол и дорога на Рок-Айленд.</p>
     <p>Мы намеревались взять первый же поезд, но железнодорожные власти разгадали наш план и вышли победителями из игры. Первого поезда не было. Они перекрыли обе дороги и остановили движение. Тем временем, пока мы лежали у замерших путей, добрые люди в Омахе и Каунсил Блафс энергично взялись за дело. Были приняты меры, чтобы организовать толпу, захватить в Каунсил Блафс поезд, подвести этот поезд и подарить его нам. Железнодорожные власти сорвали и этот план. Они не стали ждать, пока соберется толпа. На рассвете следующего дня паровоз с одним вагоном первого класса прибыл на станцию и остановился на запасном пути. При этом признаке возрождения жизни на мертвых путях вся армия вытянулась вдоль линии.</p>
     <p>Но никогда еще жизнь на мертвом пути не возрождалась так чудовищно, как на этих двух дорогах. С запада донесся свист локомотива. Он шел к нам, на восток. Нам тоже надо было на восток. Наши ряды заволновались, готовясь к посадке. Прозвучал неистовый гудок, и поезд прогрохотал мимо на полной скорости. Еще не родился тот бродяга, который бы мог на него вскочить. Засвистел другой локомотив, и другой поезд промчался на полной скорости, и еще, и еще, поезд за поездом, поезд за поездом, пока под конец не пошли поезда, составленные из пассажирских, крытых товарных, из платформ, вышедших из строя, из мертвых паровозов, тормозных вагонов, почтовых, поломанных вагонов-лабораторий и всего прочего хлама — изношенного лома на колесах, который скопляется в депо больших станций. Когда депо Каунсил Блафс совершенно опустело, паровоз с вагоном первого класса ушел на восток и пути опять замерли.</p>
     <p>Прошел день и еще один день, но ничего не изменилось, а между тем, исхлестанные мелкими льдинками, мокрым снегом и дождем две тысячи бродяг лежали у дороги. Но в ту ночь добрые люди из Каунсил Блафс перехитрили железнодорожных чиновников. Толпа, организованная в Каунсил Блафс, пересекла реку и отправилась в Омаху, там соединилась с другой толпой, направлявшейся к депо Тихоокеанской железной дороги. Вначале они захватили паровоз, затем сколотили поезд, погрузились на него, пересекли Миссури и двинулись по Рок-Айлендской ветке, чтобы предоставить поезд в наше распоряжение. Железнодорожные чиновники пытались сорвать этот план, но это им не удалось, к великому ужасу начальника участка пути и одного члена бригады в Уэстоне. Эта парочка по секретному телеграфному приказу пыталась пустить под откос поезд с нашими доброжелателями. Случилось так, что мы заподозрили что-то неладное и выставили патрули. Пойманные на месте преступления, когда они разводили рельсы, и окруженные двумя тысячами рассвирепевших бродяг, начальник участка пути и его помощник приготовились встретить смерть. Не помню, что их спасло, кажется, прибытие поезда.</p>
     <p>Теперь настала наша очередь потерпеть неудачу, и неудачу жестокую. В спешке наши избавители не позаботились прицепить достаточное количество вагонов. Там не было места для двух тысяч бродяг. Так что горожане и бродяги поговорили, побратались, спели песни и расстались, горожане на своем захваченном поезде отправились обратно в Омаху, бродяги же на следующее утро выступили в стосорокамильный марш на Де-Мойн. До того, как армия Келли пересекла Миссури, она не передвигалась пешком, а теперь ей уже не пришлось ездить на поездах. Это стоило железным дорогам уйму денег, но они не отступали от своих принципов и победили.</p>
     <p>Андервуд, Лола, Менден, Авока, Уолнат, Марио, Атлантик, Вайото, Анита, Адэр, Адам, Кейзи, Стюарт, Декстер, Карлхем, Де-Сото, Ван-Метер, Буневиль, Коммерс, Валли-Джанкшен — названия городов так и нахлынули на меня, когда я взглянул на карту и проследил наш путь по плодородным землям Айовы!</p>
     <p>А гостеприимные айовские фермеры! Они приезжали со своими фургонами и везли наши вещи, в полдень устраивали нам на дороге горячие завтраки, мэры уютных маленьких городков встречали нас приветственными речами и помогали нам двигаться дальше, нам навстречу выходили делегации маленьких девочек и девушек, и согни честных граждан, взявшись за руки, маршировали с нами вдоль главных улиц своих городов. Когда мы входили в город, создавалось впечатление, что приехал бродячий цирк, и каждый день был для нас таким цирковым праздником, потому что на нашем пути было множество городов.</p>
     <p>По вечерам местное население заполоняло наш лагерь. Каждая рота разводила свой костер, и у каждого костра что-нибудь происходило. Повара моей роты «Л» были мастерами пения и танцев и организовывали для нас большинство зрелищ. В другом конце лагеря веселый клуб обычно затягивал песню — один из лучших запевал был «Дантист» из роты «Л», и мы им очень гордились. Кроме того, он рвал зубы у всей армии, и поскольку операции обычно происходили в часы еды, наше пищеварение стимулировалось разнообразными происшествиями. У «Дантиста» не было анестезина, но двое-трое из нас с великой охотой были готовы держать пациента. В добавление к развлечениям для полков и веселых клубов постоянно производились богослужения; их совершали местные священники, и всегда в большом количестве произносились политические речи. Это шло непрерывной чередой, в непрерывных увеселениях мы уже прошли полпути. Среди двух тысяч бродяг можно было откопать массу талантов. Помню, у нас была отборная девятка для бейсбола, и мы ввели в правило выставлять ее по воскресеньям против всех местных команд. Иногда мы играли в одно воскресенье по две игры.</p>
     <empty-line/>
     <p>В прошлом году во время лекционной поездки я прибыл в Де-Мойн в пульмановском вагоне — я имею в виду не «пульмановский вагон с боковым затвором», а настоящий пульмановский вагон. В предместьях города я увидел сушилки старого кирпичного завода, и у меня сжалось сердце. Это здесь, у старого кирпичного завода, двенадцать лет назад расположилась наша армия и торжественно поклялась больше не идти пешком, потому что наши ноги были стерты до крови и мы не могли больше идти. Мы заняли сушилки и заявили Де-Мойну, что мы пришли сюда, чтобы здесь остаться, что мы пришли, но будь мы прокляты, если мы уйдем.</p>
     <p>Де-Мойн был гостеприимен, но для него это было слишком. Давайте займемся устным счетом, дорогой читатель. Две тысячи бродяг, которые должны три раза в день плотно поесть, это шесть тысяч порций еды в день, сорок две тысячи порций в неделю или сто шестьдесят восемь тысяч порций в кратчайшем месяце календаря. Это кое-чего стоит. Денег у нас не было. Это целиком ложилось на Де-Мойн.</p>
     <p>Де-Мойн был в отчаянии. Мы разбили лагерь, произносили политические речи, устраивали концерты духовой музыки, вырывали зубы, играли в бейсбол и в семерку, съедали наши шесть тысяч порций еды в день, и Де-Мойн за них платил. Де-Мойн с мольбой обратился к железной дороге, но те были упрямы, они заявили, что мы не поедем по железной дороге, что это вопрос решенный. Разрешить нам ехать — значило бы допустить прецедент, а они не собирались допускать какие бы то ни было прецеденты. А мы тем временем продолжали поглощать пищу. Это было устрашающим обстоятельством в данной ситуации. Мы направлялись в Вашингтон, и Де-Мойн должен был бы выпустить местный заем, чтобы оплатить все наши железнодорожные расходы, даже по специальному тарифу, а если бы мы оставались здесь еще, город все равно должен был выпускать заем, чтобы прокормить нас.</p>
     <p>Тогда какой-то местный гений разрешил эту проблему. Мы не пойдем пешком. Очень хорошо. Мы должны ехать. Де-Мойн стоит на реке Де-Мойн, которая впадает в Миссисипи у города Кеокук. Расстояние между этими двумя городами равнялось тремстам милям. Мы можем проплыть это расстояние, заявил местный гений, и, имея в своем распоряжении суда, мы можем спуститься по Миссисипи до того места, где в нее впадает река Огайо, и затем вверх по Огайо. Там, где Огайо ближе всего подходит к Вашингтону, мы высадимся на берег и, перейдя через горы, доберемся до столицы.</p>
     <p>Де-Мойн провел подписку. Высокосознательные граждане пожертвовали несколько тысяч долларов. Строевой лес, веревки, гвозди и пакля, чтобы конопатить щели, были куплены в огромных количествах, и на берегах Де-Мойна началась невиданная эра кораблестроения. Сейчас Де-Мойн — пустяковый приток, неизвестно почему удостоенный названия «река». На наших обширных западных землях его бы называли «ручей». Старейшие жители города качали головами и говорили, что у нас ничего не выйдет, что в реке слишком мало воды. Де-Мойну было безразлично, лишь бы только избавиться от нас, а мы были такими заядлыми оптимистами, что нам тоже было безразлично.</p>
     <image l:href="#i_116.jpg"/>
     <p>В среду 9 мая 1894 года мы отправились в путь. Это было начало нашего грандиозного пикника. Де-Мойн легко отделался. Город, конечно, должен был поставить бронзовую статую местному гению, избавившему Де-Мойн от затруднений. Правда, Де-Мойн должен был заплатить за наши суда; пока мы жили в сушилках, мы уничтожили шестьдесят шесть тысяч порций еды и взяли в дорогу дополнительно двенадцать тысяч порций еды — чтобы предотвратить голод в пустыне, но вы только подумайте, что бы произошло, если бы мы оставались в Де-Мойне одиннадцать месяцев вместо одиннадцати дней. Уезжая, мы пообещали Де-Мойну, что вернемся, если река нас не вынесет.</p>
     <p>Иметь двенадцать тысяч порций еды в провиантской лодке очень хорошо, и, несомненно, провиантские растратчики отведали этой еды, потому что провиантская лодка сразу исчезла, и, например, моя лодка так ее и не видела. Во время плавания военный строй был безнадежно нарушен. В любой компании людей всегда есть определенный процент симулянтов, недотеп, прожженных дельцов и обыкновенных смертных. В моей лодке было десять человек, и это были сливки отделения «Л». Каждый был дельцом. Я был включен в эту десятку по двум причинам. Во-первых, я был мастер в любое время достать провизию, и, во-вторых, я был «Джек-Матрос». Я понимал толк в лодках и в морском деле. Наша десятка забыла о существовании остальных сорока человек отделения «Л», и когда мы не получили первого обеда, то забыли и о провиантской лодке. Мы ни от кого не зависели. Мы двигались вниз по реке сами по себе, прокладывая путь на нашей «скорлупке», обгоняя все лодки нашей флотилии, и, увы, я должен признаться, иногда присваивали себе продукты, заготовленные фермерами для всей армии.</p>
     <p>На протяжении большей части трехсотмильного пути мы перегнали армию на сутки или полсуток. Нам удалось раздобыть несколько национальных американских флагов. Когда мы подплывали к небольшому городку или группе фермеров, собравшихся на берегу, мы поднимали наши флаги и, назвавшись флагманом флотилии, настойчиво допытывались, какая провизия заготовлена для армии. Мы, разумеется, представляли армию, и провизию приносили нам. Но в этом с нашей стороны не было никакой низости. Мы никогда не брали больше, чем могли взять с собой. Но мы брали все самое лучшее. Например, если какой-нибудь филантропически настроенный фермер жертвовал на несколько долларов табаку, мы его брали себе. Мы также забирали сахар и масло, кофе и консервы, но когда запасы состояли из мешков муки, или бобов, или из двух-трех окровавленных воловьих туш, мы от них решительно отказывались и продолжали свой путь, распорядившись погрузить всю эту провизию на интендантские лодки, которые обязаны были следовать за нами.</p>
     <p>Боже, наша десятка как сыр в масле каталась! Генерал Келли долго и безрезультатно пытался перегнать нас. Он послал двух гребцов в легкой лодчонке с выгнутым дном, чтобы они настигли нас и положили конец нашей пиратской деятельности. Они действительно нас догнали, но их было двое, а нас — десять. Генерал Келли уполномочил их арестовать нас, и они нам об этом сказали. Когда мы выразили нежелание стать узниками, они спешно направились вперед, к близлежащему городу, чтобы просить власти о помощи. Мы немедленно сошли на берег, приготовили ранний ужин, а потом под прикрытием темноты проскочили мимо города и его властей.</p>
     <p>Во время путешествия я иногда вел записи в дневнике, и когда я перечитываю их теперь, мне попадается одна настойчиво повторяющаяся фраза, а именно: «Живем чудесно». Мы действительно жили чудесно. Мы дошли до того, что не стали варить кофе на воде. Мы считали это ниже своего достоинства и варили свой кофе на молоке, называя чудесный напиток, если мне не изменяет память, кофе «по-венски».</p>
     <p>Пока мы плыли впереди, снимая сливки, провиантская лодка затерялась где-то далеко позади, а основная армия, двигаясь между нами, голодала.</p>
     <p>Признаю, для армии это было тяжело, но в конце концов мы, десять человек, были индивидуалистами. Мы были изобретательны и предприимчивы. Мы были твердо убеждены, что еда принадлежит тому, кто первый ее берет, кофе «по-венски» достается сильнейшим. В одном месте армия проплыла без пищи сорок восемь часов и затем подошла к деревне, в которой было сотни три жителей, названия ее я не помню, но мне кажется, что это был Ред Рок. Этот городок, следуя примеру всех городов, мимо которых проплывала наша армия, назначил комитет безопасности. Если считать, что в семье в среднем пять человек, Ред Рок состоял из шестидесяти хозяйств. Городской комитет был в страшной панике из-за вторжения двух тысяч голодных бродяг, которые поставили свои лодки вдоль берега в два-три ряда. Генерал Келли был справедливым человеком. Он не хотел ввергать деревню в беду. Он не ожидал, что шестьдесят хозяйств приготовят шесть тысяч порций еды. Кроме того, у армии имелась своя казна.</p>
     <p>Но комитет безопасности потерял голову. У них была программа: «Никакой поддержки захватчикам», — и когда генерал Келли захотел купить провизию, комитет ему отказал. Им нечего было продавать, деньги генерала Келли тут не помогут. Тогда генерал Келли начал действовать. Затрубили тревогу. Армия оставила лодки и построилась на берегу в боевом порядке. Комитет был тут же и все видел. Речь генерала Келли была краткой.</p>
     <p>— Ребята, — сказал он, — когда вы последний раз ели?</p>
     <p>— Позавчера, — закричали они.</p>
     <p>— Вы голодны?</p>
     <p>Громовое «да», вырвавшееся из двух тысяч глоток, грянуло, как выстрел! Тогда генерал Келли повернулся к комитету безопасности.</p>
     <p>— Джентльмены, вы видите, какое положение. Мои люди сорок восемь часов ничего не ели. Если я выпущу их на ваш город, я не отвечаю за последствия. Это отчаянные головы. Я хотел купить у вас для них провизию, но вы отказались продавать. Сейчас я беру свое предложение обратно. Теперь я буду требовать. Даю вам пять минут на размышление. Или зарежьте для меня шесть быков и дайте четыре тысячи рационов, или я предоставлю своим людям свободу действий. Пять минут, джентльмены.</p>
     <p>Напуганный до полусмерти комитет безопасности взглянул на две тысячи голодных бродяг и сдался. Ему не потребовалось пяти минут. Положение было безвыходное. Быки были убиты, полным ходом шла реквизиция съестных припасов, и армия пообедала.</p>
     <p>А десять обнаглевших индивидуалистов неслись впереди и забирали все, что попадалось им на глаза. Но генерал Келли поставил нас в трудное положение. Вдоль каждого берега он послал всадников, которые предостерегали против нас фермеров и горожан. Они делали свое дело как следует, хорошо делали. Некогда гостеприимные фермеры оказывали нам ледяной прием. Кроме того, когда мы причаливали к берегу, они вызывали констеблей и спускали собак. Я-то знаю. Две собаки настигли меня однажды, когда между мной и рекой был забор с колючей проволокой. Я нес два ведра молока для кофе по-венски. Я не причинил никаких повреждений забору, но мы пили плебейский кофе, заваренный на вульгарной воде, а мне пришлось отправиться на поиски новой пары брюк.</p>
     <p>Интересно, дорогой читатель, пытались ли вы когда-нибудь быстро влезть на забор, обнесенный колючей проволокой, держа в каждой руке по ведру молока? С тех пор у меня предубеждение против колючей проволоки, и я собираю статистический материал по этому предмету.</p>
     <p>Не имея возможности вести честный образ жизни, пока генерал Келли гнал впереди нас двух своих всадников, мы возвратились в армию и подняли восстание. Дело было пустяковое, но оно взорвало отделение «Л». Капитан отделения «Л» отказался нас признать, заявил, что мы дезертиры, предатели и жулики, и, когда привозили от интендантов провизию для отделения «Л», он нам ничего не давал. Этот капитан нас недооценивал, иначе бы он не оставлял нас без пищи. Мы незамедлительно завели интригу с первым лейтенантом. Он присоединился к нам вместе с десятком рядовых его лодки, а мы, в свою очередь, избрали его капитаном отделения «М». Капитан отделения «Л» поднял шум. Против нас выступили генерал Келли, полковник Спид и полковник Бейнер. Наша двадцатка держалась крепко, и наше отделение «М» получило признание.</p>
     <p>Но мы никогда не связывались с провиантскими комиссарами. Наши молодцы добывали у фермеров продукты намного лучше. Однако наш новый капитан нам не доверял. Когда мы утром пускались в путь, он всегда сомневался, увидит ли он нас еще; словом, чтобы окончательно закрепить за собой свое капитанское звание, он пригласил кузнеца. На корме нашей лодки, по одной с каждой стороны, были приделаны две внушительные железные скобы для болтов. Соответственно на носу его лодки были укреплены два солидных железных крюка. Лодки притянули одну к другой — носом к корме — крючья опустили в скобы, так мы и оставались прикованные наглухо и накрепко. Мы никуда не могли деться от этого капитана. Но мы были неукротимы. Даже наш капкан мы превратили в непобедимое приспособление и получили возможность подчинить себе любую другую лодку нашей флотилии.</p>
     <p>Как все великие открытия, наше изобретение было случайным. Впервые мы это обнаружили, когда налетели на подводную корягу на стремнине. Первая лодка прочно села днищем, а вторую течение заносило вперед, и она заставляла первую лодку вращаться на камне. Я управлял задней лодкой и находился на корме. Напрасно мы старались сдвинуть ее с места. Тогда я приказал всем с первой лодки перейти во вторую. Первая лодка моментально всплыла, и ее команда вернулась на место. После этого происшествия мы уже не боялись подводных рифов, коряг, перекатов и мелей. В тот миг, когда первая лодка обо что-нибудь ударялась, ее команда моментально перебиралась во вторую лодку. Первая, конечно, сразу же всплывала над препятствием, и тогда садилась на мель вторая лодка. Двадцать человек, как автоматы, перескакивали из второй лодки в первую, и вторая лодка свободно проплывала над препятствием.</p>
     <p>Лодки нашей флотилии были все одинаковы, сделаны они были грубо. Они были плоскодонны, прямоугольной формы. Каждая лодка имела шесть футов в ширину, и десять футов в длину, и полтора фута в высоту. Следовательно, когда обе лодки были сцеплены, я сидел на корме, направляя приспособление двадцати футов длиной, вмещающее двадцать предприимчивых бродяг, сменяющих друг друга на веслах, и еще одеяла, кухонные принадлежности и наши собственные вещи.</p>
     <p>Мы по-прежнему причиняли генералу Келли неприятности. Он отозвал своих всадников и заменил их тремя полицейскими лодками, которые шли в авангарде и не разрешали ни одной лодке обгонять их. Судно отделения «М» жестоко расправилось с полицейскими лодками. Мы могли легко обойти их, но это было бы нарушением правил. Так что мы шли на почтительном расстоянии за ними и ждали. Мы знали, что впереди лежит девственная фермерская страна — великодушная страна, где еще никто не попрошайничал, но мы ждали. Пороги — это единственное, в чем мы нуждались, и когда на излучине реки показались пороги, мы поняли, что наступил долгожданный момент. Удар! Полицейская лодка номер один врезается в гальку и садится на мель. Банг! Полицейская лодка номер два следует за первой. Хлоп! Полицейская лодка номер три разделяет судьбу первых двух. Конечно, наша лодка делает то же самое, но раз-два — все перешли в хвостовую лодку, раз-два — все перепрыгнули из хвостовой в головную, и раз-два — те, кто сидел в хвостовой лодке, заняли свои места, и, подхваченные течением, мы помчались дальше. «Стой! Стой, проклятые!» — вопили с полицейских лодок. «Как? Остановите проклятое течение!» — с грустью отвечали мы, когда проносились мимо, подхваченные безжалостным течением, которое увлекло нас вниз, скрыло из виду и примчало к гостеприимному фермерскому краю, пополнившему наши личные запасы лучшей частью своих пожертвований. Мы снова пили кофе по-венски и рассуждали, что еда дается тому, кто ее хватает.</p>
     <p>Бедный генерал Келли! Он разработал новый план. Весь флот шел впереди нас. Отделение «М» Второй дивизии плыло на отведенном ему месте, то есть сзади всех. Нам понадобился только один день, чтобы этот план рухнул. Нам предстояло пройти двадцать пять миль трудного пути — сплошные пороги, мели, перекаты и валуны. Это был тот самый участок реки, где сворачивали себе шеи коренные жители Де-Мойна. Около двухсот судов вошли в эти воды, и через некоторое время течение перемешало их. Это было причудливое нагромождение лодок. Мы шли сквозь недвижную флотилию, как нож сквозь масло. Мы не обходили отмели, перекаты и коряги, мы иногда шли прямо через них, раз-два, раз-два, головная лодка, хвостовая лодка, головная лодка, хвостовая лодка, все гребцы сзади, потом впереди, потом снова сзади. В ту ночь мы стали на привал в одиночестве и бездельничали весь следующий день, пока армия латала и чинила свои искалеченные лодки и с трудом пробивалась к нам.</p>
     <p>Упрямство наше было безгранично. Мы соорудили мачту, натянули паруса из одеял и плыли по нескольку часов, как на прогулке, пока армия напрягала все силы, чтобы не отстать от нас. Тогда генерал Келли решил прибегнут к дипломатии. В тот момент ни одна лодка не могла нас тронуть. Бесспорно, мы были самым бесшабашным экипажем, когда-либо спускавшимся по Де-Мойну. Полицейские лодки были упразднены. Полковник Спид был водворен к нам на борт, и с этим выдающимся офицером нам выпала честь первыми прибыть в Кеокук на Миссисипи. И здесь я сразу хочу сказать генералу Келли и полковнику Спиду — вот вам моя рука. Вы были героями, вы оба, и вы были мужчинами. И я раскаиваюсь по крайней мере в десяти процентах тех огорчений, которые доставила вам головная лодка отделения «М».</p>
     <p>В Кеокуке все лодки флотилии соединили в огромный плот, и после однодневной задержки из-за дувшего нам навстречу ветра пароход потянул нас на буксире вниз по Миссисипи, к городу Куинси, штат Иллинойс, где мы разбили лагерь посреди реки на Гусином острове. Здесь от идеи большого плота отказались, лодки были соединены по четыре штуки и покрыты общей палубой. Кто-то сказал мне, что Куинси — самый богатый среди маленьких городов Соединенных Штатов. Когда я это услышал, меня моментально охватило непреодолимое стремление направить туда свои стопы. Вероятно, ни один заправский профессионал не пропустит такого многообещающего города. Я пересек реку к Куинси в маленьком челноке, а вернулся на большой речной лодке, доверху нагруженной подарками, полученными во время моего путешествия. Я, конечно, оставил себе все деньги, которые собрал, хотя пришлось брать лодку внаем, я также выбрал себе белье, носки, поношенную одежду, рубашки, и после того, как отделение «М» взяло все, что им хотелось, там все еще оставалась солидная куча, которую передали отделению «Л». Увы, в те дни я был молод и щедр! Я рассказал тысячу историй добрым жителям Куинси, и все рассказы были «хорошими», но с тех пор как я начал писать для журналов, я часто сожалею о бесценных сюжетах, о богатом воображении и о великолепных историях, которые я расточал в тот день в Куинси, штат Иллинойс.</p>
     <p>Мы были в Ганнибале, штат Миссури, когда рассыпалась десятка непобедимых. Это случилось неожиданно. Мы совершенно естественно поплыли в разные стороны. Жестянщик и я сбежали тайно. В тот же день Скотти и Дэви быстро скрылись на иллинойском берегу, не стало также Мак-Авоя и Фиша. Такова судьба шестерых из десяти, что же произошло с остальными четырьмя, я не знаю. Чтобы показать, что такое жизнь на Дороге, я привожу выписки из своего дневника, относящиеся к дням, следующим за моим бегством.</p>
     <cite>
      <p>«Пятница, 25 мая. Мы с Жестянщиком оставили лагерь на острове. Мы направились к иллинойскому берегу на лодке и прошли шесть миль на север к Чикагско-Берлингтонской железной дороге к Фел-Крику. Мы сделали пешком шесть миль, а потом сели на дрезину и проехали шесть миль к Халлу, Уобаш. Там мы встретили Мак-Авоя, Фиша, Скотти и Дэви, которые тоже убежали из армии.</p>
      <p>Суббота, 26 мая. В 2 ч. 11 м. ночи мы сели на „пушечное ядро“, когда оно замедляло ход на скрещении линий. Скотти и Дэви сняли. Нас четверых сняли в Блафсе, в сорока милях от места посадки. В полдень Фиш и Мак-Авой сели на товарный поезд, в то время как мы с Жестянщиком ходили за провизией.</p>
      <p>Воскресенье, 27 мая. В 3 ч. 21 м. ночи мы сели на „пушечное ядро“ и в тамбуре багажного вагона наткнулись на Скотти и Дэви. Днем в Джексонвилле нас всех высадили. Здесь проходят поезда Чикаго-Альтонской дороги, мы с ними и отправимся. Жестянщик ушел и не возвратился. Наверно, попал на товарный.</p>
      <p>Понедельник, 28 мая. Жестянщик не показывается. Скотти и Дэви пошли отсыпаться и не вернулись вовремя, чтобы успеть в 3 ч. 30 м. ночи на пассажирский из города Канзас-Сити. Я сел на него и ехал до рассвета, пока не оказался в городе Мейсон-Сити с населением в 25 000 человек. Сел в поезд для перевозки скота и ехал в нем всю ночь.</p>
      <p>Вторник, 29 мая. В 7 часов утра приехал в Чикаго…»</p>
     </cite>
     <p>Много лет спустя, будучи в Китае, я с огорчением узнал, что приспособление, которое мы применяли для плавания среди порогов Де-Мойна — наше раз-два, раз-два, выполняемое по схеме: головная лодка — хвостовая лодка, — было изобретено не нами. Я узнал, что китайские лодочники уже тысячи лет употребляют такое же приспособление, чтобы плавать на трудных участках реки. Все равно это неплохая штука, даже если нам никто не скажет за нее спасибо. Она отвечает мерилу истины доктора Джордана: «Принесет это пользу? Посвятите ли вы этому свою жизнь?»</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод М. Бессараб</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>«Быки»</p>
     </title>
     <p>Если бы в Соединенных Штатах вдруг начисто перевелись бродяги, это принесло бы неисчислимые бедствия многим американским семьям. Тысячи добропорядочных граждан благодаря бродяге имеют возможность честно кормиться и растить детей в страхе божием, в усердии к труду. Мне ли не знать этого! Мой отец был одно время констеблем и средства к существованию добывал ловлей бродяг. Община платила ему за пойманных с головы, да сверх того как будто бы и прогонные. А так как финансы всегда были нашим узким местом, то от охотничьей фортуны моего родителя зависело решительно все: от новой пары сапог и куска говядины в супе до воскресных развлечений и школьных учебников. Помню, с каким нетерпением я ждал по утрам рассказов отца о его ночных трудах — о том, сколько бродяг удалось ему изловить и можно ли надеяться упечь их за решетку. Вот отчего впоследствии, когда я и сам сделался бродягой и не раз, случалось, ускользал от силков прохвоста-констебля, я испытывал невольное сочувствие к его бедным ребятишкам: мне казалось, что я виноват перед этими славными мальчиками и девочками, ведь это из-за меня они лишились какой-то своей доли жизненных благ.</p>
     <p>Но так уж устроена жизнь: бродяга противопоставляет себя обществу, а сторожевые псы общества кормятся им. Однако бывает, что бродяга сам дается в лапы такому сторожевому псу, особенно в зимнюю пору. Конечно, он старается избирать такие общины, где тюрьмы пользуются репутацией «приличных», где не заставляют работать и более или менее сносно кормят. К тому же не раз бывало, а может, бывает и сейчас, что констебли делятся полученной мздой со своей дичью. Такому констеблю и охотиться не нужно: стоит лишь свистнуть — и дичь тут как тут.</p>
     <p>Вы не поверите, какой прибыльной статьей дохода являются бродяги-каменоломы. По всему югу, по крайней мере когда я там бродяжил, существовали лагеря заключения и плантации, где бродяга был просто рабочей скотинкой и труд его продавался окрестным фермерам. Да и на севере немало таких мест, как, скажем, Ретлендские каменоломни в штате Вермонт, где эксплуатируется труд бродяги и где «жирок», который он нагулял, меся грязь, граня мостовую и толкаясь в чужие двери, приносится на алтарь зацапавшей его общины.</p>
     <p>Ничего не сумею вам рассказать о пресловутых Ретлендских каменоломнях. Говорю это с тем большим удовлетворением, что сам был на волосок от того, чтобы угодить туда. У босяков свой беспроволочный телеграф; впервые я услышал про Ретлендские каменоломни в далекой Индиане. Когда же мне довелось побывать в Новой Англии, я только про них и слышал, и всякий раз в виде предостережения. «В каменоломнях не хватает рабочих рук! — били тревогу встречные бродяги. — Нашим там дают не меньше трех месяцев». К тому времени, как я добрался до штата Нью-Хемпшир, мне столько наговорили про каменоломню, что я буквально шарахался от кондукторов, быков и констеблей.</p>
     <p>Как-то вечером, заглянув на станцию Конкорд, я увидел готовый к отправлению товарный. Недолго думая, я разыскал пустой вагон, открыл раздвижную дверь и забрался внутрь. Я мечтал к утру попасть в Уайт-Ривер; это привело бы меня в штат Вермонт — на расстояние не более тысячи миль от страшного Ретленда. Однако дальнейший мой путь лежал на север, и расстояние это должно было с каждым днем увеличиваться. В вагоне я до смерти напугал спрятавшегося там «новичка». Он принял меня за кондуктора, но, признав во мне своего брата бродягу, стал расписывать всякие ужасы насчет Ретлендских каменоломен: мол, не удивительно, что он так перетрусил. Это был простой деревенский парень, он шатался по своей округе и никуда дальше носа не казал.</p>
     <p>Товарный тронулся, мы примостились в углу вагона и уснули. Часа два-три спустя я проснулся на остановке: кто-то, стараясь не производить шума, отодвигал дверь справа от меня. Мой товарищ спал как убитый. Я притворился спящим, зажмурил глаза, но оставил щелочку. Сперва в открытую дверь просунулся фонарь, а за ним голова кондуктора. Он увидел нас и с минуту внимательно разглядывал. Я ждал уже взрыва площадной брани или обычного: «Вытряхивайтесь отсюда, сукины дети!», — но он вместо этого осторожно убрал фонарь и тихонько притворил дверь. Поведение его показалось мне крайне странным и подозрительным. Я насторожился и услышал, как тихонько стукнул засов. Итак, дверь заперта, и нам изнутри не отворить ее. Один выход у нас отрезан. Никуда это не годится! Подождав минуту, я подполз к противоположной двери и подергал ее. Дверь подалась. Тогда я открыл ее, соскочил вниз и опять закрыл; потом пролез под буферами на другую платформу, отворил дверь, запертую кондуктором, влез в вагон и прикрыл за собой дверь. Оба выхода теперь действовали. Новичок продолжал храпеть.</p>
     <p>Поезд снова тронулся. Вот и следующая станция. По гравию заскрипели шаги. С шумом отворилась дверь слева. Мой спутник проснулся; я сделал вид, что протираю глаза. Мы присели на полу и уставились на кондуктора и на его фонарь. Кондуктор, не теряя драгоценного времени, приступил к делу.</p>
     <p>— Уплатите мне три доллара! — потребовал он.</p>
     <p>Мы вскочили и подошли ближе для переговоров. Выразив полную и безоговорочную готовность дать ему просимое, мы сослались на житейские неудачи, мешающие нам привести в исполнение это горячее желание. Кондуктор нам не верил. Он стал торговаться и сбавил до двух долларов. Мы с прискорбием намекнули на крайние денежные затруднения. Тут он наговорил нам всяких нелестных вещей, сказал, что он таких прохвостов еще не видывал, и прошелся по адресу всей нашей родни. Потом пустил в ход угрозы: если мы не отсчитаем ему денежки сполна, он запрет нас в вагоне и отвезет в Уайт-Ривер, а там сдаст властям. И, конечно, он не поленился растолковать нам все насчет Ретлендских каменоломен.</p>
     <p>Кондуктор считал, что мы у него в руках. Разве не караулил он единственный выход и не запер вторую дверь всего десять минут назад? Как только он помянул каменоломни, новичок перетрусил и стал бочком подвигаться к другому выходу. Кондуктор захохотал и долго не мог успокоиться.</p>
     <p>— Не смеши меня, — сказал он, — я запер ее еще на той остановке.</p>
     <p>Он так слепо верил в эту запертую дверь, что мог убедить кого угодно. Новичок поверил и был близок к отчаянию. Кондуктор предъявил нам ультиматум: либо подавай ему два доллара, либо он запрет нас и выдаст в Уайт-Ривер констеблю, а это верных три месяца тюрьмы И работа на каменоломне. Итак, дорогой читатель, вообразите наше положение, если бы вторая дверь действительно была заперта. Вот она, превратность. в жизни человеческой! Только потому, что у меня не нашлось доллара, мне предстояло отправиться на каменоломню и протрубить три месяца на каторжных работах. То же самое и новичку. Ну, скажем, я отпетая голова, туда мне и дорога! Ну, а новичок? Ведь отбыв свои три месяца, он вышел бы из тюрьмы законченным прощелыгой, пожизненным преступником. Когда-нибудь он, глядишь, разнес бы дубиной и ваш драгоценный череп, покушаясь на ваш кошелек, а если не ваш лично, то череп другого, такого же безобидного существа, как- вы.</p>
     <p>Но выход был свободен, и я один это знал. Мы с новичком запросили пардону. Трудно сказать, что заставило меня присоединиться к его униженным мольбам. Должно быть, чистейшее озорство. Но я старался, как мог. Я рассказал «историю», которая из камня исторгла бы слезы, но она не тронула каменного сердца живодера-кондуктора. Убедившись, что у нас нет денег, он закрыл дверь на засов, но уходить медлил: вдруг мы его надули, а теперь одумаемся и предложим ему два доллара.</p>
     <p>Тогда я малость дал себе волю. Я крикнул ему, что он распоследняя сволочь, и вернул ему все его бранные слова да еще от себя кое-что прибавил. Я родился и вырос на Западе, где искусство сквернословия стоит чрезвычайно высоко, так неужто я позволю какому-то вшивому кондуктору с какой-то поганой новоанглийской чугунки перещеголять меня по части сочности и выразительности языка! Кондуктор пытался отделаться смехом, но затем не пожелал остаться в долгу и допустил этим величайшую тактическую ошибку. Тут я маленько наддал: загнул ему такое, от чего он взревел, как ошпаренный, да еще подсыпал ему на больное место парочку отборных, свеженьких, с пылу с жару, эпитетов. Ярость моя была непритворной: меня приводил в бешенство подлец, который ради какого-то паршивого доллара готов обречь нас на три месяца каторжных работ. Мало того, у меня шевелилось подозрение, что он с констеблем на паях и получает с него процент.</p>
     <p>Ну и всыпал же я ему! Я оскорбил его и насмеялся над ним по меньшей мере на несколько десятков долларов. Он пытался угрожать, кричал, что вытряхнет из меня душу. На это я пообещал расквасить ему физиономию, пусть только сунется. Перевес был на моей стороне, и он понимал это. Поэтому он не открыл дверь, а стал звать других кондукторов на подмогу. Я слышал, как они откликались на его зов, слышал, как гравий хрустит под их сапогами. И все время выход слева был свободен, а они ни о чем не догадывались, и новичок дрожал, как осиновый лист.</p>
     <p>О да, я вел себя героем, заранее обеспечив себе путь к отступлению, и не переставал поносить кондуктора и всю их поездную братию, пока они не открыли дверь и в свете фонарей не возникли перед нами их разъяренные лица. Они думали, что мы у них в руках: сейчас они ворвутся и расправятся с нами. И они и в самом деле полезли в вагон. Но я не стал лупить их по мордасам. Я дернул противоположную дверь, и мы с новичком пустились наутек. Бригада — за нами.</p>
     <p>Помнится, нам пришлось перемахнуть через каменную ограду, но куда мы тут попали, ввек не забуду. В темноте я споткнулся о могильную плиту. Новичок растянулся во весь рост на другой. И пошла у нас тут катавасия! Мы припустили через кладбище, словно табун чертей. Покойники, должно быть, думали, что мы рехнулись. То же самое, видно, решили и наши преследователи: когда мы выбежали с кладбища и бросились через дорогу в темный лес, бригада прекратила погоню и вернулась на поезд.</p>
     <empty-line/>
     <p>Несколькими часами позже мы с новичком набрели на колодец возле какой-то фермы. Нам захотелось пить, и наше внимание привлекла тонкая веревка, спущенная вниз по стенке колодца. Мы вытащили веревку; к концу ее был привязан литровый бидон со сметаной. Вот, пожалуй, случай, когда я был особенно близок к тому, чтобы угодить в Ретлендскую каменоломню в штате Вермонт.</p>
     <p>Если среди бродяг проносится слух, что в таком-то городе «вредный климат», что «с быками там каши не сваришь», лучше туда не соваться, и уж, во всяком случае, извольте вести себя смирно. Есть города, которые этим славятся. Таким городом в мое время считался Шейенн на железной дороге Юнион-Пасифик. О том; что в Шейенне «вредный климат» и что «с быками там каши не сваришь», известно было по всей Америке, город прославился этим, так сказать, в общенациональном масштабе, а создал ему такую репутацию (если я верно запомнил его имя) некий Джефф Карр. Джефф Карр не вступал в пререкания. Он узнавал бродягу с первого взгляда: для этого ему достаточно было мгновения, в следующее он уже пускал в ход кулаки, дубинку или что попало. Проучив бродягу, чтобы долго помнил, он приказывал ему убираться из города, обещая еще не так его отделать, попадись он ему в другой раз. Джефф Карр знал свое дело. На север, на юг, на запад и восток — во все концы Соединенных Штатов (а также Канады и Мексики) разносили бродяги весть, что «климат» в Шейенне никудышный. По счастью, я никогда не встречал Джеффа Карра. Мне пришлось побывать в Шейенне проездом, в сильную метель. Мы путешествовали большой компанией в восемьдесят четыре человека и, полагаясь на свои силы, плевали на всех, исключая Джеффа Карра. Одно уж имя его повергало нас в трепет, оглушало, как удар дубинки, и вся наша команда смертельно трусила перед встречей с ним.</p>
     <p>С таким полисменом нет смысла пускаться в объяснения. Лучше заблаговременно дать тягу. Я узнал это на горьком опыте, но окончательно наставил меня на разум один нью-йоркский полисмен. С тех пор у меня рефлекс: стоит быку грозно посмотреть на меня, и я даю тягу. Бессознательная реакция, определяющая мое поведение в таких случаях, напоминает действие спусковой пружины, послушной малейшему нажатию. Я с этим бессилен бороться. И пусть мне минет восемьдесят лет и я стану немощным старцем, ковыляющим на костылях, — достаточно будет быку грозно на меня глянуть, как я побросаю костыли и пущусь наутек, подобно робкому оленю.</p>
     <p>Завершающий урок в науке о быках был преподан мне в Нью-Йорке однажды знойным полднем. Всю эту неделю стояла умопомрачительная жара. В ту пору я имел обыкновение промышлять утром, а вторую часть дня проводил в небольшом скверике по соседству с Ньюспейпер-Роу и городской ратушей. Здесь можно было за несколько центов купить с ларьков книгу современного автора, пущенную в брак из-за какого-нибудь Изъяна в брошюровке или переплете. А в сквере продавалась в киосках простокваша или стерилизованное молоко, прямо со льда, пенни стакан. Всю вторую половину дня я просиживал на скамье, читая книжку и потягивая молоко. Я выдувал его от пяти до десяти стаканов в день. Как я уже говорил, жара стояла несусветная.</p>
     <p>Таким-то образом я, скромный бродяга и усердный книгочий, жил на молочной диете, и послушайте, чем это кончилось. Как-то после полудня направился я в сквер, как обычно, со свежей книгой в руке и неутолимой жаждой простокваши под манишкой. Пробираясь к киоску, я увидел перед Ратушей на мостовой большое скопление народу. Я как раз переходил улицу и остановился посмотреть, на что толпа зевает. Сначала я ничего не понимал, но, уловив кое-что краешком глаза и разобрав отдельные выкрики, догадался, что компания ребятишек затеяла игру в «камушки». Надо сказать, что в Нью-Йорке играть в камушки на улице воспрещено. Тогда я еще не знал этого; но вскоре весьма близко столкнулся с этим. И минуты не прошло, как я остановился; я только успел узнать, чем вызвано стечение народа, как кто-то из мальчишек крикнул: «Бык!» Ребята, народ ученый, пустились наутек. Я нет.</p>
     <p>Толпа мгновенно рассеялась, отхлынув к тротуарам. Я тоже направился к тротуару, в сторону сквера. Человек пятьдесят публики, рассыпавшись по мостовой, устремились туда же. И тут я увидел быка. Это был рослый детина в серой форме полисмена. Он шел посреди мостовой неспешной, гуляющей походкой. Я заметил, что он вдруг изменил направление и идет наискось к тому тротуару, к которому я подвигался напрямик. Он шел не спеша, пробираясь через толпу, и я видел, что пути наши вот-вот пересекутся. Но хоть я и знал быков и их повадки, я был слишком уверен в своем благомыслии и на душе у меня было спокойно. Мне в голову не приходило, что бык нацелился на меня. Я уже хотел остановиться и из уважения к закону пропустить его вперед; и я действительно остановился, но только помимо своей воли, и так же невольно отлетел назад. Полисмен без предупреждения обоими кулачищами двинул меня в грудь и одновременно в словесном выпаде коснулся чести моей матушки, набросив тень на чистоту моей родословной.</p>
     <p>Кровь свободного американца вскипела во мне. Возопили все мои вольнолюбивые предки. «Что это значит?»— спросил я. Как видите, я требовал объяснений. И получил их. Бац! — огрел он меня по голове дубинкой, и я, шатаясь, отступил назад, словно пьяница, который не держится на ногах, и физиономии любопытствующих качались передо мной, словно в волнах прибоя, и драгоценная книжка, выскользнув, шлепнулась в грязь, и бык, замахнувшись, приготовился снова огреть меня дубинкой. В этот миг, когда все плыло передо мной, как в тумане, меня посетило видение. Я увидел, как дубинка гуляет по моей голове, увидел себя измятого, залитого кровью, глядящего волком, перед трибуной полицейского суда; услышал, как клерк читает обвинительный акт, где упомянуто злостное хулиганство, словесное оскорбление, сопротивление властям и прочее и прочее, а потом увидел себя уже в Блэкуэллайлендской тюрьме. О, я недаром побывал у них в науке. Я мигом потерял интерес к объяснениям. Я даже не дал себе труда поднять свою драгоценную, еще не читанную книгу и пустился наутек. Меня черт знает как мутило, но это не мешало мне удирать во все лопатки. И так уж, видно, суждено мне удирать до самой смерти, как только полисмен захочет объясниться со мной при помощи дубинки.</p>
     <p>Да что там! Много лет спустя, когда годы странствий для меня миновали и я учился в Калифорнийском университете, я как-то вечером собрался в цирк. И представление и концерт давно кончились, а я все еще слонялся по площади в надежде увидеть, как перевозится оборудование огромного цирка: в эту ночь вся труппа покидала город. У костра на площади собралась ватага ребятишек человек в двадцать. Из их разговоров я понял, что они собираются бежать, присоединившись к труппе. Сами цирковые, разумеется, ничего, кроме неприятностей, от этого не ждали, и звонок в полицейское управление спутал мальчуганам их игру. Был выслан отряд полисменов арестовать сорванцов, которые-де нарушают постановление о полицейском часе. Быки залегли в темноте, вокруг костра. По сигналу они набросились на ребят и стали их хватать, как хватают юрких угрей в полной корзине.</p>
     <p>Мне ничего не было известно о готовящейся облаве, и когда в воздухе замелькали медные пуговицы, шлемы и кулаки полисменов, я утратил всякое самообладание, все сдерживающие центры во мне рухнули, остался один только импульс — бежать! И я обратился в бегство. Я понятия не имел, что бегу, Я ни о чем понятия не имел; как я уже говорил, в эту минуту я не владел собой. У меня не было никаких оснований удирать. Я не был бродягой. Я был полноправным гражданином и находился в родном городе. Я не знал за собой никакой вины. Я был студентом университета. Обо мне даже упоминали местные газеты. И на мне был приличный костюм, в котором никто не спал ночью. И все же я бежал, повинуясь слепому инстинкту, ничего не сознавал, бежал, как испуганный олень, целых полтора квартала. Придя в себя, я заметил, что все еще бегу. Потребовалось усилие, чтобы остановить мои бегущие ноги.</p>
     <p>Нет, никогда мне с этим не справиться! Это сильнее меня. Как только полисмен бросит в мою сторону грозный взгляд, я — бежать! Кроме того, у меня злосчастная способность вечно попадать в участок. И это даже чаще случается со мной с тех пор, как я перестал быть бродягой, чем в разгар моих скитаний. Так, например, отправляюсь я в воскресенье утром в обществе некой молодой особы покататься на велосипеде. И не успеваем мы выбраться из города, как нас волокут в отделение за то, что мы позволили себе обогнать какого-то пешехода на тротуаре. Я даю себе слово быть осторожней. Следующий раз выезжаю я на велосипеде вечером, и мой ацетиленовый фонарь вдруг портится. Помня об обязательном постановлении, я глаз не свожу с мерцающего огонька, боясь, что он вот-вот угаснет. Времени у меня в обрез, но приходится ехать черепашьим шагом, чтобы сберечь этот слабый язычок пламени. Наконец я за чертой города. Здесь постановление недействительно, и я наддаю изо всех сил, чтобы наверстать упущенное время. И что же? Не проехал я и мили, как угодил в лапы полисмена, а наутро в участке с меня благополучно содрали штраф. Оказывается, город предательски раздвинул свои границы, отторгнув с милю пространства от пригорода, а мне это было неизвестно, вот и вся недолга. Памятуя о дарованной американскому гражданину свободе слова и собраний, я поднимаюсь на уличную трибуну, чтобы преподать слушателям некую экономическую теорию — предмет моего последнего увлечения, — как вдруг бык стаскивает вашего покорного слугу с этой вышки и отводит в городскую тюрьму, откуда его выпускают только на поруки и, увы, ненадолго! В Корее я попадался чуть ли не ежедневно. То же самое в Маньчжурии. Когда я последний раз ездил в Японию, меня упекли там в тюрьму под предлогом, будто я русский шпион. Не я выдумал эту чепуху, а в тюрьму посадили меня. Словом, нет спасения! Боюсь, что мир еще увидит меня в роли Шильонского узника.<a l:href="#n_986" type="note">[986]</a> Предрекаю это.</p>
     <p>Как-то раз мне удалось загипнотизировать полисмена в Бостоне. Было уже далеко за полночь, и он хотел меня забрать. Но не успел я поговорить с ним толком, как он полез в карман за четвертаком да еще объяснил мне, где ближайший ночной ресторан. Другой полисмен в городе Бристоле, штат Нью-Джерси, тоже отпустил меня подобру-поздорову, хотя у него было более чем достаточно оснований меня арестовать. Я задал ему такую встряску, что он ввек не забудет. Вот как это произошло. Однажды в Филадельфии часов в двенадцать ночи я только что устроился на товарном, как кондуктор ссадил меня. Но пока поезд осторожно прокладывал себе дорогу среди бесчисленных путей и стрелок сортировочной станции, я снова забрался в него — и снова был ссажен. Дело в том, что устраиваться приходилось снаружи, так как весь состав состоял из запертых и запломбированных вагонов.</p>
     <p>Ссаживая меня вторично, кондуктор прочитал мне наставление. Он сказал, что я рискую жизнью, это, мол, не обыкновенный товарный, — это такой лихой поезд, что только держись! Я сказал ему, что я и сам лихой, но это его не убедило. Он заявил, что не позволит мне совершить самоубийство, и пришлось слезть. В третий раз я сел, устроившись на буферах, но таких неудобных буферов, как на этом товарном, мне еще не случалось видеть, — я, конечно, имею в виду не те буфера, которые при движении поезда стукаются и трутся друг о друга, а так называемые буферные брусья — железные планки, отходящие от вагонной рамы над буферами. Путешествуя «на буферах», вы, в сущности, забираетесь на буферные брусья смежных вагонов, собственно же буфера остаются внизу под вашими ногами.</p>
     <p>Но те брусья, или планки, на которых я сейчас стоял, были отнюдь не похожи на удобные, основательные брусья, обычно встречавшиеся в то время на товарных вагонах. Эти были невозможно узкие, не более полутора дюйма в ширину, — даже половина моей подошвы на них не умещалась; к тому же и ухватиться было не за что. Правда, по обе стороны от меня находились стены вагонов, но это были абсолютно ровные отвесные стены — попробуйте за них держаться! Единственное, что я мог сделать, — это упереться ладонями. И это бы еще куда ни шло, будь у меня под ногами надежная опора.</p>
     <p>Как только товарный вышел из Филадельфии, он начал набирать скорость. И тут я понял, что разумел кондуктор, говоря о самоубийстве. Мы мчались все быстрее и быстрее. Это был сквозной поезд, он не делал остановок. На этом участке Пенсильванской линии бегут рядом четыре колеи, и нашему поезду, шедшему на восток, нечего было бояться встречных составов, следующих на запад, или экспрессов, торопящихся на восток. Путь был всецело в нашем распоряжении, и поезд, очевидно, этим пользовался. Я был в отчаянном положении. Только краешком ног держался я на узких брусьях, упираясь ладонями в совершенно гладкие, отвесные стены вагонов. При этом каждый вагон дергался на свой лад — вверх-вниз, вперед-назад. Видели вы циркового наездника, который носится по арене, стоя на двух лошадях? Примерно то же было и со мной, с той существенной разницей, что наездник держит в руках поводья, мне же не за что было держаться; он упирается всей подошвой, а я упирался краешком; он сгибает колени и корпус, и все тело его приобретает устойчивость арки, причем центр тяжести перемещается вниз, а мне приходилось стоять стоймя, не сгибая колен; он мчится лицом к движению, а я мчался боком; и, наконец, случись ему упасть, он разве что вываляется в опилках, тогда как я был бы раздавлен колесами.</p>
     <p>Да, доложу я вам, это и вправду был лихой товарный; он летел во весь опор, наполняя воздух гулом и скрежетом, молодецки огибая закругления, с громом проносясь по эстакадам, при этом один конец вагона подскакивал вверх, а другой проваливался вниз, один конец бросало вправо, а другой заносило влево, — и я только молил в душе, чтобы поезд остановился. Но он не останавливался. Ему и не полагалось останавливаться. И вот в первый раз за мои скитания по путям-дорогам — в первый и последний — я почувствовал, что с меня хватит. Кое-как перелез я с буферов на боковую лесенку. Это была адова работа, и, глядя на гладкие стены, я только диву давался, что за скряга их строил, — ни выступа, ни выемки, не за что ухватиться!</p>
     <p>Но тут паровоз свистнул, и я почувствовал, что поезд замедляет ход. Я знал, что остановки не предвидится, но готов был попытать счастья, если он хотя бы умерит свой аллюр. Железнодорожное полотно в этом месте делало дугу, взлетало на мост, перекинутый через канал, и врывалось в город Бристоль. Эти обстоятельства и вызвали замедление. Я прилип к лесенке и ждал. Я понятия не имел, что мы подъезжаем к Бристолю. Я понятия не имел, чем вызвано замедление. Я знал одно: хватит с меня этой езды! В темноте я тщетно напрягал глаза, ища какого-нибудь перекрестка. Мой вагон был в хвосте, — не успел он въехать в город, как паровоз миновал станцию и я почувствовал, что поезд прибавляет ходу.</p>
     <p>Но вот и улица. В темноте не скажешь, широкая ли и что там, на другой стороне. А между тем я знал: для того, чтобы спрыгнуть и не упасть, чем шире она, тем лучше. Я спрыгнул, пока вагон был еще на этой стороне. Легко сказать — «спрыгнул»! На деле это означало следующее. Прежде всего, стоя на лесенке, я выбросился всем телом насколько возможно вперед по ходу поезда, чтоб было куда, соскакивая, отклониться назад, потом изо всех сил высунулся наружу и стал откидываться все больше и больше назад, — и из этого положения прыгнул, словно собираясь треснуться затылком. Все это должно было ослабить инерцию, которую движение поезда сообщило моему телу. Когда ноги мои коснулись земли, тело полулежало в воздухе под углом в сорок пять градусов. Это означало, что я в известной степени преодолел инерцию, толкавшую меня вперед, — иначе, едва мои ноги стали бы на землю, я тут же. клюнул бы носом. Вместо этого тело мое только приняло вертикальное положение и начало клониться вперед. Дело в том, что корпус мой еще сохранял инерцию движения, в то время как ноги, коснувшись земли, полностью ее утратили. И вот эту-то утраченную инерцию мне и надо было наверстать, заставляя ноги со всей возможной быстротой бежать, чтобы они поспевали за устремленным вперед туловищем. В результате они. стали отбивать резкую и быструю дробь через всю улицу. Я не мог позволить им остановиться. Если бы они остановились, я ткнулся бы носом в мостовую. Главное было не дать им остановиться.</p>
     <p>Я был своего рода метательным снарядом, который летит помимо своей воли и тревожится, что ждет его на той стороне улицы? Лишь бы не каменная стена и не телеграфный столб! И тут я напоролся на что-то. О ужас! Что это такое, я разобрал лишь за миг до катастрофы. И надо же, чтобы это оказался бык, стоящий в полном одиночестве в темноте! Мы вместе полетели на землю и кубарем покатились по мостовой. Полицейский автоматизм в этом несчастном был так силен, что в момент столкновения он вцепился в меня, как клещами, и уже больше не отпускал. Оба мы были ни живы ни мертвы от сотрясения; придя в себя, он мог убедиться, что вцепился мертвой хваткой в кроткого, как агнец, бродягу.</p>
     <p>Если бык не лишен был фантазии, он, верно, принял меня за гостя из других миров, за только что прибывшего на землю марсианина, — в темноте он не видел что я прыгнул с поезда. Ибо первым делом он спросил: «Откуда тебя принесло?» — и тут же, не дав мне ответить: «А в участок не хочешь?» Мне думается, последний вопрос был тоже задан автоматически. В сущности, это был на редкость добродушный бык. После того как я преподнес ему очередную «историю» и помог почиститься, он дал мне время до следующего товарного, чтобы убраться из города. Я выговорил два условия: во-первых, это должен быть состав, направляющийся на восток; во-вторых, это не будет поезд прямого назначения с наглухо запертыми и запломбированными вагонами. Он милостиво согласился, и этому «Бристольскому» договору я обязан тем, что не был посажен.</p>
     <p>Вспоминается мне еще один вечер в тех же краях, когда я едва избежал столкновения с другим полисменом. Если б я свалился ему на голову, я смял бы его в лепешку, — я летел стремглав, а следом за мной, на расстоянии шага, поспешало несколько полисменов. Вот как это получилось. Я жил в Вашингтоне и квартировал на извозчичьем дворе. В моем единоличном распоряжении было стойло с ворохом лошадиных попон. В возмещение за такие удобства мне полагалось каждое утро ухаживать за лошадьми. Если бы не быки, я, возможно, оставался бы там и поныне.</p>
     <p>Однажды, часов в девять вечера, я вернулся к себе в конюшню, собираясь лечь спать, и застал там необычайное оживление. Шла игра в кости. День был базарный, и у негров имелись деньги. Но не мешает обрисовать вам обстановку. Конюшня выходила на две улицы. Войдя с главного хода, я миновал конторское помещение и попал в коридор, по обе стороны которого во всю длину здания были расположены стойла; другим концом он выходил на соседнюю улицу. Посреди коридора, под газовым рожком, сгрудилось около сорока негров. У меня не было ни гроша, и я присоединился к играющим лишь в качестве зрителя. Игра шла азартная, ставки все время удваивались. На полу валялись деньги, монеты разного достоинства. Все, затаив дыхание, следили за игроками. И тут раздался громовый стук: кто-то ломился в ворота, выходящие на соседнюю улицу.</p>
     <p>Несколько игроков кинулись к противоположному выходу. Я задержался на секунду, чтобы сгрести в охапку валявшиеся на полу деньги. Это не считалось воровством— таков был обычай: кто не бежал очертя голову, прикарманивал деньги.</p>
     <p>Ворота затрещали, обе створки распахнулись настежь, и в них ворвался отряд быков. Мы ринулись в противоположную сторону. В конторе было темно. Узкий проход не вмещал хлынувшую в него толпу. Давка была отчаянная. Какой-то негр выпрыгнул в окно вместе с рамой, кое-кто — за ним. Позади полиция хватала отставших. Я очутился в дверях одновременно с рослым негром. Негр был сильнее. Толкнув меня так, что я невольно сделал пируэт, он выскочил первым. В ту же секунду его оглушил удар дубинкой, и он рухнул, как вол под обухом мясника. Оказывается, полисмены караулили и за этой дверью. Они понимали, что голыми руками такую лавину не остановишь, и усердно действовали дубинками. Я переступил через тело негра, увернулся от дубинки, нырнул под ноги какому-то полисмену и очутился на свободе. Ну и удирал же я! Впереди улепетывал поджарый мулат, и я пристроился к нему в затылок. Мулат, как видно, неплохо знал город, и я рассчитывал, что он выведет меня куда-нибудь на безопасное место. Он же принял меня за преследующего его быка и удирал во все лопатки. Я бежал без напряжения у него на хвосте и чуть не загнал его насмерть. Наконец он оступился и, грохнувшись на колени, сдался мне. Когда он увидел, что я не бык, меня спасло только то, что он совсем выдохся.</p>
     <p>Так мне и пришлось проститься с Вашингтоном— не из-за мулата, конечно, а из-за быков. Я отправился на вокзал и на этот раз забрался на первую глухую площадку пенсильванского экспресса. Когда поезд развил полную скорость, меня взяло сомнение. Полотно было в четыре колеи, и паровозы брали воду во время хода. Приятели давно предупреждали меня, чтобы я не садился на первую площадку тендера в поездах, берущих воду во время хода. Но не мешает объяснить, что это значит. Между рельсами проложены неглубокие металлические желоба. Когда паровоз на полной скорости проходит над желобом, вниз опускают шланг, и вода из желоба бурно устремляется по шлангу в тендер.</p>
     <p>И действительно, где-то на перегоне Вашингтон — Балтимора я, сидя на площадке тендера, вдруг ощутил в воздухе тончайшую изморось. «Какие пустяки, — подумал я. — Значит, рассказы о неприятностях, подстерегающих нашего брата на тендере, чистейший вздор. Эка важность, если тебя чуть-чуть обрызжет водичкой». И я стал размышлять: до чего это хорошо придумано! Вот уж поезда так поезда! Не то что наши допотопные колымаги на Западе. Но тут бак наполнился, а мы еще не миновали желоб, — вода пенистым потоком хлынула через край и обдала меня с головы до ног. Я промок до костей, с меня лило, как с утопленника.</p>
     <p>Мы приближались к Балтиморе. Поезда проходят здесь ниже уровня мостовой, по дну глубокой выемки, как почти во всех крупных городах Восточных штатов. Когда паровоз подошел к освещенной платформе, я весь съежился, — всего охотнее я забился бы в щель. Но станционный бык сразу меня заметил и пустился за мной в погоню. По дороге к нему пристало еще двое. Из-под станционного навеса я выбежал прямо на полотно. В сущности, я угодил в ловушку: по обе его стороны возвышались гладкие стены выемки, и я знал, что если полезу наверх и сорвусь, то полечу прямехонько в объятия полисменов. Я бежал все дальше и дальше, оглядываясь по сторонам: авось, попадется место, где можно выбраться. И, наконец, нашел — сейчас же за мостом, по которому проходила улица над выемкой. Я полез вверх по скату, цепляясь руками и ногами; и за мной таким же манером полезли все три моих преследователя.</p>
     <p>Вскарабкавшись наверх, я очутился на пустыре. Невысокая стена отделяла его от улицы. У меня не было времени раздумывать — за мной гнались по пятам. Я бросился к стене и перемахнул через нее. Но тут ждало меня нечто и вовсе непредвиденное. Естественно предположить, что стена одинаковой высоты как с одной, так и с другой стороны. Но эта стена была особенная. Пустырь, куда я попал, лежал много выше, нежели улица. И хотя с этой стороны стена была невысока, зато с другой… По правде говоря, когда я взмыл вверх, мне показалось, что подо мной разверзлась пропасть. И в этот миг внизу на тротуаре, в свете фонаря, я увидел быка. Теперь-то я понимаю, что до тротуара было всего девять-десять футов. Но от полнейшей неожиданности, да притом сверху, мне показалось, что вдвое больше.</p>
     <p>Я выпрямился в воздухе и благополучно стал на землю. Я думал, что лечу прямо на полисмена, и я действительно задел его полой пиджака, когда мои подошвы гулко ударились о тротуар. До сих пор не понимаю, как только бык остался жив, — ведь я летел бесшумно, точно призрак. Это был все тот же трюковый номер — полет марсианина на землю. Ну и подскочил же он! Он так и прянул от меня, как лошадь от автомобиля! И тут же назад ко мне. Однако я не стал вступать с ним в объяснения. Я предоставил это моим преследователям, которые с величайшей опаской спускались со стены. Они еще задали мне гонку. Я удирал от них во всю прыть — сначала по одной улице, потом по другой, петляя и сворачивая за углы, пока не ушел от погони.</p>
     <p>Потратив немного денег из тех, что остались у меня как воспоминание об игре в кости, и скоротав с приятностью часок, я снова вернулся к железнодорожному полотну и остановился на почтительном расстоянии от станционных огней. Я уже успел остыть и дрожал всем телом в моей мокрой одежде. Но вот и поезд. Я притаился в темноте и, когда он поровнялся со мной, благополучно влез, отдав на сей раз предпочтение второй площадке тендера, — хватит с меня одного душа во время хода! Пройдя сорок миль, поезд подкатил к станции. Я соскочил на освещенный перрон, показавшийся мне до странности знакомым. Увы, я вернулся в Вашингтон! В Балтиморе от волнений, вызванных погоней, от беспорядочной беготни по улицам, от того что я прятался за углами, кружил и сбивал с толку своих преследователей, я сам заплутался и потерял направление. И в результате сел на обратный поезд. Я не спал ночь, вымок до нитки, удирал, как проклятый, спасаясь от погони, и после всех этих мытарств вернулся на старое место. О, скитаться по путям-дорогам отнюдь не значит срывать цветы наслаждений! Однако я не вернулся к себе в конюшню. Я довольно удачно подработал на игре в кости и не хотел держать ответ перед неграми. Поэтому я сел на ближайший поезд и позавтракал уже в Балтиморе.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод Р. Гальпериной</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Через стремнины к Клондайку</p>
    </title>
    <p>Мы спешили. Все спешили. Спешка типична для «золотой лихорадки», а для клондайкской лихорадки 97-го года особенно. Октябрь был на носу, земля покрылась снегом, река вот-вот грозила замерзнуть, а до Доусона все еще было далеко — несколько сот миль на север.</p>
    <p>Никогда за всю историю Севера никто не рисковал так безрассудно, и никогда еще туда не проникали более отчаянные люди. Ветераны Клондайка — те самые, которые принесли ошеломляющие вести и тяжелые мешочки арктического золота, которые, собственно, и были виновниками охватившей всю страну азартной погони, высмеяли наше заявление о том, что мы пронесем снаряжение через перевалы и сплавим его в лодках до Доусона этой же осенью. Но мы все же это сделали, и, когда в самый разгар снежного бурана и ледяного затора несколько тысяч нас прибыло в Доусон, старожилы ахнули. Прекрасно представляя невероятные трудности подобного путешествия в это время года, они и вообразить не могли, что кто-нибудь на него отважится и тем более успешно его завершит.</p>
    <p>Понятно, часть из нас погибла по дороге, другая была затерта льдами, тысячи изможденных, потерявших веру в свои силы вернулись с перевалов назад, но наша группа оказалась в числе тех, кому повезло. Мы знали, на что идем, и в нас была крепка решимость, начав путь, пройти его до конца. Дав вам понятие об этом, я приступаю к рассказу о Бокс-каньоне и стремнинах Белой Лошади.</p>
    <p>Для того чтобы вы поняли, с каким благоговением относятся к этим местам старожилы, приведу цитату из Майнера У. Брукса, аляскинского пионера, — в пути мы не раз обращались к его книге.</p>
    <p>«Если путешественник — опытный гребец, он сможет провести свою лодку по каньону и причалить к правому берегу. Если же нет, то ему надлежит переправить лодку волоком. Отсюда на протяжении двух миль до начала стремнин Белой Лошади ему следует держаться левого берега. Большая осторожность необходима при достижении места причала выше Белой Лошади. В случае низкой воды лодку можно спустить с помощью веревки, но, если вода высока, ее нужно перетащить волоком».</p>
    <p>Река Шестидесятой Мили, которая, собственно, является верховьем Юкона, вытекает из озера Марш и имеет в ширину от одной восьмой до четверти мили. Она глубока и стремительна — судите сами, сколько воды она несет. То она разливается на сотню ярдов, огибает мысок, образуя довольно тихую заводь, где еще можно пристать, то мчится, стиснутая скалистыми стенами в горловину до восьмидесяти футов шириной. Вся эта огромная масса воды, зажатая в узкой теснине, развивает чудовищную скорость, бурлит вся в водоворотах, вздымающихся, словно стены, волн. Наткнувшись на препятствия, середина сдавленной скалами стремнины подымается, как хребет высотой футов шесть — восемь, его называют гребнем.</p>
    <p>Каньон тянется милю. Примерно на полпути стены по обеим сторонам его раздвигаются, образуя гигантскую круглую чашу. Врывающийся в нее поток создает могучий водоворот. Говорят, когда-то два шведа попали в этот водоворот. Лодка у них была крепкая, и поначалу они пытались выбраться, но, потерпев неудачу, принялись то вычерпывать воду, то молиться, положившись на счастливый случай. Целых четыре часа их крутило и вертело, а потом какой-то непостижимый каприз вод вынес их в каньон целыми и невредимыми, если не считать нервного потрясения.</p>
    <p>Привязав нашу лодку «Красавица Юкона» перед порогами Бокса, мы — я и три моих товарища — отправились на разведку. Сотни золотоискателей тащили свое снаряжение на себе. Для нас это означало бы два дня изнурительного пути, тогда как, если бы мы попытали счастья и решились проскочить, все дело заняло бы только две минуты. По нашему обычаю, мы проголосовали, и второй способ был принят единодушно.</p>
    <p>Я надежно закрепил рулевое весло, чтобы его не вырвало, рассадил своих товарищей — ведь я был капитаном. Искушенный в странствиях по Южной Америке и уже поплававший на лодках, Меррит Слопер вооружился гребком и занял место на носу. «Сухопутные моряки» Томпсон и Гудман, не имевшие до этой поездки понятия о гребле, были посажены на весла. Для ясности необходимо добавить, что, помимо людей, наша двадцатисемифутовая лодка несла еще свыше пяти тысяч фунтов багажа и, следовательно, не обладала запасом столь необходимой для подобного предприятия плавучести.</p>
    <p>— Держитесь гребня! — крикнули нам с берега, когда мы отчалили.</p>
    <p>Несмотря на быстрое течение, поверхность воды казалась спокойной и отливала масляным блеском, но стоило нам очутиться в пасти Бокса, как река мгновенно превратилась в сорвавшийся с цепи хаос. Опасаясь, что гребцы упустят весла или совершат еще какую-нибудь роковую ошибку, я велел убрать весла.</p>
    <p>Все происходило с чудовищной быстротой. Какой-то миг я видел фигуры людей, наблюдавших за нами с окрестных скал; мчащиеся мимо, подобно двум экспрессам-близнецам, каменные стены; но затем сосредоточил все силы, чтобы удержаться на гребне. Он весь был в зубцах упругих волн, на которые перегруженная, неуклюжая лодка не могла взобраться — она пронзала их носом. Я поймал себя на том, что, несмотря на страшную опасность, улыбаюсь нелепым антраша, которые выделывал примостившийся на носу Слопер. Он как сумасшедший работал своим гребком, но всякий раз, когда он делал исполинский замах, корма проваливалась в яму между волнами, нос взмывал вверх, и Слопер черпал воздух. При следующем взмахе нос исчезал под водой, которая вот-вот грозила смыть гребца, весившего всего-то сотню фунтов. Но он не терял присутствия духа и выдержки. Внезапно Слопер обернулся и что-то встревоженно крикнул, — слова его потонули в оглушительном реве волн. В следующее мгновение мы соскользнули с гребня. Вода со всех сторон хлынула в лодку: подхваченная водоворотом, она вот-вот готова была стать поперек течения. Это означало гибель. Я изо всех сил налегал на весло, так что оно затрещало; в тот же миг сломался гребок Слопера.</p>
    <p>Мы стремительно неслись вниз, не более чем в двух ярдах от стены. Не раз казалось, что наши счеты с жизнью покончены. Но, поднявшись почти боком на гребень, лодка в конце концов перепрыгнула через гигантскую волну и, как ядро из пушки, вырвалась в водоворот гигантской чаши.</p>
    <p>Отдав приказ опустить весла, чтобы выровнять лодку, и внимательно следя за игрой течения, я мог теперь перевести дух, но тут нас унесло в другую половину каньона. Нас снова швыряло слева направо и справа налево через гребень, но теперь это было не более как повторение испытанного прежде, и несколько секунд спустя «Красавица Юкона» мягко стукнулась о берег. Милю по каньону мы проделали за две минуты по часам.</p>
    <p>Слопер и я отправились по берегу назад и проскочили с лодкой одного нашего приятеля, что было довольно рискованным предприятием, так как суденышко это — длинною-то всего двадцать два фута — было перегружено, как и наше. Потом мы вычерпали воду и, минуя остовы разбитых лодок — свидетельство гибели многих смельчаков, пронеслись мили две по «обычным» порогам до начала стремнин Белой Лошади.</p>
    <p>Белая Лошадь опаснее Бокса. До нас ее никто не проходил: все попытки оканчивались трагически. Здесь было принято переносить не только снаряжение, но даже и лодки тащить волоком с помощью еловых жердей. Однако мы спешили и к тому же были ободрены предыдущей удачей, поэтому ни на фунт не облегчили лодку.</p>
    <p>Самый опасный участок стремнин находится в дальнем их конце и за пенистые вздымленные волны назван Гривой. Скалистый порог, перегораживающий реку на три четверти, бросает могучий водный поток на правый берег, откуда его вновь отбрасывает на левый, и этот водоворот куда более опасен, чем водоворот Бокс-каньона.</p>
    <p>Как только мы оказались на Гриве, «Красавица Юкона» запрыгала, будто забыв о тяжелом грузе: она то почти отрывалась от воды, то глубоко погружалась в провалы между волнами. До сих пор не могу понять, как случилось, что я потерял контроль над управлением лодки. Боковая струя увлекла корму, и лодка стала поворачиваться боком. Затем мы соскочили в водоворот (тогда я этого не понял). Слопер сломал второй гребок, и вода снова окатила его с ног до головы.</p>
    <p>Учтите, что мы двигались со скоростью скаковой лошади, и все эти события заняли вдесятеро меньше времени, чем рассказ о них. Грозя утопить нас, вода со всех сторон хлынула в лодку. «Красавицу Юкона» несло прямо на скалы левого берега, и, хотя я налегал на рулевое весло так, что оно трещало, мне не удалось повернуть лодку по течению. С откоса нас пытались сфотографировать, но напрасно; из-за нашей бешеной скорости им удавалось схватить лишь картину разъяренной воды да летящие клочья пены.</p>
    <p>Берег был угрожающе близок, а лодка все упрямилась. Но тут я наконец сообразил, что борюсь с водоворотом, и мгновенно навалился на весло с противоположной стороны. Лодка подалась. Следуя за направлением потока, она повернулась носом против течения. Гибель, казалось, была так близка, что Слопер выпрыгнул на камень, но, увидев, что мы проскочили, он снова метнулся в лодку, словно на комету.</p>
    <p>Хотя нас по-прежнему увлекал бешеный водоворот, мы вздохнули свободнее. По завершении круга нас опять выбросило на Гриву. И на этот раз, проскочив ее, мы благополучно пристали к берегу тихой заводи.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Из Доусона в океан<a l:href="#n_987" type="note">[987]</a></p>
    </title>
    <p>Июнь был в самом разгаре, когда, отвязав фалинь лодки. провожаемые прощальными криками начали мы свой двухтысячемильный путь вниз по Юкону к порту Сент-Майкл. Как только стремительное течение (шесть миль в час) подхватило нас, мы обернулись, чтобы в последний раз окинуть взглядом Доусон, населенный комарами, собаками и золотоискателями, унылый и безлюдный Доусон, город построенный на болоте и залитый теперь до второго этажа вздувшимися водами реки. Друзья наши сделали попытку прокричать ура, по голоса прозвучали вяло, воздух еще звенел от приветов родным.</p>
    <p>Лодка наша была самодельной, не очень прочной и протекала, но как нельзя лучше подходила к суровым условиям путешествия. Вполне возможно, что обструганное и отполированное по всем правилам искусства суденышко выглядело бы более красивым, но мы единодушно сошлись во мнении, что оно было бы не так удобно и положительно дисгармонировало с окружавшей нас грубой средой. На носу был сооружен навес, а посредине из одеял и сосновых веток спальня. Далее помещалась скамья для гребцов и зажатая между нею и рулевым уютная кухонька. Это был настоящий дом, и нам было незачем сходить на берег, если, конечно, не учитывать любопытства да необходимости запасаться хворостом.</p>
    <p>Все мы втроем поклялись превратить наше путешествие в приятную прогулку, во время которой все работы будут выполняться силой тяжести, а польза из этого извлекаться нами. И каким же это должно стать удовольствием для тех, кто давно уже взял в привычку, навьючив на спину гигантский тюк, целый день тащиться вслед за санями ради каких-нибудь несчастных 25—30 миль. Теперь же мы охотились, играли в карты, курили, ели и спали до отвала, уверенные в своих в милях в час, или 144 — в сутки.</p>
    <p>Почти не задерживаясь в пустынном старательском лагере Сороковой Мили ив форте Кадахи, мы прибыли в Игл-Сити, первый американский город после границы. Тут даже враждебное отношение и придирчивость чиновников Северо-западной территории США не смогли омрачить переполнявшего нас восторга по поводу вступления на землю Дядюшки Сэма. Пятьдесят обитателей города в ожидании парохода с продуктами резались в карты, но тщетны были их усилия втянуть и нас в игру.</p>
    <p>Триста миль ниже Доусона мы увидели Сэркл-Сити. Перед клондайкскими приисками — это самый большой лагерь на Юконе, названный так по причине своей близости к Полярному кругу. Расположен он у начала великих Юконских низин—унылого края, о котором мало что известно. «Низины» представляют собою обширную часть низменности, раскинувшейся на сотни миль в округе, на нее-то и выливается Юкон, фактически теряясь в ее просторах. Протекавшая до сих пор между отрогов строгих и суровых гор и лишь изредка встречавшая на своем пути острова река начинает делиться и распадаться на бесчисленные рукава. Всякому попавшему сюда, на эту бескрайнюю территорию, раздробленную на несметное число островков и каналов, предстоит решить непосильную головоломку. Говорят, что человек, потерявший верное направление, может неделями блуждать в этом запутанном лабиринте. Бескрайние глухие топи залегают по обе стороны, словно поджидая неосторожного путника. На протяжении десятков миль ценою невероятных усилий будет прокладывать он путь, прежде чем поймет, что отсюда нет выхода и единственная верная дорога для него — это вернуться назад. Острова здесь покрыты густым лесом, изрядно залиты водой и не годятся для высадки. Этот край — одно из великолепнейших гнездовий в мире — в изобилии населен всевозможными видами уток, черных казарок, гусей и лебедей. Искателя приключений, лицом к лицу столкнувшегося с этой всепроникающей стихией вод, слякоти, сырой растительности и комаров, сразу перестают увлекать путевые остановки; в нервном нетерпении и с неожиданной поспешностью начинает искать он проток пошире и течений побыстрее.</p>
    <p>Углубившись миль на 85 в «низины», туда, где Юкон, совершая свой знаменитый поворот па юго-запад, пересекает Полярный круг и, нанизав целую гирлянду озер Дикобраза, поворачивает к западу, мы и пристали у старинного поста Халсон-Бэй-компани форта Юкон. Здесь находятся склады Северо-американской розничной торгово-транспортной и Аляскинской оптово-торговой компании и индейская деревня. Зимой, когда Доусон испытывает жестокую нужду в продовольствии, склады эти бывают битком набиты; уже задолго до закрытия навигации пароходы не решаются подниматься вверх по реке, подвозить же провиант на санях на такое большое расстояние практически невозможно.</p>
    <p>Последний в этом году пароход «Белла» теперь усиленно грузился. Кругом царили оживление и суета. Четыре часа утра у Полярного круга, а солнце уже высоко. Тепло необычайно, словно это разгар какого-нибудь праздничного дня. Все смеется, радуется и шумит. Местные щеголи кокетничают и заигрывают с девицами, индианки постарше сплетничают группками, а тем временем молодые, уединившись, хихикают по углам. Ребятишки играют и ссорятся, а совсем маленькие возятся в пыли с похожими на волков городскими собаками. Фантастически расплывающиеся клубы дыма носятся в воздухе, дружно вздымаются, крутятся в вихре, сходятся в свинцово-сером небе. Только чутьем да ощупью можно разобрать что-либо. Дым поднимается от бесчисленных костров, неся горе комарам, слезы нежным глазам белых и придавая всему окружающему таинственный колорит нереальности.</p>
    <p>На протяжении всей этой части пути трудно было поверить, что мы находимся в далеких северных широтах. Казалось, будто перед нами волшебная страна, полная неожиданностей. Таких, например, как   духота и тропический зной.</p>
    <p>Где! Здесь, под Полярным кругом днем и ночью задыхаешься от жары, хотя лежишь поверх   одеял. Багровый   солнечный диск, как налитый кровью шар, висит над северной стороной горизонта. Необычна красота этой «ночи  средь   бела дня», плывущей, вечно плывущей перед глазами,— это ты плывешь, увлекаемый стремительным потоком, и то проскальзываешь по узкому каналу, где лесистые берега точно смыкаются над тобой, то вырываешься на простор, туда, где тысячи потоков сливаются в могучую реку; но вот — снова расходящиеся течения, узенький   канал,   нависший   над головой лес, запах земли и теплая сырость растений. Л надо  всем   этим — гул жизни, внезапно прорвавшийся в неудержимой песне, которая перерастает в громкий, тупой рев довольства или замирает вдали в сладостной пустоте безмолвия. Ни звука, пока огибаем мы песчаную косу и вспугиваем одинокого журавля, пребывавшего в своей мрачной задумчивости. Перепел захлопал в лесу крыльями, шумно фыркнул входящий в водулось, и снова тишь.</p>
    <p>Потом где-то в глуши  ухает  сова, гортанно каркает над головой ворона. Внезапно проносится над зеркальной гладью дикий крик гагары, порождая   бесчисленные отклики. Начинают свой звонкий сочный щебет малиновки, и леса наполняются музыкой. Сразу заиграли на нескольких инструментах белки, под отчетливые ритмы дятла принялись выводить пронзительные трели черные дрозды. Чистое кресчендо певчих птиц сопровождается   вскриками   лося. И вот все слилось во всеобщем гвалте. Неведомая болотная птица присоединяет свой исступленный вопль к нарастающему кресчепдо, и его финал, достигнув предельной   высоты, медленно замирает вдали. Робко где-то ребенок   взывает к матери, и воцаряется молчание.</p>
    <p>Через триста миль ниже «низин» мы достигли Майнука, главного старательского лагеря на Лоуэр-Ривер. Теперь он получил менее благозвучное имя Рампарт-Сити. Новости, привезенные из Доусона, не могли, разумеется, быть свежими, но люди на Лоуэр-Ривер вообще всю зиму не имели никаких новостей. Поэтому, как только мы причалили, пас забросали вопросами. Больше всего беспокоили слухи о войне, футбольная игра в День благодарения и казнь Даранта. В соответствии с обычаем Севера мы «развили» каждый па¬раграф в главу и все же потерпели полный провал в своей попытке утолить их ненасытную жадность.</p>
    <p>Промчавшись через стремнины ниже Майнука, в том месте, где некогда Юкон пробил себе кратчайший путь через горы Рампарт, мы подплыли к Танане. Здесь же расположен и индейский городок Нуклукьето, в нескольких милях от него находится старая миссия Сент-Джеймс. Мы прибыли туда сразу после полуночи и попали на большие празднества. С минуты на минуту ожидался весенний ход лосося, и миссии Танана и Тоузикейкет были в полном сборе, но больше всего народу приехало из районов, которые находятся в сотнях миль от этой стоянки. Мы поставили наше «тяжелое судно» среди легких, сделанных из коры каноэ, в беспорядке теснившихся у берега, и сразу же оказались в огромном рыбацком лагере. С трудом пробираясь между шатрами среди ползающих детей и грызущихся собак, мы направились к большому бревенчатому дому, где гулянье было в самом разгаре. Только с помощью изрядного числа щелчков и подзатыльников удалось нам протиснуться сквозь толпу детишек к входу. Длинная низкая зала буквально была полна танцующими.</p>
    <p>Кроме как через единственную дверь, до отказа забитую народом, сюда не было доступа ни свету, ни воздуху; и в этой полутьме рослые индейские парни и индианки с дикими глазами обливались потом, завывали в вихре танца, который не поддается никакому описанию. С необычным чувством, знакомым всякому путешественнику, покоряющему дотоле неприступную вершину, мы уже собирались насладиться первобытной новизной обстановки, когда (представьте наше разочарование) обнаружили, что даже сюда, в глушь, за тысячу миль от ближайшего рубежа цивилизации уже проник в поисках приключений белый человек. Задыхаясь от духоты и запаха тел в этом набитом людьми помещении, мы неожиданно разглядели загорелое лицо, голубые глаза и белокурые усы вездесущего англосакса. С первого взгляда можно было понять, насколько по-домашнему он здесь себя чувствует.</p>
    <p>В ста милях ниже Нуклукьето наш ночной сон был прерван дикими песнопениями, которые то нарастали, то необъяснимо исчезали по ту сторону вод. Часом позже, миновав излучину, мы пристали у рыбацкой деревни, жители которой настолько увлечены были своим религиозным обрядом, что даже не заметили нашего прибытия. Вскарабкавшись по берегу, мы оказались вблизи места, где совершалось таинство. Оно отбросило нас назад, к временам оргий пещерного человека, столкнуло с нашим общим, обитавшим, вероятно, на деревьях предком, так хорошо описанным Дарвином. Около сотни мужчин пели, издавая звуки, рожденные, возможно, еще в ту далекую эпоху, когда мир был совсем юн, и еще хранящие в себе дух первобытного человека. Подгоняемые шаманом, женщины бились в религиозном  экстазе, их распущенные черные, как воронье крыло, волосы стегали по бедрам, а тела колебались и извивались в такт песенного ритма.</p>
    <p>Но и тут обнаружили мы следы вездесущего англосакса; да, здесь под пологом тента, распознали мы его в глазах женщины-полукровки, прижимавшей к груди младенца. Изящно сложенная, с кавказскими чертами и нежным овалом лица, она похожа была на жемчужину, потерянную в этой грязи.</p>
    <p>Много и с большим пафосом говорил Лафкедио Хирн о японцах-полукровках, насколько же тяжелей жребий юконских индейцев-метисов! Их жизнь до краев полна непосильного труда, лишений и одиночества. Разве отважилась бы белая женщина при температуре градусов 50—70 ниже нуля с грудным ребенком за спиной пуститься в путь и делать миль по сорок в день на собаках? Это только один пример их будней, а возьмите охоту или рыбную ловлю, или дни, когда когтистая рука голода и болезней опустится на становище. Судьба их — будь ли то индейцы побережья Пэнхендл или эскимосы Ледовитого океана — от Скалистых гор и до самых западных Алеутских островов везде одна и та же.</p>
    <p>Когда начинаешь обмен с местными жителями, гораздо глубже познаешь убожество и нищету всей их жизни. Из края в край летит жалобная мольба о лекарствах. Уже после первого общения улавливаешь трогательные нотки того могучего хорала душевной тревоги, который исходит из глубин сердца. У устья притока Каюкук в надежде раздобыть какой-нибудь образчик бус забрел я в летнее индейское становище. Возле одного из самых аккуратных шатров лагеря я завязал разговор с молодой метиской о покупке у нее какой-то необычайно красивой вещицы; уходил я под впечатлением ее слов. Я был потрясен, увидев перед собой прелестную крошку, играющую па цыновке из медвежьих шкур, розовощекую, голубоглазую с соломенно-светлыми волосенками, настоящую саксонку. Несколько раз делал я попытку принудить себя при товарообмене проявить твердость в цене, но всякий раз уступал, не в силах забрать мои ножны или кисет из крошечных пальчиков ребенка, смотревшего на меня голубыми глазами своего белого отца. И когда, поборов, наконец, слабость, я стал упорствовать, его мать сказала: «О, ты, большой белый человек, зачем так дорого? Я много работал, о, так много работал. Я ловил рыба и лось, и молол зерно для двоих, и нет мужчины помощь мне».</p>
    <p>Я вопрошающе указал на ребенка и услышал ответ: «Он давно ушел: теперь один-два-три год». Сделка, которую удалось ей заключить, вызвала великую зависть ее угрюмых сестер, толпившихся у порога. В глубине материка везде, за исключением скрытых уголков да северных склонов высоких гор, снег к середине июня совершенно растаял. Но от Тоузикейкета и до самого Коюкука снега стало заметно больше, от него не свободны даже южные склоны — признак того, что мы приближаемся к побережью, а точнее к зоне прибрежного климата, поскольку находимся еще в семистах милях от устья реки.</p>
    <p>Как известно, при морском климате, благодаря близости больших масс воды, тепло поглощается и излучается не так быстро, как в глубине континента. Поэтому и зима в Доусоне значительно холоднее, а лето соответственно теплее, чем в Сент-Майкле. Вдоль берега Берингова моря у края воды даже месяц спустя после северного солнцестояния можно увидеть большие массивы снега.</p>
    <p>В Нулато, в 650 милях выше устья, мы встретили два небольших снаряжаемых в путь пароходика и узнали о широко задуманных приготовлениях к исследованию реки Коюкук, которая рассматривается как будущий Клондайк. Прибыли мы к самому началу службы в католической миссии, и странно было смотреть на словно изваянное тонким резцом лицо одетого в мокасины и уныло бесстрастного священника и слушать необычный хор пронзительных голосов индейских женщин и низкие басы стариков. Отец Монро, культурный и, по слухам, весьма богатый француз вот уже пять лет отдает свои силы миссионерскому промыслу, усердно трудясь в Нулато. Индейцы в миссиях выглядят всегда лучше —энергичнее и здоровее, чем где-нибудь в другом месте, однако создается впечатление, что христианство никогда не проникает в них глубоко. Некоторые мои сувениры — свидетельство того, с какой охотой обменивают они крест на старую колоду карт.</p>
    <p>Весна была ранней, и ледоход на Юконе сопровождался таким большим разливом, каких не видали многие годы. От Доусона до Кутлика все временные стоянки и давным-давно построенные деревни были беспощадно залиты водой, а многие смыты. По некоторым признакам можно судить, что работа ледохода на протяжении последних 500 миль реки была поистине опустошительной. Немало береговых участков и целые острова наголо очищены от деревьев, которые обычно теснятся в низинах. Толстые стволы вырваны с корнем или буквально перерезаны пополам гранитными телами льдин, а молодые деревца согнуты их тяжестью и, полностью лишенные коры, белеют, словно кости па поле ожесточенной битвы. Дичи и рыбы в изобилии на всем протяжении реки, и в каждом становище можно найти свежую шкуру медведя или какого-нибудь другого зверя, растянутую на сушильной раме.</p>
    <p>Охотились мы главным образом сами, но на сбор яиц и рыбную ловлю времени не тратили, предпочитая покупать эти продукты. Яйца, к сожалению, чаще вызывали у нас разочарование: мы совсем не испытывали удовольствия от обнаруживаемых там утиных и гусиных зародышей, которые, возможно, привели бы в восторг уроженцев этого края. Но рыба была превосходна, и особенно семга. Хотел бы я, чтобы тот, кто на рыбном базаре втридорога платит за серебристую семгу, а потом восхищается ею, поехал бы на Север и купил там за чашку муки гигантскую королевскую семгу, весом фунтов в 50—40 чистого мяса. Такую, откормленную, как бык, упитанную, холодную и, главное, восхитительную на вкус семгу можно добыть только из ледяных вод Юкона. Правда, требуется некоторое время, чтобы научиться торговать с индейцами. Тут нужно обладать таким же, как Иосиф, умением предвидеть и таким же, как Иов, терпением, иначе вас надуют, как нехристя. Тот белый, который в этом деле набил себе руку, обычно прикидывается заинтересованным в каком-нибудь вовсе ему не нужном предмете и проявляет полное равнодушие к тому, зачем пришел. Тогда индеец сразу поднимает цену на первое и соответственно снижает на второе. Когда цена па нужную вещь достигнет, таким образом, поразительно низкого уровня, покупатель хватает ее и тут же расплачивается. Торговец, конечно, раздосадован, но сделка есть сделка. От охоты мы не могли отказаться, хотя дробовик наш был старым и ветхим, а один спусковой крючок упорно разряжал сразу оба ствола. Уж очень заманчиво во время ночного дежурства, медленно скользя мимо низких, затопленных водой берегов, смотреть на висящее над северной стороной солнце и под храп накрытых москитной сеткой товарищей сбивать диких птиц, испуганно поднимавшихся с реки. Только ко времени прибытия в Анвик, в 600 милях от океана, мы по-настоящему оценили все величие реки, по которой путешествовали. У форта Юкон, 1300 миль от океана, она имеет ширину восемь миль; у Коюкука сужается до двух-трех миль, а от Косеревского она выдерживает ширину восемь—десять миль до самой большой дельты, где ее южный проток отстоит от северного более чем на 80 миль. У Анвика ширина реки сорок миль, а весенний подъем воды — от 30 до 40 футов. Такой огромной шириной река обязана острову, по всей видимости, крупнейшему речному острову в мире, который тем не менее никак не назван.</p>
    <p>От Анвика и до самого океана встречаешь совершенно иное население. Хорошо сложенные рослые индейцы исчезают и их заменяют мельмуты — нечто вроде смеси эскимоса и тлинкита. Лишенные честолюбия, мало активные и постоянно бедствующие, они не представляют интереса для белых торговцев; поэтому по-прежнему живут они на строгом мясном и рыбном рационе, изрядно сдабриваемом отвратительно пахнущим тюленьим жиром. Дома их — это земляные норы, укрепленные собранными на берегу стволами деревьев. В центре дома раскладывается костер, дым от которого выходит через отверстие в крыше. Зимой мужчины, женщины и дети набиваются в эти норы, как сельди. О санитарных, моральных и социальных условиях без труда можно догадаться.</p>
    <p>Однако они с большим почтением относятся к умершим; их кладбища опрятны, чисты и радуют глаз. Неровный частокол окружает могилы, покрытые обычно навесом от дождя. Нередко с помощью сажи и тюленьего жира на них изображаются фантастические рисунки. Бывает, водружают на них затейливо вырезанный тотем, но, судя по крестам, подавляющее большинство умерших покоится в земле, освященной католической церковью. Сразу трудно сказать, почему не имеет успеха протестантство, но более впечатляющий ритуал католической службы, к тому же столь богатый милым первобытному сознанию мистицизмом, в противоположность предельно простому, пуританскому обряду протестантского богослужения, возможно, объяснит и это.</p>
    <p>Проплывая от миссии Холи-Кросс до Русской миссии, замечаешь, что горы печально снижаются, в Андреевском мы послали «прости» последним тощим холмам и поплыли среди унылых равнин большой дельты Юкона. Это было повторение «низин», но чреватое куда более серьезными последствиями. Одна ошибка в этой дикой, не нанесенной ни на какую карту местности — и ты попадешь в русло южного канала и будешь обречен блуждать неведомо где, без проводника и лишенный какого бы то ни было ориентира до тех пор, пока не выберешься к побережью сурового Берингова моря. Мы высокомерно отнеслись к предложению взять проводлика-мельмута и поплатились за это, нам пришлось потратить два дня на то, чтобы проплыть эти сто двадцать миль. Зато мы без стеснения дали выход нашей бурной радости, когда ощутили, наконец, первую волну морского прилива; а когда в Кутлике мы легли спать на берегу открытого океана, то чувствовали себя уже почти дома.</p>
    <p>Восьмидесятимильный путь вдоль побережья на Север был полон волнений. Проходя мимо опасного мыса Романова, мы подобрали иезуитского священника, которому туго пришлось в водовороте. Несмотря на свой сан, он курил трубку, был неплохим гребцом и вообще оказался превеселым парнем, готовым наравне с другими отдаваться рассказам о всяких невероятных историях. Он был одним из многих представителей того необычного типа людей, которых встречаешь в Северной стране. Итальянец по крови, француз по рождению, испанец по образованию и американец по месту жительства, он был в свое время изумляющим успехами учеником, и вея его жизнь походила на роман, но, выполняя присягу ордену, он пожертвовал Аляске двенадцатью лучшими годами своей жизни и здесь всем, даже премудростями грамматики иннуитского языка, казалось, был доволен.</p>
    <p>Последнее наше столкновение с Беринговым морем было достойным финалом путешествия. Полночь застала нас еще барахтающимися в море, скалистый берег с подветренной и грязные небеса с наветренной стороны и ко всему — брызги дождя и визг ветра, вот-вот готового превратиться в ураган. Мы подобрали паруса, чтобы уменьшить риск быть перевернутыми штормом, и, опережая его, достигли гавани Сент-Майкла точно три недели спустя с того часа, когда покинули пристань Доусона.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Острова Бонин.</p>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>I</p>
     </title>
     <p>На свете есть немало удивительных, неведомых уголков — таких, где не ступала нога пытливого странника.</p>
     <p>Такое множество цветов никто не видит. Они растратят аромат в пустыне.</p>
     <p>Их видят одни лишь грубые, невежественные обитатели да команды случайно забредших судов, в спешке даже не замечающие их прелести.</p>
     <p>К таким известным и в то же время неизвестным местам, о которых знают навигаторы и картографы и почти не слыхал остальной мир, относятся острова Бонин, расположенные между 22 и 27 градусами северной широты и на 140 градусе 23 минуте восточной долготы. Открыты они, согласно поверью, двести пятьдесят лет назад путниками, возвращавшимися в Японию на большой джонке, когда тайфун выбросил их судно на прибрежные скалы. Вскоре японское правительство приняло острова в свое владение и заселило, но полвека спустя они опустели. В течение последующих двух веков брошенные своей страной на произвол судьбы, отрезанные от внешнего мира немногочисленные обитатели опустились до состояния близкого низшей ступени варварства. Об этой своеобразной колонии островитян совсем забыли, и мир о них больше ничего не слышал.</p>
     <p>Правда, в середине нынешнего столетия туда иной раз заходили китобои за водой, покупали у оторвавшихся от цивилизации жителей лук, сладкий картофель, батат, а команды, высадившись на берег, охотились за дикими свиньями и оленями, которых в горах было в изобилии, ловили рыбу и гигантских зеленых черепах по берегу и на рифах.</p>
     <p>Но вскоре пробудившаяся от длительной спячки Япония, начав энергичное движение к цивилизации, ныне удивляющее и восхищающее весь мир, осознала, что владение этими островами — не пустячное дело. Она вторично колонизовала их, на сей раз с размахом. На Сент-Джонс — главный остров группы, — где обитало не более сорока человек, прибыло две или даже три тысячи переселенцев из Иокогамы и Токио. Наделенные упорством и энергией современных японцев, они преобразили остров. Аборигены с неодобрением встретили вторжение инородцев, но, подобно краснокожим американским индейцам, были поглощены накатившейся волной и на своей собственной земле стали чужими. Только на каком-нибудь уединенном коралловом берегу или в сумрачных глубинах вулканического каньона теперь еще можно неожиданно натолкнуться на убогую тростниковую хижину, из которой угрюмо и недоброжелательно глядит на посетителя-нарушителя собственности ее дикий владелец — человек неопределенной национальности, невероятная смесь первых поселенцев с канаками и беглецами, сбежавшими в давние времена с китобойцев. Это его последнее убежище от деятельных японцев.</p>
     <p>В маленькой колонии есть свой губернатор, полиция, несколько благоденствующих деревень, преуспевающие плантации, приличный причал и школы. Одним словом, своя цивилизация, воспроизводящая в миниатюре японскую. И тем не менее — они практически непосещаемы. Всего лишь два раза в год сообщаются они с метрополией, и тогда им дает о себе знать внешний мир. Правительственный пароход с новыми иммигрантами прибывает каждые полгода, привозит предметы роскоши, последние новости и все необходимое для цивилизованной жизни. После этого дивные острова еще полгода дремлют в покое субтропиков до другого «пароходного дня».</p>
     <p>Самая главная и привлекательная для странников особенность островов — пейзажи, их многообразие, броские и резкие контрасты на каждом шагу. Тут вертикально из океана поднимаются высочайшие горы, покрытые до самых вершин пышной тропической растительностью, а там к отвесной скале прильнул крошечный коралловый пляж, чистейший, отличающийся белизной, насквозь промытый неустанным прибоем. А здесь рельефный контур ландшафта сглаживается плодородной равниной с зеленью капусты, тутовых, банановых деревьев и плавным склоном сахарного тростника; на щедрой земле зреют батат, ананасы, сладкий картофель. А вон там гигантские утесы и наводящие страх бездонные пропасти вносят новые мотивы в ландшафт. И в каждом укромном уголке и расщелине что-то буйно произрастает. Растительность, кажется, вырывается даже из несокрушимых вулканических пород, где не видно ни грана почвы. Наверху из скал, из оснований их глубоких расщелин бьют источники чистейшей воды, посылают далеко вниз сверкающие ледяные струи навстречу беспокойным волнам прибоя. Разбиваясь о вулканические породы теснин, они превращаются в бурлящие потоки и, устремившись в умопомрачительную пропасть, рассыпаются в воздухе и парят, словно серебристые вуали, не разрываясь, летят полупрозрачной дымкой сотни футов вниз. Миновав ливнеобразное состояние, струи так и падают в море или, пересекая плодородные участки и плантации трудолюбивого фермера, замедляют свой величавый полет и в конце концов теряются из вида на окруженных коралловыми утесами белых песках, сквозь которые и просачиваются в соленое море.</p>
     <p>А вид из гавани, где на якорь стал корабль, почти целиком утопающей в тени громадных вулканических гор, величественные головы которых исчезают в туманных облаках над головой!</p>
     <p>Хорошо укрытая гавань имеет удобный просторный причал, от десяти до пятидесяти морских сажен. В ней можно разместить целый флот, но залив почти всегда пустует, если не считать живописных каноэ и сампанов местных жителей. Китобои с давних времен более не посещают эти дивные места, лишь дважды в год нарушает монотонную жизнь правительственный пароход.</p>
     <empty-line/>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>II</p>
     </title>
     <p>Однако в том, 1893 году, когда я там был, неторопливые, заторможенные обитатели пережили такую основательную встряску, что вряд ли до сих пор успели от нее оправиться. Это случилось в первой декаде месяца марта. А с того дня, как последний китобоец появлялся в этих водах, прошли многие годы, и колония, никого не ожидая, почивала в мире. Вдруг в океане возник парус. Все жители Сент-Джонса насторожились. Корабль уверенно приближался, и, не убирая паруса, прошел опасным фарватером, не обратив внимание на многочисленных доброхотов, кинувшихся навстречу на каноэ, чтобы предложить провести корабль, как это они делали прежде. Это была небольшая шхуна, идущая по ветру с натянутыми парусами, и, как только она бросила якорь, у нее на мачте затрепетал американский флаг. Стало ясно: отчаянный парусник пришел от американских берегов, отстоящих на пять тысяч миль, это — предшественник идущего флота.</p>
     <p>Губернатор, он же начальник порта, глава таможни, арбитр и мировой судья, не считая десятка прочих почетных должностей, нанес визит капитану и вернулся на берег. Население острова пришло в крайнее возбуждение. По заливу шныряли каноэ, сампаны, все хотели попасть на борт странного корабля, прибывшего прямым ходом из Америки, из страны, о которой столько слыхали и которой так безгранично восхищались.</p>
     <p>На следующий день удивление жителей возросло — к небольшой шхуне приплыл компаньон. Он был под британским флагом — предвестник английского флота, курсирующего из Виктории. А в сумерках любопытные обитатели прибрежной полосы увидели еще два паруса, ожидавшие дневного света, чтобы совершить опасный проход. И к середине марта в маленькой гавани собрался флот из пятнадцати судов.</p>
     <p>Едва оправившись после первых впечатлений от неожиданного нашествия, островитяне поняли возможность огромной выгоды, которую можно извлечь из взаимоотношений с чужеземцами. С энергией, свойственной предприимчивой расе, они ринулись в до того незнакомую им коммерцию. Обобрав плантации, обрадованные собственники прибыли к кораблям на своих суденышках, до краев нагруженных бананами, ананасами, ямсом, сладким картофелем, сахарным тростником и всевозможными овощами, а рыбаки в изобилии предлагали свежую рыбу, которой кишели рифы и мели, и неисчислимое количество океанских черепах. Капитанам судов на продажу предлагали свиней, бычков, оленей. Ну а как напивались эти иноземцы! На бутылках голландского джина и невыдержанной японской рисовой водки сакэ изготовители спиртного сколотили состояние.</p>
     <p>И сразу пошли дела! Простые японцы, должно быть, подумали, что нагрянул золотой век. Все устремились в погоню за богатством, они, видимо, решили, что эти белые заморские пришельцы сделаны из золота и корабли их полны драгоценного металла. Цены взлетели проворнее воздушных шаров. Вчера свежая говядина была по три цента за фунт, сегодня — четыре, завтра — пять, на следующий день — девять, а к субботе дошла до невероятной цены в двадцать два цента и продолжала дорожать. Если раньше за десять центов ты мог купить стебель сахарного тростника длиною с удилище, то теперь за один кусочек не более фута пришлось платить двадцать пять. А кварта голландского джина, которую вначале продавали за сорок центов, подскочила в два приема аж до шести долларов.</p>
     <p>Японцы — ловкие спекулянты, вероятно, это у них в крови, но на этот раз они совсем потеряли совесть. Из-за неразумных цен невостребованное мясо приходило в негодность. Тогда один капитан сошел на берег с двумя охотниками и подстрелил бычка, но ему не разрешили взять его на борт, запретил губернатор и шеф полиции. «Морские пришельцы» решили тогда прорвать блокаду, и на следующий день разразилась величайшая из битв, какую только знала история островов.</p>
     <p>Десятка два морских охотников, первоклассных стрелков и сотни бравых решительных матросов буквально заполонили остров, проникли до дна скалистых ущелий и до вершин заоблачных гор. И целый день ничего не было слышно, кроме треска ружейных выстрелов и сердитых криков веселых парней, развлекавшихся, слоено школьники на природе. Пальба и свист пуль завершались радостными возгласами охотников. Иногда можно было видеть продирающийся сквозь густые джунгли, спасающийся бегством скот, преследуемый группой возбужденных моряков, метавшихся повсюду вместе и поодиночке, прежде чем нагрузиться взбесившимся кабаном или бычком.</p>
     <p>Так вот и шла веселая охота. Тщетно пытался губернатор ее прекратить. Он требовал, урезонивал, умолял, ругался — все напрасно. Беспорядки вышли из-под контроля. «Белые пираты» и «заморские дьяволы» не обращали внимания на пару дюжин его полицейских. Лишь с наступлением ночи прекратилась бойня, и тяжело нагруженные добычей шлюпки возвратились на свои шхуны.</p>
     <p>Тогда губернатор обнародовал манифест. Закон и порядок должны быть восстановлены, все нарушители спокойствия понесут наказание. Всем морякам к десяти часам вечера надлежит быть на борту соответствующих судов. Нарушители будут арестованы и заключены под стражу. Суда же тех капитанов, которые не способны держать под контролем свои команды, будут выдворены с острова.</p>
     <p>Но тем же вечером все «заморские дьяволы» были на берегу. Десять часов минуло, а ни одна душа и не помышляла о возвращении на судно. Куда там — вечернее празднество только разгоралось. Как раз перед особняком губернатора бушевал вирджинский хоровод. Гигант норвежец — «Большой Оскар», на целую голову возвышающийся над всеми, подыгрывал танцующим на аккордеоне, а блюстители порядка циркулировали в толпе. Хотя для очистки улиц были выведены все полицейские силы, губернатор предпочел осторожность доблести и мудро воздержался от решительных действий.</p>
     <p>Наутро капитанам было дано указание покинуть порт. Требование было полностью проигнорировано, ибо у губернатора из морских сил имелось всего три матроса и командирская шлюпка, поэтому он был не в состоянии заставить выполнить свой приказ. Несмотря на дебош и одержанную победу, моряки у большинства островитян не вызвали возмущения, они примирились с их присутствием и даже были рады, что такие хорошие покупатели остались. Цены вскоре упали до приемлемого уровня, и добрые отношения между сторонами были восстановлены.</p>
     <p>А однажды утром на борту судов стала наблюдаться какая-то активность. Убирались сходни, освобождались паруса, шлюпки поднимались на борт, все приводилось в готовность к отплытию. А потом до слуха любопытных жителей донесся бодрый мотив: то матросы затянули у брашпиля вдохновенные песни, которые помогают им вытягивать из моря тяжелые якоря. Поднимался парус за парусом, и шхуна за шхуной с надутыми попутным ветром парусами побежали через узкий пролив в открытое море. Флот направился к японским берегам, где все лето будет преследовать тюленей, плывущих на север, к лежбищам в Беринговом море. Не успели жители опомниться, как в их маленькой гавани не осталось ни одного корабля.</p>
     <p>Отныне острова Бонин вновь погружались в мирную дрему, покой блаженного тропического климата, обласканные голубыми водами великого океана в ожидании следующего «пароходного дня». А их обитатели вновь и вновь возвращались к воспоминаниям о вторжении белых пришельцев и рассказам об их дикарстве и необычных нравах.</p>
     <p>А? Вот это была жизнь! И они одобрительно причмокивали губами, вспоминая давние события и позванивания золотыми монетами в своих кошельках.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Плавание на малых судах.</p>
    </title>
    <p>Моряка не сделаешь, им рождаются. Под словом «моряк» я разумею не того известного суетливого недотепу, которого вы найдете сегодня на палубе океанского корабля, а человека, который возьмет некое изделие из дерева, стали, холста, тросов и заставит его подчиниться своей воле на морской волне. Помимо капитана и старых матросов с крупных судов, настоящий моряк — это тот, кто водит малые суда. Уж он-то знает — не может не знать,— как заставить ветер привести его судно из одного данного пункта в другой данный пункт. Ему положено иметь понятие б приливах, волнениях и водоворотах, о признаках скрытых мелей и фарватеров, быть знакомым с дневными и ночными сигналами; он должен уметь предугадывать перемены погоды и досконально знать особенности своего суденышка, отличающие его от любого другого из когда-либо построенных и спущенных на воду. Ему следует знать, как развернуть суденышко и в нужный момент лечь на другой галс, при смене курса не допуская опасного крена.</p>
    <p>Нынешнему матросу дальнего плавания все эти вещи не нужны. Он их не знает. Он тянет и тащит, как ему приказано, скребет палубу, смывает грязь, счищает ржавчину. Ничего он не знает и ничем не озабочен. Стоит посадить его в обыкновенный ботик, и он будет беспомощен. Начнет откалывать фигуры почище, чем ковбой на спине дикой лошади.</p>
    <p>Никогда не забуду поразившего меня детского впечатления, когда я впервые столкнулся с одним из таких необычных существ. Это был беглый английский матрос. Я был подростком лет двенадцати, владельцем четырехметрового скифа с подъемным килем, который научился водить под парусом. Я буквально молился на матроса, как на бога, пока он распространялся о дальних землях, неведомых народах, о беспримерных подвигах и умопомрачительных морских штормах. А потом взял его в плавание. Не без трепета, как и подобает жалкому любителю, поставил я парус. Ведь рядом был знаток, который, по моему убеждению, куда больше знает о воде и о лодках, чем я, грешный. Некоторое время спустя — а я сам оттянул этот момент — за румпель и за парус взялся он. А я, раскрыв рот, сидел на средней банке с надеждой узнать новое о том, как надо ходить под парусом. Однако мой рот так и остался открытым от удивления при действиях этого профессионального моряка. Он был не в состоянии удержать не только парус, но и себя, его едва не опрокинуло порывом ветра, а потом еще раз чуть не сбросило в воду шкотом, когда он попытался перенести парус; ему, как оказалось, было невдомек, зачем существует подъемный киль, не знал он и о том, что на бегущей под ветром яхте нужно сидеть посередине, а не сбоку; и наконец, когда мы возвращались к причалу, он так разогнал скиф, что повредил ему нос и свернул гнездо мачты. И ведь это был не какой-нибудь краснобай, а действительно настоящий моряк.</p>
    <p>Так какова же моя мораль? Матрос может проплавать всю свою жизнь на борту большого корабля, но так и не узнать, что же это такое, в действительности, ходить под парусом. А меня с двенадцати лет увлекло море. В пятнадцать я стал капитаном и владельцем шлюпа, ходившего за устрицами. К шестнадцати годам вместе с греками я водил шхуну вверх по реке Сакраменто на ловлю лосося и служил матросом, хотя все мои рейсы ограничивались пределами залива Сан-Франциско и впадающих в него рек.</p>
    <p>А потом, едва мне исполнилось семнадцать, я завербовался старшим матросом на трехмачтовую шхуну, уходившую на семь месяцев в плавание через Тихий океан и обратно. Это мое решение записаться старшим матросом сотоварищи по кораблю сразу назвали нахальством. Но я-таки стал старшим матросом. Ведь у меня уже была хорошая школа. Всего несколько минут понадобилось мне, чтобы усвоить названия и назначения неизвестных мне снастей. Правда, мне пришлось учиться, как стоять на руле, ориентируясь по компасу в открытом море, но на это потребовалось, наверное, полминуты; а когда нужно было идти на полных парусах под углом к ветру, я мог побить любого из команды. За пятнадцать минут я выучился правильно называть все румбы компаса, в прямом и обратном порядке. Так что за это семимесячное плавание мне мало что надо было осваивать, если не считать изготовления причудливых морских поделок, таких, как сложные морские узлы да вязание разного рода плетений и веревочных матов. Суть всего сказанного заключается в том, что плавание на небольших ботах — это лучшая школа подготовки настоящего моряка.</p>
    <p>А если человек — прирожденный моряк и вкусил моря, то уже никогда за всю свою жизнь не сможет он оторваться от него. Соль моря пропитает все его кости и все легкие, оно будет манить до самой смерти. Позднее для заработка на жизнь я нашел пути легче. Для пропитания мне больше не нужен кубрик, но я всегда возвращаюсь к морю. В моем случае это залив Святого Франциска, и вряд ли вы найдете более здоровые и трудные воды для плаваний на боте.</p>
    <p>На этом заливе гуляют настоящие ветры. Зимой — лучший сезон для плавания — дуют юго-восточные, юго-западные ветры; случается, завывают и северные. Все лето у нас господствует то, что мы зовем «морским бризом» — неизменный ветер, дующий с Тихого океана, что после полудня обычно переходит, по словам яхтсменов с Атлантики, в штормовой. Их всегда удивляет малая площадь парусов на наших яхтах, и некоторые из тех, кто плавает на своих шхунах вокруг мыса Горн, не без гордости взирают на свои величественные мачты и огромные холсты парусины, и свысока, даже с сочувствием — на наши. А потом, стоит им случайно присоединиться к экскурсии какого-нибудь клуба из Сан-Франциско на остров Маре, они находят утренний пробег вверх по заливу восхитительным. Однако после полудня, при возращении домой, когда свежий западный ветер ворвется через пролив Сан-Пабло и ударит им прямо в лицо, они все увидят несколько в ином свете. Одна за другой, как ласточки, наши беднее оснащенные яхты начинают обгонять их посудины, прилагающие все силы, чтобы справиться с тем, что они называют штормом, а мы — первоклассным бризом. Когда они прибудут в следующий раз, мы заметим, что их мачты и гики стали короче, а площадь парусов значительно сократилась.</p>
    <p>Что же касается нервотрепки, то между кораблем, попавшим в переделки на море, и ботом в водных просторах, окруженных сушей, есть существенное различие. Лично я для острых ощущений предпочитаю бот. На нем все происходит стремительно, а времени на дела — тяжелые дела! — в обрез. Это подтвердит любой моряк, плавающий на малых судах. Во время тайфуна у берегов Японии мне пришлось работать всю ночь, две вахты, на палубе, но и тогда я устал не так, как за два часа работы с парусами и возни с двумя якорями на девятиметровом шлюпе на подходе к подветренному берегу при свистящем юго-восточном ветре.</p>
    <p>Тяжкий труд и нервотрепка? Вот ветер гудит и гонит высокую приливную волну как раз в тот момент, когда вы проводите свой шлюп через узкий проход у разводного моста. Вы неотступно следите за парусом, от которого зависит все, а он вдруг хлопает и безжизненно повисает; это проказник-ветер поднапрягся и единым порывом перебросил кливер на другой борт. Шлюп поворачивается и скользит, но не в протоку, а в сторону, прямо на могучие сваи. И вы никак не успеваете среагировать. Ваш дивный свежевыкрашенный шлюп с треском ударяется о сваи. Вы чувствуете, как они скребут по корпусу. Видите, как рвется леер. Слышите, как трещат паруса, и видите: черный квадратный конец балки протыкает в них дыру. Хряп! Хрустнула опора вашей мачты, и стеньга зашаталась над вами, как пьяная. Все скрипит и трещит. Если так будет продолжаться, то, вероятно, ванты с правого борта будут порваны. Ты хватаешь канат — любой канат! — и пытаешься накинуть его на сваю. Но свободный конец каната слишком короток. Ты не можешь его закрепить, но продолжаешь свои попытки и вне себя орешь компаньону, чтобы он накинул другой, длинный конец. Держись! И ты держишься, хотя лицо твое стало красно-синим, руки, кажется, вот-вот будут выдернуты из суставов, а кровь уже выступила из-под ногтей. Нет, ты держишься, а партнер схватил длинный конец и закрепил его. Ты выпрямляешься и смотришь на свои руки. Они все изранены. Пальцы не разгибаются. Боль острейшая. Но времени нет: упрямое судно все бьется о ракушки, налипшие на сваи. Дела — хуже некуда! Долой кливер! Потом ты убираешь снасти, тянешь, выбираешь, закрепляешь и, подойдя к пристани, обмениваешься резкими замечаниями с ее владельцем, который всегда готов дать несколько очков вперед, остроумно парируя твои претензии. И в конце концов, через час, ощущая боль в спине, в мокрой от пота рубахе, с кровоточащими руками ты проходишь, покачиваясь, по невинной, простейшей протоке между берегами, на которых по колено в воде стоит скот, с интересом наблюдая за тобой. Волнение! Труд! Разве переживешь такое в спокойный день в далеком море?</p>
    <p>Впрочем, помню я и тяжелейшие четырнадцать штормовых дней у берегов Новой Зеландии. Это был сухогруз — ржавое и помятое судно с шестью тысячами тонн угля в трюмах. На нем вдоль палубы были протянуты спасательные тросы, а с наветренной стороны к вантам на дымовой трубе и к такелажу прикреплялась огромная сеть, свисающая с целью ослабить силу волн и защитить двери нашей кают-компании. Но двери все же были разбиты вдребезги, а кают-компанию захлестнуло волной. И все-таки, несмотря на все это, у меня от того плавания осталось лишь чувство однообразия.</p>
    <p>Но в противоположность упомянутому, как самые яркие в жизни, мне запомнились восемь дней, проведенных у западного побережья Кореи. Неважно, почему я оказался в феврале плывущим на север по Желтому морю при температуре воды ниже нуля градусов. Суть в том, что в открытой лодке, сампане, я плыл вдоль скалистого берега, на котором не было никаких маяков, а прилив доходил до девяти и даже восемнадцати метров. Командой моей были японские рыбаки. Мы не знали языка друг друга.</p>
    <p>Никогда не забыть один особенно промозглый рассвет, когда мы в разгар снегопада убрали парус и отдали наш небольшой якорь. Ветер налетел с северо-запада, а мы находились у самой кромки берега. Впереди и за кормой все пути к спасению были отрезаны скалистым побережьем, о грудь которого билось непокорное море. В момент перерыва между снежными шквалами на небольшом расстоянии с наветренной стороны можно было рассмотреть выступающие над водой скалистые рифы. Именно они и служили нам слабой защитой от всего Желтого моря, которое бесновалось под нами.</p>
    <p>Японцы уползли под соломенный мат и залегли спать. Я присоединился к ним. Так мы пролежали в забытьи несколько часов. Потом волны закидали нас ледяными брызгами, и на нашем мате мы обнаружили толстый слой снега. Рифы с наветренной стороны почти скрылись под приливной волной, и море мало-помалу все яростнее бросалось на скалы. Рыбаки озабоченно изучали побережье. Так же поступил и я, но наметанным глазом моряка я не смог найти ни малейшего шанса для лодки пробраться сквозь эту исхлестанную прибоем кромку утесов. Я обратил внимание японцев на мысы впереди и сзади, но они отрицательно затрясли головами. Я указал им на страшное побережье. Они вновь затрясли головами и не стали ничего предпринимать. Их, как мне показалось, просто парализовала безнадежность нашего положения. Между тем опасность приближалась с каждой минутой, потому что поднимающийся прилив лишал нас рифов, служивших защитой от моря. Риск потерять якорь становился все более вероятным. Волны все обильнее перехлестывали через борт, а моя рыбацкая команда все оглядывала осаждаемый прибоем берег и по-прежнему ничего не делала для спасения.</p>
    <p>Но в конце концов, после того, как мы несколько раз едва не пошли на дно, рыбаки начали действовать. Дружно взявшись за якорь, они извлекли его из воды. Теперь — вперед. Как только нос лодки встал под ветер, мы натянули кусок паруса размером с четыре мешка из-под муки. И направились прямо к берегу. Я расшнуровал ботинки, расстегнул пальто и пиджак и приготовился быстро, за мгновение до столкновения, сбросить часть своей одежды. Но столкновения не произошло: впереди открылся узкий проход, весь в кружевах бурунов и пены. А ведь раньше, внимательно изучая побережье, я не заметил этого канала. Просто не учел многометрового прилива. А его-то и ожидали с таким терпением предусмотрительные японцы. Рассекая буруны, мы повернули в маленький, защищенный от ветра залив, где вода едва-едва колыхалась, и высадились на пляже, длинная изогнутая линия которого была покрыта изморозью соли, оставшейся от волн прошлого прилива. Таков был один из трех штормов на протяжении восьми дней моего плавания на сампане. Разве может случиться что-то подобное на корабле? Боюсь, что корабль скорее напоролся бы на тот риф, и люди неминуемо, все до одного, погибли.</p>
    <p>В течение трехдневного рейса на небольшом судне происходит столько неожиданностей, случается столько происшествий, сколько не бывает и за целый год плавания на большом океанском судне. Помню, как-то вышел я на только что приобретенном небольшом суденышке. За шесть дней мы попали в два жестоких шторма и вдобавок в один настоящий от юго-запада. А в перерывах между ними был мертвый штиль. Потом мы пристали к берегу на реке Сакраменто и, высаживаясь на крутом откосе при отливе, едва не перевернулись вверх тормашками. При полнейшем штиле и сильном отливе в Каркинезском проливе, где якорю не за что зацепиться на промытом дне канала, наш скиф прижало к огромному доку и крушило и бросало четверть мили на всем его протяжении, прежде чем мы смогли оттуда выбраться. Два часа спустя в заливе Сан-Пабло ветер стал так завывать, что мы взяли рифы. А держать «скиф» по течению при крупной волне и штормовом ветре — занятие не из приятных. Но именно такова была наша первоочередная, насущная задача, ибо сорвавшееся с якорей судно, чуть что, черпало воду. Мы дошли до изнеможения и, конечно, измордовали скиф, от киля до мачты. А в довершение всего, на подходе к нашей стоянке, пересекая самую узкую часть рукава Сан-Антонио, мы оказались на волосок от опасности столкновения с идущим на буксире огромным судном. Мне приходилось в течение целого года плавать по океану, но подобных волнений переживать не случалось.</p>
    <p>В конце концов, неожиданности — это, пожалуй, самое лучшее в плавании на малых судах. Оглядываясь назад, о них вспоминаешь, как о мгновениях радости. В те времена они являлись проверкой вашего характера и лексикона и могли ввести вас в такое уныние, которое заставляет уверовать, что сам Господь замыслил против вас недоброе; а потом, о! с каким удовольствием потом и с каким жаром распространяетесь вы о тех приключениях своему брату-шкиперу, компаньону по плаванию на малых судах.</p>
    <p>Вот узкая извилистая заводь, обнажившая в момент начавшегося отлива грязное дно, покрытое безжизненным илом; поистине отвратительная вода, загрязненная смесями, вытекающими из цистерн рядом расположенной кожевенной фабрики; болотная трава по обе стороны переливается всеми оттенками лилового цвета; шаткий, прогнивший старый причал, а в конце его — небольшой белый шлюп. Ничего романтичного. Никакого шанса на приключение. Лучший и нагляднейший довод против якобы той радости, что доставляет плавание на малых судах. Примерно так рассуждали мы с другом Клоудесли тем облачным тяжелым утром, пока принимались готовить завтрак и мыть палубу. Последнее было моим излюбленным делом, но, увы, на сей раз один взгляд на воду за бортом и другой — на мою свежеокрашенную палубу отбил это желание. После завтрака мы взялись за шахматы. Отлив продолжался, и мы почувствовали, что шлюп начал крениться. Мы продолжали игру, пока фигуры не начали падать. Крен возрастал, и мы вышли на палубу. Носовой и кормовой швартовый начали натягиваться. Пока мы осматривали судно, оно внезапно резко накренилось. Канаты вытянулись до предела.</p>
    <p>— Как только днище станет на дно, наклон прекратится,— сказал я.</p>
    <p>Клоудесли загремел глубиномером у другого борта.</p>
    <p>— Семь футов воды,— объявил он.— Берег почти отвесный. Первое, что меня беспокоит,— это мачта, если шлюп перевернется.</p>
    <p>Не прошло и минуты, как с кормы раздался хлопок. Это швартовый. Он лопнул. Мы кинулись туда. Вряд ли удалось бы нам протянуть другой трос от причала к корме вместо того, который оборвался. Однако мы старались. Это была адская работа, и вместе с тем она приносила удовлетворение. Мы протягивали новые и новые канаты, и они вновь и вновь рвались, а дивное наше суденышко все больше и больше заваливалось на борт. Уже пошли в ход все запасные канаты, использованы шкоты и фалы и наш двухдюймовый трос; мы пытались закрепить трос за мачту на ровных ее уровнях, трудились до пота и пришли к выводу, что Всевышний на нас в обиде. Спустившиеся к пристани местные бездельники потешались над нами. Когда у Клоудесли вырвалась из рук бухта каната и скользнула по наклонной палубе вниз, а он вылавливал ее с серьезным видом из этого отвратительного ила, улюлюканье этих лоботрясов стало настолько обидным, что мне потребовались все силы, чтобы удержать друга от намерения вскарабкаться на пристань и совершить убийство.</p>
    <p>Прежде чем палуба шлюпа встала перпендикулярно, мы успели поднять гик, снять лебедку и, надежно укрепив ее на пристани, подтянуть и закрепить такелаж. Тросы были стальные, и мы не сомневались, что они выдержат нагрузку, но не были уверены лишь в том, выдержит ли мачта. Отлив должен был продолжаться еще два часа. Это значило, что осталось пять часов до момента, когда начавшийся прилив даст нам возможность убедиться в том, сможет ли шлюп всплыть и встать нормально. Берег был крутой, и на дне, прямо под нами, быстро убывающая вода оставила яму с омерзительным, скверно пахнущим навозом, которого ищи целый день — нигде не сыщешь. Глядя на него, Клоудесли сказал мне:</p>
    <p>— Я люблю тебя, как брата. Готов сражаться за тебя. Встретиться лицом к лицу с ревущим львом, принять смерть на море и на суше. Но, пожалуйста, не упади в это месиво,— добавил он с гримасой отвращения.— Ибо, если ты туда свалишься, у меня не хватит силы воли вытянуть тебя оттуда. Я просто не смогу. Ты будешь ужасен. Самое большое, на что я был бы способен,— это взять швабру и смахнуть тебя с глаз долой.</p>
    <p>Мы устроились на боковой стенке каюты, опустив ноги по ее крыше, прислонившись спинами к палубе, и вновь принялись за шахматы, в ожидании, пока приливная волна, а также блоки и лебедка не помогут нам поставить судно в вертикальное положение.</p>
    <p>Много лет спустя, далеко в Южных морях, у острова Исабель мне пришлось попасть в такой же переплет. Намереваясь подраить медные части «Снарка», на отливе я положил яхту на бок. И когда начался прилив, она отказалась подниматься. Вода уже стала поступать через шпигаты, полилась через борт, и уровень океана медленно поднимался по наклонной палубе. Мы задраили люк машинного отсека, а море, добравшись до него, залило люк и опасно подбиралось к входу в кают-компанию и к световому люку. И несмотря на то, что все страдали от лихорадки, мы все же выбрались наверх и как одержимые несколько часов работали под ослепительным тропическим солнцем. Мы протянули самые крепкие канаты от мачты на берег и выбирали их с помощью лебедки до тех пор, пока все не затрещало, включая и нас. Сделав передышку, мы поднялись и снова принялись выбирать тросы, оглашая скрипом окрестность. И в конце концов наши поручни, на полтора метра погруженные в воду, и люк в кают-компанию, захлестываемый волной, и весь такелаж и палуба вздрогнули и тронулись с места, вновь вздевая мачты в зенит.</p>
    <p>Нет, во время плаваний на малых судах недостатка в физических упражнениях не бывает никогда, и тяжелый труд — это лишь часть развлечений, но он стоит того.</p>
    <p>Залив Святого Франциска — не мельничный пруд. Это огромный, продуваемый ветрами, многоцветный водный простор. Мне запомнился один зимний вечер, когда я пытался войти из него в устье реки Сакраменто. В том месте пресноводное речное течение, объединившись с отливом, превращается в сильную отливную волну, а крепкий западный ветер замирает с заходом солнца. И был как раз закат, и несмотря на устойчивый бриз средней силы, дующий в корму, мы были не в состоянии продвинуться на быстром течении. Стояли против входа в реку, якорь не держал, и нас понесло назад все быстрее и быстрее. Якорь забрал только с последним дуновением ветра. Опустилась ночь — великолепная, теплая, звездная. Мой компаньон готовил ужин, а я тем временем наводил порядок на палубе. В девять часов погода обещала быть превосходной. (Если бы у меня был барометр, я бы так не думал.) К двум часам ночи наши ванты затрепетали под свист бриза, я встал и потравил якорный канат. Еще через час у нас не было сомнения — дул юго-восток. Нет ничего приятного в том, чтобы выбираться из теплой постели и сниматься с якоря среди темной ветреной ночи, но погода обязывала; мы встали, зарифили паруса и попытались выбрать якорь. Лебедка была старая, и течение вздыбившихся морских волн для нее оказалось не по силам. При неисправной лебедке поднять якорь вручную оказалось невозможным. Мы это вскоре поняли, потому что наша попытка была напрасной, мы лишь попортили руки. Нынешние моряки не любят терять якоря. Это вопрос престижа. Конечно, можно было полностью вытравить якорный канат и выйти в море. Однако вместо этого я только потравил его и отдал другой якорь.</p>
    <p>После этого на сон почти не оставалось надежд, ибо вначале одного из нас, а потом и другого вышвырнуло из коек. Раскрывшиеся просторы моря говорили о том, что нас тащит, и когда мы достигли углубленного фарватера, то буквально почувствовали, как наши два якоря скользят по его дну. Это был глубокий канал. Дальше желоб его дна обрамлялся крутым откосом, похожим на стену каньона, и как только наши якоря коснулись этой стены, они зарылись в ней и забрали. Однако, когда мы проснулись, то услышали в темноте, как за кормою плещется о скалистый берег море, и берег был так близок, что мы поспешили подобрать носовой канат.</p>
    <p>Рассвет показал нам, что от кормы шлюпа до утеса было не более шести метров. Удар был бы поистине страшным! Ведь бывали минуты, когда порывы ветра доходили, вероятно, до скорости в семьдесят, даже восемьдесят миль в час. Но якоря держались так доблестно, что у нас в конце концов возникла тревога за битенги, которые могло начисто вырвать с судна. Весь день шлюп то нырял своим носом, то садился на корму, и до самого вечера, пока шторм не утих, от сорвавшегося с цепи ветра можно было ожидать самого худшего. Вдруг на целые пять минут воцарилась полнейшая тишина, а потом вслед за внезапным ударом грома дохнул с юго-запада — ветер повернул на восемь румбов,— неистовый ураган. Еще одна штормовая ночь — было бы слишком, и мы решили вывести шлюп на морской простор. Эта работа была не просто тяжкой, она разрывала сердце. Мы оба едва не плакали от обиды и утомления. И когда попробовали поднять наконец первый якорь, то были не в состоянии это сделать. Мы развернулись между волнами к ветру носом, сделали несколько поворотов и встали. Шлюп прыгал так, что все грозило сломаться и отвалиться, но якорь не поддавался. Уже вылетели распорки, оторвался поручень, из обшивки выскакивали шплинты, а якорь — держал. Подняв зарифленный грот и несколько ослабив стальную цепь, мы наконец сумели с трудом поднять якорь. Теперь борьба шла с переменным успехом, временами судно ложилось набок плашмя. Мы повторяли маневр с оставшимся якорем и в сгустившейся темноте наконец укрылись в речном устье.</p>
    <p>Я родился так давно, что вырос до эры применения бензина. Поэтому я старомоден. И, предпочитая парусник моторной лодке, я убежден, что плавание на парусном боте прекраснее, труднее и требует большого искусства, нежели владение мотором. Бензиновые моторы становятся безопасными в обращении, и хотя нельзя сказать, что любой дурак может управляться с мотором, но уверенно можно сказать, что почти каждый может. Совсем другое дело, когда речь заходит о плавании на паруснике. Тут требуется больше мастерства, ума и гораздо больше тренировок. Для мальчишки, юноши и для взрослого мужчины лучше этих тренировок ничего не существует. Если мальчик мал, подарите ему небольшой удобный ялик. Он научится сам. Его не нужно учить. Не пройдет и дня, как он установит легкий треугольный парус и порулит веслом. Потом он заговорит о килях и опускающемся киле и захочет забрать свои одеяла, чтобы заночевать на борту.</p>
    <p>Не бойтесь за него. Он решил искать риска, встречи с приключением. Учтите, в детском саду тоже случаются несчастья, как и на воде. Больше мальчишек погибает от тепличного воспитания, чем на лодках больших и малых; вместе с тем именно плавание на малых судах, а не площадка для игры в крокет или школа танцев</p>
    <p>делает мальчишек сильными и уверенными. А вкусивший моря остается моряком навсегда. Вкус соли никогда не приедается. И моряк никогда не становится настолько стар, чтобы отказаться от возвращения на судно, от возможности еще раз побороться с волной и ветром. Знаю это по себе. Правда, пока еще я держусь. Но через несколько месяцев начну терять покой. Однажды я обнаружил, что грежу наяву о происшествиях своего последнего плавания или изумляюсь кем-то пойманным экземпляром речной рыбы, или же с волнением читаю в газетах репортажи о первых северных перелетах уток. И тогда внезапно начинается торопливый сбор вещей и перепроверка принадлежностей. И вот мы уже на пути в Валлехо, где в ожидании стоит наш маленький «Румер», всегда в ожидании момента, когда к нему причалит ялик, загорится огонь на камбузе, будут сдернуты чехлы, затрепещет грот, раз-два-три — будут затянуты рифы, когда он вздохнет и тронется с места, когда провернется штурвал, надуются паруса, и он ляжет курсом на залив и дальше, дальше.</p>
    <p><emphasis>Борт «Румера», Река Сонома,15 апреля 1911 г.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Четверкой лошадей на север от залива.</p>
    </title>
    <p>— Ха! И ты собираешься править четверкой? Да еще по горным дорогам?! Да я не сяду с тобой и за тысячу долларов! Так заявил Генри, а он-то знал, что это такое — сам правит четверкой.</p>
    <p>Другой мой глен-элленский приятель высказался обо мне еще более решительно:</p>
    <p>— Что? Лондон? Он и с одной-то не справляется! Самое ужасное, что он был прав. Даже после того, как я проехал на своей четверке несколько сотен миль, я не умею справляться с одной. Буквально позавчера, спускаясь по крутой горной дороге, в узком месте на повороте я столкнулся с запряженной в кабриолет лошадью, которой правила женщина. И мы никак не могли разъехаться, сбоку в запасе оставался всего один фут. Моя лошадь не умела сдавать назад, тем более в гору. Ярдах в двухстах пониже ширина дороги вполне позволяла разъехаться. Но женщина на кабриолете тоже отказалась пятиться назад, так как не была уверена, что сможет сдержать лошадь. Я не умел распрягать, поэтому не стал и пытаться. Мы распрягли ее коня и отвели в поводу назад, вниз. Все шло прекрасно, пока дело не дошло до того, чтобы снова запрячь его в кабриолет. Выяснилось, что она не знает, как это делается, а я на нее рассчитывал. Провозились мы почти полчаса, показывая друг другу, как привязывать сбрую, однако я абсолютно уверен, что никогда в жизни ни одну лошадь не впрягали в повозку таким замысловатым способом.</p>
    <p>Да, я не умею запрягать одну лошадь, но четверку — умею, что и побуждает меня вернуться к началу разговора. Выбрав долину Сономы местом постоянного жительства, мы с Чармиан через некоторое время решили, что пора побольше узнать и о соседних с нами краях. Каким образом? — вот первый вопрос. Среди наших слабостей есть одна — мы старомодны и не переносим вони бензина. И как заправские мореходы, естественно, тянемся к лошадям. Будучи из тех счастливчиков, что носят свою контору под шляпой, я привык брать в поездки пишущую машинку и пачку книг. Поэтому верховая лошадь, само собой, отпадала. Чармиан предложила взять пару. Она верила в мои способности и, кроме того, сама умеет управляться с двумя. Но только я подумал о бесчисленных горах, что предстоит преодолеть за три месяца на несчастной паре, я воспротивился и твердо заявил, что тогда нам, в конце концов, придется возвращаться на бензине. Чармиан заупрямилась, мы зашли в тупик, но тут меня осенило.</p>
    <p>— А почему бы нам не взять четверку? — сказал я.</p>
    <p>— Но ты же не умеешь править четверкой, — возразила жена.</p>
    <p>Я расправил грудь, развернул плечи и высокопарно заявил:</p>
    <p>— Все, что под силу мужчине, могу и я. Помнишь, когда мы отплывали на «Снарке», я ровным счетом ни чего не знал о навигации, но ведь научился и сам вел яхту.</p>
    <p>— Прекрасно, — сказала она (вот она, вера!). — Пусть будет четыре верховые лошади, а седла мы положим сзади, с поклажей.</p>
    <p>Настал мой черед возражать:</p>
    <p>— Наши верховые не годятся для упряжки.</p>
    <p>— Научи их.</p>
    <p>Что я знал о лошадях? А об их обучении и того меньше, ну ровно столько, сколько известно матросу. Лягнула, сбросила, опрокинула, оттолкнула и убежала — такое случалось не раз. К лошадям я всегда испытывал огромное и почтительное уважение. Но убежденность жены звала вперед, и я согласился.</p>
    <p>Кинг — конь небольшого роста для игры в поло, он из Сан-Луиса, а Принц — иноходец для развлекательных поездок — из Пасадены. Самое трудное взнуздать их и тронуть с места. По равнине они шли резко, под гору — галопом, но как только начинался подъем и они чувствовали вес телеги — сразу останавливались, поворачивали головы и смотрели на меня. Но я понукал их, и тут возникали проблемы. Мильде было четырнадцать лет, она натуральная, полудикая, характером — наполовину мул, наполовину американский заяц. Если упрешься ладонью ей в бок и велишь подвинуться, она ложится в твою сторону, надавишь на голову, чтобы подала назад — пойдет прямо на тебя. А стоит зайти сзади, подтолкнуть и сказать «пошла!», она просто на тебя сядет. Кроме того, она не умеет нормально ходить. Тысячу раз, без конца, пытался я заставить ее идти обычным шагом, но все безуспешно. Вдобавок она обжора. И совершенно не имеет значения, далеко ли, близко ли конюшня; только время подходит к шести, она сломя голову несется к дому и причем — самой короткой дорогой. Насчет нее у меня большие сомнения.</p>
    <p>Четвертая и самая неподходящая лошадь — Разбойница. От трех и до семи лет она не давалась ни одному объездчику, некоторых даже покалечила. Один здоровенный ковбой пытался с помощью тяжелого седла и мексиканской узды укротить ее дикий нрав. Следующим ее владельцем оказался я, и она стала моей любимой верховой лошадью. Чармиан предложила запрячь ее коренной — так, мол, у меня будет возможность всегда держать ее под присмотром. А у Чармиан любимая верховая — Дева. И я сказал, что лучше взять Деву. Но жена заметила, что моя кобыла рядовая, а ее чистопородная и, если эксплуатировать ее целых три месяца, то, значит, навсегда испортить ей ноги. Не отрицая чистопородности ее кобылы, я в то же время дивился категорическому нежеланию Чармиан признать чистокровность небольших, торчащих в стороны ушей моей Разбойницы. Жена указывала на исключительно тонкую большеберцовую кость Девы. Я тут же измерил эту кость у Разбойницы. Она была точно такой же, хотя, возможно, как я тактично заметил Чармиан, покрепче. Это задело ее самолюбие. Конечно, в жилах чистопородной Девы течет кровь Лексингтона и Мореллы с линией выносливого Моргана, она умеет бегать, ходить и запросто обставит в работе мою беспородную, и именно поэтому-де не стоит запрягать такой образец лошадиного совершенства.</p>
    <p>Чармиан стояла на своем, пока однажды на прогулке я не попросил ее ехать следом за Разбойницей, на которой сидел. В течение всего сорокамильного пути Разбойница лягалась и брыкалась, а в промежутках улучала момент ухватить компаньонку за холку и увлечь наземь. Другой ее трюк, изобретенный во время прогулки, состоял в том, что она внезапно становилась поперек дороги, вынуждая Деву натыкаться на нее. Неохотно и сохраняя достоинство, Чармиан наконец уступила и согласилась на включение Девы в четверку. С Разбойницы сняли подковы и вернули ее на пастбище.</p>
    <p>Наконец четверка запряжена в повозку — легкую двуколку фирмы Студебеккера. Потренировавшись часа два с лишним, после всевозможных недоразумений и остановок я сумел-таки наладить взаимопонимание между лошадьми и мной и объявил о готовности к старту. Но утром у Принца, назначенного коренником вместе с Девой, оказалось искусано плечо. Поначалу мы даже не поняли, в чем дело, он был не в состоянии даже идти. У него распухла нога, и мы ждали несколько дней, но опухоль не проходила. Оставалась Разбойница. Ее опять привели, подковали и впрягли коренной на место Принца. Друзья и родственники еще пытались нас удержать, взывая к благоразумию, но Чармиан села рядом, Наката с пишущей машинкой устроился на заднем сидении — тот самый Наката, что два года плавал юнгой на «Снарке» и доказал, что не боится ничего, даже меня и моей любви к освоению новых средств передвижения. И, уверяю вас, мы поступили правильно. Мы поняли это час спустя, после того как Разбойница раз, наверное, пятьдесят наподдала задом, впрочем, в основном, в ущерб своим собственным ногам и внешнему виду двуколки, раз двести укусила за шею Деву и испортила настроение Чармиан. Ее можно понять: мало приятного лицезреть, как запрягли твою любимую лошадку и, кроме того, жуют у тебя на глазах.</p>
    <p>Слава Богу, хоть лидеры нас радовали. Игровая лошадка Кинг и кролик Мильда дружно делали повороты и, спасаясь от коренников, стрелой мчались вперед. Слабостью Мильды был безумный страх, что поперечина ударит ей по поджилкам. Когда такое случалось, она либо оседала на поперечину и поддавала ее ногами, пока та не вставала на место, либо бросалась вперед, грозя порвать постромки. И я думал, что она не успокоится, пока не добьется своего. И тогда нам с Накатой придется взяться за починку, по старинке связать их обыкновенной веревкой, что иной раз держит покрепче проволочного каната, и лишь тогда продолжить наш путь.</p>
    <p>Меж тем кое-чему я научился: не скажу, что водить экипаж с четверкой, но управляться с четырьмя — точно. Мне бы теперь взяться для начала править четверкой тяжеловозов с грузом в несколько тонн. А не легкими лошадьми, все время бегущими, и не с легким экипажем, который вот-вот их обгонит, и когда что-то происходит, не успеваешь оглянуться. Моя слабость — полнейшая безграмотность. Скажем, не хватает тренировки пальцам, я ошибаюсь, правя вожжами и полагаясь на глаза. Это приводит к опасному оптическому обману; часто там, где дорожная колея уже расстояния между колесами и глубже, я, стараясь выправить наклонившуюся двуколку, дергал вожжи, но не соразмерив расстояние, лишь усугублял положение — мы садились на брюхо, а лошади запутывали упряжь.</p>
    <p>Глаза мешали пальцам своевременно натягивать вожжи, та я даже стал закрывать их в эти минуты, давая возможность пальцам действовать самим. Теперь их движения не зависят от глаз и происходят чисто автоматически. Я даже не обращаю внимание на то, что они делают. Все, что я вижу, — это удовлетворительный результат.</p>
    <p>Так или иначе, но в первый день мы намеревались поездить по землям солнечной долины Сономы, проехать к старинному одноименному городку, основанному генералом Валлехо как форпост для охраны северных границ против язычников, так в те времена называли индейцев. Тут творилась история. Здесь была воздвигнута испанская миссия; здесь поднимался и русский флаг с изображением медведя, сюда, во времена, когда еще не нашли золота, приезжали на отдых Кит Карсон, Фремонт и все прочие наши авантюристы.</p>
    <p>Мы перевалили через невысокие округлые холмы, проехали мимо молочных ферм и птичьих ранчо, где каждый цыпленок первозданно чист, и по склону спустились в долину Петалумы. Именно сюда, в 1776 году из Сан-Пабло к ручью Петалума дошел капитан Кирос в поисках выхода к побережью, к заливу Бодега. А позже, с Аляски, добрались русские охотники, таща свои легкие лодки через Форт-Росс, чтобы промышлять морскую выдру в окрестностях залива Святого Франциска, в испанских угодьях. Здесь же генерал Валлехо построил потом форт, который все еще стоит, являя собой прекрасный образец дошедшей до нас испанской глинобитной архитектуры. И здесь же, у старого форта, если вести хронологию до наших дней, проследовали и наши лошади, чтобы оставить персональный след в истории своими посильными успехами и достижениями. Наш несравненный Кинг захромал, да так серьезно, что никакой знаток на свете не смог бы определить первопричину его хромоты — гнездилась ли она в копыте, в стрелке, в ноге, в плече или же в голове. Дева наскочила на гвоздь и тоже припадала на ногу. Мильда, посчитав что день на исходе и влекомая маниакальным обжорством, принялась клонить в сторону. Связанные веревкой постромки едва ее сдерживали. Что же касается Разбойницы, то она осталась верна себе и даже превзошла прежние достижения в щипках, укусах и прочих художествах.</p>
    <p>В Петалуме, пока Кинга возвращали на ранчо и приводили Принца, мы отдыхали. Отныне Принцу надлежало бы утвердиться в качестве истинного коренника, но его поставили ведущим, а Разбойница заняла прежнее место. Однако есть такая аксиома: хороший коренник — плохой лидер. Я лично не согласен с нею: из хорошего коренника обязательно получается самый плохой лидер, из мне известных... пока. Я в этом убедился. С Принцем в лидерах мне пришлось править несколько сотен миль. Ни хуже, ни лучше, чем в первый день, он в лидерах не стал, а худшая его работа была даже хуже, чем вы способны вообразить. Нет, он просто невозможен, настоящий плут. Он будет теребить за руку, выклянчивая сахар, и в самые строгие минуты — обожать вас, наступая вам на пальцы от переполняющего его дружелюбия.</p>
    <p>Но в пути Принца не узнать. Стоит ему допустить какую-нибудь ошибку, он все сваливает на Мильду и кусает ее за холку. Это стало такой возмутительной традицией, что стоит мне сердито во весь голос крикнуть «Принц!», как Мильда сейчас же делает рывок в сторону и вперед или приседает на поперечину. И немедленно все расстраивается. Вот представьте: на быстром ходу вы объезжаете гору по крутому склону. С наружной стороны поворота сплошная скала, а с внутренней — пропасть. Впереди узкий, неогражденный мост. Доехав до поворота, вы направляете лидеров к стене, давая возможность развернуть оглоблю. Прекрасно. Лидеры опасливо прижимаются к стене. Но приходит момент, когда им следует рвануть вперед. Да-да, именно рвануть, иначе они врежутся в стену и не попадут на мост. А позади коренники и повозка, и вы для свободы маневра отпустили тормоз. Нужен дружный рывок, и Мильда пытается рвануть, прилагая все силы, а Принц, пугливо захрапев, еле тащится позади. У него свой маневр, он рассчитал все до доли секунды. Дева, обгоняя, натурально его кусает. В неудобном положении оказывается и Разбойница, до сих пор ведущая себя безупречно, — в этом миг она натыкается на Деву. А Принц, демонстрируя, что во всем виновата Мильда, вонзает зубы в ее беззащитную шею. Все происходит в одну секунду. От неожиданной боли Мильда, боясь разбиться о скалу или сорваться в пропасть, встает как вкопанная с оглоблей на спине и бьет в истерике задними ногами. Разбойница не упускает момента показать себя. А после того, как все распутано и исправлено, и у вас есть время оценить пережитую опасность, вы подходите к Принцу с намерением сделать ему выговор отборными словами, а виновник с глазами юной серны и непередаваемой нежностью щиплет вас за руку, клянча сахар. А я никому не могу отказать.</p>
    <p>У территорий к северу от залива богатейшая история.</p>
    <p>Около трех с половиной веков назад отважный исследователь и пират, сэр Френсис Дрейк, прочесывая Тихий океан в поисках испанских кораблей, бросал якорь в бухте Пойнт-Рейес, вокруг которой ныне возник один из богатейших молочных районов в мире. Здесь же, всего лишь двадцать лет спустя после Дрейка, Себастьян Карменон грабил на рифах груженные шелком суда, идущие с Филиппин. И в эту же самую бухту, много лет спустя, пробирались на своих байдарах русские промысловики пушного зверя и отсюда же, через пролив Голден-Чейт, уходили в запретные воды Сан-Францисского залива.</p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
    <p>Выше по побережью, в графстве Сонома, мы доехали до бывших русских поселений. Их якорная стоянка располагалась южнее Русской реки (Росс-Ривер), в бухте Бодега, а севернее реки они построили форт. И большая часть Форт-Росса стоит до сих пор: бастионы из бревен, церковь, хозяйственные постройки, где хранилось имущество. Мы почувствовали себя как-то уютно на скрипучих половицах и среди проржавевших железяк, отогрелись у сооруженного сотню лет назад огромного очага и заснули, умиротворенные, под покровом тесовой крыши, грубо сколоченной самодельными коваными гвоздями.</p>
    <p>Мы продвигались по местам, где делалась история, и видели ее декорации. Один из самых продолжительных наших рейдов начался в городке Инвернесс, что в бухте Томалес, и шел по долине Олема к бухте Болинас, вдоль восточного ее берега до лагеря Уиллоу; потом вверх по краю приморской кручи, вокруг бастионов Тамалпэ и вниз, до Саусалито. От мыса бухты Болинас до лагеря Уиллоу дорога идет по кромке берега и с полмили тянется вдоль вод бухты — это неизгладимое впечатление. Но самое удивительное ожидало нас впереди. Мало кто из обитателей Сан-Франциско, а тем более жителей Калифорнии, знает о дороге из Уиллоу на юг и восток, вдоль поросших маками скалистых утесов и грозно бушующего в сотнях футов внизу, в пропасти, океана. С нее открывается пролив Голден-Гейт и подернутый дымкой Сан-Франциско, возникающий на холмах. А справа, вдали — едва заметны на груди океана очертания островов Фаралонес, мимо которых проплыл сэр Френсис Дрейк, в сплошном тумане взяв курс на юго-запад, что и лишило его славы открывателя залива Святого Франциска.</p>
    <p>Именно в этих местах я понял, что наконец научился по-настоящему править по горным дорогам. Сказать по правде, на зависть другим. До той поры мне не доводилось ездить — хуже, лучше ли — по таким горным дорогам, как эта.</p>
    <p>Дальше все пошло совершенно иначе! Через Саусалито — великолепными парковыми аллеями сквозь рощу величественных секвой; мимо домишек Милл-Валли и через цветущие холмы графства Марин; потом, вдоль усыпанных живописными кочками болот — миновали мирно дремлющий среди холмов Сан-Рафаел, прошли перевал в долину реки Петалума и вперед, к зеленым предгорьям Сономы, домой. За день мы покрыли пятьдесят пять миль. Неплохо для мошенника Принца, проказницы Разбойницы, для чистокровной тонконогой и зайца-прыгуна, правда? Они приближались к своим кормушкам и соломенным подстилкам сухими и в хорошем настроении.</p>
    <p>Но нет, прошло несколько недель, и мы не остановились. Нам казалось, что мы только начинаем. Мы продолжили путешествие по шести графствам, довольно обширным даже по масштабам Калифорнии. Мы сдвоили, перекрестили и перепутали дороги, сделали более восхитительными и длительными броски в глубь долин, в сердце Напы и края озер, проехали сотни миль по побережью и в данный момент, когда я пишу эти строки, находимся в городке Юрика, что в бухте Гумбольдта, случайно открытом золотоискателями, искавшими проход к прииску Святой Троицы и обратно. Впрочем, даже сюда до них проникал белый человек; как свидетельствует история, здесь бросали якоря русские, промышлявшие морскую выдру, задолго до того, как обошли этот мыс торгаши-янки и первые трапперы со Скалистых гор пересекли, томимые жаждой, «великую американскую пустыню» и, перебравшись через Сьерра-Неваду, вышли к этим обласканным солнцем краям. Нет, мы не дали отдохнуть нашим коням у залива Гумбольдта. Мы лакомимся креветками и мидиями, набираем про запас всевозможных моллюсков, ловим крупнейшую в мире селедку и морского окуня, а в свободные от морских прогулок на шлюпе и моторной лодке часы купаемся. Какой же благодатный край! Целое царство. Возьмем, к примеру, графство Гумбольдта, которое в три раза больше штата Род-Айленд, в полтора раза обширнее штата Делавер, почти равно штату Коннектикут и занимает площадь в половину штата Массачусетс. К северу от залива пионеры сделали свое дело — заложили хорошую основу для неизбежного наплыва населения, соответственного разработке ресурсов, использованных к тому времени лишь с поверхности, довольно небрежно и нерасчетливо. Один этот район из шести графств может вполне кормить миллионное население. А пока, тому, кто озабочен поисками дома и благосостояния и вдобавок хороших климатических условий, сейчас самое время поселиться тут на первых этажах.</p>
    <p>Роберт Ингерсол как-то сказал, что в условиях необыкновенного калифорнийского климата вырастет нация наподобие мексиканцев, и через два-три поколения можно будет увидеть калифорнийцев идущими в воскресное утро на петушиные бои с петухами под мышкой. Никогда не следует торопиться с поспешными выводами, не зная реальных фактов. Не то станете посмешищем. Местный климат — источник энергии, но вместе с тем его мягкость препятствует направлению сил в стихию конфликта. Климат здесь таков, что все триста шестьдесят пять дней в году человек может трудиться без намека на раздражение, а в течение трехсот шестидесяти пяти ночей, при желании, спать под одеялом. Чего же еще? Я лично могу считать себя экспертом по вопросам климата, поскольку побывал в пяти из шести климатических зон. Не бывал пока в Антарктике, но, каким бы там ни был климат, он вряд ли повлияет на мое заключение, что условий, сравнимых с климатом этого края, нет. Вполне возможно, я ошибаюсь, как и Ингерсол, но для меня калифорнийские условия как лекарство, единственное лекарство, которое я принимаю.</p>
    <p>Однако вернемся к лошадям. У нас произошли некоторые сдвиги к лучшему. Мильда научилась правильно ходить. Дева подтвердила свою чистопородность, не уставая на самых длинных перегонах, и, будучи самой стойкой духом и сильной, ни разу не стала причиной задержек, если не считать столкновений с Разбойницей. А последняя теперь редко переходит на галоп и больше не дерется, хотя временами лягается и попадает за оглоблю, но — делает свою работу, не пытаясь добраться до спинного мозга Девы, и — вот чудеса — начала лениться. Принц же по-прежнему неизменно ласков и такой же плут, как и был.</p>
    <p>А какие края на лошадях мы проехали! Графства Нэпа и Лейк! Из долины Сонома с заездом в Сайта-Розу мы катили разными дорогами, и все они, как обнаружилось, отличные, пригодные как для машин, так и для лошадей. Один, наиболее приятный маршрут для автомобиля, я назову: из Санта-Розы, мимо старой Алтрурии, через ручей Марк-Вест, потом направо, в Калистогу и долину Напы. Если взять левее, дорога приведет к долине Русской реки и через несколько миль небезызвестных виноградников Асти — к Кловердейлу, а потом, проехав Пиэту, Уиттиер и ручей Хайленд, вы доберетесь до Лейкпорта. Опробовали мы и другой путь: вниз, в долину Сономы, по краю залива Сан-Пабло, вверх по дивной долине Напы. Из Напы в сторону, через Поп, направляемся в долину Берриеса до ручьев Этна и, через известное ранчо Лэнгтри, попадаем в графство Лэйк.</p>
    <p>Дальше — долиной от Укиа до Уиллитса, потом повернули на запад девственным Шервуд-Форест из превосходных секвой. Мы стали на ночевку в Алпине, затем продолжили путь через графство Мендосино до самого Форт-Брагга и «соленых вод». До Форт-Брагга нам доводилось ездить также и побережьем вверх от Форт-Росса — в дни нашего путешествия от пролива Золотые Ворота. Погода на берегу изумительная, веет прохладой, лошади бегут дружно. Особенно нам показался замечательным путь в районе Форт-Росса, где дорога все время идет вдоль океана. Возле речек она пролегала по головокружительному краю утесов, мы то ныряли в густые заросли деревьев и папоротника, то вновь взбирались на край пропасти. Весь путь был усыпан цветами, покрыт зарослями дикой сирени, шиповника, мака и люпина. И какого люпина! Гигантскими зарослями всевозможных цветов и оттенков. Как раз на дорогах графства Мендосино Чармиан чаще всего требовала остановиться, чтобы нарвать ежевики, земляники или душистой малины, растущих здесь в изобилии. И все привлекало наш взгляд — пароход далеко внизу, грузящий бревна в заводи между скал, обрывы с умопомрачительными кручами, участки ферм на пересеченной местности, цветущие деревни и поселки лесоразработчиков, мимо которых мы проезжали. Крепко-накрепко в памяти запечатлелся отрезок пути от Мендосино-Сити по Биг-Ривер, где все моторные баржи шли задним ходом и где завал бревен по шесть-двенадцать футов толщиной забил все речное устье на несколько миль, так что не видно даже признаков воды, и где нам рассказали о существовании белых секвой-альбиносов. Увидеть их нам не довелось, поэтому поручиться за достоверность факта мы не можем.</p>
    <p>Все без исключения реки полны форели, и не раз на откосах нам встречалась семга. Нет, семга не случайная здесь рыба, просто мы попали не в то время. А вот форель!.. Первую Чармиан поймала у Гуалала. Незадолго до того я впервые в жизни поймал двух... на червя. Раньше я пробовал ловить на муху, на блесну — и ни одной поклевки. Это меня убедило, что все байки о ловле внахлест — самое настоящее вранье. Но в реке Гуалала форели много, она шла и на муху, и на блесну, и я даже почувствовал себя специалистом, пока Наката, ловивший с грузилом на хлеб с прикормом, не поймал самую крупную форель. Теперь я убежден, что ни от науки, ни от искусства никакого проку. Так или иначе, но с сегодняшнего дня в нашем багаже появился шест и корзины, и мы теперь не пропускаем ни одного ручья, мимо которого проезжаем, и потеряли счет улову.</p>
    <p>От Усалы, по живописной, усеянной холмами дороге, много севернее Форт-Брагга, мы снова углубились в графство Мендосино, пересекли горную гряду и въехали в графство Гумбольдт у южного притока реки Ил, что у Гарбервиля. С самого начала путешествия, еще в графстве Марин, нас предупредили о «плохих дорогах впереди». Но плохие дороги нам так и не попались. Видимо, они всегда оказывались то впереди, то позади нашей двуколки. Чем дальше мы продвигались, тем лучше казались дороги, вероятно, оттого, что мы все лучше и лучше управлялись со своими четырьмя лошадьми и легкой повозкой. Не без гордости я теперь правил по всем маршрутам и никому в обиду не могу сказать ничего плохого. Лошади у меня и под уклон, и в гору шли рысью, и ни разу ни одна не упала, не пришлось прибегать и к помощи мастера.</p>
    <p>Учусь я и обращению с кнутом. Если какой-нибудь новичок полагает, будто это проще простого — взять длиннохвостый кнут с короткой рукояткой и ударить по тому месту, куда тебе нужно, пусть он перед этим наденет автомобильные очки и потом пробует. Я бы, подумав, предложил ему вместо очков проволочную маску. В течение нескольких дней с опаской поглядывал я на свой кнут. Он буквально гипнотизировал меня. При первой же пробе Чармиан с Накатой так были напуганы, что потом, стоило им заметить, что я взялся за кнут, как они тут же закрывали глаза и загораживали головы.</p>
    <p>А сложность вот в чем. Вместо того чтобы честно тянуть, Принц временами отставал и норовил схватить Мильду за холку. У меня в руках четверо вожжей. Переложив их в левую руку и крепко взяв кнутовище и свернутый баранкой ремень — в правую, я, не задев Деву, стегал Принца. В случае если ремень заденет Деву, ее чистопородное высочество будет уязвлено столь сильно, что выйдет из себя и потребуется не менее получаса, чтобы справиться с ее истерикой. Но это еще не все, слушайте дальше. Даже если, не задев Девы, я достигну цели, от внезапного щелчка бича сразу дернутся все четыре лошади, а больше всех Принц, и прыжок его со злобно оскаленными зубами будет нацелен в шею Мильды. Она отпрыгнет, чтобы увернуться, — это ее второй рывок, ибо первый был от щелчка. Разбойница дотянется до шеи Девы, которая уже дернулась и рвется вперед, удваивая усилия. За тот бесконечно малый промежуток времени, пока бич, описав кривую, возвращается ко мне, я пытаюсь удержать четырех животных одной левой рукой. Теперь нужно одновременно сделать три вещи: продолжая крепко держать в левой руке все четыре вожжи, а ногой нажимать на тормоз, я должен одновременно пятерней правой руки ловко поймать летящий в воздухе хвост бича. Потом мне нужно переложить половину вожжей в правую руку и удержать лошадей на уклоне от сбоя в сторону. Попробуйте как-нибудь сами, и жизнь вам отнюдь не покажется скучной... Первое время я стегал изо всех сил, и бич стрелял как револьвер, что развлекало меня и даже приводило в восторг. Я забывал об остальных необходимых вещах, кнут запутывался в упряжи Девы, и мне приходилось обращаться за помощью к Чармиан. У меня, признаюсь, всегда под рукой несколько камешков. Это прекрасное средство подействовать на Принца в трудный момент. А тем временем я упорно учусь орудовать кнутом и ко дню нашего возвращения домой надеюсь отказаться от камней. А пока я полагаюсь на камешки, я не могу с чистой совестью сказать, что умею надежно держать в руках четырех лошадей.</p>
    <p>От Гарбервиля, где объедались угрями и завели знакомство с аборигенами, мы направились вниз по долине реки Ил и целых два дня катили по дивному, просто роскошному лесу гигантских секвой, которые можно отыскать только в Калифорнии. По пути от Дайервиля до Эуреки мы наблюдали строительство железной дороги и огромного бетонного моста, а это означает, что графство Гумбольдт, наконец, будет связано с остальным миром.</p>
    <p>Мы все еще считаем, что наше путешествие только начинается. Лошади стали вести себя превосходно. Мы продолжим путь вдоль побережья, потом повернем на Хупа-резервейшн, к золотодобывающим рудникам, и по рекам Тринити и Кламат-Ривер спустимся на индейских каноэ до местечка Рекуа. Затем через графство Дельнорте — в Орегон. Согласно нашим планам, мы не намерены поворачивать домой, пока нам не помешают зимние дожди. Разбойницу я поставлю лидером, а Принца верну на прежнее место, к колесам. Тогда камни мне не понадобятся.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Сакайчо, Хона Аси и Хакадаки</p>
    </title>
    <p>"Жэк, вы хочет смотреть мой дом?.. Недалеко… Смотреть моя жена. Идем. Чопи-чопи-алесами, хороший "чоу",</p>
    <p>Как завораживают эти слова! ("Чопи-чопи!") Еда! Обед! Какую усладу вызвали они у меня, самого голодного из всех туристов, когда-либо скитавшихся по улицам и закоулкам Иокагамы. С самого утра бродил я от чайного домика к собору, от базара к антикварным магазинам, по горам и долам, и вот теперь был голоден, подобно той выискивающей добычу прожорливой акуле, чей зловещий плавник бороздит синие океанские воды под тропиками, да-да, — я проголодался, как каннибал, и это неожиданное приглашение от моего рикши случилось как нельзя более кстати. И конечно, я его принял.</p>
    <p>Он свернул в сторону, увозя меня от оживленных улиц в бедную и более замусоренную часть туземного квартала, проехав футов сто по узкому проулку, он, наконец, остановился у ничем не примечательного домика, о котором с особой гордостью сказал, что это его дом.</p>
    <p>Одна сторона его главной комнаты — гостиной, выходящая в проулок, была совсем открыта свежему воздуху улицы, на мой взгляд, пришельца с востока, комнатка показалась крохотной и очень пустой. Пол ее был устлан тонкой, сплетенной из рисовой соломы, жесткой циновкой, на которой, возле столика, высотой с четверть метра, обтянутого ажурным шелковым платком, крепко спала женщина. Это была его жена.</p>
    <p>Даже по японским меркам она была ни красива, ни безобразна. Но глубокие морщины повседневных забот оставили на ее лице свою печать, и во сне оно оставалось обеспокоенным, боль и тревога исказили ее черты.</p>
    <p>Легким нежным прикосновением Сакайчо разбудил ее. Проснувшись, женщина радостно его приветствовала, но заметив меня, пришла в замешательство и отступила в сторону. У них состоялся короткий разговор. Сакайчо, по-видимому, объяснил ей, что я — тот американец, который в течение последней недели так милостиво покровительствует ему.</p>
    <p>По обязанности хозяйки и преисполненная благодарностью к патрону мужа, неловко смущаясь, она радушным жестом пригласила меня располагаться на полу. Сняв свои ботинки у порога — одно из обязательных правил японского этикета, — я присел по-турецки посередине комнаты, напротив Сакайчо.</p>
    <p>В то время пока жена ставила "хилбачи" и табакерку и смиренно удалялась во двор, он сказал ее имя, ее звали Хона Аси. Было ей, по его словам, всего двадцать семь, хотя выглядела она по крайней мере на все сорок. Труд и заботы оставили след на ее от природы красивом лице, сделав его морщинистым и нездоровым.</p>
    <p>Это я отметил, пока неторопливо скатывал пальцами мелкие шарики тонко нарезанного местного табака и вставлял их в квадратную головку изящной трубки, а потом прикуривал ее короткими вдохами от пылающего уголька в "хилбачи". Пара затяжек нежной, сладко пахнущей травы с выдохом по-японски через нос, и малюсенькая, как наперсток трубка, пуста. Легким резким ударом по "хилбачи" я выбиваю пепел, и операция набивки и прикуривания повторяется.</p>
    <p>Минут пять мы курили молча, потом хилбачи и табакерка были убраны и Хона Аси поставила перед нами две чашки слабого зеленого чая. Едва чашки опустели, их унесли и к нам был пододвинут низкий, нарядно покрытый черным и красным лаком столик.</p>
    <p>Согласно японскому обычаю Хона Аси с нами не села, а, как и подобает жене, прислуживала у стола. Теперь она сняла крышку с деревянного блюда и деревянной лопаткой наложила две чаши дымящегося риса, а Сахайчо тем временем убрал крышки с других чаш, и на столе появилась еда для самих привередливых эпикурейцев. Пикантный аромат, исходящий от блюд, удвоил мой аппетит и желание начать трапезу. Здесь был бобовый суп, отварная рыба, тушеный лук, пикули и соя, сырая рыба, тонко нарезанная и сервированная с редиской, "кураж" — сорт заливной рыбы, и чай. Суп мы пили через край, как воду, рис отправляли в рот, как кочегары уголь, да и другими яствами мы оба угощались с помощью палочек, которыми к этому времени я научился пользоваться довольно ловко:</p>
    <p>Несколько раз во время обеда мы откладывали наши орудия в сторону, чтобы хлебнуть из изумительно глазированных чашечек теплую сакэ (рисовую водку).</p>
    <p>В завершение трапезы Хона Аси принесла из соседней лавки два стакана мороженого, которое поставила перед нами вместе с полной соленых зеленых слив фарфоровой вазой. Отдав должное яствам, мы нашли утешение у неизменной "хилбачи" и табакерки, дав волю пищеварению.</p>
    <p>Мне пришлось убедиться, что японцы, как правило, проницательная и деньголюбивая нация, но вот факт: едва я вынул кошелек, чтобы расплатиться, Сакайчо обиделся, а Хона Аси, стоявшая сзади него, протестующе подняла руки, покраснела и готова была упасть от стыда. Они решительно дали мне понять, что это было их угощение, и я должен его принять, хотя и знал, что стоила им такая роскошь.</p>
    <p>Вскоре к Сакайчо вернулось его хорошее настроение и мне удалось втянуть его в разговор о себе. На неразборчивом ломаном английском языке он рассказал о своей юности, своей борьбе, надеждах и стремлениях. Детство его прошло на деревенских просторах, у солнечных склонов Фудзиямы, в юности и в ранние годы взрослой жизни он носильщик и наемный рикша в Токио. Экономя на всем, он откладывал от своего жалкого заработка и ко времени переезда в Иокагаму стал собственником домика и двух колясок, одну он сдает за пятнадцать центов в день. Его верная помощница жена усердно трудится дома, выделывая дивные шелковые платки; временами она зарабатывает до восемнадцати центов в день. И вся эта их страда — ради мальчика, единственного сына, который ходит в школу, и недолго ждать момента, когда Сайкачо заимеет для аренды несколько колясок, тогда сын получит образование и в недалеком будущем отец будет в состоянии послать его в Америку для завершения учебы: "Как знать?"</p>
    <p>Когда он все это мне излагал, глаза у него сияли, на лице была наивная гордость, и все его существо дышало уверенностью, одухотворенностью, полно было любви и готовности к самопожертвованию.</p>
    <p>Устав от осмотра достопримечательностей, вторую половину дня я провел у них, ожидая возвращения из школы их сына. Вот, наконец, он появился: крепкий, шумный десятилетний парень, любящий, по словам отца, ловить рыбу в близлежащем канале, хотя до сих пор ни одной не поймал, но вода там неглубока, не утонешь. Как и мать, мальчик заробел в моем присутствии, но после некоторых разъяснений удостоил меня рукопожатием. После чего я опустил в его мягкую ладошку блестящий мексиканский доллар. Такой сувенир привел его в восторг, и он рассыпался в благодарностях, вновь и вновь повторяя высоким детским голосом свое спасибо: "Ариенти! Ариенти!"</p>
    <p>Примерно неделю спустя, вернувшись после впечатляющей поездки в Токио и на Фудзияму, я не нашел Сакайчо на месте его обычной стоянки, поэтому взял незнакомого рикшу. Шел последний день моего пребывания на берегу, я намеревался использовать его лучшим образом, спешил посмотреть то, что еще не успел.</p>
    <p>Поздним вечером я помчался на окраину взглянуть на японское кладбище. Свернув на боковую дорожку, я вдалеке заметил похоронную процессию и к ней направил моего рикшу. И мы настигли ее. Похороны, как я убедился, были двойными, ибо несколько рослых туземцев несли на руках два сбитых из сырых досок тяжелых ящика. За ними понуро брел одинокий спутник. Я узнал унылую фигуру Сакайчо. Но как он изменился! Заметив мое приближение, он медленно поднял тяжелую голову и тусклым отсутствующим взглядом ответил на мое приветствие.</p>
    <p>Когда мы почтительно отстали, мой новый рикша сообщил, что от возникшего рядом разбушевавшегося пожара сгорел дом Сакайчо. а его сын и жена задохнулись в дыму,</p>
    <p>Мы подошли к могиле, буддийский священник из местного храма прочел молитву, вокруг на траурную церемонию собрались толпы любопытных. Ничего не видящими, полными слез глазами смотрел Сакайчо на окружающих, а когда была брошена последняя горсть земли, он водрузил над теми, кого любил, мемориальный камень. Потом повернулся, чтобы поставить две небольшие таблички с именами и датами жизни на память о своей незабвенной семье, о жене и сыне… А я поспешил на свой корабль. И хотя ныне разделяют нас пять тысяч миль бурного океана, я никогда не забуду ни Сакайчо, ни Хона Аси, ни их трогательной любви к сыну Хакадаки.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>СТАТЬИ</p>
    <empty-line/>
    <p><image l:href="#i_001.png"/></p>
    <empty-line/>
   </title>
   <section>
    <title>
     <p>О писательской философии жизни</p>
    </title>
    <p>Литературный ремесленник, тот, кто до конца дней намерен заниматься поставкой халтуры, пусть не читает этой статьи: он только напрасно потратит время и испортит себе настроение. Она не содержит советов о том, как пристроить рукопись, как обработать материал, не содержит она и анализа капризов редакторского карандаша и замечаний об извечном коварстве наречий и прилагательных. Неисправимые «борзописцы», она написана не для вас! Статья предназначается тому писателю (пусть даже он пока поставляет посредственную продукцию), у которого есть идеалы, писателю, который стремится к настоящему искусству и мечтает о времени, когда ему не надо будет больше обивать пороги сельскохозяйственных газет или «семейных» журналов.</p>
    <p>Как же вам, дорогой сэр, мадам, мисс, добиться известности в избранной вами области? Гениальностью? Но ведь вы не гений. Будь вы гением, вы не стали бы читать этих строк. Гений отбрасывает в сторону все оковы и предрассудки, его не обуздать, не удержать в подчинении. Гений, гага avis<a l:href="#n_988" type="note">[988]</a>, не порхает, как мы с вами, в каждой роще. Но, в таком случае, вы талантливы? Да, конечно, в потенции. Бицепсы Геркулеса, когда он лежал в пеленках, были жалкими шнурочками. То же самое и у вас: ваш талант не развит. Если бы он получил соответствующую пищу и был должным образом выпестован, вы бы не стали терять время на чтение этой статьи. И если в самом деле вы убеждены, что талант ваш достиг совершеннолетия, тогда остановитесь, не читайте дальше! Если же вы считаете, что он не достиг этой ступени, тогда, каким, по вашему мнению, путем он сумеет ее достичь?</p>
    <p>Став оригинальным, не задумываясь ответите вы, а затем прибавите: постоянно развиваю свою оригинальность. Прекрасно. Но вопрос заключается не в том, чтобы быть оригинальным — это понимает и юнец, — а в том, как стать оригинальным. Как пробудить в читателе жадный интерес к вашим произведениям, а издателя заставить за ними охотиться? Нельзя стать оригинальным, идя вслед за другим, пусть блестящим талантом, отражая лучи чужой оригинальности. Ведь никто не прокладывал дороги для Вальтера Скотта и Диккенса, для Эдгара По и Лонгфелло, для Джордж Элиот и миссис Хэмфри Уорд, для Стивенсона и Киплинга, Энтони Хоупа, Мэри Корелли, Стивена Крейна и множества других — список можно бы продолжать бесконечно. Издатели и читатели по сей день шумно требуют их книг. Они добились оригинальности. А чем? Тем, что не уподобились бездумному флюгеру, который поворачивается при малейшем ветерке. Они начинали с того же, с чего вместе с ними начинали и другие, оказавшиеся впоследствии неудачниками, в наследство им достался все тот же мир, с теми же банальными традициями. Но их от неудачников отличало одно: они черпали прямо из источника, отвергнув материал, прошедший через чужие руки. Они питали недоверие к чужим выводам, чужим авторитетным мнениям. На дело рук своих они считали нужным поставить печать своей личности — знак куда более важный, чем авторское право. Из мира и его традиций (иными словами — из человеческой культуры и знаний) черпали они, как из первоисточника, необходимый материал для создания собственной философии жизни.</p>
    <p>Что касается этого выражения «философия жизни», оно не поддается точному определению. Прежде всего философия жизни не решает частных вопросов. Она не сосредоточивает внимания исключительно на таких проблемах, как минувшие и грядущие муки души, различный или общий кодекс морали для полов, экономическая независимость женщины, возможность наследования приобретенных свойств, спиритизм, перевоплощение, отношение к алкогольным напиткам и т. д., и т. п. Но все же она занимается и этими вопросами, а также и всеми остальными бороздками и камешками преткновения, которые непременно попадаются на жизненной дороге, — это не отвлеченная, оторванная от реальности, а повседневная, рабочая философия жизни.</p>
    <p>Такая философия была у каждого, пользовавшегося продолжительным успехом писателя. У такого писателя есть особый, исключительно его собственный взгляд на вещи. Некая мера или набор мер, которыми он мерит все, что попадает в поле его зрения. Руководствуясь этой философией, он создает характеры и делает те или иные обобщения. Благодаря ей его творения выглядят здравыми, правдивыми, свежими, открывают то новое, что ожидал услышать мир. Это его собственные, а не перетасованные, давным-давно пережеванные и уже известные миру истины.</p>
    <p>Но остерегайтесь ошибки. Овладеть такой философией вовсе не значит подчинить себя дидактике. Способность по любому поводу высказывать личные взгляды еще не дает основания досаждать публике назидательными романами, как, впрочем, и не запрещает делать этого. Следует заметить, что эта писательская философия довольно редко проявляется в желании склонить читателя к тому или иному решению какого-либо вопроса. Лишь немногие крупные писатели были открыто дидактичными, в то же время некоторые, например, дерзкий и изящный Роберт Льюис Стивенсон, почти целиком выражая себя в творчестве, избегали даже намека на поучение. Многие пользовались своей философией как тайным инструментом. С ее помощью формировали они и мысли, и сюжет, и характеры, с тем чтобы в законченном произведении, все пропитывая, она не выступала наружу.</p>
    <p>Необходимо понять, что такая рабочая философия дает писателю возможность вкладывать в свой труд не только себя, но и то, что им рассмотрено и оценено, преломлено через его «я». Вышесказанное особенно ярко иллюстрируется на примерах гигантов интеллекта, знаменитого триумвирата — Шекспира, Гёте, Бальзака. Каждый из них был до такой степени самим собой, что невозможно даже проводить между ними сравнение. Каждый черпал из своей собственной кладовой, собственной рабочей философии. И в соответствии со своими собственными идеалами создавал свои произведения. От рождения, очень может быть, они ничем не отличались от обычных детей, и тем не менее из мира с его традициями они усвоили нечто такое, чего не усвоили их сверстники. А именно — то, о чем нужно сказать миру.</p>
    <p>Ну, а как вы, молодой писатель, есть ли у вас, что сказать? Если есть, то что помешает вам высказаться? Если вы способны развивать идеи, которые хотел бы услышать мир, выразите их так, как они вами мыслятся. Если вы мыслите ясно, вы и писать будете ясно; если ваша мысль ценна, будет ценным и ваше сочинение. Но если ваше изложение неинтересно, — это потому, что неинтересна ваша мысль, если оно ограниченно, то это потому, что ограниченны вы сами. Если ваши идеи спутаны и перемешаны, разве можно ожидать ясности выражения? Если ваши знания скудны и беспорядочны, разве может ваше изложение быть свободным и логичным? А без прочной основы, без рабочей философии разве можно из хаоса сделать порядок? Разве можно верно понять и предвидеть? Разве можно определить величину и относительную ценность тех крупинок знаний, которыми вы располагаете? А без всего этого разве смогли бы вы быть самим собой? Разве принесли бы вы что-то свежее изнуренному заботами миру?</p>
    <p>Выработать такую философию можно единственным путем — путем поисков, путем формирования ее из материалов, извлекаемых из сокровищницы знаний, из мировой культуры. Что знали вы о пузырьках пара до тех пор, пока не постигли сил, действующих в глубине котла? Разве может художник нарисовать «Ессе Homo»<a l:href="#n_989" type="note">[989]</a>, не составив себе представления об еврейской истории и мифологии, не поняв тех разнообразных черточек, которые в совокупности и образуют характер еврея, — его верований и идеалов, его страстей и привязанностей, его надежд и страхов! Сможет ли композитор создать «Полет Валькирий», ничего не зная из великого древнегерманского эпоса? Все это касается и вас — вам нужно учиться. Вы должны научиться с пониманием всматриваться в лицо жизни. Чтобы постичь характер и фазы того или иного движения, вы должны познать мотивы, которые движут личностью и массой, которые порождают и приводят в действие великие идеи, ведут на виселицу Джона Брауна и на голгофу Христа. Писатель должен держать руку на пульсе жизни, и жизнь даст ему его собственную рабочую философию, при помощи которой он, в свою очередь, станет оценивать, взвешивать, сопоставлять и объяснять миру жизнь. Именно эта печать личности, личного взгляда на вещи и известна под названием индивидуальности.</p>
    <p>Что известно вам из истории, биологии, из учения об эволюции, об этике и еще из тысячи и одной отрасли знаний? «Но, — возразите вы, — я не вижу, каким образом все это может помочь мне написать роман или поэму». И все-таки это вам поможет. Не прямо, но косвенным воздействием. Знания дадут простор вашей мысли, расширят ваши горизонты, раздвинут границы вашей деятельности. Они вооружат вас собственной философией, которая, как никакая другая философия, станет пробуждать в вас оригинальные мысли.</p>
    <p>«Но эта задача грандиозна, — протестуете вы. — А у меня нет времени». Однако других не отпугнули ее размеры. В вашем распоряжении годы и годы жизни. Разумеется, нельзя ожидать, что вы познаете все, но как раз в той мере, в какой вы будете овладевать знаниями, будет возрастать и ваше писательское мастерство и ваше влияние на ближних. Время! Когда говорят о его нехватке, имеют в виду неумение употреблять его с пользой. Научились ли вы правильно читать? Сколько бесцветных рассказов и романов поглощаете вы в течение года, либо пытаясь изучить искусство сочинения рассказов, либо тренируя свой критический дар? Сколько журналов прочитываете вы от доски до доски? Вот оно, ваше время, и вы транжирите его с глупой расточительностью, а ведь оно не вернется. Учитесь тщательно отбирать материал для чтения, учитесь читать бегло, схватывая основное. Вы смеетесь над выжившими из ума стариками, которые прочитывают ежедневные газеты от корки до корки, включая объявления. Но разве ваши собственные потуги грудью стать поперек многоводного потока современной литературы менее жалки? И все же не уклоняйтесь от этого потока. Читайте лучшее, только лучшее. Не бойтесь оставить недочитанным начатый рассказ. Помните, что прежде и раньше всего вы писатель. Помните, что, занявшись только чтением чужих сочинений, вы сможете перетасовывать их, но и только, самим вам будет не о чем писать. Время! Если вы не найдете времени, уверяю вас, что мир не найдет времени к вам прислушаться.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Черты литературного развития</p>
    </title>
    <p>Как выразился один американский очеркист, сейчас сумасшедший век, век, помешавшийся на минутах и секундах, век, «первым постигнувший, насколько длинна минута, сделавший мгновение небывало емким, век, который при помощи телефона, телеграфа и печатной машины сумел осознать значение времени и сделал весь мир голосом телеграмм». Кроме того, наш век — век занятой. Никогда мир не был в такой спешке, как сейчас, никогда его думы не были так широки и глубоки, его цели и занятия так многочисленны и разнообразны. Разумеется, что те, кто продает свои идеи миру, прежде всего должны выяснить, какое действие все это оказывает на литературу сегодняшнего дня, как отражает и как должна отражать литература и газета наш современный мир. Почему упростилась конструкция и сократилась длина предложений? Почему вместе со всем старьем остался позади трехтомный роман? Почему в таком спросе вездесущий рассказ? Какое отношение имеют ответы на все эти вопросы к структуре предложения? К созданию образа? К сравнениям? К композиции? Обрисовке характеров или изображению общественной сферы? Если торговец идеями не знает, как ответить на все эти вопросы, значит, пора ему сесть и подумать! Мир знает, что ему нужно, но не дает себе труда высказаться и сообщить об этом литератору. Миру нет дела до литератора; он свое все равно получит, не от тебя, так от другого, кто уже подумал и нашел ответ.</p>
    <p>Сравнение роста индивидуума с ростом человечества, что бы об этом ни писали, пожалуй, не утрачивает своей убедительности и ценности. С детства до зрелых лет умственные способности индивидуума идут от простого к сложному. У ребенка мало мыслей, и они касаются малого. На первых порах в процессе логического рассуждения посылки должны быть нешироки и оговорены во всех подробностях, и при дедукции или индукции ни малейшей детали не должно быть опущено. Нельзя обойти ни одного примера, ни одной ступенью в доказательстве нельзя пренебречь. Но зрелый ум современного человека протестует против такой медлительной процедуры. Он делает скачки от причины к следствию или от следствия к причине и выводит заключения прямо на ходу. Студент отказывается слушать профессора, который читает лекцию так, будто втолковывает ее малым детям в детском саду. Его бесит стремление длинно объяснять все, даже совершенно очевидное. Это все равно, как если бы его усадили читать «Робинзона Крузо» в обработке для пятилетних или предложили считать по пальцам.</p>
    <p>И то же самое с человечеством. У него было свое отрочество, теперь человек стал взрослым. Литература, которая доставляла наслаждение человечеству в период его молодости, еще доставляет наслаждение какому-нибудь юноше, но человечество в настоящее время переживает свой расцвет, и его литература должна быть зеркалом этого расцвета.</p>
    <p>Согласно всеобщему закону развития, все мышление и все методы мышления должны быть концентрированными. Язык разговорный и письменный не избежал воздействия этого закона. Язык, как средство передачи мыслей, является прежде всего образным языком. Обычнейшие слова, использованные обычнейшим образом, теперь являются штампами, а некогда, в ту пору, когда человек занимался поисками более ясного выражения, они были яркими, свежими, живыми, сильными.</p>
    <p>Образ является развитием сравнения, установлением тождества через сходство. Поскольку выражение человеческой мысли на ранней стадии было образным, постольку и совокупность мыслей облекалась в сложную и прекрасную форму. Что такое аллегория, как не развернутый образ? А ведь прежде всего именно к аллегории прибегают народы на ранней стадии развития. К ней обращается тот, кто если вообще мыслит, то мыслит, как ребенок. Но человечество в нынешнее время уже не нуждается в этом детском средстве. Последним из великих поэтов, прибегавших к нему, был Спенсер. «Путь паломника» Бэньяна— это единственная великая аллегория, которая жива и по сей день. Своим успехом сразу же после выхода в свет и впоследствии она обязана неграмотным массам, потому что массы были неграмотными, а книга несложной; она ставила жизненные вопросы и была написана хотя и примитивно, но сильно.</p>
    <p>Как отметил профессор Шерман, польза сравнения состоит в том, что она дает материальной правде духовную оправу, заставляет читателя не только думать, но и чувствовать. Так же воздействует и аллегория, но более развернутым и многословным способом. Однако язык стремится к краткости. Следовательно, аллегория, а с ней иносказания и мифы обречены на вымирание. Изучение национальной литературы показывает неумолимое вытеснение их метафорой: метафорическим предложением, метафорическим фразеологическим оборотом, метафорой-сложным словом, наконец метафорой-словом. Развернутый образ был сведен к простому, аллегорическое сравнение — к сравнению, выраженному одним словом.</p>
    <p>Уровень умственного развития настолько поднялся, и настолько продвинулась вперед речь человека, что он должен думать и будет думать самостоятельно. Он больше не хочет, чтобы одна и та же мысль вколачивалась в него снова и снова. Плеоназм вызывает у него отвращение.</p>
    <p>Томсон написал: «понуждаемый сильной потребностью». Здесь «понуждаемый» и «сильной потребностью» — тавтология, однако Поп исправил это выражение следующим образом: «понуждаемый свыше повелением сильной потребности». Неужели вы думаете, что современное человечество вынесло бы подобный вздор! Но при конденсировании аллегории до сравнения, выраженного одним словом, ни материальное, ни духовное не должно приноситься в жертву. Великие художники и не приносили этих жертв. Вряд ли мы найдем лучший тому пример, чем следующие строки:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Барка, в которую села она, как сияющий трон,</v>
      <v>На воде пламенела.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Здесь и образ и факт, духовное и материальное — все выражено одним словом. Употребить в описании плывущей барки двадцать строк ямбического пентаметра для уподобления блестящего золота огню, пламени, солнцу и т. д. — невелика заслуга для поэта. Пойди он на это, получилось бы в высшей степени нехудожественно. Читатель не ребенок. Ему доставляет удовольствие создание целой картины из одного-единственного слова, и он вырастает в собственных глазах, когда впечатление является результатом его собственных усилий. Именно этого он хочет.</p>
    <p>«Чем больше простора стилист оставляет воображению, тем легче будет он читаться». Вот в согласии именно с этой истиной и сокращается предикация, а вместе с ней и длина предложения. С давних пор предложение стремится к краткости и передаче существенного. Человечеству нужно, чтобы его литература была не только концентрированной, сжатой, но и живой, острой, выразительной. Оно терпит мистера Джеймса, но предпочитает мистера Киплинга. Грехи прошлого можно продемонстрировать следующим примером из Спенсера:</p>
    <p>«Так что много было намечено различных разумных замыслов и мудрых способов преобразования этой области; но, говорят, это роковой зарок над землей, что ни одно начинание, хоть и задуманное во благо, не удастся и действия не возымеет, что проистекает либо от самого духа этой почвы, либо от влияния звезд, либо же это рука Всемогущего Бога еще не назначила срока для ее преобразования, или он оставляет ее в таком неспокойном состоянии до поры для некоего тайного бедствия, которое через нее должно прийти в Англию, это трудно знать, но тем более оснований опасаться».</p>
    <p>Представьте себе кровожадный синий карандаш редактора XX века, прошедшийся по этому отрывку! И сопоставьте его с другим, принадлежащим перу Эмерсона.</p>
    <p>«Друзья мои, в этих двух ошибках, думается мне, я нашел причины неверия и распада церкви. И какое более великое бедствие может обрушиться на нацию, чем потеря веры? Тогда все идет прахом. Гений оставляет храм, чтобы обитать в сенате или на базаре. Литература становится легкомысленной, наука холодной. Надежда на иной мир не озаряет взор юности, и век утрачивает честь. Общество живет пустяками, а когда люди умирают, мы не вспоминаем о них».</p>
    <p>Хорошей иллюстрацией сокращения длины предложений служат следующие данные о числе слов, в среднем приходящихся на каждое из пятисот предложений:</p>
    <p>Фабиан — 68,28</p>
    <p>Спенсер — 49,79</p>
    <p>Хукер — 41,70</p>
    <p>Маколей — 22,45</p>
    <p>Эмерсон — 20,58</p>
    <p>Любой жанр современной литературы дает примеры такого стремления к краткости. Развитие рассказа сопровождалось распадом длинного романа. В прошлом столетии и в начале нынешнего однотомные романы были в ходу, но издатели предпочитали двух- и трехтомные, не возражали они и против четырехтомного; пяти-шеститомные романы тоже не были бог весть какой редкостью.</p>
    <p>Роман сегодняшнего дня обычно насчитывает 40–70 тысяч слов. Согласился ли бы сегодня какой-нибудь издатель хотя бы прочесть такую гигантскую рукопись, как «Les Miserables»<a l:href="#n_990" type="note">[990]</a>? Эдгар По всегда утверждал, что рассказ должен быть таким, чтобы его можно было прочесть за один присест. «Королевский шакал», опубликованный недавно Ричардом Хардингом Дэвисом, содержит около 27 тысяч слов, а мистер Киплинг, кажется, уже установил для романа норму в 40–50 страниц.</p>
    <p>Человечеству от наших произведений нужно главным образом, чтобы преходящее было выражено в непреходящей форме. Отсюда требование эпизодичности, и это требование мистер Киплинг удовлетворил. Он краток, прост, отрывист, свободен, в его произведениях нет ничего лишнего. Они состоят только из существенного и будоражат воображение. Это как раз то, что требуется теперь человечеству, ибо оно уже прошло стадию детства, оно способно думать само. Дайте ему голую суть, и оно домыслит остальное. Оно умеет думать быстрее, чем слово за слово читать то, что напечатано в книге, оно торопится.</p>
    <p>Разделение труда, экономящая труд машинизация, быстрота передвижения, телефон и телеграф — несметное множество приспособлений изобретено человечеством для сбережения энергии и времени. Никогда за всю историю не нужно было ему так много сделать, не имело оно столько заданий одновременно. Поэтому всюду оно требует, чтобы возможно больший объем был втиснут в возможно меньшее пространство. И этому требованию должна отвечать литература.</p>
    <p>Человечеству не нужны романы и рассказы, изобилующие излишествами. Они будут отложены непрочитанными. Человечеству нужна суть дела, и нужна сейчас, немедленно.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>«Спрут»</p>
    </title>
    <cite>
     <p>«Вот он, Хлеб, Хлеб! Крохотное зернышко, когда-то брошенное в землю и прораставшее в глубоких, темных ее бороздах, набухая, напрягаясь, — наконец в одну ночь пробилось к свету. Хлеб взошел. Он был здесь, перед ним, вокруг него, всюду, раскинувшись на неизмеримом, беспредельном пространстве. Зимние бурые поля покрылись нежным блеском зелени. Исполнилось то, что было обещано севом. Земля, верная мать, никогда не изменяющая, никогда не обманывающая, вновь сдержала свое обещание».</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>Давным-давно здесь, на Западе, пронесся слух, будто Фрэнк Норрис задумал создать «Эпос о пшенице». Признаться, многие из нас усомнились, не в способностях Фрэнка Норриса, нет, а скорее в человеческих возможностях вообще. О, этот великий, рыхлый, непостижимый Запад! Разве кто может понять дух и суть его, его блеск и чудеса, и уместить все это с необходимой ясностью и разумностью между двумя обложками книги? Нам, людям Запада, тем, которые знают его, конечно, простят наше недоверие.</p>
    <p>И вот Фрэнк Норрис осуществил невозможное, выполнил в наш машинный век то, на что, как полагали, был способен только человек, живший в героическую эпоху, — он стал сказителем «Эпоса о пшенице». «Побольше бы силы его рукам!» — как сказал бы Чарльз Ф. Ламмис.</p>
    <p>С первого взгляда долину Сан-Хоакин не назовешь иначе, как «новый, голый край». Там не много увидишь. Несколько обособившихся ранчо на обширном безлесном пространстве, редкое население — и это все. Люди на ранчо, гнущие спину в тяжелом труде, они тоже представляются «новыми и голыми». Так все это казалось до сих пор, но Норрис сделал этот край и тех, кто его населяет, живыми, выпуклыми. И дело не только в том, что он углубился в матушку-землю, в самое теплое нутро земли, кормилицы народной, тоскующей по материнству, но он проник в сердце народное, простое, бесхитростное, склонное к грубым утехам жизни, но грозное и злобно огрызающееся в ответ на жестокую несправедливость. Вы невольно испытываете симпатию к этим людям, труженикам и борцам, уважение ко всем их слабостям. В конце-то концов, их слабости, как хорошо показывает Норрис, не являются врожденными. Это — следствие неорганизованности, слабости сил, которые они представляют и частью которых они являются, сил деревни, противостоящих силе капитализма: фермера, противостоящего финансисту, земледельца — капитану индустрии.</p>
    <p>Нет, только человек большого сердца, исполненный великого вдохновения и глубокого сострадания, мог создать «Спрута». Пресли — поэт, мечтатель и певец — это составной характер. Там, где он участвует во внешних событиях романа, — это смелый Эдвин Маркхэм, но сердцем — это Фрэнк Норрис. Пресли, который слепо блуждает в немой, пылающей ночи, горюя о земле, Пресли со своей великой «Песнью о Западе», постоянно вторгающейся в его сознание и снова исчезающей, Пресли, который вступает в яростную схватку за ритмическую поступь своего «громоподобного гекзаметра». Кто же такой Пресли, как не Норрис, который бьется со своим «Спрутом», Норрис, подчас во всем сомневающийся, как сомневаемся все мы, люди Запада!</p>
    <p>Человек приобретает знания двумя путями: обобщая сам жизненный опыт и усваивая обобщения, сделанные другими. Что касается Фрэнка Норриса, то здесь становишься в тупик. Совершенно очевидно, что в этом своем последнем и крупнейшем творении он четко проводит материалистический взгляд на историю, или, выражаясь осторожнее, дает экономическую интерпретацию истории. Возникает вопрос: усвоил ли Фрэнк Норрис экономическую интерпретацию истории из печатных работ других людей и, вооруженный ею, подошел к решению проблем «Спрута»? Или же он взялся за них непредубежденным и несведущим наблюдателем, и в результате непосредственного соприкосновения с великими социальными силами был вынужден обобщать сам? Вопрос не из легких. Возможно, когда-нибудь автор ответит нам?</p>
    <p>Пережил ли Норрис ту же эволюцию, которую с такой силой описал в Пресли? Окончательные социологические представления Пресли выясняются в следующей сцене: директор и владелец Тихоокеанской и Юго-Западной железной дороги Шелгрим восклицает, постучав толстым указательным пальцем по столу, чтобы подчеркнуть свои слова:</p>
    <p>«— Поверьте для начала в то, что железные дороги строятся сами собой. Где ест спрос, там рано или поздно будет и предложение. Мистер Деррик… разве он выращивает пшеницу? Пшеница растет сама. Что он делает? Разве он заставляет пшеницу расти? Что делаю я? Разве я строю железную дорогу? Вы имеете дело с силами, молодой человек, когда говорите о пшенице и железной дороге, а не с людьми. Вот пшеница — товар. Ее нужно перевезти, чтобы кормить народ. Это спрос. Пшеница — одна сила, железная дорога — другая; закон, которому они подчиняются, — это закон спроса и предложения. Люди во всем этом играют небольшую роль. Могут возникнуть разные осложнения, — отдельным людям приходится тяжело, порой они даже гибнут, — но пшеницу надо перевозить, чтобы кормить народ; это так же неизбежно, как то, что она должна расти».</p>
    <p>У некоторых может появиться желание оспорить необычный характер реализма Норриса. Кому какое дело до того, квадратный или продолговатый у Гувена «мясной сейф» — ящик для хранения мяса, закрыт ли он проволочным экраном или сеткой от москитов, висит ли он на дубовом суку или в конюшне на жерди, и вообще есть ли у Гувена «мясной сейф» или нет? Мною не случайно сказано «может появиться желание». На самом же деле мы не спорим с ним, мы соглашаемся и капитулируем. Против нас восстают факты. Он добился результата, гигантского результата, как бы малозначительны ни были отдельные натуралистические детали, подробные описания, «мясной сейф» Гувена и тому подобное. Нужно прямо сказать, что никаким другим методом Фрэнк Норрис, да и никто другой, не смог бы объять необозримые пространства долины Сан-Хоакин и тело повсюду протянувшего свои щупальца спрута. Результаты? Только так и можно было добиться результатов, только так и можно было кистью художника написать это широкое полотно. Он дает нам нечто большее, чем реализм. Слушайте:</p>
    <p>«И снова маятник времен года качнулся в своем колоссальном взмахе».</p>
    <p>«Затем со стороны Бонвилля до него донесся едва слышный протяжный свисток паровоза. Раз за разом подавал он свистки: у переездов, на крутых поворотах, на мостах, зловещие ноты, хриплые, ревущие, полные угрозы и вызова. И Пресли в своем воображении вдруг снова увидел мчащееся чудовище из стали и пара, с единственным, как у циклопа, огненным глазом, пронизывающим ночную тьму вплоть до самого горизонта; но теперь Пресли казалось, что это был символ огромной силы, великой, страшной, оглашающей громовым эхом все пространство долины и оставляющей кровь и разрушение на своем пути; чудовище со стальными щупальцами, впивающимися в землю; бездушная сила с железным сердцем — исполин, колосс, спрут».</p>
    <p>«Откровенная грубость десяти тысяч акров пшеницы, одной пшеницы насколько хватало глаз немного ошеломила ее. Было в этом для взора что-то неподобающее — эта пища народа, эта примитивная сила, эта первооснова энергии колыхалась здесь, под солнцем, во всей своей неосознанной наготе, словно распростершийся первобытный великан».</p>
    <p>«Везде, на всем протяжении долины Сан-Хоакин, неслышно и незримо тысячи плугов поднимали землю, десятки тысяч лемехов вонзались глубоко в теплую, влажную почву.</p>
    <p>Это была долгая, горячая ласка, сильная, мужская, энергичная, по которой истосковалась земля; властное объятие множества железных рук, проникающих глубоко в бурое, теплое тело земли, которая страстно трепетала в ответ на эту грубую ласку, столь сильную, что казалась она почти оскорблением, столь неистовую, что она становилась поистине жестокой. Здесь, под солнцем и безоблачным небом, началось любовное ухаживание за Богиней-землей; две мировые силы, первородные Мужчина и Женщина, заключили друг друга в объятия, охваченные мукой непреодолимого желания, страшного и божественного, беззаконного, дикого, естественного и возвышенного».</p>
    <p>Много мужчин (и женщин) сходит со страниц «Спрута», но об одном, особенно значительном, образе нельзя не упомянуть — об Аникстере. Аникстер груб до дерзости, он не выбирает выражений, нетерпим к мнениям других, полагается только на себя; у него раздражительный нрав и неуживчивый характер, он работает, как вол, ему так же беспредельно доверяют, как и беспредельно его ненавидят; упрямый и сварливый, придирчивый и восхитительно робкий перед «женским полом» — таков Аникстер. Он заслуживает того, чтобы с ним познакомиться. Норрис с таким мастерством вдыхает в него жизнь, что смерть его потрясает, — редкое достижение художественной литературы. Вот Остерман положил голову на руки, словно устал и вздумал отдохнуть, или Делани, движимый инстинктом, ползет в луже крови, чтобы умереть в созревающей пшенице; но вот упал, как подкошенный, Аникстер — и мы впервые плачем. Погиб живой человек.</p>
    <p>Да, надежды, которые возлагались на автора «Моран» и «Мак Тиг», оправдались. Вправе ли мы требовать большего? Пока в нашем распоряжении только первая часть трилогии. «Эпос о пшенице» — немалый замысел. Мы остались довольны «Спрутом» и с нетерпением ждем романов «Омут» и «Волк». Теперь мы уже не сомневаемся.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>«Фома Гордеев»</p>
    </title>
    <p>«Фома Гордеев» — большая книга; в ней не только простор России, но и широта жизни. В нашем мире рынков и бирж, в наш век спекуляций и сделок из каждой страны доносятся страстные голоса, требующие жизнь к ответу. В «Фоме Гордееве» свой голос подымает русский, ибо Горький — подлинно русский в своем восприятии и понимании жизни. Характерные для русских самонаблюдение и углубленный самоанализ свойственны и ему. И, как у всех русских собратьев Горького, его творчество насыщено горячим, страстным протестом. И это не случайно. Горький пишет потому, что у него есть что сказать миру, и он хочет, чтобы слово его было услышано. Из его стиснутого могучего кулака выходят не изящные литературные безделушки, приятные, усладительные и лживые, а живая правда, — да, тяжеловесная, грубая и отталкивающая, но правда.</p>
    <p>Он поднял голос в защиту отверженных и презираемых, он обличает мир торгашества и наживы, протестует против социальной несправедливости, против унижения бедных и слабых, против озверения богатых и сильных в бешеной погоне за влиянием и властью. Весьма сомнительно, чтобы средний буржуа, самодовольный и преуспевающий, мог понять Фому Гордеева. Мятежные чувства, владеющие им, не волнуют их кровь. Им не понять, почему этот человек, такой здоровяк и богач, не мог жить так, как живут люди его класса, — деля свое время между конторой и биржей, заключая темные сделки, разоряя конкурентов и радуясь неудачам своих собратьев. Казалось бы, чего легче жить вот так, в полном благополучии, окруженным почетом и уважением, и умереть в положенный час. «Однако, зачем наживать и грабить, — как всегда грубо перебьет Фома, — когда все равно умрешь и обратишься в прах, сколько ни грабь?» Но буржуа не поймет его. Не понял его и Маякин, сокрушаясь о своем заблудшем крестнике.</p>
    <p>«Что вы все хвалитесь? — говорит ему в упор Фома. — Чем тебе хвалиться? Сын-то твой где? Дочь-то твоя — что такое? Эх, ты… устроитель жизни! Ну, умен ты, все знаешь; скажи — зачем живешь? Не умеешь, что ли? Что ты сделал за жизнь? Чем тебя помянут?..»</p>
    <p>Маякин молчит, не находит ответа, но слова эти не волнуют и не убеждают его.</p>
    <p>Унаследовав яростный, бычий нрав отца и кроткое упрямство и беспокойный дух матери, Фома, гордый и мятежный, презирает эгоистическую, корыстолюбивую среду, в которой он родился. Игнат, его отец, Маякин, его крестный, и вся орда преуспевающих торгашей, которые поют гимны силе и прославляют свободу жестокой конкуренции, не могут переубедить его. «Зачем? — спрашивает он. — Это кошмар — не жизнь! К чему она? Что все это значит? А что там, внутри? И зачем оно, то, что там, внутри?»</p>
    <p>«Жалеть людей надо… это ты хорошо делаешь! — говорит Игнат юному Фоме. — Только — нужно с разумом жалеть… Сначала посмотри на человека, узнай, какой в нем толк, какая от него может быть польза? И ежели видишь — сильный, способный к делу человек, — пожалей, помоги ему. А ежели который слабый, к делу не склонен — плюнь на него, пройди мимо. Так и знай — который человек много жалуется на все, да охает, да стонет — грош ему цена, не стоит он жалости, и никакой пользы ты ему не принесешь, ежели и поможешь…»</p>
    <p>Таков принцип откровенного и воинствующего торгашества, провозглашенный между двумя рюмками водки. Но вот говорит Маякин, вкрадчиво и без издевки:</p>
    <p>«А кто есть нищий? Нищий есть человек, вынужденный судьбой напоминать нам о Христе, он брат Христов, он колокол господень и звонит в жизни для того, чтоб будить совесть нашу, тревожить сытость плоти человеческой… Он стоит под окном и поет: «Христа ра-ади!» — и тем пением напоминает нам о Христе, о святом его завете помогать ближнему… Но люди так жизнь свою устроили, что по Христову учению совсем им невозможно поступать, и стал для нас Иисус Христос совсем лишний. Не единожды, а, может, сто тысяч раз отдавали мы его на распятие, но все не можем изгнать его из жизни, зане братия его нищая поет на улицах имя его и напоминает нам о нем… И вот ныне придумали мы: запереть нищих в дома такие особые и чтоб не ходили они по улицам, не будили бы нашей совести».</p>
    <p>Но Фома не приемлет ни то, ни другое. Его не обольстишь и не обманешь. Душа его просит света. Ему необходим свет. И, горя негодованием, он разыскивает смысл жизни. «Мысль его вдруг и без усилия обняла собой всех этих маленьких людей, работающих тяжелую работу. Было странно — зачем они живут? Какое удовольствие для них жить на земле? Все только работают свою грязную, трудную работу, едят скверно, одеты плохо, пьянствуют… Иному лет шестьдесят, а он все еще ломается наряду с молодыми парнями… И все они представлялись Фоме большой кучей червей, которые копошатся на земле только для того, чтоб поесть».</p>
    <p>Фома настойчиво вопрошает жизнь. Он не может начать жить, не зная смысла жизни, и тщетно ищет он этот смысл. «Я этак жить не могу… Я хочу жить свободно… чтобы самому все знать», — возражает он, когда Маякин уговаривает его вернуться и снова вести дело. Почему люди должны работать на него? Быть рабами ему и деньгам его?</p>
    <p>«Работа — еще не все для человека… — говорит он. — Это неверно, что в трудах — оправдание… Которые люди не работают совсем ничего всю жизнь, а живут они лучше трудящих… это как?.. А я какое оправдание имею? И все люди, которые командуют, чем они оправдаются? Для чего жили? А я так полагаю, что непременно всем надо твердо знать — для чего живешь?.. Неужто затем человек рождается, чтобы поработать, денег зашибить, дом выстроить, детей народить и — умереть? Нет, жизнь что-нибудь означает собой… Человек родился, пожил и помер — зачем? Нужно сообразить — зачем живешь? Толку нет в жизни нашей… Потом не ровно все — это сразу видно! Одни богаты — на тысячу человек денег у себя имеют… и живут без дела… другие — всю жизнь гнут спину на работе, а нет у них ни гроша…»</p>
    <p>Но Фома может быть только разрушителем. Он не созидатель. Безотчетно мятущийся пытливый дух его матери и проклятье торгашеского мира тяготеют на нем, доводят его до дебоширства и сумасшествия. Он пьет не потому, что ему приятен вкус вина. Продажные женщины, у которых он ищет удовлетворения низменных склонностей, не привлекают его. Все это грязь и мерзость, но сюда его ведут его искания, и он идет по этому пути. Он знает, что все вокруг — скверна, но не может ни исправить зло, ни объяснить его. Он может лишь обличать и крушить. «Чем вы оправдаетесь? Для чего живете? — вопрошает он синклит торгашей, преуспевающих в жизни. — Вы не жизнь строили — вы помойную яму сделали! Грязищу и духоту развели вы делами своими. Есть у вас совесть? Помните вы бога? Пятак — ваш бог! А совесть вы прогнали…»</p>
    <p>Словно вопль Исайи: «Идите, богатые и знатные, плачьте и рыдайте о скорби, иже постигнет вас» — звучат слова Фомы: «Кровопийцы! Чужой силой живете… чужими руками работаете! Сколько народу кровью плакало от великих дел ваших! И в аду вам, сволочам, места нет по заслугам вашим… Не в огне, а в грязи кипящей варить вас будут. Веками не избудете мучений…»</p>
    <p>Потрясенный всей этой мерзостью, бессильный понять ее, Фома ищет ответа и не находит его — ни у Софьи Медынской в ее нарядной гостиной, ни у гулящей девки, в темных глубинах ее сердца. Не может помочь ему и Любовь, которая читает книги, противоречащие одна другой, ни странники на забитых людьми пароходах, ни куплетисты и проститутки в притонах и кабаках. И так, недоумевая, раздумывая, терзаясь, теряясь в догадках, вертясь в бешеном водовороте жизни, кружась в пляске смерти, вслепую гоняясь за чем-то безымянным, смутным, в поисках магической формулы, сути вещей, сокровенного смысла, искры света в кромешной тьме — словом, разумного оправдания жизни, — Фома Гордеев идет к безумию и смерти.</p>
    <p>Эта книга не из приятных, но это блестящий анализ жизни, не жизни вообще, но жизни современного нам общества; эта книга не радостная, но и в жизни современного общества мало радости. Закрываешь книгу с чувством щемящей тоски, с отвращением к жизни, полной «лжи и разврата». Но это целительная книга. Общественные язвы показаны в ней с таким бесстрашием, намалеванные красоты сдираются с порока с такой беспощадностью, что цель ее не вызывает сомнений — она утверждает добро. Эта книга — действенное средство, чтобы пробудить дремлющую совесть людей и вовлечь их в борьбу за человечество.</p>
    <p>Но в этой книге, могут заметить, ни одна история не рассказана до конца, ничто не получает завершения. Ведь когда Саша бросилась с плота и плыла к Фоме — это могло явиться началом каких-то событий. Однако ничего существенного не случилось. Саша оставила Фому и уехала с сыном богатого водочного заводчика. Все лучшее, что было в Софье Медынской, оживало, когда она смотрела на Фому взглядом женщины-матери. Она могла бы стать в его жизни благодетельной силой, могла бы озарить ее светом, пробудить в нем сознание, достоинство, оградить его от опасностей. Но она покинула его, и больше он ее не видел. Ни одна история не рассказана до конца, ничто не получает завершения.</p>
    <p>Но разве история Фомы Гордеева не рассказана? Разве его жизнь не завершилась, как повседневно завершаются жизни вокруг нас? Это жизненная правда и мастерство Горького — мастерство реалиста. Но его реализм не столь монотонен, как реализм Толстого или Тургенева. Его реализм живет и дышит в таком страстном порыве, какого они редко достигают. Мантия с их плеч упала на его молодые плечи, и он обещает носить ее с истинным величием.</p>
    <p>И все же Фома Гордеев так бессилен, жизнь его так страшна и безнадежна, что мы преисполнились бы глубокой скорбью за Горького, если бы не знали, что он вырвался из Долины Мрака. Мы знаем, что надежда живет в нем, иначе он не томился бы теперь в тюрьме за то, что мужественно защищал эту надежду. Он знает жизнь и знает, как и для чего следует жить. И вот еще что важно: Фома Гордеев — это не просто воплощение отвлеченной идеи. Ибо так же, как жил и вопрошал жизнь он, так — в поту, в крови и муках — жил и сам Горький.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод М. Урнова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>О себе</p>
    </title>
    <p>Я родился в Сан-Франциско в 1876 году. В пятнадцать лет я был уже взрослым, и если мне удавалось сберечь несколько центов, я тратил их не на леденцы, а на пиво, — я считал, что мужчине подобает покупать именно пиво. Теперь, когда я стал вдвое старше, мне так хочется обрести свое отрочество, ибо у меня его не было, и я уже смотрю на вещи отнюдь не столь серьезно, как раньше. И почем знать, вдруг я еще обрету это отрочество! Едва ли не раньше всего в жизни я понял, что такое ответственность. Я совсем не помню, как меня учили грамоте, — читать и писать я умел с пятилетнего возраста, — но знаю, что впервые я пошел в школу в Аламеде, а затем мы переехали на ранчо, и там, с восьми лет, я прилежно работал.</p>
    <p>Второй моей школой, где я, сколько мог, старался вкусить науки, было одно беспутное заведение в Сан-Матео. На каждый класс там давалась одна отдельная парта, но очень часто парты нам были совсем не нужны, так как учитель приходил пьяным. Кто-нибудь из мальчиков постарше нередко колотил его, а он, чтобы не остаться в долгу, лупил младших — можете представить себе, что это была за школа. Никто из моих родных и знакомых не питал никакого интереса к литературе — пожалуй, ближе всех к ней стоял мой прадед: этот валлиец был окружным писарем, в глухих лесах он с энтузиазмом проповедовал евангелие, за что получил прозвище «патер Джонс».</p>
    <p>С ранних лет меня поражало невежество людей. На девятом году я с упоением прочитал «Альгамбру» Вашингтона Ирвинга и никак не мог примириться с тем, что никто на ранчо об этой книге ничего не знает. Со временем я пришел к выводу, что подобное невежество царит лишь у нас в деревне, в городе же все должно быть по-иному. И вот однажды к нам на ранчо приехал человек из города. Башмаки у него были начищены до блеска, пальто суконное; самый удобный случай, решил я, обменяться мыслями с просвещенным мужем. У меня была выстроена из кирпича от старой, развалившейся дымовой трубы своя собственная Альгамбра — башни, террасы, все размечено и обозначено мелом. Я провел городского гостя к своей крепости и стал расспрашивать его об «Альгамбре». Увы, он оказался столь же темным, как и жители ранчо, и мне пришлось утешиться мыслью, что на свете есть всего два умных человека — Вашингтон Ирвинг и я.</p>
    <p>Кроме «Альгамбры», я читал в ту пору главным образом десятицентовые романы (я брал их у батраков) да газеты, — из газет служанки узнавали о захватывающих приключениях бедных, но добродетельных продавщиц. От такого чтения мой ум по необходимости должен был получить весьма своеобразное направление, но, чувствуя себя всегда одиноким, я читал все, что только попадало мне в руки. Огромное впечатление произвела на меня повесть Уйда «Сигна», я с жадностью перечитывал ее в течение двух лет. Развязку этой повести я узнал уже взрослым человеком: заключительные главы в моей книге были утеряны, и я вместе с героем повести уносился тогда в мечтах, не подозревая, как и он, что впереди его подстерегает грозная Немезида. Мне поручили в то время караулить пчел; сидя под деревом с восхода солнца до вечера и поджидая, когда пчелы начнут роиться, я вволю и читал и грезил.</p>
    <p>Ливерморская долина — плоское, скучное место; не возбуждали во мне любопытства и холмы, окружающие долину. Мои грезы нарушало одно-единственное событие — роение пчел. Я бил тогда тревогу, а все обитатели ранчо выбегали с горшками, кастрюлями и ведрами, наполненными водой. Мне помнится, что первая строка в повести «Сигна» звучала так: «Это был всего-навсего маленький мальчик»; однако этот маленький мальчик мечтал о том, что он сделается великим музыкантом, что к его ногам будет повергнута вся Европа. Маленьким мальчиком был и я… Почему бы и мне не сделаться тем же, чем мечтал стать «Сигна»?</p>
    <p>Жизнь на калифорнийском ранчо казалась мне тоскливой до крайности; не было дня, чтобы я не мечтал уйти за черту горизонта и увидеть мир. Уже тогда я слышал шепоты, зовущие в дорогу: я стремился к прекрасному, хотя в окружающей меня обстановке не было ничего красивого. Холмы и долины были как бельмо на глазу, меня тошнило от них — я полюбил их только тогда, когда расстался с ними.</p>
    <empty-line/>
    <p>Мне шел одиннадцатый год, когда я покинул ранчо и переехал в Окленд. Много времени провел я в оклендской публичной библиотеке, жадно читая все, что попадало под руку, — от долгого сидения за книгами у меня даже появились признаки пляски святого Витта. По мере того как мир раскрывал передо мной свои тайны, я расставался с иллюзиями. Средства на жизнь я зарабатывал продажей газет на улицах; с той поры и до шестнадцати лет я переменил великое множество занятий — работа у меня чередовалась с учением, учение с работой.</p>
    <p>В те годы во мне пылала жажда приключений, и я ушел из дому. Я не бежал, я просто ушел, — выплыл в залив и присоединился к устричным пиратам. Дни устричных пиратов миновали, и если бы меня вздумали судить за пиратство, я сел бы за решетку на пятьсот лет. Позднее я плавал матросом на шхуне и ловил лососей. Почти невероятно, но очередным моим занятием была служба в рыбачьем патруле: я должен был задерживать всякого нарушителя законов рыбной ловли. Немало таких нарушителей — китайцев, греков и итальянцев — занималось тогда противозаконной ловлей, и не один дозорный из охраны поплатился жизнью за попытку призвать их к порядку. При исполнении служебных обязанностей у меня было одно-единственное оружие — стальная вилка, но я бесстрашно, как настоящий мужчина, влезал на борт лодки браконьеров и арестовывал ее хозяина.</p>
    <p>Затем я нанялся матросом на корабль и уплыл к берегам Японии — это была экспедиция за котиками. Позже мы побывали и в Беринговом море. После семимесячной охоты на котиков я, возвратись в Калифорнию, брался за разную работу: сгребал уголь, был портовым грузчиком, работал на джутовой фабрике; работать там приходилось с шести часов утра до семи вечера. Я рассчитывал на следующий год снова уплыть на охоту за котиками, но прозевал присоединиться к своим старым товарищам по кораблю. Они уплыли на «Мери Томас», — судно это погибло со всей командой.</p>
    <p>В те дни, когда я урывками занимался в школе, я писал обычные школьные сочинения и получал за них обычные отметки; пытался я писать и работая на джутовой фабрике. Работа там занимала тринадцать часов в сутки, но так как я был молод и любил повеселиться, то мне нужен был часок и на себя, — времени на писательство оставалось мало. Сан-францисская газета «Колл» назначила премию за очерк. Мать уговаривала меня рискнуть, я так и сделал и написал очерк под названием «Тайфун у берегов Японии». Очень усталый и сонный, зная, что завтра в половине пятого надо быть уже на ногах, я в полночь принялся за очерк и писал не отрываясь, пока не написал две тысячи слов — предельный размер очерка, — но тему свою я развил лишь наполовину. На следующую ночь я, такой же усталый и сонный, опять сел за работу и написал еще две тысячи слов, в третью ночь я лишь сокращал и вычеркивал, добиваясь того, чтобы мое сочинение соответствовало условиям конкурса. Первая премия была присуждена мне; вторую и третью получили студенты Стенфордского и Берклийского университетов.</p>
    <p>Успех на конкурсе газеты «Колл» заставил меня подумать о том, чтобы всерьез взяться за перо, но я был еще слишком неугомонен, меня все куда-то тянуло, и литературные занятия я откладывал на будущее, — одну статейку, сочиненную тогда для «Колл», газета незамедлительно отвергла.</p>
    <p>Я обошел все Соединенные Штаты от Калифорнии до Бостона, возвратившись к Тихоокеанскому побережью через Канаду, где мне пришлось отбыть тюремное заключение за бродяжничество. Опыт, приобретенный во время странствий, сделал меня социалистом. Я уже давно осознал, что труд благороден; еще не читая ни Карлейля, ни Киплинга, я начертал собственное евангелие труда, перед которым меркло их евангелие. Труд — это все. Труд — это и оправдание и спасение. Вам не понять того чувства гордости, какое испытывал я после тяжелого дня работы, когда дело спорилось у меня в руках. Я был самым преданным из всех наемных рабов, каких когда-либо эксплуатировали капиталисты. Словом, мой жизнерадостный индивидуализм был в плену у ортодоксальной буржуазной морали. С Запада, где люди в цене и где работа сама ищет человека, я перебрался в перенаселенные рабочие центры Восточных штатов, где люди — что пыль под колесами, где все высунув язык мечутся в поисках работы. Это заставило меня взглянуть на жизнь с другой, совершенно новой точки зрения. Я увидел рабочих на человеческой свалке, на дне социальной пропасти. Я дал себе клятву никогда больше не браться за тяжелый физический труд и работать лишь тогда, когда это абсолютно необходимо. С тех пор я всегда бежал от тяжелого физического труда.</p>
    <p>Мне шел девятнадцатый год, когда я вернулся в Окленд и поступил в среднюю школу. Там издавали обычный школьный журнал. Его выпускали раз в неделю — нет, пожалуй, раз в месяц, — и я помещал в нем рассказы: почти ничего не выдумывая, я описывал свои морские плавания и свои странствия. В школе я пробыл год и, чтобы заработать на жизнь, одновременно служил, привратником, Все это требовало такого напряжения сил, что школу пришлось бросить. К тому времени мои социалистические убеждения привлекли ко мне довольно широкое внимание, я был прозван «мальчиком-социалистом» — честь, которая послужила причиной моего ареста за уличные выступления. Оставив школу, я в три месяца самостоятельно прошел трехгодичный школьный курс и поступил в Калифорнийский университет. Прервать учение и лишиться университетского образования я и думать не хотел, — хлеб я добывал работой в прачечной и литературным трудом. Единственный раз я работал из любви к работе, но задача, которую я себе ставил, была чересчур трудна, и через полгода я расстался с университетом.</p>
    <p>По-прежнему я утюжил сорочки и прочие вещи в прачечной и каждую свободную минуту писал. Я старался управиться с тем и другим, но нередко засыпал с пером в руке. Я уволился из прачечной и целиком отдался литературным занятиям, вновь почувствовав и прелесть жизни и прелесть мечты. Просидев три месяца над рукописями, я решил, что писателя из меня не выйдет, и отправился в Клондайк искать золото. Не прошло и года, как я заболел там цингой и вынужден был возвращаться на родину: тысячу девятьсот миль я проплыл по морю в лодке и успел за это время занести на бумагу лишь кое-какие путевые впечатления. В Клондайке я нашел себя. Там все молчат. Все думают. Там обретаешь правильный взгляд на жизнь. Обрел его и я.</p>
    <p>Пока я ездил в Клондайк, умер мой отец, и все заботы о семье легли на меня. В Калифорнии наступили плохие времена, я оказался без заработка. Я бродил в поисках работы и писал рассказ «Вниз по реке». Рассказ этот был отвергнут. Пока решалась судьба рассказа, я успел сочинить новый, в двадцать тысяч слов, — его собиралась печатать в нескольких номерах одна газета, но тоже забраковала. Несмотря на отказы, я все писал и писал новые вещи. Я в глаза не видал ни одного живого редактора. Я не встречал человека, у которого была бы хоть единая напечатанная строчка. Наконец калифорнийский журнал принял один мой рассказ и заплатил за него пять долларов. Вскоре после этого «Черный кот» предложил мне сорок долларов за рассказ. Так мои дела пошли полным ходом, и в будущем мне, видимо, не придется сгребать уголь, чтобы прокормиться, хотя прежде я умел держать лопату в руках и могу взять ее снова.</p>
    <p>Моя первая книга появилась в 1900 году. Я мог бы прекрасно обеспечить себя газетной работой, но у меня было достаточно здравого смысла, чтобы не поддаться искушению и не стать рабом этой машины, губящей человека: я считаю, что молодых литераторов на первых порах, когда они еще не сложились, губит именно газета. Лишь после того, как я хорошенько зарекомендовал себя в качестве сотрудника журналов, я начал писать для газет. Я верю в необходимость систематической работы и никогда не жду вдохновения. По характеру я не только беспечный и безалаберный человек, но и меланхолик. Но я сумел побороть в себе и то и другое. На мне сильно сказалась дисциплина, которую я познал в бытность мою матросом. Старой матросской привычкой объясняется, вероятно, и то, что сплю я всегда в определенное время и сплю мало. Пять с половиной часов сна — вот норма, которой я обычно придерживаюсь. Еще не было случая, чтобы я почему-либо не лег спать, если время сна уже наступило.</p>
    <p>Я большой любитель спорта, с наслаждением занимаюсь боксом, фехтованием, плаванием, верховой ездой, управляю яхтой и даже запускаю бумажных змеев. Хотя я родился в городе, жить мне гораздо больше нравится в предместье. Но лучше всего жить в деревне — только там и соприкасаешься с природой. Из писателей наибольшее влияние с ранних пор оказали на меня Карл Маркс в частности и Спенсер вообще. В дни моего бесплодного отрочества, если бы представился случай, я занялся бы музыкой. Теперь, когда я вступил, можно сказать, в дни своей подлинной молодости, окажись у меня один или два миллиона долларов, я посвятил бы себя писанию стихов и памфлетов. Лучшими своими произведениями я считаю «Лигу стариков» и кой-какие страницы из «Писем Кэмптон-Уэсс». «Лига стариков» некоторым не нравится. Они предпочитают более яркие и жизнерадостные вещи. Когда дни моей юности останутся позади, я, может быть, и соглашусь с ними.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод Н. Банникова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Как я стал социалистом</p>
    </title>
    <p>Я ничуть не отступлю от истины, если скажу, что я стал социалистом примерно таким же путем, каким язычники-тевтоны стали христианами, — социализм в меня вколотили. Во времена моего обращения я не только не стремился к социализму, но даже противился ему. Я был очень молод и наивен, в достаточной мере невежествен и от всего сердца слагал гимны сильной личности, хотя никогда и не слышал о так называемом «индивидуализме».</p>
    <p>Я слагал гимны силе потому, что я сам был силен. Иными словами, у меня было отличное здоровье и крепкие мускулы. И не удивительно — ведь раннее детство я провел на ранчо в Калифорнии, мальчиком продавал газеты на улицах западного города с прекрасным климатом, а в юности дышал озоном бухты Сан-Франциско и Тихого океана. Я любил жизнь на открытом воздухе, под открытым небом я работал, причем брался за самую тяжелую работу. Не обученный никакому ремеслу, переходя от одной случайной работы к другой, я бодро взирал на мир и считал, что все в нем чудесно, все до конца. Повторяю, я был полон оптимизма, ибо у меня было здоровье и сила; я не ведал ни болезней, ни слабости, ни один хозяин не отверг бы меня, сочтя непригодным; во всякое время я мог найти себе дело: сгребать уголь, плавать на корабле матросом, приняться за любой физический труд.</p>
    <p>И вот потому-то, в радостном упоении молодостью, умея постоять за себя и в труде и в драке, я был неудержимым индивидуалистом. И это естественно: ведь я был победителем. А посему — справедливо или несправедливо — жизнь я называл игрой, игрой, достойной мужчины. Для меня быть человеком значило быть мужчиной, мужчиной с большой буквы. Идти навстречу приключениям, как мужчина, сражаться, как мужчина, работать, как мужчина (хотя бы за плату подростка), — вот что увлекало меня, вот что владело всем моим сердцем. И, вглядываясь в туманные дали беспредельного будущего, я собирался продолжать все ту же, как я именовал ее, мужскую игру, — странствовать по жизни во всеоружии неистощимого здоровья и неслабеющих мускулов, застрахованным от всяких бед. Да, будущее рисовалось мне беспредельным. Я представлял себе, что так и стану без конца рыскать по свету «белокурой бестией» Ницше и одерживать победы, упиваясь своей силой, своим превосходством.</p>
    <p>Что касается неудачников, больных, хилых, старых, калек, то, признаться, я мало думал о них; я лишь смутно ощущал, что, не случись с ними беды, каждый из них при желании был бы не хуже меня и работал бы с таким же успехом. Несчастный случай? Но это уж судьба, а слово судьба я тоже писал с большой буквы: от судьбы не уйдешь. Под Ватерлоо судьба надсмеялась над Наполеоном, однако это не умаляло моего желания стать новым Наполеоном. Да к тому же оптимизм железного желудка, способного переваривать гвозди, оптимизм несокрушимого здоровья, только крепнувшего от невзгод, и помыслить мне не дозволял о том, что с моей драгоценной особой может стрястись какая-то беда.</p>
    <p>Надеюсь, я достаточно ясно дал понять, как я гордился тем, что принадлежу к числу особо избранных и щедро одаренных натур. Благородство труда — вот что пленяло меня больше всего на свете. Еще не читая ни Карлейля, ни Киплинга, я начертал собственное евангелие труда, перед которым меркло их евангелие. Труд — это все. Труд — это и оправдание и спасение. Вам не понять того чувства гордости, какое испытывал я после тяжелого дня работы, когда дело спорилось у меня в руках. Теперь, оглядываясь назад, я и сам не понимаю этого чувства. Я был наиболее преданным из всех наемных рабов, каких когда-либо эксплуатировали капиталисты. Лениться или увиливать от работы на человека, который мне платит, я считал грехом — грехом, во-первых, по отношению к себе и, во-вторых, по отношению к хозяину. Это было, как мне казалось, почти столь же тяжким преступлением, как измена, и столь же позорным.</p>
    <p>Короче говоря, мой жизнерадостный индивидуализм был в плену у ортодоксальной буржуазной морали. Я читал буржуазные газеты, слушал буржуазных проповедников и восторженно аплодировал трескучим фразам буржуазных политических деятелей. Не сомневаюсь, что, если бы обстоятельства не направили мою жизнь по другому руслу, я попал бы в ряды профессиональных штрейкбрехеров и какой-нибудь особо активный член профсоюза раскроил бы мне череп дубинкой и переломал руки, навсегда оставив беспомощным калекой.</p>
    <p>Как раз в то время я возвратился из семимесячного плавания матросом, мне только что минуло восемнадцать лет и я принял решение пойти бродяжить. С Запада, где люди в цене и где работа сама ищет человека, я то на крыше вагона, то на тормозах добрался до перенаселенных рабочих центров Востока, где люди — что пыль под колесами, где все высуня язык мечутся в поисках работы. Это новое странствие в духе «белокурой бестии» заставило меня взглянуть на жизнь с другой, совершенно новой точки зрения. Я уже не был пролетарием, я, по излюбленному выражению социологов, опустился «на дно», и я был потрясен, узнав те пути, которыми люди сюда попадают.</p>
    <p>Я встретил здесь самых разнообразных людей, многие из них были в прошлом такими же молодцами, как я, такими же «белокурыми бестиями», — этих матросов, солдат, рабочих смял, искалечил, лишил человеческого облика тяжелый труд и вечно подстерегающее несчастье, а хозяева бросили их, как старых кляч, на произвол судьбы. Вместе с ними я обивал чужие пороги, дрожал от стужи в товарных вагонах и городских парках. И я слушал их рассказы: свою жизнь они начинали не хуже меня, желудки и мускулы у них были когда-то такие же крепкие, а то и покрепче, чем у меня, однако они заканчивали свои дни здесь, перед моими глазами, — на человеческой свалке, на дне социальной пропасти.</p>
    <p>Я слушал их рассказы, и мозг мой начал работать. Мне стали очень близки судьбы уличных женщин и бездомных мужчин. Я увидел социальную пропасть так ясно, словно это был какой-то конкретный, ощутимый предмет; глубоко внизу я видел всех этих людей, а чуть повыше видел себя, из последних сил цепляющегося за ее скользкие стены. Не скрою, меня охватил страх. Что будет, когда мои силы сдадут? Когда я уже не смогу работать плечо к плечу с теми сильными людьми, которые сейчас еще только ждут своего рождения? И тогда я дал великую клятву. Она звучала примерно так: <emphasis>«Все дни своей жизни я выполнял тяжелую физическую работу, и каждый день этой работы толкал меня все ближе к пропасти. Я выберусь из пропасти, но выберусь не силой своих мускулов. Я не стану больше работать физически: да поразит меня господь, если я когда-либо вновь возьмусь за тяжелый труд, буду работать руками больше, чем это абсолютно необходимо».</emphasis> С тех пор я всегда бежал от тяжелого физического труда.</p>
    <p>Однажды, пройдя около десяти тысяч миль по Соединенным Штатам и Канаде, я попал к Ниагарскому водопаду и здесь был арестован полицейским, который хотел на этом заработать. Мне не дали и рта раскрыть в свое оправдание, тут же приговорили к тридцати дням заключения за отсутствие постоянного местожительства и видимых средств к существованию, надели на меня наручники, сковали общей цепью с группой таких же горемык, как и я, отвезли в Буффало, где определили в исправительную тюрьму округа Эри, начисто сбрили мне волосы и пробивающиеся усы, одели в полосатую одежду арестанта, сдали студенту-медику, который на таких, как я, учился прививать оспу, поставили в шеренгу и принудили работать под надзором часовых, вооруженных винчестерами, — и все это лишь за то, что я отправился на поиски приключений в духе «белокурой бестии». О дальнейших подробностях свидетель в своих показаниях умалчивает, он только дает понять, что его страстный американский патриотизм с тех пор изрядно повыветрился или, пожалуй, и совсем улетучился, во всяком случае, после всех этих испытаний для него гораздо больше стали значить живые мужчины, женщины и дети, чем какие-то условные границы на географической карте.</p>
    <p>Но вернемся к моему обращению. Теперь, я полагаю, всякому видно, что мой неудержимый индивидуализм был весьма успешно выбит из меня и что столь же успешно в меня вколотили нечто другое. Но точно так же, как я не знал, что был индивидуалистом, так теперь неведомо для себя я стал социалистом, весьма далеким, конечно, от социализма научного. Я родился заново, но, не будучи заново крещен, продолжал странствовать по свету, стараясь понять, что же в конце концов я такое. Но вот я возвратился в Калифорнию и засел за книги. Не помню, какую книгу я раскрыл первой, да это, пожалуй, и неважно. Я уже был тем, чем был, и книги лишь объяснили мне, что это такое, а именно, что я социалист. С тех пор я прочел немало книг, но ни один экономический или логический довод, ни одно самое убедительное свидетельство неизбежности социализма не оказало на меня того глубокого воздействия, какое я испытал в тот день, когда впервые увидел вокруг себя стены социальной пропасти и почувствовал, что начинаю скользить вниз, вниз — на самое ее дно.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод Н. Банникова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Золотой мак</p>
    </title>
    <p>У меня есть поле, засеянное маком. Иначе говоря, по милости божьей и снисхождению моих издателей я имею возможность каждый месяц вручать разные золотые монеты конторскому служащему и, в порядке компенсации за эти золотые монеты, снова приобретаю временное право собственности на засеянное маком поле. Поле это пламенеет высоко на склоне Пьедмонт-Хиллс. А мир лежит у его подножия. Вдалеке, за серебряной гладью залива, Сан-Франциско дымит, раскинувшись на своих холмах, подобно второму Риму. Близ него гора Тамальпайс вонзает в небо свой зубчатый массив, а на полпути между ними я вижу Золотые Ворота, где любят задерживаться морские туманы. С нашего макового поля мы часто видим мерцающую синеву Тихого океана вдали и вечно снующие туда и сюда хлопотливые пароходы.</p>
    <p>— Сколько радости будет доставлять нам наше маковое поле! — сказала Бесс.</p>
    <p>— Да, — отвечал я. — А как будут нам завидовать бедные горожане, когда выберутся навестить нас. Но мы рассеем это неприятное чувство: они уйдут отсюда с полными охапками золотистых маков.</p>
    <p>— Ну, а вот это придется, конечно, убрать, — прибавил я, указывая на многочисленные назойливые надписи — наследие прежнего арендатора, прибитые на самых видных местах вдоль ограды и гласящие все как одна:</p>
    <p>«Частное владение. Проход воспрещен!»</p>
    <p>— Зачем лишать бедных горожан удовольствия пройтись по нашему полю? Потому только, что они, видите ли, не имеют чести быть с нами знакомы?</p>
    <p>— Ах, до чего я ненавижу такие вещи! — сказала Бесс. — Все эти наглые проявления власти!</p>
    <p>— Конечно! Это унижает человека, — поддержал я.</p>
    <p>— И оскверняет этот дивный пейзаж, — подхватила она. — Гадость!</p>
    <p>— Свинство! — горячо откликнулся я. — Долой их!</p>
    <p>Мы с Бесс ждали появления маков. Мы ждали их так, как способны ждать одни только городские жители, которым это долго было недоступно. Я забыл упомянуть, что за маковым полем стоял дом — приземистое, шаткое строение, в котором мы с Бесс, отказавшись от городских навыков, решили зажить здоровой жизнью, поближе к природе. Наконец среди высоких хлебных колосьев появились первые маки, оранжево-желтые и золотистые, и мы ходили вокруг них, ликуя, словно пьяные от их вина, и все говорили друг другу, что вот — они здесь! Мы поминутно смеялись ни с того ни с сего среди полного молчания и потихоньку, стыдясь друг друга, то и дело бегали взглянуть еще раз на свое сокровище. Но когда маки огненной волной залили все поле, мы дали волю своему безумству и подняли громкий крик, танцуя и хлопая в ладоши.</p>
    <p>А потом явились гунны. В момент первого нашествия лицо у меня было все в мыльной пене, а рука с бритвой застыла в воздухе, так как мне захотелось взглянуть еще разок на свое ненаглядное поле. Вдали, на краю его, я увидел мальчика и девочку с охапками ярко-желтой добычи. «Ах, — подумал я в приливе необычайного благодушия, — их радость — это моя радость! Приятно знать, что дети рвут маки на твоем поле. Пусть рвут все лето… Но только пусть это будут маленькие дети, — поправил я себя, спохватившись. — И пусть они рвут их там, на краю…» Последнее было подсказано тем обстоятельством, что взгляд мой упал на статных золотых красавцев, кивающих мне среди пшеничных колосьев у меня под окном.</p>
    <p>Затем бритва снова была пущена в ход. Бритье — занятие, требующее внимания, и я больше не глядел в окно, пока не закончил эту операцию. Но, взглянув, оторопел. Где же мое маковое поле? Оно исчезло… Да нет, оно здесь: вон высокие сосны, столпившись по краю его, горделиво вздымают свои вершины, вон ветви магнолий гнутся под тяжестью цветов, а японская айва словно кровью залила всю изгородь вдоль подъездной аллеи. Да, это наше поле. Но где же огненные волны, которые колыхались здесь, где статные золотые красавцы, кивавшие мне меж колосьев пшеницы под окном? Я схватил куртку и кинулся к двери. Вдали исчезали два огромных ярких шара — оранжевый и желтый; казалось, по полю движутся два мака циклопической породы.</p>
    <p>— Джонни, — сказал я своему девятилетнему племяннику, — Джонни, если дети придут еще раз и станут рвать маки на нашем поле, ты подойди и спокойно, учтиво скажи им, что это не разрешается.</p>
    <p>Наступила теплая погода, и солнце вызвало из недр земных новое огненное сияние. Вслед за этим к нам явилась соседская девочка и очень вежливо передала просьбу своей матери: нельзя ли ей нарвать немножко маков для украшения комнат. Бесс позволила, но я об этом не знал и, увидев девочку посреди поля, поднял руки к небу наподобие семафора и возопил:</p>
    <p>— Эй, девочка, девочка!</p>
    <p>Она пустилась бежать так, что только пятки засверкали, а я в чрезвычайно приподнятом настроении пошел к Бесс — рассказать о том, какое могучее воздействие производит мой голос. Бесс великодушно взялась спасти положение и тотчас отправилась к матери девочки с извинениями и объяснениями. Но девочка до сих пор при виде меня пускается наутек, и я знаю, что мать никогда уже не будет со мной так сердечна, как бывала раньше, до этого прискорбного случая.</p>
    <p>Наступили пасмурные, ненастные дни, подули резкие, пронизывающие ветры. День за днем лил проливной дождь. И городские жители забились в свои норы, словно крысы во время наводнения. И, словно крысы, которым еле удалось спастись, они, как только прояснилось, выползли на зелёные склоны Пьедмонта погреться в благодатных солнечных лучах и целыми стаями наводнили наше поле, втаптывая в землю дорогую моему сердцу пшеницу и хищными руками вырывая с корнем маки.</p>
    <p>— Я прибью дощечку, чтобы тут не ходили, — сказал я.</p>
    <p>— Да, — промолвила Бесс со вздохом. — Придется, видно.</p>
    <p>Но еще до наступления вечера я услышал, что она опять вздыхает.</p>
    <p>— Боюсь, что твои запрещения не достигают цели, милый. Люди, должно быть, разучились читать.</p>
    <p>Я вышел на веранду. Городская нимфа в легком летнем платье и затейливой шляпке, остановившись перед одним из моих предостережений, внимательно читала его. Вся ее поза говорила о глубокой работе мысли. Это была высокая, статная девушка. Однако, решительно тряхнув головой и метнув подолом юбки, она встала на четвереньки и проползла под изгородью, а когда поднялась на ноги — на моем участке, — то в обеих руках у нее уже были маки. Я подошел к ней, объяснил ей всю неэтичность ее поступка, и она удалилась. После этого я прибил еще несколько дощечек.</p>
    <p>В прежние годы эти холмы были покрыты сплошным ковром маков. Противопоставляя силам разрушения волю к жизни, маки ухитрялись достигать некоторого равновесия в этой борьбе, цепко держась за свое место под солнцем. Но горожане явились новой и страшной разрушительной силой — равновесие было нарушено, и почти все маки погибли. Так как горожане норовили рвать цветы с самыми длинными стеблями и самыми пышными венчиками, а по закону природы все стремится порождать себе подобное, — то длинностебельные пышные маки перестали участвовать в обсеменении холмов, и там продолжала расти лишь чахлая, низкорослая разновидность. Да и эти чахлые и низкорослые цветы были рассеяны скупо на большом пространстве. Изо дня в день и из года в год горожане толпами бродили по склонам Пьедмонт-Хиллс, и лишь местами удалось там выжить отдельным гениям расы в виде быстроотцветающих жалких, чахлых цветочков, подобных детям трущоб, чья юность, не успев расцвесть, переходит преждевременно в изможденную, бесплодную зрелость.</p>
    <p>Между тем на моем поле маки цвели прекрасно, — они находились здесь под защитой не только от варваров, но и от птиц. В свое время это поле было засеяно пшеницей, которая каждый год, неубранная, осыпалась и давала новые всходы, и в ее прохладных зарослях маковые зерна укрывались от зорких глаз певуний. Маки тянулись между стеблей пшеницы все выше и выше к солнцу и вырастали высокие и горделивые, еще более царственные, чем те, что росли когда-то вокруг на открытых местах.</p>
    <p>И вот горожане, глядя с голых холмов на мое огненное, пламенеющее поле, подвергались жестокому искушению и — что греха таить — нередко впадали в соблазн. Но как бы ни было ужасно их падение, еще ужаснее была судьба моих ненаглядных маков. Там, где злак удерживает росу и смягчает ожоги солнца, — почва влажная, и легче выдернуть из нее мак с корнем, чем сломать стебель. А горожане, как все люди, предпочитают идти по линии наименьшего сопротивления, — и с каждым вырванным цветком они удаляли много тугих, плотно спеленутых бутонов, навеки уничтожая вместе с ними всю грядущую красу.</p>
    <p>Один горожанин, джентльмен средних лет, с холеными, белыми руками и бегающими глазками, вносил особенно много разнообразия в мое существование. За его повадки мы прозвали его Репитером<a l:href="#n_991" type="note">[991]</a>. Когда мы, стоя на веранде, умоляли его не рвать цветов, он как ни в чем не бывало, медленно и будто по собственному почину направлялся к ограде, делая вид, что ничего не слышит и просто решил идти домой. При этом, чтобы усилить впечатление, он время от времени — все так же непринужденно и как бы невзначай — наклонялся и срывал еще цветок. С помощью такого обмана ему всегда удавалось избежать позорного изгнания и лишить нас удовольствия выставить его вон. Но он возвращался, и притом довольно часто, и всякий раз уходил с солидной добычей.</p>
    <p>Быть горожанином — незавидная доля. Я теперь глубоко в этом убежден. Образ жизни горожанина таит в себе нечто, порождающее опасную слепоту и глухоту; во всяком случае так, по-видимому, обстоит дело с теми горожанами, которые посещают мое маковое поле. Когда я пытался разъяснить им неэтичность их поступков, они все как один заявляли, что не видели прибитых на самых видных местах дощечек, и, быть может, только один человек из пятидесяти слышал, когда мы окликали его с веранды. Кроме того, я обнаружил, что горожане относятся к полевым цветам совершенно так же, как умирающий с голоду — к еде. Как умирающий с голоду не понимает, что поглотить пять фунтов мяса за один присест куда менее полезно, чем съесть одну унцию, так и они не понимают того, что пятьсот маков, стиснутых и сдавленных в один пук, менее красивы, чем два-три свободно расположенных цветка, открывающих взору свои зеленые листья и золотые головки во всем их очаровании.</p>
    <p>Но люди, лишенные вкуса, — это еще полбеды. Гораздо хуже торгаши. Орды молодых негодяев грабят меня, нанося мне ущерб не только сейчас, но и в будущем, — и все это для того, чтобы выкрикивать, стоя на углу улицы: «Калифорнийские маки! Только пять центов букет!» Несмотря на все мои защитные мероприятия, некоторым из них удается извлекать из моего поля прибыль до одного доллара в день. С особенной горечью вспоминаю я одну такую орду. Чтобы разведать, нет ли где собаки, мальчишки подошли к заднему крыльцу с просьбой: «Дайте, пожалуйста, водички». Их напоили, но при этом умоляли не рвать цветов. Они кивнули, утерлись и пошли, держась как можно ближе к стене дома. Сначала они опустошили участок у меня под окном, затем, развернувшись веерообразно, пошли косить все подряд, работая вшестером и обеими руками зараз, и оголили самое сердце поля. Никакой ураган не мог бы произвести такого молниеносного и губительного разрушения. Я заорал на них, и они бросились врассыпную, таща охапки огромных царственных маков, искалеченных, с обломанными стеблями, или даже волоча их по земле. Это было, я уверен, самое дерзкое из всех пиратских нападений, когда-либо совершавшихся на суше.</p>
    <p>Как-то раз я пошел удить рыбу. В мое отсутствие на нашем поле появилась женщина. Ни просьбы, ни уговоры с веранды не возымели действия, Бесс отрядила девочку попросить непрошеную гостью не рвать маки. Женщина преспокойно продолжала свое занятие. Тогда Бесс, не обращая внимания на убийственную жару, сама пошла к ней. Женщина, продолжая рвать цветы, вступила в дискуссию с Бесс, оспаривая ее права на владение и требуя, чтобы та подтвердила их фактами и документами; при этом она все продолжала рвать цветы, не пропуская ни одного. Это была высокая, весьма воинственная с виду особа, а Бесс — женщина средней комплекции и не умеет пускать в ход кулаки. Налетчица продолжала рвать, пока ей не надоело, потом сказала: «Всего доброго» — и величественно удалилась.</p>
    <p>— Люди страшно испортились за последние годы, — устало промолвила Бесс, когда мы после обеда сидели с ней в библиотеке.</p>
    <p>На другой день я был готов согласиться с ней.</p>
    <p>— Какая-то женщина с девочкой направляется прямо к макам, — сказала наша служанка Мэй.</p>
    <p>Я вышел на веранду и стал ждать их появления. Промелькнув между сосен, они вышли на поле, и как только первые маки были вырваны с корнем, я окликнул эту пару, находившуюся примерно в ста футах от меня. Обе обернулись.</p>
    <p>— Пожалуйста, не рвите маков, — попросил я.</p>
    <p>С минуту они размышляли. Потом женщина что-то тихо сказала девочке, и обе, как по команде, снова согнулись и возобновили свое жестокое дело. Я крикнул, но они вдруг словно оглохли. Я гаркнул так, что девочка, видимо, заколебалась. Но женщина продолжала рвать цветы, и я слышал, как она, понизив голос, ободряла девочку.</p>
    <p>Я вспомнил про свисток-сирену, с помощью которого иногда призывал своего племянника Джонни. Это страшная штука, способная поднять мертвого из могилы. Я принялся свистеть, свистел без конца, но согнутые спины не разгибались. С мужчинами — куда ни шло, но перспектива потасовки с женщинами никогда меня не привлекала; однако этой женщине, подстрекавшей девочку к беззаконию, меня здорово подмывало намять бока.</p>
    <p>Я принес из дому винтовку. Размахивая ею и скроив свирепую физиономию, я пошел в атаку на врага. Девочка с воплем кинулась за сосны. Но женщина продолжала спокойно рвать маки; она не обращала на меня ни малейшего внимания. Я рассчитывал, что при моем приближении она пустится в бегство, и почувствовал себя неловко: как бешеный буйвол, мчался я по полю прямо на женщину, а она и не думала сходить с дороги. Не оставалось ничего другого, как понемногу замедлить ход, остро сознавая при этом всю нелепость моего поведения. Когда я приблизился к ней на расстояние пяти шагов, она выпрямилась и удостоила меня взглядом. Я остановился и покраснел до корней волос. Может быть, я на самом деле испугал ее, — я иногда стараюсь уверить себя в этом, — а может быть, ей просто стало жаль меня: как бы то ни было, но она с невозмутимым, нет — торжественным видом проследовала за пределы моего поля с оранжевой и золотой грудой цветов в руках.</p>
    <p>Все же после этого случая я стал беречь свои легкие и больше прибегал к помощи винтовки. Кроме того, я сделал некоторые обобщения и пришел к новым для меня выводам. Совершая ограбление, женщины пользуются преимуществами своего пола. Мужчины относятся с большим уважением к чужой собственности, нежели женщины, и менее упорны в своих злодеяниях. И женщины не так боятся ружья, как мужчины. В общем, если мы завоевываем новые владения, рискуя жизнью и сражаясь, то это благодаря нашим матерям. Мы, англосаксы, — раса сухопутных и морских грабителей, и ничего в этом нет удивительного, раз мы вскормлены молоком таких женщин, как те, что мародерствуют теперь на моем поле.</p>
    <p>Между тем разбой шел своим чередом. Ни сирена, ни ружейные артикулы не действовали. Горожане были смелы и бесстрашны. И я заметил, что обычай «репитерства» получил всеобщее распространение. Какой был толк без конца их прогонять, раз мы позволяли им каждый раз уносить с собой их незаконную добычу? Прогнав одного и того же человека во второй и в третий раз, начинаешь испытывать что-то, похожее на жажду крови. А изведав однажды этот кровожадный позыв, чувствуешь, что тобой овладевает какой-то рок, влекущий тебя в бездну. Не раз ловил я себя на том, что бессознательно вскидываю винтовку к плечу, чтобы прицелиться в бессовестных браконьеров. Во сне я истреблял их самыми разнообразными способами, а трупы бросал в водоем. С каждым днем соблазн выстрелить им в ноги становился все сильней, с каждым днем голос судьбы звучал надо мной все повелительней. Призрак виселицы возникал передо мной, и я, с петлей на шее, созерцал страшное будущее своих детей, запятнанное бесчестием и позором. Я стал бояться самого себя, а Бесс, встревоженная, ходила по знакомым, тайно умоляя их, чтобы они уговорили меня поехать отдохнуть. И вот, когда я уже совсем изнемог, мне пришла в голову спасительная мысль: надо отбирать! Став безрезультатными, набеги прекратятся сами собой.</p>
    <p>Первым после этого на моем поле появился мужчина. Я дал ему подойти поближе. О радость! Это был сам Репитер, самодовольный, полный уверенности в себе под влиянием прежних удач.</p>
    <p>Я вышел к нему навстречу, небрежно размахивая винтовкой.</p>
    <p>— Прошу прощения, но я вынужден побеспокоить вас насчет этих маков, — произнес я елейным голосом. — Право, они нужны мне самому.</p>
    <p>Он глядел на меня, онемев от изумления. Вероятно, я представлял собой зрелище величественное или, во всяком случае, внушительное. С винтовкой в руке и с этой любезной просьбой на устах я чувствовал себя зараз Блэком Бартом, Джессом Джеймсом, Джеком Шеппардом, Робин Гудом и многими другими знаменитыми разбойниками.</p>
    <p>— Итак, — продолжал я несколько резче, то есть самым, как мне казалось, подходящим тоном, — мне искренне жаль вас тревожить, но все же прошу отдать мои маки.</p>
    <p>Я небрежно перехватил винтовку повыше и улыбнулся. Это его доконало. Не говоря ни слова, он отдал мне цветы, повернулся и пошел к изгороди; от его непринужденной самоуверенности не осталось и следа. И на этот раз он уже не останавливался, чтобы, словно невзначай, сорвать цветок. Это было последнее появление Репитера. По его глазам я понял, что он меня невзлюбил, и, пока он не скрылся из виду, даже спина его выражала мне укор. Теперь мой домик всегда затоплен цветами. Все вазы и глиняные кувшины полны ими. Они пылают на каждой каминной доске, буйствуют по всем комнат там. Я дарю их своим знакомым огромными букетами, но услужливые горожане приходят и рвут их для меня снова и снова.</p>
    <p>— Посидите еще минутку, — говорю я уходящему гостю.</p>
    <p>И мы сидим на прохладной веранде, в то время как неутомимые горожане рвут мои маки, обливаясь потом под жгучими лучами солнца. Дождавшись, когда они переобременят себя моими желтыми любимцами, я схожу вниз с винтовкой в руке и освобождаю их рт этого груза. Таким образом, я убеждаюсь каждый раз, что нет худа без добра.</p>
    <p>Конфискация неизменно давала прекрасный результат. Но я не учел одного обстоятельства: многочисленности горожан. Хотя прежние нарушители не возвращались, каждый день появлялись новые, и передо мной встала поистине титаническая задача: внушить населению целого города мысль о нецелесообразности набегов на мое маковое поле. Первое время, отбирая у них добычу, я пытался объяснить им свою точку зрения, но в дальнейшем перестал. Это была пустая трата времени: они не могли меня понять.</p>
    <p>Одной даме, намекнувшей на мою жадность, я сказал:</p>
    <p>— Милостивая государыня, я ничего у вас не отнимаю. Если б я не оберегал своих цветов вчера и третьего дня, вы, окидывая взглядом мое поле, не увидели бы этих маков, — они уже были бы сорваны вашими городскими ватагами. Маки, которых вы не должны рвать сегодня, — это те самые, что я не позволил рвать вчера и третьего дня. Поэтому, уверяю вас, вы ровно ничего не потеряли.</p>
    <p>— Но ведь теперь-то они здесь? — возразила она, кидая плотоядный взгляд на их яркое великолепие.</p>
    <p>В другой раз какой-то джентльмен сказал мне:</p>
    <p>— Я вам заплачу за них.</p>
    <p>Я только что отобрал их у него целую охапку.</p>
    <p>Мне вдруг стало стыдно, сам не знаю почему: верно, его слова напомнили мне, что мои цветы обладают не только эстетической, но и денежной ценностью. Подавленный тем, что в моих действиях могли усмотреть стремление к наживе, я невнятно пробормотал:</p>
    <p>— Я своими маками не торгую. Можете взять то, что сорвали.</p>
    <p>Но не прошло и недели, как тот же джентльмен снова возник передо мною.</p>
    <p>— Я заплачу вам за них, — сказал он.</p>
    <p>— Пожалуйста, — отвечал я. — Платите! С вас двадцать долларов.</p>
    <p>Он разинул рот от изумления, испуганно поглядел на меня, снова открыл было рот… и, ни слова не говоря, с огорченным видом положил цветы на землю.</p>
    <p>Но, как и следовало ожидать, рекорд наглости побила женщина. Когда я, не пожелав взять плату, потребовал, чтобы она вернула мне сорванных красавцев, она решительно отказалась.</p>
    <p>— Я их рвала, — заявила эта особа. — А время — деньги. Оплатите мне потраченное время, тогда получите цветы.</p>
    <p>Щеки ее пылали от негодования, лицо — кстати сказать, довольно красивое — выражало непреклонную волю и решимость. Но я мужчина, житель гор, а она только женщина, горожанка; и, не вдаваясь в подробности, могу с удовлетворением сообщить вам, что этот букет маков послужил украшением нашего жилища, а женщина вернулась в город, не получив от меня ни гроша. Как-никак это же были мои маки!</p>
    <p>— Это божьи маки, — сказала восторженная молодая радикалка, оскорбленная в своих лучших демократических чувствах, при виде того, как я гоню со своего поля народ. И она целых две недели ненавидела меня лютой ненавистью. Я добился встречи с ней и все ей растолковал, все решительно. Рассказал ей всю историю маков, подобно тому, как Метерлинк поведал нам когда-то о жизни пчел; я осветил вопрос с биологической, психологической и социологической точки зрения, рассмотрел его в этическом и эстетическом плане. Я разгорячался, я пришел в азарт. Когда я кончил, она объявила, что я прав. Но в глубине души я уверен, что это было сказано просто из сострадания. Я кинулся к кому-то из друзей за утешением, рассказал им историю маков, но она их, видимо, не заинтересовала. Я разволновался.</p>
    <p>Это их удивило и озадачило. Они глядели на меня с любопытством.</p>
    <p>— Стоит ли затевать шум из-за каких-то маков? — сказали они. — Это дурной тон и вовсе вам не к лицу.</p>
    <p>Я кинулся к другим, я жаждал оправдаться. Вопрос приобретал жизненно важное значение: я должен был во что бы то ни стало доказать свою правоту. Я чувствовал потребность объясниться, хотя хорошо знал, что тот, кто пускается в объяснения, — пропал. Я еще раз изложил всю историю с маками, входил в мельчайшие подробности, делал добавления и отступления, договорился до хрипоты. А когда я умолк в изнеможении, они глядели на меня со скучающим видом, потом стали говорить всякие глупости и успокаивать меня, болтать совершенно не идущий к делу вздор. Я пришел в бешенство и раз и навсегда с ними порвал.</p>
    <p>Теперь я сижу в своем домике на холме и поджидаю случайных гостей. Беседуя с ними, я искусно завожу речь о своих маках и, не спуская глаз с лиц собеседников, стараюсь уловить малейший признак неодобрения, после чего выливаю им на голову весь запас долго сдерживаемой ярости. Часами я спорю с теми, кто не хочет признать, что я прав. Я стал похож на мопассановского героя, подобравшего кусок веревки. Я без устали объясняю — и никто не хочет меня понять. С хищниками-горожанами я стал обращаться грубей. Мне уже не доставляет удовольствия отбирать у них добычу, — это превратилось в неприятную обязанность, в тяжелый, отвратительный труд. Знакомые на меня косятся и при встречах что-то соболезнующе бормочут себе под нос. Ко мне они редко заглядывают: боятся. Я человек желчный, озлобленный, ни один луч не оживляет больше моего печального существования, — весь свет сосредоточен на моем огненном поле.</p>
    <p>Вот как приходится платить за собственность.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод Д. Горбова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Предисловие к сборнику</p>
     <p>«Воина классов»</p>
    </title>
    <p>Когда я был безусым юнцом, все смотрели на меня, как на чудовище: шутка ли сказать — ведь я был социалист! Репортеры местных газет приходили меня исповедовать, а потом печатали мои интервью, более похожие на историю болезни некоего ненормального субъекта. В ту пору (лет девять-десять назад) я ратовал за муниципализацию коммунальных предприятий в моем родном городе и меня называли «красным поджигателем», «террористом», «анархистом», а мои товарищи, из так называемых порядочных, которые прекрасно ко мне относились, приходили в ужас при одной мысли, что их сестер могут увидеть со мной на улице; здесь их дружба кончалась.</p>
    <p>Однако времена меняются. Наступил день, когда я в моем родном городе, из уст мэра, члена демократической партии, услышал: «Муниципализация коммунальных предприятий — это исконная американская политика». С той поры акции мои стали повышаться. Медицинские обследования кончились, и мои товарищи, из порядочных, не приходили больше в ужас, увидев меня на улице рядом со своими сестрами. О моих политических и социальных взглядах отзывались теперь как о юношеской блажи. Почтенные отцы семейства говорили, похлопывая меня по плечу, что со временем из меня еще выйдет добропорядочный гражданин, человек широких и просвещенных взглядов. Мне также внушали, что убеждения мои всецело объясняются карманной чахоткой: как только появится у меня немножко денег, все это как рукой снимет, — и тогда мы окончательно поладим.</p>
    <p>А потом наступил день, когда мой социализм стали даже уважать: да, юношеская блажь, но блажь романтическая и по-своему благородная. Романтизм в глазах буржуа пользовался уважением, потому что был не опасен. В качестве «красного», с бомбой в каждом кармане, я представлял известную опасность; но в качестве юнца, вооруженного всего-навсего кое-какими философскими идеями немецкого происхождения, я был просто славным малым, приятным собеседником.</p>
    <p>Среди всех этих превращений одно было неоспоримо: менялся не я, менялось окружающее меня общество. Ибо что касается моих социалистических взглядов, то они год от году становились все зрелее и отчётливее. Менялось, повторяю, общество, и менялось, как я стал с огорчением замечать, в том направлении, что оно уже не прочь было попользоваться кое-чем из моего арсенала. Когда я отстаивал муниципализацию коммунальных предприятий, меня называли «красным», но когда с этим лозунгом выступил городской мэр, утверждавший, что это — исконная американская политика, ему аплодировали. Он украл у меня этот лозунг, и слушатели аплодировали ему за воровство. А потом те же обыватели брались поучать меня насчет того, что такое муниципализация и каковы ее преимущества.</p>
    <p>То, что происходило со мной, происходило со всем американским социалистическим движением. В глазах американского буржуа социализм из идеологического вывиха постепенно превратился в безобидную блажь, и вскоре обе наши старые партии стали втихомолку обирать его для своих целей. Социализм, таким образом, попал в положение смиренного рабочего, честного труженика, которого безнаказанно эксплуатируют — и потому уважают.</p>
    <p>Только то, что несет в себе опасность, вызывает отвращение и ненависть. То же, что не опасно, заслуживает всяческого уважения. Именно так обстояло дело с социализмом в Соединенных Штатах. В течение нескольких лет социализм уважали. Буржуа видел в нем некую прекрасную несбыточную мечту — так сказать, Утопию, — но мечту, и только. В то время — оно уже на исходе — социализм терпели, потому что видели в нем нечто несбыточное — безопасное. Кое-какие громы из его арсенала расхватали и пустили по рукам, а рабочих успешно «кормили завтраками». Никакой опасности ниоткуда не предвиделось. Добрая старая земля продолжала вертеться, как ей положено: акционерам выплачивали дивиденды, из рабочих выколачивали все большие и большие прибыли. Казалось, что выплачивание дивидендов и выколачивание прибылей так и будет продолжаться веки вечные. Это были богоугодные занятия, их благословил сам господь бог. Так говорили газеты, проповедники и директора колледжей, а, по мнению буржуа, их устами глаголет истина.</p>
    <p>Но тут нагрянули президентские выборы 1904 года. Громом среди ясного неба явилась для всех крупная победа социалистов: за их список было подано 435 000 голосов — в четыре раза больше, чем на прошлых выборах, — небывалая цифра! Со времен Гражданской войны третья партия лишь однажды собрала столько голосов. Социализм вдруг заявил о себе как о живой, растущей революционной силе. Он опять становится опасен; боюсь, как бы теперь нас с ним и вовсе не перестали уважать. По крайней мере в этом духе высказывается сейчас капиталистическая пресса; вот несколько выдержек из газетных статей, появившихся уже после выборов:</p>
    <p>«Демократическая партия — эта опора конституции — умерла. Зато у нас есть социал-демократическая партия, партия континентальной Европы, проповедующая недовольство и классовую вражду, нападающая на закон, собственность и права личности, призывающая к экспроприации и грабежу» («Чикаго Кроникл»).</p>
    <p>«Достаточно сказать, что 40 000 голосов было подано у нас за то, чтобы такой человек, как Юджин У. Деббс, стал президентом Соединенных Штатов. Нечего сказать, хорошая реклама для Чикаго!» («Чикаго Интер-Оушн»),</p>
    <p>«Нельзя закрывать глаза на быстрый рост у нас социализма, хотя, казалось бы, уж в Америке меньше всего для этого оснований» («Бруклин Дэйли Игл»).</p>
    <p>«События прошедшего вторника налагают огромную ответственность на республиканскую партию… Она знает, как нам необходимы реформы, решительные, коренные реформы, и располагает всеми полномочиями, чтобы их провести. Если она этого не сделает, то да поможет бог нашей цивилизации!.. Надо ударить по трестам, а то как бы нашей правящей партии не пришлось отвечать перед всем миром, если наш строй рухнет и уступит место социалистической республике. Надо также раз навсегда покончить с произвольным урезыванием заработной платы — это тоже лишний козырь в руках социалистов» («Чикаго Нью Уорлд»).</p>
    <p>«Пожалуй, самая примечательная черта прошедших выборов заключается в победе социалистов — в резком повышении числа голосов, поданных за их список… Еще до выборов мы указывали, что всякие поблажки и послабления в отношении социалистов могут дорого нам обойтись… С ним (социализмом) надо бороться во всех областях, беря под обстрел любое его начинание» («Сан-Франциско Аргонавт»).</p>
    <p>Да, социализм опасен, и я меньше всего хочу отрицать это. Он намерен стереть с лица земли, вырвать с корнем все установления современного капиталистического общества. Социализм — это революция, революция такого размаха и такой глубины, каких еще не знала история. Изумленному миру он являет новое зрелище — организованное международное революционное движение. Для буржуазного сознания классовая борьба представляется чем-то чудовищным и ненавистным, но ведь социализм — это и есть классовая борьба, всеобъемлющая классовая борьба неимущих рабочих с имущими хозяевами рабочих во всем мире. Первое положение социализма состоит в том, что эта борьба носит классовый характер. Рабочий класс, в процессе общественного развития (иначе говоря, по самой природе вещей), должен восстать против капиталистического господства и свергнуть владычество капиталистов. Вот какую угрозу несет социализм! И, заявляя об этом и присягая ему в верности, я охотно принимаю все вытекающие отсюда последствия — очевидно, меня теперь перестанут уважать.</p>
    <p>А между тем для рядового буржуа социализм так и остается только неясной, бесформенной угрозой. Когда рядовой представитель класса капиталистов берется рассуждать о социализме, он лишь расписывается в собственном невежестве. Он не знает ни литературы, ни философии социализма, ни его политики. Он только преважно качает головой и потрясает ржавым копьем давно устаревших и истрепанных мыслей. Он лепечет фразы, вроде: «Люди неравны и не могут быть равны от рождения»; «Все это — несбыточная утопия»; «Умеренность должна вознаграждаться»; «Человек должен сперва духовно переродиться»; «Колонии на кооперативных началах всегда терпели крах»; и наконец: «А что, если мы всех уравняем? Пройдет лет десять, и люди опять будут делиться на бедных и богатых».</p>
    <p>Поистине пора капиталистам узнать кое-что о социализме, который, как они уже чувствуют, представляет для них угрозу. И автор этого сборника надеется, что поможет хотя бы некоторым из них немного просветиться. Капиталисту не мешает раз навсегда усвоить, что социалистическое учение основано отнюдь не на равенстве, а, напротив, на неравенстве людей. Он должен понять, что человеку вовсе не нужно духовно переродиться, чтобы идеи социализма претворить в жизнь. Он должен узнать, что социализм видит вещи такими, как они есть, а не такими, какими они должны быть, и что те, к кому социализм обращается, это самые простые люди, обыкновенная, теплая «человеческая глина», существа слабые и грешные, жалкие и ничтожные, половинчатые и нелепые, но с божественной искрой, с печатью возвышенного на челе, озаренные проблесками бескорыстия и самопожертвования, с горячим стремлением к добру, самоотречению и подвигу — и с совестью, величественной и суровой совестью, превращающейся временами в грозного судию, который повелительно требует правды, только правды, ничего, кроме правды.</p>
    <p><emphasis>Окленд, Калифорния,</emphasis></p>
    <p><emphasis>12 января 1905</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод Р. Гальпериной</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Что значит для меня жизнь</p>
    </title>
    <p>Я родился в рабочей среде. Рано познал я восторженность, власть мечты, стремление к идеалам; и добиться желанной цели — было надеждой моего детства. Меня окружали грубость, темнота, невежество. И смотрел я больше не вокруг, а вверх. Место мое в обществе было на самом дне. Жизнь здесь не обещала ничего, кроме убожества и уродства тела и духа, ибо тело и дух здесь в равной мере были обречены на голод и муки.</p>
    <p>Надо мной высилось громадное здание общества, и мне казалось, что выход для меня — это подняться вверх. Проделать этот путь я решил еще в детстве. Там, наверху, мужчины носили черные сюртуки и накрахмаленные рубашки, а женщины одевались в красивые платья. Там же была вкусная еда, и еды было вдоволь. Это для тела. Но там же были и духовные блага. Я верил, что там, наверху, можно встретить бескорыстие, мысль ясную и благородную, ум бесстрашный и пытливый. Я знал это потому, что читал развлекательные романы, где все герои, исключая злодеев и интриганов, красиво мыслят и чувствуют, возвышенно декламируют и состязаются друг с другом в благородстве и доблести. Короче говоря, я скорее усомнился бы в том, что солнце завтра вновь взойдет на небе, чем в том, что в светлом мире надо мной сосредоточено все чистое, прекрасное, благородное — все то, что оправдывает и украшает жизнь и вознаграждает человека за труд и лишения.</p>
    <p>Но не так-то легко пробиться снизу вверх, в особенности если ты обременен иллюзиями и не лишен идеалов. Я жил на ранчо в Калифорнии, и обстоятельства понуждали меня упорно искать лесенку, по которой я мог бы вскарабкаться наверх. Я рано начал допытываться, сколько дохода приносит денежный вклад, и терзал свои детские мозги, стараясь постичь благодеяния и преимущества этого замечательного человеческого изобретения — сложных процентов. Затем я установил, каковы действующие ставки заработной платы рабочих всех возрастов и каков их прожиточный минимум. На основе собранных сведений я пришел к выводу, что если я немедленно начну действовать и буду работать и копить деньги, то к пятидесяти годам смогу бросить работу и вкусить те блага и радости, которые станут мне доступны на более высокой ступени общественной лестницы. Само собой разумеется, что я твердо решил не жениться и совершенно упустил из виду болезни — этот страшный бич трудового люда.</p>
    <p>Но жизнь, бившая во мне ключом, требовала большего, чем жалкое существование мелкого скопидома. К тому же десяти лет от роду я стал продавцом газет, и мои планы на будущее стали быстро меняться. Вокруг меня было все то же убожество и уродство, а высоко надо мной — все тот же далекий и манящий рай; но взбираться к нему я решил по другой лестнице — по лестнице бизнеса. К чему копить деньги и вкладывать их в государственные облигации, когда, купив две газеты за пять центов, я мог, почти не сходя с места, продать их за десять и таким образам удвоить свой капитал? Я окончательно избрал лестницу бизнеса и уже видел себя лысым и преуспевающим королем торгашей.</p>
    <p>Обманчивые мечты! В шестнадцать лет я в самом деле получил титул «короля». Но этот титул был присвоен мне бандой головорезов и воров, которые называли меня «королем устричных пиратов». К этому времени я уже поднялся на первую ступень лестницы бизнеса. Я стал капиталистом. Я был владельцем судна и полного снаряжения, необходимого устричному пирату. Я начал эксплуатировать своих ближних. У меня была команда в составе одного человека. В качестве капитана и владельца судна я забирал себе две трети добычи и отдавал команде одну треть, хотя команда трудилась так же тяжко, как и я, и так же рисковала, жизнью и свободой.</p>
    <p>Эта первая ступень оказалась пределом, которого я достиг на лестнице бизнеса. Однажды ночью я совершил налет на китайские рыбачьи лодки. Веревки и сети стоили денег, это были доллары и центы. Я совершил грабеж — согласен; но мой поступок полностью отвечал духу капитализма. Капиталист присваивает собственность своих ближних, искусственно сбивая цену, злоупотребляя доверием или покупая сенаторов и членов верховного суда. Я же пользовался более грубыми приемами — в этом была вся разница, — я пускал в ход револьвер.</p>
    <p>Но в ту ночь моя команда оказалась в числе тех ротозеев, по адресу которых порою так негодует капиталист, ибо они весьма чувствительно увеличивают непроизводительные расходы и сокращают прибыль. Моя команда была повинна и в том и в другом. Из-за ее небрежности загорелся и пришел в полную негодность парус с грот-мачты. О прибыли нечего было и думать, китайские же рыбаки получили чистый доход в виде тех сетей и веревок, которые нам не удалось украсть. Я оказался банкротом, неспособным уплатить шестьдесят пять долларов за новый парус. Я поставил свое судно на якорь и, захватив в бухте пиратскую лодку, отправился в набег вверх по реке Сакраменто. Пока я совершал это плавание, другая шайка пиратов, орудовавшая в бухте, разграбила мое судно. Пираты утащили с него все, вплоть до якорей. Некоторое время спустя я нашел его остов и продал за двадцать долларов. Итак, я скатился с той первой ступени, на которую было взобрался, и уже никогда больше не вступал на лестницу бизнеса.</p>
    <p>С тех пор меня безжалостно эксплуатировали другие капиталисты. У меня были крепкие мускулы, и капиталисты выжимали из них деньги, а я — весьма скудное пропитание. Я был матросом, грузчиком, бродягой; работал на консервном заводе, на фабриках, в прачечных; косил траву, выколачивал ковры, мыл окна. И никогда не пользовался плодами своих трудов! Я смотрел, как дочка владельца консервного завода катается в своей коляске, и думал о том, что и мои мускулы — в какой-то степени — помогают этой коляске плавно катиться на резиновых шинах. Я смотрел на сынка фабриканта, идущего в колледж, и думал о том, что и мои мускулы — в какой-то степени — дают ему возможность пить вино и веселиться с друзьями.</p>
    <p>Но меня это не возмущало. Я считал, что таковы правила игры. Они — это сила. Отлично, я тоже не из слабых. Я пробьюсь в их ряды и буду сам выжимать деньги из чужих мускулов. Я не боялся работы. Я любил тяжелый труд. Я напрягу все силы, буду работать еще упорней и в конце концов стану столпом общества.</p>
    <p>Как раз в это время — на ловца и зверь бежит — я повстречал работодателя, который придерживался тех же взглядов. Я хотел работать, а он, в еще большей степени, хотел, чтобы я работал. Я думал, что осваиваю новую профессию, — в действительности же я просто работал за двоих. Я думал, что мой хозяин готовит из меня электротехника. А дело сводилось к тому, что он зарабатывал на мне пятьдесят долларов ежемесячно. Двое рабочих, которых я заменил, получали ежемесячно по сорок долларов каждый. Я выполнял их работу за тридцать долларов в месяц.</p>
    <p>Мой хозяин заездил меня чуть не до смерти. Можно любить устрицы, но, если их есть сверх меры, почувствуешь к ним отвращение. Так вышло и со мной. Работая сверх сил, я возненавидел работу, я видеть ее не мог. И я бежал от работы. Я стал бродягой, ходил по дворам и просил подаяния, колесил по Соединенным Штатам, обливаясь кровавым потом в трущобах и тюрьмах.</p>
    <p>Я родился в рабочей среде и вот теперь, в восемнадцать лет, стоял ниже того уровня, с которого начал. Я очутился в подвальном этаже общества, в преисподних глубинах нищеты, о которых не очень приятно да и не стоит говорить. Я очутился на дне, в бездне, в выгребной яме человечества, в душном склепе, на свалке нашей цивилизации. Эти подвалы в здании общества предпочитают не замечать. Недостаток места заставляет меня умолчать о них, и я скажу лишь, что то, что я там увидел, повергло меня в ужас.</p>
    <p>Потрясенный, я стал размышлять. И наша сложная цивилизация предстала предо мной в своей обнаженной простоте. Вся жизнь сводилась к вопросу о пище и крове. Для того чтобы добыть кров и пищу, каждый что-нибудь продавал. Купец продавал обувь, политик — свою совесть, представитель народа — не без исключения, разумеется, — народное доверие; и почти все торговали своей честью. Женщины — и падшие и связанные священными узами брака — готовы были торговать своим телом. Все было товаром, и все люди — продавцами и покупателями. Рабочий мог предложить для продажи только один товар — свои мускулы. На его честь на рынке не было спроса. Он мог продавать и продавал только силу своих мускулов.</p>
    <p>Но этот товар отличался одним весьма существенным свойством. Обувь, доверие и честь можно было обновить. Запас их был неиссякаем. Мускулы же нельзя было обновить. По мере того как торговец обувью распродавал свой товар, он пополнял запасы его. Но рабочий не имел возможности восстановить запас своей мускульной силы. Чем больше он продавал, тем меньше у него оставалось. Только этот товар и был у него, и с каждым днем запас его уменьшался. И наступал день, — если только рабочий доживал до него, — когда он продавал остатки своего товара и закрывал лавочку. Он становился банкротом, и ему ничего не оставалось, как спуститься в подвальный этаж общества и умереть с голоду.</p>
    <p>Затем я узнал, что человеческий мозг тоже является товаром. И что этот товар также имеет свои особенности. Торговец мозгом в пятьдесят — шестьдесят лет находится в расцвете сил, и в это время изделия его ума ценятся дороже, чем когда-либо. А рабочий уже к сорока пяти — пятидесяти годам истощает свой запас сил.</p>
    <p>Я находился в подвальном этаже общества и считал это место не подходящим для жилья. Водопровод и канализация здесь были в антисанитарном состоянии, дышать было нечем. Если уж мне нельзя жить в бельэтаже, то стоило попытаться попасть хотя бы на чердак. Правда, рацион там тоже был скудный, но зато воздух чистый. Я решил не продавать больше мускульную силу, а торговать изделиями своего ума.</p>
    <p>Тогда началась бешеная погоня за знаниями. Я вернулся в Калифорнию и погрузился в чтение книг. Готовясь к тому, чтобы стать торговцем мозгом, я невольно углубился в область социологии. И тут, в книгах определенного толка, я нашел научное обоснование тех простых социологических идей, до которых додумался самостоятельно. Другие и более сильные умы еще до моего появления на свет установили все то, о чем и я думал, и еще многое такое, что мне и не снилось. Я понял, что я социалист.</p>
    <p>Социалисты — это революционеры, стремящиеся разрушить современное общество, чтобы на его развалинах построить общество будущего. Я тоже был социалистом и революционером. Я вошел в группу революционных рабочих и интеллигентов и впервые приобщился к умственной жизни. Среди них было немало ярко талантливых, выдающихся людей. Здесь я встретил сильных и бодрых духом, с мозолистыми руками, представителей рабочего класса; лишенных сана священников, чье понимание христианства оказалось слишком широким для почитателей маммоны; профессоров, не ужившихся с университетским начальством, насаждающим пресмыкательство и раболепие перед правящими классами, — профессоров, которых выкинули вон, потому что они обладали знанием и старались употребить его на благо человечества.</p>
    <p>У революционеров я встретил возвышенную веру в человека, горячую преданность идеалам, радость бескорыстия, самоотречения и мученичества — все то, что окрыляет душу и устремляет ее к новым подвигам. Жизнь здесь была чистой, благородной, живой. Жизнь здесь восстановила себя в правах и стала изумительна и великолепна, и я был рад, что живу. Я общался с людьми горячего сердца, которые человека, его душу и тело, ставили выше долларов и центов и которых плач голодного ребенка волнует больше, чем трескотня и шумиха по поводу торговой экспансии и мирового владычества. Я видел вокруг себя лишь благородные порывы и героические устремления, и мои дни были солнечным сиянием, а ночи — сиянием звезд, и в искрах росы и в пламени передо мной сверкал священный Грааль, символ страждущего, угнетенного человечества, обретающего спасение и избавление от мук.</p>
    <p>А я, жалкий глупец, я думал, что это всего лишь предвкушение тех радостей, которые я обрету в верхних этажах общества. Я утратил немало иллюзий с тех пор, когда на ранчо в Калифорнии читал развлекательные романы. Но мне предстояло еще много разочарований.</p>
    <p>В качестве торговца мозгом я имел успех. Общество раскрыло передо мной свои парадные двери. Я сразу очутился в гостиной и очень скоро утратил свои последние иллюзии. Я сидел за обеденным столом вместе с хозяевами этого общества, с их женами и дочерьми. Одеты женщины были красиво — все это так; но, к моему простодушному изумлению, я обнаружил, что они из того же теста, что и все женщины, которых я знал в подвальном этаже. Оказалось, что, несмотря на различие в одежде, «знатная леди и Джуди О'Греди во всем остальном равны».</p>
    <p>Но меня поразило не столько это обстоятельство, сколько их низменный материализм. Верно, эти красиво одетые и красивые женщины были не прочь поболтать о милых их сердцу маленьких идеалах и столь же милых и мелких добродетелях, но их детская болтовня не могла скрыть основного стержня их жизни — голого расчета. А в какой покров сентиментальности обряжали они свой эгоизм! Они занимались всякого рода мелкой благотворительностью, причем охотно ставили вас об этом в известность, а между тем та пища, которую они ели, и те платья, которые носили, были куплены на дивиденды, запятнанные кровью детского труда, кровью потогонного труда и кровью тех, кто был вынужден торговать своим телом. Когда я говорил об этом и в простоте души ожидал, что эти сестры Джуди О'Греди немедленно сбросят с себя залитые кровью шелка и драгоценные камни, они обижались и со злобой возражали мне, что нищета в подвальном этаже общества явилась следствием мотовства, пьянства и врожденной порочности. Когда же я замечал, что вряд ли мотовство, пристрастие к спиртным напиткам и врожденная порочность заставляют еженощно работать по двенадцати часов на бумагопрядильной фабрике Юга полуголодного шестилетнего ребенка, то мои собеседницы обрушивались на мою личную жизнь и называли меня «агитатором», — видимо, считая, что на такой веский довод возразить нечего.</p>
    <p>Не лучше чувствовал я себя и в кругу самих хозяев. Я ожидал встретить людей нравственно чистых, благородных и жизнедеятельных, с чистыми, благородными, жизнеутверждающими идеалами. Я вращался среди людей, занимавших высокое положение, — проповедников, политических деятелей, бизнесменов, ученых и журналистов. Я ел с ними, пил с ними, ездил с ними и изучал их. Верно, я встречал немало людей нравственно чистых и благородных, но, за редким исключением, люди эти не были жизнедеятельны. Я глубоко убежден, что мог бы все эти исключений сосчитать по пальцам. Если в ком чувствовалась жизнь, то это была жизнь гниения; если кто был деятелен, то деяния его были гнусны; остальные были просто непогребенные мертвецы — незапятнанные и величавые, как хорошо сохранившиеся мумии, но безжизненные. Это особенно относится к профессорам, с которыми я познакомился, — к тем людям, что придерживаются порочного академического принципа: «Будь бесстрастен в поисках бесстрастного знания».</p>
    <p>Я знал людей, которые на словах ратовали за мир, а на деле раздавали сыщикам оружие, чтобы те убивали бастующих рабочих; людей, которые с пеной у рта кричали о варварстве бокса, а сами были повинны в продаже недоброкачественных продуктов, от которых детей ежегодно умирает больше, чем их было на совести у кровавого Ирода.</p>
    <p>Я беседовал с промышленными магнатами в отелях, клубах и особняках, в купе спальных вагонов и в каютах пароходов, и я поражался скудости их запросов. В то же время я видел, как уродливо развит их ум, поглощенный интересами бизнеса. Я понял также, что во всем, что касалось бизнеса, их нравственность равнялась нулю.</p>
    <p>Вот утонченный джентльмен с аристократическим лицом, он называется директором фирмы, — на деле же он кукла, послушное орудие фирмы в ограблении вдов и сирот. А этот видный покровитель искусств, коллекционер редкостных изданий, радеющий о литературе, — им, как хочет, вертит скуластый, звероподобный шантажист — босс муниципальной машины. А этот редактор, публикующий рекламные объявления о патентованных лекарствах и не осмеливающийся сказать правду о них в своей газете из-за боязни потерять заказ на рекламу, обозвал меня подлым демагогом, когда я заявил, что его познания в области политической экономии устарели, а в области биологии — они ровесники Плинию.</p>
    <p>Вот этот сенатор — орудие и раб, маленькая марионетка грубого и невежественного босса; в таком же положении находится этот губернатор и этот член верховного суда; и все трое они пользуются бесплатным проездом по железной дороге.</p>
    <p>Этот коммерсант, благочестиво рассуждающий о бескорыстии и всеблагом провидении, только что бессовестно обманул своих компаньонов. Вот видный благотворитель, щедрой рукой поддерживающий миссионеров, — он принуждает своих работниц трудиться по десяти часов в день, платя им гроши, и таким образом толкает их на проституцию.</p>
    <p>Вот филантроп, на чьи пожертвования основаны новые кафедры в университете, — он лжесвидетельствует на суде, чтобы выгадать побольше долларов и центов. А этот железнодорожный магнат нарушил слово джентльмена и христианина, тайно обещав сделать скидку одному из двух промышленных магнатов, сцепившихся в смертельной схватке.</p>
    <p>Итак, повсюду грабеж и обман, обман и грабеж. Люди жизнедеятельные — но грязные и подлые; или чистые и благородные — но мертвые среди живых. И тут же огромная масса — беспомощная и пассивная, но нравственно чистая. Она грешила не расчетливо и не произвольно, а в силу своей пассивности и невежества, мирясь с господствующей безнравственностью и извлекая из нее выгоды. Если бы она была сознательна и активна, она не была бы невежественна и отказалась бы от участия в прибыли, добываемой грабежом и обманом.</p>
    <p>Я почувствовал отвращение к жизни в бельэтаже, где расположены парадные комнаты. Ум мой скучал, сердце томилось. И я вспомнил своих друзей — интеллигентов, мечтателей, лишенных сана священников, выброшенных на улицу профессоров, честных, сознательных рабочих. Я вспомнил дни и ночи, пронизанные сиянием солнца и звезд, когда жизнь казалась возвышающим душу чудом, духовным раем, исполненным героизма и высокой романтики. И я увидел перед собой, в вечном сиянии и пламени, священный Грааль.</p>
    <p>И я вернулся к рабочему классу, в среде которого родился и к которому принадлежал. Я не хочу больше взбираться наверх. Пышные хоромы над моей головой не прельщают меня. Фундамент общественного здания — вот что меня привлекает. Тут я хочу работать, налегать на рычаг, рука об руку, плечо к плечу с интеллигентами, мечтателями и сознательными рабочими, и, зорко приглядываясь к тому, что творится в верхних этажах, расшатывать возвышающееся над фундаментом здание. Придет день, Когда у нас будет достаточно рабочих рук и рычагов для нашего дела и мы свалим это здание вместе со всей его гнилью, непогребенными мертвецами, чудовищным своекорыстием и грязным торгашеством. А потом мы очистим подвалы и построим новое жилище для человечества, в котором не будет палат для избранных, где все комнаты будут просторными и светлыми и где можно будет дышать чистым и животворным воздухом.</p>
    <p>Таким я вижу будущее. Я смотрю вперед и верю — придет время, когда нечто более достойное и возвышенное, чем мысль о желудке, будет направлять развитие человека, когда более высокий стимул, чем потребность набить брюхо, — а именно это является стимулом сегодняшнего дня, — будет побуждать человека к действию. Я сохраняю веру в благородство и величие человека. Я верю, что чистота и бескорыстие духа победят господствующую ныне всепоглощающую алчность. И наконец — я верю в рабочий класс. Как сказал один француз: «Лестница времени постоянно сотрясается от деревянных башмаков, поднимающихся вверх, и начищенных сапог, спускающихся вниз».</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод М. Урнова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Гниль завелась в штате Айдахо</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Мойер, Петтибон и Хейвуд — жертвы заговора</p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>В штате Айдахо засадили в тюрьму трех рабочих — Мойера, Хейвуда и Петтибона. Их обвиняют в убийстве губернатора Стюненберга. Помимо того, на совести у этих людей десятки, если не сотни, кошмарных злодеяний. Убийцы — не только руководители рабочего движения, но и анархисты. Виновность их установлена, не сегодня-завтра — казнь. К сожалению, их ожидает повешение — слишком легкая смерть для таких злодеев: их следовало бы четвертовать. Но хорошо уже и то, что их наверняка повесят, — это все-таки утешение.</p>
    <p>Вот вкратце, что знает об этом деле и что думает о нем рядовой американец — фермер, адвокат, учитель, священник, бизнесмен. Он думает так на основании того, что ему сообщают газеты. Если бы газеты освещали это дело иначе, он, возможно, думал бы иначе. Цель настоящей статьи огласить те факты, о которых умалчивает девяносто девять процентов американских газет.</p>
    <p>Начнем с того, что в день совершения убийства ни Мойера, ни Хейвуда, ни Петтибона в штате Айдахо даже и не было. Далее: то обстоятельство, что местные власти заключили этих рабочих лидеров в тюрьму, надо расценивать как злостное нарушение закона со стороны самих блюстителей закона, начиная с главы штата и кончая самым мелким чиновником, причем эти незаконные действия совершены ими в сговоре с ассоциацией шахтовладельцев и железнодорожными компаниями.</p>
    <p>Итак, перед нами явный и ничем не прикрытый заговор. Участники его, будучи сами заговорщиками и нарушителями закона, требуют наказания тех, кого они облыжно называют заговорщиками и нарушителями закона. Это по меньшей мере недобросовестно, скажете вы. Не только недобросовестно, но и подло, скажу я. Ложь и подлость никогда еще не приводили к правде. А между тем шахтовладельцы начинают свои крестовый поход в защиту правды — с неправды.</p>
    <p>Плохое начало: оно заставляет нас поближе заняться этими господами — посмотреть, что за люди наши шахтовладельцы и каковы их прошлые дела, вникнуть в их побудительные мотивы; а заодно не мешает рассмотреть обвинительный материал, на основании, которого были осуждены Мойер, Хейвуд и Петтибон.</p>
    <p>Этим материалом послужили показания некоего Гарри Орчарда. Надо прямо сказать: они не внушают доверия. Да и как в самом деле верить свидетелю, который заявляет, что по чьему-то наущению и за соответствующую мзду он совершил убийство? А именно к этому сводится признание Гарри Орчарда.</p>
    <p>Лидеры Западной федерации горняков не впервые предстают перед судом по обвинению в убийстве, и не впервые против них даются сомнительные показания. Колорадо славится такими показаниями, самый воздух там способствует их урожайности. Особенно не повезло Мойеру: его затаскали по тюрьмам, и каждый раз ему вменяли в вину какое-нибудь убийство. Не меньше чем полдесятка свидетелей клялись на библии, что по наущению Мойера они совершили убийство. А история учит нас, что, когда подручный сознается в преступлении, на виселицу отправляют хозяина.</p>
    <p>Случай с Мойером опровергает уроки истории. Несмотря на обилие опорочивающих показаний, он еще ни разу не был осужден. Последнее обстоятельство говорит не в пользу колорадских показаний, они, оказывается, с гнильцой. А явная порочность всех предыдущих показаний заставляет нас усомниться и в нынешних показаниях Гарри Орчарда, в свежести и чистоте этого колорадского фрукта. Трудно поверить, чтобы в местности, где выращивают заведомо гнилые фрукты, выросло что-нибудь порядочное, благоухающее свежестью и чистотой.</p>
    <p>Когда свидетель является в суд для дачи показаний, не мешает поинтересоваться, что это за человек, какие дела он совершил в жизни и не привели ли его сюда корыстные побуждения. Вот ассоциация шахтовладельцев Колорадо и Айдахо! Она явилась в суд, чтобы свидетельствовать против Мойера, Хейвуда и Петтибона. Что же за люди шахтовладельцы? И каковы их прошлые дела?</p>
    <p>О том, что шахтовладельцы попирают закон и право, знает каждый ребенок. Ни для кого также не тайна, что они ограбили тысячи американцев, лишив их избирательных прав. Что беззаконие они возвели в закон, давно уже стало неопровержимой истиной. Но все это имеет лишь общее касательство к данному предмету.</p>
    <p>Перейдем к частностям. Начиная с 1903 года, с тех пор как в Колорадо вспыхнула ожесточенная классовая война, шахтовладельцы преследуют рабочих, членов Западной федерации горняков, обвиняя их во всевозможных преступлениях. Это породило целую серию процессов, причем во всех случаях суд прекращал дело за отсутствием состава преступления. Свидетельские показания на процессах давались платными шпиками и сыщиками компаний. Но хотя все они большие мастера по части фабрикации улик, на суде дело оборачивалось не в их пользу. А это плохая рекомендация для того сорта показаний, которые родит в изобилии тучный чернозем Колорадо.</p>
    <p>Но это еще не все. Пусть сыщики и шпики, выступая свидетелями в суде, не имели успеха, зато они блестяще проявили свои таланты на уголовном поприще. Многие из них были осуждены и теперь отбывают наказание за самые разнообразные преступления, начиная с мелкой кражи и кончая убийством.</p>
    <p>А можно ли считать шахтовладельцев добропорядочными гражданами? Уважают ли они закон? Выполняют ли его предписания? «Плевать нам на конституцию!» — вот программа, с которой они выступали в 1903 году. Генерал Шерман Белл, их приспешник, заявил: «Неприкосновенность личности? Многого захотели! Как бы я не прописал этим личностям «со святыми упокой»! А Гудинг, нынешний губернатор Айдахо, недавно сказал во всеуслышание: «Плевать мне на народ!»</p>
    <p>Естественно усомниться в гражданской добропорядочности людей, которые постоянно и последовательно плюют на права личности, на конституцию и народ. Несколько лет назад в Чикаго группа людей была приговорена к повешению за «подстрекательские речи», куда более невинные. Но то были рабочие. В ассоциацию же шахтовладельцев Колорадо и Айдахо входят только директора компаний, иначе говоря — капиталисты. Их не повесят. Напротив, они пользуются неограниченной свободой и правом посылать на виселицу тех, кто им почему-либо не симпатичен.</p>
    <p>Почему Мойер, Хейвуд и Петтибон не симпатичны шахтовладельцам? Оттого что, по мнению последних, эти люди пытаются залезть к ним в карман. Мойер, Хейвуд и Петтибон — руководители организованных рабочих. Они возглавляют борьбу за более высокую зарплату и сокращение рабочего дня. Но это влечет за собой удорожание производства. Чем выше издержки производства, тем меньше прибыль. С другой стороны, если бы хозяевам удалось разгромить Западную федерацию горняков, ничто не помешало бы им увеличить рабочий день, снизить зарплату и выиграть на этом миллионы долларов. Лишить шахтовладельцев этих миллионов — значит на их языке залезть к ним в карман.</p>
    <p>У шахтовладельцев бездонные карманы. Иуда предал Христа за тридцать сребреников. С тех пор человеческая природа нисколько не изменилась; вполне возможно, что Мойер, Хейвуд и Петтибон будут повешены из-за нескольких миллионов долларов. Это отнюдь не означает, что Мойер, Хейвуд и Петтибон лично неприятны шахтовладельцам (Иуда не питал неприязни к Христу), — просто они не хотят упускать свои прибыли. Иуда тоже не хотел упустить свои тридцать сребреников.</p>
    <p>Что все это говорится не для красного словца, явствует из того, что шахтовладельцы давно уже недвусмысленно заявляют, что они намерены разнести Западную федерацию горняков. В этом, и только в этом, и состоят их побудительные мотивы, ясно и четко выраженные. Над этими мотивами стоит задуматься каждому сознательному патриоту и гражданину.</p>
    <p>Короче говоря, положение в Айдахо сводится к следующему: в результате длительной и упорной схватки между капиталистами и рабочими капиталисты заключили в тюрьму руководителей рабочего движения и теперь добиваются их казни. Это не первая попытка капиталистов убрать неугодных им людей, но до сих пор ни одна из сфабрикованных ими «улик» и ни одно «свидетельское показание» не имели успеха, — при ближайшем рассмотрении они оказывались гнилою трухой. Наемные шпики и агенты капиталистов сами попадали в тюрьму за совершенные ими преступления, и все их попытки оговорить кого-либо из рабочих руководителей бесславно провалились.</p>
    <p>Капиталисты не только на словах, но и на деле покушаются на основные законы страны. Им выгодно уничтожить рабочие организации. У капиталистов нет ни стыда, ни совести, они ни перед чем не останавливаются для достижения своих целей. В своих помыслах и делах они такие же преступники, как те ищейки, которые им служат. Так что же нам сказать о положении в Айдахо? Скажем прямо: <emphasis>в штате Айдахо завелась гниль!</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод Р. Гальпериной</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Революция</p>
    </title>
    <empty-line/>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Удел ничтожных душ — жить тем, что в вечность канет!</v>
      <v>Вперед взглянуть не смея, они, подобно глине,</v>
      <v>Хранят следы шагов стареющего века,</v>
      <v>Как мертвую окаменелость.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <empty-line/>
    <p>Я получил письмо из далекой Аризоны. Оно начинается словами «Дорогой товарищ». Оно кончается — «Да здравствует революция!» Отвечая своему корреспонденту, я тоже начинаю письмо словами «Дорогой товарищ» и кончаю — «Да здравствует революция!» Сегодня в Соединенных Штатах четыреста тысяч мужчин, а всего около миллиона мужчин и женщин, начинают свои письма словами «Дорогой товарищ» и кончают — «Да здравствует революция!» Три миллиона немцев, миллион французов, восемьсот тысяч жителей Австрии, триста тысяч бельгийцев, двести пятьдесят тысяч итальянцев, сто тысяч англичан и столько же швейцарцев, пятьдесят пять тысяч датчан, пятьдесят тысяч шведов, сорок тысяч голландцев и тридцать тысяч испанцев начинают в наши дни свои письма словами «Дорогой товарищ» и кончают— «Да здравствует революция!» Все они — товарищи, революционеры.</p>
    <p>По сравнению с такими многочисленными силами мелочью покажутся нам несметные полчища Наполеона и Ксеркса. И эти силы служат революции, а не реакции. Кликните клич, и перед вами как один человек встанет семимиллионная армия, которая борется за овладение всеми сокровищами мира и за полное низвержение существующего строя.</p>
    <p>О такой революции еще не слыхала история. Между нею и американской или французской революцией нет ничего общего. Ее величие ни с чем не сравнимо. Другие революции меркнут перед ней, как астероиды в сиянии солнца. Она единственная в своем роде — это первая мировая революция в мире, где постоянно происходят революции. Мало того — это первая попытка человечества создать организованное движение, которое должно охватить весь земной шар, всю нашу планету без остатка.</p>
    <p>Эта революция во многих отношениях не имеет себе равных. Это не внезапная гроза народного возмущения, которая отбушует к концу дня. Она родилась задолго до нас. У нее своя история и традиции, а ее поминальный список, пожалуй, убористее христианских святцев. О ней уже написаны целые библиотеки — такой сокровищницы мудрости и знаний не создавала ни одна из предшествовавших революций.</p>
    <p>Бойцы этой армии называют друг друга «товарищами» — товарищами в борьбе за социализм. И это не пустое, бессодержательное слово, которое роняют равнодушные уста. Оно сплачивает в одну семью всех тех, кто шагает плечом к плечу под алыми знаменами восстания. Красное знамя, кстати, — символ братства, а не призыв к братоубийственной войне, как представляет себе перепуганный буржуа. Революционеров соединяет живая, горячая дружба. Это чувство сметает пограничные заставы, уничтожает расовые предрассудки: жизнь показала, что оно сильнее, чем пресловутое Четвертое июля, чем хвастливый американизм наших предков. Французские и немецкие социалисты забывают об Эльзасе и Лотарингии и, когда в воздухе пахнет войной, выносят резолюции, в которых заявляют, что как рабочие, как товарищи они не видят причин для взаимных разногласий. Лишь недавно, когда Япония и Россия столкнулись в смертельной схватке, японские революционеры обратились к своим русским товарищам со следующим письмом:</p>
    <p>«Дорогие товарищи! Ваше правительство и наше недавно вступили в войну за свои империалистические интересы, но для нас, социалистов, не существует ни пограничных рубежей, ни расы, ни родины, ни нации. Мы — товарищи, братья и сестры, у нас нет оснований воевать друг с другом. Ваш враг не японский народ, а наш милитаризм и квазипатриотизм. Патриотизм и милитаризм — наши общие враги».</p>
    <p>В январе 1905 года по всей Америке социалисты созывали массовые митинги для выражения сочувствия освободительной борьбе своих русских товарищей, а также для сбора денег — ибо это мускулы всякой войны. Собранные средства были по телеграфу переведены русским революционерам.</p>
    <p>И призыв к сбору денег, и горячий отклик на него, и самый текст призыва представляют разительный, наглядный пример международной солидарности. «Каковы бы ни были прямые результаты русской революции, — говорится в воззвании, — социалистической пропаганде в этой стране она дала такой мощный толчок, какого не знает история современных классовых войн. Героическая борьба в России ведется почти исключительно силами рабочих под идейным руководством социалистов, а это лишний раз доказывает, что классово сознательный пролетариат стал авангардом всего освободительного движения современности».</p>
    <p>Вот они, семь миллионов товарищей, участников международного революционного движения, охватившего весь мир. Вот она, титаническая мощь восставшего человечества. С ней приходится считаться. Это великая сила. И это вместе с тем великая мечта, которую не вмещает ум человеческий. Революционеры — люди горячего сердца. Им дороги права личности, дороги интересы человечества — и нисколько не дороги заветы мертвецов. Они отказывают мертвецам в повиновении. Их пренебрежение к господствующим предрассудкам и условностям приводит в бешенство буржуа. Над грошовыми идейками и ханжеской моралью буржуа они только презрительно смеются. Они намерены упразднить буржуазное общество с его ханжеской моралью и грошовыми идейками, а в особенности теми, что выстроились под такими рубриками, как «Капиталистическая частная собственность», «Выживание наиболее приспособленных» и «Патриотизм» — даже патриотизм!</p>
    <p>Семимиллионная армия революционеров — такая грозная сила, что правителям и правящим классам есть над чем задуматься. Клич этой армии: «Пощады не будет! Мы требуем всего, чем вы владеете… Меньшим вы не отделаетесь. В наши руки всю власть и попечение о судьбах человечества! Вот наши руки! Это сильные руки! Настанет день, и мы отнимем у вас вашу правительственную машину, ваши хоромы и раззолоченную роскошь, и вам придется так же гнуть спину, чтобы заработать кусок хлеба, как гнет ее крестьянин в поле или щуплый, голодный клерк в ваших городах. Вот наши руки! Это сильные руки!»</p>
    <p>Да, правителям и правящим классам есть над чем задуматься! Это — революция. Семь миллионов — не выдуманные цифры, это живая сила армии рабочих. Ее боевая мощь в открытом поле — семь миллионов штыков. В цивилизованных странах — это семь миллионов избирателей. Вчера их было меньше. Завтра силы их возрастут. И это воины. Они хотят мира, но не боятся войны. Их цель — уничтожить капиталистическое общество и завладеть всем миром, на меньшее они не согласны. Если это позволяют законы страны, они действуют мирными средствами, опуская в урну избирательные бюллетени. Если же законы страны этого не позволяют и если против них применяется насилие, они и сами прибегают к насилию. На ярость они отвечают яростью. Они сильны и не ведают страха. В России, например, нет всеобщего избирательного права. Русское правительство казнит революционеров. Русские революционеры убивают правительственных чиновников, на узаконенное убийство они отвечают террористическими актами.</p>
    <p>Но тут революция вступает в новую знаменательную фазу — и об этом нашим правителям тоже следует задуматься. Обратимся к живому примеру. Я — революционер, что отнюдь не мешает мне быть нормальным, здравомыслящим человеком. И я говорю и думаю о русских террористах, как о своих товарищах. Так думают наши товарищи в Америке и семь миллионов товарищей во всем мире. Грош цена была бы международному революционному движению, если бы мы не поддерживали наших товарищей во всем мире! Свидетельство его силы именно в том, что все мы поддерживаем русских террористов. Они не толстовцы, равно как и мы. Мы — революционеры.</p>
    <p>Наши товарищи в России создали так называемую «Боевую организацию». Боевая организация судила, признала виновным и приговорила к смертной казни министра внутренних, дел Сипягина. 2 апреля 1902 года пуля настигла его в Мариинском дворце. Спустя два года Боевая организация приговорила к смерти другого министра внутренних дел — фон Плеве, и также привела приговор в исполнение. Вслед за тем был составлен акт, в котором, перечислив все пункты обвинения, Боевая организация заявляла, что несет всю ответственность за убийство фон Плеве. Этот документ — и тут я подхожу к главному — был разослан социалистам всего мира и опубликован ими в журналах и газетах. Главное же не в том, что социалисты проявили отвагу и решимость, — главное в том, что опубликовать это заявление было для них самым простым и естественным делом, ибо для всех социалистов мира это был официальный документ международного революционного движения.</p>
    <p>Все это праздничные дни в революционном календаре, согласен, но это и факты. И мы напоминаем о них правителям и правящим классам без запальчивости, без желания кого-то устрашить, но чтобы они уразумели суть и природу мировой революции. Сегодня революция требует, чтобы с нею считались, она завоевала это право. Она утвердилась во всех уголках цивилизованного мира. Стоит только стране приобщиться к цивилизации, как она становится плацдармом революции. В Японии социализм появился вместе с машинами. На Филиппинах он высадился вместе с американскими солдатами. Не успели пушки отгреметь на Кубе и в Пуэрто-Рико, как там заработали социалистические комитеты. Но еще важнее то, что, уж если революция вторглась в страну, она никогда не уйдет оттуда. Напротив, день ото дня силы ее растут. В скромной безвестности начала она свою деятельность с полвека назад. В 1867 году за социалистов во всем мире голосовали 30 000 человек. В 1871 — 100 000. В 1884 году число их едва перевалило за полмиллиона. В 1889 году оно достигло миллиона. С этого момента пополнения прибывают быстрее. В 1892 году за социалистов во всем мире был подан 1 798 391 голос; в 1893 — 2 585 898; в 1895 — 3 033 718; в 1898 — 4 515 391; в 1902 — 5 253 054; в 1903 — 6 285 374 и наконец ныне, в лето от рождества Христова 1905-е, число избирателей, голосовавших за социалистов, превысило семь миллионов.</p>
    <p>Дыхание революции коснулось и Соединенных Штатов. В 1888 году за социалистов здесь было подано только 2068 голосов, в 1902—127 713, в 1904—435 040. Что же раздуло искру в яркое пламя? Не кризис. Первые четыре года XX века считались благополучными, а между тем именно за это время свыше 300 000 человек влилось в ряды революционеров. Бросив вызов всему буржуазному обществу, они стали под кроваво-красное знамя восстания. Среди жителей Калифорнии, где живет автор этой статьи, каждый двенадцатый — открыто зарегистрированный член социалистической партии.</p>
    <p>И вот что особенно важно понять. Это не стихийный, слепой бунт обездоленных, отчаявшихся масс, обезумевших под бичом надсмотрщика. Социалистическая пропаганда обращается к разуму, она исходит из экономической необходимости, она в ладу с прогрессивным развитием человечества. Восстание отчаявшихся масс еще впереди. Революционер не голодный, изнемогающий раб, копошащийся на дне социальной бездны, нет! Обычно это энергичный, крепкий рабочий, который знает, какая страшная участь ждет его и его детей, и не хочет с ней мириться. Сами угнетенные массы еще не в силах о себе позаботиться, но о них есть кому позаботиться. И близок час, когда армия революционеров получит в их лице новые, мощные пополнения.</p>
    <p>И вот что еще необходимо понять. Несмотря на то, что представители средних классов и свободных профессий примыкают к движению, — это прежде всего движение рабочего класса. Рабочий класс поднялся на борьбу во всем мире. Идет борьба. Рабочие всего мира — как класс — борются с капиталистами всего мира — как классом. Так называемый «великий средний класс» все больше становится аномалией в этой социальной борьбе. Это гибнущие слои (что бы там ни говорили изворотливые статистики), и их историческая миссия — служить буфером между классом рабочих и классом капиталистов — приходит к концу. Все, что им остается, — это оплакивать свою судьбу, сходя с исторической сцены; и они оплакивают ее голосами наших популистов и демократов джефферсоновского толка. Борьба началась. Революция налицо. По всей земле восстают рабочие.</p>
    <p>Естественно возникает вопрос: почему это так? Не прихоть же своевольного разума породила революцию! Прихоть не родит единодушия. Необходимы глубокие причины для того, чтобы семь миллионов нашли общий язык, для того чтобы они отвергли богов буржуазии, изверились даже в таком благородном чувстве, как патриотизм. Велик список преступлений, в которых революционеры обвиняют капитализм, но мы рассмотрим здесь лишь одно обвинение, на которое капитал никогда не мог и не сможет дать ответа.</p>
    <p>Капитализм правил миром, и правил из рук вон плохо. Но правление его было не только бездарным. Оно было позорным, подлым, пагубным. Капитализму были даны такие преимущества, каких не знал ни один класс в истории человечества. Он свергнул власть старой феодальной аристократии и основал современное общество. Подчинив себе природу и создав новый жизненный уклад, он заложил фундамент для некоей чудесной эры в жизни человечества, когда ни одному живому существу не придется больше голодать и каждому ребенку будет обеспечено образование и свободное развитие его умственных и духовных сил. Поскольку человек подчинил себе природу и создал новый жизненный уклад, все это становилось достижимым. Это была поистине великая возможность; но капитализм пренебрег этим даром богов. Ему помешали воспользоваться им слепота и жадность. Он предпочитал пробавляться грошовыми идейками и ханжескими сентенциями, он так и не раскрыл заплывших глаз, не умерил плотоядной алчности, — и банкротство, которое он потерпел, было так же грандиозно, как и та счастливая возможность, которую он в свое время упустил.</p>
    <p>Для буржуа все это — книга за семью печатями. Он как был слепым, так слепым остается и поныне. Ну что ж, сформулируем обвинение яснее, в выражениях резких и точных, не допускающих превратных толкований. Обратимся прежде всего к пещерному человеку. Это было примитивное существо. Череп у него был приплюснут, как у орангутанга, да и разума было не многим больше. Он жил во враждебной среде, смерть подстерегала его на каждом шагу. Это был дикарь, не знавший еще употребления орудий и искусных ремесел. Его способность добывать себе пищу равнялась, скажем, единице. Он даже не возделывал землю. Однако эта природная способность, которую мы приравняли к единице, позволяла ему отстаивать свое существование в борьбе с кровожадными хищниками и добывать себе пищу и кров. Иначе и быть не может, — в противном случае он не размножился бы и не распространился по всей земле и не оставил бы потомства, которое через много поколений породило и нас с вами.</p>
    <p>Пещерный человек, чьи природные способности равнялись единице, не знал голода, во всяком случае не голодал систематически. Он жил здоровой жизнью, дышал чистым воздухом, всласть бездельничал, всласть отдыхал и находил время упражнять свою фантазию и выдумывать себе богов. Другими словами, ему не приходилось повседневно и повсечасно надрываться на работе, урывая время даже от сна, чтобы хоть как-нибудь прокормиться. Его детям (это относится и к первобытным дикарям) было даровано детство, беспечная пора игр и свободного развития.</p>
    <p>А как живет современный человек? Возьмите вы Соединенные Штаты, богатую страну, пользующуюся всеми благами цивилизации. В Соединенных Штатах десять миллионов живут в нищете. Нищетой мы называем такие условия жизни, когда недостаток пищи и отсутствие нормального жилья подрывают силы человека и снижают его работоспособность. В Соединенных Штатах десять миллионов влачат полуголодное существование. В Соединенных Штатах десять миллионов истощенных, ослабевших людей. А это означает, что десять миллионов повседневно чахнут, гибнут физически и нравственно от недостатка пищи. Нет такого уголка в этой обширной, цивилизованной, богатой стране, где мужчины, женщины и дети не терпели бы жестоких лишений. В больших городах, где они загнаны в трущобы, в гетто, изолирующие их от остального населения, сотни, тысячи, миллионы людей ведут поистине скотское существование. Ни один пещерный человек не голодал так безнадежно, как голодают они, не валялся в такой грязи, не гнил заживо, снедаемый ужасными недугами, не изнурял себя непосильной работой много, много часов в сутки.</p>
    <p>В Чикаго женщины работают по шестьдесят часов в неделю. Шестьдесят часов в неделю они пришивают пуговицы к готовому платью. Швейники-итальянцы в мастерских дамских нарядов получают 30 центов в неделю, но заняты круглый год. Средняя недельная плата рабочих, заделывающих мужские брюки, — 1 доллар 31 цент, но они заняты в среднем около 28 недель в году. Средний годовой заработок первой категории равен 47 долларам, второй — 37 долларам. В семьях, где люди вынуждены довольствоваться таким заработком, дети не знают детства, и все от мала до велика обречены на полуголодное, скотское существование.</p>
    <p>В противоположность своему пращуру, жителю пещер, современному человеку мало одного желания работать, чтобы добыть себе пропитание и кров. Он должен сперва найти себе работу, и его поиски зачастую безуспешны. Тогда положение его становится бедственным. Такие бедствия ежедневно регистрируются нашими газетами. Приведем здесь несколько примеров этой нескончаемой летописи человеческих катастроф.</p>
    <p>В Нью-Йорке жила одна женщина, звали ее Мери Мид. У нее было три девочки: четырехлетняя Алиса, двухлетняя Джоана и годовалая Мери. Мужу этой женщины долго не удавалось найти работу. Семья голодала. Когда же наконец они лишились и угла и очутились на улице, Мери Мид задушила годовалую Мери, задушила четырехлетнюю Алису, пыталась задушить двухлетнюю Джоану и отравилась сама. Муж ее сообщил полиции: «Жена моя помешалась от постоянных лишений. Мы жили в доме номер сто шестьдесят на Стюбен-стрит, но на прошлой неделе нас выгнали на улицу. Я уже давно без работы и не мог прокормить семью. Дети ослабели от голода и постоянно хворали. У жены сердце разрывалось, на них глядя».</p>
    <p>«Министерство общественного призрения завалено письмами безработных; десятки тысяч людей нуждаются в помощи, которую оно не в силах им оказать» («Нью-Йорк Коммершэл», 11 января 1905 г.).</p>
    <p>Доведенный до отчаяния безуспешными поисками работы, современный человек дает в газету следующее объявление:</p>
    <p>«К сведению врачей и бактериологов. Молодой человек с образованием, безработный, готов передать свое тело в полное и бесконтрольное распоряжение любому врачу или бактериологу для научных экспериментов. Предложения адресовать: «Почтовый ящик № 3466» («Экземинер»).</p>
    <p>«В прошлую среду некий Фрэнк Мэллин обратился в главное полицейское управление с просьбой засадить его в тюрьму как бродягу. Он заявил, что давно скитается в поисках работы и по закону должен считаться злостным бродягой. Во всяком случае он так изголодался, что его надо покормить. Судья Грэйм приговорил Мэллина к трехмесячному заключению» («Сан-Франциско Экземинер»).</p>
    <p>В Сан-Франциско, в гостинице Сото-хауз, дом № 32 по Четвертой улице, было найдено тело некоего У. Г. Роббинса, отравившегося газом. В помещении обнаружен дневник, откуда мы приводим следующие выдержки:</p>
    <p>«<emphasis>3 марта.</emphasis> Никаких видов на работу. Что делать?</p>
    <p><emphasis>7 марта.</emphasis> Ни проблеска надежды.</p>
    <p><emphasis>8 марта.</emphasis> Десяток сухарей на 5 центов — все мое дневное пропитание.</p>
    <p><emphasis>9 марта.</emphasis> Отдал последние 25 центов за номер.</p>
    <p><emphasis>10 марта.</emphasis> Помоги мне, боже! В кармане 5 центов, и никаких надежд. Что ждет меня? Голодная смерть или…?</p>
    <p>Только что истратил последние пять центов. А что дальше? Воровать, просить милостыню или умереть? Я прожил пятьдесят лет и никогда не воровал, не просил милостыню, не знал, что значит подыхать с голоду. А сейчас я на краю гибели, единственный выход — смерть.</p>
    <p><emphasis>11 марта.</emphasis> Весь день какая-то слабость, к вечеру сильный жар. Последний раз ел вчера в полдень. Голова разрывается на части. Прощайте все!»</p>
    <p>А каково приходится детям в нашей богатой, цивилизованной стране? В Нью-Йорке 50000 детей каждое утро отправляются в школу голодными. В этом же городе был случай, о котором 12 января текущего года узнала вся страна: доктор 3. И. Дэниел, врач больницы для женщин и детей, обнаружил среди своих пациентов полуторагодовалого ребенка, который работал по найму в маленькой мастерской у живодера-хозяина за пятьдесят центов в неделю.</p>
    <p>В Соединенных Штатах на одних только текстильных фабриках жестоко эксплуатируется труд 80000 детей. На Юге они работают двенадцать часов в сутки и никогда не видят дневного света. Те, кто занят в ночной смене, отсыпаются днем, когда солнце изливает на землю свое живительное тепло, а занятые в дневной смене еще до рассвета становятся к машинам и только после захода солнца возвращаются «домой», в свою мрачную конуру. В редких случаях заработок таких детей превышает десять центов, самые маленькие получают пять-шесть центов в день. У малышей, работающих в ночной смене, глаза слипаются от усталости, и, чтобы они не заснули, им брызгают в лицо водой. Есть шестилетние труженики, у которых годичный стаж ночной работы. Многие так истощены, что по утрам их не добудишься; на этот случай у фабрикантов имеются погонялы — их дело объезжать верхом всю округу и где угрозой, где уговорами выгонять на работу маленьких страдальцев. Десять процентов этих детей больны туберкулезом, и все они без исключения маленькие инвалиды, калеки телом и душой.</p>
    <p>Вот что Элберт Хаббард рассказывает о малолетних рабочих на текстильных фабриках Юга:</p>
    <p>«Я хотел поднять одного из этих крошек, чтобы определить его вес. Но вся его тщедушная фигурка — тридцать пять фунтов костей и кожи — забилась в моих руках в таком паническом страхе, что я невольно выпустил его, и мальчик бросился завязывать оборвавшуюся нитку. Тогда я дотронулся до его плеча и показал ему серебряную монетку. Он тупо уставился на нее; я увидел морщинистое, иссохшее личико чуть ли не шестидесятилетнего старца, перекошенное страдальческой гримасой. Он не протянул руки за монетой, — он явно не знал, что это такое. На этой фабрике работает десятка полтора таких детей. Мой спутник, врач, уверял меня, что им остается жить в лучшем случае два года. Когда они умрут, на их место станут другие, охотники всегда найдутся. Обычно их уносит первое же воспаление легких. Истощенный организм восприимчив к любой болезни, он не оказывает ей никакого сопротивления. Лекарства им не помогают; обессиленная, поверженная, поруганная природа сдается без борьбы: ребенок впадает в забытье и вскоре умирает».</p>
    <p>Так живет современный человек, так живут его дети в Соединенных Штатах, самой богатой стране мира, пользующейся всеми благами цивилизации. Не надо забывать, что приведенные мной примеры взяты наугад и что их можно множить до бесконечности. Нельзя также забывать, что это же верно и для любой другой цивилизованной страны. Но ведь пещерный человек не знал таких страданий. Что же случилось в мире? Может быть, увеличились опасности, угрожающие человеку? Или же способность пещерного жителя добывать себе пропитание и кров утрачена его потомками? Может быть, теперь она равна не единице, а половине или одной четвертой?</p>
    <p>Нет, те опасности, которые подстерегали пещерного человека, отошли в область преданий. Для современных людей они больше не существуют. Все кровожадные хищники, угрожавшие человеку на заре его жизни, укрощены им или уничтожены. Многие виды вымерли. Лишь кое-где, в отдаленных уголках мира, сохранились представители этих страшных врагов человека. Но они ему давно уже не страшны. Современный человек отправляется в эти отдаленные страны ради отдыха и развлечения — поохотиться на крупного зверя. Иной раз он даже сетует, что настоящая дичь выводится в мире и скоро окончательно исчезнет с лица земли.</p>
    <p>Нисколько не уменьшилась и способность человека добывать себе пищу и кров. Напротив, она возросла тысячекратно. Человек подчинил себе природу. Он проник в ее тайны и открыл законы, ею управляющие. Были созданы чудесные орудия, изобретены искусные ремесла, неизмеримо повысившие способности человека и облегчающие ему борьбу за пищу и кров; появилось земледелие, горный промысел, фабричное производство, все виды транспорта и связи.</p>
    <p>Между пещерным человеком и теми искусными мастерами, которыми славился XVIII век, лежит огромная пропасть. Но с появлением машин производительность труда рабочего еще во много раз увеличилась. Было время, когда, чтобы погрузить сто тонн руды на железнодорожную платформу, требовалось двести часов. Теперь же благодаря машинам на это требуется лишь два часа. Бюро труда Соединенных Штатов издало следующую таблицу, показывающую, насколько за сравнительно короткий период возросла производительность труда современного человека.</p>
    <image l:href="#i_117.png"/>
    <empty-line/>
    <p>По данным того же Бюро труда, при новых, усовершенствованных методах сельского хозяйства стоимость рабочей силы для производства 20 бушелей пшеницы равна 66 центам — 3<sup>1</sup>/<sub>2</sub> цента за каждый бушель. Такова средняя стоимость рабочей силы на образцовой ферме площадью в 10 000 акров в Калифорнии. По данным Керрола Райта, 4 <sup>1</sup>/<sub>2</sub> миллиона сельскохозяйственных рабочих с помощью машин дают такую продукцию, какая раньше потребовала бы работы 40 миллионов рабочих. Австрийский ученый профессор Герцог считает, что с помощью современных машин 5 миллионов рабочих, трудясь полтора часа в день, могут снабдить 20 миллионов человек всем необходимым, включая также и некоторые предметы роскоши.</p>
    <p>Но раз человек сумел подчинить себе материю, раз его способность добывать себе пищу и кров по сравнению с его пращуром, пещерным человеком, возросла тысячекратно, почему же миллионы современных людей так несчастны? Вот вопрос, с которым революционер обращается к правящему классу, к классу капиталистов. Но у капиталистов нет ответа на этот вопрос, и они никогда не смогут на него ответить.</p>
    <p>Если способность современного человека добывать себе пищу и кров по сравнению с временами пещерного человека возросла тысячекратно, почему же десять миллионов американцев так плохо защищены от стужи и непогоды, почему они постоянно голодны? И если детей дикаря никто не принуждает работать, почему в Соединенных Штатах на одних только текстильных фабриках 30 000 детей вынуждены изнурять себя непосильным трудом? Если детям дикаря никто не мешает играть и резвиться, почему в Соединенных Штатах насчитывается 1 752 187 малолетних тружеников?</p>
    <p>Этот пункт обвинения нельзя опровергнуть. Капитализм плохо хозяйничал в прошлом, он плохо хозяйничает и сейчас. В Нью-Йорке каждое утро 50 000 ребят голодными уходят в школу, а между тем в том же Нью-Йорке 1 320 миллионеров. Человечество, однако, бедствует не оттого, что капиталисты создали себе огромные богатства; человечество бедствует оттого, что огромнейшие богатства так и не были созданы. Эти богатства не были созданы потому, что методы капиталистической системы неразумны и расточительны. Класс капиталистов, который в своей алчности и слепоте хватает все без разбора, лишь бы набить себе утробу, не только упустил данные ему возможности, он сделал все, чтобы их погубить. Его хозяйственные методы чудовищно расточительны. Не мешает еще и еще раз подчеркнуть это.</p>
    <p>Признав, что довременный человек живет хуже пещерного, хотя его способность добывать себе пищу и кров возросла тысячекратно, мы с неизбежностью приходим к выводу, что наши хозяйственные методы чудовищно расточительны.</p>
    <p>При тех естественных ресурсах, которыми так богат наш мир, с теми машинами, которые уже изобретены человеком, при новых, разумных методах производства и распределения и столь же разумной экономии и бережливости, рабочие, трудясь не больше двух-трех часов в день, могли бы накормить и одеть каждого, каждому обеспечить кров, каждому дать образование и даже некоторую толику роскоши и комфорта. Люди не знали бы нужды и лишений, их дети не чахли бы от непосильной работы, мужчины, женщины и дети не жили бы по-скотски и не подыхали бы, как бессловесный скот. Человек подчинил бы себе не только природу, он перестал бы быть рабом машины. Освобожденные от забот о хлебе насущном, люди стремились бы к высоким и благородным целям. Их поступками не управлял бы голодный желудок. Их деятельность была бы естественной и увлекательной, как состязания школьников на первенство или веселые, затейливые игры детей; как труд ученого, бьющегося над открытием нового закона природы, или изобретателя, применяющего его на деле; как творчество художника или скульптора, оживляющего холст или глину; как искусство поэта или государственного деятеля, поставленное на службу людям. Человечество ждал бы небывалый расцвет — духовный, интеллектуальный, эстетический. Жизнь человека взыграла бы невиданно мощным прибоем.</p>
    <p>Вот какие возможности упущены классом капиталистов. Если бы он был не так жаден и слеп, если бы он правил, как разумный, рачительный хозяин, — человечество, быть может, узнало бы счастливую жизнь. Но класс капиталистов обанкротился. Цивилизацию он превратил в бойню. И классу капиталистов нечего сказать в свое оправдание. Он знал, что делает. Его ученые и мудрецы не раз указывали ему на те возможности, которые он оставляет в небрежении. Эти полезные уроки запечатлены в их книгах — ныне это исчерпывающий обвинительный материал, накопленный веками. Но капитал не слушал своих мудрецов. Алчность заслонила ему весь мир. Бесстыдно всходил он на трибуну и заявлял (как теперь заявляет в наших законодательных собраниях), что труд младенцев и детей необходим, чтобы обеспечить ему его прибыли. Он убаюкивал свою совесть грошовыми идейками и ханжеской моралью, предоставляя человечеству все глубже погружаться в трясину бедствий и отчаяния. Короче говоря, класс капиталистов отверг все представлявшиеся ему возможности.</p>
    <p>Возможности эти по-прежнему налицо. Капитализм был подвергнут испытанию и позорно провалился. Остается рабочему классу испытать свои силы. «Но ведь рабочий класс не способен управлять!» — протестуют капиталисты. «Не вам судить об этом, — возражает им рабочий класс. — Если вы провалились, это не значит, что то же самое будет с нами. Во всяком случае мы попытаемся. Семь миллионов заявляют вам это. Что вы можете на это возразить?»</p>
    <p>В самом деле, что могут возразить капиталисты? Допустим, что рабочий класс не способен управлять. «Допустим, что его требования и обвинения воздвигнуты на песке. Но семь миллионов революционеров не так легко сбросить со счетов. Их существование — неоспоримый факт. Их вера в свои силы, их сознание своей правоты — неоспоримый факт. Их неудержимый рост — неоспоримый факт. Их намерение разрушить современное общество до основания — неоспоримый факт, точно так же, как их решение завладеть всем миром с его богатствами, его техникой и взять в свои руки всю власть. Кроме того, неоспоримый факт, что рабочий класс многочисленнее класса капиталистов.</p>
    <p>Наша революция — это революция рабочего класса. Может ли класс капиталистов в своей ничтожной малости противостоять мощному прибою такой революции? Что может он ему противопоставить? Какие в его распоряжении силы? Ассоциации предпринимателей, законы против забастовок, судебные взыскания, ведущие к ограблению профсоюзов, громкие вопли и тайные интриги против закрытых мастерских, ожесточенное и бессовестное сопротивление требованиям восьмичасового рабочего дня, яростные кампании против любого законопроекта об охране детского труда, лихоимство и взяточничество в каждом муниципальном совете, кулуарные махинации и подкуп во всех законодательных органах страны, штыки, пулеметы, полицейские дубинки, штрейкбрехерские организации и банды вооруженный сыщиков — вот те преграды, которые капитал возводит на пути растущего прибоя революции в тщетной надежде, что эти, с позволения сказать, твердыни заставят ее обратиться вспять.</p>
    <p>Класс капиталистов так же не видит сегодня нарастающей угрозы революции, как не видел вчера счастливой возможности, ниспосланной ему богами. Он не чувствует всей шаткости своих позиций, он недооценивает мощь и превосходство атакующих его сил. Он по-прежнему благодушествует, пережевывая свои ханжеские сентенции и грошовые идейки, и не упускает случая поживиться на чужой счет.</p>
    <p>Ни один низвергнутый класс, так же как ни один властитель, не сумел оценить по достоинству силы революции, которая впоследствии его свалила. То же самое и класс капиталистов. Вместо того чтобы ослабить произвол и тиранию и этим отсрочить свою гибель, вместо того чтобы пойти на уступки хотя бы в самых наболевших вопросах, капиталисты озлобляют рабочих, толкая их в объятия революции. Каждая разгромленная забастовка, каждый судебный иск, покушающийся на средства профсоюзов, каждая наглая вылазка против принципа закрытых мастерских гонят все новых и новых рабочих — сотнями и тысячами — в лагерь революции. Покажите рабочему все бессилие его профсоюза, и он обратится в революционера. Сломите забастовку средствами судебного террора, опишите по гражданскому иску его страховую кассу — и рабочий заслушается песен революции; а тогда уж ничем не заманишь его обратно, в политические партии капиталистов.</p>
    <p>Мерами пресечения нельзя пресечь революцию, а это все, чем способен ответить на нее правящий класс. Правда, водятся у него и кое-какие идейки, верно служившие ему встарь, но они давно выдохлись и потеряли силу. Свободы от Четвертого июля по образцу «Декларации независимости» и французских энциклопедистов сегодня едва ли кого удовлетворят. Да и что они могут сказать рабочему, который познакомился с полицейской дубинкой, или видел, как суд заграбастал кассу его профсоюза, или же сам очутился на улице, вытесненный с фабрики новой машиной? Хваленая конституция Соединенных Штатов тоже сильно слиняла в глазах рабочего, за которым полицейские охотятся, как за зверем, рабочего, которого вопреки всем статьям конституции выслали из Колорадо. Пусть газеты твердят ему, что облавы и высылки — справедливые и законные мероприятия, вытекающие из конституции, рабочему от этого не легче. «К чертям такую конституцию!» — скажет он, и вот перед вами еще один революционер, распропагандированный самими капиталистами.</p>
    <p>Короче говоря, в своем ослеплении капиталисты ничего не делают, чтобы отсрочить свою гибель, — напротив, сами же ее ускоряют. У капиталистов нет за душой ничего чистого, благородного, живого. То, что предлагает людям революционер, исполнено благородства и чистоты, овеяно дыханием жизни. Он предлагает им верное служение, бескорыстие и мученичество — все то, что волнует воображение народа горячим, почти религиозным стремлением к добру.</p>
    <p>Революционер с каждым говорит на его языке. В его распоряжении факты и цифры, научные обобщения и экономические выкладки. Рабочему, который думает только о себе, революционер доказывает с трезвостью математика, что новый строй изменит его жизнь к лучшему. Если же это человек совсем другого склада, если он привержен добру, если в нем неугасимы дух и разум, революционер дает ему то, чем живы дух и разум, чего нельзя перевести на доллары и центы, что доллары и центы не в силах пригнуть к земле. Революционер бичует зло и неправду, он заступник правды, И что важнее всего — из уст его льется извечная песнь свободы, заветная песнь всех стран, всех поколений всех народов!</p>
    <p>Мало кто из капиталистов видит приближение революции: глупцам не разглядеть ее по невежеству, другим глаза застилает страх. Это все та же старая истина об обреченных правящих классах, слепо идущих навстречу гибели. Распираемые властью и богатством, опьяненные своим величием, разомлев от праздности и роскоши, эти трутни вьются над медовыми сотами, пока работницы-пчелы не налетят со всех сторон, чтобы избавить мир от разъевшихся лодырей.</p>
    <p>Президент Рузвельт смутно угадывает приближение революции, но из страха перед ней предпочитает играть в прятки. Он говорит: «Прежде всего, надлежит помнить, что в сфере политики классовая вражда — еще большее зло, она несравненно пагубнее и разрушительнее для благоденствия нации, чем все оттенки расовой и религиозной вражды».</p>
    <p>Классовая вражда в сфере политики — величайшее зло, по мнению президента Рузвельта. Но классовая вражда в политике — это заветный лозунг революционеров. Классовая борьба в сфере экономических отношений не должна затихать, говорят они, но необходимо перенести ее также и в сферу политики. «В этой борьбе, — говорит их лидер Юджин Дебс, — нет добрых капиталистов и злых рабочих. Но каждый капиталист — ваш враг, а каждый рабочий — друг».</p>
    <p>Это и есть классовая вражда в сфере политики в полном смысле этого слова. Это — революция. В 1888 году Соединенные Штаты насчитывали 2 000 таких революционеров, в 1900—127 000, в 1904—435 000. То «зло», на которое сетует президент Рузвельт, ширится и растет в Соединенных Штатах. Еще бы! Ведь это ширится и растет революция.</p>
    <p>Бывает и так, что то тут, то там какой-нибудь зоркий наблюдатель вдруг спохватится и завопит. Но его предостерегающий голос — это голос в пустыне. Ректор Гарвардского университета Элиот недавно испустил такой вопль в пустыне. «Я вынужден прийти к заключению, — констатировал он, — что никогда еще социалистическая опасность не представляла для Соединенных Штатов такой угрозы, ибо никогда еще она не выступала так организованно. Вся беда в том, что в наших профсоюзах укрепились социалисты». Капиталисты же, вместо того чтобы внять этому предостережению, лишь с большим азартом сколачивают свои штрейкбрехерские организации и готовятся в поход против принципа закрытых мастерских, этого возлюбленного детища профсоюзов. Но если поход их и увенчается победой — это означает, что капиталисты только сократят отпущенные им историей сроки. Это все та же старая истина, она подтверждается вновь и вновь. Захмелевшие трутни жадным роем вьются над медовыми сотами.</p>
    <p>Но забавнее всего поведение американской прессы; не знаешь только, смеяться или плакать. Прежде всего вас поражает полное отсутствие чувства собственного достоинства у этих двуногих. Нелепые утверждения в устах невежды вызывают дружный смех богов, людям же впору плакать. Особенно усердствуют американские журналисты (по крайней мере большинство). Такие доморощенные истины, как: «Знай свое место», или: «Люди не равны и не свободны от рождения», — изрекаются ими с глубокомысленным видом, словно это новейшие откровения человеческого разума. Их жалкие рассуждения о революции простительны разве что школьнику. Прихлебалы капиталистов, они обрабатывают общественное мнение в угоду своим хозяевам. Их тоже манит медовый запах, и они ошалело вьются над сотами.</p>
    <p>Разумеется, это относится не ко всей нашей журналистской братии, а лишь к огромному ее большинству. Сказать так обо всех — значило бы возвести клевету на человеческий род. Да это было бы и неверно, потому что там и сям можно еще встретить газетчика с нормальным зрением, но только, не желая расставаться с жирными гонорарами, он предпочитает хранить свои суждения про себя. Во всем, что касается социологии и научного обоснования революции, наш рядовой журналист по меньшей мере на поколение отстал от века. Интеллектуальный байбак, он верит только тому, в чем все уже давно уверились, и не без гордости подчеркивает, что он — консерватор. Оптимист поневоле, он принимает за должное то, что есть. Революционер давно от этого отказался. Он принимает за должное не то, что есть, а то, что должно быть, — а это, как правило, совсем не то, что есть.</p>
    <p>Но вдруг на газетчика находит прозрение: словно спросонья протирает он глаза, видит перед собой революцию и в припадке наивного возмущения разражается тирадой, вроде той, какую мы недавно прочитали в «Чикаго Кроникл»: «Американские социалисты — это самые настоящие революционеры. И они знают, что они революционеры. Не мешало бы и всем нам понять это!» Сделав такое умопомрачительное открытие и прокричав о нем на весь мир, автор еще долго распространяется о том, что мы — не к ночи будь сказано — революционеры. Но позвольте, разве все эти годы мы не кричали миру, что мы революционеры? И попробуйте помешать этому!</p>
    <p>Давно прошло время для старых погудок, вроде: «Революция — это ужас! Сэр, с этим навсегда покончено», или: «Социализм — это рабство! Сэр, человечество никогда не пойдет на это!» Прошло время для дискуссий, теорий и смутных мечтаний! Вопрос больше не подлежит обсуждению! Революция — неоспоримый факт. Революция налицо. Семь миллионов революционеров, не давая себе ни отдыха, ни срока, организованно несут в массы учение о революции, пламенную проповедь братства людей. И это не только холодные экономические выкладки, это и новая религия, проповедуемая с жаром апостола Павла и Христа. Класс капиталистов осужден! Его власть не привела ни к чему хорошему, надо отнять у него власть! Семь миллионов рабочих заявляют, что они объединят вокруг себя весь рабочий люд и свергнут капитализм. Революция налицо! Попробуйте остановить eel</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод Р. Гальпериной</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Из военной корреспонденции</p>
    </title>
    <section>
     <title>
      <p>Русское наступление на позиции японской армии</p>
     </title>
     <p id="AutBody_0DocRoot">Пхеньян, через Сеул, 2 марта. Русские дерзко и яростно наступают к югу от реки Ялу. Разведывательный казачий отряд передвигается по северной Корее далеко впереди основного корпуса.</p>
     <p>Триста русских взяли местечко Анджу в 45 милях от Вижу, порта, который Корея провозгласила открытым. Вижу, в свою очередь, расположено в 25 милях от Пхеньяна, где разыгралась первая великая битва китайско-японской войны. Японцы пока не предпринимали попыток выбить отчаянный русский авангард из Анджу. Местность между Анджу и Пхеньяном гористая, в силу этого военные действия там будут крайне затруднены. Но поскольку у японцев здесь собраны значительные силы, столкновение нельзя будет оттягивать бесконечно. Неизвестно, насколько основные силы русских отстают от авангарда, однако, по уверению отступающих корейцев, они весьма многочисленны.</p>
     <p>Корейцы не делают никаких попыток сдержать наступление русских, но относятся к ним с непримиримой враждебностью. Люди спасаются бегством, и некоторые сцены заставляют вспомнить «Бегство татарского племени» Де Куинси.</p>
     <p>Население Пхеньяна охватила паника. Кажется, корейцы чувствуют, что эта земля снова станет полем брани. Десять тысяч человек уже покинули город, и бегство продолжается. Севернее, ближе к Ялу, десятки тысяч беженцев снимаются с насиженных мест. Страх перед русскими перерастает в слепой ужас.</p>
     <p>Но помимо страха перед русскими в северной Корее нет никакой неприязни к другим иностранцам. Рассказы о зверствах русских распространяются быстро и подстегивают паническое бегство на юг. По-видимому, корейцы совершенно не боятся японцев и ищут убежища за спинами японских солдат.</p>
     <p>Следующий шаг русского наступления — захват корейских телеграфов, вследствие которого Вижу и Юэнь Сан, как и Пхеньян, остались без телеграфного сообщения с северной Кореей. Очевидно, это было сделано с целью скрыть от японцев подробности русского наступления.</p>
     <p>Можно сказать почти наверняка, что в течение ближайших дней не избежать яростных стычек между передовыми отрядами обеих армий.</p>
     <p>Ситуация во всем северном Китае критическая. Войска и население воодушевляются при виде воззваний, расклеенных по всем стенам. Пропаганда сильно преувеличивает успехи японской армии и призывает китайцев восстать и разбить русских…</p>
     <p>Русские боятся, что в результате наступления китайской армии будет перекрыта Транссибирская магистраль. Пятнадцать тысяч отборных китайских солдат находятся на северной границе. Эти войска ежедневно получают подкрепление. Они хорошо обучены и до зубов вооружены. Здесь собран цвет китайской армии.</p>
     <p>В этом большом корпусе многие настаивают на скорейшем нападении на российскую железную дорогу. Но вице-король издал указ, согласно которому всякая попытка поднять бунт будет караться смертной казнью. При этом все здесь боятся, что Китай не сможет долго сохранять нейтралитет. Любой пустяк может нарушить равновесие, что неизбежно приведет к удару в тыл русских.</p>
     <p>Иностранцы в Пекине и Тяньцзине утверждают, что если воинственные настроения возьмут верх, то убивать будут невзирая на национальность, под общим лозунгом «Смерть проклятым инородцам».</p>
     <p>Поэтому все иностранные общины готовятся к худшему. В Тяньцзине находятся две тысячи американских и европейских военных, еще полторы тысячи охраняют в Пекине дипломатические миссии. Но в случае общего восстания и им придется спасать свои жизни.</p>
     <p>Посол Конджер сказал мне, что китайские власти твердо намерены сохранять нейтралитет и порядок, но в такие времена чрезвычайно трудно контролировать войска и население. Он думает, что достаточно малейшей провокации, чтобы разразилась катастрофа.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Корейская армия</p>
     </title>
     <p>Сеул, 4 марта. Для корейцев японская оккупация — источник неиссякаемой радости.</p>
     <p>Цены растут день ото дня; кули и купцы сбиваются с ног, собирая деньги, которые позже выжмет из них правящий класс — класс чиновников.</p>
     <p>Сейчас в среде чиновников и аристократии царят растерянность и страх, а несчастный, слабый император не знает, куда податься. Он не может ни сбежать, ни остаться в своем дворце и потому издает любые указы, на необходимость которых ему вежливо намекают японцы, — например, выставляет своих солдат из бараков, чтобы разместить японских солдат со всеми возможными удобствами.</p>
     <p>В Чемулпо все кипит и бурлит, но в строго установленном порядке. Никакой путаницы, никаких заторов. Каждый день из Японии прибывают корабли, становятся на якорь в гавани, а затем артиллерийские орудия, лошади и солдаты выгружаются и их отправляют по железной дороге в Сеул. Не скоро еще придется этим людям снова дать отдых ногам и ввериться силе пара. После Сеула их ждет 180-мильный марш-бросок на Пхеньян, а оттуда — дальше на север. Через заснеженные вершины корейских гор они пройдут до Вижу, к реке Ялу, где их поджидают русские.</p>
     <p>Не знаю, есть ли еще в мире столь же спокойные, дисциплинированные солдаты, как японцы. Наши американцы давно бы всколыхнули весь Сеул своими выходками и веселым разгулом, но японцы к разгулу не склонны. Они убийственно серьезны.</p>
     <p>Однако местное население их не боится. Женщины в безопасности, деньги в безопасности, добро в безопасности. О японцах еще с 1894 года известно, что они платят за все, что берут, и они по сегодняшний день оправдывают свою репутацию.</p>
     <p>«Хорошо, что это не русские!» — говорят корейцы, а местные европейцы и американцы многозначительно поддакивают. Я еще ни разу не видел пьяного японского солдата. Я даже не наблюдал ни одного нарушения порядка или просто развязности — а ведь это солдаты.</p>
     <p>Можно процитировать генерала Аллена: «Японская пехота не уступает ни одной пехоте мира. Она отлично себя проявит».</p>
     <p>Они маршируют без видимых усилий в сорокадвухфунтовом снаряжении. Не сутулятся, не волочат ноги, никто не отстает, никто не поправляет ремешки ранца, не слышно звона баклажек или других посторонних звуков. Так идет вся армия, так идет каждый отряд. Главное — это человек. Он работает безупречно. И работает ради определенной цели.</p>
     <p>Японцы — нация воинов, и их пехота соединяет в себе все достоинства идеальной пехоты; но нельзя сказать, что они — нация всадников. Для западного глаза их кавалерия выглядит смехотворно. Лошади у них небольшие и сильные, это правда, но не выдерживают никакого сравнения с нашими жеребцами. Да и умеют ли японцы управляться со своими лошадьми? Часто можно увидеть всадника, держащего поводья в одной руке, и все они сидят в седлах крайне неловко.</p>
     <p>Между жеребцами, из которых практически без исключения состоит японская кавалерия, постоянно вспыхивают драки, и солдаты не в силах с ними справиться. На днях потребовалось вмешательство американского генерала — генерала Аллена, — чтобы усмирить коней, дерущихся перед гостиницей в Сеуле. Несколько присутствовавших при этом кавалеристов не знали, что делать, и безуспешно пытались уберечь своих коней от увечий.</p>
     <p>Но пехота — выше всяких похвал. В любом случае кавалеристы, спешенные или конные, — это солдаты, и воюют они с солдатами; к тому же в скором времени они могут оседлать крупных русских лошадей.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Казаки наступают и отступают</p>
     </title>
     <p>Пхеньян, 5 марта. Первое сухопутное сражение!</p>
     <p>Первая стычка японцев и русских на суше, первые прозвучавшие выстрелы — это Пхеньян, утро 28 февраля.</p>
     <p>Передовой отряд русских казаков, пересекший Ялу в районе Вижу, прошел 200 миль на юг по корейской территории, чтобы встретиться с японцами и выяснить, насколько далеко на север они продвинулись.</p>
     <p>Три американца, вывозившие женщин с приисков американской концессии в пятидесяти милях к востоку от Анджу, встретились с этим отрядом в Анджу, на главной Пекинской дороге. Они ехали вместе с ними целый день и утверждают, что казаки — бравые солдаты, всадники, отлично управляющие своими коренастыми лошадками.</p>
     <p>О дисциплине разведчиков было рассказано следующее: один из американцев дал казаку табак и бумагу. Тот, сидя в седле, только-только начал скручивать папиросу, как прозвучала команда «В галоп!». Табак и рисовая бумажка полетели в пыль — солдат немедленно подчинился команде.</p>
     <p>У казаков не было ни малейшего представления о том, где они столкнутся с японцами; каждая деревня грозила засадой. Приближаясь к поселению, казаки спешивались и рассыпались — так и входили в деревню, прикрываясь лошадьми.</p>
     <p>Но японцев они встретили только у стен древнего города Пхеньяна, места избиения китайцев японцами в 1894 году. Письменные свидетельства об этом городе впервые появились за много веков до Рождества Христова. Теперь здесь, в живописной долине под стенами Пхеньяна, двадцать казаков наткнулись на пятерых японских всадников. Началась погоня, казаки преследовали неприятеля и отступили лишь перед шквальным огнем с городских стен.</p>
     <p>Было произведено тридцать выстрелов, оставшихся без ответа. Казаки выполнили свою задачу — нашли японцев, однако мудро воздержались от штурма Пхеньяна.</p>
     <p>Примечательно, что никто не был убит или ранен, хотя огонь велся с близкого расстояния. Японцы объясняют это тем, что боялись попасть в своих. Тем не менее они отмечают, что видели, как два казака слезли с лошадей — очевидно, раненых — и увели их. Так что русская кровь все же пролилась в этой первой стычке, пусть даже это была всего лишь лошадиная кровь.</p>
     <p>Первые сведения о происшедшем я получил от лейтенанта Абэ, который пришел ко мне в японскую гостиницу, и я принимал его там на японский манер</p>
     <p>— у меня, собственно, не было выбора. Мы сидели на циновках в моей комнате, без обуви, пили чай и сакэ и ели палочками маринованный лук. Между нами стоял традиционный хибачи с несколькими тлеющими угольями; туда же стряхивался пепел бесконечных сигарет. Японцы — заядлые курильщики, и вежливость требует непременно угощать гостя сигаретами, что, конечно, очень мило, но несколько обременительно для бедного корреспондента, не располагающего стратегическими запасами курева.</p>
     <p>Лейтенант Абэ, кстати,типичный офицер новой Японии. Несмотря на европейскую униформу и коротко постриженную бороду, он — восточный человек. Ему, по-видимому, было удобно сидеть подобрав под себя скрещенные ноги, в то время как я то и дело принимал неловкие позы, чтобы конечности не затекали. Абэ закончил военную академию в Токио, знает французский, английский и китайский, а сейчас изучает немецкий. По его словам, после войны он собирается вернуться к научной карьере и продолжить изучение военного дела.</p>
     <p>Японцы, несомненно, воинственная нация. Все их мужчины — солдаты.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Бой с дальнего расстояния</p>
     </title>
     <p>Вижу, 30 апреля. Бой на дальнем расстоянии — это, конечно, здорово. Это блестящая иллюстрация того, насколько человек поднялся над своими естественными возможностями и как много он знает о запуске ракет в воздух. Долог путь от пращи, с которой вышел на бой Давид, до современного пулемета; однако — вот парадокс! — праща и ручное оружие Давидовых времен, с учетом затрат энергии, были в сто раз более смертоносными, чем цивилизованное оружие сегодняшнего дня. Иными словами, мечи и копья давних дней проще и нагляднее выполняли свою задачу, чем сегодняшнее оружие. Во-первых, ручное оружие убивало больше людей; а во-вторых, оно убивало больше людей с гораздо меньшими затратами силы, времени и мысли. Триумф цивилизации, похоже, не в том, что Каин не убивает, а в том, что ему приходится сидеть ночи напролет, планируя, как он будет убивать.</p>
     <p>Возьмите, к примеру, нынешнюю ситуацию на Ялу. На одной стороне реки, петляющей по цветущей долине, — множество русских. На другой — множество японцев. Японцы хотят пересечь реку. Они хотят пересечь реку, чтобы убить русских на другом берегу. Русские не хотят, чтобы их убили, поэтому они готовятся к тому, чтобы убить японцев, когда те пойдут на переправу. В этом нет ничего личного. Они редко видят друг друга. Справа, на северном берегу, несколько русских упорно стреляют с дальнего расстояния в японцев, которые отстреливаются с островов на реке. Японская батарея на южном берегу, справа, начинает забрасывать русских шрапнелью. В четырех милях слева русская батарея поливает эту японскую батарею анфиладным огнем. Никакого результата. Из центра японских позиций батарея стреляет по русской батарее. С тем же успехом. С центральных позиций русских батарея начинает изрыгать снаряды через гору, в направлении центральной японской батареи. Японская батарея на правом фланге бьет по пехоте русских. Так продолжается до бесконечности: русская батарея слева теперь стреляет по центральным позициям японцев, русская батарея в центре начинает стрелять по правой батарее японцев.</p>
     <p>Окончательный результат этой перестрелки, если иметь в виду человеческие жертвы, практически нулевой. Каждая из сторон не давала другой убивать. В результате длительного процесса, некой пятиугольной дуэли, в которой участвовало множество людей и пушек, было сожжено немало пороха, принято немало решений, и никто не пострадал.</p>
     <p>Конечно, с другой стороны, японцы могли добиться стратегического перевеса. Но что такое стратегический перевес? Стратегический перевес, как я его понимаю, это такое управление солдатами и оружием, которое делает позицию противника необороняемой. Необороняемая позиция — это такая позиция, в которой противник должен либо сдаться, либо погибнуть. Но никакой командир, если он знает свое дело, не остается на необороняемой позиции. Он быстро снимается и ищет позицию обороняемую. Стратегическими усилиями его порой удается выбить и оттуда, и он ищет третью. Это продолжается не до бесконечности, а до тех пор, пока он не займет последнюю из возможных обороняемых позиций. Затем перед ним встает первоначальная дилемма: сдаться или погибнуть. Конечно, он сдается. Это все тот же старый вопрос разбойника на большой дороге: «Кошелек или жизнь?» Путник, к которому обращаются с таким вопросом, обычно находится в необороняемой позиции и, естественно, выкладывает денежки. Нация, когда ее армия наконец оказывается загнанной в необороняемую позицию, делает в точности то же самое, отдавая свои цветущие провинции, политические привилегии или денежные контрибуции.</p>
     <p>По крайней мере, таковой представляется современная война профану. Идет ли речь о небольших группах солдат, об армии или о нескольких армиях, стратегическая цель одна, а именно — загнать в необороняемую позицию технику и людей, где все они будут уничтожены, если не сдадутся.</p>
     <p>Но именно бой с дальнего расстояния делает современные военные действия столь отличными от древних. Во времена Давида генерал не знал, что его позиция необороняема, до тех пор, пока противоборствующие стороны не сходились лицом к лицу с оружием в руках; и тогда отступать уже было поздно, потому что начиналось убийство. В войне ХХ века, если генерал не дурак и не бездарь, те люди, которые все же гибнут, гибнут случайно. Слово «случайно» здесь вполне уместно. Как известно, «пуля цель найдет», но лишь у немногих пуль есть своя цель, и лишь немногие солдаты видят цель, когда стреляют. Видимо, метод заключается в том, чтобы обрушить на землю такое количество свинца, что случайные попадания неизбежны. Что же касается снарядов и шрапнели, то убить человека с их помощью можно лишь по невероятному стечению обстоятельств.</p>
     <p>Естественно, если бы солдаты не прятались, они бы погибли. Солдаты погибли бы, встав друг напротив друга на расстоянии пятисот ярдов и стреляя из винтовок. Когда же летит шрапнель, они прячутся за естественными возвышениями и чувствуют себя в полной безопасности.</p>
     <p>На войне отношение числа погибших к затраченной энергии несравненно ниже, чем во время ограблений домов и банков, боксерских или футбольных матчей.</p>
     <p>Когда война была проста, а оружие примитивно, смертей было больше. Мужчины сходились лицом к лицу, и каждый бой был решающим. Почти до самого конца XIX века решающие бои были возможны. Даже во время гражданской войны враг мог быть обращен в бегство на поле боя. Но это вряд ли будет происходить в грядущем — по крайней мере при столкновении цивилизованных народов. Армия-победительница неторопливо займет территорию, а побежденная армия попросту отступит. Первая вытеснит неприятеля с позиций при помощи дальнобойных орудий, а вторая, при помощи тех же дальнобойных орудий, не позволит первой прострелять все поле и превратить простое поражение в сокрушительное. Позиция побежденной армии будет необороняемой, и она отступит, чтобы занять новую, обороняемую позицию. В древних войнах все решало уничтожение врагов; в современных войнах решающую роль играет возможность уничтожения. Проще говоря, удивительная и ужасная военная техника наших дней поймала самое себя в капкан. Созданная для убийства, она способствует тому, что убийство на войне становится все менее возможным.</p>
     <p>Когда военная техника достигнет предела совершенства, убийства прекратятся вовсе. Когда одна армия добьется преимущества, другая сдастся и предоставит в распоряжение победителей то, что обороняла. И тогда прощание солдата с матерью станет не более драматичным, чем проводы паренька на летние каникулы.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>Дать бой и задержать противника</p>
     </title>
     <p>Антунь (Маньчжурия), 1 мая. Русские явно не собирались занимать прочную позицию на Ялу. Они ни разу не сосредоточили на северном берегу значительные силы; очевидно, их намерение заключалось лишь в том, чтобы сдержать продвижение японцев и тем самым выиграть время для приготовлений, которые велись в их тылу в глубине Маньчжурии.</p>
     <p>Вечером 29 апреля русские подожгли таможню и несколько деревень и ферм на речных островках и отошли на северный берег. Японцы наконец могли приступить к переправе после нескольких недель вынужденного ожидания и тщательных приготовлений. На востоке располагалась одна дивизия, на западе — другая, а третья удерживала центр в Вижу. Речные острова были захвачены — некоторые без боя, некоторые после небольших стычек, через каналы наводили мосты; во многих местах вдоль течения Ялу понтоны были готовы к переправе, и повсюду прятались батареи, так и не обнаруженные русскими…</p>
     <p>Утро 30 апреля было туманным. Солнце светило тускло, долины и каньоны казались наполненными дымом, как от большого пожара. Но потом туман рассеялся, и нашим взорам открылась долина Ялу. В полумиле перед нами возвышался замок Вижу, где возле летнего павильона расположилась полевая батарея из шести орудий. Справа, на ферме, на вершине сопки, как мы знали, стояла другая батарея. Чутье подсказывало нам, что слева есть еще пара батарей, — вот и все. О японских позициях нам было известно даже меньше, чем русским, которые залегли на противоположном берегу…</p>
     <p>В десять часов японская батарея на правом фланге выпустила первый залп. За звуком выстрела раздался другой звук, как будто кто-то яростно разорвал огромную простыню, — снаряд продырявил воздух и исчез вдали. В двух милях за рекой, справа от Тигровой сопки, полыхнула яркая вспышка, поднялся клуб дыма и облако пыли — там, где шрапнель вгрызлась в землю.</p>
     <p>Русские ответили огнем двух батарей. Полчаса продолжалась эта артиллерийская дуэль без всякого видимого вреда для японцев. Несколько снарядов упало к подножию нашего холма, где находился резерв, но никого не задело.</p>
     <p>В половине одиннадцатого, когда в стрельбе наступило затишье, справа от Тигровой сопки загорелась ферма. Когда занялся второй дом, наши бинокли различили нескольких русских — виновников пожара. Как только из дома кто-то выбегал, сразу же загоралась крыша. Русские отступали.</p>
     <p>В этот момент темная линия не толще волоса появилась у подножия зубчатых гор, которые возвышались к востоку от маньчжурского берега. Эта линия повторяла изгиб берега и двигалась на запад к горящим домам и Тигровой сопке. Японцы привели в действие свои силы на северном берегу. Войска микадо вошли в Маньчжурию. Это были солдаты Восточной дивизии, которые прошлой ночью переправились через реку на понтонах.</p>
     <p>Японцы — азиаты, а азиаты не ценят жизнь так, как мы ее ценим. Японские генералы знают, что население не спросит с них за жизни солдат, отданные в обмен на победу, — население хочет победы, блестящей победы, победы любой ценой.</p>
     <p>С другой стороны, могли быть и другие причины для предпринятой японцами лобовой атаки. Престиж Японии вырос во всем мире благодаря удивительному успеху ее флота в Порт-Артуре. И все же мир с сомнением качал головой и говорил: «Посмотрим, на что способна Япония на суше».</p>
     <p>Может быть, чтобы рассеять эти сомнения и сравнять славу сухопутных войск со славой флота, Япония и пошла в лобовую атаку через обнаженные пески Ялу. Это, бесспорно, продемонстрировало мужество японских солдат. Было захвачено четыреста русских пленников, двадцать восемь орудий и несколько обозов.</p>
     <p>Сколько русские потеряли убитыми и ранеными, пока доподлинно неизвестно. С японской стороны было убито и ранено около тысячи человек. Это была цена, которую заплатила Япония, — по ее мнению, заплатила не зря.</p>
     <p>Есть и другое соображение. Недоверчивый старый мир качал головой и говорил: «Японцы — азиаты. До сих пор они и дрались только с азиатами. Но что будет, когда им придется сойтись с нашим племенем, с белой расой?»</p>
     <p>Японцы очень чувствительны к этой теме, и они рвались утвердить свою доблесть в глазах белых, сражаясь с белыми. Доказать свою доблесть с самого начала значило существенно укрепить свой престиж и заставить Россию «потерять лицо» в глазах других азиатских народов.</p>
     <p>Все эти факторы оправдывают на первый взгляд ненужную лобовую атаку японцев. Япония доказала, что ее солдаты — отчаянные и умные бойцы. Она доказала, что может на равных сойтись на поле брани с белым человеком. Тем не менее мне не кажется, что подобные соображения заставили бы белого командира бросить войска в лобовую атаку. Я уверен, что белый командир, который поступил бы таким образом, не нашел бы понимания среди соотечественников.</p>
     <p>Кстати, насчет схватки на равных с белыми людьми. Я ехал мимо мертвых и раненых японцев на дороге и чувствовал ужас при виде военных бедствий. Заметьте, что к этому времени я уже несколько месяцев жил среди азиатских солдат. Лица вокруг меня были азиатскими лицами, кожа — желтой и смуглой. Я привык к людям другого племени. Мой разум привык принимать как должное, что здесь у воюющих людей глаза, скулы и цвет кожи отличаются от глаз, скул и цвета кожи людей моей расы. Я привык к этому, таков был порядок вещей.</p>
     <p>И вот я въехал в город. В окна большого китайского дома с любопытством заглядывало множество японских солдат. Придержав лошадь, я тоже с интересом заглянул в окно. И то, что я увидел, меня потрясло. На мой рассудок это произвело такое же впечатление, как если бы меня ударили в лицо кулаком. На меня смотрел человек, белый человек с голубыми глазами. Он был грязен и оборван. Он побывал в тяжком бою. Но его глаза были светлее моих, а кожа — такой же белой.</p>
     <p>С ним были другие белые — много белых мужчин. У меня перехватило горло. Я чуть не задохнулся. Это были люди моего племени. Я внезапно и остро осознал, что был чужаком среди этих смуглых людей, которые вместе со мной глазели в окно. Я почувствовал странное единение с людьми в окне. Я почувствовал, что мое место — там, с ними, в плену, а не здесь, на свободе, с чужаками.</p>
     <p>В глубокой тоске я повернулся и поехал вдоль Ялу в город Антунь. На дороге я увидел пекинскую повозку, которую тащили китайские мулы. Рядом с повозкой шли японские солдаты. Был серый вечер, и все вещи на повозке были серые — серые одеяла, серые куртки, серые шинели. Среди всего этого сверкали штыки русских винтовок. А в груде серой ветоши я разглядел светлую голову, только волосы и лоб — само лицо было закрыто. Из-под шинели высовывалась голая нога, судя по всему, крупного человека, белая нога. Она двигалась вверх-вниз вместе с подпрыгивающей двухколесной повозкой, отбивая непрерывный и монотонный такт, пока повозка не скрылась из виду.</p>
     <p>Позже я увидел японского солдата на русской лошади. Он прицепил на свою форму русскую медаль; на его ногах были русские офицерские сапоги; и я сразу вспомнил ногу белого человека на давешней повозке.</p>
     <p>В штабе в Антуне японец в штатском обратился ко мне по-английски. Говорил он, конечно, о победе. Он сиял. Я ни намеком не выдал ему своих сокровенных мыслей, и все же он сказал при прощании:</p>
     <p>— Ваши люди не думали, что мы сможем победить белых. Теперь мы победили белых.</p>
     <p>Он сам сказал слово «белые», и мысль была его собственная; и пока он говорил, я снова видел перед собой белую ногу, отбивающую такт на подпрыгивающей пекинской повозке.</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
     <empty-line/>
     <empty-line/>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Эти кости встанут снова</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Статья Джека Лондона «Эти кости встанут снова» написана в 1901 году вскоре после полученного в Соединенных Штатах известия о смерти и похоронах английского писателя, автора «Книги джунглей» Редьярда Киплинга. Известие оказалось ложным, и статья-некролог Лондона не была напечатана. Однако позже писатель включил ее в сборник «Революция и другие очерки» (1910).</p>
     <p>Хотя оценка Лондоном Киплинга основывалась на его творчестве до 1901 года, а Киплинг прожил еще 35 лет и создал немало, она, несомненно, представляет большой интерес. Но совершенно особый интерес вызывают высказанные в статье взгляды на назначение литературы и роль писателя. Вряд ли среди литературного наследия Джека Лондона, за исключением, пожалуй, его рецензии на «Фому Гордеева» Горького, найдется другая статья, где бы его взгляды на искусство были высказаны так определенно и сильно.</p>
     <p>На русском языке, с некоторыми сокращениями, статья публикуется впервые.</p>
     <text-author>Виль Быков</text-author>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Редьярд Киплинг, по характеристике чикагского критика, «пророк крови и вульгарности, принц скоропреходящего и идол непризнанных», — умер. Да, это правда. Он мертв, мертв и погребен. И суетливое разноголосое людское племя, маленькие невзрачные людишки засыпали его тело неразрезанными страницами «Кима», обернули в бумагу «Сталки и К°», а на могильном холме вывели незабвенные строки из его «Урока». Это было нетрудно. Проще простого. И суетливые, крикливые джентльмены изумленно потирали руки, дивясь, почему они давно уже не сделали этого, ведь это было очень и очень просто.</p>
    <p>Но грядущие века, о которых любят распространяться суетливые и крикливые джентльмены, возможно, найдут, что сказать по поводу этого события. Когда они, грядущие столетия, обратятся с вопросом к XIX веку с целью выяснить его характер, выяснить не то, что люди XIX века считали, что они думают, а что они на самом деле думали, не то, что они считали, что им следует делать, а то, что они на самом деле делали, тогда наверняка они обратятся к Киплингу, а прочтя его, поймут. «Им только казалось, что они читали его с пониманием, этим людям XIX столетия, — скажут грядущие поколения. — И поэтому они решили, что это он не понимает, а в действительности они сами не знали, о чем думали».</p>
    <p>Но, пожалуй, это слишком сильно сказано. Это приложимо только к тому классу людей, который выполняет функции, подобные тем, которые выполнял в Древнем Риме популус. Эта неустойчивая толпообразная масса, взобравшаяся на стену, всегда готовая спрыгнуть по ту или по эту сторону и на виду у всех карабкающаяся на нее снова; те люди, которые ставят сегодня у власти демократов, а завтра республиканцев, которые сегодня находят и возносят какого-нибудь пророка, а завтра забрасывают его камнями; которые истошно защищают книгу, читаемую всеми лишь потому, что она читается всеми. Эта публика — игрушка прихоти и каприза, причуды и моды, неустойчивая, непоследовательная, публика с мнениями и настроениями толпы, если хотите — «обезьянье племя» нашего времени. Сегодня она читает «Вечный город». Вчера она читала «Хозяин Кристиан», а до этого — Киплинга. Да, она его читала, вероятно, к его стыду. Но это не его вина. Если бы он ориентировался на нее, он бы, вне всякого сомнения, был достоин смерти, похорон и забвения. Но никогда, отдадим ему должное, он не жил для них. Это им казалось, что он жил, но для них он тогда так же был мертв, как и сегодня, как будет мертв всегда.</p>
    <p>И он ничего не мог с этим поделать, потому что он стал модой, и это легко понять. Когда он лежал больной, в смертельной схватке сражаясь за жизнь, все, кто знал его, были опечалены. Таких было немало, множество голосов по всему свету выразили свои соболезнования. Потом, и довольно скоро, и толпа начала спрашивать про человека, которого так много людей оплакивало. Почему же не присоединиться, если все другие оплакивают? С этой поры начались всеобщие причитания. Один распалял другого, и все принялись потихоньку читать этого писателя, которого ранее совсем не читали, и публично стали говорить, что это тот человек, которого они всегда читали. Но вскоре, на следующий же день, они потопили свое горе в океане исторических романов и, как и следовало ожидать, совсем про него забыли. Всплыв из океана, в который они погрузились, они осознали, что забыли его слишком рано, и им бы стало стыдно, не приди тут на ум какому-то острослову идея: «Давайте похороним его». И они быстренько опустили его в могилу, с глаз долой.</p>
    <p>Но когда они уползут в свои собственные могилки и скромненько улягутся, заснут вечным сном, будущие поколения отодвинут прочь могильный камень, и он встанет снова. Чтобы все знали: «Тот, кто делает свой век бессмертным, всегда бессмертен». Тот из нас, кто умеет схватить существенные факты нашей жизни, кто рассказывает, о чем мы думаем, чем мы были и за что мы стоим, — такой человек становится глашатаем столетий, и до тех пор, пока они его слушают, он будет жить.</p>
    <p>Мы помним о пещерном человеке. Мы о нем потому и помним, что он обессмертил свой век. Но, к несчастью, воспоминания о нем смутны, в некотором роде фрагментарны, потому что он увековечил свой век смутно, в некотором роде фрагментарно, Он не знал письменного языка, поэтому он оставил нам грубые отметины на животных и вещах, раздробленные мозговые кости да оружие из камня. Таковы были самые лучшие средства его самовыражения, которыми он только был в состоянии воспользоваться. Именно за то, что этот человек нацарапал свое собственное имя с помощью царапин на животных и вещах, оставил свое особое клеймо на раздробленных мозговых костях и пометил свое каменное оружие своей собственной эмблемой, за это его и будут помнить. Так или иначе, но он сделал лучшее, на что был способен, и мы о нем самого хорошего мнения.</p>
    <p>Гомер завоевал достойное место благодаря Ахиллесу и греческим и троянским героям. Увековечив их, он увековечил и себя. Независимо от того, был ли это один, или десять человек, или даже десять поколений, мы о нем не забыли. И до тех пор пока имя Греции на устах у людей, до этого времени будет известно и имя Гомера. Существует много таких имен, связанных со своим временем и унаследованных нами по традиции, а еще больше появится их в будущем, и к ним в знак того, что мы существовали, мы должны прибавить несколько своих собственных.</p>
    <p>Если говорить только о художниках, поймите меня правильно, только те художники останутся известными, которые рассказывают о нас правду. Их правда должна быть самой глубокой и самой значительной, а их голоса ясными и сильными, определенными и последовательными. Полуправда и частичная правда не подойдут, не годятся здесь и тонкие, пискливые подголоски и хриплые песенки. То, что они поют, должно быть высшего качества. Они должны использовать и воплощать в непреходящей форме искусства живые факты нашего существования. Они должны рассказать, для чего мы жили, ибо без очевидных целей в жизни, уверяю вас, мы не существуем для будущего. А то, что устраивало людей тысячу лет тому назад, теперь им не подходит. Романс о гомеровской Греции остается романсом о гомеровской Греции. Это бесспорно. Это не наш романс. И тот, кто в наши дни станет петь о гомеровской Греции, вряд ли может рассчитывать, что споет лучще Гомера, и, конечно, это не будет песня о нас или тем более — нашим романсом. Машинный век — это нечто совершенно отличное от героического века. То, что справедливо для скорострельных пулеметов, биржевых контор и электромоторов, просто не может быть справедливо для метательных дротиков и колес несущейся колесницы. Киплинг это знал. Он нам говорил об этом в течение всей своей жизни, воплотив то, что пережил, в созданных им произведениях.</p>
    <p>Он увековечил то, что сделано англосаксами. Англосаксы — это народ не только того узкого островка на краю западного океана. Англосаксы — это люди во всем мире, говорящие на английском языке, которые бытом, и нравами, и своими обычаями скорее всего англичане, чем неангличане. Этих людей воспевал Киплинг. Их труд, пот и кровь были мотивами его песен: но все мотивы его песен пронизывает мотив мотивов, сумма их всех и нечто большее, как раз то, что пронизывает пот, и кровь, и труд англосаксов, — гений нации. А это поистине космическое свойство. Не только то, что справедливо для нации во все времена, но и то, что справедливо для нации во все времена с точки зрения настоящего времени, он уловил и отлил в формах искусства. Он уловил ведущий мотив англосаксов и выразил его в мелодичных рифмах, которые нельзя спеть за один день и которые не будут спеты за один день.</p>
    <p>Англосакс — это пират, захватчик земель и морской разбойник. Под тонким покровом культуры он все тот же, каким был во времена Моргана<a l:href="#n_996" type="note">[996]</a> и Дрейка<a l:href="#n_997" type="note">[997]</a>, Уильяма<a l:href="#n_998" type="note">[998]</a> и Альфреда<a l:href="#n_999" type="note">[999]</a>. В его жилах кровь и традиции Хенгиста<a l:href="#n_1000" type="note">[1000]</a> и Хорса. В битве он объект кровавых вожделений древнескандинавских витязей. Грабеж и добыча манят его неудержимо. Нынешний школьник грезит о подвигах Клива<a l:href="#n_1001" type="note">[1001]</a> и Хастингса<a l:href="#n_1002" type="note">[1002]</a>. У англосакса верное оружие и твердая рука, и он первобытно жесток, все это у него не отнимешь. У него беспокойная, неуемная кровь, она не дает ему отдыха и гонит на поиски приключений через моря и на земли, затерянные в морях. Он не чувствует, когда его бьют, поэтому-то к нему и пристала кличка «бульдог», чтобы все знали о его упорстве. Он проявляет «некоторую заботу о чистоте своих методов и не желает ни чужеземных богов, ни зауми интеллектуальных фантасмагорий». Он любит свободу, но выступает как диктатор по отношению к другим, он своеволен, обладает неиссякаемой энергией и обходится без посторонней помощи. Он умеет взяться за дело, творит законы и вершит правосудие.</p>
    <p>И в XIX веке он живет в соответствии со своей репутацией. Живя в XX столетии, так не похожем на любое другое столетие, он и выражает себя иначе. Но кровь дает о себе знать, и во имя Господа, Библии и Демократии он обошел всю землю, завладев обширными пространствами и жирными кусками и одерживая победы с помощью своей необычайной отваги, предприимчивости и благодаря превосходной технике.</p>
    <p>Грядущим же векам, занявшимся выяснением того, что представлял собой англосакс XIX века и каковы были его деяния, мало будет дела до того, что он хотел бы сделать или не сделал. Его будут помнить за то, что он действительно успел сделать. Его заслуга перед потомками — это то, что он в XIX веке делал дело; его пожелание XX веку, по всей вероятности, будет состоять в том, чтобы он устроил жизнь, — но об этом уже будут петь Киплинги XX века или Киплинги XXI века.</p>
    <p>Редьярд Киплинг XIX века пел о «вещах как они есть». Он видел жизнь такою, какова она есть, «приняв ее лицом к лицу», взяв ее обеими руками и прямо взглянув ей в глаза. Разве есть для англосакса и всего им содеянного лучшая проповедь, чем «Строители моста»? И лучшее признание его заслуг, чем «Бремя белого человека»? Что же касается веры и чистоты идеалов — не для «детей и богов, а для мужчин в мире мужчин» — кто прославил их лучше его?</p>
    <p>Прежде всего Киплинг выступил за деятеля, против мечтателя — за деятеля, который не желает праздных песенок о пустых днях, а который идет вперед и делает дело, согнув спину, в поте лица своего и засучив рукава. Самое характерное для Киплинга — любовь к злободневности, необыкновенная практичность, его своеобразный и постоянный интерес к трезвым, неотразимым фактам. Но главное, он восхвалял труд, и не менее упорно, чем когда-то это делал Карлейль. И он обращался не только к высокопоставленным, но и к простому человеку, к добывающим в поте лица свой хлеб простым людям, которым при всем их желании слушать и понять все же бесконечно далека напыщенная фразеология Карлейля<a l:href="#n_1003" type="note">[1003]</a>. Делай дело, которое у тебя под руками, и делай его в меру всех своих сил. Не так уж важно в конце концов, что это за дело, раз оно что-то значит. Делай его. Делай его и вспоминай бесполого и бездушного Томлинсона, которого не пустили на небо.</p>
    <p>Многие века люди двигались ощупью, бесцельно теряя время, брели впотьмах, и на век Киплинга выпала доля насладиться солнцем, или, другими словами, сформулировать власть закона…</p>
    <p>«Но он же вульгарен, он ковыряется в грязи жизни», — возражают суетливые джентльмены, люди Томлинсона. Хорошо, а разве жизнь не вульгарна? Разве можно разъединить факты жизни? В ней много здорового, но много и нездорового; и разве можно спасти свои одежды, заявляя: «Это меня не касается»? Разве можно утверждать, что часть больше целого? Что целое больше или меньше суммы его частей? Что же до грязи жизни, зловоние оскорбляет вас? Ну и что же? Разве вы не терпите его? Почему же вы тогда не очистите воздух? Вы требуете фильтр для очистки лишь своей собственной порции? А очистив, вы гневаетесь из-за того, что Киплинг снова замутил ее? Он по крайней мере замутил ее здоровым, насытил ее энергией и доброй волей. На поверхность он поднял не просто осадки со дна, но самые существенные ценности. Он рассказал будущим поколениям о нашей низости и наших похотливых желаниях, но он также рассказал будущим поколениям о том важном, что спрятано под этой низостью и похотливыми желаниями. И он к тому же учил нас, всегда учил нас быть чистыми и сильными и идти, как подобает, прямой дорогой.</p>
    <p>«Но у него нет чувства сострадания», — пищат суетливые джентльмены. «Нас восхищает его искусство и блеск интеллекта, нас всех восхищает его искусство и блеск интеллекта, его ослепительная техника и редчайшее чувство ритма, но… он совершенно лишен чувства сострадания». Минуту, друзья! Как это понимать? Нужно ли ему пересыпать свои страницы сострадательными эпитетами в таком количестве, в каком провинциальный наборщик пересыпает их запятыми? Конечно, нет. Все не так просто, милые джентльмены. Много на свете было остряков, и самый остроумный, как известно, никогда не улыбается, даже в самый критический момент, когда слушатели давятся от смеха.</p>
    <p>Так и с Киплингом. Возьмите, например, «Вампира».. Сетуют на то, что в нем нет и намека на сочувствие к человеку и его гибели, нет и намека на урок, нет сострадания к человеческим слабостям и негодования на бессердечность. Но разве мы дети из детсада и нам нужно рассказывать сказки по слогам? Ведь мы взрослые люди, способные читать между строк то, что Киплинг хотел, чтобы мы прочли между строк. «Ибо что-то в нем жило, но все остальное было мертво». Разве здесь не заключена вся печаль мира, наша скорбь, жалость и негодование? И каково же еще назначение искусства, если не возбуждение в сознании чувств симпатии к изображаемому явлению? Цвет трагедии — красный. Разве не должен художник изображать и горячие слезы и тяжелое горе? «Ибо что-то в нем жило, но все остальное было мертво», — можно ли в этом случае более проникновенно передать сердечную боль? Или лучше, чтобы молодой человек, чуть живой и почти мертвый, вышел на авансцену и произнес проповедь перед рыдающими зрителями?</p>
    <p>Для англосаксов XIX век был ознаменован двумя большими событиями: овладением существом дела и распространением расы. Здесь действовали три великие силы: национализм, коммерческий дух, демократия — перетряхивание рас, безжалостная, бессовестная laissez faire (зд. развязность — франц.) господствующей буржуазии и действительно работающее правительство в рамках иллюзорного равноправия. Демократия XIX века — это не та демократия, о которой мечтали в XVII веке. Не демократизм Декларации независимости, а то, что делается на практике, в жизни, именно это содействует выполнению задачи «уменьшения племен, живущих без закона».</p>
    <p>Вот эти события и силы XIX века и воспел Киплинг. Им посвятил он романс, в котором подчеркивает и передает объективное стремление, отражает побуждения расы, ее деяния и традиции. Даже в речь несущихся под парами локомотивов вдохнул он нашу жизнь, наш дух, нашу сущность. Точно так же, как он является нашим глашатаем, так и они — его глашатаи. А романс человека XIX века, судя по тому, как он выразил себя в XIX веке — шестерней и валом, сталью и паром, дальними путешествиями и приключениями,</p>
    <p>— был выражен Киплингом в блестящих песнях для грядущих веков. Если XIX век — век Хулигана, тогда Киплинг — голос Хулигана, потому что он является голосом XIX века. Кто же лучше его представляет XIX век? Мэри Джонстон<a l:href="#n_1004" type="note">[1004]</a>, Чарльз Мэджор<a l:href="#n_1005" type="note">[1005]</a>, Уинстон Черчилль<a l:href="#n_1006" type="note">[1006]</a>? Брет Гарт<a l:href="#n_1007" type="note">[1007]</a>? Уильям Дин Хоуэллс<a l:href="#n_1008" type="note">[1008]</a>? Джильберт Паркер<a l:href="#n_1009" type="note">[1009]</a>?</p>
    <p>Кто из них по настоящему представляет жизнь XIX века? Если забудут Киплинга, то не вспомнят и «Д-ра Джекила и м-ра Хайда», «Похищенного» и «Дэвида Бэлфура» Льюиса Стивенсона? Конечно, забудут. «Остров сокровищ» Стивенсона станет классикой вместе с «Робинзоном Крузо», «Сквозь зеркало» и «Книгой джунглей». Его будут помнить за его очерки, его письма, за его философию жизни и просто самого по себе. Он будет горячо любим, как и был до сих пор горячо любим. Но за другие заслуги перед будущим, а не за те, о которых мы ведем речь. Ибо каждая эпоха имеет своего певца. Так же как Вальтер Скотт пел лебединую песнь рыцарству, а Диккенс бюргерскому страху поднимающегося класса торговцев, так и Киплинг, как никто другой, пел гимн господствующей буржуазии, военный марш белого человека, шагающего по земному шару, торжественную оду коммерции и империализму. За это его и будут помнить.</p>
    <p><emphasis>Окленд, Калифорния, октябрь, 1901 г.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Страшное и трагическое в художественной прозе</p>
    </title>
    <p>"Мне весьма приятно, что ваша фирма намерена оставаться моим издателем, и если бы вы согласились выпустить мою книгу, я был бы рад принять предложенные вами ранее условия, а именно: вся прибыль вам, а мне выдаются двадцать экземпляров для распространения среди моих друзей". Так 13 августа 1841 года Эдгар Аллан По писал в издательство "Ли и Бланчарт".</p>
    <p>Оттуда ответили так: "С большим сожалением сообщаем, что состояние наших дел оставляет мало надежд на новое предприятие… Поверьте, мы сожалеем об этом — как о ваших, так и о наших интересах, хотя с величайшим удовольствием ранее поддержали ваше предложение относительно публикации".</p>
    <p>Пять лет спустя, в 1846 году, Эдгар По писал мистеру Е.Г. Дайкину: "По некоторым соображениям мне очень хочется, чтобы другой том моих сказок был опубликован до первого марта. Как считаете, можно ли это для меня сделать? Не мог бы мистер Уили выдать мне круглым счетом, скажем, 50 долларов за авторские права на сборник, который я посылаю?"</p>
    <p>В сравнении с гонорарами современных ему писателей Эдгар По за свои рассказы получал, очевидно, ничтожно мало. Между тем осенью 1900 года один из трех сохранившихся экземпляров его сборника "Тамерлан" и другие стихотворения был продан за 2050 долларов — сумму, вероятно, более значительную, чем писатель получил за все свои вместе взятые журнальные и книжные публикации стихов и рассказов.</p>
    <p>Итак, его гонорары были гораздо скромнее, нежели даже у самых посредственных его современников, а был он, кстати, куда более значительным писателем, чем огромное большинство его соратников по перу, и достиг более яркой и продолжительной славы.</p>
    <p>Кук в письме к Эдгару По говорит: "Случай с Вальдемаром", который прошлой зимой я прочитал в номере вашего "Бродвей джорнел", если уж говорить начистоту, невзирая на косые взгляды, я без колебаний назвал бы самым дьявольским, vraisemblabler {Правдоподобным (фр.).}, самым страшным, жутким, потрясающим, подлинным шедевром беллетристики из всех, которые когда-либо создавал человеческий мозг и вообще держал в руках человек. Этот "желатинообразный, вязкий звук" мужского голоса! — ничего подобного никогда не было. Рассказ поверг меня в панический страх. Это меня-то, вооруженного двуствольным ружьем, и среди белого дня! А что бы сталось со мной среди ночи, да еще в каком-нибудь старинном мрачном загородном доме? В ваших рассказах я всегда нахожу нечто такое, что потом долго меня преследует. Зубы Беренис, остекленелые глаза Мореллы, сияющая красным ослепительным светом трещина на доме Ашеров, поры в палубе корабля в рассказе "Рукопись, найденная в бутылке", капли сверкающей жидкости, Падающие в бокал, в новелле "Лигейя", и т. д. — всегда у вас есть что-то такое, что вонзается в сознание, по крайней мере — в мое".</p>
    <p>Примерно в то же время Элизабет Барретт Броунинг, тогда она была мисс Барретт, писала Эдгару По: "Здесь, в Англии, Ваш "Ворон" произвел сенсацию, настоящий фурор… Я слышала о людях, преследуемых рефреном "никогда", а один мой знакомый, имеющий, к несчастью, "бюст Паллады", теперь не решается на него смотреть в сумерках. Есть еще у вас новелла… обошедшая все газеты, о гипнотизме, которая привела всех нас в "самое восхитительное расстройство** и пробудила чуткие сомнения — "вдруг это все правда было", как говорят дети о рассказах про привидения. В указанной истории налицо власть писателя, его умение сделать чудовищное и невероятное близким и знакомым".</p>
    <p>Но при всем том, что рассказы Эдгара По приводили читателей в "самое восхитительное расстройство", а мужчин среди бела дня в паническое состояние, и читались, можно сказать, повсюду, в те времена против них, по-видимому, существовало предубеждение, благодаря которому их относили к разряду отвратительных, непригодных к чтению. Нет, публика читала новеллы Эдгара По, но он не был принят публикой. И когда публика разговаривала с ним устами издателей журналов, языком ненадежных соглашений, он, негодуя, мечтал о своем собственном журнале — не о каком-то жеманном журнальчике, заполненном низкопробными рисунками и модными картинками, нотами и любовными историями, а о журнале, который высказывался бы о серьезных вещах и печатал бы рассказ, потому что это действительно рассказ, а не ерунда, которая, как утверждают, понравится публике.</p>
    <p>Джеймс Хит писал Эдгару По о "Падении дома Ашеров": "Он (Уайт, издатель "Сазерн литерари мессенджер") сомневается, имеют ли его читатели в самом деле интерес к рассказам германской школы, хотя они и написаны мощно, высокопрофессионально. И с его мнением, честно вам признаюсь, я готов полностью согласиться. Сомнительно, чтобы истории из разряда безумных, страшных и невероятных могли иметь в стране заметную популярность. Ведь Чарльз Диккенс, мне кажется, нанес смертельный удар сочинениям подобного рода".</p>
    <p>И вот, писательская братия той поры, та, что создавала бойко распродававшиеся модные рассказы и получавшая за них кругленькие суммы, мертва и забыта вместе со своими творениями, в то время как Эдгар По и его новеллы по-прежнему живы. Эта сторона биографии По непонятна, парадоксальна. Ведь издатели не любили печатать его рассказы, а люди их читать, и тем не менее они широко читались и обсуждались и запоминались, и обошли иностранную печать. Да, они принесли ему мало денег, но с той поры собрали огромные суммы и по сей день имеют широкий и устойчивый спрос. Во время их появления господствовала уверенность, что в Соединенных Штатах они никогда не статут популярными, однако постоянный спрос и вновь появляющиеся переиздания свидетельствуют о широком и прочном к ним интересе. Ныне мрачные, вселяющие страх "Падение дома Ашеров", "Лигейя", "Черный кот", "Бочонок амонтильядо", "Беренис", "Колодец и маятник" и "Маска Красной смерти" читаются с не меньшей жадностью, чем прежде, и особенно молодым поколением. А оно нередко печатью одобрения отмечает как раз то, что, будучи прочитано и одобрено пожилыми, потом было забыто, подвергнуто цензуре и осуждено, И все: же отношение к такого рода произведениям со времен Эдгара По сохраняется поныне. Ни один уважающий себя издатель, озабоченный числом подписчиков, не прельстится, не соблазнится рассказом о странном и трагическом, и читающая публика, если ей приходится так или иначе наткнуться на такие рассказы — а она каким-то образом ухитряется на них наткнуться, — заявляет о своем к ним безразличии.</p>
    <p>Человек прочитает такой рассказ, отодвинет его с отвращением и скажет: "Он леденит кровь. Не желаю читать ничего подобного". Однако он или она снова и снова будут читать нечто подобное, а потом обратятся к этим произведениям, чтобы перечитать их еще раз. Поговорите с любым мужчиной или женщиной из читающей публики, и вы обнаружите, что они перечитали все или почти все из существующих историй, наводящих страх и ужас. При этом они занервничают, выразят свое отрицательное отношение к таким историям, а потом примутся разбирать их с таким знанием дела и пониманием, которое не может не удивить и не обратить на себя внимание.</p>
    <p>Когда задумываешься, почему многие осуждают эти рассказы и в то же время продолжают их читать (это доказывает многолетний опыт и спрос на такие книги, как у Э. По), то встает вопрос: честно ли высказываются читатели, недовольно заявляя, будто их не интересует страшное, ужасное и трагическое? А вдруг их в себе пугает то, что им нравится пугаться?</p>
    <p>Ведь страх сидит глубоко в корнях рода человеческого, Он возник первым из чувств и в первобытном мире был преобладающим. И поныне он остается прочнее всего укоренившимся душевным переживанием. Но в первобытном обществе люди были бесхитростны, с неразвитым самосознанием, они открыто наслаждались вызывающими ужас историями и культами. Ну, а теперь, разве наш сложный и развивший самосознание человек не испытывает наслаждение от вещей, вызывающих ужас? Может быть, дело в том, что он стыдится признаться в переживаемом при этом наслаждении?</p>
    <p>Что влечет ночью мальчишек в заброшенный дом, побуждает их бросаться камнями и удирать с сердцами, колотящимися так оглушительно, что их стук перекрывает топот их несущихся как вихрь ног? Что же такое привлекает ребенка, заставляет его слушать вызывающие приступы страха сказки о приведениях, побуждает упрашивать "еще и еще"? Заключено ли в этом нечто пагубное и злое, о чем как о нездоровом предостерегает его инстинкт в момент, когда его влечет желание? Или, скажем, что же это такое, что заставляет учащенно биться сердце мужчин и женщин, ускорять шаг, когда они в одиночестве проходят через темный холл или поднимаются по винтовой лестнице? Не движение ли это тех самых диких инстинктов? Инстинктов не умерших, а уснувших с тех времен, когда первобытный человек в местах становищ жался к огню или, сбившись во мраке в кучу, дрожал вверху на сучьях деревьев.</p>
    <p>Что бы то ни было и независимо от того, хорошели это или плохо, но ведь так оно и есть. Именно такие ощущения пробуждает в нас и Эдгар По, повергая в панику среди бела дня и приводя нас в восхитительное расстройство. Вряд ли взрослый человек, боящийся Темноты, признается в этом. Он стесняется, потому что пугаться темноты считается неприличным. Вероятно, люди чувствуют, что восхищаться рассказами, вызывающими страх и ужас, тоже неприлично. Возможно, инстинкт говорит им, что нехорошо, вредно вызывать такие эмоции, и, побуждаемые своими чувствами, люди говорят, будто не любят такие рассказы, хотя на самом деле их любят.</p>
    <p>Величайшим чувством, которое разрабатывал Диккенс, как подметил Брукс Адамс, был страх; точно так же как храбрость — это величайшее чувство у Вальтера Скотта. Воинственное дворянство, видимо, с избытком обладало храбростью и с неизменной готовностью откликалось на храбрые дела. С другой стороны, у поднимающейся буржуазии, у осторожных торговцев и у горожан, только что избавившихся от притеснений и грабежа своих тяжелых на руку лордов, вероятно, сильнее было развито чувство страха и готовности к страшному. По этой вот причине они и пожирали сочинения Диккенса, ибо он оказался их рупором, также как Вальтер Скотт был рупором старинного умирающего дворянства.</p>
    <p>Но со времен Диккенса, если судить по отношению издателей и авторитетным высказываниям читателей, все-таки произошли определенные перемены. В те времена буржуазия — недавно поднявшийся правящий класс — еще переживала неизъяснимый страх, подобно тому, который испытывает старая негритянка, скажем, второго поколения прибывших из Африки, страшащаяся колдунов. А ныне та же самая буржуазия, утвердившаяся и победоносная, кажется, стыдится своих старых страхов, о которых смутно</p>
    <p>помнит как о дурных кошмарах. Когда ощущение страха у нее было острым, она ничто не любила крепче того, что вызывает страх; но вместе с ушедшими в прошлое страхами теперь, когда ей ничто более не угрожает и не тревожит, она стала бояться страха. А это значит, что буржуазия обрела самосознание, подобно тому как освобожденный черный раб помнит о клейме, наложенном на чернокожих, называя себя цветным джентльменом, в глубине души он по-прежнему ощущает себя черным, "негритосом". Точно так же и буржуазия, вероятно, смутно, интуитивно ощущая клеймо позорных дней своего страха и осознав себя, славит неприличным то, что вызывает страх, и вместе с тем, погружаясь вглубь таинств своего существования, по-прежнему находит в нем наслаждение.</p>
    <p>Все сказанное, естественно, — это так, между прочим — всего лишь попытка объяснить некоторую противоречивость характера читающей публики. Однако факты, во всяком случае, остаются фактами. Публика боится рассказов, вызывающих чувство страха, и лицемерно продолжает ими наслаждаться. В последний сборник У.У. Джакоба "Леди с баржи" вместе с его неподражаемыми юморесками вошло несколько жутких историй. Более десятка его друзей было опрошено с целью узнать, какой рассказ произвел на них наиболее сильное впечатление; единодушный ответ — "Обезьянья лапа". А "Обезьянья лапа" принадлежит к числу лучших страшных рассказов. Далее, после неизменных гримас и диктуемых законом приличия негативных отзывов о такого рода рассказах, все без исключения читатели продолжили их обсуждение с заинтересованностью и знанием дела, что свидетельствовало о том, что, какие бы необычные чувства эти произведения не вызывали, они, во всяком случае, доставляют удовольствие.</p>
    <p>Давным-давно Амброз Бирс опубликовал свою книгу "Солдаты и штатские", до краев полную ужасами и страхом. Рискни какой-нибудь издатель поместить один из этих рассказов, это сочли бы финансовым и профессиональным самоубийством; но вот, год за годом шел, а люди все говорят и говорят о "Солдатах и штатских", тогда как бесчисленные подсахаренные, "здоровые", "оптимистичные" книги со счастливым концом забыты, едва успев сойти с печатного станка.</p>
    <p>Со свойственной молодым людям неосмотрительностью, вместо того чтобы выдать более спокойный путь, м-р Морроу отважился на создание книги "Обезьяна, идиот и другие люди", где можно обнаружить самые ужасающие из всех существующих на английском языке ужасных историй. Они не замедлили создать ему репутацию, после чего он постиг, в чем истинное назначение искусства и, отрекшись от страшного и ужасного, начал писать другие, совершенно непохожие книги. Увы, те самые читатели, которые как один говорят, что не любят его рассказы из сборника "Обезьяна, идиот и другие люди", остальные его книги вообще не помнят, хотя живо припоминают эту первую его книгу.</p>
    <p>Из двух недавно вышедших сборников, в каждом из которых есть по одному страшному рассказу, девять из десяти обозревателей в каждом томе сочли достойным внимания именно страшные рассказы и, отдав им должное, пятеро из девяти выступили с их критикой. Устойчивую и широкую популярность имела насыщенная первозданными ужасами "Она" Райдера Хаггарда; а "Странный случай с д-ром Джеккилом и м-ром Хайдом" завоевал, пожалуй, еще больший успех и выдвинул Стивенсона вперед.</p>
    <p>Ну, а если отложим в сторону страшный рассказ, может ли вообще какой-нибудь рассказ — тема какая угодно, но не трагическая и не страшная быть истинно великим? Можно ли подслащенные банальности жизни превратить во что-то стоящее?</p>
    <p>Пожалуй, нет. Сила и величие величайшего в мировой литературе рассказа, с уверенностью можно сказать, зависит от трагического и страшного. Всего около половины их повествует о любви, но и в этом случае свое истинное величие они черпают не в самой любви, а в трагическом и страшном, с которым связана любовь.</p>
    <p>В этом ряду как типичный можно привести рассказ Киплинга "Лишенный права неподсудности". Любовь Джона Холдена и Амиры потому и величественна, что направлена против касты и сопряжена с риском. Она остается в памяти благодаря трагической гибели Тоты и Амиры и возвращения Джона Холдена в семью. Лишь потрясения заставляют зазвучать глубинные струны человеческой натуры, а в сладеньких, жизнерадостных и безмятежных событиях их нет. Великое произведение создается лишь в минуты вдохновения, а в подсахаренном и благополучном существовании нет ничего вдохновляющего. Ведь не из-за гладкого же течения событий запомнились нам Ромео и Джульетта, Абеляр и Элоиза, Тристан и Изольда, Паоло и Франческа.</p>
    <p>Но большинство великих рассказов — не о любви, скажем, "Помещение на ночь" (Речь идет о рассказе Р. Стивенсона "Ночлег Франсуа Вийона".) — одна из самых цельных и прекрасных историй, не содержит и намека на любовь, нет в ней и ничего похожего на характер, который нам хотелось бы встретить в жизни. Начиная с убийства бегущего страшной ночью по улицам Тевенена и ограбления в подъезде мертвой шлюхи и кончая престарелым сеньором де Бризету, которого не убили, потому что у него семь, а не десять предметов столового сервиза, — в ней все вызывает ужас, протест. И тем не менее, именно благодаря этому рассказ велик. А игра словами между Вийоном и хилым сеньором де Бризету в покинутом всеми доме, которая заполняет рассказ, если убрать из него потрясение и насилие, а двух мужчин поместить визави, да еще с десятком слуг за спиной старого лорда, эта беседа отнюдь не станет рассказом. "Падение дома Ашеров" своим блеском всецело обязано ужасному, а любовных сцен в нем не больше, чем в мопассановском "Ожерелье", или в "Куске веревки", или в "Человеке, который был" и рассказе "Мээ, Паршивая овца". Последний, кстати, — самый впечатляющий из всех трагедий — трагедия ребенка.</p>
    <p>У журнальных издателей есть убедительный довод для отказа помещать страшное и трагическое: читатели-де заявляют, что не любят страшное и трагическое, и этого достаточно, если не углублять вопрос. Но либо их читатели самым бессовестным образом кривят душой (или заблуждаются, будучи уверены, что глаголят правду), либо люди, читающие журналы, — это не те, что неизменно покупают, скажем, сочинения Эдгара По.</p>
    <p>Итак, при наличии потребности в страшном и трагическом, разве на рынке, заполненном другого рода литературой, не найдется места для журнала, посвященного в первую очередь страшному и трагическому? О таком журнале мечтал Эдгар По, в нем не будет никакой слащавости, никакой "желтизны", ничего выхолощенного; он станет печатать истории, которым скорее нужно надежное место, нежели широкая популярность.</p>
    <p>Перед лицом такого предприятия необходимыми кажутся две вещи: часть читающей публики, интересующейся трагическим и страшным, должна честно выписать этот журнал, а наши писатели должны быть в состоянии обеспечить его такими историями. Единственная причина, объясняющая, почему сегодня такие истории не создаются, — это отсутствие соответствующего журнала, и писательская братия, следовательно, занята сочинением эфемерного чтива, которое можно продать. Жаль, конечно, что писатели трудятся прежде всего ради хлеба насущного, а уж потом для славы, и что их уровень жизни растет в прямой зависимости от роста их способности зарабатывать на хлеб (поэтому они никогда не добьются славы), вот и процветают однодневки, а великое произведение остается ненаписанным.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Перевод В. Быкова</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>Хронология Джека Лондона</p>
   </title>
   <p><emphasis><strong>1876,</strong> 12 января.</emphasis> — В Сан-Франциско у Флоры Уэллман родился сын Джон, будущий писатель Джек Лондон. Отцом родившегося мальчика был астролог, профессор Чэни <a l:href="#n_1010" type="note">[1010]</a>, ирландец по национальности. Флора Уэллман, дочь предпринимателя из г. Мэслон, штат Огайо, давала в Сан-Франциско уроки музыки, устраивала спиритические сеансы, читала лекции о спиритизме.</p>
   <p><emphasis><strong>1876,</strong> 7 сентября.</emphasis> — Брак Флоры Уэллман с Джоном Лондоном. Джон Лондон, вдовец с двумя дочерьми, приехал в Сан-Франциско из штата Айова. Даже узнав впоследствии, что Джон Лондон ему отчим, Джек всегда любил его как родного отца. Одна из сводных сестер Джека, Элиза, была ему верной помощницей всю жизнь. Мамкой-кормилицей Джеку нанимают негритянку Дженни Прентис, к которой писатель до конца своих дней питал большую привязанность. Семья Лондонов живет в различных местах у залива Сан-Франциско (Окленд, Аламеда, Сан-Матео, Ливермор); отчим работал то каменщиком, то плотником, пытался стать фермером, торговал овощами, был агентом зингеровской компании швейных машин и даже полисменом. Часто оказывался без работы, семья терпела нужду.</p>
   <p><emphasis><strong>1886.</strong></emphasis> — Джон Лондон, разорившись и продав ферму в Ливерморе, поселяется в Окленде, пригороде Сан-Франциско. Десятилетний Джек, чтобы помочь семье, торгует газетами на улицах, работает помощником у разъезжего торговца льдом, служит мальчиком в кегельбане. Посещает публичную библиотеку и становится страстным читателем книг.</p>
   <p><emphasis><strong>1889–1892.</strong></emphasis> — Джек Лондон кончает начальную школу. Работает на консервном заводе, в тягчайших условиях, иногда по восемнадцать — двадцать часов подряд. На собственные сбережения приобретает лодку и по воскресеньям плавает в заливе. Впоследствии, заняв триста долларов у Дженни Прентис, приобретает шлюп «Рэззл-Дэззл» и становится «устричным пиратом». Не раз рискуя жизнью, участвует во многих браконьерских налетах. Затем переходит на службу в рыбачий патруль, боровшийся с браконьерами. Знакомится с произведениями Киплинга, Золя, Мелвиля, Толстого.</p>
   <p><emphasis><strong>1893.</strong></emphasis> — В январе семнадцатилетний Джек Лондон нанимается матросом на шхуну «Софи Сезерлэнд», идущую к японским берегам и в Берингово море за котиками. Побывал на островах Бонин и в Иокогаме. После семи месяцев плавания возвращается в Окленд. В Калифорнии кризис, работы нет. Джек Лондон устраивается рабочим на джутовую фабрику. На конкурс, объявленный газетой «Сан-Франциско колл», Джек Лондон в два дня пишет рассказ «Тайфун у берегов Японии», который 12 ноября был напечатан и получил первую премию. Уходит с джутовой фабрики, пытается стать электромонтером. Работает на электростанции трамвайного парка в Окленде — подтаскивает на тачке уголь к кочегарке.</p>
   <p><emphasis><strong>1894.</strong></emphasis> — В апреле Джек Лондон решает присоединиться к армии безработных, руководимой Келли, которая шла из Калифорнии в Вашингтон требовать у правительства помощи безработным. Догоняя «армию Келли», Джек Лондон едет «зайцем» на поездах, ведет жизнь бродяги (см. его книгу «Дорога»). Он пересекает всю Америку, побывав в Чикаго, Бостоне, Вашингтоне, Нью-Йорке. В городе Ниагара-Фоллс Джек Лондон был арестован за бродяжничество и месяц сидел в тюрьме. По освобождении он поездом доехал до Ванкувера (Канада) и оттуда, нанявшись матросом на судно, возвратился в Сан-Франциско.</p>
   <p><emphasis><strong>1895.</strong></emphasis> — Джек Лондон девятнадцатилетним юношей поступает в среднюю школу. Жадно читает. Живет случайными заработками: подстригает газоны, выбивает ковры, моет в школе полы. В школьном журнале «Эгида» печатает очерки и рассказы, преимущественно на материале своего странствования по Америке. Заинтересовавшись социалистическим учением, знакомится с трудами социалистов-утопистов и «Манифестом Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса. Сближается с местными социалистами, вступает в дискуссионный клуб, где собиралась оклендская интеллигенция. Становится членом Социалистической рабочей партии. За публичное выступление в Сити Холл Парке в Окленде, направленное против капитализма, подвергается аресту. Пропагандистская деятельность Лондона приобретает широкую известность. Газеты дают ему прозвище «мальчик-социалист». Лондон знакомится с буржуазной семьей Эпплгартов (в романе «Мартин Иден» — семейство Морзов). Увлечение Мэйбл Эпплгарт (в романе — Руфь Морз).</p>
   <p><emphasis><strong>1896.</strong></emphasis> — Джек Лондон оставил среднюю школу. Для подготовки к вступительным экзаменам в университет он пять недель занимался на специальных курсах, а потом три месяца самостоятельно, без посторонней помощи, просиживая за книгой по девятнадцать часов в сутки. Осенью успешно сдал экзамен в Калифорнийский университет.</p>
   <p><emphasis><strong>1897.</strong></emphasis> — Проучившись в университете один семестр, Джек Лондон из-за отсутствия средств покидает его и отдается литературному творчеству. Рассылает по журналам свои очерки, рассказы, статьи и юмористические стихи, но издатели не печатают из произведений Лондона ни строчки. Нужда заставляет взяться его за тяжкую, отупляющую работу в прачечной. Весной на деньги сестры Элизы Джек Лондон вместе с мужем Элизы Шепардом отплывает в Клондайк (Аляска) за золотом. После высадки в г. Скагуэй Лондон с кладью на спине переходит через труднейший Чилкутский перевал, руководит постройкой лодки у озера Линдерман и переправой через пороги Белая Лошадь в верховьях Юкона. Зиму провел в хижине у реки Стюард. Весной спустился на плоту к Доусону. Заболев цингой и не добыв ни унции золота, Лондон в июне 1898 года с двумя товарищами в течение девятнадцати дней плывет из Доусона на лодке вниз по Юкону и вдоль побережья Берингова моря. Затем Лондон кочегаром плывет на судне до Сиэтла, откуда товарным поездом прибывает домой. Все это время он делает записи для будущей литературной работы.</p>
   <p><emphasis><strong>1898.</strong></emphasis> — Возвратившись из Аляски, Джек Лондон снова в Окленде без гроша в кармане. За время его отсутствия умер отчим Джон Лондон; все заботы о семье легли на Джека. Он тщетно ищет постоянной работы, живя на случайные заработки и ведя полуголодное существование, но не забывает своей цели — стать писателем — и упорно трудится над рассказами, добиваясь мастерства.</p>
   <p><emphasis><strong>1899.</strong></emphasis> — В январе журнал «Оверленд мансли» (Сан-Франциско) печатает рассказ Лондона «За тех, кто в пути!», а в феврале — рассказ «Белое безмолвие». Понемногу рассказы Лондона публикуются и в других печатных органах, что дает ему возможность жить на литературный заработок. Джек Лондон читает научные труды по социологии, политэкономии, истории, биологии. Знакомится с учением буржуазного философа-позитивиста Герберта Спенсера, серьезно повлиявшего на Лондона, изучает классиков художественной литературы и современную беллетристику. Выступает с лекциями в клубе социалистов. Встречается с социалисткой Анной Струнской, в ту пору учившейся в Стэнфордском университете. Заводит правило, которого придерживался впоследствии всю жизнь, — писать по тысяче слов в день, шесть дней в неделю.</p>
   <p><emphasis><strong>1900.</strong></emphasis> — Влиятельнейший журнал «Атлантик мансли» (Бостон) в январе печатает повесть Лондона «Северная Одиссея». Начало литературной славы Лондона. Разрыв помолвки Лондона с Мэйбл Эпплгарт. Выходит в свет первый сборник рассказов Лондона «Сын Волка» (в Бостоне). В апреле Лондон женится на Элизабет Маддерн, преподавательнице математики.</p>
   <p><emphasis><strong>1901.</strong></emphasis> — У Лондона родилась дочь Джоан. Выходит второй сборник рассказов Лондона, «Бог его отцов» (в Чикаго). По контракту с издателем Мак Клюром, выплачивавшим Лондону сто двадцать пять долларов в месяц, Лондон пишет свой первый роман «Дочь снегов». Знакомится с романом М. Горького «Фома Гордеев» и в ноябре печатает о нем восторженную статью.</p>
   <p><emphasis><strong>1902.</strong></emphasis> — Поселившись в феврале в дачной местности Пьедмонт, Джек Лондон принимает у себя множество друзей и знакомых. Пишет «Путешествие на «Ослепительном» и совместно с Анной Струнской — «Письма Кемптона и Уэйса». Расходы на семью втягивают Лондона в долги. По предложению ассоциации «Америкен Пресс» едет корреспондентом в Лондон, чтобы оттуда плыть к театру англо-бурской войны. Вследствие окончания войны остается в Лондоне, где в течение нескольких недель живет переодетым в трущобах Ист-Энда, фотографируя обитателей лондонского дна и работая над книгой «Люди бездны» (вышла в 1903 г.). Закончив книгу, посетил Париж и Италию. Спешно вернулся через Нью-Йорк домой, получив известие о рождении второй дочери, Бэсс. В Нью-Йорке договаривается с издательством Макмиллан о выплате ему ста пятидесяти долларов в месяц за право издательства печатать все его будущие произведения.</p>
   <p><emphasis><strong>1903.</strong></emphasis> — Лондон в течение месяца пишет повесть «Зов предков». Повесть напечатал влиятельнейший журнал «Сатэрдэй ивнинг пост», заплатив две тысячи долларов гонорара, затем ее, согласно существовавшему договору, выпустило издательство Макмиллан. Лондон приобрел парусный шлюп «Спрэй», на котором плавал по заливу. Весной начинает работу над романом «Морской волк». В июне семья Лондона поселяется на даче в Лунной долине, округ Сонома, в местечке Глен Эллен. В конце июля Лондон, увлекшись Чармиан Киттредж, с которой был знаком с 1900 года, оставляет семью.</p>
   <p><emphasis><strong>1904.</strong></emphasis> — 7 января Джек Лондон в качестве корреспондента от херстовского треста отплыл в Японию, чтобы попасть на русско-японскую войну. Японские власти, не желая подпускать иностранных корреспондентов к фронту, всячески задерживали их в Японии. С огромными трудностями Лондон доплыл от Нагасаки до Мокпхо (на западном побережье Кореи), стремясь попасть в Чемульпо, а оттуда на фронт. В Мокпхо он нанял туземную джонку и за шесть суток, преодолевая шторм и стужу, доплыл по Желтому морю в Чемульпо. У Лондона были обморожены уши, руки и ноги. С японскими войсками он дошел до Пхеньяна, где был арестован, затем отправлен в тыловой Сеул и посажен в военную тюрьму за появление на фронте без разрешения. По протесту президента США Т. Рузвельта Лондона освободили. Приплыв в конце июня в Сан-Франциско, Лондон привез первые в Америке фотографии с русско-японской войны, а из Кореи он послал девятнадцать корреспонденций. Вышли в свет сборник рассказов «Вера в человека» и роман «Морской волк», имевший шумный, успех. Лондон пишет повесть «Игра». Строит дом в Пьедмонте для оставленной жены и детей.</p>
   <p><emphasis><strong>1905.</strong></emphasis> — Джек Лондон, как социалист и писатель, выступает с огненными речами перед социалистами Лос-Анжелоса, студентами Калифорнийского университета, предпринимателями города Стоктона. Русских революционеров Лондон под враждебные крики стоктонских капиталистов называл своими братьями. Он подписывает воззвание Общества друзей русской свободы, избирается президентом Студенческого социалистического общества. В марте кандидатуру Лондона уже вторично выдвигают для голосования на пост мэра Окленда от социалистической партии. Лондон пишет статью «Революция», выпускает сборник «Борьба классов» и «Рассказы рыбачьего патруля». Приступает к работе над повестью «Белый Клык». Приобретает в Глен Эллен участок земли. 18 ноября получает развод с женой. 19 ноября венчается с Чармиан Киттредж, чем вызывает скандальную шумиху в прессе и нападки церковников. В конце года Лондон и Чармиан совершили плавание на пароходе, посетив Ямайку, Кубу, Флориду.</p>
   <p><emphasis><strong>1906.</strong></emphasis> — В январе Лондон совершает лекционное турне по США, выступая с докладами о социализме и революции. В Нью-Йорке состоялся его доклад перед тремя тысячами студентов Иэльского университета, а также выступление на открытом заседании Студенческого социалистического общества, где слушателей, главным образом рабочих, было еще больше. В начале февраля Лондон заболевает от простуды и возвращается в Глен Эллен. Задумывает кругосветное, включая посещение Петербурга, путешествие на яхте «Снарк», которую строит по собственному проекту. Подготовка плавания поглощает у Лондона колоссальные средства и массу энергии. В декабре писатель заканчивает роман «Железная пята» (опубликовав в 1908 г.). Вышли в свет сборник рассказов «Луннолицый» и повесть «Белый Клык».</p>
   <p><emphasis><strong>1907–1909.</strong></emphasis> — 4 апреля 1907 года Лондон с женой вышел на «Снарке» в Тихий океан. Приступает на борту к работе над романом «Мартин Иден» — как всегда, по тысяче слов в день. Первая остановка «Снарка» — в Пирл Харборе (Гавайские острова); в коттедже одного из друзей на острове Хило, а также на других островах Лондон отдыхает, ловит рыбу, присутствует на различных празднествах, но каждое утро работает, создавая путевые очерки и новые главы «Мартина Идена». Неделю живет на Молокаи — острове прокаженных. После Гавайских островов «Снарк» с большими трудностями достиг Маркизских островов (Нукухива), затем весной 1908 года — Таити. Здесь из писем Лондон узнает, что его финансовые дела на родине вконец запутаны. С пароходом, идущим в Сан-Франциско, Лондон с женой возвращается домой. Получив от фирмы Макмиллан аванс под «Мартина Идена» и несколько других гонораров, Лондон уплачивает долги и возвращается на Таити. Плывет на «Снарке» к островам Самоа, Фиджи, Новые Гебриды, Соломоновым, не раз подвергаясь серьезной опасности. Посещает копровые плантации, плавает на судне, вербующем туземцев на работы, рыбачит, фотографирует, собирает коллекцию местных предметов, составившую целый музей, лечит при заболеваниях свой экипаж, исполняет обязанности капитана. Одновременно Лондон пишет роман «Приключение» и цикл южных рассказов. В сентябре 1908 года Лондон заболевает. Его переправляют в Сидней (Австралия), кладут в больницу. В мае 1909 года состояние здоровья Лондона ухудшается. Ему делают операцию. «Снарк» приводят в Сидней и продают с аукциона. 23 июля 1909 года Лондон возвратился в Сан-Франциско; у него подорвано здоровье, скопилось множество долгов. Лондон живет в Глен Эллен и, желая восстановить свое пошатнувшееся материальное положение, пишет роман «Время-Не-Ждет». В 1907 году вышли сборник рассказов «Любовь к жизни», сборник «Дорога», повесть «До Адама». В 1909 году — роман «Мартин Иден», принятый весьма холодно.</p>
   <p><emphasis><strong>1910.</strong></emphasis> — На своем ранчо в Глен Эллен Лондон начинает строить огромное каменное здание — «Дом Волка». Приглашает к себе жить сестру Элизу Шепард, которая стала помогать ему в делах. Купил участок виноградника в восемьсот акров за тридцать тысяч долларов. Страстно ждет сына. 19 июня у Чармиан родилась дочь, умершая через три дня. На небольшой яхте «Ромер» Лондон совершает кратковременное плавание по заливу и рекам. Вышли в свет сборники «Потерявший лицо», «Революция», роман «Время-Не-Ждет», пьеса «Кража».</p>
   <p><emphasis><strong>1911.</strong></emphasis> — Лондон постоянно живет в Глен Эллен, принимая у себя в доме множество гостей, знакомых и незнакомых. Не отступая от своих правил, систематически, каждое утро, работает над литературными произведениями. Горячо увлекается сельским хозяйством, читает книги по агрономии. Путешествует на четверке лошадей по Калифорнии и соседним штатам. В конце декабря уезжает с Чармиан в Нью-Йорк. Выходят в свет сборники рассказов Лондона «Когда боги смеются» и «Сказки Южных морей», «Путешествие на «Снарке», роман «Приключение».</p>
   <p><emphasis><strong>1912.</strong></emphasis> — Джек Лондон и Чармиан на парусном корабле «Дириго», выйдя из Балтиморы и причалив в Сиэтле, совершают плавание вокруг мыса Горн, занявшее сорок восемь суток. Опубликованы сборники рассказов Лондона «Сын Солнца», «Храм Гордыни», «Смок Беллью».</p>
   <p><emphasis><strong>1913.</strong></emphasis> — Мировая слава Лондона достигает апогея, его книги переводятся на многие языки Европы. Лондон деятельно занимается на своем ранчо хозяйством, желая показать, как усовершенствовать земледелие в Калифорнии. Экспериментирует во всех отраслях сельского хозяйства, возделывает новые культуры, разводит племенной скот. На его ранчо и строительстве «Дома Волка» работает более восьмидесяти человек. Лондон вынашивает планы создания на своей земле сельскохозяйственной общины, где должны были жить лучшие его работники. В ночь на 19 августа сгорел уже отделанный и готовый для вселения «Дом Волка», о котором Лондон мечтал многие годы и который обошелся ему в восемьдесят тысяч долларов. При огромных гонорарах у Лондона сто тысяч долларов долга. Публикуются сборник рассказов Лондона «Рожденная в ночи», повести «Лютый зверь» и «Джон-Ячменное зерно», роман «Лунная долина».</p>
   <p><emphasis><strong>1914.</strong></emphasis> — В связи с экранизацией романа «Морской Волк» Лондон ведет активную борьбу за пересмотр авторского права, защищая интересы американских писателей. В мае по предложению журнала «Кольерс» едет военным корреспондентом в порт Вера-Крус (Мексика), куда были направлены военные корабли Соединенных Штатов. Заболев дизентерией, вскоре возвращается оттуда. Плавает на яхте «Ромер», начинает писать повесть «Джерри-островитянин». Отвергает предложение о поездке на фронт мировой войны в Европу корреспондентом, скептически оценивая возможности корреспондентской работы. Опубликованы сборники рассказов «Сила сильных» и роман «Мятеж на Эльсиноре».</p>
   <p><emphasis><strong>1915.</strong></emphasis> — В феврале Лондон и Чармиан уезжают на Гавайские острова. Лондон продолжает работать над повестью «Джерри-островитянин» и к лету возвращается в Глен Эллен. Пишет по сценарию Годдарда «кинематографический» роман «Сердца трех», опубликованный уже посмертно. Заключает контракт с фирмой «Космополитен», обязывающий его готовить для фирмы два романа ежегодно. «Достоинства произведений Лондона целиком зависят от издателей, с которыми он еще на несколько лет связан договором», — сообщает в связи с этим секретарь писателя одному из своих корреспондентов. Лондон все сильнее испытывает отвращение к литературному труду. «Я каждый день принимаюсь за дело, как раб, идущий на работу». «Необходимость — вот что еще заставляет меня писать. Необходимость», — признавался Лондон. В этот год у Лондона вышли в свет повесть «Алая чума» и роман «Смирительная рубашка» (Странник по звездам).</p>
   <p><emphasis><strong>1916.</strong></emphasis> — Лондон болеет уремией. Жалуется на глубокую усталость. В июле едет вместе с Чармиан на Гавайские острова, пишет там повесть «Майкл, брат Джерри». Плавание на Гавайи не освежило Лондона и не принесло ему облегчения. Он задумывает путешествие по странам Востока, но отказывается от поездки, уже заказав билеты на пароход. В марте выходит из рядов Социалистической рабочей партии, заявив, что в ней угас боевой дух, возобладал оппортунизм. 14 сентября написано последнее значительное произведение — рассказ «Как аргонавты в старину». Опубликован роман «Маленькая хозяйка большого дома» и сборник рассказов «Черепахи Тасмана» — последняя книга Лондона, вышедшая, при его жизни. Утром 22 ноября Джека Лондона находят без сознания с признаками отравления морфием. К вечеру он, не приходя в сознание, скончался. На другой день, после кремации в Окленде, прах Лондона привезли на ранчо в Глен Эллен и похоронили на холме, поместив над могилой громадный красный камень.</p>
   <p><emphasis>Составил Н. Банников</emphasis></p>
   <empty-line/>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>Словарь морских терминов</p>
   </title>
   <p><emphasis><strong>Анкерок</strong></emphasis> — бочонок для пресной воды.</p>
   <p><emphasis><strong>Бак</strong></emphasis>— носовая часть верхней палубы.</p>
   <p><emphasis><strong>Бакштаг</strong></emphasis> — курс, при котором направление движения судна составляет от 100° до 170° с направлением ветра; ветер дует косо в корму.</p>
   <p><emphasis><strong>Банка</strong></emphasis> — сиденье для гребцов на шлюпке.</p>
   <p><emphasis><strong>Бейдевинд</strong></emphasis> — курс, при котором направление движения судна составляет угол от 10° до 80° с направлением ветра; ветер дует спереди сбоку.</p>
   <p><emphasis><strong>Бом-кливер</strong></emphasis>— передний из косых треугольных парусов на носу судна.</p>
   <p><emphasis><strong>Брашпиль</strong></emphasis> — ворот с горизонтальным барабаном, служащий для подъема якоря и для тяги снастей.</p>
   <p><emphasis><strong>Бухта троса</strong></emphasis> — свернутый кругами трос.</p>
   <p><emphasis>Бушприт</emphasis> — деревянный брус, выступающий горизонтально или слегка наклонно с носа судна; к нему привязываются нижние передние углы бом-кливера и кливера.</p>
   <p><emphasis><strong>Ванты</strong></emphasis> — снасти, поддерживающие мачту и идущие от нее наклонно к бортам. Имеют верёвочные ступеньки — выбленки. Фор-ванты — ванты на фок-мачте; грот-ванты — ванты на грот-мачте.</p>
   <p><emphasis><strong>Верп</strong></emphasis> — небольшой якорь.</p>
   <p><emphasis><strong>Вымбовка</strong></emphasis> — рычаг для вращения вручную якорного шпиля.</p>
   <p><emphasis><strong>Выносить на ветер</strong></emphasis> — перемещать нижний задний угол паруса на наветренный борт.</p>
   <p><emphasis><strong>Галс</strong></emphasis> — курс судна относительно ветра. Идти правым или левым галсом — идти при ветре, дующем с правой или левой стороны.</p>
   <p><emphasis><strong>Галфвинд</strong></emphasis> — курс, при котором направление движения судна образует угол от 80° до 100° с направлением ветра. Ветер дует прямо в борт судна.</p>
   <p><emphasis><strong>Гафель</strong></emphasis> — наклонный брус, упирающийся одним концом в мачту и служащий для подъема верхнего паруса.</p>
   <p><emphasis><strong>Гафель-гардель</strong></emphasis> — снасть, служащая для подъема переднего конца гафеля.</p>
   <p><emphasis><strong>Гик</strong></emphasis> — горизонтальный брус, упирающийся одним концом в мачту. К нему привязывается нижний край нижнего паруса.</p>
   <p><emphasis><strong>Гитовы</strong></emphasis> — снасти для подтягивания нижней кромки паруса к верхней.</p>
   <p><emphasis><strong>Грот</strong></emphasis> — нижний парус на грот-мачте.</p>
   <p><emphasis><strong>Грот-мачта</strong></emphasis> — вторая от носа мачта.</p>
   <p><emphasis><strong>Дирик-фал</strong></emphasis> — снасть, которой поднимают гафель.</p>
   <p><emphasis><strong>Кливер</strong></emphasis> — второй из косых треугольных парусов на носу судна.</p>
   <p><emphasis><strong>Клотик</strong></emphasis> — деревянный кружок, накрывающий верхушку мачты или стеньги.</p>
   <p><emphasis><strong>Клюз</strong></emphasis> — отверстие в борту, через которой проходит якорная цепь.</p>
   <p><emphasis><strong>Комингс</strong></emphasis> — высокая закраина люка, служащая ограждением от воды.</p>
   <p><emphasis><strong>Кофель-нагель</strong></emphasis> — стержень, вставленный в отверстие кольца на мачте и служащий для крепления и подвешивания снастей.</p>
   <p><emphasis><strong>Лаг</strong></emphasis> — приспособление, служащее для измерения скорости судна или пройденного им расстояния.</p>
   <p><emphasis><strong>Лаглинь</strong></emphasis> — веревка, к которой прикреплен поплавок лага.</p>
   <p><emphasis><strong>Леер</strong></emphasis> — веревка, снасть, закрепленная обоими концами; служит для постановки некоторых парусов, для развешивания белья после старки и т. д.</p>
   <p><emphasis><strong>Линь</strong></emphasis> — тонкая веревка.</p>
   <p><emphasis><strong>Лопарь</strong></emphasis> — трос, продетый через блоки талей.</p>
   <p><emphasis><strong>Лючина</strong></emphasis> — каждая из досок, составляющих крышку люка.</p>
   <p><emphasis><strong>Марсовые</strong></emphasis> — матросы, работающие на мачтах при постановке и уборке парусов.</p>
   <p><emphasis><strong>Миля морская</strong></emphasis> — равна 1 852—1 854 метрам.</p>
   <p><emphasis><strong>Нирал</strong></emphasis> — снасть, за которую тянут вниз некоторые паруса при их уборке.</p>
   <p><emphasis><strong>Нок</strong></emphasis> — наружная оконечность всякого горизонтального или наклонного дерева, например, нок гафеля.</p>
   <p><emphasis><strong>Обводы</strong></emphasis> — формы и линии корпуса судна.</p>
   <p><emphasis><strong>Оверштаг</strong></emphasis> — «поворот оверштаг» — поворот против ветра, когда судно проходит линию ветра носом.</p>
   <p><emphasis><strong>Остойчивость</strong></emphasis> — способность судна, наклоненного ветром или волной, возвращаться в прямое положение. Чем ниже центр тяжести судна, тем больше его остойчивость.</p>
   <p><emphasis><strong>Планшир</strong></emphasis> — верхний брус борта шлюпки или фальшборта корабля.</p>
   <p><emphasis><strong>Полветра</strong></emphasis> — «в полветра» — то же, что галфвинд.</p>
   <p><emphasis><strong>Полубак</strong></emphasis> — площадка над палубой на носу судна.</p>
   <p><emphasis><strong>Приводить к ветру</strong></emphasis> — поворачивать судно носом к ветру.</p>
   <p><emphasis><strong>Рангоут</strong></emphasis> — деревянные или металлические части, к которым привязываются паруса. На «Призраке» рангоут состоял из фок-мачты, и грот-мачты, с их стеньгами, гиками и гафелями, и бушприта.</p>
   <p><emphasis><strong>Риф</strong></emphasis> — «брать рифы» — уменьшать площадь паруса, подбирая и подвязывая его нижний край короткими снастями — риф-штертами, прикрепленными в два или три ряда к парусу. Рифы берутся в случае сильного ветра.</p>
   <p><emphasis><strong>Рубка</strong></emphasis> — надстройка в виде домика на верхней палубе или мостике. На парусных шхунах и яхтах — выступающая над палубой верхняя часть каюты или кают-компании. В этом случае крыша каюты называется «палубой рубки».</p>
   <p><emphasis><strong>Салинг</strong></emphasis> — деревянные брусья, крестообразно прикрепленные к мачте; служит для привязывания снастей и как опора для стеньги.</p>
   <p><emphasis><strong>Свайка</strong></emphasis> — инструмент в виде заостренного стержня, употребляемый при работах с тросами.</p>
   <p><emphasis><strong>Стаксель</strong></emphasis> — третий из передних треугольных парусов непосредственно впереди фок-мачты.</p>
   <p><emphasis><strong>Стеньга</strong></emphasis> — брус, служащий продолжением мачты; фор-стеньга — стеньга фок-мачты.</p>
   <p><emphasis><strong>Степс</strong></emphasis> — деревянный брус с углублением, в которое вставляется шпор (нижний конец) мачты.</p>
   <p><emphasis><strong>Такелаж</strong></emphasis> — снасти, служащие для укрепления частей рангоута, для подъема и спуска парусов и рангоута и для управления парусами.</p>
   <p><emphasis><strong>Тали</strong></emphasis> — система блоков и тросов для подъема тяжестей, управления парусами и т. п.</p>
   <p><emphasis><strong>Талреп</strong></emphasis> — трос или винт для подтягивания снастей стоячего такелажа.</p>
   <p><emphasis><strong>Топсель</strong> —</emphasis> верхний косой парус на грот-мачте (грот-топсель) и фок-мачте (фор-топсель).</p>
   <p><emphasis><strong>Траверз</strong></emphasis> — направление, перпендикулярное продольной оси судна.</p>
   <p><emphasis><strong>Тузик</strong></emphasis> — небольшая двухвесельная шлюпка.</p>
   <p><emphasis><strong>Уваливаться под ветер</strong></emphasis> — отклоняться носом от встречного ветра.</p>
   <p><emphasis><strong>Узел</strong></emphasis> — единица измерения скорости хода судов, равная одной морской миле в час. «Делать десять узлов» — двигаться со скоростью десять миль в час.</p>
   <p><emphasis><strong>Фал</strong></emphasis> — снасть, служащая для подъема паруса или флага.</p>
   <p><emphasis><strong>Фальшборт</strong></emphasis> — продолжение борта, образующее как бы стенку вокруг верхней палубы.</p>
   <p><emphasis><strong>Фальшкиль</strong></emphasis> — брус, прикрепленный к килю снизу.</p>
   <p><emphasis><strong>Фок</strong></emphasis> — нижний парус на фок-мачте.</p>
   <p><emphasis><strong>Фок-мачта</strong></emphasis> — передняя мачта.</p>
   <p><emphasis><strong>Фор-ванты</strong></emphasis> — ванты фок-мачты.</p>
   <p><emphasis><strong>Фордевинд</strong></emphasis> — курс, при котором направление движения судна составляет угол от 170° правого борта до 170° левого с направлением ветра. Ветер дует прямо или почти прямо в корму. «Поворот фордевинд» — поворот кормой против ветра.</p>
   <p><emphasis><strong>Форштевень</strong></emphasis> — передняя носовая оконечность судна, являющаяся продолжением киля.</p>
   <p><emphasis><strong>Хват-тали</strong></emphasis> — небольшие тали из двух блоков, служащие для различных работ на палубе.</p>
   <p><emphasis><strong>Шкафут</strong></emphasis> — средняя часть в верхней палубе.</p>
   <p><emphasis><strong>Шкот</strong></emphasis> — снасть, служащая для управления парусом. К слову «шкот» добавляют название паруса или гика, который им управляется: кливер-шкот, фока-гика-шкот и т. п.</p>
   <p><emphasis><strong>Шпигаты</strong></emphasis> — отверстия в борту или в палубе для стока воды.</p>
   <p><emphasis><strong>Шпор</strong></emphasis> — нижняя оконечность мачты или стеньги или задняя оконечность бушприта.</p>
   <p><emphasis><strong>Шпринт</strong></emphasis> (шпринтов) — наклонная жердь, прикрепленная к низу мачты на шлюпке и служащая для растягивания паруса.</p>
   <p><emphasis><strong>Штаг</strong></emphasis> — снасть, поддерживающая мачту или стеньгу спереди.</p>
   <p><emphasis><strong>Ют</strong></emphasis> — кормовая часть палубы. На многих судах (в том числе и на «Призраке») расположен выше средней части палубы, образуя «полуют», который, в сущности, равнозначен юту.</p>
   <p><emphasis>Составил А. М. Таубе.</emphasis></p>
   <empty-line/>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>О книге</p>
   </title>
   <p><strong>Серия супер-крупных книг «Diximir»</strong> постоянно пополняется. Скачивайте новинки с официальных интернет-ресурсов проекта:</p>
   <empty-line/>
   <subtitle>Блог проекта «Diximir»:</subtitle>
   <subtitle><a l:href="https://boosty.to/diximir/">boosty.to/diximir</a></subtitle>
   <empty-line/>
   <subtitle>Ютуб проекта «Diximir»:</subtitle>
   <subtitle><a l:href="https://www.youtube.com/diximir/videos">youtube.com/diximir</a></subtitle>
   <empty-line/>
   <subtitle><emphasis>Это гарантия чистоты и качества!</emphasis></subtitle>
   <empty-line/>
    <p>Подписавшись на эти литературные сайты, Вы сможете «не напрягаясь» отслеживать все новинки и обновления серии «Diximir».</p>
	<empty-line/>
  </section>
 </body>
 <body name="notes">
  <title>
   <p>Примечания</p>
  </title>
  <section id="n_1">
   <title>
    <p>1</p>
   </title>
   <p>Черт побери! <emphasis>(испорч. франц.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_2">
   <title>
    <p>2</p>
   </title>
   <p><emphasis>Вейсман,</emphasis> Август (1834–1914) — немецкий биолог, один из основателей идеалистического учения о «веществе наследственности» и независимости наследственности организмов от условий их жизни.</p>
  </section>
  <section id="n_3">
   <title>
    <p>3</p>
   </title>
   <p><emphasis>Дамон и Пифий</emphasis> (Фиитий) — два пифагорийца из Сиракуз, образец истинной дружбы.</p>
  </section>
  <section id="n_4">
   <title>
    <p>4</p>
   </title>
   <p>Sellers (англ.) — торгаш, купец.</p>
  </section>
  <section id="n_5">
   <title>
    <p>5</p>
   </title>
   <p>Некроз — частичное омертвение тканей.</p>
  </section>
  <section id="n_6">
   <title>
    <p>6</p>
   </title>
   <p>Вульф Ларсен — герой романа Д. Лондона «Морской волк».</p>
  </section>
  <section id="n_7">
   <title>
    <p>7</p>
   </title>
   <p>Браунинг, Роберт (1812–1889) — английский поэт. Стихи Браунинга наряду с ясно выраженной лирической сущностью отличались глубоким философским содержанием.</p>
  </section>
  <section id="n_8">
   <title>
    <p>8</p>
   </title>
   <p>Прусский король и великаны-гвардейцы — имеется в виду прусский король Фридрих I. Рота дворцовых гренадеров Фридриха I состояла из солдат огромного роста, которых король добывал за большие деньги.</p>
  </section>
  <section id="n_9">
   <title>
    <p>9</p>
   </title>
   <p>Гарфилд, Джеймс Абрам (1831–1881) — политический деятель США, участвовал в гражданской войне 1861–1865 годов на стороне северян; после войны осуществлял так называемую «реконструкцию» — реорганизацию южных штатов в условиях военной оккупации войсками северных штатов. Вскоре после избрания в президенты был ранен одним из своих политических противников и умер от ран.</p>
  </section>
  <section id="n_10">
   <title>
    <p>10</p>
   </title>
   <p>Поль де Шейю (1837–1903) — американский путешественник, известный своими экспедициями в Африку.</p>
  </section>
  <section id="n_11">
   <title>
    <p>11</p>
   </title>
   <p>Уйда — псевдоним английской писательницы XIX века Луизы де ла Раме, перу которой принадлежит ряд романов, популярных в конце века. В данном случае, видимо, имеется в виду роман Уайда «Синья» (1875).</p>
  </section>
  <section id="n_12">
   <title>
    <p>12</p>
   </title>
   <p>«Альгамбра» — сборник сказок и очерков Вашингтона Ирвинга (1783–1859), выдающегося американского писателя-романтика.</p>
  </section>
  <section id="n_13">
   <title>
    <p>13</p>
   </title>
   <p>Оливер Твист — персонаж одноименного романа Ч. Диккенса.</p>
  </section>
  <section id="n_14">
   <title>
    <p>14</p>
   </title>
   <p>«Приключения Перигрина Пикля» — роман известного английского писателя Т. Смоллета (1721–1771).</p>
  </section>
  <section id="n_15">
   <title>
    <p>15</p>
   </title>
   <p>Выдвижной киль (шверт) — вертикальная деревянная или металлическая пластина, опускаемая в воду через огражденную специальным ящиком — колодцем — прорезь в днище судна для уменьшения его бокового сноса — дрейфа — под действием ветра. При подходе к берегу выдвижной киль во избежание повреждения обычно поднимают, втягивая его в колодец.</p>
  </section>
  <section id="n_16">
   <title>
    <p>16</p>
   </title>
   <p>Яхта — судно, служащее для морских прогулок или спорта. Здесь Дж. Лондон называет яхтой промысловое устричное судно, имеющее парусное вооружение, выполненное по типу спортивных яхт.</p>
  </section>
  <section id="n_17">
   <title>
    <p>17</p>
   </title>
   <p>Ялик — маленькая двух- или четырехвесельная шлюпка, здесь снабженная парусами и выдвижным килем.</p>
  </section>
  <section id="n_18">
   <title>
    <p>18</p>
   </title>
   <p>Фалинь — трос для привязывания шлюпки.</p>
  </section>
  <section id="n_19">
   <title>
    <p>19</p>
   </title>
   <p>Дюйм — мера длины, равная 25,4 миллиметра.</p>
  </section>
  <section id="n_20">
   <title>
    <p>20</p>
   </title>
   <p>Карданов подвес — приспособление для сохранения неподвижности какого-либо предмета при качке судна, состоящее из двух концентрических колец, имеющих диаметрально противоположные оси вращения.</p>
  </section>
  <section id="n_21">
   <title>
    <p>21</p>
   </title>
   <p>Морские карты — здесь карты английского частного издательства Имрея, имеющие подкладку из плотной синей бумаги, и матерчатую окантовку по краям.</p>
  </section>
  <section id="n_22">
   <title>
    <p>22</p>
   </title>
   <p>Бризы — прибрежные, обычно не сильные ветры, меняющие направление два раза в сутки. Дневной, или морской, бриз дует с моря, ночной, или береговой, — с суши.</p>
  </section>
  <section id="n_23">
   <title>
    <p>23</p>
   </title>
   <p>Ураганы — циклоны, то есть вихревые перемещения атмосферы над земной поверхностью с движением воздуха от краев к центру, в которых ветер достигает ураганной силы, то есть дует со скоростью более 29 метров в секунду.</p>
  </section>
  <section id="n_24">
   <title>
    <p>24</p>
   </title>
   <p>Шлюпки — собирательное название всех мелких морских судов.</p>
  </section>
  <section id="n_25">
   <title>
    <p>25</p>
   </title>
   <p>Шхуны — двух- и более мачтовые судна с косым парусным вооружением.</p>
  </section>
  <section id="n_26">
   <title>
    <p>26</p>
   </title>
   <p>Румпель — рычаг, насаженный на верхнюю часть (голову) руля, с помощью которого руль поворачивают.</p>
  </section>
  <section id="n_27">
   <title>
    <p>27</p>
   </title>
   <p>Выбрать — вытянуть, подтянуть к себе снасть или якорную цепь. Выбрать шкоты — подтянуть шкоты.</p>
  </section>
  <section id="n_28">
   <title>
    <p>28</p>
   </title>
   <p>Шкоты — снасти для управления нижними углами парусов.</p>
  </section>
  <section id="n_29">
   <title>
    <p>29</p>
   </title>
   <p>Ярд — английская мера длины, равная 3 футам, или 91,4 сантиметра.</p>
  </section>
  <section id="n_30">
   <title>
    <p>30</p>
   </title>
   <p>Шлюп — тип небольшого одномачтового парусного судна с косым вооружением, гафельным гротом, бушпритом и большим кливером.</p>
  </section>
  <section id="n_31">
   <title>
    <p>31</p>
   </title>
   <p>Шаланды — несамоходные или самоходные мелкосидящие баржи, служащие для перегрузочных работ или отвозки грунта от землечерпательных снарядов.</p>
  </section>
  <section id="n_32">
   <title>
    <p>32</p>
   </title>
   <p>Грот — здесь, то есть на шлюпе, самый большой косой четырехугольный парус, пришнурованный передней стороной к мачте.</p>
  </section>
  <section id="n_33">
   <title>
    <p>33</p>
   </title>
   <p>Кливер — косой треугольный парус, поднимаемый над носом судна между передним концом (ноком) бушприта и верхним положением — стеньгой передней мачты на снасти — штанге, удерживающей ее спереди.</p>
  </section>
  <section id="n_34">
   <title>
    <p>34</p>
   </title>
   <p>Пришвартована — привязана тросами к берегу или другому судну, здесь между двумя судами.</p>
  </section>
  <section id="n_35">
   <title>
    <p>35</p>
   </title>
   <p>Кокпит (буквально «петушиная яма») — открытый сверху, обычно сообщающийся с каютной надстройкой вырез в кормовой части палубы на небольших парусных судах и катерах.</p>
  </section>
  <section id="n_36">
   <title>
    <p>36</p>
   </title>
   <p>Фальшборт — продолжение борта, возвышающееся по краям открытых палуб для защиты от воды и предохранения людей от падения за борт.</p>
  </section>
  <section id="n_37">
   <title>
    <p>37</p>
   </title>
   <p>Фут — старинная мера длины, принятая и в настоящее время в США и Англии. 1 фут = 12 дюймам = 30,48 сантиметра.</p>
  </section>
  <section id="n_38">
   <title>
    <p>38</p>
   </title>
   <p>Форштевень — вертикальный брус, образующий острие носа судна и соединенный внизу с килем (см. стр. 322).</p>
  </section>
  <section id="n_39">
   <title>
    <p>39</p>
   </title>
   <p>Рифы — здесь расположенные в несколько рядов завязки на парусах; с помощью рифов при необходимости уменьшают площадь парусов. Брать рифы — уменьшать площадь парусов с помощью рифов. Зарифленные паруса — паруса, на которых взяты рифы.</p>
  </section>
  <section id="n_40">
   <title>
    <p>40</p>
   </title>
   <p>Баркас (барказ) — большая многовесельная шлюпка, здесь небольшое парусно-гребное беспалубное рыбачье судно.</p>
  </section>
  <section id="n_41">
   <title>
    <p>41</p>
   </title>
   <p>Рыбачий патруль — дозор, охраняющий места рыбных промыслов от браконьеров.</p>
  </section>
  <section id="n_42">
   <title>
    <p>42</p>
   </title>
   <p>Промысловые флотилии — здесь зверобойные флотилии.</p>
  </section>
  <section id="n_43">
   <title>
    <p>43</p>
   </title>
   <p>Шкипер — старое судоводительское звание, капитан небольшого судна, обычно парусного.</p>
  </section>
  <section id="n_44">
   <title>
    <p>44</p>
   </title>
   <p>Бак — носовая часть верхней палубы судна. В прежние времена бак обычно служил местом, где матросы собирались для отдыха, так как здесь разрешалось курить. Под возвышенным уступом в носовой части судна, называемым полубаком, обычно располагались жилые помещения для матросов. Баковые матросы — рядовые матросы, живущие на баке. Более квалифицированные матросы — рулевые — иногда жили на корме вблизи командного состава.</p>
  </section>
  <section id="n_45">
   <title>
    <p>45</p>
   </title>
   <p>Галеры — старинные гребные военные суда, гребцы которых обычно набирались из невольников, военнопленных или заключенных (каторжников) и приковывались к своим местам. Сослать на галеры — здесь в смысле обречь на тяжелый каторжный труд, на изгнание.</p>
  </section>
  <section id="n_46">
   <title>
    <p>46</p>
   </title>
   <p>Рифы — здесь гряда подводных камней или коралловых образований, скрытых под водой, а иногда едва выступающих над ее поверхностью.</p>
  </section>
  <section id="n_47">
   <title>
    <p>47</p>
   </title>
   <p>Сампаны — тип плоскодонного деревянного парусного судна, распространенного на Дальнем Востоке, и в частности в Китае.</p>
  </section>
  <section id="n_48">
   <title>
    <p>48</p>
   </title>
   <p>Кубрик — общее жилое помещение для команды на судне. На парусных судах обычно располагался в носовой части.</p>
  </section>
  <section id="n_49">
   <title>
    <p>49</p>
   </title>
   <p>Самисены и тайко — японские музыкальные инструменты.</p>
  </section>
  <section id="n_50">
   <title>
    <p>50</p>
   </title>
   <p>…времена испанского владычества. — Лондон имеет в виду эпоху первого освоения испанскими мореплавателями-авантюристами Тихоокеанских архипелагов и Тихоокеанского побережья Америки.</p>
  </section>
  <section id="n_51">
   <title>
    <p>51</p>
   </title>
   <p>Лоцман — человек, хорошо знакомый с условиями плавания в определенном, чаще всего прибрежном районе. Обязанность лоцмана — давать советы капитану при проводке судна в опасных и трудных местах, здесь при входе в порт и подходе к причалу.</p>
  </section>
  <section id="n_52">
   <title>
    <p>52</p>
   </title>
   <p>Травить — ослаблять, отпускать снасть или якорную цепь.</p>
  </section>
  <section id="n_53">
   <title>
    <p>53</p>
   </title>
   <p>Штурвал — рулевое колесо с ручками, с помощью которого поворачивается через специальную передачу — привод — руль судна.</p>
  </section>
  <section id="n_54">
   <title>
    <p>54</p>
   </title>
   <p>Пассаты — постоянные и довольно сильные ветры, дующие в океанах. Направление их хотя и не всегда строго постоянно, но сохраняется в определенных пределах (к северу от экватора наблюдаются преимущественно северо-восточные, а к югу от экватора — юго-восточные пассаты).</p>
  </section>
  <section id="n_55">
   <title>
    <p>55</p>
   </title>
   <p>Крючник — здесь матрос на речном пароходе, в обязанности которого входит — подтягивать судно к пристани багром.</p>
  </section>
  <section id="n_56">
   <title>
    <p>56</p>
   </title>
   <p>Темали — мексиканское национальное блюдо наподобие голубцов.</p>
  </section>
  <section id="n_57">
   <title>
    <p>57</p>
   </title>
   <p>«Знатная леди и Джуди О'Греди во всем остальном равны» — строка из стихотворения английского поэта Р. Киплинга (1865–1936).</p>
  </section>
  <section id="n_58">
   <title>
    <p>58</p>
   </title>
   <p>Генри Клей (1777–1852) — американский политический деятель, представитель экспансионистски настроенных кругов американской буржуазии.</p>
  </section>
  <section id="n_59">
   <title>
    <p>59</p>
   </title>
   <p>Береговые знаки — приметные знаки, точно обозначенные на карте и служащие для ориентации мореплавателей.</p>
  </section>
  <section id="n_60">
   <title>
    <p>60</p>
   </title>
   <p>Увалиться под ветер — изменить курс судна, отвернуть носом от линии ветра в ту сторону, куда он дует.</p>
  </section>
  <section id="n_61">
   <title>
    <p>61</p>
   </title>
   <p>Раздернуть шкоты — совсем отпустить шкоты, чтобы паруса (здесь передние) свободно заполоскали и не мешали повороту судна в ту сторону, откуда дует ветер.</p>
  </section>
  <section id="n_62">
   <title>
    <p>62</p>
   </title>
   <p>Шпринг (шпринтов) — наклонный шест, упирающийся одним концом в нижнюю часть мачты, а другим — в верхний задний угол пришнурованного к ней косого четырехугольного паруса, который он растягивает по диагонали.</p>
  </section>
  <section id="n_63">
   <title>
    <p>63</p>
   </title>
   <p>Лечь в дрейф — не становясь на якорь, убрать паруса или так расположить их, чтобы они не сообщали судну движение, а на судне с механическим двигателем остановить машину либо, оставаясь на одном месте и слегка работая машиной, удерживать нос судна против ветра и волны.</p>
  </section>
  <section id="n_64">
   <title>
    <p>64</p>
   </title>
   <p>Фалы — снасти для подъема парусов и удержания их в требуемом положении. Обычно фалы проводят вдоль мачты.</p>
  </section>
  <section id="n_65">
   <title>
    <p>65</p>
   </title>
   <p>Спенсер, Эдмунд (1552–1599) — известный английский поэт, автор поэмы «Королева Фей», навеянной сюжетами рыцарских романов.</p>
  </section>
  <section id="n_66">
   <title>
    <p>66</p>
   </title>
   <p>Миля (морская) — основная единица длины на море, равная одной минуте (1') дуги земного меридиана, или 1 852 метрам. В США длина морской мили принимается равной 1 853,2 метра. Статутная (сухопутная) миля — единица длины, принятая в Англии и США для измерения расстояний на суше и равная 1 609 метрам.</p>
  </section>
  <section id="n_67">
   <title>
    <p>67</p>
   </title>
   <p>Шерлок Холмс — гениальный сыщик, герой рассказов английского писателя А. Конан-Дойля (1859–1930).</p>
  </section>
  <section id="n_68">
   <title>
    <p>68</p>
   </title>
   <p>«Сартор Резартус» — книга английского писателя Т. Карлейля (1795–1881), выдающегося стилиста.</p>
  </section>
  <section id="n_69">
   <title>
    <p>69</p>
   </title>
   <p>«Титаник» — океанский пассажирский пароход, погибший в 1912 году в Северной Атлантике вблизи острова Ньюфаундленд в результате столкновения с плавучей ледяной горой — айсбергом.</p>
  </section>
  <section id="n_70">
   <title>
    <p>70</p>
   </title>
   <p>Рундук — сундук, ящик с крышкой для хранения личных вещей.</p>
  </section>
  <section id="n_71">
   <title>
    <p>71</p>
   </title>
   <p>Лавировать — двигаться зигзагами. На парусных судах лавирование применялось для того, чтобы идти против ветра, имея ветер то слева, то справа.</p>
  </section>
  <section id="n_72">
   <title>
    <p>72</p>
   </title>
   <p>Коралловые моря — иногда употребляемое общее название морей юго-западной части Тихого океана, изобилующих коралловыми островами, атоллами и рифами.</p>
  </section>
  <section id="n_73">
   <title>
    <p>73</p>
   </title>
   <p>Вахта — дежурство на судне, дежурная смена. Стоять на вахте — находиться на дежурстве.</p>
  </section>
  <section id="n_74">
   <title>
    <p>74</p>
   </title>
   <p>Боцман — старшина так называемой палубной (в отличие от машинной) команды на судне, то есть непосредственный начальник всех матросов.</p>
  </section>
  <section id="n_75">
   <title>
    <p>75</p>
   </title>
   <p>Сажень (морская или английская) — равна 6 футам, или 1,83 метра.</p>
  </section>
  <section id="n_76">
   <title>
    <p>76</p>
   </title>
   <p>Гашиш — сильный наркотик; Лондон подразумевает состояние, которое наступает после приема гашиша.</p>
  </section>
  <section id="n_77">
   <title>
    <p>77</p>
   </title>
   <p>Конт, Огюст (1798–1857) — философ, создатель так называемого позитивизма, идеалистической философской системы, распространенной в конце XIX века.</p>
  </section>
  <section id="n_78">
   <title>
    <p>78</p>
   </title>
   <p>Конфуций — китайский философ, живший в VI–V вв. до н. э.</p>
  </section>
  <section id="n_79">
   <title>
    <p>79</p>
   </title>
   <p>Уильям Джеймс (1842–1910) — американский психолог, автор «Философии эволюции» (1879) и «Принципов психологии» (1890).</p>
  </section>
  <section id="n_80">
   <title>
    <p>80</p>
   </title>
   <p>Экклезиаст — буквально «возвещающий», греческое название книги библии «Проповедник», которую легенда приписывает царю Соломону (XI–X век до н. э.).</p>
  </section>
  <section id="n_81">
   <title>
    <p>81</p>
   </title>
   <p>Шопенгауэр, Артур (1788–1860) — немецкий реакционный философ, убежденный пессимист. Отрицал научное познание и понятие исторического.</p>
  </section>
  <section id="n_82">
   <title>
    <p>82</p>
   </title>
   <p>Стриндберг, Август (1849–1912) — шведский писатель. Острая критика капитализма сочеталась у Стриндберга с проповедью воинствующего индивидуализма. Реалистические тенденции в творчестве Стриндберга боролись с сильными декадентскими влияниями.</p>
  </section>
  <section id="n_83">
   <title>
    <p>83</p>
   </title>
   <p>Толстой — Л. Н. Толстой. Его идеи были широко известны в интеллигентских кругах США начала XX века прежде всего благодаря деятельности писателя Д. Хоуэллса, высоко ценившего Толстого.</p>
  </section>
  <section id="n_84">
   <title>
    <p>84</p>
   </title>
   <p>Ницше, Фридрих (1844–1900) — немецкий писатель и философ, создатель крайне реакционного учения о «сверхчеловеке», по мнению Ницше, призванном господствовать над другими людьми. В начале XX века Ницше воспринимался прежде всего как проповедник анархической свободы «сильной личности».</p>
  </section>
  <section id="n_85">
   <title>
    <p>85</p>
   </title>
   <p>Ричард Хоуви (1864–1900) — американский поэт и литературный критик.</p>
  </section>
  <section id="n_86">
   <title>
    <p>86</p>
   </title>
   <p>Гедонизм — философия, считающая смыслом существования наслаждение.</p>
  </section>
  <section id="n_87">
   <title>
    <p>87</p>
   </title>
   <p>Здесь и далее перевод стихов В. Рогова.</p>
  </section>
  <section id="n_88">
   <title>
    <p>88</p>
   </title>
   <p>Аристофан (ок. 446–385 гг. до н. э.) — великий греческий драматург, автор комедий.</p>
  </section>
  <section id="n_89">
   <title>
    <p>89</p>
   </title>
   <p>«Битва при Сантьяго» — сражение у испанского укрепления Сантьяго, решившее победу американцев над испанцами на кубинском фронте испано-американской войны 1898 года.</p>
  </section>
  <section id="n_90">
   <title>
    <p>90</p>
   </title>
   <p>Памперо — местное название сильных холодных ветров, дующих в районе устья реки Рио де Ла-Плата в юго-западном направлении из южноамериканских степей — пампасов — в период с июля по сентябрь.</p>
  </section>
  <section id="n_91">
   <title>
    <p>91</p>
   </title>
   <p>Епископальная церковь, точнее методистская епископальная церковь — наиболее крупная и влиятельная протестантская церковная организация Соединенных Штатов Америки; основанная в XVIII веке, епископальная церковь всегда была верным проводником идей американской буржуазии.</p>
  </section>
  <section id="n_92">
   <title>
    <p>92</p>
   </title>
   <p>Новая Англия — северо-восточная часть США, объединяющая шесть штатов: Массачусетс, Коннектикут, Мэн, Нью-Хэмпшир, Вермонт и Род-Айленд. Под названием «Конфедерация Новой Англии» были в свое время (1643 г.) объединены четыре английские колонии в Америке. Новую Англию уже вскоре стали называть «страной пуритан», так как здесь поселилось множество переехавших из Англии буржуа-пуритан, положивших начало промышленности северо-восточных штатов. Новая Англия — один из самых развитых индустриальных районов США.</p>
  </section>
  <section id="n_93">
   <title>
    <p>93</p>
   </title>
   <p>Орегон — штат в северо-западной части США; расположен среди гор на побережье Тихого океана и считался в экономическом отношении одним из наиболее отсталых штатов.</p>
  </section>
  <section id="n_94">
   <title>
    <p>94</p>
   </title>
   <p>Ницше, Фридрих (1844–1900) — реакционный немецкий философ. «Учение» Ницше о волюнтаризме, утверждавшее право сверхчеловека считать себя свободным от всяких обязательств по отношению к обществу, широко использовалось анархистами, в частности анархо-синдикалистами, сыгравшими весьма отрицательную роль в истории американского профсоюзного движения. После первой мировой войны реакционные теории Ницше были взяты на идеологическое вооружение крайне империалистическими кругами, в частности немецким фашизмом.</p>
  </section>
  <section id="n_95">
   <title>
    <p>95</p>
   </title>
   <p>Ротшильд — фамилия нескольких поколений крупных европейских банкиров, снабжавших деньгами правительства многих стран Европы на протяжении всего XIX века.</p>
  </section>
  <section id="n_96">
   <title>
    <p>96</p>
   </title>
   <p>Платон (427–347 гг. до н. э.) — древнегреческий философ-идеалист. В своей книге «Государство» он рисует «идеальное государство» — аристократическую республику, где правит, опираясь на военную силу, сословие философов, на которых работают рабы-ремесленники и земледельцы. В противовес этому учению Томас Мор (1478–1535) — выдающийся английский философ-гуманист — создал свою «Утопию» (1516 г., полное название — «Золотая книга, столь же полезная, как забавная, о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопия»). Утопическое учение Мора основано на равенстве всех членов общества, где все трудятся и где не существует частной собственности. В переходе от «Государства» Платона к «Утопии» Томаса Мора как бы проявляется эволюция взглядов Маргарет Чалмерс.</p>
  </section>
  <section id="n_97">
   <title>
    <p>97</p>
   </title>
   <p>Линкольн, Авраам (1809–1865) — выдающийся американский государственный деятель, избранный президентом в 1860 году. Сыграл видную роль в Гражданской войне. В апреле 1865 года убит Дж. Бутом, наемником его политических врагов.</p>
  </section>
  <section id="n_98">
   <title>
    <p>98</p>
   </title>
   <p>…это просто дым, чистейший дым, фикция! — Здесь имеются в виду фиктивные капиталовложения, создавшиеся главным образом путем выпуска акций, превышавших сумму фактического капитала, вложенного в предприятие. Владельцы крупных концернов присваивали себе «контрольный пакет», то есть больше 50 % всех акций, что давало им не только соответствующие доходы, но и неограниченное право распоряжаться делами концерна.</p>
  </section>
  <section id="n_99">
   <title>
    <p>99</p>
   </title>
   <p>Йейлский университет — одно из крупнейших высших учебных заведений США; находится в городе Нью-Хэвене, в штате Коннектикут; основан в начале XVIII века; назван в честь богатого купца Элайн Йейла, одного из директоров Ост-Индской компании; Йейл пожертвовал университету крупные суммы из средств, награбленных им в Индии.</p>
  </section>
  <section id="n_100">
   <title>
    <p>100</p>
   </title>
   <p>Невада — один из горных штатов в западной части США; на западе граничит со штатом Калифорния; как и Орегон, лежащий к северо-западу, Невада является одним из экономически слаборазвитых штатов.</p>
  </section>
  <section id="n_101">
   <title>
    <p>101</p>
   </title>
   <p>Ипатия (370–415) — женщина-философ, дочь математика Теона; жила в Александрии (Северная Африка), где возглавляла неоплатоновскую академию; фанатики-монахи преследовали ее как язычницу и в конце концов варварски убили ее.</p>
  </section>
  <section id="n_102">
   <title>
    <p>102</p>
   </title>
   <p>Мадам Кюри — Мария Склодовская-Кюри (1867–1934) — выдающийся физик, жена Пьера Кюри, совместно с которым она впервые изучила и объяснила явление радиоактивности, открыв новые элементы — радий и полоний.</p>
  </section>
  <section id="n_103">
   <title>
    <p>103</p>
   </title>
   <p>Лилит — персонаж древнейших фольклорных и библейских сказаний; женщина-демон, соблазнившая своей красотой Адама, ставшая его первой женой и потом покинувшая его.</p>
  </section>
  <section id="n_104">
   <title>
    <p>104</p>
   </title>
   <p>Вспомните Горького — По заданию Центрального Комитета РСДРП А. М. Горький в марте 1906 года приехал в Америку, где выступал с лекциями о русской революции. Во время своего пребывания в США (по октябрь 1906 г.) Горький написал очерки «В Америке», памфлеты «Мои интервью», а также работал над пьесой «Враги» и романом «Мать».</p>
  </section>
  <section id="n_105">
   <title>
    <p>105</p>
   </title>
   <p>А вы еще обличали иезуитов! — Орден иезуитов (орден Иисуса) был основан испанским монахом-католиком Игнатием Лойолой в 1534 году. Орден иезуитов — реакционная католическая организация, несущая ответственность за многие злодейские преступления, совершенные во времена инквизиции и позже. Лойола провозгласил основной принцип иезуитов — «цель оправдывает средства». Выпады Ратленда против иезуитов отражают отнюдь не идейную вражду протестантской и католической церкви в Америке, а борьбу за влияние.</p>
  </section>
  <section id="n_106">
   <title>
    <p>106</p>
   </title>
   <p>Суфражистка — участница общественного движения, боровшегося за предоставление женщинам права голоса на выборах (от англ. suffrage — право голоса).</p>
  </section>
  <section id="n_107">
   <title>
    <p>107</p>
   </title>
   <p><emphasis>Ревизор</emphasis> — должностное лицо на корабле, ведающее денежным и продовольственным снабжением, а также приемом и сдачей груза.</p>
  </section>
  <section id="n_108">
   <title>
    <p>108</p>
   </title>
   <p>Насмешливое прозвище ирландцев.</p>
  </section>
  <section id="n_109">
   <title>
    <p>109</p>
   </title>
   <p><emphasis>Эльдорадо</emphasis> — мифическая страна золота, которую разыскивали в Америке испанцы. Этим именем был назван один из золотоносных районов на Юконе.</p>
  </section>
  <section id="n_110">
   <title>
    <p>110</p>
   </title>
   <p><emphasis>…с островов у Джуно и Врангеля,</emphasis> — <emphasis>Джуно</emphasis> — столица Аляски; <emphasis>Врангель</emphasis> — остров и населенный пункт на юго-западе Аляски, южнее Джуно.</p>
  </section>
  <section id="n_111">
   <title>
    <p>111</p>
   </title>
   <p><emphasis>Траппер</emphasis> — охотник, пользующийся преимущественно капканами, ловушками (англ, trap — ловушка, западня).</p>
  </section>
  <section id="n_112">
   <title>
    <p>112</p>
   </title>
   <p>…<emphasis>из Назарета может выйти кое-что</emphasis>. — <emphasis>Назарет</emphasis> — небольшой городок в Галилее, настолько незначительный, что вошел в пословицу: «Что может быть доброго из Назарета?» В Назарете, согласно библии, провел свое детство Иисус Христос, и оттуда он отправился проповедовать новую религию.</p>
  </section>
  <section id="n_113">
   <title>
    <p>113</p>
   </title>
   <p><emphasis>Король Бонанцы</emphasis> — Бонанцей было названо богатейшее месторождение золота, найденное в районе Клондайка 16 августа 1896 года Джорджем Кармаком. Это открытие послужило сигналом для начала «золотой лихорадки». «Бонанца» — испанский термин (соответствующий английскому «просперити»), употребляемый при нахождении больших запасов драгоценных металлов.</p>
  </section>
  <section id="n_114">
   <title>
    <p>114</p>
   </title>
   <p><emphasis>Табанить</emphasis> — грести обратно, от себя, для поворота или для движения кормой вперед.</p>
  </section>
  <section id="n_115">
   <title>
    <p>115</p>
   </title>
   <p><emphasis>Тернер</emphasis>, Джозеф Мэллорд Уильям (1775–1851) — крупный английский художник, автор многочисленных пейзажей, исторических картин, морских видов.</p>
  </section>
  <section id="n_116">
   <title>
    <p>116</p>
   </title>
   <p><emphasis>…о декадентстве французских символистов…</emphasis> — Здесь Дж. Лондон говорит о кризисе, переживаемом французскими символистами в 90-х годах XIX века. Виднейшими представителями французского символизма были Верлен, Рембо, Малларме.</p>
  </section>
  <section id="n_117">
   <title>
    <p>117</p>
   </title>
   <p>«<emphasis>Правь, Британия»</emphasis> — английская песня, ставшая национальным гимном; написана поэтом Джеймсом Томсоном (1700–1748).</p>
  </section>
  <section id="n_118">
   <title>
    <p>118</p>
   </title>
   <p>«<emphasis>Боже, храни короля»</emphasis> — английский национальный гимн, созданный Джоном Буллом (1563–1628).</p>
  </section>
  <section id="n_119">
   <title>
    <p>119</p>
   </title>
   <p>«<emphasis>Моя страна»</emphasis> — американский национальный гимн, написанный поэтом Сэмюэлем Фрэнсисом Смитом (1808–1895).</p>
  </section>
  <section id="n_120">
   <title>
    <p>120</p>
   </title>
   <p>«<emphasis>Джон Браун»</emphasis> («Тело Джона Брауна») — американская песня, сложенная в честь борца за освобождение негров в США Джона Брауна (1800–1859) в годы гражданской войны. Приписывается К. С. Хэллу из Массачузетса (1861).</p>
  </section>
  <section id="n_121">
   <title>
    <p>121</p>
   </title>
   <p>«<emphasis>Марсельеза»</emphasis> — французская революционная песня, написанная Руже де Лилем в 1792 году. Первоначально была песней отряда марсельских волонтеров, откуда получила свое наименование. Является национальным гимном Франции.</p>
  </section>
  <section id="n_122">
   <title>
    <p>122</p>
   </title>
   <p><emphasis>«Стража на Рейне»</emphasis> — немецкая националистическая песня, написанная в 1840 году М. Шиекенбюргером. В 1854 году положена на музыку К. Вильгельмом.</p>
  </section>
  <section id="n_123">
   <title>
    <p>123</p>
   </title>
   <p><emphasis>«Дама с камелиями»</emphasis> — пьеса французского писателя Александра Дюма-сына (1824–1895).</p>
  </section>
  <section id="n_124">
   <title>
    <p>124</p>
   </title>
   <p><emphasis>Сара Бернар</emphasis> (1844–1923) — знаменитая французская актриса.</p>
  </section>
  <section id="n_125">
   <title>
    <p>125</p>
   </title>
   <p>«<emphasis>Парацельс»</emphasis> — поэма английского поэта Роберта Браунинга (1812–1889), разработавшего жанр «драматических монологов», коротких поэтических исповедей исторических и вымышленных лиц, живших главным образом в эпоху Возрождения.</p>
  </section>
  <section id="n_126">
   <title>
    <p>126</p>
   </title>
   <p><emphasis>…что слышно насчет Соединенных Штатов и Испании? </emphasis>— Имеется в виду конфликт между этими государствами, обострившийся в 1898 году и приведший к войне, в которой Испания потерпела полное поражение.</p>
  </section>
  <section id="n_127">
   <title>
    <p>127</p>
   </title>
   <p><emphasis>Гейнсборо</emphasis>, Томас (1727–1788) — выдающийся английский художник, прославившийся как портретист.</p>
  </section>
  <section id="n_128">
   <title>
    <p>128</p>
   </title>
   <p><emphasis>Тамерлан</emphasis> — искаженная форма имени Тимурленга (1336–1405), среднеазиатского завоевателя, прославившегося победоносными опустошительными походами на Персию, Индию, против Золотой орды и др.</p>
  </section>
  <section id="n_129">
   <title>
    <p>129</p>
   </title>
   <p><emphasis>Улисс</emphasis>, или <emphasis>Одиссей</emphasis> — мифический герой древних греков, воспетый Гомером в «Одиссее».</p>
  </section>
  <section id="n_130">
   <title>
    <p>130</p>
   </title>
   <p><emphasis>Маколей</emphasis>, Томас Бабингтон (1800–1859) — английский политический деятель, историк, публицист, считавшийся мастером стиля. Наиболее известна его «История Англии», в которой события прошлого трактуются с позиций буржуазного либерализма.</p>
  </section>
  <section id="n_131">
   <title>
    <p>131</p>
   </title>
   <p><emphasis>Суинберн</emphasis>, Алджернон Чарлз (1837–1909) — английский поэт.</p>
  </section>
  <section id="n_132">
   <title>
    <p>132</p>
   </title>
   <p>«<emphasis>Мы разили нашими мечами…»,</emphasis> «<emphasis>Каменные горы сбились в кучу…»</emphasis> — Здесь Дж. Лондон вольно излагает памятники древнескандинавской эпической поэзии; во втором случае — «Прорицание провидицы» из «Старшей Эдды», сборника древнескандинавских песен.</p>
  </section>
  <section id="n_133">
   <title>
    <p>133</p>
   </title>
   <p><emphasis>Конунги</emphasis> — предводители древних скандинавских племен.</p>
  </section>
  <section id="n_134">
   <title>
    <p>134</p>
   </title>
   <p><emphasis>Морские кони</emphasis> — Так назывались корабли, на которых скандинавы (норманны) в средние века совершали свои морские походы.</p>
  </section>
  <section id="n_135">
   <title>
    <p>135</p>
   </title>
   <p><emphasis>Виргинский рил</emphasis> — американский народный танец.</p>
  </section>
  <section id="n_136">
   <title>
    <p>136</p>
   </title>
   <p><emphasis>Руфь</emphasis> — по библейскому преданию, богобоязненная, добродетельная женщина; у пуритан, основавших первые колонии на севере Америки, идеал добродетельной женщины.</p>
  </section>
  <section id="n_137">
   <title>
    <p>137</p>
   </title>
   <p>…<emphasis>противница этой литературной школы.</emphasis> — Имеется в виду «школа Ибсена», или реалистическая школа в литературе.</p>
  </section>
  <section id="n_138">
   <title>
    <p>138</p>
   </title>
   <p><emphasis>Честерфилд,</emphasis> Филипп Дормер-Стенгоп (1694–1773) — английский политический деятель и писатель. Славился как один из законодателей английского высшего общества.</p>
  </section>
  <section id="n_139">
   <title>
    <p>139</p>
   </title>
   <p><emphasis>Эпикур</emphasis> (341–270 до н. э.) — древнегреческий философ-материалист. Он признавал вечную материю и отвергал вмешательство религии в земные дела. Нравственное учение Эпикура требовало «безмятежности», внутренней независимости и душевного спокойствия. Представление о том, будто бы учение Эпикура было проповедью грубых удовольствий, является ложным, созданным врагами материализма, стремившимися всячески извратить его материалистическую сущность. У Дж. Лондона Эпикур упоминается в распространенном превратном толковании, как философ наслаждения.</p>
  </section>
  <section id="n_140">
   <title>
    <p>140</p>
   </title>
   <p><emphasis>Роббер (англ, rubber)</emphasis> — в карточных играх (в вист, винт, бридж) — круг игры, состоящий из трех отдельных партий.</p>
  </section>
  <section id="n_141">
   <title>
    <p>141</p>
   </title>
   <p><emphasis>Уайтчепел</emphasis> — район в столице Англии, Лондоне, населенный преимущественно беднотой.</p>
  </section>
  <section id="n_142">
   <title>
    <p>142</p>
   </title>
   <p><emphasis>Гедонизм</emphasis> — идеалистическое направление в этике, утверждающее, что цель жизни — в наслаждении, в стремлении к удовольствиям.</p>
  </section>
  <section id="n_143">
   <title>
    <p>143</p>
   </title>
   <p><emphasis>Торонто </emphasis>— главный город провинции Онтарио, в Канаде, расположенный на берегу озера Онтарио.</p>
  </section>
  <section id="n_144">
   <title>
    <p>144</p>
   </title>
   <p><emphasis>Планшир </emphasis>— продольное крепление корпуса шлюпки в виде тонкого деревянного бруса с гнездами для уключин.</p>
  </section>
  <section id="n_145">
   <title>
    <p>145</p>
   </title>
   <p><emphasis>Ситха</emphasis> — город и порт в архипелаге Александра, на юго-западе Аляски.</p>
  </section>
  <section id="n_146">
   <title>
    <p>146</p>
   </title>
   <p>Искаженное Сан-Франциско.</p>
  </section>
  <section id="n_147">
   <title>
    <p>147</p>
   </title>
   <p><emphasis>Уордсворт</emphasis>, Уильям (1770–1850) — английский поэт-романтик, представитель так называемой «озерной школы».</p>
  </section>
  <section id="n_148">
   <title>
    <p>148</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кокни</emphasis> — уроженец Лондона; так обычно называют простой лондонский люд.</p>
  </section>
  <section id="n_149">
   <title>
    <p>149</p>
   </title>
   <p><emphasis>Телеграфная гора</emphasis> — ирландский район в Сан-Франциско.</p>
  </section>
  <section id="n_150">
   <title>
    <p>150</p>
   </title>
   <p>Сокращение имени Хэмфри (Humphrey). В то же время намек на сутулость (hump — горб) людей умственного труда.</p>
  </section>
  <section id="n_151">
   <title>
    <p>151</p>
   </title>
   <p><emphasis>Билл Сайкс</emphasis> — персонаж из романа Чарльза Диккенса «Оливер Твист».</p>
  </section>
  <section id="n_152">
   <title>
    <p>152</p>
   </title>
   <p><emphasis>Браунинг</emphasis>, Роберт (1812–1889) — английский поэт романтического направления. Разработал жанр «драматических монологов», коротких поэтических исповедей исторических и вымышленных лиц, живших главным образом в эпоху Возрождения. Наиболее известные его драматические поэмы — «Парацельс» (1835), «Сорделло» (1840), драма «Стратфорд» (1837) и др.</p>
  </section>
  <section id="n_153">
   <title>
    <p>153</p>
   </title>
   <p><emphasis>Южных звезд искристый свет</emphasis>… — отрывок из стихотворения Р. Киплинга «Дальний путь».</p>
  </section>
  <section id="n_154">
   <title>
    <p>154</p>
   </title>
   <p><emphasis>Калибан</emphasis> — уродливое человекоподобное существо, персонаж из пьесы Шекспира «Буря», воплощает грубые силы природы, подчиненные человеческому разуму и вынужденные служить ему.</p>
  </section>
  <section id="n_155">
   <title>
    <p>155</p>
   </title>
   <p><emphasis>Сетебос</emphasis> — (в мифологии южноамериканских индейцев) — бог враждебных человеку стихий. Поэма Р. Браунинга «Калибан о Сетебосе, или Натуртеология на острове» — монолог Калибана, бунтующего против всесилия человеческого разума.</p>
  </section>
  <section id="n_156">
   <title>
    <p>156</p>
   </title>
   <p><emphasis>Томлинсон</emphasis> — герой одноименного стихотворения Р. Киплинга.</p>
  </section>
  <section id="n_157">
   <title>
    <p>157</p>
   </title>
   <p><emphasis>Миссис Грэнди</emphasis> — персонаж популярной пьесы английского драматурга Мортона (1764–1838) — олицетворение ханжества.</p>
  </section>
  <section id="n_158">
   <title>
    <p>158</p>
   </title>
   <p><emphasis>Канак</emphasis> — гаваец или полинезиец.</p>
  </section>
  <section id="n_159">
   <title>
    <p>159</p>
   </title>
   <p><emphasis>«Пони»</emphasis> — простонародное название кредитного билета в двадцать пять фунтов стерлингов.</p>
  </section>
  <section id="n_160">
   <title>
    <p>160</p>
   </title>
   <p><emphasis>Мейнелл</emphasis>, Алиса (1847–1922) — английская поэтесса и литературный критик.</p>
  </section>
  <section id="n_161">
   <title>
    <p>161</p>
   </title>
   <p><emphasis>«Наставник американской литературы»</emphasis> — эпитет, некогда применявшийся к Ральфу Уолдо Эмерсону (1803–1882), американскому поэту и публицисту.</p>
  </section>
  <section id="n_162">
   <title>
    <p>162</p>
   </title>
   <p><emphasis>Браунинг</emphasis>, Элизабет (1806–1861) — английская поэтесса, ее поэмы носят дидактический, религиозно-морализаторский характер. Среди них выделяется «Аврора Ли» (1857) — роман в стихах о женском равноправии.</p>
  </section>
  <section id="n_163">
   <title>
    <p>163</p>
   </title>
   <p><emphasis>Йэху</emphasis> — скотоподобные люди, выведенные Джонатаном Свифтом в его романе «Путешествия Гулливера».</p>
  </section>
  <section id="n_164">
   <title>
    <p>164</p>
   </title>
   <p>Антони Мередит — по замыслу Лондона, человек 27-го века, первый издатель и комментатор записок Эвис Эвергард. Примечания к тексту романа идут от его имени. (Прим. ред.)</p>
  </section>
  <section id="n_165">
   <title>
    <p>165</p>
   </title>
   <p>Второе восстание было в значительной степени делом рук Эрнеста Эвергарда, хотя он, конечно, готовил его в тесном контакте с европейскими лидерами. Сам Эвергард был схвачен и тайно казнен весной 1932 года. Однако восстание было так тщательно подготовлено, что товарищам удалось полностью осуществить его планы, избежав растерянности и промедления. Эвис Эвергард после казни мужа уединилась в Уэйк-Робинлодже, небольшой усадьбе в Калифорнии, в Сономских горах.</p>
  </section>
  <section id="n_166">
   <title>
    <p>166</p>
   </title>
   <p>Здесь, очевидно, имеется в виду усмирение Чикагского восстания.</p>
  </section>
  <section id="n_167">
   <title>
    <p>167</p>
   </title>
   <p>При всем уважении к Эвис Эвергард мы должны отметить, что муж ее был только одним из многих талантливых руководителей, подготовивших Второе восстание. Теперь, спустя много столетий, можно сказать с уверенностью, что если бы Эвергард остался жив, это бы нисколько не изменило трагической развязки.</p>
  </section>
  <section id="n_168">
   <title>
    <p>168</p>
   </title>
   <p>Второе восстание действительно приобрело международный характер. Это был поистине грандиозный замысел, и уже потому трудно считать его созданием одного человека. Организованные рабочие всех олигархий готовы были подняться по первому сигналу. Германия, Италия, Франция и вся Австралазия — в то время государства рабочих с социалистическими правительствами — обещали революции свою помощь, и они действительно оказали ее, поэтому разгром Второго восстания стал также и их разгромом. Их правительства были низложены, и объединившиеся олигархии навязали им олигархический строй.</p>
  </section>
  <section id="n_169">
   <title>
    <p>169</p>
   </title>
   <p>Джон Каннингхем, отец Эвис Эвергард, был профессором Калифорнийского университета в городе Беркли. С преподаванием физики он совмещал исследовательскую работу, которая принесла ему широкую известность. Выдающимся вкладом в науку явились его изыскания в области природы электрона, а также капитальный труд «Тождество материи и энергии», где было незыблемо и на все времена установлено, что элементарная единица материи и элементарная единица энергии тождественны. Положение это до профессора Каннингхема выдвигалось сэром Оливером Лоджем и другими исследователями радиоактивности, но лишь на правах гипотезы.</p>
  </section>
  <section id="n_170">
   <title>
    <p>170</p>
   </title>
   <p>В те времена на спорт смотрели как на средство наживы. Противники избивали друг друга в кулачных поединках, и боксер, убивший товарища или исколотивший его до полусмерти, получал за это кучу денег.</p>
  </section>
  <section id="n_171">
   <title>
    <p>171</p>
   </title>
   <p>Намек не ясен. Возможно, имеется в виду слепой от рождения негр-музыкант, концерты которого во второй половине XIX века пользовались огромным успехом.</p>
  </section>
  <section id="n_172">
   <title>
    <p>172</p>
   </title>
   <p>Фридрих Ницше жил в XIX веке христианской эры. Бесноватый философ, который в минуты прозрения видел причудливые отблески истины, но, обойдя весь положенный круг человеческой мысли, дофилософствовался до полного безумия.</p>
  </section>
  <section id="n_173">
   <title>
    <p>173</p>
   </title>
   <p>Видный научный деятель конца XIX и начала XX века. Был ректором Стенфордского университета, основанного на частные средства.</p>
  </section>
  <section id="n_174">
   <title>
    <p>174</p>
   </title>
   <p>Родоначальник идеалистического монизма; его учение, полностью отрицающее материю, ставило в тупик философов того времени. Окончательно отвергнуто философией с тех пор, как в ней восторжествовал метод обобщения данных научного опыта.</p>
  </section>
  <section id="n_175">
   <title>
    <p>175</p>
   </title>
   <p>Так называли землетрясение, разрушившее город Сан-Франциско в 1906 году хр. эры.</p>
  </section>
  <section id="n_176">
   <title>
    <p>176</p>
   </title>
   <p>В этом выражении отразился обычай тех времен. Когда один из противников, сцепившихся, подобно диким зверям, в смертельной схватке, складывал оружие, от победителя зависело — умертвить его или оставить ему жизнь.</p>
  </section>
  <section id="n_177">
   <title>
    <p>177</p>
   </title>
   <p>В те годы немало священников было отлучено от церкви за то, что они проповедовали взгляды, неугодные правящим классам, а особенно такие, которые отражали влияние социалистических идей.</p>
  </section>
  <section id="n_178">
   <title>
    <p>178</p>
   </title>
   <p>Наемная дворцовая стража Людовика XVI, французского короля, казненного народом.</p>
  </section>
  <section id="n_179">
   <title>
    <p>179</p>
   </title>
   <p>В то время между коренным населением США и пришлым элементом проводилось резкое и оскорбительное различие.</p>
  </section>
  <section id="n_180">
   <title>
    <p>180</p>
   </title>
   <p>В течение трехсотлетнего владычества Железной пяты эта книга неоднократно выходила в подпольных изданиях. Несколько экземпляров ее хранятся в Ардисе, в Национальной библиотеке.</p>
  </section>
  <section id="n_181">
   <title>
    <p>181</p>
   </title>
   <p>В те времена объединения частных собственников грабительски присваивали себе все средства передвижения и за пользование ими взимали с населения плату.</p>
  </section>
  <section id="n_182">
   <title>
    <p>182</p>
   </title>
   <p>Такие неурядицы были частым явлением в те времена неразумной анархической системы. То рабочие отказывались выходить на работу, то капиталисты отказывались допускать их к работе. Возникали беспорядки и акты насилия, отчего гибло много ценного имущества и человеческих жизней. Все это в такой же мере непонятно нам, как и распространенное в ту пору среди низших классов явление, когда муж, обозлившись на жену, бил посуду и ломал мебель.</p>
  </section>
  <section id="n_183">
   <title>
    <p>183</p>
   </title>
   <p>Пролетариат — от латинского proletarii. Под этим названием в цензовом кодексе Сервия Туллия значились те римские жители, которые ничего не могли дать государству, кроме своего потомства (proles). Это были люди, не имевшие ни состояния, ни общественного положения, а также не выделявшиеся из общего числа своими способностями.</p>
  </section>
  <section id="n_184">
   <title>
    <p>184</p>
   </title>
   <p>Кандидат социалистов на пост калифорнийского губернатора во время выборов 1906 года. Англичанин по рождению, автор многих книг по философии и политической экономии, Льюис был одним из руководящих социалистических деятелей своего времени.</p>
  </section>
  <section id="n_185">
   <title>
    <p>185</p>
   </title>
   <p>Чудовищная эксплуатация женщин и детей на английских фабриках во второй половине XVIII века представляет собой один из самых страшных и позорных эпизодов человеческой истории. Крупнейшие состояния того времени возникли в этой преисподней английской промышленности.</p>
  </section>
  <section id="n_186">
   <title>
    <p>186</p>
   </title>
   <p>Эвергард мог бы привести и более яркие примеры, вспомнив, как церковь на Юге открыто ратовала за рабовладение в годы, предшествовавшие так называемой Гражданской войне. Приведем здесь несколько примеров из документов того времени. В 1835 году Всеамериканский собор пресвитерианской церкви постановил: «Рабство признано как Ветхим, так и Новым заветом и, следовательно, не противоречит воле всевышнего». В том же 1835 году Чарлстонская община баптистов в своем обращении к верующим провозгласила: «Право господина располагать временем своих рабов освящено творцом всего сущего, ибо он волен любое свое творение передать в собственность кому пожелает». Его преподобие И. Д. Саймон, доктор богословия и профессор Рандолф-Мэконского методистского колледжа в Виргинии, писал: «Текстами священного писания непререкаемо утверждается право рабовладения со всеми вытекающими из него последствиями. Право купли и продажи рабов установлено с полной ясностью. Обратимся ли мы к еврейскому закону, дарованному самим господом богом, или же к общепринятым воззрениям и обычаям всех времен и народов, или же к предписаниям Нового завета и его нравственному учению, — повсюду находим мы доказательства того, что в рабовладении нет ничего безнравственного. Поскольку первые рабы, привезенные в Америку из Африки, были законно проданы в рабство, в рабстве должны оставаться и их потомки. Все это убеждает нас в том, что рабовладение в Америке освящено законом». Естественно, что, выступая несколько десятилетий спустя в защиту капиталистической собственности, церковь прибегала к таким же доводам. В богатейшем Эсгардском книгохранилище имеется труд некоего Генри Ван-Дейка, изданный в 1905 году хр. эры под заглавием «Опыты толкования». Очевидно, Ван-Дейк был видным церковником. Книга его — яркий образчик того, что Эвергард назвал бы «буржуазным мышлением». Сравните заявление чарлстонских баптистов со следующим заявлением Ван-Дейка, сделанным семьдесят лет спустя: «Библия учит нас, что господь — владыка мира, а следовательно, он волен одарить каждого из живущих по своему соизволению, в согласии с существующими законами».</p>
  </section>
  <section id="n_187">
   <title>
    <p>187</p>
   </title>
   <p>В те времена тысячи полунищих торговцев ходили из дома в дом, предлагая свой товар. Это было, разумеется, нецелесообразным расходованием человеческих сил. В сфере распределения наблюдалась та же бессистемность и хаотичность, которая характеризовала весь общественный уклад в целом.</p>
  </section>
  <section id="n_188">
   <title>
    <p>188</p>
   </title>
   <p>Ветхий, облезлый домишко — обычное жилье рабочего в те далекие времена. Рабочий вносил домохозяину непомерно высокую плату, нимало не соответствовавшую стоимости такого помещения.</p>
  </section>
  <section id="n_189">
   <title>
    <p>189</p>
   </title>
   <p>Воровство было в те времена повальным явлением. Каждый старался украсть у другого. Богатые и сильные воровали на законном основании или так или иначе узаконивали свое воровство; бедняки воровали, невзирая на закон. Чтобы уберечь имущество от воров, приходилось нанимать сторожей, и много людей было занято тем, что стерегли чужое добро. Дом каждого более или менее зажиточного человека представлял своеобразное сочетание банковского сейфа, кладовой и крепости. В тех случаях, когда у наших детей проявляется желание завладеть чужой вещью, мы, очевидно, имеем дело с пережитком этой столь распространенной когда-то страсти к хищениям.</p>
  </section>
  <section id="n_190">
   <title>
    <p>190</p>
   </title>
   <p>Рабочих сзывал на работу и провожал с работы пронзительный, режущий слух свист паровой машины.</p>
  </section>
  <section id="n_191">
   <title>
    <p>191</p>
   </title>
   <p>Обязанности поверенных корпораций заключались в том, чтобы при помощи жульнических махинаций служить грабительским замыслам и планам своих хозяев. Сохранилось интересное свидетельство Теодора Рузвельта, в то время президента Соединенных Штатов. В 1905 году, на выпускных торжествах в Гарвардском университете, он сказал: «Ни для кого не секрет, что у большинства наших крупных предприятий имеются высокооплачиваемые юристы, чьи остроумные и смелые советы позволяют их богатым клиентам, будь то отдельные лица или корпорации, успешно обходить законы, принятые в интересах общества для упорядочения деятельности крупного капитала».</p>
  </section>
  <section id="n_192">
   <title>
    <p>192</p>
   </title>
   <p>Яркий пример борьбы за существование, этого основного закона тогдашнего общества. Люди пожирали друг друга, как звери, мелкие хищники становились добычей крупных. В этой волчьей стае Джексон принадлежал, очевидно, к самым смирным и беззащитным.</p>
  </section>
  <section id="n_193">
   <title>
    <p>193</p>
   </title>
   <p>Здесь стоит отметить энергичную грубоватость лексики, характерную для того времени волчьих нравов и повадок. Мы разумеем, конечно, не брань Смита, а слово «чертыхнулся» в устах Эвис Эвергард.</p>
  </section>
  <section id="n_194">
   <title>
    <p>194</p>
   </title>
   <p>Намек на число голосов, поданных в США за социалистов на выборах 1910 года. Их неуклонный рост свидетельствовал о быстром укреплении революционных сил в Америке. В 1888 году за социалистов в США было подано 2068 голосов; в 1902 — 127 713; в 1904 — 435 040; в 1908 — 1 108 427 и, наконец, в 1910 — 1 688 211.</p>
  </section>
  <section id="n_195">
   <title>
    <p>195</p>
   </title>
   <p>В условиях волчьей борьбы за существование человек не был уверен в завтрашнем дне, как бы он ни был богат сегодня. Опасение за участь семьи заставляло его прибегать к различным видам страхования. В наш разумный век подобные мероприятия кажутся до смешного примитивными, но в те времена страхованию придавали большое значение. Характерно, что фонды страховых обществ часто расхищались и растрачивались теми самыми лицами, которые были уполномочены ими ведать.</p>
  </section>
  <section id="n_196">
   <title>
    <p>196</p>
   </title>
   <p>Задолго до рождения Эвис Эвергард Джон Стюарт Милль в своем очерке «О свободе» писал: «Повсюду, где налицо правящий класс, господствующая мораль в значительной мере определяется его классовыми интересами и чувством классового превосходства».</p>
  </section>
  <section id="n_197">
   <title>
    <p>197</p>
   </title>
   <p>Подобные каламбуры считались особенностью ирландского остроумия.</p>
  </section>
  <section id="n_198">
   <title>
    <p>198</p>
   </title>
   <p>В прессе 1902 года часто цитировалось изречение, автором которого считался председатель каменноугольного треста Джордж Ф. Бэр: «Права и нужды трудового народа находятся под защитой добрых христиан, которым господь бог, в своей неизреченной мудрости, доверил материальные интересы страны».</p>
  </section>
  <section id="n_199">
   <title>
    <p>199</p>
   </title>
   <p>Слово «общество» употреблено здесь в ограничительном смысле, как обычное для тогдашних времен обозначение разъевшихся трутней, которые сами не трудились, а лишь пожирали мед, собранный другими. Ни дельцы, ни рабочие не входили в «общество», не располагая для этого ни временем, ни соответствующими возможностями. Игра в «общество» была забавой праздных богачей.</p>
  </section>
  <section id="n_200">
   <title>
    <p>200</p>
   </title>
   <p>«Несите нам свои грязные деньги» — было лозунгом церкви того времени.</p>
  </section>
  <section id="n_201">
   <title>
    <p>201</p>
   </title>
   <p>В еженедельнике «Аутлук», популярном органе разоблачительного направления, в номере от 18 августа 1906 года приведен случай с калекой-рабочим, во всех деталях совпадающий с историей Джексона, как она рассказана Эвис Эвергард.</p>
  </section>
  <section id="n_202">
   <title>
    <p>202</p>
   </title>
   <p>Филоматы (греч.) — любители науки. (Прим. ред.)</p>
  </section>
  <section id="n_203">
   <title>
    <p>203</p>
   </title>
   <p>В те годы еще не вывелся обычай наполнять комнаты всякими безделушками и украшениями. Преимущество простора не было еще открыто. Комнаты напоминали музей, и стоило огромных трудов содержать их в чистоте. В каждом доме властвовал демон пыли и ему приносились многочисленные жертвы. Существовали тысячи приспособлений для борьбы с пылью, но мало кто думал о том, чтобы вовсе ее не заводить.</p>
  </section>
  <section id="n_204">
   <title>
    <p>204</p>
   </title>
   <p>В то время были распространены тяжбы между наследниками. Обладателей больших состояний немало беспокоило посмертное устройство их капиталов. За утверждением последней воли завещателя так же неизбежно следовало его нарушение, как за совершенствованием огнестрельного оружия — совершенствование защитной брони. Для составления нерушимых завещаний призывались хитроумнейшие юристы. И все же завещания потом пересматривались, зачастую с помощью тех же самых юристов. Несмотря на это, богачи продолжали тешить себя надеждой, что можно оставить предсмертное распоряжение, нерушимое вовеки. Так завещатели и юристы из поколения в поколение гнались за призраком. Это была такая же несбыточная мечта, как поиски средневековыми учеными философского камня.</p>
  </section>
  <section id="n_205">
   <title>
    <p>205</p>
   </title>
   <p>Ни с чем не сообразные фантастические писания, рассчитанные на то, чтобы внушить рабочим ложные в корне понятия о паразитирующих классах.</p>
  </section>
  <section id="n_206">
   <title>
    <p>206</p>
   </title>
   <p>Люди того времени были рабами слов. Нам сегодня трудно представить себе всю степень их умственного рабства. Слова оказывали на них магическое действие, с которым не сравнится никакое искусство заклинателя. Мозг этих людей был так затуманен, в мыслях царил такой хаос, что достаточно было одного брошенного слова, чтобы опорочить в их глазах самые здравые выводы и обобщения, плоды трудов и поисков целой жизни. Такую магическую силу имело тогда слово «утопия». Произнести его значило перечеркнуть любое экономическое учение, любую теорию преобразования общества, как бы она ни была разумна. Целые поколения носились с такими фразами, как: «Беден, но честен» или: «Умывальники и чистые полотенца для рабочих». В изобретении подобных фраз и словечек видели чуть ли не проявление гениальности.</p>
  </section>
  <section id="n_207">
   <title>
    <p>207</p>
   </title>
   <p>Первоначально — частные сыщики, вскоре превратившиеся в наемных охранников капитала; впоследствии они составили наемную армию олигархии.</p>
  </section>
  <section id="n_208">
   <title>
    <p>208</p>
   </title>
   <p>Патентованные средства были патентованным шарлатанством. Это был такой же грубый обман доверчивого потребителя, как и амулеты или индульгенции средних веков, с той лишь разницей, что патентованные средства стоили дороже и приносили больше вреда.</p>
  </section>
  <section id="n_209">
   <title>
    <p>209</p>
   </title>
   <p>Сейчас и представить себе трудно, что еще в 1912 году преобладающее большинство народа упорно верило, будто, опуская в урны избирательные бюллетени, оно управляет страной. В действительности страной управляли боссы при помощи своих политических машин. Вымогая у капиталистов огромные взятки, боссы добивались угодных им законов; однако вскоре капиталисты предпочли взять политические машины в свои руки и выплачивать боссам жалованье.</p>
  </section>
  <section id="n_210">
   <title>
    <p>210</p>
   </title>
   <p>По данным Роберта Хантера, опубликованным в его книге «Нищета» (1906), в Соединенных Штатах того времени десять миллионов человек влачило нищенское существование.</p>
  </section>
  <section id="n_211">
   <title>
    <p>211</p>
   </title>
   <p>Переписью 1900 года (последней, результаты которой были преданы гласности) установлено, что в Соединенных Штатах занято на фабрично-заводской работе 1 752 187 детей.</p>
  </section>
  <section id="n_212">
   <title>
    <p>212</p>
   </title>
   <p>Сравните с этим заявлением следующее место из «Словаря циника» (1906 г. хр. эры) некоего Амброза Бирса, известного мизантропа той эпохи: «Картечь (существительное ед. числа, ж. рода) — ответ, который готовит будущее на требования американских социалистов».</p>
  </section>
  <section id="n_213">
   <title>
    <p>213</p>
   </title>
   <p>В кандалы заковывали африканских рабов и преступников; полностью вышли из употребления только в эру Братства людей.</p>
  </section>
  <section id="n_214">
   <title>
    <p>214</p>
   </title>
   <p>Немало людей, подобно Эвергарду и задолго до него, улавливали эти тени будущего, хотя и представить себе не могли, что оно несет с собой. Так, Джон Кэлхун говорил: «В наше время у власти стоят силы, с которыми народу трудно тягаться, ибо они представляют собой множество разнообразных могущественных интересов, спаянных воедино огромными банковскими прибылями». Напомним также известные слова великого человеколюбца Авраама Линкольна, сказанные им незадолго до своей гибели: «В недалеком будущем наступит перелом, который крайне беспокоит меня и заставляет трепетать за судьбу моей страны… Приход к власти корпораций неизбежно повлечет за собой эру продажности и разложения в высших органах страны, и капитал будет стремиться утвердить свое владычество, играя на самых темных инстинктах масс, пока все национальные богатства не сосредоточатся в руках немногих избранных, — а тогда конец республике».</p>
  </section>
  <section id="n_215">
   <title>
    <p>215</p>
   </title>
   <p>Книга эта, под заглавием «Экономика и образование», вышла в том же году. Сохранилось всего лишь три ее экземпляра, два в Ардисе и один в Эсгарде. В ней на основе многочисленных фактов была подвергнута детальному анализу одна из сторон практики воинствующего капитализма, а именно классовый характер университетского и школьного образования в США. В целом книга представляет собой уничтожающий обвинительный акт, направленный против всей системы американского образования, которое внедряло в умы учащихся только идеи, не опасные для капиталистического строя, и изгоняло все, ведущее к его критике и ниспровержению. Появление книги вызвало сенсацию, и власти немедленно конфисковали ее.</p>
  </section>
  <section id="n_216">
   <title>
    <p>216</p>
   </title>
   <p>Полное название организации установить не удалось.</p>
  </section>
  <section id="n_217">
   <title>
    <p>217</p>
   </title>
   <p>От Беркли до Сан-Франциско было несколько минут езды паромом. Все города, расположенные у бухты Сан-Франциско, представляли собой одну общину.</p>
  </section>
  <section id="n_218">
   <title>
    <p>218</p>
   </title>
   <p>Оскар Уайльд, один из корифеев поэзии XIX столетия хр. эры.</p>
  </section>
  <section id="n_219">
   <title>
    <p>219</p>
   </title>
   <p>Перевод Б. Лейтина. (Прим. ред.)</p>
  </section>
  <section id="n_220">
   <title>
    <p>220</p>
   </title>
   <p>Обычный прием конкуренции — продажа товара по себестоимости или даже в убыток. Крупные предприятия шли на это с большей легкостью, чем мелкие, которым поневоле приходилось закрываться.</p>
  </section>
  <section id="n_221">
   <title>
    <p>221</p>
   </title>
   <p>В то время немало было потрачено усилий на организацию разоряющегося фермерства в политическую партию, ставившую себе целью решительную борьбу с трестами при помощи законодательных мероприятий. Все эти попытки ни к чему не привели.</p>
  </section>
  <section id="n_222">
   <title>
    <p>222</p>
   </title>
   <p>Первое мощное объединение трестов, чуть ли не на полвека опередившее другие.</p>
  </section>
  <section id="n_223">
   <title>
    <p>223</p>
   </title>
   <p>Банкротство — своеобразный юридический институт, который позволял должнику, потерпевшему крах в условиях промышленной конкуренции, уклониться от уплаты долгов. В обществе, где борьба шла не на жизнь, а на смерть, банкротство зачастую играло роль спасительной лазейки.</p>
  </section>
  <section id="n_224">
   <title>
    <p>224</p>
   </title>
   <p>Habeas corpus act (лат.) — закон о неприкосновенности личности. (Прим. ред.)</p>
  </section>
  <section id="n_225">
   <title>
    <p>225</p>
   </title>
   <p>Характеризуя закон 1903 года о национальной гвардии, Эвергард допустил только одну неточность: законопроект был внесен в конгресс не 30 июля, а 30 июня. В «Протоколах конгресса» приведены следующие даты официального прохождения билля: 30 июня, 9, 15, 16, 17 декабря 1902 и 7, 14 января 1903 года. Неудивительно, что дельцы, собравшиеся у профессора Каннингхема, ничего не знали о законе, — он был мало кому известен в стране. Книжка Э. Винтермана 1903 года «Билль о национальной гвардии» (вышла в г. Джирарде, штат Канзас) получила некоторое распространение среди рабочих. Однако пропасть между различными классами была в то время так велика, что читателю средних классов брошюра осталась неизвестной.</p>
  </section>
  <section id="n_226">
   <title>
    <p>226</p>
   </title>
   <p>Здесь правильно указана главная причина рабочих беспорядков того времени. При разделе новой стоимости между трудом и капиталом каждая из сторон стремилась получить возможно больше. Это было непримиримое противоречие. Пока существовала капиталистическая система производства, конфликты между обеими заинтересованными сторонами по вопросу о разделе новой стоимости не прекращались. Нам это сейчас кажется смешным, но нельзя забывать, что речь идет о событиях и нравах семивековой давности.</p>
  </section>
  <section id="n_227">
   <title>
    <p>227</p>
   </title>
   <p>За несколько лет до описываемых событий тогдашний президент Соединенных Штатов Теодор Рузвельт заявил: «Необходима более либеральная и гибкая политика в вопросах купли и продажи, для того чтобы наши излишки производства могли с успехом экспортироваться за границу». Под «излишками производства» здесь, конечно, разумеются товары, которые остаются в распоряжении капитала, после того как все его нужды и потребности удовлетворены. По словам сенатора Марка Хенна, относящимся к тому же времени, «ежегодное производство товаров в США на одну треть превышает ежегодное их потребление». Его коллега, сенатор Чонси Депью, заявил: «Американцы ежегодно производят ценностей на два миллиарда долларов больше, чем они в состоянии потребить».</p>
  </section>
  <section id="n_228">
   <title>
    <p>228</p>
   </title>
   <p>Первый известный нам случай, когда олигархия была названа этим именем.</p>
  </section>
  <section id="n_229">
   <title>
    <p>229</p>
   </title>
   <p>В своем подразделении общества на классы Эвергард следует одному из самых видных статистиков своего времени, Люсьену Сэниелу. Последний, на основании переписи Соединенных Штатов 1900 года, так определял численность населения по занятиям: плутократия — 250 251, средний класс — 8 429 845, пролетариат — 20 393 137 человек.</p>
  </section>
  <section id="n_230">
   <title>
    <p>230</p>
   </title>
   <p>О тресте «Стандард Ойл» и его владельце Рокфеллере см. примечание ниже.</p>
  </section>
  <section id="n_231">
   <title>
    <p>231</p>
   </title>
   <p>Еще в 1907 году принято было считать, что Соединенными Штатами управляют одиннадцать могущественных групп, но после того как пять железнодорожных трестов слились в единую железнодорожную корпорацию, число их снизилось до семи. Вот перечень пяти объединившихся компаний с указанием их политических и финансовых руководителей: 1) Джемс Хилл, захвативший всю железнодорожную сеть Северо-Запада; 2) Пенсильванская железнодорожная группа, поддерживаемая крупнейшими банками Филадельфии и Нью-Йорка с Джейкобом Шиффом в качестве финансового директора; 3) Гарриман, объединивший под своим контролем центральные и юго-западные железные дороги, а также дороги Южно-Тихоокеанского побережья — юрисконсульт Фрик, политический руководитель Оделл; 4) Группа железных дорог, принадлежащих семейству Гулд, и 5) Мур, Рейд и Лидс — так называемая Рок-Айлендская группа. Все эти могущественные олигархии оказались победителями в условиях конкуренции, и все они следовали по неизбежному пути объединения.</p>
  </section>
  <section id="n_232">
   <title>
    <p>232</p>
   </title>
   <p>Организации, цель которых — подкуп, растление и запугивание депутатов, законодателей и других так называемых «народных представителей.</p>
  </section>
  <section id="n_233">
   <title>
    <p>233</p>
   </title>
   <p>За десять лет до Эвергарда то же самое утверждала нью-йоркская торговая палата, из отчета которой мы заимствуем следующее: «Железнодорожные компании контролируют законодательство большинства наших штатов. Они назначают и смещают сенаторов, депутатов и губернаторов и, как диктаторы, определяют всю правительственную политику».</p>
  </section>
  <section id="n_234">
   <title>
    <p>234</p>
   </title>
   <p>Рокфеллер вышел из рабочей среды. Удачливый и ловкий делец, он стал основателем первого настоящего треста, пресловутого «Стандард Ойл». Мы не можем отказать себе в удовольствии привести здесь любопытную страничку из журнальной хроники тех времен, чтобы показать, как свободные капиталы «Стандард Ойл», искавшие применения, вытесняли отовсюду мелких капиталистов, способствуя тем самым краху капиталистической системы в целом. Автор этого отрывка — радикальный журналист Дэвид Грейм Филиппс; статья была напечатана в «Сатэрдей ивнинг пост» от 4 октября 1902 года. Это единственный дошедший до нас номер журнала, который, судя по внешнему виду и содержанию, пользовался широкой популярностью и выпускался большим тиражом. Вот этот отрывок: «Лет десять назад доходы Рокфеллера, по сообщению авторитетных лиц, составляли тридцать миллионов в год. Нефтяная промышленность была насыщена капиталовложениями до отказа, а между тем на имя одного лишь Джона Дэвисона Рокфеллера поступало ежемесячно два миллиона чистоганом. Вопрос о дальнейшем помещении прибылей становился все более серьезным, можно сказать, угрожающим. Доходы нефтяной промышленности росли и росли, а возможности для новых надежных вложений становились все ограниченнее, — их было даже меньше, чем сейчас. Проникновение Рокфеллеров во все новые отрасли промышленности диктовалось не столько их ненасытной жадностью, сколько стремлением дать выход неуклонно нарастающему прибою миллионов, которые нефтяная монополия притягивала, как магнит. Решением этой задачи был занят целый штаб изыскателей и разведчиков. Как говорят, начальник этого штаба получал сто двадцать пять тысяч в год. В первую очередь новые флибустьеры заявили о себе в железнодорожном деле. В 1895 году Рокфеллеры контролировали уже одну пятую всей железнодорожной сети США. А что можно сказать об их нынешних владениях? Рокфеллерам подвластны почти все железнодорожные линии, веером расходящиеся от Нью-Йорка на север, восток и запад, за исключением одной, в которой им принадлежит пай всего в несколько миллионов. Они контролируют большую часть разветвленных железных дорог, скрещивающихся в Чикаго, а также тех, что тянутся на запад, к Тихоокеанскому побережью. Это их поддержке обязан своим могуществом мистер Морган, хотя они, пожалуй, больше нуждаются в его советах, чем он в их поддержке. Вот уж поистине где чувствуется „общность интересов“! Но одно только железнодорожное дело не могло поглотить эти каскады золота. Доходы Джона Д. Рокфеллера продолжали расти с двух с половиной миллионов до четырех, пяти и шести миллионов в месяц — до семидесяти пяти миллионов в год. Керосин приносил сказочные доходы. Новое инвестирование барышей добавляло к этой прорве денег свою ежегодную многомиллионную лепту. Как только газ и электричество стали доходным делом, Рокфеллеры бросили сюда свои капиталы, и с той поры каждый американец, чуть стемнеет, становится данником Рокфеллеров, каким бы освещением он ни пользовался. Рокфеллеры занялись кредитованием фермеров, предоставляя им ссуды под залог земли. И когда фермерам во времена недавнего процветания удалось расплатиться по закладным, Джон Д., говорят, с досады чуть не плакал. Восемь миллионов, которые он так удачно пристроил, казалось бы, на долгие годы и за большой процент, вдруг снова повисли у него на шее и теперь хныкали, прося найти им пристанище. Какая обуза для человека с безнадежно испорченным пищеварением, человека, который и без того сбился с ног, пристраивая на хорошие местечки потомство своих нефтяных дивидендов, и потомков их потомков, и потомков этих новых потомков! Рокфеллеры занялись горнорудным делом — железо, уголь, медь, свинец, не пренебрегая и другими видами промышленности. Трамвай, займы — государственные, городские и по отдельным штатам, грузовое и пассажирское пароходство, телеграф, спекуляция земельными участками и застройка целых городских кварталов — небоскребы, доходные дома, здания под конторы и банки, наконец страховое и банковское дело. Вскоре в Америке не осталось ни единого уголка, куда бы не проникли миллионы Рокфеллеров. Их „Нэйшнэл сити банк“ принадлежит к крупнейшим в Соединенных Штатах, с ним могут поспорить разве только Английский и Французский государственные банки. Вклады в этот банк составляют в среднем свыше ста миллионов долларов в день. Он контролирует биржу на Уолл-стрите и весь денежный и фондовый рынок. Но это не единственный банк Рокфеллеров, он возглавляет целую сеть богатых и влиятельных отделений во всех деловых центрах страны — четырнадцать в одном Нью-Йорке! У Джона Д. Рокфеллера одних только акций „Стандард Ойл“ по биржевому курсу — на сумму от четырехсот до пятисот миллионов долларов, сто миллионов в Стальном тресте, почти столько же в одной из Тихоокеанских железных дорог да половина этой суммы в другой — и так далее, и так далее, всего не перечтешь. Его доходы за прошлый год достигли сотен миллионов долларов — а это, пожалуй, больше, чем доходы всех Ротшильдов, вместе взятых. И они растут не по дням, а по часам».</p>
  </section>
  <section id="n_235">
   <title>
    <p>235</p>
   </title>
   <p>«Черными сотнями» назывались шайки громил, которые обреченное на гибель самодержавие организовало для борьбы с русской революцией. Эти шайки нападали на революционеров, а также бесчинствовали и грабили, чтобы дать властям повод пустить в дело казаков.</p>
  </section>
  <section id="n_236">
   <title>
    <p>236</p>
   </title>
   <p>Капиталистическая система производства неизбежно приводила к кризисам, которые ввергали народ в бедствия столь же неизбежные, как и бессмысленные. За периоды процветания он расплачивался периодами экономического застоя и безработицы, вызванными перепроизводством.</p>
  </section>
  <section id="n_237">
   <title>
    <p>237</p>
   </title>
   <p>Штрейкбрехеры во всем, кроме названия, были частной армией капиталистов. Их хорошо вымуштрованные, вооруженные до зубов отряды по первому требованию перебрасывались в любой конец страны, где рабочие объявляли предпринимателю стачку или же где предприниматель объявлял рабочим локаут. В те удивительные времена не раз случалось, что какой-нибудь предводитель штрейкбрехеров, вроде пресловутого Фарли, вместе со своей армией из двух с половиной тысяч хорошо снаряженных и вооруженных молодцов садился в специальный поезд и мчался через весь континент — из Нью-Йорка в противоположный конец страны, — чтобы сломить забастовку, как это было, например, во время стачки вагоновожатых Сан-Франциско. Все это находилось в вопиющем противоречии с существующими законами, но капиталистам и не такие беззакония сходили с рук, так как американский суд был в полном подчинении у плутократии.</p>
  </section>
  <section id="n_238">
   <title>
    <p>238</p>
   </title>
   <p>«Загнать на скотобойню» — ходячее выражение того времени, обозначавшее насильственный разгон рабочей демонстрации. Вошло в обиход с тех пор, как во время одной из горняцких забастовок в Айдахо в конце XIX века рабочие были загнаны войсками в скотобойню и там избиты. Как выражение, так и само мероприятие перекочевало и в XX век.</p>
  </section>
  <section id="n_239">
   <title>
    <p>239</p>
   </title>
   <p>Чисто американские организации — только название перенесено в Америку из России; черные сотни вербовались из многочисленных тайных агентов, которых капитализм уже в XIX веке широко использовал в борьбе с рабочим движением. Это подтверждается свидетельством хотя бы такого высокоавторитетного современника, как Кэролл Д. Райт, государственный уполномоченный по вопросам труда. В своей книге «Рабочее движение» он отмечает, что «во время особенно памятных нам грандиозных забастовок предприниматели умышленно вызывали рабочих на акты насилия»; компании часто сами провоцировали забастовки, чтобы избавиться от товарных излишков; во время железнодорожных забастовок агенты компаний поджигали товарные вагоны, стремясь создать впечатление беспорядков. Из этих тайных агентов и возникли черные сотни. Впоследствии олигархия использовала их как провокаторов — одно из самых страшных своих орудий.</p>
  </section>
  <section id="n_240">
   <title>
    <p>240</p>
   </title>
   <p>Одна из старейших улиц Нью-Йорка, где помещалась фондовая биржа. Здесь под прикрытием господствовавшего в то время экономического хаоса совершались незаконные сделки, предметом которых служила промышленность всей страны.</p>
  </section>
  <section id="n_241">
   <title>
    <p>241</p>
   </title>
   <p>Один из первых кораблей, на которых вскоре после открытия Нового Света прибыли в Америку колонисты. Потомки этих ранних поселенцев чрезвычайно гордились своей родословной. Однако с течением времени семя их рассеялось по всей стране, так что, в сущности, каждый американец мог считать, что в его жилах течет кровь первых колонистов.</p>
  </section>
  <section id="n_242">
   <title>
    <p>242</p>
   </title>
   <p>Имя автора стихотворения, известного нам только по этому отрывку, навсегда утеряно.</p>
  </section>
  <section id="n_243">
   <title>
    <p>243</p>
   </title>
   <p>Перевод Б. Лейтина. (Прим. ред.)</p>
  </section>
  <section id="n_244">
   <title>
    <p>244</p>
   </title>
   <p>Мексиканское блюдо, часто упоминаемое в книгах того времени. Очевидно, обильно сдабривалось пряностями. Рецепт его приготовления до нас не дошел.</p>
  </section>
  <section id="n_245">
   <title>
    <p>245</p>
   </title>
   <p>Уильям Рандолф Херст, молодой калифорнийский миллионер, один из влиятельнейших издателей страны. Его газеты, выходившие во всех больших городах США, были рассчитаны на массового читателя — рабочих и средний класс. Популярность Херста выдвинула его в первые ряды демократической партии, которая давно уже была демократической только по названию. Политическая программа Херста, демагогически сочетавшая проповедь некоего выхолощенного социализма с мелкобуржуазной апологетикой капитала, представляла собой нечто ни с чем не сообразное. Несмотря на явную нелепость этой программы, пытавшейся соединить несоединимое, плутократы одно время серьезно побаивались Херста.</p>
  </section>
  <section id="n_246">
   <title>
    <p>246</p>
   </title>
   <p>В те времена экономической анархии реклама стоила очень дорого. Конкурировали друг с другом только небольшие фирмы — они-то и нуждались в рекламе. Тресты были вне конкуренции.</p>
  </section>
  <section id="n_247">
   <title>
    <p>247</p>
   </title>
   <p>Исчезновение свободного римского крестьянства не было таким стремительным процессом, как гибель американского фермерства и мелких капиталистов. Да и неудивительно: древний Рим не знал тех движущих сил, какие действовали в экономике XX века. Многие фермеры, охваченные безрассудной привязанностью к своему клочку земли, готовы были вернуться к первобытным формам жизни. Чтобы избегнуть экспроприации, они ничего не продавали и не покупали, довольствуясь примитивным товарообменом, и на этой почве возникло даже целое движение. Никакие трудности и лишения не могли поколебать их упорства. Но все эти героические усилия не помешали плутократии разделаться с фермерами самым элементарным и нехитрым способом. Пользуясь своим влиянием на правительство, она повысила налоги и этим ударила фермеров по их наиболее уязвимому месту. Отказавшись от всякой торговли, они не располагали деньгами, и в конце концов их земля и имущество были проданы за недоимки.</p>
  </section>
  <section id="n_248">
   <title>
    <p>248</p>
   </title>
   <p>Это подземное клокотание и гул были явственно слышны уже в течение многих лет. В 1906 году хр. эры англичанин лорд Эвербери выступил в палате лордов со следующим заявлением: «Неутихающие беспорядки в Европе, распространение социалистических идей и зловещий рост приверженцев анархизма являются грозным предостережением правительствам и правящим классам о том, что условия существования трудящихся стали невыносимыми, а потому, во избежание революции, необходимо принять меры для увеличения заработной платы, сокращения рабочего дня и снижения цен на предметы первой необходимости». Орган американских биржевиков «Уоллстрит джорнэл», цитируя речь лорда Эвербери, сопроводил ее следующим комментарием: «Эти слова принадлежат английскому аристократу, члену самого консервативного законодательного учреждения в Европе. Тем более следует к ним прислушаться. В них гораздо больше политической и экономической мудрости, чем в любом ученом трактате, написанном на эту тему. В словах лорда Эвербери слышится предостережение. Нашим работникам военного и морского ведомства есть о чем подумать!» Американец Сидней Брукс одновременно писал в журнале «Харперс уикли»: «В Вашингтоне никто не думает о социалистах. Да оно и понятно. Наши политики всегда последними узнают о том, что творится у них под носом. Они смеются надо мной, когда я предрекаю — и предрекаю с полной уверенностью, — что на следующих президентских выборах у социалистов окажется не меньше миллиона голосов».</p>
  </section>
  <section id="n_249">
   <title>
    <p>249</p>
   </title>
   <p>В самом начале XX в. хр. эры интернациональная организация социалистов сформулировала наконец свое отношение к войне. Вкратце ее антивоенная резолюция сводилась к тому, что «Рабочим различных стран нет смысла воевать друг с другом в угоду их хозяевам, капиталистам». 21 мая 1905 года, когда между Австрией и Италией назревал военный конфликт, социалисты Италии и Австро-Венгрии, собравшись на конференцию в Триесте, угрожали, что в случае войны будет объявлена всеобщая забастовка в обеих странах. То же самое повторилось и в следующем году, когда так называемый Марокканский инцидент грозил вовлечь в войну Францию, Германию и Англию.</p>
  </section>
  <section id="n_250">
   <title>
    <p>250</p>
   </title>
   <p>Книга У. Дж. Гента «Наш благодетельный феодализм» вышла в 1902 году хр. эры. В литературе надолго установилось мнение, будто крупные капиталисты почерпнули из этой книги идею олигархии. Взгляд этот упорно держался в течение всех трех веков существования Железной пяты и даже в течение первого века эры Братства людей. В настоящее время, когда нелепость этого утверждения очевидна, нам остается только посочувствовать Генту, на которого история возвела такой поклеп.</p>
  </section>
  <section id="n_251">
   <title>
    <p>251</p>
   </title>
   <p>Вот несколько характерных судебных постановлений того времени. В каменноугольных районах широко применялся детский труд. В 1905 году хр. эры рабочим организациям штата Пенсильвания удалось добиться закона, требующего от детей при поступлении на работу, помимо клятвенного заверения родителей, также и официальной справки о возрасте и образовании. Закон этот был объявлен судом города Люцерна неконституционным: он якобы нарушает 14-ю поправку к конституции, ибо проводит дискриминацию между лицами одной категории, — в данном случае между детьми старше и моложе четырнадцати лет. Суд штата подтвердил это решение. Специальная сессия нью-йоркского суда в 1905 году хр. эры объявила неконституционным закон, воспрещающий детям и женщинам работу на фабрике после десяти часов вечера на том основании, что закон этот носит «классовый характер». В крайне неблагоприятных условиях работали пекари. Наконец нью-йоркским законодательным собранием был издан закон, ограничивающий работу в пекарнях десятью часами. Верховный суд Соединенных Штатов в 1905 году признал этот закон не соответствующим конституции. В решении суда, между прочим, говорилось: «Сокращение рабочего дня пекарей является недопустимым вмешательством в право каждого лица на свободное заключение договоров, тем более, что никакого основания для такого вмешательства нет».</p>
  </section>
  <section id="n_252">
   <title>
    <p>252</p>
   </title>
   <p>Джемс Фарли заслужил в свое время печальную известность как вожак штрейкбрехеров. Беспринципный авантюрист, не лишенный мужества и кое-каких способностей, он во времена Железной пяты был удостоен почестей и наград, а со временем даже сопричислен к лику олигархов. В 1932 году его настигла месть Сарры Дженкинс, муж которой за тридцать лет до этого был убит штрейкбрехерами из организации Фарли.</p>
  </section>
  <section id="n_253">
   <title>
    <p>253</p>
   </title>
   <p>Нельзя не удивляться необыкновенной прозорливости Эвергарда. Так же ясно, как будто, уже оглядываясь на прошлое, предвидел он отпадение ведущих профсоюзов, усиление и постепенное разложение рабочих каст и борьбу за государственную власть между ними и разлагающейся олигархией.</p>
  </section>
  <section id="n_254">
   <title>
    <p>254</p>
   </title>
   <p>Еще одно поразительное свидетельство прозорливости Эвергарда. Он предвидел создание таких городов, как Ардис и Эсгард, задолго до того, как мысль о них возникла у олигархов.</p>
  </section>
  <section id="n_255">
   <title>
    <p>255</p>
   </title>
   <p>Со времени этого предсказания прошло три века владычества Железной пяты и четыре века эры Братства людей, а мы все еще пользуемся дорогами и живем в городах, воздвигнутых при олигархии. Правда, мы теперь строим еще более прекрасные города, но города олигархов стоят и поныне, и я пишу эти строки в Ардисе, самом великолепном из них.</p>
  </section>
  <section id="n_256">
   <title>
    <p>256</p>
   </title>
   <p>В блок с олигархией вступили все союзы железнодорожников. Небезынтересно отметить, что одной из первых рабочих организаций, практиковавших в XIX веке такое «участие в грабеже», было «Братство паровозных машинистов». «Великим вождем» этого братства в течение двадцати лет был П. М. Артур. После стачки на Пенсильванской железной дороге в 1877 году он предложил компании такие условия, которые ставили его союз в исключительно благоприятное положение по сравнению с другими рабочими организациями. В ознаменование этой неблаговидной, хотя и чрезвычайно выгодной сделки и для обозначения шкурнической политики профсоюзов возник новый термин — «артуризация». Происхождение этого слова, долго остававшегося загадкой для наших языковедов, впервые получает, таким образом, удовлетворительное объяснение.</p>
  </section>
  <section id="n_257">
   <title>
    <p>257</p>
   </title>
   <p>Олберт Покок, так же как и Фарли, — один из знаменитых штрейкбрехеров своего времени. Гроза горняков, он до последнего своего издыхания держал их в беспрекословном повиновении. После смерти главы семьи обязанности его унаследовал сын, Льюис Покок, и так в течение трех поколений эта примечательная династия укротителей рабов деспотически правила углекопами. Сохранилось следующее описание внешности Покока-старшего, известного также под именем Покока Первого: «Длинный узкий череп, окаймленный бахромой рыжеватых седеющих волос, лицо скуластое, с тяжелым подбородком, щеки бледные, тусклые серые глаза, скрипучий голос, движения замедленные». Покок Первый родился в бедной семье и начал свою деятельность буфетчиком в баре. Затем поступил в трамвайную компанию частным сыщиком и постепенно специализировался по части штрейкбрехерства. Последний в роде, Покок Пятый, был убит бомбой, взорвавшейся на водокачке во время одного из малозначительных шахтерских восстаний на Индейской территории в 2073 году хр. эры.</p>
  </section>
  <section id="n_258">
   <title>
    <p>258</p>
   </title>
   <p>При организации боевых групп весьма пригодился и опыт русской революции; несмотря на неустанную борьбу, которую вела с ними Железная пята, они просуществовали триста лет, до самого ее падения. Эти организации, состоявшие из мужчин и женщин, воодушевленных высокой целью и презирающих смерть, были в свое время могучей силой, сдерживавшей разнузданную жестокость правителей. Их деятельность не ограничивалась подспудной войной с тайными агентами олигархии. Самим олигархам приходилось выслушивать приказы боевых групп и нередко платиться головой за ослушание, не говоря уже об их подчиненных, офицерах армии или руководителях рабочих каст. Суд мстителей был суров, но беспристрастен и справедлив. Он не допускал скоропалительных приговоров и решений. Если обвиняемого удавалось захватить, его судили по справедливости, предоставляя ему возможность защищаться. Но, разумеется, многие дела разбирались и решались заочно, как это было, например, с генералом Лэмптоном (2138 г. хр. эры). Один из самых кровожадных и злобных прислужников Железной пяты, генерал Лэмптон, был извещен, что боевые группы судили его, признали виновным и приговорили к смерти, причем заявление это последовало после трех предупреждений, призывавших его прекратить издевательства над рабочими. Узнав о приговоре, генерал не пожалел средств для обеспечения своей безопасности. Проходили годы, а боевым группам не удавалось до него добраться. Много наших товарищей, как мужчин, так и женщин, заплатили за свои попытки мучительной смертью. Специально в защиту генерала Лэмптона была восстановлена казнь на кресте как законная мера наказания. В конце концов изверга покарала слабая рука хрупкой семнадцатилетней Мадлены Прованс, которая два года работала с этой целью швеей у него во дворце. Мадлена умерла в одиночном заключении, после нескончаемых страшных пыток. Ныне, увековеченный в бронзе, юный образ ее украшает Пантеон Братства людей в прекраснейшем городе Серле. Мы, живущие в мире, не знающем кровопролития, не должны строго судить участников боевых групп. Эти герои, не щадя себя, служили человечеству, и никакие жертвы не были им страшны. Только необходимость заставляла их проливать кровь в эпоху, когда весь мир утопал в крови. Боевые группы были мучительной занозой в теле олигархии, от которой ей так и не удалось избавиться. Эвергард считается создателем этого своеобразного воинства, чья успешная трехвековая борьба свидетельствует о том, как мудро был заложен фундамент, простоявший века. Организация боевых групп, пожалуй, величайшая заслуга Эрнеста Эвергарда, хотя мы отнюдь не хотим преуменьшить его значение как выдающегося теоретика революции и одного из ее вождей.</p>
  </section>
  <section id="n_259">
   <title>
    <p>259</p>
   </title>
   <p>Характерным примером таких порядков было владычество англичан в Индии в XIX веке. Коренное население вымирало от голода, гибло миллионами, для того, чтобы правители, присвоив себе плоды его трудов, швыряли их на безумную роскошь и бессмысленные развлечения. Поистине нам, в наш просвещенный век, приходится краснеть за своих предков. Остается лишь смотреть на эти вещи с высоты философии. Капиталистическую стадию развития человеческого общества можно приравнять к веку обезьян. Человек, освобождаясь от грязи и скверны низшего органического существования, вынужден был пройти через эти стадии бытия. Естественно, что грязь и скверна надолго к нему пристали, и от них нелегко было очиститься.</p>
  </section>
  <section id="n_260">
   <title>
    <p>260</p>
   </title>
   <p>Выражение «обитатели бездны» принадлежит Уэллсу, писателю конца XIX века хр. эры. Уэллс, здоровый, нормальный человек, с нормальными человеческими чувствами, часто выступал в роли социального провидца. До нас дошло немало фрагментов его сочинений, а две работы — «Прозрения» и «Человеческий род в развитии» — сохранились целиком. Задолго до олигархов и до Эвергарда Уэллс предвидел возникновение чудо-городов, он называл их «городами наслаждений».</p>
  </section>
  <section id="n_261">
   <title>
    <p>261</p>
   </title>
   <p>Эвис Эвергард писала для своих современников и потому ни словом не упоминает о приговоре, вынесенном по делу пятидесяти двух социалистических депутатов, обвиненных в государственной измене. Такого рода досадные пробелы не раз встречаются в ее рукописи. Все депутаты, представшие перед судом, были осуждены. Как ни странно, ни один из них не был приговорен к смерти. Эвергард был одним из двенадцати, приговоренных к пожизненному заключению, в их число входили также Теодор Донелсон и Мэтью Кент. Остальные были осуждены на срок от тридцати до сорока пяти лет, и только Артур Симпсон, который, как сказано выше, был болен тифом во время взрыва, отделался пятнадцатью годами. По некоторым сообщениям, его уморили голодом в одиночке. Такое суровое обращение было вызвано крайним упорством заключенного и его нескрываемой ненавистью к палачам. Он умер в тюрьме Кабаньяс на Кубе, где были заключены еще три наших товарища. Все депутаты-социалисты были брошены в военные тюрьмы в разных концах страны. Так, Дюбуа и Вудс содержались в Пуэрто-Рико, а Эвергард и Мерривезер попали в старинную военную тюрьму на Алькатрасе, небольшом островке в заливе Сан-Франциско.</p>
  </section>
  <section id="n_262">
   <title>
    <p>262</p>
   </title>
   <p>Эвис Эвергард пришлось бы прожить не одну жизнь, чтобы дождаться разрешения этой загадки. Около ста лет тому назад и, значит, свыше шестисот лет после смерти автора этих записок, в тайниках Ватикана была обнаружена предсмертная исповедь некоего Первэза, американца французского происхождения. Кое-что в этом документе заслуживает внимания, хотя в целом он представляет скорее архивный интерес. В 1913 году Первэз сидел в одной из нью-йоркских тюрем в ожидании суда за совершенное им убийство. Из исповеди явствует, что Первэз не был преступником по натуре. Человек крайне горячий и порывистый, он в припадке ревности убил жену — случай, не редкий в те времена. Заключенный со страхом думал о предстоящей казни — в исповеди подробно об этом говорится — и был готов на что угодно, только бы ее избежать. Полицейские агенты поддерживали в нем страх, уверяя, что ему не миновать электрического стула. То был стул особого устройства. Приговоренного сажали на него и в присутствии опытных врачей подвергали действию электрического тока, вызывавшего мгновенную смерть. Этот вид казни был очень распространен. Анестезия как способ насильственного лишения жизни тогда еще не применялась. Итак, этот неплохой, но необузданный по натуре человек сидел в тюрьме, ожидая неминуемой смерти, когда к нему обратились агенты Железной пяты с предложением бросить бомбу в палате представителей. Первэза уверили — и об этом с непререкаемой ясностью говорится в исповеди, — что бомба будет заряжена очень слабо и взрыв не вызовет человеческих жертв. Как известно, бомба, взорвавшаяся у ног Эвергарда, действительно не причинила большого вреда. Первэза спрятали в одной из галерей Капитолия, считавшейся закрытой по случаю ремонта. Выбор подходящей минуты был оставлен на его усмотрение, и Первэз, по его собственным словам, так заинтересовался речью Эвергарда и шумом, поднявшимся в зале, что едва не забыл о своем поручении. В награду за эту услугу Первэза не только выпустили на свободу, но и обеспечили пожизненной рентой. Однако ему недолго пришлось ею пользоваться. В сентябре 1914 года у него открылся ревмокардит, и он умер, прохворав всего лишь три дня. Перед смертью Первэз послал за католическим священником, отцом Питером Дюрбаном, и исповедался ему. Священник был так поражен этим признанием на смертном одре, что записал его от слова до слова и предложил умирающему клятвенно подтвердить его. О дальнейшем можно только догадываться. Документ, очевидно, ввиду его большого значения, был направлен в Рим, а там, под давлением влиятельных сил, убран подальше и в течение многих веков пролежал под спудом. Только в прошлом веке знаменитый итальянский историк Лорбиа случайно его обнаружил во время своих изысканий в Ватикане. В настоящее время не подлежит сомнению, что бомба, взорвавшаяся в палате представителей в 1913 году хр. эры, была брошена по приказу Железной пяты. В этом нас убеждает не столько исповедь Первэза — история в своих заключениях могла бы обойтись и без нее, — сколько то, что этот маневр, позволивший олигархии одним ударом посадить под замок пятьдесят двух неугодных депутатов, чрезвычайно похож на другие аналогичные преступления, совершенные как олигархами, так и капиталистами до них. Классическим примером циничного и подлого судебного убийства ни в чем не повинных людей явилась в последние десятилетия XIX века казнь так называемых хеймаркетских анархистов в Чикаго. Особую категорию преступлений составляли умышленные поджоги и уничтожение имущества, учиняемые капиталистами, чтобы ответственность за них взвалить на рабочих. Обычно за это платились невинные люди, которых, по излюбленному выражению того времени, почему-либо хотели «упечь» в тюрьму. Во время рабочих беспорядков первой четверти XX века хр. эры капиталисты с особой кровожадностью применяли эту тактику в борьбе с Западной федерацией горняков. Провокаторы взорвали железнодорожную станцию Индепенденс. Тридцать человек были убиты, многие получили тяжелые ранения. Капиталисты, державшие в своих руках законодательную власть и все суды штата Колорадо, обвинили в этом преступлении рабочих и чуть было не добились их осуждения. Некто Ромэн, бывший одним из орудий этого злодеяния, сидел, как и Первэз, в тюрьме другого штата — Канзас — и ждал суда, когда к нему обратились агенты капиталистов. Однако последующее признание Ромэна было еще при его жизни предано гласности. К этому же периоду относится процесс Мойера и Хейвуда, двух энергичных, неустрашимых рабочих лидеров. Один из них был председателем Западной федерации горняков, другой — ее секретарем. В ту пору был убит при таинственных обстоятельствах бывший губернатор штата Айдахо. Горняки и социалисты открыто обвиняли в этом преступлении шахтовладельцев. Несмотря на это и в нарушение конституции и местных законов, губернаторы штатов Айдахо и Колорадо сговорились между собой, и Мойер и Хейвуд были по их приказу похищены полицией и брошены в тюрьму. Обоим было предъявлено обвинение в убийстве. Вот что писал по этому поводу тогдашний лидер американских социалистов Юджин Дебс: «Против тех рабочих лидеров, которых нельзя ни подкупить, ни запугать, у плутократии существуют такие меры, как убийство из-за угла и судебная расправа. Единственным преступлением Мойера и Хейвуда было то, что они верно служили рабочему классу. Капиталисты завладели всей страной, они растлили наших политиков, развратили суд, зажали в тиски рабочих, а сейчас они не прочь расправиться с теми, кто не хочет подчиниться деспотическому произволу. Губернаторы штатов Колорадо и Айдахо только пешки в руках плутократии, покорные исполнители ее воли. Идет борьба рабочих с плутократией. И если плутократы нанесли нам первый тяжелый удар, то последний, решающий удар будет нанесен нами».</p>
  </section>
  <section id="n_263">
   <title>
    <p>263</p>
   </title>
   <p>Эта характерная картинка превосходно изображает дикие нравы и бессердечие правящих классов. В то время как люди голодали, болонки пользовались уходом специальной прислуги. Затеянный Эвис Эвергард маскарад был далеко не шуточным. Дело шло о жизни и смерти и о судьбе всего движения. Тем больше у нас оснований верить правдивости ее рассказа и видеть в нем живое изображение нравов эпохи. Это были поистине диковинные времена.</p>
  </section>
  <section id="n_264">
   <title>
    <p>264</p>
   </title>
   <p>Так, по имени их изобретателя, назывались самые роскошные вагоны того времени.</p>
  </section>
  <section id="n_265">
   <title>
    <p>265</p>
   </title>
   <p>Несмотря на жизнь среди постоянных опасностей и тревог, Анна Ройлстон дожила до глубокой старости и скончалась девяноста одного года от роду. Как семейство Пококов ускользало от мести революционеров, так Анна Ройлстон оставалась неуловимой для агентов Железной пяты. Ей баснословно везло, из тысячи рискованных и трудных положений она выходила невредимой. На ней лежало исполнение приговоров боевой группы, и воинственная мстительница, которую товарищи звали «Красной девой», стала одним из самых излюбленных образов революции. Уже старухой она пристрелила «кровавого Хелклиффа» на глазах у вооруженной стражи и благополучно скрылась. Умерла она, достигнув старости, в убежище революционеров, в Озаркских горах.</p>
  </section>
  <section id="n_266">
   <title>
    <p>266</p>
   </title>
   <p>Несмотря на все старания, мы так и не нашли в сохранившихся документах того времени каких-либо сведений о Биденбахе. Единственное упоминание о нем встречается в «Эвергардовском манускрипте».</p>
  </section>
  <section id="n_267">
   <title>
    <p>267</p>
   </title>
   <p>Любознательный путник по выходе из Глен-Эллена, свернув к югу, окажется в аллее, расположенной там, где семьсот лет назад пролегала проселочная дорога. Пройдя еще четверть мили и миновав второй мост, он справа увидит глубокий овраг, который бороздит широкую равнину, ведя к группе лесистых холмов. Когда-то, во время частной собственности, овраг отгораживал дорогу общего пользования, проходившую через владения некоего Шове, французского пионера, прибывшего в Калифорнию во времена золотой лихорадки. Лесистые холмы — те самые, о которых повествует Эвис Эвергард. Во время великого землетрясения 2368 года хр. эры один из холмов обвалился и засыпал балку, где некогда укрывались супруги Эвергард. После первого же ознакомления с «Эвергардовским манускриптом» здесь были начаты раскопки, в результате которых был обнаружен домик, две каморки, вырытые в стене, горы мусора и отбросов, указывавших на длительное пребывание здесь людей. Найдено немало интересных реликвий и среди них, как ни странно, те самые дымоуловители, которые, по свидетельству мемуаристки, были в свое время изобретены и установлены Биденбахом. Лиц, интересующихся этими вопросами, мы можем отослать к брошюре Арнольда Бентама, которая вскоре выйдет в свет. К северо-западу от лесистых холмов на расстоянии мили, у слияния Дикарки и реки Сономы, находится Уэйк-Робинлодж. Здесь нелишне сказать, что Дикарка когда-то именовалась Греймкрик и под этим названием нанесена на старинные карты этой местности. Однако новое наименование больше за ней укрепилось. Эвис Эвергард часто наезжала в Уэйк-Робинлодж и подолгу жила здесь в те годы, когда ей приходилось скрываться под личиной провокатора на службе у Железной пяты, чтобы продолжать революционную деятельность. Сохранилось официальное разрешение, выданное ей для проживания в этих местах; оно за подписью Уиксона, который фигурирует в ее мемуарах в качестве одного из микроолигархов.</p>
  </section>
  <section id="n_268">
   <title>
    <p>268</p>
   </title>
   <p>Маскировка стала в то время подлинным искусством. Во всех убежищах возникали своеобразные школы актерского мастерства. Здесь пренебрегали такими аксессуарами грима, как парики или накладные бороды и брови, какие обычно в ходу на сцене. Борьба шла не на жизнь, а на смерть, и обычный грим мог сослужить человеку плохую службу. Маскировка должна была быть настолько совершенной, чтобы стать неотъемлемой частью человека, его вторым «я». По дошедшим до нашего времени сведениям, «Красная дева» была несравненным мастером перевоплощения, чем и объяснялась ее долгая и успешная деятельность.</p>
  </section>
  <section id="n_269">
   <title>
    <p>269</p>
   </title>
   <p>Таинственные исчезновения людей были одним из страшных бедствий этого времени. Повсюду в литературе той эпохи постоянно встречается этот мотив. Явление это было порождено ожесточенной подпольной борьбой, не утихавшей в течение трех столетий. Бесследно исчезали не только революционеры, но и олигархи и члены рабочих каст. Мужчины, женщины и даже дети вдруг пропадали, и дальнейшая их судьба оставалась неразрешимой загадкой.</p>
  </section>
  <section id="n_270">
   <title>
    <p>270</p>
   </title>
   <p>Дюбуа, старший библиотекарь центрального книгохранилища в Ардисе, потомок этой достойной четы революционеров.</p>
  </section>
  <section id="n_271">
   <title>
    <p>271</p>
   </title>
   <p>Помимо рабочей касты, возникла и военная. Вместо национальной гвардии, не оправдавшей себя при новом режиме, была создана регулярная армия из солдат-профессионалов, руководимая самими олигархами. Солдаты эти получили название «наемников». В добавление к регулярной тайной полиции Железной пятой была создана тайная полиция из наемников, она осуществляла связь между полицией и армией.</p>
  </section>
  <section id="n_272">
   <title>
    <p>272</p>
   </title>
   <p>После подавления Второго восстания группа «Красные из Фриско» снова возродилась и просуществовала еще лет пятьдесят. Наконец одному из агентов Железной пяты удалось проникнуть в эту организацию и выведать все ее тайны, что и привело к окончательному ее уничтожению. Это произошло в 2002 году хр. эры. Членов группы потом казнили по одному через каждые три недели, а их мертвые тела выставляли в рабочем гетто Сан-Франциско.</p>
  </section>
  <section id="n_273">
   <title>
    <p>273</p>
   </title>
   <p>Бентхарборское убежище представляло собой подземелье, вход в которое был искусно замаскирован колодцем. Оно хорошо сохранилось; любознательный турист может и сегодня через сложный лабиринт подземных коридоров проникнуть в общий зал, где, очевидно, и произошла сцена, описанная Эвис Эвергард. В глубине — камеры для заключенных и комната смерти, в которой происходили казни. Еще дальше кладбище — высеченные в твердой породе извилистые галереи, где в глубоких нишах, расположенных ярусами, лежат друг над другом останки революционеров, упокоившихся много лет назад.</p>
  </section>
  <section id="n_274">
   <title>
    <p>274</p>
   </title>
   <p>В те времена в Турции было еще распространено многоженство.</p>
  </section>
  <section id="n_275">
   <title>
    <p>275</p>
   </title>
   <p>Это не преувеличение. Весь цвет интеллектуального и артистического мира принадлежал к лагерю революции. За исключением нескольких музыкантов и певцов да очень немногих олигархов все выдающиеся таланты того времени, чьи имена дошли до нас, были революционерами.</p>
  </section>
  <section id="n_276">
   <title>
    <p>276</p>
   </title>
   <p>Масло и сливки изготовлялись кустарным способом из коровьего молока. Химическая пищевая промышленность еще не была известна миру.</p>
  </section>
  <section id="n_277">
   <title>
    <p>277</p>
   </title>
   <p>В дошедшей до нас литературе и мемуарах того времени часто встречаются ссылки на стихи Рудольфа Менденхолла. Товарищи называли его «факелом». Несомненно, это был замечательный поэт. Но, кроме отдельных изысканных, туманных строк, цитируемых другими авторами, ничего из его произведений до нас не дошло. Казнен Железной пятой в 1928 году хр. эры.</p>
  </section>
  <section id="n_278">
   <title>
    <p>278</p>
   </title>
   <p>Эпизод с молодым Уиксоном не был по тем временам чем-то из ряда вон выходящим. Немало молодых олигархов, исходя из чисто моральных побуждений или под влиянием революционных идей, посвятили свою жизнь борьбе за правое дело. Так и сыны русского дворянства сыграли заметную роль в революционном движении своей страны на более раннем этапе.</p>
  </section>
  <section id="n_279">
   <title>
    <p>279</p>
   </title>
   <p>К концу существования Железной пяты наемники стали влиятельной силой. В борьбе между рабочими кастами и олигархией, в непрестанной смене интриг и заговоров они играли роль третьей стороны, бросая свой меч то на ту, то на эту чашу весов.</p>
  </section>
  <section id="n_280">
   <title>
    <p>280</p>
   </title>
   <p>Из эклектической мешанины, характеризующей капиталистическую мораль, возникла новая этика олигархов, последовательная и четкая, суровая и непреклонная, в высшей степени нелепая и вздорная и в то же время представляющая собой необычайно действенное орудие, каким не располагал еще ни один из классов-тиранов. Олигархи твердо верили в силу своей этики, хотя она противоречила всем законам эволюции и биологии, и эта вера позволила им на три века задержать могучее движение человеческого прогресса. Для метафизика это — парадоксальное и непонятное обстоятельство; материалиста же оно заставляет над многим призадуматься и кое-что пересмотреть в своих взглядах.</p>
  </section>
  <section id="n_281">
   <title>
    <p>281</p>
   </title>
   <p>Строительство Ардиса было завершено в 1942 году, строительство Эсгарда — только в 1984 году хр. эры. Всего Эсгард строился пятьдесят два года. В работе принимала участие постоянная полумиллионная армия рабов. Временами число их превышало миллион, не считая сотен тысяч рабочих из привилегированных каст и множества архитекторов и художников.</p>
  </section>
  <section id="n_282">
   <title>
    <p>282</p>
   </title>
   <p>Среди революционеров было немало талантливейших хирургов, совершавших в своей области чудеса. По свидетельству Эвис Эвергард, им ничего не стоило превратить пациента в другого человека. Такие косметические операции, как удаление рубцов, родимых пятен или бородавок, было для них самым простым делом. Все эти операции они производили необычайно искусно, не оставляя ни малейших следов своей работы. Излюбленным объектом для этого рода хирургии был нос. Никаких трудностей не представляла также пересадка кожи или волосяного покрова. Поразительного эффекта достигали они в изменении выражения лица. Глаза, брови, рот, уши переделывались до неузнаваемости. Посредством искуснейших манипуляций в области гортани и горла, а также в полости носа и рта совершенно менялся голос человека, его артикуляция и произношение. Необычайные времена порождают необычайные ухищрения, и хирурги эпохи революции прекрасно справлялись с выпавшей им задачей. Среди прочих своих достижений они умели менять человеческий рост — либо увеличивая его на четыре-пять дюймов, либо укорачивая дюйма на два. Это искусство для нас утеряно, да мы в нем и не нуждаемся.</p>
  </section>
  <section id="n_283">
   <title>
    <p>283</p>
   </title>
   <p>Чикаго был промышленной преисподней XIX века. Сохранился забавный анекдот, связанный с именем некоего Джона Бернса, видного рабочего лидера, одно время входившего в английское правительство. Во время его пребывания в Штатах какой-то репортер спросил, как ему понравился Чикаго. «Чикаго — это ад в миниатюре», — отвечал гость. Прошло некоторое время, и приезжий собрался домой в Англию. Когда он садился на пароход, другой репортер спросил, не изменил ли он свое мнение о Чикаго. «Да, я изменил его, — последовал ответ. — Теперь я склонен думать, что ад — это Чикаго в миниатюре».</p>
  </section>
  <section id="n_284">
   <title>
    <p>284</p>
   </title>
   <p>Курьерский поезд, который тогда считали самым быстроходным в мире; некоторое время он привлекал к себе общее внимание.</p>
  </section>
  <section id="n_285">
   <title>
    <p>285</p>
   </title>
   <p>«Да здравствует революция!» (фр.) — Прим. ред.</p>
  </section>
  <section id="n_286">
   <title>
    <p>286</p>
   </title>
   <p>В те дни Калифорния была еще так мало заселена, что полевые хищники нередко становились бичом населения. Здесь были в обычае облавы на кроликов. В назначенный день все местные фермеры собирались и, оцепив большое пространство, гнали десятки тысяч кроликов в специально огороженное место, где дети и взрослые приканчивали их дубинами.</p>
  </section>
  <section id="n_287">
   <title>
    <p>287</p>
   </title>
   <p>Вопрос о том, случайно ли сгорело гетто в Чикаго, или же его сожгли войска наемников, долго считался нерешенным. В настоящее время установлено, что гетто сожгли наемники по приказу своего командования.</p>
  </section>
  <section id="n_288">
   <title>
    <p>288</p>
   </title>
   <p>Некоторые здания удерживались революционерами неделю, а одно оборонялось одиннадцать дней. Каждый дом приходилось брать штурмом, как крепость, постепенно, этаж за этажом. Бои велись не на жизнь, а на смерть. Ни та, ни другая сторона не давала пощады и не просила ее. Преимущество революционеров заключалось в том, что они закреплялись на верхних этажах. И хотя революционеры были разбиты, они и на этот раз не остались в долгу у противника. Гордые пролетарии Чикаго не изменили своим традициям: как ни велики были их потери, противник понес не меньшие.</p>
  </section>
  <section id="n_289">
   <title>
    <p>289</p>
   </title>
   <p>Этот сравнительно короткий период кровью вписан в анналы истории. Единственным побудительным мотивом тогда была месть. Члены террористических организаций, не видя перед собой никакого будущего, безрассудно шли на смерть. «Даниты», взявшие свое имя у ангелов-мстителей из религиозных верований мормонов, впервые объявились в горах Запада и оттуда распространились по всему Тихоокеанскому побережью — от Панамы до Аляски. Ужас наводили на врага «Валькирии» — группа, состоявшая исключительно из женщин. В члены ее принимали только тех, у кого были личные, кровные счеты с олигархами. По дошедшим до нас сведениям, они бесчеловечно истязали своих пленников. Не меньшей известностью пользовались, впрочем, и «Вдовы героев». «Валькириям» не уступали в жестокости «Берсеркеры». Эти смельчаки, не ставившие свою жизнь ни во что, уничтожили большой город наемников Беллону вместе с его стотысячным населением. Наряду с двумя родственными организациями рабов, которые именовали себя «Бедламитами» и «Адамитами», возникла недолго просуществовавшая секта «Гнева господня». Названия этих сект достаточно красноречиво их характеризуют: «Кровоточащие сердца», «Сыны утра», «Утренние звезды», «Фламинго», «Тройные треугольники», «Три черты», «Мстители», «Команчи», «Эребузиты» и т. д.</p>
  </section>
  <section id="n_290">
   <title>
    <p>290</p>
   </title>
   <p>На этом, обрываясь на полуфразе, и заканчивается манускрипт. Очевидно, Эвис Эвергард была заблаговременно извещена о приходе наемников, так как, прежде чем бежать или быть застигнутой своими палачами, она успела спрягать рукопись в надежном месте. Приходится лишь пожалеть, что повесть ее так и осталась недописанной, иначе нам, возможно, открылись бы обстоятельства смерти Эрнеста Эвергарда, которые и по сей день, спустя семьсот лет, представляют для нас тайну.</p>
   <empty-line/>
  </section>
  <section id="n_291">
   <title>
    <p>291</p>
   </title>
   <p>Суинберн, Алджернон Чарльз (1837–1909) — английский поэт. В своих сборниках «Песни перед восходом солнца», «Поэмы и баллады», в драматической трилогии, посвященной Марии Стюарт («Шестеляр», «Босуэл», «Мария Стюарт») и других произведениях протестовал против лицемерия и ханжества современной ему действительности буржуазной, викторианской Англии. Однако в своей критике Суинберн не шел дальше мелкобуржуазного радикализма; в последние годы жизни стал петь гимны британскому империализму, прославляя англо-бурскую войну. Произведения Суинберна высоко ценились на рубеже XIX–XX веков в Англии и США.</p>
  </section>
  <section id="n_292">
   <title>
    <p>292</p>
   </title>
   <p>Браунинг, Роберт (1812–1889) — английский поэт. Эпигон реакционного романтизма. Его драматические поэмы «Парацельз», «Сорделло», «Страфорд» и другие отличаются нарочитой усложненностью формы.</p>
  </section>
  <section id="n_293">
   <title>
    <p>293</p>
   </title>
   <p>Лекки, Уильям (1838–1903) — английский буржуазный историк. Основной его труд «История Англии в XVIII в.» содержит значительный фактический материал, но написан с идеалистических позиций.</p>
  </section>
  <section id="n_294">
   <title>
    <p>294</p>
   </title>
   <p>Маршал, Альфред (1842–1924) — английский вульгарный экономист. Работы Маршала «Начала политической экономии», «Промышленность и торговля», «Деньги, кредит и коммерция» представляют собой эклектическую смесь из положений различных вульгарных школ буржуазной политической экономии.</p>
  </section>
  <section id="n_295">
   <title>
    <p>295</p>
   </title>
   <p>Рикардо, Давид (1772–1823) — английский экономист. Идеолог промышленной буржуазии в ее борьбе с землевладельческой аристократией в период промышленного переворота. Главное произведение Рикардо — «Начала политической экономии и налогового обложения». К. Маркс, дав последовательную и всестороннюю критику теории Рикардо, показал историческое значение его теории стоимости.</p>
  </section>
  <section id="n_296">
   <title>
    <p>296</p>
   </title>
   <p>Смит, Адам (1723–1790) — английский экономист. Один из выдающихся представителей классической буржуазной политической экономии. Основное произведение — «Исследование о природе и причинах богатства народов».</p>
  </section>
  <section id="n_297">
   <title>
    <p>297</p>
   </title>
   <p>Милль, Джеймс (1773–1836) — английский экономист, публицист и философ, идеолог либерализма. Основная работа — «Принципы политической экономии», где он, выступив в защиту теории Рикардо, вместе с тем вульгаризировал ее, прийдя к явно апологетическим выводам. Взгляды Милля были подвергнуты уничтожающей критике со стороны К. Маркса.</p>
  </section>
  <section id="n_298">
   <title>
    <p>298</p>
   </title>
   <p>Блаватская, Елена Петровна (1831–1891) — писательница (псевдоним Радда-Бай), создательница т. н. современной теософии, то есть реакционного религиозного учения, признающего источником познания мистическую интуицию, откровение. В 1875 году основала «теософическое общество» с центром в Нью-Йорке, окружала себя таинственностью и производила «феномены», долгое время интересовавшие ученый мир; впоследствии они были разоблачены как самое грубое шарлатанство.</p>
  </section>
  <section id="n_299">
   <title>
    <p>299</p>
   </title>
   <p>…он испытывал какое-то демократическое пристрастие к Вагнеру… Вагнер Рихард (1813–1883) — немецкий композитор. Опера «Тангейзер» (1843–1845) — выдающееся произведение мирового искусства — написана в период, когда на Вагнера заметное воздействие оказывали философские и социально-экономические идеи Фейербаха, Бакунина, Прудона. В ней, как и в других операх этого периода — «Летучий голландец» (1841), «Лоэнгрин» (1848), — ярко отражена идейно-художественная противоречивость творческого развития композитора.</p>
  </section>
  <section id="n_300">
   <title>
    <p>300</p>
   </title>
   <p>Теннисон — см. примеч. далее.</p>
  </section>
  <section id="n_301">
   <title>
    <p>301</p>
   </title>
   <p>Спенсер, Герберт (1820–1903) — английский философ, социолог и психолог, представитель позитивизма. В философии выступал как агностик, утверждал, что всякая попытка выйти за пределы субъективного человеческого опыта является «метафизикой» и задача исследователя поэтому заключается в положительном описании явлений. В. И. Ленин подверг критике взгляды Спенсера как врага материализма.</p>
  </section>
  <section id="n_302">
   <title>
    <p>302</p>
   </title>
   <p>Роменс, Джорж Джон (1848–1894) — английский биолог, современник и друг Ч. Дарвина.</p>
  </section>
  <section id="n_303">
   <title>
    <p>303</p>
   </title>
   <p>Соломон (960–935 до н. э.) — царь объединенного Израильско-Иудейского царства. В литературе Среднего Востока и средневековья — премудрый, справедливый царь, повелитель духов и т. д. Соломону ошибочно приписывается ряд произведений, вошедших в библию: «Книга притчей», «Книга премудрости», «Песнь песней» и др.</p>
  </section>
  <section id="n_304">
   <title>
    <p>304</p>
   </title>
   <p>«In Memoriam» (Памяти, в память (лат.) — поэма английского поэта Альфреда Теннисона (1809–1892). В ней сказалась попытка поэта примирить религию с наукой. Теннисон в своем творчестве продолжал традиции реакционных романтиков, воспевал патриархальные нравы, религиозное самоотречение. Приверженность к буржуазному строю, отсутствие каких-либо отступлений от ханжески-пуританской морали снискали поэту быстрое признание.</p>
  </section>
  <section id="n_305">
   <title>
    <p>305</p>
   </title>
   <p>Фиск, Джон (1842–1901) — американский буржуазный историк и социолог; был идеологом нарождавшегося американского империализма.</p>
  </section>
  <section id="n_306">
   <title>
    <p>306</p>
   </title>
   <p>Сакраменто — столица штата Калифорния.</p>
  </section>
  <section id="n_307">
   <title>
    <p>307</p>
   </title>
   <p>Метерлинк, Морис (1862–1949) — бельгийский писатель-символист. В основе философских взглядов и эстетики писателя лежат идеалистические идеи приоритета «высшего» духовного мира над миром реальным, утверждения мистической иррациональности жизни и обреченности всего существующего, отрицания роли разума и науки. Эти взгляды выражены в книгах «Сокровище смиренных», «Жизнь пчел» и в драмах «рока»: «Слепые», «Пелеас и Мелисанда» и др.</p>
  </section>
  <section id="n_308">
   <title>
    <p>308</p>
   </title>
   <p>Finis (лат.) — конец; финиш (англ.) — конечный пункт пробега в спорте.</p>
  </section>
  <section id="n_309">
   <title>
    <p>309</p>
   </title>
   <p>Джефферсон, Томас (1743–1826) — выдающийся американский просветитель XVIII в., идеолог буржуазно-демократического направления во время войны за независимость в Северной Америке 1775–1783. В 1801–1809 — президент США. Общественный идеал Джефферсона был близок к мелкобуржуазному утопическому идеалу Ж.-Ж. Руссо и предусматривал бесплатное наделение землей всех трудящихся. Джефферсон осуждал гигантскую концентрацию собственности в руках немногих, с одной стороны, и разорение и обнищание трудящегося большинства общества — с другой.</p>
  </section>
  <section id="n_310">
   <title>
    <p>310</p>
   </title>
   <p>Цирцея — в древнегреческой мифологии дочь Гелиоса и нимфы Персы, волшебница. Цирцея обратила в свиней спутников Одиссея, который вынудил ее, однако, вернуть им человеческий образ.</p>
  </section>
  <section id="n_311">
   <title>
    <p>311</p>
   </title>
   <p>Вейсман, Август (1834–1914) — немецкий биолог, один из основателей идеалистического учения о «веществе наследственности» и независимости наследственности организмов от условий их жизни. К. А. Тимирязев резко критиковал ряд теоретических положений Вейсмана.</p>
  </section>
  <section id="n_312">
   <title>
    <p>312</p>
   </title>
   <p>Исходя из опыта (лат.)</p>
  </section>
  <section id="n_313">
   <title>
    <p>313</p>
   </title>
   <p>Китс, Джон (1795–1821) — английский поэт-романтик. Подобно Шелли и Байрону, критически относился к буржуазному обществу. Идеал общественного устройства видел в античной Греции. Поэмы «Эндимион», «Ламия» и «Гиперион» передают общественные и эстетические воззрения поэта в символических и мифологических образах. Лирика Китса — одно из сокровищ английской национальной поэзии. «Ода к осени» — образец высокого мастерства Китса.</p>
  </section>
  <section id="n_314">
   <title>
    <p>314</p>
   </title>
   <p>Джеймс, Генри (1843–1916) — американский писатель, непопулярный в широкой публике, так как его произведения были лишены фабульной занимательности, а утонченный анализ человеческой психики, художественная техника и изобретательные приемы оставляли равнодушными его современников Вместе с тем Джеймс — любимый писатель американских эстетских кругов. Лондон относился к романам Джеймса критически.</p>
  </section>
  <section id="n_315">
   <title>
    <p>315</p>
   </title>
   <p>Россетти, Данте Габриель (1828–1882) — английский живописец и поэт. Основатель и главный представитель «Братства прерафаэлитов», зачинатель символизма в английском искусстве, обращался к религиозным и мифологическим темам, средневековым легендам, поэзии Данте.</p>
  </section>
  <section id="n_316">
   <title>
    <p>316</p>
   </title>
   <p>Беркли, Джордж (1685–1735) — реакционный английский философ, субъективный идеалист, епископ. Отстаивал взгляд, будто вещи — это лишь совокупность ощущений, что «существовать — значит быть воспринимаемым» и что понятия — лишь условные знаки, не имеющие объективного содержания. Его философия послужила одним из теоретических источников эмпириокритицизма.</p>
  </section>
  <section id="n_317">
   <title>
    <p>317</p>
   </title>
   <p>Юм, Дэвид (1711–1776) — английский философ, психолог, историк и экономист. В философии выступал и как агностик, утверждая непознаваемость сущего, и как идеалист, не признавая существования независимого от человека материального мира; за единственную реальность принимал лишь психические переживания человека. Юм — предшественник психологического направления буржуазной политической экономии.</p>
  </section>
  <section id="n_318">
   <title>
    <p>318</p>
   </title>
   <p>Локк, Джон (1632–1704) — английский философ-деист. Основная заслуга Локка в области философии состоит в том, что он детально, в основном с материалистических позиций, обосновал принцип происхождения знаний и идей из чувственного опыта, отвергая идеалистическую теорию врожденных идей и моральных принципов. Идеи Локка в дальнейшем были использованы представителями как материалистической, так и идеалистической философии. Идеалистические стороны учения Локка, в частности т. н. учение о вторичных качествах, использовали субъективные идеалисты Беркли и Юм.</p>
  </section>
  <section id="n_319">
   <title>
    <p>319</p>
   </title>
   <p>Конрад, Джозеф (1857–1924) — псевдоним Юзефа Конрада Коженевского, английского писателя, автора мастерски написанных приключенческих новелл и романов.</p>
  </section>
  <section id="n_320">
   <title>
    <p>320</p>
   </title>
   <p>По Фаренгейту.</p>
  </section>
  <section id="n_321">
   <title>
    <p>321</p>
   </title>
   <p>…война с Испанией. — Имеется в виду испано-американская война 1898 года, в которой США нанесли тяжелое поражение испанскому королевскому правительству. В. И. Ленин назвал эту войну первой империалистической войной.</p>
  </section>
  <section id="n_322">
   <title>
    <p>322</p>
   </title>
   <p>Королева Виктория — королева Великобритании, императрица Индии Виктория Александрина (1819–1901), правившая с 1837 по 1901 год.</p>
  </section>
  <section id="n_323">
   <title>
    <p>323</p>
   </title>
   <p>Знал Харниш и о происхождении Даусета… — История семьи Даусетов вбирает важнейшие факты истории США: войну США с Испанией (1898), гражданскую войну 1861–1865 годов (иногда называемую войной «Севера против Юга»), англо-американскую войну 1812 года, войну за независимость (1775–1783).</p>
  </section>
  <section id="n_324">
   <title>
    <p>324</p>
   </title>
   <p>Робин Гуд — герой английских народных баллад; по преданию, крестьянин Робин Гуд, спасаясь от преследований феодальных властей, ушел в Шервудский лес, где вскоре вокруг него собралась ватага таких же, как он, изгнанников. С нею Робин Гуд нападал на притеснителей народа и делился награбленным с бедняками.</p>
  </section>
  <section id="n_325">
   <title>
    <p>325</p>
   </title>
   <p>«Колеса счастья» — роман известного английского писателя Герберта Уэллса (1866–1946), напечатанный в 1896 году.</p>
  </section>
  <section id="n_326">
   <title>
    <p>326</p>
   </title>
   <p>…уехал на Филиппины… и погиб там в бою. — В ходе войны 1898 года против Испании США поддержали антииспанское восстание на Филиппинских островах, которые тогда входили в колониальную империю Испании. Использовав силы филиппинских патриотов для вытеснения Испании с Филиппин, США затем жестоко расправились с филиппинским национально-освободительным движением и превратили Филиппины в свою колонию.</p>
  </section>
  <section id="n_327">
   <title>
    <p>327</p>
   </title>
   <p>«Томлинсон» — сатирическое стихотворение известного английского поэта Киплинга (1865–1936), в котором создан тип английского буржуазного литератора. — «Песнь о мече» — стихотворение английского поэта Уильяма Эрнеста Хенли (1849–1903), близкого по настроениям к Киплингу. В стихотворении романтически прославляются война и воинская доблесть. — Роберт Браунинг (1812–1889) — английский поэт, связанный с эстетическими тенденциями в развитии английской поэзии второй половины XIX века. Названные в тексте поэмы Браунинга были очень популярны в литературных кругах Англии и США. Браунинг — мастер утонченной поэтической формы. — Джордж Мередит (1828–1909) — известный английский романист, вызвавший интерес своей тонкой психологической прозой.</p>
  </section>
  <section id="n_328">
   <title>
    <p>328</p>
   </title>
   <p>Вордсворт, Уильям (1770–1850) — выдающийся английский поэт-романтик.</p>
  </section>
  <section id="n_329">
   <title>
    <p>329</p>
   </title>
   <p>Вашингтон, Джордж (1732–1799) — политический деятель и первый президент США, много путешествовал в юности.</p>
  </section>
  <section id="n_330">
   <title>
    <p>330</p>
   </title>
   <p>Сражался в рядах революционной армии. — Имеется в виду война за независимость США 1775–1783 гг; …война 1812 года — война с Англией; сражался… на Филиппинах — война, которая развернулась в 1901 году; США захватили Филиппины, уничтожив Филиппинскую республику.</p>
  </section>
  <section id="n_331">
   <title>
    <p>331</p>
   </title>
   <p>Агорафобия — заболевание, выражающееся в том, что больной боится пространства, теряет возможность передвигаться.</p>
  </section>
  <section id="n_332">
   <title>
    <p>332</p>
   </title>
   <p>Задним числом (лат.)</p>
  </section>
  <section id="n_333">
   <title>
    <p>333</p>
   </title>
   <p>Башня Давида, Яффские ворота — архитектурные памятники древнего Иерусалима.</p>
  </section>
  <section id="n_334">
   <title>
    <p>334</p>
   </title>
   <p>Самария — город-государство на территории древней Палестины.</p>
  </section>
  <section id="n_335">
   <title>
    <p>335</p>
   </title>
   <p>Евангелие от Луки — вариант предания о Христе, приписываемый легендарному последователю Христа, Луке.</p>
  </section>
  <section id="n_336">
   <title>
    <p>336</p>
   </title>
   <p>Иерихон — город в древней Палестине.</p>
  </section>
  <section id="n_337">
   <title>
    <p>337</p>
   </title>
   <p>Голгофа — место казни преступников в древнем Иерусалиме. По преданию, здесь был распят Иисус.</p>
  </section>
  <section id="n_338">
   <title>
    <p>338</p>
   </title>
   <p>Хаас — известный летчик начала XX века.</p>
  </section>
  <section id="n_339">
   <title>
    <p>339</p>
   </title>
   <p>Новый Иерусалим — понятие, распространенное в богословской христианской литературе; христианский идеал праведной жизни, иногда это понятие распространяется на загробную жизнь.</p>
  </section>
  <section id="n_340">
   <title>
    <p>340</p>
   </title>
   <p>Стейтон Мозес — душевнобольной; его бредовые видения были использованы для попытки доказать реальность «переселения душ». Мозес настаивал на том, что он уже существовал в образе названных им исторических личностей.</p>
  </section>
  <section id="n_341">
   <title>
    <p>341</p>
   </title>
   <p>Полковник Дерош — экспериментатор-дилетант, во многом шарлатан, автор книг, посвященных доказательству теории «переселения душ».</p>
  </section>
  <section id="n_342">
   <title>
    <p>342</p>
   </title>
   <p>Недостаточное знание французского средневековья толкнуло Лондона на то, что он дал персонажам фамилии известных французских писателей: де Сен Мор, Жуанвиль, Виллардуэн, Гонкур — фамилии, известные из истории французской литературы.</p>
  </section>
  <section id="n_343">
   <title>
    <p>343</p>
   </title>
   <p>Ломброзо, Цезарь (1836–1909) — врач, создатель теории так называемой «врожденной преступности»; определял «врожденную преступность» по ряду внешних признаков человека, создававших, по его мнению, тот или иной «преступный тип».</p>
  </section>
  <section id="n_344">
   <title>
    <p>344</p>
   </title>
   <p>Нефи — один из поселков мормонов (религиозной секты). Мормоны навлекли на себя гонения со стороны государственных и церковных кругов США; изгнанные в пустынные территории, мормоны заселили и обработали их. Когда в середине XIX века через территории мормонов двинулись на Запад переселенцы из других штатов, мормоны встретили их враждебно.</p>
  </section>
  <section id="n_345">
   <title>
    <p>345</p>
   </title>
   <p>Бригем Юнг — руководитель мормонов.</p>
  </section>
  <section id="n_346">
   <title>
    <p>346</p>
   </title>
   <p>Божий град — религиозное понятие древнего христианства; представление о загробной жизни, уготованной праведникам. Дальше Лондон вводит читателя в переживания христианского отшельника, последователя Ария, александрийского священника (IV в. н. э.).</p>
  </section>
  <section id="n_347">
   <title>
    <p>347</p>
   </title>
   <p>Сабеллианизм — одно из вероучений раннего христианства, отвергнутое официальной церковью как ересь.</p>
  </section>
  <section id="n_348">
   <title>
    <p>348</p>
   </title>
   <p>Собор в Никее — совещание представителей различных христианских церквей (325 г.), на котором определились непримиримые противоречия между большинством христианских общин и Арием.</p>
  </section>
  <section id="n_349">
   <title>
    <p>349</p>
   </title>
   <p>Император Константин — деятельно участвовал в церковной борьбе, стремясь подчинить себе вождей церкви.</p>
  </section>
  <section id="n_350">
   <title>
    <p>350</p>
   </title>
   <p>Бергсон Анри (1859–1941) — французский философ-идеалист, создатель так называемого интуитивизма — реакционной философской системы, проникнутой глубоким пессимизмом.</p>
  </section>
  <section id="n_351">
   <title>
    <p>351</p>
   </title>
   <p>Ли — один из руководителей мормонов.</p>
  </section>
  <section id="n_352">
   <title>
    <p>352</p>
   </title>
   <p>Лига — старинная мера расстояния. Одна морская лига равна 3 морским милям, или 5,56 километра.</p>
  </section>
  <section id="n_353">
   <title>
    <p>353</p>
   </title>
   <p>Голконда — сказочная страна, одно из фантастических географических понятий, созданных в средние века. В основе слова лежит какое-то искаженное название одной из стран Юго-Восточной Азии.</p>
  </section>
  <section id="n_354">
   <title>
    <p>354</p>
   </title>
   <p>Суперкарго — лицо на судне, ведающее приемом и сдачей грузов.</p>
  </section>
  <section id="n_355">
   <title>
    <p>355</p>
   </title>
   <p>Киль — продольный брус в нижней части судна, простирающийся от носа до кормы и служащий основанием, к которому крепятся остальные детали корабельного скелета — набора.</p>
  </section>
  <section id="n_356">
   <title>
    <p>356</p>
   </title>
   <p>Бейдевинд — курс судна, при котором ветер дует ему несколько спереди. Различают полный бейдевинд, когда ветер почти боковой, и крутой бейдевинд, когда судно идет под более острым (порядка 45°) углом к линии ветра.</p>
  </section>
  <section id="n_357">
   <title>
    <p>357</p>
   </title>
   <p>Румб — деление окружности горизонта, принятое в старых морских компасах 1 румб равен 1/32 части окружности, или углу в одиннадцать с четвертью градуса. Это деление сохранилось и в современных морских компасах наряду с делением окружности на 360°, так как удобно для приближенной оценки направления.</p>
  </section>
  <section id="n_358">
   <title>
    <p>358</p>
   </title>
   <p>Ближе к ветру — то есть к направлению, откуда дует ветер.</p>
  </section>
  <section id="n_359">
   <title>
    <p>359</p>
   </title>
   <p>Галион — тип большого парусного судна, распространенный в Испании и служивший главным образом для перевозки из Мексики и Перу в Европу полезных ископаемых.</p>
  </section>
  <section id="n_360">
   <title>
    <p>360</p>
   </title>
   <p>Клипер — судно, принадлежащее к самому быстроходному классу парусных судов. Клиперы имели острые образования корпуса и огромное количество парусов, которые редко убирались даже при штормовых ветрах. Так называемые «чайные клиперы» для перевозки срочного и дорогого груза чая из Китая и Цейлона в Европу в погоне за премиями, выплачиваемыми торговыми фирмами за быстрейшую доставку груза, достигали на этих переходах огромных скоростей, которые и в наше время доступны еще далеко не всем судам с механическими двигателями, так как для их достижения необходимо затрачивать очень много топлива.</p>
  </section>
  <section id="n_361">
   <title>
    <p>361</p>
   </title>
   <p>Оверштаг — поворот на парусном судне, при котором оно пересекает линию ветра носом.</p>
  </section>
  <section id="n_362">
   <title>
    <p>362</p>
   </title>
   <p>Фордевинд — поворот на парусном судне, при котором оно переходит линию ветра кормой. Словом фордевинд называют также курс судна, при котором ветер совершенно попутный, то есть дует ему прямо в корму.</p>
  </section>
  <section id="n_363">
   <title>
    <p>363</p>
   </title>
   <p>Бушприт — наклонный или горизонтальный стержень, торчащий с носа судна и служащий для крепления тросов — штагов, — удерживающих мачту спереди, и вынесения вперед косых треугольных парусов — кливеров и стакселей.</p>
  </section>
  <section id="n_364">
   <title>
    <p>364</p>
   </title>
   <p>Фок~мачта — передняя мачта на двух- и более мачтовом судне.</p>
  </section>
  <section id="n_365">
   <title>
    <p>365</p>
   </title>
   <p>Ванты — снасти, удерживающие с боков мачты и их верхние продолжения — стеньги.</p>
  </section>
  <section id="n_366">
   <title>
    <p>366</p>
   </title>
   <p>Штаги — снасти, расположенные в продольной плоскости судна и удерживающие спереди мачты, их верхние продолжения — стеньги и бушприт.</p>
  </section>
  <section id="n_367">
   <title>
    <p>367</p>
   </title>
   <p>Ют — кормовая часть верхней палубы.</p>
  </section>
  <section id="n_368">
   <title>
    <p>368</p>
   </title>
   <p>Шкафут — здесь средняя часть верхней палубы.</p>
  </section>
  <section id="n_369">
   <title>
    <p>369</p>
   </title>
   <p>Клотик — точеный деревянный кружок, надеваемый на верхушку топ-мачты для защиты ее от проникновения влаги вдоль слоев дерева.</p>
  </section>
  <section id="n_370">
   <title>
    <p>370</p>
   </title>
   <p>Марс (марсовая площадка) — на парусных судах площадка, устроенная в месте соединения мачты с ее верхним продолжением — стеньгой — и служащая для разноса в сторону бортов судна снастей — стень-вант, — удерживающих последнюю с боков.</p>
  </section>
  <section id="n_371">
   <title>
    <p>371</p>
   </title>
   <p>Галлон — английская мера сыпучих и жидких грузов, равная 4,54 литра.</p>
  </section>
  <section id="n_372">
   <title>
    <p>372</p>
   </title>
   <p>Джонка — китайское судно с двумя мачтами, имеющими по одному парусу.</p>
  </section>
  <section id="n_373">
   <title>
    <p>373</p>
   </title>
   <p>Топсель — треугольный или четырехугольный дополнительный косой парус, поднимаемый выше основного четырехугольного косого гафельного паруса, пришнурованного передней кромкой — шкаториной — к мачте.</p>
  </section>
  <section id="n_374">
   <title>
    <p>374</p>
   </title>
   <p>В этом эпизоде Лондон соединяет христианскую легенду об Иисусе, события которой относятся к I веку н. э., и скандинавские сказания VIII–X веков.</p>
  </section>
  <section id="n_375">
   <title>
    <p>375</p>
   </title>
   <p>Рагнар Лодброг — историческое лицо, один из норвежских викингов X века. Здесь сказывается характерное для Лондона отождествление культуры древнегерманских континентальных племен начала нашей эры с гораздо более поздней культурой средневековых скандинавов.</p>
  </section>
  <section id="n_376">
   <title>
    <p>376</p>
   </title>
   <p>Один — верховное божество в мифологии древних скандинавов.</p>
  </section>
  <section id="n_377">
   <title>
    <p>377</p>
   </title>
   <p>Золото Нифлунгов. — Лондон вспоминает о цикле героических песен о Нифлунгах, который входит в так называемую Старшую Эдду — великий памятник древнеисландского эпоса, — дошедшую до нас в записях XII века. Песни о Нифлунгах в конечном счете связаны с историческими событиями V века — гибелью бургундского королевства под ударами гуннского нашествия.</p>
  </section>
  <section id="n_378">
   <title>
    <p>378</p>
   </title>
   <p>Римские легионы… отбросили нас назад к гуннам. — Одна из многих в этой книге исторических ошибок Лондона: гунны в I веке н. э. кочевали еще в Сибири.</p>
  </section>
  <section id="n_379">
   <title>
    <p>379</p>
   </title>
   <p>Ирод Антипа — правитель Иудеи (I век до н. э. — I в. н. э), поставленный и поддерживаемый римлянами, которые к тому времени овладели этой частью Ближнего Востока.</p>
  </section>
  <section id="n_380">
   <title>
    <p>380</p>
   </title>
   <p>Тиберий — римский император (42 г. до н. э. — 37 г. н. э.).</p>
  </section>
  <section id="n_381">
   <title>
    <p>381</p>
   </title>
   <p>Тетрарх, этнарх — государственные должности, установленные в странах Ближнего Востока еще до римского завоевания. Римляне сначала сохранили их.</p>
  </section>
  <section id="n_382">
   <title>
    <p>382</p>
   </title>
   <p>Нифлгейм — преисподняя; Муспелль — пожар, в котором погибнет мир; Валгалла — чертог в обиталище богов, Асгарде, куда валькирии — девы-воительницы — уносят с поля боя души воинов, павших в битве. Фенрир (или Фенрис) — сказочный волк, воплощение зла. Локи — бог зла и огня. Иотуны — великаны, с которыми борются боги. Тор — бог-громовик.</p>
  </section>
  <section id="n_383">
   <title>
    <p>383</p>
   </title>
   <p>Тевтобург — название лесистой области за Рейном.</p>
  </section>
  <section id="n_384">
   <title>
    <p>384</p>
   </title>
   <p>Иоанн — согласно легенде, один из предшественников Иисуса.</p>
  </section>
  <section id="n_385">
   <title>
    <p>385</p>
   </title>
   <p>Иродиада (I в. до н. э. — I в. н. э.) — уличенная в разврате проповедником христианского учения Иоанном, добилась его казни. Предания рассказывают о ее коварстве и красоте.</p>
  </section>
  <section id="n_386">
   <title>
    <p>386</p>
   </title>
   <p>Саддукеи — религиозно-политическое консервативное движение в Древней Иудее, боровшееся против фарисеев, объединявших наиболее зажиточные торговые и финансовые круги древнееврейского рабовладельческого государства.</p>
  </section>
  <section id="n_387">
   <title>
    <p>387</p>
   </title>
   <p>Синедрион — Совет старейшин в Иудее, представлявший высшую рабовладельческую торговую знать Иудеи. Во главе синедриона стоял «первосвященник» — верховный представитель иудейского жречества. Созданный в III веке до н. э., синедрион сохранял некоторые свои права и в эпоху римского владычества. С I в. до н. э. по I в. н. э. являлся верховным судом в Иудее.</p>
  </section>
  <section id="n_388">
   <title>
    <p>388</p>
   </title>
   <p>Каталепсия — состояние полной неподвижности с характерным застыванием человека в принятой или искусственно приданной ему позе. Сторонники различных антинаучных теорий на рубеже XIX–XX веков полагали, что во время припадка каталепсии сознание больного работает особенно напряженно, приобретает способность ясновидения.</p>
  </section>
  <section id="n_389">
   <title>
    <p>389</p>
   </title>
   <p>Бриг — двухмачтовое парусное судно с прямым парусным вооружением.</p>
  </section>
  <section id="n_390">
   <title>
    <p>390</p>
   </title>
   <p>Зюйдвестка — непромокаемая, из промасленной ткани шляпа с откидывающимися спереди широкими полями. Надевается в непогоду и хорошо предохраняет от попадания брызг за воротник.</p>
  </section>
  <section id="n_391">
   <title>
    <p>391</p>
   </title>
   <p>Такелаж — совокупность всех снастей на судне. Различают бегучий такелаж — совокупность всех подвижных снастей, служащих для маневров с парусами и проходящих через блоки, а также стоячий такелаж — совокупность всех неподвижных снастей, служащих главным образом для крепления рангоута, то есть мачт, стеньг, бушприта и т. п.</p>
  </section>
  <section id="n_392">
   <title>
    <p>392</p>
   </title>
   <p>Реи — длинные горизонтальные поперечины, подвешенные за середину к мачтам и служащие для крепления прямых трапециевидных парусов на мачтах с прямым парусным вооружением.</p>
  </section>
  <section id="n_393">
   <title>
    <p>393</p>
   </title>
   <p>Грот-мачта — здесь, то есть на двух- и трехмачтовых судах, вторая мачта от носа судна. На полуторамачтовых судах с парусным вооружением типа кеча и йола, у которых задняя мачта значительно меньшего размера, грот-мачтой называют главную, то есть переднюю, мачту.</p>
  </section>
  <section id="n_394">
   <title>
    <p>394</p>
   </title>
   <p>Тали (по-сухопутному — полиспаст) — приспособление, состоящее из двух блоков — подвижного и неподвижного, — соединенных между собой тросом.</p>
  </section>
  <section id="n_395">
   <title>
    <p>395</p>
   </title>
   <p>Загребной — гребец, сидящий на загребных веслах, то есть на первой паре весел, считая от кормы шлюпки. По этому гребцу равняются все остальные.</p>
  </section>
  <section id="n_396">
   <title>
    <p>396</p>
   </title>
   <p>Шпангоуты — поперечные ребра корабельного скелета — набора.</p>
  </section>
  <section id="n_397">
   <title>
    <p>397</p>
   </title>
   <p>Бимсы — поперечные связи судна, на которые сверху настилается палуба.</p>
  </section>
  <section id="n_398">
   <title>
    <p>398</p>
   </title>
   <p>Счисление — определение места судна на карте путем расчета пройденного расстояния и направления.</p>
  </section>
  <section id="n_399">
   <title>
    <p>399</p>
   </title>
   <p>Узел — здесь единица скорости на море, равная одной миле (1 852 метра) в час.</p>
  </section>
  <section id="n_400">
   <title>
    <p>400</p>
   </title>
   <p>Плавучий якорь — любой предмет (обычно парусиновый мешок или щит с распорками), имеющий большое сопротивление движению в воде и спущенный с судна за борт на тросе с тем, чтобы при стоянках в открытом море на больших глубинах удерживать его нос против ветра и волны.</p>
  </section>
  <section id="n_401">
   <title>
    <p>401</p>
   </title>
   <p>Кормовое весло — весло, выполняющее роль руля. Обычно применялось на промысловых судах, так как по сравнению с обычным рулем обеспечивает большую маневренность.</p>
  </section>
  <section id="n_402">
   <title>
    <p>402</p>
   </title>
   <p>Флагшток — древко, на котором поднимается флаг.</p>
  </section>
  <section id="n_403">
   <title>
    <p>403</p>
   </title>
   <p>Гарпун — тяжелая острога для боя китов и крупного морского зверя, имеющая острый наконечник с отогнутыми назад зубьями, которые, попадая в тело животного, увязают в нем и не выходят обратно.</p>
  </section>
  <section id="n_404">
   <title>
    <p>404</p>
   </title>
   <p>Стаксели — косые треугольные паруса, поднимаемые на штагах — снастях, удерживающих спереди мачту.</p>
  </section>
  <section id="n_405">
   <title>
    <p>405</p>
   </title>
   <p>Квартердек — приподнятая кормовая часть верхней палубы.</p>
  </section>
  <section id="n_406">
   <title>
    <p>406</p>
   </title>
   <p>Паскаль, Блез (1623–1662) — выдающийся французский мыслитель и ученый, автор ряда сочинений, посвященных проблемам морали.</p>
  </section>
  <section id="n_407">
   <title>
    <p>407</p>
   </title>
   <p>Арийский владыка в Древнем Египте — обычная для Джека Лондона ошибка: история не знает никаких «арийских владык», которые строили бы пирамиды в Египте. Д. Лондон, находясь под известным воздействием реакционных извращений истории в духе националистического мифа о превосходстве «арийских» народов, создает здесь и дальше фантастическую картину передвижения и расселения народов в древнем мире.</p>
  </section>
  <section id="n_408">
   <title>
    <p>408</p>
   </title>
   <p>Потомки родов Асгарда и Ванагейма — подразумеваются германские племена и их движение из Центральной и Северной Европы на юг в конце старой эры и в последующие столетия — в эпоху так называемого «переселения народов». Возможно, что на эти идеи Лондона повлияли произведения датского писателя Иоганнеса Иенсена (1873), проповедовавшего теорию возрождения «германской расы» в США в ходе смешения англосаксов, немцев, скандинавов и голландцев.</p>
  </section>
  <section id="n_409">
   <title>
    <p>409</p>
   </title>
   <p>Руфь — героиня одного из библейских преданий; Изольда — действующее лицо известного рыцарского романа «Тристан и Изольда», сложившегося в основной редакции к XII веку. Елена — Елена прекрасная древнегреческих преданий; Покахонтас — реально существовавшее лицо, дочь индейского вождя Поухеттена, крестившаяся и вышедшая замуж за англичанина, героиня ряда произведений американской литературы.</p>
  </section>
  <section id="n_410">
   <title>
    <p>410</p>
   </title>
   <p>Иштар, Эа — божества народностей, населявших древнее Междуречье — районы рек Тигра и Евфрата. Об одном из этих народов — древних шумерах — Лондон упоминает ниже.</p>
  </section>
  <section id="n_411">
   <title>
    <p>411</p>
   </title>
   <p>Митра — культ Митры, о котором упоминает Лондон, сложился у народов Древнего Ирана и Индии.</p>
  </section>
  <section id="n_412">
   <title>
    <p>412</p>
   </title>
   <p>Бодисатва — идеальный богочеловек в религиозных учениях Индии и Тибета, распространившихся затем по многим странам Дальнего Востока.</p>
  </section>
  <section id="n_413">
   <title>
    <p>413</p>
   </title>
   <p>Шамашнапиштин (Утнапиштим) — герой древневавилонского сказания, повествующего о великом потопе, из которого спасся Утнапиштим. Между древневавилонским эпосом и библейским рассказом о потопе и Ное действительно много общего, что объясняется тесной исторической связью Древней Иудеи и государств, существовавших в долине Евфрата и Тигра.</p>
  </section>
  <section id="n_414">
   <title>
    <p>414</p>
   </title>
   <p>Сыновья Сима — семитские племена Древнего Востока.</p>
  </section>
  <section id="n_415">
   <title>
    <p>415</p>
   </title>
   <p>Эссир и ванир — по древнескандинавской мифологии, богоподобные существа. В эпоху Лондона некоторые буржуазные ученые видели в них обожествление древних германских племен, от которых произошли германские народности раннего средневековья. Перечисляя персонажи древнескандинавской и древнегерманской мифологии, Лондон с ошибками излагает те взгляды на нее, которые были распространены в его время. Хелмейм — в произвольном истолковании Лондона — название преисподней. Мысли Лондона о зависимости древневосточной мифологии с ее «ангелами» (сказочными крылатыми существами) от мифологии германских народов совершенно неосновательны. Многие из персонажей древнескандинавской мифологии, о которых рассуждает Лондон, появились в ней сравнительно поздно — в ту эпоху, когда христианство уже восторжествовало в большинстве стран Западной Европы.</p>
  </section>
  <section id="n_416">
   <title>
    <p>416</p>
   </title>
   <p>Виланд — точнее Велунд — герой песни Старшей Эдды. В ней повествуется о том, как князь племени ниаров (у Лондона ошибочно — Нидов) Нидудр обманом завладел кузнецом-волшебником Велундом и искалечил его, чтобы он не сбежал из плена.</p>
  </section>
  <section id="n_417">
   <title>
    <p>417</p>
   </title>
   <p>Ильмаринен — персонаж финской мифологии, легендарный кузнец-силач.</p>
  </section>
  <section id="n_418">
   <title>
    <p>418</p>
   </title>
   <p>Сигмунд и Синфьотли — герои древнескандинавских и древнеисландских преданий о роде Вольсунгов.</p>
  </section>
  <section id="n_419">
   <title>
    <p>419</p>
   </title>
   <p>Сома — божественная влага в индийской мифологии. Это понятие не имеет ничего общего с легендой о чаше Грааля, которая вплелась в кельтские предания о британском вожде Арториксе (VI век н. э.) — «короле Артуре», — сказочном герое многочисленных рыцарских романов, возникших первоначально на территории средневековой Франции.</p>
  </section>
  <section id="n_420">
   <title>
    <p>420</p>
   </title>
   <p>Царица Савская — легендарная властительница древнего аравийского государства, упоминаемая в библии; Клеопатра — последняя властительница Египта из династии Птолемеев (I в. до нашей эры); Эсфирь — по библейскому преданию, мудрая и энергичная женщина; Мария Богоматерь — по евангельской легенде, мать Иисуса; Мария Магдалина — по той же легенде, блудница, уверовавшая в Иисуса и ставшая праведницей; сестры Мария и Марфа — персонажи библейской притчи, в которых воплощены резко отличающиеся друг от друга женские характеры. Брунгильда — героиня древнегерманских и скандинавских сказаний, повествующих о ее страсти к богатырю Сигурду (в более поздних средневековых немецких переработках Зигфриду). Джиневра — супруга сказочного короля Артура, полюбившая его рыцаря Ланселота, что стало причиной войны между Артуром и Ланселотом. В этой войне погибло могущество рыцарей Круглого Стола, объединявшихся вокруг Артура. Элоиза — историческое лицо, знатная француженка, полюбившая выдающегося средневекового философа Абеляра; их любовь стала причиной несчастий, обрушившихся на Абеляра. Николет — героиня рыцарской повести XII века «Окассен и Николет». Ева — по древневосточной легенде, повторенной в библии, праматерь человечества.</p>
  </section>
  <section id="n_421">
   <title>
    <p>421</p>
   </title>
   <p>Лилит — согласно древневосточной легенде, возлюбленная Адама; Астарта — одна из форм имени богини плодородия и любви у народов Древнего Востока.</p>
  </section>
  <section id="n_422">
   <title>
    <p>422</p>
   </title>
   <p>«Махабхарата» — великий памятник древнеиндийской эпической поэзии. Ее основные эпизоды были записаны в X–VIII веках до н. э.</p>
  </section>
  <section id="n_423">
   <title>
    <p>423</p>
   </title>
   <p>Меньерова болезнь — состоит в припадках головокружения и глухоты вследствие изменений в лабиринте уха.</p>
  </section>
  <section id="n_424">
   <title>
    <p>424</p>
   </title>
   <p>…застыла в гордой позе матери Гракхов. — Гракхи — два брата, знаменитые римские политические деятели. Своим воспитанием и высокими стремлениями Гракхи обязаны своей матери — Корнелии, дочери Сципиона Африканского, женщине благородной и образованной.</p>
  </section>
  <section id="n_425">
   <title>
    <p>425</p>
   </title>
   <p>Немезида — в греч. мифологии дочь богини Ночи; первоначально — богиня возмездия, карающая надменность и высокомерие людей, которые слишком возвеличились, нарушив этим установленный богами порядок на Земле.</p>
  </section>
  <section id="n_426">
   <title>
    <p>426</p>
   </title>
   <p>Лорд Фаунтлерой — герой популярной повести американской писательницы Элизы Бернетт (1849–1924) «Маленький лорд Фаунтлерой».</p>
  </section>
  <section id="n_427">
   <title>
    <p>427</p>
   </title>
   <p>«Песнь Диего Вальдеса» — одно из самых характерных стихотворений английского поэта Редьярда Киплинга (1865–1936).</p>
  </section>
  <section id="n_428">
   <title>
    <p>428</p>
   </title>
   <p>Перевод Н. Банникова.</p>
  </section>
  <section id="n_429">
   <title>
    <p>429</p>
   </title>
   <p>Благодарственный день — национальный праздник в США; празднуется в последний четверг ноября.</p>
  </section>
  <section id="n_430">
   <title>
    <p>430</p>
   </title>
   <p>Грант, Улисс (1822–1885) — главнокомандующий северян во время Гражданской войны 1861–1865 годов; после успешного окончания войны был избран президентом США (1869–1877).</p>
  </section>
  <section id="n_431">
   <title>
    <p>431</p>
   </title>
   <p>Йэльский университет — одно из крупнейших высших учебных заведений США; находится в городе Нью-Хэвене, в штате Коннектикут; основан в начале XVIII века; назван в честь богатого купца Элии Йэля, одного из директоров Ост-Индской компании; Йэль пожертвовал университету крупные суммы из средств, награбленных им в Индии.</p>
  </section>
  <section id="n_432">
   <title>
    <p>432</p>
   </title>
   <p>ИРМ (Индустриальные Рабочие Мира) — профсоюзная организация американского рабочего класса, основанная в 1905 году и одно время выступавшая с революционными лозунгами.</p>
  </section>
  <section id="n_433">
   <title>
    <p>433</p>
   </title>
   <p>Бергсон, Анри (1859–1941) — французский философ, создатель ряда идеалистических теорий в области истории, психологии и эстетики. Книга «Философия смеха» — наиболее известная работа Бергсона, затрагивающая проблемы эстетики.</p>
  </section>
  <section id="n_434">
   <title>
    <p>434</p>
   </title>
   <p>Патер, Вальтер (1839–1894) — английский писатель, известный своими эстетскими настроениями; творчество Патера связывало деятельность т. н. прерафаэлитов — группы писателей, поэтов и художников середины XIX века — с английскими декадентами конца века.</p>
  </section>
  <section id="n_435">
   <title>
    <p>435</p>
   </title>
   <p>Мильтон, Джон (1608–1674) — великий английский поэт и публицист, участник английской буржуазной революции XVII века. Лучшие произведения Мильтона — поэмы «Потерянный рай» (1667) и «Возвращенный рай» (1671).</p>
  </section>
  <section id="n_436">
   <title>
    <p>436</p>
   </title>
   <p>Шелли, Перси Биши (1792–1822) — великий английский поэт-романтик. Стихам Шелли свойственна особая музыкальность.</p>
  </section>
  <section id="n_437">
   <title>
    <p>437</p>
   </title>
   <p>Суинберн, Алджернон Чарлз (1837–1909) — английский поэт, продолжавший традиции романтиков; автор драматической трилогии в стихах о Марии Стюарт, поэм, баллад и пр.</p>
  </section>
  <section id="n_438">
   <title>
    <p>438</p>
   </title>
   <p>Сюлливен, Артур (1842–1900) — известный английский композитор, популярный в США в начале XX века.</p>
  </section>
  <section id="n_439">
   <title>
    <p>439</p>
   </title>
   <p>Канак — гаваец или полинезиец.</p>
  </section>
  <section id="n_440">
   <title>
    <p>440</p>
   </title>
   <p>Верещагин, Василий Васильевич (1842–1904) — русский художник, на рубеже XIX–XX веков пользовавшийся мировой известностью. Называя себя «военным художником», Верещагин писал свои батальные полотна по эскизам, сделанным на поле боя. Верещагин был на Кубе во время испано-американской войны 1889 года и создал ряд картин и рисунков, часть которых осталась в США. Выставка картин Верещагина в США прошла с огромным успехом. Материально нуждавшийся художник вынужден был продать в США много своих работ.</p>
  </section>
  <section id="n_441">
   <title>
    <p>441</p>
   </title>
   <p>Оба Милле. — Имеются в виду французский художник Милле, Жан Франсуа (1814–1875), создатель картин из народного быта, и фламандский художник Милле, Франсуа (1642–1679), мастер пейзажа.</p>
  </section>
  <section id="n_442">
   <title>
    <p>442</p>
   </title>
   <p>Нас грабят все: любой головорез из банды Уэрты… — Здесь и дальше Лондон говорит о событиях, разыгрывающихся в 1913 году в Мексике. Лондон не понял сущности мексиканской революции 1911–1912 годов и последовавших за нею бурных лет гражданской войны в Мексике.</p>
   <p>В 1911 году в Мексике победила буржуазно-демократическая революция. Диктаторский режим Порфирио Диаса был свергнут. Однако в феврале 1913 года (то есть накануне событий, происходящих в романе) генерал Викториано Уэрта (1854–1916) поднял мятеж против республиканского правительства Мадеро, сменившего диктатуру Диаса. Сторонники Уэрты называли себя «федералистами».</p>
   <p>Против диктаторского режима Уэрты выступил участник революции 1911 года Венустиано Карранса (у Лондона — Арранса), сумевший на время сплотить вокруг себя значительные силы. К Каррансе примкнул со своими партизанскими отрядами и Франсиско Вилъя (1877–1923) — вожак крестьянского революционного движения, отличившийся в войне против Диаса. Сторонники Каррансы — конституционалисты. В дальнейшем Карранса при помощи Вильи разгромил Уэрту. Затем Вилья отошел от Каррансы, убедившись в том, что его буржуазно-либеральная программа не удовлетворяет восставшие крестьянские массы.</p>
   <p>В ходе революции и гражданской войны в Мексике проникновение американского капитала в страну было приостановлено, так как значительная часть американских концессий была национализирована.</p>
  </section>
  <section id="n_443">
   <title>
    <p>443</p>
   </title>
   <p>Волонтеры — лица, добровольно вступившие на военную службу. В Великобритании до конца XIX века система волонтерства — добровольчества — до введения всеобщей воинской повинности была основным способом комплектования армий.</p>
  </section>
  <section id="n_444">
   <title>
    <p>444</p>
   </title>
   <p>Леди Годива — героиня английской средневековой легенды. По приказу своего мужа, владетельного графа, она нагая проехала по городу верхом на лошади. Только такой ценой он согласился снизить непосильное для народа бремя налогов. На этот сюжет написана Теннисоном поэма, которую на русский язык перевел Ив. Бунин.</p>
  </section>
  <section id="n_445">
   <title>
    <p>445</p>
   </title>
   <p>Патуа — местное наречие, говор (франц.).</p>
  </section>
  <section id="n_446">
   <title>
    <p>446</p>
   </title>
   <p>Песня «Тропою цыган» дана в переводе В. О. Станевич.</p>
  </section>
  <section id="n_447">
   <title>
    <p>447</p>
   </title>
   <p>Новая Англия — группа штатов северо-восточной части США. Новую Англию стали называть «страной пуритан», так как здесь поселилось множество приехавших из Англии буржуа-пуритан.</p>
  </section>
  <section id="n_448">
   <title>
    <p>448</p>
   </title>
   <p>Бербанк, Лютер (1849–1926) — американский селекционер-дарвинист. Скрещиванием различных растений добился выведения новых сортов плодовых и декоративных растений.</p>
  </section>
  <section id="n_449">
   <title>
    <p>449</p>
   </title>
   <p>Линкольн, Авраам (1809–1865) — выдающийся американский государственный деятель, президент США в 1861–1865 годах; ненавидел рабство и являлся сторонником освобождения негров.</p>
  </section>
  <section id="n_450">
   <title>
    <p>450</p>
   </title>
   <p>Готтентот (буквально «заика») — название, данное голландскими колонистами Южной Африки (так называемыми «бурами») африканским народностям, с которыми они столкнулись на захваченной ими земле и языка которых они не понимали.</p>
  </section>
  <section id="n_451">
   <title>
    <p>451</p>
   </title>
   <p>Камехамеха. — Лондон имеет в виду так называемого Камехамеха I, вождя племен, населявших Гавайские острова (царствовал с 1789 по 1819 год). Камехамеха добился объединения всех Гавайских островов под своей властью и провозгласил себя королем.</p>
  </section>
  <section id="n_452">
   <title>
    <p>452</p>
   </title>
   <p>Букер, Вашингтон (1856–1915) — деятель негритянского освободительного движения в США; уделял большое внимание экономической самостоятельности негров.</p>
  </section>
  <section id="n_453">
   <title>
    <p>453</p>
   </title>
   <p>Дюбуа, Уильям (1868–1963) — выдающийся американский ученый, негр, деятельный участник борьбы негритянского народа в США. В 1906 году Дюбуа, боровшийся против ограниченно-экономических целей движения, возглавленного Букером, провозгласил: «Мы не удовлетворимся ничем, кроме полного равноправия… Мы ведем бой не только за себя, но и за всех американцев» (см. У. Фостер. Негритянский народ в истории Америки, стр. 541).</p>
  </section>
  <section id="n_454">
   <title>
    <p>454</p>
   </title>
   <p>…пришла Реформация, и поклонение мадонне прекратилось. — Лондон имеет в виду религиозно-политическое движение в странах Европы в XV–XVI веках, направленное против римско-католической церкви. Сторонники реформированной церкви среди других догматов католицизма отвергали культ матери Иисуса, которая в странах романских языков называлась мадонной (буквально «госпожа»).</p>
  </section>
  <section id="n_455">
   <title>
    <p>455</p>
   </title>
   <p>Моногамия — единобрачие; полигамия — многоженство; у многих народностей Океании в те годы сохранялись различные формы полигамии.</p>
  </section>
  <section id="n_456">
   <title>
    <p>456</p>
   </title>
   <p>Шоу, Бернард (1856–1950) — выдающийся английский драматург-реалист; возможно, Лондон имел в виду его комедии «Пигмалион» или «Профессия миссис Уоррен». В его комедиях часто встречается образ энергичной, умной женщины, подчиняющей своему влиянию мужчину.</p>
  </section>
  <section id="n_457">
   <title>
    <p>457</p>
   </title>
   <p>Уайльд, Оскар (1856–1900) — английский поэт, писатель и драматург, мастер парадокса. В комедиях Уайльда из жизни английского общества конца XIX века большую роль играет образ умной, целеустремленной женщины, охотно ведущей сложную психологическую интригу.</p>
  </section>
  <section id="n_458">
   <title>
    <p>458</p>
   </title>
   <p>Китс, Джон (1795–1821) — английский поэт-романтик. Подобно Шелли и Байрону, критически относился к буржуазному обществу. Идеал общественного устройства видел в античной Греции. Лирика Китса — одно из сокровищ английской национальной поэзии.</p>
  </section>
  <section id="n_459">
   <title>
    <p>459</p>
   </title>
   <p>Армагеддонова битва. — По библейской легенде, битва между богом и его силами небесными и сатаной; после победы бога наступает день Страшного суда и конец мира.</p>
  </section>
  <section id="n_460">
   <title>
    <p>460</p>
   </title>
   <p>Ника — Лондон имеет в виду один из величайших памятников античного искусства, статую Ники Самофракийскоп (богини победы).</p>
  </section>
  <section id="n_461">
   <title>
    <p>461</p>
   </title>
   <p>Дик… спорил… из-за Бергсона… — Это место романа важно как доказательство в известной мере критического отношения Лондона к Дику Форресту. Лондон указывает на эклектичность воззрений Форреста; Форрест, видимо, заимствовал у французского философа-идеалиста Анри Бергсона теорию «жизненного усилия», философское оправдание крайнего субъективизма; у Чарлза Дарвина (1809–1882) — великого английского ученого — идею естественного отбора, согласно которой в мире выживали только самые сильные породы животных, лучше других приспособленные для борьбы за средства существования. Прагматизм Уильяма Джемса (1842–1910) — типично американская философия, всесторонне оправдывающая капиталистическую конкуренцию и идеализирующая капиталистический строй, тоже является важной стороной жизненной философии Форреста, как и реакционные теории немецкого мыслителя и писателя Фридриха Ницше (1844–1900), создавшего культ сильной личности, которая подчиняет себе общество. Любопытно, что, по мнению Терренса, философия Форреста «отдает Мафусаилом», то есть весьма, весьма устарела.</p>
  </section>
  <section id="n_462">
   <title>
    <p>462</p>
   </title>
   <p>Нет, Катон… — Катон — римский философ и общественный деятель.</p>
  </section>
  <section id="n_463">
   <title>
    <p>463</p>
   </title>
   <p>«Рассказы Южных морей» — сборник рассказов Джека Лондона, вышедший в 1911 году (см. т. 9 настоящего издания).</p>
  </section>
  <section id="n_464">
   <title>
    <p>464</p>
   </title>
   <p>Британские Соломоновы острова — эта часть Океании в начале XX века была разделена между несколькими империалистическими державами, в том числе Британией и Германией. Отсюда «британские» и «германские» Соломоновы острова.</p>
  </section>
  <section id="n_465">
   <title>
    <p>465</p>
   </title>
   <p>Негры. — Имеются в виду коренные обитатели Соломоновых островов, меланезийцы, которые по внешним признакам напоминают некоторые африканские народности. В этнографии меланезийцы иногда называются негроидами; белые завоеватели Меланезии называли их неграми. На самом деле этнический состав народностей Африки резко отличается от меланезийцев.</p>
  </section>
  <section id="n_466">
   <title>
    <p>466</p>
   </title>
   <p>Карнеги, Эндрью — американский мультимиллионер (1835–1919), автор книг, в которых он рекламирует американский образ жизни.</p>
  </section>
  <section id="n_467">
   <title>
    <p>467</p>
   </title>
   <p>Нью-Йорк был… Новым Амстердамом. — Территория, на которой расположен нынешний Нью-Йорк, была еще до английской колонизации этой части Америки заселена голландскими колонистами. Захватив ее в конце XVII века, англичане назвали Новый Амстердам Нью-Йорком.</p>
  </section>
  <section id="n_468">
   <title>
    <p>468</p>
   </title>
   <p>Карузо, Энрико (1873–1921) — известный итальянский певец, популярный в США после своих гастролей в Нью-Йорке.</p>
  </section>
  <section id="n_469">
   <title>
    <p>469</p>
   </title>
   <p>Гарлем — одно из голландских поселений поблизости от Нью-Йорка, затем часть Нью-Йорка, в конце XIX века заселенная по преимуществу беднотой.</p>
  </section>
  <section id="n_470">
   <title>
    <p>470</p>
   </title>
   <p>«Песнь песней» — собрание древнееврейских любовных песен, включенное в так называемый «Ветхий завет» — древнюю часть Библии, сложившуюся до н. э.</p>
  </section>
  <section id="n_471">
   <title>
    <p>471</p>
   </title>
   <p>Квинсленд — штат в Австралии.</p>
  </section>
  <section id="n_472">
   <title>
    <p>472</p>
   </title>
   <p>Снайдеровские ружья — винтовки, устаревшие к концу XIX века. Поэтому белые колонизаторы и сбывали их населению меланезийских островов.</p>
  </section>
  <section id="n_473">
   <title>
    <p>473</p>
   </title>
   <p>«Круглоголовые» — насмешливое прозвище сторонников парламента в эпоху буржуазной революции и гражданской войны в Англии (1642–1660); Оливер Кромвель — талантливый полководец эпохи английской буржуазной революции, впоследствии — лорд-протектор Англии (1599–1658).</p>
  </section>
  <section id="n_474">
   <title>
    <p>474</p>
   </title>
   <p>Кирос, Педро Фернандес — капитан, спутник Альварро де Мендана в его втором плавании по тихоокеанским архипелагам (1595 г.). После смерти Мендана возглавил экспедицию и довел ее до конца. Островитяне оказали испанцам смелое сопротивление.</p>
  </section>
  <section id="n_475">
   <title>
    <p>475</p>
   </title>
   <p>Лаперуз, Жан Франсуа (1741–1788) — французский мореплаватель, исследователь Тихого океана. Погиб при кораблекрушении в районе Соломоновых островов.</p>
  </section>
  <section id="n_476">
   <title>
    <p>476</p>
   </title>
   <p>Так называемые «мужские дома» занимали важное место в жизни меланезийских племен. В них допускались только мужчины; в «мужских домах» обсуждались вопросы, важные для всего племени или деревни. «Мужские дома» сохранились, очевидно, от этой эпохи, когда в меланезийской общине был окончательно побежден матриархат.</p>
  </section>
  <section id="n_477">
   <title>
    <p>477</p>
   </title>
   <p>Альварро де Мендана — испанский мореплаватель XVI века, видимо, первый из европейских моряков посетивший Соломоновы острова. Мендана и дал им это название, полагая, что он нашел путь к сказочным островам, где, по преданию, хранились сокровища библейского царя Соломона. При попытке высадки Мендана подвергся нападению меланезийцев.</p>
  </section>
  <section id="n_478">
   <title>
    <p>478</p>
   </title>
   <p>Мафусаил — по библейской легенде, старец, проживший около тысячи лет.</p>
  </section>
  <section id="n_479">
   <title>
    <p>479</p>
   </title>
   <p>Старый моряк — герой одноименной поэмы английского поэта-романтика С. Кольриджа (1772–1834), в которой с большой образной силой повествуется об испытаниях, выпавших на долю мореплавателя. Герой поэмы — «Старый моряк» — осужден на вечные мучения за то, что убил альбатроса (по старинным поверьям моряков, это приносило несчастье).</p>
  </section>
  <section id="n_480">
   <title>
    <p>480</p>
   </title>
   <p>В лоне Авраамовом — библейское выражение, обозначающее награду за праведную жизнь.</p>
  </section>
  <section id="n_481">
   <title>
    <p>481</p>
   </title>
   <p>Папуас — одно из названий меланезийцев.</p>
  </section>
  <section id="n_482">
   <title>
    <p>482</p>
   </title>
   <p>Левиафан — по библейскому преданию, морское чудовище.</p>
  </section>
  <section id="n_483">
   <title>
    <p>483</p>
   </title>
   <p>Золотые ворота — пролив, соединяющий бухту Сан-Франциско с Тихим океаном.</p>
  </section>
  <section id="n_484">
   <title>
    <p>484</p>
   </title>
   <p>Бауэри, Ист-Сайд — районы Нью-Йорка, заселенные беднотой.</p>
  </section>
  <section id="n_485">
   <title>
    <p>485</p>
   </title>
   <p>Иштар — характерное для Лондона вольное обращение с историческими реалиями — это одно из имен богини плодородия и любви у древних вавилонян и ассирийцев, которое никак не могло принадлежать египетской девушке.</p>
  </section>
  <section id="n_486">
   <title>
    <p>486</p>
   </title>
   <p>Рундук — сундук.</p>
  </section>
  <section id="n_487">
   <title>
    <p>487</p>
   </title>
   <p>Перевод С. Я. Маршака.</p>
  </section>
  <section id="n_488">
   <title>
    <p>488</p>
   </title>
   <p>Пиорея — гнойное воспаление десен.</p>
  </section>
  <section id="n_489">
   <title>
    <p>489</p>
   </title>
   <p>…барбадосский негр — потомок африканских рабов, которых в XVII–XVIII веках в большом количестве ввозили на остров Барбадос, принадлежавший тогда Англии.</p>
  </section>
  <section id="n_490">
   <title>
    <p>490</p>
   </title>
   <p>«Титаник» — океанский пассажирский пароход, погибший в 1912 году в Северной Атлантике, вблизи о-ва Ньюфаундленд, в результате столкновения с плавучей ледяной горой — айсбергом.</p>
  </section>
  <section id="n_491">
   <title>
    <p>491</p>
   </title>
   <p>Сведенборг, Эммануил (1688–1772) — шведский богослов-мистик. На рубеже XIX–XX веков его мистическое учение привлекло интерес писателей-декадентов.</p>
  </section>
  <section id="n_492">
   <title>
    <p>492</p>
   </title>
   <p>Блэйк. — Лондон имеет в виду английского поэта Уильяма Блэйка (1757–1827).</p>
  </section>
  <section id="n_493">
   <title>
    <p>493</p>
   </title>
   <p>Элла Уилер Уилкокс (1850–1919) — американская писательница, автор сентиментальных стихов и романов.</p>
  </section>
  <section id="n_494">
   <title>
    <p>494</p>
   </title>
   <p>Байрон, Джордж Ноэл Гордон (1788–1824) — великий английский поэт.</p>
  </section>
  <section id="n_495">
   <title>
    <p>495</p>
   </title>
   <p>Грили — Адольф Вашингтон Грили (1844–1911) — начальник американской полярной экспедиции (1881–1883 гг.).</p>
  </section>
  <section id="n_496">
   <title>
    <p>496</p>
   </title>
   <p>Годдард — известный американский сценарист; в компании с ним Лондон писал «Сердца трех».</p>
  </section>
  <section id="n_497">
   <title>
    <p>497</p>
   </title>
   <p>Перевод В. Л е в и к а.</p>
  </section>
  <section id="n_498">
   <title>
    <p>498</p>
   </title>
   <p>Стерлинг, Джордж (1869–1926) — американский писатель и поэт, близкий к кружку Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_499">
   <title>
    <p>499</p>
   </title>
   <p>Старый оригинал сэр Генри — известный английский пират Генри Морган (1635–1688), действовавший в XVII веке в Карибском море и в других прибрежных районах Центральной и Южной Америки, которые принадлежали тогда Испании. Со временем Морган поступил на английскую королевскую службу и занял важный административный пост на о-ве Ямайка, где располагались опорные пункты британского флота.</p>
  </section>
  <section id="n_500">
   <title>
    <p>500</p>
   </title>
   <p>Асьенда — дом с прилегающими к нему плантациями.</p>
  </section>
  <section id="n_501">
   <title>
    <p>501</p>
   </title>
   <p>Гринго — прозвище американцев в странах Латинской Америки.</p>
  </section>
  <section id="n_502">
   <title>
    <p>502</p>
   </title>
   <p>Живо (исп.).</p>
  </section>
  <section id="n_503">
   <title>
    <p>503</p>
   </title>
   <p>Джиу-джицу — прием японской борьбы.</p>
  </section>
  <section id="n_504">
   <title>
    <p>504</p>
   </title>
   <p>Конкистадоры — испанские завоеватели, захватившие в конце XV и в XVI веке огромные территории Южной и Центральной Америки.</p>
  </section>
  <section id="n_505">
   <title>
    <p>505</p>
   </title>
   <p>Пулькерия — кабачок.</p>
  </section>
  <section id="n_506">
   <title>
    <p>506</p>
   </title>
   <p>Мескаль — мексиканская водка.</p>
  </section>
  <section id="n_507">
   <title>
    <p>507</p>
   </title>
   <p>Боливар (1783–1830) — один из вождей национально-освободительного движения в бывших испанских колониях в Латинской Америке. Боливар боролся за создание независимой федерации латиноамериканских стран, во главе которой он хотел встать.</p>
  </section>
  <section id="n_508">
   <title>
    <p>508</p>
   </title>
   <p>Сиеста — послеполуденный отдых в часы наибольшей жары.</p>
  </section>
  <section id="n_509">
   <title>
    <p>509</p>
   </title>
   <p>Король Георг — Георг V, король Великобритании, император Индии.</p>
  </section>
  <section id="n_510">
   <title>
    <p>510</p>
   </title>
   <p>Мальчик (исп.).</p>
  </section>
  <section id="n_511">
   <title>
    <p>511</p>
   </title>
   <p>Шпигаты — желоба для стока воды с палубы.</p>
  </section>
  <section id="n_512">
   <title>
    <p>512</p>
   </title>
   <p>Человек (исп.).</p>
  </section>
  <section id="n_513">
   <title>
    <p>513</p>
   </title>
   <p>Майя — родственные по языку племена, населявшие значительную территорию нынешней Мексики, Гватемалы и Гондураса; много майя обитает на полуострове Юкатан, куда они переселились еще до испанского завоевания.</p>
   <p>Майя создали уже в первые века новой эры высокую культуру, отличавшуюся замечательной архитектурой, скульптурой и настенными изображениями. Испанцы уничтожили большинство памятников майянской иероглифической письменности.</p>
   <p>В романе «Сердца трех» Лондон пересказал в измененном виде предания о майянских кладах на Юкатане, за которыми тщетно охотились испанские завоеватели.</p>
  </section>
  <section id="n_514">
   <title>
    <p>514</p>
   </title>
   <p>Риата — самодельная веревка.</p>
  </section>
  <section id="n_515">
   <title>
    <p>515</p>
   </title>
   <p>Друг, друг (исп.).</p>
  </section>
  <section id="n_516">
   <title>
    <p>516</p>
   </title>
   <p>Из теплых краев (исп.). — Здесь имеется в виду: из долины.</p>
  </section>
  <section id="n_517">
   <title>
    <p>517</p>
   </title>
   <p>Блэкстон, Уильям (1723–1780) — английский профессор-юрист, пользовавшийся международным авторитетом.</p>
  </section>
  <section id="n_518">
   <title>
    <p>518</p>
   </title>
   <p>Таммани-холл — организация демократической партии в Нью-Йорке.</p>
  </section>
  <section id="n_519">
   <title>
    <p>519</p>
   </title>
   <p>«Письмо узелками» было распространено у индейских народов, населявших территорию нынешних Перу и Чили; Лондон ошибся, приписав его майя, которые создали более сложную, иероглифическую систему письма. Ее расшифровка начинается только в наши дни.</p>
  </section>
  <section id="n_520">
   <title>
    <p>520</p>
   </title>
   <p>Тортильи — по-испански: оладьи.</p>
  </section>
  <section id="n_521">
   <title>
    <p>521</p>
   </title>
   <p>Твердая земля (ит.).</p>
  </section>
  <section id="n_522">
   <title>
    <p>522</p>
   </title>
   <p>Кортес, Эрнандо (1485–1547) — испанский конкистадор, завоеватель Мексики, Гондураса и Гватемалы.</p>
  </section>
  <section id="n_523">
   <title>
    <p>523</p>
   </title>
   <p>Первое путешествие Колумба — то есть его первое плавание к берегам Америки (1492 г.).</p>
  </section>
  <section id="n_524">
   <title>
    <p>524</p>
   </title>
   <p>Шейлок — персонаж из комедии Шекспира «Венецианский купец», воплощение алчности и корыстолюбия.</p>
  </section>
  <section id="n_525">
   <title>
    <p>525</p>
   </title>
   <p>…жнец, которого изгоняют с земли Ханаанской… — библейский образ незаслуженно обиженного труженика.</p>
  </section>
  <section id="n_526">
   <title>
    <p>526</p>
   </title>
   <p>Мораторий — отсрочка погашения платежей, устанавливаемая правительством на определенный срок, ввиду каких-либо чрезвычайных обстоятельств.</p>
  </section>
  <section id="n_527">
   <title>
    <p>527</p>
   </title>
   <p>«Медведь» — биржевик, играющий на понижение.</p>
  </section>
  <section id="n_528">
   <title>
    <p>528</p>
   </title>
   <p>Соломоновы острова (называются также архипелагом Новой Георгии) расположены в Тихом океане между 5°—11° южн. шир. и 154°40′ и 162°30′ вост. долг. от Гринвича. Архипелаг состоит из семи больших и множества малых островов.</p>
  </section>
  <section id="n_529">
   <title>
    <p>529</p>
   </title>
   <p>Английский фут = 0,30479 м.</p>
  </section>
  <section id="n_530">
   <title>
    <p>530</p>
   </title>
   <p>Багрянки — род моллюсков, имеющих заостренную овальную полосатую раковину.</p>
  </section>
  <section id="n_531">
   <title>
    <p>531</p>
   </title>
   <p>Хлородин — болеутоляющее средство. Ипекакуана — корень растения («цефелиса»), распространенного в тропических странах; этот корень тоже употребляется в медицине (отхаркивающее и для других целей).</p>
  </section>
  <section id="n_532">
   <title>
    <p>532</p>
   </title>
   <p>«Фелла» — человек; употребляется и при обращении, как «сударь».</p>
  </section>
  <section id="n_533">
   <title>
    <p>533</p>
   </title>
   <p>Малаита — второй по величине из Соломоновых островов, отделен проливом Индиспенсабль от острова Изабеллы.</p>
  </section>
  <section id="n_534">
   <title>
    <p>534</p>
   </title>
   <p>Ванты — снасти, укрепляющие мачты с боков. Гафеля — наклонные брусы, упирающиеся нижним концом в мачту. Фалы — снасти, поднимающие паруса (или флаг).</p>
  </section>
  <section id="n_535">
   <title>
    <p>535</p>
   </title>
   <p>Копра — название ядра кокосового дерева, очищенного от скорлупы, истолченного и высушенного на солнце. Служит для добывания кокосового масла.</p>
  </section>
  <section id="n_536">
   <title>
    <p>536</p>
   </title>
   <p>Вельбот — узкая и длинная шлюпка, имеющая острый нос и такую же корму.</p>
  </section>
  <section id="n_537">
   <title>
    <p>537</p>
   </title>
   <p>Бетель — перец-полукустарник. Туземцы жуют острые и сильно пряные листья бетеля с плодами арековой пальмы или с другими вяжущими веществами. Губы и внутренность рта от бетеля становятся кирпично-красного цвета, а зубы совершенно чернеют.</p>
  </section>
  <section id="n_538">
   <title>
    <p>538</p>
   </title>
   <p>Ярд — английская мера длины = 0,9144 м.</p>
  </section>
  <section id="n_539">
   <title>
    <p>539</p>
   </title>
   <p>Джоны и мэри — мужчины и женщины.</p>
  </section>
  <section id="n_540">
   <title>
    <p>540</p>
   </title>
   <p>Квинслэнд — один из штатов британского доминиона в Австралии.</p>
  </section>
  <section id="n_541">
   <title>
    <p>541</p>
   </title>
   <p>Дрейф — угол между направлением носа корабля и тем действительным направлением, по которому движется корабль. Дрейфовать — морской термин обозначающий сложный прием особой установки парусов для разложения силы ветра на две силы: первую — двигательную и вторую действующую в бок, обусловливающую дрейф, причем судно остается почти на месте.</p>
  </section>
  <section id="n_542">
   <title>
    <p>542</p>
   </title>
   <p>Гардель — снасть, которой поднимают нижние реи с палубы на свои места.</p>
  </section>
  <section id="n_543">
   <title>
    <p>543</p>
   </title>
   <p>Для уменьшения площади парусов (при сильном ветре) паруса зарифляются, то-есть часть их подхватывается короткими веревками — рифтезнями. Взятие рифов — очень сложный прием.</p>
  </section>
  <section id="n_544">
   <title>
    <p>544</p>
   </title>
   <p>Кабельтов — единица меры длины для небольших расстояний в море, собственно, длина якорного каната или цепи. Кабельтов равен около 185 м.</p>
  </section>
  <section id="n_545">
   <title>
    <p>545</p>
   </title>
   <p>Один из Соломоновых островов.</p>
  </section>
  <section id="n_546">
   <title>
    <p>546</p>
   </title>
   <p>Намек на то, что английские лорды передают, обыкновенно, свой титул и наследие старшему сыну, предоставляя остальным сыновьям пробивать себе дорогу в жизни собственными силами.</p>
  </section>
  <section id="n_547">
   <title>
    <p>547</p>
   </title>
   <p>Филиппинские острова, — самая северная часть Малайского архипелага, омываются с востока Тихим океаном, с запада — Южным Китайским морем. Уступлены Испанией США в 1898 году, после испано-американской войны, за 25 миллионов долларов. Эта «продажа» вызвала негодование туземцев, надеявшихся на независимость, и повела к кровопролитной войне между туземцами и американцами…</p>
   <p>В том же 1898 году были присоединены к США Гавайские или Сандвичевы острова, лежащие в северной части Тихого океана, причем США и на этих островах уничтожили даже видимость политической самостоятельности туземцев.</p>
  </section>
  <section id="n_548">
   <title>
    <p>548</p>
   </title>
   <p>Маркизские острова — в Тихом океане, к востоку от о. Туамоту.</p>
  </section>
  <section id="n_549">
   <title>
    <p>549</p>
   </title>
   <p>Адмиралтейские острова — группа австралийских островов, расположены на север от восточной части Новой Гвинеи.</p>
  </section>
  <section id="n_550">
   <title>
    <p>550</p>
   </title>
   <p>Канзас — один из штатов США и река того же названия, впадающая в Миссури, в 2 1/2 км от г. Канзас-Сити.</p>
  </section>
  <section id="n_551">
   <title>
    <p>551</p>
   </title>
   <p>Гитовы — снасти, служащие для уборки парусов. Взять паруса на гитовы — взять или убрать паруса гитовами.</p>
  </section>
  <section id="n_552">
   <title>
    <p>552</p>
   </title>
   <p>Утлегарь — рангоутовое дерево, служащее продолжением бушприта.</p>
  </section>
  <section id="n_553">
   <title>
    <p>553</p>
   </title>
   <p>Галс — курс корабля относительно ветра. Лечь на другой галс — повернуть судно так, чтобы ветер, дувший, например, в правый борт, дул бы в левый.</p>
   <empty-line/>
  </section>
  <section id="n_554">
   <title>
    <p>554</p>
   </title>
   <p>Гвадалканар — один из Соломоновых островов.</p>
  </section>
  <section id="n_555">
   <title>
    <p>555</p>
   </title>
   <p>Бугенвиль — один из Адмиралтейских островов.</p>
  </section>
  <section id="n_556">
   <title>
    <p>556</p>
   </title>
   <p>Санта-Круц — острова в Меланезии, на юго-восток от Соломоновых островов.</p>
  </section>
  <section id="n_557">
   <title>
    <p>557</p>
   </title>
   <p>Известная в Англии книга Томаса Карлейля, носящая это (латинское) название.</p>
  </section>
  <section id="n_558">
   <title>
    <p>558</p>
   </title>
   <p>Сатурналия — у древних римлян — праздник в честь Сатурна, сопровождавшийся пиршествами.</p>
  </section>
  <section id="n_559">
   <title>
    <p>559</p>
   </title>
   <p>Табу — у многих племен Австралии и Океании — священные и поэтому неприкосновенные предметы, места, животные, люди. Нарушить табу — означает, по туземным понятиям, совершить страшнейшее преступление.</p>
  </section>
  <section id="n_560">
   <title>
    <p>560</p>
   </title>
   <p>Соверен — золотая монета, стоимостью, равная приблизительно, фунту стерлингов.</p>
  </section>
  <section id="n_561">
   <title>
    <p>561</p>
   </title>
   <p>Дуэнья — надзирательница, компаньонка, часто и экономка. Так назывались в средние века «почтенные дамы», которым вручалось наблюдение за поведением жен или дочерей состоятельных сеньоров. Считалось, что присутствие дуэньи гарантирует «приличия» и нравственность опекаемой ею особы.</p>
  </section>
  <section id="n_562">
   <title>
    <p>562</p>
   </title>
   <p>Аргус — мифический многоглазый великан.</p>
  </section>
  <section id="n_563">
   <title>
    <p>563</p>
   </title>
   <p>Шелли — один из величайших английских поэтов (1792–1889).</p>
  </section>
  <section id="n_564">
   <title>
    <p>564</p>
   </title>
   <p>Броунинг — популярнейший в Англии и Америке английский поэт (1812–1889), находившийся под влиянием творчества Шелли.</p>
  </section>
  <section id="n_565">
   <title>
    <p>565</p>
   </title>
   <p>Канак — туземец Сандвичевых островов.</p>
  </section>
  <section id="n_566">
   <title>
    <p>566</p>
   </title>
   <p>Денгары — оригинальный костюм из грубого сорта небеленой бумажной материи.</p>
  </section>
  <section id="n_567">
   <title>
    <p>567</p>
   </title>
   <p>Грот-мачта — вторая от носа корабля мачта (главная).</p>
  </section>
  <section id="n_568">
   <title>
    <p>568</p>
   </title>
   <p>Кренговать — наклонять судно на бок для исправления повреждений или для конопачения.</p>
  </section>
  <section id="n_569">
   <title>
    <p>569</p>
   </title>
   <p>«Нгари-нгари» — местное растение, вызывающее чесотку, хотя и не опасную, но весьма неприятную.</p>
  </section>
  <section id="n_570">
   <title>
    <p>570</p>
   </title>
   <p>Клюворог — птица, величиною с голубя; некоторые виды ее — больше вороны.</p>
  </section>
  <section id="n_571">
   <title>
    <p>571</p>
   </title>
   <p>Ямс — вид многолетних трав, растущий в теплых и жарких странах. На корнях ямса возникают клубни, содержащие крахмал, ради которых ямс и разводится под тропиками.</p>
  </section>
  <section id="n_572">
   <title>
    <p>572</p>
   </title>
   <p>Сарра Бернар (1844–1923) — знаменитая французская драматическая актриса, известная американцам по ее гастролям в Америке.</p>
  </section>
  <section id="n_573">
   <title>
    <p>573</p>
   </title>
   <p>Кэп Стифф — то есть, Суровый Мыс — так называют английские моряки мыс Горн.</p>
  </section>
  <section id="n_574">
   <title>
    <p>574</p>
   </title>
   <p>Анфилада — ряд комнат или арок.</p>
  </section>
  <section id="n_575">
   <title>
    <p>575</p>
   </title>
   <p>Битсы — деревянные планки у реев для марса-шкотов, у гафелей — для топсель-шкотов (для закрепления снастей).</p>
  </section>
  <section id="n_576">
   <title>
    <p>576</p>
   </title>
   <p>Ампутация — отсечение.</p>
  </section>
  <section id="n_577">
   <title>
    <p>577</p>
   </title>
   <p>Брашпиль — ворот для подъема якорей.</p>
  </section>
  <section id="n_578">
   <title>
    <p>578</p>
   </title>
   <p>«Прощальный привет».</p>
  </section>
  <section id="n_579">
   <title>
    <p>579</p>
   </title>
   <p>Blase — по-французски — пресыщенный, равнодушный.</p>
  </section>
  <section id="n_580">
   <title>
    <p>580</p>
   </title>
   <p>Кремортартар — белый винный камень.</p>
  </section>
  <section id="n_581">
   <title>
    <p>581</p>
   </title>
   <p>Пиллерс — стойка под бимсом, поддерживающая палубу судна.</p>
  </section>
  <section id="n_582">
   <title>
    <p>582</p>
   </title>
   <p>Джерсей — род лифа в обтяжку, из вязаной материи.</p>
  </section>
  <section id="n_583">
   <title>
    <p>583</p>
   </title>
   <p>Бандо — женская прическа в виде плоских, лентообразных начесов на лоб и уши.</p>
  </section>
  <section id="n_584">
   <title>
    <p>584</p>
   </title>
   <p>Джек Лондон подчас злоупотребляет иностранными словами и собственными именами ученых, писателей и пр. Снабдить примечаниями все эти слова невозможно без того, чтобы не затруднять чтение многих страниц Лондона до степени перевода с подстрочником. Поэтому мы останавливали внимание читателя на объяснении преимущественно только тех слов, понимание которых помогает точнее или полнее раскрыть мысль автора.</p>
  </section>
  <section id="n_585">
   <title>
    <p>585</p>
   </title>
   <p>Довольно своеобразное определение «здоровой» литературы, весьма характерное для таких типичных представителей американской буржуазии, какими являются Патгерст и мисс Уэст. Господствующим, но исторически обреченным классом ничего больше не остается, как «тешить себя иллюзиями и самообманом», уходя от пугающей их действительности.</p>
  </section>
  <section id="n_586">
   <title>
    <p>586</p>
   </title>
   <p>Изида — египетская, а затем и греческая богиня женского плодородия — считалась великой волшебницей, знающей сокровенные вещи и хранящей тайны.</p>
  </section>
  <section id="n_587">
   <title>
    <p>587</p>
   </title>
   <p>Медуза-Истина — образное выражение, означающее, что истина может показаться такой же страшной, как змеиноволосая Горгона-Медуза — мифическое существо, от взгляда которой люди превращались в камень. А ложь сравнивается с Майей, — прекрасной и обольстительной индусской богиней, олицетворяющей обольщения и иллюзии жизни.</p>
  </section>
  <section id="n_588">
   <title>
    <p>588</p>
   </title>
   <p>Загребной — первый от кормы гребец.</p>
  </section>
  <section id="n_589">
   <title>
    <p>589</p>
   </title>
   <p>Стропы — веревки для вешания чего-либо.</p>
  </section>
  <section id="n_590">
   <title>
    <p>590</p>
   </title>
   <p>Тернер (1775–1851) — знаменитый английский живописец, любивший изображать эффекты воздуха и освещения и передававший их с поразительной силой.</p>
  </section>
  <section id="n_591">
   <title>
    <p>591</p>
   </title>
   <p>«Золотые Ворота» — пролив, ведущий к бухте Сан-Франциско.</p>
  </section>
  <section id="n_592">
   <title>
    <p>592</p>
   </title>
   <p>Собачья дыра — отверстием площадке на марсе, в которое пролезают матросы.</p>
  </section>
  <section id="n_593">
   <title>
    <p>593</p>
   </title>
   <p>Геркулесовы Столбы — пределы древнего мира, название в древности двух гор у Гибралтарского пролива на европейском и африканском берегах.</p>
  </section>
  <section id="n_594">
   <title>
    <p>594</p>
   </title>
   <p>Генгист и Горса — братья, предводители англосаксонских дружин, начавших завоевание романизированной Британии.</p>
  </section>
  <section id="n_595">
   <title>
    <p>595</p>
   </title>
   <p>Отдать — отвернуть, повернуть.</p>
  </section>
  <section id="n_596">
   <title>
    <p>596</p>
   </title>
   <p>Прямо руль — приказание поставить руль в диаметральной плоскости.</p>
  </section>
  <section id="n_597">
   <title>
    <p>597</p>
   </title>
   <p>Шканечный журнал — то же, что теперь вахтенный журнал: шнуровая книга, в которую заносятся все события из жизни судна и лиц, на нем плавающих. Подписывается вахтенным начальником.</p>
  </section>
  <section id="n_598">
   <title>
    <p>598</p>
   </title>
   <p>Донка — маленький паровой насос.</p>
  </section>
  <section id="n_599">
   <title>
    <p>599</p>
   </title>
   <p>Вымбовка — деревянный длинный брусок, служащий для вращения шпиля (вертикального ворота).</p>
  </section>
  <section id="n_600">
   <title>
    <p>600</p>
   </title>
   <p>Так называют в Америке итальянцев, испанцев, португальцев.</p>
  </section>
  <section id="n_601">
   <title>
    <p>601</p>
   </title>
   <p>В этом состязании участники бегут парами, причем две ноги партнеров связаны между собой.</p>
  </section>
  <section id="n_602">
   <title>
    <p>602</p>
   </title>
   <p>Все стихи в романе «Лунная долина» даны а переводе С. Г. Марр.</p>
  </section>
  <section id="n_603">
   <title>
    <p>603</p>
   </title>
   <p>Американские президенты Мак-Кинли был убит анархистами в 1901 году, Гарфилд был тяжело ранен и вскоре умер.</p>
  </section>
  <section id="n_604">
   <title>
    <p>604</p>
   </title>
   <p>Кливленд Стивен Гровер (1837–1908), будучи президентом, восстановил золотую валюту в интересах крупных капиталистов и этим способствовал разорению мелких фермеров.</p>
  </section>
  <section id="n_605">
   <title>
    <p>605</p>
   </title>
   <p>Рип Ван Винкль — герой одноименного популярного рассказа Вашингтона Ирвинга (1783–1859). Рип Ван Винкль проспал двадцать лет в лесу, а когда вернулся в свою деревню, то ничего там уже не узнал.</p>
  </section>
  <section id="n_606">
   <title>
    <p>606</p>
   </title>
   <p>День возложения венков — 30 мая; был впервые установлен для украшения могил убитых в Гражданской войне 1861–1865 годов.</p>
  </section>
  <section id="n_607">
   <title>
    <p>607</p>
   </title>
   <p>Абелон (или Морское ухо) — одна из разновидностей жемчужницы, встречающаяся у берегов Мексики и Калифорнии.</p>
  </section>
  <section id="n_608">
   <title>
    <p>608</p>
   </title>
   <p>Недописанная рукопись романа (1910 г.) долго лежала в архивах, и только в 1963 году американский писатель Р. Фиш, воспользовавшись заметками Джека Лондона, дописал книгу.</p>
  </section>
  <section id="n_609">
   <title>
    <p>609</p>
   </title>
   <p>Дом Халла — благотворительное учреждение.</p>
  </section>
  <section id="n_610">
   <title>
    <p>610</p>
   </title>
   <p>Комнаты, не имеющие окон, или окна которых упираются в стену соседнего дома.</p>
  </section>
  <section id="n_611">
   <title>
    <p>611</p>
   </title>
   <p><emphasis>Поворотный шест</emphasis>, или остол — толстый шест, с помощью которого направляют нарты.</p>
  </section>
  <section id="n_612">
   <title>
    <p>612</p>
   </title>
   <p>Температура везде дана по Фаренгейту</p>
  </section>
  <section id="n_613">
   <title>
    <p>613</p>
   </title>
   <p><emphasis>Парка</emphasis> — верхняя меховая одежда.</p>
  </section>
  <section id="n_614">
   <title>
    <p>614</p>
   </title>
   <p><emphasis>Клондайк</emphasis> — приток Юкона, где в 1896 году были найдены богатейшие россыпи золота.</p>
  </section>
  <section id="n_615">
   <title>
    <p>615</p>
   </title>
   <p><emphasis>Чечако</emphasis> — новички.</p>
  </section>
  <section id="n_616">
   <title>
    <p>616</p>
   </title>
   <p><emphasis>Потлач</emphasis> — пиршество, на котором хозяин оделяет гостей подарками.</p>
  </section>
  <section id="n_617">
   <title>
    <p>617</p>
   </title>
   <p><emphasis>Скво</emphasis> — женщина (на языках североамериканских индейцев)</p>
  </section>
  <section id="n_618">
   <title>
    <p>618</p>
   </title>
   <p><emphasis>Тотем</emphasis> — знак племени с изображением животного, растения или какого-либо элемента природы, которому оказывалось религиозное почитание.</p>
  </section>
  <section id="n_619">
   <title>
    <p>619</p>
   </title>
   <p>Профессиональный проводник, главным образом из канадских французов <emphasis>(франц.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_620">
   <title>
    <p>620</p>
   </title>
   <p><emphasis>Аргонавты</emphasis> — древнегреческие мифологические герои, отправившиеся в Колхиду за золотым руном на корабле «Арго»; смелые мореплаватели, искатели приключений.</p>
  </section>
  <section id="n_621">
   <title>
    <p>621</p>
   </title>
   <p><emphasis>Аркадия</emphasis> — в идиллической поэзии страна, населенная пастухами, ведущими блаженное существование.</p>
  </section>
  <section id="n_622">
   <title>
    <p>622</p>
   </title>
   <p><emphasis>Калибан</emphasis> — персонаж из пьесы Шекспира «Буря», получеловек-получудовище.</p>
  </section>
  <section id="n_623">
   <title>
    <p>623</p>
   </title>
   <p><emphasis>Шейлок</emphasis> — персонаж комедии Шекспира «Венецианский купец»; алчный ростовщик.</p>
  </section>
  <section id="n_624">
   <title>
    <p>624</p>
   </title>
   <p>Лохинвар — герой баллады Вальтера Скотта, похитивший свою возлюбленную, которую хотели выдать за другого.</p>
  </section>
  <section id="n_625">
   <title>
    <p>625</p>
   </title>
   <p>Маленькая <emphasis>(франц.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_626">
   <title>
    <p>626</p>
   </title>
   <p>Молодец, Мэйсон! <emphasis>(франц.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_627">
   <title>
    <p>627</p>
   </title>
   <p>Доусон — город в Северной Канаде у впадения Клондайка в Юкон. Центр золотоносного края.</p>
  </section>
  <section id="n_628">
   <title>
    <p>628</p>
   </title>
   <p><emphasis>Лукреция</emphasis> — легендарная римлянка, подвергшаяся бесчестью со стороны Секста, сына царя Тарквиния Гордого. Лукреция заставила отца и мужа поклясться, что они отомстят насильнику, и заколола себя на их глазах.</p>
  </section>
  <section id="n_629">
   <title>
    <p>629</p>
   </title>
   <p><emphasis>Актея</emphasis> — фаворитка римского императора Нерона (I в. н. э.).</p>
  </section>
  <section id="n_630">
   <title>
    <p>630</p>
   </title>
   <p><emphasis>Букмекер</emphasis> — лицо, записывающее ставки при пари.</p>
  </section>
  <section id="n_631">
   <title>
    <p>631</p>
   </title>
   <p><emphasis>Вулзли, Гарнет Джозеф</emphasis> (1833–1913) — английский военачальник, принимавший участие в подавлении народного восстания в Судане в 1884–1885 годах.</p>
  </section>
  <section id="n_632">
   <title>
    <p>632</p>
   </title>
   <p><emphasis>Буффало Билл</emphasis> — прозвище американца Уильяма Фредерика Коди (1846–1917), популярного литератора, охотника, наездника, участника войн с индейцами. Буффало Билл организовал зрелищное предприятие вроде цирка, с которым разъезжал по Америке и Европе, давая представления на тему «Дикий Запад».</p>
  </section>
  <section id="n_633">
   <title>
    <p>633</p>
   </title>
   <p><emphasis>Луи Рейл</emphasis> (1844–1885) — вождь восстаний метисов в Канаде в 1869 и 1885 годах.</p>
  </section>
  <section id="n_634">
   <title>
    <p>634</p>
   </title>
   <p>Трапперы, охотники <emphasis>(франц.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_635">
   <title>
    <p>635</p>
   </title>
   <p>Буквально: горелое дерево <emphasis>(франц.)</emphasis>; название первых французских поселенцев в Канаде, которые, особенно после перехода Канады к Англии, промышляли охотою в лесах.</p>
  </section>
  <section id="n_636">
   <title>
    <p>636</p>
   </title>
   <p><emphasis>Криппл-Крик</emphasis> — город в штате Колорадо, США. Центр золотоносного района. Здесь в 1891 году были найдены большие месторождения золота.</p>
  </section>
  <section id="n_637">
   <title>
    <p>637</p>
   </title>
   <p><emphasis>Каяк</emphasis> — небольшая кожаная лодка.</p>
  </section>
  <section id="n_638">
   <title>
    <p>638</p>
   </title>
   <p><emphasis>Уналяшка, Унимак, Кадиак, Атоньяк</emphasis> — острова, расположенные к юго-западу от Аляски.</p>
  </section>
  <section id="n_639">
   <title>
    <p>639</p>
   </title>
   <p><emphasis>Каноэ</emphasis> — легкая, выдолбленная из целого ствола дерева лодка.</p>
  </section>
  <section id="n_640">
   <title>
    <p>640</p>
   </title>
   <p><emphasis>Мафусаил</emphasis> — библейский патриарх, якобы проживший 969 лет.</p>
  </section>
  <section id="n_641">
   <title>
    <p>641</p>
   </title>
   <p><emphasis>Филистимляне</emphasis> — древний народ, населявший южную часть восточного побережья Средиземного моря.</p>
  </section>
  <section id="n_642">
   <title>
    <p>642</p>
   </title>
   <p>Прекрасно <emphasis>(франц.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_643">
   <title>
    <p>643</p>
   </title>
   <p>Едемте, мадам! <emphasis>(франц.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_644">
   <title>
    <p>644</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кабестан</emphasis> — вал, на который наматывается канат или цепь, прикрепленные другим концом к грузу.</p>
  </section>
  <section id="n_645">
   <title>
    <p>645</p>
   </title>
   <p><emphasis>Дюйм</emphasis> — мера длины, равная 2,54 сантиметра.</p>
  </section>
  <section id="n_646">
   <title>
    <p>646</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фал</emphasis> — веревка, при помощи которой поднимают паруса.</p>
  </section>
  <section id="n_647">
   <title>
    <p>647</p>
   </title>
   <p><emphasis>Пинта</emphasis> — мера жидкости, около 0,5 литра.</p>
  </section>
  <section id="n_648">
   <title>
    <p>648</p>
   </title>
   <p><emphasis>Маммона</emphasis> — бог наживы в Древней Сирии.</p>
  </section>
  <section id="n_649">
   <title>
    <p>649</p>
   </title>
   <p>Господи боже (Herr Gott)! <emphasis>(нем.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_650">
   <title>
    <p>650</p>
   </title>
   <p>Семья <emphasis>(франц.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_651">
   <title>
    <p>651</p>
   </title>
   <p><emphasis>Дум-дум</emphasis> — разрывные пули с надпиленной металлической оболочкой, причиняющие тяжелые ранения.</p>
  </section>
  <section id="n_652">
   <title>
    <p>652</p>
   </title>
   <p><emphasis>Два соперничающих правительства</emphasis> — правительства США и Канады.</p>
  </section>
  <section id="n_653">
   <title>
    <p>653</p>
   </title>
   <p><emphasis>Война между Соединенными Штатами и Испанией</emphasis> (1898) — империалистическая война, в результате которой США установили контроль над Кубой, Филиппинами и другими испанскими владениями.</p>
  </section>
  <section id="n_654">
   <title>
    <p>654</p>
   </title>
   <p><emphasis>Дрейфус, Альфред</emphasis> (1859–1935) — французский офицер, еврей по национальности, ложно обвиненный в шпионаже (1894). Дело Дрейфуса вышло за рамки судебного процесса. Оно переросло в борьбу прогрессивных сил против реакции. Невиновность Дрейфуса была доказана, и он был реабилитирован в 1906 году.</p>
  </section>
  <section id="n_655">
   <title>
    <p>655</p>
   </title>
   <p><emphasis>«Боевой Гимн республики»</emphasis> — американская песня, на писанная писательницей Джулией Уорд Хоу в 1862 году.</p>
  </section>
  <section id="n_656">
   <title>
    <p>656</p>
   </title>
   <p><emphasis>Клайв, Роберт</emphasis> (1725–1774) и <emphasis>Гастингс, Уоррен</emphasis> (1732–1818) — английские колонизаторы, известные своей захватнической политикой в Индии (XVIII век).</p>
  </section>
  <section id="n_657">
   <title>
    <p>657</p>
   </title>
   <p><emphasis>Дрэйк, Френсис</emphasis> (1540–1596) и <emphasis>Рэлей, Уолтер</emphasis> (1552–1618) — английские мореплаватели, совершавшие во второй половине XVI века дерзкие налеты на испанские колонии в Америке. Их морские экспедиции способствовали колониальным захватам Англии.</p>
  </section>
  <section id="n_658">
   <title>
    <p>658</p>
   </title>
   <p><emphasis>Генгист и Горса</emphasis> — легендарные вожди древних саксов; им приписывается завоевание Британии (V век).</p>
  </section>
  <section id="n_659">
   <title>
    <p>659</p>
   </title>
   <p><emphasis>Андрэ, Соломон Август</emphasis> (1854–1897) — шведский исследователь, погибший при попытке достичь Северного полюса на воздушном шаре.</p>
  </section>
  <section id="n_660">
   <title>
    <p>660</p>
   </title>
   <p><emphasis>Сант-Яго</emphasis> — город и порт на Кубе — место жестокого боя во время войны 1898 года.</p>
  </section>
  <section id="n_661">
   <title>
    <p>661</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кронье, Петр Арнольд</emphasis> (1835–1911) — бурский военачальник, участник бурской войны (1899–1902), сдался англичанам в 1900 году.</p>
  </section>
  <section id="n_662">
   <title>
    <p>662</p>
   </title>
   <p><emphasis>Лохинвар</emphasis> — один из героев поэмы «Мармион» Вальтера Скотта.</p>
  </section>
  <section id="n_663">
   <title>
    <p>663</p>
   </title>
   <p><emphasis>Криббедж</emphasis> — карточная игра.</p>
  </section>
  <section id="n_664">
   <title>
    <p>664</p>
   </title>
   <p><emphasis>Родс</emphasis>, Сесиль (1853–1902) — английский колонизатор, организовал захват англичанами огромной территории в Южной Африке, названной по его имени Родезией. Родс, как указывал В. И. Ленин, был главным виновником англо-бурской войны 1899–1902 годов.</p>
  </section>
  <section id="n_665">
   <title>
    <p>665</p>
   </title>
   <p>Sacredam — французское ругательство, соединенное с английским.</p>
  </section>
  <section id="n_666">
   <title>
    <p>666</p>
   </title>
   <p>Хорошо! <emphasis>(Франц.).</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_667">
   <title>
    <p>667</p>
   </title>
   <p>Спасибо, не надо <emphasis>(франц.).</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_668">
   <title>
    <p>668</p>
   </title>
   <p>Отец мой <emphasis>(франц.).</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_669">
   <title>
    <p>669</p>
   </title>
   <p><emphasis>Шлюп</emphasis> — тип небольшого одномачтового парусного судна.</p>
  </section>
  <section id="n_670">
   <title>
    <p>670</p>
   </title>
   <p><emphasis>Балласт</emphasis> — груз, укладываемый в нижней части судна для придания ему на воде устойчивости, или, как говорят моряки, остойчивости, то есть способности, будучи накрененным ветром или волной, возвращаться в прямое положение.</p>
  </section>
  <section id="n_671">
   <title>
    <p>671</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кокпит</emphasis> (буквально «петушиная яма») — открытый сверху, обычно сообщающийся с каютной надстройкой вырез в кормовой части палубы на небольших парусных судах и катерах.</p>
  </section>
  <section id="n_672">
   <title>
    <p>672</p>
   </title>
   <p><emphasis>Галс</emphasis> — снасть, которой растягиваются наветренные углы парусов. Поэтому если ветер дует в паруса справа, то говорят, что судно идет правым галсом, а если слева, то — левым галсом.</p>
  </section>
  <section id="n_673">
   <title>
    <p>673</p>
   </title>
   <p><emphasis>Грот</emphasis> — на одномачтовых судах главный, самый большой парус, поднимаемый на мачте.</p>
  </section>
  <section id="n_674">
   <title>
    <p>674</p>
   </title>
   <p><emphasis>Корма</emphasis> — задняя оконечность (часть) судна.</p>
  </section>
  <section id="n_675">
   <title>
    <p>675</p>
   </title>
   <p><emphasis>Швартовы</emphasis> — концы (тросы), с помощью которых судно привязывается к причалу или к борту другого судна.</p>
  </section>
  <section id="n_676">
   <title>
    <p>676</p>
   </title>
   <p><emphasis>Шкоты</emphasis> — снасти для управления нижними углами парусов. Название шкота зависит от названия паруса, для управления которым он служит, например, грота-шкот, кливер-шкот и т. п.</p>
  </section>
  <section id="n_677">
   <title>
    <p>677</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фордевинд </emphasis>— курс, при котором ветер попутный, то есть дует прямо в корму судна.</p>
  </section>
  <section id="n_678">
   <title>
    <p>678</p>
   </title>
   <p><emphasis>Румпель</emphasis> — рычаг, насаживаемый на верхнюю часть (голову) руля и служащий для его поворачивания. На малых судах руль поворачивают румпелем, на более крупных судах румпель приводят в действие специальным приводом от штурвального колеса.</p>
  </section>
  <section id="n_679">
   <title>
    <p>679</p>
   </title>
   <p><emphasis>Бушприт</emphasis> — наклонное или горизонтальное, рангоутное дерево, торчащее вперед с носа судна. Служит для крепления тросов, удерживающих мачту спереди, и вынесения вперед косых треугольных парусов — кливеров и стакселей.</p>
  </section>
  <section id="n_680">
   <title>
    <p>680</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кливер-фал</emphasis> — снасть, с помощью которой поднимается кливер.</p>
  </section>
  <section id="n_681">
   <title>
    <p>681</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кливер</emphasis> — косой треугольный парус, поднимаемый над носом судна между передним концом бушприта и верхним продолжением (стеньгой) мачты, а на двух- и более мачтовых судах— передней мачты (фок-мачты).</p>
  </section>
  <section id="n_682">
   <title>
    <p>682</p>
   </title>
   <p><emphasis>Гик</emphasis> — горизонтальное или слегка наклонное рангоутное дерево, шарнирно прикрепленное передним концом (пяткой) к нижней части мачты и служащее для растягивания нижнего края косого паруса.</p>
  </section>
  <section id="n_683">
   <title>
    <p>683</p>
   </title>
   <p><emphasis>Планшир</emphasis> (планширь) — брус скругленного сечения, окаймляющий на мелких беспалубных судах борт судна, а на более крупных палубных судах — верхнее продолжение борта — фальшборт.</p>
  </section>
  <section id="n_684">
   <title>
    <p>684</p>
   </title>
   <p><emphasis>Шпринтовый парус</emphasis> — четырехугольный парус, пришнурованный передним краем к мачте и растягиваемый по диагонали наклонным шестом — шпринтовом, упирающимся одним концом в верхний задний угол паруса, а другим — в нижнюю часть мачты.</p>
  </section>
  <section id="n_685">
   <title>
    <p>685</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фалинь</emphasis> — трос для привязывания шлюпки. Обычно каждая шлюпка имеет два фалиня: <emphasis>носовой</emphasis> и <emphasis>кормовой</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_686">
   <title>
    <p>686</p>
   </title>
   <p><emphasis>Такелаж</emphasis> — совокупность всех снастей на судне. <emphasis>Бегучий такелаж</emphasis> — совокупность всех подвижных снастей, служащих для маневров с парусами и проходящих через блоки. <emphasis>Стоячий такелаж</emphasis>— совокупность всех неподвижных снастей, служащих главным образом для крепления рангоута, то есть мачт, стеньг и т. п.</p>
  </section>
  <section id="n_687">
   <title>
    <p>687</p>
   </title>
   <p><emphasis>Ракс-бугель</emphasis> — скользящее по мачте кольцо с крючком, служащее для подъема рейка, к которому крепится верхний край паруса.</p>
  </section>
  <section id="n_688">
   <title>
    <p>688</p>
   </title>
   <p><emphasis>Киль</emphasis> — продольный брус в нижней части судна, простирающийся от носа до кормы и служащий основанием, к которому крепятся остальные детали набора судна — корабельного скелета. <emphasis>Выдвижной киль</emphasis>, или шверт, — вертикальная деревянная или металлическая пластина, напоминающая рыбий плавник и опускаемая в воду через днище судна для уменьшения его бокового сноса — дрейфа — под действием ветра. Прорезь в днище, через которую опускается шверт, изнутри судна ограждена <emphasis>колодцем выдвижного киля</emphasis> — плоским водонепроницаемым ящиком, верхний срез которого находится выше уровня забортной воды.</p>
  </section>
  <section id="n_689">
   <title>
    <p>689</p>
   </title>
   <p><emphasis>Транцевая корма</emphasis> — поперечный срез задней оконечности судна, образованный транцем — плоской вертикальной или слегка наклонной поверхностью из досок.</p>
  </section>
  <section id="n_690">
   <title>
    <p>690</p>
   </title>
   <p><emphasis>Клипер</emphasis> — судно, принадлежащее к самому быстроходному классу парусных судов. Клиперы имели огромное количество парусов, которые редко убирались даже при штормовых ветрах.</p>
  </section>
  <section id="n_691">
   <title>
    <p>691</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кильватер</emphasis> — струя, остающаяся некоторое время заметной за кормой идущего судна. <emphasis>Идти в кильватере </emphasis>— следовать в кильватерной струе идущего впереди судна.</p>
  </section>
  <section id="n_692">
   <title>
    <p>692</p>
   </title>
   <p><emphasis>Нагели</emphasis> — гладкие, без резьбы длинные болты, вставляемые в отверстия специальных планок с внутренней стороны фальшборта или в обоймы у основания мачты и служащие для крепления за них различных снастей.</p>
  </section>
  <section id="n_693">
   <title>
    <p>693</p>
   </title>
   <p><emphasis>Бейдевинд</emphasis> — курс судна, при котором ветер дует ему несколько спереди. Различают <emphasis>полный бейдевинд</emphasis>, когда ветер почти боковой, и <emphasis>крутой бейдевинд</emphasis>, когда судно идет под более острым (порядка 45°) углом к линии ветра.</p>
  </section>
  <section id="n_694">
   <title>
    <p>694</p>
   </title>
   <p><emphasis>Стаксель</emphasis> — косой треугольный парус, поднимаемый на штанге — снасти, удерживающей мачту спереди.</p>
  </section>
  <section id="n_695">
   <title>
    <p>695</p>
   </title>
   <p><emphasis>Паруса бабочкой</emphasis> — паруса, развернутые в разные стороны, наподобие крыльев у бабочки, для того, чтобы лучше использовать попутный ветер.</p>
  </section>
  <section id="n_696">
   <title>
    <p>696</p>
   </title>
   <p><emphasis>Шкаторина</emphasis> — кромка паруса, обшитая мягким тросом.</p>
  </section>
  <section id="n_697">
   <title>
    <p>697</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фалы </emphasis>— снасти для подъема и удержания в требуемом положении парусов вместе с рангоутом, к которому крепятся их верхние кромки (шкаторины).</p>
  </section>
  <section id="n_698">
   <title>
    <p>698</p>
   </title>
   <p><emphasis>Баркентина</emphasis> — трех- и более мачтовое парусное судно, имеющее на передней мачте прямые паруса, а на остальных косые.</p>
  </section>
  <section id="n_699">
   <title>
    <p>699</p>
   </title>
   <p><emphasis>Беллона</emphasis> — древнеримская богиня войны.</p>
  </section>
  <section id="n_700">
   <title>
    <p>700</p>
   </title>
   <p><emphasis>Спенсер,</emphasis> Герберт (1820–1903) — английский ученый, философ, психолог и социолог, один из видных представителей позитивизма. В философии Спенсер выступал как агностик, утверждая, что сущность вещей непознаваема. В. И. Ленин в «Материализме и эмпириокритицизме» подверг критике взгляды Спенсера.</p>
  </section>
  <section id="n_701">
   <title>
    <p>701</p>
   </title>
   <p><emphasis>Лориа</emphasis>, Ахилл (1857–1926) — реакционный итальянский социолог и экономист, фальсификатор марксизма. «Экономические основы общества» — одна из его книг.</p>
  </section>
  <section id="n_702">
   <title>
    <p>702</p>
   </title>
   <p><emphasis>Исав</emphasis> — согласно библии, старший из сыновей-близнецов патриарха Исаака. Был бесстрашным охотником.</p>
  </section>
  <section id="n_703">
   <title>
    <p>703</p>
   </title>
   <p><emphasis>Санкюлоты</emphasis> — широко распространенное название революционных народных масс в период французской буржуазной революции конца XVIII века. Понятие «санкюлот» стадо синонимом патриота, революционера.</p>
  </section>
  <section id="n_704">
   <title>
    <p>704</p>
   </title>
   <p><emphasis>Тендерлойн</emphasis>— район кабаков и публичных домов в Нью-Йорке.</p>
  </section>
  <section id="n_705">
   <title>
    <p>705</p>
   </title>
   <p><emphasis>Сарджентовская манера</emphasis>. — Сарджент, Джон Сингер (1856–1925) — американский живописец и график. Для его живописи характерны оригинальные колористические решения, широкий, свободно лепящий форму мазок.</p>
  </section>
  <section id="n_706">
   <title>
    <p>706</p>
   </title>
   <p><emphasis>Сарданапал</emphasis> — легендарный ассирийский царь, прославившийся изнеженностью, любовью к роскоши и наслаждениям. По преданию, Сарданапал, осажденный врагами в Ниневии, сжег себя во дворце вместе с женами и сокровищами.</p>
  </section>
  <section id="n_707">
   <title>
    <p>707</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фантом</emphasis> — призрак, привидение, причудливое явление.</p>
  </section>
  <section id="n_708">
   <title>
    <p>708</p>
   </title>
   <p><emphasis>Пароксизм</emphasis> (припадок) — приступ болезни, внезапно возникающее обострение ее.</p>
  </section>
  <section id="n_709">
   <title>
    <p>709</p>
   </title>
   <p><emphasis>Ложные солнца</emphasis> — светлые пятна округлых очертаний, иногда появляющиеся на небесном своде рядом с солнечным диском и при достаточной яркости напоминающие последний. Ложные солнца возникают вследствие преломления или отражения солнечных лучей в ледяных кристаллах перистых облаков.</p>
  </section>
  <section id="n_710">
   <title>
    <p>710</p>
   </title>
   <p><emphasis>Лорелея</emphasis> — согласно старинной немецкой сказке, дева-сирена Рейна, заманивающая со скалы Лурлей своим пением рыбаков и корабельщиков к опасным рифам. Образ Лорелей неоднократно привлекал внимание писателей (Брентано, Гейне).</p>
  </section>
  <section id="n_711">
   <title>
    <p>711</p>
   </title>
   <p><emphasis>И́глу </emphasis>— хижины канадских эскимосов, сложенные из снежных плит.</p>
  </section>
  <section id="n_712">
   <title>
    <p>712</p>
   </title>
   <p><emphasis>Адонис</emphasis> — бог умирающей и воскресающей природы у древних финикийцев. Изображался в виде прекрасного юноши. По мифам, Адонис умер от раны, нанесенной ему кабаном, но был воскрешен.</p>
  </section>
  <section id="n_713">
   <title>
    <p>713</p>
   </title>
   <p>…задолго до находки Кармака. — 16 августа 1896 года Джорджем Кармаком в районе Клондайка было открыто богатейшее месторождение золота, послужившее сигналом для начала «золотой лихорадки».</p>
  </section>
  <section id="n_714">
   <title>
    <p>714</p>
   </title>
   <p>Калибан — получеловек, получудовище; в переносном смысле — неуклюжее, неряшливое существо.</p>
  </section>
  <section id="n_715">
   <title>
    <p>715</p>
   </title>
   <p>Маклауд — псевдоним шотландского поэта и романиста У. Шарпа (1856–1905).</p>
  </section>
  <section id="n_716">
   <title>
    <p>716</p>
   </title>
   <p>Готье, Теофиль (1811–1872) — выдающийся представитель позднего французского романтизма. Его роман «Мадмуазель де Мопэн» отличается характерным для его творчества соединением авантюрного элемента и психологической изысканности.</p>
  </section>
  <section id="n_717">
   <title>
    <p>717</p>
   </title>
   <p>Остин, Альфред (1833–1913) — поэт-лауреат, продолжатель так называемой викторианской традиции английской поэзии. Лирическая поэзия Остина ценилась в английских и американских литературных кругах начала XX века.</p>
  </section>
  <section id="n_718">
   <title>
    <p>718</p>
   </title>
   <p>Пейдж, Куртис Хидден (1870–1946) — американский ученый, переводчик, поэт, издатель известной антологии «Британские поэты XIX в.» (1904).</p>
  </section>
  <section id="n_719">
   <title>
    <p>719</p>
   </title>
   <p>Моррисовское кресло — легкое кресло с мягкой откидной спинкой и мягким сиденьем; названо в честь английского художника Уильяма Морриса.</p>
  </section>
  <section id="n_720">
   <title>
    <p>720</p>
   </title>
   <p>Здесь давление дается в дюймах ртутного столба; нормальное давление — 30 дюймов (760 мм).</p>
  </section>
  <section id="n_721">
   <title>
    <p>721</p>
   </title>
   <p>Грот-марсель — второй снизу прямой парус на второй от носа судна матче (грот-мачте).</p>
  </section>
  <section id="n_722">
   <title>
    <p>722</p>
   </title>
   <p>Спенкер — (контр-бизань) — четырехугольный косой парус, поднимаемый на задней мачте (бизань-мачте) судна с полным прямым парусным вооружением.</p>
  </section>
  <section id="n_723">
   <title>
    <p>723</p>
   </title>
   <p>Сезни (риф-сезни) — завязки, служащие для уменьшения в случае необходимости площади парусов.</p>
  </section>
  <section id="n_724">
   <title>
    <p>724</p>
   </title>
   <p>Фальшборт — продолжение борта, возвышающееся по краям открытых палуб для защиты их от воды и предохранения людей от падения за борт.</p>
  </section>
  <section id="n_725">
   <title>
    <p>725</p>
   </title>
   <p>Кубрик — общее жилое помещение для команды ка судне. На парусных судах обычно располагался в носовой части судна под полубаком.</p>
  </section>
  <section id="n_726">
   <title>
    <p>726</p>
   </title>
   <p>Иона — библейский пророк, который, по преданию, был проглочен морским чудовищем и через три дня выброшен им обратно живым.</p>
  </section>
  <section id="n_727">
   <title>
    <p>727</p>
   </title>
   <p>Марсели — вторые снизу прямые паруса на мачтах с прямым парусным вооружением.</p>
  </section>
  <section id="n_728">
   <title>
    <p>728</p>
   </title>
   <p>Фок — здесь самый нижний прямой парус на передней мачте (фок-мачте).</p>
  </section>
  <section id="n_729">
   <title>
    <p>729</p>
   </title>
   <p>Узел — здесь единица скорости на море, равная одной миле (1 852 м) в час.</p>
  </section>
  <section id="n_730">
   <title>
    <p>730</p>
   </title>
   <p>…Пробили восемь склянок… — Бить склянки — отмечать время ударами в судовой колокол (рынду). Один удар соответствует получасу, двойной удар — часу. Через каждые четыре часа счет склянок начинался сначала. Здесь восемь склянок соответствуют полудню.</p>
  </section>
  <section id="n_731">
   <title>
    <p>731</p>
   </title>
   <p>Бом-брамсели — четвертые снизу прямые паруса на мачтах с прямым парусным вооружением.</p>
  </section>
  <section id="n_732">
   <title>
    <p>732</p>
   </title>
   <p>Бом-брам-рей — четвертая снизу горизонтальная поворотная перекладина (рей) на мачте с прямым парусным вооружением, служащая для крепления к ней прямого паруса — бом-брамселя.</p>
  </section>
  <section id="n_733">
   <title>
    <p>733</p>
   </title>
   <p>На ветер — в сторону, откуда дует ветер. Команда «Руль на ветер» подается в том случае, когда нужно повернуть судно в ту сторону, откуда дует ветер.</p>
  </section>
  <section id="n_734">
   <title>
    <p>734</p>
   </title>
   <p>Буруны — волны, разбивающиеся о берег или подводные скалы.</p>
  </section>
  <section id="n_735">
   <title>
    <p>735</p>
   </title>
   <p>Бом-брам-шкоты — снасти, служащие для управления нижними углами бом-брамселей — четвертых снизу прямых парусов на мачтах с прямым парусным вооружением. Выбрать бом-брам-шкоты — натянуть их так, чтобы растянуть парус по ниже лежащему рею.</p>
  </section>
  <section id="n_736">
   <title>
    <p>736</p>
   </title>
   <p>Трюмсели — здесь самые верхние прямые паруса.</p>
  </section>
  <section id="n_737">
   <title>
    <p>737</p>
   </title>
   <p>Полуют — возвышенный уступ (надстройка) в кормовой части судна. Под полуютом обычно располагались каюты капитана и его помощников.</p>
  </section>
  <section id="n_738">
   <title>
    <p>738</p>
   </title>
   <p>Стаксели — косые треугольные паруса, поднимаемые на наклонных снастях — штагах, удерживающих мачты спереди.</p>
  </section>
  <section id="n_739">
   <title>
    <p>739</p>
   </title>
   <p>Грота-стаксель-блок — блок снасти, служащий для управления нижним задним углом стакселя, поднимаемого на штаге, второй от носа судна мачты (грот-мачты).</p>
  </section>
  <section id="n_740">
   <title>
    <p>740</p>
   </title>
   <p>Стаксель-шкот — снасть, служащая для управления нижним задним углом стакселя.</p>
  </section>
  <section id="n_741">
   <title>
    <p>741</p>
   </title>
   <p>Нагели — гладкие, без резьбы, длинные болты, вставляемые в отверстия специальных планок с внутренней стороны фальшборта или в обоймы у основания мачты и служащие для крепления на них различных снастей.</p>
  </section>
  <section id="n_742">
   <title>
    <p>742</p>
   </title>
   <p>Трап — лестница на судне.</p>
  </section>
  <section id="n_743">
   <title>
    <p>743</p>
   </title>
   <p>Всегда та же, всегда верная (лат.).</p>
  </section>
  <section id="n_744">
   <title>
    <p>744</p>
   </title>
   <p>«Чосен» (кор.) — «Страна утреннего спокойствия», одно из названий Кореи.</p>
  </section>
  <section id="n_745">
   <title>
    <p>745</p>
   </title>
   <p>Крюйсель (или крюйс-марсель) — второй снизу прямой парус на задней мачте (бизань-мачте).</p>
  </section>
  <section id="n_746">
   <title>
    <p>746</p>
   </title>
   <p>Подветренная сторона — сторона, противоположная той, откуда дует ветер.</p>
  </section>
  <section id="n_747">
   <title>
    <p>747</p>
   </title>
   <p>Комингсы люка — сплошное вертикальное ограждение люка в целях лучшей защиты его от заливания водой и предохранения людей от падения в трюм.</p>
  </section>
  <section id="n_748">
   <title>
    <p>748</p>
   </title>
   <p>Наветренный борт — борт судна, в который дует ветер.</p>
  </section>
  <section id="n_749">
   <title>
    <p>749</p>
   </title>
   <p>Ванты — снасти, удерживающие с боков мачты и их верхние продолжения-стеньги. Стоящие рядом тросы — вантины, образующие ванты, соединяются горизонтальными ступеньками — выбленками, по которым матросы поднимаются на мачты.</p>
  </section>
  <section id="n_750">
   <title>
    <p>750</p>
   </title>
   <p>Полубак — возвышенный уступ (надстройка) в носовой части судна. Под полубаком обычно располагались жилые помещения для матросов.</p>
  </section>
  <section id="n_751">
   <title>
    <p>751</p>
   </title>
   <p>Фок-мачта — передняя мачта на двух- и белее мачтовом судне.</p>
  </section>
  <section id="n_752">
   <title>
    <p>752</p>
   </title>
   <p>Грот-мачта — на двух- и трехмачтовом судне вторая от носа мачта.</p>
  </section>
  <section id="n_753">
   <title>
    <p>753</p>
   </title>
   <p>Крюйс-стеньга — верхнее продолжение самой задней мачты (бизань-мачты) на трех- и более мачтовом судне.</p>
  </section>
  <section id="n_754">
   <title>
    <p>754</p>
   </title>
   <p>Марс — на парусных судах площадка, устраиваемая в месте соединения мачты с ее верхним продолжением — стеньгой — и служащая для разноса в сторону бортов судна вант, удерживающих последнюю.</p>
  </section>
  <section id="n_755">
   <title>
    <p>755</p>
   </title>
   <p>Бизань-мачта — самая задняя мачта на трех- и более мачтовом судне.</p>
  </section>
  <section id="n_756">
   <title>
    <p>756</p>
   </title>
   <p>Бизань-ванты — снасти, удерживающие с боков заднюю мачту судна (бизань-мачту). Наветренные — расположенные с той стороны, откуда дует ветер.</p>
  </section>
  <section id="n_757">
   <title>
    <p>757</p>
   </title>
   <p>Каютный настил — палуба, пол в каюте.</p>
  </section>
  <section id="n_758">
   <title>
    <p>758</p>
   </title>
   <p>Миля (морская) — единица расстояния на море, равная одной минуте (1') дуги земного меридиана, или 1852 метрам. В США длина мили принимается равной 1 853,2 метра.</p>
  </section>
  <section id="n_759">
   <title>
    <p>759</p>
   </title>
   <p>Форштевень — вертикальный брус, образующий острие носа судна и соединенный внизу с килем.</p>
  </section>
  <section id="n_760">
   <title>
    <p>760</p>
   </title>
   <p>Кабельтов — 1/10 часть морской мили = 185,2 метра.</p>
  </section>
  <section id="n_761">
   <title>
    <p>761</p>
   </title>
   <p>Острова Паумоту (Туамоту) — архипелаг в Тихом океане в Полинезии, которая вместе с Микронезией, Меланезией и Новой Зеландией составляет Океанию. В ее пределах развертывается действие «Рассказов Южного моря». В начале XX века, когда Лондон бывал на архипелагах Океании, эти группы островов входили в сферы влияния Великобритании, США, Франции, Нидерландов, Японии, Германии. Некоторые из них принадлежали Чили. Ведя борьбу за передел Океании, империалистические державы осуществляли вместе с тем согласованную политику порабощения и эксплуатации народностей Океании, жестоко подавляя их попытки защитить себя от агрессии. Лондон близко познакомился с трагедией Океании во время путешествия на «Снарке».</p>
  </section>
  <section id="n_762">
   <title>
    <p>762</p>
   </title>
   <p>Моногамия — единобрачие; у многих народностей Океании в те годы сохранялись различные формы полигамии — многоженства — наряду с другими характерными чертами родового строя.</p>
  </section>
  <section id="n_763">
   <title>
    <p>763</p>
   </title>
   <p>Табу — сохранившийся с древнейших времен — религиозный обычай, запрещающий то или иное действие, произнесение тех или иных слов, налагающий запрет на определенные виды пищи. Применение табу в обществе, живущем в условиях распадающегося родового строя (как это было на архипелагах Тихого океана, о которых повествует Лондон), нередко было своеобразной формой политики, которую проводила местная родовая знать.</p>
  </section>
  <section id="n_764">
   <title>
    <p>764</p>
   </title>
   <p>Снайдеровская пуля. Снайдер — фамилия изобретателя новой системы затвора, которую широко внедрили в изготовление нарезного стрелкового оружия в последней трети XIX века. Для винтовок и карабинов Снайдера применялись патроны особого калибра.</p>
  </section>
  <section id="n_765">
   <title>
    <p>765</p>
   </title>
   <p>Таро — распространенная в Океании сельскохозяйственная культура, один из основных видов питания местных народностей.</p>
  </section>
  <section id="n_766">
   <title>
    <p>766</p>
   </title>
   <p>Трепанг (франц.). В данном случае наречие, распространенное в тех местах, где добывается трепанг.</p>
  </section>
  <section id="n_767">
   <title>
    <p>767</p>
   </title>
   <p>Германская Новая Гвинея и Германские Соломоновы острова. — До первой мировой войны 1914–1918 годов Германия владела частью территории острова Новая Гвинея и частью архипелага Соломоновых островов.</p>
  </section>
  <section id="n_768">
   <title>
    <p>768</p>
   </title>
   <p>Папуасы — негроидная группа племен Западной Меланезии. Полинезийцы — коренное население Полинезии. По этническим данным и по языку сильно отличаются от папуасов, относятся к так называемой малайско-полинезийской группе.</p>
  </section>
  <section id="n_769">
   <title>
    <p>769</p>
   </title>
   <p>Paien noir (франц.) — черный язычник, безбожник.</p>
  </section>
  <section id="n_770">
   <title>
    <p>770</p>
   </title>
   <p>Стивенс, Чарльз — английский военный корреспондент, участник ряда колониальных войн Британской империи; описал свое пребывание в армии английского генерала Китченера, подавившего национально-освободительное движение в Судане (книга «С Китченером к Хартуму»). Убит в боях под городом Ледисмит, где буры в ходе войны против английских оккупантов блокировали многочисленный английский гарнизон (1900 год).</p>
  </section>
  <section id="n_771">
   <title>
    <p>771</p>
   </title>
   <p>Повстанцы — имеется в виду повстанческое движение 1890–1900 годов на Филиппинских островах, сначала направленное против испанских колониалистов, обосновавшихся на Филиппинах с XVII века, а затем против США, захвативших Филиппины под видом помощи в национально-освободительной антииспанской войне.</p>
  </section>
  <section id="n_772">
   <title>
    <p>772</p>
   </title>
   <p>Бриг «Баунти» — английское военное судно. Его команда восстала против офицеров (1789), уничтожила корабль и осела на острове Питкэрн, смешавшись с местным населением. История «Баунти» поэтически изображена Байроном в поэме «Остров».</p>
  </section>
  <section id="n_773">
   <title>
    <p>773</p>
   </title>
   <p>Кокни — уроженец восточной части Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_774">
   <title>
    <p>774</p>
   </title>
   <p>Фолли (англ.) — сумасброд.</p>
  </section>
  <section id="n_775">
   <title>
    <p>775</p>
   </title>
   <p>Во время гражданской войны… — имеется в виду гражданская война между Северными и Южными штатами 1861–1865 годов, закончившаяся победой северян.</p>
  </section>
  <section id="n_776">
   <title>
    <p>776</p>
   </title>
   <p>Когда восставшие двинулись на Гваякиль… — имеется в виду гражданская война в Эквадоре. Кито — столица, а Гваякиль — главный порт Эквадора.</p>
  </section>
  <section id="n_777">
   <title>
    <p>777</p>
   </title>
   <p>США принимали деятельное участие в политической борьбе, разрывавшей Эквадор, поддерживая наиболее реакционные политические круги.</p>
  </section>
  <section id="n_778">
   <title>
    <p>778</p>
   </title>
   <p>Бугенвиль, Луи Антуан (1729–1811) — французский мореплаватель и ученый. Во время кругосветного плавания открыл ряд островов в Тихом океане.</p>
  </section>
  <section id="n_779">
   <title>
    <p>779</p>
   </title>
   <p>Калабаш — сосуд из выдолбленной тыквы или скорлупа кокосового ореха.</p>
   <empty-line/>
  </section>
  <section id="n_780">
   <title>
    <p>780</p>
   </title>
   <p>Страны Папаланги — земли, лежащие за океаном; условное обозначение для всех стран за пределами Океании, заимствованное Лондоном из языка полинезийцев.</p>
  </section>
  <section id="n_781">
   <title>
    <p>781</p>
   </title>
   <p>Гонолулу — город и порт на острове Оаху, административный центр Гавайских островов, захваченных в конце XIX века США.</p>
  </section>
  <section id="n_782">
   <title>
    <p>782</p>
   </title>
   <p>Новая Англия — группа штатов, сложившихся на территории, заселенной в XVII веке английскими переселенцами-пуританами. Новая Англия — оплот пуританской традиции в США.</p>
  </section>
  <section id="n_783">
   <title>
    <p>783</p>
   </title>
   <p>При монархии… — Народности гавайского архипелага находились на сравнительно высокой стадии развития, когда американцы начали подготавливать захват архипелага. Одному из гавайских вождей удалось в начале XIX века объединить все общины Гавайских островов под своей властью. Он короновался под именем Камехамеха I и при помощи американских политических и экономических агентов создал подобие централизованного государства, открывавшего широкие возможности для внедрения американского влияния.</p>
  </section>
  <section id="n_784">
   <title>
    <p>784</p>
   </title>
   <p>Династия Камехамеха оборвалась в 1872 году. Попытка королевы гавайской Лилиукалани защитить национальные интересы и ограничить дальнейшее закрепление американского влияния вызвала в 1893 году ликвидацию монархии на Гавайях, которая была подготовлена и проведена агентами США, хотя и называлась «революцией». В 1897 году республика Гавайи «присоединилась» к США.</p>
  </section>
  <section id="n_785">
   <title>
    <p>785</p>
   </title>
   <p>Анахорет — отшельник.</p>
  </section>
  <section id="n_786">
   <title>
    <p>786</p>
   </title>
   <p>Стоддард, Чарлз Уоррен (1843–1909) — американский поэт и писатель, автор ряда книг о Гавайях и Таити, среди них «Идиллии Южного моря» (1873), «Летом по Южному морю» (1874), «Прокаженные с Молокаи» (1885), «Жизнь на Гавайях» (1894), «Остров спокойных радостей» (1904). Стоддард после 1903 года постоянно жил в Калифорнии. Как и известный английский писатель Р. Л. Стивенсон, Стоддард пытался выступать в защиту прав коренного населения Океании от посягательств колонизаторов. Он оказал определенное влияние на Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_787">
   <title>
    <p>787</p>
   </title>
   <p>Иейл — один из старейших университетов в США.</p>
  </section>
  <section id="n_788">
   <title>
    <p>788</p>
   </title>
   <p>Генли, Уильям Эрнест (1849–1903) — английский поэт, во многом близкий к Р. Киплингу. Поэзия Генли отличалась суровым, стоическим колоритом.</p>
  </section>
  <section id="n_789">
   <title>
    <p>789</p>
   </title>
   <p>…пережили мы с ним революцию… — имеется в виду «революция» 1893 года. См. прим. к стр. 329.</p>
  </section>
  <section id="n_790">
   <title>
    <p>790</p>
   </title>
   <p>Галерея Эллери — здание, где обычно устраивались выставки.</p>
  </section>
  <section id="n_791">
   <title>
    <p>791</p>
   </title>
   <p>Смок — английский спортивный термин, соответствующий русскому выражению «резаный мяч». В некоторых случаях Лондон обыгрывает также основное значение слова smoke — «курить».</p>
  </section>
  <section id="n_792">
   <title>
    <p>792</p>
   </title>
   <p>Аллювиальное происхождение. — Аллювий — наносы, образуемые реками, ручьями и другими текучими водами. В аллювиальных наносах нередко встречаются месторождения ценных металлов.</p>
  </section>
  <section id="n_793">
   <title>
    <p>793</p>
   </title>
   <p>Спенсер, Герберт (1820–1903) — английский буржуазный ученый, пытавшийся применить теорию дарвинизма к объяснению общественной жизни. Длительное время Лондон был под сильным воздействием идей Спенсера.</p>
  </section>
  <section id="n_794">
   <title>
    <p>794</p>
   </title>
   <p>Любимец кайзера. — Имеется в виду, вероятно, император Германии Вильгельм II.</p>
  </section>
  <section id="n_795">
   <title>
    <p>795</p>
   </title>
   <p>Доре, Гюстав (1832–1883) — выдающийся французский художник, мастер героических и трагических сюжетов. Гравюры Доре характерны динамическим изображением массовых сцен.</p>
  </section>
  <section id="n_796">
   <title>
    <p>796</p>
   </title>
   <p>Мормоны — религиозная секта в США, подвергнувшаяся преследованиям со стороны правительства и вытесненная в пустынные районы Запада.</p>
  </section>
  <section id="n_797">
   <title>
    <p>797</p>
   </title>
   <p>Мафусаил — легендарный старец в библейских преданиях, проживший 969 лет.</p>
  </section>
  <section id="n_798">
   <title>
    <p>798</p>
   </title>
   <p>Криббедж — карточная игра.</p>
  </section>
  <section id="n_799">
   <title>
    <p>799</p>
   </title>
   <p>…тропинка, петляя, ведет прямо в небо, точно лестница Иакова. — По библейской легенде, Иаков видел во сне лестницу, ведущую на небо.</p>
  </section>
  <section id="n_800">
   <title>
    <p>800</p>
   </title>
   <p>Паоло и Франческа — персонажи средневекового итальянского предания, о котором упоминает великий итальянский поэт Данте (1265–1321) в «Божественной комедии»; юноша Паоло полюбил Франческу, жену своего брата Джангалеаццо. Извещенный слугами о случившемся, Джангалеаццо убил влюбленных. Данте рассказывает о любви Паоло и Франчески с глубоким сочувствием.</p>
  </section>
  <section id="n_801">
   <title>
    <p>801</p>
   </title>
   <p>Шопенгауэр, Артур (1788–1860) — немецкий философ-идеалист. Согласно учению Шопенгауэра, женщина в сравнении с мужчиной — существо низшего порядка.</p>
  </section>
  <section id="n_802">
   <title>
    <p>802</p>
   </title>
   <p>Торо, Генри (1817–1862) — выдающийся американский писатель, близкий к группе «трансценденталистов», выступал против рабства. Торо — мастер лирической прозы, замечательной своей психологической глубиной, тонким изображением природы, талантливый публицист. Торо был одним из любимых писателей Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_803">
   <title>
    <p>803</p>
   </title>
   <p>Кито — столица Республики Эквадор, Южная Америка.</p>
  </section>
  <section id="n_804">
   <title>
    <p>804</p>
   </title>
   <p>Гваякиль — главный порт Эквадора.</p>
  </section>
  <section id="n_805">
   <title>
    <p>805</p>
   </title>
   <p>Писарро, Франсиско (1471–1541) — испанский конкистадор, возглавил испанскую экспедицию в Перу, закончившуюся завоеванием древнего государства инков.</p>
  </section>
  <section id="n_806">
   <title>
    <p>806</p>
   </title>
   <p>Клеопатра — египетская царица, последняя в династии Птолемеев (1 в. до н. э.). С именем Клеопатры связаны предания о ее неотразимой красоте.</p>
  </section>
  <section id="n_807">
   <title>
    <p>807</p>
   </title>
   <p>Цирцея — в древнегреческом эпосе «Одиссея» волшебница, превращавшая людей в животных, Одиссей стал пленником и возлюбленным Цирцеи.</p>
  </section>
  <section id="n_808">
   <title>
    <p>808</p>
   </title>
   <p>Сукрэ — денежная единица в Эквадоре.</p>
  </section>
  <section id="n_809">
   <title>
    <p>809</p>
   </title>
   <p>Гринго — презрительное прозвище североамериканцев в странах Латинской Америки.</p>
  </section>
  <section id="n_810">
   <title>
    <p>810</p>
   </title>
   <p>Джекилл и Хайд. — Лондон имеет в виду роман английского писателя Р. Стивенсона (1850–1894) «Странная история д-ра Джекилла и мистера Хайда» (1886), в котором писатель разработал тему человека, живущего двойной жизнью.</p>
  </section>
  <section id="n_811">
   <title>
    <p>811</p>
   </title>
   <p>Фок — нижний, самый большой, здесь косой парус на передней мачте — фок-мачте.</p>
  </section>
  <section id="n_812">
   <title>
    <p>812</p>
   </title>
   <p>Грот — нижний, самый большой, здесь косой парус на второй мачте от носа судна — грот-мачте.</p>
  </section>
  <section id="n_813">
   <title>
    <p>813</p>
   </title>
   <p>Лаг — прибор для измерения скорости судна и пройденного им расстояния. Здесь механический лаг состоящий из вертушки, буксируемой судном за кормой и соединенной специальным тросом (лаглинем) со счетчиком пройденного расстояния — счетчиком лага.</p>
  </section>
  <section id="n_814">
   <title>
    <p>814</p>
   </title>
   <p>Склянки — удары в судовой колокол (рынду), которыми на судах отмечают время. Один удар соответствует получасу, двойной удар — часу. Через каждые четыре часа счет склянок возобновляется сызнова. — Восемь склянок здесь соответствуют полуночи.</p>
  </section>
  <section id="n_815">
   <title>
    <p>815</p>
   </title>
   <p>Две склянки — здесь час ночи.</p>
  </section>
  <section id="n_816">
   <title>
    <p>816</p>
   </title>
   <p>Рулевые петли — петли, на которых, подобно двери, укреплен за кормой судна и поворачивается руль.</p>
  </section>
  <section id="n_817">
   <title>
    <p>817</p>
   </title>
   <p>Спинакер — большой треугольный парус, поднимаемый на носу судов с косым парусным вооружением при попутных ветрах — Гик для спинакера (спинакер-гик) — горизонтальный брус, один конец которого упирается в нижнюю часть мачты, а другой оттягивает в сторону один из нижних углов спинакера для того, чтобы он был расположен поперек направления ветра.</p>
  </section>
  <section id="n_818">
   <title>
    <p>818</p>
   </title>
   <p>Шлюпбалки — вертикальные, изогнутые, в верхней части металлические поворотные балки, служащие для подвешивания к ним шлюпок, а также спуска их за борт и подъема на судно.</p>
  </section>
  <section id="n_819">
   <title>
    <p>819</p>
   </title>
   <p>Нагели — здесь гладкие, без резьбы, длинные металлические болты, вставляемые в отверстия специальных планок по бортам судна (с внутренней их стороны) или в обоймы у основания мачты и служащие для крепления за них различных снастей.</p>
  </section>
  <section id="n_820">
   <title>
    <p>820</p>
   </title>
   <p>Фалы — снасти для подъема и удержания в требуемом положении парусов.</p>
  </section>
  <section id="n_821">
   <title>
    <p>821</p>
   </title>
   <p>Гафель — наклонный брус, упирающийся нижним концом в мачту и служащий для подъема верхнего паруса.</p>
  </section>
  <section id="n_822">
   <title>
    <p>822</p>
   </title>
   <p>Спасательный линь — тонкий растительный трос, прикрепленный к спасательному кругу.</p>
  </section>
  <section id="n_823">
   <title>
    <p>823</p>
   </title>
   <p>Приспущенный флаг — знак траура на судне.</p>
  </section>
  <section id="n_824">
   <title>
    <p>824</p>
   </title>
   <p>Хунта (исп.) — комитет, общественно-политическая организация.</p>
  </section>
  <section id="n_825">
   <title>
    <p>825</p>
   </title>
   <p>Диас, Порфирио (1830–1915) — диктатор, в течение долгих лет властвовавший в Мексике. Кровавую диктатуру Диаса разрушила мексиканская революция 1911 года.</p>
  </section>
  <section id="n_826">
   <title>
    <p>826</p>
   </title>
   <p>Связь между Лос-Анжелосом и Нижней Калифорнией. — Мексиканские эмигранты — противники диктатуры Диаса — пытались найти себе приют на территории США. Постепенно одним из центров деятельности патриотических мексиканских организаций, готовивших революцию и поддерживавших из США революционное движение в Мексике, стал город Лос-Анджелес, неподалеку от границы мексиканского штата Нижняя Калифорния, через который проходили тайные коммуникации революционеров.</p>
  </section>
  <section id="n_827">
   <title>
    <p>827</p>
   </title>
   <p>Пеоны — сельскохозяйственные рабочие в Мексике, чаще всего индейцы.</p>
  </section>
  <section id="n_828">
   <title>
    <p>828</p>
   </title>
   <p>«Индустриальные рабочие мира» — профсоюзная организация американского рабочего класса, созданная в 1905 году. ИРМ сыграла большую роль в общественной жизни страны.</p>
  </section>
  <section id="n_829">
   <title>
    <p>829</p>
   </title>
   <p>Букмекер — лицо, спекулирующее на спортивных состязаниях, в данном случае на боксе; букмекер собирает и записывает ставки зрителей.</p>
  </section>
  <section id="n_830">
   <title>
    <p>830</p>
   </title>
   <p>Патио (исп.) — внутренний дворик.</p>
  </section>
  <section id="n_831">
   <title>
    <p>831</p>
   </title>
   <p>Мучачо (исп.) — мальчик.</p>
  </section>
  <section id="n_832">
   <title>
    <p>832</p>
   </title>
   <p>Вера-Крус — город и порт в Мексике. В военной тюрьме Вера-Крус уничтожали противников Диаса.</p>
  </section>
  <section id="n_833">
   <title>
    <p>833</p>
   </title>
   <p>Войти в клинч — положение в боксе, когда один из противников зажимает одну или обе руки партнера. Возможен обоюдный клинч.</p>
  </section>
  <section id="n_834">
   <title>
    <p>834</p>
   </title>
   <p>Апперкот — удар снизу.</p>
  </section>
  <section id="n_835">
   <title>
    <p>835</p>
   </title>
   <p>Бард — у древних кельтов (народность, населявшая древнюю Британию, Ирландию, Шотландию и часть территории нынешней Франции) певец, хранящий и исполняющий старинные героические предания. Первоначально барды были певцами племени, затем стали певцами родоплеменной знати. С конца XVIII века это слово стало употребляться в смысле «восхвалитель», «придворный поэт».</p>
  </section>
  <section id="n_836">
   <title>
    <p>836</p>
   </title>
   <p>Землетрясение в Сан-Франциско — сильнейшее землетрясение 1906 года, почти уничтожившее город.</p>
  </section>
  <section id="n_837">
   <title>
    <p>837</p>
   </title>
   <p>…вклад в литературу прогрессивную… — В данном случае Лондон насмешливо определяет этим термином оппортунистическую литературу в США, изображавшую развитие капитализма в США как гарантию прогресса.</p>
  </section>
  <section id="n_838">
   <title>
    <p>838</p>
   </title>
   <p>…сражение между русским флотом и английскими рыбачьими лодками. — Лондон имеет в виду т. н. «гулльский инцидент»: в 1904 году при прохождении эскадры адмирала Рождественского, которая шла из Балтийского моря в Тихий океан, к району военных действий против Японии, в районе английского порта Гулль, вблизи английских территориальных вод, русские корабли открыли огонь по неизвестным судам, заподозрив в них японские эсминцы. Английское правительство настаивало на том, что это были рыбачьи суда. Однако, по существу, вопрос так и остался невыясненным.</p>
  </section>
  <section id="n_839">
   <title>
    <p>839</p>
   </title>
   <p>«Мэн». — Американский крейсер «Мэн», стоявший на рейде Гаваны (тогда столицы испанской колонии Кубы), 15 февраля 1898 года взорвался при невыясненных обстоятельствах. Правительство США использовало этот случай для объявления войны Испании: началась испано-американская война, закончившаяся полным поражением Испании и ее вытеснением с Кубы, из Пуэрто-Рико и с тихоокеанских островов, принадлежавших ей ранее.</p>
  </section>
  <section id="n_840">
   <title>
    <p>840</p>
   </title>
   <p>Дебс, Юджин (1855–1926) — выдающийся деятель американского рабочего движения, организатор социал-демократической партии (1898), а затем социалистической партии в США, вождь ее левого крыла, один из организаторов ИРМ, профсоюзной организации американского рабочего класса. В 1918 году был брошен в тюрьму и осужден на 10 лет, но выпущен в 1921 году под натиском международной общественной кампании за его освобождение. Последние годы деятельности Дебса отмечены оппортунистическими ошибками.</p>
  </section>
  <section id="n_841">
   <title>
    <p>841</p>
   </title>
   <p>Гомперс, Сэмюэл (1850–1924) — профсоюзный деятель США, один из создателей Американской федерации труда (АФТ) и её председатель. Характерный представитель оппортунистической верхушки американских профсоюзных лидеров, активный проводник и защитник интересов монополий. Лондон не понимал полностью вреда, который причиняли Гомперс и его сподвижники американскому рабочему движению, но отделял Гомперса от Ю. Дебса, которого ценил очень высоко.</p>
  </section>
  <section id="n_842">
   <title>
    <p>842</p>
   </title>
   <p>Обвес мостика — съемная парусиновая занавесь, окаймляющая поручни капитанского мостика для защиты находящихся на нем людей от ветра и водных брызг.</p>
  </section>
  <section id="n_843">
   <title>
    <p>843</p>
   </title>
   <p>Главная палуба — здесь верхняя, непрерывная по всей длине судна открытая палуба.</p>
  </section>
  <section id="n_844">
   <title>
    <p>844</p>
   </title>
   <p>Штормовые леера — тросы с наглухо закрепленными концами, туго натянутые над палубой и служащие для безопасности передвижения по ней людей в плохую погоду.</p>
  </section>
  <section id="n_845">
   <title>
    <p>845</p>
   </title>
   <p>Бридждек — палуба капитанского мостика, обычно самая верхняя палуба на судне.</p>
  </section>
  <section id="n_846">
   <title>
    <p>846</p>
   </title>
   <p>Предохранительные сетки — здесь сетки из прочного троса, надеваемые сверху на крышки и брезенты грузовых люков в штормовую погоду в целях лучшего предохранения их от возможного вскрытия волнами, врывающимися на палубу судна.</p>
  </section>
  <section id="n_847">
   <title>
    <p>847</p>
   </title>
   <p>Клинья на люке — деревянные крылья, которыми прижимаются к возвышенным краям люка (комингсам) брезенты, защищающие расположенный ниже трюм от воды.</p>
  </section>
  <section id="n_848">
   <title>
    <p>848</p>
   </title>
   <p>Верхняя палуба — здесь то же, что и главная палуба.</p>
  </section>
  <section id="n_849">
   <title>
    <p>849</p>
   </title>
   <p>Лагуна — узкий и длинный залив, параллельный берегу и отделенный от него песчаной или галечной отмелью, идущей от берега.</p>
  </section>
  <section id="n_850">
   <title>
    <p>850</p>
   </title>
   <p>Фрахт — плата за перевозку грузов или наем судна. Иногда слово «фрахт» употребляется в смысле «груз». — Срочный фрахт — наем судна под груз, нуждающийся в срочной доставке.</p>
  </section>
  <section id="n_851">
   <title>
    <p>851</p>
   </title>
   <p>Док — здесь так называемый мокрый док, то есть специальный, обычно искусственный бассейн, сообщающийся с морем или рекой наглухо закрывающимися воротами, благодаря чему вода в нем всегда поддерживается на постоянном уровне. Такие доки применяются для грузовых операций с глубокосидящими судами в портах, подверженных действию приливов и отливов, причем суда вводятся в доки и выводятся из них во время прилива.</p>
  </section>
  <section id="n_852">
   <title>
    <p>852</p>
   </title>
   <p>Сухой док — сооружение для ремонта, очистки и окраски подводной части судов. На дне дока устанавливают специальные подставки — кильблоки, после чего вводят в него судно, запирают ворота и выкачивают из дока воду.</p>
  </section>
  <section id="n_853">
   <title>
    <p>853</p>
   </title>
   <p>Штирборт — правый борт.</p>
  </section>
  <section id="n_854">
   <title>
    <p>854</p>
   </title>
   <p>Угольный док — док, в котором производится погрузка судов углем.</p>
  </section>
  <section id="n_855">
   <title>
    <p>855</p>
   </title>
   <p>Лихтер — несамоходное грузовое судно, обычно плоскодонное, используемое для вспомогательных целей, в частности для перегрузочных операций.</p>
  </section>
  <section id="n_856">
   <title>
    <p>856</p>
   </title>
   <p>Реверс — устройство для изменения направления вращения двигателя. Перед пуском двигателя в направлении, обратном предыдущему, необходимо повернуть в соответствующее положение его коленчатый вал. При исправном реверсе эта операция производится механически, здесь же, при неисправном реверсе, — вручную, что требует больше времени.</p>
  </section>
  <section id="n_857">
   <title>
    <p>857</p>
   </title>
   <p>Рип Ван Винкль — персонаж из сказки американского писателя-романтика Вашингтона Ирвинга (1783–1859). Усыпленный волшебным питьем, Рип проспал 20 лет. Проснувшись, он видит мир неузнаваемо изменившимся.</p>
  </section>
  <section id="n_858">
   <title>
    <p>858</p>
   </title>
   <p>Лаплас, Пьер Симон (1749–1827) — выдающийся французский астроном.</p>
  </section>
  <section id="n_859">
   <title>
    <p>859</p>
   </title>
   <p>Рассказ «Неизменность форм» связан с увлечением Лондона различными мистическими теориями, которые были модными в американском буржуазном обществе на рубеже XIX–XX веков. Седли Крейден пытается объединить материализм и идеализм, создать некую эклектическую философию. Он объявляет себя сторонником английских материалистов Френсиса Бэкона (1561–1626), Томаса Гоббса (1588–1679) и Джона Локка (1632–1704). Вместе с тем он согласен с теориями немецкого философа-идеалиста Иммануила Канта (1724–1804). Попытки объединить самые различные философские взгляды в одной теории, которая, впрочем, так и не развита в полной мере, характерны для позднего Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_860">
   <title>
    <p>860</p>
   </title>
   <p>На полях выразительный комментарий Рудольфа Хеклера: «Ха! Ха!»</p>
  </section>
  <section id="n_861">
   <title>
    <p>861</p>
   </title>
   <p>Я просто добрый самаритянин. — Имеется в виду библейская притча о добром самаритянине, великодушном и человечном жителе города Самарии, расположенного в древней Палестине.</p>
  </section>
  <section id="n_862">
   <title>
    <p>862</p>
   </title>
   <p>Даго — в США презрительное название итальянцев, испанцев и латиноамериканцев испано-португальского происхождения.</p>
  </section>
  <section id="n_863">
   <title>
    <p>863</p>
   </title>
   <p>Конец (лат).</p>
  </section>
  <section id="n_864">
   <title>
    <p>864</p>
   </title>
   <p>Температура дана по Фаренгейту.</p>
  </section>
  <section id="n_865">
   <title>
    <p>865</p>
   </title>
   <p>Шоу, Генри Уилер (1818–1885) — американский писатель-юморист, более известный под псевдонимом Джош Биллингс.</p>
  </section>
  <section id="n_866">
   <title>
    <p>866</p>
   </title>
   <p>Пантеист — сторонник мировоззрения, согласно которому природа является воплощением некоего безличного божественного начала.</p>
  </section>
  <section id="n_867">
   <title>
    <p>867</p>
   </title>
   <p>Друзья (нем.).</p>
  </section>
  <section id="n_868">
   <title>
    <p>868</p>
   </title>
   <p>К анархистам (нем.).</p>
  </section>
  <section id="n_869">
   <title>
    <p>869</p>
   </title>
   <p>Дрэйк, Хокинс, Рэлей — английские мореплаватели XVI–XVII веков, прославившие себя в войнах против испанцев. Рэлей, кроме того, высокообразованный писатель-гуманист, поэт; был казнен королем Яковом I. Многие военные операции, осуществленные этими английскими флотоводцами, проходили в прибрежных водах Америки и на побережье Южной и Центральной Америки, которые тогда принадлежали испанцам. «Викингами» Лондон называет их, сравнивая со средневековыми скандинавскими мореплавателями.</p>
  </section>
  <section id="n_870">
   <title>
    <p>870</p>
   </title>
   <p>Капитан Кидд — полулегендарный английский корсар XVII века, с именем которого связаны предания о кладах — его добыче, якобы зарытой на островах Карибского моря. Кидд — герой старинного английского и американского фольклора.</p>
  </section>
  <section id="n_871">
   <title>
    <p>871</p>
   </title>
   <p>Шайки Вильи и Сарагосы. — Так Лондон называл партизанские войска Франсиско Вильи (см. примеч. к стр. 138), не понимая революционного характера борьбы, которую они вели. Под Сарагосой Лондон, видимо, подразумевал одну из партизанских бригад — Сарагосскую.</p>
   <p>События, описанные в рассказе «Их дело — жить», относятся к весне 1914 года. В апреле 1914 года американские империалисты, обеспокоенные размахом революционного движения в Мексике и недовольные позицией реакционного правительства генерала В. Уэрты (см. примеч. к стр. 138), который ориентировался на поддержку английского империализма, захватили порт и город Вера-Крус, обороняемый войсками Уэрты (федералистами) от революционной армии Каррансы (конституционалистов).</p>
   <p>Правительство Уэрты, ненавидимое народом, не могло обеспечить национального суверенитета Мексики. Пользуясь его слабостью, империалистические державы (США, Англия, Германия, Голландия) держали на рейде Вера-Крус значительные военно-морские силы и ждали случая, чтобы вмешаться в гражданскую войну в Мексике.</p>
   <p>Хотя Карранса вел борьбу против Уэрты, он усмотрел в захвате Вера-Крус угрозу мексиканской независимости и резко протестовал против вмешательства США во внутренние дела страны. Волна возмущения против американской политики прокатилась по всей Мексике, как на территории, где еще держались федералисты (это изображено в рассказе), так и в штатах, где уже победили конституционалисты. Позже под давлением всенародного возмущения США были вынуждены оставить Вера-Крус.</p>
   <empty-line/>
  </section>
  <section id="n_872">
   <title>
    <p>872</p>
   </title>
   <p>Баррель — мера объема, принятая сейчас только в Англии и США. Различают обычный баррель, равный 119,24 литра, нефтяной баррель, равный 158,76 литра, и английский баррель, равный 163,65 литра.</p>
  </section>
  <section id="n_873">
   <title>
    <p>873</p>
   </title>
   <p>Галлон — английская мера жидких и сыпучих грузов, равная 4,54 литра.</p>
  </section>
  <section id="n_874">
   <title>
    <p>874</p>
   </title>
   <p>Гюстав Доре (1832–1883) — замечательный французский художник.</p>
  </section>
  <section id="n_875">
   <title>
    <p>875</p>
   </title>
   <p>Сидел ниже солонки. — В средневековой Англии на рыцарских пирах посередине стола ставилась солонка; хозяин замка и наиболее почетные гости сидели выше солонки, остальные ниже. Здесь сказано аллегорически.</p>
  </section>
  <section id="n_876">
   <title>
    <p>876</p>
   </title>
   <p>Киплинг, Редьярд (1865–1936) — английский поэт и писатель, которого высоко ценил Дж. Лондон.</p>
  </section>
  <section id="n_877">
   <title>
    <p>877</p>
   </title>
   <p>Вильгельм Завоеватель — герцог Нормандский, который в 1066 году нанес решительное поражение королю англосаксов Гарольду. После этого Вильгельм завершил завоевание Англии и положил начало англо-нормандскому государству.</p>
  </section>
  <section id="n_878">
   <title>
    <p>878</p>
   </title>
   <p>Каноэ — лодка, сделанная из целого дерева. Сдвоенные каноэ (катамараны) — двухкорпусные туземные лодки, распространенные среди жителей юго-западной части Тихого океана.</p>
  </section>
  <section id="n_879">
   <title>
    <p>879</p>
   </title>
   <p>Данте, Алигьери (1265–1321) — великий итальянский поэт. Имеется в виду его юношеская поэма «Новая жизнь», в которой Данте воспел свою любовь к Беатриче Портинари.</p>
  </section>
  <section id="n_880">
   <title>
    <p>880</p>
   </title>
   <p>Сажень (морская или английская) равна 6 футам, или 1,83 метра. Сажень семифутовая (сухопутная) равна соответственно 7 футам, или 2,14 метра.</p>
  </section>
  <section id="n_881">
   <title>
    <p>881</p>
   </title>
   <p>Фидий (V в. до н. э.) и Пракситель (IV в. до н. э.) — великие скульпторы Древней Греции, которым приписываются многие произведения античного искусства.</p>
  </section>
  <section id="n_882">
   <title>
    <p>882</p>
   </title>
   <p>Гризли — исполинский серый медведь, обитающий в некоторых районах Северной Америки.</p>
  </section>
  <section id="n_883">
   <title>
    <p>883</p>
   </title>
   <p>Диана — в римской мифологии богиня, покровительница охоты, воплощение девственной чистоты; культ Дианы связан также с культом луны. Иногда изображалась в виде девушки с луком и стрелами, окруженной гончими.</p>
  </section>
  <section id="n_884">
   <title>
    <p>884</p>
   </title>
   <p>Новый Ганновер — один из островов Меланезии.</p>
  </section>
  <section id="n_885">
   <title>
    <p>885</p>
   </title>
   <p>Скрижали — по библейской легенде, заповеди бога, начертанные на каменных таблицах и переданные иудейскому народу его вождем — Моисеем.</p>
  </section>
  <section id="n_886">
   <title>
    <p>886</p>
   </title>
   <p>Аргонавты — греческие герои, совершившие на сказочном корабле «Арго» плавание в Колхиду за Золотым Руном. В основе этого предания лежат исторические факты.</p>
  </section>
  <section id="n_887">
   <title>
    <p>887</p>
   </title>
   <p>Патагонская горячка… — В конце XIX века возникли ложные слухи о богатых залежах золота в Патагонии (Южная Америка), которые стали причиной искусственного оживления на американской бирже. В Патагонию хлынули тысячи золотоискателей.</p>
  </section>
  <section id="n_888">
   <title>
    <p>888</p>
   </title>
   <p>По Фаренгейту.</p>
  </section>
  <section id="n_889">
   <title>
    <p>889</p>
   </title>
   <p>Фордевинд — здесь курс, при котором ветер попутный, то есть дует прямо в корму судна. Словом «фордевинд» называют также поворот на парусном судне, при котором оно переходит линию ветра кормой.</p>
  </section>
  <section id="n_890">
   <title>
    <p>890</p>
   </title>
   <p>Румб — деление окружности горизонта, принятое в старых морских компасах. 1 румб равен 1/32 части окружности, или углу в одиннадцать с четвертью градуса. Это деление сохранилось и в современных морских компасах наряду с делением окружности на градусы, так как удобно для приближенной оценки направления.</p>
  </section>
  <section id="n_891">
   <title>
    <p>891</p>
   </title>
   <p>Кито — главный город Эквадора.</p>
  </section>
  <section id="n_892">
   <title>
    <p>892</p>
   </title>
   <p>Чимборасо — вершина в Андах Южной Америки.</p>
  </section>
  <section id="n_893">
   <title>
    <p>893</p>
   </title>
   <p>Очень скоро (исп.)</p>
  </section>
  <section id="n_894">
   <title>
    <p>894</p>
   </title>
   <p>Друг (исп.).</p>
  </section>
  <section id="n_895">
   <title>
    <p>895</p>
   </title>
   <p>Писарро, Франсиско (1471–1541) — испанский конкистадор, завоевавший древнее государство инков в Перу и некоторые другие области Южной Америки. Писарро отличался жестокостью и коварством. Солдаты Писарро разрушили и погубили большое количество памятников древней перуанской культуры. Индейцы оказали испанцам отчаянное и длительное сопротивление. Многие предметы религиозных культов, изготовленные из золота и серебра, индейцы прятали от завоевателей. Предания об этих индейских кладах были причиной безуспешных попыток разыскать их. Одно из этих преданий пересказывает Дж. Лондон.</p>
  </section>
  <section id="n_896">
   <title>
    <p>896</p>
   </title>
   <p>Пуритане Новой Англии. — Новая Англия, северовосточный район США, была заселена в XVII веке выходцами из Англии, среди которых было много членов различных религиозных сект — противников господствовавшей в Англии епископальной церкви. Их называли пуританами — от латинского «пурус» — «чистый», так как в их программе реформы церкви и общества выдвигалось требование очищения нравов.</p>
  </section>
  <section id="n_897">
   <title>
    <p>897</p>
   </title>
   <p>Эмерсон, Уолдо Ралф (1803–1882) — выдающийся американский писатель и общественный деятель.</p>
  </section>
  <section id="n_898">
   <title>
    <p>898</p>
   </title>
   <p>Китченер, Горацио Герберт (1850–1916) — лорд, английский полководец, с 1900 года главнекомандующий британскими войсками в Южной Африке во время англо-бурской войны 1899–1902 годов.</p>
  </section>
  <section id="n_899">
   <title>
    <p>899</p>
   </title>
   <p>Лилолило. — Видимо, Лондон имеет в виду внука Камехамеха I, принца Луналило.</p>
  </section>
  <section id="n_900">
   <title>
    <p>900</p>
   </title>
   <p>…короля Камехамеха… — Речь идет о Камехамеха I (годы правления 1789–1819), который сумел объединить под своею властью племена, населявшие Гавайские о-ва. В своих войнах против других вождей Камехамеха широко использовал помощь белых авантюристов.</p>
  </section>
  <section id="n_901">
   <title>
    <p>901</p>
   </title>
   <p>…перевороты, которые предсказывал дядя Роберт… — Здесь и дальше идет речь о событиях, которые привели США и их ставленников к полному захвату Гавайских о-вов: сначала на Гавайях была ликвидирована монархия (1893 г.), затем последовала аннексия Гавайских о-вов США (1898 г.).</p>
  </section>
  <section id="n_902">
   <title>
    <p>902</p>
   </title>
   <p>…у короля усилились припадки… — Речь идет, очевидно, о последнем короле Гавайских о-вов — Давиде Калакуа (1879–1891).</p>
  </section>
  <section id="n_903">
   <title>
    <p>903</p>
   </title>
   <p>Нью-Бедфорд — город и гавань в штате Массачусетс.</p>
  </section>
  <section id="n_904">
   <title>
    <p>904</p>
   </title>
   <p>Сьеста — послеполуденный отдых в часы наибольшей жары.</p>
  </section>
  <section id="n_905">
   <title>
    <p>905</p>
   </title>
   <p>Это маорийские названия… — Лондон придерживался теории, согласно которой заселение Гавайских о-вов было совершено маори — народностью, которая и сейчас существует на о-ве Новая Зеландия.</p>
  </section>
  <section id="n_906">
   <title>
    <p>906</p>
   </title>
   <p>Атлантида — по древнегреческим преданиям, материк, затонувший вследствие геологической катастрофы и некогда заселенный народом, обладавшим высокой культурой. Существует много теорий относительно тех географических зон, где могла бы произойти такая гигантская геологическая катастрофа. Лондон, видимо, полагал, что Атлантида могла находиться в Тихом океане.</p>
  </section>
  <section id="n_907">
   <title>
    <p>907</p>
   </title>
   <p>Четвертое июля — национальный праздник США.</p>
  </section>
  <section id="n_908">
   <title>
    <p>908</p>
   </title>
   <p>Смотрите «Историю Сандвичевых островов» Диббла, (Прим. автора).</p>
  </section>
  <section id="n_909">
   <title>
    <p>909</p>
   </title>
   <p>Фрина — по преданию, красавица-гетера; была якобы моделью для некоторых скульптур Праксителя (IV в. до н. э.).</p>
  </section>
  <section id="n_910">
   <title>
    <p>910</p>
   </title>
   <p>Черная гвардия — один из привилегированных полков британской армии; здесь речь идет об англо-бурской войне 1899–1902 годов.</p>
  </section>
  <section id="n_911">
   <title>
    <p>911</p>
   </title>
   <p>Каронада — корабельная пушка XVIII века.</p>
  </section>
  <section id="n_912">
   <title>
    <p>912</p>
   </title>
   <p>…жрецам удалось спасти от всеобщего истребления в 1819 году… — Под натиском христианских миссионеров население Гавайских о-вов подвергалось насильственному крещению. Дохристианские святыни гавайцев были разрушены.</p>
  </section>
  <section id="n_913">
   <title>
    <p>913</p>
   </title>
   <p>Компания Гудзонова залива — одна из первых компаний, основанных английскими колонистами на территории Северной Америки для эксплуатации естественных богатств края. Компания Гудзонова залива организовала много экспедиций, в ходе которых осваивались морские и сухопутные коммуникации, важные в торговом отношении.</p>
  </section>
  <section id="n_914">
   <title>
    <p>914</p>
   </title>
   <p>«Королевские идиллии» — цикл поэм английского поэта Альфреда Теннисона (1808–1892), написанных на сюжеты средневековых рыцарских романов о сказочном британском короле Артуре и его воинах — рыцарях Круглого Стола. Джиневра — жена Артура; Ланселот дю Лак, вассал и друг Артура, был обвинен в связи с Джиневрой.</p>
  </section>
  <section id="n_915">
   <title>
    <p>915</p>
   </title>
   <p>Королева Лилиукалани — последняя королева (1881–1893) Гавайских о-вов.</p>
  </section>
  <section id="n_916">
   <title>
    <p>916</p>
   </title>
   <p>Конфуций (551–479 до н. э.) — философ древнего Китая, создавший этико-политическое учение, в основе которого лежат идеи пассивного гуманизма.</p>
  </section>
  <section id="n_917">
   <title>
    <p>917</p>
   </title>
   <p>Фрейд, Зигмунд (1856–1939) — австрийский врач-психиатр, создатель теории, согласно которой душевная жизнь человека определяется прежде всего половым инстинктом.</p>
  </section>
  <section id="n_918">
   <title>
    <p>918</p>
   </title>
   <p>Остенде — модный курорт в Бельгии.</p>
  </section>
  <section id="n_919">
   <title>
    <p>919</p>
   </title>
   <p>Бенедикт — герой комедии Шекспира «Много шуму из ничего».</p>
  </section>
  <section id="n_920">
   <title>
    <p>920</p>
   </title>
   <p>выражение, соответствующее русскому «родиться в сорочке»— Ред.</p>
  </section>
  <section id="n_921">
   <title>
    <p>921</p>
   </title>
   <p>игла — тангенс-гальванометра</p>
  </section>
  <section id="n_922">
   <title>
    <p>922</p>
   </title>
   <p>токсикология — наука о действии ядов</p>
  </section>
  <section id="n_923">
   <title>
    <p>923</p>
   </title>
   <p>коагуляция — свертывание с последующим уплотнением</p>
  </section>
  <section id="n_924">
   <title>
    <p>924</p>
   </title>
   <p>аэротерапия — воздухолечение</p>
  </section>
  <section id="n_925">
   <title>
    <p>925</p>
   </title>
   <p>поляризация света — способность видоизменять свои свойства и направление при прохождении через двоякопреломляющую среду</p>
  </section>
  <section id="n_926">
   <title>
    <p>926</p>
   </title>
   <p><emphasis>Лоуэлл,</emphasis> Джемс Рассел (1819–1891) — американский поэт и критик. Вошел в историю литературы как сторонник аболиционистов, выступал против рабства негров. В конце жизни Лоуэлл стал консерватором, проповедником «чистого искусства».</p>
  </section>
  <section id="n_927">
   <title>
    <p>927</p>
   </title>
   <p><emphasis>Томас Эш</emphasis> (1812–1887) — американский юрист и политический деятель.</p>
  </section>
  <section id="n_928">
   <title>
    <p>928</p>
   </title>
   <p><emphasis>«Томас Кук и сын»</emphasis> — известное английское агентство, обслуживающее туристов.</p>
  </section>
  <section id="n_929">
   <title>
    <p>929</p>
   </title>
   <p><emphasis>Ладгейт-серкус</emphasis> — площадь в центре Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_930">
   <title>
    <p>930</p>
   </title>
   <p><emphasis>Бобби</emphasis> — так англичане называют полисмена.</p>
  </section>
  <section id="n_931">
   <title>
    <p>931</p>
   </title>
   <p><emphasis>Роджерс,</emphasis> Джемс Эдвин Торолд (1823–1890) — английский буржуазный экономист; профессор политэкономии в Оксфорде. Он опубликовал «Историю сельского хозяйства и цен в Англии», «Шесть веков труда и зарплаты», «Экономическую интерпретацию истории» и др.</p>
  </section>
  <section id="n_932">
   <title>
    <p>932</p>
   </title>
   <p>1 фут равен 12 дюймам; 1 дюйм равен 2,5 сантиметрам.</p>
  </section>
  <section id="n_933">
   <title>
    <p>933</p>
   </title>
   <p>Апрайт (Upright — <emphasis>англ.</emphasis>) — честный.</p>
  </section>
  <section id="n_934">
   <title>
    <p>934</p>
   </title>
   <p><emphasis>Ланьер,</emphasis> Сидней (1842–1881) — американский поэт романтического направления, автор поэм «Гимны болот», «Клевер», «Симфония» и др.</p>
  </section>
  <section id="n_935">
   <title>
    <p>935</p>
   </title>
   <p><emphasis>Пул и Лаймхауз</emphasis> — портовые районы Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_936">
   <title>
    <p>936</p>
   </title>
   <p><emphasis>Хаксли,</emphasis> Томас Генри (1825–1895) — английский ученый-биолог, ближайший соратник Ч. Дарвина и популяризатор его учения.</p>
  </section>
  <section id="n_937">
   <title>
    <p>937</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фра Филиппо Липпи </emphasis>— итальянский художник XV века. По дошедшим сведениям, отличался необыкновенной худобой.</p>
  </section>
  <section id="n_938">
   <title>
    <p>938</p>
   </title>
   <p><emphasis>…В защиту буров</emphasis>. — Имеется в виду англо-бурская война (1899–1902), поводом для которой послужила захватническая политика Англии в отношении бурских республик, расположенных на юге Африки.</p>
  </section>
  <section id="n_939">
   <title>
    <p>939</p>
   </title>
   <p>1 английский фунт равен 458 граммам.</p>
  </section>
  <section id="n_940">
   <title>
    <p>940</p>
   </title>
   <p><emphasis>Артур Моррисон</emphasis> (1863–1945) — английский писатель. «Сын Джего» (1896) — его произведение, рассказывающее о жизни лондонской бедноты.</p>
  </section>
  <section id="n_941">
   <title>
    <p>941</p>
   </title>
   <p><emphasis>Доре,</emphasis> Гюстав (1832–1883) — французский художник, автор широко известных иллюстраций к «Гаргантюа и Пантагрюэлю» Франсуа Рабле, «Дон-Кихоту» Сервантеса и др. После посещения Англии создал цикл гравюр, изображающих сцены безработицы и нищеты населения Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_942">
   <title>
    <p>942</p>
   </title>
   <p>Безразличие <emphasis>(франц.).</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_943">
   <title>
    <p>943</p>
   </title>
   <p><emphasis>Карлейль</emphasis> Томас (1795–1881) — английский писатель, историк и философ, находившийся под сильным влиянием немецкого идеализма.</p>
  </section>
  <section id="n_944">
   <title>
    <p>944</p>
   </title>
   <p>1 унция равна 28,3 грамма.</p>
  </section>
  <section id="n_945">
   <title>
    <p>945</p>
   </title>
   <p><emphasis>Эмерсон,</emphasis> Ралф Уолдо (1803–1882) — американский писатель и философ-идеалист; автор очерков и поэм философски-морализующего характера, в которых проповедь самоусовершенствования сочеталась с апологетикой буржуазного практицизма.</p>
  </section>
  <section id="n_946">
   <title>
    <p>946</p>
   </title>
   <p><emphasis>Моррис Вильям</emphasis> (1834–1896) — английский писатель и художник, утопический социалист. Критиковал капиталистическое общество главным образом за его враждебность искусству и красоте. В утопии «Вести ниоткуда» (1891) Моррис сочетал социалистические идеи с реакционными призывами к общественному строю, основанному на мелком производстве.</p>
  </section>
  <section id="n_947">
   <title>
    <p>947</p>
   </title>
   <p><emphasis>Буффало Билл </emphasis>— прозвище американца Коди, Уильяма Фредерика (1846–1917), популярного литератора, охотника, наездника, участника войн с индейцами. Буффало Билл организовал цирк, с которым разъезжал по Европе и Америке, давая представления на тему «Дикий Запад».</p>
  </section>
  <section id="n_948">
   <title>
    <p>948</p>
   </title>
   <p><emphasis>Милосердный самаритянин</emphasis>. — Самаритяне, или самаряне, — жители древнего города Самарии в Палестине. Согласно евангельской легенде, один из уроженцев Самарии проявил заботу об ограбленном и раненом человеке, в то время как другие равнодушно проходили мимо.</p>
  </section>
  <section id="n_949">
   <title>
    <p>949</p>
   </title>
   <p><emphasis>Центурион</emphasis> — в Древнем Риме начальник центурия, войскового подразделения, являвшегося частью легиона.</p>
  </section>
  <section id="n_950">
   <title>
    <p>950</p>
   </title>
   <p><emphasis>Суинберн</emphasis>, Алджернон Чарлз (1837–1909) — английский поэт, продолжавший традиции романтиков; автор драматической трилогии в стихах о Марии Стюарт, поэм, баллад и др.</p>
  </section>
  <section id="n_951">
   <title>
    <p>951</p>
   </title>
   <p>Да здравствует король Эдуард! <emphasis>(лат.).</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_952">
   <title>
    <p>952</p>
   </title>
   <p><emphasis>«Алгамбра</emphasis>» — известный мюзик-холл в Лондоне.</p>
  </section>
  <section id="n_953">
   <title>
    <p>953</p>
   </title>
   <p><emphasis>Монтескье</emphasis>, Шарль-Луи (1689–1755) — французский просветитель, философ и писатель. Особой известностью пользуются его «Персидские письма», «О духе законов» и др.</p>
  </section>
  <section id="n_954">
   <title>
    <p>954</p>
   </title>
   <p><emphasis>Китченер</emphasis>, Гораций Герберт (1850–1916) — английский фельдмаршал, реакционный политический деятель, ярый колонизатор. В 1895–1898 годах руководил завоеванием Судана; с 1900 года — главнокомандующий английскими войсками в Южной Африке во время англо-бурской войны 1899–1902 годов; в 1914–1916 годах — военный министр.</p>
  </section>
  <section id="n_955">
   <title>
    <p>955</p>
   </title>
   <p><emphasis>Лорд Робертс</emphasis>, Фредерик Слей (1832–1914) — английский генерал, участник многочисленных захватнических войн против Индии, Афганистана, Бирмы; командовал английскими войсками во время англо-бурской войны до назначения Китченера.</p>
  </section>
  <section id="n_956">
   <title>
    <p>956</p>
   </title>
   <p><emphasis>Бернс</emphasis>, Джон (1858–1943) — участник английского рабочего движения, в дальнейшем отошел от него; в 1892 году был избран в парламент, где выступал за сотрудничество с капиталистами. В. И. Ленин характеризовал Бернса как негодяя и одного из «прямых предателей рабочего класса, продавшихся буржуазии за министерское местечко».</p>
  </section>
  <section id="n_957">
   <title>
    <p>957</p>
   </title>
   <p><emphasis>Безант</emphasis>, Уолтер (1836–1901) — английский писатель и критик, автор книги «Люди и условия их жизни», в которой предлагал реформы по борьбе с нищетой.</p>
  </section>
  <section id="n_958">
   <title>
    <p>958</p>
   </title>
   <p><emphasis>Джуд Незаметный</emphasis> — герой одноименного романа английского писателя Томаса Харди (1840–1928), упорно стремившийся к знаниям, но так и не получивший образования.</p>
  </section>
  <section id="n_959">
   <title>
    <p>959</p>
   </title>
   <p><emphasis>Голдсмит</emphasis>, Оливер (1728–1774) — английский поэт и писатель-просветитель, один из крупнейших представителей сентиментализма. Его наиболее значительные произведения — роман «Векфильдский священник» и поэма «Покинутая деревня».</p>
  </section>
  <section id="n_960">
   <title>
    <p>960</p>
   </title>
   <p><emphasis>Бушель</emphasis> — мера сыпучих и жидких тел. Равен приблизительно 36,3 литра.</p>
  </section>
  <section id="n_961">
   <title>
    <p>961</p>
   </title>
   <p><emphasis>Крейн</emphasis>, Стивен (1871–1900) — американский писатель, автор повести «Мэгги, девушка улицы» и ряда рассказов, в которых освещалась жизнь социальных низов.</p>
  </section>
  <section id="n_962">
   <title>
    <p>962</p>
   </title>
   <p><emphasis>Чемберлен</emphasis>, Джозеф (1836–1914) — английский политический деятель, один из идеологов британского империализма; проводил политику империалистической экспансии.</p>
  </section>
  <section id="n_963">
   <title>
    <p>963</p>
   </title>
   <p><emphasis>Блэтчфорд</emphasis>, Роберт (1851–1943) — английский журналист и писатель. Его работа «Веселая Англия» посвящена вопросам социалистического движения.</p>
  </section>
  <section id="n_964">
   <title>
    <p>964</p>
   </title>
   <p><emphasis>Теннисон</emphasis>, Альфред (1809–1892) — английский поэт, автор многочисленных стихотворений и поэм. Известны его поэмы «Принцесса», «Королевские идиллии».</p>
  </section>
  <section id="n_965">
   <title>
    <p>965</p>
   </title>
   <p><emphasis>Сент-Джеймс-Холл</emphasis> — дворец в фешенебельном районе Лондона.</p>
  </section>
  <section id="n_966">
   <title>
    <p>966</p>
   </title>
   <p><emphasis>Гаррисон</emphasis>, Фредерик (1831–1923) — английский философ-позитивист, биограф и критик, автор работ «Содержание истории», «Положение в обществе и прогресс» и др.</p>
  </section>
  <section id="n_967">
   <title>
    <p>967</p>
   </title>
   <p>Каменщики в Сан-Франциско получают двадцать шиллингов в день. В настоящий момент они бастуют, требуя повышения платы до двадцати четырех шиллингов. <emphasis>(Примечание автора.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_968">
   <title>
    <p>968</p>
   </title>
   <p><emphasis>…что было в Южной Африке и на Филиппинских островах</emphasis>. — Имеется в виду англо-бурская война, развязанная Англией в целях колониальных захватов в Южной Африке, и жестокое подавление американскими войсками национально-освободительного движения на Филиппинах. По мирному договору 10 декабря 1898 года, Испания отказалась от Филиппин в пользу США. После этого американские войска вероломно напали на филиппинцев. В 1901 году героическое сопротивление народа новым колонизаторам было сломлено, и Филиппины стали американской колонией.</p>
  </section>
  <section id="n_969">
   <title>
    <p>969</p>
   </title>
   <p><emphasis>Паркер</emphasis>, Теодор (1810–1860) — американский проповедник, философ-моралист, выступавший по вопросам религии, воспитания, женской эмансипации и др., был противником рабства.</p>
  </section>
  <section id="n_970">
   <title>
    <p>970</p>
   </title>
   <p>Глубокая нищета, обездоленность <emphasis>(франц.).</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_971">
   <title>
    <p>971</p>
   </title>
   <p><emphasis>Избиение младенцев. </emphasis>— Имеется в виду христианская легенда об избиении младенцев в Вифлееме иудейским царем Иродом Великим, которому сказали, что среди них находится новорожденный Иисус Христос, будущий «царь иудейский».</p>
  </section>
  <section id="n_972">
   <title>
    <p>972</p>
   </title>
   <p><emphasis>Линкольн</emphasis>, Авраам (1809–1865) — выдающийся американский государственный деятель, президент США в 1861–1865 годах; ненавидел рабство и являлся сторонником освобождения негров.</p>
  </section>
  <section id="n_973">
   <title>
    <p>973</p>
   </title>
   <p><emphasis>Уайльд</emphasis>, Оскар (1856–1900) — английский писатель, один из представителей модернизма конца XIX века. В его статье «Душа человека при социализме» отразился интерес к учениям утопического социализма.</p>
  </section>
  <section id="n_974">
   <title>
    <p>974</p>
   </title>
   <p><emphasis>Куртен</emphasis>— буханка хлеба весом около 1,7 килограмма.</p>
  </section>
  <section id="n_975">
   <title>
    <p>975</p>
   </title>
   <p><emphasis>Галлон</emphasis> — мера жидких и сыпучих тел, около 4,5 литра.</p>
  </section>
  <section id="n_976">
   <title>
    <p>976</p>
   </title>
   <p><emphasis>Барнардо</emphasis>, Томас (1845–1905) — английский филантроп, организатор сиротских приютов, в которых детей воспитывали в строго религиозном духе и обучали ремеслам.</p>
  </section>
  <section id="n_977">
   <title>
    <p>977</p>
   </title>
   <p><emphasis>Аткинсон</emphasis>, Эдуард (1827–1905) — американский экономист, автор работ «Распределение товаров» (1885), «Факты и цифры — базис экономической науки» (1904) и др.</p>
  </section>
  <section id="n_978">
   <title>
    <p>978</p>
   </title>
   <p><emphasis>…англичане… в антиподах по-прежнему… жизнедеятельны. </emphasis>— Под антиподами Джек Лондон подразумевает Австралию и Новую Зеландию.</p>
  </section>
  <section id="n_979">
   <title>
    <p>979</p>
   </title>
   <p><emphasis>Миссис Грэнди</emphasis> — персонаж популярной пьесы английского драматурга Мортона (1764–1838), олицетворение ханжества.</p>
  </section>
  <section id="n_980">
   <title>
    <p>980</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кокси,</emphasis> Джекоб Селер (1854–1951) — американский политический деятель. В 1894 году стал во главе так называемой «армии Кокси» — армии безработных, отправившейся в Вашингтон требовать от правительства помощи.</p>
  </section>
  <section id="n_981">
   <title>
    <p>981</p>
   </title>
   <p><emphasis>Случай с Фра Филиппо Липпи</emphasis>. — Имеется в виду герой одноименной поэмы Роберта Браунинга — итальянский художник эпохи Возрождения. Поэма повествует о его жизни и приключениях на улицах ночной Флоренции.</p>
  </section>
  <section id="n_982">
   <title>
    <p>982</p>
   </title>
   <p><emphasis>Чайлд-Роланд</emphasis> — герой одноименной поэмы Роберта Браунинга.</p>
  </section>
  <section id="n_983">
   <title>
    <p>983</p>
   </title>
   <p><emphasis>Лексоу,</emphasis> Кларенс (1852–1910) — американский политический деятель. В 1894 году был назначен председателем специального комитета, так называемой «комиссии Лексоу», созданного для расследования коррупции в полицейском аппарате г. Нью-Йорка.</p>
  </section>
  <section id="n_984">
   <title>
    <p>984</p>
   </title>
   <p>Американцы произносят не Чикаго, а «Шикагоу».</p>
  </section>
  <section id="n_985">
   <title>
    <p>985</p>
   </title>
   <p><emphasis>Мильтон,</emphasis> Джон (1608–1674) — великий английский поэт и публицист, участник английской буржуазной революции XVII в. Поэмы «Потерянный Рай» (1667) и «Возвращенный Рай» (1671) — лучшие произведения поэта.</p>
  </section>
  <section id="n_986">
   <title>
    <p>986</p>
   </title>
   <p><emphasis>Шильонский узник.</emphasis> Шильон — замок на скале в восточной части Женевского озера. Здесь в течение 6 лет (1530–1536) был прикован к кольцу женевский гражданин Франсуа Бонивар (1493–1570), боровшийся за независимость родного города. Образ Бонивара выведен Байроном в поэме «Шильонский узник».</p>
  </section>
  <section id="n_987">
   <title>
    <p>987</p>
   </title>
   <p>Очерк "Из Доусона в океан" впервые был напечатан 4 июня 1899 г. в газете "Буффало экспресс". В нем писатель рассказал о том, как возвращался с Аляски. Создан очерк, видимо, в то же время, когда и рассказ "Через стремнины к Клондайку", то есть вскоре после возвращения Лондона в Окленд. В собрания сочинений и сбоорники Лондона, изданные на русском языке, очерк не включался.</p>
  </section>
  <section id="n_988">
   <title>
    <p>988</p>
   </title>
   <p>Редкая птица (лат.).</p>
  </section>
  <section id="n_989">
   <title>
    <p>989</p>
   </title>
   <p>Вот человек (лат.).</p>
  </section>
  <section id="n_990">
   <title>
    <p>990</p>
   </title>
   <p>«Отверженные» Гюго.</p>
  </section>
  <section id="n_991">
   <title>
    <p>991</p>
   </title>
   <p>Репитером (т. е. повторителем) в США называется человек, незаконно голосующий несколько раз на выборах.</p>
  </section>
  <section id="n_992">
   <title>
    <p>992</p>
   </title>
   <p>Фаланга — плотно сомкнутый строй тяжеловооруженной пехоты в виде четырехугольника из нескольких рядов. Фаланга была известна древним грекам задолго до Александра Македонского. Построение фаланги было улучшено отцом Александра, Филиппом. В руках гениального полководца и политика Александра Македонского (356–323 до н. э.) фаланга была лишь одним из орудий, которым он умело пользовался для достижения своих целей.</p>
  </section>
  <section id="n_993">
   <title>
    <p>993</p>
   </title>
   <p>Панацея — у древних греков — богиня-целительница. У средневековых алхимиков — мнимое средство против всех болезней; отсюда панацея — средство против всяких зол и болезней.</p>
  </section>
  <section id="n_994">
   <title>
    <p>994</p>
   </title>
   <p>Уолл-стрит — улица в Нью-Йорке, где находится биржа.</p>
  </section>
  <section id="n_995">
   <title>
    <p>995</p>
   </title>
   <p>Роберт Мальтус — английский экономист (1766–1834). Главный его труд — «Опыт о народонаселении», в котором он пытался установить так называемый закон народонаселения, согласно которому население Земли имеет склонность возрастать в геометрической прогрессии, в то время как средства пропитания могут расти лишь в арифметической. Этим несоответствием Мальтус пытался объяснить все социальные беды. Несостоятельность учения Мальтуса была доказана в свое время.</p>
  </section>
  <section id="n_996">
   <title>
    <p>996</p>
   </title>
   <p>Генри Морган (1635-1688) — знаменитый английский пират.</p>
  </section>
  <section id="n_997">
   <title>
    <p>997</p>
   </title>
   <p>Фрэнсис Дрейк (1545-1596) — английский адмирал, первый англичанин, проплывший вокруг света.</p>
  </section>
  <section id="n_998">
   <title>
    <p>998</p>
   </title>
   <p>Уильям II — в 1087-1100 годах король Англии.</p>
  </section>
  <section id="n_999">
   <title>
    <p>999</p>
   </title>
   <p>Альфред Великий (849-899) — король Англии, отразивший нашествие датчан.</p>
  </section>
  <section id="n_1000">
   <title>
    <p>1000</p>
   </title>
   <p>Хенгист вместе со своим братом Хорсом, по преданию, возглавлял в V веке до н. э. первое германское нашествие на Англию и основал королевство Кент.</p>
  </section>
  <section id="n_1001">
   <title>
    <p>1001</p>
   </title>
   <p>Роберт Клив (1725-1774) — британский генерал и государственный деятель. Прославился завоеваниями в Индии.</p>
  </section>
  <section id="n_1002">
   <title>
    <p>1002</p>
   </title>
   <p>Уоррен Хастингс (1732-1818) — английский государственный деятель, первый генерал-губернатор Индии.</p>
  </section>
  <section id="n_1003">
   <title>
    <p>1003</p>
   </title>
   <p>Томас Карлейль (1795-1881) — шотландский историк, философ и очеркист.</p>
  </section>
  <section id="n_1004">
   <title>
    <p>1004</p>
   </title>
   <p>Мэри Джонстон (1870-1936) — американская писательница, завоевавшая популярность в конце XIX века историческими романами.</p>
  </section>
  <section id="n_1005">
   <title>
    <p>1005</p>
   </title>
   <p>Чарльз Мэджор (1856-1913) — американский писатель, автор исторических романов.</p>
  </section>
  <section id="n_1006">
   <title>
    <p>1006</p>
   </title>
   <p>Уинстон Черчилль (1871-1947) — американский писатель, автор популярных исторических романов.</p>
  </section>
  <section id="n_1007">
   <title>
    <p>1007</p>
   </title>
   <p>Брет Гарт (1836-1902) — выдающийся американский прозаик и поэт.</p>
  </section>
  <section id="n_1008">
   <title>
    <p>1008</p>
   </title>
   <p>Уильям Дин Хоуэллс (1837 — 1920) — видный американский писатель и литературный критик.</p>
  </section>
  <section id="n_1009">
   <title>
    <p>1009</p>
   </title>
   <p>Джильберт Паркер (1862-1932) — канадский писатель, автор рассказов и романов, среди которых нашумевший роман «Трон мужества» (1896).</p>
  </section>
  <section id="n_1010">
   <title>
    <p>1010</p>
   </title>
   <p>Профессор Чэни, живший некоторое время с Флорой Уэллман, в июне 1875 года, после ее попытки покончить с собой и вызванной этим газетной шумихи, покинул Флору и навсегда уехал из Сан-Франциско.</p>
  </section>
 </body>
 <binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RmNRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQALcbAAAAnEAAtxsAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MjE6MTI6MDkgMjA6MjI6MTAAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAqCgAwAEAAAAAQAA
A1IAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAYUwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AfgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/APVUklm9Y63R01oYB62XYJroB7ce
pYddlf8A1f5iBIAs6JAJNBs5/UcXp9BuyX7Rwxg1c8/uVt/OcuM6l9YMzMuY2y77LXaS2nGY
/aXRq6XDbZe79/8AwTFkdQ63l9Ryy6l32nIeNLWgFjWTH6qx59L0Gu/7V3v+zb/5v9pZH6BR
xcE02+vdYbL3fSLSYP8Axlrtt2Vt/wCE9LEZ/gMHHVeeQnwHbqWaEAPEt2rqXU6bnNZl3gDV
oNjnD/NsL2rRo+svWayA69toHaxjfy1eksW0Ft4PZwhFDuPH+5Q8UhsSPquodQ77Prpkszcf
Gvxa3tyWgtex7mkH3td7HV2N/nG1/SuZ/OrVp+s/T7I9RltU8y3cP/AjYuF6k411YuU1occa
xx1G6IAym/nVu+njfmu/nFoZNzMdjrQ1z2BwA2RO15hjvcW/vMToZ8lgE3vv/Vl/3k8aDjjr
p2/H/wBFe3q6r026NmRXJ4DjtP8Amv2uVoEESDIPBC8+pzcO4Ni+uTyxzgCD7Pbr7f8AC1/R
VylxYQ6lxbPDq3EfjWVMM56xWHGOhe2SXKU9Xz6tBkOeAYIdtfr4Gff/ANJW6/rHkD+dqY8f
ySWn8d6cM8ethacZ83oEln4fWKMqxtWx1b3TEwRoN3IK0FJGQkLBtaQRupJJJFD/AP/Q7/rv
XG9OYKaQH5lgljT9Fjf9Nb/J/d/fXnWRk5PWL7G12F2O4/rOU/U2Ej93TfW5n8zi/wA3ZV+m
yv1H0MTOufWL7Xl9aysDcQ11jn5Vxgn0tzmUU7P+LZ7K3/z/AP4WqyvVlXXXVW2utu1jfoiZ
5O5znOPue97vfZY7+ceqs5knX6DszxiAPzWppqoZ6dQgE7nEmXOdG3fa/wDPft/9J17K1NJJ
Rr0eR+Y48A/lVXqGd9hqbkBhurYQ2+phAfFm5mPbLy3a37S1tT/+N/4JW7xNUxMLmuvZHUcI
tL2i/DvrNAugBzhPr01XbfZXmYdu6yq1np/a6P8Aha7EYRuVLZGg75t+1dCGSW+4005exsnU
BttjWbfe72ue1i0MOz1Makgz7GiQZ1ZNLv8Az0sv6tMfb0bHptAaLG20x2LC6ytrh/J/M/sf
uI3SH224NRLi2+uW/pNDuIa8ttYPdsssZf8A+faq1HLSZHaX/TEo/wDqLGuGwPcfl6v+6dKy
imxh9WllxAJDS1pJMfR3OH5yqbumUMeH4l+FW5zS97WOawuaCGu3sLvzLnfmM/8AAv0V2mze
0OgtPDmnkEfSaUUOI4JHmFICtLl0/Ymu24PVDSDu3ssdu97odPp3Cv3/AKO51v8Ahf8ArauV
DqAsa4ZNORj7iLDsLX6EhzWOrmvc32/6vVhzK7RFtbXjn3tBn/OCjTi4+NuFFQpD9pc1sgHa
NjPb9H6H7qVqpuYd3pZNVvZjgT8J9y69cR8O67DCt9bEpsmS5g3fEaO/6SmwHcfVZlGxTpJJ
Kdif/9Hd+stXp9av0gWhlg+bfT/6qpZi3/rlVtzMa/8A0lbmH+w4O/8ARy5vJffXjW2Y9X2i
9jSaqZ27nfu7lTmPWR4/m2In0g+CUAkwBJ8EOm+i9pfRY21jXFhcwyNzfpt3fyVj5jsyzHbZ
11/2PFs9rOmYZLr8h/8Aon2gl213+iq/64rfRMG7Cxrm21txxfc6+vFad3otcGtbQ6z85zdq
RiALtN67OiRuYW+Kp3Y1GXiPxsgE1WaOjRzSPoWVu/Mtrd72K61VWmHPZ5phNJc76tuyOn5F
/RMoh/2b9Pi2j2h1ZINjW/59d3p/4H1bVpUDDqz8vDG4WWEXFpDdk65DfSc132hm37Va9vs/
RfpPT/4Sq9xd1QYgmuy6tuRRkAS1j6PVZv2z73fpvs+RT/hsJ6Nc9/7Twb31mt1zBVaz6W1w
L8Y7XtDv0f6dmy3/AEH6S1DLqeLuCf8ACh+tH/pJEe3Y/gfR/wB26NNhba5jjJI9x8du3Y/9
3c+t+1//ABCtCR5hZH2sNvFv6zeNvudjUF4B949vtsd6f027/fvR6uoYOWXYrcpjrXAtdjZL
DTdr/wAG8Y1n+ZVanEFQLoWOvFc0Na6wEe15LdPztjmh36Vrf5tZeFl5lN32Roqsu2NLsRxd
WWu+nbfu9N38+51n0aPT9nrfzSvstyAXMfXvfWQHOa5oB3CR/Oen7/30QG172OewMFe4gbg5
x3Dbt09jG/20Qa0ItBF7Nj2h2moB0XR9Bt34bqzzU8gDyd+k/wC/rj2dTo2l1zLaC2S8WMdA
guE7mj3/AEN/s/MXR/V279YtqnR7A8f2TH/oxPxGpjx0Wz1ifB30kklaYX//0u1+uVQdhY93
eu7b8ntd/wB+axcnrBiJgxPE9pXcfWWr1Oi5MCTWG2D+w5r3f9Fq4gaGfBVcw9fmGfEfS4dV
WaMy37K6vJ6sxsZvVMiRj4wI3/Y8Kofus+n/AOCrR6TlXZnS8XKvaG23M3OgQD7nNa8N/N9R
jd6x86r9m13VdSzA/AyL7L6sCgbb8g2O3FmTeQ30cZrv51628M5Ia+rMfV9qYQX49EbaGOH6
DG/stY73u/8APaEtv2pju2Byq7vZkOHYiVYQsjR7HR5T4qMrmBorsvpvI/SUb/TPlY307W/9
SgdbH6tTaHua6mzhmrvf7mewlu5vq1ez/hVbaWj3GYGrj5BBua53S8m1wHquHrnTdApdLGiP
c706a/Z/LTSaon9GUfsJ9f8AzONVbjuD/Y6GPsLrLGkuNz9+4/ukNNLW/wAmupzUn3dPzXvw
bwzIdVu3UXVlwGwtY9zfXZ6btjrK/fV++q/SHThUtmAxvp8HT03Op/rN21trQhVmnKGRXU+m
y6zLqbuAeGCyihuNkXen6lbKvtuEz6f76WPajvG4/wCFj9P/AHKpfnr/AIzqVV1UtbXUxrK2
nRjQGj+Vo1UCerU5FjjvvqlxaNrXt27HPb6LGux7W3NyGV0+hu+hkf8Adb1VWpzctlTTvt2V
XYbLPWO14OQ12PmYdt99bvdiZvp5Lbffsrs/0CJT1LM+zYFj31vNjQ3PlskPbkUdOybGek+t
lex97nfQUgBH10W2zHW8tntuwntyWVOusxmOJeNrmtbTV7HNyN1TvX9X2Vv/AJj+dXQdDymn
LxbmkOZboHNMtO8bPa6Gbttv8hc+7rFlddt1uMJpbkvqa10OjEu+zZtNjnM/R3tZ6eX+j/R2
M9n+D3q507JotdkZGIxrXMyHNfYwtIsfVte2/fX9L1N+/wB3vSOhEqqirfS30NJRre2xjbG6
teA4HyOqkrrXf//T9PzKftGJfR/pa3M/zgWrzhhJa0nkgSvTV5zl1CjMyKe1V1jR8A523/oK
DOPlPmy4juHF6n085Vl2NRQ2r7YxhzepW6tYysjZRjhzhuu/Qeo9nsqZ/OXJ+lZXSG5D+ndO
LrnBhvuyid3quDhW9zr3e7Is9/02foGf4NUuuYZZmYGXmsd1Ntt9lIxB7KxubOHRQ3812/8A
n7X/AM8rGLfh0dUrrz8ms9Vcz7PTiY4Ix8ZhO77JXsHp+o93032fnplenqdL0XdezsoeQ2WB
37pBRE1jd1TmqIr0LpdVYG6ksdtHnBhWMTY9poP0TuZB/ct3WVn/ADH/APQeg0n6J7qTG7HN
Ywlj6wTS6JDq5DnUvH57avof8X6VrP8ACJshcZR7gqBogtb6vOcMP0XBzTS7bDju+k3a7a79
1tuJZ+c//P8A0deu0kLLxca2jqmcQwtpsLntMOIc4vZcNt0bG+n62VX6e9Xsu6rHxbL77hi1
NEHIcAQ0/wBV27e7/g0ImySP0iJaf6yMZy/58pJOg8tP8VtB7iRBjtqY7Kvd07Cy3uffQy5z
6jSS4A+yTZ7f3H+7+d+mq9+e7GMXMmpoa85ILS11U7bbwGe33N221+n/AKRiuU5GJcDttBcY
AAMEEbHN2sd7t/uZv9iUzkiLjr5DiP8A0lDhOhR/s7EIc51e99tRosuJO57XsZTc5xb7PXvr
qr9a1rWW2bEXGxq8d9r2ue42lm/e7drWxmOxw03bvRqr9T3fpEQhx1glsy3vp+KQkacJwMiN
UEAHR63ot3rdNpMyWA1n+wdg/wCiryxPqzbNV9H7rhYP7Q2/+i1tq2DeG/6p/BgIqf1f/9T1
VcL9YqvS61k6QLNlg+bWtP8A063LulyX1xqLc/Hu7WVFnzrdu/8AR6izj0eRZMR9XmHjOts+
y42R1UOc7IrDK8dztW4zXuZVdfj1/wCn9zrPXf8ApFVbb00VY1tNZxuh4NwtqvsaRdl5IBbV
6Ff89b9L1LrP8J/wda3Xl7a3uraLHhriysmA50e2tzvzWvd7Vz5/ajeuzNXUuojGgk6UYNjn
f2tjK6W/+Gb1DE2K7eLJLQ+b0RBBIPITtE6HgqDA9rGh7t7w0B7wNoc4D3vDPzNzvzVIcpi5
r1SJb4OVgsFjNrp7EOGha4fRex373+v0EI6XOEeYRmax4JqmnlG1nVcRznk1XVMruraHBriX
W47zYzcavT/WKvU/qKpnG5uY7aysCtrG1+paSPS2m+TX7nfoN2703fQqf+k9Sp6tdcaRiU5D
ZD63urBYTMub6zNn7z99TfYj5WBVY/JycdxrusaSwndtYdLactuM7932VZXs/mvU9P8A0Nix
SAlr1Eo/4k/+8ywRMWNPA/bH/wBBY9MGdburyoOGagBjWhhIc13pMdT6bK/1PbW76fq/pdnp
3I46bU3Ix763uaMawWNrMOadQXN3O97foVbPf+j9Kv8AlpsbpdNGRTlmxxy6qfQtLTFVoj6Z
odv/ADvdXsf/AF1dMhGR10UBpq5FXRbaPUbUavTsc9wAL2Fpf4Q1/wC7V/58/wACr/TcO7Er
eyy5toeQRtaWwQBW4lznO3bq2Ve39/1P5xWBwn0HCJkSNVUHX+r9uzqIYeLWOZ8xFn/fXrp1
xWFd6GVRcTArsaSf5JO1/wD0XLtVLiP6qY7A/kxzHriX/9X1Vc99cqpxca/uy0sPwe13/fq2
LoVlfWer1Oi3mJNZZYP7Lml3/Q3JmQXCXkugakHiQYMjsg4uJj4dAx8ZgrrB3Eclzj9Ky159
1ln8tyMkqjYUkOUyDkZlGOXtcd9lYBsYC0bAfouybrXMoxWu/N9ezfZ/ga7UlM7fba0+IhEY
4SZOqrNusuobba0M9/sAa9o2wNpByG1W2/8AG+hj/wDF/wCEsM06+cJp3UrqO09MyXOEijbf
8q3Tb4f4LchUiljcbINjarW1Mx2uA3tcTvxvQf8A4V22yv8ARs9b+e/nVaY31A+s8WsewjX8
4LPwK68zpgx7g9rC41v90mRtu9trg5tm2yva76f+ETBpI/3hKR/q5I+2f/SWNJ2+hA/wTxf9
23v2ngU/oi8gMbAcYgtaNrnNe9zd7W/nWfQRXZdDHNbZvrL5LA5jhuA9znM2h3qNa39xVj0q
j1jfTZbRaWPY0scCAXyXWt9UP/Se5K3pQuoqofaPSxgW1NFYaRWdv6DdXY39F+iq/wCG/Q1W
et636RSejuVvq7NsZWO3R1gaeYcHNMfve9rfb/KU25GK7Rt9RPgHtn7tyzh0e783LsgwNH2V
6DZo19bnub/Nb/8AjfUs/wAIjYuDlY9pe+z7XWQR6N1riyXenL3bsd2+zbV6e+z/AAaIEehV
Z7OgAHM0ILHCNzdR/nLr/th/ZH2yff6G/wDt7eP+3F5wzo2VW6s1BrDX6kWNeGPLrY33WOY1
v6TT/A1M3/6OtdjU82fVq6ncJqeG7o0gvZbu2fu+9SQocQveJWSs0a2If//W9VVfPo+0YORR
ybansHxc0tVhJI6qfMmnc0O8QCnJa1pc4hrWguc5xAAA1c5zne1rWomVW3GvyK3uDGY77A57
jDQ1jne9zj9FuwLLHr9TtIbupw6nckQ4ub7p2v8Ab9oZ9L9J+h6b/hvU6l+j6dSA79G0Syfl
5GU804Qc1ojfYZY6CJa59kb8Ot7fdW3Z+0sln81VhUfrqnRi42PfVjMY7Lzgd1OPSzc5pP0r
Ksfd6WJ/wmXk2/a7Pp3ZN6v9K6Xf1Ror6e77J02txbZmtBLnmf0rcDf/ADtm/wDn8+3/AAv+
lsXV9N6X0/pNHo4NIrDo9Sw+6yw/v3Wn32O/6CZPKI6D+X95eICOs7Mv3B/3f7v935/9m5FH
1YvyMUHOu+z3PG401gWbP3WPucQ22xv+E9NnppnfVWxn0M0Hw31f+RtXQl7ShPd4GFVlmlva
hGztXg8+Og51bg4XU2bTPD2/k9VUqfq91PGdaZpsrfYLGND3Aj3Pd9Kyv9259bGfQXTvcfL5
hDcSOW/cY/LtUZzS79un7p4l4gHDOHnjQ0T5sew/lcxN9nzR/wBp7Y8g0/8AUvctouB19w+I
kf8AoxIGsn2uaT5gf3sTvvE/6pVwDxcbbaPpU2iO/pv/AO+tcmc9o1dvb5OY5v8A1TFubTyR
PzcP70xkAnWO5Bbp/nJw5iQ3APkgwBcNuTj/AETawHiC4D8pWji5LB0/NYXD03srsFk+322N
Y73/AEfz2rZwumut/SZQcK/zanSHTP54B27f5C1PSr9P0tjfTjbsgbdvG3b+6reOOQ45ZDHh
qJMY7yl6f+awSlHiEQb1FnoH/9f1VJJJJT559a8Cy3rNtDHFlT7W3WFpgkFjS3Zp/Oeu39G7
6FH9I/SW1UKHSeiHrO3cPQ6FT7A1ktOSW/4Glw9zMFjvp2/4f+v/ADPQfWXpgu6jVl5FVlnT
/TDMkUjc4lrnOZVY3c17cezf+mez/if8KrmN1Hp17Q3Hur0AaK/oEAcNbW7b/wBFUOYlKJIH
cm23ikIxEhrPp/U/rf307G111trra2utgDWMaA1rWjRrGNH0WtTOck8kc6fFV3k9ontyqMpL
4xtd5+H+v3ILy6CBx4TH/kUnPM89uOFAk95HnCiJtkAWc58fHlR9SNZj4GJ/Ik53iRrxx+X2
pbjwSdewMf8AVpqVtZ484j+73/8ARS3Bxh2vjBDv+i6XJAM4eQB/KG0/fX7P/AkRgNjmVD9K
8khrTteDA1bv3V2sa36ScBZodegQSjFbHOAqE2E/RaHNdr/xe9q18HpYr23ZJL7eWscdwaf6
35z0Xp+B9lbue7fa4QfBvi1n/klcWnyvJCNTyD1dIdI+f9Zq5s5NxidO/dSSSSvtd//Q9VSS
SSUpVcrpfTsyTk47HuP58Q7/ALcZterSSBAO+qrrZxX/AFdfTr0/MspHauyLWfDa6P8Av6q2
09axpN2M3JaI9+Odf+2ne/8Aza10iShycphnvGv7ujJHNOPW/N5MZ9DnFji6qwaGt4LSP63/
AJyih5OrSCfFvH/QW9nDpxrAz/R2H6PrbQJ/k+osq3pHRrCTh5gx3ngNtD2z/Ve5z/8AMsYq
mT4b+5L6SZo8yOoaoPJEnxjX/wAinZp9H03eIPs+/Rlf/SUbcTPxjpdj5jPzfc1j/wDNtc1r
f7N6t9PpxLWevmubVDiBS9w2mPz/AH+/6Srjks/EI0Nf0v0WQ54UTaPHxLsk7amlgmfV09OJ
49vts4/wX/ga28XEqxWbax7j9J3clFZs2jZG3tt4/BSWjy/KQxa/NP8AeP8A3LWyZpT02j2U
kkkrLEpJJJJT/9n/7SHkUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAEccAVoAAxslRxwBWgAD
GyVHHAFaAAMbJUccAVoAAxslRxwBWgADGyVHHAFaAAMbJUccAVoAAxslRxwBWgADGyVHHAIA
AAKTYAA4QklNBCUAAAAAABAmpDBQC9/vBmA7yuMZM9ZzOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEA
AAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUA
AAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAAB
AAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIE
NQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVp
bHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50
T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9v
bAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wA
AAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAA
AAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3Vi
QG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAA
AAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQHLAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNl
bnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50
RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50
aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25n
AAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4
QklNA+0AAAAAABABLAAAAAEAAgEsAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4
QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4
QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9m
ZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJ
TQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////
/////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////
////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEB
ADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAHThCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4A
AAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM9AAAABgAAAAAAAAAAAAADUgAAAqAAAAAEBE0EQgQ+BEIA
AAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAqAAAANSAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpj
AAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAA
QnRvbWxvbmcAAANSAAAAAFJnaHRsb25nAAACoAAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAAB
AAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAA
AAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBl
ZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3Qx
AAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAADUgAA
AABSZ2h0bG9uZwAAAqAAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABN
c2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9v
bAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9y
ekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24A
AAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAA
Tm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90
dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwA
AAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAABfOEJJTQQMAAAAABhvAAAAAQAAAH4AAACfAAAB
fAAA7AQAABhTABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgI
CQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACfAH4DASIAAhEBAxEB/90ABAAI/8QBPwAAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEE
AQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw
4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKB
kRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj
80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwD1
VJJZvWOt0dNaGAetl2Ca6Ae3HqWHXZX/ANX+YgSALOiQCTQbOf1HF6fQbsl+0cMYNXPP7lbf
znLjOpfWDMzLmNsu+y12ktpxmP2l0aulw22Xu/f/AMExZHUOt5fUcsupd9pyHjS1oBY1kx+q
sefS9Brv+1d7/s2/+b/aWR+gUcXBNNvr3WGy930i0mD/AMZa7bdlbf8AhPSxGf4DBx1XnkJ8
B26lmhADxLdq6l1Om5zWZd4A1aDY5w/zbC9q0aPrL1msgOvbaB2sY38tXpLFtBbeD2cIRQ7j
x/uUPFIbEj6rqHUO+z66ZLM3Hxr8Wt7cloLXse5pB97Xex1djf5xtf0rmfzq1afrP0+yPUZb
VPMt3D/wI2LhepONdWLlNaHHGscdRuiAMpv51bvp435rv5xaGTczHY60Nc9gcANkTteYY73F
v7zE6GfJYBN77/1Zf95PGg4466dvx/8ARXt6uq9NujZkVyeA47T/AJr9rlaBBEgyDwQvPqc3
DuDYvrk8sc4Ag+z26+3/AAtf0VcpcWEOpcWzw6txH41lTDOesVhxjoXtklylPV8+rQZDngGC
HbX6+Bn3/wDSVuv6x5A/namPH8klp/HenDPHrYWnGfN6BJZ+H1ijKsbVsdW90xMEaDdyCtBS
RkJCwbWkEbqSSSRQ/wD/0O/671xvTmCmkB+ZYJY0/RY3/TW/yf3f3151kZOT1i+xtdhdjuP6
zlP1NhI/d031uZ/M4v8AN2Vfpsr9R9DEzrn1i+15fWsrA3ENdY5+VcYJ9Lc5lFOz/i2eyt/8
/wD+Fqsr1ZV111VtrrbtY36ImeTuc5zj7nve732WO/nHqrOZJ1+g7M8YgD81qaaqGenUIBO5
xJlznRt32v8Az37f/SdeytTSSUa9HkfmOPAP5VV6hnfYam5AYbq2ENvqYQHxZuZj2y8t2t+0
tbU//jf+CVu8TVMTC5rr2R1HCLS9ovw76zQLoAc4T69NV232V5mHbusqtZ6f2uj/AIWuxGEb
lS2RoO+bftXQhklvuNNOXsbJ1AbbY1m33u9rntYtDDs9TGpIM+xokGdWTS7/AM9LL+rTH29G
x6bQGixttMdiwusra4fyfzP7H7iN0h9tuDUS4tvrlv6TQ7iGvLbWD3bLLGX/APn2qtRy0mR2
l/0xKP8A6ixrhsD3H5er/unSsopsYfVpZcQCQ0taSTH0dzh+cqm7plDHh+JfhVuc0ve1jmsL
mghrt7C78y535jP/AAL9Fdps3tDoLTw5p5BH0mlFDiOCR5hSArS5dP2JrtuD1Q0g7t7LHbve
6HT6dwr9/wCjudb/AIX/AK2rlQ6gLGuGTTkY+4iw7C1+hIc1jq5r3N9v+r1Ycyu0RbW14597
QZ/zgo04uPjbhRUKQ/aXNbIB2jYz2/R+h+6laqbmHd6WTVb2Y4E/CfcuvXEfDuuwwrfWxKbJ
kuYN3xGjv+kpsB3H1WZRsU6SSSnYn//R3frLV6fWr9IFoZYPm30/+qqWYt/65VbczGv/ANJW
5h/sODv/AEcubyX3141tmPV9ovY0mqmdu537u5U5j1keP5tiJ9IPglAJMASfBDpvovaX0WNt
Y1xYXMMjc36bd38lY+Y7Msx22ddf9jxbPazpmGS6/If/AKJ9oJdtd/oqv+uK30TBuwsa5ttb
ccX3OvrxWnd6LXBrW0Os/Oc3akYgC7TeuzokbmFviqd2NRl4j8bIBNVmjo0c0j6FlbvzLa3e
9iutVVphz2eaYTSXO+rbsjp+Rf0TKIf9m/T4to9odWSDY1v+fXd6f+B9W1aVAw6s/LwxuFlh
FxaQ3ZOuQ30nNd9oZt+1Wvb7P0X6T0/+EqvcXdUGIJrsurbkUZAEtY+j1Wb9s+936b7PkU/4
bCejXPf+08G99ZrdcwVWs+ltcC/GO17Q79H+nZst/wBB+ktQy6ni7gn/AAofrR/6SRHt2P4H
0f8AdujTYW2uY4ySPcfHbt2P/d3Prftf/wAQrQkeYWR9rDbxb+s3jb7nY1BeAfePb7bHen9N
u/370erqGDll2K3KY61wLXY2Sw03a/8ABvGNZ/mVWpxBUC6FjrxXNDWusBHteS3T87Y5od+l
a3+bWXhZeZTd9kaKrLtjS7EcXVlrvp237vTd/PudZ9Gj0/Z6380r7LcgFzH1731kBzmuaAdw
kfznp+/99EBte9jnsDBXuIG4Ocdw27dPYxv9tEGtCLQRezY9odpqAdF0fQbd+G6s81PIA8nf
pP8Av649nU6Npdcy2gtkvFjHQILhO5o9/wBDf7PzF0f1du/WLap0ewPH9kx/6MT8RqY8dFs9
Ynwd9JJJWmF//9LtfrlUHYWPd3ru2/J7Xf8AfmsXJ6wYiYMTxPaV3H1lq9TouTAk1htg/sOa
93/RauIGhnwVXMPX5hnxH0uHVVmjMt+yuryerMbGb1TIkY+MCN/2PCqH7rPp/wDgq0ek5V2Z
0vFyr2httzNzoEA+5zWvDfzfUY3esfOq/Ztd1XUswPwMi+y+rAoG2/INjtxZk3kN9HGa7+de
tvDOSGvqzH1famEF+PRG2hjh+gxv7LWO97v/AD2hLb9qY7tgcqu72ZDh2IlWELI0ex0eU+Kj
K5gaK7L6byP0lG/0z5WN9O1v/UoHWx+rU2h7mups4Zq73+5nsJbub6tXs/4VW2lo9xmBq4+Q
Qbmud0vJtcB6rh6503QKXSxoj3O9Omv2fy00mqJ/RlH7CfX/AMzjVW47g/2Ohj7C6yxpLjc/
fuP7pDTS1v8AJrqc1J93T8178G8MyHVbt1F1ZcBsLWPc312em7Y6yv31fvqv0h04VLZgMb6f
B09Nzqf6zdtba0IVZpyhkV1Ppsusy6m7gHhgsoobjZF3p+pWyr7bhM+n++lj2o7xuP8AhY/T
/wByqX56/wCM6lVdVLW11Maytp0Y0Bo/laNVAnq1ORY4776pcWja17duxz2+ixrse1tzchld
PobvoZH/AHW9VVqc3LZU077dlV2Gyz1jteDkNdj5mHbffW73Ymb6eS2337K7P9AiU9SzPs2B
Y99bzY0Nz5bJD25FHTsmxnpPrZXsfe530FIAR9dFtsx1vLZ7bsJ7cllTrrMZjiXja5rW01ex
zcjdU71/V9lb/wCY/nV0HQ8ppy8W5pDmW6BzTLTvGz2uhm7bb/IXPu6xZXXbdbjCaW5L6mtd
DoxLvs2bTY5zP0d7Wenl/o/0djPZ/g96udOyaLXZGRiMa1zMhzX2MLSLH1bXtv31/S9Tfv8A
d70joRKqoq30t9DSUa3tsY2xurXgOB8jqpK613//0/T8yn7RiX0f6WtzP84Fq84YSWtJ5IEr
01ec5dQozMintVdY0fAOdt/6Cgzj5T5suI7hxep9POVZdjUUNq+2MYc3qVurWMrI2UY4c4br
v0HqPZ7KmfzlyfpWV0huQ/p3Ti65wYb7sond6rg4Vvc693uyLPf9Nn6Bn+DVLrmGWZmBl5rH
dTbbfZSMQeysbmzh0UN/Ndv/AJ+1/wDPKxi34dHVK68/JrPVXM+z04mOCMfGYTu+yV7B6fqP
d9N9n56ZXp6nS9F3Xs7KHkNlgd+6QURNY3dU5qiK9C6XVWBupLHbR5wYVjE2PaaD9E7mQf3L
d1lZ/wAx/wD0HoNJ+ie6kxuxzWMJY+sE0uiQ6uQ51Lx+e2r6H/F+laz/AAibIXGUe4KgaILW
+rznDD9Fwc00u2w47vpN2u2u/dbbiWfnP/z/ANHXrtJCy8XGto6pnEMLabC57TDiHOL2XDbd
Gxvp+tlV+nvV7Luqx8Wy++4YtTRByHAENP8AVdu3u/4NCJskj9IiWn+sjGcv+fKSToPLT/Fb
Qe4kQY7amOyr3dOwst7n30Muc+o0kuAPsk2e39x/u/nfpqvfnuxjFzJqaGvOSC0tdVO228Bn
t9zdttfp/wCkYrlORiXA7bQXGAADBBGxzdrHe7f7mb/YlM5Ii46+Q4j/ANJQ4ToUf7OxCHOd
XvfbUaLLiTue17GU3OcW+z1766q/Wta1ltmxFxsavHfa9rnuNpZv3u3a1sZjscNN270aq/U9
36REIcdYJbMt76fikJGnCcDIjVBAB0et6Ld63TaTMlgNZ/sHYP8Aoq8sT6s2zVfR+64WD+0N
v/otbatg3hv+qfwYCKn9X//U9VXC/WKr0utZOkCzZYPm1rT/ANOty7pcl9cai3Px7u1lRZ86
3bv/AEeos49HkWTEfV5h4zrbPsuNkdVDnOyKwyvHc7VuM17mVXX49f8Ap/c6z13/AKRVW29N
FWNbTWcboeDcLar7GkXZeSAW1ehX/PW/S9S6z/Cf8HWt15e2t7q2ix4a4srJgOdHtrc781r3
e1c+f2o3rszV1LqIxoJOlGDY539rYyulv/hm9QxNiu3iyS0Pm9EQQSDyE7ROh4KgwPaxoe7e
8NAe8DaHOA97wz8zc781SHKYua9UiW+DlYLBYza6exDhoWuH0Xsd+9/r9BCOlzhHmEZmseCa
pp5RtZ1XEc55NV1TK7q2hwa4l1uO82M3Gr0/1ir1P6iqZxubmO2srAraxtfqWkj0tpvk1+53
6Ddu9N30Kn/pPUqerXXGkYlOQ2Q+t7qwWEzLm+szZ+8/fU32I+VgVWPycnHca7rGksJ3bWHS
2nLbjO/d9lWV7P5r1PT/ANDYsUgJa9RKP+JP/vMsETFjTwP2x/8AQWPTBnW7q8qDhmoAY1oY
SHNd6THU+myv9T21u+n6v6XZ6dyOOm1NyMe+t7mjGsFjazDmnUFzdzve36FWz3/o/Sr/AJab
G6XTRkU5Zsccuqn0LS0xVaI+maHb/wA73V7H/wBdXTIRkddFAaauRV0W2j1G1Gr07HPcAC9h
aX+ENf8Au1f+fP8AAq/03DuxK3ssubaHkEbWlsEAVuJc5zt26tlXt/f9T+cVgcJ9BwiZEjVV
B1/q/bs6iGHi1jmfMRZ/3166dcVhXehlUXEwK7Gkn+STtf8A9Fy7VS4j+qmOwP5Mcx64l//V
9VXPfXKqcXGv7stLD8Htd/36ti6FZX1nq9Tot5iTWWWD+y5pd/0NyZkFwl5LoGpB4kGDI7IO
LiY+HQMfGYK6wdxHJc4/SstefdZZ/LcjJKo2FJDlMg5GZRjl7XHfZWAbGAtGwH6Lsm61zKMV
rvzfXs32f4Gu1JTO322tPiIRGOEmTqqzbrLqG22tDPf7AGvaNsDaQchtVtv/ABvoY/8Axf8A
hLDNOvnCad1K6jtPTMlzhIo23/Kt02+H+C3IVIpY3GyDY2q1tTMdrgN7XE78b0H/AOFdtsr/
AEbPW/nv51WmN9QPrPFrHsI1/OCz8CuvM6YMe4PawuNb/dJkbbvba4ObZtsr2u+n/hEwaSP9
4Skf6uSPtn/0ljSdvoQP8E8X/dt79p4FP6IvIDGwHGILWja5zXvc3e1v51n0EV2XQxzW2b6y
+SwOY4bgPc5zNod6jWt/cVY9Ko9Y302W0Wlj2NLHAgF8l1rfVD/0nuSt6ULqKqH2j0sYFtTR
WGkVnb+g3V2N/Rfoqv8Ahv0NVnret+kUno7lb6uzbGVjt0dYGnmHBzTH73va32/ylNuRiu0b
fUT4B7Z+7cs4dHu/Ny7IMDR9leg2aNfW57m/zW//AI31LP8ACI2Lg5WPaXvs+11kEejda4sl
3py927Hdvs21envs/wAGiBHoVWezoABzNCCxwjc3Uf5y6/7Yf2R9sn3+hv8A7e3j/txecM6N
lVurNQaw1+pFjXhjy62N91jmNb+k0/wNTN/+jrXY1PNn1aup3Canhu6NIL2W7tn7vvUkKHEL
3iVkrNGtiH//1vVVXz6PtGDkUcm2p7B8XNLVYSSOqnzJp3NDvEApyWtaXOIa1oLnOcQAANXO
c53ta1qJlVtxr8it7gxmO+wOe4w0NY53vc4/RbsCyx6/U7SG7qcOp3JEOLm+6dr/AG/aGfS/
Sfoem/4b1Opfo+nUgO/RtEsn5eRlPNOEHNaI32GWOgiWufZG/Dre33Vt2ftLJZ/NVYVH66p0
YuNj31YzGOy84HdTj0s3OaT9KyrH3elif8Jl5Nv2uz6d2Ter/Sul39UaK+nu+ydNrcW2ZrQS
55n9K3A3/wA7Zv8A5/Pt/wAL/pbF1fTel9P6TR6ODSKw6PUsPussP791p99jv+gmTyiOg/l/
eXiAjrOzL9wf93+7/d+f/ZuRR9WL8jFBzrvs9zxuNNYFmz91j7nENtsb/hPTZ6aZ31VsZ9DN
B8N9X/kbV0Je0oT3eBhVZZpb2oRs7V4PPjoOdW4OF1Nm0zw9v5PVVKn6vdTxnWmabK32CxjQ
9wI9z3fSsr/dufWxn0F073Hy+YQ3Ejlv3GPy7VGc0u/bp+6eJeIBwzh540NE+bHsP5XMTfZ8
0f8Aae2PINP/AFL3LaLgdfcPiJH/AKMSBrJ9rmk+YH97E77xP+qVcA8XG22j6VNojv6b/wDv
rXJnPaNXb2+TmOb/ANUxbm08kT83D+9MZAJ1juQW6f5ycOYkNwD5IMAXDbk4/wBE2sB4guA/
KVo4uSwdPzWFw9N7K7BZPt9tjWO9/wBH89q2cLprrf0mUHCv82p0h0z+eAdu3+QtT0q/T9LY
30427IG3bxt2/uq3jjkOOWQx4aiTGO8pen/msEpR4hEG9RZ6B//X9VSSSSU+efWvAst6zbQx
xZU+1t1haYJBY0t2afznrt/Ru+hR/SP0ltVCh0noh6zt3D0OhU+wNZLTklv+BpcPczBY76dv
+H/r/wAz0H1l6YLuo1ZeRVZZ0/0wzJFI3OJa5zmVWN3Ne3Hs3/pns/4n/Cq5jdR6de0Nx7q9
AGiv6BAHDW1u2/8ARVDmJSiSB3Jtt4pCMRIaz6f1P6399Oxtddba62trrYA1jGgNa1o0axjR
9FrUznJPJHOnxVd5PaJ7cqjKS+MbXefh/r9yC8uggceEx/5FJzzPPbjhQJPeR5woibZAFnOf
Hx5UfUjWY+BifyJOd4ka8cfl9qW48EnXsDH/AFaalbWePOI/u9//AEUtwcYdr4wQ7/oulyQD
OHkAfyhtP31+z/wJEYDY5lQ/SvJIa07XgwNW791drGt+knAWaHXoEEoxWxzgKhNhP0WhzXa/
8XvatfB6WK9t2SS+3lrHHcGn+t+c9F6fgfZW7nu32uEHwb4tZ/5JXFp8ryQjU8g9XSHSPn/W
aubOTcYnTv3Ukkkr7Xf/0PVUkkklKVXK6X07Mk5OOx7j+fEO/wC3GbXq0kgQDvqq62cV/wBX
X069PzLKR2rsi1nw2uj/AL+qttPWsaTdjNyWiPfjnX/tp3v/AM2tdIkocnKYZ7xr+7oyRzTj
1vzeTGfQ5xY4uqsGhreC0j+t/wCcooeTq0gnxbx/0FvZw6cawM/0dh+j620Cf5PqLKt6R0aw
k4eYMd54DbQ9s/1Xuc//ADLGKpk+G/uS+kmaPMjqGqDyRJ8Y1/8AIp2afR9N3iD7Pv0ZX/0l
G3Ez8Y6XY+Yz833NY/8AzbXNa3+zerfT6cS1nr5rm1Q4gUvcNpj8/wB/v+kq45LPxCNDX9L9
FkOeFE2jx8S7JO2ppYJn1dPTiePb7bOP8F/4GtvFxKsVm2se4/Sd3JRWbNo2Rt7bePwUlo8v
ykMWvzT/AHj/ANy1smaU9No9lJJJKyxKSSSSU//ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBB
AGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABv
AHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAcABgEBAAEBAP/hEwxo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0i
VzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6
bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwg
MjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRw
Oi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlw
dGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5z
OnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6
eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
eG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMjEtMTEtMjhUMTU6NTc6MjgrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlE
YXRlPSIyMDIxLTEyLTA5VDIwOjIyOjEwKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDIx
LTEyLTA5VDIwOjIyOjEwKzAzOjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hv
cDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIu
MSIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjMzA1NjNhMi1lOGQxLWU2NDctYjVhMS05
NTk1MTQyZGE0YmMiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDo4
YjA2ZDhjMy01OTE0LTExZWMtYTJhOS04MzQ3MWZjZDQwNDEiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9j
dW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDowYzE4N2NhZi0xYjYwLTAxNDctYmQxYy1iN2RiMjliZjE2YzEi
PiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8cmRmOkJhZz4gPHJkZjpsaT5hZG9i
ZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6MzFmMTA3YjQtMGM0MS0xMWU4LWIwYzMtZjYxNGQzYzZkZTVj
PC9yZGY6bGk+IDxyZGY6bGk+YWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjQ4MGU2NTgxLTBjMmUt
MTFlOC1iNWU3LWViNGI4NTlkNTgxMjwvcmRmOmxpPiA8cmRmOmxpPmFkb2JlOmRvY2lkOnBo
b3Rvc2hvcDplZjJjNmIwYS0wZGFlLTExZTgtOWNlZi1mNDc2NmUyZDNjMmY8L3JkZjpsaT4g
PHJkZjpsaT54bXAuZGlkOjg0MTQyOTdlLWI0NDEtYjM0Yy1iZGYyLWE0ZTI2MzY5NzMwYjwv
cmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8eG1w
TU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBz
dEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjBjMTg3Y2FmLTFiNjAtMDE0Ny1iZDFjLWI3ZGIy
OWJmMTZjMSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAyMS0xMS0yOFQxNTo1NzoyOCswMzowMCIgc3RFdnQ6
c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxy
ZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1
NzFjMDJlNC1hZDljLTYzNDEtODQzZC1lZjJmMzBkMWU2MWEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMjEt
MTEtMjhUMTY6NDY6MDYrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rv
c2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0
RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MWNlMTY3MDYt
ZjllMi1mOTRhLTk0YjYtYjMyNDUyYThlOTc2IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDIxLTEyLTA5VDIw
OjIyOjEwKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0Mg
MjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rp
b249ImNvbnZlcnRlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iZnJvbSBhcHBsaWNhdGlvbi92bmQu
YWRvYmUucGhvdG9zaG9wIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9tIGFwcGxpY2F0aW9u
L3ZuZC5hZG9iZS5waG90b3Nob3AgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFj
dGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YzMwNTYzYTItZThkMS1l
NjQ3LWI1YTEtOTU5NTE0MmRhNGJjIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDIxLTEyLTA5VDIwOjIyOjEw
KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAo
V2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rv
cnk+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjFjZTE2
NzA2LWY5ZTItZjk0YS05NGI2LWIzMjQ1MmE4ZTk3NiIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1w
LmRpZDowYzE4N2NhZi0xYjYwLTAxNDctYmQxYy1iN2RiMjliZjE2YzEiIHN0UmVmOm9yaWdp
bmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDowYzE4N2NhZi0xYjYwLTAxNDctYmQxYy1iN2RiMjli
ZjE2YzEiLz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFj
a2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFla
IAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAA
ANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
EWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoA
AAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAA
iHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gA
AAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29w
eXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJz
UkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EA
AQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAA
AAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6
Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2
MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklF
QyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4g
SUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGlu
IElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRf
LgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoA
DwAUABkAHgAjACgALQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAA
lQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8B
JQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB
6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC
6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAE
LQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYF
tQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QH
hgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8J
pAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kM
EgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO
0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR
6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQV
VhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZ
IBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4d
Rx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEh
ziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocm
tyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9Es
BSw5LG4soizXLQwtQS12Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIx
ujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w3
1zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+
YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJF
VUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJM
uk0CTUpNk03cTiVObk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJU
j1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc
1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1l
kmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4Sbmtu
xG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4
bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCC
koL0g1eDuoQdhICE44VHhauGDoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqN
MY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CY
TJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj
5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uw
ALB1sOqxYLHWskuywrM4s660JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8
m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJ
uco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjX
XNfg2GTY6Nls2fHadtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5Pzl
hOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0
NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBk
QAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAACAgICAgICAgICAwICAgMEAwICAwQFBAQE
BAQFBgUFBQUFBQYGBwcIBwcGCQkKCgkJDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQMDAwUEBQkGBgkNCgkK
DQ8ODg4ODw8MDAwMDA8PDAwMDAwMDwwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgAR
CANSAqADAREAAhEBAxEB/8QBDwAAAQQDAQEAAAAAAAAAAAAAAAMEBQYCBwgJAQEBAAIDAQEB
AAAAAAAAAAAAAAEDAgQFBgcIEAACAQMDAwMEAQQCAgICAwEBAgMABAURBgcSEwgQMCEgMSIU
QFBBIxUyFmAkQhczNCU1CRgRAAIBAwMCBAMEBQkDCAcCDwECAxEEBQASBiExQSITB1FhFHEy
QiMQgZFSFSAwobFicjMWCMGCJEDRkqJDNCUXUOHxU2Nzg2DwspNEJrM1NifC01R0hKQYEgAB
AwEFBQMICQMCBAUEAgMBABECITFBURIDYXGBkSIQobEgMPDB0TITBEDhQlJicpKiI/GCslDC
YNIzFOJDU2MFc4MkNJOj0+Ml/9oADAMBAQIRAxEAAAD38AAAAAAAAAAADCHO/M3eauXvQ1Wc
nnVftmjbW5TszapvOzU5ygAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAANd
6t/m35fuap073OUM8IpVMt8VkmXsTMbC9tfa+9Rs3co2hvUbQ3KLntU5zAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHMHJ3/PLzXaia8lJOcsEKcKZVVX5ytUXTk5pXy41oKz
geZlsJvVy88/Oje+85snfo7p0Ni79XUc54gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AGEOD/Pdfi7hdTIJZDvLD7ThTKtar5TN27ctVXKxe4xj5nkrTD7E5sJ2ztDxXV87/ovmtmbu
v1F859Sz72ntXs8zYu9jsjc19i7etsbc15q3D6AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
BC15+b/mO3zty976gkQ0zu0bNpysWvnF6+NAy1pe7Zl9bGXyscV5NdqSiH+JxBLYm/eW6PF/
a50J7Pi9P/M/R7Kzt+en52dmeczljGUrrfVs/a1rzt0bC3dbYu3r2rYqUmAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAA19rXeYnlO9rnUvAlrrYq5S6mluLU2OmOfsZEPpzRMsJGxYcanWN8jVk
xuPM5SwiVwZ343rzvQ5r0stNfTvJ3/yHY61853cfZ8HK25IkoZjqRlKswniymJ/Gq8blOxNv
Xv27Rsjc1rnt0L5QAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGktDb80/LdurU3CI3KONuxoWSrOxV5
al26O0+RvWjDKJ1J1/MKFnnBarCeruLs09hjTDrKc8otvDv1943t86/Z/C7z5e1u/wCU+zjv
qXlnMW4XT9iM4OB5LEdxCkQ5mXEYCV5q+45qbGVy2NfZWzr7B3da/wC3Rd9yhxniAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAB8OPOJ0+CPO9dDGSWg97W0Tva2+9HZ5939bpPnbe5tK9WYcZYttbLXOOMNn
hbsEnnjMU2ZZ2NrJdVwpJ7gtddjr5j6fzv8Au/ztPPP1n+Fe00l9I41h2qks5yyqwysezLrH
BtlgpGMoylpxbJyjNScM4y+icFh1MOIl9lF32qbfuU3nc1r1t6953KHOeIAAAAAAAAAAAAAA
AAADPGfOPzHc5j5W9lBllHE/a5+yda7X+xVb6c+rOXu/QMx1lijRNMqirWa9lw2JGuJCzKaw
lpkwFIKi05bR+c+j89/pPjrd26OqvjXrbB7TS+9bSZZRovo6mxaFgwyuMW4Tn9iJWa8mKjP4
wWxtWxxxzlCLBDmaFVxNbNm7g+ifuZzGF12Ktlbmvc9yjYnS1LTtUgAAAAAAAAAAAAABVqbP
NHyvd0po7Qa8vq4/6+jvXR2dKbuv2lxt+z15gQD7J5ljjVNaoUm2icqun6svpIZG8lrDiyVq
oe2Rc/KdrizZ51v9556zfNvSdAbmzh6PkJsuJu3oyEOk9K99FlwxyslWDyasJywiVhOJXyjC
YxiFFi0GiMk5MFcLfkEc5dxDnGHsrGiQzjuz3fm3GUAAAAAAAAAAAAAFUps8pvIehoOrcS54
6Grq7ZpeRNjrz6p5e59h8kAB9Hc4p4zE6qi5w5iZeo/iXeTDF9zPdiVc0pnFx8xu8569lO+i
+XtPjOt0X53tyvueH9xz0n0KInKKjZhSrqmGUWWubZhMpC3VtjVWX2rJ2yQxcxb9G8tSbVXf
nNfxblNTeMsYzdY4/ZzdTDyC2KyS7F9hwr/0NUAAAAAAAAAAAANY6mx5e+T71N17Q5D6+i5i
dZbNPW3J3tla9xEEiAASIOcoymGenOucoUhYq5dYy5uNqylhzZLnI8uXLi3VLzG9wh9f8fuz
ib/YPyf2Pz6d5jLLNvL5OP2c3qIvLGh3U0+yhCcqXfTeKrZXCbHjlytu60pE7coysmE7z1rs
4O4zRg+xzywJWy9rh2j5jMvZHUfoeVvfvc0AAAAAAAAAAADV2nseVPkfQwleXw4i7XOulNuq
dqjurh9KWwn7Ih8kBAAJlecVUNNWaGhAs9eSkHt7SHS0tralk9jNesi94Z2PGxL5p3+RPsfk
K/bh6bfA/Y6Y+scaw2a2eVxZRkLMpFizyyyhOTgqYSyRprYwrGeExjnGp476WjvfV26tlXSb
cOl9K67V2V5j0Lq3OsM1Mz/EpDenV0utPWcUAAAAAAAAAAA1Pp7Plj5H0EHVljLhPuc290W0
66vuHidHOBMiCBIgBIAUHOWEfr5VTBEIstWTkeWxAbVfn/6Hk9nc3Y5o2aO/uBvr7M7J+b+i
85voXD2D2NDpP5N6iz+q03/Z0l8c0LGatzEPJuXyyrWVGE03CvNSMlGGDP6yVU4TnzbuU7y1
baZZEVlOvLtfWd1Vfzjv7lbs/r3OLZ+65zlGwdqru73PnAAAAAAAAAAA1HpbPln5H0ELhl8O
Ee5zbfVY3R2Rx98CZEAQACQkQGY6yxbUzWqlUmJycpuC2DPYeRHrvPa42a+sObsekflutJbF
dr8V3uON2hl9B830J8l9JduzZMel5r7LDDHL5lLpDic1EaV2NauW1cxb+vufVtsETZq2wqdm
7YYymFjlj8jJacE5nLG1KGE4tZh9XmTL2uHFyxYR3l7jzs9sVAAAAAAAAAFQot8lfG+jq1OY
cP8Ab50rjlJ4T1xyd4kQAl9PgQJfT4EA+jvPFGtCa+VKyxdZzPMqQofXtMdPR4g7WhPVz69e
S7bqa7X5zsc9ad+v/p3kb94bq7v4noJv2nEe2VSGva42NVDHLNkplY4jBnGeqr6diYxpzYw5
l3ta2VHSddW4b71rpTGVUkRufXuvtNqUDJjhllji4ZPsk2jsP1PF2x1tIAAAAAAAAMTy18j6
DRPO2yXH3W0YzPGXwy695O8QAmSIJEBIgmRBAkQzk4nFMhNOadnGGMTd1UTnnzp1Od0NrZea
HpNHWl1ftH5DuW+qbd5zoQfme3x99j8LsPl7HV3xj1mmvtXmNpUTOVW5siSk4uc6VcLccrM1
ObNsuUmlTDGs3WVC2tCMajZXq7Yxjcoodlfo/wAToSs4pYsJyTmV6zvNLYR0j3+d0v6LkgAA
AAAAABy/yOh5t+Y7eUOcejq6r26JDHLtLjb4ABAkAABAkQAkQc5RlMR2komSib+tp/oafZvI
6HlH6njdo8q/lXsUauuw9Z/MdS8au3ZtOVvmvrvLT7v876R17O7PhHs+dfr/AJ6Y2tHZunuS
84fMrMoyc14vrHyZMKvrP7lk1mVcccsqn7NFGTPNgmmvZYy+NjqCszgxIJxi6yyW18tydHT7
W9nwwAAAAAAAA4s4PV4Q8/1tabNXKnU0lod4cPpAQ+nyQAQAA+S+hACQKzDhCWvOucSaNLdf
ncKd7nxFkae2a+ttK7Uuxj6B8Xc6t4HX+KdxfNvUef8A9D88y9Fyuu/iXrXH0blIdbVrU0bc
ozkJP4yyjNfK1NlmrXwpM4+xYlgUzscTUmzXU4Mw+Tlkr+M/rMhkwbjuc8MMbdVPof8AQvMr
5QAAAAAAABzty97y+8r3eAe/zMzvrg9NzAgBIgSAgTJEEiAEhIghnJ1lhF0ZU+uIWVnxnjb0
nK4S7XOr1sSWM7Gqz7q4252jwuw5nWsXje/wh19S1e08/vf5L6Oe664+k0KFu0JTO0ac3c4/
ZyfRGMyqxynIV5xmlVWW3OGCkwuhKGaEmaqMpfBRCUZqp+oRxzs0x3L7DgXze1gAAAAAAAKD
rX+O3ifS8H97mdm8boWivIgSIEgAgSIAAEiBMiCGUneWLemavSq1yXpWbPHhn0PK4Y7mijDd
9FnoJ57q9AcXdfbOnKeY7XOHKuoX1zyPTPzDtT2j3J323E+XNWdLU3Dy9l7ZD+asc4xptyu1
1on5NhOHyJcyaxLlD5ninCayIVZYmKPkxkzzYYM8mNinPqr0HK332+cAAAAAAAAlE+IvhPU6
d2adv6l5AAACZIgkAEAJEAJAQ+jrLFKJjKZoWRWFroPWHjr7fgU/awYo9YfLdrevO3nuWtde
Jt624vX44+r+IccTZ9Evj3tubfsHlt86VrvZy1BsaW9tDcUzn5mwyOlKmGSkytlWjja8s1VB
qydxsmVfMO/z+nNDZdwGSQhGQldgkyUZ26Y291dPrr0/FAAAAAAAADyO8X6TV2reBACQECQk
QQJkQAECQAQBzlGcxE150LGHExJ4TO0KFta/kN7bhRmUdS8zZ9O/O9j7he8iLv8AP+15hfWf
GbGR6Cfnz3uqvrvA1d2uZ0Fp7+sdzW3Lp7GecrMfmWH3Gp3FxlY4nFIVxhwqXyzzjHQ+9qr4
4wN+N5oz3Dq3/ItRnD4uVjDBEhOcvhjY9rDvn2nnAAAAAAAAA82/Ld3mHk7wABIgSAgAEiBI
AIABIF5hVEfqzUJRuzMxWl9dHxGoOxoeRPrORKYvVTzPW6g4W+6sif8AnHo9Cev4NV72nvjz
XaW2NOR6+Otejo7n1tjW21XtXQ2V6o+bNZlQrjlIY3u2Pya8c7HCxGcavbra13tWKlp7ZqaR
PePH2rTjeyXIs8oryYPckphLfLL0L9p5uYvrAAAAAAAA4j4HV4Z4HWABIgSIACBIgSAgSAAA
FUOcoZa81jBWNmbFrnsmtcOba+TfQcvgbtadsqy9mfEegkLMLB57u66166f3uVtXyPW2Rx76
l9N4lbt1ENjGOsx2/wAnezZO84zPkMoZZPknuxOVMQmdXnl6PlbsrmrTDpNzozoWzXR83pzw
esjFi1WGNtTpDrG1bJ2L6fi7e6ukAAAAAAABzZyt7zQ8r3QJECQECQECRAkDOY1Dua+6tHZA
mRAZjrLHKiYClTbpkaolZNJxc1M9rHgn0nH5A6ut7H+L6+0Na+V0OpTPAb3LH3Dxq/H6Ha/z
ftp+35mONGu+rrNM535yt2PjOdyjPMzxKCo3k92JymHuE4MdK7+hpnf12+cW6qy015bKos2j
qXoxcngzzxUnB9FryMOiO7zunPQ8oAAAAAAADW+pf5A+L9IpIAACBIgBIA1Vt0edXo+O6ifW
DyXeAgBLIdZYo1I3XyoFuMnjNhS0rwaMZG+7nTrczVO/qtYy9DPK9C2c/eQ8B6Dyp++fP5Gv
L1M+C+5p/wBI4c/ZRqzoaT3K7cuntYV5TEw8sJQIU6+q3U2u84zzyyyL0xllLDYw406/Lpuz
X1hyt3cGra6iUmGTL4seYw9iXRs/pa/avreAAAAAAAAA3xnxL8J6pGBAkQAAJECTGY4p7nM4
z7fNt1FtYur9o/EelWCACfqHWWOMGWrOvZjC+bZrz8siMwrlc7qtfrc/dDVnkbBrnefM6G3v
lfo/KX6/47ZfW1elPmXrbD1NeQ6mlSIrj9+m5UXbE17s8cXmWQNjUXQ1rnTncaLFs8vtkude
FAY5X1a/28JDDG412LoRjNVJGDvC1zMPckzhHoX9A80pMAAAAAAAAeQvivS631biZEAQJBBZ
4zeGXPHR0+Du/wAqMzj0D871nET5k+p4nrh4/wBBsjVuJkQQJOJhSYj9Odc5RjnNnwlXOWev
ipbP3KOV+zz+vuRv8T+j5Pbnn93Z/gfVca97z2o/oPE6f+Z+l3ZF+rPXeei5soXR1ti6uxYa
rfkQ7iVJjaVOxIVTpbf1dj0W2jDYzzZa+D2IznJOzXkM8ue9/U37o7XzKfsYfV2U1LU3K2y7
phzg7y9z5+67uuAAAAAAAB5n+U7vNvM3gIABLTW7r+Zfp+G+jKrW19Xcjf7p4PVVPOj0nH0z
u63q/wCR792psD4n7EAtML5RH6tVEi2IlY8ZfTOdbDJqLqadZ2Kpyq3e+ps8gdTlegnz71fP
HPnWn1vyEt4ftdA8/fk/X8aU5W5zl2+Z1hy9wzvdYwvWe2Y632KqpNcjlOs9zX6S525dq7Wm
FLqUVM6028K5tVbf1LpvCaHbnea8HkYpzLmqzPPJ3RDqHWnqeRvru84AAAAAAADhrz/W4i4P
VACBIiebOpo+c/pOP0Bztvtjh9PaerfrvYp80vT8V/jPpX5nt3ei0QAECZVQ4ywYa+FOqzqd
iWpynInOC2b5fj5Ke089u7nbPo55jt0TZ0YLn7V68P6Xkf7L4LYvkOl0t4H1Fn+k+a5j7WlU
rKtf2ZT0TtbWv6N523eNaUsoUplslxm5T7vNumtmRjjNkthZtWi2z0Wo3YUa+nmDoVXenF1G
Wwa7p6mdlU2ua4fYN69rR6+9ZxQAAAAAAAOZ+Tv+avlu4BICAEiAEueejqec/pON0Lztz0J8
715HGfgQACQZjrLFvTNRpU7KJKqZiJcH0bbM+b/qeHMVPTXyvakrKV9K+D+a+p44+9fPK+n0
Z/PfveHvvnjN6xRHU23HTuql1el96vRO9rs88en+df1TydjZOvZjNun+lq7n1NhPGFYvUxnD
Ofsks4cI09s1IZYVLKuQmusZNjame/NK1aLrztVeg3vPOAAAAAAAAas09jyP8b6P7AkAEAJn
BHEvc5nF/b5vd3A6vX/H6AkQQJECZEEPsnU4tcJruupOMSBZMMlZGcN8a+aO9rcldbR9ZfHd
t3nK2rncPk/pfPD7r4KX2quvfjfuJL13I5t9xwewOB1XdGYhzbLi5VZq5o6Gpz90dS54NtaO
511y9pO7NwxxxsXxhKcUbKsoKLHatFAn5Ga6F6pWxomMrTGz0h+g+Zk7cAAAAAAABlhl4k+E
9T9gSAACFzx85vScbUO7r+kvmO1unS2dH72rIY5bj09ggBIgSD7BzljgVzUmiZYv4mw1ZPzK
yI/Gh/N3CfouZ3953qyJGxnZfnfY4f8AfcOE9nxNqfKPYbt6mhSfWcjpTj9ZVh8iF7Id3ZZ4
Q2hhZkvr1GWS+zg3oyUyiRqy5P7Gppfcq2HVZ2NzN5AdtfCSeMYLV6rHmOMhFa05yB2z7Hhb
a6umAAAAAAAB49eI9NQqLSBIh9PkuD+9ytJ7+t6VeY7TOY84fTcbUe5rrw9hPGejttOYEgAg
C+UKTETqTQ5iNjCy1WS90pVMZocRbA3Y23Xsd7Eu6Cnl+ryht6tH+leW3/4D0FsnY2z1+fL0
ba2WP2MHF1K2dwK44ZBVlhnklsYq1kateSbHJPY0NK7dPT/O39PX67mybbVmpMbYoum6s7Nq
4usM36VJiTmOm/RczqD0nJAAAAAAAA8yPJ97nTm7oECRANb7VN717dbbVPl96nh7s0dnp7l7
3mz6bi+ovle7u7R2QAgSAFkL5Q11poWMV7LGwY5TDLOuMcZ+kkfZPMj+E9yOjqPzPR5n+2eB
2B5rf6O+UewnvpfAnZxcsc5lzfWlnY4rN861qy2GeDFbarK5bYw6wt1Z0Nfgjtc70T870+C+
7p715+x50+h5Xqt5vtcq7+lsnC7m/d0+jubf25x+ktimM43H0tPt72nBAAAAAAAA4R872OK+
H0wAgBIhWbcPJX1/n+vuP0e0uH0qxbh47+z857CeN9Ha6cyRAmRBAmVEOcsW1E0auK5KexP0
qZypS+YpUdCwqodanQgvnnpuDfv3zSv44+s3wX6Fpz6JxNnbNMkxd24VqzHzu9DzrfXl1tzd
3Z3Mue2YNbcXluJi+MjHP5MQluOu7sNjad/NHT0rfXGpLMa3sNm6t2q9qh9TPe/D6LskpWq3
D0i+g+YymAAAAAAADljj9Hzk8z2gAgSAOCe/yq1bX6N+b7TZHmp6fiT9efor5vsEiBIgBIhl
J3li1qmuUKPnjLYzPRKqfmAxPhyShjsavMfVx7C+C/QfMX9BfNZPbo7n+N+xsfYosnc0180r
L5TPAfoOVLWxvDn7O8ObsuMpX2zTKHSE8ZeqG2E5xd8tywrr+54p5FMMuW9/Ukcbejebs1i+
rkboau/9DY3vqXz2Ueg/uvOXTcoAAAAAAANS6Wz5LeO9H9QAAQJeSXr/AD/XPH6HQXO3POn0
nHgLMPU3yndicsbhVYQJAQAPo6yxyxNNXLW+ePzBY68sUPUoChJJWNZ9jTn8djcXyz1XLfsf
N1L3HBefL/TdRU7Np9Vx5HK5nJ1GHAvf52+tC/XO3X2nxd/gztc+xTPanJ2dLbkSWc3Guuy1
5oxsSVZtZVnTirZb8zYIaVy6T9sriYyhIi91ZysOyvVcTfvc54AAAAAABG4ZeJ3hPU/YEiHw
+yIeUPruDrXaoRN16Oz6S+Z7XNnT0uK+5zPYXxvogASRBM/Ygk4nHI+a2Wv4iKjCyVWJylIf
RUemNuPLfe5/Xnnui+8d2eWt2aX9Q8RPfP8AvdT+V70x7rz01nn9nIOBO9zO1+Jv8B+j5voH
yOjwR2ed1vybtEblfRehu8vdXStldn3J2Pydzg/q86xnTejfddfdpdlWw67UZxUryUmPtk4U
0vVr3F0R2ud2L6zigAAAAAAAeOniPTUii0CBIh9Oe+jqcn9fn9Fc3d6Z5m7wJ6Dk84dPS9Hv
M9rfmhtCRBAkAkQtMLTDDXmnVobKJ+MpOs4hmJQep1p1NOMur3zxOpYODtag892OOPuHzq1+
c6fZvw/3dz+weVX2qs6Wm92nkLsaXpN5vpeVPrOP6uec7Hld6Xj+q3mut5P+k5PrH5zr+Pfp
eJvrSvk1nfPC6PBnc5xnPTOjtaP2aKrlXr++v0o4nT88ezzuuuZu6R26OsebsWWnKTjO/bdH
ol7vzYAAAAAAAHlx5Hv6E524TIggSAAp91fmv6bi0TYq9WPJd6969rPKHkSQACRD4Kyc5YtN
aaPhELbMvnMnRD+ucsSZLxlrfo6LHPPdOjuWfg3a3+b+u8+v0p8snNaz1F/Pn0jWn1HzV56G
qvQ566erV88OtOVu+T3ruJ6Mcbp8pdHQ6V5uzwd2dT1h852fK/0PH9R/M9DzC9Hz/UvzPX4K
7nM3Nq31PaitTG2NPLWl9N0m/VNlPSfPv4a7Oj6WcXfs2GUrr3vco9KfoXl5CzEAAAAAAA4E
852OOOJ0xJEEg+hDSu9rebHpuK5iYfPH2V8X6Tgzv8mzVWdr8TpABAkAZDvLFpSgapo9sTWU
zVM/ISdRKCVuOo+np7f0dm4a97Oi2xfKfT+bf3759daM+vfhHuXX0viXLq6X2qFZnNDyzF3Y
+2y2mjnDeotFWzvLRu4O7fK6S5u3wB2dL0R4HQ4G73N7c4vS5E62l2Nzd3lLf1Ol+bbz30q9
1al/GnT0frHuXk9DfmhtTVZbKO5facDa/U1AAAAAAADlHjdHzr8z2gACRAPHz2fneu+N0doa
t/l/6rh7V072OUemXmO3f9a0AAA+hJ5OLTBX9eaJljYLs5LGXGvi4wl9LWm5ryo4mzbmtbHR
nePmvoPMz6b5X529Lrb4L7fZvs6Zr1HEMM3TFTNIZYfYlzdgpnklkQrw+VwpfVisVrtgscPN
H0XJ6w0N3mTe1uweds6a2qKHlh0FrX7Iqy4N6mp1zzNzV92Ha/H3pmTvTz6r9bxOlvTcwAAA
AAAA1Bo7Xk34/wBD9gBIh9Ao2xVeKLdC7+r5g+q4fR3M3PRPznZl8JIEiBMiCBL6OZx+ETpz
r/OHOcz2MrUsoSkKJt03mI1Le39oXuMspbyHY5g2NLUH1Ly2wfnXo+mfJ9+z++87nbk2VPJx
MpWxSGWC0w7zsYYvmRfYN4lWiv7jZqLYo2vRfXr8efd/W6s5W02zoLM2M1ah2apLDZ1Ddr9h
cfdn8oKMtx9Xn9w+54YAAAAAABDV5+KfhfUZwJECQECXKfW0OBPQcntTidPtHidLKEFZjLYZ
LhAkQAkDiYUQy1ZpsG2SXFqZb3zL0QjdXr3ara2V735W49syluD0tIceeO/s3itreY6fX/y3
1rr6DwJu2ME5GGUqxCqHE4Sk5M7MMa5bxZITW3urxWq68uMp+244Yx9wzLTS6VWK8yzrh3Ri
tlnJRC2Kdyw9Kfo/mPoAAAAAAAeM/hvT1amz5ISRABoboavm76bi+jvmu1v7n7Qc3dLT8/8A
0XI9PfK9zamreAEAJEFZheYY6+VVriGyiYyyf4F7J+0ROS0Tv67rKrefM3Ha2z86+geJ7vml
97+cS1Fnrl+aPomnPsHmth7VLyc2uZWssyJy+xWRHyYleVvI97Vm/FbrSqxh29aK7FMxVQ6s
n5mY5wtOLnXxbX5Z2WoklTVI7FTarNOq5aqPR76F5u37lIAAAAAAB5Z+Q9Bonn7YEhIgKZdW
wyi01Z0O+rhrvcvTe7rMMo9CvO9fqPk7wEgAgSUHOWGNWVVwyqeOEjEyueTqI+11zWOepelp
bd5u5pTqam8uX0JPUl58u9hxN9x+dQnWq68/PPt5/wCm8W29GjPCcLzmhmjCGSV5Isvnm957
VkpbjC03yHJ2Zfzmw762q62qo/sYpdjnTHEsp/odWT6EK2I2+iV1rDHL4wxxwyi/uD13D313
dAAAAAAAA8//ADfZ494vTIgkJIgK/bj5vel4up9zXg88el+Zu94+f6vl96rh755+33r5/qki
BISIIZSdZY41zB680HLGRxS1uTjA4hJVtL9TU3zytyrbevF25bC0dvYfyz0fmT9V8rcvRce+
/HPW9F93Gd9LzsqoUyZ4S5yEFjFGE2Y5Y52ENGLAiEXPdzXx5G9ZNS6Lwys/mN5PlxQff8mY
9Po4UZJ5UPFuUZrS+4VY429Meg5vYPq+MAAAAAAAcjcXpee3muyAfZn5Eas26PNX0/FrFte0
tTY9DPOde90W8Ceg5PNPU0vS/wAx2926Oz9PgAB9AdzilijdfLXtsP8ABIwkcS1uUhTCbHW+
/r7s5+3qnp60ZQ6O+eek4g6mnU/qHkr7829D1Pq9Sb9TyM68n2WCeE/DQ3Q1p6vLb+nc4mUo
htnCtdszx76vxdm3em0k/J9uF9fwLhyba53cHPQ1VNTaQ2alktaNeRXZy+JXFjYW7r+h3uvO
AAAAAAAGkeft+VXkfQfQgSIeVfrOF2Jxujz50dOg7FXpL5ns+a3p+LEZ4+lvmO3f9e0gBMiA
IB9k5nEInVyptkNrpnqElS+Yp2WOLUnT09z87cUsmm7Gu/5O7AcXe5h+pePheDu+hny31jb6
Tw5eq3HCpzDCVeur1Tt1by0b9e7Ne09O7n/oa3Q+jm3u2pPh7lo8ZtSVVkJbaj6jlwV0SHoe
alVl92a88TPCHmNuGMknEnY7mPTz6H5d3niAAAAAAEBVZ4seF9OpIgAmLzxlMZ487PO4c7vL
mMMtz6W16Jeb7EjjMBZhZK8/gQ+S+wJAQcZRmhjqzUYmA2lhwmTpxxpmQJEcTOnenp7p5e46
QlRuK8y/y5+meM6M4e36A/Dfe6P+teb2VbOOOCMRnJ6hxLjXsaf1F2os1ZtV9ecnbtjLOvN1
5fsXnzOURRbAeh18ve8VOqGGVS9x7GKSUq9hamFDPI5HJ397Xz2zelqgAAAAAAHjN4b1FWpz
AkQATo/f1fLf1fC7X4fT7g4XT5y6WnwV6Dk0y6v0s8x2uiuduiCBMkQSBVDjKPutNWwVaxMV
JDKUCw4Psy6rimbVLCcdi6mxKVXS/wA67nIX1ryEHt09k/MfUsPZc+bzyWmpbHF1ZjwT6Pk9
Ecnd2rp7Ol9yhhNdXsy516mv2Vxd3JjuvRmRyyLdh1EEYL4ErzXOFpx+45GBSorE5i8ljrz0
vH6V9FzAAAAAAADym8f6HS2htEgAgHL3V0fPf0fI9XfI9/mnqaXG3a5vUXK3tEb+r0Fztvv7
z3WAkQJECWY7ywQpygteaddEjisES3jGbxnKZe5TlU15uakrXbdtDYmuB26vbobFwiK5e5qn
v8y/9yq04Y8x9jSZ546Z39aiX4+pnku2jWouzHOXR16bbhsrWnBGvtqqz0u1+P0OXOpqVW3D
pjR2oK+FUp4xV9nHdPPyncMFK7vmOTnMqbq6ul3R7LggAAAAAAHnn5rtck8bogQJEOHu9zOX
uro+lXmO1ovf1eQOzzvTPy3b2xq3+bPpuLsrVv7c4fTIAAEg+wd544VzDa00LPBa/O3axGzH
NU5i2fryzhnhOlutoW/V2dueS7HMmpVo36z5qxcHp9f+P62ovded2PXb56eg5m+9WyyVLFjn
d9DclqbtnaOxkaU3tbRG/r7N17NM7lDSXoj57pcLd7n0jYwveOd91LI2cdY7te7dC+VnLozk
XrTORKy+livr9LPoHmAAAAAAADjzidPgDzfY+H2RAPNn0/G9A/O9aLzjyV9f5/1T8n3tnat2
qdujy19XwvWLyPfv2vcRBM/Yj5ICAOso+zCNGeucMW1yz0zlnOQ5lJUxlnMrXAjUvU1dn+V6
dC8/0uFvsvh9qcHpd2fK/Uzv0Tgc/wDV1dedXQp5akUyyL9pX82dHV2nobnoF5jqZpbI1DuV
ULZq0hva/ffB6PMPT1FLp0nva/SXO2ZynPm/pazjFrzZq9UvL9X6FR3mxg/l6U/QPM2PYqAA
AAAADRfO3PLHyPfJEPp8kQ+y467PO596Op6jeU7mj9/W82PTcXtfh9PsDj9AgSASIACDnKPq
HVeeuqca1atkT9hI5yE7Wzl8rh9dLGNeX4vRx8X3fOD7t87tWrs+kHwT3FB+q+f80vbebvle
Wucos2MrxFz1bl9nGx6Gx3R57qIQVEBwR0xKROod2hhdFF3a9f2V7E07JyMrNhlf6s73r2IW
S+14+ZyphD3J2z67h7z7OgAAAAAAFWot8YfD+mVCQAAcT9vmcadvnbn0dnRfQ1O5+D1ewuL0
eFO/yumeXvbZ07yRD4fQmRCyFso+Y5VWhTs4mkymB5bMpRBiUul5XCd8ua6rLo71K+ad3iz7
r4fXHR0vS74R76K9rzNd+n4mpOjp3XUsg9jCerz1Fdh1Py9vcXL308YdJQkghWRjOUs4Z5Pl
75BtkfYwvMu7WNUPM5+60Y7ErUwri6Y9BzOtvU8cAAAAAAPh4veF9RX68w+hD5INXbVHlz6r
h3yi3u3gdXZerd5u+m41Luq9SvK9230WEgAgTIhUcZYZRlV8MqdlElCe1yWUy+MOkuj6j5Mv
MTLG7Y3y/veev17yWzOhr2n5l6jZHd1tN+t4Gpb9dxbFowshL6+ouTtam2sNmc2/b+ntpJbY
hDhOZiNIOZfLxXhjsYYzcoSmArwzzrxqtVzl1EqVxtDoa/oH7rzgAAAAAAB5R+O9FpnR2SRA
CRAAJap26PNP0/E2Xq3+jfmuzOV5AAfT4ASzHeWCVebSpTMzyDuqFM5eRMlizqL3HODGGEWT
Pk+3xN6TifPXcF14H0nT1V/NP0jzVDs1tt1Zo15XKu1/Xn5y9znbWoy9XvJ99vibVQrM5TBl
P3GG0Fk57D5WxujDPBOmxxjGWckHVcL4HljHBK5x6ffRfLLZQAAAAAAHnZ5jt8ocjoEPoHyQ
CSI5d6uj58ej5DDKPVbyXe2LrXcldfn9pcXpiCBIAIfR3lj9wYU5UNC2UzNZCyZSuF5OMGVs
usWdcKpkfLdjQVWOsPqPj63xun2t8+9NC/Q/Mcj9TQ7Y5W5wx6XmaRtx9SvJdrTe7Txl3eb6
teR7buvN/MJCMSllCl8pVs6TjYYxGcyrdWlVllGSp9qghkPhSCsz6Ge685sjoawAAAAAAcZc
LqcFed65ICBIgTPIvX53DPe5fob5zsec3peN1lyOhz/0NPaWrf6UeZ7RACQABEussMjPWy1/
lCEzNYnEH9ku6oxrOb5WiVqMUIm6cHd155nu8UfcPm7/AF9j0U+Le31h9F8/cratT9DWds/N
3vc31c8p2LXTZmKCcMpj6RkStnBZPzAvXDm0lZOOMPb5RwO6YQyJ5TliXyLRDvGhzlf1/wCm
4/SHe5gAAAAAAc983d8wvJ975AAJAJ5y6WlsjVu2Lr3eSnrvP602qeyuL0u5+D1FQgBIgAEy
vOKiF9bKhTENknkvRGxL658fYPMpd1x8xmzadtD+Y+y41+/fMtebGv6j/Cvd6t+gcnaG/Q1j
HXXQ1tj8/Ykqs0h/JsYoeDcTgklSYQk4gvL7fklXi72pRwY4lMScQ5gtBdCk4OMrd+djn9re
s4YAAAAAAU7Xt8aPEenWkIAgSIEkjhfvcvknsc/0Q832Ok+ZuASACBIgBJUXyxc6+VFIDHGW
vyl8ZK4fwexL3GFsp+4vlj5TG5fz77jx5/UHznoDb1No/K/X7H39ewei5sjXZF3YQ7C7a97C
IfTKiEMzuTaosNpETjJe0vVGezKlUYbUtq5+i2UfcKcK7V85d21r1Qoss+xX6Xe78wAAAAAA
GMPFfwvqYfDMiAJECRDzA9Vw6JfV6XeY7ezNa4gSIEhIggSIEsx1lhhhlC680nOJmE1jMoJj
yC1Zac3cYfc8G857F+K+086vrnkJb2PCt/yz1fSPP3PPP7J4ztLnbO2uTuau6OltDn7v2w8r
giUTJBEpGLPFh8HO0U14d7EoVRjdPzJ8wnJgsqSWOGaslbDug3xeoXv/AC89fWAAAAAAHkz4
30epNPZ+RHyZ+oIEiHnd6Tkd6ef6s7hkAfT4AAfT4ECWY6yxwxlhRlR5h9XE3MuhKDmTyo5T
IxKFmOVc37wfoeUbNTXP1rx20vF9/ZnifTaZ+zeK1VtafffmuvqHoam49Ha+C9bHLPGMU4Ew
2iccb1sq2EYOthIVvtpzEN88jOHSv7hWnnYnXKtmWSVcT2Izme7PV8HdPW0QAAAAAA83/L9z
l3k75ACQAQAkAEAJkQBACQEPo6yxDGnKkSjIWPA/xK5JGHzA9hlhK15PFcPM9SgeO6/FX6B+
b2vnW9pfAPpNX+1+Ozt1afdFw1s9g034YyoIxP2IUk2h9HcylEMjLKJGSEy7uADjKn5OSyxv
SywhHYlSS1B5m6g7vL639NxwAAAAAA4q4PV4S8/1iJEEiAfZn4gCAfZfAh8l9gSAgSAHMxmh
evLXFsx9GNmqLHyzJ1jFixZnzAtMrFm4+1RvnPpeEf0P822NjZ3Z+fvonP8A9T8xtq3XVynH
BV9zX11dGwMc7jrZztWScTHYsciopMIxP0coyyO8yuRS2VIhK2Foyb60ZScwa2ytilKo2x0N
Tvb3HnwAAAAAA515m75keU73yACSYIEhIggSIEyIIEyRBIAIElphZDnHKhQhacZ7HJ6ggjdl
PVR8rPcieB3MvZu2Z8P9R5H/AKY+f73wp6O+R+yju5rR3qeLrDe1+huXtcv9PVa2RJxEblVd
NW6YrtWzfa4QvPsZxrmMktEyKLTXN7otv2E452R9hrkMTio5TG1w9gtKxWx6dfQ/LKTAAAAA
AFD1r/HPxXpVkEAJkiPh9AJECRACRAkQJAQJKDnLBxhlA15UHDBzblZaIwtktl7VL/CHdMZR
OWRNOz/l3pvM36r5rZno+Hu75f6dfPbiPYed5D9Dzuida3LWzaXxoPd1+p+XucbdfQ738319
yVbHmf3+TsHC6ery3lqbG2NS3Rm7q7t076vdjTbquXd/S3lp7L6yfkRQ9nWr0xvnU2onHOWr
noDn7Slc+jnvPN33e1wAAAAAEonxP8H6llEkCQkQAECRAkBAAAkBAkQzk6ywWrlpRnrzOErV
p1SyG1mWdiXohxkwoIjzPO4eL7fL29paf+oeTv3j+tvzxXoIb6B5/iT1fH6y5d2id+uPwyg7
cO1uPv8AJfW1OueF0tx69+g9zW0x0KdD7etZqs9TbVPTuhdS5ar2aZvLLcOpZMV2O4y7Z5XQ
r+zpca9bQ2bRlq3PCzRKCe7OB2O0vTcfofv80AAAAAAPJDxnpNWal5ACRAkQJABAkAEAAkQJ
BkO5x01tUbc52zTMIaWzL1HwC1k5UwthP2GFx9VN54G5q3zvT0p9e8LOa25vP5b69n9C4FV3
NOz6a30W8+dnV1Hs19Qamxw11tLZGGWzefsKI0duU7GotptuE5Oc1UtGGUnjMfnjCXTWVbxl
3ByOjXrtXgjt83rHTu552Kdg4Z7J1crzp7/Ye/rdq+v4YAAAAAAebnlu5zByt8SRAEgAAAgS
AAIEgIEiGht/W0dv6u8dLY6L423rq4jTEhXM6M75kqoxk1rl6tbXVTOGU/xNqh+N7HCP3n55
tjUv77+Tey589nyNuTCEZOZrdBMZDdPyYGTiDmGLFnZhWrcKxdjWLq4titfEhBrnElJKCaZX
DHnve1koleuy71Wdu87bvuT0c975oAAAAAAOI+B1uGeB1SAEiBIgBIA+J+xAEgIAS1NtU8xd
PT35obK8xpTd1+5vO9GlpiMImqkzEttiV68VrJNeSc3DF6ysFOUN5P0nH/1LwVK2Ke4/lvr2
nb1Ll0KcabJC3XwCC+NnzKtqPpKi+JhOWcxghwOiQyhhE/cocZyCeclkPJS+BPCuAzIYTb68
jN6dfQPLyNuAAAAAAHM3K3/Nfy3c+QJAAAAECQkQAB9K5Zjxv2NDZOtbcqbOeuhq9BaGzv7T
vc0TRYypeCy14zGM57BKs/xPcZbzZ9jF8xWrs2j859H5p/VPJX/uc/pz5r6eEvsn+5y5GrZf
X6qsERSMn2GGFs/IYSf1mGG1jmmssUphLKp7GaTAnBXNnLFJEK2S6uyMYc6+LaJkIh/k7q9r
wNrdPTAAAAAA1tqX+QXi/SKBIgSIAAB9PgAAHLnU06DsVdHc3b5e6mnurS2OiuftZjrLHOmY
DGddIfUpjGZCWEHcH4pjsqTV8mvNnPeH7vM/oeTFe989tD5d35h2bf6jhSsWytlGUxhBqgjP
5lD5GZlBaifmWw5sx+yyzoSjJwjJDaYVzn5hCcS9mPtmTi8tqYs4ylJh9MdW+l5XTXpOSAAA
AAA2xnxP8J6ltjJISIIEgAgBIArNmHFPa5/RvO29OblEljPXXI3lgh9k9yxMJgaZ1uxRxmfr
mVg8g7yYY5mN8lOBND3Gyy+R6ur855C+r+L2pyOp0/8AL/TwHuOPZbK5CaycnGGcXjYrM5TH
3GVD5lCuCSg5thyN8sEsmeOLicGkxHpk5ha6RK9WK95XXlTGFJOzd/W0+3/acAAAAAAAPIrx
fpdZatwAQACQEAAloPf1tI7uvvnQ2ec+jqdmcboXGnMMZmc2I526H0LbHA3O4/L/ADu3a9rX
GapnNSymr2RWmcBlEPlMNdjG24MbaEJyldK2j8Pp8e/W/D7o0dvtH4J7zS31jzO37qlJNkyt
ebGxIRKUQnji4yzwHSMkq5lEPRzOPzLL5NGU4M0roRE0vsoyzOYFZ5MpTFjsx9NvonlvsgAA
AAAPNDyve5s5e6QJAQJEAAl8OMuxoXKmyl3V2avPqrl7gfImT2cuZ+59P5P3fpfoR868d7Ie
f+LYYynGSeOSeOSFWbfHNGM1MsWNNsLrbCFecdXkiYZmecV7LKm5KXmp0EtmvPeogcoY5Q3u
xwvxaXVw6C3FDPGXsixInWT/ABlymQnGNiftkSees2gjLKDccDqT2yFcDkVA9Fveecvu9rgA
AAAAcNef6/EXB6hACQAQAI7OOE+5zeh+dtc49LV7D4+9sHXt+yks8NE9X6LxV3PrXQ3m+R7A
fP8A5F0hT5z7MEMIlHHNHDNlXbnMNsM2FFrXDLNC2cI4SxrzgdS9KuXexhhkZ4WpTDbKIzXt
bTi4mH+U4V5xeGeWeCu1ghbjVmUDKJmuK2K2mzUwylDYrw2q2t1DG3GtzMbMRGeMnfhNZYXC
+JnE5rSaZpHa/reHvLvaAAAAAAHMXJ3/ADa8v3CAEgAgFYtx4f7fO6C5+zpTd1+5OJ0XkZfS
ubHW4b7n3GBy6frV87+V+hPE+fy2xSlXn8gljnhEo4Zo45fZI45sqbG+GWduDWvOJ1diM1rH
l2HyYja7EUQ9N8/t62eUM65XtwyyVHn7UZr22XZqdThCaey2hK79EttUs684zCXN+DiIbRky
1LmyXN0L24I1ZoWYSuxWrONPiabEwecXb3nC9CvoflkcMrFs1KTAAAAAAGr9PY8ivGejzAJA
AUa+vjrr6G19W+Lyx685G98kox0BvfQ+LfR/Ye8/DeP9gfIfILtOi4trxxlPDLBJBLHNDDNP
DJnXbGUXYxOeWMVRcnie31r54R+vZV9LamNulTLFSzCDourWts2Hc1l88aro7TuyvDHJtjlO
Z1zG5ro2RjTKtmMLr3MNe55jHycccc0cMm9eSWMymzV92qvmWOV8NMMskYzlvX6Z5ne3vfNf
ZAAAAAAAAMsMvEzwnqcYEgANf318l9bRuNNl4os6L5+0CjLjTtfZqRj7L2W+cfIuwqvDFeau
eGeUYYzjjPxKeM4xLeuxvjY2rzwxlCMoym1vXmvnhWNHab15q2YL5YRTJ3jg8uYzMxta9M0d
v6TW3qxjOSvqj6bKvr3S+xhlVMVrbGcRJblLSnN1jGWczu3qP9mhljk1xyh+bspxlO2154Kp
RsQddvoB+lPl8nt0gAAAAAAAAAePnifS0DXvEAQoexXyT1tGdry3TpbG7NPYIlS+/gz0f3Tf
nlsPZ3wfxu6Xc/7MYYynGXyJwxlLHNeyvGJaVXEQjjmyps+TKGOTOmzCYY0WM68lbYY05N2T
+cYTC2lczcktql3dg7uqTiZLapl88ILT2pO6n7MRmNjqcM9qhxjC2RvCsYWzN1bai2OoueZw
xotZ15TW1rSCITGbd6Tm9G/UvKXfu88AAAAAAAAAAPMjyfe505u6BCqXYcY9jQn8Mt+aGzt7
UvIQHW7vnf6L7z6G/PPH+vXk/kH0+oykhhn8xNa7U2RBlTbjB1bg6tqr+juubK2+OTWvPKUD
pbGclrcGdOSWUq54RetY2xzldiphTa3zYRKWKvU2x9Wdj2KGs5yu7rMJiWtwn1cJp7C0ZZ5x
IZVxwzjKZ3tZXPDKJjKrUM8Us0l1tfq/694uwb+sAAAAAAAAAAAcJ+e6/FPC6n2ETnHCXd5t
qpz3xo7O4NO9xlhqvqe54E7/ANt9YvmfzD1A4fy9zOKWOQY4z8Sjjknhk2wsgNPdWywJhjRZ
9lF69z6zEnBxnjGa1zPGXNsMqcndmMNrWtMsfuFkrt0QOhszu1RGlZquywys+9rRVFzSmy0b
mvD4TEYWVuu6Ymp1fgz1bp/f1csIl5wkb8IfVuwzmLrumLqpG2m+/QeB0N9I8vllAAAAAAAA
AAAAHK/H6HnL5ntpnA3e5lwps23qX7y0dhaY0Hv/AEjir0n172P+WfIPRLj+Ae3VEMMMvghj
nhjkjjkjXZjLPKEcMq/pbTbDJLCyOrmRuwjNexbPGu6Gy4sif26ISiz5hlIbVFdp2H0x9iGV
WbDCVoSm1VXarXUJjYoicc61RdYranu9QxqsUiXmVeGOURq3NSu6977CFbC+xhKbetZr6Nvf
VvK7z9pwgAAAAAAAAAAAADUels+THjfRae3KNNbmvc6bOlebt5THP+99F409D9h9zPlfxXtb
m+KXzw+yxwnETjIgmyb1WJ4ZN4zi9a9nXmpOKMZM67HGdS8zTdHZ+V5SOxVFZZp02SVuFX0b
87IsN2s2uxgNfZst2vWeftSO7glWZ1S0yycVYv7oe3VxuOUnli92KqhVcw17rPfRLbFMTRes
hhjk+vrrXM2bR1NbqH7d4W+eh5gAAAAAAAAAAAAAEbhl4m+E9TrTZq0Nva3Y3I3hOo9j2nDn
o/uHu38p+J9f6ni1JhTLHGJSwyE4wwjJPHJHDJDGxrXYhhkkllVmxoscW4xGvbWtDbf21ZTM
ZExNM2bd1oDG2fywgdO9lblITCGpk3yiydXUgKbWFFlm3dSL09uRsrMkJqWONqrHXyTyzt/Q
0lMzqa1BGZ1fzt5TOZ5VffQc7q77n4NWzEAAAAAAAAAAAAAAA8c/Eem1jVZL4T9lQc/Q8H9/
797n/J/j3XceGUyjGJxicYkiEMLMU/BvVZ8EMM2NVqeGRZDLXtTyxZ0ZxlFrq6PmWFc09mx7
FEXGcDo7Ly3BTKEtmiOTE6WzaehqRepe4ErMYanOZlKX00bC+Q1c7hvasNrX/basrYrnO2rF
u6jXVsYrLl2NBtkk9ebZ7vjdA/SfMTm7rgAAAAAAAAAAAAAAAeXfkvQaB522EdZu8Ob36F9r
flfyzqTb8KnErZY4Rkjhl9klhklhnhEs6rnNtWRAae4tnghjLHXzXuRWva0qzd214Qhde6S2
qGmvZC1XTN1S0xWcbZiytnhlFM0E2KKaZdbhy7rz2OfVNPcmZw+4xjlC29T9rmkamzas63mx
Uz0707cVLcanp7G6+7x7V77j9DfQ/MfZAAAAAAAAAAAAAAAABwT5zscZ8Ppq5Y8rbv3b2n8H
8p23r8VOMlcsQTxyBCvNtXZjjk1jNhRahGSeEp45tq8pO+hCM4bUvbVw6viNoskLcGGGcLTL
hlKbFUPrWvZhfapqGvfH69t16Wo0qsa69thtqhszfZrcsaLz9y0TWptY0vib24OtzpvpakFj
lH691axtq9V85TF46mp039q8Lce/zwAAAAAAAAAAAAAAAAAOU+N0fOrzXa1Dl9K9YvH+S29T
xMYnKYSxyEp4y3rsSxybYWJ45NMM88sccc2VWbKixtGSeMt4yY69iMJrboYVWNqsvluDSLMK
83ltUdrWRNdj6cVr8UrMGOvdPW0o2RVarSrP7ZiYrR0NV/ZhjTlXmdR09u97GtP5Va/p2ei/
QcTn/j9d1GO8foXnugfqHkwAAAAAAAAAAAAAAAAAA0xobXj5436H6GeXy3vp8HOYyR8MYkEs
c0MM8MZSxzY1WpJQwyr+jtYzGGOUZRa/sqjq80cUzs1QOvemzxxI24SLFfaqqejtT19DTWta
2ZvraYbUvQyxXxxf2HttbPHKQsxdXVsMoo+hu27Ku07Wo12cHUwtMNqs9b83oXbtc/pX6l5L
YHsuMAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQ9efkB8/9JOaOzuLSx3DqZbQ1ozxlKMsMMsZlOvJrhYnjkzq
s+yj67McSWGUXVmhXa7tqQwyZU2Ii92EDr3/ACyqYyita98iiSvrqWnfK9DXb1zX6rbjvajX
VvRxyeWY1vRukOhrGrZGV23nq6Lq3BecVBljnSefsx9WxeN/SX39ff307zG0fZ8MAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAI2vPinzfW5q4vQh9O+XxnYmo3Fptoc62SwySryb4WJRljjEZr3oV5vb6oei5
HDImI7Xzjmdg2qYHWtwiXeUOJxqWrtS+1qQ2ViGtZZ7qYLCxtRYtnjgmX2depYXJatmwd7Ui
aLmo/wBqqm8jbsnR1SlDU7Fm6mo4uwkNimsru3Punz6V39cAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEIn
SOrfz5xd7THJ6FG5207xXDWz2boto8y+d5G+5trZV5uMq4XX2X9tbCmyK183VpW2mv6l89fW
2xmv6l7u+tzfixiZjE7yxpWlsS2zVGY5OJhDJH05w9dtk3td/fS9iKBRsWKtLbetFaWyZne5
TXObs3Dp6WzPX8boT6p5R7tVAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHw13RZzdyt7S/G39UcvdcVZ
y9cX/l7O4dRZeD0YXSultimG1b57d1q5r3vsjeFb1L5eyt3njnbhB6mzJ7OvF4WtapSk4tGd
ZXMbrWS29XObGu4swTozeZ4ozLDOCmyJymj62zdcqpveq217rz+8fpPl3FuAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAVzDLnPm7mjONvab5O821djOYvnD3Ldzdna+nlFcPfn9zVrNNv1lP7WvW
NLamNimC1Lksi+WDSu2wbFEDXZJ54ymzRByjta53ixiV5widbYn+jq2LoauuefvbE2dR4jXf
K33fQ1+ovsfjNpeu4oAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADOJ0RpbGgePv6Y42/WNDams
cnWrla+B0L9oW2jSsZa1z3PCo452m2vPKIGjYmLKIDTvcbGDiuG8TIbOGVmL+6mTzxrGpfBT
nEallgwmW3aGGvkmz2h7bi9KfW/GTO9QAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGBqnXu
514+9pXkb2veZuT1NrzBN8nbn/P7+ytaYuu15TDfoUVnkb1y2tX5jnGV5yW3TXtG+T2amevL
am25dfTlr6Hd2LXXsY4TQsL+jPpfl98fQvNuLMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAKdXnzVzdvS3I6GouVvWLT2FyS0bHvI2bvwtqw6V6GR7njD2mGjsXvoaMJrbGFUvtmura
OxlsVy1lENqbO1fb8PrH7P4la3AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAi8cu
bdO/R/J39N8nebaOxZYwWoykOHu2jib1q5G5LX0uc8c9umhae7NUxO7dMNp33L1PK6Q+u+Ot
/V08pgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABKJ0hRbzrzNvTXL3Khzdmf1
7MK8rXzduc42/e9C2drw+0WRjLdX0jzG6vofnZW+oAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAA+GvKrOVNDZ07ytzXHN27zrXIVTdNeZrm7Xdv0vy1r7GkAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQeGXL2pfpnlbmu+ZuXHn3emn0XzGUgAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACu1Waf1regt7WAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAA/9oACAECAAEFAP4ROlT5aKOpcvM1LlrhaXOyilz60mZt2pL6B6DA/wDhd1dp
brdX0lwR6E/JHov3P36mATI3EZjz060m4QKjzdu1R30ElAg/+CXuUWKpJGkah6Sa6hjQ+aI0
pF1r4AdRWhFa61rQNXkzrBi9x5DtxZIsYbnuVBuCxnMcqSD+uE6VkMn1D6ZtdFoH5cDRW0pm
1oCivTTDWh8HSk/GizpNi7ky2f7DxJm4Vs73Cfgi5CeMx5mUUmbU0mVgaknjf+ryyrGt9kmn
+m3sZZ6liMbSD8fsaP2I+SCKT7n/AIqupdCKU0NALyLS42ReR3FojBU3uiS5Tbtw0k4ANAaV
8eg+KS5lWlytwtJm2pMvC1JeRPQYH+oXV0lut1dvcN629rJORBbWdXGSlm9D8+pOgKk0WJo/
eM60U0pV6qKaFD8ZRQk+zSY8xIxLchWYNhj5pHvP+LK2tH6dKNChK6mLJXC0mbkBTMx1HkIH
oOD/AEq9v0txPO8zeiIXMWOSFbjKEi3xss1G4trSpZTI1EaEU32DfDjU0lMfiP7yCkIrKwlx
DlWt8woS2kzNsb7F4yYNYyfcPoR6aegr7UTQetQ1dJFA9VEUB8qxWkv5kqPMzCo81GRHk7eS
lkVv6Jf5UJTMWPpaY+Senu4bQRwz3jaW1lVzfSz+g9JPuKHzTKRSgEONDG+lO9KPmRtQj6GW
E3By6d2AyC7SK0F1WJt+hcdcG4s3GlIxPoDR9PvWnppRGlaaev2okCtdfRlBrUio7ydKTLzL
UeZU1FkoJKWRW/mu4QX+SM3qqljDYx263N9JcGLHpCtzk2ceo9JhQofZmNBtKDgjprXUBqK0
BTg9OctpXtNpXct9guoxHN2X6249vOpgc/MWrMLKQhreRTJG0bAVp9Gta02uijWvtTDWh8Ct
K0r7UWFB6UilYmkvZ0qPNTApnENW97FP/InnSFbzIPcH0t7V52aSGwEUE1673ENkJZnlb6pR
8a0hqTT01rq+EbQtoQoBAHzIp0zsI7nGt01rbp1RDkG0eTK4N3F03zUbdtrR0eWxLaRRNO0k
DRDtsF6vQ+mlEV9q1rSiNK1+jp+W+60SV9B80TUchjZHDr/FnuEhW6umuH9LOwaeri/WNbfH
hRd5IuPYcagGgdKaj6dPoKjNaCvvWfliR9lEpf8AQ5PINo99itvXCGRzqWXQ20yIYrrpnilj
hlVVjjtQwjtoxFK9qFhWCIJ+k4kmhMR+/oTX6igSp0NQPoaHwD80tP8AA6dKOgpW1P3rFydd
v/Eu7xLdbi5edvS0x46bi8e5KQxWK3N087ewPT+49G09FUGnGhCk1r0hWJqPQ1nn/XssTDdQ
3t4qCbOWMc+N25NLeYlCHJHyregoihI2huZOlbs9YnR0W7USXaEjH/ErSM8ssKyTFY3gNj+c
ljKoVC1MpWtaJrT4rTWtTqaCkUPtg5Px/h3l4tussrSt6WtmkKvJLfySTRWKu7OfZHo//Kmr
SvsU+RZ26T0YmiLDWrmBrcCnVClxerjgJRJGkQlucNZi3qJi8R1NIdDp6Emh6/f0+NftT3bu
Eu2FRz/M86lD1GZATDes0UhtUaaGCOVJYdI3sX6dNK1rpFF9KZqxEnRcfwry9S2WWVpW9La2
S1RVlyElzepbqTr7Y9JR8j0NLSrqYJTDJlLTuLYWhlkzyALG2p1rMWmtjszLC4wEqvFWYR7T
cW3pDJY0RoRR9Aa1qONpGkheMn4o/Hpp6CtK7qNCjshNzIUF04pbxVmEsDRmXvRuoBND7GtN
DbSduX+DfXq2ySSNI3pbWyWqRxyX8l5fKq+9MPj0VNSw0pG0o/kMdcLJCjDryY71uoIon4yM
cEd5xSzLaSWx6t8L27rA3SSXBB1P2V/T59D9rFwkn60kLyDrmkhV4p7VIpWsmEgtnKMjKPmu
qga1oj4rSjQpvutMNSQDRq0k7kXv3M6wJPO0z+lnbLAkccl/Je3wI9+X/iPRX0o/aziE08id
LYpysjqpmvU6oAtMfxzwOuw7gw5yTqVd+4lRiMPeXF5fo5NEa0AD6M3SAwYfb0OpqO6ljAmZ
aNwkkUVxEWgVIZ3TuQXEgSKOJZYprVYy1n/lt4epZF+NaNa/BGtAkUT8sa0rDSdUHvE6Vkbw
zv6WFooAD5CW+vRp739hRGoBr4pvigNRb/45spAI5rWQJJdarUqdaXAVZPuNxp0RxD9XcV4q
R3OXtZbqDbGTgtbOVFeL7VHH0lSVosGpBp6N9wa19NaIrqqORkqK6kjENy0bxzo0UM8ZVikN
w9qwh6WU0QQSdKAFGgNQzaVhX0f3std9tPTH2XeMjNfSX10sa/wB6EAEDU2k6wm5xuiv8CSL
9iGa3NrKh6YbbUR3cTI1X4BgyF5+lZxPLdWnc6pLc21hf2N02k0Csv2AOtfFGu581pRpTrRo
UV1rTSvvWlaVpWlK7IWJJo0TQFEejgg2E5iufezafFWts1w9y/WbqdbSP+CPST/kKJ1rF3xg
q8x8d0tvH2jJGrrYL0i0+FyijV2OsbavmMTEbXa121xt24uWtl3BaKu4bC7EjW0xha7i6AKI
1rWukGhQ+KIpT8mjStpS/JrWta19Na11o+uula+jGpWPUjdS+7l06oANTIf04yVsIiSx/hyi
h6dWhxmQVBLGWCP1hVHWGKSZUdMIIYMdKzzRwXHGY7cKY/qh5DikSfGRzRzdZqzuFjqeIwuG
BOnoK+K10r4o0aVK0rT00rTSjWvoBQrT0Hx6FdaKjTGyddv7t6nXDVqgt45pmlf+JMPx1pFB
p1+RKFGNyoNMhWn1NW5IrLXBkkB0LDrXPTNA/Ht5NBmLsQtNylZvdYjFPNLIdKTTSFu6rIUK
yUZBoNKKnqIonQCvvXV86a0V+jStPp1omgfXCP8Ah7pGoI6GvLxrhv4rjUKpB+9ECmFRnQ4q
4EsLL0Fk6KycXTOYgKLaDM9bWtjNHDlZIzDLubHNkcFtW+j6QiXiq1ByVvB3kC60YtQI/gLp
Wugb8x86F1rTU+h9APlsZNRBBrSjWp9NK0rShWIfpm96+Ton/ij0U6hT8yKTQAIYaG3uniaK
VbiNW6GvYfxI0piNIFasjc2uOmN2DayXTRthLGSwyGMjkS3VBdpGCKtCC2hDa0D6dINBek9Q
okGtKYgUp1r7+lpbC4X9i4tmNt35LyHtS+mldNaVp8n7DWreTty+9mE6Zv4o9G+GU/JI01Bq
T7rWNuzCzosi9fWuVtO0wBNTytboqJJPg9zL2v8AsNo0l1j4crd7dy65S0hco0o7y/erwdTs
+tdWlK+gMytXcWumtDSsaJAoaUurFbeQm3jbovEnEUVustXNuWKxsw10BNa0GB9Na10DD4tp
O5F7ucX+MPSUfK/fUEL95BSqajOlY2+IIYE30IngX4dvvmTFbPaP/tXvdrTS0mwIVntIJJMn
0gNFcdqSaLtSKOu2Yg+inWj80Pmj8UHNf3+4VtDHK8Zs8gZxFOJzc3zaliIraZ2je4S3S4vA
sBOpr+4Ota0RQ+Bh5OqD3cwnVB7yqWM9hJDH9corWj9jqKHzX/EdXzG9WFyZaIZDfW5gkDdQ
vSvb22Lix3FMGjXc4L4fad1Ck0isGr/naY0dTEfIofetDqRrSjT0U6gqDXTpQ11W5SWidahh
KFIe0Jrd5HupFb1ZfU0prCyfl7t8nXB7ttZSTm2s0gF+nVB9co1FI2lH5olTR1oL8qNKxMmk
r5L9aXKQrPCoK1mbbv2l4iGo8iJ40tRcvYQm2ihIktjVg3U+Kfpnk/5GhX9taNW9tJOaDaUr
/LVqaD0shFW9xD092OUXcSR+v9tKNFhXVSmsdKFn91l6gw6T7SoWNriqAACXKO7r1KRofpFN
9iRrS/IYaUFApyAVOotpu3Jm4wJ8ffLC2QsTC5jDRy3M8tvtvIw3WOXqjN/Alrk8DKv6sy6V
bSGORE7d5d6d/prQ0V0oa0PirByDcxhSg1JXpr+x+9DUUtW0wjaaLsv9JHzoaJ0CS9Dq3UPd
vV6Z/rSJ3FW2Mklq3tY4BNOkIu8i81Yt+merxOib6R6fb0U6U4+R9iBrG4FSwuq5Bu7CyE1a
yLcwmLpkyK3CSbAmSS0eJ2l3bKIsjt6F6XHOyhII6kkjFxPdKHNzDX7FqTpZtX6LmpLeSOgz
JUchmqS3UUCCvxRHz9jrWooHUX6lXPxQOo9T6OdTWOl7lv7uXTpn+qytDcNHEsapbxoSdKus
qqVJK0jRxtI1lj1hqWZYluZu9J9I9JPhhp6aig4FN900qwInpYj+mYitmJWja9j/AHYsyw/2
ew5VjvE6hW/J7S1tcDPDFcXcpnroZpEYPfAlz0AU66D5pdRS3k8Y/dRwsVu9LDKxkg0rTSiQ
K01rtNUNjK9JFHa1LN3WI1oW8lH01pvutMNDWCl1j93OJ8/Vi7gRSFgBPlIo6uL2Sf0trV52
trRIFurxLcT3Dzt7Ew+VGgP0J91JRuylwM0AkUjVY3rQSbqsY0bDzC03IZTrvDCRz4CyuzHB
aTd+o8eEkjsOs/6dNWxDaS4mQB7V0oHQsxNH4rXSlkZTLcPHD/tJtDk2pcnJRydwae6lkoEi
lAqBgskKMVvl6qntBEot9Fkt3CKakHyKwcnTN7uYTWH2rPHtNUcaxre5JYqdy59mX7CgdaNa
eg++orCOeznlJjI+Il0rOu8lhPFHbZKZlp4GeDBlLq3nvraGWGfrq8uGhb/Yyikyzios5Ud/
BNTW0ExuMPoHspVor8xoztdKYkAGnRQU6kHVVBHSKHxWtW9x2j+wBHNPHKC8ckdrKoW96ASx
9LKXtz+7kF6oPYFWWMokKL3Jl/ck/wCNaGiunoKA0rqrDXXRJmz024+aLDS6JePLGMWWEDXl
kXghGSRbLO2jsjwRrbJJL3PT7VEBXQKW6kSocxIlDKQyU1zbNU190D8wdfimfSuomhoDQ+41
o/FamixA6iQHBqQfJXQAjTWoJO5H7jr1Lpp9ccbSNZ49YammSJby+ecj5qLGzSVcWEsI9gUR
rQoUw9AKLfHTXUVrI3f7Fkp+ZNaiJDZmBRDx7I91imVejfds1jl9tWnQMnJovoVDUlRvrUiH
VELUhChgFJbSvgqXYV3DXTVvBHFC8MaRyWSuvUD6dWtaUK+9MoFa6g6+uGk67f3btOib6sMB
03d6luJ7h5mt7Z52trGOD0IBFxH25PrHoRoab4GlKg0ahTE0k5EIpDrRBV8srrd8ZXqhrHVU
36/7WM29kFhPcZq/ufSMa0yaUDrSN+Un3of8ujpL6Voa+1H/AC2sGsljY3Rhky9sIpNLa4D4
5lW5tEhENvJNUkTxlia+1a1rr6YCT593LJ0z/VbXbwUzFjaWjXDRRLEt3kkipcrN1A6jJf8A
7H1j0k/5Cj80nxRNH59RRGlI+lSPWdAibaMgsc/PatpuDHi8tcPO4mgb8fXTQLrovwyLUx+R
8UG1r50daANEa1azvAcerMkcEhfLaduwsGkmW6Roru1eM2UTSWeQuI5Gj0vbe7yI0NAH0xMv
Rc+7nE/L64YWleCFYUv8iT6QxGV/hRcSdyT2ZhQ9BRU0F+GGh9NfTSr23/YjWQxZeeQ9t7k1
OzieGYMfRABUMwWSSO3VFsLeYXESQuT1FF6qVNDpQr4pRpXcFB2FfuzCnJ6kycnRb3nbjx84
kW2YWxmjt4I8M/VQjF9G2oOookVFJ23B1HuZpNYfrxEGi5S5MaUqknH2XYGUuuhPalH4g+ob
4Dk0+v0EaVboS11AIra7DQ22GuY7nG2kolk3FAbfMYRlki+9IvSHctRLiusvYYeUtWRiKTDT
QNoVNa60a+KOlFKP4UpBpwTSf8SKYV+ysq3t3HOW/ExytC13Ct4JrIxw/ejWPl7tv7mRTrt/
rsl6Ycwp7kNu8xs7BYKu7tbdZJGkZLd2T2XGoHxQp9PrFY+BgszrJLlk6E4/vRlMRdSRPHvy
FYsxt4OlCtdKPyAxFRflY4yXonzPUGMRNJiYIkOOV1Gqm1tmuEmtZYlMLlTqK0oHVjHqAhWi
xWvg+jAClAaiKGoMssklMulH4OCk1i9yRepdNPrsH64GRWCqFF5fpBUsrStZY0yVKqrF7A9O
j0Zfj6dNahiMkjuY1B/LcNmzycYk27yyLDXI1vIcXhJ4w8f5ig1Grf8A/Ribpkyq/wCK1fqk
y2pisJjDLl7YVYSFbjLHQYy6PVlHJY6ChYW7IMcHFzCYW6daa1l0VjR0J6Tr1EH4NPrrINDW
Cl6Zvduk6Jfqsb79ejlYALjKu9KC5ssaI6llWJby/ac+wPR2INaV2/gqR6EetiBDHfHtLKSp
3JH/AI9rXMdlmZbi5E26hLcYrEXhFxbN+JQD0hsnliKGKyo/5rVF6TdgS2+qmrgd22TSrqJJ
47ezjSTLDQa9Zs1BtcU4q8UrLjIgzXOQdJXjjvYyoUx2kE6zRRCUYtyLiB1IUmiCKsJO3ce7
lU6bj2IIHma0sktxNL2kuLl52plK+wPSX/lSrrTDQEdVMuh9NdKu00GQcG5cEVmfwtzH2srI
iyCK0WRscot5bJT0EjTWrC9/XF9kROtWrRJHcwdpsfcqy3Nk0T6dm2X7xf5rVRV//ktqx40t
8ZMRPkhpLim/PJIyzYiXR8inRJiZdTfDomxUnVC2qlmC119Va6VC/WnuZtNH+u0sXuDDAkKr
cI0kqdaBSTZYwJWZUa+zN9lIB1GugaiNKP50RoahQPIQJcheMWmY/DwJLFf4uRlxc7T2Ut4i
y5pja5zE9QhlGh9Y11oS/LHSjrS5GZRcXbyhPkxZFI1uO07JNbmN7fplW3aK1ihliky6josr
joky8RK4/wCJssPnHMFnvrsQmyuo5TfHomJ1LaCtaw0vctvczSaxfXAVEV7k+qsa/TPVvZJC
1zdpAtzcvO3sy/8AH0XXQ1r8n7gVjgGuVbpur7RLltCICErPWYEewrqG7x92wtp95OtrlcJk
DcEtqAdaBGo6ad+qogCQwFdwVprTn4Q6EfFfenAAjbofI3LxKmSmFW18J2vYljlt79CsENtE
95ciZ7VGMuUgMiY9ik+Yj/MGj813TW3JR0+5kk6rf62uZGSrC2kkkq9yKw1JIzt7IojWh6Bu
mjJqSNaI09MedLiRSJ8roZxSqVrcIrjwokkdwyjk2ytrrH7atYsdeRgg6196B0pgKDaV80Tr
SuRXw1Rlddda+abUnqqa9aRR8kMUa/mjlI+T2xQFBihF/KohuDE02SEq6aekianBydu59yZO
tPYssaZKAVBe5TX1jiaQkaH6x6MNCDQFMpFD7kAjT5hIR8o2lzcDuWg+/VWfVkj2pPBY5SWO
RJ90Y6K6xeIvo0WFWA9QaOgoGuququ2mjEUJNKaZqi+RKp9NaRSQ0bV8iozWulAj0c/FKATT
nSoJeiQe7cJ0S/VjEV5pZViW8v2nPpaY15ahgSJb5Oif6x6SD5A0NfcFNKUahvuP+OUPXLji
JKKkUaysIkhgJs726WOaNrJ7qTHXM0EdioaMr00BrRTT0B0o+kn2j+RFlbNLmeJVW83lbW7H
f9hGtluXH3ypG0lSRXEZQyrUl1GajjaUNEY1VuquoGlcU5U0ritFYMqrRPwfyrHy9239zKJ0
3H1W85hknuHuGkjaMwWUs1WuNjhqSVY1Vgwy6aS+zJRGoFKflhUetSD5A+JAZrRGKm9UTI6n
S5YdnNNPYz2BF7ipJQ895CbTcGMYyWz/ACB92PxrWlD1FPBf4mexscheXEWInvAdv5JGvNpy
3NXW1/0TBkbm3MNy0lY/NbdlBxuOuzl8hebahxt7Dfwaa0mmo+KliSlHSCKI1oaVgJeqD3M2
mkn1RRNK1nYLBRhQtVzlEjqad5jZEmHMpqvsvoADp6H7kfCfBlFH4GM/ygg1Z3Iia7tBHQGl
ZSKWS22Hdtc40Jb2sW/bE2+4tqTSrADqlMdPTX6YkVi+i12FiN5kY8emIzNvloop+ppLWGbK
S4G17r4PJkXFtkIWjlsmrAxOVRg6t8UHNa+mpNEGvkHASaSe5mk1j+m1s3uDb26QKjq4v7h4
Emu5ZqVSxssYEqWVY1vb03Dey41VRrQipkIrqoHQgq1NUMrRPkIVEg0NWt0Uq/txbDcDyxjj
O/hW4il65ORsa/62HboaE9aMvST9vSDHtJGLJ29QadWBb5rMGWyGOfE/tf7W1Rp8w0d7YXIn
rJ568tZrC6a4VnPSqMoEYFPpWlaafTjpO3ce5lE6rf6bWREt73ItNWIfWLIp1QQwPM1pZJbi
6u0txcXLzt7IojWlbpqN9ab5DJpTigdK6vS0Pfi6SD16i1ujAc/bxSR7Wwq4q5lPZfdQhbBW
FjZ2oUli4+QfQUk2iz3oeKOJpG/Sl9CO5aJoDJrpdbcxV4tg+KS4XZl/cXeBTM27x3t93MLJ
kb65c/PVrSk9LjUAGm+a00rX1VipjcOvtzp1x/SZGK1hn/N0DrDAkK3uRWGndnOmtNDIo9ge
kg+UNBxTEGpPoVipvFE0fpLAsha+7El7KvdzXTeWGy7qSa2tXPS2munoKJ9IHEVljE7Ia2S3
F5GsNo0LxktQOhvNoY65nv8AaORxlQXWdMOFsM7Z3JOtKvVQj0OlfIOgWmTUmh6msRL3Lb3J
06JPqxr9M9ZDIMpq0xrTVDbRwisnbCGT6x6S/cV8kFqA1roBoqKKelrdNA11bCL0luYYKiso
heY7LwXdLPZOtziZMTOksciVrpRqKMubbCFHylr2J43ZDaTNLcXcUlxdzzNPPLbF7sx/tS3F
oqRCFpKi1NOjOwnYDqAAY0rajWiK0FSH0IoHX1wEuq+5kk6bj6sfZO7O4QXkwmlsMdTMFEuX
jU21ws6Zkfh7Moomkc0RRIIo/YU0elDWrS5ULdWr2zSQRyG7x1rasloiXV7ZTsMXjcwJNl47
uWciNG33pMLKTiNI5Glt3NzIDC3obuV1xYWFIpHhspR2bJPjH4cddYeMGgx0jx6vAcOwnhtm
aW6t2t6W2Lwi3YQ21ssqTxsrKBWlf39MLJ0XPuZpNJfpssYKnuEgW6vHuDjLLqqedIVurx7g
1iUKw5mT2pF1DKQaU/B+4GldNBBTfFD5r7VY3SuLyzaFs5HFNbcc5eYZGe5l7O6ma3t8VcRp
Ud0l0gtDZyGbqLKTJNBb3Ac9MceMmlE2OuIyTQNG+ftvG15bXJHRjB2pLFe3FWIlKo87JbPG
Rc2Z78WNuAHtouh7eFmGTIMuula/AOvrbSdqb3M2mqfTNk0RJZmla2hM0n4xrd3TXD1Z2rXD
jpjW6n70ntSfbT4Q6iQfI+3o4+VUUy/KrrUVwvb3Lh2SDZc0JyV3FHG+5oe9h7DIBJ5FKSWa
3SiHpiCli0VqXGkdPkFBSQxplMfDDFrr62N4bWSC9Ml5A/fSTpDYr5Vz12MrdN7Gn613GgS6
UNLHckiWKwR5CPlk09ftRPxaSdyH28qnVb/Xhk1bJkiCrSwecxRLEuTvev2h6OKBpDUtJ9un
4BpwaX7H7qulSD4znStnbyS2+SuJ1Z5rZruLEzPKUcyowftsHKKetpZELmIJV7YCZlRnjzVy
nSfn6ddPSzu/1zFdp+tcXqvH+1bzVj71Ipoch27hb9liguJEVgQW+R/cJRoVg5eqD27lOuL6
8M3zIgdY8ZCh+AL7JdVAEmyxgWr+MRzfWPRhUY+WGjSD4jatfhnoEmkX4YfIqQkVcqGhP+G4
tHd7ewWRJFtTZ5WxmL1a306ySXIVLdnMkchNA9lrmBI5bn9lKb5Pofmh929CNPRToXPwmlMg
NGOlSlXSnFA6g/dPs40IrASaSe5MnQ/1Wdx2JEmRxNfwxVdX7z1FC0rWdgsAubpIFuJjM/1j
0NKoWpCNGGoU/LnSlXWmTSuvWhqa1K05LAdJS+iWIYLWbG99wN5p0ZWwR3gxcXbSOUR3jDUG
Fnnlg6qvSStlOzrfWghZR8lNPX7/AED7/cUv2/vrRkotrUVP90en+TrWLm7dz7mSTpuPZtbN
7g29ukC3mQWCpZWkb2nov89wEK9E/L/ZKk9EpzQJoHSstbaXXH8qywdtCnIOKlhttsXK2r2a
x6XEKSNeMI1u4iRZg9FnddRibtq9mHtgdKdqPoPuV1orRFClphoUOoP2Y6Uo1rpAGmlMdfQf
PordDIwYe3mk0l9iyxplpECCsgnTPFE0jSYxY4PYFSf8Q2lfej0+n3A+K6ta0FKKkWgNK/5H
O/47vYs4hvpoI4U3LG9zhsM0cE1vMbOaXJzhZrxpXtHeSNhLM97r37LLywG3yUdwZB0sfn0P
3B0IOhUg1KNPSE040MfpJSfd1NfPpp6a1pWKl7lt7ebT8frxVqklSSLGt3kWlKt1C+snnmtr
ZIFyN4kaewKNdNBitAdRcaUh1pk1rpNEHUfZvsSfTccTPFg5+1nJv8b6fsQYq7VagYyhZGik
eBblbK/Nu2UvTAlzN35K1rUj6dRQFM+vpGdDIKQ6E/FNoQfxPcNFgRqDX4GigrprtmsDJ+Ht
5ZOq3+vH3q24ubp52qyYtDV7k9KJJPsD0Y9JBLUuoMtRiiRRNaE18iuo1pTDSspD3IO+YcnH
K7RAT3QyVqcdlsUS1vL94ZWie5jW4SSZ5Pp0rX6AdKA1rT5B+TS/f70CBTJrRSimlFTWnoDX
WTWFm6Zvbuk64vYA1NljNKd1jW9yLTe2PRx+XSNASS41C05OoXWmXSia6SaA0Mn26Cy5p5Ld
MJOs1tHcBBv0GHK7Zu57q1KMY1T4gnMD3NuIZCdaANaenwaMfqD6D7utfatPgUppvgitBT/A
6qRqIoqTUY0a3cpP7ZGtSL0v9dlYLALi5SBbm7e4b3WUGivyq/Bc0NRTHWlbSi2tH5pfiia1
JEEvbG4rG2M/HF491i4XZq5ftFt49jvdl4bhYFuVjZT95D1WnT86kUfn1109dfQfcH8T90+x
+8Z+D81ppQ1r5ogV2xoBpQpvgvqptpO5F7eQXpuPrlyiLHJK0je8acUo+CNK6zp0laPzRNGh
p6aACMBjuq3ijuOHLkRWyI0U+/baKTFbSSDrsljlE0VvHGTrRUrZ0ST6D7eg9PuddfSM6hvg
xGnGhoNRGtL92GtF+mo2BDECkNSaUDquFk6rf28ymk38YVpTHqpR0h9KC60dRWhFalq6aP2o
KCEXoO7rCa6t+PxJZZu6eGN7/Gx3ljtxhbSTv8WtzooazU3N207J8lvv9/U/UDTVGdC4NKNR
9q01r41ZtKALUOoFdTRFOdKQisDLo/t5xPj+MKNKvz/Z6/v9yR8dJFa6+jUjaU7A1uBGmx9j
dzLuGOQGEOryXM/6N0t2LiEUNT6Wto89PiLqv0LhQ0Ei0VYehbSgfTT0HoBWppWIrrFKdKFM
BRGlKutAkUrk07fJNYmXouvby6dUH8YenSNWcCjWmlGgKA+CNKB0pvTSp4xKufW5tbixLz21
1LI67kspbTNYzra0soYpY3x+hitpZXXCoKbEhQtrcoOi/Jkvr2E/7VyTfRNX7Fm1J+kwNvZt
Rs7dqbGCv9RNS4m50NhcCmhkWvtQINAV96KiiAB0k0VIIrQ1FJ22Ugj2rxOuH+MPRjpT0vzT
fIpQumgPowAH9qU6Ufyrd+G/YtNiXzS41GZo+SlU3GCmnY4WQuAoycSNI0V7jkSKC2SIKWK3
sojkt5hKb+0/WlX7YYpIqXFvMXg/Tmni7kjwgG2W3WuphSXc4pchcrVncy3Ff7Ia/tw0ZLVq
t7eCUR21vLU9l0EY13W4x/QGT0xsvdt/aYah16W/jyAaD5o/AU6gr8n4qJtab7k/LdJHopCH
PwfrScTTwixvrdCd7WzXuN20LwPjOmK4ty620qtbRSSotRBFqSSHpEcSMF/WbI3Ek7R/Ix8/
ZuL+yk795GVssgTLDYOLsXNy8d3ej9W7vrkWsl28Vqbmyijnaxiiu8hDbwUDVt1lz02iySBW
jGqyFkWKKEh1AO35dYvbv06J/wCPHj5plZQKFRkaOQCGNAFa6tak+59FUMGGhzQ0k2Nc/q5e
7Z4BlrJpI8aZpaYgsuQZRcTyTsJCDbZQIP8AsD6Wt8q1Pe2lykd3bdlobAn9G1NATay2N3MY
4byOHqukgluJWiub0ywTZJZoZ76Ke2e8SW2yF1HNFkp47hdKgm7TsqzholDmVWqaVI6iuYwt
2GU4KXpn9vMJ0z/xbbHSzV/6tpVxkZZaY6npGg+zfNA/J+QG0ogt6xECpR85y2kmtsLcxnOi
ITj9Vby6gsbeKe3OsbGgQa0+n70DpR+a0FaAUJGFC6lFJk7lKXL3Io5eU0Momn7tuaNzaEdV
kaK2dGC0av1x1AXADRXGgS4jH7z24llMtWLdu49vOJ/EtrKSc9FtZ1c5GWarbHyzUyWlsH0D
BzX3r7UKT/iRSaAVoKDUSTVyvVbtdmFLW4WS07Usbbl7cGWxd0kscq9NKRWnoKLUDr6aehbS
tdfp/sKXTTo1rt0n40QDWgNDQUxOokKiSd5ADWnTUMncT2swnVB/BiieVksobYXOTeQW1hLP
X/q2dXGRlm9JB8rGTQBFH0jcAMw1LfTL1VdtNFFsy9WXHmRnO5b64jk21crkR3AwUaH0B1ph
qIz6fOopx8gmlPoPQmtfRSdAdK6/gGlbShoab4otqQaFA1iJOu39q+Trg/gWuNaQS5COBY4Z
bpxb29mLnJSTeg9JKEmlMdS33rX49daA9F/M5+1ZrvjWfvWcqMsnJ2Na9x+2rxzLOoVUIKn6
AujaepGtEFSPvpS0B6aUaX7kg10muk181G+hkP4/Rt+Q+2y9QZek+7FC8rLBDZC4vJblocas
az5T4JJP0ONQyaUBTAmiCK09CdKJ0rUGtPRWKtuOFo73atyY8pdP1z5O0V7LH3N1aliTOAPV
m0osTQfSjXWa6zQkpjr6a0KBrSj6LTUPigRXxWgpQCpHoB6YaXpuPbvV6Z/ctLB56mvY7Zbe
0lumaaCyE07zN6pbMabEyNWRyEEKNdTsWdjRkkWhcz0L+6FLlboA52ZaG4aG4IWoZm3r/bW4
K5G3NG7hY5W0t79Mbjbm2yIyNlpdXQCWEV9I8U4dZXArq0ov8BtaUfJ+4aurT6VB0LaV1Cga
DCtaFa1qa1rWtaR9Kf5PoTrUEvakB19vLp0z+3bY9UW7yDTVb45UW6yRcescHzbY7pppre0i
yu6hkVLFvTr0otUgBpwujLpQLUBKS/XUhi1ZbetLY0Y0YLbyig9whFzcAi7uFo5q7WhuWZAm
5S9RZxzR3EKTcNsaTO2hoZa2alvLc0LmA0ssOiaNXbau21BWFaGiNKDAVrSt6j5o1r6a0PkH
6MbN3bf2s4nz7KIXMcEViryTXsgSGwFxcvO3oia1HamFI44omyu64bcXVxLkiq9J0+NDQYV0
0VFMAoJc0wmIbQ13o0r92Jq6mNN1NRgBp7W2QqluK7FyaaHJLRu7uNlybdLzGSiIVZZLMBlt
2Ix5NPZuKMINfqS6BL5Ct3KtNkEFDLFAM1KpXcRJGfGh3GKTcEZC5UGv9nX+wWv9nBS5G3ak
vLeSutTWlRH5cfPoSBW3er9b2symsPsRQtKxMWPWG3lvXmu47VWYsfSGBpHtrIwtls3bYyPM
528v1SNkALmteoaUxIpWbVjXUmsbdwFHIZAoZ0UM7ayHqo20QpUtgP1y9Lb3iU1zcgPKSy3F
stRXKGmkkFdsEouokt2AktoHDY+FiMVOhNtfRU17PHS5JtUu3NftzAPfwio7rGNSR2cgexUV
LbKpe2iZf10UpbMxNncaNJeRmPI3NC+kajKzB78x0Mwq0cxoNu4q6vVW1iVWsYGpVCj2sgnX
B9dvbvO0s0dilpYtObvIDT0A1qxspLqljjtI8xvPRj1FkCpQXWixNE0RpR1p2Nfia6hRhp4/
hnkNGadj30eu/atXZ6qJuRUqiu5b6JIz11MKEkrmVE00taSFHqWyk0e2lBVshGf9m1ddo9Kt
ulLcMALtiCI5KNnDp0WwowwNQxMjgYaUFrJ4xJcyIRlpFEeQ7lI+tf7NoKOfjJF/bXBcIwit
lWhY9dbZ2iloQAB7si9SkafVbWzztcXCWaWliCL2/M/qfhbDFiVc3uaDGJcZK7ybx9MS/kGO
jV0Ci2tH4o/FE11E0WOoAeu0dWdloyMakjQ0rxGntpHE1qpDMqvE9wGXITRqLq2aopbJg1gD
Qtp4q/Yu1Ms8JqLsU1zIircmgsmska6Bbdq/SilqTH9B7AUC1l17l3ARkp9DNGajS164VjSu
5Oo7s0jTY4yVNjrJGWGxWjaq1HDXL0+Lu0EeP7j2EJht/wCBdp0TfRb27TvcXCWiWlmsa3l6
1w3osJq2x/bbMbuKtFGUKgCgTofsTqO4aMhWhKhYrRNGUUABTGUmV44yheMKZOkvGiSEyo0B
EndaEJcyuJhAa/xNRtZjT27KTbQKukwLXEqvBkXpclbyVHJAaayBr/WSAol9GP8AbTqS1tPQ
SKKhfmm6Z6S2kip7voAltHK2UblrBFo9C0InlqSzlC/vSQgZW6LNdlj+xbNWJwX77YbAxYz+
Flk6bj1hhaZ55ksktLRYlu7xrhvSytAXVO0m5c/NOXUsxcEPGr0BpTD4UqKLjX/kHZyJCiCJ
2NdSsAOoGMgmRxXQJQrxAQLPEHMTsAstST3Ctczp1I0CyPC5HZKp+zGjRtdvTmIiPs6NbyMJ
ICp6IJWewXVnvYqbLMtLlmRWvoXpGhLGImntoWoY2ZQL26tiuYkmovbsFmtVMc8lCGeWuy60
19EKLW8xNg4OD2w+UOMx0WOt/wCFm0+fRELs7Lj47S1Ci8u2uGpELm0gVVQx26bgzhyRjRIg
CNK0oiuo0SRTKCSNKlABWUhSxYRdmFlSeN7ideqKcIXjtZC0RCkdNQ3js86g0gilC294pmlD
OsMJLyGJv2bpg5s5pLe3JpkuZKZ0URzoqkzSN3hEV7BUK7EWZUdSilRFMVjorSXkRS/k0jzL
IDk7aYwRW8lPahFFlEaXEXKkCa2qLLy9LySyrtDbSaIgQfw80msPpEi2EVpb903t4bhqAJq3
jUi4nhs4cxmnyyxQBV+1EAE196OpIZtGY07oCGSSumRqBfR44npV1HaC0t1J1Tr1LEIJQ8F0
1TNJFS5FnpbaCZWWcM6KlQ3UsgmUVG0eiWLpQvGJEA6+pY3h74E1yemM2ktAS29NFNIZWg6Y
GRFRLuQSTIHMUMiqksdMs/R27dme3Qlcczt2Z7Wly0q0t7KxTLMAtz+1Lt7alrbwfxcinVb1
YzRxSQxNey3973jQGps7Xvm7u7fHwZXMSZGQIBRkFfg1a1r8miNKZmDa9SsVrp6qMGlElR3p
1LT6FZrQ0GgmWTGxgTRyoXVDUN3I9GeVGia3BWO51e7mt5XvonaOyKV2DNUyrGYzdEXEdqzr
ISrWpKwyyET6zl0igCdctSXF3ATfwzH9W1maOO4UTxyhf27YmGPpD/tACeJWkEb1H2tXE4AS
3Y2GAnvWwe3LfFL/ABpF6l00q0tjcPf3Sqvpa2r3b5HI22Ltshe3OUmKoApOinQsda119CTR
IFK2tFmJUAgRh60chp2BeIGuq3Su1I9SWratFEKE7vSNexM1+s1Ga06EjklqRY4qVbpqvJIT
UCw9JtriWlv5lMRtZmIMdSu6UIV62jvZAxieuwOq4hkdInjiCNdT1IkdQXSyLHPfQh8zblf1
MZKGw35PbZCMSyPGP2YWEEBd8Rjb69uYokiX+RdJ0SpIyH0hieeTI5G1w1pf3U2Wn0HST+Xp
1CgWr4pZFNMwAaXqpgsYHUzTMAW0jV2lVJWRVMqhjaMWP+FRdODIwYn9UH9VpKeCTWWONjHd
OqtaxE9Kxq+oomKSum6kR5oZVjtxHT2d4GbLzQENbXojlkq5jEK27wu3/thQ9s5Vew9wkky9
mBaWW56ZNY1F3aSFJbx6OZkja8u4mG3tnRXFWGPhsYv5OVTpuPSONnN/kIMBZvJPkZix0cPq
CdPtXyK1YFlFBhXS1K+pUjUhAOhtWZkAKzLJLAwiSVEP5BBFIxknSRZpC6SWquVkEMlsVqRk
VoLmaQOW7etu8iNLGskFySMhMlSyQTiF5oqmhKKj27Ms2QCym1mZ4l0j79vS3ULsLOGWplvV
pngAhhtuq4guQqSwLUQOswmQLjcfcVisJkpk2xtLtEDT+Xm0/OgNT+9Di7e6uHuZ2QEnUAfN
H4IdTQ1NfNMqmgPlwSI7jQnto0q9w3MDqBciINBbXAZiEZGNQXIV5G+E/XcraTk9+VSBbhyo
gMNxcmpGgYwQROjm6VegoomgZ0aWSmMkapLBrGqQ1JJExS3tpBKt6gM0FRQ25q5trpo2hVTa
3U6ra373AmsLRyMVcW7SSXYAe2IikhtZEnnum21jZbCy/mZpNYtKN3DaR3V1Lcy0PitNKJok
0y9VMhNfKMski00hCtJCoLI9NGAWgnWu2FoXbkBYlqKNdXgnhK5KRGS3t7olLmMvbMlR3LTB
yRSPA5Nm/RHLJGQUkkjiWOk63qae5VUktJQsRRy1wTKgSnW1kIxwkBmyNnS5ldO1j7mhiJoW
eW+WmltgAjrUkl+VgkjtpIJIZTNctJTZNyuztuXSy/zcmvVbvIiVe30l5JrQrX01rQ66rQTQ
MzLXUdSFA+CXgYkRrEY3kSma6IlllJtOzpcW8rEXEcVRXE1T/qRlbXuHtXVsxuxIsVtGDo8g
nWKMwPKFcKDojiSCWVIuiEySSXTyxRxUsmrLHe2x/wBqpIitJClk6Cf9sB54KhjQCOXJKf8A
ZKG/Xx0ithtTJbZBCbaNDtzbseTnw+0FsZf50qdaXUMsDSW6OHx609lItEaV/ZWFaVq2rgCl
Ood/xlkWOupTTwhS0jx0JWYOYUCdDhrWfXvXCr+4q0XjuAsckapC0jRCBDJJctXVbPX6xcxW
t3HUi2zPH0Av35GNpHqY7pqZgDHFApniuJwyQKe9c9DRfitzC1RyXoDZsJRXGzs2HhZmxl1G
JbUqpuU0/YvVjt5prqLa+01xP9BlhSVbnb4FSY+4houA0katUmPQ1Lj5RUqSJTktShlLyalC
AIurql7geV4Q7tJCzMrtbvET0NMBalF/bCAtPrMIVEIti7JcOOu+VnaJiqtoLNeqaFIVje50
lbSgkRK5OWOv/Vulj6QbuGSEQPa3A6bwL3oTSrFCXWaVZY4AwNxCkqXAoX1irxS3Bb9+4iMs
1w4wGNmu7rHY9bKP+hkA1LYxSCfb0ZqfE3EVFDHQPVUtnC5kxbCru1nUK8amSProTdFB5ZFu
GgiAjldC8+kbW5McZjRJrsxyy2xq3RGDwTujJGFiuUZuiSWISJbmRI56SG4jEEVvM0cd2qy5
HtjWymSbG25oWF0RDLLbUt+HYWttcUYb+CnmWIolpNRgu+kPEpWOKla5jFxjLe8qygntBjtk
tdGys0tIf6RJbxvU+BgkqfBzpUsMsYUhqlgjmpsHDrNj7pRcArUM8bV2HFNctblzJIgFsxW2
bUNLGZezTwCJIml6bq5btr+jKe1JEWjmkosIxIkdyZLe4cxXMiRiNpS7wI0LSyUMs9vUctjd
UuBtpi1pkrU/7eWGg9hdV/p2Wna9QG4gev04YzY2EtzLiuP4mEECQR/0xolarjEQTVNt9kqa
xuIyzCnXqF5g7O6P/Xp7epYJ4qcWkZCmRZo0qG4euicDv2sha1d47dGQi4WUtbqqrIstLJcw
H9iGUrBbPS99a7Vyoe/QLc29rPSI9ssbXE4aS1iNpK7q11ewxvc4+Z0sLZmTFX0Ru1uXkxEN
9lZsNtK1tV/qJUGp8dDNU+3lqXFXMJeMrRU1LBFNV1tW1kLYm/gM05jpJrVWeWRT+utQiUC4
EsVBYJyUupQljbwtDJO1FQ7I0AZLW6Ff7eRaH6Mx/wBWur4i5jKzTwKUs7mmtIrZ3nuWEsq2
5try3aTFbRyV7Nj8fHZRf1UjWpLWNxPgIWqfCTpUtu8dBNaZNRd7fs7kS7UkhpLe8tq70Ugt
YIoiEZxPLbSOjTqJXNLDbguLiVZobZmKydMaTOWuLUNBPcqRmJ42S+tLsf66ynL4yaEQWt13
cZsW3uIYYVhT+tPCjVPh4ZamwTrUtjKlFRr0Gp7GCerja0UlXOAyEVSXckQS4ikDROKaCd1e
K3DQi6NOe03ahJia4InituqOCRFf98UZrdRtna8mQWOFVP8AX2RWqbHxSVNghU2LmSmjKHoN
SwRy1cbas5KuNtzxVJJdWJTLWt6seLtZKFpfQLME6lS0ekhu1ElzGKttk3l7bYzGC1tFUKP/
AAMgGntUapsNG1TYmRKktXWumnTWrjCWl1U+1FFPjr62r/ZuKeSwao8J3awO0bwPbW0VtH/4
S0CNU+KjkqbDMtPZSx1JGNSCKktopBDtmzluMLg7bEwf+HNGrVLYRyVLhQKlx0qU6PG4Oo/8
Rl+1t9/6F//aAAgBAwABBQD+EBrUVi70lhGKNhEabGoabHMKNjJTW8goqR/4XBbtKYLVIgfT
q0ot6AaehVTTWsTU2PjNHGmmx8op7aRKI0/8EtrFpKRAgo+j/dzpUb6UW0I0P1EkhUTWfGwM
r22heLppsdcKrIVP9cA1q0stPoPpJTHWlFH8lDdJPrr6/aoyWW8iCziMSVjH7kGST5S2jenx
sZpsY1NYyimiZf6uiM5trJYvpluUjpHDinj1rpOsbfHX8jUj6dRVqazMLJIqEtggyJlIvlAB
9GlNAjU2PiNNjKbHyCmt5FojT+oQQNM0FusI9ZZljHdlnqK0SOj6lAaX4WlPxWv0OPixfWs0
CbYkgYKfS5uY16VOjewaKK1NaRNT41abHOKe0lWipH9KtrVpjFGsY9GYKHumkMVmAZbtI6EU
s9KgRRQo0Pivxoa0p1H96FGiARZS9NT23VZHV1T/AAS3p6i46XB+vWtTXwaIoDWi2hogGmtY
mpsfGabHNTWki0VI/olrY9VAAD0nuljpYJJy0kduustxUNskfofQUx0oODTLp6R/VGB1W6gx
kGNmuBEgfuQX0fSwOooyfIcGta6xTSEnU0ZPgmlfSg4NSITQJA9CdKBB9CAaa2janxyU2Oam
s5VoqR/NVSxtLMR+pIAkuWlMVskQe6aQw2YB9T6sNR9ia6BSjQemvqumuNfU5SERXalWXDyd
dleqQaJAD3C69xDSv1AITXaFFQAD00KCdVE6UDqCdKDitNaI1VPgtpXVSkEBdKBpaYU1tG1N
j0NNj2qW3eP+RFE0jW1qsPrLMsQCyXJeWO3VYpLgpGqD6TWtGpPgqdR9bHSsc7A7gt1kk16q
27IBBdqDGpNEAi4VljulXWTpiEcwc91epiTQJJ69AtSD5B0GjCiNa1NK/wA6CtSC+mkf309B
9LKGDL0n+LFE0jQQLCvpcXQjqK2LmW6JMFoFP1mh6Gh7DKDVkWDZvQIQq1gWEF3dx0G/L+8s
bOJIOqJ42kjLF3n6S8p60WTWV3Zys/4LJ3KUAnt60VIr9gtSPrR/KtNDp+I+K7hFFtV+dNKH
ofS8Tpl/iW9u0xhhWJfSe6OsUCwhpHuTFAsQ9g0PQ/Tr6fb1hbQ3kYkhh6jHBcGOfJFRIw/O
hRYA+gVdSkYJiHSYipaFgtu4NXY0RelUVmWMFkk746FuVJLKApBrTQlKC6eh+a+/0ZFfn+Hb
27TNGgRfSa4aQqqWqrG9yVUKPZND1H0XEnSVfWmkIqKbqLvoYX1MC91JkKSf8YJJe7Fer0SF
iw+4YaEEiu4a+TXQdeg6AA+hU1roOwoow00XVUcJDfARiBJAFdBM6xySurJOS7XI6lY61p63
yax/wre2aYxosa+kszTMSlqsVu0p9s/XprUkXVHaS9LXEvQLJjT/ADUDflj5SrZ6z6L+N16c
QyyWl+CWjFKQaZda7ddB1AHpLIFVZFkr40RtKkGh10B0IHzSsRWjCRwNAkYJhWjCTGUkDgdD
DUj71/bT0lTqT+DbWxmZECD0mlaZndLZbe2JPvn6rpCkhB6bf8HK/iPvZudd1f8AKJwawwAe
9UlFXSihBD6UHWu6tCioNXEbMA6uFXSKOQq6TtIouAQJVDBhqujU/wAUP+I0oN0kODRSggJM
ZHoPiv7MNKFTL0v78MRlaKJY19J5jIzMtqtvbHX3jWulH0B9LiQpHHMGF8oYKSEgb8/ui/fH
t/l3BH12YANYq70urxKkIWmbUfcBSCEDH/8AHXWKdxqDTW6k9oGlt2V5I36ZCZI1bpkjUszy
FXjlZwbnVZH0YfBVda6q7pFFtQj0aPz6X6aSe/Z2/aX0uZySStqltbnX3zX9vv6H7LKRUgEi
WsnUkn5LFUf4Nb6sCKtG0eSLu2UQZ49Qov1NyswZHjbSi2hZeqlTQyJqFb5IDU2oGpJCejRm
lOlMqPTwRuZbcOpiZZJI3BGskPfBdNGpl6iAWCqVoIKPxX39Min4+9YQdbel1cdsIBbJbwFz
/ANCga0q4UtUNxqUOjRv2nR+tT8vKQWtpPl00qE9ZtCJZJkEM4Gkduxe2uY+qo9Q7MDR1ShK
K6xWlRj5k10OlCXShIDRfSioaiKb7dZFBtaBILfI1BCtQHx+Roqa6iKL611AUDrVyvVF72Mb
5qeYRLCvSIYzO38E+g9CNaurbqEU7RGRusKSDOdam+9s2gYfER0bGzv1Zm3EWRhiWSsHIptb
lWFSR91IpC1FSaUUQaj+Svo6jTWj92+y9OijqC/fpBGvy9R/YKCBrqqfAbSiCaZTSV2xRUak
ahhofdx7aSk6BB33AN04AH8T+/rfW5Zo3Clh0kn8dOpbckv/AGX/AJY9eut1Al1uOmXASKHv
o16gNKmh6hbyK4ddKDaUrUxKl2oMRRPVTCgNQCBRetflG0plAJ+a10pPv/xYn5J6lOq0JAB8
NQfQ/BomrtOmX3bZumSpmMrRoEX+Q6A1c2RFK2tD4p/kWEfSv9mGhsiCdwqHt4i6Lh5RFdZY
EMa0qVe2wIIKA12yKJOoU6dWlICxcMPRYtBGBqfuNRX/ACrtmipFB9K1JMn2joaUEommGtaf
IPxkV/L3QdCPyWCARD+IaFD6HJAuoyrqeqgdasZNVPzUiHWDTS5QSW5cOlpKIrrIEyK5a3Ib
0gYo3pp6SIDSR9NAa10mgugOqknWkGp+1S/AF2pIGoB09CdK+elD8sPkmj+Qq/TWP3rVuqL+
KfqI1EsCsrKY2b5ED/krEn4piEq3czJNblJgo0eSN7Sd0eoyYTVypADaimbQO9dVI+vozaUG
Bp9GDqBUa6Bn6qll7Z6Y5B3Qgik7gApl0pRqQmlFSSsdEAelwnUnvY5tYv4poUK1ofReQh6B
6SBobScsG+0Z6jD/AIY76xLsuLk6bQyW6X9oYm6QQjmJjICLU6D0aEGuywJVjUbE1ItAa0I6
0pmAqSRDUrflAy9TvoY5NKMgFJKDWg9C2tO+lCTUVp8Sr0v7uMb+MfTX1HrKuouYNRppUMhj
dDSHQwSsKv2ENQ5SNqhyRNSgGJPxSZesQuGBJSVTqKP0Gh6a1LGHE1sULDpqOLStNWeMAhC5
jj1eP59P7uBQHVX29L9OmT3ce2kvvEgCO6SR/pPoPUejt0hDrUqAiaPpoEMIJCV10q3lIF/G
s1ohDGx0/ayETRqhLhh0kfjLcUn29ph1BomjofFO1dfVSOoWFOkhtCG1rpNSL8RH5YemRT49
21bpl92a4WITXDSm1bpl+o+utff0YDRAaFXq/j2O4tpJ0MfvaMQWYFTD0s0pjHw69Bjkck1P
qBOOuFWBH0yyiIVr9GtMimpYZFbRkqFmevtWhStKDGlb4Cget6OqL3VOhB1HtMwAnv6JJpoW
VVOhB1+o+h9B8ejLqFBFa1cRdaWADR3NuxEE3cW3bQ9HQt/Gwn+GrHSiS3uU6Ssgap49VR9Y
bcf46L/Prcj4hk6gTQ+h9dBIanj61jYuBpQr/iX00j+/qy9SkaH3bZuqL62dV9Jr1EqWdpTH
E0hgs1jq+XWKrduqP6TQrX0Bo/QWU1ZgpK69VSoYXjkGkTx9jLxMkmqlcG/+O7OtSSdLdczU
obtxQuVEMldqYV1TgC5AKyK1EBqZBHSP1erMBQcGvvTLoSdFt/lWSgpIX76fiPijQHwPS6Xp
l93HtrF9VzcdoPIzlpXagNagsS1IioGcILm7MlRxs5hj7afSaFE9JB1A9B63RKFpFFwJA1xJ
GHEQMMlk5aDcEekDmtvBnmyEbkKiqWcBdf8ABF8fQyBqa2Rq/XZS0rgq6Co5dR1A0W+V0NH8
SbmMB3aYwxdsA6HuIodgaAJ9B8gfNa+mRTR/dxjfH1X0JdQpJisXeorZIvSadYhNO0pgt2lM
USxj6j6OmpUaD6WTqHWYzYN+dTwq4w07mW+i/Ys1XUYu57d5fQnWYdFPPqDMABfkAZA0l+rU
sqNRbSg4rqFag1pQiDObRRQtwKW1VqFlHXaQUKcGmXqWVl1gUioLnqJlVm7qllOtf3rILrH7
uObST2ri7EdO5c21mXpVCj6z7OtZFAslhpqNRUoNYzpjuEJKE6MAC12NVaJ3V10qGMOps1o2
VNjwaa1kShNIlJeE0JQaWSmkHTESxDaUhGo+CfX70q9NTRdY6dZFt2U9LI0iljAWFdRBB1Fw
vXH7to3TL7Nze0ASbayC+2aH1E6UG+b+Lrjxw/y0VDVCAjYt+qS7XsTdTtVppPYzLTDrpUCj
0U60fmmjBqSyU01o6UEkFJb6UOkHpBoRgehOlHqNEaEE0WOhYkaGtdKA6qClTpRFIDpUidDe
4p6SDr9buEFxdmSo42kNvarEKe8jWorpJD7B9NfqNL8izj7c/pKA64/UNuUAToSG27cd21yJ
7ZtwCQmo+R6D4PqVBpV0LClUGm+B1k0B8s7vIsjs6XRVvTpJr59I/T7UU1oAD0vk6Zfdt26o
/qyJOsFs0piiWMSzLEJrlpfQHSon60+s0KHoXC0Dr6sNCg0BjBf0HxVqSkO4bbrjlHzgSILr
JwEssQQhvxZgRWv5aV96LaFST6dR0A0o1rQpW6JXbpuLmESpYTFlDTRUt2paGcytJJHFSOrj
uUGB9dKySfHu49tYvqmgWWlAAnuBEJJGcwWbSUbGPQjSrP8A/F9Z9B6FQaX49jWoWHTkou5a
xOKs5+h7pPwlGjD/AI+i/J9DUf2pjpTa6hzQGp+1TxKwuSAxYaWI1a5uRGhiYPBMsonkCXFp
C6LKpt5IbY6+hq9Tqi93GN8fXJIEWWQyNa2enpI4RfkmJOhPrPqfaL9Jjl7auP8AAydLqvSx
KyJOuioNTTGnj1VJJixu5FMUjOoGgf7R/NH4NR/dtCXAoxAj9SOhooktE6pIepp43Rp17wia
aRsiNK6zbODr6aU69Skae7jW0k+vIS6mxh62okCru57psoOpvZPofo1+pz01B1ySRfnV7E8V
xMvSuMkE1tOugU6Fh8jTUhQB8XF6nTVvKrRjWtK6RRTWu2K6QPTU0F0FSLrXTqOg0AVrsENa
wtGDUgEgic25jnDP6XKdEnuWbdMv13LayY8joklWMXF00tW8BlZECK0qq3sGv7aUaHsXDKat
QYhih1HcMQhnTqB2/K3avkC0D8saP2+9ONLi9XWOwQOpo3bMwuyp/I1JcCMpcJIS6g/ehWul
dw6ltaHwGUGugUx6a+9FDr0UkSJRHpkU0f3Ebpb67pemVWK0STVvatLSIEFzeBajYl/YNCtK
NA/Na/TI4RY/kyfK4jRV3RGHth+VYCQC5v0Ks40Ola1pUo0uJF6lsHKvL/wshq1xF1LZSnW5
UPHYEA3sQ0sVGkhIH7UoY3RBjk7grux196P3Pq40PpkV1T3YG6o/qurXu0LGXWGxVaJCi5vS
1IjObe1EXsn0B9gVOA01uOqRRqLBgGyyd2yVY+nFhI7m+j1WVND6G6WNmcSXFJ+E50NW7dEr
VH+E2mtIzRtJcMy2Lek4AmvkGlsQY75yq29ujortbuv5VJcSxNG7lBfgUsocKdTVyvVH7ti2
sXsSyrGJ7lpTGnW0UKxCgQfYPoPvQoen29V+ajJZLMaRIdDbf8pf8kBPQZJiKkIkhvNAfS4t
+7VvamNqkV2eKTrW5iIMU4cD85qm/Carb8ZWk0q50MtzF/isn/C/X4tfmO7XVbJ+pL9Kt3Pb
u/8Amp1Cgn001p16W9zGN+P13FysQkkaQmJgqN0sSALm9LVjm9wmlJ0r7+rt0r8pa240jT7g
9Mlrc9UN8ipcJAWXGMrWN2C30saUAUfkafBtFYxW6R+j2zEwIwDRyh+5qhkDSmVWSxb8p17k
dlJoZx+FidKvF6o4YetZomWrYBo9PW+Tpl9zGto/1ygmS2stKvV1iqW5aQQwNKYYViHuD6bo
kRSDWG2OsOulSH5xrFqz0bQzIxmjwJDLf2ywt06lo6EbGjGwoKNWQADQerkilY+kWvo46lto
esmyQi4te2LcF0ltWBkeRxbxFFlIC2kgVriP/HYt+NH5plAGSU6+5ZtpL9YhUNV1MqLVtaGS
lQIPZPoPn0Fa1r63A1iXV4rI6Q0PmseQj7jU9HQpO35XiushN1NJ/wAg2o1rT0+9PS/JNaa1
ppXSPQMSajhEbU69S2iMgpgQZPmioYG3Q1JCJFS0KN6A1frrH7kbdLexc3gSiSxtrLT1d1QA
6+waFD10+iTUi1A7UDdEtKCTEylstEZIEYFbG4ZJ72N9JiQVPx6fetNKI1HRpR+AZHNISfSQ
kUrlaD9Va1pTSdNGVTQ+fTTWugaBRTN00HFD5oGiakXrT3YW6k+q9YrGiFzb2oi9Z7xUqSRp
Dat1R/WfU+un0Wn/AOO7XpCsCI/vBIVMkYmhAZHWdYllCyRXKkFD8eqMBUnoRqIvxeW1JVFN
RW6y0cdoTaNRYLRlShEZK/WNN+Ajk66dQKVStD5pl1oJQZlpZCaB1r+9wvTJ7li3VF9U0YkW
KFYlRw4luUjqa8eSkQuSNDj21j+s+g+5o/H0LrqRrSjtzOvULZ+ikOhHw1iRLBep2bqKIhMa
wmtJQAAoHsR69RtkuzciK2CXKoseUVqXIRUl8klTRIF/V0E8F6gee6jpVS4MsRBA0FNrqrdV
aCpRqIz8/asiuknuYxtV+p3VBcXTS0JGAqGyZ6jiWMXOncxzfl7OvoT6f2Hrd/j6Tw9QhnD1
H8nHuUXckPbuYzI77dmBgvEUH2A2gLk035UfmmiLl7R0VpSoW7Uwx3wcC5han7cgki7VTsva
XUUw9FXT0PzXSQaySap7mNbR/pnuFiEszSllKm1hWVo7dI6JAFzeFqRC5trYRD2D66VpWv0O
NVtJCVqeAOLKcO1qAW3QhlhKfGDu1E962prp+PV7kKxnUfQCGr4IQdSmO40MCk2eLH693atb
NZ49LhrmzSOopCrSS9RC6eh+Cp1H0XSdUXuWLaS/TOjNLb2gjrILo9m3TLJKsYnuWlMNu0ph
hWIeya/t66fTKvafUGjUlsr1Yu4bKzCaBPyGPLC9uyWX+6fY+rJqY4CHZwo76+gPTM40qKQr
S393q9zO0bXxRRPBeLJbrHTpF+uE0o/AYmg5o/kR9JGtMvSfbibpf6QoBrIr+Kt0mSVpDbWh
kpVCj7UJFJ9g0KFa/XoKg/xyeiyEhkWSGNSBChWTIqOl10qOn+/ofigdakXrnuj10JGkMBMk
ysGr5pXKm1zDwAXkNwBbQK1/cwykAaMCaRtSw0NL9z9V6nTL7kTdSfVeL1RVaWgIq4vFjqSZ
5DVlMZF+s+unoKH0zQBxBN1Ck+ahPZiurSRKFtOwhuFuY+2wIUCn9GIAkviRZS9yNlDVMgSN
CEhhQRxpKFgLdpI5iXkk6aVuqlldaIDVp6dIpl1ox0EAosB9WTX59yybqh+q7uVUKpY28ZjS
6vKALFMexE0RibHH8vb19NaJ0rX009JoCDDMJVQ6NDKHachDFMr13oWGRvehllEgLAUcggF7
+aFmUQgiQjQ0lsgN2C5kRZLgHrnP/wCxe/FXWoNNcEOLwdDShUimElGYB+9pJLMUY6MKU6j1
yCdUXuY1tU+m5vaiiaUwW6xC9udKiiaQwW6xCr9gZMcvsmh6j0ddQYzUYIHoKnjKtDMJFs5O
o5626oIUQPiizTXUP4/rvGWkE6dHSC34hnUrp1teIpS4jeg9M5NdgdSsIZYh+V0etZz1PV4m
rLEGlDawT/g92hAmfrV5AptB/j0+mZepPcxjfl9MdkzNHGqCaTtp8u0EAiWricRL8u0EXbT2
CK/tRoURQ+jT0I1MsRZ8XdRs2ZjPYidmGMkIu7yP4k1SrgxEHVqIADSAHUmhbE0ygm0vJHb1
nhEqyQdMLr0FNdLv7p/+woLW7kSwH8oSQjRj8GuSqfVMvS/t2LdMv15FvxsgDLU90sVSSM5s
rbp9o0KH2NCjQP0D1X4NuoU3CiS3WMqIpBEbxQEkj+VIDLoC34hVIXq6qinKBn/KwiJP0/f0
mh7ldo92K3ZW7MqVcQMySQdUTQBnaJGb109cgnTJ7cLdL/XkRSMVL3sjD5JtbPSidKub3WrV
y8f1n0X6B6a/SYzULEg/lHcgLLOVdYGWa2uE0E0MZATUso6SulFOpYXLLD22P9vQUa1+k1r6
aVp6GtfpyS6r7kbdS/VcQ91GjZTHayPUFqsVPIqC4umlqGBpTFGI1+s+gPofQegFaVr6j5qP
VasyzRZIdM8KoKwDa207qHvBqTH1Qr8FpFEayVANKuo1Rra4L+2+tKx19XXqrttSjT6LxOuL
3LNuqL2Z7hYhLM0ht7QyUiBB7J+KBrX6DQ9R6ClasSS1bgXoIchtuXaNNlYC7XTtrFIyiL8q
gcazFeqeDSpPyMc3TLr7I9RJWtD6yOoMND7eNbWP2Lm8CUzFjVo3VE7hAl6Xl9g+un0/f0A9
W+2LI69wxHt9zrrEyqL2/Z5Fuow4W2XVIOhZ0CMCkYh1CXFkklSWrxUh1H06/SKZNSBoBR+n
X0u06ZfbxjfP1307JSIXNvZqgYaG1uVijmmaU2luzt7B9Pv6D6z9vSxfQ5iPrjB1EEwjkuh1
pMh1KCREdoTc2wlFrbdwxR9tfQ+2Po1+jSuoj0yaaN7dg2kv13dsZTDAsQq5AElW1lrQGnsm
hQNff6dfT7Vr6wuELjux3MYSTuRw1akTWlxrrTKGCuYmRAo94eh9NPTT0JApQNdayKax+3A3
TJ7BOlXN7rSqXNtaCP2z6CtPp09dPQ1r0tZyhrfJoVmELSHbsmtrcxKp7o1HzUkYkWGXrX+H
/wAm+3o4JEa1pU6dUftikbVfruLoy1DC0pggWIe6BRrSifUHStfQCpCaQ61OnzhOqSPccASZ
T0ttGZmkyPSJZ4y727tqKTRZtPY7fs/YGQAL8sWCn1PpMvS/t2jdUX1x2LM6IEHvn11+n5rW
tKfWsJJ0zbktxofzXDSAXWVd+q4Vo6BkZ6Qh5/XT6UOokHzQ9T6yUFJpV0pl1KjQeorIJ0y+
3jm1j/kff6vv6D6LEqr5xRIkXXUMzxvfI00cxJowa0y3FQRhB66mtfoBIonX6T6ya6x/b6TW
tZNPj28Y3z/GNChppR+jT6rVtDdRr+syHrAIWwY3FnLEVIOvrJL2qF5CaFxEaEiGvigKIIoD
2NfRhqEXT0P1Xq9UXt49tJf4xoUKPtpprbzdVvfosNxB0KcFKj206qTMxUx3elPMqqb1jS3m
tPLFID2KWGJ6azoW0ooxT1/7K13ZwBcSUbwV+7HTXsdC6UgTKa7lK2tFgK1Fdan00+hwGBGh
9q2bpk/jH0H3NafP06fQrdJxlwJE3JGGl+A23l6HvCpe7/Gg36rnp64bpgXcMW6ahiEiSr0i
2m7qCsh1KxhmjCy/sRxv0oCpq566KK9G2jNPaRaTRJHQsyKNtLXZnFSvItGWVKiudaa+jBiu
us/2q7Tol9oHQqdR/FP0GtPUUPpf5Fj/AJq3JH1CCQisKxiub7oLXq6rIAZQwkZUYliTSI/V
q0gOkos4kjX7VeR9yOzuU7duwa5tQI5LoG3qOJWht9ZoLaEzJbo84gld4xcO8FpLNL6XYAA1
loJrTfBTRiZHFKdRkk0f27VuqL+PJcolAgihR+kVoaFE/hYMQc1EZLWNeuoZQFvJB0z/ADRt
FJW2C0kelTWhJ/1w1ltyajt54m7UvcFxc1+1JXVFQuoY6MsLvpC0gt0DxQBJIoO1JHC0cq27
Rz28TRyWUbxGrlOtQTHXdOhQ6pGWpoj1WrjpyS6x+3jm1j/iy3aR1/mnqK0RK11o/SK1oUVF
aUBVj+L3KN2GbpZZu3CjvJbTDQoutFNPq+1A6VrpWorQUYlNC2jprOI0bCM0bEV+k1G2mrtT
rQFwK65xQeXRpDWimgyAgxtQtRJUcISrheqP28Y38Sa4SKuqa4qG1SOprpEpWnmK/AJr7eo+
j701RkAxfLJD1w3MRWdOgjDkyWl1GUaP4LfI9WUafQBrXQa6TWhrT6dK0oeugpo9a7a0qKta
eki9Le1jm0l/gu6oGuJJjDZqtS3KR1/muKjtUj9BQ+K+D66+o9GHordL2fQY81D0yJotYaBO
u9h7bjRSR9HV8D6B8UumhrX0Omq6aOND6a/R0+vT63ydMvtWrdMv8Ca7C0lq0heRIVMstxUN
okfofQffWvt9WmvpJ6MNDZ3AiXcC9NIw029OYbi5RY55BoQSA/39B80UIrQ/QrdJLehOlE11
UW1+sNpR9NfXJp7anQg6j3XkVAZJLgxQJCJLssYrP5A09T9BpSK0+fVFOumlOPiiPiwcumQh
67CNSI7SVzJeQo4m+a6xRpRrXbFBAK0offSukGioroFdPoDpQQCmAFONPp19R9N8nVF7dq3V
F7k90sVJbvMZZ0hAjkuajiWMegGtWaTX8uJ41u5BmYtuYlElRQLg0J9T3EFH9c0YoDQsoWo4
1TX+vYV+nIKNpKQbGYUYJQto8kDXV3FJC1tPrBEanuYZLe50UoVNGPUqvTRrWgTWtEnXqrWu
rSgQQfmumumiK0plI9yROtfbx7axe3NdFjBaiOpbssYLQKfQDWrO3usjJieL4Fq2tYbSLc+7
ra0iVQorp1oKaVjohNK2tECtYwE6RSh9AZtNZxXccV+wpoSxtQ6CO1E1C0hYHGo1NjkFGxSj
jga/10gBx8tG0lFG3kFdqSjG4oggdQoFa1Fag0PmiKNFaI09y7Tol9rGN8eyzBQ8r3JVI7dS
0l0YoVjHozNrguM5r5rGwgsYMzua0xdZrdN5kKJ1ArWiprU0rkUurHpUBTECNRXbc12HrpUE
aKDPpSXEzUWkNCSGlkszQhhejZrr2umlExo/sihJKK/dUAXSa9+jcx13rY12FehbvX6hJay1
o2DCv0m1FjqDZFaMSijChrsKa/Tc1+nKKNtKKMTitDWtE1r65HTu+1jm0k9iSRUAD3RklS3W
OB5iAAPTB4C9zbYHa9hh47y+gs48vvyS4ZmViemunpOtKKKilX57b6MOmlZFpWY0qM1KopKE
76FpiRLpTTQMBFCSsYpoJyTbsKEQokrTHQrPSzzqP3JFpshGQJ7SSlghajaimtVNG1QFbeYU
VvBXfuFoXrULstSztQlozKKaa3aha28lHGQ6NZKtdoLQidq/Vm0W1esnkIrctM5IuJBRJJ9q
0bpl+uWVY1SNrlp7gRVBa/PpJIsa7b2C93UMSRLm94wWoyOTnv5XJam+K0AoCvvQ0pFFaNXS
RSy/Cua7SgCKNa7ci10TpQlAAEBC0Y5TTIFHTWiLSStr1XGpmK0l3FReMgpZvX6S12rhKYTM
DAtfroK06aEz6r3zQkuFo5FhX+0Q0LpJKWCN6/Rh1Noq00elfoCQjEOCbWaOu9ItfuvX7zVl
s804J195ToddfqllWNYomnae5OtvbCP1jR5Zdr7KTHNfZC2sU3JvOe9p+pz+Og/Gg5oLQ+aG
hoV06AAEHVQJBoIw9dAFI7a6OAs0YpJ9T0kiRISGtY2JtpqK3IoXeld+KUCC3ao4pBUndFdl
Se2tF0FLIxPVcijeyJS3wYLNRmi0EFrNQxyUIZI6LXAD9bUIYmIihWhcRqY7ic0wuzXdeOv9
pElLk4Ho3ihbhw8v8C3bqj+iWVY1iiadp5yxt7cRD0xlncZS621tK1waZ/d1tjaymTuMjKxJ
r4JFaV0ChGDRjYLrpQHz0UNSFEYqMO9OFdtE6tGd1VVcTdS9AemiRTGZaIcHuxgLcAgSy1/j
NdmIrJZR1+nOtOsy0LvSheKaaS0koY+E10TRU3cko2grUIWlikpLUmui6QC8kQR37tQlLUJ4
VpZ4Xo49ZKbFRLQtSpIuqvci8FX2QN0f4OPbWL1kkEYjja4aecuYIBEPTbm1bncBxuLtMZBu
feMVsoPSOggpIyUTrSmipNBToD0lFQFepqkVRXSQSwUrINBEtf8A4y4k1kaOSlV1o9SUkUfT
GrdLrKUDLqJQWERKuLdQqyU5lB7qAo6tQadKN1JWlq1CzQ02NVj+nMlO0y0sw0WeQUbyJj+p
bzg41Y66Zlp1uGDRRmu5EhEqPUdm5oJPEBkCovc0LVby7e6l/hYxvj0ZgoUNdPPMSbeARLUk
ixrtXYk2WZY1jTcu9SyyOzkgg+mtdNaalHKg1GTRjUsR005klVpI5FjjIV4uodVwgDgkAmpI
ABGzaEutd2AiOM9LPIAo6k7UIIWeNJJAKV4oqUOxkj1IWNAqM4YzrRkj076M2jgdyXR7pDSQ
2sgNolPiyaFjNFTzSoFuOo/sMKF/BX+GepMXE1CBEOayz0SSf4eNbST0djcvPL0C3txEKZgo
2Xshrwu+lbq3gblpJSzfetSaFfagQK0XVVAoRvoVda1jWtF1R5VpvuC1G3XSNiCWlQpLEpjI
cPZ6DuyRsAuiuzCSKNKi1NOH1a4jav1hRZ1UMWEpgYxwAlhOlERSUsiIB3mqRtaJtRQgcjvX
EVGWN6R4WbSQUHkFG9MdC4hmr9G3JNqgp8YzEwCBMjmZpG/i2bdMtXMbOkji2S1t+2KZgo2R
tAXhkkAG6N1vkSXLEIdPyFaV/bTWgdaVR0lSCFYUG0CyakoGJiiIEJ0KXIrSRDFePrGUcRs+
skKLUSK4kEooSQEfrxyqtrJGHnVyXCUjSMrCAGITKrM2v7KKZLcNSI0QWZ5D1olJBby0YJog
Z5kBeFjFIhPRcVLIpoG21/XlYB5YqkkZlQ25IV9Lm9S3F/lJbz+OjdLa1PMIltYST6bL2t/t
ZWIVd17t/wBi2rasBqw1A+K0rSgBQ+QV0oBQG11Z+miFFLCtLLpX+UjrRaScEBn1MSaN+vIF
tjHTLOxaQR1G0rhv11MCyAPPLX7EC0baM1KLiOg6SBCKLOFH6qlY50BlfSKWFTLAZC8KwVFN
I1SIBTxWkx/1cyV+xfxV/tfhZ7FjEpeikymWWJVu7m0gjdy5/kQN1RsoYem2tuvm7iOKK1h3
Vus37jXUDQemhogV80VYUq6kIBS9UlHpVYQxpNWMYjLxliyIxAmXQAyMYl1QdI6ZjXdVAsyU
rMKaFSwkcDVXYMoodwAi2UxwTKWnkJW6tmVLFGrrmhopEDC5kqUSAdNvRjuI6edpBE8Kk9ZB
t4wRMSSsygrZ1/qUlqCCRTf52WE3V1JcyfybFuqL0x2MucnNjbC1w9purdj5Bukap0dJAr5N
fBGg0U0UNaqS0ZFMCaBcnqXQIrV09ohZlp2jZlBBdXVeiNkZF0dZtNE61l/FSxEkcQKhesfs
KriNik0ABsoqUzIWSJqik6y/eFGG06glyirKCZOxLXZkQNcyKIv0zQSfR5X0Q25JS4WjckiM
2zs808Qu7u1RstnHlH8vGN+NOSBYQWm1sZmNw3eVdWIAK6mv7FDXwK0FAkUdaQgGSAaAuwib
oEM6kmIyV1zxEL1HULUsRYBdKIm0aeMDtKwIlI6jJUkUNBJNJZZAy9nVJCxKSaMsaBEWQmGZ
Q57hSN1priZKi/TYiOYh5GWoTAGDOBPDCxuLRYSt3cqBf28wigt9WiulpoDcIYIYRk7lbif+
ZjW0cnStpYSGxgzubly9xROvoBQGpDaUrAV8OCiNQQaqkrUFZKEhIjniamb5aEAh3NSuwCzx
uHslau/JAo7TgT608QQqqmmEy0J4+pollpkkQGZnLNHUUULkx3EdM6uAIVCu8lB5kBvEoW9p
c0cRKK717BS5GCQRw2rForpadlIRbUNNG9xFJFKgtrVlH+u1bOZGIJ/Nsm0m2xiI8hc7gz8m
Wl0o1p6aV/bpNdfyqq1BfjVgdSAsyV1GQPGrUFhFCNBUyyKY5E0aNnp4oqi7zU05WjJBMBbs
heVzX4oY2lZZFiJjBILyiv2I1Mid0LB2Vjmd616QTbT0bJlppLiOmuEcxNbahbhhI7MXjsjX
6J07l9ERlOkLPZuRLI9ZW/a1jvcv+wn86NuloXSSlB1PwTqPT+5U0da6Rop+W1DAENGrPQ66
WUsBH10YwpQymiGU/sRBexEzGPqBDxHqiZnk6A5kcAQUFuBTXHTTTWz0qzqsmrUDGgEknT1W
1JE2jTTARywIe2z01siUs5BcPo6WjUMV1V/78QGTlFJfWrmKcMey4ox2paS0WN8rmWvB/QEk
ZDDlCajuY5AR1gfAT5oMtKKUBabRgkelMGJk6QIugrGshQBJFIKpKritRGxm6m7Qdh2giGQs
xl6IzEhAt2CmQUegM02gjZ3JSAFATX+UU1mmpeeKiVNQyK9Ms0dMLXXszCjNK1B4VK9ZHZVy
JlUlbjpkFvp+hBMIIYAMlIsNvcXBmb+hgkUly6VHlGqO/jelKtT/AJFjoqEMLfpoq7gP0V2g
9BUjMfdeg6KyrGxcSKGk6mKQhlWWpCwPcRWV5CXhOnXEr9lpQJHiovE7M8iLIYGZLJhWtzHU
d7KKN3b0YI7gNZPFTXMsdCSykpVkkDSyx11WuvanA/ZlADWrkXfYq4kguDcZvtCeZpn/AKQs
zLUWSkWo8jG1JKjUF6SWYM9ywqN46hCmpImoSDUwrKB0IxWcUZFI6EcIsgoS9bFU6reEdR/a
QaxvQeNKXV6VzCFmgp7VS2rJQaVh/gUHHJPXavbejlp4qFzZXFDGRzH/AN23oZKNgkdmxkiu
Ix+w7Ca7jijvdxtUkjSN/TFdlqK/kSosotJcxvX2EY6TFcyRU14ktI6kgSspHSYXcGaNTStG
xKXC0JolLKkgEDJX7Lg/C1IIJKMUsYeWZSywmlnjoWrGkeSMOiys3RCY2mYTCMkW1rI/avIh
Jez6NkLWWrZ7dEvHs7VL7MSyN/UQSKju5EqPKGo72N6Q9VAilkdWjyci0bi3kEUJcvHMKCRg
JM7VL29YRG9F7mKu7CpMplD26gdyRQS9NPASMcGrS6iDX5ATJQMCI5jpJHQkadVt40KStIZE
kC3OatbeO4uGmf8AqyTutR5NxUeQjaklVqI1AINQ3s0dJkw1Sm3mpY5I6md3rqRaVbhVZYnK
Q60ZZ1oSW6mPrIMQ6nkEdAT1Ils1HGQyg2V1b1+5dR0mRjapLmJkuNwSQyO5dv60sjCor+RK
jyamkuozQaj80jtGVysqVHkbdglsr0VmSmkRqjljBLXAp/19UiLjuyx07W5pA2jRmQr2kKmY
1lcukIZyf/AAxFR3TpUWTNR30bUXVxqKDEGPJ3CCLLowCQXIaxngLZG4Sv2LKYxpLoWmSibV
qFvLo+4Vt5Ly8M85JJ/8DB0pZ2FR37CkvFalmU1rQYior+eKo829G5s5qXGK1D9yOjlOisjl
bXSad5n/APCVlYVHeMtR3wNLcIaB1rWgSC2VuI47+/lvJP8Aw4ORSXLLUd/SXKGiysp/8Sj+
832/oX//2gAIAQEAAQUA/hSSJEm9vJ3jfarbi8reTMnVt5P8r4GG18198W9Ynzh27OMb5VcP
ZBMXyxxvmTb3tndp9/8Awrkbk/afF+G5O5p3ryjNAqRo/wBp7dmhuppYZbW4MFx1F4oY3ltM
Zlc1jZ8XzfytgZcL5V8l2c2O8wLeNsP5P8UZQYXkjYu4Skkcn/gnL3kpgtiy53O5ndGaqP7n
5WRWkTLKas2CzWbTiiVe1j7mg6pI4+srM7d2IrI0MMGmw9z7twm7MdzpyjgotkefXNV3gt0f
/wCn3B2y9wwcq8eXOWt7y0u0/rkkiRJzt5Hrk4lVVHop0I+RCSr7gjRhBGUaIh5S8EdW5QIf
xRLrWlkVpRIECrqrQd1MnibU72uNo4Qcu732O/LdtxpubMb648w0n/V93Yjl3kTByYbyd3pa
VjPKTATHGc8cY5NsfuXb2VYEH+rbg3FhNq4nmLyEzfI5ACj59eRueOPOMxszdNhvTbOmr5RW
mAVUmt1bWKSaNrZutIyuiyRIZQLYRSIyxyh4UlKXAkaPb3kmeQdsc0bh27cXGc8cNoZfZfDW
VVpM6kYSPT5AQh4l7sEckUuH33vDGtZ8+clWD2HkzcxrjvIXj28XE792bnDFNDOn9P5H5K21
xhgeS+U90cq5XU61/bkDlXZHGdjLvznbyCm468a+PePxA6PHJrWQk6obqGOOWxnQKEDSIWCo
iOZJD3yuiiQxItuk8buSuDQ5DbPmPFf4firaGOtcNs/w2z93dcmZ6eU40QyiaQwxSvMRIZyQ
HhJTtKJFjaPobrXU1F0IMVmc1iBY8zcj4w4ryP3CKx3kXtCcY3kvY2VWK5t51/pPL3N23eLb
Pd27tx75yv8AasvmMTgMdujyL3fyDlePvFvF2l7yJ5KbA4+EPH3PHPkmzttWWzduOPi6A7WQ
uHjWC9bS1uInMskkKPO0hlIRixMsizGohNA0Y7h2lY/7u85ttYOQeGrl91ck8Z7GxeJwvkRm
7WSysLaWG9UQkwxoIlExKxNIKVlnGrwmTQQgh4wkTvEJQjwh0EYUJbARqtvKuPvMhjzjuVuQ
8dFivITdEVYryD2zdSYvlDY2WMN3a3I/oTMFHNfktBgWu7q8yF76cs+Qez+MFw/EvKnPeRz+
8+IvHjbxved/JVuNOCNgcYx1GdKYDR1SVcrF0VbSRxTY1o0LKveidWikmEltEBK9xIsUStLD
VvKskezL/wDV3ddQWtvZ8d32U2JtzenN9twAb+6D8g7XuJbrBOI3qbUNBEFDArVu7VJEwT8b
iVe0Y4ImlaVY4laYV0FI7Zx20h+bi1QRrqqggPHEkZVO60F1PazY3kLeuOTEc77ohTGc9YaV
sXynsbK1BeWl0v8AMyGQscTY84+Qd5v6RESNayWSx+HsN3c6735YzPHHBGxuIbLdnkNu/kTL
8a+L+Ewl2qqi+ifBH2dA65tel4g8UlkzrS9kXFuX7jww9IZ5HhMc9ShGNtBEHdktoM20Cci3
GW4+2P5a7nxWFzthxzuP/uHDeSsYrDc/cKw5TKWmHw1z5HcdY+4wnKXHmfsdpbpwe+9uRO0a
C1hEa2SmkHTHO7RJoylWjqEJCU10kld5JZE6+pYpJ5H7MV10xm9kRpLy7Ld6ZZI5GC/vW/bt
s9LaVjOVd22YxfNu4AbPm7CmPb+89ubnf+PvLee3dhYDlznHcnKsvpyNyftPi/DWGA5S8psn
uffnFHjbtrFce8seR9/tLZm2di4j0/tQ+6/ZCiPl7YO8qJAbea4EcNu7rFaR9UTSrGbh44Vn
BlSZY5B0pcRhIpHvRHt7yU4exPIvLG4rOx35tbxBxub2lxBkbYY7O9cYGXw2Oz2C5y25vfa3
EnkxYbcnv95bv2xw3tvYXKOB3pkP+3bTudxQRiSnVWB6P2AtNqIxGFUXFuHml1eNQKlWdAWC
w9zrIUgtP001yoLGTpYyF2JdIStRT6Vb5DupZ5J8be2lzFe2n8XeW9du7CwfJHJO4OUtw1/f
mfn/AAvGacdcB5vd+W5F8iL/ACWS4n8a8ft28+kUPvGRpKoasz3ZVuQ3RjizQxssxjR0orFB
UH5zWSutuJkjeOVAoMiwYe7/AHNl+S1/Mmxd6WW3MDB407d2/wAYeR2ant4MTPbRhbbuactb
B3jvey3zxCme8et2bP37yhxFks1uDefI/NjbeyfIPLG4337w/gObste843vKvLWT3bD5GbIu
eM+OuTMLyPYyuwqGVOysLK1v5CbmyV7szdabuwEszvGqlhHGEZFGqhHRFYs0E0dJDIsjyAiF
9QOrotpUu4uMMgcjsj+JyjyrtvivCb839uXkrO+nMPkBfrluOOH9p8LYvM7u5K8oMxxrxTtH
izE/Qa+fT+8Zpx83yytHeELdWUzARTRtHErOXWSGFxJ3hdRvMoWRn7NuqSWyNtK3tb6739ax
bq2T432/Im5OEdh7+3zPzjujHjEYpL1MjZI8QWToCQxdxFZOm3SGIHbG3FzY4X45h3JmPHu1
GwJeIN+bc3bf+NW8L7i3gTc+Lgfyuinfh/HbPwW0uLNtbz3HszhTF5HkPZPP9n5SRz7BwHlD
xLuHI5PcGLwps8xY5qynkToRSGV0jAk/ywmVAxXuqw7Z1jOKlCzcHZFGsv4fK3KuA4r29uXc
mc3jnqZgq8o8z7k5Hz+E2/xp4q7M2/s3kHyezmCwOH2zivp+fojNOPiZ30v1WJ7GCNYLW2Jj
EFsirKrDmTeV7xicPk7HN49YFnbb24MDuC7EYetsTSWm4spjMbaS8W2W5Li75Gyz7P4D3DbX
OY3ltbIXWQwSOdZI7fQvIlaK8KFECNHMqW1xHEkNx0w6xx3E/VCVHTcW8V3BtjgPjrZeWzfj
bgL+be/D92RxbxjnsZvTHXW38ZwPuO8ssbzV4+2m2t9cV2vO+/cJwlydyNyJxzvPavKE+d5W
xvkRtO73D0OZLbUAu5kdRKlqVWbh3ICy3p/C5Y5c29xThtzbmzu8s9TyJGnJPJ+6Ob9yX2S4
48TtkcbcMbm5VzscUcMenr/b1/t6RnSvusrhZ8tA0d5bmXu2j9cXSqkTw267l29bch7X8UeX
r7a2f5u5Ul4K468GcvPe4YyO0WjSx39zEd/8hcG2u+PLFN+Qb1xPG24hvLxyu5IhuyQxrJH0
vDJE/cib9cR9LtH/AJKdRFW7t44DYmF2VyFtDkPHLJHfSF2B+FAk0oAsYyoR5gKj4/5J2xzn
mcBt3e+Bj4X4rtN3X/BezntMn4+7pz/Cd3sjyQ25yfZ7KXiXlLb2Uvcpt5G7ccUqqQ6k2oVr
ra+TTEbh/g8w8sYvirbm4txZvducpiqrydyRuTnLc+4dy7F8WNmcO8FZfKZj0+fXT60PyvyH
iMjZmURESyq1pcf4o5Lhle4M0UJjiyHlbtbMbc5n3Bi8lcceeLlqvGvM/VAgjAjlv1vLnaXm
nZ2G0Nx7f5K27vfZ/jfk8PuHh3Kwbex26OgJVtHIIGgaRLiO6EPV0NJcCFf2CR5A7Xz26+LF
5s4/5T2Ltc2+3OCNo8g7h2ZyrxVzvyDyPw7ifJXb1/x1ecw7Bx3IuP3TgM1kIZYhSvqSEJih
SgIWqMCJUEZd17VFndkjeIM8updzJYGSGdtJINr5E5bbnv773pieP9rb03lnN/7k9OY+T9wc
oblz+4Nn+K+yeEOC8jb5L0+/0a1/b6RSfaaUwLngrVczKrYxeuOC5Mo5g3Tf7G4t2duG6zO3
fLfbOG3fxjsu53bjeBfFvc9lD5CqqCXqAiihhyWyPKzF3G6eE9vpx1ZckeO/Jt3ubnPNT46b
aJd4prBmjudOkvcSBSwMS2yhGtGmaKzLwCztrOfc3BnHe68xecebOy+Os+MN97P5i3rw5zNF
tLlPO7s5W4B27ueLYXPvF22M/vDlzcu9938W8x8Xc27x3zZYjyTtYOH+W+RBt7d+2c66XhcA
yKxPbMoHUT1sChYrBIVNnIOrhrJC92d7zusa8/cqzck7s9OfeXcxd5S4udp+JnH/AAVwplP9
j72g6U+03/C8DyW0nVrYPKi2Fm9mu/MIdx7E8Ut7XO7+Lt4bdv8AemwODZ8fk04my9px3yTt
I5m729B0PW1uxPdbntoN67G4Ji3Jvzx22HvDaO1N3bs2it/LsrfGQsr8FpmEsDi2ANO6dqGT
rW3nZJoJpoWIR6iiVaadlPXoWli6JOrp3HsvbG8rTevCHGXImR5Q4Vw29tj7j4r5Fx3MnIHG
XJ9ju7G2W8uVfGbH86bdy/LmIzGJ3DjRGoogGlgmChO1MoRqTqDI5U8FZRY8t73k7ybNtDa0
aLGleQPM547xe3cZg/GHYnB/E2b3dnfp/uPrHrGafTWX/Et5Zv07r2pf7tx3GvklZyboxSwy
ZHjneD8Ocx8e79tuYOP9yQvvLyU5vusLuTl7ZG6MTuzB2bRQvtW7ntdwW2DxK2WAy/EnH3kb
v/E3p2LudxujfuDwuP5O4d2ZundAy1pcwicySxV1dYCxkJIsQQRtENWYvo4Cx09u0ZMZCo6q
I5emRpvzVGemkChWUgSsrZ/a+2914yyx9hiMXCQWgjQ1MHuGKliRElRy3MciTJIOK782G9fe
8ycV14iuV+TMRxXtLjbDRbasOLdkZ7nneQ+Pa+1fH0/FRkasNVXoZrtnW6tiEvfIDgq25nw3
FnkDvrhfI8mbhu+Rcft7cOZ21l/LzKYvdGY59GPvtyeJuXlTjGK1mmjnsLs2s/ZvuWorDaeD
81dqcc7Z5tv+Obm53H4yYgkbn3tsrDb227x9vDIZi6xs81xZI9wAqR9DP0JqCFAURzyalX06
HEIDOEgBqRygHalGigmWTQEOBIGYkooOoQoA0ccYlZyGDIShUjpZFjWF7C8ksp7adLm293yl
xP8AsuH726hsLTbltN5C79tIMt5Wcj2dlaY609T6/HsH1Q/P/wAbpmS5vvylULILeRZm8suC
M5vqTjPeeP2tk927Uvdm52+zN/LsO2x2N3LtDgXMHLczdsl+yGhuL42W1PObDy7c3XuHyS27
Z8k8GYrbK8d395jrPNdn8t+bIv8Ac1tsLdOL5Bwnb7iyLPEAJZpoQqhLiLpdo+pW+QAqCRnY
yIlARrSIgfqY0y9SMYe5qihVAqRlCoR0/wCeJpO2EkkZlLGOMlYyT22xTA23GWSbKbG93lTF
tmuN4HEsHKecu+Vd47M2fhdibb9z59R6qflfkPF3Xylu3WZSr46SIu8ixzeSHi4u5LTb2fsN
yw4iO3w95ydFj87Z+M3HdnsLhWNzSliIFjfZHmrtS8z/AAp4+vyxjvHPg3MKeb8uk2O2YqtB
LKOuXfXf2RfRz2ssEcYgmbomn0WSo5AjSxWnd6XBD6vHLF1LEneS166aAMIu8QgealEYlZk6
VjkZWfWlOq9ZQvO8g10I7LKY1QxgLWLQrHwLknlxPuzRJPDnsL+rc8Q8O4LiPE+3r6f2+kUn
2m6wuWRbgXToJoS8YgdTb2c7ibyt2Ff7R5UwOTbdtng9xLuEePO85t7cO2slz16yAbM715uH
ddnlN78Wcdbxw3LvFNvn9ubC80947Ux1zl9rbq3HsDHASxSW1y0E/GOuw9wwSstSXELxSTSS
CQq1J1ylESJZmTqZY0QTCN2dRVv2Fq5tZpYIwCsRu0TD+YXj9e2FpfWc9pqrtqI0PVCV6OoK
zUwPQqyrHbobp00EfB2WNvvH3ubsR/peXfb/ALen9vo/t9qQ0dA2WmkVJ5pZGt1iCQPP1www
mPc+19ob/wAFndq5rhPfG4bWDc1jwVvSC/3XLPKBKgkNrdyw5O+2/kJtgcdbDN1zVLxntfJb
ZyW7sDlcjgora3xNpc33CWQeB4ZeYrLJ2m3hNaTwyO7TKVUMx0jlcoAslRdTjQSIHWWkBD9U
bBkV4wxMfMvL1zwlfxbB8cfIfHbY5f2BxhsbgblPJcw8USusha3iYJbAlkDsY1VjABVtoBEG
Zdk5J8Puz3vLXEGx5M+r5+gfPsfb1jp/tcak3qpHcWpc3Ij/AAFtcW6wp27zmnh3G8v7DwmT
ymxc9Fg0we7vF3l/Lcs7RH3s7SDIZLPYrPbsyPI/HsWexR8Z9+2Dccd2zxNkMrgLmEB02lBJ
xzl8TcLFe8UyyYXEIdY1maOF+vXpKBFYi3mWRkeFWmEb1FIJKCateTW2LtLjfexsft7lXM47
Cb/8er3gHcXIW4eZH4VsOGubsGcXfZLHYKaPG30lS9KUeqKioYRp8IpNRaCl0WTb2SXMYL3f
MrGk2nu/f2IzTf8AGRW6siNVQia4ZmS26I4qZGaX5u5vKrhfB76wLY+6x44I39kOJebHvWja
30DxYmy3jtjdG69u8bbLwHmBwHkDe8p7W5EtuRLq+t8X2xW49rtvvA8ebtl37s++vpMJ5DMi
dMFzLJFERKSsYc6l10UqUSpSDSSRrS2sU02X2ztfcMfM3ilt3Yme3VthuGLHx88dMHtwjD2d
9zvzptTYWJ5AwnH3IHkdurh7gO4yvkPcf/jIRJABpD19MUyK4crQ0B4QySXuxPd8rcUL/iX6
D7B9MhkLHE2Wzeddob73j/b6EIB+4iLGsugjOspubSVSrK61JIrpbDpneZ45fIriSy2Pi7G8
we89v8S7wj5A42Qxo1jHZwp5F4rP774a2bb7V5CvNsYnK4TyN3ZuOfceblJWXulHiurva3M/
O12cBtm5tkTJ2kdvE9urTzGSMyujiAR3ekJkShqGjYKVuGZI7llaQqJYtjbp48eC3xe1L/kH
kjbGe2duje+J5JzfHm+uMNh7R4223ufHCSJHEWgfUFo3RZ7iVwbaco7HQ8AZbovvd5gw5z/F
8UgliFHT6f7/AE8k8xbR40tuRuWd2cl3vBmXGF5Yoemvov3U6iQVk1RjczMDbSRPJDK2l70C
WHVJWmaGPyfxVxlOFY/HPB8/8ZeKe9M1sTfEcaMNlQ4W43jgcZ/sdpbB4M21Bi9877uePdh7
abH3W8trWdzHhQNK5thNls/yPwmPu+Av3IspC9ue7G0rUOiSmUSqrha37yHtHjTatrJKV/8A
jHqrw6JMFJX8OjI2tllK5a4155izlxxByJxzleG+UOSeRsQjpJHHPBIs0ndKo7GTupK2he3Q
ClA6OJLt8bv73buBLq1urKTGXvtZLJ47D2PKHlLLNV1d3V9c5rjzdu3dtYrIS4nJ21xHd23q
aFIfh9NcpCs8bpMZbBRHHbShGe4EyQGB4v8AHru3b/8A2TZvhRkrjIcQeSnCV3yfgPHXmyz5
p2X+zbFpb2/vd15DZXKMPMO+Y9ub2fj3OZK4hxN3bSbgubmHtbmwX/atn7byE2/fHXiuOV+H
wR196Jy4lnYG4kcRSGuaLXEf67bd9kI2TQyKWUAOlQSK9Ru6G5meKXU93knYrb02xsDfFhyT
sqKNkj7rPFGwVAtGUIInaaTr6FUhTjsocVlYpUmi93mPG/6jln6T6Zfc239vzu6RpyH5I7K2
eN98l7v5FvdobJ3NvrJ8V+O+2tijycxAyfE9cP5f/d8YfTFTDSr2MzyXNubeazmDVadlw7Q2
1XMl3ArzARW2TxCbh4JtbnaXMlpKIouYMBc+OvKtpf4PdO3z+suc5vtF2lzLjOQtsScfcOWW
UwnFmRxGcg3NvPmPjvamZxuc553FfcYbd34njls3i7OZHjyLjbk6dJNreRmPNtuHyOxBk562
ripNsbl2vvWLL49+xfWGF2XaYrJZY3qGIsiM0qSN3EmMcks0jv16vY2wkyfjLc21/sQyxwyT
AGmeQNAI1cBUqJkURxo0wlAVH70fHOSOV2R7vlbiRj+V/XX15o5Zt+LMFuLdGe3Vmcxvzeu4
LaGGa4m4y8YM1na27tnBbTxeez+G2xi+YufcvyC+1tqZ7eeY462dFsHZnp8en9o6b7TQiZLp
7iaSxZVktrpTc9CIs93YNMRbdrl+7vdj46FrSfytsN0YzMeT+SwOB3Jt/i6W68XeX4Mjf4rZ
PlRf3228dvXM4AYXgybmbceO5V25d7zwWz9q7Q44wsE1hiDkbSax8MorC1x00MstAzKoaPoE
tzay7l4h4o3WsXFO7dvRT7g5tw1m3KfHG28Jtm/urq1OGzDJ/pMuDJh80TcyNbDc3OHDexoc
rujf/MthtzbeA2rglH5HlHjeGCPu3UaEtTXGiRyExmYQoQQ6NMx8f8k8+2vd8y8T+X0nWvJr
YOR3jtC1xuRvrrZHjNv/AHPJx/w5sjjpK5F5N2xxri+RuUNz8mZTi/iLcvJ+Q2Jx9trjvD/U
h0JH4zrJrkYS1xCshZWcLIHlWPr6o4kSOWLH5eDH8s754Pv/AAiubzcW7oF6m5U4q21zRtzx
o3zveJObcBd5/iXZWNsLrbPFfKyt5X31na3WzL7tWuE3fz9jsltfdXPm09rYC2827m3rF+d+
Kdtq+YfH245sHyHtDOxyxyxN+72HRUcGQtDLcxXDWvHmw9y8yjxW4Et6l8YuPrOj4tcW3Rxv
i547WEu2dlbO2WJnklnckDkrF5XOcb783Vt6y3L44ZkYCuN/IbI8i7oXlO6u90YrlzZeY38W
jJjPxBOTXAt89lvH3fLDFfv8VfX9/XmDnzC8ex7g3Dmt05Xh3x2ye8jisVjcJjvrQ0PtKVVc
rHEqSKYxbySSL3R0koab9daji6ofOHbmMTe/glkcfYZBZJrV0EUw2zbYybkC3bIXe3OPsbuW
TKZ7jja+ZymIvof2+OOP+R+VNk5bYu37bAcfbM2/yltB+B+N3OS8ZNkZMbo8Ftv5Y5Hxj534
/iw3OvP3GNtxz5t4zcZwvL2wMvHbNjsjV1Y47B4zim4j5DvUSIvHH22PbKRMvaZytdSyxDpZ
oJjIOUuJI+RbO14qzt5ynsrh/f8AxxkLTB8j8bcn807N3Dlc1wfLvBLRCQh6Y5OP8vNit6e7
zdjf9txKrdSfXJIkUfMnkrqIIL7KXvDfjdbYah8eyPuh+LwlYskjkyGY1aKXoxQyhzbAyRWq
HrVq8r+OpN+cTeEeMivuZIJReW+OWTqS4aGtzzXiZ7d3J20OOd+77v8Akbde3OIt2z7h4mwd
nhp9zciZS85Fz7rYW8MccbIdUMYhlMMKwyZ3Z209wtv3ww403VFN4Yct7Nrb+y/IeOXbnCW5
sjc2pS0sGuRFH3zGyyMaAC0e0rd8JQc9f4oI2fp1nAZ3jIuZHVW62eNQsSlljZZBGxU4XIpl
8P7mSs4sjjhbSWR+rcO4sLtXE8wc95rkKXaWz9w73zHE/CW3uM7aSSOKPcnkXxZtybYvO3H2
/wC/9B9IqM1cKWjyqssTN+w1i7dm36REQ09GKKSYQERWckUJ4N4zTifybAhdUfvlQQm4b21s
sr5H5rbfF269sY7J7s394nblsdycLb53Hndv3fBmOssjQgM0UZ+WUtUCQRvHN+LmKSmkSJP1
pIqniaGO26iYklaPqPT3YdDOXtt58g8l775Twu89/wC4+SNueRud2luxDDOpSFGgLLTzvGhM
CSXEid630kjikkeuiaFlZoREZdeEssmT2D7vKuKOF5Q+rzBlvhmuLOHtycnX+x9hbc4+w3IH
JG2eN8TyTzPvDkmera5uLK52FuJt27M9fj6Iz8PV4sU8d+Jbe4tLgQtFLcowMjSSmWneQJHE
4a52rirzels8qxK5Wmt7S4iz9wsux/KzCQbi2H5Tk5bc/GOy8dxLzJy/tTcu7IMBjMLhcVAD
KXIEjkCOJtC/aRlJRWdGoFOkL8sCqdc7BoJGiikcyI6CHZ+Ts9heSfLDDY/mvz1xNa8s8f8A
hXyll96bNtdxeR3FF7g/JrbWU3hxNzxuLk3O7/5X434uTbW7trb6xCTQobeZe9HdaxxyxTGF
x2/HTJjr93yoxP8AreW/q5D4t2zyXWOxuPxFjyvyvhOL8LujdOc3lmuLfHTcm+or3xe4wkwc
8MltN45rIvDf1x0flZ+h1vpnae3k/XmH2jS4S1dmIkYs7JLC0CdZSFOlGW4WMMseOvchHtbl
PaDZzYnEXMO1czk+FtwXVtmd8Xv7WyYchBcXUUZN3G0jUVP6vaeONysl2FRrW3uZLxRchmjj
7bNI1f5FojtRxKkdzO0jDk3ijaXLmA8rr/b2D3Tlt87W2/ivDZJr3e3kF5D4vY3GGW4l3hgO
TeH+Zdrcj4vmHe+K2V5feK/Fm/dpYDeFvkPFbnjh3xyN3cdZZYJZ1q2dmHDeUGK5C93zKxwS
/wDr3juvF7I23vLd2Y3xuLgrx6hhi+AN5bnsdmbY/wDZv7vYu3/+qbO+tCBWmqyyvFW5I2t8
iNVeEuCh/ZgUkNCod5lUW7AkxxEn9aSJ2WcLjNx4TZm6buL9Lb2zsVlBubdXFeExG5FvMbf5
Li63aPA91VP+OQwM3TvnbF9vLb2z95+SGa3rujyD8heKspw3vLdG/wDZ9z1d1TG1rqZEttFl
kd3E+oj6XIkEySXu2cHm4p/HzhdjjMLj8Jjcr4e8dZHfPL3A/wD9hb+8gNh7k2HvDl7B5Dnn
b+wM15Gchb188rCG0jn3JlfFrfsVxFdxWzotJIivjsnJiMqjrInueXOK/c41r7fV5ab0ku83
4yccW27Nz1eXlrj7XnfmWTkbJ+M3GUu5dyewv3X7TsqDPQyJcSIXq3ARhGqgIjO6CKSN+7Gi
xsWXqlktwiLcW1jZ3N1uLkPkjL4mWLJ71y/KOx/KjnraQ474u4Yzb794bMt7HyA8Ec1WUbW0
Ub9KRTpKME4275o+bmFkuI/G/NS5jh1kbWOcFHZIq6zIBElSwuKUJ0MrSxpImvbTojYszsIX
V5+hZIWM3BW5+Pdy+PPFW8eLMaqG4G9Nj4HkDanF+8dwePGT2Nzfj92cn6mpuqVeOsv/AL3Y
/uc7Yk5riMHUfQPTmTItlOU/EO/sn2XvLf21dhY/lrnDcHJk3FfF2Z5Oz+3dv4nauGym/dp4
fcn2+n7eg+6fZQplzVtbXseTtVWOzk647ZI2to+oDQFOkgd7/DG8yuWlM/KG49oGbjrCZe02
ff5cxZTkjcOL4N5B40w/K2zN6eIkeSm47zd9Ldb4R0QGGOSoWWj3OrdIgs/MnyqxS5jh7wt3
HO22JHIgv/J3f26t4Yfyd3XsfcmPv8VmMfyDz1szjPObN5x4v5Ey78g7OXK2VxBeRiUiSRel
RKVmnYtSnRi0jwpC0dLFNJHHGkTsHL5bH4nOYvZvH/H+y57Yi4FswSvHnKm62l7mZsI8riBD
JbfXzphpMJytjstlcPPeXt5kbjiXgzcPJE+2ds4TaGG5l8jbHbY2xkctkt//AEf29Y/mm+Gv
Gdkybyq6T9D2CyRTJJIyLHCyuYgqdIis7KGdL3JYTaWLw2Hl3bnJZXe9v47252V5eyy47aFz
Bec043h/M7ZHlHvSW4mslhX9iNykSxPLN1Oh30Q3l7vvCHcuy/DbMmw5O5IkccbeGYs//sXy
N44sd+8d+G3Ik0w8htrxbp4n8JGs5st5e8V4cbc8LNuYdNu3MNybGfyK542/vOTy9zO38jxd
yRYcm7aN1bRK3L/Fv7scltcxqGUQaurMGW4Z3aIvOsF0slRIO5485FrXd3u8n45cRyX6D6Oc
OEo+TYbbxg5anuuP/FrbO35by7xmDxvMnkbf7nO2tsZzd+X4h4JwnHEH1mozTj8ZMg6Pk5UY
rOkk0M8Olu8TUJgzuP8AJaSCI28+g5CsIuSt/cVZzI8h77miZnxd41tt7lfa8uZ2nsvjTxky
PEGx3i425N3rb4+Djy3ghe6j62qLvmt586YHYu+4stj96eXJZYzt0pxz5LZGygurHge7uOO+
fZ4Wmj2AG458kbyztr+y4y3JvbjDkPkbnjfu59jeEWa//k3dNec4p8H5O+a+CAXgHL22Z4h8
wt2X+E2dw144bJ3hxbgd1b08XOSnl/2mH3tzRz9w5urY+7ORMhxnD5lYS0udmbnsN5beimBl
tYkeTjjJf6bf/u+TeJ/1XMnsb131tvj/AA3KnMu5OTr3Z23G3dujYHHO2eOMRVlkcfkkrX0H
0Rn5/wDjJGSb9rmOTWONbfolSIi3kkZGjik1v4mEc9lG13dce5q2OU4AxNxjOEGnBn2BDFJv
KAx22ytk7vvdkTc87tZOKbGHHxby46kvP+ru0iP+zOh524FvOW5+BPHDKcc7hmMkWP5R2xyt
nd88SckjkvCeVvFGUwuf4i5p23yRtL9yHkLybdVZ+QgnHXk4sEN7F493EuxPINuy58jL5ZfI
Dyxwf+34f8M8697x15uYdzhPF7ODJcK+Zu1YL/a3iZuhtx8V+aeCJtvH/OLnOIvLrb4wvLGA
yFvltvW6rLFokNK88RxN6mTxfueZOJ7Wf+vljmvbvGVru/eW4t85m/2HufF7S27lDg9wXV/Z
WVlzJ5IXebPh5kZ2gNfH1L9x9p5HiGaPcka4kQWJaep+kyRSNbiWC3STRopr7Lybdw1tbZ7j
rxN45hgtNh3WvXZNFa5jIYm3tN1ZocV4HmPIbJy2S474mvN17u4otLgx79MpEL6aNqAyAiCR
RH3JHlaNQJxHfRZ7xO4l3DdcYcG7G4wvbsFRyB4l743RuDijEcnbZ2jn9h8622/8ByZb3fH+
V5L2tv3yT3dvPjPkPZPhdnf1N586bGG++L/DHe0FjlPIGxgyHDnhBfXMU3lRt2TLcMcF8O3P
JWI5z4g3/sbEeO+ahzvDEU7JUBDgxajhPJ/7Pjn3PL3FG647+vfEGUvOQuHPGuDGnyPw5yfE
db65g3bvvF8ccXbn5MynHfHG3eNML9a0vyLvQR5KN2BjS4kxzg1D1GJYpBOjOtJEl0OY7i4t
ODsphnzHCPBt+ua4WlKyTiO4mGca8vsv5VXu89oZqKw5W5f2Dwif+wbI3OZ5N4lzIInFwtuI
u9bxwlkYRRpcl1UTTUYTGrLHpCiCrxbgwMYA146dy2YSJunDRbh234zcXbZ3/nsl4l8PXqcy
+Pk/FGL8a9y3G6OIeZvHPN2+6eQt++Qm/treM/FOU422tzPe4Gy4r8SN8YrbG9/J3CpkOFvC
zPJdbUSRQZTIsFupC+OuTH6nuc94tMtxEp6hoPqx/HGz8Xuuud+R9pbY2jXDvj/l9/PgsDht
s4v1I1+j+4+6aaSL1C5iEqrJbK9ikYgs49amLq7F7dYWh05Zs4L/AIX2dBc5Lb3jVLPZ8Rxd
aBYmuJpDHJtbyiz2Z2hj9y8cbZy0vjTtHkDiPlfeT3Ee2VULRmaGFI0aAlFW1n64w/RKwEip
LKAIkB6wXabqACMzrGwEiwwg9yti8Q4Djjcs8jBM/t2x3btzxe2dvnYWFLSaXGskiwPWew+B
3RZX/jhwpla5I4rwnJ2A214q5LYm54Wg1UIkaaK3B2UGN5C9zceMTNbfjVo09PtX9/XmTyNs
dr1dXeUz2T4c8aUtyiJGlbg3Pt/aljbXMF5b/VrUZ1ptRXTE1X1uZrpJI5UtpzJHE3UXCxG1
USy5i0OXw3jpcQz8A7ZYbc8gBN+cjA2u38hdx7Y5s2+Nz7E4X3/t3P8ACnHu9cfieYtwrBd7
PxVxczYyZTHcyRw3TR6Rh1ZZxKwMRDsrE0bySSOTtGVjFAYZJYzIO6SIriUIsICHRZICsVkx
BWVBI3bjKRayh+tFiWh0I8US6STflD0SMACyr0jb2TGI3CDqPc37iv8ARb99Pn0+9aCvJHN5
jB8X7b21nN3ZfiHgjB8dQenKPkbtrZQ3ZvHcm98rwjlxm+KvX+3rHTfIFuZJcpYzWIiPZliu
UDWzIpBZxaSxIMZJamXx1Nvh9nc65Wfb+Ge5tbafuES7MsrO93Bf3Fxe7H4Ry3NfH2/eTeQO
EtjcRYa7t73P7AfNwbWQMywxzFYyOm0nEdMT0Ff15NBCZCzq07tHf4/JbesFBma52hcYSabb
d5LbT4rLY50yUF1HE0ck8k7xs013bzT3lsajuv16kuAhLo1L3gIkkDwRM5lghIlhECzyqwPb
kh2Blv8Ae7K9zyVxP+q5k+g+nIOzLPkDaWxuP9pcXYLAbiwm6cbvjmfYOwk5J8hd478GA27n
N05O/sbnGX3ibl2vOPfrQ6H+yorLkWgje8t0sHRZRZ2wjDs0LJFcRJNLEbY7dsMdt3nfs2c5
4plyOyMnNd2tlLbOtnebptcY+Y483e+wfMPZWz994Lg7gvddxlvHzHW/6G/51ma9LuGVpEAu
5AS7QMhRpWVUtIjaqqdpGzrYfPXdvuG9axzE8uI3SyEmwnusaM7m2u7extduXObyWcu8xNpv
qGjuo213jMBh94VC9+pUq4kYo7DqlgZ9GeVKKuqoWaaPtRnx3yxvdj+55jYjsbl+rc+6cDs7
Ecu86Z3kqa33Vua0xaI8r8ceM2691Vs7Y219iY3mKLHw8n+IGW7W4PrX7r8gOiHLhWjvryW4
OOuJJzDKZGliiWooo4XluWuJebJpdpNextZ3O+NhDeGO485Bl3tHe2jXVhl8hZnenkhYbYwn
KGEyPkDy3zd4jZm7yvGu4Irmz5IP4KJk6HMQp1BoPNC4LiJmElt1KWUFig0a3gZBFbWAix23
8zmMW17d4XdCXNsK3Lkb+3tjuLOwqk+3LaWy3DlLmK43DnprK5uMbl93xrJ1sz9aurhGMhhE
6r3U1Czl4CgfxwyyQZ/3PMLE/s7H0+nk7lnbXGON31yBufknN5jC5XAX3B3H+3uSN27O4m2B
sU39/Y4qy5j8j77clbd23m92Zbhfh604txX1j7p9pCqLliiCSRBJawRk2ULwo1rdTwR28sE4
tmVcjh8buXBcHZbOX+0GhhI3xx82+r3GciDfUN68r7R8/wDZjLtzcXGUWL2JxXyHtXcXNOex
DWWKtrK5VzPbm2/VUO9s7RW5SZ958/4LaW8L3mLAYGLqDJ3P8fWsVWF9js3aLNbslniId44D
dN9msznMbt7OZG05AnXP7QxOYsr85XEYDA7ThS9tchBDDbDWVlM03SglWgWja1MZJl6kLkpD
MvWypcycU5AYXkX3PIzFf7bhsEMPo5NwW5tw8z8PeP2I2GPLPEGz5A8fcscRy3vPe+3NhYfl
XmbcfJt7xtxXufk3Jcfca7X44xX0ff6B8VGakHUMge8LqCG2liEiy9TiGSGSB4yrGNljhiIh
HJCy8e7nEdx+08NutxvnYOA39Y8bZnliHavNmIut87F2Tkr/AJy4pnXOL/8A6FZ64hzm2LW4
s7jLRtZF4C0SrKiNE3TWY2et3l+P+EMht7f+by+39rYyPnHYlvHMgjpciNueRMTwoZorW4q2
l0iz2wMvZZrJ8nbRlnyM2wv9q23sNFls/exZ/ccMKQiUkOheSkJQyIkcszyNC4WNlVSE/Z64
xPKttezY5rC7iv7H2914tc5tiIMsVfHrBhMPbZSvMDErLt7DZS4wmX3hvTcW+8xw74+5ffbY
TB4nbmMlligSy3jtHI3nsRnWpPtcqkkt0sZu7YKzRdwW8Bj6IrkRpZ31pcmCOIyK1tBLsGe8
45z8T2xVexKDIbKx3ltHKy7Y4GxWUw3HWz9nycd8x3mGscZunaeTv7PaLR6kL1RnWZrGKGUw
TCWAEI28cHeb18qPJrJNvu5seQ94coZrivObh375D7e3rtXdsnZhZZ3gjjvLvNZC1s947fC4
2/2JsfGZq/xl5tl2lRbZgqrInTEhJmleSgRGtswBcEJHHGhKxssRCyECQ8PZf/c8d+2RqN9Y
n/Rb3+ryLxLZfiWuBOAsTk8cqqi8r+RGA2I27+Q9476ukdo28buRb7fG0PrjNEfCqHhyNsiw
jpSeykDVIC6280ZaFZrm67krsy9Fci7AteQduca75m3pZxRdiLFYXNZ5eQd3bhzmf3DxxvHY
kO5cX5JwZaRsdy1Ft3JWF5byXZs6x8kShijNj7aDIz7684uN8hx5428s33NvEed2ltfddryl
s7G7A4Z4w3Nszi7xv2bs7H8X8SbZ5Hxm2vHBdxHh3jXjrlzcWZ3xmd07e24qJH2ZLO1mgVoj
UUYVu3NX+MIZ2kCwFkuEm/Xt4hBN1xtSqNQeiRH+JZ2NeN+WkkxfueRGJ/1HMn0D59OfOaNt
4DC4vF5HNZDiDaWT2Nx5zn5DSvJY2F/lr3a3iZu7LWnIexMpxzufxBnkXdn1p8EfbrdHzHUa
nkRKt2jaS1k6Zr2JAlpJ0WwhLLEzyo7FYuQNkbgzN1sbkPbnIe1rC4yES5e6z9htOd8fYY7G
y46wXOST7UzPPe7rHhLdNtkMLnrO1szlLjK+V/A2H2z5iY7dd/xdk8HyVjJuNtrRwczJMJFl
Dd3G8T8Y4nL+T3+23tuvcW3tub38p8DfNvvygujPdeZnl7McDH5dbiydrLZqTBnvILJYTmHF
+ZWE/wDqrcfJW3NvcecVcy4flKG/5c2/j+T5OWcXY8vcm8v7g2JunbmbxO5sMBbyGNl6g8Rm
WK3WoijJwFkjjORfc8w8V+tvb0HrzR5IzGTZOw90cjZri7iHbXGGP8leZJccNmbJ3Dv3N8X8
Q7a4xx/2ryoy1pkuUPD7BzD1+30qTqp1BVTWXt363Ebz2a6mALI6SWU4jjs1bv3C23TpR0a1
tHktrfkbj7N2O5ON+TcFyFgsHDLhMb5lbRsd/wDGux+F+GIOa/Fjc2e2nyh+xNjs6/Dm6OIr
vZ3IuP5m2zY7Cw+B2TaZ+0wuzNlS+Q/Fd3h9uCblrffkBwrxdk9kc8cMb/QtHBcxi3uZY+Ct
rRb5we4cPwJzxxfZKd1+St9FvbanMV8dy8iPPCieXG0rbK7uwXHeI3Hz/Y52G88VecbSPjbk
Xyc2Hkpdp8v7iG89j7/37hsFlvFC1mi4dEJjlQFY42eRQwdUhUJtDJjCbs9zzHxHf2j9Oz/H
DdO492bV2nt/ZeH5H3hDsTZaLlt0ZzinjTF8Z7ZrlrlLFcY7ekfMbqzvGOyoeP8AZVf2+n+6
H4Pw15b6LlC8d1aNobZVnQRRRgWtpcKbbRrGwtmVI5bFoo5yqRXajd+xM3d5/h/kVOROOfID
HXWY4v4I3Py/yrsPb2R35hPNPdWTlyHGkgSe25l/+jJL7Lpg+SLfes3H+3LTkryG2Bx1uzHn
lrI7Ci8ZLvPW9xx9tfkbd3i35R8v878qMsjqR1pN2wOauJcRzVs/evDNptrxo3hh5OOM9tW+
z2RxvlDN29wbXSGz8x9n2sGf8KN2Zax5m8WL26u92eNuVu8Xx5vbjm1trvjPcvkTubbnGpji
uD2mdUBadCSqGRZGMjQbQyv+72r7fkjhzmOHQQw+jT08v8y8GB8cbWyuuXq5X5y23xvb7o3T
nN5Zrxw4Xlwcf0n0/tUX2fUCZ3axy8BNvBFrPCVDP3HjjaM1Zy/+5ZGYrJ22uWTV7Z5O5dS3
tq+Kxdlkn3FFY3uyuGuM9w4jjPeWX2zxds67zmTvN08SYe5fbO0c1s8cpbObjDGbz3J/s+P9
kcS7M5OxOyhydHyNFxD5DZjZe1xyhsTB85eFvH+79vWLSO5khcvcTPGqFpIIysrPFjJlBjif
l3im45Ys5OM9wz+QfGPBG5tq77biPnXjpfIDhbeO8eO968ELu7gzJ8DYDO8k7g4t4+3NupFd
bb9SNZQCW1iSk7bmKZXi8e8umR499vfGLOa2ZDr2fq8xLCVo8HmsntzL57yU5UzliBdX91wj
46DFyXNzb2cHMnkncZI8G7hu9z8Wj64zTaEaB4s035dax3Ng5dpGVah1RHWMN1q4HRMIEcQx
O0dTNNJdbCvLO23nmpLN+PDlMNPvvyEyPHe9+Gdg8iS702ztHHZHCXvKXBXBW6tp7F2NkMru
XmG225a8e53Fw4RMhicdy1tvg3fe+d6cZbCseG8nl51gyN4OkTyosk0pFwIwusulKWaVrHss
rFDBLIpDKGlSZpImlSL9jqYXHSEvWkEM8Ud3KZ+8FXuXEBeSCFXRbdUl8b8osGW9tgGG7MUc
Fuz6uYePv/sjZOY2nubb9/s7g7kfec3F/BW0+OBurdmA2XiOW+cs/wAlzcfcbbm5Iy+wtm2O
wdqfWlEErCutZVBHJewduSzZSIYyBaD/ANdJroyRFVRIYDUMRWDqaeCSOBWuJJZH3JDYZDfs
+7b/AGlyh/1nbeKfgVbG44OW4huN/wDkzjpdz5fde2ZN3+JK3ktzkcbu7CbB8YeEt76XWwcV
HZ7o5m21tba2S4k5Ryu/ak/wxtDcRMLi5t51lLyL+VXHbELh9R/xSM90SpJUski0zTyUZInl
RwptXEiMkBeRYgwCqvW8iQGdoVkkK8RZhcJyF7nkJi/9TzH9Xz6a1yfy7tnjHH775A3LyJmO
IOBs3yLLt3beE2nifYT4K/KxQLJf5OPoP6EJp7C3eK0igKQxy9T9NRSRzKCWWRgphnZorWUv
IqzsuWzMT2Xkpk9z8T2EmXzFjn/GTlXZ29d4cmbRt96YrmvP8k2uZ4y5Kzuw5+AcZgN+7j4A
3FjLnOc7XUmzN38p8cT/AOn5IduW9xXvkRhMR5kNb9pZi0cNysUpeSaVHdEvJ42jgciS4Nuz
CIIzSMLVmlLRAE08atSwlwoUTrO0KpL1RmKVI1S8C27gBZHM1tk5MXfW08d1b+35gYr9Xfv1
fNfeuZPIjHbOrKZTI5rIVwFlv9xxLuTc2D2jiNu+SeX3byz6/wB609B90PwgBmyNn1vKhiMd
z89xmW1aZ0jhaUwl1kiRiZIkZrVmab/I56+iPOzZe84z8ncTY5TFR8mbo5e3FHe5PavmtvG3
vcBsvlDjTa3LmyMD448ZW+c4627Fx7tHyS/+uNr7vxGY4U4R424qnZOK+cPFzjrm2z5F8St9
cO2WJy3+7xN4ZL2K77CSnufsSXEKNJ0l0AEXykhcxO88bQ9tkdysRkVNY4xHJI0kxYRoet5l
6yWj0WVJLdgySOE+W4jyjZbjr2/MnGPLt77V/f6fJ/k3ce1lwO38zufKcVeO+C2bYZCymxt/
wjzNt/jrjTkHkjc3JGX4A4k3Dujcn1/ao6LdL3NvK0UkCPNa3kULxaTSTB+vvQq5lglq3J65
FhKQN0zPcyo0Ewd8CJDg9y2cjce7P3PguQtocvYSLZF1uPC4/IZna1/NFgNxbVxG7sFgdxZ7
YG6eduF8FzXs7w/4GtuR9y7M2tjdn7YHcNR313DPLcuTJPJCrySx28jPE728ZW/mZY5vxnRx
GutwD/jhtl6ehw6wMqPb9yVWZITZBu7SdRr/AC9SQSR1FGzAdNSxhx435iK52/7flDiP9nw2
R6fetB9HPPD2Y5PuuOuMNs8aYuuZsfa4zlNVZ24c8apb6oLeC1gr+30/NR/aQfGncTIrpcns
SGxmk6g7GopJVFt2jC7Rqy9gLFEAVMMqyW4jPHcRvN/3yX2O2Bmtp7ai3Vnzwr447h2TyZYb
5xTXSWF9j5JRb53Bbd3VhNn5LP8AHG4cVh8PgrOc9NxAYhBAqJIsKLLJFDHcTKAk1rczRMoM
NzbSlBI0bJHGRHoAoCvEjmQiR4FijiMbQ9AjPVJ3I3eUtVlG8gQKaYsFjLvSqiV4855rTd/t
8hYkZ7YluWMFH6p54LWDmPyUmvjiMNmNyZPh3x8xWxR7UdNrpaaucs0zZCdFe4slZDbvFAFV
ZLTrkjEMjTwmOIzdpnKo8EEaFEUsk82zcRJvbd0N5c3vIGw7nk7HeNe08rnPF3cHYzfJCT4+
LKRWy28m5NlYjf8AtvjDflzvrac/VMzW04jiCCYzzfrtC0lGMPdMiJcFNVkkVY45jJEsyyMB
JpFdmIIZJ3b8RAxjoRrGxVXSQx3Mr6V0ppC3zbwE0ysZJTKItgZZsLvf23RZE3JjDhdzfXzB
zlnOR7nj7jfc3JGX414q2zxljPbQ/OuqhqyAZkLBFs5lNRzxiSHtAySRrLYLJb27OslOHQCE
gkJrDdqsW4c7cYW655xW1cJlsht7B4fL+HvLV3y1is5NYXed35xhuHmjfXHeT3/t7LTAzRWV
9b4XyIeaIMIW1W17hVCwNwiRSXkMEusVaAyi6uLqdHV3hg6n/YmpQrO1oZbfstBDIrvMqsHe
3tZZ1jKEIHRwzpbdlSn+URxoywpAY7lmiO1sqmc217fPWNbF8w/Xtbxl3Hmt47b21g9pYivt
7a/BU/Cq7NkYJ+zOgjjtSiRwGBY0ZAq94i0kgRlmijq3WRzDM7xzqWjtXtlrJz3eT4w8xcDD
uO4x2zrbkjjzYOd3ZuHnve9i1lsHnLce/dnYDbe9fJDkXfpvMf1yYie/8kDZWYYyMtXMP/rY
+eMW0fU7BmAdFeTtSu04gKSRLBUrOgjjkmYuWCvBJa46SR0B/YKhBcdNxJbTxkRM8scUyCUR
xFCEDsxCx28ghjLK0nAWTe+479vy4xf6fJnr96+Pa+/1j7odQNVkymtsuSRkkt2aSZ1hNpqp
tBNDLHadv9aWIieCISQ9EPVJbvJIjySQ7Zy5TDb+weG3FtbgWx575K2djd68h7P563nicdkb
fY+7czNtXeO3L3Mbiuk8p7q3432Rt7i/b/ZcCR7wqJJ5rcNbTxP+uqX3UKjkHajZ1eW5vLai
kUstwiSRxAu/WskblUWBCqhYzUqItKtuaMNvo0JLzRvJKvelmhLqqadUXTp2zHXjPmCL72/M
vFdeK9n+/tfHpH9mPTV8Q8d3KzzKB37R5VhhPYUoWW1nkkq3NvI6AGbrM1MGETmE2uyYzldw
buuLjcfA9phE3HundG17jGcW5jNYrK7y2VYTxytdvHf3kVq0guih39ydtfjHDw+UXjhllw/N
HB2Qhx259kZOP9PKSh7XJtM904YSd6nuklY6Si7cE2yE3PZuJJIUmgjtiyrEnVCel1hAWgQy
9ESKRFIrdt6FsBFKkiCBmK298IrfhjJNjeSfb8psT/suHjpr/FjPw4+IoXubbJ2rLGzhWsSH
jgAijjKgdCXKC7ligiuZbG3t26rieeQwrCqz4DK3OKy+D29hrzfNzneIuOObeONlYLAYfB7g
2vl/HfMTW0/Jm/N157DZranPtnlLHNbq2fg9sQeZW4La8x/lZmNxzTcrcG5uLI5nwZkgwPjr
4zbttJvF/aENrDwjylZwjjzyetJBi/Mmyni3N5V417jlflW1lTyMx9mLTyz4PjP/AP1n41JP
aeQPBOWtsbvbZ24DZ2t9kYLjb2Tima0lVSUhjbq6onae1kuBI8qSCdYgJIiWTDSSY7JRSxzx
e1yhiv8Ad8c27F7eh8/xE+D91tohJDkMexrIKkOZtl6ZpgwErEN2p0ibv28yzK8KMO07/hbh
wtxKZbY5yLEcr+S/HWSyOV3WmycfyV4wbW3RxDsXO4qy25mOSr+3gsMzk7rwF5JzuJ45yO/+
OfIPnHd+7eTOWc1vlZsfhMfkuJra433sbnbjReMcbwZy/Z85caSRurecttuXaG7b3ivyK47x
OL5Xn8mOLeP952eD4wsN02d9iOXMhz7fgQYzJ2V/xbw5k5b/AMYPHHJjnHiHhrhmW18UsGsB
4N5hxj3GzvLCxteUN8eT/H0PIfLXmDxPdcScuXXItve+V3AG3t3cbcywbszEiTTIZXa34vzH
+92B7U8SzwZTHtiMv7H2+n7ewhAP/wAbNmWXKdai7eJp4LWGB0tiFkE8rSdMhImSR3VIAZon
kMjSWlxLbqk7QNd5C2xu1fMTa+XubXgHk/nCGw8S8fs3j7kLd8FzZ7H5Uscrm+IvIPG7Py3m
HtLkHa3MPNuzNocg7ux25sJurNYLZvH/ADpi81Hntw7rju85juc9h8N8fbJ4X21GZJq8oNjw
cl8KeK/kLx6vDXC+4MbuTzU8bYLDjnmjyJscl46T8T8V7K3f4hcHXFxzz4reP/Fl7zrx/wAG
4PlXyNxPFXOnKXIPA2J565J5C8TPGzkryJ5auujpi3rLsLG7BG4N/wDmhb8V7etN47A5qyr4
7lDjK4xG9sRuLlvm3IY63tnEvjfmTebQ9vm/EnDcufR/f3D9C/dftvLyB4v48yF5cQXtjf2i
l7VpmninuhNqZ16X6pEPSZJVSG5SZJp1ZWkkBUBp8RjTm9nck4o7325xbd4jly74Z3DjrrdT
7TjzI2dmZbvFTcXYu/uNq7S2/s22nM1/By3xHuDe9zceBvEB3DuvYUufuuO+BvK/g3emZ4f8
i7nl594eYePki5e52sJ7ufgC2j2t5A+L/GdpuLfPinu7lt8d4sbj5m2pxxxjgOS+LOCrXYHM
fE/jnmuMeX+PPHfkLjryD2nwfvDYfk/4+8T7y4n5X8R+NuRuJM90K8W79oYvfux9sZjJ8C5X
FbyzG5No323M7tndu0+P+U9/Q7j4X50TduwM5gcw/jpfix3l7flpiBY8mH2fv6/3o/P18k+R
fHfHJUeSPkDXHvjPxnsEz6vZXrPFErM90zxK1ssYpP2CbMx3GSET3EJe5gS6gKmK3uJMXKWa
PaEEMmW3rf3uO4dG9dr8fT5vL5jx38aMxHYXXJuzo5YLcBntogxggtZ47r8457c3TxWpZait
bZQtvZzGaOZZHsZmSzvcpYJeZDIOmTtcZcpf8Z8S5ePMeO/jzuUZPxC8Zs1Vp4g8PWD3XjLe
zDJcP87gYzYXlhirmKx80bVhlvNq0SbkPysxTSc8cgR4i93l4s310+8fDRpZIfEzd9xhvGDY
fKd3gNp4XZu3+Oslc4Hfvt+ZeOBtPU+n9q19vT45I5q2FxhCcxz/AORZ418dOPOORyJ5H8bc
dVZ57yd5rvLVJbvG5R0tktlb9OznMlvHcza3cutSAQ2LXcSO9ul3aNIqUk00GOuGe4G3c9e7
b3Lf4/bjHb+0dw5Dm2LcfHGSi4y3Vl9/cFWF3aT8k28MZhtIHijvLeeSSN41WG2uZohCstIk
v7N4xeO4tmSZFc1A7zi9ihiLSW8tsY54Y1diHY9EBUPbSwxQw3btb9xYpmnaWRO2AUtzVvc3
sCW91lEnM91LVxtfa17HtzaWyNp38twStwkkgw9/HlcT7XlnihfcRkEH0Pvbn3ZtzZmKzPN/
KHM2S418XtqbWn5J5+484xQHyI8h6418deN+O6b5Cv02WbtreSrWYRy20sjSLIWEqi6ktLoC
0b/KVnj7QttF7PaqVpg6wSPaZq3yV9yFzPtTN5F8TGdlWXH2B46wux91yyvl8Grvjv3pbNYp
LhYHSPoMsKX1tILe3uXjSoy80EU12IrGYToizM19BLcXEPdVIreQv0S3FkXjD2SOYYo+iFQF
pVWRIzArw9EMkLQEvBG5tgy26t34yqxzwXscr4+VEmd3Z+F8k9/sH2uYcMNwcWwSGaAV9vqP
scp+TWC2rc7X8e96cmZXce8uNOE9uz8gc4eQlxxn41bC2AajJ1/+MChlzVv0T5COVLqC57r6
dxY9HFs9rLbxCLtkxRmQIktxJIiuFkt7Zug7oS9l2v5E5DN8bZbinO4rc+0/Gq7zUPI3Ixkn
2Vhpbi6kt4llim/YM35iaSAGd5u7UF00U1rLHMIxGtQJHIv5yyXoZ7JoZnEbW6LI36uPjs1g
SIzrEYmUXKzSTRTdoQyyG4EBMd3bSxT2hljhkluY5onUySMqSaRrPbhVq1mmlfx5yZWT2ry3
S7tL2wkxWQ93du8dtbGw+T31yz5KZDjrh3j3hbE708lc3ujK7B8XY5cjbW1vZweik6qpISaG
zbLZPCyjKXtpFewX9nNUF5ZM8EwLRdAhjYdyLSrPJtGkcsM9tJEVuEKCG+ssXmOK+Tv0d9ZL
gzaT4Px82dyJuTZO9997YzGQraWXg3LtuK6e2lWWSKJXuEs7Znnoq1wrXstulx1Rk3E1y8F8
TJDduphvZJHjubgKl1EzLbRzo8Z/ZSORB+LrcxtI8Ul28LpOJTHKY7aMwT215pUYR7eM6LAU
dmjkaKNTRWELwxlTjuRPb5oxqYnlqvj2+YOf9scWxbQ4R3zzFmOQOWeOeDsJYbK5f8lbzZWw
dp8e4n0LKDPiYcNj96+SnHFhHwzwp5Jc0Sw+KnFiyWfBHFuPS94D4vu0u/FniS+W78N+LbgX
HhLsDruvDm3tJbrxW3PbyXfj5y8on4N56tH/APrfyAwjzYfm+0b/AGnJlrBgeS8vt/HZjkPA
2UC5TlG+v8lNxpyJm3ze3l3HxjLa4DDzwdu3UmCzYFYraaKKdookulWzku4RCBG0BuYLYtc3
Fk0kYYwEQ3MV5YyPbSvknS1nvBexRrDeW6NCIA0MMVmlvLZva/AbvWXeLKs11brKsZMMXcUR
GYWdm11J0tLD+dbWz8mF3CrBl9rytxJx/Kv0f3o6+vzTMqLyZ5CZncOZ4j8e8Hx5XIXkbmdy
Zfirxoxm3rz0JAF3bYbbuN3r5YR2NZLK7t5A3B4leHm4sluaV5JG/uZNKeRdJYozJOkRWSJV
pDKKCZGSS4FyxnNt1Trg+83/AFlWusXib2jtaZautrydGQ2VjGN/xJtKdb7x54eklvfHbgVX
j8YOMbuOfxTu4DNwDyHYJ/8AUnNcCnj3yMtoxh/InFGa/wCcseLjdu54Jk5Vwdmyc4cVrNj+
ZOJ5orPkPYl8+PymInWCK1js5TdNF3ra2S0m6FS7VRBOssUMbaFomszIelboMySkhLtHjPYa
SSWJp5OzJUCRO7dIbi/OHcnH3teZWLAf2cvmMXgMbuXfm/8AyWzuD27xf43bMucryn5VZTjz
jLaPGOHoKScbjHv23r5L7a2iN0bv3PvTJ8KeJPJPL0nDXjFxlxdgUQo7dWmjarIpARdHhRjK
I407tw7Tf7YpK6Fmu7CMnNYyRRPcukrX00gsi9XGI2pb107ZiAsczci4suR7Z3yO67Vf+45u
F/8AYR3dSPtO2QvxdcSphtrzqmzcv1TbW3AtHF5uNUx25kLzb1sluc/ixFkLXhLJyScX+OOW
ik8cvG68qbxe8dnI8V+NoRJ425KyDcBcv6Hg3ydhH/1n5b45Lmw8n7BJM/ythol5XvbC4vua
9puv/wB38d3MGP5P2JeJjt07WuhZ5SxuKLm6ZWE9v2YJbvx8tLuy2F7XlpijfcVH2N4bx29s
TBW9pyD5Y7h3pyDxx45bS2bxFvjnPN47HWGIsaALHfe+tqcYWXInMG7uRpNi8dbt5GynDvgT
g9kCxx6Yy3UT69Zlj6QRISCHlJeX8f2LXuRSpc1JFeTLLDBGs08Fus0l2XuV66fEY1ZooNtw
wmynnMVhu2CU5PdMNteZKNZo9x7Ft6tcxhbma4vMqsRsLuZoYslGl2HBvMdsV2i21tKQrx7e
COTb2/7Bpspu+0b/ALPlY6Xde4gP+1ZJUvNw7MmZYuIciybR2VdAbJkpts5S3lnxGVQfpbit
gv8A24L/ALDdVosu/wDM45l5oRDDyLa5VZ8dicsuS4v4bvjeeP3i/kJZ/FTxzuq2f4D8fZWb
G7U21h8bcbK2fdTwwxW8Xtc1YhM5xQj92P6D6chcibb4029tTZO9PJrcfLXOGF4vteIfHq6i
yfpFE80nKHPeN23a3Fxk85kuCvCXcWfyGx+O9pceYaFYoDGA4LOxZ9SR0FusCWViQ0BruRuZ
bMs9xbx9D3d3LIbvMSyf7Cxmo5LbF0pse+zyblia6SOUCXARy2j3V0sbZJQt3nmF5isRPFNB
x/bPbYRLo3O396pTxbtgaLMcjYo3HImLmRLniHKtDi9uQD/+ajU5De8Y/YzJWTW2Fxufaluo
y3G+VMewtv5KpeIljU7Ly1jU0267CpN27yiQbgy89R5G/iZuRRi1fmbbc1NmdjZ+m4+2XkQv
FuFQvsBVrjjiB9uXoAUe7krSPIY57STHy+vx6ck8k7c4w25x/wAdbp8gty8u853kOQ4T4Dxn
G0Po6pDZcrc5TZo8V8H8g8vX3jx4i7H4nisYLPF2pE4lYCSjFHq0upb8afqQsdCZGLO7rIhS
Z3tnaWa5ktg9xcNHcW1jIFlsZKnxWVnXIYi3e1H6UF9Yy7lae3z24LK3O4ds28ceT2DIG2kH
qPD5zDl8xuq2F9c7PnNjbbbkMv8AtYLc3G5FKvu/u3JxrRvDw7dtDx9g8kJti7ktJJMVvuFY
X5CtnG/t24xDy3g7lUXj/cBj27sCOWyx1rGjzbzs0fL8kztJb7vlWVNoxSQ7p4qtBa5Pa2Uq
bjC9ya3nEWVtWk48uy+FtpbPD/wOWMV/peUvo5F5E29xltvjrj3cvP8AujlrmXN7rzXDPCeA
4kxHxR0Azdxh9n7e5Z5w3Dye3jj4V7p5WGwthbU41wCKiEGRUOuhPwZmprh4wLmBpimtO46e
8CCEV5Wv5Gu7iws2tjcwwhr5YO5ZWuNlE19YtizBe/tz2Atspl5rXINtzrtb7b1/HJis3LV5
hr1GnwW1FSO2yrMt5v6zucfvjdSQzb32LdDFXeyL+m2tcSLFte7hNsu+8cJt/wB1FUcewNwO
2Ew9kwyeUV2Xc97S/wDbMcs+9LSOKWXhPOyQcc7Pu1ueN4bV48ZmcWFg39cJO+5LCQ8p2OJN
jzHj8kbm8xGaR9pcWabe4nxGTrZWyv8Ap1r/AAfKjEjHctj13rvTA7A27sTZ24/JPePLXLOb
3pm+IOHtv8SYKj9+R+TNucJ2G9t77n5E3H4oeG+5HyzqZXM6NHNaw3IVShkUaLKis0kZZwJk
nlvGS4e2tY7aaeWjKpjVHmje2m70t5diniTKW9u+KjitYsxjquJcZfyKLK6q5vs4t5f31oLy
2vMCuSvcdkmto8QqW3+yFrkLS63v2rm729MLWy2XkDLgs+FurPcFpVxDs7LXVtt3Y1uz23I+
Ltm3VuyyocpX9kl7yDxxl5MXgtnZCM4HIwCexikpcPuiyiO+Nx4d49/RZt7zbWwcgI9vbRtJ
YV3NbN+hvq+UncGOe45Dw9krZzjzdVT8Q7WvxtrguHN3G1tu2208D/C8ysWq3fpnM5itt4jE
47cXldvzl/lHI5TI8O8P4LiTb9Wlrc391yzzTi+Lobq5zO5cv4teFdnioLG1tcfbhlZDoR+R
oqAC/wAdXQksKyuPvdBGpbucW6SPcC0TFYq4S2zVjc3+VhF1bZGG3Mlvte6mbHymKT/1xYZu
eW7yqWjGAYvIIuP3ZA19fxXMtnabdu7i4myFjeDO7mYyzbCyGXsMLd9rI4fcWTF9a4nFjG5O
7iL5Hdc9XO6dvWgtLbjLJVHg8zrcYDdljEb0qt3YcUSz47Zc7JcZDlLECLdu67erblyKzRuS
NgbhFrhNv3zyYOa3Bx8xWTbO8+g5XNYKsdyddaZPJvkbPi3ivaEM6Ika/wAPy6xX7fGtSyRQ
xbqzWc8ouQeWuRYtjWPB/DGM4nwNQwTXEvMnOFrtiGxsMpnsn4w+FuB2pjrOxWC2/wCJKIpI
+DoxZGYl5iskrtT3Ft1rPaTEJfyEPc9N5aYm4aGDuRG3tbdFz10LzJxw3MFmmEyMMmK3NI13
PlbKZN2pNIuOxOXtpLbORytYwQtjszmL2PM3+MLWMOFvYnwW4bGv+zyRpYwYC/n/AF5sbcWV
zvi3jyW68UUx6bHykTpu7EW2RxuRyNy67Ox64+TIOkt3yNEkvIO07Fl2zxfumrfaeQxQvMVv
yFBdKk2Sm2xKltsHa2bkbaG88FR3bybDQ3VuuMQ8zbYskst4Yne8uyuD9iYuf+LzziGzfD6s
JF5y2fvHfWxN6bmwPjTsHgDhRthWVRxyTSczc1We3rDE4nJ7hy3ix4rbd4gxkdvDbxmaPqHY
cdXwSCxPTToyCWSQTiRZImkgNGNpJJLNYlaR4Iv281EZMnKJ4sjtmYw3GDyVtd7bx36+Rs8v
a3UlrZFbLK5e5OdyEUQxybavRLj95QoNx7hw2Tn3Rsjct5a7cv8AHQ3NndZRJThsfPHkN8tD
krnZOUuMft/EBJdubs7iboylg0t7tLOT3mFgw8cf/c7mK83hurCSx5rjrcl1FtjBTyrZb9so
cxi01gn2CZLDEbyt1bI8gKg3rseymuMLtLdgi2jjrGS7xvIttHJc5OM7fssxuG52nxztjaM/
8bMWMeTxK27WdctcmYzirZ/AHFuYzOWoVy1zBDx9jtv4HL7tznjP4n4bhexWGziiiMgjRgrP
0seoE6gszPTdKMshamaVpIivbS3M1MbiRZsjcK01mJgz4WFntMlMb3Dzky2eGigiustPNF/3
XHTXe47TMpDltr2Je1yOQaX/AEuOlt73es8OZzW2sk1rsLY1w9zt7kULDu3dVobO4403DMMR
vHBy5Gz75s5sbcXKZblGOrvc/G2Vq12Tt+IXuB34bWDdF1g44dzYjds15tDG2iY2fc8Ullun
kvCo3K+wcmg2bxFnojxplITPj+XbFMzYbTLY+12xeiwxvJCT7Wt+VM5ewQQWsP8AI5MxoxHJ
Wd2/hdzWAAArkrftrx7tzBYDdHJG5/GzxewHD+3tI1idtZNSR9j1xggyafgAksElSShYnmZz
L2LSk/ZlmvbiGOScxW8N0+VS0vxaRWs1xbxSNiZluJS2NtUyuSJvb3uXSXuy+xJh77IS3OM3
MqXSWcsltueeS1lwG2b2STE7kw0N9aXF01re4G4mfJ8nwx5HdWwMzDZ7Wso4b7HcpYu6u9/4
+5aDbm3cij3W9beHI47a2HbFsl40WX3vaxyZnjjdCx7AwGJlyGD3pJbW5itrmPeRniuNq4jt
w3VlHcW+a5WgjbnSPByZ+72xuG02pwls/PY3bm3cbtXDfyfJzEjF8wn0y+fwu1sdbYzfPP8A
v3x98dNu8TYHrkCzC9Eys+n4rWrxt1ShpQpCyxk9Myxx3CMY2RSwtkQQ3KSzTXluGeDLwvd4
GVYLfLW9u7rcpBcYm6vO9mLa8TIX37Vnd7WhuLmPLDGz4RUvJYre3Swyu5rlZb65/UKcY5K4
t7HN2oyGM5BSSTceZuzJhdo28ay74xqZTGYSwOObH3KxZvkSO0afjHJX0uL3TjrSwv8AeGLu
J59k5y6TYEhmyA5WSJclsWwnssRlolv83uqzjttx8b7kp+NMHBPe4blbFW6JjJLjamO3ZkrD
jTgvae2coAAP5XmRiu3mahRXk/61vfyj5V4g4P2Dwlt2WJHdlnEa6kfiGWWI0Q0lEyEusTgB
eq4Evatck6yMbO1uL62kvnyVhdxp/t4MahtNuZmFv8FrN+zLWKzEUNxd3cvSh2vPMMVuNnmy
WQjFtLtCW7kt7jEvjM1u1pbm72pc3GPw2KurK+sN2vHcYWxsWsr/AB0Vyt9vVxPuG5xq4/ee
yMlLFbLZQ5WLbV3Idk2FwLscvWts+R2Jj7nH4nIXQzNxumexspNpXMuFvdzwW+G3Bdbotb3i
/jtp32NyVt983nN1OmOyXE189hnbnaWcG68tlE2JhJsFtz+Z5eYr9rjpV6m3M26uVd18L8N7
U4M2WdQAOmtNAzCmcqjRhzJE7AiS3l717GJLh+3NeYy2U3VnPK9rH13ONzcKw2gioZid1gTH
ILCygnefGZvHXC7xu8ZcHGYPcc0kO47CrjCCFLPPz363mTvNbJdpXM95gNydoZvI4mMXu08j
JZ4ZcekUm7e1kd05m2tLK644zcBxWcx9zdpu+8mmxm28TT2e3s87bc3XAsnIe9to1b87ce3U
0uxOJs677D5FwsmbzG+BDY5LirKSYvH7vsze3++p8LtfdON2nmbTI4m7O8t67Zupp+Ytvw4/
iba+auj/ADfIXHPkuG913+big4B4B21wHtbqAoaUW0P2IYaaHqDxamA9MrzRK0hDlIDCwQzz
WF3otvbY0wXF1bVLcbqZLu8yMrYN8NPDnLG+aZMraY+rTK7pjrKjZ0EVjhLW8eLHb5wNzkNw
4nIR4/FYxWvLfI5SG5i23hpbHJ7vMV5eYyRsbhdjX7f9c3UUtsjlMBPfbn29nruXbmNtF03N
FOuU3/gZk3xtLMSRYLaWSqLa+68bb5iDeV0XtuLbasHjZ7aGbJcr2Jj5Cxl3ONr8Q5lDxlfK
txj+W8eJcHtXHy8a4iLdWc25sSTA3f8AO3FiI9wYDLcW7v2xm8NmuQdiwYfyNytnJgeZ+Pc+
sM0VzF+QVHQlOk0ZXDSBQsZV4XdHgupoLNGNqamx6QyS3c1lIl9NPHcxYBIY3s5alw24Xuf9
pnbKB8xZ200D47Mxf6zcdhCcKb24hvLOyuReb5VbjMcd3NxFtqd1Sx5AsYMjb7Sy8uKx13bx
39hlMnLrt43NtccqwDIb023HFZ7R49yButu76mgbJ5LFsu+bTLrNs/EXEFoJLQ2mY5Wx8UnM
mFs1XGcL7tD8YY0tdbQ5GsYMhgLCxgh3DhGqPN8o2EOI5KuspZ7B4wxmyp/6BlsPi87Y8i+N
u6sFdZcbl29NaHbGWhxsW69t3GG5+3zh5MTz5s2/msdw4TMpI0sjIJInnuTI0BgENl+xJLeP
drd3U2Jt7ySTI2V07R3eQsJ8e4MFxkk/0ptrebJZPHWH7G5nv759rf6+1tNpvkpLLdUtpPFu
9Kkx22Vku4d0R2drh2keY47HNDkt6PBk8hALm1ucDe3VlunJ31hbbZ2Vmk6t342spjMfA+Ln
wGTaG95EtLabdWybupNlbGga5wO8XiW2js7xN5HGWz7fss0nVgbOeyyPJNR8p7oxNxu3dG54
7njGXG5LdGIxS4i2/odxa213Hu/xw4k3i+4vEbdWNO49p8sbTht8htHNyxYGeRcTyhyLgTt/
yMmkkteUdj7npJLC2kltVuQclLaKs+Qv4sm2AtIltMlPYSXGcjis59vXNxDjrqysobzdD2kt
5tLvY62hnhvMTmLu2exxVtBa5ufrmuNy3ltHu7b2AMK4Pc0QstzWED4bE5eWG833jLXKb52r
fQxYrYV+t/xxhp6XB8nWUNxvrK7Gmst+cfb7qDjfDXMkuP5jxttc5PaGHubLD/uwyZDkSwt7
beHHd7c33Guw764bbXJmMtzs7dm5Z8Lb8rbZsNucYrlY8dYQ4yx/o5UMN1cS8db0Xc3hvh3r
cvE3O+03us5t5Ll8JDlYrLOb32vW3ec8xaw4bmjaOdW6vYLy2tL61uBDjLsJJlrrCyzy5G+s
lfZGQuGxWUFfu5+yaZtrzscZ+lYw3m4Uhz25Yo7WOHjfLSNjdzYqja5t3ubuHEi7s73cF52d
4WMlvvi3gSLEYLPRvjrexdMjyO7Jyy+FfucN8hwrxDt2Zp8Tyttmr3k6525ENv8ADG6nk423
bjjksvylZWuLyHE2Rv7bAz4x8fgdzZO523w9aM1pa29ja/0zO7Q2xue33J4h8c5A5nxy5o2k
2au8lhbq1gwF60FruPbyw8kbhaLbfKuGtosbubC5qK4O2MZeyJcZG0v7e3IxN9fwm5yGZsUt
7jjjIXF3t3c9xAt3uHGPcbo2vkIRtbHz2RmzjG3zW6sa4zPHO4L2x2rt2a3c75s0vNsSS1Ln
IbQR4y+yVxa5vKYqJbeDdcs+C25iZMbkt4W6z723zjbSN+FM5cYHZGHtre12byNiW3Tgd6bg
yW27XmnN5HafHOOtrD+o3mPscjDuzxi4k3Sc94ob9wVZ3HcibOmxmT2nlRd4PKPc4rfu7sLD
Zb3xUtYTfM91JkdzwW8FhdbTma7bdbjI2m3cRNjMjm57W/3HkrNbWx4sz1wMFvIRjH53DXq7
xtmWLbe2L+4hs1xkscG+7S1flPFWxt8RxRuRLXjzIWhyvHO7HeRc/t9ostfZaoYJ8BE254Nx
Lc7Yw2JGLu55bnH8Sbw3XkcBhY8Div6q8ccq7v4O4u3wNweH91ZHcGwedNmSR7g2OlDbr3Qt
M9ujZzf98sbuHH5vbaz4XPbqtUkvuO8zJZYh8at/bZfNLHJsYXEdzyRjI599xWwTA8YbmDbZ
32LS5TI2V4274bW2jwuGzJ7eAgayyPJ1m55XzGGZN28X72hTYOyp5Mvx5uyS0h49zGJusTwp
Ybj21aWsNla/1rcvH2yd4W+4fDTY8r5jhLyK2OmQ3TgbC5trfC5yO2xuWx5g5B3DJYWt/s25
uMZd5y+kvt8wY+CLD7OyZt8bvSzrKwX8VY7IbIzLWt7yHbJc70xGNuX23sfcNW2G3hDBeTX9
tMu8bHDprNuyObbm2ohxzxlue/ljgjQ/1/J4TEZqDdvh/wAObjmzXjLzftMZ3Mb22gcLuLZu
4JLvbWQmlsN4bnwEK7q2pe1bXuFneDce/tvLHufjPfh/+rNo38JxPNO2EyN7xr37PG213UWS
5LxsScibH783AO3d7Y7Z+zrLau0kRI0/8DlhhnTfHjbwzyBWb8Od24A5zD8+7AGL37xrnryP
BStNZX2YwV0m9p8ittf7MlrFZPkS3Dcz2mOe/wBucRboA4rzbLsbYnIUz4XB4fbmM/8ACCAR
vHiXjjf1tuPwV2nFLn+JPKXZEp5I21Y3VjZYzKVewTWEmH35uvExbbOwtx7n2ftDG7Mw/wD4
dmts7e3Jbbr8KuHs1LmPHTyH2TLPv282vebLzu2dwqp6l/8AEdzf/wBXwd/z/oX/2gAIAQIC
Bj8A+hOU0eo7LOa6Wj3qpBXVEKsCrSOCpMKh/wCC3ka4KtBgO2xP5DgkKkz4+KqxXVDkVUkb
wumY/wCBcsKy7gjKRcnyA3ksqdle2YhIxJiQ4NRt4KPxCGZgSQTJqORiVF2aURKveEaMyaGq
HdrxXCqeJBGz/XsmkaXn2edfyHj7wsU5ylk6vcam+J2rTYsXIe8HftdkNTS96gyn7VavgcFr
RIJEzYGBD2egQjAsI0FfSqYSK6gCuqJCtbeumQPH/V80iwWWNI958mgYYlGJtCPk17G7ap1q
RmGiYltpuWrDUOaMGltrQkcUTFpgVcjD1r5XVA9+BPU+R4O7teAFqSkDESjGURYD+KOMTj5N
F0yIVoK6oqrhUkFT/UM0uAxTysuHkNAcbk+oc0sPq9qaPSMB5ThV7GTjyBqSqHsPu1vO6ilp
zjEDUgYyAfKCDmiz3Eupx0jlGYAsLjTuNuK+W+bcN8vqAyI+7I5JU4ktYvl9TUyx02lDTIJe
cT1CMo/ZN4xuR810kjcV7z711RBXUCFSQVD/AKU1ssPas0i57WiHKz/MFtnp6lk0hlj3/Us0
ukYlNpjNLH6/YjIs5w7D2sqeS/YdYmumC0bp313NRfLawMmlOAln3tlGDA31K165oxrlvtx2
HmvmflzE5pxMoxvNLlo6juNKQmaUewgnGILlqUQ2pvNU7aqhZUkeK6gD3LqiQqSbeqEH/RMm
lU44JzUnteyOPsWXRDyvPpb4J7dps9Nyr1z9OXiqlhgPKZVW3yH7ZabAsMwew5bQjqgRBgwk
QXzNWBa43OPdqtPWAymemJGV1RUHF0JlpRjEiJF9CF8x8uQxOpPpd6VlEcItRt60dXGIfzNf
MU7aFkwmeKqAV1RIXvNvVCD9NJJYBZYUj4/V2sA5XxNc8PS3wWSAaOAvWf5gts9LeCy6Yyx7
/q8oHtY+VXsMo+8FrRMiBGQlQF8YlwLLitKbg5TKMmvETQjhctM6Ry55Bg/SQKVG3xWvpQGU
yAnAnH+ilAfYkXozG0gA3C5VQAqSizFraiirEhGMqEeYp5xxRdMyuoArqiQug/SM0iwTWRw9
va0RxuCaPVP09GWYmmJs4LLpDNO8+ngFmkXPma+VRV7HFy+Y0YOBPTjIAHLR2mJGzAgDavmf
lh1fDkJAfhNF8ScczOWwsIMTZfcvk/ntEEgxqAwJyl6vbgy+YMoyjH5htSAMhJmpJjGnYJC0
FGIoJggjA7PUtTTBYtTfFGtgJJOA70DbE2EWLMQWxuVPNN5FPKZCQoQhIX/Rs0is0rLhh25j
SOPsXwtCgx9ntXxNcsMPb7LVk0+mPpy+i6c9UOBmjIM4IIod8TUcVLT1HA1YEe6Yu1aPXgss
ZMJFgCBJhaNy0tUagjPS1A5FLaEUssssqvl5aUBp6MDKEQQR1yDyd7QTY1HR7ATGoLuD3FfF
sq542oyBeBcEXsVqQMgYEPE7bqXHFS+KDkIHiwbc6OjMBjR2xsLqRLZoGtbrPFQzkjPfcK4f
WjA0YEvc2KDsQQ4OPkB5gSIBqCzHamcHdUJ/MV8iOynL6K5tuCzS/p2/F1qRHf6d6+HpBo4Y
/Us+p1TuHp48k8jwuH0GvkMVqfNxjnlpMWe4Ef0Ow4rQ1pxlDLJ/hyOeQjO0veGscDciYzyk
hpUu9q+a0HJlOBIBoTlrmHtWkQDm+WmDMk+/YQSLQz3YF0ZY15oeTlcthchF6BSlIOJBiB6G
qOnINF3DVy+0YqBNQI5TtCcyiQKRAw3CzimepBA2FkPi3Fjiz3qWjMAE+6QANwLWhRlqO8Ok
t3cllzBizE3vYiaUtD1bFsFQOmNva57WPkShtfn9Ec23BGUi5Pb8XX4D08FljSI5DaVk06zv
Pp4LNIuT5w+VLT+0Q4PqRibR2RJskH7JiYeJiXGIao4qOr8SUpyyyOaOXLAuIjMaHJLpltbF
aOrEZviRAO0NaNrhRhqDMBGQifwyDHfSmxfN/L68WlpylKEjIxcQLtvylsKGi09SRfNEEEWW
J03myDfewc7zaouATGwm3+ilGdRO3YbXUIx+y9d59ShrCyQD+EuCmNM1jJ6fd+pR1QAc0Qai
+/02ohg04vG6p9CpCucB9lLlHUBd3G4hOCHAci9scPIp2N94N6/odak2BGUi5Pb8XWtuHpf4
JzSI7vrXwtDifS/by+h0UZ4FfFhaO8Kvui1RwTLu4XqfyoEviDOBmnnce/GTWtmcPRjYtHVZ
yBlNbGo6j8NpsbcwBD4SwehitQ6uaUJxzxiwygkAyjLEXbyUHhkaZ6SX+GDXKNguuwLdj+U0
bU0h5gQk7guDdW61PEsdiyE0PpvUPwWITjFsdr2/UjpAkB3BPgw2ICEgC2UuwJjdXxZEAv5A
UZYEfQntkbAjKRcnt+NrW3D0v8FnnSI9GC+Fo0iL8fTG/wA+PJfsDXUKkGAoFnw7dTX1o9Ug
IwlUMJUILO/1L5r5KTE6eoWBsr7bfrUY6gEYmgiKu9rm7ZhRfLfNavVPSlLSmKkS07XLfanE
xA2gqcYuI6kc8IkMRGLRNMQ3bXyKLrsIIPFCUg8YkVuIe7ejpalYzrE4PY3gyJjFpQkxAw9r
rLIkRIBxO7mpwBrEPvCM2p38kCQwNnn4yxH0AzNyM5W9vx9XgPS/BZ50gPRh6yvhaVIjv+rx
+gHtr2RgbCUYiwEoi0G328EAb4kEIxFg8O0agc9BDRbM/wB6O0bF81puP54CcReJNf396bX1
RbxHrWrrx1CR8SOq9pOVunYxC0/mdbUMoiDWAZHHvUqTJhmHEKo7GN3Y6ftZ0AC7WPVtyMgS
CUIyBzRduOO5Q1JFiAxDW3OshIMZAimBsRgB1acrLaH60HciUWAuEhadjd6kBFpRbecVA1Ak
HO+8IQB94OCb1J4O21jS1seSzANGz0Pmcv3T9AYe6LPb2/G1fdFm30705pAenMr4WlSI7/Tv
+iO3ZGQuITgUlX2oSUdTA+KMY30RAsHZD5iMhGejLNAnHDjYvl/nD0nUPXhUWd6JIAzAEEh6
jmtXRgM2n8Oeb84rHLsIotP5zUIMtGeSOk7Td2OawTbbYhraXulnH3X9W3trUJvM1TxLbk0T
Tn4ozPU7g7XWSYNC49igZFjA8xb9SGpGQyk9xt8VqQwOaO1rW4Ig0bsp2P20Uo4h/P5BbLw7
c0vcFvp4r4cKQj6f0C+Bo0AtPp3/AEM9jTDxNv1LPo9Ue9E4IEXsR60ZRDxiRyKIPVG47Lm3
LNjVlW01OzsmBHMSC1HIIrTbgtP5jW1ZakpmPw5GIgQHbJP8UbJO2a1aOpBiWB30UdPTBjLN
1i5jQvwsXzej8w4jHUJAABdw4MbyTbIYOhINQAGI900sGIXxNP3bx904fQ3iWKc+TVU7IA2S
p5+Et47MosvKHy2hYLfTxXwdL3rz6X+H0Q7e3LL3T6OswLHEevFDSuAofEIxIoQyOkfslSjg
SAswvpy7BdtXzHypkCdQz1MmYnLIReJF4FsZRsO5aM4SIMAMw2CjKGpp1OUBjeT7tmJePJah
14SMZiGrE+4dKbAiI++0pHNsJClIQyl8swbpWgjYYkBOLDaMUJwrCR/TsWPbXy6p/N17WKEv
usRwQliPPE4EFMhpaddSXp/Tmmt1JenpiU5+iA+QNKVHsO3bgqe8LE6d6qbXhwoEemKqgskY
xjKZHUYu2cjM7VLh9gYA0XzPycyJCMjZgKAjYRUYWKWnqkRc0rUD072XyfzWuGk09I3gzj7s
mvMnixswsCy6x/k1ICTYQ0pGDP8AaIesrw2xMUYTrE2+1NaCHBxCbyG8mvm6eVHYG5eemNh7
P+41am709KIylafo9exkIanA4fUswqVmibbN6gTfbx+tEXCnZRaWrHT+M/TKF8nDZa40I2gX
OvhaxBOrA2UB+7vlEgxO7BkTKvOh27EJZunS1gYyauViaflMeLrT+b1dUmUwIwifdkGrlL1l
Kj2FxeSg3Z8KRt904HDcfFMbVXtcWeS3nm7ZQwL8/PMmwKBNALvozeRTsAdyFsPcU4uPjajg
aqisR1tIPPSeRDO8dn4hQxNxUTljHV04CcsthzSqQcGLpwCYmo2E2g7Cvm9EjMcpMRZWPVHc
tD5jULwAGWJoNLVFtG913B9QCOrohp3xfvjs7HFyjrjdLfjx7GVe2iDKqfyi1RdtTHzTYjz8
xt8fpNeyvZmjQhCcL7QssuG1TlIVoBu9vbKMbCGO42qPyVRKQIiRcBY524bMAvlpO4k3FgjK
RaNk61aVHO65a+hrCTx1JGOUE5sxL0Jy1tqgHInE0JtThvii38X1+PYdOVkw3G7vRBu8mlnm
JRFJ3L4ZcNjhsRIrQHaxRiLPMwlt8++I+kEeU9xtCcbwnvFqePukdnxNP3gtX/5KWn8XU+1p
F/suH0zhLBlGUhE6NsIn3oHBmsCn8TSGbUAFvvNYCLt6n8x8tqwhrAEiMj1ZgDSh9KKLn+SN
JA0OYW8jRO7L4o977Qx/F7dvZHUH2h33pux1grV0mnZVVVEwDnYsrF00fekWfYPafBATrtv3
ItQgRY8LFlJq1D6jswRIDsnPmIyxA89CW8fTxA1HpYs0ePpiiBaKhN2R+chDqgGIAcGJ94es
Ngvlp/IiAqc8T928bz6lITh01ZpNuraGWlPVidERNDW20dT1so61dLTlllGfVShq70sNmw1d
dSjMWCh2g2hGNotG0GxH8Eu4+Xan7ektuRBHWLNvp3qgbUBsxbD0qhR4Hm99cQp5DcDwFFKL
+6Qe9MIuSKqJEQM125P5bfdJHnnwI9nn2FSs8m3eYB8lk/ZUtMfuG3btTiy/YiOW5MhE/bll
43e3gtE6jCMngRZFx3bjV2UoknPJ3FxewjctbSgf5NPT+IG/AQSP0vzU9WcuuQapqRRpHfjc
aJzYewSd5QLH8ps5KcPvRPMV9Xmn7KWoZ+mY+0PWnk1bSKxl7Cvhn3cGxtWUvW3Zgsx6ALyh
GPuxHmJRxr56Y2eFfPUoMV024qQ2Pyr5qqdWV7aJjfRS0yHHeyGtCtPTknUvwkToWLxsKJ+X
+J0gSJmPtkO+nsuWlKBHVATc/iAoONCy1YasQCImFDSUZi0rW1oxJlEHTMelmfL9qpytGoNV
o6kS4MYkHYew6V04kcbR3qG0tzoi9x8rLC3b218ihTzJcbbVnmaG97N/p60BCeZ/Mx2088Ri
iMPNsA5WbV5e1MEYRLkIjFN5ink0TqJwIUZC8L4c/dl3el6oHibFPTn9qMgMHIo/FDSmJac2
L2HJK31WYFaEjCpMohvsmNu61ws2mOt2kZGyNoK1tONYzl1OMxEZ1cVscH9uIQ0L9KUtM4jK
bf7ncC4EKijLAhGIuk/etT8x8qURaRTeC7cbBtWePuS7jeOH1pvLaVYmhGzHgjDDwu8yJC4g
oEX+emNvmDlDtb2PLpHfyTRHG9PIsmjSPed6AxBHr7JDb418w3ZXyKoSNhduC0NTYydfBkeo
Cnp6URhqUqtbTkS8dV/dcHSIYRleGtjK+oWvCMgBp6wkHs+6e9gnMWyAsx997sWw2qEwD8L5
jSupLPA0AtNADyU3q4EnvN1drU4bHWZwI4yoE2cyOwU5n2I9HUSKubS1ik8IkZjWr+Kpox5n
2rq0ZDcV0zlE/iDrolGQ2H1Gq6okJ4liiQHP2o3S/EPxLNpml4vG9OfJoqWqINuUDuVfMwOx
uXnnxA8vAC1ZYhgnjEA7k5TadTjd9azSLlZYhyVmlWXhuWaRYIzx8wdvlVUtCZ96sT+IKemb
dOVFEytlJ0JAsQhrQ9+PvDYpRDPq6GYl2DaV53GnErX+UnQaxMgMDMZmO81juUI6hLnpcW7i
tD5mAzDT1DFwbDN6c1/3BcjUiBCJLj8xFmItvVTVRAe0KcroEn9IROJftqqKkj6uS/l0wd3T
9SEoTMDt9o9izxjGUsQXjPESwk3PvTwrE2bNhOxMQezYrDyVIkb6LPqHNIWAetGZ7PdPLzEo
4Hx89CW8eWRIsJeKcmiaPUe7muo0wFnY0eaaNt5VanBZpHzI8sSFoLhZ4mkwx9O5QiLrOHY4
4rR+a0nBlMQBAfJmtf8ADIWhGhMZRtIYiUCQXGFRlOCnAQMskntqxFu5l81QHTEhqREKNlOy
9nJF9Voz1WIk+X7IkQaO9KRNGDoRvQm9RatSvv212uWVO4qhPcfYrbMQ3g6qDw8lwWQ1Ilsx
72rzoVVjwHsXuxPAKkY8gvebdTwXVIplRAmwFakJ+82Z9xqRihqRqGAJxltFykSaxIFbC4uQ
JkASHAqviXeQY4jw88+B83mlSPjuWWIYLLCsu4JyXJ+hZTcaKJF31durpxBPS7As4jU8QHZf
L/Nw1JT0yQRIn3ozDjg9DsXxYjqnEEuelhfStPBT+W1JCXxhKLsA0pAjjbQr/t9UESMwDO34
c4SFRcCSMtLQ4UhABzblZuJx2BlqaoAewbz6FCEC2UMdpvVxVY8iyYvyf2KoHgvb7U8T61YC
NlvJMQyAiHKjou7W7ym8mnaSQ9GtuKOnEWl6l/UEDMEyAa2m9REjllGljuPapwBFaxzNdvpY
oswJFWsfY1OXbCW3xp56Y2eHms2ry9vsVaAIw06DH2ecPlV7BE2S8Vg57Z5bcp8FpQ04dEWl
lIowk+UbgCWsYrR1oF8gIY2Sj7WUJ/MTlDIXaW9ouwpa3sXzHywMgJkyDDMCJ9cRcwcmzYhD
UasQxAZxZVqPSt95QBsgDM7ZH3U/kgArq7l1RXvHm6bTt4ADbS0pyX8hk3nHUZYgHzpGITeX
liHKzSrLw3LNIsE1kcPb2Ozb/R05DjEfQGKcKihqC8h+0MtTQESSJV/CZAxobxQEC+ouUdLM
Yyiz8CxUtKQzibgtfEY29Q+tfLfN6YcS08hc2mNj7cpNptRjqSOpp6fWJG7PbpF6kuKXMhC8
nNLYfsjgPI3drJiqB1WifsZO6Grq1JsjZxKGpKETE/dMn718TROYYXjzgGBI89MbT5csXVan
BZpFNHngqVOPYxUo4HzRHkP5B0biX3dlU61YAONSIk4rsrudh+Zany4pJyef1h+KlGZYxkS5
paLHWj80zy0tVicLn71rCTGNNSp65zagAsyRcqRtMi/k0TJ+1zu8mEo1yOD7VON49TFCV16E
42S8frQjpPGW2w7LVCYrmo21PnBItHoUcgdZZBj5U4bj54nEDyzlvTmpTCgvKyxDBZY9Uu4J
yQ2DehTqXDwH0bSkLJkA4xq2bvU9Eyd672OO72KcHzAsdx271838vAEaeQGlmehpwd1oyiCa
ESDvSovva+iBBenkbeyqfzDx4jFahMWErML3ZZQC6hp/a9AjGTgRtUp3RJD2/wB3e6rUGoOK
IiWOb2KIHVltONilAABiGGAp9alowiMgp9fkR2089CW8eYEY2lCMbkYafE+zsERetgUpYnzQ
PkVTeWelxpAzJJYBgenjdivl9eJrIgVwkHYjEsonSBz6jWHnbQHxZD5eYf4olHOMWvCENKOX
U05in2TdW9jy5KTsCS7CwPcO3MbFmkBIYFCZjQt3rNEn03hZYl/SxP5DFME/Y4K9881mkSVl
YVDPep6Zi4kPUj8vq2Gw4FT0db3ZeneiInPI3/dU4As49PFG7Vjb+JN2xlgU/nQcD5g6htNA
sgtl4djBZpe8e7Ysgtl4fX9GygO6mIEPGMmdmnqEe8cRB6IGQJlCMZTPvdcJjqe0RkOEVCWq
wYd4rR1GR6GoAW6gcLFqwgK1kztQjMBtvUZAUIPHHDyKB0CRUeospAqW2qp5VeynkuhDXBLW
SFvHFRyu4DEmj9gnG0L4uj732o37x6d6jqu4NNxw7YS2eFPOyGzw8xAbPGqibm9aaIdPbLH2
JzbcEZSqSjMCg80e2nmBqfanSO77UuA9KLIP+nEZW9anomJlICTH7GpCUTExkbMwIBi+4XqM
QxlAilrGyQPfwZZXIwaNwwwA9L1oaxPRraQi+E4kuT/YRyUtOZrEuDcYyFkcGao9na6oiN/i
6AxcKMo3j08VYs+qWKzaM32FETuWfTII5FZiKJxEtu7K9jOUz1Va9r9rxLHYmnIlse2UcD4+
dMcR5iOwNyTSDpgGTCssPajKRclCWpQYYqQsDHw+iDTFpWpqD3Ytpx/3Hj61S1HRdjMVGbKA
HcEjBzbtrYtX5SVCCRTn4VCOjPMS1kR7wk/h9Vy0PmYwaWhqftkG7iI96MoHrkHmDbExZ+Bz
PFr5cn8iXFRlgQhIXFRfEeKG/wBqD2GhQ1BuPqQkb6KOFV8M2XIRuZ1VfEjIgJ4TB9NhWUl9
3Y4ieSY9jpj5Mok2jw89MbT5bSrEp3J4JodI70wqSs2pU4YLNIsEwpH0t82R2v5U/mDaOmO8
rT0Y4ZjxVFGcpZdTUiYxlv6SDwkcObKMSCM0YA4ZodBO4tbepi+LGI+9E+9yXzcdCQmIwMgT
bGUa5OMX3L5bVlHq1HiSKh4uK2WgvHaHaqA7TONWuvRBtbxP19m+Kpcsw39hP4X9acWrrLC1
0JR1AW3e1RlwWCnE1t8FKPFS3+NUZG5GMbB3rOKS9KFMRYs0QRxTA9OPiumYI9N6MQajl2VU
Dt8fPHaAfM5YhYyxRkzsnkeGHZUN5obvM6WgTQMTvl6BSawdPLsnqSGfKHjG/ay0gJiWaT5q
B36gCKNuuWn8zI+6BZeT9a1oN06kS4vBI8DcUdPT0hqShNiCcsokOBlkdlfrCzEu59OPaQQ4
KywBAvfsEBMFkzuDYvhStu2hMzxuKY3RTixNsI5WJ1m3Hs1Dv8EA1CGf1MgcQpDED070WsLH
uRhiH5J8aqUTsKkNr86psCm2t2OU6jLEDzsZYhvMPZHH2LLEMjpguQHRjiCEwFVm1KnBRO/z
QKqnHlRjiQuoUMqboqeYMQewyn9kE8fZipagAHwxCZIlYczSEb2MS8SRQblpT0C4gbH94b76
IQ1ogyiM9/SAaxcWkDqbevnNIF45o6wN7SAMZA4MTRHSlSQLtvr4GnkubE/ZRNQ700rMOwRy
2YLNpuAbV8POGZqr4cSC9iMAHkX7/qUZGJABFxUZNYfH+iBNlhQmLqFRKhx9SG1wgDHMD6YI
iMct9ykOPNOnHZHZTzolgfMRNgYeCMNOzH2IbXHYZCpKeVtwWaXDZ5o+RXyNME3ugXsn61MN
f2MRRaujKJ1ZOZRqxapEbrD+KuCECaCMSx+zRaZ0nOhX4mUZi7Ue9ty+V+Y1tL4Y19IwYDqI
hMxhKQxytRAiWYMIuzGlAG4djJiQN6dwRsKYJjzTWpu2qbtEsCo5CzqpB4LJMByiwYL4erZ6
WrOJg4BwumwKOW10CLio7adyjLENy7WZThx87Ln5gQJoOwSFADb2ZY1l4LNIufPP2U7dM7Qp
H7slnFkwJDkmROxTlmlCMgI5ojNIEWUutq2yqPy0s3UJRJkMspEF82W4Ix0YCJiWctUi7eV8
v82wz6GqN8fiUlwohqRJOc1D0fK8SAXud94KI2+PkOO2vY5onfyGZRiQOnvThCQtBQlEvRV7
c0SxXvLMAC6MZQfj2ugD9oEevzso4g+ZzalI4Y/UmFAFl0ufs9va0Q5THzRHkumUZYEeKni6
05/dJieNR2MoSowlZ97YfVtREczSb3i5jXKRWyrb1KglGbG1jQNQC1fM6WqT8Senm/8A4zmB
bY1RatLT1AQZgNIihY7MQWvxuC6j5NPIeVU4VqtorU/bb5mvbGf3SD56UcCfLGaqzSLBMKR8
d/a8qR71liGUhtfnXzVO1uxuwoT+9EHuUtCVkxTeKhVup2SnL7AJ5LS+J94iRfNlmAJwYj7M
hWtQXBqFCcp5C1CNqy69YiEo21OcZScahGEYnVnpTOlkJIyxiWkBdUCm1mQlGeaMqhgwD3cL
Ex8uirYjoampkkzi94uz7K4pxUeP9VKENHV1ZgtkEDIuK3UQOv8AL6uhEls0oSFdzPxsT6Hz
ED/cBwYp4V3VQJD7wnkAI4vZwXTOJ2J4seKLlinFirRVPZSqsVO2EtnhTzstrHyxMXJ5cAmk
GKoKYlOeqSzSLBAiwoHEeaBHkt2wnfB4nxCEhaEPmIWH3hhLHiqXo577VPR0g8YShIX0kSBZ
92NORooahcmHCxlpS05MDfjZQ7V/8j8uKEzzxF5jJp023f0Kf7rN4kd4bYyB8xipy+T0NL5j
S1WzCfvRJpmiTwBjYwcMXeWjKfwnB6bRI+oGwAHfgs0fmJfLxiSPhwb4mnJyHmbSD7z2F2uU
pR+elqSI/wDMGeLflRPzGh8vM3TjDJN+DBCYj8zpR/8AVhPNCJvfTHU2BBpwQno/PSOkGEhP
75YMDIEtW6xGevo6uvolzn0pCFl0og5pPcbOFENQSlCWEhKhwL1Rnp64hI/dlT6kdfUgPmdH
8ztG84g31tUfmflz0SALG0PWqdN2OybyDE2xPcfOxliG8vLEOU5rLH2LMQHxbsaHUe5PMuov
ayjLAtz/AKeac+Y1NA2SDjeOxpViaEYj2oZS8T7p9LCi4ctYtfT0QBrHqJJNIizYMtlN5WSJ
zHLGpvoxXwJEykC7gWHFaXzINNXRDS+9KFJdxB3LU0vmJZtRy2WzL/QAck/mWdig1DjepasK
a0qGWMcDutCjLXiZlxEkUYysUtT5aogTGUT70ZDEbbQb0ARTArU02B09OOZmvo5fBmR1Pl4n
TlaDE1H5cFm05Q15X/EAEiMHa3aiNX5AuD/5eoI8bDZgUY/N6XzmmZfZIE9OdXyOImwi9gRa
taZHwoTkDCOAFCMOqpYUjQWp/MSjiPDzsZYHyqUF5TR4lPEuFmi1rLqNMLkwqSs2pU4YLNIs
FSkRZ5o9r+SJxtCGpH3ZhxvvCoskhmibR6xgV8VzLTNhFW3rOKGbQgRF5C3uk5tU/ldORIhF
j+cW0u3Kc4A5ZW4uMMQb18p8zIV0tblCf2S9rpxlhI6h0yBXK0c8ZYgTswzItimPkfEMhGJs
e0qWSuWpoRTj/XtomlRBS+bMPiacQCYnZ7wG0izaFL535LXhpQ1hE5PdIlEklwWvNdyJ1ZgE
+6QXBlc+9R+ZjKsYmBgKfEEqmQD0ymwW04IEKGlo6Qlmf3qF4tSJvkXcDAE3IjUeOtAfyRNo
ezesoNEIyqI2Jx5iB2tz87LZXyoyNAyyxpHxRGBUtlVliFjLFPK24J5cvO17KeSfl5W2w34c
VWnZiDaLio6mkWBJobYSa0eoqOvA5jOXXI2yMr/S1ShAxxANoJw9MFqH5g5Y0qbjmYcPBS14
6co/MZgXcmMw9xexuVUSQztz8nLIPG3+ijpwBAGJd9l1E0QSdiIDEirAgnk/ZmNsZMNxFnPs
ANReCjHU+XiN1PCxamh8oI6etonKROsd+bDjzU/mNPUhPTawSr8QYG5x4Ne6lo6mmBl92b9J
5oSloR1zEv8AEFDAj8LV3hanznzelHTeJi15i7iZ/FItS4Dan80CLkJC8eclHEHyhF6DslHE
Py/qjE3hlliFljWXgs0i5PY5iQNx82R2MfKBBYhf9xG2gmNuPHx7aoaWnIZxKJY2s9qgGFQS
XwuC1/k5REoz05MD94DNl7qclA6pDaYMGlQvzq9wbCqBJdU8qUoe8ZMTeApfMTsiGG0nBA6z
mRqIijDGRryUYx+3LMMWaxDOCHsfsBUtXUg5naXs2BZ//jJkwkGykktb7p8XsuX/AGepAQlI
MJlzlN+W/N+agC0p62rniKEAAUIbMTaS7UsG1FYebjspy87KOBPlx207Dpwo1p9nZmlSPeU0
Q3j2PGyXn7fIdnizEYhCUK6cqg+reOzNN6B2AtU/n/n9UwhqH+OcR05S2UG1jdW8nFQnriUZ
aQb8MxiDftUidekdQSwy/h2xK1vnY6WfRi5LRBDEir4W1w4qM4NlIu7aJgoyNQ1R4ogWEONi
eJIUPiycPepRvfkBfuZR09E0AEBuvPpcoRMW04C26noApENGNSTcB6c0NXTlmiS1jEFHKCWr
S4JgUJTtFiqnHnJwNxfn/TzsttfLGoaAF96clgEZRsKE9Qbh7fYnNAmiM3cswUTt80/ZVOrO
ynY/Z8DVDwmbfunFZZcDcV12MpaWqf8A8bUAAH3ZCubjjiFpfL6cZz05QcSqYxax99ilPSmd
OQBcsZNd7t6lAa8p/LmB+JCTNKLFx+EWNgjCEw8SRGJw2eFUYyDHsIJucbdimZ/YBPJA6uoR
OQBAex7FqRmBKUBbiDYe3KZFlPXNsQw3n08VKZJfULD1+vuURfqFzujd60Xvn6gpAUGVt5P1
BakjdH08EylNznGVhd1GnNDSEqZXfu8V8O923NahUGJsIsR1RceO9HVdwCxGCcyyklh6XIg2
hV8kD7wI9fnYyxHh5QnqcB7fYnkq0FwXxJ2Xe1ZpFVoMOyt5JUY8fTv+i/A1qxuN8T7FlNQz
g4hSjOLkOwvox4fhOK1flpuYRg8AalrWe8WscU8mJkzHjWJWnr/LgRmJCMgA3TIE3W1AptX8
LiduW8bQhD5ikmpO/ihPUGaGNzIyBOVhly3g38ETEB5xI3kVB4jvUjLpMWDitLhvw2KUjdCM
N5f2LNEU5I5oFtlR2xgw6bDf7O5afw6yg4Ivreo6EOrLUtXq9gsdaUTQyzS4Mw8CtXZGXe4H
+Pf2aptaIP6XZaUweo0fYCtQYiXeFPQNrZo7x7VkkOkxIPfJ/FT0J2S9Ae8Keh9oVG8UI5Ii
0gAHe3lQlgR52MsD4+UCKyIs9qzSLlCGPgsAAnNlw7GuFpWAARly3ecfzXwtYPA33x2hfF0+
uRpSQAnCrve7YIS0gBk6b7DbFzbjVPK2RoWs4XrVGlLq02k7YH2IaRJEyRWIJixN5uodxKyH
AHmjGMc0TaDYhGIMdmD4G8bP6rMbpApyGi+Y77vXzTUJuA6mOO/0uoYzzAg16m8ENQSMtM2v
aPT0xGaNC/kZwHoyjqzLV4AMy+YML2bcH9SaJp6P3rWH4CoHCR9aEriB39KAwk3A/UU1wkRw
dk49/TcHaPsngQtP5iH2g53gVHGxfGBBhJztr2V8mMsQPOS2V8xKWAbn/RSbZ49j2Rx9iyxD
BfDhZf7POt5p0JuQITiRgDLpJP4byFEExEYliYhhKWO1goGLmQDkbCFqxi5jOBicSWLFlA6c
DI1jbWMh08TsWnqGhaxacpF4/a42ck5u/Tv2eliE5CgHI47kY6oLXH2rPpSjEYt/uqhIEjHK
MzoaEIyAvJp6em9DTjVrSn8uVHzAhfBLvmfYgz5mAO4V8VHV1HE43D7TKUtUPmq7WFS1GpIl
xsKOkwINmxGEZEAp/Ky/dJHnJDEHzExu9aMZWFOz71gAsmnZefYmCE9S3D2qQFnt+hV8iQIc
EWYoEWEgkj7MjduuWnqwH8hGUg0dvYjqamUZ8C7svmPlYh/5pSAFgBaQN2PejLAtxFGQEOrY
jLUlmIsA91/W2KMtQM4BO4lvWskriz7buYuQc5Qb/sS3xu4cr0BCWQkP0lvE14Ms05mULKev
BU83Xtr5icMQD52UcCfLErr08SCFUucBVNZHD2rLEOU5rLH2J5csUZm/zbqvlBuxuwwkLXrw
UtKUidUuXZgT7wYXYNYmJaUWIL2X27Qo/MM0YgBsa28T3r4xhKA1IRJchs0Rc1RYai020Q1S
c8JSamLnqu6c0ZCq1JkdQDDihpEDK2VizBqu+1TkD70qbgbtnsRiDSUX+vgU0xVq4H0rW47F
ESFlHNKYHaFJjmMbfxQwO0Y2oSh7kqj2fRoG405+dltrz81SgxWWIWUVl4b1mkXPmwcO1vIb
yiYwkTlzBr7QebMBsLI6EgbwQbXc8aBT+V05DCuF451Xy2vKQ1BAHTmWObqIOm1zPQm2qIjL
PAjLOO2JYHL9kgPUODS8KUYl4zsN4IuOHrT6sDmF8b2vUXDFwWwAu9qeNGJifyk5gssy4MjH
9QLciHXw9QjOKObC1gl7bkT8NjsvQ05UIqCbq+jpj5+1UPkiQtBBQIv84JYjw8zmnSPeUwDA
dkufNZYhyjI1kK+aPmX7aLR1G+zKMg7Sy+84H2suWm/aVqaIkZRM+k1JkJguTLZT0C+HqxcW
kh6XA0qz2qfwZZpQqbagV30oQdiGsCROhkGpOlaFiAKyO4AOpGPUJVayqE9AAwDZo/aGO8G4
ozxNNmxCemBmDAjEXenoYGUMsYl+NzN6VU3xKAkc0cPYvhuK942YFSGBPlN9AgcA3LzkZbW8
wZyq1izSLBNGkfHegRegY2NUpo88UYCsiG3P5uisWHk18ka8QM8DftpvbFrkNOM2jkBy7RQ8
JepZ5Fo6gpK3LTNlayti14xB64FiQ1xphuKgAHykjMHzHKdtCxjY1hJqonYhOJaQsPqOwr4u
lSX2o4bRs8EA9CRm3LoPUW5IzZn8y4KY+flA3F+fnCcGPmJCV9ieVlw7Ik4dhhpW4+xOfOMg
/mH7JRjR4vwvXynzNXn0mmUF8XvFfQqEYxzkRLg3MfRlCcNQR0wQbGP5Tc3itSIiculqGVG6
o6gaVR90+lAoT8C/f2CUCxR1YUkPeHr3eCBkbA30Ep/LZZTbIeHnJDYfMsEJ6tuHtTyLALLG
kfHz1qHk2qqp2BG9vC9asdKcpx0NTMHkZAC3hEPZaLVDVZs0IuHsEwD3FPI5ACzCvP0OyxR1
NExjKcaWkSYPmMQRzqpHWAjPAUY7NjDm9UJsWToTuvGIwWWPukPE4g+U4PlU8pvLqoSewjzp
jgT5hzWXhuTy5J5WXD6A/Y/mCvmoiIiTHNT3rDmaoeJNrXrRqxOlle3/AKcjHmwCm5z5ukGx
sYkXEL5b5qBLh9OjH8W7dhuUo6sjKIFHti/2TYftCXui2uAhpe87itjkZh7ENTTDAliPun0s
TKEvuyI5+h7K+abzDdtvkRliB5yY2+YBjWRHLes0i5+g18lj5LYr4khICUTHMA4DkNHZI9Ww
hsFL5bM50dcxO7UFGs+4VrakJdEzUipzGwiz2KWkGz/LzGpW+MgYmWAfMAcEJadJSGYgH3dl
rljXEMVD4kmIYl7JNZxu3WKRNsg4rR7mxZVURIVlJ/V2N9AbtbyWQH3SR5wHEfSWHY/ma8Fp
iBlERmDIRtkC4AsNhNNtFr6OXLHV0xqVbplCQk9LaGQxF+0xBIzsSAOTL5vRAMdScCCSxPV1
BqUqOahPXERqZiLDmNA0SwpmIMS52ACqiYmhFu5GEwJRwsI3FP8ADmSLKhk8gzBgBYPoT+TX
tqpwxY+chLePplfM6xHvQjnj+aHUBzA2Yr5XX+YhHSnriWnKIOZjO495voWWjrMRRiRso3dw
UTIkZR1OCHBNAd/HwWvDW0zrHS1GIiMxtcTADVi4Eom9aepA0sNGrZLjmBfAuPIOQhxiWXu9
6rAvuVYnkrD5+vkVCp2R2084TgQfpzBN5REqxyl/HuXy3zPzOpEiGoDHLAgCOYiGY/eqLqDK
HNXI0y3VmZ7pdVvFHSiD8S4PYR7sns34qWtCP8moIkmJEMssvUSZOCHIFKtQEWrriYyHU1ek
nqMd75pbiviSiSXEcr2kqsDCRsq8Tse4owEeoLr1gDs/qnjrGm72rp1jxcLpmDuL9y/kbiAn
lCEuHrVdAcyurQI3Fe7KPJUnIbx7F06wG8ELp1YHiukg8R7UemxV05cAuqJHBNZ5L+SDgQU4
83MbD9JHnGuWtqkTcFoxG5820SysLGZQlqGvw2Jv6OmzFkNSPvirk3B6E7cCvlPmyTGMnia2
XiQ3GIGNVKPzOn8ORjEMCZRkIDLHUrUEgiJojCwmz80bPZxUg5jKNDg/pyUxZqDpJx3baN9a
zaEiSGcOvskm2UzT+0XtiiM0Zx/DSQ2hkIyOYWgxpIem1HQ1eqjgke8D60YWg1G7snAgEioc
el/isuppiJxHp7UM0c8ZWbfrREYEPYGqmMaojWBGBDqkjzTCZ5r3nReUQRiBVdWnE8F1aQ71
WBG4qglzBKw2egRyF2t9u5CQqs0S4FtxHD19sDsbl5tkRgfpFVVU8qqp25jYpa8fe1dEkGcs
sJDMx0gA3VlLxNvgoxiQw1JijkNI0Be+iMdM5DYcC9W3qZ1IZY6chkONPepYxG4uoz1dXNpy
AyggDLso9OVTsRiKO43GQoUY6QA1A7jaojUtnJzuCM80ZRN32q+l6aekJthUj+03HEURlCOW
QDhgx43KLQz6kxmrZXcvj60nLMAPAbnQ1JRIDMKdkSbDQ8UTCJINad6iJ+8Gb03LT+YjaLfT
ehqTj1QNuP8ARZpBgP8AH61HVHuyt8D3VUQIRyG2m2qiBpxMZX+xQLPpz9PYUNOQeErK+l6y
DNnxu7BGBYmlEGBnM0GGHp6kZzlEyZmjdcgMxEgPvM2DA0ZEmYmeZ3blkyhjTM9X3YJlKGB8
fOTG3xr9IJiKck1/kv5elqktHToxDxzGwgMbMG8F87pSygTlHUAiwg/4Yi+pey9S0gM05SEo
kYP6qrX0YT6Z6ZOR6idvThW0Ia2nMROnGmlKyQi2Zy/vG2LXxvQnG8VCaQEiL3ILYFreKeZs
oALgmCHxIkkWEUO47E2UOgNQWWEWirtuWWZI4WL4UpkjEhU1SOCeOtzouj5mJ3lV1Iy4qWlk
EgdvgvgjSI2gLJraRkRZK8dyjpygRKN6jCUTmjeowkDmjfd6MhA+9Gz03KEonrj6eKhOJ6mY
j0wL9gkLkDpmoLjZv9qEyMpesSKcDgdqEQAQ1krRsBCu2CP+4+pNOJzAFj4cuKBIbMH+vijH
7w8POPiPozswxK+/L04DvKZ2GA7LPLbyCdMZp6fU2MbWa92UDESI1YTHVHLllFzGtbTx6dq0
vmI+8BzotPVDNlLneDEjmtQa0XMJkxBwcsTKmIY76ISah8fSzzNOyxWKhPNUmeZVJnjVe86r
GJ4KunHkv+mOZVYEbivtDiE+aXJONVuBXTrQ4uPUmGrAje/imyxk/wCVDNpBmZmB5t4rL8Nj
cWZEyLkqEhi3PzkJbx9E6RTG5dXXP05eKZ2GATswxKaXXL05eKJFj9j+a1I16okFiQW2EVBw
K09fSgfiicQTRvuxmcHyk7yasXQ0yHjnMXFGFxGHFGHyvu0B24yifvY0a+qno60M2nOLhr5N
mZ2uIpxrG1RhEERw9PRm7KfQ7e2qp2UJ5oCUiQOxwVGWIB82+BHs+hZYhys2uXOHpb4LLDpj
stTgMMT6VX35+nAd5TOwwHkN5oMWBodxovnhOOnGOmTCJchwwkZECgPvEUFXAoESQ/SCxvyj
LfdS1QLfDzACJd2Nopt2r5T5rXAL5gQ1ZN72FJRh7rjvL5Tpy0SKwBvEaSkNjsCLunYntf0P
mn85b2v5FUBhTzcxs+g5tTpj3rJ8uOPpbxVHJvJT6hzSw+r2ph0xwHkDsfzTBamiNcx0J6YM
xkBGd8sZDUNXGbqjXdVD5bUBIgZ6ZlYJMXDC2to2bl8EkMB7xtbADZjheoy0Iyz/ACmsDIEk
54zHVZi1lW4rSkIjNlyguSCJNIxOEg2YYmIjajloxLc3QPmq/Q5wOw+bIxRGHnssQ5WbU6p3
D08SmuuA9KrPrlhh6eAWTRGWPf8AUnPmLPMuvl9bTMmkZRMYmk+k0kOTYrXiQRlnCkg0gCKb
Dgp6c5ZREPEgdQOzvtXzHwzKRMHrT3cTizstOUZQ+BBpEEHNQ0L2O5usriiSGcWeRT6UBcQ3
nJjb517I4+xfD0BW8+lvgnuvJWXTGaePp4BPMv5FabPtG/piKmijkAjiZGtt0Ygj93JfD0Sd
WTe+C0ASPst7zYViHaUiaCsyqyKcTKpNe86xVYjkjmiKJjHvXunmr17zIESZCLiVh94xqC4I
a8I/MSIInFpdb1iRl6TZfe6z5s05RZuDFaYEnhMnTliIzDBx+E3ofIEHS1BOcA8XEhDqIz3C
QBYteFp6zmQkLfbtFiHkOe3H6FTyIywI84+IHnPia9Bh7fYskKRwx9MF8TXLDD2+xZNPpj3/
AFeQM5yg2UeR/LG/wQkehq0rO62VgvBERtE0dSUhGAqZE8Kk2k0GJoFP5X5R8l8y4zB3ywso
zAmXvAkNenW1Wq4hWKoIVJEc/Z6FU1B3fV/VUYjdzsNPUV1aY7xsN3G6qeWk+4jccN/rTGMh
ufjYdxGCpqSjW+jPUs44jFN8a2/poXfEb7qXJ4zBFvunG1xLGt3STarr/vizB48Ks8auWVWe
z37RgXAsswsLpwJb+k0wob/EW1TFwA1x3P6+YXVRranFjQ/q3FWgtbUKgfgKeCYwI/tPt8Ux
HiPUbVaG3qj8x7U+Y8vYmEu4r/qRVCDx7LOyv0GEtnhTzcJbx5pgHJWfVrO4enimt2XBPLq1
PTl4p5H2DtckAC0mgG9fElEgAVLAz3xjUAVcmXUGIyi1ZY+8eJI2k1YPR7LAsvy7akrHfojS
jyHvXUjtBlEoH5wEyFhB6Y/ljYAeZvJVrhOmKZ1YKoUPD0uTCRiw8fTmnjqA2entVQC7ilK3
WjvvxTy03vDNfQ2G7ih78SafaFRzDEY3okau2pBpultoQUGlGW+N+HTsrgQqwiatSRi5uZ6b
mQl8CV3umE29LC1VllCcGx0j0kG8xoGPGqaGrGJH2c2pp0dx71HfG2yxdGs4e7UiXvNJctgT
tIm33Iy/xuFrppRA/tkCQLa2VtHJASyvSglztGBQPwszXAacqgtSy6tG2l009EDfpFqGtdOT
VF44lF5RBrR9WNhBq7jqcYl6IZdUPZTUBrb9ocrTS1ECRpZSE3eos2cblaGqa6chdSoJ3IkG
HOUbg1ov9Krpla9mpE2NViRxNKijpgNQtgBJw1tCd/C1ATfjA4bsa7AnMo8QRduvu2VRyzgW
wkRc+N925OYTpa0vBMZTHI+K988YjB7iqkcYH04q3TO8mPiFSMTumFTSkdxB9arCY4P4L7Q/
tK98DeunUieKfMOaoRzTeTUUzFvTf5t8CPM5YhymHVqH05eKzE0vPsXw9C28+lp7k5LntyQD
yDOLg/3jdutLFhRQnIAyq5JpG4CEbC90j1V25Rm1jU2RFZHhSgvJYbXICywkNKGAL5nH25fa
FvSABWuZgVUu9uHBZRcE5t7KFu9Vb0vVY/1QFYuC+xDLOpoh0gvSy8bETkbc4rwJCl1SDDEE
EG0NLDbapdYIDAvHkxibOTI5owk07HYVtHUKPh3p5aMgXNYgHqHunpP2bDeQvfnBomhMohzb
HqFl8cEfh6wlUCojJx945SDl++BvQYxNT9+JdsQ4p9m3MKIPFwwZpilakZmbZ9q4hdeiayq+
mCGIvy44mouVRlLA/agxFONLVl09aY3TEt1JcmRJ1X/Ppxl/jWi6oaE3pZLTdPHQH/29YcPe
bl3Ik6evEC2gmBjYeaAlqmP59HYxBphuXTq/Lylx0677qXoDTiCHPua1bOlgfS9Wa4Bv6Zir
nuN9yeciGDnNohrWILCrGveE0joEVtEtMvf7XwspRMIRa3o1iOIcneLRswJlHWpdmjqO1RQi
tNuxD4mawHq0hdcSMQ4CHVpVxEo+F2Wm+1PHIQB9nUy3tTNsrvoiYjUrhKE+QLMTa1rWpydW
I26IIBsrlL7KVVdWDvXNCcOdGB4u66JaZGyZFob7V2F690F3fLMYNjxF6JEdUbjs2Hii2rqB
riD7Ktwosp1QScQLdxiPVvVZQ4iLcS4ssutDGi/6cJcK2OHY8HxsKD6TfllINR8MP6qsdSLf
ifxXTPUHAHcvja05DTNgIaUtoewcNyEREMNirCPIJhYPNzGzw8xlj/RfD06zvPp4L4moWjjj
6Yr4ejSI7/Tv8hw8dNve+1J/uPYL8x2MDUhgRDTiCSSfdvMjKRstJJ3lR0vloSMT/wCblDf2
RN7/AGpRYNQFwVKUpGT2mXVI7ya2UQiLvBEiqcv2uhQFEAFDqbeLNm5A5YlsD6lIDOC72n04
oiMw8qhwOki+6vFe6JAh7WOYWs4IAOHIoZtMxM7GAkIkXSZix4kL3zFywEnHWPsnNZ+Eo/D1
XqJPR8w+y8Tb4hWgk9bPd9oZZXb6hD4mgJB39wHoO2NpFxsuUQBkuJjOemct0jF+YFiiBq6g
ejEw1QDsJDtLYz3lPngR+KBgaflNJR3EkXoHLGQPV06lNpAmKxO2wr+XQmweuQTd7D0F3j3h
dMxEswfPpl7/AHgRXFH4eoSOmyUJgAci+NpRJJkAS7wIofs9JlTb3J45SQzGMjHqG8R3Gwos
JkAmgObp5mo7wv5YH+6D2YluIROTTxesSxvocU8RqR/LqHkxtOxU+Y1hsMY6g5vVxgNi/wCt
pSs9/SMaGxy3C19iIlofLSN+WeQhrD1WcQs3/Z6oIesJiYY7vF0OrX0wWPUCbEQPmo2WTiOR
pagYz+X1N4yuLxbasx+Xgd0y/r97EvUUX/R1oEXxk9PZ/UBADV1oDbHN6Y7+4iXzEC339MD1
ICcPlpnZ0k7qi5V+Ua7+PVNe819GRyw+ZhbXM7PbaPTBNLVmDWkoRkzsOKLz0SK26bf47e5N
GGhL+6ULnZj6NVCP/blgPsaoPjbT+qppa8X/AAib1am9R+Z13MyD0mIaL429XtKYeeIxCbys
sf6L4Wl7159L/BfF1qRtrf6d6yxpAXe3tMjQD057Fm1hS6P/AD7/ALmHvO7CQb4msA4042s9
DIsRENWtcAUZfNGJ06GMYk5Y7xfLaX2MKICAJBJvogXC3LMHHgq9ljqtFa4XugbrUY3G4+li
eIBIwLJhKQ2kOAeFVZGTW/ZO8PbuXVpyAFQR7u8EX7ET8a2hzWd9fUqiEoi37L4ENTMidTRI
MsCLrwzHNvRy604OLCayOIcHKdgtUSJwkWYUcRxk8Tab4lDNDNGFC0jUH8OoOqIwNijHV0ml
V3gD0GrZtNucb0Dp6rNJg05RNPtATBDjGrqRhMkRL1jGYre8SDlN4PBFpRoWPVKBymy3C4rr
EjcaR1BsN/Jfyaem5+9DIaYszA7V/FCQFx09U1xyg5qji6b42qG+9COoN737bwh16MmscS06
/XjYgfhH+zVfulaU046kR+PTEwOMe7kg50sw6mOfSLi9qgPtdAxBND7mpCdDcxY8yFmPxIki
w6ZbgYEu+4DxQA1IOPvZo88wtFlOaaEYy2xlG26wh/FMBqRHEx9fIp5Sci0SjEkNvD2dy69H
Tk/4SP8AF+51SGU/h1DHuPgOSzR1daIa6UZs2x7TwKMf+6sP29N3PLvPNDr+WmDj0nfVn8E0
vktPUf7kgeIqfWuv5XV0ybw7dy6NfWgdpI9PSiAj87W4SbwN25Fp6Op/aB4CncUTP5aEj+Et
7GO9t6GlH5SeeTACJe7aaAXXLTgQxjGI5AD6DMbfJyx/ovhaXvXn0v8ABfG17Lh6eCwiLB2s
fePux+1LcMMZWAVQnNiRYB7saVIepk/2i1KMKvPQ+VDyBMTqH3Yn8MS+cioq0cwdpRojKcpS
mTWRPVLemDAFMAKWlYrBUI4p8tEzsTjYqs6YkjwXug7jVOZEb0LCNiqDE42eCJjKksa94TSi
JYEEeEqok5oEb48vs8kJmYnGV0oxkOIt40TnSctQ6ciDyNqJOrOOGeLtxF3enHw9QG8S6uRT
auiYC0lrf7o+ogonT1pQwDljtynNXbl3oEmEzKjkCP7omMn4t+FRMtMgQwLjlME8uaYAwLvU
EU/sLKZ0tUkGIbqEg35ZMUMwBBi3VExJ2GcaPgVEASLhiBMSFBQiM36xY96HxBlLkdWkP1Aw
I4g8AumUek/Z1DCp/wDqCsTgLFWUmFrxjqCtjGFu8IASg946oEC41cDiUDETL0eEhLiAO9fy
Gpp/Jp2cZCu90X0dKd1Ok8cp8U8Y60LgYahY87fBOfmdSl2pAT4PV+DOrfltX/8AqLcop46E
x/8AS1HG9q9y/knrRwz6Ym3G8p8+iThKMtNhfY1V7gL/AHNa7dJ7VUa2m4vjHUYXh4s74VTf
HiGP24Shudqd/BdJ0tQNdOJt2SvfFGUvl5AjDvrE1dA55we55f7gfqN6EZahkdohqc6vyBTz
09KW/TlE84u21idy69CD4x1TF9+cRZtpidi05w0/mNPSMveEoHZcXyvfl3OpGMpTlK+RcgYD
AY4/QicQPIEY2r4Wn75tPp3YL4+vZcE5sFg7WIcg1whvuMiLBdacDSuJJtxJP1NcGC+B8qD8
J+uQ+3+GP4MZfbsHR79AzXWABZiUMAqKqtpzVGkBgap3IXSBIelyzTBBxr6nHcs0ZONtfDqH
IKrE7PrTgmO+o5J4xifylu5ULbJCnNNPTB/KfBqo6UdTIcJV/wAkRIiQxiTHuqPBGOtAxOJj
T9UD4r4cdSQIsykS5ZmlwTgxcWu8Cd4NEJaugZRN4jmA3GNq6dQwP2WlQ7DGTEcypHUOnPZO
FRxAlzovinQkCbTpzzA7QHPpcsnxjAm7Ui3/ACsf7VTJq5L4kZuUv+ZS+LomD3s3g6iYSMAK
Wlt7B/AKQJhMu7ERPEe4T+4ppaZD1eJnAU35o943L4nVWlRGb7elpDgGUTCcRMu7GWnIjHq6
Rue1UlqERtoNR440wvdA9EjdQweOLbO5Gk2jU5Z5gXvrcm1MpP49Kwb4XbbUcsYt/wC3rGFd
2oG9KoH+UXgSjHVG3qjU+C9/Sl+YS05cbgRsTwif7JRkNhu43pjOcMXEm8CPUml8LUc3iJPO
3hVPL5WIe+JlH6hzG5NGWtp30IkN+PMcUMnzQL2DUgT4j1kKul8trYM0X3ZWrspuX/6cwRV4
TcPu/osspa0KN1DNXGtq6dXSNQ2aDb6j0COXT05B/sahFMakgnEBNqaepo6ca5njJ/whq81H
5fSfLGx7al/ocJbx2iMQ5KyxrqS9P6L4+vZaHv2+xOaAWDsEYhyUdQ1iLZAE7DGIFen7Urqg
Vcxy+7GIJerAC0mRo95cvaa2qWlpltEWisTPafw/djxlVhEESkaXlODTsoexnTOE+Uez+qYO
ODpwAdxy9xTZjH8wcc8E09MEYxII9qIjMwe6VQf1VTjLOJwJifYh8TNEYs/Mj2Js2cbD4gpp
gwljWB51BWUyGpEffiJd4sXTpkDHTk/7ZVWWOtGX4dR9OY9R5I/F0SRjEv4V7k+hrkEXG0bD
GSzRyE4xJhm3s4Taka3jUhmB3Tj66oamk4I/9OZcf/bnU7RYs51IsbtSEoD9UKRO5CMoGcBZ
kI1MvAmo/tBXXAQlx0id0hfsKI0dWYiMSJgb7xvTyGlqmNxGWR5s+8I6mpo6kBKjiWcR4SzB
v7huQ09HWaTvUEcvhk90OKdozBvBjJ+Essn3yJ2Lq0zA1tzwB2fajyYLpOWrhmt2mBB5ui2q
CWsLER4TDsd6D6MMotLGDfpcMUT14AAxmw3SY5d6jEmLfijKJ4mo5J9N3Hu/DmCG3AvzQidS
dA4GpF32VEkDk0pk/d6D3H1KsdWMfwyEgDukzoxlOBx+Jp+Mogp9HS0ycdLVyHvIrsHJAn48
Y4GMdYDbZTbYqa+kd8ZaR43cTmVIOTZk1BPkDWuDshn+JptQvEhh/beso+YHE0GBaTW2GxB4
QmTjGobEgG37Pijr/N/LxiafDrmo3vZfsmu9ARDAfRAcD2551mbB6d/JHX1j021v+r+iwiLB
2iZfI7Eh3kbMsW+zjJ8YjEGcyIacBwAsYDuAF7AA2LKDk0QXER7xazOdloiKC/MwKapOJtQl
fgqWdtHCIJD7fBPlGz0wUqEMO/D2LomxIdja4VoINbrrRVDptwrTghnixzWh4kC4uKcCEwmJ
xJZpgS+vuXRpkfkP+0+pNHWFX6dQZCd0k+po5hsY94WXS1ZBvsyNn6n8Uzach96PRPizxPIo
PI6c9sc8D/dDqHGAWXX0xqRGDTb+0seVUJaTxa4ExkP7ZepdQjqjCYyT4TFDxWcQ1NI7Ooez
kyyw1dOchdLoP7rD/cn+Z0jE3EWcJVHiiNDVMSbjWPI54/tiiTCJGMKHeJQPjyWT4mpHDOIz
jxdiRuDpzp6ZOOnPIT/afAoxOpqQ2akHh+qL8wCpZMk4n/05NLk8a7elZfmIGJH/AKkIl/7q
E8TI4LNEOb8kpDumD/tG1AQ1pRifvRzDdIwJi3Arr0tPVGwjNwHTJk8oamm2Hu7uunB0Jaeu
HFBmzaZ3Ehx3MuoDUav2NbLyaQ4uVknD4ZxBnpk7hLMOFAi0pAH70IzrslBjwATQ1ARhnlpk
bcuo4fYSgNXTet8Af3adqkRFiL4Tb9sm5IRGpKD1acc0T/cHQYaOqNksswdgPq5JzDW062gk
iJ/tI9QPcj/+RmrZqRDP/dEu+9kQdLTL2mJyFtmUltgUm+NCjUOYb2KGjGUNSRFIy06mR4X+
1aerr6ERrUkRaISwG7jWz6NMbPDszTDgWb0dTUpAeje1ZIUgO/0u7GCLltMe9KzP+GJwf3pD
8oq5EtXVIhpwGwBgKAeEY40AUZRl/HH3Y27M0zfMjhEFh9oyJAttQe5ZgTW7sr2UVbNycRsw
KYyMXsfwKfpkLNvH2oHIRlL0Pf8AWunUIynM5a+0Vu4sjkMZNWMaiht9015Bkx0swAzAvEiW
MOpq4GpUfeiZVFsaD7LgnqF2K98akX6QWkSDfViCLwpZAYiLViWG8Xd9FXLqNdqDLJtmoPag
TpaukRgc0TutB4o6cdSEzdGfT45hyZZtXSlAiyUeqI3EGTdyMtPVIkb8d93ciZCM4m4Wb6e6
eCy6RkI3g9Tbr2QjriOwtTnFpA71n0pSEcYkag4tllzzKsNLX3dGpwBESTw4qk56RwkHbia/
uTicNaOFH/TL/mT6uhKEhfZ3SeJ4Ffxaxjv+sSHJfEOjHUkPtRpzMMw5siI6uponBxqx72P7
SmENPWle38U+QEa8AhnhraL3tnj+oVHNA6Wpp6jXnpPI+pZpQ1BE3DqjwBzBPqDTld1AwO4m
H+5CcY6kZfhlHUHD3ZkbuabT+YBr7hzaf6hqZoc5FfzfLgi/KO/Npn1AIDNKJwJzd0wG4Eo5
NQPcS+nPizg8UAYmcby0dVuVfWmlCMSDTLKWkf0yoeKJImxsJhHUj+qDSO4IZJgG/LOWkeUv
8Uc4lKO2EdQEY0rxRGpp6YJtymWnJuP9ED8rDVD9LuDp0vzWFvqRMXlOTPI20uGAqfX9HIxC
ZCI47l8DS90W+nj2nTgWiPflh+GP4iLfuiptAJ1tYiEICgphSMRSuA8Ahq6xj8P7MLREYvfI
3y5ABGOkAAmNqaNPIa1VojlLqoB3U7ii9AMblmBiRYbiqZgBYR1cK2JzKO6QIkPUxTy0qiwx
IlxixptCEM8tPNY+Z32ZrNxos0ZQnsYW4ghmOyiAnogsXOU1fGtm0I5TOBd6PlBxo/EI/D1w
QRaRGVhsi7UNhFowQmAGlcHixuJ/Ccbkfj6VB+XUAO+PV+l10689LUFkcplFvxEtKNv3kBl0
tdtuSfB7T/cV0/E0ThKsea6NSGqMCz/u9SGn8zomB4gfuBHeE+jqNcC2Xvi8O9fe3VP7XPOC
yEEtcW/xNOcYlMYxMsC+lLnYe5ACcoYCdY86g8U/wMz/AGtMtzanMJ4znpnExs4waX7UCMut
TZOXEHLqj9SbU0jA7CY90wR4rNDWlE4SeHeDKJ7gnnpxkPyg/uhZyQGnqaulL8JzDjE1IVTo
a7XTj8OfOhT63y+ppVtgfiQ4A/8AMVk0teO6bwlyIITy0xMD7USJ98CO+qMdeLtaL+GZihKJ
yg4Ex9oQlpahpea8HiX7l0kakcMwlyjP2r+fQY7pafHpzR7m2ps0q45dQDwI73WXSMSWqImW
nNsWoDxUdKWmZ6cSM2c9MQ+PvFw7xQhACMRYBQD6TIbSniWPaNKHvGp/DG+W03AY4Bys2pIR
EbBTNMv7oF8pE1Nz5iwcr/uda4NHTZ4xhvvl96V9wAYACIoMEQOfkVWCd2T1HeExY9xTkkPy
T5hIbKJpQMTjdzCyCbDgfYUAWJxsJ4H+iEjpyicQO940QEdUkSxaceMaFSEtOE5H7UX05N61
0nVi17DUHFru9ZRPTlsrA8XtWbW0CWsYCXEM/t2LLCZ09Ql2c8wBT9qyx1IzFvVGMnPKPLM2
xGRgKhugkdzSiOXFRjqxkBHYJ94YtzKIGpCQewEil3v29yJnpC526eRi8UGlqaYP3uqHOoP6
UJnRGofvadv7K84hZoynCQteLkbyDGXGqYGOsBYC0jwjqAS/SvhfMaOQ7AY/5P4rLpa5gPu6
gePCQogYQE/xafUO45orJrxkK2SGYc+mX7lmgTE4wk4/RPKRwJWT44OybwJ/WCO8LNq6UgMY
uBv6SYJ9LWMT+IM390PYnnH4scQBqd4afNZZQMT+Egtv09RvFCWhrCBwObSfm8fAJ9fSGpHH
KJD9el63KfQE9Mj7kszf/bm0uSzDXjqA3akcp/c4/cs+t8nID72iX7qjuQy/MnTIq2rEx4PG
3iEJaco6sfwGM34FpDvWSUCAaWygXwMZAg8wEJT0omDW6lN2ScAQRiMw3FDX+Y0fhxlGgjMm
37TMLseSGlohojjXE/SjtY9vSCTgPSgxJoLyjq6vVqyFkaynIWAUPTF7SGFrZpMfj/OkSlL3
ae4LgBcB4ubSrbEGFqY9tVmu2Jgea6hm3VKYPHu7j7V1FxiA/NkSJNurzBTjLLdRFiY/mrHm
ExjDUbC32r4R1JaUsD/4ulk0SJYGsTzFO5Ea2nIEXmIkDxDHxQymUZxsaRHKM7RsWYTAxBiY
vvMacU0tHPpn7QbUA9aMQck9kjEH9VAdiy6ernb78BMDeYvTawQbQgc1vwpZTvFYvu6tyOnK
WrokXSg43u3sXxNPV09UCjA5Tyk470Bq6JFaZRmHd7EwOSZFgNnIgjuTQ1mANXIfhnDHc8ij
KURKLP7prtfTJbeW3IB8wIsJGp3T6g34SnlGUGLPAmhOMZP/AJrJ8cEYagMfF4oS1NOn3o2d
zjuR+HqmJvzD1wrzT5vjQb8Oqw7pDvKPxNIRljAmEv0Tt7lTVeOGoDCn5uqHMp4RllN8DmH7
Xj+1dcIGW0ZJ/qjbyT6cpacriC45hiuptYbhKm4tIcEc+lOEj/6cvHT1HfmF/BqiB/EDonu/
jQ+LHPA/ej8SPDUh1d6ygS0/yyzR/RNuQLro1ovgRLRl7D4I/H0s8DeQNSP64YroPwS4AlEl
g/3os7cQj/2+sPmIxtBcD8pzP3ElfH+c0YxmPdiJGQG0vTcLkw+lxliG7fj6gfVn7kR7xjRv
yxvnIgMadREHPzGqc0zyAujEXRHfaXJJT2JrK9litsDoOxvVnJAhWvfinAP9pf8AaUxk5/EG
WaUCDjGse5CUNQbpAEe1Zo6db8p9qzEkbJBu+xZpRFftRLd8fYmzvEYgT8apxpiX/wBOWWX6
Sx8Vk+OYn7mtExlzDAjaxX8mkJjGBc72+pZtHVlpniCN8Ss0Zwmb26X4xREozAFsZRjqD+2/
nVZtIRzfglLSnxhK3wT/ABDES/8AUhmh+uHu71RtRrDCddxiWzDawKMvmdIRl+KJjy1B4Eon
R1DFvuzzNsMTUFZ88NTEakcpPceYXVotGf2tORZ8JMZD0sURCcoGFxiDyy5Jco8UWnGT3ZqH
hqhn2GXBPqaLf2liN+mW5ABZROQJuJEhuqxHejPR1cmIrDweJ4p9aMCcSGP6oU5hAgzjtDSH
OLS5BZRIa0doE6bRLqTamjLTOMJHTO9pPE7han0tXLL8UTpyP90KHfJfyDPDFhqR/XGsUMsj
E7DmHe0l/wBeOb7shbzr3o59Ggtaz9MrtxKcj4criJZfFx4LNpahG0PH/EseLptaMdUD70Qe
+LSTThqQH4T8Qfpl1d6fQ1jG2hEoPz6a43KMNKUdSUvwgyJvh01JFrkNtUdPVERNyTksr4/T
RLA+PZ8fUIkHIhD/ANSYelhaMTbK6VtgEjq6snnLkBdGIuiO81Lkk+VbuTtyTgkN6VxCi0hQ
m7uTnTsNxFQbipUMct9bML6jgiBNyGIFCcuN1MUbQB9qNBzHSiM0Zi1pCvMexOM8fynPHlcm
05Qn+GXRLvR+JpS0ZYVY8Y0R+Fqiv2ZAEc0ZHTMo4wLdxeJH9yya8TkNhPUOIqByROiYSkPu
nLIerkyYkSGGoK8Jj1rMNGUNumX7i4Pcm0vmI5vu6kTCXB3A5r+bSc4xqOYcc4lZNDUOmb4/
UHH7AiJRjqjg/CUcsuZWV9TRO054nfGYDjcsp+DOWx9OR3Xc0XGtpfmA1Ib3jXxWWGpp6puY
5Jf7e4hD48JjeBqxO5x1DiSumEQL2MtMjawzAcojam09WccPdnEvjlY8alEE6eqRVj74/WxP
MIS1NCcM18Se4dUeBUR8RpH78K7s0OqPJPExcXwkM3ESyy5kppCRAxF2IzUPBfywBi1TFxzj
IEciF90m/wB32x71n0dQtcbD+qNE2rCOqNsRJ95HUgJactMbCJwr+CdRzX8WsABYJPDuLhuS
IOkNQGlGkWN8ZRJqLgV1y1BF6OPh/qBNnDjcj8PUqLjTvNG4oR1tExIPvRkKNjipCOpJ3oNS
Dx3bitP5/XkADEkQERGppWgIpx+nSXWWDF7HYB2jmIBlKyIxLswK+JNgAGjEe7px+7HkM0mD
4CIjEN207Kp6hERIrwTgmmx+exMwOFy90xGy76l0yD4HxHo6BMRK4m+UdjvZzCicko5HbCUd
0T6huUYQ1y7kjM1Y3xqLrkZDLIv0tRxfHpfqwdGOtofEizhmzHYbKhAaOpOANkScw3ASquvJ
PATB05cJ+HUuuWroSs6xmjwnR/1FM8NYHCkj/bJu50PiaMoXvlLDxbmEZ6esSDc9O9/FPElj
yG9N8yAN4zje4aQ5p9KR/sIk39pyyHEyTZtPWGExlnwceHNdfxNL90RzzD90V/Drw1h90nKe
Unj3oy1flzA4ing8e5ZtPUnEDe3HK/8Ainhp6eqby2bnlIlzZPGWrpSFohImP6ZZT/kmidLV
a7UjknzATamhqaY+9py+JAbrT38E8NeJ2TBiTv8AsoyjpSMTfCVBuYnwTahjI/jg5bAmLHmi
RpkSP3dQFt0NQVGyJ4p/l9YjZMSh/iZQ5uuvSjqgVoIybaJDLMdyInGUHtAJjxaYIfiU+hry
rcR64+tdOXVGAkMzoj5nRbeHJ3OB3ISH8fEx52x5hCWlqGmwS74sfBNGQnA2xzU/RMEeKPxt
LU05fegGHIOPAI6WacHiZZsQCIs1GMgXfAL4mprS1WoBJmsZzifp5jiCE0wx8U8ohdJ5qocb
Kpu28K0eCaQ9ipIj02rLECSzAEG9nHh4oATEiahwC2zFMIM9uWTHfF/BPnlHHNF34iw7URl0
5RxBEZcRLxBCfV0Z6ezbi8XptCPw9Yua5Se+vigRkmRg8W20eu4MUYkSbEmMwdkRJm4O66J5
CbpCUQd7hgdhobk09GE3v0yObRY8olfwzkALj1gf7wjKWlGZ/CcsvV3poauroz+7qxOXcJC1
MdOGqNjP3GJ5umnGWnLC2uzMIy5KuqJYOTpy7xk/UV0l+Uv8SQRtEW2o59EwnjEU5Fk+nOcd
pBMe6o4rL8OGoDaYyyy/a3e6r8TTlc7S/wCWXJ0+nqR1Rg4J/RqdXeF/No5S7OH03/yh3LPp
TMJW1H+7TJf9ICIOXVjg0ZjuaQTwjPSkL4SI5xlaif8AutPU/DrQD/qam9GU/lCNujLNHlJx
wdCI+Y+GbhOMoHnH2Jxl1NsDGb94lz5IR19M1tcENzHpirACbw4740Tw1CDwlTb9pZYTjIYO
R3TePev5fljA3mJLcouP2jeo6b5coNXrLDN7sqbzuQyPqZbcvU43SDjhzRjPT1IF26InqOHH
YjrTnKerIXmkR90Y2Bzs/wBByzDhE6MiNlqrF93sTFxvXUAQniSO9PFiuqBCZ33hX8C/cVZG
QwND3qww704mJdx4smnp0xYSHcx8UBmIlc0i/wCmdu5Z3BGEgY8jF4+KI1dISjcQ0iOTFllj
qSiRYHYHdm8FnzQm1GMWI4x/ojL4coi46c37i6BOqYxsacSO8H1FOYQ1MMpHOuWvJfy6Uoyl
X3SX/uAPiUB8vqmGwSq/M+pPKcdQve2YcaHxQhLLOLWE/wDMD4hAEHTkbwWHB3j+4LKdVxhq
RDc6wPNB9IF3Ywn8McyTp/tD2JpS1dGWMmIODUbk6AGpDWG2h/c/cQsx0dSGOWzeBUUXRrF/
uziC+4ioRjIFha7SH6ZV5TWaIDivRJv2TpyJWX4xicJgw7xmieOULNqfL54/eg3PNAtzXROU
ThIZm/ui0u5NH+UbCJ/tk0k2rpZWvBMDxhPp718SGpk/MJQB/ug48AnlAaw2iGtHfRpDxQIh
8M/+3MwP/wDHqBz/AGsv4vmJNhqxpuJGaPedyEtX5SOoPvaMgDyi3+KEpamroyegnDMP1DqW
fQ1Ya0cIyH+MwOSPxYZRic0PBwe4KUp6RcWOBqHeCLtjqAEZR05yaZ088AGH3XkA21w9jIwj
OcwS7zlmPM/6JVMQngSNyYNIcimmDFNaFWLHZRfxz4SCaelnGyqYZtM4XLMIxkcfdPMU5oA5
9M7eqPMIxnGExjEg84yvX8hlpbaiPC5PGcZ4FmJ4hj4pp6ZG2kxyNQmGWGpsJ05Hc/SVLLIt
b1Rdv7o1CeQjqi4wIl+rTlbvZ0NT5iA05C4g6Z/smCAdyMtHWnGE7KiceIIEo8c29GBjparf
eBhLeDXxCEjo6mmL8ss43gh08PmAwulExJ3/ANFInTjqReyJjNuDxkOLKMTGWmZWxciO8CQI
4BEac8shcMoHIZu9uCAhLMDuY7HgcvAgo54mEgTZDKX2jpEhuDqgc3GBL/3RFQ+5fyx3icAe
LhpFBogZrDCbHlqBjwrtWWE8hj/6mnKJ/tnpOCPzptFtYfhmD/yy/Yd6rGWnIf28HF/9qHxR
GX5gCf1RaXNPAmEhfEv3UIXTLPHb1P8A2zHgv5Pl2xOnI6Z4xk8T3Iy09QRI+/HLwz6fTzvV
R8WG3Lrwbf745rKYGEvwSMP2z6e8qmrlOGrEw/dG3wTTjnhiDHVj7fWunLoyi7yrEysbpLtv
FEQANaOGcs20UrgVE6mmdGEhmeGoSa+s91zqOjpvliGqXO8m8m//AEmoTgMdlPTkukuNv1Lr
gd4qFQppxB9MUZaZMDss5IiOWY2UPpwX8mk28V5xrzWXQ1zD8Mm1IbjYU09GH5tKRi/9hZk/
xJQGGoHj+oWJzpR1Y/hIPJdJlo6mwkEb7jyQMZQ1DfmAc8jEjeHWUDUg92bNE7hMAnd3o5xp
knYdKY3s8UOrVhG4htXT4SHUNzptOUJm9idOR3xNh2hA62nJvxRGpyItHF0JwpjlllHKQNdl
N6I0taYjdmdhsJgZDm+5ECMJSvyGMZHcOmf7W2oZ/iaYeuYOOMjUfrIVNWEst0nB5xu2oCYJ
yihhKJk3cZeKEfjGMn/86OaLbAQ4OLJp/LRm9stGbPvFeSEI6uroTBs1IdP64eqKcGGttiQT
xdp81l14SjHaC27qePLmurTA3N/tK+Joa0ub+NeSfTn8QbPXGXtCEdfTZ9nqLw/cnpGWIOQ+
uJWbSmXxvPGJBTT/AJINZICfiBIcFl1NGYN3wpEt/ZNydzo/D1oxvGfTMZcWs4KGnE6U8xp1
0Li8SBLG4VrYFI/OjYBGTUu6o5TSygio6emGjEAAYAf6bUKoqn05HxTyg+5YHAqte9POAfEU
lzT6GqTH7s+oe3vTT0jHbA5o/pknLw2xeB4xNE+lriQuGpHMOdW5hZtTRMSPtaciRy9oKI09
YAYTBHNqfsWbV0hIfegc3+JcfpCMYastM37d/unxTHLrC56+LSHBFxP5eWOnImJ3wlQrLKWn
qkffgdN/7gAOazT0tXTAv05DUA4e826fBDJrwLXakTGX7qOnEJmN505CY5Ay8IrLqCJN2aGU
7niInmCqCUDH7pfkJMRwXR8wMpu1Aa7C7xG90Z6ny0JXiUHfj8I+EUAZz0xhMDUjuyzy04k7
EDHShmxgZaUjtqDH9LDan0vmNWINomPiQ5xfvWY6WjrAXwOWXIMe5H4g1dDeM8Pasvy/zGnP
+7IRhSfT3oDW0ScaZotvi47gqxyE0eJsfEUWUa5EmpleMhtNx40RlDVie59jjprtC+Jq6eoC
L4l22Aiq+H8tqSkaZhMUgDeXHoyjqa8IT1xbIClCWyi67iP9SquqIT6Zb02+1WCQ5FNIGO9U
qm1IAviFn0zLTljEt3WIe7rDE9E/1hNqwlF7tSInH9YFeKaP8R/Aen9MnA4MmJhqA/eoeZzD
9wWY6U9F74nNA7rQm09YbpdPi8UDqaQO0AjkYZo/tWfTnKEhez88hB58l0S09Sl+Uk8JCEuQ
kdqMpaUtPUH3CYccsvaEQdaM44asbvzDpQB+XcXT0ZvziUYR+YMH+zqxMRwIcdyzRjDUAq+m
Rm/aQeb7kI6kpN93UaY4fEi44c0HiAfwvD1mHNPpahfCTS7wX5J8kZ4sWPtRDThskM8PWjn0
9OT2iJyS2tdyWXSOtpAG0ETFfvBwRyO1ZPiaWvsnECW55AEHiE/zHyurouaT0yTA88w/cjLR
+aAk3uziYk7Hj7Ao6uu0NOTHMJnOYtQNuxUdOFWAGYtmk33jf/q9QnjQ7KLpLjauqBHeFQpi
HC6oAPhTwX/4+qQMC0h3ppwP5tP/AJDRETaZ3ZJ+nBEwnqQ45hxy15uqGOsNjZv9s+4ownn0
5j7wEuWZj3ptLVEhh7v7ZPA802vottAMe+Lx7gngTA7nH6oV5pokauzpl3FjyX8ny5054wlL
TO9pCvML+P5qWX7urHPHnUL/APWhqxH2tGTS/TE/7AuqepoyH3oiQ4mhWbS1YaowEm5CXqRH
zGjIDFiO8OERKAMdoB741T6EjDERIY/2yr3oNKMo7QY94ccuYQhpQ1CTVtOT+t2/NRaer8/E
y1RVqRZ/syy+8cS9qjpwDRiABuFn+t1Cdl0E8a/Wqxfd7E31KoTakAeC/jmYnm25+rlIJxl1
Btt5lj+9COrn09kwNSHASBPih8SESPvaZMe45h/is3y3zGX8MxlfjHNE8SE+roiQ+9Fu6UPY
gPiT0zhMZxwkGmjHT1Bqx+6JCf8A/XqVHNNPTjE7DLRn64HgAs2aUD+KIk2+WnXjJA6f8sPw
yjqjlPqG4JtbSA3ZtGXI9Kf5X5jUgMJdUeYfwTz0dH5gXGPTP9rSQGppa2i+IE9M1/EB4ko6
kdWWnpN0yiDGRNGYTDZRjV7tgLAyZnYOf+AKhVHrXQSN3sKoAe4ppgjeFRNOIITxjlJw6fCn
MJ9HUcYEWcvYs0tMnbFwecfYsmsK/iFRxDS5r+LU4OD/AJV9aI09TOMCX7pv6l/PpREhfF9O
XC2CD6konHUi/wD/AGQryX8U/iw2EasRvhLqCfV0QMTAnSPI9Khr6EwYzDganvRreY/Wo/L6
hzsKvUVtFfsvZsQADAf8CVVioG3U+pODzHrFF1RI3VCoXXUH3rrgHX8czSx+rxr3rprxu3Sr
yksmtC3Gncad6efQcSCB+qKf5QmRwHV3xqOK/wD+jqDU02DQfNXaSO4UQ09KIjEWAf8ABVis
HptC6SfEe1Vi+72Klu2nY0oqEZAiMixylt2y1fC0BvJbNLeQB/wfUKvfVPBxu9hVgPcVFhLM
CCzW1T/8JXcV9nhb/of/2gAIAQMCBj8A+h1oFVysFQkKhVKqsT/wYw5qlTj2t5NQvdVHCpJU
qqxP/AryoEwDDzzIOAQnEWKIwLK1ZzAtimIb/Xs0+XlDzgAU3qKFGJsxwUdiGarqoVCQqF1Y
6qD/AKu0Q5TmsvJrbggRf5Lp/MRlChlRCJeJNFPTzMReG51pV0JR+yTS+vpTYm8moCpRUKpV
VB/1FgmFuPkdRTQpHH09Sc1Pn8wNYS8aIGVT3owP2/Z7WUmIsb9Pm6gFWKhVCCqhV/0p7Bim
iO1yVl0hxWaZcphUrrLDD09aYXedO/xotSBtYnacD3KBvKhqCyLAnaGPqROVhZW8G8ccfMt5
LHsqHVQqEhULqxVH+iZp2YJhZ2tacFm1CwwTdyp0xVLcfP4OEY8xvUoGrSZkYNWUnOxQkSGj
EVOMemzaj208hu1we2ibyqqsVQsukqx1UfTWFqzS97w7XKy6XNZpVOKy6Q4rNOp+hEgBgGIs
a7mFJ76hTEgCwtvCrce5h63QJ7HKBLh7KKhTg2qvbUW9jjsfy6eTY6qFQkKhC6h9IyxT2nHt
cpzSKYck86RwTRH0N8fYtMva9dqIBZ6LV0pY2+nGqajxw8UxRBvTmuUgjcoSaj9xQYXsAERY
RcVleqbys3kOmKceZIN6Iw+jNFMO1hWSz6vJZNKpWadT9FeOCzD7LEJ5DbQrKxIkKcURX1Br
u0gGhDLJs8FlNJBi+0KEmIkCx3ezBD4bZgT6HeviRJcXbrVG1pDv/opZW6brzx+pCQvLcUbm
VVaqItEkD0sT2b1TsbzR2/RWFmKaPbk06lZ5mqaNI+noyYfRrWr40b0vRArRMQ7Gi0ZsMscK
8EZYtabXeg2+1N5TsHRLVQAPu1CEwXN+1SFjlwmYh7Xx33p7ajkjkvsQ1IkkfaHiiIN1B/an
YvfsZUvXVanBVU3mBL6IwsvKyxs7cmnzTm1ZpUj6ejphZ9Cz2gWqhorU2CZVWUd3ipwsymiM
vxB1p6kSKRY0cuA3q70WHkW9lOx1U+Q4CLFntCBjbGz2KUjfcpaZtFniFEzsIbijpv7pP1IH
7pYoGjEsjE3LY7PtT+S+B+h0sxWWNnb8PTsvKYVKz6nL6IY4rJL0K2o7+wJ7ga86dykMaovR
6GlD6YrK9QatSlj8wUJfhbflLPvanBVRxHbXtqqdjJkFRbewzADEVTEOChIiql+JZSXwQmam
xh6Yo5gSLRvvQu8kjEfQtl6aNB2/DhZefS5ZY1ks+pU/RigVlvQPZlx9O4+K0dWwkMeCLVOJ
RiPd1IuN98eDSQibIkkcbuxwq9lvY6paKjgmiam68b0JwoY2jdig5pIUTgOQVE4lZHqUWu7G
VVXyK+WRt+gCIWUdvw9PissayKzzrL6KZC0IFOicCnPZVZDR7ComvRJua6Y+xacSGy050fkU
QQ1fRtios3bVMOyidE427UxFAiQek2qUAKO4KzAFxVAmyQ8FShBd8QUCS4PoFK8xKMiLKFkK
twcJjU+lyoVtVU6r5D4/QHNp7fhwtKYVkfTks86k/RpAYJsEyMcUCVW3sAYkn+i1dKNwDcFl
aotuUJFhI2btqy3kAuNorX0sR09T3hfj9aZBOE6fscdjJ+1iuqqcoAUaxZhepCIcTHIowILg
d4sUJDBj6b04Tqqr5Il5/MbB49rD3is0qyPp/VfEnbd9FoWIWWdCgLkRdZ7EMT6lgfWm7HVa
Ntt2Jo0EgXwsuU4yxRlOoam/H6lpSZ6EPgxs3MmN994WU2jv7KWeQ/Zt8inY4VFVVThMQCgA
GVSqFWqtvYwPZLZ5+Q7HKOtqW3L4k7Lh9HpaEyz4pwhIXhA4hAX9sSfsnueziL1MSFJWFSjM
kAOpRJpH6xm2WLqIJBuW0XrKbR6OqdlFVN2U8h1VEFbe0p1TsYq3sbsomKI882ITozl7o9P6
r8ITD6RmCY2HsZRfFFu0g37a2Nw2bSVpaowAQlCuIxxU9OIeMv6gf5bU7Gvj6rOx42hPYRan
7XQbsbtxVE6p5Dp063KiqqJlRUR5+eidvZ8KFl/p6VWUfSdqzBMUxR9PSi2mvZRCrEgj1vvD
I5bAfrQansUZNUitb3y+En4IuPWfS3tGpEUvT49lqbsZUQfsd1VN2UVCq9lew9jjyRLz+9Uv
+l0RNxW0d6ZB+yliGw+n17FICxkAT1CnBQILPabeK2SsbDF9zfWss6i4+329p08LN3lsexkx
7G7a0VPJ2dg7XwPn47vprJinHFRALY7+yq2FHKKAeK1IkVCJFoqOCgzOBjdc+6ibFVfL4fV2
CYtj4Xp+2icJj5LLb2ObE4CHkN21VOwjZ59sD9Prx7GNo7GlVZRYeYdHqOe/ah1sAvhTiZRx
WeA6VWrrIbLvYmRgbR4dtKLFWJjROqKvZaycFVsCcLZVOOxinHbRM3aRt89IfT3TFAqqCFmW
/Zh9aM5WJjK3YssZCT+jsnntbiG9OCAwRxW1Uo48PN2Ovwm1VqFtCD7UDinTE2eTTtfHzzYj
z7lZR591s8ExtQ7ABjXcpCN4cIEAMPSqjqkNGUspG0j2rpsHoyJwTogWFCWB84y6ajBU/onT
phU7E5FSqeS/YJcPPRO3z1bcFWzBR87XtpchIURgeyiqLe8KQNxZRlEuHfiEJkjqYucLTQX+
8y1IHHsEvulE4VTjynPl2JgAmjb4rqDdjHtbyDsr550/m3KaHNOUJEMCgfOsm7CiDcnFoW1B
rXCIDGIYDGyvfYpEFhQppWXNiog2xo7WH0Pis16oiDgt4UTs7G8gHA13FZTaO/am8miqswtC
BVVamtCceSRim89E7PMBzb2MKldRTRCc1KOzsidnmm8lnqFOKZZxZenF6jlcmoODmor6MouP
eBCttPJTi9Y+G+60IgBqphbsVYjiraBAiRCrM9ypMclWIO5dQIVCq1VTS44IZqHx8sujvKcJ
+xvKkPPNgfL2lOTVMST2POgTAME5oEwoEwQjh5g+WNQXW7kJiwhHABF1kNhsRg/uyBHp4qOo
LYyRI3/WpwlTNFAO2LX+ut66QwTprzZx8qxPGTb6ppRBGz2FVNMDaNyr229lTVZYhhiiCmVo
TqnlA4jz0h5bi0Jgq0CoK49jlVswVLMUw+gEYrKbiiT2MV8KTcb/AK3ZTpVnQk4DhaeNhf07
0W/oNiKZkNis7lcqjkqHyjE3egTgHmrTzVX5qxUDdpZQlGw0ZGBobW2IAihB9CmAerOst/Y3
Y+B882I82wqU5qU8qDxTCz6E4vUsadsZyoDR1qRFsX5YckY3AlsUNSNMjFtjrMCHIQMn428v
ahH0onN/oFQntp2V7KJyUZ4+CZV8vCroTkbAjlIZ+KJAcHxUTha3o6NrXOnTojZ56O/zWWHP
2dmaduH0OqzD7K3DsZDNTbguq00PEMVKE8bRsREA7hqd605kWBuNiLW33+gVtSW4XlN207Kh
04VCqhdY9PZ5WHkN5kjA+dBw8w5NEwoE0U9p7LX3Jhb9DlHYe1lGo6e++u2qE2tdCQLZa1Wp
pm0F/wCi6fel6OnusHt4px27/IZ+yva3YYRo1pWQSIIxA9Sy6oY43ecO3z0Ts8uOC2Ypopyq
0GHY6Bx+hZ72byBqjj6ttfUhqYMg1XRh94IGPvScEi4H12JhYPNNd5MgaZqhRJv/AKIi+5ZT
aE8yJR2XbVKJDNXgqwIBvXUWTxLjyonz24+WM1yYLanKc0CYW49g4+PnW8yABRENaEJWNRac
j77kcP6qpr2HtftceTVU7GP9FEAuR9SzPRTncgY1exCON3qVKEWjBAmtPapE0zWDBAu7hCZJ
zW+QdnnpDzBkVmKzT5dhkbuwDAfRgX94gD1qtFIGyJQmPskFk5sI9GQRGI7GCYFkYg1CYgJy
G7SE3bb2XKwJhRO53XKMnZl8WF1u1R1dO0IEjLEd6jLAr8B7vIIxHniMR5gQwWY2DscphYFm
Ng8fozmxAChJH9ofxKMiRW0DFqojFG9+5AywwdrllwQ7Kq1U9KIFAG0eVTsqqdo7K2J4EDYb
EXvNmHYYmwrJqWXFGDWd47ZDb52PmJb0RtTyKawJrkwsQiTU/RWNgqfUOJWY2mp9Niyg0L99
e5CVju/qV3PxUoAViT/REDH66+SPS5Pgjs7GgFlmGTguE0wUwNUz1VO3Z5dExqF0gDtBxHnQ
cD5gqhZOU5oEwsWWNqBvf6IZG5CEr+o+oIlAPW3lt205KGqBZVlmDcbmUoO4IfiFW+tLL+8j
w7W7BwRCIxCLYFHctoWUohqiqOKzC1E3qlqykAldUWTjstHYPIftBwPnonZ5bi0djyr4JzYs
sKBMLU5qfokYGy/cpSuduA7A4cWcPQLKLGLcaobb9q0c4Yksdu3wRJ/p6EeRlKcY+A7OKZMd
3YBtbspUoiUUR2RO7xQIQQAvVbSspNFmWUkFZiKpjFO3bIbPPDZ5l5LAYIRxTDsp9DnqG0nw
Qe/sy7UdylpAVcqBesSO5fEJo3A7WxDUQbtBBZk5NewyylGjFZwqqmPZx7G3hMot6VT4Ijag
VtCBwTYISQT4oFU7SMPOyHmMSnksxFCgcCnWWFmKkPOUVfJJ2IG9kNyCosSKKT33p4Fomjm8
/XY6hKRbKCDvdkMtQfJYW9hHZgqW9ju66rVmy1d1mIZkDciBIVCIRCMcUVJE4IkFmVS6CbtO
3zpGI8wcXWafJHZ2AGxMLMUw+hSwZNsUT2Ao2AG3uY8tiEo3qWekxUPQNe21akMzkEHfmDke
KMIhr2Be2tcLUyoqKqrRWpu2nkkYouHZYLNEoFZoWrKY1Re0ouUQb0SiO1whLzsfMGTVPYYm
0jseVB4phQfQ5bkNyMbwW7SMf6ISwKeZpgjGR94UOwf1TMHLu2wtU7Q3JE+XXymbsJF/YRii
JBu170xViAKeMvIfDzoOB8zljb4KtSVmny7XJZP9BLYKO5GJvD9m5B76ev1I30QuZQMGygtx
IsQk992DX8fS3yW7KqnZSir2N2P22dtfMkY+eicQPLLJhanNT2sKlPIqO76Fl+7IjghMXHuK
cdjbUTHCzdapRAdihktJB5F0ZWBn2YvwTeSx7WTYrNCoFDv9qNzWune7nuTB3Z0wTEKiorCm
KoFVUL9tVRV7ZDb50bPLMTeqJwXCqaphQJgHKYpsD9AY4dhGNUy+HK6zd2EhAy95t1or3qUc
arUzByBZ6wtOUrgA+33VTFuVPMg3hDPqygxJpS23fWuzdZAf9QPu4nE92xDMM5Nr2A4DcmkK
he1ETgC/pfRB9EF7JEXDFm5oTHvYW8hcyygBtlOSAyuBsqnYwq1lXNjigI2izBOfLbsfEedI
2+W8imFAmct2PKg700QpNiiPoUZ4HuPY4tFiY0kLQgChEsxLd9FmNGJCEo0uqVKB+zI0wRMR
Q183U9gymvsQk7g2FUNiGtWrRPfdzW5NnNbrk8ZXXf1UZxMdQxsrZtYlvFRBPW5J3GxW+TXt
EsPOkYjyq24JymKYqgTlZYWJhatp+hEGwrLK2NOzMPeCySoVlBY2nbc3hYo6hFX+pCJLEKUc
Yh9pF6DhnBpf2P5GUAkoPR/IoVtQkLRQtbsPBE5JSFritysO6/kpxmzyILYNYPaqCilmowfe
Pqv4LNpyeK6kcE/mJDzo2+UQKl05qUDiEE8lgMFSzFMPog1Lr931KnZShxRGoKgMCLx7UYnC
iBk/tQyBB7ER5LihRlIgvsTmivY3sexsR4dji1NHUy8O4oTLV3A09P6IiQkJMwLUAd2a/faU
7/yXx9ObIzEiNmPOxSyyeRILXAYbd/Y/ZVU8pkRh5wHA+U7V7AdqBwTyTyoPFMKdjAj6HVfD
lZduw7aqRtaiNbCozdi7c6ITscDn7E/lgSsAcb0NMWm3YE0LBf7ESfshu9Fi7djrooTbtRhq
giNTRhX1cFDUiTlvbpzN94j1WqVzx739K2nh2U82dtfOg4jyz2Ccq7OxhUrqPYxtH0PA3JjS
QtHYyEQOvxRMAGkX2hNGF3oUNOUmn6MjGVx8jBEJ8ExDqWUMWQOxGU959ilJ+qR8UAanxKMJ
Bj2MqJzTtfyG8oS4edjsp5ZgKkphahErLDmmC6iyylHd5+vk54Wjv2JwnQBBe0H0wRkW9qAA
qqxGa4j1oExpinCqVZeogXlkYwiGB5qJiSBK7x7czBR0hYS5QiBSIr6ckcIjxQ/Kg+PcFGO3
sEfs17lma9lmuWBFxWTFZDgmAcM5WYVfynwPnSMD5WWHP2JgqW4rJHimCpbj2bgjL6DXyM8L
bxinsxCEa0vw9LEDeCHTh2FvtUoSkSGodxVarNp1GCaNJC5AEB6u6Ebon6u5C90GxdVKpIdp
lWtqlmoDYjqSo9BuUjcGHfX1KO8enf2QGJ8VOJsCgdo8VHU4HcnFrv6lHVFoUdS40PFc/KIx
HnSMR5RBoAmiEZLaU19/Y99yxJQj9FdZoWgc9iaVLyGsZSawhMLAomVkqIHf2CRNcb1cfS9N
sVtVsxsThuSykNId6ETZ5DGiMI1Wm/oVVQP4lLaPYmwJ7qp9ie9vUvwzr7e5S0pXHxXw26hT
yyNvnBt8wBih2NaU5WeVt30dkJtVWVI5KQNA6g9CJAjdeiSWarplIChuXo6YY+gTwKYgn0wT
etl8SUgThajI+YFWYus9zMi/uu44owjWJ7kBA2IQvDITv8VmIqPLfEecB2+Yid6cWhM7buzN
Pl2ZYc0CfotEWtRKkJe7aCLn9qAgPdUCbZR8bu5UuRcAbQukMDzVLiycXpxU4X805DhMA0vo
4lh50HEeW16YhWNvT2lPIprAmCER9GogWw27DVDAuCpaJ+07HbgsoLtT6lLTAYj+vNiFEY1W
cWugDcO9PgVREDf9Y2INQHuOxMbR9GPPzsfNVtwTlOaBMAw+kSjmYbNvrFvFZ43HxUdWQ2qc
QGEpAjwKqMsxWn2TvvfBRJDGLuPWE0ZBjijh4lV2Eb7CiY2gPy/qs0bDcLRuQ6nG1Zhu87Xz
LYpvOEYHzOWNT4Jzb2BObEAKR+jOt48P6oyNw8LE8Ss0gwI70JgiQJNdlz4m7i6Y0TalDcbk
AssqA13ItJyQo7gnFCszIecp5o+ckPMCIvTC1OalMi9rpyhK4fRwLatwv9MUSBb6dyy4Xeta
ZesZdyzPgwNg+sg9jSFFknYbCnvTkUCyj6SJYjzg2+YDXJh2SbHszT5fSHNfqWpG8Cm2+mKl
Vg6OYFyo5y5Zuey9AG7saQcIQlUXH1Jhi/0h+x8D5yJ2+ayw5phUp5VP0rPONAAxsJMqZQPQ
Ig4luBTAZiyI1bIWvvamDWIiL0N/p6BZb+zKfQqttn0d7+0jZ50HZ5hhQJgqW/SgUYyZi73m
jMjLCVm9A2Za/WFqA31Lu5ezvxVjSkxIvwupdipSNN1tKLJLnj2SiL6/RW8ojA+cju8wXoAm
Fn0uqHU2Zg15Z34MRW5EAGw229J+tRi1QO5QJLR1IgcQbOaDhhUC973e68NuUmi74Wjeg1gP
Hjv7CRcO/wChMqKvlvj5wjA/6KDexAahL3A3GiJkbDRsJBuo7/S1PgtMu4BonhWwxAvD9Uto
AIIRpW9ZgWKtCIx+lxlw85If6KDtQjGoy+7gY1t4hhTHFTheTTxUhG+yy6/haswLPEgAUGA8
HBRk9ou8gGVitXvBUI+jnzg2/wCi1sWWNtHAa+jkm00a3eF1VDeFFmPu7sfSiyCR6SDXkG2U
ripAEFidl/oFljShJOwJycw7ws1y6YEhdWnVB4sdjKxt4XSe9UkeapMr3griqx71/wBMr3Sq
uOBVCrQqV82Qb03m4nb/AKKyOnJqO33dgO29CUQLeeaqyn3TT03LU0DUEc7x4lOC4NnsBvsd
Pz3G1VDjvQf3bU0hS5dTthH1m5UBidtQnZjhcs8KVZk/PsEgSAcE8JZthXScsh6ckDKQO25O
EDBk5CsCdkGBY4FUmVSZXvA8FUhYoPR0QmkG7ZDb5t0D/oglgvhmxwxHfv4rMAzRA4wTyGYH
mNqEYycyAf04oARqCR67PWqXIGfulFrAEzEHuXTNn7+KAkXBtqiXyxjRfD0xS8lGD17CL7UB
IgEURy+6X9OanpGw+ngjCJpK7BZYm3xRhePQInMcwRJmQQpfeis8T1C303LMWy9mYqpaITRB
yvaUaU3OmZk4PBAoSxHnI7vpDE1T+bKfYa3RNxu2jio9Rer7EJXBwyhMisZM7WjenkHFDm2m
jAeO9MFQkKlqqumw3FAujlNtouKcBfEEWO9ViCqwVdI8l0xI4IamZiF8Qzqs0JgDBGUZBjcj
J6G5GY90oyHuy9PFSi3SVKJsu7GTSFCmdxiE9+z2K/efUE8TRNayfA+cbA/RmtK+6FY586DY
xG5v6d61AakEcQpQNjqUDiG8VFiLGJ2jZzdb/NWdti90KxWKhI4r3zzXvq1+CuVgT5O9VgV7
p5K8c1SbcU+dxvVKKQ2eckN30SprgqdMU9pVrlU6R5yqITm2r8cNj3I1YsgdW2v1OME8SAQc
Psv4mtURb9LYhUDdpGB822I+hOSyy6YYYp5VKY1OC+7FYnyH80MVlMi933jlLtu9SiXYv4og
nNju3rU0ISIJFowuI3ZlICtPHHexPPym8pvJs83TtO2vm4nb9ByxqVm1TwVabE0KDH09Sc1P
0AFSllFGdnc5nB3WIagvaTdxWcehQc++BwYtxtb+ilESYF2Hp6XohDyG8qn0OMuHm3T+eclN
CkcfTwT34rLpBzis2oXPmaqnmTCjEGt7iwePJRO8IEB3twWk7Bi1La+pOzSNS25nKB8l/OP5
07POR3eda0rNqck3cnlSKaI8gaPyelLXkSzwHRGrPPUPREPbVSl8/wDMRgS2WGlHMwaoM5mN
doiQNqn8vHR+Jr5WtMpDbOb5YyFpAAlgACvcDqkQqwC6oL3VYqS70CCV73crQrmVE2VAsQxr
SrLIHoXbLjamZgCpSZpRIkOGG+8JwXLPSjtt9V6bY6ZUVfJs7a+Xs84Y4jzjYHzmTTqcVmlU
rJpVOKzTqfIOj8jpHWmLatpwZv8AqalkbbLSs3/yer/3JII+GAYaA4A59RqESmY7YKOlpRjp
6cAwiAIxiBssAUtHQln1JAxzQNIOGfNebaxsLEFMtisTB3VqoQvdBs9PS5V0zdj9f9Fa3H2j
+oXTP17ceG0Joz5g7xedycSifSnsK9wH0p7Cv+n/AJbsDu711RI47No4X1Vp/afX7aqp/b7C
fWrR3hOAK7QqDw9Ni908irW5qku9UPgvqVysVi90qw8lVW/Q5Db5uQ805sWWFI4+nh2MKRTR
7RCEZampKkYRGaczhGIqVm/+SnkgbNKEmzDDV1AzG7Lp0rWdyjo/LwGnpxsjENF8aXlqk1la
SUYzOfUH2Itm/u+5xr+Eo/yAaf8A6YcD+77x38GVjFMnCdlR0Q44j0tWYxBqmMC3p6BOCQQx
rhfYe67BMNRri78Lcf6L7Mr/ALNndUG3Yg+mODiu8dxTGMh/ddjXbxBVJSG+IO+zvTfEjxEo
qhjJ8Jio4i9dUCdrQlsNmxPLTY7YEeCZwP7jHxXTIniDtTxe+pG3ZtTfEa2+cduJvx4J46jj
ZMf7hcceSfLI8IS8GNOSIlp/sO643cmTmIGLmUdmGPtVAeEgfFfb5A+DqvfCXsKfNAby1eI9
u5dJHCY9vpgrDzBVQQ+IVseMVZA8wvdHCR9isI/uBVku4r3pcYlP8QDeCFTUjzVCDxVirAqs
SrPKtq1fNtiPMuU5pEJhyWfUswTDt/8Ax45dGoOrIdDi2MB9uW6go5CI0AZaht1JB5yvLn7A
/BHpxcjMTqa0xGIxv2ACpOweCOl8sDp6dhNPiEbPucCT+JUFlmPFOcU13ZUd6p6bFQv7ESwL
HmjmiWtTZiGY8MEOt97WcVHpia4WNYXjjsQeJBLkMefvXoCMpB44PxoblTUBFLaUvtuN21OY
xl1WhjS40NtxQzaZFDjQ4Vo/3S+xEF7B90hnwLHfgVaxcisSHpQFrfA2hdOoHajTIqLbcMOa
oXD/AIZBvG1PPTgf7SN9QmEG/LqEeNE76seMZ+0quqf7tMnwHemE9KR3mB2JxpiQ/DqLq09U
DhL2rrLfn0zxsX/lE8Y+lF01/LqFUOoOIl7V7zn8WmD4Acb1Q6XIwI5HH2rpG/LqHudO2oOM
ZPzTSMq46b82TE6dMYyh3vZ3KkdM7tQjxH1L/pz4SjLxP1JyNQb4g/4/0Xvt+aBCrPTlvp4q
kNM7iPb7U40yNx9hPr3JgJjjP6+VdyfPMcfaO7uVNV94H1ely96B/t+tNKMDzCOnCETPEFwP
rTkle8eac+bjv8w5WadI4LJC3wWfUqe0ylYPSm1R+Y/+RBjpuDHRdjMY6rViLvhhpWuRR4w0
4iMQGAAYACwABS0/lTHU1gWt6I7z9rdEttuXxdeZlPGwDZEWAbAjI1fxQeiYN2sjaw4oEn0x
VY8vS1UkQ931oHpIsuCBlEsKFrwcLV7xiRT+04sQ7f1CIE3y2uSHBvDuKcAh0iTXhj0m8M3E
IZ4NbG/3ca3b7FVw3S7X3F4/0KOTVILN7xHVtErHwtRzEyFtYxlW8U7iUSYQNhoJQpia2xXu
zG6QmK39Vx5L3pC6sO544bLQnhqxLt9oxstDF6FViZB/wyccCDRdcBf9mUe9iGPBNQWWTBs/
M1dneq5mq4Mc1v5X4IEyg5FpGX09S/jlspL1Oven3SHguowl+aHsKro6Z3SlD1L/AKepH8uo
D4lU1daP5o5v8bVT5mB/NEx8U4GlPdJlXQO+MvrVY6seD8UB8Ug7Yj6rF7+lIbYt6/TFP8LT
O4tx9OappzH5Z/WqamtHfVvFf/sD+6A+pPm0Jf2t608dOJ/LOQ8E+XVFlk38frVZ6w4Rl4Bf
9YW/a0z6rF72jLjl52r4UAIgG0E1+rz4KfynKzzsuCyadqc1l2w0dOJlqTLRiPekd2GJsCj8
x8009cWAVhp/l+9IffuPu2CRz68xEGx7SdgvrRfC+XJ0oVBAtkNssNgYYh6p5GoGCIbsY1VO
zBMKqxlbz9SEjdh6WpiSHxCciJ2Cj807yi/93AsumcTcQfe3VTnSssb6qNuVDKJPFudWTQ1A
W9GwbwQzacS2DMPaNqk8SK41OzqFmBHNHLJpSxFnGBodt6JhNw1Gkfe3TflIppQd4/dEt46S
6DxqRiYs13UGdB4nqqKCQe+zvTwyjCpgdvpcnhObbJCT83qjnkCL88B3kMv+lpk/hkYHdTuV
Y6sdxEx3v7V/1LPv6frDc10T0yfwzMe4urNRtmSdO4rqYfm05QrvDhWQO6deIkLl7kw+DS8D
YuqRH5okeP8ARUOmTwXTEj8siPArp1JjiD/kF7wkD96APgiJaelLgY+qzmn/AO3/AE6nhXw5
Jm14buodzrp+anE/jie+gXT8xpz3s66tLTmNjKvyzbvqHjzTSjqR4n0PeFTWI31/r6UWf40c
otJA9HUpCwknv+gxOzyXKzzsuC+Hp24rb2w+X+UgZuWnNidPSF8pyscfdfMSwAdExJ1daXva
sgMx/DECkIfhD1qSaNLSh16wAIA90E3Sk+FWD4Ego6urJ3uuG4WDgnNSEXfYsFiqgpnZOzgc
1SxOGPimcjeEwAO5F3B2q0SATGNY8PFdJMReKt3UVGkNrH/xIxyGJF4JHL2Kk7LcwpzFiYQj
IH7pZ/rQBzQy7Kcw6J09QSOD+o+sEIZ9MHE08aeKPvxy7z3EEd3FMJ1liPXEhUYjeD/kEM+m
AXexmOLxoulxV6HMx2A3bFIiQBuzRIrvi1CjkrS7U7mkCNzLrjJj96AlZ+S/aU7CuBMDylfx
XVGTbGmO6vJHNl3SGXxRyc4S9hVNWcd/UO8eCaUtObfeiPV/VD+CB/JIx7v6qzXh+8f7kx1o
kf8AuQbmaJ4DTl+SZh6bl7uqN0oz8XomMiPz6Xriy/8AKnuMoF+L966tGR/LKMvGqr8SB2wP
+31JhrxrcT7VSMZcAfAp/htuMo+H1LpnqR3TB7pN6XqmtJsDAS/xd+D71KMzozkBYYkHwZ+K
HTGAF0Qw3n6FuPkOVnn7twXw9NUt7RqEnS+Tq8xSets0j9mIIIlNq2RvYfL/ACunHT042RjZ
vxJN8iSTaSVL5f5WY+KXBkPsflP39v2fze7Uu9ptJO1MBcj61tVFZ6lVwdqsBXU49MU0KjD0
ZCMoseXjRULDb9SYgE4gsU0iQfxCnNVD7YmvJPCZG8e2izmGbbGh7kD7p/EARzoUDpFxg9eU
vqWYxFbXDcyHCykFjh1DgRVGMNQAjaxPCTsuuAkL3Fd4MXfkEMgmNsZU5EjlVGHxARhOLHjQ
el6EvhiQF8JenJ1XNDNiCB3UHJA6WoJNc6InEHgOVyBIlF7wT32gdwTx1Ha4iMu8MfFMDEjf
KH+TjmQiJwJjiwmO7qPJVjGL79MuqGY5Tb6lbA745Txr3p45gPw6jvwl/Rdcpf36ebvgiG0z
W6Uodxs8VWMxuImPa29NKTfmiY8E4jCW4hdOeG4n+iaOvLdICXjXxXUNOe8Nw/pyXV8uzfcl
9Y9S9/W09/UBzBX/AOzAg3TgB7E8BpT/ACnKq6epH8sn5VVdTUj+aAPq7ygQdPVkbspHE1R1
Zs5ws+hyHa5sTmkQvhaapb2Gcy0RUnBR1/nonT0HeOmemWq1ROZLNpyHuxoZWmjZgIgRjEAA
BgAAKAAWADCgR+X+SJANDqC/8MNmMrTYKPmsArcmNvZXse5OxqrU5Y8WKYk7iMw5p8oP5SxH
BdOoQcJAhAmIlut7kxeJGIf610ZScH8AU+XKdvtC6CJR/V7CnymEj905e40KrIf3Bu8UT5CN
sTmHtXRqMcJD2ojV03fD2hZZO2EhmbmuiTjGMm/bJGM6g3TjQ/3QoPFMIml8JCX+VvFGQllk
bcwMH408SF0yMhwnzFvFD4kIknZlfcmB1NN/7o+sBZYzhMi4hieTf4lGWppOGuIP+YH+StlH
eJBuIeLbg21PpzEnwMSR4d7ldQf0uBCeWm25wT+lMNSQJ2iT8JVfkg0oneDB+Io+59yLCR/K
RId9ebJtUDbngR3syzQiN8Jexkw1NQDa0h4JwdORvcZSeIXTCY/JOnAEhHPOYGE9PN4CxFvh
SJwJ0yU8tLUG4ifj6mTGbfmiY94oqGE9xB8U50uQ9iYTnFsJH1n0wXwtPWlIVzUauD3pz9EI
xHblj7o9P6IaWnatvY5LBR+d+ej0Nm09KTdQtGpqg7A8NNq0kaMCZSO0k8ySfEo/L/LONK+V
h1N14h3yvZ8qdgBsRFy29tW9MFZTYmdsULDXu9LV1RspwKsIanOwo9VmOK6C9LKSBN4x711Q
yEXxcfVwquqf6h/uCc6fGBfu+pNHUY7frTzgD+IX8lbIbJdQ7694VAJDYcsuUqfuT6ZMCeD8
RRGOoHfECUTxj610mUPynNHkVlMoT7inlCcXvjUd1vGK/h1AfS8U9SfU0wdot59J/cUBmlE7
fWJCvDmqCB/KTA8GcL3pNhKOYc4p8kZtfGTS5FvFDPmiR96NObH1p9KQI/DI0/tcjuCYmn4o
jxiR4FPPTBI+7JpDc4BHcnhqz0/zCnMuO9UlCfj+32LLq6Ja9mmORY+tUkYPjm039SEozzjd
CbcYsfEpiAeJj3SBHMsnnpccoPfD1BdEiNmb/bOxBpuMJR9cU4iJMfsSY8i3JdWeDYxzDmHT
Ppz2WE+PrT/DMTjCXsIXTqzDXSDjvC93SnwylZpQnAC+M7Bz9Slpw1JHTsD2kbfo0exolZI+
8fR1ml7x7CTQBQ/+Q+dg8A0tHTN//u6gwvhE2+9LpYSM5HaSfWVLR0wYaPI6lbT+HAcTcwc2
CnsRa9MRZ5FVS3eqm218V7oLYeIQHUPS5EZwRLH07lWALhmD3XlvY66swJpI7RZUjv7kWm11
9MJUf1RRsIFDUGuLEDp717hgWqQ4APBwxuKGcgvcR3H+ieLx2wLx/SfYmzwmP0yWYwlE4xr3
hjzdNp6glsNDy6X5Jp6YI9LP6pokxON/faOKeeWRxsT6btg/tccllnGJOBeB4O4PBlSU9I/i
6o8+oDmuqENQYxNvpuKaUZaR7uY9i/i1BOPPwqv5NIHb6MVlEjB8fZNjydOYwntYwlzr4hO+
pAbTnjz6vFHKdPUb+yXKvgEROE4P/cO5NGUDLH3ZeorplOO45h+/1LqMJDaDA8bRzTz0iPxR
aXIxaXcE2lrkHAnuaYKJMYz2tlPOL+AQE9OW1mnHvryRaeU7c2n9SBjIyG0Rn3hjyVwIwlKH
7ZPHmmnFx+KImP21VAI4ZZGHcfBDLqTH5hGY7vav5Z6ZbBxL9KAkWiLB7cT9HBw7HK+JO02d
o+b+Zj/+Ppy6I/8ArSF5/wDbibfvHpF5BkSwAcnAI6OhmjpRsuMzjL1Ru2mqBmX9icWJyq9r
1VKhVDIMSN/tTjqJwvWU5gearlJNoPTyTCMq4VB+sLp1OEunm/inyxnub1W8EAYyiPShF6zQ
1GuGYMN1LVUCQbY5GF3AoPp2G5482o+3vRifs3lpcMXX8U7dpjTdKnNMdKM44uB4UP6VbPSP
6odzsOAVRDVGMaHiEc0ZaZxDt3WcVm0dUSHA/wCLeBTakMw/V4tLuVRlHEf5U5SWaJFbw/iK
95Tglv1j/mRJgDtga8RQpo6xH4Zj/mr3ppQjMbD6pdP7k1dI7XiOYeBT6c8w598SCiNTTEhs
aXccp8SqTlE7z/jP1JyITH4hlPCQorNXT/Kc8eVfBNDVhPZIZJd3/Kn1NGQOMSJD1HxTCeXZ
J4nlIeCfSkw2GncVlkM28P7Cm1NPlTuNO9OxgcWI74L+HXJGDifDqr3omUIHax0z3O6B1Yyi
NrakfWeTIz05tIgtlDE8LOKeRcn6TE7Exr2mJcaEP+pLF7NOJulK83Re+iAiBDTgG2RiLO5H
5fS6dGJoQayOJ9Qu5kl70CTw7Le24pmKYV7inqPBMGLc0xiYnmnEgR6YrNkc8kSHGy0d39UQ
Jgg3Ev3GveiTpiJGDxPAjwQkJSjHAtIP6lXIX/tRkYzif1DuTaeqHNruD3+tdURKLbPTvTmE
o7iR3Annl4oREiGr1MRzcE80ZRMS+0x9vqT5JAtbb/iXQEZ2415gsUc0IyIviWlyLEfqTR1T
DZOz91ORTSjGQxBIHJpDwTtLSPIcZQLc1n0dTNxEvBvBPqaQkcY0lyLJpSMNkw3jQrNon9Jb
urH9qaWWQ/EMp/VFxzAWb4Rjti0h+1j3FNp6gkcJWjm0k2ppv+U/7Ze1NGXwzgXh49KeMgRt
H+6PsTaunmG4T8Gl4lZdORgcBIj9up6mTTlGQ/EG5yDxVdKUDjAuP2sf2rLHXBOGoK/7Snlo
iQP3JeqS6hLTJ+8DHvFFm05ZuUuRDFGMdQiQuiX/AFRl7Fk09QSMTV4AcDa6OpMuT9KGztGh
8tF5G0/ZhH70j4C02AKOjGQjpwtJtlI2yOMpYPgHyxodP5d46UTZj7ScfUrEcxssThY9rX7U
5HJDKW30Cc9Xf4exOA28+CAMX9LiExzR31CDxB3FjyTiUoPjZ7F8TLGYxH1VTycbC0h3p9KQ
IwcxI4VHcFUAxOMX74oQMXwIIPJ6oNqZZC4vB/Unk044M5H6bUDLTyvZlkYk88vJyiDqSAH3
4uONDzpvQnEQ1NsZN3OssoSjeKPHnGxPp6ora5bxVRmA7009K2wgdxy1HchAExfaHHCVves0
ek7AYf49PMJgYzpZJn/VH/lWb4RicYF/BpJtPUBOErRzYrr0gRsPqlTknH8cjv0/qKeM88cJ
ASH6o2d66tMxOMCJd1JLqkDskMp72PeuicgN+Ycpe1NqxjMfpPKVDzXSTpHjGvDp5rpnHUH4
gDynFm5JtXTlwI1ByPWm055ZYAmB/RLpT0O8N+6D94C/k0yRjTUHtX8csksIyMT+mS6SdT8E
gxO6Qp3L+bSOlI3i3uXw9LUMom0kAHur9MkOygc3DE3AbSh8SXVLqlYJT1KnKNkXyxqwFaOU
fiyaF0BZH2nEpk9zdtltFRxcnRDpmWVx/cG/cnEf01WWMwdkre9ZZabbQq6nMetEAC20Fwss
TwP1+1PkY7CYeFCmMjH84ccxRZvhiQxgXHI+1PHUMThKzc/1pp6YmO5ZZCURzb9SEokHAgmB
4sss3b8UROPONnFWCRH3JNLjGVDxVXh+aP8AuDtzITaU3GIkDziVlnASe4xbkbCsgjOG2Bce
mwpo6rkXTAfwiUc0IyBvBI7jmH7lWMote3/+Mgtw4ptPUdto8JDxJT5QdwI8H9Sy6mmDtofF
jyX8UpAYPmHKVeRCaUYzH6DyLx704B0pHfEc407kcmpHUGEgJ98WlzTammW/CRIfplXkv45i
MsKwP6ZUK64iQ3f1C/6cgMR9XsQy6lTzP9wbvCZ/iDbF/Bj4ptSH+4cpWdyfR1DA7CR3FwnB
jPeMp/VGncm1NLvEv/EiZCUG2kAba05IygZGNgzW/TSMR2H/AOX+fDRAB0wbQCKTEaPOf/lj
7vVfmj8WYaI9yP3Y+uRtJ9TDyrN6Z1UAv6c0XBAPjimE7Rf4hCyT7re71oExZ3BZwM3pfYg4
d7jU8jXvVhibAYmnJVMZHb0nmuuMo7Y1HcumYmO8b1/JCmMSx5ICM2lhIP7D3LNpkZhaBQ+p
NqCQG0Zh7U8Hj+Q0/Sm+JE7Jhk89Egfegcw7mPcv4tRtht5FjyIT6kBMY39//MU7ygTvb9Mn
jyCd4T4Mf1RKpnA4THtX/lz3dEuR9qeUJwG7OO7N4I/CnE7jlkORDcgrSd7SH+095XXCMucS
N2Z/EJ459Pd7v7XC6NaM2ukB32FEnSp+CXqlTvXVmD3SiW5xcLpMf7T4tVPpkgjGvIxYtzTH
qH6vZJZdXTbZaORqn0tQ6Z2HL3HpTvGe8GMv1Rt5L+TRL7Gl7D4oETMDbUmPAiTWrNGMCb2O
flS1DPBxs9lvcs2jqiQI92XpRB9OIOMJkH1KXy2mCSCASZE2cTf9OipT1/8AoaEfiagr1AfY
pVr5bOl3kECRk04UjD1nae5O3bXtai6npx9AiCBXhyTuR3q0S3j0quqJAxHrwRAJj4A7bEeq
Je3YeI9qeelQ4XG6QYpnMcX8eq5Pp6mQ92/in1Ixk19hXSZR2x64/pr/AIogRhqx2dJ5V9Sr
m02xsHEWLomJcfTwTS023D2exVA4+pPongDl7i8e5NOI/uGX9wzRPIKyekcR1R7j4rpyance
5v8AEr+XTlpnEVHMV7l/Hq5htPoU2pAS5etvFMTLT4t/l08nVcmoPxCv6g48F7s4bYSzR5P6
iumcZnCYyT9P7U09KQ2xOb61lzxzYSDHkWQMDID8Mqci44BMZgj8UP8AdA03kL+XSB2xIl4t
Lkv49SWmd5j4vHxTiUZ7SAe+LFNq6IbEew/WmlmhwLIH5fWcbDZvCY9XAS9h5FZdSFd5j3EJ
yDA4t/ugfYv4tSGoMJW86etZ2hKoGW8FiXe+xZY6cYG8i36vp4lgUJA2c11JvT04r09O/sw7
LXTkFUKPSD6bE5JimkQRdeiTEgC1iQOViJzZm+9FxuLeKDRBH4Zeo2hCs4naHHBvBNDUjJ7/
AKvUhm0wwvHsR96L41fndxWaOV2ozxPFre5kM0M20EEjde26qeOpKIH3qjnL2rrjFzeOl/8A
b3phqGP5g8fTinnpx1Y4wNf0lUnLTO1/W48E8TGcfS1nVYGO5pDu6u5dVNtY98mrsfgujUEx
+K3mPYv5dOMtxD96cakobJWfufuIVBCY2PH/AJhzK64nTO4gfqh0r+HUzcRL/ll3rLOIkOHh
NvEqw6Z4x+pe9GcTdOIP7o+tU0pR26UqcqeBWUawJw1IsefSe5PLRzbYES7pN4lVJhskDH2x
5J9GYO4g+BTOSBjXxTT0wecfaO9PKEoHEB++PUv49cSH3ZM/flPMlGZGYGwC7FveHguvoJ+9
0/uiWKE4ShMM/VIU5CqEBECIN1pOP+gvEsU0xxVrLFMFUdjv6cFTuNELOPtCdzE4io7laJps
pieYXROuDkeL+xGgONPAxsWUAg4gvzBaSHw55TeDQHnQIEwEhK2jkcvFZWlEm8FweEv6rJni
WunFu+ngnOmJHGMn8W8QmzThX7QP1+tdGpGQGBFOFPUiNWAlXC3u9qYRMRss9YWeLxOynh61
aJjaHPMMf2lZjpkHGB/pPuTx1bLRKOdt4AE+8siYxhqR/CahVhLTOz/w+tZY6kJYPb6k0tMN
jEnvFieBDnB4nmKftTSLj8UX/dGvMJ5aXGBEu4seTlZdPWY/dlbynXkuqAO2PT3F496qfhna
DH9w6U+nPMNvV+6LSWScMwwBEu6TetMB8PjLT7j0ngvfzD8UQR+qFOYKeWiCcYSr/tl3Jo60
oHDUD/5f8y9yGqPwnKeVQv5NOWnvjT9UEfhzBbaJeNUMusAdhMO6x9qM5SjKQHTmyyfuB7lm
MYx/KGH+i0K6qrBOKpwvFOiYzMSq5ZtzTEmP7hyNUWyzGzpPJODKOwg+Iomi0xhemMZQOD07
3HgumQ3e6e61dTyjtAkO6qDgPsLPwNqo8McwI/TMe1GOnJwb3EhxBDjvQE9OMpDYYngag8GT
gzg+BEo8vqRjnhI3ZhlPFPLRNbTEiTeCAzmB/E8e9jE96JEozaw0J3PEj1IZ4uMa+tu50TIM
Rz7wCODIGJzROMvA1PeyaUgNkhTgb10EtcYy9RcKpdvvR9cKjisxjmB+7ISHKbHkv5H0ztiR
31j+5dMozHAroMo7jTlJ4ppgTG0GJ9YPcrDpnl3wPiv4tYTGEgJ8iGkO9ZdTTf8AKX/bOveu
mWSXHSL/AOJ704lmG0CQ/VDq7k0tNx+EiX7ZMU7ZZf3aZ+tUz6gN1C39wt8UC8tKX5HL78Ny
OXUGpIFmMG9fpsRnK04UH+k0KY1VaLpKdUKAlUbUDUd/j7V06lfS6XqT6mmJbR0y4f1VNSQ2
TDt/d9arES/KWPJMNSUD+IUV2pDgeWHemaUNxP1ht7JyYy2sxG8xNN6DGQG8TjzPUrISN4L6
c+RTyEgNoExwIfvR+HME7CY8xcURIvvD+BHr3J56cTIYW7xmAPhvQ6pRH43MefVHvRy5J7ix
5D2BMdOQe8MRvremjIB7RIED6lmjpuP/AG5Me4h1TVlHZqR9dPFOdOGoDfCVvCVP3JurTOBB
buePcs2lOMjsb1MU8Zk76+KbV0weDe0LrGQ7R64oy0Zud9eYaXcmfNHAjN/4ll1IAeHI05L+
OXw5bCYeFDxWYakZD8YH+UfYg+kT+WYI4OpSI1IkC+HrDDw3oDQO8kX7i/OqMpFyan/TaFWr
qCZ013Z0kgYXcrO5fyRriOk+zuVJv+YV/VFUIO/qHOhXXpmJxhJu6j8iunUfZMMfUnnpOcY2
97H9yy6eoYnCVP8AK3mU8oCY9LLfUqxOmcRTwcHivejqD8QHdIWJ454/llnHI1WXPCeyYMJe
n9q6tKQ2wIl4MWXvDNcJjKe8D1p4GTXsX7pP6l1CMgcRl8HC6tEg4wI9TS7ll09eUdk//wDY
PWickJHGLwPOOb1BVlMDCQGoOcSDzJ3Lr04SOMTllyk3imGpqaeyQzR5lx3rp+Hq/tl6wn1d
GceGYftqgdPVAO9j3se9dMs4wkH5FOdENeD1A7sE09MjvbgepDThKBBxp3LPqQy4ZT7xGDKU
dKchpmwE1Y2g/wCpUVCmkFa3eqF9yrROCeBTSaQwIX2tM7OqP6T7F0SEm+6TE8YuyaYEx+IM
eYb1qmbTIwqOVP8AEpozhqbD0y9OC69IjaK+HUiNLUfYT6ix/cmkBIH0+0G7+K/khKG0Zo98
TIc2C6NQTj+ICQ3PFvApxAg/+3L/AGll/wBThqRb91EJHREtsJA+LLLKUoPdMED9wI5J9MR3
wJjzylj6UTRJP5mn/wAsl/JpjeKeNOaYTlHYQ4VmnPaDll3JoS1I4OM8faOK6vh6m8GPiC/c
swhqaX5SSP2kjuTaevCZwmOruynuWXU0aYxIkOUmUtLSGYg+6YhnvRkaAmwWDd/q9Cq171Wm
5UIKsZMRYqSLba+NU2pAHaKenNdMgDhMf7gnBIH6499UM8Izb+08H9oVstI7Xy/7od6cCGpH
EU/xcdyecDE7s3fFpjuT6Wo+xxLuNe9NICQ5HlKnIp5RMDiHj3iieGq8TdICY/VH6050gTjp
yaXLpK/60oHDUDj9UhX9RXuw1B+E5TwtHgiNTTlpnbF++PrT6OoCd48DVPGZB2E+BcL+aOYb
R/ui47lZKEsYketjzT6koEf+5FvV4BSj8q0Y2Xy4jNZyRkbTX/W6FWrqHqVC29ezs6CY7j6P
xTSAkORPKn7UxEobqjkH/wAEZaWWW2ByyfaxHqTCR3TGbvDHxTa2jxj1dxaXIJtPVY4S9YlX
vVYRmMYnKeR6e9PqROmcSCP3wov455hw1I+qXMrKQ4OBblGdOAKaYyHaDpnnGhT6eoeLTjzH
Um1dKE9xaXAH2qk9XR2SrH9zx710z09TnGXOJPghCWmDO8SaUQN4q6a7D/gCnZ1V3+1Vp3pw
QexwUwk429XjXvTakBw9h9qaMuB9hWbSLbjTkXHJNqwfg3g6ecchxZv3RZfw6uaOBbUHe000
tN/yFv2Sp3rr6JfiB0z+sUK/j1HH4gJjmGPejpaokDE1ymnKVylqx6STdTjvTn/gavtVe5UP
ZRdMl1xEv2nmKHkusGO8P3x9YWbQk+6vhVM+Yb37pe1N8xBgb7O428EP+0iYzesvdpuBbmjO
ZMpG8/8ABVvZVvBWt2vf6XokHM33g/1rPPgBYN3/AAfQ9le9Yd6NQ3/Cd/BX/wCh/wD/2gAI
AQEBBj8A/wCRPLK6xxxgtJIxAVQOpJJ6ADUllibuTmmXUsptMPtkgjZen510SI1FenQsflqS
PC2GJ4tbutFkCvf3Kn4hpPTj7f2D/wA9vHc5HF5pkjZY/qbapavUGZ4mjqw8NoUaRr/huGvo
pkO0wzXEMiOPxEMHVgD+Hof7WkGX4LlLNmC7ntZorhQR/ibh5WHxUAGvjTSPNmLvE1lSOb66
1kiEQkA2vI3VQpJpWuoBjuZ4ud7mVoreP11VnZRXoGoaEdQfHSyWt1Dco43I8TqwI7VFCddP
/sUctyS8PrS+XG4e3HqXd3J4JFH3pXux8o8TqW2yNwcFxmhSLithKwjcE/eu5hRpWp029F+W
ljjRY40FEjQBVUDsABQaHz8dSyO/qbmokaj7oA6ddRqGBhVyNo6lW+LDwrpJlH3nIYV+fXUv
qIKOELIRuDbj5a16UFNXEzIPXhADkgKRGprtqPhWo1G2IzeRxLMSgW1vLiFaFSxXar0CnxAF
Dqy+h5tkZoIURVgu1huY1Qn7hDR1bp0qTUfHUEWRgw+ZtlARGNvJA8iHs7usrAOOxIFD+6NI
mc4XOY0qLi7sLhSaj92KQCv63Gv+JyV3hJNgYrfWsijcfwBkDgn7Onz0FxHKcddy+mJGgE6B
1U/vAkUPy15JFfoD5SD0PY//AGEuuPcTih5Ry6GiXID/APA2LH/+okX7zj/3a9fiRq+5FyHI
y5XM5Bh693Keiov3Yok7Ii16KP0/YOmhGs8cVT1V69T4bSP9unU0WRj5mpT9uliapDv3P3RX
oSDqVXkMscgCKo7gA9D+r4a8j1lDeZK/eTsaj+rSEtuO7ox+HgRpGXySW8vqK/bt3B+3UTK5
Ebt/w6eJ/FRu237dSMY6NAiNInxDdh8CdIWV4mKBjFUUqfAfb30DQMykncBQ+b401g4cZya+
tlvchb2M1tcXEsls0VwfTIcVbaFrVWHY65BNHya6v8Hhs3PiMPls5aQr9bBaSmCZYRFtaR4m
pVzSqjWabNe1WF5ZyPjXN5+Bz2OHuzjEvLmeP18dfM99I8dpAyDZIZXI3UKn8OuP4/P43Izc
d5BYpMOTYma2vRZXaTfT3lnd24dGRraXozAkEeZdw1ZYKLllj/Gcj6X0ONZyssvrRiWPYpAr
uQ1qOmlktbqG5jfdseJ1cHaaNQqT2PQ/+nXlldY441LSSMQFVQKkknoANXnCvbXIuluxMOd5
hbnaGFaPBYv3NezSDp4L8dEKKAkk/Ek9ySe5PxP6R01TRKlVLVWpFQaitOv2adaV3/e3fdbT
K3RmG0Dp5aGtRoxsGEbbXBBp50NQf16LNII2CGR5aHydaFCBoEyK0Sim8Goqe2nI8xYA0HiR
4aqoVGI6tSoAPyOtlKhgA0h6n5dNRxkrK6qPz1FPGoUg+K63krtC1J/5/lpkikeKWJTLE8L7
W8vXowPgRXWeuIp7G1w2QwdpDZXU0w3yz3loLmO4s7L7gWZ0ZGkTru7698eU8pxWUynHMLh8
FynkXFVdpLHJWEjtaXUF1YAbbieAqJ4gwIO1lPhrI+3fuZjpuR8Tw2BzGY4v7pWWDkwOM4rB
bWgmxg45FZLM1/a3sLI00U5ADh9rdANezXuHxawvr/Ncn9vLJY7qx+litlymM22N1BeSXDDY
kvpsN0fnU9dc1wfGsvdW+JweVb6OW3upJIreS5QSzW4m6b3SQkMR376R7blNw9tWslreL9Sj
N33Dd1FfEAjSDLYfGZtN2+QxvJaShPFQCsgr8NP/ABfjeQxwZ6Qei0c/l6dXIK0/VXTIOQrZ
Mqhj9XHJCPmAXUVpqNMbm7G9eZBJFHDPG7Mp7EAGpGqg1Hy/9LXmd5Fk4MRibFN9ze3DbVHw
AHdmPYKAST0A1ecf496uB4NKNkiEGO9yK17zMDWOM+EY6kfePgFVQFVRRVHYAa/2/plt8tlP
4nnUHk47jts1yG8PV6hIh/fYGnYHWH5RjIp4LLM263EUFzG0UqE9GVlI8CCKioPcEgg6FQDQ
hwD8V6gj7NTK4qWFR0pVqV7fZ20QZACNygU+I6Gv26UsvV0oQOtHHfQkWGOSq7ZXIrSngR8D
qWYQrDJIFDxFa+UHr0+Xcafc5dgpo6eB+JGtojIdnBtzWtenWpPz0syGqyHbKP6iPs0AKbqD
bXx+NfsGiSQHSQo0Z6lkp0an29KagrRYoD5FUdq64dmsEiXWU4r9Rb5dlie8ubS4a6Lwoem2
COW3kLJXy1BHfXt7yj2Oz1webcxWTAWt1bqjxZFFC3scVxDKCmxCrBie3Ua4/b8qv+R/6eOZ
c4SXhlr7ccOytxmb/J313K08tzkVmlWC2xw3loIoF8yMdhWlDmfaDnGFs+QZP2C9x8vx7JY6
4a5WxuMZl4IcnDOVgrOzA3JdEXzawklxkTmTmeMW8mQz8VubSyvLyykaH1LdWJZpI02xzFgG
qPN30rOxPor0LdSSDt6acgDfToT0FPt+3Q3pVEIMXSrbiOp0UV/WQ9GqKASU6ih79PHUbwF4
pEUsJI39Mhe/cEHw7ahnseTZG1SF29K3aVnUVFKhXqCpGrcTmwycCkGUXEOySQHvRoyAP2a2
5niTGVjVRZTbgF8ejgEnTG6uLvFMihmW6gYDv1AK1BpqNcXyOwu5JU3rCsyh9vzUmo0skMqS
xv1V0IYH7CP/AEgc3yG4O+dmixWKho1zeThS3pxJUdh1Ynoo7nUWQz5FhjLIscPxiBy1vbbv
xyHoJZadC1KDso18Sf0fPX1XKcwlvcyIWs8PBSW9uKf+7hBBpXpuaijxOpLH28xj+3/BJHMc
/IpXaOSVKkNW6A3MafggXoejPTrpMzm1Xl3IIPz7jNZVV+nhceZnit2LItCK7nLMO+4aRo2V
o2UGNlNQQexBHSmjToSDQn5imgXLDaAVZfxHsP1ddIdw3SEgqfAgE9flTQck+mpVpCO4UDwH
2akV/MbdikgX8W5ehBHcEEHUbwjZOG9ONXNQGcePyqKakCo8YVirAGpJjpvAPyJ/ZqSERsqw
S7k8pNQeoNfCnYjSDuFLOP8AeHUf7dK7WxmVnZTQ9enUfqpr1aejMSSKdgB4H9ejD5Qkn5nS
leteny1lsJDY5DKfRZOHM5mwxsgtfr7B7Z7WSK4uegX0pNssak+ajAddca9xuIXTYTkOBOPz
ttmLOJY5sck6taXBt2AK7TV1faPn4jXtRmfeXiT+4vIz7Z8n5jwHGZ68kS6S+xtys13ZSXkZ
WV4pbMi6tlqWgcPtO00X/VTwPLfxnE5G5s8JzrDYrkVzJf5OzTFyC3djcqSZjFbX0Ox6nem1
vHpxN7nH5vHXMefuMzyvIZ36c3Cy8ig+nsmihtmKLb3kkB6gf4i1YBmOqOPSDK6tBJ0+6elK
diOo0inzKULAE/hr2P7NeTzqrs0Q+ZFQD+rpqN0IaPb5SfDrUDp+zSsyAtGwKkitD4U+yuiW
QMrA0DGgHXSyRvsMRMkbKSa1FGU/LsdPH6jOqFR67fh3dj+o6CECQKWD0PYo1CK+HX+jRLBX
k3HzKKA9ehHzppWxGayGMEbVRILmVFDV+8U3UPTpQjT/AP5wHIJMN5F7BG5BNOgKhafYNRfx
LjlnfxbdrvaTNG5dK1NHqBXUQyljfYpmYrK5T1UTtQ1SpINe9NSNbcjs4/SbZILiQQkGtB9+
nfw0rQzxyq43IyMCCPiKf+ihaErmOW3yE4vj0TDcB/765YV9OMd6nq3ZdNyDleSOTybFlt0U
bYLWNjX0baPsijoK9z3J/Tc5bN5G3xWNs133N9dSLHGg+bNTqewHc+GpeF+wWAuL64fyXPLJ
4QPTQ1HqRpLRIV+Ek32BAaaPKvdfJtz3lV0wnuLad3kskkoP8Qyee4I/t0WnTYe+v4BxyNeX
chgpb22FxRUWsDjyLHJOgZQQRTZGGYdiBqO+9x8w/AOEzMJIeNQo0ckiVBH/AAu7dX+1cNUH
qEprEcYx11eXdjhoFt7We+l9acovYM9AKDsAAABQAADXTvoCpK+ZR8gO1f26BRVLo+5WYVBN
drKPtGokAVCvR5KUqB0oR8RqsUa+RN0h3feYUH9FQR8tOK+dpVDsD0WvTp8RX+nStUeUbhJ1
FW27WJXwJHQ6WgBWdFJPcHZ/t/rGizUSM0BoajqKgj9molhYo9zIih60BHzHhTTpKrOFqqN8
wabqfDVxGCDMxAMgHY0qBX5jWX4qQIbPkmHumkupXYWtjcYkDI2t3cICvqpFLBVo6+ZSy65a
lu0l5jshZZSCC7xts8eNgVoEukSwifzCEmT1ApHl7io1/pJw+Uw9rxLkfNJnxOD92vqRkYcb
NNYS2noGwjXbImUtUIKM4McyV69tf6fszxZk5ViLHj+S9kvd7nWMdGhW5a0FrhoLlEJ9KQzq
qq3UU2xk1A1zXilpm8Td5y9sX5R/B8VbvLeRnjzi/bFZG5kDKquWdkeMja5IpQ6tJ7Ume3yM
aXNs7MakSL6oYH40bTSMN6Qkkjp1qf26YKfKDuRmG75qf1aRUASNGYlaVpuoSP1Hrrt6ZYgx
iTr1od5JHToaGnwOpI1dgrqiIx8X8eg0qwylBC3qo/wLDYa/b20wVUneW3kt23EqreoNrE08
R0I0nqOscqw7LhVPRn8p3qfH7vXQWNdgZN6PXykVNQD8tPRQaDc240Ap3/o0hZiysRtcdVJI
60bTU6bQWAJpX5EaRUl2DaNqr8/Dr3GnR/zlLNG7OoJXatVp+vx0Hx99dY6ZVYVgneMsK9A1
DTqOmojb8nubyJGDbLxEmB+ILMPUoP7w1Kcnh8fkVYD0DC0luVPjur6ldRw5PG3uNYgCScBZ
Yw3+6d1P1aCW+fghlZtiw3NYXJ79nA0Gt7mKdSKgxurdD9h/9BlmIVVFWY9AAPE6n4r7b3Fv
k87UxZXkYpLa2HTqsVKrLL4U+6vjU9NXeSyN5NksnkJWmv8AI3LmSaaRj1LMf6AOgHQaOvhq
XGxsOR8vI2w8etHH5TEeU3UgDCIdvLQuf3addWvKveTKXHG+LKwmxXErcGGUoR09OBtwgBB6
vJukI6UpQ6ixEEVvjHVN9nxrHKJb+6alBJLU7utOskrde1T20yWCn229sbglWuCXU3UR+LDZ
JdVHguyLwJqNRXGKx38Uz6rSXkd+Fluanv6QpthH9wA0+8T+n46khFS9AzE9BRQaFfiR46aR
QzRv+YtB1qvj+3UcTS7xJRmYAmrP1qfhXTIrFDukOzbWjFulf7Ph+vT2/RQKSiImhUkUZfiK
aiWTrNbqI3CihZV7Ma92+ekMkkkZMJUMlBS4Vqx1HirjodGaGMRoi1kiCqlZGHQsBUA9P16M
4VXWLYJ4VNSKih3faevTUrTSzRtJHS2TaH2yChUOfhTQag3AbWCdDUdd5+JFKawM0EdqbqO7
RCb5ytm8dyfQmjuVAO5GjkNf265Th7nMZy7tsMLrFcMu8pCLaM4zEyz2KW9tAoHrCAyGEyuN
2wLXuNcx4cvMZPcNIPc624/wL2ES1t481bXczLkrDN4+4mdWtPRlqVIBjJFGorHWb4rjeK5D
i/uZ7ie6Fpzz3NxWQVYP4bjra7huvordELRyevPG8ivCxVVYqD5RrNcatry7vLL3Tk9Wx47j
rdUU4XL2/q3Nyt8q7oZoRKJSGO1gCPHWMluShuLZ7nHGeGipK2Pme1WaFR+GVEDj7dONigQK
gAPXcWHmb9fT9Y16AjYKVLRT/hL16KflSo+3Ugl/K3U2sR0PXoSPmDpVkjBbdSI17k/D9Wpl
jt1jjHlkaT7xb8Ow/DTRs1DJ2YfAdajUyB6RLtqF/A7LQk/bSuoxUHcgkYfBkNKV+3rotKoR
d24QxjspPXb9utsgKrGQEiiH5lSfvE9emqVSIRqTAxUNWWvYqpHcdtUkHVF8qvXeGAI6j49t
feMrLsJPbqTRh+of7NFozTc3+L8VPy+w6ikYs37zL+KngAOtfGuqBQxNKDsOhrqTcvpqhDO3
xDdKjVYujhj6qMak1HRh9ukkmYRiKlIxQCp6E18ajpTSz2V5cWL1UFoJWjO3qKUU/DUcdvyS
4nihNVW6VZgaDsWbzH9uriLIYyyykymsaoXt3Ra9amjh+nalNImZw13jty19eIpOn20U1pT5
aVYs5HayO4RYrpWgap7EhwKD5nppXtbqK4RvuvE6uD9hBP8Ay27yeTu4rDH2MTTXl5OwSOON
BVmZj0AA1Lxnhdzc4vhkTbb/ACArDPlCPwjsyQfLoX8enTSpGoRE+6iigH6v0XWUy17BjsdY
xmW8vrl1jijRe7MzEAan4D7C4+4W3byZPmbKYnWJjQujMP8Ah4+9Hb8xvwKrd5eZczyVtmeS
2qm6yHJ8kwW1s2PVjAJT0ap/xG85PbbWmpeD+wWEuL2d/Jd8ulipsQ9DJEsoCQp/8SXqewUG
h0vKPcm8PPOYTuLidbpnmsopj3JEvmuGH70nT4ICK6VEUKigBUUUAA7AAfyO36tEVpIpJi+N
fEfYRp0LHaylQOwqR06/HXbfJ0Pbv+vtou42Oxovz0pa1a5kuQDKR9537V+XTpXW6JFNsXFJ
JT1BAoR86aUr0dF85rXce9f2aNaH1hUuqha7RQE/EjUqL52agYkULbeoqPiDqSdmYSRAJIwq
w9M9qqPg3jqSWNzLJGu1bQ9FIbqWHz1c/TsIrmOPfBKhLBHTzVqfEU6ahtpJPRuc/iYbi0vr
q9lvb3N3WRsFkW6jx0SbLW3maH0pmj+861IB66u85y/GY+bl3JOP41/aK8zn1UeMxPI4Zzbx
R5H6JkkMTLRA4NAO/TXvN7ee7fEbTmN37YcOy03Keb2+HlmzeBzN1cNd2OJxF99Q0c1lZeqs
0cjUZoSV2Err/T17gWtzin5DlPb+zxMGfvb17GK1y2NraM28HzSoyKNj9GFR465TjLURx2th
f21zbQwRG2hjup7dZblLSFuqweqWZT2O7p00Yw/qR08xpWp+Z+R1e5XMTRW+Kw9tNeZPIyP6
cUVvAhklevWgVFLE/LWEizUHKOOR8saT/LN7ksFkY479AEO+ALC7GiuK7lFB5vukHWRTAc2x
GYmsIWe5trO6hnvECV3obYMZVcUoF21r01jOT8bvo8vgcvbrPir1AyiRalGqrBWVlZSGVgCr
Ag9dKjAP6QIYDuQRSp8QdRW4Uk2w2q9dpZTVgrH8QFemmAdT067PEHv0OoY1uGto1ZRHVQwF
PvA+PXUkSXSTKo808QIUL8t3X5UGqAKNoFBKu5QB18fHR/KDUB3SVZCpPwWtD+vTncV2g9+g
rXsf9miUABUgKG6AU0Nn+Exqak7anofTI+B0w3FwTtjAoSadCenh89Qs4AAP5bdy24V7eGm9
Om+iqrfb16nS79ikCrLIK1Pht+Oi/olGb7vl3NQDvUH9XbRR5WVJKVU/hoa1I+eqesyq1WVx
8Cfu9PhoepQAVq7dKH4aWP0RNHJII2YeYb/ga0oPnpJLJri1c0aOWKR4W/LP3SQRqKKPN3aw
q27ZPtnHyG5wWp499J9bYWGSTdSX0S9u6rTo3UuD10pymHv7KQmjmJVmjA8GqCCR9g1NFiMi
s89uAZLdwY5KEVqEcBqDtWn/ACi85JyfILj8ZZjuRuklkP3IoYx5ndj0CjUuN9I4Lhkcita4
FGJluChqJLxx0br1CAUX5nrr/b+hstya+2yShhjcRDRrq7dR92KMkdB0qxoo8T21DmeUTzcK
9qraXfjsdDWtwAe8KsB6z06GZxsX8C/eXUXHsRZRfxIx+pZ8ZsmBu7hyKCe7mNSoanV3qSOi
A0pq15N7m38/EeAJJ62I45ADE8sZ+6YYXrSo/wC2lBJ/Au09IsJxXEQ4iwioXWIVklcChkmk
NWkY/FiT/J+eh01vcVUdGqOwbodUZQAlRU/iHcH9WldSdg+6g6mpPfSLFcbV+9uChqA9aiul
lN3G59Jo5Fbyl4m7npSlfCmrZEkEMWx0iFSAAnYD5nWynrpQ0Yfep2NAe9NIsNJ5InCq7CnT
8X6qeOmkZogwYbSgqtB2JYanfcYjcfdYdgehp9mlHrxs5Q7VjqSUP4j4V1GyD1PKQWA6Fqf0
117cy2iSxtxm0yNtdtY2st1kHzX1StBj5b7qbO2uIZN6FaJUa9teI8n5Snt5a5O7ymOXOSBZ
pkv2tRcW9o0vQMZJF2g1+90HUjVrwTgnIspwO35FDYcH4h7m4jF5GccsvLVGts9gs1jlKyJJ
auBL6twm4ISyVFde4/tnyV8eM/8A6dvcG+tZZIbVMtAI75EesEZak5aTdtTpX7dcevIchkcj
b5TizQvNl4livZLvH3Tetb+ivWAW6uF9N/MARTpqNfzBFIqyhelF3fP4jx1neP5VYr/F5y3n
s7+2UkB7a5iaKWOngWViOmsDyjMX8GczPsXyrGZriuasmeO5yOIt5I4CL6FkVYpgrj1fTYo4
TdQAldf6e/da5xVpnONw8jgs+TJewxTW0mL5DGkbTXKOrI6qkYpuqtTTx1x6KDAu1pmMtYcW
4jw/AW9tbma+v2Zbe3gWSS3ghB2sxLMqgD46y/HBb3nGeZcZ2Nn+F5qNIshCj9EmUxPLFPE3
4ZIpHXtUgmmp+H23KMVNy+2gF1ccbW7ha9ig6EyPbK/qAUI67fEfEaMypuEXVgTSgr30XUj8
kAyqBWqt90nwBHbUYMZBt/OsahaGviKmg0CtSjMdqz9qnxoD8emgXkVdhKNGT5j4ig8enbRl
LFVeQFiVqaL1DfYNOrzbiVFV+6CG6g9f9mkRbgBNtRCgIjAH4v8An0orH6cYPoQqRvq/fcW6
ldRERGAdTEhFQa9K9zpZCTtVQrh/3RU/0HRdyI/U81urAmqr4mnbr20diGCtCWJIaniynQEj
lizBVYjc3yJP9ejKdqgMRsPiR0r08DpVeVSkbFhT8SN8fmNQlZNrKpPTsCp8ft0zyEVL9afh
8e/iDpix6LHuI7EmvQD7PHXqIShWhD9iQNRRy9GdSI6d269vt1a5K2klhusdIs0VwjFWAU1d
a/BhUEdjq2vIW3Q3USTRN8VdQw/oP/JrnkHJchHY2NuCIkJHqzy0JWGFCQXdqUAGmz2bZraw
t9ycf4+rVisoSehI7NK4pvb9Q6D9P8Cw0Sci55eBUssLGS6WzSdEe52eapqCsa+Zv7IO7R9z
/fy6fJ5O5pPZ8XuSBHFGtWT6teioi9xCtAPx92XSe23sPjjyDkEwNsc7axq9vbhfKRaKfy2C
DvK35ajtuHULzH3HuhzPnVzILpzcsZ7a1mPXdWSpmlB/G/QH7oqNx/2fop/IB110VJordHNK
9O/b5a3Mrb/TDAuADt+6KU6dNCJqbloyS+Pao/YddI/Mv3o/Cp601S4iZpCOsqGgCt0/2aR1
2H1G2N6lSoB6biB1qBoovm2OJYptx3xgdHQJ4A99GaRVX1ZHjUL90ilRX7R30tGK+nJu3kU3
x9gPs8NSGYAhVLhT0qAQCK/HrpWjQRPU1UDpSvQ/rGotilY4nL3CVHXcKCmuRcdvba6ubTB5
xOQ5KytsgMTHNZz2xgEE18xCetFOqzQo/kejDVt7i4zIWGV5nwS7sud4pPRW4EV3ZSItyDM+
4uuyUPQDarDctaabMc24LDyTmfB+C23uVyrm2B5RkMDNncvn2WC99K7EipexRrIpmeIiRFIH
UdNf6ivY7jV7mU4ty7iGN5fx7KZoPcGSWxKPM9lPU/Uxlb0hJgSxCVJqp1xWT058fd2udhyP
KZclcLfZa9lz1q1vj74zRnb9M4gaJ1oGV1G4a2mRUlUqFdui1J6kfHpqYmQEW/5dR0G1jWv6
9ckwmE5daWfHOUYKfDZbB5OwFwkMkyOq3tpNC0Uquu7zLIXVqArsNd0vsxa3Iyl7juN2uKwm
RufyhJd4mOM2UjFKlFZ4F3UrQEjqO9hxDMYy44z7o8KXGZnBcqaS1nx02dxaKY5reWGaZwJd
zj8yNSu4kqadfYjmuM4RmeK+7mAy78d90MLNZXEUK4eaCRrySS7WNoJ7eNgZLdvUILOPxdvb
219k8xjLP3p4lyHkt7d4ixRVuLi8WyN9dw38e6M7Lr6QxeowIZnFDQsdWn+oDgPJ8xiOR8Rt
LXJ4/iZv5La1t58ZeLJl7O7s4dnrSekrrL6u4FY12hVZi3t3FaXuWj9svePhsk2AxOTsDDbr
l4FS832900Y3q1rRdquQGPVQza94LTgljxrLx+0V5aW0nt9dQ3C5XL209oLozRZBbjbC71ZY
lNs6sVoW8dcW9yMbYZDKQ8zytlgMLx2D6eO/fNXkphXHt9RPDCjo6sWZpAu1S3UU1l5LCxv8
JleLZJsTynj2XgWK9x9+qhzHIEaRGVlYFJI3ZWHUHvSSfvHGwkfzBQEIJZjWnQUNdLIphuFm
jGxHAcqrfdbp8fDQkruPmBQDzMT+L4AAeGuQ3vGvZfO8u4dxrN5Hj+Qz+FvsfcZVb3GS+lMr
YiR4n2t0ZCsrFlIqFNBqLPw8ezvGI55Z41xHILFsdf1hkaP1HtpCzoshFV3UJWhpoRruR1Qs
A1CvXqUOok9RSv4VCAddtaVHxrpFZTU1DoW+8KUqD4HSGRNkRYgRMak9PusR/RqdS6BxudGA
PlUdqjuTXppGQkA92p1JHwGi08gQg+Xp13Hp2Hh9uljYtL6LekZO4PqeYN08PDQCK1d1D08K
aBfu26ppWlaHVuHYK8b1AU+ZD4V+A8Rr89aMppIV6Gvbd+vWEZ5N81lG1nPXuGt2MYB/3QP+
S/xLMSfVZK7Pp4XAQsPqLuX4KOu1F7s56AfOg0c/yi5V3iLLicTCT9LYxH8ESk9WI+856n7N
dv0f+WXs/C3IOb30htLnKWoEqWjmoaOH8LSr1LMfJH49Qdt17me6OYt7/lqhrm/zd65lispJ
allty9WlncmhehZj0QdTuuuLcEhm4p7Y2soizOanBUzr3PrspG8kdVgQ/N2pQr/DuO2W67uF
UZTNzgNdXbD99wOig9kWij7ak6FP0fHXTXz/AE00KEarL55EAUr06Dxr+vRh2s53CVexIHVS
Onz66IU0opWUV7g/P51ppfTO5VCj0qU2KR937QfjoAv5TQdOpNfl8tJIITKXIicp1IpXzH+y
R009wn5cflQuF3IJFWh6eJoa6FtGxk9GLbCf7ANQtPt0N0Qc1J81W79AafAjvqEl2CSAkkLu
2kNQRfr7g6j+pSX8xD6pVhQE9ACnx1m+OPFWLkWHkuLu8dYZfpbnAt/FLK9hglqkvoyRUaI/
fRmGis1nui5Bj87Z2U0dp/D451ydu91EiwDbIkCxzqUoSOlO27VphuR+zEvuxxPjXJXyPs/e
ZXOW+Og/jDw/SCyMF1vkvLIvGSYYwAxBB+7U/wClLkp4nxrjftWf4p7cDKcPnnntLa+5DFLH
PiL83H5ltJBfIvpIfJtFU6dNe4eHxMdr/EFxd1yG5w+Gs6zw2+AniviMhcShgguUmdoypBDq
RTvqyurWIPaz2iS21w3/AMRQ6N+sHWx19OLa0ssgB27lHz+fTRow3hQ8kdeoRjtB+fXw1IFD
HZ2oOvWoNfsI0jwske2oZQP1Dp8utNFWn3Sn82MJ1B2+WjMPtpTUvLE45jf81tbrZ/5jFpCM
gYFPWH6rZ6mw/u7qdNcg5JacaRcznkuxk3E0xtnfIQelczRWhcwJNNENkkiIGcdCeprwDiPE
uVX+HynthmYM7wXkmRVb2SAxyu/006w/TerAUkMe2oOwKCTQ14/7o8E5Jb8m56uNjwnuRbZk
Gws+UWyOGWbfbpILaeAAJExR/Iqqx+8W937DHva8f5lyPn03uFwPE2tyJYMdewMjW8X1MiRp
6k3psDQbE3L1IU6tuO4n2m5rgOR5c3GY92+R8htriseTVRHulv7xq3nrSCkXo1VU81F7anyb
445fD8ZzuEzXMcEg9RbzDWd7DJewOpIDx7fM4/dX4a5nN7DMbReWYS9y/BYoryS4skv7mxd7
OTHpI0iRxu+1ikY2/wBnXt7/AKgOC8nz3L8XYW9ra++XCM1krvKPcvCFt8le2ovpJZLW4inB
eiMkbRkMRtHm59xH2mtuPT4f3nx0PuXxjIcgW6+j3NCVvY4vpGRjJd3G0liT6a0Yo1aG75TL
7W57Icl49cZOw9xeIY0ROuCuMHF6t/JNdSOkfplWBiFd0nUIrFW1x/H2mQycdry9re04/wAn
ucZPDh58hPCsy46O/dfS+qUNsdK9H8n3umraTMZ7FYMXBeOJ8jcx2SyMlCNryMoqFNTTVnf4
nIWmUx97RrbJ2MqXEE6HsYpoyVft3U6EfkqJAQB2FOqkn46kYN6hlB9Xd0K72oy18R469CCX
YYhujlYVFV8OvgRoP6pozBiPgD97+ntqQByBJuV1PXs3dfn46GxhWlNy+I8P69RUFJXDE7em
ypptP2DpXQPq7i4oNwp0HxPjpVdpAkijqtCastR01n8PXra3Md3CKEeS4QKR1+DRnx/5JJk8
k63WXu1dOP4FGHrXk6ioAHcIvQu3YD50Gshybkl4b7L5FqyN19OCMdFggX8MaDoB49z1P6GZ
iFVRUsewA03tJ7IB7ye7LQ53lduxVBGPLKIZh0jiWtHl/F91O4LPms3cpkuVZCIxy3iqDeX0
oAY29nGx/LiU0qSadi5+6NW3MfcGWbjftpZyl8JgoCVM6VpSDcBWo6POw69kFPu2eDwGOhxW
KsE9O1srddqKO5J8SSepJNSep6/yP9uun6Br7f0dPhrp+o6oFD7VLP4Dq3lDHxJBppWK/mOd
zgCj7QxDKfs0dylFE5hkLddyuwA/rGrn1WqTMm53YKoWRtjGvypU6jH1gBZ2R3puBA+6RSnf
tqNGVkQRpt21ALIChr+yo1xP3MWO5vOJ4+9PHfcfFuypHNaXzepY39slQWntpQ4PxU7T07Yv
PY9oLrE5e1ivMXkrY9LqCYExzKD1XqCpU9VIoeo0rrZvK8kuy29N6MZJaKBQf2qEDXJ7Hj+S
fJngeZfCZS8JBiN4YFnJhANWjAYr17MpGgHO9nALzN0Yn5jXGZkuUxzRZW3iS/ZFpHHdOLaf
eG+8rxSsrDxBI1mba+45eW/0OVuLLhth/FTf3dpDx6a4x7W6swAt4o9sMqxyd4WHUjdr3k4z
keRY3hnBvYLm0HPPar3DyjRPiMTd3glvZ8ZdW4kSW6t7i3uwypGpKMCwKnprlHvPwy2k4Jyb
K+5vF8h7y+3lnBtxdryXAXjzmO0idWa0DypFdI+78xJfEU1ZWeJtstl+Me7ctjdXtm13Ha4u
44/f2ri6dgKTLLElxHJGyEiqbSOpri3vGkuZ4lltIrsxC3SZbCeSzE6KKCkixK1PCuvRA3GS
ofa1RQ/eBB/q1E26NJ6BA7d2H3RU+A8K6fYqISXChCd1VO01+dep+Omm9NvXSn5KUALH7ob5
dNS/TUjG4NKStdzHt0/r1GXOxirBz2o3h/TXUT7l9aQKblGP+G4WhMZHcNXx7aCrVgF9NCR9
0V8QdIFgaZgVEvpmq9RuDKvfuNESwSqQQUgasYqPELUkUGqSGSNK/wDZgHd4kU6eU6mtLoQS
29zEyS4+RKq8b1UptNVK0NCD3GrLK4WxyMMOJuJ7vA4GfK30+JxlxchhLNZY+ad7eFnDEAqn
lrRaDXPP8tckyvCsJ7oWsltzbjGL+mmsr2W4G2W7jhuY5DbXDpUM8XRjQsteuva7Ne3AtcHy
n2dj+l4nZ5L1Us7vFPbraTYy6kjVnRJIkXY+x9jANtPXXvpznldrZ46w91p8UsHE7e4+rW3W
xsmtrmSaTZEGNxJK3RR2FSTUU97/APTfnorqPmXtRlsqnBoIYbh5rrddNk8LcQT26bRPJNu2
puDsngRuVfaq995cTZXXGfcX25HF4J85brJa2HJVuBdXMLespiha6jdYxU1coFB6a5d7J3XN
shjIfa3meTwuNvsVlBazZCwnnuZcVJ68eyZo3dnZFjZd/pKKlNya4Tmby9za8j9meaQ8X94b
oWT31pe4+xuRb3MVxcvG+2UxPAfUYhi27a24ka4NmbibBXHtJyrkllxu5jtreefIW/8AErdj
BkZbkssaI0/l2KjDYB5970X3F9sMphI8Xc8OtrDIYK+in9T+LY6/Dn1vSZQYzA4EbCpq3w1Z
4W4xWaxWBzXJLviPHOcXC2pxV9mrOUwvZqY7iSeJncMImmiRZNvQ6RA5EqtucV6bh23U8DoD
o28sUIFB1NTUn4dtEFWRX7HvUDvoD7o3N6jEdACakj9tdRozim9V3Dr8RVf1ddR2z7tmVsJ7
ZSCCvqRMJkrTt5Van/I1usifrs5kAyYHARH825kH4m/cjX8TH9VTq+5NyW9N9l75361Pp28J
YlLeBSfIiCgHx7nqf0NJIwSNFLO7EAKB1JJPgNSe0fs6zHBsSnKOVoSsU0IO2T8wDy247Ejr
KfKvl++uOsI1zPM8tEJBESFushMoIE05FfSt0NQo/UNzbjqP3W98XkuUudsuC4jKDGhiB3Ri
WI/4cArVYu7937ndHDDGsUMShIokAVVVRQKoHQADw/Qdf1a6fy6foSFuiXI8jfMGjf0U0Fbz
GGrMR+KJ+jGvxUeb9R1KgMaqjSG2fcx9T/3ZcdgKdK/DWxfzJB1eagI+zr4j46jid1iMtwrG
Roi4RWUhiFH7ft+3SoZxKWYJFKqspY9Ru2nqAeh1yXhmRjEVvy/FTYdpCquILqVQ0E6lqgGK
ZUeoFdD2O5zILe2lyFxZ8YubluuOywkKTWDMeixXMi0FeiyUPQE6uOWxW6LzDNztjODWVwVY
vddDNeOELD/gx3H7xXXuva3lwbi+bMY7KzzsfzJpLlZ0lcj5san/ANWtgYjctK+IPTsNTJDa
PPNNC0CrursLAkyrXs69Nnz1ZjC29paJzjG4povRsJLnLZy2ymP9C7vLvMSt6Dy217aiGSIq
rqNjN0YDXEsWJ8bbYVuN/wAby+Cyyzy22R/yzI0b2klvayxSy+vCY6hW3U3UPfXIMn7lQt7W
XvMsXBjea8dueM3F9h8liITOlrDdYSN0nEtnHaGaxvEIkCoyNuWMDXsfyafk6tisbgb3gp5T
Djpry/EuIunsLW4xohIa2uXjtba5jdwRQEOO+ueJcWj463us0uRxeIZ4/VS2vLOGWS92IzKi
XkwedFTygMw8NemsSCjVV0IIc9R9ugzKItzFW6V6dNy1Pw6HQBiFJGYu5Y9SOlCPspQjw0Aw
IecAovesYYgAn4qempvRTq1F3t0UmnY/s0KqSGIDAdl+Q/X8dGUAgMwBXuST0/2am5ByfIPZ
YuOWG1UxQTXU81xcyCGCGCC3SSWSSR2AVVUn9WpMpw3MHIQY+5a0ycLxTWt3ZXUdC1vdW1zH
HLEwrUBlFfCuhsvFu1qUurlXUkMoHlqD5T27ddEvSFjuDtGC3Qdad/AHShKgv1rWoqDTp+vT
+ovkL7Yiort8GB+Px0rqqBmJAnIHmPgCPDtqRBuliRTtthU7m61FfDtpPULRW6VLj7zjpQU6
fhPx1yP3X43Y8dyfHOaYizxvJ8A97NaZGaWyYfTX6sLWWEyhKxGNnUbaebwC4jmWAs8xjZ1j
luuPZaCK7iEinchIO9N0Z8RXqOh1Y8+sOD46w5Ni4YMfi7uIyRxW8VrGY4HjslcW+9EZkST0
96qaBqa93YjNko7X3oQDlGJeVGtIrn0pITd2iLGHSVgysxLkFlU0HWvJ/a/lXuO3KsncWWOt
OHZf6T6SOwOHjjaxdyrzSu7tEDPIXNanaq+PE/fG84/guX5qLBPw7O8Q41diMtZrG81veyXd
81sGaS/O6RVQ7ECgbzUrmch7j+3/ACnnXDb7Jf589s7bjkV5msbi+S3aB8hbyWcATdKknS2k
mTaqjcNrsxGEyt1h245f3tvHPeYOd0le0eVAzQSPESrMhNCQaV0oqwR09R4QKrv7ftoemo5d
238wRBTUglugU/CuhsdmjNSrx+B6jsfhTUIVmIVupHc08KeGsJlEYxpaX0JuCf8A3Lt6clfs
Vj/yI38iJkM/kN0XH8Jv2tNKBXe/iI07sf1avuR8jvmyGXyLAzTEnZGg+7FCv4UXsAP0FmYK
qglmJoAB4k6b2f8AaOQnAbivK+UISIZokakn5i9rdexI6ynyjy/fg4nxO2jzfPcxGsgicVmn
mPlF3ebDVYwaiOMHr2X8T6/82PeVnzHLcjIt3jMJeAMLU945bhPuh1FNkVNsYp03UCfpp4/y
u32/p6fbr5ajKxh2R6rXwqO+oaLt2KYpZO/lJqSBoSwQNMx9RI6EEhVI87fAEafy+m+1mBJ6
VA0EZ1UlVYxmgJqKg9ND1qROn+BOaAFagnr8z0OorWO2lkRWSSFA1ULbT6m/r4E+U18aazWR
vriO5tuXRxZjC5y1jFsbpf8ADd5UQ7UnjkTbIV+8QH7sde3Wd/iuUy5zeXy9ibG4uXuYYbxG
hBaJDUxvMHFR+KlfDXJPa7IXMF1ybL4+SPIXQdvpomtIY76GGJPxTb6o+7oBWmpZK0nuEjn8
xIAUdGWngRotGfKykxMp6kUqHXtWmuHZXEYzJX+N4qMnb5vG4xdthFl5LmG7trzKVIcw3FuJ
ELRGqSBSR117ce4UOTzGJj4fyCAz8h4s4jyNrj8nAyrPbTPuUndElEbuahvvHXuzkvbXkfIf
dPlOMxVrn+e+9HuJPFg7nCphC02ESxtbYSeoYJw26LpHIjurnzUPKE9urHIYHC3OdwvubxbD
4l1jnxEuaQ2WZsLMzflmK2yFozID0EUqqex1hrjE2qYW1/y9/lCexupVkurTL4WeS4mtbxgW
XdJBdb4SpKlajw0z28f5sgCs4HUIe4r8K69WNRMAxLox7F1KMwp3IB6DUbRSn8uMFWc0Hl6U
oeprqX0YXuJbiAQRKrbUDBxJuB+RGjKEWIPGSYT3LKQz7fj36aJNQV2ho+x69if26hkrR5Ny
BS1KBR16n4jWQfhiLdcs4dk8bynjdr1JmusPcpcCJaEdXUMB1701muOcQ5BHhfcz3EwWRxdp
gUVxmMXlUspUBvoIh6kHoSHaZHolQNr9tcZ96/aGyi4n7hezkMOH95eDxotqmYjxdLfIx5SB
CF9cgfUrM6GQAkfepTjeP5X7myci4D718OfkvEM/lhaWkNllIaXEkNuqqqRQG0lVlVnbrTqT
3vs9xrBY3m/O8Hn77E5i3t5jica8EANzDeBZPWn2zwGMIsatukb8KhivtJz+5w17Fh/c/LWv
HrprB0mTFZS5doCty0hjPpLNG6mQCtAp2+bVh7aXWRnh5XlJ/p7RvpJ2svq/Q+r+je8Cegsx
iAfYW3UZfFgDyLGYTM2V1kuMzLb8gxdtOJLizeUM0YnjHmj3gEruHmAqKjQiScLPEimRNwLR
7hUF1qSKj4jQcxpOerNJKg6+FVIpQ68qPXo2+hp8a69UgxSJVFnU/dUjwXrXoaa275Q4airI
oAoOxWnx+epHdBEpNY4hVGDHoOvUEE9tCMAdDtZ16DfXqB26gjRp56kKpby7SBTwHiDqMFyl
CGEfQKaAdaeI0w6V3A7q13I3WvXtTUXpUUHc5UdmKU6n5mmg1AjN12CnlY9x0+3ReNhIyA9J
B3B79NCaJgPUFUCnbQjxFOo1hMk1d93ZQvKCanftAfr/AHgf+QZXlOZkC2uOiJigBo88zdI4
UHizt0Gr3lHIZQ97deS0tU/w7S2H3II/kPE+J6/p/wDJH2jc3P1TtDy3kELERemppNH6q12w
x1pKw+8fIta0a24hxOGPPe4+ejWRt6VkmmaqC6uVUkrGpqIogansPxvpvdT3Wd8xzzLSfWWd
jd0c2TN1Eso7esBQKoFIxQDr934/p+3+aAp+hpNu7aVP9OnmSMbSNxj8D8tRTQjYPNtfslCv
mqB4eGmt440hjiiLR+oaKT47mb8P9WkkR1eWFKTPSoqvQAHXOuX4uztp85gLaMWD3UXrRJJP
IqFyhO1qA1oRTXEsjfWcUV5mcJa3WTMG6NDLIlXCdTRSaEddY3IXsK4TNcdvrmfjnIGjVLRp
DFWfE3MlaxtdhRJC58rOu0kE65VyzE2LQ4/hvOMPl8TnZkR44b50aExxIwNWG4M1elNYrN8u
vLq+ynKv4hbW10VDmfKZJSFM7Gm1WJNSO2p0DlJQp9SWgZ4pFXb0/Z1+erZWka4ClXeN6FxI
o6MpHauso2Sxtrf2fA8nFy24jytw0FhcPdxvjzC727CVLgFw8ThGTcKMNY58/eyZxbrG4vOc
gyNkfRia0xd2gugYo1FZ1iRgSADXrtFdZi3/ANLH+nDkfIOPX9smIg9wxlp7DifIscbdHuoc
lDfIbcxMWILmrbx0665x7G5biCe3t5ifaW+wOO4DjEVbSyu8bf8A8S+ntZB/iCWF1/N/HTcN
cPMcFvaxcHyVjcZpcFCZrFLvJo+OnguZpwXW7gfYWUkgqarpkoI5Jq+laytViEIEtF/sHuD1
0YVcvVfy5VUojFT0NfAkHTsVZipA2VJqa+cEnp00kSLvVAzD7fAGnhTSgxoZWbaICPOaioAr
8NbTHTefIlfUdip7Ek+Gi0O2ff1EI6Hp97p8tSQmNYUlB3RqaVAFCR4np4aeZLGL6y4VIjeI
irLIg+6JGA3MB4E6z+bvsde4u+5hYDG8vXE3txYJlIabTHfx27qkxoSA5G+hpuprE4XO8XxG
aw+HWE4vHZGxguorYQJ6cTRJOrhCoAAI601yflHBMzirT2+9xJ8ZkOXYu7ErXVldYyP0XXHx
RosZF5GAGZnGw1NGoo17u+y3FOFfxjjnJeTtzLgfM2v4IIcZB6i381mkQYziYTQ+lEAm0mQs
WUddQ81s+GZ7inuB7O3mE5XYHL2ctpJNlLKNGyMcETrHO8cIkfqUVXKjbWhpi+e5nklne8H/
ANRPB1voM4lp9DGL3CQrc25uWEkke5bFiC1VrWm0U82Ts8EuK43y/wBvvcS65Zyv3P8AqR9d
neJZpjdWVkkEcf8AxUNyjCrSuEhXZtG47de32S5P7htyf2s92ZMpjDFFBbJjcVeqI5sULVoA
8r+qg9I1kbexd6DyqPdzFY+xxPMOae3fIv4dxy3x1yLC1vMTdlTYXV1JKzhQFErS+mpPlKpG
WoDyb3N5Nx+9gyXt5yO6437hcTxTreTWM8F2LczRSTCDfGPUjY1C0Bbvt68R/gvu3NxPI5pb
O2lw13gpM5gJkyE5jspb2WBreSzMz7lR/qFDBT5aKTqThnI+Y43lHuHY2/8AEsrjrK3Fg0dr
NL+XLDYmWaQQR7wgdnapHVt3TTvKwlaU7jI9H3HoOgFKfbp96kxlgzoR3I7EfZqUMkccor6Q
Xou3v1rXx0pVgRTz1HStK0pptxVT3oo/aP2a8p27jUAjzU7UFT20KAblQB0A6qx+J8QR/TpI
h0LGo69Kr0IrpLUkmTE3U1swJrQFvUWnyo/T+fZ3YIiAs7k0AA6kk6ewx0xHEOLzPDi0Rqpe
XA6SXTU6EA+VPl18dV/RD7M+15e+5jnmFrmb21PmtEkFWgRx91ytTI9fy0r+LqqY+yFvnvdH
k8QZzSpkkHQO4FGW2hJIVehdq9iWKv7t+6vqZTnGZf6vG2F4AWst48s0qEUEtKBEApEtBQN0
X+UP5hGB69Q32jx106akoKnaaAjofgNMJaUcUcg9j4Cvy1tVA6xO9I3oFG5KMOvxH9OvRjnV
mkWrhgGl2HpuIPYdKVpTQ9dysF1uAPjRe9Qex+Hgde43GLmMXCZvjN+IIz03zW8Xrwt06gjZ
4aTG3U9M37fkYuVJTRpLSYl7Rupr0FU/VrmHEI7WTLLmrCOa64+m0Pfx2pM301vI/RJyFLwk
dSy7fxa94PZuG5mit+ZYXIT4nPXCvvrikNysE1oxCI7Khq9NysDrh/LubWDWllxqF89aWF7E
/wDxzrAxs0VR1pJIVIbt01h8hyXIRX/IMtZ22Szd/AixQPNdp6wWFFJAVFcL360rpYiAHiUq
5/EevQ65Dibq/wD4Ri81gr2XI5CEs89ucQovobizXsbiN496q3lIBroLzVcrYZPlv8U+syl9
HBFc30eRtt2NvRBAVgQTlgHEfTrXvrhPF8ha5jl8fAOVZvhvuFwrimYiwmVPF3tZJUiujO6I
5+pp6PYsRtr11/pd55zu8ssV72ZnkGIwvHo7ezubO/v+CZOCfEG2zTS/lyXdvLsDsKUI2ioO
vdb285LDlcXwrPWOXiy1/wDULFDBYWyJcY3I4xIqEXtrcjYRIPONpB1jvbD3EuJ/86zWov8A
hHObiAw2vN7GNQFurdSPyb6KPy3EBoSRuFdLGqAktu9I9N209QSO3z0zemTA9WEMZKhPwkfN
gR1+Ot4jSYQkKNz0qo6kfPX5CUKuWExJ8it4DUwUoGaOqu46Bx1qD8TqrxmOTaHG01bzDruP
amt0VNwYqIyKgIejUPwIOkdaqW3LHGfvBkNNp+Xw+Wme3l9SSJd0x2+UUHWp6/d76DKWJ7u5
6gVHh40OowVILDp8K16D9enUF4WLKSVPcfb/AF6RNw2xqyiOh81eo79KjVpYcp47i+SW1tOt
3DYZK3iuo45EBAkCSKwVx1FdWmb5PxuV85a2TY3+I429vMVPLZP1NvPLYywtLGK9EckfCmsD
wrCXkXBjwm/xmU4VlLSzWaPGXWMb/httuXiBAUlSA61B76b3N9sb3ARxcywtphOc2eXEihJL
O5SSLIwRxITM624aIRtKg6irfD33wPD+Ipy7iX+oPDwL9bLfW1na8fzLQmzuLq6jc+qybCJ6
xI5ZlVaa5F7K8q4TnsTzHgvGDZtlb23kgtbjLYS4ZcZHbXEgRrgzLaxyGSIMgDUZuvX/AEz+
5NlNJ/FcngG4R71TLBMYsddX7KljbXVwVpG7XySuFc12LuPlNdW2ZwOStchjr7d9HkLRlkil
VHMblWFQaMpBp46iDP5hVJR97aB1DfMaPUOHBjjkJ27h+IAHrpAKFIhQVPXr2r8xr8yKkbMB
Wv3hTqdKkW47AURm77T8fs0AEIEg6+NSO+kZe6PVxTw6V6+GuQ4UqifVW8N/EFPcoTG//wCE
v8/FxbDzGHkHLVeMTgMPRslIE7hhTzEHaOvjpY0FFQUUfIfog41xk/W+4PJVEWItIl9V7WOR
vTFwYwDV2byxLTzN16hSDc885oFzPuty1HFtYySepN6kn5htxISTtUkPcSeJoBXy1Pvd7shr
/N5SQXfGcPcLRIV7xXDRn7oUU9FPwjz99tNU/k/0/p/2fyR+kdPtr20pMayLEjoiN1U1NAx+
anUoYi5RTQK3QnpXrrHzcbzNzxT3BwspbhHIoHZLdHLAyWt+tCj283bzCit17ayPBveDGxcG
5ra7rP66ViuLurlGKtHIZGP0+89UYEp8wKaxcN5NA6XMscM8SypKfQuVaE9UYqysHoKHrrNW
2Rh3Y2zuctxXkFtKxEbzQmZsXK6joCkgUA/b8dcGwWYziYfnHuJY5hLDJWjCFrDPccuRLaXg
KmqMjrHIFpQoW8NY/K4rC2Xt17k5NITybi1wpjxMHJrYi3yzXtP8G1vesqstVo4r31j+K2tx
HYjD3dtx/Pckv6R25uDdBZ5zQkLawA7Up09MV0+T47jnsOM2dy2H4ddyEFMrY4z8g5CBR0WJ
nVlT4gV0XlU7ZxVLgtQorD7xHc0PTXFryK/GDKZO1txlVCSC2S6mEUkxSUFHoHoQw27Sde5e
DyFtbzWH11w/CcM15PkL+xyWBu5Y5BIkvWxhYqrrAo27DWPpTXvli/c+6vcTx/m+PuUwPJXW
RksLq8C3Sz/TQEVcE7oJKVRlHxOvc33o9zfcDEc+4zj+NYgeyfuK2KH8Vu7u0EVxg763uI2C
2s73ETx3UO3zmrNTWL5FYDEWOK9xeKYi+kz91I80s9nkrcie2+lBKTC69cRqFoRIE+WuL4Hn
DZWsXqw4HLzOIMzjL7HTSQWuWtgp329zEYgskbGrUKt31D7ce5xtz7iW9u93xrlNim2z5nio
ekt9adAIrq3pS5tx1H3h0PT6VGLBuqP+AH7T8RrcwT0wpFR0p176Qx7wx80vlqAAQDuPh8tM
6dJKUNT2APUU7dNJGpq6sDI7KQaN8vs8dAxtRyxUrWoovY/afEa3qpZkNafHp30yOKyV8pKk
A1qKAimvUEbOFAMUMZA7ePXv+vUfpfdq252/e70qfHr00DUKq9lYDaSx6/r15UapYgAkttPi
PkD4aXaoLOimZuxVT1oT8jqSNZdgLK8QYVVmHdfCn26UemxRHaRro1ale6UWo79jTppRHV/S
cEh+/wDd7aCwwykD8H3mB70qBWmn9SMOQxZJFJUoT/s1ece5HgLDN4vKyxvNibu1hmt5CjBq
yrKu3cGUMGpUEat8VibaCxsLGFLfHWNogiigijoqRoqjaqqBQAdtAOrKWBDVqOv2gdNeWMx+
mWEgl6A16gIT8flpmRUiUCqKK7FoetfE18NKBE0ok6qrCiinizfHUbhVmkAJkFaVA7U+Bpr1
BayOkTFRIpDIV8Kt4a8rNtBrRehBPy7HWAcEMLpprGdzWu2ZKr2/tKP5/gudCf8AdMhc2Esl
OwuYfUUE/bDr56u+RZHbcXr1gweK3Ua6umBKp8Qq/edvBfnQHM/6mveucz5jJE3HF8dKo9Ss
q0haKJuzyLRYV7InmPTqsnvL7mQU4zaylOI8bepglETHYoVu8MR7mn5j1r0BBAAoB0AH6fh/
KH6P9uvn+n5+Ghr5/olioFWSFmoRXzUqf+kAf16YNtVWmWOM9S/jQMPgw7H46mAf8q4aqL+H
Y1K17ddJc45I7P3DwUBgwGRcLHDfQx1ZMdcMAPNJWsErdN3kY9jqbiXJsfNyTi2Pnmgy3Dcj
LLb3VnMm5WFrcKRJbukgBI6qadutdZ33na1sLG/5lmJMdzfAWKrFBa3qIs1leQxbmkUTorbm
JIMgfsGAGLzuFvpbPKYK6S/xzhzRZVIrVaj74FGHiOh17ae9fEZ2gHunwy1fkqW0oPpZG2DW
lxby7TuUlU2kHo1KjXEeUWdna2T814fiMzmY7OUS2xvmi9K5Zafcq8Z3Kex1ieIZyWd+QYSz
/juKZ5A0dvhcvcyRWtuo+8r+tBKxU9lZSO+pZxMu2WT1Asg3EALRgvwFRXVwlg7yS3cTRRxd
CULCgda/A99YrORx3l/jOQ4NP8uxWVoyWyxtjF+tyV1fISZbq0v7OSF4JSWVXDCtRriUnJeH
WGefneNkxfHL6SEXFtbZawuWRL50kHpsxtogSR9wkECnf3q4Z7q/V8Zxv+eM/mG5Xibl7e34
yILgpd299ayFbYwKjR38AUeZGm2/d17D2uIzjZa4x0uX9sbzMYex/iUl9aYua7s4xax7gQXS
zhuI5agr0I7jXPL62Ij43zLLWfKeH2VzcQzvHicnZxJJkHuISUJu7uGYtQ+V6hgG3am4/k7m
9xb2F3/FOJ8psfNkcHloQfRvrRwwNR2lQdJEqO+s17e8ys48d7scUtFk5DY2lf4dnLFiwhzu
LagBguKUkUdY36EUOoSk8bPMN0FfOoiI8qMO9TTofiCNRtH+YWqJyn3Ch/erolHWQOwQgGvU
dQD/AFHQkmnmCgKjOqoVoT0BB6kL8tVWjek5oyUDHsAenxroDfXz7Cw8B+I9Ph3GixrICBUi
m4EeND066c7vMRtWvYEGtenx1DVgwgcmRSfvB+y/aNMOu0nwp1B7Hr8tMvqHaw20HQ0B6fI9
dJHEAvaM/AvTr49tCQRbQwpsrVajwrpRt84NBU+Wnhvp46CzOSoqfTc7lQ9Og+A0kqMVjY1E
gJVuh7f+3Sxt1eStWK9Og8T8Dph6hQSdw1G9QHp4104MQRTQVCUlWnc1JoR8qaEY3JHSi7wF
ZiBUs3U1NfHXXdK4kYJHJ23UFKN4H4V0ECVB2hq0G0k/HxrqoG5mLUX90eBHx8K6VvVWMlmI
V1qGVgKAn5EkaMUIkCEkPU7Vkp4j4jW6NqS9Fct2IHYD4dPHVllbNmWWyeK5jkU0/wAJxJQj
x+7q3uYyGjuI0kRh2IcAgj9v89mboA+pgbuzyaECpAimCSf9R21d3twX9Cyhknm9NGkbZGpZ
tqoCzGg6ACp8NZX3V53/AOFe0fA/U/hljeMFhdIPzNj/AIT0AknPj5Y+o7G6nW4xvs7wmb07
e3FY/qD08vSn5swALU/w46D7xq1rYWFvHZ2VlEkFpaRKEjjjjAVEVR0AAFAP+R01bgJ+XKDG
8tfuGtVJHwNaaDQsGZ5vXgkIpQR0ZVP7CNR3MU9LdWVbQFSWZidyBwPur4A69OeL0aRx3G9z
3Q1AjoPvCo6j401/5m8SyE2eylhj3lzPHZ4Y0uZrKJmb1rJoY19YQgkFJKybRXc+sjYZ+0GR
4Xy+y/hPMLQRrJKLVnWSO4g3UIlt5FV1oRWm099fwe7uYb7fFDdWd3bnckkMy74iT2qykEiv
jrFYCbFwPYWd9cZTHZmPpNFHKywzWkg7FFl2uviC39rXs3FyVhjMFx/kM+A5jl1CxXFvYXVz
HdbAp80hELyOhPiaa998Vb26W1jhrgRyZFVC/U2lhdra4mGFUGxI0ho561cndpNqkrI4AVTS
jNWhP7O2p5Ywdq7QVQlTQdCVPx+OvbXlNvFcFfa28ytrKv1i4+wtbu6uI7y0yRRmVL8mJZLe
aAneyP0FQCeKcz41dS8c5BxTm8f0fIwrQWFut+iyRyMhLEGKS2AbpRkI769u8x7f2+Q9z7Gw
sGw/P7rC4W4fFZu7vLhJntsYGQLNcY8bpUkl+/G0sXY9Pe/gvtzy534nw7ldn7mcDvoJ2tLi
1wfIrZpHxtyyqJLG6tbnHTxSKRujalRRhrjEdjFjrPAWTZb2+weJwqiaytzaiPOpObo0jvRd
w3JmWRQAG9QUBJ0jMkMlCCnqLuDU7Eio79iNYvK8dyFtg/cbhk5vPbPOlSkMTupE+JvGHVrG
++5Kh6KTvHY6nzNraz8avIr6TB814dMx+rwuXtvNNZSVp2Yb4nH306966iRd0kkKVaY/l7wv
UsB2LAdaeOiomjuIhsMcwTYHViRUfOoqTqVNv5Z27yKB0IqG2g/ZpFVC249LnbtqKVpXsdO7
M29eqxKtCetO47dNAo43BQ5U1DBR4nwIPbQZdzUVjuPXbuWlPnTw08DMXO5XMsYqGZB3X7Qe
un3KWNASnboO/wC3vpgBTyq6CppteoBX7aUOnZ2SNV6sGap8xA7fPpXUStRY1qUlFCocCtfl
+vRVnM/VhWKlWNN3Xp16aMiRna25ZX/CCOhp/X10CAzMorKQfKenf9Z1WUBt0fljrQUqO5/e
GlVGVAwpQ0bx6CvhUaiYyfmkKChBJUqdu7599VjdFqfPJPVKsT+KoIFO3frqUo9BJ/ifiDeH
iO/TSesQu6qxwqNwegr+YOlDXtpthWNkCx24NSxVhQsgHjWmt0iDysNoNGqK1/qOmmkdTCAz
KiUaNqdQadwdBGVgqgMzmo6SEEbe9RQ/0aYSyjoWCsVqpUjoPLUinxI1x6aRt01vbC0nP9q2
Jir+sKD/AD3OcZGoeW6wl6sKkVq4hZlH7QNQSip9SNX69+oFdWvsD7VRQY7jdldyXPM8naRh
bb1RKZbgsI6AxxSMSR+OUgeAJxnF8BbfT47GxbQTTfLIesk0pFKu7VJP7OlB/I/q/mf9v6ft
/kU0kXmKyEq8YUHepFKE+Ar10sQT1Jlj6qB4VHXRVFXuR1WoAPhT9WoCQQSdplPz+I+HjqCa
MreTW5H0kSIU2OOjN6goU3L1p2JGs97o+3lpBY5+AfWch4lakbclEATPeWkKoohmBFXiUkP9
5aHobThfKrtcRi4sfJZ8ey6Qo8lteiV57f6h283ptKxRz3VW+A03HOR4ma3uMddyjkyS1Z0s
Z0EU8kCdi0YIlVux2qRr3VtoobWxs8E2Mi47f20ZFvlJ8JCIkumr/gz3eMkWUqOjMj01xJwk
bZvl4j5Lyi9runkW5BS0gLHr6awgMB+8a6dCaJ0Ibv1HUEU8dSqrAl6FU+HT59665Hb3dniv
4fwfMY7mv8azSG7sIb2Otl9Ld2KjfPHeQytEPT6o5Ddxq+zuRiuXlhwFje295KStxJPYTUmW
eBwCFQQlOo3AUJ1wzi13Hl/bxV5M8tnf46K1TM5bjmQtZL6ODCrcVjkyPqqZI0fazx1VT11k
MXy21seP+7PvR7YzXXvBw2xlivo/4hxl7RcdkJbeE1t7i+sppfWtz1DIWBO6uormwhv7vjPt
tdYafG3KWaWdu97JfTcfy0FnZRoDI8CNHPFOhKlGdSANLbTqVmhZ1qT1bwJI8OvXSRSSSekT
1MdCTQFgaH4kU1ee+uHtXuorSC2x3vPgIo6tlsBHJ+Rlo41//LsRXfupV4dyk9NRy294l/jZ
lS8tMtaOGiuLWVN8UsR8VdXDD9Y8NfTBXmcorOshqqEg1RR4fGuiziV3YIEaqgK1Cu4dPE9C
DpCZYxIsnnjjLLsJIJah6VqOupAg9aVGYvOQPOfgPl116ZmYIoRt7ChYNSop1rtY000jIQCw
Jfr0I6EL/eGpA7KwWh2oKAhwT97wJ/2aQbWSvmL/AAQUFCfiNGNVkjdPI0cfmBBJJWprT49N
bIxFNuFSjMAaEeJPcj4aaZZDGWAjFRUstfD7NXRWrRWxVpNo6Rg9CC3cmvUU8NPuhJ9FgZlD
U83UEFfHp20zKT6TL5V20ZWPxUeB0JBXaxZS3X74+R+OmAUFVFYygFTWlSfmNBHVwslfTTbU
AVI83wPSuvUcs1KGvdW8Ox+B0i7QYiPOamoXwoPt8dIAw2uyhmA6ndUBanx76ZgsbOhP5nVW
SvitPHTAK9SAFl3Bk7Emi0qD30Ci1NBSnap6V6+Hx0SjuWHV5ZUbygV8oKk+X40GhL9SrCbr
6q1Knr0PX565BiZGBayvxcxfHZcIK9PhuQ/t/npYJBuSZGRx8Qwodcj41cvLB9FeZDFSyQu0
UqrHLJEGjdaMpC0KkdR+rWQs8fO2UyeVuXlyGamQLLJErN9PFQVoEQ9fixY+IAH8np/MfP8A
R/s0P0fPXz19uiybiy0YBTtLUNaV8K6uvvxTXP5aMnlaOIitVPxrplMbB5WDWxB8pZR5jU/t
1E8bCQdY28a1PcfGh0q+p+aAKE9wQO1fEfLSAHZcrcI1oKdCgFXp8xSor31mMquDtMbxrlzn
IYO9xyutncM3+N5WJEcoeu9AaA9R0OsfNJb/AF/LuH20iSW7NtfNYZV2vBu6lpbdK7finzA1
lcBkYwLTN4mPHRXDFvybuyr/AA25cr+Lb+Sx8VJGuFTtCVyGAx78dytiBRWbFvtAanVT6bKf
1fDQicsWQHzx9HH7tCenbTIpkuHC7mmQU/Mr1Br2FNT4LIzpBxzkuDymL5FFsYzT2q25uWht
mUjbc1jDwv3VhUaw1llpGMl/bZK1zeXykv1WRu8ZkoluLXIXckIEfrCMfmqg+9XS8azvMuGc
c9y+G2t1wXkt9yP6xnvsJYQOcJlrG2idVS9x06US6FGjBJbpr/TL/l6ztpJ89xvE4fn2diy0
l8cxPlY5LG4lub0UWR16Dcp8yhK0bXNMRfD6Pj1hhsw3NspLdOjLLfWTmzXC2QkMtvdW13a7
zJGu2jGooenF7b3TzIz3D8vYWMPG/ed4FjW3neMBcdyOOOR/RapCQ3n+HIKb6Npo5lZXIG2L
y0NevlYdD07EGhGjPHCq+gsgaKYq0c8Mi7XgkB7gqSpr3rrO+x1zdCTDY61blXszkJ4/UduM
XUjG+xpLHzvipyQFrX02rq8aQBqjbLLICKrtqojA+PcaO9XkZqegYiQN1R94d/kdB3UkxUT1
BRQwqe9PEaDDykigrXbX4mnXSxv5oqDdKBUKOhqD3p00/p+q5LBkVmold1SQP6RrcXZ2VjvS
gAYeBX5ddIkizK4YMd4Gx07EDx6akSP8qAMWhJPmr33HQHpN6O1ZIwDuAYUD9fw1r46ZVYFq
sPUI3qoPQg9aaktba8ls4XWSOSWIqrem/Vgjdz17V+OjH6m6OCKJYVkajtsXaTu8T2OriW0t
TeXsNrcNjrUyCMz3SIzwwszfdDkbdx7awScg5ldcX5TkYlbN4OXHXE1viMkshiuLK7vANpMb
AlWA6jUd/Y31tf4q7i+os7+CQSQzwv1jkjdKhgw+Glrcj1J4xLDASCq7gaivgflpWDKjmIq7
hdy1r08p/bXVakykMDIfA+IA7UOvVkLKSGA8vZm7EAdOmlG0ynb5C52kUNKgePx1HKzKI3AI
atPN1rUfbpahZEkarhmO4FulDTw0qhi5FBX7gX4Cp71pTRCsjxqvphCpUmgoaA6nx79EyuPc
RgdRvgZXH/V3fz/PrQLtS7v0yMQ8P+MiWRqf71f0f7P0n5fzXT9P+z9HTv8Ao+ekJ6io3D5e
OrwKqx/llBIOtadV66Uts9NG9UzRUYAkdSreBr4aAchBGTKtegBYUIPyI1KY4VlApvgc0IB7
NToQD4HUQZBHI43wBDQqU6kCvbr21f8AHua2EOWxuaMnrpR4ja3pVliuYNhDI6tQmho3Wur/
AIhzmK5xt/iCL7A53H7HcSbd9rdQlqh4ZKAOv2juNXvNeIWM1swjW85pjbUNsx0+8K8nw9GZ
z6i/umq69luE8R5RJx3jl3fS8l57jpJBDJJn4UeFoZJqjfBOpXYh6EsQfDSThfQIko1sykHz
GjJTwKaUbPV2l9kZJFVHcilK/A6xV7Z3E+PvsZcRX+IntjtMdxbA+kSTWtQSpBHUdNTZi3kG
LvOfZ58zaYTHxLM1hBAxE91HGCaRXBLB07LWo1/qvw/GOHvmuSXeHms+MW88YWLHx5Rwbm+l
lA2xooBqDSqmmrjF4PHWGQ5RBh39wPZ3M4eJxaLf8dEcl7Bi3Xo0MrRMJ4SehpIvWuuN+7kj
ScexvIEwWYyvI0xElzewzvHHdQ2mPmJ2xm4LSQsGqrqxB1e2GY4p/D8NyC9zED8XubeO8tlx
d/cyPHZ3UADAlVehUdB026x+Lur6bJ+xGTKWGA5FkN01zwu6lkHpWd9cEl2xruaJMwJiJ2t0
1PbSrCH3je0UgkVj3Uqw6MrDqrDoRrDe5/Grd5+Wex2RXltnbxAM91hJCLfO2ZWlWV7cl9o7
lRq0vcbJ6+MyVvb5HFToarLZXSCa3kVutRsboflrzOHSSgAHQlT17jx0UoX2j1A58RXr+zUk
1doJHqRP3BPQBaD7oGoEB3VZ1aWtBUCooPs+OgsUgSUqHNT0NPl20tGLk9DuHSo7gajNKqo6
EnqPmR1p266qWBZgRHKviPlXVHk3RdBRjQv08AO+goZYNrFigBIY06bunTQaaVAkXUR7akN8
RTXWEbgVASoJqfu1HcBtcK5rnce+Y9pM6bnj3MVsIkXI4fNpIstneo0hpKjR7lZPHw66XmOF
wGD5Qmfc2Q5jj2axuILyWgLXEMdAssZIYqy+amuOW3uFD/knE4jIch4rf8iwmOnkw4z2HlKR
SG3Tc8Bvl2zBWITduHjrB83v4YrPLPk7/Eckit4ES3mu7JyVnt0arIksRDba9DUaUAKocFtg
FAFHeg+R1UEbvFt3+z5afbKVDDaFc+VGPc/r0SjUkVmNPAUHYHxGkfYhota/iow66jkdw7EB
o1pUlCe/2jWzspqEU9KVNRpFVWZCQGhPgv4iPgR/Vrjt8kixQRXyLcs3RvRc+k56eHm6/wA/
jcoqBY85hY9zjxktpWQ/9Uj+R/t0K/yRo6+H6Pt/mPt1X+jQjABBakYI7jU0KwRhVAaiL0r8
gO2g6lXSgUsCKA0qf1jtpHRVVHdR6wPXYD1Vx3oK1Hw0tKzqh8kRbrSv3q6a7lx5uYbeTfIV
IAdWBBUqeu7rUausLJFHb8rwUcl5wzMsPzfWJqLKZj1Mcw6AH7rUOslic1a3dnby78TzLBNu
ileDdSWNkNBvQjctfEajx0Fwtzi83Cx45mHYxiWOX8y0lVx92RZAo+TaytvyzJfV884ndi1z
xcIjz2rLtt5tgAFaqUY06kV8dRbGVFjYEKRWgpQlT4V7HWOssjcDE2N7ewwXeS6MLeGR9jTF
elQgO464Rx/jmZxeDxlrb3kNpyS4nljhyU+MkeF47JwFBF4tfKegI8dMvGb7kXtvy/IWhwPu
Nzvjt8kUXIbFHra2N5bSGvqoG2rKCK02sdcT4X7Uf6iMxa+33s/dNmsJl77C7MvYXWaiMV/a
2gh3PdGRWYCIKV7117Z8K9x5bTIce4njpeHi6vEkisb6ITulhkbu1l8sc0YkCuvdSQR1Gshx
XOyIma41dzWRZXMjzQK5NpO7H7zNH0rXrTU9rNbQXtllkmtcti7kCS3u45lpJDMtDVJQaEfr
1jfbK8aU8NzaXUnsxnrtzLPEbf8AMueKXcjVLSWqkyWjnq8VV/DqMzR+tbANBfJTrLY3AMV1
CVPcGNm6eB1yP21usjLkrr2Qz1xxKyndaOePzt9bgnenQgW8vp1+K6q7ekhq8siirKqmgYD9
dDohhHHHKzGD1QwZwB2r4A+HhpVcVCjcrJ1JqKgddKsp8zhWKKN1N3gaeI8dOoTcimkCr2LU
of1g6RXcblIRj2HbuNMpcnckgMKqK7x06t8x1GizOFjhRVMgFOgFK0HjXUhWFljlXcZDQL6S
9/sINDqqiikdwyqGB+RPXT3+WvrLB4q0Cm7zOVu7ezs4S52opmmdVLH5V1d81uOZYG84pZZG
DCX3LbGcXltBdX7+lbR3HpHciO/QuwCr31b5D3FsIcr7X+zvAIeawYKC39eG9yGbyP8ACrnI
P6gKXP0UfmWlRQ/HXMsn7HWl3grnDXsFjyXBW0zfQ8is5ZlktM6lk3WPazNHuWm09G6U17bp
y3jP+deAe42V57c8/wCBXxiknvo0y7Lj8hGXoIpYyoUgntXxGsx7i47AY7hvHbXk8eH9xOB4
cx2+LjxdwQMfnMcjMZJLu2LiK8VOjJ5z2GsX/GcxY46XO5NsLx63uJQs1/fMvqLBaRCrSF06
igppvTtT9VuIezUxtcRoPFoQxdeo61Gt5cUVqMB3B+f69FiCQ+1Ru7IB1NNV6MhHRh4/q0yp
ujABVHFCwJ8RXTOWNWYdR0IIHYd6ddPL6rsW84BI6V6d9StEjfVRrWN18vbqKfHtrEZRf/y6
0hmYfBmQFh+o/wA9wLMhRthuryykanWssaSL1/8Apnp/J/2/zPx12/k9v0f82vs1AGQrGzFv
XX4qPun4alvIY2hhuuoLffU/un9Y1vjRR9KF7qKBpR3kXxNRSupLkDfLbGJniUUqrDaAT47j
qRrmLdDcRCsEElTEWH5bb26naf8AaNROs7IzKI3Hg7L0G77PjqYKhEaxRySsSdxZOj7T0rtY
A6yHuHj7IYbm+FEU+Zy0Ku8OSx0jiJri8RAfTa3NN0g/D1btr/I3L7dcddRyNNxy6aQJb29y
y7hJFMtQ8FzQfdNA9D46wOUzJ9DG5uZMZyeFSSjQXZ9P1iP3oZaOa9RQjx0UUpcRyhVSSh6x
16tX40/bppQCPRDxyA06oT5WNegNDq94NI8h5Ljp3zftjC29kuLiKNpr3G1Q+RpdnqxFRUnc
NZvkXMscMilh9Dffx+0El6+DjvgsUsTWhokxJZWqxqp664vFxn3NyeP5PazSWV9ksjZ3UFze
281BAtuYYz6U6SdFIqpBodX2A4D7lcc5ZbJZy5K4vLG2CZ9ZbgGO5gyNsQVrHIR+cBQVFad9
YXjGKurBp+eYCODlfIbmJjex32JeGeKeFKA7lDNGQDtpWnbQkCJE7Fi8iCg3UpXb4deo1kOL
rcPjMxdLFd8S5IGIfE8hsqyY6+hao2j1gEck9Ucg9NYXk1zZPjs/K02P5hiiCjWecxsht8lb
7e4pKpda91YHXG71Wlix3vzwifE3TRgLE/IOGztJb9OxY2rtu0WlpsdRFK3Yfmf4igf2SBXR
Kyqt0tYopJaNEPTB/buXUhHp+jv/ACJUqQUIqQQetQajTQyzCEFfPHtL1BHl3MOwPY/q0haS
gWLY0kXl8w7EeNaaPmJH75Aqfn9ui7eVkBZfEk+NftGkG0uVQJEVJFEUg1qPn0NdB2mkjRht
kjHWMk+B0ybjKGH5UO6gQeFCe1Phq0TlfHcTyeLEb5semZhW7hg3jbKyRyVUMysQTSviNW3J
uPckyeB/0+cjzVpYe72KtD60nHLWeSqXCQH/ALzaAsCJGBMNT4dsbxvkGXyvMP8ASxyLDXvH
7/l17tyub4nYZqFd0SzRGkmNnuI4LiKSlEYU6VOrnL3HMc3xX369uco5s+RWFxG2NfFyFZsX
dSWCmt1YXsQHrebp51FGXXszcc64pa424wnLOX4A8GeZclBbZLII2ax1yyy19SzmLSGIsvmF
D1oRrgPN5eHRyZbnWI5ZxzLLYCKztzNDjna1vViQGJHG4wSEJU+Q9x0k9y+U+668Lw3tLc2X
HPa9uP24upoJ7O2hElxamTaFKPTe7hnbqPs91OP8y5xlsna+1bvd8hzGIvbmynz1/fyb7eOS
YPviB6vKAa16Dpr1YttH2xCClKR7QKVPc1WhJ6nvrf6glcn8wA7vMB2b7NV6mRxWT+z06AfZ
pU2+qHYp3oxK/A/HQTcWAG4kinft+vp11GdpZGcoHAqCabqH4ajBq5PmXcakdKH+jVrZDd6m
Cup7CQOSTQN6qUJ7jZIKH+evL8AbsBkrG93UrRGlFu/2dJq6/r/R89f836P6h+j/AG/o6/yb
nI5O7hsLCzjMt1eTuI440XqSzMQBq54jx+K8l9K2luLfMTII4JzCV3LGhPqDo1QWUdj0/T3/
AJH+zRiLokJb80v1oCO4Hj11LC5DxMqmMjsuzuv6u40qFlDSkuKAKXKgL1PyAH69G3Db0bo1
aruWteoPiD2GnkERlaOjlQTu2EGo2+NGAI16zhogIzI/TaASQKfHxrp2Xo6yrEshP3YinmFP
iW/aDqJvR+qik9W0u7NhVJreYEMrqejK4HmQ9Dqa9xuHTI+1meuC8PH4pN9/xfKyoXMmMJO6
S0kVSxi6hR8CATHxnMJBjeUQNM/HOQiKRpspOdqw207V2qH2ldx679tfHXCc29t9NcnEwWmZ
ZwVaHIWTNbXSMp613xk1Px1OqMpWSIp6g6gVH3uvw+euV8guY8nkG4Zxx81j8RibkWc09wl1
BAspuvvRpa+oJmK9doPhXXO+NZZMfZchxV7fYm/gxiLGqTW1vvhhLReW4WZhGwbwqD4a4tyT
h/HcBY+1ftRDg24D7k3X09jecau8d9Kt/bcnWlZzevJI8LN2ddymgOv/APpviVhLwjgnuZy7
I+3YwuRKR5a4y2Rxk6Xd5HAoaNbc5K3YLU9x0U6tuZX6w3WF4hgocXIbW4a5vIHR4xdX9wsc
YIWR5VDsvRPxADrr0mtni3uSrrMsgA8AVH9YJ08HTbKpRgDQ99rKPnTqNchsnUrhPevE/wCa
8K4FIv8ANXHRHZZqKPp9+6szHcN81r89e1PuASgi9tPdXD3t6+6jxY/No1helQOwYld3zp8d
TWMqRyvLNLFDCCfy1jLNupXxA66URMv08UjXBetAZApIrXsKjp89JCyuI1YOWYbSdy7tvz/V
pY6enbtCywU7Hr2+J+zSlh6bE1dfGg69R316lFZEH3lPYHr1HjpnWojO7azUUCvQk17VJ7ah
tjLVmB9WY9PKqmpH7NeqlPTIG5lUjeKdh/Qa62id1McJLRLTzMWoDQCtdMoEa7QANyg13A9y
ajrWmnkmjS4uZLf0JYLhFmheMijRSRsCrKw6EEUprIxe3UEPOPaO+tZUzfsDmmQtDHc+aS3w
d5KaGJjUi2lOwdlI6atl9vcnfY18YZZsBwjkMBx/KuJpIRLNYFrwi3yuO6EKoclRTb10/udj
7rDW/ulwiKxucEuPZrm25CMReG5tdjQBpYZrbc8fpS9DDIybvKNYPneAmtMtx3jmMGP4Ni/q
obT+I5O8WO9zEzXVwyRWlraTJDHLM/VlDKgapOrXiXHuQ3Hvfy2O4vcnk8Z7cY65v4sjlMjd
tcy26X/px2ttbqzbUlkceRaqNtac15jzuwxmM9wPdjPHOcpxeMk9aDHW0EYhx9is4AWVoI1A
kYfeYk6jdgVKHzNv20UfL46ICCOJQd7no/Tr1r0NfjpVZvO3UqvhU7RWnY9tMGAR5Au0E1Ip
418K/HURjSu5iWoPD/26CxlFjkO2apO/tXt2Br2OlovokdY40aoBHh1+OuSYN5DS4igyVtGf
3gTDMf8A8D+e53ilBaS4w1y8IHU+pChlSn+8g1FKO0qK4/3hXx+39Ff0/H+V3/QyZO5/iGck
QPZ8dtWBuHDfdaQmoiT+03f8IY9Nepmbr6XFQuWsMDbFltoh4FhWsj0/E36to6a4VdNIY47i
++henY/WxvbKCPhukH9f6a6p+nv20DT7rKT8hWhP7Dq4iZg06B9iD8QHelfGmotqrLIj0hal
e/QkePUaJnkRDUels8xbp3JHwOizHa5bqw7U2gf/AIQ0hN0ZfvmOkZpsI67iOgNfjp1FS6tG
HjY9CQOor8lNR+zTXDOVVNzCXbWtPxAa5Hd2V41nkOG3ljyXFXas6yAB/pJkiZetGSYMfDy/
ZrgXOMBmbbg3Jb/DxPkYfSIxN3f25NrczenEu6GWV4Q7lfKSSaCtdcn/ANOfPpZMflpMpPPx
1JmqP4vtCz229uhS9jAeMnoW2/va2Comj2hkbudxpQj/AGa4zDyMLBi5pp7O7JcxITcW8kME
MhqB6ckzIGB6EHrrkWFMuPspcRbRZ6+49YW0lu+Nz8avFdY6ZJqsBGbYrvJIK7T27+8mW5fg
c/yiG+5Y/E+KcUwN1JZJaC3nN3cZfMXBHoQRQWkivbm48jHd8K69kczxvO3/ALle2PMubWvO
v8w8jgkXJ2F/xu5+lfDmWORoot0aGVggDNu31NQdZrjZlv7nitpnbjNcP45jbZ/Snfk1hNaW
gyeVHlhs7oSrCySAqW2HuAdY2O6eRchjIBZZOykPWC7tCbe6j69apLGVb49x0OmKpRX6lyQK
EAmoJ8Pjri/uLFI4v/ZzlmI5QpjaqjF3cq4/MQkV6iSGZWPxC0OvfDFo7Sz4/ELkrO8LGjPh
r+G6QqaV80VQvyOuPZeF44YspisbfxLbMWIW5t4pN5Y9xRgR+zUm1EkZSW6Do1SRUU/bpQ8q
PFFCixKF2lVc/d3Dv+7Xv20JeiqhptWtEK16GvboD+vQO2ilNwLHqVIJJp38OugFihgjLL/h
V+VK17aveYe4F7cYrA2t0tlaWtlCbu/vLyRHlEdvB+KioWdj0UdTq1nt4lt1voI5RFeqVcR3
CB0DDurbW6g9j00hoRtAVAOikeFBqDcQ0M0qi4kIoQKFQf6dBK0NHRh94hkHdvjXtplBUL3a
vdj4ebw6HRQhjJuC+G3r13qR2oOjat4MzjrPPWNqHMMeRhS8XeTXytKGdRWoIUinhpML7NcD
4Jc8P5JkWmssnjMLYWmUxEMxEktnfXcsiskURUlXjWrpTc/TrPw72gk4fc+4XDLY8qiwuQxc
F7dc2wl5M0q3eNS9Lwf+Htvtbm1DA/lrKdwZduZveW+1dx7S2+J+jhhgleWI5S8YvHemK1ZU
CQgKtCS37tfLTUVuY2toozSJnJIJDEba0r1rrrKko3khWPlB7MCO566lSaYyoCQyioCg0O0H
v00XlRJJGoNkVKFUFAxp13dvDVHRoqqFcFfMoU9uvjoFjuVyXDdyKnqP2U0r7QOpVmHgf/ud
Af8AaCn5n2f+zWIkJpDkkuLGU1pUSJ6ifb54wP565tpBujuInjdfiHUgj+nWSxUo2y4m+urG
RT4G3meMD9gH8nt+j7P5FxksrfQY7H2ib7m8uHWONF/tMxA1cYX21UwQ9Um5TcR+dhSh+lhc
eX++4r8FHQ6mvL25lvLu5cyXF1O7SSSOe7O7Ekk/EnWM5VnMU+LxmXuTbWCXFUnc7DIHMRFV
UgGm6hNO1OusblIBWfG3UN1CK0q8Lh16+HUat7qE1iuYkliPxV1DD+g/pprp+k1+74/+rSNJ
NamNoTMFVHSYKrdhX8XjpZJLZbJZJCnpbtwWtSDX+0PDTAgdGAj2jp6YLeXp3NSRXTJMaKE9
QBun3e9f29NTQ7NhaqgAd1K1DftNDqMfTyxdPz3krR38evh8tRbpWhZFIRq1VNvnow8dwJH2
65rxry3p5Bx/IWVpEyglZZrdmhUAdz6gBXxB+zWTxWQVm/yxnbm0t4ZDRoluo1mKhehFHRq1
+J1Z864UWg92OCQG4tJLUFbjK2Fqd4hV0oxuLbbuiPUsPJ8KLdXKJb84wMUFrzO1SitJJEaR
36p4LN+OnZ6/Eaxd9dpBI2Nvo7qRp+sTLbyK7iQeIcL0r9msjls9kb/IXnL483ksCZBbxWkG
ImhSawRoEAl3rtaKVZKkr5x01zzJ8F9xsdwPD2OH4/kuU4/O3csWLy6rKcTDDeQpuWSAmP05
GcbVDUYitdQcW9ys9xyT2bGDusx7JcC9psVcRYvLczsUfGXWPjuHiad7uJipIJAkUqV8oavs
vnsliry+sOS+1VvJzbGtfNiob664wfosnbXYCjdLbPjw0cbFepI6UWvMTBPNlo83lJOUw5mW
P6WG4ss6q3lrNDCTuFUYhwCRvDGvm0qSOhSJnLSJ1LHwYAdACOtNczwZInt8/wAcytg0QPRm
ktXMZp4lWAIHx1Dc38Ulxe8r9prpsoH8zSSHFyQSu1K92i3V8O+vaSVknM/+Q8CwWSEo1Tbr
Qr33L5ehr1766hraqMxR1KsrqK7afPRhL9QQu392lCKAfbqZahmlqt1L02tQUO756Mn06pGd
oaSQbCB93zAfEaLGWOepIZVJBBUbNtPHp2prhHKOTWJyHCuJZ2az9x7VG/OXjXJ7KTDZC7jr
03WZmjuN34QrHtXV/wAN5ldW/wDn7gXpYnl1rG1Xu7WFfTxudt1qd9tkbZUlLISEl3o3hqOG
NzL6v/d4h16Dt1P2eOt4HTy+U/Cte3gdF4oZDE7Sv6iqez06AHr3HXQDAljVirA7QtK00DN6
aCMv0UeUFjUVp3AHSugqx71UijV6MCO1PsPTS7pPTSWqzeXqCfEgdT8DXXp8ZgWx9yOIF877
R8ki9OOa0zNoNyWsk56/S3qgwToTtYMNcd55Yw3Nl/H7RosrhrqrzY7I2cpt7+xYGppDMh2j
9wjVfTeNVqWhqW2nuxUnuARUaYi3tywq63YHnp3oPjWugWJT1zWIgbiNooS3zJ7aYbVhV16/
FgO5BHY6UeZlJACjrQUHWp+GiwcBlboR47QKN8Ouo4T0EIOxR8D1of20+zUZr0VyAK+FRQfP
vqwyqAyyWF1BcoPwARMGIH201FNGQySorow6ghhUfz3uDZ+mY1kyxvI1P7t1GktR8iSdfb/L
xttmcxa425zNwlri7eaQLJPLIwRVRe56sAT2FeunkkdUjjUs7saKAOpJJ7ADU1jg5F5bnUqp
gtHAtImHT824AIND4JuPxpoXPI8k0lrE5eyxENY7S37jyRVNTQ03MS3z0uJ4zi5chcAqbmYe
WG3RjTfNIfKg79+p8ATq2y+d9PknKUAZbiRK2tq9a/8ADxMOrD99uvwC6ydysRkkwd7Z38e0
VIrJ9Ox+NAsxJ/Rwe/8AU9Vv4VDbSyE1JktK2zkn47ozXX2/o6fpGgT4HUzsvqbbdoVVTTyn
oaHwJHbTRiTbEqhSJSWAA6gdeo1HbRHalvH6cUiihK1qwp8zqjxOX3FlLHdUU6Gn9B1bzSEo
JXaKZlG4wow6UHwc9K+GltZ2KRTyvFApFZPTp0d/gdGYKJERAfTp1dV6H+jV/i7S9V7zjD42
bOQxAhoobk+paTKW+8h6jcOlQV76/wBT/DZbtbSeDMR5u1VkDSPBJeNJvUdBtMNwN1PA6s1f
ILb3V1LK+HMRVbh44TVpIEP39g6M3b46wv8AqS9ubT6j2/5VeGx9xeKohSOKW5oLmNl/DHdd
ZE6eSToPDVtnMDcrk+N8qtRc4m6jIZXhlHUNTsyE7XB7Ea4Tz/PG0xcvI4MPhrd7mdpMgqYc
yWNzd2trEGElvcwzKjs1NpFdQ2lvx7Jciw/PeN8m4HcwYWP6i6jtsrb/AFUPpW77UuHjEMjC
NvtHUayF9Ye6l+lv7q80wAyOXmwUuPu+GXeJhRXytja45Usob9GhRpGhlBkhZzQ0J1Bx3kvJ
cdlZvZv3jzGBz/Mctbi/srm1zwjyEOQmt2cGSGYv6zAt1LV6kdeO5y7/AIhm8jz7GXEcb3Uc
KT2z4S6e2LWkKBSlhcRMJIEYDb1FdDirZW55rzInZb+33CbMZS/9QkilxOn5MFD0O5qjVtg7
P2g4n7b2GVSW2lv+X5lru9iinRlM72tlVVIHbzeU/PUco98shxLj3HuL8psIuNYnF2ZjuLfF
TXcR9S+nBkENya9BQgV17bZaf3v9xcFcTcOwbWGCw81g2MsLN7QbLa2WWFmdE71k6g6uPo/9
UPPIlHnX1sPhrkrtHlZg0S1HxJ/UNSPif9QnF+Toi9LPlXDxCXBAG1ri1etDTuwFNLDmvaTh
PN4lr6d5xDkkuOnlY9QTaZCIjqPBWA+evQ57xTnPtrf+p6c6Z3DPe4+Nu1TkccZoNgI6GpPx
Gvq+H8swPJrdYz6gxV9DJIpH3awOUlX9a6uLXI2Eb22Rt3tryzu4RJBPFMpSSGVG6MrqSCPg
dYHHZ3MXuN49xsLZe13uxCGfI8UiuKUw2UlljkWa0LUWGWYmMpSN9rBWNvgOZWMGK5fOxkx2
Rx0iSYXOwqu71May0KShPNJbMSy903LpxIFjerCOXdRi6nqKeIbRkErktXdHG3RSPAdaV+I0
gV3fcB6k5UFgfgRpGC+mRU0ah71B/aNE03+UCqpXy9vsHTx0I45GjOwSrevQmgbtTse1Kato
ogbS1nui0su3asEXRyTUnttLV1zvkmMhkXEcm91uVX+CjAorWUkuwyruoSryKSaeP2aaOIMq
9GjDkmh/ECPDTrbPVWobZx0Ug+H9PUaRCzsFp5BTuNAbB5TSRT0DrSnX4HUckuxIvUosYO5Q
SKeZvgdAMOoPlAHlda9PMOxH9Ok6lNzec1BFfAUr0191nCtXy9aEeNP1adpAPHcCKAE9qL4A
643dsweQWSQSkfvwflH/APB/nkv1XamewltcM3xkt5HhP69oH8r5atpYLZchyDMmSLC2bmka
+mB6k0tOu1Ny9B1YmnQVIn5BnclNf5Wdg31LNT0wpqqRgUCKvgF6DSWWb5XlcpZooX6S4u5X
iIHYshajH5kV1Fb28TzzzuscMMalnd2NFVVFSSSaADVvl+ePLx7EtteLDIKX0696SVqIAenc
FvkvfUOH47jIMVj4Puwwr1Y+LOxqzsfEsSdXWaz+QhxmLs13XF1MaAV7KoFSzMegVQST0A1P
gsF6uG4cGo1v924vqHo1wVJovSojBp4sWNNttguO4+TIX9yakKKJElaNJK/ZEWvUn7O9BrCc
VjuPqnxsTG7uwKCSeZ2llZQey73IWvhT+T8v0V8dSqwQqu4ihKyUPXykdN1eup0kjUSGIywy
jqS0Z7EfMd9GaoBdq/MV8ANJ6it0agKMykEjpXb+GuqvI77C0nU+VQD0BH7te405WV2YkfUu
3Wp8do79PDRozSMiv5QOgUkEUPxOuPe7mHsXvpOBs2K5xjYvv5DieUcB1foataT0aMn7tfAH
XthySyukv8X75e3j22HykAO29njR0hkO2qmQiNUZe6kdaay+Bw06T2ftfwWXCz3RBJXI3s6P
c0NSqiJvJ079Rq7wfKrU5Hj/ACKI2/IMUPvyqfKCCfuujUZWHjq59jOfZz1/bjmLfxL2z5dM
SlvBcTeVEmr0QPX0pl/C9G7HUdxa2dx/nGxyOS41xPH2kC3V1dQX8H1dzY3KSCiwMI/UiZCC
COmuHe52BVop+KT4Hl0N3FIPqbZbO4+nvFCk9XEcrCh174809s8bxvNYDHWmL5lc+3fJ7Q3u
F5D9UxituW4mNGVbe7jZ2gnt2BV2HmHXXvZxn3lwiYLl/vHx7ivuDxmZ7e2t4pMRi5voTL9J
bkGL8hVUAgMOhI1g3xvMMvxji1xmUwU2RmkVuZ5fC3Fp674kXVsXit4IpkZgXpIU6d6g/wAC
4LxWy4rYXcIa9msRvubsjvNPdPulkcDuWbWUzFykMMeOxl/kFu7k+RxaW7ylZJepCSU7fHXG
MZHbQ3eZ9ycbjMHiLNHKK9xyjItcyelTzMRCxr8q11LYY+SOLHY2zt8Xa2yt+XEltCkYjip2
AK99BPUDLA25Noo5+FSPvD5aCTsd5Ffh0J+GhNMu+NBSRqAVK9iPjQ/DR2zGO42KDGshkiET
dQBuqKGte1dXc+e9uMPcZO5Wj5rGq+Lvz5q7vqbQxsTX469b2598eR8aihcmDjfJ405JjQAP
KoMu2aMClPvE6mtuYe1GD9x8Nd2bW+UvODZMQPfxP0eK5xWSCmWN1PnjjJ03E81ynLce4Fcx
xrd+2vJ48jZcj4HKkoFtlePNcwv9ZbWUlJDEX3xqDsLJ5dZGx5Fd2NnynB5L+DZ6W5mgtIMn
diFZ7fJWUcsoPo5G3dLhNtVUllr00iR4ybygsY4DDKDv7ElHPw+92+en24q8KIvmZI2oPtIr
u+3t89Of4Xcq8Ceo+9ApaPxI3kaRrzJ2OMB3L6V3dwQkiQUpIDJ0FB46gt897occWaVN1rh8
LM+bv5CG2lBBYrKwJI6V1leNe2nGMx7d+3PI7M2fK/ermsDY7ITWMlBc2XHsPLVxLMvlE0g6
ddYLiXF8ecXx3i9olng7GWT82OCPu8zjoZJGqzEDqdNIvYL1cfu17n+qp1PKvOcItqJxZPdG
+h+njulfYIvW3+mHr5abq16d9K1uwliZFk+pjIZSj0KlXrTqPEaNB5VAEqdj0r4/I99BHo7O
42hVqgr+9XSqtYUjrGrA0rXr/wCzSqZSu+RSjGjDaO4bp4/HVGl3MD5ZFG3oeoP200p9SoXr
17sPgdZbFyOjHGZBngRK0WK4UOB1/tBv57gGeVPuyXuOnk+UipKgP61b+V01j8rhbN7/ACvF
rh5jZwqXlktbhQswjUdWKlEag8Aaa+hsbC4vL2pH0cETyS1U0I2KC3T7NQ3GdhHD8S1GeW9G
67Zf7FspDA//ADCuklw+O+szG2kuevaS3JqKEIaBYwfggHzr+j67O3PqXtwp/hmGhINzcsP3
VP3VHix6D7aA/W5u49HH27H+F4OAkW1sp6VAP3nI+87dT4UFACmPQ4/BWrhcnyCZCYYvEpGO
nqSU67QenTcVBGkxHHrP0ywU32Rko1zdSD8crgCvfoBQDwGu32/p6fyPh8NKqEbZQenYqe26
ugyAQpIgEDmQVLAEE9O1SOx0jMaSONzMD9w9aj9o0sijbKD5qeB8V+OolhkCmXpH8AwFevy0
GcRqSwZmC0II6UGnRTtFCpPjUtur+3WVwmSkRbLPY67w2RMi70jiv4zH6hU9CEba3yprD+32
Wx0V5l/ZDmV3m+GPeKytazSq0Vzbgjr6Mx2zgfvdfHXvRyXIKLjI5Gygubu7Z6bZry7eR2Ef
dvN+oaWWdusy1lABNdvTy/rGrnhXKZJrBLeU33GOUW6q01jkGj2BpQ3VoX6CQD7R117uezfv
dh7y89yvbvitnmOJXH1DWwymOx10kMeS+oWhP0kMoYSxmrxbg3VTocdyt3h5ruG3znHpxi29
SC5Se3ae3aG76+qwkiDAnwbXtp7mT++HD/au+5bwm94dDx+24tJ6D3dpOkcEbRfmxyTJdIrX
Ny5Hp1EgXaTr2B4Vy3H8ssudY3gWR4J7j3nInjVr7KTRy3UEsPpH862Zox6ZNd4K069dcuwv
HMsmBfjcto1tx/E+pcXN1cWWQEoy+ZjKbo41ikaMyRuTtI301kc7Kt9Fh8fCbjJSWllJc3Co
QQ0sVsCnenWpAA6nprkuBwXFbeH/ADPx69x2KvMpfvcZAwX+y2W/FtZRtbW6orl9ryk9Cpo3
lHsrZxwZW/tfbXDz5XhePx2BkjByCJ/DbOW7WcljEgSVwWpuDArqzlyFveITMReWt9xxFjQM
vmJeG4rTcajoxPwGljvbfjCIh2hbixy9hI9Ou/1YWuhGDQD7sh/sjUNvd4GZby93NEcFmIL4
7mYAK0WRFo6gD95l+zUK47kVpbPJVIcdk0bHSV7UV7ikLvTowSRvlpC0JW3lGy2mYVh7dHDj
ow+w6HqwSXKKq+t6YqO5VlUfGvUaeZTtBqsKmo3eK1+fh9ukmaWb1UQVVwGCyE+HY9ex1i7O
8so80Lf1JltslDHdQT7R+ZbokobaShIqD21kfabmnFrLmGO4DxW6t7E34maYYCa6XIccmjni
ZCWtY7iW1NW+6o7imriSPAZ+xEwBnON5LloNy1oFCmajAV6AUA1XF839zMVDI3ptb23K7x6Q
g+UUY9l/Zplv+Re4+dSI0K33K70Ke27YVcdG8a9vDUkv/lhHm5HBBmz+UvclKx+P5kgHT59/
HSNwbg3GeHTNvja6xOKt47jzLU1ndXejU6UpT7dRSySGeR0HpPKzOyqfvULE9z+rRJBBdj8y
ANc3xOFBu8nkcNcwWtlDI1tLcVWvoLKpBUyiqVqO+v8AT5z328Ed/wAOyORueE5rhcEgtbWa
TIWZgtLK6tpCIoJbdw6lJEBU9DQDXJ/aPkz3fHeW47M3+bwXA7za0dhx+7kX6S3srqN3S7gi
bd51IKltu0BRrhmOTj9hJh+fYvK5TGvjbt57rFxYu6e3jOThaJViE4WgYNT1KoK99ZPB8f4L
muS4bj2cTj3JOUY+Wza2s754YZnPoPOs7RxLOnqOE6Hd329b/wBuLNruPkNrZS33rT2ksNld
Jayi3nNtPIoWUxSHa23p0NCdp0tWVhGWBp1Lbx3Py0ioNuw+mB3oaVpXVOzA/Ijv46yuNlCx
plseXjVT09S3kB//AAXP889+qbpMFlbK7DeIV3Nu3/6X+V8f0/b+i5wmEMWa5jt2/S1LW9kS
OjXJUirdahAa/HaKVuc1n8jLk8ldmstzKew8FVRQKo8FUADw1a8i5es2H4sSsltZ9Uur9e42
+McR8W7kfd77haYnEWMOOxtkgjtbOBQkaL8gPEnqT3J6nr/MkfDXmTeC1D8BUGlf2amErtGG
DGNlUCpYg0/UdFZUCB0IViSOnx6eOvU20DMj1qKlkG3t8wNfmKVShBKjqAx8B8zr8wEBiCoP
ToBQg6jLtRGlSMuD4SHaa/IalSSNneJpEmP4iFqu0HxPTWF5pj78zZbO4u2j5ZjZBteGeNNt
rPHWm+OeFR5gKB1dT1GvdCO7vreK4u7HGCzxhk23VwY5pSxgTu+zcNwHgdW8Fxc7YZ4WkgEQ
DFNwBHyBNex6gjUzAKU9Ndsjdw1KMftqOo1xO+usJa5DP2NtkMdhb6dtkjG7tnEWPknJoLae
Wisp6ebXIrU2Vmt7iHsOR3nGbC0aDH21GDXtrawNVvXt445o2oepAp3Gr72uj5ZBBwn2o53y
nD8Qx2Fs4H5bkGz1sZZMS310i2SRZS1WeOF5V3NLGURtwVThvd32wxt57d532U45iPcZOGfx
X+OwX3ErS9ja3uf4k0xNlfpFuSWylRRuRghNdZCbKy5C/wCJ20eRzHq2USW1srckxtxDFDLd
IPUSO4IBo1R6u3b1PTikvNuVZmw4+GkOKzefnkv72kZZF/heJVo40UbSBPel3PdFWvl9ovaO
bM30uCznJrrlHOM7k5YxOnEOHQvf30bi3SNYraW7Cwqq0VS9BrI+5PuDg7+4ufdjkt5yjj+K
ivJLP6DCQn6PF2m6OjFTDHv2kd2rSp0ZoVzlrdSr+X9PkfXViBsq63MMq1AoOoP2a+lgy1zD
awxeW1zGFxl8pJYswMkYt5noxNKyduyaR8I2Et52ba17DeXuKZXLVLC3mjuoqgClFCDx3avb
rA5XK2OHin3RqSb+wkH4HkntWdACPFl0VhxSSwKZDJk8I5mtpx92RXtlJjbae/kqNYyzz/Hb
Bby5hdZcgkpxASeNgNhMlYJGZTUdu2ov4jmH4291MlvarmYfSt7iQ0FY72EtCQadDUddWwx9
9bZOK8PkNnNHOBt/xADGxJpStaayPJuYZSDivGLEG4k5ZlpVx9hHFUoZY5JCHkYmiFFFS3yr
rn/vqcTFhrH3Llx2G4HYurmVuM8f3Qx3jO20o13N6jqtOi01IXZ5Fj8iSvQHYy1B+FQe9NLu
YfmLQ1PQ9Pn3Gir7ViWtS/QVr166igRgSvmtljFT5TuqW+R6aIkbyuWeUbTSu6o6jRiVVSMA
r6VTvoe1D+0avmO47FCUr0YKoKuPl4aUlovLEsZgC0Ap1oCPED9usXa4vKWfF5bDM2nIpLtc
WLqa5yNjU2zzOs8DMoqQwB3MvQOvXWF90eYcjsL+741iZ8RgMNicc9hFtuQfVluJZrm6eTox
2pUBT16mpOcwvBeVYTEe3+cz4zqO2MEubtraRxJcY6GQkW7IxGxHkVmRC1ATTb7gZXh/FoOd
8H9x5YspPYC/t8fLi81HbiGV5RcbfUguAqksm51P4DTzeyHPcjisrfHANdYv3LsOGz5BLiOz
yNum97c2LQ3skUM8e4LGNzL3U9Rrl9lm5szf8Xscw0Xt7meSW9xbZafGtEjsl3HexxXREUpZ
EkmQO4FeooSWf8s/g61DMO32aLNKI4m2lpKdApHc/Zri2RMhNut+ltOwH/ZXNYCW+XnB/nuf
2gj9Rhhri4RfHdbr6wp9hTSuD0dQw/WK+H6B/V/KeWR1jjjUvJI5AVVHUkk9gBq54z7b3XiY
8jytPEdiln//ADP+j4NqOC3imyGQv5dscSBpZppZD2AFWZmJ1Z8n9wbeO9yw2zWHHGo8Fse4
a47rI4/d+6v9o9gAKD+X0/T9unaldlH2/wB011tLVjd0YsaHyjvT9RodRxyPtBCtJUDcnUgf
b266DxqjbWUh2FOgNHHTt066uFpuZY43jFehqSGUH4jofs1FvjKy+nA6Q7SU3KfPub4fHUzQ
WpkeKQlVr5Ah+70P7p1JJJGAvSsVelaUqPnqXL4yCa5zftfJNlLJFjaSSbE3TA5CIbanbbvS
cV6Kpc9NZC7nheVMNxTK3e4EARFxHbCRvitZtv2kHw1FLIGEsMO27Vuj+rGKBtvgzab1GOyY
Ftyiu3b1YEfEjrq1vY4Y7k47JR3U0E4pG8NpKk0sTAdaMiHb8a65Bbvf3rPyZMtk+GXxSOO1
bC5PZdY6e0VQJFeFJGSRX6+UMPDWU45z+zvLHG+80PG+V3HPsHLsvcFyLEh7E3sgKETJbX9q
LoxL1ruA6Nr3Gx/s/wC3/t17p8c57g4+P5znvEsacCv8ZIGTzVtjY7uaGXKzNIiXIKq4Qsyw
gqDr2L5hiciJsmOK4+2y2FnuxFDf3mDMhmt5kdhG7rdY8NGkhHnde1WpyPjfGjlLsw51LqfJ
ZL1Flkfkw/ikE3pv1jjb6jaIwNqMrqNZnGcOT6b/AM38nbe0nGrqNnEsXDONXH1XMMorkUjS
6vkEbU7haeI0LbEQx2NhiIrfH4nHA0EVrAix27JXoQVjB+3TvGrUuHebePu9RuIFO3fW3cxo
gUg9fKOoPXW1dk7OSTGB1B8aHUU8TSK6kMoR23UVSK1r4dNKmY4zZy3U3bKwRC1v42HSq3UW
2Txoantq7+huLm3ysZeS1S+b00LOegkuIBubb4VFR46jl4T7g32x3XdY2xa4hibdUBlLFWAX
x2j4au8flOO8Tzs1rbrJZX3+Xb+1vLn1CEqbjHvAqSKfGUNXwqTq7i9xcVh5OOZ2e3lywyz3
eRzP/ClTNY2P1t1eDHWkzqPVf/GmXyrsUFBY2YjZosdGkFu4URQxxKKRQQRr92OMHaoI7aUN
KsaAK0AlIAfqRtUmnWnWn26aOVFMkpK26V3EV6jafCmgV+5WhcitG+egvl9MPUEDzK3c7flX
vpf+yCd99aVrXrXUjwuDcSVYEeYo5XaoA8B4nTLDCa7WQr4gRqCwJrSjEmmo0VDGzNWOTw2B
a9PjpGAMDqtQw/CysSP6CdCCPdJRvPuoaqepAr/XrzgAFtzqpqO/TqNRu8JSOoWKUkAsWNQt
D16eFdBkbcSST5gSaeHTx0HRqhqlUB6GnhX5aokYkbrI6dAG2D736h10pRjJIApZgAACP7Pz
8RptjMkyOoiULRWdPOhU9upFNYvKR9EyNpDcBe9PUQNQ/MVp/O3+PmUNDfW8tvKp8VlQoR+w
6lsJgVnx0stnOp7h7aRoWH7U0P00/TdZvP5CLGYyzFZbiU9yeyKo6szdgoFTqfD4UzYTiCkq
LQNtnvAD965ZT90+EYNB47j2gwfHMe99eTEGR+0UKVoZJn7Io+J+wVPTSXrhMxyqdALrNyIK
RVHmjtlP3F60J+83j06B5ZXWKKNS0kjkKqqOpJJ6ADUtt/Gpc9dRV3w4iL6hajwEzFITX5Pq
PE4u9uMbl5wTbYzJxLDJLtFSI2R5I2agrtDV+Xf+QP5UiKAS6FaHt1FNVXcyRqinaQDuYChD
GtQdXka9ZLZyCB13Ed1HzGi6mjSkNB0qFZD5hTxr0OoWSm1WJZUUKN5PUr8AD4fA6KOBEDvB
iB3JRvvU+FdO7W9x6jtEAFl2xbCNr1Xudwp9hGiDuJti0chP4irkD/q01G08S3lmEZLqzb7s
0EoKTxOPFXjYqRr3Z4ddQCXHY/jV5fcTyblif4fdywS2UlQQDuhk9OQMO+7tt06qx9SeNGZS
CSR2rX7RpjtERnLGQr0Cn49PDRcS/Tytu3O/gDVa0+QrrhXOYHsrTI8twWLxEeRu5We/EvH5
5cTkEx1lQrLbXlvcqGYUMbCvgNcH53yn28x/uNieP3vK8JHxi/kBtYLrKRJe4+WUL1ZopjI5
jPT73UeXXHfeuwzeH9hsZ7KYXEcmt+Oc7NxfYOxzGdZRZQWjRyrOMZfsqvGw3NbndETSNac0
bOW+Msf8o+4+Q+vis7Nr63xdnnPzyYowxMkSskwiVTX7pB6nWHawkaT3F97MYvDuB5qZVgkW
4xpfHvnZoQQYrG0s3W5jZxu37l1lOeY64MvDba1XgfsxcSJ6csmFx8i/xvNMnjJlrxC7mnU6
bYI1jcxLGHXcypEW3AfAODT7QNEJJtVKlGp0p1UAAfLReOqEMyhGHcDqp/X1GhX8tg4b1gDS
hHfp/ToSCMpHsaJBuDMe539O1dN6geeOhDBPvlWWhoflpmuVkQEAybqNRiQofp+9469QrJMZ
Go8KN6fSnWjDqK9DpUi9QW8j1qXZl8wBO6ppSh617+OixRIzu2tQVQsOn6/DRhpvDIAY+gHR
ix6nvQ9vlpX9NZTGh2OVGxXk6Vp89RtOyQejIAC6lfVr952pUjrpoo1R45kPpPH0U9dvjTsd
Zj2i9p7+04ha8Ntra49w/cK4tkvZbea6jUwW1nby0jLtuoS3jXquzzZD2wwHuvzTA89xsL3l
9Y83w+BucfcNAqSmArZM7qskbhgULeWpHhqH26/1D8ZtOHZudQMTzKzr/B8iqnarbz9xWG3z
biFPRxH21GNizRSNEKhqD8zuVI+AOo9kDWvopKnoo1SArV8pPSpNdKQxby7mUmprXUkrfmu4
cxRHoNjJtCfb1OgEctHH5YqdiiEAtT4g9DXQMjt6rtUrGaKaPUblp4fLSEhR1G4DsrAmoH6x
r/ERSrVZWB616VHTx0HRKoAAJQwaoZfl1pTQVqBWASq+AXoa/rppCauoICjwAr1/p1YRj/Fx
NxcWMw/uOZE/6jr/AD3uFjdoRFzk91CtKfl3gWdf6XP8n4fo4ZA0z/ww2Vy8MFTs9cSKJGp2
rtKjQNqjYzjts9MjyCVCY1p3jhHT1JD8B0H4iOlY8Lx2yEEfRry9ejXFzJ4yTSUBJ+A7DsAB
o5LP3X/ESq38OxMVGubpx4IpPQAnqx6D+jUkV9cnF4ANW247auRCACSpmboZW+bdPgq/ot7y
0me3urSVJra4jO145IyGVlI7EEVGuM8jkCrcZbHwzXar90T7dswHyDgj9Pz8NDXz/kfE6mjV
QttGWjVWNTuYBih/Warpn6biyyF06eZV21cfGmjCienGprGigkVd/MftFa6hSsRhYyJGxYAu
V6+UeB8SNRBe9HLD4FR0P6+2g8cnQioLdg3w0WqGoOg8TXvX9eoolNY2HrI1O6eIP2HWK55K
f4fk8Zx+740ZIgoF7Z3LiWIXBIJPouG2H4MQfChG4bVp5KgkA96/0GukUbV2L+Yx7MxrQ/MD
TO7us0mz0ajysBRgD8waj7NYi8F3JHm+OZjJcc4Xg7W2+ous1HyWFZbywVwpNv6clus8Uq9Q
yka5xf5CCS5trJuO5+2ijIeRPoJjb5O4DdAzm3vTv8Dt8KDXt3nuDS2vNOO899v8XgRxGxtX
vri0wmCuY7q2ywsoVYPENrbg3VXEi9K11/qS9o+KqLPjHN+KYH3P9vscytEphhcNOsEZqVVF
nnCg0KoArUodcAu8HPnMDachaX2zyPIcylpdZTG4DLBbvLXCsrNJV7q2aKKVaCJW60DEa4/j
MHiPocNgMdDjcFZSEM0FrAoRRuWg3SFd7HxJOp4mSSN3Ysbomm0t3Qj5aEVqT6LjdtdSpIrT
pXrWuormJJTFcDdHM9Oor06d6ggj7dbgo3kD0oyOjkCp6+GpI+0EqiSCQCjbe/X5g6BD+Rz9
8fPrTUiyV3LujjDDcHJFKU+FDqfyMjOu816tUCm4A/PvoSepI0c0Yk9Nx1Rj0eNh2pX46DpI
m90CXHcmPYRtKV6eAB1H6yejMWYPGvWgBp0/6QI+WmhdjuCgSBB0ruJCvXsfLUHRJ87sNzAi
qgmlR+umqyMfqEVgKjoxr5WHw6Hrr3P41m1itYvdyHGZzheQnXYt3NZxNb3doJT0Z1erKg60
6/iGva/kgK2try20srWa5UURpbsXGJIf47QYzU9AKHw1mOPy2vqZy0D3fEb5FG+G9jQMqsT1
VJvuN8j8QNZbhHI7me5zft68MNk83RzYzbxCJK+ZnhaNo/kuwd9XnJfdrKYj3C9s0vmTK3mJ
gEWRxdrLLQX4hjtoqwx1BkQtIVWpBotde4/EcrijhrXgGPvc5JyWK9WeK+xds8ZingAijIaa
KeNwgLd6AtSurSK89meQ8O4rl7We+wnNpZZLmzmSIjZuBtYki9UdRSRqntUebVmeecsh4y+U
LrZoIZrqeRaKZG9C3jlkKgkAnbSvjq35BxLkdvyHCPE0UeRj6lZFI3LKoAdHoRVWAPaums45
YnmaknpeVZe/3qVrQnv076Q+koNSu0k7WUCpqPDv8dLIgIBrR6dDQ/A+NK6Cx0/Nkb8vtt+O
6vj00vqFiB2AND08D8jrlGHZjRvp7+2j/DQgxyH7a7f56S9C0TkGItroGnQvbs0Ldfsp/LwI
5H9RtwNy80It3EZljlAEsLtQkK5RSdpB6dCNWuNxdnDYWFlGIrWzgUJGiL2AUa+pudt7nr1W
GEwoajSsOnqSU6rGp7nx7Drq7z/Ib57/ACN2ert0SNATtjjXsiLXoB/XqDM52R+Mcblo0Msk
dbu6T4wxNTap8Hbp4qGGrjH2FleW+WMJW1z0l3K8olA8rPHUQkV7gRj5U1NbzLsmgdo5UqDR
lNCKio7jXDxINtf4gUFCDtN/cEVr8a11T+TT+n9Px1H6sSOIVDxFQQ5ANGDU6Gnhq7juFIoH
9I0puRu3/R0AvmLiin4k9jqHaBujmd4kp19ZFofsJBp9mre8Z/UkMgW5J6dXFF6f0HTtG67V
DSUYV6inQDR3eU0G8jsencU0KP6gTyxmvcOAdKhUB1Vurdq9wOvx0X9FTIACa+H9k/1agljC
hLIqJq9/Mei0+fbU8cjv6D1V4O5H4lK/Ajtr3JdUmMuEwMPI8Ti7ZxbzRZG0u4/Qvlu1BeD6
VSXO3oylgwpq44xdmzyOezOOzOBydxij6kdvdXNtLPC8bsQrLMdp6fs7a9sPeL/Lre03LuJ4
+54NnrKK1e049nMU9o1vLdYq6kT0Uv7aVlmeB3q3mKknpr/SHm/cbOpn/dnmPK+W8Qvc5Pd+
pfXPDpYp7eGKdakNGbs7oHNfKSB017mNhp4OJNZfSZmwxZuJr+8vcpZ5CF1vZogn5EURDpPs
8pU1Yd9W7WkrwC/CyWdq8eyCKrfnBTU+QN9z5aiKShGkZkRnNVMprQn7dLdzzItxbuGCk9PU
UbStPEEadkq5FHhjJqKV81WH9Hx1JvCRyTRj8pVqeoqvm8Ps0sMZbctOiEAgfeLdaildVACx
ySMU61p4kE/LsD46guobdjH6TgI6qjBd21nkB6gj+kaRWcT7w0aNShYjptP2jSQoQ4Xo25+o
HgevU00ZlUtDExWVdvT1AfKoPz0zOVUFiPSXurt1p16j7dMhUktRZCQdzJ1PWveldSJG7CNW
3KidWdVH4iOi076jL19NJCnqHrVaV3j9dOmrPj/JI5Sbeb18Fm7F1jvcdcHvNHKQdtdoBBBB
oKioBH+n7j+H5h/mXO+3jvZcgur25Se/heGexkgkv3G2juNxqQK0J1c8kyvK8XYYS2jWSbIt
cRvGQtfuspO6vZQtST0AOven3RitpsdxK7nl+klkVipM11JeFBQks0MVNwFfvD46xHIuINje
R3vPX9Hjcky+tZy2m0m5mki3IXVR+WVPZmo3YjXD+GXkcD5f3Hw9jlrvjHrSWFs0FxI84w3r
7pWUBrQQq1aBwBWi7tXEeMsn45nuKyDH8j4LfDZdWLITF6YUAAopUqGAHUUYKemsBnORYW75
BjbHiRtcXhorYXU809zFeJHHFCwIJmlYx9P3uvSuvczK5W0TgMnuDci54nxmRfqDiAoudkkk
RZK09aMbCVYrGN1K9OI8tyGav+YPmOM3k/JsxckmTJZCaO6gljoWLKgkEDAbugp1764r7286
5nyaT3QyVwmcyMdrcwpZ7LhvVWylVoZHMYQ7XVZFFCVWgAOnB8rMzMFAoq100Mio3pLUlQNw
DfFvH5aACjcoDB61G3wJ1YQyMkUGYt5rMbCaMxHqJWvxZKfz3t/mVjNZVvrCWbwpRJUU/rqR
+n7P0dP05Xk2XYizxkJcQqRvmkPljiSv4nYgD9p6ayHJM3OZbu+f8uKpKQQj/DhjHgqDoPj1
J6knVjzTntoJriVFuMJxqdPLEDRkmulPdiOojIoPxVPRegoBrM8myLqtvirZ5UjJAMsvaKJa
kVaRyFHXx10DXF5ezdFUVaSSRuwA8ST4a41xxiDLiMdBBcsooGmCAysAPi5J/QP5hSGURqSZ
I2Wteo6A+FR0OrpIUJXyurn7pQ9Qq08QOh0gYjfF0SnQ0PUd+2lYjdsk9TaDQlgOtfEV1Gnr
OG8tKdBU9QafHVQ5ckUkb+0Ox+HXQ3MURfN0oa9PumuvVcsF9QL07hf/AFagKFmaCu6QdQ4P
Yn7NEmRVEpr16mtNBvUaKGShMe0UdlPVq+HTTyxv6dGHpzUrWhqD9uuJZLlt49xByDJy4LiW
BsqvdZnIZGEwrH6SEb7aByrTs3lVT11dy5AwSLx6+sMtyOxx8X0lpjbo3H089jbxOS7+iQSG
BoVPw17k8b94s7ish7Cf6aL/ADNzh/bfkT3UtrbX2feWTHyLaYuNpZVeSiszNRA3l6V1kfef
29yGZ4insvdca5LyP2Pz1rcRXmBsb2aOS4TH31xK8dxEshLxhKn0mDE1FNZjGx/V4fE8gsby
C3yMduBjo35BbyRwTX2QUF4/qPVCbK7N9PHWFxFzLffV8dxi4W/TIxMl5FLZH0mWRWAJUlKg
juOtdR26qsCwrVndjRghqHFexGmTekgGyUuh3BmPVGH6tSH74uPLK/QCn3gaDoOo1kMHY8my
PDsjdtHJa53GSvHPC0R3IKoysUbsyhgSPHWU4LguaPcckwrXcd1b5EW0iM9lL6cqiS5gfruP
TdT9WocBzvBYL62e3W7SK4hWT1oGd0DrJZXIQVKMKdxTqNRcl5VxWPBz30oOHEEwYXNoUVkn
oxLICxIAbuBXsa6gcSIz+aqopX0yPw/3vnp/WjdtqF2jr5zTqAToHdLtBU7GjLIlSCvY16d/
t16j/mKhUpMehlINWOzstBpWMxcOplq/Virk0AHhTx06RlYIXXaysu5X/tVFKGukKSESyGoW
lfACte36tTKiRABvTDVpvUdSxp0Br4akjy+EsMnHclhKl5bQ3CygigJV1PYjx1Pcy+0WCXYo
f1Es4EjZxQEBEAUA9+g1a4jA4u1wuKsV2wWllAkEEYbvsjQKop8hqw5Q+VzEeKtb/wDiVjwk
vGcb6rP9RMsMZQmOKWQbmRfmO1Ke3HuFjOTDjuU9u5LacobM3X8QEV0l0kRdZ4jGFIcHytXd
+22/1I+11qP4xhFC8+wAFI8lYhQJJmRep2otJenYLIPMhJ9r/wDUJ7HhchzLiskUd7h9yLeb
reYTpEwJUF7aUtuQtR1YslQRuwGZ5NxyL2h4FgY3GUwshW4uc1dMrIYqSDfFGpowqF2+DOT5
faTmslnFfpgspcWN9j7hAY7lHENykclQQVIt3BBHZjrDQm/uct/p29wZllxMc5kmHHLqYb2h
jJ3H0wCWCA+ZKkVeNi0NxYzRXMc8SzRTJICjxMAyujCoIKkEGvbQMMgYAFCF6n7OulO702Uh
BXrTw6/Pr01iMsAVONvba4iB6OyRuBLuA+VaaR1NVcBlPxB6j+dscoqEyYPM20xYeCTB4Wr8
qsP5H2fp+zWH4Nay0s8REuRyiA/euZwRErD+xF1H9/VzyfLwCfD8UaNre3dQY5756mMNXoRE
BvI+O3w18tXF9fXMdpZ2kbS3V1MwSONEFWZmNAABpMPhHkh4fiZCbYMCrXs4qPqHXuFA6Ip6
gVJ6mipzTKW5/gPGJQ1jvA23F+BVAAQaiGocn97b8/5n+nX69RsR0WZD16A7qrT5ajRlTcyg
xkEUJ8eh699JE4ILSu5f8fTpsJ70U6DMqM7FV3fir2GkkBG0tR1+BU+Olj6I5JCde/jTQ9NT
tkYFR8K/H7DqaFvFg8PwBH3v1at0O/1yRQoaABgQG69D9mkeKA/kSIsqJ1DihRifh8dBYGeV
iu5YZHqob7rKp+Z66vMlm8jFi+K4S2/i3JsxNUfRWMEgWeQjxIHQDuTSmuPZm3w95aPerY5T
K2m4W0fEPbWzvS6QPIxAjv8AOxxiWT8XpsB4a5HjZBLcxc/tMh/CsjfspgnwM8nq4h7CKu9J
bcN6Uu9fPSteurD3D9rsQ+cl5JhcJf8AKcRNjJ77FT2l6q2FzFlLKDrNbmRSD1608O2uZcYb
i0Pu/JzTJ3Lz+5+EmysE/GcxgrgmewvMbO9xEsUNvMsUbL6YMOyvbXs7mZse9/HlMNYy8r4q
2RGNsLwYNiIo2cn8312tXdIzSjrtr8fcn+JXy5LJ3+Riz8GThiMNtPjs1ClzaJEhLFRHGQrd
T166UyOsakBGLdR8lr9uokmSCIqQrBRUqtag/HqO+vK31DLVlcDarIOlaeH2aZJmBkVqoyA0
206BvHqdX0CgpDkLu6E4KlSfq8UbkGhPjIQa64PyhVCrDJdYq4IA/GFnh6j+7JricqVafHQz
YydFUvt+mleND/8Aiwp+WhKNyE/edvxKB2I8DplHUNsLEfi2iop8SAdCbdMS6gRKVJO49i3h
tH7dBDcNUr50eIxruqQzA1+7UdjrfWOm4OoJPpk02fb11apMsEjRu3qeixNQo6IR8ad9BnJj
MjlLaOm4+QbutO1AdSxx0eFmEslT0BHTw7/YNbGcTIGjcvEAAe4oB1oBTqDpVUlJUSRSpNVI
Zq1A+w6O7ePKCAT90LQV66bYkkrVC+uOwalSR4gEHw0xiPVmaSlCNrgbVHXuCB21NHvWQx/f
R4z5g3SnUdaVNR8NZHlfsLnrDD22alWbkvtxmPUGGu33VMltLBue1cBm27UYVoOijbrnljya
6sYcbnM7/EeNcZx11NeQYtW3GRVnnjiZt4ZV+72QEkljT0biL1YbgMDHKoP3DQihrUHoRrK8
O5NZre4bLxiNlBCvA6eaKaJu4ZCAVPx+Wj7Pe8eQK8J9V19tfciUFbKhNRZ3MrV9EAVIDtRO
or6e0jm/tU2FOLyHE7aPI4zJRTpd2+SsG9FTcRuiKIzunj8u5u/eoIAHalK1Hw6nT7AzQOtR
Me4BFD0+3XGckzb5ZbGOO4btWWEelJ/1kP8AO87s0TfJFjXvIh/atGW4FP8A8XoH4gEfoH6O
n6v0H4a53ctWsWXuLPzd6WbfTDxPSkXT/Z21yXGJIn8Rts2bq4iqN4hntoUiJHehaJ6abIcm
y0VkNpNrZAh7mcjwihHmbr0r2HiRpsfErYbikMm62w6PV5ip8sl04oGbxCjyr8yN2o7C1WS0
wtowfOZrbVII++1a0DSP2Vf1noDqwwGDtVs8ZjYhFbQjqfiWZj1ZmJJJPc6w/Er/ADEUXIc6
22wxq1d+qkqZNoIjD0ou4jce38j56+Gq/oH6FVwrK33lf7podwr+saBa2BK9EVwAw+xh1I+G
m+kLy3cI3KrD/EZ+3mHh8dSwybPrBGqUQNQSjr03fH4alSTpsG9m/EW8ToKhQRvVtw6t5R0Y
Hwoe+gXarjy+qOu0nuCPnp0VlZvI6Iv4StVI+06kty0gSf05ERaFVdG69e4JHcDTH1Db+oUC
kdQ+w+YH4VHXQQSeLbPE0PQoAPjrIcR5DdyT8P8Abuyh5f77RwSMGnRYw3GeMJtBDT315ska
vgu1u+sndc4iX/PHulc3HJvcRGf00WbIxGOCxZR0VLKFhEIx0U9dcP5h/AjBc8jwWIsbTkNz
NG0wOCD42+itrbqXt7pShBABWQV7HXEeS5rlGW4rx/L4bmfGOUZCziEdxdW6IM5gRZSgtsnN
xcLGHICpQ7hR9cPz1vD7dcmupuM3T8zfMc+ubOyyOd5Gji0m5Jazybry/kt7tYF9ONoHqhBW
iEcw9tubQwcUzvttzK+x+ct8nb/VW2GspP8Ai5mezU1laGYTGMKf6O/GuYzQXMdpzzjTW9J4
fp1ebi1y2Pb6eEhWS3nikWaJSBSrDQcqGTYTCh6gn56NyZAJXj3hAOwAJMf2nvXTUZ4zVTsY
ULbhUMAfs0SxMm5drE/u06dPiO+sNdkuTkLvGmUE188lgtuKduh2g/t1lpUhMkuAvbPJQhQB
tCyfTu9P/lztX5a5bx5JN0mNysF/FF4qt5CY/L8q2xr8CfnqWaUKYFjaS63GgRB95mY0Ap16
6Tivs9xOyvLCKWVMUt3HJNcXGzvcMxmiSFCBWjHp0qfDR4x728LbCTz0M+Vsg59OOQ+WYQs8
qzJ3q0UngQFJFNWuRxN1HfY2/gW6s7+Jw8U8brUMCPj4atOP8hxudX+IWcNzaZaG0jeyEZJP
phjMrllK9QE6VHgdHCcYzUk2YnSW5jxclpcQMyqA0hDvGE6fDdXV3hZeWYeDLWRMd1iHvYI7
iGWRkCt6LOH6BgD0610HtJI5IJDRGgdWBMZ7ChPcHdT4aDCL0wJKMsYALipQ1A6dyDXRVlpJ
tUoW6feApWvautihXUjcB3AFKEGvbqNbI0IcNuV16EJtptLHoATpY5KQvHIAy1JopWoQHxPj
XVuZJSwh85FKEPUipP8Aa1RHtTCitGkTV3s6Cq/9EnrpKuEDqJA1erN/X8uuozHGViBijHWp
JNRuDHuRrYiPHCrLSEjdIB1DgfGup8ZmMZDl8dfVtrjH5G1SaCVepLMkisrCnx+er2fhvD8V
xm4yNBd3NlaxwmdF6hCygHaD1C9vlrdDbyKgC+UEsST4UPWvQ6QkUWT1E9Mn7gXsGHz76yeK
d6yYbJSCKKpqsNyqzJ3+LF/53KYuUViyNpNbSD+zKhQ/16e1lUrNZvJbTKfB4XMbf0rr5fyu
ZQPF6aXt6chCadHW8UTlh8fM5B+YOmucRk7vFXLKUa4s5ngcqepUtGVNOnbUl3kLua+u5aGW
6uJGlkanQbnckn9uosjdiTCcSjf8/LutJLgA+ZLVWFGPgXPlHzI26tMBgLFLDG2a0jiXqzMf
vO7HqzMepJ1d8a4LNFkeQqWhvc0KSW9kw6MsfcSSDt+6p71PTXG8pNc3GQzNznbKdrp2Mk0k
31CENU1JNRr5eP6Rrpr5eP6flpW/dIOoioqG3KfjVR/t0HXr32r8K+GmaVir3Dp6RXqWmSpA
Pw6EjSIsgnuHC+so6envqVKk9GA7H4V1BJbRmP6pqel0rRW2sh+TEbT+rRDQbQwMix1rVQxU
EH4gihGlLwkxsQnTozbeoUkeIpTUdxCao1W2k18taCp0iCaQPIgdgV8le5APxHhrOcs5A8kW
B4hYS5nJXI6M30imaOJCfxvIoQDxrr2k9tuURBc97nz33v8Ae/HpBkeWCeMPx7GOwptS3j85
jP3WNdB7lQ38SjleZ3oxkaQ03j4de/z1xyezmt7S+45mbrieAv0hN3c3y5Ff4yLJYU80DRvA
5SQ+VlJQj7tMrlcbBYZ+Lg2c43zXEW2RT14riGCaS1uRJCarNG3rwpKD+Hv97pF/qO9ubfhu
IsM3lLXk3uHlvcH6ec8Kz/DJVWzxtlcwhro4+/tniVIRFRVXwKqde9WN4dya35ZhPcPB2fNJ
rjH3kuTSwyAAOQtkvJFDSrbSXT0Yj/DVCeoI1w/kdy2QurG05zHxPj+VzLpJlrmwy+P+svbV
44htMNrew74X7+mxXw1dSQChZo3ttvX1Ng2yB/nSlPs0kqs28F9iilNpqNpHxqNB7cvcUip6
9K7o3NREPia6IAOz7oI60+Q/ZrjFV7XuH3A9B/hLrlWFT805fFXllEe59Vo2VGH2FlYfZq/w
5kWOPO4mYIGNKzWzpKvfw2ep017gvaCQ3C8XyqWcqAiT147aR1KgdT5qU1yIyLW9Xj8j2p6/
c+qtxIPh3K/P+nWUnjtw3JONRyZDCSBayAQqXntwRSolQEAV+8AfDWa9tMncNJBDA+U46GNS
qq1LiBa+BZlcD++dcujuoPqbvH2RzOLmG1ngmsQZpFUAEgugZDTwJGudW30dqcyLW0lsL2UD
11h/PSaNXPUBiUrSlT3r0pH7m4yyitM1a3cFvyKaGoFzDMPSjeRe2+NwqgjqQetaLTk3L1SS
5zzZUYieJpNsUVssMU8brGO7F2Ybie3SnetxDjNkOQa2nTG3ExJijmIYRF1HWgNC3xGrn2/z
nEcPnOQW0ptWx1vBcLPOCglVonSYqytGQ6kp2+HUaa1557T5LB3dzEkqQyzPbzbGahdLe4to
jRqMQd3cU1JyDG4bJYW0Fz9OIcpEFM6KqsZInUsroWcqGB7gimjMZRFboD6s0zeVQqsQ25uw
FDWumsV9wOOvMfy5IWyMAUyBxRd+/bT4UPfUU8bxzQ3DGa3uoiHUiRaVDLUEGnQ6LgICQEBc
kBloa9V6g9e+gm4kptXax8u4KCD+v4jTqHdXVZVUUKszB/vGvUU+B0ZDM00XqKyhqeUbewH2
11taSslfvEUFOh6H4jw0JAayKorN90uAfLIo+P8At0skkiqshYUJ6g0qCCOtdZjGGYfT5fGL
Oi1BLy2kgAI7H7sp/nvcHGouyODPXUkK0pRbgicAV/8AmH+QK6+f6LTL4e5hx/KsbEYIpJ6i
C6gBLCKRlDFSrElWAPcgjqCHt5cbYWUKMAt9NexGJge5AiMklB41QHUOR5jdjlWRjO5ccEMd
gjf2kPnlof3qKfFdT3l7PBi8VjYS880hWKGGJB+oAAdBq645waabF8dO6K8y4rHc3o7EJ2MU
Z+H3mHegqurbB8dx8mSyVz1WGMdEQU3SSMeiKterE01Dlcl6Wa5g6n1ckVrFa7hQx2qt1HQ0
LnzH+yDT9Pz/AJf6v69RwyQUUyFUlUk1G3xHx66nEce4JKVlRqoQyitK9iT4U0uyEqh6dQQN
x6Hv20qbhHGrDYQPN1HXrpdk5tvTkP54TePnT5HRNFKljR1HRt5BLAeG4ipGk2pWJlYFkA/q
b+nRYyhHtoqG3C1Bq3mSnwFa/ZpQjORECWibygAElaU+Vde1HsAhay43zOY8u93JDIRK+DxT
g2lswFdv1EoIHbdQa96/e3L2v0P8fzycE4EQiqkWEwCtFJBEq+JBTdXv11A8hWQ2r+WPsD06
hfl01zu5hlulOAgs+VYeDH7UvPrrG7FvFPFKwKRLGty6zMwoY2o3Qa5Dw2+VbDInCZ7i2W+m
ZHcXr27XEKh6EFHmjiPTo27p36e0El1BFYYL3Ktc3Zc993s1fX6NheY2GMeSwxMkFt+VCktw
ySRuVKyRBgTuHT/TjzXPcQHtT7tclv8AI+3vOeOWNmtvhuRYdrU2kfIIWQ+kssjTKkygUkOy
ZQK1PNrPCTtjrnj+Ni5AbO2dJp5clj7+OW1yUkRJNpEkLyQzEGhTqe2llhlBR41kicEMCGAd
QCOhrXuO+kaNPvMx2k/ddf8A2dNSyNC8YEgCoo6bXAdWWnwNR8tY7gWfs5LKPOQxXYzk5jSz
iW5kePdKxYMi7oiGbsD1PSurXI4a9TJYxs3F9HkLc7o5I8ZZhTJGT0ZSYC1R0YdR30rLIJBI
NyUQhSCNwKnsaqdW0EqelaY7lstkFHSlpfSPArfZ6M4J+WsjjLpibe8ie3D91eOUFTSvTqDT
WNwOUl+m9a/u+MZVmG3zSsYUoD8ZkTv4adZY4fSkZw6Ak1QDuD2JPiNYzGKDDBjuVT4MBW8p
t7qZ7NCST1UrIG6/brIY+6YC3vreSCaOld6SIVZa+HQ6yFpxPER57kEv1OBusK8cshuEjmV5
VRYXR9wNv0NTT4HXIuIcw9l8hi/4pDtfJn6u2S2kjaN0cwz2rVCPHuoXH2651xiS52C6t7PK
W8HQlfQkaGdwPH/Fjr9g1veRI26ogfxINaBfs8de1GZEIUZBsOtxV6+pTISQSD4isTKBrg/I
442GxrvG3jsanqI5bcV7n7smvb69hubhDa44YsxKB6Yks91u5b/8XX+nXGeM2N5Jb/5qnuGy
fpgqZLayEZaNm+DyTKxHjT4V1Y8j5Pb3c2a5KLhrK8huHi+jVJHihMSqTGxYJuPqK3elBTUn
EM5eyZbhdwyS3NoCTFNYzsdl7aoSfTlUg7lBoWVkNejC2ucdcBrfKRRS4zKQuGDRTJvimCEU
NQwpUdQdXPF+TZnG59/RS5sbuewhSO4tJCyI4W3EDL1VlIPUEHqeh0OT5vi9g/LrizlvsNxy
ykaFLuMhJIFLSvMY3lVuoZjQ/DsJ7Hk/t3l8LkrSZ4cjZQ3Ec7xSRsysjLMlsQykUII/q64n
kNpZ3NnZZeBZ4re7j9K4TqV/MVWYA0APQkHQCxxkGPbPuBLKSerIey/Gmt6gjZUMV6kt8aeG
uJ35nMNu98lpcK/l8t2DCAw8PMwP89mpwu2PPY2xyC/NlVrZ/wD9GP0fLXT+VJm+SXwtoOq2
lolGuLmQCojhjqNxPj4DuxA66Mc7HF8bt5N2PwETkoCO0k7dPUf5kUHgO9cHxlL2PHNmrtLU
Xsqllj3+O0Ebj4AVFT0qO+hi+P2lJZQpyOVlo1zdOo6NI/ToKmijyjwHU6/q1O+Ov7fIR2s7
21y9vKkojmj6PE5Qnay16qeo/R0/R/V+j+r9FP6P0b0ALN02k0qRUdKeNDq4QrvhZQsMLABV
YDqzHuflqOKN5HgAZWSlFkZwD3NSCpFRqML0eqGWg6LIPwivx16TErEpLKB0Ir4f7ujLA6lm
WnTwIH3gPnqzdR/w00ZjvFb8Mu3+o966dHZXQqBvB6VIoCD9gpq0s4Uij+skCGRu/Wg6/q66
95PfCwhSMZLK3fHuOSekXuI8TxK1ZC6r4u10CwA77Rr23TI7BPlsZccjyF8H3CSXKXLzmU//
ABKAbvtpqNwGQ1r1+9sIqrfLWEs7orHisjZZiyzVqzKIL21ns5AbacuCojlIAavXxHUDVhew
LbQXKR2GVFnjZzkFsLebbDPbS3TCsksHpFWDCrA/PXu9/pB4fxWwu8v7h8oyFtd8z5Xfxrjc
fjohIsV1FaPshEotHLCRnrUjaoPb2POcyz5HN+2fI7d+Mcygtpf4ZynDW4jtPWiuwWFteWRt
1iuYGPmASVagip42yWC8f5Wq3mOx1xb1cw5azaFMfJkDVTDeC5COr9KhSOo1x3HX0TW2TwkI
wWVt26yW95jHa0lhc9qp6YBPj37auN4hjltX2lUlBMnmoWUUpQd9SlZT6VAYzIKEs33qgfZ0
1gMjh81b4zJ4q2mtxBPEzxTByJEVpVbctCGp5WrXw1/njlGSscjkLKF4sXYY/e0KCYGOWRpZ
o4237SVAC06mpOmCr9QtoALW2BCFlIJoPAUPQ6zPNL72zzvHpcrcR3FvFBbT3UduYo1RKXEU
e0mke6vT401FeXuDusRnMKi23IbC4iaIPdFaM0IalUO2tCAQRSmoPdjjccpt8gUm5A1ru3WV
3AypFdVX7quAoJHZxU/e1Z3F7mLLF8gxEO7kWNupVjMcqJR7mKNiN8T03VHRfunrq1vsCRc2
eS5nbz2lygG2S2tJkZ7gKPBo4TJTUCO4UKgWVXJA6dCenX4aucmr/R2VvyKxy8lwTQGC+EU9
y1fgfUkB1PbyBGguUMUqMdu8OtHH2EHrpeNy1pJcZTjlzI5owMJcpUDoSZLdR+vW5rdDtrVm
7mviD8tezdkilrq2bEyOT1qJcqwQdOtfIdZi5S29VuNXtjkI5A1SjGT6dwBT7ojnYn/1azeD
lYN/A820kYrTbFdRKw6f31kodcEzIrsx99d2Wxeqf8bFHKvWnci2Pj8dYGH6pZZsHLeY64iC
0I/4p5lWo6VWORD8dcf5fbANd4C/OPvXUUrb3ilgx/uyRqB82OosdcyE3nE758fuc7ma3oJo
P1KJNgHgF1wTkaIVKS3mNuq9WPqBJoRX5bJNcAvYt8VxZ4wWEpJHQY5zaK1P7sX7KaTMxW6Q
w8mxtvfyPtGxriIvbyAqelSsaMenXdXxOsRmIp4jHmbSC+jlh6qIZoklRgPgQwFdGOgVamst
OgcNWjdOvTw1tiVqgdKjvX5/b219QojSa2MdwsjrVi8TbhuoamlNY3IxsHS/tYbhXHYiRA1f
6f53gGfUUF3aX2Nmb5xsk8f9bfp+z9Hw/S1pVcvym4j3WWDjamwHtJcuK+mnwH3m8BSrCfOc
kyD315LVYY/uwwR1qIoY+yKPgO/ckkk6sObZLHNY4LKXi2WOkmqskzNG8gdUIrsIjNGNK+FR
11gs0NxOIyFregL97/h5Vk6fPy6myN5dxWthbxGae8lcJEkYFS7MSABTx1d8Z9v7iSwwpDRX
3IVrHcXQ7MsHYxxn977zf2R351iW62sMljdxf2ZJBNG/7RGv7Nd9f1/op+jqe2vs/ShVSU30
koO1ezfq1IVViVjLx0FFIH3up7H5aiiS0JCbhsUjcKdQanoeunJO0vtfYRSjfH7RoysfUduu
3xNBRiB8/HUYNmJI7lmKXYNRGCKgjr8eml9IEFgiuoPj4nQCUT0jQmgpQmg79Ovhrl3L9i3U
3EePZHJfRSISJnigYAUqtO4611dy2UolzuP9r5svLeMVIt7jMO008q1HVisvj1rr2+srWJzb
WfDcMuPaSLYzIsKsQyHs9SSD+IalSjSebf6kkexwW6gfZ8tY++yCG6w9td282TtWJCS20cga
4RgOv3K9de4/HEktrYT2uTyeNsLO0+nxn8MFLnDzWhQ7LvfFIyvtaoYEHXucvuphoLLG+9PA
rRMB7k3+M/iUfFsrKi2kl89ktWjEkkXQnzAkU+VxdeyXMs2nB+WzDhD5C9tUW05Fkks1t4eQ
LaXak21tdSg2TzpQqxjZide3GRyuOubm8gxdtieb4JLiGGWYcTka1u4ZTJ2aA24qFIclRTXu
LEl8s+HzGYXlGHu7ZfTtpbbLxLLbywCSjsCFZXHgwOlIA2P5ogAD4/HSHoanz9akj93UDoVL
wTFg7EqV+Yp22/0jTIU2lZBLJ8N3gOhoQw66eNhu9XyoqioQqdw2nvovtJ2sr9eo2oOi/wC3
RkRPJGSQvZRVt1SfDVzbXcEd1Z3S+hLbTIrxkPUuGj7FXBoQelNPewWeS4zJOTO1ph7uNI/H
cBFcxTqgB8FoBo5PA2d5fZe5Rof4rkJEmuEikrVUEaRRp16EqtT4nTqRSWOQVanXrTp1+Osx
yNfcSxzV7kJ3ljORimiKxDywxmSL1gAihV6L27DV1j/cGXG57KYisOAvLWV2eaARgRxTNIkf
mZhTeR2+8a9dXHuU/t1kIMv/ABs5lbbHR/WRpMswlCbbZ5GYVoD8evz0/uDyXj99xa2sIJZ8
zhbyF/qoPpyQzKpVWZfFTtBI8Nce5jkMkMbw/D3do1nkbtWj2R2EZuELgKWG65rTp4iuuWcc
x3O8DdXeVwt1b2UMd7AZfqHiYRuY2cN99lHbvrlvH5HITNYhLtEArulspgqgfPbcMR8gdcnw
lkXus1aQpf4y2AG4XdofUEYr4ypuQde7a5N7f5Ccx/xpBksHA9AHuIF2XMQqa72jCsOnZG1z
q2uSIhBZRzwBhWsltPHcLQ+B8lP1017i2URDxlMZcRofwuDdK1K9PMCK/YNZe9ECvPgbuzyU
YqC6hZfp5CKdqJOxPy1ncphvcC54bmMLeRQTW0ETyCSCeNjG++OeFh1Djx6DWEz/ACrm8/Nc
bJdnHY+W5luZHt3dHlAUTtIFVxE33W8NcJlILXOPtp8XcRsagfSTPFH16VrGqH+jSKX272Vj
QfekXsv6x46IWV4gw84alEPft9upQR5VJDSkd6jqQR4awIZ/UkxolsZCa1/IkIQdf7G3+dxW
WVathMzA7t8I51aJv6SP5Pz1/t/Ry21mSa+y02evYTEqtJLJL9S6hVUCpJ7AAatOTe4kCXV+
AJbHi7UeKE9w11Sodh+590fir2GeMUIeTDy2l9CgA8ojmWOQj4bY5GP2foxGCvrgWWExVrbQ
tjbckLcTQRqpnnPdiWUsFPRfDr1P0WFt/Qx9uw/imcnBFvbKevU/jcj7qDqfGgqw/hOBiZ5r
grJlcpN1nupVBAZyOgC1O1R0H2kk/wAwNB9pYxMrgDxofH5aeVo+qqUqBUFG6j9mmV4Q6qPy
4hXuO4PXSmJFKlKLU9QFHiT46Bf8XWN+xofgfDX0iKYUEJcRg9B1qQP66aQSqQpJBuB5qfCo
0IpYUulYk+nISEFPxEAjXvREiTwhOK3HouhBlIeRVerEn8unfxprI8dFtsa79tTEIBLvSSMY
1ZYysnfoVqK/Zr2lyLO8+3iePtujUb6m1ZoipJ8KdRXUxb1kt4SFWA0dw1Ovbv1/o06WrbfV
SWNt1EqZEK1NegHx17f5/H2j3WHvMTjcdw6WVhHhcTFEr2uZsJYQVeSVpAJIJBXr07a4Vzj2
+u79c1Z5nLcMmAt/Wku0LpcW8M0ZVhMJA1VUj7NczsferHXWE9+vTs7X2dn5qLni2Js8HbsJ
b1cQsaW1jHcB0Dt63QrQjr117k8At8/hOVX3DeQW13lOWtNKMatxm7OGe8kSZQjskUwakgFG
6nrrhvI8s0Vxd8r40+KwwjRHtLU8Wn9GaO0eMAPBOjiVGPm7g6jDBIxIDLG0I2gMoNFIPYHu
RpomEkQSNWkcV27getQO1Nf8RNC0bn1BB6n3gPvLupQV76PoIro21WmWU+mOp8oqOtBpdwXc
vQxRdRTtVSe4+ei6wKZUJrGGqzqB2HgOvXUiRlUrGDJGxpX4r9umdAj7ioBj+8amnX5aaQ2k
Dl3liecDzBQOgA8K6VBENwjA9RmP7Fr20+0kFwDtYEsRXpX+rSCMPtiXbCgPbaAZAV+XxOqz
bmkkrtKkqQAR0YeNNHcVLKaS0HY7v9uuQ4OaNZ0z1hdWLq1RtW4haLynpQ+bv4a5dHzLHNf2
3H7SKMY6SaW2VZrh5FLuYWR6oIiAA3c17gUZYLDKYSTYWrZX7uVNK0H1Kzjt1FRqHmvCM/kr
jF2zpFkhMyx3dqZGCrKs0HphkLkKRtBBI716ccmvpjc5OwkubC+vJXLu/ozN6ZcsSSwiKVJP
XUfuN7N3H0+aF19fdYSNlt5Eu1beZ7RnonmPVo2IFa0qDt1ccEyXtNlLK8v5oU5FmrPH3jLc
LEyuiqdjRRKzqC5DkHt5RUaytxyUpZZ3k13E97ZoVc20VujCGORlJBYGRydpoK08Nc0l5HeJ
Y469xl3Y28z1LPdTQusKxqAdzF6U/p1mMFmriK1tuW2KQ2E8r+mn11u5MCFj5RvWSQCp6mg8
dcnLFBdYeexvgrsKKY50jZBToG2SN21y/i7y+pd4rJR5GCFzQCG8iEZ2k+AaCpA7E/PQaTyS
7lKMvUABaHp9ujIIWMjRjzg1opHXp9mpIQizuECmYEs7q61DbR+78NclwMkjSTW88N8j7SEZ
Zk9Ninw80fUfzvOLdhU29gbyMgVIa2ZZR0/3dA+BAOqfp69/05bm1tiEPI8wQ099ITJ6bbQr
GFWqEL08xHU/ozvGcpP9dm+RY6e1tMLbsPWQToyLPKeojVT1BI8xHQHrTVtnuQibDcQ3B0kp
tuL5R4QAjyofGQin7tfC1wuBx8OMxlmNsFpAtFFepYnuzE9Sx6k9SdfZ/MDXbRXqNwIr8/DU
TTytDbJayPNsINfFevxBGrqV5WjElYUhZOvqOKAkjtrH2k4ja4o8N1ZOCEpHUowfoaSAVr4H
SMRvSdjJFuBoqlaBK+Ir11BCoaVrpPyXQ02yL0ZgT+H+vUSOGFxCw8/QxvAw6LUHrtPj8NEo
w3MASletBr3hXII72y8RyMmxH9PbJEUkhLnuQzCoA7node3kV1Lb/Q8g4rjLK+mt6SRSfX44
IXMg6BfMD08dWPDr+QG/4Rn+QcXzENPNG9ndNJClB8I5FI+WoAaq0aem3XqSOoqdVc0C7RPJ
QbTGTSq16VHjrjnIZYrCZ/bW9yHGcffZmSVLS5W9kjylt9AsW4td2zRlalabDWvfTe4XGMer
5r2y5VhOd2EGStz6EoV3tZgybjQNuCSIprQ1BGm5h/qX9/eTcssvcTDW3MMD7fcPtr65trex
zcw9W/ivZnnh+mxgYidaVUrRvAH/AFE+2fKMrHk7nP8AD7TKe3vKAI5rDM4vDXq2cd3bNHWN
lWG4G4DqCO3jrBcnxGQa8t+BcvtOPYjKZW1ezFxYZ21D38SW1Fo1rcAH1EFGRge2p7dFFw4K
srx9UO2hLK3zHbU5it93qNQIhO5vA10iCJYystRK7VURkV8y0qRu7nwGlkqNh8shUim6laKB
1p4ddboiBGPypFHYeNBXw66dmUAuKOFFABXoRqIh1ZZZTsi7UZBVdxHXSNHCbl1Uh51kEf3j
UdD4DtpijHbUsKAHrt7U+3VFkUTy/wCHGRuYhagmg7adHUqOnqhHLNVe9PEfZoKTIGdkG+Mj
cpl6VPx+zUOyab04o5ErN5mFDQkj+jTKj7o5doYMBVj3BB+Wg28RFUBCUpWvcAfH565vyjD5
O9u5+VzercWM/plLdnneUCIqq1AMhArU01cyemSQEVgOtNoof26yvHMisYtc/a3FvcsqmsZl
Qormv4l6EfOh1zHjXLOPz4nbk4ryyleSJ4p/Wi9OQxFGau30EJrToR89blYKwUsA3YsO/wDR
qnoI8AClSG2Hcw6lj400QqGN2Y7ZS/qRbKgkBfjTx0+Gz2KtczjT51sbyNZo2cv5QUYFdwpU
HRZ+FwW79KS21zdWvTsaLDKqEkinVdYzjV9m8pjMdjJVaB7WZG3GOIpEknqIwdRSo7Go76x3
JOGe6F3jTbzoL60nsFf17XeGkhkdJgrKwAFDGR+LuBob4kC79m0MSyg1G5h8ten6lUIEYZOg
Knr9tNFbbdbyQSflrXu3j1+HWlNWdswMcebsriyZSaJvjpOlB412kD+dzmHcbkymPubRgf8A
40TJ/t0sUlRJFWOUHvuQlWr+sfyPn/Iu+NcGmhyfI13RXuX6S2ti3ZgvdZZV+H3VP3qkFdSX
V3PcZbL5OYGSZy00880hoB4sxJ6AateTe49uss42y4/irdUQ9w13+8f/AIfb96v3dJHGixxo
AqIooqgCgAA7AfoOS5JmLbD2W7Yk1y4Xe3fai/eY060UE6gu7aVZra6jWa3mU1V0cBlYH4EG
v8vv+gEeHX9mpIVQJ+VKpr3r36U6dRr6iK3USxsjFu6MwA2sw+FR1+ekm2CRmiMMkcncb617
eKntpHXbCtuAojqdqKgoFHzJ66WSMemip0BHapqQPh16jUYlqPqD1DeYU61/63XUO6NYCA3p
TBvMGVSAGT4Voe+uWYY7YUy3HMzZsfN0E9jIUaqhmojqD0FaduuvbBovVj/8Ee2B6kpLBPNE
z1PUjcAy0+6OmvdLATyiC09yuO4z3IxMCRlI47m3/wCCykPXoXJ87EeC9dK1PIULgjsxBoAP
1aZC9VmKsUYbgCTSvh4a5HeRzw2Ftwu6sOVWmRNuLiaPJRTNiyY7Yna8csU/pT16AMrV76/y
3PhjY32T43n+Lm0uX9NmyloTe27vApLRUe12Ub49KjvxXFpyjnPtNe+0GK5BxPL834/job3C
2svNLkCO8z17OryJYzvSGSBKFCPUSh17UJiHxV3/AKUPaXlFzxD/ADlhoCy2/J+RYcqxnkeR
rq5tZ76NSjMuxkFPvAa90BexZKH6bh8/L1a9uDdNByayuYjjp8QveGF7edoZkYbSmzw1ZNe2
gtMo+PhlydiGqiXCBdwRhSgPfW6NjEzkStGoJQK4qKV+NPHUDoDO5Uzlese1QSpqT0PXwGln
DK0YQoY9o2sqjyuD8f8Am0zHa8iwgTBB5FjB8snTpuoaaMbVJA2gnw+PXVFLkA1dVFdoFB1O
mjaMOjbhuWgFQdrL+o9dIPSQyAgu4PmbaKDoNFmmCDYTsj8rLTrQmlanTPbysaKQGelTXsDT
vqJJZSod/VSY0+AIH6tSei/r+m35lwFKom7r5j/XqJZJBLBu3CWM7aNTyV+FDSvxGihlEsgH
lIH3gT4fZ21uH3U67fiCev8AToow3SPX1DUUIHboO3Tx1v8AV2MvlHYrQda6O5jKRVqqpIWn
Tqf16eWYhTGCQAOo208fHx1KCoK/4iSFvNRuvQeH3tMHtGVSuxIUm20CUIK9PvN1r4akUu3k
pI0bAUoDRT8ak6Wl1LEEZokg9MbSSu7qfgCajUReRSQm4x7akmpNT4d66MhiRyQEO0kKD2BF
PlqJ/wDs42KjpU/A1Py0QhJCg7a9elKnTBm8wPlPifhXXH8wZKLishb3EgrQ7Q4Djw7qxHfQ
PxFf53nWHCmOPHZ+/SBD4RSTGaOny2yD+Xfz4a7msZry8t7S7uoCVdbeUtvAdaFd1ApPwNPH
Vtg+PY+TJZK6PkhjHRVFNzyMeiqterHoNQZbKCLNcwdayZArWG03DqlsrDp3oXPU+G0dP03O
I436XJuTR1RlRq2Vq/b86RT52H7iH5Fl1JmOS5SXJXbVEKsaRQoTXZDGPKi/IDr3NT11wm7D
72gx62MlT1DWTNbUP/4uv2fyz/Vr+j9E5dxCr0ZWFSxBWhP7dSXMU/rgo25CCDtNNwPyp20k
33o2bcB3rQCv66U1cFojKbhNxjQeUkda/LS1ChmUgIWr0atP2aCQyKHQbgHWu7oP6jUHVwvq
RzzROTHsqRGzr0Un5HWJe9gEsYuFW6QkrVJR6bxtTwAY6zPAlmnr7cc45Hx5LaQU+mtfqjc2
xJ8VkVyRWvWvx17de7dipv7j2Rz8k+fwUcZ9e94zn6W+UjZlHX0TTv0Afd4alaOVb+wuLeGf
G3EJDo9vPGklvJuXoQ0Tq3TvqOcsGinRSqjptYdDSo8e4+dRq1xV7FJc43KWOTgvcMv3r5Es
5ZvohUipneMBRX7+0jVreQWEkls+UwfL83f3M8d3eXGEzsUJQz3gAIkjWF6g+dWjKtXx96vZ
3229qbH3c41DyNp+S8SzNuJLRRiLuQ20sju6p+bGhAVia9wKiurC69k8HkcRm/drmy8j5FDl
cNJFBjcfYXUV5Fh7G98sEjYy+haNSg3GKSjdxri31+VsDj+Wn04YVTdk8vi7ywltmxW4/lNF
ObmEpUgq6inhrAYvKWzvksfZSWeUt2lElzYyWe+Epdk9S7en6ZHcMDqMupkk9IIbgNt8oHQM
p77ToIvmjVT1dvwqfNt/XqKkbSR9XVR40rUH9prpzETEkc3pgU6grRlrXuNp0US09ZHdmhdO
rruYdKH4VJ+zT28i0ldqbh9zp8floq+wBSSI0apHxrqu2sbFhIAaBdlKfq6jrqWOSEeiAXae
pZq+JBPw1js7nMQ1jxy7tklhyc8sX5KXsohgaaAMZAjSEKHIoNw8K6s8VaWrXOSuLsW2Kgji
3Tu71X00Ud6Gpp20lhluQ8cxWTuZ/SvePX+XVLra0Qb1ZI4twUqw+73OjdYLIYTk0DF4rmfF
ZBGaL0zQMIXoexB/bqT6zj+VhMM00a3LwM8MmygkoUBFASCCdWVzZztcRyAP+VRVJ9QjaNwB
JqtCPDX5ii3oR69TQJvJPah6GhFT46AWaNpQekKEGQgEoQIxUk9vDqD01Gv09zFDLG8pma3m
QUWiuQCnVRuFfgdKJZ1BVd4imHpOa0DdGpUU0BCyTSTghUkHSnQdCdKysskpaNJpX6qN/Qdu
3WgPTToYWLVCLuqF3qxBAb8Q/wDVpjIm5WffIoP3GKlTT5aUqxFCO9KgGtKV+fQ6O9RFGI2X
aO9aglh+seGiVVfK1RTp3p3H9OmlaZWCV3RqSD0PY/ZqisGCCnppUkKRUGvj10V9IsJFMZdm
AIYinUa4vlCxeS5x0AuGJqTLGojlqfHzqf53kMix7Ic3Z2ORjP7zGMwSH9sY/T9n8jLcVvLl
rJMisZhvUQO0MsUiyI4Ula0K0IqKioqNS2uKijtlSP1cznboqJZvTWrSTSmgVV6kDoq/t0mX
4/kYspjZJJYY7uKu0vC5jcDcAejA0PYjqKgg6ljyuYS9ysY8uDsCJ7kt1oHAIWPt+Nhq4xlg
/wDlnjku5Gx9o59edCe1xP0JqO6rRfA11Bh+PYyfLZK46x2sC1IUUBZiaKqivVmIA8Tq9xt4
npXePnktrqOtdskTFHFfkQdZPFyEF8NmJREB3EVxFHItf9/f/K+f6Ov6GLMR3Hyp3/Vr05pp
Vd2pAgHQ9KgH5U0kgkkMVwqv6SdT6rEjoPDaB1+WmJJjkSQEhTQkDzDr8CurfYvWRFZWpViT
U1/Z01veIOYd3qAGhbaCdvfuRqNbejW7qghQdTVlqpr8VqRTSgSGcuCzuaAACh6/MV17m8Tj
nktLT3G41ifcDBK7F1lvcb6lllUVm7u0dZKV8Ps1Pb5a0jv8ddQzWWUsJFDRXNrNE0M0EgPd
ZIzt/ZrI+xHIp5b684jay5L2zykzD/xviUz+pDEjtTdPj2Yo6dwtQOijQ9ZRPcCVUyJjJdbd
GG4FqdPGusLPd389lYxZOxmvr2Dyzwxw3CP6kD/hKpVvnTXvBx+QWeOxfJrzMquExylHUYO7
W5tby47qVube59UOpCsp7VB1jeNsbbD8e99MDir7Mx3ko2DO2kEq2NzA6ncFN5B9xvvBmU6/
1Te3/u1hbfkdxxKE8rt/bC5YRyY430rTS5zE3FCFgmi867B1eIK33qa9kuSY3IZLKSSYhMTm
cFYYxLy4uTi5PUmkadiGtxCtmshkQ7h4A9Ne5sV4tmMre8qn5aj4+QyWsmL5Rbrd4y4t5W6y
RyAPv+EoYjVsFBWARUuYkFa07MP7XgRqEoojWeUxwRbw6pWgFCPBvGvjqV1tp4kgk2TpIooG
rQila9++pFCI6ptKuo2hqinSvgugWR3VkeTydXO0dR08aH9eknSIrahQsqElj6e07T86MTX5
agDoFS12QCZRUkbaKS3dug08tBKtSqh+nkddrA+HY69D1AAy+i5Pdh+E/I6xPIsjeXeI5Nic
FBx7I2aRHIWeZxlvMWhZoDtWG4hLHqahuh60A1c4rjV3LwxcgjRZ7n92yzZ67iNRKLBQNlkp
jLEsvmB+Z1fcSsPbji/G8Fi7iROG393brkbnP4lbaJosw9+WLOXMpDV8wYGur2a547x+/e5s
Ujku4Y5rOQwQkAIGiPRj3LfEavDb3vIsTHdSetB/DskZhbtQemPSuCVk6jqfEd9ejDyK0z2L
lhjdrLkmINm8VwrhpTJPbUVgD8B0Fe+uUTy8fyVli+O463u7ufiV/JfQ5G9uHUQWWNjZaySu
C26NabaAk6ix3COe2XAcOql1wF5iv4JfSmEbCl1kJfUeR3ptJDKCw20p00t3d/xy/ieMyLkL
e6XKFwAK7liJZD07U60GpBlfoMrJfGt5YZy3qXcrtoW2q6bhqWy4dInGOT2Nt9bfcfeQ3mGu
YIdqytbXHmlhdSR36EeB66y1hmrCTBZ/EyCLJ4cMrbN/nidZPuyxypR0dehHzBGq7ArsxG4n
d5SpqaDxDda/DRDUJZPOtOqt+6R8/j89WyR+VmjDbSwZttaioHQEEddEMGWNQDT4d6E/ZpiT
QyONooSwDdOvypqQSLXaAwNdxC+BP6xTUq09NmBaGniCACBpI03GdAN28bqkeOrjGySI02Fy
M8QjQEBYp6Tp0Papdv53g+fUCl/Y3eOlI71hdJl/oY/p/wBn8i4znIshHjcfbj77mrO9KiON
BUuxp0AFdSYyyEmE4hE9YMUG/Nudp8sl0ymjHxCDyqf3iN2v4HachyNphtzucVDdSx25Z/vF
olYKSfmNJHGjSSSMFjjUEszE0AAHcnVvkuVF+J4OSjCGRQb+ZSKjZCekYPxk6j9wjQxfGMVH
j4Xobmfq887AU3SytVmP66DwA1zYYu5hu7OXJyzrPA6yRmScCWUBlJFVkZgR4EU1zHBFz/x2
Pgv0j60/4SX0mPwH/eB9v6v5omQnZUDaeq1NR5h499CEMk6xqSszDqKmor9mopLeQxtG5AdV
B3ADr38KaR5Yx19P1yPuukVaD5aFwrFVaWTYyipTd12D5Dw0H3s5G3t5QoP/AGlPHp0I1Ja+
tE0to4cOKne7gNVAfw/1HSNIFZaBF2inTxr89e2PvPirVpZPa3Piy5c1CwXjmdpa3KuPFQzC
n7tdLaW4S7jtpkktpg3lmtyoaGQn+3Eyt9uktoMvDg+XcXvf417Yc1Qhv4XkkoUjkcdWt7kf
lzIelDWnTWdsc9gY+M+4fFd1n7i8EZ9pspEFFuoVPWW2uFNY3BIWu2tKHU9ujb4shahJYiDR
43IUAuOxU01Z5ue6nTjvNLDFY/GQSRxnGQW0Fg1jkcdM6gSi4inRZI2qVZWpr2u55zyG749x
ThOav8PmJuKxI9wZ7RkyWNii9Y0X1Uc7m6hetBXXB/8AUBxDivGPb3B8n49Nj+P8e5jmIBZ8
kwCNNFc2l3G59SZLmWVoo6L5TT4DXMfb/C2TYC54b7iXls/D7rINBJY293L+VaNdijUidXjL
Ho1PN31j8zfVifP8Zbj0dqBHDBjpOI3BimxxWOqyBRcieCZSQVZhpBHO8sZiqxrQnzBgwp26
iulmCBURy0rCgVSSOo+Fa107Oily9GepLsa1JJ8e/jqMMS2+hPalB2oPjqzki3sY5T9w+Ug1
Cgg9xQkH4a9KN2VVk3vGPL5K9U69jXqNSwHpLNSO3J7oK9S/yI8dNKPKrJEpipUBiu1q+A+7
XR3xRhkU753JpRWqT07kDtqBX3RArIbooKEoK0HzJPcfr0sU8yr6zkmVqUhVl6gGnUSf0Gvx
1bzGs99YRNZY6VmIeGBmqYlBNFRq9QNXOVw30osbSeGze9vL1LCzW7uH2+h6sncioPQaveJ5
/GSYflONiMn006F7ee1I2/UWci+WQV6Ej7vjp4aNKreekUlGdiN3nB6AGuvZ2yxUF1axX+W5
FmYZbWUWzrfWVpHCjFq1JWNmZQviuhbZOey5Bj7svJFaZW0jvFAkNXQMRvBLeYde+pJ7bBX3
EcgKXEt5xDJTW88sYpWMW8u6NfUI6nuKaS3xfMLAJLMDJZc3x8cokJqUdZ4wGG3x3eOsnj7/
ANyuG+3mFycEkWXu8DY0ubqIAoywshZ1ataUHb9urXOcasclBwjBcSxvCcPc5IOlzk/4bLJI
t60cvnRISzIpbqwc/LSVUBgCuxDUN0G0gn9h0UcE0ejRoBWgHUMfkPHUu8xwMsT+nMq7RGOw
Wv4ie9dM8UqTLJ5ZWjYMNzCvX510GctULWJm/CT2P2U8NekprJKDsYrRCT3U6WT04SsR3b0e
u1AO5Boaaj9YmtS3rIeu0GtRrkGFI9M5G0ju1U9TW3crSvx2yV/neOZpUq+Gzcccj/CO6jeM
/wDWC/yvWyMn1uauUJxmAhYCaU9QHc9fTjB7sR9gJ6a/ieduWmNfTxmKh3CC2Rj0SGOp6npU
nzN4ntp8ZmrCbG5COOKWS0nXbIqTxrLGSPCqsDTuOx66usByG8vbOGDHve230TRo0jRSxqyM
0iPQFXJ6Dw76WbAcegjv1r/4tc1uLr57ZZKlPsSg1c5HJXcVjYWUbS3d3O4SONFFSzMegA1c
cb4JNNjMAwMd9musdzeDsVj7GKM/9JvGgqDbYPj+PlyWSuz+XBEPuqPvO7Hoqr4sTQauJrq4
XI8my6oMrepX0o0QkrBCDQ7QTUserH4AAD7f01P6Pt/QP0Nv6IB56ivSvw+Wp98BDqPI3QBj
Sop9uin07QnoSld3fuQR06a21KHb5T26fMal9JWkXqWp8fBhpmjuFtriQBoYZFG2o6ksw836
tRzGWL1X2rVV8ikjzMK+HhTXqEGu5mFBSu3oengBrPcVy4RsLyzHTYrJiT7ipcrtWQnw9NqM
DrJcQ5bCq889nr1eIcnjZj9TeW0IJxuQ9NuuyWGihvGg0GRARtCGBfuswBqSNYvO4O7XiPud
xq3aHhvO7cV9ag6Y3KxHyz2kp6EsCUr06az/ALactwN37b+62LCjkXAdxRiFp/4jiZQ1bi2a
m7atSo+K9dY/lU1nZ5aDg2ObiX0V1I1mtlvnS+gydkxDLNP5WR42O6h6dNTwYGykuMPJkcXl
8feMV/OmvD6AuSegVGE+wDutOuvaf2i91fdTieH93vaZMhjuJWEn1E2KxFpmzFeiTO5COINZ
SQtte1mQlC/lpr3lwvEcvb83t14Raf8AmDzh1S1XlWYxTrHcZa1hjACLIrEPtHnI3921x3OW
9+3ILb26ylhx6K/t4vTxEmJ5bDUtDFKdxubWVAklSSVOry8M7xQNGVigkoFgWHttTuwbrU+G
jGBFRWVWk27gSRUVUV1NAwV5oUXfJWoVnFVoR0PTVUmjT06Es5APlPx1KsrlLdCTKVILiM9C
QPjXV3wLH8Y5NzXlVrBBcZW1xttGLezilVCklxczSRqq7JFJf7g/Ewprip5M8WFj5ndRWeFy
Nte2uRg+of7sMzWsjOu/tvCGMfidaisT0orNsC+ANKjr4io76EBjDh9u8Uose5SQO/mp3NPD
RngEkjr5pJkao2t5WopHWmobjB38GXs1Z4obuCRZI6xkiVGI/GjChXuD0IrqSIQBLwL6cUjL
1IJ+f/3GsjwORsfZZW0yNnybgtxkH3WJzduGgms7hegJu7d2Ck9m6jzAa4RLyTCXeBn9urK/
xuKx0iSCY/UARSzPcDcJdoULQGhHXUuVlxhxmGt4jKmYybDHY70aeaS4u5wqhE70B3HwGuJ3
nBrJcjjPbqaZsFyy6h9M3jTruv7mCJgjxRsp2oT99PN206W8hgmoPqrc1LFhSrx18BXw1x/k
F9yDLK2fzr4Oa4w9tFdJj5mBMaXTSdUaUgU+NaDvqfDZ25E109kuUsMjs2295atIYz6IP4oW
AWRD1UnTJbWlvFIzswlZV7Hr8OlO+mkadbmeJq+mZGYShu7H4munVlps2CCXt6gYd6eHamt5
anqEkOFO/bt6kqR2+zUcTt5YyI0UivbqCdNHKywUYFFUUUqB1XpTrXqNN+EN3A7knoB8tN+R
6wjCowMhjqaitCPl46Jiglhjjf8ALST7pH4SDSrfA11L5VYV3qiD8J7gU+B1xi8iLRw3d22O
vV3EhhcxlI+h+DUP87zWNV3SWVtHfRdK0NrMkpP/AEVOgw/EKj9fX+Ty/C2lrcZrNXmXlWyt
oxub0Go0ArWiqkRUEkgACppq2z/IvSzXLtoaM03W1iSAaQgjzOP/AHh/3QOtcVlUVVhzGIj3
EdzLbyyI1f8AcKa4m5fZDkJZrCcfvC4hdEH/AOM2nUmb5JfLaWwOy2gHmmuJKVEcMfdm/oHc
kDTwyM2K4zBJux+Bjaqnb2knYU9R/wChfAeJNth4fpsXbOBlM7Mp9CAGhoKU3vQ1CA1+NB10
MdgLStxMq/xHLTUa5uWHi7DsvwUdB9tTr5/p+X6fn+ivw/QRStehH29NLvWp2gyfE06U0Y4o
lhBAPc+b5/bouAdg27gepqex69+2meJmUylUWcUApUHZTwA+Ot3WdakiInqzEdaaJL1j7FWB
BJ8Qfs8CNNKCBsdJNw6moIAND4Dx+WrgMiSF23lVbcKSEmg+IH9GsP794mFrzF20cXF/e60j
DtJc4W4Zfo8yQK+awk2hjToB11GJA0/1ppHfWxEkEitH6sVwpTpskUgg+NdRQSSz2xjbdMyr
QgMOhr1FD21a2maklxWRwbtd8X53YFlzGFvF6RzwXFd0kP78LeUjt11yHiXubZcXEnAOV4nl
GO92bmGSXEckF5HLjtj4+JQ7TkUEiKoKsQaVFdHAMI4LfI8QzGMsXlVkklngVrtNsMo3KyNC
wUsKj7de1+d5/gPcEXXGcPecY5hyrjeKgvcdyPA47IQXFuM1PIQ8gthWN0H5hHmGs9jeI42x
dtstrFjcXjhjIlxS2CPGhtV8u5I1Usw6OPNrM3nKMrcxNgMNJfz5bJLHB9LynG3KLY2dlDFt
jmFzGxjbepYUr31Y31zcTwX9ziA0dhO3kj29LqIL2LqT169RqAm4dLoKsdukYohRlIQyAdCP
CuvU3sp2t6IJ8oY9xT5U05C+vEmzYjrUPUVNR8R4Hw003qR75ZdsUFPNT4H/AO9NHk+FyP8A
AOTW1qbMZlYVmjurQ1ZYL2BivqpE7ErtdHWp2uAzBuU+4fNMzhuTXnIFtmxthaYhLSG3uLXa
oukWWS4kWRlWhbfU1JYt5dtxnOSZiz4/hbSTdcXt5KsUce4dANxAJJNFA6k9hrEXl7/FMVic
xdw2mI5HlMPf2thNLLX0tlzPCirv/Cz7UYdm1GIkKsZmCRDp0XqQB8/6tDD4yYQYn3G4rJls
1jIQQseVxtyIY7vaOgd4H9NyPvbVr93VyWKX5t0KSNUhlmrUBfiSK6dTbrNA8qu0UlaM0RqD
06gg9j31Z/V5XKm0sZGktYo7hmIdugIL17E9ST21j7LIcYy3ujncaIcj9Tkbs3HGrOR2AK/T
ySq00yijrtQJXuTrBx2+CvMikWfcc6sZJfpprOSC3aF57lmqHDxnaLdQAV7dtRYG0uUy3GcB
JD/BM4tu1vFZSTgyw+pkSI96J9yoDEdnqOujjcpzH+GGdo7/ANDP2yyRRsjFlu4XtG9C6VQd
sci+YGlaa4Xi+LQXMfBvbXG5FZeW3yES5q9ysgM3oxv5iBt3gnx6aZXkEyxjqwoSwPZjTxI+
GvQipvhALR0JpGetemjIiKkOwEq1T5B+Knz+WjMKtKqsYWbqVJ6ED5U8NRtHL6PrL1kP4WY9
VAFak9tSqqtIqKJBuHjUDYfg1NRtVnBp0X/bpZfvExio/EvmIoR46p9SUVQerMaivan9WljE
iq5YMpoFNVHmFR8tWmRt1DXONnjuowoO78pw4J6+FO+rO+gYPDeQRzxOOxWRQwI/Uf5zkWGY
VGUxt1a07/4sTJ/t0iONrx+R1pSjKdpFP1fyb7OW+Mtocxk0jiyGTSNRPMkI2orvSpCjoP1f
Afo4fndvnscjPYFh8LuL1QD9n0/T9esVmrSn1WIvIL22rWnqW8iyLWnXuupc3yS/a9u38sEQ
8sMEdaiOGOtFUftPc1PXVpn+RiXDcQJEkX4bm/X4QgjyofFz3/CD3Frh8HYQ4zG2a7be0hXa
o+JPiST1JPUnvp5ZpFhijFZJXIVVHxJPQaOOx3KsPf5AEKbG3vreWYE9h6aOW/o/munWmkhj
mAlLVqy+VVK1IJ+Ir21f3IYfRzW9La5Kn/Ei7REHtvqaHwpq3eNC5oZbkgmkgatAQfukfLUl
yYh+VEjuvcsENGO3wqO2vqpI7pLK5G6S3UhpEqOjJXsK9f6NJWT1mjFWl7UUd6jSyKJEgLq0
jPGV3UPmUoeoqNSyKypbiZhbNSgEbHpX5/HV3bXNsuQsL2GWyyWOcVjvLO6X0ri2f+zKpp8u
h8NH2Fzt69zaiznzPsTyBpD/AOJcfWRmmxE5PU3OPcMFB6lBTsBpAgMjurOep2t0qT1NCdEF
klPoEsVbsCtSpToCxHYfEayEMdpHc4/J2v8AxaTSsjpLE4minEi9UkjZA6FevcHWIlzSG4yH
MbvIzzZGSf0Xe1uIjFPeQyVruD1BUUqCTr3QS25pyWPIY/mdjxzg2AwN1IT6hua5C9toQSiy
iFR5mFCta64N/qNyGeu7nknFuZ2eC927WcKxvsNl3/hkF85NAlwodFuI6BSKSJ01yi0yjrec
Z/8AFrjlU99NZR4i3w89m8TBCw9Y3QmhjK9x8CGHXjd7fJfXF/jLe2/h80m14VRqoZ7kNUuD
GRvFCRUaiSM7wyAqiqFDBqmimn3T1oPhqNfR+/XyjqFTqVI+I0NiEqadE7MT0IGpZ0Sl2FZl
Ep2AJCKljXtQd9SxhjM8RoVB3lvhTaOvy0oJFCQ7vSpr4V+GuIce5xMTwjA4KTPcPw9x/wBz
yGShkVZQVIpLIgfeV8ERelGO7jf+n7iN0uU5BynJ297yt4wHXE4y1cOZbgjpGakMK91FO7JX
L4f2durDGcS4nKLDJe52Xt3vo7q9jFDBjrZJYRIE6bpnfaQegIIJ5hnOSpBHee0/GpeJZW4s
qx2k1+MjMxuUDM3ppKkUhIJqO3hrJwcYzmPzUeFmjhyAx9xHcCGYioV2jJ61U9/hoMzGM7i6
v+HeehJA/VqJd+9vXSOS3IJVg3QsB2Br+3VrYX2fkvbDCyUsAY906RqPJEJSBuRK9Aeo7AjR
5NfYuyveZ4a1is1FzBPcx31lKGU+iANskgFQY5DuX8LUOuQ5rEfTvY5W0jht+NXDHIR455D+
Zb43HSbpEkmLeYTNsQDykjXG8DZcRmts/h85LkMcbeJLazsrRlpcPJKSRIJkYUijAXcAdSNA
jyxSMPRhn6pG4IbcadR07aWJIRHG+6NZB3UkklR+vUiQyzRJR1MRVmZgOjliPA6RSyyKEasi
1VIxTojBupqT30fTkpHvEcUT0Co0YG8U8T8NI8SqkvUySuKqRX7pp1HTRjDk+mAG2120ckgg
nQVWKJRpJmHWnw6eOjKJ3glVfUYuu1gtdpb9VdbgWdQ4pUVZhWu79elIAmcyH0jKSFRPwgBf
ECvXQZHZwxPUDaKA07dKVHx1xyZmrLYwtYT17hrRzEK/aqg/zhHx1zLDbdqY7NXqRL8I2lMi
U/3WH6On8nkhQbpsW1tkIxSvSGZRJ9lI2Y/oxnPeXtDlra9X18JgV80ICsR6lyT0c1BpH2/e
r2CqihVUAKoFAAOw6auMLx9IuRcpQFZYw3/CWjfCd1NWYfuKa/Erp7nkucuL6Mtuix4b07WL
qSBHAtEFK0rTcfEnSujFHQhkdTQgjqCCNXWNzVy15nOLSx2813Id0k1tKpMEkh8WGxkJ8doJ
6k/zFPhr4a9IRB2kkFHH3gw6Ur8xprR1KqRvjVu5O7zOR8QajTkRrDJIoRwpOxhH0BA8K99S
xHpO6LE0qn70TH7oPbo1DpWZXZoRuTafwmgcU+Hj+rS1jUlx+YR91jTrT/YNIXV5Ek8m6oB+
75Qf6q6f0I44nkdFNm33G2pTcD8TTrp6naobYkg6MVK7lPXsRUj7RpMHJeNguRWF2mS9u+Yw
nbLhcshUCYMPN6UoAWZT0p5vDWWw/IMYvHvcXhN2Mb7kcaQ7Es5h5Ir62r9+1u2G5GH3Sdva
hLXU9psijkWObYSZHR9wVlQVHlYdz26auIcfZy3V7Gq3MUUQCNI0LqJI0Ddwy1Px6ka/h3Gc
TPynE4fCWxvspLZF7WztXQfTyozFTExkDRuB1Pc65rw7/Tre8TzVx77TW93nsvnHlsM1xK7v
QLeWwhmb8nZI5O2VaFex8Dq/4Vaew2Pymei4AeEe7GZXKwz47I3+PcXGPziXAYCK4i2ALv6u
fLqC5wuN/hL4vj8PIuM2D2CLd3GZS1T+I2mQjkDepEkiFiop33J21acht7bacxarFPa3CfmR
AKAyohIA2sCvTuuqzRLc7S1vHGSfy3WlAtPgDVaamFxHKD9LsRI2KssjMfMK9KDuv7NQfTwX
E6NbmcsZVDKa0B2dDQEddPHeMttAYp729yUzrHbWsVsm6ae6legRAnT5nXvJhuLve4Xntpff
wH2ymgZ1jvrMT7xmxdKoEEqeiKRk0IIHidYfmeSx0i8gx9xNgua3saEW819bKjpdr0AX14pF
ZgOgcPTUdnyDBW2Zs4WE1hZXShnidCQJlJFUcEGhBB17of8Alpxu0weVvcNcG4nxsIjuZFPW
4d5EHqO6wlyCSSD2664NnJDC2Nh49a3QggYGa8yt6DLLBCoqZJnuHaLaPh4BTTk/uJ7o2UU/
IMvf3fOeU4UyuE+snDtbWUsYYJKFaQAJJuUTGvcKde4nIbLkNlkfdb3ez10mRxNnKovbWfJS
vEKQoTIoEKyyxmn3mABrrg+FyaX/AC7l9xb2uFxOGWYveZbLOlZVEsrNsjDFmZ2O1EH2A5/2
w51xGDiXM8ZjIcnjo7S7N7a3+PkKxvIkhRDuRitfia9tuscM9yGzxcmYmgssTFeTLD9XdXH3
YIixH5nh0rp445GhlRFeJljJU+ehUAdzt05SdfUen0t2sYLyCOm71j0r06fIaiUxyL6TNFAg
Zyo8GavWnTqo05AZqAqxVyyyNSqsfkO+m3VCkVElfKpUeUn7K6jlaaWNEqJSqEEAdaL8SfDX
W5RC7dE9NlBXbuUBvBqA11tZgCyFWKsaGpDgknsRTw1PuhiRHIMJjl6gOwq32dKjSyvE6xIa
CIEAlTU9RraznfWgqOhUfEj411Ultq7TGpJPjUjr4HUqiXa6klGqSQhPlIB+HbSS7Qo2AxtU
eYnv08K9xXVChjCGjkfHvrk2BuVaCewvIb6G1c9VhvI6Aj5Foif1/wA7y9QmyLKLZ5OD+168
ASQj/wCpE2vs/T9mvl+jO8FsFTO8gzFnNY38KN+TYpOhRmlcd5ADVUHUd2p0DWmKxNlLkMjf
SCK0s4FLyOx8AB8B1J8B1OuP8czMqPkbJJ5bpI23JE1xNJOYgw6HZvoSOhNadNXvDPb+92Qr
ugzPJoG8zHs0Nq47AdjIOp/D+8YLDHWk2RyF4+y3tIEaSWRz1oqqCSfHSXfJM5acXaVQ0dis
RvrhajtIFkiRT9jtq641lZY7mSJEntL2KoSeCSuyQA9VNQQQexB799crtRu9GbEJLIem3dHO
oWp71o5p/wCz+T8P0/ZqmgfU2xkOkgHejCtR9hGnmkrutnO5/Egr3+dfHQkmUiSJvIF/EG6E
fZQ6DLH6JXashJALFjQEA6EjSBEkUI/Q+RqMHPXuCQul9d4Yl3h18wUknrQL4mutyTB5NwX1
K1JXxFfl21cXU7D0Rs9B/GOQ1oT40Py1Wa1iT/s5XNWCyqtSiA9TT4nw042h0bc1TStad6/q
1x73I9tzHB7u8TtXscbFKwNtyfE+YycfyMYoCWFfp5DUhtq9wjBeQcUF1Bj4btcfynB3vkv8
Ze7iXsbxB1V0aoVj0cfMU1e+jlby2ScMYDHIyF1P4Nw8y0BNKawfNuM5D+G2/HUHEfcPF2ce
8zW70WzuriEkmRJ1Yec02uG1jZcvmYMZyeG+ntbfiWQ9OwhBP5kd1Nez9GV4z1iHWoqNWuIs
LPAcrwPJ4hksjYvOHxtnkqiGVbuRH37yKNFI25QfDx1hxx/iWXxPKeJXdtHlpL+4SCMzGVes
UsFY7mGaGQqD8D5uo1Hkr3jWUvuDWvJbR+R80w4S4TDXl9bvJdWl9aVeQRBCjxFBQsGG4MAr
WeZwuShzODyQM+Cz1i4ktrhYyKFJAKbgDRlPVT0pqxjtzFaregxFSCGWYOTIdo6lWQhgAPvj
56wHKYeSPl7zK8oi4rm+NsxgyWDiIl+pyc8VCJ4EMQZdh826hodcU4XxbLw46X3d53hOMrkI
Zj9JkrG9t3lt2Ey9BDI7JIetCq6yHC/9NX+njjOZ9ofbjIy4HM5vPY62vsjzHL41Y4swWuLk
iR63CsiJBTYKAGtRr/Tvzf275Dnvbz2b96sxfvkOCWt/JMuE5BhmIy2Cnh6LJDIWjMLSJvME
wr5kbUyGNrRw7LEtQD1bcqbz0FQQQTp5gqySXNs1tOVqPT9ShBoem4kUr8dDkVnwfD4jMQSL
PaXlvAsciXEzFZpIwRsiPQVZFB69++vbf2HwUN0uO5hfjKcoy4V9hsrNi7xCUpsLIEeQqD0K
x/va4TxLG4OxtcP7P4qHJcou4IVR5JIvSe1glkUD1EiZrcKGJoDIPjrl94zLd4r2i49DjsDb
mhjF/mVV57hD1oxjDR18do1gJJp1rjvbdjfyr5So+uuEXf8APdIn9GuDZC6nF/kZOWxZ+Cf0
gpxuKxgigEKGporT3as57u5FfKqBfZ/i2Pvbi2nznLLe5ubi0kaIhYaQIjMhBG/6hqD+yfhr
ZL1AZjb0FGO52Ff71DrinH4sfZ2vtxfS5+yzGduJJGmkuMBatLdvCisEjjgl/LJYMWIem0BS
cl7k33GHN1juU/wGz4vHcCNriOVRPFI0ux9pFvuLeWhdKCgI0/udO9xfYCSwt7/Gw2iB57pb
/wBMWsMSbqF5WlRVFfHWXijx17xjlnHrmODkfFc6n017Z71OyRoTQsjgfAEeIHTWN9q7mC8h
y+ZsZbjHZhowLGe4g/MaxWQnrMIiJKAdFZfFgDj/AGkvMVcWt7mMI2bwWULq0V1MGeOS2CEA
hkEUjVqfKulxGI9uLjlmDweAts3zjK2d1HHc2tlJdXFurW9s4rOY/p2ZwD92nUd9Y/kOGu1v
cPm7aO9sMhEfvRzfdIBoQR2IPUHodFAACGKLWo8jLQdPjUH9R+Wlam5ijhmPYAEbAPnoiWF3
FNqSKdvfqCa9wNSSKjASEMqr+yh+w6JpRHYrTwK+P7dC0UlrfP2FxA5Ykn1YisyEfDojft/n
eG5oJRMth7mykf4yWcyyKP8AozH9HT9X6D8P0X/Evbyd7YQu9tk+Ur5XJU7XSz8VFaj1O/7l
OjaGL4/aNcys2+/yUxIt7dWPWSeWhp9nVj4A6Asoxkc/cxhcnyCZAJZOxKRCp9OOv4QevTcT
Qan9uuMXWy8njH+Z8lCxDRI4qLRCOzMOrnwU7fE0gwXHbM3NzJRridvLDbxVAaWZ/wAKiv2n
sAT00q2US5HPzx7clyGZAJZK9SkQqfTjr+EHr+Ik/oW3tZBI+Ew9rYXhU1Al9Sa4K/aFnWuu
Z8kkSkDfTY21k/ecbpph+oGP9uvnr4ar/K6fq0+9aqo3E17be51HcW+8XDhQBXyVYeU7T8R0
OvyWZoy5Ry6lTuU/doe4PgdTK35wRwsO/sqlq1/V20qGjGUEqp07ehVHVd+/qCrVrQHt1HXR
k9JAkbDbArtGr0FADT5HU86hXs0Wrt0NKN8P7J0LqeWOTYI0Z4pVLbgPu+n+91pX4HQKgMr9
YUrUlvgaf0jW1XZI1uI5ag0KvGQx2+INR0Phq994vZX0j7jTsW5rwWVtmP5lYIwLRyRAKFvF
6uHDeY9RR+82dxFu9t9JNLZ8i4ndSbchgbyJwJLa6DAM1e8clKNQj71dLy/LZHGR2nIVyOCT
j8cNze3GXtrd4WmiihhQrG6LIk0cjn8tlr90tri8WDjOCsuRZ6yv77KZyX1TZJPeR2IvJLkU
CxhbmrrSqgfI6Nvx2LklvxTg95eYfnHDcrfTot1jxazxR8pt72HaosnaKQkVqjbCPLXXu5wz
k2YyHufw2xtJr/245FfXVxdW88OGyiWz3WPZ33OskEp6A0faOuuQ3mUxK4i29wFiv7LD5hEl
e5sPSEKwTxzKyOkiVc0Jp17HWU5T/p9njvsXdN6/Mf8AT/lbquNvlADyT4O6LL9PcADyoevw
LDy65Jae1fOL7239w7K1C3FpdQJb8k41lI3rGJ4JS31FnIw9OZoxXYfwnrrhXFL3244dL7gZ
nk3IbH3c5pz2WS1Fvk7C6iVcNaXAO2H1LedLhJAAWXcynaDrCYDJIuT4Z/pq9zuN8sjx+Uul
vJLLAXd1Phr7DXVzCXWVMXkmT05lNGglR+2vZG2wOIx/vDa+/Vzkstj/AG5ydx9Becfzy3Jv
72+huIgTDFcWzRzyv1Uvu7ELX2x4nxrHQXFtnvfDm3uxZmwVt8GGhx1vaSGYA7hC960sMT0A
cRkpUHUeF5v7hWVvn0VZshgcZHNl7m3lCErBerCPSi8rdBvrWhPQitkvHvdPB3Fxep6Vrh8j
cnGZBp5QAVMFwqktUdKVHz0+yKSCSs0d0Gb1G9dZPPQP90H4U8Tq3cxsBGyxtMQPIzGgI+Hw
+zXNOYvkMr/+fgSDknHvqIksLlYNoozLELgIWUFkEu1gSrAoduvdaTnBlwnEfcqKzyHFs+tt
LJaO1oJN9mvoo5V0MrqFA/Cv7y15t7588jXijc7uLTE8Dx+XljtpIMTbACCKZZSpSS9K+p6d
aig173cltLyK9w/B049xbFyoysv1bZCK7yXpsKg09e3janYodexTIzM+S5ngsfbCoKvFjVtb
madfskyjox+MfyGkgAEszygpI25SgU9ZAQPuqTQ6/wBPeJgU4+25Dyi/w2SSAmIsucubNLk1
XrSQM9T47jr374jkcdbXHEcHZ3OVsMMYgYUyF9ZJb20qJTaPTjnkKmlVbaw6jXsZlHkMllYc
n4vbZCvRfTx2WW3dXJ7gGEa9tvfTHx/T2c18nFvcuM02Pjb87Yppu3S3kFa9ydgrQaHL+K38
q8txvOcZnsE5AUwSy2tpiY7eIqD0klhhep6bid3Trr2b/wBRXCozBnuHyTXF3jVY7muISk9/
ZyE+bZClrcMa94yT+LXtD76W90TwPktm2B5XMVLiKxy8cd1ZXEigGghnhKvUdN7DueuNnuLS
SxxuVy2Sv+MY1/I1vjbq7keBAvgGqWFPA1HfTzqu9fKJNxptVgRu+dGodUKGN0oHUjxHQ0+X
iNbhUIpDBCKUZT3+en2EIXI8p8KCnX4DTLHRY4yQ9D+Jx5T+3XF8qa/8DkbY3EYbzCOQhJaj
+65/neI51VJbD5v0HI8EvYmQ1+VVH8rM4/Jwz8f4xg8hNa3GWnSklwsTkKLVWFH3LQ7/ALoB
8T01b4PjmPjx9hB1IXq8r06ySuerufEn7O3TWe5NLtaawt9uPhatJLqU7IFNAehdhX5V0qAy
ZLOZ+9ABNN89zcyePYVZm1Bi7ZUny94Emz+UA8084B8oPcRx1IQfDr3J0aalvJnjuc9fo8eB
xJNWllpT1HA6iNK1Y/7o6nTyN6uVzvIL2pA80k9zcydgPizNrDcaQq93bx+tlZ16iS7m80pB
+APlX+yBoa6a+Xj/ACvt8dKaV69R9vhr1ZYJEoB6Uh6bSOoB+P26CrGxWdlbaOrBkNQ4P9FN
FHXbIxYup6Myn7v2aVVuAjRkBtq+YAjoevTr1GloxVHmMUJlauwkEj1GHgR/Tp2jupCRNHIg
WhU7BRlHyY6i9YtGAGWNDQRgEbiT+98tPeWhaKS4DrCXQGpZKMevitKjSebZJMkaTMo/KLRj
79D1BbRj+pib0/MymgI3DpUf1aB9NY1QgbejManuvxrpPcn20u7fCe7WMtpochbyRIuH5VZK
DXF5NRtpMVFIpaGh6HwIyF5gxm+Mch4nyfH4K14NPSDJYHMZ+J7Q292JgoksbjcEWR170Hca
ucPJZz4wXnHcrYS4kQ/USHMCCRjvRSQCJIGV/t3DtrI8Z4Vc4+1wHtzjbaLkHHbm9WC+zZvJ
Xhjt7O8dRJCpDtSF3aHcT5aMRrjec5rxfGcH477s4C4wHG+P2E9vfWMNhbWK2Qt0kiPprNHL
CGkC0o5+GucWv0/1V5wuxw1/hsVbmW4W1msr5XuMg890A9uq27mOVY6oymtO+hb2MAMU0dIm
hYUZXG9DuXuADUEeGuN5/wBxPcvEcB5vYAQcQ5xxe8N/yW1kjFIxJDjzN9RErihSatR0HXWS
yXJc3xbnmeweQx2SznKoreSPjfLTiz6VunL8AInyGLvo4WeD6yGMxmNtsoIAGstx3hNtFw7A
809quQ4VOPWt2mWSCVsrbTWa3twgfzK52wyy7d6RoehrrM8e4RncVyTmPE+C23tN7V3q3Lvj
MTAIhJyHOXjqC0lxcOfSgSOpITvrJXPBLXLcX9orDF42896vf7mMknGJ8+lh5bbCY272m6gx
0bMVjht19Sd67z5uuE5NxW99peHWGXx8E2IwE3EsjfwGO/gLrJd3uVle5d3D7jKyKynzIqDp
rkHsfn+BYP2S/wBUfAVlufb/AJFxw7OOctnsENytlc2su9Ulu409S3uFajMdsijUnEPcee0y
WNbjt7NeXlrZRWT/AMQtaNBdXLxIAJGI9M0ABr2rrbJtjDekkqkH8NSrEV8D0Ot05kVCSX9J
QzCnSpX4fHX5hJWOj7WT/DPcH9mrXjlxkrnDLHfxZLEZmJBKsUqRvEUeFmTcpWVh94EdDrkv
tjwuyucvcx2C3ECBPVu7+9FzHcyNsQfeZo/KB2AC6/0dDkwuYLfDvd3OayMkTy1yly1rcXEY
CBmZvXbaBStKUHTVpe8nszY3t/PdyRYtKJ9PBNK7QW01GasscRQSEGm8GnTrr/Txkt/mx3uJ
jVMp+8KSxP1+wpr3XsTFug5LwyxyHXrU2wsranT4ip1yXjEt/wChmMPkclHiLRFYySXeLuDm
XjQj8ZhjcgDrSus7nAqXcuc4jNlp0UhtmSx8XryJXwKXNuVr8tJlgVtcxkOA2+Yjumbyrfx4
5LyJwT2IlUHUNncxJ/5Ve/4xvKMCj9be0yV2YYcxbV+FzZXMnyq0ajoDr3c/03cyEt9e8KzU
WLwreX1Tj8reotleR7q7jFNIJwO1Ci9K6k9iclg8hifeDjN7j8FbZe0Ea2mzG3UEltPGwdZN
7xxKq7U2sCHDCu3SepFvVuvU0B6dVp4k+A0YkQu0YFUVvTA60+Nenw1JJP6jyAhWCttFKdwK
H9ehUUAHRfHr3r8dflGocEOrGgPiB9tdTPGfT7OzKvnDqNq1bvQfDXHstuLtf4+3lkY9y5Qb
q/71f5zlyJGJJsdFFfwjxBtpVckU8dtdBvBuo/X10K6+f6e36OH4BHYLkr65vZ1B6EWkaRru
Fa9TcEjp4fLXGReUPoJeT2kbEUaaO2kK9D329WFPEfolsIHjzXK3Q/T4aJqrCSPK90y/cHWu
37x8KDrq7z/Ib57/ACN2aFz0SNB92ONB0VFr0A/rJOoPcDlNoI8rdRV45jZR5raGRf8AvDg9
ndTRR3Ve/U0Hz/mRqoNGHUfbohCfTCbQGO5gxNWHXuD31JIVJkiZR6Y6VVvH9WhNGxYI1Opr
/T9upPUYW6RxQSGR4y9PVJDKUBFSpGpRO8UUDvuiqjE0B6hl/q0ZYIwrxKsbuB0oRVR071Gm
jNs1yZvKpHmWpB6U0yIPTCH8mJj2+Y+Grw3Lsm4JtV60Vx3BGlnS3WCGdXeN4iWDqgowJP8A
VoSL07JEjMDQ0qKa9WIKsgYyMy9d0u6pLfq1yvkE9hLkuTXPCcnB9NZMbeXNW9lNHex2Vw0Q
3P6JBkjYfmCjBT11jlly2OGE4znreRLnFEmyv4ckyvIIp5CXZoBMQ28lj1B177WOYyPHOAe0
vM8ycZxrnuSX1LzPZLE5LbY4i0KN6i20ki0nkABjBr9ntJivcG5xmE9yfbnnMWS9tvb/AAVv
JN9Bhcjeq+Wt7vLMTBdQOpLwyoxYN5WrQ6AsOP3PILXLxZLA8T4kQLeOW6ymPdKXN642StJD
RhCzbTSo664jiMlkVub5FXCTXMRZtiWkhiW3lEhIZoyrRtX+6df6qePe2GGxXtn7gZ2GWx9l
f4hPGRZz2N4Rk7GwubgiO2nvolYREkBa7FYdNPxzC4nGcmteYYeyuZspy7G5KLmFhyN0+myO
Asnxksc+TaSQFgXPoAGrEga5H7UcPyM9vnc5ym5yUz2VsJJszjjbNDJgby4hDIbq0kUkxRuU
A6gk9uOc5/02cmw+S5Lko4bTkXD5sVZHJfVwV9SDHXV7HLHLNQ9UqsniK9tZbivvtwv3e9z+
R2sV7FyDBLzFYJbFrV6pJJx4wQoDbtQqAqpXsDr/ACJmFxPJo8ZKtrw+65bye045e2mJjbdD
YZBJkeTcm40O0eXom/Uv+rL349zeH8k5XxiwFt7aex3txPJk6SwW721hHeX5RYIYItzNJV2l
YmpCnynl/u9yVJcEfch5LfBcUaMRg4+S7e6kvJVkUS7VkakPxHXtqSX74dVAJ6VBNGr8Kd9G
RC8USMaXHgwU0JJ0WY7o1I2bR1LMKDfXuNP0NINrSIrUC1NB08evfTBAWcAlJF6gU1DLPaCs
Ll7aeWH86OQgqzrurtPU9RpWQBvTkV5btm8rGnlO3ua+J1w23gzy4Sbh2ft87FO9t9R6wg3f
k1WSPZXdXd5qU7at/duxu8YvGzxhuO3tgXmF6ZkkMiPsWIoymidS4PTtrkyZW7x157a23JL7
lnDbSMSNcPf5O3ayIuUJ2KlvbSPGQQdzEMOnTXNPa/25TG5f2q59JdJZ5q8ugk3Ho75PSuQE
aRZJKRkhQgcEgP5SWB4lxT2yzcmPTjSLYJiGu3s7e/xpgS29OYodrNH6Y8r9CC32Hi/thc5S
CDk3EcfjIcJyEq5jhv8AHwpCzjYC4jdQy9B0BBpUa4n7oTZm6w/IcJb28XIMbZPtt8ubRlmt
xKOjUjmRGoahgiCg2g6xnMs1xPHZHlHHfSkxmXmUmZDEd6b1UgOY2O5C4O09VodTxiUOoZSw
dD49arTr01vkgEQbyiVJ2Kkk1qAe9dU8q+crCtat07V+3QDShH/FCwJNT418NeeRUCGjhu1D
93r8z01duynbDFSKInaWkrQr8dW1iu8NhLma1KuSSFZvVQV+x6D+c5ViR97I4m7gTpXzPCwH
T7dRA9CqhSPs6f7P5Xw1wTKKKwRtf2sp+DuIHT9oRv2ax+cw901nk8ZMs9ncqAdrr8QQQQR0
IPQjpprBcna4RJBtmuMZB6M7rQgj1XaRk+1Np+egqiW8vbyWgA3SSyyyN+tmZmP2k6tOXe4N
okt+u2XEcakG5YG6FZbkdi48E7L3ap6LNdXc8drbW6GSe4lYIiIoqWZiQAAO9dXnGPbu4e0x
xrFf8nSqTTjsy2vYon9v7x/DQdTxXJ5CV576OCSzup5XLvIbSV4VdmPUllQEk9a6/q/R/V+j
/Zo6r+lVJo8bb4nH7Sv2aqvl9V9kQP7wG6lPgad9eVCv5bSOPjXqyj56DCjpcjcq0pWgr1+d
O+hI7OagOrjoikig3fEalh2hXYKGA6hSp71/s6L0ZRKGClfLuWlHKEft6aVEVo4RRVUmrKqj
sD4k99M8jNMxojMalzAQaPt7lgRQ6V2lNvZBa29uBuDyn7xNOoNP1agJbfNGCJuwjkofK9f3
qdDoG3j9BJI2mtBKKBzGwDg/PXGrm8jnix1pm0hvWFYaLMjwhhIO0e6Qbqfhr8Nc7wrWr5SH
HPJksrNHClouNzUTyxGzjiTyyj1IUYSJ38e+uacV92s7e8d9rLRbX3D4LznCYv6u2wFxyW3A
u4z5WWJMkivGdy7fV6ija9ufbz2fwvN+T8i9hzkru9vb/DGxXBcdu5BcCPJFFKyytIRIJVNC
vfrr209y7y5vLOPDYTF835PibJxDiIrWwgjUXM43b5DA7EssZ3ihHUV1yvj+YuE/juK5Fk7z
JNasvoE5h/4hbTWpUn8mdJFdCeo1yS/5XxvEe2NpjZYM5zP3Fx8UUOTt0tSZpIop3qJZrqpU
LQliQRTVjw72K9t//Jz28zOLjzHOvcm+ujkvcKXA3zGG2gnupemPkyW07be18yqfUbprjeO4
GiWL8M5Bc8Y4zfY5DJ9LkMDYyZRbRn7SzQzwgTSoSW3sG8dR+4vC7az/AMme6XGrTltpwxzL
Hhslj2MRy63Yt2WWCXGXs4YXMe2SOKVZBVUbWaz1ngcp7hDhVnM+S4vkclHhvcfjE0cLFv4J
yWNf/HrUBSyLOCxUfer01LyjknALH3J4NxzKPisjHzDGx5ie6nRRIksd3bWgurMIpHqSP6sS
sKtsHaaxsPbDivCfcvHocsOI5DE2AvpLSlVv8bdq0ttkoaHpLbMxp3ANRr671zPdTIu6aWVp
C+wU8iN91QOgA6DT2oejSR1PSrKVNQ32f16t5IW3iFT68Ars2qaAkfI6ijZ19SB3jaMIakMf
K3TuANS2W4dBT1ET7wB7gnpXUs0J6I22NVXbQGnVhWta6G+9jklfYxn6gAN0AqexI76Ie6aR
lYhiB3r1Fa+Hz0KM0pWoEIHh8fnpYk2EXLglQpDAJ3IK9iNT2675G3ggbim4HrSo7/MaDBVA
YljAOuxAtTTwJ+A0ZUjc28dwwRpelC6VJC96aLsD90FVJ70/H8dJHETtYhqFRU/Pf3FNVZYT
JCasVQq7LXzbm8empEDboXLC3PU1Ap3B7Hr2+GlJXcpU+VCtKj5H7p0VjjZbhAHklZd6oQ1C
HI7d+mpT2lDASTkeXZ4Ajt0PbQQ0hikfe1vTuy9j10SSrOy+o8rdaA9KgfEa5JgR5kurS3v4
pKmhaJjDJ5fCu5T/ADhVhVWFCPkdcqwpAH8JzF9bKB0G1J229/7NP0fD+Te4KB44crbyJe4S
eXoguYgQFYjsHRmQnwrXrTTYzM4G+x18shiEE0Ljewr/AIZAIcGlQVJBHUaj+kwE2JsGakmW
yitawqPEqHHqP/uKdR35X+Pcm20fN3KACIkdRbReYRg/GpY/GnTVxnOR5CPH2EAoC3WSV6Er
HEg6ux8APt7abHWwfC8ThfdBiEbzzlT5ZLll+8fEKPKPmeulxuCtSttEynJ5iUEW1rGfxO3i
x/Co6n7KkYriuPmkuoccjmS7loGllldpJHIHQAsxoPAUHXvqn6Op7a+z+QP0EkbvQDOF+Aby
k/OhOoJWlMT+RZWIr5VbzgD4EGo+eme1nWUI4kRiACQWIJFfEaV4VJjIVlRO8bdmDfAfPUrw
OGSNAskJAIB6hh176Cxh5hV4Y2A7uG2r1PdamhOoC4hWONCGqf8ACNNoKD5kUNdR1QrUgSlu
pRR3IHjTRd9yRxFlgdRV6N93fTuvcgDWwwrHVXLzQswBl++rbetQzDqPhUaBlijMhWlwLdW9
IOP8QpXrs1DcgySOiVaN23IBUJ0HgSO/7dTRwblSN3kiiLEKYkKuVJ+JVaA/HXJ2+qe+x/IM
Hd5TD5OZY7PHyWslrb32Kt7WAEenPFMkiPUfmV+Y17MZxov8w8S9ycFmOB+5vFI7R7pJbTF5
CVFF1ZgfcgEkT7qeVNzDode8v+m7F8wycs/vE+YktuUxN6EVtdYW1guGwN9NTez2UcYIQVWS
EhhXdr2+4+3LOE82wXHL3K8SyOeAumi2xySXFiJoCIXLxmdFR6FCpodwFdYrl30+Wny3vNwq
25DHb3cSKXmwjnF5K2hii2qn0TJGwVAaxMGqaE6/06e195nILXHcmyWa5nyd2p9PcWmBgaeB
Ji1Ec7YGj2dx1Op/efFcpyuM9w8rkJud22QxlxNEbq5myDYpsSIYSWcWkaqsJp5AD2B17M+0
9zxm5xMvs37a3+UzuMVnjtLflOVw9zlsnfXbg7vqEg9N2HU0aQatuW5Rbq7n9qvcOXjfDcW2
ya7v5Jmpe40oAQIL7C5B0eo6HYR1VdWd9xXP5fP4jCrkLnG5qKJlz+FxuBkV3e3tmH/FSWVn
PBJc2hUtc2ZdkrLAa8ly/DUx2LteWQQ8pueC8cuY7iwTJzfk3We4zeBisuKysIDmLaTFJujd
VNde3+PzqR8F9uPcjLzWXA89YxfTXntvzuMrJHk8bItGGMv3kVry2qUDbpIwpWjcnw3PLJsH
7u+2eTPHPc7E20UccX1as0UV/akeULd7CSnYODToRoz3EjmBVaWWCLb6hSM9mPgVPWmjNagw
zel6rIx3D02INDTv21JJEqLNNKWmWPqI7diKGjdd3XtqWaOagiX0poJWZmZoq1ZKgUPWtNEu
vqokLG6iWTbJJXrRa/DuP2akBglLSvHIjVG1V8FoO4A8dbWlVYquzxr5mqajbXwCkdjqISkE
+mFlgFVHqE079+/UnUQEjqoOx7jcELEGjUHjqdK7vQnCBF/GvXz/AGUpXTANXbJGykghQWBI
oB1NANSF5S0bIyQugolR1LUIrWjA00zMzj6aMkJ1UEgUqvT+jTVEbPENtwVrUtQEBT+6woem
g46oHJkQgLWpC7T8KEjQMsrRRW8wmk9I0q4Gw9fs6alM0RdJl3oiEMStOhOogzmGCNSuzaxM
xNCqPtNen7NQqFLGRRuiqQCT1A/3R46R5gx8jDavVlFK0H2jRVLf1YQAzSk0cj5Dtrjcihor
W+lmx9zIzUVluo6xgD4+qi9P53mUajbHkGtcjH0pX6iBQxHT99G/R89f7f5Za/lGQz1wm7G8
ehcCaSvQPIevpx1H3iOv4QTp8xyK8MpWq2OPjqtvbRk12RJU0+ZNSfEnUOXy3rYTh6NVr8rS
e8oeqWqsKU8DIRtB7biCBa4Pj2OjxmNtFpHBHUkk93djVnY+LMST/LA/SaeHfVlOxkBtTIQF
NAwddpVh4ioB0ryeov1LmBLiNdyoSpBJPhQEGurRZoSZIjS6UtUOwJV2FPBh1GtqSiFgr7wv
TcK+ky18ahgdflH05FCRyCQEs3kILA/vBhQ/HWxQ2yRT9SooFo1WO0DxqASfjqkkdHmDbwDU
VUBiftNa6T0G3+orEIB5gYwN4+ZFa/ZplFRKsZMIPTcwIAGlVWKOjBag9Pk36ieuiSxgcxKs
gAoRKpIkRB3ap7V8NIoinjjd9771BYbNwWQjxWo2keApqwFwFuDV4mjY7E/NYodzL8CKD501
7W8muuN2np5a0ssMkeTcRZK7g4xkZMeJreAEp6N/b3gilV9rxlQ3gurvm3GrkYnm/t9zyyze
KWJfW+lsc5j5cdkLC7qKOkstmEfwcMfFhr2g/wBWPuxwS5wmAv8ADst/ZcIn/iclzlb2xWDD
X0thM6i3lmtgbZyd3WNFPy/1AYXjPD73gfHOc5GLkXBuFhIr36a9SCVLuQ7gp88lv/hqdqlt
o6Cuvaa+x+byvDMzg+Y3+C9qvdNRJFfosmOW/gy0WGJVvoxMGs72Ijay0Y9eh9r/AHHPEbK2
51/pliyGX93eAySRLiL3FZC6hibL4aSYqt3j76OVoJVj/MgkahU9NS2n+nD3o4jZ+1WRyEuY
wfGfdSL0sjxma9QPIkaujrcBGBo8XldlrQMSTznJ8Ty+ZzvHm4jmuI5Pl+TVvX5hzTkkE65L
K2xIrFDHGsccAp0U7fEjXG7Pk1ljDkea4Dj3uF7ZXmRVY7aHOYfGvxPkFtFHJSNp1+mBo3Ub
SfvAasuScdfG433G4pwG19yJI8c0CXNvc8HzZt3SZLaiB73DZO5imDikqIob7ur7kPtLhcrn
eBlU5HyvgXFpFssrhpb0LOnJeEXaAvF68Tg3NioETtU7etV4liLz/VQeS8KW8mUDn8l/aX/H
/uLO13ZmAxtKUG3dAX3lfMy/h5X7p8A+t5r7b8nyVpxDJYqyU/xDOWsNnFbfxCG1P5hlaaAX
MZI6tVTQNqE/RwwxywCVWVy0pMo9SMTo33HFeq/aD1GvVdTAZAxkt+0kTI4IiC/usCQP1act
FNDGwUXTMn5jUatVI/dFD9h1GQGZovU3ltqJG0bUVh0qaqex0wdzJAVQqgVdxL+KnwVTUGup
o0Zog/XZQECprQ/DX1DGMbqpI8nTeCKKfL+IED7dfUpNGsbrHuiJ86MwpT5jUTIAZUNVjZSV
CrVWqfDr/XqWQxIFO5pQRUkBCQP19aaSisJWZZIpWbaR08wNOxHQ6j9Rq+q20n8KNQ+f9eo4
VZZTvErTNIQqKAdwpTrqMk1LDfE3iyqaEfDtqaGWATxyQukMJrQs/ViaU7AdD8derCKutC0Q
QO1CR1IPTp46MbRhfMzIHUxqEc9AT3O3w1tWUVY+Z6FNrDuKHqDp5H3tHRQZagLtp5h3rUU8
PDTLvIqtAa9x3FK6Vg/oClTuHQFe4+FD4atclbSu91jbiK/QgAxq0LqwA8TuAodW91CweG5j
SWJx2KuAwP7D/OcWzCrRMxhZbV2p3ks59w6/HbN/96fo69/5dzxzh0kOW5StYru+6SWtgw6E
HwklH7vZT97qNpu8rlr2XIZG+kMt3eTsXkdj4kn4DoB2A6D9HD5j/iWVvJYSLWtPpJXhX9qK
p/Xq6znIchHjcbaCsk0h6s3gkajq7N4KBU647ibO3jxfC8jcNj/oplRriaSYFYZnkoSjeptA
VTShINTQj+T2/QOuu2kFaAmh1uff6ZR02RuSsgPSlPAivXVuwJ3ozN6f4jt6E/ZTRRgzQPXe
F81B4dB8tINxAlXaZSPMB+H+jrqcqm0x+YN4EDo4/WOo0sdBWnRgfBRUH7QOh1bT1Ci0Zmty
V6VZCknUeJU0Py1aOSZFf1iWY9fTfpt/UQCNHYnnUDdTx+3QVwHlRW9DpQV7df8AYdTTyBWm
B/NjINGUEBvsqP6dS26SLJas7VBFJGQ9VZD8afHxGrmwxUMMtxbckTGeoIWmvbr/ADDa+nNb
xoQTCp+mSTevVZFrrmGfx8H1mNfh9zksblrxxKZ8lgprLN29u6r0kYiK4UN2I3KfDWW9yvY/
3Gnx+PmTE8T4lwnK43HRzyZLImXJ3mBx1tKwha4gFuJLK4kKh2R46+bWW5NnuB3/ALTn3Fwc
uT4TBLeQXdwuRggCSXSva7oC9zLHN6sI6AyMGp11eHM4+44jkuFrxt+GWGduobrK3Wdnuvo8
rax3ETyPHZ5GydTtcrtYbqdOs/Er3IS4gW19G+A5WbTfk8ZHDN6d/bRB6UW5QMkg6qxCvQ6v
+Me9bZ3/AMzshFlI/bPl5vPSwOWhlMzWtziQiLHHfWbESPZyna1G2g9NcD4pi54raPhuLtLe
XIY9HQS3iVluLhVm89ZZTuIbqO3bWf8Aa33RtLzD+0fuZkZ/cX2X9ycXbtPf8Qy+Q/Kzll9O
CDLZTXUW6SBDVPy5EBLHXvZZcf8AdNPeT3d94eP/AOVcHeWNhc2tlhsVJPDcXs9ze3wXdNMk
KoEjrQdCQTTXteodG+l4XhTaXrloZ3VbVRFKQDUMFopHYld3jrIZeW2teF+5DQyS2fL8XAkM
GRuViPprlLZFCuJH2gypRx3O4DVp7xcKs8zmIOO43EZiMYe8s7m+4tmrf02njyMcUSPc2yTq
TFPAoom31etScXyeOzntH5PZw5W9xs42ypNdxLcPEy08tHc7R4dtTSQylniiWf1XHUdmCmvw
29P1jUs7s++YK8Pn6LLIOsZHxAP7CDoTet6kjWrBYFWsayV3K7g9yQCKeOgrenPOgUPuVj3I
INV7A9VNflr02u97NdMDHHE6+igU03lvEHppXO3dEIqszVpUkN0+3x1C20FkkPqAjuhB7fOv
UaR2DCKu0ncRXdQnt89SpCiq3ou9vGWLEujBpB18KdtSRbSFhYKXb4socI3wIB/ZqAmNpEDA
GMMAKtVeg8enX7dMLhyPTWkxK9SrCit5e9SOtO2kRB6YS0dI3boC0ZB2j+0y01DJA3VQGVR+
NjVHT5Dx+3SyKjMaogYDuGU1/YwodGVnRllVS0PenSnlJ69u+mO1/UehaLr5tvYmvjppGhM0
sbJJEj12x9TRlUdwOtRpKFmk6s5K0Vxup5KeFDUaQPK87mqlKCgHcHVC8eyeol2pVzXoSp8O
ldcWmdg0traCxlI+NoxgBPzIQH+c4PmlJ2Y/Ly2kq06Uu7dtpPSvRox+j5/yPl+jE8S49ctj
BnLSW4ymSi6TmLf6axRODVK0bcR17UI61tcLgcfNk8ldtSG2hWpp4sx7Ko8WJoPHTX/JVizf
KryB45JSN1vZCVCrJAD95qMQXPX90DxvsdcUFxYXEttOB23xOUb+kaz1tm5mu8jbZZpMJhIa
etMJ4Ur17KitGSWPaviaDT5PPXVLeMkY7ExEi2tUP4UUnqT4sep+ygGC5lPC2O4xx/IQ3yX0
oKm7mtZBIkdupHmG9QGbsOoqW6fye/6a/oRx0Kkdaa9RmYLE4lRkboaAjqPGoOkKXQllSRqh
T1CkGi/qr11L5WMjNIsadCFYUK7j4g9a6CROWlhCmZiCNpIqK1/r1vhIRWVWC+G+tGB+R1II
QF9GZFTr33L1LfIdjoGJnQxMWUqadSCPun4g01ZxOTJ0MbsegbrVa/D4HVxC276iGR3gKNSu
+lQ58V7imlWOplt2Cox6KVIB76ZpQfzi6SV8S3VGH2aO+hkiYKVHiOzsPlXqNe41ve5S7sVt
eOHP2z4oquSW7xE6TWdxbM1QjRuaOSKFCa9Ne3T5XHQYefD5K6wXKMRJSRsdHk7hrWVjECPV
3R34kO002Elew1wX2ww3B2zfIPYDI2dl7o+ytugxdpzGO2u3xa52PLWI+tjuLJpkkk3Giruc
dA2v9MmP9wMhxnHj2r9wclw7Oe2uHzseQuXxl3fC4myFxcxH1kej+hPv7kK+2jHXKeM5CzS9
spMZnrPmPGcQzPyHlkFxAyWoWKlGS3lt4popQwkXqKd9YC/zGS/iBzGJtBc5mS5Zo/qowsQ9
GIDuwXz16g1+GslwflGLjzvHMnD6kmNkk9GRJ1YOl3YTijQXMYBZHFOooemsLwX3WyozPG8x
K1j7Se8t44ihy9OkOLzrJRLe/jQBUc0WXWQxeYsLnIcn4pg86Pa9ZCYRBlryOOZIbhV6uZHt
wiV6VNfho8j57xa6yPtngVyNhHaZFmigvMs6KqWkRTa6vHu3OfDodYrhlhksllbDi8TW+Jyu
YKTX0FkrH0LB2iVVaOAErGe9PsGoraH0JIxGQk69QKdwW6UPXQmtMhPADEypJBSOnl2sN1fM
PiDqSbYDM8khDIKeo6qKN+uui800U89y49dIOkgQGpdl7V66aH1VUxeo9lIYgxYbglevYqtA
D4D7NOm5qyQ7TNKw3bN26gIpQq2p5rKW5W4cLCk1syiqFt5jYt3A7/LVxNG73UwmVmklYLuJ
IqpZehIoNbnVYarseNgeq76ilPh/VpA/R3IjZqd2oaH7KdK6WMTpBM0JdhGNybdwG0E9akd9
SoieoxKm5VqGjqwZNpHVS6kgnQjZQgQh4wCfUL0pVq/AdDXSrVWkqCkgHcVNCp+zVxKW9CQS
SGVh3jjKhuvyJrpJAI/KpEpcb1beAqGg7Clanvq6aS3jtkuYHhqlQjqRsZ93cAdKkeOowxMU
nkViAaii9enzIrr8tWGwDYoPVZC1APsNO+lH1TSAt54FUFqqasoNev26dndUKdixqUBJCg/r
GgUYMANq/IA1/rJ0pMphZKeq7g+Y/I6LIAWruVVHlVF6vRe5NOoGs/hkmacYy/E8ErLt3RXK
ChAPYExk/wA5yK4WMyTYKa0ycIHcehOgc9fgjNr5eFPh/K+OuIXGEube1kxss1tlJbhiAltP
sYSqo+8UKEbR33DwFdGxwdv6t9cKv8TzUwBuLll+J/CoPZR0HzNT+jnFrZvHJA2UkuAYmDKG
uQJ3Wo6Aq0hBHgRTw0qqpZmICqBUknsANWfJ/cWB7ay6S2PFWqssvir3Z7ovj6Y6n8VB5TDb
WsKW1tbosVvbxKEREUUVVVaAAAUAH8k/1fyB+3Xx0u0GpRo1KCtKio6eNDq1niT0i9BJGEKD
cKh26/valnRqB32he1fCgr4g6lJ/xKCGRq9PKK0J+XhozKC8MLbVc0DOoBqNvgQdXVT0SRFm
dVp0kG6Mivx7E6q4ImDL6SBa+WtDvPgV8RqeEeZh+ZHIq9FQ9Cpb7e2pHct6iBQjitO9Ougr
3C+qGIeFK9CvXufCh6Hx1EZi22dT6ammxiniviDX4637TEXKmMAAlmr1Wv4emuO25kitojdy
WEt6FDfUWtxBJG9rIr9HScHYQf69ctx+MscTJNibWbKwYdLyTLy4mygZojZXdzJ5lnDW/lU+
aMUArTXu57kcj9wP/JvCcv5thJOM+4eLjkF9cHJYsXb2kHosohQM5NxI/l79Ne4nHfc7215x
yb3U5Pxm7isb24zFhlcRfQ5WL1LHNRXxSO43B1EoIFQVIq3fXt7y4fxGC0zUHGuWcpyBh9Fr
e9soIbaS7+oNXt7OSSMqzGoIY16E65HgJsfHj7rh/I83eXeOt1eS2sRfXLXFtBESF3xqJvUR
x0Zeg1DLd3EOQuJkUrcW61jlanV4weoDV7eGpeHclwy5PA52x9HOYFqbKq9Q5r1SRR1SRfMu
sB7WZ3kEuew2bE0Psn7mXXS4vlsiZJMLlZG6LkLEf4Tn/GjA8RqWywuJTE4/LZK+z2WW1lLL
Nlrxx9RcqWqIWdhu2r00oS4VZx6bX0mypKE+aoHiO/TQhtYlf053eO5LbK7616H7y9Older6
kCoEZ4LfpKQ7J2p4EMeny0tXG6JF3x0O9wwr0/s966Yl4Y1lDPDbRklzH0qGc9KE9RpZoopF
aRlEDSA0ZVHUj4agd7cQmziuDZRyld11KaMVY+AH4fA6gSScCaNV3+mq0C1rtb9ffV2HjCpH
INkaEARrJRm61oxPgdJIhD7ZYnkRmFSCaePy76AM42gkx17bAT4+BGnqB/xAFG8KA9GB+B1W
cRxxxllYgHdRR1Ip3I8BoI6NHI43RyzHzsrjy7h2HTtqOLZQwjaSelRU+Hx1KpHrwElShPVi
0dCpr8e/2jTiZAiJEPScdGSUEeYH4EV6aaONGmMjBJIS5Ee0tUCh7B1+9TTsVLSbwRGrdSo8
oG4/Z30VVqpGNtdoIY16/s0IiI/y0IWQ+QVp5f1+FdbiPUalVO6nUGh6Hv21vWEjd/26FQtT
3AX56YSMyVIpGANoA7UB76luTNN9U4UbVH5W9D0YnwNOmrvDySbIM3ZyyJDStZ4mVxQ/AKW/
nOYYcp6hyOIvIUQ+LGFtv9NNQlwQ4QBwe9V6H+r+WNTXV1NHb21ujSXFxKwSNEUVZmZqAADq
SdXfGPbm4e2sgTFf8qWqyzeDJaV6ov8AbPmP4aDzNb4vDWM+Vyl89IbaFS7sT3JPgB3JJoO5
1bcg5KIczy2geFab7awJ60iBHnkH75HT8PxP8n5/o6/orrt2/QFFY2kKxxyg9EbwLfI9vt0s
At5FRS7Tyzhgy9aHae3Q/wBGpoXZPSAUxjaSJT2IqPukaRkIZY23kMOgIFKU8QRqeWe3/Lut
sSyE0IKmo6fZqRAjK5G3qewDV0gVqSIoEpHiw+PxqOmlaOsasoEwZe209qaeMQKiKtEVWIoH
FTu8CCe3w0tISyqCxcMBuCLUJ8afPTMsYDSP+UoG4CJwGp8ag9zqRTJ6ju4eWYnoV7r+sHpp
Lhp5YLeACakI2uRE6yeVh1VgAeuuZYHHZW1s055BLJf4XF2+xHx8SJPBlLi5IK3LkSsGNa17
64jhLzPSXeXxE19P7brLbwy21/leLX0lpPaSQ3StCzXVnQwb/L6ihG7jV7a8W4Naf6mfdDkf
F7LPco93ObXRwv8ADsfkY3GHwWCsbWa2jiurUIweNR94UIoaa4dZ28ue5Vnstk73j+c4eLqL
H39tbYOZo7zGSzSf41v2cRnb+7rll/lZ0ce5fGsLnOL3eKElnaT2eKU2Ho7G3MZ7SVNsqk0c
U+zQ4naZjDyclt7aPI/5OmvFhy8VuaAyJD32t3CjzUOg9xcMryRndK252DVO5CT1qg8Dqbgm
RKY6TkNws/G87AfUu8ZnLM+rjclD+6yShQ3bcjFT00mYz2Pt8Ryuxvb3j/uRgk6JbZ3GN6V0
VQdVWegnjr4HSNG/qErRVPlG3xAPQkHvXUzGFWPpr61qehBkNPKPAeIOtkihJI4lRnp+YrKP
KP8AZXUUzyNAI2DKVAMvqV7VPgNXymBYoGkFZWYFogfOCKd9xr0+GkkBZClv+XSUlCaColQ9
vL2I76a6SOG2UQPDcXUjNKFjbosiA/An9WhApQTwwIhQjrK3iXI71HYjTAx28ETIpmHnIZlN
K/EGnTTLC6TqXB3FBRSPu0JFeo6U07MgQh6ktGChkr16d/t0yGBIXlZhFGoOxAetR8v7OkVi
ruGDPIi9Hp379Qemgr+tI8sjKiqNyCEDeCW7qVPbRI3OA3m3kefp3FO2t0sSXGypdARQlgaH
7R89IN6yhhtUsajcBWp8Plol2kQkjcyMAQvh0Peny0pKuTGNr06BqdmX/boIfL6XSlKVr13U
Gl9Rqg0CAMBVR3J+Z8DqGQRoyLuLozbqxsaHtTzDVUYJAPM07jyd6EBT462s6y06BhSlPs+e
qrIygtWSJvuhdcUyocrDHkII5+tKLcN6LV+W1/5x0YVV1KsPiCKa5LhmXZ/CcteWoX4COZgP
6P5ifFWDPieHwSn6fHRsQ92EPlluW6VrTcE+6vzYbtJjMDa0t4yDkctKCLa1Q+LsB1J8FHU/
ZUg2uIh+qylyo/iednUevOf3R+4gPZR08TU9f5v/AGfpYKxDgM5XwKIAWP6q11ukLsZTTfUl
XVunX7DTVXO0AkdieoPanz0FLU8Sp6H7SfDUVZLdmt3ElpPFVt9Btk3q3QEg+Grh1ozCRfWQ
dPunr08KjQMiUBjcysDUFAaAg/EKQdIt1GxuwD9VKpBhKfhZPHzChOpri3VpYI19KFmUqnqd
wJPGh/CR01sWFnlU7iX8rAN2CEfsOhHFKZJJEo6BSu0k0ZOvc/ZoxiMg7vK/fp2pTwI1exOT
51EU03YxiQ7aivate+vaXJYu1ysP0uDtLK1x42xcehllkeyvZLq4A3LLuMbRiu1iSppXWcy2
c4/bcqxftt7qLdZDj95dzYqxis+Z46OaK5e8t1MyJDeo8g2fDXEsmb6z9q39mrmP3C5bh89N
Nn4MrdLCZcflsJLaOEv7K96bXZk2SKQRVqH3xwnNbeS05bmOX/8AmDh7W3tTjMaLfLQGO6lW
JCJEif6cOQjGvUk69k8ta3Vl/lqTK5T2ox11bEpjUeZEvo7nGBiZTHMVKMZTVWHQ9de4/vLl
G/yZnrjF/wCcMJieNTy3N5b4/jeWbA5hWDbX+rRIvqYolfzUK9Dq89ufdTIJmOU47ER8l4Lz
61X/AParjTyfT+vLB19O6tWZVmVgDRhWvcsLfZbtsGySIFZUY9Qa/EHxGvdLHxMkSe53CeOc
7MKopByOOZ8fft36SSHYSR97XrLDHGkvpilTXZIKFHU9m69Kaa1RGZYIzCZFbaApOxY2Nen2
+Gntp5Ss8BeNoS6gs7EUjBJ+9XtU9dOiRpGzx1Qb99ZAPLX4E0oRqRUjDSS7InZYi8TSAVUj
xBHUN8DqBRIrMtvK35sLd6hdrAdwvgdei5cwMgkgjZQp9Nu9V/2alkYlGAjdin+Js+6v2U08
noFkMlIBQCnWh3NUVqR31K6x1nhkJeNTRDGF6P07ndUHXqoho58rV6AHr1+ddEktIkKCUkdd
pU7SDoFmf1CRuj20+0HT231gtkaRmEqvtf0qVAIHm6Hpoqs6mRlrHI+6vzIA+WkSSSN7KSVo
xJEu0Er2WhHbwrp4xtjVWLfTgElV+DHwKjr89BbpC8ilUgZEJWjGhII6DrTSqFEEieUxxknz
L3JB7HTuu9d6rIXRquVLUqCe3bQkfaDL5tgoQqeFD89UkhMqOCvpL5QAR1OogV3PtaihqBSv
fbXoSRoA0hVjRSqeoQvioFfxHx0UuLiQDa+6OJDuDCmxSDX7O+niUuGgtVkhMYo+7vUDvVT+
zWAzCfdyePt7nvXrJGrEV+0/znOYSqot1dQ30YHSq3NvG9T891f0/D+Tm7XOQzce4jiL+aKK
+NDNeQrIfTFqGrUMlDvboPmagW2D49jo8bjbUUSCMdWPi7sas7N4sxqf0/b+mp/R9v8AIA7U
8Nd/0bEp+ZRZNx2jYehqfh166aMMJEi6K6/dJp0H+zRRUDz7h6St3B8T/s0rszxFhuqFG8V8
aHp8emikc0DPDMpuHHxdag08AQa6mMTeUyLvrQEkUNT9tdBjEskDMW3ydGRe+ynz6jSukkgV
gNiEnyR0IBcHuAOh1FMIGmEYdoHrtFH6VYDvtpQV+Wog9wbhgB6ZqI2aKSr7FY9AQP6emjFF
K7shbZ6r1Kheq7SepqDQ18dW9J0G3cZgT+Yzbu7dgFANBTUjPGtJBt9KpbeDUMpPxBofsOkh
j4s3IZ/b+8vZT9RkFx9hi4Mg0d3Z3kjFtlzJBPEQID99W+NNe5RZrJ8Vzn2eTkOMyixsIXv+
G5KOffHQABvpciVr3/Vr/TN7M3vGraX31x2Pscxx/wBv+T3M2JtbrjSLK97a392FYPbzNBFd
Qw0LKCx8GGsR772GOuW4j7xcAuMMMQZo4osVl+LIY8thYlRV3CGGO4mgCgFkG5a01m89BPHn
+Qe0lzg8tFmLq1kx7GTIXBw9/iPpmIinlZPSkS4iFWNQTXv7l5j239ujzPC+6quuPuMNvbKc
NymUihTOQS20aF5ILuWEXMLqAEl37vvdfaGGwWbGYz2mvp8VynJT4h7HLQ494Yp8iOQmWvpG
9tVQIoG12IK9RqVfqWeWGpWNF3sAxGwKo6sQGU01y/JQSQf/ALqPbXE8e5VbyEVky+XvJLmO
BJBX02hQDeK9mAPbW+eS8toyxiilgiE/qOVB3VJAKjrVvDUBkhEaxIymOOMozKTQbhU7j0ru
1cyMryqIvUf1Yz+YCNwH61Hf46SRt9qRObgooUl0K9xUdCfhozxLKEib/iJAVKOWINKDsRTr
qdLdJXIecwwDaEUPSqeo9OnjTx1b+s6A2sTMsy+dxuXyoVB6qa0J8O+nSGWNYUKVMhpVR0eP
p3OvpUdpIS6kTip2VP3SR4MOlNAK6mO2fcIqfdQAEBzXsa+OpAzGERuBKprRT326aZlh9MqB
coHYMysKn0x40+egJJGEbeVmTptAAKmvx+OpldFnkL+pFcAec16Gp/VqKCPehMnV5BXeWNFU
fDUT+q/odPz3oZAu7qVQUrT4aXo/ql98kJcRmXptRHIr0I6jSvb+pu9JTHRwtVhahQ18fAnU
iW8kj3M5X+HytSkLgkHf9v3T+rTrOyCVo9iExnaT0ZlqvgT2+egw2xK7Cq/d2Ejsg8RXVNxM
ZDsrgfiUiqfbQ1022P13VfWj2GoUr3p8yOunO1pH2VYr5UQgjaenWprTUm5htjkBMZA3+Zfv
7u52nTyVY0IaB1+8G/F170apBGrG0lYNLg7q4sCR+4r+pF/1JFH85h8kiAR5vAJvanUy2c7o
3/VlT9P2fo7fq/kfL9Hz/T8v0/P+SNfq0lOprTr26/HUrJVpptly8VaRealDT+0O9NGSeNQf
vXTRDcVoOp/WOujEzh4wT6E48QTUA/16MqwtdoQvqeiu1z6Rp1p+74/LV5PClH61i2gsegNB
+sd9QNKlVlJeztyaOFcVCyeBoa01MyOiIErJK4qSpNClfhr05Dtue7r3ISg2n4UA7aEzmMqg
KMrnpISe6jwPjpnD7WjhPryHoAA1AtPia11LJGSsixDaXFQWUUCRAfeHQHXni9OYVNOlAT02
mnwbp9h1zDDXMGIs8NjrC35Jd5vkET3OMtJsXIYGe/tUIZ4THcmIhQSDsYdtewXIGuLjJY9c
5ccIz17cEC1u4eTW95x24jWGTa4jF0LcruA/DX7wI4c13xXi+Wv/AGhy+S437b+5fI8m2Mu4
MbNFLY5mxvZvUR7q0s7eVpE2ESw0Oyu7y/6H7yfmPGOT+xWcyVxgPb2z4hZT4vEW5uZH43lZ
Jo7yjtMPX9T1ndqg7koOmud4LODJR2s3G89aZvmWVcTY+wyUNubnDQ48EloLy0vLJwVA2kFh
U+XXHc+zR4zP5ewx11kVdWE0hu4gzshToWDVYeFRTVpzjB8vvuD+5NtaR2UXJraA3lpl7SIl
o7TO4yoW7iQEhG++gPQ9NRWFjzz2l4/BcBocnzDC4u5bMJE7dbm3gmJRJEXog69R1Osrg8Wu
Wy8+TyEuTzHLMlJ9Tk8vk5VWOS7uKk1SUKDtqdla966laBYpZnLB0LtHQstQrAmilT06aDJa
yG6m9Jd/qqpbw3AHsVPQj4ddSQfWn13CxXE6uTGjKx3BVAqA3TqOxrpI2lW12BjOwB/Lr12j
5A9K6ElvJ9PtJnvIFRlIkHR6t2IJo3/t07KVEdwqFopFqBNEwJKjt1PaujDRYrfc7lI4yz7p
etVb4BvDUUiRV3Rg28WzarqPvbiexrWmmR1lhmdd6L6a7drAlGZR3Fe58NSuN0gZUWeaQBTK
5XrQdia1GroRSF3u3V46jyttG2jV7dtErGzANuVaf4YqAFY+PXx+GhFG0gdR0SMDv23HvWni
PEak+lTfIDWeEHwC1Lr/AM2oi09HnRDEQKmrdh0+B6HUEyqBIhBeAHqC9eo+2h/Xpx6fqvC4
KOOgetKAt8eunmliW6KOAgLMtJeoA6fEHrqpkJcGpRzSrdOgI8QRqKBC2xarAAaqQTXrUVr1
0m1ArxSE7uwC0FSfmCNQA0khLObsCgqu3dT7T8tA7vSbdudYvCnYE/YRqJCrlY1MbFDt2Eg7
GPxFaDSwMta1baOx6VND8tKwAaKgLSCpIGuWYFkeOKdIMlZq/YlS0MtPHoPT/VT+c4FnlUVs
sjdWEz0/Ddwh1Ff70P8Ayf8A59K1abSD/TqOvnCqI0J7jxoR8Dq5YyHa0gUKFNd6E9PtodB6
Bwa+oAabT4/LUUqGMiOWis0hTyyDbJWncU6anSKIuWIRUB7qBSoJ+Gj1oYhWP96ta00YY4qQ
hninkaioCvUhiegrXSyFd8pIJZv+0Hw/u+BGm2xl/U6RupHY9QCPl4U0alfVd9iyBaLvI6Gn
j076jikkapjdrdFNH9UEeYH4AdCNJNvY+tIVUVGzeBX1CO/hT7df5cWBL7H8vtrvC8ghllMU
rWF5AxnkRwKh0Mauv9pRr3mzBuLvkea49Jb84x3PMlZpj5M2ti1vf2VxaWKBUiV/4cR6iCjP
u7E6/wBWnsT/AB/GZubk+Rs+Z+z3EcxfRY3G213lrm2yT5iG9nYenJBj7kiWFKespYdhr3Yt
eDcY4jy4e4nK8RbeyHHOF53+J4jC3uLtGustlePpcgXsd1bTQF5wfThKyfiWmvafP2sNk+O5
5juOZe05vkVE1xdq7xZK5tBEzGBpMhb3E0EiHr0FD5RrOcNa0yWBxfC+V52wxNleukd5aY17
+SbFWs3mPpGKNwhQmoAUqaHUdo9WnnbbJeBtkqIFIIjY9nHcHx07k7UieNbc7ghkG2rNQfhL
9CPA6iVJmC2xClh0kQmpYU8D4DWKy/O7rIJY5aWa2jvcPi5cklnPCEkIvjC25d6PVTtNSGHT
VxHB7u2ePkEQneDK4zIWm9akBEkaMivj5SaeOimO98OBq11H6jrLeSW52OFd1kEiAqVZadOp
r8tBsRzrjGXM8hWG0scvZuCo61Us4JqD49flqT01jvYoovXkkgubd0MYTZvk2Oem0U1Ihsb2
UyRx3ELenuoUZWRkI6GoAp89IHguEaRJJpDOArLvarJQCgINa+GojJc75ZvKQ7VG6h8oFafr
0vpyqr+mkSorlmY7CDUeFRWoGiU88aKqWkIQkswCht7eBUig+I1GVZI/Uc7zIaVYAVCgfAf0
6aR5AluGClx08rdCQv7DqU28xtkDkPOj7Ttr0pX8Ne58NSSvJvWVgZo260ZaAk/Px1GqJcBZ
Xo8ygFFBBNVrQ1r49tCRdyMhlikgI3SB42LEg0G2veniTUd9LG6M8U8alQDQMhFRWnY/1auR
VmaBFkX0iDGgrtJoerVqCfgdTBXnmberMVCjYhO00B7/AB+wnTWwkVAp/MlIJLdwr1HYmn2a
WKhLrt6uSF7ULCnftXSCQKyJRlhNUTcH7hvh4HTKkigP5zIO5PYhT4dBTTSmIiAAL6cbV3NX
yBifEV7ahcDqWcwgfhNCD0+AqRqgj2EExq9amgpWo+I1gzLdL6eTjubGQAih9VN8akfEtGpF
P5zN3SgmTA3Npk0oKmkUyq//AFXOv9v8jrqv8kfzP2a6eH6Br46utqJuCI5ct5nodpFOwoNX
k3n3yIsm5jVY5IzsG0fB1+98xqygUbtykstRVAOlXJoO/j8NOrTqjWyCgoD6gPRg3hUHqKak
kmd3N1uNv13FT40PhX4aUSMok2nfcddpZRSp+RPfX0MsCus4DSRzBtquo+8KECo8CdCBbdGa
myMlihZfgOlRXxOoHnt2WCZgrbXBaFmqFp8ft1GwErRSVWUGgVWA6ypXrVR3rpmUH1WiOygP
+MSKdfBelD8jqBZI0KvuSe3jYhaqu8gnwP4emsbNZqBkbS+tZLK62VRJTKJIZWr+GPqGXx17
pcau8Bc2PF81dZTA217nblrkXMkI+oyFji7GKps7JheNNGrdRU7BTt7P8x92uP2XJ8JccAPH
czdXti99a2nIeP3Fzhkvr3Hgk3SIltDvjVqsDUd9Yn3bjz2L4z7UYTj+Qz3IfcvhPH3sL3KY
nkmVOPzOCvYDLK0UdopraGMeokb0BO3XAOScV5LAnt9DYZLgmK5JyTFvezphsXk5LW2ka3tv
zPq2tJITFIgBjKbiKbq+5uSy+LGFsuU4njOZw9pf3Md1Nkt1otlHmRLAzCSK6aFACfMkikPT
XHeMYfkuJ4Icrgcvy7lXvLmrVsimIw+EaO3nhsbJej3LNIAS3QdPjq7zOH91sf75YHF+pNye
0iwxwXMsNZQAbsnBizVMhar0Mwi/MRfNQ6uvcTknLLPHe3q2kV6eZSK8sd0LkBraO0WEFp2m
UHYFFaj5ayU3tt/pt5ty/AzrsgzU3r2kl5AfuO0VvaXABody0Yn4U76ktOX/AOnF7LJPHKpx
c1tPudKkS7FlxMnVaBn21p13SL4QS8o/00W12bk7YLvG2fH70M5PlWFd0Dsa1AKh2Pxrr0uX
+zcvtzcXczLa3Gc4zkMMGBPkpNBVFp1BYE/HVzlOFwXOTwixi5vr3iHLbxvShc0WOaFpKrU9
QWXvp4eN+9Hu/wAUmj2W8CrljewoqtuVVjLKCF8OxHhr0cL/AKwOZWswhRYWy2EguoVYOwYy
kl2avShIBr4nVuuG/wBT3H85boh+sPIuKpD6bbSaApGxkqelXpQdidWc0Oc9neXQwRkNaS28
1jsJPWct6SszCorU0+GpIMx/p34dyyWNShuONcie0ZmUdHjSZ6E07F+mkTJ/6ROWp0LRz4zO
Wt7VmAepJNBTrXwrqWXPexnu5g2JYXk7YkXaRqtCjAxdWrWhI6aX+KXvLuOuu5ZFyfG73agP
lYOYkbw7+Hz1YQf+aYV74MIbj+E33pWrKoQi7LRLsrUbT1Boeuormz95uJbpYiiNe3ptJKq+
0/kSKCtdvQtRSKddA8f9weI5wbVNzLa5i2Vd+3ygeo6lmI7UFKeOreSwFncQx73aS2uYLgsX
AKgem7E1II6dNRzXOLu4HnlBeMQs7xpTps9OoKk9SNbZ7a5SRFZ1BjcNvWu2tB1qRTQEkjJM
q/nSAeba3VUC/wB7p8tbEi9KP0FuGn3gqQ5oqdT0bcCCNBxIsQjO2GVWDecDsa9+3UHppyWC
s0gZx12qzDaq/Z4DULSs/wBOFBnKnoQxID08SvWuokjclbSSSMNUAOJSKGvb5j56t2abcrbz
LvARiwHSX5CgodYjOQuLebH3MN0G60pFKrMOnUdK6jmiYPFMoeNx2KsKgj7R/N82xYiE73eF
vFiiPi4iZk/pA1A5NS0aEnxrTrX9evs18v0fL+c+H6fs/kDS1IjQTiOe46kqrfd6eIr01cx7
vKCdnwIc0Na9e+h6iIIrdV3RvU1WlGoqVrtPfVvGo9NZpHjjUHqQgBVz8AR016Z27tymi+ND
Q/0a9OVtkVCiO4oHoKkaaP1jPatHGo3GpNCdwY/LpqJ2BcygqJPBQe53f1U0iN6jGZqSFx5F
YdiPhqS3rvCB9r1qWKipofiPhqF5ZnlBAdo3TaDuX8JHcEaIAMkaRsQ/YhvwM32dtXTQiQwX
YjW5KfeV0qdy/wB1qdNcIyEWWhsm5TxbDT3xui0ma5S90ktpNNbdfST+HypGkiKvqbDWtBrj
mHsePW2T5Lxn3lfERcZvWWK0nXlUcF/HDJPVT6Ms8LAsSANxpr3C9v8AkXF8NjPavJ+rw7L+
2PAIczNNe5i5iic5zG2ExMF22Buowk0kGxSCCVZgK+5Ps7lcnBd849hPcKDIYa/xca3TTWXK
MejR3P0stArVCkpJ1R/Kfn7P3eAxEmLFpZcp4tkr3KqTm7jPXVwMpLjbuxNUtKVM9sgO2h8v
TVnz3NcbkzeK9vbWaL3CwdxSE5fiPKgmN5BY+WirLExjuIivXctNY7CQ4bjfuX7Z83aPPcX5
T9OsHKLWzicxpIszee3mjhkKNGR6cw79zT2Kx+fyzzf6V83a5T3K4zgY4ZkscReT7VS3vpY9
yrjJLsiRdy0gculQjDVviPejhV77ccO5fd3g9s+fQ29xaYlbfHiSWO0VnZYp1EUZ9F4+rEdF
NSdZCzsc/wC6Vxx55E/gPtD7ZwCfPXcA27cry/NIJ0svq/8AsbaIl1ShYKx6YTKXft9z7/T9
zGZwnG8j7qmbkfFM7c02jH5Se9tUltTL90MpVBWpQargMXde23IMjkLvA8h9osyHznBrnJRS
hXihxs+9re1uywCyW7UjJqpI1a/6iv8AT3a5j2qOGz8/D/ef2+iujKnFOU2ctDDHL1E9nMRV
A4IoR8enHeZpaPack3yYvnNlENlsmUtgCZrfrTbcRkOB+E1Gg5lihLP6S2qMKlKVVnY/eqRT
5HXBef4PlHI8JxrkC/wvkkGHyEtsYp7UhwyIrqvqywO6gmo/LFaeMPK/aL3qvvc7Gw24vk4d
yuL6lru2dAwSCeWSQsWQiiqYifBqkDWVl4vza79mfcfht9BkOQTfUyQrYNbh1d5WVofUtniD
19TorqCwqoOsJkuZ+6PHs0+Mt0ss/wA9hykP8OmlDEQSPcM6oHmR0rU9WPjUagz2I5Z/FsLL
CVTL216stq0aVL0kRmQqlPjrj2Y9i+RYXJQQCdOU4jKRWUkV36jRNC0UrxuylVDqwDhSGrSo
1tzfFeOy/WMkl9DPh7GRlkKgmPesQHQj8NAT108l57RcPuVDUDNhrZGJfoRSNVAofAU+ep4L
v2fwtnL1IksvqLJ9x+BglWlPgtBrjdzifannl3g89HcRZHNcV5JfCSwuIXh2NLaskqkMkjFT
uUVWlCTXTXPEvf33T49Hf28UttL/ABj1lZhQo7BwGIoegFDqM4X/AFi80srZQ0c/8SsI7t/R
6kbEFakHqfHUQxf+pjj3IZIlHormONxQh4Q/eWVI+jHp2FTqeDMe4Xtbfxxccj5Nd3LYRbS0
tLc3i2dyuNeVg11dxEiaaEKaLQ0qaE3eYn457jYW/SBcJyfFYixfCX7lFKxyiM28sdxIjKY1
8oPXah664HDyviycOvvcyeXG8Oy9lO0+Hv8AL2TbbrC3HqIkllex7Syo5ZJB91idZ3hnKr3k
GJfB5C7xT8keO3exuJ7d3injjQSerGscvkYlSfHWL4xyTiacEzfJ0L8DyNvenK8f5GsPeCwv
wAoulUVaFqN8BqWcQBjEKTPIp2Ek0pXoKHqPt1HZuSpTyLU1XZ3Ap407a4tkD0kNikEy/B7e
sTf0pX+bmgcVSZGjcfJhQ6zWIcEPicjd2ZB7/kzMo/oGj8P0/wBX8x89fDVf5X+39B+A1/Xp
lEnpqwowNKEN4/t1drKK9RsU9yD3rTTfmelOd0TsgAZgftr3OruR7qSaFCHf06URwBWviKfA
aSX1A/pASF169KVr+rXqRhWWKPYLVvFD1cj4GvUaSjgLJXbGKqAxFKU+zS23rsI7dR2/Enen
X+vUM0jU2yALDQFJCwoK16/Oup5ri2VlAb6lSFRC8q7QVA6h1+PY6t5p4XhT0lM6u1QvpqY1
NB0G/wCXjpUnfzMp3o3Qg1NP1EdtSkbH9ZkSOGlGbZ1PU9PH9mvb6+kubi3sMBl8ovIooMa+
RyMDerHe4kWso3PYwTlWSSdAF8GI17zPLIlrf8q4fhuf4C0jkpdY664zkDHcxB4wQWMFwrBq
g0+zXCfcH3Qx+V95bTmU+TzfDSlw0PJMPHiIjiZ8lYyyGOJreQyrFLECGfoVqTU+4vBk5tH7
o8y9yvbfIch5hhII7lf4VnMTf+pDYCa5WKeSU2spdkdQVZSpr0Osi8yCK743yLj/ALncm23i
5G5zGJkP8Nhyi3zEywyWb0jnt382ztUa5PEuLvLrL8byOO5cON21ZFyVjiMhHdXkCCtZY5rd
WIQ96dtW3uJ71X19lPYD3Pitc57cclxpMthNjZ7RGs7fdFuEccUoMdxEtHXqSOuuS5D2qhx1
1xj2p9obnhvB+VZSye1xFjyHLsAm2wmUI0ShfTBcUp52B1H7MPw73J9u+dYi4SXknLYs0V4L
dSY/dcpdvjpvWtvqZmX0oPp5FVtwov4dcffD/wCpXI+xmJ5NbXN9wi0zqTY3i2Ykd/Tu0t8z
iVPpXMUiGO4guYfUjbt5NYTgnN/dDjvKPbDmOWsMDzpcxzbH5bCXlndzqvq2cAd7qGRAQ0bg
LIrU6banXuRdWHufe+wXsz7J3l/wy15JibW2l5LcfwMJHJdZS9uEcJEUakSxjear11m/9Mf+
nXhmR43w67y9nyv3e94ucXpa5vispFrfypuZybl+tPvEjbqX2s4lm4sxeW92+W5ZLfXMX8U+
teNY1aSyjJMEW3oB37E6dlMe9YPT2ygtGqVqCQOvTXM8Pjyt5ksRbfxrCPHGHeS6xoMpVCeu
6SL1Ih/e1x3Ec451iOOZ/iayYea3yl5DbSS2lrT6N4UkYMyiF1jqvip1zS99u4/4jwblceXf
MShTFBJbNbiWW4aNttUkvgoWo/HXXvT/AKceVW0eQ43nRNLisZdILiOeONfUSNopB5zNZTq7
ih/w/wBeuQe2nt5zGQ8C92bJr7J8IuQXnxYWdVJiZidqzhGiDd2RWV6lVfV5w3hmQss9muTY
6XJZS9gP5sPI0C3EEU3RXjaB0jiAIFUG4VDdfcD2sycr3vM+HtNFiWuZma49Tcb/ABssh/xF
pOjw+PlWnUVUc3zVx7pcws/cziMsdjx2yjyLC1hiitR9CsquWl2vIrJ5WTaF6V6653mct/qC
5Zged8IW0scNg4LiaCMssT/TvdLFJHu3vEUY7d9VLOzk017pY61ykuN97PaSP1TfLaW88t5b
wFpNstvPG8ZlYQTQvsWtdjdGPXN+5nFM7BYe5nAryRuVrDZW7xXFtaSiWdDDcRSKqNZzLITH
Q7kIDDzDVhz3PXvFV9tjNeY+bEwKY8mJY4dgkgVI5evqFdwlkWoJIFNuoY2cRxKWlRA3nATo
QyjtUnse+uV8q90eN47mPFvbvGNyGbB3djFOou4iI4haG48sckm4KHFfsOuS4nlXK+Pewv8A
p09rBacm52+Liklv4boQbrRGnuArXEsSbfONka1oqnWL9mPZz2X5pxDg83MMVyu995+dX3p5
K5bFXcd0bvE2K0cXd00WwFRsVDUk11zrndh7YcLzPt1yu/vbjAZjG8U/zBi8kVcpfSZS7iLX
dremVfTkTao3+bzDV1icP7G8r9oODX1/aT30rrPb8TjvIALqDI45r0JNYZWF4yIzbkpKPJIO
2sx7x4T3bv8AF8jW6+uxnsBl8CsWEzHH1n9AjG5AKYZ7ogerLHUSBmNKdNJPNZTY9pLW3vRZ
3DD14frIFcxSLU0KM1CPlrJYeeRfq8HkHDQD8EVwokQ/YTup/Oc8tdmyO4yAv4vgReRpNUfr
Y/o/2/oP6Ov8n4/p+f8ANR2OX5DHeZX1o4p8bjl+rkt/OAzz7DtjCA7iGO4j7qnTZCG5S4sb
hEuLO+Rt6yxyqrKyMtQVYGoPw0YzGss6yCO7VvvqvcBh0NGFCCNXcMsZubu3lYWsEYAkntqb
isgHZoxX7RqJljSCCN2iMcZ6MEBdOp8NppokxM6XCiWCVWKslPN1p40qCNK8ZTfP91SNz0r9
xT4E6G3ZFKAyM27w6/ePhTx1O6GPdFJHPFI7dGCrRdgPiCKEHvXTqqiNY4wGQHfsMh3dT8jX
W1T6jFyXLsQrA+A+FD1GhIfTuYSoSVgBuVSOgDeB6dNEhjKZtjeoegLUoaA9iB31zTiJgvc/
d5O+s8hlsBiLoWuQzXH7VXhu8ZZ3ZZPTaN2ScqWAfzL469qriazOKvOTce5BwDK5aH810gv8
ZP6FvcCpXpdY9FLhiQ9fCuvZr3Py89rw7234Fxq99peZ8Ay0sUGO9CWE2s12l0xVEjkkKyEs
A3qxrSp17Ie4nLONZLK+5GF9wh7b4X3ZhsxDj8jichDcY21my12Anri4hmhe1kKtukV13den
JPbDit9aYTMcoXN2fOysMcGRjs8KDlrG7yl1J5bhbiVWt3CUoGX4awvIcZBdC1zWPiyFuFIa
ONmFHQuSSrRsCQtKEHUo49zLNcFxFxkE5De8NxuMxt/h2yqyAtkbO2yCP9JOzAF1jYRsw3Fe
prkYMJZ3SScgyMl9yK9v5Unu8nkJa7ru8aJUiV37KiKEXsBqOF7x2toKNZ2m9tkKIwePyVop
DdjSoPXWfm4FyXj/ABbEc5ulvude2uesDkOPTX0YCnMWFv6b/SXrUrKY9u49Q2osnBzbkMeI
gmiuZ+LelBLJOyEM4iu1CtHE9DToWA/FUa5hf8HyGHwlx7mYmfDe5HFM/wCpPxfN2jQLHDdy
xx/mWuQtNkbLcIPPtow8RZ8m9vuPcezQniGPyVhHlo7uzyFrbkPukjnKsqs6+rGe6ntqH3/w
3s3xTjnJLjMfxLPcch5M0xyJmgMNxDKSwWOGQn1CKk17amW//wBN+DyqRt6klxis4I2bqCqK
WkcUA6UIq3x1N/mj/R3ymJtiv6mEyhnh6mrEh4SgUivTxP4tE8i/0Re4mHdGYD6fGh03bhQF
okSlV7Bv1HTw4vgnLPbr6xma/tX4otvO+z7nryx7Q4XwFTT5a4Z71Q+9N7xnlWAitxNjZMXL
DHMkJkOy6V42ZWeKUxNtb7tKEHrq198cn/qExObycUkV1Z8dydzDFZ25jiMNugjaJXQQkBwp
P3/Me+v/ADC9kv8AURxXiGH5DSXP+3Utxb3WNyFXbeqxm9tTbkVJj6EoT5PISh557j8Y9yON
5Th/N2uo73i1rd27SW1zLIl1USeuQTHIXCrQeR/lrnnuFx/PR3PDOcC4abjcdo7tazSzLcRu
Zg7DyMZFQECqv8QNc89zMJLaw+2/No7m4y+GmivosjFPPIszOkDWrQkrdbgv5wojmg6bdcv9
yOPGwl9s+aJdQ8mx7SSRXUM13Gk8pa2Mexj9Um4eYeR2p8D7x8Oy/E7ib2W5uLhcLmHKmzBj
ctDAULlhutrh4nJAqUX5a90uD8lwlxFw571r3iHI2kgaG5MUptncelIzBp4VhcAqCNhrQ9NK
JWZo2bbPIKA+oOxZu56a5bwPPXT22D5RjZrCe/VQ7W9zG6zWlwqEef0pVBK+Kk65rw/384je
X/A+ZcWs+Oc+yFn6YjytrLKyQ5jCXkEaRyywFxW3ejhabQWU1ynE7POX3uZxjMYFuP8AGP8A
UD7aTQXecsYQkbW19l+OmWK+juYPTUTPAdrAE9DUa/ji3/J/b73KtXc8j5X7VPFf4nkMsYUi
9vcDeemlrcypRpkVm3OSStToWuYs/cePjWQuklyvu17o3Aa5ghQllg4zxuB1hhnkNR9TKN0Y
by+Gky/tPzvG+33tPzLL2l/zvgmZMMWHiECgXTIk8chlW7RG3+m8bBz317jY/h3IZuU8T4Ry
ufCYPPyy/Vo8BiSZLeK//wDylIQ5RWJLLTYxqNZTHy3CkZzFq0Ua+bdJaOSNxHQHY56fzmOy
iJtTO4WIu/xktZXjP/VZf5n7f5P2/wAxPZSX3+Y+QxVX+BYxlkaNx4Tzfcip4gkt/Z0CX/8A
KngN10H+JBLPEf8Ao3E9R/8ALjYatrqTHf5pziEFsxlVEgR/jDbgenHQ9QaMw/e1c28m5AEH
Xd5hUdlPyrpI1JPoijuTV2oQAWPjUfHWJvo29MXM3qTSJ0kJj8tN3gNRvvZY55GSJFUtsUEk
np+6OlPhoenK0sLAncB4r+I/q1GVKxSF5DOWFQUJOwr9o8dWEQJmNrHc7dqr5ioHqJKx6Ftp
r9nXTO9q8NtJcSx28AiLuLhPvoSPw+JPbx1b3lu7VILKenm2+Xa1OhpotOHvFek8VxDEQpBq
u1gaGlRSvx1MzW8lqblQptlXc6jd4DxoRXVkFrOJY9luQOpK/h+0DWb4ta2V3HLzzjuR4569
uZJpIXuYvqbeYRp5iokhKSBSDsLddHk8dpjMJd+0vPbHP2HGcBdnI4+zx0Mtrd3toJxtEoeK
W5koe1ev4tf6sP8ATtyqDIJw/Jcssc3xLKW1rLIPp0y0L3WNmZdzwxZC1YCF+gEoAPWTXvBx
DN3kw5H7ce7+G43w+3nld3awx11b8mxMrAuD6Txxu0DgUI3AdtchtI8NkOUYLlN9YZfFWXpx
pgsng+QIst8+Qvk3SQvDDdFreRW2syhT0OnxeIlOYtrDPZHEz8msriseQxuHmeLHy28fZneI
CrAecqQep1DeWwBsGQSC5PlfcTQkp8CelPA6QPEI4pKHeOiuH8wNR8R1GiJS1talHuHUQ73l
CURXJ7kGtD46gnMkcYiHQFKsUaooxHTaR0J8NEiKSgV03x24YwkuRtBXuGHYfr1uRfRhZiLw
zJs9WNQA2/5f7NQwiCP04UjliFPMq7mRAT+KlafZQ6NtcRo4RxLFCjmMQsjbVLePeutjRSTQ
RUkKW0u0ExvXYanqT8u4Oj9PcyxfTQmiI7hCjyCQlfMAGBIr46S0tr66tkUlvypX2qSxIYmt
F6+PjpoluILr6SRkuBd26zIoJ2yFS4PXr11LBfcc49lZCiwO+Qx9vtFBQBfJ1DDodFbj2y4R
Okh3RyDGRI70AoKrSjdwT8tWkmU9nePp/DmDY22wskuOYhmLMLgR19da/E9NZJYvbO44wZ3b
0cliMrdq9q9fuokrSL5q061FOw1/4Pyb3O46kOxXt8fyDarbRUNQxhq1r2NPguoJsd/qS928
IkTs1nYz5EXIiqfJsJdWA6eY+Pw1aXWP/wBYXJi9i0dvEL7DRMr2xWhk8jjcyk0dmqSPDV1L
B/qowmdWJgsFlmMGZYNikJUgfcbbQ/PVtHj+a+0XKFSVxLNc2clo7g1qW+6AFIpUDx1dLd+2
HtdywSRr6FzY5T6WNRuoGWJ5q1PardOvhoyZP/Sdb5SaNRcW4wvJEZEjWm9iKS1PSoIB+Grm
x5f/AKR/caSzu4BN9HbR2OWtY7jeXLpFIjbFb9+nTwGnfP8A+kH3C4bloR68+Rw2Mu7CWGVu
rbpLOSJm3MfKxqvUeUDSxpyv3n4hbvP9ZcJKcm0cjQlTvkab1GJWpBoQvTqNFMV/rC5rgJre
Z7yL+I5G6BWadwHSBp6KRJQEjsvfoNZCbHf6muRe7HC4Y1XM8Rtb5b2OGOdhRWmMxSF3KdHV
DUbh8jiOF8PwMGE4jxyD0sbhIHBjSZXLO8pI3SSyEktI/UnXEcjseCC5yMdj6bbQoiuCYZTW
o6DeCB/Oe3+YEfmjvL2xkm8AJoVlCn9cRp/M/PX9X6fh+n5fyGXP5QXOYKbrbjtltmvHqPKW
WoEan95yoPhXtopg4D7ae3NyaNflnja4iNP+2AWa4qK9IwkZ7MdW98lj/mPkUNGOdySq5jce
NvD1SL5EVb+1qezlyP8AmPPxVH8DxRWVkf4TzV9OOh7gksP3Tq0v8HAntPw5Jo7i3vJA0ckq
oyupLSL68/b8KJEw6NoRXkgubq2QJkZoomhR5UXzPEhZyFY1IG407VOmuGkjjt2Eao7mjOZe
gAHjU0+zSWsrvFOl0TCT0ZSVLKEH4iXG39ejbRuYEmQESMhBhYsHZRX8e7p+3RG9Yw1fzV6C
tO9fh8dEqwUmjRMD0ZmoKE/ClafPTOgZC7FvVA+8y+SoPiaf0asWEtxZWlrsN7K0h6QMKSSI
KGpRqVXxWvw1cWyQzSRxtcMLe3ahV1FB5vASCjD5auIBfXbKHtrPG3U1ArxPGjvL06lQ5KOP
iA2p7qS8uJp1cGAihcbX83qfPpQjUoig9OOQGa0hjqpgmNGEg8ag9CPgdYrPYqJsvkcfdws+
KWRbf6osDDLbrM46b45WAPgde6/tXDdDl3Fn44vGrHF4mzS1+mXHz3MJS7eRitxexQX/AKMl
zAdhKrupuOrX3S4xzVOJcnvvY3Hcqnw8mKObHIclYRLjcjjWse9yPWx6vMqVdWIdfMCdcJ5p
/rc4/eT5nPZq/wCWx2uM9aPMR4Z5z9Ph8hjPIBYXB9QWkrSCSIl412oRX2s5nisRfTS3nFZc
Fwwz5ODHPBkeL3U+KsstO8jxxSJHBDbzS27dJG3UB8o17i2ONs7e3wcYxGUuFjH0dva3+Rt0
fJQ20ZoVt57hTNEw6Dc1DqCDftEEbRI3gUBJAJ8fAE+JFdXbBUu5PpiI41OxIWiYtGNo+8X8
wPy66huWnuoFlgmlhjY7QEqu1UofEdx+vSyyq7VihdZ6jYrerQq69+wp+vX0kTmOeQk28ayF
CgjkLDbQ9T6Z29dFEMj+oChSeTclCD/V4amtwEtp44jKkY7EdBQH5EaV5INzjqNoofMQzs3x
B+Go0b0njtngaJQNqq9OjEdTSpFT89SW6pCs6ek13cmvlNCZetfMakClOmpLcrIjdfW2dAw8
B5ulGNOvhq6hkFzGkrtHPP06SyLvofENtWnTudRyx3vqTWMaRC0EW7caVFB47l8fl8dX1tcz
QQ/Qyep6uzpLEwDwhKdetaNo9I2S0dQJ1FDtPfb8e41JcemFhdw24qaKx6Bvn11ErxxNcRws
gWUmjVUgkkdepFFPxGrRNiRrNIxjldmaZ0IKvvJPTYaEfs1BFIzSJsEca/eC9T5ifiaaEU0O
1HUIznpU+DH9urdZliX0oz6E8SBaxivmYDuRTvpV9EFpDvSgBHbqfsHx1skikelG9SJtoHfu
32jSQWTzWpU7ZBJKGoOppUN5t46DxHfQhe9vhV/VEUpNRsPlZlqQWUVFf16lMiwRraMVX1be
JnBU7fMrKQajvXRW/wCG8bvrdalnlxdq7Emv3hs+BND8NZjJcT4njOJX3I7O2s842LtltvrF
tpPVtmdY/J5GPQgAnUlzJvZLiQ+rsqCu4ir9Pj8/hpGgb0rxAkkMkrhChjYMrbz0BBH7PlrG
ZOJ0kjyFrDcI6GqkSoG6H4df5u5yVAW45lsfkNx8EaYW0n/VmJ1TxH8r/Z/NzZvlGYt8NjYO
hmnahdqV2RoKs7HwVQSfhq54t7G4G5xGIVvSyHMLkBJVQmm4ymsduCOoA3SkdVoemkz/ADWf
/PnLJH9ea4vQXs45idxZYpCTK1T9+UmvcKp1LY3l8Mxn4V2x8bxpWSVCAKCZ67IQKjox3U7K
dAj/APdf7eXfY/mRPcQt/wBGe5qP/lxNqC8hxv8AmHkEVG/juVVZXRx4wRU9OKngQN3xY6+P
y1SOqndSQjuxPxr9mlEkSuPNtRl8qsT0p9njoSPSKRHKSRCpaMVB3Cv9egzSFoJNz2wJ6hS3
QsPE/PTKYlLBQ5ofw18wA+NaGmhFJsjtZo2iuCBUKzL0KgfusAdLa3y75rF3j37vLIO6Gg+B
6E6CIaxkIiOwp1loFJ/X0Oroi5RI7sBGlhl2VMVVVdw7FT+0aitUFEkjMdtehg4j3EUWh8K+
Pw1cx+i8kDyC49NSdrulPMp8TUalN1J61zNJuknjagJIqGB+Yp0+OvzlVJ5YWMc0dCwoarIf
AE+PwI1xvNNjp7i15Dg4LjLWk9pDFx/EXXLLB8eJI7qMLN6l7LZr6kW0ostGr5tew02A5Nd8
IzmF90slxPD8txjNNc2EfIZY8pC7/TyLKJY3ZwsYC16mvm17/wDGsnzse+7Wdxnsj70cVyOC
mhzGZxNlFDjshanNzRuYrmweVbyBbdtiKm7y79cu4pxDi2M53wv2ZymIy+I4ZnslK9pi8rns
JHkcnA87J/xVoJLdZ4qA1dpNhI2DXthyb8gtfcf5RjIsqCDjL6W1yaZHD4GIkLI38Os5ZAjS
KGKL06asEjYTBYDOsMLFyY5avWh696/1ajyNv6d01lEjrAoBdvASr8SAdLFcF/o7f062pFWq
X3K6nvRSa0+FRqKO4aGFpUNY5WoH81QenX7Rp4mS3hyMsKW1jezlnjidmJLACn4egPx1RFjW
C2kJnjqXcuf8MJT9/rUHtXUQneO1ZnoZG/xgWBIVH7dT0pqyZbG4e6eP0w/csWBdHI+BFQfn
UakEcKPerEyW24UohUghviaf0jQ3wtBPdzGO4jc1VglHJRh3DHUiyqPp2mmhjWQhY1LUcbeu
7zU8dRVX0pZ5CLiYMaiSMBlJr08KA6N2La4k9eRgbhQN7ClTUeBQmp1dSG3N0bK3luYoCwZm
YgRtt8aRsQevbQeIRkx7fvnoytVh2+JqBq8n9AI1yqrIisWUbRUHafunrTUpqTM0ZRmAqSta
gbvCnU6EEYLG1nYSK4G2QSLub0mpXoKEfGmkKzSevIAZJ6Kjsy0NWHb5HRSRvV2M3pvL5jXq
QPnQ9vlqzkuEdVt7d1nMQ6DeCDT9bdPs1b+jIsggR1mYCkfp+kAxrU1PxH26eNghhZUEadau
oIar/ukNSh+GpYjEI5vSrboi9SUJPl/tAE/aNJcu2xrZNkZ9ciRfKN1VHQ9DUH4aiJkmmHqh
pFY03qD5g5+BXx+Wo/RAV7VSIakMHReqofAkA6i/Ja2EURKSI9NyuSQQPEK3hp7WPzC83TAF
uhZKM8RB/C58PjpLh7ZbOO5uGSwX742kitVNTTrT5axttK7yT4Wa4xs0r08/oSHYy0/DsZaf
zfPcSRua5wt20Q/+JFGZE/6yjUEvYyxq5+0ip/p/T8P5jt/I+zT8X4HajnHNZnNvFBahpbSC
cnaEZoqtM9enpx+PQsp6ai5r7+Zu5lL+ay4jDJsZI2IIjcx+S3T4pF5j+Jlaure2vZbPjmPg
jP8ACuP2Ma/UTU7+jbpQsSfvO3Sv3m1NjfbfGycD4IzmK65HK7RySJUht10oqT8Y4BUdmYjr
qDJ5CH/N/J0IkbMZGMNFHJ0JNvbksi9eoZizDwYfoHz/AEOhPRm6k+FOoP7RoKsi+vJGXZJe
3TsoA7nRc7Y2DCIItDRgtQxGrWOeVGuZW2D0wevp9dtfDp11KaByCGEQNNyg0b5gjvpPSkMc
S1D0FWLA9wPmNflgqZbmWRVPm2bujU8dvlGqTR+tG0ql2LEGSnVRQeAIqNb0jh3JvMkTRgI4
kPlJUdKjtXQExmgnt/MybKhmKjatR0AHjqOVpNiMWKxNUba9akH56ScqaTiSR4AaFQvQdB2I
P9GlWaZyUZHWaKhUIejBh8fiPHXtPyyNZLrkOLyOXhW+urs2NrZ4jCTJfSWf0IcJk2KVeFHo
y9dnz93OU8Qntb/N8F5DxX3U4wqW4VIhFNJjbmaWF6eSa3vEDgCtOvStRwv3IwnD8riIchye
4veP+0FllZrXhC8nvIniuMtkuRXTzS20d3BWGW0lk2s+1du1ulrluScrxGe4975e18+Q4dwX
C2S2drjG4bfGAY6WBGkG2zSZ47e43MZUU18NY7k+SyF1lLmw9w8Ryr3D5ZkIPo7jDQW9s2Fs
HhxaqEls5yRDJdR+Vq1Or2AlkuIQbAXToIZIEjBZlFKboiSCCe2mtBOsE9EVrzbUpLG4dfSP
7rgdfDUnrRrbK9z6ctsF3sCT5Cpr90+J1vkTbvcrMkQ9ZCVFNhc9gB1+erhL2IxXSiO4Mh6M
sa/4b/3SRQkdtKkMLweX1cmiIQksknldlb+x3J/ZqKCjTzwygj14d8MiKpJIJ7U8Dq1/NkaO
7UG3LOV9RWLbakHoAQQR4H7dLCyhUZWTezkgxKS5c1+7Q9CNXFzbTIiwQnbKjB1cim0rXtQf
Dw1KsSxKziJURX9VmKNuYy1p6fTsfs05kVoVkZwdwLFNhG12CebpX9mvRS6eYyOrN6alCvk8
5Ar2+fiNTx71aXHKYpUUMjyNKgctur91gKsPEjRuUeOSeA0uLW2UrGUFHDqGqS1TWmhKfPbX
UDL6RPVGk/Gw79Ph4ahMU4NxZzMlxETsDq4HmoOhA79fHQgLoynpGCxRgynevXrQgnofh00q
FoA8vmI6mhrQru6Dpp2SrRkNFAzKfO6Hz/ZQ9jqGeKdaCItJv6gKylSGXx6EjUNs0EQQQivp
P18ooH3DpuYUJ+zVzM0wSL0lS1ZWHWRSKliPAjoR4aa4eJvWsSskqhwzxksdsnf4Hp8tGKI+
nFQO0/QxsHWoX7GFR0085kQhfSiWHedqVfo/Tv06HU+6QCJmKRKi7gJPFkp2U17/AA1HuYOl
pAYYt1asKEkVPwP+zSRMqx3JVqSMdxZQvTb8PDrpYJERGJ9WCRyF2yA7XC1Neo8PjrlWCYAI
Gt8ja7RsG2QGJ6qT96qLUjof5u6tZBujuYnicHxDqQf69ZPFSjbJi765tHX4GKVlA/Z+k/D4
fyevXVf5Hx1PnuUZWHFY+HoJJDV5XpURxRirOxp0VQTq6477dWc3DvbuN/Ry2enJjeVD94TT
JWpI/wCxiJ7+dtpqJsorQSZK3gZsxzPJlEdUpV9jMdkEfyB6/iZtPwj2Gwc/IszPuR+SNDuj
jA6F4IpKKFFf8WaiD90jrr/OHvJl5ObcnumE0uLeV5LRG7gTSNRpivbb0QdqMNQ2tpbx2ttb
II7e2hQJHGi9AqqoAAA7AfpGqbTqSa7mitYdtBNO6xpuPQDcxA66f/xWzcvQRTJKrkPToPKT
So1vFzbeSCkhVlFdvXzU7n56aIZS2jmCrIjSSoFKk12Vr5SR2Op5ba8glLNuVFkTptXsrV67
vH56nlQrJblFkZ0YFlKdigBqT4EDXqlWgaFg0kIQhlV+rUPzrU00KOk9u9Li0eLqXC13RNT8
QppoY4mi9UmaMTnoFbzbA3x+WpopJJV+qBVWkO7cX+49D2rSmknJd5en1In60c9GVfiCO2nO
+pmUC1K/iYdfN8gNS+ogVG3S+Vem7oCop3B765hHdTYS4XE5rFyRz8nLvi8ZDdI8QyTGOjwP
FJRBKCAK+ao1xaIRXDW/ub7UZrAXs90E9W5urSwZJJO35jbrZWjcdGXXBeb8K4Rfc5yXOcpf
4H3h4fncv6fFr7FXT/SY6ee3UF45vqtgieLzVB3dNew+S5jwXgPF77jnMc3w264/hr1jkcgM
5AbKa7s4YxshtLaSJAyVqZfMVFevu1xyLIX2WvczwzL8H4tl+UmNLW52rHl7zGYaK3AZXhSM
yRet0JBANBrF5awvpclHk8dbPDfGLZ6sQjUOzMPvMaebUaoAxi2x2gPVYVH3TTxA1GxHrRGb
ZPcyMSxjcEdK9zu66mUPFE8rBZokbc1Ij0Py01yIHme2t2t5Lqdt9I2HVAvcDx66Mcb7I7dd
/qM7ADb083x3DoNNdxws/pxkx2xBLSbvLKjD8J8Rq2VXFl6bLeQtsDIVkWjQvTsWPWg1cQvI
1s6wwPfGNQfKeqtblgdy7gK/s00csEdpHctvV4FUE0HmUg9BRhX7Omo4C0IeYyKsG0VBA3Ay
CvXdSn2aadrMx2npv61xDLuSWJeoFe/xAJ+FNXFvARGzQA3E0lFdYkIYAdehKnRkaEiOLbXp
VzXsfmoGr2SUhYV2UoK13ny9R4DV3POSGdX9Sap2DoATsr1PQE6SQzLSZUNyyrRAPu1BPjTq
NC1E5lkicxfUMOoYdV83Y9NTTyvJJDBVo9jggSFRRdo8AeuqzzNJuoN3QEMvfp8x21FJCWYJ
KJWSlN6joVYHxpqZaJFAKGOaRT6aFum0gajjhjji+oQtCqA7PU7CTafE07adpoIy92pEQhQj
1QGoWIPWm4fq0kIig9CsjCESeeOQEblPwHiAdFFSKNpJFiFD5DGOu4tSlfhqWISslu1fRfcV
+7UEkjwIOoZJnMSXZK1RlYnaKDap67T4nQZmKsyESkCnpAdvTPzHQ6V4YzIFlM0Su2+lKeXd
Qd6asVcAwZ+2ntvVQMd0jD1l3HsAClPt/nOfWiKyxvkvqlBFP+8xrKafKrfoHj/K7/yWxlvt
5DzKdf8AhOPwNUQlx5XunWuwdeijzN4CnmFv7ge+1/cQY9hvxPDkLQOImO4IyA/8NGaCqj8x
vxFT1NviFigF9bwBcNwzFhEk2fhLgeWFCepZup67Qx1bZzn19Lwn24D+tjcHApjeZK+VooH6
uSP+2m6daopU00uI4nh4sZbGhuZwN89w4H35pWqzn7TQdgAP0qvd26Ig6sx+AUdT9g1PmuX5
ax4ZhrOMSzXOWmWGaatKRwQE72ZgelR36ajsvb/j+Vzl1BuE+ey8i28M5PVSkCVZQO3mAJ1j
OY8ozJ9s/bme63CxeD6e8ureEqWW3t2US7JQSokdqeIBWmg17aXmYYMGDXsxmrTr1DE69OLj
duQenmjHT5gKBob8DaqSQN20LUsKft8dOIsLbUcDaDTuegr9jCuiUxKQ7ty1RipDA0HQEeNd
b7KXIWJ3sfyriZWWhoHG1yPvd/hp3x/MOQ2pjU0kW8nbzA7VorBwak9j2+Gitj7r5eJrDzJH
LLExYKaoB6kQ6liRRv2auI7T3JW+QAmRp7Wyamw7R1O0iu7p4dOg1JLBlcJkTHE0DSvZCrCB
wjBzG/cFqg0oR20+7BYG7CyE+YXERDK3pkbaHpuI69tWou/ba0nFsz9IL8qZNxKBqOo6I/6v
DUUV57Q5t5BEFjltbq1nXzOalFLKTRgdo/VXXLIL/wBsuWWl9yLBzWeGuY8NHfql/wCosqST
xq7xyoyqw2OpUMB1669smtsZn5ch7dcvN62byWDu4Rc4q7k3TOI0XbFtSWRfSTyinTWI9rsX
y3jvtd7TcH51c8lxWZusfPEMlcw3bXtlf3yIrS3PUqoQlVUeA6a9981ksliOEe4uPvLb3B4P
aW1wb3BvyHEbLqe6xV46pI8eXjRkktvwSAfLWH90cfzHB2eCz0dhFNlY8tHf3WMm5DD9AlxL
jnNHjimnCuRRkUmvQam4BkoEx+Q4nl7/AI49pZ3AeM3NrI/qTWr1O6OQH1KfhB1JKrsGCxhH
iUM7jsdp7dO5GsXZs5nEjyQlGTcsg6spSnVWHbzdtepBdJcQqaiagUv5SWijH4ihFG+GoZUd
pDcW6zSsOgdFQ7oyPCusfGHWO0yyV9FyQY1AJI6Vr2pXUaySzDe7eo2zYwjRTtjHxY0pXV0R
DdCSV0fYtPV8vmjqGqBt8TrIFZijWdGhe5mVFZnoQkVe4Vj1pqS2jlSKbcPXeSjqaruZ4aHq
PDTyIEW4Ei0KqA4ZfMgala7gKGnbV835ZS6licGlVXf0+74BG76aS4S2aGUyDIemdzs5OwDY
Cdo6VBOpAFtZVgRXaRpGBqehAHgPkNTouLVHSaJi0c1Qrg7lqKdn+GiEp+d+ejIAQW29TU/h
p+HQ9ZgbdY3RrWMdd9PLuWtSp/o1NHK5C2rB/Sh6+dQASB3Jp10yR0WK4SW5B2noI2FH3diC
TQ6jbfFsv3b0oZOkhfw9MnsVbuPhpwzCdlIELs20MQPwnxppmnG2UufSjBruZKdwPj8dM+07
o0pGdwITrQig7EHVYo2hLgIzmhV95AZ06VoR3H69Q20Uyzs0ckcZNB6bRsKJIQOpNaVOk9JE
NmJfTB9RS7Snq0YX4IR0P6tAPNDb+rI0SMT0kXbUBU8D4HVzNMkkTiCJFRqIEUEgHr89VQGF
ZCCYXYblYGjbiD2JB1MkQ2BpTWIGoGzr01x3KRTXEn0F5A9xANu0wiQK0jnptChj2+zSspqr
AEEeIP8ANpfhdseew1tcVHi8DPC366Kuj01/s/lD9LOzBEQEsxNAAO5J1/5bexds+e5DeM0N
5yW3AeOIDo/0pbyUX8UzHYv4a/eB5jza8i5Jzhg13eZa7cvbWLnzyPG0vVnBqWmfr8NvWp9v
vYewk5BnrotFPyaNA8cYHRmtg/kIWvWaTyDwrUNpeX+492Oa83uXFzIblmntbaY9d35vWeQH
8b9AfurUbtf82vnqpIGlz/uBnk4RxtvTKXcyepe3CShtrWlr956EeIppsd7O8bTjj28p2c6y
NLnKTbVaMyRRuDHDv6MBQ07EeOjeZO9yPLOSZWQqryNJdXMrEltiL1NASSFUUGsV7he4MAw1
txe8hvcfxbIWpf6uSM7kMu/oAp6had6Enw0ZSpfa1CK0C17BQPD5aFCTJ2QKf2176H5gT9/y
g169D21udoTH97aR1UE9SKH466W2xg5FUNAQepHb49Rpg8cy+UFo0FdwY9TUHx8PnobLyeAH
eCrVUVfuOqmnTqPgfDVY8zE+7esjkRjuKCv3aVIr4dfCmlBRZ1ZgSyxmhBXa7AJJ0qwB7Ch1
SXDRtG4DyLRogA/lc9Yz1UgN0pRu566ka948JVZC0whmgI7+m9FKxtU9JOnj0rqRLyxyEbKh
AeIP12qPV2hGbqaB1+Hjok8hvceGaTdJOG8rNSZ1USxnttDp169RrbDyeGIyUq2yzdhJM4uB
SrRt5aeoO1QSADpXtbqxvUI9ZI4rF60MwcODDPU+Ylh93yk0rqUTYXHSKxlMkL/xC3UrBIGU
ktCw7MVBJAKmoLU0zTcTxt1Lvk9Ot9ETNFCQxSRbmCP8DbCTQfdbdqL6323+o9Fyyepb2Fya
ow3qwjcdHjYGoFA6/eodSDIe1Vla0QrdzxYuZGDbqSMPSLAqylZAB8CK63T4CDE3jbfVa3vr
2zaNiCjSoDTtQMRWpjJBPTUgw3J8viKKn5FpyZiEP4hSRum1+9O6srfHQkwfujziBqhItuQt
Z6j7oDb18jV8p+dDWhrpLfHe9XJo4IGJgiyOGtZVQSk/fG1XVnYFendhtJ6jQOP95sBfLEoC
pkcE0coQg7Vb0j0BFabR1p8RqOCHNe3+bMKUhlYXNvIFQBtvYjt8PDVxHL7fcYzSO+8yWmYZ
HjZeh2b16AgimlbIexOUnkCgTS2eTt7ggoNvl6g7TXt31Zy5b2M5paNblo90dsk4RCKVRUY1
FepHfTXeW4TzPGX6FY0eXC3BWJR+JGQEdxQjvqd7zNX+Lu2VpEluMbcwuxU/d2stADWtD8NB
o+fY6OUh0EU+6PcxqwZiy9AwqCDqVbTmeIRZBVXt7uKN5W6LWUP8Nw6ePfUcdpnrGSRWZoZh
PC4H4Wjc1/FQ9Pjq4BvXmjugCs0JQqNrVjJoakBun2aLmO3M1qqt6MSNtI+6QVHi1ajV205E
QZd1v33MCAattX8J6HV3IfTbdAzGQ/ilfrHQH8XTqPgdWCrO9YYmYon/AGhmFSqDrTZShU99
RelJIWt5PU3lAfD7xXw6dtSxN6k8UJfY5TelurEsBuHfqTtpq5+mkWCV9zSVUkIqrVZHYeBp
4ajeOP8ALPmIVdpMw+8H8TXuDop5kdoz6bNUKjDsRXv106zQb3lUr6SMUrQ7t9f26SS3ijEy
kx1hUKdrkbxUjoW6Env46VICscfpr6fq0d4iDu2gjswJIrpmSRlR6dXHcilK/Jux0Eltg6Mx
EFBtVtw6bSPEEauW275A6hpQxWJJulNqjsPBq+OppkUJcRwzxUUVCuy9iO5U+P7dcSzDyGWa
5x0SXLkgkywj0pK08dyn+b9vs4qdd9/jp5B/bWOaMH/oN/NXmYzV9DjcXYRmW8vbhgkcaDxJ
Px7ADqT0HXV1wb2zimwHt5bvsz/Ipw0frxE9WnI6hWH3IFO5u70Fdk97cXMdkpVRk85cANfZ
GcCqxoo6nx2xp0XufxNqXHYVJeEe01pNtu7ySv8AxAU9pCpHryePpqfTT8RrRiuJ4xjxE8gX
+I5Waj3d26/imkoP1KKKPAD9AVQWLdlHc6Z5bmHF46A/8fmbxvTtbZT+KRz8/AaXGe19jbcm
5II1W85jlIA1na3MUjq5sIWP5gZQCHfpWhXtqXMcrzt5nsjKSTc3cjPtr3VF+6g6dlAGrXIX
Fq/EOJXBITkWQiakpB6rHFUOKgfeYU6im7WPx68OD8mRVOU5XJKZZ7iZBQSoxPkU9wqgAE9t
H80yxgbaMOoK9Aa6LUH3qPXsPgf1HWx2NSDVQenXSqZQd9Qqkddo+H2aKukJDsWC1NOg6nr2
qO+oXaKUEEmkb1q3UL0/s/H4akt4rue0ZIwiMV3AM3WgLClG+JPQ6keDL2zzRyKrb1PQqoDA
gHv3B0I2tLW5jkSSGsUm1/UB3JtDoR2/F4/HW+bjxuUostvNAYm3LINktPScHahp16nw0Cz5
GykkpBUG8jjWWLzFm6uoSRR5a1NdSPDykooUzL6zwSBYmFAxSZQag+Ug6DwZSyvCkhilVrRS
wl2gmItC4JYKa9BQroB8Xj7r1H9NJIL2W2Z2VPKyb0I6joNv2V1HP/lG+2j0/QmtLixvUEak
7AA5Ug1JU06+Gna5wmTw5gIYzyYeYGFo33qxktSVX02NBXrQ6MVtyWDDssTboZL3JY11X1PU
jIFyaKwepJapoadtSJiuZvNFLI++Szy1rdtSWjP5bqM9Qfulq0HTtr1H+sycRAaRDjrO5b8z
8sisRXcqr1r+qnbRknxlqjIztIklpeWzyxxRmKTa0bFayKQVHbwPUahtrnG466oUCwW2WXc0
qRlZFAuIuxiIagI69D11BcTcHmyKRrATBDaYXIVdd0W0ensP50R/DSlOp8NSQ5Lhpx7wDcxl
4zcorek1HcNj5Sql4zQbKNuXqdG3/wAwY/HO+9EWPMZrFsZRSXaUlLIheOhqPPuH3q6V8V7k
3BXeFEMfJre48zSCWMKt1C1DJ1ZSatuH3up04g5Rkrsw0aAi2xmQ9VFZpkZDGUIEoLba1NQV
1G31+NuyRuh+twdzEX2hnpuhdgNyHpXr026jf6Xic7n7rLf3lkS23cv+LEOroK1JB6eJGmFn
iTMm0sy4zkNlMzKaOJEE0kBqy16tt+IJ6623PFeVzjYVmeGxtcgJIw4ao+nuWqSpqCVUd6Od
Muexd+wjZ2U5Xhd2ylVO5lYpbvuopru+7T8WljyWA4YzyVLNdYeS1dSpqQVkt06eIJ6UP3tS
NPwTg1+6AmdLOaOJxtahKjeBTb9o+emB9q5I3B3THGZA0UB9tV2y0+emW3xnNcDIarvtsjLT
zEqPvOQApH2ddJJhPdn3Fw7Kd0W6X1doHmJYMK0UitT00YsB/qN5RbpGd0C32LDrVvKQWK1A
YGhP3dR/wv8A1DYS+ihYTW0eRx/oUYmg3AGvgRXt3GkNjzLgWeQ1MBFYpPzO8i0+I8flpE/y
NxXNqF6CzvwrkAjzDr1Bpopeewly9CCZMXeq42An7qqSCdp7+B09tkPYHllmKKWe3jaSoaoI
UqpJ3MDX4V08+Y9vOZ2DXSJBPLJYvJ/hE7Ni7CKhOhIr2odTC5tc5jBKqmEXdm9VkQdSp7Cp
6GlQDpXbkUkeRhjH0qSQFFkeo8oPetepPbUa2/K8cUcAbWJU7mFTuP8AZIKmmoYYuQYsJLQH
051DEp18xPYkUFdLcG+s7rziP0FlRtxoVClQfFhqO3tbX6do3keQNISqVUOGQCoJ7dNRxJII
bq/CeliJWqTMj1J3DyjtQkHoaaVDdFDGIzHeRgEpdSsUHqR1qwoaEfHvp4Jrd7exOUvJMUrP
vrEzj1CpP4TMJCPkf5sZFU3NgcxZXbN4rHIxt3P7JdfMfpGun8i75FyfIJj8baCgY9ZJZDXb
FEnd3anQD9fSp0L2+a44j7QYi5P08CHzTshodtfLLOR0LEFIuwBNd1ngcTYRC+SEnCcUtWAm
mbsZ7mQ7iqsR5pHqzeANNW/uN72XM9pgT58DxFN0BeFiGCiOtYIT0619STuSOjG0xmLsocfj
rGNYbOyt0EcUSL0CqqgAD9AVQWZjRVUVJPyGo5+SzteZ+eNXxnF7T/FdfB55BURivgepGpYM
jdLjsCsgey41Yr6dpGE+6XFau9KVZq1PwoNDFcWxcl4UZBeZB1ZbW1EhorTyhWCA/tNDQdDq
x5RyjNW3JuUWskVxYxy26y4yJkYSI6Rt1Y9urHwqAutkYhhWdg13FCNsVSKExp2UfLQijJG2
I7XYdyO3TSOxHqMOtR4/PSj7pB3AA9z9v9evLOyVorkJuAJ7U+Wjv27gu1VHQqQOjV8Qfs1S
W39IqtZHQ7qP+E9O4J/r1CnqSWrSIyPGQapXrtPegPgdI1rkIzI261lUt0Rh2HwB6fr0jtaQ
TCQPAiMq9JF/HRgDXUh/hbQUokPpGSMLMTVg3psVoaVB6nV5tvb6ARxBYo3ljcSLJ99QtwK1
Qmp3nr8NXvoZW3mjtktoJxPaFvgY2V7eRap4GgAU/LUzXuPxV68GRo9us+xC8iUMJWZCF31q
AKdetdRyTcUuoJFlZ5bi0jjasygmGQmBx5ovutUVI1bqmXymEUWM6R2t1LPCEaVj68X56EKl
fMhJFD8tSnGcyjvTMbQBpI7adZEXym4KROjemw6SqB/aHXULxvZXRS/u1gklW9tJg4jIFZEW
VW2j7hBIkToaEaQjFNcD6NGjWxzEMyx+nKfUliW7C7Q3ZSfMv3WFNM2W4NftBNeVlllwkF0i
280flDNBVhVqbnYAg9RVdD6uBsRcxxNJsT+IY+ZbmM7GSjbVYBOprVT3GlGD57lkVmiiiEeX
guopBKKxyKlxuJqfL3p+vTXE3KZmgKmR0zHHbe8oqnZIjtalS1D3I8NFDieA5mQ+nbOZLa9w
7vt88aBgsgpQ1AFdbYvbmFYSr0ucDylE2jdWm2cxEdfCp+zUr3nFOeY2L1d9xCtraZSGki7X
A9KSVlHj4HxpqEZDNfwmZNjlczxJ4jtWoYM3oKACOtQV6+bSxWHJvb6+nEcYgiV5sRPvWXet
GjkXbUGoNK11GuHguztaZov8v8qcqnUSRMizlhUOO5+Om+my/MrWOZhtWZLDJRr6q7u9Qaxy
ioYkUrTsdfUZHJJSMpNKcnxMgACqSKzQkkmNzvUmlKmlRpUmt+DXYUeosbx3mMlDQNVwA0Yq
VB3LXwrQ00UbiO8DdVsFywxhirCQNHHNJ5qodyVqv4e2pGuMJzyIAS+RGssrDL0EibQ3qM1V
J20JHdT4aBykrJI5YW65viqn76BkWR44lDVWoFD17EV1ut7jgsrPRHkaG6xjxbxQCsUgqCOl
BT59RpHxMFqAh3o+G5ndQEq3l3wpKaAVFSFpU99LLbS88giYgwz2mXxORVzUrQLIpIYN32eY
16/DSyjl/L8dtoF/i/FLO7CMfKBJJaItOvSqEP8A2tOx5txe4bdV/wCK8dyONfq4++0U21SH
FQabgfxakFsvAskT1P0+cvrOVvMSCfqFkAoTUVO756JT26a8iHlWXDcos5juHl6esY2p9pro
7+D+4eLYdSbQRXaKQaihhuCf20+VdUnzvL8T6fUrk8FkEhG01q7m2cL08WKjt1Oik/uRi9y+
aUZKNbQ9D95ku7W329DXc5jG4ffNdemORcQzJKCR90mImB3dDuQ3UDUoOhZVH/xDpfrfbnie
cEq73VcbBK7hlqXPozS1G3xptr/2mkGa9gMSBNUFrS3nQgdyTSGhHjWpA/e0Vm9rLvDzTj7t
reyx1C9OlWH2fs66aTHR8oxbEDzwXzybQfugUr1qNY/NPzDnNlgobj1Ww0t41rJdKhACNuRX
jQioqoDMOx8dWOIxuCsrXG423W1sbVYUIjhWnlqwJNaVJJqT1PXRubni+KnuWBVrh7OFpCGO
4gsVqak11FBBGsMMKBIYkAVVVRQKAOwA/m+e49xXfh7mZKdSHgX1lP7UGo5Kf4iK/wAfvCvf
9f8AJp+i45FyS79OJapYWEdDcXc9KrFChIqT4k9FHUkDUPPvcgy4b26sZG/y/wAdhZkE6Bv8
OHsdpp+ZNTc33UoPuWnt17cYyDKczCR2WNwtjFvt8buAWNWijHmkNRsiHXxbwDD3I935jyPn
F/ILuHGXTCeO0kNCrzHqryqKBVHkjp5akAr+gRoVVj+JjtVR4liewHjqXj3t9cC85H69MpyQ
qDFbBKq0NtWu4k928PDTT3Ek+VyuSmG5zulnmlcgADuWJNABrC573iw2WwnD8jEtxaY3HhDd
TjfQCdwT6KkDsPP1/CRQ/wCXuJ4W3xeBjBUWAjQkh6sxagFSzEkk+OordAI0hH5Sn7pT/wBW
pWjKyoxqgAp1+GkldXVlH3a0ofnodaCtSPl46ceUmlUJ6U+VdO43tuAJANCPsA66hBWN5JB0
3VQsPh276mjiidQOolQ7gGPdTQ6XZdhNwZD660KtXqrBqeU+Goy9jBLHF1eYP5lANQdg7j51
qNXa7clZTl1mZo3eQsIzVSNofp8wPt1dx2uWiE93Es1lBOi7IJYuzuR6ZJP96h+GlX6O3vra
5i9e4mjZ0b6uM0IiWRZFVXp1AA+Tas2lwLWVxl3ZI5I4orhLSeHvFOY2RmD/AIejEalJyMmN
F3ciCK1u/Vgc3sP/AGUwmUhSpFUYkV1etYZ36oR3EWQnlX0nf6uHvCDAwIenQgDzDRKNHdCW
QZGG3SQoWt6UmiMNwtFFepDGoPbUJyPEIMhbvMZHlksop2+hcHpHJb1Zyp6g02nsaah2wpip
5JjBd3Fnl77GstspJt7gwu6gCtA6KencVGrUR8jzdn9XJLCInmx+WhjmoR6aM0Rb05gKilK/
iIOonXMYa7LAxzDI4qawuK29SIme2k2rJEeoorEjUEi4LG5dy316pjc7uV942NKsV6lDG4+L
dG8NJFnfbvIRMtvPbzTzYe2vw6ynfGXexZXrEexAFR89SPFm4cBdLFE26W6yWHK3Cna5H1CS
RlJF6EUPwJ8dS/wDnWWuYxLFHH6OSxeVT0/vK22T03VoSeldzFfjp92WhyIUzwsMlgLiIASD
8xPUs5pVCSdGVutD2Tw1G/8ACsBkJ0WGaOfGZy4xcp9A7fUEdzBCoJXyyVKaLDiPLjArSj0L
TI22VVImG5QKSlmKEVRivmXpu1/+dnG57ZmWKdUzOAd0Lfdar+i3Ru4NTtPQ6f0bPiYmJZK2
88uMn2d6ssbIQQehHh31vxMvIcVC35o/hHInkG4j8wLFOXBIHWi9x10DZe5XKrEElI4Mjj8f
lI2oKr50VS28dqGp7Vrp2HOOHZ2OIxu/8c49dWJXfUCssUjqtexBBYHUiXPCPbzOOtGkXF5l
7GU+iejendQeQpXxY6Z7v2Szls0YIN1gsjZ3oZa7wQEmjb+70/Vp4r8e4fEoHKBWv8VcSxpv
6jayrKNqsKg9KaKj3Pw5ZhWS1zOOjhart5x+bHGd27qB3B66Q2d1wDPMjH03VFhLCvnjIhlF
C3fsaN1GpinBbNo5jIJpMXmry0cE9iAXcL6gAr3owrpZU/z9iJ4B96zy8d6GSlDVZoyaEd61
oRUKNenD7jcpx6MlYnyeIgugCnRkLRbOrCladK9QuqHmXFsrHbuBOuUxEkEoY96BegBBqT0+
NNKr8M9vOQyOW9IWd2ts0jL2KhlWh2mh/brefZrIwq+4+rhM4W3PQUBWOUeYjp/Tqk/HfdDj
8cLFTKQ91GhbodxdJAaD/wBmpbe551mcZIOrW+bwttII91BuO5IyadzUjQ3Zj27zbStI4GT4
+sZJ6HczpJ94nuxA+VdSSw8C9t8k4JcSWFxcYyQ06g9E7nr16U+OkWD2+yuNjZd8b8e5fNtc
D8QWSRN1fs0Vhu/dfEVYqU9W3yaFmIHl3rIWB79DTTZ7Pcmv+VSXVqY7PF5WysYvpRIwYs3o
xKxegpSoAqehPXQVQFVRRVHQAD+ev7GVQ0V5bywSKexWRSpH9OrjHyrtlxs81nIvwa3kaOn/
AFf09e+uv7f0T8g5BPUmseMxkZHr3k9KiOIH9rN2UdTqP3V92le34lGa8X4sNyRzwg1VUU0K
wdKs33pT/Z1D7Seytr/E+W3BGPnvrBFMVhtG0wW1PIHQDzP9yID4g7f8w8gkTP8AuBkA0l9l
5CZEtWl6uluX6kmp3SHzN8h0/R/t1eZS6nSzxeNUvkMjMdsEIpUBnPSpHYDqdXXHOEzSWeAY
enf5UjbcXhHcKe8cf2dT9ncxcTwVzc4u2cLk82I6w24oSTSoLkU7L8q01NkszjbDl2cmjSWz
5FdKfXg3DzxiJiVjpX8PU+JOorPG2pjtC7D0w3kWvWoqfjqKb1kKGqSRle4+3TCu1VIoPiPE
a9aNXi2t2X7rfaNHeSSegan9A0AD0H3R379tCiLIhp4gf16VpGMLKDQ9aU8PjoqJVmUgkrSj
A06FSK/06Ui2QEipeM+avYll6H9g1LbqxKyHc63IqVI8VDd1/Xr1IYbeeS3fo0EzJWooa9x2
8NPDFc3Vuq1KXEsYlSKRuysI/NTXpfT4/ItCVe6hWQ2pHiJY1cVPzHbQiu8JfWUSt9Ra3Nmp
FrurX1EaBiAw7kHvp2t+VvW7b0pnvaenvHQALLtkDD4MaaEc1tispZp/3yRqwfUMv3ZFCMUV
6fIfbq7lzXD7mE5KREl+ldWklWM1SVREVdZVp0JPXVz9DyzK42a7tPReGeZy8rRjySqJlZY5
V7Mo6MO+sNPbZXFZQQW80O1bffCjkHdOk1rIArHpvjcfYK6sTkMH9XZY2SSLJTWeQkZZVk8V
hyEYeaOp6qSNnhUatxnuLT2F1HeGK7nuMTHOUspOqOtxjKUT4SRjy/i+Op/o+UW1i2GyCQkL
l5bN4Vk6w3Hp3iMhbwDEEMOldXKWuWkmhsbppds9ta36ytddWcm2dZPSevmVuniBqT08xayL
i6Q5FhdXOPcwSGsUQMgZWVSfIwPTtpIcrj8ndRsDBkkWG2ycKxn/AApDtYkMRQEAUbUa5nin
HY53Zo1XI4l8dLDLHXaxlCR0Rx2PQj46h/gOLydkJRvsH49yC4USOp/NVYWkkUsvdTRq/LRi
tufcrsIiGWOHN42zy8Lq3QyFmQO2zswZqj4a22+e4HnVkVIN97Y3mFumZDuVfUgYihp5T934
aaT/ACRJcI82/wCo43ypZ1kIFHT6e8Cjr+JB01TkXDuTpHEG9STMcftMqE3HyH1rMEnYexHU
jodVkk4tZZD0/wDDmGS4zIbhDU9CSqKR4kEg6E2Cyufkt2jDQy4Lk1llwyN1NI75SzBG/eJH
wGibbmnILBxIy+jl+OxXqMzrQn1rCSIsHH7pVK910NvIeHZoRLvRb6PI4iQNF0LESiZd9OjB
QnTuToGL28sMn5t/1GBzllMNp6xsFlS3LMvh0J/ta25DhvN8Cq+aSc20l7D16NuMEs60+RrT
TQ5XkVtHMR1t+R4yNJKKerOs8UZ6DoamhHXUUp4twzNCfcguLO1EMjqPBGtSzH4jbUEaUw4u
4wU0dPRbE8hvLMFn8u2MSPGgB8AhrXoRr1cV7h82x6Rkq6rfWGVSMgbTUSCQqa967Xr46VV9
4I3EZHqQZ7jIUO3gZHiEW0U7swP97TCHJ+1XKHYExJK9xYSyU7EqzTdKdK9RqJsp/p8weZh6
P9VgsxaydB2aJZFQn5ddPJlfZjm/GpJQFlntreSaIgGo62kjmqntQU1GY/cLk/F38yRwZJb6
2VQ3QpWWMAhfAAmnw0oxXvtj7oM1Iorm5tJmUsNuxQ71FT4Ch+Wi0UnEuQopoTNj7Y9SPv1j
jG1vsKn5nRmf29wV/Kgbc1pLPaF1IIUMFkRVPzIBHg2kxq8G5La3dwyLaHE5ydmiYrQ/47Ou
wHxav26xVpOGE9rZwQzB39R9yRqp3OPvGo6nx/5D7hY3bsRc1NdQqBSkd2FnX/8AC/k3XI+Q
T0RKx47HoR693cEErDED4mlSeyjqdL7te68bJxOJ/wD81eLGohniVqqoU0IgU/ePeVu/l7p7
NeyCG7yl1W0zPILIhY7eNfLJFbyL5UVB0eUdF7J166rGEyfKr+MDNZ9l8x8TDAD1SIH9bHq3
gBXRJIAHfrrI8n5jfRYuztIPVx+IklVLy/JG5Fhj6tsk7BtW+Ojtk43xCwoLDjFo7GIlCdsk
7HrK/wA2rrA8x5lI3Hfbu8dJ6Cq3t9bkEqYaiiq5p5upIJpQ0OrXjvFsWmIsrCqI0KLGZATV
t+0CpYmpPidBYykcMxYhu5B+eo1jSNihJmkPYjtUfPW4Ksi/ir07/boihiXptPh/R00PTnR6
keVuxH2j/m0WELSLWj0I3D4UXx0IzMYJZfBwQlfDqRSo+GgG2GVKggnb38T8tOkjSRin+KV3
R9vEjrrd6Mc5YVWSBwGHhXr166SV7qWKgI2yUoSfmf8An1H6bW0kfUs8Z3Ej4FW6dfjqksU1
hNN5fXVGCsQKhdyVH7dPNb36/T3o6M4WQL/voQf2g6IubSHLzR1SC6Ro1dK9Vqs1GNfkaale
RLzCyxCskMYlgK1PVkCBou/7tdR3T5q3zWPuvL9Jd2cNwhI/DMAVJpT71BqN7rCRbzH/AOHn
EXbxzBR3V43KiRfgB1Gpp58/k8dJStta5Sz9Y27A16PEOqH4HqNNcW0OI5N/EPPcPa3KxTmn
SqxyhS32Hrqzsc1w+/w1urfUSZCO1YJ6g67jPbilfscN8tX9xgeZz2IEgCwG5fYWHRm+nnWb
aR8TFX56gkiu8Lm5b9Db3F3PAsMk0Ld6T20sLhviK0P7mke74Ws9nhEaFobW5WVZYn8PQvYS
SP7I6f2hoRSWF5gMjc/4VzLBPbH0N1TCz2Mzoafh3VI8NXY437hTzQwW309hbNfxX6zoRRop
re8VZCy/hJPTx1Zi+kwmY9eyMGQuMhYT4ya7tl+7G11alo0kT8JXodW5vOLXt0djW00eDzdt
fLJaoTsuIbe8J/Pj8QwqfidBuR2c1oIyUlOa4wWkmp2uY57Lbup+ME/7uo/4JybFieyqZ5sL
yKe0CLJ911huy67G7FVoAeh1as97kF+jMiNFfWNlk41WXqtJbTYSjfhZRX4nVubTIYiV7eR4
ik5u8VcBj92on3gOPAseo1aFMbm2i3SK95h76C+jVh1B9MMHofEBfs1ajPPLAtzI8Utln8Ow
VHQdD60kZRq+BBr8dIx4dxTJPJvWaW0aO0nWTxDiBgwNPB6fLUYsbTmnHiU2wvhc1dNCUX4L
OzeUH92o1IbT3h5BYtEA7WPIsLZZFOnQqZIolqKdwrAnQb6z2z5bFt2n1YrjD3JjbqqmjSBO
vxB66kc+12Ut2BEkk/F+RRzgsvTdHFKydx3+Olt84nNsRGG6DP8AH0ycKknxeON91P3q6rcT
+3d3cOa3CZHGSYeUhT1LMClXr4HtqSTE4UMrKVafjPMLoMI26hDHLJtIbuEPl0JEyvO8DMo3
b7y0xuahCkbepSJpKEdCsbAfHSR4/wBzMHtjZkEWfwN1jZQ/cAvbSRRqadtqq3zOiq4fh3L4
CiNcDH5sB3BPRhHexPtP94k/PTG/9nc3b7Cdt7jRDcAgr2JtZlYgfEinw0i311yjjcjbWliu
1volJXodv1EMikEfq+eo4LX3Itr8u3prDd/w65EviEKl4nNf7Ibr8NLNkONcQ5ElTu+swbqe
vSizW4uVBPYgMT/Z16k/thgLC4iUqj4fMSYqRQ/gFlFp6Rr0IYof7J1YzYSb3K4pYXUm0Xln
yIT2691age5nooIoWEYPwrq5hn5NmeWXVzJuGSzc0c08cYFFiQxRxAKO/UEk9yf+RTXqrRc7
iLW5JpSrwloD1+xR+j7P0X/J+R3f02PsVoqLQyzyt9yGFSRudyKAfrNACdf+Z3uNC9pwDFyt
HxnjdWEc6o3+EnaqAgerJSrt5RQCip7I+ycfr3c9bPPZ20OyGCGPySQwyKKRxRjpJIP7ifMW
ViFv89fIrZ7PutJJ3HXYnfZEp+6v6zU/oHQmpAAAqak0GpI763h5H7oTgSYLjL9bXEOrf94y
S/8Aa7l6rGD3+VSL7lPLcpJlczfkBpW6JHGvRIYUHRI0HRVA/pJOuPe5XuhxOQYiN473C8bv
AquaEMk11A/WnYhCOnj16BPTh9BLZgsFqoEcMcYFBsUdKDwGmmkkchn21I6mniNQ7i6qrb/V
jNKkdtMFZtiivUU6H+s6O5SoYg1oynp8xoKXbaalSg3gDTbViuY1NGaNgGrXoKGlCNKfXmt9
pqN6hgAD1/X89MLdYLpOgUlwGr41Qg1p376WbIK9tIgJNxGjKoPYtVdwH6wdSXFnkPqoUP5y
uomU/OiFXHTREkSy3AqUWHaBT+z6m2vzFdb1llt0oN0Myb0+flNen2a9WCztpolZlR7KdkkK
9yDGe9fh4aVorkQUSrWuSiIjp2p6i1AOmgyeFilEinbJaTLJ0HgpjIcfs02JgzTYyU0WOwvq
ShSO21Zup/XqWItFk4RVo5bOaSCUV+CMJE7/ACA1La8ixNxaS1Z7e+ntlMRp08s1m/h4lqnU
OLt8xeRS2tJbP6aeOd+nZkScLLT5DSXFtc2DXNuALhrlZbKWSMdD6iOGQn56tb/I8Mub22nB
E95HAlwsNe7o9sauv6gdMuP5Hc2Ny4LY5bS+EkL+JjkhuNhRvkWOr/8AijYLPK59R7LN40xs
gp0LSRJMtP7ZCj56scoOJXtnOvRbvjOVaa2dPAxoJjuH9mhH9nU9ovOLzFyXcJAsuT44RFS3
bbIgtytD2Oz9erfZaYzl02Lf864sLxGmaMdmVLgVYgf/ABNXlnyfhlzio71/XXIyWJEbOfHd
FvAYH56jusByO4xky1t7mKzyE0VGH4zBucIR/cFdJBDncbyGezkE0OMyVnZ3Jljr0nidfppN
48aFzq8iveL2TC+pci/xN7fYkuydd3oTpPFvH9t0U6F7nuL5JDNbmGQ3OOx2Xhd+xeM2DCcN
X72yMr8dY9+PcnhwWQtN0F9bRXt1hZvSJ6LHHdj0UPX7pP2alay5TmcvbY41Rru0tc5FNbMe
gJgb1X2d6nr8NSm6xvF8xK224N1bm4ws1zF4NRugkX4j9Y1OLvjfLMcojWaR7G+gycJU9PUi
Db+3ihoCNGDL3mDkumh9W3tuS8YliniIHmKywqhA+JFWHhXUMnGrayS3aM3ENzxHl1zaRtN+
Ii2uCIjX4sKjx1bBMzy6zYwn0osnY2Gbj2E+eKSWFTNJ8QSxX4a2wZ3ieS9RTCYchb3eGnKD
o1SHKLIp8EC6Mllgbi9tpEUG4wmTtb0VX7s6JJ6bfaOp+eit9JmcIGopOQsbpE3jwdwsqbW8
CTTXoXEWA5AzkqtrcJaSs57MqhmDn7FVtPNfe0mLVVFVusYJbN1cdWCtAqKrDuKOp+Wplxea
51xEqFm9Owy8l1CFYUEvpzvN0HjvT9ekix/vZJMu/wBJbfkuFgmLkiqj1BFET8mDODr1Dhfb
TnMVW2SWxexmkatGCFWkXcfHt9mt1z7MZqxKOGa645nFuFqBQMYmaMmnbtqaHLzc94ojqwlG
ZxjXkKuTWu/05Aadx17aaP8AztwHkbzFFe25Bi4YJWFKUk3UJr81I19Ta+2nE8hUMv1vGctN
jZCg6jY8LJ/0Vag8RqaK2uuf+3dpar6tvNHyL662YtVTHDHO1wEPSpoq6x3H7O7ur+DHRlFv
b11e4lLMWZ5GREUsSTWij/kfAc4tA8gvcfJ06kUSVP2eb9OQzubvY8fisXC097dymiqi/wBJ
JPQAdSaAddHP5uO4xHtFxS4MePx9SjXLChMdQaGWQUMrD7i0VTXzatPYX2RtlbJSqMbmL+wp
HDZwxrse1hdeiBFH5rjog8o81dosrTbfcgyCq2fzpWjzuOojjr1WJCfKP1nqf0QWNlA91eXb
enbW8YqzvSoA/ZqXjfCbq3zfuJdwUveRAq9thkmSjwpG/la5QjoT0Xv8jJc3Mt1m85mbkBnb
dPc3NxK21VAFWZmNAAB8ANRc091rGDIZyhEfEJ9y/QVAZWcr0aX+gdhXuYI4rm4eGOEJF6zl
iFQUA/UNF0YtGwqGP9WgCB06r40p4jSBCFVvE9aHuO2mBBO2lT3ofhoqHYuF3ksKivge3X56
2iSPdGK9VIXzeAIJ8dNWBG6JukBHlI7MegNToon1NoNzKdyCRKj96h8e+klht4ZEZfVaaGZr
aXcvSmxxQEeOgkd29rKDQxXsTPE5r2MijqD8dMl7goZ4WahubCWOWOrfi7qw8ew1JFBlrjGt
LUi3vZHeNwe9FuBUdPAaE0UlpkrSRahLaRrZviKAblr+rUaZKHJ2Vua+lfpbq+xyaAySRdfH
sVGoImyH8URyVjlhde/gGjeh6jSC9ikxGQTyxTjdaOamu7etUaujDJfQchsI2rEcjBHdFa/C
RDuUeFe+qQYq4jjRayT4e5MrIe1BFOVlA+I2nUlrFyS1vytFfE5iBrC8TwNDQK3/AEOupP43
xFr+2i8wvLErOUAH3tsVXqP7uo5uNc2ltZbftFcSLI0Y7bGgnBp3oQRXRurcY67u1AaO6sJZ
LA3KdCN6pvWp+ympI87hms70eebH5vHpfQkfGK6tOhH97rqK4wOQktcpaA7ZeO5JjPDT8LY/
IVcr8VHl+Wjcvl7GaO4obux5BYT42MluhZbi1BSN/iVB0lpecdkzGJjWkF1ibqDLCJfAvBIx
Z1+ZRW0r3mPtMFkwpjpMbjETSdeuyVNq1/snVwmB5dmbazhbdD6ssN/HEafjK0cKfnXW7J4H
ifPHtqM6yQrY3siV7hnC7j/aB0t7eYPl3CLOdKR5GwyEl7bwnoDHNHOLmLb18ZAPlo2nG/cm
G7QlZI8flLN4pOvdo5cZIpA+y2/3tBr7i2O5PBMNskuLvrK5M4ApUQ362sm+ng0zH5aa35Hx
+8wQdfREeYx99Z2rqaUjZwtzD08GXavz0s+Hu7O0uIiNtzjpkRYZK9Fna0kjZvkxUnUkGL55
PPIqk+hfrBexw/EbLuNZCpr3B0kjcW4pm7S0DlbmSC5w8sTkVP5luZ4gj/EH9Wja5HgufsVY
7vTw9/Y5uK23Hqy28rpK0bfF4hT46T+KpjMFchfyLnOY28w1xHMfE3KCONwx/wDduw0h4XyP
NW8MLmSOXi3IYMlbwu3WnoTs7Kjfu0B0I7nmskhDEw47l+A60AptM8FQyH94108l17fcRzcq
yDzYG/axufUp1O0gbQR411MmT4/znjEcZ2/lFMlawOPDqWqD4V6a9G55Vxy6nuWUC15PhDBM
ZPBJnC/sNDpJsPxnC3d0x/Ku+K8ilx8jFfvKAHi6j90H9WlY5HneGiCmQw3Vtb5u2UGtQAYp
tgHj90/PTLa874tkfXjr6OVx9xiJJPgHaKVA1PiyORrf/k+3ynqgFrnA5uG4rt/92l0gfqPA
OAfhrdd23KuLxxREFbjGzPFEo7gS2bSL/wBXSx2/OMdJQKDHdXCIVU9iyXIiYMfHqNPc5viu
FztiNzPcX2PjkSOMdTIZUSZaeNSP97X+cJ/bjD8eybkNibmzNVlides5iFFUmvTcCR4U0qRq
ERRRVUUAH/JMfllSr4LN2sjyD8MVyHt2r8t0i6+GpJppFihhVnllchVVVFSzE9AAPHS8G4pc
zWHtbxeYTZzNIKC5Kkr63XoS1CsCH5yMPBcR7DeytkTym7jTHlbHzPYRyiu0P/7+QEuzsfIC
XY1NRun9PIcwy6K+fzA60P3vp4SRURqe57sfMfADSxQRmWR+oUfDxJ+AHidXvDPb+6M3I5EM
ee5hA4X6UiqyW9kynvtqGcdf3dQWGPtrjK5bJS7YbeINLNNIxJJ8ST3JJ+06sOecxyZyfLri
FZMYtky+jjHP3tm5amUdix/UBU1jgaa4uplUE3E7D1HK9KsR3rqGXaXdSQIx0Ar376IAIQ1a
g8K99U3Hp4sOn2HXhuTo3y+PbQ2esi1JQHqoYeDDvpwZF9bduLS+Xa3ipp4HW42yyEMBAEI6
H8SmvQAjxrq5GyaIJGpqQabx+En4/DpovaX+xrlBOkMnRmkjHUbTQ1p4HQKzxXIn23CqSBQp
0dOoNB8fEaiU2vSd2eIx7WrEvQqNrdSPDpqP+I2SWrtcbXuomktZY4afly70UKTUdQRr0rbM
x5uxnZozjMrHHcAMppWq0ajUqDQDQNnh2ChvKcTcMVWncrby7QKHwU99C3tOT27yPUyYjOQt
aTN8QstACQR2OkOU4scjaSAtKbYxzEGv3lKdafMddNbYHk91YvESgxN3KHMMlaU23AYkD4Bg
NJ6yYzLMgKxZWyL466BNBSQQl4nr3+4dCK4fIcevHBSMXdsl9YTlepC3FnSZKj9+FdQ2Odxt
nyKAVDQ2hjupYtvb/h5wjkEeIJPy1b3eFkezSEeVbaeayuY26+X0rhSpH2dPnpVv7fF8xiAK
ouUgFjkKUqNlxHWNiD066F3b2Gf4lOFauwi9gG7uBTepHwoRr0bDkWC5HcW3lWzvK2lyelCA
JiSh+yUaEfOOE3WMdW/LyHo+tCadAVu0EimvwYnSji3LLvHnaPUxsknq2hXx328ou4QKfCKP
7RoyWuGxGWjLb5ZLdJLSQUr1iurKQlKjqA4p8tSQ5E8gstvQRZCC3ytvTxDqVSWRfgVUnRur
PHYb6jfT6/j+TkxU5J6bZLSfaAf7LDUyx8rzWFglFDjM9j/qbXdWlVubcOKfMAjV0LawxPJL
SceS8wGREU7U7B4TJDQ/3Sp09vzTjtzibyPrG/I8RDJHKB02R3TRxGSnTrvc6e7wl0YJGol0
+HylwgjNOgMF0kyRn4AFB89RDG84kEMh3Iuexgmt5PhHLPZSNGR/a2sdK3IPa7jvMax0Nzh7
iBroD4orCCYr8umnRzzL2+kB/Kt5HeSyFO4VL1ZI2H9kvq2vOP8AuXhcuv8AhWsV6lxh7hT+
6JbVpE6/D0wPnqZsnxJ+WR2jfmPjnxOfRAPERym0nXvWhLt8OuksM/Z3PD7mYgym9jy+GRgT
Uptu4poSv9l2WP4dNDIWL2cwA/4e8t7ayuyr/uxXGMkikBPiqDd8DpIcBzu/sVXcf4OMvcIE
QjoRa5hJh+qRj8tKMjBjc9GneXJ4VTIwP7t3jG84I7+QDUrzcLJktlVDkOMZ1N5Q/ge0vDCQ
B8KkjQizF7lMEsqVFlyrj5u7WRB5irTxxSrQD8dQR8dRNx3/ACtm2l6xjjubbHXQde1VWdan
tQ0br3XUZtc97gcajDdLqT6fJQxOK7RRVQqa+IKhvjr0Yue8fzMBk9OS35FiZrQep4KzN6wq
w/vCvjoHMe0GIyZJrdX/ABm/jimNO7RhZI3oadFNPs04vsjzjgc6nZ6eRhluIoqeLeojrtHx
rq3s8FzHiPNZ7ysdnYZHGKXlmFN6blrRiCD0Go+W5HhVhj+XZRLa4ytlbyyyWFvcQx7FEFsz
eiu2vUhKk9a1/wCTc/so13yx4qS8hA777NluVp86x6WRfuuAy/Y3UaueOcLysWMu7+6gTKpK
SguLJm2zReqOqAVDtQHcqlPxUOM9uuBRjI8/zyfkusYknaeakbX00a7iWZhthTr2A6hTWbl3
LQch7icjDTZG5mb1Xs0mO9oQ5JrI5NZXr1PlHQVbSQwoZJZDSNB3J1e8L4LkfqM5eL6fIeSW
7DZDEQd9rA3etejHVlicXbyX+Uyk6xW0K9Wd3PdiewHck9AKk6sOV3+QsOV85ysS/wAQv4Y/
Ut7IMKm2t3cA0B+81AWIr0FFEggtljjd900MS7QGPdgOnjpCyOfTHWU+HyoNGRJWcSGojPav
jTXQ1UDx7U7aANdtKf8AN+rVFNSG6VHmIHfqNMI1rRqsFNSPiaHW19pjC7mVkIDAeIIqNbkt
i3pk+kYmFWQdaU6Urqn1UlsJQohE4pWneNqg11K9LO4G0IVXo+41p6h+HzGoJv4PNBLYyGRv
ReiIXFGckEVrX71Dqb0c5cWTW1x9ULy6RCSr/fiQSgDaadfNTVy2Pawvoo1FxgbAAxn02UGV
SIZGLA1NBtFPA6Eb4FryFIfqYLmN4JBcsf8AFs2EyxkMv4SCzasI50vLKe/Q3FmZIZ7bZEhO
6EyRvIomSh7kBvhqBUzMGfs552jx9ncvBcS3KE+dwJVSQPH+JR4au4sZbTWiWjD1J7K4aFVV
h9+IklTQ9wG6eOnW7kxvI0t0WRcdyCD6S7ROlDFfxjzBq993fQf+Ech4fcr90wuL2yNPusvS
VGX7VGpcbDn8FyDzVXH36tayCnYGKQTIT/dCaaPl3Db/ABtuPu5izVruBDXuk8DTGEVFerKP
lp5+N80usbdyMTujm3Bye4kQko/2Mh08s0dhyGCVQr2TAxROB+Ldbisb/EhKaEMGPymCtClZ
rRm/iEMZrU+mUo7L8OlRo2Wc/h1zkUBf+ImF4pIx8BJCYp42H9o6S7wedydrYElhPbumWttv
h6npG3np/f8AU/Xphe8Y497gW487nGyrj8pGD13ejMkDlvs/brZYcw5Jwe4WgXFZ+I3CRUJ+
69yGYgDtsuBpp8ZPgvcKyCqVS3nSC5IHT/BnJU18aSnW7l3CLzi2UUEN9TAYompX8Tq0L/qO
lPC+cZLDhFLDHRXJe1BJBJ9CdZ4wP7qjRyBx+G5h9OWIuBE1hdAjrX6nHNPGfh+YE0yzR8p4
zaBj6ps5YeQWdD3DwkrcU8OkUg0kUMfDOQ3u4F09NsBlhStQYyIGDDp12rqMfV8x4JEz7o5J
QuZxYJoaiU1kA/8Aq/q1azYvNcU5qsH+ESzY65kVWoAVl3JX40ppJsvxLP4yzfaLmNQL6ypW
jbCBMtPHw0311nx+/ncHbNcwHGzhv3JZrNqVXt5xrdZy5zE5S3UGBLW9t8vEgA7RLN6dw6n4
JQ/A6mgxPLsZlYHNYsVkzdY1xTupS7F1FX5MW1HPzX2NhlZwRdZ7D2UFwzU7OLjGSJOOnxjQ
aitcRzzknDbhQBb428vDcQpT4W+XjIB/uMTp7rj/ADXBZyNmrG19BPirtx4Vms3ZCafvLTUC
Zvgc2Tt0A3Xdk9jnIwa0J2n0ph2/CCdPBk7deKXKOXe2lkyGAJZum5obhfQJ693OjITFn7dk
b6aW8sLDMxsx6gx3NkY7kkfBXA0owGXuePNtp6eHzt9iSjdqraXwnt1oR93aft0yS8kvMxav
QS22fwFjmIWXsC0lg8UhB8WJPx26nGU4JxbMzOAlycJkrzDXTBfulYbuKnSnTzAD46Www/Gu
aYS5uY6Nc5JLK8xRjQqCTeK7IxHeg6t1GrnIY/Hwvlr3abnJGGJHFF27YxGihBTvtHXpWtP+
T5TGyjdFkLSa2kHxWVCh/oOpLGQESY+SS0dT3Bgdo/8A+HV3yS+i+ru5G+lwmNFR9ReOrMiM
w+6oClmPwBpU0Bn97/c3dfcpz7m647ZXC/8AdonFFuCh+6SlBEvZEoe5G3VAK17DUmB41cRX
HLMxbNFfzU3HHxt06H986ssJiojdZLKTpGruTtUyMFMkr9dqgtVmOocrlGxPIuR5i325jITw
ifZG9GWO2ZqhF6dSOp8dPb4yCK3iqyuiLsRWHwA8dKszBpQKGQCgJHh8dGOPyK7VZz2B+Gjs
I2mpVgKAfEaAPZjWoHTVanbWhYdhT7dGMPG4PQfHroM5eN2AG5Qev7OmnWKX1QtCqMOqmvU9
KE11IrwxzU+96YCtt70KtQ9fiNMjt9HDCaqsgLbAT171BGhdRtZ3EYrHNIimJiviFYHofkdK
LZ721jjfbbXkO25Wg7o6v2Bp463m8sdtuSlzHdq8M8JNOq1Vl2t+z56M1/xl1mt+sF/YtHdE
ofx24Q1UHxX9moLb+OZDjxvTut0uWmBeQdeguR5DX8LCnw1NdW2RxuTk/wDye0MSb1mAFJFl
RlCse5Apq3tspxODJS+r9XkDjZQzxzD/ALdTKAyt4kV66ybWM+TwDSXC3itAZ47SKdTRp4gm
8eYf4kdKHV++M5vG8ORt45YZLmK1vVDKRX6Zd0bmJqeaNiWXw1DewwW0kWSj3R2ds01nsnHa
SXysvpP4k/d8dRw8z4d+XCwhuLtVtchHazkmlZrZkmAP4WiB+dNRvjvcPJcauHnezbDX9tc3
WyYdEUPdESwqw6rWWhHamikuH4x7gLQiSKKT+GZQ0/d9alTT/wCIft0kNln+T+2t61a4bNRG
e0qeh9KV6qR4eV9Itlk+P87j8bMPHb3BHh5J+hP2HUdjzzhl/wAcvFI23U8bxrUVHkkkWWMr
/vqNDJ8Tz1zxXKbwwyuJuJbPeR02y+jJPZy18d9fs16tnnIORSxgNtu7WMs4B6D1cfuavzNp
T56kx3IuOPdCAUmto5Ypwq9qiKTynp4GJD8tG2EdhZZl32LbrLJg8gpHgrhvTc/AUA0kOJ5l
dtbkEx4vldsJY2UDoI7yAMpFP3hpbzkHtbI9wpr/AJo4dc0f++30TrX7HRvs0I+P+4t/jsnE
fyrfNWKSXKHwQm3+nuSAfFYSfnotdYLH86t4IwJL7DTQ39wi/wBuyuzbXqk/Azfq0tjy/Bw4
C4kIC2eZtpLBHcA1CrkoWty3U/ddvt1FNxTlGU42G80EEV9c20LK3bYVkuLcj5AKvy1JE4wv
MLUVKy5CxjSU/wD+XjSoJHxZK6Nre4rlHEmjJIynHbpcvZFq/wDaWslJSvy2a+inzHBuZX6g
iCxz1mcNky32uI3B8PLoXNxxjlHC2Tr9Tgb5MtYow/EIrkOCOviTorgfc7C5xVBSTH52C5xE
4Yf3fXi+3ZGg+evWy3BLnLWqptjyWDmtsnGQOta28kMlPHqGPy01lym2gguF6S2WWtmtpga0
6JewxN/RT56a7xUi4j1WDtNi7qSzG89mAiZoidLPx3n92VhBaL+JRJdq1R90yQGOSn6tPDIm
P5NYuKmG3vIpSG//ALbIoqgEeHqk6kn5p7Ow4O5jJFxlIMdeYmXb++LvG+oJOneoC/PUMXEf
c7lGLQbVitnyNlyKwjBB8givg7x0/dUhtSJgM3xblV96bSLam3vuOX8iDpVhCzJUfF1YatMZ
nOGRWtlbTxDJtlMjHfwLCHBf0pI445SStRtdadRqO3toUt7eFQsUEahUVR2AUUAH/KfcDHLG
Yo4c7dSxR0/BcETCn/T0cVyDGW+WxzSxTmzuUDoZIXEkbUPwYfr7HoToAdAOgA19mpL8kPnc
iGiwFpSvnINZn/sr/TqPH4uCXL5zMTl55W+6u41aSRz0VR/6gCaDVtkZ4v4tyzKWytnlvoEe
NqioCbq7QtTQA/bU9dRR260ig2rsjA2qPDp8Bp41jZlFGaatB18KaFDQd2p3JHho0Sh6ny0/
o+3QI3VBoVIPj379NOfK4NdrDp+3TdHgYsaIPNX5j5HXqiZFNNrM4ow2nt0poO6vDQ1ikUCR
DQ96DqNCNhFMCQfUUlXHX59dNJK8to0gorOSyLTx+GjJDe295Gu0GOPyVr+8OtPloxXGNntn
K19ZUqjitDuaPxPz66NkuZMCvQp5kk8zfh820/trqKFjbTyMPy53YwyybejIUkDChHzpq3ml
xN5bOjgyzWkbKyN4OHtyy0+wat7aDlEl99aAUW9MV1H17CW3IRwa+IIOryKfE4/MZWRKpkbT
fYTvEfwsezgdgQSRpkgueR4+aJ9xnESZJIvAxsy7iyj50YahtLTLYTMQVV2tpma0uCW7kh1o
a/Ptqa55DwG8aOwjJsbqyiiv17ddhh3HqPAdflq2Fpm7zi95eTFvo0kntpAT2YRHaFIPfdFp
oYeQ2WYs2QNJFkLO3uQ7jqrI2yFifiPVI/s6nupcJY5BryMWM9vjbme1kWP5RyRXESingFHy
bVtZ5jDZS1TE0aWaS1gv1kiUCn5sDI/l8fvHTQLn8HkoriYi1xsvq2Za38apdqQ5A+zV3czc
YjhWAerLLZM1qWr+OKW1Z4WP97tpHwHM8jY2cwUxYjksBubNgx7Ldwh0/bEdNNyb2tizcsfU
8k4bOPq0/tB8fLFdj49YkGlhxPuJkcZfL5RiuS2kM1zCw7fmubG5Yj+1LIfkdJBdYjFc/wAd
Gd0JsJ0N0FA+8bPKJG5+P5LfYdR4fn/GTgZlJrJkrKfHOjeAEkokUD5+oBpf8k+5eRw9m3W2
sMiy5HG1/syqWAH2NpbiHjllzKJhuXM8buBHIAPD0i8cin7H1/C+f4aa2l6qLLlGOWZE+Qnc
Qy1+BE7ahuOO5HM4Fgf+EbC5BchbKadD9JkFDKPlGW+3Rxv+ZMHzGFxsfFZqOfE3cq9to+oF
xDIT26lF0bnkHt3mvb1mIM+UwgkhtGY/i9THPLZH5lxXUc/Dvc6PImMgx2eegBkHxC39iUkW
v/yzpZctxabOWsdQ9/j/AEczGR3qPTMd5/0ho4zNY+KGV3/MsX9Jth7EvZZNF2f7rE6SfjHJ
rni08rVhlsshfYYsAOg2TGe2f7AFXRuMnJjOW2pG/wCpzGGjkZ0Hgb7Cypt/vOjn5a3WeEzm
CuoyXI4zlo8lF08VsL1ba8oPgiL9upLK95xiMtE9Fmw/L8e+NmRiOiN9ajRN/wDjTqPIXPtj
cWCTDcme4RfMkfyYRws8dP8AdpoQYf3TvsRcwHctjy7GOSGP4WubUxk0+J0skWOxvOLKPzC8
45f2t4zLTv6Nx6Egp3oC50bPlGJvOOkA+r9db3uMAPwYzxSQdvF5EXVnk8rwvFX2NuIBKmUz
0ccIZHoY2tb+zSZCpr/70eFAdSXWS4rkONWV8fVtrSyz9+qhl/w7m3EEkRj3Kag9Gp3GrPBY
lZxY2K7Y3uZ5bmdyTUtJNMzyOxPcsSf+VZadVCpncbZX6keLKGgb+lP0zZzkN7FZYy23ACRw
r3EgUuIYVPV2IHYDtq5/hVld3weQFvTjaWPH2Zei1VTStOwrVj8h0sra8srO9yN0vrx3MsS/
Ub3APqTMRUkdqdgOmlUzB2U7SVHT7BqIQRoUlUiahp27EDTK3lUGhp1J/Zolm9NnABk6gA+H
TSk7T16upCnofHw+3TMWJp1O4dAvh1HfQlC746EF4W618OmhEk1HJNUlU1U/IjvTUvr2wuiG
qkcX5jkV7gGlfs00UaPYorEgMxjo3iNrBgP26CzSmcVpHLEgcn5MFJr+wakkW99FQT6ihgyj
5PG/QaE8f8PyTbak2/8Aw8hFaDxp08NSSRX8lkAB6kN5F68JPxEi9V+3RhurHG5toaSKsDiR
u/fa1HB1/B/4re8eue62FwKD7AJgUIP2aMdtLb5ExmkVwhktJQO4LPEXUg/JQNGDkWBubW5j
2+neSxQX0Thj0IkT03FfmSRqNILyazylixFtbQ3jxSACn3ILxRuHxC9NS5GLLCJk6Xtnd2b2
6yA/+8eDci/3tTfW8T+vw14n5mStjFk/Tb5hdsjL8h1GprK2uJMBmXO2KeO5ls4p0PSgW5qE
YfAk6e3suSxZeO1k/wCJtszjEyCxEnu72vqUHwYoop46t7pOGYye5vIwtzcceyJs7mQEd0/M
ty1fBatT4avcTPyDkvE5GcPBDmrQXSKV6hhKYgyj57h/e0t9is7guTwQJ9PfLBctbXPw3GKZ
plP2F9La8j4HeILNvVs7i0t472Fx33Aw1IPxG3Raxuo8Bf3w3GOGSWyuIpQKA7VeIr17ig0J
cLz6/jWNhHkLS6eGdVJ+7NAL2MBh8QGfT3M0WI5ELcl6tY3Ft60Z7OJ7KSURuPEnb9mrfG8n
49FkrWaggtmubbOwde1FyMcF2On/ALk0Hx1DNay5nhJmnWGKXC3E/ofUN2RrG89ZFr8BLp7I
8ww3JrVlO3HcjtXxsxU9l3kSwV8Pu6a95H7cZbhdwTvbkGAkcWz1H3vVsjJE3x80Y16vEfdA
TSbQTYZy2Zuo7VurBo5kI+Lj9WposljJuU41ABLNj3s+R2wUdyY3Fvcp9m1zpoHsDw7OdSsu
GuZ8Felj4/w69WNZCT8qaQ2XObHkWM+6LPlVk9i6qeoT622EluT82Q62rxTJ46GQD0r7CXUe
QsHB6kgwl16/2oF1s5Lxqxjyjkn6ma2fG3RI7sbq0I3H7QNLd8H51meOXCjfHb3ojy1gfGnq
wtHMg+bEnTRcp4xhvcSwXzLc2ogvCY+1fprtY5l/+mSdNZX+Kz3tnfynznFXdxZQyk+LY/IB
4XH2mmlyHEuZ4TMpQkLk4JuPznx2/WY4vZbvn9Oa6V+Y8Ayd5YJ5kv8A6SDkVmoHcx3WPK3f
63RdfRW2V9K5A2HGQ3yStH8msMoEoB8EJOmueP5+HjuQuKH1LC5vONXUjn8RRSYZT9q7dBbj
L2vKcUKgx8rxUV/GVp3GQxhUj7XUnStybjNn7bovR/cvBZhZ8bZS94lubS5EFxGkp6A7aA9y
NC84fzzG+42GhOyaF5t0DOO6GQi4pUfNjpuV3HCbLjueVphb2llkby6tl9ZiZJPRlcQqWr2E
fTQAFAOgA/5XwXOqo/4m1vMfK3j+UySoP+udfDQDsEjXrNIxoqrXqxPgAOuo+GcHt5F4zgZB
DPkTWWysrdX9OW/mZaBjIa7BWrDoKeYixwfD8cZLuBa5LkFxT6q9nIo80vwr4AdAKAdNeoW2
MzgsR1P937K6CKyo/qdSB0VdCoV2WlX7f0aZipFD5OlTX/mOvLMoEa+pKWqAB+v/AJ9AOEka
vqN08u3sG8dbCAtKsxUdGB7UHw8K6icRmNlBPlqKMPw9O5ppXW43KUL1YhgBTqCO+jcrHMER
VkL2DiQlR2/JPWh00NxfKxBIjjvImgarD7pYggmnw091eYWe2dpAwyFkvqwMQKAkxElf1jUN
1Ych3xOTvsruJJFfp92rhWA+ekkiwJlkCfmvaS7CwAHUI3Q1+R0s9zeTRD06Pa38RgdAevSR
QVI+0aW9mtYmEor/ABO0anYd98Rr+0aMH8WN5ZoKRpdpFfIoHUAhyrDp866cwYiPJW4J9N8L
dtbXC17H0XMbE/ADcNCzfk89hPIxH8H5LaG3uVPwWSP01YV8SjaePL8VgzdtG1ZLrFMtxKoP
4xD5X/YulnwvLLzj1yp2tCrvFKp7/mwTClPiCNG8x+Qw+av1NLhSr23rr8WktjUH57aaltcj
jMhaiGovsZcW1tl4NvxiZqMV+3zaN1hZLezykXl/8LvbnBXoBp5XsrsqHB+AqupmbLvZWF2S
XtORYtbm2Mh6h47yzI9EnvUKfs06/TWHIoowGhuMLklaQADoslrcemGFPGinV1LyvjkeGu5q
rJ/E8fJZl/8A5WRhpuI+G46N3geUX2O+mY+hd2GTF2kRPXbJDL1AHz0Lq7u8DzS2B2z2Gds0
tppBTupKSKT41XW+99vr7FQ3TH0M7xO/ufQev4JUgllT9TdP7Oktsbz3JYm4s3JixmZtIbx4
2Pb02iFncbf7sQP9rUiKMJyqGUBXgtck1u0rH8SQ5SGWHePg1wx/s6cZ3gmTxHqgK88mOe4g
kVfFZ8XLIEb4ERING2tuUNAZpQrW93cpKQwFDE8Vysbxn4ULafI4HPPYFG3T2n5tpvqOldm+
Jh/eFNRf5049i5bmYVgyskK2sz18Rd2B2gg+LDUV7xTmGa49crQQTSelnrMEdl9VCl2o/usN
HH53EYT3MwyjbJ9K8M0h/wDmWOUCmvy9cnSHJcdzftne3B6XmMuLvChTWh/JuBJZt9kfTX13
EudY3MtI28Q5izfHXTCvQvfYp1D/AGyKRo2fOOA32axAb829szBnrUFezpPa+jcw0/uE6VOK
c4n49lg9DhrudpK0/CsV0Irig+VdRrLy/HXN2gYSY27hZRLTtQz7WHwpv1eWmY4Y5sbeQwXg
uIt1uG+P0tyGVkPg0bMNG8sI7ngmRZtsN5g8i2PDE9vynZoTX4bBppeP80hyYVvUjXJWjWcz
D4NcY94w5+bq32aMXuT7UxcisoSQ2VW0t8yqDvuDwrBdRgj4RsRqRMJyfNcGmBCyY+yvTeWy
N2HqY3JJ6qivyA8NbP8AzAxQtAjiW8nsLzCzSKVrH5ZN1mQT+IddQpZ3FhyUZACNBDb219JK
7dVQpbv6jL0+86qB3rq0tbrFY7D305a4v7LGRrHCJpDVidoG5vif6T/y3FZZVG/CZu3Zm+Ed
yrwHr/eZdBR+I0A1aexfthFJdZHKyxLzPORFhb2dv6g3LI6kURB1k6+b7orXpZ8R4vEjzMBJ
n86y0uMhdn70sh69PBR2AAoNeU+Ydz3+3Xfoxr8B+3RAoVJoenb4V0GNK1oD26/bpiKq6ip2
jcaE9SB/Xr/EBYeaEOoAHTqp+R0riOjL0DK1Nu7oR9mlCTSRCFfKjgslW/ePUlT/AEat/Rub
eWSNy7xlabY27r0718DoySYYy+jOGjSFlZ3Vu6tUqFIPY11eCRbvHiwIdbgh1QxP5ioNHqV6
9Og+Gp4Eyi3E/kubW2kMLyvatQGQA7W2r4juNTBJXgWHaRfWhaJNrdaiRC0bVNO6nUoS/tst
ER6k1pkYgJNpPYSx07/Hbp5I1y2Liagkjt5ReW4/uxPVlH+zXp4q+xmaK9Hx99IbW5YH8KmT
p9g1I9/xq74xfENLPCqN6UhPQlJITtYdK9dS/wAC5MJ2b/ExeQjS5gIHWgkZQwpXtUanuLnC
tkMcdsjXuMuGt2Qr0JEMu+NgPgZf1aey5TjrgYSda2GXuYxcRU/EsyqrqhHcdKamfB31jeXM
SCgxty1ndRKRWq7SytXuPKNGC7ubPMW4ootuQ26xy9DQql1D3qP3hqS8TjmUwrMAXusBcLOp
A6gmI7lb7KA6Nthue42/vYVIkwmft2sLgUoQBv3UIp3BppRyvgM020UGRs1W7tyCfMyyw+pU
fJ4jox8dztxxi8lFJceJGRHLVputlZox17n6dT89MsH8M5NYQHy2dzFH6o/eEF1aPBOjA/vs
fs8NGO4xOdwbuCsmy5XIIyDsrWt4qF1H/wAOp+Z0JLhuK3d26lSKT4K7k+CEGiq1f3umpfpb
vlXFYpvOI7lY8xj0qKgxywlmC/ZUae2sMtxjl0qt6kIgn/hl2RXuVYxbW+YkU6WPmHEc3i0h
YRyR31pHl7KSP98StHMr/rdj89VxMePtfXJMjY+4usRNCw7lljeVY2HwKIurZcLzXM4sOtLe
O/t7TJWkqGlA72xif/eo51Pa5bC8T56dlFif8q+QDw9K9jDMPscaSe+9vuU8FulJJvcLNOIg
D32KjTWzD+y2obew9xLTKXFx/wB3g5NiRJOjj8JubJ4JkPgQAPt1G2KxOLy8lu2x77jueiiu
UJPcw34t5BXsVedz8NLHmuOcpgto3HqXGRxjTx7R0JR41mQ9CDU0+3UeOyeZwd8t6i1W1uTC
X3dCslvcqULA9Cu4aW+x1vNxG9nAkGSxMkmL3buxPoFrV6/2tfVca56mXtiPyFykHpzkD8P1
loQD9u3TW3P/AGtteYY9FpJfJaw5ddo6EjYEuh8a019Fh8xl+CXkTlZrGwv1uLSJmHQTY3Ko
6xg/ALX56WTCe5OMzVltHppkbebHPQU6BQbiJh06UCDV+t5xMZyJkMMkVkLa6lkjfoZLSaGV
lLp3UN1qO2jieUci5XHFI8YxMORwcuJaJj0KXDw7reQN2qAD89O2OzEaOSQgmYqu8j7u9vKe
v9qunsfcb2uzOOfH3DRPyGysRdRMFIoRNBvdlegI6a9ew9w76W1dKW1nmOPy3kCIq+VZPRiD
qOlKnWH5zmJMXAl/YGe0tMdZJbg/Udm88McqKUodpJPxP/LudRRp6kltYi8QUrT6WVJiQPkE
OsTgeLWv1XKua30OF48W3ejBLdSLF687qrbEQPuLHwGpcdjJTnOU50Jc8w5lKtJr2YEnau4s
ViQsdq18STViSQm/cHp5iAPHRJNTWpp8e1P16p9vlI/q0NvSv3j/AM+j1BqK9afYT1112nyl
V29zQf8A37a3szov4o3WvUmlRXppxCY2eU/4qlkDLX41IrqN0nlDRnbICol8p6EN40+evSaG
GYoPyju2EhvChp0+GgRBdY9FYgCFywDV6t5a1Q/A6pb5S3ecRndY3KgrtH40WqswBH2j46gk
ks7fIhVaKecmkssDL2iDLISB8Op+3VlImKyNkcTvFkse5kuLeQAODHA4PSvXyr18NWlpj+ZO
06TvcW8F9tYz2pNZbZxNEG8o+71Pbvq9lgjscuzS78PLH+SZI6+aA+i7jeo6qSevw1LbZrhY
5DZRxGWC4iEZncUq0LDysrp31bnCZjLYmK8FLbDTSetGafeEaS1Ybfkemt1zb4zMvGwMNtkQ
+LvFHj6F2NnmPh+ZqMXeW5Fwe/B225y0Yu7NmHUbbnp6gINOsjaKLDi+XW8rHfcWMyRTsh77
ra4Chv8AdJ0WznGb/j6Hzi6a3cRx/IMocR0+TLo3OC5097aSgBLaa5FzGKA9PzDID/0q6ndJ
0vLdmDwT2e6ARD7pEqEstOvdToWnO8DLZsCI7fJXdp9bbt/aF3blZkoev+Jo3HHM9dBEQMWx
F5Hfqi/GS2mMU6fYXfQgvLTjvuNYKxU2WQj+gyAK9PItxGylq/u7ft0j3EvMPb0RmojkZ7y0
Q9gFMv1kQWvgsyfZovxTlnHeeWgfzY6aT6G6IYVp6bmSIn/e1I/LvbifCXXQXc3ob4HB+82+
H1ImH2rqWbh3Ib3BzIPzbWxvJYlUUp1hjMiqK+IiGpbiwu8RzWFaJLHkrOO5nC+K+vZOkpNO
v5ijRafBZ/BlCBJ/lnKG7g6djJY3f00xp+6glGobbIZjjmamoyrZcuxP8JvGLfCZok2kdqgr
9uoplw/JuIQ7AYcpxzIDM4zxowVzMaeNN1PlqCbH8+wecqBTHcgtWxk0gArTcgaKpHeiDTz3
PCcj/DJ9xe6wd39XEFIrujMLMRT5oNXNlmmxNzfvRR/mLGosxHgjzR+kwJp3bqDpWsMfcY+7
Fd38LyqzOI6UO22ySeZPlHT7dRjjHO9mzzizy9pdWaivUAy20skAPgfUR/s1JFzL2qxXN8cy
UlnsxYZJR+8aOltP17/hGmsns+R+2zE7/oLO4vcZDX4pDcCW1HX/AN2TqKXivui2Z3VMdnfI
oLLX8c9qxPSndlGoJcZi8Zy+Fl/Pt0voYLmN6nohYLuH9OpovcT25u+OTKDH9TmLGKWKTqAU
juiCtCeoAap1Ld46JMHLMoM1zjbmbHDr2JELeiSD++p1Hc8e5zf7Vo0b5KGDJx9OymaIwzEH
+zIumiBxnJbCSPZNa2t40TMpFOlpkI5ol6dxub7dTSZ3hHLfb/IqS75vCJN9IwNTu22zzxD/
AKKj5av+OM3N8ellbG9tuY3vpxWWVtiyKBFsUbWpJ1qAxAr10Li55Nks3BFH6VvY3fo+ko6A
M2yNWYinSpp49/8Al+bwUr+nHmrC5sXkIrtFxE0ZNPGm7Q47zK2GL9JPS+skb/hb6MsUWWKU
eUVNDQkFdRyYTNZK2sHpstWna+tAVp6g9OUMoWnWvhqGDkeCtMoj7Qbqyc286uRUbo23IdwP
SlNRL/Gjh555Ngtsmhg8/am8VXuPE69e1mjuoZOscsTrIpH9kqTogj1D4DsQP/VoKwDbhUhh
tI/+50tY3iP4VBr17du2mVJEO0AgMCDSvx76AlgYGhGxRuUg9yCtNRlbuSAjsXNDQdwC9DTp
216MMEF9tNH3Er17ihNaE/bqSW3tbm2lcKLkoWUL4dQu4dPiNRxxZKC5kmG+09aJHdWFTRnq
GIr8tLH9AbGS8O6dLC9aORWHaSFZulT4gUOgr5m5s5FIM8mUsvUEgrQD1Yqem/zOrorb4jK4
5qN68M6wzFj2EiyqKEk9GBGobrL8ayXH4oHDy20AZfzAKq5kti3lqPvLUfHVwcZyiRrq52uM
LdOrDb02SAsNxYfGvXx1ZsFxeXe3q8ksbSWbxbxQyL6QkUOB4haNq5t7q3yVxaxTj1Z5ZLe9
WdCan0UcxtGQPAE1+GvTscx/BbiUllsbq2urSGZPhLujKBx8GFCO2lhu+O4zLevuMeRwc8aO
WBpULbtGxIHfahOi2A5LkJrCJvzsblovr0Tr1UNRblaV8RqW4uuE4zNTAEtNhLkWl7u/unY9
T/arr6TD82yfCsuPNFx7l1sxgc9tqXKlSR/vHTx5TimK5NaMtZrjF3Echlp0DABoHNfgd+ob
PO4674pmCP8AhkuozFMjnofQadIpPDugI0pg5Z/FI3FYbyeV7O5QDwZ2RoHI6ffYfZpRjbqC
9mjdWENzEkwkjr2f6N5BtftuEJHz1OnJeDXfG8op63mDkDISD96n5TVr+vT3HDfcLLRWEdEi
t85bPcwbh95BKgSZaeO6ullz3t1h+VPFXfnOO3KR3o+JrE1vNXpWnm1FbW3LuR8LzkIpb2eY
jjvWFPw+lcJBct08Y6n56rbXGK5/YqQWXF3SJd7R29TH5YGQH5C5UfLRtudcVuOMCUlGXLWU
1jaPuNCfX23ViT8uv26/iHFr04W7kSkdzjJ5YCx7hluMXKTTr2Maj5aMdjyi15ZZwGv02Wtb
XKMBTofVg9CVa+Jbc2guQ4XlsJeQHaMnw7JPtooP3rG89Mn7FroY+/5xiLq/PWHCe4WE+kZl
PTYJ2UAfaG76a/h4NdY6OTq+e4HljLbhqVLC3cvCRXwav2aeHCe6px7SMvp4vlGPltplatAr
T2UiU6+Kxr9umeXAWHLoXb1GyXH8hbXTsg6dIrg20pp8DI51HbcvxF9gjI2yWPLWVxa7enUA
yxOjDuO4Hz1HcxY/GvJL1F1j/wApkJ7/AJlo9Af16Fxx7mmTx0lAscUkkeRi9OvRSsoEoFfg
R9upbSDK4XlWPP3cbcySWysP3Gt7sTQEdfFtCTN+0Gc4lcmgfK8XmmNup7F/SxzSrT5iBft1
Y47C8zt+P5K13Lc3eala5kvV3AxidGlsZFda+DMSO6tqKRMNFy3GB4997gbpbqkTEDebW+hR
x0NdqE/3vHVxh+UcZ5bxXJXV8bKykxmFyJimVnpFumAlSNm/ECaD4anyUd9f3uRu42jK3Nwz
xQxsQxRIwdtaqKmn2U/9Az4zM4+DJ4+6UpPaXCCRGBFD0Opcr7QXUVzjbpFju+J3szRNbhCS
DaTEOCr7irI4+xtCz9wuBX2EEhS3myT2xeGNACDKJ7bevSvTdTRixeX9COSQq9vKUnVY9pqG
kFfukAg99G6wmVvI4XiZoZsfOSJFj67jETQFh1HTrqK2zlrbZ6B3CiWZPpblo/Fgy1UkDofL
oW+WS641MfMs11H6kDD971Y91BXvUDVcRkrLJeqN6PZXMbvt+IFf6NJvdXRT5fWSj7j2oRQ9
9SEmRQorSNixXxqEbqR4aKeja30IrWGVvSdOnTyt4/r0fybjFMo8207gGr4dwdCdcpBkYgW2
r9ySleittPcfZr0r/AM1qDuGQWOK4VevSu0o4+2hOoYxkJLac0a0b6lzIFPQhorn7wr4DUd1
Ld21xBtG+3uoWgDb/FJot8X6uupUzfGUyFlIrfTXkfp3TxDr0IjCyFafEae3gztzjbvG7jZ2
/qmGGRKfdVLkEDp+HQvmvcPmY7VikkE9kUmhBr19WAkj5k9NSZA4fJYp7hWVbrj2QE6gnoCI
pC1Ae9ABq2ii5uMfsmCva57HGJ5VY/c3xP5e/fY416s2Dw2btDCDGcXdxvIWAoCqv6NG+xl1
M3IuH3+DuLiYNM91YTSGQjsfqYllr9u5vt1aPxflt7h5rq3JitLS9ZwJACCXUu+0/LauozPn
cfye5Wf0xLfW6Rz7O27dEI2qPsOv4Tf2dhyCwWPcttduJEcDuqi5V6kfJhpGW2v+HXzMfTW0
uzBCxHSiLMZYW6+AlXQs7flGPzlk0ZaTDcssxDG6/AXKia1b7OupLWX2zucHesrSWN1gcpFj
reYr976eb12tSxBqFaGOvx1DFd8u5fwrK7drQ8mgiltpyOoMbNGIWI+MbVPfStjctgufWka/
4ZlFtOSOvlWf1VJ+FGXVtmMtxnmPFZUGzJDHoWsnUfjdYjMlVNete2pZcH7hSX9wyM1lhcrb
wtI8lKhIbgGOVKkUpX9erm15Hx68jsrQ+nfWeWjiyNuoHUlork7yKeKznS3WBimxcqL6guON
ZN7dQAan/gL3fAPsSv26EFhzSC+BJBxnKbSfFSsOnT6y29aJ6j95VB019yr2eubZJdzPyHja
o8W4mvqG5xLgD5GRa6V+Le5F3HLCpCYnkSR5DZX8Ec49G8T/AHQaaauGj5RarGAzYq7jyNFH
iba8Edx1+G7S4zlGJGCcgh7e8V7BUZj+K2v1a1Jr8GOky2Gu/wDLk7g/S5WyN3h2cnuRd412
jf7NoGg9vnxy2yj6CPL4+w5BCysCamS2a0uE+FW9RtUbiSY6+XzTJxnMS209CepXG5eJGP2R
sv26+nl53kMJE5KtZ8zxckcKn9yS5QT2pB+clflpck/txguUQSDfFyThl+kEjV7sDaMp3f7m
iLfmXK+B3cZ2R23IbAZG36dBukXZNSvxbRfA5zj/ADyGKqgYrJJBc9OtWtb5CoPy3E/PUVry
XheVw7SyLGlzPj7uCB2by0+pszdQr1/FJ6a+OpYMt7NZrkeNSBWgvo4MbmUilJIYFTMs7L8k
U9PhqDAYXiHIeFrl7mWTOCyxeXwlohVCS5rJLaKT0oPUY/2V7h7Zb+9yAd9/rX0xnkHlAoGI
Bp0rT4/+hGhureO5icUaOVQyn7QdS3N3xiHGZGQEfxPGk2swr/ajpo3HAeetOI12RY/LpU+m
ooqevHRug6Cup4uX8AnydpGwEeSsU+sjWBV7KY/Op3CtSO2pYd8uGv5TJJtereiqqPU3RvtI
JHZaasziLm1uLiPcbW4hkMc0RUghlpRgCO/z1MkuancRKnoRZeL6hACaCrNSQqT0B3ait+R8
eG2Q+kLzGybgrD75MM22g+xjqK0t8hY3bF9hsb8m1mDqOwEwFT/d0piN5iPULHZvLQFW6qQT
UEaW4isLW+Ykh5gxtZW6dxJHVT/vajjnN9grhTtjnuI/qrfr2BkStQdSQXmPxOWhc7kuLKVJ
BQHu8EwUg/Y2lTIXF7xdl6RXkPq28Cv/AGHrsNe9AdBoMrZ5yNk/JyDxKshqarV4TGx+011t
y2Gl2qAFurcpkIJT845lDp+rRhtHtMJmlqJ4LaaXF3Dkj8KSVikr8CdXbQZK4e2Z/Ukjylr6
307/ALyXFq25OviARoi8s7bk6IhEF5iLyG4DLWqiexuRQ9Om6ldR5HM4WPj+QtqCWwmtLnF3
H961u4nWKX+6pB1Pd4TlmTscbkGIWQ3EGRtA1OiyIypLEx+Dbvt0Y73F8b5XNZUktWvoXsbs
KPxRyMrL1+IdRoXsnF+Tcbiux/x5xl2L6BXX8aMrSg6FtivcmylubMgxWeesXspJYz+FnXpu
p4hDq7+p4TZcnxytuWbEXFpkVjk+Jgke3mX9ZGof4jj8xw5pSPr8bPFd21luPT1Y454JIjUd
/TYj56uZOL8jhSeMmQQWUluYmr13skXqgf720/ZqCO2ulzNndL1tJokRWPihNs7RNXwDIx0Z
LO2ueFZrGzlpDbYldzihDRzQD00ljavdEDA9a6kDcSub8RtuhymCvAXYdiXtAwdC3em3SpyP
FQRXoPp31hyLEr6xHgfWAif9ddQS4b18TDfgIl1hsuyNWnVGtciGiYfAJ101pb364y7hr/x+
QxE+Pu2jp0/43EyLG4+cwb7ND+AyR80sEXa0cWQtsgCF6AAuttNWg7GFv72raXlHHsjxV7tT
KuRtI5vQjNabbhoFPpH5NHrZkrfDckmPRZ5reOaYA9CVmg2XA+0qNPfcJ5ZmeIXET/l28F2m
VsCR0/7vcFZVpXtv6a+ku5MVzixU7GYFQ7161a2v0Zf+g2m/zVwS/wDbfJTNSXL4Oa7wiufi
UjMlrL/vkL8tfxXhvuBj8nbLRgvIcfGnfupymGaONCPi0THVM3wq75Lil6C5xc9rya1KH8Sp
L6N8BTwqNGzLDj2TqFktVlnwtytTQj6TJqtuf92RtC+tbm2xeRuG3R3klvPhrlv7X1uOZVk6
+JBGtuJ5veZTFAAR2mXgsuTWhPhSVTFOi/GtW05vo+F8Eu7JSYs9YJdiS+c9NjWVx6bw0pXc
CQew1cwXeIwHuPayq0TR2WdnsUMDCjKba5R03/AmVfs1EMjxO+4FFPB6zNjc88+12oQoEZCl
gD3K9PAnVpYW7SSRWkaxpLM5klag+87t1Zj3JP8A6IKsAynuD1GmHIuJ2F7Mfu3ixCKdfmsq
UYfqOp5+C8xyHH5ZakWF9/xlvWoIG4lZR1Hg+p5LjjsHL8WQBJcYmVZWEYIJAtpwpUdOwY6h
TkeKuOL5cSmKWC4jktNiI1AuycAOWHWq+PjpnxuWhvppEJ+nuqIyxA+WTd2BJ8oNdQtiMhkb
GMQqGgqLi0MZHVjFJUVQ9+ujJlcLb5Paw9W4xrmzmdF/7QxPWInxoNfTNkExV1Mu9bTKo1oW
C9TsnTdGf2DSXS4dL2yepF1Dsn6H8ST2jbvsJ00WA5nc4lkX8/H5BEv7UGv3JA2xwD9hOpI7
vjWMCydVyOBuWtlkI6ljbnZQnv20tM1PiFkYoIM5CZbV6H8N2n3PlU6WW74pYcix7gOXx06T
tUdd6kivf5aUR3F9w7kSDapills50K9vUUnY4/3dCeyyuFzly5IYXtnFIJCPi0T28itT8QLf
Zr0XxmYxkqgh7ayvVvLaZfEww30cbuP7NCP7WpTc4zFJdMaXTzwT8fvEJ6FpFiDQMP7W7US2
OYz+LsvvWt/C0eexZPwWVfzQD8NwHy0LeykwmZuQw9eO2nlxF3IAa1ltpeik/FTqF+TcTycF
vEaPNf2EOQWKh6mOWOu9fmTXUN9hrlrBrgUn+gvpLRGJ/wDhTI6Kw8Adv26aLGc8v2sJU/4J
8javIiE9o5prSV0I+bq393UyTcVxeTvVUC6n41cW0F69PEArZ3FD3oIwPnqGK4znJuHxzyBv
TzdkL2yLn70TXNwjMv2fUMPlprvDc74zyKewGyCwyMc1pNEh7xNJaSt5T4MEXX1eV4VkJEWM
UyfHshb30vl6BirGKSRR4d2+OpbDO8tkxBPRLHm2Kk9I0PQ/nxkkEdKo1NPPHwrEZiKYkPnO
C5owIaeLQJIVLfAMDpbWw5vyTiVxZMVt8fyfFiaNK9vTubMRso+YXSzxY/jvPrcBVkusLkIT
cSIvi8F4IZQw+c5+zS2nKuMZvjlnK1DLf2dwIVWnVfU23ETivwAHz0kNzi8TexQNvt5bb0o5
oGP41e2cMhPwNPs0lxxTluRxsijpG84vE218Umo4P2aRsVcQ8vs2oht45VgljUDv6VxuRx/9
RdR23OuPnC2dyNqS3KhbZ/ir799sD/8AV0mWsrCDAZS58tvnsNcyYiUsfFZ7ZhC36idC44rz
+4vJIxWNMzbx3DSV7Vu7NraenxZ3f7NGHmnA4ea4hB55rFbfMREdiDb3SW9wo/ubz89Ljcdj
s7wXPXsmwWfHpr2yYzkEhDjb1SjHp2AofDVzGPcnHKWUNGc7x57O6Wn4Z5IWjWnzUV1ZwIvG
M9b5GYLJeWWcnjBNCQfQuYrio6fdq393V3NyiFtu9ktrK3lWM06H1Bc2ogehqRt2qPiurezt
IhDbWsaxW8QqQqIKKOtT0A/9GyWufwNlloZQVdbmFH6H5kV1cXHFri+4XdzChSwlJtjQ7gGg
eqkA9dGXA5Sz5pjkZPUg3fS3UkCklo6NWPzA06U09rzrhN7gZXmDPey27xReQMPLIgKMSKfL
VvdYjLLardQl4rK4oViRgxRSykjrTzA6XIYSaaxjI9VZsTKyxxKD5iyodtCaUqvjqVOQWWO5
TNb0Mct3AIrzaa/lpcQBW3U6g01GIrnJYS1lJVMffKMtYt0JcVJWZQPm+mXH/SXBKjcuJvVd
GB6ndY3YXb27AnQeWGbDyvU/V2pkx0hr1IaJg0Tn9WkOI5PZ5eFAuzFcjs1uY/N2UzJvKfaC
NKM3we+wE4Apn+L3rXNmSPFlQmnau10YaeLE+4Ebw1AXH5iD0d1ewPoARivzttfUcg4Q+Vsl
qwzeBK36KaUDBLdhMgI71jXU02F5BNxbKkUuZErBJJ17TrWFmPh5ix1uss1j+ZW0fWPGZZEu
QR4bJCIpY2+wnVTxXNcXkViZbnj9+Zt1BSrWV0KSr8l01vyObEZJqhZI+R4qTEShm/fuERY4
6+BYj7dJlMfY8l43AgItMrxvIRZm12n8Sq5d2X5LIR8tRjG89weZMNFkseTWdxjJHoR992Ek
Yc/EJr1bniuWexdvTu7vj11FkoQCOtYopZen2qhp4alssxDiFvnJ+l/jFj/D7liPweqi2zkn
5hvt1JJhMzm8AbVvUjhx9+uQhQfGJbkeoo+QI0GteeYfKWTeT6LkNrJa+qfBWZxLErH47qH4
amv+Sey+Nu5G89tm+OErNWnVjLinWbr4MsQ+ekt7T3A5LxVlorYTkSWmYtox8DHkVhmZftmZ
vlpWusNxbLTiIvaZrj91e8fu5AvUH6aeOaJie/kIX+1rba8k5Txb1CVNpnsaMtj5GY0IN5j5
J4lFe28g/LXrX3E+Hc7eMEtkMNcx2+RBXvVUEMw/UunaG75l7eSbvK1xXJ2Ar8RMPVC/7w0I
+P8AOONcsTokETXLYm9Y/AxXQkiJ/WdSw8m9uMl9NtpcTx2q5O3IYdHBsmn3qPEmNPt1G9wt
rxjP3BKvleOXD4aYuT+O39WLefkQ393VxZt7l5S8MzibD3f5eOvbZaGqyGGKJZwf/iIftOnu
bHmNll4w5eFHh+kaVR1CSSQM0NT4sY9HkOQblfFr+AqIYbH0L+1gaJuhjIiqa1qD8PhqSw49
z/FcvjhMYykWfxj20ltFLUUkVAwb7p8OtNYjIctwGDn5lahHvb/HQbbdZonYo8G9VYdKHr4/
+kmt7+zhvIHFHimRXUj7GB1JMmBPHb5yW+sw8jWp3H8RjXyMftGrqbgvNIM1DKVc2GVU2859
NNir9RD5aFe42ddRHnvtpfvBDLCZcvZRfVxbY/LuD29ZKUJ+8o0+Oxec+gupZJAbNlDoplqw
V60ZD0pqW6tmscgZaMjwdDEF6eZejBgB0pqS1GZ9SGCSQpx7LxC79W2RCwKiUFhv8KMO2obn
Jcdnws8tWgy3F7oxMAOu5rSclKnr0D6iSz5DheWIVb0LDN7sBlQValFvl/Lc9aCh66I5Fx7I
4NZfL6Ofx0eSsJB3AjvrYPuqPFzr1uOZ674pPIKn+GXgubQmnja3InjQdey7DoLeJxrndhMK
AXsZs7hx8nc3EYNOv+Kv2aW4yOB5T7YyyAEZCwc3uKZz28yGWKn6xqKXjfPcTyJdtFiu2No0
gHQCp9SAn7RpP848GvcU+5VbIRQvNZyDtuW4shcpQ/2oRqeXDXa4XMKD9W+PkaGao61lbGzx
SCh8XA/u6ePj3NbHktvt8uGzAtMluXt0aSO0nHT4iRv7WmkynBZrOcMf/E+K5GawuAw67hZX
wKsPkJVGltORZxksJXKC35vhKRk+Ctew+pB3/tE6EmP4qIopVWmb4Tl1aMq/dvpSxAAPxXVx
Z4v3LusSZSRJheWWMkCEjrX1kBQdB3Ca+pXjVhyuG3O+3y/Gb2JpwvckrHNbykH4VY/2dLZ8
qlyuMmZqHCcjtRNG6juYjfWysP8AdP8AvaS/is7Oxebc73+De4xO1v7f00klsW+bmui3Gfcr
JbJBvhsMukOSCg9QPUXZMR81fX1GW4Vxzlk0TbmvcZPJjrx/7RZx3+RY/bqRLTLc74Gymn02
RtI+Q4Qg+ADeoyj51Gicjifb/wBw5AWVrfGXsnHcuKGh/JuAyMx8ACuo7sYrmvAzMxL29vNb
5oWykVBkjs5iy/Yok1HjpeUcS5xM3ljxXI7aO1vWHiGt76OGdWp8CBp5L3gHI+ECu7+L8Vv5
foad94gcz2pHyJOjLxb3Uilu36DEckxMlvcvt7AXFiyMTQdKKAfhqwz3Ks1eYK+e3VJstx7M
XduWhBJj2wkGMkgipZQfjXVjjRd3GTms7eOCXLXpR7u59MUDzyIqBmPiaf8ApYpIiyIwoysA
QR9h0z53iNjJd90v4IxDOjfvLIlCD89S3Ht37gX2KZmLrjsoPq4mJp0Mp/MA6CnXpqSbO8Dg
5jYIm2TJYlhO7Kp7iF6OOlfHSYqd73iV5DIJZ47hGidJD97yTAd/gD308Vnd2uQjUBRFGwVw
KbtwDfEqD08RqR8fkbvB+oxkFlbeq1tMgPeeN6x1DHoCOo6aiblPDMVmJHNJcnjh/D7t37hg
beiElfMKr4HUseH5hluK3kUoWXHZyBb+yY120MyeYqfmBqZ5sUvILLcRLmuGXyXDKo7erjpz
+2ldGK5s7KLMRA+oWimwWR8xP3vTC1YePSmpZ+N8yzmERmrsuFTK2o69N7WjpIB83DfZqP8A
zHwjBe5dnbg7chjPQubuIfFVdbW9iNeo9KNj89GytOVcl9vMlSjYbOVu4l69BtyqCcAnt+co
0pxmVwvM8aE/Ka2nfE3DgfuxXP1Fi5A+Brox8v4XkMBvO2S7mspEiIPc/VWJniYde+xRo3WI
VLC9YkrfWJDBWHWpuMc6SJ/9Qfq0FwHPP8wWgO1MZl4rbNRNGvfrIIZx+rcdKeQe2tjLk4iV
TLcVyE2HujTuTZXwSvTrXeB89NbXPL8zxeJjs/hvNsW0+OkPYp9eq3Fqd3/zD9mpL1fbXB8n
hhpTN8HvRDdgHxVLKVJQPj+Wo1us+d8n4dPDJtW15BbpkYFI8qh/USOUfCpdjqJsZmuP84ta
D00tL5rG6aniILsOh/3WGnTlvCMzhbcmjXRtXaEVPWs1uZI6D4tplvsbisxE35bC5hguJO9B
5k84H2aQ8Pz95xW4iDBbTGXaPG1fja3QLinyamntLm74zzrGFt0eP5HipI1YHoQ8kHqxFvms
Q+3UP8C41yzishJ3DgXIEuIB18pW0vJAioD3Xb28NY2390r265flIrn62G6ljixlzEhIaOCY
45kEjJ+Jt3m1bWdurLb2kSQwKzM5CIoVQWYliaDuTX/029tybjGOzEbilbiBGYfMNSoOp7vg
fIMvwO8m6mG2mNxat2NGim3dKgdARq5+g/hnuTiGHnjtn+kumRPuj0Jd0ZNPGuo7L3F4Zk+D
ZJHVDPd28ttb9O1bhA0RINe3x1I3GuQWd1Z3Ox2s5mVj6oWissqVNCAOh099FbT2c0UO/wCt
sidu6MkEK0ZHiK9fjr6fNzWnLbeGSNRj89apdMPVYgKs5AlUg9AQemmEdtyDgd/HLJGk+Iuv
4jab1oa+hc/nACvZJV+WokxPKeNe4x2KyWV1IcXltganlW5KNUHp0uTqDG8zgzXEDO5VYORW
AyOKII6LHNIkqkH47j9uv4jjrKK1dzubOcOv2siAO++33Twk/IqmmfinuLBfx/f/AITn7U2b
08Qbm0MkLf740L7mPtQ8pQkzcjwISav9oXGOKsB4+aM6/wDzd9yL7D3kTCuHzsCZFd37gLel
dj9RGpLSCKx5naVJkhw+RgmkA8P/AA7KhSPs9c/LUcfIcMeL3LkrW8iveOymtOiSMHtZDUfg
NPnpcrBHFBMCrtkhZRTMh6+Z73DOrj+9Lr18DyTIZK1XyBYbu15HaMo7Bo8gPXQHttR10VzH
A8PkZPMwWwe443f0H3mW3uTJbsf/AKvXS+jyfmPt6TQRvnLFrzHAn8JuLb1YSPgaaEzYbgnu
1EUquSxMsdtlCOxq1uyTKfj0Glt5bLmvt3OTVImlTLYwMehYR36SJ8vKd2pb1/cCVuMm3K47
J4u0uMTkXnDKyGRJnmhkj2E1IUdegHwVyqvOECNcFQHYD4kAd+//ANgHtctjLbJW8g2vDcRL
IpH2MDqS/wAVip+GZdzuXI4KZ7Q7+9WRCFbr8RqWThXPLTm2PWhixOcT6e4AFQVWeGi9R8V7
6W29y/aXK4mFGBuc9ZRm8tt0QAjIkgBb7arqNeP8rijlkeiWEpBY08xDA0dSpNOo7aimtrCD
MOjsUngdSFL9WJINQen7dXdljM7e2TRHZHjb7/iLc1+80kMwYAD5U6aMvI+CWEjzRqxzHG5H
xN1vqAzbYiI2Ibr5hpDxf3PucdcO22PF8qgC7Wp0UXsAC/tB0lxl+OHJW0qmmdwk3qBlH4hJ
bH1Kf3k0tlyTF22RvgCjtkbWM3aEfCeL05hT4tqvFuU3uLptMFt9Ql7EjDsUivFJA/umvz1J
FZTWXO8OF2tY/VNb3DJ2INtfi5ieo8BJGNRz8y4Dd+3WXBK/xZLa4wEocnoy3mPaWxY/NpP1
aju+K+6X1nkHow8otIMrGy/AZGzaK5p077tS+tgE5XZRrWZ+O30OYh29wf4ffenOlfhvbTwZ
nErxq/dthgf6nAXBp2Gy5X0HPyU01Z8isMfibgZKIXFrc3NukF6jN4m7xzxEsCO5LaxvE2uL
rM2djE0ZbK3D38pWRi7RtNONzqpYqu78IA0scahEQBURRQADoAAO1P8A7CGOeJJo2FGR1DA1
+R1JLneEWMV+/VcrYr9Jcq37wlh2tXUk/tZ7s30MC9YuPcljF/b08FWYbZFp8a11Oec+055X
YgMJOQ8akF7UDpuMEu2bt4A6lxs2SfjWXkCCHCZONrCSJgNr7o7gIOvc0Y6RbO4tsjY3DOAY
HB/MTsQW6EEdeh76VrOa8xF16jesFd0Bp2IHb9WvpeT4zGcxAau6+tVjnjQeCTxBSD4g99LH
a5fknBZfuxbmXNY5STXos9Z0A+COugeN5fC+4NtFTdHjr/6O+CDtWxyJp/8A7I+zX0HPcLe8
XkYhFOZtpLOEsehKzSA2z/7kraGQlxUFjdXB3pmLFXtXcnqJDdWBDN/vdNet7e+4k1+tt1hx
uUiTIIpJqALq39OVPtap1c2nuxc4bP4E2ii1xMW68Uzs3m9VrqLdRVHSjU1a4bA423xGKsgR
aY+0jWKKMMxY7UUACpJP/wBiaEVHw09ry7huLzUbihae3QuPmGpUHTX3thzPO+3l4repDZw3
BurIN4D0JtwA+QpppbiwxHuthoYvSeSwIs71kBruMT1Vmp06EabG8545mPbXK9mjyVq8ERYG
lRMQYjT+9oTYLN2eUx8QGweoFLK3UgODtNR2NdWLhZo4UeT0GK7glSNw9QeABqCdR4yLLNd2
m2SGa0yH/GRy1AZOkobykHqBrC4vIcPbieQy98LJ87xe7mxcZkljYxyvBCQkilwEO4UqdW+J
sZZr6SNaXWWvNjXdywJIaZ0RAxFaDp0H/wBj5LPP4SyzFrKCJILuFJVIPyYHU9/xiLI+3eXl
6/W8fuXt0LVqN0NTGRXwpqe64lyrDe5WObyy47KxHHXjwkU9MPBWJj82XVtbe8XthnODrYJ/
w2UFmbywSZAQSbq0B8p7Dcnw1jMxwHNScknx2ShltLGyi+ouS31CSTW46LRaKHqwFKfLStQr
uAO09x9v/wBkrj/9Wfcb/wDWv/d+34vlrlf/AOwX/fh/+xv+N2//AC7+3+78v/Qf/9k=</binary>
 <binary id="i_001.png" content-type="image/png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAAPoAAAAOCAYAAAAG7wEyAAAAGXRFWHRTb2Z0d2FyZQBBZG9i
ZSBJbWFnZVJlYWR5ccllPAAAAyBpVFh0WE1MOmNvbS5hZG9iZS54bXAAAAAAADw/eHBhY2tl
dCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1l
dGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUu
MC1jMDYwIDYxLjEzNDc3NywgMjAxMC8wMi8xMi0xNzozMjowMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpS
REYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgt
bnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9w
IENTNSBXaW5kb3dzIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOkYwRTRGRTY3QzA4QjEx
RTJCRjVBRkM3REM1Njg0MDFDIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkYwRTRGRTY4
QzA4QjExRTJCRjVBRkM3REM1Njg0MDFDIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmlu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6RjBFNEZFNjVDMDhCMTFFMkJGNUFGQzdEQzU2ODQwMUMiIHN0
UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6RjBFNEZFNjZDMDhCMTFFMkJGNUFGQzdEQzU2ODQw
MUMiLz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+IDw/eHBh
Y2tldCBlbmQ9InIiPz5ZNgFJAAAOAUlEQVR42uxaC1RVZRY+l3t5qjwUBBYS+MAHOSiloI2B
NfgqDSKMGBlbmaNYo1NjmlOK4nOZLqlZNqtVii9G0sB0YTSjjgY56YCGWimCKZCP5CGKigjc
e+f7Tne7ztzFS8OJGv619jrnnv8/+//P3vvbe//7v4rZbFY6qP3R0qVLP7a3tzfb2dmZU1JS
1rURX8fVq1dvDwsLM2dmZm5tq7Vu3LhxHddKWrJkyccd+mt/ZFA62o9p3YxG44O1tbXmuro6
paamRsG9wvv6+noFfSQjfrtfvXr1hevXrzuBTNeuXVNIN2/eVMc7OjrahYSEfD169OhUV1fX
vMrKyn5btmx50mAwqDzy8/NjunXrZsjJyfEGL/tRo0btGTdu3Pvor2jFGg0XL14MwXpqc3Nz
fwcHMpFre+mll+LKy8tLAgMDD/v5+V3y8vL6EmMbWmKG9XbPysp6OTs7Owx8buE9A9YXrtPp
FL1er6Smpj4J3v26du16GvP+Oj09/U+nT5/ugj5jp06dlM6dOyv4RsXZ2Vnp0qWLHehfoCz0
2/J9fjOcmwKnQbmoV5ANqApznOgwuXtrOqL9/+hbg2GoriATAXbr1i3l9u3bKjAbGhoEmPXV
1dXRVVVVw3CtA6mgBEBVYGrGG8HDF8/6ko+WBOjkSTKZTHc8a1ONcwcFBSkbNmz4Y8+ePTMH
DBhQgLntaOhscBTq+wQDeS5YsCB/8eLFIS2Bc8+ePUkzZsxIvHHjhkKglZWVqWDimmSNffr0
UbZu3To9ODj4/ZacxsyZM3PXrl0bLDy4JvK1tbVVZePi4nIbwO5TWFgYHRcX905RUZHa16hC
4ByEBOTWQHdwcFCvTk5ON+EkvkR/A/jpOIbP6TjgKFTnwSvmN8DJZKAv18bGxo58OT/Hk5fw
I+F5MZbxHcXfAfSfpulBv4IhdkWUNBE8BCYNiWQBpRlXM4A2HCAcDWDqAQyzAJOgFNBhnAnX
TuAVhOeOwo8RmPxo8BKBtaBsjWxgTCppjVZLWqNuqXHtAwcOvIbIPeSDDz54Z86cOU/QMGms
3t7eqsEiSqrfhN/VJ06cGAiQfdcUP3yb2/Dhw4sxzhlAUb+ZQCJPyoDrJqAgO+XZZ58t2rZt
22C8VtMYL8jF6+jRo1GRkZF/wTrV6Ovj46PK69KlSypvyi85OfmT6OjovyE7SQHYHQjElppW
ztYpp+hDri0atEXu/DauUZslCMh5pTxAZaAi9NVhjE6cC9dsyTjoQAxubm5lePYP9J0EPwN5
ijMiiQMBLx34lGAZJe3NebQV0H2g5P4wHqOkrwJKiRrMYBFVRqB/HICpu3LlilkiJaONgA/j
TXivM+4HgewFsOyzToup/NZES+voIYbQGChbA8j72fitDz30UPEbb7yRARm57Ny5cyoAXhMb
G7viwoULoxcuXPgoZcAG0J187LHHSgGsmYhiZyDHnmfPng0AAGuQ6h+E7FyHDRtWgmfOlNPQ
oUO/X758+UpkDLvy8vJi582bt6K0tFSVHRxCNaK/Hwz1KuYdcf78eadevXoVwsCLCwoKZr/2
2mtzDh8+7Eld0cjpdMDrQI8ePXZhSxAFsD8YFRW1paKi4gFsDyLB15ag+alaU85Day/34jxI
dBz8fi3QLY6DjqICVIT+WmYe7GPGQ7JkHAp0pYdcK/F7D975CrwN2kxGyxO89JizAMu40BZA
7wLQPVxSUqKCE8+MMDhXeO6pUKwbrkZ6fUYcAk/2lpLyArx98F4PgpyGQB5aUJLuBpTWwm0M
mHcTKX9ujWl6eHj4uWXLlqXMnj17CQCuOjY6AcqYRoPUXgHAVPlPnDjxcziAzbNmzVpx5MgR
d39/fwUZQTzA6j137txVuCq+vr61Bw8eDEJGMBpp+gRkC/MvX74cgci7gs6WxrVo0aJ3Hnnk
ka9efPHFdefOnVOGDBlS/vbbbydhDbP37t3bk5Gub9++yqlTp1Qd8jcNnrrp37//hZUrV66G
83hl//79foyIv7Qmdqu9NuY4WmvfYtOSdVg7D8rXUqc4D9Cf0W5B6AQk80DGwasedlGF6zr0
XwVvPcf6+fkxKzmqgyIPZ2dnu5w8ebJ/cXGxCs6mFmod+eReC8Km0tj7BUrtXvNnuXeCTKg4
yk0agQfAFED5B5KSkmZQmbLPBRCrEe3fRKT+fPr06WnY0w/gvtjDw+Ma9sbdRf4BAQEXAeRu
cLr2dLpTpky5tGrVqkmI6p8gpXbE+zc/++yzMeCRDuB7WQysrnv37lVnzpzxFMcMAJeBjzOi
kAMcz0ak+AuRZcTDbpYh0qtOneMYBBYsWPAu1vk41jyA0UurI67hXrPHphz73dxb215jttic
fWr1c78ch3abYqkXqXS3jWslyBkQ6PThnAsMMTExSUgVuxw7diw+Pz/fFRHDyD0twOOEyP0w
FGRLJUkUl2KUpqr8Xx6tuYW1Nn1ujVNQjwzgBd3d3RmtFKSjXwIwpeBp0AqPfJoyMK2gre+t
iJmPHci2LRUNOdcDRAOw9+1BRyXGZJGpGd9m4vqlnkDFIWOqzcrKehQpcl8A21FTWHNA9D6A
ezeAcDAr/ZQFowW/AbKhXn3gRBw4B+Y1cIuEyGBiP+fmFXMzj6Sj2YEszgOgHsTx3GalpaWN
wJjkQ4cOOYJXHdZkxyyDa2SE6d27dyeMMWh1x7WR38iRI8/DiZzCva02u7PO9Hiv0QPrMHYg
X6zLBX0ujb0r82hkd6fPenxj15aiMfsof5mjue1BY7ybc3CNFSQlhdem/YjsdXCeR+FIb6Hf
RvroULFN45ZAZ9kWbIYuToOfrRRuoVvH5vboBvQ9zCIWDMIke29tyi4FMRjBb2CApHqm+DQK
pvCyv7YU0Fil7g0+/vwtfVIwE57aKrW1YBtrrLZin6gCHYZUinTGIGmNFFZAOgoEv78BHQKV
QBB6bcGGEVNSI0mheK/7wWrrQd8y2N6HoO66Y8eOFYi4CbJHRxRVMjIyXgZ4b69Zs2Yd5HAK
ij2L1HssMi+9Wq3EmilHXrF/zpkwYUIGUudkKPoyHIA3om8iIv8MOG9vGk+/fv1qc3Jygr74
4ouIXbt2TU5ISNgMee0LCws7jtRedRhTp0799zPPPLMJ/P4aGBiYW1ZWFgLn8QqyhqdTUlLC
OS9lQt1QLKGhod8iSByBzkOQIla++uqrm+EYRr7++usToH9bjmVbv379e+D7Z+5K7lFGTpQT
a0HElGXL6Q/59IYMnCAzkwQisSmpEWntik4A7zTwVAU2GswtEm2V2YgQ37U44TvbTtoyx/GZ
dRartR/t3lrsD2A8R92hX68FJ0FpAagtaC+eHWBBkCS8LO/zyuPFG5ivVUeg7aHq7on5+kP4
NgC82VohlixBrZBDuPFQni+Ucac+oHUelvFm8OmFKOUnx1/ijLRKbsphWCtKSBRmOdbhbxOe
X6CDwLVelEGyPrLheCqSisY9C1JFUNbf+T4jrBR0OAe9MO4rtm/fPg1p7x/4/YiKNZ9++mki
wDgcII8GWHRMvRARczFPwPz584fzm3guHR0d/RVS6Z0RERHv4ncFonR4UVGRA/bv12FEuQD8
qEmTJmXAOTjyW+EMWOSbgz3dcezBnwCveXl5eV6URUhISB3mHcLiELKFEdiHu2Hea56enjmQ
bQ+sZxH26YMzMzMHY349vx2ZQ1plZWUVnkcgje/LbwfIF/r4+FRPnjw5+cqVK6psly5duva5
5557H7pyB2DMkglCL2Z8sx30Oh46C2Y2KXqWAq2lEFsPfRoJUr4HverwjAGDQHfQBhTKUHu8
2VhtSBy8OHbRmwagxaBzlD31xOcEJrdQDCzItAwY9z30vB7jasDLxhro0DkLcczIWEi73HG8
9uObB74hEIpXnYcUAi0VfCkEGvG8KwxiBBzHUJBZsg56dWYrmsyCDsgfz3qKsUm/OA+p+N/L
3knOimkQNBryBVjUPq75o48+SmIxJTIyMlmO1mR/S+/OcVzXoEGDKpBC+4PXzWbqF25jx44t
xl7cme+SD98nX34TG42cjjQ2Nrboww8/bPJ4zRLlOvG47vjx4+4EBGVLPuRJPiLv3bt3T4Vc
H4iLi0vkXFw7soc7hUbt/xbudq8uqa04VomQoLO4pyO+A075cw6LVTwmg/O7CLCmaotVVsdj
5Icum2/aAzjbsv0S/hlXDgPIFsW30Ha1kmc3gORBgFDPf71p/1yjiRQ8BrSDw3gB5IdIxD/a
qIZMIFqd0fPYcSAcjadEKTmhYD8NEkZojI+P/2dMTMx7SJdX0pHQEAl01iEQrdXxfO7h4cEo
mdwcyC2OpWrMmDG7EXF/y3clinH95M0r18wKPiLx6uZArhoL5sO8axCtl5eXl/9wrurjowQH
ByvZ2dkqWCir/fv3h7/11ltzCwsLQ1NTUyPgyPRS2SfgCU4LEG/wTzBYk5HRU1JbRk+CkxkP
rmZsR96DbtWMyPpM3AJ2Zlhf0xaUjvaLBfr9aJUwqhwphLTQ9rWSp+wpjeI4ZIsB8NogRa4F
HWYg9vX1LZciEB3H888/n/vUU0/tS09PfxxguQ2grQsKCkptzaSzZs16E06kITc316+0tNRv
3759/hJNkcZvj4qKSsN8l728vPJaww+OYwUcR+mmTZt+j++xnzZtWs62bdueRkofQICyWdb/
fWJi4hMJCQnD4KQc4IxNEmlJACr3rBV4frzD3P5HZ4Md1L4I0a8f0t6zSEfN48eP/w4AHdcW
fAFwr7S0tGUAX86GDRt2wNkEtAXfY8eOTQkNDTVzvVw319+hx/ZF/xFgAKAN8z6w5v1CAAAA
AElFTkSuQmCC</binary>
 <binary id="i_002.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SBbRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA+wEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTg6NTg6NDYAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA+wEAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADRHgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBlAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A5HOJgrEuJmT8OVs9QMT5BY1vudrzx5gJKY4uPflXejSBMFzidGsa3V9lj/zK2Ls8
f/FrnZXTBl498ZYaD6Dx7LHEbtrLf0fpO/d3ss/4XYuZ6Hfk4uc52Lun0ni0NAJ9MQ97nN19
rdm9ei9Hy+qZT8aqusAEF9bpa3dy/wDOOxnsd7P6iSnhem/WPrHQb7MOxnq1Nc6rJ6fkjcwO
1ba3X+Zf/U/R/wCkrtW90nG6Vn2X5n1dsOL1J1Lms6ZcWnY6WvNlD3nbfS3Z+ja/f6Nn+iXN
/Wumyn6z9Tqtfve3Jf75Oo5aff8AnbVnMsfS8OaSyxh3NPDg5urXB2j2OSU9B+3+v4HUxjdZ
fJJ2b3MDHVyfp+z0vZu2+r6rffT/ADa3er5Yd0zLNLtr66Hg7TOsFrn1n+vu2vWd0n61YXUG
M6d9bamZdMbKs57R6tc+39I9g3/+hFf6b8+z1lY+tXTLsGt7aMj1PtzCa3At2ms+3f7Dt/TN
b7/T9Sm3+dr9P+ZSU0PqV/i/zuvhuflj7P0lxLRcXRY8g7bPsrNr93pxs9S39B6v+l9N9S9G
t6L0TpmJ+zsBopsoq9RuOHGy5zN2318n1DvbVvs273bP+DXN/V3Jzup9Of0XA69ZRdT6YwpE
Wij06rL8Vle9j9+C5z6NzbN/s9n6D9Itevp+BjfWK3Hvxnet1B11tuXj2upfWygUB9GRZTZ6
9tWV6lFluO53+Ep/n3+vakpzn12VWBr2xt1aXeJ9v+c1GJdUwuftNe3e/eQG+3X6Tvaxvt+m
uizvq0233Y9nubGxjwIEe0Na9sfmrnPrEGYvTsiq7dVY2osJ27nNL3NbQQz6N3qWFJTk/rv/
ADcHVN4+2bjnD3jYHer6pG+duz836X/ApLd+z1/Y/sOvp+l6Ez7ojb6vH85u/Tf8Ykkp/9Dj
s8zKx7mgu148QtfN1JA11WPcYOn+spKZY2RbjZLLqHbbK9WO0PI2u3B25rmub7djvYu9+p/1
k6Uem2UdVqNuQy1rmWNFbmljXetWfSyDXj43pWj6df0P3PYvPqa32WiusEudAaAO/wCK3OnY
wsfTjOdtbYCwFhlrnyfs7HO9uyvItd6P0v8ACep+k+gkp9DZmUfbnPxXNyH9TvOXZdZ7mVjY
yutmONnqPrufT+jqrZ9oyKvT/wBN7JZ+D0vIe49Qwm5eQWir0i1rrWsPubbkmstbRfZsc/3X
foWI2HgYuBbtpqNN+13822LwLI9RmM2x9v2Gj2++6631X/8ABqp1PDy762P6WN2Rgkvbj0ui
qWne+vJy3fz9z/f+ib/pP0ySnlPrL9UOkY7P8lW2MzARGE4+rW4EavblbWel/b+msHpt9lOS
zHzt7KcS1u9lk/omWODbvafoM9T07F6YcT7aK7a6/s9IaXG+yA5oH02trdv9+zd+lt+h/wAY
vPvrX1ujqWXccFzX4dBayhwb6Z2tDR6vuAstdbY5/wDOfzdXpJKdsdS6h9UcjI6TjYVWddl3
nMwcx4Nppe8ej6lGN7q3X1Na/a9n6T/jKlq/VW/MfeemVC3Nz/V9XLusAdVhixzbMh+bc51b
8jqFtjPUtw/9L6dFv9GvoXMuqy+v4fTsIuFOMzG+0OyHCdtdT3Y2UXbTv2UWs/Vq/wCX/wBc
XX/4t+o3Y77ui5mN6GV6tjLLg3S2/HDfV/WBuZfZ6D69/v8A+H/wiSnu7nBrH2HgSf7lgfWn
pzsx+DZW3dfjOfkWMHLq6W/m/wDCVX3ssr/64tnNx7cisVteaWmSXt+kDw11chzd9f02b0Ng
e7Ksscd1lFVdDnAQN7pvucP6/wChSU8buHok7hzO6dPGf81Jbx6DQOrNs2zhvabvQH0Ra0tH
pO/7rv8AU9ZjP+DfX/NJJKf/0eLzCZOuqyrhr/qVr5Q9xPgqVGFkZ+ZXiY7C6y521gmNT/K/
N/lJKS/V2sDIfk2NBZWwtZu9rS50Nd73e31G1uVgi7ByrKQ1xw7Xh8kwanT6m5lnvZ/UXon1
SZi9L6fX0qqqrIzam2Py7Gbdhhx3evke9v0X10M/P/7kej/Nrieu4T+m9Q+zkeo6wOdVVuHq
ejPqU2W7v0dTNn+vppKfQ+nb7umY2Xs2uyGMuc0WQHuePUfZbk2Ofbdtc7+p/wBZ2LP6wx+Z
6GLXlCnCFbnWVUtO15J9ntmv9VpZW7Y+59dNz7P0dFqj9XWYlfRai+zGyTjOd6prO1lUn1Ws
sfYx9z3tbZ/oqGf6P1FTy+qHIy78rKGzEY4V0VN95u2+ypmz2/Te3+Ya3/jklJ+l5tdGTViY
VZcxhitriT7nltk+6Nv9Vnp1rlvrDiC3ql3QcCnbGS81M2lrPVtO+x1VkNf9lr3ekz/gGeor
WT1TqvTXWdSx6qnZOM8PNVm63c1+71S703M/ea/2qeP1LIzqsfqN+c29ors2te8uyWF36fMr
c5rafTx63t20/wA19NlFP+DtSUw+qrOp9HqyHW1G6vH34+f090eq1rHOssswXP8Aoua4eo/G
+hmf5i9N6Tb0vqHS8O7CfXk4tQY7HcNdj6xsa6D76r6/oO3e9eaHoeNZjdPzMZ12N1vLDrvW
Zkmp+ri+l72ZDrLX+l+j/ov84xbWLn9f6RkdOnNPV3ZdzqLL3XbaBA09etzN7/Y591djb/Wv
tp9Kuv1PYkp9CJI7bvAefYLkem9Tb+1sjFbdZltwnFmZmHaWPyHDa7HpY3bu22Nvts9zPS9i
0ep9fFXTr78cbHClz69wIeSW7aW+m/Y5lr7HVs9y5lvUqOkdKoqw8b1WU/oBYC0VuvY0Oyn2
bT7rPb6llrklPc/a8f0vV9Ru3w7z+7t/eSXEO+t+EdgFd4xWY7nOskfaTe41vZ+hn7H9iZ6b
6fp7/f8A4P8AwqSU/wD/0ub6r0nIxKTc+yiwMtFNtWPaLrKrHB9jBeKN7Gb/AELvoW2e+tVs
LpmVUDkZFLqWkOEOltpEbT6bPa+v+uvVsT6r4/Ty/LteMZ11IZmBrvY+zcb35TXP99VnqOd6
Pv8A0Vf83UszLyugdJtxKcfpv2urKtFP2u2XV1iP+G9R+Ra7+pVW/wD0iSnF6PmZmB0zO6li
+k176/SnI9ldYZ9C6jZtZZulv6KzZ+56i4Prt4vzvXdZZkWOaw3W2gH3kcV7fb6W36FP+B/m
q/0a6r/GLiZXT83Gxbbd2LkNfczEYAyuoh5Y1mxh9Ozn+dsXK5TLX479x2NZpHYuaYLX/d7U
lOv9UekWZrftWQBbi1S4V2EuabGkNZtqrsZ+k93u9Zn83/0N/FNbKxkO9P0wHDFZU2GsrP8A
Z3evZt9/+j/m1if4v+pV1ZF/TL9G5YFlTh9IOYD6jWf8I+v3M/4tTwuqEtyKcgj1Kg+1gADT
Y4GXNYwe31L932p/+D/n/T/cSU2uqZDqMWy2k7LA0bXefH/SWN0mll9eSGFlfoYz7XSNosJ9
tOJtq2eo6y13qf1KVZy+tftHFvosqZUCAzHFY0BBG/1tzt73O/ferX1ZxK24+VjZxjFdbVfl
2M3BzK8Vpe2xllP6WrZZkV/pG/zf9T1UlOxknKrwbKLLLqMsGrExcbKDcqkPYweo/EzXsc5n
ovdY9rPV/Q7P6Oh9RycJ+NfhsAxMsFgmsCmwXY5FtWZU73tpr/m9213rWf8AA/zy1+nDJ2m+
57c/GZLKMlu3cW2fpcvJuguoydm70rbq/S/R12/olxXWuqY+Z9ZBl49RGPa8MqaCXGyR6Trf
Td7m+q7Y6pjPZ/o0lNrp/UesdTsx+m5DjkFpJNjC4us9KXs9Z35z/V2b7/V9lK7TrlFdf1dv
0Df2XW1zNBDmvb6e702RWzfvVD6odKysfrGbZdQ6u6nFrZ6d2npOyXutsD/pO3vqx2O2Vf4O
z9J6at/W+6rF+q3UL9xtdk1NwwZA/Si1rYbt+i1my3/ttJT5Z9qv9I1+o7bumJEcyknGFlHA
fkCt/psc2X+AcHlr/wCq703pJKf/0+1vwb8i435lhdWCTWbIDGg/R2VfR9rfz1VzMHFzsUsD
Dcyh7b2XO0AfUd7W1D8/+Vv/ADFr34+K9zbrHtbS1oL6/wCUST/N/m+p/wCCJem65sbTTS4Q
GjRxB/ej+bb/ACGpKeE/xm9P+19GwupUNaBiP2WtAMgXhpdY930fTqurpb/1xcJW2q6o743P
EuDuxj81v8r/AEi9q6UMimvIxto20P8A0G4wHNf7/B/sZaLd3568/wD8YvQ8TptlHUcNjWW7
nMza6mBlTTZ+kxXem2fTfZF3sfvtf/IrSU8M5lteUG1/oLK4fjWNk6g72Fr2/Rcj232G2vOA
2v3B1h09trDtNe3+zvQzl2vY6h9YfviYMQ4e5r2/ylE+lfQ4Nlr9HPaRABHtbbX+b7m/TSUm
tcxj221t2VWjexo1A2k+pX/1v8z/AINav1b6s7BflkD1b7muDSSQAAah6jnu9v8AhLfpLGsc
bMZgYA3a7ieDEO/suaFFjnvvbTW5o9Ova87NzNxDfUfts/wjtvvekp6fqP1npZ06zBxKasb7
ZNbxU/1LNu39LZZXU0Y7LMjd6Xs32fzn+jXNgurBuDjXY0NsDm6uaWObYNh/ebtWhQ3D6b9X
sp7qd+V1IirHvs5bVU9jr7mfSd78j9D7P9D6e9ZgcXNd7oa8bSedu72+539pJT630bPycl1m
WxrW2dZtus+0PBNZ9AMrx/Sq9j7N2DVvazexZf1hwb7fqv1vFa92XkUZ1b2ja3eC91Fvp110
tZ6fqOynu2K90EP6r0bpVmO11ZwnsZfU0ipgdWH4GYDfX+l3vx3vvrqpez9Gty52B0qp9zKx
vu2h5qaf0jmD2149TfdZbs9nr7vofzliSnhx9Vchv1PdZ+kPVLLWzhmIArL8cYrafpfan+v6
z6/5z2V/o0lfHV2ScoX2+ocgXuyp928bnMER6f8AQHWYHpens9H/ALTJJKf/1PSfSrtoLLmm
Kn9p1j29vinO7QPAbIhlQ7AeKFVn9OfeMRmTW6/dLWCxoc5zQd7GUsduc1rWO9iO5hAPd5+k
8jn/AF/dSU5lhsF2XiNdbW66HU2UgF7fV9r7qfV/RfonNt+n/wCCLgeudTzb+rn6qdJwH5HS
Md5bmi7c45V8i+/LzMl36xb6Oz1q/Tez1LP01nqU+ljruerdYwekWU/aHn1MwurqqmXvLPe5
zWx9Fk7f6/p1sXkf1q691LG+tOXl9PyrKqzabsdzSGlvqsG9jx/0H12JKb/Wvq/0enFLWUPw
8m8H7Od9mzez3Fjq7/Z6H9X31LjK3llpD5a7UOBHfgsc0/urcof1/rONldUycwfZumelZe2w
73ANB+z+lR+c11zaqbPf/PX77PZ6tlWL1DqWZ1TPtzs6z1Mi8g2PgAaAVta1rIa1jGNa1JSf
CcGvcyZA9zR5/R2ovU2WY1jcqvX1pa466EDj83/raXTqWmLXgw0QJ/FTdQ697n3O/Qgwysnl
wB2uMf4NiSmOS1mN0llXrNvzMl7LLRW4ObXWA52Pj72FzfUc6x9ltP8Agv0X+EXR9J+psVU5
GRm0mtsPzKWMcXVD6dU+r6TH1unZkZFXqfZt/wC5+kXF6VusZu3AAtEd+3tXV4XUqcGi7rGM
637S9jA5jjDTaQ1m6Pztuy13/FpKe7yuu9M+q11OJg1uqqvDn2YjYe4uHp115Vpu9zbLmN2P
/Tfpf89aDuq9EyGEZX6G8sD3VPLmOaw+72smqzZ++zDtvXkeD1G7JvycjNu35uW8TY8hnuhx
b73ba6m7nez/AEa6Hq+ZgZXVH/YMhmS2A1pYS5sta3c1rrB7nbv3f5z/AAaSn0j1sL9kbv1X
7Ht3B25v2bnbP0f3vZ6ez19//CJLxb9X/bYxPQtn1vSI939I3fz/ANl3fS/wXp7/APhP5CSS
n//VxLsy3CyMXqNJAuw7W2jxMHc5v9V/0H/116zidc6df0AdaD3twmssue+z6Yawu3g/y/bs
Y1eUPZW6h9fO4Q4/l93/AElt9HygP8V3U2ZVhjAve1rDrAc6m+lu385jn3+oxJTzz83N+sPW
H9czHn1PVDMTFrfD6m1+6sMcPdVRR6v6S3/C3+q9W8D6t05768ekVNpx7N1uRu32gvc591bm
EHdd/g6vV9lrPRs/wdq5jpdpbk7m2mqwjaA0hrnAnc9m+H+C9L+rOLRsddgb68W76eRkPdbu
dofT9H3eo+n/AAt7PQZ/XSUp3+LkPwM3p+PeOn05bm7ywuyHWtqD34zb32OY2vbkvbdkekz9
Js9KtZuF/iZorc2zqPVC5ggvZRUG6DV0X5D/AG/1vQW31TqvV6/U6eMhmLRjfRzgN1t7Ya9o
NLNnp1srs3WbP57/AIOn1PUF0H6zYtJvY11mTiVFxebC11j3NG6y8bi2v9z2tSUh+sP1T6NV
9Xcp+Lj0dOqx6wWZ3pvda/3Na1vrud9o9K1+z18r7P8Azfq/Z6r15hRjdWyScTArdmOY2XDF
abIaCWbn+m36L17r1r62dF6NcMfJuL806tx6/pa8epa/bRRun/DWq702/Fy8X7XiM9Nt5Lrg
G7H+oPZY3IgN3XMc3Y56SnwirHp6fXkY/UK215jQWW1kzaHD8wsO1tW391bn1YZ01+NY7Mx2
XV2stuDLAHtaavToZbtP5++19Va9O6r9Uvq/1p5f1DAruucQXZDJruJA2N3ZFJZY7a3/AEi4
jquP9VumYlNuA9+PXcX47aK3G17qm2fobWPvLq6635Ff2nI/wnpXfov5tJTxf1iwqMTMpuxW
GqjIDXOpJLvTtb7b62k/Sr3fpKf5C0Pq9XiBpuvF5a97hY6tgbSAPzr8xz27GNn3+l/26qHV
LL+o5OPTW0OsMNrYCDrDWbZ0+g1u9dz0mjH6b0ctqoN+RVZWyuW7i+25w2NpZ+/6iSnE/wCZ
/Uf/ABSF7P2Scr1RofW+zB/puy/sez+ja/zf856f6RJei/snLPRP2O3b9sbhxZkkjf6xf9oo
oY/+xkOt9v8AobEklP8A/9bDLw1j63iCyPb4yp29QOL0fKwckh+JmN2Crs29230LnP8Ap7am
VO937/pq71Lo92Pc6tw230FzCHj2uLT7Xa+7a7b+jsasDqdlj8Yi1jhj2xW9xH824fQf/ZsL
WpKcHDqtsubtGlR97+zYP0nP/wBXr1zpXTcajp+FRbT6FlTN1gtd9AuJvvffW0+hu3u3+7f6
X83+YuB6bl/Y+oYj3+nZRjemXh30a3t/RtyHafzbrPdud/N2+neu36h1Kr0W0fROU4QTL3uq
rItyPZXu9Kn2/Zt9n85Zb+Ykp5D6xfWR1+Rn5TW+m69xox2z9Gtraq2f2vs7Gtf/AMKsr6uX
dRvyDiYdLrX5Dmi57RuIqBl9O0+yuu1x/TWP/wCgu1u+qv1fzsjHyLai010ucMcEMFgNm9tm
XbWd7nV+t6Htf6ljPR/T/o/ftBwpobh4+PVh4xaAK6WtY0lv+k2R6rtv+kSU4J+qeTe71+r5
xyXHdZdW0B1hscdzqnXvBr2/8SxdNi57qsVlOITVXRowbi4tk7vUe55c+z3O9+9Uw5v87uG3
84u/iuc/5wWZOc23Bqy8ippinGxKTZun9F62WWlj3Mf9PGoakp2cv6zZuX0rJyGkZNjRtp3y
GEOO0Wtxd1bN/vb6fq12Kp0P6k5X1gyBf1Fz6umVkCsyQ+xjRsYyn9yv0x9Ni0+k/UnKqzqb
+oltdrMtrqhWQ71KqiMv9Iz+boq9jMf0WN9T6b13o3aFJT519YPqp1npnW6Mn6p4DG4Zx/Rt
DQyza57pv/R5J3b9ldWy17v+uLW6Z0POZZV1nrl7WUYRN+PgUkPIO3az1b2enQ+7+Rjt/SW/
o/tHpfznV3VG1w9Q/ohrs7OP/Cf8G3/Rqpltqyc2rEsG9tQblW1anRrtmMHN+g71Mhu9v/hZ
JSL7Hn/Y/tMN/ae77QKZ9odO44jbJ/Oq/VXXf+iklpbHfT/P/D+p/wCZfvpJKf/X1uuY7+s5
VuZgtLmgjfXbLbXQNrX0VNj1voeypnv/AOoXF39TxftDcPOqfW2t+y+t3drvbbXa32vqcz/P
XttWLRUwNa0e3gnn71xv13/xd43XN2d097MLqZ+m5wiq7/jy1rnVXbf+1DG/8akp8x+reA3I
61lVV3uHobnVvrd7nta7bo53tcx9f0/UZ7/9Gt/A/T9XyPtFjha0uZW3QNaxom173M2N3bXe
mz/Bs/SWfTVX6jdNsx+q51WQx9Wfi/q91DhDPe9jW+4e7f6jH/2Fep+rH106f1PKtd0o5eNk
XPDbarq9+0u3eo0ep7mbP9PWz+vWkp02V0sfiuqJe1rQ22NZFhdtb/Zs9NyuXZTup329P6YP
UvoY12URHp1gn9E667+ZbZ7fZV6nrv8A9Grtf1Ryf2XkV15H2fPt3elaNfTaPbVXzsa6yr+c
/wBHa/8AnP0a3uk9H6Z0zptODh4wooYA81HVxsIG+y5/+Fu3fnuSU8SzpmX1q53ScFltWPWC
3qWTdW6sTO12Pj2WD027/wDDej+k9P8Amv8ASLtujdDwOjY4ow2BpgBzwImOzW/mtWhPYdvw
+CbkgeJSU5YfVb9ZthDnPwsOGkMcWtfkv32h1ob6Ndno4tHsfZv/AEi1wR8I5WB9WG5Nrc3q
uTY9/wC0cmx+NW5x2sx2kU4+yr6Ne9tP9uv03/nqv9dvrI3o3TR6F7asu61jGsB/SbDu3vrG
rmfmbrdv82kpo9X+sPWrLc2qjMb0+/pcnNwmVtNnoH31dQrycn1PVxvSdV63pU1/Zrv+D/SL
P6B9bX9Nstd1KmzLyM7YXZRe02At3bcS3dtY2vGpd+jYxv8AP/af8JcuY6vfmW3UHqNwvyaQ
bambKxWKoBY8ZX85k42XdZWz9La9ltfrb1U/ahzmkz7jHqbOW2N09Td9L3bfZakp9VH11xDj
HJ9D9WBA3+qzdqHH+b/spLivtuEOiDO21b3fod+1u45oH+j2/Tbv9T/R/wDnlJJT/9D1RRsE
g688KQOii46d0lPF9Z+q/U7PrIet4L6Xssrqrsoe51bpq4s3tY5t39p7HoV/Wczp/Vqg7Dup
tsHpvofudS4GbGbbKPXZva5trqLPT9R9Xq+n/N20rs3890IAxoTHl8dP+kkpRLm1l20ue0T6
bTJJidgP5yxbut5YILdjQOwHI/tStkjewtMhpBBIMGPj+auezemVgl2NmUvB4rscGu+Asb7P
+ixJSY/WW0NO6ljjGjg5waD/ACm/+ZKtmfXWjHwcy9lbXZGHU55IdNYsiMdh3bHvdbca2+kx
yxrm3Oc6gzU1ulljSCePoUPBe138vI/7a/SfzeP1P0fsuNiYIayjIyKfVub7qa2Vv362v31t
ssvaxjd7/wBNbv3pKe9weo42F03HwwX25FFLA42RLjEvss2/R3P/ADVxn1yxs3Jbdlsf6zLd
tl9GyfTazdtzabW7n1fZ9zfX/wBJR/xKv1u9IPZW17ofttM73eofpOvP0vU2/T3qp16zMe3E
wMZr215ZP27IaCGV4zA45G693spddXv/AOt/8Ykp5fpFduXZb1D7KMlpd6OPitcxrABO576X
ub6jffY702f4a71bEj05jb3XYmFkYVrZLrDXd6DG/Rd9prsrc9lH+k9/6P8AsLe6pnfVvCwq
azULmVUBmMGVNua+oFzW7rHj0vdZ6rvV9Xf6nqpsKjpXUei4t3UWNwsl5dFdNz6w2HENstbb
bb9JzXP9K3/rf00lOQeq9SOC3oPoO9dpLRTHu2uc3Ocz6G5tO5n231/9B/USR/8Amz9XPXBH
Vsb7HEOHqj1PGv8AP9P+b9Rm7dsSSU//2f/tKDpQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAA
DxwBWgADGyVHHAIAAAJAAAA4QklNBCUAAAAAABCdfnjOjONHs0B7XFb7LjbiOEJJTQQ6AAAA
AAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVl
bnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVy
TmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUE
QgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0
bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAA
AQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29s
AAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAA
AAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAAB
AAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAA
AAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVu
dEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJv
b2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBj
cm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9w
UmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RU
b3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAA
AAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAA
CQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxm
ZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0A
AAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/
////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4
QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAAC
QAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAADIAAAAfsA
AAAFAGkAXwAwADAAMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+wAAAyAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAAC
AAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH7AAAABnNsaWNlc1Zs
THMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dy
b3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2Vu
ZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpj
AAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAA
QnRvbWxvbmcAAAMgAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxU
RVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2Vs
bFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VT
bGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VC
R0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAA
ADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAA
AjhCSU0EDAAAAAAe7QAAAAEAAABlAAAAnwAAATAAALzQAAAe0QAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9D
TQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4O
DhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBl
AwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUB
AQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFh
EyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKz
hMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIE
BAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUG
FqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW
5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A5HOJgrEuJmT8OVs9QMT5BY1vudrzx5gJKY4u
PflXejSBMFzidGsa3V9lj/zK2Ls8f/FrnZXTBl498ZYaD6Dx7LHEbtrLf0fpO/d3ss/4XYuZ
6Hfk4uc52Lun0ni0NAJ9MQ97nN19rdm9ei9Hy+qZT8aqusAEF9bpa3dy/wDOOxnsd7P6iSnh
em/WPrHQb7MOxnq1Nc6rJ6fkjcwO1ba3X+Zf/U/R/wCkrtW90nG6Vn2X5n1dsOL1J1Lms6Zc
WnY6WvNlD3nbfS3Z+ja/f6Nn+iXN/Wumyn6z9Tqtfve3Jf75Oo5aff8AnbVnMsfS8OaSyxh3
NPDg5urXB2j2OSU9B+3+v4HUxjdZfJJ2b3MDHVyfp+z0vZu2+r6rffT/ADa3er5Yd0zLNLtr
66Hg7TOsFrn1n+vu2vWd0n61YXUGM6d9bamZdMbKs57R6tc+39I9g3/+hFf6b8+z1lY+tXTL
sGt7aMj1PtzCa3At2ms+3f7Dt/TNb7/T9Sm3+dr9P+ZSU0PqV/i/zuvhuflj7P0lxLRcXRY8
g7bPsrNr93pxs9S39B6v+l9N9S9Gt6L0TpmJ+zsBopsoq9RuOHGy5zN2318n1DvbVvs273bP
+DXN/V3Jzup9Of0XA69ZRdT6YwpEWij06rL8Vle9j9+C5z6NzbN/s9n6D9Itevp+BjfWK3Hv
xnet1B11tuXj2upfWygUB9GRZTZ69tWV6lFluO53+Ep/n3+vakpzn12VWBr2xt1aXeJ9v+c1
GJdUwuftNe3e/eQG+3X6Tvaxvt+muizvq0233Y9nubGxjwIEe0Na9sfmrnPrEGYvTsiq7dVY
2osJ27nNL3NbQQz6N3qWFJTk/rv/ADcHVN4+2bjnD3jYHer6pG+duz836X/ApLd+z1/Y/sOv
p+l6Ez7ojb6vH85u/Tf8Ykkp/9Djs8zKx7mgu148QtfN1JA11WPcYOn+spKZY2RbjZLLqHbb
K9WO0PI2u3B25rmub7djvYu9+p/1k6Uem2UdVqNuQy1rmWNFbmljXetWfSyDXj43pWj6df0P
3PYvPqa32WiusEudAaAO/wCK3OnYwsfTjOdtbYCwFhlrnyfs7HO9uyvItd6P0v8ACep+k+gk
p9DZmUfbnPxXNyH9TvOXZdZ7mVjYyutmONnqPrufT+jqrZ9oyKvT/wBN7JZ+D0vIe49Qwm5e
QWir0i1rrWsPubbkmstbRfZsc/3XfoWI2HgYuBbtpqNN+13822LwLI9RmM2x9v2Gj2++6631
X/8ABqp1PDy762P6WN2Rgkvbj0uiqWne+vJy3fz9z/f+ib/pP0ySnlPrL9UOkY7P8lW2MzAR
GE4+rW4EavblbWel/b+msHpt9lOSzHzt7KcS1u9lk/omWODbvafoM9T07F6YcT7aK7a6/s9I
aXG+yA5oH02trdv9+zd+lt+h/wAYvPvrX1ujqWXccFzX4dBayhwb6Z2tDR6vuAstdbY5/wDO
fzdXpJKdsdS6h9UcjI6TjYVWddl3nMwcx4Nppe8ej6lGN7q3X1Na/a9n6T/jKlq/VW/Mfeem
VC3Nz/V9XLusAdVhixzbMh+bc51b8jqFtjPUtw/9L6dFv9GvoXMuqy+v4fTsIuFOMzG+0OyH
CdtdT3Y2UXbTv2UWs/Vq/wCX/wBcXX/4t+o3Y77ui5mN6GV6tjLLg3S2/HDfV/WBuZfZ6D69
/v8A+H/wiSnu7nBrH2HgSf7lgfWnpzsx+DZW3dfjOfkWMHLq6W/m/wDCVX3ssr/64tnNx7ci
sVteaWmSXt+kDw11chzd9f02b0Nge7Ksscd1lFVdDnAQN7pvucP6/wChSU8buHok7hzO6dPG
f81Jbx6DQOrNs2zhvabvQH0Ra0tHpO/7rv8AU9ZjP+DfX/NJJKf/0eLzCZOuqyrhr/qVr5Q9
xPgqVGFkZ+ZXiY7C6y521gmNT/K/N/lJKS/V2sDIfk2NBZWwtZu9rS50Nd73e31G1uVgi7By
rKQ1xw7Xh8kwanT6m5lnvZ/UXon1SZi9L6fX0qqqrIzam2Py7Gbdhhx3evke9v0X10M/P/7k
ej/Nrieu4T+m9Q+zkeo6wOdVVuHqejPqU2W7v0dTNn+vppKfQ+nb7umY2Xs2uyGMuc0WQHue
PUfZbk2Ofbdtc7+p/wBZ2LP6wx+Z6GLXlCnCFbnWVUtO15J9ntmv9VpZW7Y+59dNz7P0dFqj
9XWYlfRai+zGyTjOd6prO1lUn1WssfYx9z3tbZ/oqGf6P1FTy+qHIy78rKGzEY4V0VN95u2+
ypmz2/Te3+Ya3/jklJ+l5tdGTViYVZcxhitriT7nltk+6Nv9Vnp1rlvrDiC3ql3QcCnbGS81
M2lrPVtO+x1VkNf9lr3ekz/gGeorWT1TqvTXWdSx6qnZOM8PNVm63c1+71S703M/ea/2qeP1
LIzqsfqN+c29ors2te8uyWF36fMrc5rafTx63t20/wA19NlFP+DtSUw+qrOp9HqyHW1G6vH3
4+f090eq1rHOssswXP8Aoua4eo/G+hmf5i9N6Tb0vqHS8O7CfXk4tQY7HcNdj6xsa6D76r6/
oO3e9eaHoeNZjdPzMZ12N1vLDrvWZkmp+ri+l72ZDrLX+l+j/ov84xbWLn9f6RkdOnNPV3Zd
zqLL3XbaBA09etzN7/Y591djb/Wvtp9Kuv1PYkp9CJI7bvAefYLkem9Tb+1sjFbdZltwnFmZ
mHaWPyHDa7HpY3bu22Nvts9zPS9i0ep9fFXTr78cbHClz69wIeSW7aW+m/Y5lr7HVs9y5lvU
qOkdKoqw8b1WU/oBYC0VuvY0Oyn2bT7rPb6llrklPc/a8f0vV9Ru3w7z+7t/eSXEO+t+EdgF
d4xWY7nOskfaTe41vZ+hn7H9iZ6b6fp7/f8A4P8AwqSU/wD/0ub6r0nIxKTc+yiwMtFNtWPa
LrKrHB9jBeKN7Gb/AELvoW2e+tVsLpmVUDkZFLqWkOEOltpEbT6bPa+v+uvVsT6r4/Ty/Lte
MZ11IZmBrvY+zcb35TXP99VnqOd6Pv8A0Vf83UszLyugdJtxKcfpv2urKtFP2u2XV1iP+G9R
+Ra7+pVW/wD0iSnF6PmZmB0zO6li+k176/SnI9ldYZ9C6jZtZZulv6KzZ+56i4Prt4vzvXdZ
ZkWOaw3W2gH3kcV7fb6W36FP+B/mq/0a6r/GLiZXT83Gxbbd2LkNfczEYAyuoh5Y1mxh9Ozn
+dsXK5TLX479x2NZpHYuaYLX/d7UlOv9UekWZrftWQBbi1S4V2EuabGkNZtqrsZ+k93u9Zn8
3/0N/FNbKxkO9P0wHDFZU2GsrP8AZ3evZt9/+j/m1if4v+pV1ZF/TL9G5YFlTh9IOYD6jWf8
I+v3M/4tTwuqEtyKcgj1Kg+1gADTY4GXNYwe31L932p/+D/n/T/cSU2uqZDqMWy2k7LA0bXe
fH/SWN0mll9eSGFlfoYz7XSNosJ9tOJtq2eo6y13qf1KVZy+tftHFvosqZUCAzHFY0BBG/1t
zt73O/ferX1ZxK24+VjZxjFdbVfl2M3BzK8Vpe2xllP6WrZZkV/pG/zf9T1UlOxknKrwbKLL
LqMsGrExcbKDcqkPYweo/EzXsc5novdY9rPV/Q7P6Oh9RycJ+NfhsAxMsFgmsCmwXY5FtWZU
73tpr/m9213rWf8AA/zy1+nDJ2m+57c/GZLKMlu3cW2fpcvJuguoydm70rbq/S/R12/olxXW
uqY+Z9ZBl49RGPa8MqaCXGyR6TrfTd7m+q7Y6pjPZ/o0lNrp/UesdTsx+m5DjkFpJNjC4us9
KXs9Z35z/V2b7/V9lK7TrlFdf1dv0Df2XW1zNBDmvb6e702RWzfvVD6odKysfrGbZdQ6u6nF
rZ6d2npOyXutsD/pO3vqx2O2Vf4Oz9J6at/W+6rF+q3UL9xtdk1NwwZA/Si1rYbt+i1my3/t
tJT5Z9qv9I1+o7bumJEcyknGFlHAfkCt/psc2X+AcHlr/wCq703pJKf/0+1vwb8i435lhdWC
TWbIDGg/R2VfR9rfz1VzMHFzsUsDDcyh7b2XO0AfUd7W1D8/+Vv/ADFr34+K9zbrHtbS1oL6
/wCUST/N/m+p/wCCJem65sbTTS4QGjRxB/ej+bb/ACGpKeE/xm9P+19GwupUNaBiP2WtAMgX
hpdY930fTqurpb/1xcJW2q6o743PEuDuxj81v8r/AEi9q6UMimvIxto20P8A0G4wHNf7/B/s
ZaLd3568/wD8YvQ8TptlHUcNjWW7nMza6mBlTTZ+kxXem2fTfZF3sfvtf/IrSU8M5lteUG1/
oLK4fjWNk6g72Fr2/Rcj232G2vOA2v3B1h09trDtNe3+zvQzl2vY6h9YfviYMQ4e5r2/ylE+
lfQ4Nlr9HPaRABHtbbX+b7m/TSUmtcxj221t2VWjexo1A2k+pX/1v8z/AINav1b6s7BflkD1
b7muDSSQAAah6jnu9v8AhLfpLGscbMZgYA3a7ieDEO/suaFFjnvvbTW5o9Ova87NzNxDfUft
s/wjtvvekp6fqP1npZ06zBxKasb7ZNbxU/1LNu39LZZXU0Y7LMjd6Xs32fzn+jXNgurBuDjX
Y0NsDm6uaWObYNh/ebtWhQ3D6b9Xsp7qd+V1IirHvs5bVU9jr7mfSd78j9D7P9D6e9ZgcXNd
7oa8bSedu72+539pJT630bPycl1mWxrW2dZtus+0PBNZ9AMrx/Sq9j7N2DVvazexZf1hwb7f
qv1vFa92XkUZ1b2ja3eC91Fvp110tZ6fqOynu2K90EP6r0bpVmO11ZwnsZfU0ipgdWH4GYDf
X+l3vx3vvrqpez9Gty52B0qp9zKxvu2h5qaf0jmD2149TfdZbs9nr7vofzliSnhx9Vchv1Pd
Z+kPVLLWzhmIArL8cYrafpfan+v6z6/5z2V/o0lfHV2ScoX2+ocgXuyp928bnMER6f8AQHWY
Hpens9H/ALTJJKf/1PSfSrtoLLmmKn9p1j29vinO7QPAbIhlQ7AeKFVn9OfeMRmTW6/dLWCx
oc5zQd7GUsduc1rWO9iO5hAPd5+k8jn/AF/dSU5lhsF2XiNdbW66HU2UgF7fV9r7qfV/Rfon
Nt+n/wCCLgeudTzb+rn6qdJwH5HSMd5bmi7c45V8i+/LzMl36xb6Oz1q/Tez1LP01nqU+ljr
uerdYwekWU/aHn1MwurqqmXvLPe5zWx9Fk7f6/p1sXkf1q691LG+tOXl9PyrKqzabsdzSGlv
qsG9jx/0H12JKb/Wvq/0enFLWUPw8m8H7Od9mzez3Fjq7/Z6H9X31LjK3llpD5a7UOBHfgsc
0/urcof1/rONldUycwfZumelZe2w73ANB+z+lR+c11zaqbPf/PX77PZ6tlWL1DqWZ1TPtzs6
z1Mi8g2PgAaAVta1rIa1jGNa1JSfCcGvcyZA9zR5/R2ovU2WY1jcqvX1pa466EDj83/raXTq
WmLXgw0QJ/FTdQ697n3O/QgwysnlwB2uMf4NiSmOS1mN0llXrNvzMl7LLRW4ObXWA52Pj72F
zfUc6x9ltP8Agv0X+EXR9J+psVU5GRm0mtsPzKWMcXVD6dU+r6TH1unZkZFXqfZt/wC5+kXF
6VusZu3AAtEd+3tXV4XUqcGi7rGM637S9jA5jjDTaQ1m6Pztuy13/FpKe7yuu9M+q11OJg1u
qqvDn2YjYe4uHp115Vpu9zbLmN2P/Tfpf89aDuq9EyGEZX6G8sD3VPLmOaw+72smqzZ++zDt
vXkeD1G7JvycjNu35uW8TY8hnuhxb73ba6m7nez/AEa6Hq+ZgZXVH/YMhmS2A1pYS5sta3c1
rrB7nbv3f5z/AAaSn0j1sL9kbv1X7Ht3B25v2bnbP0f3vZ6ez19//CJLxb9X/bYxPQtn1vSI
939I3fz/ANl3fS/wXp7/APhP5CSSn//VxLsy3CyMXqNJAuw7W2jxMHc5v9V/0H/116zidc6d
f0AdaD3twmssue+z6Yawu3g/y/bsY1eUPZW6h9fO4Q4/l93/AElt9HygP8V3U2ZVhjAve1rD
rAc6m+lu385jn3+oxJTzz83N+sPWH9czHn1PVDMTFrfD6m1+6sMcPdVRR6v6S3/C3+q9W8D6
t05768ekVNpx7N1uRu32gvc591bmEHdd/g6vV9lrPRs/wdq5jpdpbk7m2mqwjaA0hrnAnc9m
+H+C9L+rOLRsddgb68W76eRkPdbudofT9H3eo+n/AAt7PQZ/XSUp3+LkPwM3p+PeOn05bm7y
wuyHWtqD34zb32OY2vbkvbdkekz9Js9KtZuF/iZorc2zqPVC5ggvZRUG6DV0X5D/AG/1vQW3
1TqvV6/U6eMhmLRjfRzgN1t7Ya9oNLNnp1srs3WbP57/AIOn1PUF0H6zYtJvY11mTiVFxebC
11j3NG6y8bi2v9z2tSUh+sP1T6NV9Xcp+Lj0dOqx6wWZ3pvda/3Na1vrud9o9K1+z18r7P8A
zfq/Z6r15hRjdWyScTArdmOY2XDFabIaCWbn+m36L17r1r62dF6NcMfJuL806tx6/pa8epa/
bRRun/DWq702/Fy8X7XiM9Nt5LrgG7H+oPZY3IgN3XMc3Y56SnwirHp6fXkY/UK215jQWW1k
zaHD8wsO1tW391bn1YZ01+NY7Mx2XV2stuDLAHtaavToZbtP5++19Va9O6r9Uvq/1p5f1DAr
uucQXZDJruJA2N3ZFJZY7a3/AEi4jquP9VumYlNuA9+PXcX47aK3G17qm2fobWPvLq6635Ff
2nI/wnpXfov5tJTxf1iwqMTMpuxWGqjIDXOpJLvTtb7b62k/Sr3fpKf5C0Pq9XiBpuvF5a97
hY6tgbSAPzr8xz27GNn3+l/26qHVLL+o5OPTW0OsMNrYCDrDWbZ0+g1u9dz0mjH6b0ctqoN+
RVZWyuW7i+25w2NpZ+/6iSnE/wCZ/Uf/ABSF7P2Scr1RofW+zB/puy/sez+ja/zf856f6RJe
i/snLPRP2O3b9sbhxZkkjf6xf9oooY/+xkOt9v8AobEklP8A/9bDLw1j63iCyPb4yp29QOL0
fKwckh+JmN2Crs29230LnP8Ap7amVO937/pq71Lo92Pc6tw230FzCHj2uLT7Xa+7a7b+jsas
Dqdlj8Yi1jhj2xW9xH824fQf/ZsLWpKcHDqtsubtGlR97+zYP0nP/wBXr1zpXTcajp+FRbT6
FlTN1gtd9AuJvvffW0+hu3u3+7f6X83+YuB6bl/Y+oYj3+nZRjemXh30a3t/RtyHafzbrPdu
d/N2+neu36h1Kr0W0fROU4QTL3uqrItyPZXu9Kn2/Zt9n85Zb+Ykp5D6xfWR1+Rn5TW+m69x
ox2z9Gtraq2f2vs7Gtf/AMKsr6uXdRvyDiYdLrX5Dmi57RuIqBl9O0+yuu1x/TWP/wCgu1u+
qv1fzsjHyLai010ucMcEMFgNm9tmXbWd7nV+t6Htf6ljPR/T/o/ftBwpobh4+PVh4xaAK6Wt
Y0lv+k2R6rtv+kSU4J+qeTe71+r5xyXHdZdW0B1hscdzqnXvBr2/8SxdNi57qsVlOITVXRow
bi4tk7vUe55c+z3O9+9Uw5v87uG384u/iuc/5wWZOc23Bqy8ippinGxKTZun9F62WWlj3Mf9
PGoakp2cv6zZuX0rJyGkZNjRtp3yGEOO0Wtxd1bN/vb6fq12Kp0P6k5X1gyBf1Fz6umVkCsy
Q+xjRsYyn9yv0x9Ni0+k/UnKqzqb+oltdrMtrqhWQ71KqiMv9Iz+boq9jMf0WN9T6b13o3aF
JT519YPqp1npnW6Mn6p4DG4Zx/RtDQyza57pv/R5J3b9ldWy17v+uLW6Z0POZZV1nrl7WUYR
N+PgUkPIO3az1b2enQ+7+Rjt/SW/o/tHpfznV3VG1w9Q/ohrs7OP/Cf8G3/Rqpltqyc2rEsG
9tQblW1anRrtmMHN+g71Mhu9v/hZJSL7Hn/Y/tMN/ae77QKZ9odO44jbJ/Oq/VXXf+iklpbH
fT/P/D+p/wCZfvpJKf/X1uuY7+s5VuZgtLmgjfXbLbXQNrX0VNj1voeypnv/AOoXF39TxftD
cPOqfW2t+y+t3drvbbXa32vqcz/PXttWLRUwNa0e3gnn71xv13/xd43XN2d097MLqZ+m5wiq
7/jy1rnVXbf+1DG/8akp8x+reA3I61lVV3uHobnVvrd7nta7bo53tcx9f0/UZ7/9Gt/A/T9X
yPtFjha0uZW3QNaxom173M2N3bXemz/Bs/SWfTVX6jdNsx+q51WQx9Wfi/q91DhDPe9jW+4e
7f6jH/2Fep+rH106f1PKtd0o5eNkXPDbarq9+0u3eo0ep7mbP9PWz+vWkp02V0sfiuqJe1rQ
22NZFhdtb/Zs9NyuXZTup329P6YPUvoY12URHp1gn9E667+ZbZ7fZV6nrv8A9Grtf1Ryf2Xk
V15H2fPt3elaNfTaPbVXzsa6yr+c/wBHa/8AnP0a3uk9H6Z0zptODh4wooYA81HVxsIG+y5/
+Fu3fnuSU8SzpmX1q53ScFltWPWC3qWTdW6sTO12Pj2WD027/wDDej+k9P8Amv8ASLtujdDw
OjY4ow2BpgBzwImOzW/mtWhPYdvw+CbkgeJSU5YfVb9ZthDnPwsOGkMcWtfkv32h1ob6Ndno
4tHsfZv/AEi1wR8I5WB9WG5Nrc3quTY9/wC0cmx+NW5x2sx2kU4+yr6Ne9tP9uv03/nqv9dv
rI3o3TR6F7asu61jGsB/SbDu3vrGrmfmbrdv82kpo9X+sPWrLc2qjMb0+/pcnNwmVtNnoH31
dQrycn1PVxvSdV63pU1/Zrv+D/SLP6B9bX9Nstd1KmzLyM7YXZRe02At3bcS3dtY2vGpd+jY
xv8AP/af8JcuY6vfmW3UHqNwvyaQbambKxWKoBY8ZX85k42XdZWz9La9ltfrb1U/ahzmkz7j
HqbOW2N09Td9L3bfZakp9VH11xDjHJ9D9WBA3+qzdqHH+b/spLivtuEOiDO21b3fod+1u45o
H+j2/Tbv9T/R/wDnlJJT/9D1RRsEg688KQOii46d0lPF9Z+q/U7PrIet4L6Xssrqrsoe51bp
q4s3tY5t39p7HoV/Wczp/Vqg7DuptsHpvofudS4GbGbbKPXZva5trqLPT9R9Xq+n/N20rs38
90IAxoTHl8dP+kkpRLm1l20ue0T6bTJJidgP5yxbut5YILdjQOwHI/tStkjewtMhpBBIMGPj
+auezemVgl2NmUvB4rscGu+Asb7P+ixJSY/WW0NO6ljjGjg5waD/ACm/+ZKtmfXWjHwcy9lb
XZGHU55IdNYsiMdh3bHvdbca2+kxyxrm3Oc6gzU1ulljSCePoUPBe138vI/7a/SfzeP1P0fs
uNiYIayjIyKfVub7qa2Vv362v31tssvaxjd7/wBNbv3pKe9weo42F03HwwX25FFLA42RLjEv
ss2/R3P/ADVxn1yxs3Jbdlsf6zLdtl9GyfTazdtzabW7n1fZ9zfX/wBJR/xKv1u9IPZW17of
ttM73eofpOvP0vU2/T3qp16zMe3EwMZr215ZP27IaCGV4zA45G693spddXv/AOt/8Ykp5fpF
duXZb1D7KMlpd6OPitcxrABO576Xub6jffY702f4a71bEj05jb3XYmFkYVrZLrDXd6DG/Rd9
prsrc9lH+k9/6P8AsLe6pnfVvCwqazULmVUBmMGVNua+oFzW7rHj0vdZ6rvV9Xf6nqpsKjpX
Uei4t3UWNwsl5dFdNz6w2HENstbbbb9JzXP9K3/rf00lOQeq9SOC3oPoO9dpLRTHu2uc3Ocz
6G5tO5n231/9B/USR/8Amz9XPXBHVsb7HEOHqj1PGv8AP9P+b9Rm7dsSSU//2QA4QklNBCEA
AAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABv
AGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAA
AAAH//8BAQABAQD/4Q6raHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQg
YmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRh
IHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYt
YzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRG
IHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5z
IyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
eGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
c1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94
YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3Jn
L2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1
IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE4OjMyOjI1KzAzOjAwIiB4
bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxODo1ODo0NiswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRh
RGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxODo1ODo0NiswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1w
LmlpZDpiM2Q2NTNhMi04OTUxLTE1NDItYjVjMi1mNDE3MmQ0MTg3MWEiIHhtcE1NOkRvY3Vt
ZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDo1ZGUwNzBlMi0wYWI5LTExZTktYmIxYi1k
Njc4YTFmYTQ5ZmYiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpDNjlCQkJG
OTU0QTUxMUU0OUMzQkE4RDI0QUQ4OEM0MiIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90
b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNl
SUQ9InhtcC5paWQ6QzY5QkJCRjY1NEE1MTFFNDlDM0JBOEQyNEFEODhDNDIiIHN0UmVmOmRv
Y3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QzY5QkJCRjc1NEE1MTFFNDlDM0JBOEQyNEFEODhDNDIiLz4g
PHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQi
IHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MTUzYzcxODktOWM0ZC1lZTQwLWE1MmEtNTAx
ZDVjODM1NTUwIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE4OjU4OjQ2KzAzOjAwIiBzdEV2
dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0
RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmIzZDY1M2EyLTg5NTEtMTU0Mi1iNWMyLWY0MTcyZDQxODcx
YSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMi0yOFQxODo1ODo0NiswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFu
Z2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlv
bj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSA
AAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcX
FyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4U
FA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEI
AyAB+wMBIgACEQEDEQH/xACzAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAADBAECBQYABwEBAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAABAAAgICAgIBBAMAAgIDAQAAAQIDBAAREgUhEwYQMSIUIEEVMiMkFjCgJTMRAAED
AwIDBAYHBgQFAgYDAQEAEQIhMQNBElFhInEyQgQQgVJichMgkaGCksIj8LGistLiMMEzFNHy
Q1Nj4YNA8XOzwwWT0+M0EgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADJpahQRBlA
3ERS1SvpoR61C/ogvYViZvQqQZAmjkydw3wHRGny3ZhOIrq5huuowbg+N8dSPneiGqZ+gWi6
5bObxjHp7x6fFKTq6oh0WqUyxNLC/poEAWpa3oJuOwwsSQmBo4h0a/mDBpehQBhgBkoUHaSs
eoeiYPT6TzLmkWO6+cpifTMM4ubiLXFU0ui44p3ufk9GKYnWZRxw93PE70g6hjnukGhAuRi7
WIY0+IRpv9sY/Q2goK9wWdo5QoFgYG1Lk+mxahhlCVk55tTTNKbeOcpegMJQlBlGDi4T0eg9
X0ntjI6oE7JDQ1Mk49RE5kcP9F+eg6zJa1JLtIkOs2fn+kdNg7TpwKXc4BjdJi7JfyphvJfQ
MTrcD6GachEN1SAaPO4a515cbQCUGyJCYXILQgahKlF2M4ztnN2g9L+OZregEZBgqWGeFepE
W8DtapGpnGNd7MYNy+TccYzXQPF91wZX0wR6/iZiAhA+C7vNmO+LxXWEZPSAOZW1YEcXWySz
TEnQAu2cX2mFvmboLNjqt9QRX3BmDTaVMy9iHoJ4DibCRjdZlaRaYqc3QlAIiDBCLUFMVPT6
D1bweMDUKN+uFs+QE+HcF/mf1H5qJ+tJ6CFFPMDKRbxS8wXbRk7XU+d9UbOJu4xiAYGD3ubk
6ff4XZOgIQhkZ2msc53HKdOaMiKV9bwsjr1MOujikZmpzR0DKbpaR2OdEQYIRRAq2GUggynv
eJ9PjzC9zpRZZDoDZ/QAQ7IRrg+5+cnT2f8ACzFhCeH2Gcc6h39D5zHTpGNS9STA8bbHPNhD
LvAMndxDtCM7IqO/CGj0XI6w854pp+rc96PHvR4jE3VDmESNDcVkJehDmh3GCHeoCLQDrcZ6
Y8ei1CCj8XtHh7vfm3RHa05nxtr+gYxiIms5CpDoinqqqmpUcA+a6zMOLjRzjxgWHdTKbNnn
e0zzCbwxjxs98N1CCB02Pi9gbcz4iLQUpNA9bQcgV0IL0+LzWxzgiCKDIIpS4ytZqR70ExHj
1o8Xj0BWosaF1AGnr4DgVlPRGHi5QyiwAo1mvDC8eMkOisDFpycWLt8gUSZXOyZ5XqjlM3qs
ENqcnrg5p145sek9MePRIAZk3iwS54voCaOajSzC5A2OeGUYMJRFRFGUrehHvULeiStxkPEr
ccpeCSFObi9tYGVeQTDS5bLYscy8/gnTWCcCEywHQo4K8q/lkIyI0N7kesGeXYEZ8M1Oo6Dh
ehOusm2WiJIRbTACdqaGTq5Y8SaEYu1BzUxQxhEEUEUYMZhFKzUpM+PVvUi8XCMXoXtHi29g
6htWYkGZKT1mfHgqGEkepGYbInhJ5ixAS8AFWRMEVfSPdBz/AERnME1A2TtkPn3R5e8a/RcV
2ISYsCklSvrQUzzwNxaCs+8K871SRxI7jKDvQqK9ClbVIrMEWrYk62wHzdzLE9Xn9I0B3XOx
WFrgTUWGU3rAyRnDWEmQ9pJPGhZewxy3XCPn28k4YqmiiLauWybnScL2oTP1ah9GfGI3oeLW
r4n0eIicQJ7NdNEuRrBJ949WbHzcRBlBkoCi1So71Ke94r6Lnt/G3AgxeM1LWzxp/B1DX6Dk
ewLF8AutLYvj72UZbj1S4ITDnQIaBFdMw8ZhAhFuxnPTUbpsENJ7humOjtW5Hp8ei3iImD2H
uBM2FeaOn18HUHrrMnpmp85ESgMJqA4IIgRIK0nxW3nwmhsNnN26DnBcTCRSzADQ7Dg+mNyq
KxqI+aApaeUeONUqvooEHXMbLYjHCp93iGHuo7ITkuj5k3n+MbOm5zX2BfpMZw0PDIW9WC0e
8VVY5AzDj6ct6LliisO0oucYK9AdCVB1vUHEjPUuYF3nGduaVh2J5Dqsc55dtQLSJDb/AC+w
dFBrEXGMXQXAGfEwLpFUDVVRO5wOZ1A2innmmwk2ArXVMnC+i5pw5eiwTYMlvi/X8awdfZIo
eArBOK6nmToiR49ddEfkW2DyVOWHBEGVpapQZKAql8VfB1IB4meadMveBL6axzoug4gikvj3
Sci0dQOljyo1DOdscuGmcXHpgIXKQ5M5VjriYO+VEiwI9PzfSk4umsKb46h1paPnW0LfNm2N
phKCqLoDdJWrrmIkz4BqYhg4KlAUKIoMgyB2qVixS+qgUPNgD/Vcj2QHPLyAzzLa4O9CBrpW
N8OPuA7a1wFioFNH1xcRqA4tBPO6KYAxDDVFnyOv4to11M3XFJJYAbVQB4vV/PTvScH05oDT
XAsJ6g/p0Kc6vqIGJ6ipqezjDY2nDEp0XPg6FAXuNsHowIs0kceaIIwxtLh+e1MkrYckHCcd
aV6gAN1IyNmjB70DI8OxQfqmQI6wc68DRtGovu83JvSW5yj1NAdWQ0yc0yZgC1BDStCGxoqa
45dM4Pn+t5c51cgQ11rn0bFrlHS8rqbBxbXSIAD28LL6XjLaO0M+phls9ApKmgMSo6ke0c8p
2Ludpi2Rs5oxKTZQZBk+kguB1UyAHWDV88b6DuGdQnppgM/pMco8Y5zVW8kZLlPEJaAQJ7PG
q+cZddrONbkes5EwRXGTb0nZXHunDdquwIrbxTLMY4OyNweFt4ZipmWLEiQgooBG6kRMeOp6
Lh+tJxt7mAruK4OR6g4ziKmuJHRMJRhYvsY2ubuG5rnN73sY2WcToC9xkMXm+j5YHtZGiMKs
2EOs5TuhgFlzwNQAxyHW8Yc/FbhDVOfQWHbC15ETVVAf5vRqcj1vNa50JjQfPMvaxD16tAok
wNRxMF71yOs5J87Lnd3DM+wrHRZlaitIGMOJ+JiWRXUR0gu3lgNdRcwauj4zjX5oAgzQXbRb
H9Bp05jruY7cBJxESjoCnA9twYC0tFWL7Z3NVc0czaGAmNBPpMciTXWNmxTHEc73HEgXlGQZ
1ygQaSwlcvgNbwb/ALA1xMLAymjmMlB6eeVJXxdlehLmc6dMekGNL+gVOoYT5TQyy4L1LmhY
+oY5s0Y6HH1iVzICGvyPTinFfQvnR7SQbHdznOpNFfQABJYoIh4BXAI8FsAyxnumNw/1LgDF
LFRu9CHhGgVXbQIIJ0TPdU01WkypB2NAAHBK4SFqeILaWZpHSKKKG8Xm4NxS2KEWMqF9PiRM
BOmHTx0dk1Rqmv45ffyNkv8AOPpfzwXfS6A6l2lC5BmPUooHVggJohCE3VRZjO0g/NdPU+Zi
7jnjLtK41ZexalvGdOgIpWLENZ7wAMjCvIsnltFAi1akkE2XbzvD9MwBq5otYQPaCY9UsMtQ
vQ832hoYu/zh01PKmc+hBvcZ2YDEe3MkejP0zRWPYy4vcsa/ikQuSFm5isWzjopXYIDdAy+T
+jYRyDAfBqqFGGM8wsaBhRMVKKOLhTrshEGQg/V8aWa0oMFzrESwcL2WNqHIrECetSBgJIG+
7+e96H5regS1czTCKPnKhIqU57fxR4ghnTsJOACwMuoOxRokg5tAljbygVxJ4VYtBRNjIOGD
vYJXxaFRkkr44Q586RqhRFL0uGAwICSZJViow0syRFWjXztHngVRXDRHibeGE6rnyHcDpqGF
ve8FWiAYx5JeuccakBDrLQYhHTzwLMNHosEvW1QKzuWaciKeRQ581ukGIQ+edP45i+8mZk6C
YCKyUtHhmBGF7wMc9S4S0EM4TYBgyhwb2YAbeEQzI9JJq2C0MYJTY3TVtjvjKzVhVY0GbOgm
ZZ9kgJuZKEgY6MnitfLE2m56JqRl6uYHaRaEdFdgD81d542dDmdk3iKnPWCA5xPcwyt7DCkH
c8IkHnEHyTLnBq6aZnxEHiRtD2Pt84LzR4Gx1ukcBsta5omUoTnvc2dEfmGzpD5xBsICAGxV
HIHYYAWS9pqLHv4qOy4S0wQuwMyz+eAAfCfMxbMinSZvVGGPUqZGTrYoxiaXQnDRr5BJByEi
skMhIGYCYJ6lDMGyuObXNWHV6+Bb2JtGs1zhDs8sbwf1MkpjLtE6efuF1nMc3q82U2Og4nPP
pA+SudsOxiyjUlK3CTeYIjwytS+FWQGJXMI+dCVXC7nP+OgWyPDoAVHer44Y0l6CfRY8YZSD
UYCQSouLwiCXaMyL0IKK5Z9Nsov0HiNICg5zFQjOtl6ROrlbZTJ2sYrccns5yxii1ED7OKiY
21lENCJ8RW0FYnxWs1KZbHHnSFwYMXJ6DGAT6SJkg8TR6w4/mnEj0ek9eklyDMEZHYKAwheS
MlY9UCo4kQQVzxAFOgJkNGjhauIAi8D588pobmBqGthrAGYW0S2Hrc8ej3jtFqQB9VU+nn5n
SNP0SUrepVc3BimdXx0meFM9Ov450rsidHHiew5c5yQfSV9Pj1r2LNPdWcMXulDjkvDHDLSG
GIRI5goyw8ZMaACjyuiCzuqcOHF0vPFIr4hxRoCYLgy0uUPh7/OlfVIbs1kCo+kaP0D5b1h1
PgGIpZQweJbVI0rlDUCwCvdMk59s9l7SZPN9s8fN8X66gfMmvp5z59udN4EE1RbF1dA+bZPa
8qLepJelfFnUWh9hVkhMqI5q422aZc58XohonGC0swlhdorop7pXSzyBeZ7LmTPt1DBkx6pd
U/jNbWsd/sYW6V4/p/n5nDmp0imPsDPiAJfwtw0iTJo2XZI9MHvUAN+z3yfeXBjdKRW8HApd
nnHJ529rnI6X0TxxSH0niTHqjQaFEDuzmHHmIXJ9Uglz+7iFWFjkvg6EyG3hgNhLoDWlFM5A
1Clgkgz1tBA6ftPnv0Ix+S7ngzIpNDzqTpaGuiOe022gplID6eNBu5YcI0E1dUjZzxnSXzNM
mYkit6kVt4j02KetIMZ4EMDranzlX6hBxKfaeMBBhoyzUAUxn0TxQOjnRI7RHiJiuzgdGaZI
xjlbiktNPAkNFYa+j/LPqBT533/ywBNbBm85ob1cgpvrC3immmUb43rMUw94Fy3s9YZLh6hr
FTodXIKDS/K5B1F+dYO3th7ZPveI9Pis+ggRcYDr4vicxLNDRNRYJglN5LcCsqMGjjbHMjvY
rOiHP7uifOSUKRPoBVvU93PGbg5877zkDL8IxWYuO2WcNzVXqM+WfCJanOFRKMlMhjOCt5LB
1I6KHaYGegMpOKgujw9E3egyWhkmbBqwlQ0BYtwvO7/PD+WAIsMniPbLZzVmzGoXQVIOBU8x
j9EboTZQ5cDJ8+tWA3okrSvj3mAm/wA+9jGVMwRaJGtnL0Dr/LFJiCBuL1+XNAqVBRWaHtbJ
kady9gHZzdOXN0DZmaynh2FDhAxUWgmcbUoGM5ERgES2L9E1tlKsUPnGZsZhXosNwNLXSHP9
aaotmg3Aho8fPlWxgrhseKMpa9IMqp80kRTCjrVy2sh1B73qFzCzjJydLNGcsqh6PEKFc3jC
6DY8WtSgWorFQmGeKCRoVoMUdqD7WMyZzttoy9zRYIJFiK3qJ5HQ+ObeeqENHiyhudNLVEU9
6AnBkvYzrHAEkBC4JAHxdNUo6o4R7M1jqDZuiTb1j2FoIAdI9TgQ9Y6c30jjA3UKoYVgl6Wk
GUdQ9Z8UWnnxjdyGz2UwEscrIHtud6Im1ZJmskxMHlCDIb94ilwiQiaAWJEQa3jjwdTyxQTY
REGjmlhFkynFxjV/eFRsQbWxzO4G8UYKcDUHjoaASyDZQbVCgGwkTU5SR+L+nxCh+dLnzBmp
THEdnidXrCJdHNHD0IT6ZKz7x6LeBE94j0wVi+IG1Fyni1sen0k8x0mAZIzLEDJBHi0FMLdq
ZgKDJ3cU4/r52mMYZQjbaDx5xFgV00qD7AWivmFgYToF7C8Nj94Q55lgppN64PULYj0wAw2J
N30eLe94n1bHvegmISHoxUjpeOjTNwvvEzWSZiT2O9lGStrZhWhs8erl2LaeewZeVuYQTXyu
pBHKoZlxbAa9Gxd1d0SReWNFpQw0tCpCZwhNAJAXNvXB659sA7PiPT4j0wc3uc90ob0eLeiT
3vQCz4wSmd2uQYxCZ4fpMBY+je5Ih1PsQZ0FuXKK+dZIaWIY2N3+ecCAyoRnPk0MUwhjq+Q6
0bUfTMJhJg0NbNZLHzjFp8UC4HGNHGS7MjVbVMfnO/AcL3GgYiZ8R73ifRJ5c+Ycb1gdsJMe
Pe94tEQA4rucY53rPn2iaOS6IMGpBJwFB5zN8b7/ADjxtMsXPRPgdTVOb436pinzlfTzitbS
T2HO9KM5GximQzjOHREFcip6jJX6GDgudqU17SCox4iZg96YPe94j0we96D3Edh8+Nrr8zTJ
97xMRBOR7AHSc6ob2FbwHey4NRWVRlIvhvQwelK2qM7X3vHve8eifFKkgR4X6IM+RA6zkzpd
3iu2B5W/oHyav0rx830t8gw+w+VqWDJNpLDcxJMegn3oJifHvegmPeJrNTL5Tfk3r1kmYg9S
AmTzGrzQ2y4uM45kxvPcXGIytIJdYhff585s10ZOl97x73vET7x6JqVGWgt82+nc2cZ2HF9I
bujkaIz5LHOplN096ZIn3iJ94n01J8O5PvePTXxPq+LRHiazQwdnn94a97xHvVE8J3BM5Tqe
aC7ebAkxmOBE+hUOfllU1G8LYJmr50eW+A6/3vHve8e97xS0wVreoLnuiVPlnRP55ra3PGNR
Oy4bY5c51Vs/QJi0EAhEZGChawYHi5kGyXn5NeuR46CcJg1FM9IS7Xk+jG4DUKkMRn4PUjOO
YZyBxA6Azt5z477IOOBXqWzXiCpkrHTrY5j6n73j3vePe94973isWqVreAUEqBR1IOTR7fMO
U1NB4evWxb0eFENnJB1kZYfvERXxaI8TA0htRR00ua3eSOi3EKj0oshKxUKAwBDnuxUOUADb
HCCgqnqMHPD6GxzbHTIi2Q3cVhZg+vzEnve8e97x73vEVnxWLVK+nxFbVKxbxEX8RaPE+9Aq
hrqGfSRlqe8DJAy8QAjNecEiMwV5jUxjfYhsv6li9I8EqcBTnTZJTuUtAQjQWFVHEQpTvnHr
9qoclTolDHnQzj7LNZLeiT3o8emviYiCfeoTX3j0eg9MeJ9EExEkzEnvTBVR2DGU6IZzk6mI
VmTlqTJASJGK1kdQOW9Qn0jCXRfLjLiGK9i9iaEQAN7FzTb5sNB7uec6EhepQgjyZKXS1P/a
AAgBAgABBQD/AOyB/9oACAEDAAEFAP8A7IH/2gAIAQEAAQUAI1hIxzjawnWAeWI0RvCeI3o8
c+2bAJUnAQFLOVIbiugNg4N75FRT7Wevla3BZQbGdh18NyO1BLXcorkxMD0UycaSeiYoxYrx
Nx7SJFakBWSJwv2BC5J5zwR2MwpwyOzv9VUnFJ31biSOKCavYIGiuwdKeRzZ1KS+QxrEnJvo
GJzZ4y1zJOCArhbNyRt5+3Vw4fGN9j93w6BO8I3mtqVGNxwbA2DnInFOf2kM8uNHKhAAwlsB
LA6OQWJY26/uypEiOtmtBZS/00lc89ZWopRjv9mVMvZ23xO1uxmDtpxLBfgnVR6LgHnRCurk
+VfumY/wrwNPJc66SvNT+GTuKHU06KWdnJI2LbyQHFIGFhij8i2cvI2cQHDIAfbvLlhI69KB
nmIklT9SHTfbzo+MbG84xGMQcbRz2HiVUJs6I1ngEEb0MpRRTWVZGdOmWeKz8dsASxTVpSdE
vyAJz28RUtzVmp9vDaXwBZ6arO0lNDFe4SxSROpwDzFM8bxlLNXr5XkyR1ZpCmnk0O6Ln6DC
mdc8td+i6t3Y72fGDchEaDLMEaOx2G0By0AfA1oAggbDtxxQBgJ12tozy9aOQiiWNPY+HWt6
Lb2wOifPEk8SSQwUka8Yc2dfbFD5U6tWWtUq/sU6kcKwozM8fHO26Vbgs0560gIGcmOEjF5B
UbQpdvYgevPFYU/e91hdpIAMlo4QQc6606SyoK68+QWRSsiow7nTOdZEoY9Z8es3DR6+rSh0
ACQBr2H7YZU4yyh14+Cm1IIIGaBK72Bjr+XA7Gsu0JIp+qqtCgUZ6kwg4cbYLscYgDe8YEYR
4Os2Nk+Ts4OWunptystMJOqjVoo02YIlRZJYiWi2O66yKaufBX7EawbADEgMMr3Z67dd24lV
SGFmlBYW51k9drESktGwMbFHktCxR2AvsKszqU7WMCDyT8V6WGcqAB9HAbJ54K8dv5RFI/RS
PJBPG8LFFbPWFEqgkfiqknEyM7x11IQRlmwlWCSzMbfWSiaIjOWHGxiMJx9HD9nOgfJXiSTo
4BrNeehsRt16VgtaoPVWgduBsOSXJeGVlkvW4US0vGyCdkjAQAHOuROAMMLNrru3sQNU7Krc
w+Bb6qtaM/SXlklqeo9ZBFZ64OoBkKhZmK9tKhr9Z+utmha62GubUIw34BjdjWUN2onTu4p4
rFTqOxtJ0nYnr1b5NRdqx28mhjIDjx6KADASMjHmdc2wPZqpJRa+U4jFWI3mhh1piNNrR2MI
wkgHTFfs+2P2OvyIAw+c6mXhkFiUPFYVatWYOhmVZfdycSSuluNZIrK6m47zj48Ea2QdKH8C
TiAzARyvG1D5G3KNklUqTlyjFbirRydTPeikREOwXjU23DWEqu0PV9o9KWrPLcqWuzhghlkt
WW6yOBKnZ1oLHZdaK01yzUDyQdDAlgUfQZFbfE4ybHHWKBg5ZNshV8dyjxyUlnt2gDrZzzhw
7x9abwGJGbwg5sbJLFU2WjIwjidBhVBDRHSKElRJWrx1LavZqkyBCTl+tJ+i5LHRODXHQOAa
Gxh1scdNsAEAIQwo3568tLsYbIIG7VZLEZjs0XmpxyLOhEU6szdRShvpLRhjg6YM3XS9dHJG
nRxyWuv6qvRa1CbHetHW6eTre4rTokiFseKNxJSjbHqMFlgKyKFGA+JAeKyFs7SL21+qqfrx
CQnASB5w42tE4cfe9+ADnEgFSANHD9idgbVYfEkbNyj5s8SeVlSMdfFKYouvnGCEfq2Y/VPh
UEnXEjQVs2NKTokaGzhB0hYGCxo9b28c+EHCu87BFpzWFeRiJN9Ze/QvfJGgFH44pbrgCAQD
iqSIKLns+2jttJQEk1lSBgIIAzWcd5LWSQT1JUEbZNKowl1zt7nDKk4ngAz+tYdjGOHGPIt5
w61yYYQdkk4NchrN6wDk3T14JZ7NSNZaDBpFQnJTylgJjlU7SVDx7CIi0EOAMAoclK0jL6+I
KkYo4kgEj/js4CdKzjI5WVuq7qOUKQR2M8azzSl3LE5bgAVbKtHVmvf5fSd7XEUaIyhQD2Fu
RLV9Xeh8VrqqAgCsJhERnjBmsdA2WaoYeSx1yu8HvdfXEEQOgW2NnDsl8OwDjHANgkk6GE4D
4Bw65FfFSeSCWRY7kDwLUswWYjHx5ZfqS/pdXRvhiN5dlir9pVjjkoL0dBoousqJOKqLLN0l
LhP1HDP8WUiel6yQd6kLbxiRg2xjI49f3klVuymM6JIGxE5GyvCJYyW6ybqmjt/HY7svWVbN
Kt2vaw9dXpzmeyD7IOrq/p1C7SWwSRvPGb3mz9HGxfiZJr7la/UQbAPneLnnGIGNjE4T4YHX
9kEYVG285rky63o75jagjIrtiAS9vPIevEFoVKTqZ5GjUyHnYlEMHZ07STdcvGhYmCisPWiu
bFp1HGxEbjwQRwJPTqOJ/jvuksfH76IytGdsD4A25DBtU5C0K/itbk69nD/48bgP8arQp18c
UaG/2cVKGxblv2InWNqU0lydBszmv1ixSCSPxn95oH6aGXYvfH2jMIaMQSEk7GAefGeRjAaY
ElgdkYx0COOMWA5FiQMKhc/LaknORxSduQx6y0YJqF6GzEQCIq8SZbcz2OxCMJnWCBbPKWWb
25BCIo551ksrGsaE6Hh2kmSMNKVSTrIJIuy6NqxfWlO8YsuU5Qs8x9ctDiwtVvbHcqkRdX3l
ylE3yrsgJ7lm4acVdMZTNPUrR1q8tuGjBQr2+0nVeK6z+tnHJCo2z5GMM+QQr/oV9KhxdgqT
v8sO8beiRh84QM8gkKMIU4SQBpc15O9A6C5rZbRxBo0Z1SA9hcUf6HaTGtFF1tas6Tz9nYEs
qwyTSQ1ooEntTWTWpxwB/vPajiJuTymtX4Cyx292CIXOwD5PUSRnXT8eJj2XKBl6ywFtCLxZ
ohorMLwSSBpMgmcFVG6VRacNz5BLziEtl/j9a9XBz7/TyMlYARDz5w5AEtXbdY1ZdghQMH33
h2A29NhHhiNEjWy2eNksSfOKc3ogFj40QcPhkEritJ4WUcf3ZIGe5YsSvMteEqedWWCq6x2b
xCLGti7FWWKeW5M9QyTxokYM4VZyWEytIWQcYohwehDIbUDwSjYIhPqRnSTrrqWomGzdqu80
cZilr9fQ1R6l657PsrVyanUeWTqukipj74Tm/GzhIGSNzaEHROWZRFB1EZWOaMOpRoJS2Kdf
QjG+7ecPjGzY1+QLAZ4ID8cAJPkYNHDoZ920NwBVSEL+2wjine0JSYGrZWaSXLUskSdR1Zjw
kBbPYF3r0QotsILFi+9dq9iKwkkiBvQSs0fIGLyIiMWAgWetgspZ6qjXjnsSPgYA0J3qyxOH
EqcmtxBSsssb1uze6XqTQWfjlAqBgze/ofvPJxAYDEP4ec7d9VKCajYbzs6xeMMNjecjhON9
zrbYdjCNYNkne1KjCVGabRHgazajN6I48o4gWY8JeEl+aujGZerhSJoIEeGJYUkmjgSRLdww
VYK4cNnZSwolgT2YesKoIIFjDaGOuwkfJ7Fku0UTLHbspUhS1LYadtgB1ahOHl66SWGW7cjq
JNtUA5YhCvSlH63WWQcGePp/R+8zkvMWMPx+3LLH/Xa/lPCojgOEZ2NNoijoV54R4bzjaGH7
nWzoEkDCTtm1hJIAJJJA0Ww45AIXZSVNzIN01mt5LVs0Vr9bLZSKCKFZ7Sqa9RixIOTTRxBn
t2MjpQRr6UWRrIgsU5ZJ4z9ppooVeUvHVqrGFQsfkE3vmlBSIOACy8lchrMf7NBJzYM8LOtS
q80t6qKs/T3SjQSshqWRIo19Bkr8VYHEQmSWsIbwO8mHtvkjDgOOgYXq7Vpt4xxtYxG23jFg
NnDsEneEHAdFX1mwSNb0CscRmMlNVEdVFx1cJVQq9iW1aq1XFeoXmsZDDHAWcIptySmKoAcn
sRQrLFYvvd6v9N+ushIqll5VmqTT2IaSpgXQltJEbtxGtWLKyLNBqLFByi003WPHJBJUhexa
EYr3PkfXP7FLI8F9uNCbRU7Bwax15HgNcRsgEM6olP8A7LH98SMIwHQuwiWL9YbfCDhBJOta
2D4JJGDwH8H75vxxBzjxCKXavUk5PK3JGkOSLI5kjlXOjdvclSBMYqBLdHNasspAVQ7pGkl5
pjF14OKoUSICslCjE8aRhEQqo1ksvrivz2ZD/cUUpJnDI4HJTrPjEvGfs0K9h0MCkX4/yoeu
1WlrqxTo7X+X1rSwPWIaLQzQw6w4fp2Jb00QN+MJGbzQ268l/WXk33bRwnyfsWABxt7YljgU
7A1nEjPAyrEzSyq8eXPyyvZ44jEgqCtOcxW7XZRwRCSS+sMCRITrFlRiags2IooowdjLfYQV
Vs3rFlmOm622kbySu2Q7GFS2fKa786kIeU1FVbcZinkMeD79TbWvLf1csU6gq1plDLWP6V89
RSN3wM7nrHnPTzvJERmx9CfGzjHisdn3CrbZYFewxMsYCnZ1rCPHHD4wkbI8k4TtmBx9YdAb
Bwgk68kbxfJ66HjGxy5VZgylTSslg52kruJa9Q3gsUaJLLHGoSzYaONEGvxA453N79arDG0h
C6yOJp8ioRq0soUVTI+IPPYRVrNTrYgDZvtkil1MaqzKVKRsRXnas9DtK92N1Y5+ssr5rADo
KAfOvoR4P2+Q3ZIYJuFejG/GL2DlD6Cu/AIwffzh+xGHxh+x0MY7O+JI0x8j7DZ0TiLt4HKQ
h0fJfOXK3HFYjIboEdKwrGK3IsolnlCVlUt9nkVSbjSOK0jZ3fAzwxSEp1sjYkccaSylVLjE
nfgjsWZ+S3FiiRwDjluVoHmy6NQAiamGenKa8lDsFsKV0UO1/s5rNazX1/q3ALXdX4K5kszh
EpmtYlFaIYgfP6Pg+MOMPJOEbBG8IOmBBYgZ52QQNnetiudOgDxmI8ykwEj7E8QQpvcKFIeq
hIu2/wBrh7Bkkc8jCgnJUSMS2IogetkuWpLdOsBPMVY+Z5tSM+RSeYmaQrXjjTu7qNOT+BJG
LXaye065qZrE666JkW1QjtgGxWfquxdivHWHWD6HCDhwnBHGsna3VintXJZZeuopFDFMY8Sx
vFYMNDNjGxsJGec8HGJ03DR1vQIOs4g4qMxhoyqgdY1EsZLFWyxGrYII+IrR7WZlHWWn/aji
kYBQoYjbsqrLamkkSKKss9i1ayKGNCSOKF5Zpn5SrvUYJNCJdzbZex66x+w9eWIldnrKbxC/
SS3VrRtHJSlDCNoi/Z14J4lks0W6XvATHLG4++awfbPvh+5OXLK1a9q9FI3X0TYuSMBi7bAc
WcoFmDx8hj4w8HZLbGaBxgOR1hBBAAJAwJs0qzytDRltQJ01Bcm6Sk4cepncMCxLgAYqsrJ7
Ffr7luWBo7TK1SXcUQVIq/HLXrjrqytmwoZ3nOlhiUbYkgwEbroFjYqqxPWtRdwkcENKuhKW
oo4n72BVs9mZXS/YQxdhEx62108rtH1biKlTjEQBCFtD7bOyDsZvG+3yG9JJZg6WSSzFFHBF
oEjecRpCrBANfuQ7b7toYfH00GwgFm3nLwx0ChGBCB0RjNBACNawg52UTpa0SbMRLg8lXRcA
o/TOhhb7gNIVUKATnZPti4QSSvYMCIiWyGBXTHRDyrDkVusR8g7K8BQF6jFcsRmKFlFVQhhs
xVkj6/qK1nL/AMeKiaCaM+RkU3EwWWCQmVj/APpwyVpTLAjcl3h84SAJ5hjas93XRVjY4o3h
0Mmm2tMTTFYkjH6UO2GHCNqACT9ifGEqCNHOGwiB86qoK1GOWJmZ1XFnAfvIF0yArK0qYJ24
iVQs1pFzq4+zmhr1EhR5YEP7UGmtV1Frs0eZGkneCJUBOhOwBlsBRHLMz9v7hOlqwpqdvKq3
bM9uIWlZYoTGyqCbJct0i+pHZQLDxq9/r+oSNqjs1OvNAzdjQir/AOisxi7gxJWsu1b3qR71
GPI7FgFHUp7bLaAJCh7KIbFzzSiFoKEiTufkUaH9yzjYfu32O9k432O8IGwoZqdKW24qNVFS
vO4n7GtWXr5JrDWutM0cyo0UvXWYxcoPFW/bKHnPO/WdLX1BNXhaaKd8FFQBViY33r1Y/wBZ
2MA0IyxN24kQKyzn9Z9wBEHYKj1/tlX1+wW4Ci9N1jNZihrzsSoMglagp9Vt/THNH2V54OtA
mr1a8SROWXseurzVnk4r8dqNZcSor72CRotna2Gho9VH6qy3RM0iTyNZsPwksPMI7FmtIe8s
SRrFUst/kLsjeHQJBwnwdEEnRC6CgiLw1NHr5LagrmXsZbWRgoOrrmKrIzRtbi947Zlrx2Lr
vJVjqzScYYW98gaPt1EydgZw/NTe7SVTaKqka8sjiIy3ZWuIazzuqHH8ZGSCSDk9GSB3CBul
twRTRX6wFV5ZrN6QhIoE/YrQzxJe7FY0/wBCNTCYp0NqvE4kX3sxztOtWO/1VujwFO21kMBn
s1nvGd3YWQkcIRcrq3XwSeq3H/5RRFQt5jUnGLo37MuNhGwR4YkgBSOTZs7GyIOaZJ3EqZCs
tjJApMOpZEXiret89ctF+9uJdc8NAgYH0I7ToDKjCHuVrRzd5deWO7flaVZXmRLPG3BKsMFZ
5CsaoGfWSjzw8lSwcRyJNTZTHUlJeAxmCwEEzieXpDFJZWWJ8vxCe9b6yJhVqSDP1ZHZqllM
r++aK7Wker8etwwWf9OjoTROn5SZPYigEJEnZCtL2U1DrYIE8A3UVrM1blFKjxmOyu+SSN6W
wgcT4xt6bCDonjhGJHyEZ4ExqzwziGsJCR1o5WSM7SxUqp2PbW7z2FkrgElW1iMoAILB3xIy
7QdZVMVWrEquic2mSNWd7UkScELFsG9y+V2gLHUbyFDNL7WSV1JIcMFjiq1PVW66gslSajeq
ip29lLEXcUpc7G5FHD1NhJVKeKymGzIqmJ4irJM751VqL9We+QXkjSLrA5Wrzrx1y5iIOXoS
bMzcY7bkYHJYSFj7pcK6wjHHkgaZTo7BDAYg8LzfHRo0ABBihsPFBPTnb5C65dnmtijAFM0S
SiZDDJy/HXgjRhQSBOrtKOvguKQbcaSzukR9jtViVUJ0SRtyechHDwwdiqzuMCBsQBSrKMrx
C5b7A2qo6yzXU2XEdDqaiLRn6qpIZ4VjsddWmYI9xDesRBxE1mO4nWpVkrlCpZDVuxRxWbD2
GpQmPr+uiM7SSqohk5pfVQLYOrPkjyQRriuLWsPkHQ9jM1v41Yr1iQCdYS3KPya9OeTFjWs7
ygk/8KUojdCWSSqkgsVLKGIvG1q56AzGRsBO9E5XrySrFUsTNWrJBBYIVLERlSGpHGd4OJDu
gLOGB/JP+OORu0QSrBWD7UkIPj1QLB3YBWPqjKtqe3BFQuVporkoiiMKSgo0cEV+dBRFRlsT
yQvLEGyzEwEUSsTAqNCF9jOpyirQwPA4FRtp9z2zanZiSBskuo2Ndh28PXNP8j7GTOhuzXBN
DIJmilJi6qyUr9bFCLBbgwDBojzWJuVau0rptckYLHc7N2yJgpt/mVjYswdXOec62X12UJVk
B4bJM7PXto3JQTo/dhrFYDN7BVgZj4mJLciSW3iRNPL1txVPZSiW7Qi9cFiBLXaWOmBa3PcX
KYdlCMwto8NtpnIhsmY7GppRwV2CxxSNnX11mt0aK++rsNKpC02PM+M78hbMj6w8tIVI4nO6
iC2iAc6Kb9fsb3X1xdWtXgb9l57A2CYgQtSVz+hPtqFlTTjZEknhhHZdqXDSSSiJQqkBWKcG
taH0/tZtGtIJkckYQc7KuXj66YyRkhcdtYBtYgMEZcyI6NMARY0pjP5MyKegiabsO3pNItSw
JZ4nQx9egZ2cKtaD9qy1JQEEgzsXjnkmfiUZdCIEBIgIwivK6onx2oXdIxGkfiwT4RzHLGZC
nyUqLc5Gl8HXjji1Bd6+HqUirmUy2N7W1XM4XqJTIvUIohoIgWCJQAqjsXVFnvk5amaYuqHD
xCxEjCSSXJDu7Z43h+3SSpJA8XmZXMMfZ/nOq1bqyK4Yg4D5qwxSGexFAJrSztJG+rCAkMxY
uNfH2EUvZOY6cXTST16tm3TzrJoTWuy6WCBYotaCHZ7frth2YMn/APSM/wDSAQWTi15tD49D
wpg7LMqWZJpZ8krtHIp/D5KON12YnTHEJzmudOd2SMXrqcUiwSvi1kU60PQTY8Zd7ilUIsCV
LIaWKDpZmntxNHY/sj8eJXDISQebyxFUIweMJ89XZMUwlZyh2O4rfr2FlLQV5FXFZWMrLEJb
jKk9mSR6k5iZ3YxzQyoeIBBOUUCZ2TmZKcZjh7Cok+T0LlSapP8AsWleNiTs7Cjsu3REEwZ2
Gmpv+IPieIEspmtdfHxry2I4sEUks4RVFlfxg2YvlNgNdUfkfxKhGbIqleDBDK2JAq4xzzhO
S3YIs7XtexTE3M3VS7iReQWBQO5jWPsxoMz8mKOMQAqFIdt5Mig78D7xk8uqtCxFz0O2d5sQ
kBHKt1UcTw35nZuew7E5EXASy4ictIRGpx4mWPr0LRKhn7CIxhHJM3ZORXo1Ilq2aZyrceRr
1v1R354JhLGVB04qTHGkINFIHdJoD20DzSxRVY4y6kOjhi6l1WX0VuxlaWQEgoC5ijLHjJpY
Y1LYxwsMmvohlszS4qMwn673QVoGik6hna8qhQSQfkhZ+zIUZGwEk5HGFVZWUuJNjLDEt4OD
jn2zr7TVpg3JLGiXDIQw11l9a006MHdVGIw5BicADYp1ngrPx41HCVOji2l4Wevt0u3gnKst
m0E1nEANVh1euy2HWBNTMnr8MKas567oI3S31vW1qvx+tznAGvOpHCilP7LAOdv/ANVeaT2S
fgMgpyMsacD+qfVjkAT3okySd5SsRYrAi5/ZGmu1HrTdSHa3LdEckwlMnyaskE0hYYB5B5Ig
ZSrqqMHkMqFcPDXrJTiQBIyHp+wVlnVOdk/moKnjlZjain57CBUicgEbxAdgjj7AzVJCBVIC
TkCCz1Xqhry2aTVrcVkOSp7yz6aSsVLOxK7ZoYSZOsmEFqAgxfJ7Pq6/oIvXgwnzNsrRnEfa
iUs3cwyNSl8MFJyBiqxOqv7p/XavJAJbk0wVGcpCFwk5xO9qMWEvnddZ7ouuR4oUSNx4z5XW
aWkNtgBVot8TKGMUWyw0JkBwxeEDDCBjqCIpXRkm9sVzRkIBQEcqshilvRq67OKdtyBKs4JY
seJ3HxWpAgLWnHCUe6ySulpw83bz2tz9ufRYADQ3kI44hLWOittNS7lxa7SBfUAwOEgZc7Kt
Aj9kn+jQkeROzG+vlAMkQAfezHzY/qWPXdj2iV20AAFXBHtViUiOBEJKqLUtllckGo2wzBRe
lt3K5U6fZxCWVIgg5DTFdEAoZmiQyszhiXdZVxuQyCYrksY9Uh4AeTGQTXsAmxF6nJ/IDkQP
J5AguxYleshshYHuo8lN1CyXI0wd5Viy33fsVgGDScQB42RkfLb/APXa6xxSk6/dm1Yj404b
sJrTyXLhXqq8edpBEHr1KkOWlEkE6FJYxyeBGklq9ZRrQ43kEHI4y2LBg0MZgA84OElsSJjl
ocDUbi8iLIOKqvc1ngtkeEJUxy8wUYhBslQC6c1kRkIYjI5dxSxRuNGMwStJFIDpOehrbHRC
rJVUcTsONsCSXV/vbOutitK9Qs7O0t5sSk8hpV6VdJ7LTWDJyg0AybbGGiAd3QQVlST4/wBN
DaMErhT1UYe6qKo/ruE5wUzyrlAR2KFbMMYZ+rTnbfSr7RgRnz9VSWAGOwXJJgoeRnyMcsjg
8ay0Dzi0ryS2RI5CL8lqySjgoThzwEx4shIUnGdWAcA2IxICjKY/BWLJIFCVJ+GPCjLIus8t
gJ41pAj24isiDTybVgSE4rzlklMVKFGjRiimwQxtoVs3VFZZiMRTtUj2CcD8sRwGtrvK1ljW
oU2E8NSGIQv+v3uxhzuJBEvVH/wQNjs6yxXqvxacx9RYSqX2zepssyTws0jostlDjMzDRJjr
u2JEiAZrWWyoVnBylKrxMgfHijdJfjlR27DqpaTzRMASAVYtiqSNAEspCQhntQgBJdhuTYy8
GV1dLHPFYhY+RKAjLAM0C7V3cNjEAIpLWWX9apNKIn/acOSuFznknqeoa4VDIRvZOxy06/kb
IX09Whe9BCyWgBrvD6b4OxY7CrC3YVr3YQdAsfrGibdeAAuFXuf12h6zs1tDTYp2t+JpIDtV
IBFeNOJBzWsJAx5S2PEzZOicKU6LN9DkqB0ux9fDWtUJ68qgqUbRcgsSAwk/N/zWSIK6ElZg
JErSab0Mz7AaFWcFSMjIQTKFfRUoHZ5URaZmfhUcBZL4THdnKRs5pU0dljWDLq6ssWIMmBuR
5E5Ntofjz6tRIPXJLFEO+txWYqta7egr061YSaK1qXrljQKLarKvY3krV4Es9nYC1K8v+pLk
LAiReSlTkURkKxquHxkkqoGZ5CkWsK+HUsUk4yG3B7D9pZkiRzbtmCjDAflNIsqoVHJQeS8v
cilJVVjZQIOLABoSoJWSLjhlZ0kjAMTOjBgQx1jkMAWzbhzI7JInldnBE5aOnJtF9Y6KINLZ
txqlyxzmRgyn773kgZV17IenmEN2ImeI0qjG1WSSt8fsL+gZS2RQEYAAJJRoktlmOGaHq2dI
y6qPbHkbASHP1wX0ACQuTWdhEZyqBBref1NoS2FaK3QCtAQSBVVyRrPO+0iSSjIGYOBpg2tH
ba0AxO34tIdQWQoLIwlRsL6wsRiSHZBGSoxKx6EcI9lpQjs+QtsjyC2sDeYJjD1lmcyEn/sP
HmqtoooOyQjhQ6vDH8dumSoHAHteXOloS07sUKAkquSyFjreWLMVeOO0913tBmR+Z2mb03Ia
SVJFlmCB5S+RRLJnFQNYftrLAy7X98XWytJAM++DLE8cKNDN2z99VFK2B+QAxzxJ+/kFAMlA
DlVOIGQh9q7AFi2AjIyNP9wPIPFJJGJ2CIYiDywhTlGpJba6kVahI6uNk4mewgBN4VBClg7o
Jqnx+Y17yRNYMQEEfkln4hi7YFOXbYrhUcyBZorLE7hDMeGAA5LCZ4UiEUbknNACpojX019J
13FWYAgg5vWb1l/tK9NK1uS3ZSKONfkPWi5UfaOPuYwcUHJNABzsb2x8qTtJG2/LbOzMDvIw
SrDkeJKxRcUsQMjoNMjDbsBjHbdf2EFFJbFi9YsQLW60FjhHlFLYrRlm3jozN6QjWFCW6wX0
vHyIQjJkdXH/ABms8WEDclRIltL+yIOonkNfrKcWeiDB4EX2yROLxV2fERUXxp5dEHwQMkG0
iOpYWGHPkHbQ1a/WdZc7V6tWCpDfv16MB+Rz2pV6aHVjo0w9LOH/AMO8MnrWYCdAggDZ0BsJ
tQXHFyWYaJi3vl+cetD8kkkAeSHg0OzjMQrTAAknOlh52uyYsORBBGxoiNRyTgGVCxi6izbt
ydHXNCvfsVBD2MEgSVHDDYk3uOKKPDASJutnleCnDWCAkgZs5rxExD56V5nCwAeQtkS6wkZs
Yck1Hbib8jvU3SUp5UiSNLdlKsHZ9lN2U9a9UoLT7axakjsCZ2eIASR41evPX7ClLTlAJB1t
fICEADYKgqEORMoZQcG1KnYlgR85tEnsOy5IxEZj19M1oLuygYYo0Uj5N6lCpExNXrJjlXTQ
tMq5fKPWoStJQUDEuSJkVtHbijYyHbSzqTb5PEQwJ0N46hWBbYOwTjsANPIywgE72foR47YF
Yo3DIZOKVL0FsMwVfkvcT2bPkkb11VaVkjiMaxgASpvJZSF7OB7KeQeQGedq+EtvZI34+xiP
gb2IvCqzC3Coj+gAJ63rZOd69GonLc86+nNak63pKkGTdTRnSKGLrb0jrJgm4oDyyYI8adgK
6p2lhRB3ETyxJBMoWVMe5LGIrcM4eFHxazKeRzeTja8WOR74N/xAZnCKrHC4XAxY+cIy3D7q
9Jz6U2JoaNaCXtSfT2FSwluChO4g6tN/oSwReqXQ56tvNBHLKXxJykdhWJ2Bn97JAJGLoEk6
JYtHvX3wFwqgLkwMsckZU/bOvaos13t6jV5bKPNYYEIAW68FQ/ICrdlhaRKvY1h/4UKoWHIR
p2l6SeEEjEPI1YIpclqmIR9pdiNftY5ctvULVvkZhevZr2o5fXEv7lTGZ3aIgHOa8iAcIyRw
oCvI2gBvyd48ipkMJZ1VQMnA4CMNISq5SkjDtPA9eOxBM8tuCJLF1LEc0SRJTmSV/wDOr24O
76uOjMdnPOiRhYa9ZwnQjcExjeIVU+zyljlLcTUm8/stsxjwNyyyfjJ1zho+w7B0el2cbmKY
wo1eK1FXjEUXZ9oscstiW3ZMYIVFUwNE0U8ypBJKSVTbcrCvJ2YXI7/onr/J2kH/ALLT2ZRg
/J8swSM0YYRyTBMWM5vDrPsZJDtYdMJZf2PpY1qe6I7Fi+JM98gkq9y8FWn2IZe0uc44ewKm
1beZ+snWC3P3FeJ79yW3Y8b+5JJA1nJuPkivGCvHASGkLKzSsBK4cR1QwKryJOb8QMA04Hs6
2YovYVW5wwMW66RnxpZFmud6YY5ZZZHqBfdyALkk9PE8z2Yg0jjRU6wMSX4yJPVctLHJCeWR
xFgAAAw3jgkRRhWJzQ+knNiqKinLG1IIYbGTq7RXQ62QBouNOd5HJwwMRm2Ua3iqUR3YnycO
sH3B1gIOKRoHRiViVI4MF0STn2yvEWeUngynn9yNYutuAV68ATyIWRIlRKUaxCez6xPMzuSd
UUT2BxtVGdDr2XUG3HEKdliNnQYFw3Y2BZk4phOseQDFc7B2P7Ot4TrPvmvGxhyVeaPcCLFZ
kQm5OR3kbm3vR85vPuEUtnVdU/YTW+pavY7iKLrajff6b8R6OAjkCBkQBxGIzY5ybYSOSIar
SMdxggtjqTHJoYdZHvTHQqylHitxSYzxAcitGeVizFgQfFJND2fkX550BYy9rWk3K8ceM8RB
V2MIrIexuNNNs8fxyzYihQWYzHFfpiKt3FKeXyc0c84c1h1jHDnZ30pVx2TLO1yVsWZ9duVm
hEfI6JxtaRNl/wAh0UxrVo60SnsZZZLn8F/5aXcQd2SN48I8Fl4I3IJGBKj+sO5JDHUru2OR
vBIQuRfjkLDECKOxkKUJADhU61oxSOD7iDXsUlH/ALB6Es952E2CZJVjI5mRZVj6rnBOrIyK
wTiMsWWLEM+SOytBZaOWnOLFbNeSMOHCMsTxV4ux7WW/Z5Nz6axC9Ts+yrlkksWHnhkgX1+Y
67ENEACrk9GDJZlsiKGxJzl/gg2wQYiAhiTgPiRgE92yngK2ztWDuAJCdNxXNFilWRlkgKBE
G2fi1cc27dnMpQspjRcfW1JQyHYQktISQWIyDkzxxAkIVz9tgLP/ADCkL+eEk5tssjPIPxa6
WS7ZsLYTkEOEYR4dgo+Q9w1qWFwWP5PWrPlus9c9ZQiiCxiV5YSJoxpWhsSMOos+nqqc8Vn5
JfEVQAkkaODBHtIl0es6ezesR/FutQWvj9GxHd6PrY6sxkWVdcg6hVmK403EmUkswYhS7Vah
2Y9LYQFFC8DENdcrCbr6te5Zm6egMs9XCVlheF2OsY+FGyxBA5bgRgUlVQglsCOBKyWG5SoC
2aOA+NgiX7MSD0lkwXNx8t+MJxic+S9x6o3I3EoU16hJZFMToL0VaT0xyWIyJTteuqC1IqQ1
4ZLLyzQkeqTq+07i723x6fq4WBbEUEw9ZbnEXxftXTrPiscZVK1ZZOxiAL9rOe06/sbD2uvn
oYfBL6USHHmJLNsgE5V0FNqJSu2SUaUGNVBG6f4xdTHxSSF2X9iJZ+5rRWKRHEHTAa3xOog2
4omda3WYBGkc8TzwWU4zaG+QwAAkgYwGnDAxSCN6naNYr1pfZFhy9ZFWvbleaeTy0NCSCrYi
/WhBd1jT15dq+1YEkD/5txzUqpUilqtZUddKhpU/VngZPDFNEnRdSrijSDAaHnNZNWhmZ3qU
oufYX5oYYoE+SQS37/YUJ6UyozlkKE63gGzHUciCvFHgJCS2ECvKjmIjGHpo9e7+ued4o5pT
7wyy0+1h4v5xfDnZNcRCSt2PWV0Hb02CdjWkBcR1rNaWSz1/xBpIv/Soc3rC3kAcZypY73Vl
ZW+Pu70gd4wz5N2DO7nzXQPZtzI888wnmggWLCTkd0V3is15JYGlZoyzyKoUa+ms0M0MA8aG
a+lm4Vev1Z5kDGGdl2MkXdWu5tWQO4lRXkeRqtC1aP8A65Oqp0k0cEpCn2+HsOUlfkqnxUUF
uymzqF9k3YWGW9KPZHAXiezGJqevKD8lPj8yYuqd0XqZMjppWFzsWnHxqiVmDflyXHbQBBwo
7kxIEcayNyp+NBTTGX7IrVrbPIzEjK7Mk5mm9lKaAxj2bmVzkcEAejLSjYIrluQEDtofV5ET
JbKgRdijSqQwPjHSeYw14oF0MOayX491sr2/iNdxP8esq3VfDolCVKyL+tDmhruOrlqNN7sV
mJHLAy8uqQST3ZN2ulISNyHsl9lwYxK/ESfdRoom8pKC6RhYwrZ+jasP/nQwnpZA+Wr3A8LG
BScRNYoTG0DOnEj8W+J2H/aJzty0hugqZHPMA5sNkVlUVrkWK8khTrZJsrU7tcVrMhiEicls
sZYZVkU52Pa/qMtmV8e07PAsswrTk5G6uNAgZr6H7kYyBgFCjjmtZoYV3ksCSK/WUnS/8VVl
m+OdjCp6LteZ6Oeitmlbhlhda/WmV5M3GxuThWkJbH0XQBQnk9fCOUVbcccEaK4BN+UIfjg3
UMEPLeIQSQWCa0yqBMpdWB38bfj2eTxahvFzLISSCVX8pGWqQKL1opfXH6okMeD88AIDEknr
pHFbsgi3e5SGGJbtpnM00lTrAoWRY8hmZZaUhWYE4D5zWHDnjAM1msA8YR4IziQNHQUZPwmS
/CDQeJ5MHVgRcIorU7crNpznE8mPmtDzeCEARx8U3oTSflJGbL9KDBWz/bi9hUHByA5DbAlG
DASLp/jx12g+1jRh7F1UuVJJDCBSxUHFUAdfZMiyyRQq4ebKfXcIoYYkDHLYeOeGhYndCGxE
jR7Nv1IbfIVHO1sGNj27wuCGXeFwBPbjiFrvwrdf2s7SKwYZv6aw55wjxrJpVii6Z2kgsQid
e3heoq929xZCDLo6m5aGgiAg0IAgR+GQTlnkH4vKDaopNPYghSFO5umrS/xn9ZY8vZiA62SG
B3JFyyjJ6LiOrJdcCCyXLkaw6Gc+JhnRgo2I5fU8FeS3LWqxVQXJKzkKkxcXYIx2jOSVkOWX
kL2rPgyFmrMRDDOrJ2IVqFZ+Va3dgqxXflTuRbszGtJWZ+Dwv1HYF8B2NfU4d4d4SNfIZxD1
lCdII7llEM92RlgYRTtpi5OS6ZnKA0aolxYNYVY5UXlLOdRKk8tjrKKU6oy6guWfTFhfZTQA
Dbc6x9nIwcMUckleR44u2mcVphnMHAfBLDEJDU5CclkIPSu8xexHGWu1wIr8chrSSyZ3kogn
s2guVfY1i1IOcsu85sQ9sCvGQE7Sd1r0pSlCWwLUtydJMYOpTkD1M8UidAv/AGc1UNYRMVgw
8YQMOSzxRCfto1zsXmu33mijezOWEx229hm9gCPpo5ESh1z27FbrxFH6n5eh8gjMY7K4SOli
CzKdi3ZEENKFYIv3FwkaGiOOyy+CcRipDDY7RGjvcpk7qusUuzm9q2gEUKI2DY54r1VUQVpq
Eklr/MCmvHDEImLZ3jpPd2FyuQgvSqpL7AcA0AJLT2Y6yQ35rgn7+ZKwnL4zJHEHfggCrWrW
uPXQmrXMgx2DrHYKkXkKpdDmWxdlni612Z6kUKwW0n7WWdsdjkijYgZzR6GSaKfpvSO20snx
iVRZluda6pbglxrsSB+xd00gk6WCVs2cLm72MrtYl/Ti1vAdgEbI2QQpklUYnskNhQhhmLxd
vLyfxvl45axD4rruShWezdA4hSAHIOIPLzpWhNoWCx4h39daxKxJYn6dfar1oLNuW29XytiI
JJ+tYlaZeK1eunnyDqIIQkoRFl2WkCuX0ZttjyEBJACJxq5beOrZuTSQ0gy0GG8lZiteoZG6
vqkVkiVVkiRl7lE/bBChX3kCCSGzYT2JaSHOr6e5dsRRJEl6ytatReeSKCBIl3hGgHOk4gsR
ppNtHF5A1kyl5GvCu8pZzIoWTWaGl5hayEijbakasbrGSN7BCAkdlYM9mIiCyzlhZn8SsS30
34iQs1TYwIrvF1YKt1lZZVCKkm1IfYDgFeMqBiDtt2EKoJCzQn87EsckFiThXjDJ13rZzBQe
V6HXLkcQUEY6kjsoCtl6k/KKIo81uZ2p/H7dgUumpVsA1h8ZZsv2HYVa4iXxreFRxcFSH0XJ
fNqCq8cI0IiDJZZxNFMA9jiJgQCvLcdEME4VYenoEjZBZhgUbVlQdnKZTbVhYlZeEjnf0++R
ws5SFlHW9ZPJBBDFVQy7JD6BGSgEeBhIJjfWSqpLE77OzNLYjYhEIUSKGF+AtLPEPbFUdkod
eYgiBQBhAwjxYoVLGTfGoi0HxoFK/UUqroef1v3EqQdTSaJNfVCrCYBircTM3kKABtsbarXV
+FqMESnQ488joNiQwci6LnVUGuyqVUtoZ5JA0O0nk5WuaJLI7R2J3w/SNCxrddamer0Fqc1e
ur0U5KmBt4xXQcg78A7MiEkqQFJURONcfMkZTsABG73THILMgWmv7PZwdI7ywU4oQFGAfQjN
bwg5rJbCoUheYhQAclkWJLc5nuxe31jGYKPbJkakYULLIdyajYBUGKRkjl0RhuWJijrxaieM
9mz6RVsLOq1vfJEgjhD6J2cRd4fAqzSWe17GCxJLHUqdl1NhGimA3nX9HZuR9R0sNbFVVx5+
Bm5NJIRjP+PMgsAo4gYQrKdYdgzWY4A/YzTTokix2kjjL/8AZZkoySosciJ8ZAe6BgwZv6k+
ctT8RBW2cIOO4jWxsR9TU5HD4CgyniMSPeIoGTQcx6njVZQuKykSn8ObgpMJDci4tQ1zsKJU
SRoXiKTmpYJwEHBoY8kcKWrafrdWq8VVHWsj1k7+gZ79HpK0AAEREynJZ9KshYglo9ll46Lj
yCGxSeRYLm1J7GdooC0rGCiY15uDZjeRKn5TTzOXs9R66HxrrTVUYM8/QHN4TrJ5uC16vH6b
xmCgKZD2M5MteERIfsCZW0B9LMDwSBAccAYVZksQoAjbDkEO285tDYJDLHX9MkkYnyerGFqW
Ghes0nFLIKTXpWZKfNu1dpQIv1UjtxEjkzvMFzY4EDAWBBVk2dgswJ0WZWwL4IIzwAACLFlK
8ckjWniFOqD3NVVj7WvLKkDSrZrXIL/VdOlJOw08tZQsf3zR0N/wflqKEKdnZBz7YVBx3CJ1
0Aaz9sJMhACjeazt6a2KSCX0LCzAFMlUcXjEZU7x6zlJ6sjCrIxx5OQJCxpwkEtRHPVdgyuG
26FTlidIoRNNPZlklXK0avMfJvSccDfhw2oQZrRdeOFgACoh8bDHF+xUENMM7XsDI1cu8ls7
Y0ZzEleZ36DqZa1U0qpmOSgSXYk4xgYMAwjNYB419CM3hUH6d9deNaNZa1ZwWKqFGjgH0OtH
nXZtq0hABctjjzFFCGffGWLmrI1eaSVGSaUvGjshoitbjkpESRCVEjmVYrsr2pKy143dQFhk
4yRSnjeeSSSJw0SyPuuOMbAoAPYJ4yhEmwXOo32Psskp12FhYkeQzPDG0hqddGpq9ekgjq14
Ro/S3Olat1FyWzDrx9Ac1/AnPuPtm9B2Cqtt7PawLIsWj9Bm/pLII1tnlakBxgTgQjD5CDeO
5AikCtao/swA8cJJyE6aSFudPtpFb/apASyxTZJc2lCryM0nOM+RXBKWGLWqfJZo/AiICsoY
OxBMythJBLocj5Ex8wWEaZ2Vozz0+tBEFbQqUnOIgVfGjnnXyeUJ1PUVEiQfT+v63m81m8Z0
UTdpTiM/yCsgm+ULl7v5p6fxrrDBAM3micG8Azxjqri9TaLJ3TkJdNK6korlYm8TMOIRuVVF
OdrGnuIGQn8kikkSClk3rQM6M9Sr72bhEkUZ16VMkaALKEDoW/dQkhEGcgFmG8kdQJWIyrG7
OFDNZn9Sz2LVuanS4CtVdjXoqmDx9NfQjPknGaaqoP0H08ZrDlmwleJu5jevdt9nNM1Rmdak
fFo4kTqY4prnW95G84PgMN81GexRgkQ5zXP34As00l15KcTLNWkjb1qsMk9hXknfSXZFSazG
cpTAv3UHrYgbra5104xDa5ZY6nDhqrQRRROjuqKVUkyL4WU7azpERlYCU6Mqrksxcyr6ljV3
jgCAJMgfs7SWnqVQgq02fIa0cK6zX8Dlomx8lgHGLebzeb+m873bUKE83XZqvfgtVuLMAouy
lY0Q1qcvLdfvLM0K91bEhvgT/uOZBcZ5ffNqeWewFd4zUSOXHSEC9F6DKkgd9Ln5YZCDFPwF
qyHrjiMrkCSjIsiFDuePYK/9rS7NEnY0EjlAJmdoxom1CJIKkpaDa6s2I4k/2LBk63qZbSem
FMu15UWXswGqtOX67r0MQRVzWD+NmZYIYuxvnsqdnuZzrx9NYPOE5OhZfkcc0UvSd2K8k8Ud
2CeJlNVf2uwMqvLOibdWhkiVGCmPlEm3r11A/DI45HJpRIFqzMWik5Q14NdzSikgtIVYnwX2
ys4MzEsdsYhtusiZYSCRZ0kftOK6kUVAErPqMFS7sCgDBGLSRIEHYdrIr857cnRfHEq5IQqe
HIg5Yeg6oyw1K0A+hOb+u8J8dvy/X6kLX6qIEJvDgzebwk4xAHZpTsra694Zem+QyU27zsxY
jowvBRkUoV/JZ1bVVzG7wWFxJ51MFm0w/ZnwHQhqazQ0VU40KHCja7ToEnWzWkjdwFBbZ0Gz
xsM3LriTW4tnauVHIbiRmyuzquyDrlI2w1evYmDj0G7bWQpVlu2em6KDro9HJIixSsqHXjWf
ca0Pro/TzhOd93E73Ie5FgLsjWa+vjLPbhZpffZdLHW1ludtRZZkgcUFNi7O7JLOeY9mgxBV
wSeusCRRB4VFXNjI4kj/AIEYRms7fpI7q3qE1eUx6zfHFKsy9dYROuiZYi+j3RHAk7rdlLEa
V2nYw7MjK2qcAsSQe1EFQlngknt9HUq16gH8f7zfn7fTxm8JwnLlha8EcYbs6iRSXN5vDm9A
nO7uSwVhJK2TTzCVksyOlKXlNEIY6aLFUr3XOSkqSxOB9442EB5VnSaBiAdn+RBzWwynLlKC
5F2Hx3sK8lmGSvL4BrdglypwKR8WJ+QVZoa5KnNbK+Mo9nJDJckiNbqeteKLXkIN36R11ZHP
X01msAzfnD9/odfwv8ZLteE9r3cUUca+N+DhzYxmz5AC1b9mdY0rSQ5G6bWCugu2BZnuvwGz
Ia8zyJJpXR/G+So5WSGdJYOR3uX+Rzzh3h3hBz5V1M6zspGdRs3g3imvKeWvFMp6DrmdvjnU
tlj4WrSp8LgGU+sr1YAcPnAms4jjDW9MubwYfod5v6aweMObwnCc7WQxdn8boCtWH0+wJxiM
lcKO+vxmNpXL1XqNHdrGGaxZ9MHXRFpeayPO0ceLK8bQ2DYQIxZCQGcLkPYmk6JDLH+sv8Rv
6nCuFTk8Kyxd108/Xz9SwW6s6PlEgSrLrBIpCSRSZrAuazWAedeMH3wZ/evoR5GbwnPGEgDf
03nfw+x4FCxjCSM2cJGXbAhSzFYsC4oUwCMYkk1YxdvBaHZPGJ4eNetKv4MRo+CjMhqzJMTG
qYBxNOhYv2NRVoP9Oz/M5/WMdA58uWNut69gLELfnS5tM6AAxsTKtinPQvpciBzf0GHNnB9z
4LuEwTxnAdjCfBJzZwE5s5sfQ/YkgdzMD2FJX9GH6HQyeXnPFbkr277oBNEi2awJSyVrorNL
MwLPWoq6Wel/KxWliYjRAZcp2VniY6HSyrFYlmhkT0/zZwDn9kYc+Uwxy9bUQrJVKkVpxWkW
RWSV3Y21YGC2DLBZVzr6keMns8MF2QZNYZsLk4krgrdkBW8hK2onwOrZLdgiK34GwMrD7Yct
W0QdYsvZ9gigDWaOFwuTWCctJYM/ZVp0dLrsberEdWZ2FywZGhULF1dONDNYj08pDtJFIP1a
zpLQrETw/qSe9GVQ6NVnrLD/APncv5HDvNawjCpJvUobUUvxUor9X2td41t5DK1d3mWcp2Xu
X84XRbcsPVWbE8Wj9DsZZlKg7Y+dAkltsdsfod7DkFJpFHg5o4srLgtzASdwzHuJo4+r+OMs
FIWwMW3Ecmn0HZjja2dAuqMncdcsQ9p5y/8ASCpLVIA+WL6Zz/AAsuhIIvY7MSWmojT07EAh
mbik5hb9v6D7fyOE4cIzxhx4Y3FnqYJTd6meu/ZRTJZp3Ed4LEtSxG3JNne/OW0OM28+43h8
AltEqAWIIPI7OAnDKqrJaZStua5JCqKPksjNY6ASCAyeTOqD2gqeRwklinh2WNJIZOzisV5a
UnYzxTS1UZ2qVEc2enryP/jjnZit15VksxAtYTI61yfEaaJ76WOxyWOanKXMo5p/8OsOxmsI
8FdZrNZo5JEkiQdYYXu9BBK8NJZIB4zzgH0YgCwQ0jN4JGm8ZvxrRIJw+MJGSM4yWVI0HtuZ
BGyNPOYIWMlrsKfBEsXhHkYefDpSW8KwbE45KgkYEIOxStLU8cut6sWIBM1PFvGJaV9YIKE8
Gq7wSGUxERWF415ac8VK89GftrVK5FXY74Rb3/8AAThzzn9E4R4zR3/fnWE/kM/v6WycbeFi
cY7OgSW0CWJ1vDpsP3s2I4khoz2nZeCVeRErqsPXbltNeY5XqkYrDD9uXILpm4nPsWZFXs+3
WzHHSkZ4YIYq9uqm0NeQSdJTcP0MwaPqLKJaoTtksVj3moeU0E22gZMZWSTk+t4P4nP6O/oc
JOec1hBwjxr6AZrPOf0Na34dQ4mo8hNFKjc94WIwsdbAwuM2ALVn1ZBSJYNobOaC53kwip0A
5ynUWAeSVG3AYEnAfyUgiUkDvrpVOqrtLdqVt29aLIGyzVjaLVpcfur9d63a07AKbMkEMgn6
uukb9bMFWHi9uAOmsGbwfwB19N6wnPOeNE6BJzY1vf13m82PoN/X7YwDCXr4HEnXTq0kUqEn
ydEz2vyrVRGW442sB0PIbvbCyWeog1g575awMd+1s5bxd6TxliSNI5ma7e6xhHOpIXeE7LTx
oLnYVYmvdjLbk6tQ9zxhAGMwmkA3k1OCcydW4z/En3nnB9N4cBwsRmycOEnNnDvPOgMOHebJ
zZ19POE4D9DrevBIIPgugcTdcjC2lsGvBHAnjCdnQOHluxK7uIy93r4mbNNn47IBMrJElZZn
OiFQgDvrBEfB/Z11MVIATp5CrW+zWIv2c+pGZigKnoaUokY6yWdlEaLHGN65hSGUZvP/2gAI
AQICBj8ASB//2gAIAQMCBj8ASB//2gAIAQEBBj8AXBM1lZuATM/FPGgGjptSgKhtVZ+SJFr3
Rsru6u/Ej+lVJD8dfhW13PD+bduQjtLHUAptNX0RY1uWQFCfWnkWFNyO0uDfj91CIkJ436hL
h7qBhIbpeFAaFdQ25IjokKfdkpRmCOD2PvblaqF59mgUsRAEhxuQs2AOIPvh2S70EKMEQa8l
EeWMAX6xIfypvMYpY+Ex1QP4UdkhLsqmNCmNjZkY6kVQxgV/yRGPvSsNfeRlK5v9B9BxRYO/
BfIjhHzDISGUXDeBSwTBOOQE8ZPPv49ya3JEBUu9U32egQ/Z00ayNTzWnb6Gb1pj6ioTmOnH
UdqJlRTLuIS2gDiT4UMcaQiAZS7O8rU7v3P+7+NXYLiea/yC/wAl062aiNKqkVUMNSnB3acw
nalnQDaLkbFlx7LoCzaouWBuyZ9EIwDh2f8AvkjCbxINQqi1j/anfdy4JmYjVOHYCpBp+FAx
JhwILBDH5nqhpM3QnjIlE8C62ZoiXA6j4Uc2F5w1j4ggC7W7FD/9h5nKPlzFID/UL93ahLy1
tokJWkxR3TkHL3TxyF+Bqt+WRluLyW2BD8CUZttw5qF7CaYoyZ+C3O3F1d3HfGnuqBqCSW7P
oDHAPORYR7V/sXEpR22F5zHUhLzOQYwasOqS24YvLWUqlQIFixPb4kTEFxdNbtVL6rmh+5O/
anuU5D8k9k/2IA21ZExseKlLINwNCLFQOORg5JpX4UMESDEHqnGj+6reDb9qpZVTWHP0Eih0
VRXXn8KcA8E9gmA01QILyJrG9EwCD0XF0aO/FAFjSjKGPIDtOhpQIYsON4CNREX8MUT5mI3e
AgtIfEt3lmmD4TdSxZY7MkTUO105DHtcIs9RbmoxjrdkYmkT9aEsWQiMKkGxQ+Z+nkF+BXHd
qt46ZG4ChizY/mwx1hAk3W12ziReI6WgO7CKL+jU9iEoyMTqeSOMyfcKHgfDJfJn/qY2iTxA
8a2igjRE+JAO2rj+VQEu6LMxr6WArxW/DjM88R0tURHiy9KP/wCx82d+TL1QHD/yegk0a6Ev
ALD8yIDl61RkNdF2J0QBVH7VZVqExFrLbWoqnR01IRhDuYyxexl4u6jHGNpAaRPP2UIw0Vua
YpgVdHhfmq/uR4cGV2CFQBxorg8QEwcnTRAvU6pjZ1T6zqqAsdAhlzvGL0iNUBCA296j0PdQ
294Aj6yhSlguB4r5kZbc/tHX3ZI48o6gbhEHWwCLUe6Z6JxQC5GoQML6oQyETx2INwhLHJzw
TmoGhXzIAyHAd5GMh2PdE4y5F4/0raaEaJ1GBPQS3Y6hkgwlkoSeCAierVbZio1ZRfQhjzQl
AuInae1Uoq6KOQQOPBK+WfeI/wDHBDDhh2yNZS+KSDBgLAJzQcUCe5oPaTCyM4kyAFgHRNjw
1RPBcXsEQA+jIMai/Yq3VqXQRc2TmoW0GqEXEhMvE/8AKpmV5G3Bk32L1+gD0dtGVBe6qHBT
27KIE0Dqmhsq04K49SdMAC6+dMb4kNGPP3lGALRActwClkAuWB7EG9fNbpUPBMQ44rdGoUpx
G2cagc0bO7J2tpZ0DxVwRK/9KAAEeIQp3dBqgcZMeLIjzMhEVYsxQlAiUTV0RINPSQut23fA
Ckoj+ZdQIMtQiB1Mg7hj2KEpGNKD1KE41oASiazg9k8XizyY8WUJSuau+qpVHzPmY7hA9EDZ
/fQEQwFABQN6C5fkhw4I5M04whG5kWRw+UDwIIOU0r7iyCTsT0nT7qMssXgfHEOB8a3RqCKF
VD8wiY25JpGoudEaJkbFMRfUq7vwRyEVkWj2oSbecY7t/vIyAYxoQbue9JPQDh6OJ1CPO5XI
rgqCvBXrxCcuQKIm3MqptZMRq6dMbc0SAzI45yaUHAYVr7ynEHf5rO+5q7IezFbYi371GRdx
Z05qeKprUpiXjtJPIhfqu0ywZZGBHUTH60HJ4le12oEF3vEoH7dFQMDcgJyGGhCEhXitpJlB
6xQjAmOT2T/UmkHfQ1W8dORmBFB+FGMIiUQaSBoVtyCUJC8T/NFZoSBJx1jxA70VGJNvDwQh
AiiEZbQKufUhjcbnBiBV4hCXmaYrPzUIYcgbjqVWSev1ImZkAONAjHyJjMxoZEuB91CWXMc0
8g3HdaPwQRywAjjDtI+I/wDjipeX85CQBJL3lE/Ahinjl8qdJSP/APWpnBIT8s9K1DpxYJrP
qFyNkwR4m6qg/e/yQaywRkaGa8xOLbiRCJvWXeWONiwMuJJVA3JaqleY9NDTmnf1Gyd2AsNE
9ZOFQEVqFpE/Umfq46qpbtTeuqta3D8SnEhgA/1KWfHIjcCAyhvlUFzohwAohjFSzqVW2yb1
oiQ2hmDI7zuAFEep3rVE1T/vWjpmZN9QThyLHgmiGe5/5kSWHAreJbS7g2r7SEPNAMfELhCe
OQlA2ITD61sncd2ce9H7yliyB8Oa2Y/yoTI3RkSd4D9PhQ2EkWOor7SMSKQFSbEqUoFxRuXu
o5hIARLEaoiQ345UMTce9FCRlslPc0w1K9ClCWQf7mAYUJeXuqMvNTMYyNDLuBQ+TKGSTdUo
8VhweYkYRmLjkjGEt+LykYjABb38mSP/AHVKUcYlKYAkTyXzZNMNQEBnPtIjHAAH2Q34k3DQ
oj1rkgKU1Tmx1X/BRJ7E6x5gQYg07VCJLhzKQFkNAKLmPQ2iD62X7iLpmqnFj+3dXFzYI6Nz
RDO904DHUO6ZwG/bqRIsLEIGNDq6eIci/B1SW1wxBQ2ltGIQgL2dDGKh3MRYMpTm5IiWAUpm
0pGQTEs6yzAbYHbUpyS1nTWbgqmxsUTYyt2J3AOh1TMTr2fCi0vrqmNW4IMSI6Ondzwd0GDG
N7L9GRYVnA1jJBjsyawP5VUMjCYeJu6MZA+Y8nw8WMFHzHkyJY2rjC35TtiO6GqfZivmAM54
bVlGYyAAYbNPeWeOKRybLZZDaB/4oS/7ixBw4cH1FHbihLLoZCh93chDNOcandhlXaPaw5dy
JwmTEWkXC8rGIB+WN0zwXmPNlt2c/pY4395CGWYjn1BtX2JJuNj6OoOukNxCIa1kAeTkJiGA
4pgDyTnREGo0CDEARLt6kck+/PXURPdVCwKbjr6KrtsrtxXFHaHPC66qUqVeh4fmRIN6Cye2
lNUxdvtVDzLFXcDig31IPro1a+JbJa8FLGCKCnF/eT5xulA0iB+ZSl8oiUgwGiAkxMz0gaAr
JJ6s2ME0f3kcOU7zOLSPMhZIRtCRjXRiq34i63Esg7r9yIIMjwFFdjYcUaltVeiJjR9ExrqC
qF9aISdpCxso4Mx/UZhI6+6mNkYmoKEsETjMw0gLS+6jPKTKQoAUTt3gXB4ISi4wSO3JG6hs
IfJISiBQEHxyUTwkar9ycgONVyUvNgttoOdO6snmcm0iHTCEa7A/Vk3KMYkSeVT/ADIHhSiB
Hp49qY04FPA7+MTf7qrRrvd0Ys73VDegfgo4oncfGOCEwGlYhfvXGitp9qsrK3Oqt6wmrzRf
WyAADap2ER+9dRHNkQ9rVYIkfsU1uaZ3GqlGddoePE/ChIEwB1kpibA2cat4opiPWEJsIxiG
jHifbkhMBoitbIEa1VCx4rMATPqlVuaBY/U4RNnFAmMSODuUSASKnj95Gm83AAqnYg8xxVDX
grB+A/qTta9WTswPGyMgwPIKpBeheqBlIDbqCfxIeX8wWyCkZ6SHhiiYlfqFzABgdSjLIGc0
AoYphUEUUZwF+8LKAzHeIDbGNztHhU/LYcZjEy3Gbsdqj5bzmTbkBaM5WI9nchKJEokOCNU+
qx4MMhFurJ6+5iWcgOdhJA/iksmc1q0SjLRD5zb9NtKeHd6aei1UTENkFualTqBqDoqXNFMQ
6rVQo8p1JTm/BcOK+3+5XcLlwQ4aI/uXqqmiGOiYmyLFh9dVVjWqqXF2ZAmo0CY1H1p4mnCx
Ucsbi/MfEo5YORacdUHYRmHjxXUWIsOKBGqbCCclKBY83mM0tkXBxyOnh7q5LIcZeJkRONNp
r4kNmKLlwC1tygMmMDJEMTGgJ+FAwi0mDtwHdTgRgGIAiA7HvKXTtPtjvLqyyEJkiMpd2nwo
GE4zB1GiIi8jHvA8fdQi1fZVamPY6a50TG/11TB35lFp7TcnX7ijDLIzx2qNEfMPEuzEDT3E
AQ5Nz/ci1xc8ltk2029aMX2tqf5ljxYpy+ZtAntBbd45blGUMkTjYjdEATifB3EPL58oyiFI
EBmHsozmQcku5DV/akvm5Zk7y5f2llg4jvgYgnQkbe6hgkRKQJJMbF1h8tGDg/qZDYCMO7/G
qhjqB6aU9D+j5gHTOh+JZJQO0gUKlPJES4PW6rYUTt2BVDBfYm14ejkuQ0AVvqQNRxXEnVAn
qKLAUQo2nFMATx0Tt0hVodGRFWJ1TYpGGpAUY5gDtF2rVbh3pW/pUZTI6DZDbAzMi3Ie/JRj
veTuYhTzHwDRfPnFoZDuEviO5YSQ0tochOKmwHNbpmprIrdHuQBYqv2qOID9KNQeaEIgFr9q
+Zlxin1qc8EzAyLgSq3uxkiTtk/eNqBMY2oSrhlRi/P+lAEWsP6U0hXtqyy4i8gADB/5USR1
cAn0Ov8AanYtFrIGTmLsdUcuIOcsi76benaiYREd1S3FZMkyCYBhHUzPdipZs3UCacPd2oRi
aRLluSOU0xYxti2svFuQiBU0Cn5uTyyTEYtx+BRyDuzAI9fp5+mqlD6u1HER1GWwhA2Vfr9D
PRW09F2RTg0TksnatvWri1jd04AcfWrBzUnRAiThr2+6hT18E4qNB/aiOSB0H1OndzweycM+
rISBNKgaISBaRuOabjqiQHkbk3UPLQYwHXlbl/pwkoYAAXLmmq4ABghMd0Wf+ZDFCoJ6iFtF
zUlDy4l2tZNG65rqNBYf1IR1Noi5R3CrVHBGLCW+ppx9lGcTvAqQdPwpo0bhquo6U/aKvfQq
O6sZUI7VExPYOXsyQcWqOe5Sg1AH9YUZRAEhdl8nHKhNAefxL5GVou7lhuY+8hKZGyINB/8A
clJb5kgFjEA/iihgxgjeKgUYKGOFgALVf2pKXmchDDphHWUyt85ylijLdKvSN3sIRjQRDAdn
0C11W/osoSxA9EN+QaVO2M0IyFWTacVxVNV9qNfRzReyt2AXXTbnVk5FLkXW4ghzY/lVDQ8A
qMOZuqkEI1fm65G6Nm4siQWIFdXKES1PDZBw/BAC4NCSh8rISxrF2ohjx5hGUiBQAkP76Msk
t2bIeqRuSjK+2pJXyo92PekP5VHHGTRJYtdbpMGFSbI4fKRMY2llNvuKg3TPembkoA6ppmt2
HBbcEGHHVfMnMynIVB0UYWEz3uQQiSKIiOPdGY2ncjLANsx4bfzJiCDYhW7UC3SjoAaB7hRw
yAINATx+JEWcI7emQdn1Tu/ZVHLGPTqhCIcmjISb9TuiA0PtKXmcxEZM85y0Hso4vJgSj/3S
P5EJZMksmQ0Yua+5FS+bEQwzq0u/uHi9DemtynOip6PM5ZDdEyGKIPsw6si3M+KVj7PxJ2on
5WQ09Nl/wV0LkoxD/uQ0a5QJtoUWDAXqmdwB2/xIUbhxR0D3Tc0ALf5oPQ2vUogAG5Je/wCJ
bYUeoRhkLEFnv+FAxLvQvy7yEsZ2CBcC5PxSUcmWQJmwiB3QEIYamXS/E+OacFogW4n2kcuU
1tGIrIkoSzD5flneMB3pfGhCAaIsAgclTI0iLreejHjrGOp+JGeQvGwAW2IACEWqt0wwFuAQ
nt2xDiL6++iQdwF0ZSG5xVbpC46SjjmD0mh4g+JVqyjIGpFQeaNO6bk1dCv6kQ0gi969iyMK
PY8fdQjmB2HvAaxU808p2A9EI1ydQ6UfOZSPlmkJTI3fegjiB/QxlhCPdp/1Je2owxxJyTIY
B6oZcp3+YFm7sVz4q3pcrkr0TBZMhpsiSoBnO0zmfeyHcjGQcSoVLBI1HcPGPhVqr9yvoqo1
9S/yR04pgKPVC7mw4Iip/wCKLvFDtvxCIYAm1Krc/Ncv28SaLU1sg1TwQfpOqNfWTR/ZW4MJ
61f+ZRlMhpFgWp8SmSXiHO7QFCMImT/t4VGWcfMygbh5eP8APnRy5TukaAeGA9jGhHDA5Mki
wYO3xL5/m+vPK0TURTyLAL5Xkxvn7VwPhXzfMn5mQlwD4VGcfFcclEACcSa9hW/HISa41Huy
Qh3shtEJ8pc6DQIhiyEQCOKtSyaIckowyhzpLxBGBlL58RuAvQe6tsRsgAwaj/EpOBI24KGW
DnHIdR/mghOPUJBwXWXaDuII7Ft3bibl7N8KEoTIlGxBX+38/kJiQ0DYOPBLb/3EYwgZxvER
eXSfeR83ljtJDY4nvRHilL6TcU7uyBGof0fLF80hADtPUpS0kWHZDoimXzIj9SGo1C4aEJgV
6mXFP9iqhpwZVoDxCZ3HFFi7WCY0KIkPUE4rrzR20e4CqSXuFwZavxLIHwnjVA6E1IDJ3FqP
RRmepiGYOpRxw2Y3q9APjQweXDmJG7IbCqmJTJy5G+Zll3pD2epDF5YynIhqd0e9KSEAKi5P
FGcyw0GpPuoGR+VhNo6ke8mxiup1V7rrLzFgKlfMkNkMbCneIUsUDsOQBpXKJfdOV5mpXEej
dpGpRh5d2djJqqIkSZC5KllmAQASNHPsqWbPIAy05eyiARtZvWfZW0MRdnR8tkIGPJQE2jPw
yUvKZaEdw8x3ootF82TpA9X+opGRoa11f2lSp4UCBJIY3ChKMtz3kbowkew/SNaKUYDqNmWT
y2d/m4Za8FyWCAfoEpkaW2QUIagD0MQ6/wBxjLxHfHJOC4VvtT2VFzRVSyoO0OiHZ7gJw9F0
61PFXA0ortwAKLu/O6vVAGvEWQcMDcH+1RkDGIuGRD0I9YUZDughhf8AEj5PyrQlM9RJZ4+z
FDBhgWNZT5hQzeazykCAdgtRfpgD962Yx8zKfCNPiQzeZO+fhj4Y/dRonnJuA1/CiMQ+Vjtu
Pe+6juG+RvKVUcMx0yBBb+FbYuZwJYcaoZZEAStAfmkn1XWb2HNCEBtBvVfMkHnp/cgbIeVi
WGI7pnn4YrazAa3r91FyZHhUV8MkGixZi5evtoNQgguFDzuMgZMUNx5t7yOeZ3SLAg6IxDO9
AOXvI4oxJlKgojifcQBu5H2V/t5npn3SdCgCCKutpDGI+z6BIunlQlQi1AHJUPOY6CfRmHI9
zJ6D2xiOyP6mT6BBDgixW7HFsUvsKuO6jx1V1xB1TfYqMO26sifsFU4O0nTRMKNcpm7eaNGH
JV1sXTuzcE9Tq6iDQHXQfFuUTEuLUDuqB246pmcS40QkJ7JCoIpIS8O1Y80P1MkOjJEa7u7N
Y4eYl+oBWOtU0HxYhcm8k0BU3kbomRAA1KMPLRMuMz3QvmZjvyc7BMnma6R1KF8cLEjh70lH
JjBmG6pcCsspEbRUHTd7KIy0au5CUeqDVJpt+FAk7pc7I8FtMgDEbiTRgp5KEZJE0O7VCOLc
Zv1Fw34UJih1Ffzeh/3rLgw9ZEo9I4HvqcWIkC0wLOPdWPE+6MqHRh3pyUhCIixEoS932UPP
4xuxeYLlrQm3VjQIoYlQyGuMgAnWJHtKOQF4tX/lQ4Kh9AGmqqFu1TEUKMpUEQ5PYhMhqGf4
+76Kl/SR602m5vutu2KlRqqKqJCoKIxNjT1JoMBxTvXhUoHc76BPwsnZn1NkADRVBBQiAWNt
USJndG4IoQiA4YkN/SjF3AYn1rY4ABcVt91A/M3cTqF8iWQgTFuK6Y7jck1VmZbMMTkn9iE/
NScaQFvvIRgGA0CEskhGPEow8pAk+3/ShkzEzmakFMAwGiO7X6lORntiT3AbH4UPlAbWpzTa
3K/4KU2cxBIHGilkymR+ZVzb3YRXNGYBA4hFiem7/wBKJHd0KJ0WQSswHrWYE98iQHIjwqfm
CLdEfzyUc14gbZflWfymQCcDEygDofdTtWJIk17qPmMcesh5YxeUPBkj/wCVHy2V4yDSi/BR
q9LlN9IYo1lmkIeo/wCp/AsuTQnaOyPo5+ino7o/1N38PdRZiOKOnJUsiDZHbZkTRdIbWiDF
uLpjXgqCy4oEt6lWtaoGNuIuhkiXMQBPmFvhWJueBW2fds91YV1VdbrHI0AlQ8nW4ljIEgm1
PAoyx9GEhyeKEYU4nVckYxLtdrI5spPyhSEDSyaEREasqXX6kgchtEVJQM5bRpEUDLcan2iv
lTLmVYDgU0enkmNyKrtosM4h4xBiaalQiB2n8qZnez8FIwHRYgBCURQiyb96D1q0uz3VCfln
n8wbWFwoYrkCvxeJGJi4NCOIUYnuggjnGSHnBAORWDdJl/3V+5DzPlgfnQvEeJGM4mBgA8TQ
gp/omUiwFSeSl5mfTjgJHETq/RFRjCIkZVc6kr9SUccb0qV3nVmGh9PrdMaaMiEyYhOLnRMz
c0GFeLr3lUetWtxQctzTvUfUm+0I5AGMi3FbdeCMoBgbx0/CmIIPNDHM+soRvwUTAh41JUJe
a6oEAtzQhjG2MQwCeV+AuSgcn6eP2Bc/EtsQwTPXgn43dfpy/WmdsWv70kZ5OqUqualU0R+X
Uj6kMuUvPQAsAUeOi3jS5KBlrosuCbASHe4Mp5co3CJIiez2UMeEMDeV2KkTJ5OXPFEPcft0
piXQnHpiQAWqXKhKBMZAuCOKG3ozRDSgTr7qFFCMwOkiTi9Pe9N0SAHNz9Gih5bE+/zPSW9n
xLHiJMpMImHB1GMY7QA1AhuJLkAp8ZB/f9C6s/NXHJf5o6jRVVagJhStuaJAvd05ALWVddNF
Sg1TW4oA62qoxlaNiqFyb/8AKmNzqt4tqNU4LckYyqwoWREIAbxUnq+JR+XMNG0R+VCMIsWD
yNvurfPrnxK5arqIDVW3BDdI2J7oW7PPcfZj0xWLBEbRjBkSA9SgMYLkEPonzFhwC2hoRGup
RjhYvrJPLryDQ2QDtxAQMibVRgPFR1tiNtNP5pLdFgTdkRJ2sP7luAYEaJyzckJOAxYD8yeA
3k2HP2lUET9p6e6hjy0ytQ6FdN0D/g4XPR5eG4jmT0rE4ru3EcfZXWRCIHYqzJpawTx6TyV3
iPr9A4H0VofRSq48tVYstG0KDEdjIly5sOKZmJ0R4a0QQpXVCjH/ACW0WROsrFOCW4JpDbKN
gdQt0Xa7jn4V2IgFzK/FliMrSLkBY4+WiG3AzLt0hU6jwC7+yJ0F085mZ5pogBkROVfZFSp+
azHZhLbAdAPaXyMAOTIBcBPIAEpyXKAs2nFPG6IZ+C7aMt06kI4cIYY6E1rJNeVKfmVQ/NRh
EV1A5+0g9QWrzQ4c9fvIzeps5sjLEwz6iwkjHIGANnsyjDMRKEqA2IQ2lxp9IHT0ymB1TZz2
d1EuCYgxiPe95HfLeTYaA+7FCeSuSbO+i2ioHFPKhXaua9bJjf7VzRpRXat1ROzaXqypQ6Kt
9EDcnmru/P8AKq05rbE1HJRnKDCYeJNQjGTBhVPG31ID6gFUHtH5kIyLjRSYl9ODIRDU1UA1
TQSIW7JNxpGNAmiBEJntZbpGiGLAGBpu1Ry5I/OzRDtw+8uuXysRtCP5pJ4hzxN0ToLoyqYx
NybBGLDgFtI5hNQMt70GnNFrqcjA7TKpFiT4ltmCObH8MkIwIkTSqMpFiWA/NtU8Uh1ENGRu
D7qlDIKwJAJpUeJORp6ggYE79dEBIiGSXdnZ/dktgO+L3HVFDBlD7u62ieJf6bLLnkx+XEkA
0crGJn9XITOfAbu7FRkYtjh1EtQn2dyAAbgrMgtznaLhCYtKx9D6J9eSv2aq1tFfmyc04khU
HrBdM4e/BF3INwP6ltYgns/mQ4ashCETJqlhooYcrYscAOkDqQJhvLMTIrdGO0jQGinH2CwR
c3FlB5MLM10710KJNzdlGUDRqdvvICJqA1uC6sm0Hmy6MhbWTlCIlLJI3Mi/4FwN31UxYyo/
ofhqtmOkR+26Sb6+JKMjeqI1TyUQNaoynQC5RnEicJHTkpxxnfuI7R8UkMs6HRtAt0u4KAAV
RaBkdHopn5YiZOHddJYHS6BzylzILfwwRGcuYsYHITdU+UQeBC34hGAFiLISxyBbWJXUz8VX
6X+yi20gAjnLqXzDJ4hhXT4UMUAw48VVUCd2TX4oRAoPsTPTf8v7N/zE5Lf8UwVPrT6pnZ7M
mvzKor1sQfyqxGiqfqqgJVGh1UJRiIlmLcVwKZduimBY9RXUCwOijOLnborbWt2rcXGiEoih
upiI3T3MyO8gyFdo0+JV6Y8BZBgyd6qEb+JkZzO2KAi4A0/qTCktShH66q/Ym+xNI7XIbsUR
vG8gUspeVGMiB8cXYx9lRnlnsw5pB8ZvVTiwJIAB7VERLk3fkvlSZzcIgY9zipqjKUS0dQf5
lLL5YuLmEr/cX6kSOZCdVF+BIRiS0ZCw/mW2G5zbb/aoxjKUowLmRLj+JRmbsH7fEnjrxXP0
VsiAWHFTYvGMqn4UABU1KoXW7iiZFMDRGOMtAd6Z/wDxogHtJum/3A/1X+zdsX+S5riFao+p
CgDXCuqEvqFVgeDKpvoyBd+0MtsRqKFY4ZWhIvIgmlU0JbmFWsuJNABdfKyECXhOhHxIZdRQ
nkV06VBQDbjyogCCJGz1ouqhdrICJd9AofLP+3xydzEdc0Aay8RJck+/JMZAcl3giTMNqpyi
DIAsCaRYJy20WD0VB2lbtGTm/DtREaz+wJx1PRgomRaLdJFveTiZI4EppyEhRxPT4EB5XHIY
49WTLLuMP+3NCE2DmtXsmxndjk0g/A95c1JmpopbiZGdeQRo7oQzRjLFKm0hGWOZjOVRCPUH
/wDxo/IG+OgFShHzmLIMY0Ar+JAeViBMCx6Zj8SB3aVQw4pPIdRGg95Y55ItOQBIHNM1Vd+S
NWGgRnMksHqs2YORKZA7CUNOCckMaVW0d7ggJluCAjIbRc6oANGEQpYPLdc/aB6QfeT/ADD3
vmWPf7iFK8yi31K47AuaJIqbWTktwARJJ5BAu4NeaeNTpqEIA8zyAQh5fy4lkdt56pD8a+Z5
yZAfW7LZgDyNhdyjOZ71yLj4UYjITIViTx+JDy83cBpA1f39y246g1BPs/AjmlIUZ6sfwoMK
nQhbQxMrNYIZvMSGSTuwNI/Eo4oAyMh3x/Cj1UTkuWTCvFEECUyKRvf205bafCKBCNH0QBC2
RO46kWdbqiJD9qqUBGvHj95ZNwcRDgjQ+gbwJANTksXlcIGzKGMRYQ8W5AmDHQPwQw46iMRS
7E93dJGcqGNWCjjJqZPLsRJFKAdi3iJkALC9UBCEcWPjLvIR80CwLH+pGGKIh/6+8jjlWUTt
LrI8AMgiTGQAdwjCIMeId18yQfHCXWfV0wQxu0jUDkET+zKqcmqyyHeZo9sulCQDEDdXihBn
jOLg8JDvImcjSgI1b/TyIAjblx13aEKIj1HUkfypsEiJCpQGSIO24jQn4kSICBlftTbi25vu
tuT3GiPBOiBQ6rUNbVWYWBW0VPaiaADQlRYBnAOjogwjGL0apJPvIZM02kziAqSich2YtAEZ
MDkIO19B7SjKV51I4e6hPwauozwMZi3vRUMkiIxI2nT8Kkd+4WEjVwj/ALjLsAsS9UDhkJxj
QGLfxISjRuFA3vLHvAG0hzFxZA4ACDxv+FA5pE6mA4e8o4PKQ2bqGZFW91QhKsz1SJLlA2BR
JDPqUBCQnklaIRySJd3bwoAMwRtWycs+nNfLmBtkGL80Tkiflv3o8HX6ZeOh1Ujl75FJnRvD
FHzWSQdjshyHiWTzEwWyEkEn8qjijeZ+z4kRjBJoH7UCQRRASiDJxE6VKYSaq3SIYh3eyEBP
e1HGijliQ0+mQBdj4U1aX4FTEHGNhObt07j3Yo+V8o5MA8javiUs0sghWhD1j8KDOdH4ovZE
AOOKw+UgSSZ7pAclEnpAFRybxL5eIb5EO0Q9UcueAE592PshZIzDgSNFSLBvrWr2DI7uk2qm
uWpIK/2a+jmnbTVUDDVlVgwd+zuqteRVXpZqJgGPFGYZ9H095RjsEskRe4f25I5chM5ydydE
ABTHcaE+0sUAzzLIRFohkcUtR3Sn3P5Y1O7wD3lKOOYngiOh7bh31YiQtwVyrU0aiaJ6ToVu
IMZGyHy4tka/Nb8chjGoNXJ8S3RIPvEDVCUpynKnJ0GABK3znU2AT6C5KaNARVWd0CFXhRuK
roUYyIIkGZGQPTcf0oEgNq6jEkEyNgdPeQiAABQBGcHAiGpp76lky5IiEZXOrd1NCYL8C6wY
SAYwEsk6fcgjsaBGo4qWPeGNlKESAYl3HdojNw0akDVCcMuzldviWYfM35MgBJa+xTOaW1w3
2+JE/NFbcEJYyDGQcELcbJodU2ryW8v0ggngfEpAzMcIO0RHAIQMGyYz3/aC5KZkCQ5ohKNJ
RFRyW6NUBN2HBPGe0/Uu9y1/EhqTon1XLVOCy4+pM6c07EwPqRBq2gs6EwNoI3ELIBSZPSBw
Pfkms6wsGaVGVFHNn74PQBSRPsoictkJUjCNm95AEUlUPonJAVPrQcO5YurdlbIfUGVaB2Mu
CGQT+a2osPuoSZ+H/KjIAUoKIykW5I3I5LabXqi9rBSiWDIGlLIAin2Iirft4kQKDlb7yhEO
YipNgD8KaRD6DkmlAOzO6YlnoFmySJJMSQDrRGTtlnIMAaN4pbUJ4nIhXfHh8CllyAZZEbAZ
UO0eyiJnZLga/wAqHyCDORuKsj7fi7EQO1ZcEqiR3w7FJ6DaXKMwDsMjtJtfxoRkQALt/Mtp
mAQWIJWzBQC/9q+dM9Qu+p91Z8wG53YniVGMKSI3EjiUN4YsuKbSTELIPrQjcahPTkEYih48
l3vdVbHRPqmNAm0/bxKht6whuaqZqH1rfG9kIxDuasEIk9TVH5kTKguSsfyCBAd43+6v9xjE
ZwgXANERkxVPdkDQLfmJkQek6fDtUpzrMWBqAERIb31ojEi3HgtvNydUW1qmTCcYSt1f1IyJ
iYNUiQ/MpHExxgtIgu5XTASIDlyyMpgRJoCK1KeRMpE0q4ZbmaRFlZOE5NCfsVqXc8E9OxGL
U5aK0nuXoExO2Qq4P8SYsTLUKlBqNVDFEvCBealhrPDKgrWPuqEX2m1VkkZXiQ/9Kx74CU5v
IiQGqMjiECdY9JWTHA7oAsCb0UcmPIcZlcNRh7SfJGOWPtQ734FjyQJ+djPdA0PehkW/zUhH
CQ/y4lg3vyRw4o79xPXIViixfgLJwWIN0Dmrk0AuWRlYE0g9ENz7plzooyJ6YVPFHjoEDrqo
ZJAkgs0RUustDAP3TdM5/burqFbAKoYA1BqV631QMYSk9qFNKHyhxkp5pZIyEA5jF397vJtN
HRrRMOr9u6jXkQtw6MbtuN0ZQmTJmIPFEmpOiadjYBMQ0Dw/mQYOD+5GJiANE2INGN9XdSjK
4uXeqYVnIU4BbpyqbrkqLmiYxJ28KlRxxjLbLiS1FHHH1mzlCMb3kEIxIHJbpHdIWRZPI04C
6bVdJoDVNd+K9bFEAsOCIrQu11uLkDhX7qDFheq3OJUe6l5qYAnkN/dCL+IhkJ4TKIFwLKPl
88zLGZDbxp3lCOEsYhtpvRSmSwt61S8jT80lLHjNRFhovlwkRuoX0KLl8xHXvuUfKDuio5xl
1RinBbloniLXb8yIIAkdSxH8KLE7R9b+8ogkV/zUMYLs0acV8vHB5u8ijOct0/3JtQfRniKE
nXkNyIkH5qnd0PBMzg3H9S7ujX591R8vhxxyTiOpywHsogSjjBttAf8AHJZvLeYmZ74kjdX3
ZKeJjuhIg+pbIgmRsF8yUCImlLoTl15R1A6IMb8EXZUHIIwlRg73TRoBUkoA1pZGUqAVJQjh
6Y6y4g+yj1OSantQjF7VH5kBEOXZuP3UQRXgyfjouSECwhlZ/wAqIi5ZGcrAU7fZRMhUm6Mj
3SXDLdGxRBVu1V9Sbjqm1FlUXqAqdI4piBtuXu6EoOQL8AmDmXYseCLCczpaql5DLEYs2EAA
DuyA8UV8m/yxXg5Q5qEZxBx4Y9XxFfM8tI458HQ8v5g1gXcaoZRjcY+mjXK7rE8UdxL94AB/
vL5kSxjUHmt+U/q+0dVUtSgRhE9R+xbWdzfguksBQudPe2raKiJqRSylMilTX+FTjzRa7Iiw
I+0KiyOWchjrZGOgt/chV2qtpdn4L1ITxl4ZAJiVyX7y/wCKgZkCEnifvKWURJlkqQKh0c04
RBaxFlMxBjjZhHT4pKlQnDlzXtTwDjR7IkQdtLv8K3GG17DVkd4aRNOLJ5TFPr/CjjBIgRoL
ouHD2dggC9a1siLg3c3Qox5cPZQkBcXDhlVPVv8AJQYAGBpJRmNQK80McbRF+ar9QXzAHlCv
qRj7J14Jy3YjwKZ3PAqosV0gkoiQIOnYjqToqioqRRdVH4URc7jx/l6kMhYjECTRR81gO3Ph
G5+MR1KU80hIyIMygYSBgBcLNndzOZY8gjMu0bqeXJWANUPkE45Auw7p+KKaYG5qEWUc+MtK
HRkgaFwpNY1IuxRMi0nb3m+JCRluexuPxJ5DtOqIjVze6mIgO1NFkyXYNycoRiO0qQ5P9aIW
7WJPYgZs5qwTmzB/q8ScMK20Lp2JGoFLoFqD61b7U28DL5c0f2JeBHNEg5du4bg/8KjOQ2y3
B9obXvIE6gJtxjVGWI97vPRAmTnXt9pNNpB3TCI5KgZDJLugVIRjDoHE3VKVrJ+CaRJP2IC/
YnJJGgP8vSiZFm0XebggCaDhVcfQP3IQ7pBr2LpADDVTOM/qAEjtQj5iNAWJ4/Ev0v8ATygS
BFmKZ3KpZNpyunL0r2oCQYmwCiYAlqHtXdH/AKIyNCLf2qt+f9qoO0qRiKSo6yyBYyG38Sjl
wnbMBx73uqeKbhw0olRhGQ3AVj4kMUSxkajktrXqTzXJB1LzOGjVnEf/AHIqUZNJw5TGhPKq
ADsNFQO4qgQak04gqMIlt1SamyBJcyqSuSJl0ja5K24AQNZckIvuBY+tAgPQLc7PEMeaNdx1
VBU3AugDQ2Yq3hRiDugY9YTaf5I5IYgJHjavuqzDjZPLqP2Kmmi+eJyFNph4fQIznumS22NS
EMkKxlUaFSxgPuFHW6cdu5xUhTibxlKLvwVS/wBqBudAnpUuxKItJrn+pASL8QeI9lEhvUuH
JODVOogloyodG9mS3E10qjI6CqJAeGSoPPxKOPKaDungrvS/JBukaIym4BtS6Hyp7JR15Fb8
h3TajOHTm0r9ioARoU84tuNChQg6m6cDtkUJQobvxWDAxecnkBwCEaNooMAMhLbuS+djLwhX
dE6e9BDL5g+qwohFw9wEACHl9iclipwFHBAB8XhR3VIs2nxLde5cFSowPrQZ6lq/0qUbFrCq
w4wC4A3cHQJFT/ktveyG0BdROYNGQsOXhTRDAaBCQuEPqRhFngBFxVyhuoOWqFC5+wJ2AVte
SIxRaXHVBh6yupifs9PJEA7pcB/UpbTswzLAx7wHxIgkyLu/P2tyOEnuAFygAE5us8NlCdwJ
PHxIuN3FroCAc8Cusg8AmOpsGKIYxBsRUJncHVv6k71N/RZyndjxQ3HrgGPMe0i6HVuANKWQ
HeFqpmoSzqeWYEskPDwXVUE6GieXTVi5d0CC2jO/8KYj1m62CjGhPBPIkg2Tg7eGrISd6uQg
SG5oRiXjiAH9W2SEYyB20oX/ABL4QjCNZZKerxKInAGUql7oZMEpRnC0QjGVMgLEHVNIM9zw
QLuXpyQyAgg6WW4FmW0irt7P8KBNHo+ijPzGWMI3kJH+FZMsS2ISIxkagdKhDCDjg1ZyFT8C
BEd0mrM1P4ljZ2cupAVMSxCMWWUm+MEhGUu8SSTqnu1XP9KMvqLoFnIGidj3XsLvtTgV4+ko
iI3H7FUtHgiBHdzU45qggtEXf4kaMP3qMXeMgQVtAZvRMGm0AAhMXpqEC27gKoTqSQrtqHp9
3cm4WIQiRUGpVwQLMqaLWgsKFOKHVRk5ET3uBCEo1jMU7EYvQFm4ppd16UomubvoiJE7Jhn5
+FTIHeJOn3UH7x01K3MwHqLrgdHu3vJgK8XKEbcigSKENRbQ7aNxTyHVEEkvT4VPPI1madil
5vAN2LJ343aXtKUsp2SJuf5VtBeIt2BMLBc9CpZsnSYPIkUdkYklibCrDwrql90Iw1FtXTMQ
+tGQhCpdogUJPurd5p5H2e1ZcpwRO2JNezwoSmBKJPS+iYKtlu4VC8zElyJD0ZZRO3eA/NSY
FhTt/Cnpeg1QnAsH4oQar30+6rV/27+v5voc0CAidxHBFyw4C33lSwu9lUvyQ20CAft/tRiZ
dMjuiVCUQ8YnqnZnRx7SZBm5uo7BSYqeCxAOZZHkZvr7O1DcBzIugW5OCz/dihs4NerppUa4
/ukiZFgdD/ahHQWZMHJHFVoQnAciprZFxezFEN2r5GQsB3SURE9HtJnemqZ34A/lVDzZbX25
IBm5IxuRTl+FdVzoP5UGHa/5k9hrSiBd+YoiZU/yRGmi2zLxkWH9KAFOSm43AggqOeE2kWeH
H4UJ/KO2Y1syBgWmBWJugGcFGAvMMhK5I/bciQAHujXtK2gnZxFHP3lCeS0ZMXNfuqJiaEOv
lAtPPIRHYOqSiJDwuCVy0TIsNFnxztKIITQs6nMkkjgnNGt2oCxap7VteiBZ6vXVf+y/3fmJ
ojeTbgid20cAjEB+eiO/qOjUCAVShqeCBmNoFhqjkxAnIKEDWKhDINpBZ2Y+6ozIG4C/ojlg
OrHKpZ+k95ULNYr/AIXRBYnW7/CtsBuINSyeZc3AAQApwpVGRHab/wAq3xiJVYKUACHd/wCx
BiaUJNUDfmLLpNvrTP2jmgRTkP6kTFhKNTxIViDck6oTidoJ6hy95HNjDvVgf4kGFfrTyAfQ
hCJdkIizWKkIk00bX3UdCNSVjme8cgdrN4k4AEWBH1IRB7xAUcYrDGzraw2iiGSA2zGsaLca
iKMIg7cTjkSnsRdU1umiR9hRDsRcqVpa8LeJRjk78Ol+XhWPy4YxwReQNervKEtH0sqKvrKO
+YtxQ8xigZR2bS/SCfjkt09kSQ4jGW4/fWYWO0kepA6fWgxMg9QfyIMS9dKICIeVnTfLr/tG
/wDc+Z8xCQrtP708+mOg1TAMAn5LePqTyDPZbiXOieUuwcU3ldokbylw91AHvanmiOCJJoKl
ZcWGJECC54xCMWZEf5LY7cWQ2ip9X8SYl6ftuVBXnRMwRIAvYoyAAOgKoGc11TMwVRqr151C
EiXNntdMLavULiBYFUDt+3dWydpamieJeBDxkKIG/M0dF/XyQ2uGGpRcu1yi9ToVjl7zqG67
D9yBZtjluKM5UlMkl+C6iNuroxM9xFhEOj8mMog0aQufaQ4s8jVEAu+iBseWg91Fv+J/Cgbu
OwKMhGhb1oTkWwzBL8l5jzUhuM5bQRZkNorEOo5Ca2YVLhGGM/Kx/WfikgZx+dP251APuRXl
jKIMRkEZAUG0qOTDjECzOFkxm0okP6lKNXiSBog4A0Fv4ZKOIg1IFKllCMcYlIDvEdVerq9B
1VfrR4BPP6hZcAnJoiI/WnJdAmis62+0tsqjULaAAOGiywI6HMokcJIag3lqydwyAs9aKlOJ
RibjhUIkUAt+ZMjGQtV0xtwZCMnJux/qW4AAmxWhHHT8SkCQQ1CixJcsVtNtWTnjVOzE2IKP
L96N37P60KGI5aoACna9ES7sNEAC5BUAHYH1rGJ221JUvkwaIo/JbLRuWDU+Jfq5CHqQ6llM
QDAOXqaKc9oAJO0DQIRcOHDWVDQBmBTNYU/uQOup1QY9JAJBUQPDxW6py43Diwf2lCGKYjCR
MnN6ow+bKZseCz4sngO4C1CmiNo5L9ynJu5KMh6ioSd3AKIvRZI3MZSsefvJyNupOixRETt3
ASMaEe9uV7K+iYCp1CBJ7RxVmCD0dECp5IuXPBc+C6x6kwsm0IQJO0BCOOG+MgGloPiQMqn/
ADQzwj0wDS/uRMhtOj6H4V0g010/CmLPxCPU553RqzWH9yYlmTSB26URAo9RX+FGNHGmqMdU
NQdTZFvUdEYkO6MrksWsHVQx7Fbp1coRHGgufxLabWYo7RQlxWlVUUNkQOoCpTs4N4p2q9kc
ZFBVtWQnkkZ+zE2Ck4oTQEIUo1lWQEgdEccJPKR7ae/6AYy1YjtV2PIa/EiHFKB9CiAxY6qU
gKaka/DuUZkkCV/y7l/tNMkgTW4HcX+3lMxEA9L2R2jcTrKpWwn/AFAYlzfxLmuACOOcXxZo
kCXCTLFx2hMFlgY7TMuDLxbvY6UJZ8oiDF4iIqCeqEZo+RzwGPLE0mzb6+KS6XrxX7XUMeCI
JyPU8R4lATbcR1EWRjAbiNdE+QuRYLpq6c0bUosKm/p4y0CppdbdYULoP4S6MJxEhK4KLyIj
Lux4H3k0g+I1jKIuyE2obCyc04AoRDuLFUqXrqUCQHjpyQ2ksTSKMgKiz0QnAsSeofmTXMfU
qUBFQokFifWgInq17Vd+JVyBqjIWPFWYgXKhJ6QpIUdEjTSyDXOoQEez1oCbgcl0d6xPJbYA
EDU/0raCWuBojuJJNHLkBFtVxKlkyAjDAEnmQPCjBmaTf8q6iGJqGrRPcOwYJgCx5aBUeIuH
CDsCDQu7/hWKLUcH7oQz2Ehtl6+4r1Xlc5FpAEoE2K2EnJkNscBul/Ch0Rwwj1QjJzkJ9mSa
UpHNBwYyJaP3E2qHmc8BOeMjYOZPTuQOp0QlkOzMC+Ii7hDDNxngKv4gP+or80DqmhLZIEES
CAdyzEjVMU7VHpdNGnNSkzgCnat4DGMhu7CjjNN4Ddo+gYy1BAPD3lLyuLF8/wAxOjjqIkfH
vXys8NsyKhC528OKuw0dMCHA0qUDyqyYkh7Ur8O1VqG04ITjWL1CEo0FWBumFaXFk0hQ05/h
RMh01IBpT4UQC0XtcIsCZcu6jvoRcOjC4mLhD7R/KhKnVqtrAuaOizOKRelu8pB6GhdF2Hai
MYc8SnkXKoHChHaZGRAIQjDpiIsALWUpEja7uUGtcF1w4EUFF1UbQURIfb+5luJN6A0RDA7h
tftVdT+5GWWQhEayLKA8uJZNhfeAdgb3ljl5jLswGI/TxODL/wCpkQGKAi2viP30RqsmaEWl
lNSU+upQg7DcJHsCOYx3MQAOZ7qJySYRrORtGHswUD5aJGSAaUh4wfDlXcF+KI4Ix4j0dVgm
iGXaq34LlpEIb7cEwDBTg+0kEAqJuYS/co4pPunESFKV95URlOg4an4UBjBx4jcrfEbpnU/l
UPNDTom38EkXq37dSs5HMLdUSeoFm95OKk0BQk7nmmjK2v8AauMjclbj/pks6BjGpNSEZxBB
1P8AYjGTxL0LMfhQpX9u8jtO08rfdQlIEzNy6eOmj2dEU3aalNIVsyBj6rICYYi5uiQQRcsm
H1IgC2qEpNt+s/hW2NA9T+ZSyTAaAoeZ95EvVi3NEiJIBIY/0p3I5Pp8SIjrYEPT4ld2Ogt7
qEjUdvUEdgpro7d7qUZSJAiXLWooSjkMYSDvFnr7yfJD5p4zJl/MpQgBGIiWAFBRfLJG7FIx
YcFtiKmy3TueCYiiaN1zUoZwJR4Hj4ZLNEhjuoTSkU7XuTd13fs/iXb6CSek1ZUtZcOaIx0P
EphfUlNdU9ADXLupwFYzO761EkAyi8Sb2TChW7P1yiaV/KqW9GaGQiMdpO42BHdR2dMdToQt
zGJ0IQLk8mTkUNiAmAPJ6D8SPY1FV6V7UxFOHBBz/wAG95OC71Z08aE24Mur6qLdG+mhZAkn
nSp9pAg14mq3SIZ9ESGMWal3+Gacswq6ABdw4pf3VSgNyEwpwLJ2ca80a63RkTU2aqjkiGMp
MV3qRHSAjyvqqPZyEAQTL7FwHB2++mu7t/yoxjSlXHJfMAvEBxoT7q+VIucZoRwPdTksAjHB
Ekmm4jpWbH5iLmcd8JC1+uKMohiqmiIjYKuqM8hYCw1Klkl+n5eNNpv8S2YA0I3mbok68VfR
ApyWHFPGoBb1hWc8FW3KyMpOw0QADD0D0CXC63465IBwBqPFFNKHy9pYaP7UvTVbpGukdSv1
iYeVgeqEfF7KMABHBkHR2eyiCXFnf8qFHagJdcQdOCcPJ+NAPuobhuD0bRMag0siGA7XQMaE
81xN0JGo48EdrE3cl0Gvd0NxfVw7po2NkRUAjlf3V3WYXeqJizk6fmREql76oCIQMk4FNCnc
EHTmhCDCI7x7VHCD3JMHNT7SOSLjaGMhwW0i9j+ZOWYa8EGIIDsKfxISBYE1PA+ynBYvcBHc
XGpt+JMQN0j0V4KWGZ27gzHigGJHD+pDGAH5JyKqlSdAnT6aobQZZJdyA4oeY82d+Xw4Y3+/
FTjmjsGUuIy7vtRXHkLJzYfar6qgQgDtY1PYhGNo/aiHugiQ9foEBFEahU9JMpAz0DqE8wPy
stm6iK7er/trbACI0Zb4D9XC8h2eNNJ34tVODLkCgZSfkU4LRCEgCARZUpIVANGTylf1lPXi
CrV5j8qYNb6k9hxZdQYi1WQEr6KknILF3TkVB1TNcU4LYS7VVwQbHig4pwQpRWqa0sqAxWTI
SZ5CAIwa5+JGUpEykXEfyxihGUgc0i8hVwn04miLessuX7d1bSxa5rdARNtf6VHYb1JKxUYx
i97++sHmhSBkIyIKgYhgQCgQarinHdOvo+Vi6sh/DH3pqU4nfk1zSsPajhgpEF8hvOV0IVlM
F49q/UmIR5ByV3N54y/pX+nG3BdiNfQX40C6w0dBqtsQwHoaNSg/oI5K9Ez09EvLxkf9zMdI
HhHtzkjmySbGD15DY+5jUcGGLQjqbk+1JHLmLezHUlTxmP6eR4ADSMulQ3naXeoei79JEs1K
LbGYINXNA6PdIjYxND91dWMgXJFv4US4HIjVbgxNrsrvSpBsnctq6Be1QjIm9n1KMrjiRRBv
rdkA+0cLppDcFLbbXT7qAAY2tdHHMjboWqD7yYmmhe491HgmBEuJTRJ7NPQJEPtrWyJNpGpT
gClAKqlOJTgsf26VemruyIAoRXR0IgsCQH1RAGyEAImR9n3VPy2K82ecuqse6o+X81jMTENG
YrGR8PUuomB1EqFUIKY2KMIjcEYgOZVJN1In7oQIAAZ3NKreevKQxkfyp+Kbh6OaHA09Bman
Tl6K0TCiMpDs+gYmxG6KBty9GXLnj8zJkIIkbxEfBBCGMCEAKAUH4VPPlIEYBw+p9lSlOQiA
WiHoB7KbFAZ8khWRsD7u5SEwLOG0HwqOMAav/ajExBa5A/mQEY7QyniiREzDObjxIwyAcQRU
SHtp3t9SpQJiPWiTQvQ6IvUaEW+FMRQc/wCJUpzP9KeRYHnRdIpct/ctsfXS5VTXVVD072qO
OQE4GsSbx+FOL9qbT0ARBc6oTm0Z5PsBUmPTEsQe3wovR+CqPq4IRiB2vT8KYOJatWi2gGQF
gzv9xY8ucGIcbYClurdJRLbQ1kAAshkBIsS3Z3ZLHLId8pChQMaEChCaXV2ppDbz0TsDzC3R
LIuNw4oRn08EGN7eltLhOBQIH0O65Jya8E3pdRzw72OQfs8SEo6hwjI1MY7mGoCMsRLi4NCE
TwqV8qBMcULDmmTO4HFboht156bfYjJADpaw1TkM6MgbITduI4I54n9SA6hxiFRMSxHIJ5V1
XSAG53Rcty5+7JGQBLIbh2LTsqgxbt/qTOa90k2TgniSNT7yDFi1SjIOCPX6QP3KOeQ/SiQ7
/lRhE9QZuARJqZihsPQ2IOdWUZ55RlmvtJoEY/KjAm0ohiD7SbzUNwAaGQVDKOQd0RcBvaQj
EWDJzQIiZ2wYgnkhg8qTMQJAyyFGP/bihHc5BrxKMMwGMS7stHT4sgPEFHbRubp9m8C4He+6
ugtLWBpIfcXUAUPlzlAcLhNfirHghLgiY6XQB0RQ3Bok0RkLmg5D0OfUuXpnDUhAENtcF+Sh
M1hJ4qeXFHbLJ3q0/CtkSd0n2xj3pH3UcUmOTvTAbofwSki7CJN/6UASRJw4FioQiOiIdhcH
4VUM2uqYAvZluML1AQluEhOzcfZRoCdu2UTX8S3mBhGdYk2IHT0LsuqKnrKD14BGoY6GpQMb
6BCUhex/5UJP1H6l1Gt6WVONexChPCvFSg7HhyTX4JmQl5oy2xsBxQjgkYkEUbbRSkHYkOSO
KBIAIshw1TxJBsWp/Kg5oNboSrOBDEGze6mkBIS+sKGLJLdGU2E+AHdjJO9DUHiiZFoi5KMQ
dmElmNJTCMY2e2gTlqXPEKJI3B+2KM/KSOOYqz9JX6odqOEBkF/rQIEtwrHJCkgtnmomeMFv
miLSA/8AJBCfl5xyRPA1/CjkyHaAu+fqK2iykDQ29G163ZW9HPgnlQBUXNO6c34alSEwYwPV
t0LpgAALD0SPdkxAlqPhWYbzsEy+SVZ5G70EYx6QLA2ZDJlMYmBBEHrJvEh5h6CO5xdEBuPb
7y3ykACWBoHKMAKg3UwDtNwJCj+6hCIJIFQbE+7JQhnif0zuDUNfAonHk3idWZiExqUAXbmg
3rC6XfhyT/bcKgDcqfxIAEUudPwpyXA4HROajQujEvSr8U0mIOhp/EiaM7MC7Jh9ZVw9Kq9T
+5OTQFyTVANe1FQANcMy3gEF9KlCMC4F9PwoRyMNHJXzMUmk3aCFCM2I2vKJ4nxIYtxmIUBO
g9lGEw8IWg7bpf8AkRlIkDSIs3uqMXPYyAnRvtQjjoA1kzhzZGldQnjMxfgU4mZgWBTnACDf
dQOvmYRPCwP+mWD+FCHmzvjHVmkffl/013C27b/7bf6qaA9aDm5v6N2PvEM4/MoiVwKphWR0
W6dSm9O2A3S/ct8zukfsWyQAjpz9FVukNzaKZanzJdL8SmxAAft4luMt1atdSxmbyiCAL0I8
SjEl5GBBNtdyxRiQQ5kR2J5CjuWVe6LKEpB4FnQhjIlkn4eFOlSyZRtlZiaMPDtVwOaYJjpo
gzgvdEOToQLIE2sASiw/4otWlQKJ2bRtfupwbk97QJgWGhAeyFDuFzxW6RdxbgtSBQsE2nMJ
qv8AYuGpRIYg68UWqYm3Io5IjvVTxBcaFfKNRT1L5sDWBEW0MQpxxD9Yki2ilPIXmeJQMo/W
gQHFvUgw7BqpQ3ARArxUhI9MXARI01QP7uaLH61tmAQgMZrKjFbMg6mc6Bf/ACTmgTcE3oIB
Yo7uqZq6b07RSOsv6Uw9Z9Ecjd26cWNVRTEKTIO17P4VkhnG2Qkd0eEn8CZ+p6DRkGeht/Sm
BrqLLnzQvTjz+JFrSuAqA818xul2NaOiXJJ8X9ye/oqqa6KtHurPpUk/iVq2aqeIMYtyb7qt
X96LlyiSAwNAalGVBHkiTEsziSrUaACv3lQcyLItU8dFWvBE+uuiErjiFESrGdGP8yMJUL/u
KLseD0crdYl5FGQ4konumVwmLDtQkdA93ui19AjIl+PL2VMksdtAblTEiRUqrckDYm4QErcF
WgFkJnuxqSUJRjtEOkPqvW3qTJk5KB/wLqUdWR8sJNlj3wPCPCjsYPcmqPWKVojmIffcgXbx
KifimsrB/t9HywRCMaylf+VHy8AZz3AAgULry/kYxic8wZ5ZXqemKu4+gxG46BEANyOiIAFb
IEuCLU/pW0gA8lxRA6RxKEAAGo+qaLgcZaIQBcC51W6JYcEZyaJsHXec2KtRSIjUC1WQBFQn
FKvRAuQdafyodQMTXmPurLmiel9sT/Si5YC+tUd2qDgXupEMD2J2rYunjbVZJNRgAUTCxqUY
zG0gO5NU8AQTb/lUdpvry+JbpTjJrujtLYwTtAQA/wDRd7nojvmATYarfuG01D0JXzcmQRBp
tPe/AhgxSJJsSKei30W9Bm/6kg0B+ZSkwlvrKRXTSDVI0Pxrv1uEJu8oEONfhTyB2i4sfhVH
ZAD6z/Qnk7asqgUHSz/xblLaGnJrcEc8YvmnEEk9nhWWeWRlMyIJNWr3Ir/P6AqyfXQFPK1W
BNAuokbrMosXatOCO0V4k0W2wIPY6Yl25MFQB+IqEb9RuaJ2pxVRR6ogMQbMg+isHP7k5/4o
lnB5XCZmHAJ2fg9VhwxaIkTIhcXuyo5bRMDXnWioKmtLfeW6Z6dWQMwZj2Xai24MEIP3CS/8
KMZ5mHAAD4kDIky4m6FCQ9ShAdIZipH/AKgBIOn3kYyZwatZbgeX1r/5IgCpuTVAyJk2r2+6
iJGo1UZxNYlY8o8UQ/b4vS/0DlyyEYxGq3yLRiSMcRXpRqd3AB0YZCwgag6g+0jHy8GlHpBs
C3uoYY0nLQD+ZfJZ5zrLXaAmFXcME4LadqdurjE/zIGQ5kKGOZaDbi3LwqeSR2xhEknVmU5l
+smX1n6LOyqC1+Sch+QLJmcfan8QFaWW4FieP9KMQKHVCTvLhVN63Ffi3JiOguXW2IAaz8Sh
V/3IB3/bcqByUZSDtzsg7cWp/MqgtcNb4kG11H8u5QgCdz1ev3l+m5+WNrW+9FAP69US7n2n
NUA1VxPaqHmQgxrwFEBIkGz8Uzs1KLaAw1P9y4sVusCvkYhvlK5UnkQQS4vX2UZDu6gipVjx
0/EgdBZOPUnsuHMqXlZGw3QH86+ThDGUQx5qO+smr2+lkSSwFSSjjxH9GBIEQe9/5FxA4Bbj
0ijasju6Mc3iZGlfeUNxEozqJclHzBn82TPCPsk+JZM8wXtBwgYi3JlUEDQIfKhKb+yDRb5j
aQHECaqJm8YsSeXuoYISIy5ixb2AmRBDdtPTaqD/AFckMR6cUSN8hURCL75EihJsfaUYxj8q
cABvjQkD21sM/lGcgBOVajwRRjFzGJMRzYogitv+ZPIOBrq6Ieh4JgKtbVCXDQ8faTEiIu1w
tsanQ6IGXrdGMSG1YLdcjTgrBnaip6qhRPs/YFllnqHJA0K/TjW7WP3FKOEbJ1JBqUYTDEVL
g2RL7uY0Cs442KG0tz1+Je0bI0LcDZWvw0+Laqir9gRjAU1lyRleQFSpScgEuSqkEaCyvq1l
2JxbVEjtDKg9ZUJOwMg55HvLcw3EUPL6J8nhP6k6ZJcB7CG4htX1ZAxYkmkRX7yEpkOK7OxH
5jCN2dw/xIeWiAS/TOwBX+3lEbsJMZyBuHTg7q0ADMPZTgNI6D8y6w8YByhtjsiPrcqVSwNO
z4UJcnPGiM4YzDEe5KYMIxhFY8xyfMEpMdoPSfiTkNz4pgDWzhbseCcuBYstxxbXsDKo+6hl
84d5/wC2NCjsEcYlWRs6bEDknoAEPlwj5aIuZ9Zl9xfLl5iOecz/AKUQQI+/0/6aI8xAwyTc
wL7olOL8EAQHVba8Vuo55IEUKs63ONopoChESd7sna5omajVQ7f26UwuNFPIzBmCv1SBI7PD
tTTffE0L3RxzB3CjnuqM4sMkSBHR/cRBcEP2/eQa41KAdgEDGQc8alVIc2b+lEwHIkL5nmST
E12DX4kRCO2IsBwU4wHWRojjNJRoe1BwDLg1fxJ2PH8uxaBtUAKjjom15LkNFu/Z/hUIktKA
AP8AWozd93D0zzG8RQcT4YqeSZ6pSJkEwjeoH9KGcjqmGjAt07vEsWwjdN66j2kATuIpEcl0
UN/Wh5nCDKZplgBr7as5azVUQMYjE1Ymre0tkak3PEobXAjrxKEdp5lbpCopEcvQcWWInjne
JQn/ALeO4aVI/CtwwYwY2O0JgAByp6YyyBzGyM5NCHHUn2UDAny3kdSzZsnw7v8ASQhjDDia
yPvTmsXlMZ6oglnpXq3SXy8sbh4y0kPdTQBkeARjIGMhoqVXBMA55IP0nUlbi5PGSZ9dQiBU
6tVACg4Cn8SFNp4KINJ5C90RKdj0nX4YrHEjcTUvdGeSB2vXgpiJDwG4Hko5gHjl/hMe8n0s
6FVFyz68wEBkO2IuR+XcpQALN3jqU+4tpS6DF6diE2qRRT2gylI2vQr5nmpnGZh4xFae/uTf
OPC2neTinILaKm6eV0WLtRxZH62Tk0OiIl4ZU9Y9I8tjLxhWZGsk8q9ijEuRIgUUMALCDOBo
oG8YPGPA+8gdtb8giwbld1GcpOD0kDh7KJ8uDuvQI7yJGNwKELqBAFB60ALfSZ/oDD5aPz85
oQD04/ezzQzedyHzGZ3AP+nA/wDixLl6M2fDUxG0DkOmW1fq4McwLEhymx4ceMsziKMpndI3
JX6MDIC8vD+JAzl1HQD8yE4YC4rKTaBPZzU8/hThyVG5BtX+FdJ6hcf1LcRXggJ3JYF1ixRY
iAqtpJZ6hlGERuiAzCrH2lMDvdn5UISL7okfiHsqeM1MTviezpkiAGf9wWtNQiJ3FihAlgeH
U6EpZAC1I3oh1hzrp+FbskqAuTZCGIGOKPSDqSp+YyhyB0veq21fjomcXb197aiHrot15DRE
nSjDgpRdiB9aDkOiQam/JGYB3TPUdD8Ponl1iOn4vCpyL77gnie+i4rxKE8dCKgm38SMpzcu
f26VH5h7DSh91FpwMe2vwrYJRg93lSvsoRyZ4h7AOVGOOM5E0BETf3lJomEmqWZUqdTy91bZ
Gmh+gNxAR2lzwCjinExlKx0Tg0XJbQflYtSO/L4f+2tmKIgLnn70pfQM5xl8yUjIyEiLony+
U4zwl1BTlHdnxxaIIDbp93p/8aGX/wDYdUr/AComg+OSEIQEYxoAAwQG21nW3SynkiN+EkyB
Fw/tLdIER0KFaInvaOmNX1WOoIe6yMaxO1lLKRVip5ZAxIoCdVKIkXkGcalY8oDmIqDx8KmY
0BB+1ezz4qx7UdocVAZASi7a6KgALUI5IGNTchE5T8sA0CgX3klq0HxLMwYRIAPYjixnrFzw
ddyXtf8A+yDrc9NSiBR7DkuJsE/G/FVN9VLDKR2mNBp6BhiNwiN8gpkkXdFzuPINdFztAFSK
lAFu00dbNgIs6J0swQjDG73N/wCJCLEF+8bBGMZfMFzB2Q+Zj2EU2u6veqlGPdhRAi+voGOM
N85ilf5l8/zEnDdIsPwo7C0TUVr+JRlEdw1LpiaxuFuj6/psag3W2NALAKn0Nsg4QjPFGTUF
BqpSwHpqRAAfhiomOLeZUAjcfEoROCQ3NU6P7ShknMSkKz26P3E+SFMlYyGoPvIb6GrkXTWi
a8woQx953keZUMerWRsGoyYOWNQyMmcWY0Tks9RT+Fb5O3FAk9MqsOBQ2j1oAUI5qLmkQT61
KbNuLV5LcYR3cWr6A9hotsbft3VVnsE/C7oyizCyMganRYnHecfZ6M0zWUga8vZUuzRS2mtm
/pRao+pkGIiCV1ScEWsfwoRyYoyibmQdj7S/RiICQoQE0TV6kl3VCAdap3Bb7UBHvcQjmrAt
UC8lEPUUI1De2jkxl5GkRzU8+ZwTUbhp7MUMbMbALdm6pezojGPTxAUmoLPqtpNJD7fp0/wK
eit1ICryA/CjCgIAYnQoOXxQFSbP7KjlyUkeoRtRSyEjYO7xf4VuLEM45LbEkE6XQLh7MUAL
x10qhHU1JuhCIbghxAsrIR9bKUH73SFHysx1w1javtLs1T7un/c/L/8Ab+Xt+Z//ADIMUz+p
09xZrIvY8bqUdAmCwVFZHX0TBttLoksxtWydmdO7jUaJ32tZ6/hVT2/1Ik24jRSwTLGNI1uE
5rLQC6G4kN3IxGqjPzEiZkUi9Ij4U8BXibqy8xCJ2HHMyMvdl1bEM+UgRNYw4e8mu1HRmQxJ
72qJjUtRlZipSkAwNHuV8yIcaNoVGeR5YTIAkB+8hIWIceitOCecgO1GOCJmdOCMfMCO01YX
igRY6/4M8kqCAJ+pRnKu+Upk/EUIbmj4hqVjl5cbcUakkOAfeU4SAicdAR4lJwXNXRkTXXmt
weoZlauj/mTEF9Gt95Dd3jfREx+vVRjuIJunXuxT4BQEOeDoRjfU6kqW3/UydEB2jqmu91f7
X5v/ALnzP/6UAD61QOdAPzLiTpwRGuoQevJfuWLIfBMEg9qEhYhwsgdjtKO42LN/yraGL3BQ
Ak32rcAwsANfuptRonamo/5VDIOkRKEQ5e0kXO/L7ZFvdiiZAnmqIv8AWjPJUThGQBs8enuq
gpoUIhonQJiT0m2iEXqbjsQctxCMpFgC55AKljUNqpk0MDEgcWKxFmeEaepfMzzEQPrUsXk8
Z3EMJkW95bs8zarncUY5ZEbgwlwPtqIyFyQ8SLSHtRQ8sRWIO2XL3vpX9OSrGbQj2yWLBjDk
RG4m0aIzB6xwNEY5Jk7i7ElgiYsN4clBnc3sFwFnI/lVnYOdAupi1tq3aaDVD9yEQL37E4FI
aqR5IxxOTOlOCjiZ5nqmfePox+WgH+Wd85cB3dqt4dn3UwqNCnN+OqDE3qVai5I6AmqxgDad
17O6jC4ER+5S29+YYBSLMSav/cnYcEQ4rYGqD0Nn0Rk7ceKMZyvYFMCw0rw8K3gtCI9ZTTkz
mxqUZfMDDQXRAhLk1XR3QMIixK8tK4rGR5S8UkIY+o3J0C3yk5ALvwUq0LkogOdQVYuONFDy
+NzOcuuvhQAOgoOSjGIplO0nQBYzlO4wgHI1YLNPzU/l4Y9QhH/UkB3Me5Rx+WxjDjFABWRP
tZMiMZBzqWVX5Mjh81HeIAyhI+GLdUVmnENElgVVAmrpx9AmcgG01TYoGR4my8vhnIkGW5rA
Ae4pxizANS5RB9TcECKtpcpxESL62/hQmCxjxTxDniLImQNeNEIRG7iOA8W5CIj1ReiBkFQe
tHiUcOI69R/KoGRESHMjenspxZGQrM0iOaOXIf1MnVM9vhXr/hQjpqgmJpp/ciLcE2vYjat9
bLeBWBBcqMom9BHWixCBqS/qRlDuyqQdJe6qKzgUqnDueNPwp/Erl7clHCGlKVSdWUdwacxX
s8KMotGF92roE5KXLC6aF+JutoNNSjGR6cYEQAaOgweIU5to31riCSE7gjR2CNa6ISk/SXoj
KZYAU41U4ZABikQ1PzL/AGsLx6ZTGoC3TD7qg6I/Mi8sg6TwRD7nrRXccECIFstAfyoY5MJV
Mm4lPcog0TOxFwVSshoi5YjRSxiREB3DGgr7aEss6XujKRcRrxWbzADQww2x5n2kZSL7yS6o
+jIHW9f7UwFTqEZMakVP80VECsYlyeJUYghgKhTkZ7IRs5ujkGaMZDR0TGXSLHT7qLVDX0R2
BnoOK3TrPQHRHLKIELAn8voMQP0PLd48Z+yhih3Qb6N7Sbk3rfduRP2fmV2A0X+aPD6ltZj2
uhuDjQDVVpjeyiIlg41UZMC8WD/xL5ID7Q5e9fCiCWZMKBWFlRnN1GNBqZFkGiDih/qEW+FD
azCgHBcx6H00Ussu7AGRUsjal61qU5qiSay04eyq94Vcpjxf0SnP/UJoALoGXTjBpFUcwFIj
8yhMhjI9oTR6Iir6fdUIylvmaECqiIAxEqElAzyGcwbNQIRiGiNVWoTFUsVuj3gKjihIVBog
Rpdyg2tQhKOpYngCnjMnZEgDVZcxNck2ZPwFlQgMOz7qE5jsXzJBwLOEIgMBomkKLLEkiL9N
f4URypogKuC9FCR6WDkLZAd2joNH5suArdHzPmYnBgNo+KY+8o44BoxoAp5ZaUA4lHGYCByn
cWpJj/3EwqTc+h2qmK2mpR+wJo3NCUJHqAKAe9wyhCvXID1I4dpPywwII08SM3cyNSbqQIsb
f3I7Yl9W4I0J58ETUDipSkGpTVCEAZ5Znu8Sf+4t+cg5p1mRYe5H0DVMBZS8kQccYxYTehPe
7qnhk7kkPavtIA9JFP2kgCWEQyYlxp6WLstrPy4JgNoAvqhEiWQu4iBr8SEvMS0DQFG91CQi
AXpz+JbYhuATixTHTRAVTHvCxRjK4QqwevNGUB+nK44S9pPRgbhMCCSHAU8UgWId+BCySBal
B2rDjIY99u0oxFyaEICUWgADxQeIIZgmAQRA11WSGSQ3AkFGWMmcbcaKJkBGthw++hhwAjGP
FxP3UMmT9OB1NyPhTiAnMeKSpQLlqo4sY/Q8uXY+Ka3SrOVT/T6WJ3C5HNWDPZWrqfdR0Bo/
JCGN3Fz/AHIgmp0KBLv2objSAMjwdlKTlzW6IJcGqmzFzQ8ECfrCAF9Auo9R0DuiJd6JcG5f
wdCPnM4JzZKw3aD2k1Dx9FD9aMjaIeR0YKeeMiDu3R+HuqOW+9q3cjvIRZ5XbVGt+H8v0ALE
8U2OBMheQUc+QAQIcB6n7qbDEOR1Sld1uJd1uJoeCIN5UQGgsquyFUJcNEJx1ugwQ8rinthA
bsjc0IN3bntQkBUVChkAZxVDy8SAZTDn3Se8hBxthERHqQhggdx703/lQcVI6iaphT6DZccZ
PctVH5MtgNuIT+YyPkB6WYhveRyyAlLwvoqBo6KnolM1laA4lHPlDZcp3Hk/pso2DXIr+JER
FdExHagHozoM7n6ymNOd0QRuBssso2sdb/EjI94FrXTBjXggGqdShLI4ibhEAPsZn0Ty6duv
9S/3Gdxhgege3XvSTRpGNGTvS7KoZA3ZY/L4nBnWQF5A+CSliMWkBaQYqG6O0xLgHgmBJer/
AJfSGBJ4AOhsxymBUtGgCiZgeXx6kh5/hTxAnMuDOVyPhQEQ0BUiyc0fTknFOwIh3HNXrclO
QnJYBUFExvxW01B+xF7ceSzSpsmwFao1pqFGED3qElATlui/1KUY1+WAG4lHJnoCXZNEWt9O
q2guUJzNNAgBQD0GcywCx7xuL/p4n/DKUVH5rfMbqEbD4fQ5VtX9SMTSt1viGkNR/KiZO+pV
HNaE6oOKgfan01PNERLGx4Ixc0DEaOjAkEGw4IxIBMTZAAgBkSeo6A2KJ7sxf+1CMpbccS8g
S2vc6lCMQKCjIUBBuv3J5XTEKWUtsxuR6uiCzZ50gACJcfdWKOUbZxgdk43BHR3lLFIvKBIJ
7FzU8oaIgHETQyKjkzRjPMbFqR91Mzy4oA2PDRRk9qgeFA/WgxFLlMQ51XbxT94HVUFeKBkH
GgKJ0Nk8z1GwFyUMYPy4mQDaXTZJuXo3BfMoHoX4oGBqR1DR/dQkBUVB5oSzMAA+3sUp+05r
/g/LhWZ4ITnfgUyqjI2Cn5zzAJhjG7HiHHwbkfPeYaXmMtQP+3H4fQ5W6VIiw4r1MiTRtGui
Cex1vjQ8Ci9BcIg04EcU8uV1Sg/emAcCtE4Jo7hbohwbo6ACnaiJBiQ4JNveQmAAYnRRyGsb
mPMIYzU6E22+0umuhJQBsdUZzIjG7mynkiJRFt5oK/8AbWTLJxKZoOQRiRThxUMMZiW2RI7H
6YyUJeWhvy5APmxAoPZnKajlyR3ZBYFjGKBiNoBsBRAhjwCoCwuUeEhRMSxDmLckzVdM4bgy
BFOY1Vfr0TD/ANPuprHmq3W7GQJSO2LowAMsnOqEpB8l3P5FUsf3qQkTJi7/AJYqEDEBwSOK
GDB1ZP3KWWc5HJIAHg8j0xWWc6yfbE8vo19FVthWcrBfMy1yGvZ6XK3zDDSJ/mWPy2Mbski+
3+tMS85d+XErkg1IC/p2ziYuLGlkQ/rVC4P1/eRiQ8RfVGUKEGv9qBkx/bxKTn1cPhXTbVgn
tEl2NUIm0retEPSQpxUd7kRBBXQS49brYS0SWPL3kDHqINTZwgSGahC+T5bEZzFzINAfeXzf
NTOaYqImmMfDjWPy+ON5AExPd+6oyyGlgOxRi7SNQNVuZgB62QiPFfiqigsiXLk07EWLsn1q
DzVelkJG3Dgtz01ZdP1p9eC/cqmupRJL80ZTuaAakonPPZG8Q7X9lHdLcWLm8k8QTtuF1vCO
j1/iQlGPTKoOhUIY4l8lMeveW/K2TzE2MpEPt9yEl5fAfFIzl2QG5U1L+m30OmpKMpdUjqfT
wVbaIylYLN5qc/mZZFhwxx/7fo2xLRFymFvTlaL5YxJhIXBHUoTkCIzHeFfd2raGBAftbwqW
4MSjE1BimZ3W0WaoaqjIF9oqLOAjJhHbUcSEcZuDuieDKM267FbpFhVxxQYkjQHRD5RbJUmK
/wBtmcTsCdPdQkQ4+pbhQNZGcpbSx21UI4iznqlz96S+RJsgixEhYqDMCA55MqKJt2qL1B0X
VUmzaBSJNQRUIgsN2qDau5OoQYV1W0gcaI1vdVYh6umJpdO9UQaDihDGGhE0kdT7SGWYpEMx
HSt0TIzsNtAPdXzDj2gVMpEgMhHHEykaNGpQ/wB3IynKoxkvGIUc5xj5sH2y7fRkmaxw4xED
3pncog3A/wAN+Hox+Vwn9XMdLso4hU3kTcyPeTAtxPJMLfR815IReIkZwPuS6+lBrC3FHpBp
XtTDVPfVCUQ54HiiYm1/6VKhEJRLGOpVbXBOoW523VZ9UIyJcW4FOLoiMhDzdwJUBb2FGZeL
m4pX3ZIRn1sKyFKe0jPJIAR1QiO4CdrB/wASGFnmzni6EgKxP2ImFBJbbmKjGQpuCGwgwiOr
tRDNw5ogkbzoE9SdSh7txqjIUiiDp9id3Y3Ve7dOC5W2I7dSy6wS4pEKUpUjxtH7qEYB48Qn
IJNiSgMkQcbWIdD5eOMCKAgAH05M8324xuLI5chHzPMZ32jSAG2P+KZEtGIcnsU/MwiMk32+
XhoT3Yz/APbURlluyN1G1U/0d0raKOYeMHHLjX/TTktIcePdQ2hzrqpVrom1aqZg714lSiAI
s5bkukOCjKAbJjfaBcjvbYowkCJB+1X+tAi2qE8Z2yFeFfiQPnMQymIaE2q3sqmGddGFkc+X
JsxmscfBbMA2QuZNVf7gndVxo5QizEHTgukbNvAqr1Z5dvsoRZoxD0CyYnoepl1Veye/Fl/m
t0e9Gh5hbTrxsi9EwO0FbY0B0RG1gKMUZSLA1L6qUYAz20AH5UJ5ht4QugGbQAcE8g0eaAGn
0JxBY5JRiOdepeWgI7ZY8e408U/8DmnkWHEppZA/B0SCOVd38qAxRkSRXRSxQEoyyHaeLH4U
PM5x+rk7gPgh6b/Q2yDg3RywkPlgu0rg+6pE61EUDqDQLcB0yq4595HICGFCNVU10ZRF+J7U
4BD1KEhTIQRXijMUlIdQujVzoyAF7HggIC2qByMeICLcPqUgaipKY9MBUitkIRAZmCEiaaBX
6eHNMAwRJFbOFE2GQFjxZB7gomP2KtShpyTEseV0OMl1l4aUQIFRZkZzLRGupRjAPCNgVukN
0zcv/KrOUJSqbpgPo+S8qSOvLuIPAKUwGeg7I9P05ZJWiHIUZ+XhLJkmdsYNr76MMspYzG8B
0gImZJ43KaLDkb0RMrgI55AmGJyxsjgynbGR/TPD3JqiZ1dXVwrhPJ46o1/TFjp91bQGkNUz
U0IRjebuAKpwdsOSpLWuiEC0og3Per7ydjFxQG6jJ70bR1vAYTcSAqH7ypUIRNNxZwoxGlyn
NkW9aiIFtx6kNoeUu9xRIDDRULHmmZmugSiYnqCxZHAOMsexCUdQ4T66omV00Sjkl00oSdfd
QyTiRuNBxHtbUBVgNVJiAGQxYaxiWMuKpQm3NbWpqU0R6/piP/T8pieXaVEcn+nkjAEyPCij
HIQTKoAqhkiAZkesI0qKEI0qtgPVM7QKKGEHryB5tdkJRIG3TVRwxIGaFJT0bw9Kj5eQjKZL
b+K+XEggh3JsVMbogDXRGMZ215p3Pd3W0fagwMMZNtT8aG0sy35JbDwNijCEQIS7xOqP+0hu
3XkQ7P8A9pfLzkxAqQ1araRXin00eqdwR2sVtd91tEcUw8xWMuB95VvyUSTQG+h91VVRQURL
1NgjUMKk6LcBtfn/ABbUQXPNV+tGTuSbKl9AjuLFTh42cc2UN9GDfUnB7QiTJgDfUoxxxBBp
EXP3lDzX/wCxkZEVx4hSAHvRR+XAAn7PgU8uJyC8jxijCBIOspd4FbscTKrsA/3lDLmDymAd
poyoABy+nLLK0A/r8K8xPy+MZMmaXWwMumPgUTPBDDDUyd/wKt9fpGjjVRywHQRtAGhCadXo
QhlxliQ4IRExUXdbyP0sNT6lI6EsH0Hsp/3VQyxLA1LFkMoDEh3d6JxIgNw1QMpUmHiGv7yM
pEyL2ZmVvD+0VshHdK/JCWQvmFdo7o92SEpBo/t3U0pvj0DdQW6PUeJUspx7pQqdtCWRkbfW
ycH1my9k6sndj2oGp53CcBVDvYhDcK66pnFbKRNCysankh/nonPqW0a6LSv2IBwRxC580I3F
dzqcSAwkW7CpQx/pga8faUREmcyaA/yoea8yBPNIAxjpBUXTQrbIdGp9pHN8gGR0JO38C/Sx
xgDwH+CMn/RxPPJz2joiv9ztAnkBkCzEmZ6VF7gB/pVTksNSjCMwZivTVkZQBDuQbA/Chh8w
5wtQaut+I7YkUjr99DTJmrLsTWYovQs4N0YVbkjhIpOoJsukD1HRAycSj3X/ACpgSRc8yraN
dfKwBga+/L4luy1PBMqgFU6TxCMZHcDyRy+XDZA+6PtfCjBjHQhqhvaigSXOgT/YVU14hVsN
LIFuDFRe7LsQBoC9eKqA/ANf2kCakWb8yAa90XNdENwbmql21QMY9PFEMd4DkcV8qBAesi/A
d1DDhEskzwqAPiQlJp5zUyI7p9z0BjROLlN6GVPo8ly9GTysJN5fuEcSO+vLeSw+XmYQlFzH
xCHuoFiH0P0jh8tEZTEdR8Il8SMvOZ/li4xxO0MmGQCmg/mkiMYGR/CRX7skcmKhuYmv8ShC
Z3Y3ck0oO7FCcA8IGwqGW+nJEEgDin14oiRY8a3+JHBMtkg7A+KBR3VGjqLGhC1XSK6nX6To
5MTQz68J+7JHHkxnGRd9fgkj9r2TVZMIu51Qy5IEQfbF/F4ulBxVkzLqpSyej8kNwE4j1LcC
IzIbYafhTjs9SlJtsY0qiZERhEMSf6Vs8vjNmOSfSPwKeTzOQ5WFYjpj7W3apyxgwgZFn0io
nFADIaZJeIn/AAG+nPIQTtBNKn8KxZfM0hOXzZGWkX3dSGXBGIw48bAxDDdP6QGI7ZZJbTLg
PEtnloiL+M/zyRh83fKLjXb8O5MS4On8qBkRHmiTJ5HQC6nmlEfMl3XDI4MgaUrG118uPTSp
dwnBYBC9L/2IXYB0MkJH50CJRjxQzPWQYjR/Em9Tr1/4Do4s8BIGx1HvRkiYQ+bikemUS/w/
NgpYsw2zjeB0V3HJYPLyDZcUgBzCAe10BEOTpxUcmRuosBcN7y4cVQJ3bmLqMco3Y3FTcfeQ
OI7jkbYBUlDLmbceqMeHs7lVSo7qM8UIxxxcyAGqlEGhD/4D/Tw+XkSAYyluGhCyCA/RhPqN
hsgdkelCEA0QG+r6LKMnpCVR291SEACbNwfpQMmJyVkOCoaijf1J8hOQipjHu/jQhiiIQ7oA
rTxb1DEA4iK8NzeJbpO+tUYAmRFwdPvIghpcD/MiRJw/qR26cVGUTtILhgo7QIl6tSviltTC
rcaK/wDhnzmIGWPJWZ9g+8qhuCxC1XdMRTijI1EQftTZICYFgQ63ny8QXd/7VXAPU6fy+bbh
JciQeUfdiurPOXJgFDDGO4QqDKqbRUX70QbFCcO6XBH0qf4MJg7ScM2JsGEvCjlIbJnO+Xo5
+l0ZSIiNSSyjDDMTaTyAqhOB6dQLfeWKUJbs0ztkDoV1AxgfFfcUYxkXIYetb5SYR6lMyjvc
tsNPhyQkpY8QqbyuY+5FbgS+j/mQkSBkiGIZXIZF1QUAuojbvxzI3ghRlGIIkHpzVtPo19X0
p4pVEwYn1ppjdjl/pzFiPfUJStEoNTkCpgcAyLqpC6JCXYf8R1T/AAsGSJYmYxniRJCILMAA
ez6HNExD5JFoxe5RlmybxrCJ6R7qIjAuDUEVRGQtM8rqEwTIQk4KGLLjMhKgca+6pRwvtBYx
NVEEfqZa9gQyihdnF1UmJ19G+JZkBMtkNxZHdYiiHCOmiJgdmOB6iasPdigxcxjQcWT7Dfez
eD/T+X/huju78ZAxPBRqXJqnGpsqAM3X2J4gA8bonfTgjk8sNx3OY6173StzGGSNJwN39L/R
ZPIsFSQVC/8AhWXlsFxjByEcJnpxKBlqKplRVv6MkyxMTtjyCz+X3O8t0X5qO5iZxAJNXdSi
ARGXdMtU06jQ8lHLjLSdgY1p4ulGd5E0JsnqSWDA/wAq25nAAfa7SW7FPc/hldEZIGJsFS63
gEEaowkWyRD11RjI1NtFKMz3gNqAEwG4/wAS/wBQWf7v0wNTb0H0yiZCM4yBDoyuI3KHH7V1
PKEqSpb3kJRIMbgiq2wodeKhvBhEf9QVf3ciEYttiQPmBGMiN2hFj9G9E0a800mPErloE4oU
0Saaoux7UBIesKhbkV017FtJ3SFwNEKmI5p4lwdQr+gxBcipOgAWbzsx0btob3e6gBYD0URc
14KhbgEcmIboyvxB9pDMBtnxPiW2YJ20Y6KEogCcA259EXO0gMf6kIg0GvNGRLGdAEM2fv8A
/Tj/AFqMSWyGTz47VEGkG3VuXREm2gtWyMtsdo1FEwdjYkoZMUnBLV0/Cg5aUrKM4lgNQV83
IN8h0zhTxeLau7Nvmbrnubf/APl/+n83/At6LIqWPLASEgj8iYJdxEhj8O9AbDKJsY1Rjkjt
ajGiAOYQge9jL1+FN5aezLCrkUI9mSODOBGQcHhIoxApKoGrI5PLS3mN8fjb3UfnwMDEsCdf
obY31Re6cmiqzaJgWRDs2ie/NEg1OiZ6p4yMX4LXn2osaBPAmPFin3uOaOOMSwvKKyTlL9Wf
TGFiAe9uUIRG6UiZnk67vaVUsuio4p7uqhiqoxkBJ+KHnMNIho5YDh7cUNhYPQHgfaXy4kAn
UcO93V605H6cGJROIsYgCD3ovmSIlknfkhKQMiBd9ESHjANQG6MHJgLgr5ci4GvNDGzyyBga
FkYZo84kfxIY4iv7d5GLF7gk3CfZo9h8P+Dz+kRKIkDcIEPBqNeKGcEHDEjdtJjJlHPgBljz
ASjtr8UEYZCQSWANSFAzBjLgdYnxRQkLGqf07gKa+homvNM1UJPVlUetCrIIgipVdP3ocQuq
/AJwGg1SUIwBjhFJG1k0e0lY4bqNbn7SG96EseSYiiMpUiLlPEuJBw6qa8lVXdkZGwdwOSlE
y+Ti8GpJHiktmeLSDbSD0z99fMhQyiHAq0gOuKYVMukP2rYSRigeutZSRj5cmPtG8R7qEMUy
REdU+fsr5MD8wy4Co+JbJwO8hxFnRmD3r0b4UZiEnJd20UZtLoI3k/mWI+XYwIcPofFJCOVt
8f3e6oziagW1b4kz/b97b/hv9IwkHEgxRxk7/Ld6D96BQz+WiMeR3k2vvLHHzcBKeM9L3p7y
YUH0HNuaJDDkFQ/XdO9bJ3BR3Gh0TBVNynH1J9SbLpqbBbsshEadqckxwRq2pX6YbGLhSyiL
7RUBfrB5E15D3UAxAiGddPVI2Qnm6IBmh7XvTQOif1qt+K29rcEAaQNZA6+4gIgACzKf+4jS
IJB1B8OxakP61KUshxE/6b90o+V8xHaWf5g6gR3d8lLDEkxuJg3p4dyLzEiXIiQpzlAmciSZ
cfdis2SX+tMsAfDDw9Sx4pwAc9UwBYKYiANoJgRqIrNiykRnJ9z0d/ZRxy7oLAaSCEonZnho
fF7u5MBa/Yry7zvTut/8C3pA10VfoAaen1MTxKe6OvBk/wBiNGATXV0x6pyHSP6l83zFrgN/
KtoBAGjLcdFklI0iCTwop55VDkk21Qw4amVz+VfMzNKR7oNgEQ9U3Fa0W2ypVrKpdGUizOSV
Ly+AEwPeJ1r3VjB7+Q93k/eUMAA2gMogFr7TKoifYQw+ZxRjIa+E+9CSIgZQJ1BQ+V5gxAs6
O/JGUnoz1HvIGLbYijG6IymUQzC4Qk5biCg53cyagLaATI6qIAMSQxL6rv6/5/4dP8Gv0WkH
ROO/AoiTgIf5KvqRB9QT0Kp6wgWY0ohGPVlnYDT3pL53mOonQ/mVOmITgAg6FOG6qEBbASJZ
TtHZ3pr5cQevUIGRfJx/pR4IsK3RFnVz61uVGfit0TWzoeWxk7pB8jaR9lYYiryqOQWXzEg0
YnZjPZ3pIPUJiHBTgPtuOXuo/wCyyCUR/wBPIKt95bPMYIyu7FiyjFzHJKmwoVW3KAQLOjME
xAqzuPhW4x3Ehy2iNDuDgDmukVjqL+93l62ub/8Aw1/osQ45qgMSdQv0+ocSts4mJCDAmtVZ
ivkYBvyyoSLY/emjKRM8hvI1TWNkAbIgepVN7A8FHFEuMQYtbcVEmNSBrcrax2vQlSf1dqNg
uKILPyQDUNeSBF0ch6RAOQpzi22R8XshHNCBnN2x4xZvbQADEhyBYHxK/qRajLcZAHhqvmOD
OFIwBaXxZEJSsLAUCxUJ6gSyZqcdUwqTZCPghfnL2VUF9U8gxtuFCPvL9M74/au4W3bvUyv9
JlanoH/wQVERKLuicR2SHGyOHECD4svhiPdktsLms5ak+LcqGi/zCduxNE+tfKx9WQ0Mh4Qj
ju0y5vYrczAWTH7dEIp2RnK3K/uqWSdIzPTDgEz115IRLngh5aBO6ZqBw+JCEe8QwbV1EXyy
A3Hh7sUC9VtDSlw/qRhuBk1QO6PvI7JAdjblKTsTqdVuoTw1Q8zlDY26X/pT6alPD/UyHbDk
PbQiL6nn7SBdGJbmruDor6r/2Q==</binary>
 <binary id="i_003.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RuTRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA+gEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDE6NDQAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA+gEAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAJGgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABlAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A5y4y4xpJKqXP0AMwOdBJV7IYGvcDyD3VCyXPJBnz80lMWFpgdz4zC1sfAe3Eycy3
2iilzx2gn2s5/fftVPpGF9szq6Oa2+57o4aD73f99XXdfZTi/VfLcwQHPpYYMFxNtft3fusa
1JTxL3ub7hJa3X7vguuNbcP0m5OlQoaMpgBcDub6mSY12fo/3fz1zvQsIZ/VsXGgEPtBjTaW
1D7Re4/yK6mf9Qun+sDfT6l65BNV7Gt04ljtl7P7VVlSSnrOk5FsWYuQQ/JxHCuywHd6jHDf
jZg/O/Wax+l/cyqcharrWV1OstIrrYC6x7iGtDQJc973e1rf5Tlw31U6l6tl1tjLLMzApcza
wgutpEepi2MPu30ZFbcnBd/wl2Munzc7N9C30HNAAJOQKXPraw67n+o5le70vpt/fSU6rOA4
HQiQRwQfzmlRusrZAsc1hc4MbJDZc76DBP57v3F5r9Veq9cpbl5/T767cRxNdfTrXPsYy3nG
porrd+j9Vn+Eb6OL/gVtZWD9bOq1XYrMkY7H0m0Hc+uqvJLmsfjV2tDr7cP0XWup/R/o7P8A
RpKewrsbjv8AdDd3IPJ84+krddtdoJYZjkcEf1mn3NXO9A+q1vT6GfbMy3Ie2r0Syf0ZZO/b
72+t7fo/zn82ugoqpoZ6dFbamTO1jQ0SfJqSme3VJSSSU//Q57JcX2PbpPEeSzrR4DQ/f3V2
66pzzDge51hVXMfcRXVBfEgAaADXc5/0W+1JTufVJm3e5wA3OHIgeI1/O/NXS9Ywb+odDy8O
ppcXtD66xy51bhdtZu/PdtWM5/T+hdOprynhtjADx73n6ToY383+WgZX1xz21llRbieLiJeB
I59T+ae1v857ElN/6pdKro6j9tpt+0Y5xX11PiHMe/093rM/lsFnp/4T/SLdzsDFyqXsza2v
x6yXPNhLWBvFk2yz0t7f8LvZ+Ys3pGWwdMGRaa67rpe/KzHkMO4n9IJdVv3bWu9Jio2N+rud
c8dVzc3rjWAO9LDq9DBad2xg9Nj63O2z/SLLv+upKbv1dxqcfquVmdINnWMfMf6brmOrZXTs
dud619tjbb7mv/cxv0tf6VbvWOj43Vv1fNa25+O03CgFzA5r5axtj7Xeh+msr/R76N++tUMN
7rm2YTMLHw+lPG2sBwdeGgs2N9PGbVjfS+i+y3Iv/wBJ6i6TE6cx1otsD7Lo2my1xe/b9L3P
P8y13+hobWkpq9L6fj4uMcLp+FV6djwcgBra6tY37/bY/Ks9v7rKn/mekxbldAbBfq4eHZTr
rbW0NaAAOw0CkUlLQm08VF1wmG6qO5zuTr5JKSSkowIiAkkp/9ENH1eOTlNYGV1WOkix7d4b
Gu702urc/wDzlS6sOi9JDcXDfflZ9ZJuvdWTU4xPp011BlDWNcf9JZ/xi6vI+sXTMUuHTmC8
97oIqH/XCGuv/wCt/o/5a4vrGZnZ9gyMp3qPA2M42ho/Maxv5v8AJakpp04+ZkPGWMfJysy0
735FhqaSR/o/V9R9Oz+otbpfQ7H1/am14GHdMmzONuZduBkvDHN+yM/9h1W6ZX6bNxEPcQST
oYH0ZXQ0Y1eQQ1zQ1z4lzuf6rGJKaeT0rr9I+3dQ29QpDpbl0n1A0f8ACV/zuNX/ANZ9JH+r
uL1DLya8bE2bdvquufD9rR7PVe36G/8A0fqLuOk4PoVNrrEbRqTOi0qMPHo3elWyv1Hb7Axo
buef8JZt+m9JTV6b0mvGY0ucbbY99zuSf5DfzGrSa1rRDRATpGDoRIPPgkpRMKBMgqUQIaIj
QeASEgjv4lJSJtRJk6D8VOA0R2+CIolspKRzrykn03JJKf/SpdStyWWuDpfExEcfyWktcsVt
xsgsh4nUl7YAn/NRcjq1vv8ARxrbqbXFpe9pbW46b2/RO/n3ILXZtTGuqbXXQXHcKmCQ4y6P
0vsb7vzHtSU7fScTKtc30vdInewB7h8Hu3V1/wCauu6P0s1XerZLoH0zLnbj/LK8/wAfqOfU
xwqpx7Btcx7jRX6jQ4bfdY30bPU1/PctTA+uLsa1tt+PU+2qoVbrHXUWuaxra/38rDuv2s+l
sZYkp9Cu+sfRcGw42Vn4uLYwCabLWtcP67d29v8AbWjjZNd4bZU9tlbhLXsIc0/1Xtlq8W+t
XUsbqmZVk9JpOELWOOSzbX7ry87r23Vj1Ln3tczf6npr1L6tYd+Fg0txaMcYLq22VsxyfpvD
PWd67z+m3P8Ac/e31P5aSnoASTHZSCQDWCSQPElUerdZwOkYF+flWD08du5zWkFxj81jf3kl
N9Os2v6wdJfVXY/JrqNrG2Ct7huAcN+10fnN/OVrEzsXNY5+JaLmNO0vbq2R2a/6LklNhMfJ
QtupoYX3WNrYNS55DR/nOQMfqnTsl22jJqtceA14M67fb+8kpNsMzHdJESSU/wD/07OLRTbb
dZjVi0wQ7EdLtP8ATVx77PT/AHqv1ij+osq76vZRm/pk5Ou19NY9Sxk/6Spoc3Io/wCE/wC3
v9KqNOX0S19z72X2Mx2usLRbYwEtILd72nc3c53p+xqpN6N1m8O6hidNux8Quc8OsOylrQZ9
1+c+muyv8z9Ikp6DH+q/ULg4h1WH1FhAbWb65e0/THp0nJso2f6LIbbj3/8ABLUs/wAXmXmV
sfbmUY98bbW01OsrP/CVbzQ6uz96v+j/AOi9JZ/QMX69dRxmHGy6+m4Vj/Ufa5wY1zAWjbjY
/T2s9LH9n+lx/V9T+cXVZbcmjGuN3UM3qN7Wbxj9Lprplv8A3XbZ61r927+cZk2/56SnIp+o
/wBUujP9bq2YbnNg7Mm1lbZ8fs1A9X+r71cP1h+qHQ9MS2yovaS1tBd6fG31PSusbW/+tsQe
h9BPUfXyszplXSvUcC1th+2dQJ93qvycnPF7cTf+jsr2Y/r/ANRbFP1O+rdVpsd02vOtP035
RdkWfH9bc+v+y30klPK5n+MnFz3U4uHTdlZG4vftIbtDAXuex0/us9+3+Wo/auo/WjomRj4W
JOM/Jx8V9jZe+X2VWW7tv83TVUd97n/6Sp/qfzi7W/pP1UxanYAwMWp+QxzHVY9TWWFjwWP9
1QZbX7f8LuWbd9UejW9N/ZWOy3AwTb6rqcexwbY72mz7V63rfafU9Ov+c/m9n6NJTzWQB1C+
2zpfTupZ99Njmlhfjig7T7m/a2Nc/b+Z+if/AMXYvROiWvdgVC6tuLZsaDiAAekQIdU2Pzf3
U1LhWBW1rWsboGNAa0AcbWNVljKy4PAE+KSnmetYGL1ynLvyMttbqrTj4kHcKLq+W3t/N3t/
pLP5z0rf+JXE4mZkU0vNtFmJk1PfS+myXEgGHPbaNrbGbhs9i6zrvT/s+X9q1F2fX6F1LnNb
Xblj9LjZV1rv5ivFr9an1Gepa/H9Clc51/7Th3MryKXPsraBkY+nqsYfoZOLb7as2j/B3f2P
5lJT3H7XzP8AmN+1fd9p+yepu/P/AHfUn9/Z796S83/54WfsP9i+s77F6m/1Nnu9Od3o7d27
0PU9/p/T/wAH/NJJKf/U3sD6kdJ6PDzZY3Id9PLLx6r3zu2M9jn1t3D9HXie9WOqdI6GKRdm
UtFrz7MjqO/MyDH5uHiZDrrP7H6H/wALoD+uZd2caem1/ZMa1xY3qeYwvtbz7KMZzt76d/8A
NWZH83/o1er6JQHGx+Te+94Dci6wtfbbrP8APln6uz/gKG+ikppOzMi+1ose7DpbAaHltmU+
I/m6mB3T+m8fmV5Od/xC2un49TWRQ11NTifUDiXF7v8ASv8AU3X2X/6Szeq76undFx359xbR
TUJsveS95n2tZvs926z9ytVei/WM9XdtpG+1xJqaNJA/OtdG2pzP3Pp2/wA7Wz9xKd5lzS11
YO0sO3bw7+Tv/wC+o2LjDGrdtLnF2oa5xcG/yGOd7tijVitY9ttp9S5oID+IB+k1v8hWRzry
kp5j6xdW/ZVpxemYn2/6x9QrLqmRLa6x7PtGVaf5vFqd+Zu/Sv8A0S5TM+vHW+hW5GNlNr6n
kVjl7vS9NwI9Rpx6aKNtP856LfV9T/CWvW99Yc3KwfrW29g3NtxBQ5hBAcG2PuZDv3/0ns/4
tcx9dcajM6xlZAe4OvopvoaHBjTDdlh9v03epuZYkp77E6nj52DjdQxDuxsqsWNII3An6df7
vqVWforGJU9Qs3ONbxcAdGate0+fH+Y9eV9A651boeE5uMxuT059zjZiEltlT4aHmi/3NZ6r
f8HczZZs/m13FHXOm3YY6gbP0YDQ1urb2OcP5myofpqLf+Kf6Nn76Skn1mdVmPdg1YYu6rbW
xzsmA12Ox79Hy/2tc5tdv0Fz7rLmdAzsHqbhl5P1etDKnPBfY6u/2dNpq0e6z1n7tln+h9Ot
Gt6h9tzWZI3u9Sv04Bg7Wy+n1Nv0/fu9v5iu9OuftutxixmVZUGh7xO51Qd9mF23b+ipc/8A
r+m9JTyf/NzqX2cP+wj9qlp/Uo03B4r9bZu/eP73opLU/aXVv+dZzPRrk4woDPf6O0V7fpR6
vpftD9N/pNn/AAiSSn//1emZVh9Qf6Rea7ZANndzR3/8MVtb7P31z31q6/8AW/p11t2NbVT0
5r/TpspbVZEj1K5tt9S71nVfpP8ABKx0/Md6zraw70r6HWVWs1c3eJxr6J9r3us/RbHf8J/o
0X61sozei4AfU7PysZzS6ugAuyLtv6XHfd+bjet+kybdn6T+ap9L1P0aU1sTD6l9d8HplnWj
bj4eJuc9gBrOW+Sxl9bRG2n0PY+7/jPQ/nV33TsLD6fhsx8WllFNY9tVY2tHw/ed/LWX0G/K
fVkPy7mZdgu2ttrbtaDsrN1TT9F9NF7rKqHt/wAGtylk+4/JJTNsnnRKxzWt933KGTlVY1Zc
9wB7Ankrn+s9dwsWv1M65zoBczEoPveB+da7/tPT+bvsSUy+tHTbeq4jbsYtqzMF3r4tlh2s
dA/WMXIcQ7ZTdT+d/grfRsXm/VOp5uayhuJgiyxgd6edNjaH0mL2OqpyKsfKe2t77Pf/AOfF
0P1Z+sWT9ZOuGrMa2rDxarLDj1E+k2v2001bvznvdZ+ktf8Az/8AgvR2IfUbf2fbfVaGvvzj
aW3kyxjH7h9npr/wdjaHfo2b0lPMZP1Ryq6P2n1/ObietHo4wBFto/kVsDvRb/KtapUOx6qH
YfTS7HpdHqsLy7c4e79Kw+21jf6v9RV7bsjK9I2vda5gDA5xnjT2kn6LlpYGGGMNr/5wRBB1
+785qSnTwKrLKLWYLGsyentBfY+17aHeyy7I0tL66GUM2fzX8tPjZOPl4zMnFtNFOU32uYYt
Y4j3NDvcxl1L1Yo6ezLx7Kby5uPcYurqdtDmhzbXY+79yxzG+urfUsaoPyeoY7AK7rfUyKgN
Kxsrr9djfzW72frDf+v/AOlSU0SLP2mGl7vs5rL2vB9xADa30ud+96xZkMf/AF0kL7TJNXqs
3BwbzqAZt/6hu/6SSSn/1n6XfVbn/shj/QwBbZdSHEB+P6m63M6d6nt9RlV/8w//AAtVy6rJ
wcDLFNDmOGPQDsqa4sDjG1m9tfv9n9ZefXm5l92TS5tNm7ZdY8bm03A7actw121e/wDnv8Ey
z1v8CvR/q90zObjUftFwdl1VsZkPGoNjRFjv87/0okpH9UOldTwKMn9p+m31rA+vHoc51VQ1
mulr/obv8/8A0i1updVZgVSK335Fntx8auC+x/8Ao65/zrP9DWpdSzq8GrbU0WZG0uDXODGM
Y3+cyMm90txsav8Awl3/AG16li4DqH1pycqu89HuLi4Gq/rAbBcQN78Lo9Ltz8TGa3d+u2/p
LH/6S70r0lIOv9R6rZl2VZltb8uSX4dTi6jFbHs+1X+37Vmf91mfzf8AOWWMXN52QH0Oox3b
t5DrbSY9R2vh/g2/mfmf6NWstgbTdiYw/R0t9W0t13zsfbVrud+j9Tdf/pP89U68TItaX/Rq
jW1xENE/Sc36Tv5CSnpf8XVmNR0/q7Qf1t1lL3t4/QNa4Vub+9tvfb6n7n6NVusVvziQ8F1T
j8CO7Xh3738pYOJn19OyjkbTc4AtIrdsMH6UO+g72j8/89dfQ7GyG0Vb/UbdUcjFzGthltDf
51nu9lOdj/Rux7X7Kf573/4VKeZox3MvdQ+C8QQ7Ta5s/wA5/wAY1385WtqigOhjpcSdvgJT
jHYbnWVsitrprJJIIP5zXOh7/wDjNv6T/i1foY1r2xDXE+0HxA/77+ckpHVd9kqbn5LnNwnX
votLOamx+hyfT/Pr3Vfpv662G1WY82CHPe3dWWOllmm+ssP7tu7duSq6UMzp1nT2HY97SaHu
4bbPqUvH/XWsXIdF+tdvT319KyKhbiUPsbVe9xD6QGvc3F09j6Ksn9Hv/wBF+j/0aSnXblv/
AGrZmAaEswi7weKrcZv/AF31nOeksc/W8nqDWSwYjGuMbW+ibnObb/Nx/R2el6Xq/wA76lnr
b0klP//XeoZdmdXQA2jMaTh59JOj2B21+7+cb9P9Kx/59Fvpf6Nd9S+vpHTfWuHpYuHWfVJ1
LWVifUP9RCZgUZOW3qF9IZaHk1u4cQPYDb++rGc9to+xOZ6jbhD2RLXN/Pa//gv30lNa0YmX
WL7/AErse0eoXECyuxhG5nu+hbj7Pez/AAa5XP8AqNey946G1uLg5DN+Rjby5zHsEVeg9znN
sZkV/wA4xr/0f/CVra6R063ogs6Pju9bHZY/Iqc8E/ZKX+6nAZe7d6977d9tft/QU77Lv8B6
uu7OpwqQ10N3SKh+84/vfyXO/wAI9JTw+T0bG+r7RndRydz7GOaysDWNnpPra4+1/sdsZYuR
zepNyrH+mzZSYBaDJ9oO0vd/VW1/jEZn25WP1G3ccC8GqsEEela0brKv6l385S//AAnvXLVu
AcBJ2gCRHAHwSUkGPQ+3blWOqoEmyxjd7yOW11M9rfUd/pH+yv6a676tZ2Lm+r04VDGq3h+B
ilxdjscQNz79PUyL3ej69WO79FkZX+jXN344OPDNX6SOIP8AJcP+muv+pH1aNeCeuZBImwOw
mtcPftD2+pd7f5rfu9Jn9tJSXJ9PCpsyLz9GXDedf6zv5KXRKHXzlZW43WgGutwjbWf5qqPz
N/8AO3f9t/4NPZjDNt/WYfi0Q/0p+m6S4er/AMGz/R/4T/CLQ6bkVC4yQGnST2DvpOckpfr/
AFM9L6RfbW4MynscyhwE7XH2ert/4NeXY+BdkNc6sgcmHSN37z930V1n1qy3dQzvslZ0b7XT
w1gVO6r7JhWXVtjY2Gg9z9L+r7UlPJe+fTj9JxHfdxE/1Ek/pn1onXnnv/WSSU//0PROoXCl
7Wt+ke3YIL81uMyT7rrJFbPE/v8A9RqFnvaL3PsdBaSZ8APILByMy2911gbDnN2jX6LCdtbH
O+iz3/zz0lNP6w/XijpOI6rHHr5ji7Zv+gXH6VtkfTY1Zv1drZ17DyOrZ2ZY/NyWjAymsfsd
jNaN9fo1Oa6trcrZ69X6P0v6RVWsfr+FZlZL35jPRpv/AEWBcRHvZ7Xev/x/5n7+z/SLL+ru
fmdJ6qGMc2u159H9KYqe0kfqmS93tZU9w/V8v/tPdss/m0lPpWfRjXdLd0vqFhdj31ioZDiH
2bahvZeyf5y3F2sybbP9H6tn+kXnfVei9R+r2ZXj9QA/SsFtNjDvqeJ/e/O/lsXpuAzAyTj5
5qLb6p+z+t/OUkmLatn0WXV2b22/+kVHqfQendV6aek2j06nvc/EtYNcS4tc5r2tn24Frg5n
o/Qr9T0P9D6aU+b49mT1HJrxqW7si9wrZXwDIlrt/wBHY385evV4jcPoNGJUQW1Na2B4Nbsb
+TcvKej35v1U+snpdQpLHM3UZAaJDqn/AOEqft99b/ZdU9eoZGdj1YLs0XtdjtEOeNBB4fH9
n2pKebyLTQ17rCK2VTL3aAiJl6zMPKsz99uMYocdrBPuMa+o/wDNZ/IasXrnVsnruYcfFBqx
d3trHc/musd+8tn6uMFVrWsO3Cxj7Tx6ryYstd+83+Qkp1cjpz8hv7QaxrDZIyA4iS9o3epu
P5rvz1Syuj25WLZVQ5tn2cNfc06F273Ocx59v6Nbzra6WurrP6Jx3Fs+2f34/q+1DOY1tljA
dwgzOupH/fpSU+afZx9r27vcD9HvJP0P66S6KG/tjdt7cxpzx/WSSU//2f/tI3JQaG90b3No
b3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAJAAAA4QklNBCUAAAAAABCdfnjOjONH
s0B7XFb7LjbiOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAA
UHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5C
aXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2Jq
YwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJv
b2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4
QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0
bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENi
b29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9v
bAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAA
AAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABM
ZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50
RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0
b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9u
ZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAA
AQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAA
AAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJ
TQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoA
AAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////
////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////
//////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAA
AgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0E
CAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAA
BgAAAAAAAAAAAAADIAAAAfoAAAAFAGkAXwAwADAAMgAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AQAAAAAAAAAAAAAB+gAAAyAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQ
AAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAA
VG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdodGxv
bmcAAAH6AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xp
Y2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGlj
ZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAA
SW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAA
AABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAAMgAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+gAAAAN1cmxU
RVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRh
Z1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAAB
AAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2
ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JU
eXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcA
AAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAty
aWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAA
AQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAaJQAAAAEAAABlAAAAoAAAATAAAL4AAAAa
CQAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBEL
CgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEN
CwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABlAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAA
AAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcG
CAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKy
gyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdH
V2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS
0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE
1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A5y4y4xpJKqXP
0AMwOdBJV7IYGvcDyD3VCyXPJBnz80lMWFpgdz4zC1sfAe3Eycy32iilzx2gn2s5/fftVPpG
F9szq6Oa2+57o4aD73f99XXdfZTi/VfLcwQHPpYYMFxNtft3fusa1JTxL3ub7hJa3X7vguuN
bcP0m5OlQoaMpgBcDub6mSY12fo/3fz1zvQsIZ/VsXGgEPtBjTaW1D7Re4/yK6mf9Qun+sDf
T6l65BNV7Gt04ljtl7P7VVlSSnrOk5FsWYuQQ/JxHCuywHd6jHDfjZg/O/Wax+l/cyqcharr
WV1OstIrrYC6x7iGtDQJc973e1rf5Tlw31U6l6tl1tjLLMzApczawgutpEepi2MPu30ZFbcn
Bd/wl2Munzc7N9C30HNAAJOQKXPraw67n+o5le70vpt/fSU6rOA4HQiQRwQfzmlRusrZAsc1
hc4MbJDZc76DBP57v3F5r9Veq9cpbl5/T767cRxNdfTrXPsYy3nGporrd+j9Vn+Eb6OL/gVt
ZWD9bOq1XYrMkY7H0m0Hc+uqvJLmsfjV2tDr7cP0XWup/R/o7P8ARpKewrsbjv8AdDd3IPJ8
4+krddtdoJYZjkcEf1mn3NXO9A+q1vT6GfbMy3Ie2r0Syf0ZZO/b72+t7fo/zn82ugoqpoZ6
dFbamTO1jQ0SfJqSme3VJSSSU//Q57JcX2PbpPEeSzrR4DQ/f3V266pzzDge51hVXMfcRXVB
fEgAaADXc5/0W+1JTufVJm3e5wA3OHIgeI1/O/NXS9Ywb+odDy8OppcXtD66xy51bhdtZu/P
dtWM5/T+hdOprynhtjADx73n6ToY383+WgZX1xz21llRbieLiJeBI59T+ae1v857ElN/6pdK
ro6j9tpt+0Y5xX11PiHMe/093rM/lsFnp/4T/SLdzsDFyqXsza2vx6yXPNhLWBvFk2yz0t7f
8LvZ+Ys3pGWwdMGRaa67rpe/KzHkMO4n9IJdVv3bWu9Jio2N+rudc8dVzc3rjWAO9LDq9DBa
d2xg9Nj63O2z/SLLv+upKbv1dxqcfquVmdINnWMfMf6brmOrZXTsdud619tjbb7mv/cxv0tf
6VbvWOj43Vv1fNa25+O03CgFzA5r5axtj7Xeh+msr/R76N++tUMN7rm2YTMLHw+lPG2sBwde
Ggs2N9PGbVjfS+i+y3Iv/wBJ6i6TE6cx1otsD7Lo2my1xe/b9L3PP8y13+hobWkpq9L6fj4u
McLp+FV6djwcgBra6tY37/bY/Ks9v7rKn/mekxbldAbBfq4eHZTrrbW0NaAAOw0CkUlLQm08
VF1wmG6qO5zuTr5JKSSkowIiAkkp/9ENH1eOTlNYGV1WOkix7d4bGu702urc/wDzlS6sOi9J
DcXDfflZ9ZJuvdWTU4xPp011BlDWNcf9JZ/xi6vI+sXTMUuHTmC897oIqH/XCGuv/wCt/o/5
a4vrGZnZ9gyMp3qPA2M42ho/Maxv5v8AJakpp04+ZkPGWMfJysy0735FhqaSR/o/V9R9Oz+o
tbpfQ7H1/am14GHdMmzONuZduBkvDHN+yM/9h1W6ZX6bNxEPcQSToYH0ZXQ0Y1eQQ1zQ1z4l
zuf6rGJKaeT0rr9I+3dQ29QpDpbl0n1A0f8ACV/zuNX/ANZ9JH+ruL1DLya8bE2bdvquufD9
rR7PVe36G/8A0fqLuOk4PoVNrrEbRqTOi0qMPHo3elWyv1Hb7Axobuef8JZt+m9JTV6b0mvG
Y0ucbbY99zuSf5DfzGrSa1rRDRATpGDoRIPPgkpRMKBMgqUQIaIjQeASEgjv4lJSJtRJk6D8
VOA0R2+CIolspKRzrykn03JJKf/SpdStyWWuDpfExEcfyWktcsVtxsgsh4nUl7YAn/NRcjq1
vv8ARxrbqbXFpe9pbW46b2/RO/n3ILXZtTGuqbXXQXHcKmCQ4y6P0vsb7vzHtSU7fScTKtc3
0vdInewB7h8Hu3V1/wCauu6P0s1XerZLoH0zLnbj/LK8/wAfqOfUxwqpx7Btcx7jRX6jQ4bf
dY30bPU1/PctTA+uLsa1tt+PU+2qoVbrHXUWuaxra/38rDuv2s+lsZYkp9Cu+sfRcGw42Vn4
uLYwCabLWtcP67d29v8AbWjjZNd4bZU9tlbhLXsIc0/1Xtlq8W+tXUsbqmZVk9JpOELWOOSz
bX7ry87r23Vj1Ln3tczf6npr1L6tYd+Fg0txaMcYLq22VsxyfpvDPWd67z+m3P8Ac/e31P5a
SnoASTHZSCQDWCSQPElUerdZwOkYF+flWD08du5zWkFxj81jf3klN9Os2v6wdJfVXY/JrqNr
G2Ct7huAcN+10fnN/OVrEzsXNY5+JaLmNO0vbq2R2a/6LklNhMfJQtupoYX3WNrYNS55DR/n
OQMfqnTsl22jJqtceA14M67fb+8kpNsMzHdJESSU/wD/07OLRTbbdZjVi0wQ7EdLtP8ATVx7
7PT/AHqv1ij+osq76vZRm/pk5Ou19NY9Sxk/6Spoc3Io/wCE/wC3v9KqNOX0S19z72X2Mx2u
sLRbYwEtILd72nc3c53p+xqpN6N1m8O6hidNux8Quc8OsOylrQZ91+c+muyv8z9Ikp6DH+q/
ULg4h1WH1FhAbWb65e0/THp0nJso2f6LIbbj3/8ABLUs/wAXmXmVsfbmUY98bbW01OsrP/CV
bzQ6uz96v+j/AOi9JZ/QMX69dRxmHGy6+m4Vj/Ufa5wY1zAWjbjY/T2s9LH9n+lx/V9T+cXV
ZbcmjGuN3UM3qN7Wbxj9Lprplv8A3XbZ61r927+cZk2/56SnIp+o/wBUujP9bq2YbnNg7Mm1
lbZ8fs1A9X+r71cP1h+qHQ9MS2yovaS1tBd6fG31PSusbW/+tsQeh9BPUfXyszplXSvUcC1t
h+2dQJ93qvycnPF7cTf+jsr2Y/r/ANRbFP1O+rdVpsd02vOtP035RdkWfH9bc+v+y30klPK5
n+MnFz3U4uHTdlZG4vftIbtDAXuex0/us9+3+Wo/auo/WjomRj4WJOM/Jx8V9jZe+X2VWW7t
v83TVUd97n/6Sp/qfzi7W/pP1UxanYAwMWp+QxzHVY9TWWFjwWP91QZbX7f8LuWbd9UejW9N
/ZWOy3AwTb6rqcexwbY72mz7V63rfafU9Ov+c/m9n6NJTzWQB1C+2zpfTupZ99Njmlhfjig7
T7m/a2Nc/b+Z+if/AMXYvROiWvdgVC6tuLZsaDiAAekQIdU2Pzf3U1LhWBW1rWsboGNAa0Ac
bWNVljKy4PAE+KSnmetYGL1ynLvyMttbqrTj4kHcKLq+W3t/N3t/pLP5z0rf+JXE4mZkU0vN
tFmJk1PfS+myXEgGHPbaNrbGbhs9i6zrvT/s+X9q1F2fX6F1LnNbXblj9LjZV1rv5ivFr9an
1Gepa/H9Clc51/7Th3MryKXPsraBkY+nqsYfoZOLb7as2j/B3f2P5lJT3H7XzP8AmN+1fd9p
+yepu/P/AHfUn9/Z796S83/54WfsP9i+s77F6m/1Nnu9Od3o7d270PU9/p/T/wAH/NJJKf/U
3sD6kdJ6PDzZY3Id9PLLx6r3zu2M9jn1t3D9HXie9WOqdI6GKRdmUtFrz7MjqO/MyDH5uHiZ
DrrP7H6H/wALoD+uZd2caem1/ZMa1xY3qeYwvtbz7KMZzt76d/8ANWZH83/o1er6JQHGx+Te
+94Dci6wtfbbrP8APln6uz/gKG+ikppOzMi+1ose7DpbAaHltmU+I/m6mB3T+m8fmV5Od/xC
2un49TWRQ11NTifUDiXF7v8ASv8AU3X2X/6Szeq76undFx359xbRTUJsveS95n2tZvs926z9
ytVei/WM9XdtpG+1xJqaNJA/OtdG2pzP3Pp2/wA7Wz9xKd5lzS11YO0sO3bw7+Tv/wC+o2Lj
DGrdtLnF2oa5xcG/yGOd7tijVitY9ttp9S5oID+IB+k1v8hWRzrykp5j6xdW/ZVpxemYn2/6
x9QrLqmRLa6x7PtGVaf5vFqd+Zu/Sv8A0S5TM+vHW+hW5GNlNr6nkVjl7vS9NwI9Rpx6aKNt
P856LfV9T/CWvW99Yc3KwfrW29g3NtxBQ5hBAcG2PuZDv3/0ns/4tcx9dcajM6xlZAe4Ovop
voaHBjTDdlh9v03epuZYkp77E6nj52DjdQxDuxsqsWNII3An6df7vqVWforGJU9Qs3ONbxcA
dGate0+fH+Y9eV9A651boeE5uMxuT059zjZiEltlT4aHmi/3NZ6rf8HczZZs/m13FHXOm3YY
6gbP0YDQ1urb2OcP5myofpqLf+Kf6Nn76Skn1mdVmPdg1YYu6rbWxzsmA12Ox79Hy/2tc5td
v0Fz7rLmdAzsHqbhl5P1etDKnPBfY6u/2dNpq0e6z1n7tln+h9OtGt6h9tzWZI3u9Sv04Bg7
Wy+n1Nv0/fu9v5iu9OuftutxixmVZUGh7xO51Qd9mF23b+ipc/8Ar+m9JTyf/NzqX2cP+wj9
qlp/Uo03B4r9bZu/eP73opLU/aXVv+dZzPRrk4woDPf6O0V7fpR6vpftD9N/pNn/AAiSSn//
1emZVh9Qf6Rea7ZANndzR3/8MVtb7P31z31q6/8AW/p11t2NbVT05r/TpspbVZEj1K5tt9S7
1nVfpP8ABKx0/Md6zraw70r6HWVWs1c3eJxr6J9r3us/RbHf8J/o0X61sozei4AfU7PysZzS
6ugAuyLtv6XHfd+bjet+kybdn6T+ap9L1P0aU1sTD6l9d8HplnWjbj4eJuc9gBrOW+Sxl9bR
G2n0PY+7/jPQ/nV33TsLD6fhsx8WllFNY9tVY2tHw/ed/LWX0G/KfVkPy7mZdgu2ttrbtaDs
rN1TT9F9NF7rKqHt/wAGtylk+4/JJTNsnnRKxzWt933KGTlVY1Zc9wB7Ankrn+s9dwsWv1M6
5zoBczEoPveB+da7/tPT+bvsSUy+tHTbeq4jbsYtqzMF3r4tlh2sdA/WMXIcQ7ZTdT+d/grf
RsXm/VOp5uayhuJgiyxgd6edNjaH0mL2OqpyKsfKe2t77Pf/AOfF0P1Z+sWT9ZOuGrMa2rDx
arLDj1E+k2v2001bvznvdZ+ktf8Az/8AgvR2IfUbf2fbfVaGvvzjaW3kyxjH7h9npr/wdjaH
fo2b0lPMZP1Ryq6P2n1/ObietHo4wBFto/kVsDvRb/KtapUOx6qHYfTS7HpdHqsLy7c4e79K
w+21jf6v9RV7bsjK9I2vda5gDA5xnjT2kn6LlpYGGGMNr/5wRBB1+785qSnTwKrLKLWYLGsy
entBfY+17aHeyy7I0tL66GUM2fzX8tPjZOPl4zMnFtNFOU32uYYtY4j3NDvcxl1L1Yo6ezLx
7Kby5uPcYurqdtDmhzbXY+79yxzG+urfUsaoPyeoY7AK7rfUyKgNKxsrr9djfzW72frDf+v/
AOlSU0SLP2mGl7vs5rL2vB9xADa30ud+96xZkMf/AF0kL7TJNXqs3BwbzqAZt/6hu/6SSSn/
1n6XfVbn/shj/QwBbZdSHEB+P6m63M6d6nt9RlV/8w//AAtVy6rJwcDLFNDmOGPQDsqa4sDj
G1m9tfv9n9ZefXm5l92TS5tNm7ZdY8bm03A7actw121e/wDnv8Eyz1v8CvR/q90zObjUftFw
dl1VsZkPGoNjRFjv87/0okpH9UOldTwKMn9p+m31rA+vHoc51VQ1mulr/obv8/8A0i1updVZ
gVSK335Fntx8auC+x/8Ao65/zrP9DWpdSzq8GrbU0WZG0uDXODGMY3+cyMm90txsav8Awl3/
AG16li4DqH1pycqu89HuLi4Gq/rAbBcQN78Lo9Ltz8TGa3d+u2/pLH/6S70r0lIOv9R6rZl2
VZltb8uSX4dTi6jFbHs+1X+37Vmf91mfzf8AOWWMXN52QH0Oox3bt5DrbSY9R2vh/g2/mfmf
6NWstgbTdiYw/R0t9W0t13zsfbVrud+j9Tdf/pP89U68TItaX/RqjW1xENE/Sc36Tv5CSnpf
8XVmNR0/q7Qf1t1lL3t4/QNa4Vub+9tvfb6n7n6NVusVvziQ8F1Tj8CO7Xh3738pYOJn19Oy
jkbTc4AtIrdsMH6UO+g72j8/89dfQ7GyG0Vb/UbdUcjFzGthltDf51nu9lOdj/Rux7X7Kf57
3/4VKeZox3MvdQ+C8QQ7Ta5s/wA5/wAY1385WtqigOhjpcSdvgJTjHYbnWVsitrprJJIIP5z
XOh7/wDjNv6T/i1foY1r2xDXE+0HxA/77+ckpHVd9kqbn5LnNwnXvotLOamx+hyfT/Pr3Vfp
v662G1WY82CHPe3dWWOllmm+ssP7tu7duSq6UMzp1nT2HY97SaHu4bbPqUvH/XWsXIdF+tdv
T319KyKhbiUPsbVe9xD6QGvc3F09j6Ksn9Hv/wBF+j/0aSnXblv/AGrZmAaEswi7weKrcZv/
AF31nOeksc/W8nqDWSwYjGuMbW+ibnObb/Nx/R2el6Xq/wA76lnrb0klP//XeoZdmdXQA2jM
aTh59JOj2B21+7+cb9P9Kx/59Fvpf6Nd9S+vpHTfWuHpYuHWfVJ1LWVifUP9RCZgUZOW3qF9
IZaHk1u4cQPYDb++rGc9to+xOZ6jbhD2RLXN/Pa//gv30lNa0YmXWL7/AErse0eoXECyuxhG
5nu+hbj7Pez/AAa5XP8AqNey946G1uLg5DN+Rjby5zHsEVeg9znNsZkV/wA4xr/0f/CVra6R
063ogs6Pju9bHZY/Iqc8E/ZKX+6nAZe7d6977d9tft/QU77Lv8B6uu7OpwqQ10N3SKh+84/v
fyXO/wAI9JTw+T0bG+r7RndRydz7GOaysDWNnpPra4+1/sdsZYuRzepNyrH+mzZSYBaDJ9oO
0vd/VW1/jEZn25WP1G3ccC8GqsEEela0brKv6l385S//AAnvXLVuAcBJ2gCRHAHwSUkGPQ+3
blWOqoEmyxjd7yOW11M9rfUd/pH+yv6a676tZ2Lm+r04VDGq3h+BilxdjscQNz79PUyL3ej6
9WO79FkZX+jXN344OPDNX6SOIP8AJcP+muv+pH1aNeCeuZBImwOwmtcPftD2+pd7f5rfu9Jn
9tJSXJ9PCpsyLz9GXDedf6zv5KXRKHXzlZW43WgGutwjbWf5qqPzN/8AO3f9t/4NPZjDNt/W
Yfi0Q/0p+m6S4er/AMGz/R/4T/CLQ6bkVC4yQGnST2DvpOckpfr/AFM9L6RfbW4MynscyhwE
7XH2ert/4NeXY+BdkNc6sgcmHSN37z930V1n1qy3dQzvslZ0b7XTw1gVO6r7JhWXVtjY2Gg9
z9L+r7UlPJe+fTj9JxHfdxE/1Ek/pn1onXnnv/WSSU//0PROoXCl7Wt+ke3YIL81uMyT7rrJ
FbPE/v8A9RqFnvaL3PsdBaSZ8APILByMy2911gbDnN2jX6LCdtbHO+iz3/zz0lNP6w/XijpO
I6rHHr5ji7Zv+gXH6VtkfTY1Zv1drZ17DyOrZ2ZY/NyWjAymsfsdjNaN9fo1Oa6trcrZ69X6
P0v6RVWsfr+FZlZL35jPRpv/AEWBcRHvZ7Xev/x/5n7+z/SLL+rufmdJ6qGMc2u159H9KYqe
0kfqmS93tZU9w/V8v/tPdss/m0lPpWfRjXdLd0vqFhdj31ioZDiH2bahvZeyf5y3F2sybbP9
H6tn+kXnfVei9R+r2ZXj9QA/SsFtNjDvqeJ/e/O/lsXpuAzAyTj55qLb6p+z+t/OUkmLatn0
WXV2b22/+kVHqfQendV6aek2j06nvc/EtYNcS4tc5r2tn24Frg5no/Qr9T0P9D6aU+b49mT1
HJrxqW7si9wrZXwDIlrt/wBHY385evV4jcPoNGJUQW1Na2B4Nbsb+TcvKej35v1U+snpdQpL
HM3UZAaJDqn/AOEqft99b/ZdU9eoZGdj1YLs0XtdjtEOeNBB4fH9n2pKebyLTQ17rCK2VTL3
aAiJl6zMPKsz99uMYocdrBPuMa+o/wDNZ/IasXrnVsnruYcfFBqxd3trHc/musd+8tn6uMFV
rWsO3Cxj7Tx6ryYstd+83+Qkp1cjpz8hv7QaxrDZIyA4iS9o3epuP5rvz1Syuj25WLZVQ5tn
2cNfc06F273Ocx59v6Nbzra6WurrP6Jx3Fs+2f34/q+1DOY1tljAdwgzOupH/fpSU+afZx9r
27vcD9HvJP0P66S6KG/tjdt7cxpzx/WSSU//2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBk
AG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBz
AGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q3JaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIw
MTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291
cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8i
IHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIg
eG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVh
dGVEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE4OjMyOjI1KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAx
OC0xMi0yOFQxOTowMTo0NCswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQx
OTowMTo0NCswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDphMTZiNTY4Zi1mYjJh
LTQxNGYtOGFiZi00ZmU3NTU4NTA3M2IiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MDBB
RjdFMzg1NEE2MTFFNEFDQzVFNjNENzY4RDM4NzEiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJ
RD0ieG1wLmRpZDowMEFGN0UzODU0QTYxMUU0QUNDNUU2M0Q3NjhEMzg3MSIgZGM6Zm9ybWF0
PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRG
cm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MDBBRjdFMzU1NEE2MTFFNEFDQzVFNjNE
NzY4RDM4NzEiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MDBBRjdFMzY1NEE2MTFFNEFD
QzVFNjNENzY4RDM4NzEiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0
RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YTE2YjU2OGYt
ZmIyYS00MTRmLThhYmYtNGZlNzU1ODUwNzNiIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5
OjAxOjQ0KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0Mg
MjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1N
Okhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBh
Y2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQA
Eg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgDIAH6AwEiAAIRAQMRAf/EALMAAAEFAQEAAAAA
AAAAAAAAAAMAAQIEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgEFAAIDAAMBAQABAgME
ABESBSETECAxIhQGMEEyIxVAoCQzFhEAAQMCBAIFCAgEBAQGAgMAAQARAiExQVESA2EiEHEy
EwSBkUJSYnKCkiChsaKywtIjMPDiFEDB8jPRQ1ODUOHxY9MFcySTs8MSAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAM2EoDRSIu0STxRCCcaSiO00RLGY0mRI0hAVCQ8GYLcp3S4r
VAv1JWzRs4O+TKEpKUJCk7CZIZ2cdRcmkiKdiMZxIjK5I9YwVM4kkMkhmdDOznnApwGFNhk8
CYZxIyGh1FBWZDycgjSsk6OzhgFGIzuw+hm75ey9GqTsZ9ofStc0dVMcgkoTJqMhnZDvFx3a
QySEkhoqI6SFKKDkryDIcx0kJnRB3R5pAwiMZRFGTgmeBFpsRlGRGTondrag1hXh+R7HjBJm
JvFD9VgdSUq1jOJNNG7XqXwWvx/YBZxKMk42XqCAXOOIdc+VrDO9UPEZTNNTyzqX4jeNJsTZ
HlWgXrVPRHSQzpDJ0ebBsiBp4jReIOJBE4pEJuxE4jlrUhdFaiiry3VcsQZMO72jQ38rWM3I
6DnCzOLg7eXYN8RbpbetEuNnOXMyeWB5/VzAnbcPondVOKkaNgvPF7G6blyenDeMff1DFe07
ikyHTOM6QkkedBs1iMXiIchkUkJMhKKJ26u4XDgKFsV7Rl8h0/Lhxpw8o2TrJlrg8HdombGQ
QT2aBrdLyPVmbt1kHARyoLRyDmp1onR6TDM6/O8VM3dOCLZcCeRCMncZJCSQnZEkyHTI88EW
uRTRBxJAjGTEWlEaUSl3Wo3iwRikzV5FLjuz5Ac4Skei5zrTSAURBpIwsvqCGHlbGQWey47s
gxYSI5+jE4/N6Ixz1jo7hO0nM69KRF5SIElIZJDpnEkhMkJ2Q6ZDskedVrABRdwKmMaBIEE8
BjCOal+jdLU4kGJEgHmOu50cVwxz/b498twIwB3YcZUPgdFSA2+biddPP2Cm9pivC4AHcE5d
ojQrhDESOhJIZOhk6GToZJCdkJMh4ujzmvYCDdMOKcB4EgCdMSsVdcNaHIsnqWg84THEWJy9
y9nGldz7oZBiEQsw2sjCply1HeLl2uYkfmd8Nz2pmnRCqnBuWwBtvISSEkhJISSEkhMnGSiO
mQkyHTsecjIMjB0NGYSYpwIwMMn0GfskgliMepWNeGGM1M0Qyxr4+4aMwVy1ktAw4dhonLau
0ipX0edOkbidgtK8cCZjgzSkKamJJCSQkkJJCSYdQYmw0TZnEzod2RJMjzWAhhWEQnBmJtCA
ratF2xIY9ankmhXp6I0RwDtXRe1cvbCWawjVLzNA6bDp2C+E4RiWzkbDGJlFeIkUxjqQkkJJ
CSQkkJJhRghMzidOJ2cdnQk7DpMebh0YGY9+RUhdzyUrWiZRxyNDnAxGsFiWAiKU47185vZt
1DWrYrFscpiDYqFq7TOWLdNF9qWkRunINKRSBUhJISSEkhJMOyQouxGMmGdkOncUmcSZDpmH
ZmOGRkV5lOUtPSYnQqZIqqphdDIRtVs5y/CvMkLZ3Dj5dsjhH7ioc7YtZ5Zgokndh9R9wp6k
kMREE6QkkJJCSQkkJkw6jIUXiMzuRm7iSQkkJMhJmEkjlXKgFiwcWbqiOPo9fzRSnOI2hQc1
JUrZbA5RGrMXRgiaWhh6Zp0zlOTr9tSMONzoiFhORI7iToSSEkhJQJOEwydEU6GToZpoZ0hJ
ITOhmlEZJDJ0MzoykYY8g0y5ijzg1KUQTSEIwylwkEGsVTBSswoSOPfhbJkjMeSmSZ3Gmzkk
ziSQkkJJCSQkkJJEWTjukJM4kkJJCSQydEU6GaURk7GbQwmCs8CVQohhWYFRiwIWYGCTgQmU
NkebOWLFa2WTxKSIxhSSHZ4juzjpnEmcSSEzsOkhJISSEkhRkhnSEkhJISSEkhJIZniMzo5G
EawQUYiAWuEhFDOkTkIoQ7OW5UChCscNoV7ZO1AhNDcmoImoolKExOzDvFx0kJJiSjISSEkh
JISSEkhJISSEkhJISSIxnAi7ucQC9TARjAkIbBWixGcJkyo4C9AxOyO2CIaQe0OZKUIBpBkT
cbhWjInMZB2eInZySSE6QkkJJCSQkkJJCSQkkJJCSQkkJnRGMkM7ucdWasSFZRQoXKhIzWiD
FkCt1pl27m2DUll2C8WhnnSzzb4+BpcyNB6Bo6/MTO+ucp1IQgyDskPJpDJ0M7IdJCSQkkJJ
CSQkkJJCSQkkJJCSQkkJkjz4BhDoADQBSGaEKUC41W8NboRNW3gMbsckp1Z+Ikd0/I3zoagt
E8wHeojdtxvSG/pYozpJ07AWSkJJCSQkkJIAdoSJJkOmcSTDsnEmcSSEkhJkOkhJISSPMKJi
Ge2zXKVtOEgU5mqwwObRJQsGM+GgMDZqRNernuW1VMAiWJPruU3zpGOUCO+iSTDpmJIDFhVI
lrjtTjTrOk4nSOjXKwOtXKsdSue3C0khJISFVL7YecdWuZmdKsm4W0ziSRwItemBsVNMzaXU
4JQYjBJ1ZEh2kUrUEXw52wU6+vkEB2AAmk5ElzaMG71czndmwxZt57mhGjMNlXKISNaRaQLR
S4vsOPOoG9cgwxlzSp9QGsUbIZJCGTEK/P7UjDaqUskg5fNmFOst8h1hNMjlI14Bp264B3YB
n7pzl42xATq2XsvY2Dho9XdOcv7jnIl6pGTbtMRlJxngEsqhQN8XLhNs3JxOqxMSkdY/OkNa
eRvAcrZgbpOcyzt87moGjd5zUOwvVrwkkAxdGuC0i1zn+e7fgy3e5jpgcEAu9l596CW0znBw
CE0dflonVZuNXN27yLnbvxV466tm2gtk8xi0rQaQXDKuEvUsjnzp6GbaBls1RZyqDxt2TCFv
2Tmb3U3TCxN7niXpXnvoAOOZy50uVvahiaehMrtaRUOmDzrlAcp1PInY5mHqkQhmYxdWgV4k
gR9A8+7M1k7HnUjjAHJeK9e3hlYTuMasjQqisGtQzoGzvc30QOG/onM1uyrmPpYXNnoeLi9c
c9Y6KZl6SgGmEo84EHSiZwNQIGtamcbV7yBE0JBJCkGaMxRm5GSRmThbPPdmycpjAixR0sos
Vs7WKlkETup8WQzwhrGjo4m0Vc414ypdXrnnJe4yjmrF7pjH3SnDmpgNHPBAfgvRap530PTF
FdgUaSYkoORFaKRmqoaplzLzwIM7zITjIZpRFKMiU4ILIcx0zlCdymVsDf5guklrHPT1OZKV
PdogxVZFqVSYSpa2TD6i0AuHzrZSo9RoHAH63KLdzOKSR8w0c2ptGbvNSL8YkImaY6ZhqF0Y
x83UCSSI4+lWMzXOUrDr84dYuL6A1mHIdSRGUWJIcCxKhYLEwosZltzmK/YDOOiHJPS8zE6w
4+vuUDHr6EzLnMZ3lm6ioeBCBXpl+uC6ZZtPMLuTkzKurcYsEqSLUq9gVhiEApg7siLSkSmn
EIkARlMbOBwo16r0hgj0M008esA9L0eL7EDEkAsAIQbCImGAtTrWgOdngK4dG8ct2vH9CTxu
o4szdbO2Qgr0Dtx14B6MrRVuuAuZ2QIKPQCFgIQST6JUs3CFc7IeUJCpXoA5VDlkzTEkwk0h
QmM811s7tAT2LJwWV0WGDqnES77zbUPRBtAlWNErHIEOSlYL1AwTmNjG1DRWc5iWblM6HjO4
gVoXQGJDJmej09fIL1fmKxqZurrmeLdGYk9gpk3LEBmeRIJcwvyxr5bmGAVK0QMnHdMOzodM
41O7jnGdFgXTprODtnM871mOZ1TfyStUto2ug4OB35ub6AMqxwkkMFXlUKViKDsQRYlCBowj
nGzj59UppFOwwNE5lXrMDalnaQ84MEZnHkpg2NkAcXMgbenh3jWuVdgTu4yTDppCSQ6jIWRr
0zjJnqF3VyzhOf6Xli3QsiM07QL+dr0zK1QSO3jym8aGYPODGz7o4ZSLAbVYNZpWC9EZCni7
dU557sDtqhrZltZGA18nYDQxsw6ufF1jvicZ1oHzzd5ofQudWUdmRiJEh0yEk4knEkhQmhM0
TI5L0LgDSLn3i7zm9SMyBawSg1MnAMiTkvlferFL+aEJK62qVEWsaFdylQrsGmHMNeAAkokC
dKwxmtVBogaG2M4Kjv5hnxNWDdXx18vaFvWIlcoWcJjsoDppEk0hJISSFBxBAJEBFKedD7LM
Mm9gUC1TNdM4utfMa31aOek1MvU4SGgQwPVrAL7B0jn9Y3PG3A7ArA5B6NpjFsVRnStCBaPS
uGjVMxVOfNOUo2oBOtvOIkiilJDvFEkpCdOJJCSQoOEUBVi7Oloka4s0v8J2NUyIWJlYmiIL
rc8Utc0SkIkZgTJBjQsBszRkE1sy8Q4+x1hgaWLsASOgsgkKmXuDLlYgx93nbwItmudGMuec
BsXsw2K9eJ2RKlodouPJOSkziSQkkIUawaqnKt2wIPz+FRNk+Pumxm9Bzpia9ayWslq5nErk
HDKIpJydkdoiSUg1d5E1YkZnYZtkxI3iFOICDKEA8wuNHM6QzrA7o16lI0xVjGDh7tk0K8IH
QyhMecZkiNISSElAmEdINCmQsloYpq89KmVgIZZ7bh/RyzmnAVuf38sBGicrwSHYkRGRhWRG
CBLAIcJAtmLjziwSxRMZ4dvDCDauXWpHMbqRc+dZUNTDFDtDht0DFHpXDnrtjnjuLmPtDFaQ
kyHSEPSXPGll0DEoxohLYnB5pqg0CROj67G1gNWxRA0yVCpn6dQSDZHmE41oUg0oTFEkyUnq
l6xnWyww5EURixIRgdKxWMm9TvGly1uwVbuPsm1eCwUEHJQLA4W5vWhbAbBNmiKcQBM9cuTz
dzXMXOLnkbacNSiIEKzAC84HopMnSAUbWeVwGiVHchTBpUwkq1kc6KKcSDuMw1S1APV3+XOp
o1dkpkkw8JjAUbWcEKPSKGRs4wa5VkdHYybpchFg5QXB5SINOMyKkAVKeUA2LQSfG14kLRIg
aTOSjKImlEg02LvX8FtGvROEaFkQCBmBVziKVoowxZORmiAzxMVTitlzJ1qpzuzk0DvwwkBn
EhRytuA1weYQommZOnTmDLQkdsQdoJYY4pyQyesNSrVxt5uRNjjnKHm6J5hmK0ZsNCbkhFYj
GaI62VbNMQ7weWZrFSBylSrfpgZykSKIo02IRKOYKzCyFmxTks/psMB2nA2Ts5cd0wXLrEBY
TjN+FzLLWdqyHvYHbDWR3CRGkJKJHBMYq2aXAGowOhK1YrlijZziGhV0DFc4xpWTFG4fNHCw
QglEXT8tM7HE38004Z98hmksACSICkiESQRMtO4TJAxKwA5Piu448wxyRDosCyaOYMZAwZnW
RVow97GkXCj0DTswRYlCQ+fYCVR3RGLynpdI8833pF+m9YuAeI14F4LT1Kxnws0B6shjRUgK
IIgV+pKXTczcCBvHKYnYdEkRd6gagDRC2FYJzUxSTg+I2ecK5XGO7MMoyE0pGvpUiFjE2XDb
NHRDkhYBTFUDuzkXdExuEhxfe1Djre+Myz69owT6GcLOr5oQCgEcLk4GEQSvGmGgAl0nMXzs
cUuqZozjIzIADSlRD71G2WneASbuSBPLMTNt0yEmulOOpEyJpiEoo9U430HnTEtIhp61S6PJ
nG4ftOUG6Ty7vTUZ2AWkEPJrAOJ2KynSKPOlxwgIoRUw7uiaaREZoAZRQY9S2aHR830ZCLjB
1LGeUbVbbHIihDMUZSYpYtzLM8JXHPNycpxM2jZARmJz1sE6hMNw4iM47IA1YqOSye/5o7Ud
KgaBwmDTBIPB6pLmdrNOWrPEi7lIQmxN4HHd7RWieuV0jAtfO6wzOj0M8oweuCpk0x5O5AgS
F0oSioW8kq5t7LB2g3yLycVexnFMJogkpnpB5WiEnYmouQASqRsDugizzDJ1QaJGcEPJqRYr
0piJCwc1gei8GV1Eg7RYIWDFycEEESBWOyNXucnXAZ92oZoDQFZEYGKQSZa8i7ZoSJ5l3HKo
ZWCc2IMVjAMbSzyrEgwaTHr0iDBMoE1GI8mkTk0QNcRwrMEkOrhGnyquG7U0eaOi1Oa3QlHR
ieeD2MgdxuHLXsF1hIZDcVqvtHQ6mdpFKhbqFGLoSiIMGUQbjGXhCY2MPVcwrM0QRAkyyiUK
F6sAr2QAnTHsMJwAAnXJSjMmUUg2cwhyV6RoZ9LAGovA6bbyOpKFoJgKOEIOLEuK7UZw8eo5
gKgkCSBEuCkgvVYfVl6yOZnVrdUogs0gieA0ZZQUYdUZOQlezrQKrvUipGwQFXtxMwHS45l1
rUCm0yHq4DUwIZRJmHMlVlnBTKsV8+/mmbm3qIIg0T9D8/kd+0nHnXtFbLhVNfXfGOh4frbB
5er+eTmEhOzV68t6AyFqVZD1bYChXt1SFeeOLNaBpa2TskzV7oMkUaYLASlCzIzjnmWKFqBz
eb0GeZJ5TPS6dgIBijFMdcHKmULVMAHUu8uTTaBz0NGiQ0M45a7HlWOzHMgVTcacUZm2GqE8
+9OxThEUQbawbZ3s87RJNJwcVXJ5hudIZxADWY6hZEKBd26GgSYoyE4OO0SgU8Cwgop516kU
g2GPRq1msDhFh804hQTCHeqFKjrWDmn2ObNLMuuY0LQg27zmsW+kyrxeJWcsNByZAMU97OOY
HIeqcac46c2et4LfOjPnXCtRvcuAzSAGLG0LQgAHdFoluYXNEYJEoMhy1ZjDUA7RiAqW6hQg
cZ//2gAIAQIAAQUA/wDsgf/aAAgBAwABBQD/AOyB/9oACAEBAAEFACMKeSAD+OHwNnRXwv8A
xGA+fth5AA+eTDByIGyIwVaVw5jQKGX8Ap3ryGBGy2RsdBCyCUNnsJyFjq/XEbU7K2qw+4BI
UkgADBrOPn74QNeTgG8AwZs72ThBwrrDrD4zznjJYVkEXFFGjg+NeBnjD8HD5zYw7xtbZcbR
xj4VmOK7gO3IbbakMRrAUwjSggYnAksRhDKIoy2RxOMtbC8mA2SQQAHYsjFTUImltVkWAFik
MpRVKOnXO9S9viVY7+wDeARgwHyc8a84BrGLaHgjB9gTog6IzROa863gIGIQMHzv5Os1n2+G
fwS5xjxA3sprCCpYghuZfzmxiMRh3o7YcvChiSrBlQF1jDCJQE7IgzjWm0Tthh1i7GUYWmsz
6eJQQ0USBKaLIOzgcQdZ2Ed6AE4DmvI2cObIP3wAD4GEZoZ/og4cGEAYSNkjPtgGDxit/gOe
cbemPg4SCdDbDzzO2ZlJduTMVIY4HJYvrAwc6G1+6wkJFHoQwaN5udw+R/rwB5KoDvqK7KHG
pIfX70sI7rOtXsY44po3in6nsQyyqPOA4Dg/5EZvD5w4DrAScAw+M35P32u23gOHWyDves2d
jYz2qoEyNgIzfyfmQEHiNknmxHL8WAB3o4zKDpThIOL9uTAgDYKq0bFsSIMDHpYVLEoVikl5
yq4z/XHY0oCKGbr0KwTtxt7iEpVON+Iw2KcvsqdlGlmLpb8Ug15VDsL50NawKM7PtJKT9f2M
V2Pzsazzn+vGiSRredr2LUY6dsWa6tsE6x7cKH3zSApZcR1I0H7VWJlJOAa+NfBzxjDyee/A
wga2AN7xgcCqMJ8nQXR0utPkaMxiTeRRcESLeQoVa26ikpBiCaPHQXzhGx10HsliQLH2G0ck
taZ8mDNDQsSQxCWKaOwsvX3YZY7EEY2Pth+52BvLNZZc5Wad8f0t3nS7ypazxnjJmKmvZrzA
soxe6imnl7WtTFHt7FZ4rSWke5GHryarS2LLkdbbsGv1FSEAAD6NZrHxiSSN5xAKBVeRucn5
bBIIPhvAALYCOPIgoEJqJyZICBBGMf8AEdn+HXJFxi35PnAGI4SZ0kagggL2al68BZppiwYc
GqUpuL0bKUuw7Ckjr0csleQjYDgZ7Yjnvj0bMIyx36pZ7Cy1x7JRZKcv/Z1HaCwHngizsLNL
9d/bXvRd/VYvFNYWTeRjRqR2I0VGeSgLkUaLMSo0Br42Pg7+gjwxAzwSVOEFSF8nYJ5nAuyV
AwqACDtdAxIAKcAVNEYgQBELP3pC9c0xZBo4T4QjSlIYOnRvRoKs68kqHjO55CnIn7CNxksM
J4+ivi3USrAzG7XV7kUjZESMcbx4y6Rdcyi/ZCZVqPZda6gVBPYNhrSTQytZls1lnhlhEUnX
iYdc6WTPU692ypXnjCIMVBgA+SRr7fI38yA70OXgAjbFcI8lsILAEABVILeC5wMCakXtevEs
SE+CN5Euh/Qfl18eiSNZyJNVHd/YLNiCuleudgOdi5G0N9idwuIrVghLCM2uuWWvN18wlSwf
1+0ryoyPZhjBuyPjTyMBPF6CoVKYqvkVCWzkaRQr3bF5YqlNJV0TcoO8vVVHrVf0K5dK8KkA
4q5rPth++A5v439DgEMNYScbQx30CQVBwaOAeTpQWAA0SkYDU4VjRCNlgoi8uCNd4GFWMsh5
klRzksyBYukjR+wmGEnD9u3gKwu6tkgJHZxJ+wZShr2hqpqGG/TF2KJHgDxGdxRUY1aCNOzs
QVaLz5ATGKF0XK1mmbRph5E9C7SnIwWpFpQFHnFQ4F8AHNZ/sj48/Hn6N42SDRCqcfYVwNEf
jrwACp2ucjsJ5jQ8qyAuNoIY/B0ch/EI2z3qhqS8wygMwQIznZ/nK6MJT5IGA6Ngl44qjsJB
NG8skVihz/KgALEMiSBfJJDDwrdn2FuuLF7sbQMMsrp1Nh1odJZlnrUK1VPXGTJ10zWUiCAg
74Mc4DFAzQ1sD/B9s0PokYHHIGHZzxtvOAEYECnYwksQNEg5CwXKZDZENlfBCgHWK4GdiDLA
oYNFE7OwZMYZ0NYRVJvLAYRmtG1ExH61O/Fcoy043HHOskMVms8UgKaJOwCDjxo6y0RVtmEc
oKcjl56qSgEjZGKCSVzkBgDNgQDAM19A+jWefjfnxmxkh5FlGfbDoYQwJOELx2MJXN7B+0SF
lrIgyMgFSCQNYCwxQDlhfw9JNypWhEVmgI8CgvUaI1ZV/I+D51oaU+YEMTyokyzdFI09XrIq
zR3q1cR2g+F7BJr3XJ64kJ19dA9ypWEiPeijpwrmjlvsqlbKd6W2FiAxE8AD/B5zXx4+PGbw
/Eh/IkbIAJGAbdyoKquA6ZtAhtYFLFH08Eg4xgnIyDg1gGyAMZQV7mu8UkU8cyxgPl6rFwoB
ljJHKUJsseK7w6U63jukSvZ9gs3rUhSjesGh1UsKrpcLFscvxWmrrfqySx0KcdSKXsogWjt2
AnW1VaOM4sYX48fG9/R4+vXxvNjHP4yKdgsx2dkjWlLb8KCAxLFvsg20MRcxqgVHGQuSQASE
zQAU5PAksYik6+eKyNVVLGDiCTyLsrZwLEgYVCLe7xI2s35rA6XsHrTwW6kmGXQ5fikcbC0Z
Vj6+Gc3zJBAv7ftyRUbE4LiQu5SJVHyPp38n4/38b8bw54yQjexrfkjea0ATsEAEaLoBh+yE
NlapxARlwjzGTiEa2AFIOaGGRd3WpOYbFZmRZGyIyxx//qGAzble0gl75IRd7OxaILE9f0kt
sVujpRSICjlPInuTT1rcHrs9zDGX/wDW7B4acUaliSIWYrEqYo/yb85vwTm83h84Ad6zWO28
YgkjWfi2NtRvQfQBIJ5EYCdoGL1xI0WlXJExDivoLKuNbhiE/cMFe3PIyKedKBDNEQCXUZIy
KLf9BXgWz2Fy28VC1Plf+YsvkX8/VQGlFHHH2M6P61cyPFCks1cMK1y0IKkMILgERlsSMKAP
Cj/JvNjC2BvBODX0eM0McjCASoC4wJLN5biGY7HBjjJoNrlQrKwjbiuwzMN4XVMmtqpjnlln
syD2yM4RPyKuEbrp1kWNkJsWpg03X37KRfzYOQdJShMcaphAJ4EmWzVgF/voAX7e9KaYeeOG
JgihQGkDYkWgPJA1irv/AA+fg+MJGE4D519Ggc8DNnN7zWO5BYbLAKfxxhhAJALY0iR40juI
64SOrAUhUjkzFTPdjXJby6Fvk0kfrIJUvICsUmyCA1UcBAOTkcHjRmLFUW529asJO8nkI720
if8ApXrcr0ATD1MAwVK8YTlpDxC+TFEFwsxK7IVQP8ROhvCfBzyPgfA8Z9x/vWAaGs1khAYu
4wSkZ7QcdyQpByRi2CuSKyFRKCxVdI0kS5P2YUyzu5KlsjrCCuJJWkZySW1hlG6cVidoaxRF
VIzL3VGHJO77Cxkst6Vo46xEW2yPqohFAaypEWQLJK7Jy2u8h5SGONVxiWxUJxVA/wAZOEnZ
Oec8nN/G9Z5wDPB+POec5Y8CgmJ2wxSYIHyOsungG1RVUAs4BbImVXktqtWxdecqjvi1WOVI
+LW7bSys7FzyYx055DR6SRiFrUkl7IlX/wD0Z64FKxzTGUpHYaCEzARQRp7Z8jqxxq4RBtMj
JLJAxKIiA7bEi1gAA/wb+Cc2MJwnBve8Az/YXNfGvjebObzRU6BIUYyLpykSSWFLUuqu3Cem
WJTyQPbiiSew8pRS2AFEaw5ZmeRY+usyNW/npGxKPU0hJ3dCASd7ZmyS48uRzoSJhx2OKuqg
RF5EYe1GiIjni2113MaPI1em0gjgSMDFG8RAv+InWDNn4OEePj75o6A1mxnIZyGc1OFxnNdc
1zmuEsxCnRJXBXszBf5+1O1PqKcD7CC1MrLajMliyoyKum43hUvPVZGnqKT2/ADu7IL9jcnP
Cd2Wlb3+pc0a88eA6MSFlG4sWVCGDA89AOm1lMhrUZDlXrykgGa3gBIUaH+DfwRmh8nN+PGa
wAfHjBnj485/rCc84Ixr06Ho5CCJkddBSh1b7GFFsdqHL9mBj2XbBM+2ld89crBaljSUmYrU
BkrVY8jggUB4EBnTTcZhJ0cc5tdDbqKs0oYGGQlHBRHYPCGfrq7brwPhGsUeFTANf4jvZzzm
/jxhODOPgAa1mvoB+D87GFeWcFA2gyBC5QFEM0b1JOq7GTHoPGUqsxWsFMdaIGE10CtGTHGo
xo4mUIm45eJM2LZHqM5XIrTDIJ2bFcEXOtq2xP1kkBVJYHSxFKkEMlmahU/WhY6ABJCDNfGv
pJAAYMMJ+PO/udYPjjshc0PnWazXwNDDn+sObGeob/XByOugyMBcGziRw1kv2+YsMfafuysX
JbZ3uvsMXJyNiQq+WGsG2JjwqTkPPIGGJvQHlgHEnWQaq9AklitThqoTnHAoA1/gkQusCSIM
1mvjxnnAM14+snCT86+PPx6RnAKRrY4qJLAVZ7+5JrE0gl0SG1nIZpi0Q/LQ4qo1CApRgDx5
OiDUgAxV0YYtmKFVEa+BgA2AM/EYWGKNkDB/mJzYwb/xEZr41msIwfDOdO3gkKsl+Iq1l5RL
JxdzyDDQYgg8CACwRdYpUry0V5DIxiMAPbs8XZo4QMiUaUbA8YAd63ig4E3gQAgeB9X+/rOE
HAM18KysP8JG81oaw5/rYwuEFrs4Icl7GxZYoAOajJVZpBEwwoSzpsFRoMeMSKBosOBGKVOI
/EqNlQDigYiDEAUJvPviKcVQM0PjR3mvk/ScH0E5r6JEEiqoUf4/9HCdfE01mVv1H2FCj75L
yBZtkeS5AICuTGrYsaYqnPKBWDYsZ2kIXBgYKBITkMbnETioU4q4ANDxgPxvzv4B+D9Q+gD/
AOETm83mxjIgLFVDnZ0RjkHGAGBhrZYb0Ao1GQFUrteTBIeWIiIGsxIOTMY0LivEBiAKEBOJ
H4143rC2A6wnN+R87zeb+d/O/wD4pw/HjJZtksRjSjDKMZvDDG8YpCg6Gb/FCGEcbHDLXrg3
kcgWZMSBEwJyyFAMiBOJG2RoNc9YJN5yzlmxm82cBwHwDhze/pJ0Bs/4POv8hOHCM18ToFY6
4/kPgg6YEgkjDIoz3cjFKZQRvCiKscAZkUhVX81TbEbwRuxrxhANEg6zxgIwZs7DE5vN7wHy
ownQO8BOD4Ga+B9Jwf5vOyBh+28BzWSkEyoWEiyDGSwxkE2vVLv0cc/61wBuSViCtdQfUCFD
aVQMiSRjFXRS6DI4xtAVwE75azmNKfPM4GGw2s5YDgIOL5GEnP8AYGvoJ/8AjEbwA6C5oZrH
I02jjNGo5GQvDOMsSEyJNAQkyMWbgDaiGRzwExyBiq8mSCLYXSqo0FOIoBXABkhCrZ/pKsSv
316QP3vYtn/vdmuUv6MFal+rbAwYNjN5veD6d/H+/wDPv6hhzzksjNhCkgwAF+ItR2bDT03g
WCBPVGqLh47CRlf1q7vH0wfB1FxGir9vFl1+wWh0lo2KN6xfhkPfXIj13YS215aHZxSTUx0c
hgs9MkCeoJhZcjBYfzlaQTg+FGDzmwMA3gGa+rf16+g59x/i3m8YHWjvba9jA+w7n4SgvGiv
ZRVN5NNdbEuWEyPuJkxO7lxO/rau9rTkqdDaq16y2az4oBxSQAMAIztq6z0HDDC8ihHcn+eo
Rfrw9tF7UcMEIODx8aOtfP8AvNfQD9O/gnN/5yMZtE2YkD3QA9qU4Gd24O5MDrkQAJKgM5Oe
QCyKgMZJSuQtdJQ1UoVksRZB3XYJkH9C4yLvevco9S1Ffr+q0SQUUZ1U/YotgwWzBQiR6n7K
qs8RKr/g8YJ0LpIrYMPzvBhzeeMJ19Wvneb+ie625LMjjiWzXhAeMXr00TKOIxogSYmXOQAa
MqrpsGJmxojr2Sri250CXY5BHUq2BOrwt7EOR2po3sO8kiRkiNA8n84CK7wRSkUYhiVVVYKI
ST/BKwSO/wBiBn807T4SBgdGBdBnsQYJIzjTxKVnjYj6/AwyICGBwawfSYX3BR9ktrpnhD1g
AKjYIHAjd4lWOOYSpxYfZo0z2SxZFLDJjRNEOPHJa4ZWiLY8fgEjNyaEjjIpRt/yf2ECmQJ+
u7I1JU0yhTsLig8sJAzY0x0DajUm0oz9wEG8AvadlMtbsHZn6F54qr2pXw3SpF/eG8Wz/wBC
UGnFPYkroAB9vmWYIG7Suon/AKBBj9xZd477YnaS7hvtIta4kh+N/DIpGtZFY4AdaJEkBjZ0
JLIoKFgY50cPUdFA8suy1YNkF+eFFghtK8RUPGpDxKM9asGj45oLmycBY4qOcrV3Z4azho5L
UJg7mf1077ToGVR7F17hkkgMVh3avHPCgadpCh8NES3buorWXLvCyxVJJyA5ckKNR+M67rms
PFFGgAGvmeURR2LrPltpoZDLFpJfxjmJOxuvO2mlIejcS1Fr5sVF5SKpz1EZV5wLYetYS5Qk
gzWgE2GTIp56+GeKxjV3VOJ28fICOaN6nbLZFzrZY05nZYHHOsf7LWncQ9H2MmUOhmBioV4V
j66qhekrH/z48ipQq8spxLCnOWe3Ysy8aiAtFz4qrktE6Fr9hJ0qD225YpSHLgNYn5j9kv11
GaWRHiRW2cicMAfnsbDtIsYLW6n7VauskNh4zuPiof8A5qeJEhIoztBOjh0B8ZJKAeMVkGIx
uCdOfMbMpn6okKN4x0SoJRABWsTV3Qdf2a2qc9OQNvD6mPXr2StN0ZtK381dAi/l5GNbpKlc
frBcVFUjQwYQcA8a0NkCdI5A8wQQSx+uW3ChsdlH7z2KSYbhXJu3dS8s0guCWDrOiikN9bcx
Bv1DkslEi32NSMT91My9JdlsGNWkEUQT5szCNCGkeGvt5I1jg/oOuEqt2QOQW45wkXNSWUFi
BXsEGgS1XXxIQSH0YZ4LItV5K76U4FYGBij2qEFxZYWR+akpFM5h6nsZzU6RY2lrw2IU6Oiu
RddSgwhCAB8HeaOcdkLgXQZ4lw36oMnaouTdxYOSdrKxbsWbJLbsz9loT9kXAkblF7QGd98h
NnUUHsN/UQmFOhpyPTuTX0DzTOVM+PTsMGo2c6yKxEvXmqsXzZXlNDAWsxxKhtTKMY6HcUnp
24iVeKcKkzvoyAGN9vQ0KvxJJrAdskuhVvK6WuukjDzKuC/AMrWQ7PTit5F1fVwZ+7ShR+9p
KR3hlyKXsJCqTM3AYoGwMIGteToCfs6cAl7+Pc/bW5Qbkm0sl8mmaMWrrgiw7CSf8XndsALE
ISa0aBu3qQRRSE5E491JTFV7XrYuxrdXVi66j2XaxtleuZ3g6ZZDF1McTNAjZ6UVQqLiPo+4
DA4OX64mhodzLHdRn4WZD7f2W5XII7tWr1sTRrCYmfeyvmEcpqi8IfiSdMFnP3GBe9OUXsux
ZJDyDOwxbABS5KrQLduCDpEBifq64gkrlBYi0O4ovMs6OTMi4bMezZJMtt1F/uY1jZ0YLDbn
MfSdrJh/nWiErdRCLFzlgSacw9N2spH8t2pT/wDy3ZsYv467kf8AG6EX8nWXP6SpHSlaRjnV
1HudhaspVy/30TRCSzbsUuprwhK0MZX7DWBQTxGNHgj1ipigZfmEKd71hM/Sdy0U19SG2dpM
UaSFVlmBExIGHRwBlPSXxYr+PiSvV2taswNGEGPq34xdJCc7PpoUR4VUFNEfatNJHM/aW3R3
eUXZWr153dR1LUorMv8AS9amP/QTsI7vb2JDF/QSEfz3a2Grfy9SMRdb18I/bpRm1/Rbd6Ha
9iYP5aIGv0XVwlIYowCcGAjBv4Jy311a5MvT9cpjr1aitC1uHsentQ51fXWzaQ4DsA6AIwff
R3o60cGfbOxnWYCiWqdtTNebqbLWaciOp0c5lkF0B3iDBgRjP5pWpIJYuyiaL/0YMMsYj9wf
EEYEcwAt9kYcs35ZsZ2ctxbNnemXFJ3FLFXE1maV1WRjT6DsrZq/ytqPK/RU4sjghjB85Yt1
663v6+vEbffdlZP85VS9NWoVK2AaOsaMNjNYTIp4pB5wDANfBxgADoY7K2LoDZwRJsIVIIwY
CQQ3gfYnBnnZ/LNGG9akKJ21RrsPRQRRV+57ER9lWvQTF4WB7aoSILktfIpY7MbxMpXQCTFs
849hQf2iClpwaUzNlyYNIwL4hCmWRCVDthrXjktS4DX6eec0/wCeqx5U6+nAIhxzzjOiCXuY
A8o7OwlyScyqkkjdR/M/tR0uuqUVC+QdYutfEsKTLGLUDIVIx5VXJbw37S2bJzWsAOwNH7Zv
YIAwfbzsEgjN4N4Sfi9CyyXQzRKnFLNmeua/TQtjdNGmSWJevYzpIl6q0bhnRn7B3BndsawS
37WS7Vhvmrk5DAYazxpJJB0tuQ0v5jTDrKQyabqaeWv6OsohbsbjQQ8YgvlFOSWYK4F2zO0n
XRMydh7TDSIM/RddPYPS9cML2K2I6uFQ7MZw+M2dAnSDYAGaGW7BgSW97JVIkAiIAI1xOAoF
GjmhgGE+dnAdZrwCRgfBs4T5A3jqGSdtiQhUnkLPXtqEgZZkvUIpklS1QZpo545YkjiZdEeA
XXXNcndVJkbK9azM8XVbWslKISdtRgFj+obZk77sAf5/snaL+ejD166qAsaCTtayuR2FhY69
aslnuElkhqTSzIiIvLxoYORxU8gAYW1hfHumKWOVJAgOAa+HcIt0zTiCiQIaiRq4ckqUBYka
BzjxB0DsnCARrxsbOEnAykg+BJohwc34syTwra/9qyJKPYNC8jRir28leVHgt17VdHE9BoWa
GRlmryEFWQ8NnRw1JZn6/wDnQyzLOgHW9lLifzcblP5yipg6mlBiHS3mG3sRVzBbtTg9Y8xE
EEAud/BEVp3+wenUirK6RyIILNIxSJKuvGjoMMJw70wx40cP1kqvDspn2yTTk1yzJEBmhnZ9
3V657X9TcmFS3/SW8rL3TLFHOMLRhhojWHyd7wk7JcYLIZkcnAQTsLhl0faDiuCbipJX7Fnk
lcMG/nO0/XtXYTlsnJiPZ+xG0rRJIJInU6OVKaVw0bKFRTgHgowKEMANZZuwQK8V24a3SUom
CxILvfVa5aTs+0el1MEIVwuchgfWc94AvNYjokoQ+3H22BjHzrZUazXwzgkqSVQD47XtYuvg
7HsZb8vRI5je/ZiVOzsxuf6e4kEfa2RL1FprVVj4YkZHIrZoaYY6I4jhlQ/tmMewOATmjks6
Qpf7KM1QgbL1V4lrRp7DZEVMIZRflaGryJNRnOPAHz9UZ6wp4jHQKUB1sAS9hArrBctCKtFE
pCgXO3rQGeze7B6/Txx5FIqp7RgcYrnQcbjT2ZGgQtJ4llKFAr59sJzWKuAfBxkDYqccJ0O2
7pKkV+/YvS0urlnyGGOpVSCB2sxQBzsYdgfy19knJ2SBt4onDvPEUsxyAfcfjhPLPQEaKZw3
sT19haltT2IkXKVCWZu0qBqnE50xSzHPXX1dzYWWwlWUrUrMkWiBybHHkjGdEEnYFnWlJOIK
8MIIGWu2r1jZvWrAhoFjGiRRmU4QxCOQUjcq1V+FdAF3wPMkBSSwUh1krGOykqcySmzijXwf
gfEg/wCu/NLZs9X0EkeCsuWqASKfasnsLlgWmRkarNJEem7MXYHPnZwk5NCkpD3IRHMkmK+i
qBsUIB2ggWv1/M246oXCUXDMpHc1v1pf5hpGs3ZGEFTrZ57jVICq0hGbdyNbP7KY1wQsbMsj
GiHeNFQBdGz2NeotvtpZ8qUbEpFeGAvKCWnU4Zwcip2ZEgpQRhlRlH2H4ggHPAxWOE+WbxYh
kbKUjS4FAwYfjwD8S/8ACI8O1jcOoGjJp4OzQIYyimd1R3sBhyYHqLz1rCzLNEHGMSDsli4G
PDFKRFZhMd2Nis3IXSssEaiOVb7PGJAVifbdpWFiv0FZ4rEx3iIAGBYXZP14JC5fnBljr4pV
hstAxIye9BAL3dcsiS92Mi9WasTPKM/ZJyOvPMIur/JK9dGZ8G9K2hJaEL+8NnsBwNscwMeb
WJtiieeCnANDeb3g38nemnLxKddtQuBAr5HKBH/SO6tFWlkMnXIitEFDJ+B/Fuq/onrxR3Kl
1WlmjKMjqfvy8KxYywxOgWaAzzD1yx7atGODKyqhAMbcsiCxhJVnT9lIFq2YLEffWcYjfFMY
6ztJajo3czRpGbNpoOkiyOOKNEfHrCSUVoEzYw7zXkLo6BzWW5lsGK8VkErEK408wJjhLYiB
fgff4A+g5siezG8PdFjygtyqtZww/oVBauoAZQwsoEctyJriQNXaPEsuj9d/QFRGlexH75Yy
jxvi6YMxVWlJaaUTmdCIq845O44KfKuoCWPcBBHHL3lctD/OWbP7HYztPZQ+OAy73TEvNPYK
9eZc68ik0ZVwV2V8ANrOQIJ1gGyFAwqd8AcvdiuntsHiAspBYWE+4yvBUwJoZ9s8fR9/o7Fv
RN2Y32UTKc2CaErA9+m0jfwsanLEWg8fHKQ5SWDW3JU1hR0PTdsKckEsFiP9ONGlMiixdiGT
2XcIpWJ3bUaFTKpdE8GN/COOZJKuqNERFUSzEQUTifwx+vdjFUhhUnmRtDXDxGP8gQR8bGho
4o0QMAOd12ArRzWyzRuSatkKV623ZPWo6BF8H4O88/OjhXectH47Ct74LaDgPwaEclSQJnYE
S0JWWEQWVmhkYkTxnSv6mM9a9HPFJAxC7hTrWetZigev2IK9g0jMAN7dJfY2lBAKeRGWiI4l
HIbZJhZtf8smQsZK4dZ6pV/RLkTrqeFoZeAyQACCQxPFoYNEEHYUnNqoRgSNZ2l9Kda1cllm
Z9mh1sth+u6aKtgi2Qg0Ptr6tfBAI/Jc8YTrO364SQVpCTASQBoRH21pI/8As4hMjKl5E4tZ
MS5+ywBnlJDOxIG4I1YdffrU3s928yypaKtK6tDdosGCHFI2CAsgfB4KkHEZxhtxR4skM+c1
UT7B3jKWMZjtRvBJG7oMMbO0CCKC73cEbTf0tzk39F2JMnb2mNDumUwzGaHubct1jG7P1vUk
NWrRwqiDYGs1hzfxrNfGgfoJwnWE42mHd0pqdupcEqbyq+n7Ok6yMvAST1UE/YNLjthYaGyI
akzit1JZYqFaMuxIlLEq7K8dtiYeu6q+H6KoGMHqnDgtpSCictKpV03fr2RL1deWOKaV4LMh
Hr5HCQc2VcGOwkyqMq1jnctNqRCMdfJkAUsCFcZ1vcl+strKX63pimQwpCqrydBmsGEjCTin
yPto5r6SfOTguI5Qz9lSS1WYy1p37O+j1u7dXu99Q9E/YyS4TyKwSOi1H4wdcCo6orgiEQE4
UGdNOysR+ZaI7iVhi2DSr9XLLMbYVZrM0kT1LKTxOp9hG8CgEAYpzsIRIkM5YcWwucLBsjnE
bo0cwidQbVFJ4rVCaGWWBg0sHEENik66249WTq6TADS4BvFGsU4N4ThODzgGDB9JbRL6wzbP
nWiwDru/00FiUdt1qRdn2f7TiCVxHUZsSosYjgRjU62eXK/XQQpat14BetQyEu4DzoxRND8g
yqSVUZ2lkSN1jnRgEiv06tBQnepYTTAhVGxinOXEyBSlqH0v+5LjHQ56xJghinEMjryQTWKp
7PsLCxynr5qN1QXl+9LrLdw9d1EFNNjaIcVfIwDwDh3mjgX4A+lmxjm94CoO+ZIEaBgX7WwK
1JKlm5JF00EBmiRjXijUyQBDQpRckZIx2F9yLFl3K/8APmNcCrRzPyBfZDARFfWF901JBEIB
yP8AQXUjhk9hWjaEqOcLnkrkHkdM3JbMQdf1WyQsDyGB09MAawEbgrkMscUUsfa1BGlnQNeA
yTVoEgiZixVBpV1nHeazkBhOAawAYNH6iwxnAyScDDMzGGJ2ZECLeuxIyWZXNsSlLCx0EM66
ij9wigBbtkAhpXXQP2I42ZmkbfHPsTxONvQTjkaLqMnJohxSMaU6WlYjirWZpbljqupiSlFG
tS+pLAp+JVRgYBU0Qyg5xGSfYHwrEPCYmj7CN45unMn7Pk5aAFe0wSXqqEyLP2bTQdLfkWVT
vAc+2E7wDADi7wYAB9BIGNJou+SyYVkkMFQ6JjhTsP6JWMMbovS/9s9eg4n7+xDGIIWdq9UJ
n4R52VpZIoZGbCwKBlIZQzgMAmyRw5RxbwwuBE4QRiJ0VZdBZ2N+J5Yet6iVpg2h2tBLF2Jy
g5I2EIDIQMWTioZWXkMeYMCVIJAzrLASTso0KdcJJbJPBbMrFYerrQDsezadulrNMbdWWvbr
KyQg+C+8G8AwDAPpJ1kjnHcsBK2LX5GOFUFi9BAO17m1dMMixCWeSZP52uQrkqvaVVdqm1Vb
qhrFkyY32cCOf/kHj1h0Ao5BRooodY+PGN/yc6OyBWBjG5AscBITShHbja0t/sqWwknLN8le
LWKTkbFBs5WlFyEeQTo1oWdr9yRo+pjirwTWgSNa7G1LMzRnl1UEdWjA6vbTQHI6Gtjxg+wH
1SygBnBxT5KA4JUhS33I3cnksh0AU7L+yRD/ADiH9WZ9maL2yNXSE2xJDLE6MGY7sD8kJ2Qd
aclE2yoWCfjiIMIK4CpIXWIoAhDB9awjeLIysyoxVzrsKphkRw+HelBXIwvDkMp2Hr27UCNG
kYdnPrjCIRJZZUg2cnLmM0bHKHrkVbF9P1+vryyzL9gN/CjAPo3hcDJJ9CWxoC2hwTRLj34o
xc7N55XrMTZmRFLsRyO68Zmlq1xUrNIQS/meQkWE9gDvBJ7wTK5LgjaaGHYxGbUY2QG5Kzge
wsdDabCxh2YAAK28O9up0CygEkAK8dmu1aQPOqXpmSvSdzBoZfR4Zf56ws1W3UjQjHnASrXJ
fgFFlzDDNPLIQ/FpYuQqdrIslSzHZRRsa8qoAJwHN7wsNO+TWAomtgCe4ZMZjGXlk01maQwo
sUU9knJnDL9sPFj/ACtSKW3IwxyAXbkJd6lc5biDIJHjLqpRV2Qg0fyEaPpR5CkHmNhFbA3i
IbBco/sGLpSGUg/kpGhFLyIIzQJVlMvcwxGh17kR6bP6Xrgw6m81S00vJZS+61bzBDwGhvso
JnWDrueN11Y5dsUasER5P0pDRIPAG8Oawec2BjON2LHEXezAZ7UsuRQEieeODHmmtNXQIGZm
ey534JOsJCn+Wi4dfIcfwsjBQ7nJXIzZ1NA0hjYhtgEN+WgMHJQH2N+wKAFSPOAAiOM3O1Jo
R1l90fFkK7IK7EcYUqTtG3lMgydw4ZOuG4fOVLidjF3FA1Z6ll5a1Z+WV66LgAAYquPKTiDl
l1ikE0kxlrxDfTgLEuf6J0Bts+2O+W7qR5c7VmaKGWSRaAir2uxSIqkszRprHKIr2CTJsFmO
woJVAGoIIqshGSOd2CMdjtg3HRxBo2awIilHNAmm4rg5EAKAEBVVGA4CCXHFKUfISw6rU7gr
yvGrhkeNwQc8KCCcmkaODrC3quS+xqieitvHdqN/sJ45oaxCt122sIAiPMNklsVDsMFDqZFf
poZHi6iFGjjRAgxm1gJObAySUbsztwnezelq9GgxKVSmnZd01iSCqFwIBgKpkkxkyNRGW/Im
EsQCrMM6C+bNSQ7EmgJWPIkZxJUps6JA1q3XXdaYsOAYoMCjj4AB0pbxGhIslUgrxhUSNXiu
wmGfrO0EbPGDhgCEjZDE5YBMVR2SqhDLwMr/AKZy8iyGGVwdhc6+8a+LaMwHFBslS52qAgAO
QgXADpFwkDAmMQMdssukaF7PayQdfGiTT1qcfadnN2JrQAYQdSyIpllMrcgAWJcAc8IO2AJ6
q21OyJhKkxOidEphAwxhc4aDOAp27TxENACwUsWOAbChSQg1ENZbBdoE5OHKnuotmwoki6Ps
zaiIxwM2eY2cvkrVi4hevhSMco8tk87KlHrSLIPUWeBvTWhnSwsj8REnheW0XQUeAuHFXQZg
A7jLNiOvHHFP2jw1UQdl2dbr4uwvWeyliTiFi0ZSiiRjM4K8QPDEKNEjiCxVCGAUn/l13Yy8
TKJo04vjIvFoQAvLiVOpFiXCnIEKTHGyOgXQ5NnrBMY2NLyXjqVSbVQlnIBy5AJa9Z9q8j07
dO7FcrSAuAoDA7FurJYEVOtAZZYHH79DJXDGZAwjf1v7hFHe7QzwdFfMcxUjEUjIowMUAlU2
RmhtjoM+XbsVYV6Fm5JCgUdv/QQUhNPZuTFVZkQgMV1Zl9hUFUIIxQwxQC2uIMirISdk8sQB
sgiRA4ZVEyM9dhLhTeGMgzclIof9WhoKCdDF4hUQEKdMqqCCQ6FRjxlzCgAUEBkDDsomq27a
EjpuwalZT7cMCHLVkIizOx7C2Iq/J8EgjnaNTliIE15RLHbryV36eF5bpPIwo2InLETyB8H7
SyZ2PbLXzr+ukdyURO6/pmfKtd5hx9bRq7ltK81gsHheJC35eBn5jIyQWbwqewlGOcSRyJKW
EgSp2aiSfriwgtENE8dhLUhY1qsdRbM7zkAa1hGwp4gEHAv5EAlCATvI0AxCi4DsKvjuqpeD
QkjmjKtB29+vHS7S0li7Y3Aju5kmSJJpzPLrL8O3quWV4vysx+mSk8V2vQ6xKrRxgGJScVcG
b+JZAq3r8rv1/Vx1xd7KtRj7PvbXYyQdWz1oZEEEu0k686e+/CWMccWJpqWwWA0OLNksJWOG
o7YERInXkCQh5+CQT/xHS9iJ0v1AAt94pKfpNeUScnhjihkeSV4ouC8TvQOAMubYEAEHiQo5
5xXOPhBigbkgWSOzAa08snMneRbLvOGiEgUXbLSlV4nkMs8meTnXlj/MS0jPHTeelZjMRhiU
YgAwD5Z1UWrM1l6lKKpH3nbihDZtWLUnXCJXqetqEUPmZCrQyiOP8tkbzrG82KzLK0DrK6pG
E4lS6xRM5LNKSZGxfyXR0eLZBM0LddcFyr2HVeo9WJTPZsQQZwew/BEwLh0AfuqllAOMyosD
ySSBt4i8j6zpVBxSAQ51/TuhskA4CNCIlv2CqSWmkzXgErnN8Y8nmrGWKrMUliZY1tQK8vWs
6SKCAh8jBhIGWGM+S9curNu4z3f54S1moSxnRzrJUkg/4ZPYMrVDCqzIFdm89cha3ej4Wdf9
lmMeuuWKTyhiSXPggqA3IrjAsCOJgrTWG/mj6rNueILZtx1BUpSEybTH85rEUkiMLhAUPYVE
LmWSKMIAu3QHCBijBsmzOIIr8rSzbKsSAfadYrAYwY4qjXjKEolb2R8r9YkwWTPHCjkwQnUQ
JTeijBhvWTHZCgBn2SAWUBg3U1WTt+ngpWiUq3bLl3CnYiGg/IrBohArXAZRwTU3HQtMgDNs
70+9IQwCsMPIlULDqazQ1L4WOzHZnlWl1axPZlWuG5SEcwViG9kglQHl5ixMwWlV9UOhtEGA
hcAOgMA0O97FIskl5hUBDDg/2IBbHOm0CA7KeYyOVoLhYAyhWSRXrWK5YNGoUoxBdSRCxx5C
uM7bBOmPkRHZ2uSyqmGk1xOxqTQPXE04NJkFaNiB1TuY+vIwIpQOPXbuJGZJ3mkBVW58TsMG
AOfbAxOJEzmt1kdZLfaMyiVg/U2IAHljrxLFPfmZAG4glSeXjVmYMHcKKEDTzDiVrouHkr68
LvBvViXgnZhJ5SFB4M2LB7FWLG8Fm0EH4nyNSZ3FOWvcryB0JAAEci9VTURIp3DGSfGnPrM1
oRyNGwVAuj5BbwW/H1S8+QRbVdbIpdMlRJqZd4KsUQABywUQtZiTL95mQf8A82lBVCCSQChK
hOJj2AV2xo2YKhs9lNaYseI2uVZQuU2HaZKQkbgFlQ4oANkhFd9Y7vNNCoiSIgsrpGibcgAq
NDGcRpfshknfebG1AY1ogqsvIy1dh4yjEHWvHnO2qRy1434tzk1AnimAx4hgBmt4ygjv5293
Sd205Axh53ozSMTXsDg3EFYyCqFi8fI8DokAdlKscUs4bDOeYZThLjI2YqFO2JAAJxl2EQ68
DCNNoaDoTRAkeAyVGhLy13A4nGZw0rtytzAZ1lV1URHUYIxRyxQRh+yjxbmVmuOCJt8mLMIo
wuMujGjHJDwyZi5K8Ts8POOoZZOvrNdnqPA8IZjWi4KBoD4mfiO5pm0Czwy9H2y36qbfCmik
Ua5KyyvXj4AquAjGJ3IeBnnSFOxumV5HIxnBEY3gVQQSuMCwVQVTlsh0Yq25F4YHwkEKpIph
0J2FqECnKdnkBkpG7koQVqxtTqpVYwy4E1kQ8kZ+WTEKliQ8rDhml48ljVgi6QAqwOgkKTNZ
byx2fxA0MncyZOYeAjjMMFB4JUQD5ZgBKSRHGJH/AKXqCudLaNS5CIljlsQqzvLM6JwRTrFO
8J0C+8kk8dncdZJpgzNokjwoOySVH/INoFTinWA8iChyRdqF3nJtKhJoRhUSjYssqeuCXW0Y
lZ7IASvJbaKukMBH47AYMrYgPEaOMBlmfeSnQkcszDkyRLxC+CuyANWAAZQCW5EgeeOWpVAQ
DaoSRoAfBOgW2ztzZtHLJjatV/nntTQbgrpehsWgz6Uk4X8h8BGrEulWUyZ3VSOaFywcE4Au
cAuEbAI2PyZF0W0WRY1DREYRhDKY+JG1Lfz9FZMkVFyVxjneOwURK0rxqFBk4I5TZIyPweQ4
pphK4XLDjlYRlhd9iEMxi+w+6lDkv4rZkOifL62ykniuWC5lrxhcC6wfcYRjkgSOCDIQIUJz
0iVnIUdv2LvL19GKnWcBgCFXZbN6x7aASuWx39bx7kfvusFdhsHkubLHQOHWwdYxyvEozYLB
vYZYtBVJLKBnWdOLggULHYI5TAEMo0yNwhjSPFRgJABhbeLxJj0GZxqIhUmdVWaQZNK75Gmz
FsL62JHHaKrF1jZ7Kf8AaInYMAWJIPI4a4MyoADgJwHySccgiVCTBXGKBm8u2HZ6XWwVn0ML
aA0wLIqzXI3aUnSWPwSLkscRUW60ViG/TlrT/c/kQNlQSxMDKE5lgCoGxhOmKsx8AhpGelEs
MUY0lg/nMQBL4bZbI287Yh2G+WiXIyNw4H2M4C3QWW8SSRxEcesHhVUFAdgRDhOuzYKI5ZlD
k6PFhpc4aYnwT55HYxiQBvfEHAoGAaFiyQY49YdDC+wx4lZY4j2/cxRR/uyrNFOJoLc7pB1H
YrPC7gDZB7umbdZ1IJ+yMAAyDPb+FeMsyKAJODAE5sDBrOrh9t2PxirxEzjlMckAOa5gxhR7
CGf8gzAEkHEl4gOSiSkyy6MFiHkUiBYpoCPyQFWNdglljlEkoGyWB2xCg6J9Zw428beE4WOi
2A4vxNII4wSxj2uMfLvxa32EVdIO6FizfSSGz1nWGVY4w8Vmha9nT1pa4jk5qFHFpeCd3UeK
yVbNkNvEJJgk4Ey57RjPxwhGzjsdHCDkCn2ZKfMh0pA5I2sdmI8rnMHDy2+0wyhCrsMA21Yl
47EKmIKFIcbj0FALGOMHDMYSXZSB+ciAYdsrgg+o4cYeH8Y0o2S7ME8gefACkBbErSOx1nsG
pLKoLl31Q3br2nLHl16Hs6teJ4n9gSYMAZo1bFIVVnQoBIxt0orVe3WaB2UlUYAjix8bWU7V
wQU5YN7VzrqYOFWsmifs/wB5QeLLoOdEaJYqTICDvilmypEMTswU78Axy6wSCSKxVYJGv5Sa
1FEXxtIJYHmEldkVCEMqDNbGuQ/L4J0JmLHii4m+OyACxz7ZPYaTF2Vkk4LJdCia4CLlySwx
Y8idn+Y7GFGmgZUWIEp+QZTjJtUjUmYSrlScWBZ6YWbHcdSIGkTTI3FkZVfyCXAKSqyM2Ver
sypDFxWuvFX/AOMmjkoJDjQdfIPhgQZJQqWLDyZFXM7jiFZTghZliVxHWRnLQFUliCt6N5Gj
KZ+OVZG91ysJVkphcsIFeX1iPwM0Ph28SaJYqWQeAeQ8AW7OhGxOaSNJp5JcmIbL0z47bJOi
qK4jdo5Ok7qK/A6WK0wJjEMy8VCNl39n10ezcTXYmpz1rUdiKWKO1B2vWS1piuiTiM22Rdgk
GKF5Wo1TWrxbBFjWNKGEibMm1yRdZKgzRyRzGLdtmwysxrPIgj2wHgKp0ANwkI6MGhYAvYk/
7dnLAkkWmqAqyauLs218zbAVCTtsJAEzaxm0RsBT+JJXJpQiLyZkAUSuSfYqPY/J7almKMuE
+VP5SMsgrTyV5OuvjtqTR/lIpbI2Dp2F7sVt0+rvPKiIyWq1nrpKd1bEV2ml6v2FR6s5+5LE
opxI35dJXrpCdqyDweOGUKGOxJrJgxx42InspCt245DuTikkUEfmuyPfGuQN7o3iYCMvurOi
wAjciEFmiaMKOQEKupUPbi5CVAMnRQWB3wTJjocmZ2jG+AJTCdZZlV3aNUR5UOSHTGThJ2nZ
qyxbCTVJBGwbZQgIxU+oS16F6zSmrdlH2EQXlicUcJwxAMVFQBklRI16+zE4XO46yO9Bagki
kG1PMlkB3087xza/FXXbSBWm2xjbWOwxguWrSRmzZClpS5/3DEzNEqQpJZfVCMvJXICyKpAj
8AjPuoOf8SQoKMTmwDPIOE2gZPIlQg8ssbLOQMYaw6UaHGzP6kRDIzu+wVydwgbjLHdkNian
xZ30RcgIJViNHcExif8AWr2a/XXZKNqOdJFBBwEMBx2QvHQUvGkyKz1TFJvP6DphPHLEyEa4
qyha87Rt19r3IkXkohEg5INoGY5dtogtzgZOS5C+UjCGjEFMtgs8amRq6BRCfJQAFsIAJccY
yMJBxtb5cSJPEo/GQ+JdhdhxwyUf9jDhjniE0Vd1VGLzzSkoAv4s/ENCswuS+mL9QJJfpmu1
axzV0JW1B62cjYBylZeB26+K7X6q01achlhiYOnnSEABlBRiMZFkStbenfBBH9B0uiVCFwAI
n4mhaKywWUNeOTkV1u+5Lz2RBDZn2zyFmIIMSECKPmZ2WOMkHKcOsjGlhP5c94R5ZjngqQNh
guM+z4wMRkz7VyCJQAJXIf2Nkv8AzlfYI5YSDk4Eh5BcTYMaszmIyJC4iMgLvTpJDFbgV8mi
NeWvYWVJwJEmiMb68BDrqboha3VgsGhadyWGxIeCuutocEgJScY8VaR0lCkukid107wyOjsV
jJyv7BLXtMoR1fEmVsvzxqtu6JXkcljy2I5GMakLVT0ZKzO9eEu0anism41JBRmGFnJBO/Oc
nBLsVkZi6liOQCs/4SFnEgY40TyH9aXP/9oACAECAgY/AEgf/9oACAEDAgY/AEgf/9oACAEB
AQY/AATjinP1q5ACJDsbOgGqTRrIyIq6cvpPmRLMM+KDmuZyR1EgCwTvimFHNSK3Ri7tckJw
7k5WTkgnMItQ50Qc9eK0wJbE2Kch/rKePKVqdiDcLUCWZq395W1SAstTaZGyeTVubIEmsTRA
EFiKLlunNa2UfFbbiUSCwUN2PpUkBmEDci6dManooETWqbo6lxTdLLNP9DrTFCOH8SlKXVHr
nRkJE4oAFgPKmibeZEkF0wDEZIP5VkOKDEPmMkcScmWmVCfSQANDiarSxpZggBy/UiGHlRBc
0V9PA/qVC7BCLHVgEcBgD+pGMiD/AD6K5QdViM0QQ3EhNddzOWiMg/WgbaQzqlY2B/UuGJWm
VRLyqezKm1u1FaP6KquCLJ5Jxj0GnRxTKi5RqL1FqdDoumv00os+nh/CtgmjUMz5LSC4OJqm
lzPYIkOzeUK1Deq1FgDihpJc3xqqAdSGoM2WPurSBYUzdO9c1QOcQrMf8vZTi2Rf8a0gUlic
EItbrRjuOdOL4rUAWzCGD5IRGAFf1Jmpg93WqXKRc3WoEN56JjQVJQL9R/StJOkxD1UoS5tB
ZlKJNMFMyNQGAwRg1QHieIQ3oduBctkgSf3o9oY09JM3V00Kr0X+jxTA1+h/l/Ep9DKnkThr
0ARBFcSiQKD60CSz2GCYkvwTGnlRAFRiqhzg2BQMgBVyyJoxxRBGFSa/Eqs1hitJLnDBMQRw
zQkzVtmUWrqq+KDVbDJAysLLdkKAFh/UnduKAJcm7IFq2dEmjfUUACCTZlLcpWnFbkXdwCiN
2kBEksWshqJO3KQiS9BF0dkT/bjwcmPox1IwI5ZuxPH0EJRpAliM4FCcDqBDxbEJ8cQmwTAd
ScvWnDpoq/Tp02VVw6HVSAqF+r+BauCAPauHRcM+BzCb61yiub0XKXZAkDrK6qIABjck1QcP
gE1jn1rS3muiQ4fA/mWoF3wuPi0qhcOWWqQcOw/pQDlsihy8AymcgT5lPcIpKTHrR1U02QLs
CmGTOzIRFcT1piavgo6wwwIKESG1xbzIxleY0owZoxW3IScyjGUcbj0kC41RAdkJ7oIltekL
ke0j4SJIO3WBleQ9KPQxpknNlRcOgbcdozcODgiY8s40lA3CrZOnVR0cp6IGMTMzLAYBR3QB
XtcD6ScV4qtBmVfUeC/bhQ2JR1bmkcE8yZkYmyEe8AkaAPRUt9Mi3E4rSDfEr7DmiZCpxVq4
cU4YHNHUHe2KMgC6rbOy0gVF/wDUncWrxRL1yXMQ48joxpSrcPaRADg4DNCMhVAkY0Tst45R
NEGuXeizJqCUHIPUi7AYomJYYMhGgi4EjRytMRyiy2ZtaTFskDcRwRGC29yMeyTtzka17UFI
CpFT1IbsKxlQjEH0oyUPE7fYJcfn21Df26xmHHA+lFNkm6KB1S6huk12wX6lubvhOcOZN6Ji
e1rWs6dMb7bU+dQjWG5uU0mwPvJmt0HUdMBibLTt7gnKNwEajqR2TsuA7SLEOFv7O1I7neEk
Qj2YyPb500OxLtAlx8OpGQk+YyK0mYJduCjI1yIqhHYiA+JDlPv7xjH1R+lChmRYy/gHVbAY
qtGwVMLE2+VManhZO2oO7fiUtMdMTaIWkFsHIRGV+PuoyDE5GycxqcAgzAcUYkAj1kxGrJiq
jrkPwrERjZOXrd0xvcIAEE4reOcWW3KQbUHRe3AoHK7Il3yp+ZEgsAwYVv6ylMsdAfyoYAhS
03jVzwQkTUxcpxY3ZbsXOqLSAz9GSEQO1d7KWzvMdjeoDhXsyijtyrtyrCQwUvCbpaBrtPn6
ScXxV2OKoX4BVLda7SGxs7Z3Iim4eHsRR2PBxlGPpyIZo+lq0ox2iSBiSan0pIQkSDIgwm9B
L0V/a79PEwFfbA9KK/c3Iw94gLu93djp3LG/4Ud7bhLuYC8cYt6yacJBwzuCD7K3d7Zjo2oB
yQ/yJrAm+XxIYnL/AErvtomTmwwKJ7qUziALfAtJhq2vQBoQrRgPP9Khb6BoXGPWqvwQqeKZ
3Aug1ziLIfbgiXABs2Ks2ZKoHXK78C6BJcq4bitNGNibIgelj/Sgg9SbBOb5ol1MChLKG3Ig
6QzcEHHVxRAoMUItXAujvGIJm8NqJ+/vqWoARJAFKrPgpj1gy3IEMYUD5In0hgjHeAO3KMgX
LC3L2UZRbSCzBDONQj4XeDz26By5IQn2zAuOBQgJapuzBDdgWa4GK1MwOas4OKIiC9uCO6SQ
YSIMjeQUtjwxIApPcesvZUgCIRhWW5IsB7KNXIpkonYjIb+2f94yanowipR8VqEya6rstvw5
eW2Db2UNrbkdtmY2IA5dKMH1SjTUV4jS83DgAUf1kYiBAe6BmNIp1lCOztsIm8h+ZPpAkbkI
E/RHTWvSThgmZ8GxRpRA0GTKr9bZo6TpIu6s+XWhqoQtIRYOM7V95NGvXX7yq5GSD2FwEA50
G1EIxLjFDAlBvLxRNjkpMbEOmHnVbG6YORh/UpM0duA1bhNQI+qoRhHRAHTEByAPZiobcQBp
xsSfWWZ4psUJ9nb3hVEByMBZbU3EQJc2oOGPL2FMPqEZFmsaomgIwF0PERNw5zPrLWHJkXKI
nIjbnzRERcp9WriqB+DUTMIAZJhIvwXiYyEtUQ8pYP6KlMmpNX/MpnxO4Y7cWIhEV3JeryqO
7uw7nYiOTbF5D/3FGA0wErC1VsPDXOJZ8wD2V38IaDMWyoscg9aIz2Q+s1zCEJSEnqAMipTM
RWrMqQDnNVH8WpbIZq9BdAPQpnI45ICReOb1Qq3UtTVzXHBNLHJNRskwFLpo1PXVVuSGf+lA
nEYJvqTnBAhW8qm55SQu0dOaIDHNaYkMWrZQ8NtjlBfcnjOXtzW24cAuz5IHBUTMxUN0VntF
/J6SE49gh6IThQxYg+VDc2zqG9ETchmJ7SEZEyN6W+ZaQOY0A61CEQxiA6iIyEN2B1RP5UI+
kBU4LlaIN3TGXkC7wvyVPFThTvfEFyBgHUhtkjVykNQhaxy7kSCA2SjuSH7gcEDMIGRMZQs1
0NUR3u2dMjL+pEQ5hKzZ+8jqAi+d1zkybzIABgKBUVein0afTY9aqKHBM+nBkQGHE1Vv/VEO
3UjQ8Qrf8Fy1GboxAcG+P3k72wRI5SMxRCJcu3nQjEUwQJNU2P1LNGtFuYkMWQD3wstIDE2O
CLOwFzYyVLkX/pkp7xDyDAP+VAE1wVMU5DowYNINULd8LunTKFdrDUPeWido4ZqLybe2W03r
E9rbRML8bV95bdHYvIY0QnE3FRknC0kVGKeyjPZjEixkQSjKe4e7NCx0w+VGLykfKvVIqzqE
dyLbT1JoWQhtBg7l81qZyu8G6RtkuYcFRUxush0W6B/FZ6rqomJBGKGA8qYUzKcipxwRDu9s
Vond6gJhQYj8KbA/atRJye65y8RYBGeIsOCD0L1CDIGzqpZMtweiR9YRYE4LTE8xNrJjWItn
RMQCDVR3STq3OJYD0eWSANsEw+vodDegBr2uYcY+ntqMpwqRyEUIPwruu1AnVGfA/wDLmjgH
qLramKDVUs5IPooy24mIJZiqJ8f8lplZHbm0okVTROrZnhfStUQ5+tCR5AKnVR0NoTA3sI5o
EpgnuVUsmjU5qv8AgbWTtTAFMRVros3USmNEXFD/AD6KcEAC6cGvnVbm+HyxTig+tOC1bP8A
iTAVugfTArxQLdadiqBMboPgiw1OLKexM8pcgN8SOsap7h0xw0wHpf8AcRlDmgMLkJ5HTwW0
NvsiIACBvRFqZq1cSgfsTGxDMiIjTF3iylCYeJu65JgbN6291S3BLUTYYR+ZDbnMPgngdXEI
xhtPkZFgmlvRg+EY/qX7m9OZ69I+6iTEHiVpjDUcwHHzqJ2d/uwayEan3VCUoiW5AMJntJ00
pa9zCEalGUNuWzEYyx91cxclW/wVg+a0k1+tkakHEX/EhICoZOS7uCFU0ywR1W/n0UdLUoHo
UZMAeK9pA2xVTpAaowQY0z/ShxDlMC2SrXiqmiIwwRfC6j4nbBEY0kRio7kI6QYjSDVD68io
be1tgSBcMPzIiWGaD2yVVpBbJMr3wQbC4P5UZSIjHiUZ+FB3G+VwjFyCTURdk425MfSNkDuT
PEBBsEGi5FkSZxiBcnmb4YoHcmd0Gt2j8sVo2oARjRhiiZnTOVZErT4eJ355R7I96afe3e7j
6kPzSQJhrkKglUGkBZnM/Qy/j8tXqSnuUAQXzyQcMLO905ccf6kauW8iIDcGz95F2fEOgABX
B/zIgVIwIQJLt5EWs9QzqIAdsVzKzAZoF3dVoLIN1IhvOjtyDiVCp7EuaJ5oDgUBAF8KJ9w3
8qkYhgD50JWY4Knm6lWmLJx1LXMiMBiUdvw4EzhPj7KfcnKfB2AWmTS2D2ok291f/r7IJNyI
gD4poOw4I7hBjtipkb/DFCYLghwiNmNTE14+io98CHNQSTEppzETkTX5U+wHGM5UiPdRhuE7
ku0TghGEa4ABc3KMgrfxKdD/AE9MjXhVPEFkWFMy6epIZhkiSKZcUWPlZFxfFrrU7vQoEC1T
1ok0AutMXFq8V2iSbnrQjFz1p8sCnsgruFUsMFeiZ7Id7IGUQ4a49ZaYRlOVWai5YGMRicUI
QhqJ9agR1iGYAJRYRJycrVKO2Is7mTD7yMYQidywLvH3l+7uGlogtF0BF3xWsyjDbfmJqg4l
vbgs4otMYNAUcEX91AgO71UvD7knECXBLMHQhtPphRyOWnq7iMQDun1Yhwnb+22B2aaS3saV
DvH3Zx9OdSuWuDDBcxYcEBEWxT/4JvoObE0CLFuCABBOKAArgxZXcmis2YCEolnzFkXJawJz
9blRD6gcE5o9f51LWDQYDJA/bihxRBLIEVZAlVNE5PUFyRNaB08iz4f1IEuHoWyKoGiBRGJL
tRah5kZSIiBUkllo8PHvNz1/RRO9IyyjaI+FNGEpk2ofxqMt8iANSMUBKRkSgNkMIgtk/rSi
oxjHUxqeCO7Fx3jHScCv3tyMeBv8qfw3hu9lKhmRyugN+Y29sf8ALgGDJoRb7T8S0wDZlVFM
SgAG45pgq/4d2rkiXosxgP6UCzC5zKMSARmnAtaqaRqbDirClMvllJMznFCMsBQXWuVRYCyA
NE9gn+1AOWOVkwBmcAPzIRMxtRlQk4e1OSMdsiUYU1iol7aFL5oOQnvWv+pF2DBSYsxRhsbZ
3JGxsE+7uiJ9QIS3d2+ACfTrI9aoWmIEB/kuU0QJTb27GPB6/KpbfhYcovI+kuWZjF+URoB7
qhLcHfbjUnIUD+sgHBOIFlxCAatmQlO+AC4YIgKv8aqp9J+liXfqxR0lziLBCrn7CgXcm65i
0Xs/3k4NBiQnkaA3T0JwFwtRcB6BHdmOYjlfiogojEB2QeyZ2B8qMY0Y1KLRYmglcfeXdO+6
3PKMsCgGb7URc0qnZibj/UmMXJNuCIGNgmMnlLzJ5dqwQlYcUJSkAAbmyOkiZGAP3lqi7O4Y
INGJJxka/KtEd0kH0YkQiF+7vEyN9PMfmQI2zNvSmW+6qbUTI+i1B7sVp7ELMKJgruCtUxUW
VqJv8K3Q1+vpqa4AfiRaubf1ImwOOSe4FyaIEChNcl6rYYIgACJo6Dgk4BASj2fKoQrd2fBR
wRkSwFypRgATYSOHwrmNbMChpcmzDFHc3SIElokcw3D2u5/+VS3ZtqlcEBvhhFEgmv8APZTu
HN81Z8utCWkgD0ihjmTVCcjoiMSniZbs+KI2Nsw2/Wb80k25uXrpcn8KJmTKYwJp8q07cBIY
NRvaUt3dJ3JM+k2CA24me5bQKCPvSTnbDnAYfMshwumOJvimAbiUQ1jRB6lcEP41OiiHRX+B
RgWqUDLCgoGPxIuNOeLBESD5f1alW5sAnqwoB1J28gQl2QL4FUJbErWcAwRluBiTyjh7qI7O
3lmicLDrTyDNUOG/CnkBpiHliRE+nFapDkA0xwFPZRNqYUomBJF6XQEYEvmuaHlNPlQjuTjH
2RUv7qPdwEYC0pcr/wDbRO5Oe4PViGH3k0IaZCxkdRRjORDMwJb7qGiWpu1Era24BhMapnFk
YRAiHpWpWmTwgfRFJH3lyhgUNSJwF0IxDuuY0XKmF05/hum6OCon6Kpgq9NFx6bIjSC/2I0J
AzVbcEGFxU4oElom+aIhFybH9SEyNG2byr91T1z1BjpzkfaQEiwekY9ooCMQJNUyOfrJ5ScC
wyR1A8GUZCGmOZ/NFM4Y3ICENqBv2w5Mk0wIk1BqnmRpzlyhat3cE54gEJtjb1SjYsm2yIQN
yBVHVNy9XTSBM8yqSYA0Aoi+OKJLymKBatLRdybUUt2A1GI0xMqsPZXeTLyuXqR7MFqg4OIO
K0woUNZMpGwdAktEXGKDDypv4r/Qf6Nel3V/oX+pDzAIva3UgwdNtRrg5DLVv7ohmI1QloEp
Zmv3UMAMBRHSWDFnWyZD9uFJja7Um9PvZIu5a1RQJ5MwrT0vZVIiD3K0zJkMH/ShKENQjgTV
AQiIjqTx0xJxZB9yUjwsnaUpHFnH3k42pOL0LKu1ID3UCds1u4KGJyQlEBrEoO83ywTMxdAh
xkUC9cQjIsDg6EdsHrATyGl7vihKRoLKn8Z/pcPpcOmteinRUPmi4pkskJDC+CBbtYIyFBEO
UJQ3dUq6oHD4kKg8LD7yoST1UHwp2d7DBO9TcYJ3pmMfWQMbSsepEgEiNCetNpJNs00+Vrxx
+FR0wZscVUBxghUAcFy2zK0SjqypREygIjhda/DyO7t4xj2h8KGoB43BoflVWJao9JclY+o6
0yiYDA3f4kAKtc3QG0LXYUXOGa3S/wDGp9Cn8ZogI6pdSBF8EwpiSjqFQKf6VIyJO5LUBAPq
PqdlGR2zGHFgfvKXeEPBqZp3YZBvxLTIuWdrkoaqhrWTCEetkBtxAkTYcfWRO8aA2ifzIaGi
BZkZRi5GJT6gD1fdWqRZ7DFaSAxqB+pCrDJAnBXriqFEkDb3MJgfiRG/Bovy7saxPq//AI1r
L7u0L5rAAeiaFaPDx1HE5LSW1msiFTFV/guU4+hx+i/8DrQAoMh9GyetUAXbrqmAHmXKFanB
PIAVJfFER5RZ1iQhpua0CBBq1Xp8iYkUsTUoaXrl+paw7Gjo1cBacUzMLMnAchDU/V+VOSyr
YYJgMcVeuK/m6qUYyAINwUTsxEScLxKPfykGJIEae7zLTtBnucT7yb+GwLHNESNHp/iBkhkU
0WfisyjKNOJRrrOAyVT5E9qIuC2eFFWpwL3TkUu4VWPAU+ZCgqjGNXFk9zkETIsCU2Gd0zOc
CFxQcdacgtknCfpsnF81XyJz/jK9DfS0gUzQrVapFhiepSECQ2KaUjSoCIJBP2J3YDDNAkOW
oEQ1r4MsadV0DUtXqZAAWFUASwamXxIaaCxbFUwWqVQbsnZjh/pQABjLOwVS4RfFfUhwVmGS
foZOU/8AhdUS4NiP4bZdDdPNINimBBl1owHLEYrmNbn+lMBqPFExi0SECCKVIRJNMCEXoAan
MK7ZDFGNic/6UGocrogORZAmgxCxIZGz5XTnG6c0wAWnzIuQK3TAOg+HRX6D/V/hDGTsbtRA
RDAWA/wDCRJuzrVOTm6YUfFBqNXinAfinBccEBZkQKFWdqh0dLdbJjhRgEGNM+pCpbFMYuCG
QFWvQV91ORTJM7BZlBqNcIUYJhbNCirh/wCFUizhnxTXZCxByRY0eiMRc4ogMeGLol2IwKzN
qKtjiFQmLlHVerpjR7Kt7MFWgF3Tk0zQc1lYYpy7HC1FZurL1lWqz6HJVPoX/wDBiHIyVD/x
TE2xwTPXAFF+qiclHSXpU3QcOTRxVVZ8Qiwo9HsE0rixwTsBqzXOeYYCvy6U21EzL1owPu6k
XbbjhVyjKpl6xrL5kG865aINfBc1BkgRRUqOiv0K/Qr9J1WnD/FGjlEs1GquCIZzg6YHixTS
LEZYq7MKBCtWo5RJvHh+ZPGQIdiCCUNUmB8jqj0oDcpzzOzkphcf5IB3e5WD/atMRbHBEFgC
MEIgIuE3S5R+hXot0V/xXD6Feg0oFdqIGEmrVEiTcEzuTgmM3MrCy/e3BIeqjoBnkbj4UdMW
ibk2R5iBIuWp8qGvnOR/UgSKYDJZfYnBvigIxZ7ywQkSSmzwQawoFRHNfamTumvxXFcVVUqq
9Lf+AlyqlXAOK0xgZnDAImQjt5k3QImZAC8VYk5mrqkCQ+SBYgYEcfRQ5jHAE4J4TDk1KNQa
UqgM7pxGoNH/ABJ/sTmrJwKYOmdwOgsjKVAKkrTtg7krPYBGcZd21mq4X+4wYYMyBjKJbEhD
+729Lms41A9rQj3ExIi4sVdU6HxT/wDgLagBdPJ6XBKBEKn+eZPGN8AtIGkPUkp9yTnABRkQ
5Na5LOmCAejWR1RAA/n0kYiNRYCyBjKUOL0Qls+JLZF8ET3sJ8JD9K3ZTEIlqmBLgKEpka4H
TLydlEeH2Rvbel3errRPwZ1XxRM9iWyY21WI9lPhktwbbmZjQDH2VCe/MbEiSCJlkJjfjIZO
Pyp3eq5g4wGKkwoMEd5jGLFy3LJ/aVlkuCsn/h0/wwALhVFrJsAjhbinx4JpG9EASLMMQqEH
qyTAElrhACAcVBT92HuSEP2g/Eoa4RiBch7rnEnzAW5txMhuSHKCDUKUN+YhOUiREvb0U8N2
BezEIGh43VqWX2Kq3BIdgagciEQHYUcpwbfUnLtmUd/cgJzNIg1FPZkpeG8Rt/224KRfslAx
IIzFf4HD/Gkt51WowZCo6kdF8XwQ0ERGOJQc3rwdCIqM/wASe7YIagY1q9L+0jKIByKAzuRR
CoJehOCImBIesL19JNgyBDwIDGQL/dQbcjM4A8h+8tRBHk/NFcm5KAjZiVo1idHGqqA39p61
MafdkmJlA2ciilCExuRIaQBwK3IRaIhIgDgFpNON0KGpqygNmvh4yAkANV/WWnxO0Xi41ROm
Q9VP4fxO5sm7GyI3px3APTiG+ZaROJlgHVb/AMHS4ZEAgyFwP8Q0Q5aqoWBwTg2vVOQ4KIcA
nAFNIMWoeKJHMLuEGoDmndzmnDgE2sCmmDFzfD7qpXF2Qp1hAZ3KMQCeN/xJrkZMF2yRQsey
gN+EdWMo0KJ8Pvx7w+hPkL+rHUjCfKY3aoTeV1r2iYEUcI7ki5kS5N0SaA3AQhA4OWv8q3JE
UMmbqCecATninDhGMZSAkGICEZMRHHP+DKRsAVIgsAaLc3ZFwGAKqWTguM1UhVkE+oKswD1p
oyEjw/gsSHyXD6dvNX8SHeHRHEobkJDc2b6h+lctXv1oMHa6JwyfH4lqcGMvRJXJyyA7BRBQ
DPK3BGUg58yaPYFwQ4KYEQnKwwPxyQjMGL1GXvQkuYPxI/MtUaBUpg/FFi1bt+lMzNbii5Nc
DX5lQ0vmuYANXJ0SfSq+XxJmNLMoymxDsQbr+1MNe1KRIkKGLoGJcHHpJ83RVPgncAcU0iPJ
VBgWzKeMXHWnIAJwdGgEJnS47TI6eyMP1ISiDESLn1aJzKXCqIk7C9SiXNLIMS3A1TRJBIeq
Et2REBVvWKYRERg30SRdPIhxcIx24gnMldrlJ8iMjQnG67bDBqpjfAru5FtwYZ/ROgcv1hOL
BGEq7cqEfpXeeGOuJqYE8yMBHSWYg8FUuLssw1UQJHyrR4gODQSF4ha4HvIZxqye4NE8rHJE
E0wQ8PujvtkWEqyiB/0Zp/Cy14nbNJj4P+YtJGkgsQRVNbrTuqN1pxykoO7jJAgaeCYlgMP0
oaQwNiMUBIXyu6lLcAkRYkoaN2TZvT5U09nXONyKP8K1Th3RdmJRJxK/yVlIRDEOR1qG4XMJ
liPUmEARzkUZaYvpWklv59JUFrutmLAFiWv8SrncLZ2mZogkvmiBbNPifsWp3IyQM6su93I8
oPKhEUIVPoGRqWoEYC5u2C17gOiRdzkngHomYD/zTYHGyBx+tUwQ3oSaUcU4PPGkxx+gdzZp
nBFgBKxBshpGrN6sgx49S0+IiBJqbgoVqB17ZtMJ3vQP+ZVwTioHkTxkYtceiV+5DutVdcbP
7UVqidcB6caurV85VuooSiTHKUSXCGx/9jBxHs78Bz/HH/mL+42CN7YlaccB7cUxBpwVQBxy
Rq7qjA0qnhCUn4FBtpnxkbLT4jcaGEYru4RBGJlU/MidALo6SIQakYgP8yB1y6n+6hOILizm
iMTRroCRY4FEu6qetl4nYjeJEgeElA01NYqprwTOyJkeUVl1Lf3qHb2ts6QaV9FQgwkJSegQ
mYlrBvwpztyOFqLl2yIx4LljIaibhghPxD93E2OPqoRidOQTgtxTO5F3+gYxLCK7zHipbeJD
wJz9VT8NusNyLsJcPVWqbh7DBAGoywRjG2CePUXVTZR3IkmPpDNCcbSDjpoWITUhujzH3U8n
DUyTuuBWmXNtyvE2R3fDOYipge0PdRBBfFwuW+JuAgZC7hyUYyLGzf1IS2iABeJDxkPaijDa
A8N4u4B7Ez7KMN5wcDgfdQOpgMkDFyQf57K/YjLbiTzGdIke5JGe4YbW8bHbB0n3oI1jNjRz
cIHfmwGEafeTDbBPrS5imAArQALlFVZnuuKr9XRmhghEkCZ7J6kYypIYhOZBzeqJ1OOCmBzD
caNMgdS07YkAKFczdRuhDajESdxLtoapmRNSxo/wrc7wsN9owByHNJR3NuJOgEl6haTCJiDQ
WWnxENDHKiE9uUSZYUTOCcAK1RjHkGeSInPUI0GC5UTcm79J9Y2CkZXBtwQ1BwSxZaQBlxZQ
8b4QEb2zWYzAXNFybrSDzZdSJDuAiJE9a1QZ+Nk0sbKBJdx03/zQIuDgu58Ry7noTz99ETHK
bTwKusx5EJA2PkXe7BG3v3lHCS07g0kXox+JYUqQidraluAXIBohIQ7sZzp91CW7+5uRqD6I
Psru/ERE2DVRj3eoE3JLoaNqMTibn5pJmdBkxsqdDv0uZgeVAayaYBckDMZuB91NBoRxQBmT
khqkX/zReVBeqJBoMFpiaXc5onPELWJMc0DKRjmc/cQcgczAmkpIiRPdsTqNvYjFbESSduMd
II9Z1u+I8PI7e4+kEDtBDb3gDdiKH3tUUXJ5bOUQSa2KcRJArqQMoEjG4RY6Yg1LWBQjtbms
3Jl2ifoHVRwwf8qIJaIHNxRILxNgmdECoNwUZgft7rmLYeyoyjRjhT8KBcVQAs+Dpg/E2VAb
4rbr6I6aXxKez1quIo+aGx4oCe2aajcequ82OfaNWFwE8iOJRBLsgNkgynYOtPiZR1gXBGsI
RnETOEpmqEYyjGIowZNGT5sm8N4ae4erSPmTz2xtjCrp5SYZKteh0OhyQERKYcYYoDZjqODo
xlumDVAhco6g/HEoAnQgNYl/5p2vfJFmAF1SmDcVeqeRZkC1FEyiJAmoNVsy2zGUZCjF296K
ZxSrKAkNQEgWNFtQYAs5bjzLu5y0ShWMjYIbG5uxLEkycNVHa8NEzMST3hw92KfdB5q0GKaO
oDEkUQLlhgAtJiCOpaRENZmQaACDEumPQwOmbHTIUqj4bxOMtL8QmcacGTU6imKltSDm8DxR
JBjuRLTi60xlQUbJC5P86k8qDyoRFpEAAfiUY5Dp6kdIs9f9Sd6oyHLhxPxLuzvTEKtUp5SJ
kfrKodMcWCGgkHAu1U4kYzwIJWrWSCbmWK17+4ZYkPy+6jr2xDTSoBcIT2gBA1DIylKMYxuS
WXcw3BKfUqA+ZVBHkVKrki6ryjE2CkNuWrcLChe6cgykS51UQGxtGPGIVYEsaGXKhueM8TDZ
iMBVNtifiJ+tI93D5UYiEYDACp+dNCEpngHomj4eYezjSEZSgBw1AlHTtFsyQENYAONUBPcb
qXPuyIxADLa2tknTKOqtWYo6i5Jf/StraDuSDI+yDzalr3B+0Kao1ZvZU47IjQO8iQf/AONR
1bkjrkzPZygJDWcygYwEeICYWx6DwRVFxQJqE7MoTl2dTHyr+42QxLEtifW1KXh/FTl3cmEX
rpktbvShGIROLYoPUSojvbV5Dmjn7SNGOSc/ZZXd0GwqCht7hHewpxI9bpuZEZ2RcaScQVyz
LmgBqFSQrgBb4U05ya5QnsFiKyBxCLu8ciruwsbpgwGTV+ZCUZF60wp7KMRu2vggHMpmgBuv
D+GhOUZxiJbrYE+ggJT1Eh2EtQ+Jd94rdG3CPZjVyStO3KcmwiF/+v4WRe0tyyEYQhXAM3xT
RhECERjEM/xoHf3TEY6pavuod/M7ksWoFy7MWzlX8S0RlGLXEWYI7WxcOOXnkSozMe7gcdw1
+RE7+9KT3EQIj5k42hM5y5l+3AQAyAH0xub0NZiGD5Itsxd3JU9za24wJDkgV+ZGBpGYuiNJ
nE+lEaqLbkYmMYScE8PeTFUQex6eHSB51kF/bxjqD1PH2ENjek8gKTGXorVCokfKobG6DLcB
MduXD1ZrTZkAbk4KW2SRMB4lCHibZkc3xIT2patslwRgj9uSeIBAuENyJYBRnKQDgErtYOtE
Yg1fUblENprUoGrdd0MyzoxizWcpzIsbPZR0lswfzISLcEQSCXsLMgAzG7LsknPBd64lvDsi
7FSlOZkTUmy5QSTlUoSjtGMc58o+8h+7Da90aj800+8ZeImRUzPL8O3FAbcBEDABkzstW9ui
AGBNSpQ8LDvJYSl2flRM91hhGPKFujxJMhAAiIND76/Y2ow44/MuPRWmTInSN2AypP5UdJqL
xNJD4f4GkjUBgqBMnjQG6Y1BVB0Gv0mUYS5xLmicYrgod2BEwLy4hbUSBr1SlF8xyqek0gdL
BB+U0WqDscV3gFJGrYSQYvgQnBEdwi1PurnD5FVBJysyEC542V/rTM9PMqyckpg5BuSjRmxU
hqBMbNggXAOIe/zLnDCxo1FyRYCgq5XLAzJowcoGOyQTZwv3Xe9MPhQZ9PrGgRPiH3ScRyhA
7O1GBzaqvToechEC5JZd34aE/FbmW2OUf91GfidyPgtkWjGu57OrcU4ymZ6ZEPJ3Z/aWmIMj
gAHkUd3xevaALCLMT8yMfDw0khjK5PvJyV/n0OOhpUPrCkh8SEZfv7Pr+nEe1/1E46LoxhRu
1M9kISfk43JTA0z6KWTqnlX2KlSqpwuHTl0OoeKhUx5ZDMFRArIpiasXKj4fZkxeQ1W7Z9Fa
9497M1kTxUu6AaV3UdvePebMqVvFGBeUJiheiLBxdzihuRDHBv1Ia5GRAsD91OJaeu5Q0kmj
k4v6qtKzWXrHEmwVWc2AqhS9GFEdyXLGQcA0KPdAmUjc5oRG3Ie1IMEd3xkhuE2iM39JA9zC
lHIReUIkXEWP4URsbJnI2MqfdWqG2NuMqmZj+ZRjIvKxIzTNXFW8qPezD304/KhHw+3oibzn
l7O2jveO3juB3IkdEPlR8P8A/V7XKKHdI07cfahH/mLX4ncO/um5NIj3NtS39yGqU7gFo+9y
qJhtDalDszgWkPiTboO9tf8AVj2x/wDl20JQrE26QqFvoOnZwUNqBoe0UI7Q/aBri/vJyOpN
knNlavSVbodnXXiuCsnTLgjE2UWwClI2iHUJkPzPXJCLkE/am9IYnNHWHGfFEf7mwTQG49pN
LmErKYgXEsDcFFsKkVTWCBA48Vc9l7I6jXBAxq96IaAWJqWoPiUTuyMwBYmi0GEIkY0X+4Jy
GAqjDw+0HwJLlNCO6QcANMEO9A23xkXJQ73cMiLtQKMIggRC1SYAVcrRsxO/uZQt8Uk8pjw0
DhEc3xTWubU7U51P3l3H/wBdtne3rCYpEIT/APt90luxtv8AtIR2wIxAoI0HQMFSxxVVQAKi
ojDegRH0ZBAwIkDkqqnQZHBBmiDZ6FaQCZPzmzqgYYBf5KrA5pmom6L9F03mWfQFxRY+RMfO
qeZZOpNsy3SLacURHZO3tm8Rf4lAdxoDgCR7UpI7e6NG9ChUdR1wia+t7qG/4ciUJXbA+qiJ
xrW4RnAtH1WTN51yiwuMfZWm5VQ0siFYZeX1VyueF0N3xNImoh+pDY8L4ePdigJp8q/e3e7j
gIlwPkWrc8RIy9kN+JV1TGIJX7e1EHNnP3k2CAiAZiyfdmA+CP8AbbQ02G5MsPlQn4ndlOQq
YgtD3dKMogQGJsu78NE70/W9ELX4ychAhxCNAEIQiBEXZnPvSRhOIlGVK8V+yTv7BvCR5oD/
ANlaol8wbg+1FZoN0inkWSaYBHFCfhdwwIuDigJPrFwengE2os9afhkq36O7nEymQ4Fgj/bb
NMwNSfaMhEGpkwH3kO93tuPw6iv3dzvBlpEU2oOqWzVqpym6C1Rkq8pyKquCvVM9CnWRREpE
aaiQNiE4N6Oqmouu63SY7O5yt6Il6K1xDwxOKEMSckABUVkcgpRMiQKACyMoUAopEDrINlbB
v6kRGDyN5UKBIobgYIcFbyLVHzLIjoeu5OwhGpf2lzAeGjKris0ZyB3ty+qZdFgIjzBHb2Qd
7dwA7HzIu4gDYUgEDuAGdzkmBcYdF058i1ANI4p5eZAX/g6XQALReozT9Go825Lsi/zLVuky
Idh6vsrfMeVx2rj5UYicoZxjRCcN2Zl15+ypQlpnIhhK0gpTO4eb+eVR3JGooR+pOEWqmdiL
g0PQQPIiJB0+1uFvUlUIR34nbOEhzQPxLVEuDkuKr5kZyLCP2+qhAPKW47gWQiwc4KEj/wAw
UNreso6wTF6tT7yhtQnKYIcGVTp9XWpb2ERY8EZAsd8lvdQzFiqh3oXwRpbzLshW6OVxqpTB
MakY4pyQAMStGyDvbuUKh/bmn8TPu4v/ALcKfNuLTCIAzxTmyMNt97dHoxqB780YEkj/AKe3
SA9/cQl4g6iKiESw+JGIAiAKUwTN5VpFCmAaq5qlOaAYIk14lUWqVsxgniQeI6a/RqFWuSdf
tNKUqPl7yMp1L2FlqqInE2ZdztipucypjeqBgv8A9cMBQgl1KMnfDEfKnka4Ndf2+4eXcDh/
WC4dA1B2sck4/d28fXA//wBFyFjiDQ/Ki9UzeVcEZ7R0F7eifeihHejpPrCsSpTiQYgXUPDw
YxBrpz9ZCMQZGNATb4dK1TGmAuUNAfu2MeodpA0zZGMi526NwR2wWjINLqXdRI7va5YjAstZ
DA2JQuxqf6lyu+PFdn7Pl6OKeZEQLkox8JtHdLsZWgPiR/vN0zEvQidMR7KbagIjgqUGKMYy
72YtCP5pJtyekE02NusiP/cmn3Ghtn/li/8A3N1GO3EQAwFAEQGL3dXYGwTnDFa2OnEoOS5w
GITEXo5TYJrlVsUYs4OBR3NsPAmoGS1DygoL7fpyq1CjtRBkxMQMT7q73xLOaiH6lGIGkGjC
wCJFRnipgPV6j8yFSBbiVpmKA3ojTqQnAnXAvHgm3GG/EcwGPtoD60asvsQlIEbmEhSQR1Dv
4PQgNMe9FBpVPomhCAuMU6GoOckTEHbNaxo6JBBLFtWaEph8xg6ADBGJCE9qkZl82PqrcImG
EeaOY9lTMQSdJ0gCr+6ojegREnVIkUIQgYOAGDo90WD1F3Hq8yMNsNEUPWvrRj4kiBwJsm2Y
HT/1JUHwxRlvzlu+yaR+VCMYiIGAVMbrnOqRtEJpSO3tm0Y3QkR3O2TWR7cgj3Uestf3pK6O
q/mZNAVzxRkOV8Tkg7yljqstBtwTNgz9Fa5dNegz2KSd2FijDchpnC4OK4/Q6+kjMELUz93I
l+orvBUSDpybWRo4ZEsGqHVS2HBEirZMsxlZ/eXKG4KO5qrGrYSHpQUd7b5oTDhXfPNBqOnl
V8EWsU7NLGQpJaoyG9D1TSXwrQeTcA7EqH4VS+ObqcSNRARkKEFAy6mR1Fcc0TGs4h24Ibtg
eWYCfJUFMMExob3U925AoOKlJwXLkcSrYNjdHVzTNpSqu43xpAoCn+tN25ZR/NJGOtot2Y0D
+8tUKRFNR7KhOMe93G5pEOx9iKqTFjY0TCuARmI6QDc3dat6TveIRkIB8PIsnsqoYrTu8gPZ
kewfZT+VldiuGY6LuVm/Rkc8UKv9ItdSie0LqYsNUgLruZdYJ/CnPkRib4IbcIuCHKMZT0g4
ZfKnDyli6NOvgU+BuqYGhQ2N2GuOBeo91CWzuNuYi0gV+6NUfXj+lAxk/FMbpx5kyA3QJHDM
e7JADc7zYHoy7Y93cRltliS2VETG9yUTMGzhObGxzTguOKMZUwdEQizFy2a0gsRQjF1+6WbG
6G5C1Qh4cHjLNM5AxJV8P5l0aJSfdFY6cPfkp7MiTtjst/8AIhGEjKOERW//AFFGW/UxqwNH
9pAQiIjIBkAUZzLxIYR61SABBcHpOJxTquJV6Bd2S8QfrHpLuN6pflmBykf/ACLlDoWGaAjc
/UnkqD+FuQkfIVKtDJ24FGUCNSjGV43QlcGpUS1SEwYDqsiLjN2VfJimkbYImxVSQ2BoniSG
scfmQh4g94GviGUdzYlpJ5hIfoTeJA0Ow3I/nWqMgRmEdJY8c0Q4pxutRI6hgpMA0bHj7qjp
oHqcVW5ozMExlXALM3CJq4wXdwBjukseA9ZCYrgSjvQd43AUtkf7UeYvgpyJxIfgE5s912o2
zRc6dsikYdo/EjEyMNmRsazKAlyRA+I+0mA/bJYn9SEhUGy/zQqnJQGPQz9XQzUT2R29s8CU
QDXF/vIQIOkntG+pDY3SxiHjP14oR2wWOITlAfw+9ahDrb3ojknESJKJDXcqtsStJsbKEwLO
D+JCjG9UXqUZOzGvl9VU86A1GtwBf2FIaCTYA0I+FGUTTEFOxi1AR+ZEbgEtqfbcsX9ha9si
cTkXQls/tnEXifhWqZERYn0SFpjzcShovaiEXrd+tGIvYFRc1GaBctgUwN0BifsVQAwyquW5
FXWidQQxClt+HgIymGJxb3k5DC5Ug1AcT0Ce1EiMrTniPS0RWo825j/SizADzouBKJvHAhPs
nXsyvAmsfdTioTdDlME3RZDbgefcBBMTZGIBID8VXHErRAa9w2ABotW7yG8Sbrud2J1wtNqT
H8JpUyPSW7UahQ3JS1CJMGOFeVEs+KB+pA3ApTBa2dmUpsS1ScFrj1Ig8z5LUS1bZoSBsXCA
ke73haZxQE5CYOIII+VAghz8vxr999s4mNY/Iv2N+W3ElniH+6oiO7LfL8x0fh0rU0ztyzBY
JgWfAoAmmaLC4WfEIE+QrS7Uo6va6aNSqmuWKc9k0bFFjQhVLNdkcSLcFrHMRwVsXsu43exI
0ORWmRpgcx0M10LsTUJ4kMaqosqKqorqiMnbcI5ApT3CZiRqqAgkULVQ1aoxNgBUoTkH3QrW
X2Kv8FjVZx+sJ+iUtoM4Osfmiu7kWnCiIuBjkqBgS54rc2cSCyMZWsck0CGuQAuagNCf1LRI
P12+FEvWJ7IXKBWr4p3vcKpsnN+tfuThCzkmvwwimhCe81GDRCMI7Z2eMxq+HSte3KExiIUk
Pgkv3NuUSbk0QjKegmz2+aK1xkCCaN+pARuSxCL4iyMiWBwCc0QN1ShxTOJTHaGPwrVAuw5g
zMmFTl/qV6FWHnxTkO1l3W5SY7JxRjIWQcdS0gOcghrNhUn8KIgTMxNAP1L9uMItgQ6DyABu
wVZl8A6iNw+XBkN3bY5ppgbY2iRBrn3lpAMjhj7qE5QE9wVLjlifaQLNI3P6U+Cpbpb+IYmx
oQu9gCNuUiYnAoAMJDtZoF6miZ7o721XbJqHF/dWrO6JkamwH5pIRApEfzzJyaHOqYVOJRAu
nFHzWrckQ1gycxBIuTzVQZoAGwDP8qDyLH+e0qE0yKES0w9RICQZapbAhuxFRGgTbO/KGkuQ
FpluaiCzs3uoweuIVHdMR5QuCYFkN7w5fEjipz8R252CqOUrlDk18iuF6qEnYvhkibzjY4pi
HkKFapBgcMUIxLbJoWzRBtg105cjFj+VGjZHNAhyECD1DBHw4B76FCR6p9VCBFZWHBCUwBKW
OLLTEWt/UtRyZkGp9Gv8IAExbJd3PtC3H2lKMogyjWKIjGxIHEe0gZbbA4Id5ttHEi6baOsy
9E0ZEUiHoBdPJahyxFicU7HrKdtRN1EiBAN07s2aYgVqCyPKwR0i1gK1WnhZkKAMbWdamatA
M1LeJ0bkhyBrkomZYirtdScXsf0qO6C5jcE9oISie2PN7yvRqsqlahb/ACVbFGxGCMmqEdqW
AorYJjdZtkhN6gYY+zNDdVSpQgW1V8qlHcgRx9E+6iY1zCeXauQAqGmS0gADEonaBnuTGmIa
gPrrv/EDVvblSbphfNZnFN9Diq9Ffpum83QxDnNCBPMzld7skxmXM8m9lNuwENzbeOhnJ0+q
iNuHd7ZNm5lqESIuwJQIcl2QMxqkT1j4kYij5WVRp2zcMhIhiMUYBicSVp2hTFqj3lqDGtQb
rTIMcFqDEGwtVOP/AEQer8FFwxegKjtyJeAvgtLEsKFESi8sOC3dzckdGgtgxXdyPJKgy9mS
I1DViQrdat1FBsLIOnIvSqM8DZs1cW+v1k5xTCvFcoB1BiTxWmNdo4kZoiLVsn7UOFVtS2wJ
B+YadQI9VSkBtw3JRoCwIkiTXMCiGbUCaA0wxJs3sp2Etw3kU0bhcel+iir/AAXdGquHWkWz
TkozzOkfmkpnbfXMMDGre0mhHVnM0ARlukTlHzIgAjIYBaQHlYdajro5YGyLjmF8Qy5TbJNC
WnNFpPgeL+ojHC7kogCoDE391OS4FqpiLYG6qzZf6VQnMG4QkbxDrUQSCUWFQojGX2I+DhJp
Si8yLiKE7mGIuoF+ccv+pOcrFNRiKIOaoF3TN18U1GXZF2VTTNPU8ERIMQeU4n2UJbtojTDK
nsrmIAGJomBcFaZxHJZCUIE7ZB1cEWsPIVGDNrIFa3UYAUgGfqXLY0dNiuPSwt0Z/wAEphfN
Uo+K5nLriu7kQZM4g9VDZjNpzJMgPRioeDhJ5bxYEXjD05yWnbJlGIvavrJydRxHFGbPL1eC
rEKBaoofyoGUmDMfJ2UQDXOwRk54JtLZnA+qmAxxo65Q/XmtJYBA9ofZ7ycs+IH9SYC1MgAh
MSIajDsl1ShOK4ilFu+J3QAYAiDm7Ke5Ml9w0o9PVRO7D9zeizEWBHqqWzIvUgYJrn1kXTEP
mjngqDCyrbgrG6cEJ2qcECasxP8AShLbFCKhGAMiCNTOmJJ2xeJVAtyFzKJDeRSg1zcVo6j4
rdaEYlyTdvZUxsRozO67ndJlGVn9GSConVEfoU+hVcDZNG6YJsskDK4sjKRAEbko7HguedjM
2Huqe/vnXuH0pVU9+RtQA/lU/E7k3lMMA3ZihCMQdw5Yt7K16S07Xp7kUAJMZZh1zEAjHH3l
La26tijEFyLZJyGIwTmhzOScHUUXu65qHAP95ORTMhA3BrmAiXYZXomFDjSqIkK4J4ATgCag
poQpRyhtbNNPaD0KhvTIAjKseHrJ3QjECMzzAi5PqyQhIVFEzsepMTwdEVpROzgCjXQkLHFW
x4IxIZqVzTl6Kj0o+K0TLRnZ/WQ3MY0J60dmEgYQLkx/UszmpRFZEMF/c+JachVjYLu4U2RY
C6EgTHaj2vaK7sdmZ5CL+yoRkSZAByc1VMnNugfTotPnWjGzp8XqnxUnPZDlSjGWjZFGzQOp
5E1IWiJIe6IkaBigBjco7m7OQMcY15fdkmgSRdpZJvSAqMPhRcugcDdsERF2NkYCpJdyrOMK
o+iMM070FinFRnigQWOX+pEgl3vh8qc1OHkXKREG6aBrnmU2ZJOVe0tMA5OWSbcNBgLfEgA0
Qog8z4rZ3TKhp5UfEbNJXmMx7KrcoAl3uVquxsreRaWoFbF13kabsRzxz9pUpm6oOtawOyb4
I+H2RzGk5D1Vp2hzyrOZWjbr6xRnI1jgjEFoWZMBwUeI1ElCe4xEyb4eonvl0dab+BRDLJEX
RBvei1TITQOiOb1PurmJjtjCo+ZEOEQTpyCEIAPd8VGcgdci8yeHZ0phgnlayJFszZGcXIJx
K1Xk1hmmzwQBzuiBSv8ApTCpxZc2VQ9fdVQz9kfqVWAxwsjeosasPZTxp9bosHeirQ4gp2vR
wgaMULV86Yl09AybyOhKXMxcdarUH7EN7bc7cncD0UL8MkwxWqRoKkoTJ1OsM7oTqIksQMkP
E7QBBuPzIRBYksF/bbJbGUr09JGMeyGeS7sFoimmOPtIFqm60QGrAo6mAzJCM9/ciBhYruNq
psZGgKjvSH7cDQ4H3UFwTfwLouU2oB1qJqbBAzLmRpm3raEduA1F2AFQ3rSQnuzzYYfKmGNK
KrF7D9SeWFP6VGEQSZnSMTU+qobMbQiA+ZTrhmqVjkiLZcUTEuHq5Tg3sQixAIzyRLsSKrKl
DwTFmuEKVNzRGJricEBibZKtEwIyPBHVZcpqhqLfYqFyMVympuiEHxo6vZA34IwmHjIMQiA8
omsE8oERNiyJiC5o/wDqUR2qsVbFkYSwNKcV3c6yhQg2ZE7VDK/s+1BCD2vLErRA1P8APMtU
i5NRkuOKO5EAkCjlqomZvhYLTImVOUAolyDGoAz9pCO5TaAYRiwFEZQBDXBVOh/o3V6oF63K
Ii7FDSbh+pEzJg1YuPvLTsuSbzufhVucXJ/UjS1BV1zHU5tZAjlGSZ2bNS3pRfuYuCTaR7Kr
QIgFwV1WATYi5KIBoKUp7yLUOP5U0jeyjIMTiUGQdmeh/KiwBNqoPcXdPiqluLMmdzkjJ2xf
FFy4f+dSiXpmFGINDUgoDM3CqXByVK3KxJCpcrTVNbigCGAR2waCp61KgE3cBMBUUcL/ANEf
FbQrHtAfiQMnadJDB0TIkjcufVC7vbpE1e5QN2o5zVWfoEosdqNTHF1Ge/yjCOKBAEALl1KG
y0jJ4kipCEsAaqZAarOMVbpr0URVGfijGLGT4FaXGbGhTuBKXkPuwQlux1EUAftJ5DTDJ3Le
imdm4LTZ+P5VogHqxTEcwuqli6EhV7hHcIaW6SXNyB2Uw86ceVE2N05sbpwHGDpzUm6JMaYF
aNwU8zJw7etggwJGdEMHwRLY44qxHBDUWb0QmEafYjmnAclEGiLHlhQFCpAJp1p4nmFCDmiJ
dXBEBGtMk4qclYgZq1MCtyciKFusrQbgOnGJorFEbgGqIbch+da4BtqZoyECWlAMXNW9FDaI
cvdO3TQJ36giIASkbiVmRgQNGBCAsAajNSixBd3wKz6H6eCvVERIx6lzOYyuV3hAkfRkLn50
YRiNzcNAR/yz7K7zeJlI1aX3VWwK1PfyrlDg4jh6qcyMXuyY1OZQYVIoDVCJZyWJ4rb2o2hE
AJsMU2GCbzrADFlWr2RAq1/InIciwutQFcWQ2pWxdVoTWoor28qIJYfWsGOKuHdZsnYVth8S
ZrYhEgs4UpSxOKkWuHHkUZmu3uHTMi3vJwHBFDgiQCfsTYlWr0T01LFzw9lSJq5xW4SMw/3V
GIkCZOS/FXNnUtyBPdksRgz+kmiQY3B60eGChoDjEtQKn1rTGuZT4CycqiLjrdAxGgPVapcw
GH6lpgGHDpr0Ek0COjC5yCI2rOz5oHdlqBdy7j5VGUtMdIqc/akpbPhHjA0fD4Vq3KydO9ME
4PF1pA0xWsHmqA9g/sog6TIYh08RizCv3UZFhgrviChCR59ss+YRe2KBwxNiiCXTHFWtRGpD
WC4Z2QDUKO5t3F2TSNRgUJEl8Ez4VBH4VQ1xdCjOnP8AxVA3Wi91J64BRwNyEIkYVU9ojlfl
8vZUPCeJYRIbbmcD6k0RLFUrkUZYD60MPtW5EVkQW4o63BAJKMieUmoUIxDvQAWZYW0+RTBo
XLFd0RSNnVKGVwjCYo91GEQWavUi5clarZBCLufSIt7q4C/FMBbFPmq9FFqkqqilubshHbhf
j7EURH9vwsSwFjMKMQOzQEUIWvekIDPP2dKMNuRh4cWPrfKmBbTfisxiEHNMitMOyDc2TdoI
C8Ra7o0DXcp40wuuYhzhZClAnf8Aa3KF0NBcEO6NGIuEaeUquFnVAiQx6lepTSsLGyoWi1it
UBW5OBWoCrVQcMAjKIYZLmp/PqrF8VUUBLpyOp1CEcyS3BRAH8hULhQ34nSXaS1AORbr9Zf2
28f39oUPrRTmzWVSuWo86qFMjGlLsgAGOWK7zdIBk7ai34l243fBSPE/au8BucQhKbct+KpU
jssjOThu0Tkn2qxNTNCMSScFlmtEMUHVeiic36Tu7kmAtmfZ0obniBo8PGu3AD/+xAQ5Q1hR
apl9w2gLlGe6T3cTygUAb0YxQEa5DJBixx4pz6PnRIBEQgIucC4ZNKhFgPzJgdJwOK1E2Z3T
kgxzsgxrwWI+v4U+BwXdxoY45hSLNuRuMES9RcYoBqsjLEhGIv50Q9bWVRpyF/urUeoURAoM
BdOLEOUT1WRFCMCql3TYvWjUVHJ4IAlEi0QwRJLaQ3nQAFcCpwxaj5+ipbUwxBZDxGyWMS9P
vqG/tm9DHIouObgiU4L5qMIkRFyTX3UJT554n+lNuRE4C7rsR7Wn4VKWDlwERfgtEgRH+eZC
cbAXXdksQagYruZEmE6RD2K1HtSsV9ozQkRU/Uqi3QydOnI6kQS+43LDEr+58UTGDvCGHsy0
oaqCzYfCjs7BE96xOESu83pEgm60gAAZLJqkoEswwRhE2oVzA1qADdBiYvxsjGub3RcOMCa/
MgZGl80GYGVQAq0Avg5QDfXRATIixqUJQDOGNbrvRhYomA0SuWRftCi0ku+CBN7IRA1TNhc/
dR398scIqts0TiLBASHUSgwAzxRIugCKi6JAuWWQyF0dI8oXINL3JWmPlVaIhqom43C4FveT
iPkCEZFtmdJDAE+mjLbLgihRer3KowgLhNC9nRMnZGESBuTsOCv9SlA1BJuiXpkUSGdf28iI
k0BRjMUwOftalAwiZCBeeQHtKnkCeRdsEMGXDL6FLBd3tDvN6VgMF/d+NJnOReMDUD2pIzkR
GAFSaBgj4fwRaAodzGSG5vVEjR8VyMQLAoUcipTzNRcXWjbLE3f8KhOjTD0r+JcweOByQ1Vf
gHVzTBF7DOl0GNrEj9KLh5xsb/eRjIgkGgCdiGwzQFrVOCGokk2uQhCcQYzoHr91Hd2JaZ30
4fMjqBhuQvxWuPxIbO2H3G8g9pd/vkz3SHATmxwsiT5QnifIMFxFlQVNOB+JECyINrFM/ZsL
J+0crfeRHZPBXcFO9QhK4OCfJd7jCvkKAkX4Yok/XRd3DcI28NQc/CoTnuyMDLmibEISiWEg
4Aoq1IzyRlMgCIdSmSGwHD1VfD6lKYzP2rRIimdD8qANdScOAbG7rRuQE5xDAI90C+5dAEOB
iiDnRD6J8L4Ma96Vz6qO5vHX4iVyagIz3pMAKDGXurTF47Qttxf7yPiJNS4KjtAgkhm4haTZ
lIRspAUrUp5VMmJN1OUaHa5j1ekjppnLB/iWqhIscUSHJNeplAmk5XGXtIPSP8+igAwBscUZ
AuRj+JM+FnxT+cG3yp8bOKharnBDw06bkew+IC/uYBy3NH8yMo4lq2Xe7BEpy7QPadNuF5ZZ
LvJkCRsHcrTEMMSjUF6OgHYo14hA4YlcxDSyVTXMqjrmws6Z7WTBuJVSuUvqupbcrTDFT2tw
MIkihw9FEYjjgruhqqHUIiwAHmRbzoxB5Bd0SA4v/MlY2fD5VLVZz9q1isSWZCYoJDyspN6N
GxcrUzHapOLXh6UkN3bOrWAYnIFY1qRiqD6BJR2NigsZ/lguUPuS7U7lNtkd9Kwll62lGe9M
zPHD3VIblCYvEj8CIILVpwRILAGyu0TYs7qcoHAuBmjOdzZR81L/ADKezIHTMMY4kFS2zE0l
RCAsWXKKZ4v7yBIBknIJFaIyBOfBFuYHyfMjmCKX+8qElsE3ZAu5Co5GJWuJ0yiaZ+8tR7YG
mYP4l/cxfupGsbke6uQaYNzkYhEdvcyOftIzkSxoSEYxF04DZ4IRONHXGKe/UrVwZc98FWgG
CqKYKgPmT24IEhm6M1EwIqOccUCTU4HFcr0v/pQkKA1cUQEqNQOqUApxTO5apJRAusM7YqRA
cOatxRiwJu90fDbhABLRzWkWxKG9sxE9yNSB6UfSjJDadtndPI4rE/8ATTs0hdlX6GmJbbtI
5+6tue1Lup7cgQRVx6WpHY8Jt6p47sqbcP8A5Fubu7unf8WQ+o2f1dqCcxbhijgOrJHbvIUf
JHUagmq0BtIvKzKUNx5ifFj7ykIkMDTFwgCeLLb1HTEl9RxRJAEsChKTS8iJZgcLfEiWcCiY
PSwTWa90HFTVibN6Sen8+ynixcogig+v3VqNj/PZRG3EktYAt8ynsb1BKwtULuzHWJUEGd13
OwB3xFo2i/oo7viASZ1AP5kBEUKBa2KYedc1SM05F7JyaZKgD3CePMSWdByxepa5QJrxQoiH
fqWXRKR7TcqMjV6k8UARQ5j7qLjqZMKPQdXtLTSmL/eTA1GJ4eiqlycMExNMGsrcFuRly6Sa
Z19FaRQI7224mKg4souf3I0k2PvLQD1yewWu5BDBm/7kUHqc03TpB61kBYIDAYLVatEdVQcE
QQDMmpOXqrb3WMvCSkNWntD10ZbMn2Jl4kUeJRq1bJgKIHtS/wAgtJDyFuCEtypHZUJgVzQ3
I1oHGSry0snJ0iIpitMA0Tw+8pGVRgtQLB6fmTyzYFDD2kTdg7BWLP1LzswUTEtOQclrOo7+
zJpXIBrrHaWvaGrxO6Li2zBd5P8Ad3LmUsyn3SA9AF3hPuxFAAq9koEUQbNqYqpYjE4I8DQL
SKznQBRMqE3Qj/6J28yze6eiZqpyesobZLPY3p6yePzYFAmhxc0TM/lZE4ZUXZcdeBRjAkh2
sz/CsjkqjgV2TmpxtHUXF8VqDMUdRcnzV7KErxkeZrIaC7gdTFBw4an+lPgU4TG6DXR44oPV
UuhqocsFdabk8FujcI0kcox1e2jqDCBYgj8qBjEGJo4wb2UDMsTYcFohAFvMtURpOJsjE1Y3
IQAADXCMSNOmlKotzE5VZSMgwsEzvWrp3ei1Co/n1kXqWvZAGn+aI81PuoAXOEcCo+I8TMRk
A4gUdnwx0ghtQohq5nNXxKOzEaNUni+PsqW7uERiBfEn1Yo+J3o6dkf7YOKL0AwVLf5ohAmy
0beFT+lGUzYP/Sv7mdQLA/l1LiVKMm5hy9aMTQi7IVcmyB+pX60SMF+5U4NghG5jYFHUdJyB
sPaXKX03q/3kDYi+H4kXLUsAgMcxcFGRcghr4+6mHKAfOVcWUy1ZEyACiZG4t1ekhwq6kJtL
VSzIx3JHUDyEHBGMr5nL1k8gzWTJ2utO6QBKsCUCS7ql1QrNPQnBCcqRNpJgSXPlRG+KGOmJ
/Ut0iuttHD3k0qNQnqQADjHB1Wy1OFIyLxuw/LFGO2NEHct2iPakiZEkvdXEc2/MiHqmtI2y
RhJyT5UaWzTfWmucScEd2UNe8/ITWIb2UZbsgcIi0YhCDOTln6qAbVIDmeyrUitkD4guNi20
KP7e4tIoGoAnN2XNZVLBOAScAnFsTZR2tsUe96oQaoujqoEZM+56AIo3rJzXNfYmunlbgiIh
gapwCSfL+JMQ0jgM1QnrxCcF+KYAMaE/pRZniKDFM1ZHirsLvijLB7hWwzUt1h3kA4KlqDNR
lQM9kDLmJzUZRoBQhUHUekgo7Uh2H09SHgt+VYj9uZx/9vUgqXzC4IjbqcQtG4Ozmhp5gbNU
/EnlU5YIg2wCcjrX2JnDpiQCTR8UZRrmePuovjiicbUREfOyBkAB94+8gRi6EhV7E4J3A48E
S7gCwWmgJqWyTPbzoACgqaJznYWCoeYCpUozcgBw2C1bFJVqeK25zLmQc9awf/JOWsyINkXo
cAckREuTQMu8PalZz95Vubi6AD5IDHFVpwCYJzhdEDsxx4o4Pcp8M0xFDiKrlY8SE8qHDT+Z
A1wvimeuLoiXKzs3pIl2IwWoF61A/F0MaDNbhL9wBWXtH0dSFzA2P5UIwcjFACuZs/0DhmVL
cgOaOAqSPSQMTolEuMwQnkQN/bpMZ+2jpDnFaSCDgtchzDHBftgk2JwRapzKfzoADyrIJqkF
GRalQEZSN7Ik1e+aIIDdWKJaw+1BrDyIuKZYKgYir3CPrHALSwJ40QOb8v8AUnBD4hOaHEql
hc2+8rE8LJpYnhT4pIy23bHT+ZA1681tV9FOMFWvAJ3p/OlDGUrVRP8Ay4l3Nn9lGLMOGDLM
jyLIqtigwTrUDdEB2dHBh9Spj50CTbH9KIF8ARggCKYtX8SYBntipHcnpIBIJxI9dUaho905
vw/qRoxxLrtYOu6hYFpngu522MMQMVplGkqCJRkC+2b0TrMdLkURJDRjVhij43ZAG3JtcQLe
2oGRMYTIjJ6ARJ7aBgQYkO4xTTIDYphyQeh4JhfEprFcFTorgjBmI/nlTGnC6s+SckeZlzl4
2Bv8qDFgOp1Qv1ppeYUTkuWcfpQkXtVNKnFM4J6vzJpLS7gZIRsM3+6nqQfIjK5NwiNqPKLk
0Af2pKEDeEQPMiWLFOQcnUons3AzIWrciYxJoBkh3YEQGBDYFddkALBM51KptZAGlLBZMjGJ
cIl3kcf6UbOLE0+VMQxOd0zWQk9qJjbNXoM0zl+vBERDt5VU+QpgGH1L0bMjtRDOeYtd/R1L
SxFXYpyOodFLdLmwQakRgtIoOCltziJagRpOKmN7bO3tQ/25iyh4YTJG3HSZngp+GhEzb/m3
Dj1kIyDCNAqWXUuKc2TgsAi5OgGgWuHbjiuYUfKj/CshiCmNMmTguBh/pTkgZUugCGQAt1pi
bYoaTbBN61LOi3WCEaueOBVCP+C5iSLAiq5TaxsjPe23hEAx1ChKaIAGDIi1LqsqOpBy9WyQ
B9G6D06j+laSeQ1LpoF4kAjh6yPMBIENxQY1OAV1djFaCRzJos+JR3bxB0vxRLPmyBMCAarT
9VynywRdwckQG6kIsK3OKaEgJA3stRDnMmrpyGfCysbZn5lJyWcgRCJkOY3P0HTphjZAC5sF
rl5AhOQsmFF/YeDOrc3KSI4+ioQAHeSD7ksZSTtwQETbFacUATXNaSQ4oU8uzcP+FBpEg4ZI
20WIOZXebVYyqRk6A/8AOizGJqmBpibJjVrImTDrFUwDGlQnrqzWuVTh/Si5dsrIg/UtbgcA
VyijuDY+6nYucEN3floi/KIs5+ZCItEMPIiMV10oiDclMMaVQiBe54oAjmB8isGF1YE4ALVG
5V2LeZDAJyXGKlvSFTSIU5lgBYJha5BoEGHZsUSAHyQZq+T3opiBxT6aqG3MiAJrIB2UqnlJ
AOaJA09eKckAijXdMHcWdW43Ups51HydNOiiMbjEJhQAUWo34psEwtmu52u1ngEd1jLdnecs
PZgrUVlS4qgXbitEZNPJ1qIfPNaCHOZWqQoSjgHeJCO3IF2oRf3UYyBDdlxgq1PBabCNgjXH
zIAMDbFaiATkmx4fmTCgtRcxIJrknFmxumBoM6omx4IRjiQBRiowFogVQx4oqh/4p8yuAwQE
hdFiwCZqZoEYrlo1wjQvcoxN41fFCLu9SoC0CKshGBfTRk0g5fFA0JKLuDwugXatxmtNxjgV
rA5RfrKve6I29Rgbau17SLGp6yiZGh4YrTYDL+pX4WKJFCS/Sz/Qa/BMEw8pR24DyoE1kblM
uCIJpigZyaBoHUtmDTngRYOhuajriXcfmUd1m1Bz+ZHehMR0lgAxKOsvuR7eHxaUABcODxQe
QfJCcI6tzbqGy9pMSbs3ZYo2oVwxRIxwCcigzofiTx9K5wRBk5NyiANUrghHWAwWoH7E1jgo
RIJjE6pHCiAzNkAi93oqVXUiDQYIVtcpo2wxWrEUa10A1TgiBTiKumDOhnkiCAD9S0xwDda1
AFnrJVDl6NYJsQEDjimYEmpCqLoiJYNZaYR1SAenqjtIkgjCodcpc4o6g5wZEtQWzC7Qtn93
6TYrinKYY4o54Jyb1VShigKB0+6XMQ3Whs75A23IgcpHs6lOG6Tqdxx9qKHiJx1NUR/UjGIY
EM2RU4CMiIlhKILI99HSZDlJv8UUH+v8q1G4QMQ5NBDNSnENGdQBhL0ooBm96iIZw1VQMUIn
zXRiDQtXinA6yg0XIoS/5UX/AJ+FM9XsiSCBcEn9KlvEuOyCyAvx6DSuaLLUPK6qaC6EY0El
giS7p2v/AJqpcZhM1TYCvxLVhdkZZ1CABq9l6xFuCYhWfAYIvdDXZ8P1LULYKQlETEgQQcj6
qeJ0yzHHtIkChondhZ0ADaxVC/BYefH6BALkINbFPihiMegylRGPoDFcQhmmxNutGROk1LrV
IlhRgtWKj3kdW5s0D+kPamuzogAxiKWQPozscH91DLEJ43xRdkf5cp6AYA3R2t1hMVjLEFSj
MF7HggQGCGAxOBXKKG/BAP5cmRiaRuTxXEY4rX/lZFi5wKFXFiAoPGkhqfrTjBFF8UWCJd0B
c45KhTC5ywTBwTfNPIsOK0wIPH+mSE3IimFswg4dagmufMhuAO9KfmQ1BgM81pFCtJFUQcBZ
CW3SWITSoMc0YjGxdEEAn+fRWmQqKUb7yIZWwax6CgImq0vU2fNf8U7gAK7ArIAXWmNIRtxR
Ll1qkWHFCTvhSykZkwEag4ppSeEaAFNEuOCL3X9nvMNf+1Ona9TcktUAzVnH8upRnXmdo4BC
OVOtUHlQB7QxWoA0sfzLXt1JuJWp6qd2kKSicGUJk0BcjML9jbI2gKy/KiCKxNkWq9K/0oGN
cCFqNiaJxhgq3GOaBiHPkUdwkCMmuXcKMIhtIAAGSqGOKKIxFkQ1MUxFrrUDpOaAaoOKkQMX
JWo0LVFkQXbLBPKu2C4OKEAGAoEBF2KOnlLMCLuhHdrIXIWmFTlmoi4lUjL3lVmQJPUEzgG4
KBu9CVEgBgag3+VPAAHH+lVDcUDkb3TEPJqSz99PjiMh7yubfV0O61DyYLUb4BABMRayoetd
2Lm5C0gGuK5jVSMYvtwHMQHCJGVMEICws35kNVepULcEwpIfWEJRoYlwbVCGzvyA3wNM4+t6
u5FHb0vElwb0TEkjcqSLj3UYblJR+8D6SYO4zshLwoB03icWXc+IH7e4dIJqQfVUPF7AOm0o
vRR3duQr2xiCjsyq4oi4bI4MnLMDXTdULAVqg31oTFXt/pQNARRqrRCLuwGfxaVHaJ1EVJ/K
gQmITIIjPFcTQoZK1rZomRaOITOA2BxQYgcLAIaS5xCGoEE36lQVZBjb60SboH6wjJi8Prih
KIfSXqjKI5ZG2ScOz4o6QBCFZZoTcuaVwRHlWWSavmWmt7oiJtir+jl0ddFpvK78PaVK8H+8
mAcggNh91EVPWi54DrTyxxRErYFaYgBroGFQ7SiLH1tUUQBQGxXd7b5+dEEFhinDvmgcsENI
Yi6jOEjGUTcKMn0eI2aTb0g3aitQfVEUGCjKneQsBiPUQk4D4Ld2NgaoSNAIubejJQnuwMIa
gST+KKO3MaoENIHNd/4cmey9YDB/Rmo7sTpJoY5IwNJgPEqQnEgjyIF2ZZxystJaIPD869Z8
QuUA7vpTRDUGITnFV8iiZDSZUqs3Re6uCCmVS8jQBEkh8OAQOH2v7SaIMS9VZgMeKDghMDql
ibsicLDBEPgyOccU0i5c8vX6SzBRGCjGEWMbnNGQatCMGRMRykWQ0m9CChKwGSYhzinYSB4f
iTMGOAV8MsfVTIkjlwKJiGMrg4pga/YiIyDigNqLMD60NsEMDU8UDd/OgDc2VeUG5qW91axF
ybBsB6ckXhGE2YGNHf0kd+ZEyaRwTixqrVzVP/NAvUYLvoECQPNHH3kN3ZlomKHKQ9WcVqEt
M/SgKEH1UTQEBmOKMWaMmrgChSpx4JiWHoo5EuyMSOU8pBRhMPs7p5ZZH2kA/KbIziP3oAt7
S0ENpoxFVm2It8qYkvgcEGDjBkIkvGV2/MgzsclpeoUcQcVEDOr2RBLgURP1oZIwiXkfqR1V
JxxVCTGxVZO2NkItUmgQizZ8Vpj2bo7kqxApRHiaOPwonzJ7nEKtHosaYoVdWvdEgs66lqPk
V3KJewuiTXqoiQPJ+ZYWZNHtN9S0ipAuLF1xTXlwv8SBkBF7tVMPItZ8iAFeOCJI9Es5o6Go
6yWIjw9ZHdBae3cPURU5bYOiPCiiZkS0jkjgtJqDUhagCYmxayIc0TtXNORqzXebRkPExLmH
okITkHieWUJZKO5CsNyolx9RPpYilbJjRvMmwwK4ChVLGvUjGY1A4FCEzq2LRlcx95AYEXR8
TsBpisgBUrEEYpjWT1P6UBHlk75IEXzCEZzcgMERIAi7ixWmwFQE5vgiZOHsnAeKMIEayPMg
XBL1uL+0hqPUAmsLEqoBGD1R3ZM0Rdvwo1YEsAtOdwEIgWv1pjXJVLlEOxTjypnqsymVHLJx
TMIOOtO9Gqua2BR0nzJjcnNeXLFcWWpnGRUpM+P+la2qQnP8lapHlFkIxDg3ZCQNcP0aUJd2
dZqCTZ0ZmTSFBEY+6htQ/wB3coepQ8KD/uNLelEW9WK17VQKPaq0yJjuC6D82DlOWY1VB5E4
QmOYWIR39j/dFWz9dHw/iJGO3J2e0JdnVoTRkZkFySGRkB580KVyRBLE3Rg9s0ZeYIxIcTDE
IeA3Hltz/wBmRwH/AE0cRYhHf2A22Q8gMCjF6jFkGD4kuhiTgojDEWdARmDM0A6/RWkhpdDN
a3Faj2jYIyqXqjy6vLZO4ciy1zq9gcFpA7TWqhsxoQK8U7sbDihuSvgnNmwQqwTAuycUPFFr
YogWVB5FUVRBusRWqOYV2GJTF6IuXyTE2DjBXFkS9AKosHk1AbIElmwRanUMFpBJbitMLYOi
XeUsDVAknaETzECnwqbG+dETP0DU9Sl42bHdnSO2BQH0EZb/ADncLzIuT6qlA1jUBFjTDIoF
mlGhAufaQBqybBZDJM7dS7qZeMjYqO9txECM7S9pDw+9F5bY7R9KIWnbGkF7IAkgihTOnfnw
TSIjiSuSxKG9KAluRsTgr0KMZAEG4R3oAd1cEU+HSi8SC7gmjJgC+KoHaz/mQLc2PX7CEnrw
QABcIOBqehOSIiHjGgoi8S2QVRQ8FYtndCOkkdRR3jE0sCEZEX861SBYVWQw/wBKAIZlXzlG
r5EKuFlUdZRoWOSoCyBNSEGFUxBdEHC2SeIci/8ApViJcFpN8aFGh1A5PRdnHIr/2Q==</binary>
 <binary id="i_004.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SAcRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA9wEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MjgAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA9wEAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAACSHgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABlAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A73qdrq6g9piLGl2vYHWFGywuqYZAPqMae/52v+cs7r97LBR6VodtMv2giWwHM/k9
lYxXl+FQ/SXOrDw3u5h2bvwSUi6lg9Nsx7L+oNqFNbJsvfDdrBqd9nt9qzeh9ZaKDf8AV3Kr
6rh0aP6c9222sfRnGddtso3R7GXV+harH1ow8bqNOHhZjA/Dda+60uc5lZfXTZ9mpyX1FtjK
LLX+p/1lY+DdiX9TwGY32Zr+nWDFqrw9zIZZj32dQedzi2/p3rVs+x2f4S2uz9J6qSnp8TO6
Zk3vrx7yzJawzg3jZc3d7d+13062/vs3oWf0qrIpacuvfXj3V5GOWu09at01l22dzGt3b6kO
moPe4W1tf7CK3PAJaS5n0HH3M9u/6KhSMhr7NlotoquNLqbAXPaAxln6PIa4f6Rvsv3/APGp
KeT619VB1j6y9RsBfjh2A3JxnMEV2ZTQ2jbYdrv9H+nZX+l/wq4a/AzsfpuJ1ewNOLmusZSG
ukh1ftPqgfze73el/wAUvcLLaGxW9hp3++RLjq3ZuLHfurnqvq9h4uJj4NLfWo6a6q2jIAcP
09cWWZG3d7fUsdb+js9nvSU8l9RqMt9DsjKsrb0rHcX/AGPbX62Vd9Forlvq+hTYa/Xt37Po
UV/pP5rsa68YP9QtDa6gGucdSXkbnMbP0W7v3P8ABsWZ9acXB+rk2YFbaLMi4XUsYAXPc8b7
Gtsd+l9Njvd/o8dlno1/TQq8ik4LQc2aqxvzch2jnuJ/S7K7Pc2p9g9Nj9v6T09jElO9h5WE
+uK8cCpmjrrIAJJ/Sem0By2ul4lF1vq1Y1bRp6riwSR+5+bue5cp0iunMtdZvZFMfowXOFW4
+1+S8ex1/wCcyhv6X/g1Yf1q/qWRX07DvPS+iMea7MlxLbcp0F+RY13u+z0N27We/wBSyz06
v5CSnq/2a7d9s9Vvql24M/wXpjQs/wCL2O/9GJKl9sp9HcXWfZf6IyvXfERZQH7vV9bd6X6X
1P57/MSSU//Q0n3ix7SZbqWubGoLRwVodGzLK3uxX61vl1Z7A/u/9cXNDItOfXXYf0ji4A8E
gD85o/OW70zKYG3Nu9jKP0hdwQ2N7/8AMckp1OsZmHiYtP2t5r+0XNqoAbvLrNr7NuwB+9vp
Ns/89f4RYOV1TKxMzYBXd1Gsk04LG+myrHcYdkdUf+mtoycpj/1fGZ+mpo/8M2VLm3dXd1Dq
+D1zqu8VOymtooaHOczHl7qq6qW/zDb7K6KrrH/p8j1/WUqW3dKwGVCsekwD1HbHbTYRFtrr
oc2y2x3/AJ3+j2JKepw+u0Vio9Vd6LrHekMoNNdIe/3Ct9djvXpqdt2U5Vv6Gx/+iW62htVZ
02ufY+xwmZdDKt3/AICvLMS6jOZduaWZ7xYS9zi0MFxNdN+O3e31XMoa1nqbP9JVcvQejdXH
UMWuxwHr44bXl0zI3gy12oG5l7Pf/wAZ6lf+DSU6eV6ZFHqNFrNoLx4AEyVz/Rn5mX0jDzb3
NbdkUix52kgbidh2tcx2x1X5q382z1Mh2gFbqwGgfymDcqmT9nxKWYtA2U1tZVjsB+iytlbK
2bv6qSnlgzFzuqP6l9ZG2MopnHxBSHWsqqr0fb6rB6rLrX/4X0f0LP5n3/zNb644uFe2qzo7
Km9Ow8ZuQxocHV2bnsrdmehUftFltDLd77M7Z/NW+p6i3mUzl1tI09xAbpqZ3e1qr4HT8G3M
y7M136Kt0jHc6G7Z9R7fT+l6Psb7ElN7ovQKq+n1PuD232UtFYedrq2uYN/sr21/abWud693
87+kWZ1j0MG6wUkAY7Rv7NYwQa62/wAv6O9W+rdbso+sGHjSTQxr8nLYCA57i204+O4n6Nbd
vrZH/WVhdTddnZeLiBri/IcczLcIBNVbhXRS4D/uVkWVVM/f9StJTrftXEPTPp/qDG/Zw/8A
wnqOf632n/w9+j+0el/6D/TSVk1dHHTG/Vwlv29z3XtO72fbW2MyHU+v+c/3sq/0f/XHpJKf
/9G3jdEyOpHHvc+mltRdue5zosY4ANczYx/td+fU6xaPWvq19m6L1DK+2+sLKdplga3aS1lj
GbXO/nm+z6aq/V9/2zpN9r2bvQvspZy17SxrHNZ7PpP3WfpPzFW+vn2nC6Zj14+RY2q+8uex
5a5u6pvqMZW25rmfnPt2W+x/oenv9T00lPN0tZR02ltTjVQLX2WW1mTW2p1ttTT64O99Lq6K
v5r/AKau5OCzLf8AaX2+ntB3PbWz2tH5rMt73W79v07PfYsvCyst5ptybcc+s/1cdr3AO13v
qttZV6lWN7f+077PVWhflsdTYa2ve3aWG+PTGvtO23d6W/8Ac3P/AOtpKcnNzcfDbiXYNzsr
JrdY1rHsNZeLNjdu2lrftDN7fz8yy1dT9V3dSxs4v6mW49GUHM9FjQ5rCNvoW5N7PVc217/0
VdLbf8L6f8hYlmBkdKqq+sWdUxtFYNOM2o7nOFjdbrcnIf6lz3Vuvrpr9n839op9L9H6nRfV
rFx/Ux876z3Mw30WC+nFNNte8t/ouRkW3Da33H7Q3H/4nfZ/2nSU9hf0rNbBa0WwIgOHA+i3
37VmdVoymU1F1FgLS7XaT2n6TZ/dTdU+vGR9rtxOl47LGV+0ZbngtcYGtTfo7f5f0FhdV6l9
Yrca12X1hmE303vrDYBe5rS9lO47a/0rv9FVZYkpO40ZWXZ0ttzfWtq3VlrzMPkud+jO9m3/
ANFrnMV7Ker1YfSaBdktybA/dq57KScVomfo1u33V1fv/wA4tAV2dPw67qzdfnOvwzZa93vc
GPF9zNGt21+66v8A4T/CKx9R+n5A+tebmmstpazKO5wG4F+TbTS1v/G7Lf8AtlJSLq2Nl19S
tLbG23Xv9IOM7trAyq1+/X9HvruZR/n/AJi2sfD9dl5wWNrzshjMKu8ifTczdc686bduJ63r
MZ/pWV1oXVMN/TvX6nm7X+oHljWE+xrSTsbuH0vcqWN9Za+imwPqbf1DJa2Ggk+DtrKqG2O/
SW/1LLPS/wCB9RJToH6p4DXDppe4XWTc3J3frJayKn53qbt3qNtur/64kqZr+sm8fWIx9tNZ
jCDvf6AI3Pf7vR9fft9Ppvq+n9m9Sn7T9rSSU//S1Pqexg6Hkl0bLOoXF4cdQ532b2uc74P/
APA1U/xg9H6h1TEo/Z7a2VYDX5Nj7HuHqPf+jpxcNoDmWX7Kn+3/AIWpR+oNRP1fdXkHc53U
sh15J4fXVVz/AJiu9Wxftf26nptn2d2NiWtycp0uLrG12Pb0/Hpe7YzZ6u/Oydv876GP/O1/
oUp8hqcy92PRda/0W6Q0D2lx10/78rtg6qLTQ3INzBXsYLIeG1uD6wxjLBY2n6P+D/m1TD/s
17H1iR6bHbHah25rfVaf6zt61KLTeXXsAaGP2tLvpBto3tZpu3bHMc3ekp6/6rdTv+sA6V0X
JrOP+xKhlXFoa43DFspx8DY2wOdVYx1n6b/g/wCb/wCD71zyK3WOEhgc4tf9EwN3unc5ef8A
1B9Gj6z5VbiC7KwiarCY1rsqturifbub7/8Ara7vqN7KunZVpeA1lNp3TpOx0apKfNsFuTbl
WAvNbQWexjdoG5puexsb3fo/otWpkvx8UHMvqH6FlgbEF7tKqv0Zd7Wv32e1B6dXVTdeQ5oa
bH6N7bKxsb+b7/etPqfS7MjAyK6Bua12wEiByH2P3u/Nq2JKcXI6pbdfaMS6pzwX1iqHeuLf
azAa2p7tm/IyHfSZ6ns/wi9N6b0zF6bS9lTfe8g3Ed3gQ4M/4P1HWPY3/hF4x9lr6T17BzKX
s6i4kW7azta6zca6g2232/o3NZd63836i9a6f13By+mDK6fkMt32CioOMObe72toyGzu9Sv+
c/4Rnvq3sSUg+tPUej41TKs+v7QKmX3upHHo1VvFzrnRt9K3KfjYTfz7cm79H/NWLlPqz08S
Lcn3dUyTN1johm7buppH0amNr2Ms/Pt/4v8ARq19Z6bchvqYrXvxc3Low7rSNxfTil/q/Z2x
/N/a7H5Vu3+dtZYs173nqNllR9Ktry5jmmJ+iGgTs+kxqSntj6XrCmBsILNnf0hFW78fWSWS
3qk3PyvUEsYyr1NNvuZZdq7+b/waSSn/09DJsxenZ9XRujM9LKyrbc22ffXQ64MFmTaHfmU1
N9WrGd9O77JT/N3KNr3YtpqxtKg11Ya8ucXTua71Z3eq+3dvu3/zj1ldByt1eRm2j1MzLsDs
m92vB9RmLP7zHP35P/Dfov8AAsWjXe+28vc4OIdLx5u90JKfLQ3diwQfUqsFZ826/m/1lqN6
c/E6Rh9QLnPZ1Jtx2ROx+LZPP/CY/qf9NZ+a2vHzcnGs9wY59TntBADmvP6TY73N/qPXUZN4
f9QOnGoe6i5pMESA37RTkf8ARt9/8hJTD6qdRxcL60dKvusDKD69dtpgSH1WVj+z6npLr+oZ
d+bTfde0VhtLxXjglrWlw3Pcf3rX/R9Vy8qxMK11m3IZdTuqdZQ703u3uaz1qW+wbvTft3+q
z/Br0d2UM3ppyqxtbkUCxrSeN4b7Xf1ElIuj4rKbq8jPtrabDY8UgyHF+1np1sI9R/p7fp/+
e1u53rO6VkU47N1t7IY08QYdLiJ/MWHj5nR8e37R1G2mqzGtdTjNd7rQQ5zfVppY22125jv9
F71vYGD1XrN7HY73dNwMSdxsr/SWucG7K/Qu/mKGfn12fpdn+i3pKc39k/VTDxem3ZmCy+/q
GKLLspzRa5zwylz3Optf6NLbvUfsdRX+Yp5TunfYt/QKxS7Ge19tlDKscNDx6fv3NpdZbssd
s2V2+j/xa3cb6h4LX13dTy8jqL6miuqt5ayplbTNVFVVDa3tZX/JeqPVOsdJp+sWN9V6Ol1X
AN9fNLttVVdQb65cRG/Iu9Jn6T1f0f8Ag/0vqJKbr6yzp1GNVjfbMrBeMerYxz62N2irIzNN
rN78dtj2fpPV9a9UumfVTqGdk3HqraqMdrQKa2UMlpkFgZfb6lj31NH6Sz+b9T+aW1b9ZMnH
ynYTunO9UsN2IG2ANvqZtbk+kXsZ6WRj221M9C70/V9SuxlyrdN/xkfVXOyfsdmQ7Ay9xZ6O
Yw1e4djY79Cz/rliSm//AM3Kv2T+zPVEF271/TZv0/6O7b7N/wC4ktjc3bukbYme0JJKf//U
wcXqVHTeg73XBua3Y6uiDtb6pP2cWxu9X9C37XkM/nFZ6JlMpq9N9bm2XO3mx7xucT7vUtn2
Nsd9J23+b/mlnY3RM2uh/UrQ0uPqXufd9Jmp2O9Fo3Pda3ZZs/4mpLrH1R6pi2VWjLbeLW77
fVcWbHMLNzJ/mtm6z2/6P/ppKan1uraetG6sbPtDK3vgzJcHVl7T/wAI2lafQXt/YVTLBsZU
+0tjSZc73u/lt+gsHqmTZm2VZvohmP7KKml4c6Kh+dr9B/qfziP+0LKen0U0WCqaw6xrS8yZ
LnOeyHs/SJKej+rl+Y+/D6aHVuwqn315jSC28Y7CbK23ZrvUdVhPZZU19eP6Nj62ej/hFLpu
XRj9CoY17H2tqd9nqeRLjvc2lzmA7m/oP0+39xYGFnuxOmZr2e1vUK7IsreN++s+3fjfT9L3
/vf8N/gV2H1B+oYzMCrqfX7HPxn1tdiYQJaHMiWW3RD9rvZ6fppKS/4uuhGrqmRmmcjKux2W
nPcRurNrnDKx/SabG13P9P8AQ2bv5n9z1Ni9LZUylgZW2GjgfxVfDxMHp1Bqw8dmLTMlrGho
J/edt+k7+W5UOrfWronTBOZmVsPatvveY59le5JTV/xgO6iz6o9Tt6e59eTWxjxZU4te1jbK
3ZDmvZ7v5gWb/wDg1wv1O6Vawj6y51pZbj1ubR6ri+1zz7d73vdv9HFpbXTSz89/rLoep/40
+jV4trcFtl2Xq1jbAGMGn07Xepu2bf3F57Z9aOoj0PSazEfXWGMssD7DZUSfZ6b99HoN/m27
ElPZ2dZtvzK7q2jawbWOfDtCHOd7v8H6n+EWTX9UH/XLrdtpyG4Y9Mvutcz1H2H1Pa5jN1W7
2P8A5/1P5v0lztudfdUarMh1bCC01MAA9N3uu2x/J9Tfu/SMZ+jXWfUXP2/WXGxrbYyuoOdk
urYIa0DHDzQPpfo9rX+z+RWkp7T/AJg9D/5sf82pu+zbvU9bf+k9X/S/6P8A61s9JJdKkkp/
/9W41uNIqI9R9Za6wEa7mO3Nc9n53vb6jP8AraD1TpGT1iymp17m9NA3ZFLD/OvndVv/AJLG
p8gNs6gTVZXvdjtFwa6Xay0Wta3932OrVR/1rp6f1JuDbUy97a2+q1r9h9Qte4bd/wCi/Sfo
d/v/AESSnRu+pvTc0NZcbGY1ImvExyK2ugfzdz4dbbu+jXsdV6azn/4vOh3Ywuxr8h+Oyl7m
P3tBPLv0otr9uxzfT2bK1vYNnVszLNOA1mVUyqs3ZBczY24DbaynZa1z8a2N2/8A8mn+sHVs
P6r9Lvb1W9vUM/LDzVgMa30wHj03+qz/AAmNru/T/wA9/wCe0p4fB/ZGD0qrpt3p9XttD7ch
uM6WtbYGbq7Mnc1lHoOaz9M9n87/ADCln/4xfrFYz7B02yvFrYxtdVWEz+ba0bQz7Rbvf7Wt
/wAGqWD0W3OxG5NhGFjWEuFbYZDdxL3tf+77dn+ta676p/VzodmK2x2MLmXEhjLWg7mtJa71
Nw9zPzklPnr+o/WbJuAOXk32WTDRa54M9j7nMWjh/VWi3fZ1jIfVe9ocGs2wCf8AS2Wbtzv5
FbP+uLt+qH6v9EyhvY2v1A9zWc7GtBc+xzvd6e7+bXn3U+sZXWMyx2O9mJhMJbU15DZ3cb3/
AEn3WfS/4JJTt4v1S6VUGne6+1pk2uI2CA5383Gx/H5ysY+FgY+PmZfVKGs6fUPtWNi2iQLS
0tswju/SN9S3ZYyj1LK/+L/SIGPj3dPx2OxM1uZW6DZZI2h1g2M27S93857a2M971mdZ6scv
Ax8ax+708h5c0HQirexj/wCr70lNT6xYFOLeMjBArw7gA2trt4Y8sHq073Fzvc0+p/xa6n/F
T0u7qf1iHWvUGzpdbW3B07nvvqtx27I9v6NjP0m5YH7Mc/6sDLuf7rrKX06y1jdxxJcB+6yt
ej/4ncL0PqtblFsHNyrHsce7GBtDf82yu5JT3aSSSSn/1s/6t/VbrmV1V2TjurxRWNpHLgLA
f518v9/t9T2+su0wv8XPSq3ev1G+7NyD9J0trZ/VDKmNc7+29N9VOh5VOceqZFj8ekVuox8Y
y31QTuflZFf9nbjNd/xy6kPaDB17x/BJTm5NnRfqn0W7JDG4mJQC9wbo6x5+iwfv22u9i8d6
lnftzqlduYTkZeS4XXNB9lLXEmnp9TGj+c+h69ti6z/HN1DdV03ptVzTcLXX2Yghx4bXj3W/
ufTtZXu/nf8Ara5H6v0XYmXtrYLswTY8vIaxsNda71rbPoO/R79z/oMSU3ev0Z2fn9N+q2LY
w2vAfZMBgcGuLGO/O2U0t3/RW71a4dC6NiYzLHXvoY2trmQDZa8bryw/ue7/ALbWL/i+Y7M6
/ndVe4OspYCbHDQ+oXCy337fp+ns/wCuK311tV9ovb/MbBXV7iYbo1tdW/8Awt387kWP+hV6
FSSnj87K6j1Oy3Iywa65Ac6IaA3+aob/AJ6nidOZVjOyuosFeNBGO2x7mix07Xvp9MOfbtXV
fVL6tu6z19tT2ttwunVHJspsk1m5014VWU1pb9J7PX2f9x6fT/wi0f8AGJ9WekdE+rXrPsfl
dWyba2farHEEtbt9VrKWn0a6m7P+n/OpKeSxK+ml77en9TNV5kltjJn2ubuacgsc65jXP3Or
/fWW7FzLnWvrP2hoe2t+Q0bmlzvbXVXp+mus/wBDVvXr31I+pfRH/VLGObi+q/qDftT97jp6
kOodVtdtqc2ltXub711Lej9OxcRlGFjV0nHZY3FLGgOrL27Xuqs+mx9n+Ef+ekp8xt6bks6d
T0iukU2247KWVmHEPcxm11mwub6lrn+vb/wy9R6L0rG6N0rF6Zi/zOLWGB3dx5std/Lts32P
XnXRcmn7Vi37y0UWV1vrcNoZaLzi2U1V/mV7vdVT/gf+LXqBMRpKSl0lH1BE6wkkp//X73L6
506m3a+4cxLJf/1AcvMvrd9b/rnk32V4LX9NwWOcGHGLvVeJhr7MqN/9iv011l8+o4NDRqfA
H/pFZnXqc7pHTDmuqYwueGVNtsG1zyHWfpG0vdZsbSyy3Y1JTxXTacWqy7M6peG2sG51ljpf
ZY79xmr7XNVulv7bub0XoTDj05UO6ln3mIqa72teT/Mt/Pf/AITKt9Kr6Cz+n/VLrfWnMzr3
CtmU8lz3/TLZ99npN9rWN2u2r0XpXSMDpGM3HxK+PdY86uc6PdZa8pKcWjBo6D9YHVYV/wBq
xbcZ4Ng9rf1bY33tb7fY+x7Pf/wap32W3UZFoaXU47bbDbYTtbq639JZ/pbbT9H/AES6e7C6
U3CzOr9YsbXh3gNZWw7bbWhsu9V35vrO/wDZX0VnN6R1jrVofmYT8PomOAcfCFZ3XkEOZ9oZ
/O0Uu2VP2WMZbakp0/qRfV0H6vY7TQHZmd+s5Vrn7STZ7qfUlrtvpY3o/o//AEouA+vHUep/
WH6yWsax7qKIqoYA4tAA3vdx+c7evQnYPUb3vssx7XH6W0Nkcf5qhd0LqNlXpjHIY3UQ5oIB
1cxo3e1JTp9H+sNDOm4WHj7A6nHqr9Fur27a2b99f5vpfuLosW82Ute8y4jXsf8ANXA4vS8/
pzxf9kySKyHF7W8a/R/Rud/mvXQ09d6TS2WYWbJP0GUWOMmElPCf4wr3dE65mjEYGuzH4vUa
uzA4b6b3+3Z/OX49dj/cvXyQvMPr43A6rn4Wc+nJx/swNGW3Kr9EOoJ9XdTZc7a+6r3/AKH8
/wBT+QtD6r/WW9/1mp6SLXX9OycTbS+1znE5GOPe5otbvo30Md6lP80/+fZ7/VSU97vG2Y+S
SBP6bbOm75cfRSSU/wD/0NHqFtTXy97WkGNpPJOjGe38565XruZdblZj66zU3p9HpYz3CC6y
5zW5OXT/AMXRX6NS7az2NLfRftJkggka8qjZhOyX2ONRBMSTqNElN7omNQzBo21ljBVWWM/O
ALWitjwPzms+mg/W3Pb03pTL+m47r8+/Jpx62XNJa76V9zNjDscx1dXpP/4Oxa2AXYVLdjvT
fAGnEAR/aWX9YrepX5ONmOxPWrw6cpocwOc0vtZWz1ms2/z1dddv0PU/wiSkP1Jxn9T6Xj5/
VGtvdh3XDGc6H77i/dldQ49P9G708TB9v6vVj/8AF+n2Ndo5IJeO0ydZXP8A1Kuqq6JhdKcz
0r8enca5EvaXu9XKa0fRa+9//npdEaWMd6g0PYz2KSmT3hx3HVwGir/aMVtwpdYwWmDscfdr
/wCTVhpa73EQ0dtPyrP6hk9N3vZbR65Htsfo0iAOLPppKbVuRj4rWGx7aC7RrnHaD/nfSUcb
MryDY/Ef6npO2WbDubu2ts02z+ZYxYtmP0bKJ+zZr8V0bQy2XN4/feT7P6liq3dJyenWOuY+
k7zvca7ACXQ1nqbfY/8AMakp670abqw1zBY2ZNVkPEg7g6H/AJzVKxhOgbI4AgLlWfWDrFdr
azUy2oOaDa8kPA+lbscPp+3bXXv/AMI//g1sY31jodAvqfUOzgQ8fhtSU2vQuj6J2zG1JF/a
mBt3+sI54Mx/Vjckkp//2f/tJ/pQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVH
HAIAAAIAIQA4QklNBCUAAAAAABDhX8stC+rtGS5qy9lj436FOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAA
AAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAElu
dGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQA
AAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARG
BDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAM
YnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnBy
aW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NN
Ym9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJv
b2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdC
QwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBn
UHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3Ag
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblBy
aW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRs
b25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAA
AAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+A
AAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAA
AQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAAB
AC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAAB
OEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////
/////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////
////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAA
AAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklN
BB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAADIAAAAfcAAAAFAGkAXwAw
ADAAMwAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB9wAAAyAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH3AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2Jq
YwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25n
AAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAA
AFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAA
AFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcA
AAMgAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAA
AAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hU
TUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xp
Y2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRB
bGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlw
ZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAA
AAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAA
AAAergAAAAEAAABlAAAAoAAAATAAAL4AAAAekgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFk
b2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwR
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABlAwEiAAIRAQMR
Af/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAA
AAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGh
sUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieU
pIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYF
NQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLS
RJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eH
l6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A73qdrq6g9piLGl2vYHWFGywuqYZAPqMae/52v+cs7r97LBR6
VodtMv2giWwHM/k9lYxXl+FQ/SXOrDw3u5h2bvwSUi6lg9Nsx7L+oNqFNbJsvfDdrBqd9nt9
qzeh9ZaKDf8AV3Kr6rh0aP6c9222sfRnGddtso3R7GXV+harH1ow8bqNOHhZjA/Dda+60uc5
lZfXTZ9mpyX1FtjKLLX+p/1lY+DdiX9TwGY32Zr+nWDFqrw9zIZZj32dQedzi2/p3rVs+x2f
4S2uz9J6qSnp8TO6Zk3vrx7yzJawzg3jZc3d7d+13062/vs3oWf0qrIpacuvfXj3V5GOWu09
at01l22dzGt3b6kOmoPe4W1tf7CK3PAJaS5n0HH3M9u/6KhSMhr7NlotoquNLqbAXPaAxln6
PIa4f6Rvsv3/APGpKeT619VB1j6y9RsBfjh2A3JxnMEV2ZTQ2jbYdrv9H+nZX+l/wq4a/Azs
fpuJ1ewNOLmusZSGukh1ftPqgfze73el/wAUvcLLaGxW9hp3++RLjq3ZuLHfurnqvq9h4uJj
4NLfWo6a6q2jIAcP09cWWZG3d7fUsdb+js9nvSU8l9RqMt9DsjKsrb0rHcX/AGPbX62Vd9Fo
rlvq+hTYa/Xt37PoUV/pP5rsa68YP9QtDa6gGucdSXkbnMbP0W7v3P8ABsWZ9acXB+rk2YFb
aLMi4XUsYAXPc8b7Gtsd+l9Njvd/o8dlno1/TQq8ik4LQc2aqxvzch2jnuJ/S7K7Pc2p9g9N
j9v6T09jElO9h5WE+uK8cCpmjrrIAJJ/Sem0By2ul4lF1vq1Y1bRp6riwSR+5+bue5cp0iun
MtdZvZFMfowXOFW4+1+S8ex1/wCcyhv6X/g1Yf1q/qWRX07DvPS+iMea7MlxLbcp0F+RY13u
+z0N27We/wBSyz06v5CSnq/2a7d9s9Vvql24M/wXpjQs/wCL2O/9GJKl9sp9HcXWfZf6IyvX
fERZQH7vV9bd6X6X1P57/MSSU//Q0n3ix7SZbqWubGoLRwVodGzLK3uxX61vl1Z7A/u/9cXN
DItOfXXYf0ji4A8EgD85o/OW70zKYG3Nu9jKP0hdwQ2N7/8AMckp1OsZmHiYtP2t5r+0XNqo
AbvLrNr7NuwB+9vpNs/89f4RYOV1TKxMzYBXd1Gsk04LG+myrHcYdkdUf+mtoycpj/1fGZ+m
po/8M2VLm3dXd1Dq+D1zqu8VOymtooaHOczHl7qq6qW/zDb7K6KrrH/p8j1/WUqW3dKwGVCs
ekwD1HbHbTYRFtrroc2y2x3/AJ3+j2JKepw+u0Vio9Vd6LrHekMoNNdIe/3Ct9djvXpqdt2U
5Vv6Gx/+iW62htVZ02ufY+xwmZdDKt3/AICvLMS6jOZduaWZ7xYS9zi0MFxNdN+O3e31XMoa
1nqbP9JVcvQejdXHUMWuxwHr44bXl0zI3gy12oG5l7Pf/wAZ6lf+DSU6eV6ZFHqNFrNoLx4A
EyVz/Rn5mX0jDzb3NbdkUix52kgbidh2tcx2x1X5q382z1Mh2gFbqwGgfymDcqmT9nxKWYtA
2U1tZVjsB+iytlbK2bv6qSnlgzFzuqP6l9ZG2MopnHxBSHWsqqr0fb6rB6rLrX/4X0f0LP5n
3/zNb644uFe2qzo7Km9Ow8ZuQxocHV2bnsrdmehUftFltDLd77M7Z/NW+p6i3mUzl1tI09xA
bpqZ3e1qr4HT8G3My7M136Kt0jHc6G7Z9R7fT+l6Psb7ElN7ovQKq+n1PuD232UtFYedrq2u
YN/sr21/abWud69387+kWZ1j0MG6wUkAY7Rv7NYwQa62/wAv6O9W+rdbso+sGHjSTQxr8nLY
CA57i204+O4n6NbdvrZH/WVhdTddnZeLiBri/IcczLcIBNVbhXRS4D/uVkWVVM/f9StJTrft
XEPTPp/qDG/Zw/8AwnqOf632n/w9+j+0el/6D/TSVk1dHHTG/Vwlv29z3XtO72fbW2MyHU+v
+c/3sq/0f/XHpJKf/9G3jdEyOpHHvc+mltRdue5zosY4ANczYx/td+fU6xaPWvq19m6L1DK+
2+sLKdplga3aS1ljGbXO/nm+z6aq/V9/2zpN9r2bvQvspZy17SxrHNZ7PpP3WfpPzFW+vn2n
C6Zj14+RY2q+8uex5a5u6pvqMZW25rmfnPt2W+x/oenv9T00lPN0tZR02ltTjVQLX2WW1mTW
2p1ttTT64O99Lq6Kv5r/AKau5OCzLf8AaX2+ntB3PbWz2tH5rMt73W79v07PfYsvCyst5pty
bcc+s/1cdr3AO13vqttZV6lWN7f+077PVWhflsdTYa2ve3aWG+PTGvtO23d6W/8Ac3P/AOtp
KcnNzcfDbiXYNzsrJrdY1rHsNZeLNjdu2lrftDN7fz8yy1dT9V3dSxs4v6mW49GUHM9FjQ5r
CNvoW5N7PVc217/0VdLbf8L6f8hYlmBkdKqq+sWdUxtFYNOM2o7nOFjdbrcnIf6lz3Vuvrpr
9n839op9L9H6nRfVrFx/Ux876z3Mw30WC+nFNNte8t/ouRkW3Da33H7Q3H/4nfZ/2nSU9hf0
rNbBa0WwIgOHA+i337VmdVoymU1F1FgLS7XaT2n6TZ/dTdU+vGR9rtxOl47LGV+0ZbngtcYG
tTfo7f5f0FhdV6l9Yrca12X1hmE303vrDYBe5rS9lO47a/0rv9FVZYkpO40ZWXZ0ttzfWtq3
VlrzMPkud+jO9m3/ANFrnMV7Ker1YfSaBdktybA/dq57KScVomfo1u33V1fv/wA4tAV2dPw6
7qzdfnOvwzZa93vcGPF9zNGt21+66v8A4T/CKx9R+n5A+tebmmstpazKO5wG4F+TbTS1v/G7
Lf8AtlJSLq2Nl19StLbG23Xv9IOM7trAyq1+/X9HvruZR/n/AJi2sfD9dl5wWNrzshjMKu8i
fTczdc686bduJ63rMZ/pWV1oXVMN/TvX6nm7X+oHljWE+xrSTsbuH0vcqWN9Za+imwPqbf1D
Ja2Ggk+DtrKqG2O/SW/1LLPS/wCB9RJToH6p4DXDppe4XWTc3J3frJayKn53qbt3qNtur/64
kqZr+sm8fWIx9tNZjCDvf6AI3Pf7vR9fft9Ppvq+n9m9Sn7T9rSSU//S1Pqexg6Hkl0bLOoX
F4cdQ532b2uc74P/APA1U/xg9H6h1TEo/Z7a2VYDX5Nj7HuHqPf+jpxcNoDmWX7Kn+3/AIWp
R+oNRP1fdXkHc53Ush15J4fXVVz/AJiu9Wxftf26nptn2d2NiWtycp0uLrG12Pb0/Hpe7YzZ
6u/Oydv876GP/O1/oUp8hqcy92PRda/0W6Q0D2lx10/78rtg6qLTQ3INzBXsYLIeG1uD6wxj
LBY2n6P+D/m1TD/s17H1iR6bHbHah25rfVaf6zt61KLTeXXsAaGP2tLvpBto3tZpu3bHMc3e
kp6/6rdTv+sA6V0XJrOP+xKhlXFoa43DFspx8DY2wOdVYx1n6b/g/wCb/wCD71zyK3WOEhgc
4tf9EwN3unc5ef8A1B9Gj6z5VbiC7KwiarCY1rsqturifbub7/8Ara7vqN7KunZVpeA1lNp3
TpOx0apKfNsFuTblWAvNbQWexjdoG5puexsb3fo/otWpkvx8UHMvqH6FlgbEF7tKqv0Zd7Wv
32e1B6dXVTdeQ5oabH6N7bKxsb+b7/etPqfS7MjAyK6Bua12wEiByH2P3u/Nq2JKcXI6pbdf
aMS6pzwX1iqHeuLfazAa2p7tm/IyHfSZ6ns/wi9N6b0zF6bS9lTfe8g3Ed3gQ4M/4P1HWPY3
/hF4x9lr6T17BzKXs6i4kW7azta6zca6g2232/o3NZd63836i9a6f13By+mDK6fkMt32CioO
MObe72toyGzu9Sv+c/4Rnvq3sSUg+tPUej41TKs+v7QKmX3upHHo1VvFzrnRt9K3KfjYTfz7
cm79H/NWLlPqz08SLcn3dUyTN1johm7buppH0amNr2Ms/Pt/4v8ARq19Z6bchvqYrXvxc3Lo
w7rSNxfTil/q/Z2x/N/a7H5Vu3+dtZYs173nqNllR9Ktry5jmmJ+iGgTs+kxqSntj6XrCmBs
ILNnf0hFW78fWSWS3qk3PyvUEsYyr1NNvuZZdq7+b/waSSn/09DJsxenZ9XRujM9LKyrbc22
ffXQ64MFmTaHfmU1N9WrGd9O77JT/N3KNr3YtpqxtKg11Ya8ucXTua71Z3eq+3dvu3/zj1ld
Byt1eRm2j1MzLsDsm92vB9RmLP7zHP35P/Dfov8AAsWjXe+28vc4OIdLx5u90JKfLQ3diwQf
UqsFZ826/m/1lqN6c/E6Rh9QLnPZ1Jtx2ROx+LZPP/CY/qf9NZ+a2vHzcnGs9wY59TntBADm
vP6TY73N/qPXUZN4f9QOnGoe6i5pMESA37RTkf8ARt9/8hJTD6qdRxcL60dKvusDKD69dtpg
SH1WVj+z6npLr+oZd+bTfde0VhtLxXjglrWlw3Pcf3rX/R9Vy8qxMK11m3IZdTuqdZQ703u3
uaz1qW+wbvTft3+qz/Br0d2UM3ppyqxtbkUCxrSeN4b7Xf1ElIuj4rKbq8jPtrabDY8UgyHF
+1np1sI9R/p7fp/+e1u53rO6VkU47N1t7IY08QYdLiJ/MWHj5nR8e37R1G2mqzGtdTjNd7rQ
Q5zfVppY22125jv9F71vYGD1XrN7HY73dNwMSdxsr/SWucG7K/Qu/mKGfn12fpdn+i3pKc39
k/VTDxem3ZmCy+/qGKLLspzRa5zwylz3Optf6NLbvUfsdRX+Yp5TunfYt/QKxS7Ge19tlDKs
cNDx6fv3NpdZbssds2V2+j/xa3cb6h4LX13dTy8jqL6miuqt5ayplbTNVFVVDa3tZX/JeqPV
OsdJp+sWN9V6Ol1XAN9fNLttVVdQb65cRG/Iu9Jn6T1f0f8Ag/0vqJKbr6yzp1GNVjfbMrBe
MerYxz62N2irIzNNrN78dtj2fpPV9a9UumfVTqGdk3HqraqMdrQKa2UMlpkFgZfb6lj31NH6
Sz+b9T+aW1b9ZMnHynYTunO9UsN2IG2ANvqZtbk+kXsZ6WRj221M9C70/V9SuxlyrdN/xkfV
XOyfsdmQ7Ay9xZ6OYw1e4djY79Cz/rliSm//AM3Kv2T+zPVEF271/TZv0/6O7b7N/wC4ktjc
3bukbYme0JJKf//UwcXqVHTeg73XBua3Y6uiDtb6pP2cWxu9X9C37XkM/nFZ6JlMpq9N9bm2
XO3mx7xucT7vUtn2Nsd9J23+b/mlnY3RM2uh/UrQ0uPqXufd9Jmp2O9Fo3Pda3ZZs/4mpLrH
1R6pi2VWjLbeLW77fVcWbHMLNzJ/mtm6z2/6P/ppKan1uraetG6sbPtDK3vgzJcHVl7T/wAI
2lafQXt/YVTLBsZU+0tjSZc73u/lt+gsHqmTZm2VZvohmP7KKml4c6Kh+dr9B/qfziP+0LKe
n0U0WCqaw6xrS8yZLnOeyHs/SJKej+rl+Y+/D6aHVuwqn315jSC28Y7CbK23ZrvUdVhPZZU1
9eP6Nj62ej/hFLpuXRj9CoY17H2tqd9nqeRLjvc2lzmA7m/oP0+39xYGFnuxOmZr2e1vUK7I
sreN++s+3fjfT9L3/vf8N/gV2H1B+oYzMCrqfX7HPxn1tdiYQJaHMiWW3RD9rvZ6fppKS/4u
uhGrqmRmmcjKux2WnPcRurNrnDKx/SabG13P9P8AQ2bv5n9z1Ni9LZUylgZW2GjgfxVfDxMH
p1Bqw8dmLTMlrGhoJ/edt+k7+W5UOrfWronTBOZmVsPatvveY59le5JTV/xgO6iz6o9Tt6e5
9eTWxjxZU4te1jbK3ZDmvZ7v5gWb/wDg1wv1O6Vawj6y51pZbj1ubR6ri+1zz7d73vdv9HFp
bXTSz89/rLoep/40+jV4trcFtl2Xq1jbAGMGn07Xepu2bf3F57Z9aOoj0PSazEfXWGMssD7D
ZUSfZ6b99HoN/m27ElPZ2dZtvzK7q2jawbWOfDtCHOd7v8H6n+EWTX9UH/XLrdtpyG4Y9Mvu
tcz1H2H1Pa5jN1W72P8A5/1P5v0lztudfdUarMh1bCC01MAA9N3uu2x/J9Tfu/SMZ+jXWfUX
P2/WXGxrbYyuoOdkurYIa0DHDzQPpfo9rX+z+RWkp7T/AJg9D/5sf82pu+zbvU9bf+k9X/S/
6P8A61s9JJdKkkp//9W41uNIqI9R9Za6wEa7mO3Nc9n53vb6jP8AraD1TpGT1iymp17m9NA3
ZFLD/OvndVv/AJLGp8gNs6gTVZXvdjtFwa6Xay0Wta3932OrVR/1rp6f1JuDbUy97a2+q1r9
h9Qte4bd/wCi/Sfod/v/AESSnRu+pvTc0NZcbGY1ImvExyK2ugfzdz4dbbu+jXsdV6azn/4v
Oh3Ywuxr8h+Oyl7mP3tBPLv0otr9uxzfT2bK1vYNnVszLNOA1mVUyqs3ZBczY24DbaynZa1z
8a2N2/8A8mn+sHVsP6r9Lvb1W9vUM/LDzVgMa30wHj03+qz/AAmNru/T/wA9/wCe0p4fB/ZG
D0qrpt3p9XttD7chuM6WtbYGbq7Mnc1lHoOaz9M9n87/ADCln/4xfrFYz7B02yvFrYxtdVWE
z+ba0bQz7Rbvf7Wt/wAGqWD0W3OxG5NhGFjWEuFbYZDdxL3tf+77dn+ta676p/VzodmK2x2M
LmXEhjLWg7mtJa71Nw9zPzklPnr+o/WbJuAOXk32WTDRa54M9j7nMWjh/VWi3fZ1jIfVe9oc
Gs2wCf8AS2Wbtzv5FbP+uLt+qH6v9EyhvY2v1A9zWc7GtBc+xzvd6e7+bXn3U+sZXWMyx2O9
mJhMJbU15DZ3cb3/AEn3WfS/4JJTt4v1S6VUGne6+1pk2uI2CA5383Gx/H5ysY+FgY+PmZfV
KGs6fUPtWNi2iQLS0tswju/SN9S3ZYyj1LK/+L/SIGPj3dPx2OxM1uZW6DZZI2h1g2M27S93
857a2M971mdZ6scvAx8ax+708h5c0HQirexj/wCr70lNT6xYFOLeMjBArw7gA2trt4Y8sHq0
73Fzvc0+p/xa6n/FT0u7qf1iHWvUGzpdbW3B07nvvqtx27I9v6NjP0m5YH7Mc/6sDLuf7rrK
X06y1jdxxJcB+6ytej/4ncL0PqtblFsHNyrHsce7GBtDf82yu5JT3aSSSSn/1s/6t/VbrmV1
V2TjurxRWNpHLgLAf518v9/t9T2+su0wv8XPSq3ev1G+7NyD9J0trZ/VDKmNc7+29N9VOh5V
OceqZFj8ekVuox8Yy31QTuflZFf9nbjNd/xy6kPaDB17x/BJTm5NnRfqn0W7JDG4mJQC9wbo
6x5+iwfv22u9i8d6lnftzqlduYTkZeS4XXNB9lLXEmnp9TGj+c+h69ti6z/HN1DdV03ptVzT
cLXX2Yghx4bXj3W/ufTtZXu/nf8Ara5H6v0XYmXtrYLswTY8vIaxsNda71rbPoO/R79z/oMS
U3ev0Z2fn9N+q2LYw2vAfZMBgcGuLGO/O2U0t3/RW71a4dC6NiYzLHXvoY2trmQDZa8bryw/
ue7/ALbWL/i+Y7M6/ndVe4OspYCbHDQ+oXCy337fp+ns/wCuK311tV9ovb/MbBXV7iYbo1td
W/8Awt387kWP+hV6FSSnj87K6j1Oy3Iywa65Ac6IaA3+aob/AJ6nidOZVjOyuosFeNBGO2x7
mix07Xvp9MOfbtXVfVL6tu6z19tT2ttwunVHJspsk1m5014VWU1pb9J7PX2f9x6fT/wi0f8A
GJ9WekdE+rXrPsfldWyba2farHEEtbt9VrKWn0a6m7P+n/OpKeSxK+ml77en9TNV5kltjJn2
ubuacgsc65jXP3Or/fWW7FzLnWvrP2hoe2t+Q0bmlzvbXVXp+mus/wBDVvXr31I+pfRH/VLG
Obi+q/qDftT97jp6kOodVtdtqc2ltXub711Lej9OxcRlGFjV0nHZY3FLGgOrL27Xuqs+mx9n
+Ef+ekp8xt6bks6dT0iukU2247KWVmHEPcxm11mwub6lrn+vb/wy9R6L0rG6N0rF6Zi/zOLW
GB3dx5std/Lts32PXnXRcmn7Vi37y0UWV1vrcNoZaLzi2U1V/mV7vdVT/gf+LXqBMRpKSl0l
H1BE6wkkp//X73L6506m3a+4cxLJf/1AcvMvrd9b/rnk32V4LX9NwWOcGHGLvVeJhr7MqN/9
iv011l8+o4NDRqfAH/pFZnXqc7pHTDmuqYwueGVNtsG1zyHWfpG0vdZsbSyy3Y1JTxXTacWq
y7M6peG2sG51ljpfZY79xmr7XNVulv7bub0XoTDj05UO6ln3mIqa72teT/Mt/Pf/AITKt9Kr
6Cz+n/VLrfWnMzr3CtmU8lz3/TLZ99npN9rWN2u2r0XpXSMDpGM3HxK+PdY86uc6PdZa8pKc
WjBo6D9YHVYV/wBqxbcZ4Ng9rf1bY33tb7fY+x7Pf/wap32W3UZFoaXU47bbDbYTtbq639JZ
/pbbT9H/AES6e7C6U3CzOr9YsbXh3gNZWw7bbWhsu9V35vrO/wDZX0VnN6R1jrVofmYT8Pom
OAcfCFZ3XkEOZ9oZ/O0Uu2VP2WMZbakp0/qRfV0H6vY7TQHZmd+s5Vrn7STZ7qfUlrtvpY3o
/o//AEouA+vHUep/WH6yWsax7qKIqoYA4tAA3vdx+c7evQnYPUb3vssx7XH6W0Nkcf5qhd0L
qNlXpjHIY3UQ5oIB1cxo3e1JTp9H+sNDOm4WHj7A6nHqr9Fur27a2b99f5vpfuLosW82Ute8
y4jXsf8ANXA4vS8/pzxf9kySKyHF7W8a/R/Rud/mvXQ09d6TS2WYWbJP0GUWOMmElPCf4wr3
dE65mjEYGuzH4vUauzA4b6b3+3Z/OX49dj/cvXyQvMPr43A6rn4Wc+nJx/swNGW3Kr9EOoJ9
XdTZc7a+6r3/AKH8/wBT+QtD6r/WW9/1mp6SLXX9OycTbS+1znE5GOPe5otbvo30Md6lP80/
+fZ7/VSU97vG2Y+SSBP6bbOm75cfRSSU/wD/0NHqFtTXy97WkGNpPJOjGe38565XruZdblZj
66zU3p9HpYz3CC6y5zW5OXT/AMXRX6NS7az2NLfRftJkggka8qjZhOyX2ONRBMSTqNElN7om
NQzBo21ljBVWWM/OALWitjwPzms+mg/W3Pb03pTL+m47r8+/Jpx62XNJa76V9zNjDscx1dXp
P/4Oxa2AXYVLdjvTfAGnEAR/aWX9YrepX5ONmOxPWrw6cpocwOc0vtZWz1ms2/z1dddv0PU/
wiSkP1Jxn9T6Xj5/VGtvdh3XDGc6H77i/dldQ49P9G708TB9v6vVj/8AF+n2Ndo5IJeO0ydZ
XP8A1Kuqq6JhdKcz0r8enca5EvaXu9XKa0fRa+9//npdEaWMd6g0PYz2KSmT3hx3HVwGir/a
MVtwpdYwWmDscfdr/wCTVhpa73EQ0dtPyrP6hk9N3vZbR65Htsfo0iAOLPppKbVuRj4rWGx7
aC7RrnHaD/nfSUcbMryDY/Ef6npO2WbDubu2ts02z+ZYxYtmP0bKJ+zZr8V0bQy2XN4/feT7
P6liq3dJyenWOuY+k7zvca7ACXQ1nqbfY/8AMakp670abqw1zBY2ZNVkPEg7g6H/AJzVKxhO
gbI4AgLlWfWDrFdrazUy2oOaDa8kPA+lbscPp+3bXXv/AMI//g1sY31jodAvqfUOzgQ8fhtS
U2vQuj6J2zG1JF/amBt3+sI54Mx/Vjckkp//2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQA
bwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDqtodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVN
ME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6
bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAx
NS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8v
d3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlv
biByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
IiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6
c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMi
IHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3Vy
Y2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIg
eG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4
bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wOkNyZWF0
ZURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTg6MzI6MjUrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4
LTEyLTI4VDE5OjA1OjI4KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5
OjA1OjI4KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjc4NGZiYjFkLTU1NDYt
OGY0Ny1iMWE5LWUxYmFmYjc3MmVmZiIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6
cGhvdG9zaG9wOjY1MDdlZGU2LTBhYmEtMTFlOS1hNmY3LWVlODhjNTFiNWFkYiIgeG1wTU06
T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjE2MUEwQzUzNTRBODExRTQ4NzIyRUMwNTM2
M0M5N0IwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMi
PiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxNjFBMEM1
MDU0QTgxMUU0ODcyMkVDMDUzNjNDOTdCMCIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDox
NjFBMEM1MTU0QTgxMUU0ODcyMkVDMDUzNjNDOTdCMCIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJk
ZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDo3YjljYWZlOS03ZTc3LWFlNDYtYjIyMS1mM2MwZDQ2ZDVjMzIiIHN0RXZ0Ondo
ZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MjgrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFk
b2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8
cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
Nzg0ZmJiMWQtNTU0Ni04ZjQ3LWIxYTktZTFiYWZiNzcyZWZmIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4
LTEyLTI4VDE5OjA1OjI4KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90
b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2Vx
PiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4
bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAA
AAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgDIAH3AwEiAAIRAQMRAf/EALEA
AAICAwEAAAAAAAAAAAAAAAMEAgUAAQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgEDBQEA
AwEBAQABAgMEABESBSETBjEiFBAgQSMVMjAzJKBCJREAAQMDAwICBwQIBQEIAgIDAQARAiEx
A0FREmEicTKBQlJichMEEJGCkiChsaKywtIj8MHiMxQw0fHyQ1NjcySDk+EFs8M0EgEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADsozgRAVEaIuYlm4gZCmYsxhQh6MZyhrgJZ2XI
OHSyEwVejrGyrskQHCRyWjibwjxPgPReOKTUSkMjhvIQCFFsHY1rp1a9AUuz2agEVkEAbGBB
vHRIrEhPGplUWxkDKR4UrrCsNYTC31kTVbZJETqsB5CILThMlAmwcSRBjnWjddZGOfux0Z3E
eZtgxS6FRMaFsJEOmyuZzPS8+c16JwffnC1HbcUZHpwFEPNGijkZ2k7gDGudMFEoUsRDEqwB
b6r7AKVbQyQRDLHcStYYIRw2AIbwErtIk5XuBmE2hUkSEs3hpc/AkacN0Q6V3mjstc30ojW3
WFJeKGLGdbhb7S0TASAMbECg6AoxLz70Tzw7XBuHnpNdecfcBw6QyWDJoADPVrBsBFCLC5h/
Vfg8dcw3aKWJkFqMvWamzMyvwbzWxKltqoK2rsuI7kLlEYlrezOD7GoGma1UvF6mYn1XP9CB
jMYSxqbMWVc0U1gCY/KjuBrQxjShsK3mu1SF5ZEBjew1R0daV9fdUptUVkWGGQF5bfBw0sFs
AvGnFbYcoUuaG3l+oChYCRwmDY0ohqtgBGY5luRZgWOE5LWsK1G8pi0UDXkeg4u2AdVz3RC+
i4LursmoTiV9xznRiWi4RkTYCIpDTVVgHJsC+ziLJF5YqOfteaCdLzpi5mmQdCGqLKyqBHQm
rrUZomaIRvRGG7/knh3apixzMK4ZBGBkIJrehyxorYPm4m9wkbrrBMHHRQYp1BY2lZZENL7N
siKZreiqvU2weZoIdc4qs1oT05z5aYIhPY5DQI84VUTdKVGXl2c6n0fCipD4M2de4beM8VK7
xBJdmBvBaDXVNdA8rMDbUOZGYgw57AnHou5IuBNjmbgSiHq04yn7RatBUk2AN2jovy8yyXsZ
xJT3ojGWiTC7IoEioThe0487EDEwKj+jn6m4VLmyomjo5VjgLjbesKuPSUBe2NV0xPRMFxtj
K9RqtBzkkXw62wNYTDSzQAoQyGN62TwxCDq5RrcFA3nbATo7ik5k6vmHrQ3MUQmh1Zd0Uxlj
13GdeNhkInHezDFELRloQ5rp68usLoEEwis2WQNRsZVHtVCwpjrFrzV4EvHMGF0EA+HFyojk
yNK6qTdQvywyxw5bICDQjg4UUgj9RZB81IhxraRg2UDseU7flA5lpjcFBBRVd0aeWwrus5o5
14pDJuJGLJBlAhsRgZMbEZw2RXZVICnEEYJyYW0yjYO8Dt8KQhOBW0i1idVS2FUZLSJSXFR0
ALq6ToiWQw5ULi4vIcS1yWwDapyxVPTnNOp3QXnL2jOjGpZAhNwK4bqZWSOMfbp7YmJiBZ2v
IdKN71g2sWILeohGFTgRyAagMhDe9ixRGDpOJClvTtlviwB4B6EpLFZoYEQpPmej5otHWWBi
a9QMYtg5HCFcNytH31ygiKlH+R6vmyrslLYOo3XFiekvBNJ0APQBhmVMFbAYC9jHAdrQbO2g
Fkwg4mR3o3OOE12lhOcdGbjIhrCFKnYCKyy28K3PO3wzQWNSbcWMY5W24kh0ggg3uSJhPaC2
WuFE3MZivSOFDYW0ypJZ4VHIeicMVLwbIAk9XFtEJgoSjIMQ2CYRkBrbqgBHTeEukkwXjVD1
ArKxiVkXRCkt6JimIUhkQ4na8xqusxVW6oAYIqELeutyzpOlqSvBbVxK7QcDFVeM5+0uBNe0
WBZPCktKt4cKoIsTVRS6JTOBeGtqkr394HXKgDtdzIkDoaTMqI6nhWpttmuoFoNAOg9hzHXl
9mYZmYRGXQELCpXAcQBpTUFLtBwuOZu6IRVNAvOmTuCsVZrxGUXCZNYQs6Vwfs4aNilSFflb
g82nA6jeDA7k4VMLmuOOXLsJtMRbFq2i3GlZE9RiFqzjJTqVSNwOzDqx5s6vdF1pX94uyZka
otl+aXLuvr1ywDXTAI9DVCdsw2TrrijHK1gJXykud5ZovFXSWCxp6GEFpLh72ldLkdLWFqgs
mLZ0uFKYcDt4FgJPqtG6u1VOPrCaErituhpNIJfwAILGDJBSwVGZk6Eq6LtuFKiyru0JX1SE
6U/HiOs4l1IXamQGzs5HJKlhT6TLeJYh6a3rhIdsqAhbnOkiTBI8plSlZVZVuVloChqoLVNa
1FOuXsgGDw5YZoncDKITNJgDW29KcIWISNtTkG0Y7JWddhfApsLtWuw6PtfOfRwPH3/Ol7dV
VuZm4GlmpHHwYrB8tUYsSqPgErDBVsgwwCBJRhIKsC9EehTuSOSwGTUiup+kpCkl1HAmpD6c
E1KYZrYiOTw5PYHzpSECaKIhPiez5k4rXpXIFOddkXOtMtlTTKuFiqAi0QR7DlDHUG5D0wNq
GwkhEMr30TkgPoDBoshGI4C3ogWG+fLusMyVDLBhDtOO70nKEzMyAQc1gtefky44S5EXLKTQ
c4LEmvPZDNYcpJIZ6OoxWhypyHlR1JcUVzSHIano1PGjbQiGJOrBijYFtHTFvVvL/TyW9SNb
3o1WWdUU1Y8iPm0UNKQiQj6Eam6pQ9Q9WFxKlZOt6nn7YcIAxrWbBqwROZv0mDlr6qugRUyF
xYc3algI6wpi+HGOV10d4iysMRNsAZnlgNJ0NUUQ2wACjkWu6yxBkReIlWKFRslTPSPMPTCe
9bN6zDVRcUhXVNqgWJwmJT2wLjLsRpr+lE17EpRPKNnZ2XN9KGOoybWYqhqh6KnCcp0HHFzc
JsFfqOgjizRa6Guaw+HEWgMO9UcTHcGIWrQ3Q9QXtKcgPcxSUNmjQkbtKyzBzhsaDOJU+l+d
dgdHoWguQwlQWvPBkiJFqUGDL1TYgHAvFUrdVpMVMQqhlgE6qkQPSycL2oONRakKvVsJ8v3H
MEiFAKDPILg5lgEcB/DYc2r2VeXCDVeWNIchLMCPI70cE0s0CiwsRlHZN1KQ5kxBdiYFuj5+
zO2jPQOvJUDVfa1YFRtEsSqPjDBYm2AGN830XMAKu66c85f7tc48/TkKGzfCVrtPAs+jpbUB
TX0iqTtlBRWMDc7NQ3a1XRDWMYVGQ0JoJVxZ32tCybq4MLqpyO8GWaDiRGWtnQ03WVgmpuAy
dfYJ6sieq0T9QSnExOluqspbKbwB0dgEHCIUwsA810CI3e0t0JmpRnQZTnLDVeuBHIRaWeoD
9Y/yg1V25Chfcsho7OCBmcI5LCmon+XF72t6MNoZRQRIgoniccu6ALAcyGhMHbLtsnnxNGFm
E4BwRmdRacf2JEg9hKywqwjqbAEAxl05HQxAgyACYL33OWZVKJkGtZYldelKBqXBFwncsFcw
3gnJrBRieGZmGZmGZmHmq4bIutjGMiiM3kcJyhI5dRkAs6kyLHyJ3bCbRxi51RXM0E3C2F+v
5TpA8c0TrbSpHMDIM6q+RNCJOvJTEbBuyOOX7V84+26fYm5CJJI1KWdh5t3w/lYoX2LIlvla
0MZHZvMwzMwzMw8jtkCFo0LZPUdGyV74TWpFXzfRcyR1LQXa8zt2qqwOZrL+jFd2JyntYRDN
qiOr3GROssUjYiV50uucpzuUqLoxG/Hekyb0Zm9kNTGbHqJzHB9Py5c9xR3YxzfTzOK6Pn+i
KJPreSHbfzkZ7E9472J2OLMmZmHjtzWMlzLFxmpPSDd2nYBNxw3xfb86U+siTHuR0VnWNiwX
Fyo6fluiJvoVBY0XacedKYMzQmVCtoNmBd5XdYbER4gzrDM1IyO4GKM84Vq3KmH620XLfvOX
tguBXEm18LJQtcc3VddyRmySN9tzvoA/k8PGbyg60bGJEqXUAlraVRC4lWnG65tM5wTK4SMx
Fvc0twbHsZUy2YqrGwWOl5PsONOjzNDHN39AbnK5AdJx3dm29bMzMNa3E3CeiHLdXRnmTApl
yTfWGAcqySoVw8RzGBTSN8/fuC1v1ExZnMMzMPJhsVZa18ti1tLCWKqlu1zxToRCkc+GYg+o
yLl+ufMUcRIp7ULm8qrgDzL1WXwFxjM1SjVildhOiEUzMwzW9GZHQSOsNrnGeaZ3POFg0lWl
7UtiEdgbJBHoZFU3ICw5zpDsC0t0ZmYZmYeMibKYeOBal1sod9Bz5MipzogCrwYciM7Fh0ie
kiYxhHIiMWztBenMLNpDbIu2K3qbKRresN5HCWa0bHuBvIaCSW2HGNAzlIInTV1EAszUZC2A
GRkDQB2tfgn2HP2pZ9ZzPSk8zDMzDyC9g+IzfmVdnS9CTp7lApIWNeVI8sgNf0FIaJrRcrjV
GICGEsKi4MiQAiZToy765JgMPBktx0E1EYbSapYjpKQ6us5YR0QqRU6WpR2TVJsXaZQGJJyG
xZIYELAzVdaEoqoHa9lwXemZmGZmHE7G2DgwIBYx2SHnMDNAxaiFxZCK+jsExGPT1YFe9rxK
FgqAtam6HoXYDh+6DdllKjrTq0eSpzs1OREdYLlZHRKVWGCyJvebNaI0JFtJC0LV4pn6Loik
D0NwefS6/lAeD0EuKJkkBlU67veJ7YzMwzMw5AwZmYLYbYZmc90iwhZEKYByYBuBheUJgF7G
AsjboHDdM20KaRpTpalbAEiV40nHDImmLbLAjhrESvtyLJacyubNE2ubRAR6oUuZaLyuseVL
iks8OVE6oQKOY3EHZjnU62ZmYZmYcrXWlcDfqrMzYTBirkCThMlKOgkx7N0l0MIQDJuluKA5
eC7AtbrRGkIqm9tulezaLlflvhTGtmBVpoYsJtAnFAZd7pyl3sEze80EnKAhy5hF9FGJZc50
fOmtEgT9M859XHszDMzDMzDmBjOUzSbAQohFqENUdMXnbU2CThCfOWJbKqSF+gjagEn+KFK2
MwW2TFU/ZHFLWNoAspTEFLlIrmpiJrkqhfnIwC6GQm446JsQXHxKQLlfQDnnFGzWoWI3V9FV
lFhxFn6r576MZmYZmYZmYctFUBtuluDBnGJVMK0tzVVsdGlAgnbu3RVWZsMUFxITmTqk7VTp
SImRG0CLF/YotDJ1mQYZogKtZQteckkblF4OevkdXvn3Q6rYyCTCAwMSoKesM6vmOyBU15Ti
Na0mdx29FemZmGZmGZmHlQXUgd3QNnVorJEw7sSvYunjnLa3sTDaiTW3zgpzYnCtwzg5b1bo
blrTmw1lTWh2OyKkcUCO1sKEYW2qR3kzCwEZu4kJoWghhmpOW6CqoWAykg7wY62tsTazYDnV
2L47ouYZmYZmYZmYeU11o2Uts/bFXY3DYm0TZmS0bzNG4bCK8DZUhZKtc6Tva6xGHpLnN1x9
DHTt2ZGvZSFaydMRBmEtwbBQYCRbVtyY7KrHNBOEWcwqVLxQqdkWMLPDoW6+2FNzgVXo/Nda
EzMMzMMzMMzMOIHmyzuOO6osZR2SyOzNZs3maNcl1Xk4s2nhvBOB7lW2C0LvMgLOq686Rdmr
DpFoBOTARYbJCS7VSTcYtgARpCqljWmyaZCtXaxW19oYpb3rgnET7eYBKvfFYTkXdwk+SzMM
zMMzMMzMOEkVMp+2Q6wzN6MlHDe9bN5CBQec9/whEWGJWS1mEepiC1cwiE7bmOwHwGVK6vcW
AAPIT2VUUMr3RZ8r07Rzd7czPMuf6jmRnqKH0gkZnClsWcM1vDVHe0pQqHfETrOF9Y1dmTzM
MyOzeZhmZhxm7K2NljAPDNGRyIWOtE4xpxXzx5chYRfAgwgRycjn0tlLnquY7EjXMVQ1VvhA
KkGRniYv6xxnegTZhi5eeORpH0S39U8/9BMzMMzMMzUSVXZwPPLGvgWLSmF/c830hKMtEMlh
HcZG8zDIziQzWiUdbNDByh1VbwADqKADQIxHjBOQEXW3APHsrDBmoE+o5HqButephxQogQG1
ivFDtTonNbMERMW4O05I1GMjue15zojeCwLpeA3rUjM3op/PfWPLy5UbqTo+r4DviWbw1qWE
d70Zm8IhmuSxYY5QP82c+jYjEtMjJORmFtkrYESvRL/nJ1Ru6T9EEqbs+fOWvaewHlSIkDhE
FQuK4r/QeE7osIoAHlJVZyiJBGzCtDrbbnrsa0uIeIkwOlEY3uGifD9xypT0pURn1nyf1cLm
tma3E3sUieawp0yCBAbiLhcAJgsNlOp0ESmXsOfLVesmSmEoVnXUBXgHF1rCiELQL4gANkKv
PAIcncVJf28hmx6gSr3RHLZ1ozn3XhGiAkOO1bpaGHAsSVrQ3gJhKi3rjzPcCk/V/K+2Oh3W
vm8yJvNRC5DCnXMA3COjYiQI5KIGMOVMU3ozCFBXJOjItZMzMwEo9Sjh2rQomLLmw3Narhnp
8aCKkEblPZqMsISHgsJvBDbkgbEJjtrVW5A2iGb1I0E0DzEPWceWVxIguNbnT2ElZYGBMI3m
8KcRgEMzCEWbErN22jjaxlQqbLXUiUbWZpjezY9xM0QQNpG5LBaHNkqPOgOdu79gqx20Cmlc
QKzdqYoC28yljeSKMHRwObh02jlydKuULR4ESDIDCwYTHbpCNVeIEG6uQblOpQOu6PjOvJhm
E3ksKkJAgRFESIKZunt+OG2WKMsr1OzCbJMjs2hYT8hEJ6oOzwHowGhsL8Us4zJZLDJxmbjv
AG5bMHOBrU9ms3IDOUwJcGTFOQCW9BZDIDwmEUX5lU21oGBqILc9A5ZEnkcKkcoAxFwDOESt
oNtlvQ3VQdPZUN8HOAxNmv2WOVpDk+as601fV1idY/LZrNRCEFsLqEA244SjmyOa0S1kSea2
ZKOietQN5uISKLhm96DEWOZEuiO47NRnohmsI6zCOFwpFjRFlrgRVFbmc7lsAVrrwYxaoPDJ
NPCcbSJVSfpThrjVgct1vK+hDm54Q1vRHehjEoFI5LCG94ajORXJWawN5NYuZU+D1ePZOS8A
XR8bbnQbpHCwlCZKYMGYxwlreyG5bIZPRmbw56E4makMmPYwMZ4B0yMM2uyHluIY6Kxc8bb0
44uEZU+k+edwPbGQyWSA5PZHcoko7w1vRDWp4C3OBi8piql1E5sXRDKArQhSc4hCrSGzV8Do
J8nA609M0WmInGNx2ZmtmZmHNaaiKaZgLxNITIcgvJrDR4zJahoJoZBSrv5HOJ9HXFNeAtRt
rkOuCkhMzNxMjkTW9TJZuJkhjBqjka1sAySs0X86CZ0MamwBrvKlfBpcghZQFhP6Nb3Iwkdj
DlTIvSUZC6ymw//aAAgBAgABBQD/APSB/9oACAEDAAEFAP8A9IH/2gAIAQEAAQUAckYTrCct
N/UjAoR5wA7taClQQF5ZNUDZN1kqtNG6BqcUhqS3aoodtFOOKOI4+Jl/4LfeCdkjdcDcv1IO
DZLKGzuokj7HooAKT1Y5orMZr2C6kB2Uc+Q+0EE79pOByGY6BMuusqxzSQQHLCTuiUUhUqyB
nDBULukCq5ijx45VaGAhfxkKrV8NWiOS1JWQ9S4MdBY2SohRaRANZY0nkjdebBWG8fNeL0nF
V8ImmHIDOWxcIAjYGMlsVztmbThnjahCCaTrkiqz1e0lq5XtxTKRsPXYEjiScrJsORzI3ik6
B1nbfHxaNWAV4A518mrIs5JYRQTshZeUrHCRpV+5DyecAZy81exetF/udgM6yz2Vuz6mCceb
GJUjAXA+CEogQyMIgF4rxXZAXFOgfJCoHV0V0IZb0gKhAWjWRmBwlRhJ42w7vG5ZUYqBohQA
bo+yNeUBBOaG1OFTrjmhuSCOUT9e6ZFLPWeh3qS4kqSCSGNg9UEQIYlJBJXWbAxPJn+2M7wN
4+VAiOnCJ7KwxInf13r3+Z1xOFCGbQcyNocRi/cui2fGeuevXkliXKh95szbkUORWTk0rrxi
CxoZ9L+XGyNZOo5AwWRND7sDlcjjkeRdxRyoZpY4vtSBVjI2SfB/4sD74iVkIIMZJAy7rjH4
gB45xGgN4w4qz6E3b1ocgnjnQ/SxUjnSSpPXkr3pYhB2sbqkiMjuBiRBg0DZ6GXIkYPaJ5/w
v0+UxN6OoQP2QUA/JIkempZs6noYnT5DTjhBJbCM4HlyAHR9NDDWszKqys/KFjDVDgusbOzu
VVpgQ07gmYl6kJLkroMFUHTKQ2Rx+xo4kRPVsGNEEaj9N7zePJxWw6enl4EgdFfR/m9oLCeU
SnxyJwnQmsRQL23fPadZX3X7K1Wah8gimiR1aNgrCenC2Wq9iLKfcz18p347SBtBJtBJAcCx
c5zt2U4QQLUSzQVuoaC6hOdqqGl7AD1zj8TuIBYpNxDLCZCyMsnS9cssp7yL8uexylWJ8k5q
V2WQKuGZTJLIqiUuuQxh8BKh5VDBjIQpITxleH1rksgRYZ45cX6SyhGUEYxANqTjk7EQKw9F
XbLogxHYvAcIf/UANfy40PkPYvNOATnU9LYtNH11SKHv6CwT/GuxLqWGjrl/E/WVZyvWSwq7
21SK/G+K4OcjttsAdE6bGDbEa+sLl8haxgdn65Xjqyr7K0ikN1CRz1u3rtHZqdfcuvH1dKgY
YyxrTKVntgCg8kjvKrGRoY1Le1zIm05ssljjgJKRJwAkdc64NKg+lu6sAs9pCrUra8BIojkl
LzmaJWc7FtecNhy0CKVWpKQ8ijEfT3AGyID1AZ/LsOM9T/R7FOqpxoqIgJAFqCKxF1dd4uzJ
BB2QCTjkCIkfjbJyerHJiWZ67Q34ZAnF8CKMWIEGJQZlAjIzs3RafUUPfZbQKkA3KlOZOqVY
K1mrHOlaD8WeQPK921ycuyhedmxGnGJiiZPOZMrq+JxKvMgQIZMq11VAADUriQ/ao7ju1qiS
1YsvU64yNWqw00ltu+IxKNEhc+DdVgpiOyXIiLIwcnCobLQGl0EUaz7d9haWvD1FcB+2aXh0
kU/Lv1sSydBAxE83p7s7GE+ACRKT65SorgDG0AqpNJZ6koIYr6uOJwSk4XZT7kcBQcs0IbEP
T9WaMU406htyRhkiRQw/5mh5TSyhMsxOmSvyzq6mg/hZWLFKhJRRwmsgYElZ60LBm0WjiDtX
CQQ9x8hTBJNYlr1+B6qi0bTh5J5OKTJoksoDyopsTRPEDtjvY+sYBUjL4JjVgU3saG+1VuXR
MACQRbsR1IpezD3gQBYY2e5b/kryzR1IpKOdgAEuDus39s7FVKgnTKUO8YDRZdcm3Hc0XlR0
mG3RGGa8ggMqjjfbhnhM7G6TMoado7VeCCK2LDrDp/vVZ7B1HGXMNYR4JomYJJJkRSJO07Bp
ldJHNGssUFRhNZsPHSprLLFGCJnC8YYZxwllVRIQykLh0c5DKb8oictpyj8cR9CTk6CVPQVt
z9tFBlnulsB6d5Hp9ncni6hWe+yk4VIIGw40pILD6v4FNi12wpOFRgUExxrudNByVwN45DCD
tQvL1wvnoXQAGQNtJ1Qt23YekFxJiRyRho53FeejBWqXjYluX0jya3K5SZK0X5M8x6zr3EjT
+tZ45EWY8pK1XQlfxXZ0eOexdlndkzqQGSQgOiKol04J0EJI1rHBGU51XP4OmU+MGjhGwACL
IUWmgEjvFwRI7Cq3q6yp0UUi0ydEnWAk5YJCAjCwA3yHVqG7Cy2AEZ5XE3uVRxdQxaJ9hWwM
WziRmiMSSQF2DZBKoS/Mqx27LytWrTzs4NVK0N/tJE6evWS3dghWWeSQ0ldmrVns2SsNNTan
EXWQPq3O85gpnczGM7eZuIVQ/rRp3kWhEIK8kzfkctZJrRORheA1rwSjjK83NN+djf0wHPob
tb3KtloiZoeMnY1ESSaz2E16/J1/YtvU1uKMwW682MOZCAZ5zRyCsi2bA3JokEtinbTjSknN
jYUHGvg9u5lidTyBKgtotsEd7d/so1JLEiJ6IK3SB3jhSNb0bvBdLyTVqqKJrYGdVA9ciMyN
S6tSZVIj/HBcgRh/uBj9ALMxdwV6xDJJZnWGvIX37PuOmDEgwAA8cP1XZyCUK8bhlBIOhh8Y
PIdfsXjNDepyqsSSWJaPXVOtr9t2dC/BZ7vsLC1KEzmFqVMQSRTHR2Qc87gG5ZCTLxAJBGAE
5PooftwyKpsShIYZJJexVtq9V1cI0sZpzQ5e7eWNYwZ3gpCrXp1VXARismrcyRJPJGDbM8qU
IneeqKzywVEilJYghhGIlJtIPWIfXkxHJiSWeNIrWqUFnlYnUhpTKylH+1iQIyWPINjIrYFH
EBQaMuE7K8jgBzQIn7ZV7dbSR5N2CAdH1X4sfyjt4w888VtYIOtgAPWEKI5jL1z1U63vzJP5
xgdVkPMk7IOHzijeSE6l8l1O7LAVuvAksohw+cJ4j2Pna1a/rhp/jIlqSERdu4aLtqcmRzxy
JdjvzzpSKy9tGH6bryUTooS00cJQ7XAOY4aDjeW5+BLlgI9L7AmXrT2HsusDrEqxTxgmNuLE
KcqeQfrsqsi/YIDqElWQ8sGfU2rkVWK4WluCsbUkQowDtvk87R16j3LMX+bCns69ga/VyGGt
SiInSVu1ISz1Ha34bLE5AVVSScJwHYUncvgOPLZ2ZKUvjyB7LAqQhzR1xIFuPk1WEu1hElL0
oStivIg6uzPWWXtkjQzvPOyLZpCB4c62l+PVDgu2tBgquQ2OwWKX2STKvLJXAAkBZZJoWpSv
MVgdYpTsyRDazFRUIUF12xbIG5Ig44wIEbgKG2Ow7GGlFf7CaxMrPGYprTUJ+wtyzU+niUB6
Ge2ouNLU1JJQKoHklsdmI1q1ZRkvYM0kTq8cYAjB2rHaxRMzJWAM7ANJ5PDx2yk0PitZRkg3
JrWOxA5cmnrmdgx5SnRinQtLEjRvB64kswOhKSSLI8dfqqjzzM2o02oRvZklpIpiSMtPtZFc
NFGUFiyiP168zcDa6GvyBQDBOQxkJMiBlrAhU8Zs7inMbeGBGsAG7d+ClWu3JOwmatBDnZ2U
eDr4UWp1FYWLgePmluuAL4GP2Fki3LKE62lJ2OS0an54hrV17JmEnUSCWoSfVskqTlYjgGGT
v/a/0U5PGsqddRWnAWBcFTjjwPAEjMwBBKlsjUENGoFk6jqVTFJTrvNOtBpTHAqCXQHPxevf
jDrgbF8rpJ5j7QAcnIggtOefXRiKtNAQtOqtevvZmVgAX5c+QrHZjIAJ3jMwaBw6HPJHdTGz
ZjtxAxwo2Xq/C32rpR6OhXrQ0yRxhgtsslmSMtetEWrk046mCS3RSRXmkatWaao9owdi8DLK
JK/8ciFjcrlduWW3IlRZCwIwg4NCsoPJj48aGgSNMwAzTag3pxsT7IUAPQgAIOL5EuOdL2Vr
2X+i3Jcs2lZnUMyqQe0sgvWRrdwFFipK01sktjtwUk5vgZlKtUcEAAtsY5AaoW0AMv3TXrW5
guUK7zRwQRV0vsv+hb7VLiE1RItniJZGcyWupgD9xAyWrYtZT7CWCFLTBBWipiWIsBDJMKHZ
xI+jm94v1rOOdtFE2wQAACRxjO6yb5WH0eTAIORkB2yliPtEWM2lkb7d8norpeQZ5pPWR95v
SpHXpVVlXrmOyJlx5G5on9F6cufj0BEEETO1Ws9aK32ArK/YWHyROWMpIlkKJTI3FxVSNZoF
oG9bxOJF7S7DHPGlOS5LZKLJDPwmqP6OrrRGMTQoTWtzF+voqZ5uqgyW9WKpZciepYnWh2Et
AiVYmBCtKk8wUhn663+RCxwHRib+y2P7TrQJIB8ROBED5sHTlvMYOFvAIIH2mBkJYnUpPFXC
mt2cSpHYDAytNMAyR/IpyKduMpT6xHMEkrIYSJj2LmOKyGnnNcUuq6lSsV22VSCQ27Vq57bT
MNlA4toRFRGRytNOx8SOFEShhSJEHcNLYudfv2ddPIStdUk7e5zqVK8FaBr3iw1yQGv2Mzr1
UYyax11UL3N2VaidvIvaR2IZuttwJXAggJWSYcZLctGdY5WAzyMR+L3CGIO0B3gJyNwuKNiz
/wBkAEMNuQQrDS+cEixrP302Jb7SVpvWpoVmEFed5lrqqiayFz5C5lNuD+uERMJGMpTYftQX
Hx6lzs2IGnieWKvHP2Z7AxJyH4EnBHRl0Cbij8eukrNCixIGIViVyg24oXMdaIe+x3FOOCXq
jNJTaKpDJ2lt3wx21ttb66lE/dXZQw7NkcUkKTdcrL3bwiLte4eTtFuTVqfrVY2p1A8bypY7
isoTtbsMNGwbFX+Suw/3qvhF3v8AjWsTxlsEsRvADuRSSf8A1VwCPWFNm9XllkgvTrQoIs1q
UR1esZdJKQzsGed/d2M86+4KIkqktNApIl4CPqomVGBI72aX8ilR3iwwg8SSyvDJDZR0uFWr
VyEyGCafF6V2w9LXDfhxxgVkSvHVkrTdk8s+QiWKBBWCvKLHZuFLSPEoWG3Jk3SCV/8AL6hD
zpoFqxAixbROzu2GrszyRK87TSxiIRL7Jf8AOgeGga61zyzW84466wHeEgYDvFOWTtTskvot
E3B5Cogb7yC2ERK16OSKJSA13XoWaSNOvld4KkCOiRcp44WZ7UzlapAaBwoaUeuh/wCmxYEC
UOrl7G49UxIqDcaDBGsyQ1licVaBCU6q4ANnzg1gIyWNCkqM89l4Wm9lVMexJK1GpZeaQxRl
JND2XWADbVIAZ70NZG+Ry4nyQMJ78NqO5HXiyJpQYevsSmnSrV45h1wzqYq0ViFotGCM41dC
r09g03GPXlQhWBTbZMpKqQ5bwYgCl1WRwJEaJuSxxRqnyKfiiycFsTPxggmeDroJXa8iwVa9
UNluZFLRCab1JvjxEcnOwCeNlVsT1oBFHIhbBCEVnWJa8rajeKWCNFjXRGLLKCls5FIkg+uX
rMdas/KWS4a0E1OzTnjE0rZwVZZg8s6WJWVEdyIqikSwjLfZfjvL2PN/yaLrb/G9hOz1lKyU
WSaNFuUJMMHXTlKMVJ+mMl6x+ms1hXyY0bFqxqz0VJPWSKzVpQy2HgF62XiqXbcwoCTC2h8m
cixtjHKz76hJGr0q4hXsn3kZMERAJjj/ALIVHM8g/XL7LbvGoo1CpAIU7JldI47nZyT30b8d
4lXRDsrTSpgsucFkZFcr7S2jHv7009uOpKZZ4KTGOeIoPewsoUsxVHdTFEuFoOQY7VpWNpqq
sb9QO5sWIpqEsMfR06lm1IJYrCgsTLsj8R1voWb43ReGpr9PO94dHG1p5UXH7Kspfs5Dk12Z
h+TFLJKY+PRwlhJKa5662Z6vyNWNt9sqqXl6SsqIF2bo3NZlDZGPCQjACJCiyCkWhPXF7FkL
xGwMeWOJbduWcqy+8PxxbCKkACxOiS41dYy9XmHrToQSkl+zPLZhv2Uc9jKR10lp4msQQySK
CX2uIhOB5UJ9smBYALVBJLcFKOHLF6tCj2Wnl6yqkdcyi1ElmtOZOz/HD3uneHqOsPYWkVUX
9CdZNchiybuHXHv2ZC9uONpOygC2+zsuS8r5DDLzi6uVlpV0rju+Sx/HpS1D5IWW2zEp1wcW
Om81yeI7F0VJRxSCFlATRl0zPN73mIBowLFG7DGljUW7gmacgxsG9tqdQlGNq8p2IqrtLFKR
zRRojR7d0ihnMleVjWs5erCCOs1kxoKqieSV5r9gK6RWJUNV0DfiqrzjZ/LRZbM8jzVZlyt1
E1aGt+NXijIczLKsvX25zkfSpNDRqJUr47qi2+5WIT9tNIWtgF7IZXJKMhkIpSStW6SJ87GK
Kra6eI+l3/ticce7lRo/j1nUXyVwZEUerbKelTj10kfLLo5WDAzheIVnbhYlkSCkAI14mU9n
GqntyiT3rFgiWKlGsk96dOkRUlLwWaxEs/EAKipkpDWPqd7Pe13sdfutcqSmWDGdp2p/H5pF
WhXrCyK8ky9lGuSX7shZZJShqA85ykkTStA3qSHpbFuz2IM0PZVZrdaKadDMGujopKleCPtK
G0vVnIkU52DBa1my7StBKzJXQIKgLR1ogVjTZALVnHLvREsVcGOtti/MKltFms9H9snfM7W6
0DeitUaW5BGI4TtmanX5JHGI3gjiMwOrsryWY0LRMWDzzRRI8qtklssKdC32ctSlBVilcB7a
tz6gCTtz9DkaK8xw5dIFNEsrHPZdoOulhhtzdpftZPDCuQ2Y67r3qSYbbTZFWnYjrp8Ne7Gh
tTVh1s8lxljHBoYjF3Ms1O1Wr2bk/XfHY44ZeqfUlOeMmV1AtzKZOymeMlMVi2RqAEbSxv45
AZPZiiC93JG1iee9OikI6hQSeJj3Z6yFI+z72IS9lYQJX6CoXlZiqFft4+VTWdggRpnPIgrZ
STjWsXVrqRPaLpLaeDqVU10C4AUjc7kuWW/E+Oqz9sRxBGxErlwJEJmztrJTrxJIxexa9Mbc
TGZbEdmxCo57IZjlSylCR/kLuPy+6nZeuvTZ2VFKQ+JWh+YV0JGKp3sDx2ui66KCEHQ2SdDZ
iRxNRhMDxPG7NrIyNB9YJlGRyMwIkyVJGPX9ekhVE/KB0JX2xlONGHSmVFrsK/s7G2WcdfUW
tXIDMynQBOEDOyjMlf181tV5FmtOsddDBPPH7b0tWotMBDkCbMoGmHm7CPV8bCjtCQC4+2BT
yAGygOfIUUUrAAKufWjcSZ245o4qkHkAolcZ7HIEjAyyvKfjrxL2xII7m89WGQySQ9HWsJDr
RB2JmdIouZikPEdhOslh7i7isSaBIRIiuVt4Nh50UDqwDFApaXmNzFiHMcQiv0g8U4Xs6UDT
vWpn8oKdAHbDwoIwgaZQyitLy7KGKKh2d4vPR66xcNSrDUjbZEa+xoY+OM/OTzwkfkeniEfc
W0kbJWHCAkHYJJGvllsvOSWO/CKrNJEqAlcijiZUhRkkrBckj4ZpcHHZ+oJB6PuWev33a1Jo
+k62WdFGgD5GDxm9Zce2YvREz20jQ1I1CFQQB9sZ4RCVuUySuvXRqEqyxyGYOgMnZyN2Na2I
+kSN8njWK71MZWuEQHyM2dkjPOidYCCIbtUdj8pvhIIo2sWICEHEkMNiCMnJCI4o9ZKQMsPx
bpwp7E71ODwh1o4+gtTqK1y1J1HWNH3/AFcNFwdESIUJyN2TIJJGyTk5nh4rGivgQI0kSshj
G4IkKooWzGkiwexlJlbFdi2jmjvtG4UYVJywhkno/YnEblZiWQiOMFmuv61iPCukzJasdjIE
itwzHsk9qU4o6y0Yhc7mNPWn8gZ5wcuW9Y783v246Vb45GbvYfIrosWqFYrHG40jNwDSs1eL
1paJLIECSvqWyAyfH5QezOgbbhcScBUmDGQclqVoq6XLCV4exrS3KpGiM0cVWIrbY72GYOtY
OH9Y5cSwlgRhFxVNE2owDGB5IxV1mvJzuWK1ggUHRmgXcEScZHRDJIwCQAFrwYzWZmWpCpeW
Yr61svHNU7FGR7QVPiddOBO8GDWE7C/SeTgkZ9cXaT2L0tdIuu6YaklT1/jwyvkpPCNgiwOB
m2eSQlYzK3u/IArfHtjtifF1j7AwIDEmxYnjig7G/OUZJz37S1pGPJl47I45VIcNAQxb7VLE
TIYpY1+/+GAVA68qkZbseRAB2P4PjDrZ1nckCA13Jj+lZiKkScpGIBkYHIlIaZNm2m4ANSSM
uSBdqOILNMnTqa9GN9hGBUHGIJYhVsOZJ/kN0VKPU1HZe/k4R14lNjgI41VgZpCmJYGoLMYx
PEU2uCsvseUb+PBj2xGidmVokYiuhL1mMfW0YqFXspq1u73M/KetAz468ZN6xXCmvKJY7APr
gmUiwgMfIaJKllJFoBh0JlfttcQAM2Qd6x2O9A53W2SX7YI9ajAStA4xVUymMBI/tMrPkxDJ
IHDuFXJIizfcG6oAWY5o8jIAjI3y8bOWrQgSmrMO7ptZ7CgQgnuvZuUk5SyRB0LNzlLK5ILV
TvIbRbHdeHD7HUA/GFB7HkyzoQ0utELiIir8h7186zpf/n+QdelYUf8AiyAZiPLjSxSesiQT
xqTC5OkhQOqsCq1xqymx1dmWv2Eajh/J+vkYTgPjt2/utyoIolZgY1WOmoLa3L6gTInJzF/Z
aiC561lJqSbl6yRBIPY1FpaVjr+0An+0rGhOKo0/2K7e+3IxRJ5OT2SVqSErb62JQbblcEmc
zuONiK0YgSI7ywzOII+NG6gjvfGELdi+gsI+/wCpVhz7ftEij6zrDJOo1nyuMfiVDwjtDWLr
e4jmsilIyQuXrwxygKBLF6o1RiMkQNjIUm6ewbHW687ObGtjBvXasrXGAMcHl5m+3rxohj7m
YBPJMIPK5GzzVKQQ+sRNdsJDC8UiyyT2AasVmYdT2sUcQkDYG2bk5VaUPEX7KxRxEyR9hE0P
W3YCYenn/wDmuBGkkQEQoQy+FQO8qD7ZnASKRzX70IvZ/H3P+o/iODReeUQpIfw6dSJ79lZi
uBiR8n0euiI9dlQEIJA3orpQSBKQcpkiOxsTRLomeNc93PLD8k+KTMOtE+CfwrI6/XHs6PaS
lrksrLTrSkCcgCq4CwsS9hZGEEPHFXQEJ3ckPtN8vNeZfVNN96CKJqd1PTYmSRui76So6WIm
ht3ZZZqzukPYytIaHXrHF20Zei8Q4CmlWPgTjI6vwTFmiUmzEqwTFwwJevAwr/IKnrvdFC/+
rZJFaGVI3gTk1y3N2NogQxhwGScvnfxe7rlOjOP6tk4y7xW0wcgsTwokkWgUZGdivAHbkTRF
V+HvsBAMdFYKgUdje9ZQs2WyrWZABFXBZLbtqigZUrgEAuEDKF3jH7Z/Y8jwwT5bkmRws8uV
vj/ZSl+i7CJ1+MXtQ/FvHoapSruJJHuL66EIu9q7cT2zk0Os617S21PCOL2FqpZ/wrAL9fK6
x1Qghr+YumDsKcIXtuujuw1OoNS7ZdjDVAtW+17Mao1VqwSAjCdEFgbk5iquTuIiSIw7xwUK
gHNeUQsIxwawoMCuOCOCQdJYYnPh82r2yC7LxtdhHDHXRwYgurAD2Z24iBmkeyGOURxUIvA+
BGAMD+bDlYJX4J0MLX5Y+soQ46RIXBI1vBskaOS7Uo7V7osPDL8Z4pTYlpblf8iKRkqwWbME
iy3KiRy96NQ95IziRyCjExK7PTYhMZixOtdnYWKs9sdZ1/SU3mlkGlcMcYTiRZJRl6SR608X
CaJyp2HE3ESgazkxzp6KzUrA9DCRWrwmPkiooV0dZGBPxdxH3BOlkuz2ZAMTWLx1enjglLWL
rwKsCmD2mKNBh0ATiaLaGdhPwrWXf1/GoY0gByxL65lhU4Yoxh9IUGACQFk7eLnFXkiaKpFJ
ShrSCSIEZ3VwRxUomdLoksyx0BEIutknlSjtDRrFD1kWoqgjGjoN5kcKZ7qz3JHl7K/BEIIZ
WOH66Cu7LqyXeC1sTx/9RgMtgNzHkBAq9EgSn8mqQxpVlLpyCTu4BWQM0w09Gx6bnZWFWmBx
WMkYAAVGzbiRp44UIWFAI4V5xxqqvZjZo/YwVSC3hrimWK5CY6XQACqPr8lSX01+ystGLxJi
v02L9nURZ57t6NentcOohWXJoQ8XXKRTLoq9nYe1ZnD169asKcDxeOtrmOT9q/Tur442pWjT
pKH40SuGyUEovgFNFwcKDXYx6uKgDQuBlkAmMLtlBbrQFp95TWfr6Pl7irHM0u3WVVNlwwiP
At2Ztw+rTkDASRGy7nctOikrEVKWr5hd7M0pXS5UOwV0BGcK7y9ETR6AvsA67SwJ5o34K8jN
Gg4qpUik0UNZbMTp1dirSZTzENaWxAnVRlI+uqxj/PiDGsCVpRhliVf3dpeStFIQE6WlJYmB
0I18zEiNPBZlLAKQ6jfYKv8ApuiqY2HOReSA8XgIM9QMtfXJTqC9eP8AWxG2bRBGyeWVbDEA
ghvBLKMUqBL5eMckX7EnRpnrVLb21qxcY1auUcSCdwkayhoZF9sXSSelLvZVo67WvZPNyQQA
FIOstWBD8eiTDSqwpNAIh13WzPahqBcVFUf+OzLJPccNatV4o4o5GGonAE8/Jg3HOas3NDh4
HO11/pTrrEXbcVaOROD0CDYr+I18HvWjXsZZneLROa+7Q1GTujEUvJsKw8nwU2DKQZQQkcUg
lFQxrYO1dUIKEARyB17e2kNZrjmqnaWIat3sO0TEgtTNFR7cGDpbDzR9fXAIGOwRJBsiskoh
QIv/AJZ5xDH1EAirvMqRkF8LaLHkdeAdsFO2XkO0rNWsySB2I0YmXUqArSYJPUYtEGOfIR//
AKBZeJA3yOIxBpVC7XklqWqllJ4mcgljiEgEv7bTkQUpgEqxKZuR27AiMsM7DsYKUVqC3LB0
XQJCkvWNzHViVoOtihITGUEBdBvIOznad9SoK3ym/PaW/AE/0Z+MfyikJluwyQN3kSy1+zqT
4LcPLmM5DX7akIszW5SrRDSBxx+ub0WY7TwTsE8hnarFLFwLINbGiY3TI+KWKbf/ADAkt8gj
mNv1N6v0B0avbcB2VmCaHoLAKAZ53tmCKrWew16+tXaVVb02aweV71WMS3pZBBSrxNQql8SM
AAAYQM+hP1JIzYAOmPzDsJqsDOzn4715tXakKIHIXO86kWD8YuSVrjn2T9hHNVNnupFEPymz
qL5R1ki1b0M4B3+yKQVoOvDuUXijKcAOmbLFtVaMgKxGwNjuqjFObs5UYyrreKdt1M59EkvC
O45s5PXmgbrOviutL8ftpjdJfCVeotWJL/SionTSBLYYHF1nMEIwFm590kNxIBY+QskclixM
afx7srOQ/HqVcV6Y5wQhAfp4ODeHDrRfCRrlo/NpXN9ho/GeKTGV17MRAkhdfJq5S7XQpC6h
17LqhBK3shkJ2aPZT05Ov+ZVeFXsKdtP0YGYx8QizbhMqHNgjsLaqKYZnglEuOmJsZKnIWYG
jsEDfEkySDFLa6etI8FiYbkBMlhY2WtYNO6Hacfg25TFQp0oeylktRUGEdyFwVIGtkFF/u7S
6IpWZ3ZYjy6DpqcNUqAODO0FYRqBrNeQB+jYTluzFVju/NEDR/Lr5ztrM/Y3J4njPUvLBCbC
sj2PusSuIbqPcjpRywoGZR2gqTxdhVCRjRxkZSJNCvbmifob/ayqA3qrcYYI5uUenEDQlTPc
EEUavcnhrRrkS6UoDg3vxnc1iJSuxz1iRlyQBnSS7pSDlgQEywlj2MXB+vt04qU3yqmol7a7
2E6ddAkIAXtlCqGY5BFzWxMFDuXMEEzN1XWiUqEiROT5DEEU+M8HAP08Z42SBny9mHUxjk8q
hWoxq0LobljqIgZZZwArBVsTEoZZUWK6yYkivl5yXtJ76Sni7TJkNb8l6HQSSydZ1wrR5ZZg
eorck4vudYzDZnFucSQVIalrm6WIlw2Imbmmkm3nbkyxkNxOzkPJnlBV+nYBRtsIUY21PaBQ
tastvrp6dis3QqgtLcFhr6CG4BrNE5ECUZ3c9d1S3Ws1rEEfx26yH65VQ6+n6HCc3hwkbIJH
zH2GnE2pCyOU4QQ9J1FiwIq0UKNxZ5rBDWZZGDyqwRCWLyoWlJWEkLHRlns9Z8UFqtS+Iiu9
WlXqp+jl5piw66lWuwTjtZw0ME610hgmsOiRQrGqHBrI4gpf63wFig4kfRxsFuTZ1kZESEgl
l5Px5XyGboSqvelEr1qgkZY469btSz2Vj4xFTksqV6SnUfXmUKK/OHp4ON2KuzBVCj9SN4Bh
GEaOjnyKoZqrqkMleAsY6hnsxwJXrlmCPMEVpnkPElCQRzcueTC0ZQ0HCWLpqCf6ccaoP2dX
AOXYXnty03EFaxYeZkieU1gViIRS8quFmAVb8BEMwla+QIKv/RB5oQqybC9co9Kg7GmMhAey
2kMqQ2yGc9bUWJb1pmFYrL2D9izMbrlY7MjO00Wq0gAW7Co6WpGLH7PG/ODNfrYiSaLtOlnW
+KzxwVo0rFbqMJLatlyTaBySduFG1Vj7Lc6xohRsqxgCpIY2rzLNF+y7YSrWUcmn26JDyyCE
ZLIkTTW1TFusHntGY1GcGnK4bsiBFHyClixROSsATWnWErNAQeBUhCbpKs4HDrEDSW7QUdlZ
EMdN9Y0w2LEZYqQI4HZq9CzMaPxt1MEEcCfsOb1g3yDDCTgJ0x8dpGjxUWRbdieJcFmVjAv2
XqpZCpVa4XhJbRXWd1y3O9y9I3pjrXpI79dV31dvUn7LZklkHsUU0UAeGnsxwI3vtMyFSshU
EqVpBvbTiiDdrIJYoCBDINFQvqp6NtxH6/xo1WWIqESUmd5Nyx7jgZUMw9Z7Cw886sysZ+SV
42lPXdNPaav0dOIKqqP03m83hI2WwsNgjARotvCRjsAL08So5jkyGvTSG4KyNLJPCY+zLpLY
5EXXYKSS9qVEoEwvZn99eDkbYcqtBphYjJKfraiTVCtHYFh1QGSSQWIntzVas8a3Ommlhlgl
hYA7hdY5DfQrfsiTEHhvqHAFZiJ3eXTe1jI8pwiUmT2qsL11h/0ouNe/UvVOyULOPrHTdx8e
6MCBI0jXCQMJO83vARm9YfpvxsKTIBhbeBwMMmhbuqkd2+7s1okydpOxaxKyiOZljVyyPHHi
wCRjGSJQoSREWp1wd0jpETTuYU6x4mMQIT9b4Imp9ekVc9YnJ6jcbvqqR9ehjqa8dnWEzp1t
Z6cnTQep4zEYYmlefrGjTkeOn41Avu5HhK/B/Ym5bKhnt8mpVjcElAwkVpEW1I8knW1xJL0d
NJZFAUE6wueRJB2dj6BvJYDPZjTDDL4mv14g/wAjr7k721sd7ayfu7/Ga7cndljlBM0ICjnB
LGrTTqX2rYFjfE5wP7EbJzySb2Ch1sBWJ34G1aid/jcySv8AsgpIZ/Ct4fA3h1N3swPAIzsY
nNewhh663bWGttpTWVIRZlT1PEWaGcoK53NLOVGmYiEMjiMDiudRY9LXZrkk7V+zmyVTHL8c
rJLLFEkSiXOR0SM/jmAWlABlAxp0Bn7SsmT93AiX+294e7UYi8cacsn5LHFtaWOwWLO4yOIM
ZKRWuYyxLFGTfLfEyyxOrOyhHDtf2uVFKQXJFGTuVHwctJP+wDxx8oDlqT1QdXUEMPjB4ySZ
I87Xs4wjLNM9GgxwUk4y168SPbiZpVHNDweN0IkJDaTi3gKAR00Uc1i1CFkKWJFm9hm+OU3r
oNZ9Q80Sibt6UGS/JwTJ8ks7b5FMSO+kka12cT5NePGSd2zlvNk4S64CxA+miSiyEw0J5hI/
A1Z1cdj1CV45KntYULoUMVIYc3KkxkB7UpkkrS8qcrEK+nX4O/Cz+yIrKwUYE8vAkrq2b0GJ
CdrPPFYiLF6lV+SQhkKKmWxJcY9Ne5QfGpVSTpp0nTqoQJ+ps7j6q4UsQTRYCuuhilkn9FVF
q2o+bdTXmtRGKGCfvIIcl+QSymx3MzY1mctJOzYrsw2uCUjDKdK/g8d7wJI+CKQ4sL5DTlna
PppGP4aq8KPXe0kc8TRTwSU5J5a0NQtJK0cYnoVJ0s13glA0C5xxpqc8kbS7UuDr4NCeX7Io
gE0AR5JIAAGaxiePYKzmn16oIIkXCAxl69ZRBXihQRBlVGR/SnFoF0YAroia7BkWE1XNih1d
6msokXAfXjdukaS3LMplEjyt6w8s0ahn5Ea0CATnnRJOb2YaLyCl1VJMWOGNZ4IpciolligW
JVK8UIMk0JDRysRaaSGbrYkEaVlglv2BHKkuh2MSSs8YAKnRO8g17LR0aFOa7N8RpGuP2SM6
pFKJkjfmPu3sjASwdSyfhox9RGJHpUGwARiLtlQK1uR4jXtQWMdAcMZwReOyrqydZ0zPZudf
fU2rdmqs3YSztWhkJMaB7VoAPKXBLEkAYsTSH8YqSEzg2vx2yh15fDGIihkDAs4UKoJ2hlAw
kkhSJ7hIjgmke3ZiWSOkjxr7953N1DdhJYSxBgK3G04C43nIGIf2sW+E0o+QVR+08TkUn49i
J2S352ybxHIwFs8EaGBRgA354gBc2BkgDq8ctWxG5kjUNvQUdvZWKJ+zu85LtpV/vtSVqEMU
ctgasWvLt90aM+RUztkhjHvQkMWYUJSYKTnIKqLixcS4j20yIDZbS2gAtpDiyAmNQohZceTk
yxoMSPniwIq3Oy4P95SvbVohbcy9jBtHYsxbeLvcQ5P8ViZKP7SOTdnF5YtoEHBIyPxxScVj
ijkVUgIQCZRyBOixGA7E0cbiDagAgF1z5D1Vy5FYqWa7w0E4ScVY2X4vaIVI3kKUVZIOuJRO
u1Gens8mq8FWB2ZYZ5sr9cyHh6xKF0tdDk7xRhpg2POMW0ESpbUkOxBOmaQBEbWQSKcDgJ2E
4ksk/wDy9ewEaSs5eeVopkMcg0xdQuUUV5+rgENf9sfFzZi5xwqrpSl3Dc0ppzBw5CJUZpIk
QjCoVas7zTX/AGwyVbInieaIHmoFm4Dkdq5DLEWkjhqhc7q2IIrtl2YAyBnaMycwleq8rinY
Dw9ckRq1S4Wq65604T0I3DwKEhhCEaGFdq0USrc7aKKSWzLI/sJZ5ORLlsVc9pIr2nfJZVLe
0Lld11LOVonk5l4/ixvxr1g5MNaRn7auY5VOOCD8cgM3ZwIUT9tVdY7kKoZLi/8AzPFEbDiK
WOfsZgtI3JIIa3ayG52NtFg6hNi8hNaK1Okog5gQS5HA8jUuqlVo4Y4xbtRVYexvmYyXBJkc
T+qCqHAquSIoo1UMoigkcwqgOlAHnHOhMCRw4w+1FyWwoN+2I4ZppJW1rNNoQyevreld65qN
EJIgErPgZ3Z5HQ9ewdLMg/zI987A5IZPFGuWFVQY+2KgpCxyQ7b4XGrXR+5Npk54oip7/Unt
ICvJGzHtbPKKVhIU5KVErmJmqQ2pppUHVX7eV+quQZH1cjZDWigGXL0FRe27WSdp7MkrJzVa
YaTFgjUSxDYWOPJbDvJ14QwpwRdlsBADAlW1q9bUZTubkt31jgt3GlJGRRmRxCAhj/IeE6V4
9LZUesVpYiiIcvs2dQSqtOHqRqRkhZhXXlIlYRUK6so708GZNVgV38GrtxH0/bBbLQ2uzijS
HsY3dfuBTkJHRV7mVnlV5gKs0xevedJv9rmBPWkHXgkxxBB+nY9klROytyWbEk6SvqMtBBza
CKIRFCC1mGu09yNpIQWl6+JTXkIUwSIxJQhnUC3dQDsrI3yCJ2FozOc+ggCV65vPxg7AwxVu
0nbD2cDCIiZb9vgsMcgSyzPlGd4TI5Uquld9mtMIpJHRoADrvYmeGcusIUlvi1b09b+5p5Cr
qWViEHXS8Yw/ETBedyurCSooigSNIxAM/Cc513VFnhgjhXkN81y3aWCK/OIY7LwyAxIiRxex
aEAGKFTH36r1tppk1M1eR2Sko4WHO4pHV5rMiEu6Jes8MrA2LE1nlN+kOuc0/swAnCrKWu+u
plW61SrTgHKSVeExgx2PM7YsBvROUqstu5JxMjAcbkYlivqfbQgNi7WiEMH7hHGIp5QAXOqd
lg1hrDRSSSxkQWZxH0V10i+PykQ9IUEfVkGGCOEE4RvPoe97NI8eW1Yat10kgspD76ddUWsd
FP8AvtOwEUcsvIxM2dduSWL+uJ5UIm2gaQtJZvgvcuNZZ2EMHnQBOOBpjxjALGrQQJJThwVF
UWK4GK0lQQ3JGNi1zQF98icR9qzYXdh8UrEO8YVv61EjKM7F9SfC+tMk/wC+ZQqy7bK/X2JW
g6lY8SsXaDrDIa/XQRARqMCKo0N7GeM+hdgMv2lgi7Gw12xRqKo7DsmQQIzvyEaQxsuLEI47
7xu/kmvUnEnx+iyNNoJJFxNk/batxjLEzsR4JkY4qsc9TJhPmYqcoxhcWfyk39rqZClF9z0k
kEnWxFpesVS0XqdQwOyoHkxJyPXuaVaMO8bcmlk1zmoyzW+vrLVrfvWpPYwVkjjp1pbIr9Qu
q9SGLFjAzyMCjX8b8H6YMnkjRO/7IyGmeEtuRIK8g5PX4KK6e6SvAgXubY9NgMprRGaeDrIz
DEFiSw2y7ux7WdkDGXjrCG0FJyBOCuSHdGGQwtI1WtJKGrQRxiapDKvYwOJO0iVYLazRkk47
JktZWyV0LliTFUdkE6xJ8foXLVhonEk8cqEEOtGD23Iwf/AAExgGHWNGkUMQQKNHeA7zefz9
D4/RgM+Vdw1QyuZpIHFdbNlp3RdtFGxejChP2onaX4jkkhkfoog95BEEjnDx/flqcRI4eRzG
ADAMSBJHWkI0tSKiwEHPU9poKcSR2pYaqTT2ZBs5vI5HDK19ErdpsS3IlaexLJlajLNJ1/SR
137a/XkPW/G7dpKE1ZYJ3KzyKTkSkHqoFEaDQ/eNliGz/TWs/W3UuQ+NYB5OiPpmjmgBrQnl
WNO3tvbuonI2ZQ7Iu8iAYV4lK1YUhPZTkLO5Oec6KmixAIyVXAM0xV79j32CHGS8xiglYwS9
i3xEkhY9P1b2VBrVRYnkZ2B/CupHDXz1/wBfWxc7TRJKtrpoZIhXiXKvVmWTrOmjgF/qXtv1
nxujTW2ZS0ccdBrUscrO5doRyFDfoHgef03+0A6b7ReV3k+N9Y9OqBn8je9DAvkDWfTNgZ8t
uNFTZfJkZUH1QEGIOMRTG5mJEs5d7LK0taH3S1OMKrIAq1IzL20x1WpBElkWRuBbJF4JKxRb
bEN1HXnsL1mJOv6+rEyxdd1L2Lcnxmq6/La0Va4g2VgVh8c6QSYOrpDGpV3jPRxl61OvWX+D
ms7dGiZlFyCavJSUBGSsjrnWuTVX6Aaw/T9vDJ289L0/slRdAa3/AD5GH6b8E5zGE+fk6CcW
OCONZGnLFTTRFeCSzGW1cZE5g4zEnpI2edIhxChYZbXphETTvfsoqQxlY2CqdRKJjzM7Ev8A
C+uEVXt68tkdf1EcKJBEhP8Az8mdJJYlBNQDl1FQQUv39+y/iwCWvLMoFKmoUkcE6vZrIABh
zkN7zYzf6SsAevoG1PGixqCDh0B//TNoDyQScOtgYc+VW469LRJSNpGjQqSoRRITkQkeSz1l
iynYzI0wz45xEkUTtLMVXLDI2SmWJIoeTTMExgGd8eFFggge3dp1VgqRQKjfpcmENfu5U9MY
cHqklsW1AA/cSc7kg1+wtOl1py1aDhKZQBH07hoEHjGOEeCd4X0B5II3H08xeKBIE87SUFjs
ZvyxObOFiM3jyKp7HvYKi9lce5bIZjWgLExCATyPlaAeqvC4l7y+K9XRYvEEj+PKAEcqHlQ5
GsssyObJnIGWWOBhxYBRdssR8Hoc5f1dtDvLgCdwxM6k6+IRB+x/cd5o5LEssXyGm8bQSpNU
rjT35uUfxzm8S7P6H6DWHDvFBGawciuzsHWBlxiDj4fJZsn7GpDk/wAqoRZ2HeySrYnsM/2j
IIxIYYlGTHkZYWXKiM0fYvDQisTyWJadblJ2Meh09iNcitmysiR+vsbEMWUVEVaV2kL60fty
eR3khga5b66lHTq4fozMc7G8II7932zzStK8akt8NqsZf1JGE59cBw5rx3vWpcqdbIYpazEv
dcfl/Hp1Lg+NHZwjwM0N6/QkYTm82AFPjXix2NWuO0+ShxNbmkIbkTIXzjJpI241oF5PG4CV
NqaRkBePrYOyvyXZoYiWghZTNEz51kAjsUZwYZdcbNf2M0uokd0xlHGxqGJZCqfEOsCQroDC
QDZn4DurboZZ5JWyMgN8TAWlsY8yqfemNY8iYsVOwP01ki8l7Sq1ftKKysZ50aXpLCrPEdp+
v1z+f0c6BY69nksDgfjnc93JXE/ZzSRMd4RrAQFrx8sA4iBRuGNVwxIZWZEK2DDnaX3sSerO
r615ynURInaUI4JLuxH1ciGl7d5NLzPsYPzJyICWXtJC2SKeVGaSvRF9lyTsyA3YzMZ7BdO0
tPYt4TswjY+PSMkT2WJTTFplBD88j+4ITgbWAg5v9Pl8ZWxUsgVrMwaXruf+jHoD9CdYCM2P
1lOOx00oDPahUt2EIHaATu1NI0aoOJrkhYy7iJ0Dl1FGIswGkt3RCZe1ZxatPIrk766hYuTU
qK10ICp2ISSDtXkMPSFWpyEq8rnECcJ5CBBX4J2Y/GTo4hP2BIGO3tUjyGOrkussMWnxV5NE
qpB8clY1gArPJ9obliO/GCQNi6J14H15eSRr5bGTBWlKpLyLdCA3cj6A7/X6gYCc85Lcdg0s
rGUhwUYuImZZE2PwoGMvWysP82WMRVByMPh3+49gkQs9nYmUOWzjs7IypRMz9fFFTX8y2BZl
uMle6VXtEd5KFdasNiVgxVnIjlkFbrmjMqnXZ2RO/wAdq+ioWZmdipYqS05Q2QZjL1NoyJ1M
2VuviEr0I3ESGJPypy5v2gajyyBYDtPpFIgwu2AnRIGabXexeypFsu+99LKa3axNseCSTvYw
6GAkZvWbGpA2AMT69n1pj/aHBOb45thnMbkfWdg6QRzTF82cL7wHR2dUKMsr1qyQpGp0UOm+
8S03aUwuYFmDxzyyfmVKrORHoXpWC3LZ/G6ylJftgKqPKiDa8Cdl+ZHrdZFQnJa42YwBKRxW
TwsR48eGQW+McUivE7PyiLrgDkKwUKdksddiS1eX2xyoQ4qRCOfqe0LwJ21EybDHRw5ob5HB
vT60WG2YaLAYWD4yg4FALMupVJyWxVrR9hdNufCPOIoLdf1yyNDSSPFIVQDzJZS3sYXp1StQ
qcYZY/cIqAUEpEti2kEVrsjIWdrk/WdelGHZGSuXJ+4FCyqwyQEqi8s0mTtywwAhkBKRqMQa
CQ/ZSVEKwRaWJQeKjFiQ560GBfM8YePuKbRWQgjHoVB1kDPZ+Q9RPBH8a7sidOROSHAw3yOS
AqSu8O8PnAPBBGEtorsXJzFDcllnJXQ8nPW5EdZ2PW9cHatXCFVUEqpPNQHbiE0q9gkslmtW
aV4acSjsLcVaG5ZKxTTvKK9ee9aodVFUB8Y0nMAAERgLGmlkQYN8TpQGQlgMYEp6lCpGCukG
AkGrMqmKeN1JBbmABImzKucxjMpHyHqDOsk0nOsF9Ue0t9z2fY15zYT29NaS11/Lww+1fqSo
MngkkkqdcTrixISUrHTtuHozqO+h9It1IoKscZduv69ppE6mJGNIPLWqrGkacU8DGIxzGWB3
ksisKFQSn7Qtm2leO1dM5vXo3WDpewnHX9ctAKw0eEpjrsXaBsHMHbaIO+IAavKcjrStjUJE
xklVBzOMW1pzjGQrHNImJcK5H2dnk/b2Bj9tPr/bsE/7lg4O1tMx7G0Wehuesz15JOyTn2YW
9WkTg/xH1t02vDAa3xPkliCXOizbwSlBHadjBai4/m1iZLdNEu3T2nb3WmsSiJVFasleEReY
okDcCuAaOtnSglBkwJyCFJ5/y19tyx6IrFkSPK81ybr/AIzDXjSpLsVE2akYJ6+PkKcmv89t
rTiUirCA1SHaJEoL/drlgHlwAWRN+qN8/CruJepTUvUOQOolGf5U+v8AGs4eknOQdCgaXoqj
GbopTkvT2oQ03FWnjksNFrFWfVugZE+GmaBFfHII0SSTpxpnBx2IwswwliFeQBizHvuwaKHq
YG9c8iVYOlg9uRptlVgsZIP35w+0jkUITOcjiVJXyxar9UnSKdd3pK9elYvydf1UVFQXGAvy
0dg7CAaU4Sc/kr4XQxwdnZP3gqCAwJPDR0QoYgq2yU1miuEeQx39pXWsYnF+gGzc6erZNbo6
cASpWTPUi49WFpFjVAFObPIE7BPGQEliduDmjgCnC3glON6X8q7Aqx0+wl9s/XRrFFFt8C7A
UnFXg3ByRXdjHRiXO1sxVKfWdpDBSmsWLdrqVEHXTO3a26lYQRBWJIKlFLYEbFXWHWDxjNoH
WFgSSAASAdjAdjloJ5UAYQCOK46LiuRmgQVIbYBUEFTs+sbCDOJBXWgVII2STr65rZY+DoY3
12Mds0CHOgwYnYBBBzuewEaV1JntiKJKTK1qqB64AgxAHIQLh5bhQDD9x58c+W2kM0s7lKgH
tn7maxnVUvxq3AAJpQzjayAYp2OWsJBzajANjY23E4CQPGzg84QCCDoZvGJGb3jHyGAPIEEa
z6YrsGWQkgYQdkkYv0Bzxs54I/hxgXln0LbB4nTptSG4uiA2pfRWnLSP1MfKfsFLMiLXm6Tk
4EYCrGpJJwNsKzoPyZVItyDPkMnt7QRvYYwfjVfi1IWrZAOaGfz9xIAGIXOGQkgMSCNnPGtg
A/UEHOQ2SM3nLzsbLazYY686+0+RFbMkgk3mhmzz+7mp3m8KgnRDEkEAnCPAUglGOMHwKdLH
oM/HJJ3cmOwwsPaiarXnZ5arhJuujIrIEM4LBodydPEEj2WxNkeuUgQvtonGfjt7J1McLxSX
LsVSKOv2E3IfE6whqsWACtokjCdEk6jcqEPLCpwDZIbezsDwFBYqctzOgWZzi2pVxLEcoB0W
KkWbCwD8qfl+XYKxXrAHXdmj9mk0EgVfHDZ0QQcD4CP0IJwA4VzW8CjOIxRxzxsl1EZzSkNG
uGJgWQcZkAEMQDGNNGuuqiOqxKwMDkZFPG+csIDYzaPyW0Ieu6Oi0yXoERJovbb6iL01RpsJ
whOWyxO8Zp9IeGE7AJzyQQd8cA0eWxNUDt+C2SVZEBOhHanTDdsElwSAApKDBGCOuilS6JAq
rZljyPsGyKzFIdA4dbDAESYCcB3njB9MIw/oR54AqB415OguhkqbxFIx03gAArgAIo2gIzR2
tlgtayksbFd/LZJXn+NlYoLsoWLqiJ+ziQCNdADWaLZxKjiSR5ziTinWa/Q/QAnOPngRnEE6
8j6PRgc/5keTQBXkhYF/ZhH3DWljREUcQkqaDKuAIMjuyIUtQS48qxpDKkixsCd4cHjBgOb3
nnPYOPsZgrgFnwPsPICGkOz92BVwRhBFw4wqc0Dh47IOMzREdhOp7hxYlqSNHBemRq3Xqle3
B2EXu5g4CMQ4cUHDxIH0GhhfYJ0NeQRo8Tg8YV8tJHEDciJWxE+a8GKJw1WvxNCJ8l66xGUQ
qeALEbCvsBvHPxLOqJVkeR5eysO9O6Y66dlHn+knGO0kh/gazXk7zXhuPIvnPySThbYIBB1p
RshQM9fJYoRHi7U8hskEbADAnGjQm7Wb1pFIYrPqOGMpVgSWd6lwWMBxNkeN686GaGbOAFsU
EYNEHYzfkMMs2zykMjN5AB5BLM0WQ9oNizA4V1JVgckhVw9KMk9YpyWqYmaM7MesnBnk9Jir
1qihwNkggByBzKmK5KmRdgTi24GwSIc2CDECDDsmugJgUj1AZwUj1AGNFwRqMbW4wNL4xiFP
tUCNhhZAI6hmw9YSfxXaTsOqEbQxKBHM3CK8Ye/QFSNYhAzmNlgCSd8wCCMXRwfQkAckyV1C
AgkjQZtY8mmMpYnC+gJdZBedGitxMptwDH7JNzWjKxdcAGljVQQM4kDkFCOoPEY5UYG2qE8o
jITvwspz/9oACAECAgY/AEgf/9oACAEDAgY/AEgf/9oACAEBAQY/AG0VVuUauTQqNakBD9aI
ai8VEHeqDJmdFgwOmieADX8UR9RiBBo4HbT2kZYhRn4j+pcsJMoRvH1guM+2eoKEo+hE2R1W
wNnXRFMPEpgjTwTpjZZIwIaTO+6jNmMnNmKOPKHjIVdZcIi/CRA8HQADGpbX8KA+8KzA3Auu
2plY6/iR366/lVaaMgZE7PpVDgx3DfzICw6L5mYPCNwCzk+0j/x4CIiCxCMQ7mhIqhKsZEdz
+t70EI1aRDDb2kfltR2LIyyBhqbozqQbRd/yo8RyG9ae6gYgcCKyFFzFzcn95NHzC1aLvDkA
eH4UwFRr/UonEIxkaEnb3UeU+0ijP5vWXGEhyFo+sfekgIyaWpNymoQUZ0aIsUZbVpoiH7DY
Db3kCfsobIA0eX6kGoNE7Isuo1UaO5QNKhUCap/YiAHO3+pGMhe4ai5DlCRp2/0IyhJzqRT8
0V3A45igkEIZzzjaMx/MgQR3WRCJNdmTOrXRKsu2iI2VlLPCXHLMi9mHurHgjaEQHRKGeMmO
S8dXHsKocihRzxxn5OOk5s7J4juJYHf8CHKh0rROCyd7XIq6b76VXKItrog9SLNQL5cMUZEn
kZmtVKOOYHLQByoYoZJEyLEnyj2u1D5hEzjjWVnK3kbNb8SLBiLJ9NSbBCEQbsCf5UwLuEIx
rEMTuy4zDhUoyqxFvSm1ITO2iAkaBGXGu65C/RCQ1XB6PXxRLNEdwH8SnMjkwLbAAKt0eqLK
AOh/YuN2sUAfvXXRHU9FF9CgNtUwsNUS9eisyJDsnI6BNroV3jkjwPKOxR+XIgj1JW/ChDIO
MxcFOC6dqqlDui5o3ijWtwqHxRB0srUdAan7G0dYgz9x/wAclixkBpEAjQ+0o48cYjGA3FqK
UzEDHlrFhR0b1qdUPWJt/qTEsdv6U8e0tUOmenROa/qTAAjbZOL/AHMj9RnHGeXyfB7UkQZU
Bs6M+IhwLJgePF2A/mRlOp0I1/CjKQNKgtZGIFT5S6Al/uSumBDAVKBgXf8Ax5UBEU9pVrWh
CIPgyIchMGINU0bS/UmNxZEyB+WD6U1noEYhnkCCfFMdUXRdA/rQBsi9z+xNtZOgTUuotot0
6N6fq+wkmg3RAPIgsWQlAuBt/Mq32RJj3AUTziZR31b3kOJeGyAyDjIoEFwag7q9DRODV9Ud
RsETr1QiaphYBeKbdY5gGQgS5X0/WQceCAHoRmQ8oeU6hHaNSVHN9XMy5dwxCg//ACyUJYYC
OMWYWVraovU6LjYpgGLbKP1P1MBkzSAI5VER6vahEaig2XGLEnzHoiIv3Vc3+JFg5OqEnYA1
aqaNxerIyHmowKfk4YB7l0AdbdFzL8RYH+JOaBF6mwC5EVFmTWe6YCu64gXuhCvCNi9UOlhv
8Sc1e32fsKOpXQ7oyfwZRk7MzqMhXdAj0uqVCD2BohWpDhAWbVbLcqU8smjEOXUofTkxwil2
dFjQ6OhLETEgNIXi3wr/AOwOExcixQlAgxlUHQumI5frXaOBHrBcmMojUbLgBzgbCWnwrlWJ
9k/ZUsnNQhLXdF6jRUqdkGFdkYSHJ7OoZ8YEYxJMh6PUXdVZhK3EsfAIiNBZisUpH1RVTINY
B0RogMYJkdBVcSOJj+33l/yfrCIYMehIBkR7skMMJicS0Rjj19bmuAqyAA7569FGJHl6oBr6
7I10XB2e/VEA3H61Ewq3mCEh4khcQ3HQ6lk0XqKhGMamNwdFXagQi1TZhqnPmN/scluqJgeR
BYn+n7IxesiB95XROmIod1N6PZAPVgyIah1TE1dVug5og2yC6JxUbKWOJMYRPEjdUQyZBwwv
c3/DFDD8uMgLmQDn8SEvpsZhjlGpHkdH6OYfjWB/jgjobIjZdNUJSHCV+UaJ8UhKGgNJIvFp
R31QEu0tdPE0OyvZVLjVOBWyffRMLImQqqLLysIm/gjTkDUEdVCEotxiAxWSAcGUSP1eqi5I
Io3UIThj4yiBFgBWX/mT5KUQDGQLgGiGSUuOM3kTp7kEJ4nnlZgZdfNJHJM8Yg2f95SyybiC
0KozIDklgSjKR44wEYB+ILOmkGkPK1fzJ4nsjUvZOAQBd6OgY9oFmO6ZyZEMx095PEkkXMdP
wriAeVHO5RcPLXZfNyR4+yP5op1xBHM72CM/qMnJ24449U+QCHL/AG8cb8UJHtDWKjM+QSB+
4oQlLjKdIjc+6iAKhSY90KhcRU8gGdCJFghA66p9UNtQhoNkKaLx0R2TmhF0TG0pWbR/aUYj
FE8AwJA5ICAAZVIUsJkASKdD6sl8uYAMS7jVkQzm6c/cn0KJ3FFEnQBF6unHZIDzAIxlUAqo
MX1K7CJA7JnDirFBwAm/Uu2jp3WWU7cSKdVGYHbA8iD0RA3smLhE58MSYgkSav7qxCIIBPJv
E9sUTwBySsSA4HxSWTBIAiNYnYSTseOutF/x8cSAaCQo6jB3jEMfFCNYRHhVRxgEDXqnuAag
0Uvlm1dEDJ2IoN0Oca6HomDtvuhIXax/lXdEczd7hAgvouTAxBqT/KtAAjjxnuOvRNyJMuu6
hHz5Lsf4lznXJqf5YqVCHoB0Ri1gVGUgJSiXBNx8K6dEWdpbIbA1TO23ghImoOqBOqB2USaV
YIbst0wRJBM59sQN1PM7t2jxRGLFllJnE4Hi34lk/wCQZjLBixJIaXxLHhw8g4Mni4qEcmcZ
Bmi7TmS0o+yoSiwjJoyqzv6yJAsFbxT2RB0WMPcCnoTOzJzoiJjkCUZ4Js9oH+pAeQPcFBi5
1VbIl3ZcZFlupY5O0hVZeZczJalohEv6FWuy4k0IuFGL+WyYX3RkQz3KMI0JoZfyrkZNORoR
1RiZOHvq6/5Ei/qx2XIS7gGIND+FEyDEiou/4VykH04hbCIoi+i+bLySsKFAyABB10QcudT0
RIDRNAd08yIxFybI4fpzQCsjQIuOZld60KBhB5M4Lbe8jmmX5RDACgfzcUIAvEIgCkaA6P6y
lImrXRk4Y2KLV6Ih+4aJzTYJ0JCyEhsyGyBe0gogDRMF4arEXZyYg6CRHas2Gf8AuCTyBXEG
p2QnIcjIiIEblYTGLY4Fpk9fdRPq3HgsQgGaQb8KP3JnZFhbdWcvVRjqAGCco0uLbIRADg3u
mZydFqN12ueuqLhCteqrXdDjbdCMwG3F12kFxZEi3+aD/YAd0y4w85/UuUw50cKnlFAdFH1Q
TU6MoQiQIgdo3UhjBJAo9n9lCcgBNraKhMj+xcbFqNWqBmX5WF297inlWX6l8sSiZEigN0x7
Y9KH4UckyBGIYDcoxmeINIYx/HLioiQMnNGDUXc3LpdD6cHtke+I9ke8iIUYNHdQ7jLJkYud
B7ylEO8TWQs/spvap6SjAljG2tD5U5LdSgH8Sn23TN4oSIpb7KFN1H7Uz1sFd106LiQCAXBN
ahZzH+3mmBKHo8yEZwmMrOY8aH2pclx+nxkN65FX9xf8pjkHJ2AMgT7Kni+RIC3L2VI8S0Ce
UmoCPJFARtqiQtl6QrbBAItsoRJID1HpTvRX9AumBbYruFRqgRbZNIMuVh1QJdinBLHYoBiQ
L/6kCKE6Iirm3RESp1RNyNUJzFdHRFybAI8o91/v91CjA2CaQ4xa7rjzEZbDzyn8SlGUOAiO
03r7y4YyJT1Ea/mQjEuTQtdNFjmPmnpH3IxQi8pmwETdDJmu1A2qlDH/AHcg9VfP+rnSXkgL
P8KOQC5Ye0y5zDyOv8qIswvZ/wAKGV2kLH+ZYseQvGJqTqEchFiQGsjIHzGrqMAbkU9KromY
HUE1V6FEE638EaO9kIksRoExYaFU8QUAQqXCdP8AqTH9SjMliO0bOUeQBBF+iEcAEDoWBUjK
ZyUYQYQv8KlI9ZNcmR9XkpZso/35mYFmBTBUun0Qa5IH60TfdNYlF7DdGMw3B2G1U33J/S6r
rqhqhoqiuhRZiFSrXCIsRoVS5uqW3V36FOQx1TAkA/tRkZAGIoLInzA2N0+OBlF+4gHtUTmZ
o2DuUIwj8rCPMWantSRlLH81rzkKfEjHGAG2uUZA8empRlKJlxu1F8vGQAByn7oTYG+YPWIe
/rpzMkk31U/qp+WILdU5HaD2wKMiakuAm6WTVERQsiBFwNEDGkpFg1/eQwaxNPSoxIqA5KjU
MCH9JVBTdeOqawUm3LhUuKhEmhC28EATXfdCrIjQq6Y0TvRHiWNCCNCFHHmDEhhMarlyA6uj
IZBM34xqSoREXjI8YxjVg/mWD6OWP/60oxhGWr+XkgwZGoIFzouOOYJuygCKEingjRnKL6J7
go5YjuyM/oTDayYiqs7aIUY9VF0+moTgUZVFN1L6Yy54ieMdOMviX9x5Y9Jaj40JRq+vRATP
F7OhEV6hUNXqvlYzyA8xFS/soQhGsqkmwHrSX/F+lFD5pe1L2pL5mc8/iQhEARAuFLifKHbd
GNaE9EZ/UnhjZ4xvKSOP6YcMUvvPtSlJT+pkSOQ4wj7XvTXOVTI+XSi+ZmAETaI1HvL5OMAR
IZ9giI0G+qHGoOp0TvelqLjA1PmfRcQQBcrurxFPR7KnkleHTfyoSkQ5DAWUcxu4PT3Yqpf/
ACTPRMxUi1HTmyIDsiGpGmxKbbRAhFVVqp0SKFiQFA5Q8iP1onB3C/HVD6eIacqcR5k4ABiH
yZJeHejkk8J4pH5Bj3TkAfN7ijhwjg1DIFyVyz5SHLkO8j7qpj4Af+YVHJjkJgWINEavVEoD
VAn0otqrpyfBA7aoA1LIHRUL9FOdiA48fVUshvyqQq1DVdcsEuL+pomzAAhGWGRINQNV8hmm
fNLykJuXOUrA61QxwH9+fm0p7PJCWTunoNAr01CP7UTIsDYPdTlIu57QLj3UMmR4YxSJsT7q
EQHGxt+KSGCPKchGuT1X9bguUe4j0oeFkBIMSibDQpgHJ22Q5DsFgpyb0O9EwPUhAyNXAa5c
r6fHAiM8hE5y391YwH4QFvH1kcYNI3OiPO4/UjIWNkJfepyd3k5V/Qg1ANtV4aJxQ+K4kUFl
T7Kpwsf0ZkBhA45D70vJ3KeORaWORBfb1UZYnmbBqjkfJBH6jOOX1WbukTeIP/lqP/8AXQm3
KucjSP8A6clHB9GPl4YBpTArM+1yQAEibyJY1RJlISvqhDDMZoSoYTH8HJfOwZT9LkB7YRPK
M/ixofRfXAQzerMUjM/CnFkCidgiSXrb7A9tEzOo9ArKimJD1T+pTlGxmAB6U+mytUKqFLhH
JL/cJowqSo54905eQVJH4U+Qk5DcHT3e5CRA42NU0i3jZGWOQnHof3VylA8QTGEQsozCsT5b
lyhQAwYxp+FZJg1I4ga18yySbyxAHpK5Fq6J9RRF7A0TytsE5FAgwd6XRrqjzFKMVkyvy4Gg
091fTC8+EXj4oYon+7IAEg2RmB3H/EkSwc/44pn7DRiaosaAKdaO5Rq4OmyGqjKILG9ECD4K
rhlan2FGeQsLD/TFc8BlKcpcg/md18z6g8ZSESYjtt/6ih9Rk4whjHbHr7fFH5Ex9NjLgetn
n8MP/KRy5CeDvOc3JK4QxvS4BCP9tgNWZUmYH06qWaOUn5MqEsB7qbFH5uT256fBFQkJPnF+
NWP/AJfeo/TfViRhM+aQqDLyy5IVcIkLxRpqtx1QFn0Qc6IboD9SykaBAm/J2GvvIh23TvcI
R3ujW1kMuYdsaQj4etJfNzBh6kdPdknkBIjUI8HB1XmoLkIzAeMjUHUISAq1hv7KyzfiCRUo
4J2MWfRDFeQkQ43ftkoiR/uSYylqfiVLp9dFUd2gVDcXRc21KmeTEFg9mQFBIebwTO4A/UpR
qBKT/wClD6gMTKz3AHs8lPPliZSlIAamvrRijMgPIFgyfSyqWOjIxnfQ9ESTTdUsn0DVCMZC
gp6EQCwKePpCAIruqLlkrM+WOpXOcuQPl9mP4F8yLmUqCdgG9iS5O+S5kLsjCMi5PFryJQz/
AFuZpGpx+af/AORNAyLaAAJhiMy1yd/hTSwSjEUcEp8cZxkK1UpZZcMILs9/wo4cB4uGJHm/
MhnzGhLxBrKX/uSWMTZuYY2ZveQkC7hTNqLqg1rIHTqnkXN1xuyCc3WUCpMbKUiO6IBLovZe
CpXcK1U8y0I2iLoRFhQeCJgHa43XHIDB7uEwoG0QIg4HcEeLPG+pBRApuSpyMmEY0ZDNlB+W
DyjyHmPtI2OyJIAKIaiGF3yTOlWXaXYWXEdwNwU0T2uVKXLkJAEvojEh2uXoAsuQjtB7Hqzr
HGB5NImTaOjkkzAgAfzJnqSFKJNAU2psTVGRoWqEYAsNlqTqiNLhdwcSDIfZRHNlNrD2j7KE
pDk/khGrfEvmfUCwpiBqsPyh8uDACNzTzckJy/24w5GlKDl3rP8AUGYjHE8gTqZHtXLIDKI0
Fz+Zdv04AFWJdPHDGPoReMSDaiOSWJoipIjx/FyXIyAwxLymf/8AHFH/AI8ecohgAXD+2nzn
5uYlhCJ8v/yKEmEYcmAFAFEAvKF0TqaK99FZgty6ZEaLtKY3CMJWmGLKQo5L8ht6vJO96JiW
KLCm6DDq6IYVRJPo6ovQ2TSDkdFWjigdcReUWdZAATzOqmOIHFgC7n3kMc6QBeQ391CI7Qze
j3VS2qPEPu6icY55Zny9PaUJyJacnkC6MiGIRBoKsq+rp1KlIuW06lEVBka+CiJUFz6VjoT8
yWmvsqEIgAs8vEpyLBEgMboO0W+5EguWYgIgVapC7n6BdN0GsboObUKYfcvBDBEtih5j/Mji
+kHfbmR3N6yIyz+Z9RO0RUBYsBLkkOxoHPlU+ArOIhFveHFGXJ80i7Cob2eKpEOdZF6/AjLi
IxHrFgP3kYcgS2jEP8SpkHQMH/MpQ+onKRHlBLQA9rig+YY8GLtkI0t5sil9P/8A14paWXUj
1u9EP83OLj1QvnZ5fLxgvEn+SC4fTAxi9Sb/AI09nAkyKY02KDU3Re6kHYO6cntO6shatgi5
0qnFUHFro1fog93Vmr4qttkT1oUQ1Ron1AV3e6LgkbvqpSehLnf4VsdEC9QgNU9H1HRGcT2x
pEOwohKREBEEEJo2jR1xkQXq+yYHs3KhjBoByI0LIQkG5Fy1WjHuUaVI7arFDzRxjnLYeyjE
X0KESfMREeJK4k9idxKOm65AM4coyjYX0TxDhlUJr9EY6XKo6nOPdOwCMCXySLkj3lw+lhxB
H9zNK3518r6UEzP+5mP73BSMCZCMgxJeo9ZfTYshMYxiAY3J97ipiMJSjoPKxTYcAiRaRD/x
ID6jKIDSJLfuJxyzTBZn4xdE4vpIREbmR19Vd2OMCPKYBlk+mjSGYhyfVUPpfoxxMiBOYFZk
oSzd/wBRL1I2j8aGb6mZETbG1W92CkYR+VgHXuP41D6UkyJDA6J1X0LVMU53Tk0T36IUUn+z
i9Su01TP6UDtohyoLlrol7Gx/pR0JRo5IXcGZwEzU1CMiKXCIiK6lXvYISN7+hTyWIBt4e8p
/V/U+QHsB9aayBgDYF61Tg8gPSPhQDd8ro/MPmqW2U5BwH4xf2Vn+qPkiDCJbU+eSMcceRFA
GTmIjkkatsgC5Mn+8KOQg8gRJzQNA84wxomJcahkIi412UhMVtvdMbEKtSqFMI61KBejLkC6
him5pXoCjLITwBpCN5eyo4wBCHq4YD8vzpIy+okICXkxxufjjFT+pi/CMuJcfzI5vqJs1BAV
kVwwYgSavKsnXfLiL1oAhL6mYkY2HRGOPCJlnJNkTHFjiNuPJ/xIjHiBq5aP8q5QwnkC5I6o
4/l/3pFhKV4v2oEn531Mq07owJQyZz8zPK0H/jXzM0vl4xZ6f/qghPEDCMPXPRGRFYHi+/vK
9TdeO6A3sv2ql+q6JrqcUzmtlW7WTm+hVFRF/NoESXJJRMXY2BLt7SbopAhxsjOZbrspRj3y
FH0+JByBICrI7R13Tyu1EIHtMyA6+nxg1I5FrB0ZzqHYSPRECJaPmIoGQlKLMUQCHl2gH+JR
w4wDIUbeRUcMWBDc9e711LNLtBp4hHITxjGkRuuefIPls+1vLBYoxg2HHkjQD1QY80ZCyLAR
kbm9ETK+h6KXLygUPRAY6Y467onQXQNGNi6MaWcMq6Osk4BhChU2IiRElzSy5RxmU5Pxma/u
L5v1k6+wDU/Ejgxw44wX/p5KH/IlyyTAkYD91NghGL2JFUQBLIdg4CY4zAa/+KSMvqMzkaRr
T40PkYhkkb8i/wC6jj+mhHHKw4R0UhmMyJbIQzRbUE3P4lCGM8vqp9pceUe4jKf936g6Dyx+
JHJ9UeOOOgufdxwQx4oiGCAtt781H6fGCcUKGZ9YqlkxFNFCR0uhIVJCBOtUQ1rBbDZEe0GK
YVcuouPSjdt1d2TioQlKwuUTf/JSmQSIhy1z8KMceLi9jJEgsCXLhg3xSRlkmZ5ZmkYl6o5J
PHGzgIydjGTMPZQJF7BCNCBosEIu1yLXWKMaFhFv4pKOOJbHjD7F/eRxRLQBD629VCAoGodA
yDGkISlIn8vFS+qyxrDyR8fXRxsIgkPXRMS2PDcqUIhoQJIGpHqclCrZCahd0gJXA1f2fYXI
G1w1lS3RF6SehQxOxldcRXc9UQfQFLFM0kCY+lRlISBj20/iU5gOQ5ZZM0z/AGzJyNaepwUc
2BxjyB2N4yUIQAgDWUxR399E5ZnJLYH+ZR+mxQEITZh6xUMZBgYxo5oYrmYvMgOwevreZN9H
g7faIRn9VnjAz0kfL+CK/vfUzybwjSJQmMRcen4fMjHBijAWJAC/tCWQGvEBRy/UQlCUS7Ef
zLGcY4ZZUMzQE+7JCH+/9QanWI/Ejn+omIQFz09mC+T9OD8oXnrIrlgwxhD259xKx5SGMgHG
x9lWpuq+hOdKIAqooqVT76p9WUSA73P2ODXUJ38U2puuIqSWKLkdQvlY8PLJF4iUh2/uoDNx
hjHqWDIzmxEBSlK+spQDMaE6qQv3Avr+VCIDhnfT4USQLuogsYxt6PW7lwA5SFBI9fMjkkWB
uFPKbSqzfwpjc2a6I4hyCHPRSnQH/HmRMbmyH0uMlhXJH3ihEg1Hef6VxhHiPCpTdH6URMKG
IcjSTqzHUKVeqg0nEgSdfwpscTXVk+XJx6C6hIvOULEm6IEOIOgU2DlpURy5QTiyA8Yi/L3l
GJDmRAgA11jxTlWIYgVC7+UtxZY4YMfEYgS17e8hLPk7hYCsgh/b5AWMhz/dQ4giHvdsfyoz
z5zEeyGEU0nnL4i6EMf00WiKcgH/ABIyjgjyd34vdNCAAG0W/hRjONJULCv7yxYxlxxxxDkS
NR7XKK44JynsQG/dQP1GSWSWkAXD+9yQFIgnrxCxwz/Vx43MYgin4kMf08xMDV3TtVVLG7Kq
cWXgvSuuyt4odDomQcNSpXLo9EB5gjxcVsFz0OhTYICWUnukBZGRIAJq+qM/K9hujJ69FE4w
xkSCSgZmsqEBTlIERiDU7+qs05ARjYHUIzI7Yikt2XE0G9/woCNCAKbokh3/AFKXOoD6IFiB
MkhGZNB5RuVk+szHjjMr7/CgMcWhAAf+JOzgXUiS5Yt9yYgPuLhRM49s6Hw9tcDEETFzVvhU
eMIgQDCgQIp0Tp9kNVLwU4Slxwg90v8A/XBfSiLDGDxIDfnknhD5khvZHiIxO0Q6zZ5BgZce
Ui1X7lxnIcrAD+pPhgC27kombxGlWXfMPu5l+FPIyluAwFU8PpjMC5K7MMQBpVAZYfLOlHj+
dGBEJxI8CiYVMxQO/FEYncirXZPmiYkihk9lwyOZHUMgJCYGpAB/dXPBn5ghjAhvxIRyEOT2
gqyIF1dymCeQ8AhRjuiGqNETcgWQH3o0ogdDRinjvQdFGQpysxQ5AkWCPCLF6rHibzkk70Xc
8ib7hGIs9/6l8+I5xjKoGzcVDDEHkQ5cfvclHFC8jdfLI5ci5KGGHGMYU6k+whJ7OxFKe8qA
klhTdA2ZDBYTDkm4+FCMe02boPWUccA4iOJ8VGEQIiIADIgFxZSADmRumleZEB+I8FxmCZRD
kBDGw5EVKESSdiVcqptZ00hTdPEvuPslLIantgLvJlKU+wE+EfyqEgOfF6Wr7aMhCUZxvEmn
5k2LHx6gBfLyz48iZGr1+GKgcWOTQNJSaL/gTRAHw7p8sxEm7lyPwp5TM2qfFNDECTYkoY8m
IDlYMK/mRj8iJAuNf3U2SHAm9KBAfSk8AKm1fsP1UQY4wW5+HswQzxI+ogW5Aio/Cnni+XLU
NRNyMSf8esh9SMgOOFS+y/5mUNhh244/z/ouqiu6Mt6I8TfQqRiNaMjQxbcOjDMGrS6PAkGN
9P3kMeOIJq0inzTlOWz0CusEaORR/FWqgCb/AHOoxiOTOSLOPZRnMNmnc7D2FAaKeX1p9sE8
w8iSQSuLAAhydly0FB/4U4IlGxAujlmX4Of5eKMvXIYR1ZCcvMa9QqUC66sjJvK5WCIYQxTj
IxG4MZcUwHOMrH+lGcS73DJxYKju6sxFynIqNlWRj1ZARmJFY/pcEOQwd0ztIjtT5soBOhPJ
NOJkYSqT08y/s44xDkb2TBwPy0WLIS1WYVuqjq8jRk2Selorsi7XKpEV0Ypi8QaPZD/kTjSg
epZE4cHzRZ24hS+X9Fjho8gXr7ylPKYwYsI3JPuoD6ibCI5CB9c+ymxiOKAHZi9WS5YJfKyD
zQ3/APjX9/D3ayHa6PKcsbmj1ZNHJywRYFj5p+xxQy5HByVjHQD9HwV13TAAvVcRLkeiPCI6
Oj82fEaEFlxMxJrnZSJNS5Y2XOJGxjssspF+AMojRQ+oMQ5DENR/aWAC7P1uhHuGrqMQCdAO
q94RAdFwqXjT70QD2YxxA1J9aaMasdeq5AgmVCHTMwAqSUJR7ZO9KBZJkjg579WRyTL7Epia
7qhfZGcywAsixEcYsFLM7kkBvSmkCYm72UY4jznKnC/45ICVSbpm9IujqT+pAwkB0K8vIbhD
Qip6LPIE8uVQCbD1uxAO9WANnWQSiCauHb8ql8kRjFy8zWX4UYzymeQ35Vb3f/TWDQzqDLUI
g5CRoAnEJSHWgXZjgCKElnQE8giHdhdNKZnpSlUZDtxEVFz+8njBjvJqomeQcgC0YvJz7KlL
JHmZeUaR97ih9UQJ8yRGYvjMShGZ45oVjI6owlMY80CwMiwKjD6jF8zH7ca0Rm4kfZAIJKGX
iYfTRPlKEYhoxDAfoNKTHYVK/tQpWp/pRlLKQNhQBE5J8i1TdPAcj1UowPEC3FNklKb3cuB8
CbHKREqM7395AZSYdXuhDEGErndZSJM4D/euLuISIH8SxTDjt9CiQGP7VIzkGiKk3+GKOQHt
lJh4BOjGH+5MuDqPV5K97ndCRYksWNmRkA2/ggI0JRxQ7YihkLlRw+qWpugLTNfR7KDXC7iA
dUYxYxgW8Sr8XBunk4Dhg9CVwcGU7NcIZpl5Hyxl5pP28k+rP6UCT3BwfQgCWdB0AKr5tART
0oZgQCe4aXPkkuUYjFmJsKAlQJJllnWT2HwowhPhjqSXAQEgc+Z6GPlWATBg4aA9mqx4/pxy
nj7pyi5koyYtIA1LFEzmIA6O9EeX1Ad6tVN9MDlJ1IRnNsVKiRARhjfIdS54hcstzbZY/q/q
YgRzWibiPtqf0WWYhjl3QJLdx8qyfTZKTH+1MVB/EpRmO6BILr5RxnLHUMZcR7iGPF9LGAkB
I5Z9s/wwio4oaCp3P2GUjQJoAGXVAmfEHR2RMpVP608XOz0CMpSfYAJwT02JQjNovVH5s3rQ
AbKUcQ4xgO0nU+ujmMQJTLAbD3VxqSA6Bt1U4A8pxAcDZ1PFSsgWFLhYi1hYKDjkAHDVU+Ei
ImTSA1HsrFAhqX8U1jopSJsWDaJ2JgKB9fyoDSIpTVGWoFF8yRAlMNAD99TyyLA9oOoUMsiG
iGdEQJmR9yaQ4mdnqUYYQYwNDM05Ff3T3HS5J91RxxJEQXEQN/aUpZBzyyDQHqwKmJQEyKAj
QrHiJrOQetfaXHoiIji921QiBZg6DaLqsggWlDvDe6iJkQljYAs5JUoGMZxFpEP/APrkoxck
2AJQyZSQDoKfvJ2hjOspEP8AEsWaP1EZCBrGI5IiGAAy/Mfi7VxxQ4jUi/7y/wDs5GI/GfyL
jxlMHWVAV/8AXx/KjEVI1/8AyISylwLxQjjw8ZEPGTcioZc8/wC1EiUn7n/9tfJhTHi8stP/
AI1H6qAc4xxyQFKx7fmICBNDQaoT+oxfIlEVmPXA9XgmlExjpHiHP/uZJpjPidAQmjOJ9KoX
dTLeA6oQbjORtdk03I1TS7wLROijIyLeyLN7KO2ysG0pZDpdGLKZ4jlKQDi6xgX4uuTuT/ji
hIWNwsocDlAMzXWSBfnFif4VjgbigeiEZeq7gbfEo4sZI5yYhqcfX7lCEaCIARlaJoiZDkSv
liLR1DI4xSV61cI1YEhDFAgwgBGn76DPwFOjhCIDkWCHMtyLM9VycGLBiUY43EYXkNUJTJhi
f/cNvwqOPFEOB3Tap96SjEGjgH0nijkIIxyJIeyxREi0SS2lAnP2GbMRZUKqPSsxenEo/KiZ
wJdrP8KlCeAxJ9cm35lDLlHKEKsz1XH6SPHH7R7Q3xSXL6n6s5cnsQ7293khKGOg1mbj4Uce
LAIACh8x/eR73Ow/pXlJHpdPxIbeyLOAbMf5VxyGMNKsZfEowxyBEW5zN2K+XB4x1lqUYEDi
RUKf0/0+QjHNjTX3UMeMGczX/UhL6mZnn0Hqw+FNjkH0eiBMObXAqiw4klm2TiRHUGiOOUie
WprRciHkfXQG115r3TC26II5avqmdt/BEk1G1ygIQBjubrHGMOMSXD1/GhGUjJvWVR/kgI1F
yCss2YMAEJDyyBbZ0IgB4Alv9SgDcRAI6lS+oneJMYldTQIB6jROfBV9Cjl9BJTu4b9alIjj
yoEGPGroymBLl5Ravuo5S0YCrmgCjh+neUYjXX3lGGSQIvJheXrQQEKRFALM3uoyIqyBbuBB
I9PahjkHjEu+yx82BqSdbLVtEdEWsdAjQkbJiGWYRDGQYelAAmBjqHU8cv7kJ+sa299WEmqA
bOhPJljixxpwH9EUIYIBxfIblVHoQjGml04Mc+KQeQArGXuSRh9Pi4HQ3/dTDJwG7iI/eRGT
6nlIlyBN/wCGSg55znuXKn9MY/7o5Rl7JgiXJ3dF9mCj9RIA4yGcHZDMQPnZQ8jsPUgqX0Qe
gRI/WiJwBfcKcMcBGUgwLKUZggxLEFMK1ZkON9T/AFI1DvXqtAI6FEwBc32VSzftRBDSJoei
MsndxJpp8SeIYRBAA0R3eidmP3oA2s4RDuTqKFREWJiKBSyaEACWyxfSxPfOpoowAreXj7SG
0beKYFl4XXRS6VbwT6m4KEzEiErHRQjIlhVhqfZUsv1EyMUA4hqfcXyfp48MQDRF/wAWRDGB
ynLzT6okWBqeqAF7/ehAug+4YqQJpKvUKGpIOurIAkAmwKJD+CGzVC6dUyMQRGRLOuJNRYg8
v4VKJrHQm4KdcY9oN21VU6BFzXb95BqE7Kkme6qSR4p4yIO+6BmTIilVgOSXAPQu3cfLFE8m
a65xBI32Ch9T9eTkhMvhwRNJfEpTzROITLwxk8mj9spQ8wFEOR7qcj1TlZZuOLsPQmhEyIND
1W5NSXrVcASAaudfdUJEUIoTX8Kk9Rx0CPI8iaOE4D9VMXJq2oCnJ29VMA2r6ogdxLVCMskm
iL6fhUYxly5WF2U5NYEAozl3CI5PvTtXzZB3o+xTDSyqKrwVRTb7DHcM6OO0jJh4e2hyDiBD
HqFLiaRLR/mXMDhDXIbN7kUIYgC9z6xPvIyMWaroGwNWRJsLlSk9hQJ7nRCRqbVoFiEBcEn7
lDJAPKBtuD5kRrujsyKbVRwRlSAcjR1Upm9K4m5snMerfzIMKBChJuQiOLcbHR13BtWKsWNn
onDqqpbR1S6jglJ5wLE5Dcer3r/iwmJkf7nGtv8Ay4yUPrPqw2KAbBh6f+rJENQWCBNAuq6r
rainKJGOMQepKPzJykTfZ1CEDxcfd8SPJpFrhAi4Z/FRA0DDofhUpGVQDTRAjvG2xPtIPQbj
b3VOfIuHBH9SnGB7ndjqpziBKQsBqgMeP5Zd61XzM+XuJYRff4VIzg840EiiOVCXPHc+WPJG
RJkZGj7N5USAxK3Qb0plQ2To7I4skxzaguhhiSHqWUYkNylVQiCeMQwDaIMQATVMHbdNxIBN
K2TnUMESX8VBquQ7ae9JC7jZY8pqWMQT4IDRFijpZVRIDssv1WaZmDI/29AX8vNcT9PAU0Ff
zLHLACIZA5cu3uoMaLi7kv2j+tMFS5XEyvYWNE3Kmxb+JCQvGoe6eVTWgTyg4CBh26kAFVIB
0H8yLguaAsWUYlqSAc1H4lCI4sAPL/KtXbVCgTEfcnf0J9FNqGTBGj1RjSUR5uil20FAbq9T
soxixDAgi641Il+1ClSWbwQANXp0WWbaXFKoSg4NyW/dUZRHdGvihKMgCQ5iTUFAgcwCNbLh
FnkORtc+8iC5BkX1DQQgGAAQ62Tv6PsK3XCJtWSnnyER4jtGpPsrJ9blcjG8j4lGMfLG539V
HKYh4nf+ZAwu19ihrL9qELH2kwkZHUlQgA4d3UpGpeo6+VQDhnARJ8x/YoRJHFjbcD2UwQBN
DUodtf8AHqpjQpnoQxAUo4RxBJdciTylSJZw/vKWTI8gA4kB5WCZW+yxkBY6fmVKEC1vyrZE
SHcAzsWPxIxZgTdS5Sc7CqBiAGsTdd991xDmNqoDUzH7VEGlB+xV1DMm0TgKvoTIABw9VvqT
qpyB1KLB3qf5UBKoLOHQYEjQBVjxrQ9EJMWK4EsBo1SjAAu5d0DG4DtVHHI9x7h/SuZBZ2Oh
RxjtkS4UpyHcHZuqP1Eh3E06OixT6oEX1R0Toy+5TzEdzGRQBmZAHy1YclPgOJmK7l/MpTbm
LRBur2owuSfMizMLehARNTsox1IsnjKpYFTJqIhgUBHQ1XEWo8rrLhjWUKP6fMsUYnU/6lVA
MZRFGCcOG0QACkYios9f4VDFAOZyYsLRfzKeD6gReHmexUMePJxwTjTG+yNH8E0h6XZBiJCQ
QgWiAWbVPGnEs5KHMl90QKjUf+JAxo9hogWYy10+JbovUn/HrIAM70JoFihd8kR+tAaWQf7l
QpgVqGXVAAuXF0/IgXLImRNywTgE1r/iSEjGhKYvtTRcSSa02/MhyeI6F3RyCtUS1TV7lFy3
GrFGUpVNKBG7k6reb0ZRhEMTQjqo45gcxcDVRqwI8U9jsUCEIszphVRwxteTL5cCPmZTxAdj
x9ZRlmrOVT8Pqxko4YloxFR4oEAuWoLIhh3XH9KLyaMizMxQEasG6rvubg6AIMeUSzNogA5e
rnVN6ZMpFzxJ3U6jvdzqVg43BIPgyc2TAXNFUMdVcspQiX5RIARlkA+YRyyHb3Yo/wDHiYEl
pGJ83xI4jyIxARjyr8XcjIWsiCLKlNwqFog0Iu4RqCdRqmiHpUasPeVD4g1XImgqoBz0HRcY
HkDZtPxIGRoK+BRk7EWLXX04Z+Uhy6ge0v2FPc/ZapTs4KJCiAQKgAaqZJdhUCiEXc2pv+JB
y9KgIcrNVEyJA0FyELtUgAVZW7bVuF2swqQmJoBV6XRY8oAF3CBA5AgMdR+CK5SBDC+vuriR
UWlZQyCPMRJJiA5ZCjknTT3ZJw4BH3JzJ931QZctrIy9aVIjco5ZR4ykKMoTkXhEBwOiMiaR
FSfZCzfMLuTxEtnQcCJjUMrVD2/hRAvHeq4sDq6eYJcMW/nQ4MYDbcIg0DMApCRqRU/6VyAH
FqohqvZYtwZGnh6ykHJhIOHqyBG6c3sr3XOVAKko/T/T3NANVHL9RIjLkAkWNgfVkjKBJD1f
qpEtT707sDfVlQ13CFi2zuuYcEGrVp7yoW0bVEAGtNkSaiQt1R5SEgNAWP4lERFdrhcpPMjZ
ENxNvFY5wLS5MaP7qBBMuTElbK1Nl6U22i3fVQxvRuRKnAAyJFhVASFC3oUY1ZqtRHYjXoiC
QH3Q26IV8AhGId7lSHHRmRhE936gEIMQDcpzHlEDzvRGMKkFhTZRy5YGI9aNpSB9iKjD6iXb
I8sQIFH/APUko8aE1RdiNUwKpVCMqiCaFkwqIlGcQe4s42UjIFibilEZxi4ApLx9VGES0jV0
TMgSFyi1dVxBG5BuiIm9SDunAYtRGQoDT7lkmR3SiW+5Zox8okWehQly48Yy7Tr8KJbRA9XW
6YVMbjZcIybQDchD636kPI1gLUPtptNl8yOlCpFj3WKiTqg9TdG7lMLhWIL30ZcjqbiyEjpY
Vv7ynBhFjX0rYIGNBtqFOUiS59P4UJRJjVw6w5T5iCJNoR2r/NEa7q79UW0XQaLjtEfcizCl
SqhiLMhIUkdtUbM1TdEAuH8uyIkWLaJ28C6BIDi7Ixi5lKx0spwydshYhCJLvd0RK8qCKMsL
vM+QXL+6h82XOQDB68fdT8SYxBabKMPqjWHaJF6fGhKLEEAuLEJ2ZCEaylYdFKWTzagIzFOI
YDqV8wjjKQcfyqESO4nkS2pUZ8WmNb0UCBU0PiE3KgDlGlAAy4kch+tcqsLQ3QkSYvfYD2Ua
sd0RR51Uxeh/Z5lmljAEaPrX1uKxcyWJIH3eypGVQFEbmpTCuSVIxF3RnlP97LUnYI/U5B/Y
wy7X9c+6miA+6i57jdSBu4ZCJGvcVF6iz6p/Q2qbb9qeW99U4EiNHUZCtKhbEaf0pyfMKkIk
1D9pq4+JHke4CiMohotU6LiAQYm4tX1VOMyTwkwGlUzUa6qPuXKNk9kOJpr1RNiAKbqUuPOU
qN/UgZHkZFqaIDQCrqZrT0IFvMaeBQ4kAAXQMiOoNSU4FSVyPUKRiATGxXHI8JCzqE5HvcSA
1IdH5PZM0JFvzSUZ5GyAXIssnB+JNjYD2FKJcm97FDBnBn9ObEVlH4UM8JCWOQcEImAABLB7
oHIXERdQxwrzPg7oSyDlLQHRS3BDJrvR0TAf7rSY6SZFyG2KYFwbDT91EMXQ5EsL7D4kRGpv
RShGhNQ6EaA77/CshsZQlTrxkicfaMo5Anf2VjiWJg5J6fEjWpoomZoKKf1mWkIeUfwxXycZ
eBPeRaMfZUcOMNAUACGpFSjKQZrKcnYxqQK2VHIUQ9Lv4+6hQUF0Szmj6pjbqiBJhoNEQQQT
qjB+Jpf+FQILnUBB3azHRGLOdNn+JGMxQlqKVAKOFnxE8qAsUzMExA9FFyjrQofT4yPmSDnp
FRLl4j8yJIqAHUnL9H/lRA7Q4d1EkM1msynyLRo7rkCTCNnQZdVXREswCnOB1L1XdLgfbNgh
jlIZYQHETFaIwxxMgbhnURKAxY78pH+VfLxsYzJ7ge1DlOEXuxq6By/U0GwdlH6fDL5laEhi
iBQYKHSqjhHrlienrKWSNcP0wAJPtIR0WTiWZl82Z444m3tSCMWrGwXGQaBoUeIYAUdOdLEV
KMhKguEBIhhtdExLzYU2ifaUJzkAQx7agriBRiPvQgSI5I+SSxzh3Y+BEpdUYi1KqMA4ETUi
zhR+g+l3Ytcl0zf3J1kT1QEariTXdUNCVlBHLkCK9QiKhjZDkA42FU7OCKhSiDROQqAgNdlx
ctoyFQYuLu6ePaQXHghOc3pQAapx4ABchUioUSbsfBZMYFJxqfAp29P2GGPuyC2zozzNPLOp
l4+qnWQAsHDURctE6nRHgC0LmwKhyaPIBjqql61Tn7ggAKokFzFBxUqZDAspSkbgrNhzB/p+
NWu/xICGGIaxIf8AiXZERJuQAE5sNkKWTijXf7DIVIDRAUsWQtGZJJr5ZeZTie6BfhLb2VOJ
c5ZSMsh3c9nFOA+/gvlAsJEcj7o8yAxBhFowCaIByOz2oPOi4I4Al/6kDjiCNwUInFzct20Z
ESwzxkBwCxB/FFc2YG7IXpbT8yiCXjvt9gVSvl3yZDRrt7Sp/wD9P1AoDeMPVUvq84eb9hd7
qngEWLFOO4bXVRrY2U4te6lAuG9KABcagpwWGxRo+/ijVh/mrknos8j5iAItRGEg0nsNkx8u
5U4SLsKb/mV/EosXLNSiaRYg0bZRD+cSi26LmgqXR4njgB7erK26bcXVSss8hoCG3qgZ9mL1
QP5uSiAOR6fzIHIWiRQaqMY0A1sgKJhqiBbVH9SmB6wqhEHzXLOwUskfPI8SegVfu0UHbhPt
rpJPIuNlUBt1VulVouMWcfsQzwmJSxkxmAbAqERUmIDLJmx1jkLygdh6+JRyxLievRBQxxLT
lZ6VUpy9TtBNj62RTx4TLjHzHdPlgSxoBc/hQhAcIEudDxQEqGLBcTAeOqaNA7hM7rjozOqp
5MIgOSjnkHhEtGPQeSMlHFF5Vqf8f+moYo1466lbf9qe4QY3LlNEEjRSiQ5a3gjugTQOpEmx
ZhRP0umLvt1XI1r4UQIDGVSofURIGQyZuhXGTFi9UTABybMwQ7QDKoH+pGIhVnNdPwqQAp5h
qwWLICQYziXGzqMwWGUgD0oQFW0TGu56JwB0PRAm2inyqXdiE5DE0OrIcaFmKqeR3J2TkgDU
lShFyQHfRR2Fk4o91Sr1UoxLE0RjiAMg3OR6og35F1XaihPESJQkJRjoSgZsSBVxT3kJTgG6
OERIcTHeoKJj39IhAfT45Y8ZuRQn3eSyGUhjoTuTRQgKyq8tgD3LjEPCII/UoQjUBw3R0ORA
a7oRxjmOXGDaMofTYS8yKtufOu8cs2Q1HRPxecjcWA9hCWZzkNhsPV/SJNkfp8VfbkP4EMcP
POhDFHJkA+bMA0FRH2UxHpR6ap3c9EJGj1Qa3RB7EKUQb2Xd5dxVM7vRrkfiV6tqruT+tQAL
ubaqIGinkDnJjHKPgPMmYNqoyDgdEIkkildaqRpYANf8qDUkLhc9rL6UTi2OHGLA+t5eSvbT
dHjTZGwa6vVTY+nZkCLBCRPTovl4488krE2+JYxOZPEjlEWTg00CMKEAOjS5oQi5qqX3UwKS
BBfoFkhIOKEDREv6EQCeMO0NuPMjx1voiI3NinmKblNbp0UYymA7kh7OpCMwSQRfcI48pPzJ
yNdAH7UZNxBBYbqMYSlh4khxq5XHKZTJuSUBDHENYtVCQ8wq6chynYJ2c7/pCGOX92Wnsj21
LLIvHTlqSj9RmBEYntCIDNoqldtrOdEOV7lkQRxbU6/CgBS7IAirUWQSLBwxHgnZwSwOvxIk
G3X+VEF3FRReGqi3dxc9VCIGgRgWaQaqyYdBMgKBOh12Q6jW3xIGJY6ndVr1TA0ZnLCq+VGh
JB+72VEm7eKD08FeuytS6m9AZOFxIejehSDBtFMxFYCNNVGGSBhC4I2QiCxAvv8AEjy7gbMn
ItujIXUZCtbqUYg94LVf8SnkmCIuYt8Psqc4ZBzLRA1eSjjgCY2J971u5Mzk2XJn6O1VzEOM
JWlJghLNNxcxiKLjjxgyI9bu/KnPeGYAUc+r2xQ+p+VHiagS/L5U8/NsLJohh/1DzprIDQew
ofT4/JG50C4xoAGQANdlX/vXAWIIKqHpdWqFyBD2LIEVXzItKBYUs7eVPaRNALMmfS4TRJJA
YkIUom3F1EdECQ/+PMp/LFQXPiuJDlvR9ndTciqYDkNUREffRnUcUyHPs/mQA0/YgDVX0+5F
6jopRvVAmgAUmLFGEiPm8bHUfEg0SSa0RnK8tAg59CJjQAkFEHzzLACijg5CMR5g7kn2OUVH
FgwSzZYjzGkGPlXCcIYZTqONSxURjxnMbt19rigf+NF3se38yhPMIRgfPAS191AGEadEAGYa
Irto6hGflgXDbpgKf9YxqcuQOSamvvIZJHvnWRNwECCC9KIS00KqizjcIE220ZOAaXIRsogj
xZOxEOTxexTxAHXdXpoXR0BsAaol+57IGVBZ1CQDMGqg7SG+yezxCiBKjdxjd07rdAa6bP7y
jky2ewHb+JD6jGSxr4e4o5YmkxXofWiq6J29CeTAFTaryQAqXFAphmajD+ZHOQaDjGjXQc+g
pgXOmiqXKPKUTkPlxi5PwwX/ACcw/uZSBDH63E+zBD6j6uAlln5cZtAIyxS7dIEW+GSfLjHI
UcgGiBiwItxoh+xM3pVPvVyq26qUeQnmFscal/eksTH5eLlHlCOte7lJdhM58QePj6vJExwg
NYGVVLD9VE4JRLOe6JP4Uc2A/OiPYuvl5Mc8ZNiQ4/cR4ZhS4Pa35lx5DkbB/sclh+kJSBk5
Zuij9PhaLsKCyjA14ht39pMSw0CoKC6I3sg9f2JiKlNcoEMDqjik3zIVAN/iTXMbboiQ/wC9
MSyAkz7qMqESNKUQkK1sLKlmQymPYQwkK2QnCXIHzRFx8X2uuOaLjSQqVEYZCReo1Cl9OTUP
IMg48F4XKJIaOiAYuZOwpZAAdxsp8j3Eh1LUCVlDMMnD5QqHpJ0BPLGMtiUWyQwYqj5gInOQ
/wDZxxQ+qyiWXLOuOE6zl7Ms0kM+cPlkXiDUQHswVakrp9g3VFclHqqGmhWPBhmYSyE8jEsS
AnmTI6k1KibAFoEijoxHmiTGRN3ig7bujnwRJMqyA1UvpsmY44lwMc/KZerxlJSMgTOwpQL5
kokg+tDf31EQLAAF5eYSCjOc/mYo+dh3MhxyDkdJdp/eQOOQkDsf0TKBHI0jVHJlLkeUnYoS
FQbKldQE4DUdnun3shjBruNk5qEA9d0xoRcr5+M98KsLkBE2JqQg7ubgVTi+yrZDQ6Gy4SPK
Ui8QOnmTkEyqwQxypxBHGwLoxDiErehThLJwnEPFq/mR4ThMDxBRm0TEV8y4DjAXMpGgCjL5
pnGV5iPby9lMQ5aiDBxoFRGRbYAL769FCBYCQNfQuL/3JSZiaMPWRwfSsOTmU9fwo8pSnKVg
5KBnH5UC1Z3Y+4omuScbkm5+BEtymby292CZrW/Te/RUtZgsWM+SMHHpKIu2q+lgwqLjUss+
AwPGR5cmpUdq5SDmwfRWWP6rDEATAdtDH11jMpiczAGUvEclKOWInjmKxId0YRkflzrGXU+o
jEExkDon3QnCRkB6rsEB9QJCVAXqyE8GWMwdjX7RCNwzDc+tJDHE0gKqBiCY2Y6Kl7NsgZDt
arf1IxiXADBt0MpGtjsmAYugD+tMahGJDiQ2WSBHFpUdDk0QLB1anRPFgNAyIGuqjmM+IBtq
yFAONRuuUR5qsFxyB9jshIhgDxJ938K5YZDJCQoYlyPwoQ5yjHUnQI5MsjIi5lqVKUjHHiAf
HB6kfAjxPIMasyiQCItqnYjwRYuGsn4sLoGBBmHAjdnXJ3kblCJF9Tp8ShnlAZckq8pDy/8A
xokUGgTRFTdVublUTn9BhbdSzZiIY4ipKlH6XDy0E5lh8XCKBIgBHzCMfMPikoZ25TkOIj4I
CYaWq+myQBlm5Pjo+qBlERkR3ePs8kwPa9FyiKg6Ic4iBiTEm4p6yOOR5QAaMjrH1UJGosyG
GRaUqxI095SLPKJoejpi7CyYhMwfdAwmY1q1EORMsY9u/wCFXPJr6ujkNZy8rVYIQvkkxmR+
5FRxxHlAr1Rd310TEsGoEDEG9dfxIRkSZaKgYbhPIn/+EBF22QBan3L59Wl6E5kWdjR2Ra+6
O+yAZyPuRxipEi7XZOzsuvXREj0BCW6wZ5gQmQzg3MfMiMcZEj9ahGIaJl2xuzqM8gGTII3I
UaNGUmIGy7baC62CNWMtFmyRIfHGg8O1GUvMS7ugWIjItyNlOEgJwiQQbP7XOSEIjiIhgFTe
6tXdb/Zf7KpgX+yVAQZAEk1FfVQD3KBiCALF7o5z53PFcYsIwuTQn2u1RcMMcXGz+WK4u+jD
Up5M/wCpNE8QXDlcG5RFQX/dViQ7AH+WSeMgRqEJPSHba6OOAHzIOTWreZbh15XXDGRzZwN1
HkeevAD+ZAyu1I+z9gYszsAhnkHexOpCFA24RllLCN5W/Cu0MHYRFaDyp6cyLCh/KjzoBVkG
LHR1xJADVPVGQII3dcaKMLM7hGN3NAmNwjEosGJq4UgHidRd/eRMhQMOiLaaqhd9E2rvVCJl
xnikeOt0Pm4y2mxQlIiLBwdW9bzL5eEdkQ0p3H4Vjk7H5j8uj9y7SJR1QDsFIxNIgn7lkkda
AGxU82eQhCJMeIAC4xPPHj8oFgPxL5GS2Qkgm7rcdV3C1k327ron+yijCNI+aYGwQLP41UYS
AeVAdApwxjygAbup/USPYZUO59btQ4hmFTujIHiNFxADC53XaAI/47V5jEsze0UCQ0GpFAxZ
mq39CnGZckOPFTljL0PIWcN5VLDiDzqW6DuRllBx5AWBTymGIqR5j7q44ocdzc/m+0QYs7Ab
OgJtyAoBqgYuS1eh9nkpxBaAsHrOSkXHzJikiLfCnLkA9x2dGMXJsdUSSwfZCLPoi1RK42TA
CrB1726nE0JsizEfcuWKLX6q1kZga1K3B1RG6BJUYsS7uskZVNxFEDyjROGeJdgND6yEIBtT
/UvkgOef7VEeURAXEvWoOiyyiDyZvvXJne4UhjLQkS56/EgJVoxe5dSxkOYSBBbR/LFCRLDb
omH6TlOiyMwWEQ0gdipRkORBIHsshmkGgCG619VRjCL8yBImre12L5GDtAoCA9faTO7ioUpz
DVrqiQabWRDkB3qUGciP3OUBE1Aq6cSodQKo5AQOFhuV841lqXYP5e6Kj9RM0IIGlWVP0T9T
IvGB19pVNIUi+qlLIeJI0v8AAnkP7ePyxNKLtdkIRaO/UrlIPuf9KfHTcWQnPsDgAH+Jcsby
IodEZENEekqUjbR1kD6OU1y1jVDlX0/0rk1TcMgH8wd9l3Gum5+FGLANqdE1SdFCQAZq/wAy
GXGaTpM7Or16arnIF5B5DT8MUYwkA1H1+FGeZ5Y8Rem48qIjEgCgf+JGEp3eqPI842YqYhjE
TIM/s/DyQiGAfRRhy5SNwGYfiWXKGlyLgit/0WW36GylimHjMMpY4R4xYkE619VYcJrLk020
qp55EQoAAdAu2XMHuBA0UuNGDINQE6/vJ2AA0HRWaOwqhEACG2pTMAdkIjtctWi4SFCCSTus
sAR2lwNlGUPULlRyR1H6MPpsYaRHcUKEmVQNkA9NQ2qHzGpYWcLyCA2eieRaJ+91QiYI0QlE
HwTAcRdiXr7qLyD6siABJ7mgT6Mskox5e9VAm65a7bBARBc3ia1XDJHgWZ9FEiQI3F1Qiui5
EuDYi4XElh/2oBj8wmhssYmWBFVwxXs4QMfOfKDUe8pcg8pmrGqewGhVInqPFCMYkQknNBYk
rjhxykDeQ/qQlmIGpjcoRgAPD9HqnOqd6bJrJtN1umHpKMgB8wBgdWU55/LCgezn4l/Z4Eyr
ISKP9+JBLREQA3uoORInUn+JSECCAOTPqoivKocWI9lVDRN32XGGmhXL7liw4/LFn8fXQlFg
dHCMZHlHIeMh4/CiZFq2ClhlQPR/0TOTV1srsOmyEquxYMogQ8p16okyJnYRNkTEGfRrJjQ2
ZNsg+tWbVARY79ETIOT6r0CekcYLAKQkdaB2XKI4jZ0C5ifvQEg4FymmBKmtVIwLE9UTGUhM
6goNlIAIomlEGNhIqOQOSJBtfzKJBYxr1QnIdsu4nZGbGOP/AMsdPaXIJiQ+m/5lxZjcdUCR
QXkX4hR5j5nHSVnQEQIgWAp+k36/sZbFVVD6Psc2RlIjt0dECJMJSchzVyhLhEEioNZfvo8M
YEv/AFI6IzxZzIm8HYv8KEckuEtQahf2ZNsdEYTeDbao5CSAQ1TqmNTYC1faXzSOUpA02C5C
8NAsciG7h01VAxpUXBUeVRI1QJv+gAGdnAH7/JTMg0Y2ohhjEtp6EWi0Ys9KH3lAQoBRz/Ep
cHMHoRqV82MHncl2KMckTEjQhMyjIGxqUWcE6kIY4EcY3axKt99P4kFWtHo4H5UCK7rtYnbR
kSIsda0XdEkmnT8qYPvWyAMgXPlb+dGOaREgHjGNiUHgaG5RxSLZBGolR29lRiPKBQDRUXIw
7TYoZs8GewlsuMAIjYfY32U+xvsv9m6G26oV1G67v+5SaQJ0RHK9xL+pGQqRVw7U9Xkq0DMz
oxIIBsQ6fQWJoU2Q2NQa0UokGIAd9/wIGJ5f491EkUjoKMoHiSAa6sFPKAA5Z3WSBLD1Qojk
SCSf/CoTxh5EgEG4HtSVf9woP+hDAB3BnHU/ChGRPOQeTW+FVkZHQGiGDFANJjORsAo44D+5
MMTeygCKzHJz1QMllnJjHEAPvRyyHcZMJbBRmMhjIg3tTyqUDIEe1oU0ByL2QkDVnIK4mwQN
xK+iDljsqtJqAdEAdRRjojzPIWDf6kWAOg8E5gKBgjAxju+oRB7mPgKI5IdhuS9R7KaY740J
FkZSFI2o9UTIPGI27XQAsLfYA1Dc7Lf7apnXRWqdUS4A6omeQOA7OHX9uJmNDYBl7IvxjU+7
3IRJBf1jUMicZiQLsqsRtZkDKRDUiyIBIhK/X8KJA5w60dcZBn0NWQiGZ+2jWXEsKXJsfwoi
fq32PwoyhSMjZciSHowIKIFDpogMjCPIUsfdUpxuQSRs6jJgJClav8Ki5NAwazn2lE3n5HAq
w/RP1WQPI+QGvELcJ9RZVvugHfHAsfAJhYWCrdSjgBnLKe8XosUJBjE9wfdRALmRNNUI/r6I
GETyIaZNXK7iX62KJDPUsLfhRcOwpugGcnQbpgG3OiJiWDVJu/urkZF9QmsVq2jomMhyaoXz
MMRxOiAyS4x2FvxcVKEi5BYnqo45AkSLz0ohHHEQhoAmtsgXXj9n7FVXojymAbgFMZCRGkas
hIhnpVdmbgGqI2QkCZyavIaojgwGutfdQo4NiaIjkI9Oq7pktoLItFz/AJIxERxJ6k/Cv7xI
HSv7yGTHMcdr0/EjIAiAuR/KmI5HR05LbFPBi29ihHyzBoB/UgJj/tb8KqaCgUYeB3UQD2y8
xRjGpO6jCJDCv3rI9eAf9EN6QgbN9k5AtRh1kUck65MlfBM9T9yIeqqairI425TNo7fEnlrY
VJX9yJroyIFtUZZA40K7YDqSKke6jwiWe7v/AAoEugxH+Pa5Lk4ANj195DkTW7H+VUHZp6E4
LEW6oRkeIqWBv8SPCj2GlEYYQZTFXHq/EpCYbI7EdVHLMiseMd6+bkjEmm6su4iI/Wu6RfwR
GKLh2ch/4VEnjEVZxU/CjKTSeoYs34EROdSKAFgEDyqNQ8kZRDA3OpVZEuavVMH6AK68zN1V
DXZPrqqD/NEwBaxDInH6heQshCUTyFCCo4ZlscyAWrx/Chm+nkZ4Szg1T4gAbkafhRlHEetH
K4zvq6qHDbo1JpX+hAAGQ1HUJ5Bj/kiIjugLHZSlWT6mq5MItatSsuJvMHfqP0TkYirRHT2k
0qr9jKE5+oaR0+JNoqKhYEXQhjL8nIJTcQcxLmd2XOQcm5ZkSLgVK7y4agCIxxkcYLUcuQhE
4yAahAggPcvUfhUgImeOMmBs6NDGTeICPAcx9xP4U8cZGhdd0JRB1IoWQe/3hEYqcRUGgY+v
JH5p+dO5IsPhUsODGYB3cu5PvSRy5ADkNaKPIiMY6rjA8idTQfmXbJgKECg+LkmjKMQKBql/
ekpSkeRJqZH+GCMpPXYsm5F9CdPxIaS3QeIp+pOTU7UTgtu1/wB5O7/YTGJIvQKkShIhgURC
LkV6IEy47otIuBQC59VRMainJ6fvKcTxBI7ZEOQfdRie0vQvRHFn7hIMKugYWixrr7WJCJoQ
Lejyo8sQJJcyFFkxAnjE0N/zTTm7W6KtD02V3cOjGJcSox2RZtxqnlcrNmDcQGfqfZ/RjACg
F04a1EdVZOSv80eVmWJou8jEIGQDir7p7R1VDRtEASRu2yEYQACYVRBNDZEMG1otP2ISi/ii
1wpRkwnIERBDr5Qi5MuMdySvlSxHuDynEcnJQgMRjKNzKiMsswBrx/hR+UzEMCQ5REZ0uXP8
KZpGDetr73FHk8AWsaN7KaMaP5nDn8qoLo38F0+y1E+1lb7kJGx9UeZAzjzk2tkIRjGAFbKR
gBzarBAHyA6nT2U2MACv3K3d+pHkGMrEbK3bIUOxHrcUYSYkUJ6ow+qHOE/Kdh7qgIScFiCi
BOnAT/0qMJXnIgDqgfvU52iD5hufaTxPKJsnuye5QoxG6addiKIYcfc4Jr09pZzJwYkRY/om
WMtKIcdUJA1/zRJLEEggIf5qhbcFAE/9i4vpRRlJ3gXZU+5MfT4qzKopoiyLF0JMTEbJomuo
NFS6bTXxRIFVD2ibo/WTcSxyIxCw/wDlRlg+qk7EkEl1/wDYygz2N0RU43pAfxSkhy7YGtkY
sXdzMIRgAwFS1Vdw4YaqlBshxJfdVp1TSIZERFRcsm206pjUnYKU5hoCw3QGMM4tRkTGkuqP
IsTcp3PVMAQ1kK1GiAF5G4TioFHO651DUYIBiAQ0ieiaQFDTVCJAERUH/SoDePEOoRxETMJ1
I0fzQQJuaqeIxB5Bj/Usn05NQKEfmRbQp/1oGVvFkacgf2LP9SQ0h2RGjHzKgA8P0eJpopY5
WNhp8SnDSdQVd9ETqgDQjVOuq6b7IMaIsHTW2T66quqMJB4m6eAJDuGQkQ0tVWy36ImY4EA8
Xp3Icc84ka8jxIQfPKUjrGR/eQM5GRtylVSnNpGwqmgCDHdMGLiuw/KjwJETRNGh/wAesgZm
j3Xc0utl2kkCpLMiI4y51RJBD1drLuNLLWRAcEj+BUo+myjzNRTq6NbWCJEhIEPWid3JuuIK
AFRUBAzJBNgiSzvRcSDxepTiN7EJgP8AuVLyLMNl9RAHj8vH2ECvPyoZJEESkXL1dAQNIgOD
SyEnuWIKGeAbLD9YRJo5cpjUC2hVEAB4AB0XAAkQRvb9KpdDJEdCQsed6wPE+jyoS0Z0YzNJ
HtOyd2GiLelMVX0FAGw1CdqLgLhB9dVaishHJQaF7FcZENonIfZkHvoNVCUY8eBo53XDLAg2
GqE8sg9+Iv8ACuOHoSGRjMsRViifWldNAcj0QEjxnsExsNS/8qmHMibbBDJktoBZkOwAkMRE
XXMx4gW/xFcbA6ppCrOdlw4ud/8AUgWqTVEzOjgDRNG501I95A0iY6LuY9auPdQkQ8al9QjP
lSVGIsUI2kgwoyLtWwTO403RsSy5vRySdFllGoMigNpPbdEs3ipOKRkWP8qGMgVpTdSibgql
W0KFa7KEavIgP/4UIj9LlE0KkLH/ALFkwOxuH3QhMuY9pKjq9tCvlzHcLPqpS2FP5U5rIE8k
Ho9kQaDUqcQeyI7eijlDh6AjcJz5hQhAGYGyNQ0b6oxgOXUoGIGTEaGP9KEou5Ftiuc6nR1C
IHIzNB0HrIykAdtOPxJ3ECbDf4UHDnbUfiVQS/ldjL86cxPEoQhAY4m8nuPdVZGUiO6RQA/2
x+1AAUJZCMoiiJrEbBMKRiGBKBAoSiWrZkXAbZO7GrgowjF2Br1RnI1NR0Q5GrVeyETWIQxx
DgF+PX40OMdKjV0OUzFwA7uuJAIjeXRCMaHRGtQph6iLupyBYByX2RkztdQizG9Si5aUrE1/
KgI2kWquZZhRhv7S5kioqmt1CqscRYOTR7BAHb9Is7Cg6++jTxKlFqGoIUi1Zd0QdV8/PQgG
MYiwdcR5omgGoQIoZsCP4lwxEBzyIBqozmD8puLX/EgYyH9yjjb1lkyRrEtF1IUe8QbumHYP
LN+qZy73V2a4CaIc2ZcslB1umjEKWTIbBwNSjnmXJfjG4iPdRjxqfMb39lM5PElq/vRXKUZG
lC7oSyBwPKP4VGMay9bavqoRmRICgQPqi5GyAhZqaJv1q1kTcaIkCjUCMiKi6DM8rBcGcs5I
0U5A9zNH0p5lynIvZO1N0chieOh0Xzsp4yl5BqAuPEAM5JF0ZkBgHDKUrAjSqLOxNDdcZC5Z
5UZZGIZmBKykFyC36+KAFAaEiqAPRiuMRyAopZKiMBXUAoEUO27rjMeYbIz4ngLEfzJzZ7f0
qc2rEMD4/p8QNLhPvohkZ5Cj6N8K+bKsxQVoylE1x5P3ShjJecKwkPWCwwl2kA8gTr5fKgRQ
AAIGIcGhKjAEyBNBXVRxQi7CsupRMJHmCzbFCcZ61Ip+8hxySyA3CByFtxqU0AH31+wSzSEe
T8QdT7KlklKlRCBagTO0dkH8uhZAtyj60yGBQECJCjDYIk1D0H8qYC1TsjGFdggSTGb1P9SD
kObFAabKu2iZ2XQapolojzHdZMk+6OOkGRmR35bbshGrDU7p3cIRHpOyGGIFe6R9antKGEsM
UO6TWDep2oCJYNQjROZmczQPsuIvuKqod79FyJaMb9T7KHF/2LO4qR4rJicPWngrP1Bshcgb
aoDV7G5QxazLkj/ShGQsKqM4i5YlfNBI5BmN/wAyJIc7FZssg0TQfpgP3QpIoxI+Ydgoxcxr
fRcweQNiKog+kLuLGNQR5kDHymnJHiSR96EXeINXDlHLwiWNAaD8K+XPGxNpDVARPAv3OKlc
YkmJFwuv2ni05i8f6kcuSZAgHAJ7QfZgicjnQDRcSWjoQNUIRIanFxr7SEREdfH2kTjDRDV0
RlkDymWj4j1lGJkAJVoXRl6lnOvvIScM77VQ3HSwTu4sBqrsy5PQaoxxlzrsuEZ1NwKqEIFp
SYyfQIRFoUDWX7VoUcsx3zpEPsiDcjZEEcpSN0eOLsiKzrRCQmHAL9CozBBjcFcYNLIaAbLl
K12NipMxOlX/ACqYmD3ggklEwNCSD4KlSg9KWLqMizuKnRYREliOT2oU5N1CURUSsFCEpV0G
w/ChEXJYIGncX/T4weIJc/0oiQYGxQv4VohGJPdoqnxRJmGfVcmEhK2zqJxmoFQaLjIcZzLu
6EYxfchDt/zQE40Pm8E0Aw+y6lPYKc88gcmTQnyg93ehyFS5d6e6jzrI2IQGMcpAvIG5TGBi
ZXB096C4xILCp1RekY+spTd8UAIx6lcpk9umjeygY0wgsBsPW5KIFmoypexKL6AMdVxMu+dg
E+SXIGvE2ijIS4xZwNC6nmmXhj7pE0H4VPINXAGgH2uaiNSESRx2joyYBz0VQh9PhHEy8xCZ
fLj/AHMszSHsujn+oPPLLQ2iuJmIx6pgTKZNxYfhTCTu70/mTx00sUfa+78MUQaEblYsNxIj
kW9Ud05IiPkh2x8I9qAF9Shi8pepQAdoBn1Kx4odxkdVjxgNxiAw8P0xPJICRFB/qRFjouVX
GhKES4A66qJB4gmgF295eUzMak1ZcqxBLsozkO2WiD8YtrdNycqsgAE0bnX7SAUYk/28dSR6
0/8Ay8anLKXEy5H8MUJzAERrK4B91GGM8mNZHX3eKMx2PR2fl8CJJc2rQsjF3NydGQhDJzEq
SEfVTBxF3ZSiLSFVGABMB5cb3l5eUlEWIDEDwTh/ToUZxcC5I6+VCUgCAznf3kw7wPQzIVLa
kr5UTXJUm1ESBTdUQL+AZcdTVACpNkJP3kdy4gcqO7n8Me1Plj2kNS7oQwxHH2ryKNBynZ9G
XKTuKUpH4pIh6m/gru1UzkDZd70I4gUZka1Fj/qVx03WXPJmlHjF7+9KK4CXI1oUYnzN9yJO
zDqpB3Js/wDKp/W5I9kO2BIvL3f+hyHixKoKBAMYirE2XLJLn1NkHBmAL6flTmHEdRdA8A41
1QDU2VvH7GQT/YXLE67D2kceOJmLBj6zomQ8uhLh/eRx4zxnKh8FfUEm6GNnBDgi/wAKE5B4
m0RupSmWB7jE3PuKeXHEReTs/wCHy/ZSL016o55QtYoF2kTouRLA2N1cGJLtq3vICJNmfR0z
tu1F/mV3d3iuIuaADVSiSLB/H3URIPsoiNgN3XzZMSDY3b1kePaEC5JeoAdU9AC5AkF3rZk0
xyA6LkCwOgsqSHpRif1UTswN05Dj1SF/khwDmVwaALme7LMNixC3xyXLMRHJJ6D+FPKpoChx
Zjr/AEoRiSBJog6klY8ERSAAp/0HgG6kUXcAZalSlC0RQ6SPsoHNIykbxFAgIQAVuK/Yn11V
02qc18E4TozkaRDrjGTAhiAat7KHBgDY3qjbmRQgsUZcgTKqEWqaP1QEhSNg6jJ2EdL0UscT
Ww8UIzbmLqGON5EAfeogyAlE1mNh6qMYgCI1TsSNtFHbU/xLjBiTQNeMV3ksbsEX0Q2/yVEJ
SoXcEom7Wpv7q5MzhwUWFI1KPLsApQIRELisiap5SMhH1bJ4/wBuutkI8gS1CE7g7AXRLNFM
/oRySNLjei7mAG1XRax0XIvEnSy4RrMFgQKfFyX/ADsxPyQCImXrH/24rJAB2LAG6jNm5aHZ
RegAZQoDGPdSrFXf/ocQWFkxqUMQBib+LrjUPVD9X29Uxr9l1uF0UPpcLcz3TPT2UZEkykXO
jo5LPYGrocnYWTkcq0J6e6qCgq+lUTzPLQaMjxPFvMT0QxgAyhUkG7oyNyoSLvAuh2uDUqRc
UkYgHouIqTYaLsaMi7n+lTnOsRK4BqUTIODYJ5FyHJDEU9lceTPUBASrqCL0Rjd/8RXcLesT
T4eKGPHFpGgPQeso4mAp/clqSmwz5sKa196SM55CaWdk/wBlAJGwcOufAxjuRRfLzCushZkX
dxQMHRIcRJZn/lUYmJAlY7qeb6tuMQ8BL+JfI+khxjGkslzL3YIfUZP7eG4BflNRwxAgMY8o
2Uzik3MsDu/rJ5EkHUnb4lXujYo5AC8z4UCv6P8AoX9CcVN/BASdzqLKMgXOqCov2/Y49Kde
Kop5JUEIkk+CyZ5F+R7fAITkDxFHugIeSIYbn3kHNCoxxvIh3LUCaZZ7kXQLCQI1uyPDtiKk
afEmMgSS5Aoyoo5KRleRO/soECgFllgGBB1Xy4y4uHJ0EV8mDiMGA6/EgCSI2EdH9tSlAsRR
dRrv7SBMajudOQJDU6oypUujlMDxj5XHZy9uSl8kjJmtIhSaoOjkLiMZiTKpdrn3lCER3SqT
/q+zm79BooOKX+5CEo0dmKMoNjmB5jYoCAM8jVMiW/KnEZS5aDqhkzRHJu2I9X4lKERwDk8z
V3RlkxxyZDYmoH5lPFCQjFiABRqL/mZpmZBLA2dYs8KQyRBpo3qohi26EYlq1UORsGp/0Q4Y
nQoj2rBEPyBLUFfwoTmTzyVbYMqIn7lU3uFsBdUKr9oxwkInIe4+6E5NDYhcBKh2QdDi/IGg
Aei4xvK5AoH9WSEshdgB6VKUQ0Yij+CYnzeZ6AKRZtmUcdakOQhjAPAARlVdocaBHPpK/ijE
ARegGtEcuSkiXe9PdTQoY3KaJo5fqhFyXIboFGMQ8jd9lxI7qEqGC0TWR6BGEGaMWGmnmUuD
cpkyreq45Rw9Ym6AM5ULl9VDFiHbGNSn0C4xlUsCLOpZpmgJiBrTzKmOu7lfLlAGNmRrxho1
1xxRYm5Nz+gMsdTX09q+XeNQ48VExJniBs9gUCDUhzVCX3ehA9TVXf8A6FddVxIN7L/k5h2A
vGMqE/EqFO/2Hcodfsv4qiBFyowLMLyOg9ZSx4/KNRVVXbcfeVylHkTYDT3VyFDHzA/uoGpA
r96FTQ26/iRyZDxkxo3Iv6qc18UWD7L5bMaVd1xvIImdHsAvn5KxI7RJDDhJEywJ0CJ80v1/
up5NENXdGcaxFga1QNXFdqezyRkQz0Cl9Zki08paPwBfKxPLmWbohLMAchH3D2UZRFTcorLJ
hLgWB6qoc6KLhjHU6LGD5pDkfT/0OArkBBA3D8VL6cihqCdpd3kU6+iyMclANXuCuZLh9NEH
s/6lS32dE2v6IDV0KkZAjHHzIRiLBl1+ylN1Wp3TFO1k4XX7OEBGWXKWrcD2l11CEQGQYApu
N7ubOpQgaDdY3DEGpD1X9vjHFcykSHbu5LhiHGEAI0sW9ZOpmdKNFGV4WG6LEPoEIkCVXIP8
q504gUARnNw9tWTwNIijIzLyJuAEBpsP5keQrKr6v7qh9PDu5SAChgjSMYgfqRkanQnQfbOY
NQCyABPPJJy/Rcg42KxYh3GcqgbIAWFB/wBCsXOkvZKgMkqwIrZ4yWWEqihBf8yEWD9a2TbU
qqUIoQF+z7QbFAlN9yv6EQgZDiDcEuvlwFBc6lVUscxxmNN4+rKKsi91Wo0KfVdECbBd8hGO
hKkIETmL9FLLyJewejICQ1qdwo8x2vojIb1CPA8YmjSWXIXcMCRb8KwcgDEx5FtveQ+mwmuS
sm0j7KoEDIESNQVymKPQiqMzEO1QNlKUrMT/AKVLNKkB5QjikO2JqAdkYRBEKMLICJYHpb8U
lwiXa5UWNLh7o1oLBZPrJxFDxgT+/wDoURxvXZAaAJhXpsozNeEZfe36VfspdShIeYMVIzvG
kSg5JIAbRCcRcXATORN2Asp86mJYn9Biv2Loi6dB6HVq1VUXQLWQIsh0Rr6EdF/eyxiRoUYx
fJS4s65CRaVQGYxRE5vy0FaezyTmp1f/AEp6EQrUMG9lOYlhV/5UYA1kXfRvVio8wJFnQhF5
OQCFjyiPdGPEAm6OSZcyKHOkQKugxeEdHqoczxjGXKXHVvUROMHi/m6JiPE6J42IAAjd0Z2n
JyfAqtATQivwo8iBWuqMY2uyEIypr0WP6bGCSZcXq3vSUMEB5RU7n7aIh3nLyhcshcQeRBo7
eVGR1Lsg33qeeQYQDPuT/wBC6qVkZhkjEkHeilgyOzlhoJBAyJsxDCvsri9OqyDESTEtJ9vs
/wA/tr9jafYzqlftNKJxRS5zBMPMBd0YYSYxOyJlPkDWqc3FUAdEDIOZehATAlunenjoi5o1
PFGUhYX1f3UAC5oBy1Rcgkh3pQoOe2Ngu4FggAHja+qmCLFlKOQsTbZCEAGjTxQJoNAN0JSc
gVYURjEMCGfZNKPIAeaN6/Ei4YmzqWSI0qDqfdkpZhE8jSMjUVX/ADcoPPJZ9vdVPsqibPZc
yeQrxqylKRczNfsrV7eKkDcsaq6YVOq8FSqbVDdeP2eCI3DKUSC/KvhL2V/eFMcXH9SMpxZi
afwyR+X2Qme7kblA/pH9Bir12R3RjCgY1F/ZRxuDzJlKXrFz7SohRtQ+qLipsrPT7lxHLtrW
/wCJFnBNyaglcpNUMhE+UX8UIwPc9To3uqWSfoouIeGPbdWfdQMQY8q3o3vJoksP2ogSIiZM
3VlCYDNR7UUZhybH3W9VE38f5UTIVswR9hCrPRGT/wBuFB8XrIYo1lM/qWP6YBwCA4/eWHE4
jwAAjrI+siZxYaMhxjUryA6EhEZQdSG6KZJaES0Y9AnToni7G6jPHGhBudU3KoTzNNUAKjou
0MjobIAWC6C6f7KqOSDkkd1NlPJIsJRaJD6+qhjkWEagi/4lhxu4MhQ61TPQU+2v2b/oGtCm
cN1TGQcaLSxqVRpRleRR4kmZNth8SdgPC65EkgfeuMagNdcYh22v7yEWJO/9SANBc+hcpCug
8EXrKQp/UhARAMamWv4pIEVJFao8qyNeiGOIqS5Ggj6yjGIsAPuXIlm3RyvzEps+gPrKJkOM
YyaooVIihJaI0dEHaniiHJN3095EtrUgUdCEGJmWCAkOI1Zc2BnLy9B7Sx/MNInkxtIjy8kJ
NyO1gCgZOANN00u2v3BdDZk0STf9XqqcjQkl/sYIHapFyjEliCadD7qej3IKvXXZcgWuzoGl
AquAdUONGuuv2N9kJAOCTXZGPOhodWHs8USS+0ui+mEqjnT0eVUvqn+2q6Lpv9jxDbLzU2Qc
nlonLEMzJiPQjE2auy7ZEb1/qTgx4ixK5TrG7P8A0o5Ihqv1ARL1FaoSmGjVz/pQOOoiLm9U
GyFzeI0Zd0jyOt0H7gQh+oISJdzQM/5l/aAOUjukb/hXaQx1IqjGJcG9V/xM7HDKjsxHv8kP
pIkHHyfHIkm/b3KOOZ7yL7su4OTozUTiTxJoOqIhEyd/BDNm7pAdoLfvIksI6lmCPEkgFgPB
c5RbJlPIEioC41e5QLvLZDrVkzWsVIyqJbCqJjF4yLg9E8yInbdGMwSBYoFzHcWDJ4HjEW/x
FREZ1O5dkIuCTem3rKUZilCJCiBdgL1TxDtQIF3kaFAFWQKoi4dgVKMv9uJ83X1eSLcZBqtd
vxLDkkPKbEb9qEtCHBVLG6YJt9FUquq6arom60Rc8QbumFt1epuV2ly360CKHUFAM53QNg1k
TKhOnREQAAsTRc5N3Ud/4UwJbUfZYf49lOQ6DPfS7e6niDfw/Ohxi0jcoiQogTbYIxBIJFAi
AfM5BPRSi/LK4MOvH1ZKPOH9yMXJt+VHh3xlpUkFPM0FWKEiOIGg/i4qJ5COM7VKI5VsIl3Q
Ji0IF5nw9VDHEGLBn2RIrsNT7y5ScGX6vhQIo+qrFzZwhysf8dqD1bROaG4CMmAJsdlxFCK/
4kjEtE6Al0DYk6IzBJFiTd0Igcg9WofxITgXFi90YuQDbZEEBxqF3O6EpVNl+teKnRyzLLAG
hPcN/hWgHWrsvmS7y9CvlzaUoUpfihD5oE3Zjv8AEgQXHRB7qtwndlQ0RXcfAJwHaio3UbJ2
BKYhjurUs/VAlnDsmZtigC3T/UueZo7blkZikBSMen6Fyb2CjKQPQHZAggSFgP4uKESxaqeI
rvcFEkORoV2gB7FcHDkMSzX95DMS5Z2Og/Eh8rsDOWC5caGokQhKYbRkZTIa7fwwXJmJoInZ
DFGPI2i1B8SEH/uzAM2/qR2jce0faRIIB22TkOAj7Iv/AKUIu43Kd6/qQJIJ0Bou8vrQ/uo0
AOkRZCT+Lox+5ECRsA/X8SaRB/7UZAhybbowyyYkOCBREEkvZAAUKFT+1OQrJ2opBZYihMw2
gaXroY5BuPs3qozxxM3AJGo99ERiI5JB2tFvMv8Al4SeN5xjQv7al9L9VOROVjAmzge0gSPB
WdBrpmpuF03Qq7hEi2qc0D0Ta6Iuzpomg0VQw0Ccn9SlK5AoEJyJkP2IPc/ZQchZ02+hQmQO
A8z2PwpohwAiWqNfFM7FCL1s2pR9YmldkQQz6rDDGCYSk8n2j3dqALxgzki3wKoBCPLuMqAb
e8u08zoDqSjHJItEvVCEaE2OgAXGEOeQ1lkKY1OqMRXQIu7agJwKC2qMj3A76IAAOdFowQ5A
EAuOicRcGtEOPodASZzqNUXLMGQDDcG5R5C65uQbXohOURIjT+ZcoEEbahBqHVVTE1+w19Cs
7o/UY2lKA5Ea9qBHllQjX4VjEgAYixHT2oqOYHj2kFlOAyDLgyiuOWyGTHExlc1sfcWLNjmZ
BgDyuDHtlyThdxqm0F0w1uhruiGbonKa4VAT6E0McuZ6IPjMQKVoE1H2WLHM1yOREfxISA/u
S/WiP2IACgvK6eTSI9H5kwLHoEIAARF0WepYNdFyD06rrqOiBlUgUAuq0EdP6kdADUDoo5Mo
8tpbuuIADbIuagO2qM5B4R32KAxSeQLAHQeXtXMxIjKjmgQjKJlkleQ/hXIO9hFcSeBOu5Hm
RlImMSKPuhE01J3Qg1f1IgCmqF+hW5NHTcCQdAHXEQMDa1P3kDMEk7J5QLkhv/EvKSOqMvIB
QIDa5ZValmTmwqXXKMmJsGR5S8AmcD0P/ChxIDCu6ftLGpZERgAbOiJzbcCi7chmDTibKRlH
iMh7TQRE085Fx2mBpxKeMAY2BehTwgTkxl2iNPWiiA7daLGMci4kRMbSQ3VaotrYJ1SwF/sp
ZNFn6oCUARuKBMzNqvOzXdHJLIAIhySjLGf7MPIbhh7PJHHAHjGxFVDDhjynIjkTQuVARbk1
fFEg8jclEi+idvAfzLucm9ET5QbOmLSYrkdbBcRLiLkhCESeNyRsPNzQ+nw1kKE6RCpIAtUm
4RlObR0e8l/xfpoS6m34kMmYDN9RJmBHbFCNBEXK5eYszFbUYMuZLkWDLuHLbwRenVObqgDG
6fgDt0XZEAi6BbidVJ2YaokVGyEWDddFQB2sLJpQB6MmGMA7NVCUJGG40XaQQdRQoEEHcvUI
gyDpucWOpoiJSi52KHzZk7xj/NJdpMP1pscwz3bRc8Z+YB5gA35UY5PJG7oziCQYtXU+0hxB
kDpt7y/tuNCQ4ZGMRL5oLgN+ZZ8ExLgSJAkUdVLqh9CJO9ChujW+qd3XbQoMXOrLk5cWCBch
ATLDfdD6eJrO56BSzSHmLA9Ap5AAZOwbqj9VkBeRo2jeynk/pR6ij0ojFqixRekmcFNIg6vY
oi2r6ok90pHRERNNShGIvQHdfLieX1GTzEaeyp/UTJPMtHr+JRBk85yJNdEIQfhGnL1QmHfk
P+5kNygQxCYUGhRcsNVcHquhVKrZVNBcINKmyGpVB6QqCiZvFP8AqTFm2RK6lXYpiWCe6O1y
VyHoCHKjqlDuna6IvuqEdUwshKUeJ1MRf4oo9sZjTkKhNHHEEWoqRAOwAXzTAc92R4AR3DMn
fVVtoiHpomeqd2bZdttU626hM7DomBZt1yk1NVInygsB09VQEWBaoQxxJcHSzqEAKwCe/RAR
qQKuu29iNV3DkDT0oMKbrjWJ1kyMiHepaynMECUqRGpWXPmL5YwMoh7MjlnIyyZJPUrFLKRG
OMciTqU2MNjida/mXCAG5lZz6yaPpT6dEST6FUObuqCiDWNwuiAPoKdnVAyJ1KD1H610ZftT
EXsrWV6J9kXpun2TGo1CpbRVtoVUOTZM4IOiI2RO90wsqOyLpk7N9hRdM3pQpQoLwTNf/JP6
FVPEOFVgUCfvRw4qyIaRFv3VBxWRDshENGjyDdPaUy3J6gKLUPs7oAli6IiePHW6cG9zdAli
9iqkFrJzQqodwo4MdRGpD6n2UMQkeLdwQnK0KlY/poDsgwER/DxQemXJ3TP8qve9Vy1Tb6Iv
TYIl1Vw62TD7k9kI2O/2NcFUTm6DligD9j6bfZunFE4oVampT/qXJqbJwWR62KDhk+6oq6Lq
V1+xyH+xhVbFPTxTXfVVqvD0InQ/tQFjZ0DOQYf44qWUAyIHaBZyjOVHqzICRYCrtZERIOj7
qZNdox0/EpCRMg710TA2KBAaMW+9OPAui5dAvUq9NQU0oiXUXUyCKGyJA48RVfNLciw4n1kc
0geMC76IGN302CcgP0QH/ciSLJ3ohp0RiBVNIv1TCgTOt1ZHQBVpsuif70CPsuqF6osqFmVa
rZZMYFcZ01Qe5Ti50XQU+wDUKqfREgU+yqZFtE5LK1EwFEaXXK5C7Qx2XdQm9UY4ySJaqRzu
BO40Lo4/m/2o2h/qVaG9HNk4BoWPpTg0BfquUfQUadzugLxTNawQEe6rtom4ublMR4FVDvpo
pzLREA56rLMEBpMTdHlHygPLeSEXMgHb+lSNTkm0iBavlindm0ZV1QNhtqvHRA/epM52G34l
yHpTgIJyLaqtmVFW24TfrRhEU3/pVSRtVAvyGxQILHY0W7WTipRiCOZ02TmRbQCi7Z2vunkR
IbFZYmLCrkJxIVs9Cr1TjROqGm6rbr9v7F0ThdVVVsi1V1TMJCyZuPUqleqcgOdEwLC7JiEa
URPFxKpUgN7kVQaLF3CpWrUugHciqJYSPVcQOJ2RBvunIdU8KqUQWlOgQkzmcmcbeXkvlQcj
FQ+8VCETxD11snJPezA9FXSqpVOb9VYFtUx0sFERjxBuNWQDUseq/YqhO7Vsv8VWhfQK1lbV
co0p3AoiLBDVrkJxfULzONAUzsPuKMpnkTqjKRDCyPGkjquTsbmqy5JWm4J0QMe5qOE8CRvW
iAkHOpC7ZA7jVFtVS6Z/SruhqPs/y+yn6DEUVA46qgY/rTa6oi6ITi+yuIjqt21XLXZPYmxN
0KOd9U5oDYark7F0Yy824Tu8hcJiKlYsMe6ArILKABSPbuPhUy77qMZR5kHsq3FRhsLJibIt
dVDDdeV/BciKIKtQqLr9lTVatr9jg+hF7IsNFULkBwkdrKsiWRA/2xSu6eJfb+pPIWsgC9Lt
umIY2ojGNSSXpdAyqwdhZO19L0QIF7MgQQDuhy791xhIGWxujOZAj1QnCoPoXX7Hum+3b7C9
r7JvQqiv6lZP6oRo53QIalH0WgNkX8wsneoOqDUXI62TCpCYUPVdf8kcmMV1Nl3HkAjlxgiI
A5jr7qnOMmkasNEDJv7goB/MsOaDkmXEEW/Mh9NJxmMOQfUe6gZlg/3lNpujVhsqFVFEyv4/
YxoFRP8AZ1O6b9i3dVPo1KsX8FQsdjRODdHnFwaFMIWsUQCQW8V2d0dG/pXHJEgiocIkljt/
MqGg0VC0TumfwATP4ozkaCw3Us0qAhgUI8+UYUETVREoObneq7oSBvRA8CQUBEgH2TddSm1T
/aAKeKcrxWzKlC1fsYi6IH3oSBeQXAggnVXc9UDcPUKpYJzsgHpumYEIgBzdipCNRcoRAZ4D
kG09pRGkYkF9wsGWHmMiSAsP1UYccn0wMS5pKJU4ANKHmBs6oaK/j9j3Cp9he6oNU5FE4sui
0IXguGKQB1IQMy8gKHor+KofvTRIawC4Zgx3FmQlGY8FyjIPsmkqhwi4Ym5CPCRGhcLgwAuG
CZnKDiguuEATGO9l8vHQn/EkJzYkaI7s7ocDZAb33QqjxnfSVUBOLvqF5m8UeMh96oaIgh31
TEUXLbTomj5jYFM3pQJqBoFQIDUqlCNWW6NG8V3Bt/8ASnXEWOqYVB1TVTsI+KPcCWtojjAY
mjGgQkbTNdgo48kSBCsW2KEY2P8AjyoQfjDIeJHVOB6FX7lZEUZFvvRcLonB1qmevVVZk4Tj
VSezXQr/ANyBPoQNCr13Tkp3ohxeLFijXwKHMvBPzYHQoPIEbhEQgS29FUMGtsjrtuiN0Iim
ysxVqlf5BASodCFbkNSt3smA8VQabarus6JFWo6PE0av8y//2Q==</binary>
 <binary id="i_005.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RVqRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAAQIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MjkAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAAQIAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADgEwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABnAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8Amxvvce5eYjtr2C1cHOvxg3awPqdJIdpqPa4teh1dJzHO3CrYJkbyG8q4el5lVTmj
aQAPcCI1Pulz4d7f6qSmr9aOl9P6zh131Y1j80uFQyqWkmpn5zsxjPbdXX/g2fT/ANF/o15/
03o9uT1KzBte1oY3IYbR9Fr6q3urOuzd+lYzavYLsamousorB2at2yJH9n6XtXP3YmE/q2Sw
E1nJa+ihoAEuLHvc4R9H/SJKfMK7HQHxt3ASwDtHgVMWl2mkaSDyr3VejZfTsiwuaDj23Oqp
dOp267nR/Jcqf2ZwBfyYAI4iUlMHN/OJAJMfj2UH1hzdzdT3IPz4Ux6camWifd2PjCZgeK+B
4CPM+5JTXLTqJgNPfupOEidYng9vFEdtnaBpB89FGraTqABrI41lJSi3QEDT5RzAhMC4OcJ3
bQJA45SJIaI7D/XlQ3EgaxPfw/lfyUlNmq47XtLhu2kCPvSQIO0ETMH4pJKf/9Dtmt1+PHdH
Ztdzr5f70a7pjWwcfWBq1zjJ/tOVXa5j4cCwjs4QkpsBjG17WjaOIHaVjv6WWZ9OY5+tXqtL
APafUaGNdu/k7VrVuDtI+IQ7aiSTrASU+f8A1kvpey7FvrJvxshzseyfYGOrbu9Rn0n2Osb7
f3Fyr7WlrmkAEASZkDsSf3V1X1txPs2fYOGXgPrLj3cP0rf5W1ctbRkFxY0EgSBxET7ZCSmk
HNHADSOw1IAKk17nAt3S3mP5XknfjvDiIbDfpA/9U7VNUxzCWOAGms8z/wB9SUokbzAMHTn+
Kk3aDJ1kHhIV+4GBEx8EavFftmNwj2jXSD3SU0ryA5wA5EjyM/8ARSa2YJ76aRqiX4zw4SIn
WfmmZUZAg66wO/HKSmW5ukAbST7p00mfypKfo7WTIO7nwBhJJT//0fUNuunzSfSyxsWtDvyh
U8fKLgTZYGmdARqR4/mo9mbRUAS4OJ4APbxSU1rsb0XyDLfzJOqYOmQT8Faew5LWvANfgTHH
9UKvfjOpAcSHNJjQQkpwvrL0GvqOMbq9Mqhp2SYBaBO1cDXRtYXbXc/Ez/KXqdpIG6PmeFnV
dG6eMuzLLdtjrPX3E+1rh+k4+j6e8b0lPn2Vm4NPUB0V9NTqWn07MoNm37Y36Vfrf9xG2fqT
qm+x/wDSU91WPXc0moF412gDwPdP9WekUXVdJ6p1F91Ho5FttgLYdZYw1X0P9S0fpKLf0nr2
M/4tds7o/wBXhktdYx2NZU8PdS8w33brGt2Eb2tb/o96SnicumhvULOluYxtmJi03W6Q7fcG
2XVu/wCK9ej+osr373+wgDQFw7zO7/NXXdW6JnYvUeudQu25eBntblYeZ7dzLC70nY2n0XMa
PSfs/RWV1U2f1Obf6m3c6ZECD+RJTnX1WvLRruP3nyQhW9ruT8Bx9wVm1xdoNZ7+QQ5fqQTp
90fNJSmVXekfaeD7fOHJI1T/ANE7bI0JLZ5EOKSSn//S7ltNtn0Gud8B4+as4eFYy31rQABw
0wStEAABo0AEADwTAQNUlKGo/io2UssHvEx5xypgp0lLAAN2xoNI7Qsrr1X2bpuTkYjYyCxw
qbps3kfzjmx9Gv8AnX/1FrALI+teTi4vRMi3JcGsLXNBIJlzmuDGta33Oc56Snh+l47WfUrH
weq5f6fc63Bue5wFRrdspx231/pPY1rtjf5fos/m1n/V+/A6X1Zz8+kW9Ntp9V1wseQ233Ps
zX1ZFttrbbG+y2l/83/xu9YT83qB6dRQcgsxqtxIceAIa337dz3fmez+X/wqH0fr2Zh5Hp14
9WbvYaqKcgQ1rn/o2S0fTZu+n6np+ox/6VJT6F0ijpl+J1ro3TbXO9VznVU2F26p14d6bv0h
c39JkNfX+id9P+c/SLlM3GysSx1WTWWvYdrmmQQ4fd/WXTfUv6sZnRDb9t2UX52RSK2Mc1xD
aGvv2n0f0X0xZs2u/mvprq+ufV/D6xRFg2ZDBFdw5/qWfvMSU+L5Im0bgQ4yPuQ3OY3VxJB1
I4AH0V1mb9SMtl5D7Nm380N3ENH5znfQ7punfVaijKHrkZG0++wCWD9xs6t3/wDUJKebqa70
HODSG7CC8iAdO0/SSXpR6bjXMbXY31DUC5nYAgHb9H6W3+Wkkp//0/S87MrxMS3JscGitpLd
3d0exv8AaWf0Drp6u/LmsVih7NjQZ9j2/nv/AH/VZb/YXM/W3rH2vC6TcZobcchz2yYDqy2j
3Tt/loXROtO6R9XMrKa0uyc297MXjR7amza+dzX11Pd9BJT6Hp2SlUOgZuXn9IxsvMqFGRa0
mysBzRIc5m5rbPdssa31GK26+gB5L2j0536gARq7c5JTMloBJIAHJ4ELh/r59aKixvRenk25
VxIe4CA0R6QDLHR+fZ/OV+z/AIZY/wBcf8Y9trz0/wCr1rfRdG/O2Sf+Lobd7f62Q6v/AIn/
AEyxfqxiOty862/c/Pa0bb3ne4Fwf6lu5/03bva1JSbqGMzp2Fj0Y4LKMWnda5oHuueZPudt
9rWt/PWR0zorbupMZkE1VbjdkOAktqHb+vdPps/c3rcsptychmExhtcB+rsd7ZLdvv3O+g6p
tn/W61fw+kjpn2ql1v2lwYHWlo2sDwHPcysOLneiz/hH+rb/ADliSnq8bKOZ1rDFMejQ22x8
E8hvpxu/O+mxq6Jp0jjwXD/VnJi3FDXfSta0wYlrgdf7bmruNCBI0KSmvm4/r0w0EuadzfHz
Cxr6Xtfte1zSOx51W4Mqg5TsUPm9rBa5nfa4ljT/AJwUduF1Br31vD3VudUXt12vYdtlZ/4t
6SnIrraGO/qkfIpK6cR7LBW5sFx2h2pb8UklP//U7T62dHGXh499IAs6fa19de0FrgX1gss5
20t2+rb7f8Gsyr6tV5n1TY2uLsiq7IyqNujbLHOuHpun/BXLtFVyra8HBcagKwxu2prQABp7
drfo7WJKeT+uP1qf0fHr6P020MyRUPXyefRraAyWD/T2fzdX/CLhOp53W+oY9fT8p7vTeGWj
Cgba2gb27/b/AEj9I6zIvf8ApHvs/wCLW7g9Lr6v1vJ6jmWFlO/1NJILax7Jd/Ir/wDSn56I
/IxvVuDfSAsJL7GN0c38zbv/AHfZX/L/AOuJKeBuqfRe9rmhzqDqBrqCHOb/ANU3+uup+q1j
+qdRZn4zjQbHNr6g3kE7fa+j/OY33/nql1LGxtl8MY6y6xzjyXBob++73b/Zus/l2LU/xX7S
7qNW0S4U3NcexBubA/q7dySnR6/03H6P1avq9VjwKH+nZ6zpaBYx8WMj3fntof8A8HZ/pFKj
b/zT6j1XLaHC21ja62He4ONjWfzrfbsd6n/bf/GKj9eerPbkbbqCxhaASDIe6H0+2dv6P1a/
51V+u9YrwvqzjfVuljje2puR1E1EfozYfU/Sv/Ne7d/4IkpH0nr9PSup3ZllRyKsYbm6xucz
dXVRW525jffb/wBWu++rX1xxPrD1LqOLiicbDFT8e4hzTY1423b2P+j6d7fZ/IXkXV3g4+KQ
ZrtBe2Ij27m7w78732P/ADP8Gr31V+s7/q8ci2uj1r7K3CnWB6j/AE2tda0D3117fV2JKdv6
y/WXIp+s/UH032Yj6XNxqQww4lpZXa+x3+ic1rrGrs/qLfW7o5rZJFdzveYl28Ns3+0uavKs
GgdXvyM3PsL7HWE2OBDS97/0ljjtH77vzF6r9TTTR0PHoZtYA97amA6mAHOAn6WxJT0joeNe
xB+73JIQtq9P1N7fT27t8jbtjdv3/R2bUklP/9X1VcJ/jB6+BiNxMSxu4uJsMiRWA9tp/k76
/V/61+kXRfWnq/7K6XZc0xY4ENdGjZHJ/dXleLQ/N6fXkZL3OHUMo1uMa7RaxtkOd+b6dT3J
Keka8dN+rN3UNkG4BoD/AM0Og+8f4TZ/4Nd/IZ6S5HEzLH3VZjm2/ZK3iy/Ib73MaHfpbA0z
6zavp/QWt9b+p5PW+tVfVzpgLqcez04rmH2ECu12/wD4Hd9na/8A4z/SLTzfqD1To/TnZNF4
yrGNgsY0tbWAA3cG7vfUxvqep7f+ESU0ev4DftbbKyDDyHbdGktPpPfA+nZ9H3N/wXvWT9XH
39M6vVktPsBNT2N13Uvea3PO4/Sqc71Vk9Q6jl3k4peRXQ521p5na2r3/nNb6Vezauo/xcdF
xOrvzG5VRfVXj+l6gJbtc5zHNfVs+jd7fppKd76xYLM2rJGPj/a+ovorrx2xJ2vuqbaamO/R
+oyp9/6T/A/zi4v6w/V3OwOqDH6k6v7RmMdmvbW9znAbtjfU9jGbvpsZ/OfQXbdQwcy3IrxK
rRVaBZgvvBcAN5rNVn6P9Jv/AEf0/wDhVyWd0vqdX1uyOkOyH591LAKbbnOcRU5n2na91z7N
jmeo72bvT9X6H00lPOdQtdZkFnH2auvHYOBtrb2b/Ksc9LHOwvsgFzWloB77ht4/kp/sdhfv
svqabq35BlziWua536C5rWOdXlXbf0TP5v8ASV/pWI+HjV3Y9trrvTu9SqtlPpudLXT6t7rW
/wA39m+n6ez9JX/NpKb3TX04eWzBPuZaGvc9xAixzG+xv7yNndXzq+pHFFz2Y+LJqYx2wtLm
t9f3AfStb7X/APpP9Grzei242H1gZuKyx+BXQBmSCWXtvb9k9PcRuxeo4uR/Of6NlaxerUW0
9Wzm26Pqe+t0eLTs2tH8n99JT0PSvrd1F/T7+n3ObZjPxLqxWYlra8a/06qtBsbtZV6nsSXM
YtjqgXt0fttBI8LK31/9TYkkp//W2P8AGbkOGEam+5u6bNJhrWOeuGfk29Kwji2jblU2uivn
YXtbZZ/I3s9ns/0i9H6/005/V6cN4c9ltzXWuEANqAZZdLvzWbG+l/bXA9M6cfrp9crmhprw
PVsyMgt0jHD/AGMHH6XJdsZ/25ckp6T/ABY/Vm0lv1hy2+yxrvs4dqS4nabf6jYdt/ff716M
8s2u9SNkHdu4j87cmqrqx6G11tbVTU0Na0aNa1o0H9VrVXtzcWxhrDXXNsBaWtHIPI921JT4
Dm1V5fV823ptbnY1uU5uMGSRDnObjtH7/qbV7Z9Vug1dA6NTgsH6cjfkvHex30tf5H0F5tZ0
R/1f+uVIprNuBXkV5mNSSA41bjFW0v8A53GfvZVvcvVaus4dgmHt7gETP+aSkpwfrSPsd99p
cK68msvrfMfpg2OP6zKnrLw8asfWu/rbiI6wzEsqB1Ndb2V+szcPbv8AVY3/ALbWt9bWHqmC
2xmO708SwGy0vZ7WPG17nVNcfou9N6F0DBpzcQ4tzi3KwIroeD/gifWx7dg+ltf6uO/+okpg
/wDxb9GdXD7cmx4ibGuY0iBH836bm/ylrfVbo7Pq/wBIr6e17bbQ51l17W7A97j9Lb7voM2V
rbbMkn7lGyrcZAg90lPPdU+qPTcvGsZgD7HZkWMdkODnmuytrvUfVZSXOr2s+njMa39Bb/N7
K96XXPqv0/qfUKcs1De95GXcXEOFQouppFLf5OQ6ixbkOaNpBTGdElPnln+LbqFZx2499d2+
uz7VY72MrsLD6ZZXq62n1Nn/AAn/AAaS9Dk8JJKf/9ft+v8AVKaukZ1tNc5LqHU1ucQ3Wz9H
X7hudt9V/wCauU/xZ9M6t0/Ez21Yb6Lcp9Qbl3tLGCtjXt9ldmy257Huf9Fvp+9d7jdNoph7
x6to1DncCP8ARs+ixW0lIasRjWNFpN7xEvs1kjvt+i1GAaOBHwTpJKYuYxxJLQSRtJI7H81U
6+j4NW4VsLa3OLvTBhoLvc7ZHuY3d7tiupJKcjK+rWDebSyy/HN7Syz0rPpB3Ie20WNd/Vcj
YHRMHBudfS14sc30yXuLvbLXOgfR9zm71oHlOkpbaE8BJJJTB9YLSOVViBqD8VdjxUH1CPaI
PZJSF2NqHNdpyQfDySSDngxqCRBb5pJKf//Q9VSSSSUpJJJJSkkydJSkDKvfS0FlZsnnwCOm
IBEHUJKauP1Ci92wHZZ+47v/AFD+crSo3dHxbXh0uY2ZLWnQn4/Sarddbqmbd7rI4LzJj93c
kpIkhNud6vpuYROrXcgxzKKkpg6trnB3BCSmkkp//9n/7R1IUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklN
BAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACACEAOEJJTQQlAAAAAAAQ4V/LLQvq7RkuasvZY+N+hThC
SU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAA
AABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAAL
cHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARA
BDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAAB
AAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAIt
AAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABD
bGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJs
c2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dP
YmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJA
b+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3Rv
ckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAA
AAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAA
AAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Ny
b3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAA
AAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklN
A/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAv
ZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1
AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPo
AAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////
A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAA
AAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAAB
AAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAA
AyAAAAIBAAAABQBpAF8AMAAwADQAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAA
AgEAAAMgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABu
dWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAA
AAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAAMgAAAAAFJnaHRsb25nAAACAQAAAAZz
bGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAA
AAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAAN
YXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91
bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcA
AAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAADIAAAAABSZ2h0bG9uZwAAAgEAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAA
AABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAA
AAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpB
bGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAAR
RVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAA
AAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAE/wAAAABAAAAZwAAAKAAAAE4AADDAAAAE+AAGAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAZwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AJsb73HuXmI7a9gtXBzr8YN2sD6n
SSHaaj2uLXodXScxztwq2CZG8hvKuHpeZVU5o2kAD3AiNT7pc+He3+qkpq/WjpfT+s4dd9WN
Y/NLhUMqlpJqZ+c7MYz23V1/4Nn0/wDRf6Nef9N6Pbk9SswbXtaGNyGG0fRa+qt7qzrs3fpW
M2r2C7GpqLrKKwdmrdsiR/Z+l7Vz92JhP6tksBNZyWvooaABLix73OEfR/0iSnzCux0B8bdw
EsA7R4FTFpdppGkg8q91Xo2X07IsLmg49tzqqXTqduu50fyXKn9mcAX8mACOIlJTBzfziQCT
H49lB9Yc3c3U9yD8+FMenGplon3dj4wmYHivgeAjzPuSU1y06iYDT37qThInWJ4PbxRHbZ2g
aQfPRRq2k6gAayONZSUot0BA0+UcwITAuDnCd20CQOOUiSGiOw/15UNxIGsT38P5X8lJTZqu
O17S4btpAj70kCDtBEzB+KSSn//Q7Zrdfjx3R2bXc6+X+9Gu6Y1sHH1gatc4yf7TlV2uY+HA
sI7OEJKbAYxte1o2jiB2lY7+llmfTmOfrV6rSwD2n1GhjXbv5O1a1bg7SPiEO2okk6wElPn/
ANZL6Xsuxb6yb8bIc7Hsn2Bjq27vUZ9J9jrG+39xcq+1pa5pABAEmZA7En91dV9bcT7Nn2Dh
l4D6y493D9K3+VtXLW0ZBcWNBIEgcRE+2QkppBzRwA0jsNSACpNe5wLd0t5j+V5J347w4iGw
36QP/VO1TVMcwljgBprPM/8AfUlKJG8wDB05/ipN2gydZB4SFfuBgRMfBGrxX7ZjcI9o10g9
0lNK8gOcAORI8jP/AEUmtmCe+mkaol+M8OEiJ1n5pmVGQIOusDvxykplubpAG0k+6dNJn8qS
n6O1kyDu58AYSSU//9H1Dbrp80n0ssbFrQ78oVPHyi4E2WBpnQEakeP5qPZm0VAEuDieAD28
UlNa7G9F8gy38yTqmDpkE/BWnsOS1rwDX4Exx/VCr34zqQHEhzSY0EJKcL6y9Br6jjG6vTKo
adkmAWgTtXA10bWF213PxM/yl6naSBuj5nhZ1XRunjLsyy3bY6z19xPta4fpOPo+nvG9JT59
lZuDT1AdFfTU6lp9OzKDZt+2N+lX63/cRtn6k6pvsf8A0lPdVj13NJqBeNdoA8D3T/VnpFF1
XSeqdRfdR6ORbbYC2HWWMNV9D/UtH6Si39J69jP+LXbO6P8AV4ZLXWMdjWVPD3UvMN926xrd
hG9rW/6Pekp4nLpob1CzpbmMbZiYtN1ukO33Btl1bv8AivXo/qLK9+9/sIA0BcO8zu/zV13V
uiZ2L1HrnULtuXgZ7W5WHme3cywu9J2Np9FzGj0n7P0VldVNn9Tm3+pt3OmRAg/kSU519Vry
0a7j958kIVva7k/AcfcFZtcXaDWe/kEOX6kE6fdHzSUplV3pH2ng+3zhySNU/wDRO2yNCS2e
RDikkp//0u5bTbZ9BrnfAePmrOHhWMt9a0AAcNMErRAAAaNABAA8EwEDVJShqP4qNlLLB7xM
eccqYKdJSwADdsaDSO0LK69V9m6bk5GI2MgscKm6bN5H845sfRr/AJ1/9RawCyPrXk4uL0TI
tyXBrC1zQSCZc5rgxrWt9znOekp4fpeO1n1Kx8HquX+n3OtwbnucBUa3bKcdt9f6T2Na7Y3+
X6LP5tZ/1fvwOl9Wc/PpFvTbafVdcLHkNt9z7M19WRbba22xvstpf/N/8bvWE/N6genUUHIL
MarcSHHgCGt9+3c935ns/l/8Kh9H69mYeR6dePVm72GqinIENa5/6NktH02bvp+p6fqMf+lS
U+hdIo6Zfida6N021zvVc51VNhduqdeHem79IXN/SZDX1/onfT/nP0i5TNxsrEsdVk1lr2Ha
5pkEOH3f1l031L+rGZ0Q2/bdlF+dkUitjHNcQ2hr79p9H9F9MWbNrv5r6a6vrn1fw+sURYNm
QwRXcOf6ln7zElPi+SJtG4EOMj7kNzmN1cSQdSOAB9FdZm/UjLZeQ+zZt/NDdxDR+c530O6b
p31Wooyh65GRtPvsAlg/cbOrd/8A1CSnm6mu9Bzg0huwgvIgHTtP0kl6Uem41zG12N9Q1AuZ
2AIB2/R+lt/lpJKf/9P0vOzK8TEtybHBoraS3d3dHsb/AGln9A66ervy5rFYoezY0GfY9v57
/wB/1WW/2FzP1t6x9rwuk3GaG3HIc9smA6sto907f5aF0TrTukfVzKymtLsnNvezF40e2ps2
vnc19dT3fQSU+h6dkpVDoGbl5/SMbLzKhRkWtJsrAc0SHOZua2z3bLGt9RituvoAeS9o9Od+
oAEau3OSUzJaASSAByeBC4f6+fWiosb0Xp5NuVcSHuAgNEekAyx0fn2fzlfs/wCGWP8AXH/G
Pba89P8Aq9a30XRvztkn/i6G3e3+tkOr/wCJ/wBMsX6sYjrcvOtv3Pz2tG2953uBcH+pbuf9
N272tSUm6hjM6dhY9GOCyjFp3WuaB7rnmT7nbfa1rfz1kdM6K27qTGZBNVW43ZDgJLah2/r3
T6bP3N63LKbcnIZhMYbXAfq7He2S3b79zvoOqbZ/1utX8PpI6Z9qpdb9pcGB1paNrA8Bz3Mr
Di53os/4R/q2/wA5Ykp6vGyjmdawxTHo0NtsfBPIb6cbvzvpsauiadI48Fw/1ZyYtxQ130rW
tMGJa4HX+25q7jQgSNCkpr5uP69MNBLmnc3x8wsa+l7X7Xtc0jsedVuDKoOU7FD5vawWuZ32
uJY0/wCcFHbhdQa99bw91bnVF7ddr2HbZWf+LekpyK62hjv6pHyKSunEeywVubBcdodqW/FJ
JT//1O0+tnRxl4ePfSALOn2tfXXtBa4F9YLLOdtLdvq2+3/BrMq+rVeZ9U2Nri7IquyMqjbo
2yxzrh6bp/wVy7RVcq2vBwXGoCsMbtqa0AAae3a36O1iSnk/rj9an9Hx6+j9NtDMkVD18nn0
a2gMlg/09n83V/wi4Tqed1vqGPX0/Ke703hlowoG2toG9u/2/wBI/SOsyL3/AKR77P8Ai1u4
PS6+r9byeo5lhZTv9TSSC2seyXfyK/8A0p+eiPyMb1bg30gLCS+xjdHN/M27/wB32V/y/wDr
iSngbqn0Xva5oc6g6ga6ghzm/wDVN/rrqfqtY/qnUWZ+M40Gxza+oN5BO32vo/zmN9/56pdS
xsbZfDGOsusc48lwaG/vu92/2brP5di1P8V+0u6jVtEuFNzXHsQbmwP6u3ckp0ev9Nx+j9Wr
6vVY8Ch/p2es6WgWMfFjI9357aH/APB2f6RSo2/80+o9Vy2hwttY2uth3uDjY1n86327Hep/
23/xio/Xnqz25G26gsYWgEgyHuh9Ptnb+j9Wv+dVfrvWK8L6s431bpY43tqbkdRNRH6M2H1P
0r/zXu3f+CJKR9J6/T0rqd2ZZUcirGG5usbnM3V1UVuduY332/8AVrvvq19ccT6w9S6ji4on
GwxU/HuIc02NeNt29j/o+ne32fyF5F1d4OPikGa7QXtiI9u5u8O/O99j/wAz/Bq99VfrO/6v
HItro9a+ytwp1geo/wBNrXWtA99de31diSnb+sv1lyKfrP1B9N9mI+lzcakMMOJaWV2vsd/o
nNa6xq7P6i31u6Oa2SRXc73mJdvDbN/tLmryrBoHV78jNz7C+x1hNjgQ0ve/9JY47R++78xe
q/U000dDx6GbWAPe2pgOpgBzgJ+lsSU9I6HjXsQfu9ySELavT9Te309u7fI27Y3b9/0dm1JJ
T//V9VXCf4wevgYjcTEsbuLibDIkVgPbaf5O+v1f+tfpF0X1p6v+yul2XNMWOBDXRo2Ryf3V
5Xi0Pzen15GS9zh1DKNbjGu0WsbZDnfm+nU9ySnpGvHTfqzd1DZBuAaA/wDNDoPvH+E2f+DX
fyGekuRxMyx91WY5tv2St4svyG+9zGh36WwNM+s2r6f0FrfW/qeT1vrVX1c6YC6nHs9OK5h9
hArtdv8A+B3fZ2v/AOM/0i0836g9U6P052TReMqxjYLGNLW1gAN3Bu731Mb6nqe3/hElNHr+
A37W2ysgw8h23RpLT6T3wPp2fR9zf8F71k/Vx9/TOr1ZLT7ATU9jdd1L3mtzzuP0qnO9VZPU
Oo5d5OKXkV0OdtaeZ2tq9/5zW+lXs2rqP8XHRcTq78xuVUX1V4/peoCW7XOcxzX1bPo3e36a
Sne+sWCzNqyRj4/2vqL6K68dsSdr7qm2mpjv0fqMqff+k/wP84uL+sP1dzsDqgx+pOr+0ZjH
Zr21vc5wG7Y31PYxm76bGfzn0F23UMHMtyK8Sq0VWgWYL7wXADeazVZ+j/Sb/wBH9P8A4Vcl
ndL6nV9bsjpDsh+fdSwCm25znEVOZ9p2vdc+zY5nqO9m70/V+h9NJTznULXWZBZx9mrrx2Dg
ba29m/yrHPSxzsL7IBc1paAe+4beP5Kf7HYX77L6mm6t+QZc4lrmud+gua1jnV5V239Ez+b/
AElf6ViPh41d2Pba6707vUqrZT6bnS10+re61v8AN/Zvp+ns/SV/zaSm9019OHlswT7mWhr3
PcQIscxvsb+8jZ3V86vqRxRc9mPiyamMdsLS5rfX9wH0rW+1/wD6T/Rq83otuNh9YGbissfg
V0AZkgll7b2/ZPT3EbsXqOLkfzn+jZWsXq1FtPVs5tuj6nvrdHi07NrR/J/fSU9D0r63dRf0
+/p9zm2Yz8S6sVmJa2vGv9OqrQbG7WVep7ElzGLY6oF7dH7bQSPCyt9f/U2JJKf/1tj/ABm5
DhhGpvubumzSYa1jnrhn5NvSsI4to25VNror52F7W2WfyN7PZ7P9IvR+v9NOf1enDeHPZbc1
1rhADagGWXS781mxvpf21wPTOnH66fXK5oaa8D1bMjILdIxw/wBjBx+lyXbGf9uXJKek/wAW
P1ZtJb9Yctvssa77OHakuJ2m3+o2Hbf33+9ejPLNrvUjZB3buI/O3Jqq6sehtdbW1U1NDWtG
jWtaNB/Va1V7c3FsYaw11zbAWlrRyDyPdtSU+A5tVeX1fNt6bW52NblObjBkkQ5zm47R+/6m
1e2fVboNXQOjU4LB+nI35Lx3sd9LX+R9BebWdEf9X/rlSKazbgV5FeZjUkgONW4xVtL/AOdx
n72Vb3L1WrrOHYJh7e4BEz/mkpKcH60j7HffaXCuvJrL63zH6YNjj+syp6y8PGrH1rv624iO
sMxLKgdTXW9lfrM3D27/AFWN/wC21rfW1h6pgtsZju9PEsBstL2e1jxte51TXH6LvTehdAwa
c3EOLc4tysCK6Hg/4In1se3YPpbX+rjv/qJKYP8A8W/RnVw+3JseImxrmNIgR/N+m5v8pa31
W6Oz6v8ASK+nte220OdZde1uwPe4/S2+76DNla22zJJ+5Rsq3GQIPdJTz3VPqj03LxrGYA+x
2ZFjHZDg55rsra71H1WUlzq9rPp4zGt/QW/zeyvel1z6r9P6n1CnLNQ3veRl3FxDhUKLqaRS
3+TkOosW5DmjaQUxnRJT55Z/i26hWcduPfXdvrs+1WO9jK7Cw+mWV6utp9TZ/wAJ/wAGkvQ5
PCSSn//X7fr/AFSmrpGdbTXOS6h1NbnEN1s/R1+4bnbfVf8AmrlP8WfTOrdPxM9tWG+i3KfU
G5d7SxgrY17fZXZstuex7n/Rb6fvXe43TaKYe8eraNQ53Aj/AEbPosVtJSGrEY1jRaTe8RL7
NZI77fotRgGjgR8E6SSmLmMcSS0EkbSSOx/NVOvo+DVuFbC2tzi70wYaC73O2R7mN3e7YrqS
SnIyvq1g3m0ssvxze0ss9Kz6QdyHttFjXf1XI2B0TBwbnX0teLHN9Ml7i72y1zoH0fc5u9aB
5TpKW2hPASSSUwfWC0jlVYgag/FXY8VB9Qj2iD2SUhdjahzXackHw8kkg54MagkQW+aSSn//
0PVUkkklKSSSSUpJMnSUpAyr30tBZWbJ58AjpiARB1CSmrj9QovdsB2WfuO7/wBQ/nK0qN3R
8W14dLmNmS1p0J+P0mq3XW6pm3e6yOC8yY/d3JKSJITbner6bmETq13IMcyipKYOra5wdwQk
ppJKf//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgA
bwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUA
AAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOq2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQi
Pz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUg
WE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAg
ICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjIt
cmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4
bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9u
cy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0
dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUg
UGhvdG9zaG9wIENTNSBXaW5kb3dzIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxODoz
MjoyNSswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MjkrMDM6MDAi
IHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MjkrMDM6MDAiIHhtcE1NOklu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MzJmOWFjNjctMzgzZS03MDRkLTg4MzUtMGNiMjM2ODBjZjM0
IiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6NjU1ZDlmNzAtMGFi
YS0xMWU5LWE2ZjctZWU4OGM1MWI1YWRiIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9Inht
cC5kaWQ6NDJBNkRCNTI1NEE4MTFFNEI1NDlGM0NGMEI3NkY3M0MiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1h
Z2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBz
dFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjQyQTZEQjRGNTRBODExRTRCNTQ5RjNDRjBCNzZG
NzNDIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjQyQTZEQjUwNTRBODExRTRCNTQ5RjND
RjBCNzZGNzNDIi8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDph
Y3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjlkMWE0YTUyLTA5Nzct
YmQ0My1hZTg2LTRiZGMxMzc1ODdjMiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTowNToy
OSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJz
YXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDozMmY5YWM2Ny0zODNlLTcwNGQtODgz
NS0wY2IyMzY4MGNmMzQiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MjkrMDM6MDAi
IHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dz
KSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9y
ZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/
Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMR
Ex4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQT
ExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAz/wgARCAMgAgEDASIAAhEBAxEB/8QAsgAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAAECAwQF
BgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgIBAwQBBAMAAwEAAAECEQMABCESBRAxEyBBIgYU
MEAyI1AkFaAzNBYRAAEDAgQCBQgJAgQGAgIDAAEAEQIhMUFREgNhIhBxMkJiIIGRUnKCwgQw
obGSorLS4hPwwUBQIzPR8kNTYxTh8XOTJDQFEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIR
AxEAAACVd2cnJhZOqwv6XLvN8q7CXO6UTwGb3/mzhV2VA4TJw10ESysduawsIhMgwjIFFxIu
SAAVV8CMWglFkoESc4SJRgwUgYMIjAAkQiWuMh257Cy7NcSIh6CuyBJuJNplicC3XisOvPmb
i3i7fNFXI9RzjilsjZfHrHkJNEhxJkAnFoU3EUhkFbUSCQJojCSIqdYEplViiWRlEjJSCcUS
rciKcitsJRQEiJddTMuKg9HXbAsi0WRkGiLZF21krGGuuqZn4vp8B47R1aCeq3MeaLM5OQyC
YRmkTBDnVIcJ1kousucZjhZUKt2EYyZAETcJihNDsqkSQgCJFyCcIsSciM6rDQVh6uu6BGaZ
KMmWThMUbYHWLYEIyQVFxwMvRgXYuxnPJ4PReeFZTMmQZF2RGpQFJsQ2Rquzl0qpgESY4AQk
JqBNOJfECE62IAUWicQHFoLFIipRGSD2B0rjmX7GZNU5mencGCW2k2VpkHMMFk6TnSjE06OF
6M5HE9HlOPyPVebByY0rSiOikVSkEkDrJDJyK0wipIUYWihZETUiwiEJJii2VKcSTSI2xQWR
kKQATD6MxBJMcoyGDIxtDNokwUkVZNmUw4+jyy7scrrGKu3GR817LzxgL6hDRGq+golYFc3E
aIl1uQJiRKE4DakCcQVlRapohGyoQMi4MZKJKJIZKYoWVgTD6ODBqQOMhyjIkRkDjME4kMXQ
ic+G5HP2JmTgeg84ek4kMJRC+gJ1BbnkFRGYJxJwAlXNEyURp1DlBFqciDlEsKmTptrK3CRB
jJTgEyMxgiUIhcIPo8qmTcGTSCTrkWOuRYkEhACRFESMZRM3A7XGK82jOZ4tFSuiKnRSQSBT
IElEHZCwlGcSKkESMySEThZEEMUXWIQDjMnKtimRFKMhgEiIfUZbInPjbAQMipIckycq5BIA
jNFMZojC1GHh+m4Jz6rqSim2JVAYQlWSnGBEcScWCupZcnEcJwCUWShYiITJKyorcqyA4imp
glMjJsjCyYlJExh9YIhKDZjo6cDnO+oGgACx12DYytORVG2JXyuviPNUbeeOuwMsNSM71oxL
XSVwvkUV3WGdkhSUiJIK1fAY2WV2MjXoDKXhidsSCtCslEJOY5VTFCyAxh9WTBNBJxB1WSMV
fRpMpZUElIlKDJCBEokMuuB5bn+l4pjhfQKxsYwhKfWMXO7VJx7r7Dnx3wMOmy4xW27zkVb6
TFPRnFFxLVOslXFlUZ0knCQ3BFsoMjdVIurVgDD6mAITBSAGAmEcm2oyynEiwBxkNSQlJEOP
26Tx9Xa45CyMwSkaVv8AMmH0XnbjuRnEjC2gc6GaZdDiGbdx/QmPNqwBXC0uqkiDJFUJogTZ
WrAUXIrshaKUgRoD6clEk4hMiyRFjQAAUVygJSiJpjcGSTiNRRi8/wCs5Rw7CZCVvTOV53TA
zV7cJ3dd9JRRsgZNdfUOn4L6F83D0mW8pz2sx2WxIwtRCM4EYTgWQTCMkBJDnVMsZIYw99Kk
NQMlKExikDjAsISKatNJU7UUucROLGARRElRKRwOlpmYI9TCeA6PO7hzOd6Pqk+lbM5ufvh5
vr32nn/F/Tvmh2ux5j05w6raCaJFMxEQrJQlWAmKMmRlFkpwmTUgsEHu3CRtWOZreRmpU5TR
CqRZYaSFjiNphXZExE4AiwqjfUVjQMCVF/OPnncy9w11beUdmzldkrv5Vh1LOHcdrkPpHhO/
1cJ5qu+BVJyKY2VkAiQUmRJRESCJOsLa2aFGwmTD2zIjTQxAkBdqp1gKQ00DiwpuRkjpCOhM
ACrLvDlvdlI8/f548/7L593z13lPX8c4uHUHM7eeB0tvWkeJ6GjnnranrPEwnSNAKM0V03Ul
I5EZ1zAqsCE5FdsLB212kiYe0GyI0NMIWWaCNyBuMgAAGJpiTQ2mAAAAAZ/Bey80eX9PzPVm
2ui08vk9Lyjl1dDmntex4bsnV87pzHor8l55zm+o4hgjorIJRFAQoKJNuJMUByrCdtLLnC0u
EHt53aDLZcEVOIMYlKISTGmAJgAAAgBiAYhoic3j9vzRj9B5Ttmrk9Thko5qDq0yZPJ1aR8n
Aj03pvNejN2S7WeOzew86caOqgrqtrKFOJKIiVMmIv2mLR2tRwYdrmlBcH0BsENAmhSGCaBM
BxkAmAAAAmAmAAAIxed9B5s87qyWkss6AJQDdzZHtZeTzk6OhkPW9Wi4v6GbUSy6Q8ry/b8Q
87R2MZy49KRzY9WowbtVgajYV2SvKa9TIlgdkQDjISbEMBCGRY2gGmIAaABgAAACcTmeW6nl
yi+jUVx00leC6kSAtvp7xb0OxaLNo5x3ZwmMAKLw4tHewnOzb5mCyyJnzaNJRsqmWtAWQuJk
w6AgABqEiSzaCSATAGmAgGAACYCABgEHWcTzvS4xye7k7pjxW5SfK35DJY7CHTw9c9jbBlGU
rPQjkMTE0CjOJmydPAUkgrU0QTYTUyN1dhIkHQQiSaOfXRySXqvGejOq0DaYAgBEkAwQMQwQ
0kHLl5EMNdp0upnZwdNYV4pyM191JL13D7h0lngc/dj7B0wBygyQmIQKjRE55ZWVpoQwcgJy
TGIOgAHOv8oW0qAd/wA37M2NBJJjBiABMBMBIJKGcfNXnh8eqo3dbF1iVVVxDDs5JTurqLIT
6Bqp1ZzW8Owfb5m46LUgGgCJIaGmEVYzn09HAVSbIyGDTGIOg+F1jk+f7XDHCyos9r4r2ho5
Wryp6zZ879ybGIYIYAgQox5Zq87zOEac8bB9Ln9s6OHo5DPbZzx2V2lFVwYO1qpNdejKU68V
5vkZz0065jTQBIiMBDGDEpMyUdKgyJsUhDJB5n0Xn/QHD43Z4ZpzNmz13nO0edwWhX7ThelN
TAApLVguNNEOSbvJ8ekjW0W6KtxzO5zNx2oXyOfk3YzPsx7C3toOeq7h5d2Ep04dJ06YI9TO
EySYJpihPll23zfoSZHjnas4faJiZTm3xMJopEMK98mee837fxJfXtwnW7XP7h8+t02Hb7XK
6oC5ho4nEvPUZ/GyL+NbQARIjmaO1xOucfXPKel1cHrkOZ2eccXby+uejyW88h0+V2zJy/S+
eKYmc368vSPR2VyJlFwxSF5z0XjyHZ8heew8vlmei7/F7JNwkSEDzaaigQbQCrg+jzHjLNNp
0utn0mfyftPOnX1rCZ/H7OQTruyFs9WMzlsjPT0+cV2xYr8IepzcvvnP9hx+2a8HR5Jz+H6j
z5tyX4zZ6TleiMvmu55E1Y9PPNXb8x2T0XV+XeqMnpPnvpD2Liyn5/6fyBPoc2Jo6fH1He9D
5H1hc65EgBtAiQAAJh5/m+v5B1bQFXajP5vq+MM2rOFfXr6RycnSvMF3TxmHkdzjiNNRmzXx
H6rynrzoba7zVzOlzSrh9LlHL6GSR6X0nC7hwfJ+l8uW03aDJOfKJxUheg4foD3Jj2HH8J6z
yBCAy3o8nedz1XH7gTjIACTgyYAAAACYJgGLbxzH5Xt8Qz7r+qVa9fJLFnkW1QtMvM6GU1ZN
GEy5NmQj7fxvpD0zjE14HhMvJuyk3m6B6918w5nn+hmL76pmTDuxCGjR3/O9A91VzPOkMkYk
7NmsybZSPRdTidsbixsAaZIYAAAAAABl5WrAczBezT2sGs04VyC6FMTYqay2CzF/N2YyrHvw
lnZ5PTPYWVXGHldnOeVw9LnC9F5/1Zr8lbzSL6XKOpp5fbOHmvpE1YKUQ053IhFWHavpmWTp
tO32ORuNUuZsNCyayThImMAAAAACE8JyeTfxjTphYb+hn0HJ523jEoxZLq8XoHQ5PapOPmuq
Jc7r88nVZUe16Xk/TlmPXQeW0dPpniejzmcy8RmLka9+SowsiFlcxKxF7bMtiZ15U6SOmLOt
T5/OdfT53Sej7Pi7T28+HrOsVhaAAABUV8y/jnBo0Zjp9Tkds2ZelwTlZzAbaHAl6nyvUO7i
3QOZzOplM+Hq5zBe7Rer8z1TvQdZCFbPKTs9KeNz/QPFlN1rI83o8guUgqsjIJxuLc9sDXKz
MLdx951lGRwqLajbfjCO7Bcb+lxd57oqDWAAIOJv8ya+PltMkNvPO92aN5Lg9fxxizzZr10T
NnH6dh18uQNGWzjG/LlpOrRXWdXVXSeknl1nM3cjrG/R5dnb+c+n8wb5wmUcvoc8lIiOZIhb
TaTQzdkvgZpaqjp387YcSq2ovGiMq2a9vN2HvyoOkAFVvIMHm+jwR9THvMsdGo9BZXyDBwrM
g9b6ZydvXRgzdHjF6hiNeFApV2GvRm6Z63k98ONsyTOZpjQcyjp9A8e4M6DptOfQ0Fld5CcA
La+0cuOukNuXYdfR5n3J42Wa85tdlRoqtiV202lriHrjkh78Ay8Hr+eOXytOM7O3P0DkdHl9
I7viu15YTr65t9vzuyKjQHjuX9A8ueVxdPlE3CQwiXd3iewPRTmjn87r8Yjl6Oc7dmfWfOeZ
0+cdLZZ1Txvb5oc7s8q0u59qH6XzvRFrybC/m+18aW93VA8j0cfcPJQ0Vks2mki2FgrDQVh9
RrsxGfzne80cei6B0uhyuiUW15CnJKJb3+Z7E7FqYJguf0IHzjg+68ONgST1HS9xzO8DQVcH
0fFK3Ww7HnfSHyyFHaPRao2nlaN0TnQ7+I5VfRwnb9ryuyOu1HmeP7nOea6HT8oU+78l7E8h
xvY3Hhp7tBwFbMpmTLDph7nFtwGLyPpvMmGuesq6fP2GXE6BdHF6IXts+4YgYgIuB5fw3pvM
jtiyXo+P7o6VqQAx8zq5TzmiETL6Pzm48p2OnlLO1yeuF1rKC6oz+U9jIq1QZJxZJxB8Hu1n
F7sZDy6YHkPQ1dQ8b2uqzwB6rOdA3hp5PV4pj4nZ5px/ScfunlFo55GLka/f8j1RIAABDBcr
rcM+e0X1HQosqPRey43dIuTIqQCkHA4vc84Q38zSei5nZ5RHq8vcdhkgYyurVAqUkA0EoyGN
CACMkKMmRkMTAZELOF3+QYeb1eaT6NvIPP4JhD0PH+lGm+EwAAAAAovD5/5z6b87Kb6Zn0zd
wu4SSkDTEFZm8l6/yZlloZ26cfoznVdjKbXGQ5RkAIUbIlROJGSkAAIQ0wi0xpokiICDXyOv
zjk87rzOl4H3nzQytaj1XrYWAwAEOunMbKa5ChO8x+b9VkPBabrxehw6TVqyhvrzsVV0SHJ9
QHlpwuMPsPNbztskJtDYCbCKkCjYiuNsStyQk2IAjJA0AhgCDVVaHL6EpHn/AJ97fxZT67yn
0M7ouWdKrm9AI65GadwVykCYBGQYNF4c/jeoicHWtBQtczmYu9kOZ0M+czzz9o5sOhrOhJSB
tADE1IiSQJhEYRhdEpHEbTIyQJTgAgZENjwQOlDFlPLcTtc8z/QPD9s7tOjqkbwAAAAAAAAA
AAATTEMFGaFGaISlAkRmJtAwAAAAAAAE0OMokITrG1EmQmWgFVWtFBYGAgh0WWHmrvV6Dzvc
0AhgAAAAAAAAAAAAAAAAAmBCQAMTAEwAAAAAAAABMAEKuyAlIIDkOdYWOMgAOM9WspvkhgAA
AAAAAAAAAAAAAAmAAAAACaYmAAAAAAAAAAAAAJgAIYJSRWp1jEyNlcy0iDGAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAACaYAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoWBndlYmgmMLAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAABAwAAAAAAAAAAAACEwzq2stAJgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARlkEUwO
hZzJHRVVpJAMAAAAAAAAAAAAATAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABMM1O6kwVaKhac
sDty43TLgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAArzbQ48OwjC+iGT
WACRIhQaiMgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAATAAAAIyCqvTEyX12
loAAAAAAAAAf/9oACAECAAEFAP8A5OX/2gAIAQMAAQUA/wDk5f/aAAgBAQABBQDYQ/OCQ0iV
RTiwAoGa4X5lAjr+QGQM8j4qnaTY13rduSy8AAGBI9lLlJWEXs5HVg8YHhSgiBEBlSQ7+7p+
LpwTwVYDkg9o4VCYUnmCQWBwe3eMI7AcnqMhJVAcIrAHOEEMFgEmZ7AgjFUHAVGRIRwCD3My
QIwLOJEqJErmyT8wCzWFgE4oAwScgg17vQ12o4DAZIInNzQo3K9r9e2NcbHbsSJNrySGHiFn
etHXYrhTcQzqWgOSWI7LwXYllcwWU4hUPYzPYVAMBi8jCXDt8jLWjuOqwRKzzxPurPhLHAJL
LIK2Bvy6wAiMZYGT7kRgXOxVpK47d8QiWMgBiA5QdyysvbAWInNkt86EyCAI64qiBC5xnDFH
dWo22NkjBBBiPJ7dzHa0blrtUyAZEz4Yldnzvj3ptUg5xBJwoeygHJks4BZ2IAIPMtBYrCkG
GrMionCFBaZlsYy344fcyDDYyuK0BBB57EFgSpEsgIBBB4ONyYICkkfG2FDFZJJiDBUDIPWs
oCCI6jL1PzfcIRkEGSRyM56gRgAwgRVa6rW6su3vLr5ub9rv43b7r5TWppYqGw1AN4mk/N+x
r/0AqAVyxMDGk4SVAJkkAKCAqDCH7GVCMCACSzA4AwCgMBIPChFJJXlhKywdF7FQZcliTgZT
kkCC2QAYMgdgO0Mj9VVyrAg2MQO0DqIC9SVlyCuAgHsjt0bL+nyqeCwAEkgZDEacyy8iRnYj
ATlTurn4bR/F1lDalIby1ZLiuG+IPnjKilnldhb9UoAPxRjGEHuUDMVHYiMRwuDq4QYxBwMe
hYEd2YghwjRlTMMlJYBg6kgoMESkgyXbmGC9ayoBUJn+TRikxwcYibQeq9cewAmGZSxw+0wQ
VLMzAB+KnDZ0y9D8qqQCAcWVwwB2Oa56qoIwgwI7BDgrMdjWV21J/Fhu6qsbNSsV1JJ0qwH2
3Fe2yiGHCe0KGIV8/IFm/AT1Rwqg9cYtixjM0gkZ1CFn/NEHWEOKhYNGFuYTCQSy8BXlgwQI
2E8xJ/xKlJRzLEkzGKTDgSGQ57YSTjWAkscB4AYGRPbLFPykGSAuQIgEBCDUwWtG5ecRidgB
SIwqGzrWuD3vTsm4hAoDd6EK2eUoC7F9RXB2GVuAQOxJliVgFwwAwKsFTH+QRVC9Qw/KHAOK
Qc7GFIbCkJCtkFsWcLSROMYPYdZVgHIbjqQWRAxwkoW/Ig/iSIMdAhFfySh9m4AKyCpLAtg9
+jY8fKTBI4CgYYB7iGSxUVMcQNcE7wUDCDMZ1gU3h3tKgbBDPXWnZUCnyWsly+X1kqV+oKuS
S8sHgIDhWQB0cmAQ8KrBAAoJGBQcACo0K0E4oywjB2lgxzgEngEMplUYkqkgTB7k52MOBIrM
SAWIAJU4FYgOCIC4SDjBiBnM8DJIMnGE2cHKqGcHSOU6YSwUoc2UZq117QbqrIo1ymy0SxBP
3Psi9Lb37KBL1EKx262O4jsnkaCy2aPxZs6qVaJXEQgVrJ6HOCbQVyvrjFACXnqJBPUFiCsg
J1CAE2AADnCT2JEjgKAMLE4WOCS5/wAiB1YhM4Jnk/ixAJInGac6qBC4CTkAhWGdsErnIPcY
NKqFRUwADIJxfeOBgHLGAXm2uwOCOemEcPSUy08OIdwgp0Hc7EiN2svnwizPNVuukVJepCcC
K2djLKQHkY5WJ7FYJLBR2Yns+TCJDCYUkHCAB2aCQRCnFWcYKQ/OAgAsBgZsYFQZBIAAZVJZ
QXmegBLKVPaADnMFAADhClkCx1qwnn3MRgHA4w8ZOSCIEvUpPxWgoScjCIy/8UsBloL76j4/
DAEnsMvLSFBPm7CdIoWBRoiC1ZxmljMuCcVTjyXIY51ICxhHUKwDL0KN7nkyFBGALAkBhUQ4
PXqCSSCAACA2WKQZXAoYGt0JMYB2WCoUEYA2CcI7BBKpAIgtGRxHMZzIPMTnGRgBjAAc6x6M
Mu/wYjqRzu0sqeCQfCwIFpnFvH8ja1zsaqp8b34OrYKn+RGHYywJnCAAQSAQoJMh8YsSoPb5
OxchsiQ6kBy653BMd86AFwOiADG7MVCjIXsVJwhQ8wCQ6PPcAwCcMggCEgl5BYLifkJU5/pw
yMkjFkiIyBntinADkZGD0MRGWAFLO2JUtmbOktlHjNc69FnGWjqde8rv/wAmumjc2NfZOwly
srhS1rLgaBYeoXku0YpwASShEADhyVgVJ2IUkAhsD9gzgBZOFhBYkAgivqMD/krALwo7pBYQ
JGMW6zAVicYkqAYTszgt37OXNg7oQDIJlcPGFWIkSBnOQAADg/HOSChkA4ODAwjAOSMKwSAB
GMATaBJRha17GhR1e8guVGdVIQkGw8gAs7Q6iFMrkgDuGAaMJXAs4okdVAAYKC+Afj1aVYgB
1AAABMqAJZmGMVh0Izgq3ZUCkYW4BMQRnIKO0luhhGJWcReplskQGgTOAyFAxvf2IJOKTkzh
yCMBw5MYecIMMIBGDnNqeriHXrnLO6kggyC0IMdeuFod0BJZu7ODhAUnthEkBZR4PfrhiO3K
hSxIXIBZAARClR2BWyQCwERYobHZiCSMPUFff8MDKMDKcUqW/IqSxxOmWJiyF7jAcJBALHIB
EiI4E4ME4CZ5IEnIgECOACQQYwk4TOex3WIawza5EKy/Ja8AFyS1aYAYdiWCFSzSGDAAKcIM
SVPThOoxR3MQAWwTI7Ekc9SRAhQVIdYHBDOoBMWTDcBgThJ6qIHUDFk4JOdl6EkY4xW/HhiU
AMNh0GOfwK4ZERyOYAzmYjCTikYvt7YTJMnCMUCCACYAIJzmOpzbo7jZIUkt1IARygx36gWW
wwdyGBwRC9iVYdCeEIhigROxyBCsCwaWckkgZJJMQGIEdVUFQfZOR1OBicJLFT8eFScc8K2A
TiqDhgAcAEBQ2dSSV/AOwzn0sUsLKWXARI69pGEjAOfvgxiJETAOCIIBxlOdTEcEcsJzy1XQ
Vni09gR+dq8AyC4YIAC0fIQRj1lXWoLhsIEdiqiSSCvGV+wKAMgUtLEELiEEiXDmCK5UFJI7
VkdcccAklyBgUEIAwRQmDgxCqgKMylEhcVRhVhlQHWBk+pqRsfWcCSpJOKSckyfbnDgPAiBw
WE5BIjIwiM+/mEZq2ARSAmcgNOWKQHQwFsKIOxKGWCjGVyErJAHYurFivbASRHd+ASINXeZA
LL2xQAKwrOoAEAnqVCLGEEYwHUOysYOQgVUBJTkgBgVKhDCjhPbhSRJlsnkNkmZw+zVK2HUg
njDOHIMRzIkEAAmCAchg5yDBGRm9WjVb9Qrxnfsjklz+AQgkEOyBlAKpcAU7N1VlXDwGKya1
m11UhGIX/H8mDcFFYllktJCKy50AAT8PhGEKQVOcAfjBz81wqWxQQ0NDBWdIKlRgP5BiSeck
jOwwnnkHnAeJ4g42PQj5ZVYMIOAGBhEYrE4CcBwkwCMaMI4gzuqf427WWRgQOBjOQCTJiCoU
c9epISgsz+EuAvqFLV1KwNBdfgONU6rXUwLa/ZTSITXEW0FGFbwRGFA2SQT3OFSAjFcawwR2
xuteTBLKwIIVbHXFcsSwBMxIOAkYh/ESc+JMMk/fBk4CcJz7RllKEfx37EnJODjAeSxnsDkc
cYTgBy6v5K9nU6ZdrW1lkHZkYvwWCEBgYUNKf/bq0UIh/ZNYZv69N1VdSrWAQCA5cmFVi5rz
kHbFWnVaisI4euMKdRPUky5JIZ1BBIwsACew7kBB1wkECWfqSwrnInASWY2KvUAK5yUznIyM
GRGc5EgZxPGAQHX8wpwRh5wAQBgM574RBMDIM21h12qSuW1CtzLEj8hByQAOxfWqay39h2fi
Vn48NZVZU0glkGElwCvYTJcZqobL/wBocCzReWKkWN3U2sIPVkqA7lkbOoJ9jLQAWWGJH4Hr
GFQCoIaeTOQcYfiFLAEKktnGfYjB7H2A9Bg5yBONXJZYJXmRkzntg4Ej0gZPJIJsoDjyWqes
jBXgUQSQVZs1FTVouvbasd5zT2jp7ffu4E40KGYgKScKsc8PVZY37Jd23tVmS25AuWE9dhTh
LxWDJ4yPw6kv74UOAdVFZAKsxhQ3EoWnuCFUsShkp2UHnnDk5M+nHpPp9zxg5wgQ1ggvORhw
MSZIyeBGRIJGE5JGbbK5vpOu684awMNJ60IWt/YdkVUUxlgEdozxoLafDZYIPUEoGBqQ5pUf
xdbydxv3VdlLMX1nMD4e2OhWw0mIEDpJAJMAsuAsLPjXGLHCC2LOEIuACCv5dAVWuVFROdGw
sJic4yZwHJkkfR9z7MCDAOGASPyAJOczIGcnGOScBnHUE+S1lYL+DVmwkhjnjaK613tkbuxR
SrHbHUnqG8MFv8e9Thyhc/CeqoSfHa5e3et+PXcFnr8fVvaFdNlelziN1Vyncs0yCCoOCAXk
jgqWGFyMJC4eQPwIVTn4gkupHeUYrhYK0HCTi3EYblGLakdlwEYYgYfU+zg9iIwxhiCckYDI
EHJIwgkEcsMBGblZsqo0mDVag6/HYMtqc+F6ENoUB28gi1lK3bP1fVv1tbd1fld/H2gX6mwM
q0bGfXoqpz9i2LU0lYtngNllt21VksYqXQhv8cJJAEElQDyvuCYx/YD8iApDDq3YCDkk50bq
VIXnFJZowExMsFVgFSOiwAIj0YgA2pisCOwxiBlhJYUFgdcrnxsMKEDIAwEHBGE4STnOSTnx
qCojFUDPMq//AI7vWh8BT8ueX1hW3iNCrWoBjA4GDYQDtVbjIVcVds8l45NvS2aG1djxNxTd
2HHW8fnAYkkkH8WBBJPacZFZnULhaWAU4VYiQFHUEgqwPPaDU0BeSGbvNmBjKRMgD7zgPP3N
oXGsJIPILStNmLWBnGCfWxQVM59vtPMc8575yCJkRk8+QRX8fsCL/wBbvFWzv1oz0bDBv5PR
FsZ8NqMa7jAu+QI6jFeD5bxevc3j/F2r5C9BWLwxxQwwAkGMsAYyVLsQR7sZPIA5VwBi84oJ
Zic6lgpIIbmstKrLdGxeF4wE4L2hbTItaTeATYWIdlCyTVU2AYZiMA9SQA4/LgYQMFLEGmwY
yEHgHjOCQBkgDy7uNAeJs3LfGeAOrbtqKqa7A2VXC29aaal3LVUa9gOvTt8HaZMfdYCq1LaR
V/r20DUPwWQYUJHHVhAgABSTwMITAD0IjCgcADAssVgkkAWEFZIR3GVIS0NgJAAGTnIJMiTj
DCDFdLMEqVciB6SMMD0Iy1VAMnHjKal6x6QMOvUTZRYDBGDnPfN78dPQ8gNW3U2V20upS2nd
rOvZq+Up0s2fM7O83jvJ3VWau6qoEt+exGA8pbsNt+O8rbq20/lU9IItJW4CB2BwQcZicExC
hnYphOHAeFkgkKTBTvAkkAuCJiv/ACWCYXCRABwe5BJ5kzBWcAM0MwaTkmefT7Dgkxk8MAQa
sFKYIGT9NtRfGrdTMDz26U1SOf17atpun8fI+NG1jU00lPHeO3c8l4/U1tXxNaXbFWtWqtrK
2eT8I192t4unUOo3akLCblYFq+7E9i0goHJIXLGg2ESwPVVPVIAMAAglWIUKSzIUCOjkNiqF
K8N3bAIBGRxMkESeQSMAIxKjAPoCM4meIjB6fbCTgMiPTj6dgVLV5R22Whyf17ReqpDI2g/w
30GzG8eVt8hZY+Ug1nxPlE2UDBs3antSvVtXbpLBanBs8jRF5PLse0kYJAJIESSRNg4AcEFl
AQHCFwKMB6sYIrABCgYpBAPPY4RnAwDOYCznxvia7EClYAjPufqA5GR6SfQz9J9vMXBNTZ1B
1q1UL6Zmj5aksS+u4bKU6+W7J2bfKaDqhq2ax4/t1Tyo1am/ZaGQed1Gu17K7UrcJfvaZe7Z
orWxlDFkjJ7mFGWEhWAVXPUBmjvyGMsUmWAYjFYsUcgn3SQOjrnxPiBmPxOWGsSTQgCoqgjk
ZzB9hGcHJw4B6/f6Pb159SeL1WzY8gy12B0+XW/107Coct2Ohc32102DX2b7XvcuwWkMUv3T
TsbnmfG/x/I7+psV/rG3cTaBFSl6d7xxuGxRaltqAZapzplilQyiH4xPxwhRjMAfxJHVnYrA
lQuu7rVpOFOvy/cHsMoqKt75AyBhn0Ge+cZEYABnGR6c+g9TkT6HB7YePQ+xBneNk695vvG6
as3LxVQ7hRdcCKnYb1tgVwDY+vrFR5Hw7bGtXqupvXsf1RFXWiavHWh9QE5uaY2F29fq71nL
ayMEsbecYQexOcQzAlxABOVa4bNfRRjTRWGNKsLaUrLoWf4hgB9Bhk4Z9APUjIyDIGEx6GfQ
e39EgRsjqfNoBSgtqzT3U8dVbt7BVtmy0pCt8rrem242Uv8Ajv1XXYHkN/X1KNjaRRU6WHwe
oadKCy+K50kGAHNnUS5NnRsqstpKk1mH4UAqCrBiThUECt2J1yrU1uRVQ4AAQTbHwpZUnj6c
/wDP185z3znInOcI5j149QTk5xnB+k8+nt9JiLyO/nEa032Mj0pRQNtgw72YYxguXU/Gtd5X
NXzGzrJbfZsXUpqhbaQ9vj0sXxwDvdq0ChF9OTmzQly7NDo2xrFsfXZh/CZmXSEf+fWwfxxD
pqgEa8Nrp3PRuq1VwCoEAYsjOx9T7D0Awc+hw+gOcThGD2j6ecH0tEXsAPMbwcIPhNRoqy56
LAtBUW21olliszBoCAAIgGpqWbdtf6u/bW/XaEdgFWhv+4ByPQCCRl9IuV9S2tzQoNsDFWa0
1ycOqCLAqL8hc6qmpVM4RBHsDJAMwM5yM9zgwZHqT6c4Iz7n0kTGTGe/1/d56+VsYs5ttAdF
TVq1gD8172MpX/fY5QtnYZzNQDZ4B6te1ACF4xoI0L2v8kBGAiBOThA9GQMLaD3alxcUBR6b
FxrNgJbVs7Ar11qTpypgkiInFmUkZI9YjIOHJ9CcjDnMAZIngesc5AyPXnOcB9Xll39Oi0+Z
3W6uozQ0ildtSooFfXrQrXI6Z+RPQzWGazU5tqjrwc3Lfjo8c/VwBgMGJyBhInCQMIBy+uR9
4jOIbnIwjIEgAMBwq8IAD1fD6zj2KuDL9yqhwRE8RkZzMQfQek+s4ROHCIz7Z7ZZataeQ2Ts
7Pk9hHbSq7mqk1VeRs7XMgKu6zsqAT7EdaaSVXwms11yAKrGBt2qc8fW974IwThOEDJwjkgH
COLaur9M6iCOT7dTgU5GBZAUyoIM+gwRgzyDgMPLJWm5tvs7dLdqgT6x9Aj0j1aRnt6AZPoZ
zyWwoG35Cs3WLRPjFfYwgOt5N3kHQIHQdLegapDa1q1hqaRdbp6y6tSMCj2DpYWY+HssGyeM
XDgJwgehyJwg5ePx9w4wzJ5z3wc5IwDgcgAg4eMBOfZojydyPa9ilmCtZ4bYZ9fjB6nOc9s+
4w5IGTn2n0GfYk55Hy+ppjyHkzclVi116uqb3oYVI9rivWpZcclmKX2ufzFSOqFIHhNdQRaG
KEFO4cWvx4ysdTgJOHB6HgAxnbnnGUY6wYJw9sAjJ5AGDB7iJAgYJknJ42fJ1VM7WOe8IG/H
wCOKucBycnOYwn0IyfSOZ5OAg4SBl24FO3fsW1Wjx1Dbm1ZfYtZtGosVIyvmxMBAUv8AxW0d
jSAKLLKuq0WbBRAtat8d38gMNft1uqdr9NeqzGCPQjAeeCAMjkTkThqBHxIRsVBXIIwjOrQA
ZiMUDBkjBnGb2yKNY7JLvaCXs/FCQ3j6hXrCMPoPf0+5944yeJwHiRhYAXWO+X2Kh3/NoyNf
YMSqH19S66zYApWpimxYwOd0Q3pe7iqjVRrL7SWppbTQdG6qhrMJAyrsHEEUW/G6/wCMZGHB
kHtPE4J9AZziL6vkQqSegJ9iTGE8TgBOQ2AGSM8/ZwxMj8scnEUqdYzRIzynkrdOyndosUcE
c5HpHoRn2I4iCzBQ27ruvl/PikX+S2th4DmUjx2oXFSfGtljm0o73NYCLCTgQAPUjvs2pWtW
vs7D0llV6xGwsJUuVP2KgAOT8yAdQMPtGH2yCcPGc+gw9sXtBrQ5bQVwzMRhWMAAI5HUYvkd
gNr3/PV58j5uykqoAkFlSW0gV1r9+ik+Y3m2L6L3U6rDa18n0n15yYy63omyrhPJeba8dST7
sksb/jQ+KL/D3HW6jhUFVYJBKjuWIDOBnj/Cve+3rfGulWe5Pe3daTWSE1z2KqpAtPy1n8Rk
zgzjBE/fjCeASQCMBGTh9LaAc6lT75AGDOMR+fGP21vO22DYrsLt2PVP/t01+a/YtGtq23M2
MSzIDnhn76AB+iRgaSTxZYWzY2WpXznl7r2KuQhICiAKHRUpay3xt72V1zmxJSzlHhS567ZA
YaPje7gBBtuWaghHHcWbJ/JSX10IDgrY7kC9OFEEwcEg8zzhyxxWmpum9wTEclgoS1GHrbSH
woy5zgyTlus1LeJVxqfsIP8AKMoe8YrpngENm55g/wDU7E4lYOaHif5i6GmNTXHrbeleLc1p
V+ostXPKeU16ta5u6uUKyuBCBQo7uC1boK08aGSuuCbAsPQcdD22VV18YFuWhQossXqT2s16
2bZQ1q+1YAaiWZAEGpcGvvcGxY6gcH3nn2z2yCc81smmmjZ+O4OCARnmd8ongr2akE/QyI2P
RAgz1OLqJbuhVVP2GhmVqgF8Ro1bWx5dE1/IfrAYWeTpFmiB+VCFj4AMKB67m9VrL/Js2Xqr
r16qfLat9vk69d7GWoO4gggLJYAGdKlrbXq7rarFtK4jNZxYPkRBc6g7NrFfnPXwhYbTWQl9
q9EcHNVDXXvVvri1S9gBGbG0Z8WW+Sivsq8gHnPuRkZOeftDbN1tdWaPlNYUWeV0Urtu+e7w
QAsMjOcH0XDqYOAAZAjyidtIhw/hwE3ryL939fq6oQSqadr7HjCFPhB/1Pt2Gb/lkoXZ8i9t
1G1YDu+V2NqwX/FRfY8rLkT2ZZxiq4khdF61tptDJuUFlqnNC9QaFbZvv0bZGg7q1FoqdUo3
WMLtgKUcJXqH5aPKoWqdCDZ2XCK50yiZoWJ1WYUk4NqgWDnOc+xifO3qnkWva6x3CgTiMBng
0ApDDFn0GTPpapK9jnvgy+v5Km8fZXo02NSRrFM8JV1ojDp0fNenx7GhQtWr7Z5LyPRd7cZz
r1Fzdum00VGsWAsrATWB2sEWFnrbrOPIrR1SvR3CGWysV7NAI0abi+lUtdYTi0ADa0q3rDH+
fv2vQdrZFrgi/X0aBTXvkhGvra/ZXtloKjWvY54lmba0/PamxePfy+8ieR8Nvfy9QGcJzavX
Xo3bbLr6GC3eTXRRkfstGvQ/j/DXFLwZAMZ9hg49PfPjX1983U76/h9dLdjybj+XqVKlGe+b
vjz/AOioCjd2hWPI7pFqLZc225FepWDbdr9C7g2yeyVKcTSDXuTZYyQCTYLCQVLIa73+SqsN
r6FQU6oMCYuYh+oY7Wqq7tjLctevZUPA6qvWiQPN7K0a+s02bBYVWWlkrJjxzvXppayM/wC1
rXrXbB2Nj9U2SbljCef2S5lruYZTWnS/ZUpqEMqn8tUslqmQDgOcHJw4Dx9BUHNTXenymyzW
bdKxVn3sprsfZvFNfkdsqlrmx1ZdepO1zaWoKs21Zr7lKDX1GUlK1t2mNXj3RfiEKrAkWAEc
Bgoeykt8RqWnNTjPtsJOxYVrzyblrnvf4k27O3jw4UADPPVd81ZB2HtKio49DXPvbAgkkdzg
Ux+u96dwcZ9/2IIdG4lcd2Kk9l13as62ytraVdr21SEU8gGAc5znPv8ASygnU8VGyBHqYy+4
22eX2XvsqUSzi9tOqpUXXch9Wxr6tNFboejoSPIddm+4EudZvhet1Foch06Kh48Ivylq++aw
6mc20Y3XsZvPG0FUKrHPBUslTEBPKOGyyybyjNgQE/Lb3JYuC8gZroWfWQVjQuNmsc/adkAW
8hg2ALihyPHqS/hEAAAhecgwOPSc5zn6Tk/Rv2lKtsiunYYM6pYwTWFp19Yudq1deuqs3Kvc
l7wyu5BNFdSPX3e9wqs7lL6z2tYqxBB8DH8ZVCjsEsZhO6ydrz1Z3LPb1VdSt77aFCjdvFae
TvsOBJtRCTZYK6qbGTQAUMAcUkZSyLbW/wCPi5Gn5fzC+Pp29u7bttKnAnYjWvJTRCNr0JVn
iWr+ExgEETn3gjAOBM8/VHqc2HNu15O4sbBaXo1kZtbVNi10/GmxrXbF/wDIZLJIAAVokbzP
11ux27lYtZw1okWse4nr+vOxrWDl6lk1doMdy0iy7b+Zy4Z994q8QQraf4UbGyr37+6bH+cU
LTabQ1Newd//AFlT1FhnEBnsZTfXF8uNPxW/5K7dtLGYnKkrsqQQTzlHL+P/ABuGcnARgz7x
g5/pbV3RLWNNNxWmqlGrzWAfKWRVZx12GWytwGJsBCMI2H6ox7EhGNTmy0AMb6x2BLWEkj9d
dutcdWUkbtXxp5B2ZVDKu07C2+xrU8VrMW3tv+Pr7m2/Qs9ZCs2VEMuuv++5w9iqWMQREkQ1
bV9tnYd0JZiJVVBe2hFXBEkdWpkv49f9wOAxkHDIwE574JA5/o7Lo1u84LWMuxa3exk+OrNd
AR5C24VtbeUavYRe5Ui8dEs7BwPj72o7OVr1hFW2qwWYGmY/XWFV9LhnJMbafLUdeqmlJsfe
DfNQwcarrrank9422ozWWPXraVhJsbWt+Ntdfip2bQ9pMYSZrgEESvbsAzjpAcmKCjWVOBhf
q4aDUxB8Qys23sDXo8bvfy6rb0oq0d8bQkZPKk/0bX6obG/l+U2B8ztSErD1Jroql3KpdTXa
bdgIyPLNYZ+Z+nj5NfwpcLqnSzZsihi+PBqd1YothGnsOmxobRcsZLgZv2ddVwiW63jG3rNe
ga+/uXA0OWYradal9iywqAD4zUW27y2ya6ZAzgAoGALIOCFHNSBn3Aa2IZm1ubU4Ag4ACFgH
xVtNWed8lW41PIvpHa8xZuU+Bd/lt3telw2KeZ+skAXWyL934l1rLM1ddWyi4XW1VKilJXe2
Tlkl/dWNTK7I41bbFUMVTbAsyyt2LBuwA6NUqCkwG/C3xG5DhpPEWhWVdKlr91V1tShvkffd
QtNcYU7Y9argpOaIRdny7l9kKVLAjIaDJQhQQjPlCBc2z/srBNtClLe5GIoICDFlc3dkfI9/
CO9hGwVGvssuNcxbW8vX01/J13bXH17FpB3LTG/YL7anBLWV7matNdK0p3Pkdwrmy3JtbvZY
kVP0Nd6K+glNiNUThrC5eED3Am81MDul1KoGfXq7uoTXt07S6KJNgguQp/YbnTS1FK0u8ly7
m2QaQ1qEKua4/wB+xsl7Q7AQCBJPRgv+0AHmuK8J7nVrDHZSlMa9WXTvFiIJFjBU2WBtUrKb
b2U6W4mpa9ru4uASq7nxNg/mz9V9oqrrZ2XyN4NO0gpHQdNBnsekMx6hKvIPw9gVm4drSyjX
tYpUz5+v7oF+3caGvCHLhObKA1IUNWygcUj/AK6OE3dqk2P4e9xVWwI2TFbOHr8yBb4XR03t
XQ8FQgXwnj9YeQFZ8giqCYLfIUqWWshWwQcIMyZglqvyNwBJAOaTAUbrhm6ktpGWUtBll2SC
/wCM1KIuJxAZ79zWPx8ew/kdj9JIA39ntbv7/XHsa21vluu37gW0aCU1ayuOS+eTvporvsuC
SGbW1iyrWAfjQ5u61ups22Dd8dqWnY1dlFFtNq2pU6KLGoQVGg0/OjupDV6JK2VNBvHZULKK
6xf43S1atXXCjPKWNXqu7NZSQUsTqNooumoVSoIwALgBYCAZOVupDNigq+u4NW21nzsDCO6Z
qXVWoxChml+MRgDaZwSCD1buM8dZOz3X1PsAc29jqN/cLG3Y5sBGuiPVq66O12gn+pVCjd26
taqy/wCd77TY+vQS9lpUVvIrtcNYVuzSv+BNa3+P5PyM0Y1x19211W2utnakmtuoVxqO9FNo
ru1z8qESuy707eo6jV//AKXbqc/ttwS/9gG9oKQMpKsls9fIuZBcgNABICnhCyiBlXAsBYJy
9Vipm2pK6fj79lLaban0EILT1sMsrEugJLEF3jFQth7KPHsqbP4fRsXCmvyG2Qu3f2OrNl9j
Pbdtu9ieP1rLtimFT5AmeW3F2br9hrXWo9daQpRtmwJWiV1syO6ksOuXP2r3t47Nbmc7ELWx
WwobK9TV/wBtGolabfiB82o3xYJbPLqyvo2gaTS2dCDfANcHKOTcwNt7f7/uPzJKEIIKwC/s
hOdmGKOa+HevvrfqXVl/Z6ETW1CAdlwtDAnF7KVmPcs4ysDsSrCouX/k2+pMDdt7N5C4drGb
p4inu/wNZfslGHhVQBSozy+6a82LvycEtqhiKfFW7SjwuxUu34m+uuwAUvUVLN8SMTJIbAgZ
YKlSBlTZVPfXJel0k7VLpchYDyo7UaM2p47Su2Nryn6+vwNUy3VBS9PvT2DMCzcge2AEoEcA
NGAsToeA39xN3Vt09lKWss6EOZWrQ3X079tqNzxWoT8+8rPU5IKkNnV8fthLjELdSQCrc/O/
rvWlKdu5UXaec2HYj9ekJapqo3ylSeGBUfJWi+S22v2TaVyhGezxmgb7dXUr1qs2KBZVu02q
j1dc2yWboSpgAMxDjn8lCc2eNqftUPwIk71QKCGWxAxrB1b6QPjHI86qnySQBo0te+xonV1K
KEaweMoXw78P4nX8ZefLJpjcLHFEjxvndrUo8veuzufrZCeU894m5NucHgdm3StqfQ8BpVEn
yVPx+JeAldTEM3VTBaOEJDSBiwD8/rey22eSAV9q040dPAp21reqBVD3aBZbfM7Z+K0s2Moj
x2nFfhNIVJ62013J5HTFR3Kqag7E4GYgIGxw4Vc1KTZb4XUaywLxEZuKTVU4LlRl9U5puHrI
geYtWzerQd/D6xTN1HPjrqFGV7e1TSOSf9YnqYl1UyiHp/GvsOpTsaG0Nqre0igA8DP8D9jI
HjdNyE8/q3P416XqdmZc/Jk6sMBGR+QhsUBW6J6XP1SwKE32Ju2C0vXA8VaAdmwWWKAuIRXm
7aWcksKq+58fQ1i69Qqq9OfTyWlVsVeRr/02EYrdURwD9hyPHajsNGga+sGnCQTahZFiq12M
EAr43YK7Tk9Nm/tsaqNZsV9jXtIF8WyBy4GFAoJsIIYjqQ3gfEps7Ka1FYVK1N2tVcu9Tf4y
6EuHifKX6C+d2KrtXWpYM1KNV+y1Ku/bQ6pUk5agBZGUp1DlumAMTB9Nxg2XEom1sE23djYe
7nRPxWWqvRCws2b3AYwUUsaawqeF1glQ49ffIx/8fPayVqQzBEIwjriEK+rQbbPD6XHExhIz
gjfqi+thHb8totXs2tOrY82/rahtk2Kg207eLaoT/Etcp4Pdtqbxm98u3p7Ouapc+DoFeuOc
gQeMv16tiunxOlQdjxdF2pteP2dK/wAfW1m6c8t4k753NZF8b4umt93zuk1W04JxK+PiIZBz
1PpenW3bt/K53axAQVBOa3Z8qObVxDFh8ZKs9FQY6HjrL7NbXWlOPoPu3t5+wO7BS0EBHWIH
fxGkS1FYrqjiREcjgeSEBLCrSGzyYATxd4v0PI+Kvp3fFUDXqcM5oRbNWrT16yUOEkEPm9SN
nV1f1vc/k6dQoqHIBjJkyIJBwxnmdS2y7wmkVfPbN7/8vhVJ8h5fXF+l4/xR23bwerXVejh9
UEbH8ZsHtY3a+96ypBBvntqaZtFJCkXrWljNc7MMpAbPEaL7DeP0Rq1D05yTk8zzZYET9m2F
WwmMBc5HVtKn5H8VqBEmMLHBxgMnNpAytSUIshd50av9cuKZ5mkDZEoisvTSf/SoGEYVBBQ4
AQOJ9sBE9hgwRhiZx0FgVAgJwkkOnZPF6C0MyhlStK1Ez5LxY2G1/APXf0wmA7E23j8DSljb
SAX01DS8PWXbNjHaMcLGlqGyzw+qldMfRGRnIzy+yKa9y19jZKg5oVq5sANvhdA3WKnRY4iM
gRBwYygjfbo19rV2WXNY3h7Au35hQ2Oh6CAnjWkcQAcAzqMKCesGBMDIgmRgJ9IyDAGQMI5k
xOc4JmJMZ1gwMYgCVLXr+KVuhqrN2/5GkW0WdER3aR2ZakVs8H4gGtVCj6Bkenm6zZVsIKbP
vp3BLUb8v1ygpq/YYMInB6fby8KlhEdAM1D0t8gq2a9o/CPx0H63xgiPsD6EDCOSBg9vfBgI
ycM5znthgngmBkRkCBhOTxlpIQOWbZnpd2KeA1CbfMEV6WySTYScUifAeL/kX01JTWDI+va1
1uq/YPGLQD7rxlAUv4wp/BHthGR9HkNf5KXpgvSbFrJUeOcbPjq/HOxu1Wrq1gfmAke2AYfe
MI5K4yEYJyIwTkenOGRhJnkZIwZJGTgJmRhycI7C5BXbYZRyFXwlHx6n7NsSzuQ/YkamtZtb
PjdKvT1gOfqHpOeW0V2advVei6vswqrUD9d2Us0AwGcZHABwYYGNsUJj72r1vcNcKjj1LHgd
k17REGAcbWKWIfxmcWcEjJwE5xhIggY2CM4gNhPHMSMHofccYck4CBjQM59NsEX3khFrZjQg
q1vO7Rs25JKtz+q+OZVA4n6IjGurXDsLD7Fow7dxC3bPZ79zPOaNthXXgpQ2VU7OpldjMoYj
K9p0H87H272V/wCQ4bXDYusgzyGhYuUMWqgtjh6b6LRfrjOckYCMngHJGcYSM4yRBAOERkiA
cMekE5AziYOA5z6ROEZAw5uVxZakp4/xoZfIWCnV2SGZvxHjNT+Tt0UrVT9HdY2L16p2gc4f
YVOxFTgMhB3azZr/ABjuKLbDrUbNa/KtbdDnUqAGwk4CQV36pqdnSwBlBWm7tOXL2HiNshgc
kQPaM+32jAcjBGQMMZAwgYFwAZAGAjIEADB7ZGEDOMg51HpsJ2rGq9prqFa/tN3TSsJOdRH6
hqKXHAw3VDG2Jz5GJOu9mJpqM/i1YKaxgrQZA9SoJ/8AK1WsWiqpNjU+U+R1La81XNlSoSII
wkjLbOqt+WVX20WJ5Wlhs1VNvMABHYVN8V6Qygcg+gIziZ5AzkZx6HI5gAkYZwiSRxznOAkH
nDJwnO0Z2OdhnOcEBQuTn7U8qATirz+t1dNNiFG15FCaGew1a7QqhR/S+8c21pbXX4+zXI17
4r1Gk6VRLaFTZb4cHLfGbal9HaUW6myHo8Ra1Y8Zd2q8RUMRAigZxBBOAZGQB6xkZHpBkgYR
AIwTkyYOQcA5KE4VIJhcABGTg9HaE8/ttftP2xFPbw23UuptbzPbTrG2yjXSkf1I9IyBnOES
IOAYw5gjGBwAAjBhyMAIyIw4Mj6+BhIyMPs2CcjARJIOAA4PYquPVOFYMDFYpi23h/kZjehC
X69djMOzBCB4qu26ujx1jZVVXWP7D7+o9JxjwMKnEDAkD0B5+g/XHORjg4BywM/cYByCZPOR
hUHPgXCwksAA5UXsWXU1jbWv63uMuv8ArFYTW1KNZYwD+15k4MMznGBQD/WMzhjGBiMjOuQc
U4CM49B6A8M4wtymnZcdbR19YEYP7Dn0n+h74fYZ7/2X2gkFSM985Gc4OQDOTyrD17Ti0va9
epVWQOf7X75H0GcAA9AT9Mc/0z6nPtAwgQRGTAmSTAB5DnJyrUxEVRntk/3gjPf6Of6ok/RP
r74wBJ4we+A4Mkeg/wCBj+hz9cfRH0c5HLrxBwHiJycj/geZ+qef7OMZAcIwHDMZH/OsDkek
esf8B9vXg5HqeAP7KMZRhBn/AIZmVQ1oBTZeUvR8OHkDgZPP9hGdQTA+ufpkf20fRer9mPAm
AYFew64l6MBg4H3/AOYZVYPUMZOpb2KjOxAp3cVgwH1mf+TZQwdSotr7Z1dcYyACDVsWVNTs
JYP+Hn+0elGNlDLlqdFQNZg07mx9O0Zr3Op/tD/ZH+0IwRhqRiERSPbIHpyMLjGZgBtgMrq4
/wCAP9twPrZZwmDYiMsNlVpb+/OT/fEA4a1xqbVNSsB/T//aAAgBAgIGPwBOX//aAAgBAwIG
PwBOX//aAAgBAQEGPwDcJL85+1Am2SLWRalKYqRAsg905LywbJO1UT0VCM4htweYSWiQ0yF3
DFaX0iVKBNElgWfNFgHwKZ3OVrJjgM2dEYGpZEGpFmrRXFnfJcGqxyREA+ZV6nHFanq1POgQ
4ljkhqDlCW2RFqjr95HclzyN+s97Sg7ObgHBU85JTC7Wv99AkU4Fcwo2TpyWegpVvZRaIchn
I/KtBGphxRagxzTSNBZUDk0ZkGZ8utGMgAI0JAVKAW4oxNgK8VdhgH+GSD1AoasUdQIHdIVQ
z950XLgJwHCdiAHIsH95P2SEDImt0cRwwTyehvb7qLOQP67SB9IwQzFgyawxJRFjiUCbk9VF
o85L4rmNsk4IpRdj6/2rcY96TnzprnDL3kdWCcGlk3oXEZIGxGIQjuDVkR8S1RLplXCir5lp
mGnhMdoI78ZxntxqRYgDvImkQ7goMCCallpArnwXMtsyjrGIvRbhi8ec0I4oiUXe5JonHYF2
xXZPAkoBjUVPUmFsUJGgFhcoXINx1esnqDcDAe8hpcEXDXR1DqqgZEMBpAFtKYlgO0UK4Ulg
yBiQas/BP2aXuiInlGGK0xi5HaOCLNE4tU/iVS46qqNcMETQDEZq9HsEBLCwtT2U9PsTVJNn
sqCgNcKo1oK1NUxqTQD4EIksS5pcFGILjA4LSGcGuTjwpj5+JVHAFuKAa4xxQi76g1Fk9CB8
Sxc2csEAKnF/1Kr0oBkqM7VLoHG1AmJDDzIEPWwdCERYK5W5oDjUX9KccpTRxoVehwRLVAQB
Lk/YiCV1IaTp4oRmXBoC2K+1O/RL5aAGn/qHwlfyiD7UXNKlPGwo+HvJjFmqTYIUDYDBCYjU
G6HzUCDHeLkY6u8i4tic00b4hCTubISNOrFEyq2BomGqWI60IsXGAqgCxPDD3VqfUTgFFyA1
a/qQA85daqEkNWzIAANdskOa/wBqAkRIHCyBjRrgKoaLeddgNgSKHxLRFgbnBM9c/hWokgPZ
gmDjLFcpf6ynduBqgAbY2QYO7AhSep6lqxyH6UXoT6FSwHoQq5lfH8Sowbr+6hJxTAfEnLHV
xsmiHtVHAvn+ZMTa7uy5aAcEZg9Z+FUJzJFkxDgYLBsc07Fy1fiXq5DLxK/2KZPrS+1Vqhaq
pZMS+af60SBTFHTbFO1QrFyFQuMQVqj6EYNq3GcDBS0sNfLMgfEj8tvEVHKDiD3ZIjb5QTUY
IMSS9WNooxZmsDf2lqwei2jEd7+yJJqMAHVAKYi3vIRFwXB4+ymHaC5y5x/SgzjzovcYH4UJ
OHPdxTki70VwRhiPuokUJuC1UWds8U5LE1rwQ0ku9FUVJualcoBDsVpIcYEnte8jK4NhV38K
JkA4PnRpXr/MraSGcX95Bka/2ojYnJGUjTIHL1pIFiz2D/lRMQwHWiHPW105pX6kQTyn7UGD
tbgqkVNOHiVX02AQJszixQEQABcIgFiWcfpQEuYYtdu6nAYf1yqlNVzxHgTRaQAdhd0wB43X
AFgy02DVKB0gvav5lf6lMh+1Jx50Tet0CfRxRIqPSncNmq14Ig2LPkpGFhRvOmxWeDK7k4Jw
WAwQkYiRwcOyIG1HmqaYoHSDKPZLWTM2ZQBBFXBxKBkCZB2ZAZV4Lf8Al9wOYGJ2yMwtRoMT
iiAQQzt8K1AkfaEK4OSLrKuNk1HyD0TSDF61ZUFAKjgibAGhyUiC/mQs2IvVAg6cgqByHr2V
SI4D4keZmFQ7WWMaX4K2oMQSck4HZNQ4/CgQGizPTtBGjAXL1JV+Y0d6siGD2DGpRBZ7xH6k
Y4Y4V8KAkHZGRJL2qmNjcDD7ya9KErImxe6LVzTE9Q4oN2cX+FBg2N0DGpGJKcl8A2P3USxu
OI+6qgkmxNkxehqnelz1p3fquAuUkFuKp5zmsQDbJM1Mz+VWj6SpEYyP2ogmxsr1zQBxT/UU
xuplqNV11o5lMQBknMTSwKBuU9Q+aaUa5rULLX6XWtq1AXG3m91Oal6lbpjFxISBA4hMxk5e
n7kQ+k5fq0qOoBhQtb2pKpYJhbz/ABKxawdMLihKDV60QWvV0SC71GaqamwCAlKmJuAhgrVz
QGD1yTmVTQ8Ezk58EwDklgT3kA9A9CeVMKs4DWKJ0sBeQQMQwu7XZOWIOYr7KFwfQB7yqC0r
1VQ0SaAIERYA1Log1w9CAND/AGQ0huKMyXMcES3JdlUgN2QQupER7VwyBcHN3usmFXWqJIBo
U5JLVysgWtwonLgkUYIvR8DZV87XVWwoLq/1KVWLn7UHutTUKBfrRowwTuz3Kmc2AWeQVb5L
bDAEnHEBOzlUDLmqFRughGINcsEz1dnZEWb61GQ70XIQcv1flRow4IkOGsD+lPG7uQbqrIgO
+WSD42BY+9pRDGqYgF6efxK1ssV2W4lcGxzQ1DnNa5BGrPQjh4VSQk16t7yYkAkVJRi9Hct2
m91dogZJxTiqgajS7feTSNrMMlzPe6aoD1PWmDPxRJDl+U3QMjInFFi7YVHvKz8Rb7yeTEm3
6UGAtXNSAkADmjJwDQfuRJvm6akgalG3Wjd8AENIc41/MgJDl+v8KYCjZVQAZhcp8MBiiBZH
EhAOdVirqRzJ+1F/MmamCY+hClRVXQ1Cki6YGqD3zUIkUAJCY+ZELNOVpIqLKtijpsFFqGRu
nNXuFtSA5tTcSCoSgOax4+8gXJ4iyBfVkMveQFsSU0HkWoWpXxSXM3nQJJcUbgi1aOS5dPEF
xXrT9qRuMVqDROOackkE1GCoXDtdG1PSjHSxNjw9lCLE0Z1pBZzcUQ1HG2KGo04UQANDh/zI
MwAJeqIDy4W9pAvQWyTDs/37yf0FAF9T1/ai3ZxojFqGoKN/tYpjUmrC6AcR1ecp38xN29ZM
Q5wqqAHNEiPM9haqJIoK1oqE8Bf8S52YjCg95VoDY9S5Ra6rRha6pQmxH6UMTw/TJUaIw4q3
1/uUqu5IDdaLAuMkDFmJYlc0qf13lrJcCwIVYg4iiEIhyS6BZ3vwQMhQYj8K25yIcxKdcehv
QicXdFqNRiiZNdB7O60Qk8zIRPxKH8YeUZBm49pASN8AnI1Ph8KG5PajGc5CIGUUBKxtmuoW
ejH1kYkilaqhcUtgtOlpGj5qrsA3D2uVVoc7U9ZFu1nn7KA/+kYlw9XFii3p4eqnIqP60oyd
uFyE0sLdSEuDFs+72kw5i2OCEj3VzFwbEYsm7uDXRgCD1BEOwFSwZaaHIoAAas1pkW+xNQCO
CFWgKuMShiGf0rU3Ma4Jj6AgTTJw/wCVBixxcUVqYkZ+JM7jM0QkG6muEQXOIBwKHLb0OiDc
WqysHumjc1crI50Tu4e+CwRMqkl00YgBOBQp7joyX/FXWo2yQ3Is4DN1pj2slZm6GRmLIvU4
K3WAp1Ys8VtgBxFyetAhBjUWKEJXjVsXWwADp1VN8FqFmcVpq9VRlIlxZ6+6jKVCMM0BFqmp
CliTWPUoyahFQnIqDS340TYDzLmLUdzQsnoRgg5GlWcWv+JadNTdrstMhW8f0JwXaoGCBPak
atRitQApQN+LUgJC1qo0YirjBagTxp+ZAgAnFBmFbPinJbi10Axli90HrRwiGcFaZM4TMWNH
TB65Gw9pMSAcQUGp12KNKHOlENQre7oOWbzIEUazD4pIlnapOSch6+hA/WsAMKWRkz0d/wBq
BdwBUHirH6uhrhNgqK6HFVVLr7E4LFaotTEJ5XNwrrrTE3KtQIv5kJsxFGCMqh7P0fatQFbq
EWIk70sniGNOZ7KvNkQmx/sgAWzdBnIZiMEOGJyVTXqss3xOaBkHeliyIFhim7ROSB7IAZUP
USLqgJOJRMO2O6eWntIUAGPBk3ZF7/lTys9FqZ9WGQRBJY439lB7nDq8SEiNJLOMETIhncDg
hEFmRcDIysia5E3Q0mnrIC8Wcn4kXJIwpdEk1Fa2VQzigvT1tSYlxgqlsyqEMQQPMmkSOAsi
3WXRN3oyDioGP7U8qjEX+6jKwHdwRsBmu19SFVQ0X2LgFmjwXX059AVPOuKpdcTdGi1RNA5m
/wClHcJLkkNh7yorVzQ2nc4hGEWJBcKcJUNmRcsBbimiOY+lEiI4jqRiOYNayobXFvaWmNf+
HvIi5dMC+BCMWpatkCLWHFVwoR+pamYDjT8K5S7WyQNQ1wgBfEPRaSRT7FEjmALIMdJNurvI
P5zH9yDHS+BYIRkbmjLFxejpiBIs4QDMMRisWZj1oGONm/LJapVINo1p3k4JYGxRqSBcFCJL
CBcPgCiwcYIxP1/tVSGFiBVMKAEJpXe6BJuWI/SmjQG7lBusix/CjIB2sD+WS5gzf12Vf6kF
dFGtUDZ8VQrinFeC5r9H91QpinyRxxQJBMTkiSS4sApwLuRmtEnBJJIQY3Tk/wD0jJnEpEEn
JS3XeIwChPbeO67SDJywBLBqoPfE4+8iQdT/AN0dIcm6ONfxKoJlm7B0wcE38yvQ+miIJcXT
k0Bo1FdiBc5rUK8OPuoDSxZxVObPZHK7JwGGL/CtJA8yEHLZ3r3UQ1AK1ZNUtWyBJckV83qr
TZ6cUTIkZUqEZAA0r1ISJpKybDgK19aSZ2IGFETQ1qSnle4Asi8aYLlFTkh/a6bsl+zn7SlN
w0SKG7nsrloWxQcMY1cBkZljwwKuBE4IkF2N1qFDiMV2T6EMeC1GwwTg0yTohXt0UValBzTF
HLBeZVv0sAwCt50RWqYBmwQ4CiqEbs5NMl/BQB3B+FBhU0Rra6PefPJCVBAO/EoFmBZyf2oR
oDl8WlAGRcigtVMTjUX/ABKgYmx/cnNzfgnoCiJ+ajUQYM2X5lqiXzGKEmrkOCOoVwzVSQet
kZCodg9guW3XipOWlgmtIoAvJr8PeRIkMhFPSIvS6ePnVXJGGHuoZcGZWYmh6/Cm0kAWeyLm
+XwqtcAgC7XHWjIAOShpAJuc0Im5u6qWIyyKJJqKUunBd7/pRfqiAjEnFyEZRrqo5XaKLLT9
a4iy4dBeyAwRZcUAeh1VHpbJUN7o/Uq4LS7aixU4gMXOCJnYVJKzjcBUOmRv1IgRcxuyIAbz
sQiwkzsSgwDnvSQMRqajENT1lzOAagUqmJcDDPxIRrE/aUAGcCrWXMAWwQIlTgntkWqmApdz
VEHzYj7yIkXx4rSKvUpq0sT+VC5lY8VqkAOpEE8uZr7qdg5JRADgCq0uGFQAmlcDqVC7YYoS
iHINsPdQ1XwAUTjxomFTcDFagXOITGhzKAdsGCAiaYDNGpFalBqG4xVC32IxNT50GIfh8aIe
xofzK4VU6p6FlwTWTsrPxVOiiAxwKrbopdBgmxTIPXopdAWo7oiw/utIiS1XUpgFgG86LXvV
AM3Xksa5XRc3vSpDpiWozXf1ZKRBbEDNAtqzbBAkBjZlmbpq1wz95aQHJFz+pXpgAndy2NmT
QDZ/1JGJAOSbj50dRFLUVLM6Ai+omuaJq0S1kwjUCpehKLAWs7pxSYuDQsjIkgmrhAkZoCPL
nmiAQwxxTE4Cp/KuegwT00szsnAJPddVFbtxREwwwGXhRY1Ff60oCFDic0OXrYsFav1Ko5mZ
wma9CDgtPMKYLH60Hn19S7RdaYE0x6HxF031hcMU48yrcrjkgjkgBgiSeghU6k+S4rhijMds
ehlqINaMiCa4CyFGD0P5k8A4GPHxICRANnz8MUHAAFuHqqtbmX/Mokg0oUdTmR8yuBEZYerJ
FzX7UxOok1pZVJIyTkVxAqyrQSoRl7qABIrXAOqyoAxyLIuWxDVJ91OG4kINWRxOBTGT8KrV
c4saoUqEHqTYEWRkS3mVgXRJo2Bv7K43LfhReoxL1oi9S7Bsk2kGlyiZMcMkA7iNwf2oNYWZ
V6yiTXItROCb0NvaRNxmuEsT8Sk4BfL4ESLiiEa6hd2qFckihoCFY9DAsnIcVshcAZohUQzX
XZWVF/ZDJXTLq6KWz6OpCtFmMEHDGUnih9hv7SYGgPoQMWIFzx9lEECiNCBGwVAa9p8ETcGj
EIMzmgN0Iu5tQgIMQH4Jh5y7hNFwHxTCgFScESaAUDuCtIxDl6/dQ04hmH5lqJalBirHU6Bi
XF+r3VxNQyxfqqi5YG5RArpoD+pZABj1rlD5rlcOKnNERDJwxLWNUTQPXzIYRsXVLWAN2RYs
T5gmPGuSL8xIwsEwN7B/xImTOLh3WogAZLQ7ZAhMQ7YBEuwyyCeNSRTgiZE+ZY+QXFTiniX4
FMRVOA6dBEPxVKrPJOqKyqhgMvIqomLUNUZNwBrdajlfiqihuVyBs8kzuT51ps1GNEdVsMfx
IRMagOTgib5E3Q1g1xuEeqnUjqB/4oiAAIp1+0gSBIcbI6qHIIEAkRuWuog0JxJoy5qxdweK
e9UxrX+uZEEOQaNX2UXGmtxn2uyhatSmdhmXYKljcFMzP/XKmIAoWOCL1cXw91AkExwF1QP1
Ye6nkKYgZISY6H/rSgKmtXxXMdPBGTiICqeI4+0i0b3GKrgidOkYnNGLAgm9vxIjTpiccG8K
ewlZWHTw6ahEiVMlS6BxTdGZV06sqJzWJH1pwFl0VDrVPCheqGgk2LlMKgX61W7WwQDUP9dp
XABagqqmj0/cjAkh7NRERrw+FcvKcsj6yESXGLVsiJB8kS16BjdAMXxGP3kCIkB6h6H3Vpq8
S75uiQaMSMEBciqDvS/FO2khmNymJJrTCi1HlGpq4eJEgEx9b9SDikqP8KqSI5DNPd1zPTDJ
AxLxibIv6RdNU/8ABEmhFsiUQQ5dlZ4xu1FqEgMnFU714pyKvQcFqkKWogYGxLjvEIEiowdN
OlcVpkRpPnCAAcxoME5FTTqZWTdLoJ+h2Y5rTEOBiq0K60+SyKrdUsmV2TI/Us1xUywcVqoE
uwrwTAObqodyHLtRManBCUmPACyEgP8AihIOaurM5RDXaqECNJkWB60JNEh2IFSPGjGQchw4
4LVGtX8yOI+tACIoGALYKjlqNcVQfryPvJ9LFAA2FXDoEDmwOSJcPiCq0EbFmugNT4uhqNBY
umrSwQLt1rlLE+Z0Q7txf7qABERI43WkCpuXa3iVXkbMTREu2ady2GSBBY3ABw8SeRJPXVkS
RV6PW6GDnqT6uvFDUXqG6gjICg4fdQl6bIuKPf4Vf6lkmuqXXUuro49NKFEggxamaZFxZU6K
LJNiv79Mtsmsgzr+Nng3b4ppAs92wQq+SYs4NWRFmqgbZgFaS3BMesfCtJsbnipfM7x/09u5
KAltSjE0BGMUPm/lpCcJ4BAkVu4+JP2h9ScDS2GfhTEASwOXiRJIOXH1kKkOVEAv/dbE90ds
F2/MgIHVtyDwn3T7Sc0xKDRobkpoVFRWyBlXBk+pyLRd0wNRUko6Wc0PFDIZ192KNHN7fEjG
VmvZkWiTmT8Se4OBr+JaSRnUYesnbgSVyyJDsmoSMFqs1Bx9hMDWWIKAIdiwKBqCSiSHJall
2PtQfo49AZWXHpboITkKqYFGtU7q/RVXvh0GEhQowkNUTQSXNXEFBiwJRrTFMKjJUvgMU7M2
GKjHSJajiFD5LaNANW4Ace7BMT1E/lQ+ThMyOjUeE0QaRidK0gFrkJ2EQLNgi4FA7/uTWOeK
rUYlQjIcpIALflktrZBDCLsbshtAuC5AvbtKoLZYIPKgwKZiHqCMEBqc52R1AviTkiJG1syi
SWyaxRYag9A7e9JVDcEZSandN1qiGGRsiAK5XTkO6Lk6gcfVRZwPR95cowLE4qJduBH4UHs9
GT6q4UugGdsVSJc3rULH0dJ8mnRVZIkUCZVuq2VPSmbobJPknQzTY3RBDg/apTArC3HwoCIe
RuyZjym5Q+rzIphjip/NbppCLup7s2JJJ4t3YqQLNGgo62t+JDAtJn7JUzEAgkyfMIjSGzOS
BoTMUiMFcE2IRajIaaCQvj7SGqZO3skmEDbVLvI7ZvABRkC1WTxFSHB/aqu73uqlzgFppmSm
rb0rSzkC/Wu0CBgKXWDZnBGES5zHwok1Fr2RFSLgYIGcgAbY1QNAMhgQiT1vn95E1L5/tQwj
GgfNUZ4+kIyegblsgSHAtFsFUMMP6grM1Daqt9abpbynAc5KvRaqrdcVxRf0dAzTm2aosmsg
egiMCZMxy9qKMGYGozQIqJYgIXOTok1IrVAQieZnH4VD5IHSCHn5u6nal62Vje1n9pGGFwGf
8SEzzcxAcZeygTY3RmQGwZZnN1pobu9ggYuQOpVHNKsj1remQHMqHhHsoSAcg4UW1uEu8Q54
okFhYhGh6ygJR1D+6dmetfxKtmYBEsXsz09pABhmMECaDEf8qOm2INPzIAwEfO9EZPSNgQqk
ADCy5g5FjgqjtXBqibk5WdAk8o+srTpeOZQOVMlUlgVFxXAWWKdXVOit/oKqlsE7+boIwVVR
M3Q7V6Oq6cB3wQmcKlvyo6XIwGSMqscEBpIMlub+5QbUXJ6luTIJL0fr5UXYEVotOMsaYIED
lu/5kBGFIuwHDvqUpOBcDCqYhhgGyVLC4RZgAalBqxiQS/6VOQvGJZGbOSXNcyhv7IEd6AIl
GIpMj1lDbmGlC4x5kdQc2C1WJoRgrVegKMXpl1oDstjd01gC6d6+n2UamLB2WqRDmwNXZDAG
6YhwbFVqM7/hQNAczkhgMOLosSKWNn8SBYEWHD7yFWi7ve3hRYu5pwQ1VBcZrECzmtVf6kKs
UxD9Lg9DKi49D9NaLieiiFaqvQyCfoHBSiLkFkSS5BorhxYrd1MRAcoGK+Z0lpTi1CmEmDsQ
L0U2cECroaKvRsXTMSTQUdatyOkTJIByPhQltgBu0gNuIIOJuEAY1eoGSGoGG29Tw7yaDtmc
VuCMeSXKZZISIFBbBT2AGhMOB4giKOalOa5BDUbhy1FkSGJNfuot53XNUdeaaIPVigSWJo4R
0uCzElOXJAa1k5HoxVRU4KQLxOBwTF7s4/KtDOcWNkdJLCwQJFQGJNEdQdjQyv7KGpnJeiax
YClUx86/3Cg6fF6qyZlRMFVBOSyoX4K/mQqnJQIq+Sc0KYF3umbzpyGX29FFeqfFcFWy4LV9
QV0aVK3xAZEtRh3lqBdqEH4VORvlgoDbDykWAIfHuoRlES3ZVmevuqlvqTvTJMRZYLTKJa8T
gU+C3NmJaZFOtHa3ARKFCMFtmlSzeZAs2p1punzwKpQNWi8Na8VympuDkmu1HGK5ccBYK5jE
CoDhkAxYCoN1y1IqQi5LmoHFAG2KYhsz8KEq81GQcgZVdVJOZ/aiHID1F1X08feV6WfimAtf
9yuPQmNaKtOCFa9HAdDhVKJNQVQ3XKHXMWBTmqp5BAVkxVFwKNFwTOqINUYrj0bsJkiEyASL
spxHZBYSOQR2pEnXbJCUg8oFxwQiHJxfJCLORlZWD9aLXizjB0+kRZBzVEfYuC/kntiQleWI
KO3KGn+I6nNjHu6U7HS5p5u6joIDmpsiTknsbMCyBJYBHNWvfgiD6QnIL5vimiXL1zdWqaAp
hEHEk01Il3ej4eyjqLjAfoQEezkb/eTkVBoE5velkwNAhHO5zRMRQ1qqhi6t9qu6ayYEkIAY
UKqan0JzUKgR4osgGTkN5blFrG2SqFxKGRVnCZi6IF0XKoUVxW5pGoggkeHvIR+U0nVcyo3e
lBCe6RKUeyBh4lKcg4iH/av5DQcMFGG0dT0X+rIR6yidksBfJGZLsD51pkK4FDTQk1KjsxI1
3kcVpmHpVEC+aMbmB+tEkBzYMs5ehObJsUZEdbZIyJJOGaMTQEY2BTRDkXbh3kx7RqWsrUyR
kGMAAGJTg9mwVX4ebxLUQQ1+K1RNMhW6Ok07wxogSKEVC1UAxyQjCou7YeFHE3r+5X+xVDHA
IOXdFk6yCrdNjfoBHpQL82a4qnTx6QcSVXBf2TmpNvIJ01Nyi0aZqzHMoK1sV81uG4iQGUJk
kwEnkAOaq/niQxLCIq3/AOSSO3OokKo7BlexzAU5gA7mAOC3Du7/AP6wgNW3Fi8//HqX8e6d
W1uU5q+9Fbm1UmRpw9ZQ25RMQWIxcd1GJDMaFD5bYlonuEREna3d1KXyHzjS3Nrl1xOqvtIF
71ZbjirOEQakf1qWoBwbFMRTHj7q1AAAVpT8yMQHOaIIJLsSiS72atUYMwIuBj7SxGRwPso0
eaaTuM8E0SwwNwiNQJzQMiHFABQ/gQowsyDAZI6RjVwg4cCwwWk0fAqjsKE3+6sfQVknJRKy
CGKdmTklUqmliqW6L9FPJpiuapQAt5QbBWdroklkdnbNZdo4FVfUagDIofKgaoyczfuoMjKR
bTYj8qBlAPFwa0PiT7cjGYrKMjzBRo5iWBkWd+bl0qG3I6YYg0PuyQYORYrmD8UJg6YwiWa+
t+WS175170jSIz9ZRo1KOpG9FMPcprYJ66WszIEMMkz1apCGkuTcWsnYuThmtMg5Ao1RVDWA
z0RYM5Z/0xQBDMam65RQm3xIhmLuDRAA1D41+9JGN3CekmRIGk2zdabtWlb91O4OeDe2qAGL
A1xKt9aYmqquKqUcUcugMgXrdMLfR26aeTIyAZi6eg2tuoBp4UZxtGxJx8KPzO6xluWzbxJn
FMVPTgHTRr5kJGcotcCh+8v45F4QYMShuQAgYkNUhaZgR3YgapYEKlU+3PRIJ9wEyJpJ7j1k
Ko7eYUhE1eiMbEdQf3U2A+tGJAriP1IABhb+pI/auUtR3wVR7yBckD0OsgckRGNLnigSS+Qy
9VOw4C5RowamerxLkvi6uXOGCFHP90Q9QVJqsGfFDTjg9yv/AJCosyqluCL0yT4qzA2VeVcc
SmyWar0N5B+kO2Dz7nLEfEobLMZhgbco5p7k0IM0YGsjgoABg1lKMZgGNZRPHxJ4SBHWjOLA
erxQhtxeZo1mHiUP4y8p0I/SoxlFwLtc+8ncjFhT76kdwaiOxF6y95av45RIuLqMd6EoRd4z
uB7SEtsvA2IUXsaOpSiAxxxC5onUOC0gESFuKsALAJibZI6iXyCESW6ggwLmnBAipbzJxVzU
I6gQCEGDDLh4k0TQ4dXiTUe1cB7yJqJHDNO7k4AfeRD4MHwT0L0KeV5ZIMGiaWVkwumAqLlc
xDYgKgsuUMutN00v9I3TTyDMhzCkSbe6pSj/ALs46X9UBDbiWcOTd1EOz2Aqa96S07hhMm4l
yFvagj/BEwqzwqGC0724ZuaP+haQdZEWbD2lqsAGAwHiWkuQLEhSlEnUODKJmAYC4kOX3ltf
x/J7U5yB1gUZuz2VHTsDZ3XuMh3VL5Ygy2hUT9XwLUL7Y1BuCjKdTIAutcP9z+3qrmjpIwTM
ECAwNwERQ9d0JX4fuRLtwTF2kKYpndsKIEmorRmWqQcFm4ohwHGCtYcTZCTgk06gnPmCBONQ
105ci5TxHXmg9QLxXZHpKco+W3Sw6aeVl0N5JzRkbCylu7g7T6R6sB35ICAeZLA8B60kNj5Q
D5j53c7fq7YHemhDe07m8zzawdaojSAbAoyiXkwo7/eQFxMBwM/bUYByZVbgEIh2ka+fxI6n
azqW5DtQDxHreFGU3aOCpQDDB1OZuZX6gpl3cED0LbN2DP1JkdNJXBRBfVGpBsVUMM/hQlGR
JyT5FjVf6YtcqMiCSbEpjEGV3sWVL+mi1GLE/wBkGwuGNXXMWJuOv2UQ2kChOaAmTIxxNkAz
NSyIiFU1kjqNOHTXous1/byR/ghGNbkqUgWlMCIyAHaTbRaU3Bl6o9dbkdrn+Y3GOq8igd8a
pyOqMf1IjtDGMaAe1Ja5lzgwp7yjMWFVLcJLWZQ3okmNyLhlGUezcqQoZy5YQ4lS0nVuG3Ar
RuOJSIp8SGoGIJJ6x6yMIeZRwMSYkcQVZF7YI0AkLFNIOCtBBDmzWKOlmFCTREOxF+KDjDHi
gQxBs7oRY0ueCJiHApqIQiKu2puCYQAHmwTaa54rss+aJmaitMFAxDCTubsoOSZB3MhdBwSH
clW/xpINqKNeWFZHJ1/Ftf6m7LBgWCIMte6aznkT3IIyesTZ0Iwiz5G/tJm1SN4xXPjgMEJA
OMwbIRDk2Y2ZGEC/BHd351kSWyRkWmTYjBUB1B2x91bI3ARMRDg38KhDbOnEnwqUIlxKRk2T
+QxFY2TSi3E4+8hOEa11DPxSQApLIJ5A0DNgiRFhiCiZEiZsQbKLy5QahMLIyYnrRhEgyiEY
xIBFASMUBIOWqSg1RZcMlSyt5NVXyqnybqv0ZJtiSjsfL8xJqb83dR24NPdNZzx8UYrVugOa
1+KS0xAIoaRqPeQlq0QjU0qQox24mBnUveQ9ZScvZieCBcgHuoGpxIx+8jJ2kzgfChCA1C5b
8yEjujTcg3dCU5GUu81j4EI5UUQLMfT5LoxkiLgi6MnqMM0MDhmpT0mEXpI5hCVJDNOQ6ci3
BNtxOlu1g/qomVZyyXEKy4DoD1Ct5DeSfqQe+X0FPoiy3Iynp2YAO9IklS3YAx27GYDOPaRj
tAOe1uSNAhPQd+V69ge7JTYCG0KExDOe7CKMHfb2zzm/8k+7sxUpyLQJZxl/24QRbsEsGvTv
STT8xdx7sVVmwZO16j90VLbmwO4WGfQTKmSLqY0tGAIB6kzrimCbpY4owESRcFRMwDECnWpb
chyyuEBsACAFQjqgBGNmLy91AGOgYuWdCEBZVqmsybFEJjRB6srjo4dA8hs+i1VXobH6CnQ3
kkAqMvmDSALRNA/ryX/q7ENOyaSmzDwxihEcxGAshu78jq7sO6PbUdcgA5kasGQhGIAFYROJ
/wC9uSWolpaTrmaX/wCzBSPdcFyf0p4jzlkDLDLBR0u8iw6vWUZDmnqDHFx7KBzAQ+tSNy1F
tTkwlvdFn4pzfopdceipTgWv1KgpiSqkr+yeyDf/AB0Xcr7V9iDumD1V1foomQ1FtVArKEJd
rcLBPj5PX9N9ilORYRDlAzkY7ALsKa/CuYgRHYgKe9JP8vDVImu7LsRPsppSM5XJOfhUdqXN
pjSPEo6nkBUwGMvbXN22EWagAQxpQIAkVtFnWAfDNM7tQ4XUdI5Yl5SGATCwonTEg6RQHM8q
if8AtScdN6pvI4piKI4A26XZUoqXTpyaIqleCqemvTFyzBwgJAkihZa+yI9gFQl60QX83RX6
MEeVVfxu0R2/0rSBr0UjEUr45IfMfMgncl2dmNvekv5pkR2oEiG1C3vSQW5KLkwLAmyBPbdg
e6iHYXMiLnwrlsBWZz8EFTmxd+YMobRNRWRvJihsxLHAjihHaAcM5s/ryWrzhanvgpy7mplK
BDRehwNOizdPHoY9DItUhBO6rcIVdPkqJslkhn0X8nThEVThlKRqRZaJmu3QdX0FfKboc9FC
tM9yI3ZWDu3i5VI7YP8AEK/yHvHwo7kw8p9kfGjvbtA9QowiGDUARMjQVZbs52JcgjP1UZHu
4O3uoznJxHHswHhiiNsfyEXPdB70oIykRFv60o7+4XMi7YUR+b3RSXY60YxGkyxRBrdwi47F
GU4AUEnHn5kJG/8AZXVb9GXkcVZOAqimHQy4KuKcK1VmjmyJfoqqUTIwi85ChazqU5Ymg/Ut
LWRIFTiaqZlwAw8iir0U6W6WVbdDmyIjVSjqltbZNZRo49XWiJQ/9rekLu7P68kNkkDbhaEA
0R4EJikYXlT7sVGAeL1c8VKtYFkwDg3REg7fajEBw7HiUBuFzcQiPz6UOXQ9hh91NFwRQx4r
aiRpiS5CjEYCgFlrkXABoE8SaRb0okk8x+xMLUJQiMlX6KoTEOg1B0O6CPRepVTboZVU54mk
esriTXr9ZNUks5TPQfWuNwFC+oxBPn6ft+jqETYLTGgF1qlMRHFT2dsSIs5LRVGi9gLsnJ1E
lyK80ltx3TpBroiKN44qO3FtZ7RbBTi4aTSWoDT14puDkqTGj0LURm4/kPa/ZFRZ4wOJufaT
zDyApWvuobpuXYHBRMThXNOe8PqUnFDU+bsoAm0K5IkUqFCB7zhyr+Q5RNhgFei4dPDopcWV
R/xThN6E2fRwxKJz6Mh0bcHzLBNl9qi1jcoxixfEoChOC25Evyh/Quuy2owAOpzJxcKEhIc9
uv1VVU+hMpHSBcmiMhIfxjvHsn3lp+V3ITJxHN7sU+7uEOGIsG9mKLn3imjVsMfaX8s43Nyt
dy1BGqeRdzUlR3YACOnSeHqqIDktVNYY4oOeITzqwo9A/d1IVqe6PiQnMtHDDShC7MH4qL1c
VQiWDBgr0NG6uZaie246gEQTc0K2gKAVPnQ6kw6aKy6lTyKN51zM/BWWqFsQqrrQdGlkBh0G
Rm9bYITAZ6EKLYCqNa4BVYE/1qkiDYYoAOXZ+C2wXfSLoxNSLsgW0iIaI+JUkQ1QFtbheoB8
49b6GUojXICkRiVP5n//AEJg7EAJDYi+kHx6f91fx7e3o2/EGHh5IoEAEE1YFlzVAsyYgvwC
EYXkObP2UROGkCgrfxLSKYJwwIKJub9ZUnLVsMUW9GKqaZInFvr9Vfz74IJLiMvVTRAAAb9y
aWB1ErMC3BECwUtyVoggCy2gzBnJ61KILmMqkpgXLsTw9VAYMsuiy4+Rx6G8nVG+SJzw6D0g
u5uQrMHoVINSPZTmhIN8URXmocfeRBcg2JqoQiWJNB+pGQvAMOvsqRBrKroguScStUgwyK22
sHHoKc+RdZsnsmFBiVy6NWe5LTFf+vt7sTtBjM7YpKfhn/40RORqH1dX/T0qoIAsiWoaBCR7
ZDgWQEj4pHIBOSBGJ0x04gd5agoxasnJzCLGguMfdT0NWBW2ZEiMqBEWGIQ3d0ux5YiwTAUT
C9mQcc2I/UpYMK+coCpGLrSzapANiylUsGAAQlElyNJH4lABueQbzIDgrqir5Epm0Q6lCcRG
V4tkq9DmwuUJQOoHFf26XjSQVaI4dMNBczjq05ICQxKIAuBVB8UGLf3WqzH6kdw1EAjVhj5k
dLAoEVLXUwSYaRQ4OhsiWpqk+Qx7RsEWNcUwuueYjwJZbsNrfA3pR5TEvp+6tU9+W5Mmuolv
aQIPKKOafdTE+cppWuGQlMaduFWR35BpSNB6sfVU5xvuOBmyhEEgCsmF/DFNaIumI06rACrI
nU/BGM48scSo7gOk7dQtcpa5Y41VqXUj6qEgW1HFSiRQY3cImQJD2f8ACpYZKEX5XMjxQlJ3
kXdH1dV+oKEolxGXK2SAfAJkOHTfohAX3D9QUdwBgL8QhIVEqhccAv8A14FpzDy4D1VKEi5i
XHk8wdEg9QRBoeie7KP+nCOgDB0IwoBZQ3I0uCUXLyjclNuEgAuwF/Atza2YgRYUFGceqt1y
4YMOC3aPKIceZOTTEBGcTyg1W4ZE9rHq8hpSGs2CeL1N8085COMiT8SnGEwNrbFdw4y8CkRu
7knJIeV/Wkmg8no7/mQGOWC5gCTYFUoXp1Jndr8FGLvtxLyOfuqUNLRa6IJeUSwsWRBNYhiT
h91EkNGFRHGXjktW4BrOB7sURE9qwUzEuRYjD2lEA80ixe5U9piIhy2AKMYiuKcEVFGNytRf
SKAjP1lLcA1ECrra0DVrxyl60kBJgIgmtzVRDN1IQjFzGJPU/ZUi7vFyD1IaS8nt54qJIwD+
jot5uivQy29ssBAV94oCRvRQ292YhKNn9UeJSlHdEzEUAx9lSnImRmXrh4damI2IchcFQIv5
DtdWVMb9G6+AcKtiaHNRyYkqe6S+uRbq7q3JXJLIxxIIXzG0YtKBMmzAPZW8NxjySIBwKJzk
T0kQGqeB+Ja9wmRrS4X8h5duAcRGJ9aaO2JnQaEA9rwobbGI66q5cVAFvfRs32KgJIDLnDHg
GZBm4YJyCAcqj2k8pUjjVTlE0NIg4r+RgCBWmHuokUEjUDBT3JSOpwIxwPqobcg4jHVuyGEv
+ntKUwNQtFsApybQAavip7pHLs7jVxBK+V+Yj/1YiJgOrtJg2o4HELQSxNupObRox/EtkMwn
LURm3ZjqUBEV1J5FhX+tSBNNVPMtRlwMnZ1uyNeQ6cTburakBzTwo/vIZ5KpR2zMDcyNFn0u
pGXMIgMyBIYyNuCIYHIXROJ7qHXVT3MSWpkExXDo6+k8LeROBrqBC39cWIOoAitO1KKMo4gg
Neo7SiZjSSBJsebsqUsJSp5ug7+ltyQ0k5+0tzZHK0iBx95bcRchz1no0QubqUYEhzUnHwoz
3KiOJ/FpX8WzSIo2aeR5r5MgxcZ8fCmLlqF3+8iJBwKn+oohqGwHwoxsTUE3/CjKVQ/2ol6W
B7ofuo6QCMV/GSZRwwumJ1OaF0Z7YuCGFFGADRxJzWkUliQmwzRFwM1uiAETuxYjBx2ZIR3A
Yx+WgNTeuofMwFYjnBtpPeR3dvm3IASbAxPqoS2ubW0Q1fa1La28NuNcnKiBcuV/ES5ewzCI
cBrBacIkSAuK+JSesmIOS2XNIxJINMJdlDY7M5Exie6W7qZbh7WktTgFGZPPHll8PTPdkW0i
g4qe5InnOoPkoS3ABtvzEUJCjP5PcO5ttzODQokG2NXUvmJT07onpEc0dl+WYp7QVeluh8Oi
3kbsMTA/YjDdqBEuDwUxENGIjEMoRjYAV6GKBNYbpcHiUIjAMtIP/wA+FSiDzEVN28MVoHKA
a4n3kNnZOnbj2p4+JckdZwOHtKMTWWNbL+MOwLAhGODsjOQYWGCfclSEdUgTaPdijM/7eYoW
Q0gkf8fEtAPLR8qIxJDDNVsbf1FQETwL4eJGcrEUGZ8KBoQ5ajVUiasegh34IvajKUidO7v7
g0vWJiOZTG6aatAGBZE7Y1aS8Hxh3tqSlvAD+Pck4A7hieaGlZLUO3MGMCaVRk2ogtE4yPf5
lMy7U5UZaidILAXwRkX0A0JNbLf+b3C0ztyG2D6vZ5VGcC03cNcEd5bRhETmzbhN3HLqU9w3
kdVCpbVtUS4NahP0Qh3Zu/mTSLvYfpR3N8kRjTgtO2BCAwerIyiam/mTO5yChIkkAgunAomx
RzT/AEB4qcWoASTwPqrdmA7yp5ioCzAfZ0wnIc0KxKJNzQI7kyzO1b+6tROoyqT/AMq1ispW
CBnqJkeWGawEpXIz9VfxQB/mkWNcFo246hENrGM+9pWuYJlGLmNG1S7EOZNI/wCn8tHVP2yp
z3CRvfMycEXEO7FRiQRIkEHD2kCey7A3JK1WLuwDp8TjLLwxQDGNbGyhKJYD0rb24AnU0R1e
tpUIxNcSpdFBxXNgtvfFRsg04+stmRJEtRlXMnlRo8pdk4BR2Nk6dchKRFNJ7W7/APsVaoTJ
1CETy4OfaUixGmz0WlrUJJz9VRgLNiSfwqG2+nbvI2Yo7O1NoxEY8HHaQrzgY8fVRAk+f/Ks
QWuKLbmzauV+B6WmA5NJYj2UQKHPge8gA5DWehIVez/dEmgwHX4kI6dMhitIGonAZBAS7QFV
x6W+g4kM4U57oYQk8SO93vIupF3hBwPMjKB5Iloxz/8AItJHZDzwojuSH+jAtHCvhQ3p1maD
gPVigRR3NVumHZk38shdh/09mShMjSW5Y4RCeUXfnJ6uXZUdhmO9LXuP6oUPl5DlFZZCEexF
TEaQhYKEogtIZPVEAEDq/UiCKPiqhyKHD7qgZEir0yR3ADysIueCIxwRibsm+pOCQCHKAJrV
uKlFjIf2W2BEVoRiPEnjSL0IvRfzTqZWJursVoJ5pS8zBHY25UBvxQqDK0nyCcCwoDmpmI1C
EahsfEiwatW+JMSC90Q17lREpAm1cvCmDgCgUDJ3FCepVW18uL1mfhUpCr/YgG6mCclnvR6J
nLDK3hX8pegZjaqnJ7+lN01Vuh/o9Me1OiG1E6TuAmRyj30ZCPKGEQ1PCjAFhIjUM1GEQ2zs
1JwkT3VEEUuwyC1GgiHi9j/44ofNuYyl2dsWiB6ywc/1JCMQz3Buw7KLFpSGkFs1u719w51W
2JMDuGozARMOVuUAUdlqB4EG6Jd6u3H3UX7Jr+1OItamLKIFC1lxUajmuqWKoSZRGkkKOqgK
Jd3NmWonl7yhAmkiGZR24Bowp1lU7RpEI7cGDCsjg/aQjAOB2i6awyUpytAE1o5W9umk94sC
9gizvkHxQBJo9B8S0kNjT8KGsFj2OsqLkualRfElupM2rekDojgPFNHe3Za5GrGgbuxjFAYm
teCBZhgS9ShEWLFxxVCCLF0QMSv4wGlGp4plTyOP0hIrGFB1oxjLnkKker3dtR2RWRwy9ZaX
pHHj7SjDajo243JxV2e7Iy3zp2Nsvswzl/3ZowIIMqSAwl68VUkHIpyxyWomgIujCAcyPmPe
QnIP/DGoIshEYR1GnemUQZcoo6AAAItW6uQcvhXMAZAUJwRa71dO1cVbs2KMJhtIoEaug1GJ
YEoB2YOUC9SWIwIQmR3WiDd0NRciv9SUpmdIOAPxbiO1CplWY/LBREIVZyVrIY4uhszcAlgR
gv4YENtOMPvIZhycj7qBLAkYY/dQD0wQiSzVAUYzBez4LalECW5KRjEE0p31/NvMJRGkAdmi
GANz+pAku1slGnpohICmA/ajgRj+1CNAoiJDGjeQ906f6ORBqAw6yjJy8rKW/vX7ozkeyju7
td7cL+zErmDOWAWiNAEcQBUrXA0FvMtZFSGB4eJUNqF1wN1EA0JckISdiGJOKIgGlI6RL8yk
5rKRI9jbGnSpSlR5Oam/uqT0oP6igGo7/wDKjouL4KcTZxTFBxVOKtghvR5ZA186O5ts4iTW
znkiiZF9wC44qAi5iAxBxPrSW2GZi1LKMmcWRBLYcUYbdTMMDT7y0gjUcRdDUWrWrqMI8oAu
cUDfTF3W49Jaj7IWJwGKoGvj8CDAgCl7LnLnDFVOoA0PBbW0X0bbsBx7yaIYUqUYs+BPH1kN
VLMRb7yBalgFap+1NfChTEcVFhYF+hs+iluiv0ejM0CG1jdxgAv5D/8A1tiw9aaiGJlMuR6o
7sdKETVq8XRkaA1X+kREGhJQ2tv5gA94CLp9yYkH6j92KYFhLL9y4WARGmXAtSqEg9KEDAIm
F2s/D1VIkadO1d8ZKlHNB/zKM2rEsXrQoxNQTSqlGQLkVPxLdgSxLMubLDNNYo7bsSboctYh
3NVqkQDu7kp6XakUJs4lQEUCjsxpzOGq3rKJLMMRQkrS9MQaqMTFw7AWcr+beAnukckPVp29
ySO4KmRcjI+siCXeiO7Okp1c+qjKJAi5YAUVBWVwa/hQFXFv3IyIIcWTUbHgjKLUxPwqpr1J
7g4nE+ymZ8VGLt9Q95XfigzuMEcSf67Kt6FNwdTBiclPdIqKDrPZR1H/AFYHmFkdyZYRH9RU
i2kxanArJU+iJxZPLuxe2a/ggX3t2hbAe6hCFNvaoPHud5aY1353MbiPiQc6pkVOSoaqe5vm
U4jswBaK0bIEAaMLjxSRImZGVyXZwjGVXGqJNnQhcuCDl4USaVYjFSBBhIdki6IkHarnFTkA
OYxi9/zJiDapH5UdVKUF1GQB1PpJNn7qncSahCEya2IsEABcUXFPjhxUxQOG41WmIpCAD+KX
NOKiJwI2xUyOXh1Ld2o823AkA8FEQIF7ogvLUDR3/KhuGDzNIg93/wAklqnIkyLsan3VU/8A
FAyPLGpc28KGzjOw4Dupn0jEP+lEsDWjIli+Zt95B7Mziqcu3BD7AncgXKi1iHB4ouKyt1Jm
oLYOgJBiLOiKubMmsqCilPcmIazpg5Z+8o/LbREgTqnIWopTiBIkaXNENoxEGLlia+6tyIII
YODTHtIbcy0zYCvQ/wBATkjI9kOy3/mp0JOjbGZClvkvv7riMjgD2pr+WZEdraHKTYy700f4
YkRes8ZJjitcuyKsjGBEQ9RkFqDRJcSkMfVhFW0aTZ0DF3GQNEDtk1LEihdEAEjMYso7k6mN
wMijEEZg/Cv42ZpOQMVpLPE1Dv8AiRg7E1AP7kY6mMjUkW9VaHIkbkEI6yZA4jlr3ZKMZyAG
aFbq7sjGYcHNajFzIipzU5R/3DHSDkFKcamRvxKjtEliObzoSlQNyiyrInUbGjN4UIQGuRFZ
Vp7KYkUqyg3NHEZFu8hiAOSuCdq5M65jTIJ6gGwAZWIAarKLWuQEciacUIm5oMkIkOY4tZXJ
dAykYvZ/hTO4F80BGuX7kXwNf0ok42PBDbj2YjOtVquQ9B8SEpA6TZ7IiJrwFUTAkGQYkFnQ
k5MsHv8AeW3CYOqIaZUvl4h4i0xir+XoGOK0A0iKobcP9rZcyIs/rLVEUNHvERW1s/Lbctv5
fbDTc9uXe3EBGOlrBap0Azov44tpWo1ctTGSrppi/YR3BLUCL3GpGW5IgEUD39pPdy8iRQ+q
tcKxkzwykuWxuCtUS8XYMiW/1BiMkTYSqf1JxzkVBtROxZ6OaKLBhK5FVKMgXjVyb1Wks5NC
D+dRJqWCwGa1HBRkaVqomNHFcqhaxnazozlDVPCMqgBapM5sG+BaQSWyDU7y0xeECbkXQiI4
1JuU5BGkOfQiZVY083rISqDKxf8AKjEgSOBdkwLAXBQLuDeOXiQiKB8KIY8FrkKgOBdEubuR
UuiSKRFDghuSqcAMwiY0IL1x8KchpRYMVdx/dF6k0AdSI5vzAIvjVv8AlUNjlENtzFhVz68k
dycI7rAgRNnKmX/jEy/Lh7KFSTmnwyKhzMHdvLMscBxR3d0kE16lOUTU0YcVD5fbPPPmmQM1
qdoAtXEesonbp8vDD1imINcV9kStTESswqtMH3JAGhpEE+JEnnLvMCyESRCJsI4fdQuwcgnH
3kdQrGoIx8Cl8vOXbPIMioHR/p7hYnKYUYgtGQfzoSNDE3KEwK2I4eshuR7UaSD10qUZAmhM
CMSoylyy2pMQaFj4lOMj3Sww9Zam7YEg9nX8Ui0oFuv2U2OKLCv9kGqWoVCTOYyAbrWjbgSX
YNWnimtXzQG5uNarBT3pRMzgZcwjXuwW7oA06miI2PuqOqJjpqyoGF3F1vSAqzA9aeZMj13V
KAUD4Hwo1aeHUjEuGsbo6iKMGGKdwBd0AQ0utAMdJAAFLrSTQZXoi9K3NFCABN/r8KZg4LCp
H5lIRALtT9KDUGK7LsFW4u4ZM7tY/DyqJYB8Tf8AChWnCysmaowQciuBUO80hRW8lzQBAE8o
KENuVLT/AErUf9vaGogcFzDm3i74x21D5XbHKKFRhANGIcyC1ysE2J+oIwvJCci0ZE6ApSN8
6ISmSInAhEO0Qb3QDj+vWUfm9s0BBpghLaAJkBIG51gd1Ahv5NqTSGLd9Tg/ajqhx7y3IFnA
cDqUzKUY6xWPV2loeUzHmiRavcW422SSNREj8KG5pAkGAwoudpM4GTrmqSwcZIZFEAs4uhDK
hU9mbsJIQ24hwKnE+0g9iptQAFijMUq8nLoF/Pd/eQkCT9v3UIVH8he2SLVIZEMQSaF0akk2
616vEGro6RU4jBEM7XdarnFPIPIWH7VqPMRVMSA5rFUFqCmHtIcL1wXICCLSxZXeYFR8SkRK
rWR1OK41QaleoIRLHhl6q0uCFXlGDISJBJ/qUpISAvmtst3hV+Kt00VS6IBYDtFAQLvzMPwp
3Y2qa+6gJExO405sO73IKfzBeW5OkcxFGU21SLuaphFg1EwFBhmUZzNvtR+b3z/pudEDj7KO
6XlI2BtFaiAIg1J4rSCABQVuneuCIZ3L1sjHcYQx83hR2BLl1atvDl9VHbJ//j/MDDM9pQmS
DLakAQfUl2ZKTTcPU2eEuypGBMwSWLZq7MiX1CQYh+GnmWRBYY3RlEMKUH50ImWk24UQkC64
hEV0vq8xC3JxD0djZGMtmLCwf8skx2ImYyJ0st+G5tiG4I0YvSXL2ZJjytQvdAUDY5rF7Cma
jtAHkiPMe8r2pWvuoUpFxVHuvUEoWFKBcxZ8cPaQqQ7uePhRiRQdaduz/XNNDSSRZ/hRgRUY
vdRnEWvXBT3hWG2eaj1PZVtINXCkXsKYO6I7VEDI0fBUsbOXoqhuJ4d5PH02/EqGpvmnNK2I
umkCB9i2n9YUv5Jkb2iMyv4xefaOQ76lNwDaOTDxRUYyLxfVIFCDAQBc5eGMVQ6dqBuMUJAc
sTVqD7qAai44ZDxJoy/0YCp6u0tcgNMRphAWHtaUCXkcskZSAEB2iUJBoxFgBdA8zfiJ8Sef
JEWzZGMJtgSgSdRwBP5kN3cIjKNNsA1PiUDIkTjERl4gOzJAym5Zi9fZQLHietAh2NHFaKha
tOKjGbyEpRC0RFMOpHc2wHfUxWmQrkjUMozGRBW4JFgAxClGjAljihFwQQ9msjKFMCXrRCVG
JriizAYBR2wNVQ+ZC3CLEmnBAk0FBkWXMdIDvkfVR00dwCU4GsR7v5kdQ5bgGpQBGkEuaFct
IjPtFcofGmaAA48E4Au1Tmp6akB2zXzGzLFiYnFbcoRYRLcoz9ZSjICLtUUKkASHOmiAIrR2
yRsCXAAp+ZBxwfNExcG2dFpq4ugCCRiQiIuDnWqiQagj6l2ulyjKR5I0H6lPFgwVKg2CMsSW
A6u0jEvmTgjtwDbe32pItXIp2oB9a/hif9Tdp1R76lsx7A5pED8K5QWbCzK18CtZBMI0AiLo
zjDTOQ5HC29TkyGqZoK+qtMqsKtSyOmuooGdCbY+8iZnUDarn7q0ged2cqtIilqpgaDHFMTU
2OaESaiq2yAXv6FGRoSAgjJixucEJYYIkOZRIIK3YR78C3te8pNExF5GQYN3lLd+UJluBjoN
vFpRhu8sgWlH4VpiWAxUmqXck2ClN9WmJNSiRjcnAHxK1Bi6e4OBKGoBiCzXohKJLChBNUIy
cDEn9yoTM/2UZiIhtSqJSKl8vNjpNSEI7YOoVIH6YoAhi/NwKkLgihx/Cob+2S8Tzg4x70Vu
TNYThqHA9pGRNKhupOx0iVc69lEC1x+lAgauKehGZUhE6QGeOHiQemRQq4dq1CrlRghIUY0L
K59I6dMS0p0CjChxIKwJqB511GrGo9Vb24zSEWrx7clyh9/fLRIow9ZD5eEgT3gbmXuqrVsp
TnSMPQ/iU9yPZlyxelPXiuGLIAMwwlZCDAA0e6jtQDCIbr9roIZzcdaOqDOa04+stTBrjqXG
0RwRlImIxP5UGvbh+JEAsBVkWYnEWr6upAEan+p+7HUuWjU6vaQlUsQQ6jhQP0WqhGKMZYhm
UCAwBIIFqoUYjFMardkKAyo/AInUxBDIQcOQ5lwW7u7YO4SBCTswEu1u8q0SmIRqx4+qjvuJ
7si4Ianc5UQWpZlI/N7n8egBq6faipx+SJOwANJFnbmjqR1U1WPUnDgjGmajtSiN3bhQPyn7
yPzMBp1tSWFFASZpxLC9VL5nah/obh1EjA96MoxRAqSOplH5rZP8hmebbFCB4VKEncRGoHAy
PNFTmcKAnIralpGrd3KeyAnuTgFiAK1LVREOYfUniGJuPiRk9RRkXDVch3QMhWXBYnhdW+rp
JPZi4DoiMn5aAYKhNA0snTvzZCym7AzPMR3QO8p/MztAaYA/mRnMc5k4JqAFQgOaBfwxk4uW
OI7WpanAelMEwJqbrXIAylitZGFD5BjuRcIxgWcsCclIxMtw52CqTqvwb3VzBnunBogIh64n
8y1G/pdO9BX9SBlSMC/Dwx6SRQhSoWBorBwtVTamKDXCPBbs4SMXLAcU0gaU4FTmzRNATdSA
YCYck8CmjV8lPZBMtmYIMCmuLU+FCUCQTQ0uhInUAn7RCESKYICAqRXFaIwlOQDkCpW18xub
TE1iJYhb0Y0loIlHGJZEEVLhCJvEkKQepIYZoxIYHNfLS2hTbYEYjUO0hGcTEg2PFSMrGhYJ
gW4BDhd+C5hU3IFvEqVERjRCWNmxQYAiQqrHoLXNAjxspgF2DEFESDkvZAgENQl6OjsxvuBj
m3aWiv8ADsAUPekeyubtydgyDdo45BHSRWvmWkWBc/tXKToBdio7W2O2W6vEo7YrpDE+QylK
QOuIcNR/CtyU2gBSEWZ0ABfFUJJwcItLm4UXKWNy+PtIMH4hRLXwCGZqekgh3pRSiaFzdOEx
vmpbMzUu0f0onAAn0Ld3HLSkSADi/LJBySXDoQhYBrWRlKukM5ripaSWGfxIDSKYvQoyjFq1
OaJIAFGDfiTkMMxdamHWf2oT3QJQiHkK1TQ24x6gEZRiBI0JAYrTOLtY4j2V/Ltl9rccVx9a
E1ONQbr+PfiZfLyldi8fZUI7M9Ym5DGj+ruIQIrIgABDb3A8WDjqUZxAYxiAOPZUZyi0C+lr
H1+ZN6xpiylDcGmVjLiqFwMcfeRAeT3RcA19LoEsMuKv0aHoMs1CIpV81uVfUcBdASLAHlZE
kvgaBm91AxADBndREBSJ1T8Uz4UdZFC/6UZRIeVxlH1Y6kCCOapOSFHBLkoUqS7ZITNzbyjR
zkt2c5Ay3Ylg1Q3djFBmYUINSi+F6o6byzVC5NOCYAEvxsgZBwK8ExsqqmC60+eKrguBstn5
iBGqJZuCnMB3gS3mUiRoLkN1FbkpBwBQ8VpoNWS0xFg5KMS5OQQ0wk2FCiQBFhyxlTUfZX8Q
2ZGebU++m+Y2pQ44U8cVzGhs1x4kZxZp2PUuKv0Ha3o6olSMIPrDScvRf+tWMQXgcQVplIGJ
JLO5burajfmBI6ubo2pRkISgak5KewIgxhCjjEd5bUSKagSDwRnAcu5zPeqL1zb9K5TWlUSP
O6u9bL/Y+3oFVJ7AEuFMgOY2HFGRYyysPeTAXcsLkpgGAzzWipAqRxUgGD5/lRc8z1eoPsoE
hsCAgIu0hTV+1R0ioNepCIFvLG1ACJiHnOV2PqogUq4d7IhgB/XZTEdRP6lpixJwB+KKE5Ak
nAoRAY49DXKqiStYwqiBjVZqBJFD/WlQJLlmK3hEAwM3ibtEq1ZVcLVg9upCEqxIXLAPmQ56
LUVVubFHmGiSMe6ojc0wA5ieHqoQ8/nTBf36bdA3IWIDnipb86EcsU56N1vVP2KFOyCXUyO3
AagTwUTIEbV5SH5Vu6XJlHlfukIwnFmzdRjAaSSGPn7q7fQTgLLeDczMDmtwsQS+o/oQhWIN
sQpSi4EIkks7oiTmtAOCJNDKxRkai7H4tK5RUUDmgQzfz/eRnINI8sI2A8SYdo3Pkt0GRNcA
tALy3A82NWdarfV+VaSDInG4WZxdagAwoaMbobkqoPimwKJ6XIcWZE2BJCo1KMmIxYdansyd
jUAoyApIAl0DAMM+CaWKjk3TmnwTMyp0OVSy6vI0zqEIigxTYJsFKJtIEelT3ZDm7IJy8KMS
A1j51phERGQ6DKMeaVRk/iW3u6w0CCQysnRIDEOXW4bnLgVoriTVCEHagGKnE8u9uRMifyo6
ccShChER11QkKYBhZDUXOKEIxpib08KEwGwiDl9BqvpD6RdT3JnUSbZDuxR1U4ftTCLCFSUZ
AipYcUDgL9aERYZLjn0VV6dDIxNpVdaou3D4kSbPQGwPhTesFtyzoq9kM6AH/wBIxekVl08F
mFkqdFE/lP0MFZcE649FVZHqRkC5q6mDi1OsIyjygPVbcYhwCNXV2p8yBjy7chqI8EFIigwH
BSLliyu5xb4lUVtFkJyoLzOJ8EUBEMB9BIRFTR0QeLp9RYgLVE0III/UgSSz1CO7Ids8vsqi
4dB8gsOcH6lRyTmq1P2KG7bRL6u8obgqKEedHVY4KAAoblaRQEWKz6cuh+ilukdDLh5NOjin
ddS4jBXUjixZWbqUyC7MCyIJcEdoUUzcNc1fV4kSGjTRAdZTXA9CJqDkgGvji61EHRDmzr7a
EIig+hMTiMFGcP8AbJaRyKLF45ZJ2pnn4U86g4PRbWgAR0hum/kyIoWRjO8CxyXF+7+FGJBE
matWRg9YUIKEt2TgUA+JGMS8TemSBNwqK1c+hlXyr+foDJlwTrNWVei3nXBcekgi9FIQFrI8
Kv8ACpd5wWGSjuntbgf9KhtA9l5HCp7KrbEiyJZx9ihCAJlMt1IbUQAe8Rn9HOLPGQ5o/Epw
nTSWAzHcknxtpP50SGd8UISPNA536LjofoqWXNMelHn1cApScESNslwe4RldxZS2Z0hu2HFW
omai1wDgoPhfps6qPIt0UTrPp4rh0MrOqBFNj5EntfipAC9QE12uPOoRA7MQtwxNHYeZcRUh
GLPqsSUfmd6Df9t/zKvklMT6Fyg9aeLFlZj9qJdxkUNIiTxsjv8A8YiScOYLmcgmyZiAWccS
tUAS8hQZIFyCQCRV1qBLFMTqHFUi/nXKNOaeUnfD9qBkTTBMATkQjuRgSAXNDQ+shqZxRcw0
iwfFCcXBBoVDc9YOevo4KgVRXpt08OgJ7oh36L9GS4dNeiqdqqtel7uKI6rWZHdkSDqDDBh2
lOYLNE+luVEk1zpVOzk3IwW3tAGTkOeChtxDCIAp5LuGCaBcnK3vKvn4ph9aaxTAOUxFVZgF
KLVAcPwTgVyRhtxMpG2l1/HvwMSBR+17yhA9o083RSr+dYJnrwTkahkjE7YjxNUJPHThpRGB
DelfxkMXIfq7KbEJ6Pmj8vIu9QOr1VQdHDo49FF/byGboNOg8MUyc26KV6P7JrJnV1Wyx6Hx
FVy2xKERYIR9eTejmWohv7q9bjElS35R7NA1qrgnR5rLlTZ4r1Qal0HNkbqypEKg6KqoBBuF
KU4AvaiEIQAAyCEgdMhQcVHeINCx8yGqpzzRajDpBArbzomVXNVqgaG8e6UBOJgcTcKU4T1Q
PMws5VnCbh1KG5AMQbISGIRN+k+Qyv5FUSqdP9uh8Efq6KJlfyGiGHRtxuzngiSc26vZQi3X
1eFRYMDjmiSWCMInlGIxTMxwF0NVMmTD0/SyhOokGKO3t88O6SyoA/WuchuCLmXU6oSOF0+3
ukHIhcoExgYp/wCMnNQOzAuSzAY+JA724IyIrEB0QASRiaBlq3S5yGCEQaAMFw+jpfo6+h07
UTEW6LLgqFMaJsk+VvJJUx3YNFlpDt1KBNbA1z7ulRE5CAgKPj6y/wBOYO3YRb72pCIxL8Ai
1ZG5/wAFdurpr02FU/kN9M3RVcej+ydUVU4vkmsehnUiZvA2GSLl0dM5BznRTnLPPEIxFKl2
v7SYBw+IR24wJ0f3UZ7hEQKaRdk0A2ZP+Bfy26KGqqfMn/wHBU8iqe6r0Oq9Aq6tXNVoixYY
Lcj2pEl6flRkRFz2QSo/z7h1O8hH8mtaNmAiMcz7Sb/E/b0VT/TjLoqiy/ur9PFVuqqnTUdS
4LmDtZPI6Bx/Sj/HGsi5P+Npdcf8G2KrfopdZpwreUBbNACufUtUQ5zNf8bmsuivp8l/p7Jl
VUVb9PBUTHoGs+ZNEN/mNfoW+vybf5XT/AP0Mq+hUQV/8h4eW3+FDUZPl02H+R0/xfBFcTf/
ACSn+Nph/k/MWTxJCzzWR6c/Jb/NnJeJsrVTY5oZpiXZNYnDpt/nNQ6y4J8Oh7IfahGTtmni
X4/QU8/+Zss07sVWoRWRRZ2yK9WWR/zx7FGmoHFagCQLhclzZAyonjhZDb3ARg/+e1HWgIxA
fycwmF06aQYZp4n/ADd/LcXTFO1Vy0ZNIVz/AM+r0ctQuYAH6/pP/9k=</binary>
 <binary id="i_006.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4R+wRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAHQIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MjkAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAHQIAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAmHgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABsAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A1n7pdGm7hruCfzY/lbVi9Qc45rA5uhdJbMCA1/h/WVm5zHWgV21hrgSPY6JH5jv3
FWyMzp+Pi+5puyXbg0OrEiQ7Y54dub6bXe1vu32JKcemyuugMG47gTJDXciz98bf8C5a+JkY
v7IeDt9Q2uaGaAuku/NH0/YVTw7WP9HHdSLSATlOk1PaHH6fDa3f6/QVtjqP0mHTU7Y3bYLH
ulnvO936RnuZ6dXuYkptdIzanVOw8ibDXpVH51fEf1mLNFbKOs1iwl7GvLmggGQQ6DqquQb8
e5jrLGi0jfW9k7Nfdt092xaDMgW2Yb2wWv3sAiS120u2fvsf7NySl8rIx8XMvz7mTj0NYWNA
ADrPzKms/Oc5+zcs5nUc2trjbkOZZa822AOhoc/U+w/ufRTZ23J6h9nscBRjvFpYdN1u1uz3
e36DXIb6Gt/SkB5tkNBLQWj865v/ABce32JKbjepZDgG+s/d+bDoO4/m/u+xEpy8p4aW5VjX
PALtzg6C2R7f5apV5FZZWNtZPdjmtAc4gD3lnvZ7nfvqWK+plrvtIIrd7TUw8Qdu7cG/9BJT
pVN6lc4Mx7cnJLSJZUN7gOznemw+n/bT5X27p9+242svLdKbzIFbj/o/5v1P+mxZtf166z01
724GOyjDxMgjIFYdNm0/q/2u1/qenVa3a32P/S/4NTwqvrF1rNxep9Tdtxc4ZGVRYRuY5zA6
k0hjduz3O/QNc/8Amf0qSk1nUc11gsrtYxrXF+w1scJ/NH9X+Sg/aepbNv2o+p9KdjOJ+h6O
zb/6jRcp9WNLXVOaQSJjQOaPD2u2f2VUjC/nvtH6X092+fZvn6PpbN3o/wBrekp//9AdmITl
Fj27BJaTIhrvzt7v7KpdTpuqgQ2w1tEurId/Zf8AvPc1u7YoZWfeM2zJc4ua7aTLidGfQj/y
CA3qJGNaAGmxz9wD3TEj6Ubmf1P+DSUpvUM0NNlY2F5YbCTruDtzHn85u5v02f4RiqP6hlO2
WNcK3Vk7fTEaSW7X7/b/ADbvTZ+5WrdttQrBsb6ldljXBxLbWu0BfW/9z0fofpPz1Sy273WW
V1RU9z3sZTqxrJ9oa53t9s+96Smzdl2AfZ5b6W3azaDMD3fTP0vd/JRugvszM044cPSrb9oP
Ori047W7/p/nbvpKnj4oy7S8CxtXpu2Bjt3vYxp9xdOyt+791ehfUT6v9FGHb1b03WHILq2v
vJLDVU7Z7KnezY3IZb/O/pNn9dJTxfWGMxM669wNpcGvroYRve1oay00kB9bfR2Pdb9PZ/Oe
mtDLHROofVzB6hh1uwOodQttrxqy8vD/ALOSw05Fln0LrW+6vZ/hf0S3PrLRg3X4XV7wTjit
3p4oG70q8moUZNFuPWGPdXY39L+i/WP6R6P7iJd0n6rdQx+n9F6R05jn1ublDW+n7O14r+0Z
dz3trsuvfU2qvH9f1H/zP+CrSU+eOabKPbJdABYR+cfzm/n+5XsautgDjDK6YnQD3n6TbN37
q2PrJ9RczpxOYzPc/p35tzaH3PY2N7XZTMQh2xv/AHJqY/8Al+gtb/Fx9VenMoZ1my8Z9zju
xWbXMrqH5t3oW+/13/6az/rSSnKbjZPTcZ1+biHHZ1J5eMh3pCx23a0Y7sfMpyW+lc7+Y9Rm
N+mt/nFbzKOp9d32dDx724uPtca7rf0zX2h36Ble/wBKinHx6mV/ZaX7KvtNv/CLW+tlmJ1D
Pbj2PZaMVvpXMZZ/Nuuh7Dc2o7mP21NfX6v/AG2sN/VGfVHHa/Eed2XY2stgONkHc31GvDq6
W1M3fQr9T3pKcS+vOoe7Aza7Me0OBe24e4NM/Rtf/g37t37iXq4vpen9o0j0d0+yI43R9L8z
etvrn1k6f9b+mZb8Gndl9PhtbHCS5rz7nMuGx7q7Nuxn5/8A24ub/ZXVI+1/sTK+wTP2fbb9
Lbtn1tv83uSU/wD/0cPfjZFxotuGPaJDQ7mYDg+XbWuY5U232UWGKw8uaQK7GyDP0Xs037/d
6jF0fT8jGqttsxelYraGxZc7KsutcGhw9zX2vYxv7np1Vb7N6hg5HU+oWOxcLKqwLNwFrMZj
KLBTLt8ei31/Za9n+F/tpKc3D6N1W3p1dpiqlri1rL9tQAmD78j09te73bVNnTsttv2S3Lxc
W7ItbVXi2O9Z5L+HtZjtt9H0f3/V/t/o1Yz8NuFkP+2ZmTl3FstNtpstcRo2h9jw77L7n+rW
5r/ofy0LpucKLMWndVU6iw2tkhpILXV2OsLjusst3/z30/8AjElOlmMwun5uJ0/pmNZnQwjJ
yXuNQfY9zd9lj4LGVVsZX6f+G/S1sr9RdBmZlXROjZlOJ6Tcuus00spG0C6wCvDoxanOtf6X
2i9mQ62136xfZZauT6n9ZMS6m6ltFlN1zzXlEQ4ioNLHGh3t/WNvs3u/m9/+EWn0TBvvxOg9
NaGufj2HP6la337XVMnpVFzmn3ep6rbNjv8AReokp1bfqt0228X2+r9trqrxnZDLDL2Vsbjb
HUO3UObZ/U/lq4x+R0c9VynW+sPQqsfm3Q177IvF2+xo2142JSyn0ams+n6n760CPReDdDNu
p9wcCfIj9J/Y9NcT9buqNL+odNyaLvseRl7r7antY54oqxa8Omv1mWt9CyPVu9n8/wCxJT1H
RPrTj5GJV9ntZdRW1vqWNl72iA1rfs/6J9ft+lvQuvYfS+u15PTulZDqOoZFLi11e70g4jdt
y9jdtPr7HVP/AD/0nqemvMqj0q3PoswasuvaQXPdbWHtAM2FlmPXV9Nm76Tl1rutNr6syjDt
ba57Q52LU5ot09vpv1bS65tf/XklPP8A1XHXm/WcdL6g295x2WDLx73F/ptY0WMe/wBQ+n6X
qNx/St/wm+v0lt/WTpY6pTXj49zMfKoe59JeDtIe30H0u2bn7tP0dq27frD0oZDLuo4lzA9r
sZ2dVrZTjgtf+uta91zqvtB/m7Mf9V/nP8Kqbruj9cosHSxk2ZjmE13MqY1gLQ7+kg3WPr+j
+ke5u9JTzf8Ai+xhXk5tPUGub0zNp9DIrLQPUeHfoHU6bttGy/8AS7vSfZ+jVT9j4X/Ob/m7
6w9H1/R+0T7dn856u6P530fd/XVnFo6l0/aynK6fc17h6lRzMciYna6barqf++Kr+y+vftX9
q7sL7T6/q/0zH2bp37f5/wCht/R/uJKf/9LMIse17aWGy6HNpqa4FznEaCuPo/20Pon1Zy8p
29xu9cB7XMo02xLLKrbKt7m/m7t/pU/Tr9b1EfMu6J0bKtrw+n/braHbG5HULPVr3D6WzGxR
Rj/59tv/AJ8Run9W6p16/wCx5OQ3HYXi1mysNYxgH6xVTi17arrP/DD3/o9/84kpX7GbS59n
Uc7ExKi7aA1/2i1zW/nspxfV3N3t91j31rOvw+nV5N5x8Wzq19e2bMt32agaeqw/YKD9pya/
Rbv/AE2axn+lq/MVHrNLundUyaw4tdVa4NcAATB31Ohg2e9jt3t9iM2+gBuTlucbHVn2N97S
5sGlvvafTZ+96Ppv9L8/ZV6b0prdVyLbnNyb7GW32tJs2MLK2OcfYymuGsaxrP3FUwOp9R6V
mHN6dkPxskDYbGwd7T+ZZW/fXdV7f5uzf9BWc231cI32x6zrYAgxDw6xzWx7GtreN2z+Wsou
hpcTEHtHAHZJT1zv8ZXXrGAOx8FtwGt4qsDnfGtl3pPc5YTcnN6m25973ZFoebNznEtYywzs
prd/Ns9X6DGqllVW42Q/HuaBawgPjjUNe3/qmrU+q9GNkZd9VweA2jcPTMS/c1o3OP5iSmJy
MbFwrKTSH5jtjKnwNrBWXOybS/c71PVn0tn/AJBaP1M6bXf1FuZa1ore2ytlTGDaGgbXHY78
65/6JTyPqzTeB6d722bQHbmggDvt2lv9taX1Yr9CnM+w/rf2YNb6mgIex5sO5k+y12z+2kp2
/s1eMarMe2+sWMDm113O2AO5a0O3+nt9/tYtjotePVfc9jW/aXgkWuALyWtmLLG+9zHNb9Dc
ql32R+ObGD0rC99trHS5o9Ut9Opn/GXfzVaJ0F2yvIvue1oYXUVvdoXvB2ZV8fm01f0ej/ir
klPlX1n6c3pH1kzsKtv6JlnqUyNTXaBkVt/s+p6f9hC9Rn2XZ29P6EaT9GV1f196Y3rvXca/
ocZV7qjj5dTXNHpOpP6F1znO21Osrfs2vd/g1gf82uv7/s32TI8J2tjnd9Pd6O3d/wAMkp//
08kYWNkYmQ997QWnaK9znQ6PZfX+Zsfte36KyRZZU8Ey17SAIMEEH2OG1W8rqmZm3sDmerdu
cWQCSS8gu9s+/crGD9U83Lv9TqVrcCozspdra4xOxtf+D2/vWpKYdVdb13IquprdZkPqrZcy
BpZX+idb7fob69itn6uPJYMi0U1NguaDvs4gtDmD0WtfG/6S2m9Ow+mYRbi7aQ4y8NLnOO0H
3vcdqq+pc5/puLjI3NAkDy9z/pbklOJ9caMTC6ZjVYlZaXXuJe6XOIDPzn/2lz/R8f7X1LHx
nA7H2DeeIa33P/6LVsfXLI2jG6buD3VzfYZBLSR6TWGP3trnqh9WgTluuYdawSB56cpKb315
xms6lRmVfRyWbHAdjXAb/wCBPYq/1Pe13ULqzrupgGNYa9ui0/rOx+V0kXOIa7Esba4u09rw
adrdv0n73VLC+qub9j6/iWE7W2OOPYSARFo9KXh/t9tmx6SnvKWkD0dsuJ3FkEEj7v3VXbVU
M/OyfUOP9nDBTawhr2wz1C3f/hPc/wDm7PYjtZm1F1rcoveIEAD6Om/t9FAzSKuo5dAHqMyq
anh0/Qhmz9Iz+V9JJTc6TV1nqLbGVZVFjaMUkm2kiH2Nc1tjXMsd+kx93qV/o2b3rAxLnOpr
tN+S4VtGnqkidvuY/wBUW/ztf5i6X6qMst6IMltrwcu1wZWwiC1n6Cr1dHbt7vUs2Lmaem9S
ZiVY4YfTzrqaMfJ4bGS4MZZtP0fSl/0/3ElPZfVzHyT0LArveAbajkObDXe657r/AHb9v+De
z+WtT7BVO6WzMboZxxuRLMYMeKKmu9JjfTqbucAA0BjP5O1jG/nKXoPmd9UR9H3TP9ed27/r
SSn/1NyjpeHjUtqwahjtr0e+JfZ+b6j7X+/1P/A0Oyqpr5+z7rGHSxztTP5zWy76S1H0ubU+
xlgJf7Np7GQ/duWW/EvFzGsreYbuBYdC76bn8/8AQSUt6+RWRvqFrX/RrbDQBo8Ntn3f11VL
OoiwNsxGOpsIDjOoAj85rneza72K0XZB3uc2G7hodJHDQ0fyUC3OqAgP2ubqYJ7R7UlPnn1y
rLPrFlt01bWZHbcxroVr6q1udj5NgB0e1oPAOm/+tv8Aah/WvFtt+sthqa++3MFdtTGtL3PL
2huytjfdZ7mOXoP1N+oIwenVX9dhl9r932UHQAgCqu8j/CfvMrSU4+L0TO63i5WJTS9wsYaz
ZoKw6PaXus2/zbv7azB/ie+tRrl92E0D802v7fS1FO1e0VU00sbVU0MY0Q1jRAA8mj2pn+jS
11ljgxgHvc92kcfnH2pKfO8zDGNnY3TupZeNh32sb6Yc/dLGgt9fT6LHek53v9CtWuvfVLqg
qZ1DpOZj3bWbLReAwO3D7M51Vji6n6LtrKrXM/S/4RcZ9Y8zrH7VyfrG+kY32uqttYsgPrc1
votbRQ93rMd+h/636nqKeH9dbMamjIbkPOZU1zn1X2WXUufHp/zb7G7bLNr/AG/Q/Tf6StJT
2GH0OrpeLRi7d9lDQ1w22OO4D3/zFbmP2v8A+3FzXWqr6OvtzGA142DeXMocSNA5mVXtY8D9
GzIvyGs9T6C7v6ldSd1j6tYmW612RkNDqclxBkWMP0XaDdtrdV7/APv65r6z4ltXXshhg+ox
+Qxo1Pp3Bv8AOfuenlY2Qkp7R7mZDG20vP6SLG2FkghwDm/nM8f5abfVs3SPU27N210bv6v7
n8neo4VNjcHGqFpAbRW2YB/Marfl2/e7pKf/1eqtcBvqBgbjGsyR+d/mtUWXBlrSIDoO0njh
Nl5Dr3u9oYyTtDdBr+dp9JyqdPrsyMt7LAW10h7nQdXBoJSUp2Hc4b/XMR7dogj/AKW33Ib8
HCx8XItydoqA9S+2zQCPzv5P8jYrwBcA2IIGg8AuX+uf23qdvTPq/gaW59jrLXH6IbWdgfYf
9FT+kvekp6X6j3dCzarepYPpPzAPQbTzdTTWXbWFri/Z6r7H3fov0T/UVzrXX7+nWv8AtmMR
j1j1arp2h0Eboe79F/1qz9KrP1a6T0b6v9KOPgatrG/KynD32uaPdbY7/wA91/mK7n9T6XV0
2/JynsfiNp9W1rwHNdW8HY1zHfS9b6GxJTPpmfT1PGp6jjGca+sPrnQ687h+8zauW+s31ls/
adnS2OZViV1l1xe6H3WFm+jGoZ9L097q/tL/ANxQ+r31pxsDodGDkMc1uLSKxaAA0MYPc90f
us/kf9WuR6Lhdd+seXm9QxqiB1K0sbnXy2muqs7nsaNbLtv836Vf6L/viUqvMt6hVbgdbNWF
6THVj7R9CyuZ3YdrvSYzMpZ+jx/1n08yn/AeqxZbfqkWspz7Q7Gw7bmsqxbzOQ+uHWPsf6TW
toZ7Ws2WfpV6VZ9UxX0YU4vpZnV6qjTj5+UILJ936vDbPTdv/mdyxOh0s69VTjZLTXS1m6xo
JdYy6l/pZM2/ne8f5liSnOyOsZ99GPhseMbErYQzExwKqwAT+a3a53t9yzLhjOfVdkVMyK63
MJ9UgNDfU3P9Td/gXbv035n+kXpVf1U6IAC7HBcGlp1J0I+j793isnK+qIwupM6t0l5dc1pr
ODYR6Lw8/pHbo/Rb6vUrs3121/npKdvodvUsnD9fqbSyx7t1QO0H0y1p+jX9Bu76C0JbP8Vn
YWRjCmrFxsPJwW1t1psYfSrAA/Q1XhzqHt/0f2eyxiteqd27+T/5ikp//9bscXpzt4lnqP72
OPtGvg0qxdi42Lf61bdhure17pkEwANPoqy77TUS3HtZaQf5q/2kj9316R7P+uUWKD7zsIzM
d9PYPI9Ssf8AXad+xv8AxrKUlIqjR6hLQHOcQRHcTaJbx/JXKfW3d0+3E6vXTNlIswnx4Wfp
KfV/zf0Tv+EXW4VTXb7qrK763GW2VkPAIP0dzPasH6y/Wr6vU3N6NltGY7JsbVlVj2Mra5zf
0j3vj1Njnb/0f9f1ElOP9TLuo5L39dynBnTaA/Gp5Yb7rfY+z9x7cf8Ama3O/wCF9NcxmMyX
ZOzIuIpx3CkW3AhznPf6e/a3e6y1rj6m/cus651Oh2VjdJxKn0dN6a1oZUAGAuZurbYOf7H9
Rc1iYzuo9SqxXuAyX5L8zImf0eNiz6TLdPZbdc3ZXs/9GpKdTrWNjD9oU1h1WDVUbC0ODHvc
2fSoG36NO/0v/Pa6z6r9bweo4WPhssZVn49DPXwgNkFg9OyzHYPa+je3d+j/AJr/AAq5P6x4
fUBl47bIazIta+t/O5tZHscxw2O9G3ZY/eqHoZNORVY+5wNLm2NewbXtsb9Gxt/0vd/hElPr
dThuZqA2RM6DVebfV3JZ0Y1Oc6yjaXsyK6yHbxv3em5j936T2+/at7p/Xuk2Y/rdVte66633
B5L6q3DWuyhv+AZ/U9T07P5tY3186X9k6hR1iqRVluY8uZqwkE/amu5/n22U5dVv/hn/AINJ
T3PR85+f02jKc3bY8FtgHZ7HOqdx+/t3otxdw7SddfuXPfVR2L1H6u4xc9zjTdeyxlVtjNrw
/carfRfXvdscy39J/pFqsx6KC807h6pBeHPfZq0EN2C99np/S/waSl5fuPEDxTT7foPidnA8
f5yN381/LS3mCBE8kn/Yib3Ru0mI7fBJT//X9LcAS6P7uEEw1+4Txrt5hIWHXb2MmVB9uoOg
/wBv/kUlPl3X/rN1wdcyPf8AYnY1rmVQxtbtu72vc+PVs31+1z9/82ms+umdZSxnWMTD6tjt
EFt1YLoJd767Hb/d+7/Nr0TM6N07OeLMrGqveNC57QZHg+f3V5/9efqvV0qr7ZhAsxLbQw44
aSBY73NdW/6Wx3+Dr2JKdGzO6X1HEo6tRgZtf2mdtlIruG5jtlldtb3ttoey36P+Ds/0nqKv
9SOmsx/rU7Lqyqs2oNsfaKyQ8OP8291T5sc2j3f8Wsz6s5Dv+bl+ObDUW50ERueGj0rbW1N3
M9P1Po2/+lFjte/p/XK7MT1Gtqu9ukOLXHaW8bve1ySn1L/GJbWOj4twc2m2nMY9lr2lzGDb
Z6jra2+99dk+/wD7cXIYufjZbXY+dWGWtAc2ykl9T26+2vcBez+pYtrP+uPQMrGbhdIyG2dQ
D2m2s1ONWxp/WPfs+yP9Nv8AhPof6O1Vi/By2bsnFr3VgE5eK40WiZ2mPfjO/wAxJTQ6/i9K
Z9XssvyGuycX07MYAwfWJhlb4+na+l9n6F/5n5i5F7vtGFSzOyL2YlLy+Gj1NoI2bq8d9tTN
znbWLpr+hdFyPTONmvdkUQ1tOWPTI3fnVuZ+r27v3vUrWtg/VLojay7qt9lu4gCtoFVLJHHr
VC6u1zv+N2JKed6D9Y87puMK+iYGRfVUH2XsbY8bpP8AScmmrfU9/pM/wdP6LZ/O3LtvqV9a
LPrN0612TUKsvEc1tjm/zdjX7vTtbo1rLPZsur/65+f6aqt/xZ/VttjMip2Wxh99bGXjbr3q
tDN3/SXS4mLi4GKMbCoZj0t1La2hsu0b6ln51lvt99j0lMnVHXYQPM6iDyf5Tv3UX0Gxt3O8
d0+77/8AViGXP3tDY8CZiB5BS9V3EDjnySU//9Du99rGx9NwGgkNcf8A0X/57Ua8qpzhWXem
8/4K32OOv5m4+lb/ANYusUiA5xIMFN6ZLS0waydQdUlJywjQ7mnmDoPxTFpD9zTrzPgqsMqB
9JxpB5aw+w/9Zfvq/wCgxMch4OoDh+/Udp/7ZtLq3f2Lq0lOF9ZOndPZ1HC6jmOGPhNc5uY5
gcxrnu1rszX443spd/NvyP8ArVv6NZV/1a6F1e9+X0nJqqqw2G7J+wtJxor3WClsuNNeVaz/
AEV9ns/wS7WtxtafScHA6Fjhsd/23Zt3f2N6G5xrJYWgN13VlsNg6Pa5n0ff+ekp8gZ1XPy7
XDpldXTun1k7KKXV45Fb+12RuGVlbm/T9XIf/YWxi3ZHUcuvp1Hq59nol5rdYz1aHC6+i9mX
b7K8hu6uvIZkXfrH2fIr9T1VpZf+LLot177K8rJx6nuLhQ0Nc1g7MY53u2tW90XoHSOi0hmD
URbt225DnbrLD7vddG1n536P2exJTxN2FfiPczM9Rr6RL6Xw0gOn0rPzWWV2v/0b/wAxSozj
04m6jINLmiXQ4iZP0drPpf8AFr0S2qq+r072NuqBBax4mDPLUBnR+m12F7cSs2us9fe9u47z
H6Vm76D3bfzUlIPqjZ1O/pr8zNZ6TbXRi1OlrtjfpZFu36HrOd+jZ+4tey1zfpVWaak1xaP+
h6V//gKj7u8ydT/qU25wE+HeUlMq7WWa1FtkcidRH77fps/ttUps3Ts7eIQXCmxwe5oL2EFr
u4jj3/SRd2s7vd+KSn//2f/tJ45QaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVH
HAIAAAIAIQA4QklNBCUAAAAAABDhX8stC+rtGS5qy9lj436FOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAA
AAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAElu
dGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQA
AAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARG
BDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAM
YnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnBy
aW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NN
Ym9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJv
b2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdC
QwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBn
UHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3Ag
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblBy
aW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRs
b25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAA
AAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+A
AAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAA
AQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAAB
AC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAAB
OEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////
/////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////
////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAA
AAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklN
BB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAADIAAAAh0AAAAFAGkAXwAw
ADAANQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAACHQAAAyAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdodGxvbmcAAAIdAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2Jq
YwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25n
AAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAA
AFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAA
AFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcA
AAMgAAAAAFJnaHRsb25nAAACHQAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAA
AAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hU
TUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xp
Y2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRB
bGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlw
ZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAA
AAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAA
AAAeQgAAAAEAAABsAAAAoAAAAUQAAMqAAAAeJgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFk
b2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwR
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABsAwEiAAIRAQMR
Af/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAA
AAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGh
sUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieU
pIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYF
NQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLS
RJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eH
l6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A1n7pdGm7hruCfzY/lbVi9Qc45rA5uhdJbMCA1/h/WVm5zHWg
V21hrgSPY6JH5jv3FWyMzp+Pi+5puyXbg0OrEiQ7Y54dub6bXe1vu32JKcemyuugMG47gTJD
Xciz98bf8C5a+JkYv7IeDt9Q2uaGaAuku/NH0/YVTw7WP9HHdSLSATlOk1PaHH6fDa3f6/QV
tjqP0mHTU7Y3bYLHulnvO936RnuZ6dXuYkptdIzanVOw8ibDXpVH51fEf1mLNFbKOs1iwl7G
vLmggGQQ6DqquQb8e5jrLGi0jfW9k7Nfdt092xaDMgW2Yb2wWv3sAiS120u2fvsf7NySl8rI
x8XMvz7mTj0NYWNAADrPzKms/Oc5+zcs5nUc2trjbkOZZa822AOhoc/U+w/ufRTZ23J6h9ns
cBRjvFpYdN1u1uz3e36DXIb6Gt/SkB5tkNBLQWj865v/ABce32JKbjepZDgG+s/d+bDoO4/m
/u+xEpy8p4aW5VjXPALtzg6C2R7f5apV5FZZWNtZPdjmtAc4gD3lnvZ7nfvqWK+plrvtIIrd
7TUw8Qdu7cG/9BJTpVN6lc4Mx7cnJLSJZUN7gOznemw+n/bT5X27p9+242svLdKbzIFbj/o/
5v1P+mxZtf166z01724GOyjDxMgjIFYdNm0/q/2u1/qenVa3a32P/S/4NTwqvrF1rNxep9Td
txc4ZGVRYRuY5zA6k0hjduz3O/QNc/8Amf0qSk1nUc11gsrtYxrXF+w1scJ/NH9X+Sg/aepb
Nv2o+p9KdjOJ+h6Ozb/6jRcp9WNLXVOaQSJjQOaPD2u2f2VUjC/nvtH6X092+fZvn6PpbN3o
/wBrekp//9AdmITlFj27BJaTIhrvzt7v7KpdTpuqgQ2w1tEurId/Zf8AvPc1u7YoZWfeM2zJ
c4ua7aTLidGfQj/yCA3qJGNaAGmxz9wD3TEj6Ubmf1P+DSUpvUM0NNlY2F5YbCTruDtzHn85
u5v02f4RiqP6hlO2WNcK3Vk7fTEaSW7X7/b/ADbvTZ+5WrdttQrBsb6ldljXBxLbWu0BfW/9
z0fofpPz1Sy273WWV1RU9z3sZTqxrJ9oa53t9s+96Smzdl2AfZ5b6W3azaDMD3fTP0vd/JRu
gvszM044cPSrb9oPOri047W7/p/nbvpKnj4oy7S8CxtXpu2Bjt3vYxp9xdOyt+791ehfUT6v
9FGHb1b03WHILq2vvJLDVU7Z7KnezY3IZb/O/pNn9dJTxfWGMxM669wNpcGvroYRve1oay00
kB9bfR2Pdb9PZ/OemtDLHROofVzB6hh1uwOodQttrxqy8vD/ALOSw05Fln0LrW+6vZ/hf0S3
PrLRg3X4XV7wTjit3p4oG70q8moUZNFuPWGPdXY39L+i/WP6R6P7iJd0n6rdQx+n9F6R05jn
1ublDW+n7O14r+0Zdz3trsuvfU2qvH9f1H/zP+CrSU+eOabKPbJdABYR+cfzm/n+5XsautgD
jDK6YnQD3n6TbN37q2PrJ9RczpxOYzPc/p35tzaH3PY2N7XZTMQh2xv/AHJqY/8Al+gtb/Fx
9VenMoZ1my8Z9zjuxWbXMrqH5t3oW+/13/6az/rSSnKbjZPTcZ1+biHHZ1J5eMh3pCx23a0Y
7sfMpyW+lc7+Y9RmN+mt/nFbzKOp9d32dDx724uPtca7rf0zX2h36Ble/wBKinHx6mV/ZaX7
KvtNv/CLW+tlmJ1DPbj2PZaMVvpXMZZ/Nuuh7Dc2o7mP21NfX6v/AG2sN/VGfVHHa/Eed2XY
2stgONkHc31GvDq6W1M3fQr9T3pKcS+vOoe7Aza7Me0OBe24e4NM/Rtf/g37t37iXq4vpen9
o0j0d0+yI43R9L8zetvrn1k6f9b+mZb8Gndl9PhtbHCS5rz7nMuGx7q7Nuxn5/8A24ub/ZXV
I+1/sTK+wTP2fbb9Lbtn1tv83uSU/wD/0cPfjZFxotuGPaJDQ7mYDg+XbWuY5U232UWGKw8u
aQK7GyDP0Xs037/d6jF0fT8jGqttsxelYraGxZc7KsutcGhw9zX2vYxv7np1Vb7N6hg5HU+o
WOxcLKqwLNwFrMZjKLBTLt8ei31/Za9n+F/tpKc3D6N1W3p1dpiqlri1rL9tQAmD78j09te7
3bVNnTsttv2S3LxcW7ItbVXi2O9Z5L+HtZjtt9H0f3/V/t/o1Yz8NuFkP+2ZmTl3FstNtpst
cRo2h9jw77L7n+rW5r/ofy0LpucKLMWndVU6iw2tkhpILXV2OsLjusst3/z30/8AjElOlmMw
un5uJ0/pmNZnQwjJyXuNQfY9zd9lj4LGVVsZX6f+G/S1sr9RdBmZlXROjZlOJ6Tcuus00spG
0C6wCvDoxanOtf6X2i9mQ62136xfZZauT6n9ZMS6m6ltFlN1zzXlEQ4ioNLHGh3t/WNvs3u/
m9/+EWn0TBvvxOg9NaGufj2HP6la337XVMnpVFzmn3ep6rbNjv8AReokp1bfqt0228X2+r9t
rqrxnZDLDL2VsbjbHUO3UObZ/U/lq4x+R0c9VynW+sPQqsfm3Q177IvF2+xo2142JSyn0ams
+n6n760CPReDdDNup9wcCfIj9J/Y9NcT9buqNL+odNyaLvseRl7r7antY54oqxa8Omv1mWt9
CyPVu9n8/wCxJT1HRPrTj5GJV9ntZdRW1vqWNl72iA1rfs/6J9ft+lvQuvYfS+u15PTulZDq
OoZFLi11e70g4jdty9jdtPr7HVP/AD/0nqemvMqj0q3PoswasuvaQXPdbWHtAM2FlmPXV9Nm
76Tl1rutNr6syjDtba57Q52LU5ot09vpv1bS65tf/XklPP8A1XHXm/WcdL6g295x2WDLx73F
/ptY0WMe/wBQ+n6XqNx/St/wm+v0lt/WTpY6pTXj49zMfKoe59JeDtIe30H0u2bn7tP0dq27
frD0oZDLuo4lzA9rsZ2dVrZTjgtf+uta91zqvtB/m7Mf9V/nP8Kqbruj9cosHSxk2ZjmE13M
qY1gLQ7+kg3WPr+j+ke5u9JTzf8Ai+xhXk5tPUGub0zNp9DIrLQPUeHfoHU6bttGy/8AS7vS
fZ+jVT9j4X/Ob/m76w9H1/R+0T7dn856u6P530fd/XVnFo6l0/aynK6fc17h6lRzMciYna6b
arqf++Kr+y+vftX9q7sL7T6/q/0zH2bp37f5/wCht/R/uJKf/9LMIse17aWGy6HNpqa4FznE
aCuPo/20Pon1Zy8p29xu9cB7XMo02xLLKrbKt7m/m7t/pU/Tr9b1EfMu6J0bKtrw+n/braHb
G5HULPVr3D6WzGxRRj/59tv/AJ8Run9W6p16/wCx5OQ3HYXi1mysNYxgH6xVTi17arrP/DD3
/o9/84kpX7GbS59nUc7ExKi7aA1/2i1zW/nspxfV3N3t91j31rOvw+nV5N5x8Wzq19e2bMt3
2agaeqw/YKD9pya/Rbv/AE2axn+lq/MVHrNLundUyaw4tdVa4NcAATB31Ohg2e9jt3t9iM2+
gBuTlucbHVn2N97S5sGlvvafTZ+96Ppv9L8/ZV6b0prdVyLbnNyb7GW32tJs2MLK2OcfYymu
GsaxrP3FUwOp9R6VmHN6dkPxskDYbGwd7T+ZZW/fXdV7f5uzf9BWc231cI32x6zrYAgxDw6x
zWx7GtreN2z+WsouhpcTEHtHAHZJT1zv8ZXXrGAOx8FtwGt4qsDnfGtl3pPc5YTcnN6m2597
3ZFoebNznEtYywzsprd/Ns9X6DGqllVW42Q/HuaBawgPjjUNe3/qmrU+q9GNkZd9VweA2jcP
TMS/c1o3OP5iSmJyMbFwrKTSH5jtjKnwNrBWXOybS/c71PVn0tn/AJBaP1M6bXf1FuZa1ore
2ytlTGDaGgbXHY7865/6JTyPqzTeB6d722bQHbmggDvt2lv9taX1Yr9CnM+w/rf2YNb6mgIe
x5sO5k+y12z+2kp2/s1eMarMe2+sWMDm113O2AO5a0O3+nt9/tYtjotePVfc9jW/aXgkWuAL
yWtmLLG+9zHNb9Dcql32R+ObGD0rC99trHS5o9Ut9Opn/GXfzVaJ0F2yvIvue1oYXUVvdoXv
B2ZV8fm01f0ej/irklPlX1n6c3pH1kzsKtv6JlnqUyNTXaBkVt/s+p6f9hC9Rn2XZ29P6EaT
9GV1f196Y3rvXca/ocZV7qjj5dTXNHpOpP6F1znO21Osrfs2vd/g1gf82uv7/s32TI8J2tjn
d9Pd6O3d/wAMkp//08kYWNkYmQ997QWnaK9znQ6PZfX+Zsfte36KyRZZU8Ey17SAIMEEH2OG
1W8rqmZm3sDmerducWQCSS8gu9s+/crGD9U83Lv9TqVrcCozspdra4xOxtf+D2/vWpKYdVdb
13IquprdZkPqrZcyBpZX+idb7fob69itn6uPJYMi0U1NguaDvs4gtDmD0WtfG/6S2m9Ow+mY
Rbi7aQ4y8NLnOO0H3vcdqq+pc5/puLjI3NAkDy9z/pbklOJ9caMTC6ZjVYlZaXXuJe6XOIDP
zn/2lz/R8f7X1LHxnA7H2DeeIa33P/6LVsfXLI2jG6buD3VzfYZBLSR6TWGP3trnqh9WgTlu
uYdawSB56cpKb315xms6lRmVfRyWbHAdjXAb/wCBPYq/1Pe13ULqzrupgGNYa9ui0/rOx+V0
kXOIa7Esba4u09rwadrdv0n73VLC+qub9j6/iWE7W2OOPYSARFo9KXh/t9tmx6SnvKWkD0ds
uJ3FkEEj7v3VXbVUM/OyfUOP9nDBTawhr2wz1C3f/hPc/wDm7PYjtZm1F1rcoveIEAD6Om/t
9FAzSKuo5dAHqMyqanh0/Qhmz9Iz+V9JJTc6TV1nqLbGVZVFjaMUkm2kiH2Nc1tjXMsd+kx9
3qV/o2b3rAxLnOprtN+S4VtGnqkidvuY/wBUW/ztf5i6X6qMst6IMltrwcu1wZWwiC1n6Cr1
dHbt7vUs2Lmaem9SZiVY4YfTzrqaMfJ4bGS4MZZtP0fSl/0/3ElPZfVzHyT0LArveAbajkOb
DXe657r/AHb9v+Dez+WtT7BVO6WzMboZxxuRLMYMeKKmu9JjfTqbucAA0BjP5O1jG/nKXoPm
d9UR9H3TP9ed27/rSSn/1NyjpeHjUtqwahjtr0e+JfZ+b6j7X+/1P/A0Oyqpr5+z7rGHSxzt
TP5zWy76S1H0ubU+xlgJf7Np7GQ/duWW/EvFzGsreYbuBYdC76bn8/8AQSUt6+RWRvqFrX/R
rbDQBo8Ntn3f11VLOoiwNsxGOpsIDjOoAj85rneza72K0XZB3uc2G7hodJHDQ0fyUC3OqAgP
2ubqYJ7R7UlPnn1yrLPrFlt01bWZHbcxroVr6q1udj5NgB0e1oPAOm/+tv8Aah/WvFtt+sth
qa++3MFdtTGtL3PL2huytjfdZ7mOXoP1N+oIwenVX9dhl9r932UHQAgCqu8j/CfvMrSU4+L0
TO63i5WJTS9wsYazZoKw6PaXus2/zbv7azB/ie+tRrl92E0D802v7fS1FO1e0VU00sbVU0MY
0Q1jRAA8mj2pn+jS11ljgxgHvc92kcfnH2pKfO8zDGNnY3TupZeNh32sb6Yc/dLGgt9fT6LH
ek53v9CtWuvfVLqgqZ1DpOZj3bWbLReAwO3D7M51Vji6n6LtrKrXM/S/4RcZ9Y8zrH7VyfrG
+kY32uqttYsgPrc1votbRQ93rMd+h/636nqKeH9dbMamjIbkPOZU1zn1X2WXUufHp/zb7G7b
LNr/AG/Q/Tf6StJT2GH0OrpeLRi7d9lDQ1w22OO4D3/zFbmP2v8A+3FzXWqr6OvtzGA142De
XMocSNA5mVXtY8D9GzIvyGs9T6C7v6ldSd1j6tYmW612RkNDqclxBkWMP0XaDdtrdV7/APv6
5r6z4ltXXshhg+ox+Qxo1Pp3Bv8AOfuenlY2Qkp7R7mZDG20vP6SLG2FkghwDm/nM8f5abfV
s3SPU27N210bv6v7n8neo4VNjcHGqFpAbRW2YB/Marfl2/e7pKf/1eqtcBvqBgbjGsyR+d/m
tUWXBlrSIDoO0njhNl5Dr3u9oYyTtDdBr+dp9JyqdPrsyMt7LAW10h7nQdXBoJSUp2Hc4b/X
MR7dogj/AKW33Ib8HCx8XItydoqA9S+2zQCPzv5P8jYrwBcA2IIGg8AuX+uf23qdvTPq/gaW
59jrLXH6IbWdgfYf9FT+kvekp6X6j3dCzarepYPpPzAPQbTzdTTWXbWFri/Z6r7H3fov0T/U
VzrXX7+nWv8AtmMRj1j1arp2h0Eboe79F/1qz9KrP1a6T0b6v9KOPgatrG/KynD32uaPdbY7
/wA91/mK7n9T6XV02/JynsfiNp9W1rwHNdW8HY1zHfS9b6GxJTPpmfT1PGp6jjGca+sPrnQ6
87h+8zauW+s31ls/adnS2OZViV1l1xe6H3WFm+jGoZ9L097q/tL/ANxQ+r31pxsDodGDkMc1
uLSKxaAA0MYPc90fus/kf9WuR6Lhdd+seXm9QxqiB1K0sbnXy2muqs7nsaNbLtv836Vf6L/v
iUqvMt6hVbgdbNWF6THVj7R9CyuZ3YdrvSYzMpZ+jx/1n08yn/AeqxZbfqkWspz7Q7Gw7bms
qxbzOQ+uHWPsf6TWtoZ7Ws2WfpV6VZ9UxX0YU4vpZnV6qjTj5+UILJ936vDbPTdv/mdyxOh0
s69VTjZLTXS1m6xoJdYy6l/pZM2/ne8f5liSnOyOsZ99GPhseMbErYQzExwKqwAT+a3a53t9
yzLhjOfVdkVMyK63MJ9UgNDfU3P9Td/gXbv035n+kXpVf1U6IAC7HBcGlp1J0I+j793isnK+
qIwupM6t0l5dc1prODYR6Lw8/pHbo/Rb6vUrs3121/npKdvodvUsnD9fqbSyx7t1QO0H0y1p
+jX9Bu76C0JbP8VnYWRjCmrFxsPJwW1t1psYfSrAA/Q1XhzqHt/0f2eyxiteqd27+T/5ikp/
/9bscXpzt4lnqP72OPtGvg0qxdi42Lf61bdhure17pkEwANPoqy77TUS3HtZaQf5q/2kj931
6R7P+uUWKD7zsIzMd9PYPI9Ssf8AXad+xv8AxrKUlIqjR6hLQHOcQRHcTaJbx/JXKfW3d0+3
E6vXTNlIswnx4WfpKfV/zf0Tv+EXW4VTXb7qrK763GW2VkPAIP0dzPasH6y/Wr6vU3N6NltG
Y7JsbVlVj2Mra5zf0j3vj1Njnb/0f9f1ElOP9TLuo5L39dynBnTaA/Gp5Yb7rfY+z9x7cf8A
ma3O/wCF9NcxmMyXZOzIuIpx3CkW3AhznPf6e/a3e6y1rj6m/cus651Oh2VjdJxKn0dN6a1o
ZUAGAuZurbYOf7H9Rc1iYzuo9SqxXuAyX5L8zImf0eNiz6TLdPZbdc3ZXs/9GpKdTrWNjD9o
U1h1WDVUbC0ODHvc2fSoG36NO/0v/Pa6z6r9bweo4WPhssZVn49DPXwgNkFg9OyzHYPa+je3
d+j/AJr/AAq5P6x4fUBl47bIazIta+t/O5tZHscxw2O9G3ZY/eqHoZNORVY+5wNLm2NewbXt
sb9Gxt/0vd/hElPrdThuZqA2RM6DVebfV3JZ0Y1Oc6yjaXsyK6yHbxv3em5j936T2+/at7p/
Xuk2Y/rdVte66633B5L6q3DWuyhv+AZ/U9T07P5tY3186X9k6hR1iqRVluY8uZqwkE/amu5/
n22U5dVv/hn/AINJT3PR85+f02jKc3bY8FtgHZ7HOqdx+/t3otxdw7SddfuXPfVR2L1H6u4x
c9zjTdeyxlVtjNrw/carfRfXvdscy39J/pFqsx6KC807h6pBeHPfZq0EN2C99np/S/waSl5f
uPEDxTT7foPidnA8f5yN381/LS3mCBE8kn/Yib3Ru0mI7fBJT//X9LcAS6P7uEEw1+4Txrt5
hIWHXb2MmVB9uoOg/wBv/kUlPl3X/rN1wdcyPf8AYnY1rmVQxtbtu72vc+PVs31+1z9/82ms
+umdZSxnWMTD6tjtEFt1YLoJd767Hb/d+7/Nr0TM6N07OeLMrGqveNC57QZHg+f3V5/9efqv
V0qr7ZhAsxLbQw44aSBY73NdW/6Wx3+Dr2JKdGzO6X1HEo6tRgZtf2mdtlIruG5jtlldtb3t
toey36P+Ds/0nqKv9SOmsx/rU7Lqyqs2oNsfaKyQ8OP8291T5sc2j3f8Wsz6s5Dv+bl+ObDU
W50ERueGj0rbW1N3M9P1Po2/+lFjte/p/XK7MT1Gtqu9ukOLXHaW8bve1ySn1L/GJbWOj4tw
c2m2nMY9lr2lzGDbZ6jra2+99dk+/wD7cXIYufjZbXY+dWGWtAc2ykl9T26+2vcBez+pYtrP
+uPQMrGbhdIyG2dQD2m2s1ONWxp/WPfs+yP9Nv8AhPof6O1Vi/By2bsnFr3VgE5eK40WiZ2m
PfjO/wAxJTQ6/i9KZ9XssvyGuycX07MYAwfWJhlb4+na+l9n6F/5n5i5F7vtGFSzOyL2YlLy
+Gj1NoI2bq8d9tTNznbWLpr+hdFyPTONmvdkUQ1tOWPTI3fnVuZ+r27v3vUrWtg/VLojay7q
t9lu4gCtoFVLJHHrVC6u1zv+N2JKed6D9Y87puMK+iYGRfVUH2XsbY8bpP8AScmmrfU9/pM/
wdP6LZ/O3LtvqV9aLPrN0612TUKsvEc1tjm/zdjX7vTtbo1rLPZsur/65+f6aqt/xZ/VttjM
ip2Wxh99bGXjbr3qtDN3/SXS4mLi4GKMbCoZj0t1La2hsu0b6ln51lvt99j0lMnVHXYQPM6i
Dyf5Tv3UX0Gxt3O8d0+77/8AViGXP3tDY8CZiB5BS9V3EDjnySU//9Du99rGx9NwGgkNcf8A
0X/57Ua8qpzhWXem8/4K32OOv5m4+lb/ANYusUiA5xIMFN6ZLS0waydQdUlJywjQ7mnmDoPx
TFpD9zTrzPgqsMqB9JxpB5aw+w/9Zfvq/wCgxMch4OoDh+/Udp/7ZtLq3f2Lq0lOF9ZOndPZ
1HC6jmOGPhNc5uY5gcxrnu1rszX443spd/NvyP8ArVv6NZV/1a6F1e9+X0nJqqqw2G7J+wtJ
xor3WClsuNNeVaz/AEV9ns/wS7WtxtafScHA6Fjhsd/23Zt3f2N6G5xrJYWgN13VlsNg6Pa5
n0ff+ekp8gZ1XPy7XDpldXTun1k7KKXV45Fb+12RuGVlbm/T9XIf/YWxi3ZHUcuvp1Hq59no
l5rdYz1aHC6+i9mXb7K8hu6uvIZkXfrH2fIr9T1VpZf+LLot177K8rJx6nuLhQ0Nc1g7MY53
u2tW90XoHSOi0hmDURbt225DnbrLD7vddG1n536P2exJTxN2FfiPczM9Rr6RL6Xw0gOn0rPz
WWV2v/0b/wAxSozj04m6jINLmiXQ4iZP0drPpf8AFr0S2qq+r072NuqBBax4mDPLUBnR+m12
F7cSs2us9fe9u47zH6Vm76D3bfzUlIPqjZ1O/pr8zNZ6TbXRi1OlrtjfpZFu36HrOd+jZ+4t
ey1zfpVWaak1xaP+h6V//gKj7u8ydT/qU25wE+HeUlMq7WWa1FtkcidRH77fps/ttUps3Ts7
eIQXCmxwe5oL2EFru4jj3/SRd2s7vd+KSn//2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQA
bwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDqtodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVN
ME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6
bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAx
NS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8v
d3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlv
biByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
IiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6
c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMi
IHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3Vy
Y2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIg
eG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4
bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wOkNyZWF0
ZURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTg6MzI6MjUrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4
LTEyLTI4VDE5OjA1OjI5KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5
OjA1OjI5KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjY4ZGZiZTgzLThiNDYt
NDA0Yi1hOGNhLWM5MmYzMzczMWUzYiIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6
cGhvdG9zaG9wOjY1YWU4ZTM5LTBhYmEtMTFlOS1hNmY3LWVlODhjNTFiNWFkYiIgeG1wTU06
T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjMyOEE4MzRCNUNERDExRTQ5Q0FERkE5MDI3
NEMxNjY5IiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMi
PiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDozMjhBODM0
ODVDREQxMUU0OUNBREZBOTAyNzRDMTY2OSIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDoz
MjhBODM0OTVDREQxMUU0OUNBREZBOTAyNzRDMTY2OSIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJk
ZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDpmMWRmYTkyOC1hMWYzLWRhNDktYjIwMy05MjI1NmQ3NWE0YzYiIHN0RXZ0Ondo
ZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MjkrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFk
b2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8
cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
NjhkZmJlODMtOGI0Ni00MDRiLWE4Y2EtYzkyZjMzNzMxZTNiIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4
LTEyLTI4VDE5OjA1OjI5KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90
b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2Vx
PiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4
bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAA
AAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgDIAIdAwEiAAIRAQMRAf/EAKwA
AAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAIEAQMFBgAHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgICAgMA
AQQDAAABAgMEABESBSETIgYxFEEVEDIjIKBCJBYwM0MRAAEEAQMCAgYIBQQBAwQDAQEAESEC
MUESA1FhcSKBMkJyghMQkVJikqLCBKGy0uIj8LHB8hQg0TMw8UNj4VNz0xIBAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA06bqS4KbSIkhKs1ha6l0yirsGLKvEjMluinqCazi4tr4
bxoRMiimvkC0QBXt4+8ApooidlDIwyWYUavPsmuGURpnmSaVS9ZpRlAaxZQmyWTUbBYRm3Xk
ia0Zlw7UmJqW594yAqD9SVBrwisa44jB0VRQR6LSiCAWovXFnkHRU1rS8KKx2qrxqaGJsgIs
okVXUG03ivDaRQZIXrFmxh6Y2iwoKaOdoFvPX0FzFcFgRIRVGWTRaSEVD/qvEHN5WJyVhcBN
6TAJWVAU2gGHvAVXyUCwBXaUm75YBuukRsU4DWtAWvMDPuIiip8SqlkCNNN0ThigCLQKnkPG
0K0ns7WoENChw9TYsMKs8+UaiL5AgIUSRPjIEWqzwEBZ6u0O0Ky7w3haD+oZLLF5i83poi4p
vlfj8D4/AQcgCNJ09BUBVARZT5g8wNhTQznmdq5royCAmnS34Ua9QMLXoEr03ERFhLuS8OUm
JU5mvErMpFSBXFxWgKSx4Or0HmVWjy9sDqtAngIhswbJdx8M6/LwBO3s5REYJWsu3sXpRePW
lUyAFVyJNe0qa8oQHYsI8nZWXXoKE0+8earoGKh1AbBqKVHhGSEyKfXmVJUjIrkbK1LYloZG
wDm6eMA2qY7V4CWBEVmSFmaCLvVgMADItdX4uKjxODvYY4k84YxTJpT1jJyfQZGsJI6SQvQ8
kevUqNetOTTpaoKpEiLBEsXcUKfDI8oRlrGYyXrUyMVkkWaGDYNaWdeEIeFpAj2tjNkO5Wwe
y9fGKbPWHmKtoyaurrOWg0yz1NwdVdpR4rSGJ8VsVMF2LrJh9F5IhjK6MGEbDLYSpGxUkeq9
WV0lI8AiaVTFBVbURbToQZtWnmlNdqhZepaTEiAN1J6SEj0gOVs1FMFAdJieElTceBwry9VI
y7rIA0uPM73o+P6oxuP1gMhqggwtAWvAy6Lay+yBPBdITVahq9JxuWdxxujWKVbihnDcsMVh
cePzAB1gb6OjlFgqWjdi9IYqvidDVYpLVQVbC5TTaRSXpBGQGDpkiIEtosgiuyDpmpYFq9gj
gaNrAGs3pucOj6ziuzPm25hXl4NeKvVSFcquON5LJoAHZmT0jEmTy/R80KsL1j+3zOidoBwL
YvTwfOB6vmCqsFi+5O86DLcUKmUzHKgrDeznS1ehQcqvAZosEJ3O8JSFpSJ2h1lAsXtgym72
zK6GrrSq4pB57ZXOfw+jpHNbF1DUH1JlZelmmQt9C5U5wdLxn1uUFb5d0TqVkHFNJj5ry5Xn
athm6dRDBIUnYW4dhfi6C5y7eYRbRcib9FtRVBCAHvEvIEEJiMBS6UUvIB3LCW13wKV6K4Hh
vJNqQi9nmv2GPsF/hWMnb57VKMTQzSvZwrzrk8PNHOpp1QKwaMvlu5zjmwpyDttrmdwfmuA0
z5waVUbDuSvL65oMTJCTey0lzttHh+2OZzumoMK/pGzDAoK6rqwa/eC8Ajo2WmRqZkmhTFQU
+sIZQg0FZg8UdIYzDVIGfu6QFqe8QsWOUAvpnE6O4iWdLysjLCmwb0KVi2rgvGnEQQk4Zz/t
vME8XW400meak6DR5LSNxi20optM4FqiCqs4LfqXyvthXA7zkzPYGg1BGgvYG4oT2MoAPQei
RIto0iuNeky/aNIhc5rnLn0dweyogYsJKG27mdkVyuYfO73IG/oBYFImRWbJVzHSZZuZGlkk
P4r41NBGs3jNDtFSZp8H1OifIva2QC6myd3AmVemgzOc7ms4f2iiW9NzfXnS5RPHz+h3JNdB
qgrtceEatMTNp6GDD91qZj6Mpm1Xg2jzOIsaiN2gcz1eL0gOfq55mXN2HtXmEDpbszZM3IYa
OgifHj9BF3iKKc7VC5Pofn57RS8dFqcKZ2k4mqFnvwN7eG4X8H3jZ8j6Vbpyxe6kUVcUPFUJ
n0+rNF9R0ZvzWTm81pU7fyih0LHFsHX5GeoPCgyZpG+YpdMmZ4aF4jVoZxoM4zRTu4egbCq1
gws1zRWhvYp1m3k2nHdZyvajXqWAYIwvek5noeYvE8HecOcLpoOSLVWKenyN8WWvyjRbyXjY
aRVN2tS8Xq3VDPW1rTnsTuefOVgiJdRrOgjBrBpmDdErDzFOqJ519B7RwyN51ZsrrYzxO5Ok
ApkG+hQ1Wsdohd3LHU4gJpPVNvNiQOsS0SKHKxa3y435Kw46HRMY7kwYCQp9eNaaF5rZudmG
7Wn04n64SrG6CkfoxVjfqQ1DzDOkczYCA2jYJEMXGfGgYlbNRM+krz288IAMdbzWBqoqiLgI
DxVCy1xlU9E6V5LuKVVmRWQ1Hg947To/k+gfSF8TaKYbTLEKsAYUxtUrXZoK21tMStZ2DBz2
rBGphY0OjzNwzbdFcBhGDYrRuFGbng9KnxxfOdxxIBR4tjxDJBWa0eqLpi0zkWKy3TGwlm+D
KR6OgzT6e8wi0EyaMekex2wE9QWzKqZoKC9JFcwFBVkWeEtrmwpBisDTzrywGaSt2oDUNDNC
AoB0FtsPosDfF7V9ETH1Qdq1wbKzQ7XW+JfOPo/GnNH7xMxI9AeNQFoHYTtNoA2TD0NDxS5h
1mmtkZpuI58DzaTAk1WuPWpyU+dWFKWaxUx8SBQTE+PQdZ4gMisoJuotNpW0SF7QKKSg8BSO
aKDhq6NBlbwoFtTVYF1BhWLMjGlnPi2D0CB84iysMq7C70WDjnbZ5kbWJlnXZ3KyPu4GgMox
uGEt0fPlHveIcSgfoYsF2W6ShWuTQzdPLKq5gCyu0CJkmRgmYEMPQXEHjUY0jOd9q3HN+6BE
xvajIs1XadIqSR0eUTgeds5ICzCpddXSdBZYoX13ifLlep5YEytK5tA7nndnBKhYTPBJkWBa
dG9iawHK9nyIpXaseYXvH4CsvXpE9cBjqLmSCPoIMTBkZNLO6HGFfRBMxJ6Jg6m+i0C4IPFB
lYXZoZ4vQjy2qAu2vaPULMgULXmV1OBtj661YyOdkGrxXRNmDHZ+OF9165mrXVhKssGRZ6C0
YEu0M0jsMW4jASY8KuUMhEFopHrjxuPCmD2HIFIe8eOm09fW6bqGyicn4wCH0Fg+k6n3iIL0
jEEBWLFhlou0F+wkibTHM6JoVrSNZGxyhtW5FZou8/YaDOTpnR0ViemDApag5QrgLbNNYxk9
fJBifBlT40dnmHhWq8RfSX0RZfcMxdRkS4BAnj+p5MoMJPFHi/d5/qjQourOTQ6HnyZjx46/
HUNovlcn4KJIBmkjL968e8VZlMeYMh63pTlc/vOHLoEy+KoMvrOW7koagjx+sK59JxUdAiL+
rULQmkAPVEnVAyarAw7eweupgtAZKxIC4lLirleu5IoIZIMLRnpMLaGY94z+Z7DkiAsAGYg6
LVxulFRvrF7vMBVNUGM1VA+k4kLs0WjvS42kW8L1vIgOJOgjbUV9rzXTlFkCXeoMt9V45oM8
BxasRkKKysDIBl7VEnrpBi5YrglwoHxZ4oK5Myrk9zBImJJKu80NFJsZsWsLOT6znRKoxDGJ
Hex4XsxZdqBVi2StpTSM5ZzNNpOykTKsjfHRkzue6vmBV3NfGkLUDrdIrRcqzDGILwqg4YTg
ri2SudfSOe22gGyzGSy2gy1SygXgCIpYpD8VwE25hiJF48M1ljiDxqWhcDb4iK7COaVLxEAZ
PUctsHSxURaEeF3l7Q+f3MQsvC4y3sbozol5EHE3cEWjoKDn7WyOtrtEoBgQL5EtAfHzx3T3
TCvZoDgLCirRgzXbfEGFReatxXU8qVCVgK7RC/N9Ty5jz7wBj4LSz9I059BaMSWTWRzKutlH
iGD1oGdTpZWsK+gSHFLAk38wHQxXDF3Mfpg/XkVU6NxkYTWee1+e3jtqpg9XcBE0WFtV8CMC
AarVhRBCeFcg6iEEL7Cm5dcbWKChd0QLl3Sec6rmTBn3iPFAW3ibI+JQAUgMNJtiHNfQYPnv
vpLB8yn6YJy7u8sZUOkUaLrwhz3YQfMKPpWEZu3DgmD9YqxX459Rm0wNivx2reNrBrWgVgx4
urgjOiwAjrvKBNItimT1irAckBFV8ldtFhaIQTEiTzXU8SZ0xB7xST0WHsDcjcAWpsGbrXSe
g4BmuSYsgGs+TMZFXSN7WwmzpWeRZOkxEd0uQh4zKtXxnG9By1RVAKNwPdJzPVASclQXeFiv
IzItgVfqEppsElVpc8ZiXLlSX+AC+apLJGCo4rLuP6/nTBIvET6Bvfyu7MXdZZKzs8CXvECf
gfF4iYkX4DZxznN3AaH5zJOlhfRId56k0en+cfSRz1kAhbWckFtQmys0XdHhdGVxbBReRBei
BQ6hHF7VyobZE19WgRscvMqp6Be8gKZKgsFXwyNVI5nMyceRXC2hudgUaEyD5aBz3vHvD4L3
vHvegms8U5aH3DkC6LGMeJA1a8+DWpSAY7Xgtc+lxBECYCHL9jwozbWyN9Bh7RM+8F6IJGSM
2D8XUHWAYESBeJaVtFIprLQrIsposE3CbFEtqoxtJgTmOxPZPFAhwsZRMQaAz4H1NpZ73gYB
QawKPFLmQ0W5gvnModJjCsXVkFDxP0HKtN3HyETUoUgay3KDPs07zpH8Ws3YCw8XoJEvClDC
pM+gAx8GEQWQNoqLEiLDFZTFpATJA1sLgL4nTG7aQg0zBnpWIGtZlInZW8h1ZDNVx4SXKOV0
OcLNyuk5rzGadD5PqjFsf5clR7rTgtnQUPHSYESIcxB6m6svoqtHbUXzoHl7yfTBESIpS4Ar
U1QegBLqwkKykybabyCAT0wYJDJ7k2+dPMJMncbieqV+s8UZG9ByOP8AQcU47veF+hDnhIhJ
jOMLN9kmndcuMp2bZzNWjB6XINI17TCG5Y8wFopJ3gLP1i8AqaKlvVmV1PEdYNyEhQMkTNZY
pKYUDAFdtQdNclzlT4qVcBT7wMx4kTxjm0brCPpqu4T70E+iT3vQQFlJw/V8prnSHmOA8/pc
yc+wnqmjmFSB0odGeYLKMRdag6EBTNRLR1DNuavEa9eBBXboOc5L6Yocf1CSp1k1aopU4meM
PBj4RKm0QYLxFF/jNu9cP2SQn4oPRFhFTCwfKdRyZmdXh9yaYZ1ho2JMhVrZp0ML55sYjfGF
pLsDdi3hzltDFA0GeuOZ6vzhMRIYkIhw30bjzx5WyaugjoBzEhe948JCersqE0dfxy2hr1CZ
33FkjAYkIgAXFZ2tihsGYpayY3PgBrZAptsIFTRUKeK73mivWxNEsqzrR5rmN86Dl+o4E01A
zhkabh2zSUAtoVM/XV1zo7A8FIGSUSTHoJ4DvuJM7VrM6R3kto1ZRfJj0k+gT0RJWM+B9AFk
BIQFBPpgUYIAoG4hsbCFXEyYHwZegmaiDXtqBzNKk5caaCyoagu1p2yOZ2sIyaLQIYeqOpSJ
Az3VdQTx3kj6LHN74x6ZPeiT0TB7ju048WeRuG9XCgb3+R6A1PegKPCR6YA9PioTAGCsAKID
FNwsMjKmPSQNlYS94CMM0ldsAetG4PxEIGzWclj9zyZi9At35bmP8mMrhJmFTIFBydQq3SJt
ogI2VuitbRm9sfOuhOm9KI7KVQ7iNaJyAlljp57Y7qY2ub/qs41fY0mxXkWmlHhJAhIP3gZ8
YMmBSWjUVMKoG0GS2OTSYa99Ysu1QXNKNElX4IZgrUouD0gUMrFvrGFnssQ0sjpDnXsfqB9F
7MCyXc4um6CaGKgTsaNtNHbLNMTBn0GPzvccaYbxVGjr87vnQKOCUWWQKlfAETIE+8TIwT6s
i7wwPjNBbNJEJ6RGHZrgLXqrmmGS6NH6SBlEY5tXJPa3PunY4mhnmYzUwSk9SV115Ro9thbx
TS7ecqn0XPl9pWFFDdBUciG2gZ0aqSh0r/Ebxtc90K5xKT2eMdBzdZ9MiPBAQkxHiI9AMx4i
ysgoiQvCQ9XdWR4oIiRIAxDkfEKHiDK2CR2R8O8dWslIih1pmYj0K5zdmkiQk2gZM+sOm67j
u1J9ZBT8/wDovDE25moeCwxJbSpFrgaJ5vqFTnWExOge5qTPCzwRxvnRPc9J03slc3vVWgRP
gPGIJeEKRqLS8Q9BAQUSB4oAiyomYXMrld/liyIMgTsK5mCzVxFztn/nfUHSI8zUdJhUbpzi
fTeD6rm98bmqS7i+v4kwB3fC+vgrnWVUWFkleeupuOCXYVGGVGSrTy4NlbIsNEM6o1akAN/t
/lXXHWQcEBaAMGQm7BEQUDMeEORgISA8J1hAUmdyXdZhxY7lBjk9SRUNotQysB1XLap1+boK
iWezlBtZJncaXz7qTfHPuGeW36DjD6agw69pIoaUYGqs+8aXy0QituIsIinN0qRJinw9r8/J
uc89eZnSR1gwJCCQyekJJKPBQQl3pEMYEs9XIYeg94CA8UFNLkC6ml447L7fnTDBlMi9e07S
JTM2nUg5wGlgeh57VO1aR1CMfa5spvx2Tfv5ox/I0nDjrer8ceHSImad15lHubRgW9CRzWX3
Unzq7vqzj9/VgvgJPDIniGCfQoOzURYVXi/0CHMERHhCGRJ8BBeiSIOQJnwmtpVnB52/lmcT
yh2lALFR+pMxdygofVYOlZ41A7ujjtE1WKPDM1kXhaoTalWdDPMsGkC2kW3p2D85MGyefplf
jgDxiSJeAiysKJgj3vBemCPEBaatwZCJYAySQwFEyD6YC8MBlXIE+8VkXhTH6IDk12sw0Fer
1D5xT2/JCV9LJmbXSYpaGFUb9+DYdQnivFlNwC5reLxXIukwLLKSNh3mWjXvxrzavx94CJE9
ISe96D0x4j0+Jn3iIkA4mQDIQvI1Gl6hsAogKQkOPQQU+BGwQfekELIObq3+eN0GTEltXOM+
zcWOcwZXJImCrZzvHR810XMG3ZmaRTUxWVy6oX1L2loGB4GVQqF3joNoTKQZg9YmuPijYNxB
ERMEFIkxAjQlWe8JEiQFKuiQo2NJohnSPTSwRHqw4GC2BkgfeK8bdg4U+uA47on2S7M0Fz5v
W2qNPYwGwWHYNK+1zd20NApzNeTj3ejzTmrn2jCH2sZFOs8ZHTsSMTXIXggsiIJrkxIXIAuW
oNA0nT0eEtAxPQXgILwFgiHHiJ8MgLNyLsDUOhnyMwdpTBAHNJE+Hx6YEMqvGTyP0VQ+eVfR
Kz56x39whoXeAs9BAl48VVhC7Eit5kB73gpEiJ949E+PEEheCC2B8egvHvCRBT4MfQWeCQo9
B4/SD6YIGPEwIhzV4tCPFVbHgWlKzSrqvKoagWCyomYg96fATMEe9AUgR6Yk9EET6YBKDBi6
sj3jI9Mg+mD3pg96fERIk+CQpCSSAg/BB//aAAgBAgABBQD/ANVJ/9oACAEDAAEFAP8A1Un/
2gAIAQEAAQUA8spC7UKV4lsK6JXmJBxSNlMRJbJ9GuQoNfisvqX32a5Zpq7mN439NaqSoQIb
IAFqL4U5yrAhsOgCocTxcYpipVpGOBmGeWeOqphSopNipFHgMewpVadcM9tkjRLMcs8d+uQb
EGGeDSz1uZniGNbQIbgbPfHv3wcntQkR3oSXkBKyrtpk5CVCvOIky12yKWJAZoiRbjybs0Q1
ZorCuiAGAkFCGARk0WMUZYSpIp0SOUupFDK6hhqVSNBeW83pZdNHFtFfTZNEP1nUkwLxMyn3
WXaOexO6I0qempJ7I0AbLMXiXfFwYTWnZsC7HEgtGHE0ZQMNAlsiCtJHr1sSuXyvCIAYEZjC
PTH2NoEQDTEqFAKkySLnschCSWYnAZCrCVVjSRpJASEiJHuG2mc4/uJWOTXGTCrAKJXCRzF9
OR+sTkDCHB2B5ftyBXmkZh2c0GTdhJI8HYyos3ZXXKXJ1Pnk5AAYthZBhAXGYsWJ028LaSRl
5vIVrBwQBGmGTkOaNk0ULpNHGIaBiMcXyFk6WQAAwlsgkYNVlD5yAOxl2EOjaK60scIQ1iBE
29XNERld1gQZrHFZ5DJNENkuAHkXY3pSoYjjgdyUVuTvFiyhWiRJAQoLLzKpvAm1Y8cMewFB
KkMXdWADszA6lLMFfzy5Kh0HQS4tdRhg4Aw7wwhRyTUjEnfAOys3KLiVOPEVLniGI4MBt9ep
9aGv1676dizS2ebM5f8AVpMUMZUrakGjrZPh0G4ppGVJQys5UlnC2U03/tCurxNpUkYLdkLG
FXLM7Bb9ksa53jlgsQPHSEgBMDAMCWQDR4jY3jbDx69ZTR5aZtDGBZUUBGXyzxgISDH7Xz0z
riOWx3AB8jbhQoZBsBQQXL6/GIFGaHtDRMZAgGl2XAZTzLEuZ5Bpz/yUex5GXi/sBVVatVRy
0gCy2gyjmGhqOQ4mkImtvsAHHdTmtAM0TRu2bU4+hk8RdXUxkOCYxtSQFlKsUVEiu2/RDAst
h4ogmNKAXZyzEkewoRJyROW2T5GVuSMrFyvJHZTyLkDQDjSEg8wuV4p7co+tTMydFrI+oijP
YRQx5fhLMzAqroAzlsPEHaKD8QSxAj3hKQ5y+Y8FiTgCnCEGcguGUgyrsCAsiUTj1izyRFUg
jmeMonJ4Y5TJIwYhFSokLYSgyZEOB1ZSqEAjWvEMwjEFhSOXJgyg2YBJkNbREYRXbJdNIxXh
2cpkeohQIxKsQcLtyWKVyqFcWEOkVUjBUcLJVjUOGUeuQLKToJzHNdtsskbnIFEq9JXEETTx
KK11ZzMSsdm+nMSrGhmAuuDG5RpGCtvxtgRiHljmQCRzx5fNpEIeRSZZYSIrUe45lbLEjBqr
+0FRsKxNuyYELyFoLAaJ6289AUGqXyWk4aGr624jY0S8SpjniqSOGLqcceIpRkb7DNsSOQas
hkBAIcsDKd5YnKoAsklWMI0krunEnOQytI8aWP8AeKVdrPvHsPqGX/p7YsmIbHI3GxJq1nmR
YJThpxCJJ6xW1cjhFruHjzouwDL3vdooNp/bJYkkyXRxZFUc15cNFGBIHID4mWYlY4pHHok5
MJEyWKUqQxQQlleOWPEro4jjRApYCSdIz2ZV0jCExaU27U7zRW2ieOVGR3WRQyAVrCTNKGEV
OeeVnjked43Ugqx47zemgbY0xDEarfGwByIIBtbXLKh2rwFwVCoprrnFBkNfkrzRpn7PuC19
SyTxAOu0AVFd+IM6KPaxWJFBrs0aR2dp2juKkd+ZEey7LHIoL9pKyPZlYB5FGyWr1jYlk69g
kQWPJHWTCUTAV3OEMYTckbuY/e3vNqMY86MXlAdZ48lkWRZLjo8VneS3oo0lssXd3OJo5HPX
ihkSGVVrSOteq0KDmV7H2rHUZxiTECKIIDHEuShyrtopOpDuhPv4ZGS8cyBZIX3Y5KMUhmty
BGQGRYCTFGjsyQoAiFh+uwSSN2ZUKAo7PwOwQuBiWAdzJEVKRAMjf9Fcrkc+j2EhkqBmAjjH
65fRU6Ee+fV9TPfsdp1bUZegi/6zE8XZBGeZx0bj7X5fsORDInFSRmovcTGsgkBL8SIzxLPo
aQ4daJLYACoQMUrkB43JhRleESMAHjwWGVuxkVVhWJ40VVMhnGQz8nmJbJ2R2AOyw0UJEU7r
iiJk4cbij5SFFa+oYryCRyFVEzs6qI8iK8XtMp9hdpDxAUgLM25Gl9SyRkRShmmaJiuuXI4p
JCKcKKyyxGNqEBnybpTCDGSV5K/1vrZ4IO56hba1ozVglJKyxJMjV3QKj8PQ7SSgg7O1JA9j
e08ipIYsCc0ThORhOUihjPGFCcVwDlIZOKMwL1DAwkkaI15UsRyKkNuxEjvJL4RmBkBIAIYN
oepWMZhbGCl1kCt7Az1YyIwedvkVJUuex4oULmNF0FjbltSsmziwhjKoiwye0SDZVU4Acl9Y
A0q4qjlCjMTGI8L6McRAKRAMFS3T66eEp1dsrP8AW4d1Oi66B7n2mjUWpeuWaX7BbJexZi91
isVkOfUZWnj1JLGch0ZVjiOch7GRdMQuEsRGh5BEUoNySuNvxLORsSFSjHF1pZjHJanRhX5Q
WOznDOLEHCU88k/EcjuGQ8pLUUai7GuD1SqEKsixbkJXKl8RxUSGucDog52QYHjxVABi7dqX
VnTdVHKLP14sl2CWGRyQI+RMoCk+05yco43kRKsJGjV3jZAgUxu6guCJ4Wd6arZiuUvsCYx+
wRlOtkmqSdHUjbtLMkNQ/GAI6khnIhO4JhAbdlpcImfFgYsqE56J98+QdVKq6PgkePDEHDgo
x5yEO3J3Bc+cLopjsNuUIzu+0B2rc1UFvXGCoIDGNOLcnbJQxEaABUUOQNFAWHErC5310fJf
W6hUAW8pEk8ZkxY/YkPbR1rEvdu46+WS1Jsxw9tXhtwSKqGJxyiAYMu8kUEnwayEDQICcWSJ
tFVVnZCzRl3F2arFB200MaWrE7oGatPbVYLt2a1bn5kGLhheQASKxaIlWPFVGmK/GNW1puLw
SqTFIoKjIy5CVo2D1YyJIIkicTFvQSCCSCCUQEvC3KZCAiAB9M0aAmXfMNocORQKkEi8lddl
HKY5BA2WfwsblTUiiEBJKlX1bgkYrGjt3JIgLuxaaVh9WlWJLsyxVIO7E9jsKqEEEt7OJ5GQ
OWUlTqFuJ9qFVTCzhFiJVggynBYleXp5wCojk7GWH0JfspABHB1fQVDNPZ6clpevsqr1pcWP
g7vKpRxLHFGysVRGmsJnvT1XzIqOLCzRNFJisA2ygM0S5YuBwiAKy/KaIEpWmxgyBD7RKAqE
xadUOL5JGi68cDFcUlg0XqRkOlfQOgp3ok8YFEj1IiIuSBDISGXnncI9ex11r2Pbo8AYpVz6
lYjSx3cyx9cS6yddOJqzxalMZUKXGMVYa3k6LGryjIACrbUAtLnX9HPKKlKGqnauFNln9UHZ
hCRQYSzxzD67wVfWpDVomyXrYnzsegco4aFmhdS02hNbOxM5X2D0icHLt5i9KYiSWUh1IZZO
C47IXikWRNE4SocuEJZZ2jiWOOciSMVLBxqkkYQAD4EFThCnIXbhNOGVXHEcdu4UKI9StEwq
gc64eSFOssvidNEFNbrqrfb01YoI89z7DVEeKshbpuovT2u3jb+rlQh+uk9cz/7yBSjlExmi
YCyUx5p5isjAJabjBFJabrOlgqpof47wsiLI7wAowCRJGeUcfVXWq2FfkObsx/GvHb9ehMte
yktkyISS4/6NntT1yOy5YR/bH8cBV0rsAZlRnRfW0WinJFxnjLSx7xEkZixAIGq9tg90x+gy
EhkLAjQU7aKEOLNZYy6jiIi2BW29VY44+umsy0frTh4a0UI0P8fYIZGkvVP2esodZZr3a6xS
TRdX1ysoRBLGkizfW+s5yddE9exWmqvJKzo4VF8seZUFlOGUles66zcfquqhoxgD/BYDO8ia
eWGtHHl3rIwr1HRqvXtKecEDp2k0YH2TUjTbjZgqW5RKLY4lhHuKhV4WaojHFOE78TYf2Jrx
E+sjd43kf5mQvJBKEjd5Wwq8bxPyje36mEqTQyRogqGNZb9oFIl9mKSAgD4zIrpM4axP7X4F
n6uJEMpQz9SsViam3u7MaOAHNZLbRLPZR8ohzMTL8midD1liV034/YjJ7ftFMXTiVpZ6da0n
ZdG0Ty05pBJ0F+Nf6i+obrrgzr+lsTN1lCCpDrefgF5NcXfLjkk/JwHBeIsoQKGUyRlo40PZ
0K89Tvo3im7OGUbLG3GGW0xVq3YPGlu4ZU02pWV3lSLZjCMItHei3yw/kj/h7XXGdpF6/wCa
WK8jGKORBLaLPy8FAFCKMfTYQAFU7jJRAF2Y2hr9cZHFooletbr1af179maaB1lT+B4E9lT3
8mit6KMUrHOStT+xvCtPveumlWeJkutS9ccMHZ36XXLUwKceEau9f7Ipe1s1pR9kh4t3zOev
nSaKJAqYAMYZPHOgmEmbQTw6d7EhCun/ACIEcfc3Vys4WWa4iq98k9P2azLM5d78IjPnknDW
k0XIIYHACCCgw7JTceGV3WCdkMk+g1qYFbjq9W28ryM4klRgUbiRO7YAJRPAipBSM6SR8CnP
cYAlkblFWhEYlj2Z18fVouHWIsEJDDUs7BgN3Llj0oL0bpK5hMqQTxdb1RsvdqWEf+vrLY6S
klar+BFciZ/yGDaudTUuL2P16xAUpymekEhirWxxEiEGWNce9WVu6+xXYT1Xa9nO80WmRh7J
ACGlPGQ8o7cvslg5DJ5SWJbfVTtXtgODMKkrjrKDLF0XWMP6TpfTyBDKxEgIwkKuth9HARxQ
88krOI5KzrXj2GpvEBKgDMOSes6WOMZzKmBFnjMcswbmjj1tkFZrEtxVjlViY3+Mc9Z5BQll
o9VWry2mJVcd1RKMhsTfZbk/p/ZnTOuvvPLYjiD9ZHSqVL1gS50vWyzMoVVdgqV5Eed3CAHY
IGFVItdfXnx66xEHSfuaPbdtJG9Tu4YUfv1ZJe5L5UtJNBDUcyOrK3pBSdNVmYCY6iicuc02
qIY2i8bxdlXZ5ZBIrxc+XKbY1pmbR2A4XTceIP8AzkD8CzAUroaS6yMfYQIw4w2HI5kFHctO
AyqNETPHIl+UCW40hirBz1nWtEO3rRBoIHSKKsXET1KJszm7YjAhieVAe9tyxdd9aaSXLlKK
0T0FRhY+tlQta1PXarMEiqTSGh2cM8iykNcshYqcvrZTLM6HSGVAffCc0NzVopsn6l9NRlhj
tGX2tvZYk+3Y6yxxsRK/tljUmRmZlVGjmRlmll8BtghSYGaKT692L9gbvXtIvYUnjmKlY+Ph
XHFpmdymRVwYpavEtzBDjFKjAxBkZmWMbMaF8/RkOfpNGqo+jr1I6KErmwBEBkFaWZ+t6x4R
/wDqjv3XllTsY3WPsyyw1rM5qU1rie2WCHR+0Wdp0cDQ0icXWAnbxo+f10QaZY44Prgkkv60
blwFxMzslspGewcZCJJ2gr8SMZgold2VVJT7J1UteZnJze18rlN2EgKuvl19Q0khQdr1X7LS
VZo2KsAkLHJ5IVT6hGY4o3zv6gaCVgp9g5TI/GKVEJtwsEkk0plEErCZSwYMVUqv/MxvsiIZ
RpexFoRkz9chENBUCULTuOmkL0+mrQrbfqYV6+zHO0t1IxP2MrQCUsrxRlus61lxOK1jMz4E
XTON9lI1rs4Y+EQGDF8g7MgO8unhV+vVzXNmQhJYEXF7Ck8qy1lRXjIBZSl2VcS67kyoBNcj
UwdszvZqw3IO36iWhOAAEypC8kyo/rkLqNku7awSLux6JT2qiOdp3C0aclh6zJFFDZfgWWet
2YVX5ryCBsniCusoU1rrq37EjRiIu7wesmLeJGDi1SxXprr5T667WBr1YmNvrYEX7DCMftbD
JPO5M166+SsXl63aVBvUhCTz0ZQ1fp0hC2FsTRW0BsTrBcNqRmvWZIq/RQe68QNged6IIAgT
CDkw5GhEnCZtn7De3ibVh2cgNbuahKTVpAYnjxZSMk7MRmrAzSUqrbik0tqtF2Kdv0s3Xya1
n1jrDYyVwBOCV5ApI45vLFxQq47Z4pnqUKz5SQwOyktDIGCWmTO3cPZ2MfnoyN7a1WvNZ/ql
R4K3OL+tuxmv1UwFPpVEhr9PVR/sFeGeT7Swef7LPaSONJwK1LgJevqrLbsTJUoylXirla0f
O3AyGI+Mu1TzrPKIxUeRu1nEBr9g7yBWcx1hw+y2jy+sV0EIA0BrABkmwijSg59lttFD1w/+
F2lgQRWJZLdgKSfUFDx5HYtQij2ymOi5sRyVoWyBooSLshKSsywzookWKxD2fTW6snVWx+pN
6gwbk09ZwQvLHUA+xRkzadZSj1kM5LjTbUjXquyl5ub7P1ufgn12todd1lYJJ10caXqRS13T
kSd1YMRtSz1XdmLRgxiu5EVQmOPrvZEkJLx0gyVgEdL6PkYLqJlit1JI+CRiONtsOLFbNgQr
dlisKhYP1gWVG1GvZSi12HUKsVcKSeJGOQoh24TCpB+xkTXV4RVvsN15mRCxETESpIEEZ1+u
7itUMk8cJgDyszlxuOU5G7zmOONRFY4YWrWS3XxDJ6TAgACR1eM1SxsVzBFI7DC/IjSmGxNC
I+yYNFNFNl21HDA+mzxym7i9I8tud1IdshskRVZ7AVyZHfwKkSEaVTTotOEqwwmdOJgkVWSu
YpbdhERWIAVywLRCYpYkRymPfMaw34JFaaBYr1g2HqR1Y4m4PN0UQSLv7IiodVEJrxrBlima
MCRGyWP2AqFVSCDvEl/Y+wdt2rIaXbU0Re26ZQvb9RuTsulmM/YxRtHfnA6ghHSU5agPH2sX
ijaNKs4XEl2st3m1QGIxdossikET0uTR0pAUgCmeKu69zXjSBOZK81wiXk7O2BJYjJM7AL44
vxZwcUAmIjY69jhhjrRl3wFmFQRkrRhLpGFSRCSsUZe6iQSp2bGCcGR9EZriJDkUfMohU3EC
SCUAx3pY1kflKJXA6uvzn61Qkn2efPrtF0CAaMKMDSQE/tRlGZsOhgkRgZCnb34ppwi8Mmf4
cmGAuE5njxJNYSEVJVGRBDHbeuXSv7FEkkLRTuyLVn9na3b8dexJbRen7yCGvP8AarQl/wDs
nYjB9n7NSn2bsXxJL9qtF1DyPP8AWpVSboLSNJ1VtWHTWWd+jnUv0dgL/TXOIhBUBiFQEtLH
WrWJZJ3fgEEwGLccZUnFiGPeMVXJ7OnsP7nfwU2MbbYziMNdfnBbkUr2XsEg9q7XmyMoBLFA
DnTSrzs9zEoi/RsQU6jRlUCkkAEkY0qDGsrsiaU7WFOwoTy9hfIrrLwLLydnfiwGgGJESKQ7
BAL9Irb7uSTPbyNG1wkr2oGSSojFJuziea5KxNNL0MlSenjOz5U7OSAVL8UwqKJC8HOGz2Rg
xPtF6MRfariF/tHYSEfZr2x9oscD3lvh/wDYrXp+JAOlMmhzLCd0SNpDpdvg0goWmqvP2k7B
bMzQSFuOn5yqOQDYfGWQdsH2GCiOKV3i6eY0pTUrF2dgn5IkVorDxTyuXZZXR+i+wwzIrI4K
llemDjxQRH9kgmRysttYjB3hez2V2WzLIxdCCcDMCkRkRIicMLxkq3B1kLis7AuoHVoJp3rR
yoxuVRD3T4vaQsVmgBM0DKxgYWqfWuIPrlIZWh4lW5p30C17BHLAGYKFGBnOD5NGCF0vrOlR
GZgoCsDlsEo8pQKeahAchgkxKcqsiAB32Yjtw64oOnI05LZDTtNlX6pYlZZOj6trn2J5RFqc
kaKHlkpG+XAKdKCrEgrlL7DfrGn9uqOIe06+cSTw5NdowGx9hoa7fuYbEajzGHQS+A3MCIM8
gKLB10gWZq4FVZgrtaiyeUSk7B68rCkUbOB8hLUhlaaidwUm3+i5ApFMWtFGaI0a6Kpfccn2
Ws00DhVIGzsK0XI5GylyrMNjiSFf2K0p2WGlFmxvOD7gpzymDro0eUok1pGdAdIqOXRAirFJ
IY+pvMjfXpZIVp9JQEnfmI3PsN6wnOZgyEmlWaLLWhPsHH0MEfEc/l+WJC4DyBTWKgxp7gB9
rjg/EDefBWrTCSKXbScUJVXjZ4g0HSwoF7e/8XfkG1jgKevrRlKiozxRf8KrqzsoLEgDfGP2
eCGbNgZB+a3+tmIqWiWSt2FcQWCwYj8geE8Mp0nqk5EFsjR1RRkrx7mikJirMwqqXrfqWY8i
NZ1dfDdZI8VbpJyYOgqKZZetrSt36E2+8eUT3Z5SKxfDTmANYrldIYn91cGyyNIxJAVthXOa
GAJheVhvifkp0A7SJsSLjyoMdiABzKaAirFsMLh3ryLi+1RFc/Xg5SnCAH2paCEyzzFUFUMq
l2/VgBEksYUS6ALMRrxEW0TkRRIKr8CxByFzKv2eErZIIxR53yKFRkZz3rsWYoVE64bMRWMx
vLHBUlS6orLWCs/rnlSHpKqoUoVo7XfiJYL5kWXvp3Eszu/IA10CjsEeOTr2kjb2H13dJWBX
RiOjrTjlgKk8wSyqcXiodtZwOA/MquE6Ul9E7BIBKgLXKiURqDwHsml4BTxNk7wFAG0qBRnX
hBMxUuikRwlvW4aJ0lV4pNMQDxVQAkmlVg2LIGxDpmI9EQ4R/aKwetxAwgFQqARgqUXP/wCo
Ykhvk7MzQQNLlfrLJUdVuKKrVqC5e4mfsLPMauN2FQVy8ki5yICzKhrGNsl3Xe/aSeJLMzlq
doRkOWsQskMdgJFIpIcFcYMGEbEMCo0OPEgI2joNnAs3rAHEspOi3HfEnFA1Gy8UVznEbZkC
OQ2ax2DCNzqojKIiGf0D01XJe/EfTXsKzSxlAoPEpvCQA7chAhyuOcs3xiA1ndwrJ1zhgRsY
eOxvjE538+a13bK3SdhMKn1uZylClUM3a9YjXfsMHOz29yQxvJZgtemNf3ATMXKSthdVwcyE
5K1dxKY9o81OSvKkt7VeQDLNlTKW2zIsqvo4x4kkFyxYnZwEg8jhkXiTFrQ1ydTtSFAwxtxj
cNkFRnR6DoojkDS1zI4VlLxeCr6CuTEvMRICyuPUjoJto8C0USzah5pK5DLrdmVkypGziWcK
9OPQtMQWXxaiE1a/CYpVUa0CdbKvntkwx0q8c32GpEbv2C3Jktu00TyHEdmLFlNC16ldJZZa
XTQxjuYh+uV8yaAXxhBBRn0jxzwyiWxF1dtVW5xgmZxteQKRmaKdHiMjbwFVB5NixswJYk+F
4klmdc5HPJAHje8DngqNlDxUnKNgRGJqQsJKkQx+vG/60SFOsrrkUYjEDky+wOpeJJoZwDEQ
ckHKGWLZkAKmsCVnjig6iJrEsa8Vl5yXGB4q4ZfslONJCDsAZHXBRokU8/M4Msdh1BSTTPI2
3k5IjlcduWRMyzwGNkibz2UTPX4OGlUbA8lgXiRGEEaxNLYkEwnQGacSIFCjkSKs3CTspVks
6BDKMU6GkGN8s2Tleqk8LoFJ3oEb1tuK4zEgNo1NiKWQa2WJ2obmx0dRJ5aQBPytYMZhDKct
1mUV1BEBImmsAhPkbLRqQTwtl7U1KqleJZQMDoJbF0piWCc7sJaqisJGi6i1LFJQuRAxvrgO
PY9gVQRFsMLlXDAhwgXZCq2vWAnWzaYMdaEsVuELKyjg2tcWyErxBJEoUGQgll20ZZcAZmRd
Cc7cjSjeEnYLaLkEICnTRBa12IxSkLoAMFk1hZdhSSByaqqrECiknkdbPEclCLknhewRjDDZ
lgHVyQ2CAwySKVzWRI1HE5EAzuwijjLzTWGIXp4iHFhFx7aAvaiUzWK0SHvA0oktXESi4hQo
gYuckpVpB/U18cmRzKqk2SxlLM7kjAd4yhSkvyDkNT7Blas6uO6iCznZEiKjEnlCpOK6oJQH
CjZ5FsCgoiECOtIqSJxlJ5YNqSc+ZA3uHQaqvCPuoVZSFB5gESHARtmGgm8gULECxzzsIxEU
ekfiobePGQs9WAxJSMbwdnOrwXC6ewO0ZWPEccpHeZnQwQHtTHIO0gZTaiaOO0qvLEs62ZIo
YOlrVJA8aRqYiwavKpKSaaKRh+tPx9RXDCimOMszwxPDMjElm0G2WiUOoVcBAHX2gc7gc0HM
M5TXA5Vjc56zyZkQMCSsBYx9XM7xUYUxwsaXG/7FwS/gfHafhCXzrYfdIsSiPsYfZBIFGbCn
RIZQAr7yMI0kKotccFDEnPIJYCJdO2mZjEMtDjlWUfsSIshlS3FiXxyF2ptu7pIOo7SCxZ7u
6ixRCK3MaFYBetlcnrZxkPWyxPaCwR9AUKSOgxG2ebsS7KTKGHNtAtyLkqaljhWgKLPEFLBQ
R8sIOBypVhutMEe3Kk1PicKoMi5NJUaNBMRINORHTkZoqiKgKqgYBrW+Fp29h5kKNgfE7Zm0
Gzp0ZVXZVk2L6+mYlQeRx4yVDeARzrKDEFAXRAjQnCd4G4mEtpHZl7JSBQjXGXkZgAHqxyyD
qayQR9VFM9PrrtZpIb1yJIQkUIDIjf8AQvGQ0oKW5HMnUcRTk27LF8P1i2LAqgpE2eqPVuvw
mh9YmSQSLJxGSt7RKvlX4IGY4WCgaxZV1BP8JeMbiN3eGuxyPrbDpBVXj64EAK57PIkPEf7X
XIimJZidHZGBiTosY4SxpIqQ7GiRvvIUL8dYvIljywFRmzyoyEQA+CpGBlcnewA8hUK0T52R
3LSHiEA5adQEfcsx5RVgQKi8IrKBoZlIkRwqEx4D8ZlURegyz1IzDXkVsRZVAE5IE2vU+/WN
M1ghWdcp2XiexOC8jewkPqRmQFn4EbyNgQZIwElBCq8whqOix11UBjkg4kKNEFSQdlwc0dW0
IjdNE+MLOFUbxUZjAnF4mVUSTeScc7OFZazYvkMfAOs+QbqnMlZY94kK7mjCH18RDHyZYixJ
RDeEglqECN5XjSaUrFWLMZG+VWJ5JUGllI9VoK1o+RVHNCoMkoDtBAHut7AJF3iMij3x57QQ
JQM9ke7ksKxROOXYvzdZGbAQw5vrmFEkhXCXJjBDuHLwwkv19UJE0w17BoS/EHkSy69oKGUH
BLpxIxNnzFZVg+xnnNAlCSKgOoirYEGnAydNwSAK4aQ4W+RG83yP16QNIIGJC8ZGdWZ9PlcB
E0vD4E9m8gNFzxk+Rs6IiHCPkobq4iS9gASyCRLoWO1GVbIiI8BChvOdDEktsEKedVc/brAe
4MBx0OAPKPZkWQLbjjE0sTqvr4rYTUrKVMjKWJ0hAAiOUusQqsMUQSPzOU5FvCA6aQjFcs0k
bbHJTyZpmcxPZlBgldnf5HAsmAB2+O4CVjrv64/c+K5wEk3YjHPyAAYklSMBGdVO0ds3GVJZ
pWwO7ZGXOA8UilcsA+u3XWdUjM/JS05jGJykMr8RWrgVhBK2So652jhbdchXHLk4KpadYY+g
oslE1oxkiR8YKsQDhAsITRIQ+1NylmYF9FtLzVcOzmyc05wozZQ6izIV6+GA5Hsgr5lEnOWJ
jkgcBUIUMwZZC5lyFCzSKCexscIjyJ+QJcnApGRIxECAFydRspVQQEOx26D9lAM/k+RpQI5A
HrSRS1jA3MwSEpUPGSIFVABhCsvaxcsqTPXeGZHyV/YzyCM0UaezHDxic8UmeNkuwStO0DgJ
IxikYrFCHtWYYnRHIUPLIDCXiQzjPcTnG0T+pLtgCeZw7IVPCK7FYWZlovIaXXpAikojRjRE
AyMxgNIoM0+2Z227RNjugVZUBjLsWMhYLoGMKOwmDzAsx1hK4g2Yg7PVBGHQEZcF3kAifeWe
vily2Y5JHwgELxOKvnorPwkdnMySKRGVSQRBgsfKFlB7FY2glTRhdsCkG2VB6OGRpTLxVnZg
piDTyhb1+mVNSozZb9kY+tVjJ2BAUH1ku4XDLEcRIyV0cYkL5xfi3DZKlcSu8pg6wOB1kFdP
Yq5LZcBbL8gwZmaDfuGzMCrewiUDaR8skhAw13DogGI4VGfcd260KSMrEt4cu2D8gk5CdGuA
I1AYxhBhIJQITcDfqcmXGPx5NtFIwEA9JZSOVXeXCXdtOoI5AlFEPI52O0rlyZAupXTSzkyN
01mvHGbNaRpWiY141D3okHYxVo3gQAjs6zJW+sELKyci8akMEGD0NikKpA2GcH2SYgAFelPZ
aDqo4ytZEccVBcEIARNFyxIjiR8VUBgiEtIFYlFISugIjCCYlgtdmZ4caPx6Qi9mNTFCxQMq
sxJBLZwY5VCqrgDEOwhjGFw+I6qZHaVbkarN+WBO9ljskxM2+lMnqaQxh3JLF9JtjGNi9oxo
kPGu7JJbif8AUUKZKcIWJ32VZTJGjtl6snr6y0Hy3cmqXZ788+fX0LNsabZz1kD2A4gDYdYy
DXE86XVBmEcSCfn7QWBBc4kWkFaLRqgH1AEIFDyJGRYD4jakUeUiQ5YRVfce/ZGAQGZYFdJ4
312o4yANpZOI2TmlKLwY1ogw4kBSow8dbGKpYj2oe1TTgaweM2OXBmEA3L0hIMgUEuJHdpBh
JBhPm0hMMkohxJiWk7VvTUgklngjOjGgAhDEQFQYUeuwmq3O1SR5YQAOrkMb/Ak6OEE4zIhE
0LGOWJ84nXFN+IxzcqUZg8U0bqvLOB0XSPGkO2nLZE4Y2nYGOORQjNsTIA9lFwyODOCRtwi2
GCVm0zIzHuQUcsNBgAVJziMQ+etAcuVwjiASCreYnDMCddrU99bgyu5LYg8mIgRKeVE/rRAG
QtGikg5FTllaDqPIox5d6WQT2oZqxgid2pxgmOuK4ZnOM8wYO5yOZge3LG32IJjgi21Z1R6S
RtEQFBAdXpRAfppr9N1YE6/lyhZ3bYcgD/RQVkn9oPCQkxGRVQopjIWsGfGiBM8RAMTBo4mJ
9ExwxTbmrngsD8K0JUIGGd/oSEbPxBJBI8ZrR65HMYTY9fEDTEOwZAOSVrEhj6ed1H1mmSv1
rrQV6SgC3TVnD/Xutkw9NEC/VyKGgjiMSwKtKSF4lO8IBwori51VS2lj648Wdd1TVi0gLB/D
T1lxp6Chp6yjtR7bPriNVYAmBNt0k68CAuMWADscB+RkO45BrkuNESyoOe14lTxPAKW55Ivg
EIGZgQGcIAGY7cqHCo4IAIjYkMRuRU4mFECxEgIRnfMTPpiSw0wwKrZFs51ip+uZI0Zg8qmG
OMQ1mlNXrGORVY0AB0V8hfBXWceQLhCCSbUwgrT9uzmJ7E8sXbPUji7GSRak0s0YJwjwt+7W
tTxlo2ilKvQlbG659DrFYL10Si3APZKOAVfYj6B64t+y6Hj6wQR4GwJQcCNIPWmFthABgIAk
QhHChZmcGNpHMsjwn2SEpNyxfJlOmBJD7OLvSnjgc5I42XUrFMSXcAdm/sssGB1vADiq3IIE
yoqrCIwDGJnNXrV3BShiwEYCTmvDMowzqCJWIAOOFz0pv7bb9apEZDTq7tQ/qJabu0Ln7HOk
T/YXYTd1KzQqhp1LkVaYga8khdjROMPgS3tv74VGHAqONBisoZTnIYNbcqTpdaziMfTEaAXm
ZZ11GQWbajDEFWUycokZxEwWQyjgHBYlc5qSpzYGHRxuPFwMTSlvnl0OJOJ3xxQoCLzerCJZ
krHhW6+XVWrHEFTArHOCf4IBAiAz1psopIIOHJp4ID9qXlcgG5OvtwwRPOZ4qD8w9Wu57Gol
d6LQrP13cQx52F15X6aybdDyAPxo43kW2KXrnF4KWwqg66zxZAcM0i6Lpt2YYm3QLxGznEFf
QSWiIls89ODqJATOw5kaaOQaOtnYVWOgfD8QVOgCCPAZ5ABrQO8jZSO4iRLD8AwB0EIAUkdV
BYeer1yqkcIB9Y2B/wDgCgEkAfZp3/d75nmp6K5HYZknQoak0qNXttbt2RDMzI4ewHSRJzHL
0no/S/OHeMNAgE9/F6rMgWanTRlyQMIurhCuAgHHPWRghBxYggO9bOKAoQ5LomzrRjLIIjk6
MD8torF/kucgQNNirtZIFEA/AAAEqqZJRvm5BlGg+h3cYMGsPyxQ5zqussW5+u66ConEZsDF
cMf87H/lKCR9glY9pZEknWQ9VYly1QngyV+TrsZTnTcsqwSi61hrsxlFc59YuxCLR1ttkE4x
O+zpR2YI3eM74vKBLnW8TKNZs6XZAO8353rNHOR2G+TkMsh0OXgMNuA5aNAa8cYd4o+PqRF9
I4BNCd2KnQDthfeCRiPaGBk8xScn7CD3U+BJjgeQ9d9cklanRgqR6w6GTSHcTvzwnQP4U7/8
N4fAluzNLN1UNidXWONi6m7afJXVmHICNwrM7SOZpFBkdgqsR1MFgyxq3rAALaAYqql4Stiw
Bfii9jhIkToJEsZ/PgZ4141rYA0f5IBwDTBlaNxsEYgAJBOON5GdM4OpQwd3Ij9nyWVjI0qM
0wBAHmvD4eohHF0O5iznjV63r2uT9Z0latiIqA5vHPxZhqAgy4w8lvKHz/gsMB3k0pjWady9
Q8Jy8MZl42Y5qKub0AR9EYv54nfE7XiTQ6ia3N1nV1aUU9qOMT9vIDP2Nlnlv2mytakVrddL
EsI7OsYILt2TqaUdSnsAkggazZAP4Os85ok8SAToP+SdsNnNnCN4pXk0gUNNt5XPMsAAiqgl
GEK+CseSIBhB16iSqLt4UZuvrJyAGv5Zho2AgMqsrp5ibUoIIyVzqIaXD4DEZNbVBd7NnZoj
FT7CdwOvuwPF2EXYVLFK/Bcj7WgXc05EwwsoCljxzr66yyV+1iiSa8zx2b0oIsSyYFOEHZO1
9X/ypZAq9dAiiXsHAjtSM8Dl4yNEA4TrB5zWSniTIcVmYudLoYPwCM2MUE44c40BKmqDj0zv
1rwaCIqldVGgohiCoQMfeF0gSrBNPLXgEUROgGOmYgT2lVRalJivBIhegVopTpm8eC6jQxtZ
bsiKLsL5yo6zzdjKFoG9KAll4Gh7i1IlmnXtSVeu7ZmuTU4nns1FaKpYuSS0LUMlVERHl0IH
bU55P/z4IPIU6jGjalkS3MYHSlbC2VmaQmUjOv5/r61ms0dk5vzcHCXRxAykuTja1/qC28J4
LFsl+IG/C70RoKpwqd6G9NgBAAJM8yQixZdpfr1yGY+cYAhgASNizTlWUsFkUxgTr6Wp9nKG
TcsMKkHDkshzvrZjiWNJ3q1q1Qdg7TSdhS0ATujdkq5S/X7eKzFbhyew7mpWtXD1dSKkO3aP
9uI/GYA4jELKwkAVgULqxKhnAyTj7rscSZ1olmMBIeGnPK9aKSKEFTngDfkldbyY8n340SRy
QscDbLbGOw1E7ctkgMTg/BA0TpQF2AMYAEeclnSFOx7JpZZZjIat2SrPT+xzWkqGy0ZjBzgR
kkCOL/To5/Wnri1a/wClaQmx1jFkGv8ADHQkYHO5kch78cTLduTlGdXIKmXq0SSzWCmGa1Qd
vsfY3Fq9eJJIGRRLISLYJnRSE0WKJwLMFwMGZypicLhILyMyujNYBnswWeualOwUKoB3rCcY
7zWm8ZNAXH6yATSBQSSC/ILoDkxxmXAVQkjQHJAu1cjZJ2AQQTgHnej3d0uWdt8l3TpyXJuo
6iLr4P8AwKjHhjbO06RLENKk8XZV4kjUf4lbQtzCOLtLyNlYSSmBYqxmd5JzK4Kye+G/10zT
Vuo7NsHX1ajR2UaSsQrOhAvD4xNooGDInNpYZVmSmXezSkhT9SUqV9css6vN1spM8FWtdrQd
Rerz0bXuq8vJYDA+sXWNmxjuzCSUKJGLgHjkgAPIqYyCjnkUiZisRfGCIefx/wBs4+Tve9jy
TYn/AF69ieVmIbdKlbsz9R1UXXQD/wAfGeAZNATmRu2qSkwRuGUHLDgZ3dhUr22Up152FVFj
eVUMZkd6cblKdQIvBFzu5ePYU4g8fF1RrEQaSKOSpXpmRoOvhTEp1lf9OKQiipLVDJHJ1wIt
9TYkFyP0SdVAHTrpQDQrpCs3XlrEkfEsTg2cDZ/G/lYkZzyAIcbdicKgh8EusjHmAPsqUJbe
AeNrnI7IO/wQyrneyMsbnk1as0k3RdX+pDvQ/ObwH/G/8E5NKixpxe5BO8ZjlkjInV1eyjz/
AGJwbM40/XrDGtm8JGgoS2Zep6WRBBTjhIGdjbsRJZEjZRtrHbEs7KxZpIhJ6RBFwZCpSJQf
wFGidAFScCuMuddVtiPqlqxLYkqz0biSYDsSDwTvNYQdZy8kkEsMPI5xIzycsISqRncS8WqQ
7a4eIXjx14AOvBIUDHJ4x6J76bnaUEN9cp+p/YkSmbkRMOIbJZBFHWnMqBt57FBJOdreEcfv
EjRO7yizMxSw+LbSA3rST3FKyTRVJ5RX6R5ZavWwRpxVB/I0AwRhZ6mlLFcqSVpesl/YiCkv
V1LHAxMQGx4wDQBw4BrD5wRnJ4vDddFKG669Snj+z8Ml+01AlC/YtqGJzZwbObG9sDrWFsOx
nBipUcV0TGmjRB3cRmPqK4Cq4CCQNYytwbXEKS3cktd6yr7rEREamSNykiBUIYRPFrtnKQ1L
Dq81lY0gto1q72EUEPY2pbDRmMYjkFeTLGATfnRSQzjpejnmdOtQCCHid8cB3g84BhBAOyn2
IqR1DOuKCR1EZCa4MgOfyvj/ABo6GznkYdksnkIu+IJNSu5FGoMVEVvxhOAkLv5M2yXwgkAE
hUDD0opkTjJH/tS3uwpLvGAnHYhrBmkTCnGuVBEsDBOwhljtdZyd3ZwjuuFXlefsZqEtO80s
lxRJWk7Uc0nZns2nSR7U74kg50ax4nkrxAM00scEbyJPNR6yLsCsccSL+CQCCdDFHljh8Aec
7jgnZUQUeGcMvVzJ6OQfB8hoEjWE8c/gaGNrFVQzkhzsjWhvNE5535IJ8gkDkc8hk2wSDbiI
NnGNSsIJaqmPXEb0SNzkCVghAVzHXP8A1kCiWRdiRODsVMX2KuOHUmVRJLxD2+UsNgpJ2d1J
36WD2R3EX9OScQuLc0eTF8SRi1kxRFYuFOOMqUJMl3k5FHjB9UuI0R84GOjrFGAefIwgaIwN
57+Jf7eiqPklRUSlPJG3XTSNNBbK2icG88hifJOEbxDpiSST8SvgMcJOBgM2SSRsb1o79Sll
gCASHZZiVSVinEY+WW0tI+WBLuCMDj01dlpD/wBTz3M3Jxr1diiPE9z15JMFWXSpJPLwpwtZ
s068sRlnbduqgkdCFJBEAnaSCNZuw0Vy+UYvZcTQRMx7GVY63RCQ3VZXTQGBdYd4Bm9Z+c3s
jWd7t+1osoMkygV0R2rSIuXJ2js1ZxNBs7BJzwcJ3hIA5YQcG8O8Pg7JxcIPEL4Hj/BiMYET
AFHbIwNqjHCOOa2LQAFbSuzkl3XgFAgrTEySjcqhhky4py3B7K8jcCzucQqqqTYl6LpvVDZK
QCYIsVtzqSUloq7yuI44IaCwx33l9osuWEdchkO07llWGqZIousnkjFS1FYUFWGsJ8jznjZA
wADO1rv/AHFaILh4KUL7NgRtZeSxH0z7rYAMOhhJwaxx41sYd6IIwDOPg+DIzLEl2wH88Srb
WPWBCWVAo0c3nIZYUFI0AJZtsxZEJ9QLoS3Jo/kDGGUgqzBddzRKyqSY5SGH17qWc1oViTuJ
l3HOWW8glUwxcYjs2WkVeqLfuIPhNHyIn0wmBFqQT2SQkZQyZWsWaFnq+6it4jK5K+eeiASG
ZUEdmOZu7hlIDuXQRNgmDEKgG+UfRngoO8Yk4AcB8njpiSQcY+Cc87GtnxmtYpBAC8t4U4ge
cAAOEEYPydY6FlEAGGLxLGFBLeuFC+DzkfI4w0eIwJ5vxBq09JkfrOoNuepXjihnsrHH2Nhx
lYFI5G2tmdWFVf8AjeZ0HSF1uI/ETqeDtxy7bdIeuikllmeD2EKoSNwLMNiCboPsAsMQAZez
pRP+2WEsBZYYp6cs6K8DwvEZncv7OOQkOjNxXoW5JPPFXQ97Wxu7Ov7iVg3d8I+p7Nr+NvZ3
mjs72BolTskbVfLaGaO561qOT9tlEVuGUKeQJ44WBAOHzmhraqJvIUkGBiCd4G8AqRsAseWP
GGD04XFKlFDkoPC3dZ55GllshDwtTmIArPJDByTtJxLN0kHGVydSuVecARdkSRWmeGCHmryy
lgsjpJ7DMK9HjMLQsRv1MqSVar7CJogHAQc+wQ8IhWS0JWMMlFpHOgidS8gjkijkD9fUZkpV
VJghIahVJhrQ1xs7YnOXjyc/GbGEgEHWFiBvydYYxuWlBIGpdhXdO2mjMdupOAHGBgM2ACDt
15DiSQGJXZBOAZrWNxRZu5VWo3TayEBc7K8qLODxiVa5SZGHZSbyEuzRH0dfv3z9bXdE4sUn
Pskms8nvB+cUDiIxuoNZFH6hYxIgC/HCwZOotKYy2yDsA+SFBsQLYrwx/p9r3NZhYqFRE8h1
0TrKp1scsAzyc229aPjfnGUYNDCQcbkBtjikAH5DWHxnnSqASw09WKXJOmgI/V7CuI+wsxYt
6q4ChgIiAVQkcRg8jWzxChrUCZ2vdFhNJK46CyWkntPFHNNNj+x2i9swOgtwlRQhhkHZ3isX
TJ/8lqfFK0XvgNWH1XIAkl6MCCoZPSQ+NxUN8sIYEtvIiSIZFRx2KGM9ta3U7BHjBVguxnf0
HkHvNuCt6jJMSc+uyIoYjARsjZJ1mzo71oZsnAN5oAb878EDWtkAa0NuSCZM5viGUKHbOQOH
iceONhY6qCQitfrr/b34Wh7inIA1dyYwAfaBYLlb9S7tyAA5OULMtWxaKFLEAVIkJdQBhHm3
DGyRWUqxuTLJ9fhSrDK0s8dCtLXoVoued3SljWdTPFAGSLQIMYckcWaLyXXFLHE2Qk7asWQh
jtnh1PYxlQ2XW41rMMSTyBIrDyBRS7KSvbjIZPOAnRAOec/I3rBh1gB1rZwjY2QFJJ2dnWcN
4o0CdAHN45wbJDHQkGnWN1k62u+T0Y4Vgt24pR2OpF7AEgUrJs9JBILH1uVpD9e7GJ0QtUfb
IYZcK6WMMpuStuSXmyhRiMJTWiSON0V0jiRFtReyDsFMVmoGaMfniTnrdsdSjOdt+MSPeQxL
rsppEnjndhHYnUwd5dAHfBonmcSFy5/2WOu7mHv+qjgiv1LCBl4AYBok6U72RskZxGEYo5Bl
II8Z7U5abQA0Ro6BBUYQBmjh1rNE5xG7VmOvFa74Otq5NI733eKlcaFh9gmVoezqLHX7GJp/
251wz1bDSxKyS0eQelK2SRSqWcrl3bmOIAzSH1dBEGEZ2owkAt5H2GsInodghiUwgBCxKEiS
HeCEMPTwdHZVhDFrvURWMdBXl9pBQowYA5NHxcBAIFZj1dbnD2VanJbTrZVaGAQovdPFLDYS
dT+Tmt4Bm8JORhwSwxec4jRIl34beEgZvZ/ggYN6O9EDWwSRrO7lHqkcCV5ebtyXCDngDRkC
kAwXLUb1u7M5p3aTN/awYhhsRNCGE8Fd1uUjIZ+stwpPWfOmZECHSKRoEcj+PtBM7P1VyFUa
UNU7BUFW1DNjBGxY32YE5LGAIo2GPAr52xC9ggIzQORhSn6cliWr0NlzYi6qiidpZnPYusDt
3ExiPd3Rk/a2pj1PdS1TTsxW4To5oZ/OhgUY59ccMc0pAXjxGtDGwEYfJ0cIAP4AIIIIJ3ol
ie9dQjFXcEZskxhduN4hIGg2SKBhb1hLjoasCXK80XZ9eU7q2Y47dhXitLLWevWdhXnduuhr
oIpNAupCEENJpO65Gav2KKZhQmWfrwsdVpop0tLIWsk5EEATk4M6RmWUCHt1H7wCAorcmZwJ
DIBJ29+Y8wcgmZGlL7UnOBI2ugM+rdiEjKqMA8EcQdjDrABhAGKMOwd/JjslSDvOWwT48g+d
8s1sevLdaKVLNMAgOhaQOVcgrKWYvwWNWxwgBZsdW19ekLQyPH6hBSKLUAa7KYnFxganYGF+
q7KvYX1wsBENAyKHba9pE6vOWVl2EdA4UBmh5wuE9i1VSGS13DztA6l+17kKC0jukbHIldWc
sEcl0bat/OgEqgIYYuot5b6Ss0c0RiaFJGPUUZoLJIIHjGkUMQTh0uDZGyCN5vNnH8YDvAdZ
vR/2DADCAQyhQDmsZVIt0o5VbqlATqCxHUzkzUbEGLoFSAkytxYkYWJzpJmR42V0nirRxCzE
7dgrLZJ0I3cjrZvVbrWa8yxVjpf7FD+22WFqTGx1YOHr49zdeQr1Zo3LssiuqiTnLMf14UsX
F0A7tEEYLFsLFxGo9eVZq6TH0lWVjyWxKQtmTcHZTqiwveyp0N/21qEVdDrZB2UQtveE6KHA
RmzhOl02EAYNgltElSQRh84PIfFOidktsgaAmro2LAgVQgFyiksU9COGvIx0WDY6nRRtUEb9
ikHiHZ3qcEdHlOLFdyj4SyNzCt1kmpIcBsY/nO64RiK8InXtWJhs0p4mrwBJ+on3coOFNKcu
alhF/Wcn9YGRERcM8So0hKwxyytD1E5z+imAl+uSOJeiuBv6qwci6idsrdJaZer6sVcD7wt4
GsOwAc5KM/kaBJ1gPjZY+MY4Qf8AA3sbBDk4GY4fJOwQThUEkDejrR0fwd5drpYW71MkAnrL
FhY4qtuqVWxECKtqoLKxdakEdlf+TjRcJyYkpRmPqqy8shBAkQEfZDKkMUhdDtizMF9smQdn
MogvwsTTqTsOkjVrVKwZZUSPFqCRoqRYQdT7RVpQV13ohwc5eQNjQAWvGG35biwA0AfjyAG/
OjgGj529rUkbs6A5s5sbbNnOXkjxsBQNY4Gb1h0cB4gEHOI0NaC7IXYYAgqN20Bg7BCHOyzn
xX2HreYJjFIla7FFNbnY5Odgp5clhUmLCvI0UUn2ulAi/dawE3fUu0irKrRaza7ADuU1jHyw
YCPt54BD2izJOKM5brJQkKTxFbciYl2IhXSQAHApwLh3h/AB2AMODyCBpvGAk5rZ0N8VJ/OH
YA2RvCc5EHecsbRwt/gqTg5Z+DogD8AeDr/ABxlXRhjZe6rH2xddekyehZrxIkrOs5FZ3hGL
YllE8btk0RDEAEqoNSuDNdvTOf5HHOrqSzuzywRRO/HYCwqWaTiBJORnGxIZYwFQuriw7Ctb
MYj7Sbg1zrbeQQQu71ZFEb9nEK3YrIdbBQEaIzfj8gbA/AI2NaO9jzoawfgAgkHfjNjlz0QE
YkkZscdgAkHFJzkDh85sZsHBoANrN5reEkKx2v8AJgh9ixoot0o51m+vRmS2BFL7UDtftSRy
Uu4CSwTovsiJdtZVLqTUtNNS+t2bIP1yjAlG/U6xp+4jSeTt6ljIKsUyTWfWTLyLMd+19KfD
NHns4sC2FiWSWQFLChltowFstHIasmRvaCQ2mcewYChxtZryRhJzZz8FvOEDWvCA4QNhdHWe
2f2xyxuCjHNlQDvCcGsLAHYIzWEZotm22uxjHwW8AjQHneMfBAJ7usyzivIw6fqK0FZ560Yv
x1rNWXrbMYkilienFxkFWnXisfYJEWa/POR83iGTdWyit2dmqqCvOhrFg8bgTySo2rBSKI8j
C4ZUIj0yhE0CkgYJyyIzQD3Ru8c7q8PYFZFRJFauNmJ1HzALgZz5ZxJH4zZwecXzm/G2LH8f
z8SWQMztZRUtKY1atKTHIuBtAaJ2N6z+dDANYVGa8/kFQM4j/BUDDhU8e2inWWpUlDRtKwem
xMcEiGdC7y9J72HUfqr2lllV5GYvIXIm4NFIZZRajrS2qFO5QpTpBY/bWTHLnJYkbNaz1sgj
cF50G0AUIISzeGBdQC5U8EU3ZWP1yNzA68hu2hHZhStuq+FAwaMbaPzo5yOAeWYDBIoxZEJ5
KTsb46IPjZ4gfGWkrnn2NdoOxgccI3z1HQDDOR3vZ2cB3mjvjrCTr/26JzeE4ctQl1Hbz1bN
a3WeMguBEFF+/UqmurNB3O/0J5rDYyvqGKSZR1rnP64pluGQVfrbrJ1TCP8AsJY7Kmp11+yX
6+aF0hMLMRJEVkYOCroVYqvrzZLFV1NIFEp9h62mZngjWKLZzWFVIkpV3P6k8ZFm/ER2YVkm
jnGzsnz4GcQ2GNNCIa9TaGtkDN6CnNHZ/M1KCcCrbrMnY2o8i7CnLmlYFCMOxikb5FRyw+c2
dbUAgaOtH8MGzsOsMwD36byd52C4Lna3G6rpVjP8d3o0AIw21K17KBT2Oh/Zx5ZkE1Kl2EtO
v/0kl62uWT1Ipaukx7Dp3kSIWa085Bz3MCAYi8wYcQMLlRwdjR617GdfXSJgTmgMYAZsaJ3n
gZy3j1opcagYytmzGi3K74hVs15O8IAHjZOMdY2yQc/g6I8AfnHIIarA5NWRGFy7AYexrSkB
Gx0PL5DOWs5k5sHAw1rWeM3vHUNj1ImZ+tqOEpwRMH3gKqL9cWa09MrjtxCSDRlLEy7Ptk1F
DLK3Wde/Ok6l28AYjeXgRxZqFFXqw5nqpMjxymcwexJukm9HW9YqCFY4ki0GDDCS2HQAIzYG
b1isNhgCW2NBsenCSYZoVqz2JG8abetHR8kkYdEAfEjR4+Ned6GuWAaJJzxj1oXBrvCUuWEA
uQHAqOGiIxvYMDeS5wE4G3hI0NDPGDQIIxiNB/Hc9UswenMXNaQMY2JCMDXqWJ36vqmgqipA
QlWKFzsjXjZBSQjCcZEYNBotVibI4wEGlOtZvB+RhBwZo4ARgGEDNnaAYxGa8a8jX+CWObGM
w2da0MGtEeT+PJHkkbwAjP548QN5yXehj1o3z0yxn9+aJkuwSAxRsDEygggeRg/GgcOH8DeE
6AJGE7D0IHP9bW0espbj66lHkUMUWciRvBo542Qd/nADy2dAjZAAH5Pka0d8cJ0dhh5zeE5y
zfkkYCTitvA2bJwaGa1hO8H4+G/OyQAdb86854OFRrQA1vCBhBAOawAjH0T+R51+AwUgwJtE
sQYnYvEIrdSwTADhiYYUOyDrZ/xs4DjE4DnnNYDrCCcUcj+cDEYda5eARob0xKgfjZzyCv4A
DYfkNE4M0TgGaOzhUYUUjQA8AfkHWvZrNg4SCQQDvOWMY2UeQH1gZd8hmwzDW9gksNkgYSDh
cnOQzlhbWc8DEknwGG+WMqNgqorLI6MLYxXhcPApx42BIzfjWb2Dx4hdga14w6GB9BSTmvOD
eD8kjRAYD8JxLPHxJBwAaVd4FbDGcIIzyAdAE4SAAdDYOEnRYZ5wawEYCdA4Nb35/9oACAEC
AgY/AFSf/9oACAEDAgY/AFSf/9oACAEBAQY/ADa2KwAdEH6OGQeWRaD1Ka0ohoGQiRBw3gr+
dyxbo/2UxsJ0ESgajcTlyw+BHeC8BshVAgVOX6rdYggGR4oGlzurBCrWoewl0amLUDmpx+Jb
2IqSADl3TXGOhyqbTrjqgX2uHPVAH1R3yqkGNGRq/d0KvBRrXNZlcdxoJ8UatCIGGx395Gpy
e+irYHaGEEShUGThbhNiZJ0ZEAO4Gi3YB7aLczAKwaKiSgSbCo0DSmirR5sokXHoUWcHondz
rlQfLiMe6mqCB6U1RYOdcLcSXOHdE7yCB1RsbHy4kraCXOSSmF2mZKat56ucKb+IJT2trh8I
7rvGhTGzECCrDew0EystD2ZanoURWhYd0dvlPTRbQPN7XRbgPVyEY2h3b9SJqZB9X+5GrNML
cRGAmqS3eEGvZxluibdbPWVsqDtGrwUBQMa/7D2k5LjUaLcTJwFlHezFF4IMK5d9wLdE7PgD
r96yBYOAwdGzGYAPZDYdZ7KoAZyJy/urLhv9blWxcjJbohcP59SXDIZNQdJEe1vRsQ4OnRV5
AHqCY7oYZC1LZ1QrYEBshMDkO5QBLDKLvhiOqLVcBwyLhnl8yss2qO469JQJ1EAKCxaSgHJJ
ycJydZc/h8yABdDrkraPMT/uibWl8aD4qqKndqeq1sckDCAA2jUlHaGjJQswYes2qNQ3gmcM
YBxPuomxfQJvWBz0WwVYZTGbCejIQYySttYGqcO2ujrD9nICexIPTK8r2JgF491AkWDdENwY
GASFatsvIW6pg6d0QA3UnqvMKl4HVEVZuoXmJZ5IRrWoNQckSQngdNif1ohuqJFttf4INfcC
ZnC3uX9bMIER26KQ564QFodBi9W+tRB18Ftye6s8lsCEep0VXd+5ZCuS0BB/SehQLhjIJVbU
ALe07o7wCRh9EN8NAlMf/jEahAUY1oADU9U5g9EwhkNT0HVFzpD9UaEsHycFkzg2rhkRaRl0
RYeEo3pkaArafKejsjUFhbuhuLkYl3QFsoAJ5LYDQnIJOiewYZCJ6IncYwGj3UDapYZhnRyA
YDStoBJbKexcESOiexDGD1b7qJrAGuSm9aY0LfeRJHlIw+CoIBBwUws38MqPL1JKsAQG01QE
jUt0QP8AAjREVACAJJIiE5zmVguMBbXjUYx95bRIHRMGI/gjID/Uyc4EB1uuADowyjb1QcDV
HdaRpYJywHY9E9rEZ1eFN3C2u1ckaIWYEj+AWrszOnINTqO/2k+Tb0IG4YdUA3YDRNUNLf8A
ZFyQ8Duif4MnqC+j5VRbILgZRADQgASA7MjZ4we66jqSwW71STl00mIbD+6hWx7HOArUc7AH
EKrA4TnwY6oCzuTCYZ6lDkYPWDKHKCKGoZghYlz0XV8JyIKfIsHBwvMHGiqKkAnJKboMupaU
0Coyf6ULVitZPdBtRhGlYbNshOxJJh04Zzgp3AOoOGRNi3hlFvN0Dom22vTqmdm0y6mrEw63
AgHXV/hQhx0ATAbjp/cgYA1BXrHseqqCHeCyZmrkJ3YH/ZbXftq6LzDnsmsQDliESASDpogW
kYAj8qcsDoSjXkDHo2qYCTl0K7Q3TVWkNrVmK03dXZQAQdQhtgn/AF6yAIkQ36kep6pxITx1
dEWIc4OjoHUardDNgpxhE1LHRTPZ0a0qHAJKc1ktKFi0Fujo1JY4bVEVh4A0VgT5xDeH2VtN
WaZRd7VBwdEL8YYEAwvM9rg50RFPMWcho/GsB2YALbem4jCFsHqtjhugOUANIHRCww8tKrag
8hz2QcuToEzmBIRFWDiS8o1H+vdQ3Zdv+yArrqq1t5i8HRO2IYrczjqiZFrCCETWA7koh4rE
xKDhx0TiKsGAP6UwDm2ogrbQYDPleYHw0RYgddGCBdx/FZ9DSgHdtJD/ABI1FdXfR1thva6J
gDmJwEdT1RJJwyzB6I2ln/15UOHiq5Z91oC3cnLUtkAQyi4qOwlE7nOizuNck/yocvAdzZ1K
G0gkCex91Aw+BBRqSx0Qq4IOmJ+6ttQSdB3+yt1iA3TRR6rOCzfhTW1Dt+qy2irjVk7ja2NW
RNgxGRj3UXcA4CIsWC+0NOy8rv1CBncdMFb/AFSYAIn7qG9++ii7PIj8qtuJIAxhEhnby1dC
RUnIbHxp7FiP9esnIciZDLZUAxIOPhTGrDIHRFm7hMBA6JwPMcBbbeUjTVeUCMnCMeHRbCQ2
Smna8E/0KoEVnOUdztosTo+Ahtr5x01UiCPrQLTgjsgWYO3oQ0GiEx3wiGevXROXJbAyyLgs
Mkv+pNUgl9eiZnAh6jyomgNicAYRrcCnUDRWqLEE4IR3AlGzhu6YXNrE5THw7/lQNhFj1gD4
Uzt7uqBJ2dR+lNBqPq+JECQOmvuoksK1kgwjxUDclpJ0A+6rkzM2OUSbDX+CIAYYB6qxBYtB
VuG3mt17q28jdkAJh6lyxQFHI1IW4+XscsgHABybJgJOfQmqPETKJAKDAA2BckSgSSbdMLd7
ONPxLD9zPu1oiNDDHRB8iFatxGi2msjC3MCOp0I9lC8DReXIW2piskphUWvbD9AjYyTJ6BfL
sBUnB1dO+OuqBtb0alB2D4bK2l4yTotwwgTACINQe+CEbgEWRIIB0LP+VDcfLLHVeWZgPJTk
k9vWZMCza9U1zPZMz6FEgsdEQTNeqZ41Q2iAJGhTsGDsHQ3GSHIQgtqDhb4OgR3WFaE+qBoF
Ij2e6xtNQYaD76BEdmaFuMh3cf0qGABg9VLzIOAmYAHDZUjMungAaNK8rgGXCFSC4kHRGpBc
5J1RJLbR6oW3aR0/7Ko5LkB3u/RDirUcdcC+pVeHj5BalckHNinqd/QBDl5/8dXLP1XyP253
Fn3g/lXzDU2PW2UL2AqNA/8AKqkF2x1+JVc7gQJ0f7yYAWcdEHycAhEajt+ZQRaw00RLB8Mi
DYONBojYgmjwSNVgu+W0WHbFsspE5BW0B9XKAZvCExiwlzqPZQtfXRAACFomJAs0gd1U1OMt
KL3foBlDaXFZPj95bRc1rrt0C23sb0Jg5P4lvqQRlG1T0gdkXznoiLEAh4RtXIwVevIN3HqT
kLZQkGxcNj4k2Q0uGlCrN1LIOYGvVFsEyG1VXzXXoiQX/wDdEEg2ZlZwxwAE2D/B0Hd9PBPU
l3luiG6SZDoXeOwTTMd15xuvUHw+6jcF4lpAR5bZOAUQZIyCjQVAfRDjcBxuNnCFWJIYbhqm
rZt2p/lTEB8Bxn4l5Kvc/wAAjUhj1AMIVBcGQ/8Aara2PZkLAsDBbK+XXPUryki4OSVFzux1
TcliPBCdwd2OUx8oqGFQykkB9Mpydr4Jl/eUjc+EOGg81iCSDhCtbgVpVpyT9pOSSR2WCCNE
watdU5LdT+lONDJA/UnrUkgesUONgBXUDX4l8ud7s/ZkdojUFdOqJM1MMgBUuMeCmsjC21Zu
iBtAOuib1iRot1tZ8vREvuiBbp7yG3zPq2CjW4I5NT1+FHkoTbqBCdttQYADBEuLGwxoEa1G
1suZ+CqDGw0Hgmfc56MtthGg6FMAa7psCiaetq6O8aQ2iHhJOqFc2dmAhkCA9bZH9qcAAP0Q
YhiMhBi7ZJRNG9JTNiSnILd0QDDw/wCpOw3DpqogAelecudHgK53B3LDKIOmdFucvXwRqzk4
6IEnu4z8NVutaNAchAgsAIj+ZFw4GVuaNBqiKgB8NJ/EgLBgdcugRDfWysMACCdPeRIL16oF
p6q1jFgcdkA8PkZR5LWDnDiUYDHU5RGNcOtxAqOpRcsBgn+lGlSbEan+lW5rDaw2iMlElE3y
fVhAgbQYARJJByFuuARh0Rt3B3zomJ26vgobbbgdXW9/8jNnVMC+oH/ZZB7lEmw3Er0w+PzI
ncAiW83Xoi58pkMixDMzmPhRAZxDYTF2GukokGDl0QYs8NKqSSK6hkYO0dO6J45HcwnFn1bx
VAzkh2eEL0g2z4oMN1jjsjDjq6AsGFtUSJqEGBq3Z0SMnWFtcOQocscIUAIrDochkyGCNj1Y
DQKofxTVc+H6kDUB3c5ZPUaYZCwAFtT0QqSIx1KN3JFjrqQnc1fIbKIFvKcOibQT0TO4wEQX
2guRp+JEVIIMAOyNCA576feQHJ5ScgH9afcwrA0QIsIjMItIyjYB30rK24A0/tR2nsbaq1Di
4ZxoFaIBYWQ4rW8pycsVyX5SDWk0IGfvbkbV6tGn3kwBva0AeKHJ+4G0nFT0V+U3FGDjxCFa
ubXuwP8ASmtZwAHRABr/ALLdBIxuLo2sZPgiSxAw6tuLAYFUAXsHwU3qjTqFqzNu0QLO2AOn
2vMiKkVHtBMB4E6feQkFQWIyYK76uga41hAOwGR/SgGg6jRGQ0OB+VdSIZEh37/2oEubuz/2
ogvGVYVHmqZB1CrYggHPT8KF7EWqNP0rbQABoGFW17udJT2sBHpVbjQ9UH9oLcz7ei21apq+
koiLV6smOh9n+lAZrqjf2TIjCOCxkLdqgCRUWDkn1kKHD5wmJA0HtE+8oLkRGiNiGOpCDl++
rryg079U5k6oHUZqEGIHbCap2n7sg/CgLM4cHS3xLbYBtIRIDDw/kW4wcPn8ql3OHH6EaVPc
ll2eW/UmpqWbxTXLF5ZbgNGJxCtwkDZeASHk+qt0PYxUfzJ+Yg0vVurIX3kVJba7KvJcvcSK
Pj3rL5fH/l5BDYC5/wB3+6GziIPyuPoPtqmAKmNUa0qABkpgWqckQVsNnAw/9SAoWAmECS5B
nSVbcxNcF5RABIaShYwTl8ra8P6fdWYzCdnBXq51MBGMdMIiwZ8lAH1dO6FQZH1IuHLsP9WR
ALWBjqgDnQh5VgSSTlEBgLasmBYPPdV2mbQULWLPqq3qdxEHqgbSWjX+VC1TMx1W4nGD3Q3E
9Hd4QdiAFUEEghPUW8D/ADI2pbZcu4BZ/eQBIxjP5kN13fu38q8oDdeq2WoSMMC6s9SQQSZw
U4Lg6IAFh1TA7i8HP4lUEOQMiJT2LHwiUKU8zw4Eo8nIGtgA9PdQo9XP1wieK8gYK2Wzhj/U
mrnJ6oW3MQJQ2hyQ76lOBGpefdRchygw3WGSY/Cja1fKRBAlynqIM2wPxJ6l3Mj9XlTmLGB1
RF2n0rJ6MUOTj9ejHsWW63k5KgRh/vI/+PzHkoTABbaqU5Lbnsx1+JAchI5LCTqq2uDfkPsk
Ift22v7PZUq20tPp95BpGUTcEB2dBiAOmE4d8Elb6eUDLTK3gYnOFvrZtv1OjZ9xaHhO/f8A
sRBI3V1J/pRucDrhCpY27I0DF8arzsLM7IAaS4wEQPrATSZkqwsPM7g6/FVPO3U4T0LnUmSU
BY7QYARYeLFEOSOsQhYeY10Oje15kS/rSdfwoVo8TtIZOYJgOP6URbPhqiABEjqgzEtqGXne
rT1CNgS9hqX/ACoiCSNM/EgCGhgP1J6x2Vg5caAwvMCRoUbDJdmUu/b+VPYvqX/lVTWB0Ts1
aDqg5bjrJZUNKAV4zgw/3lW+4h5P2U7neC7j9SJt5jUOUebjYclcgqz+sEQTIn0K16hzXAW6
wcdAcfhQIgaSiADYnU4/Khq5nqPhRJxP8UAGJ0IT2Mu7oEkPqVBDNIKqAXJ0GAy3kNWsAhG3
G9/mMfB/eVbVqASwLsnJAsBJ0RuTW1qjNSLSqUB3EnPRbAxOqepIsRh13AwTCYkk9ehRIsbD
0Z91GtkAHLaArbuLu7M4TCpPQn+lZjD9kRUCcEBkRd7nPZFqtUfWsP37KprbxbKtUkueqB3N
bqmqzHKs48wy2XQoW7l3RNRFYLwUL6aAGPdW4k+A6oVADQD4oxNdQFNjbRh/QhtDdtFby+Ad
vyoRVwIAz8S3N5mwELMG6nqhdwdGE/Ehd/ifKNmfQdz91AkHfbSqFBWWPYe7ZRVxhNIqTM/y
qlqhiWMFOA6FgI6KvIzVB00XILMaVz+raqW/Z1J/bioBPcIQSTqhS5LCAAgARdzPVX5bHyAO
ValqilCfKdEP3PCHBy3VVNmfUHp9lEDAzqPdTULeI2hPYMQIIZHkLM0kZW9iYarxlNyTbDt5
VuqHILehNUMNUC7dQtzbjjborbOJjoM/mRP7iKmQFUaQDUCF8u1rUGlqjX4V/wCOP3HJbiJg
By6rdiTf1hbR1y8+0kCAdG+6jcEgnB7JmJBwU1ga0AyQmqWGrp6MwyyBZy2dUHJ2p9SxdMA4
w2C6x58M63UEk4Grqo//AB2EtPvbka6jrhGow+QocE6J9zkCQjQVevV8rdggD6kDUyIIW6g8
0PoX+yjaxl/4INnV0Q7WaScMhWskFyTEIhmfVyhtzgk/pRYv0A0QcgkiS0rbuBtpojLPDutp
L1aNZTPo7oOA+py3u1W13JgRhBzuIyhY+XWodn+8vOZGnZEABsuFTeCABCIMhAVAFR1RBII7
I0oDQEP3KP7Xle1OTJJip+0t1Q1h5QB/MvNjuVbi5AwM1Jw6u874AVtsAlwBH8ytxXzUOBqi
1IPpTn1iY0TWZjkrcTAgBBznAYiVQ/75Cq7vqyG3GXUmeuq2gE9D1P3VW3MdlMt7S28dZ1Oq
A0ALnxR2+pUyYGfV86tx/u6b+PSzCETX9w7sRx1DfBuVeKo21AZjiFy8QYkHc46H7qkAqQzo
4Y9kbcFQ+vghx2ptsInC3VLHJ6AKtoA9MrcWc4Hb7SJYAAySH/MvmRv6Np9natrPOuJR4+Mi
gEOttyC+GyUSwFSdFkl8kondGG/qQLg1scesPyozIDP/AGomod4BOApAPVl5y86flRFDtLOQ
gWezu5QcSHjCkDYQMyURtJDOT/aiWLmIym2kdC8FO5J7hz8KJtZ2yMfiRhv+UAWYdvwprYM7
iYT1xbUP/Ms5hj+lbi/Y6e6trmurdVuAxA6qjzZgGypao79E17m3hCra7VNcGxVOahArYQdP
xLi4KgPewcjp9pUtxE8gIYgdQgNrk4Cryilq8dC5tgK9QAbAZOnupjYNn0owTWwINu/s7UAz
vLCPxbVMzA/psg4bwLt9lQ5sOyAI84xO78yIsXHft9lbQRAzLISGGk6qvHxg35LFmGAPtIX5
W5ObqcD3fpFnE6D9SvXjazGQRorb6AvABDI7PW1I1+JDaAbkOW0+JU3D12rYalAjBTAMOpXg
p1Q5AAxOdHRpURhz/Mg5FhgMJB+6vMSSPr+JO3l1C9WX9b+1ClWfQg+V1a92s5+v4VuBZsFA
2Lk6DCNc6AFEBwT9X5Ud4k4wjtwc6FFzCgvYCAMFWFjPbv7NU3HXYK66oAeaMrzHzVx395Cl
4qZA7okkO0kaJgBavbT7yBHs4aCjJbUOqjaak9Mo7hrEoBjMkg/hXUnDkZ+6nl9D60pmckwG
1QfzcpxWvdCvI+7SrIW5yKVh6jK28dQAMFP9HHtIY5BVeD1uWp8pKpbk8opJIz7qG8ODoUOS
vBXdoSE1QKjoAjS4cHRW5rVYZIOFb/xK1NxZh1AX+bc+Q8hEOf8Ag+6txO22JJTcdy5Po+FM
WPUrc4Hh1RqAKuhWlWB11QBY8pzb9P0yUKVs7yewQ493lwere0v8BJeQH6raQMQXh0Dy8g2v
j9KigtYQCdPdWN1eoyhQ8ZLxCpcOBaVuOGQozjUK+6PKwR3GCcmCt1oBEkZdPxmTglbW/wAj
O+jpq1c5fDD4lUgY9Yn1fxIMI1On4ltsAzQe6MgBsLduFAOia53Rp/NuRl+h6ouGfUrzmz21
GUKjzMNRPxJiNwMsMr/H5SYIOjLcH3VGHyjfmq5ONWKFOPGpMpqNW2WkAsjuLDWEWJzBOiBc
OMgfzIsM46MhuIciFtq1i0Zj7y38g8p9mMo8leMsMEI7yQaOSWynqAKC0nGEJ+nj/b5tyOfQ
EbM4AnqESIqCz6gqu+bW0KJD1AxtH4URyuCMPqn+tG5s1BDeCPFwWHm1Kqavvfdceyar/NSD
oVa/7c76gxQhDhtTbYZvYQhagrePZLZR31MaCV/8Z91pQNwaAlrE4CAoHtrY5+mcIklhot0i
1SznVQfPYAEq0mfKje+nlqELVB8vpDpw22kk6uULctttbFbuKnzDgeHvIi9Nlh6ofP3kK1uB
1HdbgYOqvXJNXr6PWVgYLwCjv9kaj9SBBYDRM/fdojvch4NoZNW2NNJWwHc/R/zJiJBgvp95
EAyvKROQQ6Faj0yB+JCtLOahyBn3dyJDnqcyiLQTqQiHY1LF9UbsWMeVEULvkMttsCGwsEv2
grDAyrfLdz9nP3kAxPV4R2vBy7BkbSHGRPw2QBYkiPFbiPN1Eq/JO60fdb7qtUkgjHcKtX/y
EuS2FykE15iDhcnKavXjDk9T6yFsEZH0ZXHx29mrP0VnGiNuMNYsSyPLU/5KyD0Wz93xvauC
YqR7yFKk0vySxHlB+zvW6lgaiCiTeoNZbcEKcROyvrEfmR2GTA7ALzKBqrWqfPUPUIjkD7YY
oi/AKk4LuENmwDuGK339osGwgNNF2+hkbVs4OiIuHlw3qp79ZQADy47KtbWBs72PZG4cAxUd
fvIUlzJKpSns5ZVuYDvMyjcxawYA6e7tT1D2fK+US96hweqAfIIRNi8sTqiTuNRhynI2jJfq
t0bmyi4frEH71k9H3HXQ+4jezv8A7Ikh31Oix5UfIwOqYhg/lOgP3kQQC8Dx+7WyfYHMAkR8
VVIq2hI0REVBwKiI+0tprADgjEolhtEAumFXc+MIiwJNcHp91E2I2g+pLv7KNgWP8VUuZwcu
jW5FGw5k/CmZ9uX/ALVuNYOAt9gBGDBQEAFyPFCxckh36e6jtk5dW3EHoxQuaseSxJ8EWIq/
UpxjRNXSVXnM3vck9gPZQu5k6LbYkDroiQYtgCQxTGrGggugKDbSofcj+2477Q82B6oC5te2
GJepKigqblyWn6LUJIILThQo9IRN6AXGCjbjG+uhQpyE99IQpQ7aUwCZJ+0gLY08FBQ3WAfC
27wbjQSUePg4GB9qwf8ADtTfuuH/AA2LG4G0j4VvoBepJIB/NuQHGWctHVAEPasP1JRra5bj
gBuv2bK93IFB5UckvlCx8tRk5/Kia3BJyQnJ9K47sTuLD0oX5aGo/wDdW/8AIptFc+bb8S31
sKuYDglA8v7gAtEgFbPmjd9t9URpqZP5UGH/AB+VEa6NMo7xucYCBHp8EQ0BTXy6NmEDLAxj
VOD9c59Xahe5DmAT6yYkMDIA3LaBMo2uDOqhwBIDSiS5fV0NoAPtKZBx4IDjLXEg2x8Kw3JS
LNn8SNSS+q3ACpCFASzyR+qypQVAFQxaHQ24qGZkbEOdU1aPa2BXoqC9QLVAFQvn8paruBqt
tcASr3IcAErj5I8ruOyrTiIqNZ/KjstahOQPVf3bKn7XnIAJcWPUfaRpUgXtmvUfdTcfJDbi
bGRCtz8R3yRGLIfuP3MVdxXqgBAGAjY4AV6gTa0IOQMJ9F1Rh1vNAOTALIj5YJx/ciQSw0/S
trl9AhTjJFh6xJ/LVHdV+S0m2p+6vLSelpVQK7bDJHqlXq4+YcHug8ik2Iwhu9XIdC9ifuj+
VckuQJ7IuHct0TwLkMT2TsAcYTFvFcNXg3rHpR4+WrEDy90SwYhpTA9mdbg5AmpJIZO/fJ2u
jZiG0wmrB1T7g2h7pncHPimBk4ZNYPcd03ECxmxfD/eWtfQq8XNV6kAOttT5aBgAjWhbqhaa
3Eu622L9W6faRFSSNHygABbxQNYOoRexcZlPUsDicKCXGT2QN6AlmBZrfiVDRySHr2P3kbXr
5rYKIMcgwQvMQeg1QcOCwD6prgGxxDsFSvFPGCw/qVa9AxRJknCua+U2Iq4XJexGyrAdUxDS
5R3EvoyN+AvbIXy/3PH/AJ6FhY+Ut/8ArshUctgcWraSQqAnbxU06sjwcY2mldeo8tqpiXI0
Rd2OWVrkFngIXs46A4AQ1XmKYSn9IXmE6EInjsdoGD1V72ob8jE1IwrnkqSQ7P1QIE9pQFcj
JCggl5JhVqLZLbRIlMD5dCje2BAVagMFyVZyakelWrdxtMgo6u2T5kPWI1JkIsOxA/pQ5g5P
GQQcLkHMSTRiDqHTiSJBRLbScPomDuclMxd+7p38ehQqCCwggY+FNf1ekmUPLBw6YAGHC2Ru
OQQjVmONVahe1vZAW6niTr96tbKQQ5/1ZEliRkiAhWnrkwUz7bWyxhByJ11LfaRDi3/ARBIf
UJ+QOcCPKvLYCMhMAbAGe6rx1qXJlhohyWqCQGqT/SjfUByjzWcAYA1lbjbbYCK90a1uanI/
tW4jcD7RyvmEvZoPRbR6SFh36rj/AG4DlzY/0qrhrXkn9K7fQXTXDqCQrkDaKVJD+C5OQtqW
bqU7T1W1wBUt4lA4A9UJgX6ra58E4LjxTmfof+GqBioOnZEbWGB3+8jz/wD47lx0dBx9UJ5f
TT8yln65VHIqXBFgBohYmSITWMBEvOQOiIEOjz8MWbzDqtt6ENgFEMPFOawfa0Q4uJ4D2sZc
rl5rDbvO0HqAhUofuKh7UPmjReYEC2CP5fKvUPTC3ENUD1f6UTbynwVbENDEJuFhU4AlWtzk
b9AOiNqjYak5QeWDPIlEuHaeq8ucuiQR36okgzgd/dW9zUDRs/Egb31wnryFtQdfgRuS4ZgJ
b8K204TaSDBb8y2cprRjJscfAhY2ty7gQWGz3vWQ4q1FLAyT5iyHyXHHp5RRvtI04xuI16Ll
oCx2n+K2XA1HVHYXOmiH7jnOzjHU/wAiraogiAiCcYAXlPpTDAGUKVmosKt4KtSMDAQ0OqcY
U6qtR7MlfxC5MvYMB3sucWzUsCdX8yAoJtr0R5uQiooYB/mWwchAPrFPWz9HQLODqn4ywGiD
2dtGTAN3RLvbqn5bSPVr1KFLDaNIR4+QCwsFatwdh9QgQR7yYkRoiZ7dFUVZwQT4KhqNJQhu
pRBInHdOTgsg5YZQtagJqYIC2Uq4PmBAhbC46IWtPGD0yq8YG0AQEN2RAKtUyLBiFarFhAAh
itrHxcrcQRW0CdETUOT3lk1ywoM6/FVG1AbAwChvqTYvI6rbaHxKaPEpnJzLa+8mZ7ESR2QI
qRbt/SnHGTb+LKu+zcdz6tpRPN+5rONsmp9ryoioPM0k2IAWynFXj2mBYbnQsCa6sAwXzbXA
uJBHrJ7clzXxQr5nOQVtAYnU5TNlEExbIRPHU2F+mhKHN+55GIlv0qvzR/ip6lcA/ZQra0GG
P6UGmtsgdE1KsOpVrA5h+5R5LFxWTnKHRdk6PZWuTNjHh9FRYRmeyvce3c2DpsMq8dCx6N+d
DksXOgVPmU3CgE1LQoeoOQUDS7E90bnkNqHRZJ6BGh9YQFyXNza9ibFy4+FDk5HfQGF2R4uU
eU+qenuo2rU34Ti7flUGDMq/7nkYcdIAHtWW2rAaoEGBlFyz6qMDVFrkk9oCE+UZK2VAJoGB
RryWe2QAEeMCKmAtziJTYOqYZ0V2YEnush2bXK3EHSa/y7UAQ0yDBVoG0iRo6N6EigE1DSrb
Rts7OvJU2rbIVhzmuwh6mxDuuQfuL2PG70FRBB+9ZeYA2aHt5j+FDipx0FAHrtAP4bI2pUWt
UQDoE1rjjA0qMLfflYmX3BF+UGryX1T0a/IM2Z/zL5dHNHcDV0OTnO2IqjtoCR2V7WgV9Ud0
Dr0QabWgMcBboZpGqNSSz+WNEfnF9WKA4oaAVWnLYkWOJyg0jUqr+bqq/tqBts2CPOLbrWj/
AFuRGSuo6IOto9otHRANhSW7KnHQmpJc6fmXESGJqCfFEksTqrXsWOnghWjg98fmUiTL9E43
EjX/AKoGpJqNLLZazFppbHwre20gs2rIkgC3XCF23WwB0XmqwIcEpjgiUKgsBhpVqXqLVsJB
VuY8X+Lcdu3zH7qoK0FABpE+0nrLogPGEbTElkbPOoTVl9ChWsNllazQSxLOUDUWcBwRH4V8
+1ttxFq5RAQIy/8ABbhmuVa0mxwybaMMyc3rU5IyVW3JyF3ZiGK3nkqb6WtYfpR5SRetQ5ID
oX4Kg1M4ZGgruYljgocQpUDQgSrC9z8ygepB0UEHbl15g+oHQoir1BnAI/ErXvcxo2fhQ5Ks
49gQw+8jQSRDaOrXu4NPZZqko2BciHOEa3DHDj1SU8OX1QpYmpJh4CsSXLMGTvvuZ8E+HMlN
XSUXPmPrdk9KmxqXJE/iQIMAuBZUuWnLdUblq1qHKsa2J3WYHsq8VosNev0MFuOmpRuYfD9P
okMv23BUPOB4qlCWACHFwhwMkIQbTIbogwkyXcx9mie9WLwTC8pJOoEIeWx7thUriwIjMfaT
VcESGTWINW8CiR5CMPhAk7gMEdERa23jroP1LyjK29FsJ83ZPVz00ZbqDcNUN1XIOdUeOoLm
S68gcmHwrWsHtUPGVvJNa66IkgWfQOF5htB6PKsOEx0nCA5KbAMkShcFwURWw+Zdw2WUgmwl
w34Vj/2Rbk2G2lUd/Ja4scumc7Rh1bgrfY+Sf0I8Ti7S/wBkK1iXmAi4zoyuddsAKwwRl4Rt
YmvGMHqtgpB1RqQBW2qFRaW29iT/AP2WR5PKAZrDythINrTZdH00I91AFgAcBAmxmeqAYbxL
t/Kq1DuPq/Kn3dmEuhIBPs6o8lTutoBPxLaGrXU26oni8xNfObQ/uq22rvZqhVBDmslXDzfy
hVYSHPghahYgR6Ft5Aw+0noQT2QqgHxosehEn/QRtYuONyH7eVGtTA8oGEf/ACuAXscd/iW4
fs5OcIH/AMY17wj8zjcguIgp+LjrszUNIdXqLBr5cafdV7ONxgE4j7KG7BErfwkPnajx8gYG
S8I247AjocIC0XOgQJgALbx2DEsCt9rMAHJK21YUBY3Jb8KcSDgo24yA8sj8ywY6gJyHbUQj
uqS+hDovQkDWo/mVzUEBsEfqUhycE4DoW2kAjI1QG309B91EUsQBJCNbYOgTVEpto8UXdsxE
/ZTEEDUaBEEOLBtAhYEGpn0KxBa18+C0JOoOES2NVS0O0q1713mxcHstlMDQKMtJOiFbhyYJ
KaoerOQhQcYYQHz8SNre0cDCG6QYiF5TksR2QhwBroowOi3WJfojYMamSBlPSvl0KNPWAEjs
jasBoJymBMjXVGzepJGQ/vK1STU2OkKv7evIbbZLdfso816ubFgNQFENC80p6WNT1QDDkrqS
juG0oOfFHady5eWwIAscHJ+yvnWB26D+pNYMBhv6l5GAMkpiYIPm0TuwJg5ZE1exME4QLCpP
1o0YgGa6L5fKdoAzlG1MZBMLbzEGx6FG3FyiwHsv+VNfjJqYcaJja1gYA1XzOIbT3lU4W3G5
YMGKA5jtBDigMBCvNyGwYbQrjj4waez1Zf8AxydAHRvbiJGgZNTjkifLIXJXnpYEh6ExVbbi
1Q0mth6y31tYEmQCCB//AKIGhtyR6wwmY2Yy4Ig/ZWze9hh3wU9wWEShsqLE9D+JeodvTVOS
CeoQZhXvqgwBPZU3CfrT7iwltFa1ix0HVFySMAYCAFW26dVW9SNzTUHCO4B+hXnwTC2DAggZ
+JA8jNgehbZLd4hbnJmSzhFpAx6fZTWM9sP8SO0EHpojbdLOQ35ViNSgWLM5JwyIAgnOjJwa
sUd0dStxIy3Ut91W4mbUPDsrUpXZyAsbaMPaquPhtyi/LyXBsWdk1TtpWAncnxUBTlTYeCao
Nj0T2Pl6YW0GTJVOTgBFSZJ/pWwucAvr9pOIq2BgIgWBD4IYprEAdAniZIlNQNU94CqDbzPr
H4qoXABsGA2ob4IDsOv2UacI2UZiBkp7Se+VtAg5foETeoFSJDao8v7eLdCYKa3CC0OCh/j8
7Ft0shTmIHNNq2Aj3EaWpa4xuCI+UQ2pWy4BGGOU96ipJwM/hRJ49nTdqPdV+MhxasHwR8tC
W2n4U1QDXA6MiRatgc1bcyFqXFCNNun3kLXFd+AQMrZYUtY6keYIWFaA9QGK27a9HaVJbQAd
ELAR0ssANLIbyT09KETfopcnQWEJgR0ACNqtq7oHhG8Wz0A+8iKWaZYIbzvYwHz8SF2m0Gzo
DJLTlGoAYBvEqCagDGikAjJIQILHplSTv/h7qAIc6giPe8qAofIdA/8AKj8wihId82ZkRxcY
5b2DbrlzX7VvlogxV5A1+JHPQEE/hTCANdVXkrYggq1hqYHVbqk1NZcQhwfufJyj2j6tkCC4
RDsT0Xmva2jOvNQuNTKalAAiWaFa/KPJUOTo6vy3Ipwj1anL+yhtqb0GC2qDhi2O6Fn82QBo
AtwAfuMImLMHsB6oRrQF8gf2ok1loYStwk+yAf5kAxfQBWvbyUoJcy68pNgNCq76wJJH8tkd
vlsDB0XnBvTqE1g50B/l3L/LRjh2QtQAg5ITWG7qCnrUToBCe5PFcmTX+lV5ePlta4kF0He1
hATahX3VJNybVbEokhzqiwYa7Wwnfc0sSjbrpgLbI6sdFtLHXuj5dRGiN6sbWwM4RFpjPRkG
EHBTkv8Ax+FBw5Gn9K2HBz1ZEgHaTrn4bJgHcs0/msjWpcW0nIRJGA7OxZM7DJH9KAEVyXRt
WGHoR3A2NvZOPepZEs/RzKJMNgdVMPgaIEVsa2LAkGT91Dk/c2HHws5A9ZkLcT89wGbP5rK1
aNxV6DKJoTa7EgYCNXG7LF1Ja2r4b3UbEB+nZOA38U756pjIMO/5l5SSR6pfogLn5lRipyhX
9zQ8Z65CBpzVPQPKY+YDVA3IqBkOHRqLEA61CHBwVNQC5sc2THHTqgK+qRAyzrbT1zJcZTE7
fu5QDbwJYYCua2AJIDI2bfyCK6+9ZX5LFuSwclsIywLz1QNqORnr7ybj9Uyy2aiSAhWgAvbL
jzfiRIGMraQ9RoVurUVPRbTAGEQLs2CmPJZzqFtPJa1S0eqnFR45VmENhG2p6okGCq89RPHn
3SoI7mW/CttS/wDBOD5h4KSCDkPCJI2hsP5U1Tt6h3T7hlnY4+wga+YDuwJVrWaptplkTYu2
D0XQ5W3jGmdX+0msAdw9YmVXYGnyh4ZClrg3OjvITcFCTQz1P2lx2FdpfzAdCjWxY1JE5KcE
np0R8/mt9TfZW2lDa+haJ+6nPHt2hu5XzOa44hXDj+ZV5bg83K02Ieot7qJ4qVvQHylg34UW
JrQvFSy87sTBLKQbk4aEbEl7AMNfiVgRPeUZY43NlBnLf7p/ayZTGWHlBgIW2gEnLrcxBOIT
kB9WUuAcvK8lmPV2MIgclto7lPYkj7TrsMFZbq6clyPqQhiDgIuewLIhhv6oXqNxMM7fyoXr
YEHIlwUeQQAWLvlfI4rbgfWNUxMDMQgR6SE9YGvdHm5qm32AR+ZGwBjD4f7qN7FgRCNbBx/F
x6qNjqtH0dGxnQIQ5QJMLt0W4YbKy5UGbI8dw8EF1elgQQSzYZMT5eiYaKPqQBs7wAFtB+rQ
/ZW3TL90doDDMokGQW2kSXQNgweBgLaJIrjqURYmofA7+rVWHrivV491EzW3GWAw6/8AKs1W
IIAyh+4JAuQQZVLVL0tgiXVrcdN1radXT3FeMuwB1QtyWN9skGAt1SK3qMDCYCQcjojWg3DU
GZV68p2l3BwG91A1extA8feViQwr6wGEARtf0qtuQOdD/wBUbWtHQK1qFu46I7XqDgn+ZPnq
+CjBAaW0R80a6lS76ErYSTSs1A0f7K269Lf2oipqRq+nuoYsCcVQkuPwKDuqcjp8KBDlsH9K
g+toP1IBg/VbXzoMP91bhbaw17JjtLnTJf7SJqB5Wch8I0k1tnC5OPJuWBEr1nq+F5bEgyRl
k1ARZpLqnAfaM2Mx7S2UINawGGgQbyixcOq1A3GolsyneXgIGx9aQnBk4QeQNESIUpiszbCN
iULDA1V7kxaxYeBQ5BAvluoTHTphPbURqGR2s2ILBMQC2SmAYEu9cn3l6xZ2fanyfCaujY1I
GhGVUAvt/wB1vvysHY9AptXkYwf5VW/BSHlW5QWN2Bq8OvkChIsfXEAfEhXkJJyXwUNzWFfV
H6UPlCoGOphH9xylt7kVJcA+zatFsFmB8rtELcb7gTpKJBgCeqNiN1yH2v8Ahsha1SBf0raa
+S7bSNPvLlt9u4rXv7y3RuAzbAVXLWIdxguhYAkdQrOXeG/qUixOoBhCog9ihkkGSclSS2iI
YP1PT3EJ7A/2rYDv7/1IV2gPBYI+QiILwUxg6e068rEs5YT8SG4ORn+lbbY0Ky4OrKrMBrKM
vX+K3GxZ03FZzfKG7JlngfEgXFVIzqnqXBxCmT1eEbFwQIB7o0uAUA8gQT/KgGyGdQXW20kS
5RGBjuttMCAnsZHXVYRs3pQL+UYKrUHKsD0VB9a+Y/qmPSgA5OrYTGCD6Fn0aFM9QNFEkyXy
m1+y6IYEYZz+KyZ8RCkYyf7UNjv2CG47OPM+VVpycn+PDCH+9uVfk8dHJ8xI3F/tIcPy2u0N
AQ4j5dC5YshXj3Djr6xsdUDQm5PeFtLmZHb3qoC1Q3V/0pq13Rh/zbV8zksASRAf1VX9xS+6
tstjagaA2GttFXi4LMWaQt3zfNqD+lCnJc8nQIWNXRoK7Tm3RPQBjgn+atlq+p0T1ANrImzk
4gsycEB9NU5ZycssMPrTgAgmXTggVOsuiCIb1tFBDjBW5ibnDFSXOrJg5J6piDVuidiAJ3Oi
x820MCUd2S4AK80MWH/ZbTABZ+pXlAYGQ6gsB3dlkth22h0AADo4y6tawHWc/Ch7QeT2+yhZ
u8Jp8DhDmZ9mUBg29n+lC1tQ7dk+hwhXIMkfRtqWGrIagSja1YwEwElAH0Lkf2ZRr63bATjH
QIyX0AKyO/VTOgqMJml3b7q8tCSMNP4k9aQfa9X8qB/cGB9cKvI9amuqBLX2kgkS3wof+PV7
MwN8fDREG+2mWoGDqtt5Fh7Rm3up+e55eQ5qILD7SIoDWg9kFC9iTV4Fnwq2AAHYwVDOZI1f
7qeASWc5A91NXOuoZDju7F/AFW/Z2AuLnykQAgzNqKmUaiptU4M4CF+SjWGRqmpY2pqELEQW
cLZbygB69ka0LAaP/UhJPRkXDnX+5ByW0DJ2IA+pOD9eqz5eybcQAdBK9qz/AOvWRFSQR7Jm
ULOx6YlSPMcz+ZathkSYGi2sCNSf6VW1RtBwTK3PnQFEVpjJdeqx0CNcAGRot1hWcEQ3woHS
pg6IGxBD5qjUFw2I0QqIP1KgMQxdWFTk6aLZboypy8YMHCF8HDLa7ELM9Vtrrqt9g2viqcHH
N7mew9pbtVWuhMoECAuTjsW3Az0VuMnBYW8ER/F1WWIiJU5OO6ZjW1Roy3S+GbROBWorBMOt
vGDdtcJuM7aPGhKa1yzuQO/3ltkHLu6ANgDoTn3UdxLiABlWDEgyJchFw+4sAxLD31Xk5PPY
yxwEDUV8tojqmswDZQABIOSGTEMTDn8qkB9ZT1Lbeuq+ZRqfuOLPdDnIFTWLB5R4bAVNjD5/
MjYzXUDKJbJ0LZQ3Q+CS/wCVMLMRD9UeO8EHDAQgwfwDIsHJDGVhgM6p8AYTWgDCBABJMf8A
VeYN3AQHqgphk5RDv2CJJIbqhts3YaoggkEySnFc6ez8S4xA8oLBBsNKxAygQCCJd3RLZy+U
bgFjohUW2k9kWJ3AOCe33Va7B/8AXlQIAEsGVagsRko2l9VtPlB01XlLkFZRILga90C2Ifun
s/WFY28oGvZX/d3Li520GgAQAQq/lpLdV4KZ6hHkbabSnsQxwpqKjRl8y5YAt4+6mYHuNEzF
sZRcmoM2t2CLQfZPZEkuBDn9KcHyD/XrImpI7NuP4kCQLDUnqhapA8BlVsBNWLHDJ6ASXLIA
luyvRnOQE1qhup9VQGP8ELSK1gvkkqKY7unYv4QPhQuCCD627DI/KYVOh/SnvHcdUQ+5znWE
5DnJ1/Ig+W0/pVakFixc6+8rGCBEoM5Gsao7oHQJqgAGZUkuJ8qBz/H8SAIfrtVjQEbBJM/h
qiB5y/1IB3HbRBh5ujoiwkYLwE4Bcd4Qq4IMwsxpOqq5YVAwXQ24MStjN3RYoOWGqJqZGAjf
tjVWN/K8B09S5iUamrNJKFqhwc1Q5H8Roq2rZyz29HsrcD5SjWpfottg0utoEaBGxgDRcf7P
i9ovY9kKVzUMyJJ9CNqCTklMC9ug/UhYw4l0TQbxxzY4hHa7DqPKhycT2qfRhAXpYCuoDp7E
1Y6p3H1y6PFSCzB0bEv3MJwwB7SjUvYGW0Cbr9aIYf6+0mNQCcAZQFbOegC2lt2icCepTH1m
YsjkCpIIEfFtQLyev9SZyT1CAqNw1/7IV2+YmcwmNZJZure0iCGI1Q6aHqg9ZMzC3t282D7q
8oJ6nRHQjJMokt4NC3SRp0RYFnkaJmAGIQFcBEM2hzKHsl86K1uT2oYK4NYBg6lPYZkSiQAB
r1W2pjozph5v+UwIYSRlAMJLDp7yqPWYMGQaQMrcf9BOyglunQpiX/3R25EAlByT0bqtti9Q
WI1R32fkIirh01f4ZVhYA1tVgEepMOjtzgsjV2I6rdleYbnwjUQK58Vf9zylrEkUJ0H2lNt3
dMJNsJq566L593uDoNT95Glq7KAQANyPHwVvXjt61jAZcfDagIrB0f710OOgFQPZGiIaD1Xm
AB1LOvXrt6tL/ZVrkkjLmW9xAVcvnshWsEwXwmgMZIdvd3LbA7s6apIrDwiRjphGp9HRC1Yb
RCt77qvI6e6olzB7IkCDJ9KNWcAQ3VCo9YiEKmzkaCJRYSA5AfC3dchCxruADLcIIDAdvsqc
91uJ8zQyb1yfQAns0gtVWBeCfBQCwGMhPIOvRTkdGZAvA0CipI1CD64BEqugYIcgEgt4ph/F
EZGjhNtbVioAA1GqBoZOmnxIWIez9YVSPshCCtvq90w+vRbiAnMm0gI1OuHCNb1FiRjoExpU
Oc6r5nBc7qSB6pRpyvS4wRlHcXAGTlEgDYT6VuDK17ZKAAao0V7kMWgoVuARruOUBTy9jhG/
zNsMBhA25HlixyEeQXHg+iPG4uSJoJ+Lcv8A491yZJW2oFAmqc4dQAespmlNViQtsu7spZ7Y
fQIdDkiXZODAzAcBb+Mk7fWTANqH1Qy+uB8SAtgYA80oHHVxKeocl40/EpBjO1CrlhIfPuoc
rRYMUZYdES726N+pHbUEDKt5mcTOn3UBUO2WQYw0v1UHOrINBGP7kxO2rPa36ao6nXqoVjJs
5BA/UtsB2cYTnGjqPHonEEd1epIcT0QBDvJ9HvJgPMBhXiah4Xq7Zk5UHPb9K9YMcwmNtYhb
dzDQNlCtgROupVA+jnssEnqhbHUICR1KAGmUSRDR2XXREkTp/SjYMBY4B1RqC4JY90Yk4/uU
eUPA6oU5CakZIwgbcrgaaryBwBg9VsuDQ5BPq+6rUBfZnxR5OV9nqscI1rcgaDKJrePGEKOH
P+tyItyHuHhE1J6ErfYmpZnllNjY6LJHimJjonPgFDADQwvu9XWQeg1QAcWeW1QuKnGArHlq
fOICIYgVlmUYy5b+VdifAIgjadNStoNgAzvhE2I2k9WQNYALwSx95XoCLWq1gFtMSY1TkMQ/
iwUS/SVa1vNbHpW6tdp0leYOwhDcDV5A7IE5eCNEwkqMlF8NACtXDk4ymIfsya92HcOnEjuE
IftgrynaRn/sjyEjDA6ohybI1Jd8q9DI0dOB4aFCW1LfqW61ofGqFalvRP4kBYvoS36kBQGB
KAILsgc6N0Tkz/FDtkoHqPV6o2Yxpp+VEkn/AJQAEk4IhC1g1nyENgA2hx395C9w50HRED1M
k6/iVr2uTEjot1XbpZW5uHj3MGqPWXKObiNXL2IjC2guNWQqcASmxrByjcxcYbQIl/T1Q3eY
EtMAKpHGeQnXSEBs2HQLID9llm7J7F27KR9a9UN0W6rfLPqkYVauSM+lAULhspydvZGlyH08
FatgSBhkAKGwwIeUTYYgFGrndp0KMbiwdx+bzJnIbJ/SvMC4y8Bj6tUTUEdkdrMQ5czP3USA
A0AVGUDFKjJP9KNeSzgZDfqQqA/c/wAqMIwCwhGGJCcj/XvIsZbCMB3yFJKcFyV5iR4J9zdB
qg7kEwNVSgzq6JBhAxJQ5C05UmNAiCAGnuod9ZTNPV160dNVQGCRkoVMnQJ37lAV9J/ShbAd
mTQDh1nP1KTOFUCXkBDe/llkbAkE4qJhCpwIcdUbAvM6QrGGbHVSWBiZKDDIlXc5qX+pbKEV
HQw6IfM5/ShZhPb8SawG14GspiTuOAOiFN0w4fRcdK1FAKhPuIfHR0BFu5TOG6ogmvZPYuOy
Zod2Wy0AF9rLaAQxiJdGnIT5snovWcDReVgTBRB8HBcoCrmzwQ6YkAHSufiTm8ZHghuLD70p
gxJyyAcgvBh/e2r5YJ3dSgQASIJOgW4WBYOyAeDk/pTAQf4rTxW14ywT/wAVUiTj6kD7JwjU
APYIg41KYD0psP8A7IjcwIyvKSAzPl1UAyztMKofcWfCJx2KGhEqxGay6l+zpiGGh1XVhBdY
k/WvNnqRKAdyCwOrBCGLLaQ57rbQNAQMgPMqM5CO/oWHdGBhkL9srd6xtETKJqPMzMvO75Ru
SZODifuoUkk6jCoGwYDoBsKz9DlXBMDTX4ULGr1GhgoPWa5ZQ5AwgMgTnX3Vx0qAd9g5/pW2
rbQI1Vd1xQ9FF93UrBZR5h1Ckt4pvmBsq1fLa5yeiNqgHboyHLSgrc5qBn7ycB7A5P6US/m1
CNSNlRO4x+FOCJyc/ishYiC3b+VO4FRLBPYsLaaShLh/Vr0RLWsendb7V8wkbsIvPhh0A4IG
UQAzGCnJ9BRaOnRbtV06jsiMHTusBgMdESSAB1yrDMmQFq/XRByfFZdEVrPXVVqAz5scqC4E
AtCf6gu3RWH2gQysGcg+IUAFsBTVzqMokkuNCmLkaI8Vm7V1+JHaIGqItl38UTo7QvKHGAXw
gSRAW5y6gTkI1xMpta4IwhW2uVYMfKiwyYdAirnVHlvBGAvKf4o1eDDK1LOS8Fn+FFyQckNC
IpAsIPdM+45I7o3JjXEK/MzigYEwR95esyJtapPeV5bgDUYT1Dg4QG0P3UAfUt20N0bVPYhj
Ld0au1tQy81iSDBrK8pJ1JCatTOC2qM7T1IcK2gGIH5UTh9e66k4Pf7taqrl3yTlbuWATjxX
+IM0OgSXBwEww06LyhWNm/4X/tqhB8EAGBTsGZlId8EoUkuH6qwwWfCJB3A94R6johb1QdWW
0lz9Sawc4mEGAdnAyhSQSHYhP9UrzM+QyJJcHICvXUHHZCxDHHoTkEg9EM1OsuE1SPqXHYgZ
aGEe1a1kds9EbEzoAncjthEEsyNhYkETKANiQcBDbBJkoSDyNlWBO6tQ/QJ22iuT0Rv2O3/q
hMCSqipa+hEoXPKd7fWfdQd7HTRVBJA1RNN1uvimuROMGfs+ZA4bRoQ2mb6MiB5r2w+Pesvm
8tjv5pcRHs7V65fU5RoJPgoqJy4dEWcdAAm3Wd9UKhyDkhNPgybcw1/7pncMSbDPup+M2EBy
zJiSbESU9LSYPb4Vts4bJMz7qgQNTl/tIO5Jjyn9K3muzj1Jg/hW5t2k4+Gq9EApm9KfIT2r
HcQn1PoRDMTlE2EAf68yFhA/ihqXl/5lAdslGz7W7oHUiT/SjQHzkt8KNtrHuECQ3Q9E7khs
Y/Cga+K3NAOCUNzQIZAHHQDRTgaZKNncPIyyNquD1ROdzEFFnLdMJ4HWuEwdk9qiMDCqRtnO
qBoJID+KIIY9VADmOiJsAw6dUKgMWcoAsDWHQZj1W4CAEbAbq2hla1sCW6ogSbfwCNK6Q4GU
ILCX/qVRauBohY64CIGcursCIgaN9pVxYtJMMR95AGzkQw1TlwKiAuLhqxFjEtj7SrV/LUAb
Rj8S8dAtgpuFoBH6kK/LnDbkRbiswX+OhD6lE7gAchsLdvHi0o5OoMfyoVBZxjKAd++pRLTo
MumAY6uMIg12kRuGUKUrubN21QNqg3/imZtSU9jDOycl+y8tSQNGTioHQd0dwIIwwdA2Mat0
TMS+HyvvdNAE5cHQMjhspxNWY1Z/zKR5cgrcTDSiAQRVwOgW84EF1hweq220x0CEBokLyzpM
IuHOH0WS/YpgGJygz1boEXLlV5bk7BJB7KwoBWtcCvRSH69XWCI9CYDEyoYNjurDQBmOR9lD
aPM7IVZr6l4Xm5Kh8tP4VvJLnrDo2Zh9aApVgFuInohtq50W2wDmNvX3UXi2oR2ly+P1WW4h
i7wmu+IB1TFh2HRMz/69pDjsSASxP6Ub0LgmR0/CgbgkPA0Vq6a1IKNtoaggz+VdE9yi1XBg
KRPQQt1dxfTROAXC8olO3m/gvtPDvCLg125J7pgwD9ThEV9Z/B0BYl3Ytj8S83mjVAUAYehA
Dyk6oC9nGEN1vKf4soBMQEQd3ZoTCrHxQkgdP7kavI7rdlkCPS+FpZ8BFxtfocICsgHC2uz9
Vfjq0DP9qckk5L5dPSvibJzjRkbMSAhljjqhe98QK4KciTI/uQFhJ+pE7p0CL41TVkkq8EsC
iAW3FjUynB22GQoLvC83oCmpM66K9bWepBL2QuCBVoI6IEHcB6XW4iNHW65DDIITCHQMAHBR
Z3J0QeRidFuANrAR391GzzWbIvXaCYmShQwR6xCBtaMJuKwA03ao7rVIGWQNZBLvn+ZE3Dcg
Ge3uo1q5toVW1iLE/wAFex8tjAPX3UNQn/gF6hOsqase4TBm0CcEjqy8rMOuqwH6OsMP9eyg
OMR7Vz6vw7kDyndYYH6laxqA5llEN/ryo5xkoh5f+C2uYkIAl/AQnuB4IWpWT1T3qHAZbWDC
XTVqB4lW27bE5jCYCR3QAk/8oXacM6AIaIW0WLuha0vBlXAwmIFYdyoBJB6+VPr00QLBsP8A
2p3FThiuPaQQSwIDIOPTomtXOsSmqASMBMBDpixI0RqxLu/UKAx6IAZWGPVOdNSiXHZBi7By
Qjvxp4IgZt9QCAYv/BQHOSENwnJGEMMNEDLVVyMgeUIbnk6wQrco9oayWUsGggKr0Du7iFWG
Az4I7R7OuEXIo/d3VeQZEEhW4bF3BAPgvKZqf9eVb+WwAZgAf0obj5vWA+6hoFBW42J7IiWG
hCHlcrzjYxwCowgI2N6XVeTnDh4Hb7yApUVAwEQMdkY1woHgnvZwf4IW6/WnAYnqjq3X+ZFg
CD9aDkvoFEHr/amsIOCESYJ/2R3GD6F5SLV/itohplQQJ1Tm6iwJlCos4bGnuok7nBghEkRo
bJmA6wiHg9YKd2lkzuRjd5fzKlQZPREWLAJwfQoc2BdFs9GRBqx7ZUBx1RJxYw4RBbsRlEEn
6l0ZQHAz1QAgvA0V6O46FPa4HbqjWoMHGITAg9kLEM0LzWd8MvKNz5RrUyQQw7obi4GZco8V
Ru3Bmwt1qvQnQQq8QDABwR/KiWY4bReRicnSPiRNoAxhW465IcP1WwmScASjyS9oTTAmAT+Z
cVhYjcWPgg5dCIWGC9YdwERUmhGSy21LkJzjULtlOT4eKewk4KgScBCBtsJ1QliNETaAdE58
GTjUeWUQCREnX4UbAGw1JOqFftYKFq65JRB8p0JTWs9uqdnfBRILg6f3Lc5BaEbPnP8A1UA9
NxT721ZEAnt4p53YJ0TMmH8ECxfupIdvFMx7EQfzI23PUCHymBcdF17noixeuqEk6sEwzqEX
6Qial+SmB2R22wNVEE5bVbWY4JQNtwfBZbQQak5P8qF6jzXE6o2zrKd4bRA7QaCD1QNBuro+
nwp+Q5EgIcZDCuHwVa1ht4z6pEh0a3qa1Bg4ErcCQOuSFTjrYX3ZhveujZxY6PLIWB3ASYQA
2gEOEd8jtohW120EOrCx3BwNwDJqGQII1VTc+boXqgAJrgjHxKvJUkm2ZJlMNEQcHK1fxTj1
tUL1uybMSfoDgHqmwyLEk6oGxnupbsv+SjZC1p2INBOAyNqtlyO6JsKluqkgNgBeW27q68z2
fB/qUw0gImoh3nJ91AFxEoWDuYhChcMYGiJOR/qqBLOcqBJyAvVkpiDGQIUDbXqcosQBgnUr
cz2OAEL2IYQxDfCj3OiBuXOgTMOpW0DbU64QHG7nJTTaugEfmQNmAOmqNbB3Lksg/E7alFuK
oaQWl152I6MFQ24wNmlYFvfR2ECulWwjtHo/Uv8ALcVbROZl5gst/HVquwb6HIwmvVxlka8l
ATojbisNumv5UebnL2qGDBhKJGB1CctX0LzkENAW6SShbYTU6hG3HUjjjBXmD2ZwRMoGzHq8
JwIz2VuImcgwwT+s+rokkAD60zv4p2noiDhTDdU8MnBgYdPY7iJjCJabIbgwIfqgKj0oAgP3
XYraJ7sgTJOB2TAMco2EW1GhRtgoipTH+KckDbgKNMheaolbQHKfXCJHlP8AunE9kakMRLBM
IbVsfEjIP+/4luDlsF3TgzrotozlzC8xDZqEQYBEAIVcCnQ/1IbYBDEBNQPV9ZK81QBqu/RN
hFoKz9DGEAfrTghui5OUxtqT6Vepc2L7SCG+JVtycuwAyCdFSlLUsIGyuWQtW21w5Fg5+FC/
IBUafQQ7d0P23Nxnn47WYcoyAftIkZaF5YP8E5u/pTDIkOgLlhiEKmxIEkIktNmAEwF8sGWc
QrWYW25Jj8KdvKSMaFUAMXDWj8qIcNopD9lADDRPYAJ6nb3IUlwE24+CLswh+yI06ognP+vK
qvhoT66IEFnhkBazB0SC7wAQq2sA2jIAiR0TkQvKASRroyBOeiIYDuiH9CLnMuibYOqDelSY
RqRBwQmB2kK97E5Yf2oh401WA46BFsjomJDdWlyiRYkmNxQFrmwscjACxuDY/uQ+XVwELcgN
rWyBhPWjBDov9lKko1GVjHoT9U1g4T1LeCr+3+aRUya1P86ralvWLAOFtI+Zs9bT4kf3HNUU
4vVoO4+ytnDWo46Q2Xb2t6eoqz69PaptXHtAoLzYjojwinzqXEsSLV+/5VWtg9SAARmVf9n+
45CA/wDhtbWp9nenqfLoselPqiCicgDCsbAsbG23DIXly4JGQ6YXfcC//VPiVxiAdzEhP2QA
C6Muy6+KcJ20XfATDPTRAEnt6VQWLsGRD4xKO6ZQs7nTp8SgbjltEHDEIgwMEosXb6lhwdNU
JZTaB0WICJEqoJ0dkzR1QLvLBPkhHd6FyVltxgyUQR6AnJ2gQBqsGznOgRDToX/MtlnNBkEv
+FCoDDAfLIbwBXoNUCAFuOdFMDonafoYrJKdpTs5UKUByW27vVW+wO0jy2eCmGOgXN5SSQ4J
kj7qNrXNRx4q3sn1tq5A4pRgCdWf1VStTsqXO7U7f/8AouOoewNXA6fhVrMGNG3Ll4ea5IzQ
t+VD9xxkXAL2p0Hs7lXksXIgwxTBOQyJMIgK9TAyB2+0nBINZHii02OSVa1g5BbshW4kz/ct
27/HtbaBL/btZAOXCYOXhnUOBoELWJdAZOiwgTlvrTg90SAx1Vaz6Vlj0QN+qAAbojZz4oBy
/VE58UYMSyJLDunzoFOemiaEdv1KCfSjT6kHEaP1+0jtJ9KJOW/it4IrvG5z+ZEGSdXhOAJ7
pwZ1BOPhXrM3sgqo4aNc+UEhx97kQN/NYBjDP7qDB9uHwn1/+i4ypXDxiQA4D6ri5CJfafR7
Sgt3LoVbzYcwEQ7kSYhVIDgF2aFx7a+UDzbQxjzW8qtWptUAgs+5g3mXYGdC32rI1E+EQfvL
MEyPWVTwyDk4lYTgfRhDl10bRAu5AYtGEbHy7oA8PVRr1OdXQsznqSukafQdoz1U+hR9Seq/
ggNNEDbrhM7INJ1KJPXK2kT1T9MIvk6IUB0eUanOUbByEX9Dog5KF7eyPoNsMhuyvKHCcmTh
bSHKBEADCpywSHDdHRZn0ZNgAOwBf3tyO13Ay38yqKh6uDYgYQ2UAscnJ/EsM+qlR/8ASHjK
i240LbXYsjatSdtmI6feVbWBr0jRfMd6Bp1/AnJNidcKSweTmPs7Ua8fIOGnVgLmELUsbgF2
096yN222roA4LfdQ5iGOBLFWsTUDR1/4x5BaXr1f2k2WUIh0B0RqYsYdW/bHFSQCcIeZtQAM
st1tGQFcKMjK8V4aopkQBC7KS4GidnK3GEOiYZQP1JsDqmGeq8wc6lX3VcGARlbaEsZIOVju
/dDcP/dCgxghbWaEXLeHZQcJtRghNuxlEAYRBV/uz9SmxrV2lAUewLCMyqnlArVpA/UhTjqK
xJGv0OozhAHH/wBF1agOwB9r9Vf9xfk3cmG7+0vkAVNMEAPhF7kUzUGEaE73ggBy3vLy1NS0
/wDVYW4AEv7XVHdZvAL/ABvUa9T7yFb2xgZRqCABkYVLftwX3MCDL/eVRebMNx7pifQgSQEd
x9KPmFjhgeq5OPnsKbbECwhC1PNWuv8ASj8+5rX1j6PZquS9atx0O0H6JWWCh1BT5XZHsV4I
ADEFSYBheMLzIxhdzlAnI0R265CFWLDJQAHiEOnRWhgBK8pdxr1RJI6RJTSEXAfQo7RLOPFG
xrIwEDWpnUK1LZNXdXtfcOKpwNT9hb9jWtM6LbUMPpPVEn6kAPH6AemiY41RbGn/AKQcklgr
8gArtfMrbyny3BsztJVhx1B1OsrynaamR4IVNNt8nkGW+8iOIs0OdUHtL6ImpnqUZckyUHcg
Q7JgHt0MBCpBrR3NhLKoqd9sm9uqAeSjWuT/ALIWrcCmG6Fbb3Nm0CJBYESLZRtW4+ZYny2y
jbhJ2yPu/mQPLc7bHL/pVeOmsk6n3voMSV5tMDqgnTt9D4RPpXY9E5wpwmqX7rPiE5LH/hSX
PZWJwz16FOXHR01VJYn/AF5UbF31dY9J6oCpYlAk5kkqAu/ZPYDxQFRJRs8vg/0ry1FaV/3U
fTIdZyhtIKOh6px9GIwnd3/9BcsttTsJivpV+TkLyxKpy1D1AYNr8S28gbkH/KPN+3B2Wk9/
urbYjj56waW8pf7XmUwbYRj5gGhhlubaNDCgudVtBJbJfC85BoMv+lGp4qjjqGrtyULVJrV/
V/SjnsDCsS/mwf6VuLg4Y5IWnZjqhXJ/4QGbM9QjS99oAMKl9xL6HACFeM7eMBi2feT7ydZQ
sckSgU7x0WpT6dFjuimIhEAOgGcoE/WmEIEiAnT1wcraG8uF5gH6hbh6CqkyBKAZ58UQAAeq
80knCgfWFrnJKIEoVy+Eb2LNgaufsoXuSdxgYZCo0z4rujoiXROToOqe8HAqEdwDjHVcZz8z
Qez7yYsH6LsUK56pvonAR6nCYWERlbnL0kvB/Cq8XJJ5Hao0hH9vZxV2GqxLwEKXr8yp1Iba
F/j3DnAcM4sPfVTy338NOuWQHLQipyR+bzK1P23GbUt9ou3wrZwUJvrUafEvlctGs+NUCKsR
DlM8j0iEJcZboiHJGTqgKAzr3Rofrz+ZbjbyjAdOCHJgLivxjcTDCHRPJYA1k7v00VeLg5d1
GJNbBx8NlYi3lBcIe0xyOiqbTun0KU6hYWf/ALIAYvlQiQtoOcrGED//ACodk756p8gqDOrI
jrqpgIsidEGMYldkS0FY9CD4K3WI7A9Qje9nBPlBlvhXyb+XloHq/tA+1X6HXUdEYZ0SSBWT
Uo1sROoyrVr5idUa7oMsdPjVakCzMH7Kpw8siSPpYwEzEkxCBAIeS5T0qDyXDv8ApQqwDB3C
HLUPbVsrc5N3l9PiRsBvgO6+fxn5X7io232wTVXqan5dQdk+sQieSp3B/KYQpxUrxVHrWbT3
1spPIfX5DqgzEgHEmU2JhPgCHdn+GqBZ6t4okRoQgCT4BFxGg/rUnJwY/CocB/An7ypkke0A
vm83nFhBGY9lG37XhrxcVR5+S+SPuKznc5IBAX+KpMsSfVVa8hDgNCwmXZPkLt0TnK6pqgl+
i2sW6nKdmdM7oF4UnCeuuis5YjRBsDPdR0U4ZBgyYyXhYfuhqMrdojy8hatdOqNySB7NRgBC
9QdwLEBDmFzvGAchVrxcO6xjdLOt3OwJwBp9LXruHQrfw+QjQLdepJrO6uqJtWT9ruhWx2sW
DZQtexdmY/8AoJIwvKAdpE9HRrx1Bswaxmfa3bVavER8y3rBsfGq8Ni5aSVsuA19cgKws5rY
vSwBlH/x2Nh6/HaChzcNr8XIBNWcH7VVXjuBUa3b9K/8j9xIOhgH76HHx1qBoKwttIY+lW3V
cnDwUCfFjJ/EtsNkEoaNHZOdTgYRFQ0Jqnx7/CgIjxVaEv26IDaLbhDfqXyRQEmACBFlTj/d
cZbjxteo2/f2oDaAHBcd/tJqDbVoZDVBQgF26LRkNB1TWLshWkdANVq6YZGiJGeikwhUEelQ
XKO7Oi6B5K6AIT6EwXcdFMEptF20CHHxxWh8x+8iLEEGcv8AyokCeo0+FV4uIG9rFiGx96yF
CTe2S+h+7/6ZTkAojiArYOR0VeK484tN3dBi/RT9JsTmFatSXBYkhg6ABDn6/hXy6ea9avb0
pyAfCEDUgkECZ2/Cvl2IeHI0CI4hblBxeXQqSSNBYo2/dW3czOKVhkRQPX2Rnb9pA/bMn7Kv
bcLAYbKFpO6HWyp3Ifw1W0ncSfQtjGxB9Hwqot5DbLqpoNWBW8idXR3VAImMlAVOwV1fKNnd
tcyrV56g3MPquXk4QRx8NiG+0PtU2qhsNlrBtpy49ZMcrt9AiVjxWNUair9zC2nzW/gEBYS+
VLo3durIo2MkYWJ/in8EAHJ1RfL+KA9lProgXZEhDqpPguTkLBg1SdbI2uHl/N/SnIEmFXj4
wXvALOhQDdyEea+r/wD0HV7cQAo+XZvgQNy5BZOPoBH1Iz5vZr1KqQTe1i9gtzAkBgBl07A3
sHIKszAiQTglG3rEy/Q/CqgB7f63WQvcDciRBRNALuPH4ao2fZyG016/cVaVLbslHjBJGPSg
bBmBIbqiQAASIGfeRNjuJ/2W6tZCNhTzdVIIs+QhU6dUbVJ3N6uiFaB7CfSjXkranKDPRG9b
MAXIRDyRnsr1q5F7GxBL59lcXJxnbTjg1TjRdipTBZTPHVHzMBG0IogwmEjVSHGW7rdYsDoj
MaBRm2ChUSdUbBor/qtUSRCZRoo1UmFBZZcqtbPtsXdFnI6hVpx8fzjbSclC155Dl81//Wpj
/wBMfTcnQK9yGF7HaeqHGW2u7I3J8pkDsnqRGVtB8ANQhQ3q7RXoPsoB2B6YR5+awcRUBkbc
YtR/KSYtZbaHy1EkyyLsO/UIHNtfov8ALo4w6+bYlnckOC6AuXFz5XMfFZCpAqKkkkF499Ai
rS4LQgbYFpHVD5YFSRoEHynJdRHgiAPrWEVqy/z8YNhizSuSvHixdj0VbGpYZfRVtUg1tq6c
Lr2RGCMILoo+tMi0AyiB62iYrwCZAiTXITgNXVBh6ELvgo48yOp1TBF0BldhlPVnwpZwjWx3
VrhyfKnAJAyBr+JDmvXaeSCCHYe8ssNApI7Ifx+g3tgLcQxOAOiwtuT9Fqg+JVbUDkmTiETL
Bba4Jgk4Wx2B7rdeQ3rq3JWpNHjX8SbNTovUNK6HAVbEm3GfX7IVpVgEBWOqZymCIsAR0V/I
ziCDqjQuACbVYfqXmG3YJnojY4JlXqNcehAHIhkN31KZX/CdvQsJ/rTgMyM+kzlGpMFEWcuh
zfs7E8NS9uPP5EK34rfegwt1a2tZvVA/mVuS/EOOpPk6+8pOmmn0RATf6dOyJA8UIZ0SycIj
VkWDBpT9kQPSgH8q3WECIRcEvjspwpjot4xogSPMTKGBDsr14wAAcjD/AGlU2Bapcnqq0GmT
ojY3jQLcSwfKJxUS68tnJVbMDUGQUCxYYbErc86B9VNtr4B191bhcOdVbIBMAwbKlt1d4Dba
6K2WH/KyKAiDqURUvtycuj6riJP6UbAMbSJaFXns9Kntp91AkuAIC2gMAoC6lMmb60XCOo6K
tqMDUkEDK5K1gM7HBdAD04RLRoUWGV5iuoTlO8/Q+JUptNUQzqBPdFxA1Cmgt1dP8qpbEIbA
0YC7JjqvDC3arzFkZZOmJTXvtGnVes8dJR2g7XyjujQBGoDL1g3QoVycouEXdxKAAlsIgtue
QiCHIQsBJGmiuLSbFwX6rbxAVNAz/qR4yWIkkaqtQRP1kqlKWwXIGhQobRcSCdfsoXA9dqjp
VvW2okAWI64V+Hh4/wDI7MJEe0vMbfuOYH1cUomu+6cIG9t4HsvA+JbuWu42Easr2qGq8N/c
g1oOX6IuRtrAVrNtjIySgdrcYL2cT+FAUcU9q5EN9iirx8Y21qBUN0C6n6HUZUnVdE6Zc3He
7Akw0Ao246F6ySP5kTYgHE9fvKlRBaUdpD0QI8D9AA1XVSvFd0RUCS58UehKd1nwChpXcIl4
+iJTHK7pwXeCiAOzhAgmzCa+yvMBWo0C21q5OvRNYx0EIxBMIgh31ViiQHJ0VTYEMIdbq4Jw
jW2WlPJZmCLB+wVvKxyql2OOyrzVI3O0LczPAMqbB/aNl5TuaAw/lV7HyGokqtagPTJM/mVB
a+29A5GXVxgbZZX4uIecmT7Xuo8PGQLs5br7yNrmxJ+1qqVADH2a/wBSpWo85PmKoKVMh37q
1uQSS4dE2G2pPpYJuI2vUFy4cOr/ALmwFrCr3EjX1eOq5uEitNp3AYLFOMJhoiXX8E68VPoW
XCZpTMDuAMq4wGW4gkA4ZX3WMjy07D7KO4eWwfwVuGzNgfSBqcIPlMFH1p/rdeJTNOpCcusY
T9U2XTFgEW01UpmQFXc5UmNQiKDyiAcJyZC3Esok6unQfqrSjYZeCmd/K5QLwNEbEGcI6loC
qXgiVBjBRByMFE8gcVDg6IV44Oh0CO63ntqq24uQnlt6wro32tq84BLSf7UKUlsx5W+8qHiD
ND6IUOGkhc3Jxjfa3qExJ9qyMtauSBn415huOvj8S30DCkEripci7lzUdlVhtA0JRIDF4bsg
CTamhyns4pp3+8r1GCIKHML7K0Mk4s/sIMQ/RMPT9D5ZO+V3Uo9E4QDsGkqwIA/5+8tui3MK
sOk/CthPmyML5lWGHKHIzHBT5CnK8FGE30ZYqdUzQnWYXjgoEZUqMFOmrUdplHeC5kIVD1AK
NRRyNcLzFuw+htDqgNUS+QnZgDKs4bcMunI0W0vtwjq+F5pATj6lhwQzFWrUsWMI/MBepYK1
rAWNsF4RveD9kHVbJuSPKHQJAe82KpQPV3DgIEkk9lfaSKmbRL+zVbSHAjajUiBgoCrCzeZf
M3PyM4DuJTVMDVMbBsAPgrcSSDplCG6IVHrmWlGm011cyQT9lb+bk9UQbZIThn1YqDBTO7Ju
iZdk/VMAtvrbpA0C5PmjzixZg0Kv/K8pIb/ZAi4fLoXq5JhsIVJewz9D2KLCOuqb+CnJWJXd
OzpwFOVJQ6JgEbVDkYCNbce4fUtzTllt4wD1sZT2k9f/AETlNhEsCQifT6UdHW3oUxQONYQs
IOqNWZkxMo1OmqnpCHNUHaZAGhVrMCB6wMrdsZ8B3Q/c8gelh5QzWlAVDIcdSN2UKAA7dc/C
tpM1kkIWsCLEsOqIqw2ZL6o1Jkz3TTusIOWRqzEnKJNcYXy6VEeseiYjawYIiwO2p1JZkBUO
bAhzp8KbkJAMeUkocnEX4xBoTkIg1+XyD2Tg+7ZPglOsMsjqwW6xAAEujSnsy/Ufdsq/uuIG
t+O2TELdZiOVmPQ/ZRNjZ6liOiNOIkdejLzBydTCNaW2kiDlWq7nUoIj6lHgi4Yp12XROjMK
T9SFSQCcBAfUih1WJWITgkD60GkJ/oClOiMOneEJl8LdAgK1ToHCBONEY8wTmu1QGOqIbKIM
9CrUyDgI7SRSo3GEORzbjofM+v3dqFQA1cE6BWuWAGEbWIPJyFhPsoSHMlWJ8tRPiiKVY6HV
brGpJLg+CFiS95A7I1xUgklFx4K19MGUBUbT7XitoZ7at0R5CBantOWK2ibOzVlEXp5tKhAt
XbqTLfiQ/ccFybVLgoftv3IbmJi3spzAySttuQWsTtDYdAbDS5wNSEaebzZLy59lU+Z5wfLU
h3qPs2VhcOLBcn7ewJsDu4yPypzBHr6O33ltBcGc/lQJkj8IRpUzaIRBJepYll8zlO2uB3R2
0tb6lHCSdAt3ywKq1rVcjDK5tTYKmPBZlR6VOifX6A/8EzABQ3inPoKwt/7e5FH3Ghz95eep
YZjbZDbbafs2hQXfVScLyp0OndMcKwI3F4WPQjmQhuwE4Mpiup1WYW3+K2q1eQOLBkOPjDVG
iYQBnwRYOKYrp7yNgQQfWxCFKlqhnKazN9kJrWFQ+ERxh609Y9AttHFaAADwW+7kgPV+6YBu
y85isgNkqpI3cl/MR0QJix0KrRib3wBift3VretyH1mYt7lkK7mAwbZJ+6nsQKt6xdHbbcxY
HQe7RV5q3cg7uiHBbl+WdC+ULxcvB0QvzzcYQieqawcJrY0Cpz8I81TJ1b7KtfjeoZyBrY+w
jx2qagYCPHStaioclG1rOcA9/sqosQxLRn3UK8oFgJAMon5YB7QhatXIwCUQaCeyJ2ZyNEfk
1FXyyn0JxKkqE6Ya6qMp/wCKYysyyIyUXEHIMpqA1t1Rvwcm6ulEK/uOJgcnMqLbT4smod9U
xB/4UfUiRi2UXM5TkxogCI6r/wB/ohNkrdeKjJRrQBnglWcAEe0MLDnqvkjNosRkBbaXLuxJ
jKYEEnNjKezAdeq8kvOIQYCoJyQ/4VbmJBj1dfiTjNjjXKte4a5YVGoARsX29f7VucitYY4Q
rV2ZjCFjPQJzJsxM/lQ20Z8sGW4jfYjB/St14qBhbQA3Uj9Sku2n9yLgs0H+lDgsTe9MP0+6
vBSI0+gsZ6FW476iB3Q4i5oTBOH+ztVrWEEkvg/AjYEjktD26BeQAnQkqm4eepO4t+Hb9EiO
iH+y8FGPpx6V0TguR9DIBS6dO84RUl3TqBK84deUmttCm4r7u56Jubi3VEEoPcA2DgLyHTxT
EO+UHDKP4fQ3pTkrzXAZXFLEVB21GhQvcuCMgyfe2rk46u1h/EJuO7FpGro2sWtk6rdXc9ss
Wf3dyFHeZB0ARqzkYqNUKgTk6rJ3H0D8C/8AE4i5wR/chW5L2IqB0f71U/ttkrk1pUkBvu+s
iavfViJf7qd23SQNCgXl8j9Sq+OpGUwk4PSVIefqW0yMhdtIWD3RFx4AYW4Waw6IbBu5GhtU
R5anC/zXr8wHROC4OqlHn4iAaeYEZdGtx56etb9XmV6m4uHiv6ltqzDARobTUsQdHUh0+Oyi
EA/1J9SiOuV4KW8FJh5USey6OsSEHjuidBhZWVMqAVhgyn6038V3UrbEo3xY6iE3Fyb6iQLQ
W+ym5uIWqNA4t+JPyPxkkDbbunBqehBTi2dDhQH8JVgTYW03I8gJvUavotloImTLpntBwP6l
S1C4t5S8qnIBNvWGitc2ETHT3lJIr1MBveQFSwx6PtJqZ6obv/kZzor3kkhgMyjyEQT6Z9pf
Ns3zL2ciw8232flq9qmwAgbVX5g23ILkfeKsGYaFUtUE1d7EI8LgWeLYQpexIq22IR24BfxR
g216AIEx0RcsMlbQ4OhRDuR9RUjc0s7ICrADRtUaipO7UYdMKsxYDqvl8haztV8LIIXIbSNs
nsgeO+7i5JLdCjAAMAiD7u2qLmRJdcfKC9HA5K9aoXBcWDj0qUzptUy6KPSjqdVCj63QdOY0
WXQC7J4ZEjVf8qZWfohCVDwpKkLzAEHqiQBW3VFuXaTggsXQ38tr8ILEGSFsq1gcGp/mR+fV
qdxlC3y2BgFM4sCXwN3u7kflVrXj1YuyIoa2sC7dlsuDW1AwGJCIs4DszarbpkxlM0nVGxEa
Im46xgLVhgBC9gajIbLL9rThPkbdYa/EgQGJEo1sIW2uArUtqFYBwBbRkbvuAgEo1JR0Hjle
QSTJRFgx1ZSHbDLp3Gv3bJyICs4NQxyiAbDoXhvdT1sWaXw6DXL5iAgLHcBkloV+PlAtWwIO
hwrbCRVztB0XmJJOEK7nt4sg7kOHjC4+LdbfSoBDHT3l8ytxQ/ZsQ63OCCIZEkp0C2qjBUD0
rCd/EFRhEEwmaF2bC21O49sLunR6pvrTfRAYLuh2T6L/AIRvaWOF5CajUVDlb62sz+Vz/PRA
Odxgkdk9rWIEzMptgPGTJM/zIfNuai8uIA91Gv7fmFyC4Fo/MjYncDnb5gD8CrUWawPmGD7q
YcgPQaIjbtaRYYJRrQ1Jz0RHIIBbGqFQ7raQLQ//AFqrWPlAPl1n2kABUAHJyfeqvmua4AGg
HtbEDpp9M4R5X9Yu2EOO2C4HYr1gSRDGUJZba/WUHM691BmYZmXmk9P7U1KyckqQZyES5Fhh
Xo5apZj191bjrqNPhTkvqThPUvobD+VPdw/RPUOdOqLgAk5P9VlTkZxW/mDRYBVrwVrSBOgP
tIgEVoJNyiBexJkXy3urZzAXq7C4g/FVAgwcEIDKbX/hM7Hoj2XdOGdHeQdQ0I2J2jqiA9OM
a6kLbUMDrqfoYY+jDfQZlZ9CcY1Q/wBkwwnOEau3mD/UhZ/EOwTMGOrsy2hyR2RDeJ1TOWeS
ZQcuBhpRNbAEfZiyJ4uU06ufy2Qty8YJpAIEH4kRe1qHIndV1trcFhIMFb42kaesmrYsPZtD
/e3I3+XNQATQu6PPwcsPtNbBroEgXrad1RPxbVWpqJ1CpQHRi/b7SFXkiD0UuPFHpofoNaEP
TQocgncNzDCBsSDUydFs5bvLgj+VbaGdXTHIwyJ9UHDyi4831JxB0CEP3KJBIhclWcAtCHs9
zJP4Vi0TEBeQ7T1J191VrWwBsWAtgrZy02bc2LVr8V0fm2/8jm0rxmB79lXg/bNxg+UNp95U
2XNr09awIIJ+1tTbS8eYHI//AM0Pl3IaGOF560BZiQJKG4bqE+apj8KHNxFwYY5CYygSGCYQ
Oq80I/7okDdbQDVHk5wAPZ4xge8mwo9H0dFMoLKfqnTLsnKyWVqvL7g0FS4Jx/agCC4LdYQN
Q7ak7UWzkliwQq4Iz3VtgsG65ZCwyfXBGnvIgGDomcgT6pQYuKly+UTm1g4HYo34jb5egBML
ad1haC+U9bHjfAlviRrz0Fzq42n3vIn4r24CWIJL1RPJSn7ivGGApEfaRIrfjIzWwTvBgFP0
T6BE/UhZs65K2cxerMBqvKBSx9CNuMgnVixVCQSKHSF5GOpGEASABC3Vtu/iVhhomE2Oeid2
fCvYlxYyK5QtUH0ygQDOAJQcZzUiVvFSGMAnH3vKhXl5LXqIZ2H5UxDg5Pf7y8jODBaEd2eo
yi8noUSzfxKDmR1Thyv/ABi97XtNjgBf8rqpb0J8rx0UphgJhhdk7fRC8Mpk2iynRfRTon06
K45Kghj3QNAK7XaF452sR+FF6sdDqoAYZMsp8wJwAiHIOgh0RcGZbKO8h3gWiPeW2ogHAmEz
t2yQq1eahrBWPJNRkMjevGLHRzj3aK1iAwmpb9SrUWZ5LdUCDtI8f5k7ki2SIVqXEjL5hA1I
qHeSoMEeKkQCiYY6FGwD1wAiwl9Qt1i+H6snL1GpMocTuZaGTkOTFm6e8jtLA91v5LtWolsF
Hi4Ds46mbD1j7tUGv5R61rL5PBIqM90b3DA5JLFCzH5Zw8hGwIDjt+VHdbwAkstoJAGnX3lY
WdgWTVBYwSVW+4EiNgBf3rI25KC9RkHr7qrX5Z4rGCSWCf8AZnexO452o1Yvq4VaAWkwB/Su
K3KDVy9QRKDph6EK2IFjoigclYZdeqcAN9GP/sn+jLldPo7rM9kB9ZKYKUXRrxjOT3VqWixM
FH5xFQ3k2lWHHUmvU4Q3NetpIAQ9oCG1ThweiFj5h7JIf4UxYdNsIndtGowFcV8oNpl/dQly
chXtygVA9oFkOP8Aag3Jg2JOwfiRq8YcPlOSH6MXH4kPlzQZFsD4kAb2+XeCwwrcRJental1
u4uW1W7lFyOQDCI/ccDAZNTj4ULDk+XaItAK+aQLg4An+VBgx+s/mW0Fx0RsKHwyyANWBMno
iTba+I6ocdD5PaJwhWp3W1rlCuodoW4wOqaSXbqT8Vv/AMaI06Tn7q7CSNQnBJaS4c+6jBYh
xhWs53CSE/rES39yNrA7tNPyoVFhQCRCJqWbqr03WAt6zQq1qLXNcAZ+JVeppsME6Og53WGS
ev2k4ToWIBsNdfomVKK7FSneUQp+juFClRH0sMJu66LcPWTWr6UairA5TVG0iQQr3m3I77mY
snBL9PaQL2BGK2Lj8qYhw8u2v2UagEgyRohXjJqDlyFsudxJeP7V/l49/IRA0C5Oc3FKWxUQ
gXLCSe/2UCQSToMBAVO55IQsIIMHIHvIclw7gVJnaSfZTEGdAgKAM8vleatZ6qhrtDmQcIEP
Uaipcfgsjv4hcd/KW+0hUDaM23Y+G6NqWAN2D5RtXbyVOQcprUtU/dwn3mrYFkBUQckH+VeY
DcJY1TztMAGfzJiX0kMttq7mwdUTYE1eNSgOOpNicHT7y8/HuPUqAKgso2xgItxOR3aFtHFZ
+wfH30wrtOW8EbWAY4qRLoctiRfIqMfEiZxosZ+glnHZO6cF3TnK7/RuXZZnCcaITKZpROGR
IwmRAaMp/pnPVSozomOiwmaFsZtEbVItUmCchC1ryYjCDkip0qzn8SLSO+R8aqTNnECXQvWz
cmHX+QuQJt1UBqjUo7G8dEwy8s7JiN3UugKkBvZYZQBm9WJ+6FQvNhojukrDkYQvMGAAqWGo
/inMf7oCpIYu2B+FVNCQ2R1PuraTtAMujW7l8k4+Jbq3rYOWCHICQKyQMH7qtaoBqdCjS9DU
gOCJRtS482hT8lNpEBpcIAhqDUryVALMbESVCYymZEHCAABHRbiJUtCbOq79UxlSu2gTNnCO
Ezvq62ChJTkbT0Kdvob+KcelAD60xypXiuxQYLK6f+l+icGNE5XZH/7oyxbA/m8y2nzMGZNW
e+ELCrEENZVfFpVuImeoLYXyrjkuHYE+YI1bbQarcASK6oWYP0CL1gYOJXy6HzWDEdGXHyXL
VFcnDhbak35Bkt5fxK2/hJ6bSjw2oaECHLugKhq1JABQaeqLBCrsdGXmMDRPUmoOggI2B2l5
AhAclzcCADK/zVFwJemR8Kbj5Rx8hDEWVmAvLi1TkfdQggjSwg/EhUisBMTOqepCiSnPVTCh
Yld1Oev0TlNpohqThNaFEdVBdbtQJTLxwp+pdkxxlOMJyHU4TIBPhThNp3UT1TqNMrHoTMHX
QKEAQ6ItqtvHQ2IMifhR2cZYTLt+FC3LTbv9Vg/wrafKdP7Vx8YIqKV83UlG77rDQa/ChTi/
bMHc3ZmUAF+j491AMSPun9KIB8ww/rLzF3wO6HaT/qq+TW7cdIFRheYuD0QyeyN6cZNaesWd
Goo1bn1u/tJiLAZBI/UgMImsDqU5tjUo2qHbB/tRtZhUl2wmFwCYhBiSRI0whW4rewwUX5bc
RaNkh/duvMK8/HUTYeW7e6gSTw3rBeFa4vXkBqxB/L6q3cRtxw8F6/mRuLDkoztqhXkG2x/3
Tn0FQWC6hT9S6BaFP3wsZXZOV4KdE4xogifqCAdzqu3Rf5AnddkHlYULL+P0dFiUyyv9l3Kz
9E6ahMjyGvnIkryhnyq1sdoBcEIGtiwLkGAUKO9a91vqML5fFRx1H9qHJThtsGCDhU5LgvYS
+nxKBI6ICo7th1atT64M5NUeMVJJOWRJIoKjNk/NzglpGqvUF6crNGGQvSo5OIlyD7J+0q+Y
Vrhh1Q5rEEdv1LbQBqln/tT2JP8AsnBAbKtkgaHr8SFriR1OEGt5tACg4FR9fxJn3B4KGx6n
UglF2sMl9VANKnJqdqpWvMLbQ5rdVIoRQZafe2qvy7ChEkMYRIuLgHygCCPeW3kG0jCY6LP0
BR9ayYQDQeqbL/Q2PBf8rtopTdU/oZNfzV0hOxqXYvDryyFOijCdmH0MCp+juuyDGUxLsvMF
0CIaCm1XgsJljxCahcGemfZTS4z0Purjvc772DscSjWxAr9lHi4w8kgtgp7CtQegQqW82roA
EtY+YtAKHLZiRWSTlXrxDbU+qRAW7ltu7AH8Si1R0BXyuSwrU+sWQvwW+ZxnDI/t7+bi1BcG
vu3Vebi5HeTXUH7yBBY6EpiWKMu4zkoGxLGdx/tRLkP2lDzbgDnWfZROuA6Al+v/AFXlIFuj
/hRFmcCZ1KiSdRov/kNWOBj8yNr2DnUQhUXJocSwT3BuHkAT725CzM4/3UfQCQmH1oSnBEZT
/wAU6kMeqIXYYIWfBPqnddUGyETxgMPZ6hbuShoR6wXkuCWwmDEIiwYqJTrxXT6Xdl1KY/V9
HdSsM6YLunqN1bBhtDkLzcZqKwXGhQ46XZhDI2NmOhKM7vHC23qweGwhYkWbAQ5uUgipgdfu
qvJxEmtgxD+r91PaWgR5URYsddvRf4oA1YR+JDcQTGcFcNrADjEX24ZHm4WBY23Dp9lWpY+W
0N3QFHfRDcHsRPgg5FSNG091Fw/+y3kEbpHh7KFLDJyFsEjPROHfDZdNb1c+XJ+6idpOodES
O41RrYyJlC1iYn+ryp6wPZsr83KNxvbyk9PaXlJo+oUW310BW3m4zVtRIQA5KzLGCgxBGjKQ
nBITAz3wmMjsiuy/9k7+CPmZZjCZvolFw4Oi3UJ4zptQO75tAGbP4kK8w2X1fCfjIY6hQM9V
MICzpx9DaqBCcH6HaVKY/STQsQJXyf3VDfgdgRkD3kP/AB2ch+iZ1IL9TCFC1+SxYUGnvWQt
avy7WDkK7gHaHIQ46A7BgBf5D6HUUA0FkzMdSYCetp7RKqS4DyDP5lfjOASCTlGrQLkA6lA8
YNXMstoZ2cC9tr+5ZGv7kGvKIA7I35bi1dBhEABjiy2ABgYdeZ9w1z8SAAPl/wCUbtuNgw7I
PYAjLJt/pwjIPbqi+SIDqlDx+W2SXf4VXh467a1DAaJtfokA92TgbbdQv8XIWEoi4FwMQh83
jNQddHW6hdtF0ZOzvqvHRYDdUSAsyndMUUxTYTiGwu5T2ydULftuRwM1Oqbno4OuEHO23deU
gvhkI8SmCc5+jKf6lA8UIlOm0QGUQcK23UfF+JbKBgMZP4VL1vjshTfdrQJZDn/cefmE+aVM
q1GPmgkSiSSMxUsUdoacqtRBH8V5qscSU2zcPFpVrYLwFy8VT/8AKQR1QLObF3HVcVeQOQPM
6ZoyibmcOZXkLiuANVTjvx22Hyk6OrEVG5n7I7gy3s9TgDT73mR22NW6hPuYHsybdJwLI7i5
rJ8P/wBa3NbaDIQDSMFMhKhnKz9EelSMLzVE5RtwW2lmAdAc9dxEPqfdQqb7T0KerWbULp2Q
BUelZHgydSIQ6Jwp9CbXCEyh0EoQCO6kbTqyfhuZlkN9d9U1npf7wZeUi3gox0KxCJ1K/wB1
nCyoT6JmwpDJ7AFpQ8lQXd2Q21BZbQE5+pX4sEjynv7KvvD8tLMRptW1hiW0TEBtA6JIj+Ki
o7LZNR1H6kdtTfuy389WpWag5dCg9YKU59ATSyx4FEAZdC3IYBgBAAAWGD4L5dwK1B7sUKV4
3LNKtyAC3IPVohbno92c1OAvINoJfCtZvBPqph1C7fQ2VIhOxUZ0QFw6OQTqEfkXPh/Um56i
p7LMHVOCnl8p/wCCcp/oxlOTHT6BLovhQHQ/iUdVIY9QieKxGuV5xv6LzeQ6gp6kF1Gi8FIX
ZOm1CnK8V0XXsndgV/ymR/dcIbmoJAxb4VZ67bH2cI2ZiDIIREKXnohXi47HsP1IUtUUsQ9j
q6AIl5KN6BiUZdOYROD2TFNkagrAHgvJhOwcatKZmKYMnAec/RHpWPShKZN9EDCBw6nCMaLE
IlTqv+dUyYCHysThBsdkE4+r6IUYTtP0Noi0BMFlO+F5tVoRoFIZPxWLPhAcg3jQ4TW8p6FP
UuOoRYJiJTmAoz3+jssJlOuFhbTqMLcajdp4ovUebJaU1uIX6P3Xl4KDr1X+KlaDsFmV1JUo
sfQsoo9QiCZW06/7qIK7qF3XisLDOs4XhhBQPr+gF8InHinddPoY69FGEwgrr1JQ/inT28vd
Oy8U2mqbpqnBjohqnZN9bL+CZM30duqjRGVOqYh/FE1DFHYSRqyPzamw0b1ltrZrtg5UMVhP
gpnTaooHP0RpqpKd4+iU4R7ZUZX+/wBDALt0XfRMcp13PVGEWyFBbqgDpKdu/wBEqPoYjOqd
Q5XXsjClO0rCfTov+VOAsp9MJreZ9Cowmz0T66/QACwCfP0uT6U4KZf8KSix8U3bK7J3UH0p
3leYT1QtSD1TguvMPFBj9agu/RNqsLr0+gfxUZU6fQ2vVQmKcKFP1fR2+hgmMpjgqJCIEFTC
ysJ9VMFYTgOSv+F18F4rEaLsmZ+ihOcarDBR1TEeKDdUzr//2Q==</binary>
 <binary id="i_007.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SBIRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAJQIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MzAAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAJQIAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAC+HgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABuAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9PDtHeIlVMrK2Ylrw3fZWxzm1t5cWiWtE/vOVcdU9xLwWjWY10mG/wApOcrHsgMe
3dqW6iYHPt/kpKeWvs63nV/bGVE4zmteL67TSKoG926tosa7a+t2++x72bP5z01e6X1bDz+l
VP6nTViXZIcLMV5A4cWsuZP0fU+mxyyup9Y6h0vpeR0dnTrzTk2XspvYwgw5zrB7mfmbf8Kq
uHU22lpDS120F4dqRP7/AO87ckp6AMzclr6bnMcPRfjue8B+9p/Rtc3a+x3vZ/OW/vrz/wCs
H1M6h9X+kHPsvZkMrsYzRx13HbpSWbvzf9Iu/wDq1RTj4TjWwMl72yBDnNaYbP73u+gqn19z
uk/sLI6bm5tWJkudXZQxxL7NzHB7XfZ6W2XbHe/6aSnznp/ScjPbeRbVSaKX3Hcyx5Ir2k60
sd6VbJ9912yqpUr8X0LbWOsFjWx76g4CCA7dD9rmu/rfQetXonVelVPDXdRuxXWMdXkBuOAy
yslodjFzLbrH+q1vqfzCP1Pp3Qc14zKup2gOHvbexwdoPY6tv2ep3ptb+ekp56mqp+3l5Jlr
Z0j4F3uU4BEAO8dzCDI5hzXe3ctJtP1cpeBdkV6AF3uu08DsZR7lcbj/AFLyNvo9QNDm67fU
srYf6/2il7f/AD2kpwtr3WQXgxJM6cj6Psc7amJDmhr6weGgc+H7u5b/APzXru3X4OW3Jkfm
OZaYPPspL1Vyvq/m00l1Z+hqA0HkfNzmf20lOTDg6LGuA+kSR4n82foJ9suLoIAOoj3ER8U0
2McWhxtEgNIcYgn/AKH9pRG7aXbztmN3lMbv81JT/9DpnvdX6p8Cede6r5A0FjT6bxw5nIPl
+arVrZ3eJJj/AFKqvaHBrXkANMjzSU0cm2y+2sXPc9lB3BgAHudLN2/+oFJ1foiaQSH8g+46
fyUG3Gf6sM0dBc09tDMH/O+mqnXqLr+hZLmX2Yxx2Otf6Jg2QN2xz43Nqa73ez+cSUmy/rNh
9J6ZbgXZjcDKeT+kqHrZDPUhz3U0M9tdvp+z1LrKNiyOm/UfoOZ0qvqGdfebsj1C+59zGAnc
dtm6yt/5m1/uc9cn1vpdPSM/N6YCbfRcALXCHbXBltcs/f2u9y9M6Bi4+V9VOn4+VW22kD3M
eNCILYM+787f7ElOBd/i5orqfl9N6maMc1kvstG8wwb7HNyMd1fsc38z01wv2mge8WXvs8Dt
A/zt1i9ar6Ti42ecXGbsryqX1PY4ktk13sZVp+Zt3uXjMaSkp0GZfTC39JjP3667g4Gf7Nbv
+mog9Hefd6tQHg0O3eP+FbsR+mdJNmNZ1K6p9+NhvY7JxWSx7qj9Kxtm13s/0n+jT9Uq+rrq
Tf0y21lhI241jZMfnF7/AKLP7Nl6SmtZj4PqtGFlOsLoDA9hqIcTpudNjP8ApLtsT6n/AFrq
zKgeo2jFqezebHOY+P8ACDH3+vS72f8ACLKzOi4XT8r6sW41ex2a6l15Li7c+cZ7va47W/zy
9Nfi4j8uyy5lb7drS3jcAN2r/wCTub7ElPJ0fUO/LzXPyszGFd9pcyrHa5zw17i+Hglnua1y
5o4mGesN6fB9FuWcMWyPoer9m9X9z1fz16hVVRV9YK7aKm1F1Gx5aPpOJ3b/APwNeaNcP+db
3EaftPeAG+3b9oa/3VpKf//R7B9MdtJMP7T3/wCiqtlbawQ4+1pPIH5VzX1o+vd/TM63pBxj
XfTksd9rpc14+yucy/8AmHN/pVuN+hur9RdLYcXMpZkYzm241zPVpeAYLXD2P1/6W5JTnPaK
rHWBm4vsa0+MOdD/APMa5A6rtd07OYCIGLcXDnhhVbquaen9PvvtuFbaK3emSRJt2ltDKp+m
71HN+j/g1S+rXXmddGbUa/T2Y9bHVk73vL99eQ8OAZ+i3vr2NSU85/jBaG9fdbGx+Tj49jh/
K2ek/wD89ru+guts6NhS3cGXN3bdQGmn6f5vtbvaxcB9dD6rukZJaQbenUgk9y0lrl3f1dy9
nSqmC2geoKnNZa7aSPTbW7afofTY5JTo2hteXXc8kn07iKuD+hpusdsd9Jzttu3/AIP2Lxb9
o5IBbWRUwkkMa0afON3tXsnU82/H6dmnKpa1r6baxdTZ6gabGGqv1mBvq079/wDOfzfsXiSS
nuPqf0LI6j0jI6zsvzb2ZIxWNqu9G2oFjbLcyi929u5nqVMsrfXYx9Kr/WOjG6X1CrG6hjE4
2XS97a7W1MzKz+koxMnL+xtZ72ub6/pep+nq+muv/wAXmVjdM+pVdt7/ALMLrr7zbYxxrIaW
0ufurDvoNoXC/XzI6Zf1Wp3Ti6xnpE232Oe6yx5stc6x/q/Rb/otv+CSU3/2703qWZ9WsWpt
j7sK6kZDnsAaXAY9X6GHOe/dZTu97K16LYx9fULLXAvbZWxjNgc4+11jrTYdvps/nG7PevE+
lG1vUcWyqd7L63NA5kOC9L6p/jG6BiZ9lGPXdnsY8tfkUlraoHJoe7d9o2/v/oa3/mJKeiqx
7x1KrIc4Nq9MNDTIe1894Lmva9jrP+L/AOEXmoIH1ndZt5tD4nzc7len9IzMfqvT8bqeEXOx
rpLXPG1wcCa7K7W+7bYx7Nv0/wCovNvszz9ZidvAbp83s1CSn//S4jrPVbuq9SzM/KawPy3s
9QVztbsY2r9Hvc53sa399aX1c+uuR9XAOl3MZm9NNm5xE+rU1/8APDHeD6f/AAmx/s3rov8A
Gp0/Ewc7HzsWmqrIux7TY+sNa5zmurZ67mj6bmVv+mvM3BgIkduNeSPakp7L63/WL6u9Zpqx
qjYK8d5sZewQ9+722fqzg1jfaz/CXKt9RX4NP1nxHYhspeXbS3KLdllVg2bNzGt2Wb3MfT9N
ln/Brmg6sNYABM6jkaf9UrN7n5DGWNLnAFrW1TvLK9x9KoOje3Z/00lL9a6tm5zsfFy62U/s
1hxmMaCHDaff6znbnPfvauy6f1HJ6X9Wa6WuczI9Zgcx2jvSsbdfSXBpd6tdbP8ABrz64EWP
B5nUefC7Z9pfg47XbX2XCmxpI1ivH9ONs/yklJbM+67DzH1UNofk0+kXM+k1kbRWXfS9P9Ix
/pf6Refrtsltr8a+an0iAX7pEuJ9zv3PZR9P+QqHQP8AF91/r9jn4lYpwW2OrOXe4BvsO1zQ
xm62x/8AUr2JKVk9Vy+j9H6Xj4L30vyKPtF2RWPTdtdZc0V02mXte33b8iv/AMn6mN1HLt6h
Y7Lsfc8NhgffY61xkvs/nX/Fz16r1j/FyRg0sdl0PbQ2uuu+0Ppcx5d6LKqW0+tjNqva6ml+
/GtsssXG/W76g9e6JjV5RqbdgViLHUWG70zLjvyP0GJtY7/Ssx/T/Mt/lpTiYzbWdLdkMbvJ
DmQBOn0HF4/dax618L6iZnVMdlmDkty8o1MsdivDqiGvBax9VrhYyxjXV2M9/ofzSq/VnE6h
1HMxOndOrD8lx3NDw4Vho1tttfu9tTPpWem33/zX016/Z9Q8O/EfTbn5tT8kuszDi3Glltry
59tz6osb+f8AzX8zs/waSnC+of1Jy+i5NuVn5DnXMLqsfFZZurZU7b6uTbX7X7rn/wA2z02e
n6fq/pf0Xp4rSHfW+zF2iWljY/67Y7d/muW10n/FHhdM62zMHVrw2r9JiMq21X7gYs32+/fV
sdts9Otm/wBX/t2zZ9Wji/4w6s67XG6g42Y5b2sqY622q0fLcz+R/wAWkp//09X/ABrPw3fV
5lNhacl11b65bueKg7Zc/QbmU+6vf/LXj2ZWabtpaGtcA5gaZG0r37rnSundXwHty6w6zFab
aLWgGyst/SllZd+Zd6ey6v8Awq8Pu6VfmMvysFoczE2+vjz76mO9nrbbC7dRv9l2x36vb/1p
JTlsEkfxXUdPwOiUUVjMruxcu1n2g3Oe1rmNB9KqnBxrLaPUtt9RmX6+c+uv9D6VFP8Ahn42
D0jqdmJf1RmK5+Dhua3JvdAawuLWtHuc1zne9i6rpHXfqt0/qAp6r6ubk0X+zOxWMsqcSQS+
z7V+sXtqf9Cz9yv9FX/pUp5brLMVnUcpuI13oV2EVOfBe9ke2x5b7N1n877V6h9WujdN6J9X
K+v9SvosL8et5ycittnpV7dv2bHDC71Nz3bK/b6v+DXC/WzpLumddf06p9eTS+uu3GvaA0Or
e322bKv0X85v/m/0f/F/zaxsdza7hRX1A49QsDi97bPTDq9+y706Rc9zmbv0P6Hf+k/waSn1
uz6z9NZg1OzScaq5m5mNkMqD/Td/NufXYbK6GPr/AONesbov1/6tmdWrxOhYWPjdFxDvy3X+
0CmQ191lzfTZTZ/odlfqPt/nfWXn2VjW5nVbasF1ucXvn17Ic95P07bXMda3bu/P9T/jF3f+
Lj6mdMz/AEM/qdF2R+lvfWHnZjn7M6muucbb6l7XWXWb/VfVV+h+z+hZ+kSU7P8AjF+sgI6B
RhH1cPNyKs2yzUNfVXZV9nb+9se+z1P+213+Qymyl1ORBruBrcDwQ/27P7S86/xq9E6n1Lqf
TnYTDa+ys049dZl7rA/1X7q/bspqZssffv8AYu2zL7LcelzNr30W0vyANQAHN9Xb/V/nGuSU
4v1O+pdP1fzup9QDvUtvsfVj1j2irHD/AFW1Nn2u3/ov+2611jHhw4IjUgqOPZVdWbavcywk
7ux/lBZVXWaGdYzcNz9zKW1OJBkAWN+j/wBBJSP603Ow3dK6gxofdVnV0MBBOmVOHZ9D3fRs
9v8ALW2WNLhuE7TuaTrB+j7f7Lln5/Wen9P6Y7qGS6cWp1QL2w6PUsrx2Wf1WPtV71Ru2GA/
s2dT5pKf/9TtWZW0+ps9ugcDyR+7/VXnP1Y6U131q6506wmq6n1TW8AODQX7bW3Uu2sycPIp
f6V9Dvpss9my307F6J9mIr9Wyw6e6a2gDcO/571wmM3NxP8AGjlNAcT1Cq3a58tBrdVo4iuN
+2ypJSP6qWBn1H6tOHkW4uW+4Nspb67Wba2fo7693r1sZ7H+v6dtWz+d+guRvx8C2jNx2s/X
cUuvZl1vD67m7tWBjW+2v7P+nbZu/nf0Xp+/9F2f+LoZlPQOqYjmvPp3XVljHhha/wBHZbv3
/wBVq5g1M6Tn4WVd6b3WYuMDQx7XgtsYyq/1m+7+dxvVZ/x1n+kSU08PDvyn49GDQbr3y2sd
iSC76Ti1rW+7/i0bqX1Mz8FzKNxvzXwfQZU/aQRP6LII9N+3+X6S7CivD+q3SLc+jCdVmNaG
ObkOMse4Aufss3Opraz0rGV7P1m679J+j9L07PQxZb063LbfbY/Ledt9rosLSJfbvb7/AFXz
9P8Ac/mq2VJKfL7sTMwj+lrspcNHTLSJ/Nf+4u//AMVXTfrH1LOHUz1HIr6Ph2bLKhc4i6xr
d7cb0HOcz0mNtY+1z2fyKP8ASU2n/Viq8FtmRlu9QFrjdkOfLD2cH7q9v7nqMeqPTOq9M+qv
UL68HKY+q8H7djVB91e1m70bX5FHux3Vus93o2f8DbUkp1PrlkdZy/r/AIVGKLrMXptmNY8M
B9Ktu5l1+Rb9Gpjtr/T9Sx/0P0K9A6jay7BsrreG+oQ0vcIDWkgOf/m/QXP15VWZ9jybqnvx
3sbbVQIso9Qlnol9ALbHWsc51jH3U/ofR32enb6atM63iW5GKGV735BsFV4IMBoJs2FrnbmO
c3+c+gkp0ar/AEMGnFFL5a0NDGAEbR7GCW+xUKLMXLuuvxahe/c6p5BGxppPovde6G+i91vs
Yz9JZ6TPW/wiQbsudkvyW41N0O2NNj3vaWjX0nWupb/XxaPez/CIH1Tx7MXpTrMjd6vUMi3L
cHtIcG2umgPY73VO9P8AMSU7WOyquttDnb7HyXbWiNBr7NdlSs+jXMyS4a7pWd1Tqj+nY+Lc
1odXbl0Y93GjL3eiHtBI93quqWrHPikp/9Xscrpd2bYwtv8ARlsOgkD2lz9x2bf3lx/VOnOw
fr30IPyQ45dVlJcC4EGLK273kve7c6xu169Lrx2ESAWgtEA9lwmV0nqF/wBf8vqt9TBj9Ox2
14Be9jv0j2foLfSG538669/82kpxvqVg4fXD9YMT1xXTk5DzU9xG813+tU6yv/hNK1yGV0v9
ndRFdQeWX49jq/XGx4Zvtxqb/wDrnoMvY38z+b/4RepfUvod/wBXcG+rLdTl5OVcbrba2kxI
awbN7a3bfzv5tc9/jPwcg5WJ1xgdZUwnEvfBOxwLLqC9n7trnW1pKanUesY/WOmBr2veH5jr
XMcA8+lisFLSN7q2sY5/6TIYn6b1Wq/pxY/1PUsLby8mGlzHe6mvYX+302737K/T/wCuLnXO
yOk9UuxcmtrjVZkUGpztB6mx87xuTWPdgYVVLR7wSXbHDeGuj6O36TdzUlOj/wA4uofZ82zG
Iblvc5mSXawCPSrdVp/gm7vSWXdkXYeCMLF6l6WNbq/FpaZJdHtusGx99vt9+79DV/glUrzK
/XDmvMOaG2CIc7bq126P55v7yTsEm4ZOHZJLtza36Ef29N/9hJT3X1byOrjoWFSxrW5dZdjs
Y+S51XqezUndj3t9S9ns9np+j+4rmRnU1dSbk0WAHCtbgY1TCCNzmmu7Y0fSrrmy3Zt/maVy
f1N6j1XG6yca64VV5TLCW3ENZ6jG+pXZP+A93+EqWnn44w7hn47Ky5rXCqtv6UGyzdXbe3b9
FtjPT/Q/4L+2kpvdGxMyrrtHTsfr19PRLci9ldTn7iWY5ZZRh/ad7fTqz8B/rY9rNn+E/QL0
jHfVkMFlLm2sdEOY4PadPb72F35u1ecfVLp2NmZrBlRkY2Jj12UYT9aWWyK23elu/T7WW2bf
tHq+n6i9E6XiY2JQ2vFororIBIqaGA7RsbOwN+i39G3ckpwvr0CR0DEB1yOs4oc0aSxm9zv+
k9q6wEekXx59uf8AqVxf1zzWM+tX1SxNwl2Y617CdRrVRS4/1nG1rF2Irb9lNW32Tt2xpG7j
b+6kp//W9QttDIhzWk8B2k/NcX17KZl9eoBe12C6GutpuLSHAfmuYHfnt/cXU9ZyDj4Nrw/Y
7037eNSGnx/lLz59Zs9IlpYSAX1huwt00aawPzv9Ikp3xm42L6wtZbe2wiut3qAu19osd7m2
bXJqus5hrONiUuDq9YBbLmn83beGt9n8t/vWO7Lv3Guq8vDm7LAGsNjWx9Oq07vzm7f+DTdK
stsyzc8us2D2OtseTtH+l9z2fRPsZsSU8h9fMW6rrb8w1vrbmNY97XNDR6oaarPYPo7tjVzr
bHFpB0d3Hc6xyvQfrs7Fu6w7pOxpF2Iwi2T+jy3+pZTvb7tvqt9Fn/Xl5xDhOnmPmElK3AFr
2QI08j5K5i2+vSaN+s6TpoVQeTE9tIPh3TVWOqsDwASOxEg/EJKbl2LbiWi+mwksO7cDDxB5
a9q6/rWYzJ6f05tIa3JysOhzq2kloLh9ka36Oz9I2n9P/wAL+Z+esXo/S8v6wXVYtYbRjuf+
mueZ0A3fo69bbX7f3GLaoysb6xfWCnGroso6dh4ezHx638sqc2phc93pWNoe9/qbdvrJKeo+
puIyql2Q97n2W01Q/gBn0nhrW/ytnucusxspn2QXtkiPbodQT7S395v7q5La/Cx/Rwx6VdbQ
xjXS87f3NHbv85Vz/jH6V0y0dK6hh5DBjCoNup2vBYWNfvfXYaXse31Pd/OJKa31hL8r/Gf0
K3Ie1uNWaK6i1wJFjHPv9Oxv5ljr3sZ/UfUvSRj2fZTXpuN3qTudG31fW/8APf8Ag/oLxLPq
zsnpVP1oe/YMnqT8gQ4teHOsf/N/u7fR9i7DF/xmdZyDm3DAxRRhV12mv1X7y17245b6/p+k
631ba/8AtPsSU//X6/62ZWPiYwqNGVkXlrrKbK3Sxr2guHq2W3U1t+j/ADXv9T/RrhqMnrFt
TxP2a1haenWWuFgDD73Y2Zc5rd+Pub+i/wALR/pv0S7D63ZuRg4AvyKGhltnp0tNrQ8v22W+
55/RM211Pfsb6n9dcJnZj+tWMyq3UY78fZXYbHFzjvJdW21rWtZ6D/o+p+l9NJSX7P1214rF
mNS/09v6Evc5s+1z2b3/AEt3+E9+9dF0OlxuZjZVzbMt2yXlray/cdu9tTXf9RWsXGo6fZV6
GQbNmIXBtVlptbXa4/pW1PoYx/oP9T/1D6qtvw+gZeZivx8XJ9TGe30802GquQGFzqP09mVZ
Y+z/AIP9Gkp5jq+UOodd6llySx2Q4tERDQ706Y0/0VVayziVm1++NpdIHJn81DGbZi2ZDLgX
fp3BwdoZaXN9w+juRMa45DTdZI3vM94jjbuSU5ltQc7bWI2zofACSgFhiY0XXNwemdO6XXn3
ZFbhlua2xjQHuAB9V7LZ3bbG+n/N1MrXO334tlgdjUupZEEOfuBeTO5s/wA03Z+Z+kSU9t9R
M25nSatKRVTa9p3FwcZIfYfaA1j/AE3bKkT6v9Hw+h599+TnUveWehRXIbtr3bvUubIc5+5q
yP8AF4+4WZrvRddUGsLGMYXPNoJgMtdtpqY6vd63qWM/wC6odRz25DWOxq8OzR4ddc21o/k5
DcF3rUP/AHfZ6T/9Mkpr5mfWxz2ZNtl+pl1PqMbXMf4GPot+j/P+ouC+tbX1/WDMadBubAkn
27Genq4u/MXo+Z0nrQ9VzeptZU072NpqEO3On+dudc/Y5v8ANbHrgfrv6LvrFkuqeHBramv5
J3trY17XabN7fz9qSnXzG11f4uelvMvecoOJl0NaXZP0W/QaszpeV+g6xfAB+xsEQII+1YXu
/dW51LKpt/xXYfqOaMhr6mMY0nTY+5rTt/fdS3c5c/0ZrXdA+sFpBLq8bHa06QA/Lx3P/lf4
NiSn/9D0LrFno4vurbbW72vY8bgf3fYVw/7BwGdQsuxsXYwsLfs1bx6LQ4j6FTfdvf8AuLuu
tW49GL6l4cdYYGcyQfH2/RXPN6dZlCkYl9Tg6qbHukOA9rosa3ckppsxKMjZj4uJdjWNG0PY
6GNb/JrsY1tf/B7VZwOkYR6g5ri9+R7Hm9ztHfuB9bdjP7X/AIIrvSumvqz2y7eQyS4S5rZ2
7XMY76P7inl41eP1l1tAg21ufHAD2uPqf9uJKfDesVMq6j1CmoEV1ZdrKwdDtD3hrS0/BN06
7bRY0AbmuDjP7pHu2/ym7Vo/Xaj0frV1WsNA35HrNDRGlrfW/wCl6qxa3Opc9pP02kB3939Z
JTcynMt22Ol+n6Fp+i1p7Nb/AFv5Kp32y30yBpBEeEJ2PZsD9QR4iRI+jtQX2FxHYN+iPCdU
lPX/AFC3X4mdjCwgh9b2Vlzmtkh+7d6ZZZ7tjfoOXXdLrxqbLGYWC2i+tzWvcdrQ7d7t9eRD
7r6XbH/pPSZ/25WuO+oEfrP6WxhLmn06mBzn7W2Oaze5rtn/AIH/AMauouyLsVrbqqXssLTL
32gOaDLmsfvdax1ft/SV/wDqxJTodXpObh5uNlljsWwCW0SHjaWva4WO9jLK7GMd/NvXD9R+
q1eT6t1fUnW5L3NO7LcN22dv6Rw9S639Hs9+z/BrsarcrIxsg30tbvBLXbxPO76DW2bW/wBt
Vul4+ZS7IsZfVWLH+rt9Lc4OIh+671KvU3OH+jSU1vrezFr+oWJgMtF7un2Y4cBub7Wtsx7L
thG5lbrbPp/y1zHSMXGd9UuvZr6w61tmKyp5aJYPUa9/pv2/4Td7/wBH+Yu/6pZT1TAu6dk5
HqU3Ate3a3V/tNT2j6X6Oxv6PZYqWN9TvqvV03LbUMkUZDWeva4Wbyxrm3tbVWam/nMre/8A
R2PSU//Z/+0oJlBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgAhADhC
SU0EJQAAAAAAEOFfyy0L6u0ZLmrL2WPjfoU4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3By
aW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcg
AAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9w
cmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/
BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJv
b2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRP
cHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABD
cm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1s
RGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABS
ZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAA
AAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABS
c2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAA
UGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAA
AAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29s
AAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAA
DWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAA
AAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAA
AAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAA
AAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZma
AAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAA
AHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////
A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////////
//8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQt
AAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAA
AAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAAMgAAACJQAAAAUAaQBfADAAMAA2AAAAAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAIlAAADIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEA
AAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21s
b25nAAADIAAAAABSZ2h0bG9uZwAAAiUAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAA
BXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9y
aWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0A
AAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQA
AAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdo
dGxvbmcAAAIlAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRF
WFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAA
CGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGln
bgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2Rl
ZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUA
AAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/w
AAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAAB7aAAAAAQAA
AG4AAACgAAABTAAAz4AAAB6+ABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB
/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAG4DASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QB
PwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUG
BwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0
coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1
xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIE
QVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0
ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMB
AAIRAxEAPwD08O0d4iVUysrZiWvDd9lbHObW3lxaJa0T+85Vx1T3EvBaNZjXSYb/ACk5ysey
Ax7d2pbqJgc+3+Skp5a+zredX9sZUTjOa14vrtNIqgb3bq2ixrtr63b77HvZs/nPTV7pfVsP
P6VU/qdNWJdkhwsxXkDhxay5k/R9T6bHLK6n1jqHS+l5HR2dOvNOTZeym9jCDDnOsHuZ+Zt/
wqq4dTbaWkNLXbQXh2pE/v8A7ztySnoAzNyWvpucxw9F+O57wH72n9G1zdr7He9n85b++vP/
AKwfUzqH1f6Qc+y9mQyuxjNHHXcdulJZu/N/0i7/AOrVFOPhONbAyXvbIEOc1phs/ve76Cqf
X3O6T+wsjpubm1YmS51dlDHEvs3McHtd9npbZdsd7/ppKfOen9JyM9t5FtVJopfcdzLHkiva
TrSx3pVsn33XbKqlSvxfQttY6wWNbHvqDgIIDt0P2ua7+t9B61eidV6VU8Nd1G7FdYx1eQG4
4DLKyWh2MXMtusf6rW+p/MI/U+ndBzXjMq6naA4e9t7HB2g9jq2/Z6nem1v56Snnqaqn7eXk
mWtnSPgXe5TgEQA7x3MIMjmHNd7dy0m0/Vyl4F2RXoAXe67TwOxlHuVxuP8AUvI2+j1A0Obr
t9Syth/r/aKXt/8APaSnC2vdZBeDEkzpyPo+xztqYkOaGvrB4aBz4fu7lv8A/Neu7dfg5bcm
R+Y5lpg8+ykvVXK+r+bTSXVn6GoDQeR83OZ/bSU5MODosa4D6RJHifzZ+gn2y4uggA6iPcRH
xTTYxxaHG0SA0hxiCf8Aof2lEbtpdvO2Y3eUxu/zUlP/0Ome91fqnwJ517qvkDQWNPpvHDmc
g+X5qtWtnd4kmP8AUqq9ocGteQA0yPNJTRybbL7axc9z2UHcGAAe50s3b/6gUnV+iJpBIfyD
7jp/JQbcZ/qwzR0FzT20Mwf876aqdeouv6FkuZfZjHHY61/omDZA3bHPjc2prvd7P5xJSbL+
s2H0npluBdmNwMp5P6SoetkM9SHPdTQz212+n7PUuso2LI6b9R+g5nSq+oZ195uyPUL7n3MY
Cdx22brK3/mbX+5z1yfW+l09Iz83pgJt9FwAtcIdtcGW1yz9/a73L0zoGLj5X1U6fj5VbbaQ
Pcx40Igtgz7vzt/sSU4F3+Lmiup+X03qZoxzWS+y0bzDBvsc3Ix3V+xzfzPTXC/aaB7xZe+z
wO0D/O3WL1qvpOLjZ5xcZuyvKpfU9jiS2TXexlWn5m3e5eMxpKSnQZl9MLf0mM/frruDgZ/s
1u/6aiD0d593q1AeDQ7d4/4VuxH6Z0k2Y1nUrqn342G9jsnFZLHuqP0rG2bXez/Sf6NP1Sr6
uupN/TLbWWEjbjWNkx+cXv8Aos/s2XpKa1mPg+q0YWU6wugMD2GohxOm502M/wCku2xPqf8A
WurMqB6jaMWp7N5sc5j4/wAIMff69LvZ/wAIsrM6LhdPyvqxbjV7HZrqXXkuLtz5xnu9rjtb
/PL01+LiPy7LLmVvt2tLeNwA3av/AJO5vsSU8nR9Q78vNc/KzMYV32lzKsdrnPDXuL4eCWe5
rXLmjiYZ6w3p8H0W5ZwxbI+h6v2b1f3PV/PXqFVVFX1grtoqbUXUbHlo+k4ndv8A/A15o1w/
51vcRp+094Ab7dv2hr/dWkp//9HsH0x20kw/tPf/AKKq2VtrBDj7Wk8gflXNfWj6939Mzrek
HGNd9OSx32ulzXj7K5zL/wCYc3+lW436G6v1F0thxcylmRjObbjXM9Wl4BgtcPY/X/pbklOc
9oqsdYGbi+xrT4w50P8A8xrkDqu13Ts5gIgYtxcOeGFVuq5p6f0+++24Vtord6ZJEm3aW0Mq
n6bvUc36P+DVL6tdeZ10ZtRr9PZj1sdWTve8v315Dw4Bn6Le+vY1JTzn+MFob191sbH5OPj2
OH8rZ6T/APz2u76C62zo2FLdwZc3dt1Aaafp/m+1u9rFwH10Pqu6RklpBt6dSCT3LSWuXd/V
3L2dKqYLaB6gqc1lrtpI9Ntbtp+h9NjklOjaG15ddzySfTuIq4P6Gm6x2x30nO227f8Ag/Yv
Fv2jkgFtZFTCSQxrRp843e1eydTzb8fp2acqlrWvptrF1NnqBpsYaq/WYG+rTv3/AM5/N+xe
JJKe4+p/QsjqPSMjrOy/NvZkjFY2q70bagWNstzKL3b27mepUyyt9djH0qv9Y6MbpfUKsbqG
MTjZdL3trtbUzMrP6SjEycv7G1nva5vr+l6n6er6a6//ABeZWN0z6lV23v8AswuuvvNtjHGs
hpbS5+6sO+g2hcL9fMjpl/VandOLrGekTbfY57rLHmy1zrH+r9Fv+i2/4JJTf/bvTepZn1ax
am2PuwrqRkOewBpcBj1foYc5791lO73srXotjH19QstcC9tlbGM2Bzj7XWOtNh2+mz+cbs96
8T6UbW9RxbKp3svrc0DmQ4L0vqn+MboGJn2UY9d2exjy1+RSWtqgcmh7t32jb+/+hrf+Ykp6
KrHvHUqshzg2r0w0NMh7Xz3gua9r2Os/4v8A4ReaggfWd1m3m0PifNzuV6f0jMx+q9Pxup4R
c7Guktc8bXBwJrsrtb7ttjHs2/T/AKi82+zPP1mJ28BunzezUJKf/9LiOs9Vu6r1LMz8prA/
Lez1BXO1uxjav0e9znexrf31pfVz665H1cA6Xcxmb002bnET6tTX/wA8Md4Pp/8ACbH+zeui
/wAanT8TBzsfOxaaqsi7HtNj6w1rnOa6tnruaPpuZW/6a8zcGAiR2415I9qSnsvrf9Yvq71m
mrGqNgrx3mxl7BD37vbZ+rODWN9rP8Jcq31Ffg0/WfEdiGyl5dtLcot2WVWDZs3Ma3ZZvcx9
P02Wf8GuaDqw1gAEzqORp/1Ss3ufkMZY0ucAWtbVO8sr3H0qg6N7dn/TSUv1rq2bnOx8XLrZ
T+zWHGYxoIcNp9/rOduc9+9q7Lp/Ucnpf1Zrpa5zMj1mBzHaO9Kxt19JcGl3q11s/wAGvPrg
RY8HmdR58Ltn2l+DjtdtfZcKbGkjWK8f042z/KSUlsz7rsPMfVQ2h+TT6Rcz6TWRtFZd9L0/
0jH+l/pF5+u2yW2vxr5qfSIBfukS4n3O/c9lH0/5CodA/wAX3X+v2OfiVinBbY6s5d7gG+w7
XNDGbrbH/wBSvYkpWT1XL6P0fpePgvfS/Io+0XZFY9N211lzRXTaZe17fdvyK/8AyfqY3Ucu
3qFjsux9zw2GB99jrXGS+z+df8XPXqvWP8XJGDSx2XQ9tDa6677Q+lzHl3osqpbT62M2q9rq
aX78a2yyxcb9bvqD17omNXlGpt2BWIsdRYbvTMuO/I/QYm1jv9KzH9P8y3+WlOJjNtZ0t2Qx
u8kOZAE6fQcXj91rHrXwvqJmdUx2WYOS3LyjUyx2K8OqIa8FrH1WuFjLGNdXYz3+h/NKr9Wc
TqHUczE6d06sPyXHc0PDhWGjW221+721M+lZ6bff/NfTXr9n1Dw78R9Nufm1PyS6zMOLcaWW
2vLn23Pqixv5/wDNfzOz/BpKcL6h/UnL6Lk25WfkOdcwuqx8Vlm6tlTtvq5Ntftfuuf/ADbP
TZ6fp+r+l/RenitId9b7MXaJaWNj/rtjt3+a5bXSf8UeF0zrbMwdWvDav0mIyrbVfuBizfb7
99Wx22z062b/AFf+3bNn1aOL/jDqzrtcbqDjZjlvaypjrbarR8tzP5H/ABaSn//T1f8AGs/D
d9XmU2FpyXXVvrlu54qDtlz9BuZT7q9/8tePZlZpu2loa1wDmBpkbSvfuudK6d1fAe3LrDrM
VptotaAbKy39KWVl35l3p7Lq/wDCrw+7pV+Yy/KwWhzMTb6+PPvqY72ettsLt1G/2XbHfq9v
/WklOWwSR/FdR0/A6JRRWMyu7Fy7WfaDc57WuY0H0qqcHGsto9S231GZfr5z66/0PpUU/wCG
fjYPSOp2Yl/VGYrn4OG5rcm90BrC4ta0e5zXOd72Lqukdd+q3T+oCnqvq5uTRf7M7FYyypxJ
BL7PtX6xe2p/0LP3K/0Vf+lSnlussxWdRym4jXehXYRU58F72R7bHlvs3WfzvtXqH1a6N03o
n1cr6/1K+iwvx63nJyK22elXt2/ZscMLvU3Pdsr9vq/4NcL9bOku6Z11/Tqn15NL667ca9oD
Q6t7fbZsq/Rfzm/+b/R/8X/NrGx3NruFFfUDj1CwOL3ts9MOr37LvTpFz3OZu/Q/od/6T/Bp
KfW7PrP01mDU7NJxqrmbmY2QyoP9N38259dhsroY+v8A416xui/X/q2Z1avE6FhY+N0XEO/L
df7QKZDX3WXN9NlNn+h2V+o+3+d9ZefZWNbmdVtqwXW5xe+fXshz3k/Tttcx1rdu78/1P+MX
d/4uPqZ0zP8AQz+p0XZH6W99YedmOfszqa65xtvqXtdZdZv9V9VX6H7P6Fn6RJTs/wCMX6yA
joFGEfVw83IqzbLNQ19VdlX2dv72x77PU/7bXf5DKbKXU5EGu4GtwPBD/bs/tLzr/Gr0TqfU
up9OdhMNr7KzTj11mXusD/Vfur9uympmyx9+/wBi7bMvstx6XM2vfRbS/IA1AAc31dv9X+ca
5JTi/U76l0/V/O6n1AO9S2+x9WPWPaKscP8AVbU2fa7f+i/7brXWMeHDgiNSCo49lV1Ztq9z
LCTu7H+UFlVdZoZ1jNw3P3MpbU4kGQBY36P/AEElI/rTc7Dd0rqDGh91WdXQwEE6ZU4dn0Pd
9Gz2/wAtbZY0uG4TtO5pOsH6Pt/suWfn9Z6f0/pjuoZLpxanVAvbDo9SyvHZZ/VY+1XvVG7Y
YD+zZ1Pmkp//1O1ZlbT6mz26BwPJH7v9Vec/VjpTXfWrrnTrCarqfVNbwA4NBfttbdS7azJw
8il/pX0O+myz2bLfTsXon2Yiv1bLDp7praANw7/nvXCYzc3E/wAaOU0BxPUKrdrny0Gt1Wji
K437bKklI/qpYGfUfq04eRbi5b7g2ylvrtZtrZ+jvr3evWxnsf6/p21bP536C5G/HwLaM3Ha
z9dxS69mXW8Prubu1YGNb7a/s/6dtm7+d/Ren7/0XZ/4uhmU9A6piOa8+nddWWMeGFr/AEdl
u/f/AFWrmDUzpOfhZV3pvdZi4wNDHteC2xjKr/Wb7v53G9Vn/HWf6RJTTw8O/Kfj0YNBuvfL
ax2JILvpOLWtb7v+LRupfUzPwXMo3G/NfB9BlT9pBE/osgj037f5fpLsKK8P6rdItz6MJ1WY
1oY5uQ4yx7gC5+yzc6mtrPSsZXs/Wbrv0n6P0vTs9DFlvTrctt9tj8t5232uiwtIl9u9vv8A
VfP0/wBz+arZUkp8vuxMzCP6Wuylw0dMtIn81/7i7/8AxVdN+sfUs4dTPUcivo+HZssqFziL
rGt3txvQc5zPSY21j7XPZ/Io/wBJTaf9WKrwW2ZGW71AWuN2Q58sPZwfur2/ueox6o9M6r0z
6q9Qvrwcpj6rwft2NUH3V7WbvRtfkUe7HdW6z3ejZ/wNtSSnU+uWR1nL+v8AhUYousxem2Y1
jwwH0q27mXX5Fv0amO2v9P1LH/Q/Qr0DqNrLsGyut4b6hDS9wgNaSA5/+b9Bc/XlVZn2PJuq
e/HexttVAiyj1CWeiX0AtsdaxznWMfdT+h9HfZ6dvpq0zreJbkYoZXvfkGwVXggwGgmzYWud
uY5zf5z6CSnRqv8AQwacUUvlrQ0MYARtHsYJb7FQosxcu66/FqF79zqnkEbGmk+i917ob6L3
W+xjP0lnpM9b/CJBuy52S/JbjU3Q7Y02Pe9paNfSda6lv9fFo97P8IgfVPHsxelOsyN3q9Qy
Lctwe0hwba6aA9jvdU70/wAxJTtY7Kq620OdvsfJdtaI0Gvs12VKz6NczJLhrulZ3VOqP6dj
4tzWh1duXRj3caMvd6Ie0Ej3eq6pasc+KSn/1exyul3ZtjC2/wBGWw6CQPaXP3HZt/eXH9U6
c7B+vfQg/JDjl1WUlwLgQYsrbveS97tzrG7Xr0uvHYRIBaC0QD2XCZXSeoX/AF/y+q31MGP0
7HbXgF72O/SPZ+gt9Ibnfzrr3/zaSnG+pWDh9cP1gxPXFdOTkPNT3EbzXf61TrK/+E0rXIZX
S/2d1EV1B5Zfj2Or9cbHhm+3Gpv/AOuegy9jfzP5v/hF6l9S+h3/AFdwb6st1OXk5Vxuttra
TEhrBs3trdt/O/m1z3+M/ByDlYnXGB1lTCcS98E7HAsuoL2fu2udbWkpqdR6xj9Y6YGva94f
mOtcxwDz6WKwUtI3uraxjn/pMhifpvVar+nFj/U9SwtvLyYaXMd7qa9hf7fTbvfsr9P/AK4u
dc7I6T1S7Fya2uNVmRQanO0HqbHzvG5NY92BhVUtHvBJdscN4a6Po7fpN3NSU6P/ADi6h9nz
bMYhuW9zmZJdrAI9Kt1Wn+Cbu9JZd2Rdh4IwsXqXpY1ur8Wlpkl0e26wbH32+337v0NX+CVS
vMr9cOa8w5obYIhzturXbo/nm/vJOwSbhk4dkku3NrfoR/b03/2ElPdfVvI6uOhYVLGtbl1l
2Oxj5LnVep7NSd2Pe31L2ez2en6P7iuZGdTV1JuTRYAcK1uBjVMII3Oaa7tjR9KuubLdm3+Z
pXJ/U3qPVcbrJxrrhVXlMsJbcQ1nqMb6ldk/4D3f4SpaefjjDuGfjsrLmtcKq2/pQbLN1dt7
dv0W2M9P9D/gv7aSm90bEzKuu0dOx+vX09EtyL2V1OfuJZjlllGH9p3t9OrPwH+tj2s2f4T9
AvSMd9WQwWUubax0Q5jg9p09vvYXfm7V5x9UunY2ZmsGVGRjYmPXZRhP1pZbIrbd6W79PtZb
Zt+0er6fqL0TpeJjYlDa8WiuisgEipoYDtGxs7A36Lf0bdySnC+vQJHQMQHXI6zihzRpLGb3
O/6T2rrAR6RfHn25/wCpXF/XPNYz61fVLE3CXZjrXsJ1GtVFLj/WcbWsXYitv2U1bfZO3bGk
buNv7qSn/9b1C20MiHNaTwHaT81xfXspmX16gF7XYLoa62m4tIcB+a5gd+e39xdT1nIOPg2v
D9jvTft41IafH+UvPn1mz0iWlhIBfWG7C3TRprA/O/0iSnfGbjYvrC1lt7bCK63eoC7X2ix3
ubZtcmq6zmGs42JS4Or1gFsuafzdt4a32fy3+9Y7su/ca6ry8ObssAaw2NbH06rTu/Obt/4N
N0qy2zLNzy6zYPY62x5O0f6X3PZ9E+xmxJTyH18xbqutvzDW+tuY1j3tc0NHqhpqs9g+ju2N
XOtscWkHR3cdzrHK9B+uzsW7rDuk7GkXYjCLZP6PLf6llO9vu2+q30Wf9eXnEOE6eY+YSUrc
AWvZAjTyPkrmLb69Jo36zpOmhVB5MT20g+HdNVY6qwPABI7ESD8QkpuXYtuJaL6bCSw7twMP
EHlr2rr+tZjMnp/Tm0hrcnKw6HOraSWguH2Rrfo7P0jaf0//AAv5n56xej9Ly/rBdVi1htGO
5/6a55nQDd+jr1ttft/cYtqjKxvrF9YKcauiyjp2Hh7MfHrfyypzamFz3elY2h73+pt2+skp
6j6m4jKqXZD3ufZbTVD+AGfSeGtb/K2e5y6zGymfZBe2SI9uh1BPtLf3m/urktr8LH9HDHpV
1tDGNdLzt/c0du/zlXP+MfpXTLR0rqGHkMGMKg26na8FhY1+99dhpex7fU9384kprfWEvyv8
Z/Qrch7W41ZorqLXAkWMc+/07G/mWOvexn9R9S9JGPZ9lNem43epO50bfV9b/wA9/wCD+gvE
s+rOyelU/Wh79gyepPyBDi14c6x/83+7t9H2LsMX/GZ1nIObcMDFFGFXXaa/VfvLXvbjlvr+
n6TrfVtr/wC0+xJT/9fr/rZlY+JjCo0ZWReWuspsrdLGvaC4erZbdTW36P8ANe/1P9GuGoye
sW1PE/ZrWFp6dZa4WAMPvdjZlzmt34+5v6L/AAtH+m/RLsPrdm5GDgC/IoaGW2enS02tDy/b
Zb7nn9EzbXU9+xvqf11wmdmP61YzKrdRjvx9ldhscXOO8l1bbWta1noP+j6n6X00lJfs/XbX
isWY1L/T2/oS9zmz7XPZvf8AS3f4T3710XQ6XG5mNlXNsy3bJeWtrL9x2721Nd/1Faxcajp9
lXoZBs2YhcG1WWm1tdrj+lbU+hjH+g/1P/UPqq2/D6Bl5mK/Hxcn1MZ7fTzTYaq5AYXOo/T2
ZVlj7P8Ag/0aSnmOr5Q6h13qWXJLHZDi0RENDvTpjT/RVVrLOJWbX742l0gcmfzUMZtmLZkM
uBd+ncHB2hlpc33D6O5ExrjkNN1kje8z3iONu5JTmW1BzttYjbOh8AJKAWGJjRdc3B6Z07pd
efdkVuGW5rbGNAe4AH1Xstndtsb6f83Uytc7ffi2WB2NS6lkQQ5+4F5M7mz/ADTdn5n6RJT2
31EzbmdJq0pFVNr2ncXBxkh9h9oDWP8ATdsqRPq/0fD6Hn335OdS95Z6FFchu2vdu9S5shzn
7mrI/wAXj7hZmu9F11QawsYxhc82gmAy122mpjq93repYz/ALqh1HPbkNY7Grw7NHh11zbWj
+TkNwXetQ/8Ad9npP/0ySmvmZ9bHPZk22X6mXU+oxtcx/gY+i36P8/6i4L61tfX9YMxp0G5s
CSfbsZ6eri78xej5nSetD1XN6m1lTTvY2moQ7c6f5251z9jm/wA1seuB+u/ou+sWS6p4cGtq
a/kne2tjXtdps3t/P2pKdfMbXV/i56W8y95yg4mXQ1pdk/Rb9BqzOl5X6DrF8AH7GwRAgj7V
he791bnUsqm3/Fdh+o5oyGvqYxjSdNj7mtO3991Ldzlz/Rmtd0D6wWkEurxsdrTpAD8vHc/+
V/g2JKf/0PQusWeji+6tttbva9jxuB/d9hXD/sHAZ1Cy7GxdjCwt+zVvHotDiPoVN929/wC4
u661bj0YvqXhx1hgZzJB8fb9Fc83p1mUKRiX1ODqpse6Q4D2uixrdySmmzEoyNmPi4l2NY0b
Q9joY1v8muxjW1/8HtVnA6RhHqDmuL35Hseb3O0d+4H1t2M/tf8Agiu9K6a+rPbLt5DJLhLm
tnbtcxjvo/uKeXjV4/WXW0CDbW58cAPa4+p/24kp8N6xUyrqPUKagRXVl2srB0O0PeGtLT8E
3TrttFjQBua4OM/uke7b/KbtWj9dqPR+tXVaw0Dfkes0NEaWt9b/AKXqrFrc6lz2k/TaQHf3
f1klNzKcy3bY6X6foWn6LWns1v8AW/kqnfbLfTIGkER4QnY9mwP1BHiJEj6O1BfYXEdg36I8
J1SU9f8AULdfiZ2MLCCH1vZWXOa2SH7t3pllnu2N+g5dd0uvGpssZhYLaL63Na9x2tDt3u31
5EPuvpdsf+k9Jn/bla476gR+s/pbGEuafTqYHOftbY5rN7mu2f8Agf8Axq6i7IuxWtuqpeyw
tMvfaA5oMuax+91rHV+39JX/AOrElOh1ek5uHm42WWOxbAJbRIeNpa9rhY72MsrsYx3829cP
1H6rV5Pq3V9Sdbkvc07stw3bZ2/pHD1Lrf0ez37P8GuxqtysjGyDfS1u8EtdvE87voNbZtb/
AG1W6Xj5lLsixl9VYsf6u30tzg4iH7rvUq9Tc4f6NJTW+t7MWv6hYmAy0Xu6fZjhwG5vta2z
Hsu2EbmVuts+n/LXMdIxcZ31S69mvrDrW2YrKnlolg9Rr3+m/b/hN3v/AEf5i7/qllPVMC7p
2TkepTcC17drdX+01PaPpfo7G/o9lipY31O+q9XTcttQyRRkNZ69rhZvLGube1tVZqb+cyt7
/wBHY9JT/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEA
NQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6raHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5
ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9i
ZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAg
ICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8y
Mi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5z
OnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0i
aHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE4
OjMyOjI1KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTowNTozMCswMzow
MCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTowNTozMCswMzowMCIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxZGUyODEzNC03NzI5LTdkNGItOTJjZS04ZThmZGQ1M2M0
MGYiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDo2NjA0M2ZiZC0w
YWJhLTExZTktYTZmNy1lZTg4YzUxYjVhZGIiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0i
eG1wLmRpZDo1RTY5Nzc2OTVDREQxMUU0OEM4QUNGN0U3NTM3QTQwMiIgZGM6Zm9ybWF0PSJp
bWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9t
IHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NUU2OTc3NjY1Q0REMTFFNDhDOEFDRjdFNzUz
N0E0MDIiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NUU2OTc3Njc1Q0REMTFFNDhDOEFD
RjdFNzUzN0E0MDIiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0
OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MmEwZjMyNDUtZGZk
NC1hZjQ2LTlkMmItYzQ2MzM0MjI2ZmJjIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjA1
OjMwKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjFkZTI4MTM0LTc3MjktN2Q0Yi05
MmNlLThlOGZkZDUzYzQwZiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTowNTozMCswMzow
MCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8
L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3
Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUe
ExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwB
FBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDP/CABEIAyACJQMBIgACEQEDEQH/xAC2AAABBQEBAAAAAAAAAAAAAAADAQIE
BQYABwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgIBBAICAgEFAQAAAQIDBAAREgUhEwYQMSIU
IBVBIzIkMzBAoCUWQhEAAQMDAgMDCQYEAwcDAwQDAQARAiExEkEDUWEiMmJyEHGBQlKCkhME
IJGhorLCsdLiI/DBMzDR8lNzgxRDY6NA4cOz4yQ0RAUVEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oA
DAMBAQIRAxEAAADa8rRV5RqK0XlUCMoBoUrSRGG8NKoL8UyuI9VoI401TNI8qKcpcps8UPJG
OIo3CoiiK7gbHOBcjh7FQYrmHMOgxx2HIThrWIS2jGEVowqrw5j+ADmMEavHcrRHo4Er0B8v
HsKKg/muGDeMc8Tzq+bnRYTZxXuI0WDZ5c3k2gvB6D4qzOhiyWziqz+2Qx7dWhg4GhzoV0hS
OWx2p5v2pjGXNLCMXkBERoZWIFaiCFYIkoIQbnDGc84DpEcVwnnKjRURAjWEDNYh3c8ZzuPX
Ucwc4ThBlENR7RsKU0zdzU2ZahloZurmRS0DFcSCxGls/MTC+LDshjuUVCcYnMa/NDijKE1G
Y2hnIdmMo2SIQaK1RkgThCsUkAc0VeeI4RRGFAcSMcI3hiucpHM1QiCKCcvA3dwj2cO7uPWm
xUDuFwdnKdzXAxGEUk4Vea+HRtK/gSCUiHBI5SPYxnlwQZB68hxAOKLGehYUGaPbkNLQpGDe
STCD31MZd15xXkMQin4hz3zCDA0JTGydKMzYNLHKIloErySxAhyeIbJADmGEFINoQJEG9zhn
H49H5vHPGoYkFCw6IMsGxiFdRaoZlKnaURXTpJQzhmCK9gEwZhZPE8RysGvqsybDMZoRYLXc
T9Dj3m3Hk3muLlJJcspQl51JHL92WU1fY/jbEwrjfJhZRqXUE0sBoYhvkjIg7BSur7qIQI70
AIThFcIc5VO7uPRRuGEINwg3oDDJGAnQgFskBSVQyBhWnUjS2ISB8gGVFmlmvAA4uNVipYHK
fr2KVqTgg58UgQYHBmBaSnxTjByXkFtlxWtuI5X9YjIXSOAcRowo0Js6l405skpp5uPmllAt
KsbylI6TxgQz4oDj8egDII4rFAuEUeMjQY3jGorAarwYsU44JeI7XICkA4sI7oYtM5po5Mee
R0M0ECYpmQbIZiI2384LTqxpZAh8TpFSpfNouLlaXi3WnIW5K0RbwXkIDjDI1oPQmbhbIhi9
TZyjK1XoRDGWOk4r4GjzpnyR1C9G49IEUYiK0E/mBOVoMaKNGijHx3hiBIGRijBjz5pKfOiJ
0AzgF3SWxsJ8KwKuMtOXU/KyzTtobErcVssad3cd3cd3cd3KJ3cd3cd3cd3cc5ELbc5TXg3R
4JbOq5AfmwieShvyXlNdlTNuY47ncegjKI5pEA84Y5zEBPfxGYUYFr3A5EVxME9xgw7ejKAm
szYr2oQretsjY2NZYlfJ55XwbtxTGCYTAeg+fHdyicvCdyiPkNLR8qwMxX6wRlktawsLiPoT
HV9zTGm1eW1QJ43hlc0OjOM7c1VmTM/f5wy7xHG8fjeNeg1rkGtIMbzxhWs4aMjSIVphnFGI
cRRcvqcuaDKbLFkJeaJa1FuaqfBsCOViD2uCV5VEWHmXp/mQNUKDQjRHkKX1fJtjDTugGhPl
+J0PkNJoqG/MvRaXOGo1GZ05ysiE7mKFAQZXTIsgnZzR5ozL+aO5/HoTXqDaZg0RWC814NHO
AQ5sMZLYQ5HqMXmj87fUxf47ZZwzfK0dfZ3Qmhsqi1K2bDnCNcMjAc8l4HfYkiyoYSxbXMLM
UFCXKTUFaGGQG4kUix9KMkXNJelPk9nkTVaWmuQdbPry0XuEa4RFNDnkzOaHPGeBJjhuTj0Z
ShGOa4ZxGg0VRnKwYEwBRlAENGknCeILS3tGW9TYwzIt5ol5TXhc3NNdFXYVNwNRVABmwQ/n
m2wQndx3dxyoY3UfSZcmS80hIzO7xQ+9yc0tdNiDF1lCMNrc0GgIUO3CPdFUkAdJM/cocTP6
TLlRElRQ/N49KRVOE8YjhqMcxo1jGhhDMKEwBzkGK1WkuivqksISvMOMgx97RXxcXVLfAFew
VhWAIlmpVef7jDnd3Hd3HT4FuekIbiA+TTBfN9Llxr2cPczhychtNBmdMcAyDCco5U4awqHZ
rUZcqIc6uJHD49N6JnTV1KZ0stNj9cNYUYMZGEJ6cKJWkU9cMu21aGhiyRECZW25gRSI4t9R
X5Z32ctSZ0BSetW0t+jGKDF7DICd3HdyiabM682jVENprQpWYD0DzoHyoO5FORUNDs8NuhnO
YP6tmBTMec13CZzR5sqqyxrw/F432C9CxBn2FaSt/wCb2Zvx9woTDIgziBq+gKuu7hNRl5xv
IxmlBd09+YONOrx19Q2xorukUtm18gkBO0gMsIZT5a9oju7ju7jtXlN+XBYEIuoFBELbFXNI
d3cc5HDuUhN3eMgk2k5Rj+aXW98p3Zfo9Bmc0tAUldbVhI6Txu/OPQPOBvNKQRyAmt03me9L
EZmEVhjFJht/iyD3OE5zzVaHF7kyugz9gZypnV46VEkGuts/oThVoiVHmQSNfRRFRnbeoO5e
E7uF1OW2RIPXZ40sXNSyzzc6INTuHyIssebuGgJADDYp3F4HZ1yFzq/PfRi0oNFSFTU2tUWP
LxTxpMUcijDMWSV3S4RM3Xm809GiU8Isq2MEmlz4S9k5sxa6ij0h57HlRBO5BbKvkl9oc5fl
HGQZIfXyx0kCFdVXNMIqKdyKO3GP15RUrmEmZUcTojSDGnCJLiWAbjQSFKiX4ob2zMKDeV5m
l2oCZaq46i0FEUlTLhlpw+IEL0XKlMxxARJFcKJyCJ3HPGUE4zBhUkgh3lOWWixiljRy4onO
Q7T5jUD5cKYUvOIDKaKSjjjAKK3qDu5RO7iRt8toTKxbynAdPCR5zggRLx1hX2BYCYpBmzbM
a2Fpw5qPOm7H5i09Rm+PTz1SolsMZXToRP5nHpIZTDzyLZ1hBjvYKwoxHNccQRThnAGPDkAm
GeQydwoSDEReO0GfuyXa1cohKNApQlBKN5V19vFIC8oirakiysrQoYKuKEF28rKy4pxvKg+w
rZhMEnFtPz+1B1W5IedQPVEPHo3q9AYE+q3JjNRZMPNYN9VkjpnG6arjC0V/TFPyoOG5h3Ip
xROHD5R7FQsGhcBSRwIMmOMVOOu6e0LInRiOZsor3W4CJJkiKeJaCKW0v9mZfTSeF7uG8sAl
CqNCQMhvePFG+l4EiHBJElx9cT9Ijzu7ju7jkXhronErl4i4ve1JkeHx6KjFKvH+h4Uy7DFI
rXINVFGuap3dwqEMRFlXpnp9hWjYV1WEVTgOsa9S8YDbFdZWDSDNBwYLxEGJbkEtq6GaFczo
x/cozJ6TzcudzitoO7uGZbV155lH0+YDepYn0MVUU7kU7kU7kUgZ7T5k1/CKNc1xX9YcB5qg
sZssQUHE4gNlRRVbxzm8LyoOON5qj0MQub2BVGn8/wBBmQoXoJYVukL+2SWQW2FMGXH3ZZvh
xS3h1eeLGgE0Lr85uTSOhyzOed6TNmj9D839IHcqHNVTM5rfRg05VOWLxJUTx3dwioo3F7bE
Fhp8jrjmuaO5vEfmkMnT6PLlaWZWkmrlxgfKoipw5zCi21dbkmpKYD0m3KKrtI5AacYO+ohH
rEnyuea7CqcsbOjpy9i1DCfXuUZOhmN1Ex2jJ23CY83qrCsLT0vyj1YIitIUmvmBok6KS+7h
rXMOULw6KgvCKdi9pFM9qxFORUF5OAINwtVauMLC12OKuNYwQfcgvIosqK4mSIcguiQ9UVFr
ZKYSu9D88B9HaOCUpD6QIZ3GAu1WfIzE45UeNs5OxKHdR55zHxzzWstYoD1Tyr0ot2uYVcuu
lFo3lF7uOCZColQyFqsc4x4nj+5BHDUeicO7uIDmtDOEQpMXuMaQ7igsCNE9DyJSdJKRJXoB
DzzXY44CMzibpMfOPVchYiMO1xh7lgiHhcWN/j+L+hKMar7AjOvKcl6aLoCXOjSBWO4yOb3G
YIG/QxIHEkEcdjXFilXaEju45EiFbAaI0RoClktZNJUcsIptP536IK4YiX0bgHIg2SFQeF9A
xJm5MayLtDwzMzEU38oBzz2He0hXlsLMyr3DJcqHLIvG46DOgDe7ju5Tu5RDg4lyarjSz8Zx
6tceL+tFg1aYqswARvr/ACWvEdygqq1z4++qLYM1QDBvQqhWMUI+UhHKMpKaVhGkIpw3vI/G
4iNAQ57eOzegqTEzokw3UE0owHRrE3ZM2MSlkmIZKQpfZjTZ0PIjGFjl4Cy10BmFvopmOuqw
ApDETnjF5HDVTaBNuE4mS1uLMtFPHNjtcLtQyi4BV2SEewrJpLBHCS2w1HSYTyQAMgbZDcER
ow/MIc5ii8nFOqtCJwxQyxHmpEEejOiyDze5o7M9KiPIYyn2OLI7JUIvYT7Qz8iIYmSV0JIK
SGMojTios7EZT1loEq4lq8z6WEEJ7H4tvjYqyAWONvnmHt7mrJlhBtBr0ikiM6UM5KYtlhWA
mfvKAW7ym3HMcgnK8jPk8cqOOTuHcnFSxJBFdLcQY9lGPOo06KbC3yd8YMoDHoEqstily+ux
JLqLyCGv6kwR66Ihzo7Rcs6aBtYV6Nq54ChboUKJL8Zn5VuEpI94wu7jFWhoY0OWV00hSSsf
iQ4ChGw5RwnUxZxRzAWc2GVG7LM6gdzVFVjx8WTlTUEhyxXJw7k4gc0h3KMGFVMNT7XGFzrs
xqjzxltSnoLDyimpNPQkmlsqEc+NILS3mAJFFe0ZUSaqWXF9WWIxr2A+K8E5XHDdSFjV0UUv
ZlVFNbb5nVFPaoIfxKYto5YgO/zmgOLDlB0jRydkboBaSe4V4nD3McLjNpjyw0WK2YVWqO5O
ILOQiMjMCcNCPjdrjS50+M1pR57Q5s25488y9PdUIoHtLI4iG2grXl5kthkCs0MBSdbU9wBj
vilnTkiFpY1LQ+Lt64maLLxzV0Ncwstx5v6KNPDcTK90sJnrSqDaDN2Zn7bP1B6YXzRD0ixy
mtOV3HI5RruUbgN/5eXW2xuyCva8Tu4rnc8r2WSlYLQgKLC+r+dkbaYb0MzeSvqg2FrV6oq8
/tMEQ6LUZ4LJjyDQAp5ZqMxZ0pPhNjGik0bDRV5opWkhiLiDIAVlgGcReu6srkmwwFzUaQuK
6e0gX9ZZlb0SyBdH4ss3paky96y9LqS8QRWPOXlFa9AfknrXj5uNZnL8kuao7u4gOa8a/lHg
Kwi4HYYAF6Hi9oYYMuAajU1tyJl9ahn8D6V56GdHOR5cUpPJXThtXZ05ayq+aE4DQVZYxSTL
qpxGUsMeKO0ccFiS7CtCajolwErp+eI1rTodaU9yMjVWjD0tnmT0SHXtNDY53QjnoorVaQvJ
fVvKD0+2hHJytcL3cAaRxHPxCOKawxOUuak0dwBDDyA3htJ1PKJsblKzCeg5IpDAeOFJgEuy
qJJbUUyMHmg4GERAJ2NIk0IiYyUYomzxEaUFgXg8G2GK0ZoYg3EaqvagkSYkMmwjSin2FBsS
SPnEgonBHMec1zSh823uBPXpEGeFcx4vdxFO0gwiKcEzDzvtSIe8jB3Ko9ivOeFwKtsZZ5PI
vKkss96F58SAljE00acNVYZFBNAc6O0lOiqTHgUmujPBjluKwdoAhX9NNNpCCgRpAEOtsACy
opw+pyWtHkG4O/uHryjeVpisdZ1Z6zPqbcQwjHd3Hd3Hd3HIvFbU2tEIQLyyGLiWUNmVSTAE
iTEKPjxWi4HfZEqxDUeQSiuZwQatBc5QT2cSHDYTnxZI0BAiBVpytUvrjJawLHsqkjRTQiee
ulknWUN6Oc1wdUcPVGjwLUHnIe49QsIcsJMjSBe7juThASOIzytKXPaKiGaPPaAJDPBJ9nn4
RfQojiS+sKS2xgE+plAMoOTCHNewIo3DmkEc5nDeVRj2qEkRJQ5pHDByxEAdhHGXlBaG5zt/
nSPWSkJNvX2pNsq+aFYoCc+NIHgJEH5jSVB56Qoz14RjDJAincnHdygBSmEeps6ALH4I2dBc
WajINjSJRXOKwCxYhdlrLMWHLriiptLUFYijHtR4vMcD53CjVBWqhxB8TTRDEhG8NQ0ciTIl
6X+T3ONByRcSr3PaMNOr5QSEQBcFRwML2jaOwxY+mvqM9OucBvR72tCc3heVAYJMcq4EqvHx
5QSKdskYkhCPIisGJPGCJXySzmQXlgI4TMnz14ZsFpVjOVTuRBzF4VEQReQ7u4fPrnFk6EQk
QlaH3WctQ2Us6EPoX2BFllCdzY4aRVyjQvzNuSmM4zmekISKDQ0RO9I81uTfd5Wc9O7A8ehd
3DIZq8gVVgIIJ4xj+eOFwiVEHKAimRRDsKTJIXE6DPy5nlehcZy6piMr+GI7hrkQRCMEReE5
UOVFH8soZdmmlnl9LhwIZ1cayzHOAtkNAoURHaQZm4FlVhrCqYG0+U3JKy20xhXSY0oEcJDc
dL4tRRyEel09eVESTXlzXVd4DPRqSntQGaCUlSM04vDjkhTDOScFs8EPQUgSOdpDVXgekcQ1
M0A0ohUXhEeg3l4fo81qC6JGljsFvsCOivU2kwMkQYq4sY4ygGFKZKCYA9qKLtcZsyyxe4yR
XSAGAsehveDxqu4YsOkpy2qoYiLdQphYZDTEMjKvSGdLcuKuVOIMnRDE2QMxV5K9zw4rDiCe
0iKUgN/NAiUI4JxjUMIbz1GNXjrOstS0kyijam6UxmgmmCsQpVpaRSPJj1ZcsBIMQMoju7gu
4w3ohKwe5wpHUChHx5RtujcbEXCIVVfVRVDsDlWyxzhYSKaSWTai6IknqI0Lqh5ZQ2VRpbXz
vUFdUT60lnaoNzSEfmqd3cRwlAKZbUqAT4YN/cNa9wCdEabYtVaDikUgRbZCsfYmK2NPQqzW
fFBdtMY2Bb053cgXe4r0EZj9vjyhIJQxhGNf0vi8Y6vJle2INJXNLCqNSiGFHLN0mcVsx00i
yY9mAh3RTJvntMcKRXFs6K0nCbDDFBJOapiFKIcCWwARhS4gKvtKcKx4xiJxe6bA+gBGPjBm
wSEqTQBLmtNHAR5ssrLuuuTM5+9oTl7iV6L5lvyyy2tyRlu5R8uLbm55/HSZilZl9tgyGOTC
D22dswxxBHLKqi0kQjk1axgEM6SRrARDJQbenCtUQ8XKSJUSYIRnEnTZG2LWgscqWNSxoq8Q
Y5hAPdxd6Cruiph6lpSwb0YlvUlLqO9QDiMIBo6FRQEEcJWhPRfPtoXmO0WPKZ7VFtay3N3y
8Wq84ZClhKHM+gRjECuasndOmFRMsnFUs2IcSCoLpc4hGIYxFdfZ8IwwQa8gWwrbM7u46VGh
ixJXACO4exyEdr2DXJxuC1FiDgWximk2rxskJQwixwsQ7DCXVfVh47SDGPGWfomE3Y/zz0bA
lCZwjrOt1YTtHxccrSNEn1wNoeBsfGDO5A0ivYWYYBSSRDkY4QlnySDIY/YZEIMogXKg6yq5
o5yhJAucczhic1BpGNEaqCd3Gqt6a6K+YcBJJmbUms442tvQEE0hhHjq0ismEM9WbNhH08SU
Hwm5xRQKoxN1hdwXXdxddygqyygEFTxRGlASeYIePmBZtdPJgJYSuC3i2NBmmUx/oHnwYbhC
tXhpxOJo3MByIihmNQInMODMiicije5S60tFeEgRI4IoxFnKiHHRjRwrhvK2PICM6FeEVlmc
hFsXFTA1FSYFjhhdxg7A9C4HGkReGRJgytr7eGJGm1xzWEFc0xHuYE4MdDlLAvKclyQIB859
I81HgIM5ruGPY4mR1aI5kgGqPG81oichyK07uUvZKXhGJLEcqRh7RhLNkJ5aPr5JCAaIQbum
mli8HEx6EBhkoZRmllmSurpSN0ri67uG1dlQDJMFC9jBeGkooKOZpGmAsA3dwOhu6gMQRxvm
/pGBKxvIMI5ASGEPUThhBvHFY04fId3cdyKIqKae0orQNHtWABTQFassA18o4OawhCBKAJIE
QktUYZkcBYtiNJhoLSyNCnhObx//2gAIAQIAAQUA/wDlrf/aAAgBAwABBQD/AOWt/9oACAEB
AAEFACPy0N744D4/zsEkkYTvHJIPLRLZKAC9mHJL4jWpeE2GLkFg4YqgmemHx4ZIHqWRMJJV
UFy1iOvo/I6qKjTSc/cVPMYxUBECBQQSNsIjkm5Vj4HC+hpsdlUyshUMEDMzGOSRMaWNhzBK
+vkXiI4gqXAxp1wA6DlXGnMsjnFD85JCpjBDOobJYzGzc2QKEZghjjlQgszt6SMQ+PIdh+S8
SNDZIGKd5o72BhOgNZ4wkAMxBkkCY9yFBZumUQ0JpVlgjKJDJFNHKhxSCoOiCCLMPtFMtBYl
swjJZAXW1IB25NqivGLNO7FJeM3sjMTLjStyeTRMsfESjQ5lEcalHlQzIY1Q+v8A3ND/ALFK
pJ6TgiAaNokwStyeOUJ63Cyts7YhpueJos49WAbLqkhUmKR5YQzKNji2EvykQhvQykM/sL7z
1F14OBtVJCMNto/81Os2QSBnjCCCHOedEZ2UyJFXijuCzqrMewkKJeZg1klYrs9aehbWzX2G
zYyRiI54pOUERkS4gikMAYXa9gI3XTIyUQqtzXL4cuXCssowOuyAGip29TV7YZq90xv7+SKN
OArpGNtrksLu/q/EkM35MHUKA5U81bPAbhoNHzLQOhEUq5GF0CUH+1MLoxYyIHk4lWBLICQG
3osI0CueUheONDscgp36n58vzJAPLNbxwRh85sjC/jkdd3LznjgVnkoVeP8AWRM79bWjlfpU
KPBIh6Sb1ws417QMEgOWld8XkDDAxkAIw628SS43T1JC3UUgvyKjBXwcAYIlaKAsWr6ey/Z0
q63rCWbHuialcCxyDWi+2knkbEkAVHkZ23t4iFCPwSKKQPXQY0RfFV+JMnJROhYzM7q/MIhL
hWQpIWIAUA40qgRFWwldFeIAAz2EKDsJyJ8AxIXTh+br50Nn7g5IPLazY2STmyctRl0PASwV
ZZYayIUs9ZBK3a8VRKwIRlhSS+2C/Kgh7Pif7RAEmixLEM2HAmhojIycdST8sdlZQTioqiJY
y00snHrelieDtljinRAqWfbYkKuC0aKCwUgLgkjTGmRMiTSKIxgOsZX2sWyqBQQSdkFn4tza
TAjYWPH2hioQHiNlDtIgpEbqTGhwxopVlKBCpRAGMZUponi+N9/GDQAPhiNFVYlFwgDCp3Ii
kdhAgt9ZDaWJA4E6sydncmkmaQhkWYqI1DDRBiTgDIuRRFxUpLGRwAAUYGbS6UEZ8sjOlYki
EuwQBnjeN6PaUzT7H1T2YnihjsnUaPyw/Y7XAhLEKuBy+EMWT2DJUJcSaKupaSVVYE8SF9YD
Nh02IjFXj3i7bEUb4DR4MUcMDMwwWg2e07WVGiDxtnI7Yqrc0Ga8t4ZtYxYFWBxipxhrFJOF
FGa8ynY7RGGdPZ4x811atosdyN3lhVgTsLrkQBjISDFHyo7UgA5HrZAGADgWOiAR8jhL1kZ1
yJgzo5V/LIrncTo6uUAnaRzIGQLpmJVnWKw6GpYKDrJcHXSqf65tp1ajH6uu4s9FKCOrtgio
4UVpXxoplbg64mo8EwACLIHiKkkMHAdeYDDwpYjFRSo4qJCfaAwYl9ks67OrEx9sUzZsMFAx
SNcjotsluOEcgwO+yCNWquQHuy7e3GqWJWjkrSq8WyDpBCiAkKCWiQCiHewpVcTR+hIAD8jy
0OxG4paluOx+rYaal0F1cn6aUZ/T1Step1UQL9YuNZpst2ASSlJ9lHQyz3BhluphsWGwWZmK
NOcAZQeTDk+GQgl6kmGmjM9OdD6jxFVCWpqS1RVZK/ICoC0lV0JKqTGVTmVCadZFLYsvrMn4
KhRsVSTtN2DucZxIMcrjFnRsD6HMkjzgJGbG+1H+r2cVlKACcCRpBKtMABWLRKSQV45452OQ
HU7VgOLaOBjsnkp8HYXLU9ZEtdxTgabt7kjVe1mhVe57AZWutPGJKaIL9GPFvUZTKyRq96LD
cjBS7BxXsRi34XP71PP7WjGg7aixXsazAXYmEZUCRYyxrLz9b6Cz7ZahArRMBXmI4KD6RpkI
x4wJJfXIjw8VSIlmURYqO6OAcQNyAkObfJ0JsEk4D51vDsrzKhLQ1JakQwTiZQdmaGGYfpVd
W6FVa/8AVUpClCvEkcJXCWAi2cIXGHlyc67SgE5z0N4zogt9xWrC78osSmazPOw1sHDr6Rxy
yYvX2jg6q6cl6n1IJrIiWS5xnktgh7hyZ7CK88jAzDRPkMRnNs9rDFtWFxO3uqsPyGZMj+QR
lYe4rNi2qU+PSjfDDNCRYYpqs+SVGYywOTOGR2bwEUGUIVICxMxJ1xVSGHrTnOQs/PZU7zR1
xONH5/IAkMQxTElDRhjhlANvzUiGpV4HCV3L9oPK8G04OnAXOvDBwuwE1l/soKcV75JamZ3d
z9QQPpEiu8duKBf7Gfk965s2LpBs2Dgntktb7Fgz2GPCZyYnGcWwoy/zJ+iTzR5F2EyNX7yR
MXvq7gXKLrFaZ3SzGzdjEI3EKkgKHKsC6vxCFxw0H2c3Jxn/APOn3+x5DRlBwPrG2SdKXH5u
LHJXdQztlid3EcXIpARhhY40ZYqvFmJA5rtiC9BByGstWRFH3XYyW7ABJq9Pesj/APN9jy//
AC/YBZ+j7CHIuruymerNXdJERWmjYe3TrMSzO4LM5xXcZDLIGVl2umxg21O8cRlBXhUyV1ZT
VAVYfBiTQiY4yMuefp9z9AdYJAq9UbMljup4govxFfakhWIAJXUgQqkgQEGEl+a+yyxMw1ry
FBHHwuF/JPIlfx4HGGMDhBZRGMSEKEICnwCQRIGBclgR4J29eR0xrdkZZkaU1ug6rlPFHDbo
KWq8HwAgu5wIhyehRsJJ8clMtjorGj08SK9SrG5pxcXq1uMn6MeSWKwP9iyiHs0Vm7KrLILP
XaYUXxI6YBWqoSsjg9VfQxUbKCTrw+T9dIimvKFiKFdF5I+imZLPT24D6ZRjRyMephihi7iv
K7itac1Or7BETqLYNfpkzv61evErtv2JvkvOwD79HADjAhOTEqG1HrGAxmQE6JYDHYBIyQJG
JClkIcsQpOOA6qigHWookZnJZ0eRjd7nr6xb5JykJcnrvFdiy4ASGjXNEHiCZQBnHOyeKGo7
s7h3AJJ/9JZZUMXZ3IwbljlH3nYIG+QWmVux9mK8JenVVrKxWIU5nUNQ2DL1VWXIopVSHRUR
ID4ObXFBB+VRajAD4WBz8NT/AJSkgHkAOTEN9wxOKoUEY4XfLYldQHG0iAAOgd8sBClW1jBh
gB06DfvqwLd76sj2u0uWvr1zGSDrQfVJvgvZKVfuEBi7J5HimjmRgwDOAPkc/Hrv/Zcm10Up
/ciTSvTibBAqLxCj2Qrn7dcSSdlXiCX4pYYWM4VQM+Uuyzc+WH8s5Jlg/wC4lGPFQPsCoI/4
mM5ogTbJIIVjvF8BCpYkyFASXIGRHwxY5btJALXeuxmsTTHWRxbaSEKDs5076zqwFiYZOJRL
NUjDxVFUzl5F6qzciylO8kfykAUf/Yka+nxyJGCLvLcFk4YralYEYRRVwzK0gsxW1jb9l86/
YgI1nyaFnUMS2+B5+ZyWkA0CNBmJwhyV48U8sxHFlLOVJLNogciEOM4TEcnA5xd87zSxxTfu
TTFJCzKymGNZCIWRnKFCCM6cBh1TgxO2i4JvSRRShusgY2KVtZa6LFU67/j3USydb/6CKWah
0otVz8fHCXqLC48UkZ8j6dX1gvEdDSjzt4IoLGs+KspKMDllz6om5xBDh+8OwZPyWT8ZKRAr
k7HyaYrDEQSU5Dz65dCQt5CFi2lxwSEU6QnG2QVAw+TIAxClM2MKBySYzC5dnYqItys1QRz3
UDd7f6itMGrtWtySESMwOevedSHVOrU+rxkoRcYnZOmkO4V/GhQIZO3j5dd/DX0AJKddbc8W
rnr+0hmiYxxLIshMkKyp2XVx1U4nXx5C2AZ8jLftDxnxhNIg83P/AAVV/wBALDCfETbyYhQU
ByiT6NKw+RhioA5jkz7PCX/yApsk4wLH1hcbxmhoggnW9eNjTbYkcHhY8mRThQZ4VkIXJQSb
aoO8nBKdv47He5W2xQOT1Hs11UpZCSDPD7FJAJGw51FGitQ6xgUtxrJAw02b+oyNijQcLdfu
hMIwxBi7a7HkPdxzmWzXRL9x7DHPjabXR38li4zro58WCNHENKSMG9r5JG8BAWfawwoRDRbc
X2z5A6sWPE8wrew6cfmACCAMJIJ2cJBwr+IJ0ScBOE7zQ3K6GWIKVY6z/kQV2pO98m7Eb7wp
+HeKFug7xgxHEqeqi5Dql0pB20wSZ/uSDkyH01QP0Ov8O/gT/wDmxI2OHeBW1HA+0reevkSs
tiOGSK91s1aT6rvZOfG/EG+R+TqSqA8vjAAVfAeTSVLjTup/I+DskTKWiiA9NEAxflruwC8g
KMG5tx8MBzP30xxdphAKlSMU7z1AEoSePEOwAALmOPyA2AeNYVjIDOqBjnZxv/YhSR8jVRbO
mA/HI2Z36lQide6cywAsk/vSgqA3mwOcNLYq9YPyss6RCvIVghRiixqDVj4/60Y2lULb4WJr
Vm5LDcs1StmG0knX1ZzN04BTpkVbNcwyEePjnmoC2vkKMaW9Z8agRYjo5KSU68f7RhBI3k7k
Qwn/AK9FvwB2O3CNJaQK8ZG8cbaMhQf+TALjA8JAdkcW3tSTth4kUkVwVyMcmP3CHD4JGjKz
ZzJHekrJDxaP5NEzgI4EmwQvnrHcRdaweUEbsnlfKlsI01h2Wt1shlqdYjauBmivvHXJtGMP
ZldjNKQWJ+vTQJK9TrIey66x8f7SCavXvUgO6RntXporfX1ZOwrd1T/WofGnIrEjn3R/6CIp
HRBRS4HLDcYetTQA2o3oDZtuqw+wCOov+pQN9qoFm9AQ8YBbkdkfnxBzX5uc1zxkCmVCSUBz
Q2d4x8cV1GNZad1Wm7ugBDEnTknAo490gOUpA1T5LGWqHREhXFYg9WZGHVTxif8Aw5I7H7jl
suEkDQJDV6st67j8Ibrq9v8AiASetpGPq6lx6tiLvJLli7NUWaxLCDaleSbrOzloTd9JFb6/
4u45gefkLhaSBy3SbNUkAdg4jqdM0kkXnQOhok36rWa8qGhHWA9AXjncTFprp5qqprlkmySS
CY5MAACgbkGwCSOZAH3LEBgGREBRARlxjwps3rHkuAVkcjIwAndbC9UhWh3kRagjDJCNwgFu
pVVWl+E6sNXffH2OzseGIOpTyh6teK/JGC9V/Ktz/YRCY/kPUWJJOp6jsEmvWu1/dqdaq52s
Xq7DK9xUWHtZa8n992BM/YW5wjhj0k6F9eXjWQGSCJRfrAi2XCPbcjfGxRrzykBcJJy6Nz3E
kLgIuf5YljHGGebQO/P/APRzkBh8qzaDypoMnGOIAvvjMpdYYuAbYDsdKVYofHf8zlRR+l2o
RqQQYTvIwAerKbqAfslRtkUnidlNE7BtsEqdGZWg+SeodX/LpgrdpErBZYFfHoxEw1o48v3o
ay2JHlnxP+XJxhllJLuQrMD0YZmBO+Ww9eB2jrQDB+JG9tvNYwfZGhdDCxcJORcznIbK+Ywe
cw0eOgpUgl2dgdsZOLCVm4jELAcsJ2HLbLLGDKSGYlYE5HZA7sc6vTyiWp2S8qRU5vItl+rR
NxNxkQAjQDEHkRsHjsqrCJAg+Vyceu/l8diMnajem2C2s7LtXAksMI3IL/QbwEgk8jsBvj78
nX/k288aA2AQoBGaJLjFBJIXVpFexfClYn4n2NuWVIzGVOO/I99bNej8fvO7KfDquNyChAWm
HjT4Cc9ja9hfOyeSOGu5lhLfjUnWRNgi9EJavQb/AFr8YNeZSjjIyAenJU7HOI/62niL8134
JbTKoxQFz5WN0f5fEF1c87LbyaRSJuuaxPX60KL8axXfoN7OaI+nxqYfsDYwkDCM4nNDYGzo
jHJIB864i4VaW4AhQ/l6lzuVD0ek7xVZ+9oKO97mHsB8VRGlUNpkIxwcRQmSgMGGjKPDfaMh
T8hkVIuv7aCEdh3NcQfHy7xFSBMQYOgcF7nEQ23Y2HYNkPD2dY3/AGJQ4KupiDypgtOGmtyc
ouxmUpfh0HQr8mlSWj/L4cFxTsWU/wBQ5viqoy92Pqycs0303h+3n6fHj/3t+SjgyTQRA991
aPBcq2FVCMDDfg4fJJYLcAbLqAxRbB2dPEjjtqD0bBBIJG+ttyV5qV6O1AwPE7B2SrnYkB22
wxBORJnb3f2rZ19OimUxk8RPIeHUf6rs4LrcjVbbfeL/AMnWki0AS0QHB03npTGqRMX6yEm1
QESLMkVTt3jbrf5fF5pooo7lcgTxSB54o1s2jHHHYFjHJL/XjkaBjIFB6Fz/AGVmeKnF2XyS
3Zx5HcgkYHkB6j5BbqTRskiaAwqdk6S4oGWIiywxhW4DetHv7Re0ISykaIUKOm7JatoMjqFY
MBsSErkhDYw2WkjiS/37ej69ZZ/XslgytCTDWiZe0nTQ7RAt4/dN8q0hgtk6WB7iKLlhSl9W
IsRZJcqoIbtS3nZUo2r9jFJBT/l8bhjXqbCdYrSLWU9rD2YwVu0sxn2QU/r40BvAhwIyNQNW
i3bdpP2VoKSPWQEjLADG3nxW609HQJYEE/a2oczgKlYHl4x21neFJOwiAYSAlmHE7Jz4/wBg
rRKmxrYkLadG4iIjO6WP+vbQb6je/j9v3wRx8oa227OcFD26Mt9uW0GysyqyFJYaCFYJLNHJ
a9J1MLKbcKSRUettmUzFl76UNF/KgluOhUYLIakpafvuprSz/K68sa9n1slP6odELsougvBc
va9CPGqzyRM3sfWzhzk2db3lvrjL8p7iQ9D2rdjWC7FxSEkRjDSID8Tu1Zrwr2zh7sIIErK+
SqFLEbqW5K0nUdrWtQl1AcePOg34dnV/aqXevkqfQKxz1uC0M0a/HbohsR79NJQOwt9xUjPZ
XBYs/fP8vzYdTIWqQN/1XirTArGucK0UVhEmevKsUDsUj7ht/U6+oOjVj4IZFfL1yeSSKESF
aSATVUVDx19B4MeiisRkR4nsJV0d/QAnErzOXrTIxicLwcLFXmmfoqP6dEAZcC5OD+tUOs0e
P+6RWLh0Y7XbGH82eNNOgXIZGjaPs7PPrOzhtQgHct+GuJe4kky3FDaNalUhySxT3JYqgJOl
2OCka9rrZ52qSWWYtI7YfObIwhhkMXKt0itwgQtUaysBV2Je3JyaVtxF8v2F12ZBX+KKWaGn
YXOzvIXJJetYMLm5U09vSKOZZSp+lYFlQHJmQRkljQrwWLB+NTlrHT2qDO1hB7LDEiUxRRWr
svSdQvXV9DQTx2KkpYbVSm7b5vpFAdy3IRHTsnKH7JCqCxMiHZGf462+9OY940imVpFS0rtP
brQ49mZ8JJwkkQ2Z4x1XN0gAMHYwiG5sAsdkDZUbNWR1kqSNEOvdniuITYHGNZNzylWCErGk
sTFLpJh/gBs05CLV+8kMau3sY7b7/WFeTzbaQ/fOv1v1KMuPpM6vrYpKc0lgVksJ+vc6tLQP
xau2QUlgq9N0LUpwCMUHBsDtVBzslIij/J/SOEyTm0Q2wQp5hs28eNOCJJeR2cH3IIzZwzSl
cKkZxJMFZ5WmrrDiAMesnjVek7SCUfI4hDezf04kHogrVp1AahZMcU5aeWRHQQIigyLHJLHt
bZcRWAhp/wAaSLJaaNErWUaK7IhRvoASYIPUkoAf6ddpcJ1jRxvBJ18oaLrewqM0Apw9JBam
lHMk1Z2Mi9fzFzr6yRdz1k0iOj4eQHaAsO20scDOq+xfXZ6mCebsfj9mOxPFLFJBDyaTgsTq
Dja4kOABvN/REJz08UZSSE1leOKd7zUmiiqO72YniavI8QmkllYjRBGf5BO+gZzDYYGWigaC
fYndLEOFVEf4+5LMSZI7Nl6Q+j+PT1edieZ4c7COGyiMhY0A6msVZYo442uMyEknAN5VZI0a
SFsjYK1YCTO7VR1dIyditOfr2N35lUgFz5T2tlDIxwnAdGj21unJ1XaV79bt0bh2pHKBA0m5
M1+VmPnF26cbKkZck24BGGNxjKM4qceP1lVOyAS+yRpDEfYLPXpBEacoR4vUXY7iUkEhcO8G
9/bNE58fkdY3lBkrcBWm0Jv2C7k7JC6YBnuF2iliDBkZTh8fQDKF+aCGunvSHrJJJe9+NXP2
W6jtY8EdlSK9f0HW/omuZhhOCSopNhPZBZrNELctqKr01etEfh1n2y/F7LNN0Haw4akkaTRS
IcrVbNmXrviV6JL6u1Lto1iaKJy/osaKkYU5L3UbC37IxjM5f8ifDlySygo0jvKySawAszgL
ng4DGps2VsFNsrojZMvHISccsGYhj9sHkg6PSIrp6EWWN/XCE42G2jmZWT2aj2OchKxupZ7w
UR598H26/rrcstboWbD1jQVf6LvUd+t7sqbffwlfkN1Irljr5qhHHDreD7hHcJFvFVEMEMsk
nV9WeEUaxpr6Eby30tOwey+IR8Os+NTSWq1StWTJEDr3lGSOeCFvbuLhrQZSM+QRMLdwFEOl
AABZV47XQ47bWwAMSVQXIbPwOKyhASZCCF2FedCDGC2cQQ3IAHySM356PTMyqs7OFA3JK4LK
5QH3y6jiXd1YxGg018MXVWY0ujvWc6r4t6sgo14PpoYfuToJJBLknX0ZcHT9WF7z4j+uJEKN
rxGAWWaRc5F8ijNpuk6FK4VAv8DnjNZobwbw5Zr+xb/XmpZ/DA2aBHyKcL2LWYpJZyhmRQzM
NHX0/HCxxA+FvAYjAp2D/sMw4pJETYQlIKwIsRlBxGeNljiEluqQtPs6lmUxQTRqxrBx+pVQ
eqOcr1hAMUAy2WjFhCKvxqKq2Q10QZr6aw52lsV6/wAftLPJvQAzed38brXT2HWWqEibDCFA
AnIfGerjcKND+B+vYSzQVevvRXqv0IzuevexX9besgE7AN/pYblnvKstS20ZZyAuHkFOsB2S
ThOzvCQcG8JJBJOecUkGOV2EM/GCwJJoyA7BSM+4AHLq5FS1PM5SvTmlTrujlw9DFlelUgYJ
FjQxHH62swt9ETHX6czr13XRUQjA/T/Azfljnfdl+fw47tDWa8keWGx3vWLeNiklVmZWysgl
l62sleqP/Q7dynXfFLMkU30SRJBrP6mr+8xIAJ2wIHydybsYBZU2hABIBw7wcgPsR9vGteQM
Si8plp+rOq+HWrkdroadW1fX1zUKbS0Y9bYqDyIwEnFaRilqf1dTWgFYyKC0y4ZVDCbeNZCg
zuR7ZXIikA5BBc7mpTSh8voTmKWOVNZrxfnNete7NJbfxEwcwQB9DvLdflN8krCJ1ZCPi/Vy
z2wABrX0Gbwgk6zY3l13WtVkCWIJ4548CKgH04poaUOwC/K3X9hU5guyIzFidZsaXln+SRoD
yCN/m2JO6jpus62tD2HeTmXrqD2LtXp608/b0qVTrmLbHsJ/INyJbqa0s1o9NVZ466IkkCtj
QsMZI41imiKEc2SIY08cOWO0ZRd7mxIJZmZvaxz4Z2Fj3A+d58rviGprk/xVzHdB2Pp4xgGz
5DWDVk6GZrXW1BUrcgCCDnnCdYDsfTz9JAxS9B+o/wAcls/sYft5H0biyAfhI0ZX5PMj2Ucc
NMVsV2X6fY/Qa2eP0BByNoVaCe1MLAmEtaW1Z6xK/Zx52DxyUiXBTkxYbJUg/HI25V0OhGXw
hFHc93B1scXbdk83WxmuklkDJr1hgJuWdrdd5i7MM6vq5r0tKCDrEq3Y5SSBnyefnfUD2fF+
A7NfrsDCd5frCWGiOMYHgqGD1l5q8kY5q4T7fXWazu41it/E5YzYw/be88aUgnkTnyG9ah7P
uaJgsFZkMDlpLUvBWVh9RhOydbQsGBJejQjlaexTrrYuWmkh7GyqQzIkSzwTwvG3sRGdirNj
AqvQ9hWhFS9B6DaSRex7QUoCXlfpOueNZp61fJuzkkafswr2e2szDANmpDFyiNavWbtKqr05
t9l2OhrvoYlvaCZ8fZV7ZftjHxblWOKFucUg/BEAcfbGwawgAJsHCdYPr8shKWfh1GaGL6Ee
fGBl5EJnyDqmuz9rVuVFeJxXDcS8wOPxJGs0c+2fckeU5gQRfmewijSEpPK/WTyPH1XOPq+o
rtDbrSVbt1GB0A55sSrNgJUwX2U9b8hkp52V+XsZ+sjr1ZrfyOw7vbmdxLMc46wKCWTiBJox
XJ4jLasSn4v0UN7KtSvViYbHcuBdZlJ6yy0XYI/JcYbPa/lFSO42HjyGH2xxvN5JMqtHJyOM
AQjEH6XKUVkV41ij+h+gIwgknYzvKL36Rr+/r3Sq+WIPW55DPGb1h1njB9q7QqYyBhYq3W9j
BShjp1bUdPrpYXiqTV61PsIJ2eTc5k26AAuYuLKw+v2zZJAJwBdewjNnf167pbV1en+KSWZK
1SvVjyRgE7OJnkbkDDJp+vmWWtjEjL1mNHottD9lUAfQjeN4a66CxDISQdg7w+cB39D9lOgD
v6E/RyzAc1A1tgBna0KsuXAFkeCW0DE3Lxv6DAxUpxZoeasY5Q9SKISVLvXyAMWxKyLJP1HX
PN2NU15WZtM4OMGOJWYK1G0sfom1o5BA0kkfVUTB2EdaGb6+tuPxvq4792z2sNefrDOYPpck
MdWyUlH6kPBI5VPRnVQa1I6jO3ilav084mpgnin2+pUHO0mSOeCZWSF9AMCOXnkMB2GIA2CQ
Rm8AH0CpjMRg2p+5+SkLSHtjlMwidKEF6C31kkExiYIc0cjilkP9deiWsHjmsWqtODsb0l6w
kkkZi7O9Cej+R25bZPnvaiKWVlK8C0fMG7Y3CLEyxp2d2PIexT2DuuuI7AdlLCSfoMrVGfLr
DfxdJX7TsaSJ2/XDiv0kRXXs+ngiltxQezr6ViexUglSMfY1kZrrFVocYlMwK15Cw+pIGd08
WdVJuRZQuJMhIY4PvyIzsGYUvi/atNhHkHlgHjxolQdsAknIklR36l6HZxOs8m3zrrc3X2rd
Ct2MFlBG0tZga0ERn6yvClfsIPdRScc73YrNF9N51TxpcofIqpPyOWBY3ZVdDGRC2ssaMn8E
s2I1BG1SNjB1E7n9K/WSzStSH4ZQiA7aGw2Vo2VfP03ne2bEMPXUq1yzU66rSRpS+cZiYY3X
JUjKOYkNW0zS1wmh9GOhLMc7r2zTdQSJdgFmbUU8q5FKCBIpztTN+h8flePtBvCyDHnkiH79
X9dPDSAYg4ksQLaCar26euIk7MTSjpOy9Z72gr4ZXBq7MtA6gADZZpovadvWhr3FRmLVpQuI
xRvaz5+1LLG0e2iB3KCyyb5fxJ39Eu2UUdneGQ97bjyL5TwWr81CyUvk/U3CjrIusO9dv8kj
SY2pt/HL09qAKoIUZoZOhaOwJTD1dadREFC4WAyQtttg3qgWerXWuEjLAxNiQSAjhzZEGfls
Uqws6UY2xhkGfp0s4qSw1gPElznLa9ypIV1XOtlAmvdMJ6fXdh/1r1UB+ur7amv+g8c7ZB/Y
74ipHyax1M6QzQvE41tR+MaBAYymRJGxkYDGJLfXehiqWJHnR1/CrE0s3T1jWok6HyK6a1Kx
Hp+bufiNghh9/pOxC2BBZFVRFKBtsJJLHyCuWKheStWlebaLgRMeesssVYudYwGuOzwbXpQk
w+PW/BZDgIJ9jMwbwZAB3pRLjRkHp/Ylqkf+v2PUQTJPJNXkg2s9GdJ63nO5Ea9j2QSOz1va
QUkrd3ahm+SQe6MZCQcPIY3s0C/Kx7FxK80mJ1EhFjp3iRgykAYw0QxU72dHPGEAfRVDH4n0
6h9DR8D5LM4nnJcjXL4aOVgYPv5y20gWCJp5SEhtb0S34liML4CrC12EKuuxGJHEkk04miqA
yjet6w63oHNDANfTXksdCRUWI7LhgPune1waztyfrHAt0l/0TnhBO7FunhErvS7br3HyS7E1
/tFs2+16+GWHlpaumapbL0pYmSWGQ6DMC4OIqk1OqluSU+uWrXtW0TG7aouW/TcR6zqoi/I9
bY4PE8bn6BvAGz8c+Lu6w14oEw58jllF2RlZhrfw4yxTmVRiyqcaXQmDOEjC5PVlmsyycAbL
hDK+kmfnbmiirUYg7W78C5Xaw+Q1Csv2xXw8myOST2hjsg4SRnnesQtyKP7jvH2QgjI7GEPX
s81nqSyI3XAijc2KrSMrfH+JvMd5ZoVrS9/00FJK3Y34FnR45IpODxSIW7aN4Z4jxMcTnBCu
qNNJpa8Shf1hq1HC6S9XA5q9U8bjrkEc/Uoxm64RE1Q2T1Zoh9KrRrZrvE8QOjvCwUdyiyXP
6WzZlrfGq1dK13rjKgkbBxQE+HdVEcluQqTtzyHqLKIRpIY0PyVyopdvBWgSqszgKAzcTy4g
SA5I85EFYRgeMB8k+Qc2MZAxPMFS4VvY2RBd2tkdgwFmAqX6C3HNQ7SVDSZvPTM624p4iOa5
8kcDrqsRmtdkXE5ytKFHyKj/AKPWVMMo3XgNpKlJUjQBRe7KCqsEs9udEUsq6ya3XjEnc9er
Sdt10iQ9rESlutYy5W/NlKnPhfZTSRM4US33ORmeVXhhIe7GjT3bFl+s6uOrh1gGstQzyPBG
wB/47IDduYpY+9qPkUiyrPLxb5NKGj9yMYyfWd6IJzji6zXnPvnjAPJzzhs11JtpprE7M4sv
nrk1badIL4/3hQB8T9bRdm0a0peAymTHNWCSoId58irOeu6l2Fzt0CPs4YysEcn7fTR0oZHj
6B7nYvTp1HQqE7C2YI2pTyP+2CKFJoRISqWqVeyH+Olcj6HeSdIsef0taRR19mGRq6Wa/wDT
Rqqre6uXqPkkXYQhYiOQ1MJJRLWncUKywsPuSBg1gI4gg4Rsf4dIGJSkAbOzFw5/JZYZJusg
gltbK5veDRAYZsHP8TWkS37Ac2NAk5rPGoaiswhiUFE3ptPEFN6NJK3Yx8bKIFzqZmE3YLN+
i6OuVlLN1EhFUToo7ywZKPXez39wqSI0UZpPKj9Z0tmNjDYAla16aNVRy7TsIaUUvZWbbvEZ
AkWR7VbAbZ0ucGJDFQFbRrSDIuJNmPaoksx4FBToxVbRtNyq32cvYdVdCkNSILGDtzvlzJPs
TjWstNnPwOLpLHfZ6/XpPkPWpGXrROnYV4rT/GoBE41tdADeyN4POHWu7tSx9lUkdk8Z9yPB
8aCjmix624JLGV7A3NIGzuISthgvt6ONWtShXTsIWhnrEq1VR+mUdj2cD/pdH1nsfsK6R1Ja
QSssgVuuZEkaUQWDK84QSql0xWpZZWXEsukdRJGlDDg0TEhAVcOCg/Eb1EGASLxPCsmclhS5
3dJUj7NDkXZUkam8U8gjsyS9onaMzXXpVYrYmE5tNK80rRzRtDWo2TC7NtINgRjbA+CCpaTg
tyV5LlKAxRF9MJNYGGchvzm/PyZWji+O37F2qNYBoec/woLlCQA2lcPm2YspKdxS90DxtGfj
QL2AgXPk0XrtV9GWtIixe6IL2NuBa3QXRElu/Wmga/M0YEK5UUS5U6io2TtueaV1h7B0irSu
JBTgLtTeH2nZLkhi+8ALl5YY0Qo5UeXsxQLc7/05d7O3dZI3cjqbIFisEl6R4awqyvJiTVme
ZPewjG5LzTTQIwjvTyQRVA8kgH4UbUFkb4F7gBlnszZPRssnVdLFWlKgAflhAwE4CNhgcJz5
tZH63wt9QRHa7A+m8cKAdrHDZnMb3XVRe0P7IuexLstjYl+PT6smdgPkLNJHEwEkP5IIwF7+
w7NFJpHleRcpokixuIJetmb0mzW5lWdO7M4lqQGWVK5GJdirpHM8kVidia0m1MvrSzY98tN9
J/jtp1gpSyyTP1fVCxKIuvolu2h4zzxg0r4ryrbcVUaScqXWa06pBSqlpTIzNbk/ZsdfYaOz
YZPVX7WHr+yq/JILAis9fj34IjJdVlraaJU2V8YR4G9A4F3miM+aWC/YfCtcolIRT5OhnjCy
8SXeJwqMYhpwCoABtPuK0Vebo21aeAEd3CUrDZPULyoHefIq7Fq8E0zyAow8nrgrpaDKOqJf
roo+bQlli7idbNmF1pwOtnhFTgUQyBl7BHcwRNCL1vZ4tsvKsa3Jge87JbK1a/sVnSItbfZm
kbASCo2erkinoe4w2YOwhZYpBbnfnI/aTtFCYwBUj1Lbl3nyGh+pd/JcFqyEE8hHxzq4b9SK
JK8QBCqPABA8EeNbGiw18jl9vcfC0Bhh58ANkDNeC6aCBh6FBMIxqVjQpWRk/XpInYxiG307
IllTK2fJHP6i/lnRp7KnofHqA53ES9es9R5uuyjMY3eUuILordB1czFbJY0BTBdkjVYwbU9N
BwinYSWAQTOVM1nnMsu8tyuI/fOo1ylJISOmJcfruJ/TkINSUFuSn49blht3A87djDqtXMgy
pKSt2VJJ4oo3aJRE9aUW+y+REJSPQCwZq80E/UfGf34+t6+Hr4TpiTpV1wB2BgXD9yNZ2Epl
u/DgqUItkDQO/pohVA5GMZEg5EEgq6tJJEyfIoliv9fYijsqpeL5HK01mKFznxbXH1oMHBR8
wts/ZTq8fUTqpkpJoqQDesAR9ay8LF9/1p3mhEpmjrpyOQWZhTre15XnjkSVEjy8iHEthM9w
eK1vgFYGnE0xmetFHsymWWJWayxz8nboKaxEGUtOpaOCB3eyRVqBigiVlj7CQwVel9MEvyFU
/T+PymJvklZIp/iVhpKY+xPlyeKn8RrANHzrJ2CJOwaf4tXA6iDgqgDB4zYwHwANswOISJHk
ALPszkBe8n9tmIDnTmdqFyUmeA50jywyLOS3tYjueqsz9n8hrqtDZQ1yVjEqmS9/5enO87GY
qIS8outIssc2hWMYQusYj3KLA5JOCa8euNOYsJGVjLCHc8RhfzLO+EscgjdsEUccfXuPUpDO
A7LWAI7Wf1iOaeaRJYokktC7dgStHUrXq8oEskQuolnrfjvZxUBX7ehMlX5DTnnTtqLuvHiV
8AYcIXO2kMfXny3xqN4+oM0OhrQ+2sjVXGt5ryVbR0AyrrtJ1gryyNI/V1mtWK0Hog7tES5C
jM3WVh+qlQ7EABdYgO09LV7IAnRhwrqjPe9bT9ZKpfsXYz0ObRX0fgfLV0kdLKbwPJGZbYXI
5vYZYApruqTWUTm3JRYcglmP0UDcEoGNLMq1+zmrZ11+tZVIAIVnIfslWWeMSK1o+iCnDwTs
EaHqaazEz16vpjvUoaZC/tJ0KWKVHopYTN0UlmWFSqlySDm8bRPeS+rqh5bqV31CRNGikEDw
MiiC44IdULkqFXztxpe/uesggnoa/CG9ZapTknaaTq1Ml2g0SRhwQ58uxJvoXj7KIRTgpwgc
q/ZRKrUm4y2Cfd1knLLHqZCjSZVY8rUaal5MQORHFJJWCjbAxTLIGgR3t13XCrD6DW0mMaPY
kYvNI6wySRv03aFyEsLIJUnefrngL20meoqpYs3QViMJaQyQusNJ5ev6OnVwOpVjIGUDFwDW
AHD+OfcfLHZOoHg9f569lV449cR9IycYHa7GEA5oZJxWPuJjJYRN51CxxVu9mkh66KtbYdL1
s0U0CtGQ+xzOuPET+X+QVBFGkh9USNy7HiFh8NOjrJTsmMy3hqKRi6qNTTll92m8OSSweVgJ
Yy4jRuUciou0KSVhI5qOGaIpmjoggkkldb6JCWuy25W9steCVrs9eCuql/GWAGWjHwHFHFeh
WWaIHh/mH2cgAcB8oTnIbJBBOfNn4UVPnpnB60onFAAvneQkmRidqdn6WoDPB2PTWFno9JLN
IK7I7pyVYIeFeAJnr2rc1yNwVMg4lhK/yPr/AH1FieNazKXs9e8taJdNZjL4hjGQQAlYByjV
kVw4SWNWxWZStnDYwOoUSCTDJxbmZnhaLgwRg0DBY4EYvC3Lgxwoy58cVi5rCIWqFcOOvcRp
wKWhFGzuGysCMDncUQMmuKIOWR4oOBfCDQ1oE4dHPnFtCU+/TEN1R+8Dc18gf4gj4JoHNDX0
c+O3e4iULIeN7JQqzPih2IWXf57YyEKrAudYiljKnsi7vpLMmUaMgeUk0GBWWVgYEKgxswyN
wV/Y4q8/Mu4YFVOMNHOJwHjiueKMRgjVnXnCxdmLvGqetQFRFaZ42zq7MMEiXJKMi2z+zLJO
sthI0yaBnj9KeqkQiOVY15QJfxYDiMXgrpoYeJIAGbwjD4Hf3f3Oy5HPjLs3Ta3lcFU/m/8A
xubAszOiNdkbIb+sjuhk97uYpWCpO2pbtwCJ5GZCN6ADGPDTrsb1ZhB2sZS+rk1wSDo4th1z
lhIXGdmBYceDE+snCNFSDiklY2TULspVjjSozu7Pj2ZtFuR1vFJGVuwE/V9LDFegtuRZuHnC
S7C0ksbVAvFtiOuTzDfirA4ANgjG+/3H+CRu3ZWrVtze6wu+Xxb2nqLk5gWrYR/p5/kftfUi
KYo6QVuWQdXYVEpsAIiTAkgIrJxlTTPkUgJlmCqbLHBZIxrAdfkMQWX7KvsUF+WIHRQ4XA4J
eUqpUA+BmtYxba72rgln26FiVK6l+0jnXrcYxzxmzlV19nxjhG08QaYgl7yQqZJNiFwqeWHV
0EdSoBC8sHjEBBP3GM3l3IPyO0YunY7K+T8d0env8DBAEZPufqykgxzLnulQJYVs7eYsksxZ
KdkwNBdhlDHStYR2rMFlNmBRNYiYvKAyXIo3m7Oi7nhpCCF4Z8hjheqqHiQSz7ADEGMksT+T
sAdSLhZuIfwfJZSuLjAai5ci35nbqsbkFVVpawAkidPpG4VqN+ROwC8Ws3ZGCK0oj5DOurD2
CGPhQ2C2LsZyDMmsC7J8AH8y/wCXy+WYUjrcGmlpxxx1ezcJUqsDGPoTgwnR5YWGm9erUCqJ
6kjCrEyyxzO+TnSIrrjB2DoysjupOjk8Mc2Vlgiyen7S9CYAWZglqWCeu0bhuRXGUlSBpSAV
cHGGBgSTvAVGFfKNrHXRJACSEMkmwu1KxjCEXHRyJUBDwqoTYPSQrN2EzCFIpgXZEhigreOv
G5WU6ofgCM5ACadIGjlVzssH8IX5EAnO+qvY69KTtFCwV6pJrMiuBGgP+NDN7P3ySRlPsmGe
9wbXZq8zWQceQnGJLRTPoMzFpkQftw5adJAkBKisQZIpAY/vENhVBYooNlEaK5HyWeLgxRlG
hng5/wADzUJxHAg6Ctr8tcs0SPpHIylCWWGePDIVHsDmTZDFVBAzrOYsXnJrlCr2Yn4VATDR
b/sKPKEcQNJK4SGoJZGMesC8ROfATZ5AKO49kvYexoB9vj1w2etB0B+Q+g+5xhsFVy/wjgFB
GjJaJdpsqocSAGtINPFG5/WQsKURDwxJKbtSIz36ixx9hVJrXoJJYwwDAkGUiNyrJPUkClNY
WbalwSA5KEYwZw6hQAvHesbRII0foN5AwGIjLJI/JtMSxRFkJdVB30FQyT25ESvZaL9kz7RX
k409LMuKCFE4KTOGhorK+ANgILTb5nwO1nSCh19mRDY5FFRC3xbsxDMjK2a0CTvYwYcdguSW
Qp7Kdiv7Lx4ZeYkQPjEoUQMEXizTS8xM4ZrjampvO0dWAIghgVGimEcUek2FjGz2UYWohUIt
ZHW0nrlYbwNo/jjgDHAGHjry2LslweWb+qsBhse1Y1VSSHJKkyzFmqQNJL11GOtF27pBDLZV
GrQSSyp1ERMPVxx4DrFb8mkTcsjPF1wdCHU4jbdtF2PHPlFn8aChJpQXRv8An1LoLNVyuSTR
RIksUy78Yfuw2GA59tpAjFj6TGgZVHEF9xghfyaH2GSs1Yp5dkRRKqIisXEYOAzNFVtyWHjB
B7VgtD9yYvQtRWI+3j42HJ2eJO22WOtk4Q2ipA2Rng5rx9dHBvElCxwTSM80rBogWbradyMn
ujAO87KC5XkCRjq4gagB9mgQdaXRNisk5SKxC0U82k76OtJR7Tr7JDDPATvbDSX6SlohFLqy
irN108VeV/lU4E3ZXrIoWrdc/t/I94cc/gdmXuQrIshGJMhWdEIQMAHjOEsGeUo4kEo9fBub
hHDkKgUqGVKaqwB8xbOfICB1zxq7Vy0EvbpVmqNxKkHFBY+NscBGzybPGz/MMRit+UVOxLJT
6jhIkipH2fYCd2jYgsQ3XS2TWrtKx4yKJUYHgFJJId+KwyNJnbPu17ChNy2Y6vyK/DFNLJNL
0MDNVmrE520KJJDoZEiEzLGT18jpa/X/ABzYyw500jBrhaRoqfF541QJJyUQOcMchWaWFZpH
8LI4MZ5KQBGykAhiUQsIivEseVckD5FcaWcDGQLHWkik64AbdRzHNccLtgCFBY6HJSMI19NE
/wAYhvIKiySVpljFOV5ndFIsCMXH4Ku9t1hiWguhg0Tsklt4yggouoowj92i/tsAB4IOA50y
KtE6494zy2ozxYuCTIQanqM3M+ssqhrNcZat1yJu0jXI7Ec0MPaOju0bpYV45va0hUAJEtG4
5CKCQ5gJDCzG8jQlkRXVkGjH4MI8qPXDZczWZCVHE6gZgZCA8mw2slB0EPqUksOROzrAToHy
d/wjBLdPAhcqm0Q8piiRAAzzgIIePOk0T1kOwDtFPEyTwgm3AMN2BsN1VTtpVmuAnGK6H2Uf
l1l6NKhlXV/fvjAxEDZKZA0ZKv8Atf8A1S9ZCMFCoA0aKs0STZOQjzwLPF1/bvC7sJltifjU
7UNkD1fZK4Ls4ORTwg2HZZoe1swyI8cqReljEEBTkT2cyxdexdn5OXC8QAUySPecZlIcNjRh
gkZIMa8Dz0zMMP30CNEYAxwnZPj6KSD1BYxhiXTTNIC6XmaG1+wWWjF7ZqcZjh2oNoy8IopX
b9BmaOlEgetHtUiVbbK9gZvz/iJiG6SKOeoI1TO/jgS6AAiyPw27GJyj+wf0n0k8Act9siJM
3Y1qyW7S2G6jXBI4njmrmE1v2WeUXFIqzEipMXSiCIOrRY4asTZBFBCAfzjUb+SSBKjc9Rht
l94hIDuANjbLI+RrywoFJ4NLIi7YoTosdMBrR1vNYQQfpR7CePK7TOZGcik8qR9rS9s6QBs6
zq6sYVgMmiinDdXKrNHagZOx4sk0EiMoImXVaTz9QdGMhT0aRxUSAR3R530YZ+a4TyNUEy+n
/wCqyVyiXfklyIN2vc3pZ6Nx3j6tNv1sQFdI6hBJyalBPDHTWEmANn65lwVwpEEeBU08gTK0
khIdcrb4/I5w9uRyMiJYc+JHHZA0QMGhgYqCQ6O2ixLZwXYUs8iCPFBGMBgGaOsI1nUa5JwC
qyHDkmwUC7UAgnjkYJB57lldHmlgdZgFIls8UDmKyjRz/WEflTCJE7qrdyQLwfebGKzO0JRD
sf0G8mP42kLqodRdQSSR1ZiZKYEYiRAS2C2Yl/ZgcoVCPOxkEgIUqEjQhJyqQx9nBGYe2qy5
VcMe5fl2UvLcSMXc/gnFwOWzsYMaVAAf9cnLCzqSN5FG0QnhYYVK5oHHQcWUkcTo6B6yUJNE
S6iSKPFl5PJPKVbsogp7WRj+5ckxZuzlL1uw9Rrdlh6+0ZWqSAQ9bOk8CqkXbxGO0Tv611LS
0Yn4OJWHyBHW0p2FZlKJ5gKK/tX+hLtpmOP4xolXPu68d3oTJWns265912UyVJJoyKUD9ZNQ
mXsKaehb9mNpJeyr5Dfj4rKxS/PI8gldn6vtZXNtyZ1kJeGUHG8j1IS7BUZxtdMHYHF0pdeL
kuTBCzNLSPq/SLIwUHUYBIYjxhT8H8hXZGorPagjqQJiBDj6GME2eJO1BQjVu7JXZHjmwp5I
ICBCw0T3+0tb+vWRCW6CwxvA+Sq5sqNHQJXekRHf9f8A+iZ2GOTtgSJOLNKCjJKFMspBtuVe
1M7yUqztLL1bSyHp5CsPXTIZKyY9SJ3gjTjdqRRmXrVeP+prHIupQ5ZAhkRxuAni4DSMw3Mv
rV14qDGw5JGJCMUJK8NZELhdvJKVrIGaxWiaSTqnAdXjKxqM0zNreNrOgvJEwADIF0x/I+QR
gBLRkotu/BGDfKl+1v5+7c5V2u2LFZbCZ8krhXP0/wAdceNxVLYYxnyyFQQSM5AZH9qP+2zw
/wCpZmhiEnYzyCSJ8NyGEy9ish/ejD2OxiRHtSSyS0rMsEEdms3X9lHMWZQiuoMUYkXfrehU
lZ5YSzTxVEq+6B1ikEZ7bilxANp7OPN2dpwEeaQLAJGLkOpD8eKsgChoqlmTE66KPOyaNWj2
K5kIaTt0RTIZJSqAO2/p9srrI08BIRjom7UWV+7rLIZJTHN7OKxSTTydTZIm6y2yV+plZ36q
MrFRkgnjJVfkizLNnnWiSh03RWJJaRPLPljKSD+W+LJo58fiY3ubepKs8sppM4PXoM7OaxHc
PXzSYays0bUkaBIpYgWgMUvuWWrBJlaT2QxrAqJPEsUc8ZRu2tLli/bmdo+xsNUoPWYa13Z3
di4jI08u4VxoM52YWjB1IMIOg5OUo43scFAcqGtSieebsFVXdpH0dhWwb140d4ASekSGOSTs
0DXIb1xv6O0Gl+PxMq1e2rihcgmSNaymZSYwSI1XywHEh0cEHPkdoOPYm5xAGAJKLtuoiVKH
2X5TIQMXFbOkaeOx4/X8kaADg6t27sfb9g72cRYwJpUOdXbkQTLOz1r/AAV+xqLFCtr3FgZ7
LRTp+pIZFJEohBlnjmjLM8iIAzfIoYVsRDNAo/MnlsniRXKqeIAIxSdLIeUXcRCObtK3psWH
d+Xk6OA6zRVCNY0oMeDZNDrAsUNQLixkYWijMvb1UZOxmlCPD6a4lVK1lpYWXE1j8QglidrF
lYY70krzyFSp19IQ7GoeyEIS2Iu8eQ2dHNYWIHQBjb3H+uPObOvGp6sTyTdVyltdLKtkRVYi
xjM1dPDxwsK1ExgLCgYRqISCkJrJY9UM63BOor2p5wCCUO17oOlpNBeZI3+PjeiBBvmFDYUJ
VZASqsuCxCIrVwzMqFsELcQnMhfw0wxtEbOsVirVpRJDJO8YNhmDxTPJHTuTJF1Em4YEWOJR
pIY4weXIeMvORWqXFrzH5BUVb0q2JVBB8HNjOlUPfiBAcBk74D9sAnGgKxjQHV0Z7I/q7X6y
jzrwx0DKue1WM8MRN+lEX/QZcpUeMaRcSK3sP9YGd+vYY6Oj2QCRDOojryvkXXxMv6bRmNBn
yeAidFXa/wDjkZWHlcOzkYJbmq4s4XOSA8mUSPLKBABnoXJCQqSEYrAHkrOQRnkD6dQrvQWq
jhaFdHWCJGULsbzZBQjA68HO1UlIzJHIl7orMcsscqEDWJG8xkR0bPjMRe/HId6XXdwKOweA
kcCAOOvirlk9Wa8DwJ3O9gH2Lyed1DOjNJIoVJCVDjlHYcKnYeV7Es0s1aWaJa/NUEZMzqyS
6ZAQJIEVPlauaaA4v4I3Aqc0cXwYWDJI6gxfkC+8cEuqsmP7DjFVCsQGb8lk4478iST9ehIF
N4UnieLsKmUbsc4++BRprUEWJfgOM1p45Yu2bIKrkJViiYud2oop0g6uuBDVSrJ2FQSypVnc
/HaMtaONvxVgc+UIkN9bDBPdEQWDHoqwg6/f4/44jJ15LKdHkSxg5iSs7Y6OGWrJwZeKNIUA
CgtstCjyNAvF9gNZ0ohL7iHJ2IOfK7IdJFIaJWCOWXCM3h8mrLrGLbJkTBLGrhyMBLPvyW8I
QpZkLHQO9E6+vSMrU4ideSbVaGUJ3ViLK0VyQGDSxVYeZXQkAJAQmQylZWMbjZwyFZPyyatB
JHWpRxiIaERBBRtfKRuzItZV3CEPFj1BE1XZ4f4yT7TgcyhKh2QSzc1jaPfjTJHIWrhg1REM
dcBYII4WR6yh5FeW2RuJ+KIQcBbPlcTq8vHcXHi74oAGvBByuQCH2kx3kbKJAx25DDm5Vd4G
ZsZQTn3xho/T4/MVmjcqx0SQS1ijA8fXWXs1dDZ4bZyAXL5tccgLOFbFjYg2asQXtF5vJfkV
Ye0kApdpwiqdiMebuUk+S1GdJVbYUkRcVl6iaitfmM/z98lLAOPylCiGOQsJIQC6KpLEQtI7
IjGMxWeAVw71InaWCOFz2NZODrOEDEZXbaDYX5JVllpSD/ZGpZWYnPuDrQYAREBx+YsyFiEK
l3Y57AVPNgoKIwBMZVSxIJOzr8fp0sJTEQlhoCWzAmDsYBgeeSepdiZw43KdBXBxAzmRSsZL
O0wCwUKEaxxKgQchiDQXQRcIUt3FcyVpVaOTZwKTlCQpP7T6cY6DqzB6/FrKyrHEfCEsbOsR
gVJfGIOPXbikQ3UA9kOuVlecXYwgRwcpMiTgmxndNxoWgqTxax14uQpBB1kY2SdIRoKwDaQ5
x/FGViH5DiRgYgkKc0c/xgzr7MdOJL1uZo67uP1o0MYQAudSpFOBYlrNNKCkUwIDDm6l0kLh
CjukdqKrbr3qjKLtVSt2Dn+/EVW8VNuzaEUVmWUdjTpTXD8bmIX41Z31/Q1Kp9Tc/od8pTjn
SR10kaSk6qyyKB7FX9aUlK8xZYmjeYcpKqlhHEAzja2oFkr6MbRkvGoYns4vdRsFfbEOIchn
bkc4sc1rA2I65KV5MynKLVROeKvw/wBY1sybw+ST/Affq69WWKHQMgIxi2AIEltwKY7VYtZ7
GKWNjxrCWJFq3acgW9AolnIBlvOlnrbE8kXT1QF62qIx10AWGMJHyY5Kz4jO2TVFeYwMIuIC
qDvi2/oSBlm2wknllIozqCWByaIcq1dXxoo1xV4mZELsC+VuaImsk3waMtDbJWWq2lP/ACKF
1vRGOYEhWIkwEjDGThA2CRkThTM4Yj7gjFcAI5YMx2DrCd/XZ+g1vq51aKC3XZ792eERwXZw
YkSIRx6NWyJWidWerJIYOsrtkXXVI2AUiwVYcFQQ62joMUDNtsyso9iPI7HmXdhtkK9jWAS5
WleOaPntdfRwTkokDyBxkTHn+44InDmuAqyumg7BpfWSjBljhBiROOSqWQTCJJ1cPXYtkhG/
xA7+FY740c1+QUEhm20fgeMBIw+MO8jUsX2Q2xngHwTmz/DRGdcUatFWZnESEBBtggUttWbl
hsc3iA0E0Ap5KCRJzYk8SvjIWQYXAZpEDvMzYpUZFNxDzMwhJlNeggtS9ZVlMaLEnsOv/9oA
CAECAgY/AFrf/9oACAEDAgY/AFrf/9oACAEBAQY/AH0TpvJyCrpZceKZOBZWYIB6aozap15B
MYmbWALImO003pwRjKkuCpTkg4c8UQRQ21XSwJFUBz/xkmoZRuq34IgktR/T3llIudOCjvEd
o9p2ET7WSk5cChlHqTA5Z0Oh+FMQc+XZCxmTkbAD9y1JPqs/xSWcOom4NAO6g5DXxiD+5GZD
tUPw9lRjESBFSSPy9KoDQVLMiJkyfR/5EXljFnIZDGVripdAksLGodDAecu5b86rNxry+JEB
pc3QBc/70BIvHgzJrBvSgDEjmRWiOMacbn4lkYkgWJINUMTi1tCsJPIyLglvyoCTQb1iApwh
ISBLxAoH9pYCBcFmAYFNjU2JsVShFCzgOiCC5uKy+FZGbswI9Zu6gwHVUEH9yANBpjEs3jQl
JjXzp2JlCtsQyJMSDo3PxJmZgzlwjuSOAA5F/ChGTs9A2njRMuq4iQni5NmP7V1DEigEb+8u
z1cav8KOvJMAy5eS/lpdMF1GnFM+RKMBLEPojOUhtwHG5WJowu9/dUKsAXBjZBqkIlOQwTo0
rxRMy0ahAM5s4Wcfu8yYAMt3bkwFw3aGPsowGR1qCPhxTgtajHTs9clkQx1LG6acSBKodBi7
2v8AtTMHNGuWQd8WZgLhGLYQsNXWMSwvWot3UZTaBIaNNENvd6iaggCgRnGz0y5dxORE8zT9
KqcsuVGRxLDzsPdTRcjWylCw04v4kMiIA3FCSe4mxze5lQIgikdALn/qSR6MpH1ihKNX7Q0T
4xAAelaoBhItRqF/ZTbkhFrAXbxRQIqGagco3iDc/wBKBEnjwjqUDnW+Iuo5EFrkX95ZRylG
zKIxlk1BwQMw3GuVE79OhNGHhREMZxFSf0oRIBJGRYuyqTFxWyEHeAFzYIREROvatb2VgAZT
kSIuWHtLCRoPVej+sgAxkaAs4COJxlG5Bo/vLWzs4uirebyOimJpomtyXPyESkBLRES3RGQ0
JZGMCJRFpxqEWm8eYIXUR6NUQ17Os3BidP6kNwGuouxVvO6pYaIyiTFh518wRIB9YoEytc6o
GJJBugYglxQoQhAkzo4R+aTFqYm5CEwRIiuNviTzk8dIAa9+ai5cF3eoDIYkcS3Z+FdoudAP
3TQJBJ/BNIHEikWf3IIfJ+nnJ7HAv72SxntyjjUg9pR3xGXy7Amz+wsZvGT2QE3x1c/sUduh
f8PiRkAWFbfuVZVroboZyxAtRihMEdNfOs8hHQg3CMASAbS5d1AAESGoNymyxjqCX+FAA8pB
0cSGuSzhFhjG5t1LIA4mhBowQaoajDIobhIAkbm/wogMZDUpwCXDkjpXzAT16G/5U86ZMK8k
JCeW2XcAD9yDRBgGYVopSJwjq5GqLMToXaPvSTuC5u7kAer8taTJu5xPwIPR7N/MgC0TbJqo
9oEAV0l8KdyDYAj9MkYkAk2C7Qy4f1oj7FCgZGq4Hine9lWhUIyicIXJsXUbAnQ8FEyetCBz
QjENGwIJLqI3JEAFiTopS2vqIgAExY0PxIzm8mNZPkPZxwUIGBAuTogYmiew1TkuiIvi/NNC
RBN2QnOrWyqjqOVAgAXIUc4iRHLRGQMoPcRVRKTcS/5U+04MzapDMqkMK2KMgwkbE392KxJA
A1AA/UtsSOMCQNC59pCEtyLxFo1KluQDRkAQ9HZH6SIZpZRL2KAJaRDhy3woi4uGrVAkUAq4
JPvSWMWBsCHH6ljkCQLFdIJBu9R+VNWJNyAPyrqMYA66ouQINQgBCWRduKM2LM/FDhqQgBlW
5JaLBYjpJsQ7H4kA4JauqLzrWvZHhUWYaAiWS/uHKQFRTT2l0gwidAf2qpLCwsAD7SLE5WcW
dAyuLgU/MixDWxqiAHfSVveQjIYRuBU19rpVHJkHJsB4k46Tw4++mxq1KUHeQAaMjcjVGI1u
5KIJPnZvyovQfcm9D4myLFn4IV8t/MExQDhl/BNqbFEG5ddRxlAt/Uvmxk+o5oGUQJG/nRlJ
zyHFH6aW2YA1E7W8KEJDtafqQiCOFKphcXdPIgjgnnDp1TMC+rozBjEatoiIkExugBX+CeLA
nRPqFx5J2c8FAWkTQanwrrka6BNGhF+PuoTNDdpHgqAxMuyQGW19TvzMzKIONmW5t7QLRNIh
Zh8mfEaeJRmYiMAKOEAWaQoTRHGVSWuwHvpwSAzO9T4VkTi5oCHB7yBG4W1xXQTKRvIoncmG
kxY0qiIF3D0LBO4ANh2pHwxigTSJtTFEZMOESbeJZRDghjU0TECPiK4N62jd6ayIBIt6/wCt
AE4nQSAA+FPlFh2pH9qGV9C4TEGlwsJ7bh7Rc0KJ2YECNwT1N3VkekirUEk4YmQo9x3kTlFu
YugAATw1WRFY1DfuUu1k7vEIjSQqdfiii0ajXinI1eUiLA+rBdBdqpm/uO9/I4q1EWqbqqqX
TaphRtUNaJ0A9RdZg0mPMHCjKEhKJFa2XUxPJNGWB4hCExSBYEWPeQAqYipFRVVIA04on1jZ
0RIB7qTSq1IiyxcXfiwRjVixQJLEWCIZyh9/mRY//dNxVFtbkQ5jKp1CaQEnNqlZROUeAo3j
QIIJsAa39ZA3Yu5P7VAznEEAAh9VuTjKhNCNVOM49Mwwt2vaQMaglwLALIzJnGnEKUGZi+SE
qTGp5FCUQG0YJ5QJ4tbwpsQ3mxogIgAihKxMDQ1BshKMcNDjVGBkKGpJcp8iWLOKXQiCJcP6
kXg4Z+X5UJxD0cjzd1VIiRVwKrqJFGBIcnwoggyFGFvF1IYxrrC6PqcDGtfeTyMjIXKaJ6SX
IIJZGRLzFrsixDgMA38yeJEmqQ2qekZayFPdRkYu41Rcnn7IRMSxZm/cgGxxuX18MUYzOTmo
DhNEgjUBwy/w7Iqrqhof4J35JrIMSCb0Vb6p0a00XEqE6DE1PnRjuSGLtFAghuKliQZSBAAQ
k4YUYaupZHkKIGNCOSD11dV1XTQAVJRJDkXqpgChA0f4U5RGqI1TahAXKd2RkBkYhwNaeshI
dL6i6GU2MrvWvtoklwB+PtrKdJGgcVQdxhYFSLmmpoH7qNTI8AsIiUYPa/xLEEtEVBFD7qEp
OICtaRddIB+/8ieEXPLoXYxPEEElPM0LFya/CgRIE2P9SNRkbtVYlmapdGMhTUgMSsvp3MdB
K/xJtyGA4lNkWGj/AJkflkyINX/SiNyQhzNPzJ+2Hcn/AIllE46elGE5vJ+0gGJANW0WQkS+
ty/gRAkGq4KiACCBbRx6yIiGIFuKaJERcxvJ07U9VhqhST+sbU91A4YF9Tcd5f3YsQaNZvVR
xDOblkRMmXBqP8SDlgNKftTNLz/0qQi8cTfimnrqiQXb8U9jwWRoeHk1dfxVQmFVMHSrqIBB
gQ4fijETcGhFmQ29siUxR7oymScakISAPHzJ3vWyEiOsihssteaPNWcalUf5YFQLDxSTapxT
mmtzTvfyWcoy1sQjDZiZRdwTUVXypRPzDYAU8UUZTMHNjKTN4ooGX1O2W0iaKPzN+1xEFDIz
mBcFgF0/T5Y2JWP/AIwANLBCUdkU7NvhWI+ly27EsL+FAj6cAnUM491MdgY+cl1kdoRGg5LO
YjS0a095CNIlnN2dHjoQOlAzNWsLIYgDjV/1JyNKJpbWXMVRpjPgdF07lOApdGmUK3GS/ubL
EPUUPwxRaYB1jIfyoAgE+1GqIDgGjmnwq8i9BUsiQb6/1J40FgS5dMXc2vdZSkAdAz+8nBBA
td6+0hIyMgHYWRjCJYly5/KsZDq0iBkW9XJHcxLysTohrLRuPvJpCovLTw9KbEM3FTHAqzcE
S7HkmNWs90xLHQFVPmTrkU3CzrIM511Rj7dFjIOBbRl03a9TX2clkN1pCgFRXvRUjmJ53Ad3
WDFogNXT2ckCPSeCG3fieSAHZCf0MEa0U4h66G64KiNKJ384XNEyo+pRzmGNzRvzI/LI3pC0
RWPxrISG3wEAze8tzMy3JTHS5tL2lEfMcRsCAo7s5iIkGJLAd5PLegB4gyMvnxI4E6rGG9Fz
RiQH8KykRiKuC/w4oYRlN+AYpzA6uE4ictGIUjKBI0c1Ld1DoIHCkviREnAdj0hviTZxHoJD
oETDNUlwhEbkGJZwaotMONHFkJAuZaiqEpgV9CMohgagGoVzGWhFY/DJATAmNWoUTOBgTQ6o
na3sSLCzBXjuiPGt+8iDA7Ra4qPhT5iTaW+FBuDACoRMgI61qoxLAC7UKJ25El2LVRyFTqbf
lRiZ1oQx4pxHJqGR070UIAOI1JI+JGNYm7logjwp2d6kin5Uz9HCn6lORIYStqq0omrwRBD0
omNG1XSX48E0hUahdAB86yeuoXmuhmHRbbB4kqRZvMjlEvxdEQdjYm4VCB/j1kQ1EA1NSgwR
eg5KnVEqR4mir6UQC/mVkTI+ZE7sxGPs+uT3VKP08RCNhOXVNGW9uSmTdz+1VsuSpbyNAGTX
ayfEU0MggTDEHUkMhOW4ZhxSMSSh9Ps/TEiOsqfqWXyJ1LUKAnszi/AmSptyD2kQQUM3L6lM
TTgD+pMRkTxJb4VT7lS/FXVKHiEBHclFrMWWMpmdbSYhAbkAR3XCLmLvQEF/jigTHFrmJBTC
YiTVpBigdqQbgOpPEG94lvyrHcAkNBY/EqjGWgWYtyLfpWDGmtyFKEgAB7xKeBFqer7vWhoT
YE6ozDODYh/F2UJRchqgFroPkDK4jUMgIykLs9w3ZTyBMudPyrKjM9ul/YW4x9YuhrwVD5wu
ZTyFE8W8yLi6ZjS6MoFgas90CSxNwSnCpRTyZiKlGItodFkSaUKJej1QFq0IQBroESaB2ZGI
qTQvwWL1ou7oKLF7KlVKcyxiFIbB+WDad5N3UZTkZE3JL/YNH8jSOMdSzoja2jKGsiLlEwiw
sB/iKByMXGqB+bJhav7kwnIS1ORqh/ckGt1FiUBmb6CyyO5OUrkuW+JNUi9TRdkq11Uf7FoT
ICMiXJ8/7Ucn8z5f/qIZgekMUZCTADj+5CO3MmNwHQE3cUYf0qM8gRIVYMw8Mk4Yka3WWLm5
ujIPISuRYLo0+5PJ8vWLgI2pYVRD1FQbP7sVY2s9PGtxuJfnVVCeysm1HBUHnRTGyEgWqjI9
Q9XQMgHTm2pR2xPo1CyBxGnFFzRAC1ljEVjd7IBy2iDl3NkQUSKk0ZEyoQA6D24ro7RsjASf
a2ywHGXrTVEJQhjA2lKgQi0CDrknJgB50/y/mDjFEDbxa+VFjvRALPdAij3YP+pAvjIWACzD
vxJQ6QSLDmULPqB+5V1RBB48GTRYD4kciHsa/tWIpX1ahOGAGpQAu7F7rEgBhcCrJyWBFAa/
uXREPx/aiCDlodERKNRcgoyaQjYOKrpIPpVW+/7XE8FqDo1CgNuZGLEi7qBmXlGmP9KDQMXN
0Wi5I7TugAK6l00g+vBGIDk1BYkBOGys7pz0EVApdfMb0NR/ZUy1if4qmvkAlZECvBZC1k06
BqFBzbgqkFUNAqVewQEiw1Ro4lR1Q8r2VxzdM6GN2qg2l/MU4LgXZAg+h0zAeZFr6A6poxjz
LrrjQhnBWco5TJdpGlVuShARlGREWD0UJS4UT6cfJ0+kFNKII1DIxntBzqLhGW1KEIaAgn9S
acjJhUxiAPypp7kgdQQAsZSq9jL8uMIoHCMdXyNUzwg1SST+XrUSSN0sxuf0yQG3tAx5uP3J
tvZ24c8cj+dQM36amkWl7sIIzlumB0GJEW92KkfmESN3Dv8AFFP/AOUAdHh/SiI/UxrQjF0R
8wcmix/KgBPKegMiKnsywXRMSBqTEgll/cLnmD+1ExAiTRyDEFExgchwOcSshAkRLSbqHvIh
gD3ouyIADk+rZZGQi9QuiPzos5lAO3dkqxIUaM9K8ViB/dZ5EAj9aG9DrjV3B6U8duRJ4Ivs
nq1NPeQfpOoT7sgSRXUstr5Qx6jlImqMQWGjX8SAlJiONFk4bjoptRifMq0KcV4qnUWdkaU4
JmZESPVojjUJhdVIHBPXgmo5sgKOUI1QYU1VgOKdr+hEEMEwBIGpRZgRpxRlLS/NPEUDVJqs
MXFyXYfEjCW4NyQoYbfWx704/wBtCO3t4QJYyNT7sVLcmCZSLk6HvKAsRoqhVZnoNVT0qzpr
PwQalKt5N2ZgJGESSaNZGci5kXKMQaG4Vf8AZPGZieRRAnkCGY1WQmYnkSgDMTiLAoxO3t+d
isZbEQSXkYkx/cgJRYG+XWG8UcNxMGAkf7ZPYl/3k25Ewjo1Y/GiYnAx/FA7kQYxqQQhi+2a
ENUOOz0yTbpEyzCTMSO8mlEE6rJm8wqmDtqmPmCI0W1LICtAbl0XicwAxfghmciK2Vzdnf31
MP6xKY1PNEuB5qq/nAT/AHlFlUV5VVDc2ToO1EGqdEMWJP4Ikl2T8RVFgSx0VWdUseNUWPTw
Vr0TyLca3WU5ARu70X/8aJnKNiaRqiJ7pED6g6Y/k8oyLiJaui6TUehULmItxUxHbkZw7Qs3
xIMAZHTILp2SQO0RIH4cUJQLF7EMUDfzKv8ABSjFwdyQB83s/wD0bPTghtSj8zb3O1Hh/wC4
ht+qLA1Ye8uxY3jRGMOkHga/EgJFhxP6kP7kQdKpjMAG/BDESmDcxH5kd6G3KMRZ/WKM5RYP
YF3QJ8zKEQzGLg8EMrGx1RiOkCoJs6t1O1i2Sn4jVHAMOCLgHVV14CitUJ42sVQuEWLVTPR0
+nBFtKo5UBq6kX6Xo9HRpQVcKhob8E2ujJyKridHTzmBrWgUo7YfgdPdWW7MyOnBOqkHk6Mo
lx5w6dTFQKVCAuSHLoNXkt2G2BIzuOI7skRvQMSWejIS2dyW3VyIksUDOZEg4iQTEhbw3JHe
g3SZWiiDVj/FQYVEx57f/SGWI+Y9JG4HdQYs1yEDs7hbUE/pXXOUYyN3P6YoZzMvQSshtTmW
1DRX/wDXAsx1/KsdrYdxUsSzeJbYmSYxpjSI+GKBBv8AenFQRrxQ32ZjjW3tKtQNP6oppEFj
TX4ZLJ63xUx3jVVJZPd7qn3LkUasbWdE2aiP4IcExZF/MGT1RFESxESrsAqgHmVZxqpHbHW3
SUfnCcpA2L07q+WA8gbAVTSBB4GiMScTo6eRMgKgcWWQFSKGP6ZSVmdTcgMXAapXTpdUsboM
aEP/AEpt2AlwcOVQkcihEQy2x61gwW/IF82oFQFiXd3ot4TZ4xyieBj/ALFmfitz6neB24QO
MW9Y++sxN6UBNfyo4A040fwppxMTz8sspnbEG0u6fq3iNCcQhDb2/l0qAS35vJuRkLMX/lVD
6EZA1CiSKtqmanIKulgqkcVMPQAuFEvckMf5UGLVcJxfRbcJY4ycl6l/VVA4N3YD4UzhtB/U
mYNw9ZSa+RfTVc+CqcUwoR/jtJyUaUTCwTfigxfiU4NeCdOdU9GdAs8RYLKNpf47Kchmo51R
kK6JixADFA0xN6VUYxLReNDT8iBLxPGyO1NnBd9MfVRxIYhmCDigGjR+JEszWF1uS4MwPFAl
spXA/cmiENwgGTsCfOgBXyTDP0kqUwBF5MQgWIuwFF9QCD2CeJp9iqp5GFSmEGLPWn6k+5Bp
O1eXsqH0Zlg13oCV0kngQaImbkXBPPuox3QJDie0yG9tzfamWET2k63AWOLFPRQBFMacboGq
nN2chxRMKqVLCyhcU9KoKKtZXonanBEuwZ/QpSBcgvyQca1TGnBXFGFlUCTGg18KBo7Wdk7R
a9lPzn+KqCX1CYBM1Tqql48FSg8g/ggKDgEQL6IuKhcCExq5oArXsESRrZNUebRGmRaoKaNz
UkIB6NVlEg1eN7ugRUu8kZEUxDHR0CBkRcAfzIaB6OAPhRALedTfiFJ2vay4uo9TMQaKvoqi
TU6KQAZgXW7iKAvXimlcG63dsjKMokHzEIjgSPI32AfvChIkmTUL1iR4VATOUYFgQK2/9SSc
GvFR68hGwICH/kdEwGBHYRmdyMnuxdx3VERP9qNYjn3k9+a3CzGldFWoK25uXMW/FVIA/wAe
yt2T9TgW0VGdOQ5X+QV0Rfzq7c1M3DHmtwy0Dh1yJqVUaIxbgKfuTDzIj7iGJTdTM9lOQLlz
T0qt2sho1kDFxxKcW4pnrwVaHRNchVun/FNoncAq7nRk+osmahujciw9Cc34FZMw4fuRcEji
VCRGsW4IuLi6EqgGIbzhOXB0IosR1VoQzote3H4lI5GFQQBr3ZxUhr5ulEfio7cvWGqD2Fgg
wcspmoIHFTiO0XoiAQDqCiRwPmW5Ruo09PkBAy5OyY/h/MnYrqjQ0quoA8AF8uYG2ZSYHUhY
TjlGYYhSMQZbQqJDQd77FLr/AHqcigRfRbMqM5Dk6pssRxFVu1eJaqodEZDQODzREgABoPJS
vHzJ2A4KddDVbr6C54JxbUq1FSjGw1ReF7Ea+JRB6AKK4bip01KDG1ytH4lESILokGugTmkk
RYhAxfzI6cUCAi1mdVkXUiAxBZ1evEofiUNViRUokADQIk8FsTdsyAOTIOaNZQDMcTXU1QEA
HsX4IyMRS5qELHgTT4pKYIBrfkjAPUOE2oW1kKNRAhB9FMijgqbizqYd1OUWJxN/Mp/VboBG
TESocinlDLg3H2UYmOUTqNCgW5AlkMmYUcgB1oTqTqhv7ZAlEUyqHHdxR3N6ZlMWagHdhGKA
3iZwkHgSaK7SIcglAkYlqEUQG1PSuVf0o/OkXNgLqXSTC8SOHeTkMDY6LcYMxugHqhIxcRkL
3qqMPMvnP1Soz6KlGUg/SOKmxDM4V/OtVxUy9hQFbsvWa1kQaV0TA0RMmixbzrGIcaEMGPdz
TMzXErv7Sdjx0ZSALOShEj0pgWF+ayiHfigTQyNBZREQ5BoUCTaqBBYmzJtNU3CyMbDVEGpB
upcCUwpyQf7l0igogQL80xFPxXJbBi/SXJHnUJv2ogvzW3PGgLGX8qJc8noPiTuSDfggGY8D
qpCVxy+FEtSIckJ/vCgNAzFMSKaqvo1W6Y1IiVKZHGoUyC1WrqpbTPmGJHNR+ngCDtyIk5d0
BGIOtf6Vk+J7tAmypyVST5/LuyIeW3HKI9KnGWMd2J6CQ7e6pQltmUL5x7JCO7v9OxEFhKuX
d20BDakSaEAoz28ohmx3Aa+7JT3Mhtl2MRYraiJOYyq1KELdi2XUG5Ko5BbuQJFK8KoGri7V
8KhKI6i7mg+LFOSFMSqGI/BEgMwq/FO9NU7OnkPQjI0FuCMQxyZinIufJ19l3HnRMg8b839l
Fjkbi9B7KyxHmq3iUiRqWC18yBNANEwDgWTEG9DZBq8POg3mK4NomkKppBly1RxFrrpoBqnh
c68l1OSKIlrK7HRNr+Cpe1FCcg+JYF1tS4xY6LMVEZAuPh6lSkdXqgYk4nRmCDXeik9SznRT
ibkMA7hBEEU4pxVB7aqUZA4zDEKW3tDGMQWAR9Vj96MyemJqbLdnEvGUiQftACpNAFDLaG1v
GLSYNL3kQOq7xNEfpY7AABYyyyiYDtdlRE4CQ2okmDPF5dlSP021twNwAAPzqUpkmTtyHhT9
ral24La39ggwkXD0Peit7asSBL9qMjpqgCMjOQCYPGJKiD6BSntdhMBa63Jlyw0UzIGMXo4q
UBoU34qtgjCBYguHs/eUdo9e5LqkQ7N7PUoFu0HI86L9QUMWBiWL8PWRjQntc0H011bwJshi
92HwY4r0rjwVWdVPNlq2gKYUZMbBVDvRcShIom3P+VFj1Jv4qhpwoiLEouXJujEG9fuQAodS
qG6hHWZJB1ottxUg3K3Q9mNeRTFiBYafEqRA81QnMsSpjJ3ZjqiDEDmyY0UZ7dYyIomJqQ7B
PqOKcX5KQDEkEKThy9wt2/UYinn9b7e38vt5DHzuog9oAPzPrL5uwTEGhiCwXzxuR28RbWXi
R2yM4EgARDiiG5IdUgOlmAW9C7S8m3tzgdzZiSZbZPSSfWityf08IwluEMT1EAerFEzmX0ER
ijHdmZRd8ToUMg5e7391R2/lmEYilbp9NUYsDEioNljIiDWCoTJtAE23tSl56Ku2I8iUDIEV
qFHc3RkYWi9PeQEQwFAOSYnSiJLUJRk4A4vT4UIsxu7OPjXJr/m7KLGnBAA1FXTXN2Qah4Jn
9KAI5OjA0LqgoKkpwWZCr8UWLvxRkHc3TNZYhgWuViasmFEDxV2IQJ00WyY0Ymq2g+lSP5lv
QYk4lmuiOyRcHVctOCduVFMAjSiBJpwT09CBYE6E6IF30XnXNbs3YiJtxRnuG5YFbkZPUhmL
dQ7P2/pxIODMIAlzxQyrxCJAMRqBZdEGOpIRgCDvGoBsPEtzcmcpSkSTxr5BXHmU9WN0CZVF
iqmh0ogBxshuCQoOqJFao19CL08yynFyea6YAauUzKhqbaqpqv8AKyoWTO5KwHaMiS1mUhEC
9STT3EBcE/47KdtOFFqjI2anFMXCy/FPGTzBYjRMzgWL/lxRBApZMS3AhMaBq80QzE2KZwx1
Qc+dctULNqrhjX0p3qPvVrCh0TlnNz5lWvNZA4xiXJF2UGJaDgut3FhIxLFVqdWuq1QDtydl
uGwp50MQz63QfgjRuZVPTwQY1VbBESDxlcGxQjECMBoKBCIZpbgHo7XT9vZYgYl6691MRUJi
srKWzsgiNjuBTcO9TIBzTvKRFiSR5eKqPQUHAiOQTioHoWUS4ao5ooDTgqUKumIdcCbKgHpQ
JoeCqbF2Tix0KM6dJLHVFjzGni6kIRDniKhk7as9MkZTOMePNCYOQIVQ/NlLGWMplo1ZS2tw
mUiHFQWVqtwTiv8AvTEMHTu55I0Y2AVD5nQEiQRyRDW1dNH0uoyE8S4poWWYdz9y1AAKPyzZ
Ob8VuxIoIuAeI9ZSi71cMp5GjHmXRpLHQlPVuSrUmgU4yBqHXSQ9mCjI8GRD1FKCiBFyneo0
QvzZC5ouWrqBdm3KDjT7c5s9MRStfWVfQnRBLHlVPBoQqX4lETk8TeLLf249mM5Aff5WF+Cs
3lO2LkLjx8jumdH1kHdN+PBXfgq1J1WR6m0Up49MjougFmq5e6AeWMr6v8KZxZ8W09lbsAWm
zhf+P9ScQBSSkc3xNiobe0DjCpFAH9lbk26wGronenkrZrJyDW64i6GJIew0USzEXquPIJgL
3ey2QR15OBbxdKw3T0XBGnjUj9PMS3JUEfP2lKUiXJoTZOKgKeWsSOa3IfcHRpkG/H2VPSpD
AuUGdxd/2oZOphgTja7ISAeILsKFCAMgQKhdBpo8XRE+pvQQmiGIFzr7yaREuINPzIGYMOLF
1nEnEOVEh3jMEekSj1fbnMgUNZaqtis4FpRL01QmRQXBontwiiAKCjCsifZxU5S7RkSX4k+X
mgaJnp+HkgYhiL8WVfT5k4NAfvRO7uRhxMpBY/PjLTpcoy2N+MhYhwKp7jUokAhuOqpc1ZF0
SagCqJagJK6WfhJNjiDc3bwq9bPy7WSlCTkSuCpMX25ORyf1FkAeRv7q/wB9ws4TMTc81GUS
LdQFwUeaxZ2Rp9yezoBBzQ2ZM7c0X/wFLH/T23jH90lTyCBk7Gg1dGUavdHQChK3Ikvk9Re/
rJiaHQ6rciGBBsbKoAPJCj1RMXEpDhohGJDuD5/eQcA0qmiWKqHJumNzqmch9V0zIGgIdS2/
mDI6lTY5HKP8ftzYxjtk3k5+FZHdjzq36kRGQI5FF5DkBU/Cv/I+ol8rZjYesVPfnEmNflUZ
mHtf8xSJqSS5P2K6Jvu5rpa7MtuDgPR+fqo72+RCMRrcn2YLDYJ2dsEsYlpSHfinnIyPMunB
qsokg8QdVGG9M7v08i0ok1HhlJCe20oTDgvoV5wm0b8UzU1bVbgdmLhNuWatVIiJkCacllXg
2vxI/wAVu7JDiLASuxRlQEGpsG7qIJdrllkCCTaNVHJ8TSTkAITjN4yqD50TcFF/SgwDIEhn
uFR2GiluTtEO2rqe1swxlMNkT1AHu/YiSWhIh0DE0kFLEvlT/EkAQSJFns1EwAJFAt2JpUU4
eFf70CKEFbUjMdV/SqlhodUSDKUdGqFUgg8QmnFiNQUCJhrNqjKe7GI0QhtTEidDf8yni8S9
G4qcDLKMpRYMzfb2yQ+ZMiT+1PJokircUBsie6TXGyjPZfaGkI0L/wDUUp7wkRGLE7mgHrRl
JTENwkMeND9i9eCYBMXD8f5UKgg2IuFH6vcAlhISpWT+zFS3ZyPy3/t7ekIqzc059GqloRWp
AC4HRVHpFl8qd9k4jzFcrpuKJBdTLtG7ontR41Ts7uz6J8qtw1bsqX8FM2JlUsy5sz3PvKgM
oxvQRD+JE4kA2HBVrxUdrcJMo0BJLBAxKIL8X8yA008yB/BWf0WU8ixLANQuiA/p+x5kdiZc
7fZ8KNNLoWLyLjkoh/Qt2UXcAVAdnHtJ5VP3q4DcVEuXFXAeyBheQBbmy6i2oWM5RkbIYTjG
RsSU4lExtQ0TSli9jG7ob0ScYntuzeJDbkciak8FhAvESD/b24kzjGYePmKxntmZsC6+YdwR
BJND2R3pLGIl9RONJTBeLj2M1Lbl9KTGRtkwZbu3uQIM4SEQKmJ9TtfYDM4rVOBQ9os7LroB
YuD+ZYgEvp2gO8tvAkh66BRMwxOtTRPDInjI/timBYcB5eXDRT+RGJG4Q4kHZvYR/ujb5RiE
+5Xd26TLM6cc1OLX04hFovERJb+pMNSw5q0W86OcwZyBIi9fcUyK5VP/ABLFmErvyQAcNoLe
8gJRroxTgvyUZwYA9ocQhHIDciKxJb4EASGKMh5muuJ46IPfUqW1EZTJBCfckHdgLHyUBKAI
Z7LKUSInXRHZkCRucFNhS6M8mAkb0De8jGEvmzF8f5lPcO3iJM0SahvW6fIDYfehSUi1PZUS
BWNJKUiHDF+a/tg5kuK0+FfJjM5XPp9VREpEzOgr7qxJIxsLI7e3PItV2qfEiRSRsHUXbM1k
PLTyutj5kTIyiJCAci3tI/NhLbEHLRNKe1NShGZG0KYxND7qZ25C6eQcakoy2xItWTmgVLg1
4N5XUZTIPEl0+JlE3YhEwGIlQj+pQ2gOoVnX4Y+WlU0YEn7ljKLS4LI2ujJmAQhtQM5SLACq
hDchjumswfyqincEm/JTBNAC4NyqPU0CZh5kZbhcRPaBoK9KIar3GNUaZEXyoAUZMxOiym7A
kBx1e7NGcSZB7AO/dkmIIN2WUSYEaxuhLcnKYBcgk/tUYbZeYFVWLHjoj8wijtzRj9PtkEG5
1HckgfqJtuvRy1EdzcEW0c5VQ6wIilAFScJVcFiJUQjKBxs5DBSJkY7Z7Gi39s9RiDgb6Iic
iJAkkMzn2FdhcaJ9VRVdAgPI8TVbkS7OtyPGhW7tWnA3HNZip1BQE6cCKMpmdaUkEHLRJFWv
3UI7HYGpvXtIAgEgCr2+0AATXSqgesw+WHJLG3ZwR+n2MpiBYkHpJ9dEnpL15ISIDWJP6kwc
j2j2ie7BEAdo9k1YK7HimN/KXyIjYC1USBQ0aSJYiQDGWj+rjBOak3KG1vzO3GQLTGkvUyUd
rblH5kQZTJl0TD9Hy0DuR7VYyj1DwYokRPUGcUYoZztRifyrKO3I7YAcgOAofT7cHMqB+ldY
id+VZkfpimYiZqq6LcYuxropvPGWLhkMgXuA/wCZWrd0YAAkO8CckSQBIlmNAumx0eqwxwbV
yjGAMhqdFi7gcre0miASRc6Ivrp5/IJgnEFyLoy2zlE6SoPhU5mQmRcyPQjCe7GHDHs+FY7I
G7PWZFPdRJNOVvIA9L1QjGbRfjRZb8huQPqtbwyU47PTEWIW7t+zI1HPqXHmrMv9y6gT6UIx
iSCa1NFPAMZFyFPI83/lU5iJfckQZcGKDgkxeqixeEry1CG2Gm/8O8iIu5NWsFCUoygBUvZ/
aU5UwYRFOfay+zwW2XIeQ/ipSjOQLNiSJSMv/bwRleRcklEm5+xYybQKox/H4lSo8hYP5y1f
CiYRrWot+ZYOS5cv5J7pl/fJGA4Dwr6eAi+/ImBI4R9RR+n3wJ7kRWJ/ShKMRAtpT3UCT1C4
e6n9NIgbcwYjWrYxXz/nR3onRk/8UXK5nULcYml/SoknEEs2h+FY4kR0MT+6SeuPtehbm3tb
eIEpDJm17Uck5AiRqXJ+GSLxOZqSSwr6yxMSY2cGpQ6DidCa/kTktFhR1Sg8yOr+StPJhkcd
R5KrpBTBhVuosj1iTGqLCwegU5SnjGNRHU+FT2zIgmwKlKH/AKgeVaV+wOa3xiKSiQdV0hgX
d6KZiHalK0UJChyJY3BdCgkS7kMgGL3fi6JajMQoEEyEi5tr6qDDoAZjw9tbhAuKE6kfa24z
ljEmp191COxsfMOkpR/NktyG5HAvUGl0x9HlYI7u4OmzcSfZRxo+gOTe95SSCXonBYahGEyc
SaSZ6+JD5ZziSwNj70VtbkwYDckBGQLv3YqP1Md2UZwcnZnUynL2VLe3xUly/H2VjCJlLQCy
EpSEBqKfqRjubkDIBzEy0Q69vbh56N7a+RtfUQluWAsD4ZI4mMmp0l1UKQZhICqjA3DkHz9l
ASAnAWL/ALE/UzM2j/EjuMQCahtVM7RJD0IHSx9qSMNwGU6G9UDKAiWcSqD8KqX8X6oyijIk
RrQXJTtegdcuKuyrfyOxQmzg6VFU0QS7NXXup6xahUdoA0NZE/FJHY+n2hIwDEvT3VjkAeDr
GcWpQg095CUSWs8Rb3kIyJIbpB6iExogGHNdK4nmt4FqAFopyxrw/Ut4yIDGjPZHRj0tw70Z
KHzIuJhxqW76gzkkOQeBRxaUJGhOndQG5HIgEAys6GJLDi7F1jGTA3HH7Ud2RAjHWUTIBRlG
e4YE3PRH3IIzEPl7sa5VJl/1E27TSyy25DjdwyxPa/BvaR3NBfz+zBEEBwRhTs+1JOfKCCdc
hb8qDSBe71ZlWo4ikUZVHnoPdW1uxd9nEhlB9ykZCUhPj3EYS34xELxyxy8UlLZ+i2spAkCc
uxT1uhHblMQibnbeJ+JB9wl7kklMZEjQ1/SgxIbUKMtrcLRNiTifFBR3YkDcIAnA0L93JO72
DcEIGpBdzp7qFQG4a/8AcWOPpfT20XDc1KIONHBalPaQvEGxiB+pPtF56g0LeFfLJtc6KjES
10/MiSQ7VAIsqAsL1f8ASqa2chCMmqHcVVARq5rJlQ2uC7+6jEAsBckrIOKUBWGVZaBDdP1M
TuSvtB/mR8aEhWMi0eaGT1s13RyJPiuyYxpx/pRBDyNq/rTEXsvN5CQKBb5kHiIgAvzTxBAe
v9K3Ixu7nm6Aj6pLOHqiJHKYiWk1KIScuAGClMCsQKkcVGLUHK/iW1AlwLBmxARjKV7Ut7OS
YhvsBYQAzmGJ5JvqJzyFQIjIBAGDQuTKi+f9LAT2twBhEWI9pOdibDgCUQdsjiSCon6jdlGG
hFQ/dii1RoeXlHnQOLAVMnQkACTYxDM3rSTAi9Rf8yjkcGow/lR+i24Nt7gxMpCsvVlPqQj9
NF9whs7jxKW9OQlEkkiJ6i6J29mfy/UBbJGXyTSjNVGO5Exm+o1TyOQOo8gh9Nty3JmwiFH6
ie5j9RGsdsu1Or/UjJBwfmNjIDmOpRhtkTJNSf04pwAJxtTEB/AsWjl7TUb2sskTxRBFxVRF
GDs9B7sVKUQZSF5AUdEvr6127yYyBBXQ1qA0Zu8mAbShd1kQC2h1RmWB42HupnPoVY8yCbDw
rpBIbjRAEORo7lWLix/pQmXMogRaxYeyg5YRsC7+JGUhkbEmnwrExbgXTh+DCrIxlGpoCVe3
FOD5lUsVX8FujICRAb+VCRIJFW/pW4WIyNxohHN47pyJClQ9JIPBlEAENYmj+FSiJEEi39SJ
Jd9XqokRJLFySG8UUCQSNJLbq5LsCKt4vILk6piKaKIjBhQsRUg+JCQBZmOQZTjsgS3DFojV
z30ZE7hIcg5Ep5S35CAeJc3T/P3QY6SBZvhR2/q9mG/CdHMRGTeOCO39LA7ZyyIPH2Yqv3Kl
PIGuh8yRYdkCyIJMRpEgVZCUiMyTU2/NFBmkH9QUKBkG1QiNPKxRlIGMmNQhufS7khuXkJdQ
l3URvx6BcyDjwoQ2duMGDEgAE+RrHQhSlEmZNCVEz1Fw37U7nHzVf2VcnzotVwzLbjEMJg0D
kn3UYiJrchESBINjqEGaY1AddnEm0idPCgAHNndkPxdaehVB5aIkmXMD+dAiTDga/pQu+pRi
7a0H704uT50KMdCGIRjNpE6tr3lk99GZMCIsPMSpPSTPXTwLFj6fIAAH186c1bijF8XundhG
j8lKQLiQDDmso0MTR6BGUziRbn4pISFgAHZ6+ysYPjrSh8OSEpydw5AFQU7sZgCJ8yJaU8TR
xTvISxaDMDzTRBJ5ISwMYcTQoTnGLkVMg59yCdnkAxkeCYW8lCnJUogCRFwuvYgfPEKcB9Nt
iMw0gBdH6j6F5bV57d5QHd/5iYgjzrnwQyJArapT5MeH82SE3IPJywQ2dtiZUs58UkNzdJJF
hoqUH26XN/JXySDA5Bj5kZ45bEqwPA99X6Xsml6FXVYTNYDpFmj7qEdyQMODEfmUyCRFziDU
su2AeD4fmTm3JiuX8E49PBBi3oQe38UZBqcUQwqXcftQAL+a6cNT2jp4UCDibsBZYksX0p+V
CJcP63Zr7yLSJMdLu6Jka2sSyZjKGkiwI8SJiSQLtRULcygOGq6aPdgqEDpJoLspGYDAEU7X
iQABJsCS1kIxAMqkm4+JCUy0DVuSyiBiBozptsSEjQOG+FFiwZ3PFNKTkCh0p7KzYgaHzo7k
g0ZMCGo5Tw2hPdjoUJGIEuAt5W8jIkGpoFu+tIXk/wCnysV87abZ3Kuw6T3pLDfiwPZlpLwo
EHXiyJiX5gfzpz0gWqh9RKNqAptP9hPe2RlPbGTHUDtKH1G3aXaHsyHbj9iXyhW5Gp8Mljgc
88cGq/ZxQLekqhci6/8AIpHcLdRD29VGJZ2BcCh+JERBOpsmbXVOQOR5J40fRXZMTRVLosH5
qgbyXcg0OqrU+R6elYliOdgnmDKYNIAae1kjuHbxgKux/MnPSCFV6cFo/mqg4pb2UOqO3EAu
bfEp4kSjK50PvICQIBLRHFWwBo/JH5u4ZjQEVCIhDIDWRdZAClqI0unEACReyPy5AyFQLuvl
fVf6bjVv+5BGO2xjZ26iO9JN9rc+nId6UqQO6twAFmNNB5HToqOwZGMh1xkBQeqjGRyIcAtq
F0xlS5dg/hW3BgXLGrqEIxxo9P8AY78gWOJAN7qf0kv9Lc6tsm7jteUmEhIAsSC9R6vkH1eA
di8fVz6cd7FAxFHTgHjyRBJpqpA9RiBf1aIHcHSbSHafxKUdwSZ3iWDd7qVC8BxuiYsRxt5H
DF6Ko8jEPzVK8EDLL8Aj8shhxTHdjkaCIqT8KG9vz+RtSrEEdRHtL5A3vmYsSQzo7YeIApcx
I9rFbv1Mt8nbi4G2xZ2yylFESYjizP4lQM9yTZkSHrcgMmIyatXdAF+VBZR25RA2xcgVf3lt
Sl1lsuriVWQiNFdxxVGHBVBb8E2LjROAzaaqjjQHQrImuicyJPAIzO6DMW2wauow3wdmRvM9
j4kJ7chOBsY1HlnvM5gHUpyBnJ6h8QjjMRlJ/wC21fjTj7EJ1sQ2iO5EHDcuQOzP1kwLEaks
6G5uA/Kh1Nx9lNZlzVfKC9BceTn5Nw7cPmSZhC7kraJm0vp3lvGPqv8A/wCPFDc2zlE2Pk6Y
gVcgBqnytqzjgnd2CJLtcedZRJBxjKoABRJAMiA5On/TxTyDD1Qa+9jkqqgZanlounyWYuqV
/BajzKrkaOvlRDOWLFio7314+b9RM5be2Dk3sy3MF8sSwiC0IRpb2lub84z+XJ5ZgWfxIS3A
J7cbEyFx7cJLdOwIxyIMwD016eyiYyyY+z0geJODHLkHK4G5eyM5BzxsoxiMhIty7yiMXMbA
eqfWWL4xAtyCcB+aAZgUDvHF7DU+CKoa3xNx4k6f8UaBxwupF4gAekKcPp54xN5Oz/8ATXUR
M+1ddVdOH6UfpC89mQvpA+UbED/d3Lgez3k1B+JKEGckcvLw8lnZGTdmUTyFcUDHby25l4SF
Q3rSUNr1tSmlT+CoX/2BEDjIihuylCE8pmRluEgMZy7OEFu7e6BFrwGh9rHyjyAg8k4LgXBo
pD7wL1W3txEpGESCzOAezmjUmZNCBbxyVJg5UIxcd5OxA4kMD5KeWtl0g+lOLrEgMzkhPflJ
MCNvbFsaAezigYkkxLiY6iVKO/unZ3AGgdsNL/ubaB2vqRMP6xP5kYbm4JbtziTcdWOSoSOT
pgwGr0Rq5+/3epMdeKzhINCpuXfpxjJZTDHUBPKgTRvyRiCJ/VS7G2/5txGe91z3gYwY9gn1
sY/6aJ3pme7OpBRMT5gmicQfVRJBp2qt+ZHahLoFyNSmJcCw8gxIjAGspIbW0zntSGveksCR
lpzX4rdJd9siIAL0QdyTqLKBkagsGsT9i6opOBKljqgMcRYDkgdU0g4WUSYnRjRdZzD0IunB
XL7W5KZxIrtFyX9WW5Nb0YGUgRSRHDtdX2LoliImyAiKcVtbAnLb2pxBeDVc4yzWZ3Tu56yP
LojmgxxjI19Uv7qEJTpKhPq+6jtSAY0FL99Vtp9i7jiuk0+5ZMaa9pZGrXFIybwobv1BG3ta
y4t7PzFHa+n2huSNpyDxRnCAgLOGbxRRiJvEhjif1ZKc90zlGRo3VdYbMTCQu7WRIDMS7R1R
kQZSZwWf8iL1agagf2FQ0lcaghYT6ZgdpRnuSDHsmRCJgQY8QUdwkRJfF+Kn9VuSG9ORJBkd
T2coI7u8BGU6xe6z3JAHQP1e6hHbIqaR1Df86X/ppjIyMS7Rt4fmIxicIHh2vi8jIHcjnyjW
ngQjADbcPWhCmRuDouRV39lQ3S8dnaqMXxp7clwK3i+c5SJBjZAkAPYm795bRIqaE8e6h5GU
p2ZQkKuAUWQDU+xUJgKJvtZ7YJnuQrT1Y9PTktze3ImInSJl2vsg1I4IScjktvejGREYs8TU
GPUtuW7nPbkeg7lTFRJl/qjJmI+GSMZADgACfiQMoksLkt/8cU73sFWycgsn8jW86OMnBo9l
iJDN3bX41HakDOEQxBD19aUUY7RluP6oDNHxSUjtwlCGmbM/rdpF93bzZhEtRvApfT7m7Gc7
mMeoAd6UkdjbiCxs1ZA+JD2o3FXD+rGKBkZAajsoyiwAuBwRILi5NgqJt8He22YRJIx70MVO
M4ZwlUB7H1UJktEDp29AUN/64iMQMowNSX7MobcUP/FA24AljIOZIy3SZyNyTXw9KIiSHuBR
dVEwrwQJIc6Av8aNBXhRCW2WkLE1RO5uEk1KO/8AUSl8sHpiKZe1lJDa2IDb2xYD9yLcFOMi
DISI4OuoCTCpFFs7gi2Eg9bh0JDUP9/kf8FjJ4gEVBAB8WSApQUb+byW+wx+9CJN7K3LyMsJ
X08o+YATGz2qhtxGMY2At9nQaAeZVsbPRVp5kYbXVuQ6oxPrMobcpYb+ySCCK4eFH6cCWURU
2eXtL5cam54piq+SnkZqCpTlmY0JZRMY1HOjd2SoAZS1Z296SnEbGXzKbksgCx9lTn8rd3A7
ReciB3IxRhs/T4g1JNQfjW/uQMf/ACMCYRHq0yjFSj9YH+oiXjui3g3IqdYxkSSPWogZxzLG
pOEj4ERI0kKA3/KmjF5af1IEhnt9jiv4okj8arpACf7B3sTHYhWU+PcgpS+thLb2Yl4Bu0PE
htbEBCEbAeSR0AL/AHKUo16iRFwdU5IbUGlvZUZNjUEj+Wa25RDAxFPR5f7gyGkCMnKcBn0H
k5/YINVtOSDEkhrFOzA2dc1RNYjy3ZV+yJAi9GQcvx5JwXALHzqlDxXzSBDdl64OBPdQlAPi
7HU91HezAnZrdIRgweN21+zQtxTNewQjGJBJoC5REg0h2osxfuoS+o3IbG2akbgv3YxT/Tbs
ZiHSYiicehT3GAnNhIjUD2l807MfmMQWoD44xU3AIEiA9PyIs1SKAOVWPUe07hyhEQIPK/vI
vIZEWNaL5mBO37QqE+Em4sUzVQiQRF6nkohukiplQqWzshzE1m9Ph+xlRljukDbhUh6nwr//
AJv0WwJ7kBUAiMI+zms96ecpGoFoEerHy7swHIiWHNTEzjN2/wCKKlKUw7dIf8sUAImRd2u/
hUIEGMgA4N1VMSHK3DtZCUA8cT1eGMlt3G4AxyGoTm+v2ahbUMQbkG5dDOs/O/6V1eS1E7p0
SaDUpwXibHRX5Kvloa68EJO4NPOgALmp1Ro41PNQaMpSlMCLUA8SkZxcuzVosZCQJ7bHHL/p
qJgCBEMGFR/7ckYFxcgEVI7qMsSKV/q8rbcDI8g6M57Eoxjcmg/KozlRiHGv5kPqNzajPcLY
2ykSjvToLRj7I9lPCRiTqCyHy96d3LyJUPp/qJjchuWJpKB8ck4db5k5OTjgH6k4LhucYppn
EG0mWMQGFiAo/LDV6uK+XGZEXcgWKGO7LmDUIH6jZjuQd5NQoR2IRiSGOQDj2f7sl82MhLZD
0hTH7HzJA4D8VERLBnEGsoHbJGFZMWotj6iAIlO40JHrTW5DhMlvF1eUwlY3RnHKYkXIax9n
JMQ2NgG09VD5Jxk78B4slAzYbgDEjXvJpFZO55rGQo1DdZFwDZUTG1x9nbnNoMaSK3DIknR7
eJAX/wA1djwR/ggq0BoFvlgSISvQWR+jn1ADKEnWT04r/NX8/kxAFk+VWtT8qD0Oqu4N1KQL
GBjIBncgr5syKxBu2RI/5SiCOo2H8y22I6j1wFRifWxQ3oD+9EPtz7LetgtyJGIn0mLOQR6v
UumoLMKOoRYmoJDh0DGEYk6gMt2F5Ykgcx1RQzJi13t8MUNnbdh2iag+DL7EZzIYalfJ3+kA
tGfH2c1Ce31jeBBILNH21ixbUyJLhATEpU6XDN8KIJbzD9yNWI0r9kxhuSjGQYh6Mqh02ePn
H8ijKMoSewBf4k0oAxsCCJU9npUt4bcmHaB0bvKf1M2+YCy2ZfTwE9wSr5kJzGO5IDMc/sf2
Q4k70/cv7ssSdH1X9qIJN5cURWlgFQljo6qTxumnQcURE1B15oiVI1A4FvZRIDP9gjRQhGJn
CIeQ0j31OIqDV04oWaqex4ogl8bhXY8EAT5gt/5XaMCwv4lAbcCSTjIEdQCaVBwRAL8gs5AT
2hWRjcDwr5+Y+Xx/pTuBxrVaNxRYHmUCY01DrdgBUxLEramSRIBie0W9qSyL3e9WQnBxjxIQ
+n3jiDSL1+JS+q2o0lSdf/mxQjk+NpP6qjIF2IYxUQRXR0XNOCntuZAbhBiKBiVKGyXiwLey
fZTRDlZY0u2vkEhcVBCGAJlezke+hHdkSIhgZOQ3rbaBmQ1SCKOO6gXkwegIKEwXJoSTjJvC
i4I4P/sBGMyALWQ/vSommI7gN8hUphsYnUxLKPztkmEXciVUIx3Plz9mdPzISiRKJsR5Ctz6
Xb247kY9JlI0f1sVnFo0PVGhY+FGG4ROMAADqqLn5CxY6KUoCIABJqxMk2+YkSDgA1r2kwDN
p5b0Q15L50pNCYYwe/hijKEszM0Y6d5cSnJA7r/mTlojlchQjty166aeJBhawCoA3P8AlR+r
Ybe8QxMae+gxzJ5poxbmViWHJZ4D2rnDL/m/LTCh1bimJfWt058wV6nQJgQ5NTovqNu8oSyi
NG7y62kKvEBRkKiNh2qezJR+o+m/t7zPKIPbC3PpNyWcmxEj6pH/AKc8kSKPVxx9mSG5KRgY
mxpTwqB5XQLsVuSHSaF4/qU5GWRkWqXl8SEYjqlQC/6UN0REiaShGpL+FETBFTeh95VsmM5Y
GxZouhENzOtUWJlAWvTw4oiIMjqBRveRj0gwsDU/HJElz56/aYJk/C/2YwjEyMiwC29uTiTO
Qat3fIQCRKfSG5oGVj2noSvlOWibOwZT2JQADOJWt5Ofkp6XQhszlASJBJpGLdqS2tqRyIiT
lx9WM0C7cvIT5fnSna0WU93dJ2oAtDbYAt/zJLEFUDHiy+SJPuSqI3/KhPdDSgelqfEvMhcF
M4JQqxGoTyMief6kepn5CiZ448WRZwxuLIknJrcAqQZrFPqU8jr6FkOmO5AgkMXPhRixLuHI
Aj4kBAxziXBNlCUpZEivBS3PpyNre1FMZeJHa3wJbcqExr8GKjubJJhqDaQdQlANiADH2fEm
10Rs8og1v7qkItjMCRfSXsYKcowJ3SMY0cBfNg08pPKEtR63TkofXACPzQJECocdOOUPIAxD
caugGMgakCgb3UTGoPZES0R4p5IBzkbEaLCYIL15oYxJdDOWJNwRVCUZGciKxFf0ppAg8CE1
vOqCmmqcM/JF6PyXAJiSV57ebyMSyH1O9ESxDxcfD5RERMsRY1iO8pSMmLWFvdQxBM7guare
3JxIMQACa1+wTEZcBZGW5AD0MPzIAkATF3rTs9KBVPIXtwWVkNmEst40xH86B3A0pUa6IxBi
1CK/EgQRHbtj6xKO4Y4kVejnxS8oVnHkt5GcIxiKEuiADS6oGMg50RA+82WJIJQ3IAFq8Gbv
I5NEC1KqDDI1JLUUMaBrBTkQ/Sf4KQJYSJrk795R2iQ0qXIY+ris/pTnHWAN/FBY/UbI25a5
fyra3yA0KbhFBf2EPq9mRnszDicQ5B9nfxRqeRsEYGr2s/xSW59HuMDGu2bsfW6YqUCGMb/z
K4DXLFGYkTQMGogxMJEPg1PdWUzbUkABfM3P9M0BFChDbeZEjJpICcDCcdG6SD3llLSgADl1
8yLRMbyFX+FGRHSKOHTXjpUOozGJjLmHHuoxlQxv5WNQEw1Q+q+s6YyDwhckd5CG1ERiNB5G
R1hEBhzUi5jIXiURXE62AW5l/oyDBgwJVLp7HyUkYlczcoboAwiQ48yFHNkY2OhROYbRYkuD
qjPckYxdiXxqV88COEgCAP1SWAJO4D2YhyCiASJSDiUhb3Ud3dmZyvEANGKpbVN/FULc1KJk
JC4bRUBAep0ToAB3NeQ8ogKPcn9qLMYgV85QAqycyDFYgE8kdohwxq/ZRFRjRx8KJiADYmhl
7OS2jyZbxdug/wAEYs8QXZ3ceJbRj0sXPFUvZ0I70IyJ1/qUd7bFJHFifzI7P05EdudDCkhL
1fWRhujCWsOHhigXYC9FH5bAn0OCowmBUCQI4FATPRIcj8KaMzENQC/vrEyfiCae6gDE/LjW
YI19lAwBhEBgGZllkQ3pRO5GM6cNU8oNMu2NG9lOAYfiFUUJr5/awQMRpqG95CMjgBRwTXwx
RNpMzycS92MVlIPCwlb9Xl2pbnYjIGXmdQntEHblEGJFm8pcsju7YlISBjIEUfsptqDAUezr
531s3MbxFYobGxDCQoBZz7qeZYcBwQEY66LlzWVyLgIyMRtbbtF6kj2ka0/imCpxsq3QotqJ
Ijs7kmnZ+78uc/8ATQ29uMpQfEzESz+NQ3pRyDPEyox8KoAG4IBnEl/mqCvBYwgfO64E1Lao
AUGoV0wFPI6EgMWNOKMXcirfzInAV1KsGiHITEYk6JxVxdv1KYAixJca+8ncPzuoCRaUHgf2
rdhE9WJprRO5IfzOtuQOIBpw+JCMpjI6BPEgjgn1yGJHFbcQQN0yq4pTwqYkxiTdrlUP/wBk
HDGj1oV9J9REGTwxJ0HrogudRijkwIvo7e1FRG3QyuBwQgR2aGWpPtyQDu1005jLgCzeJSnF
xtGwsPGjAFzHU1Kr50c9wRGrlH+6ZcMQZKQkSQKgtV+6jKW3jAUEnGSMZASeocgfFFAwjiLM
1PEmIY+Q/R7sgYbf+mSer/ppyiNsNpW6ykSHuF1hx9yO1tB5AVlTCI700dj6SWe47T3PVA/9
tfMmM96VzwX8FdyhKMiIAdkce8nk/pv7qZERDnRGG5tTiYnsgPT2sVjGM664oShqKjVBiABc
G58K2QYkwqSBZ+9FbO3sChIO4I0L+xmouGoGHCi5oaqtVZin0RJ+9VXLiqW8llUk8wHZZCOU
tNKd5UiIi5AqyjMFhwAACc5fMIqXQO5I4gEOLspRcsS5J/pTi7s738K3dvcoQRIA1Zbxgx6S
DxTRapuCTRR3AxY6llGbBpAFwuksFOUhngQeDfCoakyADaIyDCcixoHp7SC2pm0hyl8M0AGM
tggAE5FvCst0dfMj3eyjtS6NsASkYjpEfayQ2/pojAUJBOTj15ICJoeKPy45bzNtxNMpd5fP
+qnlORy3ZSandj1L5f0sDUYiVqe1GCckyJFSeac1Klk4keBo6yBeJsBRPKRFbLPtQ1aicSMJ
M4A/qQwlm1RE/pWG9DDcejsMZd1YTkTuG0h2UN/Yk4FchUU9tCG6MN6NJcPEgRIHkEdAsY21
P7UduPSeAYdPtykrCUhTILRyme/BURThHgsnWc2yGvJDGINXDdp0302cAayJZz3epDc3Zk41
eQxCjGE+mUhmY+qPWW1D6auwAHMqSkR2tzFCMfVaisy4FMX9K5J1t/Tu5nEyI9PSgGcGlkOC
CsuSOZMxHmhjGN7I4xAe4I/TisTchqBRYkEX1dEE9YtT9Sbc6S1C+ns9KMiC70pQhQhHpzFR
Hl6q3QPWjQGrJpgg6aLEs4LjIUQycyFhYJpEArfjtkkGBBiBc+0omLUL3ZD6gVOWMoAUBbtf
Mio72IBiW4lQiJCPyi8qEFbmzk43BQM1QiJMHOrv3upCMYl90YiaEiz+lDcnIPaIA6iUIyiY
xfpkLsoiIHy2GQepI7WSE9ox24Att5V8U4qIkaMwKOJpfknArqyYgu1GWBYjUp29F7rMBwNB
QqTjEi7oSjFyKhkegUvl+1YSpA0IIB+HJD6nZJwIIMChLbJD+hfK3SAdDqow24ZSkWJlQN7S
nOZAmby0CcVcaIOaI19CFXdSOQaN62RkC8ASItqiiC/ndGIYwiaSr2e/FGW4JFrMca+yiSHG
jlyvlyjlFS+njtnac1IGRmIepCS3QRjuROOJriPEr+lPfgq2VqHRcka1Ky2iHhGEHGmZyXXc
h1Ty2oiSPRyRABd6OgwYBGRp5jRM3mDoxZn1GhRG4HAsQ+pRjaPOrKMtqogXJqApbRDiYI+9
S2yQRGRDPZA0FXdz8KgYjF46qoL8VuGAfpJINNFLfMscAOkdV1uMSeocv0r50J3IaB595TiC
JZAuxLush0kHiomIiRQtxdRADbYNAbjvpzYC6BmAYQcRPeUoQjGAB7VzTtY4KMJPMkVY4hvV
7Kgd8AiIy6bN6sV1gAHsj+VPkWuHRr1UIRFgdXRJrzCp94umJrxdZEAEG6eBIIvEWRO40ALm
SO3D+6RYgUfxKAkDEHSJdvekpjen0BjDj78VnsEF6wPNDKQAhE1jUZH2IqOxHdB2zIEA1lI9
9RP1G0QwABgQQT4VHDIE1IIZvEh8siG3ck3KlAhqUMTVAfT9e5M9RPP1pxTCtepy3wRTigIf
70Q7+dH8VauiLycaDVPEh0MN2EjOWLRNAO9/7iDxEdwjqI/dJMbaIABk5srvwVKJzRb/ANSx
BO9CEX4Rj2ooSI/02iS9CwTWVVy8lCwZkI68UaODeqJFtGKdmY2KZmJ1CnF2IGQ4oiVebqTh
ulPIFwaFDcx6N0PTWQ9pBnYmz1UI5BjEAA00TmQGNFMuHxNCOS3xOpZzRrezkt2AJiZB9KI7
IAMAaE9plkSHOlm95fLckEuP6Vtbu7DOcYikq4lNACIBLRtRYRDOLjgiT2vNihHadvMB8Sid
zGG3G5rU95YAOSAXandXGKZ24ArqALXIV6BYluLnVPEh9SnNQb80TOx/xij8qAEtAaoHdmcR
aIoE0YmXmUDtgjK+tfawXy3EiHeQce4oTiRN6N6z+FEGAhC5lZj7KkADFqmUgz+Bbe5IjGBc
B7n2epGUQIDUqcDuYbGzIRGH+pOX/LXzZkmZFIt6vqIRiRDc3DU3ICALSYvJgq0YP6FI7Zyx
LEa0RqmFeaGIYWb+pNCbEgu1yvnSBmZF45VkPeTC3NHVv4K1VTyNbiq2Wz9PGVZSMpRAuAOm
WS34uQRIFr0b2UK0V/u8jPVAx4Vj/SsuzEByeC6iCCbUUi4bSyym1NUMQT/BkZggH/L2YKYL
hzUFdJALcFWQPAlRyIJBeIA6fyoO0S/D+ZQaoIFy9G7SNT5yhsAmIiHJrESRyJkRUVoiSXiO
OnkjGccmNjceFPFmEmbVlKbkxEDe5ZA7hbcNaV+NZRORGhRjPsM5aLs/eUY3jcSNEIgCIPaI
YU96KkYyMpmVH/TkhNjCTOxQADTxJL9n8y6pvJ6gXRmbDTmgTeNgDRMQwPG6u5W5OmY7PnWU
qnQBRO9KPyz6j9Z91YAAFnOskcY0Y4k9pF5A5VAuR7yE4jKJNRJviUN1mEq9PXI+6jv7wES/
9vbe3/ubm2jEzEul5MOzVSnMtECj6lH6zdjhEf6e2zD/AKu5FfMFdti8vMjNugUAQBq5xKll
Mxg3URdu6p7m0TLbqBCNAf8AqKUfrDg56TGvudKB+aCDYH9ypKOI1cMjMbkYRa4IuoyfISDu
nBcIlkHsrJiG5pxouWq29gHo2oOw9qRW+5aLB9K+JAF/Tdcl5/ICb8FOMgwbS6IjIgEOTLn2
oqJDmj8ggWD8QhIAUuWs6MSQ4FGUy4DE3FVEFiJOHdr91CLPzCJYjEio1Tkc60W3Ih2oTb8q
xqRwQ3RCRiAwIs/fTbUciKngjExxINQbjyGAHVDqpqsg1DXVfMyy6DEiytmxclAmlHJ8ymIz
IGTSGiG2AD9RuVBiHYd5CW7u4A3iS0i/s4KFRKYq5qy4AIiJYEaXQk7nKraoRAbXV11C1QeI
QwDtUlCQJBFRYsobAHVAvM8/ZRkSQAbDVdBPTcv1RKJjSRoTenvKsy0rpxVuKdwK25LYGyQJ
gdI1p28pLdMoiZPakQxDezJT3N0DbiLGt+9JDe35f2IltqHqyPtdSwjJtuPaA9buIbG30mfa
8I8KaBe1eZQJYHKrVNENkVEiK3TxiRt7gEgfVdutUNOIssROX36LDIsbhSnviURGWIamXiih
tQfCNANU7VPkrZWqmTarpqvqCB2SI8bBfUTYSlFgBohma6sE48jc1UC9USDQhmCZiJB+orGM
iS7MzLsDkqhuP9KymC4FSaOp7d8TZqKE43dq/tT0Aa7aKAMy72iBFAE/ehw5K9EYyIllYM6+
aIRidwiMYgNI+0p/VTAG5kMSbt7OXkMo2ZmNXUh2TqA36VMWnImIOpf1kISd5esTr4VOIOJl
SiByaAuTeSM9sGe4bG1PeQluHDb23ERqSO+gIkUeh/UsZN5hRSn6rVCIiAQLgcUYTOB0lLVR
wk4B7UX/AHLOFJGw1b1pSRiInIhyTQMnmCMjUMvl7Q6vVA4IzYiT9T27ycziY6Uv8KyJDG1a
pgASPR+pGJDcQttnMXrdmWG3FxO/IetLtLCIdiHEaKG1tjogASS5MfChEh568W9rdUj6opFl
kzRZr1HtLIdgEmmrKAgxht1yBuVHdnCM4wl1ZXAPT0KU/pJGMDGMoxNQRLvKewemcCxDo725
I7cRQxZDY2SZQu5OqNKp1+KZc1/EJxRPGn+9b05DGRnLJrXW5PjNnGtFUY8Beiv5Q7G1VS5V
Xd72QBAcFxREvayyypwZGMmIKJAEoSFImihJsHIcDRvEoyFcg4KxD47XTS7+t0JiKO7W97qU
9uRYvTzd1OQH4qw+5beztlvlxdtMitue+77p4P72KeAGJ4PdGUwQA7XT4kHUEX8KjsPIADIj
SqEovehetO6jtkAHi7O6G3E5TnbHQd5R2zWUqziKkgdXqqhIBqQSAx9VTd8gcRyUNwzJIqTo
jHNifwUpCXSWy/pUZAFhcmpb1UIl24j+VAgD7u13upCQjTXzomojKwNZe7JPAiOJDlSjEF/Z
iaujLeJjDQGn6VhA5gaiP8yIqBapc+4mk5Js6nuyJzjYMjMzaMi2IpROzsboCJAEu0eAU5RI
zkGBQBJnKet/1LCLCRDlVPVMsw4esgDuNKUqCRCaQyzcRJqHZGLmUZQBi5pdQ+s2z/rEiQrQ
hTi9Yyr5mVvSg3GpTUrwQZc04FV5151OR9WJL+YKZdwZEg+cqss47pPSPV9TFRgCWFA9GA9X
qXLy8tU4ug97GiDigF0wXUXOiewUmk8YuCw1CGIIld9fhUJE5SEWBNFP5hkSDJhG9famhEXN
ST/TJZSfCfSCOPcWAcavoEwC2t+cQdkkReP/AORRhEAgOANbJ5CpoHsnjMAE6f1oCnNjdSES
ZClSTSiIr014fmUYxIBcMePdUZS6muLU9lfMhaILRjx9pEyF7kvcoDdJYl6hggIybLgNPYkm
diDUioUgAQYhnen5UYyBeQoPMulgQbEOjGZHTZihtmIcV4JhGr0OTt7qnEgbcoAAuWBPdgoy
MjMuz8Qi0gYvQJiacExBwB0AI95GZA5FnU8cizaU95SscQwA0QjI1J6QDopRAxmbUrRDbkaR
BMnWMBiOIu3dR3d3dfTEnh3YoSBI24AxiB2SPbyW9v7sHjtjoIDyyWztfOlPKRB29wUDj1cl
lEMfptwwkBrtyPTJbkAHniZQIFQe6t07z4SYDz+3in298Fg5BLFbsJTEI7ZaMie0B3kIDdjJ
6ggoEVVQnuqoL6mYLAbcnKcChNBdbJkBF3kRwqoykWMj0t+1Px8ovkR6FV6J3ZZCirqufFTl
InpBKO6Y4gvU0QhSIuS3WvliRnqSbrcjt0lIvuNohEDLzBiXW2Ih5Udi9e8ssiOKOg5ImQca
I5XgXHpUoQiGiS1XNfZTiOON3dlloS7CiljRuJf3epYyYHnr7qaMmq3D/wCRYFn0kOqntIzk
HiaZGn5ERMkAWAZbcZDGBk4L1+FQYEtY/ulimo59ATFyOArX3UCS+LjmpSEnq4LiniQMpBjQ
mIUXPSQwrRdqIAqS7v3UxiYvY6SVS/krZGEIf2xc6d6SEh2CGADfpmpw2y8Z0lH+pGEB8vcN
4mmXgQnEBwdSjKIcgNKTGrKUt0ygT96Ag5jZyLfEpkSMtybAEB/FkoGQLzNpf0rdgJmNBb+Z
Q3IxFCGkb0W5PfkI/Nj1kc+pQJ+ooBiDcn3VKX08ZT2iWiZ3PwoTw+RvkCxLeGSBP08ZEGpk
aEeFR+oBj9PuRpjAPEgFCEjkYi6t5CnK+pIDvAgDzqllsRl622BVbT0G27vUoEFwfKzBhqiR
VkasOAVyUxsnD8GU9odU+HI9rqTFwSTzR3yGJoDX9yluiBmYigFa+1JS3NyREqyYh7+ytsyq
HBrw91ExDE8EG+4pwWbREG2gCnEMSBZAh4k62/MgZE5EkcR70kTEuLNQlvWQMHAkAQL+JRMR
X71NqEmpeo9xEXMbmymDYAuSU4AL0vVCJFqEE27yhKtA9DUt7KMgLihlVGRN9WZARJfgOyfE
iC0SQ0TJ291ZCo1KAItpUrsltGN0ASW0BIaKqPJVHA0NyUHkSBYGywLN5sUJbcsZxsQa+6js
78ejFxJw+aluQBESC229H9uS3Ib20ZyBYYig/wC4pfVzmI7Q7MNfgXytoGO2b0ue1nkoRJya
geynHcjGUXYPRwiBCMYWIFmPdRhJz9PI0Zzj400txjKVNRVR3ds5GQsaj4UI6MxWRAIFAH9X
1kCNbDki+ifyl1uYnHKQBN6IEFi62Ku+3GvoRBJxZibfmQao0quXkbQ6oqqr5JSIoA6nKRAy
JIr+pCMoueIIUNovZ2I1U8I5ZBm5FAw2yc3xp8Sy3okFqa38KIJ9HJObiwXMoCRRBNDyRJcm
JHVqx9pMZExjYNRCW2W4AVCiBDHcAqa295UNyAbhZC4ap/qRkQAfOzn3UQASZVIFD7skRKxF
TqhOJY2AL6d1RDOiJMCDUXfwyTxIOIo5r3kAQYnUkfuTEiT3yCyjb2dPcxQAOJfWiFsjShZ+
8iZkSEhaxWW0GiO0CbJqsXZmP7kXIcXCrRMbqpdVtzojuR6hDtAFx3OpDalPCJqcXfwZRQGz
OOMr1qGR6gY8QxTzLSc/d7qBiaaNQqsSSSxrXxRUsiQWo+vuoxmBIG+oqhJtXiGoo8AAyr6C
pZWHZ1+JP/BMbaLkuaqm4rbjH15sR5h2op3bmvpo4lvljqaikGfIMRxCAFAAwA0XLyOCa34I
AWT8/LLaEjDIXCkNwNtigmdW8KE5ybb1DVLd5QxjQRZ9UIyEaM4kHCEREAR7IZEkMf8AJFj6
dUzUAui5GRqG4JwPxV2POiM4DItUChePZRlKwLGDtL4UCOkmrGx9rLFGZLNHJm/mUQACX0P7
ZKBAMaM1FiWMjTqH7l1EMbPcKWJyYUB4omRJlyDrIv1VBoSO9ijOJLubhnKousPRn1VughmF
1lGbDSOoHiTPUVYj9qJIpQu1P/20MA4IqGr8SMCBE2p1WQG2HkxGRcfCiIjLQi7ohma7/tXS
HBsFQOeS6gRwW71jb2wHJNz7OUUIyPzNncNTrHwyQ+WWJq2re0jhuNys6MSBEQodS/dXQGBF
PP6yDmoPSSwCyJBex18PUsYhtCGWLk1BbV3UWAZrokj0q7HgOSA4ovpZXR5qv3p/wWx9IA84
PMng/ZirsfMvpiCJPAWDBcESARF6E3PeXHyB738jeW7DihLb247sNQAHHiyQMofLILSjpX2U
xAY/w9VZEO9lwADh0z+grIVfSybG6qKH71z+5DIF3dGN3FOSO5sbeRiSZsdPa6lGU4yBB049
7JQyAllHEv8ApU41cEs4QY9kswH7kYyiGNndOxcUpRwPaWJIj5g7e8gC/oXUSAHZgzhARGND
d/1Incpz4qzA28nnsrkHRGT5cQb+8gYnGU6F2HwpmEc+BLHvZIRhpQg1ogBQO50qFVg5cGNA
UZSiJnShY+FZRADWcM6NTKWlaBA7pbbn0zF+kqH0+8Tuf/6/fBGxv16TLsQmmnEGUBi18mWJ
JAkHAAZnQnEkzqJji6JyIMS8GDV763ISH906ltO7FHK3ArpBbUshVqsTUuPZUWiWYM6AseCA
vWpQxpyWLsTUDzKnpVVRFwt3dYiIOEAS9I9KfXitiUtAQT6Ve/FAEu3+xi56Xsjg1TRCMogS
iLqgdrn9qGQY6EIxrFkQXliKcUcQZUqCiIbFOILlPu7eD2cugBYqlEaDmOKMxAObcKeyjjQi
oYLcEmEjV7CvswRBBJFXDMmyrqLy+KKxytcVWMpEwIuDookF4nQoziQX0N/digPVNo2ITEAl
qesUzeYcFpE8Ezv5lYcGNkw2wS3DXuTRhINK4BRy6ibAspShQks/mUpGpAatveVAGjo9PdWO
RbQiiqSed0KhEXHJb30W40jtjPaJu49VR3pn+5stEgesPUyWEam7eZRER1A1IWMQ4PHpsoTh
JzUECrP3kQGyuSbsgA458UKVBFmKi4uAfMjR2s6BIPm8gbtBML6piq6Bbv1EgZR24mRAuW9V
bm6Y4nckZNbFzkh/mtvMhnLNwUJSdpzjENz9pYmQBMpCL0yEfZ/2OQ0P4KUTQ6H9ScTcmg/q
Rk7lzxAIVbEfimkSC1EI3B14Kt00SAPPVAnRWYogiqch4mxCevoRJ7JoyhuiJIIa1m9rcQuQ
RZqJ4sHuAQ6YnqNgKe7LNGgI86fbm2pBqX7qdyGtR6nxIUrYkp6RBHoPvIk04XNe7KKMQztx
19pEEoNddZAiKh3JPwolrmhqgYRBahFR+VCMi0i7AXdYzNNCWBWMDapoXKcxcLnwZvJQ2QyF
DQkEC639pzmDY2MfaU5MKC+ro7UgcHrMOoyjMxB7IDu3rZImUnEz2Le90oRcV4lj8SjEnJqu
XYLKZJkC4BHSw9XFBqMEz01orvWqpUDVPfkq2QA4ogGn4reY4mbRqb5dpGrjjZMzr6fHppV1
MbpOAAk47p9VAsOmoGLM47X2aFl0mnIrqiZehVeJ4JoSpEuRxTE0CBiM4E9QD08MliBKMpC0
h+5HJliIh40dkMpMDYlHLciNLo4NIcUYvrd0MzWXGyMM23BQAVTsZ0oOCNGD0fRGRFOCiYGo
LsT6yeLyL1fknLQMakh3QyDg2lX4l0u3FOICR00PuotHEg618SAyMgeNfzK+L2F/yoOa3FE8
nJlfkyJHpQPH/HqqttUGqfSiAWOtf0oOXlGjgO/i3E5FLgH9i6QAOdyhFmMrhjU+NEgEh6et
VPIX8gYA+elVsnUxjCQ9WXeyip0yDaVJW5t7cBEzk1QaALd+a0owgQP+JGMQCGcCuSI3QJkx
yu7FBgLvwQ4lB7qtToURqL8FZ2q6PBPwqgXFbqR4albcBXbnLqI5dmKooRIeoDGy2oRGMYxF
BayLkgSIi2OZOXTjGEVGIcCIA6qSp7UfsUTK3ktVTar2BRkQJGwGgQlMVgRSwZGwja1UdeAC
MhF8jrdEEGI9UrCbtxKANOCaVC9v5UIzcEacCjExEmo5RlsTO3uWoS7d5EncluSFWkWBPuoQ
3Nogt6tVjD/UBesaBbgIMC5YsGTVDGpBQYuDYO/xRQDk8RdaAizprvdMKiIo5o3uokFjzFD7
yNQDr5u7JNIiQahCNCAQ6xLMaEMmB6dFiK6vYrtNoNVF3bUxRO2+Ls54e6hJyTaJFf2ojIk8
TxRMAQ9Tw8UUBJzI+sbIv2xoNE4P+ShlLEAu16jsxyUpxkxGp59nJbwluASnEgmI6YyPeUgJ
yY+sRVDcFcjV6umkLvWIoWVCzIOb8U/8EAPShIv1UAQkDUBBlUs9Ew0TO/nU4bUfmSj1ADtf
9tT3JSwwDkSDKJYOTrpVbRIZ4x/gi9tEJAVGvn8tCuCt6UXkJehdUQ3JNE4gUBdOS7uGKaJN
dKsExkx8+iBJ4AEn9sVWVOWixJqLJzE6B0DEHidLd5BzW4DoEkkEULqxLm4v3U8i5JY8UK30
KbTQfuTsC/FbkYsGBYjRCXClOPiQZpvXvAoSkXieeKeIxB+73pI5AE8XTiQc0KMXc8RxRq0t
aunI9KBjrRgiJG3EphZO1Bc+SicXRPURr/UsCS3Jw6MpAGJsAOpNtwIGpNwrgxtHJtUTK/GK
aNSeHBRMQXiXcI7Iic5gU/qUoCJAgXrKpJ7qcAkAVGlez6yAmeoaEF2QESwNPMhiXA0Wjg3U
f4FTkCxYsBdQ+eAYxLjIu3uoGIA4goEXehQiGpoqj/JFxQOSt8fTxJ29uLCff8SlUA3Io6cP
kDQiy28iM4DEh607Mk1XVU3kfyVCaiMo9qVAxQkSXL1KEWyxH4rIExNq3TkivCrKpvUEWCr9
55pwb3/4lUDlxdOwB1BTGQiLXDIjd3ByYunjLJzzPwLHHcd3qMQhsxJEjUZfzJyHCLCrEjgt
2G5CW30uJ9p/hTaEULKRjESBuSqAPG4BdviTSr59F0lxqy6Q54mh+FEgOB62iccqEMfdV620
TgsRxVy3JONUzB+J+wRI4iWr/tQkCDFqCVx8KMQfmS1h6o+FEEYCNXBRkz0Yav4ECwD06tEY
xdzwZZSDEGpfRSlJiYhg+nvKOIqR1OLketGSacWIrQ5FO4ESOqAKgIsSTQIFg7UAXmNuKZ2a
imRcIxID5CqqXDUQHHVEDVVDg8Fu7pLNExAJZ/VjjJT2RQTrKLfuUsh2hQtk/vSRyLitj+qK
H05gBCRrLkVlGo0Tqn/3TeWxTAKBAF7GxLIhn4MiaXdv+FYuzWOjrrHIJmpqx1QLkABtb+BG
I6QLJyTIDQFYwOlA5N0Z7kmGlausd0HcINrRRltxA5Co93JCJAkSbSCEcABp/wASeEgzM37V
51uEmhizgLGNDqsSRUa6fCpQmBEuW/4kAHOlF0uBzVQSgAxB/BDGT+lZB634P4kSS/nTRDto
UXDcvs1APMoR2gIN25DpJ7qfYlEy9ZuXtIipiLsHTlxABma6IjSIsIhCODvZ0MQDOQqbe6nm
WG50sOKI26g9JlJiAhAkyib4inxKLTkx0ojJ3Itxp7SAaou11dgeKyjIOCxAP5kYgHLRA7kW
ADk3r7KcGhsENAAv4cVxNmW39MJAGdSOXZREnrR9aKTPLAViUQC1agKEyWIIYGqESXyqDos9
2YhHjIsFltTjMe1EuubX8nLyWDMxKgQGGTIwcE6fuRlQvqE0qE8ViRkJWooxbE0YmyJyFNCL
juoxBDmmQRzDg6moogbCVv8AiXmpxbvKUjWIqHFyomsQOPTRAxBBvRfM2YiU4msSWJRhPbO1
jqbHwqtWuVuklg2qOMsQC7dnIJgMZR0d/wAylLEHMAuan3VUFxVnZE21TE04mqpWOoVafwQD
0GosnZxxZedMn+yNGrVBi03qW6WTGQETcjRSiWd2eKepOv8AUh9R8vKAHSGf4UTvxrwsQoQh
0zcSIkVEC8qkclDdwEcjXmyiRblZVvxTvV7qhY8CiZDCQsQf2ome5lBrEImBMQbC4dfK+oZx
ws3dUht7gEgKxsUSJUGuiM9f4rcziYxDRAMuA9iKM4gh7NQU7qMqYkMHCkJdMhdn/chuziZw
9lmr6s4qUNuEYkik5F8fZljFSl9RundhXtWEj/y4ID6ec4nhGoc/83bkvnfNN2b+jylkQDo6
iRVzUmzjuocTZv5UxkeBCJuOPJUL8xwQMiHjx4oSFXt51kIkacUYkiQFwf0rqOMK/imAJAND
xQMpZOXAFh3JKMpgOQxepHhii5obRqugASF5XJPiVS5CpV7hEE0JFDyXUGaoBLj4UJiTB+Kh
u7DyAHWSHr6yyethl2vdTkMdVcEDjZdJA1YFMaHVy6c0HJE0DCot+VUDj7kyp6ftXHnuVxJ1
WLNxKjLcAxepL5I4DoA14Iw2iAQWIIcMhORBNi5qmdx+KEdsFgGApiUYzBiwp51i5LlzWiGJ
JfQLKVOS4E2eyJBMmv8A0ogBiK4m6OQOUKG4+FPtkxJqC9kYfPmYm8RItRR2DIHagGAIR3J1
M6kp5UGhHL1ZJqCIuwRqMYmpkK+4nZ43L27vTFEkEAF6WJ7vSjjARD3IOX8ihGReMjjX2T7M
li9cWdv/AMnlYU5oSBJLcaKEL6kDmnJvobp4gyIupAVpT+RRkDi2rtfuppxEsSAX/MgASzA4
g/EpYHHUEppC3VkC3xoyLSOgFkQI6sSFI8S4eicAMG+9CUu07gHghIdNaMFlotPQvkRm0Nvt
B7y8KkQX0iLM3dmncGRuFu7RIeOh4qUpjHgI2RowOjufhRlCo4EftQrU1sAEGuBoKIMK+ZNf
iyY4kfj5aVa/2WIfkgL1sOSjhASlwNCpHc2zEDs80QSQG0U4AntXqfyrE9QqABRva7X+mnsB
ZbY2SxkOp0DcIH7uK6aEWCeVf4og9WoT2F8f5UZAkuXYqUpTByDxDOfDJAgnzFOAaXkqvydD
EMeJK2yJXDkIvVxTVGALiIcgMzeshGMiCKgAP7yJxIAqDxl4ZICTzEuoB8R7q2iCZESBIrZ/
WksMbBrVqPmdj3FUsnO5EekIgTdhQgOpYwmTYAxbxdSM4DGUb5BpOsN8Gl5N+ZCcQCJBwRV1
Ge3HICpqwVDGJOo/T1IvORMakWdE7L5RJcvdvZyRiLiz6ssSwbgEAZ9INWKlF+p24P3l1DKJ
o+oWMqgcdU7M/DQoFgS1H5ouL0upSFDEEqUjRyXHPxIOCWsxqEJQOQ1Fj8SkWqRrX40ZaGjN
/Kng8nuWt4FcCViAf3IAg1bqRAlTgrV86YgA3dXFeCu7pguCu5+ww/BCZjgY/ih0jz0dPHVm
CORApVSxxqSamt0z5jmRQntdlAhzW2jd5QMIGMWsS5fxIxYgNTmqhzyRyYAaoPMAm3BERkZS
1JFPjTklwGZkDhKUrU4KRhHECjC9FT0pgPSDRaV+9BnPmW3tShjuMwdqjvYrgCPuKnEFi5Mm
LoFiQRYBnTsSGoTT3UXYiwiA1O7JAREoSFb/ALl89jlhi7ntMjnOcyeJVdsSajyqqRAYUojC
QLGrhHbf71k+O5Aff3elHbmCIRLEHRCxjIPkKojaJaMnBDCVF8rd6SB23/WvnbQjEt6taoks
AXJe6PUBXQssZSDmjltPCiHyDuCJD9qEHMoWY1dQmTiCHYlAbc3a/JMRU28yYCnE8FuSMsQQ
wbmspHIh6ikmQjEvyAf3ZpqgtctT3V1EkG0gF0tWpJuESLC72YetjFBxkDViLIEVN3Llu5FG
AOJuyLgxY6HpWMotVyXCMTUa2/VFOhxVk4FvuRJvx8oIugSKXcpqkctEKs1URIPS6nAMwJBp
z7yL1o2Jrf1kItrdQEqj+CJI6RYo/JkAXqNT4UY7hkSTdzRZOABoOITly9zzTjoAsQnxBYOT
xW5ONAZGhXNVVEACIvdDICM4lqVp7ckRGsZBk0KSxfhX2VWYjK5Mq+6rZBrgt8KMYmRJpKNv
D1IAAQY1OTrPqxZtL9rLyvfgETixDhkDJgCAf+JZuJE1EYh/iR3Bt/L4kVJ92KEsiYgORo6m
aB3cNkpS3MowkT73dTbBlEG7EpiSNCSXTyIjKNQ4oT6uMUJEmtCdH722qyIMtaflmspEyL0E
qsiZgkigPq/Cg0aNUj9KJFR+IdCRsbBbcAzzk7O1kJtyAJFvaTEuDXh+ZdgANRhU95F6HiQ3
6V0yBOoRfzA1r7yYFwKuDZvawR1HK3iRkaPdh+5YtkHYlU6hy7KePTLSn7k/4lctUQz+bycE
1/N5RCP+8fmXzJ7hi50RjGZcivEqXzZmYtF+HtI7u5D+2Iv8yLknuYRR24bUpSJo/TQd1R3W
I3GDjR+6nbp4XWJcE1DUQI3KCxj2kMJFhUgrHfBB4si03PBGJNNBzU26miacU5uTQNX8vl4J
iRxdnQMaymXPq38SHq8XW5lVpUJ0HsoPiQaAirL+2BwAP74oknI2MLB/dQgREAkA8vDkjsZj
G2T9Ddr5XkMojKQFI8URH6b5cgW6+I9lEEnbcOBEYhvEh87cpOpLk/HkomcziKEWv7KiNueM
pFsmfp8CxgTKMu0TX4VLGVJGkSG/Mh8wZAaav3UIwiIR4kX8SJBADVOiDGkaB0QSSWdAdocq
Joih1HFDagGnMgEychHamAIgUlE/qQhCAHA6nxSRci6hsi22KhtT3kwBMXqLgIN0aMhoG4WR
ag1J0dEmNQb3r4EDIEHjzXSBS73RcAcXoiSW9P7Yqn4B3PjWV4i4exTSNg5YssYsxsU1HsQ6
sa20TFwX4Iu1OJsuXl6o5h7IYgRHAByqCvEpnc/dT2UAQz6aIkBiaO1k1uJQFXNjohkRkLHg
negOicQMhxv+VESgxlqRqnr1eaJC6MWYCpDsiJEEtfzqcZBpCR832A581WqtqMi+MRTViPZR
b0grcA1Lg8AgKOQzmnvLEgki5NSfeQMgSHY8PiWIaXEP+VGLSwd2qz+yuSDX0UiYCRIua/qT
Si+lNFEQBEhTgm3IsNWdypEFi71NkYyFGqdSgAC5tegTTIiTZNGUZOHI4JoAX1/ajnQR17MA
miBJ2JI0Hrdpa+n9KkYmtwEJGHzSKhroz3NrAHVRGYiSekS6VWz01W7IEM/F7BBsmkaCgHxI
B8QKu1UTIZPxLn8qo/mAp+dGlI2P/EiWrqL+6rM/El/hTEkbmh/qUgRIx1Ovu4J9skRBt6vv
KxBubN7uUUBrqe0sxrRyP0xWTkvUC/xIAltamgX41NFEwYvdv3ISF5aBVBC4jiiCWcUUZFzF
qNZDOYA0GqMowJBsTSiBEHEQ5DottyJFiBb3kZbe0xHqy1R+VsgyiHkZIAbYhxb+pZneIk/Z
AR/vliePxZLrmSBwL/qRiSNx7EgEgMncnaFSCSyYEkcLsiZDt1jJ3TcLeWMQzk6rGcQIxAYj
Uolo0pUlEyYiQBGL092SZn5MsSzc6ppxLcQChETBi9YkH9SdpNa57PZTsaaBVonIyH3Mpyao
rdOKBqkp5esKMiIHGWg5oQMqxo0u1LwrEgw4EdDIfP3Y9NjGsviioCBlIv1F+0pxnLAsxEqd
XqSzRPzdsyJAAjIE931l8mMRIk4gkGNAhubpidtrRFvEmAnIzvw7vUs5Clg5L+7t4qNG24uA
A7+8oyMYxMbtq3Zl0qOYAiKXW7uOAXLAG/vYpmAPOqJIDAVJ/bkiAz3JPSShcSNgCqhxqDT4
kZQIkBUxCyAAN+NEA2UdBTVEWBFhdGUfTGpKqSHpVCMmBPBCW2CSAzHVGcT1RNYaOjGQMSLg
WQsSbOSQFjE01ACNGZ7ckZGIAI4uQUCB50JRLEWKjOe4SOA/oUS2RGp/cgQPPSyaXnpwVhS4
ZkBjjLlZABnN0APNkUBLblOGkwhubdX0N3VCTL8ExZxWiNa6glYxq2v/AArDFokPlx7v2NqB
oJSDkIAOcen7lUEFbZMWjiwJLB3RDn0WRADiwAL/AAouXGoyYfCmi8WZyPVPiX/j/MH+nll/
ShQ3qU+nFU4s3FbkW6lDKpL8gVQDGxBqPiVLNRkJSERECgkMi/dQ+ZcigdhihLb3HgKkA/qR
nCTVcVoPhQJ3HnEuz4qMpTBY0etFmADJ2OVSgdxo0vePwxR24CPKMbv7Sgwwk3By/rSQlvQj
ISqCaMuuGJDhhb4023Mx4BnPurcgZGQEiCTXqHaWbWqGP6orM1BqCdPEhKMzF6Fy/uxigJUD
sDRviVzIyuXqPeVBkxBD/wA8UKUNwhGQAjoRWnsoTFI0oyYAxJoLgJ9wEkGkblR3IAgaMsCT
HiQ+XvIxkWF3NQ/hirkx1NAjKJLGoAZmTAMddUTuEufuKaIMmuEwDB1QMdeC+Ruesegmgf2V
T+P7UAActUIXATW5a/EhKLE6g0oqkB+TpqEi41ZYyFQbEUUjDZIGmAYDvyXTA4lw8hVZRL1q
JURmJARPaDL+4xB18y295ycqGJt4oqlPLsyB6sghwGoTO4K2tyOgII/ci1HoVQMeKepYuI6F
RAiYyJD46+4sW9VscaMgd6QiTYan3UR9LtGYjQmfTRfM3/qZSkKiEDb4USHlSpN395REhqWD
oQiQYkVOj+xBAgtP2eSJmZl7YjTvZJwQ4LteXhWZfbJqXDfpR2d2AiTYnp/MjUHG1a+6ql4n
jVkZCQDijtUhCEz1k1A6i3qqcjAwcNHR+9Jbe3PcwYVeqls70xUUMizrDZllh00TgtyK3cge
o5A27Suw1f8ApXQXiBYW8SGRxegBstJSt5/BksQCATqolhGtzr7qESWL0NiCnAJANQNUAehq
sari9mRnAYvQhmJHjkhKQz3BpVAACLivFGRDi72KqxDueICO3EZkhq0iPeWciATrogcgSboY
l2DVNWTJ1AbbiThiKt3kH7TByQnkRGPGyMPmCUxVgVgxMjSIpU/EvmSmNsH1QBKXxITnOU4k
2JxohHama17RshI1AsdfzJomTPqdPCgdyRYa1/cj14yNH5LEEge3HghEyMpAVJo6gZyy25Am
ANx5OSogauLMWqtv5jkgsNbe1JUDcPQtvIESBLfuVXPmVB99UWcSP3KJkR0m98u7kmyj/n4U
JTeUY2ysuqbNYCyYjM2cmil9Nt7USBQgDIyHvKU8I/TkGkTSRHhQE5xDDsgshkcjw1HvIn6f
YMiLmTP3lKU9ox2hcuOk+1ghKUHjpYujLbyhvByKBj3Vju7RjuB3qQ/iUZyPUBTbHUB/3EYC
MQS+R/Nksukyj2TRyfdUpRMRIOABX4kcy0pHQkVQhIyMI6ykfyLKUjX2Tx9aS6qkclI1MWCJ
qRqGWQJjDTmnIcML2TA5iVaUTVpxLoCrmjocBbze8uktEfh7WMVWgOrfuQEpPEs38qAiQRFZ
EHzRU6SGJ0F29ZCMImJjckUUjk7l+CpVPGp1ZMHLXFgiQ0Ynm5VfIfqtzpwYRetU8NuU3tJi
AstvIR1B6R+ZRmGMj2wNO8jIGUZ4uG9UhP1T2h6stUNnc2htbg7UJVQjtiJkBVhb4VjFgTbz
os+VigTc6ImNXouojElPGh4cVt7FCxcsBf2VXbYWIBLeJAbJJiwcniqXViW4Lai2BxcjWqID
14ra26VkZPrbyE6izIOSG4I7u2QIikzLn7Kyzq1m9Zs1TyEi/wCC39ycSGLARFRELKJIJuC7
qNYxlqSSSEBADKrGTRHxIx22JPacn9qM5iEIyDhzll4sVKZ24x24lpAEkh/Xiie3KQaOLOD6
skNwEyBLyJJqozAAbtQL6IRjECIIPTd+8gdmszQR4ppA5AkGJLV9ZMRkXs/H1kCCSwZddCGL
BdbvYhR3Nkmo6xcA+0jJxTihIHGJ0FyQspejkiSanj/SqBjyqjGRvxoumbtw/cu61QP1JpA8
a0ZAglxZDb3oTgTQzusYvKZoANPEpEz1pEGn5UJMD504DJm86JJFRpwKJDhuKERcFwwYeRlt
mZ5luJV3PA1spCRye2jKpxHElCImdyQ9WAMj72KIh9Oa1eRDKQ3NsR3DWJHV+aKE4QEWqwvJ
vakhKYxILFmRIJcJ2clSMqAHzMERCYlKN2rT1clniSSOkD2lKW8Mdw3i70QIkcrGOg95OPu8
gEHuNf2qMPlvHEOTRBwxlcvRkYbppEUA4nxeSvo5pi3GyhF3E9CAwbqzWWcceD+s+CpfVWTE
UXzDAGTMSQi0MIh6txU8i0SXOgKZmFCXGXw5LLZkAfXFRH4UPmRBDNl2h4UdrbETk9I0FFGe
5iYaYivwogAiWpPNCc5gkal/hUiICukqP4VlImBILVLDvKRDDdi5BKE9ktuQq3qnuoHej8uc
SzDh7aYmpssQDwNP0rchGZlEs4RlUSFmXVHo58e7imZ4cdR7youHJOLa1ZAxJ5uxVBkRYuEz
dnlbwyUmuC7O35UfmQcxto/dlkqDCADdND7ypVZFhVg9EMhL3Q4omi73LAFh7ykeqTXH9KPq
8q1TPS7eQSGhdQlBmID8u8gBMRcXZFtwSAFS7FZQiHNcpyzbvfLksZ7gEXttgQLItuSxFOo3
QEZVFG0REhQ8ERAUNWvVaNo/D2U7V0W9JnGJ5ozLgE1ATYmT3ClvwYRkQ0T2li4ANzcIizcP
3Jm9K2wHZ/SgCaDVEGr0CmxJD0BNB5MzuRJ9l6rqBI1qyy2M8nYgUGP/AFFg9QbtWo9rJEk+
R3TO/JBx6U9JSmp5Fn17LKLHIE1lEVI7yiGJlC2RNUSWL6Mx7yApFjbVkTkSGdzWyzdn9VlE
bgxEqAvQJsTIHUfqxWMbEXFiEGhi9CR/KsXbcFTlT4ZIkA8T6ECC5Ir6FDdjQSDGtKd1dRDD
gji0hwTRBH3M6YuCE5rzQxNX4shkGBFwaLGnV6orRPBo3JBKO6ACbBNIY8q/pTkZRvV3+JPF
zHUVojHcLtZgWPxJi8jozBExPnFRTuyRxBi9ZOb+6iJBzoXVvKIvqQG4FPuXFKlkSYAGeo7J
RcPwKoKin/Cq0Og4oFvMAE3HRE2IoAVEyDcWTg5ZFw6lDISLNKMUZbA+ZGRcAGoTbsZRIoXC
cxJGibbFTaIWEw0h5DNqbcSfSjkKXLrz3C3DACQFwXd/CgQBarOK96M08qDhqUwj6XqpRMiI
RLCtYv3UOrp4qyohFvSiQaVrzTa/cqMCzF+CEpgWZ0GABqAAKN4k5qeIsyMgXJFTzCoch7R4
qEQQ2qwIeuIGhWG4McLcO8jTqDsBZvV7ScgCJNkZRJEWYRaiGLSErMqMRK4WYHVwC2pSAYyv
6zo0EhzP8qcgEm44IMSToueqfitPObImbMzOLfEgYvKMTcj+lGdhca/lTSu33+6taUiAP3TR
lGbnSJF+7jJEyaL3LsR7i1kAfNHxJxHMG1yQjUueJZRcHHUgX+JEkAcGV/K1yZUXyyfOQidv
+9C4ALt4MkSQRu+tGTj9SowYuwuiZi9qoRlIvw5LGIMy+ob8yfYjGII6Sb+6hI9nWoQM5lze
IenhRntAxMrk+ssZDpu7oRlCMwAzm6lARyizl9CjKMSQbBrKW7CAiGfpoHRxiWHpUt3cBidy
gCeRYIEVB9Cy2zITmHlWiMDEGMroAw9JqUzCMTw/mULE7hclmKuGZstH9jyariiCABHUIsA7
0HFUJfgqlqckIxOR5ogHqN6oxIxloVgAPPo6cAvqjKTuKggXTAsZEOUYkO1ijGVPxVG87/mQ
iScbhkYahjyRFih9II5ESEpaEeziiIswsETiwNHJZ0QR0m3D8qBa6/z8mJkDHhY+8jKIFdf5
UMjibvanvKpoRWjvJAsWNgSQiZGTaDgfHJGUjSxaqa4Bo71TgtXQmiGg5X/MmDgc7ui1EKeU
CJAlEl+KeVhwQagKM+zuQBxkNF8kxEjaEjc+zkhLeLA1D3QchzRiKITgKgNeg91ODoxQkWYa
BOeFEREhiKOK+LJNWlwiHd+bB00S41Jt+VVjlE+miAZj/j1EWpIXIomdwAyZ3P3K9Rott6Ur
L9q6ZGcuIDR/MgRWb1B4e6jKkABSNar6edQIRahLeysXDNw/+TyeZObcEwBIAyHp9pZAM5em
ndWVwBUNX3UJxBANxILKhNg9EJRJGhKAk7XdSwOQjf8AmUTCWRmHIevhRO4SDI9mzd1CQci4
RlaRNHWQAB1BohjXjw+JNIEh6elDEVIvqmutnfgHPZn+3spq+YlZA4kXrT4UeL0pp4kSztdi
vNqE5RuZaMiCQGuSHY91DOx9bWnsoGUSCLkmniRkZkAcQGHeTCQY3rf4kIiQjEWD4okSAJ1u
sTQ3Y6otAgs64Jj+KYeWe2zxIcngQg9Yy1GjoY1I0RYUU5QgPmisSLuOrpQlNo7gLTizFx3U
BVredMAxTAMBrxQYFFgQeCEgXpV0SA3NEycE6P8AvQcjp7Q1PxIR+n2p7gJ4MB7yBjtxgXbU
n9SYbkdsvXzIZfUh/MjOO8MmZAAZB2LtZbf1gP8AdAEZB2A+JMw40Wgb0FAT7JoXBsoQ2ZNl
JoRN4+1ksXozY91/bVvJw4Iyd5BcDcUTEv8AhRZsahgAr2Niru5sm7IdHGpIrVEAUN/Ojwlf
LiuoiUYuU7DkEZg4m33oRJIA49kqrPyTk1FGCDkNpxQMCwgcpADJFjkXvdEmJPAgt+VAAuye
lrEoHXUfuRDUIrqqsBzT2bXRCAYNdqn40JMOTl01ByNvdWIoXvdOIxJ1apqmp3gSqUA9lymk
DLIX/aqUGg8jn0eUzkwlIBgBp7SJcs9H4p3qL+ZdcgdSRwKeMJGILPjR1836faMCDUktGY70
VLb+oBhvxdoix9hVFZXXDghGNAHehQMSRfm6LtMtwQpSNj/StwbhYl2OnhQ3Zj5kpFzF7BEw
22i1uLoU9GlVW5LBmV/OLIFmHLVGgY2PNFg8RcA2f1lLbcsC1aeS628JZSiQSK/pQ3W6cTpV
+np8hLO2gTCgRL1OnJMOqOlEXsNRdAu7Cy6Q4rVYyqWYEIgH71YHT0oyBBDWCgQb1rxUy9QF
0li6APpUJCQZmbV0Yy0uTdkH7L6CqFXf71utY0Lo4kDgAFVsTfUrFmTuDLgzfmXp8ho/mRrj
Lg+ilhIGIu90C1dEcjiTeuRQAAYF6lifFFERhzYcUYkNMXIYH8yMiWbUG6oX5txTg11VfP8A
YMpTz3JiofshYbEcQbFn/Mh/5E5ZcLLKMA5DOyqP9yYU9CrcWIv4slEbxz25UG5cj/qqpBe1
UCKk6vTwxUZRpEVPEosb68l6aEXRjPq48lPZ3SRCjHT3kx3oh6M9Vid2LNx0WIk4FiUYxcgX
o5/KhGO1MnizBGX0211m8TcD1sU8oGEo9qMhxCIjltSPaIrB/eRlDdBArUM47qjUYm7jj3kJ
zBnMamzrHI/Ku3lp6US9tCr0RIOJ1AqD7qOEqtR7I7c76jRYi70WRFDcXRYUsSgCXYM3n9pQ
EIOBcckZAmpYBc3qOKrbVSLPj2UenEjgmu9XQvQ0K3YmuId+DImJ8yDksa0f8qoGrz/Nkuo1
4MqCou1PI1uYQHaITgAEWZ0CXPF2uv8A+ZkNoxLGI6hJv7ckZQYiwEqlSODE3JQqAL+dFwJG
wLJrHmr6MmP2InHqjd6A97FDGIogwd9SnunkaIjOIHnrRF9zLEW/ajtbcXkQzsyhDeIDAAjX
4UOuIiA9aFDDei5ozomLkxpQE1RzhJtDZdEIwAuZVdCYjATplIF3ZAzByZjoPyowESRwJWMI
4m4dYkB/aCrINwHL2k8Szc11iunBQlQxNJBtEI7YBazu/uqIkHPFEAORqsni7M7+V1iBW4JN
GRadTpYBGE6HQ8/EsWJfVZAO3FF4gh9QgAsYi/4py55jkhjJp8FlIsTeqBuTqiyxBvVSAJYU
QLFkeBLqUHZwXLKcQBLqNQA9PbQNoxrXj7qOjWYLEV/igQxa9X+LFGoHJU1V2Oj2VQ3Fi/ky
q3HVXrwDBYknHUAalNDIx0dav9yrf7Na8kCWAjQehGIPWPQCgNiOc5c6RWf1G7gOEafpQjAt
MGs5VNfZiiBtOLmRAZ04MIbdziGJCx2xFyXBkKkrPcmXA7QYBh7KqMnu5dRlCAJvW3hRYAAV
Ib9KxkMpA0ojiCBo9fyovUGrWb4kYlpDVAih0BsnPoQExjG9v3JhKhq1kWLcua5i6jIdTVYt
Ru6mzAlwKMROIMCHr+lHbjISIqRdgscg3Bvy+U0tUc0colyS5OgVXD0BanxKpNC7lYs0RcgI
jQC+q1J1TXfhd03aHBVLQA1QEQA1izFu6oiwNTxTaCxRa+ixkOoBfMkGMy484QGt0XtIaISe
i3IRkZVM5PQ1RAFrcFiQCRqCycZf5umiCCSasUWiMhUv+1VDpufBHIVOuvw+TpLEWQgWpcmn
6VWrihH8/k4fadRjYguSFCU4gRFQXORRexujwHC1EaOdEMGD8aIggEtVCLRiBwugXBEif8Yq
hDnhwTkilnWZLmx4Il+aziK2I0RkYgSapPBWeSBawRLEy0ZMCQKmiMgcp6CPH2kRKshViETE
UifQUGmAI6cVKW91RLsW17yeIwI4WKgIgRB4BO44Ov/Z</binary>
 <binary id="i_008.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RcqRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA9AEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MzAAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA9AEAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAACgFQAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABkAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A4aouZd7AAAdSOR/nI9uSH2MaTo0exw5Oup/tKjaLBeQHSJj46/mfergaDadwEAy0
OMEcaf1UlMnPaSWtaDuAGoB1VT7Nbc4itktghvYK/UWaucA390f7lMN3gFrpBmRrM9huCSmr
V0oOIc9wDSJEESZ/e09qlX0yt25u7UyRMl2h8lpYuKWhnqEtJAadOJ4VtmO7mtjn+cQSElPL
ZGE+o6AESAQ3v/ZQGXOrsBkgsiNNNF2rOnZVod+h50lwAICrW/Vpl0i2mAYALTBH3JKef6Xa
Lc+sP1G87ifP2x/nLtbgyzoZrIlrr2Vub4NLHudqf7LFi2fV09Osdc33sIEbvpdtP7O5aZss
p6De7YS63IopqZBdJG/IOo+h+jYkp5iuw49t2ONK3+0g+I4VbPp2ukgOIAcCD2OslWc7EtYX
ZFjtjdwaHGB9Iz9GfU9jX/pLdvsVs9HsvYfVu2kCWhvuBBH59n0Pckp571zE7/dxEafd+4ku
h/5qVfZfW9Q7N/p+ps03Rx/WSSU//9DhLGA2E7gXudIE6ad/5KIx7vVc1oAcSDtdqSfNO/a2
zawSHHTsdTo795y1Mfp77K2ubtcNCCAfo/SSUiqomS5hJMGeQrNVcuBNcAaeA53LQp6baWxD
onQRp+VW6OiG6PUJImCSY+KSmlT6TSHOuHukEGCCfzdVtdOtLbHVux/VPIMgED93a1b3Tel0
U1ABrTH50CVqUYlQO4NGscJKcejFrs/wJY49pn+yjfslsEtEEahx8fgt2rGYDJbJR2sDY9vx
SU8g7pdzw5prdAHuJEgED6XCm/pdmP8AV8vA0fkOtsaBqGhhpr/ss2+p/wBcXYBvgBpwg3VV
5VF+KdzW2NLHlvtI3giWP/f/ADklPBY3RsbqHSnO6k2yjEyTu9QSLTU3bZVtZ9Ov7Xst/N/m
v0n7i5zon1jq6JmX4FuDVfj/AGhwqyjS43Y5d/gfTur/AJp9mz0WP9L0vWs/nF6L1LoWWcSv
CwXufZe6tt2da4TWyhmxlh2em6y+zaz6H03oeP8AUHojpu6kD1DMsdvyLnTWx+m30jjVu9P0
f6/qWf8ACJKcX/nlk/s71vsmN9t+1/ZPTlszuj1fsfqep6vpfof530ftH/ddJd39kx/R9D02
+jt2+nA2x9H6KSSn/9HisHqPRasxj8uq62vcfUsrjRon09lTy31fc79+rYt/qf17wKK20/V/
HN9r4FmTksG0iZ9GvGG57t/0H2eoz/g/9Ih4P+LC63HnMzxRlOjbXVUbWtEbnCx+6r3Nd7f0
f/TVn6hdG6f0zqQyOs21U59Fj68fHybK2NbaHen6tVdrt1tjfS/R3s/sfpPTSU7/AE3PpvqY
M7Gt6dmhs34d1bmFnYWV+p7vs9v+AfZ/o7f9GgWHOyOs114odW0EMopB3eoA4vfba0Ttr9/v
/wCArXLt6rOTl/armX9bzLbHOLHb6/UDnMZU+6dnoVsaz066nfzbP0S9H+qfTXYddpy7W5mZ
Q92OchjSBFe0X1s3w/8AnvY//i9n82kp3MLG9GoMsjeB7i2S2f5O/wB21WQWA6wE8MI10nif
9iCQxjiSY8JSU2W2A8FSaSNOyqtyI1GvgAFP7QTHMeKSm1Ki5s/DyQPtBAMmD4KJyj+bqkps
hkGe3ZImB5Kocqw/LwTC6xx493j5JKbO509o8EkGbI5EpJKf/9Lz3K+sf1gzdzL+oZFjLNDW
LHBh8G+lXtr/AOilR0/IcG351FzKchv6LJsa8McP3q7HDY9dd0ToPRanbMavPy73VPpybWVs
NDvUb6ftLiz0fRuHrs9/rfvrq+oY2V1rpw6dlsZiZWwOx7q8lwNdzW+y5tePS9no72/zDrPo
fzX6TYkp4bo3+LTrWVk0vzYxOnvY22y3c027Hjd6TMedzcnb+/8AzG9endOazpePThtyH3en
IZZlPD7nlznWe9/6P1Hbn+32Kt0vJ6p9jZT1SmOoVk03WMLXMuc36GXS5v0mZLfe9nssrv8A
U/RVqn1D62dB6dlDGuu9fMHtfj4jTdY0j6Qscz9GzZ/o/U9VJT0I6lW200uuay11ZtLHGD6Y
O19rd3+DZ+epl4Dj3I7/AMV5N9afrDk/WO/GqxqXdNxawSXP917pLvc91Xu9FjP8D7P0tn+E
XWfUv9phllb8jd0vHY2tjLWg2OuPuc9ln+CorpFf6P8AfSU9cLSRoYnskx7i7SXeXhCC1+kj
jlSNzgJBgjhJTb2TrMSmIYBEwR3VT1ieSPPun9Ql3x8UlJi6DzwrDHNY3T7/ABWeZ/O17Tpq
i1NJA/d7JKbvrmOBH4pKvuEQkkp//9Pp7cVlYYK/YxggMYA1rR+61jYa3ahbg3ST8Fcul7WP
a72OJ0+HZyEcYOySXaCYnsJSU8J/jF+sOdh5GL0zp+Q/G31etlOrdtc7eS2mo2N97WMrr37f
z/W/qLiMMdUte5uAy5z6q3PeMdriW1j+csd6cuYz3/pLFb6yM/L6gcnqdwf1HJcW21BuwsdW
44ldWxjQz/AbfZ/IXqf1U6TR9VOjNrzbK8fOyXC3JfI3SBtqx9w/nW4//bXq2WJKfM+hHPzL
7Y33uvOxlbNXGw+72Mb9H2b9y9Y6di/s7CoxC6XVtHquBkGx3uue2fzd651mFidN+suC7CqF
WBmZV11JDBW5pspPrUbfbbZisfX6mE70/TYyy6tdI+2T7fw/ikptC0DvPgkHF/l9yqix0+P3
o1Fuuuo8/wCCSmwJaQO/mjMI0PMIRc1wiP8AeiUlptaw/nuDTHJkwUlIvtDDZZWx7S6lwZcw
EEscW+o1ljfzXOY7ep151JyHY4c119bWvsqB9zWvn0nv/r7XbF4rf9ZutYH1h6pnYOQarsy6
0WktZYCPU3shtgtr9m39G9dL/i4zc7qHW+r9UzbPVutpaLbDAJe6xmxorb7djWVfmN/RJKfS
/VHGnxSVT1tJ18Ofmkkp/9Tbb1H0iGXlrKhJ5OmvO/2u/wA1qhl/WPEreRBuaDMM0B/zlz+y
/Ie+4bnS4iXHT+x+dtSFWHVmYWNn3+ieoWGvHZWCS4jvbY/+Zrfc5tFb2sfvs/c96SlU49vU
avsr8ap9uRkuz7XxLhY5zvS/T+zZRjM+j+/+k/nPUW5V0/07S/Ky335bvplkT4x6jhZaxv8A
xfoqd1+B0ivHrfFFWTkMxaw0SfVs3bHXOcd+z9H77f8ABonW+q0dG6XkZ1zXWCnaPSaQC4uc
2oN3fP8A6CSlV47SCH11yXB4gbjuB9j99vufcx30bUUUBpAnXvPKNhCnJrpyMZ++nJY2yp5E
AseN7J/c/ltWL0f62Y/V8zqrMaoXV9PIfhsbo7IrAcxzve7a19t7a9n0P0WQxJTkdY+ubekf
Wi3BvY84GNQK3Nrgvdc9rMj14e5n0d32f6f82rn1U+sv7d6z1Kplbm4VbGPxi8AOaGn0n+tt
Lv0l+/f/AMH6a8wzMzIzsu7MyXmy+95ssce7nGf/ADldh/i0uP7UfWxgPqUW+q/SQ1rqrmub
/wBc/RpKfTq2nadBI4MKl1s309G6hZjh32gY1opFTS5/qOb6dfptb+c1z/8Av6tMfHw7eKrd
T6pV0nBv6m4GwY4BbWDBe9zm1U1A/wAt7/8AMSU+Dhdr/iyZkftC9zJFJrIu1EaaVt2/8Y9v
+Yuf6RgU3vf67d9cSD840/rLrvqZkWYPW3YDdj8bLrL2zAsY+hrrvYJG9t0v9T6f/QSU7v8A
zv6T9u/Znu+2fbPsHo95+j9qn6Ppep+h2bvVSXP/APNWz/nj9t9dv899u2/yd+/6X0t+78z0
/wDoJJKf/9XTbXjhzmNbxJnzlcF/jFyWn6wUCmz3Y2NU0hpgsdusuAbH0XbbGW/216BVjPBf
Y+G69zAA/lPd9FeUfWXOr6h17NyqyDU6wsrc3hzKwKa3j/jGV70lOtT1PqX1tzB+04sq6dj3
XimgbHPs27Wv9rv5+y30f+210X176pg9U+qTMrByWWVvyaS/byXenY99Dp27bq/UbbYxef8A
S8yzAzqMxji303jdHdsgWsP9Zjl0P1wycTH6Z0zouFWWVs3ZlzjPvfd+jrf7ve5+2qx3/bdX
+DSU5eD9bvrF0/APTsXMczE2va2stY4tFgIsFVljHW1fS3/o3/ziu/UHNfh9WyLG6tOJduEw
f0Yble2dvv8A0C5pXOlZdmJebK3+m9rHOY6JG5rXOaxzddzbf5p39dJTWrHq2y8wCZcT8Vv/
AFfFzcunJxHGg4jxY3U66/Rf/Jtb9Ni54bgA7tOh7SP/ADpWsDOvx3emyXMcQSzzHdv8pJT6
5h/WOq61rL6PRY9231W2B7Wk6M3tLWP27vZvWd/jEa931cdY0uYaMiq3Tgkb6od/V9bcuSye
ttxcOk42251k7zZI2x+a5rSPpbv3lVp67fecpmbbbkMzKzQGGxxh7iw1W7bXO9m+v83/AEqS
kHQsi111otJcwMGpOgIPt/78n6lkWMyBkVWFlmLdWaXjloIc/eI/l1IGPjvxuo/Z5DjMtI8h
57fzVDrDiMx1Q+iGsMRB3Fu73f56Sn070b/+dv2if0HoR6e3Tfv9PbP9VJc1/wA6M39hx6DY
+wbPtnqGd/8ARN0bP57/AIP/AEn6T1EklP8A/9ap1XLZ1K30Mq61+4ksrYfSpAafca6mbn73
bv53Itf/AFFyfWej42FW7Ipe0t9TZ6RmeN21jmz9Fvufu2KWf163H6pb6bQ5tTnsiYk+5u5z
h/o3fmfn/nqv1DMu6jXRjYrH2Mol1lp/OseGte4n9zT270lOU+xzgAYgcACAFt9czcnrIx7x
jltWLQ2t15G0vdHqWu5LPTbZv9KtQ6bgEO9NlHrZIDn2Pje2usRuc1n51u1ad1xbWcd8AOAB
JmdJ2uH530Skp5Sym2otFjS3cNzZ7g6StX6rU9Os6sHdSexmLRW613qn2OI9rGPb+e3c/wDm
1X6pcH2MoGrqp3GPH6ICs/VWkWdepocXNL22D2kAyK3u5c1/t9qSnuOsjFyvqtkDGbXfhOZ6
tTqWgtaQZN7a4bs9D6N+z9NVXv8AYvMWOLHNcOWwR8l6ljZXRen5Q6ThtFOS8OsdWxh27mtn
9NZAq9TZ+4gv+pPRM2t7Meg1WPdNbmOPtcQNK2uD91bvpelZ/wBa9JJT568jcNv0H+4TxqOV
Va5zHBzPpNII8ZHC2uodAsxia+nXu6man7Ln0s/Rtef8BS7c92Tf+db6DfTrWx9WvqndjXVd
T6i0ttpcLacfQmWe5nqf2v8AX/RpTUDKPXOa+JDC1x7BrTuL/wCS5c3lXG7IssJ+kZ/uH9ld
B9ZOn24zXZFAccB9gOhMVPJLtjmgfzX+iXOBr3OIAJcTxGv3JKSfbMr0Ps3qu9CI9P8AN+l6
nH9dJBlJJT//1/NqcZuT1E0vf6bC9293Jifosb+e935q67pvQsOym/1LKq3V/ohgsefWb6n0
b7Pzfa3/AATrPW/PuXKW5V+F1HKGG81EvtrFgjftLnN+n/g/b/o0Wjq+dh4oxsS001H3EsAB
Lj9J73R6m5JSJ+dk0uLq3GiwyJr0czljmB/0m7vz0qc670nuse5zg9m0nuNd7Z/qqpa51ljn
u1c4kmeZKmTtxg3dq9+4N8ABG5JTDcX2NJ1LRE8mAPaus/xfhvrZ7i0OdsZtdEke73e7+XvX
ItJnTsJ1XoX1U6Yen9Hbc8frGdFzhwW1/wCAZP8AKb+l/wCuJKdq52yiwBwraWl1jwIOv0nu
/e9qs1YVb8W3F9exteXU5hcDLhvbt9WrZ6fu/te/+b+gqDiLLvREttI+kO37r/5Tmwrjy7Y1
v7oADh4BJT5n07qeZ0HKsx8ilw2vBspeDW9rmy3d7v5LvoPXpPT4zK2X7XspeNxJG0xHtHuH
+anyKqs2j0M2pmVVxttaHbf6jne+t39RFFteOG47IZ+6wawD5D6CSnK+tOc/pfS7Mnp7A+1j
mseX+5rA6R6xYfa97X+mz/ri4nofS8rq3URm5H6SgWeplWEuaXGd762Or2fpnf8ABu/Rrvcz
YbTTYA9trffW4AtdOm1zT7djkGutjGtqoaGVs0ZWwQ0A9oCSmf2Hpv2n9o/ZafWjfPps275+
nt2/TSRvsz9u3cI3bu88Rt/dSSU//9DzLNEZuROsWP8A+qco2OBY0dzMonUo/aOUBoBdYAPA
b3aKt8UlO19Wvq3kdfvuZW9tbaWSH2SGF5/mq3uZ7mt/fS+r+Pj0fWnDwusUbqm5P2XKofoG
lxNBD9jh/M2u3LtfqP0u/A6QLbxstySX+nEOaD9H1P7DVk/4wuhXMyquvYjSW37K8st5Ze32
03u/dbewMb/x9f8AwySnmMbp9hzj00tIudd9mI77i/0na/yF6fcxlcVM+gz2sb4NH0APzvor
h/qzc7qH1nbl2tG592RlkDgPLbLPpfyXOXZvf6l7Wt/OMT3H3JKQ5eWzEqAfU+w2Ew6thLWn
/hbGbvS3q3jObZQ0tLiOCx4hwI/eVjHa2qRX7Z5I5P8AWKdzSSS4k9pSUwLYGkmT28U4pEEx
tc4QXAa+X+b/ACkVrNNdPBKshuhJSU4N2P1NvUQ+26t+GGwysNc6wzw99jtjavf+ZX7PzP8A
hFcogNECRJnxRsprbb2kOAazT4lMKtrTqHGZGqSknt2fhx3SUY9kT3jynwSSU//Z/+0fCFBo
b3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgAhADhCSU0EJQAAAAAAEOFf
yy0L6u0ZLmrL2WPjfoU4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAA
BQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4
dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0
dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAA
AApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZD
TVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAA
AABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAA
Q250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAElu
dHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAA
AAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50
RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxA
UgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BD
AAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNj
bCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVj
dEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0Umln
aHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQAC
AEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44QklN
BBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAA
AAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAA
AAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////////
//////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////
/////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQA
AAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAAC
OEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAA
Az8AAAAGAAAAAAAAAAAAAAMgAAAB9AAAAAUAaQBfADAAMAA3AAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH0AAADIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAA
BAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAADIAAAAABS
Z2h0bG9uZwAAAfQAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAA
AAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAM
RVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlw
ZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcA
AAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH0AAAA
A3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAG
YWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVY
VAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0
AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdD
b2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0
bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAA
AAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQR
AAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABW8AAAAAQAAAGQAAACgAAABLAAA
u4AAABWgABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgM
CQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAGQDASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEA
AAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMC
BAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFj
czUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG
1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRSh
sUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aU
pIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDhqi5l
3sAAB1I5H+cj25IfYxpOjR7HDk66n+0qNosF5AdImPjr+Z96uBoNp3AQDLQ4wRxp/VSUyc9p
Ja1oO4AagHVVPs1tziK2S2CG9gr9RZq5wDf3R/uUw3eAWukGZGsz2G4JKatXSg4hz3ANIkQR
Jn97T2qVfTK3bm7tTJEyXaHyWli4paGeoS0kBp04nhW2Y7ua2Of5xBISU8tkYT6joARIBDe/
9lAZc6uwGSCyI000Xas6dlWh36HnSXAAgKtb9WmXSLaYBgAtMEfckp5/pdotz6w/UbzuJ8/b
H+cu1uDLOhmsiWuvZW5vg0se52p/ssWLZ9XT06x1zfewgRu+l20/s7lpmyynoN7thLrciimp
kF0kb8g6j6H6NiSnmK7Dj23Y40rf7SD4jhVs+na6SA4gBwIPY6yVZzsS1hdkWO2N3BocYH0j
P0Z9T2Nf+kt2+xWz0ey9h9W7aQJaG+4EEfn2fQ9ySnnvXMTv93ERp937iS6H/mpV9l9b1Ds3
+n6mzTdHH9ZJJT//0OEsYDYTuBe50gTpp3/kojHu9VzWgBxIO12pJ8079rbNrBIcdOx1Ojv3
nLUx+nvsra5u1w0IIB+j9JJSKqiZLmEkwZ5Cs1Vy4E1wBp4DnctCnptpbEOidBGn5Vbo6Ibo
9QkiYJJj4pKaVPpNIc64e6QQYIJ/N1W1060tsdW7H9U8gyAQP3drVvdN6XRTUAGtMfnQJWpR
iVA7g0axwkpx6MWuz/Aljj2mf7KN+yWwS0QRqHHx+C3asZgMlslHawNj2/FJTyDul3PDmmt0
Ae4kSAQPpcKb+l2Y/wBXy8DR+Q62xoGoaGGmv+yzb6n/AFxdgG+AGnCDdVXlUX4p3NbY0seW
+0jeCJY/9/8AOSU8FjdGxuodKc7qTbKMTJO71BItNTdtlW1n06/tey383+a/SfuLnOifWOro
mZfgW4NV+P8AaHCrKNLjdjl3+B9O6v8Amn2bPRY/0vS9az+cXovUuhZZxK8LBe59l7q23Z1r
hNbKGbGWHZ6brL7NrPofTeh4/wBQeiOm7qQPUMyx2/IudNbH6bfSONW70/R/r+pZ/wAIkpxf
+eWT+zvW+yY3237X9k9OWzO6PV+x+p6nq+l+h/nfR+0f910l3f2TH9H0PTb6O3b6cDbH0fop
JKf/0eKweo9FqzGPy6rra9x9SyuNGifT2VPLfV9zv36ti3+p/XvAorbT9X8c32vgWZOSwbSJ
n0a8Ybnu3/QfZ6jP+D/0iHg/4sLrceczPFGU6NtdVRta0RucLH7qvc13t/R/9NWfqF0bp/TO
pDI6zbVTn0WPrx8fJsrY1tod6fq1V2u3W2N9L9Hez+x+k9NJTv8ATc+m+pgzsa3p2aGzfh3V
uYWdhZX6nu+z2/4B9n+jt/0aBYc7I6zXXih1bQQyikHd6gDi99trRO2v3+//AICtcu3qs5OX
9quZf1vMtsc4sdvr9QOcxlT7p2ehWxrPTrqd/Ns/RL0f6p9Ndh12nLtbmZlD3Y5yGNIEV7Rf
WzfD/wCe9j/+L2fzaSncwsb0agyyN4HuLZLZ/k7/AHbVZBYDrATwwjXSeJ/2IJDGOJJjwlJT
ZbYDwVJpI07Kq3IjUa+AAU/tBMcx4pKbUqLmz8PJA+0EAyYPgonKP5uqSmyGQZ7dkiYHkqhy
rD8vBMLrHHj3ePkkps7nT2jwSQZsjkSkkp//0vPcr6x/WDN3Mv6hkWMs0NYscGHwb6Ve2v8A
6KVHT8hwbfnUXMpyG/osmxrwxw/erscNj113ROg9Fqdsxq8/LvdU+nJtZWw0O9Rvp+0uLPR9
G4euz3+t++ur6hjZXWunDp2WxmJlbA7HuryXA13Nb7Lm149L2ejvb/MOs+h/NfpNiSnhujf4
tOtZWTS/NjE6e9jbbLdzTbseN3pMx53Nydv7/wDMb16d05rOl49OG3Ifd6chlmU8PueXOdZ7
3/o/Uduf7fYq3S8nqn2NlPVKY6hWTTdYwtcy5zfoZdLm/SZkt972eyyu/wBT9FWqfUPrZ0Hp
2UMa6718we1+PiNN1jSPpCxzP0bNn+j9T1UlPQjqVbbTS65rLXVm0scYPpg7X2t3f4Nn56mX
gOPcjv8AxXk31p+sOT9Y78arGpd03FrBJc/3Xuku9z3Ve70WM/wPs/S2f4RdZ9S/2mGWVvyN
3S8dja2MtaDY64+5z2Wf4KiukV/o/wB9JT1wtJGhieyTHuLtJd5eEILX6SOOVI3OAkGCOElN
vZOsxKYhgETBHdVPWJ5I8+6f1CXfHxSUmLoPPCsMc1jdPv8AFZ5n87XtOmqLU0kD93skpu+u
Y4Efikq+4RCSSn//0+ntxWVhgr9jGCAxgDWtH7rWNhrdqFuDdJPwVy6XtY9rvY4nT4dnIRxg
7JJdoJiewlJTwn+MX6w52HkYvTOn5D8bfV62U6t21zt5LaajY33tYyuvft/P9b+ouIwx1S17
m4DLnPqrc94x2uJbWP5yx3py5jPf+ksVvrIz8vqByep3B/UclxbbUG7Cx1bjiV1bGNDP8Bt9
n8hep/VTpNH1U6M2vNsrx87JcLcl8jdIG2rH3D+dbj/9terZYkp8z6Ec/Mvtjfe687GVs1cb
D7vYxv0fZv3L1jp2L+zsKjELpdW0eq4GQbHe657Z/N3rnWYWJ036y4LsKoVYGZlXXUkMFbmm
yk+tRt9ttmKx9fqYTvT9NjLLq10j7ZPt/D+KSm0LQO8+CQcX+X3KqLHT4/ejUW666jz/AIJK
bAlpA7+aMwjQ8whFzXCI/wB6JSWm1rD+e4NMcmTBSUi+0MNllbHtLqXBlzAQSxxb6jWWN/Nc
5jt6nXnUnIdjhzXX1ta+yoH3Na+fSe/+vtdsXit/1m61gfWHqmdg5BquzLrRaS1lgI9TeyG2
C2v2bf0b10v+LjNzuodb6v1TNs9W62lotsMAl7rGbGitvt2NZV+Y39Ekp9L9UcafFJVPW0nX
w5+aSSn/1NtvUfSIZeWsqEnk6a87/a7/ADWqGX9Y8St5EG5oMwzQH/OXP7L8h77hudLiJcdP
7H521IVYdWZhY2ff6J6hYa8dlYJLiO9tj/5mt9zm0Vvax++z9z3pKVTj29Rq+yvxqn25GS7P
tfEuFjnO9L9P7NlGMz6P7/6T+c9RblXT/TtL8rLfflu+mWRPjHqOFlrG/wDF+ip3X4HSK8et
8UVZOQzFrDRJ9Wzdsdc5x37P0fvt/wAGidb6rR0bpeRnXNdYKdo9JpALi5zag3d8/wDoJKVX
jtIIfXXJcHiBuO4H2P32+59zHfRtRRQGkCde88o2EKcmunIxn76cljbKnkQCx43sn9z+W1Yv
R/rZj9XzOqsxqhdX08h+GxujsisBzHO97trX23tr2fQ/RZDElOR1j65t6R9aLcG9jzgY1Arc
2uC91z2syPXh7mfR3fZ/p/zaufVT6y/t3rPUqmVubhVsY/GLwA5oafSf620u/SX79/8Awfpr
zDMzMjOy7szJebL73myxx7ucZ/8AOV2H+LS4/tR9bGA+pRb6r9JDWuqua5v/AFz9Gkp9Orad
p0EjgwqXWzfT0bqFmOHfaBjWikVNLn+o5vp1+m1v5zXP/wC/q0x8fDt4qt1PqlXScG/qbgbB
jgFtYMF73ObVTUD/AC3v/wAxJT4OF2v+LJmR+0L3MkUmsi7URppW3b/xj2/5i5/pGBTe9/rt
31xIPzjT+suu+pmRZg9bdgN2PxsusvbMCxj6Guu9gkb23S/1Pp/9BJTu/wDO/pP279me77Z9
s+wej3n6P2qfo+l6n6HZu9VJc/8A81bP+eP2312/z327b/J37/pfS37vzPT/AOgkkp//1dNt
eOHOY1vEmfOVwX+MXJafrBQKbPdjY1TSGmCx26y4BsfRdtsZb/bXoFWM8F9j4br3MAD+U930
V5R9Zc6vqHXs3KrINTrCytzeHMrApreP+MZXvSU61PU+pfW3MH7Tiyrp2PdeKaBsc+zbta/2
u/n7LfR/7bXRfXvqmD1T6pMysHJZZW/JpL9vJd6dj30Onbtur9RttjF5/wBLzLMDOozGOLfT
eN0d2yBaw/1mOXQ/XDJxMfpnTOi4VZZWzdmXOM+9936Ot/u97n7arHf9t1f4NJTl4P1u+sXT
8A9OxcxzMTa9ray1ji0WAiwVWWMdbV9Lf+jf/OK79Qc1+H1bIsbq04l24TB/RhuV7Z2+/wDQ
Lmlc6Vl2Yl5srf6b2sc5jokbmtc5rHN13Nt/mnf10lNaserbLzAJlxPxW/8AV8XNy6cnEcaD
iPFjdTrr9F/8m1v02LnhuADu06HtI/8AOlawM6/Hd6bJcxxBLPMd2/yklPrmH9Y6rrWsvo9F
j3bfVbYHtaToze0tY/bu9m9Z3+MRr3fVx1jS5hoyKrdOCRvqh39X1ty5LJ623Fw6TjbbnWTv
NkjbH5rmtI+lu/eVWnrt95ymZttuQzMrNAYbHGHuLDVbttc72b6/zf8ASpKQdCyLXXWi0lzA
wak6Ag+3/vyfqWRYzIGRVYWWYt1ZpeOWghz94j+XUgY+O/G6j9nkOMy0jyHnt/NUOsOIzHVD
6IawxEHcW7vd/npKfTvRv/52/aJ/QehHp7dN+/09s/1UlzX/ADozf2HHoNj7Bs+2eoZ3/wBE
3Rs/nv8Ag/8ASfpPUSSU/wD/1qnVctnUrfQyrrX7iSyth9KkBp9xrqZufvdu/nci1/8AUXJ9
Z6PjYVbsil7S31NnpGZ43bWObP0W+5+7YpZ/XrcfqlvptDm1OeyJiT7m7nOH+jd+Z+f+eq/U
My7qNdGNisfYyiXWWn86x4a17if3NPbvSU5T7HOABiBwAIAW31zNyesjHvGOW1YtDa3XkbS9
0epa7ks9Ntm/0q1DpuAQ702UetkgOfY+N7a6xG5zWfnW7Vp3XFtZx3wA4AEmZ0na4fnfRKSn
lLKbai0WNLdw3NnuDpK1fqtT06zqwd1J7GYtFbrXeqfY4j2sY9v57dz/AObVfqlwfYygauqn
cY8fogKz9VaRZ16mhxc0vbYPaQDIre7lzX+32pKe46yMXK+q2QMZtd+E5nq1OpaC1pBk3trh
uz0Po37P01Ve/wBi8xY4sc1w5bBHyXqWNldF6flDpOG0U5Lw6x1bGHbua2f01kCr1Nn7iC/6
k9Eza3sx6DVY901uY4+1xA0ra4P3Vu+l6Vn/AFr0klPnryNw2/Qf7hPGo5VVrnMcHM+k0gjx
kcLa6h0CzGJr6de7qZqfsufSz9G15/wFLtz3ZN/51voN9OtbH1a+qd2NdV1PqLS22lwtpx9C
ZZ7mep/a/wBf9GlNQMo9c5r4kMLXHsGtO4v/AJLlzeVcbsiywn6Rn+4f2V0H1k6fbjNdkUBx
wH2A6ExU8ku2OaB/Nf6Jc4Gvc4gAlxPEa/ckpJ9syvQ+zeq70Ij0/wA36Xqcf10kGUklP//X
82pxm5PUTS9/psL3b3cmJ+ixv573fmrrum9Cw7Kb/UsqrdX+iGCx59ZvqfRvs/N9rf8ABOs9
b8+5cpblX4XUcoYbzUS+2sWCN+0uc36f+D9v+jRaOr52HijGxLTTUfcSwAEuP0nvdHqbklIn
52TS4urcaLDImvRzOWOYH/Sbu/PSpzrvSe6x7nOD2bSe413tn+qqlrnWWOe7VziSZ5kqZO3G
Dd2r37g3wAEbklMNxfY0nUtETyYA9q6z/F+G+tnuLQ52xm10SR7vd7v5e9ci0mdOwnVehfVT
ph6f0dtzx+sZ0XOHBbX/AIBk/wApv6X/AK4kp2rnbKLAHCtpaXWPAg6/Se7972qzVhVvxbcX
17G15dTmFwMuG9u31atnp+7+17/5v6CoOIsu9ES20j6Q7fuv/lObCuPLtjW/ugAOHgElPmfT
up5nQcqzHyKXDa8Gyl4Nb2ubLd3u/ku+g9ek9PjMrZfteyl43EkbTEe0e4f5qfIqqzaPQzam
ZVXG21odt/qOd763f1EUW144bjshn7rBrAPkPoJKcr605z+l9LsyensD7WOax5f7msDpHrFh
9r3tf6bP+uLieh9LyurdRGbkfpKBZ6mVYS5pcZ3vrY6vZ+md/wAG79Gu9zNhtNNgD22t99bg
C106bXNPt2OQa62Ma2qhoZWzRlbBDQD2gJKZ/Yem/af2j9lp9aN8+mzbvn6e3b9NJG+zP27d
wjdu7zxG391JJT//0PMs0Rm5E6xY/wD6pyjY4FjR3MyidSj9o5QGgF1gA8Bvdoq3xSU7X1a+
reR1++5lb21tpZIfZIYXn+are5nua399L6v4+PR9acPC6xRuqbk/Zcqh+gaXE0EP2OH8za7c
u1+o/S78DpAtvGy3JJf6cQ5oP0fU/sNWT/jC6FczKq69iNJbfsryy3ll7fbTe791t7Axv/H1
/wDDJKeYxun2HOPTS0i5132YjvuL/Sdr/IXp9zGVxUz6DPaxvg0fQA/O+iuH+rNzuofWduXa
0bn3ZGWQOA8tss+l/Jc5dm9/qXta384xPcfckpDl5bMSoB9T7DYTDq2Etaf+FsZu9LereM5t
lDS0uI4LHiHAj95WMdrapFftnkjk/wBYp3NJJLiT2lJTAtgaSZPbxTikQTG1zhBcBr5f5v8A
KRWs0108EqyG6ElJTg3Y/U29RD7bq34YbDKw1zrDPD32O2Nq9/5lfs/M/wCEVyiA0QJEmfFG
ymttvaQ4BrNPiUwq2tOocZkapKSe3Z+HHdJRj2RPePKfBJJT/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAAB
AQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAA
aABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQAB
AQD/4Q6raHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7
vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9
ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4x
NTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJk
Zj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6
RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9t
bS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVz
b3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NU
eXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1l
bnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3No
b3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3Mi
IHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE4OjMyOjI1KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5
RGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTowNTozMCswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAx
OC0xMi0yOFQxOTowNTozMCswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDphMGI0
NmI3ZC1hYmYxLTAxNDgtOWY1Ny1lODllYWZhODIyMDEiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFk
b2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDo2NjUyY2QyNi0wYWJhLTExZTktYTZmNy1lZTg4YzUxYjVh
ZGIiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpBMTVDQjExNTVFQTcxMUU0
OUIxRUU4NjUxQjNEMDgyNyIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29s
b3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5p
aWQ6QTE1Q0IxMTI1RUE3MTFFNDlCMUVFODY1MUIzRDA4MjciIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9
InhtcC5kaWQ6QTE1Q0IxMTM1RUE3MTFFNDlCMUVFODY1MUIzRDA4MjciLz4gPHhtcE1NOkhp
c3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omlu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MmE4MTZlYzMtMjhlNi1lYzQzLTg2NjMtMzM1ZDkyMGRjMGZi
IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjA1OjMwKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2Fy
ZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5n
ZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlE
PSJ4bXAuaWlkOmEwYjQ2YjdkLWFiZjEtMDE0OC05ZjU3LWU4OWVhZmE4MjIwMSIgc3RFdnQ6
d2hlbj0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTowNTozMCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0i
QWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+
IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6
UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMC
AwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwM
DAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAyAB9AMBIgAC
EQEDEQH/xACzAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAABAgADBAUGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAA
AgICAgEEAwACAgICAwAAAQIRAwAEIRIFEDETBkEiFCAyIxUwQqAWMyQ1EQABAwIEAwMJBgUC
BAUDBQABABECITFBURIDEGEicYEyIJGhQlJichMEscGCkqLC8LLS4iMw0fHyUxThM0Njc0DD
BZOz0+MkEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADyhtpGvRTa2Ww0UWUFVqwd
LCVksZ6dVQlVtYFsUEsAkLCywFbNYUTVSUi6FUaoLMpcioaNXPvLqRWXMGNuqvSat2Hcc3id
nnnLmik26cFxUllZVRppMzvB5SC6Vw1I8K2Ri+xLCpIpY9TloQEKQgNYiWIMttgqabDNc9hX
XpqKZeSobajCm2swjVSVSQV0UtKgsRCXW5tB2raLjT1+N2TgVwGDNsxAvzXFga0yVaqCqq2s
rsUDyQ11WKSzOxcgsGy3gSyu0MIItjAp1QoZ4FkAbs9oXpvAlylQuIrOxnr2IY6dzHOp6VJz
6+hnKgVCLATXm1m7VivNPX43RMVHT5JRz9ucoNTGi7LoHxaUKabqiiQkhhspvpKyoLtOfWUX
Uwe0KWFFLLabQVvAK9Q8kEtq0iuzijRCpmgrrBA4HCsVpcTMLiZs3WJxq+/iMepbg202mrXz
usTi7+MDJroM4vUqvq1CK2k5h69JzH6LHOnYhgx6aBCULLkvKGZS0oRCylzIhaFUvamwKlxL
mIrOpYsYrNzmevexzrdoM83uYE6dRhbaDE+klaa4c6jp5Dn2taV+h43ojyuHU5nr21GSrtck
r2cftllggwsJW8vJOrDxWe6kCvB7KrSm5GHKsNXZBS9pRYziLegGawISwN2TSG1WHtq3lbaW
Mc2KZLNUMy6UMz6CZWtBWlkK67WMS6oZfU+c9Oeco1UlFdjCL0qTxzdEg63nvp553odHENXf
pMseHzOq8C13ViaEQgYhDwscEsephgIFlYsNN4zSwBYksSBtoh0rMNpstx3GhqbxSzFYtJVT
sUwy2Gc2Eqp3UlvYzbzy1e/nFVefcdFmvH8d6nz55q00HpOl4TuGndxbj1sqh4JSoFuhLFhU
uxSq+QtsW0U2AQmwpcgIAGezUZK+xccXd0nOTOqTLfrcytpBU9jCtYSs2kqTVDJXvJis0w59
fWQr1U2mHieo8+cv0WQG/n68xj5PTc8Ft1VlFuug61Hf6xxJ6KHy9L6AFCM9dozrcUuYXBrB
DeSgXEqOiFDaryvU947lyNGENhJHJWXYVnIpZRoYMFYMEIQSCEkkJ5/0APIdXrAq5fZ8kYW2
dA43ouwTzfV6EKy5K5ZD5VQYVqyF23NaamewpbSpU11pmOpjM2iFF7WldwsNFlNxawYDQFkj
AaMCNAmEWPABoKTCGEBkAjwRFtHIhIpMPG9NAOsGKEJBBDBY0PkddpM1t2kXqzWVPstK6RmN
B0IIWsKlvgnO3+dO1s872Dfpp1jWhxWZhCSK8JJIGAhRlHgIRCSSEkhJIQRCSQBkDAxAxBIQ
BgSCBiw+UmjMdxvN2n0C3wvSPX8jzfJNuNWOt7P5p6A9aczmha8pgoscly9Es67QsZWCCAgw
JWDRQOVIQQSEBKsGCBkhJIQEAhhA0FJBDIAGAEgFYiww+KMAR0JFdSxZaVbW94Ys3c8GdLo8
febX59xfj2Ulnos+8MYEYQkQFiqBxCRg5IYRoRSYSQBkA0kIJAwEgECRAxIMJAqaiwCBggYI
fFZNxhPsCeMPpfNk2W+lNnXoh5bkUbze5uMeFLDs9zhetHsWwkdAwwVLFKi8AYSRGGaolkSD
hYMayOFhZEg0WDytS0UsWSpC8JB5WC00sOFUsNbDxIeN6dpGiQHivbc84Pa5LnrbPE9g5Lpw
DqtxWPR+y8j6YydjjdovhIXRgvWpaggCqFkqA5rBapUjqBpAF1gSFLJWRggGKEKmEKwkhFMh
CIM0YBIJDDz+fw2c9xj8kTrUYAX0lxRsrMskJZWTT6Ly+o+j6efuL7czlqohofLYPWhCIoxB
JBCwVweICyVAvNbkDKQgBgIGkEYEBkBIBhIS0OGKxGBJJD4qpAJCSSDWUubrKtJz83V655Oz
0HoCzokAhAzKo9lLDRSOykBWDqhGiwcSBEUeLAsjlgDEjQUwEZQFYwkKkgJLEsCUYaIB1Uhg
h8akhCPVHnNHQ9YcPJ7Sg8Ddqc7nVrtGZWAIoc1ymfSXASDzXb5HGPW7Pn249q/H6wTAB1IY
QQFhGYBYEJVS4VQsFZDFUsEAQsDEA9lENJqI6rB2RgwQ+OaPQegPI6vT1nP61XMPQnnwTwX0
Hz4fW/LPoR1DSwwQFqRCxkYeYueZfG2IJ0B1x9GfiH0TTl1BkAxWDRGHiEhRSw1kdQBypCAp
YABWgCpJIYGAhcMAwFkWHjaKyI+3pHL0dRzDqbObpi6Bweb6+kFdqhcYToc7yXLPS5uRvOYO
m5hudjXdm1Cd/lelLioCUsIZAAwIkGSKPFg4UDwMRWAZGArQC2IQgjkkhkIIo0EPM9HRUVsF
LICQghZGCCCY8Pij1Pl1ctNKnR08UHbxZ6TraeL2SaMew7HXz2FjVMPEI8UjQKMogYsGKuBl
I0gHUwjBysxRwkHZGGikYhhYISPDEzMZVtQCkEgg4WFjV0nhubYgQVCJAlSSRg9vBuLOlzPW
l0kIyMNJCFIMABopCwYhkBIAupGMhCIBGUABC6gcopc1Fg8CjxIBWgldlYhFhnhqGZLA8bt+
IOJCBmRgFvbmTF7es+Uv1sJ0LNAPRblYVZASEhUkkJJIRwQyMMDBI6BKsGKSwEA8V6r5gfTN
Hzz3xayKczj8UH0qyqwMBJEhZXYhVVfUO6OZVuIgsQ8j58uUszlZfSdH3fE7gFYmD579O8oX
85kPYyQiBQwAYoR5WSwLBnQlz0WlgUkKwBkIVI4hPMeJ9N5kPc4UOwORA7cOk+lWCBdQNFhL
sWkFWnONZVcZxYRBZWfO+l0OQZ8q0HR9J5/6EWFcprTj0nX56bjzeL0vlj3UqYZVgQ0DFJGE
CCoXUjspHKkaLByoDBBojHhvP93hAIJIYTp8z0h7ELAwQeCFF1LGmqq0N1VgsUErMOV5/r1n
U8n7jhnE9jxVN9Ndhqsx6ApshXi6UKLCoHhCIwlghXZ4n1xpiQRuVYdcxiOHFZoBWBWxgOZ1
PGHnVBAQQgqHt8XpnubeP1iOrBiQxRoS7HYbXzkevPmOjXyqTPuyahQWA+7cYtdqEWKZU2OK
YQGEEeFTxied9F4I5frvJMfRJ4SCdTg6j6RbRoEJg8hEjQUMRfE+3+bnOkJJAGFRurzekeh7
XP6IlFPkj3kwwsVMZeuRiw0oWoARHUmijaVdDQw7VsZl1Ey23ViyQjCwVyStbVFZWF+e+3+f
FYICQwu+m8+g2VuO1bFsSBIgJWQ+V9Uh8uS2okjCubyvu87vnbsS05HgvdeGL5nh7fJqrKja
pChHSu8z6tm0qvVhSrgaWCtGES3jHSjsIxISAVnwHsToRMh5PjMhJIFlJr2Yth7ezi9whgLJ
W4wkEDQitxTxVF1Bp2UdApq6aHN6vNwH008PtHI8R7zzxwZ0YegquYh0QosYkOnyRX7v5d7Y
7ZAD5j0nz095t8n6oICmLwnpvJn0Dp+F92BgxPM+j+ZlHqPLbT6H5z0Oc+dLbUSSBkBb0MOk
9P3eX0xoCQxR4FHUEHz/ANR5EoIvJ08eweCFWbVkOv6Py/qCcvpZzhww6aa7DOb4U3i4r+ce
58KL1OWx9NTzm0TxuiF/0Pyfqwrah4zz/U5g3vfn9h9SbwTnovA7+eS2lj6UucnisOjOSSDB
9ImgKbPZeC9EehKOMIQBgKroeK592I0Wc8nU1cnsEJUTm31mH1vkdh77Bv5Jzpzoe6raoZqb
SW1sZfn3uPDgIgwgJ3OL7IHe8l2jrqsPC8n0XnSQEMEICCEWHrNWBDzlRgDLSxjQaGr1Dbho
NtvPh2NnnCemWpg1sh5Pz3qPLkBhb2OJ2i6KDBdnvObdVae8y6qTyE3Q9TS9Q1tFw0MPKcLp
cwIkDJCz2niOmd3zPrPMHR9T5j054fmWISSEgJJATVnvO7dzumeRhgLUBbAhq3cvqm+ZSanx
6DRK4bOt57UdUedYs8j7TyJnIJf0ebcbgpMslZQUU+ipzuocudKBqZRrRYKZkPHYnUgjEAIG
DnpFxdo7GLb5s8zASAwEhBJBorm67PWZZAGSBEgbs7nSv4242bMm4ZcnMOzj5lhalFp6nzvY
wnFXXlLLsuw0ut5jxaMQYCdz1Hhu6dieeh6WaAQMoOF0PIGIEEgJGVgrYpo9N4/0x1vDev8A
JmchhYYQGAhhGWGx8dpnguKhrykBhJAO66DX0eFeaOZrxkigsvyOG/NsNvM6eExaM2o13Fzl
49WYEhL+tw/QnJnRh7MV8M6fDSwwczt1HEGtjGLWKr0QelgT2XjfTHX8V7PyhzwwBJCCQMBA
ZB+ln9icfpaLCzz/AH6D5/NGYMIJsxaRkupLqYoatGYjAg24rTsZtVZxenm6hFsyHNWKQiE7
XFsOvOPD2dqYzo48zltNrHPydSw8zR1eURYQGAnf4Nx2eGxKmtQqDkrkgYIQyHp+1zesILAL
Vo5Z5/ndPmBEhGENlakWCES6kAjiGQ7DpYQlSzm7eaUIQAyEkIskPXpZlKL82g1AUAvpc8/S
yiMIQNeZ9GzQZ9Vlxiw9bEUXxzjTZkICCFSdnJd0jh+u85eepNLnlOP73xRQLWKJGGvzWBR1
GptqBIBrqvVHJuCF0rxEzEFYkCDAggkkPWY9XFLjzWO7ix7Tfi1cARQwHGot2jGXXVWGoUA0
YbaxLKmM+K/OQiEkh0Oxi9CUbSSAqSp3OB0OiDzvJ9vhPFzvIcadbkAkALD3TF6dNBzuD6fm
HHrsrKAyAYQIIJJCQw9JwOxwxRINuwMFG0GezbaZLbaSq9e0YH00ldduceVEmbRgKCCMS5nY
MdH1nl/VAaecLtXm+mehsoce/PpCljmPn4vPGyj0dJ5m/wBFtMHTugKdFZmrYnK4ntfOnNqs
JUQQRrjPGUkENuPTmJIAs3VMt1qkq7GIxLfhL9uLMd3HyGOoOZvLBSoqVuUSEskQm3D2zt65
AZNVhUwAi0E0buZoOj5f0nlzzsgPVNyOob78uoMViAsVrpYz1WqZ+ZOGUEQO3H6cu5Pqqzyk
7UPOZdWUBG81W21C6dfpTg09XmnkzCVSKCQE24ry6sUhABCCWIQL2OR1z1agDSEqjQp25NJa
pcGfVWfOq9mQmrKT0PW8T6E7ZrtLdea0YKpX5X03kjlyMJNdhk9fl3l1lFwIIeMx7cgduTuF
W6nhnV38L0xZXM5xse7mEWQDCB05t5iDKBTAWKRkesna43oztyAMlRZKoUbabzSprLGzkweY
93D5uPf8g8x6LleiN+uq8ZJBc12YPO6Cnhp38pk9BpYJIBozkvkh5LD3PPlrUQL1Xm9MwNFN
aFtD1khAGVgas+korZAgwhVggQv9jxPRgWIOayAgmXalheEgFgHaslprgSSR0IQkJRcpmDQK
mCGABMDLKTVK4ee4nW5QJINYkLFKgIAIQFYwjSF9ldIpBADCEOKw7Z37GQVHAq3UCPn0mixC
CMBI0AykMYBYMBRlNJzXjV3VGOIxYQBgHFLOO6kkMPG87oc4IhDZWw4MK0YDCAklhW19I9JB
dpX3J84awEuVyr1HnvXmhVgoMArEau4lEVTUyEKMwFJDIowDFQuIsbOWLlrGnH6JrDAl6WEg
chjAkh43ndTlkZYMUJfW6FckCCB+3z/ZHi8n0XwJQVho+hfNfdnkcvV5g+jNeafWcH0IgKiS
QRo4V5+I62jkWHWKuAMAsIRXrDFcMhAWUxed9ZWeL7HSBYUYdlJLEI1lZGgh5DndPnFRWBdG
CFIpgCZpO96Lk9Yu4vZh8vbTlD6ny287HnPTeaGd1PVdGm0WpqwMjDKhJy+3oPP6+pDn6rED
JCEEKuoGALIGBGJQLVMatWOCSWV2EKEYq48kPJ8bucQEkJIAiEghJ0uZ3TtdXHsDFc4Xj/p/
zsysIeg4ViF2zF1j0iBisGkc12D3ADtXYRHURbCKHIrCBBcrW1AWKxISKj1mOu0gjkrtWwUF
QsCNBDynI7HGIYCGQEMAQQ+25veNQEA0JZxuvD5k/f4hQ9bF/Z5XZO5W9QEKE15dpJCRlcIk
EMcVTCNGFMIEdQRWJZWCzOayEQtlbDAQKMCEAaWQ/9oACAECAAEFAP8A5IH/2gAIAQMAAQUA
/wDkgf/aAAgBAQABBQCGAVTIUAKpOIKwOoBU19bFdlr7DPkDVBUiA7LUSHpAyyqD8a9nDw0k
gyXUdnBOFFgIVxFBH5Z+QwAABUhBjQ4ZCcJJCKrYWQgTiq7E/qPkLAhSKZWq4nAwBPBpb9q0
YikECoIQgJG0GD7FdgsKFHDENpsqqQpSxSjsZW1ScctkkgTHUyx5gwB+gH7frAcjO6kB5ZnA
Fl0FgCKwzKikOUAxG6ghMYy1kEAlQSABWHwzC+3WDAIQdcFbOWrcEVyawnayssi1AAQAxAB7
ETiqZn/lKgleCWC4jMMuKwCWckRq/vZXAAEikhTrkE7Tgm6tXrZAiP71O3XucuHdSRBJKQOz
qilAgBeFJ7Hjq/8AszMAhKnuMQqcQBsstlwxkEnICFSDjkABgDK46GOp6MeVhs4GWksFWoVS
SYAxawAq9C3VyldZNaEsykiyo4UPUkAHgFlIgQoQE9VJHYEEgT2PXCUUvYXzWb9kmUsh1IB1
EQ0bJ7EFQt4Ktex6hwpQfqxaLAwUsrMQwdupLSMWcK1Ln7w3U4orZSinAjDEsetiWBkyxKEu
YQgknthUhu4BlTgBA/UmBi1iET5R8XFVRUNrV91qAVWSOil7JUogUkmUIlyO7IQGTOgGFAgQ
jCpUu5bA/UlmXEcHHMEsxCMs1MnyUyyVWSyEMdSP57g3yGWGyWAcjCB8iFlIYMK0JS2v9oJN
iqT1EWfrivA+X9bEKhwAUYduwU9iR1YsSQskHuYUAkt+rHthIOKnVVBIYMgFRxKzKVADoAqk
4jEL8iyxkglcIcgHnsVZCWBrCgypYB25UlC7DXVUdSC9f7fGciH/ANHt4AA6qBiALlDlAAFN
PZXoi0XIRgYdbSSGHUDqMBJYNIQhTcZJJhwkWe5UkdYPZ4tnsWQiQWEsSAMCDLCuWoYVP1QA
kpGFCpYL25hS2GMUAZW4JFjSLQCku5YnA/WzryVkgBsYds+LCa+rHgVlk+NRnxcmlgtiK+NQ
AXpIwIFxkYNBbAVwiuKAGwVhj1YChj0rcTqv1u8xSq3oFUW2Ah/1QNOJ+2KyjEYAuyAOq4ro
Mt5JEAqvb4jNpGcnFfq/YEqXZ3RzWB2xyhIT9kQSB+5aMEMQASRy6mVZEDQtkpHUEIQ1o4ZR
JVn7QCnUhESF6AEADBONJAJhOxB7KzL2JQY/uKATZrhh/IxJ1blBpZXVApQco57V9uyFAuuS
1vnmPy91ZbWx2YYQwLYnZzMhoIcNjKVwAFUBbAqg9Xl6x2ZSDAJgqaiq2KeyMgJSQ6EQLWgm
VUkFAww/sB2ILHsEc5YpXBWWD/GpYHt1LZ8XAmVrLKa+oQEFpwl1ZApDlYAnAxADLJDQU64V
MqHA6tITtnxB0t0x2atoKdcWwAEjKz+2kn7ebQrs12kNYgcFGcIiE2VhR8fQqCoAdjVrEqNI
EnWRCNSFTWKn+ZcvQrY09woBYQqkk19wlYJJ6khSMjrnVjY6gFQWLMoVSoAcKeyAkt1hCrBF
VAAVAViWGKBIdFUuSxbpgOOGkJaD8bdQvCoIFBLfCSBQSfhMikwK379D3rQrmxrzlmsvV6WN
SCSo6sgZT40BBv7ZuvksVVWLqoNGns3vs3stWqyXJXrThrVMBGFzJQMxMBVMdW6WgnCAXZXw
uFytuopB6COwP7BySHJyIMMmFhnYIzsezP1APYiDgJU1JKJUBjrB+MFrA6sg/T4iSKQ4FQAF
ZZRQwwUhh/OIWqMKCCmFCQawSFAHQELUISvHEl1lXH6fGZqUuVAOalPzeMOpsk06jsnwEZZQ
4s2brdc7j1bFVb2a9tG2tiE9hXV2yusguCMehydeh3t/kPSw8kyQ4KEEsrfqXMQQ6g4wJKgO
DJx7AH7CWBD9SAa1bKyWUluwUPlIAYPIBLPS3xsQQFRpWlAVThagSaiR8Zn4ymFJKoRirGES
AkAKxPxmek4EC4vuZI6DLqUOGjORYoJfTQroPUvbqA0yX/ZX1TsP5ami0bDVvYyGhPHXf0In
j9rrR4fZtNHh60YePpVRpVV2deLOpywAuFrVp6FAWKM3RVaZgKwTKnRSoRsCI7AQCglAcVF6
DlWVi6IFZFGOzIwhy6OBTYGQFi3cqanYmuskBFxaxj1Aj4xIrAPxiDXgRsFUA1hh8cYeoCCc
YAlUKtAOWgg9AVoX/m2GNekqmHEBRGIVYLUlSeT0ddG1vCG2rbRBRobj+P3dW+nY19jYFIO9
auU+R1XexkXP6NaXVACAQQy4WrXJMgp1AZgSQhEqPmYAkATCd1JI7C1MBfFYse4LFwqr/ukE
FB1NZK11mekECQHANW1ZCbRODYeRcCA4IB5kDODnTAgCwM649DEJxh5IJkLBsUMShI8VqMb9
pZpExYpOGRlLkbFimH0NbyNF9KrreTUVUbFfY6PlN/x+aPnn2mGwM8r3fPDeR1nq/t8LDDsB
WBjNCs6MqgskuQS4WowCWQVq4ISH6kYUnB0GFpxy0hgAhjER1IyBiAYR+qMCSII7QVwBoqUg
lJKUzgrIVAQVUnOuCCCgwJnxki1CFKRnXAMI/boYdCB4pHXXYSu6grNgM7OwO/iaLLNjZ17L
RrqaqtrbDjyL0qLCt+WlaxRete0nn6CB5JnOlbft3/8AR6XV3AZbApYAJUcYiFKQzWNgQ4v7
GtVFgBFprBHxDChhljCrECkQBxyV+WtcF4YIbWBDqCLUC23nKwWRuSqziVEN8BOCogBCMgSA
ZVZHRZCiQMJnIM/EufzksNWuRSnVtewH4HL6sKc29cvfu0PXs+K8Sb9xzRXXrsXrvAe/ZosK
W+Bo+Kv5EKahtwePRU8HdpUb3kNxNhdbcOu/9Pk5Yl1RVtZg5c9VCEZV1IVFlaST0WalbAWD
SCQABLMB2gmSAZLENDYOSlNZyvVRwuouLp0sQhlKhJ1kGJQmCtSFTCoOGoZ8fAQQEwIM6DAu
dYzoM6YE4KxgTOgxk4RIOEAnyD9NjxWwPm3T8d+kj2a13ZM19lja7kizUDOlRVKFLGrw9hs8
f4+htanV16BzPxqAEACu/ayTiKO04hYkABocikKWYdSZySSDJCmQCzwThpU4KgRVQA1KGaEj
Fq4rggopwIMKklEk9Iw4ByBzAOBMgZEmMjOMAGH0/PoYOAQAfTzOnX38emzr3eQrZrddTXTv
2qLmf4mbyQWrx3i9zeSn6/pV0p9cKX6/jdagBJzpnXCsGGbLQBgtIHYuUrE9CrhCWh4RVV2p
JxKOUqXr0rkpJFSLnVJCEZ0ByhOEqjErGLMARgQDD7CTiiCsEgTnIwAHOMjiBh/24j8k4PQn
JB9DGAYcA9CAcuRugr4tcVpbcbW0/G7N6a31tRaiKixyBGEZGe/pazHHLdfdmrC5URiqO5rE
BK1wVghYBjtZ1kBIEMAEY517YEkBeFqZlqq6kVciQAsYBg5yAcCjOkmMAwjADgBgAkQZjmcH
Oe2e+QcicCgZAyBljsmC0dKrxaQMjJz8eUS1tfU8VbdbXWtaRk5Pp7+ntnMghmt6rgK58sgd
ilSWK7VOMrUda6lg0qWNYI+PsPiXCkYVAEGEBXAuAsCpgqZNZnFnDJzmFDgAHApn8wThXgDg
A4AY4yMIEARhwZzg9SQAQGGxTbaUREUHJyeQcIBGHCIz3wD1nPf0ZgBczMKwJUKw1kdrFqkC
kFaqiD/MkWUElKjhXmCQFEwCGQAKog7vbd2tr4bwRiNBQBsAGFQMjgLOdZyIAWcHGHAOOMHO
SMb9sEYInI9B6kA+pOduSSc5OCQJnASR+JYmB68zz6czaCFC1fHrUMLatY12pr9mqpPVKTAq
6i/yfXU0fN621kAAAHAk4KwCygYygiziqsgENc1mjssyopBrUwo4AMwZAGERgHoBkDOMAyMO
EYMicHqP8ThBmMIwgj0IwA5zgyR6SMkYDk5JksqHUpBu2t7W1rfHbTbWzVQJ+IKVBUeR+w6u
mdnyd+07NOeH8rbRcqhlNeBeQvDSB5Hda1kVVrrrACGD487TMi4ojBzhz3A4wHmcniRgIyRk
nOxwHgkjJOAkgZOD1HqcGSMjCYwHmR6zkn0nJzkZzGxegxtq1xziMVbT8vta+yn2naFvkfN7
e2eWIBJgsRIPjPse1U9+3RWaNpLkGwCdktdSmrACGFkr4itHtCgZ1wewiCc5wjBGEjAeJzjO
TgPpxkjCcGA+gPpP+Q9IyMj1gYcOcZAI4ziQ0CSVnOSGEHFdsYMjkZ43x1u/cfrfiem1p+N8
ampaL7UZqydiuRYllbiDYkXaWs+1bRrVUqBkDPySYDRhJOSYBAPbOT6D2BjJJAJwjI4Ig+gn
I9Tk4Pb85HP+PODCRPtkDAMjmTkSffIgyY5jjF/V7b/kTxPirvI3+L8VreOq3duvUp3PIX7N
9FPxobiCWBxLlQk9lbW+R9HT/lpAnInCDhjD7E89jhJyQSMGcYIzgYPfiAQfQRMjJjBOA+k5
OSMn0PJJ9CcnJ5HvOTjEzIwHkHOxz8n3Aw4TknORgAJr1u+eC0v4tT2H2DyHynx9SsKYZ37d
r70169bZF9lTuzaOoWwkLgHAUjBgU4QBhUHCsYQZAGQMPHpIyTk5IwMMJMe+exOE5OAnC2Tw
GGAxhY4DhYnAxzthOE4WzvitzIwxgIniQZyRgBJ1/G33vo/W9VK9r63rs259Y6Bl6t4rUG0/
jRrrfXBzbdjrb9xe3WBXX1iOjhHXyRa63S0tiivQ0irVKqoQpxTh9h6EAj2LgYIjgkAnCMYk
YYwEyZ9BhbC2Tk52OBgSDkxgIztknCxzsZZs7mWvVXLGZOTknJ57GAScJbBMgZBjxHiE1kqo
rqsUiJGWENnmNA6214EstXik611ycdQw8x41a/I9YG1vmrNvyg+Omhqs0ERPHaFibe0pIMjG
aApYek4CBhIGMIwGc4wnlm4DcGCZGF4Idie3E4JySMDZIiRAOdpwkDCwgNzOTjEnBIEieZJE
zBJOc4MAIwAnAMA5/B4znHAgEktxnkaa79bVeunS/wDstdFKfat5Wq+0+PZPMfYBuK+xe5yt
yj1W17Ne2xp+vfXKmr1BBKicNYYKhXOPQg4AIPsWAzsThfJJySAqgWfgKDkcRiiMJUGMAwwR
JGBs5wjB7czJwmCROGcjAOAMjCBEYVwDgcZHPOSca2sNseU0ac/+weNJ2ftOuuWee3b3s8pc
+WbdrksSQkqylc59BANY/YWfELfsFPkNTWNQqUziE4hOFzhaSHOA41ggvOTgkkBpmSxGRgiJ
AztGAzk5OScWRhOHkAkZ24JMHBJwSM/JaBJmTgOTyTknACSo4/H4Hv1ByBmxt7Nz+giZE5/q
KavkcVqz7NARcjJxTBKs7UeH8je3jKLdbS7iVcgi0SzDJOLZJZ4Umck4faMgwBOTGFuA5wEj
JB9HNhSr5AkyROGfSeZjJBwDIXOoOQZ4OAjCcggExk4JOARkcfgHgETImRLEE/4g9cVlXKm7
VisK1tCJYffKKXvt8Z4bW0KoEdOQB2ngwACTgPCzhkGBgX9YjAQT3Awk5PAAGGZ5mRIE4fYG
ACcBMCWEHOvIUHAuEcBRhHBwrx1wxkczg4IjARhJwExMkmMLEGeXP7egPpPojlHqP6jsa9fT
fc3/ACX1qmrW0fqluwNL63o6djEwCeuExgPYTyDOM2K4BnBDAsQsjOwOAmYwzgwHknIOExga
c9sEwCSFJgRAAGRkcCACRgYwcJyTjDODnvgiRGRz+DnYjAeYyck5GRhjK9WyxNbxO7s2J9Or
C7/1e6o7HjtrRfo4XxHjm1qRODjIIxpJMthKqp3dVcbyaBaLGtqng85fuXp5LU8jRsZb5Ftf
ZTYS5AwOKRnEnB7gyYODnInI5GQ2dMCiIGRhIwMILLJkA5+CwwvnYYzYTgk4W5U8yDkSSRgM
4BkjOJ5ycHOeB09V9euh69rS0F1QpkbqWtr+W3bXXT8hQbUdXRROCc/aCSTLTZTXZgpTFUQC
SYM89dvUuqt3N0UYfM7Gw2hv3izT8n3siARxGEHFkiOIIwg4Fg9QMiDPCvhfCS2AmZ55BLEZ
2OdiSIwjOMMwck4ZBkqASACxwmSZnk4IznApOaujs7VtviL9RfGteNrzmvNWja12l+AJXf8A
EJsDc1rdTZ+seU/cTnsSeTAPBHUge+Q2RI6ieuee8wVDuXYTNFlqo7mmrW+0WZqb1W3UpOTz
OdsB5DHA5wkg9uAwB7CSRM4xOBoyQTJwk4fckjGJgkgTkRhBAEwAcEjPcgQYOcwIGRz4TxL1
Cv4wG/bKtbVpOwlV9Xj927UQ+Vok+Z1FI8xUx+xOdzEdq38V5Jd/S7gAOIYg4JYlgMbkiBgs
rnc8to6Q8j5RNjUud3s+N+2r49rDTWqLsOE19LUu3NrS1P56fYkmYOSInJJwQBM5+CAcJEic
Ex+xyBOCAJjCIJnAIHUZIGTIJESMkYCcBwEE4WAEgniWtIpF7ID5DfLnyO41lV+y4r8ft3WH
w2uTXoaKBKKlBpqYeT+t6u0PFHY8RswGU9/k/Y4BjgKNvzehq5ufZq7Lm88pa2z5WFTtlFRQ
AdnWxMBy1LbqvB+Mp0tUZxhPJbng5xhOD9hMATkwYkwRg4yRE8TkjJAHuADgmWAwLz14AIPt
gYenXABkdsAE+xnGUUrXpbWzmt4T4jXp66itK1wGDYWKtXvPlOtfXcXXGJhxW4WFAIUhpG/5
vR0F2fPeR2nb5LXp1wzN4lyq6damwoBJULqmw9AGprgJVZc1SLXUpAJJzmffARhIwnJnD79h
MiAee0YDOFpVQTkiBGMckDBg/XCSSDkk5JBPsoBP4HWCQcB4IyeZ51vCFW6FVI64GgyDgZSI
GB5GTgJ7Eg5BObXkNXVXd+zlEsd7XRRWEsCtrXIl1vk+91tilf6wr67rdiSC9nbAwC+IALiC
OcGTwCBh5znOwJjgmAOoziYjAZAAOAAYARhE4ABhE5GBcjCvIHoYOQDg4yJAiSwngARhGdeG
sBUhmDhuqqQTgGKCAPYnFJmDAUE/ZPItqUMxYyQFKBDYTkkHswJ97Nl7E5zXsetwHITtmnUb
tnX1l16uQJySBJGcnATAOEkZ2Ocyec7RhM4s4CQSeQOAcJMzB4xZnGwkgdoPbmcBwEYMBBJI
yRgbmRgA7usYwGdYxUQAyAMZRHUQIGKVYcR5zaOz5HAZY+4Pp+CThz2yoTYgYBxK+E13N49j
OCc5iIzkDhiSAC0iVAmSSMWJKjBAyQcEYWIwEZIOSMkkDjJwnD6ACSOFPExkkAMRgbiQCSI7
ZAJYQpEYRwASATjDsZjJJA5xSQd69aNKy02NgHH+IxVJyjWKEsJrb5X1Nca+vIBggkyV/wBf
cSRkZHLewAOCBhGIOSCc6nCIwEHBOQRgAyBgJieOwkkwSBh5wBpkDCOAcL8jARh5HMYYkkkx
hP7EkMJGFiAX4DGAWwGB9o2kq0PQEnFBZm/2VGY6X1il9XyP1mzUq9jW4XKP9K6Wtv1/G69W
E8kczhBI5GTnOEnJYnkkzgkmeAwGA5IkmcAjOwOAyJOGTgAGADIMlRm55+2vy+rt0bVAcAiS
Z5895UaWr9a39izZQyCQM7EgEkzyRy0AHr1+Q5IwgQwg+wUiQDiyR9m2Db5L0HBAJNisH+ve
DXUqMDLaa7q/sHijo7nj9F93Z2dL+K/WIbdMSeA3pIwEYCBkkAmQIyMkDARHGEiFX0MzAkgg
iZ/AnOSQTjHPJbI1tFiWPhvJWaeyjAgHLblrXyW4dza8XbbR5BTIByRA4HY9yogtJsPUAkms
HHXgrx0khVTGcIvkPs2xbjMztgE4IGICD4rT+fdCwOudST5bx6b+nS76mz5i87Gnp9l2wRkY
wkk8gDCAcAwFRgIBUctAB4yDgIgdSJGDDzkDPYkAEc5A9GJA5OfbdoV6+AxlX2XeShvsnkzm
39g3NvUjjxSizfrJGe2HnOY/9nMFAoNo7ELB9ivYoRGAAgrltXya9iNXZRrX7DWVPTYpbqqr
GogYeC1WRAeCTE5Ijzfgbr9hCX8dqWRt4CcbnCOOQJBIJGGYkjAcB4Bwe0mVJwTgJYknOQOs
Eq0LOc4CQ2AifuDTukRnGR6Dj00D13kA6knAZwNnM95NQPa4dW6mVSMHs8gKowALlpAHmKhX
v6Ma3i73Gwy2IuU6qPniPE2VXD2AEkiO6xZtU1i3Zs2H3/H7OvbQaxtq4IkSxwkQTIAByIEx
gYHB7EiSxgFoHIBMdjgJyTPYnAZMzhIjiQSSSBkmfs6z5GePSc/H48Jpvfu8QecHv+epgk9q
WIe+JESAwAIGAAHpBIEEKc+zaKNgYnVe0hs8RrpYydfi7RmxvpWLd218D3Nleq9xFNVCbmzW
+vouiWpBBAADHCQcgDDhJgARxIGBQMicBACyMBkwMBESMIByScAETzIGdhBOdhH2jarv3/z7
egC4YhSBngbfjvnI5nBwZEAkYhINjyrScFhBABAAXC4hicBjPPqX0XSTR9X8Wlfm/GNrbnhA
Ra+2qLZvvaa1Z8r1GInVryzbZiutfYUqrqzf8TRsJrUHX12aACTnsASQDwSRgJJN6LaCSSZw
kY5Pap+4gg8jByRIABmBg5ENnUyeCQSfN+RGjquxdvXnJMRnjLQV17vnqMjAeSMnBIZW6k7C
Fq7BYqqpIPBcEkiA3IJJ+y3n4/BIX3dnyuvWtr/LYHRCLe2IQMXYtBNW7cafHKpWtFwxnUQB
AcEiDgAz39ABgWcsdaqvJ+U+W/Uc26ynGAjy3kl1KvC7426AOIn0B4kSxWAQMJOAzkieSfte
4bL8j1bg4ATnjmafFOfkmDPIMCcs2BJLnEEYlgys4xPZmkm0yHU4+3Ug3tz5dvXsX4iwdhJI
C5XrOzVePMJr1Jh4xiFD3OxWt2aDABIgklTnXOpkA9gCMUGfs+6VrIg/W9r5tWD2usFVW5tN
tX/W9hKtpQTkDGUgJ7wcKkjqVwAnDgUyQev2nomx6wfUEgapYjw3NxE4zBRX5CmyyBLVVSSF
DMJB5S3GvQ5bt8Ns2Y97sWfka9PYoPjAJwZq6hIFQUcRPJkkgNgVFBJiJySMHbFBPoROAEkj
jPO3fJvyDlN9tLnym8Ts+U3tkZqORZrlviABUxgOKOpBwg4Mj0JzzN3zeS9OQcgeiL2ca5sP
idf4dSJHkbeiaXk/g3/+y1/57BGGDlltYw7EMbXJ+UgfLOEyY4IgqJAAiuu121dRKQkR7izY
Csf67AmvYMSoV4SCZODgzwi8FRAJOEmA0YWwT18s4s3vSMKx6eJWk768gGckYAInggD0JEEZ
zhbjd+sM+W1/HbzEZxkySDFCOX0kIekkUiRnnm6auf2X/DfalRs2A2dw+A8tZGFiM5wEyZOA
fsDzrad1oroWpAvA4CnOpkA5HDmSVgmTgU4AAAOJjDzjAEhTJEDyO0urr2WF2n0ESxJzVrra
yiuz56w3xg4DyDgHInDETGFmkEzIGMOw2RGwDhiejwKmn4pNCFR4cLc6BpA58+QVPvl5l7AA
wU9ZMGDggLIJPUNZcMr0rHFGrRVnYDC04rcyCATH5JnCSMk4eSJwHIkITgAm+6ulAQQpGdlG
fYd437nrGHrGqc7MrVWB6ZIwA5yMBMSRkSW9gDEnJByx+ibLfJeM1a1Lkd8NBKipkNux1b63
uIl3GKTPmUZ2dSvo/WYUs5UYqiC9a4pscFj2q1Nm1qdLXrMCI4C8RyPYCDIgEkxyWhaPMJbt
qokQM6jI5g5Y61pu+Su2drw2yuzoZ5PcTU0XZmb/AAAJzXKKxmPAXF6ACMAJIkYDyvIEAH2U
nIESM8t5Wqg7A6tlRRVpQwRKhE7blQIQ2Vn69eb9ZWzygaW8erWf9c39N0KWg4tTWB9asZXQ
imBi1gnyO2mjp+P8vbVvqwcRGIAcjPL+Y3NXyOluJuUAccAlznmLvh0Be/bw/kRu6/MwcHOT
A+0eS+NDn1fZRG9j9iruutbg+pyTCuZexun12p+nJwHgxPWCCMkE52MFRLMqr/Qbtu9u9tQj
K0YlAorBAAnDE36aO31dXrYzJhl2fHhEkdnRrLaqkAAnGRRgUEACaKgM+w7rX7efW9p7tRyc
JgvYK6/I7J2tz6pskt2GEzhJbPtFgGtPH17fGtsoZwjke9rrVVubL7O0TJ8Va6b7GRsobar0
6Xf41B3fsQPBWizx5IGDnB7zJGROH3LcHPsXkP49PWkIA2IGylCbASB1zkAglrtp6bfr2+h2
JOA5u2mvXnDUa2pRlMGAvJRu1dXNzimixzZZnh/I/wAd/YMjtz9l3Vo1pzxOw+vvASoHXIz7
Tb23MDFT4fzFO9SQcggfYtoUeNJjBlB63VMGqsYDPLdf+w9T7AHKZXHPYa/kt3UGtdTsUiIU
kYCMnJOGMb2BGfZNg2eT1D+q/H3stqB1bEZgMBOE4Cmbq9nR2RvBeTFy8Zvwc+VP6XoYlECr
AGEYAQBGedsavxhM+iiT43zutRqt57SSvd2rNvY0qPm2dnVRLaJNBHJ9vOXNf5Igj0qssqsH
nfIzV9l8nXnk/K3+SsMzgMHQtV9PYgjcJO16119yNdQVSCxVWSCfAX01GT2/B9hMEnD7kiDJ
zzQceQV+qhiMJJzTJFywVVQDIi60IrKX1eZ8W/TdYzm7ZL/I39VhgknAZJPHGAmPJqlmiYnJ
MFmI49PAa3a3eZVFbzkk4SY89Q1HkZn09s7NJLHJPr759dsL617w97B7vQZRXC2AIUd/jQE5
XSS+q9uvcPK7AxPMoMHlNeKb67lJ4Jwn9WYx9mqf5yST6UuqGpuyqf2ciNkxVrKBrWAfJpAn
Zr5r2qvmp+O35XIlnAztOA/rJBkAedu+Lxp/xQFm06K6a/MMy6vg7xb40OApeD9j6PZPGfjC
ST6qjPn1pT/L5myxNb04hK5xySTYZrMBBBQEAA5GQCW11YUvbqvRct1cEkjhgTn2YuaRz61q
WdQVc9QbP2W8EVaxH81w62abhNpICMT06j/sbR+3bkCcQhh7CSM+ybhfZwn0gxlA/wCep0I3
aEvStTr7Hj/IbN+y4KDzGyb9z0PoJ9DPpriU8BdXSfO3FNH1RkCI/ICmyQp16W7q4GCxWJcy
r9sVuD+y6F/Swk4xbGA6+ZqJ1CpU++HNVAbA3YsXbC013Fmr0TIvabqWHzCOhA6/zD/tLHMs
f1BJxCRnEgc+apNW/wCkRgJwe6MVfT8rZVZsEBd3rVf9X01e3bda9Z2DPnPrOT6DKG7PS9VV
m4E29A+4iR6Jwpkml0Wyq7sWtMVMwHcnAWgF5HZiW6WWea1a63+zAuPM7pe+2q2raI7Z7ZR2
IUFCryi8qoM6/wDx2vPbkHwe29+k89eo+ZwFJnEnADIQSxCZ5O9r931n1ZYOpsPfoDS/r26q
1qTztpp8Z+TH+YxTBum2v/sG/m/PoMPsMPXKHes917g8V/7I+KZDFFIv1xg2Kf6Lun9N5LGg
ga25rBbHUq2UtzU4BV5yoknZtNR+du5BJgZ9euCWgfr2Ts7QyLlaMMCGPz5K74dN27N6CPSD
hJOMD18FY3ehwlpJB+07gc4J/wDAoJOrcaxvV/Fd/jHpJUhiGqvFrLWpxApG3s21m+1iX+QM
SwwMHsKBs8Vu1Xa+/H9F6FjBGI3Uo04k4nv5FSLMMRJzRvam0+Z763/ZHu6qHVeeCAZLQc+y
XhaGEHBhJnFAjhcmR42349tbUc723Zra91j3Wf4GZ/w/GlsfHb5Szveff/KcUEkkKda8tiXp
PkLOX6th9vk/WnkIINwKWa4Vz0q6GruIKmluzL70FjnkGBsz8Zp2JXdbrBq+jfK1Y7qmRyz1
1i7yVSjye3Zt7J4M/wCCAE2AhphV4bVoWPM1NZpiR6CMOcx6n0A5kZtN3OU6917bHj9vWwgg
4BPqgBasAEn4ybV77LkghpLMpJJCmMDtlzhn03kOeuWL0sPJ1OxKwSIZt4f8oPHOA4G6nTsa
zV/mT+m0DvAC7Pkaaxs70l9m163qIxlIIE4VK+i1u2BUqWwMcPvBB0BX/wBe/wC9GzWa3OQf
TmT/AJVp3NWpsbi1+E16k1dKijCoI8v4ZbSRBGHn0/NI5dgSvck2SCDlqQJJ9BM9pOgxLdDG
ykgKSdaplX4zgJm5uzqOPc+xnjx9oq1f7T/XtbVOtm75O2wV12WNZpqj2adl5t0RSliiTWVH
UEitADeRhbtnY9ZyQR4bcDaNXRl8vdXZuspwz/4dDUOw9fWushZQYScuYfHuIUvwzJ9NcjAE
gnDMtxl0hSScOTwwg69pSxSzY6M5o12FlQHVoXNl+qkwPbCZPvhz5XbPkfs2mLtmsaSY++qi
wvaVHUXUV2s+lWzbGpcgCkYScBH+P16uL/L+TKsWkAlcPt/4Pr9ca/UQACCOuHnL7Fjyus6W
gkZMn8kCEH7dCxAjCWLmAoiWWCZwYPdY7SURGYK1QLqvAnNtibXBB9REn02dl3eYNl3QVP2R
BIZRBI+QADN+yh2f3/xXYtVHqaspWzg041ZXGAGMjBf8vBVBNEABUNbgjABHmKrzRt+RGzrx
z6KSpJko7EM4YHjAjnEAGMBMiR0yOU/2Rm6pLGSG5OXOa6GsJLN2b09s5wwPS8Re2bJJNAPx
p3UM/Pyza8KWZWtcENkSfTnKEfBoO1iVVrl1QGbYUtRSGBqQ0MCpgwM5BwZp7dyau3b5FW09
27Uu8Z5Bd6oEjCc814403DCCCPce5xGIJX9XX9UYgk8mJJnB6a1b2Wv7o0BiZYAHdvsLsQE/
wAMemz/+axwAG7v3RCXAV7gcpUk7zfHrKbMPJznCQcp1LLs/hqqWsIi+wpDutgC4SWcKUZiG
TZpOQTgjD74InxwBy6iq6s+IkaulsU2UNsOCQc2Kg9O1rml6qTa1+psa5AJwISP9crtxivU9
mLFTh4J9FUs3idFatTdpFGwpUqbADs7ZY19ne0Q3p+fxPpxmz1F9tnY37ldaaId79qzrVrku
1ZKr5dwKJjDhjBWSF0FVAqqHsNrFiS4qGrRsFcdkOOogEqS5I2LTWSThJwCSRBzxq2tiUbRN
WhY2V69dQjg85Z/p/Lr2JsfXSLP5LtjTv+voqbGttVqAxP4FhGdzhJbDIGJW7tTq11Zq1pVR
5PVa6kgjBDZehVqzDMSxwAYSf8dwj5du8qqAErtXVmzcZhoMTmxemsl91tlmRGMeNJaptdFF
2w4NFDEH5FYEHC2Fwc+NnUlorAnacNZM+nthJODPrxi9bQXUnqCBkcHnLDFa/wCoICyDje+z
rJcux4YO6+A2Hzb0qNcMVLe2c5TU1r6uodYa2pXWXcDLCTm/Qr1tYUyyxmUcHAOeBh/w4zdY
re7FjzGCcGwtWWOznAhIq17LT/PSuKEVLHdjVSpKQCSGSSue6qQEQqMsUDNm30BwAkBZGcHP
CPG6qdR2eHtqqTa+yhH8d5hNxjEAygklapArUBqqyoprJ8n5XU1S3z7llupapKkHW1bL20fH
pVldQUr0BulXORLbuhKOwxT1BmcGcYQRnOATkmfJ3AOxBPpJySc6ziaTkHVoFQ/41VgFLBCK
i48RVrs9lKdh0D2qVsLNkkt7BwwS8OG9Oo6t1+P8pGeGrtG0SsFgF29Z903ePvRvFaezWzn9
K/ZW/cYoPZojzHniDUotsq16q0vDu9XhtdCmtXCIq4IJ4UMhsHsUUkClY8h4k1la7Sbde2oc
ExlYUs1LQ9bIY9PIsf7MPqidsr1BADgIpi8soYOQyAgvdYmmwpe3y9fynaraxipxTwJbGJAq
tb5tknv6SOrkBQM8Zqf0bFGsKWAxmEa+iy4lCVDgG48PZ1VHAZbkYGc895kEsOuKxB0nL01u
oeksyBeSSQGgEyIkMqEdYzsBhTsBSinyba1dPoec0Nhkut8PQ9d3iLqz/wBWnweQH/7/ACM/
OU1m1zRqoOkKyrGj4831X63Sx1FatYzNr7ZSksQAYJdiQzZWzFdsurUNw5IdmDV4IksMJE54
EgMBhPJOASrOQTIzYPc0Vdga3NiIwKBen2LTSkGMGeO3Ai1KHylwpJOQ2EGAOFrsYprvI1lx
6+rMa6hv+bVTs7Vuy/opUN47xeq7A9S698+N/l3/ANt+fQe+jqMtdoJDEqdPUtZiiV5YFIex
ywVmUgwwlisH2wTOt2L7ULlTkM3Lkj0AklVUsT6eDA/oIgzwolpPVTIPIWkRT1VQccM7CuzP
IeOO3qWKyPn4q3dmk62/XY1N4YAkYp7ZQItUmSQGJAUg55zcsN5Mn1St3zRpFOrWYJJXPz5A
j+700NQ2MbUsNgcjQ0aO1DU/F5HSSoEs1doZXasqHaG7EH3OSc1+wOy/yFSVyRJ98UElgSPw
AM1ErawEHCB15AJUAjCATazKKwGTrgjAeubW2NfX8htV7V0cThJJVoOttN8dLi5AYzXByXhi
SWtVSXk+dqKbmIvY16tb5Vp0s+p42hAYAWCTBWBnkIG9gEmux7Br0uQTRqpseTezPHvYdX5L
rEaQvkUUbPbtjMZ9B7AEmmOjz2BgifVJxl4JIwTOlQDaQZCzg4xwDgIniduxiuo/dBAHMqTK
dDnlvCVbh2fFb+sYM5xnjKq2qo1HXEoRMICgzj/qO5LcZ5fU/poIhgJNOsj3a3jNagACCBnY
4sx+fKL18iBwoDHxumK03d6vWDWW2Nq652LawET5agbd2hW8lajliP8ADiOcpHbXsMEkET6c
dQBAXrhMles+I0x8fOFhgM44Yn5Vx2lQmv8ADSEIMQzQ3c4LCB8gyZGxoaO0dn61SMt8bs1W
06xpXWs7ITGGThecdJxmBYEdnAYbnh62sTw1yXVU1UrMKCSDnAwMVbpx5NCfJQFK2Bcs2r3J
ZmNbHtVuprUjbsYm5s7kuSAJ5yOMIGD3BYrZ8hE8eomWbgiDq0m6/VoCIQMA5AIaRjViAgi+
ohtcKqE9sgSwbA0kcEORnYZ35autmjkKFyRIsWe4xnOWqACSASfQ5/7fgSMjPwnXtH7ecNQ3
eZ9VUgF+DYFw2MEhiZ44wnj0JJCLOVhBW5lsj1mB6eI0JQAKDEBjJbJGMxBkjBWDiD9QSc7Y
QSTGEE4FMfgsDg5ziASMknCYLFYETcB1aZUjCxBPJk4JORgkAVEpBGQsedtI8lgPOJ7r1nqD
jAjOxnvwwUZxDMST6QCaWVcsdRXycA49VBwggVVvbZrVrTUxyMAkuSMewjBZ2KA4B+s9gP1J
Ij8e2GBg5MEegIGH3IKiSckHBBBBiyOrnlW5IMnARk4ZwDsQCD1GQZ8+QPJ5+fck8KpIAdQ3
7Ank4eRIicDQvEqSCXGWMWaDhVgPwY9FMByTn17XR7VmGIngYJl4AsCuq91dAGIB6rwhIOMq
kdTEmSMH+0TkDAIPEPYqBrXfEoslE6ZOWwUYE4hEiQGkiOFBwIZRQp4jnOp6+dafMeq4CQoa
SROEx6Ar1nj0JJwCAC3XKa/lf+ay2rAJPxlMb/SwGPG1/FUsdSoJIAzkGCQEM9Q2dWQ92AS0
EKwgRhJJUHP/AFQGRGEQIONOWoHRK0TABnJwlEx70ZZAwAkD398H7NHIGdRIBBjtnEebEeW9
IwkYD1AhsMdGBwcYMHv75XUbGFFaBikzOe+eLrW3d/6/Wr17q/iurnEJgAgpUH2Up61CSJjD
GFVwucHOIYxiJYCKx+qmB24/2wRn+2EYoGAyf/ZTOAcAA4Fk7FliNJY3FFGx5f4209ym9f1G
FQRVAzkkFjnsJEiSOI84T/24nPfBIJbAVIrcA2tySTgwe4JBQAnx2gz7O/q3U7YE5xkGNO9q
NqgN8PlVI30UFeWCOc8RUl+85hVVlrcQOThHLDEWSMYqMe2pDWgICRgVQvAAJwIZInJGRAJh
QRgOHsAAYYKwuX4Rvna2bE0L3Ol4wVECc/UYJgs4AJkEYPcgdIGfYQw8x6A5+QJz2NhUjj0m
c/PjaS9+tX/x7Oom1Ruad2ndPp+fA7Ju0PLaz/PSSChVSxBPgNdRZCkEtBYNkDOTgByM8hv2
aoTZTYwVI2I9tIqtS5IgdeQBEiMkSxAznBxg5Ak5IAaMZUcWqoUgDFBXBknEJgzJIyTBOKxz
8/YCT5lkge2CCcKlcVuWPPryT4vVKrUIwcZ9k8eL9PIEHg/X9vtnn1FdFIBFaS4Vp8PrmvQ6
wGaMJ4mSQeoIw+71pcj/AFxu1fjPIVFNK7pVr7dIHcAHgDtnIwTkHDMhDkDAJVZA6AkrwBGW
LKOrYw4VYBBGJ7wAS0n2wdRg7ZLx5pwvmvlsWv1JzkYQMPoQQPH0i3Z0h8ZSCOIIWxPIav8A
LtycJJzxWwKNj7OR/NQonoUxvkU0IKaPw5OGSo9jIw+0Fsqpz2wgx+DBP5LHIIyCTAI6mYjO
xwnlTGTIHGTAYTjjiyM7QwJAJEVmMkYSJJU5+ASMlo+xrQvkvyfX3wxHqc8P1+fWr7MOFckY
DA+y+PW6iOQJylmSzzV3zeOpIDlix0KDfukv3kkNzgbIHbFpBxEhSckQQYPLMCxBIwxAJk5O
cZAII4gkjAQCDJ4OHgOV6NGADsoMRJ7BSvtAzsBhJwDjPsrIvmjE+n4/w/GeG07OulUVA9jJ
xIllS2vyOm+nt9jisQ123Y9VPXBLZ4VA22Dy5Iw8YSJUkmtOxIAAjIkwBgg5AXDzgAmCcUAM
Y9IBwJGEHOJAErg6wVGGDjkQwBPQYF4CE4gAInPbDwV5AnOZ+zf/ANr0njPx6nEQu/jdD+Wo
qAeRhJhSYWI894v+zXk5UCS4ANJgV9hng0c3sIyGwy2ERkxlMAAd8EAgE4PZSMng8Ek4OcEH
PYgCRAM5HAQx2HXkYAThmCequTIVcAEgjACDxgBGWRhXACD7HsI+zx/3frx6+3oBJ8ZppTRS
qIARHEnFmA0gsM+w+JqqzVUdn/3rPXKxz4JGLuykdgS8DC04AWIgIOc9iTJBgAgkRkgMwUj8
AmTBBjCwOGMLHD+w5jsQAxwHsbXkknsxK52xWAwvOTxPHYHP9mIJxZJgR//aAAgBAgIGPwBI
H//aAAgBAwIGPwBIH//aAAgBAQEGPwAPY2qqB6V5/iTtWxdEeh1UO7dIpKqAANL/ANyIJcvQ
4BHTbVUCtEZMA2BotQYSPaFqEmJu+fxIli9bLUTU4ZIsSRhydGDCT5EpwO/n8KeQqe4oDGNQ
SP3IFizY5JgHBFDiFANcdiGpxnjVEBpdqBZ2FgnIcYgoAsXwGCLADn+3qQABBjia3VXcVOSA
J/2Q1EDL+IoabWODn4UXDFw5WkA5E4qpyd2REi0XqyB1UAryXSMXJt8KqzY1sVpJEomwfFUG
mlAEbdQqap41errMi5V8NVUHo1jcLpeUhUiy+mlbVKThbmo0JNAmH/lmw/qQDOBQvg6Yjk7O
G91CTEk4C5RhNzjEA197UqWDt/Si4ILVo7oSjQG1M1UiQauBB/EiSwAwQMj04YokERjYyuya
JeGZoVyz5fEiLNSqI8IBbJEwOsjwg8veXUADIuWc19lAk6Z2JGSva4GSAGYZ2qum92FBRGWo
kkfxFETpZua0h2xBRLMDkUA9QXAyCeRt4e9GRIiRTkiSKnH/AJUA5kDitIwLkCgTNXBNQA1r
ckKURXF3Rq8mq6eXTyuVqAIGAH9yJAJGZRcMcTQUWBAti6IZmDNzVSBRmR00OKFA79n4UDIO
QWZHKRvyQYOAFpOWOCqSWxen6U5L5Bv0qtMQGKG2AJAmr/tQBaQjbFa36yGAeyjqockYVYpn
ANmGfwqIYMQz3t7SBB0sfR8KDF0BMMIvIF3YkInFySUZYuxHL1epFzqGTuU4DCQu/wC1aTKo
IMSOk0WpzI0JBNfhVDWRtdvwoP0yBai0ktAs+aMbA4F3/MmpLJ8U71yGC0ghibAfuRGAwdN1
MzPgyJ9Y0XOxVQ1HfmgXDs5YLqtJGQA6aEWoizgjG6EgfioXQYv7wFEYnqexGaaTORaqBkwB
wzTsXftb4l09bYviiSHe6aREThShRGlqVkr051dVAPZ0q1Ms0NIcg9RR6aCzXQeNTd/V+FOL
ChBGKcS6BmP0Igh2xFHR6a8jRRDV70XDnsqESD2ZIuABgLharvQn3lUuDd6/lWT204LU5iMc
/wASJBbL+IoB9QdyqdQFgM1qre3NDSagPdviTMSb1ZkJXOBGCf1Y1/rQI6ATdrfiWZBYkDBa
JPWye32qZIqzj+1S00hyzQiWOqolayNiDUvzQkQCM7/hQ1Vyfn7KBkTHt/rQkQzUJHP1kWLx
BD9/rIxryuxRk4BoADUN7qIlKr2aycEUpb9MU7fiyRaQPNm/Kmbpz91ORWN8/wBKNnqUDqd/
QhqOL2wUZx9Wg1B7p4kMRUSDflkhIlg+ayfCJp+JOKA0oiJSeQDgkO/urUzSwQi73JGSYhwb
lz/KgDSL0Q00c1BZlLM2AcBESu9CEZZYDkhpqMXTGgF6D8ydg0sf3Lp1PJ3Gb+yiZdMhicvC
jzDAn9yLUa5uHbxRRowP8a4rVEsMBZ/zIEXdwWp+lVZ8aIg0c3NvdXUAWJIDJyzYf8qloAJN
giQC7UGCBdyak3/CnA0i9E7DKl0JRNbV/mRzu/8AyoudPpomxNjyRiBhV09sKP8ApUQb4j9y
Gl2qQRQn3ulB2AOJv7ya5diP2qblpRBYZ08KMj0l2YZoxLENZqD8SDgAihxcerNDSAHqUC7k
2KlGXXkCUQWjmDn6qoAS9B2IM7YHAFEXMTgi5rhVqhAytnb8yZwXvjT1ZKtrAXTMWzxZGRY6
mIRJAD1DIDS5OKpbJHSWNndvw6ViGtkmYMzl6/qT1kSWAFQ3qokhiDXtWp3qiTQg9Jsn9YZ/
qR1AMbEIEh4vRsPaQcdj2VQ9ekAozYM1e0oSkHAFT2omB1FrYoMSSMCpCJq9Rgy0nKhAqmlc
UDfuQehw5oh+QfFGZsKUsuoEOzDkETYPiiJgASsyb0n9yzLPXJAg0Nv4itLuMRdN6ooGoViR
ZzRUJJxatB4dSD4CrUBQZmPNOA4Dcj+FAsXxx/UgaOcqp6d+aBJYelDTF6OSckZC8g4ArRCU
nqKNZ0TStlpBqYk0zUtQ6zcGjIBgTHnZF8akGyIA6Xd07M5qf7UQDa4R1Gxci9k5DRJoBdFi
BE2JRDtPEnFMBS5P/Mrm2GYQuQTQ804rjXBanxe9UWGrnZVublADqcdJxCOpgRaqAJcm2Br6
ydwcbs6YXNny95RyxdERcXLlBjfD9yYhy5Yn9y6hQ4hA4NQ5P4elHbuHuETKQlGwBv8AmWmV
6MMKqQB1AG2BRA6WBfN0SxD2NUSQa0IdPGjCxonq745KrMfSnrWwyVTRmIQL2CiWqKP/ADIS
owRIvYU/lTesQzYfiQwNmNen2UYxNGdsigcRRkKBhj2rSX7OSpGuErIglwM7fmiqgyK6XA9k
pxSIzGaqNWkNQOiwckUZwB7stSjE0D1dMW7GQ0hnFJDkgAdQGCoORbtUSXAJZ17sg4GZUmqX
ocviRBAc0FkX6jZFwXwGCi0WqwzKLAaXq+CcOxxw/UtRq5Yokx1ACwLV+JNaB9V8fa1yTuzU
JNh8KYVq7rS1eaZhe6aJ+9NcGzXV3OTVRM6IGI5NenwoaQIk3JuQPbV9bMzYICXU1CF1sBYB
aQwOZNUCBUWL/tTEGlUNQYva6MoA0PhdSAoBgP1IaAC7FzVF3cUjm56ZJyXJH2eqnelhkqio
raiABaRuHxRD9RFWw91CJAaOK6ekZG6LsHzV3Jx5fChENHMYoEliQyaPihct/Ki+YIdaS4PJ
O4AAYkoADUCanwspAAXpVkxDlqjsTxoBhimoSfsQIoLkouHkMP7U0RpzalPgTmOkWMhRwgGB
N6jBFwzl0WDFrjIIPYo6QBC781IgBzlmoQehaRA5FRANIgUF6qWAzwZf4qtQE2KOltQNRZGV
CcmstQ7WB/ajMhiMHpRMaSzaiAkam57E0Sxa6c3xF0ZN3kt+lMaA8rIaT1Z3C066vknJpgyD
4vzYJxY2P9SESxOfJOA8SHa/6kTJmyuExDaagjD8yMqEkMXVg7X5p5gXqhTGhUg7unFALdqJ
NTyojGJ1Zg0UYtplYgcvaRNgDbGqBYnEG6eIDC3agRKslExi49Y/3IZGpIQkPE9f4kiXFLBO
L4jD8KEWdhdOzuHB/mUSDqHpCLhn9r+1EkA1qU2IpSxTTYkCkRddFo+OJFvhUZDAYixHqrES
xN3VWMjjYIe1Yj+1A3GIIxTE9lMEBprH+PVREnBKc4ZJgRpFyUJR6gaHJAEBrMhppyQk7M7j
+5RMLy5IxJMhKN8XWiTGWANv0osTCQNYhmVKSGANQjFyHDmqAILSev8Acg9dVhgnYtgBd/WT
RDAXGKJu+PYiSASboxI5uf3ITHTqoRz91NpaIxOLp2Hb6yIw+xaRU5FaTRzQoPQihP8AzIiI
Y5EIhnJt3e8i/ixB/cm8Jxa60DpxdEAOSzk4FEzLWYI7ke8X/KtMjpDOxpRAxoxYlHT1GVea
MpXoxy91Ek0lVjmqVfBBniMScJe6iSNOGqwPxKOodJDgoNZqOniSSb4UVcbIaiRNqDmgB0k2
dNQh7nNR0EVrmiQ7tiaIkhuyy6Tp7UWlXNq/pTycg94p7qJd8gOaYYmoNCgT4RYFUDDFOC2Q
NkARpN3FinLsbF8UQ75G/wASNanJFgOZQYnuTF6eZGLFsJc08yXlkpTk7QjqDqe65Y0YckA1
AMKq5JFHGCIq+CeMegVbNvaQgwJqE7sY3HP1ZIXY+cUQJYuGbFCQYNgERA2LB805HaKIgDs7
EKsbMbpmGTYp6kWYfuVGriiRFxmnlWT80dRJ73ojGLAMXLpjWRx5IhhIu4/iKLgDHNlqBYWp
iqBi9CiXvgVGLuTiFXEsQncADCtfaVBSVT61UD6huTZ0BEvIXBdEG2CIkHiDU3WT0YoOHKD+
i6aLCMqMiJUANTj8KD3Fi6IlWVyBSq1XYVElEGxHm+FX5OsmyDKpvfBWZDNc09gaMqVzRf8A
4JroPbNMKAVc3RowyTAOMSmdhktQoMkzaSTjgpSBiT4SOxTERWUTXMhSnOjkgDmjrlomB3IE
CmY/5VARHSblQ2NiP+SfhGDD1UJkaN92nAD9iE4kSkL/ALoyUZRLZhGVDkgZHqFKIxYAu4Ke
L6gzgoEGuRWklzzFlpcOixYi/wDSjKVDk1lpAMXtmhGRGq4ADokFy7EGrJhWOIxRkA3nCMoj
tK6RppVCtr81Us1gbIQqaXKMYs3P+1FhXEi36kIgF3tb8SswxBF29VHSCALg1+LSgIiVqam/
lREgJTLOmrFqEckC/hoDzQyq5xRjcihpZ/X1IgxEqPqI/KuqjUOR+FahUmhOQTgVTtgmCFHJ
xVux1Vu1NcWT4orMJxQFEGnNUDZoAHUjVgMVUHtQYUzCDiyAIwRizYArRRmeRCAZqFuxGWL0
5o6hfmg3mQYVBdwtr6iMhtz2JAkmolE+rJT34QA3BWTUdkIwZpCp5oRJeJq4qEY+uChp2yQS
wOBX+TpgKPioymdRjgy0mIlUlzzXzIxY5rU1ckQCwf8AiKDScY5pianD+pGUwwwdExiw7GUi
QdViP3RRlq1DGtk7tkOSDeEXNnf1UTEUYtIoyBJA8z/Cj8yLV6e5dUQ4xsiQQRcD9yJNrg3b
3kdY1CNaclENi4DtRB6abNdEipI1F8FJxU2N0wtcgCv5lreiNSIlnQJOpsB+5R0h8GOCYRoB
Vv5U7aRkckJehGjE3QF2QcOAXCtRFhwbJM1E/pVfPigMDUn9ulEXe/NU7UxcrkLJszVGMTyd
Dlc5lExBJJAD4osGOlgAjm7LVfAZIkB8ygCG7VHbA/8AMl1KZhufKEh1ElwP/jgtzdmJRjEg
7cjSUgPFLSjRhGyjuCI+W7GxBj66hvbRBhMOCEBFtRwKLsXQ2TMR3j6px+FdRABzTfMj50ZT
xNAP5kSweRwTSaQAbsQjWXPIn1kNRufVoEYgaSLvQ/i0otQZiqb2T2aihEjw1fD8yNBECsRY
oEEkEOe1HB7m6cEEi1H/AJkXDSAcigp6qBFjyufZRiC2WSsBVnH9yEXLgVIshGXVkcUx8OLV
R0t3/wAyJepysurG2KDBookedZN3ol6+hCIvGroNVWDH+OlNiEPsVB28HzRHcUALC3AMHLXK
qXaqNFbHBfanwRl/BTWbBfNkOiLkcypcqrVIHVzotVw38dKNGZAxHikA9/yoSN9V0BvA1Lkg
sXHsrSPUiwJyHtKcSKzkGTWPKxRGzuEQPqk9LrRvEfOux9Ye4hJ74IbmwH3I3a4b1lLb/wDy
EpfNixGpy4K0ao2dmqpOOd8UQwBajGiEGDYnJDbZgTU/0o6WlEUqM0GFY0IAv760tUYWp8Sr
FxcA1TiuD8yg5eRopEXlfIMgQ/VUn+1AxAAIq/JUJJwlifdQ6XxGCNaHBlphFtWP90kdAbCq
JlU+9equS1dJWp2ZAgUN3KOmjYlCMjbBMD2pvtTM2NE4F7kJyS2KZ6K5Y44oVpg10RjguSsw
Wa5lAGyeIYZLNWqjbtRFwT9iFKL/AHT4o6jclgjE4hkI4igxoiQUBqoaFs18yYHy9qgILuSh
GBYXqoxJGqKEBY3UTuSi1wDdEwFiwOa0yZ8Ayju4RLty9laTtnkRYKXyNqUpAEk4U9aSiIwi
BJhKZuHVj85vG9fjRjKj4rTMPI0H9WpVqXLDmpagxfAIAHpCeFNIqBz/AOmmNY2JdjX3k0Rj
QO1EDcNZ8feRmTUWGTomJYE17E13swuqnCi1ThKNiHDAj24oaQbUVnbNHVR7AJmJFRXFUPnW
eFrfEmhYfx0rL7EXB5F0Dqcmoz/Um0E82TyixxCJsLUQAwxQajiowTN5rIAC10PtVRfFFgyr
bJWVFQdqsmRJFU8bYokg1wCZqJohwcVoI8JqcFKOdRwgRY3W4duD+sS9PhUt76nbfaj6mGor
5e0IwItEBlqmACKUyWqPYHU4glpDSTHxV9lTkXnu10mUiTQe6i+qhZmohOUxEN4cQp11zHcy
b62Altyprl6je4pR/wDx+18v6c13t9qzD9O3GSgPpNsbu4akNqsvn/8Aby1t4Wpp9lHVU0su
kBo2ugw6RUunJ8VWxf3loOm1gmAYh74j2UcAbAnJEAsA5JV6kOGWqVQMGYrVh9iBiCAbHmmu
BSvNF5kxFACXsgcMM0GYDBEu7XyQauQTyIGnwjmiJSEQWd7F0NPeQKKhIQJNMijMxDjBv5UW
AAwZVAL3KdqqoCLYWKHpXNUQHnQ4PwbyLcaqlE6qgcRZTpoiSxJN1LaiQRIP3hTFOqsT2pyc
T3spUYiwRhIuSLEuzIkeq5FFKe2BquYmg+JAzuBUDNaQaEMXuiZTAiX5lD6Td2CIx6hI0BQG
ztxh8IAKZFnMs+SMSKCoITlpAVDlgEJGIAPhN2VrY/yoylfHJNIAE2TaSz1Ir+lagLGptREA
AkmhBRAaANHugGJ044LWQKZGitQmma0sPixRMS+lqX+JdIIiDXD8y1EEkGmn96oBG4GJ/MnD
mIFSapmflyRo2RReuLoGo5BFqBVNAiwomF8SmKp38W4VWXF1T/S+aYmRlVqqG4YECUmYhnif
WitqQxoyjEhiMApu3SLI70CSSSyJkGkQwGa+bEfL25+vLt9WKltyHzDMVkaEfAjon/hOOLez
pQMYAyxMqnjzVBQi9ihEEk2v+5AEVGA/tQcADB0CwiDiE8TQ1KLVOSEmJYen1tSacvE4ZrfE
hpGlrMjUkmuBugJYYckXYiJoBZE6j0mgQZ2FTmtUOgkh2wARqBW900bIA2Ap2ogC+CtUYrEg
juTDAIFlZnqqB1l2IkedPdclmmsqcch/rVD9q6IiRGBohqAzD4IyNoglT3DiSUJxg72OCjub
5Eo3MALlCMQBEBgAuXF+NKEigKBYRJxCD0oxJr+pAyGrBzX9K0WBoBK1VCJoSGBiKflUhU2r
ig5kS2H6UCB2/wByEwKswGC+ZbSaAClk5Bka1tdCI7Wxb4UCRQGrf0qhdvOpaQwsUwDjEKgq
Mk5ACBdDJABckThiqdxRCt2K7IYZqllzTeRWybDi/lUi4xKM5UARYUGKfyNO3j4jaiB3YmO3
HxHP4EIRDRiGA/0HemSGqpGAw95GIqSXGadnehdB6SiWxIKBLyLscm9xC5a0hh+ZBrc7pmqE
5d3oD/KjEi1uSDUGPcuoXunq+JVBz4cjQpgKt/HUiRdEd5TkXQYsMs0yACZUFk/Gvm8hlU93
B1RV8tzQBMagqO3Fo7XrHH4VpgGA8liHF68bsr+Uy1PplbJkaAe8D4gjCo1VCcBpktQ0Riaa
cRigCHDLIshJqnDNO16pgGGaL0ZMKtdPgibFGlc0xrzC9CAB/wAQOkjM+0obcSCLzF0CC7j+
NK+5VQHpTelOyy5cGCB4VscPIqhXFNircKeSxt5X38OarhwFGGP+gY6X2wQXWmBEjLDIKsAC
B01cH2kJxBkJGzWPuIG0hVggHZPbBCQFudVLf2QDLZlp3NuVwEYTba3QW0mx+CckGFLlFjXF
VtyQyxCDBuaII7CptQgFu1ap3zFSpbhk5NicQo7e8A9hPFWfmvSVZcly4UVVks+HbxpwfHyO
X/0bnDiylG70ANUJSYRJtmojxHHTh8SMdv8A8s1aV391AkIsHGKewGeSlDa/zbzUA8A+KSM5
gRMvHo6dXxJ3LvRCG7Iz25sNJqz+tBCQscVeifBfci5YYnkhtfTl4DxEUBPvK1bEXCBLFsk8
iBYBOAfk4mWXupgzqpfyL+U/BgEVZv8AUyTcKpv9Blei5oiB1TxHYhDwNcxoZfEsziDdPtyO
2RUe1RR3ZTluwBJMDIgFATjCUDjZviRAkYwGEaR//sRJPamsmGAVKELb2PqR83aJEXA6wPCh
B+s1IC1RBg3tXUmD6bKcS+YAzUtNSKOzflQiW5prAWW5riJmLMTn7qy5BE8KeSyZE8HC5+Q3
+ny/1OaquSoam6wAwNvwqle1CJLSwPIoPbMKiEQHcsefxIiVDiMFqBfsw/MhCFIu0my9ZCPy
axAGoSLlatjaj/3Eg0X6tPvdSOsuMXu6ET4MOxaWrhzTRDE3CEskXLGVslpBbbHiK07cBHM4
lNmq8WTcK0VFThzTLnxbjb/S5KmHltj5XNXsuWBTBm9pXcehMnOBRcDVmQD+tGERp24h5TNh
7K0Q69wjq3CKlGZDyrpClImr6YRBxKEAHkB1NfV6yjGTgtUXTvdA0YsKrlS6jIUwLftQjeUu
olP5hw6aEGr5KirwJQN1VDJZJlXuV64+TXi6Yqv+ly8iivVVvlxbhSq5WKunFO/Lg+BsgCaZ
hAR65+rGIoX95NMde6dUsx7G2jgGcqQBIEXjtj+aaG7I+GkcKnxyWt2AFrfmUaVOJyUtyRcB
qYv7KO7vFgCPlbePxaVGJHMjl7yG7Kgeg7E8iwsg11VFOeDhfcm4OqrlwA4V4FlRM/H70Hvj
xbi/k0XNObq9+D8MzwdDSC+QuhCMKuxKI+pHzZzDULCPwyURtHQBQg1/KgdibMOrVifdiiLa
bupAgUapoFu7W3GMo7bAyyl7qAOC3dN9JZlpYgRoHUI45EIyIYvcpnY4FaQ52tmhI9aXsRQ3
vlgy3fAS5jAe+huTkdzekb2iB7EdpCMbCwQJqRbiXvwoKqyfFPinanB0CM69nAjhyT5I+RVE
ChCfg6y4W71z4wgXJmaMH/NLjfg9exc079ydM9Sm8/A7m9ES35+aI91S3AGM7q7BB75ojA3K
MgG2dyoIs63izCPUCjuEMd46yU5pgiB2HsKiG/wEPEANT2ZSQEWAAoOxD6eB1RFd2YH6YKGz
9KS8meWT+qgd06yA4It7WpQMgG06i9va6kd2FIAkgAN8KZ02KGeC0yvfhZVpwdW8n7U1jwyC
ujW6DoH0LmnQZPwGITYLNVVFW/DkqJseNUypfhzRToP5lXFNiExsE5FM+SnGbAR6gTai+pJI
BMWgHuX/AMijsfT7TGAA1yrh4tKEpCMgLxIZ/wAqE9wSjO+hv3IfJgIGB6ZeIsjKUySb1ZXW
qLOFCUZxMjFjB+px7qJ8MvlCNeaqSeZxTswFla6PJOS542RcOcOSqqedXouasrIycuQA3q09
1OvvyRCrTgMH4c+NlyVqcaqnkXThc1z8uyaRYc1170Xyv/Kj/lDNkUR9PA7hwJ6Yp9yeiAro
h0g/EiJgl8DIkflVOnsTmpOKMnQq4NiuzhmiCBUKEoxAlGuRd/aW19HvS+V1Q1SejA9epR/7
djteqRYrmr0wX2oi6fhkiAK4kK9cV2rILksk6DC6POyoVdF7p8F9iqu23kMLoP5l2q9FmFU1
wVCqrkvsV+FE2HkHiTPcNasCWTmpVVV0UFW59CESQAbumgxFuSBFWuMG4Vx4AihGK6XlI4AK
IjsyAkWEjSP5ltbO4xnAMSEA7Er+LoB6lO7JwnxVE7qqLCy7VfhaiLIhdqdUR+WQJswez+rq
QG6RLc9YxpF/d1LJUVfI5qqHkFduCDXXNMfIsnw8hsM8fKehcIGFTiFp0kDNq/mghKXVGQZj
dEAuHplxhswDymQA3NACInuEdc5Xf3YoAMALItdYhPgE8S5X+6thdU71WuXDURS3B8eD4ZL7
uFFWoRp2JzZMPMnHAc8VW6rZU4VTcXxVAgfQqq7Lmn4UXYufCyD2T4ItbyW4PGoCMtsucB/M
gWLi4xCjsAiMdwsSasPWkvmbBlPciQ/w/BBa9zc+Xtl2p1g+9CS2t6BMt3bvI+sfhT4oOLYo
kD0pzcKo5quNk6qhZ8RinzTBAN2q6t3qqvwHBseB+zhX0JrdqumZMzAYcKK6zKZu9MXToLku
WSD0ZPcKtlThevCioq3TJ1XhTDFaxQYIQ24AE3c2HtSQlP6gmWIEWDr5uxL5mzRxaX4UJbm0
Ttbgoxcj8nrptuMiZinaPCvmb4Hz5gczEezqQwCoO1elVyX2J5tEDF6I9dOQJTQjKZtZkDuQ
O3LGJRAzug1wpbu3I6YS0iBsYjxxktI6dz2ZH+VaJh9sCpF3KeBvVuFQyqexVNFkhyX3KtkW
VMU3CqpQJkxsrq6bFMq8LUTLMLkgyd3CZXTnhlmU2ePG65cGZzgtzb3dsHeNSSxLHwaF8iY0
apMAf/3EZ6tU5CpwHwp7g4o/LlokC47vUUBKB1RpuCtgVs7giMtJwb3UJwNJBwU+JTBVwVLo
5IfMiJaS4B5otCIGFkwAGZTIhgndbu5KJ+XcG46kBtn/ADAuMGKEdwtIhteLrQSRuQtLCQQ2
96IiZeGQ8KdBZ8+DGybDNMVz4OMb8LpyjxfBO1CqKt0zMvuTlF02I4MCr0VOF+1Z8kODcC9K
YqO3twPUW1EFggJBzcyFQfhW38oapGk+Y9fUo74A1QkBzb2tS2tyZd4sSPyphYChTGrqU9s6
dwjz/Ep7O4DGUT2OEfoN4sDXZPP1ttXoE5N0XNE5KYWKoe5c1ei5LmuSnsQPSKFg7+/qRkcV
S6E4kyejsfyo7pDkB25oR3Nlzahqfa6UNzaBGYNCD7PDkj6FyRT4rkmw4c8FXG6+5csk4smB
Ve5clZZqgT5q6f0pzdCvYi57AnrRPmuWKpwoufAfVfUNpmOiB5+vPUugi/qppjUCKhCUICBz
7VPamaSD0u48KGxuAyAkSQzEA+wg8SAcVpAlI5oaNonE2otR2NEoeGY8RHrR3FGcS04EEHIh
Dd8O5Hp3APaCGaLGpRFxzV2b0p3risWQwdGOoOLh6r/NuATNoA9RT/S/Vbe0JxOoSrP8yIlM
7jFnwK0gOTkn3CwDgjmEICI7VKRrSgt8Kjt7Y1SJcyFoh/FKSjt6hIgVOZTZJk+KdVqu9Frr
mg+HBmTBXToFmzKcXXMrN+DIufMnV70VO5Xss1zTMwVV9ismbuVOAjOerTSNbD2Ufl0ejuwT
QkZSy5IROxJ8TgmLxngBX+VCc5CMb1xQ1ykcaFgqbQMsCXP8yOmAieQReET2hHc2G2d85eGX
4VPY+qgY7O6fHgCPXQlAgg2IyUciswg2CMpECIqZGiDz19n7UJbYloFQOYU5iEhKQLl8/V1K
UiSZE0cuwVASMVrliKMg1DdzRAYnuVLiwzRhIiEchUuhOJ1bm8xlI4j1Y+QAFyQXNW7UzcOX
BhbiyzTN3rmueaBJXJOe5H7FSiqqIB3PAclVXVeIEywJpmniNEMyhPcmdTVKfSZ8z/SumIiM
wGTeJAbchCT4jUEW3YxAsIhkNye85rqBc09lXwToRnESGIkH/mQjECIGAoESLFUwRjuT1bw/
9KPi/GiRLTtYbY8KeRMpHNDVcltIWqMmHs80RMvIigIsUAY0apAo66A+LFDcm9KNdAgsBcOn
DHtUdvaDylc4D2tSjtigiGXJBgnKGeCc3VqBck7twpZVTK9V9qYLNVLKp7AmbvQACA4OqJrE
Y8P9lWnDnwtTgyZDe+sPzNy8YDwx+NMAA2Assybko1ryTn/wRAVBVY8inxQYJzZEjzJ8ETOQ
kRcAow+mgNch4j1aUZzkZTkXkTmUdZcG4QELEuQzrVJ+m5yXyoWFAb6kCRpl52RiQSDXsKMw
Gr9ipUYqRs+aBGWC3Nz1WAC+9M9F2cL/APgqKqquS58LrJWCd7UZNwddqu4TLMhc8PJrwoua
bNc0U4umxQuXuE1n866cqvyRGBv2rLsXdVCr1NTkUxo5si/cF2J3vgiHso7O0SN3dq4uIhEy
JJvXNN3o0eRxyTGoxKeNDgjWsrqlFGBNIhOe5Ag9JLEXuj1PFq4IvUAMCVDYc1NSMAtEM3J4
BldcvJqnbtTsqinJOrcHKc+ZXumwVO5VqRZdich19iBVUyewVLZq9U6duHNMrpxTBkTd0Od1
S2aJGJcm5QYh0NRYngUxZOO51yC3ZA6oQOmHZHgCT3+TQMOFrqIzIVauX7EX/MP6VLfMnhEa
QeZTE8Dgn4ckHT5Kypw+1MbFYgJuGfB2pwqqU5qy5JuPNM9VevCl1fuTJ8SgcU/oVbYplXhS
xwVqYIk1KqVQ9yEWrmq4Ld3pFhGJ9PSiTbgT5YbGiE6GQ+1AE1NyjEDvGajtxDGhJ5lMh5DJ
hdVLFVusqWTGpVfQuSu4Vu/hyRPoVkM1WiZfemHejRdqYW4NijWq5KhBzZUq6dVHYnsnxTMg
cM05qExDhUHJuSyCIN81fvTYp27WVqGiH095bxAA5R6pS4tgnsBibBFARDklhEeI/hWr6jbl
t7k4gg6nlCXvRUt7bmN3aiKg9Mxws7pscQo7YvM6XwDqBkBrgKyAZymwXLyXwuvsTc6OueSc
BMe8qneqr7EPsX2p7lU8y7U2AVKlc19qors10ZxOv6aHSYA0LeKajvbJEoSyw91csODelGG2
f8+5SLYD21PZ3p6gRqAN3fqVXCt2J0xV1Wjq9Mk/nCIFAAwCdq4qlsRkmemHatJviV2YomgF
wMVXFGA8G1ERHb6/kWoLjFAMXNs0PqfqB/8A6ZeEGuiJ/wDuJrhS2twPCdxyRO2P8G7WHL3F
HZBEBI+I2XyZF9LGExiCth3rMUTYZqidWVaZojDhUuslyV1dfcuStVP6E+PC/anxT8LrlghW
qpcre3pepEt2npijLOpJQi5+TuECcf3J2WCM5UEQST2Lc3SSY+p2BbE4XMgD3oHG6JTA3Wkn
v4Pd1pFeaza5GCpjYoOOSNS3mTVKYsBis1Oc6CMTI9gR2/pB8rbsZ3kfhRlIuTUk8OWaLgu1
EaF8GGK2J7kdWguw5deqSZBXYOp7Mh1X25YiSMZvGUJNkxifEvpfqY+sSH5+stiVzGdDc9SO
dmXJO9LFXfBVTuxXPEoGwKOLqtl2osFZygqXwQ4Mm8ytwIyQTMqVTKH04r80vIchwfEVChsw
EX24trkHkWQbcHNwF/224Ihz1TjQn3U6+nhKWmOsX/MmysVSqcXCcJ1lW6Iwl5kQgAQj6O1d
RqcEdIdkwD5pr9i3Ye3CUX7RpUoGhiSCOxadmBmRdsEdvcjpnEsQc0SAwZnF0SDbHEogRN3r
UH4elfNnAxMemLhjXxLNPhkvsVFP6n6ZnLExzktz6aYaW1OM4jInp3NEVsE1AmHKd7qlRiqh
ldE4Kh4P6EcnRVHKB9CGIzVislVkzKo4VxV6p8uBJDDAp8MlZltxFow6u8p8PK2CK6ZxNORQ
5phgm9KZfwybuR1XGCNGxTXdANTAphazhFqFUpmnF7ElUwW6RTUXbtTwAG99QSdYuIR9VEbh
JMQwJvT2prTLF3kFHTPVqNGwQ3N8PGAcDAk+CSsq04XDIkmowQ0ExjGhAsQjvbGqe1MHXEVM
faW1KU2hGUT2fErucDyRr3prlc8UMhiqWxQIKc+ZUXYqEBfemPcr1V7KlU73RXam9KAV1RNh
mqYInuW4dw10xMHH5o6lh5OQUDpJjAgk4D1kKsyoWWPBvSqG5QxzdWY44quGVKpiCmcAkMrU
eh4FNfNbW8OkVhKn4oqEAQBGOkEKQAqaEnPgZl9W3KJHYoMMAywHNNEiUh5ld+VkaAR85QlI
0ZCRLHMrchtiRlKJEaUsojcg8hMagcAD4k8bGo7FmVSyrZfYE+Sog5fkhS6I8wXNHzBXqgUc
1kgytRO9QqWRBwxVE9F2qq7bBaIV+UNMiM/Wj5DLIqofJQmaCXTPH4OFkcsFm6Zi2SpgUJE0
dXryVqgOaoBn5JjeWOSOJQoqWVEGOkiY73UNjbDz3WiHCA3YHdnQykZHxetpW58uI+WZdMI+
r7ulF4lpEAoMHozIxi4uGCo5PP8AmQMyABR7J5yDi0QX/MtGzFjmzoHenTL1kAB2kqUtmI29
6d5YH4orb2CdZhER1E5Kp48lmV2KqjtkganEeZXVTPhUpyaImvSWc/tVDdOslTzoUtwfLBfa
nXNelGQB1zeMDgCjM3Jc9p8hkRgqKAZpdlyD7SjN62kMiuk8AXV0JGxJCNWa7lXY2TiJFWc8
lnkmeyYFs1VGrsqd4UNuMfCdep/2qO9vARjtRcOfWI6ZIiBM5YAYr524BqNA1SpMBF75ko6p
uQbDn4UCxBbuTbUQHsTUoOSxuTQIHdOo5JoxAGQVSMnsmryQzT4ZJyLJ+F+HMKU5kRjEOSVG
e0TqhJ4kWC2t3/qQEi+bdSZavQtD/wCSdmwCkD0yiWrcj1UzpsFdwhTvTYJyqGiKDqoVMFD6
aI6NtyZYSl7vkuOFLc1CNhdbkLg1Tm6FAyoFzWgBiDfmm1azfuXXRjYoxie4UQ0j0o1RwGCa
45pya4oiMtU8ALLc25MZiQYXoPEi/SR5z7qJLRiLYFAPmXR6XJ85TRixzT7kqeyFSIzdUoiT
Vldge5WIGZXLNWsnX2IJx3qyZOMFH6SBA1+M8vZTZI7E5tPZLRGcJJhUioGaluzLRgHL8lPd
k7E0BqwWmRruCmTrmUBbgye/Dt4FvMqoh2JDAra2YV0xJl2nyOzjS+TIAFmqVuSwAHYrOjIi
wQ2gevEZJ370SRU170DG9kau11GUaSAqMEHoB3Il7LpD5IsKH7EdRI7LJwe2ilMxGqVzj+ZA
RFLuyciv3Ii5eiG5LpOAKDFk2arkqWwRpQIMAftQLdy7FZOLZL7+DqqrjwndgWAKrTJkJ7Uj
CQxCjI7p1QLiWNUY7u6TE3iKA/l4QILGJoe1RM6kRDHmyfBXog1yiXJfzBP6Ewqi9imVFYlb
8ncCRA7vV8l7cuAixrnRR24mpdyPZHiQegNnuy5ZhaRQMSScgvnTL7ZJfvXzX6WfktefmTE0
uyIlQOzYp4kVoXuhOJ1MSGKLipywTYZqhY5FF7uz80Rc4IOa4rGgqFphH+PeWqY1T9CYUQOO
WCMBGRlHACippgPSmluGQyBTCoN3NU0e7NA+jNP6EQe1VT4BHJlW7KoQpdE2LFbpjUROkyzP
lbXzy0HBb2j6kU9g6a6A9CyKAFrILBBiu3gQA/aju7c3nMmREgxqfaUts3iSDXELlxrVX6T3
pxZ2c/3KYA1NG+SgMoincrMUxNZP5m4fIcfLZmZDVd2YVumj0h6p5VYs/Yq43fJN6UNNlauH
8RTm7KgqskwBOC1N8sZl3/DFGArVycSuV0Rdq1V/MKJj6ODBVC5pgK4rmi98+DE9gQfvV+xN
dBGcyHlYOpSzL96fHgCa8kK0w5I/MrEC+CjuQ6RGTQIDhR1Fywr3JwGOaJzTecol+xZp04VE
ed04Rvay3RfrlXv4UsgWobJrtghWuRuuoUFedVuwppEQcy7oUYJwKoxlYQJNOIc9qvRACuL2
QNye9e0fsC6hUoDw88kXOoYELpOojDFCUyRE1TwxxKcHtVT2lZ5p87qjj71jzK/2TigGC5p7
lUQBxTWC0go1sjKcxGody10JXCyOKp3lT2h4NtgD5ILdrIDUGLgxxUdPTGJBI7PZUJwrGYBi
sHyTlZhV86GOCdwsgV2WK54p2vkpTfwgyPJlubhDa5E+c8NUqs7ROKIdgK2x+JEy8JuyEQXa
+JI93UjEBsnupQkwlMjzeFO9OE+cKFOS78Ks+KJNOSEI+tUuqVy7EQB/uumscSaIxj1EUJFg
uoiEDjc/lQIDy9qRcrNWtirC10U0RU3WQFxwYd6cImTMpbMgBAy07cv6lZHFyuSyyVFLclSM
A8lubhkflyNIPTSPD0qEn1GLxPcmyW5uyIeQ0wFnkUZTcyNSTn5LIUOo0BAWlmq/apbBBfbl
TGhQo5GBX3cM+Souy3Cjp7ZnFUKP0gY7swRIDCJHrIRNwA7cACTg9GutThuVAy03yBXUKj0/
iTgEECrN+pa4ExIPiFFMSmZGJBY1v40XpyUDEExAL5Jw2gmoxWj/ANK78lqeuIKEjbJD1Ylm
OKAckmhqhTvIdBwK0Calbqe5Gk6CA5lDf3zLdjLpIJ8Oo+JAj1quEweqqaIjKiG3tkR29sAk
G0/iQ3o2lcZH1opir9iHmC3pgsdJA7T09KEhIiUS4IUZnxjpk3tAcCFTBXqh9Ftl5TruGxb2
FzU/pyQ8g4rRx7PDbEQfkbcXLeEzPhijRq28lu9MHAo7X/UmlRiGL3UvqCemdI4MyqUwNR5H
PBN9iyZDlmjI2iDIk8lv77Pqka4MpXdxiiTU2Y2CAcMDVCNkQH7UY5VR1VRMTpOQzW/tyDWK
GIu6MTUFa9kk6S5icvcVqIwiHxKBlWQp3rTiUAeoLnmU1yB3LUQ554I7IP8Aj2SQGxl60uBj
OWqW2WAx08NNkZEswdytzeuCWB5Bbv08i8Q0oj9PSqXTnvTmgjZbcRecrA4RTL5UvDulnyPt
IHDNOTThPcJ6Ygk9y3N+ZcyJI7PUT/ZRbGkkdQFOaezqUAwcUdTiaGMiPT5QxavJaWcWMjn7
KgQQSCQQKN7ung/mXYu7g+CLOAsUK0xWiH/m7/SOUfXkpzsGL/1I6WZ05oTgMkNDNcghl1MT
lguruIwCbU2T5ImhJK+WACRdsfdW5HcaOoARqnejWRrVEuCZUTvTtwRpcXzKJlXNOQwCDPiS
nsCLKjCTKczTREyPcFLclUyJJ7+AJ8JpKtwSobkSDGYcdiDVc1IQ+nif8m7VvcTLaMSwkRGQ
NKFA4lUD8kS1Ft7fsQc9suAnGhBd0NsjRvRoQT4vfhwopwcCe90gcvWTCoVlAuzSBB71Eu5I
BfuTmgW9pDDU/kUsnZanrKoPIe6gZMSKsf1LTskR2ntSShubUtUSA/b62qKbJE+Raqey0nzq
UIl47cRGln9ZSgK6sP6k0CSQGr/UtLt6VKEKhE4jHD8Ku5um8WYXs6avdfMjV7lCUC0hYr/t
92T7hHS+Y8UUzIR9AXyX6mbmnP8AwRgz4k5rSBdUoSgb80MTnkt2USxk0e4nqXZwrZ6lR+n3
yTOLgTrWPqqTTEmFADVS3twl5WBwj6sYrbgQdMpAE8kZQiBQYWZbZNekP5k+DJvOVvSZhAiI
HYq34CcJGEgXBFEW3yTgM0SZCYGEqqM90CIgGAjb4lXgDiFszhUEBaSQHq3Z7K3SfaPkXoLr
ST58PW6EGBER510jGlauhGdNVDJS+kL65HUC1/dTGmSceZf7KqtRHMKmCErZrdEhpeTh8feR
EQxzBVCyqXKYEASBFVQvmAiX89ESyMgDzAKjKRAbF+G3P2S5wQL3UpMRpDL5uk3d0a9ipfIY
oZlUsKMUI88EwC3oyPToL8iFS3DkboAmgsOJ+oNodMe0pzVpRBHaVFvA1DyRaypV1MuW3Ooc
XuycGoT+fyKqcfVgzD+ZGZrHSdBJy8SnMVEpEvx/2Rm7F0/iOHagSBqz/wCVEsCcRn7SiwIg
BQCn6UN4R6mYav7UDLajJ8QU27Aw5guhKJLHBaoEEYjIq6rREiwXJR34hokCJL3Kc8dZDnAI
F3JDtyTNTEIs3JENcVPaUHcxZ2oVLTZzRQjEOSWYllAM1HL5qYAAJcpnLWvVn9lVwKYCqoGZ
Vock73QYsc1uVrNogmj+UIj1iB50NqFBEVOZ9qSIN5SFRyK2HkJSgNJD9Qbwou4Tu4R3DSQO
kc/Jc+QWFQHW7roCaZqOxsxcTJcjqYR9nj9qBLMgIEMbZUTA2uUxLuOxARL8ij/xCGRARAPc
hEikrpjSIt/EV0nVFnfEoTgb4YqqZX7QoBmEZXHYszxjEYkIDAMH5JyTUu6JqzWRJdsByUQL
Gh7UQb4raJZnAL4Og1gLhG8iXIWlqan0+s/iRI7WVFqL910a2sqHtXao/TxPRtBz8UvIfhtv
bUPtQkOoG0kYT8LPEGz+qjE1IoCD0v8AhWz9OZENItJ8PZ1LV51J3aP28a14P5EgzaqAmgU/
piWlMuJZkerpkmkOqctIPLyD7WCAkLWNkzkA8nWDFmA8R/CtRAi9rhviTyIGQRY0F+1AjpTG
hzRxA5L/AHWmdBJh3pjjZXYrU1Wr2ozINTUXIBHTLSqggYJk2K1SFAughsXKYSZjXNSLuWPd
+JHGmB/aiCaRwUiM1CU7CQJzZ0DGxi4xDIT8IFlrbp8T4urlkCRazIFqYhWfksHyTEUFQt3U
XMjqJyfwx8mtEJC8S4UIFvlSl1DLUUHrl2Lcj6xPThQqf1M3GjpgMJE+Jbs5YRNR2KUiXJJP
+g58y0eESoORUXOk3BN3+JT1UIq1mIHj4VVbZJkThnkvvWrdGrI5ISA1RNgD+6SYgHJGRLk3
e6Aq/oQceayBwysruDhkhIGoFSbKJ3JEkikYx1Esm2vp5Sg2JYlRfRplaAr+tCREhKYalZVR
j7Ja78Kd6MYljclk8ieWCBMS5o39SkJgDJNXScWqylClXZ8EXLnhHbkerZ6Xzj6iD1HnXzG6
tLOi1XN0zjsWXYiQtTVOKcnuW9uEljKmTDp8hm4sKqNiYR0k4vFbeogRAJnI3p6qjtbYEQKA
ALcJLTn0gXum/wBCl0+ILoTiCZRLgi/wyW7EuBOIYH2j0y8kV4UdUHS4cFCJODt+5M7ZE81n
g5oq3yTkdqd9IZPqDWCZ6EkxLUBRLliUJRJeJDRxWptQ3AI6rXU9V3c96Yv38DHMVOKIIIOD
/wBKJH/g/tJixAuUQHLWHb4UJEVF+aoLo1Uok9MhWJOKizEPVfLfruyPNfanamCdqK9fQp7l
CWLAoyNSanyqqJsFubLsCBLzKEjcSY9hQLvmAtv6WMnIOuY/k/0mCMZgmt+R9qS6S4mBLz+U
5x4OAaWQkKnJEEGNLYflVaChLJjhkoxhY50P5kNU3BY1NQiHNGQmYsB3fEifazR7KEIbEjol
tCplbT6slIxIajyoxTgAhmdZhOz8k4iHP2fiTFh/HrIm9GZRkfWApwDIPVa4VlAOAf7Vrh/j
3YlpRPhPwRWpzqZ9XvI0oSX86s4xCfLAoUqLJvsUdkSYzNR/Urv5Lmypf7vxKtTgoElhLpOD
uhINrJAIowbwqW5BvmUAJt70lLdmdUpGp8mt/J+xlHUOh2JUSBpGkVz8lvIp9rJ9u2PL8SAJ
aWMblFywAtyUTGkSLFAg15pyanEIxMiWsD+5Sj3vZaQXjI01P+1GIoeWSEZnpFwHROdx4UYh
gHunpQshF9ROIRkRUWH8upHV05KIBdh5ETuB4nFHc2vVq2FVet2f9CLhr0TAPzWQWqZYIjaj
rIxwUpzk4FALAJnp5vJ+7NOaDDH8KBDOhixCBkRISk4wofeRiAQNtiQLt7slKIo47fe6o8Oe
H+iBl5lCecfs4CO3EyJLUX+XbLXcVj+ZVDcGt28QHwcZfqRALU7vhQMYkNj+5AS6i1XLgoUN
jYunuPQPzItTJVvmueCrnZAgWAQhGPUTUkUH4kxGrsKlF46fZxRT4BUDk43BZCR8QDED+lPl
SzJky54ISFCLdqjI1JemC1MX06mwdEPY3RBNqvZadvqnkv8AJIk4D+1ExiYxsSaBk4BIPemx
5JhdVocuFBQ44IF3nKjZLqpmBdWZMVDcOklg86mkfZijB3iYk1uQfeU4sAxY51QKf/RYBz2s
js/Tw/wxLnckPCfZ1LTP/LMs5NB+BD5cBGuCMZASBuCju7BAkBWDU/DJNw5DjnEBqnFGIJAF
QaLpAkDRxdaXqL5/hRD0lYCtUDbg6z7apyE2IueSYM+aLu8RVrlMLvbFRBDUr5/WTvpGCIxG
Iy9ZEuTWid6irLtTpl1lgC7ZuUzFm02/FqUtcuomgxTwfSMBZAzD6jSKOraJkKkAufwoGTCO
T2+JahIaog0lR/dghqDasWb9SBEXcUstN2yxquoMAa1QjAARHp+JdRYZIjNVqArd6ltmLy2q
MK6gfdWgHSREdymYC7Ak5j2UKgnkj/osHYEO2SG3EMALAN/KuytU7KtxmiWU4swJJHYeDF6Y
KnAg4i5RqCRQvVE0Ax03TA1OJJBQNXP8eJDVWWd1Xt4MQBi4FeAw7MUCA0SAcvzKYIABDDv9
5OWJFu1GMgG8/wCZUZgpEHTIioaqbvBTp+I1VYMHstb1yRlMmcgS5wZ1KJNMQI1PwLT9PtRi
15ybU3uozkXxJTirYla5A6swW/QjKRkAKPRExP8AjFQBSX4lIAM9yR+lMLLnh5MzIs8aiyP0
/wBLNof+pMXJ9nWmLlsUc0HcnIrL/QlIgPI9JH8qOaZNUIEGnNHbdpkUGaO7XRJmL4pwWRIu
qp3QFkwpEBzJmREsnBWo1yf+lMCAcAmNyGJdEX5iyfDiGD8iogiwcstRtkChKIYm+CIer3GK
ZkIFyBUAXr7yqLLlxqWTYcJxDbW2SemN/wAUkCMcSjibdy1M2Ca5+5ZFEBw3pTSIrV0dAInA
6TJqI1fytETQ3ZAyaRNWBTgWoWVImtAf7k7el19yEiGB8sOGMy5xT+EYujplGRFwC6ZrfYmB
d8VHf2Afm7JcYlvhXyzEx3aan8NPFoTfZxcf7p0CaMa4UXSNNelMMbkvdBgzWK1SJINw2KLW
C5ZIu7ZqqF+5VGGNU3OgTPRvOq0lgQUZWJoHoUDHqk1XwRJueLJvSsD2cJku+o/agwoUPl1I
zFEATzrdAswzPNaXp9qEYihujMlhEOSjIHUZVRf0cMvIeA1Sy/qUPmn5hlQAWHuptAYFg2au
wBfRmgTQMzDBEyckinNlIEMW7WRBwT8Mjwdu1Da+mlok7mZBOn3URv7s5CVXc6ShubVTiC7F
GRIjIGu2PFH4lQMFdHf2Yk7Uy5b1T5HLgKl8Mk4NSXZVtmhiDRAEk4MLMi1norWTLmENAMmv
RGLkM1Bmg1hfmoi4N2H8yNXJwGSEASGoyADB75/i8nljxnHESJJ71UoGIpmP7lEHEs2P5VXu
dEAu9wrU7VMihagfNPHsfNFseOQTCjX7PaWonWbIA0lLDFvZ1RVAwCMhtvtgVkcD7KeqNATg
DzQYOiAGe4OK1wFqEDhXjmiHAL0PL2Vo3QeRjgnhuj8SB29z/KKdNdUfZQO8BBgwH7kXxopw
kKEG+SoP8Z8J/ahHbI1ZGiPzIMM7iqZOnGPnTSJrir44LJqsAyL0OH96zPERjeRYYXUjOIG5
MkEj+pEyAIJcG/5kO2ieRbCqA23i2I/lTeIyuSpAVAo/GnBsOO4XD6jTvVniAzLTtHVN2rgj
uTlqkzn/AJkzgUowWqQpYP8AuQjAvmRgoxBJMjU8lV2a3Cipann91DcmQCT4cB8SeFBgUNsW
JckVp7SDCgsbOFEgn50i5GGn2VpLygXcWVTalQiYUJN0CaiTqIFyatj7qMA/fVuFUybhLSDI
C5AsU0ds9p6f50DvEAYAY/iR0ARPp/MnJ7lSyOIZkIS24yhiSK1Rn9JuaQ76Zer+Jf8Ab/Vi
JLDTKArT1kZbUzriHEWuVq3gwFAAsyubqwLZqt88eAo3ACA1SNgLoS+oiSxrCLHc/wD0/wDp
qMNsHSA/V4g/tozg+uBfmyq5L5WREi584/LJGQoAxrYn3U+X8eqiTjwrZcsEyrx3IinUXCG3
AsTfsTsWxf8ArRG3Lp+1aSS2OaDDqFhQH4kzj5ks/a95Ezk5yFuFfMgKWw/cjOYL4ZBAhyDZ
00S5NA6AB/yEPIjH3UMWFc0GJc/x1JquWtgnqCLIxBZ8Oa0xi5Aq+YTyAGaJBq/8dXCiuq8N
0YaaVxRADUq6D3wTkXXI4KzMpNQkUQsGCd3Ti6BZ3umBABNe5SOxMMbROfvTQ+ZKEACPDVwq
kzIDE0uPV+WiQGD0HJX4CEQ5OWCIg0jNmkIkyD+//wBNDcm09wWkR1IgCoRBLE/Yh8rxA2FH
HrLSakUr/L0o6iORv+VUNxVsuDFOF6eHLg3pW6wqJSOo9qnKUnk7ADmmenB8kZbZaRFRhq9q
MU8iSTUk8HoAMSmiHGMm6U1ZkPqyTxgWA9IQk3SMChuNU2e34USDUedBgRLElEEURLmJNGq3
xakY0dA3NaBaiWBu2PxSUdFDbhWqPJE2AvjwYCqET68SPMg4cnDJBhj6EZbsxCOZRj9NDUI0
1SoC3sxXypQ0brPmCAruOaAZwUxLHBPIvysqx7kRoFb80CIsLLRE690eqDQH35IT3OqGUaX9
5ECLCIcN+5MUdIJhHxFRGlzKpJGB95O1WZ8Ey1YGoCJcEm5yWWSlvRYEeIRFfwpsTcotdqEi
6qn4Uv5DrdiWBlKQBBxddI0jJ38iuGKfDMISMhEc3QADnN7oMNMQLCycx8VXxIR0FxLn+1CI
LAlyFOG5KMpCPTGeP/tqYEBEv4LaXQEqxfqHJSjjcZAIMXGV08qDGWA+JOC5ljf8qZnLBgE2
5SQuDhxfPzpzQigbE+1LgQXZsM0J6Olm1HL3UHdxdGUq0LDJCUpkEU5MjoGqNxmhu/J0ECsp
FnTthULSxbCq0yvkx/MrHgXsKvgFP6b6SlxLdH/20NZoT1F6qIgHiBRHahR6E4n3UJyBnO7k
0/KmiBCINWoqHvVnCoSy0A0uZE5IxBrmP2p2ocURL1gzdqlubRcP4URGBJF2BogZikgCCOay
ToCVAcck0WMSb3l8SqOO9EkN8yVu3ybjsxQluUOWCIjdqWKcVJQBdyaDFASLAWYoyJ6f46VI
7IEYbbazjVE7W4ZyAEjNmb3UNycde567eE+zOSaDiNanEoSdyXuiWquo6yagWFEHDjCtE5LQ
JqOXqyRYkg1d78WZ3bFCIviFmoiR0xian9qJiAxNOSye5RDO4Y96Os0L0H9aIjCl61KJwwxQ
AOkm9HoPZW3MeECpLmX4dK+ZGWoTYF3w6vAhUA4ZoEWzR+l+kl023Jij/wDtxTHtQOSjKMtd
KtRTnQioBxHvIYDPEr7EfuQLUGeKs/JAY44IggIaaNhyQzIKYhzUVR6QHupCYeUg0QL/ABeR
HbLGEyAXqz+stW3NpisqPq/MrVlQPf8AGvmazqZmaj+HxL6gY/Nn/NLhXgNsEB7k4LbMHJjH
rmzgz+BESNDXm3soAUJ8yG7uSG3tuwZtUm91S0Bw7RJumk8ia0t+JGIxNrLd2WDbnrM8ot76
0iVLnP4ejg/2Jr5IOQH7/wAUUGq1HGSoSeTupCxcuEK2vwqgS5GIwoi1jwkxEZ0Y4shi2a1Y
ItcBBnJWkY3KDokHpiGK1AEtUIRZnvgurw2A/uRiHiDmtrd22jEgxIFvaVH5uuSO0ZCANISK
LAE52dAHFUHaE4wTAVTgOBSitU3JwTSZjh/cjqke5ULvijKctMRieaMNiIm1zL+lCW6zigbi
DIahiLLa+s2SYhnMDXBVvyTxYy5r5egM7fvX1GH+Sd+2XGtl8wx08j4m95EAtUdgVQ5FHIf8
SG9PbM9qJc8x7SE4EEGsQAzBTniIkhq/mRg9CbFERpmHpQ+0mej1H9y0AAOWc/1KqcLNESpS
ihE2dycUdNRdHEku6YUHn4sC5NWwVR2UbhFgCXYnFvhXNc8USzMi1DniiRR87utINTZ0QQ5N
CVpi9Bdcwhpo13T0U9okOzg18Q8KMJjTKJYjs4xMSzZi6gx6iHIOB9lMbgVWLJ7c05FGKIIu
KEpri6MrJrOj9MfBDAY/En8jpDtdbcCXYJpEVsnHnTthdfUFm/ySp38fmyH+OByuU4kJADSW
5IxiKk07FGW/ugRHqGhKAiQYjpADIb20RAYh7v7KkGZxSqkNwGLEhlqjIEG4NKlMKs1b/lku
fnTnhdGcaNQFRIZ7NzXoLXXLjTBWZu9GjtcoVqto7RkIEx1uKzb/ANPVBC9ES/amBvdAv1YB
Obunsuksgx0uFftX3rMKe6xnpFo1KO8IaJy8eUj7afBc11H704LNVQlIjWRjdage5M1USXyC
OWCDGqOoOjpNDSq1tSYfgzgAXJKpvQHajGW/HkQ90/joCHQwFlE+YoxuRhw361+ZO3bwq1MF
o2qQiKRFNTIiQ0mZfmgd2Qd7XkfZ6VL5QG3EU95vaUZkm5aTlz8SA3J6og0eyZ6CoGDovXX1
NgjqAYWrYfCqYY8uLJlIxBqKOLfjVXLYZLUE7X4lvRb8SBJ/8UR504wW0NUSY6ZGUetv/bQL
2TWxWDOhJ2Y+dDEnBObIiLM9Cog3ZfcqV5FAm3NVAIOH9S+ZsadvcbJgT8SPzNomI9aPVH9K
YivGEiBORDA5Kp0vYDBagNRGJqiGGbo8sVqF+Scmpui90NFJwqCiDgWPARcyifZDlahEynnJ
MfQg4oFSwVSmei+of/qSp3p8l1VPJfMmADI0ByWmFdzAZfEjKbmZLu7KEY1FdZOAQjEARjQD
BEEh3Y8lpB15tghOI1Gz5BARDefyOaZMKlqgX/UjEEkCmVUM8U3Dmgc7omXUO2n4lVdVuSjv
NqlK9gAEGsi97BHkgQXiLhN6V/sjLcJJFgo6Q1HARDGnBsMkWxXTV8FWvJPu7IJ9oUl+lSns
bhA9WBw9rqUYzgTEkVjWhKG3CNAxBxTSczBYc1U9yZ2ZYCzlHTInkmdgMURfkiLL5m2SNRYg
B6+0ojdDwOMVpgADZ/W/Mg1SSmzVKZKyrUWAXL0rfEvW3ZN51KMpBhSn7U4D41/pQMpktYWC
eRJOZRAArRytGwGmQ05HP3ESZGRIrWn5UQ7uXqjqkGxMaIglwXc4p/IGaa3NDT1CPKq1SZrZ
JvIoyYFwbvmq17LKMACQ7lrsPiQIBBYOEz0DpxVEWe/AiIvVMaJhV78lFzXNOXR54pm70zdh
T+hAFVVO1CRHVgmxTtVO1lV2yXJU6ea1Zog0eyr57KlQDQpzbJdiqKiqLXVQ44OKEK4fNb5h
qO6ZSBekYuf/AE4xT4+QQACzEkh7+yjGZfIZKhpg1ve8S0P56M6Dh3TuGGBurJvTxAyVSyYV
OMiGj7vUic/KfDgN8giUvCTUCK0xGF0fSmwVsV96qnRliUMBkqX5p3rgunhRDPFVL5JxbNB6
rJVLnApzRsVmcFz+9CjjFEDuCLhNngqJxQLpRfvT4KvenJZDImoWliy+qlq1EzkAMgOD34cj
dEu38eFZvWuP40JSY5xVbFabC4/pVC/c3B6ebiGcgqlA3UMVQgPYcHOGHkgkMCo7cA8pFgO1
R24ikYiJ7lUMntg3L2lXuVqckKMTgmv9yqKXqrINgMESTfBfch51a+CYFEeYcKVrVBrfegTR
UqE9ua0k1TYi2S58kTaibUSLIAHSxqVfvWSf0IMKFMQv90ST3WTAigTYPdfUBi/zJdlSmao4
gUOQH9qsaGvYgKuaMnFxQhM+qiqw7EGACZOtIF7nFV6VQpyOZJxZOQByCBwKBNjY+QSByew/
Kg+HJmR35DT8sHTI+tI//wAa1NU4BPK2KLCmCdnGPagSGZPIsRZAEGIOPJEg1FwiEADggSOx
Agl8VlzVqjFOuaZBg4VFUMXQErm3d6qYUGQQJ6XucWTkEnMokY4I5pxTkg+HpXasWX2pgCKX
TPTNP5072xZO6vVfV/8AySHkUNUJA41B/anJoXcIUDC8hkqUBw5cC7vgiHPFynNjbtCJdsGw
/SrouDpA6iMAidoatvaeUifVHvaeIlJmeh/5VEsCBRgP5UNRGTBCJiTGQArRh+L/AKiDdwRB
Jsr2rVDSahFu9MW5BdUQSKAqlAjVxkgKB8UHDlO9RhgnJpgFcKt8lUVVDZOO5Vuh6UKsU9zm
nBcK5DIuWGDqiNHOSJAdrpzVUwQi1bkcGdWoE2FkSLDALF19W3/Vl9vkUoqY2K6iScQQ36kw
oCX7fe1q7+nhUOB3cWfS9ibE+wpDelp3I2HNdOFjZVqTinW1syJEdwsdN1LYgNMJRILYuPFN
T2pP0SI8xRqwRiLYAoUJiBUG624M8SQOf5kIxkSKGvJOMk1iVmHuvtRFsl3UbNGjnmn865HB
RAwxVnyRumzVmbJU7jwJepqqoFOz5hM1ME3pTMwwKIAalCy1EvImroGRERzKMdoa8ybfhRMC
xHigeaBFinHpRJvmESzAIgUVbvVV8yJNAU2Oa+s/+WX28CUGN7qtwgCKu7uiAHembJnwo1lf
gxLApxcYoB6G7qMdyBOztnVFwwl705LdjOEhUyBb1PVmnJAVLpntgtvdgW0SBe5b1lEk6hIa
gcweuK3yQzzLIl6jAZe0g1MLfvRBDd6BlgSx7AgMSKBCAuypXmmHcvvVO5Xbkr4WT27Sg5Af
MoPUHJZLEuqWyVqMq0T43PCoYlAZWTMrqiBPcjq9KMpFoXdHc2oyP08Q2pix9pAxi8SWJyQn
M1uAKK/emKoGqr0yQaqZu9MA6zX3L6oS9ss+XDkqcHo3Na5DpOD3TxGkPbhZML2VVrYEQNiH
BKBkOo4hS2ZUkYmIniHR2d0MRY4SHtQ4NwhAyc7YAEa9MfV6l9XumJEY7gLvSvT0oxHrXKD1
qmJfM/2rd3mBjEAR7ZeJN62BVajFcgtQwsE3pToEYpjtkwlQboqIn3kCd0y5E/tRsUBCZYYX
p7KEodRFCMl9yrfJNZkeBccKnmVmnQwzV2ITYKocZFaYjTEYDmiAGDpudFf+PeXIZouaYIZZ
JrI4fag3enahVqr6tyS0yxK1RcwDdTUfhlwD29K6urIeSAL8ltiQHTWbZpmoywC/7iH/AJmw
HwrD1+rg9UEIACAFJt0iRPVH/Gt/A7m5Eg8m1InK6DRs74omLHMMyG5INLflqAOAA0Kh7Aj9
qzyZNlknY5Ili+CBfuRhMPCQYjNGf025pcvGE7fnigNUBTqkCf3IOYvzKJjKMXuK1Q1Vli2K
qKlUCZqKw5hUbPhm67qogIB+3sVERhwsq0GQTu65qlDmmx5IOXRJwVQwVL4KjV8ydy+a+qkR
qGuQ0lHaiTGEi8ovQkeRzVFTiMjZRBtHqPcnIGk2C1VD4G6c1RhKokCCO1buxVoGhIanqrNl
yUSzlwxdqlbZAfWXfuRs7WNk2GDV/UjA1Mi0SLVW1tmmiA87J3qKrU97ItghzQrRBUHenl3B
MPEnLOg7D7leiJOBqURS10CLpzbFOKlUZ+apUhNZBmYohZ5Jk2JWQFlbzpwHTPQp3C5o5KlR
nijyRrXBk7Fdi/iy3tBJ3TuS1jAD1NKr5I8meoPTvQPqvbgIi2JThD6vbi+5ttGV30v7Kqro
Sj4gaFfTSrWprY+8nZ2sgGJF+xfT7ciG1CTGtlJ8ExtghlkgMbJyhUpyaGzKlO1fcqVPJdiC
7EThknZjcMqhgq2X8VTs2ZVLvdXZkz2qr9q1PTLNE4C4T44LtRDd6qrM3mVE+AumHeqLBM1U
7+YJ01b3X1AgDF5DXQX9uCNX4t5Z3yD1UHIe2iQek4IYoLsUoSAMZAg81PYlYVic4nwphfPF
OLobUi8X1NkUTIgDDtQESBquBkhOXqDNdtlgQnJcKhZMDXmhrJYX7UP+CvjjZBAsjVk71Tjz
IVJbkq3etP2pzUNUJvtR9AX3IEmhsinAvdFy5TlinFzdP6EcskRY4JrZoAMfuT35o1rmqgnM
ClUGomIqye6c9zIsWN1zX1XxU7G4s3f5V3QhGpkWAW3tRlqfq3COaaNrPZNysruMkzs2SLhD
ehF93beo8Uo+zJPYhMGBzN0yIu+Bsg1Cb9i3JFhpEadqcDBz3qooFe2SL2w5qtvsTlanRQzC
eyIu6t3q10HTHHFMmvzVarEoqzhHkmauJTDJNZHHCt0586L4/YiWdHPkqf8AFH0KtDigR3lU
9CfDBPgj2XWqvavqWDdX3eRkq3HBnpwZQnNjPcLyziPU0I6XDnvVO9WPIqgT+dN502C/7n6c
NqPVAW+KMVV60R7U9X9CDO5zF19QZGoanYq3sU1SqXNymy86AAcYk4oCyGBdHFMaNlggbpzR
HHJfcr9iuO1VXMlMLi4QZA5XXIr7kSjRPcsgXcIBywKDlUqFyVSq2FkDlgueIVMEBcZK7JnW
L3Zf/9k=</binary>
 <binary id="i_009.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RnTRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA9AEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MzEAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA9AEAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAABJGAAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABkAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A4EWPa4sc8xJMSP8AootWRYTBPiJ8fJNm0HGy347h9CWkjv3n/NV5vTGHpBzyCLQ7
2Aay0HZ72/2klIK8u1jXT7RwTzHkpfbX7tvuDoLQPxVnJ6Q4YdORjEuJZNzdTH7z2x9Ju5Um
Y11gLg0uA1JGv9rv+6kp0MfIdYXN4J1JnnVvwVouO0NHMAhw7Edv/MlDC6a59FWRju3hwO5j
tHbvouDU+JY7cGOG1zSRDvEH6P8AKSU07weY8j5FAe9wgnQjTkiSVqZFLXNcxoGslnl930Vn
WFjjA5gB3fX8538lJSmvM6DXjk/6+5Jt7m99QQTOv+u1V7QWRu47O7aapOcAzV2rtT590lNt
r3E7TqOx7+O5Rsf7XH6MnX/YoMcCJPIAkKXol7XDcD8wkpn9o/RzImd3ziNv9VJA2P8Ao6zx
Ed+EklP/0OX6+wN6g1+o9SsT8R7Fs4+FW3AZg2+5uwbi0+Pv3tco9QwWZt7HWOc1lbXNhoGp
cQZ3KwCBtAG3b7RGmggf9SkpJS2tjWMbxWAGmfDuf5ShfjMx9+Rjs2Mt+m0aAGfpf1HJmBzb
CJhoPA4Eqzj3SHV2bWv1bHLdfH/OSUgx7GOeNuhGhHMeapdQwXVOfdRHsJeWdzrLtqPlltD2
XACt+jSxv0Zbp4/nIr8j1JJgQZhJTkPeHtFrdR4eH8n+yqNjNC4TuMnQ/wDS0V3JrFVj3161
P+m0dnGfco48egZPtOgHjGqSmi5ptY1g9zyQ2BrJ4H9tyRxra9rbA5rtYBIMx5j2/SVmu9zc
ppoob67iKx3JLjsaxu36L7JVqvL/AMs29Os2nGDn0VuaJm2uR6rX/nttex7P8xJTWx8TcCXe
1vHmrLaqmGR4GeIlWfs/tcG6bT28vgpU0NNNlzx7hw35FySmltZs3TpKSu7cKN+/9J+z/t3p
/nTPo7f6vrf4P/QfnpJKf//RDaCSCPHjxSiHbo57Qk6wbJBOure6G60uGvI1HgkpPtBI766c
Jr2Bp9QcHR48h+cmocXR27T4eStsLSSwgR2lJSMYuPlY5YRLSJIED4OasHqFGTg2ei524Fs0
WjvH7/8AL2rQuybcO99dU11sEioHQAzx+97ggZ+ezPxms9vqtbua4dyD/ObUlNNuQ2J3QXgB
4VOzK3v2M+h3gR+CG+8EBzCYg6E8eLf5SHW4e4SddJHc8aJKb3Q/Sr6vgeq6GWXtZ4RP82/+
zY5mxB6rh34N1WQwRuh9YH5r2H8530W+ptSwKcnKzMbHxwBfZe30nHRrSDO9zmjdsrj1H+1d
l1Toj7cV7CW5GkNEFgO5wY32O3v9L1XM9z/0j/8ARpKebt6lQ9nqB7Q18Et3CQedv7yJgXDL
Ze2p2+toExwS7tqPdtTZP1cqxt1Aa11lWllmsF3Ic39xjVHIzX4zKcKkemQY0hsj+Vb7vz/d
vSUv6OP/AM9v2Zps9D7Dydu/7L/Nf+xf6BJZfrP/AOcv27e71ftfr74907vV+j9H+TvSSU//
0s3EyHvYQRI1gzBj4KdLq3PLd0P8D5BCx6HkB1ThtJn3TAcDx/IRmWgvNZEWA+5oHBGn0klN
injb3iT8FZqeBzxPc+OioMthx2jc4fm6N1/N+kmsfaWgAiRqdRAnvz+ckpr9bs/SB7Jdpsd4
D3DlYFVrha17SQWk88Cf5S1c1t9b3usa4tII3nUae72ws+/aKrHbGjggjWQT5JKaL7QLnAO3
MH0Z8Dr/ANUpNtmB3aY7x/WVYj3jTTmOflonoc/1A1pAfYQxheQ1oJO33lx2+1JT2f1Cxxk9
TtuaNKKtnquna19hitjyNrttmx2/b/gPUXYYGfkXRnfYwKX5DBlU1tL/AEn0/obqm7drbWVZ
Hvqtb+j/AMIhOwcTpHS2YWCWbcUbvV0a6y50NdlWWNb732/mf8F6as9T+sPSOgdCoc0B9Vu0
U44gPe6z3uss/lfTyLP3P0f+kSU0Luk42dmerYDlAg1vyqrK62scNtjKzW97N/6Gxr/0frW/
6T7OvPOvfY/2o9vTcl+XisMB8e6W/wA76TKp30/8LsrXY015GT0a29tzH/a8u/8AS3gei+XD
Fx8R7Rtc/wBTZ+mrf/OWWKx0XpuJ0XDt+02DKzs6DmWNbtYWxFeJQz2bcdn0f+F/0f8ANMSU
8X9qb6Hr+kd8bJj9J6H+j2/S/wBf3EkD7Vhft30d932D7Vs3bR6vp79m3bu/ndns/r/pEklP
/9PlKesGtljC7cyxwLWTw76Pj+c1XaL32Vg11uh357va1veNx/N/qrna/WFgdWAbJkE/m/yj
/WXVdI+qmfmtrPUcp1GM8iBO1xnSG1N3vY33fTsakpJiY3VrcT7W3FutocHbbW1PdXta417p
Yx29m791iv5H1W+sNWObWYteS0iYoJ9UDzxshlF30vzfT3/yF0GL0hnRbasbByMzK9OHM9fJ
f9nrkfRqprLKvb7luufVi0Pfv28CsPPt3H6Ozdud/wB8SU+Qu6nk022U2tc2wQLKLWFrv3dr
q7Gts+mtPpn1cuziTk499VTmA2WeyutvB9j7fUssf/I9NdzlVU572NzA3JfSPUbXY6S0TsF3
pN/zd+3Yq+RnYWK+jFyLGY9mXccfGrOnqPPEbW+xvuZ9L9+tJTyHUPqP09lNuRjZjq9o0GQ0
Whxn2ta+r7M6vd/xah0r6sVY9rXPuJeSN3pw1paDue0utFr9v/F7P9Guuy8A3O2kFvIj46Lm
n2GjLurktdS4t2zqNn730vd/57/4xJTd+sFnSv2biYdpyqsZ5DLDhlgcHVa4rrnZB2+mxvvf
VW31LX/8UuOzMOwMoGMMnJxK4usuzKzXbU3cGbTWy26r7NY39LX+l/WNn+D9JWuqdfy22iyk
7QTLu8N7M/tfvKplfWTrHU8U4VbmYmI4QcXHYyqnkGfTaP8Az36SSl8XrDKraMS617cOvKZk
WNh1rC9r2vd+iZZS/ba5rfV9J/8Axf6RTz+sdQysk5dVpZRvs9Fx27qxxt3fznpP+h+k/wCh
YsXJxPS1fLZ8RxGnb9130kNj7aRtGrX6OHiP9Skpu+jk+t6no1+pM75Oyfj9FJVfUPpbdvnt
80klP//UpYPTeisvrxmONWWWix9zSYIcfS9L9F6LG+q//CfyFs41DMBr3WXelRXJIADQ1n53
0W7/APjH7lz3U8ijp3WMfKybXCu3GNFlbQCXBr/0m4e3c6ttnq0/8JVV6fs/Ro/WsrJy2119
PL3BzPXbkVkD1GEw3+Q+r+c3sf8A+i0lN1+fTkPcz1y3DfLhdWNx9Nztw2scRt3N9i1a8l2S
4UY1j7umtEAOEFr4BNbp/wBG5cj0xuZFTLamNfMN2aH47W/4T+W167KqsYuPtDg6zg8AD91v
+v56SnE+sFtuJfdfSIua2rIaKjsyDW0DEufRlw67GdT+/wDpaf0n6xRdTZZUsLrHU8nrvUOn
49U5FtTP0NwrNVj23BrnfbMSXVMtZ6e22zEf6Vm/1als/XjN+zdPwm0+ozMfc59NzCWljAz0
727v3Mj1G1+n9DYsjof1Y6h1LOqfi3/s9tbRa7LdJe1zOzKme+383+df6dn/AIEkp6jpn1ny
X3PwOqNrbk0tcyvqNJc+h9tbRvqyp3ejmV7mPf7/AEbbFQycLF6gyo4d7T6J5aQ+wG12y2+9
jYfZ9pymb3v/AJv/AAdP+EV7JY3pmczqG2vO3b/Wysr+boDdjd7emYDLf0rN1j9lFPp/T9W3
1P0y0/q5Xh9Quy+qsrvZdkW1sZfbV9nY9lY3UDBxd9rvste/e6x9j/tF36T2fzaSnh+udFGA
zY2bSHavd3BEf+cLm6jseLKZBZMk+Hh+7tXrf1n6K0vfdi1tLrm7cikiWOL3EH02n+b9X9z6
Hrfpa/Rtst9fy3quLb0vNdUWllYcQKn6ubtj9HeDu9/uSU9BgZ2D9gccisuyLmljbSN2wtHt
cA6Gt/c9v+DXP5OBQy6Q30wTI2nSJ9sBGxOq4L67KctrqmPja9g3AO/qf9/Qr77Gu9N798SC
WncCJ/Nf+6kph9mr9PbJieYKSl9or+zdtvwPP/kUklP/1c7Nw6erYjsexs5gfNTw33BwP8vb
ua/6Niwbbeu9Cus6d68M+kK53NBf9Kytr/5u17m7bF02FbZXustdtDgXCsEh5YJe9zP9Gz2r
nemNOZlZHVLaw5oeRXX2DnwK3e72v9Jn+k/rpKTYrvrcy0ZePa5r3ghocayC3/inM9L0nKxV
1L65fWTIox8d4qrJcz16WiiokDfY69/u+jt/N/8APi2vqxjYeZ9soyckUdRbbuAqEh1YHtjc
3a/a3/Bs/m1pVsxMBwGK/Y8OeGs0Aj6Vrq2j3fvb9qSnlquk9ds+smL03rxtyWY7yH3OJNTW
8stZaWs/Q2OZsZu9P1P8EuszLsWqgYFR9PFZuJtYdpD9SzbH7r/d9FbPUKci/EY+h/uqZudU
ZEgtB22a/wA5X/OM9RcZ1nJdhYNeZY39A/Mqq0G47CHWZDff9P8ARs9qSnpvqxjdPxMAZdNc
23OsH2h219zmB+ypv2hjA57Nv/qRa11xrsLnkveyC5oO4j4/+QXPfV7qYyegYt7AGzdbSylh
Ac9zXbav/A3b7f3Fs5jH7C/Elt9ThYzeT6Vr491WRHvbXb+bYz+af+kSUi+sn1gxcKquva+4
5bJqbUJeWhzZtbP+id9Bn+EuXnH+Mh9T+s0OZHq/Zg+0t/lPd6O4fmu9Fv8A57VzN67fV1y2
/rVTsbJodNdJ0rDGg7BXYP8ASbvbb/wi5GzKty8m7KvcXWXO3WuPJk/R/k/ue1JTWB3THB8f
96LW8SCDBmQeOdHKL66gQWkidYHMfvFM0OIDWjvoR3j85JSb1D6e2TM7p7/HckobRs3bvnrG
6PopJKf/1pdWwK+l/VzI9BvrZ9racV1x4Dr3bNX/AEdrP0mxm/8A8DXMYGHdnvr+rXSmOtyH
P332D6A2xvse9pdsoZZtc/b/AMHVV/OLpvrHldX+u/1iyOg9PrFeL0q41hzne31ml9VubfA3
fotr6sdn/f7fZ3H1W+qXTPq1iurxZtyboOTl2a2PI/N/kVN/MrSU+U9Y+pPWOg51Nj8yqsX3
Nqxs4l1DA94ljXu93oe1r/UUuk9I6nd1fDyM2wZWNjvtoNlLiWPNbXvdh13tDG3bm2e99f5n
6Pf7F0X+OhnUvR6dYNemMNm5o7Xkfo32t/d9P2U/9c/0i6TE6fj4/wBS8DHx/Zj14+NY147l
xZdbZ7fz7XW2uSU899b+uu6f0/8AQ5jsezIcwObWAXmvi30vzWMqYxct1jLzeq4Tq6qjhYmM
HPxaLWlpLAOfc3+a9P8AO/wi7zpuDb1DOzcvFY15DGY9Z9rRX7n2WzP7+3G9jf8ARLP+tvSu
oYVNedmDdiHdjZRB9TabGluPkt03/pbNuPbv/wBJSkp1cOvp1OHjYGCA/HxqG1Ukgaj/AArt
w/Ptu/SXI+Ac27MOMa4xmj3WAEho/rn/AKheedFxfrX17pdV/Scx7G4R9F9NThXZvDW/pGO/
R+tvrZVZ77v+K/wis4PW/rj0HIdjdUa2/wBQ+ra3NfbY/X6O70b3Nr+l7a/TSU+idW+q/Teq
YvpZLHOIBDLmn9Kz+qXh1b2f8Hax7FxGf/iqpY3fg5tjY/nBZW0g/wAgNDq3V/2n2VLV6V/j
S6VNVHVK/szpLbLKwTU0h21rmj32em7+V9D/AEi7eq3GzcduTh2MyKbBNV1bg5jh/WbLUlPk
HV8S3Ew8bpw2YzrX/Zn3OaWg+mCQxznB3uf+49Zmd0L7HhuyzY2xrNu4bS0tlzWF3L/3l2f1
izMTq/T8jFyWGjfNXqal1V1Z9gtpbP8ANWN/4z0/UXD/ALUtPT8vCzXA3BpYNeXNP0mx9L3N
SUx/aX+Tdm1vpfYvQ9OGxu9X1/V2x/Pet7vV+mks/wBW77J6G47PVngRHO7f/wBFJJT/AP/X
3vqP0LqnRsjN6h1bHbjWZ7rLXNY5thaXv9V3q2Vy1nt2emxq7P16yAddeNFLYJk6nzUX0se0
tI0IiBokpo9Urweo4lmJfW3IqeS19bxpx7uVz/UvX6F9TsnGFgycfC9L0XOEOGMba2Oqs191
mJW72Wf4RdSzCrEl/vJ55Ex3cq3U+jV5+Dk4hcNmRWWBjhLZPubv/eZvSU8p/i16xZ1DK60S
WltLsdrGNETPr77tPpeo/wD6hdZ1vAx+r9Jy+mXv9KvJrLHWD8w8ss/N/m7Nr151029/RuvM
6X0/pGThvttLM972u22UsJoblUPDdrcau/8ATev6npf4P/CrpWY+X1Ctx3EBktLrHbpI0a0O
1s9/8tJTyH1NtH1Zy845ljacaw+hfhvcPVrvpLvczR2/buvZR/pqF1Fv1U+rfXMkdaecjJry
Bv2MuLKnabNu1jfWr2OG3YzI+mqGR0DpfUcr0s++pppNZb6xJ9Rz91ddbHM9K6z6Pp+n6i2s
P6vY3SJ/ZdLqWPIc9lT7CGvA2ufVVkWWt9/+EZ/h/wDCpKSD6s/Vv7D9ib0+mvHJBIrBD9w0
3m8zc5+32++z/jFhDovSvqlmsz8PLzOnYmS9tb3SLMNryfb9t9u2uu3+a9V7P0X+DtXYVeu4
Br4a7Ql0GHGfosrO1zfb+8g5FlddJsa8Oqdu3cFpaNHh35r/AN1ySmh9Y+iY2ZTbl00MNt4D
rXs/OIH6Oyxzf5xmz2ep/wBcXl/VejW0VDMDbGvY81vt2E1kx7WPsPs37V6z07N6X0zErZbZ
V0/FtsLcdj3itjbHS52PVuLamNfte+uqr9H/AMGgfWPruR0j1L3Y/wBoxQ1lNtVhJrsZa9tf
r/RdW30vVfv/ANNV/OfQr9NKfFduRPp7fzo2+X0vof1kl3v7F6P+1d3pM9H9ofZ/sn+B9P7P
9s2/v/Z/W/Ren/N/+e0klP8A/9D1QzGmpUSXurO32vI03CYPnCmkkpi3dtG8AO7xwoBtjIAO
4SZLtTr4f1UVJJSLIqF1RZO3uD5jhZrqW47HvsIBcJ7dvcVrrC6lkWvbe06WVyBAjt7f876S
SnmqOn25fVm5jjFOJeyD2Ppj1H6/yX7WLpa81l7XFj4EyDH/AFK5nqPUXYGFj4+HBcQTY86u
IANlr/7djtiq9Oy8vLwhY21tDGMnIucfTqra2Ra97/3NHe3+cekp6J3UL2V5z3Xttrp2kWNL
XGsv9hodWz3b9237P/xqyc65jbLMXDc5trG044n6BtuBt2z/AIX0qN2fd6f+B9BZn2+tjdtd
dg6bUAaS8BuRnZDvax5qj1Gu2n9Upd/Rcb1MrK/4O19txGZtDMqwOs232uvbq1+TaxtWX9kj
6TcPFr+x1/6X9Z/0SSkjsjB6i3Jx67PVxxtre17Z9hH6J7mWfvMHtf8Avobuj4QxcjCxgaG3
UupfjkuFb6yd+3ZPs/SbLWPp2f8AnytUbbMLGyWZPT7m2Oe3dXEtbY0+6zEcCP51k7/Q/pFd
q1asvFzqXbHB7R7XMkBzD+67adzHfy0lIfUxvs/2n9J+1fV+wejA9Pd6f2j7bx/MfZf0u3/T
foUlP9nO3b/tD/T27Y038R/Pzt2/2EklP//Z/+0hslBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAA
AAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgAhADhCSU0EJQAAAAAAEOFfyy0L6u0ZLmrL2WPjfoU4QklNBDoA
AAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50
ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50
ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwE
NQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABC
bHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAA
AAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJv
b2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29s
AAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAA
AAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAA
AAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQg
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRh
Ym9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAA
EGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNy
b3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVj
dFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4A
AAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAA
AAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEA
bGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEA
LQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/
////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAA
AP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIA
ADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAA
AAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAAMgAAAB
9AAAAAUAaQBfADAAMAA4AAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH0AAAD
IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAA
AAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAA
TGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAADIAAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfQAAAAGc2xpY2Vz
VmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAH
Z3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9H
ZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09i
amMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAA
AABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH0AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVs
bFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5j
ZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25l
bnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAP
RVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGlj
ZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAA
AAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQA
AAACOEJJTQQMAAAAABhlAAAAAQAAAGQAAACgAAABLAAAu4AAABhJABgAAf/Y/+0ADEFkb2Jl
X0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMY
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQO
Dg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACg
AGQDASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQAB
BQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVB
UWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl
8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIB
AgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTx
JQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2
xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDgRY9rixzzEkxI/wCii1ZFhME+Inx8k2bQ
cbLfjuH0JaSO/ef81Xm9MYekHPIItDvYBrLQdnvb/aSUgry7WNdPtHBPMeSl9tfu2+4OgtA/
FWcnpDhh05GMS4lk3N1MfvPbH0m7lSZjXWAuDS4DUka/2u/7qSnQx8h1hc3gnUmedW/BWi47
Q0cwCHDsR2/8yUMLprn0VZGO7eHA7mO0du+i4NT4ljtwY4bXNJEO8Qfo/wApJTTvB5jyPkUB
73CCdCNOSJJWpkUtc1zGgayWeX3fRWdYWOMDmAHd9fznfyUlKa8zoNeOT/r7km3ub31BBM6/
67VXtBZG7js7tpqk5wDNXau1Pn3SU22vcTtOo7Hv47lGx/tcfoydf9igxwIk8gCQpeiXtcNw
PzCSmf2j9HMiZ3fOI2/1UkDY/wCjrPER34SSU//Q5fr7A3qDX6j1KxPxHsWzj4VbcBmDb7m7
BuLT4+/e1yj1DBZm3sdY5zWVtc2GgalxBncrAIG0AbdvtEaaCB/1KSklLa2NYxvFYAaZ8O5/
lKF+MzH35GOzYy36bRoAZ+l/UcmYHNsImGg8DgSrOPdIdXZta/Vsct18f85JSDHsY5426EaE
cx5ql1DBdU591Eewl5Z3Osu2o+WW0PZcAK36NLG/Rlunj+civyPUkmBBmElOQ94e0Wt1Hh4f
yf7Ko2M0LhO4ydD/ANLRXcmsVWPfXrU/6bR2cZ9yjjx6Bk+06AeMapKaLmm1jWD3PJDYGsng
f23JHGtr2tsDmu1gEgzHmPb9JWa73NymmihvruIrHckuOxrG7fovslWq8v8Ayzb06zacYOfR
W5omba5Hqtf+e217Hs/zElNbHxNwJd7W8eastqqYZHgZ4iVZ+z+1wbptPby+ClTQ002XPHuH
DfkXJKaW1mzdOkpK7two37/0n7P+3en+dM+jt/q+t/g/9B+ekkp//9ENoJII8ePFKIdujntC
TrBskE66t7obrS4a8jUeCSk+0EjvrpwmvYGn1BwdHjyH5yahxdHbtPh5K2wtJLCBHaUlIxi4
+VjlhEtIkgQPg5qweoUZODZ6LnbgWzRaO8fv/wAvatC7Jtw7311TXWwSKgdADPH73uCBn57M
/Gaz2+q1u5rh3IP85tSU025DYndBeAHhU7Mre/Yz6HeBH4Ib7wQHMJiDoTx4t/lIdbh7hJ10
kdzxokpvdD9Kvq+B6roZZe1nhE/zb/7NjmbEHquHfg3VZDBG6H1gfmvYfznfRb6m1LApycrM
xsfHAF9l7fScdGtIM73OaN2yuPUf7V2XVOiPtxXsJbkaQ0QWA7nBjfY7e/0vVcz3P/SP/wBG
kp5u3qVD2eoHtDXwS3cJB52/vImBcMtl7anb62gTHBLu2o921Nk/VyrG3UBrXWVaWWawXchz
f3GNUcjNfjMpwqR6ZBjSGyP5Vvu/P929JS/o4/8Az2/Zmmz0PsPJ27/sv81/7F/oEll+s/8A
5y/bt7vV+1+vvj3Tu9X6P0f5O9JJT//SzcTIe9hBEjWDMGPgp0urc8t3Q/wPkELHoeQHVOG0
mfdMBwPH8hGZaC81kRYD7mgcEafSSU2KeNveJPwVmp4HPE9z46Kgy2HHaNzh+bo3X836Sax9
paACJGp1ECe/P5ySmv1uz9IHsl2mx3gPcOVgVWuFrXtJBaTzwJ/lLVzW31ve6xri0gjedRp7
vbCz79oqsdsaOCCNZBPkkpovtAucA7cwfRnwOv8A1Sk22YHdpjvH9ZViPeNNOY5+Wiehz/UD
WkB9hDGF5DWgk7feXHb7UlPZ/ULHGT1O25o0oq2eq6drX2GK2PI2u22bHb9v+A9RdhgZ+RdG
d9jApfkMGVTW0v8ASfT+huqbt2ttZVke+q1v6P8AwiE7BxOkdLZhYJZtxRu9XRrrLnQ12VZY
1vvfb+Z/wXpqz1P6w9I6B0KhzQH1W7RTjiA97rPe6yz+V9PIs/c/R/6RJTQu6TjZ2Z6tgOUC
DW/Kqsrraxw22MrNb3s3/obGv/R+tb/pPs688699j/aj29NyX5eKwwHx7pb/ADvpMqnfT/wu
ytdjTXkZPRrb23Mf9ry7/wBLeB6L5cMXHxHtG1z/AFNn6at/85ZYrHRem4nRcO37TYMrOzoO
ZY1u1hbEV4lDPZtx2fR/4X/R/wA0xJTxf2pvoev6R3xsmP0nof6Pb9L/AF/cSQPtWF+3fR33
fYPtWzdtHq+nv2bdu7+d2ez+v+kSSU//0+Up6wa2WMLtzLHAtZPDvo+P5zVdovfZWDXW6Hfn
u9rW943H83+qudr9YWB1YBsmQT+b/KP9ZdV0j6qZ+a2s9RynUYzyIE7XGdIbU3e9jfd9OxqS
kmJjdWtxPtbcW62hwdttbU91e1rjXuljHb2bv3WK/kfVb6w1Y5tZi15LSJign1QPPGyGUXfS
/N9Pf/IXQYvSGdFtqxsHIzMr04cz18l/2euR9Gqmssq9vuW659WLQ9+/bwKw8+3cfo7N253/
AHxJT5C7qeTTbZTa1zbBAsotYWu/d2ursa2z6a0+mfVy7OJOTj31VOYDZZ7K628H2Pt9Syx/
8j013OVVTnvY3MDcl9I9RtdjpLROwXek3/N37dir5GdhYr6MXIsZj2Zdxx8as6eo88Rtb7G+
5n0v360lPIdQ+o/T2U25GNmOr2jQZDRaHGfa1r6vszq93/FqHSvqxVj2tc+4l5I3enDWloO5
7S60Wv2/8Xs/0a67LwDc7aQW8iPjouafYaMu6uS11Li3bOo2fvfS93/nv/jElN36wWdK/ZuJ
h2nKqxnkMsOGWBwdVriuudkHb6bG+99VbfUtf/xS47Mw7AygYwycnEri6y7MrNdtTdwZtNbL
bqvs1jf0tf6X9Y2f4P0la6p1/LbaLKTtBMu7w3sz+1+8qmV9ZOsdTxThVuZiYjhBxcdjKqeQ
Z9No/wDPfpJKXxesMqtoxLrXtw68pmRY2HWsL2va936JllL9trmt9X0n/wDF/pFPP6x1DKyT
l1WllG+z0XHburHG3d/Oek/6H6T/AKFixcnE9LV8tnxHEadv3XfSQ2PtpG0atfo4eI/1KSm7
6OT63qejX6kzvk7J+P0UlV9Q+lt2+e3zSSU//9Slg9N6Ky+vGY41ZZaLH3NJghx9L0v0Xosb
6r/8J/IWzjUMwGvdZd6VFckgANDWfnfRbv8A+MfuXPdTyKOndYx8rJtcK7cY0WVtAJcGv/Sb
h7dzq22erT/wlVXp+z9Gj9aysnLbXX08vcHM9duRWQPUYTDf5D6v5zex/wD6LSU3X59OQ9zP
XLcN8uF1Y3H03O3DaxxG3c32LVryXZLhRjWPu6a0QA4QWvgE1un/AEblyPTG5kVMtqY18w3Z
ofjtb/hP5bXrsqqxi4+0ODrODwAP3W/6/npKcT6wW24l919Ii5rashoqOzINbQMS59GXDrsZ
1P7/AOlp/SfrFF1NllSwusdTyeu9Q6fj1TkW1M/Q3Cs1WPbcGud9sxJdUy1np7bbMR/pWb/V
qWz9eM37N0/CbT6jMx9zn03MJaWMDPTvbu/cyPUbX6f0NiyOh/VjqHUs6p+Lf+z21tFrst0l
7XM7MqZ77fzf51/p2f8AgSSnqOmfWfJfc/A6o2tuTS1zK+o0lz6H21tG+rKnd6OZXuY9/v8A
RtsVDJwsXqDKjh3tPonlpD7AbXbLb72Nh9n2nKZve/8Am/8AB0/4RXsljemZzOoba87dv9bK
yv5ugN2N3t6ZgMt/Ss3WP2UU+n9P1bfU/TLT+rleH1C7L6qyu9l2RbWxl9tX2dj2VjdQMHF3
2u+y1797rH2P+0XfpPZ/NpKeH650UYDNjZtIdq93cER/5wubqOx4spkFkyT4eH7u1et/Wfor
S992LW0uubtyKSJY4vcQfTaf5v1f3Poet+lr9G2y31/Leq4tvS811RaWVhxAqfq5u2P0d4O7
3+5JT0GBnYP2BxyKy7IuaWNtI3bC0e1wDoa39z2/4Nc/k4FDLpDfTBMjadIn2wEbE6rgvrsp
y2uqY+Nr2DcA7+p/39Cvvsa703v3xIJadwIn81/7qSmH2av09smJ5gpKX2iv7N22/A8/+RSS
U//Vzs3Dp6tiOx7GzmB81PDfcHA/y9u5r/o2LBtt670K6zp3rwz6Qrnc0F/0rK2v/m7Xubts
XTYVtle6y120OBcKwSHlgl73M/0bPaud6Y05mVkdUtrDmh5FdfYOfArd7va/0mf6T+ukpNiu
+tzLRl49rmveCGhxrILf+Kcz0vScrFXUvrl9ZMijHx3iqslzPXpaKKiQN9jr3+76O383/wA+
La+rGNh5n2yjJyRR1Ftu4CoSHVge2Nzdr9rf8Gz+bWlWzEwHAYr9jw54azQCPpWuraPd+9v2
pKeWq6T12z6yYvTevG3JZjvIfc4k1Nbyy1lpaz9DY5mxm70/U/wS6zMuxaqBgVH08Vm4m1h2
kP1LNsfuv930Vs9QpyL8Rj6H+6pm51RkSC0HbZr/ADlf84z1FxnWcl2Fg15ljf0D8yqrQbjs
IdZkN9/0/wBGz2pKem+rGN0/EwBl01zbc6wfaHbX3OYH7Km/aGMDns2/+pFrXXGuwueS97IL
mg7iPj/5Bc99XupjJ6Bi3sAbN1tLKWEBz3Ndtq/8Ddvt/cWzmMfsL8SW31OFjN5PpWvj3VZE
e9tdv5tjP5p/6RJSL6yfWDFwqq69r7jlsmptQl5aHNm1s/6J30Gf4S5ecf4yH1P6zQ5ker9m
D7S3+U93o7h+a70W/wDntXM3rt9XXLb+tVOxsmh010nSsMaDsFdg/wBJu9tv/CLkbMq3Lybs
q9xdZc7da48mT9H+T+57UlNYHdMcHx/3otbxIIMGZB450covrqBBaSJ1gcx+8UzQ4gNaO+hH
ePzklJvUPp7ZMzunv8dyShtGzdu+esbo+ikkp//Wl1bAr6X9XMj0G+tn2tpxXXHgOvds1f8A
R2s/SbGb/wDwNcxgYd2e+v6tdKY63Ic/ffYPoDbG+x72l2yhlm1z9v8AwdVX84um+seV1f67
/WLI6D0+sV4vSrjWHOd7fWaX1W5t8Dd+i2vqx2f9/t9ncfVb6pdM+rWK6vFm3Jug5OXZrY8j
83+RU38ytJT5T1j6k9Y6DnU2PzKqxfc2rGziXUMD3iWNe73eh7Wv9RS6T0jqd3V8PIzbBlY2
O+2g2UuJY81te92HXe0MbdubZ731/mfo9/sXRf46GdS9Hp1g16Yw2bmjteR+jfa3930/ZT/1
z/SLpMTp+Pj/AFLwMfH9mPXj41jXjuXFl1tnt/Ptdba5JTz31v667p/T/wBDmOx7MhzA5tYB
ea+LfS/NYypjFy3WMvN6rhOrqqOFiYwc/FotaWksA59zf5r0/wA7/CLvOm4NvUM7Ny8VjXkM
Zj1n2tFfufZbM/v7cb2N/wBEs/629K6hhU152YN2Id2NlEH1NpsaW4+S3Tf+ls249u//AElK
SnVw6+nU4eNgYID8fGobVSSBqP8ACu3D8+279Jcj4Bzbsw4xrjGaPdYASGj+uf8AqF550XF+
tfXul1X9JzHsbhH0X01OFdm8Nb+kY79H62+tlVnvu/4r/CKzg9b+uPQch2N1Rrb/AFD6trc1
9tj9fo7vRvc2v6Xtr9NJT6J1b6r9N6pi+lksc4gEMuaf0rP6peHVvZ/wdrHsXEZ/+Kqljd+D
m2Nj+cFlbSD/ACA0OrdX/afZUtXpX+NLpU1UdUr+zOktssrBNTSHbWuaPfZ6bv5X0P8ASLt6
rcbNx25OHYzIpsE1XVuDmOH9ZstSU+QdXxLcTDxunDZjOtf9mfc5paD6YJDHOcHe5/7j1mZ3
QvseG7LNjbGs27htLS2XNYXcv/eXZ/WLMxOr9PyMXJYaN81epqXVXVn2C2ls/wA1Y3/jPT9R
cP8AtS09Py8LNcDcGlg15c0/SbH0vc1JTH9pf5N2bW+l9i9D04bG71fX9XbH8963u9X6aSz/
AFbvsnobjs9WeBEc7t//AEUklP8A/9fe+o/QuqdGyM3qHVsduNZnustc1jm2Fpe/1XerZXLW
e3Z6bGrs/XrIB1140UtgmTqfNRfSx7S0jQiIGiSmj1SvB6jiWYl9bcip5LX1vGnHu5XP9S9f
oX1OycYWDJx8L0vRc4Q4YxtrY6qzX3WYlbvZZ/hF1LMKsSX+8nnkTHdyrdT6NXn4OTiFw2ZF
ZYGOEtk+5u/95m9JTyn+LXrFnUMrrRJaW0ux2sY0RM+vvu0+l6j/APqF1nW8DH6v0nL6Ze/0
q8mssdYPzDyyz83+bs2vXnXTb39G68zpfT+kZOG+20sz3va7bZSwmhuVQ8N2txq7/wBN6/qe
l/g/8KulZj5fUK3HcQGS0usdukjRrQ7Wz3/y0lPIfU20fVnLzjmWNpxrD6F+G9w9Wu+ku9zN
Hb9u69lH+moXUW/VT6t9cyR1p5yMmvIG/Yy4sqdps27WN9avY4bdjMj6aoZHQOl9RyvSz76m
mk1lvrEn1HP3V11scz0rrPo+n6fqLaw/q9jdIn9l0upY8hz2VPsIa8Da59VWRZa33/4Rn+H/
AMKkpIPqz9W/sP2JvT6a8ckEisEP3DTebzNzn7fb77P+MWEOi9K+qWazPw8vM6diZL21vdIs
w2vJ9v2327a67f5r1Xs/Rf4O1dhV67gGvhrtCXQYcZ+iys7XN9v7yDkWV10mxrw6p27dwWlo
0eHfmv8A3XJKaH1j6JjZlNuXTQw23gOtez84gfo7LHN/nGbPZ6n/AFxeX9V6NbRUMwNsa9jz
W+3YTWTHtY+w+zftXrPTs3pfTMStltlXT8W2wtx2PeK2NsdLnY9W4tqY1+1766qv0f8AwaB9
Y+u5HSPUvdj/AGjFDWU21WEmuxlr21+v9F1bfS9V+/8A01X859Cv00p8V25E+nt/Ojb5fS+h
/WSXe/sXo/7V3ekz0f2h9n+yf4H0/s/2zb+/9n9b9F6f83/57SSU/wD/0PVDMaalRJe6s7fa
8jTcJg+cKaSSmLd20bwA7vHCgG2MgA7hJku1Ovh/VRUklIsioXVFk7e4PmOFmupbjse+wgFw
nt29xWusLqWRa9t7TpZXIECO3t/zvpJKeao6fbl9WbmOMU4l7IPY+mPUfr/JftYulrzWXtcW
PgTIMf8AUrmeo9RdgYWPj4cFxBNjzq4gA2Wv/t2O2Kr07Ly8vCFjbW0MYyci5x9OqtrZFr3v
/c0d7f5x6SnondQvZXnPde22unaRY0tcay/2Gh1bPdv3bfs//GrJzrmNssxcNzm2sbTjifoG
24G3bP8AhfSo3Z93p/4H0Fmfb62N2112DptQBpLwG5GdkO9rHmqPUa7af1Sl39FxvUysr/g7
X23EZm0MyrA6zbfa69urX5NrG1Zf2SPpNw8Wv7HX/pf1n/RJKSOyMHqLcnHrs9XHG2t7Xtn2
EfonuZZ+8we1/wC+hu6PhDFyMLGBobdS6l+OS4VvrJ37dk+z9JstY+nZ/wCfK1RtswsbJZk9
PubY57d1cS1tjT7rMRwI/nWTv9D+kV2rVqy8XOpdscHtHtcyQHMP7rtp3Md/LSUh9TG+z/af
0n7V9X7B6MD093p/aPtvH8x9l/S7f9N+hSU/2c7dv+0P9PbtjTfxH8/O3b/YSSU//9kAOEJJ
TQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBB
AGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0E
BgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOq2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFj
a2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1w
bWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUg
NS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRm
OlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRh
eC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJs
Lm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9w
IENTNSBXaW5kb3dzIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxODozMjoyNSswMzow
MCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MzErMDM6MDAiIHhtcDpNZXRh
ZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MzErMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6ZDA1ZWYzMTAtNzkxYi1hNDRhLTk0YjUtZjYyZjEzYTQ3NmJjIiB4bXBNTTpE
b2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6NjY5ZWY5MzEtMGFiYS0xMWU5LWE2
ZjctZWU4OGM1MWI1YWRiIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6RDE0
ODE2MjU1RUE3MTFFNDkyODdEMURCMUJBOEUwNzQiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIg
cGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0
YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOkQxNDgxNjIyNUVBNzExRTQ5Mjg3RDFEQjFCQThFMDc0IiBzdFJl
Zjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkQxNDgxNjIzNUVBNzExRTQ5Mjg3RDFEQjFCQThFMDc0
Ii8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNh
dmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmEwYWM0OTZmLThlM2YtZDc0OC05M2I5
LTQyNDA1ZTU5MTcxMiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTowNTozMSswMzowMCIg
c3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3Mp
IiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RF
dnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkMDVlZjMxMC03OTFiLWE0NGEtOTRiNS1mNjJmMTNh
NDc2YmMiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MzErMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNv
ZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6
Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3Jp
cHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9i
ZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMi
FxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsU
Dg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/
wgARCAMgAfQDASIAAhEBAxEB/8QAswAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAgMAAQQFBgcBAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAQAAICAwACAgIBAwUAAgMAAAECEQMAEgQhBSITMQYUECAyMEBBIxWgQjMk
FhEAAQQBAwICBQkGBAMIAgIDAQARIQIxQVESYQNxIoEyQlJikaFygrLC0hMEEPCxkqLiIMHy
I0BTFDDR4TNDY3MFs9Pxk+MkNBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA8wSK
NgIMYaIaKUQ8VEMtVGo85jQUQ5QiaIkTWCyGNSZRLsdVwC6WUDBFUVAkFhVawpUGSoCVkXQg
MNJDDTYVLMuARLFgg5QQUBpGqNMuHGpgFFVjE3CEoxhrYBKgy12MsAHimzQCjHRcHaMugpgk
XGZxizggqgqmKIN2WAtF3Yh2NhVREGxLNZEuCGJAExdhjYl2sgKYstqWlyQxrKCSphUExbao
JijLqjCGoA5Zi6shehcDsGB6M7Rl0A2joqMMyicFr0oAujF1cFxiwxlhUuh4hZYwixJY2VAi
WQwLEkgkWxQZAQyDDPb84o1kWQkPcvrHBnV5Q1pdM4i9+EqwshVZV0whs6BzWHQa2JGtSQ1q
4WvRnCAwM0uEVoSWo4Ku6JYQkkDlGCBUG1LASlkW0ADkKVpUBdwuDDrcX0PEMd3Cmg06HSy6
zHx+3yDV0+Z0wOd0ocQd2QG3GIm9Jn6/H6hoBsMOLu84yNGGhubQWsoLkgtWjMCNQuXC1NsQ
D0BElgyxAugsIxMIlmUQkFBMsGUIjlARkOzzOngOXJZcFh19SWieX2ueD0sfQFUdlY+gw4Gp
6zSEoFt0UwCGYN6Tm1oSC/M4bVrBqxLU9AmGJdWoaS2lIasUVgOG4SwMqyhTRMG7aJM6CsrE
0wC4cOhmeo4dEAzQjsDDqFsCF2MCsCCNdh4tcMoWsc3OQwwg8Ssz4ugByx6nKNJIcUBrIF0B
IwWloAuWQxDKF3cKOrKlwu6IjraDDoJZAMCQqpYUkN6NKzgq25yuzx+oagMQrWZUXYZVA7Eh
1AQvH0lmEXqCZnM2EtgmGIGLaBzGXnNgjYKyWGDTEjsziKeoqBtLa1YObdDnFtUJZLGUQklw
C4IYtoQTFhSodGiA46t2k5vWGxlARV1ZaTAjFsCMEG282oKosYgDMR6Mo/TgeOFcLGQTj3qM
TVEEhoDDU4KiEuliNPGJ1L5+8XizAeiWGgzUdFU1Ys4BbK0ix1IFlOgcuMhpU1YsioKVYs6s
kllraAJCZYGQliGmq0ELJgCE6MAx+V4bE0PCCQYoBOxRnlgN05mhqlCKYoEqIZ2csOILANXb
836ApTQChWKQ8Qd2XQVl1ZBXofN9Y505MPULOCxNYZrMXcoOxYDJAYYkOEIp2cbQMKZZgZNo
nILThNNroMkqNYVZb85FKaJKpYaRIQQ2W1Ljucfvcs5QuQD1+ToOys1BUMBgwY7KwfjdDK/X
iOLCh6mrEGmrBasgSuFXVDKkLqQswMinUZyCD35XjBjBWHeR56unyR+dgDmZnlwlDAtJFUAb
EMAOrChJPXcnp80wc/0XLMi4B2m4NRBgB0syFm2GxLqNfB9V40zxMPWyrIJUUUsgkINjA7Ay
6ogrghrYQhOsDNqwazQ/K8uqIXy+tkOKZgDcIg1C0MWAVGSzAq6IpGhZ6CZdofL62Q4a+ryS
OykbFLogk8X03vDGLOp4j1fkQIMPXUYBCUFkFDIMJKAYSyGWswmAZLVY+qomHZiBNMNbcdHX
xioXzt+IqmCKlgEIwopQwWCQag5Lkmrt+f7xdalmDL1Occ7Y3UYF6QMuleg1zNDKzMw1cDu8
YGVD05KMKqoqpRdSwqqEYuDrljIFkIaHWsxWXoYjJY2Aa85uiUm3KwTE5MCGxJdCXcgyLIqQ
xZ289B1crALakRg7uInN7PKELfZmB4mfPpwAacuwPmdDEBLh3WZHDiGFAaypTC6llMWYwqoo
pZZA0E6IFLFnLMYKS3MMAKNGnE0RKUExFh3YDLoSGMDsSL7XH9QbH1tONtx7Sm5+oc3m7Oec
g+kRzA6PPM2FuUJuczoNQ45k7MFQIamJYMWQkYhgcshRiZZgRDCFkJBkoyBajFndlAWaQrWR
TVtJi2ZCEow6llklwBCQ21MHeq8t6wbzvReOOpoDQYe9wNYTX5zF0uRDrrWs5Pl+vzzM9dm8
Mmk6MzwFoEPMRNCWwy24xbqhcqiaEEMqQKARIiw1RJSaIyp0rMzDEujSCEoEgIu6ohDQ0rIW
R9od3TxG7j9Dmju4jpmDH1sJgzbOOewxIyGnyfQynIJXYMF+35h5jSzOMi4bhZYtgwazOY2X
RcuAyUWazDAVjhglDYALckAwEhDCHnYChqRSnCBBsMSEohsaayN/vceoDK5Rl1Ye+bASwBS+
Wc7m7nnU5PV5YHnuhjFe7R0AFmB5bm+s8oVFQ6+nI8YyxLz6gFRFmglsAlpHQWCyYJBggk5Z
WTorObOhmMtyFQwLxbcQEOhZDZQNAIShe/B1T3YZrGrBZk6PHaepx5chj4eYTt7eF3TZe3im
jRi1jxSkclSzm8Po8wkqHcoEHez5nFLgDYDiQRGFmo0sQwgEJKIxdMzGqsyjoM5zSZ9mcRRC
Fl6CDIvYoyNNhjmmhJuI2P5/WG9jP1DDyut4YcWATuJ5vYOMY6AtmUj1PCVkOp1spDefzkG7
ZwYOxalmSbIPWND34iNLOe02llE3IVqMx0waQ0CGztnlmeoQeeDoc4CgEbFMLpbDa/AR2tGX
plK0LMXP7zDxVeiE5PQfRb1aRm3m6BenkeWPfczz6DueZ7PMMutLxlCk1TCZ3ywZgENgFRhl
LSoCSBSwDXZBtbBurMQ4Mix3qvJejN7krM/S0qNVg4mLdZ5Li/RBPmV+486YOyXSFamMCzOS
KpgB5bQZmgBoiKNrMjQrpRfB6lnOHpCArsbTh8b03lheeAMFcHEizdp5bx6mZzXMRmmLggbE
t6RHrAy2lqMb+n2TzLvatPL9fTiOg3ldUSbmFKdhAksSR0SWAdLYDUsBbhMiNyTMrYgyKFoy
whpwFmDzqyHX7HkLPTefz2VncBa9EM4vATGUUxZDpmYMJLA5UAIqIlzytA9QT1tDQ9nOcdbK
STnXosvdm0BmBBYlINJCIdYd5YHRnerljep829mdQXUZo2Cuf2MRxYqjSICZ6FZnz6ki13RT
hINhNM17BMufQAuqsCMEUUIE5YckHDv1nK2dfEQNhDNHNcdS8jS7FA6Z1hauV1DrFyKN2CNC
5nX5I3HqynY2eO1novK+p8ucbq8jae8vzvpRVHROF1uQTF1+YYHAAKyMUjpYjMnbnAFwjdnN
1HRrPuEaNu883ye5iOTW3OLsrBOGSNh3d2cxy8HRLHVRkeRFOEQObtxkdh1HS2ctpMezIaNW
TUXzenkMOHoqMXR81sADo8YNmXsHPf2sB2+n889gaI7ngzUBy5rcZ8/YxHP5vU55ju0hrkKO
qNnR5HROyfLWaefoSZVuUVcsC7gUGHcDUg4va876kdq5m8uhQO4+jOZd3O1DzWITDYJ6+dw4
rAsas8zt2+eBR2eKFlYBq9T5H0ozznsOKZ5Wsbk9DZw6Wo9BWjQZ8nQ5Ann7XHAx9LmAsohi
mEBsSw0o0LBvM0ZnesRTkBEtoUZDrNlnkOri7RvMXBZZhOYjZlH7eM06jcrDW7PtC3URFMzD
SEy/Iew8SZWo2Cg25BTG9sWv1GU5ve5PGPcI831jgekbuMbX2Hz98PKr6/IFczpCefoll6sh
HSvAZ0n49xzU9bkBVSwxogmoYOi4ekKJOIM5x1u35HQdrn9vliUduHB16rEMJgzr5NwUVClk
IRg85XkPSedJqT0ir3dA19LIQApUcoe0gLnZKM3uOR3hjc7wxMDnY+ik4OL0cPMcrr84xXQh
XQjdeOjrjytwCjUFBsJuRpogw9TmFph4PreYcQhh0+55Cz1lczEd7Nx853ex4th7p3jumd7L
i4Z3s/mIevb4ph1uRWkd0dO8PaphhyauUKtPWF982gFUBqxL0IaPuoJqwOc/LqOF5j3fgBFy
BAYl1cBaJFEBlORYdCRpiodt4CdBVCcnD3TPLX0sIltWWLHGQuiJgm3OJA6Ct3rDxLvZ+MA1
53ns9IsAwswmh2RgerlbzqkFhitouNUXaFHXAAELRwTuF5n0hfg/c+DE1cLGoFJYJSi2BArE
iWEHQYehU+itAaw7XhEcR+cI19cX0c+U3tTqE+d9PzDN1x1BdvDsG8bsmeK3dxQsZlCoLEpY
Ivv8TvGiHnC25rEwGFrF4nWvCcbIQGvqpAzeTeoi9KzOUoKxsICouWRV1CjoQpcPSqXZqfk1
B4tnnDJKedLUuikZzPQK7Gg85p6qzmzoEZmqh1HJYZed2eSWoaFsw9E5TedtNHd8n3TqIOF6
MusinQ8/2T8qei8unOaXg06XnOp54ARsu6YLpoiabBVOWHQEDd0FVOAkh3H1pHBlcK893/PE
7XJ7hSdKCwPnnrex4TuHdx1mIefOa5i0nU35CGiyjjZexxwdYdE8GFJNHpvKeiPTZ3coZ18u
gAWkLxbhPH8j6D5s5GvCJu5BgSA0IxAI1sBWVg1BKIxBOMAYpgEdDrmjsmLptM8xx9+M0drB
0jHy25huc84x+cz0avPmei4ZZDZ3vMe1Oms0muY+Qb+ZyPSmhGXMcvCYDfonm/VGOPIxmyhx
ZbNS5YIOI85yPecw8Vg9BkOVNKAxFho6ubsmCtvHMueMAFpCbcBPR+d75xYEPS9YWhc7f5w8
5vXtGXzsxotfsTgcz6XgPAh6TnnHnsM55qd3OZvZ8TpHRpRC/P8Ae84D0PNGdHIjpmbD3MZ7
Z2Wx453Ap0CYRJZu6vL7RVMsQOlQrn9IDn4u/kPJL9djPPbNKRPA7vJFaekRz1dojgZutxy+
nxekBKh74O+JxfO+6+VGmsgipPTm7077F02HH+efS/lZ174pHc9YzceQ6b84VHkObxOp6E8F
0fUmcAO5iMmXdjOrt4u82asGM71ctpo0cTrHWmUTeePUHUgC3WZiaAhWwTlc/v5jheY9txTJ
u832jfaCB8z6bzQG3JrJN0PpwV4Mz85Wowt1exOZ6xxkkhKsDxHk+lywu1xvbnpqKjn83scw
dz9eEyeg5vTMgksPznpeYIz5txyd3D6ZiTvzGctec2eg8fD6R0PmGw+gt+e+oO8zibTfYGUJ
WKB2YHPnUaMFw8MfY4B0+hxdp0OB2OOZnBDZAh9G+ae68KO66fajujISSEkhJIeR8P8AWPnh
y/deG9aexHRRj5fW4gCBUdTU/pHPPbDj31xPlurv+RMPR5hntq6PRPD4fpCz52n1fBEaAUS8
6jobeIJ7/tfI/QH0Eed0wFaBPHls45sQ7GN4HRynK3ZgOrzLEim2Mgw9F5n0HOO37PyPtQpI
SSEkhJIBwPRZT5zp9X5o943z/fM3nO1wy1gg9J2PMenJJCSQx/L/AK380OA1yD2vofnP0cJD
hPG8z0HKMFdjuHitnutZ53je4o+c4PeYDyXosOQ+jdL596E7nkPYIPLJ73OOEnqc0wZ+rlM7
szSmqoOVDS/X3jJ7PibzbM5DoNBxVjIADsxoFI1WcPu2owee9T4I6HLdzz3XpvO+hLsDLgiH
yerD5nj2NMnrsTDvn5/oG+qIuVRDBhUlBDQAY93GNpee9ObbojDl63KOJzvQc4xxyzmZd+US
D0hQ4fYZKKWUMjXiVTKFws4ed6RwSyQSLowK+X/UPnhiRoo9P7TwfrjbWQDZWTMdXPzUE8t6
fEZ+dv4J0NHHI9/t+f8AqTtTB0AIyi4VAA1ZVWZ5DlfQuea93ifRHVU4Tlc/04nk9nfWeJ5v
03jHiEdBRmj4fVKOEkhJIQDgsHwwsOxGo4Ct0Ma9oGTzvsOGce9VEDNxT3CRAYBWZwfZlXso
5gdJhl6IaDJOgktZPH3z9w5azCqmihZBQSi12ZuLJrJRUVwt+E7TPLqO54j1XDETvw9PJCSQ
kkJJCSQkkJJCSQkkIpsPEeZ+peZPJ3u6psboEzaq3lr0qMuPTkHdjy7j0Y8vplpcRgX0YJt1
iXhYVTAb10IpTcRezFpND8njj6HXlfSHOzdTnnG5noPNHreF1eQermSHpZISSEkhJISRQ2CR
JIQDzDyQ8kkJJCsW1BkogAMiGKco52PVzzKk6O/1ud0SGhpItZpHFzTvWkgeVqUHn1YTdkUk
23ahucrPPq7RmWbs53/nvpsJ0lGw58dD28kJJASFQ+CRMeuzJrAi5IQSgAMsztsi5ISrhlVt
ziiZAUPzHP5fW4o0t5GrStY68ugYN0IwdJAGnFrMunDqCxlzTp8feo6WQsRsISKYIjCSYvn9
vMcv0HJyHqpUOrJCSQkkKuQkkJJCSQkkJJASlFyQkkKE4JWxAvLozGPNN49gCFifiNenLZsH
Ogdz02d0x5Anp4emeb7HM7Jwe3wO8cbHuUat3nu4NesgU6hBteU0cbqAdWcuHtJISSEkhJKL
khJISSEkhJISSEkhJIQSxlikhOLdhMXayaS+ffFNw4VHXJVlrujJ6KuYAPP6g5TsBvDqcA6g
zWc3J1cxiy7gOg3i9cshgzM6jmj1VmOVD3EkJJCSQkkJJCSQkkJJCSQkkJJCSQmbTRyrS0rJ
rzAWghfE3ZwMz8p1XZ94HTPzg7kP6Bg7mfjk9Fx9RSNGE6zPNdI7Aec3kfhyml4rOxfnu2aJ
VBFRFwof/9oACAECAAEFAP8A5IH/2gAIAQMAAQUA/wDkgf/aAAgBAQABBQB2jEtYgti2EYtj
T9k4rBgxCmfOzEeZWyWQiQ0FyAFs8SrLt4DeNiGdgyAHAfLEECzwjSSozy2Mdc2lSFOSDhT4
6xiuJkEESzsAKydtxHkD4hdyCSZZpJJAL+FPnwoQjU/JlbGIYENAB21XCpk+SWeJghAFBEwY
snbYBA9gzcgA7AEHAwVmYwGYBfIJMz5Q+S5C7yQ0hWLZOpVgQLP+1WACHyCA58hWDlfA2WFA
BYfNiRnlcaZb/KVhm2USuMQQ5EgQ2oUeSD8lIXY6sYYtqdlAwqAQ/lSWJJ3BCYlglg5BYKSw
OQCAxK/kQCWZQAPnsIISAgGROKNsUgo0hQ2eJVgCSFz7MgMQSuFgwMwXAUOAqsrKjAY1lcCw
gV2JJb51jdUVRlQIIUqA4UNBxgxJZQWChQFUkgggzv5DKMJljIVmEJYQpsDGCqKxXGcIYBBI
UkFskg1tLP4O4YsVISyR8dCTgiPyCAR+QAGELG66sBjCDBOAeX+Of440kAJiEBSCcQFiwSQN
j5Rix1fYBW8kkkk7jTYhBkHYzlc66jEDK1zhgA8yFL/grABABBYFDjAjGKQdQFjVSRhOzScr
IUFiuAnCFgDHAIrfYEBMltVgDUFyGwH5eYAVsUCT+VE5sFxCuMxnxq71y5crsQoJkudGYkIw
yVghlKkS4UH/ACYCC4JxyBh1UGC+pGCAW1lTAALYh+FPlELKxZrG1jIgJVsSCS4nFBGACGfA
wJ+orgjCQFc7FZxWWIOwasiGhSrgnUk/FUJJXx4AHkQBhJlIX+hkAKWA1hiVwMpffxrqsmNA
4cSqmCAIKwwlmIMIIwquwGORggJ5UDUiay25YA/O2xSAkjUjC2oQgkgEUMQTBEyw8iIEhSyS
CDMGSpAdIKE7gFsKQzqCAgAiMJLElSdgXLbYCMZ1I8qQSxOowAtiNAcDVSIUoQwUnYzOSSWU
DGJAAVjK5A0IZS6KFLKc8jCqQoIVK5yzlcYyFTBUULuz8+pcLmoiUTEJl42YeZcAqVWtGJSs
7KjE1AFjBSRsrAZJiBFZIxxGCJMYwBFiIhQEh6/DAEnzhOAk4SYgLkCCxkMMAYkSonbECoQ+
xLjPObAtBJBY4d1YsCzIYeVweCxJOya31FHZyA/kk/EeciDQDNVYVOigMsEHi2L/AFbDr5ih
dACagXhq2YKDA0nwApFSFj/FqVHqdXrBn8BmJE5umLLASMJDK8hoJGsGyQ1RAZ7DqDOEEmBr
EHzPg4GEAgYArMmxJJJbU5qFSpIZpBX5sykGVgodkMhowltSEIUAldVz6656kV0tHg/ivYZO
AeOCgklCU6wVpMseXZGRguWqLEv5yoHxHjFVwQoZfrx1DKjAGhhZVopJoAV6LMuDowJYASKg
SSfIEDWMJIyDliyAXGMZJbVXYkoRsRsSCGYFgNAXKwriZMiWLAAvAKxiQcUw0bBZOFiraknX
4qBFiLBUwjEf0sAbL1+ToFImQH1pQg8JAUk5eZr+uLKjBX5Jowx02FvMwd1hikhKtyOJxj0t
K1OM5FZQHkljj+c7EBKjNdcrdsVvAKjJK47l2QA4xGMIYtsAThQDCQwXwqkQ6qQILmQUDYfj
ksCBYSSCVHhmh0c4SAQvksEGxJDwdzqpglCciBHhiGzuTRpAKwCxhaTnGAF863hgrJD0nfAC
qAEnY5UisenjJsdSM51YCTBgkouH/FDnyOfkdVeLCqJIAKlBIlgG+QJg7A4ZZXjACpIgFwV+
0YrgknUyGBVtmSHQzgIJJkuUmAQm0yMAOR4icYBx9QGf8IrMWTy3nAkn/kgz30nLIAWM8g86
7GsfUqzD1ixbeQ1tyVMpMQQJKqMCjYhWR6PrZAclACfCKCCuuBYwGMMkXIxBrChlGpZgUYw8
RMY6+IG2MdiUJZ0jFQKp8mtjBIfCAAxkuWYrsXb8upGeQfK54OAYASwWSUKkAEBQcVSHSRjC
DAOeZgQwAzp2+tgNgfhJ0oRnKqAI8AmDDDaBsAZwDz+WJEuqsCro8QZkIwzyc1JdgAVUnHTA
kD6rVBV8VhCOWWAFYkgsuMYwknIJBI1/GEwfEflQoVXg4UjFKwAhLyVAUAkr/TwMSRikNjeQ
vnBqA2pI8kgE/wCJUDIGeZsMraT9olmWQ1FShNhhIwMMJyBjeSDixPiMWTlw2V0IwrIOy5Xa
RgcPgmaiCCJVkySpdFZX8FHMliV2OOmMSUCg4q6lxJDAmACAZWRkhgogAMzGl9vrC5YwYqAA
ygYJIHkLW2BTjgDJjInGDBgFBK+SV2DAiPLp5dWA6Q24lRWYfkcMtkYCCQnybGY55YQdQJAY
kLOAfEAsb6iTADyCQQCjRlZJRfyQSCRDLI/yzrRFx5lLfj4gsBlvgASWAC+VP1xjo2KGADCd
BAEnloBywS6qGWyl1ARsK+dJyAApOpDNijGMJsAf8sDFTLHHLqUnNk3Y+SAw7QVtCq4BEcSM
AfGFVGKQCWMNJZHK5OxDSQQcackhQWGFDt0UGxVqcrYArbjKzAqKQSBkAEkYwUFkU51KQAQh
R9lLAYwUYBDGcRQwYq9bH5NSGDoAFVieesrkxhBlCwwpIehCz1xi1tJBUgnHPgHywkEA/wBP
rBAUYFnCJOoj/EmAOos1tNLFaagzLCAKGDBcJBEAEaHCRuC0jxgIncYDgBLCYstFRS1Semvy
V8gkmtkBNikAk4TB8Z+ctTcdFULVYARqS4ABnAJUH4jY5oCF8K9SMFSpG+1cLCVVWy7pSgJ7
AtaQrB0bCHXLFYhAAXTFEMQIMbKuAMM1GLDZbUa8mvCfLQBfzTbRVXUDVXsc2JweD8QEJJsB
zUhh+U0JiS/hq2ZSBOMIy0HRNizpDPWsupDhvAb4htiASDJBMZIi5Jx0EoxUuzgmQRBZV+IR
yJgG0LhtMs5JczlLfOqtylzva+uesvFtTVxjRgXCZESWBDT5VSuU1rL16taStXr31PtF3z6l
yQcPyJk4ZABxolWG7xHmQWU+cIAxQCfEgEY9QXFBgWFQDsBBV6yjJEdBZSXU4GO3llGKAQSA
FABc6s5BJqsljpiWEg7MwnFClA4Q2jbLQ+NADE4hQLWgY+4rPJ6wEBQCTw2/T0lxLgYRgVSN
QA3nCPKztQvlyZ6xC89pDeyrrs9f/LX6TGRsSACR4gxDHKwhZhXAMBcaJIEAru0T5g+R5V2O
K7KqOsWMjYC2ryMtRkYNuBIQAkV2jCwhtSCwA21KByehPLpGAMAg2J/PjYkAWOujMZRgw8rn
peYdHZ73qHV3V1M5KNiOAUb7EcgNJDeASpgwcJUlSFxFMEg50MpNEm3295p9TsP4k+FIVniT
+BJwKThQSoWQnkAkEeIGpUQFOQRgM5arSSdVYQVWSkYtZJVAc6EIJBXKrtlLEYIGF5As8Dzj
+XSCYGMoJNAJnUScJALElp1YkEo0YdieBhz8lyyz7qWBKwAPX2jQ/kwcYwLLDCErjf4gg5Q4
JMbOGcc9cP720uJOkxhYY5GbZWIALSTBlQUJGbR/Qg6iYMyFyBlg2RCZ8hlBYBXxR51O/wBT
FeihsI+t3cSrfKGUsyb1kwV2wrodxME4dVBlsJgF2chhDqGKNoVAmky19RHrQsHprhFMYQM4
rSthIIeZ+wklmYkElgEwNJ3+RLHLCduWpWf9gVP5GvxP4BUB1nG8YrmFaMJGBSMk4vktGGCS
CoIEKcBJIJy2t1OpJQkFSSVPyKqSfiQNs6OYIb1dcDCWGymFaqVwiRBODycInCSBIJBBeBqZ
OACSi6q3/YoWz1doRSa2aqypkxApCGDTb9gYhizGW8YpJEglgQA+uBFqqLgZwDZ/fO38/Ua/
GY8wFBIwAZ5wkZ4GGcTUZ5OCThJzSSimZIwCT4hxpYPJGuJYQRqSUkasC67ZdzKcsqKuCMhg
UnA84CoLMoKga2OBjORjE7AEMpE7EFJZrdgKlUN651s9ca/iaQa+tNVUg4QduUnNNsJaGJI2
E7quPbOcQqJKuwUCfWoi1e1t+7t3+BBOBWhi0MCVXDtAwgYsHAIMklZwAnPII+JAaATJ8l0B
a1CjV2bEwAkTMLAgHLQrHroDgfHASCCckqpb4kyC2psUswYYTOADAUbFAnWC5+G5j0tp+gVx
hX4dVBdraPpMsQjGop2sMHQ4VuhwfsszdyQLHTjo+pdtkqTY9Dry8DMzHYwzSdhk7AzIkOfA
kHGhsgqdji7SAAY8iCUYsPJxQNyJxk1x62hd0soY6i9FZL0YAg5EYymLkkX1fL5EFhCGVb45
K6v8sDfIkAr+AYwnUkEFYKtGrjU+ntFZIP3s5VegEq9Ratg5xCwIQsQPBq3xKjlSKwp5CufV
9YJUVJeK29teP/KZWLeM8jCQSCZsABVtRIInAxOE65+cY7YCYAGIUxfJHnACxBOEyWA2dZD7
IQ5IVoJdhlHQTjQctIJurBDWhTq0CRms4xUYCygEwgBwlRkl1KmdhgJd1IhhnISjyhs+yTqc
0BFqa46rtRyL9bV1jCiR9W5orQNXe2llya2XH7HBbPbdD28bEE/Sur+SJOBgcBGNMkwxIwGC
VnAdc2ByZKlcWZIM+AB+fOR4JOGwg3LtiEQG8s4BDqpS9ijO8WTDLBF5OEmX1wxk+CrEgAZs
SVIOWOZNmwEyDCqPlR9llqcVzF+BOZDqC7IB3OCOfkZgmgy1Q40cBg21dZYyQzsCsKbEudR2
D7eAgBY8zJUAY3+RIXA0YwkkwA4wEY67YoJKwCIIQHUEg+SXJkQxUmIMWr4t2FSQSwG1jFju
GC2eFZCCFYv4wOVZGGrl4RSceWJAgAAA/KVABKl4JXXGJwKs/r3EqrbfXUdHvY00Ib6VIooT
ouvpUm5FRwqpjsThQEsrZYXUW2NLOGFKgoSNTqD/ANUKSSJxjBgSScJJJOT5EgyQRsc8yIjy
QuAmVEk+CoJxSRhBdeiuUBgWEOLAyjaAr/E2eUsUm0StoK2BSGLFcnHaWJDFAu3+LwWNawTi
AESCObmfov50ZOdULKxCqUaxnU10evrE2KSLQFPxbCoBawBrGLCwytvkqwLV3sh6ArvfUan3
TUbQrHJBY6y5K4W2BbyGOQY8nPlhKnDsDMY7KigyA3ggYCMJIwRjmMNgUs4CuzlLJGJZrjND
U2eRqQ5VbQQS5OzEaAeBDOTGM4jeShBwsSwIARST6QFMRxY55X06nMcVYK9qlq+XnC8zpB6q
liyw12C1rCpENNYe4HLLwwDwFYNlABPR/wB6fx7PsNhUo0gQcYGGBgkyZDKgJ8SxjABiyD5U
RIQHGJOCNvGAAZE4SRjgZ0gNbIFZgiwSAChJGVgEBiS4Kjdgx+QAXPBHkEQMlSwEtBlfzJmA
o5nnj5azXaGlL7Veyl11aPtQhqHvLX/G7FoqluaqDyBhYtqHp+LfEhwAKamlPiy2sr/QsuTN
b6hSCRYSZGFxEjCEzVsIIIAgAg/jDOoEgkT5AB8eIU4YggAdACu7BMDyATIAOOAWRfOwB1LB
5BQmB8VDBs2OAxgZVDMQF3IRQ42K5Uyo9dUX+7Tqqo9P723oNykujmtW2tt9faG5enmdrkoo
qqFlV99C8qB+SsluXldva+qC0sGVpZTzqdrHRhXLH701LsQq7CtGnWcIIzwoV0Yqy4k4fBgM
QBIZcBePDYSQAWOAGQsYkS76u7qc6gxFxY5WQMb/AC2kvZOIDGoGEjHZSgYgBvkvkkKcjPuW
Q4kMS7FRgKg8yC65A0Bqr6Ouo+t7zcjZfWC/UfqzmvZSdSr0/cvseGrtq4PQe0FVHrOXmz2F
9Kp09L2E0EoF1X7PH3GErM+NfwaixxAYUksZOOg1ZQT4ilvJPkSceAQIasSpYkyFwEkwSbGA
xXkOdgzMDZBy6pWARlySQq+ANkCwPtIUsNm1OGzzJJDEu4H2RGROahcIgFTYACB6HgKs5Cuj
lT70fzF9PSbLf44sa/gpateStFWy2pmu5/be4s6ufnrPTdYt3VRRX39723O7u33wtfr+roN3
ruqrE5Hwn4fYurEjEcjF+WQSVE4QM+tQwRM1UHFIiCpA8/IGDqxkj8FiuBjmxBudhjucLQwC
lERibK2ChHZURjjggWKCNRhGMEBk4E8QBkh8R4xAGUmV+s6+p9Dbe7VVJU5YW12K47aznqeL
6ObQgXhWDg1joalxyJRzdypGWdKJd7Crq67Rx081Vthc+h9ZX0BkRF9jzu9blggZMjGJLGog
V2RjMCVgENJ2BIIALE/0MgFvDEkKXOM+gLNn4yAGNhAJM3eVtZiJlA0LYQHJGI3kahbVCs7C
X/yM7sDs5UlRAkoS0EAkL8Q7ePT8l/Z0kmtHsChJh3sLcHK8hwAjk4CDnQyiv2TnnHCbuv2n
WTv0mSfZUVJ3ddt7+v4H7Onm5f46eMADN7Dnbmvf4vv/ANqoNFVlWFKhWGAEMLAAAMBnE/w/
5YfIZqQarSpawF2WclyrDXCJxiSTIWwHRzOBiwaAzPOKF2QS17EFi5wk5CkkjEkkS2BHDMgJ
QjJIxFLn1HMnLx2OrY6Eh2OtvUTnMmlVk2G6FrtcViz2Vdq+1Seb9fQkdhlLeZ3Hfzs2cnFd
1P671q8SxAEEuQp9/QejnsJNetX1Ak5UDjfFkBw1oTZWUKkKEtSAVOf45upOwGK+xhyQjkqj
YpO1uxJ+OMr4UYVsjMhACgECxhBDEBGK1EA3HzJnXyC2qmQrwszhkEAAjw4AY+s5S/UVFat5
DFSSi6qV/k815s6KjWmWXLZZ7z2Ggp6X/l9V6OPT0HnDI1hTm3D8fOWq0pTZsayGe0k33vQ/
sfa2lXBGf/RkINFiNn1bYVYFH83vWUInFE4gXEIllBx0ZCCSJOv2BR9tcs6Ky3owYgYt4BFh
dGq2FtCIBUYsr1zbAywAJt8q6CACuElQWGKqjAks3gj8KYKFhnqfYPy9PJ2jtp3VAPx0WCqp
by2cFh+y7tAXq9jVz09PQ9t/O8W9JDD9ds/kJZXWp9xfbSnF0m2lCWLvBe1JsuNTSY9voXDW
HIMu6kpaEYXb1t0+S2xkKBbikkAkIHIG5OEiAwJUCDUdrVE6EKEJJrYAhgN9FcWIyKIepWrs
oJBXVXJ1dCoYQjL4ZMf5Dy2FXwmzXYyFEJUXZeTkqr5k5r24DbV39ClHRwT77tWtK/YOop9n
bW9XeC/ZctoLKTyptZewU+l7/wCL02+z8ey67ba/RuDUbAqkuw66mvq47j9l3R9Y6k2LVQfM
MRH2TnL0rXm6fY8NZa5K1iRPkltmbwbXXA5isqxrIINhA+0YGAIYEGzw7MoU+S7Blc4ttiHd
Cq/WpsAxAuBNk+i043HecbmsOINDaCMDjRwjFOcFRRGAWuePltROSo1WPRWy9Aq5q+q6zo6P
mQUJNYIelkorsjao11pqGyqtYqvdj29ADfr9fKvJ7UVqLui2B2WI1rtZlXQdntqcmqufqfU2
Mo1G1WqvbYmBiQlqkz5MBmtRgXks/mlCVUwFMhnETKsSQrGCSFJ8KwLM/wAgdQC5L2u+VuxZ
OUuwo4Fyq3mCc1/M4bqrg2lhf6jl6Dd+uXLl/quyrF4ujVPVuw5qWqJOczFsaIqb/wDT7uJ+
3no6fQV131+j6jb+u8LNf6paMvstZwXK8tbWqT9ZNiy1qplPBb2vzer6OY9F6Frw/Na6suIz
F7q7ILOMOs/PRzsNmgoYZgqy5Wt8rsZwzPNa7YOaTaiKOaWqQeCFJoHHvxp6VQvofXg9H69Q
4u9T3c9RPydhLAqy2Y6Ogkg84asi0h0eyfX+oa1VRUdjOEk4JAa1EW+09DoufLAxI+oMK0Fd
QaXR2FftCTy28dtY4LWFdvf21W8Ps+vpHseUc3UnO7Jxsaz0AbOc2Zs/lXx673Fob2l6dHWn
2dD3UumV+DDOzKEw1qT9Y+0yWa35fawVmnETESTVQWK1IjFV2tuEEBx6n0yLz/8AgUl7/T+v
uR/12wunqOGutEVQZJAgdPquHpzs/VHzq4urlz8vaLqhVQ9jc3EFFfNTlPHzUgGRa2rCZHkk
wOm0PWC4YOcBJw2ojKxwuDi7LhscrbLpZz38VzoFFHAnWa/WvWKPUdfZbbxFOe8hGstrIUkn
YsPyKzVJUa03VBDejoa98FzVEdIfEFLH+M21g8sJxhK11HKkAIddv5AGHqAB6wWbpfanoUWc
37agFf7L62wJ72kNX00Oq3vUa7q7MCmADkeDGWtUqdddHOl3P0dNlPI7GvkdQtKKATBBBtBJ
KDG847HJ83hJU+bG1avWfs+wUkHCwIYgZuXNfycMNav1v33HdzOysbFUextH0dbK7GCxYDCD
hwFwC+D4ipsFgxxJJZQAY+5/rcSAYVCCXYgC4gG5gQ7nKipz6jlfFdc9nrepM5uPc1eipOcn
K9Cp9KgFSH5arWqp6VMFcvt1RWYAgHPqk/xaFVQFDQcGEiYaWBxg2OCBYrMujAWVEZqIJC4h
e4wyKCSJrRLbXayy1UW3t2yjqff/APoeqrOn9h5Ohezu62d+vqK7tIaRqSECkaksRGEHC7aq
SQlwJ8MF2bEJn7E2YiVCySy5IfCwJp53sK8w2q5ljl9eb3qorpzloIrNdU3dVVYfqdyGYtWh
UJoMjD+LXLNPgGQTOFvAaBaSoS4kGSCTjHC2Oc18Cr5GtZvTY7yQQqq7Nm8ZbdI+wbdFs4yA
EsWROp9CVsDtWWaCVC7iox4AetdQAC4jEgE6hiBgJBRm1DkNqpz56DYAKBjkkKCpqpWUlVp4
7bso9VWi1JUg5LKSv5PXYQrknEQuaqNSpBAgYNiGdQGRCSMAlYJwKIjL1BCLAWNej3nDVaEB
XUDNYJBJjxEDtS1VtVOfEDWDcE3N8XZ8JBFuwJ2JICqSsgk4u5YVhWWhSBXajWhTniH8BGGH
5gg44CmDi7zJDQ0yNdCqu2KNglabKFZuTm50yqwNjuikMz5zRSa+qp2vYM61tOon7ueoIysg
EZsVHXcTiWiJIF3RRz1c/uOG81sjoAccAr4B971vz8gL7frnU1/NoMKknUg6QdQR3qEqqrHV
cLGcoYa+RjvNlswwZsdJwoSU8lG86khSHCIVx6yyir4XUuuFWIKFWU5uCXmVIyAojGUtm3k0
3ErS+y1MpobnVj10qqv1dJpTSlUIysBQzqFsLfWL2KtbY5EqLeg2PzWBGqvOWXrnQ69ArJmu
5nz3Re0p6X1WjJ2+lPL7Xk6l/IJJz9juZ+io6WNY/FdTaL6o+RJmZwAz7e9r29fyV2D2lR53
W1wDY7C1lJLbKKyMdQz3VmDuMkEbmOd1VwZFBGWAAqosH/nXNV0c1NiWUNU7AjAZYSMUAEn5
qIMHSm7pXE4eq8j1dIRuYG5OdK8L6D77nakXb1hiVpgdfiutx9Yco1trWLUHW4UK6l7aFHYb
E5mUYUDYoVB7aRbfYzFewK/b6e2oes/YBUlHVz9FX7GqHpYeeC1Anpuunns8MGBGDye29qae
Lma+zvb+M9nMLmZCbA5K/XsK6CT01qF/JtDqLTL6BTqCAuppsMV2ucp5mavmprqwCVvQK9wl
bKBjUupNUjSMFZJVVTIGnKBWUsAxeqti/r62YcNIXorqxOdUAAYqWK1jVesWuTZ5LECvnFi8
XI6n6K47aqlYUbZTLsSAATntG1VQ1lfsecKfXe1t9a/Z6jm7aQevitu6zbhep1PPU2PSEyj2
fZzn13vE6iSBnWn2LWVprvq+82kWIEJC+uJerjWtXpZC4+FrBc2DgsIcjHAKqoJUkGl9m57N
RUfit9e3sah91oClQpIJgkNiqDn1iFQHIyuuCbaqhfdU1/J2CygEHGQElFlAMkSOlJu7AxZo
P2B7KnYFPY31jn9k5PVYnSG0IpWwIAIP47edL+SqUz2Vdj1MGGev9vdyZ7H2FHTzKAQQ21NB
dKOBL29r648gFlin0/sh2V9ANblmdqlFhqpAe+v6LKCWaxQRcBNyELYmxCGXaDIgttmoAAcm
v4tU/mzohVshrLmZbQDhQIGCnPDETtuBgKuZXDezG6srzcVp3Su1s4ugWp4I/wCSAcaXTvts
FdHTq5uRytqFZCgO74X1yqu65xXRBBGBJzwMcbU32dNIrWzs5r66qzz0lr+qyouP8+KoWPwc
dBPsuj0z1cT38/X3etdjT69RaLbkzpv762D/ALHx0+u9v2XdPZQCOWkjHMG5VC2DVr0TVyQj
AqVBUiApGwMKCFYUmRYhZSRs1gITZMcEhhqxBJQEYxVn+UfWcT6qE6xc3PX0OlvDcltNKnn7
lPg/LD9ii32KKGfn6QtZLCiXZAy6ugrurhEFrVgV5SkOQGAPgHyGnO/krs5ubv6+Hp7PY8nd
V9qqGS0nTUVdJqPrej13XzL6z1P8Wzp5/WonZ7K80cV7unqq1VvXVoPb39RPoq2u7pWzOBEA
9lwm/B0V3s4al/qP193IyL4k+QLdSw2Iq3XTxWjKVcFr1FVhYz9wAF4YWhiZSGAGDzi/jUzU
Gd7bLDVUmx9VcaLuyut0sVrlQl16nFNnTURer6vV1TYl1diEEZWUkJVKkolCs7eFAPxZzJHk
DzYJT3FK0dPyUIiKeiyx8AUq0E1uqOnsb7lq5qy1nPRSfWVVcNL9FxN3SlVfTf0e26fWcH8T
gTnSUilgxB9r6mrtRLVuDG7iNjV9VT8S1kFBjfHFLjEsZhWa2CnytcmwKyupRjM7IMc7Zt5E
HC8iFUSYUECxWaq3neq77KRRxVj61QVl1VD3sChvV6iRkl2rd6WrvpIc1g0oCwqZ8rTUNEvB
GxlQJD/LZFHf1Dr6doKb2m5kC/Y+/Nz29V3L+vWtefVcPJzrSvPf29fP69U931Netn7N7FR+
u39TNV6n0aKysAFBdNgolW//ABexoo6VY2chRK/s6lDVujuJjA7wWYAXNgd625epWC6st9Ss
mzbBCQzaFdVJ8hQCT5Oi5IXNNj132UdNd32V8fsQlwZ76egXMpFSuWBVktIPO4ZecFVoWFqR
coR2trQKoPgmR521Mg+CVVffdDU8JEYB4Uuhb5rz+ssI9Vwc1POor5apJNibH3XB1u3Dw8dV
XN7Lj4W9l7btu6L/AGPX1vwOz82VEbeJP+JQML6kat+QIzu6hqdT0Iy2sZzeASQSzNi2MjL7
NlHP3mw31+SIUmQ4kbECQqraWTUwZ+tGAPt0LPVfbSxvRzydrUWWVp01rzs19VZZbVk6kFVg
sfNa3XZRQweBMliGlXYADyVCsSgrHuqiwRRYlKuXoq2NVT8+Kr2HkRqa2tDZbdqK+1St/TQy
tVT0Jf6i2uzm9L39R9d+vJyXKQi/ZOU+RhnKlG3dRK01CxerkotqcOtvcSxIUZ4BYEBRJ2cu
Gk1mG/mAAGMsZYWTmzQykFQsSNC5hh8uvlS09ND0WKNkZwR632Z5iLeDtyq5TWZsLVFAeikh
ekGzjQKApGFJU1hR121Uh+rkqDd/EoHfx0Zd7Ct29leXUKZ5ULNXxyvJSGrFVaHr7CGTrZbr
e2136OTrY+v9AtucXr6eNXSuwAlQSZMEgnKWMCTn/ISLWQMOX/rseBnuOb49hDuSMDAAmAG+
UEYSsgyWACh7GLMWytnLMDJsrhAM+On27YIYSDnvOOSTCkAjeCCyMPbroetiD0XugkGQMS5k
an3vcmV/sXg++5rk9n7Juy0urjZguzYjWKzlxlOjL6/kCseYlqSiByMmt37VuZ7eDqVfR12P
1gnePEHI8keT4IHikmR+P+XIWxyRnQWW14ddAw7A1fSYAkQQDhAKD4hnYnZCZggwzgODKlWf
FJ2Vxm/ix2UUtrmoZXCEdPAkWc7pjiCqkgMSfMCVEiPwFYZEuhOxMEsDlYLkoQgIbAAuFSBw
XBLaK1lEVSzKp6bmypwg6mUNb0Ki+msru4vwQ3liMZvMnAc/4R4efDWBcscsbekVDn6k6rwx
rAkD2LbdrecKsMUeI1IUQDGQNoIJcwmsO1gLM0wWwAZ9ghwteJaHyTBOxXm+xv4ioOvn+tgJ
yPmEbDQ5NXE7FuKgK/Edm9bcVYQjAkfWUHDy2dNvJ6DmSrp9JxLT+WZHI9dUj38tShbmByy9
Q1obetwuOyBHRrj6QfVST828E2wVrYgoqh7NsYGFvZMpuF1d0Fe/qXjov6res1XWU3o6dVXQ
IouZXtJIWw7MrTgLECQJOo21V2GEkEQ2EHZQHzSCZB3SHoZjoyhFMpu2VUqMs+pF9hdQaiqk
L8coUs9aVu1Nac9Q0uz6tQavtrtV0fj4L7HHPWavVcdHOEUEW8v3U3cVXGU9Pfd00eqPNalr
R0XBLS+rKyoGMG6yRV0WVH1kfxLdoeSlVZJBAFljM6gk+RhAc87MmGLk9rcb+n8Crh3znmpf
edyrzKxbFAhh58YpCgwcYnCSoJJxFAXyxbXYs5xiQCCp/wCLCQy3sMCVsUCLjdLA33PYeltr
Wg4pLMvr0RPpVaLd2blW0gMTjH43cj22cFSUFZbOOpldLFAos3DIjJ0WJzVNd9onV3KNYzSx
TY2mLXpcCtJfmqekAgCxybN/m7sEpJbNgmfehesJlioM6relAtn2AIwZCAO3pamrruLukgkq
VI1wqCWlWLHVnkErESVV8KxjREqWDedyx3Gtjq5FZUraEwWMyqk532CqkfLD8RxcdSi94Ftu
ievqXpyqr7kNVyKrF2uKOiVF7GELWxrPO830wGBIztqW81k2X2lS7JsanLCmLE6bymevtQ01
suvG7WJZbC0knKlOUoWJqG9lIZbaGofltrtqvsGdnfbfeu8oNT/kns+p7bHCEIQcQgBKtyQA
bBIIAxUZsK7MohnQgCRhecUQa3AYKzNKRapADHKlBIAUG1lTvvL2BQRVSGK7nLL0GdBYPy2X
MeKlhQakZf4qB/oRCn1m11UlhqyMUfnAZivl0LI/K/O06sLsel1bmrIb2jsh9MEWi+0A+kvs
vq6jKaBce1EWizap7AcR9h00VXJd09vr7+vsvGV9FbOhnApUHrNNfQ5a2TKADIBK7bHyTBGj
tgCKdVGOBIGPIYkHIJCV7J5GfW2AnEq2ylalr2LP12Po5JZdFHNX/wBbprlCNZb084uPJ0jn
s9Z7UX42oU6gWOfsqsKsXYC1pRHLVcth2KwB5xwhW3mcOygMyhmoqKH2Fj29HD0vS1t9l7fr
COKUClmYAc6/zb9jDTsQ5xLNc7OdOle7jv50CMjV32V5R1Gw99sc0ucMAg4CVwhAdxtBbG2D
HX7QSMsC6qAxkHBMp4wEDCWjf/rRGLwSX6NzQ1hPsoQCN6ghtrSxj06itLZRrFZWu/7eLpWp
/X9IdLC7N09CHGeE6+xKqubsFt14Za+Sgor9Bcgg5rOdkljqwTnAOqinpbZyCc+1hn61X0/d
1Wis3Pb1WUGpKv8ALCpxR4dIIM5bz1uO31h5XtpetijDDa5VviVIYnXZiXwAMU/Lq6hySRTb
g2geMCPjqSVEuVRQNQUV7G+toW4obLrrhRxlFpqCL3OHZw2cWotL2FO+0fStzHLP8rGK4GY5
R0PS6e5ZqqerZr7z/Ct6nduTqejpuutV+RWSk21l1hVa8KOvqQnkoN/RUBnsOkBeiKscbDmq
NtvHQvNzdlJteKqwa3TEYqUtUiSpJOEKB9inHVXXt9YKiyqGs462ZlKufJC6ncFdFOciVljx
pdXVx1UjpYIegISASpQyQJjyE1xKHut4fX08afY38vnQ3PTToq8wqSyrWr2fXU19Sl35+dK1
SwE9l79HTIVzY6CdnkgkBlrexAbWDc/Y+skmlGL8HPVXQ9gbDUEd2sF3V7JwaLrbOixQoPS0
dHWtZttssYtGfq3rg7WsqgnCVKwVzRSAwGL0pFdiOSBCc7sPoc4KKs7vT13t28HRzt/EboFn
N01lGMiFI1A4K1sFagY3ley8jGLkoFYsokDYPzso1Umpgtnb0FOLRp4OQF1XwpG3ve36fXFX
I56RVW0KnTZVVzJSrMtVnTbd+vdKVNy2IXrsChFGNsG/ydKnfCpZ/Xc5e1CNEUQwJRq2NnVz
2O3r2Q39HYFrftRKkFjtdzqqpM+rpXm4WUlogsZwsQbGuUu+xBznhTVWhA/LIZKsMIIx60sy
/wBJwWO/M1Y6vV8l62fron/xbUI5raGrBdbjpW+xtWpmNPAWU+tuQDjtXOlT9QZdan1fsu25
pXObn/j1XNArfbP2h9V5uWSEtqrt67ARYWNNZZvT+qSmpOesVdPKGvt9aK+i1vqu5PRc9w6v
17nQOebjt/hi5vUcx3L7NVKI9sA9H/b7vrsfrp6Hqa3pZmQm1krMCpCL60Dc14aj7bIqtdiD
hVWEFhdXGVkg8dRstQoMJEysssgocZSCT5MEPzFT9QszsWypbG2UyF7SBzc70h1VGVPjihiX
jXtQfw1cajYNYwejzqCYIazOX13YX/bBSnRxXgr19T2ByZG5P676AKrctUrUi5Zz1WG3hX7v
ZWser1vvb+ZO72pe30nqn9h0+x9bRZVyVW0da1fUjWkta8jr7XoYUdHQ+jPZyej7bkq9E9Nj
D5ROd3xHrukt6zj6Puoaxa7VLMQQRYdR9ZNlPP8AYUpWtdTIwL4ILYygAoDjVKQF1AgC6hWy
fHVyoVSj5dvGbKby9T8nXuqEFVgZ4zrUHlWdRG6bFZbTVRgqrB6eirmo9r12+w7K7DWLbi5C
M59J+vkXABRkf09t3px8tvzIkGpGts9RxpycRRS3t6kDpc8rQ61dBAfrp+/po5aaK6uLkpf7
S2dFn8d+rnr+1AC3sawtX6+62UeqJVut6qgPYcdxq97wqt3u/TlK/wBj9cG4feUXI3fIX+U2
Ij7g+DOGcCzgQSVzSDEY1SWAko19VTA2hM9zyLZz1uEam8NWjDFcA3uWpACu0BqERjpXplli
VV/sHvLPY3FErqZnY18Vtj+l9HfQeXjSgf1JAH7P7A9DBjLax+tcNl/dEYfB9ov/AEUDe3of
x0uK6/SRf1uPN3hgwi9Fet2u5LwwZPZann47jTd2d93N1dF13Q8Esr/Iw+eu6PX8wo/ZPXir
i7vU3gW1gP01BvsAWttgQSB4z84PIKnChGEkg2opays5ZRU2dfIrV9VJ57uW4YlxXEsADMgW
8n7GIY0WCsfc+11yUVe+/Y7upuUqb7V+VHOL7vV+otWqupK1/suUPV7RXW6SWKhj+n1j6Tnj
PYqG5ONDtafHWTZR6NFrodoboPyDAqG2X21Bbk9dcXPVWjUPYyuhbo57qZFdJLvzHUUmGVg4
V8qDplfV1mv+QyHk9mvSn8xaxz+xQhLUcQDh2GTjyRc5So2iHuRcXrtJNrHPecpbCIatyyUu
uNaFHYZssgLzmX+tNP2W9avVWS54amsto9a178HqOTjq/v8A2L1FlialcUhc/T0DUFWGEE50
JNSOKbL7QxWGPBykc44b3an1lAy31nM4q5GUvwh166H9f7HutRuZ4U+n6gr8XruS3Ov9fvqF
vLepPJY9j+uurL1tNehH2oqW3LPN12UhfZ9i5R71kPF30vlNyOCJEE4B4uqLVWOQylQbV1A6
VKDuBTv5PouBIeu0KS6KLyGY+QnxeRp+59ATjJYD0yMK/V8qH/R9irGv2vB9TkCf1DqC9GEA
jsUrzhwLLSylLiH9Si/xwAB/VkBH7hwb1W7fRMvSWru4o7eKpmKSMPNzF++ys2XWK5/AJQve
ygIvxB+NosZabr6W4f2dkPB7WjoQMrAkjCzR7vibajsl5LC9ZdyJ6wXriSHJAvZkcCC0LXWW
Ovj9x2PsK03bj5rEr4UCcv8AoWVrYvZwBrvZ+ofnb0RCHntFtWd8/wAfeLLpZUQI36/Yz8n9
vtKRdw9LlbCVBDow/UOlTzuAH/4vLLX29Qc2AHA5Ja2CKrbnHpPZNlX6xxnn7eC/ke3iWxbq
HqNXRfQ3B+z9NY9f7nl7F8EtWGXv9Q/P0109NS3gubkZCwQZ0JBP+KabMtLq9SA1tCTZv+0u
z+046Azc96/ZWNa/9A/joWMu5VsRuSzns9H7DflDAj23bXzL0311M3S839wpT9Rutsr/AKkx
/TwR7X1h4fY9nKKLhK56fpt5+2p6765YvbUtqdfo+17bvRe2Uc3612E1frXrEHJ67i5GgDNP
NqC2o+gV6+j0nSg6/UlTXx9FbtRbSPVe0tgNIvQOroFPXzRnQqWIoE6bDoqMISmb+DaUxApO
xzuvbs7OYrnrKtugGR/ouwJPjLuCnofj9Z08PXyWbV/tIn1VPWbqrHg9jy36agHGSQQ2KxJJ
w/jxnv8A1Y9hxcHRQydPP9fVz0v9nru16lp6a3LK7uSZDEAGQTGAgCfAOfkg+WaMcqws5ChF
FFgWgV5W26ZfXqzwo6KxTbbWC9S/O2qsLfy0sxrliSSzw0/Dm/X++/PWfrllDJ6+zkfnv3QX
kAWyEacNgBscqFdtTYAB0KcaxsLElgMWM/I5w6Ve4q+71nA5I621yxjt+n27+uMHBEiACRmx
wEHC0Z7/AJDx+2rT+UjVIuJoDZelZ4/YqxdgRAycJJMghCDg8kQCSCTEsFOdPT11W/8AtX89
/LfValaqggZYoYXpq11D31GgpkAG5EcXKyhwNtAcKyIOgAH9HRXRaa6lcyUPgKYK4pKAEE2T
CyCCCP8AkxAmTOEebgTRv9Vt1pOEAZ+l9SoxKnCMhpZgmfdUQbFOP1BW9/xL7OnkS2l07WIv
77Ga3od6ubtmj1vUOuhPxocgf0G2x/yMnATLfkKCb+enor9r6bopXg9n1etb1fsuXvqMliDF
tK2Lfy315bQ6uODqtsf9faurp9P1EwjB6RjKqZ/xjMFH2FsWsg/UkCqBBGHABjsyvIhh5rIG
Fxkk4FIMCJEyIt4rLOlqHD/Q2/o6zRYLFw9ZUD2SsXtBLjGttUPc+Hq+N3Mlj2cFqmz42qzt
XUhNPN19fJnF1D2HPV2vWwaRHmPIaVlY+JUxkHAfDE52ep4OxX9J7H1t/q/cU9qk7CfPjCBH
gCjoovxlDZ7X0XN1L08F3Ja6q2fU8ksSKxP9hEjWMKtltRKIAc1AwVsxFNYwIoyyvyyxnjBn
Uhr6U4x0OfWCm00D6vW+zSxmGyilAX2mbAGJxsFZbDUwADyOeo2et5+Stz6biam70frnXi4K
uS16S2IX5mW1LFWTiqILAFBIIOeCCDLEgQYInAiCxfKwcjzAJ1GddDes66b6r6mUx7Pn57uV
+cVv9C/V/pWVEYtbQAAP6vWGxedQfqTPZcs99WlJ5fYV3L1+1Sq4XtXel7OjOSUdWBHySrZ7
KTWyRDGMA3f+G82ettcc3BegsqdcYBh9tleD5qA9LV3I6HpEvQHFVX1kgHAkFvGH8lsXoqYs
Mof6zHgEwwgdHbAe5iU7T6u31vtujpw2u+KyD3v8CuP9nfULU959nNXy3WLm5br6iqv64s/B
bKrzLYQvPacr5qlW6gNY6oj9AEeqeXBMScJjCRllMhlICu1TrfS2O6kcyaKT4JGRhjH8Kx82
2QiCGps3DQRVd4BDAxFyKrtIPuQX4vQPr2gQegCv3uw0/wBp38VfZyp+lstdnpvYp38v6i6p
TzrRU8DObX7a4knFMl2JzpP/AF8HSOey/wBx0T6rot6B4wr4A8FVzVcCLkZqARJwnOq9i9Th
67GCgsrC5huCwRCFUmFu/Ye2vs4v2uhjy9vL1L21BSaWY9vKzVerf+L7Imx86KbW7/56fw/9
drQCjbD+0gZdUxZWy1KcWpVyseWXwAQGBUdNsBjjFdvRia5jJnJMGYUySQM2BwN5nL7NEcPu
TZXWt9lzLYgAJazms/kG6wbJYwHVRzX50cFIuXm7UsT2vv1qr9v7U33VGzmutLdtatreH+37
D93+i9upVgf7b0O1SQf7WEiyYdYOuLJytceQjk63NJ6mClm8lPn6lDXVsDm/gP4L+Xcrllj6
r1W03SGWSM6+kOyKz29Z0rC+KbGU9V5qr5U+nlLCAwIkxeivYvMAr1hVt5EtHL29fG/sODlN
HJ0IaulSavpWP7DYgaR/U/i2q4NVYJ/sdFZU/wAXFllaCxcUOf7CoIvqIxQWzQTUhlx5tA1c
Z0uC/PQzKKB9/GClIYYpEkEkKDhrDAjx1VhT620mvof4hEReR6inSCz9Oi9NxAysDr9nd5Qk
qVWCFLGmlJKwBqwVFZbEgdFb1sjJyjkt5uuj6K/7WRWzWyvFYN/QkD+jVI2CQP7CCAo1VlBw
QD/YRI01LKYggsfN0SxUixA13OhNdVJY/wCINgDHoQsjmARk4fzfSbF5ua2rpdCbOu0u4CV1
9XdVyc3pN7H7bxTz+ppSrmv7aJHdXbcrsAGJCOwL2+a7AQjAYYK3VhlC1LX+v3tx+z/kmf7o
H+o7Ko8QCCP6sYBMgnw7nC7A3PL9L6jk5hfaQuAKotsCAuXasIWW1cUlsckCzr0W/wBlfHH0
Dpp7Oinm5uZH2qZrh+wg3XrzpzU+y6R1dfXWlVABA7a2ZfW9o6ajOSQQQRZUJgzVYBng44U5
2c1tXd9y/wAf/ZEAgDx/ZGH8PIFn+J/Dldeu9i3NT9dSglneDeUYAO7BECoVLC8TZ17Y927H
nd346hQvsekdvRBxIWnhI6PadZFS/rnMLL+xi5tqZWNYhEei7l6K7lgSoEACXQFnWFbodHS1
SehpWTr/ALl3VBZcrq/yDyR0s4FQ++0KurWKov6lDr2lhV3q9htLMxJDGA7up+i227mrNdXt
faG9+ZESsCW9jeypycyge+tZePi566eW2Rl1YsH1tDVHSkvydFbhkDgBnIIPjaBZUtoPM6P0
XIDv4/vH+yuLixvJVoxyRnWSE5EVQ9gVemw/XddrgYLTwtLoywHjGJYotlx5uVKU9z7YIvHb
WgqULlt/Px0cAe+1Vq5uZuh+3oocqQivjczE206Y2wa9K/r5L3rcFSPlIIwmV/5ERdyUWr/5
yaf7ns2WsHYg+XkZ1AFKfCu0DqZRS1TWP0kQhFK0yVBANXPZa1HPTzp7T3cmvkcZRQdqKaU5
7HX2XTw0qy+36bOu43mgczpahvSjOTtq7E6vix6eY2upKuNGq6GqFbhsKnYADCJIRgACG1XX
/csoZTWarUYZYQc6E2GxTCxjquNr1KaxaguzpWHpFlg5OOcBqVfbe3a9uTlUFlAB+ihe/vu9
jdycNlY7fa1cw56Vq5uyv4+v6WqtvIitreSz+cLx08osWjuPOdUuq3GVdt3NZz9tV6yc3EB5
wMJ+Mf/aAAgBAgIGPwBIH//aAAgBAwIGPwBIH//aAAgBAQEGPwA66t0TUArXdpXEE9Q8FWNg
YMM5dG1sNCcD5eiDwdWWQZdlIYDROAGdEiuWcID5H+8t/FN1kryyP4ohiHKAci25P3U1h0BQ
fVH5k2TUZwEJlMYCJceUfKvHwQ5GdSiQ9huoLjLDKOX1XElmxutAEQxA6OVoXwdvpJzpgJgW
Ox1QhiTkYT0gYBTB31KJDuiDkHKk9IQYOdf7kHh9AhZtmC82moUSNtUA7dDqi4/crbQIkn0p
oYwTohUkttpCDZ6KMnXLI1sSXM+hMB4rVoiFj/JQZGQZhPHyz/Und31QFiwOAuM5+ZSQ22D9
ZBsCd0C7aOenq1RqTlrTqsyMvj6KNc2xM/ypgI0dA5J1WXG7yi0FoO64l+Q8JRJHEjZOf3H0
URUaO+qBAYGSPwokFjUsX1XqkSiPd0/CnfGHXEkz+/mWD4jC8pkZ9K32dAwAycjAYbIEiXgn
CNfnko9Q2yLYHpQgl8AJz4t+FAxEuiMAyW0Ty4yOiJMbHVAWs4OT0QNc6bKROpcpxgajT6yk
crZ9C8uu/wB1EGDq42QtfXGyyGGD1RBL1CaxYgQ4WD4MoMETKYSxf0ovky2ke6hxHipLVd26
rGSi2fmQDHlqN/iRFtBoNAnDFuuUQzHdDLnK8sESS/3lVp3fdCxDg4llny7fdR5OABlk4wzH
wXIeYDMM5TEYyVYirjDg6p9ThDl5tyUDWxbcIM7zOqezAjDahOB8q6HdAhiBl+v1kDUHqDhA
2ZgfBEWadf8ASt30OiNgWLs2/wASsDJVDWr3BIudC/8A5fFFw4Awi5Llo3QjXdNZnCNQwDZ+
6uMEWEao8gdgXhZ8u26cDxKBfOmpQ1IyhZ2OW0Ru2cOPvInrlAAvuCgJq4YoCpnSEXHpQBkC
dwnfy9cp28QcIDNWZspyHOyOSNHj+lACXHgyz62UHMDBCcFzkBk4OdERYeB2QBnbX63JcQXA
hnlBosD83wrboyDh2lslOJLO3RO7DXV/hUAQU5g7IElxpG3wryyBPigLZ0aE7+hMIGo6JtN6
6oGuqHMZgCW+sgxDDA3UsYd0C4LvAWXs0Cf6U1hME7sjxDjwhlBep0Kg4y51U4yD+FMQA+CZ
TVPI7lZHRSOJZjKDkvEBN8v72XEk2qflQ4gufnRB09ADIEh9y0Lk2Ib+1e6S8OiWa1ZCqQHJ
HgxQBYkZTGSdvvI8YONkTAsddExnomBBq/8ABPLD0J7FngIQxGGf7SFmgY3dOxDy6JrkSQU5
DYARBYjBJ3Ts7kh1uNdU5zpv/KmJdy5Ua6CYXKSNuikCoxllAEpgR4oO3Iw2frIkAbAjKEgb
vlEkPHV0SIbA8VyEECUWMmGaGXmPEiH1debG7lGZGg+0pcHQIUK4vDv/AGI1OzuiR6pGkLi2
YQLvpOzJqkEvAKczasT+BTkbLyxo5KBEjD9EZZ8BRB2P3UCWJ0hkXkaHqgBjfUFcQTnH+lSG
/f3UCxYYI3XITuT91csgfL/KgKhnl+qPLOhROeiqYBwUQYO2qBLQXH9yNrDWSF/EFO4DQeqc
eAcrzB6jJ3KgQyhsQnDxr1ROdA+qZjOTlY5A4DoisCuQVyIPIsxGG+Lkg2MknK3ARfXDIEwB
PijXFmdxKcnkCzIg4d3RYiN4+rVEkPy2hPt/BEg5lkQDJGNEK6jUfaTEPo/VEGQM/iQN5fAf
7SJDMRAfCbUZddekLAHVB5Go8U/qCoiqmW10ZcrGTgO7Lk0ehCMZOrLlqGg7Jhg5DphLap6s
w18F5828xKLFx4YK6u5JWoOZLpuTlpWMiBsgdxn7KI3Mnp9FSWbIH4UwgQw1KL1G8JwJ6ZQA
gdP6lr5cFkDeRrDIAEHxH3k5JG46+ymGQXxCs4ka7BPv4sjLbj+1HfbAU6wEAPmQNfSi8hGx
xohsRH9y5aHdGwboNUGdpj8KJrVolAHILAapwGGkwi3pO/wpzgEIOC5+SEQYO6dwwhxv8SPJ
4l2TWkdd0GLA42KeoYVyD1TbrlIA/f1lYs5LygQHB0AMI8XIyfFCGkknb6qduofogQPEJqxv
u3xJ/exEwpBLhgNVgBtTt9FAtI0whUw/8U+v7+ZO0HI6KAx2HX4kRgQYDfaWX/zQNnOwDOP5
kwY6pwHf0IQG0ZEWd7KZGQmZ3Yt95E8QAInZZbRFj4l/upg9rNnQ/WTggD54WHIM5Q5MWEP9
pEvqwAQ5EOuTMSIJXmHjsiG4ymrILuQix1UgOpy+UXl8Mok7JiI2Rj5F5hiGTN5RouIrBwdk
DLiUeWmJXNieoQNcbFA+qa5b8KyR11dcR5QNd1OsCU9pOzLyAjdkKiR8qbIwXTu3jK2sNQpD
k49Kbk/RYDjTEJp/f4lLAkwao2sBxER95Egnjp0UFlxBY5MymM7PlCxzLlVxUa9ShPJ46qYG
m6xP+aZvNsFIbfZEERnP3VW1ZADEYRYZGB9lRFtjogCSOolSXPXLe6jARY8tJQJYEDIyFLF/
SsO81IhvhTGDgaoEZ2eEQfLbUlBnsLe6iHcgOH+yhxAIaSmLVIkiwl0BYsRBsUZ5E4KPLDIc
QRowU5Yu6HzhAtLpwcp6x16JyMKZCjCl/CE1NJIU6/v7SdoLllAZxhSJf5VpnRMW5PJygNRk
4+0iwwuTN0P4kSCH01RNmEj0KS2ePVS9QMD8SMBhLoAvVhAJRIEjTxQLsTCD4RLQAWGy4/8A
gEKuJyAnOdD/AGomwDaGYQLO2n4VgdCEeQBsD6VFX21Uhwf4+0sdf7eKJ2wi2g/j9JEAjRxq
gAAXyCttmd0IIB1RsWYFwfuo2byiCdHKPEz1K3fLZHxIgjOHTa7MizctHXmB8U4LHDt/UgTX
kTqYf4vMuVWbLhWaTr4lebBxCBMh5YSg2Rl9kDL1h15hJGEwPElEcX6rjbythAEFzgFHTwTW
LdNwokMiPmT/AMOq2lH5ynG7FM7nLgSsTrrKFrSXYBMDBzp/SjDjUhfC2V5oBEaoCp8oyNUz
yursg8BshNUwcjwReYgLygl4Y/aUyRqMFGhJ3iUSZG2iLFwyIdnHlfUriSHOPQsPGVjxOibD
SE5EgehAgg2EnZcta64+ypZtdcr1iz+lSIZWqRE+j6yapJLQR9pANjXr7yNgzES+iFqyRJOi
0bQJsA6aIhgW1KcHxBQJL2OuiHQZ/CgQZdH8yYb0p6uaiVyOT6v+lB2BgEKBILbBeawLIgOH
j5FatvKxh9U7EADbLrqsY0/EnYIY8pdvFEVgIARuohi5f7qc+V5UBh13RNQ5wxkLmQA2gx7q
YxKnTJRDb4yESB0Z9fqqJLxonIAfIT+rbVy0Ljqzk5TkZRYN8yLliRBKmRgHdVkHojVn8cfV
4oGuR86Ln0f6keTkNCBqdXI6JhtnT6KLhnxGyHmBfREGSdFWc6IxsD1U42XFpODsiP4hcnLJ
zIDMBkfSTNGfiWAAU4LhoEOnLEHIf+hEsw6ogAEagaj6S8tuL6ZWJIUCNWT1LDUnKNnjVAE5
jqhXQQ6KLB+uiIIYEMnaNBhGrTqMYQsSWOAnwX1RLTr4qZbRODGyz6E51wFMf5o2BcEyFg2G
FHpT5O2iBLtKbIxKcaJgHfRsKIbJP2UQQwR00KfXZlGThA2yIZAM+4TB2aXQibYhB2bROT6G
Cz8miLEA6RMIuY1Ce2nzIQS+Q8AfVXGCBg7OuIqzaujBB3ynGuCsA9B9paVmUzMBtv7q838S
f6kxDsPL4qMaBMAQDpuVxMDLJ29K4tD7L51ydw0xKckgaBoTu/TRlHq/wQAqwfX7S47YRZwd
PSuLtYZKw9bBcm8kyhr4Lrt0QYTr/pRIjxXEy2EbQSQ3iFsBgdU4LucbqBJKJDFMznAXXZPr
h0BqMogMfFO8nITgtuf7V03z9bimJgmFEtqoGUZZvlBTnyoEBw2CnGNUXJYjK6YcoeXkcvqy
iG1CMsScBSGI1KDBx0wjJNmhOAx1GUKnB6LiIH+aEuSMLqQtQW0QLfNKc4KPmeR8nup3ZzjK
ALBvSgQdlDvqDCIJhACAcnVByX8dETuJOU2m6xOFE6kLygnRj1RMg6jP2liXhYBDMSAAfpIc
dWkJvQQuuqxOAm+ZcagejRSfBA/Kn3WXGqfFchNod1xGhyURAPRG2gygQS74CG75QfAy2Sp+
dODndHjk6JjqCyIA6nwRtUeIwhy8o1QL6YlAqZ6EIAhmhBgDV87pz5RmMomZRDsBDFetjHgi
LF3iOnwozLwdR9VQeTz1/mReToEBWDGUXMg6QCnw79GsEGJscsU9YLehcrBrszuEHDnd0DUM
Bq+6gkuMCZRLeklOwro+ECR5RDapuLHSE5lljzaEokBwnoSw0R06L/NM5bxCYlijXG6ZyQPQ
hgjEICHO2WT1bqy4zu68V+7p9dkOLumZyMreMIvjJKcS+hRhkAnAkaoPr1hcmI0bdCpLRH9y
8wdtQifnRAwuuhRBDscrYahMJPVEar+CDhndAAu2AmAzlFg3j0QDtsicH5ELSSMl4+svKA51
OEa4toT0T64dlGHyfvJn8R0CYbb/AMvJOWheUOCcgsnboR/ciSGtogQPKMFCHJgl/wCpE1kn
fCZmwWXEFjsELEMN0xIbdcqwEHMCX1ZbuNwp0h0WgDHVOBOhThyNzKgT8hXF/wB2RkQfRKLh
EWY9C/8AQnDScHdAmCM9QuIEjGjKBhNYkv8AInO6kx/mpaZZODGygT1ReCNEIjZk3WPBb9Ew
wvLrB1/lRrYEER4fSQ4jkcAnX6KLmD6Q6jJzEJsl/wB7J9ESAG1XUJ3ZMcBDiG3K6AauojRm
QEu7tupB3j7qGsx/cmAwmeQZCYOxPiEbSCNfwog4y5ymFhAzlNIOxTu+p6pg5qcgTC52BAHq
hABmXmDPD5wuTaxxyyMjMjP89k9h4gKBAaULUk7oW1OUQAz5RGT/AAXmEdPxIgfIYRAgaOco
lnICw+5dP6I1TEB9yuXs4dHTwQmN0LabaJyWy7IAI2LgH1SinZuqc5RbzAmSg0+Ck6+hQWn0
p9tV6UBWGlkCMmCm+YKS2oXKh8w/qQsxhAuz7KS1rLLrX0qICclwMlQCzpnAJyp83T7yFWDE
5wPocUDHEehTCYDMeKYbsGlOHmHKJaNSiSHqDn+5HjFgZ8EA+RkmCvIHLKQ1hDHUo1EbhC9m
BHsldctsh0klMzjKFXE/v6yceWc/dQIDjQAqGNSUNBp0WS26BEALDEbIVBj/ALk4yIlAabLl
ATH0n7PlTgTKaxk6FcdGfo6xCzlWDgVGiLHkDoEH9bUICsAaLzZ6Jm5EYKOvTqgQOpQAGZKe
w5CrgDCcuT0R6lSG2WclQPTlDXYKCXCGXyyIGudke4PV22QtXAKAw+w2Qid1y0USiAWB0K8w
DnDiVpB0XEmBL9UAJAQBh/kZFinY/wAUDVyNAhkFvlQbXI6oECRpu6eXCBy+d0SZ1cBCzvsD
ohLTklcgRZ9d1u6cjzHFQuVgzH1ZZC1ZqUGLhHpLD7SBJEoC1uTiGRciNMoOcOyGhxHVOIbL
D7SDB9fSuLOTKcT7x0QpX1rFvBAXHmEwnedk8+lPr0QuA4sZ8EeAfd1+YA1jtunKjXVcj4Mi
xaVMH5kA3Uo6A7ZREnogCWLIvjCNRYtoSE5muqBGUwKc5GvRCpLVOq5Zrjjp9JDiI6I1BwfT
/MuIwMN/UniPQiXjAUzsg4wgx9HT6SLuzxqgRIG6YEFtR91ANA1WHDwnYjoUx1EB0YlOGJ2J
TuG1CJYdfBODAx1+JPLa7IEW5b+CDYwQrXxSg8x6I2JJALVnATRPXKFM2oGReSEXjcZX+brG
Ayq2icgtoUHGIDQnbymOqc2fAFRJlMzkh4RqAxD/ACLldmsc6v7KpcBsC2mfVusTunEjVQYa
ExeoP7+VMTCYAgLIJ+ZCpgbFeXG6FliTqiTkrPoXIGdEzGcldEbE6oy5EAINjUIGpfxWngmw
MiV1yHXOmMFE6DVEjGgE/W8yYFt0JjA8VJcBStxsix6/KiH+UwnZgcEIj1tt0HBbABaxXhJ0
Q46Z9KD50Cgcv8veTwdtJU+J2ZYyAen9SxyeWAx8PFTH/ihxDEkAA+K7X6ep/wBzvTdtlxwT
DLi3E/5KokbjQv6ycYyAt3TAIgx/FFp28EBIjOiDekoAQOuq4u1t9/pI9dR91Bi/IB6lViAZ
HT6y/NwK9uDqyxLcXf2v+YjLDQKI+ZN86bLapx4SnO0RhNcsdNUCLcrP5q4hNDJyPlQLzhaB
kAMg+hludD1TfIEwJBG2Ea/w1TtlRjJDLk7DJQsLO3zrGNEWwcokeraW0hOfBB9QiGzO64k4
1/tTidnWWOhxlFxGqfJ6rd9D1T1HiEBZw+hhTLYZBywEwGTgk9E2uUHONEYcmVxDToiZFhCk
NEBl2hYeTtnlaNlYj1O2ONdmRqBytUEgY8vtLzaYQJ8xBBiFWzugBl1G8JyHcZ6p9QnGP39l
AlsB0AwAKcSMv4IDGrbIm3q1DE7kpgXGHK7fbq5tcEEN7JWS746LE9V5sIt+4TaKIAwvNOro
HXBRGum4RZMdFIRJZONNkTtupfxCjCFhrlddVLDqhZoOUD+4TiQc+hEEMTqgCIkAri7A4K4g
uRBDLiDJnD/VQNW1zJTBh/AfSWQ5jZRIz8nvLDhM7/v6y80kBHkB0OV5SeiZnG6Z2Gq+PXoi
SxOP3shORKNi+79PoryjwOECSWzur90PXud0MDsFaxLkl8b/ABIPA3OihzUZ8UHLvHp+kuL4
hsLHgei/zQI0x4IiuolMbP0ThmMtg/zLHX0IgwRgdESAICgkVsTYgpwSwGeq7QBetKip0Yty
TtOcymeMgLIPoTbLrqnAWpCfI02XIOSB4J2d07OUDk6BYxJCcEtofuoFyNyn/gVEI8QXC42B
Fvl/pWPFbnAn7SBEgJiG6BEafwRcyS75hSHGsLmwZ4H9qlxY6BOSR1RIEHQph5mnwKIME4Y/
hQd2JRAIq+pQcOK6o6Hd8fCgXIz4sokEQTBR4+D6qXw3iiwwMNoh8x1QcZy8/aT1fcDp9JAG
X3VPy/KD7Xh7KIJfQ+KJEl58E3JxsQn6MFgtaITBQJ1RgwPmWGCcswMI+ZwcApq6iAiZJOEK
jIDn6KcBgwf0qtagAlA1izMaiQmYYysum+UqPEFMBATZ1WwXXZEnG2SmaMgugW+fKJqmAKe2
ugTarSFj0ouOiB02QIOrrRtWyg28pm8T1Tb5RAC4nJR5ZOGUGBBKAd4c8kCM6rbonZjqgD8g
TD0Ohy+XRMPlTu4DuCg0j5J+FMJIPzKXA20Uhg0N95EVY4YbAJ3caouSHkpgAOIEuq8ZiAjx
DXaXkJ7Q6PIkAESpdhgndGXIPJlW2CzsiXgNP3VOSNECCw1GqJqXGx3RGvzJ7SCYH+lMNCxJ
lAWnu3mx6ez21xAk6IQxKNDNcbJ3D7OvNpomEKZOCVEgKYH7+0jDHZSMp2xqnGkjRACF16Qs
pgXDym11WXUzspMNhF8IEYOAiHh8jZAAx/mnrkwW2W51Q3ySU+Rr/apzrsyIIgurCIEC0IZx
BRJbV+nxLllk+dinJYJncnB2CJdh/mvLnqoY77JxyAgmGXLb0oElqh46LMH5wuJ1Dn0LkWZn
9CHcA8lsjVXFWHGKDVW5kkiCcSvNAxGFarPMIVrA2QIPwt0+FflGGEbrbafupxnYrwAfWUxe
dv7UakAGJcYXlLvAXPuAWADigL4TtBwDoEzTsMq/dL8mb8S7tx6vJmOYCyeW/wB1SgdBIBTg
Yy6mCdkAQ/VNh9U2eqksMkf3Jz6PBE2bYFY/yR6FR5bO6LmSZKl3Igovk6pycKI3QOdHXOoI
Gu0rUnRBspyflXQ7LUDVYRszNlWgbgriSWEA6IvJtjw+JFgQ6/fX2UxMsw8fdTlnhRnYo25D
+KFQWaQDqgbyCGLD7S5UIEY1R5TfU6fVXQQRsoLjZPo3imrnroF3e1YuCHBxlXqfFygAxAxs
jeQMFcjXkX9AReTIY+VcrP45+quILg/v5k9iGIdj+JMTFsCIC5G0B2YQjYh31P8AcmqH4w4w
uTeYzY9U+AmpBtK7hZjWvzlE3M2yQm4+b1cT9LimGBkrZ5XzymBchbbJ3Lpg86pmWXAwEwEH
dB4TjOqnIlAhow6PXRF05wBruo/gsu+mFiTpn6KLhyc6Z91SXZcRPJcamdimOmUBhTlGu65A
sHlQOJ1LfaR564ITmX3Ts5B9P0rIA5El+vtJ3OMpuLDQ6snqRYHDrZ8LQaTh0CTnRE1rnIwm
JfYLJBMOfuoAmdSQP6lZ8WYP0RAMahGogGPFDYz9b3ldi9WclnZH2qgsCi4IA+UoEVjVmZNp
WAhB8HTGa6TCNfVaDrP1kGGmR+FebGn9yAfAQvy6AIUNv9zuWHLwTkAnqfwp9HfP9y+cLHyo
gafw/Y4PiNFG0pgHaHUHxdOJfR1hgDkITJOcfzL+KY4G6w3ggcDdQJMDZEDL4dOITlpQkl5J
TGRujWkBpZE4LwUPD+KLEpjLaqYJ2WvVEE+H3kx1LsPso3Gu4wicuJ3RNiADI9HvIEYIlNHE
6FEgA9GXuh5C5WdvZ0AReajJAhHJAnqUA79chOA5J8E5kbNhAD1XmZKFmPF/NOiFtbBAFjbQ
YYI8gLAwRXT6SNKekBCAHwgbO7SyqTIyB4rDOGMKAS0A/hUbOUKkFmCZvUh9wmyGnxQAMPI6
Kl6B6iPk83Jdu4ArQ2Yj0LB6aJtNoyoONU2Si/yIDHLATjfROcgJjnRDUMzBePzriXJ3TZ8E
MggIuVGCpgJ9NP8ASsZwmadUxyEABGB6Ua7Lk5rYSi87JhLIVAI31lAkyM6Lq0FO04LIyHEt
4o3MiWnVCtiDj/SjEaelC17QdK6LynHyn4VpnEqXjULc6DGV5i7Y6IGpY/xQZ4DEFMWAy+yZ
wRow/qTAyczBTBsSEO3UEuWYBVrQF6hidkLXtyu7jYe95V5B1ZFh5jLqoYmo1Q7ncHkyNyjx
DDqUTQhyhz1gMmD5gkoHl5gdFxwP81Mk6qxsGAxKamB8z+sgSIoQzFc62ly4mE/Gcv1WwThQ
xPRTnATnGYQIzq6AExlHIQ2OqcQUOsF0RqhAdOZ+ZRjZOWGw0XVOc6BMC5/yRmQndii86P4o
kiHynBA2ZtELVgHI8PdWxwHQDQNlBax/ijMs5HVSMJrDw8Pe5I6l3wuVYOqFj6w+X6qAsPST
91MRmF6wnBJhSwA1E/aQIOMj7yd4OARKDlwzKI3hAEljMQq8oIgFW/UWDg+UE/1Lj+nHIh5G
JRt3HYSW+6vMCYVrVqBxDjwCqOI4guXTkM3lI0RDFjAOydlAfp/cq2Zm9KBD1IGuqB0GrMf5
UxDtp1KDDzjD4ZGzPYM0ZV+xc8RbzDZ/hquNg7ST4rk0fv7K2Oi1tt4qT/8AynOdHWP+5Rhc
S0fOgw9CJ30T58NUG1/fyp7SUw1TVKfonf8A7lP7lQhbGyI2y6liMI1pncbIhwGLMUKirN7X
RHixNQwPiogZ9KNnXFz0KghyMou8F3QLZ02RBJBYFiWQHJvE/eRlgesFFooJIQNSQNXlbDwe
UTaB7x1U3bYAQVly+C0FEa7s/wBZHlZyjWHGDuq1qOQzZtFSmlRFcT8Sd2ATAwzIWqWNYA3+
JXvbwZd2xE4B8UT0ZGvceDBW4tlQW3DKr75CzyiMpi9hqysXIbA/EhxBB/fkqg1ho2QtSBdn
P4UxfyiQY+sm9vLv5fsrylypnZSPQmwQchYY9OqYidiiPlXlLnR07+IUaY6IORZpUSdAmAAT
ZCJl9hOUPDBTO2yD53TNITH0pgGfUow+WTFgSU+eqDVfckwgXFSckFcSM9fsp3YDTMqcWOSx
KIJYGAcsjV53TkSNX+0nM9EDUu7ehQeRf0JrQHg6o1w2pyfrJiOR/f3kTUOOrR9FCGO6ILuI
co2dmiVy0Oy73cxaA/w/AuFQxsJKmBXUIdsF7EyAuRyAwdCgLOcoWIbnJK41kMiQQ5yVxIkF
Qx6fdTENy1EsuQPKu6JPlLuDuiCQXLrywToFAnBHRcb4AcE7hGxDkx1dcNHd9E4wYQO/zIS2
y/7kcE7oHKjKBLMY2Rc4LBk1fEIAsCchDHRvvI2z18E4OdE2miGrLfqmy6Yb4RATIGSdWTgQ
MdCmGPkWzBt0wymBfXdEkM+G3QHX0uiCweHdRsmyNtP50CMDCLudYQ5D5/tLAbVtE1bRYICY
1P4U5d/mTEkVzJTElhIfP8yNmkQyA0IDt4rs9vgB3LEM0H6yvUhuMA7urNoJCfHHKBBhPcuD
Koa6iAjUhjW3GFakiwMnBDe6uNqA6knKetRU7VRNTjIO6NSGqP8ANEl+QLEFMC75iVAd9dgm
dnxuquCCZPiEagxfXcfCuTFmf0oPUsS644bVZ6unIgYCfDIxB1Qdup1TO+qjXKOsKcnCxA1R
JgpwfArOF5flXUphqoyEJcokv6FAzujZ5OXyiGcWEkIgggaB0Xxt4eqpiWYogjRh4/Ei9mrX
XH2U9gSHD7KxoWhF43PgsjxC8ZZ0QCQMP+FMTmd07gvr7T+7zR5jkdDP8qark6sg5EY/AiX4
fS3XD59PqociwJENOV2rDDhl/wBR+l7nC3aL2Gl6I9nvAVvaAd0YLaAdV+XsH+VAW7n5Y0Ji
fqqtLetUESr3pHIZPvAp7NXWx6oGjntOxtiEWIs5yZ+quQDPtgo9ruAXJzV13LdnzsXAyQPi
suILWJkprZqz7MnsQNtc+8iHmo01+NCwuPKYOSF6xdmfr73FY5BP7WgAwgL2Dtg9PVTVy+Qi
DI3OiLTVpCYCRkpnZkYj5VyaCja2HWWbC4loQOQ8vsi0pqu4hPr1QcrR/wBkFgYKIBLlVLZy
Ea9IDpyDLymnOn2UQQw3CAnYfiss8tAPuoWg7szfRVp4lGpcl4n+pEOSNlJ8Szsndi79E+uj
IVLiu6YOwhh/cnqwBMsYdHnXy5nX+VCXBLLyvYYbRDtj1iDbw4+wu0LOLMCVbtdyruGIOoK7
dh2uHa7dp61v7VEBSOfmqR6yjaQq2I8ti3pUF2DEdFyrNSxKNv1BHb7NTkluSFP/AK+pJoc1
J4MrV73d/KpYeUknkD/8fJV/N7/c71qnzV5EUsforh2gO3ZnfNvgXC3esOXrAEz8XlRlxXdA
wcsnDgjQhc7ScH8KcAAZbdM0bLkHfRjDe9xRYM+XQcvb/JNFbBeb/wAEbfKNECYGpUZy5gIB
4b96oDA2QFSMhGr8hX2hhakbsmI8z/KoAH8FOqDyvKPFeUz0lMTPRQGPgmIxt+JRkQyBDcsR
DAIkucuR+JEEt0bI95E2Gjs4/mQI8pZOX/7/AKyZs40ygPlBUBzYwCgGIFYITsOjpnBADEnC
IrZ6mPLA+qmJJOGOqJsOLZeUCw8xzlBoeX8EBWGklPYsQWCH6vvA1s7UfHEj10CS742XMF9w
hShHKoIduvOqpW8js0FSdHXmGMFHmIG2igk2I9ZHsXbhfzCztj2V2v0pua9ns0ewBenctXzX
ouHZqCQGrWohHl3G6K1rlzsU4JD4Gke1yTkkMev8y4jzSwDo3pQscDAR/NrxgOhzlyuL+rn+
5PDtllAc7iAuUgeh09SCThAY3Kks2JRnOqDAv8yxOrosG2ZYnVHd4eEQGbRPgtj7yyWfKBGN
JXTZadAnrrJOv1UbEcdA6kAoMW/f2lucFcYL5dR/3/zJnqADuvCRLonOuPuoWDtgFsIU5EqW
j+KcDrsjYRoAN1AJsfW8UwwRr0UWkSwQyCmkHLf3IxrrMJ6iRnqhuZ6/WTDJzo3xVVO7+oDd
gZJ9azequHbkDfdAEk1G0q3E+YZBhv5k+TaDx3QB9a82J2Q2bCNNcrzSN0OY5VPyj6KFxYtd
xQeqQ/somx4vLaBGnb8xEmxw65dkAwxL+VXv+psO73Kj1QR5bf8Ax2XMljaCKwB9Vfm90OKl
hUa/FZCtKtUBoVrty45A0HvKpLB9+iNcsYH+pcdWxrlMQ4MEiP5k9TjTYJsNpom9ncKT4dVE
9EA84AUyy2G6do6aompfxXIBjqnAblhM0bo1GdeqBwj/ABWVxd/4pjJJcBNYNPrBA5qNQvMG
AMFAEctXGEZLjA6KQJEog4eSpHzJmfV9VA8wydFysS+m/wAKlvNg6okwCcH+nypmwzsmtBOP
SnLkBFiOnRAggi2UQBAwuV2qOiFa1J7IY38PpIdutWrQN+FF6x0VrEEbboTapORYZX+4ecuH
CfAEBW7loADNouTs5VnAPRGwsW5OGlj7iobVkSTOB6vrIF3gx4KvedgPWHRGtJJEHCqSfVxG
frKvZoMlyRIA961lWlMASR0UgsrVsCKWDEHXkrdknB8h+E+0nIcksTkQnfzPvDJgeUQvLrLa
p2kYUh5TkCclP7Oh+6gTndEabIh/Sn0y66T0XDQp3AbCZnAIMK3HJOqflGyAJfp0UYsXlA2I
EsmAc7+CmIxkSg0D9+SDEAaBGvythCGI1KOo1Kd2ksPFE7Shru26LgucJvWHyIisO0EP/UuI
3gfiRaWDAsgdtcj4kay5l1o+XxKPI+BR466Hr7SpUHk5Y1ecqlBTje4ewfVTBeSU4ll5ZbCp
2q1NrEudEBYt3CJAOF+XR2yVWgyco2JgBCJYnhq/s8kDPIl+5YbK/ecWYio3geqqsPPW2Shw
8h2M1P8AMjYEA1gs0r8utPKCRyIP9KAoxuRN01jlEEtsUDViQclV7vbry7vazp5D6/JM0h3Y
6rk8ejKDnihhv4LTpogSx3fZSH16Li/V+iNSeTynsJ+cLodUQA6k+ICDADU7olsaFE+qBplS
IGRhPh/kKesDBBlCWPRcXJcydU9A4HyomwLmfQVsNQcIOHPXRByQN3191GtfMRhjqnc+aSGh
Wcs58FMsGJQsHx6EScHO6gkNglE2BdndMQ50TANmQvVIOQBqmxY5BQdw2dkakODqzkLzEBhC
7fGp4uB1yhBHEOB+JDEl02gyrAFnGEDg1LV/EuPrVDyjY5RtpgL8qlpLM2QUADzlyR4IVvY1
rcGpVvyXv27Bza0fWRJtJgIi12tUer/cgwNped1wpUDoPxJyY0X7hNUObaCShSwe2WmzfSrV
W7Vj3LcxxlqSf/bogakdRn7aZx4dfeRAL6gFAVBcBiNAfpIESAGIKY42U4w2D9JAEgmWIx8V
VyAaz+XwXm1ydECBOiPLJGn3uSZnOrIESRumI8EMdUOQE6D7yBBIfEa/EgQfFGr65ZaNqiOI
YY/EmIhAYlFpOW6p2HVl5fFNd36YZZcHJOEDUgkvA+8ssW1Q5E9EWYg6IgEWAEAfZQYSTLj7
KmMmdkG8o0JMo8iMt/qQAL6z91PxMGT4/FVOTrp9lVN6v2xJGfoo3A4nBGodFy5BIA+8hvvq
uVj4n7K7hAFgGAOpf/zLVVrYBPGozj1kKuA+q5Eu4jqrdy5BNtMt7qAwT87LmxNqgNP83Gqt
TuWL1htGXD5CFT8omSz6/Chd3tWLS5BXXdS5JQqbMbQHMoWrZrNCNnNiZJKBJL7IB3Iw2W+k
nc42lGzeXQalC2Rro65VIgOG+wvMGOWGUSzCYOf5k1pBeNFAjcoixxglQ3oRJgmBCLuCEJJH
zqd8YTRYnBTOyaQzB0HHIfOgRWCmLgHQSjHypiHIDwuNiA4Fg0xb1fVXmMbPqvKGt0MFB6kN
Pp+kmq9jXL5lAVDNk/iVXIkOGny/Eg7AEONELAOMF9/h4p8V21dAfJ4/FZAN6uqy4yABE+8m
FcZZBxxO9slZkjGw+ihUYGT6v1ULd+xsc8B96649vt8OzVzazvYrtduliR3DOgDozzILmyYj
xVOxWb281h09lEEHGXQItxJMu7fyoOfN7Rzn2qoXBJEu/q/VqmB8c/0p9kGDNkq8OLhgCME/
EqsA5wNUORfzPtxXeebOOIGi8xnLlEiwjQoMJBg+0Crdnvn/AHKHJwUaAsGdxLgoC5BfBdNU
s2nh7yZ5dvQiSG6oByxgDK43e1CZaP5UWAD+o8+X4kWwNdFALjCexYnP9qYeh/urDvopcjQC
FklvmdZ5CI1R0aXP2UAI6/2oy5GuEOUy5fP8yLEFEsWHzogxuUbVLg5G6IJiwlcQY1QB9bUo
B/KZJZFznJCIdgT4o2OuE2QdEQRGh1KPEEDQMZQalh1ZF6EGurFHkCX9K5V0hndNaDod0Ax5
AsC4b6S1bWUT2qm22frL8u1DGpBZGoqN7F8qnduHyzo3o1cGZV+8TFA5Cv3rE+Z+I0A9mqOH
2GqHLf0lvZRFamYH72V+z+tDjug8Kt5hYe0ojUE4+JE2qSbGOJEfTTyQdDK5HykSBt/KgbEm
M4Ro8Wkt0+JHu3It3LZOqrek9khrjX6aHd7ViSBxsOg9W3lXOli1svuvzAJzyAf+ZCvdMAby
gKsAcJ+YrbAaQ6xXlj8xaAWGHKFgQW0EIVuWbB0Y+0heuax0ZEgNOv2UI5aEF8ezVDFRsfxI
WI8o9pGQeOTv9FFsRGrI1qWjX71llgZ3TkFoZRPEud0TqUJZo/eiAMD5PrIAyDhcXd/lQDOH
cgrIAGdUzOCHDaIgWc7ao2NnEMGXEFyJiHTAEiAhzIpXqmc9yw1wH+FDlWteIgEotJfFB9qy
417NrMcmCm/IDWy6BNPyzrxwuXZ7ot0MZ9lEWqHfQ+sAgD2uR3XK1gKiW+4mqGIg29lNchzk
6I1A8p1QAMCGVgMgsEO3W9aVFwb8oeoPnXB+w1MAsf6rLz9ulZjuUYf/AI1Y/p++JLh/M31k
TyryqHBHvD1PWT9wk3BLvp8Se01dhqrcAx6LzetUMQ6qaj1t8Oqitnl7bI9yg49swbHDj3VY
0u9LMS+6H6bu2ABcBX7N4YxYS4PqomvmqfWGwQrSx4WipMgfDZAkNZm6lcQ8aH7qBmIzqmcc
dnlAEggGNUK+y3plO50f+9GoLElxt/Kg5Iqi1SD8ghGtgxO8o1qHqctqPdQOHhhuntdic7Ij
k5OvgiDZw8Bv6kwgDUyoMZbr7yB/VCxq3ssuHZNQba29Y/DyujZrWBxU28o+iieze3bu3lB8
1UO5en5gBk0kgD/1LVUzt0HxJwX5dNVyraCGhDG07IVMAyCJqQjkPpoFYgA9SjBsTDDdCwPG
pPHjWbfVX5v6sHiC9KnJ/wDkR41AGoAZfwKk50Q2RvfQIWI41qPKIJ+ki3VAtA+QpgNV5oBg
eK4u/HBTNhWA8oBlC1iTSp8wBLt71eK/N7V+YsT6smoR5WcuwV617p7dQYFYKH6f9QfzO33M
XIDgj4lbt1JNWcH7qNuj1IwQEQ7AtGqcyLGCEKv5ctqmYkPhAVua1qGrUFgGQ7PfPIHBKN6e
rUMDufeVeZNhSrC2ceyhdjO+PrIhuNbBrDRBz5TAtnCJInQ6sgR5Q69fq/RG2gMdE8g+DOpL
jJCcEgksgTDGXlMRyfUYQcZPpZcm6SHZEOATLnb3UatLND6+0gC5O5h0O53mN+7UNVorVP8A
nGtT7IA/lXCvb/L4+3WCvJ3Rau9gxZUp+WO5ceta0oUqAAAwCDhM0BH8zsgW9+nlt/SuX6Xu
i7Y7d4/qqhXvdq3b0fND9eqFR5joAHTdylqgSBYEfyqpxXQEIEkBujrlxBeGZHhQAmSW1TO6
AfzbJ7FyVsswjQGDr4JiwZmfZMMDLIOfKjWsnQqtrPBROTts65EEaIix+TVGpmpDEKp7d/8A
Z7kAkR/8aPAQZPEJm58pB1ceyuVWFexIrXJt7qt+o/VWPbBkVOf5U3c8tg4rxZigKkVaCV5S
9v39VFy6aQ20I2NmJ0TXqQ8OIP0kzuB8rIAMDo39SFah2LkboluJOBp9VMONgIHp9ZEGoAAZ
xqfrIhpJgaYXDlVve/vQIHBpCiSUwIB6/dTk6DqjyMAQ0pwCAMBACCSiAQS65TZwzPCBAIBE
IXsHFS5DSSEK/qOzxIjlU7fCi/OhIyR+FHt8b92pPltUZ+qvIWJyDojW/nGlht7qHEtbYwV/
H/AfzPMAJHrf0o9z9N2u3XuW9oVBsH9pV7ndseTea1+nu9tCtDyIyWaoQtdgTtKjKYrCdmKj
OxWGRpp0ymsiQ7QPSnEDYJ6mDkFcrs++P5l5STUfKiSWI3Ulyi7vtlFjxqSuFQHMvb1XCHY7
HZB79/KbktWr+WtqId/9Pep7lSSA58wX5X6mg/Tfq7mKmaX+Pt3R5uHyiaEGfFcQJHtdU7Ad
E2Ou6gR0KZmb9/Mmw8sdVIbQh8oGQGgNqnJkMSP7lyGRhcg1ScugzFkbAxvJKb2tui5Wd9go
LPBOT9FAHzDfqgatxAwYn3kwLA5XlPifurDPku4TkGw8ZdMS75DbIdutZZ/9KDUNhmN0K9/t
3oNyGXKliX3C4k14jTiPtowHOVhxoFyr5SNa7prdwkDAUkk9UQPWso8XTl36JxA31XK3msTn
qE1RGwUaIkP0UwhLDVdAgQGTATqhxHqp4IOTsjaDsFycBoY6rkWItBH4Ux8vbruhxLg/OgAX
O2ie0EYXKQBCgtuUGL6Bsv8ACu3e1uIMEFh9dCpNbAanb6SHb/U9t2nnXSw91W/K71rdq0gE
ufrJrXNgYIdcjhOWqCI3dEkuAnBnYqcGZTMQ0E6IbYlHI/f2lyyQGynALjTVP6xyQPH3kaxY
M5aCix1kHZYOdof6KJ1wGTZnGiAEaBEl31LIVIAfX2lD8XyU1mIDwnDeXTRMPKKiTnKFe3WR
HLJKP5gckuAdFyIDBNUehe7+/qoM45a5QrmPSmA6rqidSiSXAgIMjoyZMMLx0TjJUid05nVR
+wNCHVHVHkfJt1TDLyeiejMMv9pOQ9S4nT4lLAD9/MoDVG/3U5jqgSYH+S5EQNdPpLgJc5O3
1U7yYHoVvM3HAf8AmQEEgMDmEa1A5CXf+hOKgnBf7yHG1RyyWaqAIJO+JRerDL6/VRcuNCfw
oEDzbjREHaCAmIwJGroFp1f7ScOXwMI4caBZZtuqOCBqclO3Fst95DzNyOVw+dHDIF/K+0Op
HEMwbogGd5bqrWvk4H3kRVw8DZAUqTEnAdA908z7ox9ZcagUBGBErgB5x6yhHTSE9gRLOcry
h21QNrMXcVCfXTf9mU9iAOqPAuNSiEwgIuPFP8y6oDBT5IWYAQ7NTyIIFyE7uCHBGxW4ZSHG
gUwNEHqCiwk/v6yH5ZalyKkoAsQ0+n2Vz7kU9mvT37ICtY1R+dkCMHAW2jZlCY3+6g5Yb6fz
JjNj7PT4u4g4b+H9KgNrsoDjBPT401x5SM6IWrIaQdQtqjG6eoG7dU9gfELBcHOD9ZDkRyGA
U13jHHRTk/vVEWcWOSnqCx3Rr72XKkvoyavquE7B3z95AksBmH+siaEF8tp9FCuOpn7KLE2I
aMIC3lOwVbdwW7pAiGo/xWuq0oABuMBCvL0CUQIbVGzcydUKsaHR0zsB4ImlORGXGPr9xf7n
crVsivmj6SGT1OSnBckJtNfFR8iAJbM9UQ7GHKcl3R7ncs1agph3OBIci0f1LlQiw0ITrKx8
qasW7hFQftIHZ5hW7Hcub3oXDmeP1lKmAoDqJ3UZR7loFC5G7Lufq/1B4dmpcD/8fCqFpFcV
rh/pINjXRBtTlBiC2n4U4PE49Puos/gN0Gg5IRs+JL9EYc7qc6QjOZ/tUCPnTb5L/dWCS0Pg
/F5Ua2E4LBcgGeAHz8KHlYjAIhMWB3zVGsNhxAQY/JKJqSXgOZXElwWBRsdcDqpIwPFcgTGR
hcWLrmKWY4M6ICwaux+0gwJAy0MEbXoQdQNvjRPa7NTbQ2lkRYODuWqgOR2ICGQw8T8ScsK6
DX6SBq8lgeqPcJisMqEEMM9E4sU5IAGfBcKHyYJ1b4UACAWcf3pjPREmOOqcEVtUOGXPV3mU
QRjVdj9OX/LuTjdVFxYdwDzOdUO/2rDv/pDbzgaD40Ldu4BLPQxYE+ynGuqZU7Rc07bWbSUL
2Dh8CFX9b+lsKizDuDMH4bKvdoQRYOmPoRDIfOv8kO3WO3QkHa1kD3wPy6ny0O49pVq9XtIq
NB7KezmwwOiezACfQnswrTQfiRZi+FLg6ssz8ieomvyouI1IQYktp4oAFmLMiSfMYZ8/VRJD
vqm9VoiftIWE8tUzPY4/0o9y4AFZAaWCIAbdGzMBpuEGE6DomAYbFkRHohAgct8lEn1TgkrE
CXyuTHw6rj2rQdGf7SFu4eLIG5NrfJ/SiaVHHAcrl5QRqSFysRZi7VH3lyq5mB19lcrkiHl/
5PKuNodzXohUkm1ZYLi7k5XE4GBujepD4NcrgS3IOG+wqiw1+ZP2zJ0P2VyvFdCcx8ScFxk+
lG3cfZv7kDUADYKIOq/TEQBd21leUyJKt2e8eXY7wbuU3CH6j9ATfsZes3r9Liqdj9TXlUeX
8zUfTX5tLA1fwLqlqg8rCbZBZGtcnP8AarU79qmpLcbbI9s94fl3LUJMV92q8pB6if2AHKtY
STAA3KH5g8jyShftj14A6hDvd6ehhyjY14bD73JZdoARGfFOAKgZcIXGRB/tVr5OnihYiAwI
KD4ONAnBfk2koxJwdY9pPUuMknr63rLi/p3dM4gIfmlnECuJQgEjBKLlwYbxV+37pndk5DjA
PRDiDXUpw9gQ7gLlYM5/fiuIfxBy642bo8I1qOX78vWTsW2dcagczqUQ/I5JRqQQa2FSdiVa
3IgEy2EA5J1dV7ZFqg4sJCg4MEhMHasNoia+U11yUABOSSge2HAyXb6VlxFi4l0AMnVGxyNe
qBu1qgaoNTiBgiEBzIDayHQPOHwEXD1rAO6AAZSFXuEgVcAn7KHc6sDquVoJYPorDuf7nYvF
qg/ZQ/Wfozw5yaEZRg16F+JQPdo5qNCUK8eFjJLpgDWcW8PW5IGuDkVyD8Sbtd21ZANTMD4U
O1+oA7fdPqEYsoHiq0GSYC4QSMlHudyRUvSqgMWgJrtYB4XKpjJr1+FNYAWckvgqxdqiW3RF
w74Q46FxqiCfKcDULjaTUyvKwBQsSKnRhlZcbEoA4/f1UXYltIZMVyjwTC2NFXuHF4fqgQOh
G7KQAZfUIg5H78UMdQhABYyMoVZzmUwBDeK4y7YZGxyf4J7Fmz4I/lXat6+aw96v/lWRPeMh
nA39VOM9U1yCMp6w2iLFp0LQjYlhqeiYGNSVw7ZDNPh8KcZGXynaAWZtPoo/lkgiGTXAsHYu
74XJ3rgA4X5tgAKRw6e+gaiEwcVGiB0RYuF3a2hgLBp9UqoswNQzez8PBA0IsGY13+JAnOoL
I19apdwcKtwONwfVA097kpHl6afSQqK6wTKpa1dGIQ7bAVAe19PrWQvW1b1MPQg6e1VA1jjI
PtOh2+8RXvBgD730kAQXFXfxRMsVxsI3RraSDD4QJL8iY0C8pdkX0TGRhcqkicD7Sf1nM6Mi
SM4GiPEnOv3kLy2D4oOJGn965ASPkRtDHRAgs+VOIOmEACfWgDZP8gMogzUkEDPH6KepEZAl
E1B5a6FaizaQ3vLjMZP4UQJDsyIJJGpOhXJyDoum/tLh21fuRbuZIOOI9mquCCCS9B7p9n1k
akEG9XI+IeaqsTmpkINheCO26O9cjQhVtQ+QwTjCBsXL4aZRNcthcLWYnFgPto5jFh/SgL/I
cpwDMMEOcDE7Kte3kBiNigHYhEH5FxbGqvVsgj5VV6mwp6p6oWYWsINQfVP1Vatq2HdBxbCJ
uGo8+Hw1QrQeQBgTl1BkQxhMTxIOcqovfjQhiSUf09O93RSjsO36trgeXnb6aFjQ94tND7VS
h3Kdo9kXA5VcWZ/oomvcIHbZ6n1n95cfzrWOJJQ/K5Xc8RYTP0Uf1JqBUSTcAwPa4Kvb75BN
zlhg/RR4Ely06fFVE1Bsa7ao9s+W7O3ReYsdCVxOTLhQCwLkyicAwxR4kWGH8URYONE58wP8
U4ENAKYVwXc/dQtWN0wgNogC5I2/Eny2YQDuTgI2YC2g6e8j7QMkaoFjbRQGD/MnBxgv91Di
A/gsuR+/mWBybH3UbFnV7inJwYwQPeQtY8iBx9CrYWD1gNk/SXc7UCvcHKltDyRpb1hlMHGy
sTbyjIQqLipySJldytTx5NYfDZGmbUyWhC4PE1l0K3B5Axxj+lOCC2hQPcYHpJXK0VOAI+yi
MnTdfmWE2wyc6fKvBOT6EQDKsavXvCaXG/xUR4ML1i49m7fCgbU4d4DzE7/DdXpUsBk6uULk
FzgtH9SkZy5dPndHt/riQMASH929eKtT9NQ1JDDu2HIv/wAxHs/pQO5+oMW7tg5J+kv9zukV
dw8Ifl90dzuWzUT/AFLzi4sch/vLl2n51Y1BOoTd69rSQak591czTyduptY6e7T1URipWoOF
S3aBHerg4Ee8rfpf1I4d8eUg+Xl9BDsfqDH/AKXcOCP+XZcRJBL7I96oam2yNif/ABRIkP4F
cSNZZEOIwBlAfOEAxMOCULaYhVLPWHdcq+rbB2Tu42ZSMZTYORquVSF5s5n+1OB6cqWATAgE
yAdVyjls8Y95G9gOIll3RXygVtYnoyb1S5jdcO4OPbsciCD7yHd7dntSR9D3VT9T2yZAqR1X
gqm0VuCLHRENAMWG3woGoyMvI+qhe48RAcI2qXmB0UWbR0BaeqJAc/w+qgwnQ+KMzuhVnI1C
I+dGuEJcaqcFcAxJz4Iivq2ltkCDFtAPtLleK66uhYv+XHEPge7xRDF8gmBKOOWx2+lVCxdg
zgOP5UOx+nft9sibjP1lw4/md12DyX99D9PWh7v6vue1pUn/APWjWoFu9ab3OT8KeSCYj+lH
ud08Qzk2hGn6XsfmAakf12XC1ePcuH7jfY5IvBKAAYkwpMFfm9tqfqazW+6/I/W14Xpg2Hrf
WXG4Pc7LuLe0xV61mtxpkMvMSRoevuo2w5ZtEDl8OENxnqsCwGoQAYkw5wmAJaDqE5aoBwuF
gCDkthGGLsCfupyZw5OExfxOpQGrP6ENmknDe6jYY18PcT1zoCITkubQ7briw4uz/wBqFawH
kdAj2pBsDPQo0IJNCwsNV2rXoCSBXw91ARauAM5Vq4r3Pm+qgDci1tdFxtaN0Kd0wPVtk/RR
NByG4DJ2AtoAUOQL6g/dshW1mJy+XQFLhjAAQLgMGJO6FocYH3kAw8QmaUNxsnOF5sBADVX7
1orUEv0C7ndDgOwHwj1VsMElVBA4DUwj2rV88AXGjJh52PtAOuFaku42H8yrW1hepGj/ANVk
O0KC3csZt4Lud6tQR3AADsQj3SOXfvgblDuWsa3rhopPrWuvzOxQ/l6WDUqf/j5WXZH6vv3r
StB+Z2yeRt3Pb/LRFBfzsbCvmI9nn3LJwIsAQDsUHyEN0WyMo7hVrccQIFxBqUOz3yb9v/07
nH0bK1hUA5JCtYQQHA3K5VDAeV+vtIjOwRGQgaFgMoh2OgGECDBDs8H6SIMWBwiTL7pmHMDy
nMohn3JGCuMAnL/hRqAATpn61lNuR20lGoLbjREEMKy/ihWvmqGMZXN9cPCfD1KqAXLfxV+x
fzgFycN7Vbc0TUc+2INTkfFRcH/2bQ1ixrb2bINkQ7v9W6NaEfmCLDUfQQp3Cb2aRmV/t0AO
HZcSC2pHVGvAuPa1ZVHLk3vSnIDu/wDpXIVAILo2Mu0bJyZRIxshsjp/kidMrME4RInuWinQ
Kn6alv8Ac7vrb8AnseQ3KdtgFQWdiGQFSZGSOQ+pZDuXB42dzqQuXar57hrkyURTzd22bFPY
udzKBJxgdUO92gL1ZrtkIn/7Dt2ubywi1fd4oW/TV7p7Z8o7QINKx/y0P1XK3Zr26tTtizeb
2uSfu3NwWar+X+VdskSKAEdQnPyI/KmGCjXRspsgq/Y7oD1MawVUdsnDkOjVpOKlPYPznjgK
xA0MAYQlvnlTMyeiA0OP7kwMaap6CRqQvVFbDLYQp3NcE/2r8wRXJbf3lEkfKuQxqjatcZP+
lA2Lbwgwfx1TYIjxWZyhE8SpOawOqF65bzv09W9VyrLifBOaCpwSJQFr2HbeQDkfRVe/2fNZ
nIByPhRvY4dwZK5WDNsmIY7DROzpyI0CwxbeHVeLsIJKFbaFyeqbQKfVGqDmMugRvAEol85T
0MCAELWiWHiu7+ok3DCu1aD3keWBhsui1YfVMS7oCxHEYLaH4kK2LiGATk+LI76dfqo2cBhq
hIt1RobV0PF/wo1FLc96lwyNuyWIniCdfiTAPTW9oA97ijfuWHcGWAULCPL0Loi3pVqsYOUO
6AxqQ53C5bF2Rpeo3FhkH4Ue13ZtUsB4e0g4YgElz9heUvubZQs5g4XJw1sIBuu5R4hgfRCm
H1hBixrjwQqauTl8MmgN/A/EoE2LAnRGpkAQx+6mBdGHhoT28oGi+H3kGzhNbJP+lCli3cYg
K3bfkaQSNPhQzyGkIEeawMuuFnNHhtCj3ex3a077NftmDco2pVrAsSfs2qgQZP8AFC1njKiw
M4JFUO29O2QZFjl/dQra9QNA7uUK0bkDrqmInUDVVDQchNezVtAGCvP3CDfHT3Vx5GSxIkfS
VDTuCwIcjddqr8uXmq0iPeV61sLCxgawvIxOqFRUm50z9VEAkEn0Oq07gFhUMYynAbwRrUtX
5guRHNxFtGQ5gW7XctxDHP0ka9qv5faBIYHzEe9VEXtancqZlwiLXPe7hybY+rVNalSBo2qF
QA3T9kh10Rf0FFdVYkgAyrVtIsCFfsknnQnOtT7VUVX9TQPbtxcjUeyiTFQAA3T3UADD5Z/5
rLjUB90zguIIiUNLD50H0htkGBDTOSg4Z9SiGYOvNiAExBIqE2AgbGf4qSQWhlAJJyei4ucO
6AwxRYuRMZXKzW9EhV/U0yQPzANR7N68VAkwDupy3gi7WBAAQvRhxMWEFV5UPI1buEQ9v+cr
Wre0uKgFj9dNa9j1d2f3UTYcyIBJZNgCc6e6hYOLiakaIC9+QBkN5iPpIk00LEl8ezeqDk0s
wcGP5ULVgUDA7heY25bv+JeQwM+KkkPoy5VJHHDYQcl2jqV2xae5bAOgX5tYOnyLlVjXXoUK
0rAy+6h3Oeg9qyJNRatXAfU+8iA3IxWon6NVXuXq1akCldRb6K/Uf9QHPbFeIPsn2ap9TlT+
yTA0QiFMdFCI9LIEQnQmLBEnCr+oqC9C1h8K5CQZBV6XkEMR4rudu2aWI9CID4dAkB9NEDDH
A/CuTCPlXlDvkmUAQ7aJyYbbCBBcnAKdiS7gImsEsPlWCPDHxIkD0Z+0idCNUCBIMD+1cWnw
lMB60unZnyUW9IwgLsQIZH8u3BzrP2VIeoEF4dDZpCcEgDQrjjqgMHV0WkYf7SLEdF58AaIO
HGhdkd8IQwGfFPhlEknVFiCwJI8PpIWBBocf3JjGx/1KS5gMITNkwD99AlnBq+uvqVQNYGSE
5Hh1T1wMKwqZPrfgQ5SDgBdulQKD1rkZf2aruC9QQ3KupVb1HG4Jr3La2NT5ead3I/b0UnKx
CcMNEH+VYTLo+E/cPlBklEVAFBAJLG1fe4q3ZyBNPo+6uWphd3kXe5ZOAeTwEXGflRG8BFpd
MD5t0QRjB0QFZdPUN4/1IOJ+VFyX00TVLgnYKtiCx0j+VBs1kl9kzPq4OE7dNXR7dy9xjqvM
OJDAgQvKcSN050Gmq2aSCjzPKlpYBHgOIyCUHfy52+knqAYYOnHpP9qLAOBOzlNYPqCNUHFp
z0TCz1GAPs2RtRiay2qbuDzVgjVQwbfqi4LHXQFV7PbPnJgafzLj+obuWsByAioI9xd+9T+U
LgElgeIp635PL/mLj2XuXLVaWHv8U9q+IwQhUjygzHmQsYdcco1rNzDfhVq0L1EPr8Sr27+z
k6l1Z5tYuSdAPVXbbwK7vbBfj3bIavumGq47hBzB0UzqmqAB8iMsuNpaXQtUz/muoyFzsOVi
WoBr8VkLd0wMUrAdV7tCx7Zdt1Xu1HGHnIf1qqxdog9FcmSSWBOQhx0yd1kuRjQIA5Dy6ZnG
hRG2hWA++rImxckQFktDsjo27JwHIDkCVyoGOSOn0UxE41Z0JIGvVNUHjBTvZnzqjalub6lH
8wEiA2qehYa1Kew8phkXBH7+0hyEYAGVcVsWMAAT8VVFidFIPTQImpD42dCpqe33LB+Yl/ht
RWsbAAlycOgzixkV1Pxp7AltEa0HA2dzr8KtzLHkxLyFyqO33KD2TYfZRrftCgtmgw67tu2C
LkZJgD4VU2nkHhWoL8OUOzt9WyH6T/63t8v1fcHn79vYofX5d1flds8xSO53R6jj1uCIJBuG
t3LHYnyVTB/NjdCtTAE/SKD4P8USQwONyiXJtY+hEg5/f1kzyQ4A+8qWAa1ptPtP5lAkSEDg
HJT1fzZfQJlxGBqtwynCAGuEa4IKLQRnRDtZ7XaBB25JhjVkL2sa1MgbogjiAPK+ytStvNcT
0RLOa+mFYtq4cafCpIZ26IY6pgXOsFN8pQaHiYhRIImPso2bMOnyXkdEDVh0/EuVixOAMR7K
YHWNlXNX1ygwghy+UzF/mRFCw0/tXEhyM8sFOxw4ZVNvQOqIqHI1KBsTxJaN0QLeUGQgZ8cN
8KFYGkfhQAPmZ36oEh71cv7Ue4h3L25EYB9UfS/9xHuNwOpPrX+JF8nCaQdUSwL6nP1kLGle
VAwsAn9bop9W4QrUyHDIvl4VhYetB8F2u12KigvYVAGlR5+7ZWswI7hYOPYr6trriTI/fyqx
tnVyhX2QJK5QwwCW+ihUvYsYH3UGkAMeh+JCzAgFj4L8qw8hHKh0lTsq9sYMllwrAEkq0eYj
RMYI0RJLDVcHBBEdfoonV09oJ1Rp+n81yPWHqge9dHmWL56+8qj1hazFkKmG8rfZTOSCDxGx
91Ey5OTquTAD+AXm10GiahDbHVcajzajCwQWl5XmMlAHG646dZRYGU1c18MLZsoNI1TmDsMK
PRymfoovB6Qm8reE/wAyapHLBfr7q4kuTEyhONkRaAcFC2H31VjQtfQfZsnbzZJ1dVJOM+P0
UO7YO4dz191VFMvJRD4D2JgB1bvXJHbpgW39ryqxoZqBxA2QuaFiWfqmnkJZDvcWIDXqIn2L
IUqJsOVRv9GyrxBBtYg9GTAmRBdOQ4OSrV0BcJ94Zdug9ckiPZr/AOrdXuY7VDw7dQYPH21y
BewDAI2q3IAv6FJBJD2OyvZ8GB0Hqq3csW4AABfl3L2u9rvmpPmRszB2fqu3bRmb6PxI2Iiq
Pet7WOlUSXDlyfsrkX46IloOFahwYURxl0O9Wk4sNiEbXPEAT4Ju2TTsiAHy3tW4p7sRgBBg
xBd1+YIAzs6NX8tHqGKqSJ66BE1lnd4QAckwx/CiaiRkZRfzHf8A0pgIGCgLSTqg3zpsDfqm
tG2Z/lVeLF3LJxIbyvKYMQYTHO2E1gHZgfFEVHpG3wpnl2xKqQZ1KAsct1JRqSWrplDJhw65
kCYAO6Nqks7EafEgAWJw6Hl5CAQd/gQo3EDIC4Ua19TkBP8AqTxAmtK6/SQAp/tgtWlc3+FV
FgK9wh7VGnwo1sI2XMAc8P0V4AqRI0leWDQNUgJmfeEBPF5VSx42gFW3qwKyjM2BD+Kaj27T
Z2T5cQVaoEgMT91G1CwsZZW5N5KPHX1VXtsLSbH8Kv3LMb2cmmof6SBu9AMbKwtntkNb4T8K
/LqZtEKnaMgCUbWIFAZCFrDiDNR0QqM5dByA2Qi3rM3ijatiKmCPZP0lyFrGncgiW97inkad
HQNZqIcLiC9XdWA9Ug50XIYZwPuolo/zRILDYzCBcuMFk0MNy39KAsxOw1b4U4BLuw1U4+XK
AZ2ckhEkyZH4UCCS7g7p3wcaonAjOyJA8ND8S5V+VcgZEehHwYQ8/VTw77fdWCybj4dUI8yc
zscfyrgMs9h7oCNQPLl0SzmBCF71FLEMAjb1Kn1ra/VQNQK9uo8oME/HxRIm1/La2gA9ZHuV
A/2w3bHT3kBcj8wubQQBX2fMsicJ4DCVYAjjxVmDk4ZO86IEEscjqm90weoRaTcuV11CxAwj
Wwi2Qn/9NyBvx+FHjm3yoASMBd2CGDMfBWDBqW4jT6yt3SXqIIy/0k/dOIAAge6r3FvI7XBA
0+JHuGrAO3Ue9ZWtYtLk9Eblx2O2YqfaITN4JzKcByNUSxJbCNO5UEF5RqQb/pzFSPZ+smfy
HIb7yNqny4AOFxu1Yl4VuMglolaAlgUDUvuSuLFsjWEOQDHBI0+iotq87oWDPuRKLhNiowQi
+Omv0UwZt7CVyAy0JmLDAQBq53RIL7DCJuXGoGXRjGhgrzBhlxlauhxEahHdpIXGpciH8EKE
B0eJD2EtlvhRsTnAOWQcPXbVVtb1W8oxC5dwchLDR/eQu7kQdMhCgsAbAcp09a3mXIAVoY8K
+7y/5itW1vJeBZ9F/wBObjuCmLiPo08ykswzuqC2agAtJKN6wK5Vu5UuaECw8UezkCvKh8fW
X5dS5JEDr6yFrQWUeo/Gu9z8K4v5skJ9kBhgVlrE+UHJA9ZAguzSNyja9uIALurmsjkdNSVB
aWI0Rq75BBYOFbuUo/6a443c7IVwLR4Iduvl7Vdd/i5IUo3Gica6LYJkVOCWdW7dvNS0EIgD
n2LYIyEYejw/3uKeweXBESjRzwsZH2kzNo5lMRJOWTnTAEI2fqGxH0kLHxM6fAmDdTkoCwYZ
DxCar9QuYoSBmIRJLbvoiSfDZCwI5PnCBID5jVCZA1kfRRs0u7aIiwb07oUoOXJgKjJ+jZfl
8S78W1ygaxuUadskOONr1QDuRgEI2sHs0nZXniXYN6ze1ZAGsPB3T2pyNdfZCHcIjSohkGDE
wAuNrMQfQnkiC4Mf0pwzbdfeR4hteIn+lG7tYSAXyUD2yXrFjbB+qu49vMDAOW+Bd3j5i2fS
rsYuwI6qndOKNU23r7VV279qoPc7r/ljMe9dcv1Fie5YPcHAHuodyg4ig41H4V+YfLYyXz9B
Cp9a0Dx9lXe4t+X5bHDFf9X3SRWoNe3Q6V/5iNsPAKNankWYT61vhqj2wOXtWhnujZy/u5qq
0blzLf6VTtAMwkqtfYM2P3argatWBUompcEu4TvCY5CBypZ1/mpRrer1tDLn2hy7ZHmGoRFq
vTY9faorHtkEjQ/08lx7gIbCAEDKJaNihUQRj0+8i4a2jffR5cgKyDo5XCwzI95YcnJOU9YN
YIGq/Mrk5b7Ka0n3SoA5CQHdAEcbD1i6NTHXYpgeQOiAAgt5dFyuX7rOToPorn7PN39KrW3q
2Oq4dsONOifJtoiMPJHgiOywGb3bVcS1mDjb6qF7g8o40GpKDNc1PmqYAVmHGgLVDk49rkrB
gSMkqwr7QGWCLku+OqyOv4VyIBbYpsVJjovzH8+NoR7M/l3dhlvoo0PsnMIbnAOFTuHz9wgE
k6fQTNBhlzxSsio3KLl6VDnqr9x+NaxyIb/+r/3FWhcdru3cgy4+soYADRAOweChya9xIPVX
sTM2sWgSgx5WtBHRW/Wdyr1qG7bj2j6y4jJWfQiCFBeuyg40KIwQmJkKDOyIZ0DWrV3RFvKO
i3O1kb9tqn3WglWIqaknOiap5XocD1kefbNSMOCX+JGth5hHgpO+USDBkn/UuRAFKyS7fyVR
tUqxM208EQIBcO7lEDGAcLk+WZNkCfSgeInBjyrMEeLpg58JK5Al9v7VQyL90MG8PNZdHx1Q
7oHlpumAyXQJDsrkCbEVfYEoEy+h2+ipm19DoPpJ82vgmeNfeqq9sN+d0nPvIVJmuQ7Kv6b9
J2xZsNv7172Qe4t3Tmon+pGpoRbfT6VkYDAsSzo1YwMtv7VkdSCntp/kiagvUOD+FE1wcHEq
mlTZrEjACoKEECAiQzgovgo1JitZ3wqdq4tXtsTTkdveRvZiO0ONP/2L8txzv/BVFfWEgEQy
/MdnLvlA4sckblcSJEH7PlXbpWQRyI2dcmbp+xtkKksDg9UTaWy0OEbSCcBBsasgdELAOdXT
AwuqlbprAHxX5goe33Ri9DxLoC45jcz/ADK3+3VzkiDCNBYUuS9QfUI93kmsAN3lFmsH8I+J
MRxcOytZ2jXdb2EkD1XRqatYySZCFbQLZIyjxAiRKJaa4bDD1k48rN6UCxfLjdORBhl+noHA
o+dZXNz8yHPWTq6BcvWYRJ1wu32Klq3JsfR6qF+4HAII8fiR7lyCScHQKxPmGgxhGxJc9fvI
Uo9r2OmEb9wAEiT4okjTyeHvLjxApYSdwh27kfl3Bka//wCRcLEV7lTwJaLVHl42V+4RxNmY
gvVfm17k0J/MDvHu1VR2ySbVFhY6V/5fFdzuUHAZrWxLmp9W1EaXPqjkx6FXNYdqjYfGhUTu
gKhhcwfBGwMO1iFetb8a1rn6XuoEEtZuROqNgHFXYbBAENhg+EAS4EBEXDxGyrcAggh9P5lT
iYw/2UTgyH2ZcblzoQnP7ALgEVwdUeB5AHBzKYiUBYHgA5I3TY6INlAb66Js7rylk5XRNkI3
7ZevulZD7FNapuAWBGQgCB4hN6yuDkjKe9SX9H9CcAEnC41jjBcJnfZGoY+8NVccT5ZfwQZq
xlDiXDu43XbrbIJbaVg8VIMDxC4l+g6rztTt7GS3wrt9io5dzt1c2PxInugcRgI9tmrUufuo
ChFicI11wwVP1H6ivmIcFAgR7o395QFysPMzONlc2oT26h62IeR7tlchy9j8nwqvbBft1Mg5
Lq/5D0rYuZHmPxVXPuue3We4Sf6aLt17IHbv2xxoc+X3bLufp7P+bapYvHvJ7SYJKvauBPy+
quzSND8q7lPZcip+JcqA2NyAbFz/ADLgxNwWcPlH2AR7SE8iA9nH9VUAZAMOhMPqrDR3HpWH
NAQSIMKliC7NbxCrZnYsBu68xHbfFTlEVlteqqdXYq1gfVLoWrUE6lNXOq2/Y/7N0xxunqXG
E1QwQFg65VE9FwsHGosiKhxpXVPbA64KvXth7aBAkHyn1fBGGLDBXJ2fPVcazvplECei7oYO
KlGpI6dPoKthA2KDmGjZYh29CZg3guQqAd2V+/3rce32w9iu7+pby3seIJxQepVAAsCIGnxJ
hkwWXGoexYMMuu33v1I80EdrYez+YmAYDA/wXsZuakAeKvcu7u2ULV8pVaAF7GCPwrt9uo81
gLXJySQhYywgLtd+tQO5Y8TfVm9Xkq0qcxPVWr3CONrO4+H2ETSa9uoZ912uwSTyLkDIX5dB
JZ3GoVu4e3Xnc51dWrQcGxYjJQ72RUNbwPrrn2S/b7o5VbT3qcUQSAXwYwjexK7vYJDHzBz0
4rudlm4WQvewqRqTsufe74BEs5+rxXEdzngQCf6l/wD9D2yBxOnsruc+QrgEVyhXsdjuWFcn
i1frXTUABMSV8O5hA8zYCSBhMT6UyzCgqY3XRF/QsprZ0KIsOdccgJCNu3B1iEdRqUe7RvJN
myxQAkbiEATxJGUCZB1G6IOisAchiCrUsME6Mj0dwNveQJJZ2XF9W5fst3Llq1Dko9ntPX9N
QsK45N/6l0as1ryfw1QBAavlcdVWlA5sXqK5f2kb9+oPfuWoM8B/zeSJ9a9s2P8AgcwAjTtt
wpHj8SG5+T6y9WfH7yrB4g8rE4ACAXiqkj1LOqaOUe2HOquxYkI962e2TYHf4kbEZLhHI1QJ
OVMgwhSx/wBoRUnqUCP/ADC+dPiQNreX2m1VTUcS8jRkb9r1u5I8PeRv3rGz6f2oESdkeIL6
shodV3D3+3bu91h+VrUEetyqq07gvStQB5ajh/LVf7XdFu5oCHunB9NkK/m1FjoCFvuU7uEW
hYn9hH8U+v7Gb0oi3m2ITgQtnE7K9RIIYgfeVqWyHAYfeXAl9nx9ZEAsDEP9lBzo79Ed2jDf
WRImoLuPspjBwVGRvgj6K5OW2Vu73C1KByV+R2f9vshyQc2+kq2IBG2vwoXIDl3c6e9xTMbA
jykQqWsB2K6tPcI+mmoGH+G9SSBYEEjKIHq1JrUnp76YiBBIRYEBsBd648r8Q2qYqdFfcBx6
FWzOwdAtIhWAAYRb5FSwEEF32K4jCAfK4/OmI+TVXsxFqeYEZb20Hlt5hWYwawTofhTCxYaK
lyHNTxdtvdQtHnjj4IgHx3RJHHjkIk5OEaifBOHO7LnIBgAFkBztxOOWPqoWJc1ILjf4VyAg
AC46ssmrFN3LetiyguNwox+zqj8yJGUSW6umqYOq4uP8kRvAbDqvfAItT1mDghEipDf5oTxI
z1QFjGoGUBnRh9+q4jIlxgpjrLptMLlDPj+ldzkW5kVDomTsZUSNSyFagmxtxrUg/wA6rUUF
u4PWuRr8P/YG1ALEE2Bx9KqIBYa6sURqJP3V3bu1wQCNG9m3FT8v7LeGqpWuO5Uv4Iw8sFep
xYyP6bI9vtyKQ3pWQAFy7teVjoTCPGvGzMGwuPGBhWpcPUq/ZJNBU+T6NlQg+UxZHiXExkq3
Zs1qd0Coocv6teKPZ7vbZz5e57Q/mRPYI7oaQPLbKNb0tQiJBK4A+YmBLoBibHFVx4sdXCAs
IpAAXIQNlIqAY+9yV+BFDfPgnNxevUIDvVBo8kY+quXauMuavBTAsdQf2gSVcDUFvFWpYmtn
Y8oJH0UHL9Bt7K5VgYIRoCRbrj6Vke3cBsXJyr37Tjt2LjYP7ycGDlkA0HBOXT2LEjPVOCTV
2Lu6keVoJz7qNS/E5Czq7KnZ9q9oQAkkMECB6xlV/UO1quOIxP8A2PKoc1kBWu3rFwAF5g+x
lW7L+W9WZ9R6v7GXcIwzfKqVf1KkPtCDF+UkIOGG/RGwPKty4PimED/Bs67H6rtVBvS3C5bN
beqjytI8vH7y3GICrYetUuD4Ltfqu0eNrhr1n1x5beZcbDzCCpDsvzD26jue80q/dwA4HoRs
GA+d/ZQAGDJGUD6tWx1UDWDuibGdt0dXxuiJaHCBoTU74KFP1I5VEcxFvpXQNe4LjRsj6VVB
dQFiV/1dQb1BHMaj4uSLgVAw+CjcnA4+n6KIqPRhOzWAY6wiamNamcLykRkszfVRpYudIwfh
XGxc1dih7XWQhyHmaHYFkSSR0K48Q75hTZ6ioYPgoVBY6N19ZVrUMQA/4uSoBkhz4/8AY8bI
+QEVqYOqt3a2Jo7kCOIPuo3q/Plk7Kt9SJ8f2EDVWORaAgAPMIBCliWZvFWBxW0f4u7QjlDg
DMK3aAaWYTha/wAE/tPPh8K7v6Y281TyrU+6fWQsIeCuqIEQXttVGlPUdm1+kjbPHJ1+igCQ
Ttqg8b7r8vs0Pcl2AcsVS35JrW0GWb4rKgc1/UVE30J+KiNO922qcdyvqEKp7ZfclnCIsMQC
PvIX7dzRtRCA7w/NbUlih5uNtjBWfSjW0ghiDsvIDbskvXYfyrmwv28lssnoOJ0RtZwRBquR
10OyFgQBoQM/Chxk6k5QOkdITzHlATB7AalaHQLjx82W+6rHBEAeC5HIDjou3TNrMwGv0lUM
zAP/ANjsi3tBGhALhnPVW7dbNehcEaok5pZrelONV2Rf1e7fi+0KA5JgIEgAHKsXB2OpXf5T
QkGvj7v+Bz+xshXp3ya9ruE27fcE+Sx9VcX5VuHpb2ShYQDBCp3aWbj61dDU+yq9wE+YQuLe
bpKPbuHBgh2Vj261FD6o5ID8nkCcghU/NPGubAb+7yVTehua5Ni7v7ytb9P2xQ3grGVCPb7l
RYWBDGQq27dxylwR5XVuVBcHHGR/Ki9LUtqCCyD0Jq+ayyqaFrj50Oz3qm2x1QPyInUaLy+q
c12+ih3O36dh8SluWhRFiHDh1wtVyNeieteRrDBcojT/AFJtTlA1DuGJyE5MiY/CnctlX7xi
ly7kx9FGtZJ/gPhXbsNw0be9/wBmQznBTaHZC9osAzjZd2tAD+kuC0z71fKgrWEHt2rZ12+5
bLS3Tyol8qbM0gVLyu73CX5WZtm+JQnd0XU/snRHiP8Af7QNu2d//bR/SfqKAl2ry0KvSoYf
NKqGYjZCly43K5AsdRqgamDkq1SfVwuqM+hZlTqm0H7MrbZEFNaQd1yrUGuSBojXuDAep2Q4
gkZfZCxyyZH3Tg9Ua31w33kbEf7djA2JVuILnBaFxIBJAReCJIH4Ue5WCRgwnq56CUakMder
eyhYQ8eCZw+dXU9riM+aPor87usLMwo2Fb9QLORPFoXMZOQpErxWy6LlWQnsM/Mn/ZEIvk/s
fZYXCwxY/Iv1FGcmhsB4eZWoSwGH2QYsGmIWhhiSiPdsxH7GXRbqZ/Y5K7gAYXt+ZQ6NZdru
gixJ42GGYocQOp/uT2YVyELVuAcDoj2u5Zu5kfEFW4wcrMJ9VhNtITNnVNg4KYFNgqRCgIi7
0Z2IxYeyh+eBftXMkfdQNTz7XcD1sJTDGyhMfQiLRYY6q1GAIlk1y7avqvLVjqTugbF99CvK
DxLSdkbDyHHF05g5JQsWOn+pNozs8fRUD9hrbBgoVrACjfP7GOq4lcWcIyyLFSfFMD4FbjVf
wTFP+y9R7tv4K4JILkT4precWGXZNxaNV3uxYkCzWq+PiWf2ZfonJbdFrCFBCbfVUt22r+p7
Yh/ar/y+SubA0/LLXqBhOaHgMOc/Eizmo0EMg2QIdDuXLdztw4OfcXCxe7PsuNjOFOEA8pkC
TGy1/wAkOiBbx/ZmUad0O8PqFa3bH5vZGozX6qJoeXafzduxJH1UO52bS3nofWqUxwoXmEjB
T1ryqdkbih4ksYwVbtV7Zqci1vdPxLl27i/cGatn6Flbu9sWJr61Tp9VGtya2EOYRIYAYCgE
k/IEzFtv2OSvIH6omxclEbpvkXRRn9k+rumBcFOF5oXRMzuv8im9P7CBMLvuHIsW6F/VRpYE
WBgICtQbbEyu33e4BTmeJ8FHoRfRcWYmHRmQuQYIhyyYmNEa2AJ1KN+2ePL1xp8S5djuAUsG
NCcfRRDHy+tsuFWL6K1T5ZbKpapNQBB6LnWz3q3JnDH4UKd9zXS4E/XQIYgyCFKdoQPoXXdB
8phO68FhQAie52xWxjnVgV/1H/19/wAytc19W30eC4XB7XfpF+1aD9VNhSt0zBjkIAQArDtW
Fj2ya2bQhGpqGtlcqV/L7oxev36o071SeJAFvZI9lNvg4XHq7pqhupT28x3P+KIWFhyFOdVA
kLDjdCMKAnAd8hScotp+zv14iprZyRtYesnAe1TNst73mR7lfPyLAjIXOxa9ZAHRW7HcPEia
PqPrLROR6UOJ00TApnzlMU+URQnqi4ZlXucQbDQjP0kaDtD8yztY/Z8yNLUr26ku49Z/e5IC
xta1R5WX+xa1a4NDhTjXwQM27RM12+ghahep1QlWGdVKPXCj0pl0UfKnTHGqFzUWbcT/ADIE
GNFlRjROVOq/679LPauf/wDZ7Iy3td/tKvd7Vhelw4ITjCtW9OZt6vSytRyRQtcbe6vzG8jZ
1+j/ANmbV1lA2PoUf4XWEbmp492nEkYep8qtSpFH1M+ZGtrDlWzOPVV+xQi9vVYey4VLuHqX
D7P7PFC4gWAKKfXVk+dEauxK42L7FMzFNYcd1xqHnQOn4Fn2QYDcELz91qkRX1m/mW46Ib7r
zvevROGsGwufbHl9qm65+oBkWghD8upsTCbF3yi5J/gj/FNYONDuuilOR4I1Yg6E6rK4n1Tj
ouoTap1xp6bIEy+XRwP03cJJHu3PurvU7ncNms9OlSUeVvJsu72rDl2+7UADeFxn8t34tp7v
/CGpE6FEswLgnY+wia25B8dV5nexz1+kqip5CuCPvLtE5ZGzmM9U1iXtLq0h9FUissHdP8yN
2gBmVr2LvgJq4k+Pxfs2dTICw42RNGB2TMhagcHIWGJ0ZEAFzgsj5nOrrYplJj9kZUidVxw8
Ll7NZf7KBtD4ZHiGPVcb5GE9f2GrEHcog6K5GKEHr7qFX5C9S/RHYZXas/rcSRsPVTucv6P+
F7vYsA/cqzkPPspx+oH5r+75GXd/T17ZtepLGoiwPt1Ve5+q7rdzJ7dfMx9nleyHbrNa7ogh
wsOBhGJUKcurZ9aEdd1a5LlmB0C40PHV+iuO4S4IL/d/ZMH9kj0rA8FLQmAD/sKy7ZXCpLDJ
6rlqIPinvA1JTjzPgpwXAj0rE3P+lBwyfQSr2rFBaKW2HlQHdoe2T6xBcLl2bix2Rsz8v4o8
RlXoYFwxOZVDcOKk1II+qnrY1BJBH2VTul3rjX1Vy/8AWw3/AADCTsuv+J2ndE19YmFxuI1Q
Al9ETWHR65R2RIwneSS+zI1EvCE+tonL9F3CJwHwo+RT6ENlujusyi0kZAUhbI2rm5AC4h3O
vUri7AZ8UeZkQAcfSQpAuBNQp1LnwVu6xrUWNQNwE22y8plD8/tVuR7Qi381Ua0BpTQnP0UD
+nJDSCLMvyrilwD61sqlLdutqk+r6pZWuzXblx295HviB+YwPgfMhcw6BqWcO/3V6X49f+yY
ZeXWZ/w8gSNgN/pIS7ZPX/H4fs8dUynIwEQiR4INjUdUQThmOiwgGc2bw+GtVckcXs3HZliV
1BQ65RaQcBA+g+KJGdkO4Hsxa43B9W6BqX5SFJXCuK67qgGhcnoiK4OqNsaurW7gJPc9S+nx
Impa5gdSVUWLkBz4lGw+dR8oReTug+y5afOsP+/lTgGtwgLP3OyCxqcN7XFXv+lsS9vzGORy
PK/bVQbO4ABMaKoFTzqXJOx+FcmH5r41/wAPElj/AIeVfV1B1XG0WGn+FrBxlNoMdQiKkV5C
DqhVxbQlFyxeP8ErkFsygRv+wBODKJeQiDO42Vu4QwMPv9BUFCWqHP8ApVXBcuS+ZUwiQhDL
+KIODumMkQU4EHPgUe1b1qH5QjWvrFE2GNEbD1rFp0b2UAJqMDxXa/S1m/cHK4GgCYDy0EBV
oJ7XZ81j1XEe1CNbBk1cLMK3ISMdU2BsjsjxLWGqkONULVH+3bIVe7apt2RZifdB9VW/JItx
tpMLlwHJmdv8Mj0oCvmBLl02uo/ZMPH7HYONVM/4T/kgF4pt/wDCyK6JhCIKYEI8hLmQmrIe
QFSjRUO5VrWnkWDbBNtDrzGN0K1JJdSx/ZmAuWpTDSPlVbM9DVrnqPVRtoyH6Ptf+ZebH/l0
99ClYFR+9lbu9ydKDcrv/wD2Hetyv3PLR9vhXc7tjLFn1J9Vfn9x/wAzu+Yv7vspnJFRDbo9
oki3svqnO8BEktOERB6oi1XcIlpwxQIKgu+qL+CvS45Aw2i7n6YH/buCw/qosdf+Dc+CdOP8
G6xJUDGQhoVMvlE4FXZYjUCMrkx41y+ECYFoYaryjH8U2uUbXLU2XJwAJARJ0ygWYaIkQuXy
I8CxzUqt2khrDqPWV+7aGDAak+zVW71i/d7h5E7e7VPYMBruv0/6Ptl7Wex9J41Xa/TV9geY
j3l2/wBB2vNSthy62dACBUcQiSIBgIXqWtU8qmuXXmf8ynrAp9dl11TsE9clTB1HVAWLAog6
FENmWXb/AFXamoI5AdF+doz/APBsUxn/ABRlTBW5XI7KXkv6AjUBg4c/ZQ5DzWDlEtAgeKGk
yuZOJKF7eroFytC5EtXZGQKhGtR5NU+hhtm8qrQAh0Ku+5wvyqefs9kvYjW/u1Ta9JQNy0eC
7n6600qTTtejyLud65itCw9Cv+s7gIA9R/eK/LzXVFyxHoheazvC59o8cSdfgQNC8SOqIPif
2eaWTg+lDjUvqV54fVchlCrsbFivyn8rO3/FOfkGULBxLELYojVFg7BggLCAeRdANhMGDYRF
Q4Gqs4gaI1aBgIE40CBJaYCl1yrqJCArEuw1Qrf1tSj+j/R2Y47lxj6FbIUpp+9kAA5OAMqv
6PtuO53fWPu19tU7VAwqHsvyKTbvEUAGQqdrtl+ID+KdjB+VCxE6eCFDMuD91cCJsIP3UJ5V
sZGMLll8LxUQTkIW+ZQHBRFgGPzIM/HEKtbQXglc3DNn/imJJGfQoMHITHZGNU4zqU7TqU4+
dcobVCSeiNj5ScI3MndB/W3UyyYYyfAIV7YNgcnZcWcnJX/S/p7f7hi1x7I9pEN5rFi+Sixk
58F/1Hes1i4pUZJCv+r7wY9w+UHSvso97uFgA5JiF+eQ3bpHbHT37IW0OQneCEQ7DdabHwXK
xxj7tUL4vtoERYHicger9JC2jZCdwVspGDp+z+CIvUW2P3l6x/L9Vv8AivzK5rnwTkzuE2if
IRB1QqT6E+jMPveVGoz6zYQYh3wNAFwfxO5RAblbRAnLYXHJOAEwiuttvooVqGAyT9pW/Tfo
y98W7u30Fytc3f1jmU9xxbDI93v+VpAPRHu2evZ7Z/2+2OiF2YV9WpQ/R9g/7fbnvW6+4gKV
AGvVC4Lbo2taKh23KN+3Br61TkImxYHRcQWNTkwCVY8eQtguiC2WbRlIbtky8shYEEHCnKzJ
UnwKBtBaWw/wrdwuLBndv+KNbSDBCt2h7JceCEeK8vjKjKY5EBB5AyjxJOiNrEFpf7qJAk+q
VUe4wJ6oDtBoyhfvEg7Jy1R/krfpf09jXtj176n/ANuqBbMsmAYodzv3rStZJPX4V+X23r2K
+oB7XxXXbNhxFT5hqv8Ap+x/5/cDMMVdOZ7h817Zd/WRsJ6IUc8b6E4XEFxbVfnduxB23Htc
kDbOgKcBuMuPxI1u9i0yfo+VVt2WvYDlY7OPVR5E8hBB291OBy7ber96qHA+bUahSzIgwUxx
qEJ0T9XX/9k=</binary>
 <binary id="i_010.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SFsRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAAQIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MzEAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAAQIAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADiHwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABnAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A0us2gZ9rzYbSHvEmAGgvd+jb/V/fRarGYnU7MrJOylpIcQ5zmBrv5DTt/O/MqVD6
wWss6nk+mDspZqBoNxfce23cqgzMm9l9oqbTXkt/myBAllbXFrfc73R/YSU9Lm5GJbU4MudZ
ZSQ8l8NbsjbYYir0622OZV6ln85Yuczfrrk9MyrcarB+00YzSbrN27UfSNbqC9ldO72eq93/
AAiRxem5/TSMyosxsh9dDL7CdrrQ22ynZYRu+0Vt9b31/wCk9Nb31dw/q3lYN1vS8ENZiu9J
uVUTS9zdrC7IrdUWXWMtfT+hu2/z3rf8IkpD9bcXJ6p9XsKnBPt6pfjMsB0G3Ibvoda5v+Bq
t2er7Fk09Et+qWC49RzK7cDqj3dPyq2sDRVeDY7EzmWF3vpqfXst3+n6e/8Awvp1rd6fg9Y6
r0llOT1Nj7asivJxs3HYDsZjuZdVTnsiuvIez+R/wdj33I7Ok39UycZmZZj3YdR+0CqtrrBb
c+IuzBl+7b6H6ZtP+Du9P+c9NJTzeF06zEfsymh79x3tH0Z+jy4H2uauj6azBpYBhnfYNwdu
c7+t7f3ms+irXW+gsxG2dUwnPL6w51tLgLWuDvpv/Te5v/DfyPoKn0zqbc9lhdQKGUAAWbiW
uLt5hm/3+z0/znJKdHIyqMao23OFbe7j8P7SxOq9a6fkdLu9C47nmpm303B8PsazZ6TxVv8A
U/mW/pPT9Wyv1rKqPUuVLrOYOt0V4+MXVOqeXs3CTcCAH0HVvpept/Rv/SPVa9g6ZeWC4HKv
tbU17dA4kbvSqbc3+cfZ+i/4TZ+jYkpnlfVvJvxrPRp+1W4pZlCn1HNe4Ma21pqsqxr8F922
xn6pVmX/AKC7+kLW6Fi52FivObW2m620XNra/wBQAOrp9rtzKn03Md+juq2/TRKOpdVoa8nE
s6hUQHXhtQZW8uYxuP6lv6Sh/oMqZ9o+z2f9a+gxbvTOnWZHRqKupONuaxv6XKADd9h99tlO
1tX6v6j3tq31V76/+3UlOPXgPox2YOMzLOBa6xljxdWHtbsfdbYzIkZfpWXWu9fdb9s/0X81
+kSxsofWTpvW29NzG15L+oXVjHyf1s0tr3NZWK8PEeyijGxbHu9anJyvUv8A5y+6z9Gkkp//
0I9e650Dp3X8nAZTkXXPt9PMvseAxkjbsx2bN2yvd/pETp2Hb1D6wv6dUWvx8Ohtl4PtAaXw
2n2/SdkV7PV/kK51TF6FldAyMp/rBtpc93ULKAd+QxjqG11XZLK792Tk1es/bsxvV/Qsu/0g
/qpj01dT6j9YItvbmH7NhspBdvbXXU9+Q5v711mzHp3fQ/SpKT/X3Cv6h0mn7Cx8YXUKmV0A
Fga1gsostrDfb6HqXU/pWfmf9cW91b6p9IzMK+qTjPtqLbHY1j6GueGbftF9NPsybG7f+1Hq
qn1TqFHTMRvUepPFmJeZyaGDc1hDmVvdW+v1fdS+tlfpu9T9J6n6RdBn5Ybi2hzHNtfU7Y2A
SHFun8r2pKcf6j3Pd0PA3ANc4OqtEiD6TQywM/e2X7/+mtnHrGI63ax7mVu2VF0cEB52Q1vs
Z/NtXn/U/rF1rpuBXh9ONGIMFhrtrfVNryYuuc9tgLaKf0uxjNvrW7LbV031E+uQ+sPTmMzY
Z1OsubYGNO2xrA39YZpsr3ept2b/AOc/kJKeisZXm4V9IsDxc19TnDsSDW5sfm7P3F5XV1a7
HzTi3h4ZiBjMjGe6RNO02t/k+m5tj/8AR1erb6q9Yx3N9Bus7QNx8/zty5D6vdKw8Lq/Uur3
MazL6pn2sxrLdQcZzi1rcd30PUyb63fS/wAH6SSnKf0zGo6fTdkV5W6vEdk5GVVurprsdU29
u59Z/TVU/pfTYx/ofzVN9al0jrWb1nqhGNj1vyOmVDIZeWfznsqNlbarvo32faWMfbX6fs/r
rXyvq1SeqZLsqynLwbX/AGlmLeBZZTaW/pKmOv8AUqoxMlzfW9X/AAVn6L/CqJY/D+s+CGOa
b21NoDhH6Sq4styH7f3PWrb+l/MSU6HRuiY3Ts/qWVcXvFuUG4db3SxjLG137aMfRlT/ALRk
3s3/AOiZ/o1v2ucGwwta9xAaXcT/AN+UTXXZa15MmuS1vgXezf8A5u5iBnU9Qd+mwn1mysHZ
Ta32EnT3XNDrWe39xJTU6/0gdQ+wXtBN+Dl0XMIidosr9f6TH/mfpPZs/m0loC684psFbfXD
ZNW/TdH0PW2/9LYkkp//0dPq2J0q+61zMZjvR25rhW+00tttd6GLtxXWuwrrbqWZWT6tVP6N
lPqf9qFn/U36xXY31l6ngFpsxrGDIZt/4IN9SwNbu32WU/ze3/CbFC/E6r0joePj5TK6TlZB
f6FQFbK35HqZD9tbGMrt+zY36Bv6W37P7Kv5lUcfO6Z9XepjqeQ1wflYrsevY3c3eHsHuHt2
1V0Vs9/07UlPTZHRsrP6j0h2YG10ftB+QcJsPZWzbd1DZdZpvfZkVs/RbLa/Ufd+m/m12Dtz
mFpO4PEFjtQZ/NLf5Swsc5x+wXuh4bYbnzDDtLLGVDdWXt/P2+xn6RW8rIuOPfU63c41PIAa
GuaIdruY5n9VvsSU4+X0PpmQ691FwtFRJdY6brXh1Zdi4tEey1zPTdT619WRkW/zf6S1VMq4
fVWhvUOnWusqtpd6xsa2bQ1zdnpY42ei2izJZjMrp9Nnq2/pFiu+sNfR8i3qbaTdkGMTJxHO
fVXdjvG/Fta9zXM9TDv2/pKm/wAxdcxN1rqmR1DqVXULLK7qMaqu2yusO+zt9Cx1jMOi2wep
e2y+r1sq/wBP/BV1f4KtJT1OH9dMi7LPQ+p4zcPOuHp1XMdFbrXAu9Gyo73UWWM/mP0uRVa/
/C71pdXuxq6acN4rsZTfjwXboad0brdrmbrNg/Rf8L9NeaWtdZi4brHv3VY7LbL36O9W1/7Q
Za8z9P1LPU/9WLt8EYvUMRt19bdnpj1qyTDSwksfA/c/MSU2Luo9A6dnZlD3O+241TszKy5B
97z/AESvfDbXP2/zP/F/4RU/q3VVm9Xws2zGNGVZW/McASW112tZGMzd+ZZf+nZ/xX/CrF6v
juzevXPZssY/FY2qu5sNLPUl/r7RZ+69dD9TWg9WyLTQ6k+gGbtNmjmxTTt/wVLP5r/zBJT1
mNQag9xcXOsduMjiAGNY3+q1qfKyBj0OtLS8iA1g5c5xDGN/tPcpU2OsrDnDa7UObMwQdpT2
Vts2h3DXBw+I1CSnLtwsqvrbMmq9zKL2D1MWto91jD/PW2v/ADG1u2OZ+f8A2EkTqDtvVunP
c7bW02tJMQXWN2VCXfnbvY3+ukkp/9IPWL783MqdVUckYzt+PushrXl36U2z6n6NjWfzb/T9
X/rao9caz9m5TNLQKwd+wwCDvJi0fT1/NRPq4Kcz6wX4mVa8M94FdYklzrTXue4/Qqr9mz/S
W/8AB+qt/rv1cqxsFlgvfbWT6WYHFjSabS2h1mOHNsbXbRa72v8A5f8AwaSnc6W9zemYbX/S
9CuZ8YVfquccPp/UMk1Fz2tLGtZG6C32NLv39n6T+vb6azz1xuO+ttbKsTpzSKKK7PUOQ58S
a2t/Sbtu73W/9dtuWfl9fZb0i3MrYcgX9Scxtdbmlv6Jvps9Ow/Tqe70f0n5/qJKefGezqWT
jbv0eLlV2Ylu/Rhd9PHsDnez/Csq/MtqssVTJd1HFxWdPe712Mrdj419XBa+1psotFm2ynIq
d6dT6LmepVX/AMCtzEyMa9+T0/MxDkWZeA/bjOd6TK913qOtuueGOba23Hx/5vH/AEio9Hoy
MzqOP0/q4f8AaKbmRe7aXWsafbU69vuuaytn0rPW/wCNqSU3/rbTVVg3OaQHVU0V1Buu40vY
GDb+7v8AZ/YV3o3Vcmu/L6bks3Xtx27nN4NkmvJc7Zt/Ps9mxqb6x5uH03NxHZVJvN1u5pDt
oZ6Lhb63uDmOe2x7fY/9H/pFgszi/ItzH1veMquxj6qj7z6hrdjtZ6jd/wCkvpqr97f8J/N/
mJKd7EfPX8lvJZVTWP5J2ZFun9ldH07rOJ023ba0urue1nqMO4tc72V7mR7mvs/lLlcKl+N1
LJtcNu/Iwq2CZ9tlVmG5rXf8HdZt/sKGT1vBszqcOvJDa9twyXnSlrw1r8dvrO+lkMyamens
+h6iSn0bD+tP1dyaTfTn4+wGHzY0EO42v1+krOV1zo+JXXbk5tFNVv0LX2Naw6bv5xztnZeS
jKzsCp+VXTXsoO/Npb9M1z6brK3Nax3q0+ruV3qNNGU3f9pax1bBdS4Nbq1v6SPzLK/U9j/Y
/wDSf4RiSnseufWHpH2rpuVT1LFdinIayx7bazqHNcfcHH9G1jv0n5n+lSXFfWLE6WyvolNT
NgOS4eo1jAHVO9P1y6Geh6u707P5r03pJKf/0zdK+pvVOg/WLMz83Kpb0qp4yzludtJa02vd
X6R3bHVNd+l3/o69/wCj9RVfrP1HCuyemdJrvfkZHVMirJ6plBr6N1QLqsbFqpth+PisbZd6
NP7n6d9lt11liD9ZuqfWW767Z/TOn9QysfGucwltDi0MZVWze/1GDdj/APCWV/v1/o7Vi5vR
Or4z7/rBi49jqcS0/pD+lcwtLX0W3btl1lPpM/SZHo/zu/1Pekpv/W62loLK5qewOpqdaGWU
gWx6zHS77Rj3Ma31mX+m9n+DW39WekfV44GY3NuGV0izL9HDx2EjabHMxvVu2xY59rqPWrrf
/MYlX2j/AAyxfrLX0/Pow8m+yXWfZ33jGbL6ab3MFz72u/P3ezH9T/DLVzOqdI6F1PB6ThdK
rwumXWMtfmWPc51pa7ZVa7839Xu/pH6S39G/9Gkp54s6v0Pqt2FcJoLfUpfZ+ksNEuLHY9k/
pdrnu31rrfq3029uK7rFg9Zzy6tpbq5rDubbfsG53/B+n/ovURfrb0pvWOn7/SJycMOuofWX
tdOx49Fttuz22Pa3+ar/ANAs36i9bz7OlvwKKfUz8Str6bHjYbKLTcyq/c/2+rj33+kz6e/f
/wAYkpyfrE92f9abzcSKuktqrZVBguP6Zzv6vqu/65/UWRkusZg3ZTXFpdY2HCQfeZ+kP5DX
rd+tmDbiFtpe+zCtazHsZkMIdW6pu9np2fTe9m709+7+b9H/AK1d+p31Yxet9Lyxkx9lraPT
eTA3kF26u3/BuZX9Kz6de9JTj5GR9n6Zg+nZtsZXj2gngWsqFtTnbv3bHP37lg4zxdfF5Djd
udZ5l8uf7W/R3bl6FjYLHdcfgYL3Xvxsaul73gOc9w2fo91n6Oyj0vTqve5n6WteZP8AUqfZ
J2vY5wI10IO1zUlPb4zXWYjRle82VsZm1brNWuLan7WUu/Ob7ti0caasJuPYXNoYfSxrdWPd
TtaKvVbDbPWq/mLfZ+l/nlzOF1pmW1jra7Gua2JY1rgYZUyz0d239IyxlD9nqep6d62eldQf
m5VuFYXNtt3ZVRj3MEs9kWV1u+i3/CVf9uJKTdQqfm9Hrtqa8vxbqbw9weCHMe3EvZW4/pHO
f6z/APtpJXMei7Ez3FjbbcLMqs9S1zg7a5rfW3jX9C+r2v8A5tnr1X/zf6p70kp//9TqeqfV
44/Um9SxLPW9e19mZi2ujfW8M9uLbB9G6t9fsa/9Df8Azd381UsnIZk/ac7HwW35brseyq6l
uPcN3r1kNa/IeK8OvZua7+lP/m/0f+iWz0W3Lycq7E6hVsay+1lNwdLiGuc5mPa/2stt9Ib/
AFcf+br/AEN36ZdOxjWNDGANaOAElPnPTPqV1bqHQ6cfNqOFc9lNGQ28s9lTHMsstxhR9ost
yLPQZ/PvxPT9T8/Z+k7r9h9I9QWuw6rHtMsdY0PLSP8AR+rv9P8AsK7KZziOI+aSnzPrf7e6
XkZWNeWOqe51uK4Msc70nOG6ur0D6DqGfzjPtz/Xx3+rjfrVH2bKVrodzsz6lZeL0yhz83pN
5sOGXPBsk+vYz2f4bIpsvfV6P6P7V6aN/jKoHUungfaKmYtUhxssawB/LdrrHMbc/T+aqf63
/BrO/wAWeP1/Fpz7G4p9G4VenlkGLSzeP0fr+k5zWtf9P0klMupVt650+q3p1YyQW0Z9FL91
gtdS/bbTk5Nn8yz0nen6O/8AnLPp/wCDXW9Lr6X1f6tYzOi/qeBYRtq2kOr2vJyMd1e72XMt
9Rj/AHbN/v8A0la84+uGGzo+dblG44tmdBswGV+mSC078mt1BZ9O1jvW3Vfznp/9b6P/ABbd
W9XoGVjZAL8Wm9zMdrRtMvm+5m4bX7G+rW/1bfe+yyz8xJTzPUurZPTs3q13TrDj5WOa/wBK
Id7LRW13uI93seuOtyHve621/qWWOc9z3HUl3uc52n7xXrd/1b6U7Jz8xuJ9p+0Ft2SLAXta
yra5ja6K2t/R/ot/pbLPW/4r2Kh0X6g2ZP1pHXC2vH6OC2/DpbVse87G+nsxXt/Va67XPs9W
9nq/6On/AA1aU4f1Qr6tiE9NfX9hdkbcvBtzcYmb2CwfoPUrs2+vj+rttZU9/wCiV/qtN9Gf
0+3605lOPT9qtqLsBrqnUtLN++nKq9R/ouyq6vV9elmT78j/AAC6j6x9Q6Rk5dNhx7L7env9
+Uypx2y1xbjeq59V3p3Mc/8Amf5z/txed9dvxMnFdZi45xKcdzWNpZuYwW2m5zrnNed9Vmxl
npY/83V/1xJT2GJ/zQqNvVemZxrrsqd+0MCmz1G2tLXfpLaC111Vlf8APPy6f9HbZZ/2oSVT
pfWeodR+obq6SH242BlUZl7mPd6baGWNxmMfW1lf2i/Hs+nfl/ofT9WvG/SJJKf/1fROn9Iq
wbLLTbfl32Oc435VnqOaHnd6NDfbVj0/8FRUxXt3kqpz3B7mmvQGBqiU5IukRDhyElJQ8czK
5/62/Wyr6vY9Lq2sysyyxn6kHfpXUEu9e6utvv8Aosc2t7/0fqqWd9cOj4/TcvNx3/bHYeSM
J2PXo92QXin0WB30ud+/89jP0a4Cy7Md1+jr2Y3Ze0vssZp6pY4envcx3v8AS2M9DG3V+n+4
kp7ronTvqR1Ow9a6TjYuU97t5v273MsPu3Oqu/ouR/1quxbua+yvEtsqDn2NY4sa0bnbo7MX
nGVn5fQ+tYnV6N/ovtrr6gGDd6mNZoxz2/n+lu3VWfvr03cxwEOkHUEagg+CSnyDqHQOtfWr
PDacXZmYzjXb1Gx1zaXsnc323Vbt1fqfpHut32f4DFYu++rH1Nx+hdNGC7IdknebX2BvpbnO
DR9HdZ9HYuhg+aQMHnVJSNtNdQLa27Asvr/SM3qmO3GovFdDiftFZc9m/T2/paC232/ufza1
XnmTA7k6fNcX1L6/UuH6k77NS8xj5F2wOuMHZa2q3c3Fw/8ACNuyG+rd/oqf51JSEfU/r2Nk
H9m42BQbWNORk32WuLnzLtlNLW+5u3/g/UVy3/F7Xm0W0dU6hZkNubW4+m1tW22s7t1e4Wfo
fps2P/Mf/pP0i5frf+Mf6xY2eMPAzcLNaxg3ZGLV7HO5+nf6zXv2fS9L9Cz+bU6P8b2a3GdT
n4NRyYMWU2PYDp/oXV2s3s/P/TMSU61/1cwOmdPp+rmJkFuF1DqG/IqtcQ81vbssxarqQ92/
9DXt/f8A+1FjK0lj1ZNnWK3fWDNYzBPTGm7Hx3W1m68sJvrq9FnpW4/6RtP87XZ9q9Wr/jHp
JT//1vSm4r3uc552DcY7kif+ioZvT77cK3Hwsg4d1oj7QG7nNH8nWtXe6SSnler/AFBwcrpd
GLgO+y5OMxjG3j2ueax+jsssZ723sf767/8AB+9YnWfq70jpHT6MR77eofWjNvr25pJ9a6yx
7KrGXPc5zW4fo7mei936Ov8ATfz36ReikSI7Fc91v6vU3YV7TkmljhuFz4mksPrDIa/2fzLq
vUSU5PUL+ndM6Xj519pOLX6OKMge4AP/AETL7PzvSZt32fnrV6N1SynDoZktFlLmNOJex4dv
rImsvHtds/m/SfWx/s/7cXI1derq6B0Rudi0/s/Oe9mYLW+o2uuk7fVqpeNv0nb/ANJ/MKn9
acrLxa8m23JsowMdtVeGyuz33vLfZ+nDrmfZ3YzHZFdlVdOxl32f0/8ADpKfUOk9Q/aXT68z
YanPL2urcCC11b30WN90fn1q3B7cLnPqFnuyuiCl5G7GftYIIPpWNbk41jj9B/rV2+p+i9n+
C/wa6RJT5T9cfrL9acxnUsF7GdJ6fWH0uaQ99t8n0fSFrGO3/aHfuehTXW/33XV20+tzWH0O
7r76ra7pyr8cZNwLZY2moHA/SW+39Zttp201tZZv/n7716t9ecBrujZvUDm34jMbHe99VPp7
bX1kXYvqetVa5rm3sZ76vTXl/wBXbm0Y9VU7nW7bMogwwtrA9DE9T8702fpcn/Rev/pElM6K
sTpFL6g28utcA6PduDXbfTuolvt2/T9NZfR83Cp6g+vLDq8PIcA29jWusx7WO9TEzKd351Fv
svr/AMLR/LWt9Y7G19TymVO9R1cCz3Enc5u+xrnuc73Oj2P/AJtckSQdp76kxz5pKfeemuws
rpmV1enFwKut1Nsbk5Qqhhvrb6ld77SyvJfi2/ocn+c/mX/zr/5xJea/VnrmVjdC6pRaXvxr
sG7Hs/O2bmXDDv3Dc9v6w52JZW7/ALlY7/5pJJT/AP/X9VSSSSUpDyKRfS+kmBY0tnQxPeHI
iaElPkmD9TuudXv6jhW57carp7DQAWF9bzYba3VMaX7qK6a6vZb77P8AjVd6x9UvrDR0irqn
UOoeo/o7AamYlbGbagK/XzXOtaX/AGiqqn82v1Hsq/wf6RdaMTPwfrabMWqy7p/VGbsuWNFV
L62v23C/f6r7LHtrr+z+l/hn2+ot66im+t1V9bba3iHseA5pB/ea72pKcj6odP6NhdBxndG3
OxclovF1uttheN2+/Rvv/krZJAVDP6v0fpFLW5F1dMMPoYzINjwwfQxsWv8ASW7P3aq/YuS6
p9aOq2PdZbaeh4JLWUNtAflPILTdb9kpd7K3fQY+7IZ/xdiSmx/jG630qrpV2Dl5Zqc5sfYg
x7XZDwWmut923c3CZ/OZHoPqfk/zX2un/C+b15PVOtVGij7P6OP+ipopq9NrRa10/wAw29rW
/Tf+nf8A6RdTldBrzr3dVy7Lciiza45GY4usawnaxtVcsqZvsf8Aoav0ankfWrHxMtvS8Dp2
PQzErP2e5jnVvbfq77P6n6Pczcx9Vm/1PV9b9J/hPUSnmz9X+uY7LGZmM51jjLrdwfLGN/Ra
bv5tuz0q93836ln86z+axeoYTsctBY9o9rQXiNSDsfv+g9tmz8z2Londc6j1G434l3ptEW1V
0gCtriGvY2yvX6fpvx7Vh5Obk9Vw2C6DbW1tdTRpLn2z7/zd+13sckpj0OvKtr6iMR43twrX
XUkx6lILTe5jvobsbb9p/l1seko9Mw8l7b8mhzW+jXcyxx+jtdU+uzv7t7bNiSSn/9D1VJJJ
JSkkkklKXBfWr/GFkU5f7G+r1bbOobyy62xpsbWAPdZWyg2bvT/Odb7P5D1R/wAYH11tvf8A
sPoVu4vJZk3Vu+kfouqa5n+Cr/wz1znSOk5F9ZpwwLKbSfVucIGVa3nf9Gz9kYtn8v8AWXpK
ev6Z06/FqvzL7zkdUyW778lzGNuMjf6LdvqNoayNlOPS/wCz/wDB71n5fRs7qzzk5F2wH0jD
9SzaDbbu/tf4Xf8Azq1scvprrqtt9ZrZa+z2tJmfftbt2N/0Vf8Ao0/Ws212L9nr2sxbW+8D
VwbX7n17tfZ/NM/7e/0iSnN+sbsanpjIt3Y4bZjuIPZrWte90H2+m/ZauN6n1DAycm3Pa95F
jmGytstdYyNnrNa76Lr3emidcxup25IwXV2Ana5+NqC1jjFNJZ9Gp+VDH2e7/Bes9V8P6tdU
uPqFkWO2ODD7WgvcGVepZPtr2fzbf5daSnOwsr7OwEMa65rD7ZLQKj9MP2nc99vq/o/9Ds9V
Swsw4+ULjFlTN5exwH+E9hc3j3sc5lrP+LQMmurHy3UMIeygbC8RqRy4/wBZNTQ+/IFbRL2j
d5NaP0j7H/8AB1/Tsekp0sfPa/pLsI1sZkY3qPov43i1n2PKqc3/AEnpP9arb/wnqJKtk4uT
gmpuUw1uyaWZFQIkursBNN7Gt9zd3u9iSSn/2f/tKUpQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAA
AAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIAIQA4QklNBCUAAAAAABDhX8stC+rtGS5qy9lj436FOEJJTQQ6
AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAElu
dGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmlu
dGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8
BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAA
Qmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQ
AAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJi
b29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9v
bAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMA
AAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAA
AAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxk
IFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0
YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAA
AAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAA
ABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxj
cm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJl
Y3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAO
AAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAA
AAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgAB
AGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAAB
AC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA
/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAA
AAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAAC
AAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJA
AAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAADIAAA
AgEAAAAFAGkAXwAwADAAOQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAACAQAA
AyAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwA
AAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAA
AExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdodGxvbmcAAAIBAAAABnNsaWNl
c1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAA
B2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRv
R2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNP
YmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAA
AAAAQnRvbWxvbmcAAAMgAAAAAFJnaHRsb25nAAACAQAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51
bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAO
Y2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWdu
ZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAA
D0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xp
Y2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRz
ZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcA
AAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAE
AAAAAjhCSU0EDAAAAAAf/gAAAAEAAABnAAAAoAAAATgAAMMAAAAf4gAYAAH/2P/tAAxBZG9i
ZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMT
GBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQU
Dg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgA
oABnAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEA
AQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEF
QVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXi
ZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAIC
AQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M0
8SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpam
tsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A0us2gZ9rzYbSHvEmAGgvd+jb/V/fRarG
YnU7MrJOylpIcQ5zmBrv5DTt/O/MqVD6wWss6nk+mDspZqBoNxfce23cqgzMm9l9oqbTXkt/
myBAllbXFrfc73R/YSU9Lm5GJbU4MudZZSQ8l8NbsjbYYir0622OZV6ln85Yuczfrrk9Myrc
arB+00YzSbrN27UfSNbqC9ldO72eq93/AAiRxem5/TSMyosxsh9dDL7CdrrQ22ynZYRu+0Vt
9b31/wCk9Nb31dw/q3lYN1vS8ENZiu9JuVUTS9zdrC7IrdUWXWMtfT+hu2/z3rf8IkpD9bcX
J6p9XsKnBPt6pfjMsB0G3Ibvoda5v+Bqt2er7Fk09Et+qWC49RzK7cDqj3dPyq2sDRVeDY7E
zmWF3vpqfXst3+n6e/8Awvp1rd6fg9Y6r0llOT1Nj7asivJxs3HYDsZjuZdVTnsiuvIez+R/
wdj33I7Ok39UycZmZZj3YdR+0CqtrrBbc+IuzBl+7b6H6ZtP+Du9P+c9NJTzeF06zEfsymh7
9x3tH0Z+jy4H2uauj6azBpYBhnfYNwduc7+t7f3ms+irXW+gsxG2dUwnPL6w51tLgLWuDvpv
/Te5v/DfyPoKn0zqbc9lhdQKGUAAWbiWuLt5hm/3+z0/znJKdHIyqMao23OFbe7j8P7SxOq9
a6fkdLu9C47nmpm303B8PsazZ6TxVv8AU/mW/pPT9Wyv1rKqPUuVLrOYOt0V4+MXVOqeXs3C
TcCAH0HVvpept/Rv/SPVa9g6ZeWC4HKvtbU17dA4kbvSqbc3+cfZ+i/4TZ+jYkpnlfVvJvxr
PRp+1W4pZlCn1HNe4Ma21pqsqxr8F922xn6pVmX/AKC7+kLW6Fi52FivObW2m620XNra/wBQ
AOrp9rtzKn03Md+juq2/TRKOpdVoa8nEs6hUQHXhtQZW8uYxuP6lv6Sh/oMqZ9o+z2f9a+gx
bvTOnWZHRqKupONuaxv6XKADd9h99tlO1tX6v6j3tq31V76/+3UlOPXgPox2YOMzLOBa6xlj
xdWHtbsfdbYzIkZfpWXWu9fdb9s/0X81+kSxsofWTpvW29NzG15L+oXVjHyf1s0tr3NZWK8P
EeyijGxbHu9anJyvUv8A5y+6z9Gkkp//0I9e650Dp3X8nAZTkXXPt9PMvseAxkjbsx2bN2yv
d/pETp2Hb1D6wv6dUWvx8Ohtl4PtAaXw2n2/SdkV7PV/kK51TF6FldAyMp/rBtpc93ULKAd+
QxjqG11XZLK792Tk1es/bsxvV/Qsu/0g/qpj01dT6j9YItvbmH7NhspBdvbXXU9+Q5v711mz
Hp3fQ/SpKT/X3Cv6h0mn7Cx8YXUKmV0AFga1gsostrDfb6HqXU/pWfmf9cW91b6p9IzMK+qT
jPtqLbHY1j6GueGbftF9NPsybG7f+1Hqqn1TqFHTMRvUepPFmJeZyaGDc1hDmVvdW+v1fdS+
tlfpu9T9J6n6RdBn5Ybi2hzHNtfU7Y2ASHFun8r2pKcf6j3Pd0PA3ANc4OqtEiD6TQywM/e2
X7/+mtnHrGI63ax7mVu2VF0cEB52Q1vsZ/NtXn/U/rF1rpuBXh9ONGIMFhrtrfVNryYuuc9t
gLaKf0uxjNvrW7LbV031E+uQ+sPTmMzYZ1OsubYGNO2xrA39YZpsr3ept2b/AOc/kJKeisZX
m4V9IsDxc19TnDsSDW5sfm7P3F5XV1a7HzTi3h4ZiBjMjGe6RNO02t/k+m5tj/8AR1erb6q9
Yx3N9Bus7QNx8/zty5D6vdKw8Lq/Uur3MazL6pn2sxrLdQcZzi1rcd30PUyb63fS/wAH6SSn
Kf0zGo6fTdkV5W6vEdk5GVVurprsdU29u59Z/TVU/pfTYx/ofzVN9al0jrWb1nqhGNj1vyOm
VDIZeWfznsqNlbarvo32faWMfbX6fs/rrXyvq1SeqZLsqynLwbX/AGlmLeBZZTaW/pKmOv8A
UqoxMlzfW9X/AAVn6L/CqJY/D+s+CGOab21NoDhH6Sq4styH7f3PWrb+l/MSU6HRuiY3Ts/q
WVcXvFuUG4db3SxjLG137aMfRlT/ALRk3s3/AOiZ/o1v2ucGwwta9xAaXcT/AN+UTXXZa15M
muS1vgXezf8A5u5iBnU9Qd+mwn1mysHZTa32EnT3XNDrWe39xJTU6/0gdQ+wXtBN+Dl0XMIi
dosr9f6TH/mfpPZs/m0loC684psFbfXDZNW/TdH0PW2/9LYkkp//0dPq2J0q+61zMZjvR25r
hW+00tttd6GLtxXWuwrrbqWZWT6tVP6NlPqf9qFn/U36xXY31l6ngFpsxrGDIZt/4IN9SwNb
u32WU/ze3/CbFC/E6r0joePj5TK6TlZBf6FQFbK35HqZD9tbGMrt+zY36Bv6W37P7Kv5lUcf
O6Z9XepjqeQ1wflYrsevY3c3eHsHuHt21V0Vs9/07UlPTZHRsrP6j0h2YG10ftB+QcJsPZWz
bd1DZdZpvfZkVs/RbLa/Ufd+m/m12DtzmFpO4PEFjtQZ/NLf5Swsc5x+wXuh4bYbnzDDtLLG
VDdWXt/P2+xn6RW8rIuOPfU63c41PIAaGuaIdruY5n9VvsSU4+X0PpmQ691FwtFRJdY6brXh
1Zdi4tEey1zPTdT619WRkW/zf6S1VMq4fVWhvUOnWusqtpd6xsa2bQ1zdnpY42ei2izJZjMr
p9Nnq2/pFiu+sNfR8i3qbaTdkGMTJxHOfVXdjvG/Fta9zXM9TDv2/pKm/wAxdcxN1rqmR1Dq
VXULLK7qMaqu2yusO+zt9Cx1jMOi2wepe2y+r1sq/wBP/BV1f4KtJT1OH9dMi7LPQ+p4zcPO
uHp1XMdFbrXAu9Gyo73UWWM/mP0uRVa//C71pdXuxq6acN4rsZTfjwXboad0brdrmbrNg/Rf
8L9NeaWtdZi4brHv3VY7LbL36O9W1/7QZa8z9P1LPU/9WLt8EYvUMRt19bdnpj1qyTDSwksf
A/c/MSU2Luo9A6dnZlD3O+241TszKy5B97z/AESvfDbXP2/zP/F/4RU/q3VVm9Xws2zGNGVZ
W/McASW112tZGMzd+ZZf+nZ/xX/CrF6vjuzevXPZssY/FY2qu5sNLPUl/r7RZ+69dD9TWg9W
yLTQ6k+gGbtNmjmxTTt/wVLP5r/zBJT1mNQag9xcXOsduMjiAGNY3+q1qfKyBj0OtLS8iA1g
5c5xDGN/tPcpU2OsrDnDa7UObMwQdpT2Vts2h3DXBw+I1CSnLtwsqvrbMmq9zKL2D1MWto91
jD/PW2v/ADG1u2OZ+f8A2EkTqDtvVunPc7bW02tJMQXWN2VCXfnbvY3+ukkp/9IPWL783Mqd
VUckYzt+PushrXl36U2z6n6NjWfzb/T9X/rao9caz9m5TNLQKwd+wwCDvJi0fT1/NRPq4Kcz
6wX4mVa8M94FdYklzrTXue4/Qqr9mz/SW/8AB+qt/rv1cqxsFlgvfbWT6WYHFjSabS2h1mOH
NsbXbRa72v8A5f8AwaSnc6W9zemYbX/S9CuZ8YVfquccPp/UMk1Fz2tLGtZG6C32NLv39n6T
+vb6azz1xuO+ttbKsTpzSKKK7PUOQ58Sa2t/Sbtu73W/9dtuWfl9fZb0i3MrYcgX9Scxtdbm
lv6Jvps9Ow/Tqe70f0n5/qJKefGezqWTjbv0eLlV2Ylu/Rhd9PHsDnez/Csq/MtqssVTJd1H
FxWdPe712Mrdj419XBa+1psotFm2ynIqd6dT6LmepVX/AMCtzEyMa9+T0/MxDkWZeA/bjOd6
TK913qOtuueGOba23Hx/5vH/AEio9HoyMzqOP0/q4f8AaKbmRe7aXWsafbU69vuuaytn0rPW
/wCNqSU3/rbTVVg3OaQHVU0V1Buu40vYGDb+7v8AZ/YV3o3Vcmu/L6bks3Xtx27nN4NkmvJc
7Zt/Ps9mxqb6x5uH03NxHZVJvN1u5pDtoZ6Lhb63uDmOe2x7fY/9H/pFgszi/ItzH1veMqux
j6qj7z6hrdjtZ6jd/wCkvpqr97f8J/N/mJKd7EfPX8lvJZVTWP5J2ZFun9ldH07rOJ023ba0
urue1nqMO4tc72V7mR7mvs/lLlcKl+N1LJtcNu/Iwq2CZ9tlVmG5rXf8HdZt/sKGT1vBszqc
OvJDa9twyXnSlrw1r8dvrO+lkMyamens+h6iSn0bD+tP1dyaTfTn4+wGHzY0EO42v1+krOV1
zo+JXXbk5tFNVv0LX2Naw6bv5xztnZeSjKzsCp+VXTXsoO/Npb9M1z6brK3Nax3q0+ruV3qN
NGU3f9pax1bBdS4Nbq1v6SPzLK/U9j/Y/wDSf4RiSnseufWHpH2rpuVT1LFdinIayx7bazqH
NcfcHH9G1jv0n5n+lSXFfWLE6WyvolNTNgOS4eo1jAHVO9P1y6Geh6u707P5r03pJKf/0zdK
+pvVOg/WLMz83Kpb0qp4yzludtJa02vdX6R3bHVNd+l3/o69/wCj9RVfrP1HCuyemdJrvfkZ
HVMirJ6plBr6N1QLqsbFqpth+PisbZd6NP7n6d9lt11liD9ZuqfWW767Z/TOn9QysfGucwlt
Di0MZVWze/1GDdj/APCWV/v1/o7Vi5vROr4z7/rBi49jqcS0/pD+lcwtLX0W3btl1lPpM/SZ
Ho/zu/1Pekpv/W62loLK5qewOpqdaGWUgWx6zHS77Rj3Ma31mX+m9n+DW39WekfV44GY3NuG
V0izL9HDx2EjabHMxvVu2xY59rqPWrrf/MYlX2j/AAyxfrLX0/Pow8m+yXWfZ33jGbL6ab3M
Fz72u/P3ezH9T/DLVzOqdI6F1PB6ThdKrwumXWMtfmWPc51pa7ZVa7839Xu/pH6S39G/9Gkp
54s6v0Pqt2FcJoLfUpfZ+ksNEuLHY9k/pdrnu31rrfq3029uK7rFg9Zzy6tpbq5rDubbfsG5
3/B+n/ovURfrb0pvWOn7/SJycMOuofWXtdOx49Fttuz22Pa3+ar/ANAs36i9bz7OlvwKKfUz
8Str6bHjYbKLTcyq/c/2+rj33+kz6e/f/wAYkpyfrE92f9abzcSKuktqrZVBguP6Zzv6vqu/
65/UWRkusZg3ZTXFpdY2HCQfeZ+kP5DXrd+tmDbiFtpe+zCtazHsZkMIdW6pu9np2fTe9m70
9+7+b9H/AK1d+p31Yxet9Lyxkx9lraPTeTA3kF26u3/BuZX9Kz6de9JTj5GR9n6Zg+nZtsZX
j2gngWsqFtTnbv3bHP37lg4zxdfF5DjdudZ5l8uf7W/R3bl6FjYLHdcfgYL3Xvxsaul73gOc
9w2fo91n6Oyj0vTqve5n6WteZP8AUqfZJ2vY5wI10IO1zUlPb4zXWYjRle82VsZm1brNWuLa
n7WUu/Ob7ti0caasJuPYXNoYfSxrdWPdTtaKvVbDbPWq/mLfZ+l/nlzOF1pmW1jra7Gua2JY
1rgYZUyz0d239IyxlD9nqep6d62eldQfm5VuFYXNtt3ZVRj3MEs9kWV1u+i3/CVf9uJKTdQq
fm9Hrtqa8vxbqbw9weCHMe3EvZW4/pHOf6z/APtpJXMei7Ez3FjbbcLMqs9S1zg7a5rfW3jX
9C+r2v8A5tnr1X/zf6p70kp//9TqeqfV44/Um9SxLPW9e19mZi2ujfW8M9uLbB9G6t9fsa/9
Df8Azd381UsnIZk/ac7HwW35brseyq6luPcN3r1kNa/IeK8OvZua7+lP/m/0f+iWz0W3Lycq
7E6hVsay+1lNwdLiGuc5mPa/2stt9Ib/AFcf+br/AEN36ZdOxjWNDGANaOAElPnPTPqV1bqH
Q6cfNqOFc9lNGQ28s9lTHMsstxhR9ostyLPQZ/PvxPT9T8/Z+k7r9h9I9QWuw6rHtMsdY0PL
SP8AR+rv9P8AsK7KZziOI+aSnzPrf7e6XkZWNeWOqe51uK4Msc70nOG6ur0D6DqGfzjPtz/X
x3+rjfrVH2bKVrodzsz6lZeL0yhz83pN5sOGXPBsk+vYz2f4bIpsvfV6P6P7V6aN/jKoHUun
gfaKmYtUhxssawB/LdrrHMbc/T+aqf63/BrO/wAWeP1/Fpz7G4p9G4VenlkGLSzeP0fr+k5z
Wtf9P0klMupVt650+q3p1YyQW0Z9FL91gtdS/bbTk5Nn8yz0nen6O/8AnLPp/wCDXW9Lr6X1
f6tYzOi/qeBYRtq2kOr2vJyMd1e72XMt9Rj/AHbN/v8A0la84+uGGzo+dblG44tmdBswGV+m
SC078mt1BZ9O1jvW3Vfznp/9b6P/ABbdW9XoGVjZAL8Wm9zMdrRtMvm+5m4bX7G+rW/1bfe+
yyz8xJTzPUurZPTs3q13TrDj5WOa/wBKId7LRW13uI93seuOtyHve621/qWWOc9z3HUl3uc5
2n7xXrd/1b6U7Jz8xuJ9p+0Ft2SLAXtayra5ja6K2t/R/ot/pbLPW/4r2Kh0X6g2ZP1pHXC2
vH6OC2/DpbVse87G+nsxXt/Va67XPs9W9nq/6On/AA1aU4f1Qr6tiE9NfX9hdkbcvBtzcYmb
2CwfoPUrs2+vj+rttZU9/wCiV/qtN9Gf0+3605lOPT9qtqLsBrqnUtLN++nKq9R/ouyq6vV9
elmT78j/AAC6j6x9Q6Rk5dNhx7L7env9+Uypx2y1xbjeq59V3p3Mc/8Amf5z/txed9dvxMnF
dZi45xKcdzWNpZuYwW2m5zrnNed9VmxlnpY/83V/1xJT2GJ/zQqNvVemZxrrsqd+0MCmz1G2
tLXfpLaC111Vlf8APPy6f9HbZZ/2oSVTpfWeodR+obq6SH242BlUZl7mPd6baGWNxmMfW1lf
2i/Hs+nfl/ofT9WvG/SJJKf/1fROn9IqwbLLTbfl32Oc435VnqOaHnd6NDfbVj0/8FRUxXt3
kqpz3B7mmvQGBqiU5IukRDhyElJQ8czK5/62/Wyr6vY9Lq2sysyyxn6kHfpXUEu9e6utvv8A
osc2t7/0fqqWd9cOj4/TcvNx3/bHYeSMJ2PXo92QXin0WB30ud+/89jP0a4Cy7Md1+jr2Y3Z
e0vssZp6pY4envcx3v8AS2M9DG3V+n+4kp7ronTvqR1Ow9a6TjYuU97t5v273MsPu3Oqu/ou
R/1quxbua+yvEtsqDn2NY4sa0bnbo7MXnGVn5fQ+tYnV6N/ovtrr6gGDd6mNZoxz2/n+lu3V
Wfvr03cxwEOkHUEagg+CSnyDqHQOtfWrPDacXZmYzjXb1Gx1zaXsnc323Vbt1fqfpHut32f4
DFYu++rH1Nx+hdNGC7IdknebX2BvpbnODR9HdZ9HYuhg+aQMHnVJSNtNdQLa27Asvr/SM3qm
O3GovFdDiftFZc9m/T2/paC232/ufza1XnmTA7k6fNcX1L6/UuH6k77NS8xj5F2wOuMHZa2q
3c3Fw/8ACNuyG+rd/oqf51JSEfU/r2NkH9m42BQbWNORk32WuLnzLtlNLW+5u3/g/UVy3/F7
Xm0W0dU6hZkNubW4+m1tW22s7t1e4Wfofps2P/Mf/pP0i5frf+Mf6xY2eMPAzcLNaxg3ZGLV
7HO5+nf6zXv2fS9L9Cz+bU6P8b2a3GdTn4NRyYMWU2PYDp/oXV2s3s/P/TMSU61/1cwOmdPp
+rmJkFuF1DqG/IqtcQ81vbssxarqQ92/9DXt/f8A+1FjK0lj1ZNnWK3fWDNYzBPTGm7Hx3W1
m68sJvrq9FnpW4/6RtP87XZ9q9Wr/jHpJT//1vSm4r3uc552DcY7kif+ioZvT77cK3Hwsg4d
1oj7QG7nNH8nWtXe6SSnler/AFBwcrpdGLgO+y5OMxjG3j2ueax+jsssZ723sf767/8AB+9Y
nWfq70jpHT6MR77eofWjNvr25pJ9a6yx7KrGXPc5zW4fo7mei936Ov8ATfz36ReikSI7Fc91
v6vU3YV7TkmljhuFz4mksPrDIa/2fzLqvUSU5PUL+ndM6Xj519pOLX6OKMge4AP/AETL7Pzv
SZt32fnrV6N1SynDoZktFlLmNOJex4dvrImsvHtds/m/SfWx/s/7cXI1derq6B0Rudi0/s/O
e9mYLW+o2uuk7fVqpeNv0nb/ANJ/MKn9acrLxa8m23JsowMdtVeGyuz33vLfZ+nDrmfZ3YzH
ZFdlVdOxl32f0/8ADpKfUOk9Q/aXT68zYanPL2urcCC11b30WN90fn1q3B7cLnPqFnuyuiCl
5G7GftYIIPpWNbk41jj9B/rV2+p+i9n+C/wa6RJT5T9cfrL9acxnUsF7GdJ6fWH0uaQ99t8n
0fSFrGO3/aHfuehTXW/33XV20+tzWH0O7r76ra7pyr8cZNwLZY2moHA/SW+39Zttp201tZZv
/n7716t9ecBrujZvUDm34jMbHe99VPp7bX1kXYvqetVa5rm3sZ76vTXl/wBXbm0Y9VU7nW7b
MogwwtrA9DE9T8702fpcn/Rev/pElM6KsTpFL6g28utcA6PduDXbfTuolvt2/T9NZfR83Cp6
g+vLDq8PIcA29jWusx7WO9TEzKd351Fvsvr/AMLR/LWt9Y7G19TymVO9R1cCz3Enc5u+xrnu
c73Oj2P/AJtckSQdp76kxz5pKfeemuwsrpmV1enFwKut1Nsbk5Qqhhvrb6ld77SyvJfi2/oc
n+c/mX/zr/5xJea/VnrmVjdC6pRaXvxrsG7Hs/O2bmXDDv3Dc9v6w52JZW7/ALlY7/5pJJT/
AP/X9VSSSSUpDyKRfS+kmBY0tnQxPeHIiaElPkmD9TuudXv6jhW57carp7DQAWF9bzYba3VM
aX7qK6a6vZb77P8AjVd6x9UvrDR0irqnUOoeo/o7AamYlbGbagK/XzXOtaX/AGiqqn82v1Hs
q/wf6RdaMTPwfrabMWqy7p/VGbsuWNFVL62v23C/f6r7LHtrr+z+l/hn2+ot66im+t1V9bba
3iHseA5pB/ea72pKcj6odP6NhdBxndG3OxclovF1uttheN2+/Rvv/krZJAVDP6v0fpFLW5F1
dMMPoYzINjwwfQxsWv8ASW7P3aq/YuS6p9aOq2PdZbaeh4JLWUNtAflPILTdb9kpd7K3fQY+
7IZ/xdiSmx/jG630qrpV2Dl5Zqc5sfYgx7XZDwWmut923c3CZ/OZHoPqfk/zX2un/C+b15PV
OtVGij7P6OP+ipopq9NrRa10/wAw29rW/Tf+nf8A6RdTldBrzr3dVy7Lciiza45GY4usawna
xtVcsqZvsf8Aoav0ankfWrHxMtvS8Dp2PQzErP2e5jnVvbfq77P6n6Pczcx9Vm/1PV9b9J/h
PUSnmz9X+uY7LGZmM51jjLrdwfLGN/Rabv5tuz0q93836ln86z+axeoYTsctBY9o9rQXiNSD
sfv+g9tmz8z2Londc6j1G434l3ptEW1V0gCtriGvY2yvX6fpvx7Vh5Obk9Vw2C6DbW1tdTRp
Ln2z7/zd+13sckpj0OvKtr6iMR43twrXXUkx6lILTe5jvobsbb9p/l1seko9Mw8l7b8mhzW+
jXcyxx+jtdU+uzv7t7bNiSSn/9D1VJJJJSkkkklKXBfWr/GFkU5f7G+r1bbOobyy62xpsbWA
PdZWyg2bvT/Odb7P5D1R/wAYH11tvf8AsPoVu4vJZk3Vu+kfouqa5n+Cr/wz1znSOk5F9Zpw
wLKbSfVucIGVa3nf9Gz9kYtn8v8AWXpKev6Z06/FqvzL7zkdUyW778lzGNuMjf6LdvqNoayN
lOPS/wCz/wDB71n5fRs7qzzk5F2wH0jD9SzaDbbu/tf4Xf8Azq1scvprrqtt9ZrZa+z2tJmf
ftbt2N/0Vf8Ao0/Ws212L9nr2sxbW+8DVwbX7n17tfZ/NM/7e/0iSnN+sbsanpjIt3Y4bZju
IPZrWte90H2+m/ZauN6n1DAycm3Pa95FjmGytstdYyNnrNa76Lr3emidcxup25IwXV2Ana5+
NqC1jjFNJZ9Gp+VDH2e7/Bes9V8P6tdUuPqFkWO2ODD7WgvcGVepZPtr2fzbf5daSnOwsr7O
wEMa65rD7ZLQKj9MP2nc99vq/o/9Ds9VSwsw4+ULjFlTN5exwH+E9hc3j3sc5lrP+LQMmurH
y3UMIeygbC8RqRy4/wBZNTQ+/IFbRL2jd5NaP0j7H/8AB1/Tsekp0sfPa/pLsI1sZkY3qPov
43i1n2PKqc3/AEnpP9arb/wnqJKtk4uTgmpuUw1uyaWZFQIkursBNN7Gt9zd3u9iSSn/2ThC
SU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcA
QQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklN
BAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDqtodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBh
Y2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4Onht
cG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3Jl
IDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJk
ZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50
YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFw
LzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVy
bC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hv
cCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTg6MzI6MjUrMDM6
MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjA1OjMxKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0
YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjA1OjMxKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlE
PSJ4bXAuaWlkOjk4MzFhYjllLTQwNDYtNjU0ZS05ZWY1LWMwNDhlZjFlMjYwNyIgeG1wTU06
RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjY2ZWQ4NjljLTBhYmEtMTFlOS1h
NmY3LWVlODhjNTFiNWFkYiIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjAw
QzdFNjkxNUVBODExRTQ5M0REQjFDMEIwMzNFMjBFIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWci
IHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDowMEM3RTY4RTVFQTgxMUU0OTNEREIxQzBCMDMzRTIwRSIgc3RS
ZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDowMEM3RTY4RjVFQTgxMUU0OTNEREIxQzBCMDMzRTIw
RSIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJz
YXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1ZDYxMDJlZS0wZjFiLWZjNDktOWNk
Yi02NWY3NmI4M2YyNmYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MzErMDM6MDAi
IHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dz
KSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0
RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OTgzMWFiOWUtNDA0Ni02NTRlLTllZjUtYzA0OGVm
MWUyNjA3IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjA1OjMxKzAzOjAwIiBzdEV2dDpz
b2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0
OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2Ny
aXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRv
YmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRoj
IhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcb
FA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
/8IAEQgDIAIBAwEiAAIRAQMRAf/EALcAAAEFAQEAAAAAAAAAAAAAAAACAwQFBgEHAQEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgEDAwQDAAMBAAABAgMEAAUREiETBhAiFCAxFTBAQSMyJBag
MzQlEQACAQMCAwUEBgcGBAQGAgMBAhEAIQMxEkFRImEyQlIEcWJyExCBkYKSIyChorLC0jMw
QLFDUxTwweJj8nODNNHhk7PTBaMkw+NkEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEA
AADVQHKYacOi5EaYQ2HkFhNg2RwipHYU2vFKAkuRHSSHTgLCiucaUbikknVZKUb3Ka3MkFPQ
lrQ+JRYsiJbzwt5pwUhXTihB3nA4haRugtasaT0Hc7o4JydGkDWlzmjDpwy2so1l+5ChF8Z8
LWFPrSIniRyTCsytWBMsaiwJKmq8tayVDEcbZHKSA0Wdjmw9El0t4M4L0bz4hO6ayKSu2M8y
sjN35SypqRuQjhJkRphLTGkiEuA51IL4lAvkaMWBGfIECTWFzXTppTwdWGUjvW5WamtsQ6nh
L4xXk52FWG3KYE1trCK9DYLuKSyG1QJgusta4mKhA7ZVVUXHMo+SmZ4NV2qkjWhjSBWV0+dL
9+tlinIDxgnZMoto8mCKG5QNTQjSJSQW2scOKEVMqlOstyRL0Vw7IlPFjU3dKTbdaCtUpYyi
xhkcSkfkRIxadpHDUGHDTVllWlI7GlibmhWCmVFhDGCRJZ6OrdCiuuWJ20rJo/R2zZhL2khn
oWS06jK6Wtjmgp2Y4nT9kCa/QBi+6inE2VAF8mueJaF8ErREFZHTV5Akx5YiQTSDxKybJgPk
yZSuF3jLeuNwriiFAvK4ztJOgGtsvPUnoZ50G9qLKlIkhmWQY0zg1LU6MpcbGXo9kK7c4c1L
NbVk3ZZLWHEWVMR7XM2ZYPonCY66suahbo5NjTAACnuGzGt2FYJtYVoTENsFe20sckQ3BV7X
vkBD0EQ5U6MUzJ4Q4mndMtpWZgi1AACPktqyeeszIw0SQ0tFf0o3Le6V5Njio660tG0W4u16
0I829A8+LPQ5jfmXs9FSFbRa3JFhpM1pCfYR+C6y5pyRyPMJDoAIQPAGXgW9STE1zBdtxphW
dbtCtanKO3Wdth6ut4RC1OcvDOptMQayzRdDEgAAAGR4SozmS9EwhFGg9NZcwhe1ufSa9upt
iJSXVKXV6qYOxXIBZeb+m4UrvRML6SNj4MUWkrTC67KaUvIz7ZPDhAkV9qdaZCS424ABWZfb
4AOROE2xrgk6CrmCpOafFNLjEeZnphoJM2GXuR2mdNICRRHkAAMNyVAAGX1FYZQcDS+ebvLF
HzWVxA0VBfFCmLLPR1VtgNV9nAJtVaIKfT0OjGeupGq6zrzJaWj1YrqHCQuDOI0oCOiV0rnu
ygADO6LOGNIUgtntNKKtxNYWna+tIrjl6Yiz0uKPVG2LAK+wQLrZ0InqAAbGJceQAAJUEEnB
kybYkbObCuMXcupMuJ2JbuiBVQuzKm1hxi3nwJYvneiKi7oyr0+Umkqmqo5dWmF6evdzuiDn
Qiyo750AKG+qTzL0TLehjaoE8rcF6dQieU+nG27NsiUN1CJGmyOgJ4BEloWAA1V2yCHIg1pq
iJLAOHSEFKqj0BHlyc2NuViBvdZ++IiJEwi2dXcFfTWlASND5v6gCHWBFdOjlbXX+fJ9Y4gq
os2ITfRPOLw2zsCcNPRXR4505RW1SVmgeiD0rN3hKCCOoa6KlxHyoh2WeJujzupHFNA6JUAc
OgCYc4K+e2kfAEigzNL6BXGezW4rSrlyYpD1mKuDYdQsorNNAP5W8zxo9fGkC+t8HqqeFPTW
sUr06CuKxyVCFWaoht+UUwsO8WB1BCYS+TFHDNSZDwxWWDpXzrSKFVPaKaotpoxq8zphEKTD
LfnQAAAAAZpdBTE6RhLo0hSh2O/LKN2n0JVsdZM3Khh6U9RWJBjSLkr8dvM2bRXUned6JSvg
7WWdQNx7dwrZMd8dorSKVbblITrGA2a+y8v1RY2DMsidegkNyPPJMxNaS3MTrRrNSq0t5sSv
L28r7EjO9cAADnQACO5VlvXWQZDQOxS0KwKhOatidIsaEagyoRVx5cI2thHnjqm1hV2laXwd
O86kTwrRqKupNJ3JbogNyJg3SXuHLPOz3C6pUWhRxZLJu5mKvSTxpsYkReF/k76uKW8zdoQ5
9VdE2C2GumMSDnQAAAAAIASh0AguxUlqAecvUWiJbDledXHdGIOiozXPNwh+ZXyiVVzao08b
qxt1LZJp7KsIzKGCBr4mcPQl4Zotae1oBvQ00kqtTR3BTq46I0mdty2jPcJHBZGp7/PFDfU9
kPzaOwFu94ap1CwIksAAAAAiSwAAoXOOFuAYC+nJIGW2GNJkhl0dqrapOO0L5sLetuiPCsuH
TijqORh6HY15UwLGuLTOSo5G1WSnl9nrZgdhzK4VaxFkdyZGEP11iX0issB7ioYiKsM9eUly
OwrBBVT1TjQLacIUtKhwAAAAAAOd4UnJEI0JlwlDcMazN1EJawOtutkGr0FGanRZfSi+cUJF
JGOD52usKgjI4sp51BalYizqDY070AtKqTBNAt1wq48qIQr/ADVoXUuuklpAmwhmNIgEK4qb
0cQpRyyrrUmqbWHFAvh0AAAAAEqbK2A/VEkbB6H2KRFNtnZ8e0IKn4pyltqg0WmzmhBbfToM
Eeaw6KztjlCXMpOkacRy3pNUgzS5FYWLCFGvYmMELj8QzFtV6ARKrmTaQDh2rtqUVYwZpNea
WJkx2jQP461L3tJbjnUqOnOgDI8RZApp1Bnq67pCUVwdb5EJMiFMFt8UMuOMCabQUho7zN6Q
T3nTveJIkqstytzl7FMxMsXStjzr4peUl+ECzryHNiWZbq62QYU6sImlbcKSNJjmn52qLbPW
tGWsth0sULZAEkCbxgrOrQX6ojguzrHC7r4VaJTAlEmbS2o9lp1SPCAuoUmMcs6HfFfF0jZn
+amMZiM7clk63UFsjMzS95CiDGjoL8pEssDioEoj7bI6gzWY0+bLCypbEi3Ue8EtvMkJblSX
URykCPJaLdnjw9m9LnC9Q/ELlC2grLSAOMtSSN2G8OPwqc2PIE4jsTeFS1eQSTdsOFTmNtiT
ggLuFMqydc5PWl7Iiyjra4xWV93niUobJMiPmTSQmKoutHktIZJuekZt2Ap7ah1Y1T6Bsykm
eyWl7mNUEeSwUFFZ1BZNtqH3G+nYU50sqi2QPQp0AtUN1JY0DCi1tc5JJKnGzsaXLMxqspek
9jkcs4aohbvwJhVZvQ0AgfCbU2VKXNlTXRqXIMUjzGboy1XDsixkPRiqjvtkOKu0GtLj9ENV
G6YMZMgwy6sqewJLTLA4puQWFmkFNO0ZmmULLFUiKNPNOnW+QiwuKa6HqOyrC3pFwjnedHOL
cLdMSQPSYiyhtZUAuzqhuO7HJLkd0cxW8xwgiBq8p67njDaB7UHKq6aHqK28/KzY5HXFjDdr
SfnorxWbOiuzN7+quSw7EYMxltxlyDIRPJrTMwNBFuiA40s7lNThxm1jTQiyIYmSh8hwpsIt
bessBuvnVxGjzIZ3veD8mNJGb6nuCO1NQSGxZXXdVYHUJcGJVdJJOeuVGLHw9djSqAsSE6Z6
PY05Iy8mGO6rNaYn11jFIVDLghLrnzQaTF6siyYs8diWjR55MtM2WEmtkGutKieSYEl4rMPp
4xUylxxEdjpPmwrApIlhHLR6Qki18y7MqxqcuJTwH5tfJLVa0HZEF45IYmjqY8khi3Sstosc
u+xLIwBqg1/mXpXmZXJHiPdInlHGsoY7OiRDdR4kor6bTUpX72r1wuNX5gvLLCa4sewwcw2z
rTLRbesNvZ4fXk2FDjnK/TVxlbSFGH0uA7ZQ7Qk0u3gmYs7COU86qvCHltbkBtSFHXGA0qKu
YPPHBQ7CC7pnCyg2iStTcQCFp87YlwICd57vMKUr3L0ls2EYqJ0nUnm0X0bDlpf5WxJGWnSB
rQ5LVFdndvlSJr8fbmsdhLCNLDJ0+uyQrQ1/DTx7oK9FhDKug1uXOKhvE7WZ7ZEpl2CIzVzl
SVe5/TELG+ledkI5wW0psU9HkEt1EkYefbOR3oBqJMKeDC+lHKs3SUOBIxu2yI1Z1j5ZqkQy
I+0g1GTs4RTWdTZDUqNYGW2WY9DKKHs+mMs9AkzLhmjQ97HGKKzjGg0tTbGeYUocYmNCMjrM
wJLzVCn+dK+pn1g3n9DSD2hz6TT5KDCFJSs4dQNyo0w3FTK4WcaFIH8tIfKy1rrIaqtpEIOj
w9sagAtGHwqsJ6NEIzkSSQIVpBExZlKQdfj9EXmd1kkz2sAAA50MlS+gY0pHrZBXPxGTUavz
zelXkvQ/MzYcp74q21vGe9FwM03AhZXps2jNZvT4kt4o6UyFAnp0SnvRbkd8laPNbMzNX6NE
M4zdSSg3PnW/HO1lmJZkNDhVBpVQODrHUnGnXDPq1qyvlugw90AAAAAAA4xIQYlnQ48dap5Y
x6f5xsDUU9tw8v08XOmiusbZlljLKvN3fUN6dSmuK3Bb7z8tX484zxaBVodbEqXuyrn6nhgV
SYRpXK2kNPVojFAdcFzrTUmbevFFWXIUkuHSmzRAuRuX3oAAAAAAAABwO84gcYdiFDntBTFA
SoJY63B6E3DURIrF66CZWRMrhfORjQ7Lz7alsw+gqMZv4ZBkKbBtYYNmTHLXaQ9Mc7xQjH6C
KSI6IA7l7iOV9dYQiV6F5h6KTF0sIvhgIrOhphvQR+FwAAAAAAAcOnAOd4ANHY8eKO01nUkS
F1wqri90BVl3woY2jqSvyrlaPdjKHPSfPt6Smk8FsuNiUy5xQ96grbq3SLXxA7TRaMlMWjBG
rZ1eOdh3RQRZUUa3eFtTUzWrQSLBqtqpRNueShRwOgAHDokFcOCuAHDh1AGay3psc82st66U
l2ArhwDkAKB/phmr2mBPFFts85pg648MOyujbnQTxXBKuVAZ2Y2RKfSSyqtWnxtvlcSHqyQV
VdqKsp71Mw2VNZ5UsSKG5StIAChIKEgoSHTgdOArnOgkDHv0lKevcp7g71KjvU9O86CaO2oj
NSLTMkyluLQzGqvLYqbNYdADnUhw6cDomrteGOc1bZl+aFkxcDdWJ5zqNX0oVXfBpmYghR5q
BnD7etKM1wXPOgAHDoc53gc7wSrnQ50OHUEfFqpRTqtYYLQ2tQbSZg9iTDoc6ByLK4ZSJuOG
fvF9OdAO86BxRzneBzvDgcFdQCxPBfOB04HTnDonp1PGAjIikeiTELUpQ9b42wS+xFkjjCSS
lChXAAOCuCTucfzwqmmNHdNnb8I8qOVCJtCesO09wB0EHQ4dBPQA6HOgHeBziuHABJ3okjZ4
smE1ZoV4+GaZvHJNpZ+cLPWF+YXJsIFGwW0WrDkOdblKaYLdmQyJFdOc6A9HcJPUrGKuopT0
mq5myqkKnkVyVXBKaC5aeCBmdZWi/QPNt8SuoBQhYHeAdDh0OcA71PTnFcOBwMzbYobuocUm
vZqWbjNVFcJUOjS5DQ0/GaLCPHkDUqxsS2sqWUWpmg1zTjZzvUnU96JeJAQGswR7JzVmGrtf
nCFaZuGS3NLsjzGfOrS3s621K1T/AAakx2DVESUdVxYAAACehzvA6cA4MjzNBmxcvNTiD3ih
rgoR3tgSpzDIitvKcjWNc8O38nOnoGZ2MkxlzdBVloEdl4Ere6c6AAEGr0QMPgFHeBhJmrcE
9K0YzEiIaOUh0bbkZYvIqXxu6rul8zVSBq6xGwJAAc6CRXBIpJQ4y5zwyWlwYyZyKWM+zzAi
bdrKxXUEldXHJ9cRRs4o0tzhtUNbvH3ha87w6AAAAAAAAAAAAAcbryVl7iOZHW10YsLjMaQf
xmxqDC6ti1LmKw2Poq2R3Y5DXEk50AAAAAqqTYQTK1mnjmMi31MXlci7NAzEZG4tlTiGXOka
FPgHeIUEyF01/M9fG5XS3QAAAcOgAAAAAAAAIrrQM/25YKvLbOpId5jdWTo1XSmxhTmyqq5N
OOs6KjJmyxVsbMAAAAAAEq4YCD6Uk8oj6bLk27hPBa1NiO1l3nBhK2BMKVEFHOHec6OW1NOL
ne+d60uwAAAAAAAAAAAAAAA4RI0qhMnrMtrSDm9HQmjlYvZFDYSeFblpLRa3VS6ei9jSQAAA
AAAOJUweZwhZb16ZY/MhPlvQ3OPJIpsiNyWBtDzQvgCZUeaWqEWppTHh6GAAAAAAAAAAAAAB
wRR6DPGZsayMWDdC+K0+Smmzo+ZwfuM2sfto3oo84BzoAAc6AACamb5+UtjYuE+tisA0Riyg
tcJhJaIrUhkaS+yN9W2C0dJevw2hIwgPUwAAAAAAAAAAAAAAI0kPM4Wvz5X6g2R5rB9PiGI0
F1NMWzb5w9GczOmAA50ADh05w71rpVyUUxna1xgaX23Kjl0FFKtYAvr0c4tTQiNJYGOAJUno
/Ma0pQEgPTQAAAAAAAAAAAAAOB3nSozWyxxobanthDnXA4Ajzf0GlMp6hTXB04AAHO8DnIo/
m7HMEeglJIvZ80qbvStFLPVdEVvkY4hUUSzaVxDYvKErhyOJUB30Pz27N8QAvgAAAAAAAAAA
AAAA50BOK29eZHbZRw1x0DnQ50AAAA4nkEXSQ6wuYfJ5WQNdUkBb6R3SVbpeNZujNrXx6c0F
KzDBXZA2zGiGoo0rG4k+CHeKOSk9NYZoPWAAAAAAAAAAAAAAAAAbcDz9zXPD/QAAAAExSYnM
VZb5+baGY0T9cTItGFvNhW5EclskRuKEGrkNkhyLIEcrJZJUiWRai/pCQMyDsZ58gJU6TJfJ
g8NhvAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABMbLl1j6q8OaONJHe1iztIpgZcOlxZw5ZFbIxXW1XZmZ
7LjHWOOldLjSxuwirHoFlXCkobLRbE8qbGrvxqFfURohsNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAcrC0z
tVTESG7aj1ui1Otv8IcR6ORk2Ewopkx8cQvpCrbWhHFRopJVCklbPhwBK+OkyHxQKZUCeoHL
KFwbeY6aOurrsqjoeuAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQiXm6ukEw03BHvGIBriLLFnUCWnnSNJfWQ4
87Nk9yodJtQiGQ2ESDqGHxyM4sY6h4Ymw3Q50E9UwS2EvCTvRUhgHhsPXgAAAAAAAAAAAAAA
AABoj4uRnDsdFiOSXaMft0xiVexJItTah+bEUONogCYnOjdTNhCa2dAHOOxzi1LG35UQYfkw
xnrbopKkHE9Wc70Ogo48z0cOB68AAAAAAAAAAAAAAACROV7mRMJzg5bMQTl2SBMp+YMCenWn
Ej3WHBcWXGIaXGytc0GeKR514gmgSQlTXyvXbcKGnn1gnp0WIdG+pB6YsIy9C+Y7jXR4bD//
2gAIAQIAAQUA/wDk5f/aAAgBAwABBQD/AOTl/9oACAEBAAEFAL5+5mIXkNi8cg8CZC1d7cKK
LxApTpKT5CgDHA7yorrwoAA545yNgqD78C+AvkjyAeFHA2uxb0sGYqHUxQzd9BPK8l+sJYZo
xGxJIQcsI+QkZkJrsMCASozPicLiCLjgHBwB45VDyRxjc4FHJTxwAJ5VroSxlHYluGKj/XPH
0fX/AHQjjjVWpUtlRwq8h5I41ubWWe1WpwrD+LXBWvQQemhm3L+wSSglOEUtwoLNMvWt6K7F
KqRGAqjDHltCRYrEwWgMdOkv+ARiscW3CCrBs8EfdwOcsyiCts51keVQjkh1jlkU66/LWtU7
SW6+xg9Z55ESjvGBiDgiCSSKWmCK9CNI/wAaPlIkw+MAIA45DHD2bCQMLDg88AcZuGlWpKQJ
Q/YhVZ0rWGl2WvlcU09UXlmgYtc5GAsQFBEumSO1tIr5fh61A6qS+n8YM2UaSTPFFFG5JQfa
yMAxnDQSKsgiiZcRvuBOL9xP+tuTlyBveX4HZuLd6GrD/Jxkx25JiNo9eOjOLFVQTliH3ViV
VCDPKmulRq3xmGxSm0GxryfH76h91EWrunCwQ8J1xXVAk8nZwzsU4EjlcE03CyydgR1A4HkZ
3XG+4k+exOBgT8gPGspU7Vyv/H0qcT7XXRu13blBu7EclnbQSN/KAjV30/OP7kcBRkPHaVYe
11hJT0MsLVcvA+6eVOj88dj0hctixkVhFnQ9xyCtuqji7WiFqdrE8c5Ecs7yY80amedY45g8
8rAALyMflm+NzCWkARgzdQ+jZfG6UMdSzSSTK8RZOO0Fjipd11kyGzSKS8eHH2xAkQEKVJAa
8PYSCFZuSTwvIHBxn6jkHJrtdMi2kHC7OlkE9aXJrcQnn2+w2Elb49JNGauj15r7CS4dloat
9d3rY6M+m0tVpBoDBtj4wHwp5LBmWtSuPNfpNJWqaG9HZ/D3mbMt+Q3oVVYsWcALKgMU0Uid
goGORwCleyB4hKLILcsk7rS10I30CPd+R6yxE89BhHWkkJ01topIjFJ8V6/jc52OfJII1sau
vG2u2Cg1daxFey8xi2a9rlK6Y43idqh4XAE5U84vcqZJoWUyF+5AjLFT4HPAYg47iJLEplE8
6sHqyqCK6CGYxWN88ckeqkStFrLsljHow3tnb00jRQxtHFf10Ni5DrBBtYZmsKwHJJ5BznxC
cmjnOa+vfjObCIvakhjVInZQZQSHRjWrxtBBJ2lUnlEPFtGjMdgmKSKKOpq5HB3FbYC0x5MF
KWYRaKZ7c1eWoYLO5jgr36doayvXiiYEEHk/J7iCL47cmlpX9giSVY7cJuyN+LPGsx1+gVJ7
s8yqCerEEUq6OJKnB979Y4oo09ca54AHbPtOccZtZQlSSXrCzJJJI8gRv2iAkdIqtqAVqCrU
SGJDKYNhGeyTs4RaMrTXGuFzUT1PA2E8DlhivyL+7rUU13yKa47/ACWJR/6FMv8APstkrWQg
ymNVCleKzA15OsOw/LOewgWZPYasQMfpV1ETwjsZEsagMmmpcVascEF+SvHKZgqQWNCbWTz2
dbe1vyhbMjByN1r7QOovmtXpJXlfmvENrt41i1FV5Jq00ZjNDLOnm7SxyV3RpA1e37SwHAPO
FRgHhuQfPCg87VR+JLaUyVIWcsJHUwxrkNYjLjBgrMsevuGTV0NnrkSXezxvUe3Ktu0IK0F+
7cvxP7IioOWagOGJwNrtaMcGvhM08VmpWCwaxhzrMukGa8T+MnHsbyJm6iCdwrczWiYYWM8h
YhsilX1iygNd0kDIoMsbsKzgwQPBJLWtVRFYdZ4X2KRx7aq8luClaZ6ayxwXII7lehop1kKW
qcszWZo46kntaoi16tWJB5+lylFYC0oAwBEsduSCb+ViBhuieTkkH9i8UeS7AAWHM9a3pYXF
ONkmii2duZkMVhnHJYmQdOLFKAV6SQaxDLJDej2FkTfJL8H4Pxx7kRj7hPptqktmpLpErY1s
1nfbW2J2Ntx+TLmzPD2rP/WrdiZCwM7GQROzMRM8zQRjG8iTI+jKBAopRNYaNo3ZJggu7WpB
BRuTSWYK4rVYaEDSSkixEHN4oEw881Iwxnb1wwrXtw+qFUjqgWeeciXqn12yywYzv378tMPt
068VOfE0iRo9pFAlkKoeCjNnRYrchCB0El6SZEIZGnVWY1EljknscYksM4sWgTX16Aho9XW1
8NuSb62acNhL3xqCrhtautjbh+P5Szmyl5sXevrpp0jkJQWWkZK8LKpT/Yx4wOjY/wC9aCSa
WprHsSRVIYI7dhotilwy1xOZYfxhPBrboswCZFVuFiq2TNBQtyF1jLGNAi7AsKmtiLQEpynd
REnZ/wBE0STRbWLrKwGQwtMmtUeqa1FDJekRoywd3IGAqVhlKtEiWIpl6gRmIyxFo5rxWxr4
Hnyrdqo8+qq3HqaqnXV61WBBTSCavSeVv02YEnhu6eJp20Uiv/DZseRb2cjq8QkCBHVLhYwQ
10YMg5mn5WIdE6GV6Gp6oSFSxOBTmYmTVzo8uu01O9Qj+P7GtYFhaEUnySNorW0v2DpmX8bW
xJIlSRlkyzH7IYqCqqrHGgByBCqfTkfQ5vVZJqyrJKbdOtJrrLhtiOZXjMkRjAlJ8yukAi2t
OKWjd7vGBPBLWgiS9DEItL8ejnWKtFDFuopK1+WykYr7exI9WqzZFXIk/X8gp98sLcq5+dfz
Z1pJLT6fYe4UrFcAcG3AJIOojEspJrSiWUj7tNApbzlrxBFGW1coHv1yhX1UFf8ACmgaSMfF
YwY/ikSDb0ZK1vSEGDVdhKeOKcgMZAIsauRTWSzHiL2ceBjyomJGxf6fJIiUrxcp1ipW55Gk
eBk/FqcvWU2bF0V61d9jE9aPX6zX3ku1kpzVLsSRSCOzHwOILNuCfX7FLsXyWs0tKOhYdtNo
4aUAAUfplsxRFGLLmyh71rdzYmL2WMlBLtPDGLnyGkhG99staf2iZTx0f3pP6r0QaV4wYWOX
yfxo4usF+ArapM7R62rJHUKOM+4BpmRNrEksGhfrLrAfc3gxMBN9JHHauoIZ1XDIzMsSq313
sKy0IbMkcdqZ3f2o2Bsgseml8brSNYhp1YZblmvXxLEZWQF0rF8kv3a1iK31ipxu6UkjguTw
rLX0RdNt9f8AP0tMFSJZcH7YQCN7JBXz8ypluQRx3dxKWe23ImkI1lg+0N2gu2UrRUUSW1qa
fqigriFLckscGutfyMBHj5HWkr3tRDykbKE7LgYHCAReQIIojX2usBW5MP8AVTjJqDG/42+G
kQCOMku6uIykvb9E8ayRO4jlmsHvEOG8cHtLBohPCl/ZVqa3JKUuo1W1gnSfYlbdKeCaO5be
SdFSTYpryK2xptXlB5SrRYbvHdUWrYNhfqURj+jb1YZoPxIs2zlYLSsk8kP3sFU1J+Ja/P4m
ysmVdNH7bkRQxt+07cRayhBG0odhstc1uvTiiBJwFRhOEvm27NXvyCM6ZA8c8qItWaWRBKvd
hyIKSRSEAiXgARM+Wp5Kpq25Jx9fkqQQU5XeR+SCIDONkWoQar1x0XqQGSOvWidhTgfdWYFv
6ykzVqlOSecemK7AwaO3WFhR+1aBkvZsZWkkRFRPq1gySfodFkX+LrZtbcJxIVtbCT4/IuWt
KIljgMTVZeadksX1U3ru6dmNLkkspIEnr2DcOqRImaeqfzei4Y1OGPHjkObQEQ/iRSSUU9dW
aOPI2VknLjAQR9CAc8DOUlsfo+WkCk7ySZUgktS0teleN6deYbNEigq71ma1PsHDavZolXQl
RDAiR16kMMd8SC/qmDU/oqANNKsMetilf9E/cxwVViP6tJU9tjY12ksUy8VS/ZuzZs4oK9qM
KqXeFk18btZqVBWi48yFY1E/NiRrdkwRsUqoRcPs4/2DC7giY87eZXcMiuhHq2G5qVh/6W0c
j39ps13yT2TAg/VgCICPd+j5RF2oIrzS6TTQ0Y5JQmdcv6pLOWRJUv1dpZkqTW1klcW7kVZk
5tN1TY00tS1L7wQAhh9J0M8oAA+kliGISb+BWj28blNhVYggj9FecUm6Ry5x4p1lM2018Nja
eI0nBltaDXJHAkkUuWGmWM1QsxRGRtSjNLavUDVvxSIliN89qZ7Ezsubgp7xEXm3O4MANaaU
SxhSXftBJ/t+PbkWF+sHHt7Dn6/IpAmq+N0fddAyXs1tSeADzu9At3Nf+VXehRRMuSvFBSqR
oNix93POQKoTWswrj6JGqN9fVH2apWY3QkIh2FivYrbCCf6k8Z/La/Jd7UWUfI6LFZNlLdpb
GEy7W4/5LSxWKVaAz2p3TXUa9l9emy2F8rrKUleBI+RbWEtauPA9fafjLQULVb9y3hnOXOPb
G4NiGNbN+7LGomUcSIowKFzV2ZYbP8vUC1rCzxMeBV4KdV5+hYAfI2Muv+LwSqaFxpz/AKzZ
A8AcD/MsAMte5DYLQNPKPA2YPv4GdWE1IH1cgH9bxo4n1kEwj1VdFVQq/T1x5sYBNt9TQo/i
rBaXN/1glmtxyilIFT48sQulHt24YO+VtcA23tvUtc8rsVBk2AgZKqh7UEXSEqeHA44Jyeq0
kkmvVMJCtNIZJGYFbiEBlYrX6osaxrX1UUqQOQE6qI0kkGAhhlpwq2DK4rxJFClWeHYWrEkN
mjZE8TSBVtXggjvDIz0LXhGyXIHO2HK2LqxmNV7V16Rs3+2eZYo4yxT6E8D6nPZwBahJ+u01
IrpDtbtKZ/lMiRXLVvZWKesSNBFCmRP6r2tutYTr4HIHySuZMqS96uym/wC3srBlm+LaWN4x
gk4zvG2dI2XbRTxU6txJa8sTI46gessWre4JqgqifXwnQRfkTpxkvJUxIyRxLGAAM7L2uSDt
ByzqCAeet+Az5qC7nabB6+LHaMr1Q+V7DzAwrxdjSOKO7ZBv11iuU4URUPgsBPbImuYB5/VO
h4tK6NQn9kCzRM2Hji3T1Uploat1moVklYACwSovyxtmmtixUhk7xj99mFZEaenLs54nkvlX
s6qL0a08/TzhJ5Ep52+ndGoWDdEmvqAPYpK0lm5K05VhU1yRwWSa1qpspmj/AJOs0sUsUg5+
jKvM7FjUj5UeB5bGoeYoBGtszc1NUI29a8T1uRGzqbqI8UMXa1ZprPU1as8yjJOPy6Ykk2OD
POD9JzYDqot2HmNJK55nyzKGYLKx2dr8BVT2axz5lICzkyvqZmhtrsa0VepZknG7vD2xe2cp
pkdKsHs2EQ6w8+BxxycOMuR+UK16rXq/aHU6u4kcsEaWI6FZWsvxDdj7N36iX8YpHVeBofkl
2o1P5DSuGR1aKIiWQiSMMuxYxvYjO8DzV9NVMVWqA8pGS360bFg42JEFWjsZLU8QHvmnWNNF
ETEBxkkYazDCsS8frsWkhIB42Nd5MOqnknoa+CFcMvWSO7Hw8jbn5BuGVVMp5mdisyPHJAXE
3x9YHzY3Hjho682MijSPLRmMOkg7bFz5A8jAc4w8cRkBdzLBxHxJHHJHzt7NWs9bY154bLtP
Hs6jrTlU9b87zWykqhgJIxHPXfRb1b2RwiKcHgSy9EZ/usMWs65jLAEQLtdkIEozx2bNKVmq
b+41g6aJI5KKgQuz2bOoXrRGcf7ufqTx+ieURR1O01z6XpRHCsmynj77jId3Bbk2llqtT41r
GiS+4lsuF7NJ7Z7oY2Ubz8bjIrvXSSWE9UJwE9tfEibQ4B5IwfuOQWYDPzpnN6Z2h1d+vYja
epXJo17LRvtfyHgdofktj0U5DFX12mRp9gwHGxjIcc8yyvFZr2RZiNhQLk3sWKTuuxPS1qp/
992y8abmVxXqBYFkvtBDbk5OirqIrfSKtWCitRULXGBeG4/XsWPTWxsqfTZqDBUlhaPLmuvU
rGpqbDYPNbgpxPJ5llRFrqVS/G6z8MDpEKa/1g4o4AbPPNTqu5DqyDnCcOEknaXGjiJ6DbSz
Imm2oq3gEbGnvy5X94jsS+stYbZbbZT9xoIPXBuL7ApWikpsxR7UayR6C0ZIajnmwoU15ODs
oZHsQLKJJmd6fyJI0oz91TiKai+ptu1NL1KK5YedqPKCABU5/o2yea6FIvptZW9el4MOfItt
Lan0ly2tOMGQyKZZJ3jlZpEjE9ee6BCitrkWOlNP6lfY9TDNHKhZVCPHYuIqQxPeKMuziORW
Y5C/AXYjtJIwYLGrPs9TJBJoLot6/wDY8+PlezCRw9q4vze3KUYgoxGSxsOX9FgBrDqjCoDW
to3Z5E7p62QBPapijVncx1N/L2hkJaxP9ghnSF7Njsej9oo/+zCPs/oywSSOBwPptJuknx+W
SSHLil7tZI4aqyqq7G+1eGlH64EMDsqcVU+/BIIYp7fWz/0JjDTiBsI8gpBVZL6uWf2n1IR+
OAShOX0CJYM/SlNaEnT2w0dgdXdtfMrZNPdbSy76hEhuyBcMIQX5wKWvrcZKXatKgEqDy0Rl
NS4AVcrEQWVHKqq8izErw7KNpbFJe+xtJIr17KNOk0UssgSHKksViSMcIRyIJmB/p3UEj6ZU
jhzVa4y3/wAPWqTWotm1U/norSYqqFRyRNKK1iT5DeY1t7eklrLMZkDdeOwp15Y5jzz+2Agi
VpQFeY5tBxC8ioi7Vya1+Oc7dSl+lFFLbrQ1awv3VmrMI7WyUcNZ6GLVTSd7rpEkgYuG4wlg
0BCyQEsFHIVeAZAgNmRlkAazWDy7a0FnstRrCKVJ43uuJ3rQitBE3aP9xLE0LwsWj/oAgg/t
MoMusL/yHIyqkSRzU4Ji6RVFlmWzaVuY+VIg5DbBWmwApJWkZJqL+5vtGAEg8YPOeOZGSNYp
3bEPXNqQYyisJ9cUdIpALzyzCB1SU2SGhjcQUIzUSUdRs+VzTRHrvg4jkWOFFQgQz+6RAOqS
OIYWMqAEGyeZlbsAV/N1XVr4Cy3ZVILBiI60StFXJqR+APGWP+ELlk/oAcYTwJokLmZopf5b
YYb6e1LLHNw/scyFJKsfaFwOR2VAqie/RQusPWbVuoc8YAOPB+h8mygcQRnksDm2f7FHAnWR
46luNppNcXFyJ4ZIJfVMqxWJL0vs2Mr9YbbiQaeNVj3cCfgEFzdcrX1Lf7TFxlcfZQc+gcg3
5xGU+3JJCLWiCtPU5ayB3JVex5KwqBApGcc4yhhGnU55/oOSFZTI5EULc1sn4LsV63ZEjiOs
8QP0jJ9jkgwgcG04Kyv2m1g4kHOc+eTg4zgkykPJ/wAc5HG0YNKG8diMuBPzKkE00OwisyRg
8jRXv9MUoe1LKVQSGSSnEgh2cCPUhBCXwDBTsiB9XZklZXWNtfN7GDA5Myu/JZrXY58eYCWr
F0cdgQOMH3vAAEX6c4BznH9GYkJdtmPJXbv2jyw5/IsFESsBM9rcREGzPIYoZWyZbKsvIWye
ImXmfVKDZJGAkknCTzNIkcdSJlkikZhNMIIp7Su0tkRmKVZorcIgs6tz7J4ZGFms0MlRlSap
4aw4kxCneoJUjt9O3BDWegqBSM1LCKKeZ5zo5UMjWAiyt/s7EtbLNHpEULQkOeQysvRHRZVv
pGYbMMowZzgIwZyPrz55Gcj6TAEXyFaz2475ZsOLewSWWL8KaRZHjTKlKVnDxjLTRqhcvAv3
V5Cz2dSpFscdBwCOM4GWa3vayfCL1S5K/v2jMtpJV61rLVHtrXkykTHZmf1oGhnh2OrCMrkO
RzHromntqfM6+wzKsQtn/r9ST+MkWvkJ60WmR/aJFI4ZQRl0kpplBzW9S/7sUVFRQQ4jJE1e
hZXZWOFv2QY5FlQMmcYM5w5JLwY29hA844BGyhdjMpz3S5clItrKSHSOwscSwA9mBi8vWkYh
SqgfZKpFrV+JwQVB8E8YD4DeJWDWeOM2DKJNhDLMUCo9SvI0t+s8c9pXjGt2AmWepLHJW2kc
xva7iZEDQ6VEFti6tI5UmQlti/2a6sbM9n/6IlLGsxi2Qi9aFS2ecvktmnHI1nBlYHmQsx5d
sVXWTdwN2Nh5YJNxdVoN5aEkWwb1T7a+2Da34kg+RQMjbEAWbzLGN9s6zt8m2zH/ANPsSK+6
us2z3710NuzMPfPmwcrdLgnsQRwFLscDAYP27hjFXeRLSmGxTnsyy8cKDnAOfaC/PBl4vEEj
Zke0oGElavIK8MULbGw016/rq7UI2avLS2EFgWdZBYDLZqmLzBp4eJ3BUykugKk7ZW41FQQV
LLosSq3eflbcr8QNats1SacZblY5qFPGvPW7IQoYfao8STpWTYKZqiP60lpxPM1SNUqxRJiF
kkMhwE9pA2T6yx1ey0K1q9WaH+KsIalXod3X63eD36nNpL1vqVLl1ktUGmsCxVkrxM/jl2bZ
VZa41tl60wpWLuzrVI68RBCGRFP5ULYrc5KwVQ5kcchbj97SEgN3JiPGVOJdyUjdN7qokPUl
6M96EyW0cSQEPpabKo5UnszQVfRfu01nstyRKgEKlly4jEQSSGmU2BcGZjOW76ZOERim1sBl
kAJweDuzzU19r2UJR9zHJiDDPdaGKDYR2JnH3exxl2KGYTRWKsR2azpRrQ2BRbaROBwfkUBe
ovOeuXNof/6J5VKaSz2hSjWv6o56ya+lHgSNRbrpPCGaGXWzjo0nB2j3C6wWe0E16LGs2UXZ
XAa8EQEDeBJKgeTZVExtmJDCJ+2mhM23FqAZstxXnnsBGlpWvTkKxz56gMprxE8Z7OOuSuIs
bekTpdherNcs2mIULaCGLU2lnSzdiiWvL7YLaH8/V8iHY/6bdh+4UnkgjNnGHqaMhobYbh7S
dYrMTY/qekjSKdddeygHIMfZYP8AZCaNJhWoVxdXgAZtgX15AA9iZuCBsJXKRaiRKo1dqR4a
0rPGoOEcnqVO3oBzRQLDWsyMBRjtSLr4o2aaGurbWGaTdBI31Ehkkl7sksMq2Gbk17tdcEyC
GC/ZhWlru8TamKM3KT1sIJFOWSPIGIFdOImB4ZRm5sgCIIzRubheYtIoOCNGWh2gljLzSwKs
UN6Jvy9X/wDTuBzJGVNEn77exgrx29jPO3x8Ay3YgUWJUasoQwQRNb21YKa0715u6un7YCYp
woyRkS8rAFG5y9sGhudQR6XzdcfyFh1KI1iTI+kEdIARknjseWtKJ9rKTFUmjhV0jmSvrFR7
NlakE9u5dkrNV1S3701t/jrxLZvSmOvcheOvWMbr6UUz8/jRoHaoCkb8kyt9slSAZABC8Cyz
ToGCN2AIBO94/NP3EyvEkFcphccIQwlUxxaqmvE84Q7iPh6QIr7YkDXEy6y/ekinEbl3UBoL
M9Z611nnlj5xOVsxA/mzwiaGaJkl1Mokp9rIx2tkpPPxPNZaVGtFkPA30R6ofH3Zu5eu3mdZ
DqgPajgmqB+Mx4G225jOlrSxwbe+ROsw7oxKREldvIJpIo50FqssGIgY6QIb991CWuJ1lhmh
w33QNYSajRqQLWiCxjtyZ3Xmbt0jSMpp6rxoxAxhyJGSOO3P7px/y1yxNkoCkFuYlxmVpP5W
VTWtS2LG1ZzZilCV55JOdG5U7YMLvJ5IVcjPYvyrxskkEhSJk6e82oO9gD36IdiicMVLYCQb
bxsiyxc+0I9yFpqqDq/VM33I2zAltU/V4Anu10pI3e1Wouo0SQ5Kyqmxse+zq6MdiOOtH+MV
4F4GIUtvNAssnud6iJUru8U0Usmzlm1Qdb+i7RXqgR1ldEqX0GG5FwLcZEliJnHnEjM8qoqI
SOSeM31gCEEExRSWHiQRxSkcxkBncBriKpUhW1SF7+3++3ZkMdScKwa3LXMs8s87KeQOCjNz
KFaKowliOuAC66rzLVrpljX1JlrmfWTxujmX7ZGgicT0YPXDBAqSjtHHKCu4rtVvdzm/+P2n
uTwvDJUBE8UbzywwmvWoaOOOyWzf3hBSBY5pABD3UROw7AxTLt9YlQwozSWYVh1xikafXU4a
NYE8keNjEZbLMGcoeasxST1x8GKJTHwsdGn+PDBOXPKgl27byfvdjjaR1jEKEkGcjmJG7kEn
ZgLOpZhpOFuXQzW7bqkDRgLcJEh8Mx7YDxkQLYQxWgzxzSe048NtsnFqOGIzdbsAs1tRYIck
tisSHB6Un7xKPMjdJd/FL+Xzk0Xc/ItTHPT0Whm9sNWCAkc4s8DF3Cpub7Wp1/fSkNC56tba
boYrkDvdntJQRRc29mNTptdG9iGUz39hbWrBqLDTQXaRks7Cg1WSIeyURIMjmaMqryZraKCK
vFJ6rtR0ZJkmjduFsuWsa4gFyQrsrBXVioDFFOXyDOGYZ8eCtsbjhrc/Ekfu4ywsuL92cEHt
5h+zEZsgjZig7RpITJcUemG3GtdLtViaYa0G8KxWcEZDNFWsC/VXGmeV9pCJKPGNwBKRgAUF
jzu7O5leppb8w20MGvqHg5EF7amUJE3ViZbivNZtIkztIfawLToyabYzV01XJr7yaSWWiZK9
OBPfFtqEVivPBJUeCYTq8TvkbEZqeDCjI4JTmWosU06lo7Nd4W18QCyIoVmULGrCRepNVEZ7
YBn/AM6JZI7rH2TrwESGRi7uqqxGBmUK7KUJLR8Bqic1IpesUMimy4DJUqRSpDWVDW6nJHiR
ZHZnatZItVkhaKONcV8nSJ63rbG442e0jr3qO0q3TLcpxZa+WUY8Ow2m2kturSdGBrKgzSMw
Tsru9BnN9fxrNh2bOTx6gxoVp2OvF6su5BKVYplhD9BZMPr3dFbVeMzQNWtEy17QaUROupoc
rSq8SCToBRvIs27rQkxyd0t15InM0q4jyFoFCZBwx/DaR+ojbRsnunQLbhcvchKQC5rokxj1
AJYlzyjqpEg7a3hoKhAFpQJIhdQ689ZST2pSs1mVAXslhFzyl0A17N9A9SzJZKDx/Dx5L4ze
2pJdktmxHJJI7lFYuaD19fBC3LuXeAFF1l4QyicGR/3uxGdLUDRGGtJafVfHIIYkiiTLrxKL
QFyOuVaLwCwQ5NHGkezoipY2GvapMrKH01o3NfUsJPBTlSSDdO7VLdANR25M8Fed4cawkqSg
HFCnK6FjTiZ3EQNabSTTLW1RhywqlIZFQyol2GC3NYrzd+x4I5bqOxIk4zW2XeuDOluyZ1H8
iAIpm/NuvMuUbTJZSVZEc8JFJcdJaUrRVatb31ZpddbjKsOoyweM3ILXJOTlesZsovroJ9ra
96RJL6pqrRqIhGjF0fXNJOZ4AzxU0DbRuz/FKMcjyWIIVt/JKkGbLeWbhpbCZLXLgJZmySWw
RZj5Ta0xNnyKX/tNDwmmv/hS6eSGWtE/SOWXstONmrzU0r2LNaShY9bR4vEkQHmuAz6qEzXE
18QE0IgljrRyPunSKtNGXjRekewIjrMGccdS3GdSRz1ehaET/leh/cliKnIWWxyRPfBXWiCV
4J+8vK8orhx5zawFEn4v1tLOXg5y2Tm0Ul26nK7SJLXqRWIberryRRIwjn0dn0WImI6hD8em
QoUX13LkddbNgTZor00ErcHNzX9kXYsOvQ6Sd7FeKQRmcp643kkjMTl9/WZJg6nAYmz49sCH
t69RPPSliaK4YjNsAwt9bsbo1WaZ07IAcrD79FFw3HieukomKQvt75sWoeDjAhGptbgtxiGV
SoJIzkYTxiMQOSRW2QjTmSKdNrMuVrNGWJda7WK0pS7UkLRMeo7noy37EfploW4K0lW72y92
DbIFrFupNBPptSVNmqJideiLBTVIak0M8Gx0cFxNlRkpz6tGgk2F260NC3Y77ipC9Sgh7xN3
BgEkF+hLTljiLLp5rSzfi2XP4QJi4Sa4h53kSzUa4jkexpLcKa6raE86lq8Z7QNEhaABZthC
VS6iiclp0qO+a+s88mvrfjwvKiC3cdRYmMjS/wD6KykCmonpOgEW5hMVxl5JI56ucJ4IJOVv
Ml3Wza+UuFR4oZS2rrSA6zYQZAXFug7Mh4YVSrQVdhWnNuslpaFeSJPXm0lEUImhmvmtHdWq
riBUd2n5gRHuPkcphNedbEXzJP8AbrSzE8kGCMtZqFtRrg3vSFIIhdnKnVz3Ui+K2Rlb48lU
SPNA0dmUhrP3y7BDHOS6SxBI/iMzvVKrxbuSCwltkVdgpWWz/vFWd03UXS/UgMd1NbOm0rVo
oIzxl2Yofe6tKSxYkvEG66mWNa1q8pj300DzcsR1PHJwdsJ6iGEsIK8ex1cGgmWeHWUoxPQg
DQwHnYwGLZfk2ak8G8ryC3TsB0k4zWbXmRCCe2bAIUWOL8nZ1ZdVJqrYnVKv2zCFMJbgMoGu
sGCb5aqGrqnZTNP1Eayz4YrsVTSQmfaV6SRZ1H1Y+PkMqHXUfkLpLM62K4cWa1iwUytA7Wde
IeSvI3bGjZnjr9VqQAWoR6J9kqR7KKSef4rLHPCKsHI5wgZspU5VOwliMRVuuReQ9hK4sbWx
KCxLKw4K9SpPP7YQSEkCRaPbQTw2tx7GrbYTWV3dJoYvkNtZ9m9e7XhpzX21eikimg1Naqdh
o1sCepZrzaDZyBuDjKrB60BzZUobVWOpdpWqN1LcJpQ9rEteN5ajF68csknyX2irQn6TU9YL
CSRRRC9ejsH41rJK8/6GHI28c2st3tMk+UNnsaiSV9xEkUKxk2RG2jsvIVIK/JYzJrtbspID
UtfZLbaRaVeOd9+irX1tuTW7GvKk0QOEjLtR5mq66Ktksgawsql4XPO4J6J4BIwEgk85yBjE
MII1KSEdKretp69RAxqLdKEu/wAcnC2NJsa8Pxp2TYFiT+5B5EiRuIqsER5OAjkgZOvOPBEz
TUDC0V6NVtbulVxN1qhlzfQzwvZtyyvUtzTa+htJFo614FGtpe0AAfps1orMTajZ6q51rdr9
+FoGm7h5ZFSlsxEar94ZoUmi29KTW3dewdI2jZK8iQW9jNWsxbSlIkfxrfJAiSI654xiMiRW
sNLwaknd9r0NcgBi3A+0YSCvAwfa3tPLENHVdEGmtpZolas5t6ug4h00NW1sbIipa+0Kd6C1
Vmr0YJxZBTngcvIkZ/8AR67AQJWkQZJL2wt4bjh40Z9no7N1qXw8ZV02uqhq0DLFTrQ51Xn+
gRk8cjpe006zvr3xkriR0VkmJLaWcT688kb7VpsKda1YqPC8qNLWdLKQwV1vmGxDfhNW58ak
meiP3IOMVAhmjLgDvQYs2zUtUYlAp4ztjkgAHgI7PrvhkksV34tWiqGtXih00qx2a0MpltTw
Ky2FaLaIbUbFnKSzLleSZRLfirx1N5Wu7GBf5g/+dq5NZ63CD2PgDnjjyE7lIkT+scJHG0kR
zsUcq8s4Md1mjjCmf4jK/wCECeDm9+Mze162wrNFenmU7Iss2zftaV5T8eAg1vPiVyA8rO34
xjiZmY69JGzZpMlWnprltZ9DeheZOjftgVufj+jr0Y+3OOveOxrbjrrAUnGx3swvJtIrJYmK
zP66g5bBYQQ/F7UUrz1KthEgrw4kcSycvm4Eq36V1JgVGccZFW7FUVR/V5wnJ5Qi7GctlxGZ
ZI/WYpScrMnt0DRQxC+mS324ed5Bt7cgmjsqApPd0AknESZqdzJNdpWVswHJawYSKSg0F4z1
KENESH2iMdIrTtHDdnexYDIuae9BUaprprDAAYAMldURjzaQcY0SyNYomok9hLkgpGIFAram
2a1+09t46wnEbOsa/wAzSzf2wtmPs0uu2azCKA4AFH9A/XkD6c5FIXUk5ZUsb4CYwLLbqcAt
1Pu5PxyWeSckBSRg6nJa/ulu6B4kak0LmWKMWXew9F4KlLREmryAGnAyYq4cjl+eW5BTsQ8U
nS5TeCYRvI3xz48lNDnknjg7H7554a9meaAShkv1zYv7Wyav4nfYALIxBwHiTTSiShuN5PTm
r0t9sZP4bN5Rlm2MCwVMMH5J1kjGD+kOfoc4zxnjHcDGkCizDHaE+qsh5a06ZZ10Dq1IoPjt
KyLPQ8OhAIZRe7fjyv7aFqw5kaxGxaYBEd5m15WpXksswErNjOMPPLEcAFsltiqfyY7TWNNP
tr1HQ06kqAKnIOEhRc2jrJJckMsc1kzWZTPFKsHtkS/BDTYOLpLWZFBDHz8alDV9nd1qS17v
vzmXNjKI8ioPIYoViSlLJNP/AECMHOcZ/g/Q5KwRHvVlL3YZyXjrC58mEbSXblsQ6DaWp6fx
qzAYKxiB4OFEYLWhU7WEQ19ldl9aBhhQg9FOadedgnJIUYFOFcbK8XLmNANnpZmOq+PmKRYl
RRXCkLksqRC3WsSmevBBYir1p68gVHm1jzGfTWUaWtdB1scUYuoUuO3Gee2oM9qzU0WvqngD
Puy/Zo15X+Q1Md7V2GhU/Fgzn9XOf4B5Gc4f2/b6SBiu0jacGC7TlZNpcep8Ytk6vSxwKqqo
B8fv9BzzsdmlQ7aXYyUZQxC9zgIZQOraWItfi4Kk4F7DoAEQhUQ8keATwfOcYAc2u/gpLY29
lpra7Yry7S1pLsyFOI1/4FiFnkZ8r8A7xWXYyjwAePjAP8p5GbfdvRm/M+TZ8hp7G1u9f8Yl
Jr0alcAngE4Dz9Th545OAH6eeeTnnDznOSyxRqjoyyRpJh19YskMEec55OAHAfp5zZ35K0ap
FQyykrR3dc6I8XrII6qV93x1I5JVXlUrSsVo8ssEa4UU5wuf5Jzxyf32FueZAlMiSlUIigli
YqJViiRGPT1mzX4fYq7iWyWqtad9zpbFiKjp7Vl9hppq7/Gq4Nu3brVIr27e/P8AhXcKjkYR
gwHBnIzz9OfH05GH9/oc5Bz5Hfmjn+NbiKU+OPHPAzxgwcYcIzg5sJWqvdQyz1tl+Emw35mL
mSSSChatNrPiyKKmkhrTrEigDB+/7Z4wgcDCuccYV8XKzFI6kyJ0dVilYtsbctaO090mR4jl
fWX7banS7KtJY00QkhodMhiRUepGJpKsLtFr4IJJIIpRatSQ2fw7OEc4fpwc4OAfQ/t5zznJ
zk55wnOThzk88HPk8pl2sMj1bGq39O5EOGA55wnARn74AMnl6C3fhBtxwyVnqRvYgg1cTVYb
NsUNKlc/thwD68+PGcHPGHDxhGGJGwwIS1KBgNTCDc0z2cT4jrQYNPrq+BVXP2w+c6g51Ax1
7ByULfcHQsmvoauk/wDL0PoRznH04z/P+TxnPGE4rq2ds5+nP0v34KUOw+TT2AiPYeTXWJ4Y
xZrvrN5bgFHYQXYuOD/kjAMPOMoYWNdWsCzop1MXxyzzV+P5DDFAgJOcEZ5wc4D9STnn6HD+
wwnBnOHDg5GAeePPOEnOThOF+uTOcZ1AsRz1xWjAk/jpP0AAD6nyf8n9wAM4BwDjD9JpUgj2
sp2U1/iFNG7NMsfaJhGY7yJCutuGOSlsI7I5+p5znASM5wk885+2DD9Oc/c4QMI4H+CMIOAH
jPOcHPOHnjzn3Zwc+7gE4TnPGd8lkIMsYsCWjrlWzStwq0nEXLfTsMBB+vI+h4BwjOPoM/yS
qjbWHmmnlCDZdpV03SHNdNNIZE6SOARd6ddRsZa09aQSw84MJzk5yefIwj6An6EnORwM55zk
4ScPOfvnBOecBbPOM6oJPkcBP8ztmMG4Ll9vViMm/vow+Q7ZjHvt17YPkdEiOSKVDjMCZbA7
2LthMsLDbjs6qeuvWKWX/wA7Jkj9SZTiy+TJ1z257eCH5HPOcfQ4PGc8ZJIscdvcRPBJa+6U
li9Uutb7cozNFk3Z8lHC2/V17OD8csrLQP7jDhAzjOPp4zgYOM8Z4z/A4zznIwtnOA8HnB5y
3sK1QNtZtjKRFWS/NJalm14V7NSJIjPKgM0hxZGGC1KW127u69k+XbAYflLMku57ZJvEhKby
KZa1SrtpU112KL8Bcsc9+Sc4HH3H6cnAxAQngHkc5anWtBq96t9UZXX5BbEFCvNK4YAGOJnZ
owixRBXEzd0QCJx4KAiblZPjN8wWvHDEjOfGH9uM8/Tg/TyPp55B8/4I+h+nGbfeziVI5GId
IIhOvanLObTGacbncxVgeGyJAxaMnI407OPSBfAJtRFHLMSTlTX2bh1esTXwAHtkwPsYZxyP
IzjyfGcDlXGIvAAGfL75M1C5a1lmpZ6n5RdldtfTefF1szZM8FCIbavPKOTkiyEa6T2JahKk
Jmw1wlyhWkWHX2RYpgnCTgGAZwc488ZxnGHDzg8YP35PPH084Qc3d9aVClXaVTbrVRPbSaCK
w6ld5NXST5FtHQMTnhjFWlZzG0OSheo4IdeMVvKwSOaWnaOGvvaseR7+i0km2rxJ/wCilybj
t4IPhePHA5Kg5xkMXIPAFzaVa8MCHYXbmnsTRJE9ZL8LWLGu3b1ns7+NUsXJ700umvxQVLoJ
fnrqZIzLY8BkIwRgMkK8auVYRzznnD5xf1EDjxnjOBnjCRnOcE5YswV0+S7VbtqjJLY0k7OZ
VdmhiKkyHyMUgmtDSlSSxGUkiDYyeQADrqqWzf1Lwt8RE5fYaavfFz4jcR6fw6YmP47RRP4H
W5Pzyo5wg4SeeDgRuEiJIAA2tkqL5D5o6XtKqoXZ6xzjKSkmvmjdi3b438YUKY0KfJdNWiyr
ERFqKpE0jDGQsADki8GMOJ6k/ZP3wDznI/SRzh+nGH9j5yxarVY7nyuMNfsSO8j9011tKdZx
YstIkkVdQ3DM80oRWdKddxW1cCpJGYJ0KFbCmOX7QK9p681mjBs61WWTX3qdqOzD9P8AOTf8
+3BClsFcAhFX9Fqm8r/+fsTNVqxVYfpsNH3eWrYV9P8AGVEgAUfsfkBjaszDmjGYqw4bDE3B
ZYslHJLhcSZwNddFmIDzasGFTf63OM4+vGcYc5wnN18jipGzbmtM9rpipZukoTmusFCossId
MC09QLZp03hkkSJcqokIjkLS2/QUlAjFk9l/ywHPxy7yuz1tfYV9JsLGpsghhzn7nJxy6Qc4
AAP6Pn6eqPk5+2XNkYjt7/aL4/WktOknMvXODnyq28U+q2Na/E9PtK1BuPwREIX2sbW5Wmhs
2kialK0tX6H6EZxnGEed5Wiq7KwjM8dFLOBKWtrX1++FWaV5IKkNnZWbMmmoGvWuVwhcEYvb
q4yW3OmJcYo7sSxUYQ2QTSwPrNoXa7JVEOklgepnGcDOBz/WZguTWwqW3cHZLYY0hDBTjsob
oY5xznzAEWYjJE/xs2LeA9RLIwkNh2yMEDeUixooyVP1keN3rhcoz1LLQGjNrTudfsKgloXq
6AFjO4r6bVVvdbAAWcdo7dYoDx1f9mVsFaN8clJOSxZSAAQaUxBhsLZh1AbW2I3DJ/YSyFA8
zMWfzLBA+bqs0tCnsWip01ZHhLtGCBm71RvLL8fLTahoIIJ9jAcNqFDcvIs1zbuFiFsJRZzV
AHP9C3SilcWqC58klllge3KI4leexdsvZm10EdeGfYMTWLSy2bkTh5TzLyGLpxM/BkLcgDHP
JYq2KArQbApI8wtQ6K4LFfOR9Sc5/pyIHWWJoxwzYq8ixIsUFhQuU1VzWld0RQRJsa0U9slk
rQpM16/o6abEKaxnllShGZ7teOW9toNnE39IqGG0nu6rYWt1s50nvzSCu5jNCLvYXhFeUk1q
4jhlhjbLcQEJAbCVTJEUJ34JJ5LEHvznIGQTR5TksUzptj+PYikV1+vA54/qEA5JWicNTIyR
B22OqicVbcsFulKDF8gsywCazJYu1AJKtizBSbca3aWlRS2PAtSI7YPPbeSB9WjNc/o8Y0MT
lq8XHzNoBOB401Yeu1MEaINisxHVQt5XSRiAJDyPf2Q9uxLNgBwc89SVBDLVeXpbSRotHfil
g/s7CAvYUeiYmTYa4AVt6ivFEpWxqLc08Gxgntwz05JV1NEQPb2cgwcAh5bFTVbUd1YMv9E8
4ec39gT7dFMktmeKpFVJdomLFE7s4aGK/bE9NuVBPIf7JGDcPwc7c4ArYOVPgssE0Y1VlrGa
i3HrNh/Kw/2TfseTm9uvDEa7wvQR1rb1gsaIWZbM9e3pLct6pZhhSTloIZLUzAhOfjluCGa3
AKlyh2/D+n7/AF8H9HIy3J6q85Jlp2Iq0sUFvYS2Io689fkmG1HHYe37axlKx139teMspkdi
pHDFQWJCtwGAYLnYcRv9lCRFs7Wme35w/s5Igw2FeOfIXLbC5ecSWbUVirWiTpbVePj0fOq/
HWA/KLZWKKirJVX47AJC0lj/ALV0QAiHBnH0GEDB+jf24a2tlk9stTUPKscKrDZrRQFGZmss
QYNiYte5WzZ15CNZZxZsRjsgAMg5Z1BzwGJAP+fINW0yzJJ7td/I1v7LzzmyEmvm3UjrfSST
taPaWnckgaw3Mmv2UtRLe7pzx3J2tWVDNnFgnWam1bajUjq1vpz9OfqfrfvV6Fex/Kb+5FTo
a1H3VNI337s9m0LCQkcWn7Oxd8gKx2b9YpascSQufZAkblpUCnk8kc4eOq8EdGQNyc1NpXg/
GT+0u1UtVn18quyOjabXnYX7XwpDHa0mwrLFqLUzUNYi2E+PUJW2NOHWvr2hd4kiUfp4+vjO
fpLQXY2XNPXQbeSW9a/EKF0COkROBjw7KzcOBWMMyCWWqK8fsyJRG4HTJ1JBXqvsHVgTnA6l
fMUay5GJa8XE39rvIBHYtxskPwzXsjDjJhyfUORr45gkKIPkNZ3mWzHXl0G6FiX9PAwjBh/d
5o4y8oWOLb1WO92VFDYtvMQGJVGd6bVojLDrbE0WjrzGXW2ICdZLKzV7MUUcUsMlqIMzRMYU
nRw8QCjkkp469cBBzXWxBZ2uvWWD8Bf7A/oGbuD2Qcd4vj7AVnbgTE9YY+qZ55lAI+S15I9z
8c7fyv0Oc8fU/thyWCOZL2quxHb277RtyCDxgncCEzFddSkuhNdItpNYFxI4o0kIIKAloYzJ
Yh89Ipcv6uMRJXc15QyEP9hfnDyApKt8cm9tD1wf2XOH6Xk713+yXRsFPHZghJz/AB54s00s
Zf8AjUlrNboKtNAc5+vnP2wsFDyRIG2lIGf5BBGdr8jt2ADLKDAWxImIpa1pmoaWLpPqDVeK
1Nr5/XHLEyPXmWU157luGES3UjUBeOwWeclq1mR0eWM4AeAp46EYFBbRX5a8/wCXP/ZEZxnG
Few3XFSeltSr05o54AOBxg8fTj6n6HCcDhmu7FK+T7KWy90xJGuyrV8nl2FxPwAjVa9cRxRx
5HGrMsIFSpZSxBJch90zQvFBVgptLdievNde7D+Uzy23lialcdFr2GVpL6JHKQZLMPriIGfa
G8FVABpP65v5RP7baayC9DFpa9WL41tlDf0fGTyCONLPqqW9inrgvx9paWyvxVNRWrRMB0uR
D3uEbK4LyUqqxSR3WjsbTYtr57F1pDVux2IJLk6Se12AbrLZVmyNUniPNaQuwL92hilVs2Sj
liGC8HI07MkSgQVjLJ1s/wBtOveEpbNf49rJZpQOBx+njD9CVUbjfVla1tbziprJ70kGqpVh
PeUlNkJTPaknl6Fx6ECJViMUcrxFyqncyy9YuwjrgwwbuPg1pw4uBVl9TSJEwBvRl0H/ADpS
8LQQGe7OkwWsxyQMuKCJDADkFdo5/Sv9sRzj62Ey1ay14v08gY0kaiTZ0Ihf+YQRE7Ta7Y/x
ytI1WJQSkcl66fZO5EMfcV6FcRosXAAHFl3WGhZM8OwgeaCYmasEZIop3MFif36hJygeYyZU
kE2GAK0yEwqOJIneOWFUNyxzHJXH/SkcvJCjyTAxdUeEj2P/AHzorrfg11dNnbp2XoaKWaKC
tDHGjRIZXgKS2UQj0DY3lKS1fVIKEn+tC5Fqc+xLUhWmRBsJ+WWWIxypIPZXEArBx+KFAxwS
gibmhO04mkMVuwBHYqMBZl+6xFWilsSpJWpRQEyaqCIXL9aRU1Eh/J9cP97a2NOqNh804Nu5
bvzUqVaqYXuTFXAWQv2hAB2M5sPChee3EFvxiNs16KyyMTltVVo5V9uwi4nJ7R7NCJYazPNX
ZmyCqWhBHcSBq8SO8jutezfEMlayQ0quVdWPOseIWd6R6KzgvpZIGOwQGCMiOf3p/dk8DebV
4Us2rEzhDI+t0ZZYqKRPEAolUqZ+EjrOsqCp2r0Uc2LtI2LEVA9ooRFD1y2o7+UtSOGsSMY6
uw5kkAYTdRHG0iNUA8RxFzHIaGWrL2bCk9JQTA/DKeGIB4tO80JcpiyRqNZfSxFsYfUfc39y
TwLN6ZEubGzNk2wVWL+2WnZrVY6EtyWT1hFHHU8EbcAQUFkMSJHJHFXSKCKNO6RAYSvpi4eO
4/DXZSs6SoLdzY+0h2Lnp+POY0R5WkKBmMQWLLNkztHXf0v1Y8n1FuAVIyZeYA85ifhkK8GM
sr341MHrT+5dkRdpuKoFu7JI7Su70NTLYEcdSkIyFUseFz/M6d1iUDEgdTF2IEPXLNpYWuzC
WetcDz7ab0yXfW1y5O3vqp2ktEI6Ozta7MnUkRKDJNKJM5XmOUR1R9pLDCvGF1Du6cRf7Hb9
wCwYjhLUvo7H+4ubCOvm33MtlrdzhAC+a3WcZav9EhMks0Q9UaDthAGAAZJlVWDgDlVUJMVW
OORbU6mWWRrMEN21bfYXLduPt4aRAYlZzI6DpgHYAgIFJJruqkAYCxwIMIVsROwIIfluIFPI
AJZ+DGvZT2A7J+gHn+z2Vk169q6Bksp7gGXKFdQ9+70cNPdnR4tYhlls2YXZFZy2RkYUBZE6
hGDN+Wj2NtbdpJIemCdYIxzHHAwiruxArxg5O3LKoDM3IEf2SqkcKIGawQqoOcUcH7QVKjC3
BCjAp5DdFB7YxwMeVPaP1n+2nnjgj2uxeZpJB1PaQ06TF7dmGghR5pqcYjWaGaSWtVWGM8Mf
BxeASS2GVmEztXqVo/xK9bwI2aMWklgErzCvdKoETvhHrjCEiGKV8FcmW1XhhCcuTB1ez+4P
BjBIPrGcg5+5JVSAOFR2KxksH5JRsRX69l/tZ5khj2uxMmWZy2OFC1KvJlmSlCze6SprxFCr
S5r6ZQyj7kTqDzyOwYcoIQzvOonk2IBydIwtpg0/V7E6xxBrI7OkDqi15LUyxMXEUiRVIwgj
hmkOu14LXT0nnPaRgcUcYeMUEY7cOSCUAEtaMR1oIzI+xqTULQPYBgh9qf2jyIi7fal2ntsx
kmHFWuJXCNDHIzudXRjjSzKshrV0U8+XYFjN1xJQBJOiEyHl5gmRsAl2VUdK7ulgpPcFOBU2
xSAVahkNqKVQKya6pUpk5djZ5kqcmdEji17kSTygyzSFpFPON2zlsDeG8sCeNdQlsxX2pwP8
Y1osN80r+Cw44UjnP//aAAgBAgIGPwBOX//aAAgBAwIGPwBOX//aAAgBAQEGPwBbxapmYBom
+79WtbZseNcwNKQk2nhWoYjgKn5LEcxf92tyggxxFGKAFydaIm4EmoYi16MCw0ki592gxGuo
of8AEUIN5JFC1xar3qNJr/CtPrqTYc69TiwnayELuBv1Vc31k60BeG7pnn4qbaJCm8xT4GMh
RIm8e7RMboEkfxLRExexPEVBv20FHHlwoEQABxNACKhundxHEVumOFBQdeBtQQmFOp7ahSCe
Jrp+siiONQTfSpIvwrhRA48aioiu018zaWFhA4CidS1zNSxIvUEdI4nifhpltESO33aLSARI
K8vdoFTx4igrSd2vKj6bJPy2Y7AZhfhagKg/XRdtFEmmxI0YszbQvEju9dIjAEwBUbRag77R
OhJt+1Xg+0UIJACyaI3G/wCujGlEAUon286IPA11KAx46UYYgcBNKoOlQKKJj2nnr+1TNO1i
YM1+axM8BTKbwSAakm/AVFayaKFwCsT7feqQwM8r0ZsaGvtrs5VlytJCiYFHKnT80Kydvgem
VwVI8J1FBTbaLHmK3JKkiGjQilfEx7ZvPmWg/FxccqIa4kweNSbWsK3QZXjUn9dAC8mIFFY2
EaUdxvbsNBryR+qrj2TUhRFALbnUcaLHXlUjUaVJMdleytaijaTwpdp2g5FDRxU0QLiBB0qP
rkdlWmOwcaAVSRwpnAhsZMxqaClSOJtUaDW9YlA3alj5YqRc1b66vebGhn9OpyS0tjGg+9WJ
MDphXIvWS0Oh8nU1Kk78kBA3afH1U7ZfUFMGE9AA3Akf1GyLX9df/p5KG6ekAQKLbRMW40F4
C9FtSRpwoHlqKKiSWuCRYUOY1NTuJnQNelI1BtyoR9dRFdZCyLTU60WNg3VRt7KE8aNx8xul
F4+81EEQeY4tRAO2/E7aVVf80g9LHcsDxNupMkySOr20YrLiHjUgfWKhuk432gHvCm2iSxJA
Io/MUgwSJtAFDM2T5eTJDAeECiyIHxAFldTuEDvUcBJG64mwB+9RyYCGbG0kC+vhoOLniBSu
bFrkD+Wr2oMBfjQCiJsaDAQAQCP4qAmARQturpx240d4sxsRw+Ko40f8Jq1+ytINA6TQ5DjV
rChH20zT1B12ga2NY8qoWLWYnpHxU7+r9Qu+Lbb7firZgVspBuwFjQy4/SlMUXEHcR92tmfD
3TZT0t9+gyY2U8YMiTXQoJY/YB3qVGW+SVn+KrVr9VeyrWo5XCyg7xGgpcisNm5bzFqZVYfM
DtvUnqmen6D2gf4VsFzoeyukxNXmRrRBBAJimBOsmrT2CoIIgSCaF7cqOM5BuGo41JO5vJxF
BpkGIHAVDAz4DQLmbSR7KgsProsDpYGP3aOR5Z5kTrUsRbiNKG3jc863a6QSKKRBQ/40avWd
EJALEzwv17af1DKGyMbFgLDzJQ9TnO5AIj20NuP5iAQgmFAFHcuyxkcqyqp6txC+ye6tFmtI
Ctjjs7zVuUyrndPDae/Q2gkDj2VOkaCr6cBRkFnNl7BXs1NBGBIAie2gVva1SLjlUm1aVP20
QDcmpcgDtobTukcBx8tbM/Sx4jSKg7gNN3CicTBgveA1/DTZfVttwposTI/01/7mSv8AbejU
4sM9GFBBgf6j0g9S8KILLq00C4VcnCdZ+GnTAvyUWIytf7q463OSmcCBkH8SUmDFLbllieLN
07qVciKTjQHOhMuXbuJt/wC3TeoEL6ZerEvGT/l1b7KnT21eioJWQQDyo48hLYbksxJBPh6a
/wBs3qVRSQbroB3VTbQOAsVFzkYbBPhbz5K/92v4aK7tqwDI1oiSWOhomBAsDUnj9VLtPGag
MCSDajfTWixuWFjW0zMVMb8k6+2iWiSNdSK2FhvC7jyFfIxSZO0E9v8AmUMnqmD5QpCpNj4u
7Qd8WP5XGRuaPCqU2BcJVCASR0/donGXR2Endf8AaraDuDDQXreuMxxAHD3d1MpDKeAbWsjR
Y7ZPM+arV20maDOQdZjp3Du16csLlQxi1MsWNrcKAnQ29lPAAEGf5ayZCNqMQRANh3afDJ+a
5G1p4eTqrA5NmA3Dh+GiASPZxFXN+VRxFdEFhw40F2kLNpk0MgG7YZI4UWUArxE3FA8TwF6u
NaA5a0OApsjXC6nWhkYwq3A5UQhAJFo/ir5jidJPGh1sxPetpQyoAqgKSBxbytWJElCGLta3
UPNSf7VBlz5NZ1iO8rU6uBOOBK/x0d7E47yDaWU9SLSJ6TKcIRg26Tp93+pSq7nIwF2PGvT+
oyOFOEwFMdc91KyeuUwmRIdZ8Qp85J2uxVFOiqnTuX/zKBmriuHsmgRQIME8K/JKgniRJH4q
J9TnGVeCx/F9BMwNomiQLgG550QeBiakD6zethF/1UHUEG9xzrKrAsZ0PZQJEHkKLxM6T/DR
YKJbut5fNQR7kiCdLCnZHPzNQT5fLWJ/lljMbhqfDTZck5FbR+zwpto77ESBPCtwXpYiSe2h
gQhljdfh5q2kNuBIiL7R3clRjO5YlSRNbP8A9p6cJl84HS1Pi9MyviLFkA7wB8D1ex5VP20m
BW6pll/hpFyEFVG1T7PC9L6RU+blyapMQvmasksh+YdypPdHkpgeljFq/wBsWAJNj2E+Ksnz
H+YUAICiAQ3iRmpMcWRQGA/D01vmf8R8VRFBmeY1Qa0SjQeR1oYvU490ixGtSixuvNQBrc10
W/VQnUcavV7jhRF+sgCtrTuYix0gd6htGxQRREghzaOQ8NA/XSiSg4z/AA0EzkELbfpp71BP
TjYRc5VN/e2PR+UAN0EnzGO89KLsZLGLi581AkUTjEvwBpM/qMm4oZVBpuPmrHgwIPl5pGXK
T3F8XR/3KVE6QgAUdgoki40oyCDyqw15UCTE6k0Av52Zj0qpsP8AzXoouIBgJJFwPhph8wyL
SF4133+w0QOQp24RcUQCYIuKJMjjFEkR26UpU2IrLeA2n11AE3iaB1OhH8tFDaeVzUm7TAJq
+niobO6NItaioPeF27e9RyAEZOEXD0pzjqtEjqHu0XYjdkXaOyOqpIUg62Bn8VMAAABAi1Bm
YqwBhdFBPceimHKVbGYZge9FDB6xQrNZXHP3q6Temy5Orc2vto4xMowsDz89P6uzZXsx1IXw
rRYfW3tpkRSziIIiZPir/cukY4hj2mtqm2kjU0WI3MdJ4UWwdO7VT3aKZQQw17R7tBsZvwix
r5b9LzAPOo5VfTlRn2VpVuNAWIo8RwFSdQwPsraCSZME61t3AlhIJOl6GNyVgySoo7WmO6Dr
NDKR3eHOlTH0quo7RTJN2W0c/DTtlbrxnZu5nwVtORXyNIKAS24UMeP0jsx0XQgU2bP0hu7j
iCvuvT5X7qDcfq8NP6vCzIUIbZd1A7u1UpX8wB5Vei60S3Sk69lHHhf5mVTKnt+Gg7RkFy6t
e07u9QGDEELHqJAH3V2189sWOX1YqNa/pJ+EUQNQBT/VP21aZ4trX/OoAvN6CSQvATFQONr0
ATJqcSjabFmHD4aJuW58KG/SLnto3EDiONC+tQsLOk0cZEDabrzFINCAJJpmcWQEEnh5mo7G
6VNyb/tUBhdSZB14A7qAyKwyES0CdvxUcuPdkDwwIHOpXEzQdeX4axpkbdkUQW5+XvV8nISB
INtZFZfmgfKHcYcb0z4H/Ly2Ajy+DY1OrEqXItFrfDQUwxcgAHkaT0+L8sAdcdvepdogJoeZ
976epQSNKZYbchgieNMrEwJE9vutRLFipWIFxVywAPEA1sQE2J3RaKAABHaagieFS5ioxKS3
M2rZnMByIjvD7tbvTn84RJPAebatDECr5AxkE0U2LhQW3AWgeXdS4LZWiWJEX9xlpsKps2qN
xJ0Joz+vU1tcEhtSP4aOH0oyDJkG4TdAT33o+nTGTk2hnzGD1E7Vxo1HKcpzI6iVm6Uzb4Rj
3DeKPp0bdlcjdHAd7a1MnpsQY5I620HvNS7zLx1Rz+l8eI7SeVB3DZGOoA8VFMOMYyRqTJ+9
W0OAZ1Ira7uQOCtH7G2u9l+2mIMG1/qplc8Na3DQnXsoFRrrXVIjThW0zbQ9lBB0iLHjFDau
5uZvQPAcK5EgzUOxgaVAOt78PdojG21EElo1Plpgx610BPLpoyJABMipc7i3dVbn8VP6YMRj
9TIv2mlwY8W9IhjMMT5qJON0IMwxt92iqtuDajko81DIxDY2MARHw1CKEHYKnWaJIkDjTMBo
LCkyOgYgn7RUbQqjspvVOBBtiTyjzVHGgP0P9zhMb+l4/ZyVGQEXj/qqVMAUXFhyOk0XZYyM
15of4UXYwFuafaC2RiWg94A+FaBaRuFh/NW6b1CnWb16fIVHU0MY1v4qNwFGlI+EhzthuUA1
nZ9XYA/V4acm1gb1Y8oFZG3b4UxP4ahzCIIAPPxNTNjYFx2/io4klshi4GlA+oPzczsFCzx8
O9a+Y67sr9IRYEnw48a03qc4OMt3V3TbybP6f6BVxqCJHbRyufmYSbbrbPioqmMODyE/vVOP
EmOelSRJArvp+EU6RoR/hTzeBrQ3XLfXQKDdOtSUEey/3aBMQRaTSG3KeNQbTqaEX28P4qaT
bhRXQLru/epgw24F8R8XwUVwjaCKbY8BWINZFU+Ez/4q+S/exGVLWM+JaXN6ZwfXYoYjQwPA
lAnvoAuThD+KiTYDnWX1AGyxN+VB2YnaYEcKbHlJK7gATePvVtXXjQUVkKiTFhT7nIJMmOmD
4ttbcZbPkXzMSg+OusjceQtQPAfotjcSrCCKWNFEfZU8KKCIiTPKsixENYdkUqPILcRSqDZm
BnWQKZwPFH2UDfnH8NbiIPKgZ+oUQ97zI1laDBguMiIamyYDjKsCCY6lB8tM2V+mdzTyHhoH
EvSYBBHClcYz8kXLnVvdVKzY8oIvtNtK3nIflGCVXifiqcKw5EBzcifLuoAKJ1YwN5r/AH2c
b8jiMeEcG/y6HqPWQ2TVU1XH7ifpNicBlYXBojGfkspjb4fjpQ2QQb27ferv/qrJAmSKTEli
+p4VjU3ItbSKIP20ZNrT20rkyYsOFKBELzpk1g7edAsYBGlbUPV4Rzr88QbEAa/eraOkLy0r
JlS4VSRTMWiTcG96bGRClWkeweGj8/pzkmCLFfLupyOllvjyAmDRf1LIMrXZUPU7ebZRK4ic
qmwJ6APPl3Uxy5CEe0Cyx5EowZvaRWRGXqndT48giNG7PD9DJMbuNFHzM6+UHaPh6a2Y1Cjj
Vtak6n9LfNheguS8iwHOhgsztI2Lc/erIMgTEhaRJJakYGZFjSupJ2dJphNixNuFAAiRoPbW
/I0KdSL3plyIxUXDGJn7lBgejLdeFRkUG9vZSwuxZuQf3qfcGfGbALqDXz/UqApHSknf8T0M
WJdqLoKPqExh0aCw5jxNQy//AK7IEm7hyNqmOrF1Vj9OMytkbXaJJmmzPOQ7pI85HdVW/wBK
jmyndlIgclHkT+wJW3zFIka1jlmU7bEXtPT01/UP2CnEHa0QQYOlSo3jQOxuBQLdYIvagXBU
E0yAQdRzJoG9tV4UAlt01lVj3T9dAzYcDT52EgdKNwHn20TwGlZDxCmKddGZWIohr3I26Vkc
gg7CB2z01jIENFzN6ONcpQGxIu33adx6hjkbxkS1/iajvyHIBop8R/1MtPi0SxUcPu0ygRt0
FMOa0QRaDRSepCQQdYqDoa3+nYkyTsJi596iPUEzwBMigPpEm50A1NfNeZOi+UfTjcQFJhj/
ADV81e8hB+7QdhuLSQT2+VqOyU3Xp1yP1JDITqfMlZRoNbcK/wBrigLG5mikQkPlynaAol58
7UBkwnOoJJA5ed6GZsLIpNwQFEjw0Vwgwvd5Cg+SQsa6x5q3IZXUEVs4m9ZP9u4cqZOBuXx0
WUbci2dORFHKglkF+ZHl3UIUj5hECb3oM6g+ocdTeIDyb6AAgDQfpAMSWOiqNx/ZoEgrPA6/
Q7BdzoCVHbFIuVPliLdInX3q1P2Cj7acsQFxiWPKguNWyDiwtRRkUY20JsY96pJnbaOz3amQ
JMgfzUMloHLhT7dGZtaDKpaLtGu3xV6fJ6aW9M42sOU/5m2rU0auQP10uMwAVj7azIRdSf1V
kAGoEwItNYwTqoIHKR3fo40WNwKyuw62BAYCYtWRGkFhBq5EAGOdEnQCaXOoJx5gJPL6SzWB
rf8AZUE3rathW7VjxP6DT4CG+ygVg7xBOunu0pI3EC08B7tRIkaxQ5dtZWkdJuOdumsvqHvj
ErJ4kmnyov5j6k6geRKDZWCjQT20NsG1o0NZcWUx6pPzMg1AVz0fKo4g4Yi6TWZMGQBVU/MQ
6Ce/8tkr043w7qWYcY95qf1LRLnXiyHutQOLpbLYjgafEb7gRW3IC0blAtbb4ur9MTk+WCbx
3m9xKjEgxoPE13Pmq9z9EG4OtYUdWkFrgArHvVqPwisjeUE1kRL4zIM2mPFQIi3EcqgRY66i
hjJ7okNpQbtP+NFyLsdBXzsx6JLFeJ8qLXzSBOQW7F8K02Mf0yZUcp7y074gC6KSAaKZTGXG
QxHZVr02RBtTKNwftPfSjkckSyg21vu6KUA6Af4VrUUQRIOtEMJRhA7KbHwYm/Ye7toKNNpJ
pzqdp/wrGjgiBpxHlqKNJhXvEyR2CgOQok35mpj660/QbGwkMDT4R0spMg6firYwgRBIvQIN
mqSZ/wDhWRUsGIBJHLq8NBRGX0zkzkA27Mg76NRGQy7ghca9/wCKi2Iq+dirshl3MHqWlwhT
jZR3NRbyvTrixh8uxiSeCr1UPUltmww86BqzqrAI7GCujCawYcjlMZVVaNSI6sVE4xuk2U+Q
dKLXpPVJIKuAwqRxEiv9xjPSQfmLy+H6C7GFW5NHIBGMmE5mPF+gGIBK6Hl+iz5RO0dImBur
h9gpo1cwPqoxBBJ0trV5HYedSpNo/wDC1AjUi1q3Mt5JE8jWNQCVkx+7tpcIAAyNfj3aAUgq
ogEdnTX+FOdTBgfVQ9Vic9akFdV1qFf5fbE0ytlORkIYTHD4axYEUbFyLBHb1Vyrka/51qaD
g3Fj7Kw5Ylx3r3j4aHqIgkQLfiolzpeBxos67Ax6R7tBDYxI7agGKbKxL5G1Y/u1BrYogca7
KQIAQZJB1MeWpOIpzJ/QORcajI7CSAP2q6l27YI0pQLEkSZv96kT025pO1mHPxpS+mxJLZwQ
WPhPdZkpMS22gSDrJFPkfGGyOIcm5ii+PEqs0boAo7ERMjmYUDcT8K0r+nBxttK5it+93v8A
1KyuCfk5BADa9PcybaELCE3PIebbSKSGyjIGYtYKkdykI0IEEUinRWDH6vozO2kW+8fox+iQ
Sct3OgCjw0EUQqiAB+guJJUzJPYP0SrCVOorSvkIQXBJM6CvkfKJ3GS40E/5tNj+X80NcNxH
363EsBxkcR4aN9yQSQDNvDUnqB7sX4eKiR3QSBwufLWJouvhoG/ffWx1+i8G9qTABCHESBwm
aKkAjjNbVAgzM8ZrLv0xtCj2Dp/f+i4qxgUNvCtjGC8k0juNxU7dvA+LqpBFiJ+2i+Q9KiSP
Z5qVlEAiwpMy642v8PioEaH6biuQoSNwUW/RQESCxt9VATtC6E6n4qTEk7nIkChjVQNoue09
6h81A5WwJ1E+WimLMuLIIAkwTHc3NRw+oC78Z2kgwT/3FpRiGzG5IRkUvlYDu978vFT5Xyth
L6BzLkH/AFGWi2ViykiCw/E9fLS4E3NAhNr8LcPNWZXsQ5k848NYTbuLYez6WbiYpsjaKJpv
V5+/lJKA6qnh/QKp3msOyfFW8nc5ET2fp+o9R6gB2DEKGuNaZ8npxjCDaMyMV3J71KB1Kq9B
vJHvs1DJkKjCzhThSSzqO+7NWJ/SmUyiSAx07u1magcYhCBY1kV9S0z7aTaC0MLDTXu1sBkE
lj7TWt63OQq8STSeqaWaHVEUagdzqapy5R6TGT/TUzkPxPQElgo7x1NZiBFhP11wmtJq61BW
KRYMgU6xMEGKUCwgW+qilsjkWHC1GAqjgQKM5BB4kA0MHqAoBsHFh+GpGh+kg8aIA0H6IyRP
yySfrFBPOYUn2+LbQyMA2YjvRoPdoA+Kwq3HjTZSPzNsAcGoMpHzFi2o3D4q+cILESBHSPMq
1jf1UuygEYEvfz5XoNjxDCqmwN2ZfcpnksEO0rx3DvLSlwRJBAmKGUIEuWc8WjupWFwYxY2C
5RHgPSj0CDINwfpGKxxrBb2+WoAgDT6SWYW1Aufw0V+W1tDx/DQBxsCb8NKA3wTwIIqf0Xx5
BCs17XknvUuQ9QI6Qe78e2gB9lZ9wBWbA+2lxJtQJjllFj9yoJ6EGlZck9RNh2+GlyOoZ00P
a1NtM7TBjgR4a/IUHJIA3afFS5PXZz6jJqMCjpnw/k1dIDCCOMUGwnY8W3GRW1yLm3Ij3aDj
GwLxJ4fiowZ2mD7a1rUVqKSDqL0xF9zCB9VD0eD+oV62HAR3aORwSNATremFwV0A0t5qO3pA
iTQDErxntoekyn81B0Hmo/QyGokTy/QzAx1DbftrG7wUS5Gvw1H1UFBngB2UBy40SSTPCvne
nAGfiDYN5af0GRG3TdYlV+Ct+ROrUTwpvlx8xxtQdvmo5jdnAieQ8VRxHCr0+F5KuTIHlpcZ
MhAAs6x9LMNXMn9DftG48alsaknjFELhUMv9MwdK/MAYagxwPhoLOx/KeP8A5b/TOgFzX9X9
R/lp8fqse/KhNxy+GhjxI7Oe6oFvxU/q0YY8KDZ8o3DR1b6+S/RkyXBOhP8Ap1kyINrIx2sL
np6e9RzIe8DIPB/K1YVxy2Rjfs8vTVh1wFAHFzWH079TuC+YnWW6lRaUIvyVewm7x5v+3RyZ
jOXIZk3MeHrq9udBHJSZIYGIFbMjD1HprQH4H3clZMmBgyGJxMeJ8lYzqXG5j7z9TV2UT9Aa
OGtKg13SfqFOH1DFieyseJPDJNFouNRTKwknSa3AafbSZEYIZuTf4umlhtzEaDnHioZACs8D
rRPKiw1Y3qYE8/pk2FFV5zzJgeWnynGQpUdTDVgfDWRckDIhNhyrvCeH1/oDMnS/E8xT/JO7
5Z2sORqcgARbAG8jxUFGgsKBbQiiLBReTSsDbjalYi54HWgOf9hDCRQGm24OtBSSygyBpH3q
CjQWH09xfsFepdSMYxktbxW6VWh6jCu85RJ36hvL00RuQA+ADprBuAxZnYnoNvcyUcMguneP
M1kx5AflsbgcG8O2mBgESEnWRQysPyPTTAPiyf8A+un9cUD5cjbcanQAdKPRy+oO/ITMcBXp
Tu6GJDLwqRoRb2GhJ0FHHkbbIkA6+7Wxn6AQBz/DSKDYKAPqFaV20AJHbQANoua+aLlFMds1
uSzA3PaKLxrp9VE6njQIuI150JAJGhHKg8XmI/loNlQo5MIRqSe6mygcvSSAAnICiTpFIq5N
j6jkfiqMqwfMO6akGR2fRr9VDEgM5DtLeQeNqXGghUEUcuNR8nKCWPaaDMTBbbbh5ak/1Fsw
P79bmqFIE6HjNbSJc6Cb/hpnTEELmWOkn3qAzAAGwKya2qbmg6iSup7KxiR8p7E+IfdpWUzp
F/w0qnUClHZRbjFhzpS3eIE/TJ/QtRJtHeXjUTr+hlz4gWDAwBcp5n3UEUHYSBtbSw6umtzY
huNgbx+Gi+cksbKkQFHg20DmWchHHQV8vYCHmZFdFo4nhFFcyhLwrDRxQVYAFXNYWF9jD9dK
Qd0dJ+qjiDqXMWa0CirgELoZoeu9QCxB/LXhbxtXZyrsq4qAAKdsJJY26dQPFW1Mm7IFh1a0
fdohhLSSI40VO469lCIA7RWwAmDoK6oRfEzGinp1+flGhF1n3abN6xwcydzGbAe9tq1bRxtQ
RhIAitqkxyJmrCK2yJ5VFDdeLmrXmrmDTsGhplfaKDkFWVduUHn4WrEgWRkMbuRos8KG8Ta/
tUMmME5V8Y4keWtucFHFidAa1kRTPjlSNNp/FQVG3obQ2omg2VS2D1B7y+E+LbWNQ+6GUChx
oDmKx4BNiJ9g/Mf6Jn9PetiNe0UWBibgdoobjJUXJ5UVV1ZhqAQfovp21vzohI4/+GgmzdjF
xbQ02ULBJF/dA6ca0IPsFBxJ2m9KyE74MmYP4aAFs+BgwQ+Ief8A9OgxEEi9czS7ojt50z4H
/JN3U3A96sefGDkZllyLW7tQqbJhQJBH4qw4+KqBevbXZVhVta2mCKPrvRHa+rqNCK2ZcElL
FwYFq+YwCgXJPKiMH5l77QeHvt0Vt9J6XaYvkYiI8VKvrMj5He640BII91UpGOD5SOLAjq+9
RJB+SIZiCZt3aRi3THU3P3qRcmRVHB5sT5K3Y2Djmpn6d5sVGtGBoaDDU61pRNM7taTA0+7R
iJNjFqTDhXdlyWUtovvtXzPUuc+bm3dHwJUACKJTXhW1tRqDpQjjIraem0gDSaOCzEXBPAz3
loYmBBwn/Dp6q7KXltNZMrCUVSFMcSf7J51XunsoYWysiObrz8lBmyfLPC/UT7qLX9TN+E0V
Z9xBtBobUgczekbMxJySFxr++9LnzdJZpUD9mtdKKnQiTOlF2NgYAWwgfFSOpME3jWKDq28t
3UHemizoccaVsDb0EGBwPd71BcS/MHb3R8VHL6l9xjur0qAKCQSoYkewGsaxEKLfSYGlCu2o
OmlNhmGysWA01pmC/MZVJRCYUt4d9FvUwDkuVEbUHkTbXyvA1iPirG3ylnCIxv4gKN4JMClV
hKOPtHxVtA2oIUjWtucD5ZMzyr5no/UnGJshJignqUGZZjcpoLi3fM4odRRINiKaQbGKHygG
PEVuDIo4CKY58gebAKIitmEkZFbdY8RQyPu+ZkMuWMm1NnYQD0458o8VTwrZvBeYIFCNG41l
zzBxqSD2+GsaFy4RSWMase9SugmDBJM07MQpAsPbTZXBOQsRPZ9G7khA+s1tXnJPt/sAg6sj
QAPbQnXjXSC029tFwPk48I3bjzWhmM5MziTke7X8v0ElAVm1v4qum2ONBQfyMR2meSHqrFhU
ABb7eFulajhRvu5W7KZHERr96gVBkfrHmp8mYbmSAgPCm2dJbpQUmXLJQC4PiNEIoX2Wp1xX
YiwpgRtKMbfX1LXst9H+FaX517PovalLqWCMGkagz3qUwCpH20ccwUgEaUmXJlCNwTVj8K0M
glRw3CldZVTIv5qRkMnCLnnNBhfcQLdg6qX0uO6iJA81QREDqkGipkg6GNKOTG5GVbhhqY6t
q1/ts42ZIuD4j5lpoMhrgcvouYJMCtPrp0mACIPto4WMFTrzWgANNKKIYN9x1inZhIAYgnUk
VjfJ0wL+yvkKYQSSAeA81O6TdDuPaRRdjckm/CKJMjEASvaF8S1j7ZP0H4f+f6Gk/oFjeKOR
tBJ/l+lpFiNaXLh2Y0Ish6iY96u6n/H3qfFiOx1YrsYxujyU7vK5Mg24R4mdvLRy5Ad7XYn9
2m1MdI+qjGi6dtKiaIZPZTg2JJJ94+Grm2nKadwOkmBW/L1kaKdBQWNo4DsqBwoWtwrMFIkk
sR7TX/Ou2o+j260dxgDjTOh6dxAB4gU2ONxYa8b96lw4yfmY0G4Ecver5eXdkyMxkhSZY9e3
pr5uX01x3Q5/hpvTYvTY09Osbcvhj3Uo43bcx0ZRtj7tYvTI5+bkIWBqQPE1JvEZdhcDmV7y
18wgwssSeZ7tGdBqTpPioZsZjG/EabqmLgzPb7tJ6lZV1IYlbAgeJtten9Riurgb/sq3UedM
psUMiKDaSL+2gU1dftIocmkPRXEJcjXkKltXJUjjNYyQAxgsfb4aKhwFBhVnn4ad925nGg/a
7tZMjAgOYUdnioqlt1h/FW/mdo49NJFhFh9BbmI/sNopmY3NvpBJgA3oY8RnYBMfRkzPjKKr
lkycJJ6WVqx5vVZAceMyobqPV3q2L1MBZR/FRaLm5+uiwltovGtb2kM5J7Pd7tfMcEB7rpw8
tFdRMzSTcsSSKvXE8qmPZQNeoZtAsk8ieqgyCQdDU1IqfoKLcudoOtzSrosCKGXASASFyD91
qIa2NzBkX2mg8A+JT2xTDBiVFWwbITf4VWh88r8z3dKDs23GvU5P7tN6thGFDCk6bV7tZWYi
42qOzu9NZckyWbah7B4lpfR4zLMPzDPPupS4HFtg+2mxuIKmLfs9VSNeF+Hlp/SAno6sYngf
C1NibXUGg170U4G4/irBkUSF6SeV6IUEKqsGbzPWIrY7l3fV3t1FVElnUAm96O0giII0/DSY
nAXutvYSTR+Q25BZYNyPeVaVMuMZRq7KdKlAdqWVfM7nZtpsWS+4kY+QvtpVPAD+yka6ClB1
Nz7T9LIsdoNO0AEmLa2+j/bqNq4iZE2JpwDAdrH2Dq21e44mtLTFuyv9vjNlM5DzI8FFSb6g
GgQAmJTodaYEBTMCOIFYgL2kVuKluBjhXcsRpN6DoZA1HI0SxjiTT7nCY3A9sr0t3aC4wSq6
CoCbee61QwINQDM6Co58TSkARjXd95umgdDoaIc9BsVNw0+7S5cHVjbTzKw89IWM5MXQ/tFd
tTFD0KH8zJG4jgs92kGQymPqcAcaQY5OR2LMDw8iItB2IAC7gO0d6jkcyS0zQychr2+GnmSD
E0ALGkfQP0tyB8NJmTTRhpHhajF5FjSsTER/1VsYACZB9lPGrnqNMQJKtF7WmsGLUu4sOzy0
EAm8XPGkRQLKL8zSLMu5GmovXy0NxqR+7SrwHUT7/hoDQIqgdp79LPIf2XIDjUfTv1Ci45j3
6ylwAN52xy+jKp1LtYa60iKbqL+2gqmTxoLis+SQG4j36+Y/ea+7jUiS320w4uDb2UEUfmK1
mPC/UtIrGxAAi+grEV3N6eD8xdp18NApO4+G4oZELIQZN7GtgO1LliNfhpZBIRjIUSxE1Iwu
o4EgUJWB21ED7KlQJFSxmtxuXfTsA6anARuHmoYvULJiVyD916bG474IINOGDMqEghdD8SUf
kY1ROBa7GtofczHiYj4Kyet9Yfn+oYggHRb91K2kyXMsJ4TSIqHcyWb3T1s1Jh0IWTHBR3Fo
MJlxN6faYAIsbCoLSTcntq81tQwouSbdQoJAjOIPY69LJ/6lAcRUnhp7aB1J07KBJvNOGsNY
7R1V6QEFuswB2DdRGVekNeNbHdtp5G0GSJ/YpQ8qFAA5yKKKCCIbsv71S5EC45mt6mxMAdo7
1D2CiOdbGvBj+0IYC4MGbUuI/wBVgWOvA7foz+ryY92BHcXvN6Jkrx2k0XxoTtERMAmipiEA
6eAHloE2Cj6qABg8fZQESNLdtO5x7gBZTa80AsIRaIk+736XEYLMYAiAfw1uywJEkLYUKIPE
UfmAFAZDc/KtX0qdavrwr8vaT2zQDoO0g0oPFrUWJgASTRGNAALwTf3tlQCVeO6ePw1lkk7i
GNuBoLkIXGx40Pl4yhIux6ljw9dY8SNCzDNzjy1sxAhJiSOCd9qZmMTIUdgqWY7jomsgeaiC
Swi4Nh8K1jDC+QkoPh726txvegFF+RqSZJoSZE7gTwPlqGvuErFbYg86MD7a3MbDhTljKuYU
cq9JodrMwH1VlKmPzGP1A18s9MiCwo44AMd7jIoZMNwYVragUnp062JBJ5EeGsOy7hrnhSk6
kCoosujaHlQ3aix/sZFEUAb7ayAmURdqwfoKIoUSSYtJnvNUjpPEijLGwLX0inykEFiSB2UA
dIoAQBR4hRXEs0wfZRLG/Gsbr4Wm9r0rgbVcAL2x3qIFjpRMWHEVJA7I+jWi2Q7VW80cjAfm
f0x5U96rmSaE2M2raeOv8VHJhk8hxFbjO4ceM1uZJdRBY6xQbIOg6xY2oqu4gAHHjPdYHzUm
TONuxCdkSFJPRR9VkScmUlVBI7pP9SgSJtz5+KsYB7wkRqKk3vJtwFen2XgmTynbSgAHIyyW
PCiziTrfSmAMgG3KgO2QTr+zRyJ3sYkE6e9SPN2EmhSLJAUFo4T71AAWktbmTSBhZcbsTwFF
5uxZo+uoU92SSOwUDumdaF4GhFKdgBYm41n4qLRfcNfbQHZ9E8QavqP7G1E0SSQONZXwASVE
GOPirh9grIoBDhiJAmwrqeBOp4in2vuVVAIobRc8ptFKWtN62g6W+vzUSbqbTzoEgcxRycGv
ApQZ7AeHxV6fgSTx4RURrev+ddgrS9AcOdAGNo17T5aLnQWArtpAeJ+u1btTR+UduRbinw5n
2PMAsLfDUq6svIG8V8t1ie6Y4fFSu/UFiRPClIH/APWCX7Wbu0MS9SYIAGkD3Vok6BdKQCST
/hTSfqoP496gEHwnvVJGkAfVTyeH/C0UAhWEkGgAbU2NiIYEVtJupi9dlCFlnEA0Fm5/xrOx
EDHgY/bW5VExryp2B7oO4fs0V4DSoOo40sxYmK2m4sTH4qHsrtoqdDRAPTw/siRXXMkn7D5a
IY7jeR4q7jfaKcDpJJFhwrapgTpTAkk5DAUan3qDiVyRP21seZAuTcTRvtAvRUXgzJt+GgT1
HnUhRPCKAkgxEmvTDUEmPsoRb6JiB9FqGNSCRcjl71AD66Mi/CkQGWAv2UADpqKn/CspWVvY
AyfxUmVJsIJBgyKEqXKXjjRJHYfbT4Mr3S6zy8tZczAbnYwBypibAi3H4qTdcTAIt+KvmKIE
w3toKpj5gkAnxeagpNwI7Pu0+0kxeKLgCQIBNZGdiZPHgPLQY6Nx4CmK2W9u0VYVuOqCwqRc
AV61hwwBR7DRE8OdZjqGFiNdaKkQOVG09lKItBtW0WOl6HD9A/2JjXhSKO8bg0cjGSSNa0H2
GsgiwJFFzbjNf7v1BC4sZhAf4aA9Opc6Ekfu0gykYsfHXX4VoFelW56/FQsroBeKDGF7KJ1P
EjlQPDhNYNvhBJFWMdlXrWgOFFmO0DjWT1eWRu6UHu0WYRyo5GueApsjEbgYYDUfdoZcZlfL
2+/QZCLnhwpkJ4yD7eqnxITJG4DST7tElWk6zpUlT8vUHS9b2HXB2nk3w0xPUZ05nxUBJB7d
BWMMZjUDzUymNrjuxb4qRQ0EHiNJ96tqjjBPCsyLq6kH7KKgdgNFmtJ+00VBhV8I/io4wdob
nzplAhtJ4xXMRQAH1166DEhFb2E92nAF9utFZN1Jip5ijzpWMwBetz93geygUcNu0g1P9hH6
ApNqEmDHZ5qExMg14ftrKqrPWRS41EbjDcYFBPUOEw49AOIrZ6PHvPF9fw18zPfjBF627rcf
/FRCuDusIvRBv+qiCZgwB2UEWVg3mkB1CEi3OjNzVq51rekDSUUyw5nw0BzMAdgoc+NTBASw
HAz4qORQUXJrOlqkncrD6jVurG3/ADp2EkwNh7e9WPN3VB2k1uI3LrC0dpDo0StDPgB2eJB1
EHzV0kjjFbmMk6TbTz0iyQCZty8VA/YKNoFBVILt4uQpyLQII46eGgDJAP2UjAdVif5qgWJG
vZR2yWWTOmlJk5iYpjYHjQYGvVwY3OguSJishPK/2UBcbgYqCbVA46/XVyNK2HEH14xSBrHL
O1AZAnxb62GAR4jQZnkctKV1MhhUSP0YHDWKM8NBV9PpBUSFuRpXVbt4Cu//AIVnVQO+1zRL
G0RyqHdkA0K8Z8LrSqq7VAEdpNEHpk6j92rMfYaEmADNuVMvDUGmge320CwkzMDjWO0Fkb9R
oxrUjWr1ar8ax44mbx7KEkzxmknSCDUKJ4gVtygqhsLaT5aAgPgY3I/erE2MQs2P7NFRIIuw
Gh8VHFk747pOhFHN6NiGN2QnpNHDnHy8wMEGwNHNjMIRcDh7y0bgRY8YrcLvtJMaVK3OsaUJ
EbhN6LRx1qAdL/WfDSg90Hcxvwp1AkbTFHcJH/HdpVYiC0EDtoCRbT2d6r3rSRWUEgbsvHlF
ZBc2ET7KAIHEDsomZi9bje32URNxx40JJk1gyjh0z9e6g6CHjiPEKKrtEGDb+agHaEFtizSl
QwcGCWBFAJfmFoPkQ6xMnd96lVkb5psRFvxVuK34AU7K4TJEgngaZDk+YgNmIt8VDa6hRew/
mq7m/EQAKlnJUg8OIoLlQHMUkFTa/wDT3rTPlcwT3QdD8Nd8/qr1F462ifbXSbHh20qAhX1A
/ipd8uw0PtrSaAg348qJ1PCmBJQi4H8NEoQ6aSLX8S0268GABb8NYvkKEMbZPUdOt6jUxBJ5
/RcWox9Vcq3A8lH1nqqZBHKhF7XHKpjW0UVyJ9YroEKeEzWLAlhKgCOPipsWVgGUArki8ju7
63KOpGv9XhognYxOjVPdeZDi9HDnfdgcFRk4A92mxrzv20DiIBghhNz8NSAZGo/6a2hTI40V
Uhgpg+2sagWPHnFAsNrPc04GsEW4feqB1BrnsFYjcKYM6ca3oCzRYczXSrCNYWKK5VO033Gm
WLHIWD62pieQMUFOu4j7aImQJmiQTe4mu0j/AAp8uTQR7b10DdMMIt726thMlRP21vaQW8tq
3R4gGM8KgSZEak/DW3tg9lbWuRpNRodLXrZ80LNwtpotgy7wblH7e9tamw+oxbX1B9nxUGxt
tyEXU3k+bqq/UvNaCkdJ71puaViSyOo2lhF06dtEjpE2rj9v/TWcCxORr0IMdtMCYGMRPIVv
iV7qT4oPeoZcsKCY28b1wEc6UC4JAAFJkUjY4gk2M+6tFWviyRM6T5qdD0wxIU8u9QVQNwFy
BqT5qtUswXtNdLzwtUjQ6GgW040uUEtvyMANBC0CNRwpyuggH21J4acppgATxPYfEtAkXOho
E3E/VPd6aKsAymxmjkwEqxuEGjD/ADG/9OgUMMTAE3qJL4xYqepfxVsZIPEMOP3qd8YIxgSA
OJ8tH1D2L2ReQrdJ7Ow0TxI1504iceRdw5BxWFm7qAyBzNbVMDSPZTg2EGt24iRAJ1H3aTIW
0tPL3qUEh8ggieK+Gt8qgJkITwr8xVVY1BvPw18tgZ3GTadfFTtobCOUeWlU2BcXJphxJtRn
lpWtSJADCe2/TSFhBWVJ/d20ZkEwDFCdJsRTKouBImsWRDCzLE8fcr/TyMAwnQ0T9poEAxpN
K7yChgtNwDXzMWdmxkTtNbPVYlcabtDTJiyBMgMoDqfvVsyoXQcTEx8VW6edI6iTjbUWO01J
+qb/AIa79eo4j5jfbQPetYfxV8tJJyNtIGsT1UmP08L8sQRxNBM67gQJB1tRjEGPb1VtCKvY
ABatjAGRA7GpsGYQyyJ4+61A5Au4EKzjiD/SbdRCncPbSnC8JEbQYM+9QdmBdtSWm/w0FLKy
jSFoPkARDaQL/hpflMeuQSdbe7XpF4lmJvpJozrGlMCeO4nTj4qFyw0sKAwoZNhu4/hoHKFV
eQmadgQceKSeEE0V+YpK3aDIA95qBxA7cRIBPikbej/t1vQQDqORoDaCpub8vdr5mMyOJbWf
LtolbnhShoMcuVGxjhUx9XbXzDYDWaG3GCg0vc0fVN+Wi6htZHhqV6MAPSOLfHQ4HQE1NySK
+UBDIBJ4Wq5l5IAF4956VyLG5rINeo3PGaIi+7U+yhltuBVp9lDIpHUoMmtx1FDbF9fZWbmB
uH1Gnxkd0ggGiAQDH/C0VJPaKCEGY6jBimR2CkTtPsP5dARBB18VFHvkQ68Y81AnWdKKxIYf
rNAZRuKEqQedXxgmsiMDYygnQVb2ACo1is+25CTETpW8mw1E1/8AI16gtp8xhAowYm1+VZfW
sIVJVbeI+Fa/3BMM7EmKgmSbz2UYt7aFEi45cJr/AHar1C2QDj79ZFUyd248+nw1mx7hicZN
29tNp7ydVb8vqC4U2CwLfdohFAXWWJYmvmMFUC2418lVOYsQNopVQbREsKSDI3SPspl03Aj7
ae5dQYnUVJTTXgSKkYeoacSKOYmAFJHC9ZRifb/uLZD4o8WyujIVGTW/E+et2RxkMbVUCAJ8
VMp61Js40jytQAPsH8tQh2sbc6X5sDIbxrQkmWvyj3aiu3nRxi23gefmoNkI2gy1u8B4VoYi
Nvp8ckY+fl318vENp0B1Aioa57eVey0RrWVhYAGG7fhWo1JJ1Os95qXFpAiKZ2UrvunCR7lb
ja+tLe0X46GsDA7oXaT7KAAtxFMQQz6bRczTBWK4zbb2eLfWWBuESW/lqQb86AEEnVoE0+OZ
CmZHI1lDANZSCeE0uVFjwtHGO61LkmADDjnSkRtcSCNaFwOUcPirW2X7A48VTMHjWMnxiD9V
XFfrrJqEOM43ExqOh1oi5I0H830eoE3+YSf+mhutF78ax+kDflu24KBSYhYLa3OgTblVrf8A
wqImKXCnUSersr5a8bmOysiRLideJPdrqQKGAPaT71FxlIHAUWB3HgCZoqsmdFXSi2dvmeqI
7g4ffou3SJ0F6gnqMwO007aE2BHb0181mKqptHM+Gl/NILcDB/aoEj6zF6yFeCzEfs0gkAMb
mOXmpWNgYgLwqTprRUAEHgRVl27rkqNK2t3eBj8FM20soIEdpoAi8XqY140KCz4Zsf3qAX2H
nPmo4MUl28UfxVLEzE2oyI9tzQgyBT5AbkEC0RPw189z2qOfv0iCzv8A8qwBohUA+00qkQBr
FIVOsijfuNYDhNKqGCBefw0S8lCZHbWgldB2VuxdBcQTwikGZ2Im4JkfhqFExehazr/h7tOA
bbRbhRRtW0PKKKOIAOutHGTJx6TOhohUECtOOkV1YiSBwNY8j4gpUwoPE+XdQLIqgdpJrW/G
hmUTvAVh+43TRJABAiDNamvVA+c6UOAGlNnJBKrtUDhXvHSsdoO0W7foOD0TA5Gs78vcX/uU
c+eQ76BtY81DGjQ5MSNI8VbpkKddfvUu65i00NKXBj+s8zQweiDEtAyZRp7+3JTDI/zGU9TC
8k0WFwLj+SlJttBIA4n3KQsYUGSCLmKZsoKmB8tJGnmyUHUWNDcZAAjnWYrrtvQLgnM92OgA
8NBRcAWM1p7KK2mhJmDIon1AlUEyLS3gVabNlIPzOpF12j36iwHbXOi7GFUSafKB3mJg6/eo
NOmlrUzFScg1Y929GW9q8h7tEWHIa/DSlZVuNDFlcDCg3Ht9yj8sBVNlm9J8xwzKYAiwk0Fy
RvCrKrpQ82sChvbepeQp8JNZvTnuPBQ9tEeWAQddaJI6tJFBrg6D66IuQBqdKVjJAP2DzbaV
lZt5s06e7WNyfFBk8DRy7xDAAEERSYt4JYG9rfE1Od0gMb6/CtZBeSRoZWoGv+NGZ7OdQTA7
aEMJVgY428VCXUcril4q5if3ayY1JDxuUrrI6ttbWMXv7a4/qr1RFjvImgCfqpsc964AoEiw
1FOjzuLWFyI+Kv8Aa4CG9XltGu1T4qHqPVj5mY9QU6L7zVPAa/VTMLqGMczfvU0qVMEg0FJu
ggHsrZJn/lRTJjAxv3X8QNDC6hsVwW0aKJBgOx714HgrEqiegl2AtLd3dXzUaACNKxogjEkf
MIgmaxIwDBbFz3oo/IO5uCn+GnEFXUy4PCKCgnaZntnzVGY7GEQeBFSDIJiRUQYHEVuDFtxj
aRpRiTOpHCk9OBMENk/goIQIi9AG4GlHlRxBtsDcfe91qO4TaYGlBQsg8qGJTBGtawaNwSTI
PtoW+wfw1jKwd6kk+yjAM2kcjSWkKdae0EQAecCk2Dc5MW5R5qGwxEH6x3qX5LQ0yG/hp3yH
dkIuTzoFiI1FXvxE3qV7pOlAkaf8vFSpvKkWgWoneXb/AJfE1AkFgvAmsbKiqpJDTxHkoBVG
M6yoi47tK2aHwvMkdlB0aVa4NHbMca6gSTpe1M4BLAWvSlcaywF4miqWKwwPs8NLOrCQKddE
Y7kM8G661rL6jCBkXK26PEs0yZUIKmIIval2xI4mgmJdzNxFKhMso1GtN671ROT1DMWWbhfJ
XPtrIqn8xhsA+KotJtf+GjrJUT7aKyReiQRA1JrYxV5FxY0MmMkrkMbTcLSqsksQNOdbSJZg
q/ZQwKpJJ04zWHFtAyvG48d3eb6DWZ3NypJA93vUQZUHQULSZ51tcSgMMP4qJW4PA8KuInj2
0zCZBgCLFv8ALWtzr+dk6ie0+GmxsYypMqeVSD9VRFuBo4gLILkc6CqL850pdihT4jzoRaRe
dJq4k0eABkUpAk8qVZ2nYLcvEtADnf8AmpQwMMYAHtrMCd14HYKwrx6rcpHeoEGN17ihpa4g
cvFUiwGn81az+ql5nkLTW08OINq2iCTMgcPvUV4g3Hs8K0PlsFnUG9ELkAngKG9g6qwNtZoF
4I5gHTy0yCzDqU9o8ND07SIkgHnQYze32USJkGIEUVtcTW0i6k0AR9VYQBZiRH1U+a5QBRPZ
FaH7aJ4cqbMizmx3EakeJaHqPUAfK2wqkXnzUzYlCs/eI4x9BVcgYrYibg0zFgAOdESPl42O
2PFfvtQMfXTDspryaKpj+ZvkEcqDBGU6g3EGlxOCFW5JMyRSIosSGLew1hCE7hrGl6X1h6hB
1v1eGnt0enG0fG3frfPUx2jsPmpyzbjuJB7DWVmO1MbXHNHP5lQSSoYj7D0//wAdKO8vE8a3
E6C4HHy1xBEAR+9XWIHOjkZTkYEnGs6sBQGdt+RrmPD7lHNiEuhkHmKGRQCdGXkaLETF4rLl
AkOxIJPbTggFv+Omg14IvyoAiBzGlSeevKjwjSO2gCeq0gnUU8gnaQBx0FdRlePP3aRbE624
RWdwYAa/bSkjqBieA96tveEkD20HCnboG5U1xANfV9tbZiOPb7tXJnU1t0HEESfu07eHvBuF
jQbUnQ06EdI/XTEaiD9lLuMAC4HCKhcg7BTeoxE7QZkd33loW4UeG4THs8VHjwnhT42JAJ6i
e2u/vbksmsT4sTAK3ea0zWZ2UDJt4GYAO6tf1j+Wjxmgjx12A5x3qCqIUaAUa+QmNsWG8FAS
XHvulDIx+UDd2a0e8i0FHqGyeoy9Kw1o8fdaobib1tUyJtPKmAU8JI4USpm09tMExLE2JNMx
CrfqI6iPeosG1NyLUqglTMAqdRRxMZYxck/vUyBulTO2ZDTRznvZmLGuBxYgJE33Gkz4lF1b
fPPwbaGXJLM46p4/FT4yIyaqR2UIswMN9XvV02dR1CgwImb0ADJGo/6abKdUJge3qox3hE9h
PVW0kTrFDNjsGs6jQ+/TDERvYGCdATRV9Q3V7fu0XIIYnWioawuRUA3i01JOouf3tq17RY6z
8VQ3hEzxNM47hYif4qMGQONzQZZLKCSdP3qykg9ZOkc+71VmRjLA7o5AeGmdFO1SZIGk0cUl
g1yKO4Am3/G6jYEDU1B4jUCWv71EggHj9dATf2iskRALUASTBu0UdpG1h/wtNI4Gi7MWubGw
/DVtqiYEAT+KsmNuodtEsDA5XpHxCACQCwiZFAZMwCm8JWNj1qxht3GgERV5QIoA3rKrzDIb
j2VqfsowYNKraY0/aemVGAyJYiRf3lonLmRY1BYfu0V9OjZmHHuLRx7gmOCdg6ECjvfNeiN0
ovSp4W722tb8+NC+mvbWULtLEi3MUyhduQ8qYnIyzqAaKoSFa5BvVyJJmRoR5lo8o1/6aUp1
Ai4gCiMGJsjRPTJt3a+V6jFGLIAQR4G8rLWxFhZDO3Nj0otIsdEXBNiDQG2ALWouxC7eJoeq
wjccdzAMstB0aAPt+HbRx5Gs15plmAe6eNZPlkK8bp4W6qxNkO5iu5j7eqmz/wCoekckHStd
VhBJPCPFT4GPfY7WPIH8vbQ9STtfGbgcQfFQ2lWXs4fFU436xqLkRR3EAzBFCVN+MaeWiHMi
dbUyoOtlt2UyBWCk6xCiO91Vu3QFNkOoHv0XaLg8adyIUsdNPv0VggNIJjQGh6YgY2kwrasP
PWXLjAh1IddIMd5GoNcgaA8aJIi9xr96gQCx05fiat2nOOfloEiY+0UxiN5MW7NtZFm6m88K
Uodm8GSOYpQSuZYvPSay4yCIMkHh7tSLA8qyodAZH8VEzajx2ww+o0HERb23rcbFCCONYnwZ
CSBDIND8VTjxxjFmZj+4q0RYqbGRWn+NTWeSQA+0Rfu+7XzcTHG3mFq35SdzX3EzP3aG32Wp
/U5OgMIRB3iT4mohgRsG4zpTNMcQQLUWaIItNTaGgR20CYhuPKi/+4CyZA4VDKMpmzpZh96k
BTbIjXy+KvyrkRalb1ZGXIQDt0QV0oqwIsALeWlDEAsbA8afGpCZkcSp8qnd8ygq222IoTPt
rqAIPMUfCni5UEU7kzHdj+s0iu39RZUihcgzrxo42brUbGHZRkABZWB5VoMo2hZXbyig+BhI
JGvBhtasefF1ZMIDSviHjSk9VhY7QNuUHRT76UHUbkJ6uXvUcm7cxAA5281TAJtGp1rQ7jzq
GgAHWsrq4BHSqxdjFf7dxII6jyJqcIJK94k22juslE5vU/KZQGUKCSR71f7rCC+HIu07uDqP
6lbyLHvNpNDKvRmTuuOa92sqZFjNjBDA/vbaCg84AFHdMUNoIGlG0TzoAXgn6/hWlVSFbESD
M3Hep1sXcFgDMEUrZFG1TPTe1QMTNoARx96i2xkXIoBBGrUCsqo4gwaR2PToSdL+avmCBJgA
c6YxLgEx/DWxMYWLFm1/DTZMz7iomPZTenyDczqGxsdbjy0UfpSYcc/foFbg3H11/wDOjf2C
nfTqaeFAASAJJ41JgKBqxtX55ZiuhA6J83VQONkOJIETct8NZJIUuL/+KkbUub9n3aCse2dS
JoMtwLg1ieDtgT/NXSghpYmLUSoMqJETHmpd3UbwDoJrNkyAFABA7a/MYKFFBURmY6TYUQpC
gmRbu7e7toZixZ5AYEzI8VK6gqGuCK2ld/atbihQC49lKWJcGJB0IrBmCwuJoA4/dpBEkYwB
9fipcqsNx7wnSizdQYbSv8VZdgiS09kinQE7QdOMijjIBk9PEighPTw57T4WqApbH6iUdeEE
d6ijgHA0mCLFfD/6lNlwndjm6g3g1vAM6EcqBi0X+uog20NBBMqCSeHu1LSTxooghWOnCDRD
LJiFnlWPCovJ2qNI7vVSnGZKm4HOlULtgAx2+KsuVQBk2xNGZBMzyrWQL1uJvxEHWiYFr3vP
w1JN7a6/ep1zEjG4gsvhpHxuPUY0mCe+Ae9W/EejKIM6qfK9AEiU6WFDIP8ALhu33qOPOnS3
ddeXgavl5TM3WeY7lZcLQoxuCCPNNAxrxHGjJkHqvwPir3TYg8aT1GLpOIwSOA8ND1GNf/7G
K2ROJUeOjicjdj7sa7a400cNPbWSTJDE3/mr8syRqKRsevsmx9yg3q/T4w3AwVePu07emhCg
vB4eVqG4XYxPExQ9RtIRb2N4PjZKO+5HHt+JaCsZHIU2LdOQGYPlj3aXdcXMcqLmSWlZH71K
JIKEiTxWmxhyEyf41uY7jwNNnUBWQA2/DuoLHVpPH9qt0zI0o4chugBXnB71FH6RwNEMYB1m
hjUCeLHh5a+UxlluJ0t7tK7d0gKPbNTB2gjdB1owNs2F/wCKvku0nIY32v5FalYMVV9eN/dp
SknbB3ASK2sksRwtUbRPPWjiPeU9LHhRw5LEE3OhH3agjaragWogGwEyONRjNuA+vvVlcXmA
T2j6BusRxFIqrYzJ42rai9GKxirG9mPtpG4MAZNZVyArjFwTbd8FPjB3hTA/lqWBgzf+GgwE
c5sKECIEgcJ81e22l6HPQg6FfLurchgY9YNfLdBtJkkfxUXxaZVLLxHmqMmMmeMwTPxUcXqA
FAMqT/NQPpMoZANwJN5Hg3VlD2LSD2maC8FJE0TBhRMUCBPEDnRVsaYUaxB62I+CvlktB7xB
7yHvbaxZ8Ut6XJa1yAfFmrhRFZsKiSWt2DxUEYSG0YWma/3HqALdxf4qAbIyjktrUxxkmbkO
TBPh7lA5RLFpkGRPu0AIMCCp7PdqVhHUHbAgH46KZlZWNkI7pjyUmfDYwQVN7nxUDjUAg9fa
I8NHC6bm1hhu/ErUvqsWP5WUvtcKeEd7ZRBkbTJPbSjWAL1kDLIBiDxU96heMbg7Oe33qMMT
t/woHGQOBLcqLO4G7iL0Gd2ci1MgHTqKTKtiup7KY2lYZTx96lxsxxox6miQPirJlVN+ADcm
Rbgj3axN8plBI2sBfWg72ZRJH71K3OtxAY84vWXEygrqOd6VsYA3GOVPgzP+WDuRtSjMN22o
VZKCSVHhHm3UFsALsOP3aPy8crMk9nxVBAkmTXUb8BRGOx50m65UQZ505Ai5B7KJsoOgHZ4q
RRcgRPaKg2KqRA00qYtkEr9R20JF51/eocgYPCatw5XFCRJFXmTcRSK0bN0N9fu0pcfM9NkE
434MO9t/8ykyoLKAdvIHyVuYAhhYa10llfUDh+Gi+LJuEyQp2mPdWk3AlySDPD4qdZlg0mur
Ui9C/ckMAdNtMMbgOOBsbUATDKZDR+zRxuZUXUchWo+yi20teLazTO4KIJJHveXdROMh2Q2E
3mlVjBTpI4z71bQQI4mukKzHSTqaB9RkC4yf6Srf7rUHxtqdPZ5qGRTc6jka9NkGoDW/D1US
dF/xoyvTOtFxZjxFZckdZ6oOsL71Kg1c3idPvUNglgKdMWBoIuWBt8K1DY2YpdC0ge8m5qDA
Ji4FJLfepn37iwgiLfdrYCbd2t2p0iONB2Qoy6m8UVVSSeelHGBuWLRFp71P6dLsDu3jU1kw
OLIdDfX4qgAU/p3EBD3hxU0flnpmQGrrWDzFfMwCWI235mic+SWNwALCng2ET7IWkcL+VmFu
0MPlulJ6cKSC/SbwUNBEUKAPosJYipImbR7adgTA4A9ndogGdxme2lnheutgsMdba0VxCZ8R
0+7WHGCDkxKRkAFwxPdaiJBXWBapkdmk0QeOkf8ATQGyV5z/ADVtK6a0MltotApMGS6lY+se
Ja2ZT+Wuj9i+Ggdm482vROJYPt0rq05xROh1EdppjimGgmeIpRkBxvoZ0pvW+iyb1YS4T8LU
SwKsDroZoY/UGRoH5fHQI43B+jaTDQSvI+7TK6EFrEaX8NL6n07RjyiGDX2t5d9BSZd79pNS
5ieFdBLtx4AUdCCPsqWYTwrbkO1MgsTz81Ys87irbQNZDeKiotuv7aVSI7BxNFcanp1NOufI
px7SCG4UEwQwGk8vE9bj1PxJqYE8/pvpT5/TEO+NhuK3K3oY3A2G5AuRXzU6xG5SOMeGiUG2
NQeyjtsWESfw0HJB23b2VvQAF/EOMURwrF6woHxE7Ms+U916x58KhsLWYDS/ioCCRwvR+WoG
zqEdlKMY3ORfkJoepcArksDpdelttPgyhXbEZW1xQbYNymQeI+ko0rA1ivyycnAx4fjrIqHd
uExwFq4bpm4vNFtOF6d8zFSTKYxct71bcZ2LwjX77UXks/ibj+KgB4jQFpGkcagCOBCwNaJW
4FjNTOo0pGMTwB/6a+U35eRASTwIr5aMMeKerIbyPdWsjScfpvTpMHVz5ttPnAlVEke8e6lF
2h8ZP9PkJrH6zAwlDtyKO8u49G7dQw4I3EWIP4t9ZcfrMW5CBtc3B+Gi2AFZ1E2/DRyYx8rK
eI7p+Ja+XlVgdIOh8u1qHpMwbaTGNzz8n0QwB9tH8tfsFP6VxZxbsPgah8sw2MxHKKkd9bZF
5H3aLEE7tRNHH6fA2XPMDf3aOb/9jkCDwYsUbr+6v9OgcOBvl6bnJJj4mrBiiwYzfqn4alhG
gHKhmzELjIkAG9ImFQFixAmsnp8e92Fo7t6OV8GwbbOdST+l/u8C7vT5bZUIlL95GWv996G/
p8oLfLHexuO9jamwYRZogsCdpqWyDZmO5gpjqPnrc7b8hF9xlfu0No1F2jQUTEY00HZ7q0Dz
prSPEeQo+meWTQz+9WxyAFFieIpk9MN7aSe6PvUVyHqW+3gax4wogGVHKgyAFMms6Qe9S5cZ
lXEj6TsE7hBmt07nIgjw16hJizBQByFFYBIM34VAv28Pu1jadTH1UdI4HiasNR7YrdBk8dfw
1BNpn21HHiReoUHdN+dbm1B48aEKLaCawsBAVpaONY/VH0+TIbsFUDZfupmrL/vUbHgzDcBB
BVz4qOJHG1m2qfCb96gE9TjYkAxoafMYbGFG/aeC+LZSFfFIP2d2r/VR0gcqt9VAMobtImiU
QLxEDj9EcR9Eii5UbiIJ50fUej6MguU8L+5QX1JXFlIkoTcUSV3DiYiTRzj05PVr3r+7vof7
XeGBkAQv3d1B19MFdL/MM5Dfxdf5dblQs7mSI/dRaXDkDKFFg5hFX/y1oHJk+Y0WGige6tfP
OJfm+aKgafpNhzDcjCCKJ9MTl9FkncOCjyulDNYDd1obbTTY5g8I7KMIZAsTRklh2cqJEKSV
XGCe7Pi20p5imx5BKOIIrpgLNjrKzSs7byBvCnQpQbGIU8q3sYWSCeGtbU63U6ATahlC7Qbr
pIFD0fqSdpMo8zE+GgykMraEafSazsDYK5nnNblvBvatqmJ15UrRJUgA+2rkRwP8VSBYaxRJ
ueAGooDsNjQtE6RF6Fgs6xUWI09tQwubTXVqlwKJJsjbYoJlxpkAFtwBpVGFVN5gRQzozW0U
mYrJNy42gc5rHmyjcgJJA1029NDOjhkjcYNxA6qf1S51f0maWVZ08veoQwvpBrbadY41Lnbe
013z9lN2xVzFEAQOdXH10ONSUVjzYTQOPKAB/l7YoH1GQ7B4Bx+Kox4Vnmb/AL1FSg2sIIga
V+XjVe0C9TAnn/ZFVO2eNEhwVeDLGND5KJxHEwBgnl56KzuI0IMD7u6t8dhFRGhEFeYrE4bd
0gE9orlTKB+cnUjcbeCsYyDpRoHLbPVjetvpyr4810MyEJpceYz8zU8L+WiAABFydaCLcrxG
keJaONQQBcHsPw0PmXUR8s+79JJr1pA7uNyAOXVUyZ17Px1zjjFqkkrBFhxoAkGNP+quw6dt
R+uJqLTxqRrzP8NKqglmMCKXN6nMcW6/y1EsB9+p9PL5E1LHUfdob1BKXYkXp/ThiQ91XgKV
iCEUmiAwLqO6DefhrfksSeluFRjN8XV/NRIaQLR/00PluyniFkRQO9okjYCSfe6axjCmZWxM
Dudjubz7KxNjxZFyFdhabf8Aq41rLgzs2HN6bKSu0xaejetaD7KbEp6yBatzSTRNaWq1CL86
lRB58f7gSkfli5PGf8ta+YpKvEW6fu0CTeIB0oK4JI8fh+9toFSIcMSWGlqONzoTAqIrS1N6
r0ZAQgtkQnxe6tfOUMqIBDIbUvzcjvmQyqkXj4u5QJMDgP3qK4iykExpNby4Jjq801j3P3wC
AbXPh+ib0Rw7a9SxUDfug8CIrQKJ14UFQb+IA1+6tEOpU+Ui9DKSMeI6Fr60FBGTGwneJgeZ
Wx1sErbxWJPw0JF+fAfFQ2qX4QBNz4eml9T60KPVZYKKxH5fl2f9yu2mTzAj7ab8piiGTIjS
m9TsM4wQo0LHy0fk+kVLwCx0FPmyAF8sBmQW+GlngJKzN6ytuHzHG1QDePFRItGoAmjjZS7b
gwNpHuV8hcSqO8WIkz5d1bM2NXU8CKjFjVOEgQYpnRQHeNzAXaPN9D5BIACww10oI5nJz5/F
V6ha3Gw41YR/cJAJOkDjTqFHyzrHP4qgsy4wJkVDHp4HX9qtouCIM/y0qmGVjtM8qO0bUVo5
3qFBMc7V0KCRROQyDIjhR9M0oMbT09xh4W20CwOh6hShGs6yFMG1Hpi0jmYoRaRNgI9+sWBl
/IxrAHAbRu+Y1LkXjrXOiccKTramRrEyt+3po4CsLNsk9O0Hv0Dig5AP6nH7tEZAHkQQb/vU
qAABbADSnyC7ICyinyuZJgTpYUbSSf1V8xsHzMjGFk6e/spfVeqJU6pjN4HeqOH0FnNhQkfL
LNuReasagcqOMgENrPZRzrfGoJI4imRUCGIUaSZ6aKs4VzIYHl4loFdAbk8firG8kIrAtwEU
rei2MWEyxtFT6lg2U67e6PdpnY9K3PsFat9hpsQ6XQLfmCN1B/TEhuUwPeoYMpjKthNt1bm0
4VA/trUdyFCpIhov7/TX+FdOrWnlTY44wTWy8cZ7KJkgC4B5UNqgf8xVgJFwY4e7TqXHygpa
O34akH2VcW40ZuOBpsPqcatieyZAOofeovgeVBurWaPirc2RV2jgdT5N1OHcubQidXw7sjVI
x/LAixuazZAQM+QBUOvSx2vSqJhQIB4Wq9qMCYrfthwftFWFcJ4Cr8OFWHbTEAmQQJ0Jpkyd
JQ3NzNbVEkwIHP3aHqfVKH9S3dU3GNT/AP5P0MS7gQpllB0+OlzA9WOwj91qG5mSOKttrdg9
QG2kkLlhh+OkxeoxKq3LFT0kAeKnyMm59u2DpHu7aCplLyJ2tMiPCrUAddSL1AleP/CLWGG3
/li/soen9Nh+ZkgTPNu7tRaXL6vMfTYwZVF734a/93m+0fyUzIe8FERyFS5DOuirqfir56oE
OpjvVtcyRYH+0v8Aox/hRM2HOiywTzq1x9lbs+P8sGCTpTOHVZFgbUNjbydVA/dpmcFEVTfm
fLQmRHGKuDB40YFpk0zqDuQhlgeIUHEJk2yQxtuHmok41Kc1PTPiqUQW1Gn4a6RtgSJufu0u
EHcWK/XB7u2hjuz2LE+yp4DQVNXMTR5cK0+ui0EgamgxSdrAHsovgyBckgtiOjj/APJTZ9jY
PS2swgsy9LtW8ICeDH+WgAZ7avV/qpsagoFkE6tby1diFMDtv5qK42IcmxMke7ur5Wf1YVkM
uVH7NBMPqt75BENKx5a2nKMqAXXxGmBwljYh1Mso+GnEkhSAZIn3qAU9p8VWEzoQdIrEqvvK
odw8pn+nQZsvWGXeuMjeY6dm+gfT4MhTgzD5a/t13V/EaYIPzGEAxW91OsknnUGIGtRjG3Cl
rfvf2V/0b1JmOytu7a3I2n8VbUM8DW5n2zpw/FRGI7zpAEigFxFwWvJOoqdglrkk9Kjy1ub5
TMTctLQPd20ASsDgqhRUECOVbSARyowszaDeszKxgiwBgg+Sl9OgPyReZ4nzVKgDsmrAgzab
ipFyLW0/DWEESAZva9FtAbXoifaagfXeuc9tQNeVdaFl5VAAAOoFM/pyWVtVJuI8lL6j1Rkr
dMf/AOWgqmg28kjn9HUf/jTfM9VkVSZXadsDy0Mg9ZlR+LOpZCPerG9skwRljZLDxbKnbcmZ
Gnu07AqpY7gRr96g4jICbhTBFFmxlcakd08KDoNruLg86z43Ekubi8nvd2p1FxyNCBFtNT8V
J6TG7IrTLC0R1vu2Vv2DJk8zXAnxKlCDMfQXz5IYeHX9mowq2QD7orYjJ6YORdjvYjy7FoY9
2+NWiJ/sp09v6F/oOzvRadKOP1KF+A29LL73TX5DuoN11oBg+XlYi9KzK4bUgW+7ROVIM2DX
NQoj2Vf6O36BiRfmeofuoLwPO9FgAdx61UXC0CNBoONvNRJiBMiLUZAJ4xyratjIA5Ge7Slo
6JaJmoIidTyogcBQDQK1oWG4nWgTrxo/qFdta/TswsuTMZ49KR/qUGx+p3NkADkrtVfg3UXl
smM8UO4e73KH+4GRF4m5M0B6f1XzPTqYIYddXuBVrcqIa8XBoLAiJkUFb2zxpisQxDD6xtqD
qfFw+HdQ3H2D+asZBsFIP2d3dUVj9PgwnLny9wnu/s9+u5j+ynX06M2IqgJjp0oN6pyoHAXJ
oDHjHtNzVv072r/H9PdkYIvM0GQhlOhFdagnnxrdFxpN66EAPOK/5/Tf6RjwL8z1OS2NB/8A
cot6vKH9bmEu7G4nwLSFDvHETqDRyMkYw24jRr97qojaQpkgNEie7trokEfq+KlJOuhN4+7W
YrAKADfBuT7lbYJJ40AFgdtBmMRqBWk+2oK2GlCBVq0oVPDjT4/TE48Sf1MuhYeTBQQIJm7G
5auhVAFyCJFA4VDAQSodkX/6TV1oPYYNN8tAs6wIovuGxdTIitu9eZM6V8nChyMeIvajuAjk
TB+GrqEXRTSeoxfmOik5hx2jyUodISxE2N+5tp9uOQnEdneaseVBAUEsSIBPd6KOb1DjGo46
/s0mL0eLYd21csTmv3vl/wClX9PN+Mfz1J/sJq/0W+gfoE1tJhALCv8AbObnug86vUcavQGt
W+jT6LH6qORBORrF9WHi2LQ9RlfeWG7qn8PRQZmLg22cB8NBcGPYpHUTck1vEsWMnWZ8m2iu
PHpYlrRNDJl/OJHHuj4d1NnQBS4AIGlqgATQn6Yq36EU6q20sCB9dAtc31F6JI7a6eNIuLGX
zZZjlAov6z1I9OCJGNO98OzHSqhy5UFyrNAb3tiUPk4Og2i4H391A5ExY8RsyrJf4lehlAu1
iO3zUVaw4E8KjW0E0MqdOkxyXurtouVBZu8eBoPi6Rpt4XofNQOBpIBj8VZfT+nw/wC3DMQY
G7M0nx5P/wAVf+2zfj/6fpH6Gldv6Vqt9GldlNhUgqIuOfloOrbWUzN7R4aUFtuQABp51KkH
tFdlWq9RXZ9BABBjvi8e9U+pMbNcgEofedFoZ0KfKNvmjqX8CUV+eXUtJcgi/u41otkV8zC4
tANBfRYF9MnExuePeyNXzM5+a8WHBagacqvYmu2r/Qf0xvExXUA3K2lEEa1KtAN4igFz/KUC
OleqPjoHKWy8wTFfk4gtonj+1UARFWq4rSrUY1oDbY0YtTKGKbgRuGo9+mzfOX1GZrtkcgkV
/WT7f7G30MFIJUwRyNXrs+maOTIwHKTTY8DkA6FSRReC+aLnX726jmKbWx2NtV81b0Ur2Xg0
C5OwcDxoMlm4qdavWlW+mCJFQ6xaLRTogb5fALYHyN01uhp+yg2eAAZA1NbcShQOX03/ALLX
6O36bH6Jn6bfTprRitpYIeZimyn1gGNrMhXenV8LU6ocbggwWJUGfI1aYfxj+zMCJ1/RORyA
FHGtz7vloZA0BPh6aAURJ04mnWYWLe2vmax0x2UUdQeYNAKh+WdSBIBoDcV23B00oAkSdDwP
6Nqvf6b1ao/Q9n6R+m/0c6iKkVf9GeFWrW/CtubdAM9JKz8W2irrFoDEkkT726ncnfi4up3L
t8O7bQQDS/C81o36v0tfov8ARb9GTYdtbJ/LXUTRGgOkUGF4MCONFmEsbxwo2/LadwNMDrpQ
U3B1FMMSbMgta1BGYlGsV4L71I4MyNf0NKv9E1pf9G1W/SNdv0b3MKNSaI9LhyepIJUFRCmO
91NQKej2LNy7DSvl5gmPJrG4G1EPmQHheicZweoQnp2khgPD00QuPCO1miPu1s+RhzHXoa5H
udVbfWT6TNocbz+9QyY2Do1wwMg1INGNedFbzGtfloCni4tQPV802mdKLuxOIXIBgx/3E3V8
suMe4gb27unT0V/7nFRrkKF9akX+js5/RNa/otkbRQSaDC243FGOpT286sZW32+9RKgAgA9j
V8to3HUntqAV2m16LDnepmeX81FiCYGo1r5nM/8AOgpcM6kyBwn+xt+lp9Gn0RUV2Ud7gNBI
GtHAiH5bWYxz/wDt0okIEsFFrfAtY0xYDlSdCWF/MyY2otlxNgJ1CyFH3moujM7cBQ2sVjtv
NHqMEXE0GDXFpEz+KtzNv7H6wab5BDIxk4jLLPmSuvAjDjE8aE+lZTpINqDnE2MESxZh+zRG
EHKfMdPvUU9Vj2ILzjPXvrK2J82IJEhiDPvbKTGvyvVppGVdrgf+Ytf+3x/bRtwq/GtajSKv
XZVteNa2rtrtp8zX2iQDxNMY2shuvYe61blM86yAGGIokncATAOtDURqeZraJnQ9o+7TX3Wg
A8K+Yw3cgP5qAiEMzSoBMCZNHcYA4UbAg8OdFWWBuMqeFCZKZG2a2C+b6JW/MfRr+h2/pRx/
Tf03onVAvS2XU7vLioDezsTd26rmtidG27MLT726iXYtOvGg2CNqxJPKfLWxxv5yLU3p/SBd
5s+QAGPMiVLanQUbxP21tUEkamaAcWIMW0NBlhg3HWCKUbRHi43qFxg5DcOxmBPT8taLMSxi
TaKN7DiNL+9QTEDc94i33nrZO/IwBduE+RK51pXZauVWoUQasL1/jUHjoak3n6MXpcTEFbtH
Pw0WdZxOR8wxaD5KGXEd+LIJgH8LUEIjqm19PNURB1INbWAEGvm5TuC2gazSrjXZNiWvJ+Gp
Mg8jpQbdF4P/AIa+Xk7wFidbUTqvZrNbhJ4181TDqNBxFEgEfLO9LcjWPKNWF/aO99M8/o7P
05omrfo5Mgba7Danmk+Raf1TaOxO5u6tFUCuR4zzPu07MwBBgj2+Wuk9A1n+Gjj9PjUNxyNd
qZN+3dbcvSf2aJa5JirXY2P8O2gQjC/2UDkEMQY+rzUDFwLVoDGoqdAT9lAak86241Y9oBr/
AH3rwU9OtlWLu3l2UFGAonJSI/BWxN5MT3ePlpi27fEgEFTPhr+iPx19VX+2oFT9tSNaPA0T
W46cBV7AVkcOGdBZQfFTepy9Rm1DIibsJ6WUd6O7vr5ILKF0UnTzUrsYgFjxFvNTpnG7Gbja
IJb71T6ZSzESzNEKPFurqsmgQafH00vq/lt8prhlBMfEtfKynqsAez36F9NP5qhid5Fu2jae
IitzeIWqNVj2RTqSEVhYcTXyhZeA/e+iKtWn6V/0udTW/M4xqOLEClXE04MQ6G5se81DFhwk
ySMmSRthf+3WSelVMEDn7tFiYIuRH3VobiBNzPZ3e7R3KZ5fxVYG1iaCgEwZPAj71I+NuvF3
gxup96mRblrGLR71MzSRGutdBJIBgcj4quYLa241tt8xdVP/ANxd1E4+oToNfw02FmUJ3vlM
Oox/mY2qMjMABZQYWfM1T6Ngw943/FQf1efbxAx2afjoIQzjiWJmv6Qq3GtPoirfqqSLVew4
1ApcQBg3aP3a2oh6zc+Wiy9KAwT7KCgQoERT5cdwbmdRFOh6XIIvrNFI3kwfhHnraJgWPbSe
s9WJLdSYyLR4GeihAKkQV4RQz+nQYpnfttNSxJnQG/3afKdEsntPeqBfmakW9tDdeRehwtQy
AGNTfShPHnUzarfp3+g/RerV8zO641HEn91aOL0eP5rmwdjtSa+f63McuSehPAPurRY6kyey
smfGGyZYI4/Lxz56+Y6hQTEgQCT4qCsQQTCnSpieZPL4qJiS3hH8NCegmx7KAkyRG4c6/Mnc
RrMW+CgpMoe6T+7Rm99NKJUdv21Mamx/8VK46dp15jy0ufCSjkQGHCgrk48uFu8OI97/ALVB
0IJIvF/0fqqATerfbUk+2rD9AssX4mj8/MApOii5FDFjFhx+n5vpSFYyWU6fcooEJyaMBQ9R
6lbzJDD+agqiANIq9KralrCoGgtal3ateOVbTxowY5UDkIEmB2miDw0FFZiuhiCotJtXUNuR
bMO36AFG5m/Uo7zVhJPQ5KX7f7I+nwDf6mLnwpRb1LFn1JadKAQyI1pii7/lruI5AeJlqbCe
FZcRQOuZflwefgdVoYiIVAFI7aGX1r/l22JT4/TkuqtHOfN0rQykQokTpceWiuwQxkkVOID6
6v7bmtrdZkRGoIrcpsRqedEiJHHSgd1+XP4aBGo1FfJnuXAn8VboAzKJTJEH4WpfSerTZgcw
rHST5WoEGQbir/SI1igWt2VAsP7TdtE6kxf6WVACV1JovkaQRMH9lafNknYGB0t8NHGoBA17
KkfZXI16ZMZIKS5jSZ6aX5jhPUqCChsSPMtGGEA25x71AKxjssTRbCzrk1mdT71KzZldeKMt
/wD6i0SI3DgNaK5ARmBlAD1KZ79YsjXZlEnt/T0+hsvqMZf079ZI1M+DfRZcbKHPQLkDd3Md
J6H04UOo/PzETtPiTdR9Pg6z/m5fGx/01ougCgNcSJvSopgsRfQ0c5XeQDIW5JFFrpPcAvt+
Ghkf+rluSdQpoMllnTtPu1PEf4VIETqDUmRH/HhoKqyPMQZ/DRTP1KdCBcUdkldCOz71Ssqe
QonWBJOtDKkjzRyNDE5kG6E2n4qyH1Cb8a6oRJk92lGHIWQgbUY7ilv6f6E8f7eSaYi5iw5m
jJIYySJHGkM/ksRJ7R8VY0wCMYAM+afHRxT1ObR+1uqdItUmvTnmrA/bSshKNqDN4p/U5chO
0gEVBrchJtRViOocOVAgxrpyrF6pbsDsc628DNWFW7wQT9n9jkVB+bHSfZWLAybcjKqiFvu7
tJ6XDHz84Op6r+d6xt6gwuTS+jD/AMuvm5MZbG1y07h7vVQK2fnoKx4N0588tkOrbW8tBmG5
FEgmhGgAoraW0mhtJ0ue2gWuOdHgZ0rcovrPKmUsVc3Q+Et79FGF1sTUcPZVv/gaCGQdYBmu
8JBtRTKO8Crk+Id2sisfyzEkmOn/AFMf/coEHdI1/uM0ST9VdnH21LoGniRQGMWxmY7BXyck
70sPr92jmbqyMbEcJpS2pEmtfrrFkS7Yjccdp8tbsQheTglI8W6mfGgxox2sBMO46V+Vv/y6
+TJOQ2hdJ+KgjMFcgEAmsTwRtJB5RFKmFp3aMsTJ8NMvqMqxmACgmT5u7WPf3goBnsqef9iM
jEqV0IMUVwenyZ8wcncQWC5F6U+Zkr0uQ44I62DaBvJXqXBWPUj83HHTbyf6dJjGk8LCB3qC
qBsSyDjSCOprsRR2dIFBmvtuSdKbGi7iphmNvw0Vcaf8q3TyMa+9VhtOsa3ocjY870G+wj+K
gVN7yKBBJjT+WhNhwm/3aDCZF40j8VdQaCdRoYoerwA/M9OtiO3v9FKGacqgbjwb3v7iRRIW
TRJG2NKHLgKbK4lVEbeZpMjKfmZWLH4R3KVgD0iSPZUsIvAAr26ChgU7yDtyR4Pir5SEg5LS
OC+N6KrK+mxCE4Sf8zJQGInLlkyQCRPi62rB6tCcmPNu1P8ATPuUTtLREyOQ8y0ism4AyyzH
T4l3UmTH6f8A23p/SXywxZYU95t9YgCCcpgKOH9kQay4sLtsZt6qQTuBoDIkYxoCDA95aKsF
TcIMCKJBvEW4T79bjcgSJospjdp+7XUCeY1oFjY3NATI1sKGRVA2sQSe8R7tX0IrbO4RANBp
3H9fxVAJj2TU7doOv/RRvINwbAV1dSnWK6dQOF/3q2ZrqdDyNFscPjfh7RXy8oGEAlizSGM/
5KpQZTIYAj6/7jeriPZUqZAoq6gjkRNZM4J+Y2g0VY8i02JiSptJOlQRbW1eny4HKgE7orIS
doETtG2Z6vzHpN9yy7WNJgAC/MkK0SBHnpTlbAMAJKbSEEeev9ir/NQPIZdI8uNWoYcGIZnQ
bsqDvhfioE4FxopIBW2QA9O16GPAxAygbr16VQCQp1PID+zBdFZhoSATRBRSDwgVg9OiKGVS
zlQAerud2ieBsefxU+VxA8NBFFzw5TQkiTqeIoYiYUm9/wB6oXQCCez3a2EkjVd1pBNAGDzi
ioMDURc0YJ3KIJqSCZvrUxFtZtQAuDpPOiNduoFMTYDs1qGMRYk8a2IwdTfby+81YvVrAzY4
BPCJ8e7/ADKxh8obLlltpgER3kXH/dN1OY4ammde4GgAcqUgGXOvICkWLgkk8gO901kJMoDY
n9mvlYmBfDJKeJlPdpGxYwWxiTuMfElFWcsRok9P7VB3EtqWPD3a9ayrBc7ZGhHc7y1v4ySO
MViyEf0yNz/uq1J8wD5mM98RDDut3aDDRgCPr/tM7qxA3bR7E6K+UBuJgR218hNEHC5LRu6q
+awlmJInWPDtrpgTzoLxOnG4oCJgSfbWPOgsG2tzU93bRYX5ipgSb/VV7buYgVANhcdnxNUH
lw/iqbjhW2Y4Tp92gPLwMa/DQBiOMWmg+EkrNxa00/p85DK4i/Bu6rVk+eh6TtQ6lZPV0Vo3
2f3M8qHp8YO/JIBmkQ/1XMsOF/NSKwgm8UpaANDOsE+GmYaEXJMfioPhcoUEytOzt8oE9bag
+bbur5XpQchbqyOTJ+BKzepyN0Y1KgcC8d3bRQN0FizAW3lvPQ2gyRoeBrJgzjauaw3XWfK1
bVtjfu/y1h3iG2if7PLkGqIxH2U/zbPJPb96mdwC4Xoi9z4meulYUETOl/8AM3UuNG6UG0ka
E+LZVzbUX4e9XUY6TAPE+VaRsIJLDXWPdr1Hp2JkvvA4blPVQJF7g+2mRlkoYHG3h71EHUGJ
1gz71EC4HHs+GpB1561EX4xRk9o8v4qERHLW9SDpciB+Hu0GGmp4UmRtCbgaRT+pwjb1KcpU
AsEbpXbX/uMn2f3O1jrRZxuOKSAOdLvU3PiF4r5SnaE0NBPUZIKGRGtMAZDiJm1IwJESNpA0
HdbooKCOp2Vge2l2W7eJrF6dDEksyjj7zVizZcy4kyvEDqyKB3sny1pyz5GzKZx5SLNHu0XR
VVGYkGTAJr06opyHF0lh3T96kBEEKLfV/ZXrKcmTYzrtx8SX8PTTZIguZIF+r3aGTPKbjZdL
e/Xy8EYyRG6JgfDRWGZVElm4+ZqPyxCkQTzrGwMOGMT3f2qyBHC5UcEDSRPWm2nKWXOZVTFi
fC9ZcDajqA9nTSMLKw2mibgNr5ZFWkDjW7SSYmmIW40aoBBHPnUkAEanhQYW8rcKLLcTcTc/
coSJiwPC9Zt52dM6zdPC/wD5lf0sf2N/cuz9c/QfVr1YXPWp0g96jn9POzIAyOp5jy1tzGW4
trr5qaH3FdAOygSJUajhFdIkGdt7XrYSdisHKTy6aDKzY2F2x3M+6rrTZWkbtLyAB3E3VuUb
jxGv4aAIm1l0EUFVCYMmbftUmJUCsoG6OY/Tn9A587BVFgOZPhWnfEhdE7oNlRfdor6g7s7D
UX2fCtIBfYNDZm/DRGNdgieA0pTvO/Vk1B/FXlXWZ/eWheeSnh71OGhDAIpHZpVSCbW1r/ee
nvhcBjt0A/zN1EqLiGXn8S0CoPTwPP4q6u6RI5feoWB5DW1Ak8II1tUQSQLcPvdNQVlpuQaA
Nyf+O7V4E3FX4aRYVlx5WKsEMNw0/qf9yv6i/gP8390fC2jqRWZA4TJgbaZ5GmZzMAiTpPw0
mFrK56mGvxLU+myn5nJrKT92jjODe0XfHewobEZbwdw0PvUU9apUqbkix8lWxDhMGImhjwoC
IuQLn3mofOQOAwJJFTjUKDyEfp21+iPpOX1In0+ElcOM6M3jzNRCgILkKurGmy4wMYYwAO8f
iatpaTxiiCLcjU6qTaZm1ENMC9/2aJWDMQKYgSRY8afFkbYx6lOnUKjJfE4g8ZB8PVUId6CQ
p7PK1FJtMgG962txMge2gFAAMxJuKixH66g3g3jjU6TxJvUg3J+upbXSKIBIYaqdPuPW7bdm
2qeU+avD+I/3XIQIGUAkioUSp1P81ZfVOAFHSnt8e36Da3/OtJJ1r81YXkKhRA0pSELKRqKO
LJKHUyP3q/2jm47ns/sb0A7Bd2k2osv5hAkKtyfhopmB9M40GS34Woqz/PYCQiGAPjyLW5Ix
gd0JP7Vd4knqJNpox9Y140Dk9P8AMg3G7pp2O7BMDGFi3mR13V+RnO7kwgfs02MpuRdSvGjs
xkFm1iAPe6q+VmQ5sYEBluR8SUG9MbEzsP8ADuoPiE5H/qKRGxvhre5IyKYYaR5KKML6Am01
cTYgGoFjaRxomYB4Afs1u0J7sX/aolgY1J1/HSZGhgDDLEyviXc1D1PplJx5GG7HHdUjy14v
7nr9BbsiaKzMdMaU2MCNh/xoQbk0IueVAkSTr9EVBieE05YXyKGQxqO7WAglTuEjXj+gJ42r
t+gfSUyqGB4GicAdVGj43Ex/5WSkweocZAhhZEZY82RlqxktqD/NRIPZFEFQTGvEUWRS17m8
X8LU/wAtT83HG5TaPhrZnUqNAFvdepqXJvZCTtBAsI66IUl3PjbjVlE8YoyftreRcCF7KGVB
+Yl2t3hTOqbg3fTRgPcpPU+kMBY3IeB81NkiMhEKDpPmohlg8bx1UVv1XJB0ioN541JP10Cb
zeaUE72SxnhNd1fsH91bjAmKKMNTaKdDxAP2VPAGgToP0JYlSLAg6UpGUMUspaZAPhrEzDdn
xkncNCT+jr9FyBW53CjmTRUZAzDgt6hMTuY9gpkxv8teS8vjqOfEkyR4q1gDWBb4aChLRf2U
IwG3EglaKOggiGiRINQmQ4uHpvUiZx//APJ63/Uxf6VHD67CWbJkDfO8B9/dTvjferNuWDIA
oMZOLLYzor+aj6fK0AksjnQj/T3UhIkvZQKLlT0EbvhPiWvmIQysJ+o0GwKrI0EGePlWmXQv
Yg602LRNJ5N5quSysZBYzVjHHSjzUXP8tAxYxPOo15E9lbEbpyCDI4/dr+mv91IPG1HdIE2N
KUa86dnmaldDIYTHKo+mamrfo3qBw40Qo3EcudQznGovC/u7qQszOzXDO0g/dqcWM5MvGNPu
s1Abfk43MEKDoe7vamxFgCp9t6ZnG5wRabURtAnwitigbmgMo4ClPpenNjE7dN0d5WpciWHE
cmHeVqb0+eAjLKzcN5120cGULlxHuhr7R4KOXBkbGG1TcSh+49ZA3WBcqOHlZabG67MmI/WR
4W3UuHON+0WNJmQ/lkbWThB8LUMat+XJADWlW/8Ax0cK/wBVGJU6ix8NLlYb+DEeBvDvWt8f
OZz1D21jsQxBs1iffpQRBNzVjw70UFAk6kj+WgBAn2nXzUjHpv7Bbw13h9h/u23ILroazZHy
go62fyx5Xo+nyHvttQgax4v7KaLfZWRy8tcgcpptxhuHbX5g2iJVRd2pHKriwzCr4o8z1BAy
5B3nPOtuvDlTBBtDQGavyz0oAHkRf3aIIsOMR8NNla5sIPD4anwzB9lDL6YlfTZzDLw3eav9
yCQy2AB4UgVoyMsiedFcxm8R5T5koQ0AiL3N6DX3AbSDaR4umgwuAYJGoHh20Ue/C2gpsZ6z
4Dy+Kt8y5M2/6aOfEZUgB05xW5zsaQCLQ8eGkXcXIuPKit/lq9R/89PerkDoTQCiG4huJ92j
ukmL8Ljy0yizqNyxYHxV3/7s66SCP1V6v0uRmITqU+7PdoZCxCr3oMEHw0B/YkkwBck18nC3
zGWZA0/FR3gouQQABFBXJVdSTrFKUUFlvua596tqNbHLOQREAd2htUgG7EnRRQxYyfliCzDs
/wAupYFiAAJoiIm5FFog3qI3AmCeVbi21SdSedDFI+UbjjNODIm0DWsedZKg7SSbhh4KxerT
+nmAufMKDWQ8Aa3KCUfT4v8ANobWgqBYnlUk7haYN5oMsGJPbRABHstT4G3BCpO0E2JrZHQD
JmJt4qbGohUYk2jce6rO1B4IXSeRoqZaDfkKW0ngR/DQPd3RJOor5q2gAQe3p3VoPs/u75AB
uyCCaCAAHUkCP0r1LMAOZIo78ykjWL/u1s9InzDpuawoozriwjUCwj3qw/LG52u5I6VFK+cf
MK2Bgbfd6aJVdpIHZal9Mh68msHQGmxl43SSV1DD/JoLjvaXe/Qo96g/9RnsToL9Sv1UDN7S
BWn105S/SdvtqTdkO1uZv3qKgwRccIpAzfmoLnsWi5kg3J9tPiEhW6oPNfFSIRKoY3Hn4KA8
up1mt/kvH1eKtymW4g60XNlJuAI+7tohSCRoaIJhgT7RFA96NT2Vu7qOSCREVlxFiwUhptcU
XiQDaf2atobAgxEUAuiib8qDEkHiW83l2rQ2QzDiP4q7v9+KtoaLZiSxFlLXP3aVPR49sC5G
po587/LxzCgC596hjRAAtiedbRCqLeyiheATY9tfJy6rETaRWTJmU6kq0wB7lGITHO5Rqb97
8ynVXPp1ZTM3LeLb1UoSSIFyOXTXWImtqmy6xRV4eBp/NT49BmuBwn3aIPERTKRIYX+3vU2G
TsYRe0GPy6cPO8mRebDwVlQAQxDKDz7tBiTbl2UjgmHF541CdJS5jXzdNPjfviIJ1IpFYEbl
iOEzTsly1z9dKVAIKx1XufDto4yAHJgwRtpEHhBVi2k+5Xy2FjlMjSRFKUACgiCx6Z8rU6ZO
+u5SoHSZrIwsq3+yobutY8Na7v6/76fm5ACPCLmmxejQTpvb+Shkz5Wd2O1RNoPh20Pmk5cr
C6Lp8NADbjwqLIv7tbSb6CjcydCab5xlsY3Qf3qLAyckBfu0MoEmACOBPd66yKQFWZCxx8q0
yhQSp3bRoR4seVv+3QdQAgEDboKKg6caG0XIk06EQdoP2dNfNQywiw4GkcEGQCfbUgyWE3gf
Ctbo6kG5hzEd+jbcBP2e7WVgSuxdwBuCB3lo3m9wB+1SgCNjEE8KUBZDamZ+9S5GEqLNzHld
axeswPuIbbkU6rPUrUGUGCB3rXA8NDIliusc6+Zx3TuHP71L8ySHnaT5vDWJAbs0x7B3a+W8
hWN5NNjOTawc7ARBMe/WQOJ5gcfipSSIswI16emtR+r+9yaKY82OYPQrS593po/MJUDhME/i
ragJJNudfMyyvFeYpWElhoedbRqbk8KLC4ahl29UadtZd7H5jdM+6e8u6m2svQTsB4x56+YF
IxLqRxMd2tBYifD/APTalWy4wAIAvbzZKCpZBpWvsipnhBqTqywQeVZMcQCAT7R5agdO0gj7
e7SFblWAaPe7u6vUK1lXHHYZHiVaJDExwo322M9pI7tHcDHCKIDWJj+WkaRvQ3AhgfdpnciX
N9oiafHMDiDaYpDbTnBtSMvLhz9+gZv20rAlQpO2+vmpGncIBHYfjo8SdT/Lurco/NOhm37N
PgztGXaVXd4p7u2kcEl7zE7R+KtT+v8AvJPKiwsBpFEtkPy11UmN0+Giq4lJXiQTfwtQ+YAz
vcnu1twYjmz+Mjl4qLugTHEBdT7tAg9ZH2VM1Go1rcVLBeAOk18wGAwgCNBRRVBVxeBH32oY
1EECx5E+Ktwvt48Zot4uBpi52heqfZSuuhuProL4QLnn96l2k7pFhTEmTEX0/FR9OhBU948N
e7TgkRKtJ/DWcrlkkiw/doEXYiTzoTJGovRUAmRpyo/MkOtwvAnw7qAeAF0C9vep867SiHU6
yfcqSDPKgtiSSIP8NBQLgC5raTE8JoKCNqgGFmRPf31Ab8tRG22nu0oQyZ6gdRShrFtCdaBJ
uDx7KTIsHG6gmOBNaH7f+n+8lnIVRqTpRXAu5vMe792pYmNenhegVA1gfzba3NZdCeNLigHI
YEC7N8VCQJA1omNdaHKrak2FAGAJBPH7tHGidIJmLkzW6LDw8aa0Rp211WnWkx+JyBB0jxNW
L0a2xv1ZGFukDdRTEB8kHYgOpjvZKxqNH6j7AaVUMQAzNznq204UwpsfqoGdNasTMXE2jy0F
UkA8TN62AaaxQD9Miw7atcCZDcKFoCW9vvUIuBpOn3qCmAuQ7iDrI8lSLzoDU8d1gaJi/ZGt
REhRqb/dosoB3CCgJtHdoKLkxrRG2Cus6UADabk1EDtOpt5aGOSVm6mDp/p14v1fzf3gKDOQ
8Bw+Kvlg7canQcaKAkk6kCxoBTukXtpQz54VOANiTSrjHycZG0taWP8A2qC4dxcn+pqYpUZp
UC5PPxUt5BvU1aTeTNdvKibTGort4mjwJ1pnfuqCT9VZM2YHb4T5VHmp4H5mYgA+VB4awYsR
ATACzuPEfElLuOxMQZpF9PhofKM9I3GLzR1HGt63m8ipY3PPlQJBI0WamePUNKczLG31eXdV
h9XGg+0lJg8OFdIJPEVLHSwHKpJmTqeVSRA0BmtOldOf4qJE7uI7K3TA48KmwETJgGpgkcdf
u9VAEbhESaMnqJjabH3aAga972e7Xd/Z/u5ZWCsbCdfu0epndu8x1Jok37Ziii9THXs+9SqR
uZeGuvhpZ6siR0eBRQLkknQHugDyqtFMZDZmEluInw9VI69wgSNR71AG5jWrmiJsdKUa1ERG
pogGe2h6dIhATkPb4UoekwGzx8yDwPh3U+ANt+Wt4uWb3aZyYZV23E9Rp8pEhrA+2s+Unqcb
MazwPfavr52rQGeMcKCAgLeeAmjb6xegw46CpGvLj92lVpDHqAOnw0dF9vCvlgzx1JBtQAME
ibG9AkWP/HVRJ0Av2VE/berG3L21qYJvHKgOHAHiKgL3tL2tXI8uH71BSAQLxQv1G4MXjw1J
6uJHKtD+v+7HI5gDSmZrRO0DlW6ZLeGgF1Oq3vQx4wZOp5fFQwenAOXxvxB8W2hMsWNzRAVg
3FlAMEd2htBYsdDEk+LctLKwxEeyrXirzB41zFA6Rw7K2gyQIPP4ayOo/MiFHvHy02bJ15nk
kntrL6xxdLgnQuT0LRz5JbLlJCjhFDG3SNpYkHxt4GpcCQd5k87+WlTGSCqjjYt42oCRBNyd
J+KjDEEGBHH71bjxPHnULo1jNbSbzoOJrZjDNkZQSIsI7+2urqmwB1t3q6RAXUHQ0IWGMyBy
8tA90jSKLM1uXtrQkHWukVa/A8z92rxB1HGKO0HsB41AEhRLAdldGsG3AxW2NvFotQ0G6Yk0
1wkaiYrVPxN/dTkcwBRYkwNANBR5nnb71bSJY1JEOT0D20Un817MQdPdoqCcha5EaHyV8xjt
I7y8F91q2h9hYkoq8R5qOfIIyE90/vVtOsT9tWGtELqNa0knSpc34cqZ+7/zpVBMYzJPCTSD
ibQeIHu1gxuehOrYD3mY0F27QnLS47lbWkhiSI5DxPWTKxgYhtUfVV+rnfSamRAvu5VGIWFB
FBZltHvCvmuIIBgRefNtoZX+KOO7wbN1Zc+cHcQQALft0S4LQLKdTPv06Y1CHdcaxHvNRMmV
tzmoHdNraTQAE30rbERqDf8AdrdrF5OlTqfspZEcovQUjs1iJr1GUnaW/Lg3J3Hw0FVSeR1M
0cOQWIVgTxkbqnQxI4RUMBYaGtF+wf3QsxgDU0RO3GvdHP3moi/tM/s1cSx0McK6zMG3b5Go
ZOK2Ea/FRNr89a+fkX8090EGy+alxJ0zqYmaDEKygAS12n3agXmi3I0BrIsP5qBI1PKhOpMC
OdCestoNdtCLnSri7cedI7LuCaDnNKzd5n422rNfKTgdsr4vDuaiq9J2wzch8VDBjBZSbt7f
FRaPy+PA3pEHScmgGpFDIf6+UFVEA97zUsRuF50ihgBmOoxa/hoFwBGqL3acA3YAA8qeerYN
f5qy5CQSWP8AjRZYE6AW/ZoXuNBwrcRBBvfj8NbpoE/8CjeT28qE29lM6qdm4Akn+Kl9Kksc
f9RvM3gr/cPDYlPQBoSO9WLMLCCttZB6aCkkX1qRoDcmTpXh+yv/2Q==</binary>
 <binary id="i_011.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SAERXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA8wEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MzIAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA8wEAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAB6HgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABkAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8AwbLPUuZQ0iQYA7S7VA6qzIbYcNgItu21sHGtns5/zlc6XjVu63TufFTHuLnuBMCP
a7a2EnOpu+uOKHh78fFcch7WiXP9Brr2Vcj3XvrbX/I9RJT2PQs2rFvbSwNdidHwWsyLy36N
jS6291O+PpW7Mdv/ABS0MCinGw6mNqaz1JusDAI32H1bHaf1kF1uBbgU4F727urObbkUw5kN
B+0XOtb7XV+pe6vGZ+Zartn85xxyBokpVwbuBLYaQBMd0+QaaaX5NhDaqml73EaBoG50oFzS
XwTqD5rL+u172fVt1TNTk3U0EN+kQ98kN/e3bNqSmp1/rOcXYZxIYzHyQ/Lq4FlQbu+y2s9/
tu/mfd+j9T+dV7/nNVfd07peEwW0XOJzbX1zWMZrbS3CcLAPU3u/nnf0emlchi32dQOTi5Lz
Rk4x9O+1mhFhca/U2H8z2V/o/wCwrvRxbhX5+PePSyLvSbtH824H1LbMnFd/oL69vs+nT+kq
SU6P1s+qv1Zqoqyuj1Mqym2MuNLy59DmsLX+hbQ/f7bfo+nX/wAWurwMy7KFBsNVfquAY5jm
ndtP5rGu3NXI9Vw7Mu2wPe5n2TEdlt2ay1h/Tuf/ANb2Mqb/AKSxX8H60VdP+peL1Z2O27Jv
tfjYlj4ljwLK7Lb7Y3/oq8e213p++1n6NJTyX1t6rbkda6lRextX2fMsawN5cAdgLvpM+gGO
XPsvduO7QEcdp7eK9Jx+kY/Xfqzj5vUKtuXme42ARY4k7Krqn+57vV/nGequA6h0zI6dlOxs
iHkiarAID2cbo/eb9G1JTS9Xz037fwiP6qS6n/m7i/Yvs3pO+3en6m2dd8f0f+tt/wDSSSSn
/9DKyW9U6blVer0nKDrN8BzGguA/0RrYPo/y0PpFbq8y7JyqLsSwMMWXOHuD3N9jGNb+8KWf
zn6NS6p9YvrR1THqpxs63OZXNX6tRY1rtAPVffbW71fU/rrKy8L6yVS7Lw7mutbsc50ukN9u
4Mrc9u5JTudP6lZn5OV1WS8EU4zC8Hdt92Ra0N+i39I+r/ttb2D1o4+M9tg3uA3Ug/vE+5rz
+5rvWD03H+zdNx6HAtcGC25p53u1dP7v7iqZmTk1Of8AZwPomN+p8d21JT1tXWbXvd65YdoB
BA2tWV9aupP6hfh9Mx632+laMrLZUAXba/5itv8AKsdZuWb0bMty6GWWhu5zWu2tHgf+q3BD
uGFlZdlfULTTTW6rIrc32l1jiMWyvdP827fQ/wDsJKa9/Ua6OsXZtQNos21ZVWR7Hy4D9L7z
+ZHpZNr3fTp/M/RroX5rWYTL8um2k07QwWVOrJbb7n+m9zfTuZ/wjH/+B/pFyvT2Oty8gsrD
21BznvLzXt2u/nKrW/zXp/vrXw+pDptjbbt37NNL2hjX15G51m/G9emtoZitb7/ez0sdJTY6
R1W93VLrL3NvdnY7d1e7ZX6dnqsvw2Wnc1no79vq/wCnZ6ln6JVfq10LP67nVdIzd46T0h9h
y5BZ7nua+3EbtDXtycl7fTt/SfoaPV/65k9Mqyrb7hcLH/Z6TvbXo4mQ+v0PzPU/Rvuq/f8A
5tdp0XrHUulA4DxVkYbwb68lggHf+lfkstpO9/rb2+r9o/S1v/wuxJTsdVtryesU9NFjccNx
3kVNPp2bSNvp4gH8w59NdrH3N/S0Yddno/pL6rKuc6n0j1+q4Hp1CvF6dW60sH0Q0baqqWj9
zexrv7CLXl19T+smPTihhzsV/wBpy8iz2MqoDxvpc8F223Y/Yz1P6i1+p/ZsbIrvZaLBdYzG
3NcCyLPVdt3N/P8AWa3/AK2kpy/s+T637Xh3pb9u6BH7sx/Ofzv56S0Ps137N3eu30PoRB27
Z9T/AKj/AAiSSn//0fQ+pY7BU1rAGMaIa1ugHwaFxf1podVQzKaZ3fo3jwI97XLvM+PTaDwZ
XKfW6oO6BkOGjqnMdMxy4VO1/wCuJKeSFznag+46OA4MD87+0s/Jc0WiDqQWmJ4Hx/eRMD1H
tY3QxI3A6eH/AH1D6pTbVbW8F1lTw7dDeHADbO3c/akpza8u7FrbXQSNXNkdg73N5Qs3IORY
213vsbAdGmoMODgPb+agZNpZcWEEwQZ+XKhXbucZOwOJMg9+zklOg2013ZVlZLG5YsEtjkt9
UNd/I97/AKHvViivFzsnIxq3vOLj1Npw+xfVUQ13qSHej9pf+mt/4xVceyi6qrEmR7oJJiTB
/N2/5y0MDLqFdramejkOiIaCCYdr7vzklOhhNsZiX34VIc/e0gbpbtZu9m6W7vRZZYlZfl4X
1cwPT2C7O9+Lef8AAVWbsq12x52+vQ17vS2f6T9GqOP1TJ+y5eLYSbDj2Mae07Ppt2/S/nPe
jfWO+nJowOm40zTQ2ttY0J9T0sdrY/M9T09m5JT0f+K/ozvQz+r5dTzjZbvSwnWnV1Qd6t11
n72+5lX6R7/8HYo/WbMx+pdco6bkE4/SsP8AWbrK9zhY6oF7Mfdt/Q+q7/CMW6Hir6v9How7
z9uyK6fSxSSWWt2Nvvxfsxcfs9TKHfobP+0f6v8ApFg9NYy2nKeZcWV3F2uhIluo+j+Ykp3v
Uyf2P6u1nrehu9Da3Zt27fsmydu30/Z9NJB33/sPbpv27OPzf3f6+32pJKf/0uiyP8ZH1RvZ
WHZjqHyJFlVmgdprsa9n9f3exaOfhV9Q6dkYjrRUzKqNbchg9QQ/VltY+i9eF2gwyY2a8CAf
zd0L1D/Fp1duTgfYb3Auw2w1nIEHY17W/wBV7ElNNv1S9G9uPQXFwMte/SXH94s3NVMiuPTe
YBE+46/1Nw/qr0Rmx2SA2CQ7v4rz/Kayh7vzQ1zgCDpG4jxSU8j9ZbG29TseGw4Q07fAAf8A
SWaGfoGOBl2uhHYmY0+ktbqeK7L6lknHabvScXWMkS0Hu7j/AKhZ/wCz+ot211Y9z3vgtDGO
cZnj2BySlsd7fZIA3bjHbT/yS0q7wepCR7XgEjwgO2tgfvOWVZj31/TY9rq3Oa5rgWkOB2vY
Z/ORvVsruZZYACK920nSJhv+d/LSU7WQ9v2oWgyPbRI1nfW31P3f3F1v+LfoD3dTzfrBkNkN
ccXD3ckshuTd/wBBlTf+uri+kYWd1vrmP0+mw2XXPL3WnXaANcixs/4Fnv2f1Kl7B1Y4vRei
swMQikbBj0gnUA+zd/Kss9/v/wCMekp5vMy6MnreRfhEMc91eNW4ucPYwbXWN9LbYz1PT/N/
nP0ah9Vn4tNWX6o9S2ux9ZFejXe8+o51by935zfdvXO4mUWZuG/cHutYx1pbEeo2+/GdoD7f
5ti1Om4OZV1DOY0bXMv9TWQfSyWV30uE/m7v/PaSnrPSx/sPp6/QmNJmN3M7dySp/ZLvsX2f
1NI27YMT/wAZ/PfS925JJT//0/Py4Ct452uMaTzru/zV0n1C6zV0rrDbbhOPbLLD/JcNn0f5
L9q5c7gx7m6NJmedJhGwHmrJrf4ET20nXn83VJT7/kWMsY26rsCR46fRXlfVGZuU/wCz4rJN
r4sud7WVhx3eq9/0m1/SXYdF+tXSB0YV5WVXVdQC0tJO8sB2Mc2vbvdzs9q5Pr/1j6VS5zum
l9rzWfSeGENa4/vG36Tqm+76H8hJSet7+g4rRmZNGHa2G2Ox3ue9zj+c6zHp3v3env8Ae5YP
Vfrl1p92zEzMrHxi0Gs79pJj23Me33s3f11RyOtdWza3VX5NttUbtoiNDp9Hb9H3Kuzqefis
2V2htYmAQNATq3c5JTAZd1lhdbY66yxxc573EkuPue+z/SOs938tCts32PIAraSA4mNJd7vF
vtWx0m93VOp4mBuprdlW1U+oGtLhucGbo/P2tc72r1TpP+LboXTclmbvtyc2szXdbthp7H0G
MbQ5zf3nsSUi/wAXf1Xp6L09/VMhmzLzWghz/pMxxDq2Pn6L7f5+7/rVf+CXMdU+tR6p9arW
sj7Jj1uNQJ13AtY1/wDI21usd/XtW79ZPrZa52V0qhxYGONNlhLS5509jGtDdrH72b/+DeuQ
zegW4uRn5bJ9F4qxsZ/tbW9mxjs3NY537lzPpf8AGpKdGrpODjUMblPdY9rb/soHBDrHX1Vv
Z/pGvuW/m5VTqarAC5px6QXtaXO3APs97h+57VUr6C/rD8UtdtqwXMmxsit9QbMb3bn7rNrH
/o/f/wCfFZff9Vft46c5zr8m0uH2i17663mH7vQbu/T1Vtqfut3/AGf+b/Te9JSP7W70/T9/
qfHt+9P76Sqfs/qH239nQfU2/SkRG30/tHqf6Lb7/VSSU//U88ofuBPuJJPHaT2Wr9V+jWdW
6hkY7cj7O7Gx3ZAcKnXucGOYxrK6Kf0j7P0m9bH1Y6D9XbsRg6ti215xcXOaHWu3VkbqrNuM
zbR+ez0rP0n+F/wi1+hO+q3TbPt/Tac6qxm1nq76DY5jmi17PQyr9zMZz2t/mv1j/BpKc+76
idQaS+/rja2WsaTvxr2uLS7bW2xvp/ouEj9Q+kthl/Van3FwLgbXsJafzdlmO7Y6xdWx/Qsu
qy5nUnC/Kc0vsea22McNah7GVfpK/ofS/R/8Ihv6ZVc8ZRy7LS+s02ACGlrg7fbcz1q6/e38
9j/9H+fWkpyWfUToDWxba23UNAfmEAOP0YltPvcr+H9VOg4ZbZTjYxIb7XWObaJH09bfVqe5
WXUPDat+Q57Ww1vr1OJcAC11rjW636TPpvs/nP5xJnS9lbnixjHF81+lXLHOHNnpvaPY/wD0
bElJ8bHdh5LLqqMZrKyHM2VUVt0A/SeqK3Weptbs9RljFZpZ9b7M2m23reGKAQX4dNDA54mX
M9W2y/b7fz2OWJd9W8q2w041FdwmQwh+wRtLfUa71KKuNjdjV2/RcN+F0vHxHsbW6kFuxkBo
Acdu3b7fopKfNLsCiv6x223ZAycj0bt9rq/Tl7LWsrf/AKF72td+lfj/AKP1K/zFt4nSMPrG
PiY/ruNDWG67CZtd9qZWKX+i65237NWzIyKvWZX/AD1b/TXP/XKrH6d1LNzGtDXWvyQ57iSX
PdHp+9x3f1W/QrVDoz+rZH7Et6a/0snp1ORd67wHV77S5lOPePpenlU4/pf8XYkp6XrPUOtd
ScensY3A6c4bcghoc8tAiyisfQ2b/p+t6VH/AAN6NT03G6ZQ0nHquxsgD1hkgXWXbNGG620e
o70XbX1Wf4P/AAfs/Rqz1vqf2jox6rit9N9b2jqGPG51dsbfUbuH8qv9L/ov0v765TH6++69
1OU8+nZoHu4Y4d/6v76SnsPtQ+xet6v6Lf4j1J4+zb/o+j/hP5vZ/wCe0lz3rHZ6X526Nvbx
nd9Hb+ekkp//1bVPQ8ukbn5jnv3Bo9LHcK9rz7N1jrvUb7/8Jt9P/i1Qq+oPW2Mc+3MxaMg2
y2h7rXPaHGPccWP3Wfm2MVbDP+MJnUG+pkZf2Ki536aG3Q06u2EVX+KuUfWHr7HGi/JusJZZ
Zcx9FBbv+jS2y04zXOss/d9RJTbt+qfXQyyttmJY4FpeG23sGhJOt9VlXqe78xK36t9fcx7X
Y+NaGhszcxxgfT9TfXUxzP3FC7619Zpx6oy68c11l19QFY2OnYxh9j372IrvrdZlb8PJvwsu
oPa1tVlJ2lrhvr9rb3ts/tpKazOl5+J6lVWExluQ0Nx6se1gLmiHWbdl23Z7f3VYZR1isias
+itxFc+o4sg6mtm55VkfWYMF1YwsZoLnMJZc+mBUZ0FbX+1rXfmo9P1lpLC70mt3N3SMgS4i
G7P0tL2pKcl13WsV0VXdUrJIB2hzuTI9lldy7/oFuVZ0yo5brH3S4F1wiw6/nBra/wDqFydv
1wZuNX2Y1NrdFlzXVWOMmHWBri3x/OXW9CyftXTKLw4ua8O2uc1rTAcWt9tZczt+akp84+um
Zi/t7JZkOZVRSXjc8xue5olrWEOc/wCk76DVg4H1hOHnfYrnNq6dYNLqmgWVuftbXl3Phz8i
qr2Mtqb/AIH+bWl9fHdHb9as9j8UZGS2sXWXWOeQH7a21UenW+pvp7P0j0vqj/i+xeqdPxuq
dRseasoOe3Gr/RgNa59bRZZHqP3bd36L0f8AjLElNX6l1fWj9rWP6fjNzcG0urzBY9rKLayX
N3stu/nXa+302Wf8ItfP/wAXfVWW5F/TQ00Eg1Y9tg9VoPufU2wb6bGVP9lbnPrsf/hF2mF9
XsDAYyvHrPp1jbUxz3EMaPza987VSyuo5tGddQdrHVj+YdBGxwkX1vad36N376Snn/8Aml9Z
f2b9n2UfaNuzd6wjZ+5uj6e32/uJLb/bY3fY/tlX2j6fo7j627n09n/ffU/sJJKf/9aOX9YO
rnEbXlNouraN7nXY1j65DXbm7a/sbH3M/wCKuq9/6NXrfrY7Ax2nNtrxLLNoroba5jdkfozS
ylvtY/d7svYi9P6bT0zp+RT0zIxc7q1+/wBHKsDXuZY79HRFbvtDqKcfdvbW9lnq/wDXF590
f6v9a+tP1gs6b6zy4PLs3KuDj6bayavVsY/3+r/g6Mf/AM9V/pElPfdO6xnZ2Y3p2J9XxbVi
ja40vx/s9Zj1GbrdllHqe5r/AOd/l7LF0lf1fzXUh11eHXadX1MrZawv/wBJ6t1FVrvb7f8A
BLW6V0vD6P02jp2G308bGZsaDEnu+yxzdv6Sx36Sx/76sY2TRlUMyMaxttNg3V2MMtcP3mO/
Oakp5m/oOFWyy6zAaANzrjXjsJcD9P0aqW7v+uOs9VZIyPqYy51Dm49V22GVPstxi7aeH/aH
M+gu/c4N8yeB3Ky2Z3RusU2P9KvNxqya3WOa17HPa4s2Ueo39K31Gv8A0n0P8JX+jSU8rTg/
VHLvBoOO4N0dfXlbWgzv9Ntbn7rbP+E3rr+iUVU4FddNT6ajuLWWO3vgmd25rrG/9Nct1j6p
9G6xU6nFw2YL63HblUbamB7dw9Dc3e6xm8/p/Rx9m/8ARs/ml0P1TwMvp3QcPAzrq8nLxmFl
ltcx9Jxra1z2sc7ZVsr3bElPKf4ycWMnFxqXMdb1a5lRo2kuaxo/T5TyDtd7fZtd/wCCf4Pe
zsjJxaW5GF6XoVOZ6rLJDRjD2u9D0iz0nsZt9Nz99X/Bo31rw+p5uIKult9PLY9tvqOburc1
u5novILbNrmu+jX71ydHUOv42NkdIzuiZzHvAqc/GY69gF25lr6rWMfV6O39J9P1anpKesxc
i7PaH12Gml2mw/zosEfonvn031/8R/OLG+tHo52K62lz8bqmKCyjIp1b7gf0dm4sc+i38z2+
pQ//AKdn7Hk9Lxcbpwe2ymmkUjIduD5a1tW51Wntfs/N3rOyegDqGFXi29WON1LFAsqyHgDc
5vvZ6+8t3Vv9On1d+/fd+lSU8l6Vf7N3+sP2x6nO9u79/fs/nN/5n0fU9RJXftPUd37J/ZmJ
+3ftGz9qeqNnqR9D7Nu2/bfS9nob/T2fpPTSSU//17n+L8Z2P0yvp2BU4VZgFtuUaywh2QbN
7hZ9Lb07HwrKd9v8/n5lHp+niVb7u46U3o+M+/EwNjMgONuVWdL3OcdcjI3/AKez1HfRvf8A
9bXPfVL/ABgu+sOdlYtnT3YrMdnqNua/1G87PRu9lfo3P+nX/wBcWB9fH9VyvrhU3oTstl2N
gtr6lfgmH11vsfkVU2v30tqd9G79JdX+jf6iSnp/rZ1fpTXN6XlZdYFrmjIxQ53qWtP/AGlD
aBZkP9VzmepjY9e++v8AR22+jb+l2umdRZmVgY1UU0n07XOIaGuaNaWVtH06/oWs/RekvKvq
79Uuj9Surdm3u6hk5twte5j3uApq3fbK7stj6992Tb/J/mWb/wDCrs+sfWDNxOnhn1PxG5jQ
RTRVVRZ6TGifUux/Tppxrq69u32ZXp+okp2frM7Ir6a9uI8Y9mW9lF2a50ehVYRW+2sTvfkO
3ehhUU/Tzb6f+FXL9DvxasF1PTmH9m9Nn02ctvv9T7PXZuYdzqfWY/03fzuT6Pqez6C4/rvX
Prz1TrdX1f6na7DtuvqazFY1gawvc11Nosq/nfT/AJ1ln2hegt/Y/wBVcN7HO24wd6jRo5za
qmhlbtv03em2v1HP/wC5FtnppKdOt/o11svsY23ZLpIbqB+kiPzGLKzerdRGVV9jeK6qXstO
xzXeown3V5GjmV1XV79le7ez+e/na1jZPVelZVpznZgupvPpsZex+K0uj2R9oDfUorZ7n21e
p6X+GWT07quZ1brdGDg3n7Mx+7ItrmqlwnSuqW/aHN2/4e/32/zlWPQkp6T/AMd3pJttaMK8
MqfsD3EEuAO2x+2gXtbs/lP96D1D/Gd9VMyvbdR1SmtwhuRSPRJE+5rH1ZFdiy2/4qvVqf8A
ZesVm3f76hX6jGBx/m/Urt9Xez999df/AFtdF9Xv8XXT8BrP2plv6x9nJOLRe0txqdx3v9DD
dbdXvfZ7t7v+20lObXn/AOLOzpv2ijqGR0sZR2bBfkC1jpne6ptl/pbt3qer/M2rp+m9C+rN
/TBRiVjqGI9pHq3Pfa17XncYvfva/wD62tezCxbmsbdRTc2og1hzAdsfR2bg7bt2o7WtY0Na
3a0aBoGg+5JTjf8AM36tfs/9n/s+v0PU9aNz9/q/6X7Vu+079vs3ep9D2JLaSSU//9C/0rrL
LMkdK6Bi249l9pyeoZd20ura478jJt9J1rXZmT/M4/qelVT/AICr9D7NTJw+nYnTn4djm4WN
mOc1rKw42WH+cs2V1Nuvvt2jdZZ+ls/0n84iijA+r3TL3dOxDkOrAc6igF12RYCK2utLPVuf
9Pd/hPQp/mqlnV/VzrOflZfUep9Ru6dl5LTj01Yb2vZXiOGmK4QGNtrc7+crt/n/ANJ6iSnS
6VjfV/Aaz7DdWLba9x3E+rbuM2ZNrXtbbZZkPp/SWf8AA/ovoLWraLGh7SHtdBa5p3NIP5zX
N9rlg2fUf6uWYtNIbczIx2xVnVXPbeHGP0u4O9N7tzW/TrW30vCxum4NPTsJpGPSHEPe7e4l
73W2El30nvse97klOd1ix9fUuj1uZ+iryLb7bSJbUxuPk179zv5v9JYz6K53q/VX9Se6rBzb
cBzCA22jTc0S5vqPrLLXPf8AmbL/AEv+DXb5uHjZtDqLhNT/AKQDi0wCLPpt930m+9cx1z6n
uGNfd0K30LKmb245aLza4A/oK/VexlfqezY/99JTi4rRbkfaM7Id1G9jDUbssFxbUB76drnb
aqne/wBa3fvt/wAKreFR9VMDDf1Sx3TvsJ9jSaZ3WwfoXXCx9vo/91d64/qGTl4sPzbGHOqd
7en5WK6pw197ra2v+zurb9Kqx/qIGH1TqXV+sMysp2O6jFYDZblV7sbHpbtHqNon6Xq/zVFf
9Jyf0P6Tekp9L6NYMvp13VBYOj4GPDq7zUKdzW/pDdZUyxrH0Wt/wd7PoWfzXq/pFmu/xi44
vLem25Gd6lwpopfSGh5d9Gxm4PtbX/I2eusbE+s1fWb3dPtmvCc0V4wuI9QucP0ubktb+jsy
M33sd/g6Kf0FP+H9QFWV0z6mHMyOnv8AtXWchpx+ntdDzjU8fbMlzm+n9pvd/M47WfzP0/0d
qSn0yz629J6fjb+r3swruBS4je4/8HS1z3u/rfzf/CLbYXFoLok66cLx76r/AFMv+tuPh9Uy
LS2sZN46nc92624D0bKvS3Nd/Ofzb97vTr/8DXsAYWgBphoEBsJKZpJJJKf/2f/tJ+JQaG90
b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIAIQA4QklNBCUAAAAAABDhX8st
C+rtGS5qy9lj436FOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUA
AAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRl
ZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVw
T2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAK
cHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01Z
SwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAA
Q3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENu
dENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRy
Ym9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAA
AAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYj
Umx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIA
AAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAA
AABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wg
VW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RC
b3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0
bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBI
AAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZ
AAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAAC
OEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAAB
AFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////
////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////
//////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAA
AAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhC
SU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/
AAAABgAAAAAAAAAAAAADIAAAAfMAAAAFAGkAXwAwADEAMAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAQAAAAAAAAAAAAAB8wAAAyAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQA
AAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdo
dGxvbmcAAAHzAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAH
c2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVT
bGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUA
AAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAA
AAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAAMgAAAAAFJnaHRsb25nAAAB8wAAAAN1
cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFs
dFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQA
AAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAA
AAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29s
b3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxv
bmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAA
AAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAelgAAAAEAAABkAAAAoAAAASwAALuA
AAAeegAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJ
DBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABkAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAA
AAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQC
BQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1
FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm
9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFC
I8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSF
tJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8AwbLPUuZQ
0iQYA7S7VA6qzIbYcNgItu21sHGtns5/zlc6XjVu63TufFTHuLnuBMCPa7a2EnOpu+uOKHh7
8fFcch7WiXP9Brr2Vcj3XvrbX/I9RJT2PQs2rFvbSwNdidHwWsyLy36NjS6291O+PpW7Mdv/
ABS0MCinGw6mNqaz1JusDAI32H1bHaf1kF1uBbgU4F727urObbkUw5kNB+0XOtb7XV+pe6vG
Z+Zartn85xxyBokpVwbuBLYaQBMd0+QaaaX5NhDaqml73EaBoG50oFzSXwTqD5rL+u172fVt
1TNTk3U0EN+kQ98kN/e3bNqSmp1/rOcXYZxIYzHyQ/Lq4FlQbu+y2s9/tu/mfd+j9T+dV7/n
NVfd07peEwW0XOJzbX1zWMZrbS3CcLAPU3u/nnf0emlchi32dQOTi5LzRk4x9O+1mhFhca/U
2H8z2V/o/wCwrvRxbhX5+PePSyLvSbtH824H1LbMnFd/oL69vs+nT+kqSU6P1s+qv1Zqoqyu
j1Mqym2MuNLy59DmsLX+hbQ/f7bfo+nX/wAWurwMy7KFBsNVfquAY5jmndtP5rGu3NXI9Vw7
Mu2wPe5n2TEdlt2ay1h/Tuf/ANb2Mqb/AKSxX8H60VdP+peL1Z2O27JvtfjYlj4ljwLK7Lb7
Y3/oq8e213p++1n6NJTyX1t6rbkda6lRextX2fMsawN5cAdgLvpM+gGOXPsvduO7QEcdp7eK
9Jx+kY/Xfqzj5vUKtuXme42ARY4k7Krqn+57vV/nGequA6h0zI6dlOxsiHkiarAID2cbo/eb
9G1JTS9Xz037fwiP6qS6n/m7i/Yvs3pO+3en6m2dd8f0f+tt/wDSSSSn/9DKyW9U6blVer0n
KDrN8BzGguA/0RrYPo/y0PpFbq8y7JyqLsSwMMWXOHuD3N9jGNb+8KWfzn6NS6p9YvrR1THq
pxs63OZXNX6tRY1rtAPVffbW71fU/rrKy8L6yVS7Lw7mutbsc50ukN9u4Mrc9u5JTudP6lZn
5OV1WS8EU4zC8Hdt92Ra0N+i39I+r/ttb2D1o4+M9tg3uA3Ug/vE+5rz+5rvWD03H+zdNx6H
AtcGC25p53u1dP7v7iqZmTk1Of8AZwPomN+p8d21JT1tXWbXvd65YdoBBA2tWV9aupP6hfh9
Mx632+laMrLZUAXba/5itv8AKsdZuWb0bMty6GWWhu5zWu2tHgf+q3BDuGFlZdlfULTTTW6r
Irc32l1jiMWyvdP827fQ/wDsJKa9/Ua6OsXZtQNos21ZVWR7Hy4D9L7z+ZHpZNr3fTp/M/Rr
oX5rWYTL8um2k07QwWVOrJbb7n+m9zfTuZ/wjH/+B/pFyvT2Oty8gsrD21BznvLzXt2u/nKr
W/zXp/vrXw+pDptjbbt37NNL2hjX15G51m/G9emtoZitb7/ez0sdJTY6R1W93VLrL3NvdnY7
d1e7ZX6dnqsvw2Wnc1no79vq/wCnZ6ln6JVfq10LP67nVdIzd46T0h9hy5BZ7nua+3EbtDXt
ycl7fTt/SfoaPV/65k9Mqyrb7hcLH/Z6TvbXo4mQ+v0PzPU/Rvuq/f8A5tdp0XrHUulA4DxV
kYbwb68lggHf+lfkstpO9/rb2+r9o/S1v/wuxJTsdVtryesU9NFjccNx3kVNPp2bSNvp4gH8
w59NdrH3N/S0Yddno/pL6rKuc6n0j1+q4Hp1CvF6dW60sH0Q0baqqWj9zexrv7CLXl19T+sm
PTihhzsV/wBpy8iz2MqoDxvpc8F223Y/Yz1P6i1+p/ZsbIrvZaLBdYzG3NcCyLPVdt3N/P8A
Wa3/AK2kpy/s+T637Xh3pb9u6BH7sx/Ofzv56S0Ps137N3eu30PoRB27Z9T/AKj/AAiSSn//
0fQ+pY7BU1rAGMaIa1ugHwaFxf1podVQzKaZ3fo3jwI97XLvM+PTaDwZXKfW6oO6BkOGjqnM
dMxy4VO1/wCuJKeSFznag+46OA4MD87+0s/Jc0WiDqQWmJ4Hx/eRMD1HtY3QxI3A6eH/AH1D
6pTbVbW8F1lTw7dDeHADbO3c/akpza8u7FrbXQSNXNkdg73N5Qs3IORY213vsbAdGmoMODgP
b+agZNpZcWEEwQZ+XKhXbucZOwOJMg9+zklOg2013ZVlZLG5YsEtjkt9UNd/I97/AKHvViiv
FzsnIxq3vOLj1Npw+xfVUQ13qSHej9pf+mt/4xVceyi6qrEmR7oJJiTB/N2/5y0MDLqFdram
ejkOiIaCCYdr7vzklOhhNsZiX34VIc/e0gbpbtZu9m6W7vRZZYlZfl4X1cwPT2C7O9+Lef8A
AVWbsq12x52+vQ17vS2f6T9GqOP1TJ+y5eLYSbDj2Mae07Ppt2/S/nPejfWO+nJowOm40zTQ
2ttY0J9T0sdrY/M9T09m5JT0f+K/ozvQz+r5dTzjZbvSwnWnV1Qd6t11n72+5lX6R7/8HYo/
WbMx+pdco6bkE4/SsP8AWbrK9zhY6oF7Mfdt/Q+q7/CMW6Hir6v9How7z9uyK6fSxSSWWt2N
vvxfsxcfs9TKHfobP+0f6v8ApFg9NYy2nKeZcWV3F2uhIluo+j+Ykp3vUyf2P6u1nrehu9Da
3Zt27fsmydu30/Z9NJB33/sPbpv27OPzf3f6+32pJKf/0uiyP8ZH1RvZWHZjqHyJFlVmgdpr
sa9n9f3exaOfhV9Q6dkYjrRUzKqNbchg9QQ/VltY+i9eF2gwyY2a8CAfzd0L1D/Fp1duTgfY
b3Auw2w1nIEHY17W/wBV7ElNNv1S9G9uPQXFwMte/SXH94s3NVMiuPTeYBE+46/1Nw/qr0Rm
x2SA2CQ7v4rz/Kayh7vzQ1zgCDpG4jxSU8j9ZbG29TseGw4Q07fAAf8ASWaGfoGOBl2uhHYm
Y0+ktbqeK7L6lknHabvScXWMkS0Hu7j/AKhZ/wCz+ot211Y9z3vgtDGOcZnj2BySlsd7fZIA
3bjHbT/yS0q7wepCR7XgEjwgO2tgfvOWVZj31/TY9rq3Oa5rgWkOB2vYZ/ORvVsruZZYACK9
20nSJhv+d/LSU7WQ9v2oWgyPbRI1nfW31P3f3F1v+LfoD3dTzfrBkNkNccXD3ckshuTd/wBB
lTf+uri+kYWd1vrmP0+mw2XXPL3WnXaANcixs/4Fnv2f1Kl7B1Y4vReiswMQikbBj0gnUA+z
d/Kss9/v/wCMekp5vMy6MnreRfhEMc91eNW4ucPYwbXWN9LbYz1PT/N/nP0ah9Vn4tNWX6o9
S2ux9ZFejXe8+o51by935zfdvXO4mUWZuG/cHutYx1pbEeo2+/GdoD7f5ti1Om4OZV1DOY0b
XMv9TWQfSyWV30uE/m7v/PaSnrPSx/sPp6/QmNJmN3M7dySp/ZLvsX2f1NI27YMT/wAZ/PfS
925JJT//0/Py4Ct452uMaTzru/zV0n1C6zV0rrDbbhOPbLLD/JcNn0f5L9q5c7gx7m6NJmed
JhGwHmrJrf4ET20nXn83VJT7/kWMsY26rsCR46fRXlfVGZuU/wCz4rJNr4sud7WVhx3eq9/0
m1/SXYdF+tXSB0YV5WVXVdQC0tJO8sB2Mc2vbvdzs9q5Pr/1j6VS5zuml9rzWfSeGENa4/vG
36Tqm+76H8hJSet7+g4rRmZNGHa2G2Ox3ue9zj+c6zHp3v3env8Ae5YPVfrl1p92zEzMrHxi
0Gs79pJj23Me33s3f11RyOtdWza3VX5NttUbtoiNDp9Hb9H3Kuzqefis2V2htYmAQNATq3c5
JTAZd1lhdbY66yxxc573EkuPue+z/SOs938tCts32PIAraSA4mNJd7vFvtWx0m93VOp4mBup
rdlW1U+oGtLhucGbo/P2tc72r1TpP+LboXTclmbvtyc2szXdbthp7H0GMbQ5zf3nsSUi/wAX
f1Xp6L09/VMhmzLzWghz/pMxxDq2Pn6L7f5+7/rVf+CXMdU+tR6p9arWsj7Jj1uNQJ13AtY1
/wDI21usd/XtW79ZPrZa52V0qhxYGONNlhLS5509jGtDdrH72b/+DeuQzegW4uRn5bJ9F4qx
sZ/tbW9mxjs3NY537lzPpf8AGpKdGrpODjUMblPdY9rb/soHBDrHX1VvZ/pGvuW/m5VTqarA
C5px6QXtaXO3APs97h+57VUr6C/rD8UtdtqwXMmxsit9QbMb3bn7rNrH/o/f/wCfFZff9Vft
46c5zr8m0uH2i17663mH7vQbu/T1Vtqfut3/AGf+b/Te9JSP7W70/T9/qfHt+9P76Sqfs/qH
239nQfU2/SkRG30/tHqf6Lb7/VSSU//U88ofuBPuJJPHaT2Wr9V+jWdW6hkY7cj7O7Gx3ZAc
KnXucGOYxrK6Kf0j7P0m9bH1Y6D9XbsRg6ti215xcXOaHWu3VkbqrNuMzbR+ez0rP0n+F/wi
1+hO+q3TbPt/Tac6qxm1nq76DY5jmi17PQyr9zMZz2t/mv1j/BpKc+76idQaS+/rja2WsaTv
xr2uLS7bW2xvp/ouEj9Q+kthl/Van3FwLgbXsJafzdlmO7Y6xdWx/Qsuqy5nUnC/Kc0vsea2
2McNah7GVfpK/ofS/R/8Ihv6ZVc8ZRy7LS+s02ACGlrg7fbcz1q6/e389j/9H+fWkpyWfUTo
DWxba23UNAfmEAOP0YltPvcr+H9VOg4ZbZTjYxIb7XWObaJH09bfVqe5WXUPDat+Q57Ww1vr
1OJcAC11rjW636TPpvs/nP5xJnS9lbnixjHF81+lXLHOHNnpvaPY/wD0bElJ8bHdh5LLqqMZ
rKyHM2VUVt0A/SeqK3Weptbs9RljFZpZ9b7M2m23reGKAQX4dNDA54mXM9W2y/b7fz2OWJd9
W8q2w041FdwmQwh+wRtLfUa71KKuNjdjV2/RcN+F0vHxHsbW6kFuxkBoAcdu3b7fopKfNLsC
iv6x223ZAycj0bt9rq/Tl7LWsrf/AKF72td+lfj/AKP1K/zFt4nSMPrGPiY/ruNDWG67CZtd
9qZWKX+i65237NWzIyKvWZX/AD1b/TXP/XKrH6d1LNzGtDXWvyQ57iSXPdHp+9x3f1W/QrVD
oz+rZH7Et6a/0snp1ORd67wHV77S5lOPePpenlU4/pf8XYkp6XrPUOtdScensY3A6c4bcgho
c8tAiyisfQ2b/p+t6VH/AAN6NT03G6ZQ0nHquxsgD1hkgXWXbNGG620eo70XbX1Wf4P/AAfs
/Rqz1vqf2jox6rit9N9b2jqGPG51dsbfUbuH8qv9L/ov0v765TH6++691OU8+nZoHu4Y4d/6
v76SnsPtQ+xet6v6Lf4j1J4+zb/o+j/hP5vZ/wCe0lz3rHZ6X526Nvbxnd9Hb+ekkp//1bVP
Q8ukbn5jnv3Bo9LHcK9rz7N1jrvUb7/8Jt9P/i1Qq+oPW2Mc+3MxaMg2y2h7rXPaHGPccWP3
Wfm2MVbDP+MJnUG+pkZf2Ki536aG3Q06u2EVX+KuUfWHr7HGi/JusJZZZcx9FBbv+jS2y04z
XOss/d9RJTbt+qfXQyyttmJY4FpeG23sGhJOt9VlXqe78xK36t9fcx7XY+NaGhszcxxgfT9T
fXUxzP3FC7619Zpx6oy68c11l19QFY2OnYxh9j372IrvrdZlb8PJvwsuoPa1tVlJ2lrhvr9r
b3ts/tpKazOl5+J6lVWExluQ0Nx6se1gLmiHWbdl23Z7f3VYZR1isias+itxFc+o4sg6mtm5
5VkfWYMF1YwsZoLnMJZc+mBUZ0FbX+1rXfmo9P1lpLC70mt3N3SMgS4iG7P0tL2pKcl13WsV
0VXdUrJIB2hzuTI9lldy7/oFuVZ0yo5brH3S4F1wiw6/nBra/wDqFydv1wZuNX2Y1NrdFlzX
VWOMmHWBri3x/OXW9CyftXTKLw4ua8O2uc1rTAcWt9tZczt+akp84+umZi/t7JZkOZVRSXjc
8xue5olrWEOc/wCk76DVg4H1hOHnfYrnNq6dYNLqmgWVuftbXl3Phz8iqr2Mtqb/AIH+bWl9
fHdHb9as9j8UZGS2sXWXWOeQH7a21UenW+pvp7P0j0vqj/i+xeqdPxuqdRseasoOe3Gr/RgN
a59bRZZHqP3bd36L0f8AjLElNX6l1fWj9rWP6fjNzcG0urzBY9rKLayXN3stu/nXa+302Wf8
ItfP/wAXfVWW5F/TQ00Eg1Y9tg9VoPufU2wb6bGVP9lbnPrsf/hF2mF9XsDAYyvHrPp1jbUx
z3EMaPza987VSyuo5tGddQdrHVj+YdBGxwkX1vad36N376Snn/8Aml9Zf2b9n2UfaNuzd6wj
Z+5uj6e32/uJLb/bY3fY/tlX2j6fo7j627n09n/ffU/sJJKf/9aOX9YOrnEbXlNouraN7nXY
1j65DXbm7a/sbH3M/wCKuq9/6NXrfrY7Ax2nNtrxLLNoroba5jdkfozSylvtY/d7svYi9P6b
T0zp+RT0zIxc7q1+/wBHKsDXuZY79HRFbvtDqKcfdvbW9lnq/wDXF590f6v9a+tP1gs6b6zy
4PLs3KuDj6bayavVsY/3+r/g6Mf/AM9V/pElPfdO6xnZ2Y3p2J9XxbVija40vx/s9Zj1Gbrd
llHqe5r/AOd/l7LF0lf1fzXUh11eHXadX1MrZawv/wBJ6t1FVrvb7f8ABLW6V0vD6P02jp2G
308bGZsaDEnu+yxzdv6Sx36Sx/76sY2TRlUMyMaxttNg3V2MMtcP3mO/Oakp5m/oOFWyy6zA
aANzrjXjsJcD9P0aqW7v+uOs9VZIyPqYy51Dm49V22GVPstxi7aeH/aHM+gu/c4N8yeB3Ky2
Z3RusU2P9KvNxqya3WOa17HPa4s2Ueo39K31Gv8A0n0P8JX+jSU8rTg/VHLvBoOO4N0dfXlb
Wgzv9Ntbn7rbP+E3rr+iUVU4FddNT6ajuLWWO3vgmd25rrG/9Nct1j6p9G6xU6nFw2YL63Hb
lUbamB7dw9Dc3e6xm8/p/Rx9m/8ARs/ml0P1TwMvp3QcPAzrq8nLxmFlltcx9Jxra1z2sc7Z
Vsr3bElPKf4ycWMnFxqXMdb1a5lRo2kuaxo/T5TyDtd7fZtd/wCCf4PezsjJxaW5GF6XoVOZ
6rLJDRjD2u9D0iz0nsZt9Nz99X/Bo31rw+p5uIKult9PLY9tvqOburc1u5novILbNrmu+jX7
1ydHUOv42NkdIzuiZzHvAqc/GY69gF25lr6rWMfV6O39J9P1anpKesxci7PaH12Gml2mw/zo
sEfonvn031/8R/OLG+tHo52K62lz8bqmKCyjIp1b7gf0dm4sc+i38z2+pQ//AKdn7Hk9Lxcb
pwe2ymmkUjIduD5a1tW51Wntfs/N3rOyegDqGFXi29WON1LFAsqyHgDc5vvZ6+8t3Vv9On1d
+/fd+lSU8l6Vf7N3+sP2x6nO9u79/fs/nN/5n0fU9RJXftPUd37J/ZmJ+3ftGz9qeqNnqR9D
7Nu2/bfS9nob/T2fpPTSSU//17n+L8Z2P0yvp2BU4VZgFtuUaywh2QbN7hZ9Lb07HwrKd9v8
/n5lHp+niVb7u46U3o+M+/EwNjMgONuVWdL3OcdcjI3/AKez1HfRvf8A9bXPfVL/ABgu+sOd
lYtnT3YrMdnqNua/1G87PRu9lfo3P+nX/wBcWB9fH9VyvrhU3oTstl2Ngtr6lfgmH11vsfkV
U2v30tqd9G79JdX+jf6iSnp/rZ1fpTXN6XlZdYFrmjIxQ53qWtP/AGlDaBZkP9VzmepjY9e+
+v8AR22+jb+l2umdRZmVgY1UU0n07XOIaGuaNaWVtH06/oWs/RekvKvq79Uuj9Surdm3u6hk
5twte5j3uApq3fbK7stj6992Tb/J/mWb/wDCrs+sfWDNxOnhn1PxG5jQRTRVVRZ6TGifUux/
Tppxrq69u32ZXp+okp2frM7Ir6a9uI8Y9mW9lF2a50ehVYRW+2sTvfkO3ehhUU/Tzb6f+FXL
9DvxasF1PTmH9m9Nn02ctvv9T7PXZuYdzqfWY/03fzuT6Pqez6C4/rvXPrz1TrdX1f6na7Dt
uvqazFY1gawvc11Nosq/nfT/AJ1ln2hegt/Y/wBVcN7HO24wd6jRo5zaqmhlbtv03em2v1HP
/wC5FtnppKdOt/o11svsY23ZLpIbqB+kiPzGLKzerdRGVV9jeK6qXstOxzXeown3V5GjmV1X
V79le7ez+e/na1jZPVelZVpznZgupvPpsZex+K0uj2R9oDfUorZ7n21ep6X+GWT07quZ1brd
GDg3n7Mx+7ItrmqlwnSuqW/aHN2/4e/32/zlWPQkp6T/AMd3pJttaMK8MqfsD3EEuAO2x+2g
Xtbs/lP96D1D/Gd9VMyvbdR1SmtwhuRSPRJE+5rH1ZFdiy2/4qvVqf8AZesVm3f76hX6jGBx
/m/Urt9Xez999df/AFtdF9Xv8XXT8BrP2plv6x9nJOLRe0txqdx3v9DDdbdXvfZ7t7v+20lO
bXn/AOLOzpv2ijqGR0sZR2bBfkC1jpne6ptl/pbt3qer/M2rp+m9C+rN/TBRiVjqGI9pHq3P
fa17XncYvfva/wD62tezCxbmsbdRTc2og1hzAdsfR2bg7bt2o7WtY0Na3a0aBoGg+5JTjf8A
M36tfs/9n/s+v0PU9aNz9/q/6X7Vu+079vs3ep9D2JLaSSU//9C/0rrLLMkdK6Bi249l9pye
oZd20ura478jJt9J1rXZmT/M4/qelVT/AICr9D7NTJw+nYnTn4djm4WNmOc1rKw42WH+cs2V
1Nuvvt2jdZZ+ls/0n84iijA+r3TL3dOxDkOrAc6igF12RYCK2utLPVuf9Pd/hPQp/mqlnV/V
zrOflZfUep9Ru6dl5LTj01Yb2vZXiOGmK4QGNtrc7+crt/n/ANJ6iSnS6VjfV/Aaz7DdWLba
9x3E+rbuM2ZNrXtbbZZkPp/SWf8AA/ovoLWraLGh7SHtdBa5p3NIP5zXN9rlg2fUf6uWYtNI
bczIx2xVnVXPbeHGP0u4O9N7tzW/TrW30vCxum4NPTsJpGPSHEPe7e4l73W2El30nvse97kl
Od1ix9fUuj1uZ+iryLb7bSJbUxuPk179zv5v9JYz6K53q/VX9Se6rBzbcBzCA22jTc0S5vqP
rLLXPf8AmbL/AEv+DXb5uHjZtDqLhNT/AKQDi0wCLPpt930m+9cx1z6nuGNfd0K30LKmb245
aLza4A/oK/VexlfqezY/99JTi4rRbkfaM7Id1G9jDUbssFxbUB76drnbaqne/wBa3fvt/wAK
reFR9VMDDf1Sx3TvsJ9jSaZ3WwfoXXCx9vo/91d64/qGTl4sPzbGHOqd7en5WK6pw197ra2v
+zurb9Kqx/qIGH1TqXV+sMysp2O6jFYDZblV7sbHpbtHqNon6Xq/zVFf9Jyf0P6Tekp9L6NY
Mvp13VBYOj4GPDq7zUKdzW/pDdZUyxrH0Wt/wd7PoWfzXq/pFmu/xi44vLem25Gd6lwpopfS
Gh5d9Gxm4PtbX/I2eusbE+s1fWb3dPtmvCc0V4wuI9QucP0ubktb+jsyM33sd/g6Kf0FP+H9
QFWV0z6mHMyOnv8AtXWchpx+ntdDzjU8fbMlzm+n9pvd/M47WfzP0/0dqSn0yz629J6fjb+r
3swruBS4je4/8HS1z3u/rfzf/CLbYXFoLok66cLx76r/AFMv+tuPh9UyLS2sZN46nc92624D
0bKvS3Nd/Ofzb97vTr/8DXsAYWgBphoEBsJKZpJJJKf/2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAA
DwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8A
dABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/h
DqtodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBp
ZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRv
YmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMy
NSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJo
dHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNj
cmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIg
eG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJj
ZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUv
UmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMv
MS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8x
LjAvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1w
OkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTg6MzI6MjUrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRl
PSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjA1OjMyKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEy
LTI4VDE5OjA1OjMyKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjYyMDJhMmM3
LTVhYTItYTY0Ny04Nzg0LWVhMmVkNTVkZTJmZSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6
ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjY3M2MxNDA3LTBhYmEtMTFlOS1hNmY3LWVlODhjNTFiNWFkYiIg
eG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjI4QTFCRjYzNUVBODExRTRCNTAz
QTE5MEMwQTc2QzU3IiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1v
ZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoy
OEExQkY2MDVFQTgxMUU0QjUwM0ExOTBDMEE3NkM1NyIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1w
LmRpZDoyOEExQkY2MTVFQTgxMUU0QjUwM0ExOTBDMEE3NkM1NyIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9y
eT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFu
Y2VJRD0ieG1wLmlpZDowODE3ZDhmZC1lOTkyLTlhNDgtYTVjZC03NjhmMjY5MGE2NzMiIHN0
RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MzIrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdl
bnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0i
LyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9Inht
cC5paWQ6NjIwMmEyYzctNWFhMi1hNjQ3LTg3ODQtZWEyZWQ1NWRlMmZlIiBzdEV2dDp3aGVu
PSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjA1OjMyKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9y
ZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+
IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAA
AAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwR
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgDIAHzAwEiAAIRAQMR
Af/EALQAAAEFAQEAAAAAAAAAAAAAAAQAAgMFBgEHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgMB
AAIBBAICAgIDAQABAgMEABEFEiETBhAxIhQgFUEjMDJCFqAzJDURAAEDAgQCBwUGBAUCBAUF
AQEAEQIhMUFREgNhInEyQlJiEwQQgXKCkpGhorLC0iCx4iMw8MHyM2MUQ1Nzg9GTo7MFQOHx
0yQVEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAACvlZ0bAmD5GSjWNQgiAC022U15
U29FpCbG66jK6+bMRqRHGy8IGvQyXjxrJWjOucLrmDa6fDG5Q5ZbxqU5nlcnn4np1YYGLW50
fv8AJagO5zh2UaUdltZjhlTZVJzi4ccxhPxriPjoQlMRadUYxMcOn7MBQTiDhelFxoga8ZeU
ehDKSwCLBJg50LiVNRGuIlfDKJORE14w2KKAkx+rpgnRZu1Lbo2UIt1jNeW7xZiLJ6CpMpqQ
LIJKFIJp4Dymwm1wwXGkNg6wcucJ+cQ1roiVdRaDyjnXRuLMpsgBXWFcD3dFpAgO9gB9cLIZ
WyoNMSJqOOY8f1jSQdMJZR5iXvOjM3d4s0gvYCcSSIjYmk/ArMkumjh/B+DRIwAkytsy57GQ
DW9dZFV59vaYzcegrCv69DWSMO8ewa2R5xEonhsBSCaIgvGFRlRU2dOc2+K9DICQrAk4XTjD
2PGsewXU4a1zDjHtFPDKT8TCoyd5ThRlDaBDITyhPKpCc9hBciTDhXWcKmAi1KAtrDV3eX0w
+slxQcblNiPCuQTIV22zRXujkHN70eay5B0UisGIHGmCnF7XdHK+msgg+5q7YJvaQst82JIa
JgZRziRx3HCZJEc5xD5InkrUwy9PZjkYtznS4s6W7HxNOMbo3Ch8wRYXHM0qbih1Zm6G/wA+
bW6pdCefhsYP1+a3RIPMCQh2AJngdXlxrmEhtq4YYo0QRu4NJgIJxC6sDjMiLc4IgtAYQSs1
FFbk/YeFpPV2BJ1Ic0ZgQ2CcdLDIPi6OZiAU8t83d1oJf5nREs3Wh9eVwEn44Kr3UQZqspdk
WX2+HNU/PBnYH6QurNzCuDbKQVJ1iDUGgpSlvaXSh4BlcQLiJ+AwBcITC6GrOFkVRGl7NyIj
q2RFkU5x1Q9JyRel5USBEq6wIJrySecRwTUzZ8rNDTzGirxgSKQ6uLUqiJL2enuCOFogFOiQ
Wzo7kKzGkpgNnHhPotdaDBZgyqUGhIhyhSKgv6EGv+OODzRHUWi2YcaYmu21EVjusI4Y4S1F
iEB3ssS4jmgOJMJ2wonbxpMoXjph3kkw3QOtNnOE5okNrJxxzoyBt9VvLZohwEFddM+TAga1
p7MsoQCCl2cekOt7Gcr5q4ozq1GxhkaQVlpVFqGUwBsgLQIUCM7aZV5PXzCnZRUHRwINFheO
0FHpBrO8FHM0gi6OFwiQFpLQ2QfOIQSsdACkjjgVhb9KIcmAbbUxYSPMSODJqTSSgWxjeM6M
tqq2B5zRAzQZiI34tAWFgtkB646qNKTV3YDX2zQKQQsEJglOKVAFbXEk9TcylAtWeYXm7rzL
cumlfoB5xj45COOSMHjngIoTYCuuamyCSgjDscwoKMaAaYashHgFDD7QG9AH8FH9s60eJIAP
iNjINDVW5V6OuQL25rzhsbBzWUI68zfoAbIGwKCc0pbCksSwmBNCU5DSLCEDGNgBk9hDWW9Q
RwTChbWdFLA0lhljIhyhSWPrSuPFnCiK9xYcrZCSvNEIJoSCavs64muqYk6BKSWdLMOEAGMH
SFxExfeDqW4qTQMgsAF5OTJIODFj6PifRCiltIwMM/PlMyq0hb2QbglJFsx/AaAmAHinYNq7
cczw5A5J1jiVnWHePYMhljInsRAutOwyjE8o8hLBLALnOFiCQOdPFiCbukJKkoQouYCIDjWS
BkMjSrjnhLG3IryoAisSICR5stRXFEwk4hV5q4zQZrKaxBreouzq4i3SREMWMDxytGsl4ZoC
1qSRDED3M6SwStII5WkD2IjimgHwTRD1zpG+KYZ3qHuHOOC2IRyJEgs3Tgh6cAzOKJZYCAKs
K4aWvNqiifwQ76Rk9uFNhaNrJaoEBLmIOWg4XZ1VsJJFskhgxA4xj2HW9RQ0WmzBEQJKFqN5
K3rgMW1rRkkchFFOKPZxHetYOTHj2ucRnjSk8XeHJ4eBrxThCkhkJNfMWR1PYANhU3ZYUdtT
FcIbAX2yyu1As3sKIhqG8JZGTBMZYpHbU1iGLiLdJEYxA4xruHFxAGW1uRGPHmHyclJ+tR2t
s4SmlmjGCWAJBxdF3jTsjOkkkDiRwryeUV5YhkQDCw5A5sBIIMeGSm15hHaVZodSF0wZFJYh
+yyN8EVDqIOA02XJSQzCyAsQBpwpZOuot1zpCMWIc5xHOSNGYrcYYDk6YQomMlezhM1OGwE8
HVV5TlIpYzjetJmdccaunHP4OfHKdMHLBo1wnKFNHBmQAZQ8pLIyMCHlkNHqR7MCqNFniqtA
ySWhuqwabAaWLCHFcVAccXUWL8SaaMSrYW6BsRnePH156KOCxFK9EylerWoHNfAPc5DKizrA
QaWITO8CeteDsnYNmHnOvj6TlDdGskGCLOrsAgUkQ5HOIHN4it0lJ6AFz8RzNWefCGviIQNN
WkF3nr0uIRoQsgEscmo835F0YyWId6B59bG/dV2gxrpgYY+IARiFndPlxkUjRrndI6S7pgaO
SETXMCXjyCb3pDKxw2RjQmYWccOSITH15YSMdWhtcQKGzjnFlquSnI31pUVxIAdwSYtq4wAr
7vP2hdtGmCJ6mzJE1Hm74nDY3NJZh+Gyt8tfl1Kx5AyVg3iRJnr6hBOORGu8Iam+pANsjDsB
MQ13WiY7g5ceM53g+cdE8MsBOUI8cuxEkfJgvZZ3fibIwhzdxnysJrrwpTa0st4eooLiiviQ
kMoknHMOKVHnzWEg8c8JIo3B2iyV4baQIkdH2Ak6xxLR3tCBRTQHG8HJqywpSXslwUEd5GVY
1/AUquzDNvtq4g4UwFkdKcFsAAmPsYWznCMsXXmiskhDkU5BXRsK2zpbIpjADixNAtjI6QYk
klmQ9/OnFIjzV0biWJ/SLvHCt6W2NjaUOiOMm4CclhHUF3QA8TmkAZFcFTj25yzARZtq+lq6
gqjVtyI5oaUV4S1jhyTwaKaEnhfES9eSP9NptAJLgHQTZ8nMHmKC5qbArCJSSHQ1h4bX3FWK
KcUK6LOTqJGBa+En6mEb43iNClNFrsDojTIQgZFNED0V5RAo0gwFDLfGftrEkrXWAxEoqomq
2REzWuOtdw7NAh8qHHw94dl5KWNkFuw1yQgjMkV+Ys6w0hAJQ1GEEZQU5EZWGFvUWNePjgYT
yQdC0IjGRvjJk15CusJZh+lhY1Fmao+huydkjQWg0NKVvShx0jJg4SWIDo9FUlQ6RhOJayFH
2/4UXLfhVstGA3DmFdyeM7IXtQfUc6JLhXY61oSriJGLsiEcvSq6zAA5K8spRbQJhDRLDyMO
ZGhyejGQzQk3OcOcSHJcJ7OsOLrS5O7LyPrSAM0cACsa0bXnUA5kTR74JgfvUOkF4HcC6WU9
Y4P5Xkksd7rjz602TigsTekCkrQyqEGIOdNMsDYWA4Q0QvDa6UhodWGI6SxASjWAbJmFDyaE
6okZhqlG8e4GdxwkkPMHeW1lQSG67hji+DzkRoc7GwQy4SMa8ZM2cH7JGOhkaN47g5zeExQc
hvNHT3AkkJJFZltFjQ5RDhF9QWRmtAc8oorAAu4GljySCznIKUmrIAjTWGE1xJVaKvKlSIyL
o0SOjkFE6Id1nQsoRFhHXwFgZRoNjHkOcmIAGlyArzpCuiuyTOM08pliNYwpDreQpn3HQVQn
l0SAIXSzFUbxYO5JMiY0o7WvvR/JuFg2aqH5zmwCDexk0QFEcgCNAr0qUdX2NkCSDsCkUjyh
8UhOonEsD+EMrOl+/WhmUi2R55uR6DwwJO16Y8jUIyJOgaVTrTpWuPaBvnYcYVGR8LjBxLKA
j67g+lvCTHR+goxd9atKELQVxmL+nuBsnGliQMUAWh1WC1z60DEtTxp45hHDYxghEcYbwU4i
RCPLl1gQ+GQeuNGudw9EijuQGZ9MOc14KVGUChkABU0cJbNTxwpIpPIOOWLqQ4JQMwZ2hjNC
qKEvisoQahEkleRM4oaDR4cktacsOFhGNLFGGbEvzj0EqxdFUAHbYEHIb0shg0RwvgJCQpi3
VYjDWVZoAzl6iqA1PTLG37jOW9rIZ0XR9KQm3FMzNewAdJpmFWSb0pjyWgMkkATC2ImaiwGS
xEIWkAEjOxjyayyNTMOQJc6U+f1GcKvrxyOulENdVWudAtdRxnpvKW+KgOzzo5kcJJID0uxm
yDXxdJ1xGKsyyi37QlFzRGU5Jb05gyTvA62ysprG0ERoha2Qt+1pANNJCN7yUmZFAWEtbISk
RuGx86PjIiBozjSpMtOnJedEkgHOabOleBZ0ILB1GkorcggtHElboaYM2eZuYTIRzQnGxuCL
ijILDjoyZQo44fpMTXThdLZU4yYI0YRzgV10wnRwE5VVMGxt6NGnQFJZMBbYYkFdBIGsAeXA
9Y8PkouGmNw/TbT4M82rqy0EkgbO6PPFVXHhkDTGD7qpiLtsdeDCMhNDpvN9MH5ndZwpGclJ
Ox8DbCmtTqlQJJoIyIYqEDpdXAZU7XWB5wz0jhgF6F0wDthCZEq+Rm3aBhTx3UAIJawkJrIS
EqvmCngPC5gJSTsDSZozA8urOL2zqrU73nSLH6/EAMoxYoJhCthMELy3xulM/BcVA2TlsXF3
WnmdrtmSYNm0pyjNuSysVohzhix3Hjk1nDwZxlgVvChAsVFgpT2Eb+uIHHQkYzKotHCygfTZ
B7YpSOWEgr5TGgg9rwqYL6Mpzi3EhrXickC4jeecEQI7RGB9Cg3sJ4utCLWs1x29pSy26DOE
KKMKjbwco3jk5HlsBlaEyDPLphYo6Z7ScoeEsyM5ckLIIw2zzxhbT5Uk0cmVca1mcaasrJcL
2GlnLZ1X0sY4kEGVjSxEDQ7pEgUWMSOSRHh91lyp4FKPoSwDrztGZe8viSsdcoDIl4J3BSIZ
IsFTSBjhXB6r0UFTtxTLl6iMrArscFrLMcTjWgNyLERywTkZtEYI2mmLR9SWFiyBhjeNCGjx
FnyBpaBMYS1VhAN7yQeQAUao+vsBySOYraedGdtq4whCM4bwnhJyXjxyd0ax/SMY7plpiakP
43o4oKqNAsqjaOzJxb0RzynsJJAhgkoc0SIrrtzwYQl4J2wiK4woQjjLeVomkGKjl50zwuon
MqzYwmei06Mu3SxmTl0DilJPkC7YI4dzqIs3qaYowDwSn2OV3ZOo2hLx5R6j4TocQOmrrAiy
uuDMwdV1pb14lgRI5Ak88oLXESgtjDKGGVxQmxQBTacU0kmKszU1penKQi76VENzCAENhJYp
mj4wnjpIGlmI1pI/rB8QFkSSx1RfShnnXc6KvsOGTyHo/mQfvcrqx0UnTH25wJdiVN6V9k6U
igNHHqtkH4vR15Q3QZBcJqKxokJcRzWRnrO4ox1MI0H7A02tdQ+nFdoZ3i5xwkkJJDWSoY2V
FHV7BGAr/SwDFGX9aVDS4Q6WjCNgdg7Q3rxCSVMeJj4DK5f0ikGWIEBoOhFnaHQZ8eVR6UK6
yMLBbALjwSQQGYiHt6w6iUVE9nahpALSlyNpXETOtOrmtDNnx4urh1JCSQkkJJCSQkox/VGS
JjxC9iBcnsgzAwarMHptlU2g9c6JN6cwWwzgGXlXGquMxOX+ftICl1YhBMqyU5R3IgYjZDD1
/oecB9RgSj0BUaLpUDy6hDmBctucoZ3jjwz0sOxOdSEucHILPGuTXCSQkkJNjF2TBGjIptEF
CdHJApYgQ0tHIZ+k8ok5J1IaOUinHv8Apk6H0dp5MVtRDJm6KQsX8YAxExEzIZSWatjNDBXS
FHS7DKFetAjM2QVubsgAshpS5zN64xwkkJvWjYCMqV+tCtQlJCSQhyGEJK4UvnVjYFhoapE0
gNqRvDOHLnR3OcHugGLArCaQuEkJJCSQyttUVFVeU5RrYjlAYdEVQE55JJb2ZmaD0Nh5wz0A
kp1fo8m02ZvCLS0khe27YyZN6dSQmPYV1WSwfZUzzRQ1BRObHIJJCzl9iTtjYVYdVVlsXINn
ShdiOScXejWvEBQjwyMmFhrQsJVnpUeLJNhY+fdPReeXQnrC8unPS+ee6suEwALmCNOpjR0c
3SORISSPLdbpUZm1sUcGKRmI7vzE9bdm2mhzFPny7rBHl1fYfWFhqOdEkjq40eFLkyKllBNB
a1ejEFYyHF2tJW1nSyjrZQuFsg6BNMsHJGTSRuGROaFsuRSoRWjM0buizCVvo1YYm60RoPaP
eJJCSQkkJYwA9CWW047nODfKPWPJgePt4UT7FxO7SBk+prrIHGmqS2rM3SG7oqQQODiaO2ma
9FM1qgyxyj6DU9qKAT8IHQMqAkU6nHWlLpDNB6UwyK3dGZ7lxYGXt9LoCEpspx0fCVM4SJIS
SEkhLnRJI8ejKHH+lY3ZhE40oL5ZqAykO2sBTW2WtCynrrMtzQc2aDtSSZOo3xJgwfWMWZbh
UJqdhUWwmvqhg7KI0PcwaaIIOsNIPV1BMMiy01FFeBsoMRbIece1dFNC8lTEO6x4kkLnUJJH
F1CSQkkYOpvbkcVBwIyxVkU9yyYfl9BTlXBdX5S3who+N6GO70b1yGJ3CDF7nJmqdzg0YnNl
oPmxjd8xDyK2JJK+l3MBiLfSDgM9wQUJZaIyBelm6hNLOTPo0XacoPfBMdSQkkJNcJJCSQkk
UrchIabIMKL2yeiOTk5DEUhSREDFJwiXUJyQk5DGStAsbp80biJ9QNcEw4JaIDkk4Od15Jzp
IIrQkHZIAcHqJi6NmPAHE5oPFzNgW4ubKNdZZ48vugzk4gNqP6kJJCSQkkeeBLo3ZtPGdc84
MzElrNfUxDZZKwCyM1CbjmWhPRnVdsJd4cY5FOHeDANU8cinjmOys4cbK0UlYMXdQTag9wLl
Q6mIPI9SPZllDBQgGdvaMRgTxutL0RWhjZovaGGEsvR/MPSg9JCSQkkJJGPvudF1riQWqqil
lfrzFybppl9WU8EpdNw8+tNW8bOxpIxrxyXCOAphVq0eZ+v19AZll3RDmciCJR4y2fmHBQ8H
S4ucZbF5cg5YuLbOXIDT6mYxdoFviwzJeDOnVV8DVWppg/fcLI1JwXWdHJISSA41ESivYYq5
LuSrtudHJnR/YekvGPF1vB8UjhyXRdjQ9ruC6xCTXjcD6AMeXXOqy4ZU17BNdCdY95Jtw82N
hbIH2FIWalocgQypz4+B/Rt1S6U1ZZbhJISSEkhJISSP/9oACAECAAEFAP8A8kD/2gAIAQMA
AQUA/wDyQP/aAAgBAQABBQB/O4lHmXRKqNeCwC+mOs3ogn3Zk0eWhMlOMSZYPueGifqgrog/
IKDT2+Fz/pzwMKEEIpwADHjHnwAdYiEtoaCDCuiBvPBGBSMKk5IdCx1IK5ahHcEUKVrUkEU6
rTgrieUJF1eW9tJ6UqM0ez4+ZwVPI5z3rNWvDWRgMGtMA2QZfrxvC5EkthtCRm9aLEhS52uI
Qc2QdHYYqS7Nm3xgSSxCOXbAfTDQVAdF2JdtgkgSlWzlFg4b6OVWkBtG6pLWWZJQC9dAIiRr
YwaJGjj68kfBAIAJI2c+ThB9bAYaOFlVRKDnQs/VXsTyu/AtTS0pjuyj+Mjb2vT68UVutZUi
xQqWMl/F68hsfjix5drGE/jduOvKluKRwysHcKC5Jqk+71mGCqJo5TZZSjMCT7BBQn0uyx2C
AH9a2wwE5qTDvy2tlhjMSUBbIW0JMYEiVgI4wXm5NV2fvTrFVjJ+ykADMqQRReZJVAUEjNgA
HQUgCT5XARigHBrCPnRIJPreS+nZpUTLsi/0nDZwJ2rtI3o1ndje6sVOtVY2rcO1K5vQtiIx
dakJ4qgdZ68npUnG/sLFQxMCZ+RSiPntOwiqyvJC5Ofsp1jbCqTiHauTm9E+lPvNAZNIPSyh
QCMjAbAAmTFt+mUyaI58Jlek4qi/daxNWjaV+NWdH6F5TJQjIXbHGB0QdDYC6xvhTrS6wNiE
a+CPjNay3P8AQiS/Ykp8i1F7qVkEEk8XiWrbTy/TpQwWrFmy9DSzV3O60okwuozoyr5dVLSQ
xRzSQFMrVZHlZdGP4MSfw/JUsSIW0In/AOl2Cj5zf8vOmJ3ijyp0A+hikHNLjkBppND5IibT
VkDFo9G0F+vZyT4PHQNLdBQLEWPPgklkiijgjmnImoPI8OHegDogDB8A7KsFA2Ng4g+QSMI+
W/e5aeS6NJCzOcWYfTLEXij28H2jX1K0aROyc6t7MkoRIp2jx5G1LKzGWULhCuK9h44q1+F4
5b1ZR/chleA6h7X86Zg9EI6Ftsf5AAOQTvFGwQSEJ0w+UG284XIJ8MzEeoE9NWB8l/5WtmOR
/CxbL/jqe26MSNJQhKGgFB6U4gpD280Ef1Qne9/A3vR2W0DIxDEnCcUne9kAbbLEwihaRmlZ
z9WyryaC/b4xJUSe5F4kSaRc5LLJJBCkRkctKkn8ZZMtTFE+0AiVhnPljZacI+6WiGeDjQLL
MyRRXLSef9YkmJzG8TV3jwqoA86dW2CxIX5ZRsA59BJ+nHVtL5+xzoVQBifSIvAK2TqOZgxV
iq/j0PivYdpHQDInMZ6z+0pVIhg/YgktgG8H7kaz4wjNaAxGz/h2Gu/KEpAkSVr/ANkkZOyP
TSwCSOT3E0Uv92uyFTxCTNJKViXEI8k/FyVnlevKo0TlOMrNQsok4JP6daWOGGGzHI8a7szI
CbNSKU36DQYfSgkgq4bEBzQ2kBOR11A/pNlhPhmjTHX4qqzulSVoZx9SWW+ZmcmtGzzuqUaN
QSTyhcrRZekaa5EgVAMbZzZzex+4cHN/J/cj4AGl3gOOPjuymWyHVyGeCWOcMtNv+/flrFWK
zG6vVleWG/V4cYhjsv8ACEExjWNJpaAE1mSISxiL/raeFHimAjiYlOh1K9Fej03vy1pZUn5i
RyrJGuWYjuxGjx9HnOgBAO/GaJAcaqsdw1tD2MlkBYsnpRsVEJaC2kcU8jMs5TTH+fCfXR6N
uzYk4/TaskE1aeW/aSpUpTlp/QIB1h3skHDrehhGwQBmgc2pwEAA6wEENn5CEFmn7L3kLCCf
yvMA9vrzGw1dpf2q2nhbmkfTJIZZogCI1yaMeUkWGesv8+zIYbLkmXimOfmPZmjr9e7Iz1Ss
VeN3Z+FDOkTn4cEhj7DorDpUzG6oGwgDEQaowljI/lMkf4cHagFq/gBWIWZgRaY6AIXiR6mM
foVYVBeU1h1r8lmeBFCVbIIJGE6II2AMHr0NEMQDs+gN4NaBwEjGJ123DWePV++Xp1mSKSQh
6EhjsEApA+mrSD106COa6yQZUmdsG2EBAE4Ym0qPNRRf635Em7LAmT8Qf1DcMa1piZrFmX0/
Lrzz2IIDDE7EZYmRokQqjjzJYiRxYiMMwBbI0/lBXWKq7AjWFf5NEDhg8tEgVixAdvAdnme0
vmXmKYqqOAUdYY7Vz1Gskti7oJEr6EkjPleb7UA+SBg8jEOOAGYfPr5CkkAAEnCRndI+/kOQ
0ltLK2q5ilRvsSsXaIx+HUHS6YW67Ia6hMGvXoJHZufQvPYTHnS+4vySMq0/8pfxWVhY/Key
AIgiqA7y8PmLTrsTu9Y+a0JMvb6gpwcpLbPIwzsqoZGJbnQqxcllmIB1Jkl+J8+y2wlaYGMo
WcsFtCZzHS+pkh+zEVkVA6iZ2DWpvMHEiH9gzO+LL5AYk15RHJFMsuf8EhQ3RgQtdD4s/ogg
57GK+wWOWJ1jjuTvLY5cLkFd5fhkZoGCSQyp5J2iOQYZ0DTglCoGIQX6FpIkeRpo+WAI6kzx
We9D9lGQkjmXmqSzPJPLJISPxjieyTsN+17+ZmtrUgo8ovK+vc6bHVQNXrJ6emgSIupWViz7
ONaprhmrslmyhjSyu/70WpZUYf2KqGDp14o4HWzkh0zbzoSkZyEdYjKcD7RdDA2VpRHKZMln
d2C7HsAxtn2EH7D6EwUBgw6s5VEHp4QqVvriuxxKnt0ZJ687RSR2ScilL4YmLpYbxYIVY5Ah
sSyXLdtEVOUdhiJEo9gTJZheOy8o3PKr5yue923XrJWrt6ItOVi6Mv8AWi5dKWQynTM5+yyB
9d3ZTlVpHfes+SCvqXyMlpEE1HXJIiFKeh86+okFCDzo0a3KVie23kQ2W++ciSWigjq2NAhz
qNtYG+Awx7bmJN4GADP8q5BVgQGO9/E9pYE7NnbQQFMF6YvUv/TPctA3ZYVnSeMxtX+7VW+E
eXqq4qXIDD1JAk9q2ErcomNug5lyhIY2iILWaCWa/wDGbJRtkVWHAorVpkgmWcI0rvNJYZuj
0i6ksgJlQepkPi6jtlSqIqvywWTysRBb+pPpOHGVfgLrqcKzEkXLlbDzY1xalY5/WrxieowP
RYy0Z5/dcK24oi8qIqJINsBg1suDnpgC5CKcVsc/Ktt/Q08pYh/KX5w0skDyWof6xH0UpMtV
60Ylj9itO0RmYSGtZloyVoql5P8ASxKDzjGOqo3Iyxqtp4jJr6kADVpVDV5mjsdeirJCjk8P
iJFGfjCoOOiDL9spBWuPBB+P3n+1j6x1KtMGaOIASxRqFl9ByoyiirDs4/TrCTOu8KwM6KbN
hAVnRxZtAOlsgiU5M7gI5YctCZQRjhgwc4SvkOMEg3oa2c9fIDbQH03kCHRyVnUWPDW7kQ+g
z6aKwxM5JMpX0jEzTQNA9exUsY1KepJB2raslxZmpRR25etz4ZkQKiR+EjZ/qlldfFeVSb0s
ssXG5EMCa+B+z2IwLNk/XYWWaK3GUycf1Jg6sZydspbFJ/thjqY+lQgmEgR/aMqdKkhn/LVA
vdZ7haxYYe3VoHK5Iu8VEIVwomdTIkY3RgMdbZwsWxRpZF3hIOfx2LIBluKprW1kBsjcT7X2
ND5yV9joKIzDOtmJ6ztZTnhBY+sKiociRmdX+2OfkSypDV6avLFJLEsiLBzbE1dOrL9dX2Gz
5LPvVDy8c8DQy+wcg6Ulcc/rwW09gqGqqLttWVJCzSwBhceEiiRJXkAZT/7wVWaX0P7J+WmC
o5csPjIlcM4bTiYxkopJPogbV3Ab1jP6wEhKEZeVtAn0QEJza+G1pnAxmbXthlgqMikcPFJ5
FcBV/wCQNBhvLcY8cthFckpRrn1KI51ZmVlQO380nsqgtWQp6sUSizFKIhMH41iNprCR3K+m
XP4qXLmSGNkhRoLKTU5arQ/U6oSk0fQlmYuurIMwiVQlqwBDZJMP40XamEJx4xG0CqIZX8dF
ygyWITPHDof18n6iIqdponudhbVYg70CRFOQVZcEYJ+tRjaXKaCWVkCgb0QVDFijsSrBfJVP
JQBrKkKoP2IFZIiA4+A22DetWnYtXIFy5PHFGJ0dbLBs9OcrxCSYxoR/VLY9GQQjn2mjSOSK
JpwldL8zTWYpEfejF4lmr+C8ymvLBF99SzQeN1X5TQJmiXJbWprdmaNJL88zcqjBYSGCOMFD
k6lljYNH0X8W4FDwoqaqazymaLGDmXJzD+Pys54gDQcmFHNaFQK0LLaRCG5dU4tKBcrwxQiR
vgD1j/8AoXIwgESKVQjSgApYTSKG9ROPqjK+QfQXQB3uyESSYfzu2hLRp2QmXJSREV3WjDPW
QfXeuiIRdMIK8zyUpJ2DTbMEelafXq9D9UvKg9OAols143XlXXikkBOTwFTDFWVDNEZLMkka
XrbylF9ZQrQ16x6cCl+nORHZuO0SCMd2QGWrYApVCZ3qgCXE4lWF1qxK0iLr6lGeQpK+smZo
kJ20jEhVK4E+XB9owV5GUBjvPWnZdRbV1QKMlIK6+ajaijZWMTkYZBuRyUugBp2G3lIyunuf
ow/9CuAtGQrLE4Y354y0A9SdKyteu83pwfELr/JASlkGWLkIRWf4kkLEW/8ArnqTpPWZnLmu
5klEVSK702sZAvpo4Q3QeuBXSOp6CoCxfzZ157ZLz0pW/rcat4i0q5vCNgjWSLjIMYYx1k8R
eFgVLqcc+TDIhJ+Wdf4q5IPwECFFjR2cDyQDml3KR9lX3qQ+WjsBMec+kss8U7Bw6oW/+NMg
yTktSActCwhETsDOGduPWM/Q6U/2WY09tb+0JWhEsk8QhCL9iVokijnQE/bHqy+n5jqsHhVM
0whW3aluOIwtaNmD8LnydC/oaZQuem1ZI835GhW3PJNNx+e/9FLMMSxSPK/z+hxgcY7JX5YA
4FJy1EVaViDtNwvrCx9NoqdHH2QFDElvRhVRtQ5bQlCnInYNK+Bhs6+tCrLIGWNQV/SJwCGB
qAn2dhawheC0NNHHHQ4RdzlVpPQghlaSZPsEwfIwQ6neX3URgyDColdIGpOWBXrW5DLVgM9n
oFRihSfxQlKokBB0wew65075QSX5XalykuTTLHWpxbIgi+pfR/RhsOMdRjAHCACAAbsQeKx8
GQrkbMoUg43yPRwodvH/AA2HE+yEAJY7DkA+lVnb+GtMg84P4hZC8LMFDbORbGQedxAhpANw
BxNbAY9PoJYqBTquCrQSg59Ppf6xGKmjApIu13KvDIyc8h7s0SyLKxigAmmkrwpXEzh5KdWW
1YoV1pVkI0D6WxIuW3JM+3k406Il+3DNBQjkaY5ofoRsODpgcPwCDoAalH8LKaDArgKlVK69
ecI+N+S6+iQRjh3wNoyE54OmKghCw8n1EoOWDofZ/CNmbHAB8fAfwW20ky+E+C04MskjuMjB
OKknuEShZA6mVyHrAO6IAAPnoMEqcSNXvk+j1HCVoJB7nm9GOGWzJxOPBRrmNThRUWxKkKTW
AcuMrlqDladWWKSQyC3TJDHe/n9Zd6beOMI3+h+ctqymYkBGBYawn4UnQJA16Egb20aAPosx
/j7KEsCpc+ACCvy8vzg36Xaj4cpKBgbTwqpWeaIRsjAB9N9DPhidTSi/mfTNLCiqFgYoqxpG
7MqvvOw+q/AhY4uivbcLBCqKbDkvwqMcUCXqwQ9CsAZxYjnOslcKwPqSSUKQWZ7MJSWoHaXW
s/j+sh+CflgNjBrZAzrx/wDZIjEAHI2O/Q9AlcPxhKZISmSliITpToZ8uXQ+dlkChWX0GIbS
7BILMh8YUZiB5aIFUlUYfJb6qy5HrAV3G4Cq5UWbUkpilYyByTBK3tHGuww1wk1TU/Hecl5f
gQgPLFXr9A1+fXhrT82GVbs9vmTx3Y7tSwWMsI+XiViqAZ0AA0RYJXm+yP8Aj+su8J3h1ryT
msI3nYBEMre1RypjZt7YhCAwDuVrqC9ePdmP/sgIxtBSh07sc9lgxYspIwyHQYEkshRwzyRs
Au2MZAySTYR0YPGqujqCsoJrygiwEYSqEAALQSk4rD3HIAvWJI5R+ugH+OhIktkqHEMwrt+M
VnjnxjodGtBZi5oesljaCP4YgFmPz1PhINmKiSE/j+sutEjRAz52DhIzrRGSsYg5cRqsaDwg
ZsVCCCEHoMp/e3AdIyouwcPoLse3JLnYxT8sBiaB0doxXC58o+B0Ys+xWc70BGVCu0qDKs7i
NZSwlX0TD8ghT7ORMNXXVsqSkQGZQJpNsm/FOD+zL+PyH/asxDMT/Zs20gnmqGSW+gjlUncQ
JnP8j1NfVXGoqy6H8v1lxvk4da0cOwL8byVC5Bck5ESxQkhW1inZAOwQokUyAUH+v+s6lIHZ
Z4mjY6JKn0Pgu3wiopIPo+saXeGQ7Vts0gyP4EUqeHRC5iCmE+VHsOw2FBYSw+ZJGMZpSK0V
mINJGRq9aWGATliI5pIuNzrCj8Zqyx9G5dWtP1+j9VfmB7cqIqjqtuwrbyHZlA0OqNxxoBHX
O18H9ZR+h/c/OaIwgklQy3QkUxI1B9hb/sBQ7ZGYYW2xBGMpYOCcHyyxARXwGjYEkmQEOMf+
QR2ZH9K5c4dMNMVQ+S5BxN4g9uyKonJArkhlLMwQtlVFMc373AcojyJW1MjgrblZpU8qeDVc
R1a8aiKKRej+REpJaaS0IjFVR+qpzpzl5axdhCR9+tZZgV4QoUQgKNHN/pIfhvg70d5sHPjf
/HScG39QcRxBE+n3ggGeNARkEFt6PklSoTSrlsEvLGFwg4Q2m/iIiGyQh80SA3nFl9YjD0SA
UYKyMQV8+J95CxRkYkptEqbJmDl5QrLC8atKUZz+1lQZKkJsTU4BGiAaYESfk0LzVoF/jK8a
xsjSZaZEkrOkogrMZxGVIQlUiLHwAPP6b+HYDH/cAnG+CCdf8pD7M/AqyWm5lGGS1VSIfUSB
Ey4IkLMSGIHpXJKqzL6TbSMEmc6cposgkHwQoLhGXHUY40ASSBoQsXO9EOoHskg/wmAGewBC
3/aWGqrEGyxEhX0ArCRUbcgPmX+b/jdL0Io9DfxI4VLlktJETqzMY0+royiXnSs1FlEfNl0z
lNmUPGigIUGaOR/kFnUX5UVCfkVadpu/VhPP7dS6XIODRwa2khRmn95PCHdkIPkelQkPST62
2HY6CH/sZiXlAUyMPpsIVaVjn/AYjE/fezIx8OFZBoRkMchYblYe4WIYhNKH1IoIJDrAVUmQ
I9ZgRa/lNGDGshLPEXL2P4xUaP8AYk5tMVov+APnqWiiMB7R9mQhyjDzeIEfP20dbxHksoJJ
YLUMjEuc9YjmJ5Z/swewCRqrYkry8zrxW4wufGm1saxgdywhsFcevpO44x9Unjba0QSRI7uJ
WYOwCybLP9eyAAwGAMW0ThfWMzOhiHgJsxk+n/8A2oQcRflSkZnZnC7AUENGyqnqb6mJ+1GI
DfLV0O7Kkx/jnOc4FIAHxI3lLcpkneUBoZQVjbIn2l8nxypPJWyIpJB6XQ0kjAkgjZxI5Pse
PRJX0VOwh3ynb7aluSMFh58MzLEFDLokbzWsC4ig5ZBE66I+HRG+S3priIBPGFxgu/3PzojP
kqhU56XYZMZ2ORtoyqRitiMm0clZAGX4DI52FZovviWqZD6MmkLbNZsqQSXLVasleH9iTnTt
BFIDJYYrFXYKAx1Af+q6wdeZIBOSA8coEZIXP7JeWI/w+MDtmw+Se1I9Lh0orTPDLDMGTnzF
0gxjjaGEnWfG02HuqBbA0WRWIUEqFD2UciddOVAJA23nfyWHo56Vsc/Ov4p7XE2GLAsNAjSn
0JMkY60AYdaDEAyOXHsknWRD05ZVT8b55rVCBjZLIES65d2sBrEkPjnQSDSk6ryAw3Soj5ZX
+x8lRINSbkiRFRTLIp+6XPA96UM+jmiCSGVSPXOsOUoSlLEIIDYxwj4bWKRko+zLqebA2S2y
WYOEA92ZV+mVAWkQ7OlZnTFPsfURinyTtj6G9FQqAgqRmjpSAA5BSQszuxMTSBWf1kkQjJK+
ZSrmshDcigehcVQB8Y2WpQxlJZzEVldPt5NZ41Zf/alow2IvYqypHcX/ANUDthLjEVywroc/
rx5MFGEJsgHDr1vS6QmnMsRrSFZFcgB/Rdlz2Th+cUazQ9dEf/0BCAzfBJUodvIw1YkYELK8
Ypy+mqyAJWdMEUvkAB/kGNDvTDFk8qQSWXYK/ABdVQxxknaSqqtr73Ys8iABvlYUfzxuetGl
+lmURi1J4j8j6ZFZBUQyc2D/APcW0aJDKoGX4RW6caRtEIlXIk9OPIO9jYxtYNfXsemKlSAc
+CI3ANOz/GtL90IGsdWIIIwH4U/C/OXyn3lgFdhjy6x5C2THcUrEipPpH50/12KdiLBQseBz
LjCTjXAU4sjrD+OkxX+R/Wr1YgXniBZ42UBRuFVZpZ9ID8+x5Zwz+xkspZY/JH43zv7Euv0J
AElj3Nfss8oLvHcm0/MtlqNb2LLhS3OILQIFf8mpjfKCf1FCGONfkrogfHkY4GJoYwBDByf5
KCCw9qTUZfHFO4PrOwmsaNThTyd/y9ae+Q03reBJJC7lseYgB2aODmCSUcnlRgW6ngWq/kTV
cFuFcNquyyXa0QPdoInU68FuqnlM/sqrGQMw3r6kVCPQIO5VDYwAcOSZE+aFJrE9StHVg/To
2FiiecrBGrSsSqJeBB4zl6wZls//ACijmjNZy8XQgSSOvAsLyAhUdlxZ3bElPr7Tko0If3AV
SynR2CAGwKVNZNDh2P5Kdjfwwxx8+dGVxGJ2Uhg4LSmMzENEdRip4ef1IMDBwAFz61XIwhy2
freS/KuCaWUtGwYBgFY7QoS6orppmlC738BGLPISA5YxQu5WJUf8e5UdaED9GIUdKYyS9S8F
FRm8SbYdBCknGZfqahMbK1IzNZQIawKRW1P9ZZA+MQyfuU/iV/bQyQMWjP8AJg/vRUEBgAcA
0az7bl2StmvYDqW2A2OP5MPmyNwylWUsPNj+KSznCCWhnKNBajcJIGwFsPyqsgW3ZT7ZJUfI
JDGWX06AhdEsVKn7iyITtXLBh5YMSSTup4EqKuuJzjZuogRf06NgRRXLxVpnaSSm26ybK3qy
y1uYjLkiN/ZWNFy/pmrSaHUb/qrhhg+Gf4JJ1G5bNjGbaqT6GzjOCA52rH06uTGpyvL5PPul
kimLKp+G/dvjLJ/6n0Uf+WWS6olaeUcrlwMrfj9RpFqQAw1qsYln5gd+jyoxZtLK7s+wufxI
J/l8AIBtmOwjICi+dOpbW0ABlOjUU/ZVgaQ8qj/TqfozBV6tt5ZLkm8J9CBgYQfKIR4jRFSZ
/BjtBxclJekyMek+wH8o90hpLa4HZsO1H3vr02yNsCMZQzNGVO2Vk9EB9mNlQVn09V1KI5Ib
5J/acEpIp9zw7WGNpAK8fuEmvObalrM1ryDZky0kyuRrK52ZoHIME0YWNvPyCAxJBXCDrTbK
mRZiQgB0qjcm8gRlz8e5A+sDX69ex9cF2UqbLk4N6okisZS2RMrQ6KpcOkrTaWvqaeuPps25
fdgeRjxKceMRn+JD615wlhg9EhjshSrgHNawP6CqcjPgw61zJW1ETpdFWyX4WXf2Onw4IyN2
2oYYoRQJ4ZcM1eHLlivK8jQsBpGikdQUD5CiKZVgcCpBuWghCU0UvXXRhiCGONkeIKCnzUpG
1Ny+FVWNVCj9CQBfs/fPZRp5ryFH2hFZCKpYlucfsEmwLv8AJFYgUC5sl0OSz+ZjMxBnIFmZ
1MUvszet6GnUAfxDqV1K28DMpXRBHyPkgOxrODkDFHrkPGo0G2TMBueIHJPIR9bTe71mRXaY
lBOFx5zppvaFTpt4k7hhddXNw4k5JM3y07aFgLkr4Z1Mf2oy1qUtlovxKRzR/H3pMte6pAtg
eLeMbCZ1OiyxSuWipIDZ6+zfSMnIWZar7duR4Wu7hmnrM0TSBX5dJjEKqNkNOPf9Utg5ujbg
qpWrq6hiSfsfHZgfTDCNqf5D4XD6GBNAEA+h9VWb2VkYjnT+Y0lUh3TR/eVfmZQRJtiX+vJp
lkk/dg28KYq+kUaMxJIYpgB9Mfga0jAY8hLgr6jLyL+O8+tbsjlc7P6VbP60WCumzWjIeOKJ
bHTfJLLvisGy0q7o1hFF1lH93h0AY7bqph1LNHHagSFSCY0fG5cIsQIch5zHPNeIy2wmNdVi
6tLCCymVSH3Hkn7qPR27A/IJBJLEg7Gk35bVRFUh0ylOgdCpEjRATdOtCR2IJnu9mCBZOlP/
AGJbdmUDYYegdBSA/oe2TeHQAB0PTlk1j+gFGLvYUM0Q0n4vEFgH+PUbWXpjHW+UT0PCMWdg
qxdSOQ2acTpSvwkzUqojncljKWV4iFFfnzTOiQVzJN8WO7WjFG4/UWvLHE6HeXagZZlIPh8Y
n0hDlQdhtR6OFfkgKdklU0ImLSOjHElKBOhdieboTvG8nnDK8eKSwcNg0zMACCuFVOLDshCo
ki/luMgfzBBGEHRJbPmON3UqJPOIzsfx4E839Tv9OtJqTrHZsWESvBODUpq3p7H2ludSsPal
R8sAbmsxQGk8lmP6/RrU0jV5slnSIS32urVqQVqH+xjhhouReTo1fcciTpbqBV02SMEKu4QF
GBUFGAwBtFt4AM8bSsAqxyjUkiNkTgmWZBGZ2DPOCDOyly+kKgBBkcqxn7x6kmBLl1UKQCzE
xxkulKeXKnBsTSxfi0YeH8WheUfikJsS/i/OkRPxDmA1K8VWH/HqnU/VRmd2lnspGGRIljiB
+ftVEC+suvHCtaOW/fq0THGoUHRyaeOFZbdnp3YupHzqkde/05qPIr13t8WGcV+IRJEBXRZl
fPqiyXZyNSTpC4+TIgXCdYSWxSAYUD485IedixdiSzqfRJUnaIzgUZ2wcifzLTmhWPkXGI4k
/wBp4U+4/wAdlIT8fgA/0MUYh50SmRKmoK/MlKVYVz1i2IlLW4NK3T9JJYyGU/XN+QVFNv8A
J1jik/K7GoPym67U+renr3evKL1kpNBHGITz4iYpQNwB2mSqd9Sw9aOezNZzjchaEJx5FTJ+
qEuWraL1bNyzZl5/CCgRk4ZFjFW46POI5UZX9QMYpftg0T7eL4J179A4SVDjeDek+RU4N+ws
v45a+ybiW0LcPokrz70rf6DpAQ8u5Ef69lMQFcIljFkxylXAxWDYHGwwB3ijE9DH/koOlHwD
pgYkZWqQbHxiv8Gf3DLxa7tY/GLQb/61dcQfjToaFRKy9rkRXGqc6WKK3BM1mmvmu2i8B8zy
WJFlnqVp6/J/HYYTLIFA6BkE39qxeu3zDdrV7NuWlRgqBNPkgZVOtBdATFWM4mLwnXhcJIMb
McV1AViuD2MYnNPtSfdCSvZrWenSru/doPPHegnwTxA/3AMFpyDYbFlYBpmJZK7M8FV8FWrq
OpTjEsEDMtWA5/Wi0IF2UgCiKEhIICDXTf0qA0OCFsEALmqECUCxNSLP6aaNMb/pkG1BIrTz
pGbvQrSmoymmyjKoT77AIszzxwR+/sitR2fCoUy19880fJjVk8xhAzFYipRAyGsVEhAYvvN5
BL9g8HCUBjbzi+ST4wIoAUEH1pPTNwZYv9ceDzkiipUkWy0arHz+aiT0oilateOCreQvb6ay
pa7pIs9sFLXVB++wR93QJS+I2s96uhh7NJ4j1aRKW4HaSXzi2Rs2VBht15M9QMWaMMGiDHoQ
DI7xJNiZsNmzkVmwxWaXXYlmmjPOqDLE1dBWnV6ckp+qGyfseZ3s/k1gxpVlX6mVZo7lQoUV
Sr1pw4gjUs4UJEGWJYyLcoUsQMJGxKdwysp/uJjAB/3KSHAW0XdQGUH0PI+M4AccxfPieVPN
+C1LJRr1Fyz7CwWkIaRiLEk8Ltedxzr5tRXrM1Z61irYhBVQSrCOz95erWsmXlc9WiirrJ8b
sO0IdBJEYKsbietHJ/dg9T1/7IFOZkqUrkUtdZVT50WYYC2d2wIY5ZrVl5ascUdIuYbUjBYn
DND6aX8rk/8A6+D05IegGZcdVkWWFkmGmycfWVXSNOkJa6rsZA6sSc9fBB9RyHX2nDGS0XAt
OBzqjQLwoIynGgJPFryOnMpK4r86vC9qWdqkxqxS2bliKsnVRhWEdid1QWDFuC5AWlJKRwRR
XIjWSYvBKlGGKlN9gKxTWDIxVJwfWK6vLNACxmUGaVwV6QCTSwZ4ikMscMbFv+uuP5oxUwMG
i/Xt1o51+kIbahRQdf69uTNfz5jbf8jl9dMeyeB3GKRyfFmIOolKCxOsZeaZseXQaX1leYoZ
P238gg4NqfZz2AeB2WjZwdIGIZ4UNaOvDLYvJAadqOwgamrulWRJZSAqQOZDBDGEryhqcGPS
rRu1MELSYkUowDy0kw8qTDQmRTVtAmvLHKn3q4Do0Mp+2tH4V1iONWDSvDIDdW2jSQuix/KR
zqkihwamxXxmCgEEdPXkqfV1Nrz9CG++njdi3F/9unMs13iQmed6stS1x+oLChwMuweW+DJJ
JsO+w7A4soYV5th4hoHyq/ObzwWejzX+1elVfEv1AWvVCq9XqS2Be7FmdY/yE45/I4pE6/aX
KHXBWK7W1DP/AGUB8kk4v2TyAEZ/8Wd7LKHyazJCI2n9R3J0EvUkYQ35iJLMrBLv8/7bDJJ0
fPWmP1FDDExkETLDWjKpz632f60skCfXFhAP6dLQjcn3b9eax0LLB5Q4B58zxVDFK8fDjZUu
145Y4BHHnNuLYiUq47ETwTTSlj6LAvsrIQY5iDDKHikRlKkJn2jK9ZEaRZya1RVaLn1Q1mmj
xJGi3ftjV61m4ircuqWt9CRjdkiaDp2A0V91BvUg0PX5yKt3mkp/rkMdit5YxpklqsmRyVp8
2dAaCoGOip+2eQIbMQkmkkDP5WONyfTLj7bIarTZHz4ECoijWL/h0B/0sCWukBGcgu4Dwr6y
xOsXMowI3NrwiGL0MlXTxTfTZhsLPDegWzA6NAzgZ+5PwUZwI55I8SQToysD84zgFTsqPMwk
2skgUSiFD6Ess8pRFuQExXq+3s0I0itVcrWIHlsqjzJEhEUcYRwjIsaqs8IdzRDFKN6Aoekm
RzWJJEt/VG1tio6M4Cd6wMfuRO3+2iWOTtQs56URAvRkVumik9BAqdBCRbjIRgw1+t4AwSfv
bZmWvDHPNJUhSQQptK39q2sGgCyCSeMtasye1lkDcvolGSUOOrQSVJf3cgBSThPwCSKbqmHR
GjjzhUSYEBwp9jChc3laOwj+ZNE4IkZVMcRRkmjZKRgjr03MtaJpRQOoal4YjSIgKsJXHqOU
Bw4ZSflEVjIoCNDGxFaFYxWl0a0oQG1g+3J6QkkPNiGPzZHY1rqIk3b3FP1nPIlkaP8AW2u4
rDhRLL6ysGjstESxCpkPVrVDF2bHqtHanikMkDz/APukgAWYq/G66s29jtcsIAreghUH3o6G
ROBlZy6bGLxehYhq/j15pE/HqIjfhmPJaVxWumb+yqMwr8u/LDLzOhG61ZUKNL9UcQxAim1Y
ZXgsSkQW9PLOxeCVSZ5SqxOWKPKMdQ7QqBkzBEWU6RwUWQaD7QMMjAKuh9FVxfjPS7DArC2z
zmBcMSR++WN/Vanb7LMpOUyDH6BybTRzbGeiTyux9J6Vf7UsrpgRolCY3kRuf10kijeCzB1O
ZJE8UMjZKTpihUFAKgk38YfpjDRVgDYWBx1Nv/ftWFelaGUqdVQvxksccgWOIZ9UGzUp43O5
jiThc11b8d5+z+PUtn8eqNh/Ha+jxAAeFJr/AFFoMeVd9ClaQFLBIisAoJMErbSUgGUDIZT4
efWGzsmWQ485TI5/YhJ3yCCvo71+lpxHBdlH2NuZayeY5vCICBllwGHlSgKnidAunUhJmJIe
OIytT/G79g1fxtocTnXYy9W8VrVEEL8SH7pOLL/Zj/H4dtxYgn+mlxEjKCqzZVjEU00VCSxz
SY5P5Lj3aSMOhSLyh7KwVXiQBwjwTzCKjAhAzxL7/bDFop6zesmf6lFqqwkdUSW+WNWbo/aA
umiLOlZFP9SDUsSQuqCVDzgQ/Orsw5C7fkI7RcFlMHKRMo1WgUbGfJ/To7/pWIyJJ7qRrNfn
J9OzRT+kmeNQ7kn0AiTmNhannkqcv21SGGukMqOFJJ1rF/bZ2fOMQDvWHZz5yXo0RBFdgGW3
gZVCxSxqDK8xbIufQOCpUAat4Zq9tTWkvLJEbvpLT+TJH4a0pVFRpfEYDpEcupckabgzzsnJ
SuX/AL26wlbJZo4xFarykSL5D2Cy+9Bxr2jY7ysSmCALjJKDqRjELCtFvRBODf6WdfR0pZHn
lQ/aAUzTviiR89OcX5x1GnZiaEc33pLEirMrtEjbjeZMV5WwFt/cvsneD93kVcidHHjJ1IhM
pCtK7ASzKK9roNPHbvK4v9OND2+i5q9bqySf7S+QOrOFr90/ZN+SOoh/JQ2DvKrf77lo8fcq
SYluqYleM4o2kuxDskQD/tKRkXadV0WBFjMUS48bbEdtSli4rG/WDDTB54hj9Cupk7Eakdiu
TStwzR+1J/SfZhloNPOaNRMPMpDHkqQJZkYuhPhUd8ocu7aat+LHScqoiJxtNHSRAsOgqKAx
VFntPj3CBUtxzpZkZB5GRooP2zZOo/pEu7MfS1iRNQPu1IzGxVf/AK7DqtipIrNbmeOBbl3d
X7vvllP2p0KxH92KWR6dSysfNroEoq0KQWkP9a4TYktwoLtnE6E6H/cyGJu6/hOrLIZOt9YP
bgBrdiu7J2IFw9Wl4fpwgf3UOPNG4rSRNEYKuVkjGaHrY/RxtLLmPLvSyBBLWuscLFm5XFnu
PW5NWm0RnZYq6qdADycCaAeI4SunYsZZUVym1Mbw4JGfAjEMvgfdJktZzEvNsE/6p8rUVgeB
ijf07DSxR/Wluyv9unYP1XLDiGudyQe/vkCCaERlEfbCX3XW4itTnDBrEPoS+orf2GKNH8TV
IWBq1/DpEqBcdQc8Rloo4gRTruxr144v6krv/V/i0MwirF0CH23JJNY69Afo/wD6X7MYSQEl
JfrozTN4X+bcxUegsQGIoAAGDRwKThGs+tMMETCWkimeGRJ4ZRjkjFBIjkKOUjZPrrbmtckm
Krz7Mh4Vfy3DXUnKdA/IvgScq+xHGsNIVMIJUl3RUNwpn9mns2otfYpFe2PD2Yg8FpATYJlj
lZYrzFY0PprM/kK5YW5ZlaR7ao07rHJPN5SxbR4rErCayggedFCSocLgD7VL1XDy8oj6tnf6
OdL0iCf61hiYnRLIGqVaaaxz64r19YqDWtYAcA+SM2cBxtEdGM/WLCsYJftDH5dmWO10H1/c
lwRVUDDWFo9XLQnlkq2pBWqTIBWSIR26uzZTHtQRiLjG6Y6FWITVaZEvJoPkHB5oMvH5yMeB
z5XTiUlU/jkHk8WRct8a/JGvA6S43Lt+xzrWrda0qN8PYMu1kJJnXaOdShmw1JGIHiZAzZAs
bZGYkPGYtjbH6EgASfbDaoxREIGM6KXeIzNx+XFXgOgAwYgjZ/YPofYdg4W1hsQswOxPGJFv
wmpJXsmJ570SNNMZIxF6H9VMr9awxHTlGDq0wf8Ac86FR+R0WP8Atq7mYx28qRKpln5mKORJ
kVuuqyzoIzbgkEE0cmMfgD0VjdQb9yPEvzbTqQMRcjZIJOoxlq2pGewa+fbHMRNSXPqruHgp
kChAS9GqxPOqACjVZv8ARV1YceLScNdLxa4HPghgTe23+hy/DtmlRI5vrVacqzW4z5Uk7H8W
EsXvWs/59KpNiNRLLLYyukdYL8j4Iu1IbMV2rLTMthjkbqxqws2f0hhvktDN0VQpYsgUpGmS
CMKL9N4K0kURa1Iqf2bG5OxZgB7NtiO3a235K8Yi/J4pTN1KkS/7votOlm/OkVeVk+yXDFad
0rqpH7SSx+VhlJ+qMK0sKkpIXjkYEsFElw+kR5QXirhbMDKbLO0cfnNqMhdASwLg4P0v1p7B
l5gpjpWJ3l4EIkur8YckUtnV5t/+5yLd5IoZopVsI6O0Shq8YSOWIOEstGxkk17R1u1Ypo71
Bq0oBbKBUP5znMi1ZtTRR2TVgr30eWW5FHKnMo7jrVlPgOJpQoGp0svaQ2pJsH2EUqs75R/H
rEslWnWrIAMIBx4lfGhYZIjAqkhZIkUO6xma+A636Mca2aziOeP25ZsKBREP4faWQUKzyxV4
Ycd2VWkul6IkIAGwB+pG86ZSCvZMks/EjEWAgqP5ZoDLcBdV9+YopYp4LMVhDBEQuwo+MsgM
huTxYLLu0lmcm4n2KkcTpBG8cmxj10AHIQslRYAEXdqtHKaiSWcsrJVy325Wx5pHaKzLG9X8
oT+sbc1yxQ4H9hYKVeBRgAH+JRTn9eLZhj0leNBPx5Wmtci6RJSniaV3GQ9W7pu3YKt2ugZE
6dtjD2XSJPyGMhe/Acq3Y5shKYfRP6ySLGv5DJaun+hPFYqwrHFWcsFf49EjQy3Oa0yurirC
AwCQoZd4SNSsFlsNIuRTBDLJBMgKSJJGIma8+f37OSWizHoXQaPLvukXG2U43PVLfSoc02+j
bsNDNVALDe/iCGaxNxOPHzqyoFGsZgo/8csEMwbhcthJ+K8xyfxaxtuFfXDRniRks7kcRmKw
iDj24v7FIBkKMWUHf6T/AGMZaKKLUdaO40gxppVytZLKCdk7HcYCrwZQwQqWsuPCON2p5Ykj
vR25Xb1l0NFAvRij53H8TVHCakp/y/o19XJBCnAos8kUsQAKkfk3TspIzBnZjos+jvyP/X8R
4ZQj4zf/AJgPn9SBk8kUQLr77XKtXOhJzLtbI7M0L8e1FZ54Yf4trX5HZ8X4OnVlEQISuxDQ
H0rSqh68c1uvwFYtGDoNF5kVFyw5Ijsmp1phIlmcgRdGp5NeaWGaDqmXKdGGWD+pFj/j3tK8
BgUBzngg9iw0t6zWlryE7zQwAk/jX409h1UAawDNHefOv/CZl+zJJo40jcuuWLQjEUBXJZIJ
3t1C4633LGkDy5xKqx87wRgGv09pmxq4ZXX8hotYjko24hU6MsDjqwSGn15lL2oJa6PXmelz
voknZ0M8rI1dixnhdnu8/wC9mjL1kqVnM/GrMnT4b1zNTnjPN7Nyg3/2kalnrBFaOQOSBKdC
LkVhd7J+zoMpIBJH45xP9jPFEI4wP8d/+F9yGSSGvH/sH6DVlErZZsODBXSIW7/pkrWJBHQC
4I41WOhQjMRTX/I/RkVstII63+zLxPG7rKiHL/Knd3r2ENLoGNLViWN+BM3+wR/ho4nEtOEv
HFNEVI8Kq5620borr85ZqR2Et0nSa3QMUn0vj9vmRrH+U8/Y7VayxF6REo3CO7zP6ysNZzOZ
Ndk5NCGnU/XeM6qLV6OGKO9f6VpAQn+LuqDckp/ii/knYkvWaSGpXoxeIbE5xSEy/YEcVKsE
CtvCSM3sD4AOJJvB+v754XfxhijOSRFh0/x5LZg/FY2Qfh9X1X/GIoLBi8YxGPIcb1jfyMQf
JldcSckRWgDJ1UZ7dyL+unVsT2/oTJJCRweSehcrQVayFiRctIuX2+2hw/xx7S87mV6Fb9WY
KAScnjULdu2Oxe5XOhoQf4zWlQxQM/6fkt8VOfAZBPx6bxsbIc2plK1NqkcC+9mYnWwMOs2Q
ASCuwYehXlkBB/zlMoSe11IVTtRMl38rELT9O3dyDsS1ni6k0+TdCCJX/IKiKPyGZ5q912LS
y/bJVAF+hPDItqSaHmcW3bsf/XYvMRiQ/i08qdC3egpRRyArdmimuxcdWaONY0/UnWKpJdo4
l68lvp2aXOrVBFskDX+KxIpxmCr2ujN071Hnikaf2OtmyFyANYd2SCP7nsTgKi/uN4ABhB0p
Pq3dkifp/wBoNxOh/bg3/jsb/S7zjMqfi0f2f6PnlJ/x6o+D8bSPJPxevI03GqSzV/x5wtDj
wV00NNFG+GpXOPxeczVasNWHK8cf3/j9NKtf3L3Ox0ujFzavFqqaOv8AHQyWQRpJBakDyrXe
Gd8r2IvPpdS2o4hH0FkYHY/X8s6Bgqfj3M+tFhM1i9YhUAGSSrWFdJpS7UVJk18g587OxgGs
t3yhEjsWLeOTJ9FkzQosvd5UTP8AknKUn8o5YCfkfMkMNiObPQz2uAg5s/prBhGx/TrelVVH
6NNGpFqIkShh+nPn+nofkVmWZPxKIQiyGufkKgAGxCro6OATv9XcIjXzbZKSETdCjVEF6rPj
ysy1q0sqxwxR/wCE8v1Rvyuj0+w7xRHr9NeWOQZZWrgieUlYQ3oUojHFh+AdbJ3lr7pcNGCE
FRsRlsaH7T2EkqWvkHndObnrP+SfakP5NbgRvyvrM03b6E2LdnIXrXIQv5R1leD8r6Zm43aj
6MbSxrlnt82tlPrUbmbAxpolxbEDnQ3/AIQcTqWnr0+g9fj8+Su1XmRw2wNZappYFyO9y0q/
k4lgRvS5POkMfU7KSm13SI26VyxnKp0pcnehzk5kVnoTga/TeD9D+3RuxUKnAkls3+veS7bo
xCvT5EJaS6pMFaH7WUAY0ioLFrZis+RPeXcd5lNm2jlCXLhdklJum4a6B8/yOFN4SoRVDMlC
9IklR4mddmKIPkSAGk12pLPa6NmSQybWR1PO6Vpnr16UkqVa8Z/x0P8ALsw/bzg7x2av5BAt
P/7jSDdL8qmsPJMzlmBCHWfY2cr8ZuyyKoUaOzv9TIFyS14H5Nba3VS4tLlUa7z2HOsoxiOC
zG0saRhFIAy9KyuZyC8oIKszD4ARQAwVTervKbMMjzuwlQgjZ8+g4ZVBPoNR/LrtaPo90dKV
i8x5v4m08dLhUKcUtCrO1znNKJfxgvlP8YqxCDiUYSscaH/wfH67yUeo+gP/AOx5HYEuwQSM
Qj+ePzIJo+nzqsc3B4VQMB8WLLROesiCPo1XWx+V8uCSb8qgVLP5jdc2urcnL2pHwsWPD5sk
fIqq01zeb+FPxPZARyWPobgiLtNGheRvJsdVEM5vTskxEnNgJPSgaC0CwwBhkrJ60j5JvWtj
jcSe9NXoVqsAcA+1z4P/AJJfyMViv5d0hLx/yf8At2QQc2Nb+WIC9OZZehEpkkHMrKJXrfbY
59p7NOglWvYgWSxzI1hTfxNblQS9npb7PbnmxJVGS3JXV3wsM9nOJSF29KfqrUKgrRg/JfeF
gVlqxsG50hwUyske1Ni2sJkXpXmjFDmxXehLYaqhIrBYYr9CzfswfhcAD/iPKMdj8V6MDw/j
12SSP8OtOa34hUiNapFXjWBUb5xkRh4UZpxhl84Dsf4gH9SxJKfW8X2q3OvtPTZ3JjJI7doV
eaSzGNZUeGeeV6aQ85OarVorPXsIKxeQ1wRIzBVm7VSN17VFh0kR5URhicy/IrD4/cf8/iVe
ZZAPhgTh+FnvS7fuf1UH5Lz2WD8goSytFGyTSMiRQDd+3BVFi3LO51nPrfwo1qoiSBFf53vY
9kYHbRJ2Din5/Tfz+mhms036lguKwYfrbhZXDejyeU1lIIFhi2NK6RJ+T9dbc3L4b2hW5lWC
O9NDzz077Nfg6iWxIARxqzlT8C4/VtW6vDjVTxq2oeFWjeDlUIHGvPf4kscxqWAqITnBiWPm
hhouurF0yF/YHVM0kkHG6EjD8YvuRrgmbqTyvNetUIHWWRkViatee08UsEMscr+Jbd6IRdRn
ypdr2lIGwAD8YD8hs2c9/PreA7/zPzmh/h3K9RYePzDdniSOPFIbJpUgiuzdPpWU4lNchVUV
iI4rE8rS3Zqbx0+VbkntwFniQImsZPQQAZvf6AaIGiTsyRRPHW5Mp7MaeE+cJLFaKAWZ+RWw
dnhw5B1edOL/AEYKVeb+3ekpcgIOlAkwdTswyMaPF7Jig4PVYDk9VD/qrQMdeKMxVq8JXrV2
xLKMpmQASocVlI1sa2NYBr/yLyZrpiggrwqFUSWYq0UF+TqzeEUIm3UfN5gIrlCVxwqbQoyr
Whq02R/OazWhoEgYN6/5J2W1hUExW5X/ACgYDovIgFmDpTy2udHExpLGVhjVITEzx1ERn8sY
p4II2nnYtfcInQd3q2XcSWPrAvWUL9WBAZktGzzI5Y6V9lySYqDNOSluRSnQmUp0kISzFIFI
P+Ib0f8AJ5gACHFm9WqJ0+vL0ZeNSeCuyfA+CpJARRJFEZSAThBz/j/k7/Qa2M+cG8J/SxKV
n5knr8iIOSkKhcHPaas0YrrniyEx8uMN9EaOSQEhJzwVQwySg1ZCsNBmMNdIhZnDAnRkIbK1
WGbE5JBblQsDTj1LCiO0eM6xhexWeSNomWCQ4D8fpIzTuqhV/wAv7/ScTWejHG4WBeTVE8yR
iNDskRnAnxJEjiSWvXStZisKoBHg6KfLJskHABgO80RisGBUaIO+jYZLvNhZezG6tl+x6kaY
R4bJLRSKwMo2ZycEqM3pNK/ySdVpAMaUDFERSxJsS2akIudws/Me/YbnwaiyWWKJel+TQaXo
SSPH3ZbC25ZprdUVa00EMpEcjgQyv5ksxILfYi3CB4/zLS+rLTpLVhl6E9LmV6UWtkAHAudH
oQUInj7HWms/j7MiQ/kKs6nkVE6TuIukJDIOxGkPbRWQo6gDevnXwR8sTu7AW6MdQ1en0ZzB
jTmTJ2kKRKSEPyGGpVC4p/l9jEptmu3voh/2t+y1KlZGSSRVa/Q77uXkeRuZzmstDErOgCrJ
aiVe72mtvs6YhM9GSEJJI/H5QUug1PLFBl/8jMAl696w9a08UnNk+2l/nL85W5Nq/LzOXDzo
v3zR0gAzq9SLnQR9WRrUHUhlh6nS/pND2b4b6ulvoSxRWBclVK35Ffp5f6VrqS/jodeSRhGs
AbHYkjYWZATcQNXNiG6zJCHOlwMxZQsmH2rOrYIzqezDAEvTzZX58jLVqgGe80SXZfveaq8K
8/is5keOEUKuj0OlDTF77Pt78YljBdldi2Ql/s43GigD14ynY7C1Ahae1bhWGy3o5XR5F4//
APnf50uQkpjRI118gbBGs6F+OjDfu27dpOVZijUzU36NZo059OKxkPPVTPyudOtr8Qrub3Bu
08g48lqtTrRVIDo4SACzE+FXPghgcmgEsdblVImPHCrPzLShoir2ek9WZevKVPXlZU6kmC1U
9R36sRTtVCU7Vdm6FlmsGVwOf060J/2dcV+QstgW+tDSqUGNqzN4dHiYH+lbEssH0ycSh/as
QIsafkveeCT20jVoBNB2q7x2lDk8GjcmsQoEHpgPuAwOrf4xVkgDbz/kazp/kD1bfV6EkWc4
VIJKVRny3zal1JOPz5giLGuiQf4lidyRpIAqKqtrJp0iClnI0oJGAnZGHAADsjHY6HJsS2Lv
4t9pl5c8Eqcy06/6u4MXlWSLNJq8Yd2LDyWJLElB6OuVzpLsjTU+bD0r7XLKuDBVsC1Asf25
J9cMUFGfoW+TzoqUPb7kdNLNhrEoJD8aX+H5BCZKnK5tm5Z59Jadf9CAc+tBhQb/AFkOiATh
0BcnavXj6qq/H4TSGvwKMFlQBhJ18HNbzewCSD8gHBm/Iji9ya1n758Z8D9NfOsP7yfOKmgR
ofkdedrUVixA1Ls/av8AbKQ3ejBYUhd+wcZgS370qU9yUGpyaVu008qBSIXaNq7CJ0C5Kx8c
yvBAnW7ogSWR5D5LEKc44X+za5ItUudza/Pg/wAvn9Xc+xK3p5CMfUoh/HqMNvWDezsDeet4
XGgw16C4TsAjXvAwIDDYYEevgsCdk56AAbWF8+waB2fR0ToSwQzi7wqskVmlBETPK+B33L9i
DbnNfxgheWQCLi0b96a7IiEl41CQS7EUjk0pSVdw7X+q8KsSzE/I1gHpuJCFsoND/wAX/9oA
CAECAgY/AEgf/9oACAEDAgY/AEgf/9oACAEBAQY/ACWLWZMzPVMP8lAXJsckxvnRmRlJg9gA
30wRpTMp6yBqMvhkiQL4fvVHYraAzBI6FLdn2OY/pTdYO9M1GYuQ5ihIjnzW7uvR9MRjTrI7
shgwdPjknXFWQXBM7LirXuv9FdWos096ILTnkhtyOoywwHxKO7GRG3MAsFDah1aOhGYEhgn2
3BfNF6SwGa83aiDKPWH7UTMWTMBwqPxKoPB804LlgoxB0xjzTPBDagNIyTAI5pj72TCrKUyA
DEO/QpNTjZ0QTXBEv7qIPQ5PgmiBIxNyqmpvQp8EaMPtUgBetFqjWXFNIs2K9yBDSAt+pAil
KglFrY/5kgLRFS1yqVNzxWqRsLBEW4GjrSAYurPgQB+JCLPISpkH8KOpiGADKW4aSmH+3qqI
k3NLFGO0QdNCRWyOhnAqTmswLv8AiQaxqytaxRGPsqgMFmMU6DFkzLjkqhaTSjgJvsRlKi5T
71KUOtZ1Iyq5JpdQA0mMKGPbioyIrqDHgi18kJSxzRiDqjAgFRADCQocU+5AGRo9iiRMxGAu
jHWdQqMmVRbMICdYzoZcUTHE0PBUKz4Joi9yjqLhbk9w0Yhsz3VKcSBZlyYYoucGPSrsMrlc
GcokV4hOHMsxQMg5rxZlfSLPdMTStaMuWTHL9sVeT3w6yYCgyQcVZEHmetOKYhqUGaJPKBUn
P5UaZ0z+FEC92IrVM9XqFpB0n/OpARqRdRgHeRA9yh6WJrPDwxQapNB/StMGM50ONUNsCsua
RzUpRc1Y9KatMk2COIKomApinuiMExxpRCnvX+iIHuRzCIVLrTM/2hU9KIgWDURfrSDgHNSI
5pA/zRPV1nmFh9KE/MMODOuXc80Ud6MpkVmHAHFRO4+mUwSD0qI4hlT3+wy3AKWKEhSQsMwo
xYDQbZsoyZmOKJBdjZDClk7uGTg1Uq1JYBaY24WTTJEYVc1fwpgGBxOSd6h2OCfVqJQAaJTU
D8U0RqID3qtMhV6Nx7SYkxEhQIO4HGqx/wA/+ErtVyFUsG/krGtk4bVg36kBcs5HFAMxAuqC
shQ2Co+eKBckkVyZcxJkThwQlR4lnKO5MiRdg1gO6hEPSrqU5BgKZ3W5txi+iLA8U8rmpCor
1VT7HRxWS/1VLYrpsmoU2KOaDR1SkaDDxSkhIl8S2adnP+eqvMGTGN0J7jSqznijoABJeJHd
7yB3pAEYHFlKe2Y6jYClVMy6ki4OAUSY1dwcUJkHSLqRH2JnqowNSTZVuKsvNFHoR7+soyjX
bkASAhLTpiKknFNY8UDK2ScIDbYRgDKToxAJKrcVIHBXLnBPE9CJuszl+rUgGrgAtJat2QZ3
BuS9UWJMiKf7lzFzxyVx961V4N+pAvWXvRia4pgOnJcooCa2VRVv86UcRel/lXKb54ItV6Pl
8KMQHMIgvxTSJjKVaWUmDsHcIQi8YkgGQGB7yMYBgA59ynuB9RJL3xXmToTQdC/krWxVccUA
qJmoU1KJwhZ0eOKZ1xzVKMpQ1NtxGn3oMOWQvmrkt/JHbIbX76hUo2SYB9zZNXNTBO1L1Wqd
AaxarrcECGgAa1dCpzazIbQFi5dHSxdaiUKuwqck4qcE5FTWqMZ8wGBQ0hyRVk8gXGLICEJG
JoC4HzIZCy3AA8gKIyiDEC7IszGrokOWuq0BsUz0P+ioG4Gich/895PI1yyRcMLHpTRAGnPF
HB7NgV1j/wDv30SzRNKIgXalVXClP3IScgjgS6BItdqI3AFnrdNg9EYyLHBskZVMY1IxRkHe
ZuUZTqG0gD8KO4QDgxxCmBixW7ucGHTLlQi1zVRjkPYVZk4qnu6v7k+K44oVpis+PsutzdPZ
FHsjKZ1ykXcDBQjE0DEYGvhQiXJKDhiCuY3uCboTgf7c6SGLS6yaBPl3AzC8sHluOHwqcZG6
GmzVKlIWsESQzUZUqyMg+uWCIkZObD+lM9sUduZAN2atUI0sWR1QcHELzDBqvcolxECyG3A1
lWdi7rcltHTOJ1AG0gewpRlEgkFgc0Q2nAvQoSJ1SFA9leotii9GNBcFMzuP88q0sTkyqzg0
ehREg4H2J4hqUAsrYKpOdaImRYNQkC6MjY42PhQcjpJf5U8cg5NK9pGjOHBTmvEqQiHauakC
7lgRG34kd6UWEQw+IoQGJQiniHNgFDZkw1c8wco9leY1cF7/AGV9n80QfZX7U7ewClEKKtEz
6ROQB4hagCAMCiCQSaD7FqLDLMKQjIFrtmiGeQt/TJNO744d3mXlkgb+2HiH60e1FMeTTcFG
QoBcqUsQGdAP0hFzaoRIFWujBmxIQm2oPXh9S1O0QXHFCcZCOWZURKJJmNIIrVVDewznNps0
ATbxaUNI6SKv41HS1cEARWK0zFc0ZRBYXy8KDY2FmQe6YhmxRcsMXR0jU9i9vkTk3yDIPQYq
4s/uQc0xWkRd7tl8SeQAbD+pagDSxCiGc7lTjQIm/BPR8AMFQiIdh2VCEQS8mJ/qW3tE87ap
dJR3KkRuR+panutZsOr+5TES4HKBxHWQADMKrgqIfenxy9jmqL+wufcq+y6LkkYIbFPL2RqI
PFFmiTZkJAEAGr0Hyp2IMjQCwW5EF2QJojKxFXF1FpaJRsQFOVIeogOb3duMUdR/5C7lCAIz
IRA6HRxRMqaSX6FPckKEluKMRUkWxQ5WMbhQ0kgkv7lDdgauD0N3kCS5Id2ZA7jykbRF1KQi
52y7vy6f/LUdwxaIfUBZDejIFxRGlTigY3/mtJDk0PBatsOMWTaubGipUyuLflRJJHxGvwxQ
4UNhX4UImx4UQkfcOHeV8W9yZnAP3Mi8TZwgSNT1A/2oE0ga6RRNpqzCQRlIs91ICtK3QJOo
RwJsoTnESALsbE9ZGrOcBRkdnc29ZJqfD4kNuG2QwcnAKe6SzBoDOR6kUJ7tQanOqB+xcVeu
XsYqmGSBOGC/kndkyHH2P9/sEoHTIxGohFgCckSDpIwQBEnFQTkt6QLGWYVTVnTAvRa4/wDL
AGyvahJLX7y2y4kZVcIliAMTkECSwxKtQ34qUnbMLbi7AuK4urVCOm0g5A4oF6mvQiGfc2yz
lCXlsWYVxU4zOo5n8qlqNTcIgBquLptygFQensID71S4spaRWP3oxkATdkdyIbblcjBAMwIq
S60gUwNh8sUObVM2pj8SYvSpJ/ahF2ahCxu/uRcMMMUQ4tQIA2s7UR0iud3TWF2RANGdskTY
YF2Kc11G5/pU90uQAW9/KnxCfTVvv7KgIUlKkpcVten3J6hEuQGw7ylM5tFkISxoCgLdOKYp
romyctpajIhMuGKdmTn7FTFMjmEYnEVPQjpvAO3eWsOCLhagQ1yEBKgmGbDvdpHTU4JpYI6m
AlYcVLdFpVnwI7SkI1ia9A8KIlzA4pzfJPgcDZAOObEYAdlE4xLP0ITxkKZqMhbSKHFANR6j
Bb0COWJBD3r1luSnSMYkv0dVSMpOZyoMGRhEtGNGCj5YEgDV0Is8sU0lIwlzE6WF0BFw+dUY
4k0WmYBEqMbKcJCkTQVr3UCWbjcIaBV6Sy+FCLc8qk8U8qHB17293eWkjmxOAQMqh2CqHGBN
fwoDA1RpqwUpSYUoeCMSQQGoFogaAVIGaZ+sxI4oUcha5VkRbEIzsIhxm6hcGZZ708SEY2oC
nzXNJyLIDEUL3TWIVft9j4o1WQVKjFdHs/miXsiYlh/NGcDpkLmxR2d0aSQxnxRkAGialusm
pquMSCEBKPMGeqJFAQ7oSqwYlrMn7MhZk+2WiTUdPWVWclkwLl08rtQDNHcmXuwzKnvSqDQA
oxFcQtndAzHR2lIgm75XU4kjSRZf9jsSaRrOQt8CMyNchQHB+8tMXMiWDVNeVCch/dmASDcI
DGpXlbZZ+vLLwrVAagKPgvKgQd6VgLx8SO7uahGVRqQcoTieuGPSENTiQti6jOVGqXsiCeUD
DFERk0mqF1l/b25TJLDBDTtCIHeUTuCN/chGhyC5Q/DNESDCzLVIuQHYkBipS6zyqWy7OpRc
aA1AEJWMjToVSyIjUkUJ+lSmR1A5e1e0qBgHRDRlqGOHiVXbggXo1UTG4uF0p5EAZlFnl0LU
IsLLoVqrinPsOMjQKUpWemLN8K1BgZ0AKIlFpCh/Um23lEB2GCFa4hmPw6ldhkgQ1E8iQDYO
vKJrLq8UGjwIQcENgqCv+iAkXLuBmWR3JyLyL6TaI8KnXG2KgSANuR0k8SjLHbOoY/EnDHNk
dwhtUSI+9S3Nwu5qSHQ24C32BR9d6kOI/wDHE94f+J7CcAjLbJAmajihs7AfeIqO6UfV+vA3
N2R1QGA+VOzYAISAYccU1zE1a6LdWwGKESObEcESGFLLqawMVY3+7urlMYg1pRPGYB4JzIPG
yB1aQakyOKMZbgJzCeUgxvW3woHrNUc2feQjEANdRkxEcXDD5VSwFE5cvgUIAMCavdlvbto0
DGqBAocUSagqlBkgo1oaFPYIykSa0RP8/wBKbBctAhptj7LOnwU5cGielOCbtkflUQH1Xrd1
5sTp3ohpDo7ynCUmkXiXZ/lU4EAMTVvpVTq2zQl/0rVtkyD2KiCGbE3VC0hUHJad2BEwbioY
Jz2qKUieWIombkBxcBREbVHBSLB3YAKQ7UVL0XrhzkaRM9oKe2KiJ+5QgzmGGCAiD0BQ2Q8R
cyGA8ahsxPLAUVKLSDWdCeChOfWkeTpHhR9X6uurqRN/jkuWhayAvqFkSHv9i3I4ECvFDdII
hEsXx7qIDE44oUcmhTuwFwrcPcuWJZmRIiQQHAwRMngAajpVI1zII+pMYORcsyGoGn2Icrgm
wURuhxEtpNnW04aJLUwCcGtVOW7LlFgD+JGZOoM1FGGDO3SnA936VlhVMblF6dCDV4lERABZ
nTEucTggHoqY/wA0+KpVEmnBUsyqS86AKG0DS8iOKE6mBGN1pMOTAoSAZ+sMGR3IBomWq6Ex
cge5GMhqAxGKM9kHTkahHzoFxUN+2aj5G3okbuonek85ULqJhzQIpk6BjUzFEd3cjYvWx8Kl
IAREqgACiIA0gnNEC5DklebssN7bDvG/zoy3jo3oA6nxbtK4pb90kIgEzIagQnIDzdysiMuz
FFMfuQMYFo2egW1Fn29iTEOGp1pLlYgUDLUaZqIAY4IiIcHFS0ilAUB2mwTSBjnTAImVQDRk
ZRqZUFE+ns6m4vp8tDzJl2sAmhu9GoIHkkCaEE0KI3CA1g+HeTSk4wZGlGopSi8iDR8Chv8A
p+uKmIx+FCcaSixIxHhUTJxIxH8lTmpVRhC8jUYICVBEMWugRY4LlD5p8kMCv9Cnsqm1eCrV
kKgYFZMg325IRB96rVbVWIlQf7Ud+Q/tg0Jo/wBSaUwNNRAfh1J5AOLYI7m2A/A0dR03q5RH
WEr8GTbY1E1GfiQlEcj80TRS3gXMsiHB8UUTEuHfj8yBMmBNALra2gR5kqAOyPp5Q/vQsZdV
v+moxkCQOqLh0JRqZCouyuxBdggDR7nD6kREsJXD0Kn6jaYSZ5D9SeIM9zABQ9V6oPvGsYHs
A9+P/mKzdHscs+ZUo7dCaPw7Ulu+ogHLmECRiesj6XflWUTOFvmjqVPvohI2CDU4dKlFnc36
E7MckdTtgicDYISZqq+C8uEtUnYtb6vZEbshESkw4lSLilBmi8xEioDo89OCMInTG5lYlCsn
OOfwqUNRMZir97s8yEaAQDPdXbMCnzaUd0gkRoHz+JFxjinFj/NNFwM0wDSOJxRBsi5pxRY0
yui9sEABagKrVORTFU+5HE4FkzgvcLbgeUAU6U8Sxg1OCpyl6oOatUnI+FASJqoj3WRjKJGd
HCG9AEPUEBCHqw25YTNEd70UzmQGf5lo9VyAY0L91atYLWCnv7wDRpCV0HI1AEiYsvK36h3j
LtAeFSjtyBg/LKT0QkPffPxKMoigGqgxQnIub1wXkxkBqvLFvCoeoH92c+sO74ldEywVDqOQ
QMYuSaqUAKzGkHIHtSW16CLmEZkmVnJWxv7Z0+XIA5kIMGeoCZnbJRrS5H6UTRwSGtRGMaEF
nRINT/onzt7k1iMFf/8AlCcpEyBqGK/tkRFrJ9ycp6OYajR/BFf8hbMEnHm8zUqRMibElF3c
lrokkBw9VqNJYYICIZmqbKQNZH7EZO9KEcPhQDPKQ1EHiqFiyMXtimGOCH8kxIcC2YTxu98k
xA6elGhrlZESaLWTRZhiqyqckKJ8jTBCJDnNbe9EgmBBAZSkz6gNQ4qUYhmNRkiYkyk1SaqP
LU1dF3Bdw1W8Uka6W+oOhsysAzlCWyRbqgIRjCeqAvmAhL1UIwIvnTtIjaPOeWJxbw6VHbjA
boleJ6zo7u0WBpuQPZPhRlIgyBo9D+JVDPYF0HBpTUaujCQctQkuwQeTxe6EpBibt+mSA2jp
ahGB8SEXEd0CoN0a0apKGuQpZ1CO2NIBvYIMXIspTIBILx6T1kNcDuRFzbSo7gFwBdA2yOKD
YCp6VHeJMqkkYUK3Yk1LGIAsq3ao4IEGhsEBFqUXvzR17B3HwiSwHyptv0pAamP4ZIxlt6Yv
kzfHJDm5Rcg835VpDtm7hk8DU41RiQ8jjf8AMnkbYCo+ZO5Is2CBjL4rfiUXoHqcGRqaM39S
6LIiThxdM/CgqiCQzFEM4wPQrseGS0gMMynDEkVHH4kAKnEImQqaElClJWe6EWRiSAcEA5Ax
zRBqJUK8h2G4KA8FqjEAyrI4pzQkVbFUiGLi60daT0Kcf8nBA6hEuwcOW+Fc3qRt6amMRzN8
apuT3KMSXNUCQRttqIl+HlU9704rAu3ShPe5NwWjnIr1G3Nhu6SYNSoVQCQaoEgFsATigLYA
PRCcSxBab0R2dwc06CjkEdpO5nEWJZiUJTbURUfpTw5NJeMooQ3pngbBADDNQjEUi79PdTAC
IiK8GXKMS54KTly1v9q0SFAXquYUkcFKRsAbqOqgYke9aW6wDtl2UCTR04JERUFBjfFY5Ik6
IGxiAHU5ECYlYEWPZQ2YQO3OnmEsIn4NKYaQQa3H4f8AxEdRtYdUOe8sW6DZUBfEnLwoggkZ
Fw3zIEkE5H+lYBzZ3H0KO3UC5bH4pLlqAKhOaVoETJhFqpwC2BRL0FyhpqZAoxqTnZRoQ2K5
Q+bCjIEAB2x/Ki7EZg1+ZOSwsB/UicEDfiAhICr1dYk4NgtuR5DGVDcn5kxJedQboaZiZiOY
ZIuSCTRk0QwjjmiS9MWxQlGEpcfzIACMRgOshGe5GEKkCMWLqUoy/twDa5UJ+VFuYipL3+BD
UATHA9YH4kJGgdmuKogB6u/7kQLZHE+HStqHirjRGMxS5fJGcDR3BxZ0JyGqO4Hc3Hiiidsl
hUm9ENRLN0k/CnbrFgMvGmlKgFRdRjsQlIRxNPiRlLkg1QA5ke6pQEtIwituW4C8WJc38K1Q
ABNKZIEXF1JwbFaBQwotqTs4bVx8SGqvEpiaBSeow9gMRqJDWJKMTAhheVB8OlCW4dMRhF2T
RmWBdkJNqYNWq6o+xdQDipbQDAm6eIMZFnL/AIkXjrIoZFAAMRigWFVEA2qqhyauqFgbhEUZ
nZRmDeo4DvJpEk4H9MlSQ5aM+Kc42f8AMjFgw63+9Bqk4YJ5Uc0IwTioGKcnpGKZiIvWiiQz
C7FvqUZAuxcabsoHEECuK8uQrJjqBogWYWzVaEPw/DJBixNDdiiJUMTjl3lo2jz0JOFU8gZ7
gesv0oy3RWZcAWZGJeIehAopHbq1wRRAG5agUZSNDYC3zRWnbAG3KIkCz0IUpRLCF5U7XW0o
RFXDErTmaHJS9FMgxFYOfwqVWGKOkOBXjFa92Q5hTGRWmG1qJtqogQQJGsgKMi0nOVwPEg51
SOSjOQ00DnGyOiEpZCgRMNsAHNNOPKcAG+ZTlIuZkl+hB8LYCq2zIuSG4rSCHC3AC7YrBEwg
AKVARIDumZkSgyZqrkuaEoihIqSiMSGBFwgDU4nh4kaggpsggZMwNf8AcjV3FE18inI1RA6F
LcnKtWiTgnlEw1DE/ShFw7IiVTmnJYns2quaIvjiiIgB7BMbBEe9kC5IJFrqJgHcVP6lpcE/
6oRkNMbhAQZhUce8oTehOk8CPEmD6hYmtfCqmoq4un3CBGWD3+Jf2oRgxoaIOA8iA5ritr08
KyIeRGCOosAGA/pRjOsWcHM/EqMGxufqQMuYmgJqgZCsIsCKABSn3ywAwCErGzDFWfpQ3tr/
AJAbKG8131P3h1tSLQYYZI8mo4NZHe9ROMZYQHXQ0DRDgeaXxp5RYAUtf4VtQjDSJSi5NENU
dQiOqMkToMgQ1rLTDZcjOiYR0DM4po53CjtliSHLVt3kIz7BIdHdkGlOz91HSAHu2K+/2EtX
2Nb2c1HLKQjhZGhBxTv/APFCJoPvWmoIvkje9sfpReirUCy+9HzM3Z2oiGeAqwLlvDqUxqJa
TAYqJN2sckXBD4o6athZODXK4CcgujEB39ycGmP+5SgTTAqAkaMziip2cf8AanAEzhw+VE25
WCjEPJpm6BkOXA0CpUnAqXmuG5ogVr4UCAQ981CMj/b2jrmTWgW5KJLSkdHwx5Y8yjGIqakn
NDblKki9EIkMAakULfCgIxD4P+5GLGMTdrKEIEtcvmnNB/ntJsSiwpIsSc0Nsy5JVrfV2kBE
6h9pCluCVIh2RnuFttyxNwpTkHHZ4+JanJng2ChvbpOnaYy93VTLkiCcQjq29JwN0xwRlGR0
irYqUnqadA+JDc3g7nlcNfwqO2K6QzhSkDyiwWHsKyRpjQ5p0RIOyrbJSri7ZhMCxBQMhXBc
7CrgZpxnimJ96DOGH2+JNIVLMxQ1UGeCOkWo73HyqRmWL0IqFzVcUA/aq3P8vhkqDGuJouWn
D9MlXmIxGCdwGsBijEGh5kNAckXTsWw/oRMiAZXCe2XH6kQCYvcs4W5tO8okSfPxIP2nABqF
Uj7C6dmkC1UGkDmFP1JbzfUBokdb4UKg5g0QYOAal1GW7HUYh4vZ1yRxvG6LsTUBMCOj9KMS
LB6/uUYRvLBcccVpkzggADElAy5ibZKMoONTfah6fbNjz8ShtOKuSYmgCG1EtGNAHQwiMQa/
SpSEQBI36E7fYuUsVon9qeLnTgiN0MJWFwjIkwgJAkDEd1aIR0wiGHBDEyIb3oRetz0r3+17
5+wsEWDouEZBniPuQnkWQiAHBetU7hzTNDUakohrKrsAomNScE5LA1LIQ2w3E0REQAI4mgft
I2lLA3FO6uJFSg9wagcV1eWQatPmREQxzNVmcC1kCakWHStTiMWutJA0hiCjRy9wFwOBoWRy
sz4I7QGnXEhNKwJRAJkRUoQkaGlEImgzstj021Hk2QzDHxKwd6KMjWuCJa2CDx0s5d2KqXAL
kvmiSQ4HKyBkWe7O4+KCE4FwKSojPajQXK2YyFpIMKgUotyQ7MSwxEypUZzUn9yMx1iCHPQq
l6FyM/Co7cI6wTYDs+JR2YxAAFQnFETlco40spEYHG7BERIINwbLSRzjLJHZhWRN7D6VHUeW
OXBUxX+b+1kVW6p9qqpDBi6d2xC1Pf8An3kJEggUd6rlLmNSU5djcIEGiBs/3IiLjEnArSzV
vgyMAdTNSgcDu6lpgKCwNPi6qJiWoOgIsSRLG4QBDFkwFxQW+pEDC70KFXb7kKUth+FaZOCK
sLse8jjgH/pVTUjpZAAlzWlad5QkK+WQQBijNtINWuhIx0hmJF1qi96N+pAyk4YMAtLEMGY3
QBpk5q6GkFwKuhYCxdAn3hM7A4RTgS04vVVuERwUmIiGYAZlQlKNIPL5u8npX7kS45iATipV
YE0AVW0jNRhtgGRLAXfxKEmfelEazxVka0Tw7SEgaE1CkQz2IHFEipoQBdAyGkG4Uw7jALbB
uy/mvu9tPY6ZmCrbBN0qUZMNNHwPcRp0E0QicLAosGBuAgI2RiJAnBcxoKAD9S5WcHHJAPjU
E/iiiRST0D0vzIxAD35auUNVRIUwPxIwFsGxKBiLPUh0CSTJ2DIh6X4rl5RiTmqm1CW/EtOp
wUJP1aA0WoEVoWx+pGJwNCUSOaQOdKp5lzlgtDBzxsqcv+fCiOtndPZ6h0NWOKM8I2HFEWDs
c1rnORDsRiWQ0XOBRqzBlegzuycB3FgtIqTIOp7xdhSPSntSyhFncm4RniaABkWOoP8AMwX/
AP0JzAL8sZNERHa3txQaTggMRZPq+5CW0aYjEfEjCdYiv+1CIcgptLxNz70BEYiqs4Zq5oAk
PcZ1UHrzURwP8ZDLhinZPEUkPvVOYC6YEmbfYhqLVc5o06P3LPo4rM3qnJOZAw+JGQFDUutQ
OD6WQOnG/wClAkXBwRDNG9LkJ4UD1B/pWli5xPWJWcsrj/3NKrbIIsPuaiowe5aykBzNYJpX
zF0aEUs4qgJUyOHwoEVErk3KBAtdc1pYZfEpgNylwogF6UfD4UGFY3N0wDC7IykGOWScEMKE
ouXxdag7m4/ajGVzYLmogAOkoyJLSJYGybiobdg2a1EEEMAMh3kAdRBLEjGPaQ9N6cGO3A6Z
EFi3ZUNjSJCAABK0gmPQpS2CJRBaYlUGPhQ3YHmxGR7iHA3/AKUCcbBAPS/FBgxerqEpXZgh
IcpGKBlUihPH+CitXFXqj/NZpskJAUBt0oxJABof9yZ6Cj408SBFTnwQJuMOCclmo3SiIgA1
cnJcxJJuAmjEnFyX+XSrAEV0j9qBGFv6USA/D9qdw4zsr2LjTb6U8jb3IEDQ9Hw/CsCQesKp
iXyC5jlQhvyomFrKlDYlCTPF7jNPKpwLU+lf3C3FCIdmuf06UBXUDdqIueY10q7AfanJfTfg
s2zwTgmyJIcHDIomLjgibs4JNwgXL5o6i+ZDFRaTDAf1LaBuzn3otbNM1gzXCkJEM1KLVpBI
eL5P4lHdmwPqCTEZCI9u4Yg6gWIC9TsmkoyDdB6q23Dyka+9RNXUAz1dkMMyVAg5hBw5e6kD
gbfw8fb/ADVFKQJBjhgUQweNckQYgcAE8qBsAgIh/EUQQ8j/ADQcNIB2XKGfiiIgkkMy8xgC
KEyUSb4hsUxoaFsfpRLgDjkUwqRc/wBKaYY2DVAQZ+IFlZomqcAEPQqpfhiD4dSqCZGjBVAA
ByDqjth/UiACczf8yAkHIoB/SsGsAP1ItR7E2Rkzviap5F4nFnTRj9/5k1jnjIdlSOMbhPEv
xajqRmdRbC4Re3+eyhIChZ/8xWuIaEi2nAIEEOMFEDIME5DBq4BSkKOcB+WSJvcu1viijEnk
gDKn61HaiX2tuBYG8SgAKG5VTykMBxW4IkE7lABfUEZgsdwDVHxDqyW3tmumQD+5aRcKBBtW
qbEXW07u5ZRrfFFnfNYfwOPeqmicKiL/AGFbkYlizg9CYEuwdUs9kRCRFMOHdQJBiHYnId5N
GxsVpIcjEpmYMVdmsjqpRrPdcxqLNk/iRLl25QbkKRlykOwzQlMiJbB04FHriuR5AmmRKOoN
cMEzaW+1CVSM8ijEY5GqBJHBw5TE0foWqwxk/wCZcp1Frg/l1JpM/EufmVQBE3Z/yoCZYWZG
AkCTa6oNQF+hPGRcmyMZkCEq8fmWkGjUDLS1qf5knoaYoRAAArS9fiVgGJwz7yAH2j9SEnOk
Bk19VAjqLZRR8qJmcWvRbs5gwluR0xBDu/Mt+W9AxkAzyDKOo0OChLboZjU+QR3Zg5gmv0oT
ldPfnogGY4sohv8AITXe62y1BIqJ4UCL+5Xw9rrpVfY4Rf3JpWIYqcRmWBoL+FERFbkYo6RQ
3CJkQTbSgJFyLgYIxuHVCS9Cg6JJoTQhEENiq1OJKIfWTbgiCDqjjw7qdyMwU4JbAq9eOfwo
yvIni/4lozLscQqcrWB/aiwBpUrUKklgOhcwqeDprFsVQAk0LjLxJ+0Da7p5RMo2APBa4xG0
9wAnFBK+CMWcGxur1wZanqMluOKg34JgGJxOSDVFjRNIuZVRYcuD0TjlNX/pWmVQBcp5Y5I7
k4kRmW6R3kJAWsSpyJ5ZB4/qUJ3kaB7LbhE1AAvh2tKiNuNMa1PiR1QYYMpeTAyMi4cOoiY0
5jiogm9E2GJQBDtVWdwwBTL/ADb2/wAkWwQxX+nsyROC3Rc6qUsiSGmWbAoAcpAqtRalwLuj
pcC5OKc0I43WuxwrgnwZinjc1OKBxlSiLVINSiCGpcIgB4salEOSMCqkEouwFgTdk4F8eC0g
scHQcsRT7FpkDwwCIaoujRi1C+PyoGXSUJODqwRkAAAgW1PcAU+VFvebpieLC3zIk2zwDogC
mBWo9IeqmHqTY2RFgLpqgPW+CDFxg/6UZk1FABVVkQ5sTZGlPc629qHWkQMSAB1lDbiKRAc+
wbkQ5ZioHbruQLgY+JbbhpCAEh4k8g8sAgdvZjEYSl+1EyI1QuOqHQMSC9CVFgZB7io+dH+S
IP2ZIsWi7BCPBXwQ9l6ps1S/s4ex7AFH1EydB60OPxIgvMvymzJwAY94frQagPuVTa61dbps
gwpinJYAWQEQwwGLItQxJd8FpkxpU2RPB+hS1Ghq+Kc8uWK5Q+brp4ZoRlSrFCAIMbPjVABw
LFuCch/e4XClLIkhkzUwTCoer2ogGEnyKBHLmbJ34HJUqXfggQaNa5dOT1ixDflQ0ijtXFTN
yaBEG96IFrGoQcgvYFXYC6JI5fvTkilaKXqZRIJ5YdA60tPsFETkpTekSwC1GhlfKqbbDyNI
yNgVUnMEmikd6dBcO7oCMdMY0CmSwAAsAJHux1LW9lKUesOyoxsblfzK9yBEzINa6Pm7TgYv
pQjtERlLCX4uZHXITIwimHLXqnrAq1vYHTC2KIf3I5jNEPTiiCaBYEZLXAFzVhgiMAftVRcO
EZViYs4Nj8CNDoxQDAhqHpTRcF/u7SERchwBSvekmlQ9IQYhhxY/UibjAp3qKubfMnJoasGD
/SiQLf56yEiGNgHqi45jmENdSbAmv0IEgjTY4FEGxKJppdnanwoyMQSHqCgAdXhRLMAal0TU
NQFCMrEsECQwDBgpyIo/QtMS5LPRMY1zugXoLNmnIABH8kS13+9RiCS5eVMPiWmPVuBl7TCO
NChc1clEVaKtR3CFTYUW5K7OAncEAu3FeOVAXYN8K0WAuD+5EA1ZqLVI0Fk+fsBFo20uxHa6
yNRAZEfUj3TbBSAJfHihuQm0qVqEIzIjvWIVVRFPdVFSEMc05F6BdKmD2eYDCyJs6FHYsSrs
9yjAtUFq4+JCJiXGOClSgBY8US5BZnuFQCRZq/m0qtZDIURlpF2y+lAigODoMX02zQoAcnuE
YSuC7U+WPKniXjj+1MHJwb9q0kB8xyn5U9A2dEQeo1BiuSgIrisyKm7H5kDEaRK/QtJLl8KM
AhKJJA6LntrVM3xJv8Opads6Yku5H0qshWpPQjIuA2OKJEQS7/50pySWLhAE6Q5cLzjSN2zT
BcUZHCqJJcBSm/KEC1ZBF7KJW6H0hjVSgC+s1KiZVHDihN3f71ylhigAeUXTguFZGQIiQHoX
+flTCrnmIcfRrQAZohmOP0oEv7qBAAYPWqEMLlkIbp1bZND2h8yGmuSomN/YaUVk4UqEuEYy
DyDu1giAKivBPIVieUo2a5KJBeNKFDS51iuCfDAYokHlv/mKIZszWisXGdFnmxTloxawufwo
artbIJrjA2XNY2Pi+JamYjNOLmzrUK0TC/3ug98g6dmAOPMnqaPRFnBI4klCLYXZiFrm5Fjk
oQtNnAORTtX7VzFibZIEnlDvgVQNqFCo7G2NWkh5H9yjtRvEVIxPtMRhc8VMmsiHPSj2hlxU
b9WoKZkDndTEa9KnCWFh0rUAK50Q25Eku46E5sA6iIFoC5z8KFaHBY5JqU+6PiQMZGOk1BN/
l0oRiasRYKz8UCSRLE4EFBpAElmvRM/RkpQuYdXoKL5+x/YPZqNmsVuYOSaIDO6bC72qmBob
jiiI2iHQlUA40ZaQQc3p+JF3Bwqsanq8ESaDjUJqSJPQEXxsAUIxcEdZ6ujpsLA2QiXEndkZ
0JstRxq/ZCJNIvcLmvwyVT7v614jRhRDUGBo+NPhTAkDEjoVDQ2NVLUaGwCBNwKVqyJswY2L
oADTmDj8MZIPfFqIRB61APyobm4P7m5Vzdl/r7CSWNghDA1KnFyNIbgtzco5ZpcEDIuRRkDw
sgRgUWFC6nIjUAahFq6qgYoEUIwKMYmpsUBpqKhAA1yorC33pyxOZLfiTgvkS35ldmub/QuU
vHgtIvggAAZR4/qQBAOJfPuqIsNwMSi6qq3WQKB+5WQFeHuU2eIexwQer4q1UxFQbhCUj0t+
pMLGgRNAwoAiRTjkgetmcSi7cGuFUctgyeIccWdk7Vq2CenQ1XTSAbhdaouxuwoFbCmCNGf7
U5oOK1e4xBwR5S5seC5i9KhMQzGgZEGLC56EwBGqpRLEiQdwq37J8KFKDEFOwAxP+5RID7Oy
xNKFkABbD2MiBaKmRexPBTJILmmNEQCwEboxYkigeyByCqXqUWwBYXRBDCsTm6Mo0/mtMjU1
4/MhGwAYUQ1ChTB+kqyGiWpwHIDVPXhpTRi5GYt8qdhI4DErTIho2AP5pQQA+634lqHKbEYp
g7OKKE31cwKBe+CawVq3CHTVHBc1kGNlKr6qv7kccgEATRmGNlyCptkjqIDhgD+lAkf/AARr
QCgujTkBqQMVytmXf6VKUgNVhdAiVThgjqFBlc/Cqm9alj+FUetwnxFhi6LkgtZMzk4Oqcj9
rh4kNMjJg1bFAku1AEzMRg/7kSXL2e/1oVcPUXQ1DUbNwTydtQoGIb4U/UBs65SC2LMPlTCp
GAx+lRADyk0QOlQ2wAJkPMjM+3OUqAKRLPKjcO1JSkLkUdEmpNeKnKciSxobKYIrcY2VQQAL
BTALiJDDpRADn/VPOg1A/aUJbZEgWLrUAwNzxVaAXTChzKp9qxsgA32n6UCRpAvEOSwWoAgM
aFv1J2NSzt+pDEWZsflTVl0YFAR947TIBiAKucVCYyr7KLSye1LrFDBHSWWoCueaJI6QVpAc
GxsgSDQuAEcusDimiHOdXRhutm+XhWzOBE47gcgdkINzCRYf1Ib2gGBLCETX6lqOwWJYVAb6
UTLb1B2CBAIOJQMn1GrxIQ3GJmSxJP7URLJgAgATEPQYBDLP9SLcwAsi5bga/LFGAiWweyNa
C7IFgOP+5Gjl8cQhqMdMQzdZOKAdCEYuCbk3Q9RvRfa2upkZD2uaAKcz1QKPgOz/APMUYg2u
ME5t/on7MTRbm0IGRLsRavaUnBILhe4DjRbkKizv+ZROLqO7EVlcqII6uCOqwKLAAFVqqijW
Vk7agbFgtUy0yeXP4ZIEyBNwMvEjAFnt0Jm1EYcO8nIZi5dAYmgBDIGTNFsaoxFnce9UVVdk
apsFA3Yqc8nFEGLCykNsiRiHYXYd1FwKUZqutLMYogxelGqVGW4ToYFsW8SD7k3A5uKjtwly
wDB+C0S0uagXQjCUYNbBESnFxRnXWjwReYYKk34C60bZIIlUEYd5F2c2NkGILUc4IykSz0CL
AAHFameQ9yMjQE4/mQD2sgCWiLnH8SaFsShGQGTs9PEtMa1NAtrYgNJ3L9qnaUNnbDRiPaYk
3DnNluTagqa/pQke1UgcU1aouT1i+H1KYo0aBqYKRAck1Rl0MeKlPVWQDj+pbcvcQtsyiCKg
jpUxB+hHB1Qn3LNf6YezmGnhw8KMmBBuQw/DJGIB1PwI/AgHZqhEAhmqQce8mAriXNUe1Wn9
SBoSWpx7yltzIdnA6E+KqulUTIyNhfJdJLls+qgbxsQtW3LTMOARS45lpEtIxxqgw5jZ0Jkk
M9KX+JRIqO02SrUHAo0FnPQiW+9Bw7WdOGoHLIxiGPG5RHaIe1ERJnGVQjzdAFUxOkYuMUKj
F3QYFzUUuiAeZ2FaLQAxFCcH8KMSKCjj9SEY0PuqmJIlHBB6k/zQ1kx9yGgPK2oBzXsob0g+
9IVJw+H2mRoBUlcJF3ew7MUNp9WJZCUiKxBJ4FAguAiSCAS4K3ISB5qk5ohxHaBcSOA7qYB4
8fzLyw41RC29uF5EEnoRfBiENNXRwIoiMeCNHfFWY5K+CJYGQxw+pAGTnEYVXIGYsSwH4lIk
uMeHyrWKvmn+0BamMcm/VFNI0DXp+VA9ICBNFRNgj7JPYVKd2awwTSLj7PqWpxICukX+FFy4
ugQHiRV1EtqjgLLTBwRcFNGpx/3Ii7YIGRYBMSAMyiQRKP3MpFmrQitlrliGHEH4kdJc5hEm
QyDrmqTRaWYixwbwogERAFeP0oSArmUWADmrlF2BOXMmi4AxVjXEoCQcAuD+5Eg8ppXD4VZ9
nbYyyfsoRjYW9um5NSOCJLuXcZIylWUqv/tUAS50gfZ2kzsMSESzk2FasoUo5jIWMW6q2h2J
9YKgsXCjI0YVW0IsHUNvCd0RIgd1cEWFqUKF2j9qf3MrDNPdqEtimkQQC4Ir+KKvatP1osKF
3I/SgI2Fq4qtSaPiu81WdVDcMlyUMWqKYIB+cUI6O0qldNkX9yqpHAonr1uiRd7WXVcSo/8A
uVY8r0einLck8m0mHAoTDw0l9IsUQNuNeCkBtxIkXIPBGEgNQoRXFEHbfChWrbaO2ByxjcIg
giJxIqnhK2JTSrjmg5EYitcFRqihCBF8SUIyGq7IGTWYD96rScmYCyz42KdzInC6Bka3CpSl
nxUgLNezobe2CZnqhR2z1zWZ4n2mRoBUlGVo3Z8AjKV2LY/Cr0/koAGhjhRHTQmlVESqUTAE
Pcj9SE36hqTknoXqgCHyC2pAgh6hREamIb7USADN3Y5dpAaftQ5ThZZA4lEvXAur9nLF0TrA
GIOKAgKmpZ4sgQ72Nli9iMFpNBktLiJBviU+GQVXfD+pBxrJuDxUZPoINhkniXCH8/Z0KQYM
ykIszUbBGXWIGNE04hrB6hPIUAoBmhKAofvC5eYGyPljTlxUhF9UbtmpCdCTUnBEEAyqQU+d
6P8AmR0tISwAqjqFDj/SnjEsKgs6MjUZkLgLAokkROLFAxJJIuckZAuY43CFS4KEZRoCqMIg
1Juqn/VXc4UWolwbAOaqPq9+J1Fjtgk08X8Hlx60zX4UWo9HKYkks4dF5ByzD+tQcuQGrXFU
AYXUZAcxAohGV2dVsaFNGmmxwTzqwvh8KAZxqCnF8LIZ4ujEipsUCK6iwBTY4JqVyXuRBOoC
wv8AiRMjararfKnHKL/51ISmaEVNkxL5HBCRLt96qSAeqAhniTRCLmeJFGRMQQTdGE7u4yZV
b2dKIxK0iNGqRmuYEA3TQ+10XqcPegAb4LVKQdquWUoQmJyhU1stZlUVu6Mogk/ciG+xkPLk
QQH4I6q4uq1xZWNLpiABK70RANcKhEuBxzQYmhYogM9a9Wi1aiWFCbouTImlUDqLCjCoKoQ2
SG1oMmD0Udzdi5FRA5oABgLAe0k2FVLckSADQcAoiJeRLRGDqe3MNOFCyLByBf8A3KEiADp6
AjEsxwRhgCGIKYigRJBaJfoXLcEMcCUSTRqjALmIDVfoRnWQlal1qYmRwayoJEi4ZQ3RA6Yk
XCewNcvZbsv73Ro9etX8qDgu9SLMnJk5PK2a0sa3J/qReha5CNLNcKpciwyTuQUCwYdXj8Si
DKrUdCYL4PgyBiXBsgRZUsnF0M70R1ByccVh0lVI6cURA0FKX8SqTU5uXREgYgihBZ/iTQJD
Z3WkVJuEAQ5u+LJ20nN/0p5EnTZg9UZRatyUNUyxFhVlzVFxElAhgMrp6CmNShGR1arkXRjE
MDjb8yIII4/pXLTBCAiYSNNUrLVv7sHwMS1PgRO36hxLguXeBC64KuiZSAGL0Xl7VZS6xBw7
qdiCcckJGIcVHSt2jS1VydG9LsH/AAqGPKOb3IyJoLOEZzqSaBMW4KYfS4PNe3dXltqOB/qR
3pFtdGPBNUnMrM8U0YWsUTMiJ4KQnFwzPi/Z0qThgmww4K6IiSGqz0WrM1Js6BL6ouWFi/dT
kvRg6LkxjkC/4Uwsa1o6NHfGpHxalUMbGtECDzXYIUADB0IgOM7BaI1bD9qrTgqFM901+Kch
xgFeowRNKjNSL6XNxmi51kD7T4UxDy42TmTG5GJ8MULBquU+AwFH+JOMqC5dEyBLWGHxJnoS
96Kl0AQ5NCgBUgUAqx8S06iKVGCoQWoDZEQpm9fpUjvbfmQjF2lUO/WQb08A2QXUAazKzNki
MMlZGUsLVUoR5Wxf9SJ1uDi60yrmVpFYM5AUN09aZdzkt/E6r5Kfq98csxphEihHaktEBpgK
AdCjCwkdK8osIwJaWfwoncJOKaDtY+9cweAFrIQ2wWIoEJbpYDAX+ZcoBKAkRAGy0Q55XU4T
qZCnAhVvYgo4g1Ze57qlS3+eZYkBiR/QiYjVH7G+lMGaNjUN3tK1CsuFimFAMB+LrJrD7PlQ
LNJ6oERZ8wD+JHWS7O1PpkixIAN0C404FAvRnJT6rI6pANWq0RNbijOjAAS3MsAfHJecA0Te
FWbwqRJMYYDBAAO92NUwgHwYsiCwkagKrE4DP5lQ6SMB+VVaoqyAi5Bzo3iinbpc0TAAZgLI
YBDAYXTxFGqSomXVsLMmDRJOCZmlg2anJmNASb+L+IVqRQLcLl5kAHifiUYkvpAH3KRibihC
jE1dhmtvTSNluOGAJc5hbUACBpFDQ+JDSDpIvxWs8wixZ8e9pQMiCDUBCIBBNigQKmgCO5uU
jYHgmhEkkVl0JyWDOStzd25eZDaBBa5n1VLe3ixhLTEcOtyoQBEZysCeaSoGOIXnQDd4DLvo
EVcXX32Cs9bm6kYipNHFERIsGY6b/Dyo1DDIOFQtxzRpq0hyTaviigJvmESKA4cUJB2xqiIh
un9yaJIL1yRBeJavSho3CYGphd/lkoyidAkKjF0TJ5TlckElGVi1CLujOXMZVY1f6kdIDOeZ
mp2kzsKNgEZSrWmSBkKO4EX+lWMWqX4rUDxyC6MqD6kNU31CwY2T6yMwKME22dRzNChAAGYu
RdMRzDDAIQdm7IUTbVggYgAAtWy1RPMB/nSomUsdQD4KEyzzJkSLH+CnsNLBltgksDqIR3Ca
GNBm6EsDFCRYC5QgDp0kEYC6jv7wMiLh+Ut3lyAQ2wGAAQNAGoUCDzZfuUZyDgYhWJJLBCW7
WQtFCMaDgtUyAHxXqYbAeJjojLCvWW7D1rQG6ag1ke7yoem//H7ZiXrM9aR7Ultz9ZKRg9SD
zAoCO6xw1ZJ4yBi1QLI+TUXIy9hjIN8NggQDWlqIgyPLaTIOXIqMQyyF9IqG+FNGkcS1vlQB
qRclMSWGCpOxZsgU1g1CKg/FqRgS7ipoPxKk2lUCyBlIF3xUQZiUi1AbeFGTkkWGLIRBBelA
XCZyWp/UgCXpbrN4ZJo+/VYn4VfpwTRDywJFPEiZxiTK1Lo6ohrALlGkksgCXJDuGRBF87LS
QSMrD6k0IGoLCgp9SbePlbYDan1Sfs6YxT72+dOGkV+qSl5+6TEdQjH5UIjfbYAclubV8yGj
dMJChNKhAic5NcuobG1/xxDRFz/FJzQVb3KEmJ1FhVh4kIRJMIGgegiFZxbSaoA8pNCg7tic
1HbuWoP3LN0S8SIiqEdsOHqHaijCYAjEUgEAKAUAV6hPM1wGa9TFzDb2YHQLCJ6q/wC3g27v
kvIjqgnxI7m7SHeLgfJFAQjr3TTWbISgNO5EXzRl6iVLRiLoRhFhGjDJNHmBT6OP6USS44Z9
lCL2qQ/5VYwbHBvhRGdCW0oSiTWx6EKuDcDH4kwal2snZhYkcFKYA5KkYOUAfc2CryAWARIJ
BJuhRzmyP8itUq8LpogjKQDP8ScByLk8VyjUb3ZNOJclg2ZTaNAoXLKMTJizkgUHhTR3AwuC
ufcHuDoxnKcqvdPsyctUTGoH5UTu7Q3a8ojHSPzJ9/05hGAIDxp8+lHydrqYsW+VUjxFSjqo
MCqyDi9U2oP0hP5kZxfqkWHZ5kJHTWhYkISkWAu607MhMgtIvQMiY6SajllVUJA9z/EtLlsK
BGbxMnaLjHurcj6uOkgiJA7LdqSG5EGbVi1UdyWoE4MXUZScivSq1OCiMCWIRkbCzYojbBlq
scio7MQ+5IsR/tQnuOd+YGonDw+wGVMOkrb9HtDzN6QMpN2QO8pT9XIyG3F4bUbmS3IbEPJ2
9w1hEcx/9RR3PVcxvowfs60Ix5QPcFp26yI5j+1aTXbxGXwoN1mcEIxnQ8cVUOBd8lcdV/ld
EMxfCyqQ4LE5oOCBm4KaOdXqUwo2LLmDZN+bSjK4GCBDt3Xf8K82WnZjKwl1j8UIox25RlGr
E0r8CGvbcgdnFONiWm7ZICOxM6aAxBqU3/bT4kgE1QJ9NMmxJi7KuxJs9JqFybcqmp0lc+3K
AwlIEP8AChGTE0NrIEHV0YLlBbMiib7VyqmOCd2yQFwbo5WbNARDPlRVTEUFUeUHGyEjthxU
EKlsAiMAVubTsJjS/T2oqMPNnCrOAKoy2dyO6PE8ShqMQTepKEp7xpcRH7lQmZBcE5lDciAN
6VzmFKJnqINAaSCJ3Bo29vC7lRauLpiH6U8mJuWKiIHlsKURj6iNAHJyR9ZuRaRL7e2ezHs6
pIzOArwWp2Ff86kNyW4Y+m2wMaalPf8AR7gMjDSScO9oWoEmUg53ZXCcDVuSFZm/ypiGAw/q
VKP/ACTMYh6PRBjV2IOCEjgM0IyDSwKqC8bjgr4N/QtVgbZFPHOuH4kRE8wzc3XMRLjf8qMg
aYMcPgTBnjQEGrJwMK6rfhQ1ly4rwUfLlyRiK2Flp8+DgsQKralsy8yES24Wp8upHymIFCTE
j8yYbkRwBF0eeJZEtG9Ku6sF1QuYA8LoSnsQJGLVQfaAy00RDSrg6sTxNVGUQOhc0vcEWBpZ
OSRVCId3RYniuUn7Uan7UWm1KKkulULj70BKRi+OacFySwCiZM4NVR1dO6oUJGwRnOcYgXc1
R8kGe5iwotuQGkaXfpWtxEMT71GRNSb5rbYUlRhmjPeGqIIpmUDt9oOEQYAA5lypAc0b9A+F
SjKUvKro2o01Moy3YtIDqD9SaAEQMqLMyNEIiIkSLIAkzJ5SBgi4Oom5qAgIkERFTmU1sigx
qLFNItMUHiVsXWJAzxRqz/YhURF3FFqemZ/bFGRqR7/yqr2oWr9KZ2iKcCiRR8TT6ZLbMAQT
EDmY+FTnuQ87eJMjORzPV0xW1p2xDypEgAUNO0tAHXFWy7yIA170y5eX6URB4yNYkFq+JNMg
8dWHeWuO4IgXBJIKO3t7Ud2jmQkwDfEjLRFnsZfhXNtx6NSBlGDYgyQ54iWRH7UYg7b+9Hb3
tqRn3ogyj8qby5hvCVrJEDiJAxLrSJxADVHFEaosTQ2VCJHL+pMQHCJ0sMSSmJAPSEWkW4MU
wJAzZddhxQ5xQ4g4ICJFQ6eDkKkTTgmY52TyFBwUYbc9APXIBdu6jLekZk96Tow9PEQAuc1t
wix0hEGvBQqzGgK2SDiKrY2o3nIE+5RhGQkYAO2FFVGUA2fuRhEPuSqCbutMokybBChnLEIR
hHSXuPyqJiZGfbD2CZyCLFwGXlwJIN5PRXcJ8cMkYgVzQKdjb+lHAGoe65QTn0JiK/a6oKv/
AJloQ0nS4uQxRYyIOa73ArSDjYflW0ZQMSBfg6lGWIwv8qaI1CwJxogYT0bTDUBWXj0xUhGW
qYtqPMPiRO271oLsgdWk2TTGoGzUXm7dAzSGHhU5+mi29DrwBcH4UTMaN7bLTiWr4kJiBltu
5AQnAAuLYg+JVsLrVtTA3RYSspAxGqBabVr4UBvjkiX02BPiRMYUlYAlgjtTg0hWBd3A8KeK
G63KGExwPaRiZaYyF0BMBhlIl0w25kEMC7fiQIluRbAl1rG7OBBo7gN8KEY7vBin814nOqiJ
ESDCwZWVIOqxQMgwILdKMYAy1FtSBrPcFybP8KDUIJBQowBocUJE1utrSXsy24nsQB97ppT0
w3y0yX+VBqhO1cVShehzTYiiOiplRskA9RUEoTiebEDNPMiJyFkNBpdGn2r/AFTvbBP9ytxT
uCSaNYoS3JRgCeYAvPT8EEdrZ9MYzDREzHm/9XVJEDblvS7xOmLobU9nyzIk65Sf5FKGzu6j
EloxC0zEzMVIlT5UPUR2NRdsce9qQ29mUoC2gOK/DFHd9VMzBaIif0qY9AJQ2RMyEjEVl2o6
kfO3wxqaapKHqYkkim5EBzMHqyWrrA2Aui8JDbkXmLM3aUdnaM5FrEGnzKUdOqljihvaNyHe
AqPmUt2PKZ3DNXvIwnKJBwK3Inc1bU6wL9U/CiYyd7EVRhKAZ74Ed+KMYkW5mz8S7zYKUQKb
dDlqUdxxr2y4QiHlmRVHb8o7sJCpcfShsz9NPTAAVAlGiE/KMXwMf2qOvbBBONGR0xAGH+5O
1GxWk1cUKByLqBFiB/BAbgcRdgtMBpALhEO96kJyQ72CBIoLYoSiWc0IxW1Eh2YP0Lcj1mAA
GLBamJOAF4gKPp/UScikZSNWQao/0QlEOboiQYuy724bBCUiwGVE+eKY4YBcxoaB7JxQs5Ko
zYKpdM4D29nMKg0Lv8q/7ffAO3uECM7mJPZQEQATdsU8miY0AC0z2vMJsQbKW5tbAhuTLljm
nl6Z9ydgwc/Ev70BECpDBgX5dOlSntiBmaTkAH+ZPuRjIXYjFDa9PARi7yYUbtJxtRojMwER
9/yp5bZiTVibJ2pxXmBokBibP8S1CVDZkRKQ4HFE7swIjE2KBjoOINEQBEhaRBsmX/FJv5qe
5KEnmzDJlqhCR4YKZlEwM5apAhnJWgV1XGaHmNEzJNenqpiBXJCEXjADVKXHsxWmI1ZqG3AN
LcIiCMO8hAmjUKrQOaYICru1P1IiQLvQnH6VtsK6R7DKRYCpKBFjZRPSpUpipCwCJizDA1cq
knfDiUxJfEW+ZbUmfS+out6b11SZr3UxPqmEgeJKDuCC8Bm3VQhOko0YlAC2KO5EPEqZPWck
DguYl8gjEhsg+Cp1jQH+paJDmBwWmZ4A3Tii03IxQahwV8PvQhDmc8vZqoz3G0QLljUkHso6
5eWYMCHf8qMZbgIwJt8q5ZiRalfw6kZbIjEwDMGIoubn1lw9vhTx8nbiBRqlS3IRiWLEgX+R
CW9sagRYgg/gXleo25w3CS8gDMN8SBEtOBBBW7CLS8pgMi6L3WQRBH9uJZ8yF/onHvRBHLAt
wouj7VEiROo6QvNluEk2Dqp1A5owgIkihcZIRjtCZzAYJp+moz1shDa9MCbOAtO7sRDXQ07T
SN6p9JYXD/lV5QB4LVzNHtSDN8KMYkyGbWKYmIOZdAxIJcEsHdAR3CBF2BGJUYX0hn9jH2Rp
csmflNgiJVBb3hb0DyAFwwoiXcCxQJ6xPayW5uio24FiKVI0o77ACUiHFS6lMuQTpiTQkDrI
EguGZhX5VI6SJYkXp2kxbXGhRhO3Fa4hsHw8K1E1yCfDBrrR2cc00aVoT1nQN2/ms5GhTG1o
rM4L3P71qAYPQFvzIjakNsNU5oxm85N13QEhKRN6ry9r+2CQ5AqQPCt3yjo24CouSfhRmYk6
gwIoox2Z6Npu0XBRebOaN/UiRvGDM7WP1KfmeslEihjR3PV0cqLep3N0SekYA/ikjPc3vUB6
iGkaT3eoid3a3RIlyXk3xdZaRriDdxI072qSIG7JjUlynjuEEi5lJk0NwHg7oy1CIxqMVXcA
e5CPlTEzEua2KuG4FEyN0ZRBJepWq2ZQjFyAcTQrVpauATbkWaopVa4RMihOYrgDYIgMOn9K
5jq4IkNFqFcwMzmVQAdH8T4izox0hyaqUS5e56FuxJI1MQMFZ+GHyoCRYPXP5tSO3E9cxA93
NzIQkObcOp2se+o7cAGiGrj4lWlKuiaAHHEoS2ps2BN0N2J5hQjJSiX1AXWidAb5os9LkquN
uKGQLf7kIgsMlyUzBugXBNmyRBFcFY2RIAcGgy+JAyJr0URkKRDtW6oWMrCy5pNIimKnKHWP
WIRGEWa4DoVMIg0aj/Cg53JMGBkbd7SgGIq1n/KpyEdU5EPRye911rE9DXBeJKAjuAh3ZTJI
OrC9EQ7CjnBSpYolroF3qwDVRBq4tZOJGLCwL/mUpbUwHFQblAtCYJq6A3dvSBQl6H6UYx2h
GAGErlVBGLPdRI28XDHFHXtSYYxqgZCcXzjRRlGTigI01HxJzu9FCgdca5q8TnVaWFa3/KtV
nsjqiQcAArMcjRAgv0fwEGvBSbHBF6NiLqUZDUNN7omAAvS/ypyA4w6PCvT7Uo6toc25kB2d
SaJEWsLUC1Gz/YiYgSiBWR4+FSEJkxiWGD/CiTIAXcYfEhKUjplScc1qh1cDd15gDMKog000
PQmgR/JlbWcW/UhqqWdvyotLTnx+VGD3Pu+pMKNYqwvniqguTzAnJMKEoiRY5XTxLjMXQmQQ
ALG6kYgETZ3KYyqSwao+ZDzC+IHDwosIsK5OfEngAJH/AF8SmTGJIIrgomURPcrqAw7qBlAQ
xYHS6n5c5wwBBwTR9RuA4klSjD1hIFwYutO6dTXlZ1IgsLgOwVBKRIFSSB9SAP2v+VEir1dU
qWsh01oiDiOlDUdTdUYDvIag72NUw3dINmH7kP7usvV4jBF4xlWjFihqgCKunBaFxFzFcpMS
Q5aRoh5e7KLB2JMkDD1MiRhh9KJG4aWBoZfChHegJjPUx+lGE4aDHi7/AMBRkSxFiiN2odqV
dT0jSGqFqFcSgWYG5P7luy0+ZOQEYx7IAVRGQkTQ0Z+zGSl5+3oryVqylEAsXccPiRYviXy+
VSDscB/Sg/LE1Q2JljZv2piAYG4Xm7YeBqXw8KMS8ain7dSaL41dnKix4810JS61nz+ZNkbf
uTkCmCdxd8PhQ3YHbGsPp1czIHfnHbBvWtOrGMornJlu1BkJVKP/AG++CQbToyEQ25roNBcP
4kYSiwjSVLSTM8jSIAq/ZUiNuRI6tvzIgxmCRe0UTu7ciDYFz8ynCIMBLtVw+JHVubhYPQfU
oyjEnSaAuX+pAwZzgcFzERF6Cv1KWuVwCVIAljVNI6nFFEZBk+hhgUXgwIzWrzJOKUNEOeTv
WqMgSS1inc5FM9c0Yk1CLlmxTimaDsjJ+XpVa0cJyGexROGXFBql6hXYjBT04AP7L19kmui9
wSOARiJsQXLImeNaWTogMMzxRjEGXiqENRtVslHa3pGcSesS+kob2yA95AWIUjiDgvFgbJzU
tQlRnCYBBpm6A3jpnG/FWMoSDEEImETKF4F/wyWkCREamOSqNIaz8yLEg+4sqF6XNvqWoWOA
NF1MPv7qEfTy8t7mVdI8KBnvznI1lIA/gUpPI7bNBhz/ADogQExHGZr86ENmIgMRtxr9aMpb
ZkZXfmlVCXlEzjczDFMAwwAXPESyQ5I9LICW3EjBwFIjaiNQaRAZwmG3G+BRBgWe4NU0dX22
RIJc8UCTPlyK5ZSEnvQovuF8OUEBDTv0BdiGQEdyMh0t+ZFhE5lwjGO2/HoTGBoKkAovtybC
hRoY5O7Jm1Hg6MS7n7EIyNb0ui7sc6JhVi/BAEOb0UsjZAGgxQ014hUqcFOnM9SqimftnM2A
RJLk1ACB0vUuAtBqLsTUJ6EYDFMS/C6JApI1b9q1dWRwNkSxLF3ZH028QSzwJxHcUoQblLta
JRExQYZfKtOzEyGbNVatIiMTI0+VAmYMhiBQI6N8EZELTIQ3Y/YVpntRiTcf1I7giJRIYg3B
70VLZjFwDqc0Gn4kBKoxAGPzIjZBjLsuaL/lD6W/9z/+vQpS3CYgFg2JW1KAeB6znBbpkAI3
g+XaQ3JbQnKbAl2FPAt/04iRGMiY+/sxTugJ70RI0AfHxI7cd0GTP4T86fa3AAKao835UR5s
904AnSFyuCMZVR1bhlA4R5UDGEnjiSSUyIiS2RTG6JjIhzVHV7jb2a5zgBkaUQmZRGrq1Ffh
RnIMBWyPkRMuBFkfM2gdoi/VIQLfanBGluqRRHXAXcGKPKCJZoDb29WBLVQiYaZYAgJtAbGy
oBqFDVGQk4GAKYzIn7vyof3WjiAE53JTwyAUok6gTQm/zJialVp0ezda4iSnkWcaiTcoRgQ4
NDeicSMSaHTl8SNS1wSVoNSB1rI6XkWob/iUQXY1qiIkgio4/UhKI5xUSsQnm+5uGzBDc9WB
NxSAcMfEhtjbA2jLUQA7nxSQ0kDIIuqXVbrgmdUqU2Cp7Nucd2JJnUPUU7iiI7sSDcAhMZRq
RpLi3yoaTGYJoCRdE6hZzVGIkIuKFCZ24ym7mRGKP9qABDGgstHppx9PtmpEYi6Eh6yVyw0h
m+FTPqN2O7AsIREdLFHl2zCtASD9SPm7flydmd/mQmKyiaomIES+KD1JHuVUC4uzhCHpdwbU
R15YrzNz1R3GNQXUJw2dsGApI6ixQJltkG8WNVPzYR2yDaJdcxYWZqqUYyrEOQafSjKNQonU
GlgzLnHvdFuYxunltkEWLL+0AA1SbFc+2GzijLaGgm71CfRGWbUPxJ4Hyx3ZB0dZiY4GPscU
Kr7NzVbSX+xGIlpgLAot96eVHoAbfEizlrEBNpNKkgfiVGkbBwyeV6jggNRe+f0rU16cFDQI
iT0Mi3xICRGrhUIR2xq6LBOAXVZFWoUxNkYmhH3+z/Vc0mK5ZAlXUd0yfXItkyYTJJtHpUdZ
MGAaLlckixIsS4KAjrEmtqYaVKIlLi5xUpESAiQ7Sf6YoPuziAKBr93lVQSAOsaKIYXWqcA0
TUgKUZQNuXlKkDsEnVS/zIx3NnRqNDVA7kJHblZg6EpbkonTYhFpnTKyAG6AXdiWWvWC96qQ
cVqGUKtVAFi2LIuzEKsQR0BE6BqJDaQy0k0W2xNMEGKm23EvUMU+56c6LExLsgHIJLMx/ane
iAMw1rog6g1qLk25ywsjFpRlxBQ0zEjlimf3e2YFXif5KU5ExjEO1yflXUE5SqTKpROhiK8P
pRG3GOqxF0WcA4BHUHFgyJ2o6hcf7UdG1JsZGkfxLV6reAyhGv4lo24GfED9SEpFso3omAAH
BXcYOgMU5oyIA0xzBr8SE5jVKNBLvDxJiWmLhUkBWyJma/anhNyMrrrcFqiNJEiTe/a5lyh6
3r+ZRBHNGjiyhTSHY0f5tKlLuxIsyn8XQ0e8p6xqcsCoxIFIhypu4iIkg2UJ7QMnkzcFERg/
MC0rMiZyFRa7LcDBoydkQ2mYwMbrSIawLsEJbkDZnIZPGUr2BU9BOs9UnArTLcBA4MtUN7SY
uwBOPeW2ZSM9RtF8k2ncAGLsEdw6osDRwUf7rHEOho3QSDWjoA6ZFqcVA7u2Iizuy1SFMC6m
YufeiJONV0Y6wCD70IwmHN1UxpYo6mk9xTBGIMaXFECIxMs6IkRAIxZcQm9khmCpkUMYkRR2
9stMY8fjQ35ykSbh6+KOlPEaRgRdPIucEZzGjaBdziUZOdzcN8lpiNERYCiBlzG7FWpg3scq
sveixBYOnzutGeLotWlQngaGoZEzJPSqOYjBPCXMLhf5up7RLmT0pdMQIHImrfCo8xi1yal/
+npXmPrJIYSqEzACWIAUpuGd3fB0YbkwAZAhq0W4Q5BNHFOVTO2X1AAAuzqETBmvx+BRjpAJ
ILqZwy6e6p6iWMjToW7IwBIwZOwgKhhRRc0FEYzDkO/+5SBLC4Y4d1HUHIoDf8KBhMwckUq/
xKMRvVwLBvlR29zd16gxGYQ1DlZiHI+FCGkMLKIjEcti1UDc5iiiJDVEe9COgGPQEWgGbIKW
5IPI0d7KUpQBlnijM7piDYDId5OdwuMQnhN3rVGJNSKnNkIamI/0QBLmNCShSpT4+yTXYrfh
TUYmJJu7oye+eC2h2mocG8SMXOg+/wClAMxsLrbEbxAjLpATRF7pslT7VZFis3TaU2kMbrVA
yiMWNkYymJxNQWuhCRwp0JgHWQ44qtYm4QmzDMX+ZdbHPFkBPbjPcJvCn5UY7WzKMWaUoyOr
4eZPtbk9snvcyYb9Xo8bKnqIRjhqDOtW3vbc4tQP+qSYgTIvpkEIT2JMTqMg9EIx2pxADDlK
iZQlLiQf1LVBomViQGBXPvxjEWIFVq1ay9SXq/hRlTbgRzC3zJzuAh3DfhRhNwAXBH7VMmJB
BqTQ/SqAyLFqUQIgSSoAbbapWBFH7yjKx1YVFlSgJBKAjzG6eZqbRCaIBgWAGIQEGGdQomQB
k1Tl8qh5TGRkHByUjMUamkBAiJ01JwQiS0yavkgIkGWAWiJfM4ujGunFFpChs1flUQ4JOHQp
d56sgCPf7ScACt4kuXLe8oMCxF2OlR5STatB8sVECgFJBR8uOtjYIRtKVT0r/Vcc/Y49lEVV
NZ0SzmBcABiyYmsb5ouQ4NUX+5CRtghEFgauKLrG/wByBhtQfCgRMeQNgw/KiZFxm9kY+n3t
3bOIhAyr3kB5W/6iONoFREfSSjGglrmCfjTzIgBVo3+paQTGZLDU7lNb3fqRM5whwJFfqUt/
d9UWnMyjCDGOh+ohE7MPLjYEAp47G2eAAXNtRD5O61CJYXqhISkCbVXNKROLrTGUohiHBTQ3
pv4gJIRhuRlpLgEEFchgTk7fMnlCJavKboGW1KgqAHQPlzcHEISOzJwa0JQjISEnHK1fxIHS
RhfBBw1bqQJdgma2ShEQOZrQpxAMcCpRYCUCzCyMSb1oi0AGoCb+JCYA1Bww4rcYUJFUPYZN
a61xiQJCgkNJUzuiO4ZFyCOqhQCLW7ICO3E0a4ovLjEEP17fSoSEWJDkm6f7Fkyb2MLKllVE
my0xmHTn7EdIctY4omUeUuxx+BCWp4ltfQpAREgRyklCHmNqqwTanEqCv1K5u39C5drXAZSx
XPsgg2AlUIRns7kSQ5DAhGRBhwIZAAys9kdMmAD1C/5JGUajSdLOgJWwka2QO/viYiaAEsPo
Wvb2POrcgy/OtMNiUGoGhRGc3iIhyDkE8SdBrSJ/atPlbh04mJAWjboB1nVIV+1PKhsApRPp
JGMTSUSC4+FOdmbZNUKsNyJsxgXRbUCLCQIdDXKAgbsC4Tj1UtsZRCjCe7KcsgA5RM5SgHqJ
S0//AE4poGJONNR+pOYRIPALTHZjM5AIS8qMSMguoxzFE1QBV3qhGM5HFsEZ6iZku5C0DcY9
FfqRB3yKuwAXNuTkTTALRtuw97prN/BKwcUR2yAZ54/KpS3WhRxmtuMS7lojJ/ChHJmTMWa6
er8VplMajYEqjp8CmJuus5GAWkAgZBCEyHNqfrTiqyKOzuhiRyy4ryiKYH/ahA0EKPV/Cg7m
TFi7V7qJlUEUC9z+9Eel2DI0cgfiipbm9tPCI1VpIfDpXnbe75UJxfTGrfEjDceYBpN3+XSj
JiDE9FkIGYjKQuc0JQ3YkkMQC7p4iJyBDKsIaG6ukMh5e3AHq8CuaMCMLhMYbbDMEoR8qE54
CJ007SEJ7R2pnEc4XanMh2ixHzyQjsbYjDCID/XJMIiEwKsCVGW9AjcHbNvzLRGIMhiLJplo
5oOXIq6ewRAOonJaottg8NUlUAm5JF023EEnFkTKciCXAJoPDFAMwB+5OSwTQjS2papSoUCT
pBxRlHdBBxBBTbUX4lEyJJKqWTOgXbh/AIQOiHali3gW7vatQILm5WggxgKiJu3iUZEEjb5g
+aCc0GaarYELzNiZa8asQUR62MpyzwYJ4SBHDBNKQEJmh/ciC6DVJu6D9YWK8sxIDs/FOwfB
aZEA5FHb3qGIeMslKUjyXBFXQ0lhgRQLTG7Yq4zUJSaLY9U+Fbm276okGqGzLbkNIYkAAE+K
S06dMSHEjWvZ1L/tzF47tJHBj2k4i5agJQ5IxMC46UHNsrI7cNyMfUs8IS4IyEozMbiJ5n7W
mKJnsSEAdILGp8KbmiwoCFzOwsDiVE7UHJNiEJbwG3t45n4IrRtQAa5vL55KyrVZEYhBqogX
4rTM0yGK5QzYp4gymKAAutMiXxAwUpPIyatLINMAkUDspPIEjB/xIGdCagYMtVi9ET3ao8oJ
OdlKW5si9dPKPwr+24DUDkhPdEaSz0oUJTixzKsn/gnu7k47cc5V+mKlN5SlI0I7SGmJBvIH
BvEhIChXDJPbJHSAT99FzF2wKO/6eZ23Lzgagoxmz4goRjRrEIDDP2aBSQ5gQhAhwDdSgAzB
3omlKopXJGRDyGAxC0xAphihKjD7fpVsHQjMEA0bUtcBIRpaRLn6kYxi2rrO8j9U0SQL8ukM
WCEjIaonHEPq0ox2QHiObAIndgS1SY1Rh6cHbAvJqoylMkmpMroGEyCCGMc/mQ2ZRbeD8+4G
g/ekhCW0N6YcjRWL9/Uo7/qzGIIGjbgOr/7iA24jlsTf2Ux/hsE+mqZm6E0Q3FTnAjSah0Wg
dJu37UTKBDWdwFICWiWBBoqSwbmq3wqAEIkikwS4LKQifK25swF6d2SlGUyxaxCEd2IkYi5N
fpQfaFq1ZD+0S/dLrVAEDEHB1Q9KpQcf4DI/Yh6eEGA5gDl4lt7W4/mTLtEWHeVtMsehMTyi
yLVCGSKMphtiRbV3UDE0IcHghObsRTA17SMql0BCxVftWqTgGgkg4phPNPMXuY9CluQgaXk9
x3kJwlqGBAXmwFqy96LC9Ffs6fcvMi8hAHoBQ2tks+R1MhPe9Qea8JVX92b8R1q92SaUHOcq
lbsPREnfJ06ayh9SI3dyQD/8YPL4kTuRNBQg/pRMSTk/9Ke+bqG3tgmUyIgDihGXNvSruTOf
cTAMPZUs9B0n/EbdgJgYEI6tgHUX6PhTgSicgUYwlGEQ7G7hSloM4Ru+XfihIQ1jKIr8yL7Z
BIoACjroRcOnehwev0ozmZcoqHv3UZvSdYsgXNMFW3tEIQcS60zaIU/LD7pHXlVCcwDvSiwl
3W6yPRjb5UPLPVPN0IAkaimZWW9AgkSZqOH8K5uxRigDbNRAuUykdkCUspWXlCHNtxeZfHuR
RhMUsxNlOTgkA1RhKRG4xiGqCD2VykRaRaBuiJBjkVriKE1CfWW06+rx0eT/AOohDb7dzFkd
/difLBBD9ZAR5ekLlQ9LtS0U1GQofhRYk4uTj2kGJJBo91U0yQwCbEr/AL/1ESCQ21Ej/wCr
/wDoCXvh/CQANWEQEXob2U9708CYkACwi6J3YmJFwOZMHAcEjNjqWzu7UdAMQDHukdZdH8Na
ACpW3Pai2zC8n65fm0IiJrIUElOIL6rLSAARdPK+KIvpDlR8s6YwMpzc2A7qk51AG5ufZzVr
9iOm93xdOHLXdQnI8u9LTIF7HlWqQ/tkVPHsyVS4IZyjuQLxdmBQlCRhOOfVPhRh6hgxDSAJ
qozID3pULqD7FAzJ0g0DobcYMIi4yTMADn+lUJ6cKKZDsOV8+yjt7o0TArEceZGz5p/tdANe
zKHrfVhvTisds3kR1JaUAAwFgPa70y/xBth5SN2sB4vYZyPKFqIYG3R7NMObcNAAjvbnNM/c
tDgCPWkPyqMtndjqjYOAiTtlyGJjUfUiQ8pRLiFwYrYiAYHSCRxKoae24TvTNA1Gy7GIvJQM
AIQ2RTiStRFAH1RQlIymxqCbKM4xOoh6H8ynExEhdsUdzc5IvzVv4V5WydQxvbq9VHyo8sTV
+2T2kNuA55FuAWkvpF5DNWJUpwJYj7F6acS04nmJzQ2ZF5UBJ6eZT1R1C2k1HyojbAg+GC8y
I06uXWC4r3lgcyhpkZbRvtycj5E+gdR79p9OlAblWFCgYlwbBAANmVyltVD0Ff8AdboEoQ6k
Xd5d7St3cAEhKRYIkCgNkwHvR3N2np9tnzke5CUVHbiGjEMB/j6Y1iLlHc3CIQiHJKlHZJ2v
TQ68+3PwQUR2IdUZAezytkapm5yRnM6tw9aRXlbTsbkJtJiDiaIeZLW2AstAiNJuMFKUdqIM
jUstIo1k+Ht5g63JQFYh2rgoxGzuGZFSI0+VHzdnc0SFQyERtTjABogxLKW5Dak16RNPiR5t
BF3p8qMdyJlNmjJ8EdqBMhJpOMFB5MZBiEwscU0w+KkYmQBwvX5kXLjNaZkAtQIYsXCrJs80
xLE4JlKE6CQqehS25wOgWmHlTv6Ud3aGqNC4fHvQTNLrf1Iie3Kco2Bp+ZAHZnCJvIAFvpQh
6SG7vbjloCP49SEpbEovgbhapzGyBamoob8J+ZtyPNN66ig5bEICIOh+aWAUNvbhpo5e7nvf
wuSAMyjMloxvM2C//wA8tG2CBxPi0qIkXIFT/E8iwQbl2/xFZRFyh6P0xfaiWoetLvrb9LrE
9yQeTX+lAkVldHb2yAe1I2iht7Zec6znwXlx60sMV58xzkU4L+XsLj3Kn2pxfNAN/C7VFlVV
iCMkRFgTej0WuOkTxLdZaN9oyBcSjiO6gZbhIByw7q8+O6buIgN8qs7Yq78EdJsbKtG+xe66
tQfapSZwCfsXG6BlNj0ryYyi8akv+FTnLlEQWni68twIEsOPiTtHrasOt1UaOXsakLypltuA
1bmk1bxKO3sQjBgzgMnB4OvKm7kVIUtjZ2hMgMBKzjqz1Ld3fVRECxjANaR7UVHZ2wCRWUyK
yl3v4K3Ngq1OAR3fUT07cKkPRR9L6Z4enieVuHbkhCJ1bhrKeJP8WmI1TNhgvM36yNo4D2Sg
C092g6O2oH09ZyOkUq5Q80me/M88idTeCMl5WyaRpKeA8KO3D/jEqyxlJS3pWNAMz2Ud/fru
SqAbRTRptg14+2i4Js7IEqey+nc2yxEqfNFUL/xk7QEpYArXLYjKOOkl1zQkJYjJaYQEgDVi
5R34bktoyDaAcE+5A7s2AaoZEsIwe7W8MkJeYJZxKIiCSLCIdAQgeYsEBuyAkR1Fol6SRBLC
YGaJZnwUd3ZEteJvVHZ39UZxLvgT40JxhIQEmMrD6lpf/wALR8+rzfMUpbjyMXYWc91SlG24
NMw3KB2edebulzItGGMigWbUHKjsglgGlLIhRlOZ8tnMB2u6hCIaIoB/BxwTm6M5UH3qHpNg
mGyKSji/emgNoB4hjLEy7Ulpe38RkBU3PsMpFhEOTwCIBJhq0bURk6J3ObfNCcIg9xFuSIpK
fh8C8rY5YRxxPikhAWx/VJDKNAFpJYGr4MhGNlS2KpZEkq7g4KpXl7QBJFTkh6yE33IXAyUZ
O7ip4jrR/ibL2nyZDbJuALoTnGM+9qq/0qMJbQaAaLUZDQGzBb9qMvTzO3KV35gvM9RImMQ5
EKavFoTenjOO3GkRI83xSQESIYgM8yfiQO6BubveOHhTNZc0Qi8AXzRl5QEiCHHFDa2g0Rnf
2bsG1aAWe6l6z1J0auYanpAfGo6QfI25PXCEer/8xZzIaEBmtvc3oPubh82RlfXL+PUQTkBc
nuxU93emIGXUBr5UfD/1FLb9KMOfdPXke0hQM1H/AHIOCCbkp3DZpy5GYstMI/an/gHp9uYj
ubprVjpCl671MBhHaBwJ5vMRixkZGvwoel2COQNKIIp8aEImpLcHRBLzNyiSXY0CJGH+qv0r
lwVDTFEYYJiam5RhtEOLlapGpq5zVqZKO3GIG3M4UaXaRM9yMWu5AQjL1ESTcioHxogbhnxj
Fwn1S+lAQlKRkWAESao6AQRcSBifxKquPtVCD/EJ+WNQqmiAOj2sZVyxWkaiegrlEulv3e2A
kQYTLF2PWKHptmEvLgQJyFI25I6lvRLa+Uk8Ft7chr24EAx8I5+ZMLIwlLTIXei1QIkMxVEN
0HP+AykeqCa8FIwBERQE2+VapECIxlQLTLegcgC6PlzEgL6T1Vp25DTjqyCHmcu13e8uSAjx
H8BkImZwjG5K1erjph1iOyI/+HBbfookGcQWjm3WlpUtvZr6zejWeG2D3Vvb05GU5EAm7nvq
MWdiH4KUnZhdPEMgWrOpTt7kSfZkUNraFT1p4N3U+8dcsIiyJAapbgtXZe1kNuJMJTlpEuJ7
ulH0/mynoZ64kdVapc1Kg4qcdvbhOE2LbkQR3dcUNrd9JsyIqGjigIbO1AAcrQAR/uCPARFE
TLemYyuQWHyxinM5E/ER8qE4bsxYMDTxdZON0s1ixCOuYkMKU/CjGTR34XAtLxwXPOMekgJp
7olLux5iiNncGoXiaSV1zTiOkhNHciTkCE7Vz/hfa2JCUS+uY0t8MpI7ProCo00DuO9KUVvw
InqcAOOXT2dK3PV/+JugA8G9laSzzUt/YOrbtKD8pW1tinqDLTuasB3kJCrh3XFGczQWC8ue
4NrZB5s5fDFeR6OPlRf/AJD1j8C0bu9KY6bLzN/cjPcf/jlkEQ8NsGumLPXwqO7KB2/QwLh6
He7n/tph7a+2fqJMCA0QcZdmK9R/+U39ym3GTjADuqe9EkA0IJsygTeQc4EqW/KpNGJspgln
Qo0IhiQmBYCycmgxR0lgMbovZ7H9E1p2zhinvF6xOHwSWuLsA1VrkKGwwT4KEhQCQJ4ALdmC
ZkzLPk61Fsq/lQ1F4izXTYNcglaSGEasUwJOrs3dDR6eco4ctwh5sTtzNdEnFEGArbBChJBr
VSo+QKjv7cDtygXY0d+xoR3ZAtK4Fk5GomjoGDwkDSQcM3iQ/wC4M94HlAkSFGE9qUd0ByCS
aeJPDbiDm1f8TeiA5EXA6EZBxKJso727Ly4gARjeUmVYnS98gpeTtiMLRMusPEjLcJkTjeqr
hxTxFTYBAB9Rs1Ctn1PqiPLi0tE+aR7u3NAAAACgFlwx/gxRlpIAxNERA8m3IClIE/Ej6TZk
JbnqDr3jgB1YbMU2nUBWeTeJRg5ApEAKDRaRHM90ICjkOeCEIhgLKnvJUWlymhjgrhsimj1j
QDBAFxjRHSPeUJTJJyWo8u2MTRHbgdZjSRHUHzKW1AvuAF2BZgp9oGRYpoDmxvX4kDuEkAYf
pUYykWqwck/Mus8Tll2kJ7cmMCDEi6jtb+2N4RDAmk/mnFCc/TgTiNMSDZAQg0bRAqhv+omd
sSLiA62kfEhCO2JyfUZyAMieyhPd2xKUbPwURsadtqENRkZeaBKVwKBlLzuck8rUZOImRBcO
njEA54/4sovQghb9yIyI5roCVRCz/tQa5ywRizkVBWucXErGy3PVb41wgREA95Rj6cEONRxE
fhUvUbg82QbSTYHwrJCMdqW4SH5U+/ty2QSw1LUJcuJNGUoDXuSiW5Y0+WS1bWzKR8TRCkNn
bhAZs6G5vbsp6rRqIhMZERNWcs/wqoYqe6OXc3xqAL9SK29sgyETqm1NPxp7eypYI6TVEku6
IseKEQSAC5nkyJvavHvImVABjZu8tOyDvblgAaKB9VLRtEGR2o05R1dSMNugAtHJbm/J9Mhp
D3A7SkZDVCReJAWq96cFDSwF3wC1PKWZwbux0o1pg7/mRPVAZhiUC1crp2EduLGcpAj6FHb2
tsSAoSQCT8SaQZO9FT/E0jeluzj1hevZijORB22YxIGPwoen9Q0NXUkaavD7L+wk2FSvUT23
AMy32qMBUyky1Tk5FTh+JR2NuEpQtSpme5DcW1sl/NmwlADUNqJ6kZ6VHbFYs0zgZd5AAEEU
JXlxLg1HsJhsTmcGZF//AMbOcQcao+nMI7enriIqP+nJBhrIqR/UtLaI4tVCgbNCuFiiCAXq
obZDwFZ5CIRGzFzCLQiPpijKZ1b+4dU5cT2YrL2EYI6SYk3xCbUPe6bekAA5JjUt3UYbZI2o
1EDW/akiJAznhCNT8yaYjs7RwOC8yUdW4MT15eHbUm5BPAVOkdWKG2BpnM9a1FHbiGApE597
Uobe1CIhHtvUv15IHe35SpzCI/LJaNrXtzak9Tv8UURtRG9A2MT/APc1IxOzOBI7QMQD8S/u
boD45IGe4ZAXC8vbHJkVqiSMxgq1XNFcpMVQumIr/Hd/bQGpYzua+FNHmOIao+WSE4kCQ5gw
YgralL/k0gTOGpuyr0VVv7jtKUTGHTJEu/DFa9sV/khtzEpiVIwALzPdU/U7ojuepdvLfm2x
3Nvbktz1vqgfP9QXc9aMext6VLZ2IxBn2zX6YLajMtuziDP3dpAkswZk8iAMyjEE7gFCY1AT
uY5lrLehsDUTMzhuEVnGXWhJUZ/v/Cpbm36eegAyMiGiw+Jcwbps6sPemAfJT3i2kx0u3FV9
6yZGRLAKQ24gRibnFA+ogTA0BF0S0g2DPVeVMnbJtKXV+ZHd290TgcRVGW0dQsYxPMfmTxgx
Nya36y1Eg7hoIi5WuRc4YMPCtTni90d7cL6xphE91Bh5ko44OiYR04kLgrqirVVX+ibD/AFf
a5Ti38BGZfpHxJ2LWZzKnxIbkwNGr+3T/wCqoxiKAfeECtW5IRjmUPSenl/a2jWYPWkhOfJA
mshQyC0RgJDiAXbvIb+1sR3fUypEMG2wUfU7LCRI1EWcdeMVAbkm3Bm9flXmECIApI4hH1O6
STLlgDhAJ8rKcIkw2XYEks3hihKe5KUrkgsPpRBMi+D5oTnMzkDQYIy29mGol3Z6/MtNGNwj
6j00TPam5MAOqVJ9oiIuW/CiThhitoCJiZjVIkMT7CTYI7e3SKY1HBCEYkwjZrOgYbRY3Jsn
JjECwJdQhPe87zA8/TNygd/UjPZgIapNFrjuqGyZGXqN0apk4P2Yo7u6TKUqnVVGJJ0g8F5W
0AQKyOCjsbz7RiBF2LUUB6OcCx5tXdRmdqEtsB5zEmZvCjIxiYivLKrfCjLZkJCJaQFwe7JU
ouGCpcLo9tf8YRhAR3KycAEsFHUP7cSDOjBkNuIAEKACwCF3R3J1jG0cyjCEjtenBF6NEd3/
AMxB4mUr6jVCMQBGLCinLIOCpb867caEnMoQMBIgUlABwerzyUYwjarioHzLa9Jtl5x6x4dr
SoxHZADJhRVDqn2L/VWqs3RKIahRhKAaVwjsbkREjVOLW09jUhHK2SYWwRiGoiZYnNghHfmA
TgC5/CniMWcQ1L+1vRBNADyn8SO/IiUmaEAamXZU92QruFzw+ZDe32zhW3iioS2AdzeA0gnG
R8KaIkTGki1H7WhAR2pkvQseYlCW3PyNufNU18K/ueoETgay/MhKW+YVZ4CqEtz1O7I9OkIH
chrMaieP4Ud70u2BukvIOY6h2kaSEolpRN4nxJ/sKF2N2qndnXKXT+zh/i+b6mWgSLGIuYdy
Ev8Aw1HY2BogLj90kCfcju78tMI1UwBp9NtyaAs5/wComZgKBM1E2CG2AZSngFH085AQYzMI
4d3UpbfqtrWJF4axYOpyhFybAYk9VS3906tyVh3QuOSyf2dFkyqFUXQDU9ge+COiTRc7ZGYA
VfY5IB6VIy9UY7LnQI0OnxL+7ukmVQTd/hQIm5lQAuERuu+EwbfKowhCW5InrTNkCZ+YzUA0
x+hAyOooDbiZSkKlvwoziIiI6oIDN2uVaYxjGTdYYLTrOuNxwRjMh80AxlOVOCIlETC5tqti
AzI6THZYuASjKG5o3GpOJeviX/a+oj5e9Cms9WfzLldzbBXpdDmLhNJpDKyGuJiOFQnjIcQa
FUt/DSoF/wCMvhiibWRluTESA4iTUt3IqMYgw2wdMYXd+1JB8eY9Kc2VKOg/3I70ywhQE/mU
9+UazLD4AqhCllZlmgq/b7HK/wBUTgmdVW1HCTv9iEiKeZIn36ldSJIFKLUebMrJqozMyAwA
bAhaTvjTREbkvMj2Y2ZOIgNYBED3sgSW4JxI8AUYkseHBMLAMhIAR03PFCUqya60RFRUlDVI
kSs36kRIOMFpBkJNXJf8kgMQERuSMxkWWl6cUY6xKhYOgAK4UWqREc9WCjtReZJoRZajRrye
yEYnlahVfaIQLbb85z8KEY0A/jIgCz/c/alJCe96oxEqDbg2qXhgj6j1oO5uyc7W3KrDxobk
6znWMAKRB7WlCJLgWa66V/8AFU960TLA4IHcnGEQGDlrLXtvpBYEgh/hV3GHsbFM7cVWyb2l
uyWPsOC9LsQjqO6TqPhAU5RoQZAj39ZaXaULvktAPK9GxQd3nQZBaTU8MO6nJY4rT7wVkcDm
vEKFUHSMysgc0/WPFczPg6FATiyBDVrZAQPAgoy3ZiN6E3Wj0xIGMiPyoy36bcQ4EhWSG4aG
VlxRnuSEYi8ijt+kIJqDM0+hS3TMhqgobGzttum8zanaR2jundILP1Y+KSjER87eI5cIuVr3
z8mACJiaBP8AcuaQByKjDakJy1ASEfyoFgCRb/AIhssKtKR0gobsjtxnANEA6iucmUyWABQE
YgTIGqQzWXApsUKWWqfNuEckBclebAy29uNTKNBH/pQkhq9TKe7EOTKv1IenjvxltUacWpH5
lLc25z3d3doYyOoau1uQWue7KMnz5VpjvSjJ2JJ5Vr2zHdgzv1n8K0esh5RNNWHzRQlEgg1B
FirsR7HxyTlEC69NvNyQ1V6RpW7vigmBpkwavWUdzbLzkNJwdE1BGaHlnUcitQD4vxRc6SaM
gJVzZO7sy12JrSyZOSwwWqjjM1Wjb2zpduX9y1bvmEgYloB+zFa92YhEBzX8qMPSvGBPXIeS
1ykS7uZEoTnybMTcV8xQ29sAtfNAWAFFMynoEOsShswBhsxFCe0e+nBev+eVCt6tdAu2mpIp
h4UIxBlI2otvf3n1APWvwqnvX92YgLkP+lCHpZGRzajIynMmRwGCBBMjMVoy2tyvNEXv/gP6
jenJjQRLV+JAbENO0Dzbkqj600ebcNST+lPK+AX8l04ozlzbkgRCIvTtIb3qQN7VLUYmjjs7
epREYjbEg4ESDEfSpkkSnKJENNa/9TbQnGR1TLALZ3v/AMhM7XppyqQTrY9qG0j/ANpOU9lg
xkA7HvQQjpiwqZCh+ZCO0eUdg1ivNntiJjBpCAOkeJbGouWLG9HT+ytAtMTVVvigz0RkQ+iv
9SjMuYweJB/+5pRlCRkHY6v06VqiJULENgog00+5MBqY0xqqigTm3FEk0zt9KlqJJFgMB4k2
zGUi9JWAHimjP1HMSOUXA+JQPLBsqfhREGlKFzLkFe1JS17x3dyVhaA+FRhMjc3ZCkYXC831
dI0aAufiUNuADlmAsI97lXmG8qgoQJ1bki0YC5dQ3txzGdZRNYg9nlW36mJEdI0SAs3ZkgWv
Zg1EABpOJQAqWY5eFDcbVvzjzSNojuphysKFHa2JCW/YEVA8SE/VyO55puDj8KnASI0ksAqN
UCtkIxcEF/f4FsglyIsf8Dzd+o1Hlv8AhQjtx0xjQAIuV/qgAjOdZGkIC8j8KlLdk8iWbAD/
AMuK2vUbkKbhpCR5yO/oU2MoagQXFPxLa9RPc8w+oi5BNQ3aUNv0npDugAGfqpkwEZnrR2//
AEkJ+p3Dv7oGkSkBQdyKMdzYiSaPEMfwoy9PunbL2lzBGU4me3348wW1LYh5W3IjzSTzbg7a
hsbQbbiKD2VWkfYsyrVX81KEiRGYYtdlOI2mgQ0SLptqQlW0qfiTiIkOFUIT6xwKlt7cQTDr
E2Pwo/2wCcTh4UImAGQqueL3ZitU9oSJL8XTxgYai5FgtJMvcEIxBAFpSbSPFJbm5GQMZUDG
/wAquOrkjqg8iOufyo70d2MpRDCHH4VP1u5LUZHS2EYg9WKM7zAaEcyj6v1k33JF9sWEUYSL
g0Cns77y2JBtWHhmpbMImQBYEDl+JNuGIMXFHuoxbVGJEpSIoArMv+29PIdXnONUZyPSRQ/F
Fa4Ft2BcGr07OpQ3W0+fASIax7UURqIfDMqMo7WrbBckmg+VCOjQwwVC/ArmBBVCD/CYisjU
lUpmqXWRCh6bZ2juEmo7zqXmSjP126Ga42It1I/9def6k65n/j2RjPvbiHqPVN555oQ/8sHs
oR3YANUEUKjHc2hIQYAnABCEBGMBYRDLPNAAsgT96MZjVE4YICNALAYex5dY2iLkrUaFcVRV
9yOaHsBaiLFjmpbvqdwbgqALUKMvTy0klyJI7e/MQlhE0Mu7NGUTCUAakFytOh9NkSWiRUA1
K17s6YAB7oEAxOMrakBJgLg0lX5UTdzkyMXobC6rQoGQI2Yh5mz+HUhBxGAfSP3Ikk+WA0Yi
wW2YuDFqDgmB5oUkFpIoSx/UjGIbSCScSjGAYSkTKZ6sY95aYMA1ZG58UkYbZeZyKM5h5m9X
TMc2U4E1cEDNbe/3CATHihDYgZm5kerEf9SSG3QzvOQDOfbZUDIGtP4Cq1xCpUlT3IAEwD1s
t3fkDL124dO3Mjl2oH/yof8AmL/u/XA65VhCVz49xS3yPMkS4EhyxPhRJDNZXoqmqGAGCrYI
OFwTBcblEmgupbsh1rA1YeFXXD2OuKqs+Cb2VR/mpb+47tpiHpTxIGEpR4O8T3kYb2mMgGjK
z93UhPcEQcxx7skdoRLxxOPwprxAcAcyaRoMMEBA1tdWc4qMNsEuak2CAmdERgLykVOUSdMj
QHAfCqksbtQoMeTpUZ7btItOJLOD3VS6lEmtvtR0hgQ5OMivLgdW4Q0YCw8c9K83cm8pGr83
4Uzs/wB/yriC2q1O0oQiNUnaUiSQX6nKjsA6DIhjgGPZQ2dgUvKR60j4v8I4+5EGwsyBaqlt
yHLIMfeo+ogCZRqISrF+9zJyCrFuK4oFEmyarLMezJOsx/NAP7ldXFbK4RQVSmwVLIj2MrJp
wjIZELXCERONai47qMtAkIglmxTA6duBrGpH0oiNHqCAyjJqGgNq9vlRcOME7s+DKMNsEykW
Aa6iA0pSPMcdZHMjPeLt1Yg0HwxTykz2RMS5z/NFEAAtVly51FmQBrevDxIwieJzQ2fTGlpb
mLoSJJLuSUXYscU70wK0B5RJq35lsRjEE6g+Y8P+J//Z</binary>
 <binary id="i_012.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4R3KRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAOQIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTI6MjggMTk6MDU6MzIAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAOQIAAAOgBAABAAAAIAMAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAABAHAAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoAByAwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9Sf4oc68x5KT7KnMc4PbtZO50iBHO5ZeZ9YOmYh2m5t9xdsFFDm2P3AS7cAdtexv
0vUSU6jXa8yn3ea5nI+tpZT6g9Nh7MaS8j/jLdram/2GKeB9bsO3H35Ussbq4sEsI/fB02/2
klPRg6+ScKli9V6fljdRe14nzGp/rK4x4cPaQ4a6gg/kSUzUXDUFS+SUapKYEg68nsAsbAda
/qea4ncPWeSDoGhraqadrf8ADb2s+n/N1fpP8ItLMvfTQ5zSA4kNB8J8P5ShjVMrre8RW543
uLoMGPz3fnJKTkEjQxMFMdzfpWBnxOqAGtsHqPsNrYkQYb8UzBWHE4+KS/8Aef7Rr4zKSmTc
hjrhWLd0amOPki2WAQQCSOD2UMlhdSJdtMe6NR8NUCu41tYbSTI7D57jKSm19o/kn6CSh6j/
APQn+bnn/Ykkp//Qp9T6wxmdcagWiXhzrLC7Qvc7a71vU9T3e3a//i9irYXX7b3+k6A0gRWw
bWucGw0bPb7N4VDLYxmblscJDrbGguE6l7nbv3f3VVfkOZYRLpNcsJgQPzA3/vntSU7uX1AX
VNa4uY26trXOc0NLC0wWt/O97/c/2oOD1iysltrC72l0j6QaDsGjd+7/ANV/11kYWSag6x2o
2neDAkxDPc6f+gi1C0WGzbtcH6NO0fTB/rb27f5aSnqG5Tn4ovwrXDdqGiCzXn6e3f7v9fz1
odM6g63Ddk4jzj0h4ZlUtLmOY4/RbbU76TXv/wAP/LXJNzrMKuhjDNu7Q6FpBPuljf8AV+//
AK2tzpHVbGssupID6JJa4e2HdnMH5m4JKe66D1iy65+DlPm5n83uEOIH0mGPpbf3luSPivLM
f6ynGuZmYm2s2ktt3ub9FxDW+nu91T93+etZn1vyqajYMsWloDnVXs11O39GWNa7du/RpKes
6y51WE7LrpfkuxD6wx6gC+zaHD0mbv6y5irrHUcyljeoM+zZT2mw4uPW+/0w+fszbK2hu+3Z
7rfUsZ/YVjD+teVkvBc2qusEEukuLmO/NYxp3Mt/0asdKcclrQCWuaNdZEnV3i1JTRZ1HLoY
7G+2ZLsu17oxm41QuY0bWssbtNlOLRsPrb8j9/8A0y3OknGxMWN5e5znPcC4ve97jufa9z/3
kZldQDqXe8OM+7kk+P7yJTj49LXuDYJMkzOo8JSUkdd6jSXDYzu090zMeWgRsr02g6nlSe0F
29kncNR3CLIga6ntwdElJNp/6Mcf7Uk0nx/NSSU//9Hnr/Xfn3OYI/WXsnWGtNjv3VRym/pj
6mmnG1o0H0yf5X+i/wAItPPDKupWu3RVbcXNBnQ7927aCd3uQOq1/pgS4uIkMa8iHHT/ADeP
3klOextLgWtaOQ7adZGmvuP0/wCQrzDWKw5rS5wbBEgNk+303bv/AD5/4Gq4xbgwvcAfpSRq
SdPLZ+eisJNTN+2H+1xjgFvtsZWZ/wC+JKT2tD2lzB76tp26kub/ADbtrAfzbPpvR8FxxMlo
cGtZuDHhp3bmPD9rf3e7/wDztBx9zmte8bC1hZWIJaA36G6Ph+8jescRznWjdLKxYdZIktsN
bdfbts3fvpKamx9dYZsgsbNJrJfvBOg9v53+k/cRnOrcwteSCA121xDgHfR2uP5/t2f9cQ9g
yniyqv0XVxIZABI1Y9xH0/zX/Q/8FWjR06uxlTbXObkyYfW3c6xr+WP/AO+JKViXRaHtO9kO
gNIJgD2MDT+4u4+r1trumMY2wNLHkB7/AHnYNatvuZu9n0Hv/wCuLlLukU145dWf0TXD1RMu
Y4NaA9wb76/p7/Tco9I+tHVsO79gtwmOtvJrqse97dG79uXTa1vp+kxn6Sx35iSn0hra65sM
MLj7QeTP5iMCzUCJPHisPGr3Z2LQbH5Lek4YJyLDLrcjK/R73T7tzaabXf8AXFomyD7WQ7QE
E/x/eSU2zY1jTvIaNNFF+RUW68tGk6aoHp12We5xLRwwcT5qN1LRWXBwIaNRyfAJKbv2inwP
83KSo7R4n+j+KSSn/9LPzDaL7X6AMe4Ma2QXS5zXO93s/r/9Qqubj0uvDgC1xaTa2CGyB/gw
PpN/P/qK7YLG5GTju3e614aSAXAFzvcz3fQ19X3LP6VgZthvD7W1tb7IBc5pBH6XY3f+k/qf
9tpKRCx2yz1B7TSai0Dh4k7XCR+d7WPVRljXDZtdsdAJnjTT97b/ANP/AD1t2YnTv0NeRaN/
qGotrO1x9rWN3sf9BzVUZ0v0r6ce6Cch+0vkEclofz7q3y71N/7n+kSUiBip1rHgAOhzWuga
gO3Ord9L2fuf4RL1KgPQLyHAkuE6/u1vDdP53+v/AMYrNnSrqs7RuymuN1hMNE+1xhxP5zf0
n+epVVM2xa3ZXt4d2eTIYT7X9/8A0Ykpc5NVVzBZU9zbGkvsa47fB7ZP52z9D/22qed1zIwt
gx2E5Vry2sgPEsEbdrWbN7trtnprXxOivzcuihvtD9vpWbTAfLnOn8yzf/6lU+pZ/wBV8HFA
qym9Q6tg3tsqY3f6FhdDLvTyWfpNza97/tVOz9Mkp5jN+uHX3l9TLHYzWMbXbjRoz0x6ftZb
72O/fW/0i/FuPTep5GuU9r22PDoG5wcLW2Vzt2u+l/xj1P66ZuBl9PGSG5bsh+0evlua1tg3
a1/Z624jL/QZsfRdRXf7P6VWsT6t9S6jkdRq6duYOm+/LyqLGNsYWUMdk5FsPZY9ttrWbf0X
76Sn1DpltNNN+de30nZ+U8bpJ/R0FuHRvBDfTazZZ/58Wpa0ue2NQ4SD2I+K8mxPrpfm53SW
5LTVj4oFD6mOL94ILKX/AKT3+pvs/T7n/T9JeqtbW/0mVE1sa1oa0HtCSkga8GSZBg6aKNxA
YWgGHaHVRrqta8mzJLwQRAaGtH7uwS939b3/APbaq+pl1sLL2WXWA6ubs9wJluxrS3a381JT
pbX+H/abz/13JKPr2/yv6Ju+h/t+mkkp/9PRy+k9PNt2dnl+TWy0inpwDW1OJdvc/ItE2X1f
nuqQ3U9LzsSpzHfYLm1uNtgB9Jxa7bXiNrYfazadrXfmKx1HMHp+j6ZDvVJDjOgadXe2Pztm
9UMGmx9OzRrLHOJNo2k6ta81N/q/6RJSR/RuiMdSXZl91lDAzHteyp7TH6SptrSfcxn6Wltb
W/8ACKdOF9vc3IZXQclwc5lYscHOG/0htaW+k51kfzHrLNz8fKwgMg0WtZjtLaLGiWWAH3er
Hss9wZ+d6lVn+EWh0K204r3UHZttkR4PEWy6fofvJKWsfm13HGuxKzbudXa15DuAYbZs/M2f
n/QVnpvRfq7iufmdYyqya4s+y3OAa2fo+2x1e9vvaz/jPpq+2zHrD6suhvqNY63He0bXbnbf
e5zfpfmb96wup/Uzp/Wck5Tsu3Eybg0PDWNvrMN9Jj/TcarK3OrH+DtSU0OufWXHzurVYGH1
bJt6dc41X1tDcTHqocfez1agbsv9G5+7b/Sv0X86uc6zgfYM2x3TLTfVXWZtO1r2AH7P/MvZ
j2V/ovT9P9B/hv0Vlv8AOrrbPqb9WOm9O9bqN9rjjuJfli30X26f0eun9KxzP9HXV6mV+k/n
l51e+qy59ldQoqLia6OQwT7WbnFz/a395JSOyu5jQbWPa2JbuaR7T9Hb/IXRfU7DdlHq1zXO
a1mEcUOYA4l+XYzH9Fs+zddj/aff/gv5/wDwS5+vJyqHb8e6yt7YDSxzhHku66b9YLsPpedk
VivDosNWXhi3OZ6hNdTsfKbspt/aVrsjJ/S10vq/4xJTgZPQcur6w9P6a7G+wnLdW2t3vcCN
5a+9299+57Nv6X0bPR/4Otez1gSw7TGgJ548FyX1a69+2Oq0W9bqFeU2v1OkODXOmsgszsmu
zIL3sqyf0ddXv9no2rtm1VgGyuwBvDWnT46/nJKR3CtnLh4wfFU7ne/eDLYgd1Zu9J0ve4PA
5IMcfBVi6oy2r2To0gyR58eaSm37vP8AospJ9jv9L/2jjgc/6ThJJT//1NzK6Vlep9muAa4W
2uYZkEWlu17I/q7U1PQjufXZIFIIaXgkhw3fQ5/OdY72fQXWPIa9xLSbdQydIntuWR17Pf0z
BD7BZ6uSfs+IMZotv9a0OZVZTjvNfrOo/nf5xJTz2BTTk35PXMa91mNnD0sdge5tQo2V1XMy
saz/ALWfa22+p/wv6Teo42PZjNY3GpL2fnisN3N0Fe8B7muduj6ClnWVfVfEAuY7H6L1Gqtj
CPTtfgZgq9K2awCzJ+0Mr9fJ9/p2ZVdv+l9RaGBf01zMMnPozbshrngMArFtjOXMx3us/S+k
6rfRv/4r2JKRfpLG1tuGjIkkQGl0hrS9/td9F36H/PWk6ugBz3WFjHOaGO0ESNm5jj7PzlX+
sPU/2f0S+8ehTtH6NtlYtDnfQZU6pw+jc4+n6z/of6RZfRuu9B6012E8YzetWt320VNe/HtL
GOd6dd1o2/zDN/of12b0lPCfW7qGTm9WfTmNa13T3OxK4B3FrHu/TO/Nbbd9L2+z/RrDusqD
gKi41n6O7V0cDc5Weq3nIz8m4u3F9m8u8Zjd/VrZ9Bn/AAazZO1p4gkBJTYxaL8zKqw8f3XZ
NldVQ8X2OFbB/nOWr1+rE6d1/KxunNJxen5Bro9Yh5L6oZa57o9269tm1T+pgpo6q/rGU0Gj
o2O/N2O4fa39DhVtP7zsu2rZ/wAWsg2WXb7LnF77Hl9jvFzjuf8A2txSU9z0L68ZDOrC/rdh
fiZDGsJra1rqiYcxzGhvur2O/S/8Z6i9Qtr98BrnMawussE+0fRDWOj322f9Bn0/8GvD8fDv
6jZhMLPTN1b31FoA3Or93saTuZ7q/wD0kvYnMz+p9DtFYdiWurDf0rA5wcwguLW2+n6ld230
7PU+h/g0lNoYeIaNd4cSdm86hwJG3aPpbY/dT19La732taYgMI0P8pzty5PqfW/rJ0KtmR1a
3H6ji2mKXhnpO3NJc6v1K3bqnMb/AKRllS38b609B6i2sszhQ9wLmtyP0LgePpO20v8A7FiS
nc+x0/u/4P0u30UlD1P5f+A3fSb/AJ//AKk+gkkp/9X0s5VZ3Bzd0Ej2+A05dtWL1vo2dmXU
9S6LkinqODW6vGrvANYFj67Mh7dzbdtl1NX2bdt/m/8APTUdXwM/Pv6fj3OFtAe4HdXts2vd
Xd6fpvc9vov/ADX7LH/zqJbknGrsysqsvpxmm11jGku2VgvIa36W7az9H+ekp84+uP1u+sH2
l3R8yunEvxXNfkeiGPIe5gsqbj2ln6PZTb79v6Rcphm+3MwsfCaG5JyKxRtOx7rS8ekTdPs2
/me79Gl1LNs6pn39QudNuZa60s5I3H2Ma7/g2fov7CN9X6cm3reHXi+l9pL3CsZMircGu/nm
j3fQ/wAF+fZ+jSU+jfXPpHVs8ZTas3Hxun2W+9pY/wBZ7WN3PZtZvdfXhUV23V4uPX9O2/8A
0q5DrH1jw6ji9N+rTTj9M6dYLq7yDvyLw30XZdzTH85ue39//i/YxP1vqHWrsTHpcW4dNDH9
PZhVOcbAaoGWMm6xu79Zj+Zqu/mvTrsWDdjtY1uy0PeB72AEBh/dD5LXO/spKQ5Nj7bbbbAA
9zi5wEAbifdwq1lcVF/8sfiCtI04NmDjjHn7Y3f9sndtA3FuP/J/m9n81/1xSxOmNyb8fCc6
XZ1tTao+kAS5j3fydm/f/USUu8/Y/q9Tj/Rv6paL7XGR+gp3Mx6v6ll7nXrOqHtcDyDK73of
QMXqubdnhjzijfi4VDmMdW7Hr/QVOa61j7P0ux+/0/Ss/SfzyzOs/Vit+fX07omLddk2B1t7
SNrWVCKvVcXbfSr3/v8A/oxJTd+qfTm3ZNIubacE0MfTkFprIsdY2t/2S1o91XrN9P8Al7Ld
n6X9MvUsXqVLHbXte1obLtvuraRH50l/v/waxm1dLzGV5eOXh1DG49Yba/0/TpduoP2bd6H5
vsu9NSyca+hxzcBzasiC6eWnkua9n8v8xJSD65/V/K67Q23o+awOxz6h6e8MbXZYN36YWQyx
mR6b/T/S/oLP0f8ANfziyOifVf7djsxesV2dN6mx5kW7X13Nne5tFH0PY17fdXZ/PfQXadJN
fUelssvaWWmd503Ag/vfRerjMXDdsaQyyymdr4G9u6Cdrm/Q37WpKcf/AJoV/wCn/wC839mf
QHH+k+l/N/8AddJdDB8eySSn/9bm7MxrOpNybWmzHoyHSWnaR7nO9ljNrvU/PYukH1qy7sXF
643IdVk4zfsrRkF72OcC0u20Y7qm3+v/ANqLv562xlXpspUOif4v+pX9ZczrmOa8AG2ya4eH
nc4NZ6rHfo930tuxbuf9Rsux/TKul2VNwsc2+v8AbhutAc5u11WPXW2t3p0s2V/zf/VpKeex
OsdFNBs6jsvzNWUNuaC1pJ9tWHgYXpU4lW7+c9Wz9I/6d/00b61s+rhpBGE/HzciG7qHVjII
qP8ASLK5s2Nbv9nr20W5DP0V379ezjf4sfqy31sXIy8jKy7J2WNO30fzh7Kmmrf/AOG/V3/6
NaPSP8XHRMNrz1InrFrhtacprdjGzu/RUt9u921u+13v/qfpElPk2N0rrd9b6cHGsz6bHAOZ
RWbGte0bWuuFW77Ne1rvZbv/ALdq6/oX+LLqeZiCzqzGYNgdt9J5Nljg36BY+mz0cev/ALet
/wCLXWYf1KPSfrH+1+j3MoxHgMs6eQ8MDSALnVuZZtd9HfVTZV6Vdi6pJT5B/jN6JX0e3pdu
FVXVj202UWNYxoJsa5rzdc5oHqusZb/Y2IP+LbpLetZtl1jf+Syx1boAE3h9VvvDdzrKmN9a
tdv/AIz3dMP1WtpzZOTY8Hp7GiXnIbLg9v7tbKvV+02O/wAB6n+E9NcJ/iy6s/pXU82sMluV
jl7Sed1Tv0fs/P8A52z6KSnWyPrD076pdRyeg2V201YuwC2s7prFdN1bqWub+jsybLL9/wCZ
XZV6f+FQ8R2N0/6o9a6zlOsd1Pq15xjbo5wZaPtlNNe07Wfq93rXfzf7n+CXJfXTLys36xZ1
+WHC0vY0BzSz2MY1le1h/wAG9vvZ/pf5xXPq/VkdW6L1Lp5cQ6m2vLoqBhpe1rq7t+4+m17s
dn9If+4kp7T6l5Dsvp1biWE11NbYyNdwLf0vq/uu2fR/fXU4/vJpdBFmnuEgT5fSXI/4vbj+
xbcdtLRkVBz22HXe2Xemx23+X+e1dNj5lM1Xlrm0W1tey/na4ENdVez6dT6//VnppKbdWMzp
wFe0urghwBJlrv5w7v6y0a2491XtDXM407f+RWXlZV0v9RxNTiQ0NIjQlrdsf9JNhW2Ns3MI
90lxHED6Df7KSnX+zVeH5npc/m+CSh9rb4f4H1ue3gkkp//X9E6hkdTxaKnY9H2ywki0tG2P
DZXv/wC/rHZ1/rWT1W3Ewum+hSwuY3Myx6PqvaBv+z1O/SWV1u3LoWZVbm7y4Bv0XN7tePpM
Q7bqd4fAc4Da10agH6TQ5JTn9I6NbjWOyMnJdZe4uLWVkiphdPua149z/e/8z0/5C2mAhsEl
0fnGJP8Amhqp/bCSNkATEmUQXnbJG4cR3SU2SQOTCQIjThDBqJBIbMcqY2ge0fIaJKfOfrN0
D6x9Y+sD6nVWztsqwsvQUMpte1/qvcya2+jS37O+n9HmW/zn6b1f0HT/AFZ+pnT+gY+xkW5D
mllt4aGl4JJbv+m/d/b9P/RsXQAnwhIkASdAOSkp8a/xr9OoxPrDXdUHb8vHY+4uJLdzCcev
ZP0f0VTfYp/V/pZq+rOTSa3tt6hQ692UyPZWRNdb2T+dU3dZ/wAHauh6sMLrreqdXuw3POI2
6rBybGkNLK63s/Rsd7rWusstva70/ZYtD6kdPy6emYtOUHV2up3va76QDoayWnc3+Y9JJTQ6
BTk4HXWdMdstpZisc6+gH0tpYfS2vj9L9BdJWyt1gpaGhlk8ae5x1f228/STOrrxbG4+O3bX
VuaysTA13Bv9VM5xFjYPG1xMz4JKavUMmumuu0M/VWOe2x4BLmFhe7d6Vfufvd9N/wDbWn0x
rJ3QHMiNNRDvcOfis6x7a73V7QWes5zANZbY0u2u/qv3NUsW7OxsWyyqMqlrjvc76dbf6jP5
+pn/AG4kp6L06/3R9Hb8v3UlQ+2DwH9D9f8A19ySSn//0O+yLck3NrNWNXQZ9QeqTcH8silt
ex27879Ks/rF/VfsJr6E2i3qFLvUOPex22yoA/oRbLamZNnt9/rLV6j0WrMya8uvJvwcmtrm
erjFgLmv27m2NvqyK3fzfsfs9StCu6ZmVCj7FlzXTVax9OQNzbXv2uoyLX1bH/oH+pvrr2fa
PV/nK9iSnPwh9YnPrfl41FFdrT9pqF7rnsd+b6e2mut2/wCi+r+brZ/2ossWix7Povtc0AkE
MaAf7TnbnKh678KurGys4UPcQG5gpDK3Eu2+i6rY/Dx2e5tdO/I9Vaf2XY11UEAgta4nc6ON
+9/5ySlb8Zjw9tjrC7T3kuAHfn2t/sq814IkajtCosxK21tDnOIaAAXak6RuLiB7k7LXMcWt
YSByUlNw3AODYlx4CD1PDfn9PyMNlnouvYWeoW7wJ531Es9St/0LGb2fo/8ACKFIHrOuc33O
0BOsfBXGmR8OUlODh/V3PquZXdl1jpdMCvDqrcHO2vbkerfk23WbnXWj9Yr9P0/T/R/6RbrK
mM4Gp5PcqWnil2kJKefvyGX9RvoADXVPgAiHAtaHOlp/fa71K3prHMrMdpA17+a0bOnNvZY5
zvSzHt1tZG9v7u1yweo1Z1RbDhc+sDeXex7j/JLPbU53721JSLLh2Za2XbmRZSTwXVx6zG/2
XLe6aBVjhzXbtzi6fLxWLVk+tW6wAMeA7bW+A7cP8Hr7fc391yv9Ofd9maw/mHYdddPzUlO9
vZ/0Z+SSDuPl/Mykkp//2f/tJahQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVH
HAIAAAIAIQA4QklNBCUAAAAAABDhX8stC+rtGS5qy9lj436FOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAA
AAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAElu
dGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQA
AAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARG
BDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAM
YnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnBy
aW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NN
Ym9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJv
b2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdC
QwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBn
UHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3Ag
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblBy
aW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRs
b25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAA
AAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+A
AAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAA
AQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAAB
AC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAAB
OEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////
/////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////
////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAA
AAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklN
BB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAADIAAAAjkAAAAFAGkAXwAw
ADEAMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAACOQAAAyAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAyAAAAAAUmdodGxvbmcAAAI5AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2Jq
YwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25n
AAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAA
AFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAA
AFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcA
AAMgAAAAAFJnaHRsb25nAAACOQAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAA
AAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hU
TUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xp
Y2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRB
bGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlw
ZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAA
AAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAA
AAAcXAAAAAEAAAByAAAAoAAAAVgAANcAAAAcQAAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFk
b2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwR
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoAByAwEiAAIRAQMR
Af/dAAQACP/EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAA
AAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGh
sUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieU
pIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYF
NQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLS
RJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eH
l6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A9Sf4oc68x5KT7KnMc4PbtZO50iBHO5ZeZ9YOmYh2m5t9xdsF
FDm2P3AS7cAdtexv0vUSU6jXa8yn3ea5nI+tpZT6g9Nh7MaS8j/jLdram/2GKeB9bsO3H35U
ssbq4sEsI/fB02/2klPRg6+ScKli9V6fljdRe14nzGp/rK4x4cPaQ4a6gg/kSUzUXDUFS+SU
apKYEg68nsAsbAda/qea4ncPWeSDoGhraqadrf8ADb2s+n/N1fpP8ItLMvfTQ5zSA4kNB8J8
P5ShjVMrre8RW543uLoMGPz3fnJKTkEjQxMFMdzfpWBnxOqAGtsHqPsNrYkQYb8UzBWHE4+K
S/8Aef7Rr4zKSmTchjrhWLd0amOPki2WAQQCSOD2UMlhdSJdtMe6NR8NUCu41tYbSTI7D57j
KSm19o/kn6CSh6j/APQn+bnn/Ykkp//Qp9T6wxmdcagWiXhzrLC7Qvc7a71vU9T3e3a//i9i
rYXX7b3+k6A0gRWwbWucGw0bPb7N4VDLYxmblscJDrbGguE6l7nbv3f3VVfkOZYRLpNcsJgQ
PzA3/vntSU7uX1AXVNa4uY26trXOc0NLC0wWt/O97/c/2oOD1iysltrC72l0j6QaDsGjd+7/
ANV/11kYWSag6x2o2neDAkxDPc6f+gi1C0WGzbtcH6NO0fTB/rb27f5aSnqG5Tn4ovwrXDdq
GiCzXn6e3f7v9fz1odM6g63Ddk4jzj0h4ZlUtLmOY4/RbbU76TXv/wAP/LXJNzrMKuhjDNu7
Q6FpBPuljf8AV+//AK2tzpHVbGssupID6JJa4e2HdnMH5m4JKe66D1iy65+DlPm5n83uEOIH
0mGPpbf3luSPivLMf6ynGuZmYm2s2ktt3ub9FxDW+nu91T93+etZn1vyqajYMsWloDnVXs11
O39GWNa7du/RpKes6y51WE7LrpfkuxD6wx6gC+zaHD0mbv6y5irrHUcyljeoM+zZT2mw4uPW
+/0w+fszbK2hu+3Z7rfUsZ/YVjD+teVkvBc2qusEEukuLmO/NYxp3Mt/0asdKcclrQCWuaNd
ZEnV3i1JTRZ1HLoY7G+2ZLsu17oxm41QuY0bWssbtNlOLRsPrb8j9/8A0y3OknGxMWN5e5zn
PcC4ve97jufa9z/3kZldQDqXe8OM+7kk+P7yJTj49LXuDYJMkzOo8JSUkdd6jSXDYzu090zM
eWgRsr02g6nlSe0F29kncNR3CLIga6ntwdElJNp/6Mcf7Uk0nx/NSSU//9Hnr/Xfn3OYI/WX
snWGtNjv3VRym/pj6mmnG1o0H0yf5X+i/wAItPPDKupWu3RVbcXNBnQ7927aCd3uQOq1/pgS
4uIkMa8iHHT/ADeP3klOextLgWtaOQ7adZGmvuP0/wCQrzDWKw5rS5wbBEgNk+303bv/AD5/
4Gq4xbgwvcAfpSRqSdPLZ+eisJNTN+2H+1xjgFvtsZWZ/wC+JKT2tD2lzB76tp26kub/ADbt
rAfzbPpvR8FxxMlocGtZuDHhp3bmPD9rf3e7/wDztBx9zmte8bC1hZWIJaA36G6Ph+8jescR
znWjdLKxYdZIktsNbdfbts3fvpKamx9dYZsgsbNJrJfvBOg9v53+k/cRnOrcwteSCA121xDg
HfR2uP5/t2f9cQ9gyniyqv0XVxIZABI1Y9xH0/zX/Q/8FWjR06uxlTbXObkyYfW3c6xr+WP/
AO+JKViXRaHtO9kOgNIJgD2MDT+4u4+r1trumMY2wNLHkB7/AHnYNatvuZu9n0Hv/wCuLlLu
kU145dWf0TXD1RMuY4NaA9wb76/p7/Tco9I+tHVsO79gtwmOtvJrqse97dG79uXTa1vp+kxn
6Sx35iSn0hra65sMMLj7QeTP5iMCzUCJPHisPGr3Z2LQbH5Lek4YJyLDLrcjK/R73T7tzaab
Xf8AXFomyD7WQ7QEE/x/eSU2zY1jTvIaNNFF+RUW68tGk6aoHp12We5xLRwwcT5qN1LRWXBw
IaNRyfAJKbv2inwP83KSo7R4n+j+KSSn/9LPzDaL7X6AMe4Ma2QXS5zXO93s/r/9Qqubj0uv
DgC1xaTa2CGyB/gwPpN/P/qK7YLG5GTju3e614aSAXAFzvcz3fQ19X3LP6VgZthvD7W1tb7I
Bc5pBH6XY3f+k/qf9tpKRCx2yz1B7TSai0Dh4k7XCR+d7WPVRljXDZtdsdAJnjTT97b/ANP/
AD1t2YnTv0NeRaN/qGotrO1x9rWN3sf9BzVUZ0v0r6ce6Cch+0vkEclofz7q3y71N/7n+kSU
iBip1rHgAOhzWugagO3Ord9L2fuf4RL1KgPQLyHAkuE6/u1vDdP53+v/AMYrNnSrqs7Ruymu
N1hMNE+1xhxP5zf0n+epVVM2xa3ZXt4d2eTIYT7X9/8A0Ykpc5NVVzBZU9zbGkvsa47fB7ZP
52z9D/22qed1zIwtgx2E5Vry2sgPEsEbdrWbN7trtnprXxOivzcuihvtD9vpWbTAfLnOn8yz
f/6lU+pZ/wBV8HFAqym9Q6tg3tsqY3f6FhdDLvTyWfpNza97/tVOz9Mkp5jN+uHX3l9TLHYz
WMbXbjRoz0x6ftZb72O/fW/0i/FuPTep5GuU9r22PDoG5wcLW2Vzt2u+l/xj1P66ZuBl9PGS
G5bsh+0evlua1tg3a1/Z624jL/QZsfRdRXf7P6VWsT6t9S6jkdRq6duYOm+/LyqLGNsYWUMd
k5FsPZY9ttrWbf0X76Sn1DpltNNN+de30nZ+U8bpJ/R0FuHRvBDfTazZZ/58Wpa0ue2NQ4SD
2I+K8mxPrpfm53SW5LTVj4oFD6mOL94ILKX/AKT3+pvs/T7n/T9JeqtbW/0mVE1sa1oa0HtC
Skga8GSZBg6aKNxAYWgGHaHVRrqta8mzJLwQRAaGtH7uwS939b3/APbaq+pl1sLL2WXWA6ub
s9wJluxrS3a381JTpbX+H/abz/13JKPr2/yv6Ju+h/t+mkkp/9PRy+k9PNt2dnl+TWy0inpw
DW1OJdvc/ItE2X1fnuqQ3U9LzsSpzHfYLm1uNtgB9Jxa7bXiNrYfazadrXfmKx1HMHp+j6ZD
vVJDjOgadXe2Pztm9UMGmx9OzRrLHOJNo2k6ta81N/q/6RJSR/RuiMdSXZl91lDAzHteyp7T
H6SptrSfcxn6WltbW/8ACKdOF9vc3IZXQclwc5lYscHOG/0htaW+k51kfzHrLNz8fKwgMg0W
tZjtLaLGiWWAH3erHss9wZ+d6lVn+EWh0K204r3UHZttkR4PEWy6fofvJKWsfm13HGuxKzbu
dXa15DuAYbZs/M2fn/QVnpvRfq7iufmdYyqya4s+y3OAa2fo+2x1e9vvaz/jPpq+2zHrD6su
hvqNY63He0bXbnbfe5zfpfmb96wup/Uzp/Wck5Tsu3Eybg0PDWNvrMN9Jj/TcarK3OrH+DtS
U0OufWXHzurVYGH1bJt6dc41X1tDcTHqocfez1agbsv9G5+7b/Sv0X86uc6zgfYM2x3TLTfV
XWZtO1r2AH7P/MvZj2V/ovT9P9B/hv0Vlv8AOrrbPqb9WOm9O9bqN9rjjuJfli30X26f0eun
9KxzP9HXV6mV+k/nl51e+qy59ldQoqLia6OQwT7WbnFz/a395JSOyu5jQbWPa2JbuaR7T9Hb
/IXRfU7DdlHq1zXOa1mEcUOYA4l+XYzH9Fs+zddj/aff/gv5/wDwS5+vJyqHb8e6yt7YDSxz
hHku66b9YLsPpedkVivDosNWXhi3OZ6hNdTsfKbspt/aVrsjJ/S10vq/4xJTgZPQcur6w9P6
a7G+wnLdW2t3vcCN5a+9299+57Nv6X0bPR/4Otez1gSw7TGgJ548FyX1a69+2Oq0W9bqFeU2
v1OkODXOmsgszsmuzIL3sqyf0ddXv9no2rtm1VgGyuwBvDWnT46/nJKR3CtnLh4wfFU7ne/e
DLYgd1Zu9J0ve4PA5IMcfBVi6oy2r2To0gyR58eaSm37vP8AospJ9jv9L/2jjgc/6ThJJT//
1NzK6Vlep9muAa4W2uYZkEWlu17I/q7U1PQjufXZIFIIaXgkhw3fQ5/OdY72fQXWPIa9xLSb
dQydIntuWR17Pf0zBD7BZ6uSfs+IMZotv9a0OZVZTjvNfrOo/nf5xJTz2BTTk35PXMa91mNn
D0sdge5tQo2V1XMysaz/ALWfa22+p/wv6Teo42PZjNY3GpL2fnisN3N0Fe8B7muduj6ClnWV
fVfEAuY7H6L1GqtjCPTtfgZgq9K2awCzJ+0Mr9fJ9/p2ZVdv+l9RaGBf01zMMnPozbshrngM
ArFtjOXMx3us/S+k6rfRv/4r2JKRfpLG1tuGjIkkQGl0hrS9/td9F36H/PWk6ugBz3WFjHOa
GO0ESNm5jj7PzlX+sPU/2f0S+8ehTtH6NtlYtDnfQZU6pw+jc4+n6z/of6RZfRuu9B6012E8
YzetWt320VNe/HtLGOd6dd1o2/zDN/of12b0lPCfW7qGTm9WfTmNa13T3OxK4B3FrHu/TO/N
bbd9L2+z/RrDusqDgKi41n6O7V0cDc5Weq3nIz8m4u3F9m8u8Zjd/VrZ9Bn/AAazZO1p4gkB
JTYxaL8zKqw8f3XZNldVQ8X2OFbB/nOWr1+rE6d1/KxunNJxen5Bro9Yh5L6oZa57o9269tm
1T+pgpo6q/rGU0Gjo2O/N2O4fa39DhVtP7zsu2rZ/wAWsg2WXb7LnF77Hl9jvFzjuf8A2txS
U9z0L68ZDOrC/rdhfiZDGsJra1rqiYcxzGhvur2O/S/8Z6i9Qtr98BrnMawussE+0fRDWOj3
22f9Bn0/8GvD8fDv6jZhMLPTN1b31FoA3Or93saTuZ7q/wD0kvYnMz+p9DtFYdiWurDf0rA5
wcwguLW2+n6ld2307PU+h/g0lNoYeIaNd4cSdm86hwJG3aPpbY/dT19La732taYgMI0P8pzt
y5PqfW/rJ0KtmR1a3H6ji2mKXhnpO3NJc6v1K3bqnMb/AKRllS38b609B6i2sszhQ9wLmtyP
0LgePpO20v8A7FiSnc+x0/u/4P0u30UlD1P5f+A3fSb/AJ//AKk+gkkp/9X0s5VZ3Bzd0Ej2
+A05dtWL1vo2dmXU9S6LkinqODW6vGrvANYFj67Mh7dzbdtl1NX2bdt/m/8APTUdXwM/Pv6f
j3OFtAe4HdXts2vdXd6fpvc9vov/ADX7LH/zqJbknGrsysqsvpxmm11jGku2VgvIa36W7az9
H+ekp84+uP1u+sH2l3R8yunEvxXNfkeiGPIe5gsqbj2ln6PZTb79v6Rcphm+3MwsfCaG5JyK
xRtOx7rS8ekTdPs2/me79Gl1LNs6pn39QudNuZa60s5I3H2Ma7/g2fov7CN9X6cm3reHXi+l
9pL3CsZMircGu/nmj3fQ/wAF+fZ+jSU+jfXPpHVs8ZTas3Hxun2W+9pY/wBZ7WN3PZtZvdfX
hUV23V4uPX9O2/8A0q5DrH1jw6ji9N+rTTj9M6dYLq7yDvyLw30XZdzTH85ue39//i/YxP1v
qHWrsTHpcW4dNDH9PZhVOcbAaoGWMm6xu79Zj+Zqu/mvTrsWDdjtY1uy0PeB72AEBh/dD5LX
O/spKQ5Nj7bbbbAA9zi5wEAbifdwq1lcVF/8sfiCtI04NmDjjHn7Y3f9sndtA3FuP/J/m9n8
1/1xSxOmNyb8fCc6XZ1tTao+kAS5j3fydm/f/USUu8/Y/q9Tj/Rv6paL7XGR+gp3Mx6v6ll7
nXrOqHtcDyDK73ofQMXqubdnhjzijfi4VDmMdW7Hr/QVOa61j7P0ux+/0/Ss/SfzyzOs/Vit
+fX07omLddk2B1t7SNrWVCKvVcXbfSr3/v8A/oxJTd+qfTm3ZNIubacE0MfTkFprIsdY2t/2
S1o91XrN9P8Al7Ldn6X9MvUsXqVLHbXte1obLtvuraRH50l/v/waxm1dLzGV5eOXh1DG49Yb
a/0/TpduoP2bd6H5vsu9NSyca+hxzcBzasiC6eWnkua9n8v8xJSD65/V/K67Q23o+awOxz6h
6e8MbXZYN36YWQyxmR6b/T/S/oLP0f8ANfziyOifVf7djsxesV2dN6mx5kW7X13Nne5tFH0P
Y17fdXZ/PfQXadJNfUelssvaWWmd503Ag/vfRerjMXDdsaQyyymdr4G9u6Cdrm/Q37WpKcf/
AJoV/wCn/wC839mfQHH+k+l/N/8AddJdDB8eySSn/9bm7MxrOpNybWmzHoyHSWnaR7nO9ljN
rvU/PYukH1qy7sXF643IdVk4zfsrRkF72OcC0u20Y7qm3+v/ANqLv562xlXpspUOif4v+pX9
ZczrmOa8AG2ya4eHnc4NZ6rHfo930tuxbuf9Rsux/TKul2VNwsc2+v8AbhutAc5u11WPXW2t
3p0s2V/zf/VpKeexOsdFNBs6jsvzNWUNuaC1pJ9tWHgYXpU4lW7+c9Wz9I/6d/00b61s+rhp
BGE/HzciG7qHVjIIqP8ASLK5s2Nbv9nr20W5DP0V379ezjf4sfqy31sXIy8jKy7J2WNO30fz
h7Kmmrf/AOG/V3/6NaPSP8XHRMNrz1InrFrhtacprdjGzu/RUt9u921u+13v/qfpElPk2N0r
rd9b6cHGsz6bHAOZRWbGte0bWuuFW77Ne1rvZbv/ALdq6/oX+LLqeZiCzqzGYNgdt9J5Nljg
36BY+mz0cev/ALet/wCLXWYf1KPSfrH+1+j3MoxHgMs6eQ8MDSALnVuZZtd9HfVTZV6Vdi6p
JT5B/jN6JX0e3pduFVXVj202UWNYxoJsa5rzdc5oHqusZb/Y2IP+LbpLetZtl1jf+Syx1boA
E3h9VvvDdzrKmN9atdv/AIz3dMP1WtpzZOTY8Hp7GiXnIbLg9v7tbKvV+02O/wAB6n+E9NcJ
/iy6s/pXU82sMluVjl7Sed1Tv0fs/P8A52z6KSnWyPrD076pdRyeg2V201YuwC2s7prFdN1b
qWub+jsybLL9/wCZXZV6f+FQ8R2N0/6o9a6zlOsd1Pq15xjbo5wZaPtlNNe07Wfq93rXfzf7
n+CXJfXTLys36xZ1+WHC0vY0BzSz2MY1le1h/wAG9vvZ/pf5xXPq/VkdW6L1Lp5cQ6m2vLoq
Bhpe1rq7t+4+m17sdn9If+4kp7T6l5Dsvp1biWE11NbYyNdwLf0vq/uu2fR/fXU4/vJpdBFm
nuEgT5fSXI/4vbj+xbcdtLRkVBz22HXe2Xemx23+X+e1dNj5lM1Xlrm0W1tey/na4ENdVez6
dT6//VnppKbdWMzpwFe0urghwBJlrv5w7v6y0a2491XtDXM407f+RWXlZV0v9RxNTiQ0NIjQ
lrdsf9JNhW2Ns3MI90lxHED6Df7KSnX+zVeH5npc/m+CSh9rb4f4H1ue3gkkp//X9E6hkdTx
aKnY9H2ywki0tG2PDZXv/wC/rHZ1/rWT1W3Ewum+hSwuY3Myx6PqvaBv+z1O/SWV1u3LoWZV
bm7y4Bv0XN7tePpMQ7bqd4fAc4Da10agH6TQ5JTn9I6NbjWOyMnJdZe4uLWVkiphdPua149z
/e/8z0/5C2mAhsEl0fnGJP8Amhqp/bCSNkATEmUQXnbJG4cR3SU2SQOTCQIjThDBqJBIbMcq
Y2ge0fIaJKfOfrN0D6x9Y+sD6nVWztsqwsvQUMpte1/qvcya2+jS37O+n9HmW/zn6b1f0HT/
AFZ+pnT+gY+xkW5Dmllt4aGl4JJbv+m/d/b9P/RsXQAnwhIkASdAOSkp8a/xr9OoxPrDXdUH
b8vHY+4uJLdzCcevZP0f0VTfYp/V/pZq+rOTSa3tt6hQ692UyPZWRNdb2T+dU3dZ/wAHauh6
sMLrreqdXuw3POI26rBybGkNLK63s/Rsd7rWusstva70/ZYtD6kdPy6emYtOUHV2up3va76Q
DoayWnc3+Y9JJTQ6BTk4HXWdMdstpZisc6+gH0tpYfS2vj9L9BdJWyt1gpaGhlk8ae5x1f22
8/STOrrxbG4+O3bXVuaysTA13Bv9VM5xFjYPG1xMz4JKavUMmumuu0M/VWOe2x4BLmFhe7d6
Vfufvd9N/wDbWn0xrJ3QHMiNNRDvcOfis6x7a73V7QWes5zANZbY0u2u/qv3NUsW7OxsWyyq
Mqlrjvc76dbf6jP5+pn/AG4kp6L06/3R9Hb8v3UlQ+2DwH9D9f8A19ySSn//0O+yLck3NrNW
NXQZ9QeqTcH8siltex27879Ks/rF/VfsJr6E2i3qFLvUOPex22yoA/oRbLamZNnt9/rLV6j0
WrMya8uvJvwcmtrmerjFgLmv27m2NvqyK3fzfsfs9StCu6ZmVCj7FlzXTVax9OQNzbXv2uoy
LX1bH/oH+pvrr2faPV/nK9iSnPwh9YnPrfl41FFdrT9pqF7rnsd+b6e2mut2/wCi+r+brZ/2
ossWix7Povtc0AkEMaAf7TnbnKh678KurGys4UPcQG5gpDK3Eu2+i6rY/Dx2e5tdO/I9Vaf2
XY11UEAgta4nc6ON+9/5ySlb8Zjw9tjrC7T3kuAHfn2t/sq814IkajtCosxK21tDnOIaAAXa
k6RuLiB7k7LXMcWtYSByUlNw3AODYlx4CD1PDfn9PyMNlnouvYWeoW7wJ531Es9St/0LGb2f
o/8ACKFIHrOuc33O0BOsfBXGmR8OUlODh/V3PquZXdl1jpdMCvDqrcHO2vbkerfk23WbnXWj
9Yr9P0/T/R/6RbrKmM4Gp5PcqWnil2kJKefvyGX9RvoADXVPgAiHAtaHOlp/fa71K3prHMrM
dpA17+a0bOnNvZY5zvSzHt1tZG9v7u1yweo1Z1RbDhc+sDeXex7j/JLPbU53721JSLLh2Za2
XbmRZSTwXVx6zG/2XLe6aBVjhzXbtzi6fLxWLVk+tW6wAMeA7bW+A7cP8Hr7fc391yv9Ofd9
maw/mHYdddPzUlO9vZ/0Z+SSDuPl/Mykkp//2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQA
bwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDqtodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVN
ME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6
bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAx
NS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8v
d3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlv
biByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
IiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6
c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMi
IHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3Vy
Y2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIg
eG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4
bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wOkNyZWF0
ZURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTg6MzI6MjUrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4
LTEyLTI4VDE5OjA1OjMyKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5
OjA1OjMyKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmRhYzZjODI0LWU0OTYt
NDg0YS1iNWI0LTdmYjliY2RhYWMyNSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6
cGhvdG9zaG9wOjY3OGQwMmQwLTBhYmEtMTFlOS1hNmY3LWVlODhjNTFiNWFkYiIgeG1wTU06
T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjkyNjE1OTkwNjc4RTExRTRBMTk4QTdGRTAw
OTVDNDg2IiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMi
PiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo5MjYxNTk4
RDY3OEUxMUU0QTE5OEE3RkUwMDk1QzQ4NiIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo5
MjYxNTk4RTY3OEUxMUU0QTE5OEE3RkUwMDk1QzQ4NiIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJk
ZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDoyYTBlNzRmMC1lMGY4LThlNGEtYWJlZC0wNzFiNTcyNGVlZmEiIHN0RXZ0Ondo
ZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MDU6MzIrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFk
b2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8
cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
ZGFjNmM4MjQtZTQ5Ni00ODRhLWI1YjQtN2ZiOWJjZGFhYzI1IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4
LTEyLTI4VDE5OjA1OjMyKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90
b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2Vx
PiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4
bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAA
AAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgDIAI5AwEiAAIRAQMRAf/EALIA
AAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAIDAAEEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgEEAgIC
AQUBAAABAgMEABESBSETBhAxIhQgQTAjMhUkQKBCMyUWEQABAwIEAgcECAUCBQMEAwABABEC
ITFBURIDYSIQcTJCUmJygYITBCCRoZKissLSMLHB4iPwFEDR8jNzQ2MF4fFTg5Oj0xIBAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA9xV0UJUXUhVjCyGB0Nl2BlyCXKoKpCSQljYV
Si5ISSEuoXKskkIBgQqsupRUuiVYnB6vnukbtSnEkou6AIlkFFwZF0NibG0ix5LIJZ0LYNhE
Bkq4UDKAuoVd0XVwq5CEJEkolSyVdF1IUVQKVC5IUUhKkJchJISroq6hcqySUVncg892uTtN
WsDDsSBhQCFYumwXbYJjc5IMNNjQdCAa6gxuTQMq4UJrJdWDVwlyEorAK6JJRJVlyrJJRdyi
5IXLhVyEqQuSi5ISroqXAZdF0VFY9eM5PQVuGlLIUAss4mq8gGteWzWsXmdeyznaW0Q8rBwy
Eo7FtBxckIN0DKouVC4EDnNzHYTzjNZchB6UuZ0AyCw6kJJZJdFkMCg2XKhckJKslXRckBqC
HKzAxDwNVEGtiRUZYk2kDR2CV0HM6DZM+kUjWgzkaTTAIM6gTcukuZFm6Z2BLz5TpD5yG3m5
Noe7mQ6OJKxgZROju5JnYrnIPR6PK6D1E5Djp3jhtmXQHKskuEkhJISrhJIUBCTNoxijDWNs
LGWvOawxaQyEgEmIAscZ2aoAwYRbFC1nQV2sWY0FtVoPN4t2My6sDTQORo5nOM2Lz6A4iiiA
TG/Ew3Nw6TTcgtkA1s5yjr5snUE9LnWd3Pxnnf0+b2nXi2EkhJISSFAYgcrscU2OEi140mhS
0m5vCynsJxzOpzuSZr7WXSOMGFiYlrERS9AlyQGGJoYBnmMF8wZnVY3O3OOZhedE8tml/J2E
DNY7No5o7XnUdVvMadJmPSNQ7MI14kHbKbjnalGHFidrpee7g6SEkhJKJUgOHfiMnkTQdfpC
A6UkcfP0G5Tecbb5HYNWpGoOlINQJIZLskFYYMYVZUEVWeD5uvlhkthmFjzPNWcbtykVp54G
0A0mWac5M5kaVBrMfW5uw2MyGHz+rmMXpOdpNuPa4zYtOQLr8junSvOQ60mFAgVDQVVDj5u/
yDLi7YmLU95n53YE85p9AsyU8S2Z9IVmwEmKCoGi2U0lyFXUGSrPnOHr8kHVmMoToULAHJIA
DSwPRn1hotYuU8U4CF7smoat/POgzl6zRs5+w0a+fnOplVZerJzj02TJpGNUs6ujzyj1E89R
6NfHWd/mMym2haQraIZoEIqIAGUI0lYNsAtT6E3KI0GFyQqVZZgZ4LjdrlAiawxlAI24xo3Q
pyjCeuyILWZ3C4XI4po0LzPyj3IYO6XG3nQTowGbTz9I9QLNujlaTpM5yTt8xOc6BZmmzbzX
mzJcNOjJsNT1OKG1BNTB0oijAglEsaaiLWyC2VYcoA4swyAzwPP6XGIYkOoYJz6cgdFBU0QE
TIz6I0q2qJZMAttmQdOUJekCMhm68XQPP6R0CKuht52hmoxNEQ8gEe7I80mpR6DbyuoGa0jQ
0LBaQh3ICV2UJiUUoYNWS6sIboXZQj1NPn/J6fMCRqUE1iTPGKLYixqpB65YVqYaiUo1Z4o1
WCx+bWRgYGsytFwPT5rzEGlRHZdAl2NpvUKjYmUNS6wWKcbLw6zf1+H2jPoYQQ0wu7IWamEu
QNd0Dcsl3CoNDxTQ9dCPdj1HgOb1uUOCQeNuMWToZhIFCqYIGhRFyGE1dhDVBtz7THtxaBel
RAWBC9D1CiUsuJhpNJAWShoHBbghps85qbgedfq8vrlGWY1s4/WKyhyzvNXArCDGJgyLhBpQ
drMKVRY0I3dzugeN4XpfPC2paOJWszc3q5jMZIAaBF2NlMADWajGZ16A6zMK1C0FJAPh5TcW
LQHeURKNcE00jaWfecR/VEzV0qMatiDOGzlHf6/jSPpHF8rrGex5XSOK3l+mLsCCCWXS6HLa
AgnOEBqAWDIKBgg9LDuPF4N2YyKtJt1c/cZV6soKaYWOmiqZZiswCeBGfTnIW8NBDoQzU4y3
sxh5zQXDENs0Cm2RH3nNBo2FsER+Hogc7HoM8xq6HINHofPe0OgisxzfV8jqACwhUuiSyCsK
GEuxliIyBZMmrIM34OgeLRpzGdZiPCtRzc+/KLhEHozmK187pHOF6iGECB+U1J0WFeUhwBQ1
6YQYJsyvaBYOFONIQyzS7ngddvOxHfryMO5fnths4/fAxej43dNfn+/xTs7hIhhZFNWDYmEN
CNtVjKllFULy6FDOjz+geFwdLniHa0im5Npo57s4lx0ZbporbkMpYIGszWPdh1l2wAjdjBsi
CJEGWMGtESy5ZHZxiQtuVRnQoh7MZBKuwNGRx7AboPf5/tmvAek7IVjN5ZtBEuSSQwYdi7uB
WBBLqFBYjOjg6B4dDUibdQlq8JsWhg5elIpOiiAaQFnAGA4XJZdSG0cZlttYCt0M5tAY3OwU
DM5ouaTLz+3Z5TqI9Scbj/XOCeAb3MByNAbTqa+d6c83ubjN3oOD6Yy4UYTqdLlajqJYkjk2
GaSLgkS5RVWBUsDRux7DweHp881FlIz5ehxwn49ZquyI0YTH2UGLH6LiCGugDQ2CcnRymS7h
oI1BRiDRHLM+m6E0vaZX62laul0jwfYZ5E7z+poPM831HnjiMy2alZhOv6Hxnqx/W+f7DRlU
s9t0ub1yJ0JFRpGdLGmPZGiMXU54elTC6qDelzOmeK5Xd5gsDhM21Rz+lm3GiSiUrMdLCrAd
kR0GNPTwGXs8jrh87qpOM3eYvn6xKSxpdqE0Fes5ux8Op0snlzrL8hnPU+dSw7WrDpMObq8Q
yhIVRCdT1HJ0nk6gj7QR6X1Pi/Xmu12G5LSVVF2NDMmizkt3KMiOiQHZ5nTPL5OjxAModA5/
R9NiOdl9FiOYA0B0OL1DkzW0bvx9E5uXtZzna2mORbhUdRgz9rkmWVoM+7pdgwdHD549Ajwr
Dq8vXlM4EsfsxICbkoemURizLAxPX4Ot5owj22HAsbOp7fwvvB8OiNEiCdFCYlXYgpYoOxIb
0Ob0jz+DoqHb0YAuetR6nJhSa8feAvMajo3ykl4Ojziz3uOVXb5xgp6i1MQOaWsV0h6QTFZj
Rz18cnAXmPU6VbTjed9X5YWDBAoSLowLNZlwdp7ng+o8wc7B11HEuQ7vsuX1zQA2VozuDpli
QbQuSha2CVIBo6XN6Rw0NEPn9DnGfLtyGhuPpA53ZhrubpDDBpNOZuY62ZHUNG7naTV5vpKM
SuthHsqhCOJlPU8bkgaMhEKcojsFgyHSXgh1+SqjU3CYSHbTll3ROJ6bL7EzL06TOrq0fM0e
q5x6bedDJdEOEWJqBUQFVVDRkBplh9Hn9A4NRBrxO5pMmrMVvTRpSvQZXzIVj1sJMbTR1eJ1
iMXRpfkE6zeX1DAjTlOJ5/6BZ89r2+Y8l0+5vMfn/YGeUP0XjTmrZRRUBdWJdXRfrfJemOR7
jw3pzWkPOnsVeRo9Zu5fpgTYRkrTQsmKKE4LptAUyC6qF5NFFdfndE8wnSkDBrUCpygdhWPt
LRODrbjzAdbKcXQVDe3yekMJkBDYJh24HF0to4liO043kWSTQuuIH5HXkFwoVUoMZRJRAaUv
G9PYg6/ndHCNuXV6Yx93xXdPVNxuNZZ2hqXAxSI2rWQViMiSG2hpp28/oHmFsWO5u1QlTRHA
VmfQ4R3J7vkhnpvL9oLkd3GZ+ghg5qYaH4mhY9Ki9KtYmA8S2kDb5zTyvO0KFy4S4JUqEqoF
BhbVd851TOD1OZ0j2N8HEd3o+V9ePbn0FiYgU5AkqMiNpGKEYtW0DK3QQPRzaTzKO3yi826j
K3UJjtrC63LE+I9FsGLYIrNtzkBqgNPNeN0J0C2BY/Zj0gsVoAG1nnvNep8qVRrG6sELU5BR
qsIZCrojT9L8N7I+f55RUujUxDAPX+V0H0dvlPTjVO5Q/VaDRMjx55yEJ12YmvcKh2EUgvLp
A5N7WGZmgDCeqhGfVD5r6vi7zv11ecY1PsVYaiUrSKmhxhnUSYHLYFfLeaFjhNHifV+UAWYk
AljFmBV0YMuFGDD2p9Ly5wLWwCQTXbSEqag3/RPnH0E3DZDcD+MdTQtwCGoHNydAl0sOZHGi
AYlbkkZcATaxlLAdxOvmM/B9Ws5npvn/AK84od3zZ3F71CtqHjRRRqwOwgdLxXNPo7eT2jnB
v5JxPP8Ad4BAugVsAIaIC5QdrInS5vqz1nzL2vggiAyVDN7+RvErNxXvvHenOuVKL8n6zz5m
0YUnoOp4jUet0+T9YXTkgLdCakuM46FgDYg22wV68h5vit64PpszTzHD+gfPjudv510T6Ph8
+s9DPK+mHFIRN+fOe3kCeh1+LcfUcflPXHjeH0+cUN2AlgFMW0UQ2XdGV9D8J7Y85xXJIQMJ
UoLfh9IcLcJm7a/YF2snQFczs5TFZ6TyeD2XgSdjzuo9tt8Us9/PHbT0enndEqigFMghOsCv
Iev8AdP1fkVnrwxKOj5TpeYNXBoQ3Nzmf03l+mfQef0+IbuK7zRkoPWGL1reCcXu+P2j+N0u
cUMgIFBbAMXV2WxbTr7Oh5MzgQkcpgNlQzq8nYaWZfSCvQcT1IGnLDZBIz5OniK+fDmNOjEZ
0FbNRyRdoHe28b7Izxuc0xAmq8RmrnaNB5Lzn0zlnitfU8uISNhgIjlwgNmLsHu/N+mQeJD3
eQ8Z9J4KgvJoWFKhYWAVQhclFOojOBgX1eX6Q1+V63IKp6gXpYFVw3bslCvU+b9YdK1EdCsW
Y7xczSaoszl+N+jLPlA+s4Z3ut471Q8O0Zx+xIZBuFEIhWlgdrUdAuY82fKPo/y8RCWXYkQC
gHuvE+uPRD5z1gvjLQL83rwFCyiWshiqoKSAXITRneZQMTT6jh7zj5y6pyZ08ZlbTCpUH+wV
2jzPY5HTNWnK4FnPE7AB0jFWkgXKWaKzMMSexkMvb5W02SQ55PWZl6DMpkkYzIQ812ea8l0+
WLu6Ko6KpgB+v8kR7Ld4vOOy04ykLAK2gZ1lCdXlekOXh6/KBXbhGvPpFo19M18H0XEOZ3ep
tMmPuLPLj6jkHn2Kce/34tZxtPUQY9YkIRtWc3WrmHe6Xn+8bFNhzJ0xIUhFNgJSHO82/nmz
0vhPTnTCoZr1qE8rtecPK1GgLIQadYmrsd7HyHsjyXS6HFN3E7HGBeVGnLnsgHQnt8ijbnDY
JlQ059WMrued9icrGr0I3eOsUjp80w+e7/nTL1/UuM7+PsO0oCBaohq2wx5uhkOV6DldE7No
cXAAdMpGiVZJIeExtwFgFne9J5sz1Pl+lwzrdfzPUMV4eeNHv9E8ts7bDw2X6PyTya+xwiwX
Z2sOLUZmEAYt6RyL6ThW3sdM+akSA6ATcK3mT2HK9MeG9FGHQ3c9o7kn58yaMnvjqeN9h8/N
PT4XdNenmdcA5AnZnBY+go4uytIzZj1Cr1UKJlmdO4DPrWw+ec7bzwZQHfz85R7LFyu+c/j9
vCM6nn9B3ywuK7Xldh38/MIrHy8RWfeZzrOhdXoNW5vtjy2n0dmNuiHzDm+y8aSxob3PP909
P0najl+U978wPRn5LUer8oFnR9z4f3Bk8T3PIheh816A39ROgqyoIgg+h2GK9yxIEk3nz9Y6
5CSQkkPmOPTmNuBiyqvcM64Q4+fU8w0CjRmuG70Hk9x6LhzIAT1C6ag72vgeyG9F0BKQkkJJ
Dg+B+s/MjlrNZfrPJelPokkK+f8AvvBnmRJZff8APbjve7+U+8PKcjfzw+zwvRnR7fM6YNXR
YFQzZi1jxIDOGpRkMLNGvk6DfAMkkPmGN+MfqzerEYveQ81yvdfPxG3hejOIn3u48d1/TGfM
MX1jlHgPS+k3iyKGbw30LiHg/WZVHuCw7iSQkkKuQnD7gnx5e7GV2uHtPrKeQQzwfpvHilmA
GnPDT6fyPojPz/XeaMnp/Mdc9tebSUOPYSUBpO4OxNzlmFlhay3oMdr5+k1xbDxOX24nhfU9
BxMe+wE6qOZvMyTPjNrePoOlJCSQkkJJCVcBKQkkJJCSQnnuh84MobMgLDo9boxbTH5L3fkz
nrOgBOyd3g949HwO5mPL9HL0Drd3g90z5d/HO5xuxQnTmSdNNkZiYgolEaAoxrBgevHsJWbQ
SQQhlAXUGnlUY8y8R1NHL7h0ZkhrgGSSEkhJISrhJISSEzB5w4+UXicBuA7XS6A5+gzH4f3/
AJw8SOhIu5Qz0vE9mF5v0fkx3Vx6zX1+F1Tbn1gZ3msiNaxWmmGVL1gwiGXRj7Y0Q+rOd0as
y8fr8I0buHpC5PDed0m9U4m3tGDoUYUkJKoKSEkhJISSEkhJIcvyvuvDmDdlMyeh7m4wdEoV
LglWrKfMsW7EAVOOx3sSTs8PoLMLvTcc5Hd872z0QNWCpgBtRsFLAjFm2c06hZdpbAaPckxk
kJJCKbDLh61HnNfXyGTpraVZWDd2XV0XdQuBA4NBUog5VB2BFyQlXDhdXRCSQkkJJCZ9HNPn
2DpZjJ0W2ehLF2gOf3IYlZ+0eV9C5gxTaFgdlasjjKJrNPP3Zzj9Y4M25dI66ofEuJVECSXE
G6IshLg0NtQjaSJppDAySQ6JIbFmSVZcqySQkkJJCSQkkJJCSQnne15I6mXoEea4/Y4x6PrY
dxss3mWac4gwsdSyKFgFMU4mTbyDpZ2oNHM6iDH2+ZR2K5JHZbg3mLbzbN0FJoHNY9YWXS7D
EINqCMg2MJRlCUGMTYRKg6BYcGyCcApkBKQkkJJCSZjj+Y36BvQeB5rl93YOe6ja8WCM2zng
UQBslEUYlMqxvO25y0Gg0QlGjRj6Ryh7/GNPS5nTM69kEJcBnjKCMwFq5ms1glZvLnbArGhh
go0zJZqABKeJhsEy7qySQkkJVwkkJJCeR9b4sV6Hn7xhef3DemLxTmmDcsVi6WASnQoMbsEr
AuXCZtHOCzaQHxOgdvw7hrEmWcgnIbjzejqwEqErQEPAcv6n4Uvoj6Q8y7q6gylgaE2aWZDH
0BFBaB7UsDsCCg0FQwOLEba2FyQnC7tHE4HuYeO7/ThckJJCSQnE6fFHPyaQylgqhFWoxuDd
yw9HN6hj15dw3Wh4DAs0wDBybMgtPI6ZrpuMWnqEIeIjax6BsBhSm4wjhC7YslgwEWAG/OZo
POwbKhALIMPHqHmNlyQkkJJCSQq5CSQkkF+V9XyzI9ekdQGLWeYu12aceiGItQFGSjoNQ0aE
oe1TSSQ4PC93DwPU9VDH5313KMXU5mMPoZdhq5ujQcvosaLIDCyaxMOlpio+zOTaANdD7VA0
MWFqQYyCQUkJJCSQq5CSQkkJIsSA6hQa1nnJ2cpSdHPGXhM6wJII0vF57E6GjDpDYozS5DyS
Qkqi7qghugBYBmFgmV/MwHq2ec9IIJoCzkLqjLkopdwTRkLMiFEVlHLJd2Q1mXJRcqySoXBs
uSEA4ZdBLGRTReXYow59KRGHpIOb000bX47KF1k14ugAcIe5Dz//2gAIAQIAAQUA/wDeEf/a
AAgBAwABBQD/AN4R/9oACAEBAAEFAMOMc8gnRzQAB0ScH02BngnXkaA+m82N/c4dfQHyPGbG
ADNZ4+n9jX8jhbyDseBg+hJ3vR+w2c7GRH7EFUSJ1bAueBgBwAbJ1gfOZOAnOSjNrm1GFtHn
sCQHG0cUnfnP6PjAAQqrpSN4TrN5vCc/s+R5w/YbA2BhO82cBOwfG83gODROzgOeN71gO8J2
fOf0N/wGHN/xZcUaGs+2HAc2M0cLAZDNH/2SpLcaMIoDHNgYSSdaBPkawA5sDAQDyGyxGFtj
8jhLggkgDNkg/fyR5GDkAPqc863gPkHNbzQwAnNaOvJGEeQPH084AR9Bo/Q72PuNb/vPH035
w59/oRvB9Tg1hIzeDRwb19sY6yeThFQrRT4ZVijoszoq7KgafWvJxlUZoEKDs6J8YYxvjvOB
LAYSMVgGABOb8cvBYEFvIOs3/AgaGtg4PucB8bGtZ5zYOA+NjN6G/O82MG9+dn6fY+c3gzWD
P71mvOeM/r6EHDvND6A6w+QT4JJE5BipyehZ4HtiKNIouOD7eN+M2MO9BWziCQoGa+hIGTyA
BZYwY2UPywsASfHkjloaBIJ3z+nnP6P31gGb1n3zWHCSM2dBSACc854zx9Bn2+msG88awefp
rNZr6b/kT9PP0351hAOEeLhJVa8UckBcgawDkAuEgYDoa8BgM5rhkQAzqc940074zykfk2cC
piLBQ3LNbGxvW8KjQGaBOh/AKFHnB4J+4Oa8AZxzQH03mxnjNDP73g+/3wHzsaGAYRgGh9SN
4B9Nfw19Pvn3wDD5H9FgMnkOLXJeGELmhrXnQx3QF5InR5X0vNsZDsxYAQY0wRbHBBgC6ZQc
LgDm+xJscs35P2VAQFAGvqfofvs4cA0M85zO9nGkVc/ciw3Di2g2B/A2R9sBGAjP7+p3oH6b
zf8Ag88vGfbOWbGecJ0JpS2LEFBVlaIHXgEynZdmPjNYqEgRHBCBixDBGuAKPp/etBj5faF5
lJjkUgbCh94OZzWgAAf4HRwjARnLyDscvLSoqTdrXQJds2MKsxYooktlTFZn3UurxUj6BhhO
b+gIwjef0NEf0N5rN/T+8+x+mwDhz74QRm9ixKQIQEKuNhdhQQNbDxlQqMQYuWKioOS7LE4N
HNquGVADYGmts2RM5PgjiuSojl4owPVs6CYQQVIAJ2BKu+Q+vjCMOjh1s4W1nZ9r+q/7lm5k
MShhxCvMqCa1CxJTbyJr2yhYOwdF/wCwEuQXXDJfTa2os5qQCM2MBIwAYd7z7HWAH+RAOa+n
HDrPGT8M+5jQ8wAMAODWbGFwM5Ek4PIIKY1lgQ7vnI4qOcSuMjiEeDWmJ0SRjgMAUBDFnkkC
j3Nhl2ABy1kttkl/fHNLcDkSxsbl+KobfbQJFZ7y3Ik9+5YgpixDKHjdv2Sj7lcuUd5WjiUs
WKSMruW4xexEQ7WaeZWSwQI22leV2QWV2k+wb0QEN+vIA4Ocjmzv/ExAJB0TrLMinIwcRfHI
YG88tCayEEc7Oyt5DknfiQKQFjGFXbI10q+MOjhODeDenBUF5NJ5J4nCAARrBpmSMb1nY9vF
Fa/7NWz97sf2ReVZp0ewI4IYj+EZjZVH7EUpEjhkhUh3QYQ7SyQqsRkCvBKkoXfMe0lf9g/B
GYGTEVOYtPComSUhjHjvOywu6rW7CNIzdiaI3pQtWwZEB3/g1hzeiVLZIGLxxHRBwAbksIuS
zNo82KKdrOSyHwNnC4Gdj2Dxr1M1mSRZNYCcABIzW8I2HYASryCDyGAAGy4GKhJQ6+nZ1IZr
KMkIlLNI00ip77MaV7Suz2mLvYZYESRYg3GKo6Siaf1pFNIgsStIijZMi8lnLFWILMXLs4aV
NgxMXMbJimSJYrhKIvGEycgI9qwOQvpFd0er2aq0cqSDNfyIz+9gZYJNuNwokmijT90T49oJ
hdWMvYV4Hm7WQiO/OZR28SI3bRESTdjaEPXE5UrpDErnEblg+hYDC7EgBs1nrBzXAEnYbQjI
BQqwzsrvrsOnKNbSLi2nLPMrJFJIskjjkJ4pREJVacy+yGb/AMmxUEgmMWJ7VLo2pIo4iyyF
mtRpkchYLbV2Sw6uUmcOrRidTGpjEmV5hFirGzSTODGSSSFzkeJ9QalZjCg7/hrz9Dm8PnLi
gS9h2EVJL3bTWpeomn4CQnEiEslnroLhPWUolXrKIE1KtxWrAob78TqLREajQUKC6gtIM5YQ
TgHgHN6wv5AbmEBKIAERUGdhYEfZWids0axgysJRxDTIMeZi0TxkV1AlkMzOZwspncQybYs0
vEcZVlQxyEAQowOL/pLWUYV505CYuxJMcpYZKGKrOIJaFiGRIqasJQYnDImFyqByuUzGkkcs
bn+LfYbwgZrz2QlEHZJZ99Wo0jw1lgj0xY3asZfuBzuWbNuLqrBrRzypGbPawKlKe9ZlhAGQ
cN+xAHmYgucDNnnYOsBOiwBJZiqHQUZoAAHa/Ttn9XYzOnMFJHadhGJHQcCzFhEsbEBCXWIq
C1RVkEyoJY/z9kSiLhy0kzAtwBcNCUeEwlZEmETVtRjgFaV+IYlkkqclrRSxS0rBJtwCcQPL
JJII3jc+kqkjP1s3FlPjZwEHPGbGbwnWbzflhyF7phPNXpCu98WysPWXGEfVIEj6yBc/TrcZ
54ILFlbluSt0/hYkQabaPwLThs5ucRdnh+KjwCBhY4QdopIHgkbB2ANbH07x3XsySSrMA8QC
GNwIUQGY13XnGU0i5+y6yrLM8khZDAS6rCOEiR7lSKAlJ5onLeuqodHgPAqVWsVWITNsN6ZE
4k2E5GMIwDBGrTjFgRWneRWmBdEV5DSQRoJEGCVCfam1YEE6O8Jzlm83jtoSM5ZSNEjaa0vn
JJAuJWiLlAoaI6MRUv8AgP8AkIYgAUAKg714LYSSAusJ4sNkEEYDsb5EEDB9O7B/7Qf/AFx6
cKpUyGZjIH9USqrKAX5sgnllZC3hlKqbDqlZuTlGKzSRJhlLOZ34KnEDhIgb1SQHlLKIiIXY
RQWS4M6ckdGUkHIX4YltGEzLIDSLMzekw9jvJpSFaWUsstgLD2U24+1iJW5E+NOABMujNpRe
hJeVJI/yMgUDNDN+RyBeL2CLa4uiNDi3kCNXDVNlIwo4bzyMKnTxrsHx98YjS+TvNA/QfZd6
zuk5X5PGRIrGJV5yRvHhXeSIyYTGM5x+6aaRieIxYi+GRGWrJ5lmmVmEMjvyUq6+ppYjgPFE
i9sQlRY0md0kn5muSioyhEdlzZZSG4PJJEfYCkVqRWty+yMSTRrXsNNHCVlQIgwo+vYOUUpW
Q2Jkb/sJdJaUiRZEyqSyJyFsctoeQH5EIRiJ+JjXkCN8tYG3gBGA+NjbAkDRAIxx44HN5saU
eDhA4+dKRn9ec7hyt07Vg+ivDkAJgzOssjSAkvySZ1SRdsg0gYYZNu0UqluDu8LoFjBFdIwh
iUmIciEl4pGHrl3RCxAqMu0JI9pIhCpMUVctSIazXPADFLIlAMTmGLaZSliEy3FSRLLNLM1V
RLKI8VpJlNZ2WCusccP4CzZWNZtNaBPGAjYRQQgGE6JOyQRmwRsbIwfcnwCSNgFSNg8g34ko
GBXWLg0c2NBcAG119O3dReljdRIhUATOqjaRJGRIsPrVyHDEs8okxeOkA51ohz97q7uGyMmW
JoGyvJEucmYo/qAeR8dlUTlZF8KIlKppXSPUa0Zm1LrLRAjksoSbGiLJBmtlRFM+pfDRelEi
sSNLPMUieRpq1Wwgz2sDHNzkkn/2IQ7o5a5GGLQRljGrbJwtrGJ9hYYCSADoaOAaIzZ5NsOv
3H3fANH7j+9ttmICP52NggnO4BbseaBCRv2uFaz+A1IDAAXUI7RNIWjZH/OQ71gjco4L4qgh
GcZ7JA0aRpkJ00qlTzC5JLkpikHFGKh1xklGBpFSojrOrbl7BONXkhSMhhI7e1nQKxUCGUOS
4EojjV7DuxCSk1iod5ElAdkETlipOqMsTW4+KugUBnAxSSjBidniFOgAM/8AiPA88gPJAwje
L9zogDagAj7HQYkbxgNAYpODWs7tv/OO2wABpljURyjjIxGNNzVnkIjdiDuTAjugjAxlOi0Z
UOoDfiEUOGRg58r+OQkxl/8AYhrr62DclUMzQ+UVGQo8RQbecrLF6jG8U3sZxtnUqkRg1HyG
PIGId2eSJUmaRY25r6ovyVmdBE5wOqh6olPVWTYiDAE60bsIlIBUA8uGcWGDRA2CQNAbGvJ0
GQKMJAPIqQRh0Qh8fbPOAA54VlA3neOf3wBtSwdyzNEWRYI0OSw+sLEFEkSsVQK7GXiebDXu
SVPSVQpFAFkYwhcFliCkTFp442j5sCsaP+UivFIZHSTbD8HTiOTyqhfnENJcBjs+7yXSR3BJ
YlCk0bBljWBIzIZ3CYsbo8sgmiBZS7IyVnXm7LwhlVE6j/XWAxqKTNDUgrj8yB4wecbAfJ+2
9gE7wneaO2HgeQQANHS+M+4/sjWb2UOvp3QH/ZK2i3qVpIwwhUNFN7I8QStHIFQjyE9KEcnZ
mVX/ANYYQO4CEFFfj7Nq4VmhJTItvLGeIcykVSgFhl4pMxdaxmj9XERgSyOVaVZ/z/XEkkkC
iOFhK/u4xsyyMsUitPwjjDsuStsSENKiRqqRs7SIfdCEfGcxssZkg6oE1o9HEAB3oKznAq7G
hjHQBBzyVXWgSCG8kDe/OgcAABcDDKMMhOCRmwMd8zpm1gcnPOd2G/7BTpkjASWrvIykaGKU
rxlfHRFwP61l5MAZY2dvBHDFkZ4w0b46KDp/XCWKHREUvHH06KTwDhJNxvVSFGeORw0vNzXI
GDcciSMa6TiNnPsh9TqgZJUWsQ5MyySl3aScNheTEdp3BmEkck8hDyxvG7lpFjYVZJAKqmLI
iVAJ9gJODWKuseQKGthljJIQkAPxJkzmNkqR/wAscgAbxjsl9hSdeMD6wuThfRBOeM7xf/0A
5BWbm1ojdcyKgkkCzzHlY9G9F8BfbhuOwxRAzB/HrC4AVeR+A5CMOsoLxER1diWQIRwAMWsD
yKIykyzsFWuYmeNI4jYRSr1UlNmOVSIpURrJdKbqjO74ybE1Z4kr+wqYwY4Y94krgrBLqzIz
uryKlc85YGDZUKkSRsXnu1oGPd1Oey2dqzxx9XJYmnOwNnRGKNfQNxHIksfPNdF8CghD4bxh
GwR40Nhs3nZokl9wpCa28RkSJHKNzGTPsymRnJRAJEKtIcA5AgALyYSaTP2DIX4AldLHamc2
A3OFjrnGwmi4SRRLIkUwixHjxogYacaAO45OqlFYgPKOTAmRY5hibrlpWkeqqMZ4knUhVz1b
jigDj0ukiSliOHKeMKE2UgcIlBvyUBl7v11q3VB3nQEDubI9vSVyKpwKCCvgIdkEZoa4+GOy
/jEiDEwlUCnZXSt5UHYfwQC2ccvIf3Hg/M+s4kpWWKGV5GUqzx8csv7cP4ByOQDKq/iHkxAN
MVdRrYr+G5o8cnDDGrYOAMaAJGGlwRgiStyyFQJLETrlWVllmkU4sqSVltSbUCVDCGaRpIXk
04RUlesRHKiK7T00fFrL64IQiglWaMcgGR3H53J5K5h7CX1Dt+3jNfue0Lm72Ez9RWVRNIIo
rJW1ZgRYYd5yXRcnN8QXcFG87AHHkTGvJFQL/RAODZLKc4kBm5FCozZzsWcdg0rhngHBFAyG
eRHlDsHHIhYYy7tHkqPxjRggRHeeJUYkI8jBHAjZjEGlMBZHUF/Y/CRdyIfSJQIxEInEqQu7
RqEM0gIjMT9ifwjmQZIGlyIsixxyxlo5JjIjIY1icgFcSZ1X2OWR1WNDrIonaSxGpXiHyI82
7alziSRgVuTetr7tJ1NGTIH0vYz6Tp4nsdl9gxJAQ7BIPJt6KlAd61hObOwxAHhRhHECTJRy
QHEzRy8OXZuVZWQJIUZWiLFEJjTnIUnZYwA5eOUKEdmMK7ldOUwiWNAIUyJUeYM8SiUxq6EO
/wCQ5BRxDssStgQIZEKZpoHndPY6cC4MsfFY8gD8UHOeGUiUopYiQsB62mZGQhWxY59xUjI4
hrI73ZIrDTAmeJZQdmQbCT9fHIZ4Ghfrq7SzmQqKxCjsZOMPx8K9NycHkecYHCoODSgaOEk4
Sd/1vYB8bKgtsKRjk8SQSvk6Odg/HsCqqJyHPsjjZzzVvYTMskZYgM7EhwoRU55LGIMhm9co
ZCbEfF4iGwuwMYDPK3KVgS0SH1wymIklTLK8ryqIlUyyR6BeRg4eUh+SkVp4mhjUiR3dxWkL
rZnQCEycHfeR/jkBklkXsTYfr4aMVgv1NaWO/XsNJNEoE0Us9tmZrDSqLyvz6KUh0HiIH1dv
ZZl6aD9friVIXRwHQZuQJ1mvG+OJ/wAW2WA8ll1yzlsjZKk7LnGUCSMktrLZQdjOqlpOSINZ
4SRp2cyx+TA6Mqs0iJEmATgtr0CVEMckEsVlkDsIlVEPONo1ZvTINsuAsgJQyvC6MYiCkhyS
NVcVGcI0gAT2WFi9c6iA1ookEMMSxyGJdBgEeXkFc7ML6nqUgouRWFgWJM7WXgY7jRL/ANrO
Ge+VlpXzM36x4SVokXrKRjliYFZ5CiLALPYBVAK8Qo1h8gEDDvYGEEnnxx5DsMxzjyIBJKjN
HNeDvCdGIafO12nYTQWAlZ3TFDqTwQVpHKzxKYLKRLFGzjJ0QCDbGzGUCsrLCY2EysTVMLO7
BHcQSKpJlNhFMv8AsSIO2MXZFY7gYtKA64rO0zSuqROklgwOMjmBSGR1T9ji0NpCsEkYFoxk
wSMHmsMUnsR8uZ3FPKrtMJS7DfI4PtUdBYRWB5I+QMSI2YZZnVoOgtLPdfWiRpdHNYd44JwE
a0ThXZKeEYgAAFSAQTnMEH78mB5A4o22s7Lg1/0vpgQk6koo0OccUVeWRldgxEeop/Wyy7ik
LF0WJkMUpjktF3fZBGGNI1JKg6FeOBQqyiWQwRmuYpFljVYrErscoPsziN3IKgtIZE1zl27m
TzSePm8r8nKAwyhDPZkjjcjYLAaO+S6JYEp+AOsg/wCcFgvEUVI4ZpDKJGSCZo2o/G6kcFWx
riZmRYJ1fPIwjxJvajzojFA2TrNHQHkb2db2TjAYTvCfEQ/LznaexezNaKUCEI7o+20xUIFk
AOMnrjjSTc8cSFwgALPn/FG9atyEmNyDMY1ZFXPXJI0ZXjEHjKN/vhtrHjPIHJZzGdQzDELK
7GR8hZDKkpyOMzvMqRWJAuO/NIoBArV2ll7CvLCwBLU+u/ZNvpRChiZSqKT614lPMCeaNnnH
OXaL2RgG1HKe1hkSh1tRadK4UGO2VpzHlawZsI8OPK75HyF2oYBh5GHAMGs8nGAwjbb8QqNb
GdoSeyhlCn1sHZ0kDqoBlliY2+Ie5BqKStYitbApHkoAieRTCWldzKXTJpEcmIsYUJxZgjyR
SJIOTKjIkkso5DizqI1DkEx/7EEceSKuggQ/kFTUZcBmSXkYUCGX1u/ILLcX2wU6xktdOkT2
zVryLZ6Lr0Zq1SJ7M9A4YXaSeAQR9eK8aV/R+pPRAxOsmVUsl+1sSiJLk/tjS40gRAsVJHRm
LY8pXI5QSJPJbWCQZzXY0SftvQJUgE7JAAA5RAbztE59kTIJKzu0PKJHtu8jl09jgEQSrJCs
HBZCzNXdWdUjazYqcMWuVDQSzIYpFSOBHSDaSW4kLLzlWEQq88CvIXiE6IGEJDpJHrGLOS7N
MIg5MAMv5q87JwiKTAwxw5A5URQ6MscUQnoS/qvJxlTqqVxZuo7+NofjaNnYfGKsUENSpBGj
+t66xyWZ5INLaKMO6tMeskeynVQRzdr20sjCSzPWyjY/8gAnIIzxdW0/IYQCEQDJbMUCzzyZ
AZiiHy6SIJLxUVXlZifLseChtxSKDnbKVvtDoRswHrUGxEBWbQYrKrVqQkX1SIg6+Q5JWCvA
zFnDPBHA6s7KUmj9csUf+2aAoY2Qsa7OnqUZOscZYqUgAdQAoSRGAdgyRSvZ4KMlQsh0MliQ
JXrAkgOYuviGCvK79d1H64kCFO3iqx9ZT7Keu/VWjLWr3OvZKvbV7Enf0q6yEHYk0rMSdgGC
MGSgVr1HvTh+v7aeHOwnaVqZAsVpgVikHFyoG+WcQxCJufqobDRVI4Q1cNiRgEoCzwVuaSxK
CQSWOKSAikNncpJ/2AM0cgBAYOEhcyGxCYrTRCXKUMiFYF0JkrRQyLKIgZGkbhhJJgYEzVEM
gidnsxSKgTeU4isRAWW3EjCvWlUtUUCOOKSoJEjZpNhlKqnsjV5VkCMqrZAkXaI1KNzkUSTm
CvFVj7DvS8kXcxmLsezQwRJFI0fb/qxx9tUMM9ui81yCfjsjDxOMPJPjpqontfIJEg68kAk7
wcJEUkGjcMsdYExHZGxoAKVUEEgYSdnZwaXGIIesjM1Z1kCTEvK4ImnMlaZjJnZxBrcsJjLc
QsbfhuKFZJZZM9cEs8H4CGY+wvG7TCRo+XZgT25/W8vserKvrd5NcX9csqPJ6i01R2jRwjxm
I4iewyRxgPKcWKJgrKSIiyyzsyRtE+R6AFOZ0SjX5RKIjWFaODsvkU9yy5IkWRyTM5LQSiCl
L1jJDR6cNYv9bTN7s7FtmJxVJL5/fxWAva+WRA4QQSSCD4OyvQuGyjzEbANngYCTikkA6L/f
Ws84CCSPJU54BYIQEQCJFL52a/8Akw1uOSrHHI6xAx1rkywUJoHvQBQjFIRZRkkMuV7ckVi5
654zJKsgPsaDqo4hJCxVzIjywkiBFCRpyROJMoL4kDoGUMblRhhLBRI8ZDGRokllan1Tkwdf
EMiSuglm6qd/+46avndd0bi1IC2TjUgAZ4IPdLdmZUVvWyWjsuzZ4ObGteCAAPyPw1iB8ocn
snUgMBpm3iaGdWVjtVRpQMUAHztVOMgIXQwgAMBsLnjCQTyAbwuAgZETyztEAazM0bENKOu6
mxcNCtH11S6ySzQ1gVtUlZ7MT15kicFi+V9PFJZiMpQSCpNO0vBSroFLxxuEoxKkfHTbVISj
IObYsq6aaISW+cLmBplqVGZKnWAMqQRJfsNUgt/I3mre2RSsE87tSJSSO1GDG3N9AJI8CF2b
CToHRZvAI1oEb0PIXRB6INU6620l27S66iTP1vUvW8jF0T1wH7Fb7EHXDWeMXYJ/LOIBA3gP
lj+I2qnyWLKUI47GRnUmXwTOevhnmodJUimnlSE3b/sggmLPRCJFenExbrJp4ZaDRyV+rrJG
FppOep6yQLTpKs3XPDLIHTKtsalnIBuFIg7OZJ24pOUD2XZkssoZ5gYzNOyURIYuvmMiVFVU
gjTLVGKwJegos3b9ZUrZN21mQ9bctWB2Xrrp2q07MDaAYvjDywAwcdNrARrwMBBBI1EpZ6lE
TdV+vVqvYqK7zRSwEkriEc+npBpKbDhyGuQ2ASyA62RjAkaGAflJsE6YedEbweANsY9CTLyK
bMIO60jRnsLDOIuQiBKNFY/BpSz07cYF6xAxg9CLJPbL/tW/bDLLHJJaLPPFzl6yCssUcEG3
62P9aepO1m71d+CFYgxFLToHK+jikS8c9qwpFKOMdkk2bF32WL12M9j8nIW52NuxLBFLYk6b
sa1GG12PV1w8PXWKoVld18lCMHNiNYVOA4DmtL4OdZGHtWZBU6wxNYhnpS13vQ/+MPuoHLoY
wtPwSGbZPnZJSXiVeNs/EGQedDTaBOgS2i/kH/iH1kOmkyw+rgUe4txMh2JUDsAFWBnMTrxe
Viye8ELOzo8jcfYylpwH5wlmmIkgsiSExTIa9udoKW1rW5Ipa5I27ShEpgkKQyKwNiyEnbv0
SGXu4WgbvLTvJJZssRxJAOV5v1ph2tewxj6CyUcdfJL2JmL9h1UtZzGxhqGwZuk7OFf1rIUx
SjNYvLAPPxelFO/fOPQlR+ZhOn66ExdjSerahiMj9bXMEAHlc0N8N4qnetFhjMQGc5ttBwMD
AjRBOzgA3AvGTLQL2+Ko8nFllBV4nQvKqFoA7M/lTpRKrBISzBUdGsz2YJ4JI5q68BHL/sek
ygtsipP6newzNN7pTDTn9nY0rAUcdxj8F5lu1sMezWQIgLNkoMEqyeQAQ+gzyRvJPHSEZCDC
XBLFcPnAScI8/tWdC3aVou97CMQdhRsvJL0UmU63SvYoVIKkU9nrjYjuVHUSQkMiMfktLlnS
9ZNPYEXghgAAQAQVI3sYQNO4wgb++Etsg7AOBCcK4ABkJ2+So69gV5DWhY4ticIsZkMo8A7K
FlZHZSqRvFJ72kEkAtZFSnryxTQHHVtwNEuBjpvyeKTeBnLpZKmKwSDWhInjELoxc9z1TMwW
Rc2zYQCOIJodX+zYtdFSNaX43fWSt8ZnZ7tSl10MjbJJABBHIa0MODZwnyCQeo6ut+t2KQfu
dISnWW+sq2LQ63ro2Wt1bZbgq10693uQNcigdUaRDGQjEKCWbEB0SNFzojxwGesMBDrDHyPH
ADo6GTrY9lOWZny68gtGVdghxO6s32xQAsQUmw7iV2njEEcMqTwP6nsIyQCJTFxJDKJYpS8a
jnFXiRq58hNAAMoRwuRO5xZeC3ZA7sQmQyOcarTbH+Pdcw//AJCJnr/HIa0ixRQD8mCllBfj
nZ22ll5Bj/YHgHOQOEnakkHa5rQ6Lt6tOr2dqK1d+Lz1jFfYv2VizbmyE2Yzav2XT4p/rqRO
JAqqmHWNAGC1xopoaO+BJK4dDC41zOvYdu55IwI8k68RJt8vOq29vjSEk7DGVGSWyoEBeBkj
DhvUAqJCbMDzPPWcSI7yGRyqzSzOIpFhiikZTASVlLoYx+IBdpOQYypySwCpcu6IHxI+BZ2w
SFWEnmclsXYUbZZSyDs7qV60jkrps0cHnCDg4gA6xRj+SNgoqERdRflNL432DtV+LpXbsP1q
1xh7QImM6Sfp16VuZ1DkFXJwHAcZdglQW2T98ZThVQNgYRtwQSzEBtYqlhCAGy/r9tFLG3Ey
ScPZkYiVnrLKKaHlZ/2zfsBX5gGy5jiHUxtHbqRLLPS089crJ7S71pVKQDgjqSrkIsIU5NG+
T8lETAKAOcW3JBAVHZW2CFIBf2YyOGllWKK58liUTWJbTS735wk684PuN6IOBTtgMUEZBIEe
v8im4j5VeXJflFtlZnkfroLU7xdNVhitLKlrq6syzK5RyXVg2wrDDNykdwi+0AJMzOX5ESkF
mKlCeQPEsQCCjDkNxMRJnZFhar+sy9npIkVQWDk+0wpUsh4IvZp68qOg4B1E8FnsL/XrH8hu
AdTbivUbVZXNUSCSvDudI9xxMVZyCUcAuXKzQgoo4sIzMRCqoFxNMHTy7HRJ3OWCdjNcew3/
ACJICSAZooSNggk60deQfKlhh+wJGAsRGbKRyc5MUEt09evLYiqxCOR4YMgp01evCk7E7dWU
4RhL6XirTyqwJiwcVzYwykkKWxowSYxnqOwh5iN2FeNxJl6VxdqKgkvhndvU4MbgIuNFxxIi
SiF8ddiIII/kcxlux9IDQ6ah+rVbiTEmpVgdZhYQnmunkZiDrBKBjvxxBywcECJyilHhDpAp
D2jOiVrryydk/rrSu0zytFy4FsETDNEEnQOwCdYDst4Knw2tJrcXx6xYgsQCvM3MkITlS5Ht
u1KPY7L9mxQuKlmM8oooplVEOiNYTrCigvGSWruFrxEhINyfpjODgr4J+yqzZ6t4EKtGh5Ze
CG5WMhx35OqMrPEXcxxCWWCYuIZUypWVpBEFlYcYpI55L0SJGkzOCV1Fp2dg2nUAIzAgqQOf
PfIBd5yAEaqxARQ0SkqgGMNADY+S2ZIC8zyA8iWGjGAXkkR6ZJ0wJwMAdgqDsMPII2T5ogtZ
piOClcleawS2Fzgchvf7ZBCXCyCNuq7JZoo5UcFwCRyEvCKOCdZ8DKM2GIVQfsAfDglirKQG
ysjYdAoobAAPpdpBytcqzqpljQIEjUtNF5EZQLzkxEWON1VY+t7gWZWqRmwPLH7lHYFnVUD6
tRTyxipbTBJbgSu5kjTiikFmKHlEDsbVeas2xxd+OBy2fJQZaY8Hxtm5YrFcLLtZHClwx8Yu
xgJBI0fufvnxymZrPdSCr1BJJYcc0M0d1mVTKGYKQFqTmtL0vYK86lAVGstyvanWKGKKV0Vw
GUxlyqMSS4XPYDn4thgDFYwodMROP1cnJYFLGTTGN3FWKTdiNWVK51FEEMpDHsIJJac8DVpv
i8skqh0fJiSgkPHRBJPBWfTIjgQ+CmjKA6U+rgjaeaESe+ICGeGXAo3vjlt2URXICvbxrL1/
Iac7LjWA7TYB5DbDz+ODxm9FsA3hIK/EKzfr/MLRWAMN+Xxh5AylGsjliZHIXAFU9ex/chDi
M8JFr1VgK8TkyQtbmrOhhV1jBjw2F5rpsWPBoDeFvII3v6Owx+QWWEOsSBATvG/NuA2da47N
mVIKvX9e/ZW+hnjodnLCssYBZJ4QkjaMcS7csAJCXf8AXsFVhYuaqbWNeLUYGNnrC2JVjjEq
9mtqCO7+xPFO7WaErG7PJUpMSH5A45OiS6+DgYbdvP3wbObIY7J2Ri8yOgrGv1nyqczXVJGc
tjkQNnUMKJFxh1YiKNxKnrxEs9KQ+oxK+EOuBnR1lsN2gtI+EBY0g8SAK0EhLqAAdHJNhTMw
KTDEIb6TKTn/ACwJyJXQYAKQMB8kEBRyPyuyY6vxumkVD5LB+te+K3bErzwcx2nYXa1qt25Y
BBwT/lEhdwDwC8VDjkHBy72leiT8kjUVrUF2F4RgUfrjegQr9vdlsux28jbLggA6Q62CDjjy
BgJ2SdspAAJHU11s3J5RUo2pzNKv2A1hxSd1po5Gc8EsrKkuwcqxSvL1qs0bM0S15y2dlb/W
ig7eeCZ/kM7mL5PxirfIq0uRz1Z1hVvYDIx0ULnYAxiVaFXDY3F2AUYh8MfMzbBLlSQpEzMX
l4R3OtHY5QmqJF2PXVrkcN9qPZUe8hlW91VLszP8Y7OtKYHWF0VShQGR/wAVl8FwGdwgnloK
Oya9FkV+3E/VdgblSuo9ckIUWATHG4kjlYhydlx+IYaJBO8duR3hwE4SWzyB8SrDn8ltmKm2
2KgKeYOb8LKFJ1slGjndmlpwLNOa/qfqb6iKKzBbR4HjMkSWYrnTujTdXMg/SHGGJJjDyhk6
7s7f7ULIcOtENs7zgpyIk/R11IHJQMBkn5YYzox7MkYA9O17+zPDkfbdjYi+OUmiZl5J2tB4
5Gsoxp9z+vF1/cAiSdODywu5iADsdgAhQpEqc45rcFSHsrli1P13XVrWRdpW6+Kn8uhR6l2v
fiuxGCCQRfrONEccJGlA0c87caTAA2cdEEYByzpIjBQ+Q2/2LUfhmILKSSx/IAHEfgQTNEwP
PqJALQSVp4V9jVGZJYGLxvXUixUmDRjiT1VeXLNGeo9maN3ZArU+3tV0qd/VnH7MLlSdEkCL
/wCzGAJIAbguAEt4bEJYsN5etxVK/aPN2k3TdGlcRhYwJATOQy9wgiugyDKvaeK3ZmN+1uJe
h675NMgQ+1Rx1onH7GtC/eRV4Ee27iS6+eSkdSzInQWp6PY9nZjbr7Z2jtrFA1sFTsBgBigk
uQUOsB88jooClCPncuWfRXmkaWVjooAxGs0NhfEYTlVCxpbkjfOtYpYCfslOnkAo9eYUAAGT
wOQ5HGpMXXuJUFS0qtJuUvEDrchU+9TX7u9DFF8glAo3YZxn3JXZ9YzhjAKwYq6SFs+TXzI/
x+sr2REmgh5OqsWrhx2PX2VuWY6SV34ewc3IhsRrvZ+NdseQTOxtvAKVOOsnYXq9rJ5jNICW
PWdES/urV4Z54/8At4rCgdquyyjNaLkFgN4wzZOAAxneDYwfYOQOgi/8jvbZVD4JA0vIYumG
vK+TDGrPQsxxST9frI1MaVrIjEU06LHKWPMD6y1+ZSu8cltoJq0xdJ44uby10VVbULyTgMsh
KxNz6l7EXYfxdA2NFsCJuPZn137jGj1fVd3ZiB7gNG16ywt9xZgjv93PYJBJGuVUqsVi08r6
GdHGknZEcRC4k7LuO3EteS4VgAAz4t00dg3YUjftrkVdZG5y1bSGG5d9hbeEaAGs8cmU6Gzm
hxOtggHa7iUu9CtHHX7Cw0lsnPsAQM5eGBYoSrF2V59bglZpjAJoqPW+10A4kcTrnib19O0e
VKLzqDyZcSyqyCbm8NMTyS9SVBgvQSRuuUXSe/k8skORSFhyGFwMBGt/Sx1VOVvklT/ZuWLP
35laLuJaiWrUlmVd7Lts7B2WUHkF0ude7LbmhZoL9a5r9G05NWWLOv6yS3ZpV46cHe9uqixe
ksZocgnj/wCJIbNA42iQfLEbOiUcCFgBm8A89RW9ks9mSCkeRfWjonB5Ol1519loxRSrcqOq
wMws1ikcrICsEpRzxYRPFvevqdZ2nSVb8fYdHbpKYnXPLZ0fY8oYpbDG31sk+R9QwWr16Q2s
dwo2pUSDiutqz+wSnFkfkCDk1eKZLPRQSgfGrEcXZh4rG0Y8MZyM5YPGE88B0ejpSz3S5OSN
to4FB7DqxORa6vpUu/JA9CaaSR348lIGFy2OjDABgCgkHGOnJO9BlQLwIBOvOdcCtXtLDeoE
ExIGxkAwKAQfA+x3vrGjSN7NucQQGSQII6sDgRMpbA5UWrDrla3I8S3FwTxHAynN+Z4I54u2
+PMqnrrCZHApm6gPGQoP8LDKH5AggEgjC52ApPIJkUoxZEIBBxiAO2lE18awts+MOtbwknNn
fx4utAuTkamV5rEdeM37Nqx31eBXkld8C8cJG+QGKWLSkEcjvWOBhJOAkZvWQK7A/ca3WiMk
oMSZYlElkn8tbwec5HeiSdjC+QxSSGv0LJ1ydZILVmGZI6SD1B9Y8oR0CEcRjM7HkoCtox2J
AyWN5+xGzGvVcP00azWwUSlZscYJVlj+k4HsACFidezwZAmRNvJCzFlOmAAhdlXsLqJSkKlu
Iwqd/bNAjGOR65+iw1Sj2PaQWYYSo7SSeedZ6nV52PYvek8nAQuM4xdjCV1sknZKh1JDNjAa
JG9LlZyrsrbGs6muxfs3EMAZQOu+P2bWXusMcwqycGR9mFkzycA8/GqkRp9lZanUj76SN/2x
ap02HCaPlGUfSzzQPBKNJ62RvS5FTWPE643/ACQB8jjXUKW4z2PWS2XrUrFeKueLfSxv3DZD
s0af7XHEaDuBFIDg0GcsTsMvyqUCP7KSSCW2Sc++AE4ygZBouLUIq9VUsuOz7H0w2b87lpXk
wEkgeSVAI88iQGAxAhPX9N/2LXqAqTDe2Tz98BBPVvxuTKvtSMu8FD0QX3kkcBuUcfb2BHFJ
FE9Ys1ig8bWKoNZCAK8JnsdZF66TIk8MnximX/6yjDDUKEAeJF3gjicK7Qk3SoSQ6qSllySE
OHjnUsw4pvjhAIMKcFPjJUAJkhULqU8BqQOFfkAV2Ek23PTCRddvde3b0ASF3xbB92AGIxIK
DcfABELZWv26TWblmyyxjcxgJ8A8GONQsrG/X2lLDRB8ggZ8cSR8lRHDkh3I2qFsKnlHuMTR
euTrhXmn7SVq9SpF+08fX1kESpydSA0QZOPNexjjhgJ2KjyGWs5SlE/siLAZwRAdaUg42zgV
VSxAZFUWoZIpQmUHV4vrwQ/x/vO6ttVpXx2SRdZ2dqONWZ41UrkgTXr9h4BcKF2+Q2zBV2Nq
QC35SMSQN78bXeHQNSus9leqgqw3EWKXqIKvHsIaReSLiSNGGNlyWyUSSeZ8MSAEHZGj0vZw
UhJPG+BAqsE4wuUZIo5RGSJJ53mf47Add7OXsderjKyZGoIdBhtRjHkkkN6y8rIhY9dTdWeR
Vo0puULEcCfxfecPx4Ah49hUOXUDBY5AaMqKFOx/h73sDMR20xrS3OS9f28UlQycgsRzjwUw
kuwC58i66w662RCzKxbCoGKjtk9Z4BxXWt5XPCRZWsJ2r1UpdZOEs2YnWQEozmOQySSAHeeS
qxtohnLKeIJAVPDqfXoARbLo8IWWX1ldMeujEVSz+c/W01SKCJkARtCAMbtf/bbUQwmISy9V
0lX9e60UFczvKI5YUgSdCCu8X8ggJA+w0RwIE6r6kBGUOJKPxCsGDvxwTqS80oEU7EclzY+v
YhH7WBZFWcsZVldc67sbEUtadZg8iIvYd9I567t4bEMqRywT/G6hm9PV1cs1KEksfXwrkcNy
MpA1sdn0lmpLSo2rT3qcdc/u3YkHOVhyV6txnN6KUOW0ICMmMQcsFJEzLDAzP/0bSmH4o7JP
E8Ey7kaSJyqrxjpVTLNdo8LNaJnt8GEMcU80sEpCViHxUXI5wG720Yw9yecdNVexdVBBB21s
heuYSQ1Yk9prq9gL4jGn35TyQg0yDU8ci5IxEtUAYzPqHYR5SZBG6n1hs4EY8SlnULkPJZc7
XZ7D2MikaMQLyfrRtF1r2K8/Y2FmggqJFZmsKpg7nrqi3fkM9hq1C92D9f0KUwK8YElmtGz1
obCgOkdjrwj9jRNzJopa55hS5Gx9q96WBbDxSOABkFeWYpXgiidkkEfRdhKaPVTQLIqQxdhL
JJZjfgGcsyaJWfyhLvDWEVi8iKOogdoDVkVqcTKklp5C5l33d32y067WJej6haC3G1B2FkMv
WO7CEmMpfaPGIB22yByYlTGxKgchOSgWqWZEChQ5WCTeBVGFeRAA+hAONGrCOPgc7Q/+eTsf
0GKmhb/0R9g89lHjiztJWM0lRmhFSy06VoVnrXiryWJbBPtkhaEtlLxFJYKYLtXLlmt7ZVg7
FLNRoXOsUBQw2B4IY7gtyelOk7a4sXQdksa9PdArQvFE6I0Xc0jUt8zoFdchh2B1TrML9P1P
C8V0CoKkE/Z2Ht3ezWotey9iKvZhmfupUltfGa/OZDodnOsUN1YyKpKSxy+1VglDhTx5aJDE
6O03xUggQSEhZVJVmwfiNkmNww0Rg3r+PbgLf2BhY6LEFLDiPnlOzNI/GOSCWUNLLeRAPbKK
87mWmskIHZU1MvbJNPLPNOtNe0D3P+uiSzYotEqTl4kts8kLsJYmV9NooxKdbdZen6ezIEgC
qEOehNiIbMej8xrKuEHBpUHhg4Y/Gq6T3rdUTRgAZLGJF7MtX7C5bazJ1/bNUV+wSN6kZujp
3aFoYSifILoVprJleOP/AGxyiNoCs2EkYE0BollOR8tx7BQ+AoGTIDiHRYspWQ7inDH+XZuB
2BYl09SkhRnMkA7HWQu8pYxxz2ZDHAhkxyySrZ4F7k0mDyOusJWmRNSSdkyZ2fcSXHij9p5Q
48o1SstA60a3amH4bHut0VCrgiXSoFzX8flUBk620ASPxDAAr/y+MUv9+aGbAz5ZU4XTtsJG
lPjo5SkdSeOTveQ9fZKLHZrvaMQYC4FMiVfxUM28C+XYg8yCxAaPWh9m/LJEJz14y8c5A5BY
44rBhv8Ah2IH78euTmTY8kIWNesm65JbtZXjgalYOGgDFMXB3scDsjWITqOzII3kVZbAUPF0
16WBOsuOv6liHCybivy1U+Pdm12v/gljWSPu+vejcbyx1gJGfFJpB2A+28cgD5bMjS/fCwBV
gzV3VIK3tr2W7kcO1ctd2QdgyVa7tFQg9UATUbDwrHJV5AKwDLspoAeByUEPGcYA48ikqIyH
AJhldcjkVx9ewJPYhyj+2NjUhSQQ06xV+vsxHqAJIu6dP24JZifebAtLL7URtdd8es2sf4hD
6r/XWqUpEgxYp5T03xp3McMcUYRVyWtDIO86hq1iJF18ZgSqqSJIv8fO/p8j6xblNwynzgGj
0s/paNgyTW4o1l7YIO5sNPdIGnU7UEYrepBKxk6pDPX7eNY5ZOBxObHqzEzwRgKWUEkYgG31
nEARj8YmRsmcJHz0IZPB5SYF4vIQSjck2xCOukl39ezH/wCgS2QVJZF+OdQrRiCLX68G44Ui
HyB3e8ASem6mYmPo4nEHU04I4ihXJ4Ip0Pxyk4pdPRpn+HddTJed/i1tFlpX6+dU4el/gYAj
s1QXmZcAO60oReutyT0bL8I5nWWOwQXB8v4PI6LeUBI6OR+PZUffWX0pHJxDUrkcaVbKPGFJ
NozRzxMrLNLHHkMySGLXGIDLZJVDqMOOEfBTuPlK6jEQcPa7CLYLqGET7Gdr0TvOeikNevC0
cXRSl4pZxEJu0VEikWWO111S0lfpKkACJEuH7GzGhWRHH+EqrCONI1/wfIe9SnC55lgWGiQm
yOmEiUJplVb9uKKs+9nWMN4SdEeVQrnTHkrMePYdSwT0MIqB/GiCXhPi+A0XXWonyWNXjlpv
G9G6eFaUNlgEgAqhRt7Cqjcm0jOzgA8hkW8PjICfbliHkIoV4CjXWRIlACKAI41zSjDIi4ks
cgyxYhhy1ckYIks7R1YUm/8ARdr2C1K7mS3PLGEACtgik9KuEbqCWp+nlIaEVxuxpPRm1vCS
QBywgaC+er5cIU5N20qV6hLsI6xgiqFi8flZY0kBiFOVW9sckZ4CJJFhaWs7WVxRySRmEbtp
k+ysQF/NfGIg2QRldiZc/vSgHWDC3lkDYa6ELWh0kccYJAF+d4mSeJMgvGRoZv8Ayv8AGT5/
jbtx1o+57OSxPTUE2pV0x81qlmyev6YRPTrVFjkhjRYoUiTv1RbrE4dkcfJ3iowyihWJFHDs
bDTT9dXaQzoxMKRxms4YacGeukrVYTDFtdiM8iVDukckkUKwwEswc7IQYQwC/wDFVblDHyRo
jkUYVsa7AJF5HD4zmmF10GUqJgSJlGftxF5bcSZZtGwwhGLXc5Vpskc63iUHYgx+3/N2lwUq
VCexdfsG99xq0kNd97qRLK9FCYYKcqtFXCiSPlnoVh33QvMXBXGAzZUqST10DzWoIooxcSV6
04Lt1zCKN7Kg1SzNQ/FmUliCMHhS4JJC5LEsrAMh5fgCDki+YwrluIxUVQNkxHx/WhvI+tAm
A0L8ojg9rhYZ3Jr80gt9mld7PYvYNO9yz8VL6cUeumJSBAR9vO/8/dxRS1TL5tQwVbbstpEq
vdnHRRLH1vXrWjKjNZxGSIMssiQ3WRrDFhjBiEUlOmqOiwzxKWnR17SgqRVopUV4kjyKWZR1
co5ycjhIILEKCXKFCSCD5ODWTeoNBPLLKU8kDQO0QnEwb+oOzl6p+zG8c0WFpIctdo0NW3bk
mepUdo6HVnjH1lbEiiiUfc4PtvDrQGLv/LPCs8VvpOyilgXrYpXisdrN13UxU6yxjQAH8CAc
vRg1rzo07KMG8hUvJJVYRLBJC8Kys8kby2EgjC9+IvRVE0udTGWk5DCwDkbJRRgbiykMtqZk
MDc1s1pJVRv15VuBnUfiAMVSwA4hWO/4zQJIopw8LfWxPHX+OVuUsEFUUrBmkHg6O+J2Nj6D
PJwfy5LntTPYmexMDKf4soZf/wCYpmStTr1V/ndZ1rWazEkEEAZ1UH7FyVyJRCkjVouJvQS1
WodiHTt4HkSp10gapWSuCAw0VwMFx9kBtiFtC2/+ymy7LkrLCs8tmk6NSDeobDxggKMQ6wfQ
/wACPGtjiALVRZTBWihzQ2B51njY1hGxsZ/XLxs7JbBvbb2YjiwjfqTPTHgiQHjr/N3ciJ18
ta1KsVdppL/XGrH00iQydbKGffHIjyy1XNiMRCGyvFwI4wVI4DWg42SQzEOxIyIAG7vnWG8O
tBj+w8TOYGCBCHEXnAdFywMbEt9GJARgw+hHg4PJ1hwa2T4J1gkGy43nM4uj9CcB+h3g3v8A
9Ac7eyJbK10mqx9fHXfveErVpOLdcnGBDySNQoYT+yatHKBH60dRpQ3BSQmhjHiX3yKoxrkE
21JiqMOcgAYsDYLFRdifnTu8cgZHRnXBNEcj4lsWRGJGxx4NvYBzwQTmzh8YDsFtAy7DO5zy
forDRIOA+NlTveKwGb3hwHPt/wCguWP165LSSxMghkTx3o/MKUyinGrreRKQqqOMwAUgtjgc
gxJA1i6fCzAbJXIwFEmzEXEdhta5tJZckYI1JNbwzSoguNwQJzphPbleCOtNjqGAYKC42X8s
wGewEl1wNhbCTrwQdaQggsAVAOHWpMBbUZ2mwMJOAnAQc/v6EEkx7IUjDGSFTWa/kTofIryx
RLYd5q8E8kBHFe+8CnVktvBxCJFxMIZxx8WAOIYDHKnOa648sVComOhttBWIT7Hyt2JGVJQ8
TOTIPydg20HBnqrKLPXyxGJ+I695Gky3Esk6yzhiW08nHATnMbVlbCFAYjXMHGLHE8BU2Cpx
G1hOwJDgIIc4AFCt5YnA+85EEOCPudawEH+Gv8F61HVguRMD1/UFWaERrZXiveQiROqpEVzE
FPhTENJkw/Bi2yQQAFI4aVts7eUDEbBAIBD7wtHIRyBf8W0updsItLkLMV1yFqhJFL1/L3ZI
pdlrNhBAZN4QwzjspEVBGFQcXaYwOvy0pxWGz/yGKNkjQJHHYGclANmJcayGZebKFIwA5vPt
/Ib/AIEAjPkEzWL09l/2evjkKWbSxCyyx06MH7EaxhEMXLP1wyDxh+7qSCWB0M4nkg/EqAT+
WAnGIwAtmzpJEeVGKyz8vYhc47KTAo3ETxUkZ9wiKv8ACVhhbCwxV2QvIFCDe7+Crbq9nVtG
aOSQtT4x1pgXLYGBzbDPaqg2TnsmkX0zthqO2CiFxIUXA+mHnAT9AcPj6geP5Nvj1/YwQ3KS
UpH7Gytfrou0EgcDtR1dOSpUdGJVABrPP0OWSsWDTqfxcaOEbLaUAPoggAqAFfjMHjnRBzsJ
oxs4En5LBiAqAfG94CD9HtVozL3FUZb7i8HodnPYfXEvGzpXisq8nMJ2fXX47Id0fr/kdmAV
vkU1ia2Ejn6/uJ5bIUgMjnI650sEQCgLgA1h8jWgScUjefcA/TebwMGz+ywA5DAfG/rd+NUb
c9nqzDSk6Hsp55viBzqeoh65NZofxP2sOZbPsAx9sFGi43hH4hmLMCCh2NEi24URFTNPGGER
RHjTYgTB5BJBXB9B1NISrThUyVIGIiiUnXEOdoSRyUF4llj7DpbH79T4pJlahWrx/wDS0Fmi
q1oiEOwQM54CxPPiFmOK4wuNvKFPM4rjAQc0cGbP00cA1jvxOyxRdgb1m/oRvNbIGAZr6b/j
dkMVVZYwEVUxGDtrRbXEkqdEFm8+FJYBJXE4Zn5BAyS6idSeFchkP2ZdlfvGSRjuqCXs6iMb
sGkvrMV54SMs1rNoDp3OQQLDmgM3vAcJ8CIDAnmTiMDgEEkgNhLZstgPlhvBvQPFo20Q/kHe
HeeMIOM+sZsQqcQ+P4H+PL8v4zRLNFOhrWvYzisyHGBIAbi4KY0rAytGChJMvIxuoDWK4MVO
R+FgLwrnksA0pbASMbe4js4QCLNKu6W54acfTMZKhiDB6FcGvAUjduObBxgWCw2lkIza7V1x
joC1WdwE2RvCuiyttWD4PsfJK6weQORwYDoA+N4WOO7AljkURIBIAO8P8N/x8/xkbit2sJyK
wJjjKZ70QsQ+E6xlPL16yCRUJlbkeeBdrBWCZIBqqRzicgbObzR3F9/r3/WS2Uaj3NaOHre7
s5U+N2kessoHdg9dL0Nhp60jCNbXySrCaF02oGHizdlqmDvVnyKCJgABg0cJ1l+KWxX63r/0
YQGOMpXBjAgedD7g4G8DenOxNxVII/G9AMMGv5jlv+ROgzlyULFYOJlD8LCyvJUuziaQFS8i
q5kDssS7EhI5sGYpybbASkZGSJ0Yq+xtm2QfEP3/AIEA/wAO36tOwi66KTra9+h2916PQ0qo
meSFILKzgBHKQhAdBR5IwgYy7APkDzx3mlwDG0AX1jPshtqHIBbeModl0BreADB4P+WRiqMd
ZEgC6xlJMsC82rxc3jyUM5asVMVvbvIwB/JFc7I/1WWC4SeYkBAcAcwSG8Vzs/xOf1h0QUAx
h5c6JK69tVcUjI+WMm1CHNazR2Ac8HAfIOz51vwdkty3okIPJ2cOzmsA8A+Nk4NnB9x/kdOe
CuQRoADxrHQHCoBIAySAE+p3M1QOVEkS1puYMYwaItRHQTUUWnQICAhDA6MH3+pOsBJJOs5r
gYYTot9mAKkAjxl3pEttb67sKqdX3Foyg+CBrWazWLGOXgYuHexvbA428RBnDNbwAAazQBGi
QACc2djz9POHNj6bzkNgj+P9OeIjc8jh846HUv3HIApyCRKMljJVFVWcyqFskESo+SFFWCRO
f2Xecdivvef/2gAIAQICBj8AYR//2gAIAQMCBj8AYR//2gAIAQEBBj8A6ckwTN1dHXZP9Gv0
qqnRU9L/AEK/wGHQOnhmqrgupbW2Adce01q96SNgAHcqnMMxZMyoqp8SupOfqVAnJ6L9FBh0
MjX6uniiU5D8EWCbL6P9Oh1/NfyVfoV6aKtlw+i/RT/gSqhcSqore+Y35EQ2yRHihKZMNg2h
YkedaIs0adS4KiqaIshVs0QB7VemQ6P5qhqLKtXTM3FURs2JRYE8VeuIT3T5/QGf0X+xMjku
rp4YfSsqdDr+Sdf8/oN/EZP0f16K9Bb6lOcqRiHpdT+ZmTN50J5Sw7PKp70uzEOCUd0lxuVb
JVPsCsg31LJVXFNZVwVk7IPRO9GsmIRAv/JUNMk/SckOCuru/wBI8MU/T/Top0U6eKFOmi/p
9AJ/o1+hT6DIBfy6XxR4FSEg8SCGW5sykJPJ9sCpAUIk6dtwZjPyobe3FoxDMnJYJnp0VTMq
CqDlF0wt05KrgZrTHvKkDxKsm6Mguu5VB1FZMrdFCuKZcSs+j+qoegMuK49NSuHS/wBCnTS3
0uH0ny6WK6lj0NGgxUpxjzGhN0BiLhXr0VQCJlQYK3X0XCd0K+xUFkzVRdwMEAXOZQKcvVE4
BB1ama4LgUy4D6LB869D/Rr0XTq6L16L0/jXTLP+BXprgqByaNwRILPfJfzdU9iBFwqmqFXP
BGJDxN34JxbBddVQ3uhUvmiGIAuTj6VSycrPgrMsOKe6MjygWHBO9OCoE/1gdF/amdz9LJfy
VPaqdDhN0OSAqF0dMXAzQoQOguh9Jl1Kv8PgPpEmy0QrI3HBNeRumjR7hcyZMBRVdguPQKex
XZEvXAqtOgdNRRMAycCmZVTQ4BMKDAp416ygAGOKGXQPp8FVFVoM1rJaIDklf4/8pOEUYgfB
A9pQ1kyaxQMiA2S0gNEvzJ5T5RZCO6GOBzT3Tv7FRAj6JN+CexOH0afwaJ+hgW4IzPald1xT
m/Q2KKsmNE329FE2KYljgql04RaWkjBXdAv7E5Nc1zDUOKYjQGQ0yo9FpJMnQJLDAALE9arR
aTfB/oOqJh0WX9FHb2h8TcN4gP8AiR+OTGOG3HLvIRhQGqMWYZrTIgfzZMCdIt+pF6wHZdR0
FycgtUgHwe6EixhmtPYlhWiMZPTFNJgMD+5DVIVscFf6Jy/4B2cmybL6lxCrcpsumip9SrV0
wDIklML8FUMWuUIxqcSuYJ9IHWnvxT4p4gE8VU9QCcmyAxFskdXdswWocx4q1TnQIDNM9ft6
DACkcVpMXGYTAsciiISEiLgF2UTvOISLGYtH1LVsbsZblCAagj3UD8vHQbTBr/8AxrTsj4W4
Webv7qnP5o6ibDB/eQjDtkOQjExIwMr1WrWWFwaBCE2iMSSjLW5do5BULSvICx9KAArcHgoy
JGmRtdaQe1Z0DIA6S5GKEjDTtm1X+9pQO4DEytQkBAxOpq0/SnvpoyoS+IRILgXKJJYxzTxl
1hAguFVcP4YGJt0F6IAY3KKcBk71TBOSypXineuRTipN02XRWhzTsTxxTsxwCZgDiVUuv5Jl
f2KqoNTogADGq56EIsUxpkmAsq2FkC3RvbMhplAgP7FEfLj4u5XULAD1IRkRs7Y5i45WUp/K
7XwpEESnXn80Yo/HnKUb3LD7qaGIZmdF3INgjKVpCgyREWkLB8/CjQROJGXlRluSDcLoRqXq
jrg4j2eJ91GW9EcB+5AtqpqGTLUzkXFm+8hKEtMRcXf3U70hYixdGLFwXyWuVPKbLVrlp8Aw
QltylAxDMcvQuYjNx+paogPicCiASNXG6Yu2BRMg2QQEh1Ba4l+GS5bjNPNgT/EKY0MZEIE1
xVU+GKaNcHXMa4DNcwo1BxQLsRijAU45oPVF6BVFBiUPgbsRLK5Up7sjJ7k2CMQ8jeiGo+xU
p0P0f0RfLBMSTHimA6lql9qcFAkoA36Nwyg8qcyO1CMQMSBZ00CZEYlj7y0yIMrEt+1ExkJi
NwP1RRlu6QQD2Sx97bQIArR+CIIuGBN/uqOkc1wRl5kZzAlRiBn5VIwNB4lWIkTZAsIGVam6
NfYaU8epAyAp3q4elGcpaWqwxKhEgtKoP5kfhSeFn6u0oxuTQEFqKO3pfTdBjpOX/ShpI12K
MZjVHE3KkYksARpldvIgJlo2Y3CG7A6s0Y4mxFk8qEYKWmWkmrOhGZrKyLGmNUYbtBgVqgXH
Q38AqUGIDgj2oRkOpGUyABVHRSEb5rTGEjM5iiO5ulp4A/pWiRJmbBH4ADC+aG5uGgNIj9Si
ZA6ibMpaSXGYRMpGG29CBpcIyJeRuWp+JATYE5WR0gaQibdOaoiDRMAqAuhpi5V6piKol3b7
FS46N2ESJEyY8FqhPS1fb4U8QIyrzHskpyOapJjby8qYAw3C5IsT6tKoAD3pXkPEjKBqKhhi
omcpGVhHCniQLgwNwEIxOmEu13qf+2hsQ5aPrI/SjOcgIDK5UfhHUwZn/cgZBqNXmYHuo6By
AsZlhfyoRlNwe8a37skA7gCwNfd1KEZRMIBqgtXzRQnGYMWcDGneTy5JM4dRhNpP2THmupAE
Rrjko6qn/XakjOQpI1YoT29LNUSoiJEjbN4vb0obmyeTGJwTNQWL3XMNUrPkhUlClcTwTmAk
SMUIxDPlb6L/AEtuRFCdJIQO4Q/da591OJEAmkBl5lIziWP2BCWoacXwCO6XkIigKhLcBE49
kxpTwoy3B2amRLMhuxBnrqC73QAizYoFhqFiyaVxlZcpYcChE/WUAAqqpqME1XVT7E0cFaoX
HoIAqnairdEYJo9G/HTreRpkgNQ0kuQKAepA3BJaSbTpJYiQpTzoSMg4Fxj4lGWzQi5T6g+J
GfpQrqm7gN+JGRmdXhvH0okuMQALAISdhIMCzkSRJoSCCweq2tuN5Co7wkvgfE06Q4iz/fUY
GXNiHupiURKRNA7oGVRiIioP/lXONdW5svMhIGhoLlgosJclzH+5GQBJNnYW8Ola6iLV60SC
/HL1KMZCpDh618KtorzNVh3UJbp1A0I/Ui0gSbMnlUlaSWehP5UA1CKrM4B8PEqkVoCFU6QK
lrp4HUBRx9OvSfhjVuAvELVvkub0dREA5lJ2xp40I21XGCqNMBYGzeZaTMEjCNX+6hDa2y5N
JS5QFPZpGMh2gHW38pvSBDMMSjLcIAT7Zrgtc6bUT1OsiUAbqhsqBs1brqgcChwTtdVohR1d
gneyJdynxR6d+lDMuGd0SGL1ID/qQiX04DAFTj2mo5/aiHrKpBqEGA1SqEQ2k8c/UjNyCA2q
10JRLZDNaNxzOYc3oPCiwIgS4LuH8yaR1g3bDuqkmxJxA9SnIHXMli9LoyMmjC73JWkESFTT
tD3lLaflkbCyOiD6LajT3kJEOcxWve5VLmFQ5C0AXo3e9ySAIBExn+JaYkiJzNJA91R5HIoO
CIm0HpQVRL2LRGMlGUSIwFw7fhTSNQLIkCoq44KUQAREVdCIGkijtVOWZ2e3pUpwLAVcoxI7
X8/pVXHpYr45nqYMIG33kSWM5VcCwUY/L3JqRgj8XdMRKpi7uUImbgF7AH761l6ZptLQF0I/
LgExpKjladmMmNzKgQPzJBl4YhghGIAiLAJiDRB3ZaYC2a0//RWqcURZMfrRDscUALZrlDsn
Iriq1X8k6cXx6fmOE6BFxXHTdCUSHsGNvdQJLSJfgR6UAYlpG+aY7jyAf+1NCpeplUoxlEEW
pQl/IomMTpDUfSfV/wCNE7nJEjSDcffkpRMwYvR/2rUOY4lwjCQMi9Xo3h5lpjLSDSRJc/dQ
hJq1MmT/AC5BkaFz+hHdidI2zYBiT3k8g24Q7gVYJ9ZEiSACwB7yjrmIuPa3qihGRBAcjc73
qRg+uYqSR+WKjGYYECvFM8jB7H82pEgBpNQqpNDQClUJ7hDRpVaxc4YMFpLEyqyM4BpEJgRE
GjnMoDU5ianAoxBeJyuhBqNc3TOzK6oQqXV/ocOh0WwNVS+KZy61DHP9qAwQjRGYiDI3JTAA
dSpcqtKIPjiiDZDqQX/JVsmH1pkHaqYe3oD2V+pEfQ33ftl+pOAQSayKMDQ91k02Bj2ZXREi
SXoMx7qeEQ5o4v5kIyckihNObwo0ArU4qcG1A2IUYSIm2JFlEgAFmZs0SDSN6KOk6CwfTcoy
kATLEubohyIg3AckeFDlBYUJv7qExjSQqKeZaO0X7TUbyKMojWHqbmqEdMtQOpjh7yeUjz0I
sAPKhCIciN5UYebShtRdiHJGfrR1FmpJ8UBEadON6BGTagaAjNB2YmroRcNgiSXAsgLOiJMa
3sybaJFHJVXGmj4oayxBYDNCT3QkDpIDsjPVQFtJuVQClwUBMaSbYhDTIF7BUV6ZrUzjgmkT
FExNsExatS6cV4LS1cU0ftQA9qYDGi0G4x6LKzlaZDigI2zRDVCCEQKnFAGqGeHR1K3FA2TJ
+ggJj0bxkWAkUIPQWAF/Unk8GsQpCcuY1/6UZk6qtSyMJByQ8SLRPhQBGqIqHQlK5uY2+4iQ
TOMhQF3TUBAYgBqKgEiaAOW92Sabkm0QalHVt6TGgP7lUWA5jghqIINjGwC0yk5IfIOnEiQK
Z/iQ3NTZANT3U5JiWoAEDCbQxzWsyYQqTl7iEi/xLgszpotAAY4+lGDRcFiR+ZGOuuDfrQIa
RNJHL0okR5T2K0bvIMwzOQ8qAiQ+aYm1zgjmA9HqniC4qz4ISqJEtS48KO6SZyLgsAa93tJt
ybhqsGP3lrdtPKA4qnAL3YnFFgxN0YMI6RazrRGTnIKkmYENLNF7NcXBVNwyJAJFr+JagDOE
i7dogoxYRkMVvbcpOwEh7U4oAiAbXKGPFGSGadg+JV24LgmA+tV6Ke1ZK9QneqK4FAEsnDIF
OESLm56KJn6PmADXWUxFTaRUQY6gcR+5CUnfAMT+VFy23inhSIrIXLd3tp5ESBFC9kwYmVk8
miQHgSjI8moOBWviUjAEl3icgO1qTuYEVo+olEtQ04+HmQlWjE1eJHhUtbvYDssVEA1OGH3k
YTLE9kYOjty23niSX95EiVQLuwB8CO3IkSsGFHUzVx2gSzjuICbxkx0nqQcsTQTNGROoSftW
cqcp2ZkwjQ8oJNj4lCMAX2y0qoS3JUZhG7erSpSuOKEtNdVhdAiRAlRsSojbJeIch7piRLUK
DH8KiWaUTYU+8nnyYACvvIxkTqAdlLTWcizFCMqAj7VKRDlrXdPCGjWXiePmVWlO5rRUIiLm
ALrmIO5IOSMUK0OdEdNrll8SIMTOAPFAXK0kEArSKK6GWDKiqUHVPrVU+GXTW6y6GwVUGoFm
cECcOgsnNFTo39sXlORr+5CJHtuE0Z3rT9qBBJIDnGiMRFicGLoykWIBZ3uhGQGsGshxWkAD
AOXCGoCW3A0H7U0q4g4xHpUhpIeru34VpJIkzxLqR3JOB2i7feRjMMAaTGXdWos5KMdIFKMb
ebmTkiQFBKX5eVGA5pEUiMCjGJANiLVPqQiAJzxI/VFEMDAl3x95NIGXXSiYFxYRxHm1IwFO
B/StRBlFqgGg9SEdsO9XJqAiGc3GIWktIk1OXpQhUZqQJ5hiVtxjGMQMTVEkOZBhK0fTyrSA
1q9pf4yTN6sLD0qMjIkuLVl6ZISJ0GVH4KgYnvGrlGBLtQAZKQcjcNpGn4VGJm5B7R/EpRFT
ENRGU6ANiwQAkNJDE5elCFTGHeWkWwf9S0yi0o7bEYeXSiQ9c6LW7tQqpus0CyEn5WtxX8lk
q9BGPS64FEWBQN1wKbEVQITFMbLJFP0b5IrrIClEggSoZO9UebUcaMg2PH9KEQB8SxIDSZSE
Rz2aV38qkCLYEVPiTiNMAXHuoQcAk2Bt7iZxAC7sLJjYY/uTA1sC7P6UJGNjiXdEsBEWfP0o
AC+Sjtg6oipGQQ1PESLCIspkOZMQSKe9FPIVmwtdvNJVNzUjAKg6yLIa5A+VrBDSWL2YOjKo
tU0+6idoc0qEksjKRLihAQjEAAiheiwiMS6IfW+LqTxAMhYIQlEA91qk/dUYmJAjUh8k8hpe
xw0+lDbk04P2sX8GpR+HyiNZPUg+Fat4SkATzd1+6gGIBuf1aEJbT6j2jb3kzatZYvwQgSAS
1L/eUjOIiwYyFz5lohKmIxQDkSNAykNTkXP6Ve1it0SlzlqE4eWKYB4lclE4TNVVLDJMAyFa
5KqdFP0cVWq6k4wXWr1CcWQJelk+Kcjo49O8BU6i2aMbGVh+pACpFCVrfSQzBRkQHDtIipdC
QkDTtBSInrLORYjxaVzVy1YLRYEe2iJPKIimJ+8msbkoSADRox/MiSSduNuCBidUZUEbn0oA
RkHo/wC1adsV72bepCErmoILkLUAfC5C1OIGw01L95RAaYIflzWosxsCzv4VKWkSJLBhVCUo
Mxq34kBqOk2iafdWiTij1sy/xsRkTVNq4ZAlFhQtcoS1VFSLN6VLUDIAfWhMMNTAxKlDSDRg
RVmQEy5w4DzIxiX23EqURhIkyNXFr91MQSBWBJf76AgGOMpd7yxQiQREButCMnaVojNaJXHZ
IWuAMpsQckJgVOIRlrIAozP91CEaxOJZEaW1Y8V8Tbfb3Yh4yGPqQO4OaBMT1hNinJ+tCETq
mbRjzFAi6Y0fLovRf0QyRQTYLTiqorgUcimsmNhToqv6dD9G/GgOs1xKckkipaqeON81pkGA
zqiQNYNHGC3Iz5tNjgNSfai47xNb+FHUYlwCQoiM4j63AUobcwbOT3j6k0iwlUAWojKUqg0F
qIQlIRiKAirnw6loZwRdCZDtatFG4INSP7lHciXBdhb7yEZnlFA36kNJDAPLPzKQi2onlYF0
NcRpwbte9FSm8h6SbHu6UI7UzpFGP3lzE0xbBPGwF8QEJkgvTUoxJcnmBP4YoAkiMRzBmL+V
AEMwoSWJfwoCLkkVRAsasENAECKmhqomJMfY7eJAikGYDPzITHaBZqOiNEiAeYGzoGIDO5GP
uoSBLO4rUeXSgWeYxxZajGJh2gTW/lkjoABAYEW8yiIkDSBqf9q1E82AwPkRBeo9g95ckXLU
N5IiQLgGuCiDXUTIHrKJIfUjr3ZmBNYvRf4YMcTc/eQMaZouXKD9PUnTfYutAsrp8VpVE2ac
XTnocWXVZV6PmD5y6tW3D3k0hUB9YP6UJRaJFS+KAcATsAMkJbZMie0GoplmDlwHQhGLTAcm
VkDIFmal1J+UGxuVp2wXDVfDyxREg4dhH98kYRDvbJ/KiTJvC9nQjKscSiIHVE1PDwyUQSJ6
KPZn8SnKIc0YC3m06VUBgXOf4kZBiz3Nh6kxL6S5AOPlRYkRMscUJVYU5bP5lIxkwFAK1KEQ
Q7M0qe6jGIALWGaEdxzMWyYdySkwYQAJBz9SYMDGwv8AdRMiRGIq2NEZgkm4/wCpDd1ETfCt
AjHshnOkVKMtBJbTED9SJESDwzQiYmIPf6+98Nadeo3FGQ0g0Nw6iW1TiKaqFkISIGoO1RL3
FIh+Wkb492SMqsbCw91CMgTCOVEYwDi5DH8UkQ5i9gK09SkYFgIljnRbYmTan1rS5IUgBiic
U2GKKZk+CcGidcVZNchMbJii9lxTfWuCoqnoYoAXxCsz9G+9B8QsURFgWoTmhGXMTgbh0AdM
ZEXdCEQZABicfvJ4gsRYWPrXwyNIjSTcrohzGQNTenmQILydyCzepRlIgyz4eVAxJBLEAhEl
yTckfe5lGT3qBdHRVzYhm8SAIqCxxHuonaJAtpBK5QACKkmrjupxINGhe/pjpUiwAjVzj7kU
TgzszM6B2xqMsI4e4idOqQwNVOETokzsEHYEhnNwVYSNolvD3kZERjTDD3UYnljGhK3IgxrG
pRMRrMgWAH5ZIGY0k0GoVZEwMbdrErbiw1k8xfDyKW9A1idLDLyoCLiANQRzf/1oSehL8tD9
xMQSHNZC3pRMQSYl6sQUHpwjeiE6kgUUi1YissvJBPKVrQxJRlSMI0fvV7WlSfn2yO1K6oDA
EdoMzedEzJFHDfpRjRjStKHyoQFi5HtTEOpNk5C6kPtVEZGjIglibdSBwZN9SqqXTsnCexQz
RL0TipCs3RUV6bVQLU6N+WpuYqwIFbCvqTCMhY0qgJEmdCXxTRrA3kMD7yIPZFSePd5VGMg0
hWQGLp4g6sQCaFEyqW4P91aYRAODvfw6kNdHNM0Yhi9omkQfLpTTZxg7KcIBtRctw8yGkAmd
2P5VzAiZZjYoSiCz2uXTtolKrAufeigAC86jqRmJ6Q7acShIkxFpEfq0okTcm2D/AHUJzYGw
iLoQjWZLl8vDFE/DIGpnRIIEnOoFaCQQA2oErTAdkOeKiJFy5IF2Rk5lXs8P/bX+NoEsSMVH
blF4ixrUDxaECZchDkB2AQjt8kTy0z82lCE+cAVZ+16kSZmJBfS9ChQAm4D6vvKOuQ1S5ovw
RO7awk9CVpiNJlcDHzKRBBnEcrlaYiQMyHDU82mS1mUpgdmOHvLSBFxR8Ag7S09qmHlRMhyC
7n7qAaoo6IdyFGQDPQkZJpzqcI1KG3GM5ElnAQZwChDbmITn2XD2W5Hf0zjtltUQRVBrFBjV
cV1oZphfNEErgnucEa0TgpgmFeKGA4pwbYpycLIB6A06PmdQJAkaOyIIEDgDwQnDl0308PUo
zidRwLuURKRgXrE1JQLcr1IWmDmV3/TzLVIEdVEIEEiVaX9OtEgtKIaMDZcx1EmjW+8iSBpF
gKHxc0kYaAwqCePNHnQ0EMWJNNQ7qaJatyPxcqFNWkdoCo9KjuAuZVJs6M2c5n9SLQYm5ugC
WI5gBzLVuBn/ANdmKMaggsCognqAN/MhUkgM3Zcqcd01No5ogw0vaPBMAADVk5iXJY+zsrUe
Vz7fMhLAmnWhGLRDs+JRFpRwwUtQJJFIin3lpsJnHssPFpWvdqTSLVDKEtxhCt6UQMYAAu8j
w7KnqHPAODRo+RASBgI904+GSDyaJuSfyIGBNAA1K+pPKB1CgJq4WjTpkQcbMm+GJOamjjxS
WrakxFdJxCDAAgvIEsUNEn1VcflRJBHQZ7cI65mparKIiHkS5KrZXDQD1Qmau8iXxKqUCbYM
qVzV1VfyRTELig9Mym6OpVwwVBQJh9abHh0fMlqylIAniiCOzR8vNzJ4anFCyEMADTBAxJ5r
1qyEZSJGWKBO5pIqBKyYGos1qJyA2JAzX+MaI5KgrK6B5gSS8e6R5ZIR0uMihpDyq8cCPUgS
NODXDoCz0CGovUMLkeJaZuItQGo9SkJUjINw9SBBeQGoBmcLnJiau9ObyphzGVWFbeJasY0t
X3NScyLg2ODntKTsSDcFA10i+P4kZzD7cg4ZAAaNsklSixnIFS1S06QNIJxTMNQD+77y1Gbl
y4fPvcqBcR0lom2oeaS5w0TUEBw/mUJEmMsCA4J8yI3iAZU0nDzxRhZqUsQezpR5DWjvRBwJ
GIywXwwOQhyZfeQiK0ellI7l2+z0qM4xcmmojlZHW8q2DflUZkARtJjYIwiXc6oy4FFoxO4C
GBxRMToiLgRoPeRlPflpB7J4ojeIntG0ZVYo7mjSZB+ryozNxZR2TWUzqk+A9KEYijUVQixV
BfFAZBZ8FzFggOCrZMQ4TAUOazKcBimNUaVzVrY4KgVLqy+ZYtzkCtfurTLbcTuf7kNwyAEq
UFvLpXLN9WPV3OZCMYsMTkVq7wF+CMiC7MHt95Ptx1SFya8xXw9RJlUgWZRMIitJE1TyLGJo
16+VEAnlIYSuSogESallpgNT4NT3UwIvZnv5kNRLjDFRjAtt4kOQEJylQAgEu7eKSEBISDYh
m9KG1CLlmkRS3m7aLl4ywNCEC4yIqhOM6zHsTSLkipBQOtwKBqH1ICAYy7RxUtlzLADLwqEZ
GNbi7HyqPwgIZnF1ESALjD82lPAvRmxYd1S25BosCQ9XTPJmfSMH7KaBk4NYg0/EoCZ1GNSD
U+6hoqSam5B8KLhyKEinpQLhnopSLxwANbppFziFyG4RO6BIGxyRAoRYZshIARliD+lS+KBE
g2OPmQ3dsvoHM1aLVEsRbBGMQDFgZj9y/wAYFaAEWQ3d9xFnGbnvIRhb/XaWnAM6392cSBFh
A5AJijiq0dMTVMfanFsUSgXXUndEHFOhg+CdMmNk+Fj0/Mgh+ckrSHN2FmfxRQjM6osWZ0+k
saxCcxlWVBgE85atVBwREWbzNbyqI2rydyy59vUTW5RiQJsWaw92SEj3nqBVvUuaNJmla07y
OkuRRrH/APXFG7PUu8h7q0sZGR5SLhE7xMY4EXPhijDbDGRZ5W8upGG4dUizjAelGbECVQRk
gAxMb7loqEt40PAF2WmIaIq5AN+8iBIEmhErow3AQ1gMj5pIRiaSse0QQtZJkNIv+1AwgxkN
WpHdlLmZ4uMfUtGmsi7vV/EmFCBUScrXIEtZgW+7FGcywuRAVp5ZKchC4Y1ZvCozBaQwez+J
HWQXoCb18KhtyiRVvahtwvi2C+HGZAxBzQjMNEsIn9UkxBMgGBbshGMfmYznBzLasQyhtSgH
n2DGQkJRXNF8CBUBcoALKeyxcC5v91HbESAKH28yOiIg/eIojFxS7KMY2dywy8UkNuNmDoEk
tcqc5ULOjvuCZk0GHl1LgmxzWbJzcp8cUQbqmGKAZNjxVqrgqZLPoYCuaqF/RBg3R8xRomZc
1un1Evhw8s0GiJMwaxA880A2uJv5fSoxgdINmH6UdiQ9qEIlgKZiq5CSeGA7y0x1EnssX92W
lDUQTjHj7qgC8IMxuUJbAox1SNSyE5gGBLahSQRhA0lVzZNace0HqfSi5YG2ZI7KlAhzQiV2
TRkaAYgk+LUhtxJ0mrHBaQezQgFETi5AatWHlijGMn9l/vKO+C0wwAutDCRZyyba59wgM5t7
qlGUyZCoGXvLbE5GQFiM/OpAM9L4FaTpgGv5lN46oAXRqDNuKBjyA1nE196ElyFxjareVCUo
iveOLeRCURqlEuAQQj8xuipsbhkTGejUHBxKjuSPMRUHHwyihqlp2wHkaUC/2v8A8edG2Dz7
8+95ILdHzH+aYlWRFlKez8vqLuJSwP8A7cERPbEMTKKJhPU1RmfSjOEoksxiTUJmpMCLg/iU
IxHLFnldiPKiSXkcqIwJ0hmMgPzKRfgChqvcjgEYxBMp008FtQN21EHOSzTDBccVREH6ujSn
NVUU6OGSDWVC5TEo0sutPjghEDEdHzOoEyO40Gw8yAlMMAb097lXJMGMrtVAmkssfNJAxi0D
9f3kBGLAC5Dumk4eoI/CtRZ2fr95E7TFrtQgeWSlCYecrTFFo3GnEWK0RkBI1rf3Yp5NJjUB
6lAgAEV4n3U8nD3BNfUm2iHPaLrmIkWapoomTaYliY3Ut0DTptgStZLwIY6allACdJB4gs4H
hWiZpIXZ/uqVTuBrNb0okSMpM5jZRkYapEMBkE5JLioDFie4hEHRpqHv7qEdyJmHYSNy3mQG
5QSidIDfdUgA23EOa3UobVJXII5k8okyIy5nWq5k+ZA9SJkNBf3fdWjumoJDlvLJGELYB6n3
ECQDIM8UZ7kuWsjICw8KHzHxZS2W5oxNCfCo/KbURsbF/UR3tS0bU9RataqEI0LOSKlaYHU5
qTcui2BopTgIgTuCHr6kNndZmYHH3UNuDEyxKMJxjqlR7qe4S8BZj+aKiGvUBDT2pBmUTcbd
CoxFAKMmcOUXuiGurMQiSigxqmAcOy4C6cIEe0KqoGK01dULkJhihSoxKBOfRvES06plzkhu
69YNAiGDmxOaPxYtKVBNHmJIsCqxIBDEoSAJo1f1ICUpSm1Bh6dSjGJAIGoxGXqQmKzZyBh7
qOovI1A4IRiCR2jLrWkwBkLTGCENGmZqDm3aRO4NLOz5eBc0dUqsbFSEo6oguBl4ueKEtsGM
QwfMoRgdbWYU95NKMXFKW+6gXB0hwXohKA0iIqHqUJQ5MS5qSg47pJz91Nt8urA1Dos0y+TH
8SJmS7OMT6YrRYAvU19xGcWBDC3Z8655udRkKKRjEjVQsP1JiavQG7qcSRqJqHr6lzReTkOW
d/KjGQIaoGLe8hKJfSXex0+6pT7QsBiniYmIDSD3B7SPwAY7ZtEkoSDgYsiYTMT9aM9wkyZV
Be1EV/MqGoPFw4zRIcRFWIw8sk4iNQuQiw06jfNAzLCI/wBSUd6Fi4fGi3IyjWId8KI/1QKt
Xodk/wBiZqpgmGF02KMW4J87py7I4BNiiAFVmTC6GPFXW/GTtrNF/ikxFRA291R+KIiXBEvq
pQG6AYxsWOJ9SMZA6jaQtVGMpkjB60RjCXZu2SdhEG8gHkyEdmbzlcmlAiSKsAKggrTygsAQ
AhoGk31Sx8sUSSAASWyftaUJAmY4F29Sd6WIzfzL4ZJBQAJ1G8CKD3kK6eNj7qEoyBlKhdn9
5CUpnQziAzHaijAMI4F2ouUvppExv5kI1AbS4NQoQiQa8/WVM4wcBm0iqJmQGcGRxRjtycSv
7EIDmIIeTW8qJgAYx8Rw7KaIJiLgYH3lIwl8OnUjIQMtyxmGr95DXNiDQdkOniXGpiTVkYmU
TE3EalGZcGMiACO0CjtCEZbcg74j0yQVaBE53QAFc0wLtitVjkm+1RJLVDlCAk/EVdSEiZPV
rLTqGjuRxCZy5YMa07ykSNNCxBZHdBE9zcPNL9KaRqbLgMkGri4WYKpdDHMqicWXXfot7VWo
TYJ+HQCTVMTVNgh0bxjEHmJByCExLmbmESQUCJmUXbSUdINC6ETUmgajd6SEJWFSL/iQ+FIG
RxBZvMi5BnO8mc+pDVICGRC1ASJjUgMx9S1xiC9+HqWvTqBLEcUIkCRGVZB0QXhMYHEeKM0B
tkQMXel/UqkOcM0IkNOjgm/vI6nkcQaD061GTCoOiIYinjgjBqxqTx//AM05aQk5AdwB3u0n
iDGJqyrB60IQkD2nka4eFAgtLjdS1tH+vqQltlzIOwCoNcgHJt+FCYkQKUl/atIkZGV2FlzE
iD3FJeFfDkQOGMh5kGAMgKk9kelDfnFyTQRoxCEfl2EdwtOIz82paiKg0K1bddQcg0Z0IyBj
EWKZtXBUJDUIH4Vq1F8YM7e8i1s1V3yGKJkSCLRILFVDKlKUJsgAdO5GmkjDySRmAZRxIrpH
mR0hjEvyirIbYlzAMHpWShsQGqUzGOZfyra2Y3Z5Hie0uY3xyQq4P+tSJ2xqAxN08o6ftT5q
lF/NMrIUfj0OUS/UjRMrJ8ExCBGHRvh3AkSRm3dQkAGBbTEutWogSLmN2R2wGa5NKqQDFgwA
pL3FolziQqJVP3kCYvxybswXxCJRmWckUR0kGcRV0YiVSL9fd0owNm0+1GEQS5wbS/mUpbZB
meNFz6RpwNXQ0s0r40Ufhw0iJYk/qWrckSImptTu6UYwhfvHw+8iJckxQC1PNpWrUACHZndC
enVEmw4d3ShNzHTgKt5VIAgA1Ob+FQlMagbgvQe6tZhpIqDmB2UZdt66DxReIhGDMCK+hTmx
EYm1l8OIfUKk0qhCJaUbkdSEZc0rg+X0qU9LSBcE0f0oyiQZM5ex9KEYxtWQc3Qloi7vnfvS
iiCWAqQC1VAyeMB3olx7y3dvcAJlz7ZGSjA8oe54IapfD0Hsmjsi4BEr0RnrjCUXIBI/Epbs
t7bEJEgkMT7ulGGxCU5G0pFo/cQiImpYBQhKs7y4Iy3JDVOjW/MhtwlEGeTOVI0cgtkoyjQk
u/8A1L5b5cgGEAHc1cBGZBbAo7kCckYyHPG2RCJzwQYljmgDbgmZxmi7AYHNGq61pHtKIJ+t
O9U7MnKd6pnVX4MswUBh0b7Fmmf9cqIhOIpcI/G7Q7Js49KMgK4g5+la4gAQF81GW4TR6D+1
GYFMA1fvIw3GLC5H3Yob0TE7gFAQY/d0oCYB1d0GroQkPhxzb8yLMQODe9FE7cXJFChus5ej
hEkAxiWezomjYjBGe5NgCwiPwy0oORpNAXIt6kRCVJMbMXUYTDwbSSMAEYAj4ZoPED3kXAix
YPiPHyqQkBODMOB8ylKQ0iNARQFWMgKHASB7y0RicGf9UlGG3JpRFaNXw6ZIQbREB2OJChub
smOqynOReEaiIxZOI6RKof8AEgQNZ0gyNlpLRLPGQNCFI0JtTL1JtwMS7AVbw8yMtQaZFCDq
HpUGOmUiAQzn1RijNnI75o4PlUJz2wQD8MyA0t51DdlOQmBSUShH5b5knafl5mIHmWr5r5mW
7vkEyY0dDd29wh6Eystw7k4lgXa/l7S1DmJsbMn3pHQQbZ+Ga07Y0n/XZ1ISBqDVaYEiAwuQ
EDuScxvXDu6tK3dyRrCow5ezqQ29stEishZSE5hjSANzLxIykWlIsx/aoCknxQ0hjmuK4KrH
+aJBIQE5CWea07MRN7F2ZD4rgktVM4icAjMbhPBXsjJh8Mh+L+VcUBatwiQOtAk1JoOjfoS8
zJme6c0Eg4dnbyoGNcAhKUtWosWNH8yMYSAcuVpgCZGxRiSQW5v7U53ACzgAV95DUXe5AQ3t
oNpvWhdfE3qk0ph7iaRBAOXM3dQEa1dz+1Hc3yWB5Yi6mIMAQ9VpMtYIcACtVAgdoM8r+pSk
YvVgXdnUZUBi4YVJHvKM9s6YgvIYpyxmLSAz8S1RnrkO8KsfStEZap99qRHi5Uds0q8STyrV
DljEHU9iyAjM/EJcf9C/yMJAOHuVGUyCLgdarEtEkP8AqQLgsRpIKHxHnCwF/wASYjt1YGoC
JlLTuS7EMo+lCESJEEcoAuO1zJ5ggvqH7UY/LbevenQyPY2x4pL4nzEvi75PawHoRjPskMVu
QjHsVdrhaTM/DkWqbeaKM5Hlge0eC3N3alrMXd8fQtz5b5rZO3AkvKRBgvi7E3i7aQe749Kq
fb/aiLElv9STW/mqFAS5WvmfSt3eAPLAkDBGW3Mx1gxOmlPCjsb09WxMMAa6D4o6kzggGhf8
WlQnKLxBrIDFRDgCQo9CqfWgSepOb4Ko9qp9SlPdJY2AwQEXoGrkgQdOaeVTmnNWUpReT3j/
AGqO1EiBwBCdMLFabviosNVR7PN0b0omj2dPKLh8K+8jJqm0U4BiQNQIL186Ak5FAwz9aPIH
lYnNaw3xBQg5BHAAVOZWqYDyBJMcCVISNLEj9qjvgiW3UHMHu61OLAGRd8wjGQDRxFGRiZ80
eYF6VWmQFDVqh1KZGAZkBtCkKEyv6FIapASk5rSPuoaQ83q2PqRJs1QQx9KBNmqGce8iYxET
GoLMLogCLlxJ7Me9FDdjLRAFg3edMYMBiSyfbiCImriunyyXxIxB3JBognD1LQ7TlUtUjxKJ
kDMWIuW8yIAG2AWBK+E5MiXBHN7yjMdUs38qeIbcI0iXDvITeJeVBHLzKUIkao0PBEgtECpP
5pKWz8udMI3mcT5EYb24xBo/5dSntyJlrGkAVAfxIR3CNINcwo/K/KjkA5iQ+slat+Y2pHuR
H6UZn4hGGlg/uofMAkQI5RMaZe6nN1iDgCnHtZcclHUCREufYjtgiMpABhdUtxTmuSJ3CxiA
It+tAAkAY4qG3InVCmo2KAeoCu3802BQBNSskxugCxdMKLrs6OadqjF1ySJBq2CJcWqqUAFC
hV4mwH6kIyubdG+xYmTP+ZDQROIuMW8qdyQxI1OGURHTIChBy7SIhIRlI2OCJIBG3c4yB8KB
hHS3bd7JoFg7NWyOsAxNJE4elSgXk5cUyTfKBpyPPEcPGjMmDRs1LJwCwLTAHK/qQlH/ABkF
gcPNKaYS1E3Nq+JAmDwizcfWviAGJBccUPiEtcAfqUiZMbxEbelB66u11edMJNJ6AAuVzDSA
CBImyEBG3e8S+BZ6sjt0iYlg+HhWqfJIh9IPaR0QYDvF3fyL4sCJTNwzWVeSTtKMb+8tBLtV
jiVOZOnUWEQKsO0oxHKb6mcGPdQG7Mx3BYu1fKpDbrEl3xHpQ+alJoQDk5lHY2J6NgFgPF6l
uGZ1TwIJoSiJG9ADZEOWNzdQ+a0j4bs0buEHOmRi0hK9fDJEy2pSx1atQRPymzGW4LuHbwoD
dpAHsCyIBDYf9ScglVDN9aGSnuAdm5FVCZNbCP6k2GacFOXBwAsVqFsaqW0YAv3sT4YIiTNi
yDGyohTqVaMq+xMEzsgSXGCfDopjcIhn6kAA+DFMBW7KJAYYHo3dLapSauA7OpEag+Aap8mp
EUiDYXQlE6jgBdH4MTuAUkRUD3kDvEGRYHBCWztRLhpsc+8pCIrDOy0bm2Xm1RmEZAtAHu0/
ChMAmAIBkaO6J24ESd3bloueBIDsIvpPrUdmUIxhIuPEFrJL4A2T4NRrfdR2ogkEOSXv4V8S
MHk1QyMpECReRY2buLVAUNSBj5pIAMJAOSalMQ/EKBicC5P5U/eNA2HvIyFdxnpWiiKUvmiA
zdpjf0xRnEkyuICgB8K7JgWNOPqQnIMTdlpcSkA5aw9U0SZa2v4QFImUQYFicHWgTFbkB18D
5cSHywNZCjsvjyZn07eHMjVyDUcfEgHpiTZDbg13fqUNuIeEAwwD97cQmwNVSmV7okgRJra6
JPaunN8kNJoeDOEbnMpsGut+AFKF1pcyYCjsB6U5FDmg1eC/lwVT7FtzJ0gyccT4UQAzYjig
ZDBODQpwGGSJP2J0cTkrdapQKvsQ+xF6NZGlM0X5gcsEM7VQyfo3pTrHU7DtIGMmBDPchARJ
kakDNVBhpvIigdaJACrmQDP6lYBrHh4ly1JFXyWlztHvEDtBShGZkAGEjYA+Bf5dywdi+K0/
DrA8oJJ1Anup4yIMay25UMQiCdQNhG49SO5tQEoAM5o/mXw5giJDiBwA8yAEqu4YoyB5TnUp
gNJwIRkS5x9q0iWn+qDN7O0jJnL2x+6pCLiOLoMGiLOg4eRDFFo8hq4DsPeRm5GLO3Kg3IRd
3D+HtJjLUSXdaSXLVaqeMBoAcAljJH5aG0NgGhP7Uz0JtgfUgI7UpzFgHZD/AHU/g+GABYeW
cUzA7UbSFb95Agljia0VM2YfqRnqIlIMKMw8qORvVabBVLDMK9M1ZycVxTHHBGJFMBxQcWU9
+ZIBDuRpb3lLcmX1EgSwZTPz28IiNBGJr65Ldl8nvmW7AagJWp3VYuuavBQBGrbJWmJsH6HJ
o9eihoU31ph9qIKZNiqXVb5KlAV/JBsUK0cdG6JEgOGAqiZFsKYKPzG20w1pV5h3oJgwo7Kl
GqfYhKsiXd7MUCZVIt1IRi0WNCbo2lkRiFt7e7mAQLspiEQTeJPNVEfM7Oky5ScCEJfBiQLE
IwhGNbDFTkJdR4KZjIgAXGS0SlIywJuyBjFgSQ6jqDiRZo8xJKMdDmBIYDSQfMgJFpYh2iEQ
CzywL37upDahMRMqluHdRjKJJJoWy70UJ6j8SRcPkgJh7uMPUmbTaqBOkRF8XTWJuRdDTEBq
ICVGT6eXEFCYGqvLGIrLyR0ofDHwhA0EKS96SO585s/7j5aIbXpGuPmiofP/APx7bmyC2/AB
3/8ALtyQ+d+VkBtn/ubURWG56U4cVp/0oSkXPE9FQxTk9QTAqlFZB6ZFEXbFREXJwCG1uktK
Ln9qlHcjr1mhrYdzUjMAQBrED+5GMniCKEHtBECqBALdaHzO4CIxNIjvFEmLPwZY8Ef5Kljj
kiCKhEEM+Sd02d0Ke1MA4xZUXEFVRBD9SAFFF7uOiZY6nfUMERSz9a8rXUpmhFAyIlW5Mj+1
QOqmWYQEScyMQ6Eq0s6EJcpIdaTESpQ4v5Ud7bnPUe6Tyum1xaRuRqYI7cd7lNAWse9yqY3p
jclURk2mQHqUYyqSGLmqPw92W2RgLfdRnMCU496Qr5kXaQlaK3DebPEjBu7FQOxIR3pxEgTi
W5tSjvz0y3TLTMAUI8yDRMc4jP1IzZg1OtGMyA5aJdifCoPLTI3N1TmIuc1GcgSZECIiETYC
6Lj2qI2Yg7d5H9KJ3J7e1AVd3YIbHy8zMis9wC/lio7s9wiUey1G9MVp2/8AuSs9HQ+S34Ha
3n5pz7MvTJHclGMpmjR7Mn7WqK3975KGic4h9o2fxcqMJgxzCfAqgRpZUAdGjdVaKgpks0AW
c1Bd0aqEYu71KlJ20xsepRcOTe9iucSMKaZA2C1AajE1N6Lw/wAkadTKLESN6isV1oA1CZq4
FObJzUFZOhVOExQdOqVXFcVW+KgeNejdeLsWv+lC2Nvyo6gxwC0AvV0QaULgFOBpIDF6qOkg
zass0JSN7jNCUSRoDNxQoTIC6Mts8kaSalkHLkhotg6kJmp7OK0xBmCaysEZyuLi9vMtcBqE
c7sjHbYSmFEyBcGhGKlCJOsCgIUJb8R8WLh8QFKMSCcuIUxGTl6gZjuoMC0xQmwPmURIgmhJ
xdOQ4s5FE5LRs3BGZYDZDRi/MZnyrSKyJ5goGE9Ez2hiB5lKAkZuSKW0+VGU50FK8PKizkNc
q7nFR3RETMagFwn+a2zpyjZPHclsHEG3uqUflZ/FnOmqwA7qB3oRlOPf/cgN35f4XzEe/BmP
mRk5rYWQjtGI3DTRI6S/vLVLYJHl5vyog7cnFwxoqxI4snF1e1lbrUtzcodttLUW38uSw3ZB
/SEIxAEQARTDuobe4xe1FKBHLKjftU9pmiDyk3ZRhC8i1kIyL0FcUK0VRQ4KlE4+pMaq3WEw
wsrvwVCXwRf2oOE70K5q/wDNFV6lHGvRui4iWLYDzKEo0kY1BN0ZSsoGLHMlEs+YAWo8kSWI
zWkUjGSDOdKnInVMijCyMyWDP1+lA7Np0MePpQEgXwyQ+Kx2jie791M4Y4OgTGguB+ZSMXkG
q1ggzs+OflQkS4wDVQM6gGntRMLE4oF7YWdHRt8pIJBtVCexMR24s8AK+fmQEQS1yyGmvBc1
BwU5xqRYf2qRIMtydZE/limI0vSpWmJcgM4/MqvZkRbGhcJw0hckUQIGiP1shOG6Z7hwZgnj
StE9Qcii9QcVRn4KrNxVPsWkbs2GGorVHdkDiXK0yMdwZTiJI/7n5KGpnMtvlf3Vp+FPYMcQ
dSB/3ZiB3dyLA+XWj8FjtyOoEVHur/PuReMaCWDoCMhJqBiEOYfWHQIkPrQ+YjMGEeUgKO5p
MduJvmyYC105NAa8AnB6lVMuCd6Jh9ad6p7tYpvtVTdVNME4kjWqdwS31KLPe3RvSgKS7T2Q
k7yGICEpZUCBBYgYJ5YlqKcwNcAcbe6osZEy+oISDEWY5hPFonvNfzI6jFmo96oGDhg5LP8A
iUpahShJR2QSQaycMX8cUBGYO2O6XL/dWiREZWN2QEDQ5WZAtplxshPtAomJYC4/ahEhjcun
uGwQYsQGKaYcSwOSEtuABNwpaQxvEKWrlerI/NbAJMhzxFW80VqlGRjnxQJLxjgcEzvmgIxc
mzKG3vcguQBVghtQhoJNJC/vJtoCccCgfmJiEcQLoxjD4s5mkpYelEtewTFVoUwAL3OSoQm+
1WqMVi6cFj9Sju70I7x3akmoA8CnDYh8OIPY/atqMnkYiuq6/wBzuSeBi2gZ+JRk5i1mkyER
B9zPUXU5/H3NuMQwq9UTs/C+Z24lpxnHTP78VEb3ys9qUaCURqgH822tcTSVkxxure1VN7Jz
hinKrZWXXimZj0WZsUXrkFQJjjZRltyGhqjioicSCD1dG4NqOok81UINpIvgEDUkCoRiZmAB
ojEjVEC+aIDtiOCBDHKINVGJDAVDcUN2MXgCRIHijKUWkastUZlzRjZkYR5i9ZYDyqYlI65F
gJcpHpmjKc3izDScB2VIgaNvE5nurlDyqCMQPEhEgyI7UsPuoGJtUoyArgOpa5AkyuMitQcB
sUXvKrn9qeZZrHPoiBWTLjmhAs3DJGHwwRI6j1qQgDCcsbt7qf47RAqWYr4m7uGYB5QKfekm
2oiOrtNUketP2QnujORAiA5CLkaSSQHw7qOL2KLpntdHILI5pkwDn6l/zVSJE5KUPmZSLy5W
qAFubuyNMCcblSjMEztLUfy6lOHy0yBCBIhFmHuIiZI0lq0Wvb3bVJegR2zuSnA1L3U5yLCR
oDwTkuDYFFgz4CyqqJzUrgi9igy5jTgs2yXHoZEgdaryujkLELUTfBRIzH1dG9GNN2UqHMIR
PMBViP1LREmMmcBwPup96bmUg4yC07cjIksaKMLCXLqWsRMgSdNfyomZ5pVIfD0qEGcSIiAc
wgIWFSOJQgCTG5IsUwBcYm3pRhOOoYkhmT7WGGIbwosDEG5ZRjKT7k6EilPMmiJTIlSVosUW
ZjkmAAOP9qqLlytD6YEucUAzxxzQcE5BOVLSKClblHXYZ3TirIMLYoEnrQrQ3TGyLh8gEHDF
6otXBEg/5ZhgDgVqpU1TkUTvVFw/FVKAA61wzTuARmhTT9qoX4pjLSSLio+6n2tomOBZvzIv
I7YsWKG7ub8xMCpjQt4VuQgZTifEaiXmQhEMchh6UIXL3UIykJuxiB+LUoRkA0h2waA+BEEu
RimTY9Om5QwCxZUDOqCoQwzVDRGtQgQxGCD4KtGwQxD+3omCADqcS/RJaYsQ9nUDIsxs2r7q
1bjB6RDYKURQRxZQoCTcgcvmQjp5QaE5BchjHTQEKG2I6hFzqQEQNcy/MUS+mRkIk4B+8oz+
LKbxsS8T5lHaq8i0aMCPLuJ4wLigPFRG6GEakixPdRGjTGAcyARESHsA2CjqkOBVtRLM/wCZ
EAOZMCgGFLKem2CAAp3uKizc1Pq8qYyLZqTFwKHJFwWZanoLKIcEn7FzFabCOSHM8TZkZ7k9
Ijcmy0/LxG4R3jQKRnNnLiMqj3UAzAYXQoBkq4rq6Gdf0VupMaHJCTY1N0Z6BMio8I9UUTL5
bUwAeNnTRhGDZBypARGuQYTyRnI6pzL8SV8LbOmJLGchSL+ZEwI3PmDSUgKD3UYykJ6C3V5d
KjM7hjsBnBB5iVzd4sOKcWKIkFQMGRjGTgCsRdapWWommATikURliiD1IgnG6IftCiJNQ7IE
imS0k4uEONyoAOQ9T0bsWcGbvgKKAB55lgShJ6gUaqd3JHK4IqUISFZULJzJhEmoDfhRMRIl
jpzqpRIPF/zKJ0mALuxdCdRI2JFWR2px16rElq9rWvhR3GGmkSfyIjfEd3ZPdNNJ8W1NDdHL
uQpMH8MlKEjmRg3mityMXMX5TKqMpkAih4+bSnFDVuIUHBNb4LUAQONkCHrknF8kJPU0ONSm
A7OKOqkSm2yxGWK5i+QREY0sSgKO+CBFhdk4xuv8bamoDQBS2vmNzWYlxpPLVHNOR1JsTjkn
idWrggvDg6vVOmAcrSEx+1acslQ+3JHRN4DDUFrLQIDHByjRxlZf52jEWJxPg1KMNqEYRJdh
f1cynCR0CVyTUko/MbjTIlqcsSD6UNx5CAqAaelBwAIVBVDQq7cEQB7QhLgxKY0CGIAohiES
CiSOzknuTmhgUzEk5Kg63QJJRqeAUXNXD9G/DsglnJ4LlFXY0wHeQAkJQBYgYrklUYSpEKRc
6mcS7pQO40ia/anJLcLLVtkRa5JcSHlR0lzjxKDvLRQjL1KLSoLUuhDGAYHCqG9q/wAkqsn3
ZGMtwOYOic6F7IwgwJuwZ04GqPeJLIgAgAsDgVEafaFpFBngoxiWIvwVZOXqQjKPMDitTdq6
clhkhKxNQmiS5KERUyuQtJuU20NRBqylszBjKN5NylGU9xqEghuanYXxJkgYLl+xPE6icv2r
VIERxJRagTvfBObJ8F1p75on+Se5KAFzRCfy8hLxA0Puo7cpEbkbgZoOeNUS9BTio7YjoazW
MvMhUSMBTVRmR3NwgOGFHEfuqMQCds3L0c9rtIyiDEYBc3M/8lzADqVlSpKcgvwR0hwbgq3K
y0sxjWvFcwYf0UjHKgQAoRSq1SqRghINW7IU9qAIsnCiTd36N8xYyBqJdSdxEvQ/pijCMBEY
lUD6qNhRRGNKk0Qo5FAnLaMQM+7GSiAAHqQKj0xR3j2o0iBQBbkhUzuMFKURSEbcUI7sCZbs
qPWj9pAM5DCtkYQfTghVw71FUJRNM2wQIDA4LlgwNjxQhMAPcvdk4ZkSwp9TIlmAQq3FAceo
MmZ+tN4U71J9q6sVquU0m/q629raeMZuZEIRnOREezElwPEm9lUagEFnUTIiJGNAPeWkmsZM
0S/vJg5yo5QJLvwTnBO7pmDYdFKdG0+BrR0ZgaYiLn6lubpYmciQXrdO9cUEJB4scLrVManN
aIyDQAvg/urVAF4liWdbfxpETjQxGPhkg0geooAB81VHckWAUpxJEQWBOKAuc1Q2wRIFT0kN
XHiiTY4BGlDZEyLl6LinPTPdgAZHtAoEs+AyUpwGoRDEcShQAu4L/hRAhW4e3uqLFpDBkSSS
5qgIjS16Itc4qW4WaIJlg7Ld+W35DahI/wCORYgN4tSh8zCY3H5NQHK6aILB2OSBIYCrI6ZA
D+ilAA073BB6ki6BgdEg4D2+9FNq1SNBVx91GM4a3wxRMhpPhlQhapEiIuTUI6ZAgjBaSatd
XqKOjq5jmqXTBab4uiQRLTQtmoTAY7cqlrOhWpuVe13p+JB+z9qsHyz9ScFpYt+lGvWDdFnc
ZqqwZENVBwxX9UP6ozkHjAMOsrcEaPHSParXzVbZqtTgFa6ld7xbNCUpUd2AxUgAS9HyRJq4
uC9e6jtFtUw4jxHmQBeMj9Sd3zQ2Np7+xu/uIQ08sRkgIG9wiXd7l/yrmqiBUA1dUvknaqdq
oGyYe1UVOkrXEAULoQsCSbINEyexTzoI1a6JAeRF7I6i+S1AV+xCLt1Lchts8gw/uRhuBjG4
dwVubURqjGOqIlbUjOIbSTGcTQxki4HsutI6ijJ7iqjKE6kOxQ3DYISJaRsRRO7yxKDgHM95
0IT7JwCO/CREmYviPCm8OK1GTCNyiduYkG9o91XqyFXIzRnCwa6MaQmbRzUxiA4xRiwcFA2G
d07iQVQABiUSDXigWDm6NGWafHJVD/zTCvFOKsnFDkF8SQYEu73W3sxxLkJ6lsESQ+ZKxfAJ
zbBEFyQHDcFpdiCxlgyIkdeRifzJxXi62zEkh6gEAn31F+YEYV0owjIxNnF1KROqUsThFf0U
YANMkOtW2Xc40XOQUWutLE9St0N9IhmPFFr5lRMrvgmFlSwQBpEIsEzexVoBWq3N2Z5YxJqp
ymde3UykLx8K3NnW0CTF5Zjso7m22oh6d5DXAwGIOBWqIByRMg7WQlUMbFNldBiwBcAZpydL
3IUa2F0SalaTjdEkV4IHZahBIkKHxKQhDQ4q2fiX+Aj4VKn9SlKe4+3GunBk8Zcpw7qjLbLG
zj8SbeBkDygG6MgCAatdlpaou6exywQ1WAorMyp0BrprlBxZOAwxVEBZbWpzMhy+D91GII0w
AA9naVnKIqDgMFy0OaYm61mZEsH/ABcqJYznIXGCAYBhjRNifb91D4kTKRLDgfFJQMjhewTu
2IITEahmiHcHsj+5GZ5tscwGXdWmUaFHSXyWp75pmq91okejqV/qVQ4zVaIEW6ARTigxJWFM
MkwVLoPcrTgLlWf2p8zZQ+XAY7hc9QQ3Y1O7c5eGK+Ls0MuamaO3uzMgzscPCqXyR+XEICMu
yZVNPEo/7naAjIsJwLj3oJ4h9VapjG1R/wBScsCMBdM9DQgpwxRN6WRpXJA7gM5SFIC6eXy0
xt5iv4UN3aoDcHtBO9SjRyzJmqbBOJM1wjHQRtbfZOL+NVYRJuuGHBE3JxQNiDdcFWjLh0MC
wVKgKpYmrJwtuDGQBBkDZTkAxhGnWylOTlySfajHC7uszktNBwQYOc0IbgBkbSlh4UYU+JMt
GXH3Vp3BzhuKDVIqXQnEARcOSWF0YSqY4rlrmE0pOTYFV29QkKF8VuTnATBoHdADbjttVygD
AEg8wzHigidwGAyCeExIHNEgUzRY9YV3foshEY4Lm6DEm1wgIBVDlPaiYFAGrYBNkmNnujuT
wtgtre3JAbcAS3Wj8v8AL7gl8MsQEJbo5o1EhdE/LgnbsYWQG+dEjnQL4kZ6d0C4/XFCewPi
gSBAB49+Khqi02Goce8rWyWtmmcUAHcpntdBqIzYtgpbk9O786RyxYz0+GOlSO8TDXWIA0+7
oWuG5IGORb8KGsvuxbU9CiDijMBmspyg+ogkEZqcZlzF6uxJTA0BsgXvan6VxTCp4pmJPWnF
lqZVNrdPMa4K9Ed+USxoJHgjAGu4WPUESA/QXuno+Nf0o0cG5AYo0Oq4yW3N3mGDAMx9SJkC
73QDhyDQ4+VaYioL6QdXpQJDGN495HQCDYghigbgWIwWjdDjA94J4n4gejn8yMyCQKFqkOpS
ECC1pcEHgxYBw+CIjMZASoyjsHcj8GWMj+VOC5z6L0Vvaq1ZD6j0SkeCBlFsgnzXIarnqcAh
pDFkABVkC1RmjCMxENSJz9SPyfxGJsxainOb6uOL95GDXCO7sbWqQHNwHoQO4TGQsXqvh7I1
ylYnte/JN8xImcjQDBfEj/kji1wPKjtiYE2rCXab0oX5aoEZUXMQxwCdrWKIALtQhHe+CI7w
DEFhJvFJDe+Yi0R3PKpbgjp0uQ5o6O0Zjd3X/wDTFPTqWjegRHA5LXslwpyiHIBKnJzCUyS4
IugY4YujKXWrXuiAKriq0UaMTfoGas/EKtCmDEuwzKjGY0yaoRAPY5aGiGqoGV0TGgeyrXJk
5qcQVZsmKogWdjiKoykNMbB/3I8oJMSAWq48y+LMaSDyN+pAkkNWWdFqgbhc108aHArUCCXq
CcEYzA/5okExMgaPRGOns2lmtMHjNuYEvVElnFQau/dURLmAqRf8SOt9sjxWWqO6CDYBk9wi
QLp8+hkzs90/sdH7FQ1CFuiW9MvEXAuobgoD2IjDwob+/HX8xccEABW5V2WmOkEkOZeHvLcg
wck0FvcQJkQRgENuQEZixKeU2gO8Py6UNz5UkfMbVpggGUV8H5wfFYsJ2I/8ijuQInCVQQaM
mIY4qhYWCG05nummmN3R3JynPc3S4EpOIqMSeWFA4qPFzKUdokQlfNVutcNuRjiQCyGxMkCd
DAns95bsontRob3UYgnST3h+XSmiAnJvg60zYZJnobtdYniUwqhRmWSunC1PdbW2CzyDkZeJ
S0lmFNWalKjk160zOQq0eyao4tRE1BFkcEKnmohtCQ7JMsSGQG2SdNGkhuNyRHMT+lARaIlZ
wmO4wIowcBf5JDcnhIBqJhboJiX4J5U0pphiLHNTBiTLDNa4Aubv+5M5bM2UdUnBPAerQm2z
pALEyr+VExscASbd5CMmIsHujHdgDEXIKjpkCZYYjo6laiojhxVKFkWDYlV9ij8rAlnctl3k
ZyP+PYGkE2cp4snogQGRieoIboETLsycUMe7JE7ukbkaCIqT5uVcp5QaMFykni6MyTEs7Y6U
X+sFD5LdGoHsTxHkRkznFR2dqu/vUhA/imhv7/NvgOZHBbu7LbG5CHZLUBT6RECwjQMjpDPf
F1Hc+ZDRpLQf1IjdEY7eAAFFKcCIwE3EzVHbmdQNXd4+lCQbSXcDtBUBA4oBgcyiSPYUalkQ
HbFMTZO7SJsUydDJBgjvkamGmL05j5kNgkOayAwVRQ/WuV34qqyGI4ot9aaQ9q5i0cWCAMeR
jEyxr30d75fc+JtSNUNuAPadzZDUcaVsUJEGcCze1AxLDIoOb9LixuFqcgDHD3lISlGRAehC
nAE6QangiIuxtWvpXPyORQ8EBtzgZHCrstAAfONXQ1MT5sEBJ3NABgvl4WgZaTTD6VVSpRc3
FluGYuGDmtPCtjaEn3fmP8kmpTwyWiY1QBpH+5PARjuOzTLD8KaUhGXhiKfekpSmY7WAOPuR
RiJvE3IGklDVUnFMetkZlgI5591VNBY8VxW1CcjCDu4uswp/MfMAwjtUhqwiO9CP/uLc2tkF
pcokCxbvIfLR2yIgVJrzIl64hD5zejyQLQgeHekhK0bP+lCMIic5dsmoAUpgMCeyp7U5EGNY
S/SiINPVEAnEEJzU5JnriMPvJze1ahVNOCoGCbBE4YBZJ2dUUY+ItVRgAB8MVIxPeW5ItIai
3UE5F7LIFNQ4uFQtlmqHCqBu2VUJBwCQ4zQO3FtYo1vMtvbnMjbjQiKA2H1AaSKB/DJH/dw0
GEqNigMGosBIW4haXBKYlyMendlsh5tQC6Px4y29wkksSH91a5vFxy8QhuOZTZqi3qQMzUmj
qI24l6OYiyOkSEs5f2rmEd2L4oz3do7ekUY6n9C+XnB4iMgwN+jVGGuOLXC1EGPAoHNUr9DV
OAM5TEnNW72mCO4zhgIYt5YxQkQ0AaAgg+rStO00wau1gpSvumgjK6O5vz1EmgJoPLFaaPwQ
DcGTtWqOqiazC+Kd1saC0jMNTFGETokRcZlaZAmIoJCvvogmRA7JOflU4ygXNDKSG3ENF+aR
DADvaUIbdGFkYPqkOzGJt6lptEZ/qXMGP1u/pRYkCN6rUCJJzdEMzVqqFv5fdVS/BOxMU0Qw
OanAFg4J/tV3Veg70w4h2Q1DJTnGTEvF+KcGpunNsFkEBhiU7vKwAv76qAQE7MpCcRIi1a+p
bRjEERxFmQlKNIlzkSFt/MQ1S+MwkD2R4tCejHFaJGmBXMepECh4oNfpYi6J0iO6ByyCEiTP
bdvFpRYUxxDJ4xc5PVGG3KO3uxodrco//wCxH421pDtqgdcUDGYpRmURMUFxce6ok7ZccwkO
gjFO1MUQMRgrn2otUDNM/UiLrNGO5EHii1yGBKmRplPBuVHb1ahBoyJNX70E8brVIsxsLrlo
+azfFVFcFqmBTIftXKGzC29wxPw9s6icKdmMUCzDJNd8CFan2IGR0g3ILLSJHc3yLCv3kJbc
JQ3dxwB+uKMtwuTcnFFnajuqVL3XMBwAoq0OSIBbN1UGmAx8ycACLtX9yBagsnFQE7scslN4
km9LJ7cEyBuc0I1EjUNZQ+VYCMOaRepPeRDtknJ62ujVuC1G2CqBUoNRsc0aBsVvbsmiGYSx
fwwQjKTxdwg9hQyBoofDkQIxYE3QjIgyAY/uQIHWgxcY8CmLveJH6kDIVFOtNIMUOYB804II
XBS25h4yuEJfLkgO7J5RIIPMRh6pRQjt9qIoa372pNuSbVgT+VBjb6DEOVRpfyTswFgq3TAc
FQMRYonIVCf7E7syoXRJwqt/coAZlqfpTi2JzTyYizJ7ZIEBzmq1GIVKBD6lH4pDHsABm9Uk
zOycXjjgjubhaEKAYyPlQMKQcNEVoh8zuSEZEdgdqRQdzgCaMETO+FHRk31JwxezIGRvYNX8
K7RJvbFHI5pyWOWCuwvfUPwoAUWZTGxW4IERJjUGjjyI5C/QIhmJF1yxAjENqs1FKbuKsB/c
iSAtUSB10REiBkWdB6hEjHE5Ljgyuaobe2CSbAVr4lCIb/ck6pcH7sZIwB/7cgCBmUZQPxCz
EGgouYAk1PDyyRA+vgmkdMZ260HGoCtU7uLgBPpYWTd7JCpjwC0kOM1UN1rTIcp7x7KlpEea
6G7CIBxAFChCFJXdS1EkYvd0JRL59fSTiaFFgwKYVITGh/qjqNR9aBwNVSgzVDRMavVWbLJb
8idJES3X7yMnEnuLFUd8iME4FlUVRJoqIuUMhiy2ofIzG1ERBIvX1ofKfMxO4J3LYeJCQLQA
qM1KL0idMYhiPfUhuzO5vSFoj8GpOQBEWA/ei9BxWZxyWL/UFcMVy4/Z7yGqrCyoaIEMzWRk
YWxFEG+1ASNBgE5UiBq5SBmHRp7U5CO5IaYNyytV+4iAW3NwsQ3d9SaLmRvkob+9/i+XlUk0
kR5IIw2BI7Q70rIyERpB7Vk0mBOboiRDD6j6UaOMKpyjvNzGXaxDI70I6iKPl5kZaATI1Iuj
vbcxHUaRJr5kYgkgXJzTQLUR2tx5R7sjgUNqXMO6ckJFpCyBIDFaYByMcE8anA5J2ouZxRGL
VWmcQ57JsmkROOT1Q3NmYhKxBRjunUSXBwQETym4wfpPMwTliBZkzklqshooECSdX9UYmowK
YlyLq9TZ1agyTMwKhtA1dwj9o/uV6pgbVXXUofyCevWsyhVg9GzX+12t8Q3jF9QzH/pqO/Lf
1SNJAseXwowjIAs1XofMtEZ0iSTp5XkUZTJkbVKuASmmKZAoC7WKBPsTPQXpZHEHBVLZomEx
HbFCe8//AI1ubEZiQ2yObEutNwatdP7DZVFqOnOGKdwAxcnAKcAaOSDgo7cI65TLAKLvpiHk
1nHaRmQdJJ0vwQYVu5UZR3iIsBQsB7kUI/MSM5N2h+VcoHw5CrDmdCTmQPdIwC+Jt8z1IAbT
4tSIIZxUobUA5NurvatSEZDQALcPdWiQeEwtXxJMbDB0IwGlsSblcp5RQMmyxWkCviRBFbvj
RGJPIbqMIk6TkhpqVpOGOHRkc02mmJCESTrejYIPduhjYrTENkmNxfodqk1OCOnm4gUQzF8F
QMyAFeq6IugY0OKEdLDAumwF0ZEtGNVuFwYRJEQqezJHH7KouNI6kwFRinJclEAnJctSLlEz
BBwC1RdxUv8Am1RWuEyHDNd/NGK55mbmwP6FqmdAFwcUJbBsOYEYqkVxNgyE9BqKDFCeijOS
CiJCuOCYH23/ABKgc5qc5TbSCwAYt4lv7rtCU2Bl5fEmiGAseCJFXNlGOjSTndGJjXEokRfW
GGm6iZWIdjd/Co/C2pDd23lOXlbsRQ24DTLcoa4d5Da3AWFuCEIiMxEVMqo6AItTSP1IFnkt
RjUHCiMBEVoXOKnp5TYh0QaDBCMSdc2i/BAzqYhihOIYZKzhE6X1ly5dMBpfBkxFR0FwOtAx
+sXRjuE6TSIwQc0GGaEh9Cw+i/RKcbyIj9a25fEkYGIMTGlD6VuDdOowqDKp/wDHJAgaSRX2
ppFyECDXFAgsBYBRIu9QiYFs0NuMhq3KE+UKpcHJcrgPc4IylfiPxKpNLBOBXgqXGBVRf6k4
wuTRQ2jMgSIBkMAUNrZEZPecqkqe3EMIk82flRnpHzG8cJGkI+6jqgBMiuk2QO3WrMV2WJu+
aANhUxwQEJkk2hdAFxqubBdp8yUK6RmmjzE/UFujfBkZjkMQ9VMRdpyJkOHd5U4cE2LU9KAj
EaiKm9VGXa0lw11PcFJivBCQLMXJRkZEkFhky3d6MiD2XwbxIQ1CWiNxmicY3HBGtw5iy5Qw
zN17OtVBAFgaGiluMBG4aiMJSsaZJzQOwYX9MUN6QLg6YwkCDTvIR1HVKpdMKCLAKmSrfiom
IvdAgsUwoUY3bBFiwF0Gpp+1OTWwHBDbBcipT/wt35aTPtz5QEfl5gSMRyyOQWqIEdxmcYra
1F90DTOL5d5HQaSyQozYq3UAtZJiTgmieZ6lD5qBeELgm3urn63snAJiDe6arvRkxqUIwBlK
RoBUoDciYz8JVTTJAmw+tQkASxfjdR0uIyA5nopRmBrB5fE/mUdQEIzGkkPj31OWyPiAiojW
XvKRkdJFWN/SoSgdUx2iKAlCEBUdqr/iR1XOJRItY1TxNBfNHVzEWKfBcopmtX2fqUK0AfP8
qAFO8SgAHBNcG95S2oi/arR+6jARBli/6UI9kvVCQJG2Yk1pL1KRq05UfJSgzynY2oENVzbg
E4Gog0BpRM7PUtdaZBxg+PvI2E5UAPZYIbce0TUqMp7YJuCRX3Vube1d2D1Lo7JIIjcg3K24
7ZInO4d0NpwJC4x9SL1REQxXMbKmGKfEo0pmmIcn2hVAAZSpzYFVsgRYqtkwLDNPAuDYlDWK
m5CqQPob8ZcgMi5Z6qZjDWQaT7rLnjpI7QjZGW1ykmhQhvjnNQMJLlI1RuFKUiOUOTkiPl5B
oXa8j4UJbnJMERkeKIiRuA4doKW7MmMZHsBmr4UdqMKCzlgpS2CYl7R5g5UpxjLcnHtOGiFG
cNiEYiwZijD5iAhqpVnPomidrbO5tXBZwpQjykVP7VGMZHWe0ChswnIbYFAT+1E1liTdvSiY
001D0/KhP4ryjFpOzl+7FHeIeE8Rmv6FcxYFnI/atMASMpKgYmqYRIBxwK0xlzY1anmlJCO3
uwJIdybnyoylvaSI6hSj+FS2t2pjchBiAIhiQaJgYkGvFkADWWGLIGXYdq8pCIjIEXfLyqEI
B9RYqe2TpEI0GdETCBlGBYmyiJFjFajeNhdazKmRoFWhJIGSYzMYkUYPVHUdRFjUMPSoQAOq
5P7k0S2kW6giKicibcVpiWmDUH9yAA83AeJfGJdsqIxFE0jeqIFkMAVS2CzBwWttURgjGR/1
4USzHJUFExCIESSKcEDgb06BEW6k8i56kBFwhF7io6PmRYicj7HTCZY2D0RMq5h1GADgmhOa
hGZ1TiGjIPT30fiF42bFl8KPLtzHNPLwxQ+KANu8nZS2/ldsQ2yQ8ravLpUjvHRugVEXY08K
kfl4aIWBNZKWkasZykWH3kZ7kxOZAoeyPEniBpOIFCo7ZYmxZAsWFYkGoK0TJmGZ5XR3vlWh
JnkD3vLqUJ7Q/wA8Rp3IG7hCM4mEz4hX8Sdy/CyeoJrwKDFj/NHbmPiQdzCVR7q1bIMIGpBs
ExcA1cVP3URtRHLiafjRn8x/3gOybe6ht/LxkSbRAf8AEtcQxI6vdUI78qxqGA/MpziXlpuV
Mm7kPiyLudWB4d5AycDM293SmB6+pCp5RQcfEtmW6CRJwSKjyLZ1AQmd0AEZe6idLgA1PAIm
UdInKUusd1Ewb4ZLkksQfCtUuVjZ0NuEOU01SoHRgAYShcioPoQ2GkBEMScwhtwcTZgf3Iyk
de5MXOHpW4I9pmRjNpTcgcAFpI0iRwK1GRiwof3KJkCXkzCrhCQsagIGjoUrdVqMGQNuCvVG
jxRmS5kgGZ6IR7uLrQcLFFhVXoqdFUzI4v0fMmx+IR9q03L9aqGOC1OxjxxR3N2LGGIq6AlQ
TLAAsgJsRLA1HlUSYtEi4F0Tr0ykxhH+1aZxJm9cZIf7iIBgByRNK/8A5Fo2ABAYAMKeZHKI
oI/lkqnSGpCJUSTyRLueHiTxBkGcA0C5oO+Rf8KYzESbiVD+Ja9icfjC5B7QHckhLfDyiCIk
liEYMSPERRC5wNU+4HPdAw80lixtl7yNAZYZJzggNmDzJZgHRlOIgMHKAjuxi1xb8qER87IE
VIqownIzlENqNXUoEUIRA7M6h0z1wJVgSMS7KjVysgwY5uvl9sgchIJZhUr5fehEyMSA2bdl
bm3OBiwYiQaVe0oQFdDgHg/KpbcaQEmpcl1GJAMiKvgo7u0aAO2H3VzSDQv1o7e0aRJtiEdw
ggiz2KGMkQTWQopOYiQqSzOe7JRkZEAHrcpt2pLaRmyiDUg6oi2keZCpL52HpQcug3+gmdGr
sU5vwT6iRkUA16FXbMJsEDE6SLJjQhE3Vfpb3MCZTk7dfZTgseF/vKgc5s6BJBJq16o7dgag
GiMhGpFT+1bcAJTkLxwbxJ/mgJCFYx83qThpEh6k6Y+GGpTEHO5I802x9SfCVTI0PpQhEaIs
zjJHXIESJJI/Um+IAY3OFUY7UZTjGkQC3N40NuE5bcmoIlafmDGcI2JHOtPzhYycs1Vp2Nl5
AtHcJand1RihGJlE8bJydQFDrLxKI+HtncLEQhl5E0hpliDVNEM+RTCpOGK1DZmY3diyi8Jb
RJBMzQen4aEQOyEBJOAxz6M1tbxcAuKIt7T/ANSNanArUSCLkI6QwwJwUYyk8R7KrbjVoSBp
wVq2dMfYtwWEZEh80Nw8ppS9lLaNYycAjA+lSntAmcru7EelTmBokKlhh3kflQNM5SBBfmbx
IEl5NUoObU5bqXMYxnTM0UKvpNWz7qidsa5YvgviSjzABzn5VpADZJzfFU9gQFfYrF8kXYk1
DdGayKLp8ECPrWmVJZ5/T3//ACS/mtUj9X7UdQMYkPFxWvKiI1rVESJfEMhEG13K+NAGEY01
DElS1lgAS5Br7yO2KxJ1PxVetsCfNJA7gEogUiESICDWF122i1WP6Fn14qJlAEScPe6iYsAQ
S9yyMdoCUo3IxCMZ7QhGIZpDH1ITAjtwF5n9iETuTkRjHlH3pqUTEy22o/Mad6OlCe3Dmhcn
JA7b7e5MO5tqQ/3G8ZgXERpQ+HtAyHelzS+8rMrfS1xDnbkChpIIkKkEs60waRs+H4lVAY5B
bW6JgzJJMQeyB4ug8UyG9FtMxWuITtQVRLkf81c0xdbspB4uNRx/8elRbskthh2dKJFmW8Ny
ZEIVJFEaamLAFwydmk9CKITkQRprT8qjKJPw7ABPcnFUDcU+eaFalBqnggRfELN+kECuSIkK
5pzUJwQWoAtMrYFOLfR+Yu43JfzTAB8RV0RIAiIYVNvCqiowGIQiO0ftWreAMRYCh96K+HA8
poBEMAo7MWeVHsWWrmANw4t5oxWp3kAKWARjbE5JmfB/2phn/rmTipOF07AE5KEJbmkRLaWa
TedDbjAiMhUv2ie9OSJAEzblqAjvjbbaFXPa92CMobUpZUIPvLXvQ0AUINSPNpUhKR1dbD7s
EDszeY4MGR+IXlEs7/wZQkHjIEEdaMIn/ES8QTRYgnG1VV7rVcYqDltuUTEA59NbLb2ncxGo
hHLAN+pY9SqKZLdMSQSdIHX4lCcQ89sgsSoRhHVKUXLWifDJbkyQCTqIi90JTpGJ9j+lAhyS
XARiOWVwZEVfu6YoRbTWrcUCqUyTHCtFQs9Uf5oYlrlCOOPQahhgtToyBsmMS+X6lUcUWkxV
SWNk49o+h8wLD4kqm10Td6F+ZguYsf6IylIiOIAROwG3GvKNKhGRaQjZq+aWpDcO1pnAsWHK
VKcjqMaCGHvLUN2IBroereqS0bIi8RUIuG+xCMYu5ZroSkYwg2NT91CMJtuNWR/Sjt70DmDc
N5ZRTycZBAREplqMSVHf+aGmHhdifdQ24BoCwRMQASjHciJasWsVOcTp25ViCeaXuxREizCl
5Ke9MGEdyg18sad6K1QLjP6Ryw6ZSiOeAMgcaJrtcIEAMcCiKMcA61uYjXEPxQkC4Id1Iu5C
eYBBoAp7ps7RzA8KBJckOFVg+Ce38kJlyJF2rgtYNTUEobspmAjy1xTQBmSXE8FpDnTgc1yt
S2pACsgOaRz8KJwax4LGqa9EGQLEhCparoPVCTvU2sutEg1utUr4R/UncAA2CajZo/WGV3Lo
AikUDCherJpUPT8yZEt8SVutOHY4o7gYCrE4t3dC+P8AMFzhD8spptAbCi/7cfqUhECMCXZl
OTNCwIDOEIxBL9dV8aQIEgwfDyqUd6IrjdCEYA6ftZPAaRkzdBhuREgcw7I/E5ntwC1bW3zs
2o1P0YS22DBpEr4kZimAJdAfNGRjIPGQchbbNQNT+CQahqhbo2+wJyrhQqz5D9y/o6nqcmQG
mL282pbJdhpYjqUpSsM8VMmNIxoePd0qUiXrigGd/ahRB6jKyZyAUcHUoHmESGBP4lORiBOM
Xi10Yzb4hpg/vJqlsTRQAhpJN27Q9SixaTAn29AMaN9UvKhIChY1TnGwwWmJtcYoxyREQABg
EALtVSADnEJmD4lUq9yizgXUQBU3PBFg5FQqhnuyAZyfsVCTIZZoRkebonvNpE5E/WVKUXMo
h3QjpOqFiMSpOGrkych45haoQlI4BRnG0hYox3duJ4tVHRtxfCmCAjBw4oPzdOnc5DxsnjIS
6v4TSAIyK0wDDL+DLY2JCXzEgxbuBGRJJNZdaAww6kOWlnK0gDXGwxKEXaMnIOIPeihGbzMr
ZqYtuEMBZDUL1LokHqTu4XAKhDnBZ8ApSfTWiEODkZo720OUOZOKt6kJxvgTwQgYvFqvd/FF
COnSLiT3TSNqKRkbGhR2Ymoqx/FpWiYcEUWrakYtijHdFhU4omFQbIMHzVGBOCdnGeSYVOKM
pFoxwzQLFhUIRFBinFckHDBULk3TG2HQR3TVuKBz+pDcjACXBEAAdSINetUiB7E1mTmQDcUT
CQkBdugDcJ5jQC5RjA/DH40HGkHvSQjDdkNwVLWl5f8Ag5GJ/wAjU4KcpmkzqlJHbAeUavwR
Jr9jKO4W+HIkVOI8q1QABFC9feURYRJYjFCRqBZT25doB3OHhUtqemVHBFUSPaqWVEI/yTVY
IANzES6mWs0Jo5xUtp3lu0AQ2oPQBwKu6D8s3AC0u4jb9qexxUoyDiVCEJbTgguR5UJRIY1d
UNcGRNpENkULMSyrQi/tWo42WDZJohmDmlEzaTJNKwxKc4IaR1lM7lE5ZoPkW6OCYYdNlUkd
RVZE9ZRBGrMGqaEREcKKqeMQwNZXl6Yo7k2MrvcoD4pD2cKAfXORYE0cfxAGvjl9LVI1NgjF
mALsc/EhOTxBubinhTbdw4MrIA3s2CI2IGQF2shufOAMK6e0fe0oR2ocotktLMZYpxWRuUdL
zMi8pyr7sEXcgLLgg1BwKuaWJQkHZwMxVDREGQYCTYeZHd3S0RUk2ojKTiNttxTT4kZitX40
QMwWoxKBiX1VI4prEYI6h1dSjIisf6qW3YOSDmEDV1rF880dYauK0ROFGRiJGWLlAg0CrUHC
xTWArxRIH/2QIscE4PZqxRlYnoDZdHwoSE9zGIugZUpZEk0CHMOa3FFz2brVEuM0wxVS2a0Q
Os4tYepE7kxS0QpUaOD0YIRBcHEqMIhjgoSnAHcjVzdA7EoxBuJB2Q1naIxYFf5GPV/G3N/E
Bo+o9lH5j5mZ+Htxdhb7ymYByZYBlGTuJFgDQoxYu7mSBnPTAVmcSB4dS0fIgDax8XvI0BfG
X7kG9qDFmTEda+P8t2ojscAjGTiUaGJRrXAf3I4HBO9eKhBuV3Jwojt7YDi5N0Y7Z6wcgtyU
yKBgyjKQYyscwUYAmRAduvtISzoBkyNXe5KbA1QzzV/ag1S6exe6c1IQMQwIajIixCIJAIwQ
NiPtRY2VbWQkCap80xwt0P0T3JlhKRIa/wB5MiCW1ISBrE8rqQMu3dNKzlkNEgTYg4e6v+4z
F6G/urRsScm/WjLcJJeyIiCTKwGKEpDQBZ8x5UJEapZn/gow3AS8uVs/Mh8j8TRtRpuyiLE9
xfDjIbgixMhV/fXORtbcGMDI4BadiPLq0mWHqUYRHOAwkMT3taGlhKXbaxVvqT9AGalOZZgS
tyQBeZJCqfrwRJqMSEwbMvdHeJqcDkuYjXiyILVoP+lR+FF5Sk5evuqOmBJPKReqkd2LEuxs
X80kaUu5t7ulBzQt7CmBY3BTHtW4JiGCJ7IwITCrZocbprtjkpmVlqiSJWcFkYyGqILGWTIE
Bh/NHSxIWnHFfyTqvScGp0MC049lShuOQLBCZiTE4i65ayAoTdCc3q9sfUgZQeRrDFQ3QNHj
oxTlyLgFD4cBH2Kip9B3om/iy25FtQoRcHxKW3GHxBKT/FGMfEid3VKcCXeoJChtfK7chCxJ
pH1KG1eQHMc5Ko9mCp9Gbh2DspEAECzUZHJVNMAo7bM5D40W3Db5INUNzoRk5axJQiAYg+0t
6kQW/wAZGkOQEJsNTBRkQxkSCQLMgInRGIuMW8kk8iTk6AIRGlhmF7FWmeSGgO6GoKQjcxsy
J7wDMjoGk4oxDxcuRmtJkIv2Sc0zg4kqhdAAsBigxdV+kRIXxQgYuI2dSAFDcIz3g47oGCiY
tGQsMSpCMTEPzAr+ipYq9FwVLnpb6V1dXVwqEH6JibEMfapSkSxLtw8K07MBHjj/AANyUCBI
As+a3N/ckAQXIsS5/wDTRZwTiV/VQExQVIxI8UUIwoI0c1QoSbknLyoiINTQ2Rm5JdxLJ0Nr
epO8TgVGURSvKtMyRtnAXr5lERBfElVOmSAPsKOn6yuJxQiGBGKqXKMxgLHrRLniM0RWlQFK
NpBmKeZJAxCAkGyJuQmFK1RBqFQexMb/AMCq4KMgWkLnFcoqbnEoZj6LO3H6FlRVXDoc36LJ
xRUP8bc1B3sHYujv7kSYg0GQ9SEYAgEsCaqFOWQqc5Lcm3MBQXU9ydQZFh19nUhRzd8h4VTD
FGJIpZady4PLkENZcAWRYNwARNwSyByWk42daZB43CGnlZMyABYJ45VRcM1US9giY0iRdF6w
IYhaXBEcDdao1BKYlugaQCH5now8qb6x0khPjj9AZIkjqTKvS6ZMruOhzf8A4iOx3I3yUtuQ
5ZZUZaxY0jHgFAvo0UbArTecjbs09SOodovTh3kJvQUIxdPH6lEwb4ffBuhKQAYu68TWCBdy
DdEPXFVKfFA8bFOQxu2CBerLiblCQppxWgmpzxRejCnFCJBAIoDZOMMF8Tb5ZYgppxPL2mQm
CwNWVSwumMh1JwXph0ERIJiWLYHocBhjVOKrqT9L9DhWqhgv6oEmuC/mqe1M1c04NFxPRROf
+CnuYxFBxXxN+Y1y5pPTSPAgXtfqKBFcwgTRzZ2oPCjOXuvn6ltxNaVN7oQZ3NWsgGsOhkRg
MU1iLJzY0RfPNDumPG6s5Tm+SGRVP/opRJKjFyCS1bIyHa+tRM8KFVFBiiZVGAWvbjV3IGKe
75UZaZAS1YoTAfhgyMok1FR0bpEiTvHUXNvd6GTPZM98UxNFdXdAOrOuB6GJsndO1rIcVZNh
iqWyRANkCbp/p3Vym+1MCr/TzUdnbk+6TqIyCYc2qhkKqUXaJpq4KMRKgAFb+pV5pd0lbdDp
d5HCijtAV7pCkTe4L5IyYAUYjFMhRyExJD4IykaCmSAAcmwTvbAq1TkgxL/yWlnDOSboPQhF
jTL9qOo3CjKsjEggjMLUB7Le6hJ3OIxRDnB3NKrRYE1TAgjggYnScUZRGqDu4w91ERILioNK
rmAZizcD0RkXiYmkolioxBeJLEm6JZ0BYysnmaqiNXa6orKgrkjg2CqqUVKqo60GuEXqnKDI
5lHLBUsmVExVP4x3JlsAMSUPmtwud0mMYnmoVy0iS5fD0qO3ANHE5oEWDAqMI9oWAW3Ix0Fq
g9pOPYiZ2NkBwp0HNCjkXKqAXQlJqLVngExoPtRFGwXFaXYhNY4KtmRhdrniEYhtBqAPxakN
yV3o36kJAE54IPQnDgiIl8QgTQpjY3RnsxeEqtkhqxieiQAYA3Tnmr1UTYJjcWRc+xBuYoPd
Mj/RWdAiqcpkxoiPqV1X2q1MkBiVd1UsAruRgE0Iscyub2KuFv4rHoh8tAk6GJA7pUdhgYbD
UFa96SMtw9qxsGTRiZTBYUoju7gAlcP4j2UN6YMtyJI5s/KmNWLshIhCJFHqUzdXQ2CZsbqW
HBE4GgK0v7U4Ns0/sCaX/wB08Q4sqVCcCykO+Lo4UIT4A1QFxHFBwUTGoKbpcCv0LIGwXNV8
kK0FlQHrKdf7bSZkEa5Cgi/aR+DMFsyETHcMI5RWqM5mYqCT+lHaMuZnZN9qbHNOCqqlQENI
MckLkYpnICd9ScBMAS/1Lhkq/wAUtdqL5qXz0oiZkdBvJ+9FbvzkCdye4dJGVe6pbkCAQRFi
pbhkxgBLTmP/AG4raidwtA6mBo/d1IbO52gSc7nvSQyNymy+iZE1JoOtOb4rS1L1TtTBDDrQ
AHtQ13xKpbNNiarlNqr4oLCXKW/MpGci7AgNUo0aPiKBDElg6dwCL8EwILYhOU6vTpae7GJF
CCQjHbJ3JYaQUPh7bDihs78BCjmQTXGaaMtCOvceOACOipUtzc2ydRJ1OSK+ZPFwRYgsQtG7
H422BQ2k/mQ257H+CVzF9UfNqQ+Yh8wdkxpES7R8ulD5eR+K9pChTir3RYtwQJNMVZ+tCIoA
qJ0yYVbFUT9DhcfoODQX6KrirfQO8XgZVkI2kV8H/wCPiIyiQSD3vfRjuk6TIOQeTxT5VGWz
uMW5hKv3UREmU5DnJz8seh/pGQFBSP7lpialA4m64IEYIYOjGX1pnYDFVxRlhkiAASbPmoT3
BpcNnUdlEirVD1CMCGMqgFEZo4NQqyZDplumGqciSSS904DAYCyMvhg9aGmIHUFmmAZVui5b
2oxwlQFHb2QZA11N+1RlvyHEIbe3ABgzhHclt6iS5MiSn2tuMTYEBcE32pooB2X9VWyuqV6H
wNygLrrVLdDI9LYlXdOaH6PV0EdHD6e5MXAQALTIo9V8Q9qZoclWunHNFhWSAsXp1oPhREs5
KZ645K9StRtip7ZcaagrRrpFjGX7kJO9PrQlpcg45JwK3oqnmxTYBP0EHoeRYIQ+IBIqm4JD
hVGG1EmQuSKLnIIayoEDt7svlyMI1ogN35jcmRi6YTlPDmKcMq2VLhF2VA7oqt0zJ2Z6Jl1K
pVCnxWnAXQD9XQx6R0MFzfWnNOH8MDP6vpS25WkGKG01RiowNo4otgftXLGuardA3dVsbMuV
iShX+qIBqbImrEMXxXLQxH1haDMSEbAcUTK+D4K7kUKphigGdNmruUb9DEOEf8UZZhlKGztG
Miav+lDclckvgjUAG6Oj5gwN2EnTHc+IMCmcB1QOM00TpTnd1QyIQuDimzTOiXLXRhrGrI3W
bIAUCoPatVkREjluyqOpAWfBVFEwHt6OPQ/QR9SIb2qmJq61FWp/wD3Qme1i2SaA5RVEsz3d
aCXOQugYmiNRWiJJ5j/JOaFrI68eyi9I4OmYHIqRkHpZam0jjdHFTADG6LXxWaqfZ0EfQhPY
DyjdD4RmIG4B/SiQNwA3MpGIUdz5iYlp7gJL+qSO1PbENsBo1UZxnOQ3CeV6Iy7gLRBqUZSI
AF3RjB9yQys6G6YGD4FUFcEZSg8RVhUrTDZ3C9yRRHeEAJyuSKplwC4YI7W3P4UjaSlAzO4Z
nUZHNMnwQVBfLoBduhk5oqXVySUJSsqfwS7NgP4BuwsmH2qilprIYIyI0nAD9S+FuAxhYEp2
fNk0zpo5OH3k5lqGBCEgSwNkA1c0cimMmpZADsoghyKD2pyKg1bii1jdBrLFkz9SPV9Gv0DE
ybcjWB4obBHxd0lzpwQjIiGxIuWOaOqI3dzGcqp4REojuii1B4kXibo6gDgUNIAGXQwtmmZA
IfamaismwVrKyfoCLUOCzVkHNAmyt00/jEoMb4J806BHtWpr3WoRfrKcZWXwyCBiCKN5UZbR
AIPZBwC+HujSTY8UTEiUY0YXQEbs79SIYHgtTNmEJRNaOhOJuHQagNUKUwTnDoPV/BpRO11d
gg1zgiTbFA64x1FsBzINXqTm+StVZJ8eh3TYquHQUyb6IPQ9+mi4qv8AEbBZhADDpP2Ig4U6
01QON07kgCvFERAHE4ImcmI4Yjs8yYTeJNXsjpY8ChqDA3ZaRUYEogB1A42IQiDWKZmIxVag
VdWujT6NRToNesK/UrqiumTGxWvUdsvcYsgdj5ic6uRh6VD5f5zb+GJUjOpc+bUnBVUGNEz1
6NT+3odMq4WXBVQBqM04FVQfX0cU2CaqrdOgq/RouH8DJGJwqOmlCMUTi3sR7wlgEQSQZWB/
SjqPMBUISEaHulGW29PqQNCCmnAhrEBEAkGJsclrkSyaL1FVTGqA4VXDNF+j/9k=</binary>
 <binary id="i_013.png" content-type="image/png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAAswAAAB/CAMAAADMzmTaAAAAGXRFWHRTb2Z0d2FyZQBBZG9i
ZSBJbWFnZVJlYWR5ccllPAAAAyZpVFh0WE1MOmNvbS5hZG9iZS54bXAAAAAAADw/eHBhY2tl
dCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1l
dGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUu
NS1jMDIxIDc5LjE1NTc3MiwgMjAxNC8wMS8xMy0xOTo0NDowMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpS
REYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgt
bnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9w
IENDIDIwMTQgKFdpbmRvd3MpIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjZEQ0ZCMzZD
QTk5MzExRTVCQTc4Qzk0RDc1Mzc4Qzg4IiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjZE
Q0ZCMzZEQTk5MzExRTVCQTc4Qzk0RDc1Mzc4Qzg4Ij4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0
UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NkRDRkIzNkFBOTkzMTFFNUJBNzhDOTRENzUzNzhD
ODgiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NkRDRkIzNkJBOTkzMTFFNUJBNzhDOTRE
NzUzNzhDODgiLz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+
IDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InIiPz4Sg5BKAAABgFBMVEUoKCi1tbUbGxu7u7uurq6JiYkkJCSo
qKjQ0NCzs7OdnZ0gICCZmZm/v7+lpaWxsbGbm5t9fX1/f38SEhKLi4uTk5OGhoaXl5cXFxe9
vb2Pj4+rq6ufn5+FhYVoaGhra2v29vawsLAMDAyjo6ORkZEHBwdeXl6qqqqCgoK5ublzc3N7
e3sFBQWNjY13d3d5eXkCAgJcXFxTU1P7+/uhoaFsbGz9/f1xcXFERERNTU1iYmKDg4Nubm5J
SUllZWXt7e1LS0uVlZVGRkZ1dXVmZmbq6upQUFA8PDw+Pj4AAABgYGBVVVUEBAQzMzMxMTHi
4uJZWVlBQUE2NjZaWlo3NzcsLCxAQEA5OTlRUVEuLi7v7+/c3NzW1tbZ2dm3t7fS0tLX19fg
4ODY2NjKysrIyMjb29ve3t7CwsLMzMzBwcHNzc3w8PDJycnl5eXLy8vV1dXOzs7Gxsbf39/R
0dHDw8PT09P4+PjFxcXExMTz8/Pa2tq4uLjHx8fU1NQAAAD///+2EPlcAAAAgHRSTlP/////
////////////////////////////////////////////////////////////////////////
////////////////////////////////////////////////////////////////////////
////////////////////ADgFS2cAABXrSURBVHja7F3pX9Pa1i5pKUgZhDDdgsCJluOBiBtQ
aKsVJyg/SRE41OEygzLjPA/P/tfvXjspFExe73uuoMX1fGhCdpKS9MnKmndIMhinBCG+BQwm
M4PBZGYwmMwMBpOZwWRmMJjMDAaTmcFgMjMYTGYGk5nBYDIzGExmBoPJzGAyMxhMZgaDycxg
MJkZDCYzg8nMYDCZGQwm8z5eN3V0d+6plb2xTKqSf75A7Mzd99Y+Lq1+M/o03cFk/ukoByA+
qJU6tXKGOeuPwaY80NpOq/N5B1b9OykX8mYisyJlT6sJw8S4GhoeHxjI9Wfiarcx6/DNbIrm
rz/Ra/FQdLHPzjOZfzxGDaCcVt4DrCEFoU9A3Se6UW8d5PsTaJE7MTjATJcUIHmAMikn9KqC
lDXA9eITJEF7h9XaRSD6Ve/DZP7hGAbaaLntwGDW+mMVYk2OpiC2ZRWSUn4VUK+0u1+XW8UL
aSM5NdFTpxQ1G/kb0YxAv2KBmFw5dJOjt2Qj8FbKbmFsv4fIMZmPR8/QZB5MYFJv2N6a996t
6lXq6ok120uRtYLuuDbnrrz4fcjcAstVxP6WIZCy0S2eTeGlUjGwLNHr7VVr0I0cbW3tktXA
h6Ljw0BELWK4IXda0duVglPDZD4GdLtvP7lqY4C4Wm4C3Urf25uN2aYZS8Xlq5h+d4pq2q3R
hpNWr1R5NxfNj2cbadtEZiqfzDScXjJ3QJyV8iWUVLagZLBMo/oanpD2sCVRX9itgj7G8EUu
Wag6pKUAT9WiEwlZBiyFHTxiA/A48Ah4r5Vni16PiqytPT2wR7RlqHRCiBXie1UkBLJZBmDn
DDxWuqOnH2bUxll3tfzUkvkN6EEvE2j46oBcPteFjJjWuaywpbRjfY3dFxe8Xd8J9X57gJnD
bz+hBUYl7M0edaYESKozmY/BtvGcGJ8s+sE+TSrBIjPokHO7sg3GSEuT+hXpLbuLGF2duCKH
BCkmaWFFRjtAIuhrK17OVYvJ0yuaZ2M1pFMYf50FPktafS9v2eoBXpQSImHbwvTcdSG6N9O5
54cOb4agV1gjzMo1pW9YTqdkMh8HlCaYLK+Op5W1riTzli2UsjwttC1YAdeBVKl43NWDyXVZ
5jzUP5j6MeKISvnURkp9WmSb9107xVqzshPum+paW4R2Q/TQ471Re42sC4Ta5JMHyOr94pjc
kXLoyNFPINJaZ7Y/0Z9PP0sm87GAfHMehqUSxi5sqTVD72LcbUpnvgvtYiLaZ8iz+iohWlfk
iIA8/TCQU4++e6mdRa61CpLC6r710B8ZZ8bv2Cllh9SLBESJXXPpOWs7kmPN4b1nNpk2VWg9
GDgnsp7KKKI3H8OakxlhVFW1VamXq7xJaseKQfvPWb8BmTPIdpGTzn6pdbPZ/YF1+nirnvA1
JXOFKPM/2gLMEOxXTOaTwI4jlFn+Z7HwqMW0Xn7BGLmc0KDsv31f9N96dZLE1VxrqRg0/xz3
kNbMtbClJfN+BK/eooBfWNnDz6RcJNvYFx83Xjw5X3Ke/FIl85ojFHWfJ4qcEs2eTTcnSFzn
0CzLHdePpyVVRsoug7ysg+b+1l8Vr77+j28vPHpHy9UEeeTkbTFdGBH4212Ip/RsB/jcluij
XTs/mczHj3r1ohwhyqLhS9mjFG1KkY2n0AuUvykHzkppw6iYr+tQMnxAhLYoGrAs5WtHzBef
akGgwucbcqLK74vPm0aLz+b3U8NLAf9pdzzgGs6J6SHfgXkLQcdUhsT3n8SLMJb3dm8ZbXKY
CNkFZ7gw5CrL7aB4toQY8z2+PKFExJCBMibziYBMvA4pI+OAZbu/lQ1coeWMI2DBUgafrFbm
X8Ih15IJiHGBe2rjQ20RHqAH8MujUSd547NZGVOOz+as0D7sb/EyOCNKCPgn/jUBQY7DGwj4
niJU2BAJZb6hRlYjUTs4K2L7Y2m61kYLE1ofO4igHCYF7Pfqm25KJvOJYMqO5bvVcqhxIjng
5nfdy6bO0fL5YrwxXl2nt7XNzOS6V5VqMUkEBx2xTHk2xcK1XOyHeIsRg2j32Tymjt78dnMe
wv9WhtXz1BJAZu349ZWsgZk9ffh+OC4HxWZ1iqz3BoNxIMzfxgSN6fDov4Crvic4C9gmsm+Y
zL8mxmGtjQaMXZ3y29rW7fuWXYiaF30211rZiP/Zk0Z/wPcuPPYXjPJTLrkWdCHdqfvfu9bd
MzUtFWWL7v/zOZ0+e1jspwfq37qrA1f9HyY5m4Po+yiZzL8mLJ18c6xGW9DAUAnergXZUoL/
9W9C5kUgtiIZpxu/CZm7GnrjP+A0Q0wYJjOj9LBTWOmsYjIzfgK80Oanmu034aq8F8Hbcp0Z
78dufinst+4tj/pl1po2vLWq7O0212CEU7Z6e3qRycw4QTzJmFQlpaPYuj6BsohWsnCQ6KWo
IPYd7HnzT1q0RYEZ19eRpvhJOWVlWVT8PmjS3trZopbt9QIpJjPjBEHu6bt6zU0tbN2VVEUy
3mPCvNgHJKfcwJ/shRvdtJGP2nYTSWgH3XLXMeOdbgRpAnbHGMw2XUOVWVAPRyOTmXGC+Nio
82IVZnC1ovF6raQyswEpFxIwY7hFdVO3yIxVRKeASD9lEvbpdKJHaF1RHx1SNlLg8BKgKG5R
GmIeqPjDS7JlMjNODHMQbseAyf0Aog0K8QxAQIwQfSkGagjgk5Tzuu5mzsQVKvWroMhhgz7i
qnoY6ASzwN67BMYGlfbRzmRmnCws4SrFjzG/vUzZVCsCxgrlDCJPSaF5/CHlGQp1L1NBia5b
nURGWjr5sC25oGPcVUPQSf1KbSmvBuZ6RUDYm8nMOD44rgG4owvUx2+MUCohauXHEGJLs8jH
BOUvh5DVNC4HFnTpTnRAPNg/RUZYe2ccyvuWiza6+xSPx6lKh8nMOFnArbwZtWGnolAKgryf
nZLyBfVlqASE9YFKpuqVAfiVFGuSz1JZh1NZry9G+IGtbMTBj9ClKc8tdJyZfSrTopzJzDh5
MmtDrWsguikHDW3FSW3pWUtqUUEWYQ2i1KzopRba5G7OCutZ4fh+Oy8wPVLr5pkuO16K6PN3
TGbGiZNZeF4HqlpV6u5D/cdlFDV5yTu11ItO7dCg1GG14fbh/GxlC95cc48cEZ6nr1TAZD6F
aoY8T+mfo3BLbyLFOfjKvhPRVsCMvrvsSuaoML3WZUM69SQHa9HR3ox1IfqZzIyfRuYBV60g
Li4JnZ5/QZhFadNjrQIJW8CyP/VBUCsYe7/OJqp9GkpgVz3QhcI1upiHyXyqsfBy5MecaLl2
K2hos+YfZOh1AXdcThOZ24HbUm7HqHw3khr09tmLfFnvBCpG5Ko2AHccTxmRH10Jrsi8cVOf
oA2ih8lcaviYHPct07vg2/VoUAh7wY9/sHwNpY5cc8D3WkCd/0gLqA2TH3pvd/5fklnnFiWB
j8qyA2rkMyFCL5ruiENdAxrcei2DAipLBwER2l8OhmDJXd2JICPEMpO51JARvs17plDkfz1A
vfCaNx7BBHyzcS44Xhfeb6DsLB2R82UlsOQ38ASi4KP4Bu+VeiEobbvWRDY1SXJ1ngp5HXXM
dNF+5QZEZoNa6NjXzuQPGgpk0Vm7G4LoIE/HdN0ZoYPfTObSQhrFnZEOOA4knn67uUL41mfL
nBB+za7OuPE2P9yE80cgmQ1fXWbT1v1qfVFLoT3d1qXBERbE2JzcgC5thVPcwTdPW3q0I0MN
xvZLHRd0qpzOQdrQmUrcN6ME8SqT8wsLVBdSHY6gPFnrt7nBip73fVSigWbUi9cBA+EbmYD+
BL0z6a6g09V92vZKVZ8/D7/Rz+FuXUV4Yz58qFl4dXl5Q7Puwd4Svx7/cjCw3d6cdQfkk8uZ
ZLVkMp8izPEtYDIzShXzqZkyJjPjNKDFme3zVJL6ZibzsWP7X19ebHwOl1UsvrkwcfEVE/AH
ollcKKz2uQl4TObjxKwD29lvOG4yAX1RU/2Njbo0/dDL0CgrdLjbU+uz5ByszUxSjCbcKrzE
5acZAWfEldBVb2VV5w6T+RhA5W2Z5o5o6m4IhSohxmHUZtWtiboOmuVuW/c4jZCLjqpOXnR4
IiDmuu3Il5cCztM8GvslryHqSKc7NCaBzj8KKUtM5h8MUWgquGXqXpaMo3gPcbciBN1WnG4X
PfENit0DwAvquue1/rXdlxsFdFohnshNIJlz725M1MgtXUr1HMJeGwaamczHgf0OmWtOiVTz
nDQadMJQDjY1JLsJ9EmKnNc+kyGiZ3OhX6mB1PXr0xROXAT1Qe3FA93welGt5aXsylOGfpui
9KBx7I36flsyF+bXWU/ghl6prPxctvmWjPCmi90152o76fepm1ev2C3y+78On59Tqt8d2uFy
y4Z6Ct5seXOF1V9fOIVkngW19q12p02Tpm7YO0nx+nEdoky5tX+KzN7+r6a14vHAMcjuExPq
I68PyVE5SmwwHtTHmcn8w8hcA1fNaPJankTksBu7RZbadav3p/rzBolykdcqY/zJjFIFX5cJ
VwVc1ZVyHafPH5JBq3pkP3hdmC1N5h40yJcJmk1ANnhZRzF8XNKZUdd1Ooasss/qVjHP5d54
RGeOZOWGLbY2rVKxs0uPzE4hKajN0ZllQxasOx0QM0MyYd1Iwr4BW+4IKslM6Tmhy4FdynRU
0qZeTwRoQRe1dQv0Nwtx5dSRuVnQ3NeN3ozLtharzxKOYesZqOQdJKQrsu2EQRl9M8LQySPq
LbXkFPLrVq5SP4IwQjStRieT+ZgNQJnQ+WNzOl3RVJJnCDVKOKdkfWJEmTlj2jxXO8w79Dmj
5wIxKMsxq6fXve/A+PeQqV/JpwydDa6zgvJLN23XsmhHIeEp5BYKLqgbGQU1z1++5b2d/iAv
iI6ZbM2EtNH3YWBZPhkolZmZS9gAfOOqcpuCek457lxh8h6lp69Il8wX3F1NoTXIK9TLR9SR
zNKZP3GjYqjy1BqRPYWkN9NbrpZtS0+90BMUPY1a57VoOOjvEifCa9VtN5RNIPa5xK659Mhs
F8hc673+hoWTHra9LN/CNB0hJEKGqdVrpYfIu0pOhfVwJc1H7OYdD26lDOEZkacNfXDcXL0d
R6QPD6XgzbZFU8FcEiiacer+2mUIL8X6pYFYmMl8zGqG8HRmpUS4RJzWVt85zzx0f4scMJ4K
ubx30Gw0d4qIfhJqqMLzb0+KFxJ7Tx3K9x0Qz4Ajeaw3YWlvxuYHcvVgf+rKET3PkUFTU+lE
0s5SKwEsZTXjivDqNFrVTU96M+cV5i4xqEVrXNuKewKJdnlJN8CMKVtQxnXR8Xu16+Kf9v/3
B7ucivzMq//wX+01ZzmFTOlN8+jjmoVNknkczicpv4IccISupFY40sDbRt3Q6KkotcnTStGb
gcOSedcWNeoXCnty2/TUDKUpVmk1Y9UmoTyuZ66cJmOxigo9qSjqr6HtBK4HfM+I/6xO5xBb
9x14HeTjW18NupSRoIH5wBml+i83ff8WDUVFi/reDLUQmDOPlmal3KpsVyj02oXhdVeYZ+EU
pieGGGAyH7tk7m5z1UIx1qWsvQEKcc3qDpb01jQ9aT1DTd8pCLahKW1o3SJHwbFyvWpZ+Prv
NAJC4qsWWp/5DVwyxT2/7dNBxamphLHpO/BZIOWf/d/jmEHKjwFc+N4dWplF35myyLB+fJWa
kTs8nERiSRuGdFv6Ae9N88E1BcfVDanXIcQIwDrzMSPlJcdcozatkzrXYEX94dblXVWDl7XY
BZpXlHmXJwKLKao3dp6Fs8p4N2bVh1lGYht6gkffScL+pUZ8+2sL+M+Prr7Qd+7eNjXg79qq
Vt/vL2bHA9MB5/6L5Kp3bs6FQMj1agjrUEODJtMNcF8CUhcnikpqTaRffe4m39B9xMqruhMl
N0VrCSbn56wkvf4qYtG8lR+VC3GlDO8+7NGSeau8V0cKqi7Fm/+SyVxOSbhkdFaJqGw0FLkf
U3oyEo4pKO1gQvGye1LX23+LTVMIX/304jeSzsUMcCmIWv4CripwIuIsROug78iehe87xs2E
mRC2JchnEyZeF5dmL1F+kVCWA81cTNHS1QMFSj3wrq4RFyVpGv9mlSaDIyvzo58WzulX7GKt
MoSCqkM3yp74D9y6+tJX/11c9G8vWJ+46z+w3jcWMI9TzVR3TcC/VY27n76vMz9dmFted2ek
DV+p6zz0yKT7k5kxPSdiXV1tpDj+2ZhQVoh71S/iUxeeSyZzSaADknHq8LvWAO7wT89kZjCY
zIwTxxKTmVGymL/jeWYijRXPwnctryVRTRO5s3dS5oCuBpQrhf5em1UNvV5x69Y2k5nxCyFy
G0Jzs8wtX7c90ZynSOlZ2qaditUxL4QfoeoEW0dRx7zpLpnMjF8DlJ2sKVmraKuI6mXLNVDC
0AsLRjJBbCbPs26JUQa0bOR0BCWCEqnyYzL/Lnga03UKRGaKfHje5dc6NlmG5KgcpDKS9ZQX
RWnWkck0sEoJcp+ZzIxfCQ90ujaRuShM/jcoIesDBbc3dRZWuyeZc1p0h2n2HsvrPsBkZvwq
mNZTolE+SNP8ay+37y2FqMNyyXEoc4XaUL/R00NQbpbYpvwiUd4ksM1kZvxSmPHSQCI60Sil
U5pj4obu5tIPOwFBGUaf3Vn+5BUhlCZyHqI5HdTAn8nM+FkY8MpR62DEq5OILkp5CxcrgD/V
xmGIVp2+V+mpGTJOaYGWwJm+1ldMZsavhWvAGi2fp0lnNkW//GjERtuF6+O4/9bLnkbRXNjd
nphmMjN+LVQDRal+FwF5HZP3G4G+Q0UAB2RebUBi6tAp4iEjFo09nk7CzHZ33pjING4zmRk/
Ae0QWs2Y0/1sqWgsCuh+T9beITIXWi8PwzpSmoBv0MNkZvwEXAE2aGmD2FyrJPPl2cdZZRYm
DjUOh/A0i3lbjBwV7uPZ7Oz4RF+86Vxj/cRE94PkeSbzqcTePzpqrusE1Yw3JJLhUDnitUJT
vqOzDQKTerlrU++50WjktPw+TObDqIndC6yMbknk3gUMncnXBR312rKCCqqzTlCVXf3sbMBI
Q/BEbFTvR//GBoSyAz9OeikYe0dtPK+7QHsGD6quXexABZP5dOJmcF/tQUv3l/fFQ9hBs+ZN
HzTHO4JXSiP1rfSmaa2F//neI6DWUOFyIZUog4HqpiRibr/eq0CoqKR1pwMwSRsx1JdQrd/p
oQCT+TAeBdVS071y7NogGStwLWAonXACYsWj2E8GOoJlNdIUSOZ4wDdl4M30MNhLa2mtP8sm
ImyRnK8iDivOzyVzVsKZjDo9TOZTii+phsCxhWTgZAhluauVgS//ji8BIwPGVMBIXz7oh7lq
Bkbr5ub+WvOap39derH//7z58Ppr8W7N9eeuUiXtqPvnumQyMxhMZgaDycxgMJkZTGYGg8nM
YDCZGQwmM4PBZGYwmRkMJjODwWRmMJjMDCYzg8FkZjCYzAwGk5nBYDIzmMwMBpOZwWAyMxhM
ZgaTmcFgMjMYTGYG43/HfwQYAB4HgLKEEcKIAAAAAElFTkSuQmCC</binary>
 <binary id="i_014.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RasRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTI6MjggMTk6MTU6MzAAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAhqgAwAEAAAAAQAA
Av0AAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAVcgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANihr7fqW5rfcWBwMa+1lu53+a1O
MynJv6HVRYLLqo9RrZlphgdu0/cY5dFGnGnEdvuQ6cPFoeXU011Od9JzGhp/BJTk5NeVb1Xq
VeFc2qx2O0uY5odvbtaIH7n0lo9HfQ7pmOaCSxrdpnncD+k1/rq1tjUAAnv3MeaQgANaAABA
A0AHkElMiqFgPq2wQJeT96vKpc6oXvD7SCQCK2tJI01PsBd70lIcrJNDA7QmCdRJMeDWlrv7
ay7s2m+p759K6Rw0k8t/SV2P2bPorUzDh1R62NbcI9roln73u3vG33fn+n+jWe64NrDmY7WO
s0cydQ5v83zv/sf9qX/mVpKct1uWc1lNtz27Tu97HuBafz/UdZ9D/hKFPF6k/BybHhrbnXDU
l5c0Ndx6e4N2bm/4PYtx2OMyr1nt1qYWPcQWgS07vY13tb7v3f8AraymM39PxrnMYxhp2WmA
XOa13pfpJa5vsdV9D8z99JTHFtyBdVkNrdXQ97dxs3FmxzvT/R2M3WP/AEn5npq1jXZAuc+9
u6k+4vY/cT+aG1Wtsr2/8Xt/9BvUWbm5FJxpoe7fU4Gshu1gbW6P0LjP5rvovertT6cLfQXt
ue6HNn6LmFrv5pzh7vd+6kpNjCw9HdZQXnJLnucSXbtrLHjb7j7drP3P0qN03OOSGsyPc/cN
plwk8s3Mn0nf8ZW2v/i/z1W6cbBS6ushlfrWlpaTxuD9rXN/lJWVvq6hX7RsJDXEANPYh37m
/e7b9H0klPX7/NJS/wBe6SSn/9Du5hMXQol4J01/BLb31J+KSly7RODrqmA0US9jSZ3HbyQ0
n8QElJZ8Ao7nQ8NO1w4MTrGnt/OUQ4WSAHCRrLSP+k5PWGB1gbyCAR/Zbt/6KSmIY2+j9Mdx
3Ehxa2QJlukFipdRyW45DGMbba4iuy+33FsjRp2ljnWPb/OfQq/0i0xpqgMx6miyoCTcD6jt
O/hP+ckpzsHHsyrm3WE2UNBDi53521sMqrq2sqZ7v8HWidNorx8PPxme4Y999de4CWtIFzG7
v+uo5czGAoaHtDR7SQACJ1930kLC2nL6hjukbn13wdZbZWGOPu3bv0lTklORmYmRdXcPzHiz
ZWNTudqC1n0W7tikzAwsnGZYytv6eph3CdHFupZr++t39n1tcx7X2exwdt0Mx4+3csvptQbh
20ATZi2PrdroGg7mx9H81ySmddQpMVgAF3uA0kuawusV6qmq02TtIIbp+cIO7n+yg0UgkuIa
1tTwGtOumxjYmP31cpa9khxBBiCBGsJKdLe/ySSSSU//0e4AJUoTNIb8Sn9Tx0jxSUvGiQkH
RRN9LZ3PYP7Q/vTssY9ocwhzTwRqNElLucGtLnEBrRJceAAqTeqYjjLS9zTwWtnjTRo96tXV
NupfS76LxBPh4O/zlzPVuk5Ip22UW2sLmsJxnBr3kzs43O9N9mxj/wD1Gkp1brsy14OGWV1t
du91lusfv1Npe3+sz1FfZfTZbDAS6O/Yc66rEr+qdbsStlmQ6rIa0A2Na3c2QPUY4tc1ljm+
/ZYtaplGDSN8NJ1cRJk/u7j7nbf5SSl8mr1chg1gMMx8f+qQLgcbrGJaNG5VNmK4fyqv1mjn
/rzFJ+Zh2j9IC+sxAMiTzG2W7lWbidOvt2Oe6x9LxbUxlhNjI+hvY97rvo/9bekp1nEx4eHx
Ky3gN6vawaMzMVtg8C6h3p9v3mP96q5dmTikgBxcHFzWA8tj6P521U7HEZFOU9ux3q7bP0hs
0va7a93+j97foJKd/HY0erVumHSSDydv/klZrLABDpmT+AXKWPspyLmVE1hwaHNaWNAh1nZz
Xv8Ao7PoLa6Na6yipzyXEg6vIJ5dy5oakp6D5pJtEklP/9Lqz0XBcBvrda3sHmQPwRvsFLat
gY57WmWsLidf7RTs9H1g4Olzw7XeXDTb+bu2NRnODdXWlo7/AEY/6lJSJ2PSxoDWNbHBAAI/
tKo+vZYf0lzm7dCXy0Ge20NarGTbTawhv6TcYe1rQ6R+6+UJorNnuG18BupDdI9rWs+ikpgz
b6gDCXd2ncXNggbt3u+itGpjagAOQI3eKq49LfUezQEgFpaOI0+ioV5DW2vxbXNrtqcQ1hcJ
cwhr22M/eZ7klOgCOUnBrhDhIPIKE1zvFEaS7QDVJThfWLp1jqqrMIfp22tZsHi4tcwt3fQ9
7GKl1bpNuPjNtyA3Mtsll9rWgPG8tDfQkP2+k3dTS/b/AGFvUH7Rj5D3SGPtIZuke2vYyf8A
tyqxVOo5GGzdTmtY/GuIYPcTa5x9/trYNzfTjf7HJKc7qmD1PEx6Mfp9VdhfY7ZXUwtDWNEt
lrXj1Xu/wv8ApFlOd1FjshmUxtNhawPBmYImtzW/RrdR7bP7a6XNzKr+kZVmRjF9FNe5jcj/
AAjhHpS1sv8Ap/nrkMXOsFlz/Qr2WQXVv3vYC3+a2Nue/bsSU6rA611NlDXNc6txfALpgsa/
3NY9/wBP/q1t9GgU1kyCRpPOpPKyMLN9c0Gy2qhu1xsAc1jw9rnen6TfzWPr2/mrcopFdrGM
MMHEeQ3Hv/KSU7nySTykkp//0+trrw6bXBjaWPMB2zY0kfulrfdtRWNqqxzuexpZPqPZt8fb
u2fnbXKdbaS4vAY49yA0n/OTOrxxQarK2Cok/oolpk74AIb7nfTSU8y/rVnV8h+LXc7B6aLD
QSxwF9roh5c73Od/UqZs/wBL+jVrotVuNhvD7LbGm13pstb7mtAjVzw3+c/0m1lSx+rNt6bl
elTYTRkVgWsYBJa8msufr7r3+n731v8A5xav1dqeaHF1knKJsrAc5xLGktefou/w1nupekp1
8GTk2PEtBaJDu0xDVHLGIOpU/aGV22Pa709zAXADwd9N3KM2MJ4bYC71NXPHIjRvtQH3Y+V1
Kr0xvtxg/c4j6G8Bobu/0lm36H8hJToMuY4gDQ8EQU9rmtaXO0b3J0CGC4Ea/cntYbanMcT7
hGnKSkGF7sH37nBzXTu7zu+jC5nG6fbXay61jWDcTbJ3Oc2fdPp7tv6P6Ldy6Cqz9nsbiWGW
ho9J3AI/c937qpW21Y2S/Hse0O3eyTEh3ur2/vJKQMbjvpdhX1vyKnQ5tJ8BPtdb+j3v/k/4
H/SLLyOntbfd9hoeaGhjiXEHbLd8e6Futeyze0TYB7XNAMbv3ZaPpfydyOBkkQPY3X2nbqPo
fyvpNSU8xih9LPVbULKIFnuEsczizXb+7+fv/RrrMCutldYaRsa07GAQACd/+csZvQ762txy
9lmMHSJkWCv/AELnD2OZ/LWvQ64e57Whg8CeOySndSTQPFJJT//U2ekZOeyq8WUtZucDW3YG
NEDbY8tDqvpbVqMy7jUL/oGB7RugOP8AYd9Fy5MZecTLsu7dyC0wf+jtR+mdVy351uLfl2gP
aKcMh8NY5w3U+z8+1+3Zvf8A1P8ACpKaXU+n5j8x+RhAvZZo4NLTsJ3b2scdnrVbi76X6XH/
AJuz/SIvR6s/Byn22NDiaxU33MeA38/9H6rGud7fYjYznvxqy5sWhha/ew7hY0llm0Ppf9F4
/wBIo5F+dXTZ6WQBY5pFbC1skxtdYz0663NbT/pP30lO51DKdU2kN9tzQQK2thhDyZcdXta7
Hhr7f0n/AAf+FVnouHj04wtqcXfaA11m7Ub2ja7b+77vpLLynZLLQ42WfZspjbG+3fW2G77K
30fS9jvoWUe/Yp9J6tVVuYTvpmR6e54BP50lrNv/ABTklPR+0CT25JUGuqe57G/SqdsePB0N
fH/TQbMrGDBZY4lrPeGwfdtGnb3fyFkdM6xRS3IOXvFtt77XlrdzRuDRtEH83akptdbY4OxX
N4c/YfiY2pvrBgs+zPy2D9NV7RHcE7Wf1vpIdvXMLJuGO2l1wY+skn2kOLmtp2s+l9N3uVvq
xfa/7J6fqNa37SSDEive11UfvOf6exJTR6XLMBhkk7nanU87f4K+59bWhzjtHEv0+/csPpGf
YG0YdjN7XGG2TqAZc2RH7y2y7gjVJSTVw9v3jgKDIcImWnRvtcNP5RPtSBadSNRoJHj9JPUd
ABESElO0klKSSn//1do/VdkMDfUY9wabHusDmtO4epXW0Ma61/p/Qf7GLO+sXQW9Mprzsa6x
9bXMryWvDXOa0u3V3V6N+jcPo/6T/CIn1ZuLOtNYXOIvpsaWuJOtbm21+0/R/Rhy3erUsvxb
KrgbKzuquaDBdW4eq2HD6L9v83/wtaSnmmuyn77avTf9pNmTW+8N3bS4ucPf7W+l72vUBRdb
ntDSGv8ATAv3NAbWyTZXv9NtP6azd7cf/t70/wCbSxcx2A+jGyjvxmvIx8hmrXQf3H/zOQ38
/wD9G1rSttxKMP7TSR6BftiC0+oS54bkTudW53vdvekpa3CvvxA/Cf6mRin0rsdx+nsG2tzW
e1nren+7/OVLEq6k4hzrWbXC0MaGue0AiPbbTu9N/wDm71fb1/DosYb2WOpuj9MzbuYWz766
mn+a/wCC32LJvOPdm2W0Emh9hdWX6OIHu9R37vqubWkp63AyBm47QYm0kOBmNzT7Z/rJ8jo1
drXGo+lYJL6XmJn6Xpv/AJayugZNovqw2sB3vc5z3H3Axvra3836bV0mTmPpaQ+oudBNLxB9
35oc395jklOI1tWHk4D217RbcLslziSPUafsvpCs+2uzGa/6S3Mq6qvMobY3cbK7QCNXAD05
aP66AytooDBtc6pvsOhO4D3OnX3OQWYzjkV5LSAdQC3c0+m73uqdrtfuekpr9L6bUytllrHt
yKSQSTLZ/Mczadrvb/JWlDQeONYGid7oETq5MYDeeZCSl9gA03An4/xU21gR2I8UJjWsPtEe
Ikx8eUKlzWXhtQLNw91Vu4e1v0n0O3Pb3+ikp6GQko6JJKf/1uuYzpxq+3YVDLnUBxY7HYHP
JAh9dW0B1jnfR2rmMT65WVTj9VqOVU52tw0tB19llfs3Nr+iug+sGPe7Ctya82zHZSzc+oEh
ha33O2+lts9Wz6Hu9i4ej0W5mzIl3qzS4EboLjs8/dv+ikpk7NyfUJZUy2lzoEtdssA/m3bf
39vs3tVnAf1in1MqmmxmNjAnIqduDH1SPWr3Wj3bdu7/AIL/AItRfh5lXSA20PFePYB6rOYL
jRsL3Pa36T9zK/z/APS1q5005Yea80G+pjZFwBa9kaendTbtda130PVo9dJSC6vB6of0WZjl
8j0BW11cy3b+tM2bWZGjPoW/pVWtpqwPTpsh95Y0Oc1w9MOc/wBn6V3tazZ/PWLcGX06raDY
GhgPpx7Htafd6b/3m/6NV8wdDzn1m/II28Fr2biONj7LPzP3ElNj6qVF9+RfkWsbadra6Ki1
wa0u3+q6we737dta6O0D3Tr7h9/8lcx0LD6UzrGPdg3OsDGvbtdDjPub9Jm32M/qfTW91G0t
ho0aHOts/qVN37f7b9qSm86ihzg4sbuHeIKA3CGx1bLC3a4hpIBgfSH/AEXLk6eudUad/wBq
eXclp1HPcOXWYeUMhld0FoyKmW7T2P0H/wBn6KSmDsXKaNHtee2kGP8ApKhZ1E0uIyca6hoG
jnNJmP6oc1v+et0EFSgRHKSnDr6jg2RsyGbY0Dpaf+ltVunY8Tua9zOT3Eq07DxHEbqWEtMi
WjQ+KG/Ds3h1d7w2danBrmEfu6t9Rn9mxJTpSkmhJJT/AP/X7bIx68rHfj3T6dg2vAMGP6yx
nN+r9LLOkU2U07CBaHP22F7fd7r3fRcz6X01uB4lQdj4pcXPrrLnGSXNZJP9Zw9zklPIX9Ls
yuofaMYi3B2Cy9+/9HY5rgxrWbfbZY/Y1/ubsUrvU/aWDZW15FTLq37R7mOftkWNO7a17Grr
7qRbWWPkteIJH/fXLOs6SS0NEGDBAJbLRxt3fQ3O+nVv9L/R/uJKeVbj2OJP2emkSdzg0OJA
Gjmtj2p4o2EGvdJ0mpp12t9tYIXQHoDplrG6cE2f+QqcnZ0B4mS2CZEvc6P7Irr/AOqSU0ej
vqqya7S2GiGmWAOH5nqQ0e1m9a/Vrm04OXZt3u+g1vi54bXtUsbpfobXPIcWOBbtEQJBLTJd
uRTUXGvdoRabHAjWW7tv+akp5/pP1cyC8W9QaGsAI9OTvLj9F7dv83s/lrcxnW49rcXKs9V4
BdTcRDnVyGvrt/4Wv2q80Aakx5lNbU22vsSCH1ugGHDVrmpKZE+A4Ut3iCPNKe/HknJASUoO
adQZSlNLZmPmmBcDGpHYlJTZ0STx5pJKf//Q6XFzbqSWPm8c73OG4Txq1rG7UPqGX9q2M2j0
Wnc6t4BD3fmbj+7X+5+egO9VwLWgQNNxQ3Vv3Q4yI1J0keP8lJTOo01u9gNb3GXBhIbHP0Z2
MVgZuQ2G+o4eMn5xr7lUOPFwsZY5rDo+vlh/d2A/zTv6iMKgwzHPc+HOqSmwzPywJBJHYGDK
0sZ1rqw6wQ4rBfd7wNzQ4SWtmHR4tb9JWK8m4DS5w/dHISU7N1TL6bKHgFljSxwPgQquH02r
Ec9zLLbXP0Bue6wtb/o6t+7Yz95BxMi224+rburB9smP/OloCyv95uvmElMoHcaJ9J/gmDwe
4PzTykpeEgPxUZTzokpnCSYFKfFJSaUkvkkkp//Z/+0evFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQl
AAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRP
dXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAP
cHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50
UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+
BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAA
AAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlv
bnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNi
b29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9v
bAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAA
AEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRV
bnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1Bz
AAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAA
AAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAA
DmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3Jv
cFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQ
AEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAE
AAAAWjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAK
AAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAA
AAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA
/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAA
AAD/////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPo
AAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAA
AAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhC
SU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAv0AAAIaAAAACwQRBDUENwAgBDgEPAQ1BD0EOAAt
ADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAhoAAAL9AAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNP
YmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAA
AAAAQnRvbWxvbmcAAAL9AAAAAFJnaHRsb25nAAACGgAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMA
AAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAA
AAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABU
eXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABS
Y3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC
/QAAAABSZ2h0bG9uZwAAAhoAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAA
AABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1M
Ym9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNl
SG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxp
Z24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUA
AAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAM
Ym90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAA
AAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABWOAAAAAQAAAHEAAACg
AAABVAAA1IAAABVyABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAM
CAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHEDASIAAhEBAxEB/90ABAAI/8QBPwAAAQUB
AQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQ
AAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwcl
klPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSIT
BTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD
03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEA
PwDYoa+36lua33FgcDGvtZbud/mtTjMpyb+h1UWCy6qPUa2ZaYYHbtP3GOXRRpxpxHb7kOnD
xaHl1NNdTnfScxoafwSU5OTXlW9V6lXhXNqsdjtLmOaHb27WiB+59JaPR30O6Zjmgksa3aZ5
3A/pNf66tbY1AAJ79zHmkIADWgAAQANAB5BJTIqhYD6tsECXk/eryqXOqF7w+0gkAitrSSNN
T7AXe9JSHKyTQwO0JgnUSTHg1pa7+2su7Npvqe+fSukcNJPLf0ldj9mz6K1Mw4dUetjW3CPa
6JZ+97t7xt935/p/o1nuuDaw5mO1jrNHMnUOb/N87/7H/al/5laSnLdblnNZTbc9u07vex7g
Wn8/1HWfQ/4ShTxepPwcmx4a251w1JeXNDXcenuDdm5v+D2LcdjjMq9Z7damFj3EFoEtO72N
d7W+793/AK2spjN/T8a5zGMYadlpgFzmtd6X6SWub7HVfQ/M/fSUxxbcgXVZDa3V0Pe3cbNx
Zsc70/0djN1j/wBJ+Z6atY12QLnPvbupPuL2P3E/mhtVrbK9v/F7f/Qb1Fm5uRScaaHu31OB
rIbtYG1uj9C4z+a76L3q7U+nC30F7bnuhzZ+i5ha7+ac4e73fupKTYwsPR3WUF5yS57nEl27
ayx42+4+3az9z9KjdNzjkhrMj3P3DaZcJPLNzJ9J3/GVtr/4v89VunGwUurrIZX61paWk8bg
/a1zf5SVlb6uoV+0bCQ1xADT2Id+5v3u2/R9JJT1+/zSUv8AXukkp//Q7uYTF0KJeCdNfwS2
99Sfikpcu0Tg66pgNFEvY0mdx28kNJ/EBJSWfAKO50PDTtcODE6xp7fzlEOFkgBwkay0j/pO
T1hgdYG8ggEf2W7f+ikpiGNvo/THcdxIcWtkCZbpBYqXUcluOQxjG22uIrsvt9xbI0adpY51
j2/zn0Kv9ItMaaoDMeposqAk3A+o7Tv4T/nJKc7Bx7Mq5t1hNlDQQ4ud+dtbDKq6trKme7/B
1onTaK8fDz8ZnuGPffXXuAlrSBcxu7/rqOXMxgKGh7Q0e0kAAidfd9JCwtpy+oY7pG59d8HW
W2Vhjj7t279JU5JTkZmJkXV3D8x4s2VjU7nagtZ9Fu7YpMwMLJxmWMrb+nqYdwnRxbqWa/vr
d/Z9bXMe19nscHbdDMePt3LL6bUG4dtAE2Ytj63a6BoO5sfR/NckpnXUKTFYABd7gNJLmsLr
FeqpqtNk7SCG6fnCDu5/soNFIJLiGtbU8BrTrpsY2Jj99XKWvZIcQQYggRrCSnS3v8kkkklP
/9HuACVKEzSG/Ep/U8dI8UlLxokJB0UTfS2dz2D+0P707LGPaHMIc08EajRJS7nBrS5xAa0S
XHgAKk3qmI4y0vc08FrZ400aPerV1TbqX0u+i8QT4eDv85cz1bpOSKdtlFtrC5rCcZwa95M7
ONzvTfZsY/8A9RpKdW67MteDhlldbXbvdZbrH79TaXt/rM9RX2X02WwwEujv2HOuqxK/qnW7
ErZZkOqyGtANjWt3NkD1GOLXNZY5vv2WLWqZRg0jfDSdXESZP7u4+523+UkpfJq9XIYNYDDM
fH/qkC4HG6xiWjRuVTZiuH8qr9Zo5/68xSfmYdo/SAvrMQDIk8xtlu5Vm4nTr7djnusfS8W1
MZYTYyPob2Pe676P/W3pKdZxMeHh8Sst4Der2sGjMzFbYPAuod6fb95j/equXZk4pIAcXBxc
1gPLY+j+dtVOxxGRTlPbsd6u2z9IbNL2u2vd/o/e36CSnfx2NHq1bph0kg8nb/5JWaywAQ6Z
k/gFylj7Kci5lRNYcGhzWljQIdZ2c17/AKOz6C2ujWusoqc8lxIOryCeXcuaGpKeg+aSbRJJ
T//S6s9FwXAb63Wt7B5kD8Eb7BS2rYGOe1plrC4nX+0U7PR9YODpc8O13lw02/m7tjUZzg3V
1paO/wBGP+pSUidj0saA1jWxwQACP7SqPr2WH9Jc5u3Ql8tBnttDWqxk202sIb+k3GHta0Ok
fuvlCaKzZ7htfAbqQ3SPa1rPopKYM2+oAwl3dp3FzYIG7d7vorRqY2oADkCN3iquPS31Hs0B
IBaWjiNPoqFeQ1tr8W1za7anENYXCXMIa9tjP3me5JToAjlJwa4Q4SDyChNc7xRGku0A1SU4
X1i6dY6qqzCH6dtrWbB4uLXMLd30PexipdW6Tbj4zbcgNzLbJZfa1oDxvLQ30JD9vpN3U0v2
/wBhb1B+0Y+Q90hj7SGbpHtr2Mn/ALcqsVTqORhs3U5rWPxriGD3E2ucff7a2Dc3043+xySn
O6pg9TxMejH6fVXYX2O2V1MLQ1jRLZa149V7v8L/AKRZTndRY7IZlMbTYWsDwZmCJrc1v0a3
Ue2z+2ulzcyq/pGVZkYxfRTXuY3I/wAI4R6UtbL/AKf565DFzrBZc/0K9lkF1b972At/mtjb
nv27ElOqwOtdTZQ1zXOrcXwC6YLGv9zWPf8AT/6tbfRoFNZMgkaTzqTysjCzfXNBstqobtcb
AHNY8Pa53p+k381j69v5q3KKRXaxjDDBxHkNx7/yklO58kk8pJKf/9Pra68Om1wY2ljzAds2
NJH7pa33bUVjaqsc7nsaWT6j2bfH27tn521ynW2kuLwGOPcgNJ/zkzq8cUGqytgqJP6KJaZO
+ACG+5300lPMv61Z1fIfi13Owemiw0EscBfa6IeXO9znf1KmbP8AS/o1a6LVbjYbw+y2xptd
6bLW+5rQI1c8N/nP9JtZUsfqzbem5XpU2E0ZFYFrGASWvJrLn6+69/p+99b/AOcWr9Xanmhx
dZJyibKwHOcSxpLXn6Lv8NZ7qXpKdfBk5NjxLQWiQ7tMQ1RyxiDqVP2hldtj2u9PcwFwA8Hf
TdyjNjCeG2Au9TVzxyI0b7UB92PldSq9Mb7cYP3OI+hvAaG7v9JZt+h/ISU6DLmOIA0PBEFP
a5rWlztG9ydAhguBGv3J7WG2pzHE+4RpykpBhe7B9+5wc107u87vowuZxun212sutY1g3E2y
dznNn3T6e7b+j+i3cugqs/Z7G4lhloaPSdwCP3Pd+6qVttWNkvx7HtDt3skxId7q9v7ySkDG
476XYV9b8ip0ObSfAT7XW/o97/5P+B/0iy8jp7W33fYaHmhoY4lxB2y3fHuhbrXss3tE2Ae1
zQDG792Wj6X8ncjgZJED2N19p26j6H8r6TUlPMYofSz1W1CyiBZ7hLHM4s12/u/n7/0a6zAr
rZXWGkbGtOxgEAAnf/nLGb0O+trccvZZjB0iZFgr/wBC5w9jmfy1r0OuHue1oYPAnjskp3Uk
0DxSSU//1NnpGTnsqvFlLWbnA1t2BjRA22PLQ6r6W1ajMu41C/6Bge0boDj/AGHfRcuTGXnE
y7Lu3cgtMH/o7UfpnVct+dbi35doD2inDIfDWOcN1Ps/Ptft2b3/ANT/AAqSml1Pp+Y/MfkY
QL2WaODS07Cd29rHHZ61W4u+l+lx/wCbs/0iL0erPwcp9tjQ4msVN9zHgN/P/R+qxrne32I2
M578asubFoYWv3sO4WNJZZtD6X/ReP8ASKORfnV02elkAWOaRWwtbJMbXWM9OutzW0/6T99J
TudQynVNpDfbc0ECtrYYQ8mXHV7Wux4a+39J/wAH/hVZ6Lh49OMLanF32gNdZu1G9o2u2/u+
76Sy8p2Sy0ONln2bKY2xvt31thu+yt9H0vY76FlHv2KfSerVVbmE76ZkenueAT+dJazb/wAU
5JT0ftAk9uSVBrqnuexv0qnbHjwdDXx/00GzKxgwWWOJaz3hsH3bRp2938hZHTOsUUtyDl7x
bbe+15a3c0bg0bRB/N2pKbXW2ODsVzeHP2H4mNqb6wYLPsz8tg/TVe0R3BO1n9b6SHb1zCyb
hjtpdcGPrJJ9pDi5radrPpfTd7lb6sX2v+yen6jWt+0kgxIr3tdVH7zn+nsSU0elyzAYZJO5
2p1PO3+CvufW1oc47RxL9Pv3LD6Rn2BtGHYze1xhtk6gGXNkR+8tsu4I1SUk1cPb944CgyHC
Jlp0b7XDT+UT7UgWnUjUaCR4/ST1HQAREhJTtJJSkkp//9XaP1XZDA31GPcGmx7rA5rTuHqV
1tDGutf6f0H+xizvrF0FvTKa87GusfW1zK8lrw1zmtLt1d1ejfo3D6P+k/wiJ9WbizrTWFzi
L6bGlriTrW5ttftP0f0Yct3q1LL8Wyq4Gys7qrmgwXVuHqthw+i/b/N/8LWkp5prsp++2r03
/aTZk1vvDd20uLnD3+1vpe9r1AUXW57Q0hr/AEwL9zQG1sk2V7/TbT+ms3e3H/7e9P8Am0sX
MdgPoxso78ZryMfIZq10H9x/8zkN/P8A/Rta0rbcSjD+00kegX7YgtPqEueG5E7nVud73b3p
KWtwr78QPwn+pkYp9K7Hcfp7Btrc1ntZ63p/u/zlSxKupOIc61m1wtDGhrntAIj2207vTf8A
5u9X29fw6LGG9ljqbo/TM27mFs++upp/mv8Agt9iybzj3ZtltBJofYXVl+jiB7vUd+76rm1p
KetwMgZuO0GJtJDgZjc0+2f6yfI6NXa1xqPpWCS+l5iZ+l6b/wCWsroGTaL6sNrAd73Oc9x9
wMb62t/N+m1dJk5j6WkPqLnQTS8Qfd+aHN/eY5JTiNbVh5OA9te0W3C7Jc4kj1Gn7L6QrPtr
sxmv+ktzKuqrzKG2N3Gyu0AjVwA9OWj+ugMraKAwbXOqb7DoTuA9zp19zkFmM45FeS0gHUAt
3NPpu97qna7X7npKa/S+m1MrZZax7cikkEky2fzHM2na72/yVpQ0HjjWBone6BE6uTGA3nmQ
kpfYANNwJ+P8VNtYEdiPFCY1rD7RHiJMfHlCpc1l4bUCzcPdVbuHtb9J9Dtz29/opKehkJKO
iSSn/9brmM6cavt2FQy51AcWOx2BzyQIfXVtAdY530dq5jE+uVlU4/VajlVOdrcNLQdfZZX7
Nza/oroPrBj3uwrcmvNsx2Us3PqBIYWt9ztvpbbPVs+h7vYuHo9FuZsyJd6s0uBG6C47PP3b
/opKZOzcn1CWVMtpc6BLXbLAP5t239/b7N7VZwH9Yp9TKppsZjYwJyKnbgx9Uj1q91o923bu
/wCC/wCLUX4eZV0gNtDxXj2AeqzmC40bC9z2t+k/cyv8/wD0taudNOWHmvNBvqY2RcAWvZGn
p3U27XWtd9D1aPXSUgurweqH9FmY5fI9AVtdXMt2/rTNm1mRoz6Fv6VVraasD06bIfeWNDnN
cPTDnP8AZ+ld7Ws2fz1i3Bl9Oq2g2BoYD6cex7Wn3em/95v+jVfMHQ859ZvyCNvBa9m4jjY+
yz8z9xJTY+qlRffkX5FrG2na2uiotcGtLt/qusHu9+3bWujtA906+4ff/JXMdCw+lM6xj3YN
zrAxr27XQ4z7m/SZt9jP6n01vdRtLYaNGhzrbP6lTd+3+2/akpvOooc4OLG7h3iCgNwhsdWy
wt2uIaSAYH0h/wBFy5OnrnVGnf8Aanl3JadRz3Dl1mHlDIZXdBaMiplu09j9B/8AZ+ikpg7F
ymjR7XntpBj/AKSoWdRNLiMnGuoaBo5zSZj+qHNb/nrdBBUoERykpw6+o4NkbMhm2NA6Wn/p
bVbp2PE7mvczk9xKtOw8RxG6lhLTIlo0Pihvw7N4dXe8NnWpwa5hH7urfUZ/ZsSU6UpJoSSU
/wD/1+2yMevKx3490+nYNrwDBj+ssZzfq/SyzpFNlNOwgWhz9the33e6930XM+l9NbgeJUHY
+KXFz66y5xklzWST/WcPc5JTyF/S7MrqH2jGItwdgsvfv/R2Oa4Ma1m322WP2Nf7m7FK71P2
lg2VteRUy6t+0e5jn7ZFjTu2texq6+6kW1lj5LXiCR/31yzrOkktDRBgwQCWy0cbd30Nzvp1
b/S/0f7iSnlW49jiT9nppEnc4NDiQBo5rY9qeKNhBr3SdJqaddrfbWCF0B6A6ZaxunBNn/kK
nJ2dAeJktgmRL3Oj+yK6/wDqklNHo76qsmu0thohplgDh+Z6kNHtZvWv1a5tODl2bd7voNb4
ueG17VLG6X6G1zyHFjgW7RECQS0yXbkU1Fxr3aEWmxwI1lu7b/mpKef6T9XMgvFvUGhrACPT
k7y4/Re3b/N7P5a3MZ1uPa3FyrPVeAXU3EQ51chr67f+Fr9qvNAGpMeZTW1Ntr7Egh9boBhw
1a5qSmRPgOFLd4gjzSnvx5JyQElKDmnUGUpTS2Zj5pgXAxqR2JSU2dEk8eaSSn//0Olxc26k
lj5vHO9zhuE8ataxu1D6hl/atjNo9Fp3OreAQ935m4/u1/ufnoDvVcC1oEDTcUN1b90OMiNS
dJHj/JSUzqNNbvYDW9xlwYSGxz9GdjFYGbkNhvqOHjJ+ca+5VDjxcLGWOaw6Pr5Yf3dgP807
+ojCoMMxz3PhzqkpsMz8sCQSR2BgytLGda6sOsEOKwX3e8Dc0OElrZh0eLW/SVivJuA0ucP3
RyElOzdUy+myh4BZY0scD4EKrh9NqxHPcyy21z9AbnusLW/6Orfu2M/eQcTIttuPq27qwfbJ
j/zpaAsr/ebr5hJTKB3GifSf4Jg8HuD808pKXhID8VGU86JKZwkmBSnxSUmlJL5JJKf/2ThC
SU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcA
QQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklN
BAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDpBodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBh
Y2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4Onht
cG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3Jl
IDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJk
ZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50
YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFw
LzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMu
YWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2Rj
L2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIw
MTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOToxNTozMCswMzow
MCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOToxNTozMCswMzowMCIgeG1wOk1v
ZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MTU6MzArMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6MTk5NTMzYzMtZWNiZC1iZDQ0LTliNWUtYmYyMWUyNzgxOWZjIiB4bXBNTTpE
b2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6YTYxMWZjNjAtMGFiYi0xMWU5LTlj
YTYtYmMyY2Y0MTIwY2ZlIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6N2Nj
NzQ5ZTItNzk3ZC02NDRiLTllODItNGEwMWE1OTAwMDVlIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2Rl
PSIzIiBwaG90b3Nob3A6SUNDUHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1h
dD0iaW1hZ2UvanBlZyI+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2
dDphY3Rpb249ImNyZWF0ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6N2NjNzQ5ZTIt
Nzk3ZC02NDRiLTllODItNGEwMWE1OTAwMDVlIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5
OjE1OjMwKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0Mg
MjAxNSAoV2luZG93cykiLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjE5OTUzM2MzLWVjYmQtYmQ0NC05YjVlLWJmMjFlMjc4MTlm
YyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMi0yOFQxOToxNTozMCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFu
Z2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3Vt
ZW50QW5jZXN0b3JzPiA8cmRmOkJhZz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOjMzNERFMzk4QTk5NjEx
RTVCQkE0Q0JDOEY2RUQwNTQ1PC9yZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9j
dW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBt
ZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/4gxYSUNDX1BST0ZJTEUAAQEAAAxITGlubwIQAABtbnRy
UkdCIFhZWiAHzgACAAkABgAxAABhY3NwTVNGVAAAAABJRUMgc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAQAA
9tYAAQAAAADTLUhQICAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAABFjcHJ0AAABUAAAADNkZXNjAAABhAAAAGx3dHB0AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAA
ABRyWFlaAAACGAAAABRnWFlaAAACLAAAABRiWFlaAAACQAAAABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRk
AAACxAAAAIh2dWVkAAADTAAAAIZ2aWV3AAAD1AAAACRsdW1pAAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAA
ACR0ZWNoAAAEMAAAAAxyVFJDAAAEPAAACAxnVFJDAAAEPAAACAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0
AAAAAENvcHlyaWdodCAoYykgMTk5OCBIZXdsZXR0LVBhY2thcmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAA
AAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAA
AAAAAPNRAAEAAAABFsxYWVogAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQ
WFlaIAAAAAAAAGKZAAC3hQAAGNpYWVogAAAAAAAAJKAAAA+EAAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklF
QyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAA
AC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAA
AAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0
aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRp
dGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAA
ABOk/gAUXy4AEM8UAAPtzAAEEwsAA1yeAAAAAVhZWiAAAAAAAEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAA
AAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAo8AAAACc2lnIAAAAABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQA
AAAABQAKAA8AFAAZAB4AIwAoAC0AMgA3ADsAQABFAEoATwBUAFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACB
AIYAiwCQAJUAmgCfAKQAqQCuALIAtwC8AMEAxgDLANAA1QDbAOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwEN
ARMBGQEfASUBKwEyATgBPgFFAUwBUgFZAWABZwFuAXUBfAGDAYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJ
AdEB2QHhAekB8gH6AgMCDAIUAh0CJgIvAjgCQQJLAlQCXQJnAnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLB
AssC1QLgAusC9QMAAwsDFgMhAy0DOANDA08DWgNmA3IDfgOKA5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5
BAYEEwQgBC0EOwRIBFUEYwRxBH4EjASaBKgEtgTEBNME4QTwBP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3
BYYFlgWmBbUFxQXVBeUF9gYGBhYGJwY3BkgGWQZqBnsGjAadBq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9
B08HYQd0B4YHmQesB78H0gflB/gICwgfCDIIRghaCG4IggiWCKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglP
CWQJeQmPCaQJugnPCeUJ+woRCicKPQpUCmoKgQqYCq4KxQrcCvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuw
C8gL4Qv5DBIMKgxDDFwMdQyODKcMwAzZDPMNDQ0mDUANWg10DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5k
Dn8Omw62DtIO7g8JDyUPQQ9eD3oPlg+zD88P7BAJECYQQxBhEH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFt
EYwRqhHJEegSBxImEkUSZBKEEqMSwxLjEwMTIxNDE2MTgxOkE8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTO
FPAVEhU0FVYVeBWbFb0V4BYDFiYWSRZsFo8WshbWFvoXHRdBF2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiK
GK8Y1Rj6GSAZRRlrGZEZtxndGgQaKhpRGncanhrFGuwbFBs7G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyj
HMwc9R0eHUcdcB2ZHcMd7B4WHkAeah6UHr4e6R8THz4faR+UH78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEc
IUghdSGhIc4h+yInIlUigiKvIt0jCiM4I2YjlCPCI/AkHyRNJHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3
JicmVyaHJrcm6CcYJ0kneierJ9woDSg/KHEooijUKQYpOClrKZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2
K2krnSvRLAUsOSxuLKIs1y0MLUEtdi2rLeEuFi5MLoIuty7uLyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDb
MRIxSjGCMbox8jIqMmMymzLUMw0zRjN/M7gz8TQrNGU0njTYNRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbp
NyQ3YDecN9c4FDhQOIw4yDkFOUI5fzm8Ofk6Njp0OrI67zstO2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1h
PaE94D4gPmA+oD7gPyE/YT+iP+JAI0BkQKZA50EpQWpBrEHuQjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RH
RIpEzkUSRVVFmkXeRiJGZ0arRvBHNUd7R8BIBUhLSJFI10kdSWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0ua
S+JMKkxyTLpNAk1KTZNN3E4lTm5Ot08AT0lPk0/dUCdQcVC7UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1Nf
U6pT9lRCVI9U21UoVXVVwlYPVlxWqVb3V0RXklfgWC9YfVjLWRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuV
W+VcNVyGXNZdJ114XcleGl5sXr1fD19hX7NgBWBXYKpg/GFPYaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RA
ZJRk6WU9ZZJl52Y9ZpJm6Gc9Z5Nn6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpIap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1g
bbluEm5rbsRvHm94b9FwK3CGcOBxOnGVcfByS3KmcwFzXXO4dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4
d1Z3s3gReG54zHkqeYl553pGeqV7BHtje8J8IXyBfOF9QX2hfgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEK
gWuBzYIwgpKC9INXg7qEHYSAhOOFR4Wrhg6GcobXhzuHn4gEiGmIzokziZmJ/opkisqLMIuW
i/yMY4zKjTGNmI3/jmaOzo82j56QBpBukNaRP5GokhGSepLjk02TtpQglIqU9JVflcmWNJaf
lwqXdZfgmEyYuJkkmZCZ/JpomtWbQpuvnByciZz3nWSd0p5Anq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqIm
opajBqN2o+akVqTHpTilqaYapoum/adup+CoUqjEqTepqaocqo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4t
rqGvFq+LsACwdbDqsWCx1rJLssKzOLOutCW0nLUTtYq2AbZ5tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1
uy67p7whvJu9Fb2Pvgq+hL7/v3q/9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NYw9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/
yD3IvMk6ybnKOMq3yzbLtsw1zLXNNc21zjbOts83z7jQOdC60TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO
1dHWVdbY11zX4Nhk2OjZbNnx2nba+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj
4+vkc+T85YTmDeaW5x/nqegy6LzpRunQ6lvq5etw6/vshu0R7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/
8ozzGfOn9DT0wvVQ9d72bfb794r4Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAh
QWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoV
FRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYb
FxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwM/8IAEQgC/QIaAwEiAAIRAQMRAf/EALMAAAIDAQEAAAAAAAAAAAAAAAEDAAIEBQYBAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgEEAQUBAQADAQEBAAECAAMRBBIQIRMFMSBBIjIUMCNCMxUk
oEARAAEDAgQDAwcIBgcHBAMAAAEAEQIhMUFREgMQYSJxMkIggZFSYnITMEChsYKSoiPBssLy
QwTw0dLiM3PDUOFjg5OjFFOz0/Px4yQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAA
AM3qPLelNfP6HNOP3/P9w38D0HnR3d896Ey8Pu8M7w5IKdXi+kLkEhkBCCSQzpckbKgZZLAy
AkgEK0pE108w2jIB6s1DpVixWzndU6WPTnOeH5DXp5+w1Y2ZjQU6Q4uhyhutG8WtWU61ef0Q
rfUe9Ljw/o/PegN/M6eE4fW5HTOv53tcQZ6DgegEcPucM1o6tzk9zhdE3SQMEJJCSQQnQgkZ
Uo2AOXTnFovnHaue8flYkVn24wGljVm6CzJa2ce7JDTbNUZa7C+fpYhOrO8289mM6e7nazPz
exygaMrTdsxsNr0OPJ9faQgg88n0eQ4s6m4zdIQVw/Q0M22A4erewMkAZCSQgMF59WcktUJr
CubRnM69qzNTaBSulQXN1DzurTQWL2MU6mQzDq4hu3PBmG+U2Mz0Nr06DJm6fNNG3l9Mdkco
w12oC7I07TcmsVCCSQgJKkgMkIDCAghkJJCSQhEDJAc3pKFlpF3tACVCs8w3rTBtcyzboz6h
K31MSdXPOzztKRdquKw6TJy+tyhzi8u6lB+YUFdDldEsRcVTZiM+rGw7O3HrFSQIIDJCSQkk
DAQSQkkJBAyQMBJBCJdlDUtEajY5mXuZDmx+ky6Coz3LBGk2NFokz8jrcU9Hm0LMq9mEzw9A
wZ9SDpX5G8S7EDoVyMDuwdINhctk2IMU0VOjtx6xMkIRAwEEgCCAyQgIIRCEEhhJIAggEgLQ
0LVyVOglxMlHQlXECJzzdzy4z6FahfF9ZxzT0OP2Sc/ocwQIspSXFNR3Tjs0XOZru0RprYvd
TC9HJLmzBexbBQkJBAwEEgIRAyAIkJJAmlgmpDIAggFGKG2qRVLA0GpJKkGTRkOdoADaXE9N
0Dg6GMzdTh9wnN6OAyzSTKNKzm9vhdgItYXeWEac7hDasGiAawEuxbBEkBICwFC4pcMELQQI
kCISphDASSQNLJGJcoeRAEWIRCVukwXY8rz+xlOduXrGWVUfluk53d4XcJh1KFCVGUXYxaAg
6MNxa2wFl6TI8aRVb2GWBLsWwQICSAJqQyQEkDJCSEEMARUvBUuKwsYQUusbASSQkhIl0KWi
xgrcTeyRi0MLlNzi+h873y5hKi5EV0KMOHqcg7la2ENXBG/D0jHqhEzQss1dy7FsMYZCpIDJ
AyQEMIRYEkIpsM92wy20wz2dCSAmTXQZASSqjRKQuFNAtiB16WAtoMFhCzkaDi9FKzsSEJEB
WwE8H0PODv4vcE1WSmzDvJUAaaEvJC7VMM0EIQQgkEMBISSQIkJJCQEMEDBCSAKmAJqSS2Av
nVmNvS873DQDCGQkIMBJBpkEcb0Pmj0xUwtKkEkK0ZQ876HgdkK3VEb8esrVsAbEBFizVMMs
hJDCGQkkJJCGQkkBIQSEBkBIQVPMH0xNHsx3NFsljTFE0FEHBMH6FNDADI9Tg3rA8Puckfu4
/XLgAZQQNaE4m5AOrZdRWnG41VAGnOwYUsGMS8yEENqkMBJJCSQkkCDACEkkJJCSAVy+xyhd
LEVzenzjN0cmgsrpIFtw9YbqprCQSCAUrTY5tOrkMydTDgdyrRd0EazGDZzNgMCujzDroaTE
9WQ7mfEDqO4vVHuS4Y1bDLatiGsDKwtBAmpDBC0rAwQsIAkQkkIl0OSnr4zCNnGG9zk98W20
M+foQqTUMSs1UyQ0NyA2KzOFbKJNVU1M0ekXmekgGgmHo4jYc+szZ25h0gGdLkdYa5LTQxbD
mWxQ00zUOho49jrjMBoRYZVjDMNIM7qUNs5rDfMEOgOfDo1yOGzO8OTZYBMJJCSEAsDIjorO
dbQoVksk3O5zzEw1N98POO7dLjNYZhjaIGXwdMwdLlsLL0IGy1hPSwbh7s+ge1TDmzVBF7wq
TCtoSpoBhIBW1RSdYMjlOFsBKXXC1hYu4EhBJBAyAJEDICSQFGVOXyPT+cM1r9sz5O5ySl8O
8Xoc85fObhNNspN0ybCuvGTo5dOcpc3Bux7B70OHsWwzWEAQQy0ALEobQrWyS4Gc1KRoMtzY
Wyuc0UFg6RBpWwBACa2IQQEEkkJJAqugdxuzkM/TzPDlcs4mles6IYTzo62EznZnObtUSkW4
1Z9gF12sOZ08ukdddjW1TTJl2Ew7asIASQAvZDwVvUom1BlQTM5hF2usS5bi9NGcq7PcYJCx
qS5WS8oRkqSAgpk1c46lGAxuDBVqUJz+uQsVA87p5zlc7VhK9/isOqzlUOvUcw6UXsEaTUjF
sNj0OMppCmjHqLwQJrQYFVHzPCy4oYawN6XLSwKSUNkFjAnpcY6lsmgvBYhgLQQMkLC0M+C9
zoSAoa1MQ0JLX4lzfF6xuXocQ4wIC9Tg1IOlla4ZsyuNimUKOU40NS488OuDndKVK1fnDoMK
UNQXvUvl5vLOo/zrj08ybQgwVbOw33XcnK6iTzm7ZsMuw2KkwgtACwJS1TI/G81itzn4t/FK
RtC7a6BmnmbDV53uIOBOthFOqwXR1SuhLi0Z0TH1cesq7NrGtU0xRiyxXYtm00GmEpLc8t52
pNHRxdMRyeok3aCsvfNUtYWNlxYrj3KMerm6zZF2LwQvBYANQQVMOzDqNJrcx8Lu8Ecp2gyd
bG0Crg3TGDfjXDBWgLyEq1ZGaM8OjproKupYa1LjIpuUaUPGReQ2uEM3M2804vRXoGF9S1cl
zs1ybxRuBT0axxFgIes4Wzn9Q0hthNrklxYkgKZdWET0OL2hshM2fXhLquRVXWFZtdjLpYkW
GPMGzRDncr0fnDoUZC2LTnOpqU0sxdxujO4zSEreEIOY0wQrzuks5HI7HOFvyXHpvU6fQx6g
RwKa1UNZXci7qOftzvGWBJKkJhIQQY9qjlbQDaEuJz9uYUxVhlRYFbEq2hDBQvUgHH7FTk9L
FUY/L0TRbJY13x6DU7PpMpyE1mlggglostluS3B6XEMY0qG9DmdU3a+TrNtqNK5dmMTpTBi0
802dNGgZDAAwlhC0EJWwAnRQ5uhaDa7JsOS5WI6duVtNFMmgcL2F102FFgKG0IttRDGARe1y
S9RurJrOGMij0VsmguUtDWoHKsg4fO6fHHvx1HacFh3c8/6A3DNqNGLbzxlEUM1NsOneXJaQ
EtAC0Ki4Ki4ADDn5n5DZt5/SMXM9BzznG+Q0dXkdcvaoLXowrDCQkEEIJUl1wYCS2zLrPFS8
OszMwo6ty9ywRh21M/H7OE49+nkEjo2Od0hc06uf0DQq2QWhTjbv53RDetiEEkBJICTHoGSQ
kkMPM7HINnS53TIl4OLz+lgGdXl9YlLrHXzXHVNQyEkgAbQC6MGBdjRpz6DjTJU3nmLOvObo
OlbkA6mJmEDFNKWLBIdBVmQtq5+8mfPYYjZmKdni7TomlixEJIgj0MOP1fP94eaWDBBfH7fP
L78usENTjZ7rGdLk9YK2VGWqSLvDM+0LCAuuxEOrcMkHac2k8Ne5Ky9xS9CjF3uHsO3570PI
GsRcasQzzRDKNDTl9/gd0wvfgC5jBVsoOru5Oo2GhLVtAY9nDMvofP8AaNRVctEpNdOQ06t+
f0CkRhAt+ET0+Uw7N+LvNl6WJUgJrC0kCDUFqwuATTpzPPGWhARAE0MOpVzoO43ojgbqaRZN
hYIL58mor0cmg6XK3g5YfUqFWGsck06sekbWEXztFDDexJS9S+duI2Nsg6XUz6BfH7XHOrwu
9yTFISvQxbDbaoL1IJLAFhYEIKkEuATS/PpPF17Ljgnu4TCvq6zzVPRefG9HidYxdPlbjbXA
k6NU2OZ0MlzU3JqNnM7OMy3xw3JyA0zTQ2N5us1MWRVrw546+U569VAZtfTOejbyT1Nl3Ji2
4jVzOnkOM8dQ5m1zStq2BS5ALgWbkoGApckqbVNGjPoOJ0JDk6tkDYkpzeis8V0MqzqqawRX
TsOXezBOMdcYpsHa+L1zlc31POPP3rDRW2U6DcjTsxLTWm2gRozwZi6NTj9LFrOHNec7Wnm9
EPI63FOrivc5HWXc0EEgBIaWBasLypDWElqwZWWGaM7zzo5pOp1vI+sGmIL59eI5nF9L583d
TjbiravK4eiTLoNQEgU/FvJcIObi6GEqL0NJqDsuz6i23HpL1NhEbQwacm0Vi6UEWEJxuog6
Nud0CWALCABoQmQqtpEtixsJMt75jS5DhunNoPHFbDH6zyvpDoZ9FSZWgwp0JOBs0cw62vhb
jrqRsEV0ZStM9Dp5cmY9G/x/XNfA15gizSUhNqVk7epNyNpjOnlzpHvrYsRYz1sTJfZUy7aX
LQQAlS0hILVIISSEqQS1ctis0WNGnLpPITok4vZz6zqkVEOq0wc7oYjO1NDFboZBrsDzv8xX
TOIrtoMWbVQ5xMC5LgOS4vL0A9XSNmzNqKLtYwV2VBH0KXSC1W5TWJCGliwkKi0ARYFSQEAM
ICIStWw5vRU00aM+kzkEqtyzLwO3589Fs8btPTc66DnKyrNezkQ6uXMTQkQ7tOd0Qc+nROSv
q4hOpPWMMDAqyrG9zmepFaBYWbVBRlB8MBW8F4+ggTdpMdNtBBtUsBQbdNB8x6S8FgVNC8kK
tpcJBG6c2kzHg9I3LYDyaPTeXFVMK7sINCn6DFNNTOOqTm9XTqPPaa8s9KPPaTsW5fQL4dWI
wpeg6aszjsdHy3XOyc+gpBYC7UNFqwtKwtUwU5DiSEqLwWt8ORi9FQ4N+ikzNXnOozkQ7B5T
To2zg2WoRmjLqE1OMrkTlJlYkVetzXzuxzw9Hj9gyY92E09DhXO3E7CiNkGYmaBNrXF59izh
p62YwM6lDnX0qPTaUvFWpYQilhq+Wo7Wjz1j0x4XaKPzPLwEkhBDASWKi0Fp1VMo1w5enWDM
G5TTbmA62rLqEmpByutQ8vndnASo3nF0zl67sDzulyjSm7jn9pROlMdDZVINgx1N4xk235pO
hMKTYMzDsOzvE2qs5+ioOTKkuV2Gdbi6zsWsg1ypLQQJqS0ECJCSQgkJIQVvCgYCuhbBBBBn
0ZTzNHMM7+ztPI9SLI2nKPQ+btc6D1uM18+Y7HL62U5w1MMNehQxHbUxDqVOaegwyPZpOhpQ
8RS1jNk6eA49bULymknV5206efQodatyQghqS0BJJCQEEIDJAiAkhCxbDOQSUYBDL1Ai9Cit
CzNxu5yjn9XF0RjUuOYlyDpoZjNCcjyXs4qGULUvBOldwOo46bsesVaticrp+cMzKaBHXHRK
8ruLMfQ52k0NUwtKkhrUYV2LAEMBJCCSQkkJICzFsM8hIQQZdXOMDMbTps5Li6ui8yjbiMq3
Ez87ptFKfnJcVLptcz101M9tKzPbSwLaWJ18WsXdbBXA7SRezSQEkqbQz83tYR7ed0S0JBDA
CxFxgKi9S0pC8BJDAQwjVtMxEDASVsCssShtCssCuTYDnU0wUnblEV6AOedsMB1gwDcDOddB
N7gbY6BWtVxGhLjG/NtCSQEwIIILAyuKzRJCGAhBJJAGAkkJJClpUvASzFtMhqC5oSxEDBCw
ELAAIhIl0KqfDGNsOeOjDEdgM00wQxgKmxKi8E1YAGlhb6XCZAkQMoS0IIpsJJCSQMEIRCQA
tKkhECtkFXvAtUwxHjaDpWrcMkIpnLM5vpMbG1Hsy1OhfBDoTCTeOdY3nAw2VzWHxDi0kCJA
yQwZOpyTRXmdE26AQmQlLkVe0ICCwkIRCSQNbABhBDAEgEMJISSQLFsOILLLacdjecQNPPZC
otAsTcuUXDKkYuoGwUGCly0rQ0aM+oYQQiEBEAp8E2tAGEkMAZCGAIMARCQwEhIDCSQhBJJA
GQkkJJCNU04ghBekDQElQAysGUpUbepGVrUZQNKmxITQjENNLsrR5RYcKEtKUHRbCSQhkJJC
EQhEBDCEQIkJJAwEkkIRCGQkkBCCGQjUuOEa1L1oCptYrUwN6XDh6FDl9GMBGVATAwAEWwBV
ctCQG8BRiyacmoe5TSEQMEDBAwEkECQAwEkEDIAmpIRAwQtKkMEDBCSEjktOGpoKm5K1tYVV
gBetBtZYENBl6MF1ZUKyCtqZTWABkhLioGQLGac7zTdBHBcGxRLyli4rC0BCCCSQklS0BIRC
wkJBAyEkkJJCQWA5Lz//2gAIAQIAAQUA/wD6YP/aAAgBAwABBQD/APpg/9oACAEBAAEFAKmA
bVfnrT2gHiUgtoNyom+Sdn1tgW8T2CjwYwdU/wDLcx/P9/Wj/h07fRiGbKg1IAAMAZ7K87dD
MRgALjaWavYKrrsImxXQw9lWZX7JcPe9g5bqsNm8y3Z2K1/+hvGaj+yuNS2hdr+xD/Zslzsb
XGvZ2FFe1sWFrNysP7DYErt3rS1+5U529kS/2Gwsr3d1hq7F7Mw3llW69rG/aSDefC7aEN/e
ZrteelR/L1xB1ft7RiB25etJ4TYblbrFhZ3zvDOvyAFO9ei7W5bYqcrWqQ11/WZs58ajAJgO
QCuR8ZMJ7cu/YC2tbFvstpBcmF+Dc3yLqENlnM/03k1WUGvZq3XKoyNqkoCea7FxVthQi+Rl
j7GGpsW87H9FSeevalZtrld6bE/mDDdDo3ri2UppQbll9aofMKNu6ua+1VeCiGLVUsq7mJgP
6zA1p7Qd8MT6w9j8bL/nQTzHc7o//PxBWn15sTa1LFfUsFFikFcTt9eyvKodlxkccBc5+57r
4bXj61KQ2Vq39OGHksqvqrOuq1Ob6q+JpyDQ7BdEuW0wGfzV3LYY7jC28YuzatC7RKp/KUvB
rGlzWzY2dip3FVgwBKdLyiqu1R7HyNZ69Q2qJtcAStisbGLmktNfacsAZVjMUkH1YC6wnsUy
hHf199SRt7VxY6NbqgtZ99wZ117jQKmjaq51Ef8ATSvBgx0yPqv/APXjsIScjEJEIZkC7Ia/
wcv6ayy7l6CvbbNu1Zh1stNmtWBfsXNDtbJVXtQptFqwlOw+yiVsFMQqzsAGAYN/5a1TOuld
Wmy41diW+vNZWvk1FVpa4bWubrXc+pbNC2NnYqW1GDVkjBossrdDVsJruQavmNrbCz1dVtdU
ZFcbNPjsHJYxOBkT1evhJsgtQKrLB61HSgjI3FKPpaRB7/4WglMEwHEwZjvLrvGCmzeTXp1E
C0jwGB9dG5XuorrR6a/IjeopaWVstisCu1db46w9tVqguqWCAEAtzGnSjiyzXexHSoUlG27a
aVerbvpDbOnbHuPBtq3O34rJ65sVkHCdptVZVKy7IYHW4ZvQ1dziBVEz07y/XqvVvWKSvqn5
V6lFc+OoqrUiGNVW7D/FhlQFx9i3bJg5ZuN6nw7NhT11SV/z7BJ1UiGit7BdcqrbWVSyxLUt
C2BjEN6v7EM500cU26dFxaldezaCW1vpuy0FakLCx7qwtauEfYsqeyu+yo02pc//AJXqGm5Q
qp6vsXxxssIrq2Dl6PFZfSUsQKxUWIdRUVs/5H/czYXbe9c8eAMCkzgvEgZKgzjL7KqEZ9Zk
W1ARsblpss3llexeGayh4zKWVVSbZ516JpLvdVSl7+Z0R5W96R3Fmw+tYtuwr/z8hyrrbCCs
rpJSsOVjYM3ADToELcb0Dlm5hKbK18lIvdXZSANa1dldKp62+jHTHUQ/H0D/ADbvbxExMQgm
F6xDsa8t2ESuyzvXu1Kj7GzeVtSmHb2LWoo2S721ojKlirxm6gFGvYyXeK22p+bJWxRga7Wt
SlLOIC2uxTur61KPW2tgUuoVyQz2Bo5c06gPlKiVDMKDIJ4dkvfPKhbFs0rRavaEZ65memOv
foR/l9uruFsbbUT+pjF2LGuLZDaWwzX6mwrJTaAauJ16taobGyAldFtp5IhRNrYi6yVxPyXj
2usNlFS/9rBjWRSJsWFAdlZY7XWc2UVbdiC1Qz+tOKtmx0qq2HRl2KXa7KrkHW1FzY4iYEIy
AMB6z5HqNtlBNd2qKRbM98/45meufrz9F1D2ONRcLRUIEQTAEOYFFc5YNWuDXbqgEjWqUefZ
P89dKC22wpq5LslSrtI7bhyScMrH+VKmYNQWlmozPdURd/HxXxp5dpQsoPYbbopOSckJc6xu
TL69gb2+AIoxCczBLVJm++pKn1MM3QfST0z2+/09+mIB0MH1CFlE8tYnYwatfNv5qms3CstU
2rXrUpMDH8qvZbtUa4uu29hzQCpRM+LMuUrZ66+ptcIomFgP5bfERLNhCvM27ijjpImwbKGW
VaVzFNRi12t4m0mFtdOqtVjN2X4GRFEbGaq0zfT5BpBgcdT9Geme0+30Zn3g+k9FOeljca6q
bmDUMuxPt/MMtq14B6Xb1NLtubGw9VHC0oFuJdW0n/Ke11WE9XSrLDCf+myTly+KmVLdpM16
RP8AQf0rZjaPm2tSNVldWID2WBQlkBg+LB+dLBlZlUVKFb/TPQ/SPoM5CGVMMZnbDOyHlY7j
p9ye2JtbJATLLVjhVllZ2sRm/wCuvTWkAnthnU9Ow45h+ME2XAufA7RKOMtXlVrhTtBsqVyo
XB4gylQgsXJdFKk8AhIg7ziGNFKVqRK/nqZn6cwTEI+nPfp9/sJ8wgdMnz9HRi3LBB6EkQEk
X3pQmvUrCwMDQZUwV6q28xVWCjAnslzqeosPm7Q/qYVUnsI4BgUutiWUXI4ZcnGQFGSEzm8G
WiAdx2gPYkCIcrK/mfH0ZmZmZ7Z6dvqPyPoHR7FQIwcK/wD+voyI0CqOuBLHWtGFjkhS1mnW
720cHKIli6yMAxIEzPYYOp6wgbEc/gpVp2yPm78RSMt7WvGxqkmn7EAqGCgXKHvwRceIBYlU
swK3waPIEXisr+YTMw9WL5CuSBgdBnriY7fYgwDrjoT2wbSBiIqjYx3hGSAOg6XKkYNbbRVx
r7zaIVhr2xbSU8hhdjMOwuqterS/HYz2F02PygJnJml+w7Wo7Ae0UkagJrqQlTWFUVqSlKK9
/EM+CowWZsQPyPJVikESvPL/ADA6D4xAOuJ8QkCZzMGcQZjEI7VrgzH1W1s7hF5dCquqa6of
EBAi4cspDMYeXLXV12xggIsCCGtDBWglmvWyimtE9moarRcLfnEf4YHnWVMvsQu4/wCNVX5M
RhO0IOas8ZX+0J6Gd4AM/VjrifcsABahJZBOVZnkqEN9IgIYQ/FTBgP8PtyYT8zAIzcQ1+J/
Q5JsxOTEqfysZq96lw9Q6iNGYCbta2a/FFsV1eu1SyWcgK1YS6gu/FceE8VTjMYLhuarxgMT
9plySrmAYEEz9I+m4OwXXENXFfBZn+dp4HwtDTHWkFdgfSJmZhJ4nJCfEZAwNCxlCnivEECV
iezQ03+usBpGYMwdCBGqQiypBTeEzqODUo7WnBDDj3Lfd3InLAr/AF+5HZfhP3+jHTH0j/Ef
UqgPnMz2LgRdmslXUxnVBXfVbM9LGKlDlc9CZYP+nzBKjke5U+D1Fn49MzMPRwGm/pItHrrC
LQAFclmZhj7JHGXM7gISS3wo7JjlPj6jBPj6B/pmBibegQCMgYPr2LLa7JUw1ypysKgnGB1s
B5gdkUsw/FduryauhaUvBzB0WEw9gO52hyooPDYJ5LjE+Y69x+mCTZlVGRXUCIxixP2nbriD
68dMTHQ/Ez9WeozM4F/sTUX9vaRZ7KyWewFg07Vtq6DqZav5DvEUKAORbGLa/Ds0Wh6R8DJJ
7QCNB2lhyNpFW/Wfy02A4rTMsxAfwQCMO/2WN8j4T9uuP8hD0PUAfSxwH3Bn+p2i3WlzshIN
u0wbVhhNDlatQEGsw28Z5WhtcyssXz0zHxzrQYJyf1A7z2yFdj1rhtfJysJ7/APck4gE9kCt
/rGJoMBAW/vFJ4qTxY9/ssbGR8J+3XtMTEx1M7wH/QkKNnYNrBmwNkRrK7GNJg7BrlRQ0DCd
zADlra0IuyaVwnQ/HiZrGOFXEwSewnuOBp9VsBUBEDqYMlndViHMscLBYhntlAb1tgRCe52a
ON1i4q2FesOsdhBd+QbiGMQ5CAeTtMwQD6cTGPrx9H37dNkZo4qCoJliYAXiLvYW+Rbeb11A
yyt0JbbBrt2PHp7LMK0LymruAMQ4n3uc1rdyjNvrXX7HZYV7mxYu0C1FFhrsDnAtesVbDuWY
8/KpXyoFb2NjvfbbamvaodeLKNatA+W1NIg65dFVrFEXYQQnCgAhYn7d4AYBBMzP0Z+gdDn6
M9urDI2K2rZM5dvxZPIrevuG1tauxQ9SvQa71tV0EtsYT1dC1a2pQ/iAg6sTgdxjAl6jke8W
hitnrK2ni4raeNlLd7i6xMKXP4FVJuUMlIC2jABB4sudTVrtsQ034FNpnguDVZ4L8oeyftB9
OZmZ6ZmemZnpn/C6sMrLxLkBW4CjT23uWzaZ7BTXYlWvVXCJ/Hr+Xa1vxx1zCY57IzE56XLm
LUFcYxHAIfu1eQLGJJ2FRv7fxG2wWhzdNqvhbrsGoZTwUBtbUc10nZ2CfNfhL7m2AxMXtFlf
7fRmZhwZmA/VnrnP14ltAeNo97NU8Hrs19rR0PJaiBV6YhGJ2jnA8zEWXcQt7TzMxDkRmIgc
gi6yfhahS1WD2iC69nt1zyZOxIy1VTtrVVMRrUsK660O7WRbot/zwZUR4aqbC5F6wNaSnM3/
AAR8V/KfMHsNYwblTQ7+vn/6epmve1rCDmHMLqsbZQQ7TQ7NkbYsh2HA8zMGDY1eQQNOWJnM
zMwEk8hOYz5ASXAOQZZpeXbVVUQfHURhkWVOIyEwV4IAEexEB3kDVOHTPbb2LE3Kvc7Kmr3F
DK3tdJC3uNOFxbXw7pWvOo8b7i6V0vaLt1VZNculmQIzmuJsMli7d8GxcSvJtkGIQVTET9oX
fBa3BsYgJrsxo1BF4ga7sVta5m8TmCtjEpqnjSCpAeaKzblIP9tYDexGRsZHkbHNhKWtZtjk
IjuxC9lyGFYwqYgEx9Rh6PUjR6ThlYTbrV3vvTxaGwgW3bSt7Kjsu1dbtZopTqJV57atOhGy
pO1alYrt2Xbi1d24WAq8pIIMvBRsve6qBs2eKvYTcrn9TkLY1m0pOApITtE/aHSqE/koEWis
TgomJiBRkiYE+wGJ9zDWpB1ao2lUT4KkKKAGRWKhYf3IBAxkv2rXEHXP0CHp26docRkUzfpY
V2Z4gBg7knQNi67h/PsMLUo1trWTY3ba4t3Olt9lFvsXNg29lQ221krspsroutrbYs8r6TKG
ZF8u2q+VB2rLE1GwXoIPhMZTsep6fcQLDLbUqFV4sMMPUwvb5R8CA4mfyV/x7YSsEKMCAzP0
feZP0kQy5A6bFPGxKyzaeglajlYdmtwH450bdm02ao2VFeF9kpOxlCEbjA3ernba2tZWO5FN
jKxIYbJY2+LZceHYMVeN1feLjknyn7dfuB3x1x3wRMTEycmCHEIMZG5KrmLkADJfGTgBFYir
A+jt1HQ9B9LnD5yPYUObdHRQTE+JsoGGzquh9R+6Ds4E2dak7B9ewn8t2b9Vhr6dfAjFrgcX
b51m5C7s6f0AM9glC2NemAFIEVvzT9umcDmkDCZ6Zg6COSoN1hjE52LrK1q2fMwBxWzuFHZl
/FDulvzzxLROKr8FLFbpkCZgPQfSYOmcRzmybWvzGvaGHIxnBhbI3zZXdoXVuoAhAm3SuD7a
mqD2WpYN/ZJp9aCwrL1Wkmy0V2SmvgltSuK34wn8UK/0CITF7vX+0s8nH+e92OoxKoqqcCF1
EDAjyJkMpOYWInIx3AnPMTist5FTqI0qqFVZ+M9myTWIywEEKeL57ZPQfAM5TMyPpPaEyyxj
ufMs/SlSIQTOInGbWst1evTsatqk4+QyjGx6/VuNvqKzLtK2oVM1V6f/AKKa9GmtVREVxmIo
LXKAa9hrGqpItIAGDKzlqj3mYCJbZxGMQgMBWggophooM/j1SQqqDiESxewUgAGBQSVgxCqk
MMwlRKu8A7OnA2kBa3ymegmD9GTOUyOp7EnPtB8P+tQmJZfVUf66MBhiZ7+WtT2m3YtKWe2u
Ma53cbtyJ/Tfxd24GzKaaY1HsPPWzY66/BeBhBEwTEEpHfvM9hibP6dvpEPV7EVvKmA+RzIC
u5KmzmxYTjDWJX2IhAI2a3RPXXeRARB0yegPT7zMz2bIhLZ0Ct2wPgwIFfkBLda13XWYFby2
y+xXWbN5BKtnzPr+Yp7g4owM4JgUkpyWY5RScetPKqxCr6dJgyG+ZYcEt2q+KvmDIgJJ3GxQ
CDM9CTjk0NhBa1sC/sNjuai58YmCA2VgdItwgsUxyWBY4Q5Zf1jrla1NO2mzUSLFMVgT2x2n
xMn6AOxnsCwX19LV0jozYgPZu52doa9X9Nltq1WErp96NaqkgnHt7cswwSpigsyrxYEBgJp2
imDeXJ3sgbVTwHCIAZb81/rWO88e2zP/AGVMo3baqwQjLcSH3XOd8EZIKAjgkatZXUMFFE2d
jVoRPaqZXvU3AV4HjM4uBXlY9plZXCfEIyPYa72R9W5TprtAawsacZxxOMwJiYmBMxm7XKlh
oIKw4nsCQdrcsKnYtxY1lwqrALMTZTblK2OLLeC+wu5Xk5BAleA1gIYKSTxyq5g07sJQyv42
lO1Yq1AJXZ3KdlrxmfbtkAYOcqAJTZm+N2DMZ+UrTEv2a6Zuewchy5XyW8aiLH0dovX5MwN2
Y4GTmvAas5WE4juucBNhUUgAD6B9BhGZfaKxqDhSuWmBN9MrZjnTWCuCDWTnbq/IMyPXdWr3
ZDPoLYbPXsBZr2qaqXVmImGywgAht2WNO6eRqJCCsMXC11ZdRKvmFGMCYgwZjvjvQuLhDCBi
tBjc3uC3bT3NTqWMadNM7Wvq1x6HW7T1V16BW04gEKGDLhxE/WMMg0M0ZeBqI4ZnOAwsQeva
GGPWrtUAy9hPtt/o4KsLgtYDAoDyQIdRLNKo1a7W3lsAOuFIz7HvD3djxnzAYWGab2rmw62r
o7LKtoNoWs+JK1EEr/aEdiDFQmDChCYKmFuD0wM7m4ZubRsOrS5WvWumvS1Y3V11fX2NTmwP
HkBGIISwrLMsa/yYdhCcyxuIZgbKrcDmIHEDichARMiGHMzCYzFXqdiqiZm4eKvSxav19gT+
VJ/Jyl1yLVVRQ627dFRr2A6m5iKzs8t1zx/LKg5w0AM44ijuwXNSlbKlVYSomelX7xrVBa1B
F2KceamIRiy+mpadyi5szZcKmxYBSSA2jXxe/wBoqSmvbue6nUtlGjr1vVZ5BwOYKwS4Aalf
yghlhyX2V82s3OKjTjACAIoMEHRhLbuDA83qrAUYAM2PgHiEYwVvyKGBR5fyeGqjyvZWtgqB
e6rNm0mK9GqtiUqmxVWtddi8k1aLa/50WVa9DV/L6qIBnMBJAOZV3eGP67VsZfW6SwaOqB/D
rYTVFe+q8R99vVssa9Atl+i6nXFYlA16hv2M1I3tEamptu6+usJrBCw94hyz58lSkHqVHLdp
K3aVThPmACYxBiAwEGGZjGXOua242UuGIMMuXKOSoAEpUVgKwTuVFNYfC5AChbWsWla8OisK
0Va+IzYgNYHGyusKbMlvKaDSC9lS4TIEXEUmVn8pjpjuDMQjoYZ7StmrZKjTdyD0XtW12w+y
Wv0KhSld9nrP/QQSW7RWZWrXky46mOcTeUc6SeHxAZnrkzvBCJspxGERq2IcHMOcYytxiN2B
zPmH5JOCzoi83DKvBcxiQxY8vI85sRua7I+peK2pC26t1iOmnXxOBzigACV/t0HxiCfE/qc2
gzOYQcspI2NWyo7FVldnBAddK2LP6+o+fYsr0OSa62OCPHYfHk1JiNeEZbVIhIwygnZdfLX3
gmIQYIJiffEMZQY9BDuhorrtzC4CjudtCCo7ByIGyfuPgHHRj34Izi5LWY9+07ZtrWxbdGwB
VuQVUOZWq8X4qQQYDiIe1JHKAzMzB0JMEEZsR0tsatawuy7X3Ohiu6Gi5Jr61m2RtV02MKMl
QQMkYlwDSqxlbzEQ22MW2AhR/wCjYrTCgTvPmfcQQDqRADNlS1aWMGDAykgtanKtnFdpSzAz
0+S91akEYD5lYudaNY1kpmePEFaxqkE8axqkM8K5FOAal5ipAVqXHEA6+BZBuoDTuJa4J6/M
xLeUy85utfrbfImzeG2mBLDnmxlQaO+tY3rKbhpqbNeuhFPxOxFhHLAhl+wElxd2ooWquvAP
eYM7zB65mZmZnxLMcLuCxbLAarAIf03AmQb8JZsh0t/HZe1hTqKo4CKggAWDtCRnOR0yIc5A
OCCIME8RMdiJr/8Atg0RKak17BBO/RnRZ5qTA9ZGwK3prDmXK5K2uAGC1ranOzbrx/RZy9Xz
NbUtF175WrquzcqOD2tZghyxRZV3r4GAfj9sQCcZxmJjM+Oghl7cYz8hStZXH/Pb1y1bqUA+
LH4r5MqoJQDAUZhZQ2ZjEwZxBgUCYAEOBO2B+2MQfB+dcDzRN2+t7du223VuU1eRRP6teBgY
6OWFVk8bYapQ3s9SzXcMWdsiE90YwkCVDNmu9NCH2Sg17iFUsD17VZMochdq4qNGkFF9fcrV
Aqg/wMxMTAhHbcBDKeZ1V/Nv145U65BKlXsIDFQBXgL2xnEVRPkD4xCxnKHue8aYJAypGxU0
UgiUD/rG58grctStjVaget6RUtBexRUMipBCv42K/GrZym5oCiZnEQlocFdQBbM0ldY6pAr1
3WosKjgi0/zykq80A2YP8CwWZ+gibawHvpLi3jkACbCF12ypqAHIKTaqiHOM4mRPt9j8idxP
iYz0GcEAga9WUVEUKoFP794wbFOvZYya9/FNH879cs1LOq89gkNeJfc9b33KzX0paB5TZs+t
/JNDZMHr8A+uJP8AHfmvRtJOoVGtris3MPHqXGtbbP6rCFVNO3i3eDr8Q9R3m6/Fq25JiYnf
ptIWXi2fXgYHX2aFX8YWyvl/WvLic4YwXNhblJyCGBIUzGJ8nJ5EdDtLyS1mD7CrEcsaf3wI
URgDxUGyf9IynNNaM61VglUj64Y7a+NX5rcL+7bKqx2mAa/YIL7IgbZaAbDFa82hu3EY2NM2
l6FRSACi8TTZzrH1PbzcYA9jdnYp7oOmelwylyOG0R+PXefnsX58tA5bJJmCZnJUmZ7GOiNF
1ySEInfBatCGVpZYtaraSxOSuSMSr/2Q+0qAPsVJ/wDoWkHf2cH2N5XW3kRbvdYmt7ay++7Y
2Km2N1NkVXElm1jBXRgccc0Be+kT+vWULsU2vubDVgkU1ndszXvsGL131tWSrFs6t+FVgwH0
bF3Aa6cVYhVvsDWUZ8XXMM3qiBp0mmsQwxgz7G2CtutsET5mTFUZX4BzCJgQAGccEHs6VuUr
rQAYGckHtg8fvT2ftCo4hUA4iFSYKyF2rGqilrD62rUWsEYv50W64odTVTFrybaHdRqLk6tc
/noBVkpl99lh1Od2pcpRk16bqmWxHrv4zjUQCONFvAgzOerV1sfmexu4VNKgQnQ9fIjEDpZc
tZcrxVeez7HiEr48aNmspyBAOenaZJnefHT7jEJh7hYDiBuyjvUfyncnBg4idiGbE21D1a9g
Fmpd4bVcMPZVKV1G8uu1NjE0W8mqcQUMVbVyBqVsP5qwqIzH1TZ197X5Ir2VzW2q7w+mjSym
xF13sJBUmnaQEHoD0M2bPLtEgONuoFb6mnJYbUlm3XXLvZbMrsqqPrb3uSboxXrbDiadbcdh
+dgDGKVADgzSsdqx3gzMz7k985PIQfH2OMZgneIcmoflO5hPbJwAcMCQWBRlIZwXr0doMu/Q
71a1l1DHZsEGw0a2wkiwg6lrSlVom1c1tq1hF9UcUBci2lqn/mdbLXurK7zqr7iiJezlLGeU
PapLXks1gQbYUbFwsRV/D/zUEDkwBHEmxyDb+enebbLa7tQeoRvHNgBqaKg15AZd3X8NoxjC
xlGPXnNXcQNDiZhJz9x3nYDMPeKche5HaD5qP5T8QTxmVgKxjk4YHZqKjVKWQGyi+qxLqruG
tvvs0Etfxi3OZztMrS7O3abraVKhu09a3GyzaSqXhLKqbHV9gh3/AJ25VVpzVtRY3DNP5BTw
CkMGUcNg1JLVPHiWYrg8o3AMMMNhlV00UarZut56tbV1SwZRMrb2nsx/3GBCVABBnr+5LCAj
rk9BB3nbBHbBERWEzmLKs88Tw5jUHCVM8sylQULUFwLrXcpY1JssFk9fsK1G05/tUarHhrIr
Wayx9qlQ2yHqd63v5KQASNV1Tb2tYXIHvqld1dsAYE5C+J9iDScTWQG2rFZB5nlgYyrUVk2J
yqFBWFVAsBUH8oKwqHTusvrp29ca1hv21xmGNro1wAnswCyq9rpr2GDTsLU1rSQZxGCAZheQ
WFDnDTi2CSAS3FQzAzvgdjUcvEp0LyPW0CLo62fYNr0rr6HlqX19Im16tCNug1uueWppup3q
yt9taJXyyHLeVTQwWhFJpS+9HsRlv2bJXpqj66Ii+w1igYp4hc9Ye9mFG1aAu1ibVoaV2Fpr
WZQHspGXBBRuJalWluqQGrOQrF7RkIgQbe9XUUPCytgwPS69atmewVTRoIf6BUeIqAnBQB2m
cjGB89ex6MAQABAJjJOIMZqH5yjTsXZy0oqu/ufQrsuUTExPb0q+sVIsXdcVeNL18EFN8NVr
Cum1BRrDYfa2qqUoos2bUqVV2Qy2KRyIBXa9cEV1YQsRNYFrs8YbBZYhxNZhzyIPniHQqytS
5zjIsoSwW6tqGgeXZz2tHJ7QpTTcNrdN5mG2LQRvBr66bLKX19rzrkGfbtMGfYEkZ7qcMxBa
dsfBmRBGEpxy6GCP+oGJiO2I4WxNus1bFaZb1pRxsh0eq4CyxkrQV27dm7cKqlq5tTUtSlgT
YoanX2CFqfmnJGm3oVcLkKNrNhrw61FvGPtS2HqDFFxNdoUBDVcRW7CBhLTlL6fCKrBbVt6o
QBWej1TDx5hIA3WH9FZsekKeLciaq2wFx0xDD2gh7DBhBEHx3ExAJ98wZlbEviL7K3Nvs7kG
t7N7r/kKMLnMtBKK5Q+5qAdX/LSLJsNZRa9+swdFqumzeKK6KLbl16GqLZAHaKWM/nXy0O9b
FiLLLOab3e2ohbrnFlrgeVQwVCFals1qMSslbBCuY1YI8ZxXUFO6xttVQq30rbXr61oNNNVJ
axxa97mmh0a9HRl5TAEHQ9oWhPfEUkF8KH2AhXaqaLYjTvl24L/bXgbdRFdiuo7Cv/2R+cNX
kr1CtV+SVX4DkXMPxfBFlS369undQ+tawLKLDVsuIBXysqS1VRUTtGbsoOGeutA1iHXKPXZq
9rA9aXpipazWmuoijyvjEQAtrBlQdof254VXBhmJY4rTSXlO2J9++bFGQcB9dWami1bBGGYu
R0Y4gIMDYJ7QNGOYIVraJr0K+SSQIakIuSutqAgQSv8AeXMA1XHBB50Pz1x8Xj8kPJblw9jt
Xb7Gjz0ZatqdsqUtrea9QRGQkYMYNgLLbvGtNL2M9tGKrUVqNlbAVRz7EJWLuXEkrrUqQuIB
g17NlVLbtrmg86UIZOfFlvQjKkbx/wCGqhVYO8PaMcWXLaUQbDP8ioObB8/JwJkCZgGJjv8A
E7CdjBgE4yBFJDFswfDKGD0PWdfcZrKsF5YxD0EFsqD61g2mvxanJNYkTZWWIH16bxZrbOkj
oTZUVvwde9li+wKNXwuR0Ij3KjMKwbdi1lJcJaCoovt12p9y6rt7g2GwUm2TE+CqkI3bkTMM
JqHOtVlWsrLSwMpWwgWWFnrzx+4xPtd2askHMdcxUAgzB8HtDMQEA9oYT2IgJPTELHPfH9Vi
su4sqtrccFc1fvBRYICKySC/pmxrj4z2X8bbgGRWANy96bbKhalewttXB6HclQcUPZS+vs1X
r7Ciw3K5VWcmMyMtzEIIMZX8n+Ja4KFiiq2AOxXGa8BdAg1kTMtQMrIAVrJbkAfIIGWAy8ZV
Dk4hg6DAhYGMRAZkdO2PucYUxsmfE+5yYwBHhpwDX5qyvGr9ovrrSP8A5bS71NhT1lfipHw9
taFq+TkdmJFm4tq7tqxGsVnFewrarVx7DWtDqS20lA1txNiq3S17D/8ANoY7GnZq271NagYM
z3TPOwkSlQ1r8mlQXiRCpM0tatqqiFYdwexllXKKgWCsENrgk67IEVwWHZfxgIwxMziZwBmE
4hxgcZ8kQkGAZBmDkQ5neZwczIja1bGqtKpT/wCyCYhAjABfYWMunY5Lae8HrW5WBnsCFlO5
Uxs8QC31rNfbqcXLrtLaPEz2LctbuH0rPJWtldV2xt1XG6u0QUvHUZp/Gy7XVTVgOVwUOJdc
lY8z8vTU28PGeYxD+2RCRAORHbpgQoIUzLlKXrmAx7lWefv5MKj8g3wDFLZOZjE+OnaZgZMh
kMYrgNBghewEq/bqY/ZfYsPDnCG/Y51e1tK07vMbz02GzCuCpisSASDybDW2seLktXyGpsNS
dvTXYreuxF1bLX17aXzfU6MlbB7CFlLKL9m2pA+0xAAA9dqm+5VAAH5YhEHxEwW6HrsplEUA
FRPGMHWqMbVTH87qSlqjjeSBZltjgF3yxW5CAwzxDQoJgZVVEYAkVqYFIn5TuJUctA9YgdD0
tyE3dkuxfKkRlIldrVtTvK52uDOqKBxAYghTgBuGaBWr26iXV2V4Oj7CtIN3Wslu3p0kXNab
Nai0V6uvVPZ2KXdxWp4s59dUtI9YZTw8aXEkHvGbuIYM81ULPmfeEZjjK0HNfboQJwE4EQqY
V7bVV7Ti9bFmBTbYQ7fdN5RK9qhgpWF1gxhSYpi95xErwHxFXYaevoetT02tPVcWVERm/LiW
I5YPHFFBsQ6iAWav5V6zB/5anWvR1lCa2iFW3XA9rVQGwQSHI1tdrATfW1f4VKPK25Uq7Jzg
lgf6LGCbCKK9s17FO/SUpJLz/wAhGOIrZsB7EzImenaUdiPqMKqQ1FRWz19cfRGLdFlhocQV
AFi6nyPxrssJSt2Br2CQOxbEqb85kxnRVt9pSsv9vaA+yzwWOGLnOvnyvp6zK6+OzStYRUzN
0mu7y4GvtAMrK8YNy8bkMoKqlFbVGsjY1PG1d16w7SLF3JbSNk7VCpaKsnDZXNYYM0oY41AF
p+YfkfGxYEWp/wDtZvCsj2JBHsUg3KCtdqWDvB+OwD/hiYhHYrkNrgsuuAbNbIs03Jr11rQH
gBsVsVdDCJWPzjAmbuo2xWdK+sWsWjHEMwRK6iCuGG2FzTgGi6vh7J63hS1CSIlrq2rtrcME
hUAliIUrtZWIV54Vx4AxNCmNUqrs6VllaeotLH01WB6lls2NKuhaivloUDo2OecDasZtnXGK
diwFwxELGAkTXvsQ1OLE2AFtX6B9H2PQzExMYmBCI9XJW0FMfSuSU220vSwcZMEwIyqRt+sd
32ahTYRAcqr8GouBs26+QUMoTRJa7TSlKtoknUptl3rtqk12PW+hui9SQQCDLqVtFYZByXGW
n5mGvlFXjO05gEOk26xsGjXqoan9DGz5CcDkbGvHi1T2YAhgpDQMRPXXZTaHKil+S/6464hH
fEZAwRcNmZPQxmwLWs2tvYUix3BVSUtXYHmUKatauyu99Byy+vvaW97/AOa2tqt29BWNfelH
rba7GsuDJffn+iyNe8W2wgW2kFjOLEMAIhUxjWoGxr+VmXJbtQf+cf8AfafhRVWAPYMq1sRF
bsSC3cTuJolhaRlNdsID0z07wQGfP0Gff6e3RR3g67ZYVKwptZix8RZavWq9Y1rBainxs3Ca
e1VfF2amtsybV5cVqV5tMuonrd2y4NVZh9woz7t9kN15Atv4hrjB5ySLmn5ghrgwDkBbGewm
aoZprHKS04a6tnrpGbPYlQGwScA/+fkMpqstmjqmlR3CLxvX47ztB/8A4BF+e3XtNvJW/IbW
0L3Ov69KwEUDeTk1DPRVbSXQcqzS9iW1Vm7ZwuEBntCoT1rBbbLVet1UyyhSyUIB46zLCqwr
TW2pYLbOCTw0cfHRWOwCoGAFL10gcZf8jJAAE3gpV8ZwJ2Jr17HP5Vtr7/5IVYOvG5YOnxPv
Bnqeg6D6x8wdWXJt167AqKsMsbkQi8TWqs9Csm2liNUZpsXVQSB2ntHIbRH5JUnCy4IxuUi+
97KrCazsEGMpe2moVvjkLK2cmhcInCvjk1DE1z/zEuxkYIOMb1icWZgalUwYE9cFMu167ltr
ap9LYNaHFiA9/o7Tv9WOnb6l+cQQfQxAjF3Ka4VWp4xQWjZE9nxJ0dT+krpWajK6rEIZPaKe
WlZxtrI5bCq+wMgup8o1ybCqrWjqQjhgSoPNcLYGn9HbBJAbjo28qsCWkmL+rthNtme3xMIi
HGr6/MSpEGJbVXaLdXxSi9IfkHtMwiYaZIgbE5A/45HTMHzAPoM3LVqr/ve6V7aYp2XaW7mv
UlW1TsTY1a7ZqaiUC/g5spKlbWWbCV7CnVt12Wvu9atYKh5TgjE2WGCS516XSIjqxq/BaXR6
qWjN+SZJrBpdD+NxyFBC7DYr7s9OoxlWnVWQO07wqZs18qVY128uQU5n3H0YzOEwRA2ALASG
B+gj6F+YJnqZ7PUfZqr9beWPq9tZX63eAo9MWav1+tWBUgBHa4IWWxljUpYppZSmERrgylwr
MQIGtzXaWtcuAFsCVV2qpBZaqBUFLZVSS1ZxQp51VF2rXith/NQeO4WE1NRS+BAJiATHQgEW
6Z5U3EOgImOuPoMIzOHfBEHIQE4yIMT7fPRQM/TiMJiYzMTEx0Im3rFjWibCmq2s8gwsQgLU
cFDzesieNgPGwHCwhwwWti0/LIQmAYCnDcg6IhE1VYWE9h+T/bYYE0LhAIAJiD6dnFZrOR9e
PoEwIQIciBsjoPmZ7ZnzB8TExMTExMTHW7VbyJsCx3qwLGBK0NwNGYNfjPCIwqU+TXwbNWJb
pITtayQbiGG/ZMNm4y66bJPjGEAV7chalHRqgbaweGDB9GOhltfkq18iv6h9Hb6CMzBEBgi/
MzM9M/RkfRn6LNeuyw4YfzV5arcJOpaY3rQYPWAFfXayg6GqCdPWMXS1lg1qVgRQOM4zj24Q
Y5XH8ah+JOI6s1gxB/hmMDkHtnoD17TPQnpmd5mZllnEg8iAwK/MJBOYMzvB1+ZzXORM5h+P
pxMdfmYmOmJgTEAmJ89GTvjMrOIScqctBB0yBDYoiOHH+AhOJnp3mTDMHqIVHVc56Zi9T0vq
FibFSUla97j/AGblMHthyTcFii/uLYHBmRMiZGARMiDoZjrj6fY+YV1e14D/AOnqgW76OurU
aqvoNeT4VirwXOIP8DmATExMCY+oQwfMB3TNS3d8wOIOpYCb28Jq1qFLcocGLTUswpVQMMAS
AMHMZhFOYC0WwiC15/RPKSfORFYMOg+OuxWr1fwK6NqlR6rV7dB9A6Y+jPTP+P3mM9DM9B0L
iclyNgqK9j8VuRoXGHtzH16ea4nkYhFxARGGYvEBm5ALiCEflkcAwWFgSc8s5gtIVTyFZ7An
6mXkqa6ogqAgAUQdcwHt0M+euPoP19+g+n74jIGPFVC4ywJIzOTpGOSgzMgzJAGZ+MLkOhyp
A48hg8yVrIJGY+GjKZ8FmBHDJQHNa4mOg/wxAPox1z/oPq7fUD3bkCoxMhY07CcVMIzASCWA
nIcW7EDMHYKqtHwYGAIY5IYRQTOIhmAYqxVEGB0z9OYT1x1x9JEGYOg+o/TmZ+nvAe8zFxk5
mewJwxVYW5EMccgAORL2LUF2qGinK9wcnHwuAwVAIGJgGCAI5IYZU+XEW5hPP2F6ki1IHUzk
sNq4awkK7Zhg/wAsf4D/AC79DMZM5AHIyWBhYR7CgrbkM4mYjMVXAaxFcW6RlV1muykWKVgU
ice55g4KjOYxwzdl5cp+JOWzzOELYBOQQWexUHnVhURgD8h/kcwfRn/L7f4kRmZYxJmQoVeb
EZhypIAC4yucgLlgBGqVylaLAYSAFAhbDYMPPgCVjE4OMjGRxAUZOMziFAUR17LhmrXArPaY
6/aEzMH0/PXPeZ6Z6Dpn6s9un3h+MEnhiKgnFeRBaMnGBSQFwc4nEKx7wKMjAIJJK9iMwDsp
Ah7n7AEziMggHAeM5wHEZuRJWORirvEEAAAM+0+31Drmd+mfrP1Y746j5n2GIs7wwYlkTPH8
srnP45XlO2Tnl9u3E4n45fE74XOX/s5Vf0ZOMrywccfyhzk4ifKZynlyvmn/AEg8k/6z/pB5
IfJDyn54OYPifb/DvO/0CDoOhzO8E+8//9oACAECAgY/AEwf/9oACAEDAgY/AEwf/9oACAEB
AQY/AKsHOH6q25H1QFZRHtIhmGPagMY8JnAECoUY0Otw/B6FuVUGwIbFRJZzf0KQs9kS6ez/
ACJBzCYfVxbLhnz4VRZCMJADF7/9Rflkuby1yn+LwInd35RPKcmRHxZbsT3patyX2YL+NXEm
V02qZxNXlX2/4aA2d7cjMYa5OmO9uEi7Tk3upviyhEe1K6c78uTTkV072595/wDWRbdnpo5m
dMfsoxnMyOBd0ZR35aDzsq/zE8fEn/8AJ3Lsepfm7u8Tysm1SiD3S36yJJG4M1pcxL9ifb3Z
COfSjDcnIjDcFQj1CQxPiRMN6UAMDpuv8Yk8kYbn8wddQARiqbmoh7dNl8MzMN0eE/0/MQcC
VLiiIkDHBxWQQj8aQkBQkaSn2v5mMo4CUR+siN2QkcDEcIs7DAWqosLU4RDsLsOafHmKojCm
DL+mSkQxIkz/ALKg9GIozIlEcw6fDDzJgWjkyEHLDkowAefYyjFu6AD6PkaYoZjh+hECpF+S
58HQC5rTJ3NQoiEddgS/UyfTTTeTCpH/ABkQCSSTSGmYP24+omOo5sIoSMXejSDVCO6IaYSJ
Zh06vYQeRIF3i6eUnkwAGmIjqZAiBMWpKNQ3hjr8CEd6JY97P3op9mX5cTWEjGJ+740GLG6E
NwRkJWBFUTEREZeFsU0ms7dMcVr+HGRvGkn+xpWsCUQANUQHFfW2P9VPtAkRBJETplfxbe70
LTMaNwXIp97SjLa3BICkYu1vUj40BuDTuCgKAI1EHHpILeHdXw50xE20v7K+HOIMd0WlafuL
pi4vUVD9SGiWvaNA3eB8epCB6iB+W2nWG/YUok6xHvRNwiInqF4lMYuumLY+dE8AA7rz/Xwj
R6KoZsGVsDgv0+ZGIc1NfOosLkUVbqSONcEJgs+BCIah7hAwUZEO9HQlHukOPP8AInkQurzJ
0M0SbmnoXJHTfBPMl60B0hAzDk+J5OmHxJRzeSfZnPULxkHi3vrpGjcoSY9QP/MTbmmJk2uZ
qX95DaJlIR7s9I+HTvf4yI2tRkS8Zahp/B0a0ZSJD4G/2t1NC3bIoCQIYtS9Fp29RmKDVUzA
9rwIx3JS29DNWv2USJmT0kZ9Um9lCEJH4Ys40sfEgx0hqTdAkw3IuzGswtJ247sR3Y+q/j21
1kR9UnVcrKJqJk9BB9SKEoEsCGPaEBuPpJJjE0IBQlEkjI977yLF39YOjOMgJDCPJCe3M6jS
QnquO9oQG5pAwA5IOKh2PnQKlqIEJjrBz/h6fbRI1agbvYetP/MWqUdM44j/ALihuwkz1Egc
fUR2t6m5HHgeGhg2QRAIrIktwjLJ0UdUmDZYojXcFqKhFTdQZmB4SZHIlADMlOKEY8lW0qhD
ZJqO6fkShxBPA6DpPhJDoRO7HOgwTbm5DULjqMvuoxG2J5F5Omj0AXDCTfbkhGM4zPtFghGc
REFmmOqC1Aag7k6XlVd6QmK6pQ0indUde44GWaG3HckBaLGNVrkS+Ujp/wDsR3ZEwiAGiRqh
J/BCfsImcPzD4tUR+BR2wCKO7vf2Vk2IyQE5VkHBJZVsc0K9NgBZkz+dSiTSXdAHqoglgRQn
8S6Z6qkAAp40fzIguZRqRy8KZjAgUlaiJBMgeepk8zqJF1OOUleiIIdvSF8N3iR0yIRc1BP0
podUfFC/4P8AURBaMx3Xr/y4r4G4GnEFuwFHg42y73iM/WUhuC5BHnHAxkHBv6EYtpIyTC2I
H7SYu2SpE8l8aYOqR6Xu3h4TAupyg4lHC9JIxmCCJFuxEZhSh3WNGpR+no8ahvzkS8X08z1f
IlkGsOH6OMQATKVgF1n4UcvEmnq3dzK7e/FdMSQcGcfdX52qMBgC1fdTR25TkbAmn/aWkwG1
t1ceFPtRJmRW9V8PcgNseKLydvCj8OZBIIPid/zEdvSGBzaxQ2zFwGp3vd0qG02nSCSCUdyI
eL9Ze3urx0qT4apyKhnY8kRYnpL09pBiA2X7XxOha9GsxNRGlR60Y99NOMQIDuSDFyjEgASi
aAqNAIk49TpoERkZUiBSiAJ+JAXDYeyhMA7e4MWkJKMoEyLBpG9vF/6ibcDjPulCcW1/ib31
uRxDdq580GUmFDUH1fWTRHVcDG3UmMdQMWYjqD9a6qGLdXjf1/cUYSecHBhuAsfvf+n/AMNE
guDjwoPP5AEw5FiiRMtg4QeY0ruiRvqNS/GqeMRF8uIlKIlIWPyRQAvir0VGJQzTktFD4QBe
8jgidyRMBRhSKJNZHEUj95HSBGIrFi90+7MADM1Rlsg7kwO9I0unn07fqiyH/j7Iy1siN8Rr
YAMQtAHxYnA0lRAw2ZRkCdR1RIb20J/BBL3EW/EviSBjKVwTipbgIlKrxNYs/r+BamMZS63B
1Ci0R3KxqARR360JRYzo46RIoSi4AFH8J8cVGIeZJJnKOHvoyGmQ1WBqgYk0u5soEASZuoar
KUhSWTISB0k3BtIICMYCUu/FniQPFD1F6vJdVQtcXHK4U3pqbp4BpGJNiLL4W9eoElAwLAyY
nAfvqRIGmVYxsP31rDxjQX7j9zWvg7xeDuw/X21MbcjKJAPUXvxy+cGEDphJiJA5ICR1Fqy9
Y+unaqZAEUFuLEUTyLGgiFEyDvYJtraBkVLREaYFiQNSbQwxcRihrMIxxibptYJFQ2aOsPKw
kLyiiIyIavVqxUZdMjCVQC7ox3JdLBnEjF1GzB2EbD7CBi8mDO34dH+omE2OECNT/wDNWgkR
m7xhKkD62iSBJOxuQIBysvWx1QOmVfX9dVch3cYIxNwTQmqJADi8bldYMGzGCno3NYlRhgyo
dQCqh7w+pVpfkhtmkmdEg6ot3UYyjTHAhNKWvZFi+qUfeQieqLahSlU76XxFHb1oeNS2wB0R
ph+FTjIuGDdvj+Tr8wiDbSfJrMJviRHnQmCJaqQbFGWp5HxC7KPRqkx+K4qjGETCBqQKAhSi
YtIWY0kUBUuaY1+x+X/1V8T+YmYRHhjQn/M0LUTQ2J/VggDAsaiQCZiJj1jpiVqIAItiUdJr
kcfeWrciYiNYxjp0j1fy0SA/m0yUHGqIsCOse7JdQMgGBBHV+4iBuaBIuBeP3URr1BnAtH7C
nAAnU/oTFwCaACi1kGNDEyhgx8fsLVCbx9ZsEYwoBfmnwCLPk2Pvf5akHJbI0Q7Be6FLolRl
jFNyUJEPqiRd/wAKMYk3IiQKFflUle+HiRljZuAqaYA0+ciR9U/WmAd7LusoxcCNyMVQOGNw
ixi2D6nWnpMpChvRRhKTzawsKLSDrk1TGwQ3d3rkT0i60Q7xFhh7yE5kCAuQgNoadJpJuqdE
ZOCxpLD7KE/5iQlIWo/UgTHSMjj7cVzFit7anFpwq5He9v7aiJEaXqAjSoCOXNDSO8blUiIz
BcSRlLvSIfmylpJjSojqWmT6SKOtZFXUoimI8/eR0Rd7nJHVISBqxugG0yOdFqvGjgLckK8u
SOB0uApGRdjbgGReosCjYxjWQJqosHp+hBwKSp51ufDDMAJD9XgcMqv85JcACgTyL+dd104C
syLXwUt3eP50qRi70RiA+7LvFAEkDFD4USTK8nsjGQO7M1kbD7W5/prRB47Jw7sShP8AmCBE
d2A6nWjYh8OIF0Jbp6rBjknkWAxKba6yLVaPtLWNwa2Yxj/aUYnHAnmg9yE7DTgtMg/mTAdL
movQoQFYkXOFUKSnEEVHYj0ECtJfrLpYDJBhpIqDkSiNwCdKEnvOpEEE8pOqns/vIvMGIwP7
KBAOlnGVVpo5H9IqoZ0/rcBkpGxIWwRJ2Dke6fhphXUHFLF0Z+IxEZjmD3vlafMalk5kMk+e
IRmZSJPNFovLFMI6Y2Fea0gmL3ZMIvzKb0LVuyO41gTZaYjVM3Aw95MGho7pCEpzlPcJDg2Q
O3RgHDVjTvf8xADbnLmbWRiQxBsK2KG3OhBoDRMAyt/Rlp7SAomPeOQoiNZYWDU+yiZ/0K1M
7c+8jGT6m6JCoWkhxaJ/sIkyMZYxOXqIQl0bZoT2DpQDuLiqltTiWAoXv/8AWok/mMKFv2kE
6rwNXJQnpGoUfknZzln+4jEkSEaAj5jf5LlwlIXwZAyBD1L81tOxiXOfAjNaianJAgkEF3KH
CUJvqiRZHb26bcqvZCUsaGiMWbbDs2JfvIxFaChyUgccEyO8O6bnpuVLUHqGLtb2PHw8xVKK
BF+WCI1dWb5oQkdRL2RqAOajESJHcv0fvrqrSim4YKiMt06oirAfcUmDMoVa905FLBlSolws
n8PNUbpuhqLaqBEANn86KpR8ONIDSfEelbZoRqNq08nmpbe13vFLEKVNRJpKRc+30oGMXMe6
CLIvRi4ZMOqUBUNW6BNSGDHAI7gYyli3CVWqLoxubluHmKOjAVUBnXzot4cXQNTK6lqNcVA1
YOxZvxq+rtRzN098kQavgiIihCiRaJqtLUIa+SaIcBV4MV0vW9fnunwiL8TLXpGTJjuGZyAT
8KB1UNyWqVyWEcSoz3Y0mDPQbwgPEiCKh6ckQx5PQfc8akAOkyszXTbcmINAQ7hASqB6Ewtw
nT0FCEnDg0PLgexHmENWFkU4Uoi5FE2nqBDkBqe8gXpKK5J8eBoyFbSBTmqdUX9SDv6ED87e
WOC1MQOaltggnQ8uXEGQds10gDs8iU52A+nwobu93pnoj6o9ZUoHAA7OlCTyiwYAWKMDE56g
ME8XINyzyUd3akXNTqumN+M1G9ScGbhJGhoslJy4fu4IRHiRw6aIHGYCjgYSAY9nBlevNCIN
UWOIUcQqBAmycUTO3+5CIq3yLAJyqD5J/KxERzQb61uSHeID/IfE3Kxh3R7SDB5AOa4ldYGo
kn+ymQlYGhQ3dqQmDVibhAmOmRZwP1VQUVFclSjFxSvmTSBDSxz4UDugYwJ7OSDgh800XOKE
ZQPSBV7+0iRQyGOShIlqVRjCrsSLfaTm/A1FSGTMHOIRAu4QPIHzMgBRym9JRBTC6cfI1+Xp
wY1CpZVUjjI/IQr0RrIIzAAkbluOmQcFHTItk6uT28OXJPVuaFM2HmRk/UJ9fpTEP2qw4VDp
mTMxdyQgwtYqBNWzUQ93iK+t1oHPgBUxvSyyZ/QiAakhnsubD6lHdo2TotiuaJPyL/KFyAtI
kCVUsu8D513gm1JxQcZN4SQfMdPyXJUoOFeFbBV8y5IZC3oW5iZSBy6vD+BQkMR5VSnFWKjM
HukOoze6aJrR10uSGBJ5dKnqciVkJWzHnWnBlpBYZ4poyJa7pwhpxvxrlwt9KaRpyTO/yojE
kZgJyHPMuuhn5UTs/aV3Ae0phpHYE8pDsA8iUBRo6ixuZHq+RcX5oPQ4hNwrwNeSFKoBdlFG
cjrBANaNp6FpYdP6fKYhSgAwb6lQf09ZANWJoSMONUDg6cWTDHyXXm+dyk1ZED0DjVEMbs6o
XRMiIjMp4SEuziKW5IHiUe0/WreZZqwZQkLwk/pTE2Bf08X8jTgtUXOnBl8MsxDc+npQ5Bdq
IFAFTP6F5uNPn837oAbmeL45ovfNdDe8Loxm5lLNMWGqgOKBd8+HNN5Bw58Ga16JluuKkU8y
AFiR5D+RMZi6jcgF3Jz9VPgaquKdRJOKCDJgo4nJV4+b9PzKvyVODqQ+DIiPiY6V07Yiexa5
Ry1UUekExIJYkX9jxoGB7Rl5A4u+Jpwcp8MkRmCFKIvGXTVrFRmLEDnh5TlEPgpSZmq/UCaK
JAIBBvWyGSJFAh2qPZ5NOHm+ckk0CIhVsVQ+hHU4iA7nmu9XJ04iuqDhPLaAfFahtRpZ6rug
eZNFgOQbhduxMS/kMqpkydDc9cV8yjiz058W4V4EotQEKubdqZZIEf0qhwD/AD0k2CMR3Bhm
UOkHt5LqABKEQaDnR1rcEYMiRIAWFVp3JRBIdnQlhmnHDnkmMg6IBFfOVV35+Rqwcl01MFmV
y4RlQkFqo7ciBV40a/eT4KhdckxLJ05TP1ZKEs0Yk0eiGVa9ikBMExHVyqtTuCCadqiRY1qm
BryV6rQxJzFlkEDfhqFzFr/NW4yA5IxxwqtIuaV5J3FARREnCqMIHTEG79399DUWJN3IP2/Y
Q1MRIBjE0sidvclEnB1EDdk+YstW5vSLYPG6kX1StZEz72XNAmgzHkVsjMigIHpTbcTPcMXg
BgPXWu8Ryr/9alAbQMhYg9KPxBoMaODQovUmQvVCQ0jSWa10QccAbLkfFzRGI5Iv9rzJwXRl
IOYh08IsI2bVJatwNoPT4fvoxB71QAjIkkyDO+C3DGTmY0l/voSDykY1JOS2zYsQUzgGw7E0
ZiqEBMajkVd3QcOqfMafIEGxCx85TrPtKMRLRqABl4Qf76H8tINIkREh3fW1I7c2kJAkMe9V
bUiXMhEgE80TMRJAflX9tA6ZNJuyy0xGiIxtf2fGpbpLkAlx026P8JRnuk6p1IFgD1Qj5VVT
0LmnAqVW6rUZLJ6sOSavnVkWQMfEWNUXIAzzRkz0srCOYREjVsM0ARfEm6AyJf8AZUuwqIx0
n6E8RYkID4ZoXdOYFzZ8UAYSqxLWUQX8/HzeW3zKiBNhkmOKk4p/V3V/48i04RkdmeLRjHpQ
O4DKjDGurvKGuLzADlqO3iTxgAcwF2o7hg8yGQ249ycgCBb11enGvB10ksLji+JQ1HmxVOJa
iNfOmamTLSYknIWWkRHa6i0QRZnsi4aI8QOJ8CJY3dm1IUY0cWwUtOVGUY4gfoW7prITGCYH
S1aBPqkT2fiUIkkC7kMs+Ap87cUK1SL/AFIwEL2IWlyN2BoTeIP9tfFnG/VEyv1daYeRWvGt
lQsnBfBNIpgeV+GbLBsQnF8FRyO1YhaQHe75IyFAasrWTMyBlcg0dTEgGiWFa0KqDXIqWlw+
ZdAjEUNveR2y1DqHOBRyk7jzIxAdieluanGAsXIFMfU8adpDMsyY6uw8lDU8ScU+B4DjQy7W
ZUc+ZVkxFwQUxkY42lUKMYTDysDfj1UXSDI8gu4R2osAGzXfiFXcim+I5OEUHjMtYomQkCT4
uzw+U2HEgYcHCjuypGKaIYeWyzdMVc+lUvmtUiwTRBk8qEmjLUMb8uBMTKOlm04lNuREjHvO
Gl95PKBiQCmeRMsWRA17ksohDc0GOoUhLvBAX5pyA73U4gEuWcWR0d60a/eWndqJClUC3dOS
6RU37EXNnbCi3dAeWoMX1XUjEgTkKgh/woOWObRC78q5FQ1PQ1fsVODp+ABlEjnKJVJxbJ4s
u/CJs4qvzJauQEhVPESfNn+6mjLcob6SqiTDNPAQ0YGV/aWrUeyNAsTzdd2JOZqV3QPMrD0K
QdhHvFohadQ1ZakwDeeKAEXJ50b1ld+zVJE9Te6idUh5luTJL0ESUJapScsw/p/hog2BortR
aRjzTEKnybtVEiqqGfFR3LmNgQ4XwpRAmO83d95GE9yOo1FVoPUcWKjv7EdT0LizLTuRAmaC
WRUpzm5iEIQDOXMsW9lCWnqGJqUYg1jdAEvM90XQhr01YhrN/bW5OVBuW7VGQn1AB4oSiCS4
FK09bStD0NjZaXL0YlfDl1CFxXDxIwH+GRYoUJDOQLf+yunaCJiBEKBlePmVa4IelM+A4v8A
Qyf4YJOacQA8ycBjxp5dfqVB9Cct6E4Fc0TdWsmATYLsTtdBOayPyVvKlKF3q1ExubydV7r+
lkTHsc1KEpw09XQb6nHe0qRf8t3HpRBmxDAPRGUQJO1BktGkQldyobzEzlE2HS4RMoRetcVK
QoTQG1ESJ0yNB73/ABUIzYiL2GlfBAMZtQm0mRBFAADEYLppEd2iMQbhyjIG9GQIDk4mllzP
NH4dDyQ+IS+RCdDmifk3kCXwiHTCE485R0jyjndlplACGBEn/Cm4kg4WVVzKf5N/KINQQtIB
IFGbJUFaDzoT3Yg7gqHt++j06Yxs9zRSBiRmUHDiPdkpP1bcAKk/qIaw8AbcwtMIsBkjImNP
DZdUQCCavqTxiBEYgZoyHUPqUduI6jLvHBRlMicnNe63/wAiY9rFOCQcP2orULJ4v02QOiRN
6937KcxIqL6XTE92HUq1THzcB8j+hU8/FmpnwrwNVUt2pnCqavhwpwp503zADhrBiIcxqLlf
G3Dqke6G6R/+ziZEdJpJawBKPbZTi/Qe8UwTcq+dGBj2HMn1UG2zS2q/uoPtgNmMEZaQLuQI
qM9sO7gkDAespxYBu6f1lOMqYQdNWnJlpNSRQf2lOgEzkhFpM2WCIEpADNd7B3OpZJ7pvJuF
enluBq7EPyzXPhEixN1pHeZyyLBzWnYjLcjpYkDBFmIRYVFmRcARwfJdTDMhckwT4H5g+Coj
Mm2AyCv0iy5Kl0RmgASI0MTgfYR0xEZg1A5+JUVQ61uXFwOXdQhubc5t4hT8CGk6JZS6UI7U
otK7FT2nqaxGZbqQkQ7A6gzIkA9RNqC/rIdNDkg76iKuqPq9ZQ2qyJGPIcJk0IDBUqq0TD0o
cPy21cwn3SCco2QjUAmpB7o/voQj3RQeZVOntVSB504IIzFkwmCe1XB8/BwqpkxryVIgPkmj
PTnJqp5TmScyhAHpGariW9HDtVU4siLq/wAvtwj3SK8CmGCqm4AVEo2ITxhKcjQg4j+4g9Dj
28CLoymCJZgp4TIAsJdScTD5ClFCXjfpOYUxLpFAQmAc2fsWXM5rPmjF3mLhDcBYx5YLSAwE
e8VuSkxMjTsdME7q6FX4NwiRUmQgftKiaQBHMJhGIGTI/lxrWyrtx9Cc7UXzZCMQABhwyWfP
g6qeFVyCNWQDun4HIolAvXyqfIRA8Mers8PArPg0pfQtQJajUzTqtlyWklAu4R3ZWA+kogEA
chUf9boRm+uRqfW6/wAvwoxi0XuWeTerrQA3JAPYGVvbWuMzIvUdSAE3JDkPKiMtQNzAAomM
2c3BUozLiY6dXL1UQK4qodZFdqph5MTlOH1rL5HqdljyT2Ke6ZnyARhKDEVXSHdVCL2VODEO
pSB7KIiR6xdV4N8jRPTMhb2/nLSDmBxMgbrnmpEGMgTSqjLckKFwBVGAiWAqUxkKc0SHkOSM
BEgioXUGr9CAepNguZvXSixpk+pYUq3MppSNjipdlyOn99Si162/XU9tw/0WR1k6or40gQBQ
CxTinanTFAhPxsrMntplF04sajsPk0TmgXNMtRTah2IWZORQIyiCD2rqd7V4BqBMccUChwPY
pnwVJNrlMJgtS6or+Rbyp1A2wBT1pFQdqjU4HrdfGpbIrUV2rUBqkaIk3lSQCeRAJNNRxR+J
JyfVCJiHkcTdZoRoWrpvdMGc2o32UNY0mOB6kwcAXHdRchsArAlr9qxrdapAsef4U+gCJ7wP
JB9sgcjRRY6SWDFD60SUGQ4tCZYYofmSfNqKe3LuSiY9Xd8Mvy0ATVsbp47oi9o6UdPwwI0e
Wpz7Sr8KUcO8JIYE3TrJMA3mX9aeVudkTJnuB3UZPGEXpF1pMowJZq3TLBURLVKJLOMkChxG
g9ta/ZQjXVIlmHX0+ujHeZg7DFaiGiKcK/IHUHGR5IBxqF24wez2QiKAhjXAIQjIsagD9ZAy
JLWcSTkDVSrKUcRiEIuDMUlmw7qY/SgBU4pg7CWBROBjUEosXjFmrRCoMXYgJ5Ek2Y1XSxJs
q0HMoAdgcoyYuG+ldUWFXLW9VOOo4nsRjYGhi9qoAVGeaZAcf6DjThuQFsufGiqnKIcGYwTg
957FGRiZE+f7SLB8Sbfg8ajGUL0Eh0mT/mfgUoE6/hlhL2e7FW4kGqdDjeqG4b10nDq4U+Sm
+HPPuoGVZz6pVz6k54PhHNUo2Rs6k8cKE3QYgi7eL7awJlj51HduCwk36yFaihdRiT1HBAaX
H1LV48zUELp2x2wClUv7VwhOciWo1n9qSDNyIQNXFCU4LIHEWL5LXCRIobUWnfAAoDMW9lAx
NDVgaELqhHVeRP7KcWKEsXTcbp5OVTgwUszfjVAnt8ynHZZ4jq3JW9yCMYEM7GWJ95AmTDIH
9dAECXamYGRowCEdqJ07sgIGKEJd+XeJv9pPlgnNES7gq7+RS6rR8SVocGhq/Nfo8hgHPllj
0gvp9p0HTcCMV1UJu+XhUoMDIgASxZMXDcmQI+tfm0iQU8WqaEDNDdEoiAJIk9bptTq6oR6V
EedF2YeavupgC2LWVPQv0BPcPmugsBcCyMxACQFSO1HaJdi8QBYIaTYoRNTiq+SRdXKz4Gdw
X+riScEdrZNh1zzC0QrCFG5omMfzbtj1KOqJMsSSiCS3a4dGe/vaTK0blRjCR3JyLVu4QehA
D8KIaTyZA+lAeSZC9ihDzvwz+QyuiCXqeWK7U5qnQyq/nUmg/mzQMul8BdMSTIYkoOQ1D/dR
hJzGwjHktUtsxOAMnp7qMYl9OfdWrSQMziyMojpNB2oGchtQBzugb6gwLogBnrQIG7cs01PQ
mIT54Ji49rBlpFezUhEdP0qPWCTcG6pTJDLg3BinJERzXfjTmF/iRpzTxkJR5J9ycYcia/cW
nbk5HskKqaUtL4PdSIq4amHvpiXli2lvdQ3R00cGPTcd1af5ePxJACveZR/mf5oyhsjuwBu/
jl7Cju7otQMej3vfQ3ATNnMXsExvjROKhZcGJun8huR52RBkQHNAKXQoTkcF1H0eRXySBgK1
QozZoOqcAceBenYr3WZQleRRDdIohE0kbBGMnuKNmnGJLJoyeY8JNAPWUH6x63NTJg/KVY/Z
TDbFOSluRiImIwCcjWCar4uoxg1caqNW1HAYMpSBJEHcdisRWqcitwU90G4DidzciTI3qcVT
aB7SSmG1EDkm0MMnIQMYtB6DvfeTMPMF2ImJuoQ34AwiNYkLv3F8Xa6tk1ixYuerR8T/AEkB
IMCKhk0IgRNQaGqEpSMNoVOms/8AL/y0duMJE0oRpeSnt6RBh0xeoU3Ook9JdZ8DyCjyuhyA
+ryH/pVGjiRoH5oE9IuyoafIFHVQB2UZ4OyIs1vJyBF8Uzk3YyqzojU8iaEjD1VW+LUXxdPX
Z3JTsCUZWIFSFMwEoxtrNH9bQj8MFpXkfH7qY2QhEdIr5ynFv0qQa4KA5t5kNoS/xKsMh6yM
7jWwGUX6VugsIzDjm6jgLoA4puFEODq3kV8iO7H+HSXYSvy6UE9I5dKPaW9Ki1nqM18GDQA6
pPRvt/6aO3Nv5jcwLaRRSkNv4cYipjWIbuf9RSlKhlMuPNHhQoSd6YpybYeVCTC/VJkMCL8W
8vVGr3C1AMQbNVOMc1z4MalENwdU4FgScGWqRMzRoChBP+mjHcAFXYIRIGYQGGARe4QNXTiR
ZFyXL/SrdMqrqLOCBL9hMC83JUYGI1QLE5t0xQeIBlUjJBjhdZg4pwnKHlnbjtT0igm3TTvc
G4EEUIqE+wNUCXEfV1J7v3Q8qIuaYd2/2kY7jgYgdLogbctyQuJSePsokRjs7Ld0Y+5DxqNi
Jl2OqKGgao4gF0dIqLhmZMAi9MkXubIVrxc2UIs+moT25ccwuXksmIcLpFyWTmpp5kCcUOfD
V4Vk6ssuHPhWqYWUZTD6XNUTAuBdUsmyTIxm5yKOgO1iDgmGoRL8kJ7jAHA973lQ0dBpNLmu
+D2JgWQq5QA4N5bos78kBpcHvCcsPZijtwAi1NI8LjWp7c2ECToHOKpKowOoouBXxG/2Zfw0
04CZwIPUPfUZSGnaicAwLe0v/HnAwA7p6dJHdjJHVp5GyBhUjz0Tm+PBscCtMzTBUqFRh5kB
KVA9FLd9SkUPk2TJgHAo3YgQiEaWXwpljcSNvdQlRsSPEPAmlHSefBwxCIlIR5OnvR0SA/nx
UwSA5GmmDIkl3s2SIdVKd3FKjMoXKyVQrP2qoYIvRlj6UGWSbhWJQgIyBOLU8qkSfdLL+KCM
BpUpylIgAkwmGI9Vbm5LvSmTKv2lKQPS5ucynjZHLIj7+lCQDgkNV2+yhtyiZRPjHJR3NuTT
HeBFWUZGQ1ClopyAZ4Sbg6PDktEA8jeqYu2NaVPiUQBQgE9rdS0m3GvyP1KRF8FEhqXzRu5Z
PeipFpEdXtoEHpGAMlq1k4mslrJLeJ1H4ZaO4GMhTFPKpGJLqjNyWJVBVVVqrmrKpVlZV4Fg
nbiGvwJJI+la5ycCgPdqVn/v8jqIj2r/ABAqSiVOESHIqIrcjCZgYh4xN5JtTGhaWl1qlEye
mqP7f+WqSc5uuqkSbuzt7H8RaduLRGPdWp+kHV62o93T9hSiSw8Lh3+ynjpfAtKJQJ3HORMg
yaRJPbqRBwN04qum/aiA+qOCrUh/q7yiTWg+pUQe/wAmexElZutQJ1Uo6FEJipFwckDGgOAw
QIN6lAQxr4lEBzn6VFc+Gl3OTKyoFVNw5+QyyXJXoh2cCRJ4+qS4RkaAnpig97KpAa6H5grZ
UqE8dxvZIBT6wT7oXhN6mKfejHqcCUekr4m33JWJp9nUi/dYORb2ExLkYg0dfmScWkw8H76Z
yW7wN/YQ1E1u6EBECbsZNVlGMi0hXSKmvsrRtxrmaJ9wgHILWBQ2fEFfFj3hQjkjAHzIi8rN
/T1FuA9cpBiSfxoiFY0rLkoxyGHyjgVz4chgg9SESc0yIwKntSHQeqIspBs+m7oMbm7qGkVI
DpskBnwcivCvGqbhmiAiXpdMCHCYMVWnJVXmUWdgsYxial8USC7FGBlGMiUJ64vHAF0eky5g
sE523bHUv8NyPaRI2qh7GqG5EziH64SMqI7e/wBW3IM+S17I1bJcwMefV1IwBAOJvp/fTiLF
ns7fZQLntQz5IagSBUEGQ6z3UKSIN3KJmBEQYgyNaonajqkMAUBMCPLL2U4IbBSIcyPdD2U9
yZ1E2KlLwnH5KtH8opsRijgGCY2XJdNCKx8yM5HTJ6+yVeoYKEBeP6OGlc0OIr5LJ0xr2pzF
+SIjEAZJwhwZyZc00Ykk4stJcfQgZswqf2USZVNgjGIjLTfUUG+FEfaVoS906UJfDIBZy8WQ
DMSBKo+1JfE2JdUgCYvfxLQAK0k9YsjubNGfTA5nvoDSABY9iHU4aoIZPEam5ouGzrh4EBIn
mSUIykIgmgxR1NLSaEhiFKOJyUhuFogu/s+KP30YbbiDvuSH6i0A2b6FpJvcfq/JQDsXQPk0
yRiQxPi7E5NfI6WGrLn31agYv29yKBld83Ti3CztgF/hybmEzH0SVETQAprldvBhw7FpEZFq
WVNumZKMdJJ5WTaTH2jihwrDVHIDStEIGMciWVIX5pzEUpd0DKxW7SmoY+xFOIj0KgbmFq1S
PJ1psREmHi8SjuRJi8QTKIeJcfxlraJPrx0h0ZgEPz0j7ScQFWYA6q+JHTGNc41ZYgZCNE2p
+Y0rvmIN5A2/fQnO0e49S/iTDxLtQMTpfvc0IjugD6lm+LInEY+dCT9qfyvhwoBcoclekdNE
5p5J5KQ+ulETZjh5Bi/danYjlYyfJAtiAPMOGH6V2INwZPIORQOu81XEQLJzIk2qU111EAnM
rpILDApy5eiGmBbM9P76qVVuAPANAmTB66boNtO9iZS+6uiMRyyRAINMBEhAU1Cmpqt6qaby
3CLY6fWR+FCmZUNoACUjpLHPqRkY69gh3Fwgds9Yu4QfqAbVpDs46UBIiJOMhpr6qGpqWZOB
0vTJdUogJozjlfJOdyLlaISeWXYoxjSUi9OR0LVMuYhiSMWUomjszBad3q1YstUTQWCNE9g9
SiWaEShKJcHyRGxlRObyH0Iy5FEuGkRh+FRelBTzeSy1gOKmX3YwQiQ0sePP/crWlVTlYCr9
qeMdJNBI9vUqWVLJ7+SXTv5+DzGojNERABxRZEZeQOBMbYlqJnBBqQ2KBZExaoa3/wAXWtNB
zH95HTKljRq+upOTRq2J9fTJfEiDLcGMjViiM6fQjEBjE3OIJURuHST3cK+NNDeFcNUUG3Ik
NSLRRjKQi1T2p5THoyWrWA3sxldf4nV4gAzqRjHqP2QPfR1kiMQHAsz97/qIw3iTKNz2IiQq
DTAU7yG5tkCQA1QfULIg9BGL391NKozFUDAvm93Qj4f0rSbc+fkiUogyFieHw4vqn9A/vpm0
jLzKIN2H1eSFpcartfjESfqysnwahUjRhih6xxZ6JxjkoxnJiKP+pqVwmFOfG3ku1UxAdUVe
PahwfFzU3QfH+klSwQKIzNfMhN+7j0ppASehIDUboTEgMzAlyn9fDmoyMSInomw+1tqMozmJ
7eqMgdNgdEU5I84jdaniC1afrJ+kA5CRBTkR1D2UHMdWJbSjHUJPUsjJiRAEkv8AdUi46vtf
9xBhVgPRJHdD6xdl8SLsKGJR2yNJHhIQltyq9pfsp9LRzif1kKvHxU+6mPmk+SEJy5AmizHk
yALiJrX7iiS+b+dCNbCvYqSA5J3VKnkjrkzYDP1FpDQhIsew+uo6ttmIMd2OqQkX/wC0pS8J
lQn8UI8BNn05rc25Fwx0f3VPcLs3ekP1VKdHsHunLlsxGyZwAcGQMaSxIUgZGWnuuOB5YfIN
nw/QnCZqocKdrFWaL5KmHJA88mwXJEYtgiA40sRTUhuOQ7Eju18SEJ1iaM+K/Lwdw7Ojt0jr
8BaUaf5XXrTHSGzEnRiWbICVwjKOODOg85NYhtNVWhN66ihtyIBYNmjt7do942ZEVJLv2ogX
hOxRcuCGRiH0SsOaMhSWMQVSTg3L2WiREx7V2RMYNEZICEXBq70HvIAxfmLLS7xNRyTxmC1w
i50szlDXUZ9qMYlwzgImTiUu8MW8P2EahxgFS4wWkkokyNEOokdijGoD3bII7W907UgzHpMj
4fuIjbPxIjqD9XsS0oyIqfqHCcTZqKEZEyiSbWcJjYhkwLvUdiDXxRLVY1WoVUhlIEeccH42
dVQN0wtwfJP5AHAOXzIUQa9qYMVcE8y9PZQY3xRyCjuGIEDSLo7ILg91h6q1OYkEEE0cH2PG
hIHUCMFtSfpJ7rZo0JPLpQIg2NZZonpEe3UqF6U0hgjrlJ7u/SuvwlhVRxIo/YsnwW7t06qq
Oo1kbKRBEo/V6q0zqRY5+sjJqVYIyjQm73QhKozxoi0ojDmtcSSHaPq+1JUIoU9O1NpLHFCB
rHI0U9uHRumOl8gepRkzPB/Sq0CJCY2FVqF1SiiSxIenKRW1uxg0TH8yMa18M5RQ/ltwdFhJ
tOsA6dqKAka5cJDMFAt3T9fAHkgSeTMyr9aqHjipSwx7Uwtw/Snsq+ni11Sh4U7M1UKlT6FS
nJDhU9gBTxwsXf3k79NdLxsPCuo1qAcDVDVIRa5ufdQIrEEsJeP3UBINEWfFOaaS2kB6jxbf
+qgT340kLBh4tK+GSOgUb1UDK+oA4khatJDZ80JHTpOdfuomBGoZBPpMiMgwQ1x0Qu+pBi0O
f7KBjUdiyBqtsmQESDC/rdaJjcVDZJoyLWIPJPKhOdPd0oiVSLFVyr5kfhd3FuSMogyiHoq9
DeE0P2UzNG7om8bCmSpwJIr2oNUxo3JMy02KONLuqGr1Dr2v61GBDwmAQGpbvIgf4UC5GBi3
Xp+2oT3QAxDAilv/AHF2cZaqC+myDWwUCLsdVMk0Q5yHJOehrB0HI04nErpsaaTyVeDILsVD
ZXrwcql+ZWRx4lDg0ZGEvUV5FGLGTXCO1Db0ksZTIu/dUZzJiHcRbA+JVc8gdIWr+X6JDvDA
/wB9AEEYkSpX3P4i01BkaP0CvhijubnREhwBYlapDoMhItH1ToUDCRaQBY8xqVZEE5KhJJNA
yb4bkXc4r4m9JhL+H5kTtNs7YFAakt6qLtLIlaX0t3iOfdW0N8/ElMyck1HqIbcSSBmviw6Y
4taKBiTDc8VG/EiJSegq8qewmBGgVDGrqUIhjMkk4syG0wlpYmRNUIEO1QbIV7lin1A9prxB
wKdUsrU5IxbnmnI6cEQLnoDe0dSEBYBvQjsgCUiGJeyjI1Dhhy8KEvWAPp6uMYnxXr93gScL
Oaprs/1o0Z05VLqqqu1WrwfDjyVOFQ3DtQ4apxaEe62m6/pdkQ5jIOScJAlDe3GOjuxAoqBh
lx1H+EX5dSaIZ6mQGAUBCWBB9oeshKY6JCnvIRBLwBAetHRGkHtLFGPwn7dS1TaIFjl7qM92
u3Hun1z4kdv+XAYAj4jPjp06/AhKQ6Rd+pCAYRDYZLb3gRpgWP2kGxr6UYmxDIzgNT95hYeB
M7chpqjUjl6vve+iYjVGIL+qE7amsANQ99aS4aNY90fE8H5SMT0vYWTuTXN1zKAw4WdN4eDF
/wBCeFgMA/4/AhGX8LqlVr+z40c2KmW6i+Ent4fyVtyJZ3BDV6T0rbIwDF+SbhIiulqZBO7o
yiCPhnujL1kZgGPMinuouwMaHJ+FVaqrxogcj2rpsqKzZKtCrumQwQu7oN5PPi6kDY0I8ylt
kA6TSMhqH3/AixYHDD7ylt1e9EDXS9QUB4DSzVWo2ap/VTzcbUbYfZXwNsO4INXx8aAIBkSw
5N30wxuUwwxZSgQz383dQ25Xi7HzoS9IRiC5FwjOA0mrtitJDEhx50HfVMCrv+FaiYyD6ZRd
5+zqistTCIatPV/4ScHAFgJWZRkJAM/aXQLsMlitJ5qqeKc1BThFkf5mJaYFQ93KE206hXz9
S1uJCR6gaEeqpxEj0HWATqt0qe36henNMU+C1Ag6m9KiQKnEnJPIN9KZgRgExiIHFDHjVOqh
WVKJhhwIWfPi6uojt4PIg/RVUIe4DqO0DSYLhsiqpgmdUQQ3QKyDPayiXIe4J/UUdBnIvSlN
LIwiQ4wWoBhemSjriZTjGgdgfsewnZ3oCFLeYF6RifEfGnk2rBsvWR/QnT/VkpysZ+FvxrTI
scC/TIf/ACI10kZ5K3UmDg4kDuIVNOVG9pUAMRyWiNgwLHJN4cK1+yhQvR3Ll0Sxo1CmdMce
P6Uz0Wp3Kh/LRZneYNQyEQwAAAApbpRie0eyUZSGmIoxxHso6A2usnP3USDj9CmI95qFf/0S
IB70vE/9hdBEojEJlQIHizJvrV3QGardEGMgBi2Ku3aumQdVWou3IJwCQ6D0fNaoSBCuhhwO
oNpr3W7yB02eoW1OUmAmAATWqpaiCIONkQmPNDZPe2mY+y/5SPxKEWpf2lAxlUAgv63qxR3t
s9MqyD2fqWmfUKaSviRYjA9q07gcDKijCAaMU5DMicULomVXoIkoSNpk6MAP+GuoO9480+zJ
soGsPsRWmIeSeYImX14hR3S2BiweRY6O76ilOTgAUYJ3JhHB8VzZn5IDB/dPsR+KmkC4zP7K
CBF0D5Ep5Asp75rKRIHpTYcAPQvdJCdmYJu7yTsNRuR+0oy25x0Yh06umXLhmmFc8FSiY34P
ftqgDEOtcYsfSuzBOnZkBKBAPdldDRUcv2+A4aXHdFeTLcYDuGuN0HJDSFDehUJZxH1cBLD+
pAokLa3Cx25PtzD59UFQAmNW9ZG8pC5dwtMSxN6Jp+c5Kp11o61RtkmVKInLBU7xwdHdm9Wq
60bs4x00rceGCk+5qMbh00WZOSf2UBEUjEyJ7OiKjA0YEMTpND6njWklhZgKuviYyD9QY9PR
pVaYMTZUNzcabrVIm5B7VQtUd4oORKVy1nWkioTZKpYq6kBcj6HQAo1ws1W6qpNeQEh5umSA
2i7FzFHVtGMcwmu3hKAHdxaypZcinHoWSzK7ckyoqnhQPmqLmi/CqYgEHBGewe2I5IQ3B2nm
hXg7MT9Sk3V0TpG1k7Dtbp/fUQ/dceg6eBAwqjErU2rBslPbDPp6fe76+KBSQJJ93oXxNotM
vYycrTOp9Umqd6ktpZ5fc/1UWNRcFd3pxC1wKYrS41NU5BCUCSbylKoP+V7CEROjtGtfciiw
xIDjBGQeMhQ6TRin25M5q1fcQG9ESIpqCixNbB4qJAMaOSZZnwrpcOQ5zQgzEi75d9A7YcHF
1cE5rS+kA90p6mociqiA7gEWZEkFuxOESaDgHJoxHn8KDhseFOESz3DoPwYgehMKcKYcM2T8
H4UXIGqsTxoqYIiW2KFqKsSCjpPmJqgZByLarocIgAlw7et66gGoHrf7GrwJxQEnpJkD7upb
m3YxlqA5SQ4dhR5Ic6H0Le/l4uPhkSiH8B781pBYN1ub+6nkNUhiLo/DkQBcSp91CMiNLVz9
lNc21SoUGo18VWhGBUpgNCRDEUHsoxIBb3epAkhy1ihHEVIfNaYnzd4gK9DcGMlqjpfBoouD
IO7HTEIGDMwdlEMMOapHtOCEntSgotV2f1WqqhwMBmiDY3N00ax8JXLgRnmv91Fq1WyTN5jw
uy5IhqM7+dAnHyXVVnzWY4D6uNExTPRDNc0zpiH7V1xByCIrtxFEBGWpkOAcMMjJEvfB0GI6
aybH1VIScPJi4bQyD3QBkHOCEgQx4ESB7VHcgCYyiHIowXxYE6Dev3U7scf7KoG3RcjvD+4u
oAiXjAQ0tMC4bTIBPAsThyRIpMEPREEiT3iQtWkwPIo9Zc2eo+0mAGlqT5EqGiWsyiST+LSq
M4vX8KyF2yQLPGXpf2Fq02p1CtEJ2lHrBvboRNz2ffREY2H3kBhd+a1uBI92mCE5dRpdFAo8
HBZafpVRRFrZJ49T4KtM12Ix9U07HTql+Fb8WCdPZc+D+RXjVZrUKHFPAMTQnNDl5JZEwkYm
lR+JVJ03j2grTIfmQAE3+7rVSycXzTiOqQFcFon0uGrUU6UZwlFiXYHNAmQbket/VWmR0UHT
Krp5HQQAxiKOhMnVjEjEeGUk/wDEAr7a6bPcGzI7hnOeB1UEfte2mE9Iuw5+FDaHej3CaIaY
u4wD/b+Iup+dH/EpC4aw6ZO/6iDgF5aMz1dS2xaM4uwCO2aCLsfE6rU5jBOC7kBh3rd5EOBK
1Bj7SOsyMRQ6TY+FHc3XIl3ATgiI9038ivAcLJm4B6RnRzmEEzLSAxFa81g6rRCXKoVE2Kbg
6pxOYV68HxVUOI8kqMQQSD1RORHSma2Q9XuLWJaZ0eXSPweNNuS6sO6xk/R+BCoIyClGQcEO
AiQOgu0iFUVsD3hTu/lId15XLZIEDTp5aYf8tNZquyAM9UWpWv2UACzu71Ib+2i9SLwaw8C0
bndJZmohu7JAkKsQ4r1dCA3ISFaaunUtJiJMemXeR0wYm4iZBE932ZUNVCTDpLAEV+8tnWS8
RXK/iRleMnAagujEkSMcjUIiEmB9UtL7S1XfvGPVL3txR3CNUYSFR/E3P+D/AJSAoWpTl0rl
5HNEY+UJYwOp+zpVFapTEBkzV5Joks+apJgu85yCqESRTPmqkPkEwA5gpxLIMFdf1UV3bgcH
RIosyv8AegAAc3usuSGfCsx6QmjIS7DwlIXANl1PShelvVTd0YEo2IFLM6INALUdk8Z6QLg0
c+7t9aH/AJEDLATq32dSPwqA0Es2QCpiQ+KJw7KoEMBi4cqoDHAaU4ozVa376h/MRJDhpAWt
3lqBqMBijt73RktJmJClDVREdwRe8AGHsoSBjKOTt/7vQvzNmT5wLh0Tpk+oMOl/3FtgdLXL
tTwKwBke8SoxLk0Ecq+qmMTLfLdR8JUjubjSJFjpdu90fxFGG0dEYihGmPd70p/D6/zV1WJc
Y34sL8ca0ZNbySOSiMgAfN5NOFqoabZ5oiYYgA1FQSgSa5zLA/YTGMZDIBl3dJs93TSdkWlX
JByEwtmrvknVjxC86cbU3FLInegYzwkT+zwbHIo7m5EAi8o0Lt6yJhJ+ROqi6mpQUb7WhPFj
RwQNA+0qByLlxpRIAcZRrXxRmmJJD6ajq6utPHvWqLf9LrQEptJuxAk6hZgY19tdRY4F+pRc
l6PIi6JIBBZn5IwiAI1JHagYRO4cCDJmTagM4u/4UTEe7JiEdzb3PzQe6bkesgN3bkRmOip9
taz8TbiASGOfh/wUSTuMcCcE8NQMTYhGRiTI0oECxiYuWb8f53/8/wDqICUpSGQ1MojTUCjS
lFveh40d1nJvR9Rl7fgQ+IfhydtKBhWBAIL4EeRVabm/GnE81KOUi3yDEP2ptITgBh6P30JW
GRFaoCJMj4RyWIGOJTh2wBCLAxGXdVZPq+0gGcHEf2USCeToEksDm6BscVSqHEmZYBNAa+ZN
EdADW7FKU565nzs61SLM7Vap76Gi+NdJTsXNJSJ1lvf8ClJnlKxPUzKsgG87/ZXwwX2zVlfm
wQlKxYRHmQAPSAAKutO44wEmQaV/OqEOiZAV95NKIkALMgDACtEYgBjeK17dIE1D0BVOuAFi
XFUBLbMScIBGplFvFcIS2+8T1EmwUoFpt4m1Lu6YRrajlEMWtRPq97vY91Nd8PHJv8T/AJa0
xI0xswahKjHEN9XBuDmxLNZbkmPTQH9ZaYhzmVYH6F1ROFjqWrVa6eBfhMesH+UrgsGOa1SA
5AYBEhiU2dy+SYXWqVlSX0q9U7uo8RASYxqMiUSdtmrIu7oAYVsjWpuMUSHAy6cUwDysDpan
vIyiAIgNHDH1lm6Zw5/QqHKjyP2kJSmIk1YqEobjyFGA0/iWlpRlcE3Prf8AKTHCzCQitUHI
DaRgmAMZ481UIE4oggkH6wtE6SGJF0HD80Wo6u7p3Ra5+hA7ZJkL5VUdZ0xPeLuYjw6U23uG
BLEki6oRIFnkSxsogxpKwPV9pRDAsQqUaw4Hhtw8MOs+YaUZYzkpc7MgC5OIJx8SI/SiamRw
BcSQqwoyEgtvcqxpJjTjT5fSfoRIJBTxkSMUdQJic1GQtKy/pfhVMcQxQOzJhF2jKgAR2jIP
HEYoiTlqaSaurMzC0gaKs2L9ETipbcj1RvEoyhQRuRVERBkw1am7vg1/8xD41jZ0dz+Xi+61
3dvXRjvCO5DnRv8AKQ+BuGEvUkc/CiZQMwPFAuECxEx3CShHcI+KLEeMJwmFUxoRY5Lqk59Z
rpxROE9lXDJXpwaiqfpUYjc0nHMhdFrSkShYjNURqvMVvbxOIjGnNGLlhR0a1NKnShGRryVD
U3D4KgpcPghXtR2/PH9pSIwq6EnvX0/MacWKAHk6jg5+hRjEtqlpc16T+Z3/AAIgdTSIDVsf
/VQjCOmMaPqZ/tKkWMcO91jurW5YkvFtMRIlYHVSmalbRJ6gvIEqUtTyJcP2rvR1VJB6Sw9V
SBJ0u3rVdAxIlFw1KhgiBc+GQRjuwG3vDumPiUviNpj3ME0ASA9UxkHFhenv+BF7+lOS3aE8
TbFOSQ6qS6qaZrvP5mWACrIBCGpycWxCB1Bh5kwLk83sUOFVI5hltxfqJ1lxkhElq0DLqPmA
/X2/9RMBQ5ckzuTg2CAGGAVbkFUqRav3kQLNQIQtpo3Z0/NX8mQFyCETIEGIbUTdGL9BtB6+
9FOaA4m5WqUCIgUJGXqKLh9uWOrwLRkXWp3xcZIx1HVhE5DxKW0JfmAFwOxE5ScHqxKibyo5
R1REnD+latoCMxYmpGr1VLa3iJSjafNS11YPEjFMYMRQuV02yCrKXoyVdRCOl2yAXjcWlh7S
IEZHBwXsgJEiRtEiUUQ8gwu+BVQTGWJUAH5NS3sfxENRIkQPYqE5BLm5lSSFX558I800Sxxf
kpHxRABZM9fQFECpxIsgwOdaKpvg7BvaTPTAAtT3f4i6eo4YIy3ANeAX6VuRajg/NreRQtyR
M4EgUJAz7qADiJrbNAy72BNUzYVRhtCkau9a+qhGb6ZHpdExPS2OClEGoJtTFagSJOxLxa3j
RjIO5Mi3IoaQeSoa4rbi/eejotQAGoL491B/QydnbPNOzE4o0BtUhdJDi5f8KbSGf2tX7isH
L0do9PsKRMRKLOAbDT0f9VEAUydOQATgFaMWpVNGv1J5FmNgKIWjIEVAQa+eJ4DFBOzOi9Ho
COSMZEluSpRse6u1rLpdxUgm6o0ZDJCG6DW0oiv204YjkoztGYY+ZDi/zatk04gh3TANwEXZ
0wqM+acjkpRjR1pNXFS+S1BmBDUjkjTqap0xGCIWZURUDScdKPUNQ89CjJ6hHbtIuY4YLbLP
qu3VUd7UhUgCTOLe4pRiaRImDa3QtqcQZaq1QMgAw7rYlSnHvSIBRB7pxfJRaXTEjDkiHJ1G
tf2UAO7EABEeb0JxyUTwAPAlMSxNgiLHCje90+NEliK8g/8AbXUXpTH8XgRoRpxuiJCpuUYS
DvYoQk2nCSGV/njmy6bHFdVZG66X7EQQQQmAcjmoSIafPJERk+keh04lqGkuO1ESugRR6ehQ
lemCAIZzfzItjitI7xFChExcwmHET+utzbApKoAtZCcmZhY4oGVIwBqtcSCJOxH4kdBtcY/u
IEsFFzeyDG6jAsefTRAirBndMGe74oRJqM7+QT/SykQ9yPpQLPM1LVXU5JNKKM9xhG4i1Smi
G5cGmHaxWsSJjhT8KECGMrRxQ+d/Ek4AQlLeH8vs1Aj4pMujemQLkjpRaUdyPhZEzkA1ompq
pmLgCTOc1CUiSBTpRMCa0bkFpy8ScdUc8lR8mURKRjKKeDSOBPMoEZVbPxKO4e9B27CjMd4i
r/soAEh7ql1EEagDlqRIGmMYkMRpLn1VImLBsTmhHQ4aUQwp1HVqW2zSkLgB2fw6vAjQgF6x
y9WaEgGAN5Zeyoi5e/mTxLE0DqJA1F9dMB3UGLr6uGRYoPiWXTFom8k7PI3XLyCGciqBsxQI
+SqmZvmA0gSMCS2KMdvb0NfV0rXFnsWKePSDeqf+YlqjlE9T+0mhAR7EwFEylGBeYLmOKa4y
bqYp4+cG7piD2KwJBubpoBjVRiQ5sqIMBpapP7KMQCwxzR0d7BNJtZ7x5onclqMqs9kYuxOK
IBJetU7U5FUBY81UE9qL+ai3GuG0ubqzHLJXdDmg2NF8SQ1C4BFiqU8og4ozFWsAowlhSyrT
5KnlN8q3k/H26bkb8wjIU3R34p7HFNIMqW5LUzxNgn0pxcpzbsXSHbzFPUDFEuS2ARd/Oqed
Yuv0oFlQEcNx6Bww5cCeDZJ/kY7oAylggcfmY+YDf2GExeJN18Dejo3R6EZZUQgaVenNDJgj
/Uuq6wVZgcndf4kSg8wx5JxJ8mGaapOQFV0bUinj/LuMl0fy4d2JlZE78YRGAiGTFGMcRkqe
fi7UJP1/JSge0dqZ+oFiPmNb/Jj5CO5LvQseDsHzP4Uw3RAZALr3pHsRfdl50X3CxtT7yYgy
5lPoxe6/w4qm2HVIRBxoEwDdnD+tdnB0GrwdRizC5LJvkna6b5cDNFvKr5TOHT/N3xVSWRCA
sjiB9fk34OPkrfJW4j5EwkTEHEIxhuGcqABkJ6jHIE1ZadxyGfqH6q6mD+n7q1QtzosD51ZV
pwvwv8g/F+AltlgDUWf1UI/zIOsYjq+yiXlzom2QTOTCJ7UInvEvLtPkuVYJh8k3y4l1tjVG
O6D8PSb5k+UdrblbvkIbsqzNh2+NPIvmUdReOS6Yac0AAKJ8G/SqFMDVXVU4x45jNc0CLIPV
8vkJCVmRO3NyLxI/CmLhqsAjvSBANIA3+V7PmQ4E2AVSzJ9RNUDfkCv6060gs+KO5KRnI4kt
+BdI0gO3YjSiJZhwvwYUBxQIL80GvknB8xKAIAJrQIPitOOSJBd8E715qyfFcsPJPAxNAVpj
Rsc1WpWkUAsPKbyH+Yt5AXnQLMQuQq3agSA+DqJTGgVKhPW9kRGIpVOFmc09U+OFFXBVTNzZ
cxggxbknJTipCBNGQIPmTWzTu7YKocPRPn/socGKeIchEmhz4CrVH0pkxTLSb1VfQqecJ7E4
J0/1Kr1TCw5KuNqJv6Onc82svqVCex1zX6UDw7P9kjgRwDBfW+SIDFrJzbEI4JrUunDvghqP
VzWqWOAyTVicHCd6FmVMcAjWh5o4tTNcsf2VzyVRTBPmjWyBwsr2QFC9iFX6UaKtAFU0TuG5
p9Q9PANZcv8AYQ4dqbDBaWBzJ5eFEAtjVOcgaVutRApj2q2F7q9OxUuEXBJzTGoH6U+3Ik3I
KYlo0cdq1QN6GtmXNODQ3QamAKaRvyonDEYhMAx+hEXHiZWqVHEi6dmZdNAE4ftTYXTuWbN0
HReg866SWHdor2Nk4+Tp86oL5LmmLk+qy1SzoOwIAHtCDCyGJXNVFO1XAP0pwS+NE8oj2XFU
22Gib9qc0bBECyAk/nVe6Oao5BsiAWliEx/3IC7phXPBNgndgnctgFVaTYJ2RdEs47WWb4+U
3Ec/kQM/LHluOI4c1z5lWvYu6rijIAAldNkS+IT45oFgRzuq4p2qnbsTY4lUpyJXLPBCgpX0
opmfOqpbJGrgq4b6VV64pxUnFcjknf6FpDMChmmFnqLIRNOSH1Jrckw/2A3k4c3X1LmqfSq2
+hFDh0viqPzXNuFGdVVbILnyXPmi3nRXNqOv/wAIfEAfBj1MjfVjZUZ8EGv9Koi7vydBr+dS
u/N1Tz3WHK/7KwbnqWDLDzIZoMywWCw+lYKt+PL5enljh//Z</binary>
 <binary id="i_015.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RmSRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTI6MjggMTk6MTg6MDkAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAh6gAwAEAAAAAQAA
AwMAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAYWAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOi9VtxDLJdAMakHy98t2rIz7sio
vkPa2P8ACbiADw7c0/8Ao5bDqWuZtMNLh7XEDmFSyunZdYaXO9RkDZHvaY1a1zf5xm13uakp
p1evsj1XOY5oIaLXf1txZY7/ANGK5g2PZa1++wFpgBxMf1veXN/qLPt6b1NwLsZr97TuLRAg
EagCf/RaiaM+obctjqngkl/Bg/yq4SU91TcLam2AmHCUQE+J+9VOnv3YNDvFg/DTWFYlJTPX
xKaT4lMHFIuKSlpjufvUfUc7RpMfNRdc1rtvLjrCF67z32jsElNgMcRyRPmowKwXPcXbfzQT
yq4vdwCfOTMlQc8vj3HTsElJH5hL/TYNT5oXq3F/vJjsB2/InEA6fOP4JzBMjXwSU//Q6W4s
DXbbC18RtJ3D+0zaVWqvymDZbSLam676yQRH7u3e7/wBQddtZuIJaOXc/wCf7XKLqyKy7f7X
xAg6n+Vud/3xJTZx+oYjt5LTLed7oIHHtsbu/wCmpNycVji0+qGnUMLwWR/Vs3/nf6Nqzr2W
lrWk7vUMNg7XAc+Pu/z0NzCa5qmXCCyXR8nMIsZ/00lO/jdWw3srbS5oZ9Fkw0ED9x7Ts/sP
2PWiHA6tMg8ELjm4DmiG7ybNXbT7jH+DJbuqt/64tvoVrW41jGW15AY4Rse123833sYfZ9FJ
TrOtayATLnfRaNSYQrb3AAMEEmJOunwCCyXWWWTL3kAnyA9rWqNhAbue9rQ2S57jADR3c76L
UlMnkDUcu5TEEwOU2JbVcwvoeLat202M9zNw+lts+i/n8xFJ93ALu6SkW0+J15T7CAI08+/4
opbZB2sLlB4c0bXNIIjkJKVypNaNwChDh7okHX4p22Fp0EkeJSU//9Habj2AxW+IOvI+j4bI
R7qnmkPLSBExPj2KPDGCWzMRHxKq5nWMbDmm1l1lrG7tlVT3SDo1jHw2l9jnf4P1UlNXIcNz
IGgmf/IymxiC/dAgawYMTydEfGY64NvsrdSbACaHn3NceWOj2fyfaoutwBmuxvXrqyeQyx23
Q8N3EbN38j1ElJLzViY78nTaxj3PiACA0u2OP8pZv1Q6j0b1q8PCxhjX2MDbbfolw3PfXV9K
11tdX0fV9T1EbNZlZeDfjjGvxzZTYGW5LBS0lrZ2Nqtf9od6m3/QbFg9DNlF7jQxvq1PqcWv
EODa7GPe8T/hPT3/ANffYkp6qrrpPWH9NtqZgVMnYclzhda4j9G6sR9lY23dvZvyPW/4NN1/
B6n1OmvpuOWUYl4Ls3Jf7iAwhzMZlP0neq4e9Ymc1/W/rNQcinfhAsqcyD7mN/R3Oa0e/wBz
9/6T8xdnhYd2NT6Nlhuqr9tNtn84Kx9Flz9G2vZ9H1vz6/5xJTyPUvq/ldDxm9Q6Xm3+njAf
aWyGlrR/hWsYW1vq3O2Pqs+h/LT1/WzP9Kx1rrRvqaf0RYHMdO9tjXZVdlLacmp/6X+curfW
y2n+cXWW49GWy3Gf6d1drXVWNB3NLXD87as1n1P6FTU37Z6lz2wbLrbSzeRoNzK3NY3b/JSU
8J1jqeb1bLdfa8udEV49JdsrZy2tn51n8t66r6u29Twrb8Obc7GPT682lztz5yXM3Pox7X/T
rsu9np/6RaT7fqniNFVLMR5bxU0+poT7nFp3Ne7+so5X1u6bUC3GyGsAiGPqIB/e2D2/mpKc
rDP17xGCp+E3Mfkh2S82AM9J9ri59Vl1b6Wb/wA/0ff6LEdvTfr5db69mZRitJBGOwgsAH5j
d1dv/StVfK+tmddvdjPuNbdAaqq2CT+9ZZvd/mrPu6tkZVRY4Wbt0H1shrwf3h+gpr2/9NJT
/9LqrGyAQZAGv3/Rlcp9ZMvKZ1Rrcd7nnGDHsrdJY10Ns/mz+j3WPXTG11Vb7DADWl3vO1ug
3+8n6DPb7lxt11TLnusPr3l/qZdzvaXOdH6Oprd22tn+ASU9Fh5edf0uvMxcUZNlrw51JsFR
9E/SspsePSc5n7tv5iyM3D6g+67qrOlU32Nsc26tzPVt0HpusycevbVsa5v876Hv/PsWrgY2
T1LpDqmUH7G1gaMcmDcG7H10b/dtY6yv0rdrf03q7/0fpLIzs2mnqeH6Dtx2sLzXOwWMtc3I
opb7XNxmPZsx6/8ARpKbOJ1t+Rk0ZGYCGENtYxvuABb6V9Ie/wBv0mv9j0TpfSasbM333ta+
43OprLHkua0/o3P3Ctm30v0v84hdQx2WZlFdDH14uZY57LCHMLbLX2WW1lp93ss9a1jf9CsP
qgzLeqWYtm+6/wBQVtDiXvM7W1DfLt3s2fnJKetZ15uLecTplYzMi87N1DIe5wGodd6tm7b/
ANBV8/rebjWOZmUUNvq12F/rOa7/AIRzzZts/kKVGG36uYjsfHcL+r5A2WWt+hjhwk+mfpfR
/P8A8L/UTdP+qbM2pt+XY5lUktI+nYSTusdvB9n7n76SnKzeu9WvfD8g0tboG1kNcIg+5301
U9LLyGyGvtmSXOLnzP8AKduau3o+rnRMcANp3HTVzj/ArQrxsOoRXSwd9Ru1/t70lPnuL03O
ukV0OPYmHO40/MbtRqfqv1p+oxtkHT1BtMfD3rvnW7dG+0eWn5EjaISU8Y36ufWFzDSK62Mi
Id6cfL6b2pv+aXV5a59mMHtMggxr5+nVtcux9U6GOUGywkxEa/fKSn//093qNNr+l51YBte6
lwa1jSXE/u7Ru9T2rhrGkGxr9HtcdwPYt01/qr0l+NiX1vqtsaazGjiWGZ9rt0tc1/8AKauZ
zcHDHXhjiv1qnW3PdBLpa5uHc6Xt3b9rrrXep/6TSUtg9QyOn/VymnJqL6MndY18kg7n7mY1
gZtfVva31q/f+k+gq2D0jIzc5uVc1z6Q42Mthp93t3MNQNe/bf8A4P8A9Fqp9ZGdOxct9eC1
9bhYBdUXS1uwN2ei2XbW2te17/5ah9ttxOkhjbSy2wtsY0E7o3O36fu+5JT0/UGMroYzFLZ6
bfXZfI9PY607Q30n+33su9Vj2ez2Kjk5FuLfmZzaGVdRx6wx2Q4Fwa9pDPVY3a5vupfs/wBG
9VPq1ndQbVlupqdmb21+q15G1razZt3l5a1u9tljULrWVjZVvrO3U2w5pZtJa0H85tjd1bv3
NySm70TIxczqONjZbS/7Uwvs3GfUeQXsbY/d/N+33/8Aba7NxjyHAA0AA4XJ/UfG6eabMgNb
ZnsI3W8hrD7W+k3/AAXua7/hXrV651xvSs3pzbtMXKNovhu5wADG1WtH0ttdjv7aSnVgE+KR
MNnghYvRuunqvVs6nHO/Aqppsoc4bHh8lmRuYffte53/AIF/wq2iB3KSkbpj5/ikdR5+aToH
HCGXBJSwdpHaVFrgXj48pwe/ZQOrht8dUlP/1OgtrGTS51tNT8hvsq9QEsGv5wmx1Sp9O6R1
i3rNue+4YddTnh1rZc14dXTQ6uiq47Nnp0N/TPYtTLDcGt+ZlM3VUiZA3HcTAd7W79vu96pf
848TIczG9YbXmHem51byf3N/u+mkpJmdEws7MfkO6XVkMdtIvsttrfYW+z+jUNO6v27W2W+n
6n+i2KTum/VzKtg9M3urG0loJaI+lXtrs/SbfzvzELK+sWBil2NlNvZWBtsFlgPuP0Gh7/f+
b+kYjs6lXk0F+HaKsOphdc6QHbGD3vse0+7+rWkpneMOiMSjF3MaAwMrZUK9oHsr2f4RrP5S
5vrHS8DN6gxlGRjU32tAqpY/a5zwO1Vbf0fsb/hP0ap9Ryzbl0OusdW2DafSLXPZSfdVj0Nn
b9qy2fpMt/8AovQq/mv0SJhO6HW52b9myq7b93pZVuTW94cfp3spdVj1ud+Z9NJTt/Vvo13R
L7W3F1hvaBa5rW+nM+xtbw/1vZ+e91C5DrFudl9Xyj1AtGY2w1PEwytrHen6NM/4Clp3fy/5
5dHTh5rnsy+mX/athJt2uNVzPzmPeH/Sa79/3sQupfVPqfUsg9TxLK2vyAw2Y9zi14c1jarP
07W2VWeptSU0+kU/su6vMFjbDi2Ode0AOHpuGx76J22b/Sd+/ss/7aXoLawSSZ+cj8F5xTXn
Y/VLcTLZ6OTSQ1zo3bnN2X4tEY4dXbZ+j/M/wP8AObPSXo1N7L62X1g+na0PaHAtcN3uh7He
5jm/upKRvrg6dkN1ZPzRSTrHiov0Hn3SUwFLthk+6eygyotslx0njsjB5IPZRLS4gHUJKf/V
6vr2RTj9PFrr/Ta21n0yYcYePTn/AME2u/0awR1LFxmi17KsrvW0bHEGP5vb/onLS+suJkZX
S31VMddZVYy1tbRJIbuZZtb+d7H7lxFlNld2x7XMOhc0iCGn4wkp2x9nv6HnSA67I9UsuDiC
XjVrYaduz2s/nGoXUX9Pb0aem0enk30trzK6mwxz/aw2Nr/N/wAI9YVd1lTSzdrq14BkR/1L
v66Ng4dnULWYmM2Mi50CwH2tbH6R7v8Ai0lNXLY2i51BhvohrD21aN1vH/Cl618Xp7cnpYv6
v6gjddh1n+duqrFbbXsbsdZ9mZZZX/x9f83++rXWOh3/AFfqbdWW5WHefTde2sV2VWTFIfrY
+yqxn0Pd/Pq2MqnqnQ3vzsqvGzMaAMu520ODy39FdZ7nfp/Rb+b/AD1HqfvpKaON0zJbXXld
MznNFrzXj+kx9ZreHMFzrWkuZsra9u7Yz9Iuw6IOoZGCX9TsL3Wvc2sBvovFbf0e+309j2XX
fzux380uQwrxj4+R1LIodbVQWihj2gOe7d9N9zHendQ3Mtp9N7P0l387V/Mrp/qxl5GZVkXX
bgQa2unk2Bp3vd/wjmen6iSnlOp4eZ066k45dfVYzIvY0tNhcN/o5jcnaWetZUyqj3M/wH/b
i6v6r5GdldK+1ZtYpN1hNFIDhtqaGsa4+p7/ANI5u9i1KWbH3bDAL9wA0Ey5/b+U5E13FxJJ
PiUlIynLZUyPJRa7cXaEbTBlJSItIHHzTMdDjp8EfZI1MoZrh2iSn//W7gsxWtkOHx5M/Jc3
9dSwdIqux9H05LJeYktc2xrmlv53u2LVzeo41F7qWNda9oBcKml+2Tth5na1/wDI3rnfrpmh
/SqMesiLrgX6EEbGu2MfP9dJTmjoL8rpVfUanhmS8OdZQ4aPYJ9N1Tv9PtH0P9GtT6p4e1lu
ZVDqywV0P7kNO7I0/N3P/Rrdo2V3Mayk7KK2hjdCAWtQcCvH6X06uqwirHqaG7n+0SeZJ/Ps
d+Ykpx+q5xbjZ2Nbuc3KbfW3v+lqsb6L/wA7ZZ9mtxrf+seosvolwZn473UVZIZY0vqugtcL
nNxmGve1zfXrfZ6rEfquSy3JzW073GywmpsQ0vLGUX3O3e5v6L21NVXpWMXZ9J+myt5dsZBn
0m+6N+1n8+/Z/YSU6f1ptbXgvppta9j81n6NgAG1nqPaGMraxra2P2+n7f8AjP0i6f6utoq6
TQ1mhsfY98SfebHNd7gP5O33Li/rQ40Mw8KBvLnZLhIPP6Nm7Rv8pdn091VXScO9hc0NraIb
pvJ/wf8AKfY935qSm76lbK3WvdsZO4uOn+vKwerdYf6DhhH7S6y2KDtcPTLZ3bWtG579y0xj
XV4vpvFTXOaTY+x07Z8NzXNs2t/PeuNz6c/GzW3YmTW9oP6K+gukfR1LXfpG+m73P/Sfzf6T
0/TSU6Fme7Gqob1fKfXkO90NMu9Nu2G11hv6JrnH2Nv9Oz2IuN9abMnqbrqnudjBorFAJewO
cWsZY5jW1udu22/8N/x3prF65TltuAy6XF5Y2zfbWQ95jba9w9+6r1PYr2B9Y2/Z66WUsGY1
7oybIO9loa26vJ27fVfZsr3WP/0Vf6NJT3NAtLCbmbHSYbIPt/N/1f71Ms7oeI4PxmWtr9IP
G5zP3XH6bf8AORd34alJT//Xv2ZBZkCnp+bQKmktroY6sc/m7LWe6zd+d9N6qdboujAbnVsD
7slu52u6GDY7cGu2ek51i6O3EzhY703t9Nw2l5Hva496ne1m3d7/ANN6q5j6wW/aevYGK2wB
2O5lV9sexrnubcxmnu3+3/rfqpKdfAy7Ddtre5zC1wc0s2w5wDWl7Xe/6R/fRcpt9LRlhlWQ
cZp9EFrvVDiPpU173U+s3/S+n7GK2LcKjCvy5DaNwbdZVB27j/OWR+Yz6axM7Lzg9/ouvyaq
/c2xrdlDg6G/o/Taxt3q+ps9a/8AR/8ABpKauRg25mU63Etb9sFbLHYTxste0tbF1DXezIZt
/PVDDecGxrrCaHMDmNe8NJ3Tuf7bg6p7nfSetzqHSsjrGVTVbh/Yvc+xkZDLWtMfT/Rt+0U7
/TYz9B+g3/4NYubiyA3J6ky6ujcRXc/e4Hgt9alrnWf9uJKat9Gf1rLbZTFts+kxghu2lm4/
a73/AM22nfv9W5dnhUNx8HDyGuNjxU11Zfr6Yc3/AAA/Mdtf/OO/Sf8AFLk8O5jOo4+RS5tF
WU9mG1jZbNUNbZa9jvZttdt/Of8ApP5a7R7LnUix5Y0ljS/YfaON+3Ru33JKcvN6bj5V/wBo
td+niJLjBPbfr7kXFwaKHi4zZbpq7hpH7g+kitxbHs302lxeZY8AOAM/uO2sd+7/AINFo6V1
Kxrn27aHt9rA0lzHafTfTZD63f1bv+vJKQ5jsa00HJG51Li6nQkNc9o3u2e72ta1vt2rF6xj
dOxWDPw/Tv8AVsDaxVZLGuA/W/UY38x8b2OY/wDQ2LosjCZVT6WbFgfpLZB/k+6d3qfylz2R
9WmG8XYmQ9lBMPqfBc3/AIt4G23/AK43/PSU5fT+rZuL1TFyidhL9rgwNb7HkVvaa6g2v6P/
AE/0i7/7RXSz0mm31dx91jCSAP6h9u3/AL//ADa47I6CKbqsnGoOXSwh1rCGukiY3UtfjWOb
/KrvWxgdaz8h7MU1bnkk7nusZYGQHbXi+v033Vz/ANyf0qSn/9DuftbWiGtkAFZ56d0p2cc5
+Mbbn7XFrtWbmABlmz9/2/nrWiuBx8iE3p66Pg/JJTXyCMvEvxTSdl1T6yHAR7mub9FcDgX+
pb0rGtzA5jbWV3YDHua/a0OqJta0NZ6fq+yzevRDXeSItjX80arl8O285fU9GhjMi0VNa1ur
g53v3D3uc5JTs432dupphx+nZWA1279521YP1pwzbkY2YymnKpe6HZBEO86sjZ6f+e/+c/fW
xhlz2NdG2xzBvA0IdH/R9yD1h/8AkzKfQCMplb30bB+kLyP0jK2e5znbnfmpKeTorY6vJz7B
vtpLXOiGCt7rPUbjV1/6X02+pb/x1NK7SytjmursALCSCDI59z+P5S4/p1AFmHgCyMVtgf1P
IBljryW22U2XfR9j20Ue966+x2S2yaZ0ngTP5UlN6otx6YqqO1gM/wCp3OQP2w3a7c0NcBoJ
nX5LOv8A2i8E2mwNJ1DgQ3z42+1VmshrhU4xyADInw3JKZ5uQ217i18WubG0A8fS2tt2+3b+
67eqv2nJrMelvLwdr+Gh3/Cbd21v771J1NOofYCRq+CAT+61+1Ea0ENLTAaHEgGdPzdW7fbt
SUrp2TlOZsy6hXtkixp58G+n/wCZK/S/aQ9riZ5HY99WrPc2yHFpBcRDATAHnwj4odtb6hG8
SCW6Tr9KJdt/lN3vSU//2f/tIaJQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAA4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQ
c3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJp
dGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpj
AAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9v
ZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhC
SU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRu
Ym9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jv
b2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29s
AAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAA
AEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQA
AAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAA
AAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExl
ZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRG
I1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRv
bWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25n
AAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAAB
AAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAA
AAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklN
A/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAA
AAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////////////////
//////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////
/////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAAC
AAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQI
AAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAA0sAAAAG
AAAAAAAAAAAAAAMDAAACHgAAAAsEEQQ1BDcAIAQ4BDwENQQ9BDgALQAxAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAIeAAADAwAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABS
Y3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAD
AwAAAABSZ2h0bG9uZwAAAh4AAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNl
AAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVu
dW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNs
aWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9w
IGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAwMAAAAAUmdodGxvbmcA
AAIeAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAAB
AAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxU
ZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdk
ZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQA
AAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9w
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxv
bmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAA
OEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAYdAAAAAEAAABwAAAAnwAAAVAAANCwAAAYWAAY
AAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsR
FQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsN
Dg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwM/8AAEQgAnwBwAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMA
AQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUD
DDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZE
k1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3
h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAz
JGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0
pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A6L1W3EMsl0AxqQfL
3y3asjPuyKi+Q9rY/wAJuIAPDtzT/wCjlsOpa5m0w0uHtcQOYVLK6dl1hpc71GQNke9pjVrX
N/nGbXe5qSmnV6+yPVc5jmghotd/W3Fljv8A0YrmDY9lrX77AWmAHEx/W95c3+os+3pvU3Au
xmv3tO4tECARqAJ/9FqJoz6hty2OqeCSX8GD/KrhJT3VNwtqbYCYcJRAT4n71U6e/dg0O8WD
8NNYViUlM9fEppPiUwcUi4pKWmO5+9R9RztGkx81F1zWu28uOsIXrvPfaOwSU2AxxHJE+ajA
rBc9xdt/NBPKri93AJ85MyVBzy+PcdOwSUkfmEv9Ng1PmhercX+8mOwHb8icQDp84/gnMEyN
fBJT/9DpbiwNdtsLXxG0ncP7TNpVaq/KYNltItqbrvrJBEfu7d7v/AFB121m4glo5dz/AJ/t
courIrLt/tfECDqf5W53/fElNnH6hiO3ktMt53uggce2xu7/AKak3JxWOLT6oadQwvBZH9Wz
f+d/o2rOvZaWtaTu9Qw2DtcBz4+7/PQ3MJrmqZcILJdHycwixn/TSU7+N1bDeyttLmhn0WTD
QQP3HtOz+w/Y9aIcDq0yDwQuObgOaIbvJs1dtPuMf4Mlu6q3/ri2+hWtbjWMZbXkBjhGx7Xb
fzfexh9n0UlOs61rIBMud9Fo1JhCtvcAAwQSYk66fAILJdZZZMveQCfID2tao2EBu572tDZL
nuMANHdzvotSUyeQNRy7lMQTA5TYltVzC+h4tq3bTYz3M3D6W2z6L+fzEUn3cAu7pKRbT4nX
lPsIAjTz7/iiltkHawuUHhzRtc0giOQkpXKk1o3AKEOHuiQdfinbYWnQSR4lJT//0dpuPYDF
b4g68j6PhshHuqeaQ8tIETE+PYo8MYJbMxEfEqrmdYxsOabWXWWsbu2VVPdIOjWMfDaX2Od/
g/VSU1chw3MgaCZ/8jKbGIL90CBrBgxPJ0R8Zjrg2+yt1JsAJoefc1x5Y6PZ/J9qi63AGa7G
9eurJ5DLHbdDw3cRs3fyPUSUkvNWJjvydNrGPc+IAIDS7Y4/ylm/VDqPRvWrw8LGGNfYwNtt
+iXDc99dX0rXW11fR9X1PURs1mVl4N+OMa/HNlNgZbksFLSWtnY2q1/2h3qbf9BsWD0M2UXu
NDG+rU+pxa8Q4NrsY97xP+E9Pf8A199iSnqquuk9Yf022pmBUydhyXOF1riP0bqxH2Vjbd29
m/I9b/g03X8HqfU6a+m45ZRiXguzcl/uIDCHMxmU/Sd6rh71iZzX9b+s1ByKd+ECypzIPuY3
9Hc5rR7/AHP3/pPzF2eFh3Y1Po2WG6qv2022fzgrH0WXP0ba9n0fW/Pr/nElPI9S+r+V0PGb
1Dpebf6eMB9pbIaWtH+FaxhbW+rc7Y+qz6H8tPX9bM/0rHWutG+pp/RFgcx0722NdlV2Utpy
an/pf5y6t9bLaf5xdZbj0ZbLcZ/p3V2tdVY0Hc0tcPztqzWfU/oVNTftnqXPbBsuttLN5Gg3
Mrc1jdv8lJTwnWOp5vVst19ry50RXj0l2ytnLa2fnWfy3rqvq7b1PCtvw5tzsY9PrzaXO3Pn
Jczc+jHtf9Ouy72en/pFpPt+qeI0VUsxHlvFTT6mhPucWnc17v6yjlfW7ptQLcbIawCIY+og
H97YPb+akpysM/XvEYKn4Tcx+SHZLzYAz0n2uLn1WXVvpZv/AD/R9/osR29N+vl1vr2ZlGK0
kEY7CCwAfmN3V2/9K1V8r62Z1292M+41t0BqqrYJP71lm93+as+7q2RlVFjhZu3QfWyGvB/e
H6Cmvb/00lP/0uqsbIBBkAa/f9GVyn1ky8pnVGtx3uecYMeyt0ljXQ2z+bP6PdY9dMbXVVvs
MANaXe87W6Df7yfoM9vuXG3XVMue6w+veX+pl3O9pc50fo6mt3ba2f4BJT0WHl51/S68zFxR
k2WvDnUmwVH0T9Kymx49Jzmfu2/mLIzcPqD7ruqs6VTfY2xzbq3M9W3Qem6zJx69tWxrm/zv
oe/8+xauBjZPUukOqZQfsbWBoxyYNwbsfXRv921jrK/St2t/Terv/R+ksjOzaaep4foO3Haw
vNc7BYy1zciilvtc3GY9mzHr/wBGkps4nW35GTRkZgIYQ21jG+4AFvpX0h7/AG/Sa/2PROl9
Jqxszffe1r7jc6msseS5rT+jc/cK2bfS/S/ziF1DHZZmUV0MfXi5ljnssIcwtstfZZbWWn3e
yz1rWN/0Kw+qDMt6pZi2b7r/AFBW0OJe8ztbUN8u3ezZ+ckp61nXm4t5xOmVjMyLzs3UMh7n
Aah13q2btv8A0FXz+t5uNY5mZRQ2+rXYX+s5rv8AhHPNm2z+QpUYbfq5iOx8dwv6vkDZZa36
GOHCT6Z+l9H8/wDwv9RN0/6pszam35djmVSS0j6dhJO6x28H2fufvpKcrN671a98PyDS1ugb
WQ1wiD7nfTVT0svIbIa+2ZJc4ufM/wAp25q7ej6udExwA2ncdNXOP8CtCvGw6hFdLB31G7X+
3vSU+e4vTc66RXQ49iYc7jT8xu1Gp+q/Wn6jG2QdPUG0x8Peu+dbt0b7R5afkSNohJTxjfq5
9YXMNIrrYyIh3px8vpvam/5pdXlrn2Ywe0yCDGvn6dW1y7H1ToY5QbLCTERr98pKf//T3eo0
2v6XnVgG17qXBrWNJcT+7tG71PauGsaQbGv0e1x3A9i3TX+qvSX42JfW+q2xprMaOJYZn2u3
S1zX/wApq5nNwcMdeGOK/Wqdbc90Eulrm4dzpe3dv2uutd6n/pNJS2D1DI6f9XKacmovoyd1
jXySDufuZjWBm19W9rfWr9/6T6CrYPSMjNzm5VzXPpDjYy2Gn3e3cw1A179t/wDg/wD0Wqn1
kZ07Fy314LX1uFgF1RdLW7A3Z6LZdtba17Xv/lqH223E6SGNtLLbC2xjQTujc7fp+77klPT9
QYyuhjMUtnpt9dl8j09jrTtDfSf7fey71WPZ7PYqOTkW4t+ZnNoZV1HHrDHZDgXBr2kM9Vjd
rm+6l+z/AEb1U+rWd1BtWW6mp2ZvbX6rXkbWtrNm3eXlrW722WNQutZWNlW+s7dTbDmlm0lr
Qfzm2N3Vu/c3JKbvRMjFzOo42NltL/tTC+zcZ9R5Bextj93837ff/wBtrs3GPIcADQADhcn9
R8bp5psyA1tmewjdbyGsPtb6Tf8ABe5rv+FetXrnXG9KzenNu0xco2i+G7nAAMbVa0fS212O
/tpKdWAT4pEw2eCFi9G66eq9Wzqcc78CqmmyhzhseHyWZG5h9+17nf8AgX/CraIHcpKRumPn
+KR1Hn5pOgccIZcElLB2kdpUWuBePjynB79lA6uG3x1SU//U6C2sZNLnW01PyG+yr1ASwa/n
CbHVKn07pHWLes2577hh11OeHWtlzXh1dNDq6Krjs2enQ39M9i1MsNwa35mUzdVSJkDcdxMB
3tbv2+73ql/zjxMhzMb1hteYd6bnVvJ/c3+76aSkmZ0TCzsx+Q7pdWQx20i+y22t9hb7P6NQ
07q/btbZb6fqf6LYpO6b9XMq2D0ze6sbSWgloj6Ve2uz9Jt/O/MQsr6xYGKXY2U29lYG2wWW
A+4/QaHv9/5v6RiOzqVeTQX4doqw6mF1zpAdsYPe+x7T7v6taSmd4w6IxKMXcxoDAytlQr2g
eyvZ/hGs/lLm+sdLwM3qDGUZGNTfa0Cqlj9rnPA7VVt/R+xv+E/Rqn1HLNuXQ66x1bYNp9It
c9lJ91WPQ2dv2rLZ+ky3/wCi9Cr+a/RImE7odbnZv2bKrtv3ellW5Nb3hx+neyl1WPW535n0
0lO39W+jXdEvtbcXWG9oFrmtb6cz7G1vD/W9n573ULkOsW52X1fKPUC0ZjbDU8TDK2sd6fo0
z/gKWnd/L/nl0dOHmuezL6Zf9q2Em3a41XM/OY94f9Jrv3/exC6l9U+p9SyD1PEsra/IDDZj
3OLXhzWNqs/TtbZVZ6m1JTT6RT+y7q8wWNsOLY517QA4em4bHvonbZv9J37+yz/tpegtrBJJ
n5yPwXnFNedj9UtxMtno5NJDXOjduc3Zfi0Rjh1dtn6P8z/A/wA5s9JejU3svrZfWD6drQ9o
cC1w3e6Hsd7mOb+6kpG+uDp2Q3Vk/NFJOseKi/QefdJTAUu2GT7p7KDKi2yXHSeOyMHkg9lE
tLiAdQkp/9Xq+vZFOP08Wuv9NrbWfTJhxh49Of8AwTa7/RrBHUsXGaLXsqyu9bRscQY/m9v+
ictL6y4mRldLfVUx11lVjLW1tEkhu5lm1v53sfuXEWU2V3bHtcw6FzSIIafjCSnbH2e/oedI
Drsj1Sy4OIJeNWthp27Paz+cahdRf09vRp6bR6eTfS2vMrqbDHP9rDY2v83/AAj1hV3WVNLN
2urXgGRH/Uu/ro2Dh2dQtZiYzYyLnQLAfa1sfpHu/wCLSU1ctjaLnUGG+iGsPbVo3W8f8KXr
Xxentyeli/q/qCN12HWf526qsVttexux1n2Zlllf/H1/zf76tdY6Hf8AV+pt1ZblYd59N17a
xXZVZMUh+tj7KrGfQ938+rYyqeqdDe/Oyq8bMxoAy7nbQ4PLf0V1nud+n9Fv5v8APUep++kp
o43TMltdeV0zOc0WvNeP6TH1mt4cwXOtaS5mytr27tjP0i7Dog6hkYJf1Owvda9zawG+i8Vt
/R77fT2PZdd/O7HfzS5DCvGPj5HUsih1tVBaKGPaA57t3033Md6d1Dcy2n03s/SXfztX8yun
+rGXkZlWRdduBBra6eTYGne93/COZ6fqJKeU6nh5nTrqTjl19VjMi9jS02Fw3+jmNydpZ61l
TKqPcz/Af9uLq/qvkZ2V0r7Vm1ik3WE0UgOG2poaxrj6nv8A0jm72LUpZsfdsMAv3ADQTLn9
v5TkTXcXEkk+JSUjKctlTI8lFrtxdoRtMGUlIi0gcfNMx0OOnwR9kjUyhmuHaJKf/9buCzFa
2Q4fHkz8lzf11LB0iq7H0fTksl5iS1zbGuaW/ne7YtXN6jjUXupY11r2gFwqaX7ZO2HmdrX/
AMjeud+umaH9Kox6yIuuBfoQRsa7Yx8/10lOaOgvyulV9RqeGZLw51lDho9gn03VO/0+0fQ/
0a1Pqnh7WW5lUOrLBXQ/uQ07sjT83c/9Gt2jZXcxrKTsoraGN0IBa1BwK8fpfTq6rCKsepob
uf7RJ5kn8+x35iSnH6rnFuNnY1u5zcpt9be/6Wqxvov/ADtln2a3Gt/6x6iy+iXBmfjvdRVk
hljS+q6C1wuc3GYa97XN9et9nqsR+q5LLcnNbTvcbLCamxDS8sZRfc7d7m/ovbU1VelYxdn0
n6bK3l2xkGfSb7o37Wfz79n9hJTp/Wm1teC+mm1r2PzWfo2AAbWeo9oYytrGtrY/b6ft/wCM
/SLp/q62irpNDWaGx9j3xJ95sc13uA/k7fcuL+tDjQzDwoG8udkuEg8/o2btG/yl2fT3VVdJ
w72FzQ2tohum8n/B/wAp9j3fmpKbvqVsrda92xk7i46f68rB6t1h/oOGEftLrLYoO1w9Mtnd
ta0bnv3LTGNdXi+m8VNc5pNj7HTtnw3Nc2za389643Ppz8bNbdiZNb2g/or6C6R9HUtd+kb6
bvc/9J/N/pPT9NJToWZ7saqhvV8p9eQ73Q0y7027YbXWG/omucfY2/07PYi431psyepuuqe5
2MGisUAl7A5xaxljmNbW527bb/w3/HemsXrlOW24DLpcXljbN9tZD3mNtr3D37qvU9ivYH1j
b9nrpZSwZjXujJsg72Whrbq8nbt9V9myvdY//RV/o0lPc0C0sJuZsdJhsg+383/V/vUyzuh4
jg/GZa2v0g8bnM/dcfpt/wA5F3fhqUlP/9e/ZkFmQKen5tAqaS2uhjqxz+bstZ7rN35303qp
1ui6MBudWwPuyW7na7oYNjtwa7Z6TnWLo7cTOFjvTe303DaXke9rj3qd7Wbd3v8A03qrmPrB
b9p69gYrbAHY7mVX2x7Gue5tzGae7f7f+t+qkp18DLsN22t7nMLXBzSzbDnANaXtd7/pH99F
ym30tGWGVZBxmn0QWu9UOI+lTXvdT6zf9L6fsYrYtwqMK/LkNo3Bt1lUHbuP85ZH5jPprEzs
vOD3+i6/Jqr9zbGt2UODob+j9NrG3er6mz1r/wBH/wAGkpq5GDbmZTrcS1v2wVssdhPGy17S
1sXUNd7Mhm389UMN5wbGusJocwOY17w0ndO5/tuDqnud9J63OodKyOsZVNVuH9i9z7GRkMta
0x9P9G37RTv9NjP0H6Df/g1i5uLIDcnqTLq6NxFdz97geC31qWudZ/24kpq30Z/WsttlMW2z
6TGCG7aWbj9rvf8Azbad+/1bl2eFQ3HwcPIa42PFTXVl+vphzf8AAD8x21/8479J/wAUuTw7
mM6jj5FLm0VZT2YbWNls1Q1tlr2O9m212385/wCk/lrtHsudSLHljSWNL9h9o437dG7fckpy
83puPlX/AGi136eIkuME9t+vuRcXBooeLjNlumruGkfuD6SK3FsezfTaXF5ljwA4Az+47ax3
7v8Ag0WjpXUrGufbtoe32sDSXMdp9N9NkPrd/Vu/68kpDmOxrTQckbnUuLqdCQ1z2je7Z7va
1rW+3asXrGN07FYM/D9O/wBWwNrFVksa4D9b9RjfzHxvY5j/ANDYuiyMJlVPpZsWB+ktkH+T
7p3ep/KXPZH1aYbxdiZD2UEw+p8Fzf8Ai3gbbf8Arjf89JTl9P6tm4vVMXKJ2Ev2uDA1vseR
W9prqDa/o/8AT/SLv/tFdLPSabfV3H3WMJIA/qH27f8Av/8ANrjsjoIpuqycag5dLCHWsIa6
SJjdS1+NY5v8qu9bGB1rPyHsxTVueSTue6xlgZAdteL6/TfdXP8A3J/SpKf/0O5+1taIa2QA
Vnnp3SnZxzn4xtuftcWu1ZuYAGWbP3/b+etaK4HHyITenro+D8klNfIIy8S/FNJ2XVPrIcBH
ua5v0VwOBf6lvSsa3MDmNtZXdgMe5r9rQ6om1rQ1np+r7LN69ENd5Ii2NfzRquXw7bzl9T0a
GMyLRU1rW6uDne/cPe5zklOzjfZ26mmHH6dlYDXbv3nbVg/WnDNuRjZjKacql7odkEQ7zqyN
np/57/5z99bGGXPY10bbHMG8DQh0f9H3IPWH/wCTMp9AIymVvfRsH6QvI/SMrZ7nOdud+akp
5Oitjq8nPsG+2ktc6IYK3us9RuNXX/pfTb6lv/HU0rtLK2Oa6uwAsJIIMjn3P4/lLj+nUAWY
eALIxW2B/U8gGWOvJbbZTZd9H2PbRR73rr7HZLbJpnSeBM/lSU3qi3Hpiqo7WAz/AKnc5A/b
DdrtzQ1wGgmdfks6/wDaLwTabA0nUOBDfPjb7VWayGuFTjHIAMifDckpnm5DbXuLXxa5sbQD
x9La23b7dv7rt6q/acmsx6W8vB2v4aHf8Jt3bW/vvUnU06h9gJGr4IBP7rX7URrQQ0tMBocS
AZ0/N1bt9u1JSunZOU5mzLqFe2SLGnnwb6f/AJkr9L9pD2uJnkdj31as9zbIcWkFxEMBMAef
CPih21vqEbxIJbpOv0ol23+U3e9JT//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIA
ZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8A
cAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOkGh0dHA6Ly9u
cy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBD
ZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRh
LyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5
LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cu
dzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJk
ZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHht
bG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdEV2
dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4
bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHht
bG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1wOkNyZWF0b3JU
b29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRl
PSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjE4OjA5KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEy
LTI4VDE5OjE4OjA5KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOToxODow
OSswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkZTA2NjYxYy01MTdjLTZjNDYt
OWIxOC1lODQwNWUzY2NkYjUiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rv
c2hvcDoxNTg0OGQ5Yy0wYWJjLTExZTktOWNhNi1iYzJjZjQxMjBjZmUiIHhtcE1NOk9yaWdp
bmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo1YjUyNjZiZS05ZTk3LTU4NDYtYTNkMS0yNjk3ZjE2
NTRiMjciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9maWxlPSJz
UkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHhtcE1NOkhpc3Rv
cnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIgc3RFdnQ6aW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1YjUyNjZiZS05ZTk3LTU4NDYtYTNkMS0yNjk3ZjE2NTRiMjci
IHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MTg6MDkrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJl
QWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8cmRmOmxpIHN0
RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZGUwNjY2MWMt
NTE3Yy02YzQ2LTliMTgtZTg0MDVlM2NjZGI1IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5
OjE4OjA5KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0Mg
MjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1N
Okhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6QmFnPiA8cmRm
OmxpPnhtcC5kaWQ6ODI5MjMwQUZBOTk2MTFFNTlFMjhDMThEN0I4RjY2NDg8L3JkZjpsaT4g
PC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9yZGY6RGVzY3Jp
cHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJQ0Nf
UFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BNU0ZU
AAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MAAAGE
AAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAAFGJY
WVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcAAAPU
AAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAIDGdU
UkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhld2xl
dHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAA
AAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAAAAAA
AAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAA
AAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0Ig
Y29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBS
R0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAA
ACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAA
AAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4AAAAB
WFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACjwAA
AAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAyADcAOwBA
AEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwAwQDG
AMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkBYAFn
AW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8COAJB
AksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MDTwNa
A2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoEqAS2
BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZ
BmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8IMghG
CFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQKagqB
CpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM8w0N
DSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MPzw/s
EAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMTAxMj
E0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwWjxay
FtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEadxqe
GsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQevh7p
HxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgjZiOU
I8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8ocSii
KNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12Last4S4W
Lkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38zuDPx
NCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2
OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRApkDn
QSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tHwEgF
SEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63TwBPSU+T
T91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdXRFeS
V+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ffs2AF
YFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9olmjs
aUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx8HJL
cqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7wnwh
fIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VHhauGDoZy
hteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/
kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+cHJyJ
nPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n4KhS
qMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4s660JbSc
tRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA7MFn
wePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXONs62
zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr724DcBdyK
3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDqW+rl
63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH
+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAA
AAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCAMDAh4DASIAAhEBAxEB/8QAuAAA
AgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAQIAAwQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgICAgIC
AgMBAAECAAMRBBIFIRMQMSIUIEEyIzAGQhWgM0MkNBYRAAEDAgMEBAsEBgkEAQQDAAEAEQIh
MUESA1FhIjIQcUITIIGRUmJygpKissKh0iMEMPCxweLyQNEzQ2Nzg5Ojs8PTFFNQ4fHj80RU
EgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADvzPaLnvYx2W5hloqL6nzl12Um6rNY
O1JND5odbXztheUI0WDRYMUg0EDFISoGiwaLAgQMWDxYMUgwSDLANFIJARgg7LYCEEgUMrUt
TOS41kxiQZ6Lh8dmYqRlKgWGF15Q8QeSk1PTaaNGSw6RqsDAQiEgMJJCEQgMIJCSQgkJIAwA
IWEIISCSPBFthU7AKygdAg60sMrgrYgsaljIthKjYg75FGpvpMtGm4AWs0W4nL5XWaWpqN1n
O1nV0VWhBBCIGSBggZIEGADAEIBJASQiWArZoAwDRULwhGAUYBB6RAJYCm1iGSCgwV1YyMyD
oxMA1IYhexRLaigXkyZ9uUj0sdBK7A6M+o692fQGSEkICISEBgIYAGCBghBISQBiKOqAYqRX
WDqIGBSyskqYsAEgkAxhKySKDDK8sKwylluawfDvQ59O5zCvQQyV9K44bdiHCbq5zJY0Ovoz
aSSQhEDBAwQMkIDAwQkgBIpKYBw0EYQJUEBASpJIg4BDAxJIK6kkkDIoQSZ1thnvFAy5QdJs
V5BqUzlyMuhjFn6NRmvDgFjlzVEeI4QYSSBggZISSEIBJKS2pHEaECMAwAYKSSAj1sQNAGEg
ALCsJCCQsISCGMZoIMoQrzaSYLdFBL6qy/TgpOpKXLVqhbZjU3PjpOlbyibzn0Gg1sGSBIhC
ELFqUtggtNijsjEBUQhghlJIQGQgMBCAwkSMQEAhBIwIICF0cxUo5JFFLUltuQmmkKVrawsG
cuszWFoosLMhpDpzWGkZHNu7jajtGi4MgK6abSyxWIABRIMFA8lhWXIq2KIxJFaCkwCug4kA
CCAqMyMQiBBgzK5yLKgWGoBBczPpBnS9TPZdWSqUF91bEzbIZ4qhbTCpTBLLib9OHUPVFEsW
wUOBDHERwAsAOCGGEgJIoGZQMa4GVMWRWArKSEBikaLBmrI5oY5dtLhq0wxa2IwZSglCxlJT
EIVZC6poLYWGrVhXuYz2+XrPdP432Ii21iW1XEKkEBFkxGnP5PQel28LoG56rAB1FLEWMADB
lOzOHrOgKNQi2qKyUGsQlZkAwASsOZHUZQhfbTeGu1SkPCFXMwVyLYAFLS9VsK3clLqxxNde
4XrZrSyq6CPl5p2hg2jAEHmdnnwWX908+nc44/d81qPSZctJ6TJTDTRT54NBgpDFvpubyz3a
01nMo5FZ7k+Q3HfPm8R2auJDt7PM6D04ZBg8FFhCl8MtWnMOkBSQxWSSWLYG+px5LDPTbzjl
7+NDrdLzXdPQ8zflPK7ZhPX2cTsDEOeP7HTtAyuTl9MnjauzwDVty0lksQzuqkrjlW/N0Dse
U9d5s9Hn3A8d2errPDD02w8ho9fYeX2d2HEHcJzi0FvrYJUlggBTdUZ1soHIsK11VGa4geAl
qiA4vY4xynmgTp4u4bdfL6hzfPd7zImujrHZ1+W9IOxYrDwrDqYPM+280VZL95gz9VzjWei1
nn56Kw81v7hKJcAlQPK6TUOXnO1Vw6DvJxYdDLmQ9JAwpCkAI1lOc0jBxj0NWHpgtjBRlFkt
My7cJY3PznW4WvWefllRfqo2DdPk7DFydWcPsvM+kJz+3ANGFrvUqjQGDpOY9YgWWDAQgFJN
HK1GnLUotF2UtzSgubm0nUt4QPQTg6C1Vh6kFyqSAZScbB6bkFa19gGith4xDm08QwW88Hp7
OL2Sabs4swdE4GHqc0s63J6Boo2k5s1bjndvUwprpNR59J06aLiu0UG5uXWdhPOqehr83Qd/
Nxibpz7DblWksWtSwVWgFmsqbQDIVIllaFhq0npjCVAgkYnF5+7nB63DY9Bq5PULlo5J2s7c
8sowg9Do8uh3plpNe/DvOXzO5xyzYu8ujKab+TDrUYcp2DwFO8nIh1K+RSdLn0QkLAetgoIK
0g1lMLayBHrYjoS1qXLRQRSAWhSJcqnr2pcRoxS8U4nOvqK6diF/c5PaG896Vzyg9Ryyzndf
UeKX1HILs1yl1+LQdBRaXWcqg7yZ+cbcGNhXu9Mefbt+eAKqSFNBUGUkhIbLzNN7HMnTQyXa
9Jz8voLDzmjvOcJu6Tz6ejh5+/tQ5D9VDGNcMg1EoKweyhw8/X5oo1XWmQ22FvVw6TRyNWAq
27MpjSyg09Pi+hPM6zaYQIdLNXhLs8rHUOHoZvTFwt8+UUTSZKNTGY9HYce7s3nDu7Npx9XS
Y512smeXqAxRjW4YCQFSSQhACCoAVFZCUQMRlJzs/R542IITVnrOnZzegXX7HPL+k5xObScB
u7/nN51eL1OQJozdIq5Xf8+VqYTbX68q0zmCcltRW1nRM/S0QqsIGAAYpGgA0UhEUKxRmrYc
BRoFIVJCsGABBXYKVIsACQxwqs4Kb6LhDWxu9D5H15sQ8wt850+cV4duQu6nN7ZZfn3nnOli
2mrz3peUcKy7pGjqpzgVZ7iGMaOurDAQikEBBCpDJCQEisgQQKy2AIgJII6EYFSEAgEIQ5kF
yjsjnlKr6AmQVLEJ6zyfbOvmzUk5mpDOo3F+qzWV3PlOaLsR0NPMgerx7zGuK46lZynU7PP6
AVMAYBTCAMCEQMBICoIpIDBWRwEwAKEBAZAEMpIsDYlhSGBI1R5md7lGAgkWyk2d7l7TlHby
C6+i0u0a7BGcCpTmOvxfRefN3L7vMKtGZzm1BDbS9J1vSeU9QPCAAgkEDJCEEBkACgYpDIBT
CSAhWAUEDCQikAkg1lTlbMAV2Wnnp6Gg4GLfQF9PaPN8z2vFOfm2c81Gtjra+doMiY0OguWw
9lVQpowbcJx69mUrqegs2t6czb1IwIAOH0DZAot3kvSl8IGkAAYKSASQkEIQCQgCkgIA6mCq
6i2VWGpKmLLK3FruB5rFryG/q8jqkqr45Tj0Zy3Vi6BbaucxBQW6s2o259dpl058J1efRWX5
bQb/AEfmesdUiBVlPMyvlnvV8jWVdriehO0QQyQkijAQAKkgAQINFgQpCYAiKMjAV1YdYDLR
beZNlZONTlY9a2DomHy3tuGcRevUYuh0dR5vN6PKcVO9tOLp9GhOZ0HPOVel5pxAcwyRg93g
9o9LBCZLvGCVwFiQFnRwaz1dvN6QCEHEIoMACCBoBHAoZSGQMKkUgBrYdhaYXVDZVYhgptpO
bH2FHc23FdN3nD0acHWdduZrNBxQ11i0pcZy2rLC+twcOnbpOFT2mOT0+nQdN6UPN8/TQFSh
DqtINgD6Ly/pS4hiGEVXUQMASQC2KBWhWxIRYCpbAVFySxXOfaai6uKXU6bjj9tbA12YzP0G
YpW+spy2oUaLdJkt0Yx8NlRG5PULRh5B3MnEuPX6eXeSZoa7s3QOD572PjgX0udI83qE18ba
XrX2DoEEYiEUgWECkwAhEJgwjAkIkYCRlIa4VPCV2V6RlrqOguCFVe3QYrdTC5ZtOfrLEzVZ
y5IBeFZsM3PTpGfF7C08Z2u1oOBR0cglZoNGzn7Tb5P1/mTGQC7bkQ2ihjR6Pg9Q6xEGiklb
oEgEghCYBGA0AGghBIQRSQuLXtQyTVyiTh3nWq5qHbnJ6olT8w2XczOd63h6Tr107yrD1PNj
1dPhC9LnsEUbSw20mzbxid/BR1jzrejqOZ1adph53o4eQy+5wHjrk0HbnLuPUnHsJCCVupJI
AwghUiMCCQYGEBgA4A4YtNMLcG7hAo3VFOXduOTs2McjKOiU4fR8U4z3+lPPdrMpXxOpzDRn
05iOoNmzjXG3ldnnmW6zQTXz0PSdDx7Hr342s6ErhRxd3mzXNfCO8c/SNevmajaJCKykDAhh
ArQUMBZISMASEDKwWBLRAHh9zmmJQQaacx1MWSonU5e06mQqea9p5LtnY4WvKcamvQXZNeEJ
kBIDv2XbDBgsuOUnpwcjn9S052pO8bmEF8/6DlHnk9F5sUmo09rzfuDVFgVICCCEEkMAGAoY
AkgpkAywsikYAk8z6jxxNPOc6Sc8Gha0G7PB0nWpy2GezGp1E55H24EFRmKp0GOf6ezUc/Nf
nMNOly/pcqk6NmLoFXZz5zqQMLyevyzV4/2Nh5/j+3c836SQMJEDgUmCmMANAGQAJFVwKCBT
IRgwisCeY9R58wI8KSygEsM9lN4WrBdWkL0ssMcbsHJ09HkmuvPC7veb6J6Hzvch5Q23Ca+X
pOhvr5Zrbn3nb0ZNgM2qoza6bxSQSu2EMhAQEECtISAghgphAHAgshVGBDISu1SvldYnjm7+
Q5KbM5RbYhRGqLAAFkJYGuNvo8usbHpY8IvpfMmjVj0nb6Pn7Tp+UGo5/pMWwxcrucQ06ktO
/rViU3VCX03ADQEkIVA4VggINAxU9d4ZIAgkhgA0EV1ASSgWMVG4FS2KU4O1jPK24bxsmxzH
JBbVvJ1OX6Q0GklFubOdfyvpOIZJVYXh7Dov1MRk2czYcnFFNPa5XpjRDAV21AtRxSjEGas0
Yd/MNOvzVZ3EqQ0dHg9Y05qeOens4/XDFBYQQRgKGgpMCRCCQBrQszknhGest9R5z0pzeP67
Ief1Z7Aekw9EhNRyLM2sv5pxlLgl1S9gv6PE7hguRzydiE6vqPMemHiOGm2sFldhAKCZA5Rx
t+EzbzsLKL8p1K+Qprwox07uZpOnoVDcZAiEAYCkgzq0IjKAGCswPH57UOv1UvKq7LTzlPWz
HavquGzXIcLdg2HIlsMVtbibsTHX051CzWnl9GXSbfS8L0BIjFtBwnROewq53W5Zi00Ulz83
edEjCZef0MZRcvVOVo6nVONfZ0C6/KTSVIYIGAkEgtVlJBUpaqwfPfyDg6sW49ZnuyF+nHec
225C2+m4ZIpysO3EPm6nDCRAppY6qaKBq9HKOXfRaeg73D7ZTTtqFx2VG2ynKauZqQ5ObpcY
V6tBOlj3GTKpBZm0HY7nj+obaMdZ6ezldQJUkkgYCSCCZ8WcpGu4522wF3F2c85XQ53SO/W5
BoW4wWWkUvkLqOXpObHQqlrky3IaJXrNWhbQ+V9F5UGii073d876AKjmGjeCGZcx068GI63N
qUoxbtIo6W48nV3eIUprQpsoY07uXsOh2+LsOnMOosgqLjSSyQHA028w1X8dDvVcq0tz7Aea
6vO7JqvxsbNnD6hW2cFvP0ua8r5ROT0+cLdmtKLs+sp6OHSdavjubfOa8oXrsOr1uX0BN4qN
WVqjmYO9mMN96lJvsE2GwuFNg3mvRVGVdkPOzu0HG2aMxsy4kNO3j2HtKcmks0IwAlYedqqM
C77DmzpQy4+1yzldzg9c2VZLydLBpHuRjPR0WOPVZmOvnyXFWL1XPOFNWcN+ew0ZnymffVpO
XbZ6Ir63J6pRVdUJFsABAVWsRkYJWEsocJpzGx8G0sxbHODzNFAomgysAei7PmewdM81DbXk
uMVXTByb+jCvVnuG8t6TyQe3w+6KN7gusQriqaaM/POviHRKeH2KTjdbkUHpc/C2mvjdLnih
ugZ6NeM9hk5/RH2PnGUARQhYKWGsRiGUGgZdZDnvFz7Cc/nb+eLs59BrWmwWu5SiWw3+n4Ow
6KOASILm6FRzLriZtLkp8v6HzYnouL6gtsSwsW3CVYO1lOboozh9B52k9Xj4DFwPWOPk6lpw
T26zLeKzPS+0p6HD9IX2ZtQtdyFdGqGey4GHL1VKbMzFtfUJyp02KWkDWUOTyvVoeZ0a9Zlf
ahx8m2g33ZmNu3z9h2k43TOzRbYUpqBnp1ZTyiHSY/T+f7pbqq0lvB9DyzGnE7pgfs1HH7Gb
UWtmQfqY9hj53X4Qp5+c15hqJbVmK/Tef7R1bsmoUGsrry6DU1lplfSxj02EWMBRAVYwoVAG
sotIjEqeu4fHshxaO+DhDr3k113Gh1IwUBpsh5o+hhh6cISAGt1PD9ChS/BfiN3oMPRLmRyJ
pcyS3AYeb0OMb3yoBZ0SjVdSdW1APXapRoa8NggYELJQS4LWPhsQoD5BbEQvbNaaAMpot4m0
6dddxAygWxhrqHNSKCOkI1ZHUAcAkgcDMTzmXq8I7OGqo6HW4ndCyOS6tTWmLScLneu86Z8/
RwnT5+fvC4Ojyj0oMDHqLXRwhmKM23GKyKahnUslKmhOeS+m1hMu5DHZLjnjosZ+nnsLjTC+
LBoIbGthWLoUsVBCBmrIxSDNQA+R9ZxSq4ayvWoCTC8qpFuUTD1cZh5NvLLfS8y8sz4uudJw
B2y2Gl8lJ0F5YNuRUI9cNCKpZSCVWWUiWCweCBNNpDKyw59AIjFhiljKx1SrEEhFYihoKtoK
BohmGgFXlPX+OG7nI65Me7mnWKOS2qwBRiyqWnlcGjUdHib+aH1XB9IIllZTGgkAFhJUzMBW
gFsUrFjiAsCGotrlhRawFruIkYGSvS5Y6WjEOdOfGofZR8bh9lnxqH2afGYfZZ8ah9lnxqH2
Nfj0PsPk/FQ970/l8PpvO8HD6e/y2H1dvk0Pqk+Vw+r2fJIeo7Hz+HrKvMQ9f635HD6tX8th
9PHzGH0ofNofSH+aQ+kn5rD6VT87h9Hs+aQ+lt8yh9Jr+dQ+kj5vD6NPnMPpKfOYfR3+aw+l
j5rD6U3zOH0qz5jD6e/y2H//2gAIAQIAAQUA/wDlBf/aAAgBAwABBQD/AOUF/9oACAEBAAEF
ABfaY11pjvsspt3kH7+4GG5fDsXsTfuLH2d1U/e34nabZi9ncWXsjwbc2C42tskdheG/etle
xe9dF1xi2Pjm85vObzm85vObzm05tObzm8DvObzm85tObzm85tObzm85vPY85vObzm85vObz
m8Nlk5vOdmRZZC9mTa4LXOJ7bZ7LDBbYYHtnKycrJzsML2QvZPZZPZZg22ZFluBdZgcTFPjI
gyVKAx6FaNTapF3Ge+k1e3TMC1yw/knrEIXIHkrWZYKsV1utoJUVNkD4z8j5Hx/cP/Bj4x8F
Qw+gWxBmZhz8fc4CAeZmJX5AmJ4mQIXE5EFnwBa/Iscg+BASAGwWJIq8hm82q6o4bkbmMP69
sWtCvps4u9ilL/IfXNi1cnYDFXsCh63FAdZSzBh8/wB/8B/5C2IScYHwAZiY88Zxh+whJWsK
BHbEZoTAVyXQQ2+PYWIMUjPiDEZyDmc/KMQLqrWNi28VfMDkz/UIPWXRgwIXDLVxbWXHrsVU
ZlK3NgMpCVKGrcMqchPv5z/Pz8H/AIiZkAA5mZmeYFmP4eJmZjnLMYcxv8kHnHhRE4uCFgbE
BOCuIWyBiKx4teCiZdbaqg36lTNbrKrmtg1dqlLHtE/YqDISwrLCBK1AFTHKtENtYDo51wQo
h+QfjP8ADHzj/gMM4wLOImB8CA/GRCYTM5jMACYxhMUNyUHMImPAAgUZAEGYUBgrAVaoWxVV
sqke2vCvzXZQ8jXWI1YUrsMA1q4TY4LXagdhWLLDyVgFqXasrGrat7V5/hnx85/4T/LEx8Ei
ZhcCO7QP45CchORMzCSIWBgbIC/k6CAeMATkJ4xlYRiKMQQZ5DyMBRxOHDBVOVXDPcjGV2NW
rcbC9blRaJaVihuXJ8sWErtCy1gqhlFutW1dlFjOP5n+WZn+WfgnELwuYWmZ5MAxDCYDCYTk
EnJBJVSJ5n3PqfcAhOIfvBgxF+0xFnmAEC2nmXpetWCqxKmMEKNQxihiq8SttStCOEVcAFot
xUNxsKqEOsQh1SSv8CP+XPxkQkCc4cwsBAzEYhM5YhbxyBgIIJwPJigCNiACfUGJjEb6WZgw
ZgEz+wRhOcbJC5mcOCJUATfqU3B6npn5c7VPOutyq0WOP09hpfpWoV1rGB698FbVHBVYjg6t
ybUx6v45+M/8jHALecmMcAAYgPliISYfEwIPAzCYDD9AwgmY8EkiZ+MwCE+P7A/FfBGWLHEC
WE5JldmB7nljghlUlEYFqyDm0FLLslrMG3K+slWS9ZZr1ObNVgqqQ2orLX/DMz/yGFgAxLED
B8fGCJiCZwc5h8nJgE8wz6IELGAeBCJiYmJ/ZzgDxAPxz4d7KwNqpmJytlNrRA4gYwxwRGbE
ycDLT1tFDIX9hinZUje2EavcrdFr8tqpzAwAfH/Bn+QJPwTiN5nE5HiGZ85n2PAjTM8TBMyB
CxmMwKZxOeKzMHwRPOMzHhZgGeYAcFFxg5NNZllAqFmxtKBs3FK9m8SnsaLDxqeNrxq8GtTy
UzAhRSHRVRaizHVVm/WSKrCB3JDic8wH4Pxn/itu4sljsP6zD4APgkQjIAwGMAhAhBgzCTkQ
4EAmTkljAjT8sZhxgwfX9HEAM8z+s+ACYfMc2GNZvgPbtie+sRfXZFq9cXY2FX9ygENWYaqx
FN6gbN0fY5BNxFR9xAg2NmfsPhd2gz8HhBytpBByP5CGMygG1QvJihYlVqEB8n68YP1nyBB9
Zwc+TkTxBiYEwD8YExCvnyoBMzPsf0BPOcfGYBP6JyPYij2Ayx3aLbmG1QLK0tU9fSYdfYpU
3fkw5IKL+NbMQX8+yzJa0Q2IYtdFil3EO0QXFF052VGvYV4hyFYH4zB8Z+LbfWldvtFdTIXG
QDgMFByxMUwkwsJ9z6KiERRMHJXMWEEz6hgEA+D9gfBBwBmAecfGYMQfDOs/tvyCqVUOpbKg
oVM5BQ1lYhetwdVHcV7KqhsD3VuZWQE9tDF/1cCpGJDibCWMnK+tU20shpwfbbUaty0rr7PM
j4HxdaKwrexlRVJzPMJPxnyWXBbA5HJXJ4CKDCCITBnIn3MTDE4EMH2Jk5Y4AzPMLQkAAz+x
9YyPqAeMHAZiW/wVxwHEMDgYyfUHiNsCN5PEkY/NnsjhnliYla5BqczALrTYFtLmexxPYxld
KtHaxILWYV2orc5rEGr4JwNixnapAEEJUEtiYzMEQ4IxiNkhSBBgQDyD5aEAwDHz/WDmf0Pv
+vqMAfjOJ4mQQMGMMQGcoPME/oABuSkNxhXjLGGFNjIbihVrLoanUgFZYxBrLsSOSjkUFiCc
aXZtdwQ7oy7ZCjhbDVapR6wTYnD9dyRSwiZ46x/05jOqhi7jiOWQsLFhjwVEzCcwg5/KAxsl
RnA8fAYGECchMxiwh8fDfQYTyJn4J+MQQ/S+JmYgxgGZ8+yZYEtliHIIswnvADWF2KmKRxfP
JWKlQjizXrJcWVBHILWRalNhsMJ8GqVuyyv0lWp8+tBDZfUSDYldIK67MtmTDwePkAAAhQ0y
BPs+cgQgmFTMYGJ4wCIDCPEPiDGTBmeYWwS/glmg5ELlZzEJg8k4mfODnzCZnwDiE+MkzEUn
mYaiyYase/ia7WYECOQEbwTiKoEA82tmIgZrUAY8srPXybF6RWssjVVuHreuFiSTZaoNihXd
bBxZmwR5WcszC5XIAAA8CEjOZnE/u2+mkbnZUUVaV+zeo+l8TMIIPIMfGSAAB+IHkqMmGKAo
cZPCFTM+cZPH48GccGYmMjiQZzrLYUMpbBJhrTAAwoHF+XHimFWL4QtkEZiA5Ks0DsSPty3K
v2qLGcKotRheHdSufGN3Ya7YVNlR1mxfXtf5CMVWIqhsRWwSRMmCHOez2W19V7XtOpcW2ae3
aqwdjTK7EsC/WI1YJ4ATAhIEJAG12tNDf+9rVz/2EYo7rVeijf1bx4xiFcxz6k0t5NpM5JIh
mcwnzkiZJmZyURylsVeIYOYTsYUtjGI6tkEmeSR4UlSpOSrcXVRMgQkmY5MCSSGJDku/kIPP
2Nnq7Pf12pVs1p1lGvarABskNU1kWlayTAQSTgiCZOe73PfZ/VbcWubDBjKNp1bU3han7NqI
naXi43Gqu7u9Ssae0mwu/uLS21tW3XgZBiFQytfS/WdguwghxO27ZDV1G/r0Bba3UAmDOWYq
tndX5p751ZO+u5juaDT6AaxWASFWF0lVjcsieJjIcDC4AcnixCgtmVsDCfDhcAsYBhAcw+YM
4Knjxw3Lin7G1sTr3W+ld7Wa0kH4GJduV68b/sdHPS7AbTsQPj+ux7RVPAs2vp3udfpKgmz0
jqr12I4AMqr4nT3VDdi9dk6vaTd1Lel1CbN6vr6Lti61hWZ+IJzyVCzdvquunRd6rdO8XU9s
QmizcmQ4KbmxS3/v9rD93u5u3tm8HlODEcGwteKeAVBjGPAQGMAorXLMrTxAgEyQ3JeDnw1j
5RAR/a24KucIFxxKw5JC+GBI5ZO5catWjctpKdyqKm6NjZ12/V2vqdp2K66WNfs2VdQitrau
vrVkAjOS2Ct9LG7rOrQAAKYDO20BcrZSG0s1QUrrikCqx9Syzf2ritLNAhljDLNkgnPVay27
ffhToKMN1DqNf/sNv+usMxr6s1ablwwCiCpia+t2rYnQbpFf/X24jonBHVWgscKgADEQA5sV
iKwZjEKAywBZjzlRGIhTm3NlXmMCxQz2rhUbAYrFsJCsMZDRiVfsrkZMrgAxCykWG0UuXq2O
r1r37HWbWZWdTo9nr0pVdVcoxBgz9bXBIM/vOACDCoM7bVWuf4sEA1wbGKAYdkClzCzkAnIG
T6CH666zU2O01m2tSvU2AdKkJXv6J2xr9PrUvtU2XU//AOfRjT1GpUK9SipQozj5z4LEhVIU
AEpGyJXkhsmE4DjkG4iFRlXUTGSAQpBMxWI6sQOTQTBDA+M4FlhI7UAIVMVfGvrs9tlF1R61
i+tidzUHp2W8qCTq7F2vZq3JsV4GcFnniYzMYCMeXdJz1KNayy2ywjVqsAJuKhmLEVyrSvtL
da9cs0qgTrbIGt1lrrXUtaDWrLBQP45jMBG2aln7qkvtvLNu4wb9uQk4jIEHhscoDgDkIwJb
ixU+Q2SGR1gGFRcwKMOqrAo5BWBw05AN/TDkhAA7V19iDLEKJWGVrBZ+h09uaVIK91fxW48r
KArMOta3X1LrNHar2K7Ka6wiEAjGJhYeImBGCunaagpupS2+V9JsMT1O2sr6LaY19FUJV1mr
XG67VZa9PXqgGBGKqBbWQLa2BtqAN1Qj72ust7ilY/bMwbsiSexvafvbrH3brznscwtpYYI4
gjg0cecxfvl5ewVqNlmgJClRys8SsfivkhfDrAUEbAXM/JiLFB4tllYHtkK3LgLXyaKTjd2X
TW6i1wdewI/b2iy4eJVNLiNXb0qdldY7FLo5asGccRmGAOUAE5Zmz17XbOvo067cZj48TMLC
F/A2Hb4sUOpFS3bFVK1V+km2nXZrK8FaOcGsoBOmjDc6hSe300L9o5W6+4xdn8AeJEycv4A+
gcFraao+/o8X7iqsbnY3bD9UzBCqu3EggEAZEbMDVrBr8y2vxl+/qVj/ANxpVrb29tjdfdtv
d2uujAqAoLEoOM20e6rr/wAI5KrcLHVayza9AxoEHXE4jAWBZiGtSVqKngcKgBPgZfA5wcjC
DOJM4CMAA9lAQ7HBTtjjZ2CpDtBy96hW26ELb65ff2GD7l0e7JZyx/IrUpgrsI/WawDTPAnw
fIB4xyGCqcMp49hobN7jSu1xdSmdfqSypUFWsKg8mAkwrkbNwqpvtdXo3nVtbtAq7HXafZGn
oNRAdXS1kt2VRtt6ra7NYPGwhpYvNViqsuW2/ca11iKQADVq3WrqU2JUEAmPgRra1j7lQi7V
lltpZrM4OZyhurBOygj7bCW9pUkbtixs7exmXfvee/ZcH2uGKAtaIdlyv7NuWYEiou1WrUFa
rWCingttlQrrdMZXDWEAcfWFUk+Qcz/xDRjiG5Fr2ew9ttjNZbWGWvkMKTx/rHIKeI7mq22x
vblHfkuns32dVTbWzbK5vt9ktcGxQLNW4mosSXU4UFnRk5B/yWyux11OsRCoCiWbNNY/c5Sz
Z2TEXeuC6lagfrqGLleRFjbrKX7SpQ/aDJ7O8h93aIZ3aFsRixCq2FVIR5a27KGyZsDLWmVV
mi1KhrThFLOHqtIekkjUtatabAWFoiNOdnEjxkiN5OTgqIcgdk5a1sqFu4HW30KXbDpYnlK0
5Iyusa0VS7sg6UaNF8sbrdfYp3tVZXelzbrOALw6OMzVbNPaoRYirkcSmsjEMaSqLUwrSqpF
vrIaywx677GXWrENuvXDtsWNk/Yj7LiW9gmbNt+bWNYPoYgHgOgLMonIGfmYtJI9K83DANX+
TfYcQHg4b8RZVhdlVb9+5Iu9tsrXOxTatCJZfGsstAwpW5vX9wYycc3VgVwYczebOztngGRy
KnKObWevX/Ord2H09XX73ZSz9/rbpdvdflrrioRa1OzgJtXVnZ2Fs1dMkJy8aa/h3FZavXpL
LwJTR1SqtRtNBpbIF2tcH/8A2QbLr1D7KAjftrb9yxom1YR7eKjYsJsYk5JIxG9ZbKwNgscz
AyHUA2gE2HLO6kORPDRq1JKMrLzIfIZQIoGcEzDRlOSr8fVODLALMkMTwcARh4wSXDMCDgMA
u24LXYtsZQwIRLNcexNMn03V13VbvUbFTrq/jclQarrFSbdDu755AYNKFtCtjWybCkC1rFsX
3dd1dWuUuv06Gq7Kly28oL7lhF+3tK1u3cSC5KJa7VaFrq3XGuOCGtI9ecxiOPEMCuGKYPAG
KgEUED0qW9aGcVgQkillVNdiClYQsMpU9hXT5LXoLBo0Kz6iGDR2IvXMQOrMHUoxHT0CDrdV
Z/63Vx/6/Ug67VjkAlsqqNxbABIAcgC85eqocihJ21M6lGtFSLWBGYItWzqbKV11Jta+0Mlt
TaXZ6OnO5riqzRflVfruWWkqFduGprbFiHSWmbbaoTRv00ubstKuva7lrAt97HiSdLSbYto1
aqV29r0JbtWO3MmMwILedp9IQW4nOxzk4U8ZVW7walsr0maDUXjZVUAunczV6DNF6kCL1leP
0KVC6dYn6tUGvWAKqxOKqHwUAn9kQ5E+4ciCY8ODlT5JPI4n/j2e0K6VFlkVcQ5JcZHUqK6w
cKn33WyTNPVtuqpv13ljFnW2xQ21dc3Y0LZpdUze9+aM2GZbgs1Oxo9e3tV23XMZzKlnJnkm
ohWopF7auqmsmztrSNnbtusUM62JieDFQwIc+mwmvVZwuvWFrSoEoxlFewANK54vXUgLp0KB
rVKOIBzM/H1BD8EzOZmYhOB5mCIw8eJmFjg4wMAsZZd6atnZt2bOvpIW9TyXgSNax66btWrU
16Fwd/httW3s91GjU2j7LOwCoPxNOi6+9LAwXWGhuXMjEo7E0usXS16QXAscEE+T9gCa9FjP
1+mddLLAJu7HK4qnIBgjVtK9V3iddeRXoa4i6KGLoIAuhqrF16RFrrE8fJ+DkwnExAPB+wYT
4BzCYDichM+cnDGGMTMDPmKBPGfoA5nZu4Gtp417WGsLLDhVYFNu4D312pr3WI2voFbKLl2b
tvaO32KAA9pa3KsD06wdrKcevdr99Fp4j2tyq9lo3KnSmwgz+8qIqzV1bdhtHr01Utt4zd3W
4qoMrrAJ8LqaoetaHx+umVVVPzn4MzM/BhJHwpwScQNMiE+AQISJkkZ8gTkMGA+D9nJOfCtD
jEAm3RXbNp2UtbxP2GxhnDSoKRo0lra6iyuq00aOnQJRurdd2h5WI/GUuQydkaK9HdN53KCb
F/CaFtpXZpe+XYV/Oc5OpQ192rrVa9djhRs3hayrM2vXwQ5mnQ9gAA+CZmE4mYYPqE+M5hIm
YT5Mz4VoPjyYR4+59QQ4gPgYhYxy6p9jMx44CfgAfoKc7O/Y2y9yvGLkqSEtslZ5TWHmmlVR
R4tnYnjqa7evY3SxVVlP+ZbQSvXurssv0a2s3lVdjrW40LcAOyCrfgmVVcj1PXmkl+I3tljZ
j/TXWEDFRNbXOyFCqIYT/DMycAzOfgfWcTxk+R9AE58z+4W+MnIhzj+oI0Mx+IX8CcIAYTCc
K4Id34UkZABwQyt+ZKWPy0rQ9JdRO3v2VlNV/wCttXVmy9S9AXL6lNj2W6qOKORsbkV3fybQ
ZUpL1uO2rDrTqm19brbM85ubwDIsSvJP1RpbFz1VrVXM/wAMwmAH5/vzMzwRiEwgEDOf6mZ4
wPphgqfM+/4HzBmeePMBjeqrWyuto/1P4d2ImcHPjwIXUtWcWdaxNVlg5fuVtf2Vz2W7qlTV
ywaWa3VC601nsdqQgtJAnbkZ1H50rscGcVX1rV+td7Tws37QddqeNSjjdctR0aLbYBgGfZxM
zBgJhmIJ9AYmPJ+C2J/UM8T6APmGDxGOYMz6haZn0ScwnAAImfDIpPrACrLCBVb/AJWnDITh
UXJBIbkRWvK1tq/Vq1NxdiPYK2NrNZvBX1kAEpIB09QXoupVZF1VqF7cBso1lWipCEEAWsAl
zMbdjaCni0pIZgS9fsNjdXaHrBhI+QRP7xD8mZgmYcwCEz7hGZ/fiYgjfOcAzxCfGZ5EODBg
TxjIEIwfJNmCu0bEu2FwoJmSGwSMpjrKUsvuqDJfW2rs7Oy1prYslKq1baF4bU67mGG7FO5S
Nnct1bUuTerGqBVr18ds6pMtdqrSNoijatCs4UVJW1m21lQQlZ1NmNiY+D9TzM/GTmYmPOPg
iGCYh8TJJ8fJmBhvoQQeITCTCcwGf3kYmMwAYs2KaR+vp3N2lPruAYywgWY/EgZ65q1T9pXG
5s0tXYcmtsVa9oEWyvijcCt2wjDfAbs09tPSOTsM1gmyL6d5rvat+urRLWorq7HVsFqg2o7K
1+yLSGd5oLlqiSs/r5B+AIfj+4YcmLkL8HzAIcYBmYcTPjEwYBMeDMfAMAwf6weQOISMXUe5
Hrep+zBfW0quWpdj2CoFv0bA+11uwKlZipV6dVzyLORTXnKWBjfYi0U7tjizZOar3z015r3r
LUqBsqtFlY431sBfbYHr9anYUrZWASeROpo22Nr9fXTX8llA+xnJJEa+tH8mEwePkjMzMTwJ
9/GPJ+55+MeD9efgQzjMQ5n9/wDj5EzmDAJHIACbetVbrdSzLZ2ppG2a1argC2wGC7PUoJuM
q0kePJWnOVZPZst5ewLYS2avM06GVm30Cr2DObHPqu9jJaL8N6le+lqlBnW6q3WVUpUo+h8G
dzssu1114spOcnM7XctO/p3i7W8Tz8HPx/X3CCJmfYziEwg/J8TEBn9CYhniMfAHn+mUNPXx
grBHGFDmwNjXBO/2dgbd/I6ldjA7GyFltyPr7djMxBIL5Gsoi4EckxwC4fK1mVEifuOdf3ES
i0vEqsVWRilhFssr4p6rENNoLUWeyv4EPk9p53uo3OOwWUDK42LBZf8A9csf4HwBMD4wIfg/
QmcHPmCGEATIyfJwJnMYwQjBPKf+PuYEbHIpaCeYzzUwkE1WFO07UY3ySOvosL075IrqsCnY
fla2MoctrKQrWJWLNoGMRAGMoyZXktT11zy3q/wt65kV6Lq4NvYqHvdodp2i3qo1Tqmdbe9j
Qw5wPB7dr69tCyO2/eazvbPE8OHQa7JUB5IMx858HzMz7DeITP7IJP1MmNkzzB94xD5gOB5g
aMQYB44+PEdAVsupplnYWSvsNtjUu4x17OXZdtSyburr1rq+pVm+v+lCyWWDDnyKlBZF4Hbd
yw9pBVgCcjX07Hq1aXrvP+G3tZC2bFtjX3K1jsV9wsVkXGCBW5Q9IxFoHj47DfTR177rrrCP
JuAbKg1VixtPsdjr3o2K9iqfROYPPwcwfWYSYBksPHmf1hgID4UwmY8YEPkD6AniYOB+Jsyy
19egJ161n+Le11XXLC7aa029Z2A/VFtTl61dLuquFjdPvla+m3GbV6Nq1/8AUrx2OpCu/T3g
VdLe7U9Froy+qlX9LM1oB4IIakm7Qgttq8mk5XIbwxQLOoAN4n3NnYq1qd3bs2rQmR4UkDJV
wtTKgW/XuXqq6Kq8wz8s4YDBwR5xgzOIJ9wz7hBhgOAMGf1ljMxsz7gJEAM4+F36DE26HAwR
fYlS/v5lnYuBqWV13brtfbQL7qtHQ9cZSAduutvZXj9miKVaYmPMOZxcz1Ez1rG1wS1biByj
bgrtptCmNWc2UjJRmso1rQ1VRrahi1T2Ii9rvttbAAJDB2sAEAOAmWq01ZbNVeOhtYFVgsQQ
wfD+QRPon6AOMYg8wkwHKt9/2IATHHgCOPJiiAT+jRpIKf1q7AfL1pardfY1mxo21VCtUmno
nZenWppXEusSuvbfd3bKuktJ/wDV65RG/VvOxG3eE/dFircMZUyy5K4260/dtaLssxDJaGow
Do2hz1lqyzS2OdPXbpYKdaodnr8kuJXZr/Z176Gr2HwAgDu6MG1tY2kavBddlFdgUvYjde+r
ZXbR8AfBh8AjMI8ZxD5IBhBBwMYjISVUwARgCPoFfBAyFgmIevRW/VpEbmQ7PXWliWDdRrKN
Xr/a1daVrmW2+sFDftFAJxzDUYa5fsV1hKQwStRDSzrrjgb0Ukqc+vkVpUkOlAXbrZtjtdCq
L3xZ6mViH8v1Gnc6atFRKsZrqc/9gpHsZcnBqN2LX6/jxstZlquCNzHPgtr9PW372IIIfgzE
MAmPAjRQRBM+OJEExOMb6/sgAA+OX4202WMlNq2e21SuzXyB5RUACD58e9QomJjEutWlWvtt
HoR1rqOFrAjMqrbcxLuxltqU11dpsPe+5r1WucHZ22sIyDqKhv1rD7LdxBG3bIN1spt1tEVV
XtK1v02Pj7lbHjbVsazsop1vYwOpZk7Dn1dXrpRT8CZhmYT8ATxM/A+yfgT+/gzEYATM5CWP
eHU3ca9qqyKMxVABVbz4jluN19pi02SuqwSu26uLcpT1WXMEbmqeGK1izZYmyyzkzHLWBBdZ
ZvbO3YunEKF+xvWxyAQquTpdWFpe4rBYzBAxgSwGx3rZdq/Osz2pYgV/MVuJSwqX26r0sqWy
vTNld2wWxoMHpHwMfBMyPjPjkAcgwT+yfP8AYgPySc58k/GBgIMEsCSSF4CVJLrvIsYQXmHb
ZTTbVgGpioSMiurVCzYnqXlYwrV3NhJ8KJb4TYtbZuKV6mvYzs3X9a2zZT1/WVt7OrRlu6xW
L1su1oLyahDF1cm/NVibNLVoKrZr/wCO9qv7mHAEealVhdWynWuYNzFezcvNOmsLVYhg+D9e
IITPs/2ABCYYJmZghhHx4xAJx8FGhqORVHf1ot4YrdUQttBjqBKgQjtwLWusu3rwld9yoNy9
Uq7DZSfttbBhlZPKridk68qtR2s7XY5Xa6Au+69esdy4jkxKL4TZdTT2VhNe1rXQ61TDa0nw
td3N0sRuvt2hZ+rU1ux0+pcbP+vODd0+1WXrsrYeIi2XPp6jGvUv1dfZVgwPyfr+8wwA5xPP
xnx9TzAc/wAMGYMP2J/REZMzhO290FrLDu2A/slwLRE2fNQTYFyisX+Gv2UqX98lKt1GFV5M
Dlnp4Z3HSitLK9jYZ9fRoCh2F9fHYAMrDFqKXJdFSo20FOdDEhMVbl1L0bNO1W+uCGr4RKnB
rTCgTBmDOy1KLNYVWMutW1aq+/uyzq1FPWhl0xj+GYJ4+PuGeZjEInmD4+/k+ZjMGZjxyUw/
G7t+qzY1Vsn66uf0KyP0NgNTp2rKxsKN3bsLa7ckZdfn2OtroPRY0Wi9ZqWbAbhYq9paTR/d
IZw5LnwClprlKa9kINSbtVjIwCt5Y1u9Io3Kyy2FTR2YERq7R6QIFwAJ9y/dqqm/uX31ddQm
1N65djarASqi8862FRrbks/s/SjHx4JwYIfggQ/HmAY+MQfYgmJjwUMyRFYGWD27vtUR7CK6
rTkH/XSQJe3Cq+z2DWpq9bdfrvVv6nGnRYpsWaVV42+tKRH2qG7Zg8OCXPqr/IH7C5JwBKbm
Vn9rLuKGOrrktisM365Pqp5c76RV2NqNq9vey19vQzJY9yNQzjb07FUl0urtrp0clmovZqKa
aGQ3Aro2Bq55hgzDP7Ofg+ZiYhExB9zAEExmGDExP6hAYYAhHHZJ8YMYAWV2KWsDLNzYaOuL
ahitbCDuhbaqzl9W8WV2lErNZY7rm3YqUltoeuhQMflAAT9QNg6gr2NZNcLZtehEv0A1TaW6
laalhvegJSuszq1dlI0aGuvUBRmOAy2VNZs3i2l2p566e2xUueh7OwZk6Cq0wGGH6zD5Ez84
z8GHxMTMbyFzg5xFJmfH9ZmRMzfCmHBNf2PMbVs5WPZXFNr7JtDbOt7XcsKzaoKalBS7T3iq
bO2bUa5QHfLa4JnZMxvAVT9wKMATPnS69tfX2CX17dnA171rgetlt1q6KgS9XWaqivdP7G51
ul+vV8MPx1VJ3u1ppNNLmom5+TuWKJybTr9ev5/gIcfw8TxiEQfZEMEOZnHwCZmMSJjMIIm/
uW23U7dqNVuhmbeoC3bK2VB3LIwrau1RZRcnquPsjWeSG9lLAQWrha1rjalIfT16wb3Fl+WI
PEN9rTVdc3XdRTqzvtxqtXrLrLNXa1SLWXYQdWR7N+hnFerX6qtJl0k6xaLq3DAfBlDqnYbV
CXVvVZr7NvXU7aNrbPPq+p2FsAmJiYmMzEMxAPGPj+sTEImPBEx4xMfGZjxyzFPlm8bOPb6x
AiJG4mDxOXGNxMUgGuwgfuchYziOzuTzDKWnJ57DwFrEuCDr612w40aVH61SDr7NNQ3L297r
2Nr6hRdL2NXZs5srpNyVGqu+2xdPZXrsrUxWxKtsV3qeQ+NvWs997x6anhrrM4+Z9QfUx8Ym
D/ETMMEMx48wiYPz/ROQzYOSw3QU2vuFAI5JCllinJcIEQhSfzCgKBYQS6kN6y3rOSjJLS2d
dcj3KrV9k5DZEtDk69/rfXuV1UKw2KH1NnkSXdkC9gqrVTsFVptSOgqo0dlhZthfbp2F6vja
c1zkLf4EHDVkuP4n7X7/AIt4AMxmYhBM4/OJ/RXE+p9HtU47IXJhGRjEIBW0g0rCoDO+ImDL
DmFmCre+LbKwhFjtpdP7aK/+vDPYaJ09nU2zWRbyKNg6N6JZW5xuay7FNqig1OtibmvVWOt6
6/Zr1Vqrfd2yttV4Ie32V6ChaPi8ZV8mzH8R/EwfBIHxjPxiATEIExDDj+DZhyIPJ7atmUJy
IrEY4gdoP8n5MhVkYeJkEqWM/PKr4V2LHNzdfrCyytAqkCdjoru691VmvYpYMMs1QXOpcWrr
JabOhq3K/PVce263WsTU1NmquqkuwmqfZNMcx16sNT4u+j/9/wDL+v6z8HyBDywrU7NdQsVf
giD6mD8n6MExCcgYhXixVGXY6uhls0alXZ1MQAKuBktxl3NnBVJ+JhGDkwFhApUUVsZpawoq
BBgYglgJ3+oLtYAFxlJW06+8+/c7cax/ZuawON5Ou67gbteyzb/7AyLXTWLm/Go6NfsZFCr8
W/QH+/8AjyAiuSRYjPiMVUC2oj2Vg4DC1GQj6P8AAQ/GIZiAfH5ZCtBmDMZTg1gl6EM3qalU
WIxtUK+wEYAEEE4ZSAwbNCrl0bj1mpljZhHY1puO6tVsrcj8LV7LVGntWM1gXIIfio61rmq/
6/riHotdJWWEpy0760Ps6eed3FX6bW/Cefiz/ID/AHRnVZkYJAi2VtNkjhTsWVFrld/2VKWb
K2ou1c6javUVOWW65KVPaaoNd1dg/gJj4I84gHwqmcTkLiFfHkxacPwE7Clm1OfGxLS1lZU2
7GqTMus/yAADKozYGZ9Ov00uxB2cvp9fY1iI76u2hPH/ALArfsgHigbl6i9XVbARwRjsrN0V
a638Vaz271gfc1eJsZCz6lZq1/jEb8rQP9pEy8zgOyOws3FZrkSvY26Ar9k2da1WWvTvarcr
asUKxfSKGvd3LKbbWtc9au0lowY4YhGu+APjHxifXwMfGPJEwJiM4B2jy1245U+KiMadFbU9
j1mAtTAUqObEIuvXzswCLABCC2t1tgTd7UKltNwsr7W3mw8kAmPYV1rVdU6rsP2a3J4MjM9a
YS4n3ajkW0M37I+v6+F82rk2TGBNjXocV10Jb2G960fZNkRrw1O1pMVqbap91oFA2KhZvbFM
2t9tgWsHbqdgqlGnwsbZUmheFn8MfBn9QTkIWAjWjJs8lwSQrC/kt7ZU6VbW3qSIGwNzWpuq
I4Nfalgo0KklannaCJlgpX1b3cJhOuvHqsZrHPOcfB/2XJVV6+hrVt/bbBDZPNuF3H26rcbw
KltRsg21qwIPxWcmnyDHsRA22ojb7ey62njsvWs/HlT+o7r1yk3tclFXdbGxLNxKls29Zo1t
bFbhE43auodMinnZNXr6tW8fI+SJjxloLH5FxPJAUQwYyzFRuF22AWz1lWK0BWOcDixPaVCu
7Ur53DHJABD4gyZvZr3LVXb0gpre2kJWWPJSXlS8Xu2FTV6S0Ua91rsy25sZ2Wp+JOqMXMVN
tZKoaqbSNWkErhKVVKamUIblmzfYke6qwckL1iko2pY7U6llrHrNRVs1KwnZ719i8sgsRLam
4Cp3SnnqWjXxNfr9OwU11IkzM/H18H5wclRhvM/HHEtF5QrkuQo2mV9lFDWUVHgeImC0rTz/
ANhqHPrKmRkbAGQrNgEIidygOxrXKaLldpuvlSvlW4qGIG0ymaig6thciirE2SBRiaY/26KL
btMOMBOU2FabVpSstZ6KlPr9eQV8brDWf262XqIi1FjrdhdU7dlXY19dVjOqkXa91cWguujt
rSF6qu0ber7qetu1KW2NfVvL6lDvri9T8Zmf4gDDEBjPxBZsk2YPsAm7agoZyZ1i8tivPrtx
7CqA1qoHdfnZRStaDGMkzwWZgo7JOa+eNdVjTafk+TmxV9VBVnzmykWepwc1VO57Mquoo/LW
YrZ1PH2YzLUIldZD3qttL2ZKhsAgTYIaux97WF+5oWh6biC9yw7bsldzK/8AtqWzasYsA7cS
IoSdftmpwysu7tJXZX2lLSt0dcwfzzB5L/jC5MYNEVcMAIF8dq5CclnXHGx760GzZUGW1s+1
SuwqOyLgJkFcTPlwSe2t80DnZdsKqWFXcY5bAClE41aVCte21Vk2MSG2SOztVqwSZruVt64o
Yp8eI7IJs3+mvTq8W2MF/wBufXYQ2oWO7oHgadgLxKwVq8oq9D7adaawHRuS1kgA07jVjlSx
q7baRdjb/ZnsQHq25t/w8hL2rVbexs5W/uOqjYxrXGpTcjTtSeJYZ6xVs2XrTgEV1wMVL7KG
S4lRMHKECGwZfbrQ7FlvtexwFLsDWDAiiWOdnZsIB0qzZsLrorUVqVswibpDXyhAZ1tgZKyS
jgmFEQKn7Nyoqj7mBMgSy6uuHZqdbadSsV1a9p9Ki0LawvG1afSgjBlJuXIZMtXUTU7VKpfG
u7MlKMl1Ts1f/BsdoqFkfZNOutUYM8KiNSpJXWE31oFJ8zq1Y2ewYBLSpAGIAV/xi4UHyd2+
qpUs29pv0zSu9WibNoV4FPJVTG2xWvRTLMC0650VUY5R/O3coSxi9oIzSROsY4oJ4ttU+73t
ubNdS1qzKgt3qVh7OkO/aV5tta1jUwQXIrbAU2pWdhNJaVA4q3adXXYtL05Wiuw7GjZQ/wCS
sMFVNiNVYyCvtg6p2uqEPaaoFN1dyEgBditnsvWuU2+xMzM19Mtb7desnsKVlOxr3DIxYjhr
KhNqpv1Py46KoqsUErsBU30qfpXlY5TcW/hr9Y/OjWFcZ1t2ux4urjia3WBkJ22RrK1FdbDK
6KHAVUBuJfsLOGqxOfEQgN15vnO0UgW7S6mmmsbLiDey2jb1ixsGwxTkRWh5M4VeDFK6EEpq
dCAhLHlHP+s0oBr6dLI/VkR0s1bbfVZVqO1N3tp19j29PbNhtam+/iD1m/6Xu2qa4Nuwrrbd
lx/HPrKONitpsKrIp5rZQgHpDB6Appa9B+yEG7tgaSDJWyhqVNbKy3EVVa7WUha9VmLFtl6Y
OxRj/wCyqU3bwXXz6abktaXVEMCqT/yWmwtmA1iNr2Xr6exSGzYRdrc2NhQh4jMoBE0/2Vp1
+qy3IIoYmZ8Ey2kOgSmNVTWOSNKy0r0naV101EuDGtwVJnMmetfbZRUWqSsHsqKLRppQ42Na
vSmvtpTfsOlliu+XbzW446TtfpNWy3UI6GytbDZuVJYNnWdGVgtms0NDGBTyNaPKlxF1anHY
0VUoCFZMsrChqVTUVFuYuLaSigGWKCH1qs2aKuuyFpC2i+ywa9it1qXS3RvrDoUUvKwSMKor
2Hoh7G1xtbtqxibLtnWUaZBmtQ1p6cABY6KSc4JaKCWKiYxGBI9RLoFUFsfAIwwXJ+lIJfxB
wtFdSILqEvrOpbTZtdg97I9tcLFiOWSPxq8npthVJem2K6GchEsUuulV6jua6Q72mT+1rNE9
TA6SGHT4lNSmdw3Kxc8zexorvvlewOSbFIdXR3K+FyIg5G3jw3OVr1VgW302JZq7ttK12Ubd
e1poRdquk9bLAqsybSqW3K2FtlTrpsKzr31KtXX7N7r140tLpa/xAlmAWAxwBbwFZvyJzBxL
ExfEBjEzJwCSXccV4iW2at9vut1XXZpcU7NVpsYCvbUMa7FwNestXUipgAqPPVljcKwSMrOR
yj2e4Wvm7r2LN1l2F0LQW6lZq6qUKDmPatVe1cHZyDNIWPqsbeSV3LKK0eWKOf3GOZX4BrwX
RAgqtL7liWW9h123rtRvXVPT3VVq2Vpco1yH2PSo/JGLFoeQjFK9Ot25aJWvX2zt2bHW121n
kOTEEsBB5JYhsAliYoOV/wAcnIYRoDkeI4VlBUHYrUu1txt2QHuqsZJfv2vW4BZ1R5yCwW2C
ZZoznHTFfcQphrSGlRAonHyTkixVKgFSGAFqgj72CGqudkubLnrCxp/XolWuEKeDYCYGVYdi
gS/s6K5sb+1aVf0U0Ior3dXZaHsSmvegtYVMSlrVtV3GyDf2OtsVs1OVZA2pqJZO0QpcvJn0
Nl/Sl7G5g5hJAUiO0LeWAcKNpILkyGQFsGFTjZe6oU7VTKhDD9lA4YRFGWrVht6t6B62qjcH
XmwhD4rZGgHFm4CFSrKjvYnSPXKtyxHGGLFgSxnsGQmZfp0W2jeWk19hXab9ZjfSbeFvInb5
C5SDOqVxUBkKcEL4dMi6jJs09gyvSZY2z6wbg41WUa/trM2dXW2Q+ma7E16SH0LPXZQwhWoR
eE/duWujYtZN2zm1agiu3Nuihv1uvusetnTkDLOUwY+vW7oLq4pFk2tR2ddqyg179NsxcsOv
S82K9ilU21ZF3tZXXDTjgKAYdeona6lOV2tbURTZhNF3f9JUNmldZW+q9UCmhk7e+o3byWro
9jQFaytiSs5eDWoNiEj9VGiIK5xLRkKpvbi69Vrm59Ghbrq6vUq5iLmfQq30exwHmy4rZ9q2
05Rp2CChvftPWiWmHksr2SrnrBZWyujvr13rZ1d8XrWRzpXhtu30VjUsstfVame//dp/66eu
19hNj9dazxMdROIEXEAJLAzlYJZbp2y3qladdr9otrVLk1tBWTPWoL+CW5QOFhsyQQZbTXcP
/WcLa6sOMTYrsau6rfJq3WqcdhQVrGpdK+uIe7rtoBaNoEbKmjAhB5GvIK4gARbLFA7DZbZ2
Fpf1654NRcg1ztUgUWI0cTeQ1Xa3b5OwvZWg6l/FNNeV+uFfXo1v111qAP1qHjdfr+wsSdra
15ffqxrqEI2Odezu2Eq2Zqiyu+7ZNQK+dC1Tp0Xi0HxPBNrKitYFVdypip5DhkLhWGuti16h
qioYVgWECFBLFBW2wIORMCgwZFghgUYRlAX6WWdbrWG/q2QVa5EC2grZcbNPba6o1qWAMAzA
IawZYqiXVB6lrNbLUxjUsrUUpdrV6dU19NamI8dpR/qdj7da281rajq+5r66bj0WiuwlW3mQ
mq6461CUpUyY2+vr2pdp2VPcXQ8WsgryadYirQLtZbY1tv65WdUjVWEmuwnwG4xmtwDplqTU
rBQYtYnqTlxH8WfEaxONm4iWE03QjiRgw5Uq345yTjAB5ICZjyfI4xsZGtWkqpTilNStiACD
5YZAqQvsUBbU1yRr9Sgi1qoGPgx1DJuVevao2mWp77WG7ZdnrUtsvqUVHCxq+U9BhR1gsKlr
q8buj7X2NYBtPSFg7SxHpvuaunW1wy2a3CjrAfcyq2zAByeihz+iMrrYCJj+OZmZxLPK22hC
LdS1sJYtlrKKbanBGBWcpjwTiFkUVMGnE4An1GOYysFrZlKN5yJjEz45TlC5mVMs16rClSVk
NAwM8AkicoxyOxPr26gEpt9jy4KrdGF9NjAuBiBwCrchgGWUgy6sLLd4kpeQi3WPVsZW3V1V
2L/XW12zxadY5N1IJRslwRkeIMmBDMT6hIw1gA/YrhuEDgi58H3kFn8sFZcGk+3XLWugNd7V
O1iV3ezM2doVh73Ladies7+uCPMwRMZJPgjwoOcxnJPMwsYCcezzzM5uYXMDGB8QWEk2GB2M
BOO2p5bGtWzJT1wsHY6dLDqGsDMQQr4jMxC2MoS8kK4YXUixN7Xak+pjKAyxnAirRR12ot91
myi126dtxuVgK0URgVPiDw3LE5+CWjljLC8VnhaAgR2JUkZA8jHF3UDY9Dr7HqLNTYv/AOKu
7iGT312fgCmwzqoVK+XEPmA+SAZk4XIOfLN5ycgZgMtYAKDxOZxYEIZ6/PrIIqnHEI/Ht9X2
U6eyag3bWLGvOw/RhVt4kQHyPrgpKrxPtZWS84vrS9LNR6hXRSKWpZ02b/aesrWtDaA/UqX2
vBgUgknCsQVJY8YF8cY4yrjBNgWF0EN+RbaXXL5a8EV2X0hb7CxijCjiZbQtgbV9jqqICgJK
ElaThfvIiMS+cEGZnmcOR4eRXCngIM8YazOECwKIYJjDYEvrRq7dIU2p0z3mro66Jr6CKp5C
Moin8geK5HPYqGK0bFnJlDGxtjUS1uy2svRWz2HxXZ6V0+jUqRgzILf2tZMVFUkCZENmIdzJ
t2LOQsAispJ4iAgBrBl3u5JsXYe8BG2aWgfkQMQZlbV8jjkvkEOISxgJBQhSTgjOCxBUgj+l
XEx5hjAzMEDHOWEDGFxDYIbDn3Nk2sZv8H3BvMkpexk/LAdScGEYWvBB8is+yusEE8SLmqpf
srHRwpB6zXKzduYG/ZPr6mkLQPE8ktcoi38kGxYpvuLN72SG12igcWrObFdgrt6wzBWP5OwW
C7MYngLtYxeFh9frVfyjtW5spRnVSYAoFr2Iy3kMAIXqVkPIIfGSYvlcHAb+BhE4icBOIhWM
hgTMKYgT8iuJuWsd+kMTWvGecVOW2eQwQGCEAkKDTlWf8XQ+Nqmuyvufxt16y9mBr0WWLZZr
0+/Z1K8I4wxJMIrWBATZyyCBD9qoYFDK8gHGQDg5w1eAvFwmuQQApUCetBGK8agQ1qKxRSpK
lVYFkV7a5hXFtoVWpptHqv1XptF1YXyomIBMTH8DADnEx44icQIRMRh+O9kbOsuGSx2YgLEJ
4IMgAhh9kZQMQdghon1xDL2OfZ1emfZ2NqPOIK9QiGa3itxl2fDORkSxCYwIC4CkGKpBIzFB
mVAUqJYPCVkKBiEjP4iWKCoQutdYBtXJQERhyXiQigNOADKIdVREsIlaIgGD8f8AiPr/AIz9
/wBn67X/APr1P/sGeTSvPp1P/wCc/afQ+n+rov0J2Wf2NHP6L54n60M8K/8A63/yP+bffw2M
D6b6GIfo44jEMWD7Eb6aL9p9xvsf4tB/in+I/wAm/wAv/Lzxr+h9z+v/2gAIAQICBj8AUF//
2gAIAQMCBj8AUF//2gAIAQEBBj8ArqSB9Yokak/FIj6lTWmDtEj95ONXU1B6xf5k0pzHWZJ+
8nJ7gTL/ADrh19QA2GeY+eSIOtOQwInJ/wDqJxr6vjlI/WiT+Ymw2Sl95DNqzbaJH+JZe81B
vMpuUG1tWRq4JkCiO+1ADZtSVEG19Sl/xJM3tpjrahBxEj9UkM2tqxGMoykaermTx/MahmTQ
ZpWHtIZtSRIu5l9S5j5SuY+Vcx8q5j5VzHyrmPlVz5VzHyrmPlXMfKuY+VXPlVz5VzHyrmPl
XMfKuY+Vcx8q5j5VzHyrmPlXMfKuY+Vcx8q5j5VzHylcx8qufKqSPlK5j5SueXlK5j5Sucjx
lVmfKVzS8pTiRbrK5j5SuaXlXOfKVzHylc58pXMfKVzHylc8vKVzHylc0vKUwnL3inzy94oj
PKg2nagbI1TheJOfE6JEcp84ICEr+dVESBifOwVwRtdF3BwIKzacjKMr5miywIwQaLSGOKDN
AYjH1k5lwjBk8hTqKEYiUSKlCXeGLnEAexmijPTBkRePne8nJv8A0mvhsqnxdIZCXgtiqJ/s
R3puiVMP3rZ+vpIAPxbdqYXVfIsrgHAFYiN5NVRaRfY9QskiTl2gKR1dMxlfhp7SIhOoqAY/
UqBywobICUQTY0sgTASGFEXgInaDmCNiBYGlEAKvgNyBAoaEG6y6gbYDtQcucSLSUolmFYnd
/SaXW9Ob9NVTpstm9AbE3RVURc2RKcBAMqhbCv3o9X71lZycVnNAMdioXL+VUxwWYFwPKmlm
ANjgi2oxGPKflXFEzzY/z5FIycRqDd/iTaJDNUHFAgF8Yv8A+RCJsz/bJM1RY2XAd7y/hWZ6
GhIr8vGnEnxBsi5cDDem1YuWqd6zhwGaht2vqQYmQtImhQETwNV7/wBMot/6FrIN40au/wC5
Em5TsyOBOKka0LHCvtJwgDbFHqf7VeyZA0G9UNjXqT2BLRO0+auNjsB+6jGQid38iIg4apL0
HqZlKPehmxDyP+ogxAIozv8AdQiWMwayF1E4A2xuiXqeyQbq7AqRjJw7MqkASuL5kY6hL3DU
t5yAJymxLuFjIbcFARkRlJJaz+aqnMTY/wD0CvhbVXBFgz1T4qvgVUq4fvVT1Ktk9xsKJNc1
tyECCa49fYUoSkYmrPzKMiQZYjFk44Y2LlR7pmfiP8yzXkQH8skcjF97JgX3fD2084gPhU/8
cYptMZiakMA3sRRLGOdiQXUc7kDly1+GPGswNnEgbhPE5sxquGsY7fuyTDlfANxIP/TKlDLb
aq+DvXFXcqNeicl1uTE9PWsoVk90Tu/eiimuEWPUmIZi+35UTEhy5ILmTtHlyzgmJY4Slf45
zRDEvXx9nlRBGV2q+xZpl/GhMEsC4WRgDtbBROXM1i7FZo8xuAfqTBn2AutMsxiXMtnorMRG
ZnSW34lHKGD8Q/lTtm0wGL4Ooy0mYGo2jmTyDH/7/wBMddfg0Nug1W1VqtvTZWW5U6Jbv605
Y/r6So9Tj0Amr7FU2sEcsQZSo42e2ssoxJNpLKWMsaOytTcEMmYl8WZkdylGV7Gg+ZBh3ZFD
chvZXDXqVn3ESHxKozAYbE5ja9GTWOIJ+4g2PZ7KDFqok7f6LVUVT0V8B9nRt6Kpwqp7PZCq
xdWWxOVuTq3TL9cUzv4lY02t0fsTlPd1UEHAhhVAO5kWNHLIg0Gyiq73cCrJol+uLKTtEmjq
jSiMHuhOUAdrY/Wh+GYEm+CJEWkaF9iMNSPCA0W4vkzoGEWBwNwgC5lcoSPkwQb+iuak+D+5
UVkU90aU8D9nRRVVOmibHwCf1unumNjiqjyXRNGwe6bBAGgNQFdwiWqhKQqQz+OSeEzlsQbe
4qERpQxDH4c64dQnrimMhLcQQicsZbAD95ETg0bE4BfhyJDUJqE2XMMREh/9tZTwEvgYl/8A
pp48WQAk/Co8LB7eKKMTUC3V/Q3KZ1u6Nqrj07+lui63qisybobwXRVeg7E2Nk4iZg7FlJY7
DRAi21BtQxhsAqmu1iVUU3LYnwxTbblXTYp7lFyQcE8ZESxIsR6cU8Tl2tb3UMzTe4PD8UV+
LDKMe1H30T+X1AdOQYwuFpwgSCKk1Y+ig2P9ALhuncqdDpxbpuyfprZU8XQ46KrYUyfoogBX
pboCIVGBOKNNwLrjiCbWROmSMQGzB/eTyaXUG+FUlEEXBcMfbiuLTzNfKx+pMXhLESp86oRX
F04NLpnbyFfv8AyieHypmtWqcHIRiPrhNZjEQkO3Gj+xFcMnwdEWbBHBsf6BlgAZYunkAAbJ
ulzRbF+9N5UzOt3RRVQoq3TJ1VUCclt3RZOqqmCqqeBXxJxbobTIEhtRAED48qI1NJ4nEEEf
CjnEoTFiDVM8dSlc1ChKE5aYNXjUfGoiWXUhtB4vcREzkIvmogWEgcSmhmjicpWaOod0ZijI
vGMtwJj9KMZflyw2GnxZUJSgYg3IILJ9FpHecoVdKPvri0j4iCqyyvtTwIL/AGrzZbDZNIF/
0Tk/v+VOAdnlRMaSwUY5uKT0G5ZpB3s93TN4NURZVTdNFXot41XHwW8A+CU+xMC7bE9kMrRi
Kk4oCQcq77BVcQDrgeBN2xX4c88cIuyHewOmRYjFNHLqxuQeb5c6EwYggMYEyOPLwpjAwLmo
fK3rJhK2BP3kwMQ+H8UVzQJG8j5lxadTcvQ+6iIZScQRZMCC2DGKAId7MWKDkwkasz/KmIIG
BFKJicxw2q1tt1TwzJnZcNHGKOfxFNgf2oAISbjDsRvVftT+B1J3vgt6IKZU8f6c7fCau9lS
m1NbesxLxKa2xVqDSiaBrseqqQN5VZKrFrAuUTGRgTZnZ/O4U05Rm9HYE/MhBwXFyKBvaTmU
XN2AjX3k03JFwDEFveWwDA1Hwpwf2t8SzaMzvbYgY6jHZKiJJDi0oj6lxB2tKyyuW31CEhVi
OUhPWMhYGoRJaTXIWSQaQ2+C5wXokVGxPEWot/QyKBNAtqDdDunTLf0OOmiZmGB/QUQTqnTs
VU6dbRV2ugSMri25VxomjYWXEATuCBYgeiyfTk8hhLh+OClE6LxNjmp8OdAHTDgYklUhlbEM
gBJmu6AFd4V2IFMEcwqGIJDoOYh9jD6kasNgAk/uoOQ1ssg1k+m24RIdNIEMHP6yQlE0GF/4
FlLkXpWP86cEGlQCx/20MpLOxREpdUSmmHB2EUWcSqQ1i/yoHb0k4CpQIc+YEQ3Eak71VVKv
RXvZVTdDJvtVk/hb+nb4VOh1X9AJgMTfegfKEAMSnwFEASQ6lki0ZXsuANLYUATl20NVmi0g
MDwlNlJreJr7skXlIbiPqghkEaYgj6lLMf19ZGIkCY7KqI1NMA7UMpynrI/gRMJmQ2EOiTHK
etkxJG1xT4kWygjxISFRsxX40B8pf2UWGaL0ibj2lwCpqxRMgxOAr8qqb7QoizX6HOCGEb71
whiqqiY3CDml2Co90zdLosqra/gWW5Oz+A36Bul+g9DMnFCME7FAEtibJ4SoMJIyIiX6k5gB
41YHa4VHIwCpTcnPjO5E5b71HK8TiR91Ec8RtofjyovSRK4hnHlQ1MxEsAbLEIgkT3XXC8Xw
lUOjGWjmlZzR1mcwOwuyJIEh4k8JEEGokP8ApyQzRJiLEc3w8Czu5FjaUfQQNadlGEnCIsBc
pmfehWgQLs/jT3Thq7E5C2eAPBcdO/o3Y9NrKzIAF96aWHRTpbpGL9G3or0GrYbQgKO2BQtV
ZeKIxHMPhzIPKpwJb50DKLHxJw1Uzdd1uQeyJjYok+UqlC/Wqs5oy4A4DuN6jKQ8S/Ya0REe
HfuUsss42XH31EbL0P1JiHWbTn1xIKB1INEfr2EDAgNgKoiUhEywoFCoMTSVAfa5k4qRejLr
VOimOxMmAHV0P0Mt6fV1BFtpQMSNSc+SALk+lwrPrQGlptQbT7a2dL4dLXTBV6TSm1MPAYdD
9FU79NVfoYuCNuPwrNFuK42Ktno2xOC2FUCQJHYycBtqYUVLbU4ru3ppil2Cp0ULyBqMWTik
sHRPaxbFMzgbUaCuLmicM4oyDkAbrr0TQkXVOLT+1cMTSxNk12RJLNWjA0U5SkS5OWL7PVWa
MZMcay+aSgxlISPEHb4ZST2GxPhgqp9tKdBdftW5U6JThSRoCLrieci7gvL0lGZjEvQFqxbs
I6cwTF2Er/DNDNISErGo+dPGTjp2KtelyWG1ZQDKTPbfKH0IicXYOQCPoQMdMAB3Eiu8kW1B
eAP3k8J12FP0UopakiMsASfEs8QzXHgbk3RVfsQzBm8eCDdWYKkiN65x5QosIkFcTPudVWYH
d4lSjKtScd6e6Ja/lWwbRdM2ank95EkmJwZMWEcD2lSToGALi7piE0aHZgUYmJiQty60RuQ7
sZoTfZwlsyl3gjngMgqRJx/OoTDy1NhJOMkHDOqeJMSAMUGT9FBVOehv1ZHR066WkeJjzFMc
pO58yAdmttXCSesG6cHqe3xJ8/CdrYebxJo6h05s+Rg3r5+T/kQkZZ5Pyiv8COlqFo5jmLVi
/ZWfUMcgarvflTVkd1PmQYS46klpR96CeRzAGmnt91SnJg70jSnm8St5LrKcKo5jg/CB7ihI
RMXcjMwJA9pAE8YvHFOiZERAxKl+W/LjOZHimeWnYyc6lpypImt2ZZ4FwbLrRAcsUZMBlq5L
KWSEREdq6kNXTE9hiQiTpxlHYVKRhITAcRwNU4NvIqgNtZ/qVQ/q7E0fJIIA5WsGeiAHEcSt
/RliLoAXAshQOTbciKUsUZPjVOLkNRAFM1lU0NmFVmBcvZOzeWicX2hPcqqLOwqHUtQloxDl
TOnJhAvw4AIkltSMg8ojmKOlKWXUhfMMfXTwaVbgg9FnRlr6giOzCPMyyx080cCbn3EQIZQL
nYnevQSSwGJUtL8vU1E9TCqqKnmrihGMDXEBHv6ykMLx9L10+lITji/MjpSgRkwkE4HU4f3c
qzSkYsLHYiJOYEOCMCv/AGNMtLtxLv60VL8vqUMQxcs8Tl4v9NULnGUjmP8ApeYjp6JGpqEN
GMWyx9lScvOZqnkD6tz8KcFnw/lThwdqEiTKoYsL+wvy+teXKdoBHBwx/wBRPEmJiaEEOaR5
lAk8Ug7rUcs7AdaxD7K2Tt4yvw5EPYdn4lGPCGujlkInaAvxNWUi9iGDLKSRtAsfWQNBuxT1
B2n+BSNXIBHlTE8LUCAFty3yxWBPUnF9gunIqqKtCnkbWVHBO1PK6Au6MQAA105BAHmpgXL+
NG73RJxpZM5f7EHOPKgzAJwmxNkxC1DSoYAonSk1Kgs0kMujHMzyIcDMOVCc9OMX5gO2/pSX
cx/sNQZo4sOVfYUdPTL6p81+FcRPEQxtFyvxfzUAIlpAOZcXsLJpFwLyN5ekq4J0QQ7hipwu
IkgCy77WiCSOGB+ZNEAdVOnvtPnF94TAWo29NbqqPeQJ+xNqNlYuDVyVOX5eIL7agBZZal+z
EFvvqtWehoR9aFZDyOmAJAu5x9lZcuWOA2+2gGYHfVacMuUAvIl8E4ZxIGNWZhPNy+hFAOYv
gRannqIAq19y09MO8iSws45VQc1yxBdT1pxBnIcAPZ9NHTGFgKgeknYkYlqVTRBGwDiTR0S2
00QMhEbiaoZtQA4hqKk4+QsjAgVsezdGjl2BRxkaJhhZAba0VKHaq32qtFZ09a2G9OXJdME3
jQwBBqXRAFNof5UGDStUMqiw8qA5WFAqgF8Ex/rVQnZUTEWsUxLRAucZPLgyp8oc3fa6kY+M
gEj5VE1oXWjMAxkA3WOf51CYPMK9faR1Ju5BdvqQiGEQQwDv2o8CaZJcvVj73poaUxLMcSQV
m05OGqEWQCzZRmu56/AqtylqxxuPuIyarUocvswWcly9j1R8xMGJNgHojw9eHzJrnY316S+w
Bz91ACDbZCg+ZVrtKEYmvm3BTSo/KFEjllwkmqbTbh4gKMXjqRRgXaTOG+pARDSADrTD5TCT
k7lnrOQrF+UKWnEgGVHXFNqVy9r1kA2YDApoQAqS/g3RGGzanApuQo/RmCfor0M3jRA+1MQC
yDDxIswlgFxEv1YpmeW5EuARZ7oEu9+r3VtQJtsW5E2axFmW0qNjLM4fBuflQZ6uQnq5pmqD
8KEA0ibOWKiJRkDAhi9CqgRIOBe/RCdssvK6EGpEGzcyOAO0VWfTPrB8FHUEnkeYYx6CzNCn
j8FigAWc1OxkYRMc0RmzSLZhHscajpBjVyQK+rmRzDcXcKQAZseaJTyJIB4crXPMuEdVaoZX
MSgdUwiBveR9iGZROjI5rlhRNHSBq+djdE6oEcxzDcWjHs+qhGIYRss5d7+NOPCqrv40wif2
rhiY7yFkepuyOk9HbNj2U+5BhUdLh0BYqtimFk4wT3R2hZnBe7fxJxcok3sqllSpKoDSrBmW
zeqF1WtMEGxwTE+JXYbVCIJBrhSv8qBNGdUQlFhMWQ1NQ5iQC9cfNWoJF4hiD70UCC4UNIcz
iXzfdRlK5JJBNChiNmAQ1dMATF00miZcwwIXfQqCKDeUI44nem6P6ugSFEYTiJRIIYox0pUZ
8Hj+uVZNIAyoa0w7KJmYxGANflUmi+a7SDIZpCMd9089QyODWXK52l02QAnEXXDFzvTYdDks
N6cSDBOJBtqczj5QuYeVNnBO4po1K2R9G/xJo6Zni5KDQEThT7yBFAKHhTfFUoiTSOL0/wCm
jLu6A7k32dFPtQe4x6WCcgkmgDIwhDLJua8CqsDi1kS7vsTGgej7VUFwqIkh8ExsyaLhHaiw
dOBQbEwfMcCrgE4ErjDwOAxQmXIJ4TgibnAIFnarbUQCxWjCJkGfe6nE8USBmRflJpuClsEs
sT8X1phmLGrHFAnAt9qhlxDnr9pOYjvGLH6VDJB4FwINwuFGRoTcdDuuq6oq1ZUwQnEtCXPV
lm048RxJfwyQFQMnNEYksL0LWU4GUi4t1+l7KAjnYHAUWV5Vpw5X+JZdMZSLmRJf3VlhC1yS
ycacYkbTm+VXA8RTTJJ2AOgO7lIjF8VwaT73WbSjGIOLBx7SJlqVleXM3o8Klp94RYPWpddf
QyqU+xORQp9SYiTZyylrDUjPKGIqTf8AjQ7iB1CzyoY0RjI5IvSECAw/xMyJmTISHDuQPM2B
6DgdqvRPgjGU+LcH+VCWemAoswi+0YrLN4VIkTH6l+DoznN6SIoiI6UADjXMoxMuDCMqqOaJ
jKsqViUWo1l+oHvKMy7C4ohPTDnTiaUxyqRtnBcGhy+0pH+7IcPdOAdxomBN65WHzIZrO5FH
KDAgYP0U8XgVVwXwV6J1QOrN0VV+mpYKXE5ajOjMQOWJuXCBIqbB3RzGBa7IyDB8R/EmMvt+
6nxwYI8Esx2hgfaRyQjCD0JIL+6qzjAbvvKspTN3eisxN2TAM3UHCfK+5ZaRJxJw8xVJ3EME
R9rh2W9Mbqtd6bEproFn3LPpAEbCSPdjJZtQBgcQCD7SjlJMZwJY8LFR1NaVRUxYW85CMGjE
bE4D7SnKZMKFGLfiSoH+ZVONw7q9RZyWREw8jWhzF0NeMsmqbgF/S/s/bWaZM3wHChl0g53O
So9zAQANmqX5kIakZRiQTGQ6kS7DA/fVSCY76IYAjrWWVCQ4Jo4VI0iKnBygIhwbscEdTUDN
YVogQABjvROnEkDc3z5VGOpGIYYEur+BWQCo8lHTjERBvI7FpiBdi5ATdLZg+xUBKLkQbaQj
m1ASOzFiUe6hIgHEMURGAcYEu/0KL5Q45RElva00CDt4ojMA3rImU2bskyv/AKaGfXY7G/Wa
bMTuB+hEM+YUMqSDICZoMGDIgTMn5Q7oCTkDCr+6iNUakMRQH51+FpzM3YEtinlAlr2DrKIE
PYkMB7yxLbcv1wkqAkmrAD/tRRplajPRkSCWaoqr0FlvVU4G5NiE9m60ZzOSA5iUYacBL8uG
PF20QaA2AJ+RRAGaMQHAGWXremhMDhNa83upxV7bEzOSnAsnNN6jq6ZNXoQY/NGKeZ4rOz/H
FMCWFwxmflQ7pwAH4jkAbzf8T/MRGrzC1eIxaKIAqLPuQoxjdANvqhGYplLMxvwoxJ4RYmh+
JZg5kaYRt6KBPiFCfe4VplqCgcU+DOoy7totWhIJ9pMBGLCo5UIR4m22QlrfiNygU+ZNGg2B
VTmQO4VXDFhvR7sWGAqnmJCO2fB/Gn1pAnchljmO6q4I5Dtkw+pZpGAngBX6kTOcAMMrAqk5
S6k4zSO92TQAgbUiZfFlRBlWxFU5JMpUqXKqGIpb4+FA1Y2lLNKPuZdNACchHZXK3m5u7yLL
KQIaoLy/5E8SIm8QGjy+nnVZEtQsZF34vQ85ZQXAFQZfRPOmZjgGMfpVoknYCPmRiCwHV9So
R1tEn5NWa482YBwwEfp0lQmQxcj6kYiJETUEULpiHAt2gT7yzxiJR2jD0MiYBicC8foRzRds
JV93UT1i2A5frWcvu2IVTFFMnF1mu2CGhI5I32n3eRZXptCDSrbafhUYyEpTFzsUYNwSDxMf
i4kDueqvW6/YyeZzHzRWX+2jpz0wR2dylqSjlA7T085RfUJAu0dvpzQj+XrChm4IcLU/MRJi
YgxIozSUJQNRShCJEns5CEhhSqFzVjSiMRwg1JvbzMyJFM13dysxAc1x9VDixDDBkBLXzUpE
Ak3QAEpE3PCPqRlMCEd6cWwTQj40cxDDF2WYmI2mi4YmZa+CyxIhsERVcciCKkyk/wDxxVCZ
7GHD8eVOZRg2Dh/gXDIyONwPjyIkAx6lxHMRQs4p7qAevjP0oZRXFOQQDsb6oTTCr4fyQiqY
4EhPkB2ByuYRAuAbepp6iYyJbe38CdzIC5LfSgBRnGWhDn1USQ0doa/tSUQDmYdkZShd5WxT
MJYb1QmJuGHvI5QW9IVHq5E40w+MiZSJVCI+z95GXesOq6fOZOXakT/40YGTxNgQH+GS4aDq
+8hEk0tRvmVDV8bKQcPQeizpsMEy3ISGCANGt0SEhW7sTTl7KjAScS4iBzKMgAANl2TUHleJ
85BySYENI3k/OoSk9cFLU0o5pnlxyp/zD6sJbeEgo6mpKcX7MhR/X04qY0c0iX2Zfi/EXdgn
KbioigSwlg3ER76PdAAizkWXNz8ws6BFDQbfkzKYa368sV4whJ2wqeFQkI1c1G1Vk5wv6vaW
UjBjvWcgnLYM3zIZG0wSXYAFkQTGWNSX+FZTp3FMpMh2uzqKOmAXwAZDvJsbGrfIiTV9pzI5
CIg0aIf5kTmc1sQmlIxjsG1vVRyi9y1z7Sy5iGwDfSmF7ualGtTRmV6705MRtFb+wuYyIGxP
Fq0PiX0unkeHzSDFvdTQi/kt7SAgSH2uPlirvLCL8ypJji5/8mRNnqbiiHFXx/NlQJHEDQGO
Z/8AWzKkgQD2T8HEuBt13RHa2sXTs9LlMJZQLBx9aeNMDj8i68AWCylogby/xIbsW+6rvVO9
RYVTteovVEXO5/uJmLkb3++ncJwnbFdV0d1giMUQQAXJJJLOexwZvNUSRlLEBqW9dZcNpDkr
KwiLkkt9SjkJJ3VoENoUtOQpMMRv85GcPxISYPsTakXAxr9S0dMAZZO7ACTqOpGIlEVmL1bh
UpTAhM1iGypjQCgBDFDLi9P5kwYl3NnHKjVxsLge9lUgTyig+aXsJwSA4aPi51JnMtOTv7qk
NUDNcA0+ZA5LKQAIA2bkQAfGuAdbVPwrLxNtxRE5EEWAcFFmcGspHMgwfxJ5PGVmAWcyOUUL
hvlTPQUD0VJCjF3wTNXbt9HgTFg2BP1J6dbposftQLgfYnJ4iRQFymH70WBrUXb5UxjXdREm
94umAO2lU0anY/0p6ORZmY/8ic5SRck/TlTyYkbK+yiRlBwq5j7MUSMxqKkZBTtZMqcmT3OI
RMga2aoQIjJ/3KWTTL3Bdk/Lma9VWdQNiYzlKxal1Vy+0r+v+FAGL0ZUi3jXL5CXROUsMHUR
i/2IYE2RzVrYKifBOymQeIysL39P8NTzAltuJ5lm8rKJBtWn1R51KVCBFnKygUbozTIjEXdS
jGUZCrCQb5lIyMRGIJGehB9HMp6udyezWiA1L7cX9HMu8hqOcBK5UgwYVO1TA7QqALIGPEL1
2oy1C8jhSnnobRTf6KEhSMiQTIsFm1NXT0jKzk19VS/FlqTsAzB+HzoqUtWJygECLOs+nphz
bb7qbTNZCgYQAZZ5yMpVFS1D5iNeHzqywQDPFxmaiAEQGxZcNzRETJkCaC1VWVCbeJWcUWO5
lEflRONswmd3HzRQID/bRHsjddDtHBYE/wBabLI7UK5IgFgbokkgGr2w9PjWaVRtQykH2mH/
AB5k8ZAhr39nvFllICRoKrikT1SZVAfaSSmAHWAFiU1kzKkVQBWrgsPIn6St3R1p7oAmyFTX
ydBbyIRjL8WR4RuCJBLkuWDv7qYXxd3Qu+yyqwy+X3+RauoSIg0jvTjiFKjenAxR0g5hp7MZ
fWs0I5TGOY0qw81GH54ZmDiUg0iyJge70ieUtVcAYEFxi0uHNx+ooB+UCMTs/nUjGIzQi5IJ
H0rNeJBerpwaArMwDuxkHPsJgMQbVXdGfFcgmgRMXmzAAHh87tcnMrdUXzLNGIDrhFG4iEWx
GIQD0OH86EY33H9YLh5jc/yo0c4LMQ8TbD5kw8X6yXFIgjYg2NyUxdjif4UIgWxMmRZtxdyn
AkSGrRcX2UqgIxJAxiHRaEy9OOWWI9jSTRhGAApKI/8AJJA6kyT5FIS4nxJQAhFhgyAAZtiG
LWJH6V3R3+ABir1WLJlOdyLY1RnMEMCAxEfmUZGhu71fhj2kTKdCbU+aKIFG+1SyDMbtS3vK
GhrQOYlyCjqaZkdMg8J29hHRbNpxGWmEiO2pR1IvLNj9GVQhKP4mtVmekfOkhLTy5JXJHnce
WCgIVEZMH2geiszkE43/AI1GJoCRXAt66MJEGMhlPUVIGsAaCvECiQ4BsCEQwfCqcshq6ppq
RJDCuc5vNRyUrc4rNV5W3LM97p65bBb8FliHJuxQlNnIoLsqGpRgDbFMSTlOAzIxhT0mQMrY
kybMnIeRriUZEZIhuI39mK4pS1CMAMU8NPKdpuuIkE3ESyfI53lcvkouXy1VPCYJ/Cbw2oEM
T0Voj9ifYt5wQjGhiXKjKfNI48QXd3kSR1RQA8b1TmgFuv2VlEsjDC6B1aSFphjmPsoCEyAb
1Cl+Y1iCAcwahKlKWkZRFRLGnZUBOAAjLJFjYPJCOAsbWQGVmkSKfcTyc2NMFki+8lrKJA63
2qNHnpF3xIT5newt86zEvhUN8qGXT8ZqFAGVRcCyANDHG3zpw+8k4oiV1trSqyQiK3kbBVYz
3WR24rJpnjNjsXXftVQJ8eCES+U2FsyjKWnmlevK6uI7gEDJ5EbSVQN1dNP0Fel0/gU6XN/A
CvRBMalBsUxscU2KEp1lG8Xuo6UYjKA0cSKzkie0fGT6faT3BWyJGO30ETF2OGKERUgE9Xve
qhqGLwjUg9osmnUHBS7uLMKALU/M6kG1DIyc4VzqYJNBUdkVkhIBjN2rRRfDeiA7X2KUZCUj
KmdtiOWBaQYylQKQ8w0Af1uZAUFXaVUaHKLAWZECLtW4RiaF7Ff10C4Lm5c/dUYGhJHN1rLA
McWxRb/8I5ak+RMHci6ctSjrNEcIJLmsVGWoxhHlpcc3a9ZMLeFt8AP4BdVRwHRVUTDwnVBR
OK1qgejcsOtNimwVPEjVogswGz0kZyAAOL4j1lnMQAeVndA+VM7g2vgnLk9TLKWDqERboA2q
Uo/qFqZiBmFFE3AfA4rhET1oCoIxrdAapnEyqXsox0we77JahWeJo7yB3KZYRBLCPiQAGZ7k
bFIZMpGKkQOCRo9PmQBFML/Usopv/lQ1Ziw4QcX7SER1Ou4iaDnb2llEj1UTgcWJK4qVoPOb
zlEk/hA1jUBCMQwFB+g39O79NRN4NnRRYcVn3dG5EihbFSatS+NypAHLmvQH4UKB+tz8KcRJ
IxQiHNDUtj6qY0IpYH4kwkQRuAWm7k5XqGQG1aelogtKpkPbRP5mdwcokWZuNaeUAyudnm83
sKNeIHlBRAiI0NAa+shGNTR0BJ+9jTvGB+FRjHhhCwAZSyhpMQssw0hiCxXNe1XpwoiMXa5K
0ywAr1BGES8gHxUJGbYs2xVodylpaJzTNARXK/qo14jWr9BYu28MhqkgwNC7MAowjYLf+mfo
r0t0Hb4OzwW6HN8E5cgXLH6UJxrE2Ut4RFTW/wDKuEgg72ZEkjNian4sqa+2jq3W6YhwLCoT
8pwuVp5rswK3gtVMakURg1BSMWotNga0OUUCZzUODf5UCXPkH8alInNOQYUZkQZgg4Gh96Sn
EVaxCd2KE9PC595cLEgVKbHHELJqMaOETF23bFnsAHbxekpDSkeN82apA9BEk5tTF/qlprNq
Fg1ARv8APQaIBvFwaj1kPzEyCHBjFz9xM/6eiqtnQ/Q2Pg3T9L7VVbltdb9qqHOARAiAN2KA
iGHUpZiwbFHBjQ/WshNbuC3yZkMTsNQq+Wr/AAo1QpejlRERjcFCenpmYhzO7BGR4ZFuHq4s
3xozIfKaI60hIkG3X/xrT1ACQJM75b+egYWN41+tAkM1nBXeakaYb1lbLEWpdHK/kwRMpUUq
0IozVUh3gjSyelTVVPDHAptO+pIP2srffRgdPNerEU9VPnY3aVH9XKo5pGINniw9r0ERKYB0
biOI9v8ADUQWMYh3JCOmCGDEAV+VP+ir+hbwXPRUdFVuVEHxTbeiye5Nlc1QY9ZRAxFXq/vo
AcJB5YyvVRJNcQ4f2u8yTUSACNyrEg7rJ/sQD0HnUQJAIFaO6EaiD1iO166E4uITLsMPZTyo
1ogH35S5ETVnFXop6cywBEg1T8SYNKMmLgs48/LJSBkKGn6wzoaMQNPTiweD8QURqQOpAFot
cOeZd3MkiY4JEFn82SYRDdsDd5qEIBg1kZENEkgxxHZTtm2CgR09QZCDUXXfaRAcMxAF/wC8
4EY68JWZxXCUVl8RBH8KEWeJ3N8eZCEAYAxqMxLj3US7uA4rL6VEiVLNb9BX9JSgVL+ENw6d
2AQa+PRQA9fSyBwVU2rJntcozhIGRxLZh6mZEFjFg0g4l2vRQfMQGAZAFwSMSg/2LMSW2AOf
+TgRnFgwcnH1sqDzDRuu7gc0iC5Adv8AUURYE2L4dqOVWwvbGXZRzyDEEMWq60w7gRFtnEhK
FNnjQPPHF0M7AG4vTsrPGTygRMRBH3kYhw4OCFHQ1IcmYEv8SYnKTYhGGoRIntbfeQYxlpxd
wSc3xoCT6ci9CaKTAXJzE0QDmlgLKBIDxB21K4JAFtmCBhwgVD7UM1/029MS5TdDpvBbpqUw
6HHg1sqWNk4umND2SacSaQ4xUG7+6tLWu/DI/r661Dl4zavqpyWIxIdRBoJAES/hQ08pMsBt
9rkQmI5BHmAuw9TMqBzWxf8A3FAkAmZvbKGjyxQNyC96/cVzFsTxD4VFrnFwEIybgFXJTEAU
ehWXOWB2qVH6sFMScEirstPzJOCRULiPiFVlMJSJ3N8+VZYgfvTRcSNj1LjjewNAVI6gIzSo
CRk7KOUkPytxP/uZVxjKbP2kwuKAlRAiWxNPe5lGIqTLNIqnS5xLDrKdEW2dEdOR4pWC6lt/
ROtyoOhul1s8DeEyunROW19qaNsOjHrQcAkWJFlLSysLx9ZT0JxY1EjexRjGIGS42k+qtCYA
jnoW2DL99RBqYUdcNT+5HXiwiK5QBm+ZRjEZW3fdzpzVlEGmIf7iBrlPKKBRpU0aQWNgGBZF
mY0RLU6nJCJYsbYN8SGoeHKXBrtQE4kjEkLLp6ZbBqrOTkpj/CjlMS4pMPRGOpAakSznGiau
lmwkMwQ1HzRkWIjUV87zP9NNGgFGDyZAG+zErLAABsE3gaMIlu7Gcse0c3d/AjElzDHd7XQ2
2nlUspy93whvRWnq4yAzdfQFRU8Nh4LdBCfwaGysmw6KIOE3RRSAHE5cosC4IiXDVHF9a0NS
dJOYxG7mz8PpqJJc5Rm605idj4IlwRiBcLu2LNcGqbIZSGLug4fAMyzbNn/7Mqdus3Qk7g4Y
j0VMsOEm3MPf4EMGobv9xW8iN6WDo6RAkRYy2cPCszt5ocxp7CInqEDYTmumjqwlAXFj8Seo
6nR0tSJzCjhHSfEdaBIOQ9tmxUIgd3qwH4c48Ob/AA9TMgWY2I8HWmQMsRGAOwxGf/urjPCa
SG3zUxkH3oyJoKvhRT1RXNIsfGtXTJJiAD4/0WzooqnwArMn6W6KK6uql23JiG3pn6KEPs6N
QbCX8qmaAuDxHD2V+XLHLFzI7FCRoTEI7cf1ipDNfAH7yBY2LG2U+kmiRxYAlUDVq7Iu/U7J
5j7ST8KEdMMR2m+FSJ45bTT5VysN1kcjy8iYDMfIyzSIAbEbUIxBk3afKhlcSFTV/mRMnyjt
ItqFjtRkXzGr4oCYFrMx+JZSHBPLJpR9bnTyYlqbIn2cylEkMBZx0V6AtXTNtSWaMWDMeDNm
/wBJOwriDj6qjBzCQ5icU3eSrShB9jJyZEeFzUgCjKWrOOUzAbf4Y8Gv2Lditqdbk/hVKomv
0bXX9SrIk3pVNEAi7F7eymiAxoOEhCRMCDzAbuJTzDKZGTgKUZEnOxi4w5PoWnpyiCMtQahN
ENEWCLePajFmEbOPiW2R2VWJOwBCBYHd9SoLIzDExP2KgpiWb5k4rtxTXfAOGR1IxzDZUN7i
gJisqMz09bMgIhwNzJo54SGIdvdissidkcMzIgyMWo1/4FKNCAXqGUjZ8FUCOwkuVQsH2X95
AFtlGoql8wuelkZ31ZU04b/Oku81CZakjt4fYRIeRpQffRAiGjfNVAWJvSjLIHAJ/ahpzfU0
j2dnZ4ZanqKOrpnhltv4LN0MmW7p/aqY4K/QSn6aptnRs6QSpCJaRCfVkZVsFwQAr1ldSJgK
gUO8onORqcTnAklDNIzkIkOS/uLThqvmAyxl5zefLz0RGQJGCMCHEkRF2J4S2ZF9MSk1CGEv
mQjLSPXLhA9LhkidSccx81c5dRycRltGPsoGLmUubcs2ocu6iE5kybDBNECIOxRnkcx5Sg4Z
08GL3xTmIMtrWQMoPHUGGEhm4k8r4PRGRttAzN8SHaAwIATAZdr/AEphEk4KBrGjMdo6Tq6x
aIws5HZXf6tTLkFeCK82OAP8KaDby6Oeu1lQljeyepYi2CyasT102qUdMZSWJcv5v3fApRDb
0bFv2rd0bR4LdH7PAZVTp04JbyP7yOV5HZH73IrNuRnLCzI5wARYD6s6LQBG2v0LNKHeAvQE
NU/4izRg2nGgjUfFFaemSSI2gwos8wBLBk8Q5G1COv8AhE2JYxf1syBzxY2Lj7y/tYkY1TxI
kNo6H6asyDkU8adkSL7DUKi4jTYicvHCoxTMC1wFlyvTED7yHZAwAWTKXwJMfvJxpGZ2tmUT
CJjqCgFlHPUi6lOZywiCSdyIB/DFIxBFPSyzWY0a7qlsNhCFGdG/WQmF9uxOa9ez1YqTM4Dg
2UZOTPToRbM/wISAZ8OmvRv6G+3orh02sv2utqZOFW3Q/RVVTIhOZZW9IfxL8OUpylhGvyxR
BoUBI0Bfxo4Q2uB8McylqZgxOWpzErhFbV/hQjJ8lycPYQGnFm7Xa6DKcsoQ0dGJGkC4k4r7
6fXmwFgJEl1ENWBBBGJ7edRiC+jqHl8wq3lVW6l+HQC52oZrGyu5F1Wp2LhgjaJvVB/GQSjS
l0W4onsoREiK8kw1/SRy5RWtz7XGiO7Be1Q3zJwBAmhJIoj/AOxrxMh2QaDl81ZYzMyfNiZf
HkWYhiQ7KWkC0pVrtCnozJGV3IjRudcJL9ch9CjGRcmziv0LKAGJIuAaejnTEcAuZP7sENQM
BUZbe8izZiGABC7s27URcoamnXS1K92Q8gyhqadYEYeHfpayY+LwARTpp0OmZVTdAEQ4d5Vp
6qEoRMctblcE8paxDxWY6feNzZdvnIGFvH9aygOQQWRMuGINQcUIQDRGHQKPI2CEtWHeNaJf
LGqcMOrooqgdaIDFqEkGiMpOScTZCIAYbHTAGm1F4sdqJjdXqmoDsUosaEJsAhneIxLIAzlq
yPZjRkw0iIuzE8VUJRk+wKpUtXVBlKRepom0oCJG77vQ7uLKGrYMxqz8yIiAz1kHQrxAuK7P
ZWeLGUhtHtKmpy3iQbe6rEAEsX+iOZM7iV5FiyzMzh6WKzahOSJcgHK8e3/Z96tQ6JMNMWAk
ZcL8HBqZf0L+BXoZP4LrrRdOn05nTyUryrNPUMyQwGCOfScDEEfLmzoRInB62P3VQfYyJ3VT
swwHTKWZ5WGwBUPWdvSZy8URcoiQyDCOLeymlBwVlZoiwTsi9RsCIBYK5ZHV1S0I/b6KiNOP
ASGizGQPpTyrJKZzC8an2M8I92tTX1ZsXel2aP4aI03jA2OJ95Pj1BaQ1HcycMyJ5YCzbEct
UA1DUMmEX2oRBJehQ+1TjcioRdjloCOH4UAzHznPyZV3cuWVCTVUk0ZDmjUGKgdWZPCG3Epp
M7V2X+dZL0oP4+RNHmMg3iT9uXMfi/Qt07P0TrcsGREdPOCXFWCfUyxeuWOHtIiOYSFwV/Wi
SW60ASRCJcGNHPpegmdEwIpdZISJMiuIOTU0/iTuwNsE0qjaUZEsBdd/OnmRK4jmJVk5ogIU
/X0kC9CaoftKMiWiKk4frNCUwRGohpBqerGXPnUNPSGXWyt53dg5s2rrZc34k/8ADUBxZIkk
6lSCiNKWbTDYEV9pVL7g7pmkQ1HQ1pRJ1Wd9gQ04Hhx2lZY8ON/up3eQFC/38izyMpPcMxUT
HTJMiwTZmpZSjqdqJGxGNXzEYKtPtr7KDjrCDOYhnjOoNezlUe+4TAuwsfNmhODS2E/cRhIk
lmrZRmPOBYXoUJba/paeHt8A7VRMQyoACsxq6EBYogEsFi6bGxFLLihbFBm/YmAqjEh3UdOA
/Cg4n6SbBObp/IE5NsDgEcpcjanNSiTU4Dq7aGlA8ILEk8HpZ1LWrDu/7OmaVe1w5kTInNMu
M1SE+sRHTiCZUYn4kZGGfZnOYR9FMYwEh6LrhyRkdzIx05xqDiGqhIRIarxxVAxxa6yvkOJk
Mze6n1IncY8vzqMpSYxuWP0oSiQWsQUBi61BlAMC5Y4EriDbq0TCu9NLmww+ZM7h3BBREi8D
Q1q6jINe7191ERcnbRSgexQv7P6E9D/pWTYKjtg6KIFCpSmQB4k+cROwkKk4vVy+xAvGVLgu
hmetSF14bPV9NZoah6u0mEyJGy5jnJct1RWeMy1VxSE8U5DPsqFsOIVuL9yAapsu5JLkHMMG
UBJxGgLCgHm97D8Nf+vCeaGjUlwxlxcP/TR1NRhiSKps4zEsOySGj53YViS4safyLMRU3I4s
fRTyi4wqx91NF4NYyf6orLOR8dj7qMdSAiPOjtQlDijWoKJg0i75ZWssmpowjvDkKLaYIleQ
B4fcUhKOWPZAXfS4nHKVmAyHFrFcEwYb7/AizSgMQss8NxTji2YD4lSQHiu3poTLANxE7PRz
Kb6sT3nDEReUn9Lh7pOC+/8ASt0Vv0N0U6C/hRhAEDmMgPZyz9xPJ5SFa2B9SCMsp2igujmN
DgzesmBYPeyH4hhl35gUCTegOH31kk0ZDGNyE9aO3WUIgSnqyFZAjh/zFE5KsQXNH9RZZyym
V9lF+HLLWgBDeyspOWRAJdZScxGKOqA8jwxqLow1dQQuXkXeZ5eLTz/2SeMombMA71PbRnqk
sXJIaUvd8xZBQSNXvRCTgg2cKkpAGmFfR/y1QE0wQnqkaZahJqj3mo7M2/4UBHUytVkMkjIu
8mw/zIrMQdSAFAHHuxQlKJhI4Giu/wBqIiOLBXY7E3gampICM4hwVmjEzA8o7HLFH81P+ygS
Ix8+Y/u0YymRpyLmHLH2e2n/AC0pDWjUvG4WnCfPEcXht0P0H9DTwL9MNJgc3MdlcqkYREZE
1tcHKsuoGjHEbfZQIkA+Jr7iMRgeYgWRbTiWrdhL2FHUAYA8UXI+lEnMBJ8od6R9LKjngZE8
pNWPtIiYGYjidqj0VCWnEgkkEixA4uX20ABXsg1TxJ3sH9n8PPOE0AJ5SSxEyDT/AFJLPNy4
pIIREya8L0tzoWrihCcjlFSSA3CndwTRrshVthAeXxcCds20EP8AIhMnKRVnWbTLylY7AVGM
nlOVYPxQkPomi7Cb1B+6jQeIWWaIkxx++iZyIemBj/5EJQLx2xsgNQiQNKUZPAgnaE4d+nqu
jGLTmMHoFN5AxblHWpRFCKk8QizzlzQ9RR0IjL+X0aQiDTMR+JqIEczMfEhUtZ3We8O0BvQl
mzvYs3gbvAfwNyHRXwK+BTodEkk8b+IDjReJbbiuGgN2qiHBj2XCLs+NUMN+xEn+ZSlEnKZC
MYhmy80/nRjIDLIuQ2aQpGPN7CpEZhE5SwcLOZPlarBq83NCahIyYCrgD1eWMY+anlAgtzxA
Ej63GgYAaksMobUD+ihp6ks0ICxf41pxkGZ5EDf6PsoDLTBE3YMBe6ABYC7t8KoXD44Jolnx
CYtLYeX5ll/YXCBBsMdvoITHDmuw3c0pzQkWyC9HdSdowwAorA/t+FPpyvQVLoGRJFhm4ggY
yMDtBHyr8SMZBqGoQiQASHLH9ZoTgMolYl3TTnKuxlLuwCDQUujAwLgsRtQGnExzGoF5ev7y
zAsXruXHlAjR9qGpLUjFrAFGObKCVkJBlHY30/0B9vRv8KqYBT2gH7VWrBAjhBQyimJTSsUA
97MCflWQyAiKVNStIMe7qTRm9LL20CcbfyqMQcuJdamhQ0JBejDiQahcEAVsoRLiTCtQjqG8
eXA5j6SM5ylMycycijdlS1Q7Nlj1JzUCrYrRiXJ1SZkNsEe6irUuMa+asxxwNEwLPeOz0lYj
rUS4A2MiSGnp8x3cKkJaebTNiRwqOnEMBxEDYhPTd3/as0Ym7cLU9LhR03zTABkR2fWnLIiM
+YxD1eqBgTxXiA7KOmA5YZvGhENWhpXKPSQiKABh0F1OIZw7SAqGX4jkl6G3wqOppcMhSUR2
u1m4vXQ0S8QLEhkYmdrg29ZML4MpfmJl4SDDaT53gdX6QjFB1Tw6J4hpyNZW+ZGJvt28qLyI
FWBsqWRkJiQJdiSssnGAiScv+5FRBk8XoOGQ+bOpS1K5XjDD0uX21E0IF2P3kY1fetTKz5SD
40xzRl2Tb5+wjCcyZRxZBi8IVl19hSkGJYm9LR9hGQABNbunBNWBADlvO+JDTzFtKEQKMXIR
2+Mn/jTmLvdy6eTtghW3jQiAS9AGufRUNeDnUZ9SB83zUe7DxlFw21MCIkhiCxr7OZZdSTRL
XWWEyRLAHiZTmBlgA8iBxS9Zd5EPmBd+pHXkWB7RLMmg0oxMYgu3KOb41mmOOQ6StaL4G2CJ
nQip6/ORABluJCeIymNSA/1qUpRqdyYXLBmai09MBssQP07jwaeCdl1K+QHhHZQjEiuFZBZZ
xdtn8SDvGp8S/DIY3lsA+NEyIJagclHVxFPGpPSR3k/LGaq5LcLfrwKJiBUPd7J2JcWqyEjT
0uYXl6SIiY4taObzk2YZTh56OVruzjL6qJhMB6+Vd4ZiGS8vn5VObnLORbqCpbaEKh9lU/ku
hpwDk2pQ+shq6vHq3bswP+Go6WlIxnrO8qg5QpacjwgOC9WIiiYBxG1+J0ITq1QDh7SIkWNH
tj5q09M6nd6cwczlhL0Z5lLQ0dUaU/SIyENzaUlD8rnExOXOHtwqOoJl43DUug3SxRowm4H3
VKExQi+9ZZgBpXKOrH8LVGDgDUp6y7ruzKbtTFd5rQEYi0ZX/QP+ir4LopgiDiCpi9SGZ3Rw
3NlPwp2qBcOVIuSaNS6LEvYDYmt4irmLXAcgq5ER1KlAcQcE1mocKdj41ncGRwfcjKVwbEGn
uRTUL4kELCl8v8aJFdm1EmsdpFfhQFnwFfhVqi5/mWWDzA2hoj11KDyJtIxPD7P8CcgS2RkS
UI6WlHTkweQL1P8AmKpcLT1o17otIegeZRgG4nBAp5qYgx6qoakOIWmLn9eJDT0jl1CxB5cv
r5k/5v8AMT1JB6REtRvhUdP8tp6ukdHaKEMnmXhAMHWaJoEdOYbYgRXp77SIpLNkNOIet56h
A3LP8yBnCMyLEhB4BxaifEWOKqm228Ov6Vul7BZg/Wg3jWoCWrs2jMqMwvv99FsLkldmTFlJ
xbbsbz1bKDYPmClJnILGiZmlgCOF/TWUVAoSKAn0FxHLlsOtYSaxKInF3sQT7vAnAYHEk/Ii
BlIbtPFOJA1ZqMnLRzYRL2TkSc4lEZBqNgeX767uQAFsseEAexxzRmOXcn4QL/rNEu8CQ7WW
8Wxp60VlkHiaEYEFT0AQdKQzadC7cXm+oiHdmsb+8iNaAMCdlz68VkiBEypItzIHS1YZiH4c
tPW9NQ0e8Opqa7nVJpGER6nqIxjsYBS058svJ8KwzRsBjzIFV6IzbMxqAtOZBBJqDRvAojPM
WIDRNg3hyBs/6dkyLuxVCsxrnAIG8cMk+VhiWLe8sooDfFVdsAWHyqhDk/b7fAiXD+P4cqiL
xiHLc/tKki28OmIsLvlQDHLtY39dXNNgTAgSxHa+FZgCSGuDwlOfHv8ASQmQW7NcT7Ke+atc
Oxz+wpS1JsZWYu1IqPe6vAMIBj7SyM8Jcsscry81ZDWMtpdkYgAR7MSQWHso1pagCAMjkOBw
/wBvoftaYJj/ADc6zCAym/oqQnxPUAhx7yz94Xlyw7TLPpyEY45swJ5f/jUtKeoDrQaMycQf
/iU9MyLRLOO0FFwABUAuPiXeEAknDzUGxr0gEtULTBAHV7X6apA6y36brV3CriuEPkc5jv7K
IkBsvT3kwdxS5NuJb7MxdOKs1SFm5yTeNPmQfE3FKeaiB4qiqo1Lm6u+IBIZPFztFj7qLltz
g+/Hz1cHdF4n4k0iB1oReLQOD4qMGeEaE19btIRFgG6MgOTVi5hLf5s1KE+DVFCGDesmBeT1
IZ0MA3lTOHuEJEuRRBg52KQcQnJ6gi/pQUtE1INwTxN5iebSnKh3LuQMpNCXqKRXftInUcQJ
7Pp/EhIh98nP8aOxrCvzKUJFowBfD1Vpvch26R1obh+loHOAKIIqKTFQYyHme8m1CJEcsto/
StfodEEO91+GGjcA3j6qYAl8UdSAyteIfZzZpKoG8B0xLNUBkKm9uyi7AHbT3UwMfKx+NExI
rtw9TKjlLg4lwR6ioSRgWDqgFaEkElz6irmk9GjX1VEktIkCRNyXQi74k0xTBN0H8zAPqaV6
VMXzfUnaINaVdjxIOGiaxq6O+9HXcEMNXlNwCPkWTSA1Z2kQ+WPo54KWqTJzZjwj3kIy4TpR
JMoMc/8AhyQ1ZARMrRJ5WUNI0iS8pAYLR0weCJsaMfRQFREXJEi/uxWViAKUCOnGvfSFdkY+
vlQAoBRukJ93hVLIgxMW2owBci46M0iw2qkwUz18ab7Qu90wO87eGZD9K7q/RZn2IBAUfYuU
F79SGpKJyxLMA3s5+RcLgEljJn9VQEcayJCEXJJwkKBvSTh4A3ocvySQBLndm+WWmjIRJNol
m+pB3MbijOhMx35Qa/8AIrUJYZjlrL1F30gKco3jtJnc2dZswiA2Z1D81pSzwlXKQ4AHYQnG
/aa3w5lLRk+WcWlVl3Y5JNKApyjz/wC8QnlERI1EQWB5ERKVsBsQmKCxINTmRlok5JN6J9L+
0yKJlqzI2BgfeRnCc4sKPJyChHUIMoUBGxGRlfD5UNEMe7FZSoM3tKrVvRUIwBIsPdzrvyzl
wG+bwIDej0cRZ1Quqqkh5W+ZF9PvAbsageggJzI05HgBBJHrykoT0tUDVieUsBMDmWeAMwBV
iGHvoGOrkPr5fgyzgpx78DLslxf8enJACWpJ2qZRl8U8qc5iTiVn1HEcSAT8mdM5c7j91Awk
C9v0D+HTozEretQC7GTncnr4mJ/20SGoKO7oyLjLiOL4FmF7uHdvV1Mumji9Hq7IZb4kig9/
SmiwyxGDRIb/AGk75Yixb7kYJgcwFdscxUBI8sbmhc8XaWY1JUjjTa3wTitXQeseKDua9rnl
JDTNNPUdnpREuoTEuHUiwADsX8+SAjQmteIX9ZAsJEG7WP8Ap51OJFaERxHp8KP5eZ4pWr+v
moE4BD/1REnF2f40ZfmC2pI4VHZ8zOjFh3cGYi5WpMEkmRuHb2UGd8amL+xlUYiRoQAHYl/Z
UIHAY+ANyPQwqNh/lVm3XTR1TCQwdq+6gNTRGrHCQBf313k+FsGUpaGnnMmJEuEetmUYa8H0
4HNEAyP/ADR0lLIZwk7iJGd34skdSWVRkAImWEmHwoR1NJn7YOUn0eLLDu1Fo5yKiBgRHzeb
kmmGnLRm5eFcoPoc0ENPLICQbAiaDzBlUAMAT6vYR70CMIhgCGkfSRawXBLLLD+NDOBMG8o0
b3/0D9L+Ay1A9TE/sVKkXBoPe50SOU7KfMmDhzVrpp1YPvU9X8uBLFi7otFpXIJIHxrK1zUK
RAyjAip9xAkAknicUQAGwJjVlONKjahH9tq8KDVnGodyLyUZ5qy7I6lGFB3Zobk+ynEjlG74
VmiL3t/3IqTcx4WBA+KGRQnC8K5mr8KGnMHvYiou4HFn+JOyNcojgKumBL3crUJPaNUKmR3B
1ACnECXH/k8EnrCkcOl1mlEvjlr8EUANYxPmmOX486gNKbsSJCYzD/cRBo/m29pRnnBA2N/3
EIQiBrRrKRJ4vU0o9tDUGoZHTqNMAnUf1eHUR08pAlQznEyyvk7OojA6sO7d4akQwb0u2g/d
60STxRzfFlQhLTiBAuSCXB9BOYxziwdsobm0l3Ou8pHijIl3A7HeSUtb8nrZzqVlp6wJF5S/
C1ewsv5vSnovQTPI/raedSiSTHKMpBeN/wBJVMExVCmk2P7FqQc0kacqaWap2ghQiwMXu4+8
hACuLbE3lRYcQchtqclgTUi7hRjZyxNbBRlAkgMSHcF092+1RDOZYrKCz0UdoP75IfmLbrP7
ykASBAO5y4qZrQGsTVNXAgk4e0hjtqoxiAMlwDQlHvRwxq4otSemDDShHhjjxekowjcbER9t
iiAHI8SkwIcl3rE+6oShGMiDZsPgUZWMiDTcUJbQCshkAdjqhfoketE7T0POQj1rhlAvtMh/
20Y6mnDUA82Unr7KEdXQMB2SWdZYNKAuJDFOBWNgBwhEa2aBNY6kBj/iRQ1Py2vCOpcTpGXx
o/8AsZY6g/s9YHLJxxcXd86GhPJGJBEpSgZFh7KHd68pwmaxEcsQP9RETjMuOEwAof8AE4oo
90S2OYZfgQD1AszqXexnEadtfTtpv/8A6P8A40Py8/zOpp6wHAJ8MRL1sv4mmjp68aw54y4o
ycR/F08ynPTMss7RMngPZl+hvQpsoyjtOiDcI1NUWVi6qFmAfKHygsStTUkJcci71qFSp3g/
UjNi7ipDLFzfqVBU2V67tilF2HMx/X0VEBzWtWFeymq1upNcp/Is2+6k7s5P2RWWXK1GrXzl
KBBygMCAwl7yE2BBpEUenF53pptl2FFlwOGKJbLEFnO3zcyLMJTcCLvRTkA8tRmkdgEOHLzo
SL7yOGg9fKnBJEqtdahYxLE1L/KmkGO0KLBx9qi1yWUcaBPKAzX8a4QR1EohzY1RlUmtSUDt
QQ/C7yBua/TFVhKDUPaREjIaYwDIw/8AYyRAfLKOUt50ebjQGjMa0TWrCXx5EdI6fdmPMZAh
A6ku6kQc4JAEvVzKR0tQapakQzkAdjKh+XOmIaECOEcUpFv73U/u1wwIwmQXf1UGoSWJOHsq
MtMGbDjMg1DyxhyoDTDzOEAaoS/N6HeaMubTlwn1vPX/ALH5ADU0CHno6mbNlPYn2NdROvn0
c7HuZaoIZ+XTzfi5Fk07Roz5iAPj/RbkyqrsqFmRBAOwoN41m2ArUmaRMjWIJN/8TLpoADG5
/wD154KEBaNSq32KzbEzVK0S3MDEvu/nRkRwhiCGKBNztWY3TzxomBJwIUJxJbKzePtqYJDA
EgxFAPZV2i/4YJwWlpwcARqKbZrKHGwuHfzfMWc1FnDfMg1M1bv6vP8AhqIiQMvaFvTUDCPW
cfOVBI0LA2QOYRqHb5YrUBIERAkPdUrRCRfHqUQWYY3xVLdDYiikQWG1A14ybeyh0ZSSN4KB
MBqRNyQhKUI6QFzlOPozRP5fUhJqkAmNP8rWh3f/ACIyiREm4AkDTlROrLNIsOJ2b2Vk1IQN
Ddp4RRM4S04hiJaZpXt8fdwRh3xL4SL0QGYGJsGNvP4eBZjICGAxPvIaMox1dIir81FH8zGA
MZTEsjkGFfPRjpERnFsuYZo8PH/uamdd1OJ0NcuJCROX2ewoHVYmBeJF/fQm2WQBAlEkXR0t
TjjANHUtJv0TDouB4nTu+1buggSyyIJ8QCeJB2j4s0kC2U/D7C3lWQG3eqVK0IM8gCQNrnL9
CEbY+VAtVNbamkHax2I5bm7hPUEO0mUYU4otIsu8lB4RYUFA3Z+JTcjMWywsEQDvwohJgZSL
Xos7EhrbOyhFszAgOKKAgWADEAMmeVFEyiCLhasjLIaRA6zxoNVsUAQAWJO1lmkWIAa2KqnC
zVDeRShAgypdR0YM+nSTVqhsZVRjHU7sm5w9tcGoNXTrSP4kB6+l/aJtfSyag/vNEMH/AMrV
Wf8ALzGrAB80Wz+3FZs1cZY+6mmQWxLLiiMxYMQ1Ce0hrab6YleMfxIg+rL+7Q72EM7EO138
3IssBLKAAKu3NwpmBbBPPhBZwOb3kdLvH08SaBmj56cFwbIAQjPUHO4BKjGMDpaj8+oOGPnc
KzRkJDaP0RAT2O1VKNcrdRTuSneh2rcpywbKPLLN8yeRynAC/m8ShUkksX+j0EIyNbBn+6ni
cxJVma1W+ZOXGDmvyqEpMdTTBySezoB6CyBJTnrTgV2qp8ijpBnvNxmaPZ+RAFtN6glh7XMs
kJjJDAHFEs204n3kACzqMRYuXy1ccv4iEgJPIbc3vIHUkAIlwK1ZGMfEGP3VSA4sSVwgWct/
HlUNPNxyk7HdzJww2AKMgHLgGj0KzgAyMq7AAgqpnd8EZCkjwwADuSgTcVlLaUwB605cjZvR
3p9N9OWMo2PrxRlraJ1AK95pEQb/ADYLPURNjGoy+bqd3LOuKOY+gOEfMspIJIoYMB6n5nvs
kEO/0SWIJjKT5vvqU9Ay0pHsMZQ+FEwm05cMhS3N53pIwMSXsQH+JOMbEUqu7lGMoSpIg5ZI
DQLB6jUiIMR6kvxf81R7yETEBhlFuypHUhHNAgw1IcMm9LMmlWUg7iXE7+ZyKREmLVif4v0T
p9SWSMfIUY6Q4cKVb2kJTJEdgv8A8eZU1jF7RH8SPeyMzKxNRH3FXUAzCj8PzIAtIPQhz8iN
2etECA4bhJwUZCAlI3PaXHC1VwQZt7owkBtosoiBEXOKYYWVRUbVlNz5EwcndVZaSmey9XRl
rh9QnlDt6OZPqOCKRETwxHxIljSpQLMNwNUCZUAOZwHUcr5AzAbjJEs27cjlpIA8J2H0kQDm
8idnOHUi1HH2qT2hR2tWSpY3AujbhqCRX/c0+NMQXjS/8iBKbypycgAMnOAC7wngtpinDE/3
qAiGAVlZbFxSrsxR7UZUIJFfiipT/LyOlqYxiY92R6s5ZEZSPc60eJxOkj5ndafef2iFOEni
iZVvnmo6n5UnV0L5ZSGanm5vxF3ndiESOKMAfS/+TIjmp5vnfDmWeMyYjDehmi7WsyOfKHO4
D40WmY7JS5T7iyku9dyqRxVIsp6cdKGoJADLKkn87TmgHOhrC4NpFCUqm0uv2f0OTSGaYpIl
2Czasg+AH8afE3ouYgA1ITgjxgInDFlWcmsxf7k0AJFw5Dkmva7KuAhEgi9SNnqrAHcm8qck
hsE8Q2ZNI03XdPfejswROZ5C8Y4qQ0I91D93pdtRMy5fElok/HqKEWAesyHYni9ZRL8J2Pgi
YhmqxPs9lUMszsXdi/oxRmKC251KZpGONRh5qBict6ydlKRlmMu0BiFKeWt3BZ+zyxRcZfG6
Jd5Rq7GnwqUpB5E1uPmXEH2MwUqMD+xSAFAzIPgu5qWGaUhyxHFzT9lMCe7doCNRIduc1QVW
aRYDEqmoNhqssiW2tf2pZUBpDeTILMTUrvDMSgKFuEgf6mTOqRjqMKZ4qOrCEYSFaAN7qzGU
9PXP9nIDgJ8z8OOogJx7vXjzRL385ERual7FHW0Bl1AXLWKMdfTiWo4JifiTaUspJ/vA8R7U
UDIhpBxKFQfY405m8dvN8E1UmUTtB4X9lZWGpFqGNUNUWlWnYPpLL+Z0c8rCcWt53Ev7OcQK
OwKBBlIEsWBoUNTTkJROITmgWWLkpzGUh6KEsuXcSCenPqAx03JYn9YIRhKMH5hKJGb4ZIuO
EVzRN+z2k0ZhyLEgH7i/DlGRsago5iaeIIluLapPF2Dxrkt2eOK5hlO1z7OZCUokhqcTfMuD
VAiQ7UJ++oxbi8jj2lllMQkW4ScShIEERHWq1xVMV3emSDuOVwVn1YgtiSZFXYkNsZGr6ej9
s/17tRGXMHLyZFqei4QqxO9ESJcCjFRhG0LFs0iTzc+RMCQ4rIjb/l94hESrGqg9rvanqpw4
fcUOE9anMBpT4QUAS7Ux+pXd1msWq9lI6QEqihe/oon8zrDRDVAIf3Y5tRCGhAaf5bEy59Qf
+NSm7yNBgIDzYoZSCMUI6gePWgY8IFqtGi4pZ25QOIBMXJxoyYinlYe1JGD8J6vpzoHNF7Nl
eSDHPO7EZYh0DFoQwgKhCRHEMfpXUiwdwQsshPhLu7YrvO9iZkWkxI9nU7tSeGBIMZSi7jzO
KCaQaVh2/mQ/DMPzAqZB2kB2dTT8/wDw1CWppvCtKwEh6WfKhPuD3OtzwpMexxcCppmBlQGQ
AcejlkojREtT8uRURIe8uzmT6JJgRcio8yHMoZ5EwPCxLt7qGY35dnvqU9GEdTLzM8Jery5E
M8Iwgd+aSyuBtiGQnpktjC4UgHeNw1b/AMSpIxIxiBI/FDUVdXTMagAgwLjtS/B00CBGfnSh
Ms3qyjzqQiCCGpIhv8zOqyM9mTJl9/vESJagj2ZDAebLu++ms8pR04edIVf61OIMJGYMQYcZ
4sv4mXsJwDE0HCYyt/h5lDTloiZjWUiGL+v3Wqj3ejOYe8dTTmPi0kcufSblLR/7KHeap1CT
YiQOblzf3fAhpwlmZ+Kpevp50YkUwO9AmIIAqWzfInMPIWQ4SXLXHzKWpAMZBgHc1/yo6iiZ
FpXa7lQnMHLMFxV27EcsFwlhjWvuRzaiqIk+dA55A+bqf4iJPZGLA/7cZZ5rvJxyublo+l21
Pe1EBIuZWDbEMgMCLcwTZJmjvGZQlIahIqC8ZH/p6qENWROm480D/soAEC5Y4+8q281SaOYY
0MqIy0QXLDBwPQR1PzX4huIyqXUoxAAFALMnBcePoYM5PjQzSYixqu7hmJ7RAZHPKUdgMZfc
VDLqMZEfBBNojTL3pI19uKJ1ZM+EQyDNbEpgbWZRjUyOCdfvXeERL0kDipGWnGt5WHwr8KZ3
5ZZ4p5HLqilBsGfNqR9v+6Ufy/5iMZx1K6OsOZ49jNm5/wDMUtHXfU0fzD5NRq6epHkhLJ3i
OhOUZwIpKfycCJhEDKXABI9vJlQjKTTwAcn4Ypny1DhvrTZhc1evx5FGsZnTNiWIIy+woamn
MxOoOKIlljT4FIlhE2INflQlJ3iXe/y8alA3Hai0m+JHUGo50rzyENmOXk/veZHI4LFiCz+j
JEyiQDV4mx9RGhbYQQU2Nq0t66fLMkWlEA/9OWRGHeTBPMJCMfrTypKwkDkIb0497pdpQGmT
I6l7UHr6SiHqGuxx/wAPNqIS1JFsrZsmWQHooCUIapiGBm8C3r90iId5+V1HBJiZTh/wfhKE
pxBEZPmiJSkP8Wf9qhDTLEjM1nDy/wBNWDE0TRNNjBkxiHxKygMDibLS0WBEBY0i4zId6eSr
bAPMyrTEtXKWeDyr7SDxEZjlm7P7cURqcYFpk5j8KIc0NzaXqrPEAbSOKnpR4+NcQpIu4d4q
oYzFiS15dnKn09PMwcUHq8veegjmzRBuGMY+13WZZRmiJMSI2r634uTgXKM0iAAAWA9WaGQD
vNKuo1y/ro1cbSFJmaILCtG7XCsolmLcTUPw9Dmzq6r9qcVTEKgA6kWIicH4gokkmRo4Aj8U
5QVB4yXKpXrT2KJKBN3oupM6JMgALkqvELEM7ptMCAOADJpO4tIcw9SSOWZyyqAw7s/5v95p
8n/9dS0dcvAUgAMfP1Mq48pgKRsFmiSCMXEsvtIScxI2CvvSRLkFxc3/ANvOqFgbBzf3FKGo
agWHE6AOFQ9FQjqTAh8HP3V3fdkM4lSOKloiRyO0qXrHUTTlxCgoSsveZTcO8VTVEXFy/wBS
AjqRl7pD+shKM5RbzCubP68RL4syJMIkmrgMjAHkDMS4/wCNDKS4FaA0HpKEYashMDlIePvL
8WOaL3aOX/lijKQlGEsckZivDyxyaXZQpERDnNHTOnJ+X+773zVCMubKREsaj080I8aFmRJq
ECQKphRkIw7IqT/EpCQMnYBqMozmCDLhjQZvRQiSJwN34pUOXhRYhj2X4kQQ/mnzUchYE2AR
JBMdwH3kGsNoJ+DT7xNGLvQZnDsmOnGxdsxj7eWKyw02Mq5pEuUNSMBI1e9PeWvLWd9UMAox
gCcxOUiw9bU/s1Iji1zAxMh/EpapqRQSoDaPCmTYJ0KkNVk//wCehrL96atcUaJ2qgKUTN40
x7Nk8kSLCp3KMZ6MtR7SIlkcdrKm1NOPdyNJadMvrwWcTBERxbkRCQOW4BUyz0sd/mrLXg5W
pI1l/aIx1g1OFVfrrFkQfK5JBUjKREhajiXo8CehfexHqICoexxKD/vTCmCs5CEgWBBBJd0R
mk5FSpSGoACXymqzCcZE0NGCrAbHEnCEhqGJuxGcP7CcF5m9wPc6JasuWAfxrMS0pkybr9ZB
jQ3Mb+2oCM4xIrxR+pZdSIyvzRAI+KSBjAwgXJlDFuX8OUkJBpx2kMXQJAeNAMAqrLhitjBP
mMnruBRkAHANUZxiMkm4tjKGhqjhmHjqC8ZDh4fdWeJzwwMKKJdiBsaXtIQ14kUrOKfQlmia
u4dORlGIRMyNMyoJ5UREu5PEWA91By582kQ64iI1rentpo0nqVmCW4R5qYEHeCSB8KiSWjlD
ubectWOi3ARwPQwIzKYMWgb7pJ5Ftyo1SgPKyd6IRF5VOxk4+xUDj9iYlV8SIwW9P5U5tisE
yZq/rzIRDR1cAeES/wAvUR05UDVjqnNA04supBSOgBARwHLKnL5ioQJvVmf4OBH8vLlLPMcw
VJClszuVxAWL7fYkh6Io9T8CIFjdOYgvigMltoZRkzEEA1e6OFVWqcJjG1isEU05COxyzp4m
m3ctyymYEthunJqjDzsQpPJxEsA6EnFt/wDCqAxj1vX0tOS4oAl3o8Qn0yQLsS6A8qJuCuIg
NtRJ1BTYc3yoRqcbfwr8LTIiMTavq8COlqEylJi3X/Kg1IkYFGcZDVgC8Y2kG7Klpy/tI0i+
9GcqvVxQ/EqVjucEe8uCZBG9gmkI6gG1COppmExYi3/IiQIjYS9URF5S2AZln1dM6QDVrIyL
+YoGEj3ZBAsKvyqzgvcqenM0IYC+VflvzEHYg6eqRtH9jw/6i6sETKm66dk4ogAVlznisY8w
ZPFtWNssqH4E0x3ct9n9dZpEUtUIb7bEP3BCYJy9UfqTykcxq5DJw3W4IRjMkydjRkGcg2wT
FASD7NoUpAHUizFrgKM4Ez0e1Tl9HURnExzAVZ7JhZ2ugZxZ7F1lJPit62ZGIIc7cUIygxP9
foo5SGBZnojCjlosTmHsrvIarakGMdmbzUNH8xSUS2ZAg+Nf1qhC3hVNa/tXeTnIAXAb6lk0
xEacCzF3XDGRlsALfEh+Y0WJ7Yl9CbVqRY+ciLBnfBSBFTiG9JAPKhupSmSY0IPQzFE7FTBO
SQdxKLakhE9kFvhyomeXKdnMV3f5YWFZHlj9/UQM3OrI8xwP3FDANimE47qhPGce8wIIqVIa
gMTveqLk7mN/RWYSAe0X2JpwI2/eRck0o9QEJENWoofhingYwAo4iI0HFz+0jqTJ1ZTDQiGM
cpy8XDwcCiJUyYG2YZooSbNJ2Aq583KpjL+IbigwWtoVqAY7Mw9OKOnqBtTSoepEBs0SxF2K
OCAjV7mzJnceJOHgcCLrgl3oF4yp8SlDUjlIYmMmy+xNd5oG3YOzzYLISYDETFAjA8MjymJq
6ac9QgWOUFwn05GPnAFnQOgJT29pvdWXW0pRIDPld/dWSOYF8QT9KzCtOknKA4OYdmT+fFGG
gc0T2Dwk/wCoiNWLE0Oz4VAXifsQJL6YpZl+HCOpR2nIgD2FEGcYsHy6cGLcSkNQBgwjaJP+
YhGUZRMqxlgXPD3ajp6pAIoIz7XtRQjr6eWZ5JRIHud5LPqf6aOlqTMMvKJ0ZcM4yO4ui1W2
LM1ES1VS6fUgHRyxAeji64KAXQe5RMuITeNFnfK4oDgyEZERj521RiCTEWdmKbBOQvtUtKRo
S3jQMnD+VDMDSxCo8dMCpZZKkg4Pf2FDKWlKIJcEAx4svZQjITMRTh5UJAExwocyBm8Ws8TH
/k5FEzkQCRlBq/zIagPdzlusjA8Qg44wPhySQyaumDQyi+CI0TEw9EA/PLOs84ym14CLOjEQ
7oMcpcwLe7qKEfy8mADEBuZ/PkodqWqTIi7OedaenKJJJcki2XzO741KZcEk0ZDU04jijwh2
c+0tXW1mHeCtc2aXo5M/YyInTDZi8q3PnKo61apQBDbAv60TQ9S4qg7VWJI86LLLqkSIwkG+
eKOr+TnGtTE1D/4co8i/FaOm1nzP8SfKx2shlocSCgJXxKdgT4gnAshht6KJ1k1BmBoN3pRR
c5tMGlaoyFKNU4ehkQZS7o8VWctVE68DqsKWI9XgkgJAGMbQnx+7lz6mkuQOS7cMo+5PtovE
QJsQcoMv8uX9p/xoAawzOXhMZIt8X/UXCInLXNEDUp/lak9FR1tMTBialpNIebl5FKTHvIis
N/yLrVAGxKfBdaJA60XdrkI0GQFowrgi4AcUevyJxEhr5a1+4oS1iBSlcU5lTC4+ZUk7oUdS
lGMRUSBDu7yWSTDUk9/hR4XGGStETOMhShJr/toS1JEyZiABsl5iGUSBMWAlWw9NQEoOcocn
aqacRlqD+skadeIUDYCQk45gR6M09wblSE4ATsYtxU9NGRjOLjzx/wBPKgRqhyKxDlv9tf2h
yktsk/N2lkhLhNMz7PR50SwMjQvmIXeSyzIoSKsfR4vSUgDIak6HbEehzrMYZovex9aaGUsY
czV81MDUXW9VqsxLLMG1cQIF0YmBicXp86pQFH96ETcoCYqLGgTaRMYebf5k5qcfA61S6AuT
QdaNnjeqNaujLA4KiMdqlsR2rBkKsVLMDGcqmQ2oZQZx9EiJ9ZEGREhbvaBvQlqd2iNUZoi0
uYf7mlnWbTmdPL2gS9OLgjq8GogZceWhk7S9acORCRAzixYYq/gzAdyCiMpc2Mo7+b8TIgA5
F3pEfMpzFhsLE+lxLTzwJAFHZ1wxI3vX3eRSmS8pVc9B1I1kFmZhel6KJBMogUzbPYkno3nC
4KBkQBI8pDS9ZR1YyBEbxepHYQmATm5hsojGMGqxepROoXBNInhDN6EkxGcmhJt7KAFk+bLL
aFKEjKURcxLP76LAxHUJfEqmrioIYfEjEHldyA7o60qQj4iSeyjJmiHNRsUpgl5UZq+8miQT
cxq4HyLK9J0MabFkgGMjTcGTeIIjFHIYl7glSE4kagODv9HAiYzIBPEJx2+kmFBgqp2DjwrK
pA6yB8yMSXhYSDSHwJ6SY02gqVGO1O7tdkxHiQK/ehtTrBv3oVTYp1LToTi/FT1ZcCEtOOQh
3yikn8/TlwICUYlq22rNAZdwt4VU8rsQCzqUZBmJA2qAjxyOBoQFm16ywiMEABQBgmxHSRLl
IqpxiHyE4OOHsLgjE0wpf/DQjbERHCa+sspM6HGyiHzRxBNPa4VGDCO1gw+tOAHOLJ3c7CqY
LcmFhd0cwqVnFWFIGgPMox0ZA4akaN2pRXeapAANSww9pRjpCMNOBeOmLv6WVDTjwCd5eJCc
nAAcPElAxBE51Jjm92ceTsf/ACIEPStmD8UfORmY0iAAz3TWZE7sU5DEYxJBQyasojEUqmMz
IHCTSQsf0LygZRxID/OnAEZCoBGX5uBSyw4sJxYD3kY6lDEgiIL5h56Pdm1yeH58qlLHaC6q
fF0OnMsvXt9lUIO0ujWl1S/RThOxUVQnehv4VL70HuhKUXI3LhiB1XVTVUKfHb0lapIi0jLE
vX1VQxlnYgRrILjeMDev3EIkYUp8U+JSMRUVJbLmDQQJqNvQHQPTJ7CvkRlIACESIF2NVM4F
gfOUdMHhizEdaylpUd3wQMjkgS9yQfe/DQEHyAs4Jb7iIzSlCAwoB60uRTMQQwoMPa9NZpOJ
SuuE0Cy3dElBk56Kp8Oir9IOGKbDFbkxDjqH86E5aVBjp196E5ImGWEzUgipQDmM2exq59BC
H5gcEqZyCFESkYiZpFqV9NMCKIRiADIVkUZyaTtTCilKMhBqyf8AiQhOcRqGwFX9zgVKKifY
spxuiy3DoYUbamJV1dHHoZ0KqpVb4JnVEyPUpMTAyxcAGnbzJ3aQpK0h2eWaJIygDikS7erl
UTpGZlBwZypEx7MFKB5Gsg2F+pMz7FZVPiTi3RKJo4I8qMCM8PIpDK8rSLj6siJjAgRDlgPl
1OwpQMgSazIuPM05emozkwJBNRVz2M6jpjMCWpKWbhfs5FLTuMoptPFz+guAnjxs6iJElgiz
1L1XmoZeJXYJnVOhjZMExDHemKvXYnsEY2KqXWYWOIs6NWI8qBMaxNJAB39ZNISnA2kK/AjH
NzDiBYV7PBmR0j/aU5u03bh3iEhKmILEP7KEo5c4uBWKeTZo4YXWaOWJmCKVp6vIoRyMA1SB
nzefxIOXO0BY+NFb1XpN7qnLi91uW5NEVNiEMD+1UC4bG6bDp2Kl0dq1NYE5tMCjsO12Iqbk
g0Iav/UypiZxMrRByxlVSiQSZB4xkc/u92iWAzUd2+CSYEuhtKZB7IgEog2BQxdGJpIihUog
Ge/NHj9LJKOopaupHgjEtABnP+T+HprUlUAMXIykj0PMUYQg2nGgL53PpZVAzDakwXIqf4Fr
60wZRi+UFr5ciAsBUkOV+xPcoO43OqLDq6G6D0Xd8TggJVO0IZWcXQJwrsQIk2xGMnOFAbez
FGGjpE6MiTGLuR62bkRDEE2COYuW5TUFZTgqAF6VFfeURI5cpckc8T6GZPOZpYAREW9VGMSQ
TZmuomUcxBxAYlERADbFxcO8u/xogEtvwT36l+xOS6L2W7o3OrKiFFUdDjorZU6X+zomG5gQ
UNOLyfA9cu0iDKEQA4BcllGQ1Hk9Qjm1JDKXEQItfNmzJrk0WwxQKDVZRO26fbdcNQEQ+UjY
jpEOIVBl/BxrIziNyQ4D9iEl3OkANKNC3abz1HTiMrkeTmRbsgC4FTw8ynOVTGNREvdTk5IZ
g42qot0uQGVOk0siBFhgSiC2VXDGzoVG/agRXZb6URIglCjiu6qeEBKI31BRB0n2ni+lZzGU
RiwdvaigYklgw2umALnagMcEcw8qLEXYg4+8iQMLMrk7k4LHCiqS2P6yRc5ibkouA5X7WQVq
Lf0P4Z8F0wRBrRQYVFJYIiLROnQ3dRlNyTiqMyoai4+roBumerKtwiDcLcmZOKTtuR0DLJMy
BAB7LSl53pIMW2lr+dyZ1383MzTT9Fd3EkkXAqIyXcuTmLzMQgQC5u/zcSbEo/agz3ZULGyH
aGL0KDCh2miAcjqqFUmtExlQ4PVAHxJojKb3uiCBmoz1+JMzk+RkxZPK+AATCmJRkAS2wOhI
wOYEmsf4kRkMdkxlf5k4iHdySXJQJ8TLJIkSicCHV8hFpxYn7iGYEkWII4vSR2YEogRcdmTj
3+ZDT1IHOQQ4t6yvhV9qZ2/Y/rLB8Cg9TiUcdiqmf9HdMUU/lW5Es2V/q5cq4vOB25n86SjE
tbaaK9BUWXeEvUwy+KP30MQUw8SG41Ti0kdhoibP0EkViQ7Xb0VGUYkwLggh5A+t6ijCpzGj
WRm4eIaBPxJpBiL09rNn0s002Z4DtEu3opqNEMCFS4RdOzoS5eq6BBDOKImTHYiSHewCLuMu
BQZ94CrTBmZUNlmAG901+pZiyoPGgZMxOClU7mQEhEhOAAqxbaXT4C29NIOSaE0I9pNEkxwE
k7ncFlNAxqgNT8SGFLLM1lUHuxdj8+l20ZaZAJL8Ix/y0JZs2masf14FnAYeVbAOl/DGzHwy
ptW7XxKEaScCoce1xpmoA2YoVWpKJBlpyzltj5Z8qBjY1CzGoVr4qlxZAqO9MEY4yGNkxmM2
Y2k7qGoJZo5SZW91SjDKBANBzQntcqlKTSkwqHZ/ZWpKbCUYuHp7uVClCHD9FLqofoGV95Ro
42lV8qq7BUqytVf1oRHEyI2J8NiGWgTEU6AT5E4JzYIghyLvigQWA7JTYn9i2DeFlBTg2wuh
mNb7CpEEkmwFk5rgxb6kTpzOnLcKOjHXjmBpmHED6yJ0zSVRGjBXc9D/ANAG1sOuaFuUXXi3
dH5y/KeRs14LT6kboIrxqP70LIrCx2efqqN3ynkbMoWubs3/APMp3dzy/T2Fi1NjffQ6gijZ
eJFY3xsj1YuyH77I3/csPE/R4lhY2usMEbfuR6Jct0LIIo7N6/V+gdSFvEj19noH7l/Wi7eN
sv8AqZUOv+75Uf336f/Z</binary>
 <binary id="i_016.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RfORXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTI6MjggMTk6MjE6MjkAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAhigAwAEAAAAAQAA
AvsAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWlAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOvyco1lzCfTDiQxzvb7vzWO5b+k
WVZBoa61212/fv5JYPcW3W/Rb7nenVsVG2y3JY79I8nQvbJggFws9u76XtUMt+QxzfUe7Um1
zQdJO7XbP8pJTbxfsdlF1te511jWioOEh2p9Ul8F7NjHe/8ASf4NaWLdQ+gX3lrh9D1DJiNr
Wtds3fzn063rn8N76aQ143Cz2A7iAGPa3dLZ2P2Os3/pFboyxjh32J5rxzDvUeC5zTDHOaW+
32+razZv9jElPT17XsBE7eA2NvB2/RKJA8OFT6db+rsY97XWAa7QGjUA+2Pao5Gdji6ym1wb
VUAHg6bnHduDvo7aa9v/AF3/AIv+cSm6LayIB3GJG3X/AKlOHMLdwcNp4JMflWVk9a6d0uis
NcxzLdxaGk8+130K22fv/wCtiybfrGb7fQrx68cWGG5m1rm+s36ddYsY+u99TPY938tJT1g8
ZTk+SHi2+rj12OIl7QfaCBr4Nd7mo06BJTBxgaBDh09h95RTH3KIYCJBj4JKYDdPP3BMSQeZ
Ui1w7yB4j+5RPOqSn//QmzNx6gN0N3N2zrEQ7/ySJ1G6u+hrqnTa4CqD+45x/St/d+ltfuWQ
XvNeridCyOYA2f3JrBOrhyQDPEkn/wAkkp2Lq7XUltTdzQGtDmaiXbqoEfnta5EY71XCpun0
i4O0hpl353t9zWVrOrssoINNr6vduDQYHH0tvub+/sRm5OUC1z3h7dha0PAdpIb/AFvotSU6
bbfRAsLg1jgNrhr2a3Zsb/WWb1qzKq6i7KqsAdbS17yT9EVuayx1cfzj9zmWf9uo2OL/AEHP
2tcXvA2itvu0972v/q+xis5XRRnYTPtLLcdxIh2m9+5280+l/L2/nM9n84kpB0vBfa4052bl
DLyLAaXNY0iytv8AN7n2sta9nqvsf/XWnkuwnX0YDn5D6mbhbjmlrdrmB7n5f2gVU7rP0lf9
H31fpFayer4XTWvbkMjHxgKvUYQ8j2Me6lzJ9Ta936P/AM+LIdXWy+l3TMV2NjWF1vqklrbG
2Ma/ZX9KvY17fpsSU7ozMajHZXUC2tg2tD3FseTi737lVd18mwV1VSCPp7jPya/as4ZlYs9G
wFgkhxHuAg+7crT8QOPuALSJOnYhJTfp6sXAl7dsGNR/5Dcjs6kwmAxxHeCNwn96t5Y9ZbKS
GNaIIIhvnr7kSsWtGhOg4CSnSOY9wmtkciHkg6f1A9MzIucT6lbQBxtcTPj9JrVn/SI3gtP7
zNwn47C1zlYFhAG0k8acmOO53JKf/9HVp+ruBJBc6Gklu0wdf3wfaif82unB8/pef3tDKuNJ
D5FVvuOn6M9/u2tRW12ukurc1wOkgRP8jYfd/XSUjfiVWN22sa9rYDGuaCBHhKHj9NxKSA2p
p3HTfLmtHGm//wA9o5BDgx8gkgNA0dr5fnKGZlNwyyv03W3O3PMD2taPc6y1/wBGuln0d70l
JcrIwek0+tsDXSGNa36TiT9EOd9FFfk2EkCsSQS0FxGvnDSucx+tY/WOoms11vpp1FznQ8O/
foqI99e//Creoax5cQdxP0j3J80lOD1npGLk3l7vUoOSR61lbgWMu5Za6p384yx36P8Awb1n
dHtb07qTMFm66i1zWvqvgsD3O9z2VD6DvZv9T/txb/WXD7MYexj2Oa6v1TtaXNO5jZA/zVi5
Xot+slDseN7S3e0dnEsY9w52se92z+vvSU9Vdj7WEYza63u5LmgtP7weIdua5RNrZbXZUw2V
gOY1hDtONzN21zUU/aNomv3R+8EMVFp3Npa0nQubsBjmElLmz3ACg8Eg6QIUgddwY1p8Qf8A
Yh2usbHuLSexDXf9/agjJeJDmbtfa5rhqP5Yft2P/q70lNgNfMB8A+UqTaWA+4l0jWIHKAy+
RuLC3ykH/qZTsy5ftcz2nvz9ySn/0u2c/dwXMM6ksP8AEJiy4kbbI8iG6/8AQUL8nZHp7XF3
0STos6/Nz3sfUQxgsYWBzROpEfSCSm79rrIa8vBLjtqe7QGfpWCNvt/d/wCDWbdRkdfw3V4r
hV0+x8PucXB+SGf6LaPZj+o3b6n+E/walTZTn0vxsultdrZr2Ay0t27drf3P0Z+h/br9iIce
91VePS93sa1jGtIYAysBrSPzd37+1JTxv1a6LX1PMupusdRZitDh6ftdJOz2F37v5y66zDsr
obQ25xcyCXWDVxH0N7ajX9BYfS8HL6b9YrRU6KWPNb3GTAc1uRWyyP3/AFfbuW51DLyXUt2t
9O8uhpD3NDRr7i9n84kpo9Qw67LRl5l5e6it9jKAIHt/Ob/I+j6m5c7U57RTk2lzrcsm71Pz
jsfs2tj81j6101mLAvy7bHvttpNb3O0DABP6GJ9j3n9IubxHOuxMeky23Ha6rQSdznOtbt2/
6V1n0klPoFeXTZVXcS4CxodEae4bvDcm9THd/hASeO38EL1aqsdlW3caq2tJdB+iAxVxZjvk
H2x5D+CSmxZY4AivbbHDTBcP84IRycpkN9EDxO0QPL81As9KTqx0DQDlDNrgCSwtAiSP4pKb
bszI2zXRJOkAAof2u4gixrWk9mtj+9VxcCNzHEjzMd0wt3ERrHefuSU//9PqnvpFhBqr0/OL
z/31IsouBLWAFuksIj/pIFYFjnOeS2tgLrHDw/8AJORqsuq3JrxZdQ41+o3H2sLX1z7X+ptc
5rnfub0lNG6hjrJr3MsAIbZH+bvZp6m381Qsyc/BayzNY11Mg/aA4BmugPqfSod/4Yr9L/h0
TOdVTcWumsmSBBcI/rKlb1TGxKn3NfJAg1tk7p0bWdwLPfu/PSUk6lTmftKvquFUx7bmMZl1
PcK9zm/0e2LB7P0D/p1vf6nsVxr6rCZbFzdLQ1wsa13td6T3sO1tmx7H7HsZ7FyVfUbhXUcg
bMWyx1rAHuNdbmkhlNe73U7P3N/vZ/N7PTWq7q768ewS51FjW+rbjfosnFMyz1GW/ocrE/0d
7Nn+E3pKdXMeW47js9UHQt5Hu/eB/NWZ0XGq/wCcl1dzRJYXBsgBpYGuY5jt3vez1dj6/T/R
LnsnO6iXw/LvtrDjt3uc2QD7dzA72rV+p7qH55be5xfQyamA6Obq3Y4fu1eo+z/jElPVnAYw
F24PI404HHu2+13/AIGgnAa4+m619W6NRtiOSWGHK1ZZS0D0wAT2gkf9GEKq6wl3slre7oj/
AKJc5JTQuwavVdVXZZZ+88gkc99jms/6CCynHO+hzpiJ3GGn/NIVx2diOt20Oba/l2wk/wDU
jahWW4l07A43cjdW4gn/ADP+pSU1LMHCJkPaduoYydB4n85QpGPTbuZIEkTte6YP5zrN21WD
lMBDLqGlx1hu8a/2moF7g57nNYA122NfolvcafSSU//U63Hp2NbV/asI7nwUcnpePY919Q9P
K0i7c4k7dWtduc5W2ADXundqkpzL6aOps9HJArymaeEnyXN9Z6VkY1DKXO991h9MADUVsc5z
t30vZu+gutysRmRDgdlrfovH/flz2Xk5R69j15bGGqh7aGPmZL/pO/lfzjf5aSnG6fktium2
sDFtkyNYeR7qrGn/AAb9r0+UMDHurc2oBrjAeGiGcEbnTu+kl9jfi1149rS5loc0Fw13Am3G
/wDRjFm5NjnD0i4Gse5kaa/uE/nfyUlI5sbuAdrJDwZ1J5d/WRumZAxeo1Wu+jJaSOIPy/eV
YEgRwXdzyZXQfVjpGLl15F+VU7JND2tbjzDDIL22WFp3Wf1WpKewqa22kb27HQDGuhj3c/m7
lQy8LHuJY6/03N1LWOaP85rg5M3OyILHhtbWiA1oIgDj+d3sUPVbkPbvpY+TEgjeR4D2/TSU
hsoobFYIbs5rLYBI/O42oYc5ryxtVji76Ja2WkD+W0/9Wi5VZ9WGbmtaSDJIOmgd7QpU1B7S
G2wYJIc3dPwf7UlNA2NL3F0Msa4y0ndqOW+mC16NV6hAse4FnZoZtH9mfd/aVn02f6R5d4tG
1IViNr3F24+2YBPzakp//9Xfu+tvSKrPSrc60wSXBjokGNoEbnfvKs/63A61Ytj9YEhrJ/zn
OWA8Pbc8j6J0De/Ket1j4A9oOo+XKSnbP1stnTEcDEwXsHy4cqGTnnqGdjH7M1mTZkNa3c4O
bs0HqPaxrf0rUFmDmZECmt9s8GtpInzMBanT/q7n05VGblba66DPpky8kja36O5v/SSUrq31
bN2Hb+zrLGO3i1uM5xczc0zux591Vv7jPz/oLkvQfkZLaC5rXudLtoIDOS9u10fzf0F6XIbW
e2v4yuKyrKLuo5mdQ0Cqx5ZIgSKxstv/AOvXb0lIcTo+Pb1DFxwXEXWtBBP5jT6tvuH/AATP
zF3TsR1jpsfAOm0agD92Paxrf6rVzHQcW7J6jdbTacd+MzYLAwPM2dmtd9H2e1aHWc7P6Y/D
qOY53rl2614rbJBHpt9PbtZ/KSU6o6ZTtALngclpjv8AD2pV9Mxa3b62Ev1g9xPMbQquM7Kv
waLrsq6t9rBYfT21tE+4tjaVXDsG50OvuyO53ZDnDx91TLKX/wDgaSnUtrx2NPquFY4lzgD/
ANIqm+tkuLBuaeXFpAI/tf8AfVW9bDxwTisore76Dm7QSfF0bbP+kk14NwL7WNbxtAs3bj9H
3OcaklJSwNAcwhgn3TrP+ckSyxuoBHYoWRZXW1zS8FwH0C0Nn42Q3b/24o13P2gODgyQHOka
DsWxve7/ADklP//W6LI6L08WTX06zKdEybfTqE/m73v9T+xtVjFxeo44/VsfDwQ76UF9jtP3
nN27k1v1g6VU81uuLi0GXMaXN3A7fS3N/wAKgWfWnAA/RV229ho1oPze5JToijNd/PZhI7sq
Y1n/AE3b3IduLTVD2Bxs2uEue9xg/S+m4tWWfrY07ttG0gEtDnTJ/N3bfotRqc/qL8JmRYKh
k5JL2b5FbKdNm4N930W+q7+ukpj1DM9PHbTX/SLTspZEy/4fut/PXMVOx2V1MNgFTRO48O2H
3D9732fuq71DKtyc+vKosILKXMrfXIBc/wBnqBv027mfRWTn4rquou6ZXD2m5jaSGy4b4Y6P
+L/8+pKdGzFwcb6uY+RltFl+QPWt2W+ne11jvY4j3NtY2vZtqsrfsVCr9lEiu8vZYZIe8hpe
0+0e+NvsT2HArsJuobfZYXFz3EuLTuc0bN/s2e3cpN6fU59lfqOrpYBupMPadPdt9adnu/cS
U26K+qdOA/Z2UbK4kUunUeG33V/5iNj9Z6PmX+n1PFbTkHR9rW7HDX6VtXt3/wDGM96oUY+R
h5L6ay407XEVEndp+fV9NamDhUdYpDbL6jAOxjxutaY+k1o2bWt+l+itSU6dfTsdk5mMKcio
gltgk6fyXS9m5VLupYjyXN9QCQ0bdQSf3f0e3b/a/sLV6X0T9n7SMiy6Gbdp9rNe5bLt/wDb
Uc3pVFhL2UAudq7XaNO+36KSnn22dJNznF1pJdoyy0sYC73fyHbXf8YjYtnTDd6jXuduMBtQ
3Bv8gv2+p/nWo9nTtlRZtdVt2ubZv2kEabv0dTt3+v6RHwbb2tNd76rmRO/aWH+Q2va3ZZu/
OtSU/wD/15dfxrK+r5Vm13ovLHB4EgPcxvs9v0dzvoodGF1N7m1fZrA/aXgPAZLW6Of+l2fQ
3bV3D65EjQkc+P7sqrfR6zGlxNdlZ3Msb9JjwIls/S/dez/C1pKeeb0a1rHWZlldbKXN9als
ucWuIb7Xexm2382xvqf9uKx9Y9luJQ0OLX72hrW8EEOGz+qr2Y23I6dk12MAvqrLoaPYSz9M
x9Tj+Y/0/of4J6y+oXU2YteW4Ehu17QDrDh/33ckpzMO2xgl9n6NkPgfRk6u/L+cmtfGfVbZ
rax7nP7+6Ya7+1/39KnFuqoqdDxtDZfsIYdw0b6j27NzkC14axr26WO31EiNNp2iP7O3/i0l
NX1AaPVEBxc8CB2Jnz/qq4MprqgHN/SOILj2/tfnrN9rXCqYrrJHhqJCc22Pc5xJLrCGj5JK
ep6OyvLvrNjfUra124nkECOWxt9357FcyegAv9fFcRYI2nQPG36EObt+isPpbrqHtfVY9r3P
aDtMSDMg/vf1F27Gj0wdJgSPP85JTgYHX7sW92LnudZBiXfTaTr9E+73furoar6rmB9bg5h4
P+v5yx+vdKwuqVjeBXlVj9FkAat/4O1o/nKf+o/wSwOmZXU8bPb08vFV4eaQ90PIO3f/AFb6
fo7HP/SJKe2sx2PaWloc06lp0+5Vj03GteC9pe1sexziWgj95iqdN6+8ZbumdWDKc1kFtjfo
WB30f5Ndn8lbZaHGeCO/BSU//9DugOyDZjtN3rue4BrC01zDOd29w/fVkNd3j7x/eo3MYWO9
Xb6ce7c5sR5+5JTRryMQWGo3stL3exjNXbTp6f6Pfud/KXN2VT0YsLSS1u0t8C1xZtXXY7Mb
aBi+ntA/wbmf98csTKxWC/LZW+s1Wltm/eyG2kn1avp+3btakp5fOz87Noppc8tx62tDaWn9
GIHtOz/Cud/pHqpRBx7By+mwPB0glwH/AJBXMfpuS+z7ObKGMbub6z76fT2tMV2bhbu/SN27
NrEEYL9np2Gtr2Tsey/HcCdNzZ+0fufnVpKaFwIuLJgl3sIjUn3NV7puI62z1HNcQwR7QSBI
+lp9Hb+8ugpxcHK6MzHzDTjU6trtNlQIePzg9tm1z3K79XsKjFIqqtryLGghttL2bSNN07LH
e/bsSU5/RcQPyWAullU2PJ01+ixdEbJ1Gg5IPf8A8yTtqxfVeafS9T/CbXsnv9OHqXotIklo
aOWhzAJ/zklNWwCyX9hwf++qlbi4/qvtLR6jmw6zuNNXM/d9q1cmokN2bRB19zR/35Afi1OB
IexrgNZeyD/W9/tSU8n+xep9UsGSy1jQ5jml1xJc4sdNX0Q/97Z6n8hbf1b6h1THyj0jq9T9
zat+Pb9IENMOb607Xt/0fu3rVxadrSHbDPDmvYdPzfzlaqrhp2xtnWHNif8AOSU//9n/7R/e
UGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3
AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVt
AAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFt
ZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRA
BEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVu
dW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAA
AAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAA
AABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAA
Tmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAA
AAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAA
AEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYj
Umx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wB
AAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAA
AABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9w
V2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVj
dExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bs
b25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAA
AAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAA
AAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAG
AAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAG
AAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////
/////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////
////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklN
BDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAA
AAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC+wAAAhgAAAAL
BBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAACGAAAAvsAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAA
AG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcA
AAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAvsAAAAAUmdodGxvbmcAAAIYAAAA
BnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcA
AAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAA
AA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZi
b3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9u
ZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAAL7AAAAAFJnaHRsb25nAAACGAAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAA
AAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAAB
AAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9y
ekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25l
bnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAA
ABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxl
ZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNl
dGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklN
BAwAAAAAFrAAAAABAAAAcAAAAJ8AAAFQAADQsAAAFpQAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/u
AA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwM
DAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAJ8AcAMBIgAC
EQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEB
AAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEy
BhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj
80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUG
BwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMH
JjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdH
V2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOvyco1lzCfTDiQxzvb7vzWO5b+kWVZBoa61212/fv5J
YPcW3W/Rb7nenVsVG2y3JY79I8nQvbJggFws9u76XtUMt+QxzfUe7Um1zQdJO7XbP8pJTbxf
sdlF1te511jWioOEh2p9Ul8F7NjHe/8ASf4NaWLdQ+gX3lrh9D1DJiNrWtds3fzn063rn8N7
6aQ143Cz2A7iAGPa3dLZ2P2Os3/pFboyxjh32J5rxzDvUeC5zTDHOaW+32+razZv9jElPT17
XsBE7eA2NvB2/RKJA8OFT6db+rsY97XWAa7QGjUA+2Pao5Gdji6ym1wbVUAHg6bnHduDvo7a
a9v/AF3/AIv+cSm6LayIB3GJG3X/AKlOHMLdwcNp4JMflWVk9a6d0uisNcxzLdxaGk8+130K
22fv/wCtiybfrGb7fQrx68cWGG5m1rm+s36ddYsY+u99TPY938tJT1g8ZTk+SHi2+rj12OIl
7QfaCBr4Nd7mo06BJTBxgaBDh09h95RTH3KIYCJBj4JKYDdPP3BMSQeZUi1w7yB4j+5RPOqS
n//QmzNx6gN0N3N2zrEQ7/ySJ1G6u+hrqnTa4CqD+45x/St/d+ltfuWQXvNeridCyOYA2f3J
rBOrhyQDPEkn/wAkkp2Lq7XUltTdzQGtDmaiXbqoEfnta5EY71XCpun0i4O0hpl353t9zWVr
OrssoINNr6vduDQYHH0tvub+/sRm5OUC1z3h7dha0PAdpIb/AFvotSU6bbfRAsLg1jgNrhr2
a3Zsb/WWb1qzKq6i7KqsAdbS17yT9EVuayx1cfzj9zmWf9uo2OL/AEHP2tcXvA2itvu0972v
/q+xis5XRRnYTPtLLcdxIh2m9+5280+l/L2/nM9n84kpB0vBfa4052blDLyLAaXNY0iytv8A
N7n2sta9nqvsf/XWnkuwnX0YDn5D6mbhbjmlrdrmB7n5f2gVU7rP0lf9H31fpFayer4XTWvb
kMjHxgKvUYQ8j2Me6lzJ9Ta936P/AM+LIdXWy+l3TMV2NjWF1vqklrbG2Ma/ZX9KvY17fpsS
U7ozMajHZXUC2tg2tD3FseTi737lVd18mwV1VSCPp7jPya/as4ZlYs9GwFgkhxHuAg+7crT8
QOPuALSJOnYhJTfp6sXAl7dsGNR/5Dcjs6kwmAxxHeCNwn96t5Y9ZbKSGNaIIIhvnr7kSsWt
GhOg4CSnSOY9wmtkciHkg6f1A9MzIucT6lbQBxtcTPj9JrVn/SI3gtP7zNwn47C1zlYFhAG0
k8acmOO53JKf/9HVp+ruBJBc6Gklu0wdf3wfaif82unB8/pef3tDKuNJD5FVvuOn6M9/u2tR
W12ukurc1wOkgRP8jYfd/XSUjfiVWN22sa9rYDGuaCBHhKHj9NxKSA2pp3HTfLmtHGm//wA9
o5BDgx8gkgNA0dr5fnKGZlNwyyv03W3O3PMD2taPc6y1/wBGuln0d70lJcrIwek0+tsDXSGN
a36TiT9EOd9FFfk2EkCsSQS0FxGvnDSucx+tY/WOoms11vpp1FznQ8O/foqI99e//Creoax5
cQdxP0j3J80lOD1npGLk3l7vUoOSR61lbgWMu5Za6p384yx36P8Awb1ndHtb07qTMFm66i1z
WvqvgsD3O9z2VD6DvZv9T/txb/WXD7MYexj2Oa6v1TtaXNO5jZA/zVi5Xot+slDseN7S3e0d
nEsY9w52se92z+vvSU9Vdj7WEYza63u5LmgtP7weIdua5RNrZbXZUw2VgOY1hDtONzN21zUU
/aNomv3R+8EMVFp3Npa0nQubsBjmElLmz3ACg8Eg6QIUgddwY1p8Qf8AYh2usbHuLSexDXf9
/agjJeJDmbtfa5rhqP5Yft2P/q70lNgNfMB8A+UqTaWA+4l0jWIHKAy+RuLC3ykH/qZTsy5f
tcz2nvz9ySn/0u2c/dwXMM6ksP8AEJiy4kbbI8iG6/8AQUL8nZHp7XF30STos6/Nz3sfUQxg
sYWBzROpEfSCSm79rrIa8vBLjtqe7QGfpWCNvt/d/wCDWbdRkdfw3V4rhV0+x8PucXB+SGf6
LaPZj+o3b6n+E/walTZTn0vxsultdrZr2Ay0t27drf3P0Z+h/br9iIce91VePS93sa1jGtIY
AysBrSPzd37+1JTxv1a6LX1PMupusdRZitDh6ftdJOz2F37v5y66zDsrobQ25xcyCXWDVxH0
N7ajX9BYfS8HL6b9YrRU6KWPNb3GTAc1uRWyyP3/AFfbuW51DLyXUt2t9O8uhpD3NDRr7i9n
84kpo9Qw67LRl5l5e6it9jKAIHt/Ob/I+j6m5c7U57RTk2lzrcsm71Pzjsfs2tj81j6101mL
Avy7bHvttpNb3O0DABP6GJ9j3n9IubxHOuxMeky23Ha6rQSdznOtbt2/6V1n0klPoFeXTZVX
cS4CxodEae4bvDcm9THd/hASeO38EL1aqsdlW3caq2tJdB+iAxVxZjvkH2x5D+CSmxZY4Aiv
bbHDTBcP84IRycpkN9EDxO0QPL81As9KTqx0DQDlDNrgCSwtAiSP4pKbbszI2zXRJOkAAof2
u4gixrWk9mtj+9VxcCNzHEjzMd0wt3ERrHefuSU//9PqnvpFhBqr0/OLz/31IsouBLWAFuks
Ij/pIFYFjnOeS2tgLrHDw/8AJORqsuq3JrxZdQ41+o3H2sLX1z7X+ptc5rnfub0lNG6hjrJr
3MsAIbZH+bvZp6m381Qsyc/BayzNY11Mg/aA4BmugPqfSod/4Yr9L/h0TOdVTcWumsmSBBcI
/rKlb1TGxKn3NfJAg1tk7p0bWdwLPfu/PSUk6lTmftKvquFUx7bmMZl1PcK9zm/0e2LB7P0D
/p1vf6nsVxr6rCZbFzdLQ1wsa13td6T3sO1tmx7H7HsZ7FyVfUbhXUcgbMWyx1rAHuNdbmkh
lNe73U7P3N/vZ/N7PTWq7q768ewS51FjW+rbjfosnFMyz1GW/ocrE/0d7Nn+E3pKdXMeW47j
s9UHQt5Hu/eB/NWZ0XGq/wCcl1dzRJYXBsgBpYGuY5jt3vez1dj6/T/RLnsnO6iXw/LvtrDj
t3uc2QD7dzA72rV+p7qH55be5xfQyamA6Obq3Y4fu1eo+z/jElPVnAYwF24PI404HHu2+13/
AIGgnAa4+m619W6NRtiOSWGHK1ZZS0D0wAT2gkf9GEKq6wl3slre7oj/AKJc5JTQuwavVdVX
ZZZ+88gkc99jms/6CCynHO+hzpiJ3GGn/NIVx2diOt20Oba/l2wk/wDUjahWW4l07A43cjdW
4gn/ADP+pSU1LMHCJkPaduoYydB4n85QpGPTbuZIEkTte6YP5zrN21WDlMBDLqGlx1hu8a/2
moF7g57nNYA122NfolvcafSSU//U63Hp2NbV/asI7nwUcnpePY919Q9PK0i7c4k7dWtduc5W
2ADXundqkpzL6aOps9HJArymaeEnyXN9Z6VkY1DKXO991h9MADUVsc5zt30vZu+gutysRmRD
gdlrfovH/flz2Xk5R69j15bGGqh7aGPmZL/pO/lfzjf5aSnG6fktium2sDFtkyNYeR7qrGn/
AAb9r0+UMDHurc2oBrjAeGiGcEbnTu+kl9jfi1149rS5loc0Fw13Am3G/wDRjFm5NjnD0i4G
se5kaa/uE/nfyUlI5sbuAdrJDwZ1J5d/WRumZAxeo1Wu+jJaSOIPy/eVYEgRwXdzyZXQfVjp
GLl15F+VU7JND2tbjzDDIL22WFp3Wf1WpKewqa22kb27HQDGuhj3c/m7lQy8LHuJY6/03N1L
WOaP85rg5M3OyILHhtbWiA1oIgDj+d3sUPVbkPbvpY+TEgjeR4D2/TSUhsoobFYIbs5rLYBI
/O42oYc5ryxtVji76Ja2WkD+W0/9Wi5VZ9WGbmtaSDJIOmgd7QpU1B7SG2wYJIc3dPwf7UlN
A2NL3F0Msa4y0ndqOW+mC16NV6hAse4FnZoZtH9mfd/aVn02f6R5d4tG1IViNr3F24+2YBPz
akp//9Xfu+tvSKrPSrc60wSXBjokGNoEbnfvKs/63A61Ytj9YEhrJ/znOWA8Pbc8j6J0De/K
et1j4A9oOo+XKSnbP1stnTEcDEwXsHy4cqGTnnqGdjH7M1mTZkNa3c4Obs0HqPaxrf0rUFmD
mZECmt9s8GtpInzMBanT/q7n05VGblba66DPpky8kja36O5v/SSUrq31bN2Hb+zrLGO3i1uM
5xczc0zux591Vv7jPz/oLkvQfkZLaC5rXudLtoIDOS9u10fzf0F6XIbWe2v4yuKyrKLuo5md
Q0Cqx5ZIgSKxstv/AOvXb0lIcTo+Pb1DFxwXEXWtBBP5jT6tvuH/AATPzF3TsR1jpsfAOm0a
gD92Paxrf6rVzHQcW7J6jdbTacd+MzYLAwPM2dmtd9H2e1aHWc7P6Y/DqOY53rl2614rbJBH
pt9PbtZ/KSU6o6ZTtALngclpjv8AD2pV9Mxa3b62Ev1g9xPMbQquM7KvwaLrsq6t9rBYfT21
tE+4tjaVXDsG50OvuyO53ZDnDx91TLKX/wDgaSnUtrx2NPquFY4lzgD/ANIqm+tkuLBuaeXF
pAI/tf8AfVW9bDxwTisore76Dm7QSfF0bbP+kk14NwL7WNbxtAs3bj9H3OcaklJSwNAcwhgn
3TrP+ckSyxuoBHYoWRZXW1zS8FwH0C0Nn42Q3b/24o13P2gODgyQHOkaDsWxve7/ADklP//W
6LI6L08WTX06zKdEybfTqE/m73v9T+xtVjFxeo44/VsfDwQ76UF9jtP3nN27k1v1g6VU81uu
Li0GXMaXN3A7fS3N/wAKgWfWnAA/RV229ho1oPze5JToijNd/PZhI7sqY1n/AE3b3IduLTVD
2Bxs2uEue9xg/S+m4tWWfrY07ttG0gEtDnTJ/N3bfotRqc/qL8JmRYKhk5JL2b5FbKdNm4N9
30W+q7+ukpj1DM9PHbTX/SLTspZEy/4fut/PXMVOx2V1MNgFTRO48O2H3D9732fuq71DKtyc
+vKosILKXMrfXIBc/wBnqBv027mfRWTn4rquou6ZXD2m5jaSGy4b4Y6P+L/8+pKdGzFwcb6u
Y+RltFl+QPWt2W+ne11jvY4j3NtY2vZtqsrfsVCr9lEiu8vZYZIe8hpe0+0e+NvsT2HArsJu
obfZYXFz3EuLTuc0bN/s2e3cpN6fU59lfqOrpYBupMPadPdt9adnu/cSU26K+qdOA/Z2UbK4
kUunUeG33V/5iNj9Z6PmX+n1PFbTkHR9rW7HDX6VtXt3/wDGM96oUY+Rh5L6ay407XEVEndp
+fV9NamDhUdYpDbL6jAOxjxutaY+k1o2bWt+l+itSU6dfTsdk5mMKciogltgk6fyXS9m5VLu
pYjyXN9QCQ0bdQSf3f0e3b/a/sLV6X0T9n7SMiy6Gbdp9rNe5bLt/wDbUc3pVFhL2UAudq7X
aNO+36KSnn22dJNznF1pJdoyy0sYC73fyHbXf8YjYtnTDd6jXuduMBtQ3Bv8gv2+p/nWo9nT
tlRZtdVt2ubZv2kEabv0dTt3+v6RHwbb2tNd76rmRO/aWH+Q2va3ZZu/OtSU/wD/15dfxrK+
r5Vm13ovLHB4EgPcxvs9v0dzvoodGF1N7m1fZrA/aXgPAZLW6Of+l2fQ3bV3D65EjQkc+P7s
qrfR6zGlxNdlZ3Msb9JjwIls/S/dez/C1pKeeb0a1rHWZlldbKXN9alsucWuIb7Xexm2382x
vqf9uKx9Y9luJQ0OLX72hrW8EEOGz+qr2Y23I6dk12MAvqrLoaPYSz9Mx9Tj+Y/0/of4J6y+
oXU2YteW4Ehu17QDrDh/33ckpzMO2xgl9n6NkPgfRk6u/L+cmtfGfVbZrax7nP7+6Ya7+1/3
9KnFuqoqdDxtDZfsIYdw0b6j27NzkC14axr26WO31EiNNp2iP7O3/i0lNX1AaPVEBxc8CB2J
nz/qq4MprqgHN/SOILj2/tfnrN9rXCqYrrJHhqJCc22Pc5xJLrCGj5JKep6OyvLvrNjfUra1
24nkECOWxt9357FcyegAv9fFcRYI2nQPG36EObt+isPpbrqHtfVY9r3PaDtMSDMg/vf1F27G
j0wdJgSPP85JTgYHX7sW92LnudZBiXfTaTr9E+73furoar6rmB9bg5h4P+v5yx+vdKwuqVje
BXlVj9FkAat/4O1o/nKf+o/wSwOmZXU8bPb08vFV4eaQ90PIO3f/AFb6fo7HP/SJKe2sx2Pa
Wloc06lp0+5Vj03GteC9pe1sexziWgj95iqdN6+8ZbumdWDKc1kFtjfoWB30f5Ndn8lbZaHG
eCO/BSU//9DugOyDZjtN3rue4BrC01zDOd29w/fVkNd3j7x/eo3MYWO9Xb6ce7c5sR5+5JTR
ryMQWGo3stL3exjNXbTp6f6Pfud/KXN2VT0YsLSS1u0t8C1xZtXXY7MbaBi+ntA/wbmf98cs
TKxWC/LZW+s1Wltm/eyG2kn1avp+3btakp5fOz87Noppc8tx62tDaWn9GIHtOz/Cud/pHqpR
Bx7By+mwPB0glwH/AJBXMfpuS+z7ObKGMbub6z76fT2tMV2bhbu/SN27NrEEYL9np2Gtr2Ts
ey/HcCdNzZ+0fufnVpKaFwIuLJgl3sIjUn3NV7puI62z1HNcQwR7QSBI+lp9Hb+8ugpxcHK6
MzHzDTjU6trtNlQIePzg9tm1z3K79XsKjFIqqtryLGghttL2bSNN07LHe/bsSU5/RcQPyWAu
llU2PJ01+ixdEbJ1Gg5IPf8A8yTtqxfVeafS9T/CbXsnv9OHqXotIkloaOWhzAJ/zklNWwCy
X9hwf++qlbi4/qvtLR6jmw6zuNNXM/d9q1cmokN2bRB19zR/35Afi1OBIexrgNZeyD/W9/tS
U8n+xep9UsGSy1jQ5jml1xJc4sdNX0Q/97Z6n8hbf1b6h1THyj0jq9T9zat+Pb9IENMOb607
Xt/0fu3rVxadrSHbDPDmvYdPzfzlaqrhp2xtnWHNif8AOSU//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAAB
AQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAA
aABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQAB
AQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7
vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9
ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4x
NTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJk
Zj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6
RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9t
bS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVz
b3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90
b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEv
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
eG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MjE6MjkrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0
YURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MjE6MjkrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4
LTEyLTI4VDE5OjIxOjI5KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmY3NWQw
MWRlLWYxMTMtNjc0ZC05ZjQ4LWFhY2JmZmI1OTYzMSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRv
YmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjkyNzU3OGQ4LTBhYmMtMTFlOS05Y2E2LWJjMmNmNDEyMGNm
ZSIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOmRjOGIyYjI3LTdmNTQtNjE0
NC1hNDc1LWVhMzc1OTViZjM2MiIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9w
OklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWci
PiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVh
dGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmRjOGIyYjI3LTdmNTQtNjE0NC1hNDc1
LWVhMzc1OTViZjM2MiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMi0yOFQxOToyMToyOSswMzowMCIg
c3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3Mp
Ii8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1w
LmlpZDpmNzVkMDFkZS1mMTEzLTY3NGQtOWY0OC1hYWNiZmZiNTk2MzEiIHN0RXZ0OndoZW49
IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MjE6MjkrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2Jl
IFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3Jk
ZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4g
PHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDpDODQ3MUNGM0E5OTYxMUU1ODAwRUVFOUU1MTBF
MTA1QzwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3Jz
PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5k
PSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJ
AAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAg
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAA
AVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAU
Z1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAA
A0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAM
clRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQg
KGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVD
NjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbM
WFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAA
t4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5p
ZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIu
MSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2
LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2
Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5
NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD
7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAe
ACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCk
AKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4
AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gID
AgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAML
AxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARV
BGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXl
BfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/
B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnl
CfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxc
DHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8l
D0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJF
EmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9
FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmR
GbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3D
HeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJV
IoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJ
J3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyi
LNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJj
Mpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiM
OMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8h
P2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYi
RmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2T
TdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1
VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3J
XhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaS
ZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/R
cCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJ
eed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6
hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45m
js6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQ
mfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4
pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFg
sdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74K
voS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2
y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo
2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf
56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe
9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMA
EAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4U
EQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAvsCGAMB
IgACEQEDEQH/xAC1AAACAwEBAAAAAAAAAAAAAAACAwABBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
EAACAgICAgICAwACAwEAAAABAgADEQQhEhMFECIxFCBBIzAyMyQVoBEAAQMDAQQECwQGBwcE
AQUBAQARAiExEkFRYSIDEHEyQiCBUmJygpKistITkaHCozDwscHiI/IzQ1NzkwRA0WODs8MU
4fHTRFRQ4/M0pIQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPT1FjYKAst5B01J
MbM2syq0gMa9Zezm6hZa7EG6wouBCcIUhVFCrll1dgQqKkslXRcqyrqBSrJJCrqypISSFVdA
3ISSElQOKsOqEOVZcqETaxb1QQt6hHSUkWZZTVMhnb5GvCXoTDW+ljDATRaXFyoXJCXUJJQV
jQdCsdJCVcKurJLgN3CrqgqGwoMLGQoTgEOC7KA3cKKoWB0DLokkIjPmN2ADDPI41BnsDLCB
2YnmtuHUYnZhO0zNpMehgmhgGXJCSQlikGKUa2C8pLxM2gVBrYIxgkXchJISXCqKAy7AoxKk
ouVC5KLq4SSyqugZdFyQ4kAwMu5BLogVvQUtqwdKHG5mAR9vIzOwsDp6zZuz6C7qFysgRI1F
gdhwMJ0R52U6pcnmHo+Rn2mro8rqDrqypdFyQkqypIVLgNXCqOAC2CoygClBjUJJCSQ84xLi
2J0CdC2ic23ECl6TUJNFLOyUBmhWgTP0uXoOg/ntN5ZGDOb0eGdCc15u0cRp1uQOYIEOKw6O
+ef6OUTq9XhdwbBsKqsuVCWNl1KCqQlSBWNkkhVFRVXCqKiquiSQ86YtF6FGR+dpWTo88Xna
JsqWLqAE5Zhy1h3RF2tgejLDbwexxjPtwCdTLiWbduHqmLWGse53ENuAO0cjtkRckBkoOCA4
UCa5kI1XnIZKgcGwqlF1KLoLCgUHBgUkPMGkh15FHUmDQbRQJh0K1hq0oLx9LGPlUGAmNvQk
ENFAGCDWtonAE+gZbHWaOrxQO+XO3jR4Kjpa/Mdo6dc5ppUNEoco3NYDWrMMl2azzUaSyUaQ
F5G5DDJLAQdZkrZRm0lZJUPMuzUQlPEtUYVBCjUwPfzyOuHI0m0uc4hpaWvXmAcvQImtIUTo
ORWvll+n856sZzevDPi6QnndVOMvS5Ow0KljVyCY2xCtQiCbRHI0FSjBaqBGFj4qw1soK8Jm
28zg4MDlQ8iVESjEkEiVdgMS4bUMVRwsSoA5ZFvEpq+kc99JNWzlazRz+g4x9jn7hOjjQ7N4
M5uUvki9uPaMJSzXMJm2WYiOAAjsXZQGzEC7hLhgiYlsVYdrYFLsoWAXBh5m1kNWyhZsAqxs
TqBwJddRyS1pFMToKpsE3pgrZDETo6DmbNFgc7prEsPkBHx3mfOpZ6pfD7grVahuHagSG5xh
2xgS9ShdA4W4TFUyiwaIBiwANQme2kZrfBJksOLaDJDgs6SDFXXccWu5Rwp3ocLf0BAoxLpl
GXN0REvMwbDSCRwEhWOigHikwsynnBT38RwVemwHKZ1sB1+t5ronVGMErcgvRydBviTCgwKx
ouxoO10MEbLC4DViXYkVRELYZCJqhmEaHElpdXYEuEq7AplFUVFUULS2BtS4sIgDlrh2SogC
ExcaIrldQDIaHmLBsxBdPl9Q7pgRQkIItEQR4jRTCF06zFojRZ3CSQkkLqUEQQODZJISSGcW
KCYJBVVFgRAHULgkVdUFViMFoFtUIXPfDlatMHqthCFou7ApbUnI6OLWYcPoOEZ+5xuqds8+
goDopLYITtgJBBlBQyIsbEMDqrJJRd1C7Ei5QjIJAw4KBNDyyia7Wk1xGgqjEoDgcXBl3ZEV
wzp1nSaOVl2HQ63O2jLCDSEigNISTA5DOhnNfC6WAx9HndE6ehLiSUSVA6qgrXYdhCwsS8j7
A0Z0m4c6zYWVg6gsqUAZ52GuZ4Ot9CLdAbuwaOgCKAJ00Ym24g2gyVuUc/zzcxGhR3dnlt56
AsWo1WjEdUMzgMTeIN383oCuVoUP1ZrPUNS0kuwBOipVEkoKCwzhqEzjpsy3qsx3qsyk+CR0
wy1qEz1qoTChtq6BRogi3UJXpozmygSsRtUoptYzTwWmc7D6fzYpitwRd7QcDraKMqdYGeyI
5+bvqMmLt8Ex7UPBsXHf18jsAUyFAwQCuFCdCxYoKLUNvPZpmcDSeSG2stmgcoGusZGqJIKV
DReihVsoo6sklEkwFaQosc6x3GV6E0usSeQ9b5g5G/G89naNRnDSsWEsCMEFY4Td530PAD1o
1nMYrSau3xu6CBrCJFGqZYa6yEaJnE0JGwSZDKGsjPG0LImGZW2zIT1gS6Khw6csC7ERkyrN
1c6jocw8x1BTpMqOkk4/e57SVaxHJ7GY4tjD0XZ8z2jbSYKydDKLvGwwaJtL4PofPDtvP2GJ
khs7/D7wNMEWswBoxAplAywJRWLOrKkgN1Crgh2MLlUXV0FKh1QqhS2AJTtAxx4lZddnL6OV
p1gy6gVsovM8jIW8TyQ63GfvcvqGTVYlcvooE7aMdmdBfn+9yTDv5uwN+czqdLG0ZQQgBQ0s
xGukEGsgJUgCzEErhDTB9IIMWLLGUXKYSSGwH0Z60QTWgjKGpQgiAHHuAB3P1G28TDQBQ0Fm
1nmWdDzp2tWLaGDFi6IxT7oILoRy+wg5GXfzjqa1dMqVYN1YNOWDViGI5TWKKNNIhbM8NjMV
kz6LE2xJVyhlLsPRn0DpIdIQQaRQY6Lg+kEWMoEaWEhhHJ168Yy8Tzqlx95q8r6jjGPqcdh3
28nojQEiqlkAwAzpgjB0cx0e95r0grJ0IZprWZRfQujszNdoMCemgyrcZkLSghAwEXUZ61WY
7eItehQN2YUqHTRay4NhWown0YKXJEiQlMVY/Rz4beVpccfaeA6mjE4XfOadTDaRusrFSQlL
ULvMo3chqjf6LzPaNsz0aAWRLqiA0SGEAzvzi3lZSdKDC+CaazMCGUUJwSrXBKngSFDo1UKh
WFrES8e1YrRCMqNKABMAqqyjERue+KV0OXqGaMeo1lkyHosGHsnmVd3iiqghsSQWnFrG+lyd
EkIQIzOMAKCNRDiz2WBwXY0GomCF7KMrU5jfeOzYKjDztzi2pgEuHQsYXrVoEZL0mV+bnHp6
S8yp14RZZwNVZIbg51C8DQNWXaZm1c4zpdPiKNPO66islUUlwi7uFWMPU7fP9k1RJBCADFFD
OZPFkaBoc9B0Rw6xlrUbJzzNec7KGs46kODuqBFolSobSHUNq1kB5Hnh9Akw9XluOjl0WcXJ
1sphhgEluYTQaSdLnbxePZoOQXTymFugxOLVkCJVDlkBQkJs7fnu4dBi3gq0iZ6csUvRkAWC
xj2EJWdgxkBcowqkErZQplGWdJG0FjIcNWmrBIHBSQqXDLk6mUVswkbc7jOOjs5jFg7fBEVq
wj1aUnS1cTqjEEAqufDXj24iqIxBFRUsQuvxdx2uhzN41qzAW4RFnQqOWLGCBTqE0ahkwWbF
LIo1MLq4JZdkM7JAh15dgNEyS4VV0SpDJn6WURswMOiKHCPM9rlmnk+i84aHLIS+8xrvJoB5
+/njgCymLIlMWXBMozs7fRw9AIghY1RnRrQS1iPSxYsxAZYWMWbCSoYJsEyM0UJ0SFicFSod
qxIshIlXCpKJUhJIZcvTWYWBzgQxMPQef7nPMtOWaUFRnW/OEoWiquBkkyDCAcvsjOxShi8a
zeKGkYCjVWFg9uLUUp+czHVB1GgjpIy1royXqIzVpEy1rAA7IXCh05LLuoSSFS6JVwqXRKuA
8fs8w5E2YTo0nQJVvA4uvLoFLixZ0BdFYBWsJgajP1S0HRTqhzx0pAO4UEUOobHUveZk7kma
tFiaIS3qhpQQEGWVDhQmQI2A6Lh1SGy5VB0Cx15qNNZiHzMJqvLRqQKTn4+5yxsV2jzOvqYj
m59OI1qoCLaosj1GBj6E+i4fqS0uoGoQitNmetQmatsMFdEjPemCJoggNVGYXKFGVEWyhJNE
okWPlWUDKFRkN48BB1j80076OJZ1V89g4FEOpQjaogc+mDcejKa/Qc7pkMSOdwvXcs4NOUBA
2GiMEtdoH+g5fbEsOA3LBIGg3IVJCpcBkhKui5IUK0jVgwGEJCqwKYJVUA26hJUOKnSkAo0q
ios6sEgskqwaGgzUwWl4Hc2ZtRZrYUJCcPjev8wZ+gnUVKsHJoA9Ft51nSrBR0BxAdG8xGiY
FHTnHWdwfP0dxXNaNzbXGWtUAKgGRAjxEiUUBU1ZG5dAwahIEOZm1JEPqgxghwCLh2BTRBFk
FkbTJfT1jWrMshIgGoDzXa4BoZBGLhCGZ+2Lnas5evRiOHozPF9Hm+jFVoozk0A6QJopbQYC
TSoAKunmQOgIVMgkNEEi/ANJNmmZhNskOSrUkTLhQMYATuicyu/ZwT7Tzz+rr0ZdNKH1lodK
AbdWUg8hxpm3lgVCoSgfR+Z6h2i4FnocvHygHlo6Xc8r1jrRGgHD0MQs+es648wjeeETYGHS
aocExwFaUCElUDiSNAJhrvE0dDgxHZhxG9YDG4EnQLkJO6HEM6a8zSxdpOe/ZDGWhQA2I6qE
HBq45k2qYRTQC5fRSd7NtUcXN6DKcrcOk5hdFpwG9PIDoyLO7r81sPQ5sG0AOjDnBuzF6MjR
0FpkF1mWaIcdPahy9W8BObYBmc55nmyG7O2HHV3yOE/q2YWa6FndFyQlSypdFJcgBehRUDML
yo6RhvLoF6sVjDxdc7nMZlOQuKHtUk6h8d51W4dJSXEcxHYxCNPPo7Ha8s89RXJ6hSdYGHOe
M0FjsdeQh5YwN54CNrOaJ07x2bomHdlQuSi7qF1ISVZcGFwaDpGA3sWQQDBHH6/mx/T5hGZp
4TRl3ZQtGXQIX0NRxK7ec57zxGvOt4p0UdNvH6RppFmrG0jmD1c4vpczQdXbw+2Bz+sJwS6i
Tl11MYo4YunYjoM5zzokGkyzRDTASaq4O46E4sOyPBWd9XDA7IcozpXzqLWHVOhi1ZTn6Nag
ON08IwTIfxPT+eECajeWrGaEMym9eLUGlyxrbsDPqyGDQ8gyUo2m3pmIekZztWghDSgNFQGf
Sox21ZS2LLTshyi6STLobpAkhiw+g8yOBcGxbAikAuWDRwG5Zff53TF49fEN/KCGyhcLarQN
4/RxGCOh2uR0+QGpgk1JaMUZhQVmwVtMbHUXg6gmLTWQ7m7zm87Jc3UaJUJUsqigC3CKU0jL
m6OMyuYYgqSNgQ6nl/VebMp0YFwR1CYUCwiTpFFrcamqYK43b5pyb0Zgjlj3LhQU0wsW018n
o8w2qKCiWJudj0BDeYfoy6QnZtR08e6HHHrZTnL3pM+nOJ3dfB3nQiyDqoXVwFbYLuQAHiZG
OIqFCuJ3OccSd7GcsupvPNM9JyitGwjJoZlNfO38U6OjHoB5m3li4/GNIGDhixlFmFmpxMGv
IbKgC5GB3FhXVhaMpG7Zj6ZplWXJYrNuhwc/d4ZTsFHa6XA1nZPA80WphckLEoJI1hQTJCgI
lBYsEGCZSnUcnqL551oFk4nc5Q52ZwHM6uMTh63FNd2QLcrSxjDM6hE52QMKotyjDzWJoXYh
kDR+nK46urkdIeV0SXClOo8vz/acI5WvNDtzl6TvN88g9YXE6o6xIurgAOEqSEqWDCoULlF0
VFKbRzOmvIdDHsA4m/k9YtLsxjTVmolAMArMu/GYKm5gqNBQwhgSA2DSUNjm0wYQEaenzeoa
LqEExLXUBCUcbm+o4xgKjOmtvTPN7NfBPZO8z2zbFmXJZJILISJRUDRQVQ806dGJVWZJcPN7
lWOS9ZydC9B2jRxTVywEjUGPz6s4zNqzi7ghWoyytZNKNwBgRoowN/Rx7SENB1VEUxYu7UFm
1AcFXT1COjnxmzzfU5g1+ej0+3x3cOwSWBSQqrEOrokuhKNtAy4c9+iiSQ5AEI+jE5oVmNKC
SALCEMgHTzaM4KG0KoSKE4RomM10Yg2kCxXQNjaEIJCmBQSyEqWIsrIWN0Dh3YzDm1sOQzq6
Dz+m0nb9D4b1J04iDKuwbuEl0VLoFJc42qyPLjtBzMvW4p0Kqzm4ujzBt2JVEAGd0NawojVM
My+9nOW1cHOTvKZq6Zwb6WMT1+d0hgEIVUZAsQSKyLYkurAqDCYehjM/UW0NkhXO6VHke30m
By4NuoXJCSWDRUCDYCVwGXAOF3Mhj04d5zOV2uUSBYwJYnSiw8+2zH2Ob0DpiDjic31nHB3Y
+kN2iYIsgkiokkIpkFkwipcM62pDqOEBqAzwwLejSHCsVZQo5ZJcLsyAh2LjIKjaFxlio2Cq
bBQus8x0Q1GTD2KPKH0iMfS6Lzxw+p5Zyn7tBx76CzY+aCU2GEOlkCfl6AqPoSOijPHwTbrE
06hcbDKvXRnNhCSdYhO2jHNkEG2xEdQu2WLjYf/aAAgBAgABBQD/APTB/9oACAEDAAEFAP8A
9MH/2gAIAQEAAQUAPzkCd+W2FDHzOorfwmxQGdlre2x51ft+pYBeLAaNlsOqipgJ1ZVNPQ1V
uJmAkRm5CvkCYhUZw0HcQkwZwR8Y+M4gM5gzD/A5gz/HmHMyRMmf3kzJmTCTMnAzATMmDtCW
gJhJmSYTiG1chgRarAveFQ1nNd1TS9mYFl8ra7+KnqDclwepbGrrrDStyyvc4lSoUVFQAiAi
F1gHYjAmCYBj+Q/hifmYH8s/8JP8MfGRMiEieRQe87cB8wETidsRgCGNCw2DuLQldpYR7AVp
P3tSoRqi5Fv+NAqLat63XjIm+emygZL6+t7YKili9eSSFeKoEwP+LMY8fzxMTH8eM/BhYTJh
bE7nH3ICToJ41nVYAIDCAZiYmBAqg292iBWlrYZGrl1VdpqpRracF9jZZ7ksKjZdVNdjV10k
VpXu1lLbEtdxKGZC6nx03oF/ZpJe5kXXt8qf8GfjuMl8BNmhm+Of+DHJJzhzMYmTjBMxz/PP
yPg/wMFTAtp1YtbDUX/WtWS1SzI1QxYXc7Sk21gGxlAFeu5rppWrW8zua7R31dg2R6bBF1ux
ZNdUqVFT+d24K3oa9gddsrUVVQVlooYi+is1W12i/booI9jqtKtiq34HyB84/gWHxmZH/Gfk
7NrG5ray27awO3Wy6ZL7Oza/7P7LqtmyfEjM6bGMUHLq7F69hwMW2hF7Cq0eawKhe4hqmSeG
5rgpzB/G6w9TTcA+ihapAwx8MgIahXC6wRnprIRa1iKk/sfI/jiYnHwVExO2IGz/ADPwflXJ
csxWtVC3iryVMKyzm285hJJpA63gh+Umk/dgNUOjJZTp66sj6oFdHci7arltjK63OzUXWFxB
/C+8NNevqjPgKgaD4zHsVAdyrPnRld2xuWbHm0dzYIqtS1fgiD/jxmdFnSdXByQS07RWHwZz
8/Xvx1pCMbax5APsFPc5BfPROomwQxtTFdI/9dh2NNpRqnWsexezw2JapNfmsfW8VlYU7Fa0
hxM/O9tGmnQpFVDMqqCIa0MZlrWzZ2TbZfctll+wq1X9xu7zlqdnYQqLLXRXrmujKg/4Tj4x
8YgEImIR8ECdROgnVhOROZzBGI7D7pSzC3x4jJ3vSs5tHV7V7FcBriwtsQNSqqKLf/Kq9NnY
sCX7O0bkbso1VsxW7WyqzXe3yDzrbAc/Fj9Erc99O83ML0sdXrKpbVjurnf3fBe3sXslV63D
avepU1yYjszVMvjp3dkGp3dPjPMEJmfnPxmfn+HHxgTHwZwfnPxa/c4KrSw7p17kgbHBt2VP
VOWXPViXuJMTOLsVvcMXAeS+1M2dQi6xxV0IXVtBIsC3KytAzTynNhBrd2XVo3ENBR0qFLXl
WIW2/wDXA0LttrtcgoopXV1rLbF1alq9h60ax1haEqcq1ZLJmZmYM/OeZmAzMx8j+eOePg8f
H9qn2fCyiL/3Yf6Kc2beDXUpaWFUWs9rlZRCcW34I2Sc6zCLgW7TZrLdalHajXKinnzrWetB
6TsBDYWT2DdLtexVsc2dT7K3VT/7DO5uF9luw1VSb2p1q9toqtO3p2u+xqVzYqq21NFtRpVy
2qrrW2Z9+pFwCG3H3gz8F/tkQH55n4+f6+czPyfjErLM3EqKBVtTt2Bs+3ltqR1IKPe/GsBK
+hcknYvJNez2Nev9UrJe23/y3PkJhno6gBsXhucgRmWA4X2FTuamC12bdliuGz9xPXa1jWWe
pv2Gs9Eta1+ooeVU01D2Hqr7Nl/Wmpm167Yiogz8ZjMCFdQptQTzrDexIsYnu8S155GnlEDC
ZgPORMzM4hYLPJWZ5EE8tc8ggYZ7jOZWxLEsQrsEpT7nqWsZ0ZL+z7SqstYdqKwK0Ug2Fhao
dq3KsUKAVY6gZsxi5i3ZFAutBFwK5A+gYGKftsgPWgPa7VahakbrfUhr9dZr66pbUR5shDYS
mY4As9psYp1rg+v3SdwIbiC9lphzMGW+Rg7tEdlH7JAXaIi31krYoHOAzCGxsm26DeClN2lw
1yoq7bWEoWjU0w6oIbUUqNe8DXrvSwryljZDlmDOS9rGLYTPIiGu1urtyb1sDqWtrsqCLdQz
PUXsCugevFuwjKtY8QrZ2lTFrLlGAD+0nU37FGIzGsV232W9lMYhS4Bu2Vqv9bqFwrVK4ai5
EW98VN1e3WS2q8ew9fZVu7O1Kq7Lbm1lrDV2vK/KqdgT5FUtbUFstLnyWEBC8WoCAEnhZSpZ
ioA72iMNlw1ltQr2aWAWshqaXJC9awYqwnB/oCcdv7HMIxKOrOFrN9uMGtAlaAOXIse3rSjl
UFxg2GB8n21rq+97UhEVLBcqs19S+FqWqq1/zaLZhy/7N63k2WB61aVno7DqRYTHq62bLMlG
sC12klZqsoruXW1GN1GtXrDd9o6A+69gZrb1DD16Y2APsWKRfsxYBHryGR89OsKgw0WtArBv
MEYv2RVyFLBrAJ34VskhWNdSKxHJbCqxMFtpIKsM8kiZ+OASeKSyvSz9/wAuxzTWAbAOzunQ
BsIRkpUQXUiKFhZmNe01cOwzWftZrfbLil0Ia9XD3VVV/wDreSvarcMUUPerlriZWgZdrTdj
f5FbTQO9NZqqSBVUoLSb0uKbGhuxtC7w2N4bFsssQZBTqAx7AEKO2ZgEHAhJiqCXRHKZReMB
cwgmH/qpyScRTkBuACWHUQnMOue/61krqvVjmAmZwQROo6oCGIxCw6fh/sxYLAIhEpLF3UFa
ayxatckL2crOSzYD05NQYiMHJUDFNfll1Tq1DpYxVRaBUydSqew0Tc+rqJroBkVbQa0sJ2mQ
Bs9WT9lfBcxL0mutDbWJ5kMr+5Jigz8zozHBEVYVHVFwjAiJmHtCCIoh4IJABMxyHYzBB5Mw
+B2UZyTmHMUvn8NX/wCS0rkDJ+gnBmGYgmYPZH5F2DSVyy4gAEYEIqkFouAMJFGAfyCEqvsw
yWOH17QLSAkrJIFQYUnva/1r1SxtbZt1bavY0Mp9i7WbG9rLSbntsXXbvXRakw4gsTsXAFOy
wKsqzEI56mKhyVAAXMFaAjILrliogBjATAK8zHJC5BwiECBhkNkdjGJwTmI4BIUNWwBtECkL
1xGXB6/fp2ZSQVOYFbCqrSwFbT26qTisAS3BTP1KnsOJXQ7FkLoU6EVFjRoMa01a1B+q3WW2
vr0BJs3JVVRaobZbX8d9qKuteFu/Sq20Gp4w9VtcQnxuSKwSYVyqowiFg1LuwYnqVyOVBhY5
UYBY5/oIemMgjhQYUMCnt1adTgBskMQAYOxIdRCvaLXLBYCn/a4qTnKqjBHH27cdyStYJoqy
6UoqPpVMdjRsh1dgMyYAKiLW1g/VcuNKwhNbpMAQI1jV6dYVUVZj4IEFal8gz2q9iltlcNyS
wl7G6Cau3sapp9lXaq2+V1p2iwDKqadhi+vya9OtVu1CZT5gWXi1StZsvEFYdBUQehhSKhhR
jPEYREAIHEYDJAiqMdct/wBYTwrDt4z2CEjlS9GLKtZSW1bzBrXpF17+r6d5LadoI1bAK62c
amvYizPOPi3Wqsj6Lyig1qlSxagFFCEClRAoWFsT+sQriDmFST/1GyjW17elZXH1dmqXVlXG
IVaIrK3q9mywhVjKrAos6gS64VBNmtpgZmZkzPP94mAZ/XPwVUwqBP7Kt2ILDDLFc5DGZAOV
MIzEyYKbAbddCTUymmskBDkoYauPGpnjAgXEarkjE6iBRCsYNlRyFxBgAF7SoxB8E8nYr7G5
QDdiDYrgtUy32aJZr3+YbFbOKrxUb9LX2FHqwrJp0Goslbqa2X1+xZYykkY4bIN11dcdUaa1
5StdhHbPHEzAwILrO6zuILRDYZ5eC4nYGZ4+2CGyEMCMJ4zBSsCKIoBIOI3WAT8TMGIScdoC
cDmYMIJgBEPEzxznAzwAQ9jVKAMfDNxubIqq17MbH5bxkFq1YiqsAjrDY5DM5m6gVtOx1q21
wFvaq6/L3Uf5z1jHyp8NkwjINameGom2lEREdUJaKSTyYQRDfWhQBlCwKJ0WdVgAwDj47KYC
Acw/BEGRB2BMzBYBAwIyJnMwJ+QDg4mZxCJgCEQCMnYk5isM/wBMZdaK127DZdrF2vUGHkh8
EAzCgFkh/LKjAEGxx3pvUEbBYG1vI3reCg4hnBgndMvYgAtY2Ie4CqT0xABBr1ZHA/gZmDiY
EEHEzznjicTPJHP4gGCBAJgzmEnK5ELHAMJM7HJfCggh89yMTjKpMxzxt8tZp3XWaNZqfviD
ygqoADEwzABcKzE8FG7kM1WxjN4D1UkunrlrWlCMQ8z8Q8hqGM/VfFesybHTHxx8cfB/OZkz
tMn4zARAecwYhMGJiACMYA2QJ3AgaNYYOxmCIczImesDZmASVzK05pJa3EIGQ2I1gAsYkYyA
jLOp7KOeoxXgtgYP5IJLHAIzCBnWtTx3Ija16BZR9J64nFR+oPBhxMgTsIGMJhJE75ALYZis
NtYnmqjbVICN3WY+OckTGIAYPjHIMyYI/wCec4iIZY4rg6uAjA8mYmIeYQFYfiWfVKq/HWWl
loVW2kn7E3bxSBt3k6m7tdsAzAhHC4AxktiH8ngHOdklToOS5Cdd9VwhBX146motgEiFyIHO
C4gYTIE7CAmCHOSAYVUg0VmCpFmw9qPr7DPAczIndIHM7HAfANghuUHyrDasS3IQgw7TNPJZ
nzSy6wDXJur2NdaVKbNyIH6tiY5Pcg1CMgaKqVGtJZLbAiW7dl1lSPZL9iulbb7bG1dZNlNd
f1QCSvfgNyDMxs4JIhzhioFppdNapVs33wlhDVVH7evUF66AR+sBPAuP10n6yZGumTrVz9ZY
dbnxPPHZPG4jB5izBBhGYaqwG1nYjUqEbSqyNaoSsKo4zxGKEHrAoaBiF7kz9OmfrVQa1QA1
aRAgE6iYEKidBABGRTHDAs1iiikqYwGNqq6+U6CqPZbKa9b2FwD2Ndz1NrbyWmpyGYkRHyVM
yZmNzHyJfsV1M1pzq2vjYLdti9idNClfr3/9isDEImJmd4DmFsTuJ3BgbJbMLmZhMH55mDnB
yciBSR1AIUmFDOhnXEKkQ/lRziH5H8QJiHgIhssjMFBL2QJgbFoqr2b7LHYEwjB6kjkSvZta
vU2B06jt5QJftXvZQzKS642dpkrJYijkoPFXt7BJ1aPJEbBrYJfSwavsBOJ/X1hKCEqRnMwk
ysDosHUwoDDUsFSwVqJ1AgUGFBOqzqIABMCFVgrE8YnRZ0AJ/MxyxxGcwC0g02meOwA+aKuz
MX5FdpNpLQYAdlWfZyMKLbQi7+04mvqRyvcE4VQxp0brU/Rs7LrbKmqt3rc1JZ5sRL67TZa/
a3zACoXGnSwd2/szI9r0hKmzygDHSbtV1BhrnUiAcMrwBxAIVBnSFYMg+Rp5DhrLgRddPIcm
5QBsgxLCwLTsTC4Ea1RP2qxP2laeY5NpySzH4IBmBORPtCrmeNoajPEYzLStQMZsRVLMSANn
Z8UL7Gy//wAl1Y6bqttTo396Sq701GuoNM8uxA6pZGoQT9QRaVQ/VgmpUoGaU3LFaawD22hq
zktKGUH17sCIYIcwjMKmD45hBhBhj2OrG6zKvYYzlYz1kranUviebtMgFrlB7Vz/AAgwsB4E
JGRZsYF1ogvnnTPlTAOR8swVUZthxxLbFUV7Hc7u0tFSm7Zs1qEprhxPYVf7NkT1V3i2lAwy
AgrgtzCB1JaHJgXMOIt9TWbDBUtJzprl/YVhLQwgbI1berLb2rDEgu4IvYQXiG9BBchncQvP
KMCxGjYjIDBW3YI4FlDNFrRStbkePE6GdSI+urAVJkhAQoAWc5H5+eonUfwyZvX81VeNC8vc
9vMtVexe+xZ67TFNeYzoD3rJ9i6uzjB1QDZrWMUAOGAMdQIVbIVjPEVJBB2LvGut1FtlStRc
jCeoLHa9rglVyyAg6iKdkIoH4jTtM5AImZkg9+A3aMYtzKBsZgvhsaC7M7MYe0yRMc/WL45l
M2OpmFMwMCAQ8/zJAjsFWkG3byCCstqJmxrh6NfWqS204ra5cvagBvIbe6sVyQgKvp7Dh0fs
n5hOZezoH3L8Ubdjlry03b7GbQ1wa9hglO22F9USLfZZbbzX28uZoHttCFRPGDDWohUAhFyU
46gHqBOk6zrmdBOpxgQLglyIWaFiYGaf2CMq3JMyTMkTMDNiFuS2I9vUNsw7LYbYfH7GTfch
oo2lrNWzTYRGUEdSI+mxuZ2dFpwr1hg9IJ2NTyVnKFORp3u4oseqNegHlBUvLbVAbZrJ8Nli
p69pWSk2kD6/sK1W3QyWu7FmKk8LPVoPMAIcCM4ELxlJPVpggTHJMYnAg/MLKJ2BB5gJzyZ1
EwBOJhRMZCkGEJP77fDKTGbBcghgVi5LENlAcdAVtVK2alMaW4XUMCHE/soCwPdWDZUAE15O
zSE2LKQp9dQXsKK4c4KgdLD9Hpsdk10Aqwo7CWoCQRYnsVZdrVsFdps71V1llf8ATWv1qukL
w2kksxjOZ5GgtOFtUzK4J4K5hQiFWmGELTsoikAdxk2AQOpIwwYDI65P5/7BSQc9oCc5gtzO
5MsUk5XI6klqiChJZVE5x1yLEOvbhZRcwIJ+MZhZ0NdCsoqQBlJPsl679tBsWlbgUPDorqVx
LO2MfZQIUYkKRCJYCp2SzG1QJScqVCRexbVrNdWZkY5IcsIG5B6lRkg4gtIPlMNrY8rYNvYl
iYVBJUkivqPGwLDYDLWxgrq7FVE7DBdQSwJIUKGAAOCesLkRiTAvJxjC5LZhzk9sEjDKHAY6
rkAiu0rAcj8zPCs1ZrdXBzPfoV2dDYNutW3lSrOIWBLFIK8Fa7GfqIqiHImz18JSxyak6Vuw
uwQNOnLAkQuMBuVsyTgQlDFHYEAg9uvYQEQ8kZllpwNqsRb6SFeswlSNlmUFtkqll4B2EE/c
YFdnlra4tq9f2a1ZLGsVe2CrQ1GeEz9cZGsk8VceuMgMIEOZ+Y6KymtqW7BVTZTA2MRXreYI
KkqVYMPc6vlo0rxr7FD9gmZ14anMFDKQGgM5zzgxl+rIjNYAZUGW3X07LBXQKV7KS2VCVhQE
AYI2GT7OOoSxHN1nUnZsqhsS4PrOs8N5jWbCD9rEW3UYddPIqRx4AT4bADU5V2KN/uwFV4Zq
CYNENFzTYLVIBhsWG9RDek84guBnlUwMDDWsaoEmkCFCIRgHBl9TsEuspaqxXRi9YTeURLEs
BNiQX1WL7akVbmtYEfX3qjFtrLEcYEOTMYHMyYSM2HARla65lUnXunqcU2CXalVsanZqNasQ
7Uo9jCyLr3Vn9XtP0aMNr62a9WoSzRUk6g7NW8azbWeS5oCzDOJ2sEPMXOGTqQgaGisMK6xO
3AtKk22OwJJzChwQ2QoMFfIrwzIQO2J5GwS0LNHeM0ySqkiPSlou9daAdu+hwdTYWuu6mzX2
CZ0Fg3/WOLLq7QtWvtViim1p+y0r2qbXJ4yDBBgGwkCu9yUOZta7mld6nw+tsv8APXjqawTy
JgmA1AmxbQimyDlg1NYBqUgRjg2tWwLkszVoCGZXsFZS1WJZBOqxUWdMw1kA4DcCMPoFVS5y
A9YUMSWcAu4z3i2Hr52jW/ZGHbtwSpD/AJKHLrkBSIAMKWiqjB6EJ3NJK1p3yspVbWBtWwcy
/wATGp62COgXT9prXWXevei8rn57QjtLa66zShc71hrr10Ut6vZB2VwFyYcWKpFiJnKvat4d
uzLhia6j5Hz5OLSrx9TXeJq6wKatKlktxYKc3V67vW9NarahD2tG2WSHeMGy7l77gHstgdyW
G0x67KkNs4fIg4PCkgYia7PFpRQFxHGASYzEHLZLMJ3Oe5ytjZFsUoZtaFNkS231zrvUORYr
ja2/9Kb1dB3ZW9bQX1q7K6WWcAnEa6hA+5qCXew1BNj2WF0lxVdZ3GudejS1hZ4f9Ca+yHHQ
5M+xOcQHIPacwjmxFZRq0gqEUcGeNWV6FE8HJr2EBrtIFXHCzsM/tBY2zkDYViWvUiwMzPcs
qa9ozNkmMWEVXMrqDkACW3LUg9kparersZq1YW0MJ0fJWdzCuQAQQmCWwTawHsaab6Arg0bF
3W1H7olbpZf4U13FrmuwN7WrZzZbYG8jwYMJMGGlqgMlllcSrywsr269dfg6YJQQrmdYByxA
IZhBYYrqYQuGUGdeegJCjJBUNiLXUS3YsBZkK5HjBIVFJVTOiTqVGxKiRYyHq4Br5A4xjIVS
Sq4BtrVj4yvg1spXUpJwLWzDknoTAcwNiMWJJEOMPbXXVfu22WUXWU2X3i9de0Z7Cpjm6ew1
dmo+v9xbWf2adldj11Ny3VPRZwSRAFBP/Y8HWKdvWKiVqeCRMmYyH/ZBZr8MQig5A64JAnkM
EZlAyTCxiviBmELEwy9l7BrKwdy0D9v7rtqZ+xXDckvsMzXG2VMziEQCf3UvUbFrIGrexQ9t
C071FjcEEZDLHfoP2a2nkUjspA6wFRO03NhrnI6imgX67o1dlfW2Cxsam4tNyewovG963xFS
1bau/sPGZnZR1JUqRiD8jsDW/W3QfFXck5YDsMFjgvcJ3xPJeS9thNYsBCqSOSCDHcieOtj4
a0ZdgKf26iVvrMNvUG+qMmq7AALk4JDTJMJUE4MKpnhoCCBjBwZTXMlQzsDqrme2Ia3XyX1r
Q6y1edpSoCTDqpbYAa6zBd2XY8lesAAF6dtEsV2NdLS9VlTLaxiKGqsNVb1bdd43NelERmex
USuwoFjrgc45yzAwv9fXPmtCtiEWkg7HX/2CHS91WpqwXsUEpB1wes2LfEh3bSr7Gw5SnZcJ
Sej1Koapnn6uYNciLVkNrVkNr04bXORXFrE5B7ZhEYtMDOZWvZ1AEdoMKG2RPYszbGp0AqsZ
XqsFikZly2dr9e3tmxSTaTywVbbG9izh1A609zNEnyHLTxBzbpgELtIX1nAFNqvY1vXoKFfJ
aq5kOQ5dS0IzMkTpk6FzVWUvarL5wA9wjNZg5AEK2Qq8a2hC92SxtYLRaYtZUgvk1s0RcQKc
4syC4g79iBmxsEuxhscFcYUs06nqbOwxEBmOak6r2AXGX8akeNDDTQVs1a+roQKLnUJYHUjI
t1iWu17pZUylh2gudbNi3yu4xNQ5Sgit+4wa+oRMKyJlmGOhB619txeynmY4BUTydiMQETvx
SmTrM9lOs4sTGIOQyTrGDYD2A2UXBnTZii5DT3at1IHYAq5Y9VwTwrYJ6mMuYcCMhMWosVAD
CxOz7NQn7loH7GJTaWfjrSvZ/wAAmVrMfGOJdVgMrIamZSliupQE21OosoSyWa9tcqWhhviu
u5kyNdylty9rPOwmvZ5UY/UpkhQTbWuRYudjoyDkKYwAf8D/ALAs3ZWJiN1b11wFWu5rtZyy
1+UCOBCAZgiFWxkiFmgE6xqxlUAhGYVzEVMsqQ+OuNcRDcSUtVoEDEa7QrkDXyRR1IqRSCRF
UKsIBKjA+OfjAMvpEOQa2AKWKwEuortH6wrn+imztbLKyoyEcgrLqyk1LbFcutiLZ2QNzcXR
kcqRbSychy4i9bFIWfXDACEZisJrOUNP2K7CqFcsB+IVBh4nYwkxyY79Z5CILlwehi9ALaLH
he2tv2CVRlZC/AWzK1WELWAXrrAV65+xlvuSOqkuVB/PIC8kfOZmEz8i6rqXBQrac13q3xwZ
uWCrVPYFqO+pYpYAZprIsDDwPUwVxbA57MEdjjNVoUsFMUcjlu2DkA4y3UGdEBq+p0OhqSvs
oBAhYAuxWXbLKP3rAP3D1XZVy61lWQGdTAzifVmwRMKZ+unYU61cbx9WW1WW20RO9xGq+RrY
CIqLkZIXA4H94BIXBHB+T8kAy+kgFSCjSu5gQVce27MwqWxqK2fXswjapNg1gAdivhV6Me6s
hDG+wI7NmBhGLNMLFZlL8QucL1iEA4LmvWZ30dO6gqWE7ztmMRFyS9VbA61QBoAnVVUMyqS2
S4JFvAvyosBICgf0cgFWnUA9sEOgAtUnKtPqoYGN5GjOIeIOIP8AgzDyLdckOpUo2J5eos2R
fcMgaVnTX2k+2gALC5qvwLlt6xwVK3Gti/eOMQ989ea/+xHLdTMmdmBQG1tX19jyuiqsWW0r
DtawjbdAg2ncn9kDs4gdZ2BBcCGhcHXPYp0D1tkVCCgMFq6jkTyETylp2sLKHJaqx4aBGqYx
lcMvcMpLzDxqiVPLZgHwPnn+VlIcNrlRu3WVqRgVuQfXsLNfZ1k70VjG4pVtMh6r1CjLsL6u
sIYM5IXPAPBVgGAYAYIAAGM+nq1rC1yKrWWtLHoLgp3RniW7Ac7N2bbXEFl+S90DWmUOe1lh
Vgcx1yQjqAjiYxESl18FRh168CvEFZwFIC9VDhTGRevBK8IwiNBPzB8mH/gZQR7DXPkWpQT2
M9VYptvBbbNYxs1eVNchHtBz3QAse3XETqygBpkFiggYA4BgpZ5ZX47fUnrc9QhRwxHWF+7t
eQ30EIDkEljgwhMqAVSs9tjIdAcsh7Yy2VjPz2IKXlowPUucm0hmsbHBCMRAvYdSjP8AVfII
pOYB/M/yP49gD5SFFfldbPWP127baBdWurbU+sajtjpsLYLNZeYyNlgpGeWH1Q8HOHMBeV1P
YW9NcyanrbkuJ44CvZU0FdDnwIx6lDZlIbFBWw5a58VvZa6JWi2J3BpOPGYaBg1GKjBiIhOT
Y6juHCAscEQLiDBBT7deAmSVwFcrOMj5xMfGJ1mJj44nEODNinzJapQ21c0a2Nrf07UZm5p3
tgL7DFra9qq2yniOB1blMAnsik2AECxgqEBwoPp62r13tgNrQVvGrUw1rXFAU5LfH2MdQ08Y
jVdoi9V5zADjpmMDkfh1Vh42wqgBlBDVGGuyIpx2VYCG+OIcENSMBGA/uZxO4huAhvxDsTzN
PMc+ZiC7GdmMLMYDO0teGhHS0trXa21lq85v9drXGz1t9YuAUfclr7uosZYzHoQxaig2g1Ct
3IUJUxHhXyisBegj9OuGMWpwTrM0XUQRtfgUOT+son6qEDXQQVIIFWYWYA+SAY1fLBlIYYM5
+WLY8hYpy3IOeMjJn4+LHCo+8pZbSytcixt7WWN7ECH2T5Psrs//AEtnI9hcI3srgR7G+Nvb
IP72wZZZtXumzsJr7LvY3qqGbZH4EUnHs9P9ir9Uk1ahe26l0fCqlCF7Kq0qRRl85BYz1qF9
wqZ4maCpRAMQCF6w2Jj+J/mYRmNUCSrKcZnI+BxGrUjAE7Yn5OeM8NwbvZWOx3LxWLyGa9ip
Z2g8hZaLJ4xjwqzmhOi1VBei9gyKAiheqiY5JIjcv6hESrEEAyJv6PeMGRrbCzs4xq1hQcCF
fqTLiAPSqCBB/B6ksmMA/wDCPjmWbVFc/ZveNVbZErRAQJmcQTtOMuyLFsDEfmA8uuC9GIKm
Mro6jgnkzqpg5ZVxCTDgAq2QIMwZ74wTkFexGgoFJzheQPwYeZ7bWKuyjNSlrK6ygYnCg9TZ
hXOW9fT4qB/DsMlwIGBM/rE5+GdFh2tcRt+hRZ7XqF9ttMRs+wtH6tthSqqkdkMDrOyzsGn5
hJAFhA7Mw/0YiutSDBCDAfrYAHtbB5WFhMckkAE5YgjuMhskuOztMnqgJA7ADrhyGUYJ0wBU
34GFghhlqo6b9Hit1UUVVZKpkuTmWfWtEV7xv6yKPaUiD2msR/8ARUn/AOjhU9nUWXc1nlVv
ZLdjdy+xuLP3N5o9/sBGssdhXe0GlvPKvWhRXp6qQYUZMyYwJhoQg6iQaxytQrJCzvUsNlWG
2KibK7LYla1MHYxLOxsuqQsXY3ACWHuR1L5PXuMFwYWYnkQjk465JmZ/RrGOpjoSpBRNNDdd
SoRYFGBDDHJM9j1u3VRVUHqv1wfubm+9Wta20NTYM/8Am7bSnQvre1krrLNYalAXKlqfVBYu
pRDo6uf0dbK6uqswFhJnMyZ+IQTADi92ULectbesN2xK123Ko7V+IgspyakLCnm3y9mutBw1
gCfUtQCrl5Z+VBcitTMtgfmvspyAFB8YRDOitBXCjLOTCBFU5qoawr6zYatfXa9aoqoCeF/H
OWPLnE39pdejUGWs5i4JJJJb60OXv9WrFgQYIZ7FF/VIUTX+zDBvqJ8WcEnMwTHV2BfYRRu1
AjYoedlAYsQw24wvw9jiKr5C0ECign9Omdeox8YEIrxezCG1gRbaIWuYLUquhVoyMQwwvQBs
ZJXAxyiBDgZK4XLQWOR4y0r07XFXq7GievpU9EHwxGG/7HBgJznBsIEZyR7XY8t2uuEb8sql
UYMbOymoFrNOo1UcmBsQEEewrLa+y1YfVtwT2XZ1u3g7GZMd1CA3Kx9gUcbWoxFWo4sVEA3G
BO9WQd2skWq0Sx7A3/UZiWWiJYxb7EM1mHaxR5gD+yoXNdgKqgrAl1RI8liwjsGU2h1ZCHJP
Yk4IiqXOv6ykwaOrDqapK6WsIqhRkzIj2ogbbqEfeqQVbtV72cQMAZmWnJuL5at22VChQgDW
2DFNSGPemdVCzDaNIb3bBV95Zk+23VFm5sWjxxalEW+ylqPbXCV7+vYENdkesYu0EYbFG1SV
dymWQLYHJdwg2SYHZ2q1bREptEWpssuCVBnjTJswF3Vc2F1dNywwODE7AC+9WW/b7A3MVNgl
vrULf/O2Ra/r3Zk9QOq+p1FialCAIin+zgB7qVn7uuCd9Ox32Ja+5iutbay6KgN6+kyqqutr
D2KkQfhiZYQBsWda9dWNzgBVGYxLPYiJUF72alFdOu3rdd7Nz19uq3lIgWrK0A6/Qi27WesE
gQBhKrmQ17IK07uwi172u4Kq62aNDw6cOowh18KNaoRNdIKlQYILL2V2KnqckcgBhdqWowXY
WV0WO1fq2i+uSss+CLrIrbbBaCyj4xHsqrj+x1Vj+0jb+0wOzsvCS0VD1Si1j+haTXoYiUVV
/Lkha+C2YDwGHUmXuOu8WdqVwSexZQQuuO+4/wDn66qt9l6bap+wxR9yoq9Go4FWuT3KsyrY
KiuH1K7Bbq2JDU0YELXsdQl6Ea9z1Gn2MUJYviwLNbI6sGA+yWOILUzlBH2dcRvESUUwCoRn
1wRbUs/a4N9zHteZ+vWwSrXUBKmiqoHE2tpddbN2+5lpuYDQ2Glfq7cp61QV0NdYtFKwKoH8
MD4ZofywOOZlYXAW+3qSTtOzVoWJaNyaSVm51I9JWr34GNysI+yHW6ssy9sBNq8N5+4JIgsy
AV62a9LB6ji6qvrkgJcyxblY07d1LauyNmrExCoMsqBD1y2xKollTi4V1jzKs8tKr+6sTZJH
lQzFhmGBFZyb6gRvUgjepM6DJqqYhEEJMx8Y/wCI8mrsxdYysAwAGzbgdrbbvGadS1hYac+J
7ArDYHRwXPqmTXRt9mFvtOq7dy22IOwFbmWo1bJc4Nezk1bVRRSWBYdg3DUU2Lbo2Qh62Ww9
k2SANpQ1Htrgarq7RiMs3Ubu5taGlSLKfGESqyNWssDCVOQ1lxU1bttTPdcTVa0rFtpNTk1V
1VCZnM/E/Mz8k/A/hmMQAzEog6qwzDiW8HdtLNoW199/cqbWZT49XJjUWRvzUnVtra8Ntt72
gct4bjDU6Su62qDapsU6qMuxUylPIpo2mV02VcHiM2AjkE9bFt0KXlmpsVGuxca9g7iwgVew
MSxLBdrraLtZ65grMWhCvV2SskaVnSrUE2aKklFqVmumjZZfW6qstKrPCBCuZ/cBnBPzn+GR
O4E7iW7dNU3fY9lqINXbE865axSLbBNvm7TQ4ufsbqvGgsZXfZDIoy9SlrL6TZbTq0CVoiIS
ZYO9tmqhDVMWFlgSu63p1pcPQ6RWYrQzrWydyhwFJhgIJ2kqJrp8UqbuE1rg9VaVocQjh9ao
l6HUfrnrdSSwRMrVQRdRVaGquJD31yrbvzqtruBjJXBmfkkA9hCwhtURtkCHcTLb9YK76uat
lrn2r/FDY2dYG/byAuzsGsMbr21de2tHs+7gFqsBCost3Nbul6FXrJZ7TNOvrVUymWN4qztO
zLfQYWHZm7IikM2nXcgqUVvTT1NaMGRkfWtNYWzsoFYAwAiu5r0bCtnqWZ6vVVgJqa6iqjxH
ExCIY7q8B6TNeBsUFV2lYHeAWzb8sNPlNWniPf4G17N21HsWlDYinY26tcU79qbI9rqtH9tY
xs9hYFO5YwbY2GmbnIRoVxEPU12dC7EtYWA9bqpXXYeGCsUVVm5sVqikKPGTZVyKx2usDMNp
GNqkIOvZ/XJkUAC65l8RfIHaU9+tgOKQ3ahe62EAHs1JRsAKpQVk3dVWtnB0v1XiqiQNiDmA
THwBD8ERqK2H6deW01z41CGmhSq1lTVWsIRoWVWraqwqcGzrN627yB3smRnOTyQpwAMRicKS
I7kKDy3aD8jg0p5r616i3Ea6pjff4qzhrvKbIAzRF+unV99xyleygAwymoK7oi0VV4F97sbT
0SKD21STLQGACyqzoGtsCVupW2tLFsQia5ALVpZAW8y19ZTu20nV3VtgPKmcGcfGPgiYhXMI
xPGrQo6B6+4alS5p+5opWeIif65IqWX1qwtDpaG4JnblGLCH8ZAhAx4gsXqCcRhgeuoAghIL
7LNU1ltlzORilkWd0Cps02PRmuzcsDWX9DLR9Nas9izEKB5PsI4Pc9QNchY+GgQiWE+MGyUZ
EyIwDrXRFWypq60RtmlLGoreuH6jU3nWfvrmrZSyZ+M/JHwwzCpWA5ltbFSrGKXWG1xHuulg
2TNfSdmsBI262r3R2g4IQMQSrBmmTgkQMIWJhXCsEZtbFt6qEUHhxzu1sLV+pL9Rm3xomTgh
e5dHsyFqUy0qbqwFJZq6y6hyytV9smzxylkVhlzYqy1SFD9p4zFOAOF1/wDs9ddgfScArhjU
MMGDKWyrdZXsNnV2e4zP6+M/GIRmHiAzAIasGNWCF1K1dddFKqACcD3YxsAjCARlIZPoFsfv
gzsBGZcI/aV6e3YV9QolOs2vZ2yyjAJntF7thQKwSzgSsAkLkKT0fOKXHjZqy9eGe1nZ7OzN
rgPW48bdWyozZUSJ50MssqsTkxGaAMwz0msoZxxM5jIryzWdJgM1lYAdFA74NFuRr7ZEBgPO
fgY+MQjIK4n4nEKzHIEAhE9nX5b2pas5MZvsq2GGixpVTZYafVWE6/rdVLL9c1NReL68AHac
rcjZOfqWwdu0qKR3rGMsMsqkFexFVnS7arYMj9Fs7CKSA/1UYDV8VWkGZ+qFiU4BPYBTFYrO
oMotDDrma9JDBgRAJjEsqR5bRaiuGhJikrK7pTsvW1VqWKDAfjM/uYhUTkHMwDAJiGb9TApQ
l9FvrHUaOj0ZNbXrbqmCjaexW4deoEEsoel67PIm1bm8f9D/ANS4B2mylCkU9x27EQEwtlbV
cOHa1bjhhgsMsNlutCsMqVxaUEJUmtOwNeCzusUrMlYAAtZ5rsDHVV+hBgJMHzzi3VSw7tOz
rOb8gbDSm4GtSVlO4rnzLAxg+f6hXMKERWgwZjPwe2SBOJgTBhl1K3JTbZp3Ky2L+BmH8b9f
jtTPTM6ntsVO9akLCW8v4Uscqyhs9l+6MUBmCtgOBtWdjWoDMxJtfsqsZUUBY9UwWmcBmyyc
hS0Vlym5sVmrdDoMMAZxMTEIltSWp7H1tmucYgbq1G0oIx0psZGqvDoGEyTB8D4xGWf9YrZH
wwEIjsQ3wfzsa63KtlmpYli2LmYE9snFLBqoRzYrlq6wKORYBlGR+rLmIhwHVLCtjNWubCwl
mC5BUu6Cd+UUQkKGZTAAWLHr2iAtFUEohJKo81VYVajfXAhBEE4+CIwBHsPXms5QSyvEr2mq
n7FZDvaVW61JqewbFdy2KD8Cf3CoIVevziESxMivJEIzMS6lLVRrdS1SrLPY15p1bvoMwEqL
nCItprCq7sK3qAbAZFgZwdhDiiztRsZwhUHGTsMxsyVnJCqY/UO2BAVzYwUsSy1DoVUdq+ub
VUJrH/PWGK/hhBxDGjHE/M9j6/A7NUAS5VSJ69mc36Nilu+dP2DVGm1bAG/hzBmISfkzEcFS
MQ/B5ltK2pqm2q4TYTvRQcXLkDOJssTVcTKslti21nC5BLKFXsly4SjmrYVARF6YsJ7ElpiC
1FmSq8EqzYYAugVz1wEwoqyGt+0oTK1fgTMzCQQWKwsIzdjkhcnPs9JAKcg2ZD+rP36Dtu6V
RHkbtpbtinX2ktUMZmZ+BMYMxOYYRwoxCRPwYBmFckDAIzHrZNpM9AAJsr9LXydbCsKqiAqY
9pdWLTs29rrGsGta2dlcAOyinKiwHtjks2T/ANioCKOMqqg/aqpoQGsOMU9TLM9tdDkqCFbE
zMmdhCcxxgK3JaCbq96fFaqim6w6a9a670Ybj5rZgCp+uvuOh1/YUuAYDwDM/A+DBMTbZhTS
WS3BhBhZUAwZj49jxtVgqCeLx/lai+P1qWWtsbdNC7W/fcbHwwOI7FprdvLsLzwoADVkTIAZ
hhQC2DFUBckzDE9QEUspDYi4VE699dR8EZAOCTmYh4hOYUzCWDEgyxC6OGD0VdWsB6vawcbL
XPs/Wypz4vIuVcTS9irBWBIyZg/Gef4XVC1BookAwCs365rHFfx7lPrrjNLTYwabDmrX3bET
JIZlw2c9SIqsBSoV76817C9alP3uOHPIwMuowpKtkkKo664JcZwVAldRUtjGtmVIOohIj4wG
In5jGHicn4KGKeWxM5FwDLtU9FQ2CbynsmWHU9a2ZJXsIs0d7D1nK5Ah4H9j8fwPEzMxgrDg
T8kz2bKbNX764PDEdbGbFGViYy5GQrqCFRTXksRlTYarC7gHFlv/AFVjOxB7KYAxiYKgqDSq
dUZezAZUgx8sNZD1XhWbkGcTAM7dZmH8gcH44wfz/XJO82CVcjY0rbdXS9Qub/TV9bdS6mAC
UXfr26W4ltQf4YRQwPxj4/ojAN9QLbdCw79U/esytuxY25QwbULJYOYVBFiZrrOWxypylhyw
/JZOwVXOoR0sJ7nqst/6kKpbtlDkNOgIqoXv4WsYVvWSoYsCsrDLZSuFLYCqM4E4M4EbBmeo
GSccH8iMYYTicCWqHsqpDXAnpUJznAzteoptFlVtT+mepVUGAfHP8riwS1WZ0ockaDFK9FFC
VrWN1A1DHxW0sWrblUAwgxackqSI5ADdiq9wawBda4VluDMDl6a2uFPrR129Hg0vXPIuFUtN
epUXVIFjqry7STq9DZpHa2oYjCc4GTB9Q35xOgMAZYx+sPAY4g5BIIyYdNrDVQtSgZIAAAhz
ADGoqeCtSQuIP4mf1zCuQaUJVMQzExGUFL07HVIhwTgpYT0u5wD9lVGlmMAqq1L2BBM79DjM
0iHCHAesMN3VZGKhLKGDGtAy69WCIRCgM8a5CzGYYW6jtOTAnIGIfxaOe2RPGCXqwQeMCE/F
SiYhWYnUQLiACCZ+B/A/OPj+gJiHyFt2gSruNlhibClbPYV+O9SDOpM6Hs1TTx4tr/APlFmi
VSrsCr9ZVcrqCSbaBYt+k7jVoftr0msjBg4+TOZ+IeYFnjBIUCCEQy3gBiIMsQMAjIaoEunU
wE5rcELCJiAcgTEx8Zg+MH4P8B/GxA6jP7Q5V6q2PtdfvRrqyg1oG1qb77LfUIabda+hv/G1
b4fzXFSxzVcUsTDJWQYAMYBlurSrNYta12hh+Zg/BEMJgmJiCZEBEIjDMKHsAB8AfBGZ4Bnx
AQVcqCJmGAgfHEE+mfpB0n0n0n0n0n0n0g6T6Q9J9J9J9J9If1v2f8YPBnZ8PgP6XUfqddPx
eBvFNvxeBv1ex/U6t+vF/Tx/6WNX9fxJ4cnxYHij+LoPB+vr/rxPHj6T/Of5w+OHxz/Of5z/
ADx/nP8AOf5w+PB8UPiwPFn/ADwPHP8AOf5z/Of5z/ODxz/Of5w+Of5z/Of5z//aAAgBAgIG
PwBMH//aAAgBAwIGPwBMH//aAAgBAQEGPwDpuiQWB3rtES61WkSaakox5jgA0qxQiQZEux1D
euhGUcgQcTlZCFuorGpO+iEycokOwNf8PuqNpR2NVvTyX/jSOMibyekVgwGy/tICQ1oX/Ehm
H5ZtOJt6aEJkSjItGQ8r3ECRiQ4Ld7yOhzZUqnJ8XgU6H8O/+wmvg3VT96urqpdXKuVcq5T6
BMKqtNFk2QRiIASNgdyylQ6IRFHF+pMKgmo+VYwoRcbPKXGAYtwEPr6WCwIDxe10CIyD2aro
xMCDECcaXJ7cEeRzSYSgXgda91GEhlN2lLX6cSolhIksI6SA7kFl2hLQiyxiKXI0TFn/AHrb
uW/YnkfEFT/9GZ1tWzwa0Ccv/wCqkxLDQujO7eOqymCTs3FYxDNt0K5cagO2XpFRlOVQHxXF
EQLkEjXyZwX0nJ+nWL9pCWOcjSRbykRLsxPD1hUqWCBieLvAbkObEsSXbTE91GXKjiAf5nLJ
qH4fqcvHNEAky1kdfZRfTVERh4yuIjqjT/bD4NuigdWYriJfdRV/atVZ1QdFum3jTgV2lMKA
AriNR3UwqNQUB2T3gDoomJOdqntIiZ9KIrb0sF2QANOpCIHCW+5GHMAZw2137SOJ/mD93EhM
c0ymSHh4sUXq5d9h7Sdjs/XiUzEvxUB7QTtQhEA1LZeIoNQ6URyByewCaMgT9nxKUqER1Fll
of0TpmL9SJMSwWImHGhofeX7P0dFUsFRFg+5bDvVVs/2AqQdif2J5kmWtTVYxBYHhL19VHly
rKNXucVMyjoSCdD3FIigBqdPRQnSMmLCtfdQIJuSWbT0k8gcjYuHt5slGpjGgkTWj8Sly3YZ
UO2ingQza0/Cj9U1NTtA85GQoHYDd5yGQAb93EiJW7viR+nLHcFGEwTyw7ykBc+jJHlyni4p
F3/LQEKjd+gMIxMmvIWCmebwwNYG0/kTn/UcwVpUMiPqyL6m6YyfeiJ8uPMO1nP4JrGGYbux
B+CfGiYF2voR6kuNNzZMbtf4VSX6+sgIFyQS1NPW/SNc7Fs6KfpjGNWNab19SRMfOFR6KAlJ
4jXVSjICQIppjTurEg4s7/hUheEgMtlOzigzRb7D50kwPGxcjeO7kiIkyANZA1qoEEyDNJ2d
A2AINa6o0d9f4VjUycgg1HsKAnwgPWwlEoydwTbb5CAIqTxA6BQnHs0shUYsH2rGMnetUS8R
Edk48dfOWRvbZ4TIxjfUWJQxGYn2omoCEzzCTqA+I9DjQpSNunT7H+RATq1nqPV4uWgKkCup
b0OblyuZBcUp7Hzk/wASaUpNtMifxIGJyagNP0n7/At4Ff0MzE1MjrvRBJOpGlFJw4+1EAtG
lWd08Xy0VSwADjai5ZkMxwi0jRShGoDAaWOaBIbaPR4kZCgZDOPDqTRc2XMPCLaXHlICE2xd
w+SjKUt2O0tJT5hgYl6eJHlEvFiRkarlxEmlaY1TA4i4IQ4pONXYP3EIPkLE38I8nlTGfe+V
CU6zq5TQDkq9tE3S5TW36e6uAuVVk4kYgaFjFYzgJRHeiE8X3ggj/YLJnotoVem/hEyZhJiN
L491OLP4lISF9lE8aCNB40Muy21SFwyI20O1CJpIHWtEQ7vchQaspBiN6qaokmpIclSj2qWr
Vc2NKi11yBQGRGnqoYF9qhPEvIICcWbhJH/UT55cmMXBl8KEJwBAIGT0LntJoARLvTwW5deb
OkQnIbmc3ikWrVMLlBrp2rtCMtmjoR5c2y3UHpKfKnNzFq/Ks4ScbCHRlKJLUlOPCPYWPJnj
ixfd2lCWRqGmDxO/pI8yMMyRxAfIssTEG4iWdOZmeVQJCsfN/wBlsrsr03Kz+AzYvI63qhQu
TUDcjEEgUo4f0JZLiuagdSAoRQN1omwNESC1aIsW36qVabEANzBlJr0IbcjfIEWUDGrxqXxL
rEBgaGT7fKkoCTkAWcfMhCNCSxAKjkAaADbX1lzeYTWjHeSiJcUnETE9alHFpAO2xgiIsGDM
3lcKY9JkzkWCl/q+aHjFxGOtO1wyRmeFqCKkR3KEnhHq5ImRd7EH5V2mYPVNeJBqFh/pjiR2
jSXxInmmMiS+QYHzYLG2wS4XQ/0/KJzl2q90IyYmMQHlfiA4ocWCeTtayxhPjPi96KHLEchQ
B6ugZxMDsP8AthiGeRrRm7XYQEqUq1kQSz2EQB7U/wCYgCHlo6LeNNp/6JyKCzUQNgf2p7ub
m7Og1Yi5KjhTELHU/s7yhqXY6rlEAXcqWTNRy1vRXKjHhBc9anNgwje+iNANrKXMi4yeu5Ak
PKV9qlKRbGDkdXEsha9dyDHxoC/WpOKEH9iBxJFZFzlIRRAGBkcRJ+Ivw91R5QBkIccpEuPL
4F9bmjICkCBgR60MVhUgBql1kZmOwCvyo80G9cw8QPTX04y4TQvlJz6OaB5YPAKf0OZ/8iJk
OLmHic28lDktlAs4IevpIT5MwYPSJdwe1lHtITlw8s93aU40YhlCe0V8NvDf9K6PDkX2+kmN
z40aMNyyOtlcMmBrdFzRWJjoKIRswdwsmoN10AoiJriST1oEOTEuWouWXbX7lJ6EoGNcQXOx
NEMZlixoUQQ1NEeXGpZBg0g/X6Kk3k1Ri5AJfFXJeweyfVEDUMpRj2RRnMKKMiHiO1f5UMJy
wsJDzvkQhyzmIAuJihJ85A8zljE+SWK4raC7+ahHmiQhIdmot2U3MhJhbAN70sFjDlNHUyrL
8aGFDLtFuGnqppc2MSLqP0ebCRB4eIVfzUeXJqFNCBnMWAsgJhpbEWVDVXCqR0V6G8Fv05lC
taghqcS0HWizCtSC6Z6akqtRs1USCWlYbEYk1RIBeNOtPSyd3yeiAvuQiwYRDglvhyRANAbj
cuU3ECPGg7P96kWFaFtVGGziIURYykGG5+JSFiRRgpAB5CVOtSkzWdM/WVkTQVdFq4kOetCn
jXMoCAXcv7s4xUsXs7ByfhUeXjjHl6MYv/iJjV6CLG/moCzassheNXu57qecwBJrunlzZTe0
Yxf3sllzIGAADES7XpQTcuADfrxKX0jkCMouWc+R/wDGoSgDEyYyc9gg+bFRlzC5YOAN3lIC
IZvAIdkxIVTXYqJgR1JyfvTiiYmuiumNOm/g1ou3H7Qu0PtXaH29LdDAly9HoRHPsxVBQGyY
Aitf1wTkUN0Dcv8AsQlF6NZCMwHLB+tAwuRVEnYyBNBs1TRJJFQpkyqYVr/AjDygQw3hRoWj
r1ITpSx6lk7sdoUgL060AOLEODu76iWDih3qbdbdfkqbChAZOQ64ma/iRA7NDvoi5pFSh5QN
NTRSgS8RQh29JZkPGdnrIKM2aUTtqYntISNQTcXdS0zHCTtWRlkQSGG7hRJDeTEFiUZTaIbh
Go/xJKpB6l9Q2AF0YRIrrTtd3iUJSNSKkKhHQ0Q+8q7IVfamCMoEvc1qG8lHiY7LIF1cO12Q
Bi76iroZCpo+x1Qur9QTjS/RWGQ60BOBD+P8SBfF9tEZk8MQ5O5PyeXlHyjT1llzZF/JjREg
s+hYrtMOpEx7W9AORsYqWc3idDVOEyIcBu9XhHF5UVLB60cgW70+2tNXofmTkMNrEEed2kMZ
OTYVJQPMkS9mBACyB08aAc02BcdYvQ7giZDs0AAReJdmUiIkjEMI9ajLaKbVECgmdUcWieyG
+JM5e5N/wokdqVPJp6y+oAI5SIA2DsqJ1jIHxHtIg3ABUxcEKMwaE00qhmxMR1qMYENXJhUI
Vqbo8wCoBcgA6ekpOzuWiL+ujzeXTAiPWfJREolh3qaeujjT/eowxJBoDZERBfIWHqy99Dlc
vj55HFzZcRiD/dQ7iHL5hkSKmQLFSwJ+mTSQ4g3+Gp/6fnEkyi8ZRBHFHsZr6Upa8UTVmKhL
kyMZRgIEP/LI9BUIkdRuQ+oeqNPxYrF6aqpbYnzrsTnqAdYmgA0Rf71iTWyZgWtRGQGJHZOi
znbaflT5cRLABFiJPQIATENW2p5xEx5QQeWL6LQgC5f5V2bLFg1kwsqlkG6Nya2/wC4sbk5D
38PLWH3jVuJSBDl7W+FOGiSwFCb+TlJUoDo7uhSgFBv9pZE5SJcDq7ndTnroiAK8slpH+Jbz
cPdVcOOv4lI5CtA+xdTYkb1GQvAvWqiAz1JIUjqA3WWQk99m9FhRiw3lSEndqFyhKJy4TV9i
kO1IhgaPj3lxAhqgGqMS9daoRbHItapVmP3LHEEGhNq91PzCAZEuGAbyOOOSjB2q5IsQPRUa
MTqDvXFASnEipvTiQEg7FxpVcwgECJ4CbOpSJeZrOZ+GKlD/AEsDIxPFIiiOUAY2lyzF8o95
GPL5I5XNlSUhGpy4e/Nc3mTAykbntIg1idu1SkPEE5q+2rIwpKLVcV9FEMAdGRjcbVUIfuRN
3s2xOSwDkhYsaXLqJ5QetMtPSxzQyIyFDsRP2ICNDHT5kDIB9rMFxWa2i7IZBnrcPRWdOGCL
MZI5waI11TioVLJj0706JIAd6GtOBBwTQvKoqnelXUWjIjTq9ZDE1sQjHUyADoRldzS4KI7I
2hEiwNHG3ylEkO4JpRZE5DQEIEUIt/EnyLkts91ADxoTxxIpHX11jJnvI7UISAxiQQRuU5aF
n3MiYGgoaIRIAMXAp5XazQ5rsQGG90Q4DWTmTNbaXWTMIuxLbEMmIJsiJUpfcjzOWM37orKi
xJJ2CoZv8SMEI1lIsGbaVFwqI4gAyuyIl2Qh/wCPIQk9aM/rYzRM2MiX+oTkR/0VCcTy/qUE
no4Po5rKgmNg/ooTB4LFm+ZCrvoap2Y6o6bAtsjqU9gdH2I1d1S4QbS3QXHjWEWo9etEnVbf
9yYdQXFYBAizWRTBCrFbt62K16IASaNwzpxMvoxQJnlHUdJstykQHEjxRIfyOz/aIOBGIsNa
d/tIY9ZBDet3lGvDG1Bf/LRJJYMdGRmRQGztRRxDl3v7qJLgHugbPKkjUg0aKZ2kdQgHqDTz
nRZnFwiN7Lht1nT1UGrSh3+cmDNq6IYEC4FFNgRmQboxsev40ZSo4pXIKo0qViA4AbYx8pCX
MoQC0QTZYYhmoTtUAQCA7r6bkZfb7KERVrFqqPO5UQZgNMF+L0f7tQm2PPmGa4QB3OpctiAK
PVMC5QAqSqqtnFruOyuZy3JIGNnqUIgZTBNzwoVA2xFnQIl1xbQoWi91jSQFSbfEiYh2NVkQ
6YURb9isHP3LI1KIF0MhUG6e+5VDFMCw1KD1sECuGu5WvdG25AgB9VsJtVB6prJgFUKxVkwu
rOuFyxuCI2Me1L1EH4iXdw9JcPbQE3k1hoPRiialxSjU8mUU5cvoFQNUMCi3iCcXH7UBUWcN
q/ayQpls61iQ0dUa0NlIk0TBwBXrUmFw4WQprvopA0erlCtLUsjKj/uQOTGwZtfWVHrqFFuE
tfegzzZnJ3qTSEQdpj8yM7g0c7ws4yJeo2huJCcvEChzJHCNz1BBuIRNCpE0YH9ikIziKl3r
/l8Sqb+N/ZTgsaODv4USWjy3YEArMSE86CIKljPGJIpEt8cYoPSPdkf4M0JSDw3WQIBc7dye
ZahDEIykaWG9APwuGiyEcnOzrVF5LbFw8W0lAMw1W9dSJZyUXpT9qLHhK6ldCtUyZMv9yFST
vWTlcUg+9OJAjY4VFQq9VUrhqCT3cgCT/ecvNXvbRA3JoNiJYNqZCPuYwQDMB+/yk8Q50YIE
FmqS+KvusgW7LvvH+Yg0QKElkcjwnb8yBFNxWunUtu0lMSHal9EaVFnUhSmur+YmNTdvmQAL
G5LWRbiN6tYdtQPYiLFQETjHyt/ooynIHq4U0c5vtr+NHKMYkkE+Ieii4y604jEmwAWEuGOo
H4Vmb6KUpmlmpcoSAudWUpkD6knAxNbLB+Kd37rdnsKEiWiC5qTpjl/MkhzhzNjRgzBvVWMY
5CPfIyKznWG75EGDasiQdCfEycu6IAejuUCxDV2IEjijZ9UJEdab71evQ5umAQLV61XVbU5Y
N9q3hAG7rY4sqItUqtFQUTGyfxBV0VGJOxXrsVqalHcnLgA0APpeTihwuN6jVm060XD7tE4Y
hncaoOWkHBQBvI03AeQuE/qFkLHtHb7SEIhxd9UIkODcFEx4JbrIHlgTP3qsabFW4vtQoT1I
mFYnaK0TO29GLsCKSREiTsLVRAqALoRAxjsCGQy600Q3Tag/esiK/YmB3MozHFDVrBY1Odxq
AiQaXZlKRAjKRo+5VLnqBTxm48g2QlIY0qAfeQEATyyHI7Jb0k8iRXa/o91CEjmWLvvQxmQA
bHYfKXFzLD9nqpjKRQPKfGxgTQocufLEYx2U9ZAXGqyjF5A2T/ScfegWIlvuE5qeigVkydbG
2pwrXTWKrU71el1uWJrvZafYtH2po63ZEks2iqSRqtofqqPKkg5ESLVCOPF1UdGR5ZoRQ1+F
NgRSiMhE1Lp8T8qywJYEmmxY1BuJEOQoksIl7iqtp0O1ehyMTtCOMhuuPwoR0G2t1XSyIJf9
yu9bpgOvwXVFdkwi+1GGIEmYFwyyAMDM1iKv6yB5sTCMhwk1ifSwTSAlq2oWMXBGiaokSBY1
f1cFk5BF2RhzZRMIxBiSGKr4jon12hbugG5O2yaXAd+qp4ujrV/DqrWXDZBy2xO6vUKtV1Ky
c2O2vRdli96LElwTdOBq9ExFNJfrFV8Suq9DFPG+xAihTpui6cJlXoJlQBORjGwG1bvAMYyB
kLhVLBAZ+NqK/WVcHxqcTy6RIDvVZYSgNMmqiDI7Ym7Iwl2NYy4kDECL7B2n85E8yYbSLOPR
mieXw8yBqdv+HDJSiA+r70OZC5NtyMJSJAqPVKGnQ+iEJwMidG08pH6ZZ7iWiEJjLF2IKEQ4
cap9NoTpx0dSoXTv0UCfosqBOnKp0Vt0VqupMmKr0N0FUv4FFS6rr0dfQ5NNUJHsCw2+dLwK
ItICRoNqEsiai42lACwVZUVQ41RMY/YUT9xY/hTMzaprb1KXlXhtPlcKEZ3Gg09rFGRsbEaK
tIkMXrQ95EAcUmFLFz3e/wC4pQNJPYiqI3SZt5y8BtFWIPWE+IB3URlFw2m3zUH4dWPRfpYu
N6BD1rVbvBZl1Jr+FTor0MddVTpfwG6HZ26H6HkXA7qFKCngEm+nWhWndCjHQUc2Pop7dG9U
NCnJtVb00vsTSDj7ChyYgRETSRuX8pDlzDjfdPEVFvEo80PkDiS7M3fQ5pNZbfNCJfcPH6Kf
wWeoVXO9k5ud9GCexVlduhyHfb+hfwX6X6GH29NEyZrgsn/b0701ujrUYC5rLcAmTCqdMtm9
Bu7WXUieWOAikvJKkZxZj3qt6C2uqEOe8Rp5GKeV/sTCg2qrHqVU4DkJgPEjoXcJ40lIN40c
tGfxogHLBi290YxiCXNHBuMUOIP3gKIV8Aizhdr7l2hd7LCTygATlpVBqfoKU6G6X6X8C6IZ
P/7dNnTAMiy2nb4F+iiGzVczm3MqDq7KfVFrK6pUp5SYJxX9qIMSYyqC9kTbLTSiqLqyYh26
OELiqqBVUidpZEahczKLsOsqUYhotY0r+YpA367v6UYKbkaNH+ih4FfAcK3TUkeJPlRUOW4L
IBtg8CvRTpot+q2LZ0VW7ocoGQLG8moE4IRZV6W0v9iBB60N62FGI7crAXQjqAjuVCA+p2d5
UqVUVJb7VGRcykOGAIv3M+JRkCYFy5FSo8oDMSYvKhHp4fUQcV6aDxqqYdNbItcE/ei9ipGZ
aJoX3okVd7buzJANkWI8amKaVTG2nQyqOgb+ndoOi1FZMqh1QAeJOHIWMw2w6K/jRcim8K4P
jHQ7KlujtMjxLtAJydwVSybEx2FXdA18a4EXeJfiBsVlEkQJrEVD+UgRPGJDWQE7i6r9i2su
EAVuSqydGJnIPdBiZyNgVnKsj+xM7bUSztsRc8ILAMeH0OFcNA1zopF85R7JejrOc3JenkhD
HnmExWYIGnrSTDiJ7U2HzISBuqoP0khUXWqoiQiSQ9lwi+5Rg7kl2G5SIAMo6/0kYRADWNvS
UgCeIVQ4pdQXaJWqq58aoPvVmX/qrkDrQInIMqTK7b+JPmVSRVZkqspLiJKDPSyY80gHQGjK
pcnUpy6DZBtQU1SNpqqfZ0EGI61SIJQeA/YUxApsKFHTlz1qgbxqx+1OQ/WqU6KDor0ClrJm
dZAX7I1JWciTI3fToqiOWcYWNUDMAkL6PLoC+RHV2U2zQFftJA91GcS0gNNUMpCMyA8d6IJA
j3STdObbqqt1U306KVWwopiRmKgb+6qyJkGx+3JEyNQKKMnNpOaP7yMRUGhA7wR58mMbYkGS
AIYycNZb/Bt0VHRbop0Ho2joZbVXobVbk7ol7o6qi/ctR+krRruvqnsikB+JMnW5aIkNk32U
RDZBySmbxRFU4r5rIEB2qWoyoC4q4ohCZpoaS/Ehy51ltT66K1bIcuHDDUhZSJJ2JwKqWHbv
1IyJMpE5EdXEsu05ax9hZTIiD+uKydm7IYn1lKUmOIeJFHdEMwaodlHmAsxfafaQldwD0O6d
VVVwn7lWqqrKzKhdVHTZ1ZWVlUW8F06qFQI7vA4QuEsu1VVL73RAkRvdB5UFxt85XTmZAQ5Y
NT2upNoLLeVUcKYLIrEESzNRq3mo82dRGp395HAkAu+1vJQeTttTCoOwhSMIu33+0iIckgxv
RkCOWaa2UZSuzOhGRJfZon+nwksCmiTEnaE0DQaDVF4lpHilsfyVjGOMBc7/ACk8A/LgHlRi
W4uHiX0wQ0dDZZHEEsBT5ZTQZ2rGRDGkhj3pQVSKbQn1sGpdRe4FVZPZXVVwkeNVD9XSehwq
26KYkKoiqsqyA60wOR3VVb9F1dAmTApjzAqSdltW9XA6aqgVOi4WioVUpyb0A2oykXlKp6DK
XiTWC2NatChCAoShOYJMrN2gmEaEFzfRSuS/711X0QBcOWAuCfSxUQLCzhaqof70QKBWtqhi
SNydzT7k9TvTEAjYUcBi5fxoCVXqpCgLuHiD+JBqgCuiMrgmoazKjx3GhRpXa7/EgT2Twvv8
K58Ep1pj96pAfamkB4n+VVREsabQ6aJbqDK6Fapyeg8YylUjJ/dQJYv9y4baMgTTrV+hmfxK
sXXFAurEdFvAMjpVfUNokiATunNkxDMKVojKVSaCO34UHs5pogIirByb9JA4qyGx2PdRBIbY
QfiUCzAlsd0jjlxIHaHTjppRMPtV05LdH0waqUnoAWtsTOIl6lw5r3VGMazJbciR2SAav62O
GadyANboWxGqMZnifKL34RkgYlwyuqEsq/eqhMTXYrq9FRVCZ23Hoo42/rimFupM7dS4pU3B
UGUtKKtBsVbr/ejqCnq42Gq7My2pZAYfaFjqNVT7UK/o/oAVLa7eFCIvdEIRvSylM2sOtVrV
gNnnLKYBkajqPQxIC7QO5cwnSRyL3jI+b5CyxBjoK+12lFu1RjfXsoRlcAN0VVAnFVUfet+x
V8SIFVnffo6lGhcVdEmgD1ospRcQf7+yuSGOUQbUNCqir0BJy+FESAfSj1UYXFXTAN1Jugrr
XEeoKlroa9JALqoddh/GhwsVYKzLYrqlXVVfpYJ9U+3QLYycfoLoyOlVLmSYximHQ4vv2LAB
2em11CVZSiRQ9kVQqAaJjdB/EU0SHO5CYFZC3ZyZMRTQoEPEmxY0/wCIox5oyMGBk9FkNeii
4RrYBaNa1UcmlGIq9GTjxlCOQA71ez/iqJNIkZ/ejpohEgSyAkQ+joHsiRAP28KMR3R95Oas
cwq0egQI0er7Ar9DNdMwTApzdcKqbqhTqq3KqAMnAQr1ol0zo/rdbGV1Us1SqVG2yAei3oKy
f7lSnQzKy0CofuVCr1K4gw2uiM948XdRL01G1DCTE6GnRVPsR5sJlixx3hHl2mNdqcsSblO9
iyrpqEYO9OB6YyHkoxuQ9BuRyxLaOXQhENKJcydvRTc07rp4lwqJ3XEQBsRDsHsAgeXSJRlz
q10HFL01VmJtsiOyiRLHfpVDE5G9eGjIRZhfxqUz2pyq/s8KIBBloEK0lTT1u99RCbE0FLB3
4/AdOHZUVlYqoW5U1W1b9FWyqVQ9DEMgW6HNiqeKvQ6P3K9VtVm6HBZEE3VXO4XTAH/3TEU1
KrQDar1NhZGMw4N04BkCD9nkIc3lyJD8UTceisZ0xoCgqdGUe1tVRXVeaxcbUxBTkU2I8tiS
C50HFxLEjiZ6XKiZvESd/Ob2U4vGyOZYjTVRIs1UcSzuHT8wgmw6lYl/Gg7htFRPEOTosSGe
24hGJGZ0KBYMbKm03uEaUNATS/pJ45jmkOIxwxiY/wCJP/pqQlHEDiINeKXfVLphUqjD71oN
6LnqC3qqpXwLU6NiuepEaoNUqtXQcsWqqKpDJxQbdSnr1o7kdipdMapwXOzpqQE2TeJVPjRY
OdEPtCcU3Jn+1MQC/wCxZiPBK4+JfU5Z4JbNqxmaaHwMhUHtBVLx2jf3VQKg6kSO8Iu/sdpR
5kHzgAxGo8lQzGLGlRomFkBIPWiYHxJtFwhj3kGLHRCpZVL9BkCwAUdCHrqyBD1NgbLChbqL
e8gSx1sXj7yxu1MZHb/y0AXMjV7o7lenRZ9y4iAWqES7AonJwnBVTdEbNVSqqAfGuHS4VY+N
UC2N96NLoM7bysQR1lpLjlLxcIVn66pgGA2ptuqqWdO7BA33hMHYrHQ260KLhoqm62tvVFdt
aI6gKgCoA+9NY6rGXZ2pjxciRYg7/IQlGxqLoCVjZOK9Dsso9k9qKBCdQ5sbYsTo44kYik49
lAucoku50PD5K6uhrmyZy50Cc1GwoUAhHsj8SY63ai+7oORvQI7K16vSREiDISalFQENSp+W
KGrBydqjM6EkvfzMkASjViLuHcJ8m1ZGIcectqMZ1aoC3CwZAj7lvTGyLPWy7J+75lUeJBom
W1tyAk4J2qkq9aBybY7fMqEHxhNAhtXkD8KOLSPmoZxmANHTiMnF3KLC9sv4c085RHmxD/F9
NPmTuZOBKW8gCI9ucUxxyjcAu/q8v6ieHLPXLhQiwBHjVgn1TEq6rVMAyoH2qzJo1Oq4rbE1
gjGURIF2fRcJJxsA5/EhKdKVV32BOY03FHE12dGQ0uECNUOYB/VkmQGxkBMiPLJYv2rrAY01
ep7y60yoWQcuBsoqr/cqphZbFTXasZCuqmD2ci3i4FXU1Hj7Sjq9XegTCPFeUj3kQ4yFx1q5
6wt1ytS2qLiiyArZGUhiwoaoCJDixoHKMCQJGxuH7qbmgGJLPEaJoSIdmDEIShMg3D1qgZTc
HZRAfTzEbEXRHM5Jc7lxQECTYiqdyRoIu6eEebLroFkB9Is93PwJxz5lqCNNVxcwmqeMnbRr
ecnESH1ONUCZRG1/4M0XkWcWCeRdqgH+kuGMgBdgEC0iDtBZWYHZTwH6LJlZMqF+iqsx2hGX
LfLYsebAAPU6oRieIVIRlMOPs+BCrjWJLkJ4kBOAseYwJoQpcqLGJYkNYFRlzAGNN9eFCDOB
3o1HrZ4JhK6I8CnQxuUWrtCxtTeuZjWVWid5WRIETXHT0s8UH5hl9QdkDIA93j6DQZHUUKH0
nkLESTczkkSFzEoCUZAbWMliCRyz2pMR6sFw8yUYmz71x86RFyP6SdokAdvVGMTn1FDGB8ay
qNwKep6yUDGhGmib6QOwgpp8o5bmKBPKYmlW+ZNGIif3p6Ebq/iRMgKC+9DaUzUNbprjYUCR
kNiLAVow3qgxbUrIVI1RJAAoxTEUlb9c1tZUTG3QypRblvW/orRVLpzQBExNFWvUiJgEInkk
nZoV9PnQP09TJVAE5Vs0g3e+pkpRfLk3BTCXiKcBpHYvqZmT3JFfRQgAcjRwKe8hE9k1ZPKR
iBsCMjxQiHJHasp8vlmvLq+kvKw9BVYKluiqMhYAkncFOEr1JPV5OKMnaTOL1UzFyY8R6u0o
xxy5saEmwWRIMZdoNb/prcnFCmN9iOVYnRExgZNXhB/EiAOYCD2GHxZo4mUWIByPy5r6ZjnL
rQg4hoI9rVCRgASQ0mboZVnj4zGvqxmgOW3M3v8ANFD6koxke6OI+6uD7WKwnJpmgONA6MTz
IEjqBTZRbY4/CnuNiLJ2tqqVVinZjeyIo25VFFRtrPsQ4ra7D6yct4k3RYFPqreNF6hWdObp
x0O9CmW5UQo+1WHUuICQGkg6+r/p3iauLg/IhHm1YOQUZcsjAgFwK17iFKakKtX2oZRDD9cV
iQ43jRUEWG0oxnEcqTmNzjLE9+Xnof6n/TvIEj6nLfswJ/mYf8tOd1EyZMiDY0+1DA4ipkLp
hFizZOjIEGjMCDl3ezFDmcwOC5ANH9pTM2MG9WKGPZ0TghlwyrtRfiFQyxHBy4hvm76lHhAl
XJi7BYliNSAhg0TLvM5XDAykbkoZREo3bZ0ASoBq7K5D+dqpA80yHkhPyhjLbKqHFHZY/MiO
a1bEghOBGe6IY0WNIE2Mv6KcTB30AQxA66H8SYh+pf1UiuHlE+OnrIcEWIZw5IKcyMdaRouG
MpHaSqkCIFBFkSIie6SYQiDt2K9SnTgVX7UwV2iUwW1UCqEWTuqpwHV2dXIG1cUnBodqxNQf
sQlyiIya3UhEyeMgCYkAa91ASOJYH7U8S4GxMA5etaOeFOTiUDEB/uWQJ5c9g7J9RYT5g5uN
pNVUttTGh61fxp5cyP21RfmBhsXBxyJpEUPvIw/05Ylne9e7xrmykNGiWc17fFFCGJADu4Le
pNfVvzZzptEPInHhQaYkJMQPwoRMWixc7VgAYxFRVFiwOm/o3o/eqK1+i7LGVjdOA+4lYgAd
QZMfuTOS+9WeBu/EqQINWI/jwROTRvxweyIIgdQ4AXFCA8eKoIDrkgZCFNhr6vEmjGu9EiIc
/tQeJnMjsgU95FojlxRAjzCdCAPxYo4xk51kA3uzmnnIQwDyAAkq2VUGtqSnMrV4U8jayYWR
nLSw2qQMQAOzWvrIQxZ6A36DiB1lMabxVAli1im2okU2I5VDLLZtVPsCD/ciZxecIuGucePF
EgGURvsyMC8RJsQQvqAMTQgsR6yYFpai4CDDKzHeEI8yXEaiJaiAgaBnG1DmQJPJAqHYAppE
xkdH09JduTMX4iVd221+JcTEX2Gii5AD3KhjP6x1kageZGMsEYxOINwDSXmqOVAer/40eVEE
swIAe3uLlgAs1Hv6yuW2J9nQyom+0qllUUVfAfULauAPI6EomXLnHfCXvYp/qSDXE4ujGH+o
jTSUS3vLinyuYTQAlvwri5cNxdcUI77fKqRA2UCqB9ypEP1LZuFEdQEwbZdGTgFjR3UYk10x
o1VXoY1CYUQGqxMqlcTEb0/04vtZEwgIk6hEjoDJwTEjTamkMTt2pvs6LuqVKlLmFo6ISEiI
Nwx3L6gGYNwSgYks4JINm/s1jzAGN3RGkq/xICIJrQKPOrGEqGQuChy+fzMoeUQ8vbX8qQIa
sSx91HEfTk7uOz66PKkz6EEcXsqjP1FwU+JB2hj+JEyYDauI10O5XoLH+igKmTUi4P4kZ4gT
Mi5GobwGVAJDZsXDysTqSflzQyualDHslVITFAaK6r9ycAn7PmVQIjaSqFzuCdiq67VQAttA
TcyLDawHvRTwMTElgDxFEnlCQA0LICXJk+0GjIj6cw3UiSD93zqj+NvmXCHErp51aTtsRjUC
Q/o91R2HqTraVRdaMIGpFWujEAGRs9ZV8lMZMdhWMqFu1o6oiEUTdqqjAjQp7sLKhTgktdcQ
H2195GoIjdDlw7EC4ofeWNgNHopCMQ8bVNu9lwpjwnV628lCJb6m+g8ziX0+YMm7Mrs3oox5
pDaAgi6wkIyJ0NiPIR5n+neXKJcwfExft8CeLxloY0TGORIIG8j00fqSyNSXcMPJ/l8uaoaV
1p7+M0aAGVHBYP56jlEa7CH7vZkmLCJ7UWce8qBhoYt+NbGuHB+FRizA1iasXTAvuTmL9Sch
k8T1uFWQZVlkTYJzyhi2qLQIFn0CeTEX1+VOR411JkIiLx2vT3U8gQDscLJ32A1WNht/ooAz
Y6unEonxqtX2VRBNNXiVlCcYy0L0f1l2oTa4d3TkQAGrH2O0jIN4nQyLP9iYoBZEM2qeORFQ
W/jQBJ3Eo1dymF1l9gT7LJxEz1MtEZ2YW61GEuzEAjxpovh3iXssCQ4oG3dFEJVZ60XARMG+
33kxLGtWKpQD70Q5Y7mRFztKOR7dgGueHHtI5XOvX6ykLgd4vEfDJTES9Ra9UREtzImt/e4V
ZtknRAAJAoTb2+BH63KmTfOL8wAer2EJcmRnyzcHhlEhAHnnlyF48xpW8jmo82JEZSqIgipH
Fw+moxIZ6UL4+ypRkRQMwBfInuqObYnUgW9SU1HQVNWAp5MuZJNGsu9iX/AmFX0JAQfGJ8l/
ljJOKlxSjKMRWMauHp7yiQQfusnhLFtGVSJeJdmA2XRjIxBOyiNHezJgWNhlVk5mz3IoECKt
qnssgz2RFATuQGVLMKK5Y0q+qiJEElWNdllQFhsGnrKlfuVCW3WTFjoXdAmMSbMzuqREW2Bq
rEcsY7f1kmDg7AdiZzufVWombxolmawdFzvAKE5OI23erima+xbgqJhfVEktECp0RjyQB521
Sy4iwqbe6pBgCNj/AIpJhZ3feeyn1F1VERZjobImMRlsBohy5SlV3BrijcNs2J8j93urGIy2
HSSjypioDkC2S2sHtYow5ZMiC57wDeYjAkFw7ubxOXkovWrjRGTh9hGRRYyu5FvYijGMiR2X
i4b4P+mjlwxuTK7n/DjzE4FqAvQj11Hlc3I5WZpE+b2UOdOUszUcsBh5ndiiQGespPVBqY1y
HDb/ADP+mixOMjYHif14KoaUbC0j8CkCSD4jTvcSIuNGMfeVbmwf/wDaggIFolwR53rLCUYl
7HrThn2frFdkF7o90HdkjkfqeLFk4ePUVQuDtWM4Aa1HyKVGnbhP4UGnIdaxczck0qGKqLIk
2uBsZPEFhq7o1Lg9S7c91Uf5he4ugAQaeNULbQnEut0Xid7FkCIGW0uLe0mr6Ib5kLFrbvZR
0kA+1EAGtAjS2qaVRazFbOviVx94Hwr9i61S6qHXEH2DRNiAEYygCDclNGLNcDZ5qIjTySg9
43bVZBHV6VReLbJgkIuxHlahCUpU2oBwNX6kGlgB2VkeIm0hQej5aqBKMg7F/wCFERBeJcg2
bzEQQRiXJ80n+YhBw8hRAh4kVcA6J5VeLttJ7KzBqHc7uz2VYmRNFkTc6g18xCTPIChdmUS4
iS4uST7yb/1TnhHnUQIMvEB86x5gyGhNwExalmoyLFzY1FkSHcU2hcUsKvFmkH7vBlwKMmN2
dmp6maY9uNCEyZEp2VGQqx0IKMwMyauiDyy/UCjLCQNqaunlEbi9VlY7AqAiW8okgU23WQot
pWJDY66p8k8a/tWJd95RNcRYGrK4BNHsjV8a2YFkDI4jWhTxyI6iE5iANxd0TiA+0ogjEu/W
CmLgu+5k7UjfodPXpboJFj93ooVbegQesJx404LbtETGAmDoLpuXH6c3rGRb5lkAQdxEvwpu
ZF5KMOWQ4cGwb0VIgHJ3D6hkxk5N4blPAGLjJy9PjVC7d4vp5SjMNsPWFfGgFbFFww1bzipM
DupZREDKWNWJ18hYyodt1SIJiamoLfAj+ztD8tUp1V9yaez6hh7Sc38k9oekuKoN2HwrEScR
G75UAAZCxAoa+kryA1BDe3PBfTgXF7tdA7S0h1p4h9zsuLEbAC56KdFnVqJqutv3K1NhWOl3
XZrtWxUk+5YvWhPUncHemEr/AGKhJIufkVSa7A5PmoARPj/hyTZMDozoAZMdtfcyTZxbTb7y
7TsdEQ1CNOGR9nJUAgdD2viRERxMHINH8pVqg1zfoYOB4Va7k9xotmxllGh13q/FsT6rjiCd
uq4CQNifAMO8wB9JEuTkRRwak+XjGaYh1UZmThtyhMkAMIvVnTxiTDvbQVlEgRJrFvlRMaFt
fK9BF6GN2fi9NEDhyuw/iUjIkPJxK1fNRJOVLEhGINqu1j68lSte0A4b1JLq3LExiJC2Xe9a
KOPE1wQnNAdlkBKDVBvU/gRj9x/hTVIGgr/l5yUoYk8yYDVf1+yjIgjYa7O12UAISO0gJ8SB
v8Chsqp1uQHe0TG6Y1/YnEmVTVZcsu9vKCAIO97J7A31WQLh7gURDSluFFSBFaF9ixAAADUM
WLcfZyTSlfR2TgiQ2Eump6MdPSQjEHedfVQAq+iIlQ7RWqGu/pqa+GxsdEauLjcqeNAxuCHf
YhE9rp5krSIxHXIYcKiTcM4FkJgkSFG3FPEEnaD8SIdzEgsd6lGQegJHlA8CJkAeU7V4gCmg
YNzaUBjX/h55p7EAuHWUqNV7URAGRuXIPvJhQubkFmXHkBqAxTkuC5DVl/28EQA5HssmDWuD
8yq8SuFq6E5IRDh24TZ/U+oi9CNNaenggRkG1AHzKILgA3cPX1lQiRDDVwO6ryHUVWRLbely
Kbk7YgvvRLCTfr3kDKIrvTEY9dU7u+oRJJpYLLLxCibFwuKj361QqtU8eFBqN95UhG5FCm6i
8S+vn4oxLkDaHoe12UZNQWNgE9ANTd381UMQCeJv6KMm6iWTkPuTGxsAmBpsI6X/AEFUSLaF
V8apQ7UBOxsVS2q5fJBbvS9JcV40YKUGxABD+LzURUEEh+o9pSgTeNdZFkHrIEg+j3e1iiC4
BsI+X5ycPKDuJEWH9ohzGjjJgSLOD7aFWfxhHF8ptq3/AG0Xlkz0P8MEGkJk2BHZUZGosQSw
bzMcUSxc2D2QLAkaSp78c0CcqglgRKnpeQi4YG9a+rwLF3e238KBkSw0oG9PLNFgGszhcFZ9
WSfKkg5Cqyr0cWuoCu42FHKNdWK4bVuqlxqGRxIcFM4IIT0ITEUFynBLbCnLAJhYVLIDJ2NV
Sy69Fa6YgOi5xOxYgudaIlvGgGdHENLTWqEjTqogY+KLIC5sQbfpGNlwo3TkkvZ04IA12L6k
yxNwaUCYOYkvpp6yjsJqdGU5CTASJoPmXCYxcGx4j53HiuZjHIOCC7kos5dzGJFpMgR2dBEH
hI8hFiJRIcaX7PM9tHEviCG0r6SdzKX2snHDHbS/tKldhoChkXN2KaQxj9vs4qgJbxfGjXsg
RDjQcX9nPtpzrZwqxFi4KxBcSY5EYyi3c5eKjKQIBLhybDyv5kkMYh9rLEtv0TZimwuqSL7B
G6MeXypPo4YfGgZREQdKutGN6LerMRvTAZbwntbTassh1MmlerMqCjiroUeX3Ik0beq/aE5i
7F7oNSPeCYSZV8RTve/iTgcVvEgTQ2dPFv2K28JgWYuU8z1C6sWdiX2J7G1Ohv0h0KYljoV9
O4kb17Pf7qMy70dzT+ghiQw2l015QNlzIycyLkdfdQm5yFLA/IoSZgS1B8aLgSMTd2PxKpIb
QOcJH+r7vGogwEeXGrB6v6P838tZRHCbjvD/ADcJoabycj7MEM8WuBZBgd7H+FAEkG4N1Wrv
uJ9lBw42kOR76DRZtpcel9Pl5IPiS9SAfxp5ODItkCAPN76OYMpioeoYLhDNu2LtcJ1CkZFy
A9YuiI8syazRP48Fwcoh/KLN7H1EBnQ2BQtsOQThnF6fxJzix1Q4hMbxZU11shGRctZYi6rV
0TUA6Lhkd6dx1IOU1ybqkVTVbvsTku+mibbqi5+1O/3LJ6jYjjVquEQdQzjRBzV7bljUF6Nb
9OxZQDsGJOqr1upOMeqxHn8C5kRUFi1hwrmyFAGCxBodRRShFzIHKNdic0iSIlw5yfHs5KMi
XALGrAkcUJYrbI2Y/EsS8YkOXa3k5caIAAa5o5HtIgGOW9OA5F+4KIig3EsUDQlq10KroKtW
nko4yZtsTA+7HmIRAvqSpcsisaEYuJegovwPQRbFOLoEExa40KkYnItUGlvJQMZGJDZD9ZIc
vmREToSfeTg8J1umlQmyYgNZ0ImtR9iGFtiZvsQwZ3qdQnI0ZEWFSru90+WLbnW/71a6eJts
ogJh94QYVX7k0Xqr3XXqi41GLpnZOBoaCjlWy3H+FUuWroyB0H+wCRNGonIqBc/woi2jKL2l
bx+UucMnGTlr27KEIc0CVW218pZmLu1dgUyA4oRIlq+RinixkAxBD8XpIxqSBUUb4kX4YgNV
k8SD1fx4q/jGL+h20DOVDcSGUaeT9NdosO6CA/q4TmnIyDMzP8PGiO1IeqPe/mKJLygbSxoW
7WM58z/qJgAQ7MBEh/Q5cuahKJBLZNiI37n9Uoz5hbGrar7kSbC6BEQZWXCcZA8QTEkEWkwP
xIxBEhtZlSOUbmRv6qyFBZm2pyxogCzPYXWESARemi4QxNzqqVWUe1sXFfYFQVQAHjRkSSyp
EB9UGFRfYiWfHYnoJCu9PcjoNz1UC37E9ogJgscjvCIBFNtSqkbK/pXV+hqOLI31BGiyjc7n
XJnComMvHE5I8zlgy5bvS8T5yYOQKFOZuLYyr7yHMEMJd5mx9LtLGTRjO96HyuwgQ0oFmNbH
t9mKIjckMDV/MyTSqAatoi3ZOnxdxRjA12PKPvYJxI8VqyPv5JjSJ1AY+0rUlRtvt5qXAIZW
JEWf0fpqXMNMzw0EdPRTCsqBzUIScBrsnM367JpG+z+krcOjqRBFUxqFtGu5bWq6YgEbV2QB
sXCzhAa6nwHKo4XUtiNiPtTJixB0XCzbCPxq9HDBAHVNLWyqBT7ejRMqH7loX1bprTosn0V/
1KFXTuX2K3R1aJjQdF0wli+pLL+YTJ2IKMZOAQ4apY8PeXL5Qec4ks5xLIk6t/RTmOMhUGKJ
hEczl7Rcel2UQTjKTlyK8KBcgksbcSEeZKJABsA/rp3D7HqjKhapgAXQAEa6Oi8uF9CC3soY
wpIM4+HCX94iZFzG8WNvZQLVIcBzqowiOKRAGUhI8Rx4IT76iJGwDRG8LYN6IjEZaOrPuFUC
B4lUfeqxBXB9iY8I1V/uTF69DsrK3g0TGy3p/AcN40Xoy6uhtD0femfxKqJdqXWPLIMgWL2K
BJZ9ETKWIGlPaTOZHYKJ4wDb5VRAxGm34l2yH0EQSPeTCRL2sD8SJPMIFHdvdwyTicusBEPI
SuN6IykRtcJpSIJ+0LKQeJIBOkW8lDlxNQDxLOZJIcE6kN2EebeMKudvmeBlFxPluQwU4xk3
MBGL6t56ECYg2JtKvnx+ojCTkviC/wDAiD43enspxFxZ2qHQIGJN2+XFOC76oEh2utGIGzK/
Zw5nAogkgDiIBEeycuxyfpwRYPvQdwFUP1qlOroAJAP6K/g1qrMmPTZbetEsupVuU9ty2qmo
oCnY1WORgC7xYg+TFGMQQJBq2bvIVxMd+XuomU3kdKsfdTRLPoe0mJIFyTE6IPrV/wCj/MQj
KVHJAbE+tnggHIcAEu1igBWQe4eiAAY32VHpI7d0n+DNASiRE6av6asWNqHVVD6Ptfylwlj+
vkqgO80/FKCBAxIuQzH3lIgB9o1fpK/cs+XQhzTVEzDDQ9kUWTgk1aJyt2PPQjISu2od/Lzi
ga8PlNxE9js5oO24b023YqkaOSfhgjIFqM2INu13lPmEDI6tp4UcrRqgBb9JuTGQMtg4in5X
KER5XMP/AG45r+ZzZejDgj+NFgXNyTlbo29G1VCOp2JyQNyMYu/lGyroqrUoxr1P/SzTX1BJ
aQ9HGXMTuWs7/wACq76E8ThERIkW0HuqzBwCzP6nAneh1sT7KFzbcPxrQndcIgf7l5zH7fNy
XECDoaP7uCBqCPGmsbh3RbqkCdqc0azVRk3iKZgz+SVFqx3jVaeAxUebAUlRn7J9lSkGJLbv
b4IoRiLCuJLe+ib2oGPxSihVntcfDGSMnL6V/hVXLWtL8CGLuTUgQf3uVy0AQxNz4LdDeFWU
QNSSE+YPo8XwKgMj9i4eV4zJfy4RPVVcEI8vzj8iEv8AUc6U9TEDGKow3lXBPWHXaH2r9ypY
LqVq7AiW8SfFutB5Fieywj+JAzLSrR3Qow0e6qKpgUNEZbNNqDAE3s3vJj2bDW/opgaNcP8A
iVyR1AJ4jrQIBL3o5HmfT8hAg13/ACqut2Gz0UKEvYH+JML7w6F+uob3UHvfxJpPUsJE0r6O
U/cQABfU09riR8oauxVT+9Rew0ZvW7S5fUXr0BvAMJReEu06EADNw+wiKkXMZmrbETR72ZEu
aUZGLkbDSicF3BvTRcqJlwhiSah37H94gI5SI0AZcUZD7PnXFlGTsItf2U0YHbUp/pjxlMYY
73+fBExmDqzozhHM6AFyqcqURsAdAzeANgRX2UG5cy9iRiETKf09g7SD8zmTI0i7edmjhyiX
s9kAcYxvUhwf+Uv5vNMhrAA39PJUgOs8XxICPCBsYKtW6OwJdac8uOW0IMBTr1RzLxFq1WQJ
A2aKsfGmN/vWWy7pgcpGwTRjjEC5uqAGQqS5PxRTiNNDkKpiG3u5TPxFNCJA29aJcmzsEB2W
71ST6uKYFjUxqRp6KEnZ7A1BZO9NoFE8SW+wv6qOm8FigXJ0u5cp7sXqMj/20SRbUg5eoois
jssEQdOtX+z+JVZzVwahNd7PdcJrsXEW1cVZGIOXlPRYhmHRRN0s17KYJyjGMRrHXj7Ku9BX
ZHvRVXLUozfmS5SYFpGo0Q1Z3MWEvW4lgzjY1EXjnIAHhHDxen9Kf5a4OVjsr8ypHrch0JTn
ju7T+bxYKfM4RKMXBYbE+TE0fS6kJvIisTe3mLCU5AE2DRv7KjM82ZDWBxNfOXfl1yl86ciQ
Ppy/iVRKQ2GUj+JU5Ub6gn8SYAAbh4F0yqAqOwuyETJj1posaVJoi5A2Ma/hRlCYB1JP4U3N
ORGyiOMjXQ1QMg++ybH7SqEjeo4yqLxNfhQ+pyx1t7yAPLIhZ3u/qrGMSwO74pSTEgSFxcoE
Rxjtep9VEOxfaRVB5G+iJDuLZJgxLuA4cN5KBFH2a+VinAcF3IDkJyXGrB5exKUFIVOVQ129
HJVYU2EI0YU629aaZiSNdPaUW0NutAANt1QNC25OzvZ0I1JPdG9NJo6UvifVRjEFix8fpoRA
sm8GU8mkaCqM5F31fJ6pxfZZZS20dj+NVoBZ2RkwLaUj8MlkSwoQHDCqnziSXoPF4EjRyQPv
QNWqa1AbzVqxDkqMYlq6lrf5qg+y6/f0UXDPE3oH+JEzjGbVJiTGRA/4eP8A3EMgYk6FUmH3
pyQ224XDzYjezphzIl9Wa6rzKFg4DJpcxjpHGhCyOJ64oGQgT1N+JUhFynjDCW0Jvv6GVVRs
jtKJ5QAkKZCV/VQ4yS1UDEGXWU0pRFRQFRlPiEahvxqJiWGxk4BfVuJMYnxFObjumJf0s8sE
CJUcNa7oABx9rLMMKvRxZO1rEi7+emFSKMEHGJO4o8N9W2IgxD7SaU8xORxDYze5mhwSk+5k
8wIhZS4yNGoqRAa1Ohuinj6XT/YEOVEUht2+b9LOacuMrA5R+NCtbhtG9NC4bUn48YJgxANv
6SIxG2gqEQZNQOC23sy9NRar14areFVOLI1aoKBichqA8WI9KMYIDIijVYe+uEGfLybNzM5e
py0Hv+vlLcnuEcpYjam5XMEvNlQ+rh9SCMebAxI7JxNf8vNPIYyOpBTxLvtqgYRBlEjhBAce
jJEGBAFCXp8CqTFqbyT5UEXEjsAAEaeunPLMpaVHzKvKly31B2K77ihpd+pUJLuCgCbWBTxQ
zfK1CwVYS/amPKk+0xb2UxgcdrjVPjGB04kHiXfQuhExIAqIkEj0s/p5r+WCdzS+RNIiFrVs
snAGkj/CmAfymt7yxIbdwt7eEeYtQNYgy+HNUgz0Gg/EnxA66hCIBL6BGXO5bHusdD5SA+mC
ANX+Zf1UbNR/mTjlglcIbqHS8iB1q79QT1LrCNJ+SdnRTVP0MNLqUeVWYBxfaQjCbOC5O7vd
lX0oLe1lmhIgOLFAGg3LIkbqWV2q0m4h6SM5cUH7RHxo48xgBt7Psp4/zJEsxHypp8lnLDF/
gRAEQ4eMnFIn5FhzOa8SKuNfJ/l5IStfbP3JYqRMTI6Eux9Sf01wyIMm7JxJ8uMe4hGeM6dm
Xb9uGaGQMHuWLJ+XMStrtWM4uDcFfypfTN8bxKykCRoQTj7KeTOKFwbe8hOLA7ink8jq8vhW
Rk8Y/b6qLxEn1e0jwqOLM7FisgWJ3JjINsA/jValWY6aouCeosqkjYCuEkAbVjIEVpI2/Es+
XzMaO5NFxxMyO8Kj40aCA0yBk/upzjL1URy4RIFTJ6n1U5xrR60dAsHGtfnQPNMI8sVL3+Ff
yZYxNSCHb/DTkg5bCW+BNMAk9fyL+tIpZlXKW8powB66qgA6g3QCSyrMfagMnJsBqqRJ/X0k
0YgnYS6Zy+wUTyOO81TSnI9VE+Uo+NSHLiIgNXUlAWQ6GCpqjOZcVZmqe6s5ak0PWiCHdvsQ
Is2yicAmMaOKD3lKcgIuKPtUhywa0DWR5RjmJB5dbdxH6JwlV4G0X7Szk/0ye2D2T5/kIGJM
TXjB/h/6nLQJjF3eMS8n8mc4Rjh212QJSBZtKLBuKdzVdklg5oT7PGrniqGGVvJyl31sI1aI
J/MV8m2A6/3cv7xNUaGmMiX8pPJ5DWJGi4+A/cniRIXe6cxMZbYlEZEjQFvlRaEX0q34UBIA
CV+8qEVQbFhdmTB2Na9DVB3IZPSgITk/vQu131omL1cX0Urzi+ht6iaMpEaDHiUhgTI2JB/D
gnnwkjQyRnKY0YRBFPOQxEQ20cScRG5hqrMNrAD4l/Nk5e1+h1v3LjnGPWWVJZHYB82COHLc
bS64AA+oDppzl8K4iSd8qLgi/ieqpAgmo3N3UHaKecn6gqBztPgcx9oYJ2qFXp3IQAA5cbEo
mQ8YC4iwGqsX2O3tpx2daPL48EQCxNAW17iEjByGeri/a4U8WlywHHlVCAkBJzduIKXL5wEo
eTPX0l9TkQADOWkJe39TD6iIb6cgbA++nnDIAaCtECQ7W0WJoRZ6jzVbEkNw0Dd320x446Bm
PtoRpw2iS8aogivkgYj8yU5zTG43D/44ptTcHejhPHczoD/UAC/EPlWcS4OxXdPF3FQBRESg
YjSjrEgDUFkxLgalOZAJ8htTykNjImMhZPmKUZPIggb00YmQOoWQjJyuGEydzfMqwAa3FVXG
0h/4UXd9tyjxEttVL7HVKHoyYSkezFECTDyQbIkQkXNS3zocJ8ZDeynkYx3VQJn1gBvxqoMu
sphADrDpgG6qeDbobVTO1kNNqbVUTupG5J4QjJxjAVjQoxxMhu4fST6aAfN30HLg2JfiP/Lz
Tg4lFqsQSXFW7qcxt47f5aa42I4giO3RymlI1sWevdV4vTiFBT+ZwrF/SJJy+FB+IMwxILj1
FEANI0LiiqATsdx72CAFHDSYuKKodkJsIn7mQHMhkBaRqa+RzFlAmOhjMv8A/wAaqwIoS4N+
z2ERJ26iFlA7mIRMSOrasg2caTiE3RUJhRMRfqRiZB+qquAX1ZefLUX91RE4OHDmoJUpZDEV
EQL+ig8Tw3DgfFKK4Rw75F/V4EBEuTvYISBgNjcaeXMY7BEKMpc4htob0USZZaUCEepyQ6cP
4h/EnKBlESI1KoBuoP0w0UplsS2Pi4EzUTxugTQvXajVsf291SjkZgaigqp8yYIdo6e0gbVu
SSB6PLxQBIkdtvhRYGL73xb50QAAfK0P/LWLguLNVMI58yVju738zmYJ4gCFiRZ/OREpAjUG
r+ys+XkwqQQ3+XjKaANwxeA7OI7P0vLRJkSS1Swl5uPaRxiIgVBIcy8v+ZGUfgWUxGUb7g3l
fzEDGQG6kx6vEnkBy5uwZm9biWhNGI7JWri4vj6SYOdH2IwLAhzlq/orHlkcyOp7J+DuKOXb
JZjW3rImL9ZaIBXFxUYGnxIS5UiDEuSChHnRzj5RoW9VPAtu6TIEiTUQ+pHIC5BZARBEbbb9
1DmGRwLUjX24oEkAR14nfuogHewOz+7V6b4uT6c+4gHYC3jRGYDfvQHLn1gCh91FzWVeIM3v
I1Je+Jo35ipy5EC0tfYQMokaE7POQPMkZ7Ixt0N+mJNAKoGxkaIRFojoqnArvWT8EKAFg589
RhKdSfZr5S+kxMpXJsG73Cn0q4FSPSyxUgACIh68NgiQzh9o97FOCWNCCNfTQdiCQ7XxJ4ke
X/pyRizyIuSjkZSa78Pwyhy5rNiIhi4Yi/8Aw5cxE4yY1idfZisZjGT6yMX87OEeYqWAqJDI
1/4qI5gjGUqAaP5q/lkQLiweXv4IuBIjWUpP6sfqQgokxYM5Mqx9zNPGTMLB2qsiK2Jdi/dy
itxrWvwp2y3GizApvRziMBUEt+GK/l8JL0NYrFzKMa8IDJpOAdQQA/8AxI45rEkEaXWQ4Qz6
OsZDJqO6yiX2hMaHQhEzAMTqAnFom2/uYoSMA1XMbp2MTMh9HQctoPGoyJFbVd1xkCIYSFjf
i4UJQ4xYgio9FSJiJna1B7Slw4sxZ6KJxBI27/8ALTQjFvG6pGNdof8AEuxQ62HgO1f0F1fo
GUqnTVfS5Q7ZYyJ07ygTeICqt21AgguiNxUgTR7GqMgBLcAyxN5X0ssdbuaOPLkhJ3YtGIIb
1uJNGuXCRbGnGjEh4gOap5+LhJAA89fUEiIS6m9dAyBnJwXJcepBBoRjRuEMUSB1ns0RdpMb
M/wZQRYEGAaJs59FGOJOVnDBAicpAULRyx8z63bUjEGULFzH4Z8aliCJ7bRf0U08nI7jIY9o
0lEU9tCXL4okNKL2Rcs9bh0AdPGg3DF6oxNQbEJjGuzcmjETmz2xIfh7vbWUXcaHZ3li3EzK
AMZDIioD0ftIRi1BUqnQTjU3KxiaaFGQ5gzOsmt6yiJczltrZYmREtGDokzk7szcXup+X9SR
i1BEtJvPngmkMBHQkv8ADxrh4dkg4TcwxmBelfwp+WajtdaA10X7vB6unatnWyIzDi7ItIyb
ciIgv1LExZ7F9iwiXnL7kZPxXclRG9zqmdgBruUQA4LvL8KY8VGA091PzQQAaAlmTBmao1Rl
i5nIkE3CAJDxqQ+J9zNAEOAQA6ieWSCAAd0QsJMWs/D8HLQJLXZxuxxR5ZDPc2p3kWIBlUnS
LeRxzRMBeu/2EZylw6U73dRYsNAzg+sr30sQjzACYEmup83+yT40O29EMg8Q9HAI9D+ZJGcc
uXMav8i+nQiIZy2veyxX1j2nAfusniTGD1DURyD1rpRNgYyNSQ5j7cck0i5eol/QVSY7hZFg
WG0KIEXJtRV4BqL18pSmOcanhBGi/mzMydnCyYQ65d5EQlLCXdJfwZQfra4RDjmbIzoVxcuA
argxl8KaIEYtVgwKeEGALcTj4c0BGsRqDR0BOEdw19tcJHKibSaUg6Jlzbm7VWHKJAFy11SR
BlYtoo5kzkb7VjKQBXEeNiRHe3Bms+ZJoE8Qd6HvLhJJ2M341wQAi7AyunzrsAXePjXCTGoo
CX9/FGrttBf2uwnkWJ02rFyxBTxdzTYfS7acAAmhNpVTvWVyVd5A23FfVbjmf2JjYoRlFwC9
dpTgN1UWMjxS0R5h7UgcAdjICRLRcv1om5FOv3UHpEyH7VSbEhreypxrlawLusakxqe97EYL
icHachw+wjbARNaHT0VICgs4Pa7qacuHWJKBAO6/yqtGsTUe32/y1k/ELG9EX2aGp9pESclj
ZjRS4pAG4p86iASRq4dYsXBcaWUizbmb/uIntE7T/TTMcj3T/B3ESWqXb8K2xPZIavoLjnI8
wUYkYposw2fojRjtFCtSdpqnEpMdAW/ChyzAzDNd/kRH0wI+NlSMdlAsuGneoECCJyFnPyp5
mIAowNfVRmOXFh3pGpWm4BPMAgWdPKLB6Nb3sV9TmSyff7sora+y6rYal3+FB6kXcLUvvonP
+5CtDQA1XCKi71HxLRDVu0NyFKbyg5eIDlFzTehDxugBYdGEJPLUBUvIgDx8KHN5hMICrku9
UAAA2uoHn5eWpFixsbe0jFmN/wBcVKRBx0d2+FAgMTYoz4jKV2ONPO8tVJw1ERgfbTOXO4t7
HMlBRDCMsZO2vDkiY0cliaAv6HGpAMWpXKUff5v/AGkJCHEWFBBNGjbRdEa610TuCImgI/Gm
be0eFvVUyIv9gJ9fJM9Gt/EnIrq5QGorW1E0hTQ9ke7mgA53onEZ+U1fZQEYgMaDqKJiWOhO
1GPaG+/qpp0eyoX1/Ri4ITCo2lcQbeKIiMnHkmtVwy8Qig4MpnYAB8S4YiJuKvVMZnrAb4V/
MmC1gSZE+6sZDIHRS5eQGL0areQnr1jYnb7QW/EhW2tUxr4lvX77FYilWKY1WRL610RLdRKa
wJR18To80s5oKdBBRHfiSX3IPTEUrRAM7AAnaU4Yx1JuiaFrhYRBB06/JlksCxe+rP6yY9mL
D7VGUXLCpFajsLA9uZ4na3/MwQMnLWeTn/MWZNACz1aic6EsXWVeIuCyah3oFwavf5EWq5vs
KxJIfYKIyYEN405JJNgwb4k1WOhB/Em7siNlKovR9CmJaOvUiYEE6AhnRDNI0YrKPDOVSU9Y
yY1FiUSSSXT1MgQWtRCM48JsToh9MCQ160AeGWz9FVHBstHRHM5bSGoWMQcYVVYEDbT5lwQc
a0dBos+gp/GhzOYQALRF/XTC7rmCZ4ixBJoxWjnenFDqX/hTueop7b3RpQXKJ2/r3U7ssbE6
oD7FUEPe9kAcuEvQ6KPLFrH7UIjS/Rl9q4y+rFEji3KEAS8i+2x72OS+mGFa0qfXXFR9NUSC
8vKOzyEOZIXGlGMUSZMQ2lEAY17Uyd3EibAhqUjT0skOEExPdssQHJ271KQGuzXyVy43aj7x
xd1GbYwe9CUwJOWoMX9hRmzSLuS3zIEViLh0BEkagDU+shExYRu/k9/sIxBB2OLetkiY+MbF
xAh2YlE3FmQAoJHWq4w//siIHKLUftfCmrTaGTvXZ8qxbaHlWqe7aJokxOoCAlRj2upYyIJ0
6H8Jui/Rcpizbw6M4lpSuzi3k8ScCpudUwACoo8w1yi3kgecg5IpqRqge4aPv9fBMHvdOK3N
m95YPWjb/TThr27J/Gq23/w5oMXrox+KcFjGsiaA1PuZLExxeryGNPbmjIzGR2Bj7WSylSjO
NU136NyG095nRagjfaUJVA0IpR/fVavqaJ7Nvf4lSpFwEYGpfIa+mgZHECsh+FEnhM6ykdIx
9JMCJas8fhzUTM8ALsOFE3idikYh21KERoXDdpSlUEhiQD8UkZVrqQCu7FtBxOnBBb1fVUfq
PECxNh7GaP0+onWvmzRBcPuP4U0nxLbQmkXjoxPyoEk1uokaGpfpaYfY6ePFEVEVUNtBVq7r
I5Hx7PWQIxIfaPeTRiCQ0idWQjzCANt04qDqmFf0VPBjAgCO0/wZp5gxiexOwP8A1PzEDlxb
XZx/dy4E70JoAniH+xEiBlIOSbLBjlsoWQPMlhrQOfexXMeGRgzEgV95f+R/pwIyheMRdCQu
KEXqgU42hA7l4lSoUpOzb1KRJIJcugA3CGoT8qJuxYOns/jTgORQ1ZESk5JZiKD14pm2ESe7
oxbKX69jLBcRIFyX2ejJRiNL7KpxcVcH5sFtageO/wAr6k0SBfQXT0kT3yIsB6EYKTYk6YuD
60JSTcJJ3Ye/HNBwGHUY+3l9X8lHEjH06fDPm/lpgabS8n92Cq1aWI/FNZEg6B3Ps45LGoAt
cV9lYmtEJCgBW/p3qoY7RdP24160ZClwd6e4NnMr+2snEZUDhPIcQGlAU5ry9l08K6nT9PHm
wcSGoqUeXzKxNQLEesj9MRkHpR1KfNgGtGJCE4QAlt60aXvvCMh2bg7QUJRLgonbfo+vyIkk
9rljVRkxi9wdCiSWFtxUSNibam2qQiW69vvJiQQQ5P4UKu7jGoPw4IOCAS7nYnES22lfRR03
EunFv18lAgMY0Lvp6qa+Oo3qjbSSHp3kTQvZ6UCESLmyqTGPWMf4EHNaMQQQX9FD/wBveTEW
1tJ+7xxREb7KP7+CMQwOgAMS/wDipsnyBd6Sx7+OPN5iykWOkS+JHncKAfFy/Zf0O1NOHJe9
B7sUCRixvWqA72j6pztdOKeDtTgmBN2qE8y0CWEgHEn9lVAffdEGIJFwKkqErbRUIS5RctUO
gOY0TbcqVG1df6QeTr0N4GMq7OtHlzDx2fiQlAuJV6HF1sUm1AlsFJYqOxhRBGrBzaqlCLE5
a0RiQ4kXAalB3cUHfEPQN8yetwz3V0XN7IgVDJzjUjJgbJ9tygBf9yDBpa95RjGwu4q6cEZP
o/ypywDVLTl+KKc8Q0BsAmhVZTAkRQOKH0ZJwZBzt4R6i7DRNTidR3uWgbtvL/Amdz+vCiwB
AvU/KqX0AqhlcVJXBIGAtE/woGUaGhIpVAiqr4JhOOUToUeZygZ8qVx5KdgB5Q3J4kU0r7Xa
WMiQ/eCq5cOCKhO9DYFBwx1TPXZ4dPDHk9NLI2E9ChGR4XDjc6E4Gh+5daqhLXEj7/qKEtwd
UZCgNeq6kAHJtuXMLgyOwsBRSiwEn0ufWiibvcFARrFqjYquW2UUSC41q6jkQQ7FhS6D0Edm
oQm4pWtR7+CdyXLhuG3opy8QdSXVRIxphS6YZByKOYnzuCaZi5vqnDkHzS0SgRFn1BcP/wAP
lLIiugZyhLbrVghoBdXB+4U4u0hSoLkVA9pVYC5Zx7U0CGMdA6oGAqzESceV5iBkSTUG3ZW7
op4LGoOilzeRF4GsoAdiX97y0Y906b/SQIofLFT6P00YxfEhiDYp3te6JEjhKxDs/d4kSJ5D
VztTTNNhQlHXw208HqTEW6GNr9BjK7UKwkH5ZrLZ6qEokEGzdGTO371HlEBxT70NCUBfay5h
jU7diNP6xwKbUZAGQJYsQCsZ3uAUSWpojWt3FEYgSNO6XHwrIniPXH1fpdj/AJiEpCwIbVHc
2NLS8tVkZEC1BVBqgV3hPO0QGcuCuBid0XHtynNAyvVyPlW0NQB4+ssXI2938yOaeOT9RP8A
1fpLiL2p1pqFqgm3r4qhyBLiIBPvQhNXBZtcxXzeH6aBcx1Oz8aqGD3p8qzjEPuA+VYktqGV
bs3gMel0225UubyY8N5QG0d6CJcMAxsX8ztcC4D9hF0wqDtLVWDkxbihKx9FGfLGUO9FuyUA
C2jj4eP6ajmQROj6U9FCUSCCNqrTwq+CJC2qfb0sjA30O9S5Eg0DWIFvTy6JxF2JHiCoCakf
emJvYdE4itR+uSFSW0GiEwGEWpclcdTZjuVAx1BFCsZO7PEWRJi7ak1Hs4JiQz3IJ9/JQ7zF
tzrElye6CLKTBwNKCntJgAC4Zmk473eRIcdQTM+x6H3EYly1x/EtcgDQmhRizg1MhIyA9uPL
RMgTjYg/xoRrIlgMpOL+TgniGiby3ju4cSBDGJ1IkD7mKEWEg1ATRvjRJNBsqyEnNb0e3Z4U
ACRqxp+JRA7oNd3eQB8Fruuq6ot6oozhHEyLkintqLk1Ipsr5sUG6tt/SxRyFg1fwwRlZ7qf
Ojw4gmQ20yTxM4guwBDRHo4rGRO5yGPpLeLj9DbpKZw/TRAm416OtThGtXp53EgTWWxbPG6L
Uc6BZGxbzavw4pyMg4JoBT2llgCTWyNAANwQxIJjGwa4QFIR1F0XctoDSnlRQjGQIJdmaneU
SS7uNwf0YJwQHBpRGTF4uaEad3DHvoy21YlvjQ2jshx8yoWc2evrKlRo9/OQLP1FvcTgswNd
h9VM2WyRlLOvmS5ydxu0kPwfmLMu/dYhnTPWge/qoBzEEgFtiDHKjkiixABkzVqgNaOLjzkN
yxPTt6Djqqqiqu0xBpsTyi70iR8SPMxJGw0KOXa0CxoSf3LCJHG/7FIG4cfYU5IDascfZxQM
CzEXcxTSkBMCu9Ut+iljR6P18KEw9b1uuvoymQHoH1TioOvS5FCBu0xQLmzgOqv4/wCigQ7a
nYgZEkAgFhv7SxjEkayA4cfSniuI5SAs+xB5Y8s2jHYrAkXLuUbSH2n0e6mLAaCx9zNBzSTb
5EvwoYPE0Zv4kZSJmZWdg3uoMGFSchvyRiACzChoS/8AzZrE5UqHLgH0MUCaHvUb2UKjetS2
4lHJ+oFvzO4u1HqIr/nKrsRtE/wxQAeIZzSqMrR22VASDqmAqwq6BIJNC4L+fxLddz0b0x8S
ot/SyZqbeiUBcinWsMCJOG3rGYD3Oor5yIPd7Kpwm8tzdlSHMxfQsWDeqpSIOrBm1yRlMkAA
ta7cPeVC+pdguEvJCHModC9CwVDfT9DKBJAI0XATvJrTvIDd0QlbFx9qEJHi0HTDmDukEtuU
JAvGIat3Ti9/sUhst1qWJrGrvqDivpcvGJleQ/p9tGUiTJy71txd3NGvEzhqogkCQ3CL+1L6
k/8ALT0bVnUiHG81fzF9RqRpIh/hlFZCQYMav7vCoyOuorT3VGMasKPZz5EURQNamPwZo4kE
C56/IWp/YspMSS2NvR7KoRTSo9niTSrjVmLS9RMHIFXES3+HNFouBsDN7Sq5Th3PdId1lIs/
dVShQFyA7UpwqoFdiqeni6d661WyOKdrJ1dEfcjOkmZnoSuEsdgQ5gJIkHJ0duyrtIVFHshY
xZie8mjW9UBIA1cGx9ZCAOQlYkWfhQJ2fpGkHG9Fh4+jdtU4k7CykGPAfEmAZMbaoCVYFgwo
f1zUqkAmhuAPXjy1jIZEksQcTxcPYWEaOG4gYyJ8xEM0tSW/HxrKgrU39eScDhnYs492c1ck
savX0FBxQb3og5AES9bBk54ohmLAP7MlkWx2Fte6iBUOwbehZ3oNPWQyMY2oTXykCS8fF8yc
AnaRONvOhOXLT5cYo+WLepGU0HJEjUUJr50/6ta2O8KrhtURIW2U95XkNKSJp/mqI8m2yqFO
naqoPY9L9FOhinVajVCFC1Wrfu9mKc02E0+JA8sOYyeUa5Y445dlA8+12H6wQ+iX2xlsRyDA
O2If5FpIfr5SE4l8TWLvG6zgThQV0l7yr01FNvhOqyAbaqzB6k0Yu+pLD4kwhimdtizmcstV
KD0kC2xdeqkLONUSNAD9hRi5I1FwmAD7w6YE8NA9b+1wf8xPYyu1Lf5iocauKD3p8aMasdTU
+rjJUrqT1KcO8LEaj18FUgHSicAgjvCpr5iaV5Re9jHijKUfpqup3uD7KYjExN9oQAJNnIY6
Y+Qn4nlQ4kfj+mmLN4nf2VqBd3E9O7/dIYcRLNT8OUFKMosRStAhk9SHCpR7ubMoxkMRLUl3
9XBNTxUTC6c3KLn7FSu9UCqq2QPRTosm1KZMpksH7IKjAgCIIJMRS/nSmt9lVMrONQUZckDl
c0as8ZP5SPK5scZxNQzetw5KXJMiOYSDLlkMyfTobwyYEiQIshlTbqVQ7iCLv5KFRHrDlPzJ
GZ6mCaKMtYVCM9Yl3rVj5EVkesUR6j12U4jSLeMcSkLXdAAuNBvRxoToWTxrqX0ZEbNQKIGg
atq0UYkPhUmzv6K/lkw2aoSJGYFLD0USZOTUgUqPORaJBLkA64/2nLmoy5hMiNDqnAruoR63
fTh6aOiSDJqFux+FWYytpT0VpE3JZj66FHB1TSAkNhG1E8twbs7x9WCBYhnpZ0QRUW6vJ6H2
J/29DJtqsqhbkSn6XCtVEC7UCefCHsLpgftTdD9FdUDOIlKJcE7vKWTDLWQFS36N02ngEHUM
gInGYIyU4li1j+skSfEpPq4I60QQxqaVVsiLda4mING086EpIREcRJydg9pEByI0DFh7+CYv
tyOiDzeQ4hRo04u6mEu1oCyNMjQEEvr6CuBHS+vqIGjijbvMiqJtVKQAMWcuKMqgcND1S7v0
+whOIBZ6eJPcb6kqoZumtk7dNVtTt4kG18BhZM1R0VXDUJjpdP0MjJbejf8A7HQMBqjIADMA
SKYEDQx6+FVAKkRV6irIEAATYxdwH9lUJZ3x1Pt4IgabDw19JCN3Z3dvVhiia0uTVvNxRvw0
LHIerCeC+qJOYnEtp6UJYLik8DQyjHXzuyhKAyoSSxJx/vIQxTUkLS6vWxQlDhAFSgQa606D
EojlhjF+FrBAGhIYCzoDmSyGwaJ9vTTwnNUw8Deqa3PSycFtqYlOE7OgP9nxNiiWqC0jp5qb
VAzjljZQ5gH9VRjWOKoNDiYmlfK4eYhtG0U/M+mgOXEuO0SzN5WeX5axjL+beRs/vIQ5sZQI
1pxV7koqM4uJAtNwCJR7+cc/IVJBo0hQxPrxjnDtoYyk0I4Bjxeyn5kcwDUsRUcWU+YqBuXp
3vS4EJAOA1uH3U/Q+5l9bGoLkbAOJDmDigWerY1QkC8SqfpWW5MPA2ol6FUT+Bu8Due+u776
7vvru++u7767vvru++u7767nvru++u7767vvrue+u5767vvru++pf1GVf/yX/wCZ/Yof1Nv+
Mv7H85Sf6LN3vrY2/wCHxoP/AOPajf8Am4+viv8A6v8A/rZU+g3/AA/q4+/xof1fj+qq/wDj
tkO39VvV+n/MX/0//wDUv/qt/wD9bqv/AIjY6f8AkZ272HGj/wD1/F/5jeuv/q6//mKn0Gcd
j/yPe+p/MX9l4vrI/wBX+av7PxfVX9n4/qsp/wBQz1/r8fnVPo62/wDIb8xdz8xdz313PzF3
PzF3PzF/Z/mL+z/MXc/MXc/MXc/MXc/MXc/MXc/MX9n+av7P81f2f5q/s/zF3PzF3PzF3PzF
3PzF/Z/mL+z/ADF3PzF3PzF3PzF/Z/mIf1f5i7n5i7n5i//Z</binary>
 <binary id="i_017.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Rc7RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTI6MjggMTk6MjM6NTMAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAimgAwAEAAAAAQAA
Aw0AAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWAQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOhZUAIlT9Bp5CGy1gEnQIgyK4mZ
SUua2hsAIVgHYQfNGGRUeTp4pg6p+kjXmElNbdslzoDWglzuYA1cVldCyrep5mb1IyKvZjY9
U6NY2bv+3H7musWp1Z4o6blWVe+w1llQ4Be/9Gz+y3fueodMx8Lp+CzFx3tsbjgCxzSCXPP0
nu2l3us/6hJSexjo9o14nlVS21p1Iaexjv8ANW/t9LXFoaXkfd5hQOXXJ9vu7T/3791JSFuK
54a1znO09wJj8isCkSB+73HdJljS0OI1d4ac9lL88jsAIEpKUdrGg+CkbGhunxnshWPER2Pt
nlAO3cS7XWBPA/lBJTc3tPEeBKFdcQZaQZ8eAVVdLWQDDTPlwgXOfs2T9ERp3Pgkp1/XSWfA
/eCSSn//0NAvkQNHO4ClwB+Cqm4utcNDH4KbgS2QdeySmbrnMdqePnoityXNB2mFUFkuMfS5
1TucJn6WupmDCSmh1fGGbkvuzK35NFQb6Dd1gaHObtfVVXUx/wCcz1Ldn6ZZHQrPsvVgGzU1
wfW9gMTp7GH97a9XeqbnDKdRvcGvY+/gtYXtj22fzrXOb/O7UDoFdL7ntgHJaCWl3JHcVD9/
/Sf8Gkp6KhzgSHQ4gHYeBHn/ACkc3aae0DmdDqqweKmPdyGAuI7nQvU6rBaxljfcywBw8w4A
t/Kkput90bdCY0A0/wDOlGu/c5xqe17RMlhDoI/e2lyo9XdY7ppoYXbr3tZtZ9NzB772s/rV
s3LMGNidP6phjDbZWPUFV1zzPqeq0wxtf8n+Skp27brGkPJJER5SVXdY6WAGCB85On0f6qPa
HCBzrzMaAe5Ucm6umo3udtD3sYHAToXBm3af7W5JTMucAAACOdUt5JjT+r3jRMWjd2AkjTx+
io1vAIDdJGs958ElOt8vx/2JKM/yz/mlJJT/AP/RI0OFg/rE6jsiP3Q4CIH4f+cqTq3hwdEi
eQouc3cW+E6afIpKQgAOI1GnBCmSwcmGAbnHyGv/AFKhd6oAIGnCAbTVW622Xt0BrbJLmk7T
9H8zX9IkpJ0uk5WI/wBV4o/aDrH73RLg/T9FWR7tlAb+mf7FLHwOi4drGtYX2h303PIP/gZa
qmX1SuyXVTSA3a57gA/d/Ja383/R1NVMODmmwOtueDoDppx4pKegyaRVe7IpvdZSz9JbTo4t
aPp7Wbd1jWN/S/T9TZ/pFXdmNwn4tdrSyi1tgdaNGsDDs3bv3W/zn9RZ+DmZWJbW/GqbWAdz
W2vku1/SN/kv9yrdVY+nMbsDqqzWHUVEz6bHbv0THz9H1PUSU9HQaup4Yo9RjnsLReQfoOAc
HPbt/Of9L/RvWJ0ix+X1ql+QB6lTXuZpHuZrptAbvd9D9J/no3TeoUYOLXRhMdXc5rLb8gQ4
ud3YWPHsZV/gWsQaMs1WW24TzjPuM2lkFx/e91jbNu536T2JKb2Z1K5vSq8xtXoZNrtpotMu
a3c9nqbT6b/pMVezKwMqiurcDa+2u2ut8iDuHqMdt/dc63/rSWZ1gZWM7Gy6GWXVuAru+lYG
uH77vdv930mrHrD2Foc/0w8SSBJJGte5o9zW7klO0OoVuzDiWAM3NDg8kmXO97mkRt+j/hNy
fp9zbcUuO11gLzAGuwOIZz9L2/TeufIcRBmToJP5EduU6p1FtGllLHMcTro5xfs/qapKer+0
f67D/eksr9sXfu1/ikkp/9K/u/QmATqYA181VfXvPsdtcRPH98LRqw7QJeIg6jQ6t/OUn4YL
QSAdswCJglJTz9vUTXkuocfTdXqxzhuDvzhDWe73Ku+237Tv3OIdoQfaAOdvpte/0/czd9Ja
nV+h/a622UPAyagfa8w17B7i2f32fvLm2n0boaJawgOA4J/P49v0klNmwTc4n2+n9FrhBk/9
FP8ARMsh4/OJ/wCkjWObYAQ6X7OARMH96f8AP3oIY4gRYXN1Ige2fpRub7UlMCK3FhBY8idw
eC8c+2AzdtRusGLqa4EU0NY0AaDVztoH9pKhkP3BriG6vfwI/Nb7HPQ+oPN2YWgRsa2ofEDn
/OckpEWPaW7SNWNLu2hMQPzVF4dWS3fIPIGkH+T+8jZgPrsYYa0MaAToAgvZtdALXeEGfvSU
2uj1Y1mUTkF0UAWgCDuDeaXNd9JVL6fRvtpDg8McWhwESJkO/tNSZAsEGHHQtgwiXgsuLLGD
e0N3a8kfnS3b9L2pKQQ6eY8zpqpERIHGsItOOLGOeXhgaZl0kn+qPo+3+U5PZTQaTZRaLNo9
9bhteJ/Pb+bYz/ppKbPt/wBYSRdp8B9w/vSSU//T6gsqqqdfkP8ATqbAJd4k7Wt/tOcqtT8P
qJdVRY47PpN9zHaRrubHj+8g/XdmU7pDWU1myn1BZkOaJLG1Ddvd/wAF7vcuc+q321vW8d2I
xzwSW2ySKxW4bH2P/Md6Tfeyv99JTv8AWqLq8YUscA697aG9yfU9m1v9j3rPb9T3PuHvitzg
JBdvg8u2NYa2bf5T10uRUzL63TXHtwajc4/8Ld+iq3f1aG2f9uInV8wdL6bfmwXOrbFQ0j1H
fo6t38nekp4nqGFh4uZbg1P9Z2KByADMbntre385iqbWVHZv2vkRXuBie2987XKoL3C0X7t1
m7eXEzJmSXF37yNj4YzMsbPUsZYS4tpZvsaS7Wp4ds2+z/D/AM0kpNVfj12PBuLiAQH6hmnu
DZcG7fd+e9is0YFmC51/VC2pr2tLC3ba6LHO2vb6f0XPhZuTgX0XihrXkOO1nqbW7v8ANe9u
z3fTeujxaG5Wb06q17bsXpmOy3KyJJYSwO2Vh+33+lu/8DSU4OXj312Pdbta5zyXA+9wDfaA
7Zua39z99CZj2WmKpf4EAj8Va6lk5GVnWOJDjc7cxsAjYT+i9J39T/MVvBZf6fqXuFONWCS4
lu3n3D6Tv+pSU0nYf2UuyHtL2VloDp9u9272dt2zb6nsVe9mQ+59hY95eZ3bXQZHs/6K0uqZ
uPlMowsYk1B5aAfz32bWeuLZ/Suez+bZ7FtPyjUfQOTh41rIZXjNix8/QYx9rpZW/wDq02pK
ebGI6qn1M6nI+ysJDnMBDRMf4QhzPpIr7vt+ewVUDGrAb6VNTYO0N9ra2AfpHP2+6y3+vbYu
i+05TnZFVt9tjqRsOLXYAPc3d6tu1tLn1bvzW+9ciIryHtg0veHBpaXGA6fz3e7+TvSU9T+z
cH/Rv/zklm7j++77kklP/9Tsup5LcXBtucARowAiQTYfShw/d965Edfx6bq6X1srZW0DbW0M
LAPaBXt+i+tnuXQfWrJqr6VdjeqxmTcGnGqJ97nCyv6DD9L+UvO6KjZbDwTXLnWuPBDPda3f
9FzklPd/V7q9GTkZJeT6+TYLHF0DTaGUN0/dYNj/AOWq318z9uNi4LHCbnussAOu2sbWNP8A
bs/6C5CjMyMe8ZFLix7Xb4adI/cj6P8AJV/605xzepuvY4Fhpq+ztgj2Fm9+7d+d9o9Rr0lN
ejpttnR8rqe0+nRbXUwdnCHfaH/9b3UJsbGd9mflC0NtI3VVOJaH11O/TbnNO7d6n8zX/wAE
u86Ti4GX9WMfCqM4t2NscRyHPBN73f8ACtyN64XqGPZgPZhWva6yhsWObqAXk2f9Hc1JTU2v
c/1A2BtJ2HWW9x/Ibt3LZr6vkvc/MLXV4tNQYKGOBBNha59mR7W+r7q/d7Fn5eG7Fw6y5uyy
/wB21+jvTPurc3/g/aq2NkOxX72+5hPurP0XNOljHj917UlOxh34WXVW1tJF7nGhmNU7a1zn
e9lg1/R17Xfvfo0TqLHdPvx6M6g3WuZ6tdZDW1sAc5m2nHfLd29n9JyfU/4LFQvqxU6vrtLA
0urtdvpdx9BrrfTe/wDq/mLQ+vVNdeTi3uYHPsqta3b7Rv3N91hndZtYUlNrpFuPmY1WQwh2
aJ9SWPtc0TtYx2QWsb/NtZ72q8ej5RBHq2VB7xDMZtdYaOT7/TZZt/6aufVy0WdBwHNJ2+iA
ACY9pNf/AH1Yn1l68/Dzb8SqRkbWNr3AbdpAe0/553+1JTnfWTo12G+q9j7C3IIq9RzvcLAN
G2Onfs2hZX2rPYXU3NGdW4GN4l3PZ8eru9q08nr7+qdBtxMwfrVL2vZZoC4N3eqz3/4T0/of
6VZuI9zqX2GCaqncjiNzg4pKd/7WP9B/0m/+TSVDYP3Hff8A7UklP//V1Prlg2DL6f1EOHpt
d9nNZkQXb7WWbh7f5K5l19TOiMxvVLpstc4NB0sft2Uu+h7NlW99nv8A5xVrLvVa5jnuAdq9
gedrndi9v0P+uKxmZBayum1jH2WD1L7drZHqADZjiNlLvRrr/S7d6Smh5fSB1C0qMzp92F9n
6jXZbbivNuO+twa57XhrXYT3R7KvUHrb2/8ACKkaCfcySw6bdJJP5rUsX7Ga7xkPcx3p/qxa
N02SNH6/Qcz2pKep6L9Zei4GHdVWyyhoBuGMSXgWFo310WWfTbY9v+EeucGRk5WcDSZvynbC
SAfp+2x0/m+33Ks1jXVusa5osr1LDMPbP5k/nfyFY6cTScm8e2xlDthPHvIqdr+/td+jSUiy
TZuDTaLxWC1jgAPaC5oP9Z23er1Y6J9lGNZW45rjs9YAy1x9u8+5rWVsd+aqGMwl5dIaKmOs
O7j2j2N/tOUbGs9mxxe8+6yREO8BP0klN7oDs/8AauHj0ud6VmTWTALmkVOl1jf3dlfqf2F0
31/dWenYnBd9oJae4Hpv3f8AfFyeJ1G3D9RzGNtZbBdTYSWSP8JtaW+9Ez+sZHUKGVXV1MFZ
DqjWCI0LI9zne1JTu/V36wnC6fgYTq/UY99gc8B7nNYLNW1MrafU2NfuR/rhjVZmNR1aquzb
UWte97TXNbj7XQ/9L/a9Nc10/N6oWDHxct9bccE00gwCHE+pGm3+v6qhduvtc97w7Jd9LY55
3xrs1LmN2ub7UlKyMV1du15Jru4Pw1bH9VAbvqD4JEja9vYx+YVYNpsqa4/TpjX+9SOHk3bL
RWSy521h0AcT+5KSnofsp8WpLW+xVf6Yfh/ekkp//9anl9L6b6ra6sk73uj0yzTu58fnN/cY
qWSH5Ga/VrGvcQJdG0MGxof+67axEdk22bAHbTvJ3SQSP3Tt3e1Frty32euTRa97tpL62u0H
8rb7f6ySmjZQGte421uPENMl0fAID4JGszytYu3XC52JQTUYLWthrjy0/wDmStDq+PW8WPwq
xaAQH6PPgdjXMLf85JTgVuIPi3nXXX95XvQ/UW+n7nvl9gbroHCtjXN/N+lv3Ky3qWM259n2
Rjy8gkkkR4j+o5Sr6reLCaqWVuPZrSDt/ru92xJTmOoub7XVvbrEbTz4I1XTeoWgupx7HA6A
kQPvftV79sZu+WtrB4J2lxn+TqUzeo9Uc7luuhlo0A/khySmo7pWYGn1Wtr1ABc4TJ42tZv3
Kw7od5rDmOYA0e9xJEu/kNdtUnuzrGzbaGM0O2s7QP3t0KGO2pzBY8vc6xx2NJJIA+i/3JKb
2Hi4eLay/cwWAAjbyT+77t3/AFxFJwy6u1tNFVgmy7027XOdPtrZ+bXTZ/K+mm9Wmmr1PRIZ
W3QGB/ZVat1vt9QwT7nnzP8AvSU3LLKLnOtdisBfLdjIa2DrDm1NZu3fn+9Ce4OyKmzLWBz9
vAgCGN2qLnxXLtGD87y7u/kpi5riSHsYAAzmTJHqbms1/fakp6XXwZ9ySh6T/wB8f9H/AMmk
kp//18No/SaamYKO3cwtaPEHTxVbeA8Fx8Nfh2UzksI5IgkwOxPmPckpKK3wSdC48lJxqlrQ
QQNNNYJVdz2zoCf3ZKet0TtLQSNAfE6JKTBzIAEE9jrEkynNmhLTDn6Ax9EfR3f1VEUXMY3h
ocY3HTTudUW1tTCJtZ5wRp/50kpesNaJjQcIhLQTrqR3QDdS0gl+4DkAH/N1THPqAO1h140H
HjqUlNh4tyYqqA/Sa2HWQ0f+SVpg9AF5cxm0wGj3O0/ks3rJ+3v9waIc+C6SSTHionJyCfpR
4AAABJTq5N5cGy5zquZcQyT/AGlXOfRAPufBkMb3/rWv27P7DHqpuyLGe+XMB58x8PzkWnBy
boDWEBxDZIMfP+SkpNZ1C22stDBVWZ9jTJg/vOPuepdPZbYQ1rZDzLnNAMAnndZ+j+j/AF1p
VfV6k473Pvqc6I9jpDTzOn7q1Oi9CZ9iqyLZa64eoGtB0af5vWf3ElJfQZ/pHfeElr/ZafA/
eUklP//QwbXUl5LKyB4BxP5QhSzd3/DhaTsfHfdtdWNB46ef/SQn49AdZDIjjmPikppy0cHT
/XySHeDPh2/IrJxOCXEE86QhurazljyP3uP+p3JKRGdATMeJlMQG8mD3jhEbtH5okc7ySPua
iMyn1NIY+vx+gTp80lNbjSf9qb3fu6+ACvfack/zuQACPb7AfuhWcPDuzQNuZVR2m5zWA/Bu
5z0lOU2WncZaAdPb/q1FZkMYZeGujhljSdeZ09q27Pq71Fj2vZbV1Bg/wdVkO+bJbub/AFXK
w7Ay37Ksrp9jGuG2GGsn/Mu/P/64kprdLfl5LtzMWuypgiQ5zWyf3Q1lq162ZW3Y6mmusaQ2
5xJH/Xqlbxvq9jspDqS7GDhJrcNpBP75rcr1GN1CljRXa2zbzLzBH3PSU4PU34bMGxjMW4XO
IBuaQ4NH57nR/gf32bPerHSOo4bMRoi3KcwEOsaQyAPos9NrvzFs5FfU8ir0W+njh384dLdw
P5m2xu3/AKKhhdNswi6xtePZdZIdYyv0fZp7PYXNd7m7/oJKR/tnE/0V/wDnD/ySS0f03+gr
/wA//wBRJJKf/9n/7R9MUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jv
b2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29s
AAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUE
HwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1
cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsA
AAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wA
AAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAA
AABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAA
QmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4g
ZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAA
AAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAK
dmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50
RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNA
WQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25n
AAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAA
AAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJ
TQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAA
HjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAA
AABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAA
AAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////
////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////
//////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJ
TQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAA
EAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAA
AAAAAAADDQAAAikAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAACKQAAAw0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAA
AAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAw0AAAAA
UmdodGxvbmcAAAIpAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIA
AAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAA
DEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5
cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25n
AAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAAMNAAAAAFJnaHRsb25nAAACKQAA
AAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAA
BmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRF
WFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVs
dAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2Jn
Q29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAA
AAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0E
FAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFh0AAAABAAAAcQAAAKAAAAFUAADUgAAAFgEAGAAB/9j/
7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwP
FRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4O
EBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DP/AABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUG
BwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQAC
EQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXC
o3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH
1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKC
kkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl
9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOhZUAIlT9Bp5CGy1gEnQIgy
K4mZSUua2hsAIVgHYQfNGGRUeTp4pg6p+kjXmElNbdslzoDWglzuYA1cVldCyrep5mb1IyKv
ZjY9U6NY2bv+3H7musWp1Z4o6blWVe+w1llQ4Be/9Gz+y3fueodMx8Lp+CzFx3tsbjgCxzSC
XPP0nu2l3us/6hJSexjo9o14nlVS21p1Iaexjv8ANW/t9LXFoaXkfd5hQOXXJ9vu7T/3791J
SFuK54a1znO09wJj8isCkSB+73HdJljS0OI1d4ac9lL88jsAIEpKUdrGg+CkbGhunxnshWPE
R2PtnlAO3cS7XWBPA/lBJTc3tPEeBKFdcQZaQZ8eAVVdLWQDDTPlwgXOfs2T9ERp3Pgkp1/X
SWfA/eCSSn//0NAvkQNHO4ClwB+Cqm4utcNDH4KbgS2QdeySmbrnMdqePnoityXNB2mFUFku
MfS51TucJn6WupmDCSmh1fGGbkvuzK35NFQb6Dd1gaHObtfVVXUx/wCcz1Ldn6ZZHQrPsvVg
GzU1wfW9gMTp7GH97a9XeqbnDKdRvcGvY+/gtYXtj22fzrXOb/O7UDoFdL7ntgHJaCWl3JHc
VD9//Sf8Gkp6KhzgSHQ4gHYeBHn/ACkc3aae0DmdDqqweKmPdyGAuI7nQvU6rBaxljfcywBw
8w4At/Kkput90bdCY0A0/wDOlGu/c5xqe17RMlhDoI/e2lyo9XdY7ppoYXbr3tZtZ9NzB772
s/rVs3LMGNidP6phjDbZWPUFV1zzPqeq0wxtf8n+Skp27brGkPJJER5SVXdY6WAGCB85On0f
6qPaHCBzrzMaAe5Ucm6umo3udtD3sYHAToXBm3af7W5JTMucAAACOdUt5JjT+r3jRMWjd2Ak
jTx+io1vAIDdJGs958ElOt8vx/2JKM/yz/mlJJT/AP/RI0OFg/rE6jsiP3Q4CIH4f+cqTq3h
wdEieQouc3cW+E6afIpKQgAOI1GnBCmSwcmGAbnHyGv/AFKhd6oAIGnCAbTVW622Xt0BrbJL
mk7T9H8zX9IkpJ0uk5WI/wBV4o/aDrH73RLg/T9FWR7tlAb+mf7FLHwOi4drGtYX2h303PIP
/gZaqmX1SuyXVTSA3a57gA/d/Ja383/R1NVMODmmwOtueDoDppx4pKegyaRVe7IpvdZSz9Jb
To4taPp7Wbd1jWN/S/T9TZ/pFXdmNwn4tdrSyi1tgdaNGsDDs3bv3W/zn9RZ+DmZWJbW/Gqb
WAdzW2vku1/SN/kv9yrdVY+nMbsDqqzWHUVEz6bHbv0THz9H1PUSU9HQaup4Yo9RjnsLReQf
oOAcHPbt/Of9L/RvWJ0ix+X1ql+QB6lTXuZpHuZrptAbvd9D9J/no3TeoUYOLXRhMdXc5rLb
8gQ4ud3YWPHsZV/gWsQaMs1WW24TzjPuM2lkFx/e91jbNu536T2JKb2Z1K5vSq8xtXoZNrtp
otMua3c9nqbT6b/pMVezKwMqiurcDa+2u2ut8iDuHqMdt/dc63/rSWZ1gZWM7Gy6GWXVuAru
+lYGuH77vdv930mrHrD2Foc/0w8SSBJJGte5o9zW7klO0OoVuzDiWAM3NDg8kmXO97mkRt+j
/hNyfp9zbcUuO11gLzAGuwOIZz9L2/TeufIcRBmToJP5EduU6p1FtGllLHMcTro5xfs/qapK
er+0f67D/eksr9sXfu1/ikkp/9K/u/QmATqYA181VfXvPsdtcRPH98LRqw7QJeIg6jQ6t/OU
n4YLQSAdswCJglJTz9vUTXkuocfTdXqxzhuDvzhDWe73Ku+237Tv3OIdoQfaAOdvpte/0/cz
d9JanV+h/a622UPAyagfa8w17B7i2f32fvLm2n0boaJawgOA4J/P49v0klNmwTc4n2+n9Frh
Bk/9FP8ARMsh4/OJ/wCkjWObYAQ6X7OARMH96f8AP3oIY4gRYXN1Ige2fpRub7UlMCK3FhBY
8idweC8c+2AzdtRusGLqa4EU0NY0AaDVztoH9pKhkP3BriG6vfwI/Nb7HPQ+oPN2YWgRsa2o
fEDn/OckpEWPaW7SNWNLu2hMQPzVF4dWS3fIPIGkH+T+8jZgPrsYYa0MaAToAgvZtdALXeEG
fvSU2uj1Y1mUTkF0UAWgCDuDeaXNd9JVL6fRvtpDg8McWhwESJkO/tNSZAsEGHHQtgwiXgsu
LLGDe0N3a8kfnS3b9L2pKQQ6eY8zpqpERIHGsItOOLGOeXhgaZl0kn+qPo+3+U5PZTQaTZRa
LNo99bhteJ/Pb+bYz/ppKbPt/wBYSRdp8B9w/vSSU//T6gsqqqdfkP8ATqbAJd4k7Wt/tOcq
tT8PqJdVRY47PpN9zHaRrubHj+8g/XdmU7pDWU1myn1BZkOaJLG1Ddvd/wAF7vcuc+q321vW
8d2IxzwSW2ySKxW4bH2P/Md6Tfeyv99JTv8AWqLq8YUscA697aG9yfU9m1v9j3rPb9T3PuHv
itzgJBdvg8u2NYa2bf5T10uRUzL63TXHtwajc4/8Ld+iq3f1aG2f9uInV8wdL6bfmwXOrbFQ
0j1Hfo6t38nekp4nqGFh4uZbg1P9Z2KByADMbntre385iqbWVHZv2vkRXuBie2987XKoL3C0
X7t1m7eXEzJmSXF37yNj4YzMsbPUsZYS4tpZvsaS7Wp4ds2+z/D/AM0kpNVfj12PBuLiAQH6
hmnuDZcG7fd+e9is0YFmC51/VC2pr2tLC3ba6LHO2vb6f0XPhZuTgX0XihrXkOO1nqbW7v8A
Ne9uz3fTeujxaG5Wb06q17bsXpmOy3KyJJYSwO2Vh+33+lu/8DSU4OXj312Pdbta5zyXA+9w
DfaA7Zua39z99CZj2WmKpf4EAj8Va6lk5GVnWOJDjc7cxsAjYT+i9J39T/MVvBZf6fqXuFON
WCS4lu3n3D6Tv+pSU0nYf2UuyHtL2VloDp9u9272dt2zb6nsVe9mQ+59hY95eZ3bXQZHs/6K
0uqZuPlMowsYk1B5aAfz32bWeuLZ/Suez+bZ7FtPyjUfQOTh41rIZXjNix8/QYx9rpZW/wDq
02pKebGI6qn1M6nI+ysJDnMBDRMf4QhzPpIr7vt+ewVUDGrAb6VNTYO0N9ra2AfpHP2+6y3+
vbYui+05TnZFVt9tjqRsOLXYAPc3d6tu1tLn1bvzW+9ciIryHtg0veHBpaXGA6fz3e7+TvSU
9T+zcH/Rv/zklm7j++77kklP/9Tsup5LcXBtucARowAiQTYfShw/d965Edfx6bq6X1srZW0D
bW0MLAPaBXt+i+tnuXQfWrJqr6VdjeqxmTcGnGqJ97nCyv6DD9L+UvO6KjZbDwTXLnWuPBDP
da3f9FzklPd/V7q9GTkZJeT6+TYLHF0DTaGUN0/dYNj/AOWq318z9uNi4LHCbnussAOu2sbW
NP8Abs/6C5CjMyMe8ZFLix7Xb4adI/cj6P8AJV/605xzepuvY4Fhpq+ztgj2Fm9+7d+d9o9R
r0lNejpttnR8rqe0+nRbXUwdnCHfaH/9b3UJsbGd9mflC0NtI3VVOJaH11O/TbnNO7d6n8zX
/wAEu86Ti4GX9WMfCqM4t2NscRyHPBN73f8ACtyN64XqGPZgPZhWva6yhsWObqAXk2f9Hc1J
TU2vc/1A2BtJ2HWW9x/Ibt3LZr6vkvc/MLXV4tNQYKGOBBNha59mR7W+r7q/d7Fn5eG7Fw6y
5uyy/wB21+jvTPurc3/g/aq2NkOxX72+5hPurP0XNOljHj917UlOxh34WXVW1tJF7nGhmNU7
a1zne9lg1/R17Xfvfo0TqLHdPvx6M6g3WuZ6tdZDW1sAc5m2nHfLd29n9JyfU/4LFQvqxU6v
rtLA0urtdvpdx9BrrfTe/wDq/mLQ+vVNdeTi3uYHPsqta3b7Rv3N91hndZtYUlNrpFuPmY1W
Qwh2aJ9SWPtc0TtYx2QWsb/NtZ72q8ej5RBHq2VB7xDMZtdYaOT7/TZZt/6aufVy0WdBwHNJ
2+iAACY9pNf/AH1Yn1l68/Dzb8SqRkbWNr3AbdpAe0/553+1JTnfWTo12G+q9j7C3IIq9Rzv
cLANG2Onfs2hZX2rPYXU3NGdW4GN4l3PZ8eru9q08nr7+qdBtxMwfrVL2vZZoC4N3eqz3/4T
0/of6VZuI9zqX2GCaqncjiNzg4pKd/7WP9B/0m/+TSVDYP3Hff8A7UklP//V1Prlg2DL6f1E
OHptd9nNZkQXb7WWbh7f5K5l19TOiMxvVLpstc4NB0sft2Uu+h7NlW99nv8A5xVrLvVa5jnu
Adq9gedrndi9v0P+uKxmZBayum1jH2WD1L7drZHqADZjiNlLvRrr/S7d6Smh5fSB1C0qMzp9
2F9n6jXZbbivNuO+twa57XhrXYT3R7KvUHrb2/8ACKkaCfcySw6bdJJP5rUsX7Ga7xkPcx3p
/qxaN02SNH6/Qcz2pKep6L9Zei4GHdVWyyhoBuGMSXgWFo310WWfTbY9v+EeucGRk5WcDSZv
ynbCSAfp+2x0/m+33Ks1jXVusa5osr1LDMPbP5k/nfyFY6cTScm8e2xlDthPHvIqdr+/td+j
SUiyTZuDTaLxWC1jgAPaC5oP9Z23er1Y6J9lGNZW45rjs9YAy1x9u8+5rWVsd+aqGMwl5dIa
KmOsO7j2j2N/tOUbGs9mxxe8+6yREO8BP0klN7oDs/8AauHj0ud6VmTWTALmkVOl1jf3dlfq
f2F031/dWenYnBd9oJae4Hpv3f8AfFyeJ1G3D9RzGNtZbBdTYSWSP8JtaW+9Ez+sZHUKGVXV
1MFZDqjWCI0LI9zne1JTu/V36wnC6fgYTq/UY99gc8B7nNYLNW1MrafU2NfuR/rhjVZmNR1a
quzbUWte97TXNbj7XQ/9L/a9Nc10/N6oWDHxct9bccE00gwCHE+pGm3+v6qhduvtc97w7Jd9
LY553xrs1LmN2ub7UlKyMV1du15Jru4Pw1bH9VAbvqD4JEja9vYx+YVYNpsqa4/TpjX+9SOH
k3bLRWSy521h0AcT+5KSnofsp8WpLW+xVf6Yfh/ekkp//9anl9L6b6ra6sk73uj0yzTu58fn
N/cYqWSH5Ga/VrGvcQJdG0MGxof+67axEdk22bAHbTvJ3SQSP3Tt3e1Frty32euTRa97tpL6
2u0H8rb7f6ySmjZQGte421uPENMl0fAID4JGszytYu3XC52JQTUYLWthrjy0/wDmStDq+PW8
WPwqxaAQH6PPgdjXMLf85JTgVuIPi3nXXX95XvQ/UW+n7nvl9gbroHCtjXN/N+lv3Ky3qWM2
59n2Rjy8gkkkR4j+o5Sr6reLCaqWVuPZrSDt/ru92xJTmOoub7XVvbrEbTz4I1XTeoWgupx7
HA6AkQPvftV79sZu+WtrB4J2lxn+TqUzeo9Uc7luuhlo0A/khySmo7pWYGn1Wtr1ABc4TJ42
tZv3Kw7od5rDmOYA0e9xJEu/kNdtUnuzrGzbaGM0O2s7QP3t0KGO2pzBY8vc6xx2NJJIA+i/
3JKb2Hi4eLay/cwWAAjbyT+77t3/AFxFJwy6u1tNFVgmy7027XOdPtrZ+bXTZ/K+mm9Wmmr1
PRIZW3QGB/ZVat1vt9QwT7nnzP8AvSU3LLKLnOtdisBfLdjIa2DrDm1NZu3fn+9Ce4OyKmzL
WBz9vAgCGN2qLnxXLtGD87y7u/kpi5riSHsYAAzmTJHqbms1/fakp6XXwZ9ySh6T/wB8f9H/
AMmkkp//18No/SaamYKO3cwtaPEHTxVbeA8Fx8Nfh2UzksI5IgkwOxPmPckpKK3wSdC48lJx
qlrQQQNNNYJVdz2zoCf3ZKet0TtLQSNAfE6JKTBzIAEE9jrEkynNmhLTDn6Ax9EfR3f1VEUX
MY3hocY3HTTudUW1tTCJtZ5wRp/50kpesNaJjQcIhLQTrqR3QDdS0gl+4DkAH/N1THPqAO1h
140HHjqUlNh4tyYqqA/Sa2HWQ0f+SVpg9AF5cxm0wGj3O0/ks3rJ+3v9waIc+C6SSTHionJy
CfpR4AAABJTq5N5cGy5zquZcQyT/AGlXOfRAPufBkMb3/rWv27P7DHqpuyLGe+XMB58x8Pzk
WnByboDWEBxDZIMfP+SkpNZ1C22stDBVWZ9jTJg/vOPuepdPZbYQ1rZDzLnNAMAnndZ+j+j/
AF1pVfV6k473Pvqc6I9jpDTzOn7q1Oi9CZ9iqyLZa64eoGtB0af5vWf3ElJfQZ/pHfeElr/Z
afA/eUklP//QwbXUl5LKyB4BxP5QhSzd3/DhaTsfHfdtdWNB46ef/SQn49AdZDIjjmPikppy
0cHT/XySHeDPh2/IrJxOCXEE86QhurazljyP3uP+p3JKRGdATMeJlMQG8mD3jhEbtH5okc7y
SPuaiMyn1NIY+vx+gTp80lNbjSf9qb3fu6+ACvfack/zuQACPb7AfuhWcPDuzQNuZVR2m5zW
A/Bu5z0lOU2WncZaAdPb/q1FZkMYZeGujhljSdeZ09q27Pq71Fj2vZbV1Bg/wdVkO+bJbub/
AFXKw7Ay37Ksrp9jGuG2GGsn/Mu/P/64kprdLfl5LtzMWuypgiQ5zWyf3Q1lq162ZW3Y6mmu
saQ25xJH/Xqlbxvq9jspDqS7GDhJrcNpBP75rcr1GN1CljRXa2zbzLzBH3PSU4PU34bMGxjM
W4XOIBuaQ4NH57nR/gf32bPerHSOo4bMRoi3KcwEOsaQyAPos9NrvzFs5FfU8ir0W+njh384
dLdwP5m2xu3/AKKhhdNswi6xtePZdZIdYyv0fZp7PYXNd7m7/oJKR/tnE/0V/wDnD/ySS0f0
3+gr/wA//wBRJJKf/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABv
AHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAg
ADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOkGh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6
TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0
az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEw
OjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5
OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0i
IiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1N
PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpwaG90
b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJo
dHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTEy
LTI4VDE5OjIzOjUzKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjIz
OjUzKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOToyMzo1MyswMzowMCIg
eG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDowZjFmMmY1NC1jMTAzLTJhNDctOWZhYS0wMzI3
NzE4OGNmNDUiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDplNmFl
ZTkzZC0wYWJjLTExZTktOWNhNi1iYzJjZjQxMjBjZmUiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1l
bnRJRD0ieG1wLmRpZDowMDZiNWRjMS01NGFiLWE0NDktOGM1NS1lZWZmNmVlZmIyZjciIHBo
b3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYx
OTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6
U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDowMDZiNWRjMS01NGFiLWE0NDktOGM1NS1lZWZmNmVlZmIyZjciIHN0RXZ0Ondo
ZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MjM6NTMrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFk
b2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlv
bj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MGYxZjJmNTQtYzEwMy0yYTQ3
LTlmYWEtMDMyNzcxODhjZjQ1IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjIzOjUzKzAz
OjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2lu
ZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+
IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6QmFnPiA8cmRmOmxpPnhtcC5k
aWQ6MEVEOTU2MzlBOTk3MTFFNUI0MjU5NUI2Q0U3NkQ3NDg8L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QmFn
PiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwv
cmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQAB
AQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBz
UkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQA
AAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAA
FGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkA
AAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAI
DGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhld2xldHQtUGFja2Fy
ZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNS
R0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFla
IAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QA
ALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0
dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNw
YWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3Vy
IHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVu
Y2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJl
bmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAA
TAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAA
AENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQA
WQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA
4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMB
iwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8COAJBAksCVAJdAmcC
cQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oD
lgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE
/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0G
rwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYI
qgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK
8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQN
jg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQ
fhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QT
xRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EX
ZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsb
YxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qf
vx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0k
fCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWsp
nSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12Last4S4WLkwugi63Lu4v
JC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1
EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07
azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5C
MEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1J
Y0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtR
BlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZ
GllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9h
omH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhq
n2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0
FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+
AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VHhauGDoZyhteHO4efiASI
aYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOT
TZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCe
rp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyq
j6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4s660JbSctRO1irYBtnm2
8Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD
1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXONs62zzfPuNA50LrR
PNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLf
Kd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHt
nO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8
mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAAS
Dg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCAMNAikDASIAAhEBAxEB/8QApAAAAgMBAQAAAAAA
AAAAAAAAAQIAAwQFBgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgMAAwACAgMAAgIDAQEAAQIAEQMh
EgQTBTEiEEEUMiNCFaAzJCAGEQACAQQBAgUDAgQDBgYDAQEAAREhMUECUWESEHGBIgORoTIg
scFCUhPw0WIw4cLS4iNygpKisjPx8gRDFBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMR
AAAA3uIWQEgaCx4VLcRHaChwISSuWVikggMIZAqcpz9vnfSGwRhVsUBFZAAMAR1Sk0yuBqsc
Fy2lYsrGhcgaCusGkIVZQyQAcEkgyFAxCNrxaDMxIpJBGgISKSCGAKEEIBBIKliixlJISea6
PFNHpeJ3gMSAMBK7FKTapUzAEcDRwVuziGxAQsSSDCQWAFhWFlYgSsHCwjQgABUCCbMuspKM
NAxGVgGAMhAZABgBXUUNBAygjgC2Ieay6AdPsVXEIcUmCiwlKXKUpeSl7IKrqMywYKxCkHUw
DACJapGRC1a1LYqF7UuOqVFxrcVGpLdfO2hZSEqwxSDwQMAGKweKSA1jiQELCCxREvxHm+7y
vSBYQJECyKXNQhcK0LTWRlrUe2twxYMDWK6uSSDJFCjqSmwCXoRUcEhQiOhHUBqaCdHndMpe
phzWC2Z4aDVCyVQulLDtUC+UQuNFpY9MLVWE4mzmG7ocJjunhdYsFYGpALZW4TAMhgwWGkIw
wUlqgEdGCDWGAFbQEUkKmouVQXJAKUUuqMArKTpc7eZoVJCorKwZCAgDRQM9MLohHsoYtOeG
jkbeOc9O4Thzr8sXdhJ6ha4Wrm0EuVyEEeuKO1VgY1Y0WFimsuNFg4SssqNJfEAGqtFWVl9B
BYICQQZlQaK4ejg6BgZGGVSK8JJACMpEdSLIO1TjFCMog3C7fLBdoxGWi/MAi07d+O8ruKF4
DhNYLAGA6EssrUsBhKnhTajDVuhK7awKUGepyiyQkkArAUsCQMCEjdHn9Axq6CiEcpCxApZK
mLKiAEwDxQOoDBCq3NjOlls55q5ZUjDYXbq7QPXYFwwAQSRiu1SWlLCUv5w10ZidToeb0noK
5AgKKjgNVlAxDkQwgBGSAIBDYl4vR528x1GsZ6LBijBJhWHrLAsLFEGgYkAC+diczpUGXJv5
wq2Ia+hg2lzGBaAc1uRa7B0YFgVxrKnMfK6nPNG90MnH3YT0LrYLBBHqI1TgNF9QlyMRZCRg
B0BHrcs34dxgptzjupLGQjwAICkAUd6bRpWRgCASA42/KbOf3cpx1ZQ9fkOegFd4gILEgOZ1
OV1hwQSwQNldhzKGvHya85Tm1c87e7HsEBUAIKbaLQ83p8Q17OduLIjAIQARw2VsXbsG45wa
sYmo1KYBq4Gt1FDoF63CVcEkFIY51/O7BcZmOQvYvOTd2HOXs02nJq34B781xLFJZEqNlNuA
6TKxm5/UxDjmoI9fROqpgguQWmjEdCyVF/G7vPBoqvBBBqrKinTy+mO8AdvP2GUECEgsJgkJ
EjoLIo7VOM1VgAAPTdzzP0cXXJrpJbTbmHSis16+dpNeeVmU7+eWRSVc7dzDu5qbzoPyeiLb
Yx5rPsyB6XK6Z1POek86djXnvPP1acp0r+PtOpiwuaZYhiVaztrg1nK7fH3GuBhNmDQFHBW4
g8MK2KkV1CIBSARkA8qcu5m60KuTHroqNNOJDUmRjY2UGnTztJs38zacvXZyjTzFhrxspOlj
9CXCgnN5nY5wnb52w6M5dxv4vcY8kvc5JQpgbVBsqpqLqgxYqIW7MO4ydnhdA2a8e0oW1SuM
hYVIFMLKTAAqKrVhRlC6aAW4lOvjorIqsUNaoLRBbueDfXkBquzqd/l06TlC2sMjHo3wYDpZ
6iX50g9NkBpzA09Lz2o1YkQzsCK0vKa9uQMVxQQWb+doMpENXS4vROlFcWvRWLIpVICyKRoH
EpvQQXUjFKChehSZDYo9AADaobUIosgbaoG7nE6mnlds89XqzEEJqzvWaGAKwFLrKyM1IEZI
ODaZtWaAAYKxhCQKwcVWgVZhduTcb3EHDKVqwK0tQSGsuNUCaUN2fMTOXU0GnQU13ZhNFFoA
7COqF6IxEe0ouxub93L6BzM9qACsWV20Fprg1diEsqJA6gtq2mPsLtPOrozhghDIQrCEEMIA
YSdHn9I0OrjJYhSYB1ijR4Y+b2OUPv5Lm8UWFSX1iXVXlC20lwEGalhq7AVWPWMaoWmknQuy
3HLSxAFXNWPXkHW+sdpSJCowkA6Md9aUDyelzQQMCGEBIrghUgDKQ9DndI1QOWU2QNd6hz3q
ZrLYV4tynBltIYYNZQS7Rl0l9FiFDK4igGkUAuQQiXQNtNpfdVcchCA2V3mjFtxAAgwDiCML
GJWWQ1Si4syXwzy2FZspCVcRhAwwWMCdTl9sjmwVnIA8FW8FC6EENgMnD9RQebt01GeKxNmK
41RbRKbUFQ3FMsUAsrJbTB7s2ktgyFJUDac+kOLdjFYaCpNKlIYABJFZhWjAeVAKwMALINxi
s3Zh6hsOZOpzCdLl9k6YYggIIQQMoq11mmKwj1Ey8i2grKkYgmmuORswLYqlyuRlDAV1NCkh
xacgpW0OlmKsdtIGALYkBAQwQVWUOrPrNHP6XLEYEkkLbhWWUxAnaCk1EHW5+86geCM1pSLw
UJfUUjSCiWqVYdXPMq7bzljXDKNvVOGe3zTOXrK0uUqewlQsBSXvA0sMNbVjdPmdYSrblOeQ
BlrYMIBLKyMbzI1zFW9KhsOigMijgMEm0r126TfwLsJK5aaOtl6oLCxHmEuy81Dpa/P7DsmW
FVWmoz8XtefOnpsuKbLIZ9YsM/l+twDpJj2mTQykTOSzTiY0Za4ar+exquftnB1rSPmxds5W
mzMVA0ly12AZtBm2GFVGzacem2kup0gyHahlu06DmWdaw4U184Zb6w9Hn6y3sZNhtkJPNei8
kZChDpyw9X0vO94spvU4uc7jXarEZSHNq88c7LagNGaHS5+3nkEAwjixSErC/wBX4/1Bj5XT
5Js72bSc7nCktrKj68rGls7GgG4Op+MYq9CnU1swiik1W8xzrDj0nZ5GtDhV7aCvo4rC3r+f
7Z3pIcrz/qvJlUBCATR6fzfrS2m3mnK9FyO2EwgEUp8h1uISQikQ0UrpMdmmk36OVtKcltRV
GtJ6XndE49CdY6GXocs5VVuYVrIR1tBuz7Q6Kay3FmUquo1mlOjoOddqhzbNanO6OLoFnItz
mCu/OXtmsLuzx+sd2GCZdiHjavT5TlX9est6HK1G3z3b88dnoU2hgIUbOea5mzIAhhYwFJYb
Vz9J2ZxbjdlxVjX5dJqsnQOd2sKmrhdnmgxb0MmiQOmrUPXnxBOzWcletWcjr6tJn5nWBx53
KSvTlqMOznqd/Ny4acurQcg9Skz9nmdk68gCjVGbPmqNYzUHVbl9Aqpq1nYsxbBisG5PS8wc
xYQoCas/pvNAEgmk9c5D5YPXAJoQHbu4jEvw9cuSjKdfPn3lFtmcTI/TMenHUbJnynoLK9Rl
tNQmLexzq+7DjN1iefyeg45jr0VFbms3a+Ladfq+b7515CDndHkGHNZULnqU2HIDaEU7m7g9
I7BpI3jfQ+WCBBelz/WF/lfX+eORI51lGE6HH24Qs6hDMZtFLF+inecqnRkH7XD1l12PvCv1
FPF1XUjuVO7q5m8sa9xZohRh6DlEvhRxfQ4jyemq0VHBlmlzP3uduPQwwXndHCef57VkZGI6
biioqW7ecD1+vgd04nCvzjJIdT1XN6ZOb06jxBuqN+LTjGrYCuu4ozacoFsUvtx3HT5etTDf
muOj3OL3zTg3VHl8HSrMu3NoPUWCwEYi1W80NubKa9Hm7T1NeLoHksXQ5pptxaSaM+sz7+f3
DsqyiY9GA81VroEEBZrFRRHrDCDb6LyXoTzthQrIh7fRxuuOITjcz02E8/murBbRcWbQxz8m
3KAGEdAHbhtKxuyHR7/lPZEsMPN4OnwxNmS09u9Fw0EJxex5g05MFYGak6Hc8xuDh6fIDfnu
L7ktMXd4HoDtK1Z5PI1Z0Od0ecatI3HPwasRDIEEDbsGs0cn0vKMIlhZ6/xvpTqEQq4nV8+Y
VN4rbOYeh564ymEiEkQblMbRTdq5Og0+k8/0zrAw5XlfdeKKoQe108zpjEQnC7uM8Yu7EXhW
KtOawCW5xmSHQ0cvSU+k896Q6lNoPE1ej86b+Zuzm623IZ8nW5JA0FMgwVjr9PzHZKuln4h6
anFqOucF5z+RbiEDACTqnJOmsrMUPY5vROgqAw8zsc8zGthu1xfQndIIvi/aeIKCVPQdng0H
odXlfQGxYDz/ACPTeeDS95gGqgZXYoDghhLfReb9UbxzAbfJel88W4nhoOLWc6QDiEQsRSIC
6kl1LqBkB0LuWSLIFCxf0zgJmSBhhamjGaaFBofOxSz9I5XqOV0zrzm6S3xPp/LiQQ6Ve6w5
erTtMmxIbODprObqxbRce/EIy3maXVEMUv8AUeY9QeaqLGdbqxevywbNBzmrjDSZxagsrtEF
gC9W0yr1uSFTeZXastpcAur2nT4W/niyQl9GgSokUXZh7qbBLIp3reWx1rOIp1/ObsZSCh1Z
y2NuvkA6vNN5lGmgmmgm3LcDLooceplEMJo9R5v0p4x1QstzwOhNQ/L25AW0MWlXEW9CpGUn
R5xPR8BUJbUxuw6GMRJB0+frBh6XOIYo22u4w7sBLsxAYQEhhEdQlXIywQlA6M1hty7nMI0U
jrWxS9tJa9NpWLEGB1mIdLKafS8jqnhxszlYMB1+Z1DnpKyEAcFC1FIyyAkAIQF62HEYQsBt
2SwpqIIQ5ZUAGQEZGCDAQwClA2I4A6gV9BkOqwbbT0Dg0+pyHBv7GMOfr6zzJ62UTB1LjPpq
JXRLDZ1+X1jzq9So5eTuZDFo04DIroGNpMc1IUjWDKQSK6AIgykBsrIxlxux7MpkjAUyAJBD
ASRhISK0YCaSZ9zWmCjbac7XZcLNKhulRX0ObpKFa8ZsCm18NppopIyuDNfn0l/Y43aPP1ms
Si4F+fZDHnsrL7c7hWuovqQBOm0w17ayibrDmHVQIdFpj02EuqGg57diHFnWrOUOrach+sxg
u1Eol1QsjlOfRWOyIb259RsXOhuFdZYUcSwVjlCGCDEkrMUcQGfZlvLu3wu2eXNKGrBfSXaM
lZqtwQ7FnDuOvXzmDbnY6j8+80JAbaKIU1W5zc+cGxM2U3tzGN785Tpzm1HZnCsOovMU6NvJ
B1py1OhXkA62wSvTUPa9hRfNBAwAWqMr57hlELSIWBSRZC2pqhrKmH73nvQHkFBGiqXq1Y9q
WlDm8yJorIuqopF6FbtSWiklqBQkEgaBiOQWwqhAWAAtxK00EQWuVm2FUtqKLc2s0UFC1g5B
Y5Tn1YhrQxXYtg0SAsZRStRqz21GhkrNnW4/ZPGqQBlYsrcDW0uS2hwVlSyAEkYam5BC0K3F
xSXgtkAjLYPQahySB4xAYKyWkZGIRAZtGUe8XCmOW2VVF5oAKFsLGrYitUXGXitM4+OyoBru
HskLuxw+weWjIGAFrIxIUC1VxS4g0IBaCKtlQwLCmKESAaKFnoAwsAwIXRS6IQgEhCltbAyM
dgq2kVriUW1klFuctbPC9K2LWz5zo0Y4aJXCxQot1d4urOTqdPmdQ8gjgVkYtKwYOCuytgtS
S5aIXVopYAwGZBWSwUlxIXFSxRXhI0gQCMykQlhFssKqyxddWhqqoJfniAYsPEAtSoKwJI0F
eth2ADW0DYt5ZsotL+jh3njBAGKS5qyMhIshAltQSAEAkKktrihsqYggLbEcRmUUwkViJYrl
gCFsqYCGsd6FNK51NdCAZqmIVhcKmDASSAaBgWJpK7tFplzdbGU6cvaKbddhl3raeDYKRlUt
RQWCthwsLFBARAlSM9LFq13Eay0yrahofODTTSppXLDZXmJclYLERh0EIGgVijlWBGgsLCFn
Ell5nF6lRvuKZrYO2iG2zDoBnsyDdvB0AyEjqTwlfQqMy2QSMgFLEIJCANBAgAJBIZBohJFY
AIJBBgQSSBEAymEkBIQQiBtqJaAQiaim53JLUJbbcY9GglJsoAtlxiboXnFybOedTTxO4W2O
4li2HjKwhGRSwVkYoBnqYdYQSQKNAEEAaAMgkcAJhCqjxXEMARCKCCGEBRgEMGysFq1uMGAA
XATeG7RaYV6rHOv3Qo1V0m9uTSaMGaw6PU4dx2W4rnXfhXnnU0IUxgCElcLADwWOohYAJhIY
QrBkhAYwrSwqOmwwnow546JOYd6GQa4ZJoJnmgFUsUrSxhV36TjV9cHJfRB+nz9xtbGDZE1l
I1WmCdGHMXrQ4nM9Xzjz+no1Fty9Y5FnTh5KRCQMEOhQWJKbkKZZYZhfChryUF0GQqRlJYc8
L61ha9BLEQkRrBZaSh7HMybQZDtsOaduYG7HYdC3l2Gla7RNl2kwL14cydGsw6gwSKDfbzCd
XLmhjr3OZLrbzS2JToNzrTzdVlQl9Nw9boUWCEV6xy8FEBKr1Mx0KUEMLCg7qhYaSWGmDtTC
9ig0phY1Vh09/JtO23L0GxaWMePtE4VneU4E7dBzdXUuEsMAQhZK7ARyViyFQvAsYixiVhyK
0J//2gAIAQIAAQUA/wDlZ//aAAgBAwABBQD/AOVn/9oACAEBAAEFAP8AyAgAhAnE4hAM6wrO
pEQcUJ1hEuUKKkTmuZU5gufsYFMqWZ9p7CD9af8A8gNwsBLEbk9ZQokiENFNQnlaAZuA6kFw
B89yqZOQOBTCD9iouEjsVBgWhdSjRWoBx1AJWEgQcmhL4AYgggn/AI9uS1gczk/w0UGVUoyo
QYFhhXgATrKlQ/xXB/BBnEMAo/gXPxAZ7fSPPloS7/XpXlHMAFUDCvJFQkgs4jOK7CHQEl2A
/dnUEwhouU6EwJUUWHFCgAitRArkg8iuADGMWEGG77IxJqF1CAgwm4LpjOZ2AJfhWucyoE4A
gnX+CJQlQcAX/HEJE4nEPMP4AMFg83+SDU7GHQKnq9Hz74IdNEHx5/1OBDzCwEuy5/auOjE9
OOgMCgRUUqEW24mdw3ASF/a6qDgcQfjgQyxQFywCSKte1UeDCRQJABIayZzGrrcb8LKP8CAS
iP4qCfkXco3DcNmVD/HYQ0YeJ1lTgHgzivtPV1SxPq0B2FCACAGdRAsZeQBCBf4NMZVSjQHK
iEgxVgXnrCOTyFH8Cdhf5h4lzsQF/BNQmoOZfAJ60YvB7Ay454P6wclhOJfMs1zQ/gfn8Srn
IlSv5riuSBKnP8ftdTrCvHrXrqCSfpVJFCh+AYeTUomdBGQQqY10o4AM5Cj8cWKEFQwnkTmC
hD+fwQRHUSwCOZdD+hoGi6dQ7ggOK7fqLELmDQFRVE0SRC1jj+F5AhuD+OJ/f8A1DDZlSoRC
J1hBn4lQjn8xhx73J9Hj87baefFMc6g/Iog1KlETqf4ZbhEC3AkKgzqIF57XLjPQBoXzzc/P
8cTiMtT8A6WSbCqYVFDiAyzTadSXaZkGMonamLVCQRc/EHEsQfj+eZzDP64/ip1jG5dSxODO
olAwioBNiETU/Nv9f5kzSoIByQZUAggItyAR1jVYMJokiWS1AqAohAM/tiKsdjUvgckCoxok
8WSWHJWonBrjiiObICsRGp2e4AbLkxiY9wmpYnEuWIGELCWLJ4Dcdp25uXOwEGkLS+RKF/rA
s68kSuPstBn5vrMG29AUKKEBh4AewSAF1AY7CfJz3BheopMN0dBQayLMF2zQEUYxEHBI4uA8
EmCzOy3YgQ2OSQLEZWAPIHM/ZSi8uf3W6/MYgniWA1CduYTAaFgzsIHhInfjtLhYwNCwE7Aj
gwsBO0BBnaduLMLT7jfs31fnXLEk2SJfGj0A0bWM5EDwkkWRP7JFlzagGAAEV/BNAXFjCBTB
KIh/FQRrBU8O5BBgJEayQygEywoYgg3XHfjs4Zn7KpsE8drWdqlrAYzTtAzA9p3hfiyYpMM7
QsJZE7MCLJH4BMszmGej7Pz4n0fZeXeJ9x0RvurHn+35y2TVDyS4AsE/2CCTYAa41mf+ISci
VcBUKBw1gqTQaozwMbJqWY91XDHqtkqrUC/aE1DFcGdiGGgB+SyzCu4pdP3diQpsdiIv/J/z
xHu6uWYW4JNiAgxpzXMszvY7mCgCS0IJgHWCduQ0fQKvo+4o6OXIVpRhlNPrfUcdO4ZW5III
/qiW4nAFEzhV7ETsCVUWV/ayACOo/HFFjC1Sw0VuSQYWs66AFGuaMKBIhune1SNwSWsN1gfk
gkUDATfUwX2JPYUpoTtxU5jWSpMFCChPzLELkiyYaliBjF0AhPFigTVmHSp6uz+fxqnzt5PB
qyfXeVZ6/L5FQsCD+E5bJRni/wCM9D2Fk5g2aUkT8jRhLNAxGMP4JJANwE3fDOLdgsDCmJC2
K6gRlLFSANDwCZyQ4LAEgAsIFNq1AMAxcwN2VmMViCGrW/2C2OsvkXYuEMZTWvA/MsyyIxNW
YTU/I4EHI5nEuHkVzfUafJ8ueWpbVdVGg3jM1BiYpAOGpKEBgc+rITasSWuw4IDSgTACILMA
6wdZpc6kzrZI56tFJUOQUBFswn6g8CE8ILjk0ve647wcwkxk4HJHJa7/AGhQM7A/IWP8EXEh
JUhpwJ+ZZoniAiUTGgMbiKVMugDagQ3XYiFrXbfZjnkwx329mZf06aRllETEJ3yddQLMYdgT
QzLGEFobA5oEQLY/AU1AVomAkA/ggxQCdAYqgxzAwBIuFbjEEMAwpgWYmUoPFmyFJKvc/oqY
RwtWKDdpwYtFeIF/WE3ORCwoE0GEdwIrCfqST1LGCq62qpU6wsbup+SOZ6HXOZvmR6XULm2C
o+nm6uymAEAC54VYIDYRrJQSzR7UoAhEC3GshFqBQZ/VQgkbejPzrr9jqSPsfR2T7U35/Rnr
GhUdjOOhBaBWBUCnJAr9gOe1QcBGBn5b8gErGJLCwqr2KioJxCTQ4l8/0D/FhYbYXUUkhiWn
7UADOJYosDOJRnFixPavfLzOuo18eLppoUBJMAEA7Hy+R3P4PKgKS1sCWgJKigDYAEHEZKCk
2tBiTWmi5J6dW115AAagCJ9duM975DHtfLCMQJfChqdSYq1CVALBywKwUC19UBClblAwAAZk
A9bl1KMLiFgYHqA2OYIy83QuwtWSBOCQTCOVJMINj82AbUkAdXAYL5Hd382+QbsGb8Z0WwDH
bYnLcAFlIYL1AqzYLf2TZ7iyTQNkUV/Ea4LA+1Ytljg+hy+sAbPxeZR9jnkcx+pzJbMfkV2J
ssf2KBozQUzCwPYaxwFY8Sv1/ErkiKOHUCBhaOxJqdo5BhAqxYPCkkDmE1OYSJZEvhiRFZiC
RWcYwQiK7ElzQLTR8Qd8cznVQ3VglPQqNgj6MBYzWoRQosq2FJ6DzbLtoB+4P7diGD3OFCk3
PtOcPIuobHPtnvwXOjN1PyZL1yo0VqBqF2yOwY0wRSAzMRsVCI66ZsOOYLi1TlrU8D8dZRCo
Q06r/BYwDgS6gIhPFwx6Irg9SMyQTVk8Bv4BjclrouEVr01b6zPpt52yJXjgRWJn12wdCnWE
dYxpULX/AG1/H4nC7hrH7UOSFBn9Iptepnq9B1L+La/Gr/DvjqWw8jnXcddfrdXfDgADkgCJ
zLoZ0CFEBbt9hqe/g0ADmDkWIpALHtMvw12trAblkDs0MZSGI4WHkLV/iXwWEahB+04BBawe
CxgJlmyBRiix7W6ZeLLvsATPdgWyPAABg/KHTtlro2R/YNVrB+AP1+NsPWCCDQC2YoCwj9kU
mBefRjXrO4CZ+hur+jQtp6CuRufW5FfLU4E0YmZ2Aw51J+YdgoJr0OH18FltLrP/AI803W1Y
kowBPYnggERXodozCIQYQBPzBVEVF5PADgMKNCyYoM61BRCkVcqEwCe5u2nhzCpZM1ZExZrI
zLTPyMZnjuJj5fUzrhsq67rmR9hmYnrxcqVv0BAVHBABDGVPPv8AIRYVaJ9eQZmzOfo/0bU3
oPXbl1ycZ5m82swXCBTWVsqdx2zwPfOmA9OBTTwZFc2ssP1n7EdbJsDP/wC34woVR1/UBAF/
gg2GIZiGClgVJMY2ASI34B4sWKrqb5JFUK7dQp7ckgnqDCQo1Py7Y5hUApfQnp3ifW5LMvJn
kUAWBkgdLNMPR40ZemKjTx5/H5yfh2/fJWsbtWeWjfJzFY5e83WdR2//AFnF9H0dnfRWX+PO
yN40IGXyZgg1KIb1+vpP9TnTIlx51KuopfeVKY6/9f6kd0ER83ZitggDbfQP5S7+c9iOIxIP
yTQgFgvVTOvKqRCDbi4AbbghI9GUKWyfwRDyDxFJYkUfU/XHz5ltX1d1x879FxUxkCj5EJDi
O9ujEnNhARW2KvGwZRn6lOnpFY+Yh8/sdPiGe7Lpjt8q+4MrhwQrc+nBtmywGOXpDLtRh5X6
7y4a57Mc89NHfT6xm1war9rA+hmVz4/WL0/69mdevuC/CiVln/z9rs+njUfMKM/8TR1Sggsh
qpSBOyTRe0rhiRELT9RGlgkVbfixK5a4GYQiwSQVqi1wEiE8e3QX50Oh8+IRW1TIef0DUaMK
LKIdQpO37JqYrmfLPnBKOpH2XnbMY6/P5vED8H2eRYA8L6h5p6dU9PjT7NVz82+e6liCSAvu
/wDt/ZowAn1rMruo1TbBsX8ClPMP+f2CBfRdBD0bbUb5a+hxNfSuvm7ocEOffdmXUOZ5fTrN
nrBWLaLp2KEFXyLKTOrRgLIsHmCChLlRajHgfgEEMolXAali4xAg/YBR108zbbYYlF9HqAY+
fQsrhVd+dTGnbqUdQf8AUqz/AGBijkKjExAmuas3i9Xib9fb70Bsg6Zj0ZdjV8fVDY6BTXQv
PtM0QduckOmnl8aoQgJOPZulT2+b0rrpozNQMF0LiIWj4vkiuqp/oTt6Dlo/7CZa9S2uhmYt
9+mKpu6vk3dSAD+kYXCBRAu7YACVzxbMQAWokQA2wBNgT5KjgGWYXal4BZ2GWYmjHV3yz8yu
4YFgiPvpbaFiGJPVxFBjqaxy6Qd6RxPNohb3+f5lLaefK4LhJ6soJ83lfd/N5U8uP+xIPWle
tc/Rpt4fjnnbPzn/ANnnmH+2aJ6tnmbEoFnpXLL0etBlqCzQA0m7ZR9m2Cv1hJLUYCa4WdjY
sH0odEUHth6TSuSP+uEkk2IbMXsIPwCJ1MIPYD9bWEkD8hhwTZ/5Q0YvJ57L1WOxIzyXzZ+z
Qgh7GvZgMrPxtFQgDMkH9WGaGO+SE+pRNtnVfN7ypz2R59oh+Ukgkt2/aBQz+cZefAerJ5tm
sGZ7F+j+jTs/VQfjyYZqltuzJ5/sWJX0Dr7NLXatMulE8xjURHcnqAwW+w6Dgn95amF7TVgm
JY2P1I9ZY/6jHT9mQToJQijljAQITc7UDRhqiAA4MPJYFQuVgCpmoI9GqnQegpD7SQ2zOEZi
VIE+RY+mKldAE/0Zk6uWZdDKMAo4p8qtg2bZhgdS2uOlwEQm5k3TT0ei8f8AQMZ82jlHIjbV
AAyGurcj8Ad2Z6z0y1Ij6mm07wLAO0fMg4egZz1IlEES5XPNi4pqaan4T2gswFZ1E7GUDGUC
FDYoQgT8RWFgrfJPUQKCOolG+YKMAAmOw0O2Oi6KGIK0U4IcrH3Jg7kjPsL4VV6t5wIcKOSq
AVSkfMuHplzDH4gc/QrDXqRLDRbDvoTkTZUAIyWNKMDDt3Jik/HahiaOh5XSixLHNGJROzFU
wXTQMfyWB0DL2nXk0IKMNiXOxMbkUYOB+0LcpCI3BJFEmdaNEm6gAMJIIPBMBFkDqqDtpoqL
iVD6EUyUGVieqhtSYmYsZgQoQ3/ijqS5uEMACSGZinxuIrvE32D43fvWvTbGUa/s8KaAUmg7
MoIUmmKFerdwDoSp1oOFpWaKwEzRgwZr5IBMAoVc/USwT+DZAYkDqtAAnrKs9J1aFeFqGPVG
wOTGon/jAwUAloHFduDpLqK4K7M4Rm3EViGALE9lhoKS1BbcUoL1OrGKDKEYgq9gfvTo95uF
CrkYuKE5t1f2lW9NC6FcQhFgzBbuerMjEuonYdjZjaFhwISauz8LdaZT5VUYOVZ7oACMxgNQ
tUFVZAo2zMSV7QrBYgEWcQ0YB/DTtzdwgGMhtsagzcFxR/II5YvCzCCzF26tsVMAg/aaDoja
WuaEwIFlK0e6J6j5OkGoJIMHLaqwUmiujrMddDF7K+3O3BlklaLupIP6MxJmaqX0ChijEWQO
AGApjOCfKC8TyKWOYE9WPx6A1AKPNBrgRoSUlCiSQvWMqwNQ7CjFEqdiIpJJJWFhCxtCRA1z
8liRFuvVeaAuJl6GsLgV/wBfkyLfZgjbRlLM5yQ2tFUOjOGAExSowo58RvwSI4sqpBZj2Su2
rOM0zUqM0vNcwdGIy2/+wCz2i/nLqc3/APs+FivVgQiiJqgDr2IAsggAmf3gxD4n/rb1Fdft
FUCmMH5FiN2M/EuoQaC3CvUvV9blG+tn8/waistH9h1BjZm6qBYCCwMc2GCldlObdjE1tM8/
M0OHmE01XQ/r1yVyq1NsGUL+UZ52APJLaKYGAH5jfgv1ny8vs9g3CugHmQBdWJVzb/23BUm2
pQwPYsBmppuxjBWNgDgqB2g4UgGZGplurrvYbdvk8l039UbY8GqoGCoXJhsy1EpoQJRv++yw
qDGIBBsHuGJMYCx16lCWHft1In6T241DVDmcGWbQkBN0MzZy2YANs0Zf1zpo2RU9TBmzsf2F
8HmMqWBmAzWVOSjMqQjAHowLMGcVGChsQS7UF06/IGZYWJgJn7KSQZTCELZ4FrM25ydlQsxY
HvmAaANmCFiAaAPRYQoIHFWCGuhLFX+vRpmReiCk/UEix1ogQAT8QCPZCrxrkHG+Jz0Fg1Ap
MY2ehnnP7sCIBaaM00QqWIVA9BSSRo1WxAUiBGnXhFCAotjPgUDo4GH5lqZdTzpUf/j+og7E
9WEugApRVBHUCKwgqa5aIBQKlbJUjF+jeoZ/KuTkHF42OmaFYqcFal1D1qrBBEHJ6kSjXyZy
qPJHxkgZkBUhzNKOGBJowqS3Q2qUfZ412XTF825AzUhWJ7AmKWWIWdUYmNYIJ0gzojNK6Zmf
FoIMy0ZAs+NCExBIAClh2sgWC3r1Ax5u7jFb86sA5PTtUBJB/BrqajXP0hKicEHtQJipU/aB
qb0aIQASKlloQC1U5K0qsTn5NHKeLEtv5HygowT+urx8tAy50OjAKjTqYubGfHyVomhD+eYD
YaejyZ7rv4mz12LBQOf+U4tHYjOwdFl1H7tBkbVVEZmvsqwjMT5FE+fSHbQwdnAAVVnqZi5u
dZmLKKSu/Rc7InLRcP8Aq+MU+NBhLIPJCmyH6N8i0jEsFDz4aDqROQT1BtiYLJx8yiatkih+
wTTMHL1kz0+XHQMpzbmXDFUCfmAQj+AYQbNgAmfkLVNoiQOrJ6tEDehrNNOrTgwELEoZtuyl
dFaHiPsRDro0XHQxsgrBc1W81PzZCJh8jZZ2r5NeP7T0HtqoqcVkoaKk0KkaKoYjhdGSfNYO
7RiSaJiqLP7HkEEGCxPPRnDDUi/xAD1FAihMgCSdlKgCa6gsoSB3BT0sjenRdD1pbMJqf1Rn
NUJVyp+Dt6cs2HvwpGDqpBm2GWjcLnu5bTQU1GAlRU5YYW00zDxs2UhmWPqWVGKsnoagrtBm
AWXIBUzUPsUmTBsu0akzVXAmWOmjDLoWoJ6G/YDvoyAHqCaFVzUsyhXIhowckKTPMAFbQDN3
JYE1+QCaFTA5hdNrZtSRRMw+s21XTxDNn/5fgaisan4hPK3fN9bnQwgy+XyV2TMCFTQWpq3U
P6c2IR2f4HLNg4I82jAYOR8OqwYtmC5ty1dEIPnVi+SqEIssxgGtddaY6RMnIz4B/OrdmD6w
aaCZ+gNnqbm6jPJwSMmATR0EXTtCFnbqAQYBcCkwckoAfjWZJTN1E20tD2BIM7cAwgmZmo+R
LHF1X6/xtrrprliu/p00bQHt/wCQTTRP8v8AHUCBLgSp0hAjCEVAgo5iFTKIGrKR6DjlPF5j
ozeNFOmgQh9CuJ9BdfICr+UAejEdihAKwioDYVKLI7QJnLxYBdREUkdQA5UZvqCCSZkCz45B
WTFGHtVC3/GN2EBaBWpUE68/GVhowIFZOjrolTF1J0oE69m2ArqDKJgFSrIqJkWgUkef4+re
qlb05sjagEs7Dz0zKirLggowQzT1Isb2mL9h+2euTyoBGQRlEZQR7G7beXJExXy4tF8uQgzy
SL6MC4Uz0OM89t3PpLporIoROxY5OJ3CAb9iULzEeITf2URo/ZPSgjN86L4PQQn03p6t5Dhr
qRmq+3Jocyzr5NidEXMdyp7il1QsxBICkB1JCO7jHJE3b/rwzZ56FZYjdSyq8dQxIN0SVBY/
DAHVtewhdQT6CA2lgkUvbRlOPjTJ99J8ukGcCXAKn2XqHmwy3bXJnUxH5RqbIlkoQrCorZhn
lkBt688kCKtCoVBGeOaQ1Ps/SLb9mz0ZGDLpFUd336MdP3f1JMd2SPoCGNgXVVCxI+u9Gumo
sD0N29vr1KpkhY+fM5eUer06jUdm6kD8TkzPNng8/U5pYGak6Dl0Zjj5lzz9LrpqaK+bzjVD
9fsC312wH+LSY+HSHwasqfUtR+ozr1/VviQDeKocjmVC6MF8PlGw0VQKMAFVADPvtL9C2GDM
sLzP2Oh+p9Y9OIHBHGiz7d+mP1WAioKCigohqf17Nxhj6NyxHIUGvOQX0Vq1Zr5IokExuxin
jsJ24JM8mvw7o40TQIfR6S3yeHD5HXOenQaaEdTp8jT4/wBgiiYKDGKZwa3ESg1ieVS2vsIz
84NlgWfwebQZ/DoJ8LxfP+3wqDY6qVAb0YLNPTi6+vXzIT6H7ElmJ58/oKZN6S7d2/gkw6qr
fabDT1fsQAaAFEXPoHIfLVdDGFj7Mp6PR4cPiyqhzOYASSDPtvR8mlKzPDUtgQH0xJN/0bBU
OTpjpOVn5n5ijkBa8OhfDQtm7sNdPrsBnl69Bnj6WcMurdW9CtAbIZTE6qSP3GmczDaDDD9l
rMfZ+wbMir1CA7YBRm++aRvbkI/2eawfZaaEberSbJqQPK+hw+vQzby+ET0lEJXErnSNRaUJ
f8GfbF0X3aZ67AifrLJgVmnm9Z8w+uBbyjgenUZY+QdvVmtAVOJaztPXt8eOupZqPYWGPLKZ
h6TlHy7RxUwRn0XwlW9GCbIfJjlNVAb9RFq8lPZScfJ7tis8qHTXG1P27gKGDR8ggKwKTAog
TtPjyvLLFVUgRXRc3V/QPYM0d3a/Op77+gWufq1KfWF4vh8uCn3Uc/X6Gn7bbqqYgboU9b9D
tr8jCxMWBFdmZP26CCGfYZl/LqrSxZsQ3YInn+u120yQIk+20rPwZqYo4oSoRG4n23rJP/iw
WEwkAgAm6nn9b+ee3P5Dlu2AHq9mjV6Xz2w9KFcdzGsHLB3bweJMn9OmTZ7afPr9Z51E/XNP
sWTWa5qh1Zien6DJ4MdYPHtefm66Z5Ei1zGy/Kufo9KaN6CQQrHzecOcPB5sQFAlgSzBlkDs
KzwAXYunTXLUMyI01zXJjySTMdAS5P8ABEAjqGVPFimPu8+nn3RbKePYzP68I3jzXBBz/H2e
p128eYCgfwIY3I+1IG7n9QSZyT+SV5AJhFlNnzGGWegwywA00zTTT42O/rpAQZiSj7aabqmm
XrxTzfCfOi5Ze0sck3K66Zror5mfA8xQZBtHvz32KhZp6uo29B1GGO22mnnfHZ8qHVmP1mb1
p7sUbT2+lnG3pMOvoQfXpt8b1021ddPN6Vi+kEegZ6xvHoBrkVPxNS2GY9j8ZhghuGfZ+NfT
n4frhmdfKGZsMSBg+TYeqztoEyyy0O+IpZcFwz06HPLR21drM7UFXgxlDT8SxTEX59jmzbu2
my+tkXXTNT2sHllrHxAfGfPmW9voXBPr/sVeakat6PCDomTZoxACnvHdxMfOWAdUm3pQTpv6
m831SZv8/mz21x+f0nxnQ4eRAFRRD9fgW/x4LCuImvp8uZb7HMg+3ziav2deyM3t0pPboCPe
rqgTU/582b0eIqMcaP6z+zUNQmb7lY3qqN6OxHoTtm6sz1PsdSPN4s3V8iGEqcw/j7ncph3N
kWYxn+Rh5l/HFmqIsFND58mRTo6gBcCCFBBNoQHwzRx6G38+Pp9Omp+uzcIuT5g+zPWIoC6+
fnLygTTHNQ21h/R2Pm+sua64YIPl9CL4c0z8eaojMiudT2VrHp+dg2PqVh5t9C/1rll+sBA8
CZn15FdXsE+fqP2JoGLpog8/oYFfWuioyGdVlfzq3RWJZS9OzBFPozcJr8Rw9KOu2ny+vx6j
NhqUKuGBYmXYYmvutnf0hhORO0QMzb4KvgZgHFGUizyedvTrtnh8D46qU0fMs7uxUiZ5w2Zl
69lmvp9BQAE5MmOb+pmXUhR5PeSzTTVFTXfPNU8+3rdPN5/Jlt9g+hxTENp9kEDev07zwYhP
N8YtvN2LYhIMtLXD9lQRkEGYropHvyVk9WXQ9iozzOjP52ViKnyEldWWZ+kF/kzh/gmfaanP
BdWGPLPvodDluUY7Ax9imeD9UR2vy+nsvn1AZT/Dt1X3aFvRfJ7AHmfVeL5t9kDZenLq0ALG
h4fJ5HVx9gqdWU9ly7EgghuGBAvkopXyYZPp6cQIxAhtyvZW8ugbz7egZN5fGNwcvUqr4dHH
oVc9SLKZrS/HeH2OC5/7cgPn00KllUBiKIix/L6dd+hACkRsQ6+/618loswoK5YnZGOfx1BR
meLaHq8M/MIn3IPwqaz11CI2jEdmMVnB01shj/lV2KebUKUYAZad0dnr3+h8vPoSWEuCyfrv
CPN5jmK+yxKsZkK0+xb9s3cFtndOJ2oM4JRQz7MOpKQaWVYKVI3y9WQSKRbWTh6Wyyxxdz9Z
m19FMYCvaCvpViZ3/XHN9ny+n9DjH6bJQvixVf8AMoMrlt81bstAgj+PsgfgdG+RXQixWiqQ
l9UQBiKny/yZ9qqnyq4bLXTs/wCRcJBmeQ0norMDRouwrw+pvj8uyuk+32DalgD/AGSJ9N4x
t6R/H2+YOBsRO3f2myo7KaE0UkBhFUtF/D/qzEV2uZ6WmXq6aa5psnoy+M3x5ERnDWfrxWX5
D/X6O/22QT08iMmqz6xenqWA1LlwGejX4084HfdstFLvkcvX2INzZBpl6gBofyjXHFqn4GZE
1bqerfwYSJ9iA3mVyFANA8K1wgTz5Gtj20QLLJKFg31ujI7OEy9Po+XZlNfmAtPqMRn5KlTb
IaZ+vH4dM0Yz0P20NxipCkkZ5nuoKK7AR/2bgFgCUsELz4vSL9iMkt55mIfKyfKvXEkAP6AJ
9n3fbDzlZ6NO7eEhdFAlSv59mrF3boraFRt7WLZ+znx+sMCQR9hhW7DrFemdlMzFvYM2b/t6
LDzCDCGnuDL5mHWBv1DCEgTNW0bZimZqcEijAbHi3p/Xb+Ns2DboACQIvXv5inwA/wAH8fb+
Tsv13nZm2ptNDRFE5oUOPyvpri5G2TITdpzD+VXqS7CKWDJqdcnWLYbzOoXJ36LiTFQCfaqF
3f1AqbM8j/un/GXLjOFGrpls+6k+n0KcuzMM2IOWrofF7A6/ad/9Dbh1LckAxFiFjH69/lWc
wzb1YYz7T15DyLgNM9VUN/VC/DiC+5goj9QykQAGL/y8PpY+TZ9fm03fSfmEVPp/Ur4q1y5/
WwDJv0xxLEk0YGoh20Pn8npyQ+en9yD5xABQuWCeRLKjEwgNGVs28WbHVKVRLn3SXrQVubx0
Hy4N2x/jmOCV9pZNW07DtCqlWFHE856dIWXbNk/fnsHJiV1zIAd1Z+phMY0vs1L7a/hR1z2J
Onj8p3Ps+uRXVfjwduauCwSIz8Zi5h+i+/y6FD27Ubozx7t598T3QfiadZ9lt2L3EBJ/zuT5
lr0DXz6N7s0AJFGyAtmxLAbrcABKv1P6NPMq6Q+Z/rvR5dV2yhE+4wOmFlTzEP7eM9vOB/FX
Kn23m/fRWX+FROuuQWD9SjdlTds3c92XkdyJiVIZlVP/ACuGatWfqc/In7O4pdDb/Utev2AF
+nQjMC2BglkggGBip+YdPrGX0+P7Lxtg/FJltoD5/Qs+m2DeQfgz16BE3YQUZmAZnomeSadd
Bl4tB6FVH6iAhZyQELt/67Yq/wBZqFfNkAYWWqef1Pm/s0O2f1WgIB/j0Zh8vQijY3ACD9Rv
8nmB/gy+Pfj8mXqy/b9r69i/YS7mbso1pl5gKqLmepzj7I5AMoQ/jZe2foQroGEYgq4Hf6XI
Hf3aO76l2zbmdewFKbFQAWABPpWZdPf5/nx831RYoExRgmgw8Z8uyH9SePtHPbUFi7Cy2ldr
hAYhCIOADL4Xk+XBFAIrqyn3Yi2ABogAAA7OZ9DR1H8GezqfVcFmfQt1T58lLfY+ZSrBhGoj
3ed100zUHJey6D9jYIPUpyGTqyk2R+3EAsoLXuJcNT7P61dQU6OexUZs2vkzbPFSNdU38qec
lrAMKiGdqimiQCM3dD5fsAyen2pmmvt3c+X1E45+pNJnvop/1ZFPV7jvo2rQsojMTF7d18A+
NchpuyBGYn+POinUbqN01mnsySH147H1ZKj/AJK8KRP/APP50ghjml2btu3EPJ+mIVtWK7A1
PA5bzXCZ9h6fOs9iBWxJMOQKspIANihNQSF6wqBCRKBGdM3xr/Fz0i09SlfWHtWJV8fsnVmY
JiRZ4AAJhBM4hqquGclfO6pp6NfkcjmysGjA5fY6B/d6w+X4IYgl4Bz4sS+nq0OePlAUObNc
CjMLV83/AOx/SxJJY+Rq19eheKpJNgACfT4smIPFzdwuehDaHmL+PrN0y02cvr8wmHt9Wa5e
j7PZk8/rc/5sgPss3LZOysLMKATRApS7VWEZAIATCCAZ5/8AnzD9qAy/deYuPZjoPskI9A9D
HM+d28+S939x65gAGqAUifqQKMoKC1G+BRPEToQWr+OJ2sN+QYLvtcWeHEJh7dSzsBd3LNMC
QtZZ0aIs2AMtWQ6qrTNgrefDHfNfL5PNon2udZe/TbR9VA9Ot4aFi1AEGz9Th/1+7wnQ+f68
JFC/GrKjafbedBn97k5+w9GOmf5KNal1rUgkX2z5DUZUUiCwfPd9TH0VmfJ7fTZZ8jEUCw9n
nXweT8t4G9OrYeDDNm7MFJh6g3z3nWoOxPMyybUMpU0DGVqIYAcQEkMg6kkkBVPnz7abaBct
WJctc7WeZkC02dnJ5/g8Rfy7I6Hupz2I1QEwZtEVoyinXsu6N8nFLxPP9t8GL/ceh5j9hvm+
f2A0noZtFbHRi6ugFGCwyPYtRNFF8mZkU5MM/ANzCw1GKFtXLMx+QDIx1CQMDPKgVfR6G+MA
mYeZWLJ+5QiNUy5H/EA1P+TeJGbT7LzHrZncguQ6vnQvqxIhAgJI8KD5fQ9w2WuNQilRMwUy
IYkob1z+NTRgApT1mxRiEDQe9kyX7Zgg+0aN9q4mX2Whfdu2jUIbU9iIBKuURE2cBfURHPyF
l6t+Dm37twXXtK5VwsZv2eq5gHOC21GAC10IgslSpHXscMr09WoXPt2KjkauVU9CXJCZ/JDa
EbaUGN97b61wrer0YLhqgaAKDm3L+cFNEZZwZRMUkTwUyelusoMB2okFEQMdciuKC3z1zVvX
p2YmW5JPaDtBYHJgIgCtCLAhEP50Bga55MPm018nUsCpXAlPhsqgjZ0DatUDTva6USrLTfhA
SDRgsN4DbWYWAnc2HAJJJQKs8v7j1tc6mAzmkewg7T4ijds9G1y6iwYoN9qPysVLfsTcDEjz
bdX9miaMBTAQAX9f2B9myKhoziEG/KQH9mw6gmd2MLFiBFCsTyYYV4NXZUkcf2QYpJhuloTL
Q4sp7gYgzQojfLQGjBl0d20zLGqnFIoMdTF/IAJy8TsD4viKr2HmQYZdzHoT8gj9QxJUt28q
lc9377cdf1DAhGLEAOwi6lg5otro861DDybMHMuitGVRDMDRgNwLZyZc8NGs9uJ+RnoFDt3e
zBYP4Kgw/gqwI/UigSQDRJAIhuBRCan/AIlSIqcKCD4u7BfO7L6E1TT9ioBmKEs2fGvn0EXz
uIFYv/m7hlIfzefLMdxfoU6JkCqfIxNmevBBqyog5MIiJbALn5+GhY9r7E8Qs1f0IUa/75gs
S5+YSQYCykmyoKHRwWqKh6sQmbckACIDYsnU2wKQAE2L4peQtdZYhQiMtjgRF/ULc6kQizwZ
jn3U+U3l5UUqER/NqXGuAdT5Mix8+KxwEfzJk66HBU9GmAVQ4Jx1My8S9XRIzkD09wuHOygd
qnwOzN9eYfrSF287YnzI09enXEkiEkmwSGuChCJ1EP4UC2AMKBQ1SwZVBuP4FmJYUfhRb511
1rRyaNNGogEwKAebC8mUFNABqJFzqTB+R+XHK2SqDrubdiKRSZiujDpOrRMRKVYm22m3Fez2
HE5odlzK55M46o+Ln50Qt6AVOjiBCpIs+izp5qD832naFySxQQ9dGf4lb2ct0a6KzLM6N/nF
HzrBgSU85vfLPOdSYABODDRguv7rjilFQEMBzPNkzPqQiedWOjqe3UywTUFUOTYsdpQ7XUYk
leEAaDLRp/l1Vf8ANpM/JRXAqf8AJodW8ydvhVTmtsMVEUvfRlVnDKh6zTs8bzZM5Ww5YsWY
lUCk9eocgK7A2CDQDEHbFeqLyaEfRwG9Ok09OlY7aBw6+ibI2eg1CBxa+cjONpmY+6rB6I3p
5Zg5udoaIqKoMY89TBZnU2EIgLA+XSnfRNMvOjEPkyOMndGx0Vm8+gj4sk+OyyGsvPq8X6x2
ZfrEoeHBS3lwJPmxirkjbeheqa7aMNXIQsYgNOMgrHPqmiLG1ehqt/OpPyU57Mfk+MPr8jlg
GUis+pIILsjMSKgFKCCNKAz5mbfpncqaa2SMwTlZAKPnoVPp8j7Nr5tMyM9SF8vpI/y718G4
h7CFhBycskIbwgh/LQOQUY+HV1P1mvRvMVADEr5zRw7BfOoi4gtrn2bzefbNjmpgVUDBC5U2
3nZomCLAnUotQPzfJNR2NAExlWtPgAXXJQnqzAPrYFfWDH9JYfLocv2ICcKlzLJAVQW/RSVL
NkvUmrIAFNSWi/kciMwoMerKqoiUnaopW+ZrrnMhloN1XMF3BzYiD2Kg03Zmw2VYfZmINVJG
iKfSU6n4CcvN4y4z80VMmHw4sF8+Ic6AK/oLTfNicsV7jyhlXDMQ+YCNiEK12+cKF2LN2MBo
nQA/Jyd8wD6FJPpQBdFpts1A2QqNEM09CdBqpQvoQFZimYY9BaoVnxghFKNnkHjAhVUBMhcV
Be2t+gsLaIDfMUXCDOQTRAuADr6RWa0oLAAPbWYxZlzc5l9rY6WU0UBzZCmHuCQ5Oe+yw+jQ
xfZtWmvyTHdhP9SrE9WBA9fm6r68WnzqYdc1P+kk6bP8i+q8/n6zT3WDsSPnav8ARP8AQ4Zv
RsYN9r03cwbkgb6GXs0KPAKhWz2M7OsawADCnQBFA/61REZmK1FQAMC7IEEuz/yclVDVmgNv
YE7GAsIL6glT3tvzGFEEVfaelwXYc8GJh+3MLmAliUUgBLOeRjZJaIrHbPIN8KGfCTDl0A4n
xEqRUWHsGBJiEAOzqvyhgdQIdGJ7Gw0sxiK/oO0FzmiYqrfVSQyqDob5n7Qhic86Hw92GC9h
goYr2K5t13a28v6r+VfS5bAK+hLa6AjV+pOrT0O0zS14urIWxYUECLZg6qCvJNjIAnnT0fC9
J5swwde9mXwDUPMAl0peyjqGbkKWtXChwzwAKQpMB5pbJ/YgMGJEsmAkFgYDOoDETtcOTCMr
qqoeq5iGp3BZlAP7ALmWnxiDqBfINkrwVZStKGojRiJoSo5aICA+jKtkzpPjcz41MAoM36El
mCWpB6V2gNRWufgID1YTSwvy8/MgXyuRpp7C8Jct5mUN2WEMJyGJFhYeQeSp5ZuxJN9qjOIW
MXVxCSCSYo5qOBaqwAHaVR6r1DqwqoFIDE/GxUkXfBjsLAsKh7DraCduWozmBqhLEL3tzyoo
MZq4Zs0tyDYBKpjcTEMXCg0sZu03dQEUiCqDkx7smyAJ+ZmOxK9RoUIayx16pktqsCHrnmSe
sJBh5lEQAxSwgawDxZELdm7dY0AN2ghJ7VZo2SwlkQEGAiBiCevULxQikGPp8gzIskAOzKFt
2Y/qGJC9Yqm+3WHg9rlgBqoO1VzRM0cZoCVnnChCVpXqdyYdCqoQT8pJfU5rZchWnAHZoL6B
0BTPhEAB1RZruzE6EQAMXdScwJm2cbYRdGY8xgTLzDVyGIi2VHWAkMSSbskC2NELcpQL5GbG
GgO1S7i2Q1CDgsR1W6Jigkl0JAHbqIx7lFqH83c60P7VSSQIF46kxqM79IptS7rG0ZiiljQC
gkhQCQtswOhGZAAKTTRXYFaXktoqwb9ouemqr5ESL6cMzv7OxV27NpZJAn60CDoWi/ITnjM8
sRKEYWLIn5KkiAcgBQwsdTfUiISFrs9QA9Souj1Uwm4VWkJUdOzM4BsA9hfYPADXZREZOnZi
VayxAgYRCJ25um7G7JJtZ+QTACIDcIDQIrOmaIjAmLmxiYGMMkgdbO3Ybb5kfu0DaiHPQgrm
kHox6/6dRNdneKrMFVZ+1BSwsAgkzNezfGBGcKyZuzZIVlx6riqUkNZzAIsAtZiWAKBCidbl
LLAjaJPmVYde0+RgA1Gv2PYQNybomwgNswoKWjGh/wBdVQHJAqEEQ0E4EoWQgDEELdAmAMzA
AQu7nHAJOotnyWH1Zq7buU6uwKGlVYqqAzBR8ymNuTCWZlLkdGECiBVg4NuIzFp+vUsqhToY
udnPHCInnU/Ig/g0TomYC3BcTsY2hWItqxMLAEbLFdrfUkFwZ1aEAkIIBZH4zz7HRmum65gs
xUq44gWyykRbI5MoXwGK0C/6gsDy0ozqRAvIBsIthFE10DDzOoLOxJ07BRZIFliYSYKAMDgQ
HsNc0Uq1Ch2bgV1nZb/JABPAVD2BXmu8VKOSkzPMREzUqyzvFNmrn/kSRM6jEEB2pmYkLOhM
OdSzXW4B1DcSjKLMKsEAFiRyR/xBJMPERloXTMzQlQDRigUGJgAjPRzuFARU7AsWDSzbqYFU
QFRDrmZ8ikHcKrbT5WEGugJ10oOxHchQbJ6kAGxdGwT1rtwtX1UxVi4sR8B6qlM2dTz4EgYo
sXJJniAaMvlroz8BCAO6kigf1M/v/jH7dVUtP6Z6h0Ag7E01jiECDtOjBQtwtUssURVDK5Hx
VHCkgEEiooE681woYE96LkRSQwuduWdRDqKXQ2f3hsH9hKuVP1jOJyBzZ7VQEJAFwKapqYEl
UmeS2MRE8zVpmQjZG0ybTfLyDqnlAgxzEUAfw1w6A59hdjqetWL+Rg3yGBj1Dy+CSYAZ+ICY
DxYgVbMFdepYDMCOhKZ5m0QmAhY/7Ap1ICUSFbtnDtmC2qgncxt3E+Vmb5HEZyQCYByoIhIt
WokkleSeti7FgLRhVr+Nq6GwnPTnqnarIyKqMiR5/LmoTx4xcMQBkRN3UN7azy+uzJcKBKr+
BKhJo8ggUAL5osZ2gKmUQa45I/MIYAELL4B4JMVmE7MWDrQDFhmohcQ61BvwfSVJ9D03o0YF
9QbLRiBAIxMNkFuP6bgipyCsNmdmEBsfmDsIU7QL+3NhhXdVGGbaQ5EHp1h857DziL5aX/O7
Kvja1Vcp/rKRfXoxX1LT656ej26htfrEAxr+KEqcwlhCCIT2A4J63+JYJ6qGqySTP2IWhKuV
OYPyDLUwsFI2MG2hnyNd81PxCLAuMxMajOWnFEmrIl0auDgkcVwFudYUP8KQIg7S6Cg0SOwR
2Ofls/AvZQM437HPIuBl0CqFisVAbRp8fBxFlMRO7Rc3M1dcjoCzebsMl1dQm2hg3eLvPkMf
BY3ntDmVJyudHBbiCCoFuUTFBEIYEBqJMPYCzCGEUGFaLDijXJP9mEgAWIw5/IAhAgBEP4JA
hAviG4WNjuJywAAFmVKoqxvtyGnZQy65MC60NQYDYXPtPPkXU+SL5s1AXAF3WDtBmQV84mfn
SdFE93k37MzArrqp8bn0ZJkgnRaGS30E01Yzu6w6MT8tj5SpLlodDbP2NmLowDFwLMYlQKoV
G5PIBuMbg/F2Ow7Wb5nUxbI4JlkyrlsJzQFD94ymKAIOohYQXQbiyzdSCqQBFnAhDFRmzBVA
gIscTuwi+nUHL1+wAe/2mN7N6X26gp73MT2CL7VtPZ54vqwMOuYnu94JXNnOHm8ysm+Cj/Vj
B6cTB6Mr+dIzfr+5IHFiwR27GWTOxn9jsCpa7FM0/M/MJIg/Ykz8yueaHYA11AgWyOAbAVhA
SIDYoiWTARCCJTCfgmEXOTASJcuiStAiWTASINKnzcDUEh+0GQE8+GbPnn50Ay8hi+XyGJ4P
LP8AB5J/6/zEnwYiaeUKPganxcLoDa+jRRl6FMUgyjfRhLuW0P4BsAC+oh6ksagY0oPYGyBc
FwmG7Pb+OZwIDcAErkcgcHrUDFYCQapqM6MIcyIFIhRjChWBNL+N2ISj8JgxYw4kw4EQ5XB5
iYMGI+BoEa/hEbNwTmSDYIBtGJGZRl8+eSZhcjBjkZ/lEPje18j2fLpB5dIfG1f4jR+vM1+t
BGmVMwo47GY/90OLiNiZ0M6jq2XVShhzaLixLZmwpM689agApgsqAJCwv+uSCGo2J2gsy/2B
qL+AjTryq5mJmlBM4UxinHqHzWXkZVx26hjQXQkHQ3awupbuBBpGaj3brm5Z1zRYMUp2S2wy
c6+Yg/59FmPm0v8A7li7apG9RBy9CMq6NQ3g0UiwYR/H9ugddPq8ydPrGEP12s8nh2XTrOim
fGIOpO1Edf1CC2ABcLOtsFAE0oSjdVDwQosgKRAOetRcxRUQJU6dgqqoDoJ8mdduV15O/wCo
9NhthPlFLqRF3cA6sZ8rQb6ENpoZ8rABjTWQGIN2cfiY5f5REXIhUIGmGl/EzD49nYZbCNmy
wIZ+whNlv2mbkgsKQtEIoOJxPV6PhGvq2dhrqCPf6EH1vry0caLA04uF+dTUH4DECrjio4Fp
bA/rGCkBAT0CAIGAFQIROgrsoh0BnycMSZ3MDOY130M+MmfE1fEwnxEwpRVOPjNjEtEw/Y+e
icTaKgn/AEKCEY/4dnA+r2I0+u2AbzapM+IKICTtopT2aZzH3qumfs8ThdMWgxUw4qYfMpDe
SN5mtFfMk9lrUMNNRBtpfzPddivn6k+fJm/9apiePDNHzUQd7GnpU/6dYUAjrZVTaKCFYAaH
tHBgfqPkJjAV0BAqWTF4DAsDmwhTQSmonrAxIowkqR2EOln5TDtcbYX8ymFxPlDCqJoDvBuy
w6a6xM3Ew8ubTHNVKj+AJrmrLp9YhjfX7Bv/AF+/b/1zif4nv/ERF8LzzY7Bsi3UD+esIgQC
fGsOSGfCkfzqYuCidRVSjKhRTPjWdanE1ujdHtad4lx+tmu3FfpD8l/1+s/XsbnNcWa6PXUd
J+ti4v8Ay/ac3+1N3poP+TVFqxVPUHa4fkvHveX+uJ/7Hun/ALS0/wDYWP8AdP8A9l/tSfDZ
6Wek1qkmXah+f6jXD8sHzQfJBf8AIh//AIH8cQfz/9oACAECAgY/AFZ//9oACAEDAgY/AFZ/
/9oACAEBAQY/AK1J8KfotQlW8L+M/qqP9jkqV8OT+1q45NJ8I8KWJx4QiXQbdTzIdmX9DyEy
HVE6r1KlETgj9iqgX6fMl2KfXwhVIJZYrTwmKjLeEeHCOCDp+i3hH6LeFfCh18a/ocfm7D2m
rdTSXjwmfGjnw65IefCihq5InggiZPInBY6kFLsqdSDgv4TNSft4LglOOSjJZSq5IuV8J5OP
Blv1rx6/7SJKPwb2otcm218JSLXWKuso11Sso/TDVTgsdyv9iZL18Iye5FadCnhCKlbP9ElS
PCY8Yd8F/CLeFKlbEEckEFaMv4UJJ/VT/ZU/RJ/a1s6yiat8ncnMY4FnxjwsVJakoqE+M2Jw
RFfClvCtiVcqUIIJa8IKDkRNvH9zzJdSi8ZYpUEz4VKf7ChBUpT9VfGxQa6G2uzqrvw32avn
x6k+FvCnhEFS9C0nU6/o6eFTqT4QyZ8K2wQdzIZM5KZFFihKycEq5LdyC9j3ZsXI/wBhS3jP
hf8AXXxZvCqmJL1YtNVHjL/RbxjPhBUjxp4dRpPwlFL+MEIh4H0VSjLepF1lCwiIpgSI+5yV
oVdMHMF5llHVeFPGvhK8JI/XC/2D2dkhvSvc4VCVfP6KW/R7rHTwojp4XIwRcqcHQoUK2KVJ
KkkrwiJ6jyyv0RWhX6EYKeF/TqQ3a4qKOTEFBQrGevjct4V/2EfqqVsUK+G3LodztpUi36IZ
BHBGStiZL1JZMl7eFKMuVLz40sLoUJ8KUILHcmNMoefJRHPJ06DyhjTVTqWgorcFb2I+xb/Y
x+ufC/h08bC+NuErnelXc6eNPBolZK3K2KWKxDL0IdhxTk4KZIKnn438JRe/hRDbsIoTY6kk
lESlHmWq7CWSqxg7phcQSpgqrqxeRPafCuTr4UKuDnwr4SVfhS3jGPCPCF4XHrXbZYRO3wzt
yxaL412qlHU9mteo18ylci3+NzqyvjFiM+FEeQl4P9vCGyF6CdyvjUr4XhEz4Rg9xCV8lFUn
oRm5ajwyDtRDKfUezVfC8u5Oci/Yf3L+Ez41sU8V4Pg4IOSf1PZuiVR6/CpWWxtuG3WToW9S
ij6k2X1ImdNroT1qnkhuChM14JIvJBLEufGS0nHQiKserXgvCjGnYcYIkibC2+w8MiRN38E5
msQTNiSeRp2wQ/OgqQz3Io4Q+Fg/icyXZFGfw8ENNxBTwnHhEU5P4eEkEeFSToI2109zY18y
T0SqmhrWdHzNP/QLb5N3sscDfxuGsMhT/ArcSVKmmvCJIFwVoeeWTIhSUHApdBxcrcU0g4XJ
CqhackXElYZCcy5G4IYlZo45JTlPBCUprIlMRgo//wAje9f9JOOCIlE5OooZ5cC7m4fA7wzi
OTz8KUP4nUlYKuV4xjxoM6MngkRJ0ITOhRwbbVhunmTWt5IlzFEj3KnUiK8E55KOt6mr2vBw
Ny5E5rwXgTyQqnn4y7EYJdmSUEuboaVEQsXZPNpJd+CdnAkrIabqTMdBt1gbTcMlPzIQ3s5T
silJwJP1Y+EQrjJWLlHA6kqqE3cbm1BRbw/c4KlKz4z41KW8P4eF4ZCZEkO3i+YO1fHEOlLs
lvt+R1E9o21TuhrZQmUcrlkJ1F3PtirrklTFhJ4OGiiryTaSLRkfbc9yqUJK/wCY+OS5ShMy
yZ8yjocclKsluuUztOvHg2RZlT22fh0KykJwOBPV1ipDqy89C3oRA1g44ZNytyxWi4KZIKEf
c6DVyIqVJXjGRzkovLwhLwkYsSJ7RD5sP3LpWo3s227p1GlEcEKvUrXg/ghuaN0PI9w4VBUo
vCYJRM1WBqyyTZPJL9COSPCW/d/Tkde1YgTe20ZoLv1T1+41o5Qyl0f6ihMVGR92JYtJSpLc
lacF7oSZX8Vnwbmj5OPIbWbCavlDbFWhcg6IoUuJMf7Fyfv4S/CXcrQuVLwUOfCipyeQvh+R
wk8jejqszJ2J25Vxo/3iSX0sLb5F7UduvoUuXgS+5epDrx4Ur0JyRefDhcErJGTubg2bvM9Y
KOVhFaoeJsJy0tqMbdcIf7DfBC8xYka6k7XsNRKQkrPJ28ZFDlYI+pydS8slxB6Ec2OqsWui
IqWIK+EFCx1LeF4KeFbEohDIZXxaSmaG2tNYs2U+RJPgrtL8xnuXqa66JtJy0apfjtfU7sIb
G5mSXQXQTQ+h1KXIdyG4ZRSxRcrXqaqykaTUNHdvvMldZbO349Eu28C2Sh0g1bdYTJucZJRL
JHNIwQh2SG1dcGidJSoxpuMEx5HuUk5K2VxNOZpLJbSfJMy+YK2yUdehcjJL9Sh1OClytToy
iKlb+EPBBUgqTkjt7YIKD122vfoTr8s6/VEKOjPdc4Nd9dO3ZKBf/wBHyNVXtREVIKDmpBOO
T5ONX7SSipydStGSiXbBPSxqnyPbVe2wttok9u1TaHLId1SpqlWiQkediLjdYPdWbHfyieRU
9R/3Kroa7Kn+ZVyjMYP3JcyVVOSinzGneaMluom/9xDUQj8fuSh18eBckX8aFRJFxOJfjcr4
XG3wUu2ONmnFTtcNO1B0rxJM+lyG6D+HaO5P2+Xh1IdJOhLtHkbPCTaK0e1upXBOtjudyb9S
xLquCh/ZhU2iR9u9FNhrfZyju7m08InZta8ybOfJ3G93Pa4k8yhK+o24/wAynqbaN2ql5iVm
7MfAvj1/FVb6m2vDqNKvhWxC85OZsbLhjcwJurIk6vwhHMih1JfhCucjfhJP28KNMrcoUoVX
qUuUL1O3kTdYqiIqPZXRT1RKIVydabLg1fyL3ZgTRDuQ7ETThj1/qoJQ3X7MpUosWHKhCjJM
zJCIsOMuUdqq8rJ/9UcJZHr2dvJ7X7uBt+7a4m1+bmC9hc8ka1H3e0kTmFuo9SHfDG8G7ubq
y6ig5OnAmrIojdX2TsJ0h8irmhNxJJef6KEnQlfX9FKx4RkdpK2JwiliLeEYJQtMJVO/LZ0N
m+BtNpPghSStdn6Ea6x1Pz7fQjZrZ8kbVa4O1UO23U6I13zafCl/sJXTuTg+RRG2jj0OOpdt
i2X5Su2OR995l6on+z5VPd8UN0kctJTZi+T+ROqNXqqQoOpBKuQ8kNdBtX1ql5Hc1fJCTknZ
TNZO7ZR3VtgjBCRdVuVjpB/A+Sc8FMonhExDeCY5ofiR+5GEOkPwuQTaSJKlCWTjggqQlB54
KkZ5LlXCSHmprrahUemqWnxz+Tue/wBzJS9SpYVPB766Lv8A3P8AufH27TA38W1YntdjVw5W
GWjtYqyuSldhLeI+5RwdsTr8iIshP0Pi0/pT2Pm31w/ax67btNOiln5tviaEur4Ibhq66mvD
Sg7ZS2FXqNqx/a1U7L+bIt3i4tkpW1jf4G2ocpdCpCU1vwLV4QocHv2WvmNabJxwOCrobPRx
rMwjVtPlyQ3CQntzZjp5eEyTkrnxlkLwZOCr+ngm6HQlCpUrVioSbUuKaxXyO34r/wBQu/Zt
u51RNymCWihCVFkqVHW+Du1rDk/ttQ8cG22qNdlSlhJP8jvmv9I01bJ8Xyr+VpNiac8o6C3+
LZ67qj8jsmXE7Pls2j65JdX9iFC5WRP5Jb1cwPbWsKg9m67ZFttV6yk2Qqs3mU5qLtpCg/t5
ShGnzY29rFhFXmhrtdxUa4R26VhWJmGrqxX0PclqryVnsbNUqaoia9BFaljyKkJQVF4RcpUd
PByR9C9US7sUFWQsHDORfHNFUfYmk77FFJPybR0HstWtf6ijHEIvPQhP0FSrFHhGR6PIvm+N
T2cUOXsnPQSf8spGvycXKWToaxrNPcuo99HXWvblGuvY9t0oYttL5XDKKuSeB7aqJyRDfQTy
OHRqw9G67Kxtpvq4mE4NVsu14Q1NeMmyvlplBfIrp0zUXyTD1q4wz27USu+TVfzp1NWnWFJe
Wzal3UprHLuoGpT1VuTuq6XNVdPhEN2pHQnS6O9EQzJ5+MY8OCSlCYK+iILep0XhV1IZKVxS
dOWOvtb9zNddUlqqH9v4K72k7vlbc3FrpZEOfM48zo8+E91eGS9pi6WBrWZK1fInbkeu1e5Q
0bfFt/8AU3JtFpcJj+P442fWxVQ2L5/jcbaqNlP9I5muETVR1Ntkm9GqspfllXHRCUrkpUWs
S3k79botW4m0nHNSlh/Lq21NIP8AuX+5RxmC1OXconwyEm31J3/mt0FSsWHLiLC30cuKkxHE
DlUar5kNta/0mrWsKYPaq7ZVxbp/XIm6TfgrZft4QV8KktlbYKEElToUbkq6/uWKXeCH9SC9
B6pwyM5Yvg+G7/JrB2a3zt1GtiZhCjZx50G220iE3smWbKqHkSlecDbq9rMT1X1EtqPg7Xc7
tUu7U30lzt6FaF4XNyG/a8LPh2/Gp64Gtn3O7GtURQ9zapCjgS7u5OxRd22XJEI9qqLayFOe
CEiX8WvuuxxZ/i/MlWiiKUeUSobdIPfSBptPA6fSxTGDmPqyUr4MQrms5cryJWFkSUKKRB/b
VWl5Hv4LFfGW0VyVJRXwiDk6lVMWLnVE/VEWWCF6k70nLF8Xwe7bfPCO1V2/m2PSxWnUeqsu
SdqLgTUXhQTFVkad7ibXmTStRJQ2iLrgT1bTdqSL+9r/AOZE6bJp1JhPuVOhDbpnCJVcFUli
gtXd3gVO1xWDs0rPA4oyNqoWsL9yFFHQezSdPuS9WnwJtTD5H2rtWuRfG3HBf3C3mdkyf59X
CXQq5SwiqS6ii/L/AOEUVTyNR2tEtyyLzwpP5lHJ/iD+l9BLZwN6uJ1RLrObHdWjlQKik/Eg
5KlCWQVI1sQiCMWO1OBQyEXfoS8iVy0HbNEe1x5XI1v5yJ7uWhqBzVkuxKfu4FNOjImGONqF
HL4wNxcyR3e9ujwPWPOD2v6C32q1Qa+xDurFI26WFw6wRFlbJq9U68FaN9R7N9y15wPZ17re
Q8PHJrrs2oJTlcMX2gjBGrzfA95Kqay/UaTpFD+FiFLdiNriW2s66/zSL5O6HuvbrH/u2KV5
ZEqXgp9B4RVjivmQ7st5Fr0lC1tGY8J+/guDp4TnwtEkwTHjXB5jmsWI+5FzbWISpUcTEymV
mXk7fuVdcSN91SFRvJDbfQhPq2ykPzFKmckp5wUczgjOSYsU27cpeRN59ROYnA/jShKyHrNP
uSv8yIXVCl29B62jLrf/AFEPB3O7yL41RO52qqVEKroPbdx/SiXVsScysDbqnwTNitORuKPI
9VmlpHqk9ZwJtKcc/wDmHs1V8CW30wLZ3VEuEjkVEmsIqqZrkmIr6EzHM2Joe5+iF2rv1+hR
SyqTcFiFYh/o4KIqU+pVi46FqFKHlcfUlUSJdKjaczUXDJ1iRS05O1naqvLK1RM/Ufa5b5Fj
DoVvbzFStiUrdaCTox6zC4KVLtJYNVKjkrmpu0qiS9s1iSGonKFaOtRuaO3A22ntIt7wr8G2
213RL/lKUfU7oZVzwuDuePoLZrzGoo7CfbCf1H7VUrU23ScKzNmruxO20tXTHChclKZqX+gr
uMqxeW8k5SqUjl5EoltTDuSl9ysR5F46FHHRFK9Z8E14TBPjS5yUJyQ7lMeC2kqNKkkbVQv5
ZNVNHWRr+rJGVeCtsDms3IovMhru6EpvUrVdSEqcoSdnwUt+wll5yN3gjZzqxf8AyJdVgWqt
Bs0prUUryKVKKMFcrI480xJesiQ9Upjljm/PAnNMsSdlZDly3hHC+5S2Dvq55KVcG3faKmyS
pjiDC62JS9Wyi11f1J2Tb6MXbXoNbUeFJDVyFSbMWuzmFBTVJJRBCTcYQ1/+SKFK+RkhFCbn
QoUwRZkSPIuOhKwX9CWo6HT6UO1OjsxpS+GR8i7o6C31iHYTmIqkKtD3OKjWqlLJKuuLlpfW
p3WXAkm1/EU/kXqNN3JTcCeztcbToRDTJ12hLDEtXTKNdpcZNm5vgtX/ACIok7QQxNW6nt1a
f3O6I6suod9h66uVyyYldSNlXghr1JSFzwdecD129qgnCyPXWzXA6QnQjVKtG7lHVcVSJdJr
Yq0nZDSTUZ5KR9JgmfdlyJKep5CrHA4lN0ccFZp9SiUQLsp4T6ERQnxb5IyUIucdMj2mGyb+
otd5j+BLcrqNaa93KKfF2pZR3pQtrMmE10FKq+aDaUvJ27uiPZWaQWSmo1rLb+hLrB3OiHFX
yJrisnTnJ7ap4HLIao7CbctlaIo6kz0Hh9StY/l6l2n1VCbEGzbbSpQbSo7ISmrIGnjlHcsc
iTq0NP6FF9SF9HYTbhTWpMIUq2BbafzVQ3KnyE1CbuxxTUSapzJWfqS8qxMEvGTz5Ep/yISX
nUq15IUL1J2p5FzubnoUudCH4RNUTFSFdFSiryNbe7oyO2NWz2qh2t2/Yl7VdYgTu73FrqlG
qp6DpHdwQ3B2rI2sVoKkrJOqhK1Sy7neC0Ij0ZRR53O5WFST+BMJEJyuYLufoK7raRt3ujTX
tlt/sbt3mhD+1yLfcSunco6YUVHz0FrqrXyObXsTqqcMbiFNystEz7Si+vA8rBDcJ4mRN6pI
WsWKC1bl6uSZdMf8xKrLKqjOfUqlJEol0a4/9pNPUjH1LVtUhTBW4sGKFinmTbxr6ihQvBw/
p4VoQSrYOOWQtqckN0xDPdRI73bA1tr7X1HH48FfM7XWRvVVVzCm6OIJr5yLujtR2pOhGGKs
pWKtdCXVlJfQhueVwLPQi3CF8jwv3HLitkUWbsmStMobbqPZfUeZ5/5iqfSsktwsJ0KvqTMM
7lRZdykrzLTwh0XqztmJ4KP/ADO5z9TfWZpKISS/iSlSzK+klUnP0RWI6FFR3lHBLtyZl1Jl
pOikVJapcblP9yip1OPIwRtVMhET5l/CIJaHFBO5JMDT9Bq3QfXkwiccI6nOaEWbKuUroTv0
GtW2hO0/YUulqZIT7deuR5S6kTCk9tK8lr3FMDmiOWyXcTX45FODZzHU586H8LleMI7tUq9Z
It9x6uG8NWGsRRiqmObZTG7rKIVOCZh8kK31ZWjFttbb8XSwkmpyQnUSVduBSpU4H/bS7cIT
TE4c/U79qJ8nc4VKidlyr/8ApKv06nTLuSp6i+1Sv+TKOpLcLqXT6Isyl14UoiXcl+NC1yCC
eBvX8h6NQ8omE28Ex2x9Dhq57YrcTwuCW4ZdpCmKkOxGP2JX1G25b4G0oXUS22SV6IhOjqTL
kq4/YjFBqiiglpSCM3sdqfuZWW+RtJcOaETHUpCTG3e3oUu6RchydFeSL/wEqqStFyTElKFk
xfzRSFYdEusC2dXyzhkvWVlI1arSNj20XmTPu6lZ6ojVUgrq6K8kqF5lE69CsatZ2cEP5Pdw
iVr3a8laNlf8yJZkop1eTtVGRJVkFdp8aFKsqOD9z3KH/Urka+5qyZ2UXMWE78yQoSXBCdhJ
R5EW/YlqnJmtkLtye7ahOqosHa7XqLXLPyT5PbO3kdq1rhspR9S09SHVOplTg7axkibWJdfQ
9yaSrXJqoickS2leDy4Jag/uPZbVh65JdnXgTm+B1UW5ITiLomsFWljqYccjjW/US7qYki0n
ctqWkhNp8/8AUKXHOWUlZJmhfNII555E9vdt9iE/dZJDe11zclux2uHqsnf8TjZna5TTuTfo
WIwdf038JZKsVZU9zS8xbJynwOz/AHIrThFYtkTmOiIvzgp9Tvq2Q6rqQ9oQnpZfkyilTQok
uiF3V6nPQwmz8lHQhPuXRHdPtdfIlRFiXD14OEhuZSIw61JpGMjbVUKHS49drO0HbrDmtRtT
PnQa1s8DWyfdMCTniCNaIifInZx0kh+lD+L/AOEiK5ZKflA+6vI0liDtVI/lHK8ydVc65SLU
4ye11XqQ39CvuzchUTyj3THQ9roJpzhpoW2ih5YtlVukcePX9FPGN3Bn0R3a2fJAttqtfQjW
NUlYaV24bR/V1ZMpxYm7bLwX+w0/xXI6ehadeWKGxauq5tUrUjVVeCd9kmrGWU1XFbnd20/Y
T0hThimjs2jtmdeWNzHB3Q4fQpWPQjRWu4gS3cvDRIu3aHwiXXmBwoUEckzEYZR9ZL0O1ptf
Qqq8DU+cnbm7P8qHC6DbzQbWPQcwpdsjX7mf4Fo8yYtkezVVwSlQj9hUvyd2D3Kw0rkWiqfU
0SXl40/RevjO2qfmUSXSCBMc2wbap+vkOHR1O13KqXyNxRclnTgzqvL/AIhbLNzu2ULoavVS
uCXTyLqBzVLInD9vQftiRPWGh7NpTfBHeqcCbolzUS1osj/lS+526qVepEzr9jDaszXTWra9
zSIttZVg7k52sLE1p/zHdPudJYt1ch5dWfahCS83VEJedIP2TPdQu3goqfcopIWrNVhcDSXt
wN7VX3G1CjJV+RGyQ8oib3L0diYldLi231a01vOR9kJaobw2dyccso5fItFi7L/7GSiLH8B6
b6uHc9msbfuPfaiwPZbyyO3ueT26HZ2JpvKI2VWRFDsSh4gj9yKxwnQhfQhq+SV5LYb7vOg6
0SqnQ9qq1EM/GViBS+3Z3XBDq5HK+p26q5/iDVJQm7j2binoTupW1uZFonTVVIUwj26y3dXQ
/bDtP/SQ1Tki6w+pmXhk7OFio0plE7Kx3Q0kTqmll3O135ElRI7dVRZRxFyrhkX8yxX6oltL
o0Ut9z3vtfAk2k9a1yRNOht3Jw+Gey0ZwLPkPuTeISEkmmkXJ8bjSctDsiN17eSm1Xh+FfFn
YokXx77Q7vklKUfioO5JKOhGtdui8G36D3baadpoa7bO9DZp1VhRXmWLbWJ4RO9FlIcP24ZO
r7lkS3psq1O34lFTvbls99yNWknkaT1W1iXsk4sj4dW/c7n+LDlxFjdqdkl3Ca0aTuxa60pW
OSiqydu2YlQL216EwTs6LoQtZ6WIntTZWrvNiNVfHI1rc7M5m5NYO5tt9KUI1drEr3NclXXl
cHatq+Vy9ViLHer4Z3tzN4Fs6uKKSifkSrZoJz9RLX8rJak7Pv8AkaxZD+bZtav8dWWRTxcf
nt+IttonI1q6kN0kXbjIm7vxZtu7JEz3LZiTVVQoqeHa1c9uqXUqPVVSwbcyKvcuCqqNLWIG
rYQu+qkj41COu32O3VdXs7n8UJOU4wSlDjIm5UYRrpvVYZW5WvaoS6j29II1teR7tTtE9SPk
0Wmt5G1Uezo8Dc90u0EqlaFWl9xzXqRnygTVEr+Yo4NV2rZD32plm2yqsFmpv5DWr8qn4rbU
7oRHraBu83ZC+prLjlENupKUrA1DZtq/yX4nujV4R/212PPIvm+TZvWaJ5ZGnt6fp7Nn7dVb
qKJtVyNJxJKbVT3NNT9hrOrj0/QtE/yv5He6rAp/RQe0w7Ilueo/q4OCNqJodZXQibWRLp5i
YvvyTZc38Ij6XF9uSsR1NPlvqnYW/NTfZ+h2S3pq6MSvN+IFNkbJQtdaSOG3xwJKnV5Jq6VU
icRFIImhRzFke3VS8yNzD4JWvcyXrCg22tSB9ubwhJepMJTaRxt9ie8b22bJlxwQlQuQ9lJE
J+Y+zVLbhDWntnoTu5a5FmXhmuuv45XUcvouf0drcbOyN3i30JdEsZZDUJ25K16FGfMrJJD7
ba+K1n260gWtorHhYsWKH9u+upNlkm83QlK9RNVg7k6NVIa9S8kRPQprPkTsu1PgVJXLyTCq
dOEUquok0onAvbCShM3bwx4l0Zr/AFO5Ew3Q9s+g5cvCIlqFfqP39sKT8oTFTuXP/wCo9200
SsdCax1Jbc3JdFdi00rprfqyW4nBqk7PIq+p+U+VT2psopeCmlPqRpMPpB79lr1bJTpymT8m
zjKbI00X/iH8faqZsTKexDS2SVP5aktxkv8AUv46fNpfV1fQe+lJhvzIdRxnzklT5O5DfofI
tL7KDXbaj3UkYNt+FT1JvMt9y/8AiWv4V8dtk4cOBubuuxEnXyOhFEdjro6NE/Hq9lhkNR5X
Fqk4d27muyfmLV+1r+YXft3Rx+J7V7XWhNUyiicmvau7iTuajaKI10/manf1NUlRv7FLJQJf
sPTeiimzE5bZTPJaHlvJE0WSO5JJS2Q9223ZdTlrDKD3zhC2+R9usx2p0PbbXjkUVngUt34F
pq4eEiNNYWXsd3y/I5ylQe60lpZrJHx/FqvsR2JTkWr5KKZyQnRjff2JOhCUv+pkKjvS43s2
+JL+ZanUt47pXiTv7aKkolKp1OnM1G1J8Sa9m8bNrj+jYWitqoRBqsXZ3drrlsX6dtdba0R3
uW2Ltv0Pdjgo4b9SWy1eg9e3u1f8p/d+JTptVRSP9Ow+1P8AuPNxNSthLu97w6Hds1OE2dzV
soaVeTVT+X8rP7vzte2tbGu3cv7aqx7Jp7bOlLHc1iEPbakXNO1ypHsrYTIvxBMw2e2WuUyu
r+ouc1O7ZJ7YJyyNml5j202URaRpOUqRJx6k/VohSk6NoWy1nbl18HkqqMbWinLgb1SU0Em7
Xqdrt9zv+KezDI+T8nbchOj4G05aIlv7EKrdjC6n5eL1dnQfxrWdXLqPR01n28DlThQOEknh
qp/3k0nlMWuvv0Vtlf8A8x08HqnOtFPka0+v6WP4152kis4ToWhjbVC1f2KETCITafJ/bVdc
rB3T9ME/zWrkWqU7P6R/4iYTj1H8ei1W1m4Pc03nqa/I/wAdXbzNt9XGmNeYP7T17fl1VcCW
6ptRb8SLVe5xcaXnB7lKZ/ct5VI1qptgT2r+w1ebka/iRXZPLO9tJI9nt/1M2T2li01cf6nw
Q33bP0JiGVcUpyTvZcn9tVfA0m1rhIiq8yj27nR3od/yNtulTZbOIVDu1pHOSqnZ1lk/bBT2
bE7VTyjt1c/Yc/QUJJLKoKKu3Qsv08b61TFv8kNfxO579qX8pDlxwzu+HeJ/keTt+Vdm/OB7
NwoozublbOYF+l7G/wAmz9SFHm8kUnip7r8Cc05P2OiyQ3/mdJydzr8e1JF2yodIoe5e3PUe
lpyOfOWR9mJTV8YNdNnUT19uyyhTp3bOw9fk07dcNEqzohrVtbXpY7XLXKGl5nt/JfQprXJ3
bunBGmstfYdZ2+yErz9DXb5X3NYwL4tV/wBxuKYJ1Ur41DfP+gffTXCWCipiSiiaMe20y8yK
Eqcke1NEbNNvipGioswTs3s2pG26bVVLE6MWusJ8snaNo4dTtT7W+RPdWu0exyiUd20vVWVi
36XBYlJx0K+18ElVRmvwq+zr5Cf56RL5RKcr9L1WSHRfYhUyij86CS/LqL561cJYoPOxE93Q
cqeKibpiBNN66t+hG0y7bK5L+XbZcEOVNi9qXFxPqLucvkt7Sddu7TnKIeza/Y3cz3UHtq41
V9XY7F7dsNlayUomTZZFu6RZj7vZpxln9v4prTqxb/LZ/wAvJ2aJTbtVyZ7E/wCVcHeknurb
PBSJ2rsNr6FHBeDt+N/Rwd2zpw2W9vJTaPQnfaVwL5I9uintvLE4hbqUhQom53J0UXKpLqkX
/wAyVs1i8kvbySsNN14Elkt+h7cI2bmrO3ZxQb2tye1NsUO+CuLoaTb1VKG2e6msi31VP59R
bJzrgp4UH8eNVgVH6jlP1oX9BJy02sXNEk/aqeo+Sv1HCb/Y7UvZFWf/APNrHdorEbqHg/GX
wcv7ItX6jdZ4H0vJ2a7Rp1Q/je720dxJKeGxJzMWNp9uvGRNegviamKSyx2pe50gW3yOdv6S
VHZeeg9mvdna7I+N9mudndo/ufJs9ndJP/iGvj1VOskPaNVVmlXtNSR4I22fkidE0nlnulvq
RBWJfJSxDRq4jtcSJ34aGkp2dYZCpX3MltRZNVIcFZmyg6csXcu1a4Lv9HtdXYbdZrQ7tiG6
LA/bKyKNbj7KO1DbZN9zuLaW5E9rqjOx/i66+LfFTdtUboyFXov+o6ZgtIt9qaaVhuam2k4k
bTjzP4SdqpNo5Ev/APRqWx7b132rORe33ckbTGYGtXEdSqO3Hkyqof6fI986tqVNKEPZwXoQ
3DO1vyI1Sex3be6MGyTneaM/vfK3vtNNP+Y7dEvj1wj/ALnyUaNtE24ZOr28p/4SdqryEtov
RGvx4VIOeh7faugn/bUvLE2o6FqlUd220fEnMZIViB67KU7ndrX4+D3fjhFHD1dSZhC7Sayq
0wVtyz2pJLLL/b9CzUS6YOWOKslUeS6jyLU56kxVuKTgUpKOBKfyVRVlqqFtl3R7R87UG959
KFF1qX8iNYezsa6te512fVljZ4KuYtQ0hX2X7jXSBPWiSqbat9y+yIalliq9BaOVNanaobVH
Ak1fAtN4eutKLBOtFgcqp5FU+lV/xEv/ANUmybvRKZH8u6q7Ie3GCqTY+Dddbl6ojPkLTVp7
O3Iu7fs9Knv3229aHapjzE03Gtl49sy+EVcFHPjKw6m2ttb0udjt1uz1iRSQrOiaNdXXltSb
Raav9Ozf8pKcNXKt9CXglL6jmy+hSvnya/Fq37SG6Rah2pQ8NyPvq9HPoJqq28F8SdNVNzzd
7kwlSurJ7r3Sof3No7Pjqlzt/qOng90p5Ib8mJ61Siak3fHocR+522V2xbKqdqEb/RE1aVoH
P5uioPuurkN1FFIFrhV9BJet4FvCaJSo7cjrHEj/ALnu2SlJWEsMbwyB7P5IU0RtFUomRRVZ
WRdy7ddqqeDRrPJ1/TS7H8vyM/KGrCc3s0du6h8+G+jyhqbLGSbbcyKkPLIbxSg87fw/8Im3
chZqY/R8i6SPVKjHnBb6FYa+5SlbC2nDbXA9ncq1OCcPqdqbSyf2m6YHvNNVJ8m39VmSnKzI
ueS8cIU1e9Z8KG2mylNGy/GHZF6ciSiFqpmg0vscuM1OxQ6dTtjunEDUdrdlge81TpBV3q+S
0qMFL4K8yd38rH8O9nbI0m+dUiJVFFhTEWmvgkrsl0H2p7M2221ht2O75IhVpcabb11prJo3
yif09qu6C11qTtR8FdrOKTApqLXZnM5Q0nHTkjaSYsZqTdf4/wBJCVMsUVWS3jQ3b4gatFyJ
pMyOEWUcoS1mXYaVG6Cm5FP4l4Y1E9RS4bdzZa1eywdqlPjyNZUM5eTVPpQ07awkv0f3NFLs
zZ/Jr/29eTakVoJKnVE55O7k7fiTT/q4Eu7v2iJ2Ozdrtu45G8qlTiOBNOfOpPPqVXtE5vwP
XZzvrRMa+4nq4fUUuHwLXRU5J2c9Cig2bcQbJaw2qQPaZb/lNE3D4NX0X6K0mg592zrLwS6P
gT1vyO7lkfUTTfkQ3/mNp+3DmhGyXcsipYT6VOl0UgbrKf6I33SbH27LbvtFR7K7dyFL9Dpk
mUPfZ2Tal5FrM8+ZDc9R0nqV+pf0I1VfozbTZ+/RUyPbZPbPFRd8PqcVJ11U/UWjfu1UNfoa
anobRC1j7jd7jw7HlzkXx/Grnbs+3vcuLie/yZopNmnRKtRxVO8lcZK06na7kNKcSyaeYnn+
VHa7fxHK9uHEnxpV1blQJJRC8Zxsjtn7kzC6WNZsvU0fRfoaV8HyPaaPJesna0lteJE1KeU6
F63gzXEievtY9Xe9BqrrYrAreVqE2O6yQ2lLmT8V4N8Gzl3Zqns2nhCj/ePK4K4dZE/ja1TX
uoPtajoNzM/QpRcqpcnGfMjWvrBarQm6LUXyfHD02qxqK63fI4cPMj90fuLfub0sxbauU7RX
xuPVOEOLcyVWak6KUxRgWu267tczB3f3O54r/wAQ3eeXLI4OXlkvH+PxJSpFpoTScMtPXqJd
alHDb+xt8b/F0TFuvdps6M13WfHuX8tyK34P4Et1Pj/8K/S9ld1XBVQ0J5zSBTfbqJpzg/xQ
dYg6PJtttQlOeJIf2FScS8DmnkOFK8y3ht5Ms7imaOxR1NoY9Lt1TJ/mtB25eCXQhNfshqjr
golP9JOegp2joPVNNxYfx731pUna2BS59Cfj0eyw1Ul6PXDkWtttKbeLc9EN7FoKKYuNyqWX
U77S+Sf7y73g7dNu7VC5HFXmStrkaKW7I91F0KKVghqvJMNvod1WutCd13J5Nd24SpB2Jr24
8WnXobrWjTaVbEN2syf2NbNqj8aeE51HT1Ib9ooUooe5Dm2DuSnkoz+J1WIqRErCyJdPUUVU
+OyV2mOXUSb90pyUY6eht839Cj6nbRwV+OP7bvyJpea6jbp6HKeTkXXMF5Sp1Z3OsO3Q3hz8
TVXhM9qW2ys2d3/9DhO2iydmsapYVDs3Xcnkn4nPxb/lrwxdKeC0w6kJwldkL1JhrXjBV3JU
jbXnNyb5hHW8MeJs2LVKWxLN2Rhk6v0wd8Q2NNQRRr9ycLBR0xLNtojH6Pk2edn6FycfQ20f
nNh67bpbJTEn5T5C2VnXwa5HhXK3IiIVyLIyitU8yX9CsyqqtDoVbrg7Yagj7yKaQ8fo7/j9
u2fM7N3XV1wedoEmq9D5Gsj3de28nyf3dp33b7Vkmi6svLFN8lKJkOZwRKfoNJUE1s0psjT4
3VqjKJtofu7ehq991OSFtVWK1SJbiLm0UaovI7U5buuBJe5/YghXm53bbRClvqdk+vQesqjs
TBWnBqm6yPROiQpouD3NUqPXRNu5PbC2rKKunUh2uoJrA9mruni/I+TPudyjp5EJwhqZbXJs
lX3O/B0ZrLlqnj2Ou+UjpergpMeY2vyRDieckOEJN0uTjk/aosvkhSVsa66urdf0t8OUTvEw
PaYFpCXxtRHVm+9pO183RaakufXwta5wUUkCTccCl2uz8qKxH+GQlK5Qt9X2tOh7n7Xf0Evj
f5XwfjXkURHUjVQorxJj/Jk41v5nblm/yt1wnepMKWVHWw9ospHs7PJEpRQbbmR9ruqyLVuF
OBxM9eBz7V9Stes/8Itts2Xjs3wzalZIsPhZHvsm6QklUd1Wa3O1uuTs+FNatzUjVwldtH/f
+d+WtP8A3D9qezUdzuQ1RHbgSw8jpLtJgjF0Osp1iCil/Y4Re1ywnw75Lk7KFwRtRcj222ST
pqPfR05VSNlGB/JrWH9BLrU1+Nrzgpcqq8Diea8HTOBu6E0qvJT6kJS71KQp5L+7HBs91Gyt
GTuOMkrYpfIodOo5E5TY9cXkrZW8ydqbbV5Ix1G9W39iVTkTiiyJKjbsNv8AJqGSk6uxweVk
UpzJRtzUSavRzVnbvC2Soxbbb97TmEj2a7OOgkvjeumdti5tA4cyztsxpXHvtXucL0Fv8a91
mhv5Em4p0YpSTs4O6yQ52T2Ssj36vVci2+PdbN8E6tyscCqpVxtVbrJ22V46klcZGkoXKKuI
K3fBRNQdzmW0qljhcCalzYjZ7JLBC2bbrUUzW7gfxaa+5qLCSVW6m+z3Wnx63Y9/i3Xy7xSb
J/1dg7Nt3fJVQ0PDdidlK5RVUJx5lGViR9t1g7NnEXX/AFE5+pVzxFyXazRR1OMi2TvgiIng
SarwzTVQpafUhUoTHc8Io6q6/wCkvdCTqNv8dSMDfF0idUly2Uj1E4nk9urTsKlEat2sxNJV
6FiIP4G2uIY6RDoQ6uPuVNfj1+KyrLyNapaT6ne336v8pJTSdoGu6HjgiKj1aq8kZ4J4wxLG
S9eRuBT7VP1Ir5kXI2syP5fBN60bRce1+jE1Ra1cjpOztBRuXTzO3ulK6Ql/LFhPZxCmIg3X
fGu7cLUo6na12q72Y2nKmFU7ohc3L1+g269CauMEx5EujbsN6WSqL5dViqwccqKCh1JVdlcm
ZTJxECqlwf5lrDbVFYerwcdUevBa7qOlVkezq3Y7uaCUTs1SEJu7RO3u4F206EnMfQUKEhfH
r+Sy6kb/AJck7VWIZTWuJZ3fJsmmo7TumG8OwnrspsJxUh/clP6F4knGWiFVZTY2518juban
DIHNUy/SBdztZDwfuRdOzKto7lVcHu+4oqvuJRMOILFPsQ2eVmN7U7fxKKRLCGk6lnHJMzB2
N0G0odpuVr5kJw1ijGoU8Og4a1kmV59SW5n0Gu5JO+uTt2dYsqj31t9CSMTd0O9OemCYhMiK
lymRxXk21reiHMSup+Vsoh0FSruyV+K5O5px0sJujRNIWbkKIefBqLjm/Pg3ngivlA7xihZ0
s2WKtdWQlPUuoFNZxZj02zZkLaxGybViXTp0KYEn7m+R6r0bIzngjPQh3Vmc+Qoplk3KOmSl
iF+XIuc4aE8t5LlfsRZ8Fijpwd31O9WFqrs4jgiXchFRRXgltqnSCNtYcRIn2yQ1axLqNqkn
uU6kpU5J1qTFci13qvodui9qycRjwVITRu7JLAtb77CauyMCawxti01cuJaLxOEJNunJVysH
HkVlPBD+gu2IOhCwVr0ROrmSbL+Jy+CFR8D1eLlbKw6+SZ3aqOXeDuvNZJu8EN+mS1OouloI
bhTxUpXloo35ss/U7bPnA9VSOhWnTB26rufAk9u2eB7bOUjZ3TdDWYlxipYSf16l5XJmFWCY
rFGPrc1l3UsaulQmvkuCjlEa1ktfJOraj0I2c7CbcRaDsmVyilWT+PmL3fY6ckv6olfUsfty
NJ3vkd08QKaxyYbw+B82bHWpC8mi9i7k/wB45fqVahk/VXHH2KupH2Rxr9SlrNEXXBVV5Lwj
uQlMDIpOTjrAorzKHbyJmh2xRVnJOt6m3eoSzBRx5kKsZYpprlnK4RKVGWmRLtqqUI12teTb
WJhi23h7v7HPEIe3dHbVrLNPjV25+ok3Lpjwb0UfG61uUdOpWz+pewq3wPbhXHWU3XB2qXHU
dbiTo/KWRlnKZCUfsS7cEfclExLy2cv7E0hUZS3BMV+xPU6u534V0J6xRHco8hQo6iTnbZk3
1+45ROHYV4TJULVYOs8Ci/LIiIH9oKr/AB/5iYnyJrqupdPqTSpLUnHmdzXdwie2xPa6n7+R
7m+1YRLtiSjheR37uYO/RQ8wVUN0WD/uKnUokWnkejaSbp5C+RVSohLdKBr4tWyiheUsa1T8
x/J8lOg3pabi1W1GLzFK/GseMNOLVQ6tTZj91XnJG1ep3XTFqnEuGUqn0JUU4LQNN1ZSvmVf
+8WJsXn9yZgms9BTtf1JVisr/H+kqQ23OGOtxpuW0OauEqjSvgWrs6ciTtFOiHDprTgaTWy6
DlRmS/8AA+0n7Mi/UrivkXKUnNzLyng4fJN3k9tskTJz0FMz9RKJKJLYb2rFKEw/ImKvGSaJ
Oydzt7oaVBJuOWsk8i2VO2wtt37U6K6JpPBCSbdzv+VJSqReDX49HYjd0WSNWq5IiepGi/Ia
mmUbL+W4oxU0TsjbaDuTpPhRlaorTiSG1vGGUUNo16kL6DhWvOCkvkdV5EyXhDTf1I1/JkpW
MyxQSyxVOuS3kX9Srlqsjj1RS5OymlDrZG1rD7iqorDRDyRf7FHHQb/YopJVGJNYuS7Foc0M
1JSc8HdtkprK5KpLhnLeVQnfWNW7odKYFskpVGrkfwJu+SO2hL2gamqoLZCa+TsWUhbbztFJ
bI0iip6CXx0SpJ2bVSqKL/QjN3JTAu5XJvUl/YbiyFSruawqTYsNyyjhFFS0s7u1uMIXtem3
MHuxkbTTbL1dSqdclBpJOT3alEkjuzyVFf1O23kjMlqcDvOGckOUuCsx5ko5Itwhp0asbNXt
I9d065PbayhiUVtU7Yq/Ql+ooTZC1eqXAlqm55oVa1RG+0nbEzkU6yseh2r2wUVrD9tVVLqJ
2SIc+fkQ6ti1a+pVpPgaSmb4K1dpFFE7FdpbXkjtmF9SNqqCn4r9xTM3aYo/xJGsxZlMUGdq
1ryTNYsQqnVckKvMCN93l0ElUXE3Lit2rLJctt0iw1MyLXX2vJC2nzO/TZTka2qRFORbJUJa
+h+JVQUKVkXd/vO5MjVsl0xOTu7YWJyd1ukD7nG3HJCvwydqMrWLdRRLbsiq9p26y2Nv8Xgh
qPM9qUPBLG4l8k3WT2qpX9jun/IwS2J8EJlb8j9y6HucscKR666qSU1r1RO1XgdLcC7dZ65I
dI4F3TWxGqSeR92vdPBGMCSuzu2duUd11fglzLrJKfoWVR7ZtAnNfB89BQo58zbaxrxMs4TF
Elj8aLBKUPghN92KlXLm53N9yZ290PGRS0+p70myPsQtXB7l9UJ66prqj3/H2rlCalR9CVrY
iIPxb9RbLRyupZDSpIm7Zg4JmUdq2VCnoQ3GYGkvMhfQrR4P4lY8ImHwVc+RFWvIh/cbeyQl
ttjBMyuSFFBpuGuCZr1HHm54Kx9YG+6I6jSbdSilsrR9B0pyy/kJ+kFaO6HzwPZCTskQnTgi
P4jamhKUqwulZIvOTywNkuzK0QtU6bMSmSomnTgx9Rtl45HtebNmOo5XkkdzVODpyyadCfxf
KO3uccEdzawdu3u16IlqitCHrtZWYlqu4rR5RR2GtFL8yIfWpEVKpNcHcvauERCU3ZKS2R7d
e3bI1sx1iMie2rZ7FTiSrhldoUEdzoJP3cDSp0SInZMvMXKzS5PdGvmQvxxqqopPmNzLZ5uL
EOqV2N6qruN0l2Em3Lq0uCErimj5FNhao6JkYSHFHaBtuGx7z5yUfu6F/qWT4Iy6wS7RYmaE
pjh+hVVK0XQ11iUroS/lS9T3V8ydVFV5F/sURFk8MXtVDlcCp/hkrAqXYtFRRJKmRK80HLHC
8miZagiZGogSVCsSVhvod2sJLGD8avKKSto4In1OpMt8eZSryV+wnTtOeBu78it+Dk920rMD
jHNC9eSn1O7ZTOSdVbB7VXqS75HWIKuTuXpUerlrKIblKyIhbLLJyss7tnDQtJl5J+klEpZE
wQVa1SHWZF3VRSxGV9BNegk1LeSfRo7U6cFqkyf4kzPA4U1/Ynk7tqPhkaqF4Oro8l/JsvKO
1QTmzLryJX0FK929foRwTEwUonUlupM0G+o3cT62LVOOUUVCYULLO5XITlseehOFyLVKmGS8
3ZadRbNNp8UGp6tKh3Qowx0oyNYTdxqHOLFSGnSpMejciSzU6igjVXuV1nYSXNyElTio3knP
QiPORK6QnjoS74qJsrUqlGFA3MPoS69SE/Qhz5lF6kLGeo3syWnLsd22R5knglrzqPZVcD+S
msc2I0Xqzu22l4K1efCHmqOI8Jj1IjyIiwpUHdq6KhOT0wV+hNpwf4gl0G04nixLUs7Y9xZd
1h8fch0fUSJSqql+3hIjZKHkTVOGe5R5iu1AquODtVonuydvNqCivOB/uSpexVx0RT6shKt5
/wCEX7ndmwpaQ3fqdbFbFG5w0LRP1JS/G7i5wuSEpgSiMkbOiqLXWii5R+otVTqcvgrVMTmi
sUUSKMfcocyeREuETlEpSzCXRGy1Uzklv0HC8yVe4m3H7l/Bz9StGU+qJd0RFWJNSK3mXdBR
UrStCtfI9SdqrgcT2iig+eTq8kS5+w1HqRyRMM9zS4J2hxkmy5I/HVfcc+RauGLX1OHMiqpL
UH24uRQh16Er0R6kMTVVkp+57qzwQnDVvIf9THs6tqyuTzXzLTtgrRcF4R1aoPZ4O341O2eC
H+Twdzu7IkVGxwiYjkq6yRJDLy0KnteUUryTs2rsWsUOGuSrmSFgvBcVJi57bk4ZCY5fuJn1
KL7FEXjnBwJPWxMIaityjxYvBNmiqllL9SsecCaxknVPZuo1kr9RwiZbScsdPInWw9nZE7Sk
iYvYaVOnQhFKVqKHXI1RckS+g246C5ErQQq8smIG59Ry5fBaE8lFEL7FPJCTcwd38qyRNVWC
YSJb84Ji1myXbCLR5ug6o9uk9WQ9n11VB7RMY2Ik9ubMUfcrkvJV16ir/kS3JCXkTtuklg9q
UvLLEtQ/M6Dg9qbeeCHWUQlK4ElYfbWC8Pkh14ReGNp1WCsR0RP0JPdXgop5Q1rcSbJVnchX
R7lUlMcUeEiG1TBS7wUUcsaf43oz+B2r0kja/QyhJWZRU5FHqe0huejRRiw8Il+pKcTgndKi
qduq9RJLznkh+lD2wVuOtSdWtXwJbbKOCNVPkRppTqdtEirhTRCc1zJOq7n0O7VLSnnQ9272
km6y3QmxOqoqkunUjPI8pjltYnApqRrUnaqE+2nUwOFa5evBaPIpYb5I11gx1Y5QqSyXRcll
TJMwuBNCUVLehhDmzFgv4QqvLsJZeSCiXmRr+Wcl44WTsiWlVEzVYZ1a5sQl9jlFqP6Ewr4J
8LxBOTqQ6vkamiuiXThHZpZX8xYy2Vdi8I9qknVQx920ZPydRLtqrtlrZO5USknWJXI5lkL/
ADO3XWmYR3RLtKck7Vg/qXBDcPkbTKLEsnN4G4qQlRkNtvqJbbVI73HBCl1jw7cWY+3aeD+H
J7lPXJS/Uh3O5/QhU8y/0K2KarZeZERwkKtP4kpENQ+ZJTqJTLXJE1JdNcod+2yhivWouytI
udraTzGCU/aQnD4O53XB3PI3HtIV/wBjqiW/QX7DUUO36MrM2qS2LZ2dkPjkqisQPXSmq+5C
mUUouh1zJRS1gezcCiyOUTTopI1u7kNy1QadMOSU23lQOGp4yWjyIV2JpxGEOifXJZrpMCjH
JSrRNVGScsSwTPkNtrzJ3c+RKT+pK09WWHySqRcpUhVnB/mKFHKIjqLCRODzK5wirSWE6GHG
RtVOuUziD3EK3I0qvBFoIfug4/c6OrZLVMZJ+lKnfdcMokksIoqdCV4UxSxXkcOfNEol1krQ
SmiIGuOSjhFHLJV8orKFT1wRESdPoRfqTKjDHOyYk9qO0Ed0PzHLlcjrLwyipFT22knYThwU
VLSJNk8ZPxFFM1JbVsER/ASijsTSOCr+hNyicGStD8rmY6Mo6vOSdl6yUqe6XJKoRM0F/cfb
5E906smZLxBenRExfLJxz4WadilHhDirydzJmeCbbWtQl7T0gt7ng7UpylFCXeCMCW30LRJC
uNuvglyQmkpuVcFk+o1QctKeSJT8ih/p+43wJLzIamcHNbPB05KNJqlj2pfQUJdULtqyEp8i
1OBJXKNeXBcpR9CfqRm8nuXb0ZOqkTczxBDn6QNx7XRiWtpudeSpYp4fua6xXWZfmfsQ1O10
yW44qSohXgpRMr5UOWe5yy+LMizgU1XCKOl2jMckNz1R7iVL5UlnBEUy8kfiuStzMciaq8ol
uGlYTVYUE6pHvouh7nXnJWqJ7rfQlOGy0zwQl5FVBX7DT2KP1Iq1yUuV/wAytHgda3Kfccz9
SIaXJHNoG3jkrNSKxyJp0IinA49HZkt93mQmqckLPUlxPQUUjJ37NObkzM8loKbeSFrtPc8C
01u62Ntmr0X6qkqH5kO32I4G4l8k8KqIIW3oSiW2yc9T+JCdHU/dsnD4Hx0ITpiCbPoS4XSS
NUof7lvaS36DSUoovUU/cfavVMnm+RKaYUQQ6voVdepVyswUtjwl/Ui5DakU8YKOEOp7hxEF
lHBNPUnK4ISr1qVnmCVQSv5kbXThULTPDHChdSLrkhqUUU8tlFHB7VVkJWE3RHa9pI1qxNpQ
S1U12zrccO1EPZ5f6oY1BDo8LBxBKfqVrPQuvReEp2KSVITOpavJMwylJyVdRladUQn5ULy1
xQrvTjJ14LwyG68lIfLGk/Q6dSjl/Yn8UiVrUnKwS1fPBcr/AJSPHQ/xI5r5nC8yHbocievq
sH+RWnUhesFpWJIWvuKKG8q5O7dcJiS1quSdU64E/wCW0DSq5yRKqUrJ7SIjyye5v6kzUlJt
8kJUJScEO/A3r7ltWpqlddS8LkmZRUsWJuuCdaQQ/uUVOSVRLBVQyaxkt5NlaMhWRf0OhWjL
ySl/5RJowOUpIZMQREwXqrnuccIm7Jd3QiEQ329SU/UlTOSmMMok5wJO3HBKt1OF0OSYr1Iu
+CUo6E7KnJeTrg4Suyf5uhZdWxpUT+5VdHUmJ9RLWNZVZIlNq7KNSTNsD2zwQ0+jP3LpF+58
I7dNY6lbnUmCxZD31XcplNXIeMdTuTfcLbbWNsyWLeK+jI7n/Aq7kUHClsnaE0UjkshOLUuO
3kSlRkNUK/UhQ+pw+gooQ4FF8SOb8jeOosdRS+kDbg5ImFeCGcxkm6I+6G0/Qq/QirJSgbxJ
RxKK4+5f6lLkImadRQvdhjTXnQpR5/xsS0n6lI+pbzZSYHNyJ/gS32oUbXsR3tNiWuy9D3P0
HP7Ex9iqPxPwPdRlNkStl9T+38biLsl0TrLE9t231O3VpJFdoZ+SI7kXQ015NHNK0kzC6HTB
Lxydxl/YzBRfYrDJt1KfTqVpIpURggqi1OCJXkijK24KROIuRbzK1g9ucYH0MtckxTm/hMwO
rqUVeStuT+A6X4LFVR8XIr6lHLIdpmLFYhWK/UmvVP8A6SE4LyiZnohZ5G21HBaMktEJeUwT
K6UG2myO1l3rJSG+pWCn7nHSRxtEdSVt9z8kP3L0Gm6iTv1I2deDjoWnqOX5HVeDbdFdndrZ
8kT6EKgocxkvdf4/Eo/Mr9yrG19zgrjMk/Sphcov6EP1yTq/qcE8Ez6FFEYImrsS6v7EpX9T
pyS6EOGpIVES7EqzFRtzWRtK/FT26tEbL1Iq+BqtSbwceReORKEx17fQaTUKjKHbRN5OV0Qn
EEshJ+o8rIm6NWMPbCyKsN9BOSmygpsn4TH3Lwi5EkNl5JaiKyQnRUOBSpI1vlFiYLDXN5FE
pLBaEzP1n/2lvSxaI4O5lVPUqq4FMupV0XQdOlpPavcsl5P4Fl53KesFV9zPkYIcLqXnzKOV
w6f/ABOH5sqrXImZyVQnMdBvZ+h3Jw+CLpka3G7xSgl94JVSHrHUiI6in7FGVp1Q079RpO/B
/nUVnTCM1FtHclgh6UK0ceh7b8YJeegtnTlr/wDUjGCdtZRCUKLQJtwKGVViZ/S9XZlN/RiS
a2RRL0Yt37UipYsUEpnlHEYsXXmRPqdcQTnEHUrUiwuHkcVjLLVIzyTMv7GalhUuN3aIlxwM
7koSE3FR2LS+jIiETPt4ISgsvMtHMFJSRRyuCihO6OnmWKpJFYhjieDjhiqupFNePImKDTTS
Vy/bQhfIvUesp8Qymsp5G7PXArQhTqnzBMV4Ia9SiiBdCyo5gh6U5RCUDm3BS5XwS1fuZ+T4
pQlbv6l+7zQ+9R8k3dilS3jwJ6w+pLcvgTeBuJz4VSoVrGTNcCl0E0qPBM3G4rzYhW5yRrDQ
6KS6+qktRFHbCFSGOvR0oXfRKgqznkrXglEtNol0Tsj/AHFYjzyS6N2ySqvJYh1k7UiqmCqt
jJ+PpB26aN+QktGk8j6Edkzdk7ataoesSmNOmBtfJ5EJ9xzGJHtvqtkytHwLtdyWW8OVglJl
Ux9utShUqmJOSXXYlazPJG3xw+VQ9uzR2rWuXkhT5nt2ZbuXkf8A1l7WkUKg3s4c2JukfsT/
ABIz4Kk8Cn6WUk/SBLCy7EQOF0I1tk7Un0bY4UpXmCv2sjtdnk6r6kNXtA3fEsjW84/6iIsS
koWLEJfcp6kqUnmpdKBLWGWfkdzcEqa5Q2nL+5eF0FUTal8shJLwp4Q9U/QbT7XwUXqrEJRy
2T3eaL/Yqz8W/KwtddWvMjZQ1T9NSiLFUW8E+PGfCqKLwsOL5FEn+JFHr/1FfxnIuJoPun0F
cU3Fwe6v2X/tPd/uH9ouUuPnIvsdJqf6cx/xFPT/AKR8ntvGSt4rPhT7Gb/4/EU2wKI6wY6X
M+sRP+kxP+PxFJU9sx0sdR3iMGZwez7lJkrB7lr9T+T1P5Op/wB1L0bn/wCJS/UUlIkpE5HP
b6lFrHRv/lMT08faUKlY/wBpTx//2Q==</binary>
 <binary id="i_018.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RV+RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTI6MjggMTk6Mjc6NDgAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAf6gAwAEAAAAAQAA
Au0AAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAURAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO/stPZvwUBFk+7XuO6M5pQywnn8
ElIXUOB093n3TtqsB3AgRxqi6TEifDukAJ4CSmINg0Jb8e6fdZzI+AUhxws7M6/0/CvyKMlx
a7GbW6Gjc55sn9HXX/I/lexJToCw8EFPvdBcYa1oJLnEAADlznfR2rksr649Rs3NwserGH5r
7T6lnx2e2lZOVkZef7up5VuRWDuNbnRWPKvHZtqSU9bf9bPq/RZ6Ts1r3D6TqmOsYP8ArrBs
/wA1aYurNbbt49J4aWv4B3/Q/wA/cvNXbjU7YwCtujK4H935yu0dQzXUU42TkWVYuL7qoElj
h/Nfpa/e/Z/g9382kp78uAkHlujgNYPgYS3gmA1x+S4nD6tdS4upuuDKyXA2lvpve87t3o7v
fa/6f6RPkfWPrF7Qw5JoDjo2gNY8j/hLGe5n/W0lPauFg/wbtfl+ChuETqvPBk5FjzbXbY2x
roreHunTl3qF+76X0Fe/5w9f2el9pfumN8N3/u/T9Pekp//Q9CsJI9p1QHNc4y4k/NWCB3UH
NnzSUiaxo5CmNngPuS2FLaR2SUgzuoUYNTbLGOeHO2hrYHbd9Jy4LqWQ/Jzci0kerkODnxMB
xg11e6foMOxdz1PCszcV1THbHtl7DEguaDta7+0vOsq2p9TrHn0zYxriO4cGt+j/AGwkpZuS
HkOJ219gNXH/AMipsJtAc4w0uJ2jmG/Rb/nOWv8AU3odXV6cjM6hVux93otbBY42CHW3V21l
uz0/o/n/APgajg9PoHVbcO5rn4+G64XDdsdta94r/S/m/wCC3JKcqwuaCWlw17glFrtd6fva
AJ3RyP8ApRtWs1n1YqZcx+S268hwY594rYwgO2Qyst+g7999iym0veGsNlfu5PqMjj6USkpn
ucyxocJNTTYW9jY8Dbu/qN9L/MVYaeo8EN9Nh958gf8AqlayvTDrrrba2F7/ANHXuDnEDRv0
N30tv0ECkB+5pBf6sD6J8v8ASBv/AH9JS2H7654bptnuPFW9n58+0c+P9VVHWV12eljsY0R7
iZcJ7tb9Fvt/qKfqW7wd7NdY9KuOfD00lP8A/9HrLOtWhxbtrZ5yZj4OKE/q1xHttg9oICyL
djnSOZ1/vUC12g5j4dklOt9ty3nSxx8939yg7Pvaf554+LiskHXUbT3I0Rqw+Ykn4f79qSk+
ZmXvqe85D9oaSWl5I9o3e5srmrnOzn47bdbnjZ64jcQfoCzd7HbP9J9NdGyuZaWhzXS1069t
W/ylVHR8VuTVcxrg2kSKiZaYMsdP8hySkwOOMOXl5x6GfzbQXloby1tEsb6m7/0qqNed0rOB
rPSrbGPc31r/AFQXS1rnt9T3sbt2V/RYtH0MkX78RhsssIBq/eI/O3fmvZ/pFey+nHBxPtRp
FuQ57A6psAn1HCnZY4eyz2Pt3fmJKefyOl/VmpjnXY1rfaHgNsB3D+QfWf6jm7fzVRdmU2sZ
VgdPdTVX7PWyLHcDTb6TZ93/AFxdKyinqOUzGdV6ZP07PT2vY0A6fRrcz1dv6TasrqONRgWm
nIcS+v6TGDaGj6TP01hcza5n9d6SmnXU9zz6YiNY4geO4/R/rqGVe6ouqY6NNr7OJ/ebWf3f
3noWV1GoVywF7HEmupkhpgxPquHvc399WcPpzMptd+S57d4DxTUBoCP9I73u9qSmiKXNqF0T
S520ujgo0O43don/AMyXROoxa8c17Qyp9ZrdMA7XDu+xy5z0Ldn2af0270v7U7J3f9JJT//S
u27WOLXOaC2ZIMjT28/uphbQHAeqzXTQjssJwfukST95hIFwkgkEwDHdJT0OLV9qtFWORbaf
pNBBj4/usat/C6TiUjbeW3WnXaJ2D+pw5y5Do++u12TVYGuB2NZqS8n3WBpA2/Rb+c7+ouiH
ULvs/wBsa3cTDaKmiXFzjDn3R+Yz/ppKbuZ0fEcx9mM3bc0SKw6Qf5A/Pr3LnnZ2OywtfYA5
stLdxBaR7XAhy0arskU2X+s3DZBdXUGAlw7G97vzVyHUbxkdQyLWCG2vLydYk/zm387bv3bE
lPb9Aysd9V99LxZ6QDCfDcZ/6lW8nJLrK6ANcn1WtPbdU31a2/1Xe9YX1Virpjzd7G3Wbm7i
BuaBtloT5Wf+zm4l17C7ba9oAIDi0Vmv1I930t/qpKdN5242TlUtAtZS7a4gggtG/wBOD+cz
asj632U5OAchp2X2MNIZE7/5m+s/9abZ+8tWzNoyOnW5NNnq0uqfBbyfaf0cfm2fyFj9Uxbc
jpFD6nNP2Zr7LSTydtTWub/ZSU87dU1/TsCpv89W6zfMaB8u4Hu/MWti9Ucyhg+y72NYGiTA
0H8pjlm2NG9pB0bb7iO0zP8A1SkNCNjiNh9sEiJ939lJTrDrLAP6OGuEgAEQNP5LQ5VvtR/a
P270WyWeJjeG7PV3Ru/OQHZFrtHWFxAiXQ4/e5P6l/p7d52z9H8ElP8A/9O8eiMDgXGWj8wn
/chu6PQIDnEQJ2t9zon3WHhzeV0NGGbHFztG9/8AqoCofWbpmHXXV1TFp9LIotDrnM03Vu9j
3Pb9H2Oez3pKaePhejubU6LHHeWgGCWNc5wG36O7a7+QnGeGVNONUyykDa5osLHNMe6t7dtj
H/yv5tCZ1GrFyKLXtdcygv8AXx6oNjt7LKdNxZ/pNyVfSBBfbcasewbwxomza4e3ftc1jbWz
/pP5xJTPKzyQyq0M22AF3uLiPztoaA1v6Jv5+79z9EqFn1cewV2nJa6iwAtcB7iCN3un+stG
vEwLJfYLch7AGG22wNhoA2sbXjV0s2/9WilvplsMcxjKxU1k72jY51lb3etu/S+91f8AUSUz
xDTh4uLQ9z7XBp9GkbS4idznOM+yje79/wBNc/1rqFeZdXXWSa6A4agghzj7mO3fSczY1u9a
bL8awnJoAA3N3RBmdoc1xZ/W/wCtLnct7bOoXvrPsc9xbHHOqSmbXbax3nkjSfiuixDaOltq
3h+PbVZUaSAAxsF3q12fzn9di55gJgRp939Za1Vrz0osqBNgLw0jsHGtzj/Wcyv00lIKun+p
hvt9QtedxDQBy33R/aU8fp7raha1zSLJJB1MnhW6YoxwHsa+x250OncXmXfm/ms2/wCYoYdb
G1TaJLvcO8fm8D4JKQ2dKtDh6Yc4HQyRIP8AZRf2TkfR3siP53WJ/qxu/lfRVhuxsSSSf3SQ
Ij2+127/AKKs7mfZydzvvE/1UlP/1OvxrNu0nQe5xnQQA1nu/wA9VetOFfT8hxPt2iCRyC5v
tj+UtJzGhzmwCAA0NI8Fz/1qut+wglttRa6XhzYBafb9Ju5jvcElPL5jybnPZ9F8ad4HGi3+
iZDcjCYC17rqZYXH6Hiz3f1VzT7CYJ17T8lp/VzJIyrsdm3dayWhxgS3+r/Jc5JTvbSXHeZI
aS2NGgjThRLSQ4DX38eR9yVlOQ8H1bXagSKhtA8mt/SWuQ66qyA4NLmQHNfJg6ua7k/yUlMc
bp2OMEdPfYa2HfN+kfpPcd8/ux7HrB6p0vJ6fktZY5ttVo34+Qz6Fjfzdv8AKb+exXhbdZlu
xHP9HHfcRba6YY2t3qED+Xp7UPrGfXfhYlIMPZbda4HwfHu2/wCDbu+gxJTQa2K4Grn6T4D8
93/fVsdNa+zDD6xLd5BaY8vFZVtfoPFfINddk/127tv9ly1eg2TRdQeWuDo+W0/9SkpvNrDQ
SSTDSYA/iUGwtYdjdBxHkFaZ7bNYgiPnzymO1xDg1pcSAQf+qSU1QGkmTEDQ9lP27Jk88SjW
YzdhgweGERoD5f2lV+z5MbN2h1A/OgDb9P8ArfnJKf/V7TNoyLDsqeKW8CNXu8X7vzGKtf0f
pzsd7L2TS6HZD3OduO0yxlXu9vu+k9Vsn6004+YzEbQ67JewTc3btE/6Qf2d/tQM/qtt+OzH
xGB1UbbHWnaXzpYa/wDyb0lOdk/VzEzv1nELen4robXW/c8uYP8AtRtne31Hf9BAx+k1dKy2
ZTb23PAIYNpAE+075/rfmqh1jK6rRbuc4V1OMVbYc6Bp+kcsw5GW/V9rzPmR+RJT1ecGXVF1
GQ+qdSNdxGo2tdCpYuC1zmBlDntH03vO1jQP3LA6ze/+oqfQxYy9114ccd7drnQXkOOjGt3f
RW3Z1KGSNgYNN2v+bsn27f6ySmh1yqrDrY/HaQ62wtO4kgACZa135yxCSRI10j/etfqzczOq
o9OsuY124OAAPGwe36W3+yqj+l5zW7Gs90fvNn8Ckps9Sc0WYjWjX7PXP3IvSLALrG6ghskj
jnx/eVPOta2+pjxtsroZWREQQPj/ACkXo53ZjgzRjWEu8P5P/VJKd71XOaJiWTBHefFSbuPh
of8AWUIEN+RVioDaTykphOusRrPhoi6bZgT4ITmgu5On+so213pfx0SU/wD/1jtobZn5WSXE
ufuJDuWiQ1uz+Q5FFu9rTod7ZB84/wCqRg6u/pd1rTL6x6RdwRD4sb+9t3tQqsS316y92zFJ
JO32vkmPT3fm+5JTVzMIZNIrvBa0kOZYACRrsc2D/K/M/lpP6ZivyDbw50SwDQCI+if6q13Y
9JqdjtYGCe2h8N25Zt1jsaGiPtEmt1jwSGhp/Pa36b/d+jr/AD/+LSUhuoZubV6j2hv0WSCI
/wCLP0kQVNoaCGeq+YaT3P8AJb9Gvagj0mlzi8usn9Jthz3H6Pusb+iZ/Ur9ie823MJZFFUQ
5z3gECfd9H6KSmLc0UudcYtsZItvcYrbPt2V7f52z9xqsYedQ+r03gsubJ2Ry0cPH/f2LNbU
1xaK7C5rAYdEt/62/wDl/vbVZx6WGvc+Q5hZDmmCC5+3Q/u7ElMuuYTH4/2ytp31bQ8tBgsO
nu/qOKl0mjHrx2lkm14l7iRPMbNPot/kLoq6mfZmscNzSCxwJJJBkauKxnYpw8mqhtT3NB21
2wA3adfc7/SN/dSUlgNAlpIHHeI+Km61tZcCHDaQN0SDP8oIvoy2OJjRSFZcS17NPLuO/CSm
FZNjne8ktAmII1G7hWdlvpTub48a8f1kBmGA8u3FpEN8JaPd2+irsfoNsazHySU//9fQyMYk
3hgDRcDoOd5Hun+s7YpPtAoDiwNc012mJGpLfV9v0d276S0H0VwBJMuLTAA1jcgW0NZSAQHs
duY18zO78x30dn7iSmzkN2H1PzR9L4HusT6wzW6jJqbutsJbrqBAHDf3nLcwAL+mUF4Lg6sB
wdMmPb7v5Szsmg12149o3AEiuwiSWO7T++x3tckp5gMz7HQS9s8ct+5Tb057nFzyCdI3bpn+
0uoZQK2PrJ3VuOgOmirfs/Fc4uJc8jSeCElOPX04U3NHrmgOIcGjRpCuWNfTQHt1Y21huYY3
NA13+381qtu6fjuLSwbYgEczBVa9r8K0Wtix0e4cBzdRtkztc1JTu+qN7Q33Vj3wIHb9Ht/r
uT7bbscuvrbVc5p/RF24N13MmyP5xrf3VTwLvtNIubILzLGmJEiAi15l/VbX0dO20Y9J22Zl
vuc4j6baKvobP5aSm3TssY1rx9LQjwP5yP6DWnbyIJKo9PfaG2NyA5t9byLBGn8lzf5Lmq8X
h5HPxSUxsaDG0AchR2H09vnEd0XYAROsIkDZEeXaYSU//9DqLK6gdga6wkaO7acDRAtw7XEt
Z7GPHubOkx9E/wBpXHNcBJgD8qcCB4kJKQ9MYWYNTHTNYLXA6kEFPmYoyaTVMPJ3Vnkhw4cP
zv6ymD6Y2sEB5Ma/nu7a/vLn+q139QzrGgljsRoFREiCdXXP2/vOSU3W0zw5zSRBBMwfmkyk
hg0JJMPI0II/76pYTrXY9TbyTkgfpC6Zd/K3fRsVttWsxqBoddElNN1Orwz6QMHg+4a8IWTj
m+ra3lp3R242n/ouWg+kg7gAC7QkDwQ21Q8DgHQEJKcF+ZbVhDEx2k5dx9CsjgA6b/8AjGMV
vpPp49LqS5wrpc6rbWIdY4HY7+XXuVjNxslhffg1B97xtGoDQT7DY6fpbf5KouwbOiUssN/q
22OmRILXxrtd+f8AS+kkp27H1YlbXPDaBtG+nducXfyN5Lv+tKdeVWHbbN1bjrDhIg99zdzF
ztNzRYLC033vOrjDWtH7gc/93+SrdFWTluIsJbQTNjtQHN7VVVn3el/LSU7Lc9tpjGZ6rQY9
Q6Nn+T9JzkX1rPQ3bRv3bf5Pj6k/S+j/AOCKsAGARoBo0DT5K79md9h2f4Sd0ef7qSn/2f/t
HY5QaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA4QklNBDoAAAAA
APcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVu
dW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJO
YW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRC
BEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRu
ZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAAB
AAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wA
AAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAA
AABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEA
AAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAA
AAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50
RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9v
bAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAA
AAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNy
b3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BS
ZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRv
cGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAA
AAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJ
AAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZm
AAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAA
AAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////
////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//
//////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhC
SU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJA
AAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAA0sAAAAGAAAAAAAAAAAAAALtAAAB/gAA
AAsEEQQ1BDcAIAQ4BDwENQQ9BDgALQAxAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAA
AAAAAAH+AAAC7QAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAA
AAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9u
ZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC7QAAAABSZ2h0bG9uZwAAAf4A
AAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9u
ZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2lu
AAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAA
BmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRs
b25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAu0AAAAAUmdodGxvbmcAAAH+AAAAA3VybFRFWFQAAAAB
AAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAA
AAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlo
b3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGln
bmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVt
AAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAK
bGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhC
SU0EDAAAAAAUYAAAAAEAAABtAAAAoAAAAUgAAM0AAAAURAAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAB
/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwM
DAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQR
DAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABtAwEi
AAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJx
gTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPT
dePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAME
BQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKy
gwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYn
N0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A7+y09m/BQEWT7te47ozmlDLCefwSUhdQ4HT3efdO
2qwHcCBHGqLpMSJ8O6QAngJKYg2DQlvx7p91nMj4BSHHCzszr/T8K/IoyXFrsZtboaNznmyf
0ddf8j+V7ElOgLDwQU+90FxhrWgkucQAAOXOd9HauSyvrj1Gzc3Cx6sYfmvtPqWfHZ7aVk5W
Rl5/u6nlW5FYO41udFY8q8dm2pJT1t/1s+r9FnpOzWvcPpOqY6xg/wCusGz/ADVpi6s1tu3j
0nhpa/gHf9D/AD9y81duNTtjAK26Mrgf3fnK7R1DNdRTjZORZVi4vuqgSWOH81+lr979n+D3
fzaSnvy4CQeW6OA1g+BhLeCYDXH5LicPq11Li6m64MrJcDaW+m97zu3eju99r/p/pE+R9Y+s
XtDDkmgOOjaA1jyP+EsZ7mf9bSU9q4WD/Bu1+X4KG4ROq88GTkWPNtdtjbGuit4e6dOXeoX7
vpfQV7/nD1/Z6X2l+6Y3w3f+79P096Sn/9D0Kwkj2nVAc1zjLiT81YIHdQc2fNJSJrGjkKY2
eA+5LYUtpHZJSDO6hRg1NssY54c7aGtgdt30nLgupZD8nNyLSR6uQ4OfEwHGDXV7p+gw7F3P
U8KzNxXVMdse2XsMSC5oO1rv7S86yran1OsefTNjGuI7hwa36P8AbCSlm5IeQ4nbX2A1cf8A
yKmwm0BzjDS4naOYb9Fv+c5a/wBTeh1dXpyMzqFW7H3ei1sFjjYIdbdXbWW7PT+j+f8A+BqO
D0+gdVtw7mufj4brhcN2x21r3iv9L+b/AILckpyrC5oJaXDXuCUWu13p+9oAndHI/wClG1az
WfViplzH5LbryHBjn3itjCA7ZDKy36Dv332LKbS94aw2V+7k+oyOPpRKSme5zLGhwk1NNhb2
NjwNu7+o30v8xVhp6jwQ302H3nyB/wCqVrK9MOuuttrYXv8A0de4OcQNG/Q3fS2/QQKQH7mk
F/qwPony/wBIG/8Af0lLYfvrnhum2e48Vb2fnz7Rz4/1VUdZXXZ6WOxjRHuJlwnu1v0W+3+o
p+pbvB3s11j0q458PTSU/wD/0ess61aHFu2tnnJmPg4oT+rXEe22D2ggLIt2OdI5nX+9QLXa
DmPh2SU6323LedLHHz3f3KDs+9p/nnj4uKyQddRtPcjRGrD5iSfh/v2pKT5mZe+p7zkP2hpJ
aXkj2jd7myuauc7Ofjtt1ueNnriNxB+gLN3sds/0n010bK5lpaHNdLXTr21b/KVUdHxW5NVz
GuDaRIqJlpgyx0/yHJKTA44w5eXnHoZ/NtBeWhvLW0Sxvqbv/Sqo153Ss4Gs9KtsY9zfWv8A
VBdLWue31Pexu3ZX9Fi0fQyRfvxGGyywgGr94j87d+a9n+kV7L6ccHE+1GkW5DnsDqmwCfUc
Kdljh7LPY+3d+Ykp5/I6X9WamOddjWt9oeA2wHcP5B9Z/qObt/NVF2ZTaxlWB091NVfs9bIs
dwNNvpNn3f8AXF0rKKeo5TMZ1Xpk/Ts9Pa9jQDp9GtzPV2/pNqyuo41GBaachxL6/pMYNoaP
pM/TWFzNrmf13pKaddT3PPpiI1jiB47j9H+uoZV7qi6pjo02vs4n95tZ/d/eehZXUahXLAXs
cSa6mSGmDE+q4e9zf31Zw+nMym135Lnt3gPFNQGgI/0jve72pKaIpc2oXRNLnbS6OCjQ7jd2
if8AzJdE6jFrxzXtDKn1mt0wDtcO77HLnPQt2fZp/TbvS/tTsnd/0klP/9K7btY4tc5oLZkg
yNPbz+6mFtAcB6rNdNCOywnB+6RJP3mEgXCSCQTAMd0lPQ4tX2q0VY5Ftp+k0EGPj+6xq38L
pOJSNt5bdaddonYP6nDnLkOj767XZNVga4HY1mpLyfdYGkDb9Fv5zv6i6IdQu+z/AGxrdxMN
oqaJcXOMOfdH5jP+mkpu5nR8RzH2YzdtzRIrDpB/kD8+vcuednY7LC19gDmy0t3EFpHtcCHL
RquyRTZf6zcNkF1dQYCXDsb3u/NXIdRvGR1DItYIba8vJ1iT/Obfztu/dsSU9v0DKx31X30v
FnpAMJ8Nxn/qVbyckusroA1yfVa09t1TfVrb/Vd71hfVWKumPN3sbdZubuIG5oG2WhPlZ/7O
biXXsLttr2gAgOLRWa/Uj3fS3+qkp03nbjZOVS0C1lLtriCCC0b/AE4P5zNqyPrfZTk4ByGn
ZfYw0hkTv/mb6z/1ptn7y1bM2jI6dbk02erS6p8FvJ9p/Rx+bZ/IWP1TFtyOkUPqc0/Zmvst
JPJ21Na5v9lJTzt1TX9OwKm/z1brN8xoHy7ge78xa2L1RzKGD7LvY1gaJMDQfymOWbY0b2kH
RtvuI7TM/wDVKQ0I2OI2H2wSIn3f2UlOsOssA/o4a4SAARA0/ktDlW+1H9o/bvRbJZ4mN4bs
9XdG785AdkWu0dYXECJdDj97k/qX+nt3nbP0fwSU/wD/07x6IwOBcZaPzCf9yG7o9AgOcRAn
a33OifdYeHN5XQ0YZscXO0b3/wCqgKh9ZumYdddXVMWn0sii0OuczTdW72Pc9v0fY57Pekpp
4+F6O5tToscd5aAYJY1znAbfo7trv5CcZ4ZU041TLKQNrmiwsc0x7q3t22Mf/K/m0JnUasXI
ote11zKC/wBfHqg2O3ssp03Fn+k3JV9IEF9txqx7BvDGibNrh7d+1zWNtbP+k/nElM8rPJDK
rQzbYAXe4uI/O2hoDW/om/n7v3P0SoWfVx7BXaclrqLAC1wHuII3e6f6y0a8TAsl9gtyHsAY
bbbA2GgDaxteNXSzb/1aKW+mWwxzGMrFTWTvaNjnWVvd6279L73V/wBRJTPENOHi4tD3PtcG
n0aRtLiJ3Oc4z7KN7v3/AE1z/WuoV5l1ddZJroDhqCCHOPuY7d9JzNjW71psvxrCcmgADc3d
EGZ2hzXFn9b/AK0udy3ts6he+s+xz3Fscc6pKZtdtrHeeSNJ+K6LENo6W2reH49tVlRpIADG
wXerXZ/Of12LnmAmBGn3f1lrVWvPSiyoE2AvDSOwca3OP9ZzK/TSUgq6f6mG+31C153ENAHL
fdH9pTx+nutqFrXNIskkHUyeFbpijHAexr7HbnQ6dxeZd+b+azb/AJihh1sbVNoku9w7x+bw
PgkpDZ0q0OHphzgdDJEg/wBlF/ZOR9HeyI/ndYn+rG7+V9FWG7GxJJJ/dJAiPb7Xbv8Aoqzu
Z9nJ3O+8T/VSU//U6/Gs27SdB7nGdBADWe7/AD1V604V9PyHE+3aIJHILm+2P5S0nMaHObAI
ADQ0jwXP/Wq637CCW21FrpeHNgFp9v0m7mO9wSU8vmPJuc9n0Xxp3gcaLf6JkNyMJgLXuupl
hcfoeLPd/VXNPsJgnXtPyWn9XMkjKux2bd1rJaHGBLf6v8lzklO9tJcd5khpLY0aCNOFEtJD
gNffx5H3JWU5DwfVtdqBIqG0Dya39Ja5DrqrIDg0uZAc18mDq5ruT/JSUxxunY4wR099hrYd
836R+k9x3z+7HsesHqnS8np+S1ljm21Wjfj5DPoWN/N2/wApv57FeFt1mW7Ec/0cd9xFtrph
ja3eoQP5entQ+sZ9d+FiUgw9lt1rgfB8e7b/AINu76DElNBrYrgaufpPgPz3f99Wx01r7MMP
rEt3kFpjy8VlW1+g8V8g112T/Xbu2/2XLV6DZNF1B5a4Oj5bT/1KSm82sNBJJMNJgD+JQbC1
h2N0HEeQVpnts1iCI+fPKY7XEODWlxIBB/6pJTVAaSZMQND2U/bsmTzxKNZjN2GDB4YRGgPl
/aVX7Pkxs3aHUD86ANv0/wCt+ckp/9XtM2jIsOyp4pbwI1e7xfu/MYq1/R+nOx3svZNLodkP
c5247TLGVe72+76T1WyfrTTj5jMRtDrsl7BNzdu0T/pB/Z3+1Az+q2347MfEYHVRtsdadpfO
lhr/APJvSU52T9XMTO/WcQt6fiuhtdb9zy5g/wC1G2d7fUd/0EDH6TV0rLZlNvbc8Ahg2kAT
7Tvn+t+aqHWMrqtFu5zhXU4xVthzoGn6RyzDkZb9X2vM+ZH5ElPV5wZdUXUZD6p1I13Eaja1
0Kli4LXOYGUOe0fTe87WNA/csDrN7/6ip9DFjL3XXhxx3t2udBeQ46Ma3d9FbdnUoZI2Bg03
a/5uyfbt/rJKaHXKqsOtj8dpDrbC07iSAAJlrXfnLEJJEjXSP961+rNzM6qj06y5jXbg4AA8
bB7fpbf7KqP6XnNbsaz3R+82fwKSmz1JzRZiNaNfs9c/ci9IsAusbqCGySOOfH95U861rb6m
PG2yuhlZERBA+P8AKRejndmODNGNYS7w/k/9Ukp3vVc5omJZMEd58VJu4+Gh/wBZQgQ35FWK
gNpPKSmE66xGs+GiLptmBPghOaC7k6f6yjbXel/HRJT/AP/WO2htmflZJcS5+4kO5aJDW7P5
DkUW72tOh3tkHzj/AKpGDq7+l3WtMvrHpF3BEPixv723e1CqxLfXrL3bMUkk7fa+SY9Pd+b7
klNXMwhk0iu8FrSQ5lgAJGuxzYP8r8z+Wk/pmK/INvDnRLANAIj6J/qrXdj0mp2O1gYJ7aHw
3blm3WOxoaI+0Sa3WPBIaGn89rfpv936Ov8AP/4tJSG6hm5tXqPaG/RZIIj/AIs/SRBU2hoI
Z6r5hpPc/wAlv0a9qCPSaXOLy6yf0m2HPcfo+6xv6Jn9Sv2J7zbcwlkUVRDnPeAQJ930fopK
YtzRS51xi2xki29xits+3ZXt/nbP3Gqxh51D6vTeCy5snZHLRw8f9/Ys1tTXForsLmsBh0S3
/rb/AOX+9tVnHpYa9z5DmFkOaYILn7dD+7sSUy65hMfj/bK2nfVtDy0GCw6e7+o4qXSaMevH
aWSbXiXuJE8xs0+i3+QuirqZ9maxw3NILHAkkkGRq4rGdinDyaqG1Pc0HbXbADdp19zv9I39
1JSWA0CWkgcd4j4qbrW1lwIcNpA3RIM/ygi+jLY4mNFIVlxLXs08u478JKYVk2Od7yS0CYgj
UbuFZ2W+lO5vjxrx/WQGYYDy7cWkQ3wlo93b6Kux+g2xrMfJJT//19DIxiTeGANFwOg53ke6
f6ztik+0CgOLA1zTXaYkakt9X2/R3bvpLQfRXAEky4tMADWNyBbQ1lIBAex25jXzM7vzHfR2
fuJKbOQ3YfU/NH0vge6xPrDNbqMmpu62wluuoEAcN/ectzAAv6ZQXguDqwHB0yY9vu/lLOya
DXbXj2jcASK7CJJY7tP77He1ySnmAzPsdBL2zxy37lNvTnucXPIJ0jdumf7S6hlArY+sndW4
6A6aKt+z8Vzi4lzyNJ4ISU49fThTc0euaA4hwaNGkK5Y19NAe3VjbWG5hjc0DXf7fzWq27p+
O4tLBtiARzMFVr2vwrRa2LHR7hwHN1G2TO1zUlO76o3tDfdWPfAgdv0e3+u5Pttuxy6+ttVz
mn9EXbg3XcybI/nGt/dVPAu+00i5sgvMsaYkSICLXmX9VtfR07bRj0nbZmW+5ziPptoq+hs/
lpKbdOyxjWvH0tCPA/nI/oNadvIgkqj099obY3IDm31vIsEafyXN/kuarxeHkc/FJTGxoMbQ
ByFHYfT2+cR3RdgBE6wiQNkR5dphJT//0OosrqB2BrrCRo7tpwNEC3DtcS1nsY8e5s6TH0T/
AGlcc1wEmAPypwIHiQkpD0xhZg1MdM1gtcDqQQU+ZijJpNUw8ndWeSHDhw/O/rKYPpjawQHk
xr+e7tr+8uf6rXf1DOsaCWOxGgVESIJ1dc/b+85JTdbTPDnNJEEEzB+aTKSGDQkkw8jQgj/v
qlhOtdj1NvJOSB+kLpl38rd9GxW21azGoGh10SU03U6vDPpAweD7hrwhZOOb6treWndHbjaf
+i5aD6SDuAALtCQPBDbVDwOAdAQkpwX5ltWEMTHaTl3H0KyOADpv/wCMYxW+k+nj0upLnCul
zqttYh1jgdjv5de5WM3GyWF9+DUH3vG0agNBPsNjp+lt/kqi7Bs6JSyw3+rbY6ZEgtfGu135
/wBL6SSnbsfViVtc8NoG0b6d25xd/I3ku/60p15VYdts3VuOsOEiD33N3MXO03NFgsLTfe86
uMNa0fuBz/3f5Kt0VZOW4iwltBM2O1Ac3tVVWfd6X8tJTstz22mMZnqtBj1Do2f5P0nORfWs
9DdtG/dt/k+PqT9L6P8A4IqwAYBGgGjQNPkrv2Z32HZ/hJ3R5/upKf/ZOEJJTQQhAAAAAABd
AAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUA
IABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///
AQEAAQEA/+EOkGh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2lu
PSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxu
czp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEg
NzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxu
czpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8
cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvbW0vIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBl
L1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
cGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMv
MS4xLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjI3OjQ4KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0
YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjI3OjQ4KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0i
MjAxOC0xMi0yOFQxOToyNzo0OCswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1
Mzg5NGY4Yi1mNmI0LWIyNDAtOTU4NC00Y2I1NTI0NTU2NDciIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9
ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDo2MTcwYTAwNC0wYWJkLTExZTktOWNhNi1iYzJjZjQx
MjBjZmUiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDphNzY5YzFkYS0yYzAw
LTY5NDItYWY4Ny03ZDU5ODBiZDZiMzMiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rv
c2hvcDpJQ0NQcm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9q
cGVnIj4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0i
Y3JlYXRlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDphNzY5YzFkYS0yYzAwLTY5NDIt
YWY4Ny03ZDU5ODBiZDZiMzMiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6Mjc6NDgrMDM6
MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5k
b3dzKSIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6NTM4OTRmOGItZjZiNC1iMjQwLTk1ODQtNGNiNTUyNDU1NjQ3IiBzdEV2dDp3
aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjI3OjQ4KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJB
ZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4g
PC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3Rv
cnM+IDxyZGY6QmFnPiA8cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6Q0FBOTJEQUVCM0RGMTFFNUJCNURCRkQz
N0E4NjBGRDQ8L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2Vz
dG9ycz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0
IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfO
AAIACQAGADEAAGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMt
SFAgIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNw
cnQAAAFQAAAAM2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIY
AAAAFGdYWVoAAAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1
ZWQAAANMAAAAhnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQw
AAAADHJUUkMAAAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJp
Z2h0IChjKSAxOTk4IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdC
IElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAA
AAEWzFhZWiAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAA
YpkAALeFAAAY2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93
d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2
Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2
MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVD
NjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElF
QzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQ
zxQAA+3MAAQTCwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAU
ABkAHgAjACgALQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCa
AJ8ApACpAK4AsgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQEr
ATIBOAE+AUUBTAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHy
AfoCAwIMAhQCHQImAi8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1
AwADCwMWAyEDLQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7
BEgEVQRjBHEEfgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXF
BdUF5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZ
B6wHvwfSB+UH+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6
Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwq
DEMMXAx1DI4MpwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7u
DwkPJQ9BD14Peg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIH
EiYSRRJkEoQSoxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4
FZsVvRXgFgMWJhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlF
GWsZkRm3Gd0aBBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1w
HZkdwx3sHhYeQB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7
IiciVSKCIq8i3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtybo
JxgnSSd6J6sn3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5
LG4soizXLQwtQS12Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHy
MioyYzKbMtQzDTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgU
OFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6g
PuA/IT9hP6I/4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWa
Rd5GIkZnRqtG8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0C
TUpNk03cTiVObk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1Tb
VShVdVXCVg9WXFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0n
XXhdyV4aXmxevV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXn
Zj1mkmboZz1nk2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8e
b3hv0XArcIZw4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjM
eSp5iXnnekZ6pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0
g1eDuoQdhICE44VHhauGDoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Y
jf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4
mSSZkJn8mmia1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRW
pMelOKWpphqmi6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1
sOqxYLHWskuywrM4s660JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70V
vY++Cr6Evv+/er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4
yrfLNsu2zDXMtc01zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg
2GTY6Nls2fHadtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN
5pbnH+ep6DLovOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC
9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAA
AAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxci
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQO
Dg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALt
Af4DASIAAhEBAxEB/8QArgAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAQIAAwQFBgEBAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAABAAAgMAAwABBAIDAAICAgMAAQIAEQMhEgQTEDEiBUEUIDIjMxVCJDCgQEM0EQABAwMC
AwUECAMGBQQDAQABABEhMUECURJhcSIQgZEyA6GxQlIgwWJykrLCE/CCojBA0dLiI1Dx8jME
4XODs1PD8xQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPXiQAgCogJIBCoBGFJh
JISyol8pYsKMGLBjXB5UxZEIwkDFgwBCBAxYMAQiQkkJJAwEkBJJAQggMIJCCQhELa5ASIM1
LjkMLDCtL1KxYBVthXLiUG6FIuIgshXLIIHQMEHNZHUQMhBGIJi5h355q474y7ASAYKxCAEo
CyVgtlRLRWBoFLJWSyIR40EWwCpZCpyBjWwwkJJCQQYCEMgA8FjQEMBDAQwEMBBzzpV+f5x6
Dh53K5ptMA1odH0XjPSm/m3+fO/OPWd3TxVO5Me4UxR5h5x36vNqegPm4esHnekdA57y2ECw
gEIBDAEwEMAYCEQMEDASEQkICK+SdmHKaqODzz0PP5kCruV2kBeyoWiOBbKC4UXh0VbSg684
ZmtNKrSWV5bhWdCyls5clsKbEBc+Ww9sGAAwADAAqGICwVgtNLFkSDxCNASSEUmHP4HU4R3O
JqzBYwhUhKkLoo9C2CWghptAIbCtr6BUdirdSR6q3GFdRY1WgqrWwsZGHrZiuOh7YEAresIg
FDwSMRC0ISQEEkBIYSAgEPOORksQOe2g0FKywU3DxqAvXBbmJUHUglRrFFpeFUtrimrHfSXr
blAjqMyqV2IS11cMLFLGHshARWAkcChwCGAkgYIGCDRSGADY9XOMeeysOKygIlhliWjMlZfV
IaA6FiwiiEQNWEy0DCEvz7TGFtHqZRFMLGOcqleotsRh4kHSyw9RJAQwEkADBQ0FMhDICGEI
hJIDJrxHLRqCqrVlDm14y+iQtGn0J5Wd7il9V9YZ0CcxbNRmr9BScYqRlEDux6zA6WCwEQpY
PRszGW7USmyxAPWpdMqHvIQSSEUwAYCxgCEihoKSRYYAGAVgZPMez8qNmZCVvmKLs953u8l4
PL+p8yZ0W87prQt0c8G7CQcUa4ZhqAs1ZzJrtcw1aswDIXzPYWhqCkJcFoQJdUe5gARISBR5
WheKENYzKa5ihtmAm6YSbBlBrnOQ6PCekzY+5yTJXcSru5OodmvjIdrl54c7fm2F3Mz1CqCK
Yhq0YeoVR1HiAbPbDLdeBWaEsfKLRELJCO1Fg6vWe0TFWdGrCxqWklkqgypBxWC2VwsCkgiF
hQi1Wgp53T5RZoxgrk2Gq6u4BNhRqzYD0NXnwegr5mkuVyILsw9nNxHb53HB0WqtELEVi4DZ
iJXCKtjFZKFhLFZcHoaznLjlhqmWGk5lNDZiaBRDUKmHQAZVgxQFqowvI6vILq7KROjh2F2q
vIdGtnOAnZxGPSOkUW6Mxoxa8ZZiW45c6DmTRfWRWcrdrQPTUCl1ECkaxdhMXSY5dtLjSMdi
u1ShbqiFlCBAOFGikEaAMgYthAxAyuTFtc5mPuZTl9ijcJTqrMe/NUbRLgC+0x35by/MsBzt
1xzF0VlK3WGazTlJTIBTWPUl5ms36zHvdyt1hysvW5BeVY66BR0KhDgC2KLHgimDQQJMIwcR
nAq2sAwCi2sBeCQkqp2sc/r6bxaL4eTvs0CotZd2ub0zHR1eCDCKwtlpOhQMgqvYb9ldg7rY
M62FaXIU8nq5jOa3OiGAAyhKsK6kIgBA4JHEdiNNew5VfcqOOm6spLoWVxQtWQ2U6Runz+mF
YgrBTMHUXFvJXpOM6WPQTzVerMcgLYdvieg45mur0nWcEZbmM72ASOxWLIcA6Mp1pryiMpFs
DCx0GUwdQwrTYZ+joI0RglSFGhysvZ4wEhGfMxdblc6mnPoEFcLedu452cmrIWwwt5fW55fb
hcfldjiHB0rad7kbMZi0o5tOVzU2ImpscOjOfC6zM5VTfWdWnCpqOMl5pBdM1pdKkLLcdh3O
pweibUrYD0g21DEa78jmjFeh5ZGrHlYLLKNB6TTQRFWo3cnZkOhbReZtUUsw6sxmejSJxO3x
SotB6rKhgthbdjcumewuS20xm1jO8hfRZac5LAKCAkEIhFYEhF5btrU6S5iNuqqHTChdXd0j
latfIMmPXhGEAdeTYeieuwrybucX0XYjp3cPqGiCEz6Mpg6nO3mTl9fnGRltBWxKNOfWUPIK
SBmEADAGQjAlMshULCVywCF6wNGE6HP6Bei6jJ0+V0TXyN4OfbdeF61Bgt5pRXYoGEJ0+f6U
tmUmnFcw3I6/nSu3MT0ujy/UOnzxlNOri9kvEc84JUMVtM99VhAjDSAaRQlSEq4YGFG5TE97
mVOiDEm5DHdeDPpFwTTYNpWsvWqwcJWXqlA3M6GYwi2oEe8p7mHpltFlwtGrEXec6nJFDgey
m0gBLOpzNR0NXG2HJp25RXssMhsrEsNghDlS7AZSzFVggzKx05oUoNylaXwpZqR1LEEBbVXr
MV+CwXP0c5l3rcZw2Q0a+e5069gOa5UmvNuDmzVjueKasEISsLCrigg0dLmdM0YN1Zkza8xs
trcHK6nPLb6tZUL4Uy+GGrpqUXOxmzdOFy2VkkcXN0tJ5LN67zRpv5e4tsUFfT4XpDztOig0
CpgdDj2GnBp3GGbyaM+3inRUoCjbnM+lUNXI6/POYUJZFYZ1ICCP0efvNEUmWiuGuy1zNVvx
FGjPeM1kEMAz1Qssphe9bF0Yi2teR62G5HVzHmdfP2myiQzem8xhPQ8vR0TnX7gQZ0N1WZy1
DWRlUumZzRny2FqsBsWjCYGgLGVhhIMyuNpy6TfktzGTVRqLo4Dg00A0KxpUAQWOQCsvahy9
63L2Umk1kMlZbRFORVrzFFL5jYlaHY2cTqhFbla6oZdIqGsrchpsBVbScq7N0i9NFZi59hM5
YkKONEcZgo19Og1hgU3QD03Epq20Cs6hWwCNIIVcMBLXoY3PUxc9VpZRagikHLoupM+XRQIV
hb2+D1zfCBaoSu2EgdSm2q4Wq1DldQWF+TTeedzeq5Jy1ZBjAWMLBs7qXW06DSCo8DgFxFFq
ArZQAQaCAtRytgSMLDRctpn1VWBlOgpW7OcrBqyDV2UiBoC+ljq6q9JEaC1XKMjVkesFtcI0
qI1tanUPF0GTlew8uUFGHsrAtkgmrNoOrXcojSAkIa7kK0spIZBgGFsrIwUj2UsdgW5xmkCI
pOT1eSc1FQtQKQrBoAdXocbsDHHWakrsM01KI1tYj3Qy03Yjaueg2XKDq8TucAyRXCbKR4pF
uosO5K3FJAGRS8wiI8FZIKWUVdCmatoNZiuPS120hkBVTrpF5+jMcqlqwsCVkAdYpp7Hn++N
e0K0uJWooNNFilgYGXB0OeI51HT5bZjpczRzCx6rDpcrs8cYiAYKdjRz+gLGgohGgUllZAGI
0JFDoV0aYUTRnO+lkKRMJqzVWlF12g8nn7znnx6PgFSXVixoV9vk9g6KNnJK8xs5+WGlkIzG
wTN0M4ldtQoqUKMoz13HZ5PY5hnkJJGNG/m9AtlVg9WnKWBGAwIGRghgFAxCWFSxjsZNFRz5
1aTJqZw4dLCmc8XA3XPON6MHn076nF1WUGjRjcfNrBzDswlluYFtuXpFoilHE7HFCQSQqNbR
ed7kdTklLV2BKg17OV1hhAFkcUggJIISRWACCEyBcE7CmsravSKjUGiGky8vo4Te2FDfTzob
hzqjfTjU2nmw6rcfoFs0Qou0gEIIIDLxe1wiyQkMYFlbHb5HW44liWASEs6fM3lhkCwgZCQh
wgkQGCyQllbhcE2acaG9eSh0LedtL8FfNNKYdBVjrrHRQNFYIjAkBN2S87NpQdsamqvOw5qQ
Tkb8gHlwokEdLTr8rpc0BEDIo27ndIvJIjRgRbAOGGEIkdColxQzBdWGwa+MYr69pqAsFZlA
rMUZehmOMt9Qr3IVlyVu1wmjTaZ3pc0DJpAlUHsFxlz7rDBo1IUrohkG6GTn9Xkkeph0MG7H
L6wwkJCCGu0ayolqspEsUWRgOrhMJRwe5yCb82sW2m4KghrekJRjnZ+tiNvO6+c5t+klVlzF
OXUCplYht0FbAEz13C7FBbVWDUQwkJE5vWrODL6RXPTFusgotADCKSQtAGADyuEZHHahjS2d
jJXZnH1Z9BQ1alqkD1uAJqrK3UFsEJAwUdBEilrVWDKXK8tyiXrhLFa4GVbDo6uJadIVOXLI
YuZ3eKP0ub0C589wTAFXrGatwQ1lwpQ1LELrKrSFbB1sJzmr0mHZZQZFIL0fOakq1lWmxjLn
24yxadBRpRhqWwEscjyq4aNQFJkBZTYWUMSMjDJbcDZytZ0XW8q53VpPP7FvKb67C6RiSMUu
tgVZhKNEM7OCjZj0lz5tA7Sw5GnDpNubVlMLywwzehpvrsEapw02qY7CB8NmcTYqkayAuxIb
ctdhVXrsMdltIitaUm0D359ZVqw7y+6q4SFDPl6XPAMcOnZVYBo5SXAjBS2BxFtrILyIzAts
psPPX34zr1Z2Kbs9xsqig04eiVLchIYJi6eAyKjFgagJQFjZ4aLuZUdjLiJa2aG581hYSB9N
N5j6XN6RfdWwBAPXaDn0dFBLatIkthQxgBaSmx4VS0lRaCEgeMxkw7KBSlhi63L3FrZnM/Q5
vRHS6sRqyXZrocqjZxzRnUgIIhdhS0AzwWnWxhnQJXZa5Ra1QnV4XcL1Kgtyax15mktuEMmn
JoLirkSxiuWqVvGAyqRGUEIGZWMaugEsUzaYBLkBm6WG83BgV06MZoNNhg5XX5pWm2wwPuYx
vexmNqBNdhagtKLcsN1K6Bjj0nN61AOnU9Q7qxk6JgCsErZC+KRtNNg1boQwEAIFYBVwR0Yx
mEWu4mUaKxk01FeHoYjrvXaLl1g5euiAW2gQ3oNdl1lWXchgTU5hbaxibYTnLpUDFCi01HQf
HpHfPcNYpLnW8oWvknTHMuN2nPeO9bjKQLDBWBELQjGDAsZ0gDVZWOocoXblFw68Z1dGXWAM
Crn9OkyVgGyBhGIAYhYtbhiwjKAhlILAZatGczOc50tfP6JYJC3lDCXdM9Iy8f0PNG18vpDm
piwADlGGEhJANJAsGMtQsJRaxVXdCPRWLVbkOpqx7QwMKpUz4OvzgvlsL5QxcighDhhrClqk
kISGKatVBlzaqDZpotL0PNMWvH0zdpwsaaktKtSOESEZGHgI0kBGgJIF1JUShBSxGquMqaFK
s3SwmvVk2AYQAMBVchy9N2cIciUakAwsFlVhC6iq0KrAQpYDFXsyA38+4u4Wios2vlN2mvQX
Tn3GvHqgJRSbThvNMVhmqzmlcNhcDDUc+kpUgRnBHQghgEtUzbsG8gIICok4ec9Jkz7BGjAh
hToCkK2Ey6qRyrCB0IQRsmuHKGikw9FtRkzCg7CVsbNlGQ25sFZserQX47FCy5iyHaQxhlil
19V5mKwBkJAwSVCJCuyIWKaw57+IUDRYc7o4dh1lIAwYBMDJCKYIYpA6iyELGFeTfmKYeSVz
X0jLaKx80gdLgezGg1tUCa+kGyQBMIpY0XLYZQ5EDISByQEAMACSl1cz8nt8Usup6Jkr0wOj
MpqcMCMCEwBhKxYgpKEVwM1bgrcmLP11JZFM/K6fHJozEupugNCQV7dA1ogZCQFSaadY7Kx/
/9oACAECAAEFAP8A9eD/2gAIAQMAAQUA/wD14P/aAAgBAQABBQChK+nH0P0qGo1QyoLgH0NS
orAQdSKlSgPpx9LlywRx9T9ePpcuXLl/4Gcyvpx9OJQ/yuCXLEuXL+phhMuX9CIymCCEfQwm
GfwSRFZqGgnYGXLlztO0BlmWZYl3/lf0uXLly/8A+EQJUrgsIdDfY1ctQfvKAlSpUK0KqV9O
DOpEuhRqmguc31YQAw2Bcq5VS+bl3AYZc7rO9yzOfpzCJ1gWoRAPqf8AC/oJYnYQEH6EidxA
4gYGcQfSjCIfubnW4HoAhh/hQI6ToIEnUQKon8cfTqL4lzicVcIsURADVESzB2nUkBAIABKs
1DVej9p5sH3/AHzh1/d+lmT9ztPJ+wz3H0Z1QK6uK+hPHc2GJnYkgymJCtCGgVr6QpAlwCvr
RvmGVCOCLhBgZgLly5cv6gy5Yly4bhBgBlEmpRlSpUqVKMqVKoFmzb1fvMs56f2fp9Etyehv
42n2P6na5zKs+31kN+ubt5/V78sJ5ttNV6zpOolShAK+hYKG9GChv2XnEz9mTygQVlSoZUP+
Br6c2OP8bhWdTOsqVOP/AMj65Zz0/uMvPpr+/wDSdd/VvuRnoIPOZ0QzTZWW0MPWvPo2beD3
punv9Hw4aaaEYfsN1T5Gdx+00zC/sfUx8x30Jn8Prkk3/aefKbfvNmLen0vOzMXdwq66GYfs
vT52x/deZwnv8bH5sOv3Ev8AwuVOsqV/gB9LH+VfUMp+poDT2efOafusFno/bbMX31c9XaLl
nXxwFyXz6TbrmEXsCAA7i2PZupMB3rNC6/HoipgxJxzE+BAfl9RXv6GV/SVLewtCmurJl1h0
uO/WZfI69WpXIIKEAAD5F6/WoRKnX/Gv8rEP2l/W5s/TLyeorvPT7vP5x6f2u+pd20Px3Pjg
Q2q2F6iUTE/EbagzWyBwCbGp0UZ6O0RoGBnkRGXsnbT24pG/ZZqc/UdiNHMf0GlzJcAdWIvs
tlmEY/IysFjaBoq2xFQd1naV9K/xr6GXO4lj6cTj6cf4V9Kn7XXp5zv01/YfstOjdiQlgKgi
kXzCsoAdWJBCDXRkHBiKHYKL4EZLJxBHxEQZAk9lHc2f+h+NbzO2Q03Gi6KOua55xnzh0LEf
id9BWS1F+33iKrFgbNg/iT/h/NSwIXAhcV3Mu5zBcFyzLhuCzL+gPF/X9r6Ads1+bXYg6n7q
TKMqAigSIOV7kLnyS5bQBTGYCBgYzXBVEARbJqo5JIUzhZ5kL6+l1d0T5G1UIbei5oGf6DTl
ktQpN8iIWELAEiz1P1J4LGdjGY1yZ1EAqVAIBKqD70JQhUShKE6yh9SQJ+wf5dFQ4otzsKFm
H8Z3UTtYRGaEqICS2uoVcrKdSQV6k3QZuqvZHVlAqWWBKiWlMyCIRhgAxnlX8vQ4ZxZAFnPl
2cfGkLRG/Jq659wIS0sdYYTCebhAEoShK5n8AQfQ3P4F0PoPpxCQJ+x9ZwzpyGYtAVIClXsL
GdpZMTFiGcKXszM/lqCVUKDYjJQqw6q0KkMNVmegaBiY3eA0FRtH9DFZ9hkTljdsT1AD0P8A
TQEqsQi1BAbiIJ0BAMs9ifqywAyjKhUzrAohFfW5cv6XLMuWZ7PQULO5JZ1bbd/haoKrReCW
JALQAADVlh1YqXYzFOxZb9BqWOzOJwQYWqdUKjMgmwSRGIYeXP8AJzbohLejQtPsGa3amCD8
vQFGauOqECZj8WUggqChPbrz/Ny/qf8AKvoP8Ofrz9P2APyNGJ7ewlkXlSSEyvRDYZCaLGAQ
2YLvK1VKY2aKgnoWnVqfPjqSBmQAvIBsgEBhaKyYf/HH/Yk0f9aMzpnBQa+nYlw1sFWkq2ZT
OwlgTsDAmfw/5mczmWYT9QfoP8DPYA0ZQX05PrFIllW/Jc9ir7JwagUqOgpQAqle9XESkNkE
QAkAmxzFZZwYbhNAsLAnppfMq2BwrnksernsMGK6oNGXbNic8iiqKVaBtAEXRo3l9Zn/AK/Q
wY5BPpz9a/yr/Dj/AAP0932ZwSXVp6QPhVSEJE2RUbPQhLYzzbHIr4vH6MvR+jClsyu7sVVG
6jy/qj6E9P69M9iefL+s9HoOf6jypP2X67BcST3v8WPANzIgv6iPiBgsq8YgR7mf3y7NkD+Y
zZ0bFFlYdf7GShvY/ZvZ6CTrqy/9JUr/ABqG/pX1qV/hX+DZq438GDo1I+rBsvxAABO6oUH4
zt2n6r9dnsueSZrU/Yoq/sNKLUa8ey5+TX49ziM0A9SkHYMf2BL5EFYDnR6lFIA8ys2np0VS
iuxbJwrq0Y2SbKhpimgnbDIpsyt8mzhyrRVuBTZBJKNOv5XL+t8fQiGVAPrUqVKEP1omc/T9
jiM/TZ/rkWFcTV7jqCfIjaa+fJcchLn7ZSPdq9bZZnR9UKgPwdUgbPsSzFkQec+caq3k85bX
wZuc/GwC5FZr4s9jnmuKElV3bAh38wI9eM/taGBHY5oqAKdJ6PSzgdkNGJRN3A0J/P8AwNSq
/wAKlfXmV9KhEr6gG31zSfsfM2rvi6eVnFFoykn40r9H+tKaEgTT04ZRfX5mH75NOqsHPjCt
6PT+0yXTX9hoV09Lz+xp3/saGf3ttB5ti06gQfP1DbCD07gH07mNvuTsdiV87tB41pcVgRQA
AIqAHfZC1oDw0V3WXAoKn8ZfP+BIE+ZBPnSz6sxP7Qn9w3/ZYg76En0aif2Na/tbxvTsR/Z0
pfVsR/b2je7RY/7HRT/7DQr8xdm9ipplpjuno8umIX7mq8CIJ8uiBvkcMjQ48deoz83o0f8A
oajznMhnzqaZEAZFQ2Z6jOzkjh2zcKwaALbK6ygIWNkKYCAP5oQkEhBmPR6S5+wHMXkdeFBs
aCGivFn1YCf3cTD68xH9TtAzGd1M+QCFrjGp2hJgY12gYGEwjrDRC9q+8JoNcNE9admY6JoA
dtPOEfM9RjsV8mbZ4hQdFzZYQeozZhnl8a/2CAbafHkB1zLEYqwxw1B8vlAfyebRc8MspkrA
+h/K4f1eXOJv8jMeKJlRA0qgB1nM02LSuSt/QMIrAlls3OoBswwnns1gmdqnYkkwnrC3YAgD
s1vVBpXU8CXcJnF3OwJI/IgQII9lkXnW/kR3ybPT5Wx0ZiFhBmaI7+r9j48FH7r09f8A2vsD
f+49qjD9wNJ/7HysU38zldcXJfER/b5u+v7fEHT9t63U66uERmmORzUjkidBCKiiyQua6aFy
YTAGJXzuYUYQqDFVSB9+ik9R2NGN1B7VA6zuoHYmd+b4BE/En+QASaI6BgbMBKmxZ1Ux9EgY
TssbkmgC3Occkg8Dy5Xg/ak0TTJTZ9NnBgqk0Aqlp6fJ0x8/jVMMk8yjTyYas3hzz9DefzT2
VkFzZlTNmi+btEpABx1JigiKCZni7ENnkfQWZqIFky1WBjM/ufGvR82zKEqxIIP3qaOQCxM+
5L8VU5quxHYFdCR+dnYrF2ZV+aHZDC4JvtCAYVJJVhKYwHgBDNFf4upUY8ByYSpPj0d3OfUk
nzaoQY028eW008WqRMnRtAz+ZM0/r54+tjllooKaOVy310OSpmU/FMQiFmWNd1QHbrmpYhcs
Tr6tdAH6B9OW5Vno9ViZlpnlksZmZ9PGHTRGycHgSuGNllIA+5ArtYBEY9R2scluIVFALOJQ
A7RbMUMCDr24sE2vQqOqkgib+ViyYlcWVlZR2nlyOOTICNE7Lnq2Gii4HAWwR1DA4s6eVWGD
PnmCpGWfQrrmETodX+BlhUmMsoQC58agvtQJDRiKVGMcii0djSZM0y8ujjLyqhpFNAj9jkV1
SoDOvK0ISDG6kt16uorpanmFe0CGFuAeL4s1/DVKgLxSWJFBiC1AQsAoVgoIYFR09HkTU4+V
Vl0AamiWXXNk/wC/lia57QXXn87aRVI9O+qef1abZCFvJ1ByIc6OU87IvoOjsmLuhVrXzWFT
HFd/SHPBgBMsK7epFAdic/FroV8GYmfnzSUJRgXkDj35BslrtwYFNfYc2Z1o8k/chhX4T+bZ
ZZqyD9pyASaPa0NQMogayrISVBboVYZmMo7EtFcghAx/1I6WGJJUTTspz8mnfzeVtIFCDLMK
PRb+nz+sBR8l775hcCuLZFWT05OrK9H0ejz5BvTs56W5qg6CPsJro7sEYv5hmq/LiQPR5wq7
Zxdc2nyZiHTKH0LANtgyFN16gX+J/wBR/t2N0YKo0WCgQ9bIBBqFeB2nFk3FICuSYimkQXx2
ZlaZhSWIAWiOJQJYgBe4lG/y6KCwZGLJ5zocPHlivAD2VrgYFv2WnmDH+mUOYOumOWevtzRE
BFz9hl/3KKC2qKdPQ3b5Z/X2bA/dQXKgXhlSDTEHtgYMciExVYUUFigja4At7kn7BWJ4JPYJ
G4JoDkCdeo6iPUa+7KpOhIAuwlwAAEAxPxAWdCAENBBYWiC5I0MOgiusZySulaMw6jQEZmgO
pOWa5rDU1YhVNprkC9arK7riAu3hT/qXA9E9+C6AoVb1oG8l3EADZIp8/oQpogCjJSxxz65A
IZ8SkHyZtB5SAPOBGxUn4EAC5rPRkNcurq3M/nsSWYuwowk2bAIohgYvIIedWLdTBYIJpvxH
UE+fzNoq+fEAZZTXyI508Wqs2RnRSBkql8zApIyXkiibEJE8qhm7clqLNPvA4Idv+QNr9oM1
MwCovq06+oPcIVx+wXTL06MzeN2W8ful9f2CBfRYExUEp3C8Ap1EWxFJZi3U9iYOQVoET2qo
NTsbFAG7WgKEBMP+yHhbJYgzO3hAgEC0EzbQYeUKePpf0uaZpoPVicmYaQ/IGsiDQid1WGio
oL51ou3VQ3aMYDH2Ofv2Xvjh2IIMJMAIX29hPJp8mGegY/sRY9YK+X46ONh1VDn+1RhuBcHY
RfR0Vfb1P95I37BFh/YKyL7E7N62UH0Z5Nt6NWOXs1SbEMf49mGWTTm+yWvUxqJVgIxsKRRJ
h/FQewE8vlOsTPPNSZ3l/wCPpyGmR4buAT0rmuygHZYu6EeQ9poB1RiVa/kU2v7E9d8n7Z6O
cNBopXMkkkT9kvZP1bsfPkxX1esg5+v0h8DxMVAc5nQ+/IKMl4c0VtjSkhDQznXk0IV/EWIG
AAIhCk/Ge+z9tdNFQjVRDoJ8zA/O/Y+hq76RNXh1evmbtns4ng66sGUBmhcmdwZm5J7ARvQg
n9okq3YE8enEaZM3JJJDmfI1FyZj+Tfr7GLtFatBoDqGBn7QW3kN+fRF0T4dM2UACwB7wGT9
TYTP8vX+zB+Nweqp2HKxmZxqW65AAajlMVKnxlFb4lHxd4M3WMGVieRyeoICGk8raTpp3ZqB
Ig5iFWgJq6JP5roKbRiSxJvlSteDQ5jHYNOxIAEYATHfMnVGZRm9rioC7KsOlgk1uD8gAv7k
lg1kjAi/KVGXYmb2rYt2Yljv+y+/mNYAy5c7GeznP9S46eRbf9pz5z9s6E2X8yJvyuVgMCQn
aiSACBE3KMvvchfW5XtmTfnolDFdZnuyEaJGVQt/iCJZgsDsCepY8w/cUZQi9rxJAwfoBqgA
9BZVcM4ChG9TE6bhVb2OWB9OhvcTzesT3JT2JcB/JQb8ydtMV64zdqz8psedzrr+zAM8v/gs
yzP5M9P+v689FxXqP2v+pBiE/Jry3BGo/DI3KPUcE8wACdagXnqBKoAEqSa4oCfy5sAXAARz
AZVKCK/i+RU4JwyfRtPM2cUgldgS6aA+bAIvr9QGfn0Chm0d8cgDlmJuQB0Kae/UnX7TiBYt
X53p827JH6surLg3lavN+yZgcvdrk3n9Oey/z9PW4QeBA2HnbsP2eZbM+fRZ0K66KDL40BOe
NhjYmtlhKMPW6oN9xL45gBIUUeZc5nE6z8QDdcQgiWJ/Cmz5NGyTP9k+qopBRR3xVSGdeu/Z
2+DWssSXQqgO4A31Im+/DszsLEXmE1ByfH5Do4ASdhbMKfyrpt+N/tWJ9Pc3h6WwfzevPcWZ
2n7Ahl/XCsvKSNNs1cHO8eC2jKFSiK/FBTtozByoT7CECrFGqNEljY61ZH0putFoQa6hYKWc
E0TOplGfyQWCLPGVC6Y0KTqVdnDCAm/hyY6kWgKZiNyPRpR0sYVy3EAFMZjXfz4dPO/ZHCek
kJsGQglK+T26hvTZBB5zdkbL9p1V/wBj2O/sxMx9LZNgjMf+0F/Ex6tt9lFDimFaBaGv+yiM
CfoIaM/GD7DifcmhK4GRoGMCR8GhGmJTMZtTCUoHQk5gAv5WQ+YEI/5rn3ZMsW7NkBOrVm5B
6qCHbsWqMS0087MPWbc3VPTGmEXg/r9ictNlzVTvqSnTLMqrHUJ5nJLntcXrCDGojiZrbZeo
Y55fsMtAlBfShVthwv8A4ywmpJCNYYFmAXqLhFy6hnIn8gUwKkACV+PxXD51E+BiM8usdBB0
jYq5/rzqrRvOqlgzTHELNg/nZW+MhuNfU2IX3YFF9PlYHTOPqqwOKf8AY+dYmum828ncNjos
o9VyZpl5GZsfL1060mfnVRLm5+OerVh5ybgh+4r6GUJkTfn83yrr5GUeb1f/AF/fbDRQVywP
VfOK18uiqlEKh7aZMoVGM6G/6wI/rclDOsYEnIdiwbsGFjIFvhcz4FEKUFUEHIT4UMtVh1QO
w7uOGJLQPl8XpyzVMNGM0PGnjLw/rtcwuQvx4lh7MW0bPBPOuWvyHP4XL+XRC3lIX4kv8oXd
YpGjk1D7vODp7tdACmmXt2XTQXAag+45NEQwHnGeHr0cqM8cjXuX/m4pskBUfjGBKIp7YoBB
iSBgFnxGBWEDbXpmWYZ6KfOg10byhZp52K9NO4jUJ3ICmxSicAM6pM2z9L6Yrm3MNEgkE9i/
uyjn45n61LrXVu7kDJWDEK7d9dti0U9URz2XS/OzSzVm0IJYL393qBbDzKQUHXUsHBNk82og
NxDwfsBcBF5N1nn++rhM1rr7H5fqEyIKswALCaUm+DhWD8kFSOzMwUSx3ZVnxLEyUBD1goMM
eDcIIn3JFxUJHuDqmzOyhmzfyejTVQ1HMkzi/l/+37yR59c/lmOTTM9mf0L2CYasmT/Bs/x6
YoToYrAHzkPj/eRdtsXtcHZOrrCfVFw+MgkAmp71K63ULAlPsV5E+62aIopPE57+77J2vTRd
92IrzAnMg2bM2Erq4ewdCIGYQuxg0FjRTEIYB1WLdCr7CMvBoqAJyB5UfqFAnq8WHpX9j438
u3mcqy6G0ACs/WZOze/VA+WuJXRyc3LsmXmQKvoyKaj3eo5YeP07wfqvRF/Vu0/9RsZ5vO2G
fvT4vVmW3xTY5uS2460WVWTP8HufsqhJsX9F62Ptc4E/lSZ4D/12LP6/Xp08+JtSTocVUZL0
BVEaeplLOLnnUsoy565iCo+HY9SAFN9DQV1IsEj8vyJ6wDkYhlz/ABW7h+37nPv5/OR3VlvO
ujn8fMAPaz59fZmuypk/yf1mOmX6/TSf0vPmo08iE+0AH07GF9GhLdQ7qRfZWIBCuMn+OOR3
BS9FGkybsntIBqoBRoGAUAKAhMSNTN5GVdtgB6fa5dCTMVF2eoYmHYrmzHtnd5nrASAVRi+D
CL8qGyc0cCdlLAqWBF8UAIDEzFBAByCDA4ZdU+XMK2eiABc2Bjkibh0dd9p+uD9R5GaV5so2
+hjElu1RWsBWUAWXKdyhjBp+VMGdUz2QlOmykmaWgxcFNzbk3LXtws5+nM/2CK0Bs+YDt3Zp
rZNBmwVlhFhQIzKwKBmwUMOsL0O9TsTDpHawOCSCM7DkC+34rRVQpZhaofxP3DRmofY/tcBk
+NBdmoLqbZ2YD4C3jcIzs5n4kmo4MKM5xzZWCgBtLiKqjuCx6245Y0rkh/MHfU8Ntzl8yrnp
+b0IqgMOIBwKJ/GACm4AIvIVCpGYC0hyZwCYaJ9DsqY4BcyKbAcEc/lVCwY3+sIqAgAHkMSL
/CuUDMxZgMD2R4TLJlz9kCA6qF3IWdjfYfGjOJ59SrhxRciJRHxqwpRCaLaM5UBV7RD/ANY5
4P8A49K7/qsw02/8zAfGWtiy0VYEG5zZeAkQACLU0MX7YcueE4lATsZxXBAAAdYihUFRqC0O
10xAhgUhV4FiBhdmvtENTSgmX4g8xgRBdMJ+w1KuVo+gsQxJPcrBYmZo4Kui9R2IN3H2E6M8
zVIRwhYKfx2/lrn/APVvl+fgzKLtkNAbWb4ldX4gBMBMoiAxesSrBAF04AExUkntUHIIPb8i
fzEGbtOigACEARiGS+TdVcAuCoKMqFFl8k9Zmtvuy9uYpmolxiZ+wwB0JV3eUK57D7E1P1+6
hTxLIjK2hVFEoiec3NAIooaV3EI5zAIGSuK6jPQMM+minxYV7v1r5GrgUEAVFu+Yi9hs5Yrc
DmedrYx7IXk9SIBQH3dqzBtLsMAYTQAqHkCCrr8aIimD72Cygu2YN6m/QIWqf7xhUqfsNQ+t
/kVJZwtsaeyYALxck55+10yy+Mc1/DcDMEF6I4mv+gIMYREIiioDKs4sQ/dYVBH7LwBYRS2p
AoRCIxIAXsQvBP5eQXp06scVBCKsH2sk2beyqfejG+1wEztZUiA3FcgaMGNiLOywKaXPpAgb
Zm6rl3aAVCAS7gT0Kiyx2b7MDdmVAWtGp/Nr3zH2nWciKKjWAWALMvVD1VtVM+VevyBQdKP8
+hmzgL+hfL6dMmcB1/YYDLdeYTwgAjMXIFD7QkF/Oa1WP9muh9ux6pD91QhtF5azCpEUMx/1
nX8LAIow8EwHj/44r+LkKqD8SqsKEJ5vj16HJ9HuWZppCLnJNTqCQBP1719BZN8HZRG3Sm3J
ZXdouWrRc3YNlrSDsvqHXJdX657ET2MBl4mJHof5NfMX+P8Ab/8A+sGoVEAMQARrhPA+6Eqy
NaNVAXCpgFRa7NzLjKK6qsKBpQjrmDp2TL40KqC0dlOmTkOjBj8g7Beqb/6ipXJ+vuWyDCwl
gQEmFjdzgz7zx6BdGdANfWYNttIPM5PwYg9EBVFBXiZUDXBNH19Tmr0o0VZrozny4sM/Pn31
7rf7Wv7v8gRsyuSEGX9ASSrVMT2x+4P3jENMxspJsXx2Fmp36qX/ACdA6K7hus+NVD5nsy2m
XZZ306H7EWRUNTVygHtQkbrfvP5bgI/DQsku5YJsGLc7c5MQQg0H9ZVVBSsQBT1xREBFKf8A
7Abgvz7eMwvaFrnlyOj65Ll5lZg3lJOv7DQaexYldvUo/qAkH7iwAwAiHnxvedChxKh4gJMS
yG5AIETmbL2zRLQEwoLFmPQUqGQcRVWBVGZ+18iXKFP5c2no8+qrvi74el7YGh24AAhB7c2T
UPYRNBfi0D5i7nWdUpm2M0G2K4uNEKEegqbbg+xf+Y7GP53XPza/EPV6m1KsxLehfPixsgAT
Ek6bg/BQ7faGr1EX7+VyrKQ0UAEgGcy6KmOYSIposSSAaBFlgCaJ1+yg18StAiyoxJb+eQWY
KG9CgH36A6/sSJ2/47Fmb+OtQtHui0Jlkxe1/rWJJ/FDoEHd7ZwoPqavT61eYe34cm93p0h9
e7RfRow13ZkU9Sz9z2JOr/GF3btoWg4hIrL/AMjAnN166diCOrMxuKKOBp1ajYJH3CiOT2WG
g0AFkfkOB1BP5GKwpuWBYSqUAk9ANkU9ammuecb0Poc2fp/TBKeFIcVCaeIbOn6XNV2/WIMN
M3ViT1CrYAKkUMsgw/VsqkkMGHYsGA11VV00Z4mbkLjRVEEzzLT+qGZ/EpV/FqFHnYM3VDpo
XZSYbJswGecf9iGK+teupoQEAjkgTO7FlVLLFe5n/o5/EP2hYWJ94SS/AhNw00qin2X7gwgS
jXE9OxUJ59NGNiZYdGzz5oAbaaavjkM1Zws9frpP6o3zbxakp+t2J08DqD5GieVrXMZDAux6
oS4npyYAIyRRu0TBifhzQN6Qq+b1OxIBnaex9M8HJvi4RUFwmeTnYC56iTp2AC9SF4Kk1iVL
gcmhAOUdla7gFTi2ormSQKBoGEgC6gNRWMH3+4uhQmv+oxDRiFFxc5wI3dxliM1fQIvp9ICZ
/N6tMslVDmkLIIQpjNnNhUYlopAmbIGb0ABtLGm2Sg6Ox76INPRtoUw0eJgqAmfae8j+uRbC
zASZUIMAM8/46L/4vST8o+4ucwmhg47oTX3JsT+LIHYkiFagsQKLFkFWIgFkAiAAwBRCO0IF
fwWoF7KrDwAASABHYBd37Ha99cMxmjahYzuys5osonyUNNyCx5JalKWNMp82IhAcnVaz82mj
DyoCuYSfY/cT2j/6/cGUa5nJhWlqpiP+mjdcvSf+wBg4hbrLseZC7WZZly7gPH2Alm+TLn2m
imAwgUCaJNgQXd8TRSxUH5AKGnE87l3mxBm4IHmZVd9NCWsB3UD58wH9CdW9SAf2R1Pqfr/a
ax6mCj063gvzBc1VccUviv5JNcwAmP8AifbR8oA78S4AYRwWBOYLMEAz3BXZAJ9oR2JH44ls
jke4+8qfxzVCwZ/KjijPuDRnUCdgZRvPTPQgfTr+Pk10TIsphZRDooG2qtPOvXPXQIunoVQN
89GGZDb+xVZvUWnzPPmYw6Ai+oIgJEFn6KRPLs6zMFkWs1XRDAwBZ1WH0JPmJg00B9mwOYBq
AEziHiEMZifzLgZans6AR2FDhbi8nx11vmiJzP4UiE/QAwfbgTqWNUOlOTFQKFLI6/QMKPo6
I/7jJZ/7jysE2XV01CD0+pAdjprF0ZSnoZS6OXKkA1VGwoJCExeC1kU1AGVY8y0+YQoepDfG
CNNTCrkdQsZhNNTWwHVQYqxQFD3OQCbOSDtj1Sa0dlahSxipnAgJB8y1kLh+4BM4sGcGVX0s
VD9qAhPICkD7g8ky+bFfstemGnYzyKpOZKjT1OYuABYgn40YnPG28wnowWaoSbMAJgBMIFDs
Jxaip8ZYpmRFd1h2Yy1hjOQPzZjqsGQZdvJ8iHxvmU8ujsvgKhvLmAPOhn9MWfHoB6AwxZio
Vzfap3oFm7ZgXgFXOzDZPMIJA7dRakMYlzi/5hP48UCVYCoqWQJU0z49zKfQoo+fFacBiMlU
sWgAEsztYBs+pbmtX1N449lVHBNiKFICAnLIlsvMoLNjmFjbEt2PZQpDaorfDvoc/LksZhmF
1Nr+c/1B0JlFoE5CgSqnpDnNqErqQKHBJHOSjslMvYKxPIDV2Cl7JFxTU79QpufiT1F0KANC
gOTOtyobntcpgXZjjiznNQoBILG5xLENAGjCerOgC+vMK/S5hiE8+uZDIpIRA06ARDRfQhTs
e4/KdAC2hBGBZii9aCh36KPylM0866g6f7KKYEWfuRzRJINevzFCaBBlmZizj5gqi1Z+5Re8
JhqlWpVSp/JsKSSAYWRZ8qEi4oMUEhF54v1KGzbzsGxTq6DsWoKDRBsqeWa4SKewgYFdcU1z
Hk3Gn2LZHsPNRUcjIAsoZF8yma4ZNB5tBB5tzPPgULOBE5Lv1BY6NmillCrH9gymmp3GWvds
+VP36icAnkMtz14fHqIiEzDx9FU8kcg8mxCeVoGuQKNGuTGVxB8gBZSWyBYYgMULOyuCe6or
7qfleevVbSjCpsgJj6Fdc1t82FLdwihfaFbGRKKbVwwWUrTqBA1gEXfDcxiFWE8CirWFAJLk
gaODFQkB1Qa+t9IEYjNxlHPc+L0o5cBW0bpBTRjZYET9hn+FzMgzFnVQ5aMCYCOouz9107Fm
ACmw+iqybVO/Y91oIGTswVB2I4N9ovMQEQoe+4zdc+yRSCu4Hx7n88W/Am4AALW6JnnRSfR5
gu2qA5pTJQpmKQkMoAnF/wAMRZZVYEmLVBYQKa4uSg6armpfTWZZcaHPLP5H1ZVo6KAc9Gea
ElcyRLJAGhG+Da5OCGRaOLp8QBDKQVriqPEdHCvMlVF2z7FADOjCZO6tj1U6P/0UIYPsQYtd
QbWxX4zTzo7JnsPRvSIxXR0atF+5W2zUg6boBkX7InbNsmi/8ypqegMy+Y/mKAIE1fqrbWVx
6QEBQ9RWsO/VRYOuyoWAZs14f0IkzR9oiDIL2Lsos5hYrfIEyBiBWPSVU9vlUMFNrgCt6LMQ
1AUQal2SKj8lIVlERiOuouIB8zKo0x16B36HshiOlslC/wDmp7kNymYOnrsTAXHBU2vXTXME
LpqyeMJOi1XG3CbLS5uxUdWXLLo/ZQdvRlioXT0lM1Us5EBaktYY9dtNFAYuYFa7EBxDHQWl
2BcozPMaKuWy6Z+fQzzYDMUJU3yGmbqyMDa6A9c16ioFlWI4HYAVYEBAnTqXRNI/4OUJdc2K
E9/OMzKQt9xZrMU6TMfj6jTIvDp2XXPjMEny4hUadqNm2C0lGNmFmaVOwU+j0FCnnZp+CD8t
J8X4qAoBHVtONtPzLqo6sYhIL+MPHxACpGu8ge5sjyqe+xPzLMDKhPFCvR5l0igWaMZkOi9i
FM4vqQHoQ9VBYiB1peFQCaZh4O3fIcLh1TIFEHABnM03+J89eyZlgPaLKV3AuaZrouODZ6Lw
GnF/YFSYufGiKHzDGerbqPPirx9lUpm5clY7AB9zG00edSR/X7QeZqXFFOnwrBuJ2ZohEdeV
Wmqp5FMJU6ZghcRzGulYMCLnoVsy3qMQ/IyBugWwgEYEllDBkauhIT8deCwBEuhz8gqAc9RC
oIyIK3z7Fefr9Pxw2DT3diMLZk6COQ6EMVGjq9cEVApJWzFAab5j4lcrHzR3bT8cGyzG3rd4
S5CI0pVFLF0XMnUEHVQNvWAx9HYjqYEJHXqXR59wLvz9kyewcq65iWSXoFRxU0zVw/6/Mrim
fYAdRZWmA/iiD9xXNWQlsU4A4oXX0+8AnVSvPT14lvP5+x0VirbOWPlLnYo3bJgELs8z7jSz
GEumUsCKgvrqArasSUxzM65gWrN8iwbEg7AM3pNt6WMGjE/7EKRPjsK+iFNgFG6sS4I5ISAl
fNf5ZgdF/EBhNh+GLWhn3mZpn84QZgwArB9illg1Aic9iBBGBACgjqbINj7lSYOQv2sSlGbf
8oCWy5+JT11XVembZgsqAZEpvl/oY6WqEMooqtAb5Fptn0TSgDsqo2ykFmM4gRTFUXQAW2KI
CQq9StTTNurKeqITMc+w6sYpotr+CkXlXRmEJnf8koSxBG/F2ZDGBV1uD7KAIADBkAenJgAh
WwiirEYUf4+4AgIM/hno+lREGqTkjcddFUlASGYsyg9dMBWZjCiQVKVLJhFD9hoFzbkwWR1F
deADAhhzYxMj2AlflVgZloMTSeZ2nwBAg4At/V2WZ69j5zebVbARW7aNoiL6Pe7nx67aL/Oz
dM2LA58D7z7RbMrn+GHCjg3PsBdvP4lGD7cVS0KEdVCEAT0Yhpi1poKgPdNuB5yCGFSrjrxm
eARZn7NeGFnpx1aJmSUCd+gDFCih+oXifgAgSwqg6AEdyANDbquoXN8ynx9t07r8AR/HqrLN
H5zzCnTNXmP61ewVVBHAoroqdcyVJNQt+OXI4AP2aiFJMJNmAiUDOASJRBK81wzCECAdoRyT
xnxCpIzbn0Znr43pWFkBo4NaH882st9/XubRGJ+JKXNbXzG/6YLfCELKoPx5g/Jn2ZpY6qyz
R/OFVbALB01fu5DDPcCLqpmmCuPNk6aFjSqGazEEUUpEoiLYh++lqVZWA5aoOR/DDhCAGIto
eAeBYuEWqFjOxhAadVLKPyIBY1Wb233DZkaOoYJo2WisGn8kCb5kxGN/caqhPxrCgBB6xHCs
aB1yDAmjyYyEz4+aYQIWH9d4mR7lTZRyoZxq63MtEEW6ULejEOpBUAkq1RSTLInUmP8AjNNc
wzaqUzbngQGA1LjcgWsVhYsw8ljyFoPxE+wNSueeoFls2DLmSDlyFVW6idhCaOlDTB+2IhYG
NzPTjRxYmbUVW2IzLLsvIu1NAFi2uSuPhN/ExgzzB+PIEZgNU1RvkdD2KnoLLKlhh1GGwogC
Hl8VajYY8zJVMJRB6v2eOA9Pp9foGQdVz1VmxxdZRiigJ9/pzAOoCiAckcgXODBxKn8AJaN1
OzqAG6jr2j4qyomuZGiBn6sdNF7+WvhHIoEEVGTsNM/g10AAQAsgABFhF6ublNP4B4EIAa4Z
xOSGtp0pfjWaIcwf9NAZn6nU4uGGIl8WTBsueXs9+mhxyLN5/Js438iNi6W+Oh7FgZ2qdue3
JPNwEGETiWDP4uEy5f4sD1B5dQM8zHYgq9SiJtkCuTWfQrfJ4gRgJRhuptiNEBYBWJdLoG4S
TOwu7b7nuSysCD9gaMB7ClE/mpfUenleelKITPN+OeZDKaEWwP2GtTJWc+LJQEa4wBHs8qE+
clCLrkmCGCCfc1zYP0FGCrnHXP8AKBSkGiE0Vdte0CvSbCEGtFCPo3Y+OnxB4H3q4QK/+Pow
HVyFdHvNNLPyEQFWLMpLMALEzUw9r/ggyyp+xJInaEGOvZfTmqr1JJsvkPwyNLyV10CJvq2j
+PNrwdVOTXNfQqQ+pNWZQ7G5YAAIn2+puwfrzAKn2nM/i2UOiurZIxdSVZFJ1ACUrgs2egJc
6/8Am8RrMQiwBcP2+8oEenILMh+NMTREvhn/AC7kgIGVF6qfuQ/aMpiNZdmUAhhTCdjXps5h
WBKnviPkzUGxdfst7Gadj56ULqgg3fsPN3Zf15I0y0zUMJyDfBnIgIMuCiPtPt9OAB9+KsV0
4rqIfxUsohIIdCpb82YMwN9vMmaAqCBdCEyoQRHz7qActP4dA0CkwKohQ3mCCTxfBoQ1GMoU
yhlK/nXYleNUVk0BVtAZixRiyzfb4k11bV8c3GeTBskTsMcZprnivl17TfYMExVCrBoeJxOZ
VD7kKLE+RQz+jNIPT2A9TKw+naO9KzlW+Qst/lmpVKZJ8YJGRC75nPTzjrOYYD9PvDzCTWyh
lUiua7EgDnQC0cglbGoPZHDgABWJIrnrx1aKTKIn8/ED6NFIhXq+e/Qez0HU+fH5NNGGPl85
LHz9VV9lxS22bIavBl1BVY4ax6XYjfVCPVkU7UqmppuqLp6HaF9dHXBQVAjJ2TxanTOdwYxs
OnGefUsimEEj/aBQAavYWuf2U2OIalQ1TbZoFZNA2ZIKlW+4v6dbLIUfiuvBAJcRWA0b7ECM
OLuAcqIQZpne7Gy9uroyt5MAqe1OmfkI+Rds4wDNhiXI6oNfR1GnpUB/Z2TxoqKmlT4SCf7D
gMEVt4iPoVQKqiwFAWzWYAPFhbH2YkCUxLEztKNGzApjgkIzB1ujCYJzPT6ANE2Kv5v2Win5
M3NEQ1QhlXG7dFciKbaudcOwzD9RcYmBGBJgPPN9QG2wIZaEGa6Fm6D2+h3bPR1OT8I3dv7C
Kr7dQ+7aFUZimKgrZVthnC5afLN3tsPNUCgEEwNULy+U5NCrEqp25vkwWQBPvBKqDJGCkUKj
kzvZ93oXHMZqZpl1AcieHT8lAKsKg4PE/gLLNHqJwQQBKJNCUDAOT2oUsoSuNaA0QAqrLPb6
UzUoWbLsZiOygqNH06vtozTNOxHXJVjMEDP8mqN2mulTy4m1HVYo5+zVcAtsl+nPbgDkzm74
/hWFD7m6Bqfw7VENqxN2FOzHR0SMjU+LJPFR2UUGItfvVQgypZnRrFmdan80Yq3GBhnEUDrd
Q8hk6t6fQvTQsW83l00i/rcgG8+uE0LLCxJXJtCiLkp0RY/rHZmDtnm5dtuszzd2yxVUoQkm
AETmEzNSWQUJ1JAWFRRAM+0PAsfQtzCeGHZVYoehZt7C6no+VUUJjKemORybP0VF6sAKlV9O
bUExrEA7EhSGAly4aI6kQqJi1k0fo+bE6+BtJl+vaLmEQ2R7ND8GhFcGZuiq2zPB3dhgogrM
O7scvO2iY4rmA3Fz7miSSQVExWoDzBdcRqppzG+gnFmcwXNfv4+82++3WeaGun/OH4Y/9esu
1i6/n8oOsWGCosbrOZ+PUdPk5hqLXZ//ACcdxVtXVetpfY3Pd/49f9lh+OJ37Gu+Xaaf7Z/1
uuf+nNGuo69RVmq/nLrYqCfx/9oACAECAgY/ADwf/9oACAEDAgY/ADwf/9oACAEBAQY/AP7X
VSoTpjZP/wAX4fT4ph3qP7Fv+AP28foT2SVH0X7WTBT28Fw7HAU9k/2MfThcf7lP0ot9CZZQ
fot9CVA+gDp9OFP0J+g9lpxKGOR3anGW/qX+ziNgvlUovltegATZZ8oWOBjO5NO3dlAT4Fxr
9F1r2UTvPa57aqP7CEH/ALWOyf7RzCzz9bPAejGwEbTj/wC56iOPoj93IfES2CO/1CcSYxx6
QFA8R/qR4XAKu9arqeVj6eJ25A+YzCmt1FUwD4CBxKORhzDoY49fqGgFl11Zy3ZT6T5EDmur
MAaojDqa6FibJ68v+CDfmMXo62DH95r4lkf29uOBoDLI5erkc8jx6fwp2g2QL+EIDIv7f6Vh
6Pptix68vshZa2I/1Ilnya9k+XSbIYZ5DH1QL/EunIDLKK2W7FnBfihhm2wAsGl0PUua6oYe
ngAQGPxFdXq7eADLHLcdoqci79r5ZgDmvmPgtvo4DCamUT6mRyJoDQKSTwspduC6c9pGqqPU
GiAyBxyuE37jHijl+4NoqX/vRYu1W7XK6shGibHzcaLpza4AXXllkas5h0J8UOc8U4DMmQvu
oyIBByDQAiTBKEoYOHNCtxIOVg4ouktkaFNn1ClXXQDubVbcsO+6fMnHHS6JDizvKYAkj+Ny
OP73SB0nHEf5U59bNolbR6mWRFZb+tdHpk5C5kBbvWyd7OukhuKGOl7qKWWWIJyJFFTmpnmq
BOAtr9395yzptDobn2eoWPPsIyyfO2KIxOwcKKTF3KLSLFAOXTmNUzw6cyJ5pqgmq6izXATj
KYZAEvkXLoLLEyOaBkYiYIr/ADKXBrX/AEonK6hvFZZ5PtDcJ6kcsiAAIDqC/cmOLkSxLP8A
dT44kGwunyxbEaQvsS2Lrdc1DuqU0hBw8aO383SnHfKGNBkHcGUASwHj/MhtLZcFtZjc6qfB
V7k4gX5LdAJluH93jsGAHVnkB3LGxGQJAX7fonbkfN3qSTqSUGhqp2B5ym8ovoms8FVYwmAa
6cTwQaQX/EUcRW63GNAjmemw0RdijFZQelgUwIA1Tg7sQiQhiciBo9UZdqLqE66IYAByQxZY
j1TifT1v8SDXcn9KDMSasnIfPXRe9dLtRk5xf3IDJ3oNE9RoiaBOBAglaZD3KA6AI2i5QYja
DPf/AGNnUD6b2/sBhG30w9AZP/QtN2g0P2UdgcBh4fEidTRO2jrUElRTstiTqt2QBlnWosFu
ztI5ovQy/NAA95TVAgAqrcF0jnqmPitUAzHRHdJNtEwYnRNkNt0SK2W/IeW3NDENtw8XQxxH
NMMSAKk/qW4B8Wr+ZAOW+pX4LHF3ecgVkzGY70xrdMaapnYGqapueC0+pSUfpQpM/Tn+zzOB
rdDLEg5Z0ArH/WpiDJQxEk3CcSqrq8VWiJbcAmyMXRADtdB6CX4oG+X1+VRHJN7QokmifIBx
AlVAA4qKmq6aWdRaCqJyYFlq9lvAk/xijkS5Jc0COdqQmE7UaphL+EItLanRZZuxLASi/JAU
BveFQzYpyGJoEw5c1IVWTu31/wBw4qfpjAEjLO40W5icbkvRNkYAYAUKmCBaaos7eCh915Wg
UJwY0TEbcgGB+ZSWBoEZqgHf9yg4BYgwAobuv9pEgypBATkMDQOZHzJscenVPTj/ANKIJ5Nq
iCZAeYQ6hKqHTAOdVj6T7mFpDoAnqysRH4kczjSDLFHJ2e3NXA9qOTQnDAmCyAyECiY9L0um
PIEBDcXFN105k4hkAj4qkpuP0W+jX+zhft0cJhmQ9nQByJI1KyxOVWAlNUtJTmGvVY+q5I1K
Lnc91toLrgongmyoS4QYCI4pjUhAAMMQwP5lR+KmAOCMvyTAEg8WUibD5fuouU9E1NJQebOm
FLIjGQEcgDyWbASaF2TClXHD4VtdwGsnZybJgD3qwNDX/MsQWbEs2pTHzEkxKJcyIezIkggM
EIJBupoU7SY4rQaIzzT/AN2xPBPdA1arICjEsgRpK0l1mHxBvz+yiK0dkZonZ0MrFAjFjR0P
B6Snh2l0fUbq1oGW0eJUmusIO3AiB+JMXgpweSArdW1miFKSBZCahOXfQCPxI6GyJuRDqS5t
9pCoNw1gjkaHxTh0RfVDda2qJtixDSEDiDrlwTY9Jy8xs33UATyJQmNFBJA8QmFdU+icCTVH
Jw+l/wC7AmIZSudggblwgMXBTu5M+C3hi2tEPUx8uYd3jcgxIJqwR0NCUz17oT7txFBVYg3L
ssgzhnHBNBFQhL5C/D7K3O/Oq14GGQknUP8A5lHgoNDKnwQ41QxDMNF0uCEDrXmjjiXAEkSV
EMIBUDqOicw0dyaGKZgycAHaPBHLEHLLLLSyOOXTkXe6IxDgmrLqfgSU+QH8fEq7m+VQA5Mu
mABFXCf1PUGLSssP3Q+Ubvhru/u2JNJTU0MI47gLSUMTE0NEziLlVJFQ6fEMD7VsL/ZBPSFM
fWh0j1MD8OVCsMz6YAyFBZb/APx82YvtP9SOEv6ZLk3/AJUSCxZYjLqtCHq+pkMfTykDHzI4
+m4yyD4k0yI+BbZ3OzB0SMf28AfNl/l2p/UyyzPPah63/jjafSHViD5h8y6RuCk1sFuke1A2
ypzWMUMhHIFuSq7q7Ov8UOSAquDURAJ6ZICMPMN+pDLHFxiWOIRGZON8bjL+ZA55DcRQoDHE
AC2qfHBgNUepgbAJsvGqAeP7hKj6LZB1ltxbJoZeWAWLrE4tNQpBbVAOpHTcmQg1qBmQcbjr
dfu+riTiDEwhjgGA7PUd3JDJwKCVB/5L0wcTSOKxOYfZQOnGIyONC1FInvCLVo5WW3JhgQMm
umyt5bKoOoXTdB4ajo5fCBPFZh3ADN+tNhIN8f1IMKVlHOppt/UgDXRRVauixG3KMiYRGPWd
RKcYbRoTJRzA24em5IW/E7sclIZOJT3QFHTa/wB4yYti7+KYBpR4CUzosZpROchNyAf5PKsc
BGWRbvKx9PGMcR27jUiHQBkZXF1jgK5QxRwxDFgARLIjHpI8wNkeoHUreMsWb2/aT4gADLaA
4k/MvVL2JJNNwWOQ9THJwxJ0WLY7uA4fEn9M5YC7zKB3SPmDwiARNG1W4xnfituOLG7IHAA3
LlYjP1AMuEoHLI5NeMf0rpwB0OTn8n7abEN3QicjveoeEQBWyZmFzoEMPT6cBBL+Zlthie5A
idVYcFrNE7twQ+ixomED+4scurRD1fTkUyfVZ7hLu6LFmsooU0DS6LBz8T0lf/6PUxIGM4uG
DlFyA1ZQ35gPRR6gXp+sMd2IhwsSBGNO/wAyY5jDbMphiSMIJfzLpGzImcz1OPk2ovl/ghju
bhqw3ZeVM5xmpQByPDEknEMj6WTEDymXomkEXBLqMi2hXTmTiKjRBiCBVP046FbTkCeScNPc
iciS/gE5PlZgSygVomNlAT5c20+8jjg+wefIR+FYtixDuXd/l6VwWwl8AX7k+NLI5aKo1Ce+
v0Z7LqA6jF021ynOLLpIbVVnVAEueCdoVWUZJ4TNivICoGLcist2IOPghjliccXj4nf7iyw2
RjcQf60RiXeC8EIHLJ9xLY6D7aPtaVSbOG+6pwck9RQGBJ9PE0W5nPld3P39iG48HK9x5LIn
I+sT5cS7Lbj6Zxl6NiFl+1htyxIfM1+0pxLXFUSAR4/5UMccWJq/VuCgGJ5fZRLyKXqiSGOp
H6kMsZI0QOQnKQnLALpLa6JmBBuptZQIqnNLBBjRTL+C1TU0CBzyY2COOMD4uKMdNECWKhcb
PRFoyFQ8Jsg3FOJVVJKYP4K5KhsR7V1HktfqTVdMDOiMxcLpg2WpRdaNRQZUpyYTCOKIdOTX
RacUxY3C6luvRZP8yo09yHpZYbiQ+JHmB+0iATkPanALCkVURllUFAnIgEMwpuZEgU8UQB+K
TKIGTC78EPiBHemxFlLzaicYgG5QBwBcsGP/ANibL0sR6jPiMQ8eVAHEN8VpXT6Yx5SnywAa
4LL/AG8dpI1cFHI2tUfhX+5txy1x/UjjlgMiRUGiJxxOOIpeiLiTQoF+4J0Ygq44JqcV1QNU
AKO3+vsrAVmXBaLdddYYC6fEsvN3snr2UVfFEmeKiQb8kyHU40XvT+CinZtsKIFmeGdNORTl
3EKDF1V9NEXjGhIv9xQHAispzBHwoOOmpTTkHcG/2VkbgngoLujtppWi3AjiGshlgRhiai25
ZYeoBjnhUDT4ckADxUOCicyw+LkF+3/4/p7yTORRGOIHEiFu/cAJDNjCfz8xuTep6R3VLPRP
g/pkUxyEIZDMDLIs5Lf5kSM8BuLbQQ8Hzpt42tV9E2JOQBYsIR/awOWWJMmiJPqDF7ANCbIs
/mW0O5qKR8KmqcXqmEKaprcEBqHa6ORLE0x/6lJjRoQHe4VJ0Kb3Ise501wumt08RHZATMtF
VVTFkABQyoIlDHVEEaytaURcUTtFwnApRAMZuqQNUNrNd6/yradZ+6iG2gV5JpIEzCDBjf7q
yILkGnBkz1XTSlWW5zy5dSJkbn9qrRHW6bIOdbyiSdwxMPZD1MJyx83EeVY+qPL8t93xJplH
a7irVZODN8SZdAENLh9UQ8Gqw9TEMcoLIeriesxFQ/T9tNlmf3DHUIdeUEDzF2WLthgYev8A
UunNwOmD/XmmwIOOUwdEcjGIaXruUa80Tni2NABw6k22sPdaplq90HKcAgXK2+mN2Qrkpkiq
mEBiC+ohVPjuKaMQaaraCRpotwJOdwYRsZKNGgp7pzVpRL31UCuqZqVKc2T3NExumsEHEIAS
CbzdAZVBNSyJ9lQg7HK7UQ2s5eXCAeV0nmmJT2EMnqQpuZ5qQ2Tx90KAAHcm6ksHiFc8Qshg
GcPH6li8FHMyKKj6qWc0fktoj06HQwhjcF3+yn9P/t5w3yl0JL+xGZMLI4uDVxf+RMMQXDvq
h+5iZoGX7flDgzSPtLoy25VB5Lb6h9LPA9W4Yl//AJEccZGJjEjd/UvUPqA5B4xoHCP7foH0
sRUjL+MFXfmfMCXYP5lsYSRH3V0gQXJ1RYymqougNLphiYk6LfmRnlbEWW3E7MPAqJeF0ybr
igMZaqJJcnwTYjlo6Y5AkkEirfxmhjjGnH+MFtJGBBqKsfmRxzFIfWelN8Q93YeaZ3V8SmrC
iSq0uuUrEg/acWTEiTAf+ZRRmayfA7hbLyut0voEz9NJqJR75EINyKYCAtBfVHECnlAQBci5
0P8A+NEiRYKZGoQxJZu9x86IA4A8ECDwhA4hsXecnhZFqhgAfi6kRkDZ0ccQ7lp/ShiAx+KH
RfCnlmAm2ij5A3Q9POfQM4n5T8uSyIIIypkvlbVAVAk8T86DzeiOAh6LYag0ugcmxxuWujni
3FtFAcPJKGY6MQSWE47vuona5MuE2Q2k0J0RxJc6pw+0+wsv8FyX+5iTkJb4V0EAGrVWgq6A
eycyBZQYNOK0HJDYIu9008kMYa8ME5MhxEQUNoAapCguhnVxTu2riLVWiogbqapxAUXUBmA7
1osWFqBEFidKIQGuOKk9IuZNU8kPZBru6AQA5nmmBLpzyD6LHFmHzBOfKHc6oMHIoeCpIHV8
r/ZTkIYgVVIFDd1oU+nhuWJxYZxu0WO4DpJcpgGcxh/lTnuZbsYy96L49A8w+Ld8+KbA/u+g
afNit/pmkZYmuJQo5unflCABAxwglDEZOMz5bh/tLZljlkDRgD+pHA5ZemH8pdvxpvTyBwsj
6QZ2fUYoZYdWIEwsgQ8wFu2EgKLxGqO49WiBzIerKKWXUU1ERkQGoSjiCMjqE2IfQaI5ZEDg
FL5nSybHCWdRANii64iqIW9nb2ow1ITgHgEZnVMfYnEtcpnn3oYkAcCpsA4CcgxZ0WHS0FED
KYqt0MzITyZHcXuITyAb1Q6q0NVjkQA7wE2Ib5tH+8m9hUy1rD7KLh5qm1lgmkNV0zQaOoMC
wTEw7vpiumXotlimIPEASoBlyxCYB2uFAbQGqyy0hqKINUNga2T2KHrAsCXihW7OMXfamxDM
ssjcus8QHzORK/Z9bI4H4cgafZQf/wAndiJ2kBDZ1ZGAw/qQGbn1DOWWiBwnG5W/EPibgSEM
CWBonA3Zk0x0+0v9voFHunyJzyMklAltoopL9zf1L6kSAw/j5kGYOzt/Xt3IvjkSK6N8CLbs
eWJIWJ3AZandj+ZDLfiR95l5sRxBdecHvdVPMBHb6eRAoaOVliWw9MiRU/jWWGUEQiC95Tw2
sqqZbq8k58VoVYnVbnDU70WgAAGfiCciXoE1lN6cEwAJOkQmAZqoRBrzWINDJCLBhlRdVvMg
Qe5GIunAJNCntxsizPYI7jWFWRCgOiMgHsyZunUFG6cO9CU5Dl1DMKLYJJqTRN5jxTBM7Jl6
lRiCepEZYAgLcMIFSscSNuWeUgeUMUXDjEStmIYO6/hkwJEI5ZAiOptVQg8kWBBFAmJrRrL9
45kMIAhOernVOBFkHAQH7eO4FwHbLIH+hNlgcSDNT+TarMNf9atwI2lF8IerYrbtqLAIAtj3
rqIlN6eJ9QnWgXp+u0ZzkftfaWgNShAm36lw4ovCEuOCe2qrW62g8XXUQXoyDOdCZKMu9QKI
KjkmdUH7kbKOorbkeqwRBMapnIBuPjRD+UyUeqTQLqBHAIj03bRAU260TBtryyBIY2VW1BVX
xLQQy25DuRFJ9iY5dOhCAsZD3CxFXKbEVEntLIHghk3mEkcPKnxMaFZAA4nIMStsnIfxkvVz
IaWHehiTbsxLdQh1kMpaqJgsXDLcddUTUmwWOJcvizI45BshBZRaiA9qxJDgJy2JJaFIfwK6
Wx54/wCrBEE1MV/zL4Txn+rqR2s4sy2kORdDbiNFljeo7l1BuC5IWGi3CNOamqZwWVpUiE9m
W6os7flQ4yUx6XDgnRF6WyNE9QNE9lkcAAaOU4FWB5hACpnkicywF020HiV5At2PTl7E+IpV
inkEapgamwlQ+jGU5NOADKKi9/wrcHL1JRBcmpOiAPleBxTlnaTYreYYt9E4iMm9q/3Acc8D
WxT1T6LcQ6P2l6WQlPqmI5LPIemduVMgsznh+2cJt1KGx70CAcibhYRJEInIO8sdf5UWDYmi
AJrLLERtIkS/5kxLPJAZ0CWyIl6KtbWRAkCpcJm6jVEio7kCDRcTdDLuQ2yQWM9glxcN+pTQ
goCjSUzRcI6FQABxumYBPiWJqOIQNT4ME481vi/MunDYQJY7n/H/ANtA+Mkr6kxomAhbsgAf
amAYfRbIDmnBO0iqgjJqOWW0mAJbiplrowCOaOIqKkoG+nFNiQ1nlY4tUvCJunWPN06wxtkG
KywOjhDHIMwY/wCpPoprZAXZYZZPicZZYlq6rLG+BZembuyzyOLuCMiAg1CZJ0KxAPggKcEM
gWBHSxB/FuVE8FAPLSCoxGWRumy9OOBunGJDotgRkC4DAjL8iO3PzYuAaDIfAgcQCMg51WWO
ZcZMcGrkCoJAHlA/Ug/Xjpd0cmIcxfs6Ho7BA1HFauiARx4IEwBfVDEA1QGVBomoT3syAyBy
yZgyDhgNarTE6XUQONUXBhbs49NNhiMff/YHE1stuUHR0N5tKBHfxVGPJimzbLLEwQmB5oDJ
sjwonowhEaoOKFmQh9o960QyFcSC6xOoW3L/ALWc4ZfIUwII1QLQaFaoEmxATEwJXqF2BKxJ
IcGmqz9LHvCZq1CxJgC10MhmSLCAscscCQ7Ek0/CgalUY8EKKb3onI+tMFrog4dimBkrbQao
yuCJctpZND68F+4M9wy8zmh+yg+TiyOWORfT4VvGIyz+JlEPLBeYjR0xL8C4ZOcjOkoE5HEV
HA/OiQSPrTuSBUGfzKW2mYAH5U+QjGyYQAnVe7sZSWUFwKsoA285TiOfZ6m3pzIgqZmqbcW4
glf4qCnPJDEGqG4MUyINy6zxE7WCakQ6J4fWsG0WwyKtxQgepj8psqNw7JLVTVd/BZ7tVhmC
ap7iCoEFBCG5QtpLY1ZRdBo4obcwSt3qZDK5lMC5C6HJuExxZ6EoAgh6FVT2RITnxW0HaSHD
hwU7S+xv6ExpoE5NoumoEQAQ93UsYVXTe1kwkjUu/wDIgSbKyotVlUgiCERozLgua6i2gW0h
i7B7o4iuiY9KcmAmdtFZiuaINiYTANomY8VwNE2iDckG8oDDsx9S1wEch8QdvyrCrCWXMR3L
CXip7IqnuiLJ6kIk6lep6uuRAQFwUeULig1/ehyTnuKiiayLgE6vtTAxSvZuFaIDL09xQP7Q
LWdF8drlyAaFUPEI7YxVUNuTSjkdv7jOMnv9rBA45bjO4CyiToKqTyTiOITDS6k82FEU1hQK
e5OQXowURzUVUk2gf6k+pkLdQALdi+OA8UASSRVtEM9rMgBKc3RGL5GjBHIvjP4R9lAbiOaP
p+qOoQ63gOCSIummEWlAXUz7FjzDE+VMC/Zk1WQGmA96yytjACwINAR7Fi9QAmP0GesLMaZE
NxK2ijLAWfsmZWJhtEDcLjoEGdzdMa2CIMMXYqKJyoNdULWdBveiICOqIVWZRHFVnVc7JqsK
Kj+xSpYqiqX4MnsXTKm4oAkg3K2gSyfIMAH3JssgAJgI4lgQmyBxJqBohlkOqsoj0ywocrJ8
paGeUCS2JoidpZn4pyByVBSFuzgEutuJjFjAujdlJGR0omoPhHmYIFtw1usYYOEDjAZ1ojiZ
WQxDkAD2o5NORWAIYse5Hb1YxBQyxjXE1Cntx5rI3Jd1NRBWNjuqgwevsRejwycJwXTCwTOX
TmOKGXBioTGE9S3cmdnEdsdxR1NUfELmtth7kHu5c0nyKkC90Xvdc5KchNKcBwndx71Keneg
As88S+YM4/ZR9L18WGUBEAOGh/zpzJJd9E8nvdcAhup8OI8qGREfCB/9vqp8pAEp6RRdIY8V
vN4bRZD5Q5PH5VkfiyLkIwGPBCh5QvcqQsd3lumeFWFZfuZkgNAWOLQLBEP5RUKsLeJFwoYE
W7OVUGLtPgjiS5depjxhDdICIwjJixROTOSpoYTeCIoRV03tRBLgWRAuvehdBOQWEomqNW9i
d60bsYD/ABXddU5zCIJoBHJanguoMDookWUMB4Iix0TRAg69jqJaoU6zAXqDY7gYyscqkaLc
B1AMiRRnE/5EMQZADi/4lMAWVGvCHp+nR2bVDGIksvaFxZNbEOU+RnOi5BV8UGDJj7Ew1WJB
6sg4PBMMT6jiJoV5hhyDr/cyGWOrStUTYXWbFxuZ+AUuogcboHEtyQGY36m68u3AFzihj6eN
cSC2pQ2hnN0fUGTbkRmxAptWYFWLIhogd6lbv+afse4QsgbKYQvwUhmEXfb5lEKBWycGgnmn
CBFDdOO9O6ORYBo4qm46WVE8cQNEHEmqf4kCD5nhpjJMbdyLUGkJi01/0p2fEH+OhZZFgHEX
QGJbISi8EGSECcsmFhATs3JRRnCPOXRyEk0KJN6FO02UF0STtBP/APRQYxZtE8gNXVO5P5vx
qCa0KcihcpzTRftmgN9PMpnRqp8ekalHESbkrLLKCJbgsvW4EhFrEyn5ytNGhM3IokIOXI5o
625oTUOtrU9iGJIxJosn8rF1o53Mg8p7lNdAioTi4uhdqINQ+xNU1KcCdUWsK8kQLVQJTVai
uMdE1GqE3vV+J4/KtpFQ6YNFlliGACBM5H+NqACp1LHHSoerpyBMkWRxOPVQBroPlT3/AHU2
OO7Ijzo5ZMeBMLe+708qE6//AK0Rl5cpUKQcgKtZbyduL1TDMF6ZJxmCOaruejLqIxx1Nltw
B9TI0ZP6mQ9PESMGMhH1McmOVTUfypjiQGmCPzqavSjhM5DWTZHaGqZQ3h8dQiPTAxMW0CfJ
8sjUlaJlzgr0/SoDJdGJ01VIqyYSg/uUU7HF9VFQUSaI5YyGKy/clnBI4rD1MohsWQFzQoCp
OtERkGNtEd/UOCbi6IAdlJpVA1aAhiRJlhRAjTqCJt9aaNwErLENv5/kTF9Qi1kY5OiHrRQJ
VQE7l+CLBxXkoAMdy6qcECHbRMwZAgE5CjQv3M5yqx1QArwn83Zl6eeO7cWRwkhgcXqtpaIJ
T1IjaEcvRY4GuBhbrAastrDdV7f/ABonPy2BqUGfHHEMyOTQfjLT9xZZWoBRbPUx2vTIeYfh
6FHVjYwPzI+plhjtuEDiANtQuSdqFbRSpH6VoAKpt0jwRPpdOIvdbvU9VvUfc2ScZOMQwAUO
SKqZ1/jFcSmdlNqDtklHEUWTwwKiAZPNCJeEDWWKAaEyyejMFyLLdiXJmLpyGeqpWqIDgFAA
lhR1BRzHxWTkeKOOTsKtqnAA22WJ9PEljIW3Y70OihOFPsUwDdNiXZPkRj70d526A3WzHMYl
2aiYFuDOnOJaxuq0QCwFNxqFiTcWQc7Rqjj5tCiSDjoXdDEDI3rRAnIHLH4RJCObzYBBgXIc
PRHAkkeXADT4slsZi1XBQHG6xJLvBWTS4YhbhQQeaJF0HtVY54fELL9nFyBVqHJPlOVhZHED
zBkRkDERVM7CodRK6vq/TsUPyWi/x7CAFqicQGussiYIbvQevBbCGLuOAVJfzIEdyYVKraET
Yyg7sLcU3xFVd6pl1KAzxCIbuVU+N6raxbWyBBfHndHF5Jd+/cmTiui96cvEcFAgXErAjEkE
6S6b1JYwaF0BIyE1/LgnzyBmHPUmgairok0JQhY+mLEwEMgHb2I5klxQo5Fo4q7HzI+n6T7s
id2XBDZk3rCv2iFkc6sGF/tJ8ZJxbkjlUCnYB4lFqmy/aI71v9MPjlUKPOtuQYsxGqOPplxa
zLdmeo34qKGhVHNkTXchZdPeQm3HkW/ypyW4GVoiCgDJ8FwFFN6LbXjZYenclyEMj07ZnRZ+
pYl/5R8KL0Qyo/gU7Qg0e9YljoUDRlud07OTQJwWTAPxU1K4pnrdMTHt7Aw5qvVVk4AmA1lS
UzEcVC3ZfGnZEZ4sfnEZLbkXwIfHK6YXCYOiZe2iBeVjkBXJZYm4lZejk4xdwQhhizEfDLpg
GJ0RyOPVnqf8y3YwD5SP6kPRL5P5SQXT5AgipWIxIGIEracgCKE3UZ4xzWzJuJEo547iCxgE
oElgadyOIHii+M40yCbWiapFkMczFk7wscmkAzqCgLaqT4KnTdR3XUmT26qgCa2irAYLPLgw
705O0BbcA2L2WOBhqBOU7MsfTweC5XSKVRBMVCb4UxyAbWU4I9yGVFFVFAtCmfzUTMhyRa2i
GTSbJxVGWKbtGYDn0y9PhUhzYo+JIRsOMuon3rEtTKW1THIAcwgMCDkP4+FbdatCZ2DRdS7X
KfM0tVOPTOTXTYYMpIA0TwVJLlQSsiJJ4T/UnMN711BytonC44LLZOFR3p2lBvNjRTBEZL7W
3y6Lje6JJ7qqz6BU2g3Kl2U9nEIkXKwNS7aLcOZX7bwZQBpwWO29E4qnNlllXROSjrYrjQrl
VVZqrpaJTAF6hdQlCzqpIuUNB23A7HseyECiRqR3hZ4EecEMtpDZYFi+qJFTVMPegTA/j5Vl
l6eQGFWuSUwy6TizEuf6lg4IMvNQjnmB3wVAcjwdMDtxuAidx5I+9T1HKhFk5k6qYTYHdlcW
RJM20TO5PgmC6ctjVKc+q+ORg1Q695yDkUUMjnjVHPKprxWWeebG3FOGxdGXN4ugR4CAjkPd
Cb2rVk9VJYaXRFwXCd3yFHRzJlk7PclEswFAE2TPYpz7EdbLaC4FVkJZDECcXdcboFnFEL8E
xhBrXTCexk1ludgndSXIWPtTAshc37WRlD1MaZ1tKmTkIJn8yABLvLIaoEjymSG/q3KAQNRL
lbmfRbs8u5aHVVQaMSjiKASEWgXCi9AtmAeZy0XHVEAEZD3J2lA6LIkO8AFGds/xtQxDkmr6
BUYiCEQzo4il0SAToW6WWqJZ3Z1StHRMnRcF9ad/BAkqQgKZGAmKYiBUFHZiA1ShlrKFgmAn
OBwQB8xqjaXWREOY5JwuF1Moue5ABNQG6hSJTvNkxqUReyKejI3KfX6OG4u5fivTZiWJdbcA
2pUAhvApgdx4pwGd1iJc1UlwaBPQEd6kR9paAWWicHmtmBh/MjjjJq5QH/JHK2QlaIjRHKt1
k+pRy8CsmExCyapMojQytodtSrMq9XsRDcqwo6SKaraamiYoC5Rxl7E2UiUAbJ7ribqjDgmA
Q4VTkOLJyiYQDTKqyeoNx2Ud6qaqFq6L1T2Fk5omTCVEkpyPBAMw7Pf2fWtrmMSz8UNSm3NL
sYBb7q3XNq/15JvYnctYITRzKB0TsCQnKksukObDVPkW4JgGRRampWJLTomXCi9ixABfIGUQ
SxIEaD5luxLepiJ4o7o4okHcKvwUmBeykwPcizcFk8ke1MWA1fcqNyREkm2gTmFznVc70CB4
u6opToAXlMApELe7cEQZQny0Ciq0INLJ9VB59nBH60SukPY9vKUCYCxBDqY7HF15hyXJD1RL
gAg2lHITxorUpzV3sylxjjYN+pD6051rVDAmpjsJE31TsccONcv/AG1Rnh1SiBtdEUTFYFoe
U/sUrPRz7k5+GnegcPNjTiE9DcJsg6IOLgo+p6T5YGw82IR0NUSye7NzTt7KrQ+1dVpdbQwA
qDRPlAFAgmsqoC6bFRW5TA9/YNaItW65dgFVKOieqNrp9VVmQ1RI1ugdsCykQJWXBlhiKNJ7
HW62i1TFbY6Yf+pSSHPcoIYXFEDjrITuCBWJb5FJPALSEMb2aq2nPaPqVdxMZH4nVn7HTiJo
qdnIu6HG6kuVmDzHgiKOFxT4nblZb/xBVEqVl6vpjiwRB70ABS6uQTMIu5TiWHtVX1UDhqym
yAatU1jZVhO0p/FaMgQpg1RBFUcQqq6ehCJNbqKmoRCGmiehI7lKdn4Kh5IgVKa90fUyDt71
xNETleAeCZc1ltkCCdP5U4DZEy9UwqmIg1W13byjdtQxfp/j5UwckWQLMFuECifuUJh2nimf
hKITPJeEHsmqdExd0CaZLqcg0Kr3rfiefggCTuFEPR9anGyaoKyxECMgntrz6uwEhwPF0zuB
TxUXUXTeKxmKLVNqmdMO9Eax2QnFFuHegycuCgD4ogTxW7uQDSi6gOnTao+9brkQjk9FqTKY
yNFEduWeMSyd3OqM1rX9Kxxd3kYz/XjkjqJlOKcU8k3QAB7q/wA6kyEcbm/HsZTQL3lOcmAs
E0mHXSALzVPuAfRbgWAiUdp3cEHBDVUsA9brUUTM40RINWHey4g1RIsB3lsUN8cOCfgFqRZO
zSmTjwXEL608c1gSPieEE+nZFbhPZaoMLqYUl1AQ3WTMmMbj3KA7EeCOYLtLcECPKRRADvWW
JMSZTuCAvsoY6ABAWJnl2T9DISTu+pMSxGqd3Nk5DuKcfvoEF2gYuWCJTuQeCe6rS90ILE3T
7gOCGwO1wmdibG6k7dXkqjm5KgBOMa1TfLLc+lepgA5B1VWQAoRKaj+9N4rdrRVgW4rczhnK
pd0A8/4LLkPdimBTe1D1A7OxNoRPeE+qc+CJKiJQyF/Ym1TWAWqZ25JvUL4ijLgmTGTqjqzr
cZHuWItkHBRxMPTmh6eQkhgm1qmEAF0cx5T7EblmdHEFtOadhvEPx8vYx7XZ0QIIsYKDw9An
xJDz3+VOfi4UXS760Q3Czauft4Jp71w4p3EXHJc07UhA0Y6qHO4A8kSxyJ96Zmhsua1PBOWZ
PYeCeO5VZlmHqHTnvWPF0C7TdOi5kIBMKmHTSAKbVAd3k2XqESKA8lRTU6IAaumMWle5O80U
d6BKYW7IU2snDJwEZmy96IEmy4hHAQ9WWIyFGmhhG0wQtzdQUwn0Rcu8piIRJkGCiH6SOwqv
a7IMP3PTBt5sf5kPUHVta7unyh6dy3QW4Si5LmyYe2USKi63F+VkZD8Aqd6YhneUBRg3giLJ
tbKb3TbhNtURhhtFCTRHN97VxQyEagoG2QI70zLGaFSNx4rZiao+qQBjiWJeUCwGroYvAmLK
CPrXSX9TMM3yj5kCJ1T3sFjUTWP8yIromTJqcUD7RCBojxt2F06IUIlRVQGUVTa1Ulh4oqU6
Dd4U0UFlEVQwjigLCqfsc+CoeDo47RzQGWJGN9rVX7uOLBnAN/wo5Znm8hAFiTRyP1J3Da8f
5VFbosJZ3TgHJ7UQN9FJ7k2JnissawzmGPxIk1onNTAKgueKJHmqdApyAFSYX7eNy5ydDHHH
cSfMY/lU4sRIKDxyKapfVHDIEZWCBAc1Hct5glMJGhQ+1RqrysGYFMZe9VEDVV8ViGu7rLHU
Ig1xh0HqsiNZCAT+xP4hOzBRPYTjEyo7J0Q4IptVoohw6du5NdA2CiRonF1wCp0kuyc1KZPm
WR/bGx7mXKOOc55GxlO7cEZcGsID4ceCy2hgTomJyBNwWRxAAyFMrrIZA1klQ4FKBTjuxaEw
EWCmoonArT4UXaBUo+9QXAuoi7ra7vajlSH4JgEdxAiNEGY8TVOA4KG0kC6nKSjgCCPm4LaK
lGXIMcU7MBRSE7KZBTiPYUHLl6IhRO4B+yDJ7OSBIU04KEdVkDWo7lkcZNQnoRULguGqqH4K
CplCzWT30Wi42U+xT4IVDKveuSxywq7I+pmTtEvqFt9LDaDe5W6ufGycp6BD0/TpdUlTRHdA
01/kX7mOI3FulyIUYnDK6FSLtC2nF3og2Dkaqj5G1k+ZbRtUSfLTgUOFAE5BCAx9MGXc8Udv
pgm5KG3E42YEN+FHdmxvr+FAvA7nR24t3psgG4BYvHBCyyPpnaXE3U5TcqXKIAlcdF7griEL
nVBz5gjwMKKlEvIsnMLQFYh3tKiimOx3p4Sndux0wcd6c2T1Wi1ThSUwRKNgaoaJ7JkDlYuh
xoEaOeyEcQW0X2jU3VZRJLAe9PkSMQhjjAunKZpVAAqRwQPpuB8SxGTh6lMDHgiHYkQVBc2J
CxBy7tVkMsXeg/VuXSdr/wAeZODk44gkoAuAKOmJd6BOahgBxVHKZlkBWFodU6+tHRTUd64o
FxEMhlSHRnkyk9kXRBuuNk5qnKhcCnApcJzLpk6rCJKitk5ll0h7ypupVXTkymsg/d2Pot1S
YHBCKe/sbsJXC6HpYX7gAgG5kKvcjkA+OgVVJJIQMAao41FEwLkaJ8iU5yf6k25+Kq3Arc7j
gmwx5oEjpTvSwTipqpNKJ2UoniFpKDM5USjLLndMKXKD6si0gBFuHuWoULiiTGgQJZhooomT
apqBMKKnZKjsGtkC9LdtYVVFk+qqgdQ64aJm7ciRTsqnB22LrPcHyJ8yYlgaAJz7SiciN3OU
5y+pPiQcr3gKtITmXomkfZxXTkduh1WpGi2w1WZYnGLlpWtnRfqaiq3Jcez/ABUUXBZknuKb
22XSj2szoDH/AAQxzaRUSsxDA2QR7GA5JxeyDmKqnf2x4LiFIdNZOJUd6dmTGCtX962fEKrg
KqBIqopZclw1WPp+rXGBlwWq4qVBdc0/sRyzybHRbncfDdHOt8WRxG4kGoUMBNhVOYivFSTk
eKZmlz/GKbGqqOL0ZTlSvL7K2v02ZSGq9iyALk0b9WSOGPxfEhg9BVEE8yqtzUS6ZwVAcqIV
H1dZemMQX83BFwO9AUbRP7u2SoqaokVAcDijkQxNQndQXT0cqiAMOiTJTWU2WnZKLdk9jFG2
iaqOcyg4gw6IF0xofYiBQKkJyssshA0Q3enk+ipli8TZf7cgS6bIymzJewEobxFgdE+JY8br
/cxYs5yBhbmcOTiToqAy5cpiXNhcLhcmv8qar/CYJW0jqFzAH2dyaG4S63ZQ1iogiS9Vu2uB
JD0TC+qDwCaytwaadyNhdHaXPyhbcYC68nDqBOqLlNjepRlnUSdVx8FF1ZlRAkOx9iFnouot
jxWRxLh+5ME7SnxEBSXfs5ynR0KdEOoUdkDmvcn7HqmOqouVk8IMJuvqRmLIeliRuzM8k+WY
bQzRNkNzCnH4UCIaWsm9MDcXfIyv3Mi+Yl+e1aXKcjxRyBABYdKORAJ5AIw2QDgiGCPUz1KA
EGzIgnmLoYsaUEosGaXTmXZxot3cCrE1TiCg4LsTwj5U2OVeKbN2DSECJehuoLjROL2UyK1h
NjkCRZOYy0W1243QADvdDFtXdDdl3hM5JREgqpW7HIHhRCGyEE80SJNG4FPqnHghEuoh/EIP
KxitCrp7hQvrXDVQtApnsa57DaVxhRQpjBT01T+Ce4VWmGWbFwCzCyiCYkWWJI8LLbi//JAt
VNb4v0Jyze1E/CKyjUYiiDAlxMBG3BMaCqMcnWfqVACDhsjoiC1ala6NDqJQvkaJ/UIFiF0v
lYIEwap9gpV0CIOolP6h2uG3Et/Tkjj6Q3GjsWXWWBFAoDk3JW1nZlTmUMhROKlPLCyop7NT
xRbqBriVRtJUHigXnu7KAqeZQOghAkGbokXUhSaVQa/uTWHY9ZTgeKivY3giU9SnQcwgyBWZ
AYwHUnvW6xhUdv46VuFaeKHvTVXKqNgbJjDrF/KS2rFMC5aSnEvY8P8AqTkUq3UtmQnMEuzO
/wAy6AwFToi/SXcvSE5roiKh3Q4lFz4LbbinFPFTk/Ci2DF/UeBUf0rqckSACgAG7lzqUwko
7vhmDVYkXMYt+ZEZ4hrEUW0M6ml1Cjscd/Yc8A4Nk8sdF09zl1CIuhllpKDUMJgWJqtuXirp
rL3J6pwPFc0dpnin1QcqcmTaoOq6wqKtFw1WW6AW2gXbzKNfFSXagoph9FuFsmlcEX7m0Tic
eKIeDomDDukp6ATjNx8qhiSJLOz/AGlXqEPyQfCAQQQSY+6mMxNkXD4GV5XHGYW0VfT4UOlw
0smHS9xwT5Ekv4odOzb4ldPSDNUXzA+Vb85yNU4Dol2RaviicvL4KAYAsibGvBkIGT2VGIkZ
aL9r1I9QU4riEQvqUQ9uyQ4RA8hlkCOSMI5ZCXeEcSIspoKIE0ZlqpopCc20XA6qKlUPNNiX
aq6iDjXQoCnEqJGqGTsyBBgrbujVMB1W5LrG4G4qm21WJ+FnccUwDvQoEg80fVDOzDv8ysQz
juVmKd+5Bo0AXUSToqMbI3xFb/eX7RLjExyTfM90CS/FdVNVrwW4FuCdrIh6oPVkBYwU4DtT
VOU7+KIDzdA5eCbGTVkBlD1WQHinybptdHHB8cfapDvNUcjJaE7neCMn4fKtuRbL3qYBoSgd
U4NU1m7Mch5hAPBSLo42K3CcbIP4BOzkBmQ3CdUxlfUmbmUYYHRPUJgZVHT428Ew71uE6BPY
WVX4KQj7k1ghFLoGxkHitoDZM7CQjhkOIKG55osQLFyiHABFf0phBCEPxCcHaQfFHbkX8E5r
qVV9TRDLAkg1W92OJowROJP3UBa6didCV0s121TlNdpdPROTCAsaIlr30RanjKyJlyCqIxwl
O1kWPUaao5EuHZzCBuj1dSe1H4KA2J1R2VuuvJ7CVgPBN4rpBOVrJsoRxAfKoRBjgyBtdNjQ
GAUQ0FMHBTVYVQJM8E2NdU+Ac3dB5eq24yMpT4tjkLobi7wVn6ZfaZxIR3g6SLJjV471kCPK
Vuxg69jAt9aHHxUJ04vEUQu1F+zkBuctLfdyT5WqHRgxTuUiMvaiGYm6DO7I2DVKGy46ougT
SxRILPqmAuHFii4ZnhA20RJ+GhRxDNlKYyLokCkI8ERiK1K3Z5PkRHJAmYqoMcAnZtQnBmkS
prcrZjkDlzondzqgYAEyiMTu4ok31Xm6tGQdhquK330FFjtBBZqoHMjxZDaQdtACCnUQUfUx
h6raReqqQUCTuapTvWRyRPenCCZQgUTqnGO7i9EOFQsYnRDIUHmF1nqR0hHdMsQg9NdVx4o4
3KcUFU7QjL6FPJbihma401Qak/iReAalBhGNjotzu9C7AJ8MXORDAD8yGLQbA0/lXVJ9yZuG
iHCyfG1UM3ihh0Rk9DtJqiJAoUcgenRSbwgSTlnk5GK3E7cXldGM3yKgbiKjgmk45F3w8qkS
b8ESaJi7VcJ8Ry5onJuV1HhdDAZAOKLaS7XX+3yJsjNJdOHJv2bCHdbZBBaERlkQ/uTgyzJl
ossT3FMXcWKBJZ6IBw5jghjDLiqd3YIlR4IJyOnVRANSgZIKGOQcaoQv3sTUHuWWVJkqDRgS
scr07k7Tqr9kVOiOLUlbnjJUdwWRxqLgoPkOV0XNPBAYAkmaO/21I6ncnitEAJevZk/xI4OB
iQxe624/Ci5KLh4hZenhi71y+Vb/AFj08aqbBmQ2xghkCXf2IEGLWThnQl+CG02rZMctxNSK
pzJKLAOKhfuEgBvLRBlMAVQlsbJuEKYItxTlE44kYvAWp0ZbextVK3ATdDGwgIc6I4gybaJ2
YKar6kDXFbyP/RAGSKKRHGiAIYXW3K2iJIvROKi1VtMAyFmDIeFl6b+eVtJdrph3LgqJzLX4
oZy5qyF8T8WijSEToBzT4iTqpB3hOZBEhPiHayLJiX7CAbMuqooVutlD2UdWi24xmb6Lfn5j
M1WzEbsrBP61T8FkCaCyG5mHlAn8qDAc8l5iQLjyobi/JPjAPimJqh0zd0SSASmAYY1CdnHN
MGYoAiqZm4ofwSssjA0Uks901OB7G7AacExoUS0CicQNViT5uH60JaxCiAolPlHJMZBUUZkH
ECqy3F8fh/yovUoj3riscttIc6LQJuwjVB4aDxPYHxnGSwRFWqSjg4o4VIaOayc+WGunclrB
DJ3Ih0+haUzuI5KVBjREBEstpstoJGl5UiRUChX7mWXRU4o7CwunY5Z1BKAbZiaEyVVynzyZ
raqkGxQYARQIQ7ii6QzosW14I7C7UejrqHUbtCe9QB5U+N6smBD3CxyMiybK90C4AQJB6iRq
tJpVBtJdP2M9aJh2A5I5Yh2LkInEbdVR3TNybs4rQXWoTEIE2WWWqd6oOHKe/wBFma/ets7k
cqEUy5rHDIEYtIH58kzMCwBQBJyxAZ04ZshL6hENV0ccoB+pNhQXKgHInEMLVU9jUfgmZxot
HuiwnuZEUeQtmIpXLVSQchJ0TxFl5Z5pvKyJfkgcna5Rydh3URGDsdP9SeSdf9WX+2junizF
RBNz1FvvInEkg1f8yIkgAO4ot5hjT/SgczJqLoYPAoUyBEiyJicjN2W6rw6EdpNHEINHAfq7
GNFtPJHbPNbSXKjvQAqbpxVRVMVQMUHHIJhZOaIMX14LkmHa11Nk6yxPEF+Kxd3cg5XyHzY/
YQPpmQdpesIuC+NX4rpJYkSmyLEUKOIDjKaJtSschXPEgcGQfQFitU7yEAS+QXKqdRdYmjwU
+PSRpRNlNyV0gvZNkZ4UU0Tgpj4unYkAynEMLUUZDm675eQn7xKg1qdfvKs8pUBmqSi5D4qi
ag0R9NmALuoohdAU4IcFtPNRevYSFiS7VdEExl5SmFF7+2kcVxT6JipuoqiTBNuyiZMtGTGo
unRIgu6GWFAOpqlAZg7aOP6UcXJ5rFwU9lwRYHpmSvTImoIEn7mCxDSwM1D/ADrggardDXRI
gV59jG6GADuWJRIPBMA7VeigTwTkODcVC50DstH4kpgZHinyHANVMR7dFYaJwKWKByD5GgU+
CYAIwOKfMsULaMpRLljR7J3hYk9l+KdSQ6OPp9OIvdHfOIHSU/itzt/6oHIODRMb0VaJz2On
UMv8ezRFcV9fbCZEuXNCU+0ZOWlDEFwH4hl0QKexYkg2PCEwrpwW6px+tSWcSEDjkRtMG60I
ZnmyqnqitpPJFCg0WIFg54Sgca2ROUA2oxT3MC33EfiP1psw4FeC2CA74ksiDiILjNBmPEyt
xAJt3rEHCauFuOMaOiWE24IZFgxgBOTSmicFibBMZNCOaL5dPlA0CxYvwKOJlVYaBMSYDAoL
a7JzPBHbUi6fMuAfLYrbiGxFALLhdHEyGWOI+FMTdRVEl40lbp6r3XLtmiaw7ZhNbsiR2h6l
MX6S5NJPTtQYbcSDIW16I+0IsKIh2aSUccluABBeHWOJyye4tCu4WgUGNFpqExZclsOI6gA5
4HcgzPMJ2HJAjG1TVPgNTF/mXTDB0Bk9bovD0vAVY1RBECH59KYlOxoH1M/Kup5RYvk03WVA
CIdE0AZkMpJ11++mMZ2A1T3b3pi0iCnFUQQxj3ogebRbiZFEwnUplxKdcE5oYRaqGTVCDuYU
QyhSE3bquCouK17CydlSNFFrp8qjVZBuRR1TmqlwSG4KC6cUuiDSsIAEeaVuxMEKqdbgpg3U
+KY4uTRHHaBSiseVHQsNSgAXeoRIFarca2CnylxKLMcV06yjuM0XD3pxdEBu5TALgA6tkmyL
HGAFjYhA5F2NeSfIhrj8SDiE48q3P1WT3ay3CHsoXFSoT1TZdJBQYu6qHFAtoqZK4qD2suCP
YwKYp7odjAN2ciokpyGsubo6FOBFwESKVxTZPiTVBuQKOQBfhRYkhlw1TVVKWX7gBAeWsjiJ
uEDiJ0dPtYXxdPiQCKhAtBgt8yZjkeCAIcmSChAYGeCAAYyRovLONWRJFL6Jw5sXR24zxkJ7
G1E4HfdDLC+moTnFnnvRLSKFMQ5u9EWFRfV1xWzK1OXZB8EQg14UpvBl1FbcZzNBVOekMnJl
DHIDctxIcH2JxT6JVO9O3Y57YUdhsEQbGEMiKlcE7+KIxjL3pncNIW4jbyROJoYRwbqBkmiB
K5KO5awmNDVdMY0BQyxPgoLpxDpmi6yaqgsdU25ljPUIKryKBadVNGY8+xx7U58F0htF1SaL
bYIteq3GuZZtGROpZOmyYjSU4cg+xF+5O3cjtlqrcYaq24Q91uI3EiH1dOwehBEMnZs8RQIZ
NOJkXQA8unbB+hN/oN9AoPD+5TahRE1cLbV5TAMLrhkaonEPiIdb8R1AhxwW1ztLuOKIIrZr
rEVfgE8t2TRcEXqEcMgzH2piJUxtR9ycieCdRVcEdogWX1FEihIdUguOSI0hAJwIHtQFzdFU
lYuJTkUKpuCmC1AgfB1uBdy5TvK51Q9PGrvVbj4mUNwcjhVN7ERR1+5hGRghDHOJjinoFRgo
+hNPpU7OKI4M5XUenUpgfNDIj5SwJWxm9Sx1RJBGj0QGRALeVE5CDQhDIu+U966gC5l/1ID5
aNKAJTqi07Bm3UKbU0wJIQxJnXVbcgxRVACE7gEdykS9lJZ5W4Fwmy5js51ZDSy48UHHeoVF
tOPIrCz+9RRMBzQBLMIW3RDaASicy0I5WPuQJxDEURAL4tBUeKk0TDF2oVjk1D3grXslNfsh
QuPbRceyEdU5LYvLInFyLIZlwWQIkiyxyPTwFk8kYm6fEhwWmyYQ/eEQfOaFM5EM5lEOzFOV
Edn1dhBeVuAkUdMQQ1FAOQsSmygCXQk5Y6XRAcWDhEZDvQfvW0yRpp9xNpQ0W4XqoqmBR32o
uK4vRNiIOpRADkWXI0KYiGRDSBa6BB28DVEkr3IelhapQAMIDJw0SFAfJ4Gi2Y3qnJJOhXRm
xWOQANsm/MoMnsI7NU9Po8O3j2FpGiAAhMqEi6N93ii9EDhIz8yAIZofUoepiWIDHHRQIygo
ZemwGQkI62dT2SPBcuyaIuIoOKAbwQhyInRNRHEyCGcIC4qNVSFIbiokm1UCZeGQsXoiW4BO
zKrFbxDVGq9oXlLC6DC62lywAJCDVXSHBTtBoyOeRgUe63a00W4ChQLsaEogZEm3FAnzaobv
MQ+PFHW40RwEoGSVx0QeCdVr2MLdlEYhbb8U5NNE4DPR1t9TFx8w+hNSgXhAB34LaSxPijia
DxQyxD1cFbsaEOfvI3xNV+0cek+Uav8AaQxMMtFZadjok0UwBQJ0xJJ9yLwbFBu7s3M62M70
K1W6woy2sxFlxVX0IohC4JgOakSqtqhMIkAHCpWTNkJZqhMTQe1Nl5Mi4OigsBGIV44UWRYD
PMjEcvmWQgZCkVQxPmNF1eazLdlyxHBMIF2QeeKcmQoyY2WYA3mg7vMjuBA0P6US8iCGuVF6
KU/gyDHYFtwp8xW7InLK4Kb5UQaFbc/N6bji3YUxDmyEdyLGvsQyaQa9hdABME9GsAnbwQ7O
Hb1ZMLp8CMnoR+pcR3I7nYiDVSY1WqduwZCU+qjVBoK2uttnnEU++mKDVT05KQy4LQ2ChDbz
8PmRNXNUGE0gfmRxyFFU9QlY5GgghORtAryT4DcdU7ncNVuNAmoybERqtbpsRtyoOKy3+Y2R
YP3P+ZZZ55CrsKlAA7cdUxL80cu4BTR7psQ2IT0T37HAZ6o4p3ZMquUzyUwQFlFECTNE10RV
qJjS6c9yPZKL0ssgACA4LHijkMzjoxZ/+hHH1mzx+dPiXGUqKaIcUwEdk14phJ9ikEbkcSKU
7Dlizshug6KVBZEmfchEItUUXvROI6iGdTXgnMMmyg5UQxwxkC6OOWTgQwQyxyi76IktMlrJ
7D2rZhW6OWZcKCRj7UAS4GqjxKfK1FxWrVJuooEQOrI0AW71Oo24LUpiUX8FFUEDVPdUTi1W
TELipUCnazSro5AAEGTdAF06DJniy2jz5wPsovi5ev8ApW5sdvCoUFwLpi/UO5SGOqYIlwWM
p5C4FB5TGlk9bUQZlqSpU+CBHipRFkNboEFOYTmQtwiKLHNpJg8EcPTG71MhPBQ7ija/a3Ig
hj7D9zct1/iBR20yDsuqCaIklxoE5PBAEcFMh2ROZZqYo5ZS7beSFe9HU8VvynQp73CPFck5
qm7Ip2RLph4dkhDjVTSiYii0Cc9kksgU/tUI5V1Zbsg5eHsiAfBANu1ayJBbHkhyums6ktoU
LvVObe5PQIXUKoKamqrJVZUlcNFOvZWUGD6r3JjQ1CIEkIYAN6lR8MfkT5ebUSnGJZ2JKMtk
wbLn9nJEZTiC4ysv3D4J8zJkAqrAe5CJPBOWCbCBe9EKnKpfQpyIJgyQ4/mTDzXW5jwADpgX
QLynTvOnYwXv7WFEVNe2ea4pkPb2S00ZcloLhRIMhEC+qgwTKfG8NqmkE6LLAsRmGmy3HEZN
oVtyxivELpl1qi4ZO0JkUy4BcEyouWiIuolPcI4EdSYVFlEphQUdZZPN3of5PgTepj0mzshi
HHp2vl/OnyNOCPpiBlYzfagHdjT5nQeT8L1/EiCz171/tjdZro4Ccvl0/Eh+506nHRGASZGV
f6ECMdurHbKZm0JBxKGqANXkrV1CYqjP2Oe3h2RrP0J7ld+wKO9l71DvdF1NW/jzLg6G6jKN
LK3cjud/s0V+DIftHJ30DfmQet0PahtfiyhX7Iqooi6LLpWTOumil0Nv/ce2iG3zN/G5Fn4v
5VCs19V1VeHQq/HsGrT+JBmaGQ531XFu9dNONUX819VRw+tlk8atOX6EX9qLDk/+rsLr7PtU
dnHiuqijt//Z</binary>
 <binary id="i_019.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RgBRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTI6MjggMTk6MzA6MTkAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAh+gAwAEAAAAAQAA
AwUAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWxwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO8JlZPVct7MqltFl0Uum6uoANJ/
dda4P3e32Oq27P8Ari1hPb71y31jNuEMbFx2NsusFlvqbZcRO4vc15cx9vtf70lPRVZmPZS6
7fsYwgWBx+gTHtd/nexWQJIAkk8Lgsrr992NRVimzHe2oNvLXCHtH0doa3c33fykbpnWcJnS
D0nLvtaXucGPY0vY1r/pUvG9rrGt+nsb+jSU9BmfWfpmO811h+W9p2u9MgMBHI9Z/td/1tUX
/WDql9lIxMOCd21pL7PUlp/NYK93p/T9qJ0676r47DZjW1vva0w/IBD5HZjXt9Gv/ra0y+u2
3A+zWMurrdY0GtweABWW6bD7PcElOZV1rrVVRfkdPdcxsAWMD6+P39Lv89WX9e9KmvKyMO2v
FsbIva5tgBPZ7W7XM/tLRrJZc5mo3SRzy0j/ANFvqTbXtNbazuY57vVmCNrt590/u2JKYYef
iZrd2NYLREmAQR/WafcxTyLm0mlxdta+za8k6R6drv8AvizBh9GuLcr7O7GeXQ30HOrcTz9C
vYxnt930UXqOTVbRSwNcItrcCfDVk/nbvppKZ5fVGMoufUHe2uWOII1O7X2+5Vrc/JsfY5tr
2t2DaGy0AnfrAWZZdnXOyKqaWllQ2WOucRwC4bK27d29jkQ3dQFr6yykuDQPaTB1d9H3f2El
NmzMygS317Ja9w+m6Ynj+ypsyciATdZHjvOv4qpS51tBfYIcXvLmg6Ahzm8/2URg3OA0MDjX
8iSn/9B+ofWPqWTlsyKrDjmqfSZSSGa8us9Vzm3P9359Szb8vKuf6t7322R9N7i93ydYTt/s
piPc6NIUHF0eXikpi57jrxPZQPB7+cJ38x/sCiXOjnRJS5iJInx0UarHMdurJYQeWkhPGka+
X3KTKzuBnSAkpt1dX6rS5tjMu0OGo3PdExt8dv0F0nSPrdhnHFXVbz9oDiBcGe1zfzd/pD6f
9hctfj2VH3tc086gganQsJ+nuQg2Dr9/4pKeq+sfWshr8bI6dfQ/EcXAFoL7HPgb/tDXsbsa
1vsp2e9Rxeofb8GlpdS3NaQ8UMdDiWP3Vtc2xx+ls/MXLkjQhvxPcrR6NiMuNmRrZfjHdVjg
iSQ0ua7X/SO/R1f8J/OJKdQnqVLL772ND7PddQ0+5p2bA7Rztra2Vt9T2WI/TSeomx1I22NL
Wu3EkH3b/ptadu5u9QyeldUvYzL6fl4lV7mxay8l59Z385iMe1z6/b9B/v8A0tn+DQMLrYoY
XikB52l+0nZvDQx7qvb79rvex36NJSrc+vHeWNabA1xkF4IBL3O/Rjb+ZKs4GR6wBe30nvc7
Y0k6tZ9KD7fc1ZmLhNz8/wBNxdVQz1bLK6Dtsft+gxlz/wCY/r/9b/PQ7MPrHT899eIXZeAX
V+pTaNxi0lm2tx9T9bxod+no/wCuJKf/0c10Bx26Akz4Shl0iOJSsd9KPE/dKh7fiZ7pKU46
mOEzWyTPik5oBO0weSnAiD4dykpQAiJ+ZVnHpY5r77jtopGrtNXfmsarvReiOzn135gfVgWP
DGubo6wuDtm0n6FO5v8AO/8Aba6O1vS8FjmtqpxrBUGCp0Sx7Xe8RZufuew+z/SJKeWw8fM6
1dXSwgVVQx18bg3cfzvd+ktd+ZW163srpXQsHDNN9G8uEOyA4+tP+ka/d6Xqbm/Q9LZ+YgdV
LuoZ+FZRew9JYC11jHAQ9xl7Hsbt2Ot2UsY7/ttT6nhdQz8XJONkUWj2vroa4OJsDWsNRc13
6NrmVtcx7v7aSnmziPN5rrJsrDg31mtJbB/Pd+77VayGtwK2W4TtuVWWvNrgHu01d7vo1t/0
tNf/AG4t/p2E/o/TbM4NLn0gOyACSLqyP1qksPs9n85j7fz/APjfTVL6x9LZQ5uZiA/Z74No
HDXH6Lh/Isj/AD0lNhuQepYodi0Gmu0hheYeKy3TK0Yz133tqb6frM/nqLVUf0bKqra+a21m
Rue8VMaR+a91/pNaqHTM93Tcn121tu/kuJABjR7dn5zVvV/WDLy6brQyv0Wtcy6gt36Fv+E3
P3Ppt93/AJBJSsL6rXF+/IuIa4CWUscd3l9o3Bzv69bFcz8bpeJRcHgS5pa/2uJYXe0WTZ9H
3H9/6a5qv6w5gwKsTEc7Hxve0N3F25rYbpY8C5jd7n/nKq/Ivt2C17n7SDBJIGo/6aSn/9Js
7G6Q/c7Fryca4nVrnNsr/JXZs/trLdRZXpYNJ0I1ErrMrD6cHyylgkwWPypIPl6V1u5B6h0t
jcN+3GpqABcb22OdsLe7973/APRakp5hw8eIWz0LoYzW/acwRjAg1VwP0sfSc8/S+zt/8G/q
LHewlrvc2ACI3Dw7LYZ9Yx9iFV1Ra9oYzcwwCwbRZz7PoNd7UlJOr9f9cHGww5tTdHXu0L/6
jPza/o7VkV2Hd7nFwsPvc4yZ/f3OU2Nzeq5L30Mda95Mu02tA9rWvudtr9jdi08b6sXWV7sq
4UWGR6TALAB/Kfva3d/npKczpWXZg9Ta4mWWE03ATBBJHb3e163MzqGRk2vLyynGudttLCGB
1Z+hQbXMNrLXv/6z/pdn82g3/Vat7w9uW9ocR73Na7gfSljmoDz6Tiy57PWa307d/tZbp/L2
7bPb7fz/AOukp2qrcjIY7BJe/EexrYu2gsZIrNO6vc6z2/Qfu2Jdbdvwr8GtzTY5jhWx3tJF
DmXW7f3dtTbFmYeQ+vNoaLbGUXu2uDtz3Sxvtb+j2vsod++x/sU+u2+ljjY526xjqx+j9Me5
1brNvta7b6bPfuckpxKm/aLWUthps0rcdAHxuq3fvN3N2vWhgYWe/Dyi5rsZuS0U17xDnat+
0Wsb/wAFv9H+X+kWbU57HssbMsIcI557Lqa342RXZjPsNb3ll9JP0dGn1P6vqtbt/sJKcPN6
btpoZjFg+zM9LThw3btz/wCW9/8AYVNtFzbGturcyXN1Akan26tWxbc6nqPoP+hcwEj91x7D
+sqeex3r4+0+wPHs10Mt/NSU/wD/095vSnMaWl7fTcdWCsQf85Gd0vBtI9XFpc0atHpiAY+l
yk7p1pn1cl7mns0R/wBJWMXGZUNC5xMauM8eASU0x0Do7TP2NjiP3i4j/NL9iq9Qp6XgX0Nq
waPWt0aTWbOPb/NbmUt/e9a5y1bq2078hz7CGgucC8lsDs2v6KwbbLX2utt/nrSBt52D9z+y
kpgzrFDp9I/ZySRU3Jr9GtzgdjnY9rG/Z9z/AMyu/YinrNmNb6GXQ9jj9AP1l8b6w2we39J+
Z+//AIPeqWQy9+GacykSCQ54c1zbAD7Xmp0+21v+DtWPh3Obu6faX/Zcur9Tc4lxqcTuqZu1
/R+o32JKd39sMsJsaDW8fzgmPmWj6X9dSubi9R/Q3e1xbvZY2Qfb9Ju5v51bvfVYubbZW4l9
jy1+1ouY76LpEPZ/Js3K7hOGKwNttL7C7a2s6FjPzN7fpWbWj6aSnR6Bi2YPUcmq6v1Ka972
5LSdzmFrRT6Ne706a/0n5n/FovWf02O37O6yx9W66z1XS70o9z6Wa7tv5/s/mlmZXUrMR9du
LYWWlhrc3XQA7t/7m3d7VDpHUMm3r+FkZD3XF9grtLokseHVOb/mvSUwY3Y8WNcXObDgXGeN
TDQAuna3EtBvvY25le57JE+36WiwcvDs6fmW4TpIqdDD2LCN1Lx/1t3uWv0l/wBoGLSzUeq2
q7w2tBfu/texJTSxLRkE7mAuBa71HGXNaXO/RN/4L+si21NuyK63ONbXuB0EkOYZDNfoP+mp
0Uu6TVeeoFmMLSz0fUe0PcGF+706v557fd9JP0/JwcjJaaLGuBgPrEguaD9Nv8pu791JT//U
7Rx54CiJj+CcpAjySU180F+PYOABM/1ff/Bco3NrFrmXe4vdLLm6t1j2uLT7XfuLtNrS4TqD
z5g8rzjMrfj5mQ1oLgXe6vvA0mv/ADfoJKdXIyA0hhcXjlo50nRun0vcqeF05jusUsrH6vvc
Wsc4hrHwdm0/ub9vsTC7Vt7G+uyxjdhr0YSC4PFjvzP5bFfruFNvrVAb64dtjSY3NZ/1zakp
oU9Edj0Y2blhzMu8l/2dw2hm07A90+71f/ViH1TKOLWywPDLHbmM1nbw59ob/Z2f2103Xq25
WNi9RY4fZ9sHcQ2BaRsduf7fpN9JYTjXTbRkhwLGWh0tIeSWn3V1tJ+jXX+c/wDPtSU5mB0b
qvVazmCt7savR9gEk7W7v0THe+zb/I+gtD6v9PGTn0ioONdZFtlp00aZbHDmtss9u9XH9Xvs
pJYxzbHe1hmdrSfe7Zp7nroOhdJdg4Y3gDJtg3O7/wDB1T/wbUlOD9YrBZ1u6s/4KmkEcD3B
9x/6tV6eqN6Pj2ZbW+pdY708NsS0vY39JY/X82u1i0/rbgFuRVmNI/ThtDm99zN7/U0/N9F2
xFwOl4tvQ6bsisOuqtfZjP13MdY9lTX1hp/nf0TPS/lpKeZw/X6i7IfdYbrHAA2v1c5595YH
fmv2obxfi2scQabWuHGh0Ouv/VLS6ma6GV9RopFFjMvbfU2GjaQ+7Hba5stst3WfpP3FSPXj
kbqs9gtDtSR7dpJ3NO76TUlP/9Xsx8VKO6p5HUMHGsNd17WvbywS5w+LWByWH1TBy3+nQ8l2
pDXNLfo/S5SU3oI/guM+t+IMXLpy6pDb9wd2AcDu+l/aXXNfkb9rqmhpP0g+T5O27Wri/rV1
SvOtpx8W0214xebDGpcDs3j82ytzPopKYfV/GpzjlUNcasiyv1KLW6Dc3R2+s/onfS+m5RIy
QHtsaGXG1roHB2NFbdv/AFav/UzEaTfmzOyK2E93OG63/NZsVbqrsurrGTRXV6uIXhzLK4JZ
Il9fuP5iSm811nU/q5l4VMvtoi2qsfSLWu3uZH9bd7f31zuOCyr1J8Y8fiul+rbm2Zfr0+1t
MssaCDII1fp/LbWsPLw7cDKyMW0zteXsdoN7HkubYElJMKt9+RtJJ2tJJHkNrR/nrvcVw+z0
kcGth+9oXG/V7GZfm2VueWE1GCB3B4c1beX1bJxr/suO2oNrLWNssl3qAN/TOr2HZU6t3sZ6
385stSUy+stTrhjt1a0bi17RPv8A9Ft/l1pdSvZjdNrown1MfjPp31XvazY2C4G/d+fv2vsY
3fY//BsVf9pXWEj7Ra088gD+T+jjY1QvfbkNNVu3IoP0mgBrwf3ix36Oz/wGxJSbDbj39Pfi
z9sNrXnIfSGvDn2kvssZSHm1rWvd7P0axa/qfi2Z7KcW8P8ATbvtFhIO8O2udqPd6bPe2pHf
0bo1pJZT6do1DgXVvb/Ve73KnfX1fp93rC91te5uy58vP8ltljvUc139f2f8LWkp/9bYPRMp
97nWWVw4y5+pcT+/7m/Sd/XWlg9LoxHFzXusscIL36afutaFbbB/gnOndJSzmug7QHEj2g6A
nzcF5Vley+yqwe6p5Y4MlzQWnb7fz16sD7x2EiT5LzGtzf2rXl3EuYbzbaQ0S4Al30NPp+1J
T2H1erf03oVTsppbdZY+z0z9I7j+jZr/AMGzesPOxMM2+pm1W5V1x0gllZcSfZY5r3bv8xan
V+sNNWPk1Y77GurLzUSGvaN37s/yfzVj/t/He11sWNOjHVBhLgSQxv0d3qbn/upKekwQ7B6T
dlik7m1l9WMwGA2sH06mV1j6Lnue965LEq6l1TIy894NwYzffYdBrqxlf9VrfZWz6Fa7+tzh
RWX7i/Y0ugEHdHuVHPybS5tVFnpV1ndc9uj57VV/ut/0z/8ArSSnm+kV5TL68nH3BgcWvs3Q
ACCyzb/pPpf9uqx1Kx9YPotBLS19YHGh27Hf9VuVh+UyvQuZUxugaSBoP5Mqnl5TBbW7d7LP
oOHBA+lE/wApJTW+0dS9QuLa2PdPtmY/zmozMjPaQ95bZ4sadojuQS1DYCGS4e5w1j+US7+K
TnNBPy1SU6AzMZzWuaw7iJDHEjXvDp2o+LlNBDXNsrDjo930J/4z6Ky6bdlkng6wO088IpeX
MLT/ADbj72fmy76WiSn/1+1iQYMeakNAf4pNIHf4p63NcN7QRP7wIP3OSUotHhM/kWHifVnp
PT3/AGh2691QJDriC1oGs+mBs3M/lre/Is/rdr6el5VtTXOexoIa3V0S3dt/sJKeb6i+zJtt
tqoN1v8Ao97WbWjUPD3/AElq/V3pTKKft1rNmTkBrvTIBNYaTs9/51v8tcueuiywbWC6DPpV
VG0gH831HB23+zWukwOp52QG0YuLYH6CyxwLKq9I3XW2t97tv+Bo9Sx/8hJTr5tvo477OO0/
6/yVzN+W2x2x7XGP3QYAPYrX+shH2MO3lmrmhw0IJHtd3/dXIivIybS/0fVuqaSXV2Cp3E+7
cWt2JKdbHwGZb2Mqbs3mNzeW/vPdG5Q+umLThU9LZjN9Otj7mSdSZax/vf8An2O2fnLQ+qmS
cl152FvptaCXQS0k+1nqN+nva3ch/XY2vpxqvRcaq3G1twBf7w1zfS2t+j7Dv3uSU4FeTk3g
+lTsb3sJ5/eO1TFrQWsDjY89+x/85VMHNvAaWu2fy/o6/wAmW7ldx2NrHujefpHv/wCRSUla
I0Ea+Aj5IoaYEgg+P96VTZO4jiOB+Cd1rKyPUMSYDdJPgkp//9DtwO8ogGmpUSG/NSJMaJKW
MShmSdNFMzAUSGzrCSkdFFdO4UsbUHHc4VgNk+LtqIQT3JjiVIR2S8fxSU5/WsM5XTL6m/TD
C+v+swF3/SbuYuFiq4Ta3c1zQ5s+B+kP7L16Q7n8q8+6lRVj5dzKLG20byaXMIc2T7w32bvz
fakp2PqtlPqvd06llf2QtdcXgEPbZDG6u+jZW/bt/fYj9c6lg2vfgWX+nYw7SDq0kj/Vv8hZ
/wBWGOb1L7RvIFVbg6pg3PeHEGNn+ird/hP9L+iVENLrL7MogXPue57TAI7bXtd/ISU1qXPq
sdxY0d2OnQcS2fpKwMkGS5j2gc6afgoubhx+YTP5rhEpm/s9wjRp7zP5fckpc5hDf0bNdfcX
Af8AklCum3JslwBeSJJkxP53P5qmGdPAEOaZ44n5QruD9mF7S2S087dUlP8A/9n/7SASUGhv
dG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAA
EAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAA
AEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRF
WFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsA
IARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0A
AAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAA
EnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABS
Z3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0
dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAA
UkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJs
ICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAA
AFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABU
b3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hl
blByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25n
AAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAA
AD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAA
AAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAA
AAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAA
AAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAA
AAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4
QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAADBQAAAh8AAAALBBEE
NQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAC
HwAAAwUAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51
bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAA
AAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAwUAAAAAUmdodGxvbmcAAAIfAAAABnNs
aWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAA
AAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1h
dXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3Vu
ZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAA
AAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAAMFAAAAAFJnaHRsb25nAAACHwAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAA
AG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAA
AAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFs
aWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVt
AAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFF
U2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRP
dXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxv
bmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwA
AAAAFuMAAAABAAAAcAAAAJ8AAAFQAADQsAAAFscAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5B
ZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwM
EREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAJ8AcAMBIgACEQED
EQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAA
AAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSR
obFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80Yn
lKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcG
BTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC
0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3
h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO8JlZPVct7MqltFl0Uum6uoANJ/dda4P3e32Oq27P8Ari1h
Pb71y31jNuEMbFx2NsusFlvqbZcRO4vc15cx9vtf70lPRVZmPZS67fsYwgWBx+gTHtd/nexW
QJIAkk8Lgsrr992NRVimzHe2oNvLXCHtH0doa3c33fykbpnWcJnSD0nLvtaXucGPY0vY1r/p
UvG9rrGt+nsb+jSU9BmfWfpmO811h+W9p2u9MgMBHI9Z/td/1tUX/WDql9lIxMOCd21pL7PU
lp/NYK93p/T9qJ0676r47DZjW1vva0w/IBD5HZjXt9Gv/ra0y+u23A+zWMurrdY0GtweABWW
6bD7PcElOZV1rrVVRfkdPdcxsAWMD6+P39Lv89WX9e9KmvKyMO2vFsbIva5tgBPZ7W7XM/tL
RrJZc5mo3SRzy0j/ANFvqTbXtNbazuY57vVmCNrt590/u2JKYYefiZrd2NYLREmAQR/Wafcx
TyLm0mlxdta+za8k6R6drv8AvizBh9GuLcr7O7GeXQ30HOrcTz9CvYxnt930UXqOTVbRSwNc
ItrcCfDVk/nbvppKZ5fVGMoufUHe2uWOII1O7X2+5Vrc/JsfY5tr2t2DaGy0AnfrAWZZdnXO
yKqaWllQ2WOucRwC4bK27d29jkQ3dQFr6yykuDQPaTB1d9H3f2ElNmzMygS317Ja9w+m6Ynj
+ypsyciATdZHjvOv4qpS51tBfYIcXvLmg6Ahzm8/2URg3OA0MDjX8iSn/9B+ofWPqWTlsyKr
DjmqfSZSSGa8us9Vzm3P9359Szb8vKuf6t7322R9N7i93ydYTt/spiPc6NIUHF0eXikpi57j
rxPZQPB7+cJ38x/sCiXOjnRJS5iJInx0UarHMdurJYQeWkhPGka+X3KTKzuBnSAkpt1dX6rS
5tjMu0OGo3PdExt8dv0F0nSPrdhnHFXVbz9oDiBcGe1zfzd/pD6f9hctfj2VH3tc086gganQ
sJ+nuQg2Dr9/4pKeq+sfWshr8bI6dfQ/EcXAFoL7HPgb/tDXsbsa1vsp2e9Rxeofb8GlpdS3
NaQ8UMdDiWP3Vtc2xx+ls/MXLkjQhvxPcrR6NiMuNmRrZfjHdVjgiSQ0ua7X/SO/R1f8J/OJ
KdQnqVLL772ND7PddQ0+5p2bA7Rztra2Vt9T2WI/TSeomx1I22NLWu3EkH3b/ptadu5u9Qye
ldUvYzL6fl4lV7mxay8l59Z385iMe1z6/b9B/v8A0tn+DQMLrYoYXikB52l+0nZvDQx7qvb7
9rvex36NJSrc+vHeWNabA1xkF4IBL3O/Rjb+ZKs4GR6wBe30nvc7Y0k6tZ9KD7fc1ZmLhNz8
/wBNxdVQz1bLK6Dtsft+gxlz/wCY/r/9b/PQ7MPrHT899eIXZeAXV+pTaNxi0lm2tx9T9bxo
d+no/wCuJKf/0c10Bx26Akz4Shl0iOJSsd9KPE/dKh7fiZ7pKU46mOEzWyTPik5oBO0weSnA
iD4dykpQAiJ+ZVnHpY5r77jtopGrtNXfmsarvReiOzn135gfVgWPDGubo6wuDtm0n6FO5v8A
O/8Aba6O1vS8FjmtqpxrBUGCp0Sx7Xe8RZufuew+z/SJKeWw8fM61dXSwgVVQx18bg3cfzvd
+ktd+ZW163srpXQsHDNN9G8uEOyA4+tP+ka/d6Xqbm/Q9LZ+YgdVLuoZ+FZRew9JYC11jHAQ
9xl7Hsbt2Ot2UsY7/ttT6nhdQz8XJONkUWj2vroa4OJsDWsNRc136NrmVtcx7v7aSnmziPN5
rrJsrDg31mtJbB/Pd+77VayGtwK2W4TtuVWWvNrgHu01d7vo1t/0tNf/AG4t/p2E/o/TbM4N
Ln0gOyACSLqyP1qksPs9n85j7fz/APjfTVL6x9LZQ5uZiA/Z74NoHDXH6Lh/Isj/AD0lNhuQ
epYodi0Gmu0hheYeKy3TK0Yz133tqb6frM/nqLVUf0bKqra+a21mRue8VMaR+a91/pNaqHTM
93Tcn121tu/kuJABjR7dn5zVvV/WDLy6brQyv0Wtcy6gt36Fv+E3P3Ppt93/AJBJSsL6rXF+
/IuIa4CWUscd3l9o3Bzv69bFcz8bpeJRcHgS5pa/2uJYXe0WTZ9H3H9/6a5qv6w5gwKsTEc7
Hxve0N3F25rYbpY8C5jd7n/nKq/Ivt2C17n7SDBJIGo/6aSn/9Js7G6Q/c7Fryca4nVrnNsr
/JXZs/trLdRZXpYNJ0I1ErrMrD6cHyylgkwWPypIPl6V1u5B6h0tjcN+3GpqABcb22OdsLe7
973/APRakp5hw8eIWz0LoYzW/acwRjAg1VwP0sfSc8/S+zt/8G/qLHewlrvc2ACI3Dw7LYZ9
Yx9iFV1Ra9oYzcwwCwbRZz7PoNd7UlJOr9f9cHGww5tTdHXu0L/6jPza/o7VkV2Hd7nFwsPv
c4yZ/f3OU2Nzeq5L30Mda95Mu02tA9rWvudtr9jdi08b6sXWV7sq4UWGR6TALAB/Kfva3d/n
pKczpWXZg9Ta4mWWE03ATBBJHb3e163MzqGRk2vLyynGudttLCGB1Z+hQbXMNrLXv/6z/pdn
82g3/Vat7w9uW9ocR73Na7gfSljmoDz6Tiy57PWa307d/tZbp/L27bPb7fz/AOukp2qrcjIY
7BJe/EexrYu2gsZIrNO6vc6z2/Qfu2Jdbdvwr8GtzTY5jhWx3tJFDmXW7f3dtTbFmYeQ+vNo
aLbGUXu2uDtz3Sxvtb+j2vsod++x/sU+u2+ljjY526xjqx+j9Me51brNvta7b6bPfuckpxKm
/aLWUthps0rcdAHxuq3fvN3N2vWhgYWe/Dyi5rsZuS0U17xDnat+0Wsb/wAFv9H+X+kWbU57
HssbMsIcI557Lqa342RXZjPsNb3ll9JP0dGn1P6vqtbt/sJKcPN6btpoZjFg+zM9LThw3btz
/wCW9/8AYVNtFzbGturcyXN1Akan26tWxbc6nqPoP+hcwEj91x7D+sqeex3r4+0+wPHs10Mt
/NSU/wD/095vSnMaWl7fTcdWCsQf85Gd0vBtI9XFpc0atHpiAY+lyk7p1pn1cl7mns0R/wBJ
WMXGZUNC5xMauM8eASU0x0Do7TP2NjiP3i4j/NL9iq9Qp6XgX0NqwaPWt0aTWbOPb/NbmUt/
e9a5y1bq2078hz7CGgucC8lsDs2v6KwbbLX2utt/nrSBt52D9z+ykpgzrFDp9I/ZySRU3Jr9
GtzgdjnY9rG/Z9z/AMyu/YinrNmNb6GXQ9jj9AP1l8b6w2we39J+Z+//AIPeqWQy9+GacykS
CQ54c1zbAD7Xmp0+21v+DtWPh3Obu6faX/Zcur9Tc4lxqcTuqZu1/R+o32JKd39sMsJsaDW8
fzgmPmWj6X9dSubi9R/Q3e1xbvZY2Qfb9Ju5v51bvfVYubbZW4l9jy1+1ouY76LpEPZ/Js3K
7hOGKwNttL7C7a2s6FjPzN7fpWbWj6aSnR6Bi2YPUcmq6v1Ka9725LSdzmFrRT6Ne706a/0n
5n/FovWf02O37O6yx9W66z1XS70o9z6Wa7tv5/s/mlmZXUrMR9duLYWWlhrc3XQA7t/7m3d7
VDpHUMm3r+FkZD3XF9grtLokseHVOb/mvSUwY3Y8WNcXObDgXGeNTDQAuna3EtBvvY25le57
JE+36WiwcvDs6fmW4TpIqdDD2LCN1Lx/1t3uWv0l/wBoGLSzUeq2q7w2tBfu/texJTSxLRkE
7mAuBa71HGXNaXO/RN/4L+si21NuyK63ONbXuB0EkOYZDNfoP+mp0Uu6TVeeoFmMLSz0fUe0
PcGF+706v557fd9JP0/JwcjJaaLGuBgPrEguaD9Nv8pu791JT//U7Rx54CiJj+CcpAjySU18
0F+PYOABM/1ff/Bco3NrFrmXe4vdLLm6t1j2uLT7XfuLtNrS4TqDz5g8rzjMrfj5mQ1oLgXe
6vvA0mv/ADfoJKdXIyA0hhcXjlo50nRun0vcqeF05jusUsrH6vvcWsc4hrHwdm0/ub9vsTC7
Vt7G+uyxjdhr0YSC4PFjvzP5bFfruFNvrVAb64dtjSY3NZ/1zakpoU9Edj0Y2blhzMu8l/2d
w2hm07A90+71f/ViH1TKOLWywPDLHbmM1nbw59ob/Z2f2103Xq25WNi9RY4fZ9sHcQ2BaRsd
uf7fpN9JYTjXTbRkhwLGWh0tIeSWn3V1tJ+jXX+c/wDPtSU5mB0bqvVazmCt7savR9gEk7W7
v0THe+zb/I+gtD6v9PGTn0ioONdZFtlp00aZbHDmtss9u9XH9XvspJYxzbHe1hmdrSfe7Zp7
nroOhdJdg4Y3gDJtg3O7/wDB1T/wbUlOD9YrBZ1u6s/4KmkEcD3B9x/6tV6eqN6Pj2ZbW+pd
Y708NsS0vY39JY/X82u1i0/rbgFuRVmNI/ThtDm99zN7/U0/N9F2xFwOl4tvQ6bsisOuqtfZ
jP13MdY9lTX1hp/nf0TPS/lpKeZw/X6i7IfdYbrHAA2v1c5595YHfmv2obxfi2scQabWuHGh
0Ouv/VLS6ma6GV9RopFFjMvbfU2GjaQ+7Hba5stst3WfpP3FSPXjkbqs9gtDtSR7dpJ3NO76
TUlP/9Xsx8VKO6p5HUMHGsNd17WvbywS5w+LWByWH1TBy3+nQ8l2pDXNLfo/S5SU3oI/guM+
t+IMXLpy6pDb9wd2AcDu+l/aXXNfkb9rqmhpP0g+T5O27Wri/rV1SvOtpx8W0214xebDGpcD
s3j82ytzPopKYfV/GpzjlUNcasiyv1KLW6Dc3R2+s/onfS+m5RIyQHtsaGXG1roHB2NFbdv/
AFav/UzEaTfmzOyK2E93OG63/NZsVbqrsurrGTRXV6uIXhzLK4JZIl9fuP5iSm811nU/q5l4
VMvtoi2qsfSLWu3uZH9bd7f31zuOCyr1J8Y8fiul+rbm2Zfr0+1tMssaCDII1fp/LbWsPLw7
cDKyMW0zteXsdoN7HkubYElJMKt9+RtJJ2tJJHkNrR/nrvcVw+z0kcGth+9oXG/V7GZfm2Vu
eWE1GCB3B4c1beX1bJxr/suO2oNrLWNssl3qAN/TOr2HZU6t3sZ6385stSUy+stTrhjt1a0b
i17RPv8A9Ft/l1pdSvZjdNrown1MfjPp31XvazY2C4G/d+fv2vsY3fY//BsVf9pXWEj7Ra08
8gD+T+jjY1QvfbkNNVu3IoP0mgBrwf3ix36Oz/wGxJSbDbj39Pfiz9sNrXnIfSGvDn2kvssZ
SHm1rWvd7P0axa/qfi2Z7KcW8P8ATbvtFhIO8O2udqPd6bPe2pHf0bo1pJZT6do1DgXVvb/V
e73KnfX1fp93rC91te5uy58vP8ltljvUc139f2f8LWkp/9bYPRMp97nWWVw4y5+pcT+/7m/S
d/XWlg9LoxHFzXusscIL36afutaFbbB/gnOndJSzmug7QHEj2g6AnzcF5Vley+yqwe6p5Y4M
lzQWnb7fz16sD7x2EiT5LzGtzf2rXl3EuYbzbaQ0S4Al30NPp+1JT2H1erf03oVTsppbdZY+
z0z9I7j+jZr/AMGzesPOxMM2+pm1W5V1x0gllZcSfZY5r3bv8xanV+sNNWPk1Y77GurLzUSG
vaN37s/yfzVj/t/He11sWNOjHVBhLgSQxv0d3qbn/upKekwQ7B6Tdlik7m1l9WMwGA2sH06m
V1j6Lnue965LEq6l1TIy894NwYzffYdBrqxlf9VrfZWz6Fa7+tzhRWX7i/Y0ugEHdHuVHPyb
S5tVFnpV1ndc9uj57VV/ut/0z/8ArSSnm+kV5TL68nH3BgcWvs3QACCyzb/pPpf9uqx1Kx9Y
PotBLS19YHGh27Hf9VuVh+UyvQuZUxugaSBoP5Mqnl5TBbW7d7LPoOHBA+lE/wApJTW+0dS9
QuLa2PdPtmY/zmozMjPaQ95bZ4sadojuQS1DYCGS4e5w1j+US7+KTnNBPy1SU6AzMZzWuaw7
iJDHEjXvDp2o+LlNBDXNsrDjo930J/4z6Ky6bdlkng6wO088IpeXMLT/ADbj72fmy76WiSn/
1+1iQYMeakNAf4pNIHf4p63NcN7QRP7wIP3OSUotHhM/kWHifVnpPT3/AGh2691QJDriC1oG
s+mBs3M/lre/Is/rdr6el5VtTXOexoIa3V0S3dt/sJKeb6i+zJtttqoN1v8Ao97WbWjUPD3/
AElq/V3pTKKft1rNmTkBrvTIBNYaTs9/51v8tcueuiywbWC6DPpVVG0gH831HB23+zWukwOp
52QG0YuLYH6CyxwLKq9I3XW2t97tv+Bo9Sx/8hJTr5tvo477OO0/6/yVzN+W2x2x7XGP3QYA
PYrX+shH2MO3lmrmhw0IJHtd3/dXIivIybS/0fVuqaSXV2Cp3E+7cWt2JKdbHwGZb2Mqbs3m
NzeW/vPdG5Q+umLThU9LZjN9Otj7mSdSZax/vf8An2O2fnLQ+qmScl152FvptaCXQS0k+1nq
N+nva3ch/XY2vpxqvRcaq3G1twBf7w1zfS2t+j7Dv3uSU4FeTk3g+lTsb3sJ5/eO1TFrQWsD
jY89+x/85VMHNvAaWu2fy/o6/wAmW7ldx2NrHujefpHv/wCRSUlaI0Ea+Aj5IoaYEgg+P96V
TZO4jiOB+Cd1rKyPUMSYDdJPgkp//9DtwO8ogGmpUSG/NSJMaJKWMShmSdNFMzAUSGzrCSkd
FFdO4UsbUHHc4VgNk+LtqIQT3JjiVIR2S8fxSU5/WsM5XTL6m/TDC+v+swF3/SbuYuFiq4Ta
3c1zQ5s+B+kP7L16Q7n8q8+6lRVj5dzKLG20byaXMIc2T7w32bvzfakp2PqtlPqvd06llf2Q
tdcXgEPbZDG6u+jZW/bt/fYj9c6lg2vfgWX+nYw7SDq0kj/Vv8hZ/wBWGOb1L7RvIFVbg6pg
3PeHEGNn+ird/hP9L+iVENLrL7MogXPue57TAI7bXtd/ISU1qXPqsdxY0d2OnQcS2fpKwMkG
S5j2gc6afgoubhx+YTP5rhEpm/s9wjRp7zP5fckpc5hDf0bNdfcXAf8AklCum3JslwBeSJJk
xP53P5qmGdPAEOaZ44n5QruD9mF7S2S087dUlP8A/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAP
AEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0
AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EO
kGh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlk
PSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9i
ZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1
LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0
dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2Ny
aXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFw
LzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4
bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNl
RXZlbnQjIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9w
LzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1w
OkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpD
cmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjMwOjE5KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRl
PSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjMwOjE5KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMi0y
OFQxOTozMDoxOSswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo0ZTZjN2EyNS0x
ZGJlLTRlNDEtYmZjMy1hZjM5MDk0ZDZmZGIiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRv
Y2lkOnBob3Rvc2hvcDpjNjEzNmQyNS0wYWJkLTExZTktOWNhNi1iYzJjZjQxMjBjZmUiIHht
cE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo4NTZiYWM0Ny01ODQwLTNhNDUtYTI5
Yy02MzExOWRmNGMzYmUiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQ
cm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIg
c3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo4NTZiYWM0Ny01ODQwLTNhNDUtYTI5Yy02MzEx
OWRmNGMzYmUiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MzA6MTkrMDM6MDAiIHN0RXZ0
OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8
cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
NGU2YzdhMjUtMWRiZS00ZTQxLWJmYzMtYWYzOTA5NGQ2ZmRiIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4
LTEyLTI4VDE5OjMwOjE5KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90
b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2Vx
PiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6
QmFnPiA8cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6MkE2NDRCNUVCM0UwMTFFNTlGQ0NFNjlDQUE4QzlEMTE8
L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9y
ZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/
Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEA
AGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAA
M2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoA
AAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAA
hnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMA
AAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAx
OTk4IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2
LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY
2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNo
AAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVm
YXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEg
RGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABk
ZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4x
AAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIu
MQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQT
CwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgA
LQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4A
sgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUB
TAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQC
HQImAi8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyED
LQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEE
fgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYG
FgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH
+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEK
Jwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4M
pwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14P
eg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQS
oxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMW
JhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0a
BBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYe
QB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i
3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn
3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwt
QS12Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQz
DTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5
Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/
4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG
8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVO
bk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9W
XFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxe
vV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1n
k2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw
4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6
pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE
44VHhauGDoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaP
npAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia
1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqm
i6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuy
wrM4s660JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/
er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXM
tc01zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHa
dtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLo
vOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3
ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMG
AAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwM
DBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCAMFAh8DASIAAhEB
AxEB/8QAtAAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAQIAAwQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAIC
AgIBBAICAgIDAQAAAAECAAMRBCESBRAxIhNBFCAjMhUzJKBCNAYRAAEDAgMEAw0GAggFBQEB
AQEAEQIhMUFREmEiMgNxgUIQkaFSYnKCkqKywtITIDDwscHi8iPR4TNDY6OzBEBTg5PD8XPT
4xRQ8yQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPVCAkBBDAU28E62nzfZNZWD
xGDASSQMEIDASQEViVW8o6q14zpTJcWGQIkIJAwQMhBDCV2QERC+SANbgiUmurPjOpMSmyc9
DqJmoOjOcToHEDdMTHTgJJISCE59uAnQ5Np2jz9w8EGisMAAyAMx8w7eTgQ61eAlmexBbCSv
TRDacIOxZydRp18BD0jcDoHQNML4pCVJXnuym856SyzDaCiUGzLdWXrFJXfSPW6i2VWDskHK
w6sEDAQUW8ok04gmiwvlthsxLQWdHy6nrJWpdzquUJHBG39I4O/XsORk9DxzoV66yi9bzLj6
4OL2KLycnsQ8mPU80w9Pl1npn850DqFHKeZ1OKXXowr0uZhaCxL6iyu+sbLryDrcghDFhVB4
pOvJAwQrw9KkODTxhKaId+/laDJjspIAT012HpnJydu45nSthJFK7qLwcbtcY7CvCoNUaZCZ
rmgmTZiN0mQ1Ui4yXaIGIScTrcovSzINo5VR1E5znUpxg6i4lOjmy3msOoshJIhaVY6wIJJC
SAXynqvJCjSpnsQBK2CPUhcaFOjq5Fp2NfmieqHmoetbyWk9Jx4Dsyqwprscc5tJJW4MuyCc
rrYyX0WCLW4YHK8mrIauX1KTnb8vTKZfULl15jQrEyi+o1SAEgGiguEc6aV8opTCp6fm8ti2
oKWSsDqAECEAgWUAcKNAQrCAMhZApquww6FvKJ1ej51j1Gjx3bOvJARgLk0eXO2PP6TtW8zq
FPN6GA3010C9Dk6TakoLab1LFasbPtyljVWBMArLYR1JxllQ6LAgggIJJWWSEAZSSEUwAIJG
DCQQUxByINAQwkUNCzXiJ62/x9p6wcHYZeV6jknHkUb0HC7JpothxT0XMh2WHLrsrLdXL3nR
z6bzDRs54lQJFqYbr83UX2I550OoGUkIJAQAGCkEAgDAxGWAVkHggyQAIYBBGhYUhQEwUMRD
GJYsNaUAEhARA7ufsPQU1VEprc38rY5y97sb7Kbzncvo84QPQW2c6HX1cC46Oo0nMRqwlXEJ
ACoGUwgkACoYGAIAkEDRSMII8JVYSRwwFuQRTBSyDSAJEGCgYowQmkv2WEVeR6o4/G9RlPOb
NnLPRPz4dccxDbz7cgcW3oGnLuh5FPQcUp7vEuNdTIOQwkkCrQSEADAUwEDKErCSEDQlbqxH
RxTINqx9Ix19rnGdCoYVJHUAhJIAQkXTQp39HA6onVp5522w1nQ5IxGdxYNWylldlJZswbjq
00wq5+5jPl6BOZXZWQrAiQkhFBIFdQQEisoYCSEAYEgYEYEgLguvyHSwCkilwdPXrMadOHkR
6HglUKhJgLdt5XlmI9Jp4naKWJMOKErJIhaCNKh3q1FPTv0mNtIBh6mI4QCikwiMCSAMkIIA
RgCSEdLASAKhgyAMkJ0K9RnyNUATSL6LNuCzoVZXxF2WgmFg4nRw7h2bOHm6ayjr8gnRv1Ay
arAV59uw4C9W45fT0KNozsXisjLRSWU5sZkVqxoASIQiEVpBQVGMUdQSQkMgJARSWE1dHpHF
t29A4E6rnOt28Avu4m47+W7lnR5W7lFCiD9bHtOpz9O08xT2eMBSggYmvdxumdPWjhBQbnbC
ed7/ABrj0B5mY6mXk5jsV86o05RAKyEkQjCBhBCpCDBVaCurEBgYIAC8PpsXQBpyXGbbktMe
3BqF8p6zzRn7/K7xVz+uDj0dy08f0aewN0Mm84/XyYTt8rpoeYr24hkeAtpJ17ONDs5cPTEt
ocRufmOxzXrHUqWRYQowFsoCQ5UWBJCAqwVaABAGDimQiPuE7Vjldd2A6uXNzjrZ+fDVRTUd
fV5282X3sCw5TqU49hROf0yzTCZvO+i8+d9kuMnA9RwjCA4kdRWDA2ZLDtYN2U4YToldN1Y0
BJARlkOxzvTOeOX1XOOOttRCCBiAyQQwgkI8TrmTr2Wgac8HOSkgaA0UAto1ZRUIOz1PM9w6
vPq5xuz2YDRo1WmXbzdBpyjUNaqh5PQ5JiYEIVAW6cJcJUdvndPlmL0fN0mLJ1uUF6HHNdoC
Sa41RZTISm4mI6qytQxAwFaAkXeHv1OMrcgp591YRICAjo6FhWwz1PBezxth0qkYzbTkNBq1
CUa2LtefQItcFy5eicAsgoYHQx36jjbdXWM2bQgarKhabic/P0XOZOhQZ70JtTsUnKXrIcyd
Sw457YPODp8wkEBFIfSec9CXSQTMgK+c9ZIAGEEhAb6SVo6AuqB2aaN5n047CvWtJfr49x2Z
y+sUNWhj2ZKzIoIRIX9Xi9YPRwkOfocwupvzD24dgKNAKVs54ltNh62rKRKdlRRNNphTpYSr
m9Os5q6EK5cpTryE6urg6x7eYCFYMJrMT9HUUW74YtF0M1G0HLnTsPOdDRgLarLCjRnBdg20
mzZzOyV2Vg5+PXzRSGJA5Oly9x0JSp2ue+k5gtQ5N9EOmshXj35zBcrHoKMzltd6iasVhsbB
WauHepmDgkFhQ2lzJLSZp2LTg7OjcUbs9xZKyMYo9ZJJmrNIRhOf0qjnUbMJe2Ks6qc3oFnU
rsJFJzMmzKVOYA1Qu00dMbLsQz7Oex0Eyuc0aSPfTcVJahjslZ1E0sZTsYp3UkViSI7lRsAs
aAMhAvLN9eS4FOxBhjpNr4XN13MsN9VWY21VKM1LGkUqacWmw4eb0HNM/a83rPTMLjm26Icz
l9TkAGhjPbCDscbplttdo1qEzczRWbX5tpbcjFdVtRnXbedOQiqykIIQSQwgDqQGAMUp5XQ4
wumxTjar9Je/FqOpm2aDjtpwmzNGF04HNgSg2247xehytprSknB3alNqbM5WHyluJOwcC2ty
SQbVlh07abixIhygyh3YOoLVbA5LCJu5+w1LnU1V0MR2INKaSNIVZ9CFV4I+ezmlbV6CIMpq
sruMmPp885mqzmHfu4/cOM7ZRkuQupp2GXZhB078+gsQgObVzTuW8bMdrlZgP3vOdYswd/z4
1tJLAQdNqriypLTnU68Zf1+V1TPXYpRTtzGp69g40gqZoKDAkMEgixgIr1mPKLislSkPoOJ0
JpM6WVGWg3HN6vNU73I6fNL3pQ0CAWwaC1HwG6Vw1867KVpWSyIwNuO89f5r0mQ4YRg2VWGj
byuiVbcfROfh7/OMnZWwyLTQa7MN4+3Pebw0FDQSEEMJCpCJAZtGQzoawRWJbTC8JAZdFRyt
gwF9VlRtr05zGVg9lfSDXeDGWuFEpHxyseVsPBYHTTYeqam48yujOFIwNmWw6HR5/RLsubhm
3k33nPF0EZ1Ohv4Ws9TEICpBIAyEEhBIoceqo52XZiL7OdrLSpKWdBVUluHZQcy5lO9wu750
ezodM4jtBokM80csSGodDaV36LzHdZUPbn7R0LEY8zKbAuCLJcdagcAUqC3Vh65hXTkGUsVQ
Q9tABosJIAmAkMAGUiMDk0vgJS1g+zmaDVSKRlLjLZUVu9h1eF2thmz9LlmM1wsiAnF6GMrn
Q0GH0LajJyvRc04Ogwv7+LqASxTxeyi4crWW7sHaPL1C8qfbzzV08Gk0Z9Os41HVznOl1J7Y
EEghCAMQSCEAYCmQ5/B9LwDnbcoNVtBNmW/IamjjiMU3LDpbeL2BuL2uQYlZiuvSpXnuoO6a
GHiMNibAHbj9AaHEGMh5Zejzys13E9D5/wBQebs9FzylNfPMeTv+dOtu5VJ1ZyrTbzOix3RI
AiEkAxUhgIQQAiGfg+h4JgEJn21UHUz3Vkpjl+mhxjS4epyWPQ57yedXpYyt63MZ38025qoX
XUkqsF5f2luFLwAeGTiej4pybktLPRcftE5/Q5pkptU6nk/R8s54SBsrpN12IHuwIQyEhgIQ
SEgMgIYJw+/zjgJpxlqCwy76CbkgLKzWO8rLAtp3L+b0Tl+e73nxrM9hoCMWMkHVSPryaDv2
U3hgYkgE4He4RmKudPp03C8rbkLuT0MZ1M2wnk6PRedMz2QrM2HsYYSQBMgQYSSEkhJISi8H
D4vrPKklTj357D0vL3aDzS6chuotBToosNfW4fXE8z7DyhQy2D2RRYSAq5foMO46OFkIZIZ+
X0+SZunQ51WUnN5vT4QO/RqLpQwOb1GOZxfWcsxP0tBsCkaCBgg8BIVI0ChMBFdTP5r1PnTn
LCC6u06na4PeOfzuvzjOLqyUXoHdgvPQcjoXHjrWqLlMK2kI9eg3xodO7PcMIxICLx+zUcjT
osEy6EHwX8Y16eJWenu8faejODaV5jWegt4u8uBBICGAhZCEgDSmFwqsEW1Sry3a4BUQ4LpY
dXr0Xi+f9D5otnI2l8TQMlqmvpczpnk03c4vhUBZSOuk1WbENVg550hxsB6LLRaILQV2RTQc
Oc2U2uZqt7HPp6ZPPr3sRzdWQG/ZxbT2KHnHQnDQ7mfkqdxuKx6CU3GercDHZoAObp86dLhk
lTMhfu5veOoyknG7HIPNP1FKL3QXr8XrGrapMnnPW8QwMjiMrB0Z7j0Vua8XzHfyi1U2jlYN
ZmcveglorYoGuFd1CGlsV5I8MWHuVnJq05z0fLvrKWYgZISwdE0uCGQBBByuF6Dz5SCpGBLf
T+U9gWMIVcHpcwxppBit6WoW/PuNZCi+cu5YdOLcJHrLLM153LuPsKxbWLk1YzcgrC2VzZM0
NJyKbjivLQxK5YBHeoe7NcGFjLT26jkX77jBp1ERmBDCRXAFZTgcn03mhUClihi/2Hn/AEAU
fnmVLSJo5KG9MWg19fFtDyur5ow0WoLto7Rz1srGMsB1eb0xcW2gXn3UlKNaUvcCtNLGZ9JK
L1qOlfxtpolJGOdDoNy7je2PYdBWIkJAYQQwhBJIAo4KfHey8iYXkJ083oyzTKjPSoDGUpw7
2MW9OkWOGBw+4p5A+pJh32VHIw97EVbDAQgWq6koR4RLso6xwhqywqo5SALIMthC7qE06jO8
ynp5AEwgkhJISFRhAFYTB5r1HlSpL6jZ6jzvfNGe7IVDBDaMsC9Tj6sWw6TKSKSLGAvFeDXR
AqiljVEfNdnBW6FlDoWMjimAkYEVlCroGyuwuiKGSAgJ6KQDEEhBARCCQIgCDDD5fvcQRLkL
HTWbyaDDz+pWcux6Tp05thl9BxfSGswArsBM1uMMIFoZAtmU1jEhvpq3HNWkml6bwEOJCCVt
AqVGeuDAgtikhFgoAPTqYSFQlGIwJJIANABgcTjek4hjbqbzF09CmXldHni07aSivShm72Pu
CWkkEgKrcYgWoFdqFFeljMmlTMdCi9qaTxlduc33ZdISVCtVZoiWAMgDFHMBGECQwjRT00EG
kIpIIZCBgSEiwgVLIKrAFF/OKa1hVj3UFW/m+kNbhgQggIKsejEVqKDUmOGts7FhYk6GPqDS
A8jh6GIttzgsavQV3lxgKDRXVYO8grEEMgzLCCOeikJDCCSEWEkeAIhIQAEAhBRyujjKatBK
mlovSw6zQ1bDRLAA0GfE+IvzXUgfmg6wy7R9Fesu0hgSQ85wvTefJe1hY1dJqz1MGRhNMYDE
ADgZgQwQKsT0BIGKgaGAhgRIAyAkJFZSCA5Wdeea0zWgupU7Gnh6zpTJUb9PC9AHPoQ5fJ6m
Iy20qaphuNb8u429XlbjqkEKnAZ/P6lM5RghYWLLQ6abhirAViEraSCAEJGUnoxAMUIMuuC2
wgkhBCCEAhAskPP8n1nAMlLajAPQaDgau2pwd3buK7CCKwOLl1YAV21l8z6yvJflL+3w/Vlp
hBj2A8ti9PzTitpsMl1zFbs5WSBpAFgRjGELAETOOaIewMBGBJCBpISEEBgpkIGAoMFRiZbL
YSNARoSQiyQgZTmcf0vmgo1Q9V9hibSDf2/LbztSQkCmHHt55zjbnDopsLXqsGSAMjAAcMiD
olQa2grQnsDAEyEkg0kCIAgEEgCICQgEMFjQhhBCCEQBkBDBPPeh5hxFlotlFwz0WEyW3Hob
6LhMz8I69OCFnO6FBia6EdKjQc8NTZQaFqgysSkWkS0OK9l56GMASQLKwRIQFSEEWEEBAJCS
SEhgZCAMCQEkkIIAZdaHkn04S1Yg0KD2JQevbJpOXx9eIB0goTYDM9qigsKLASu1CmXEpNrF
LO5VbIarKtB3ZIQGEkhJASQBkgAwAwhJCAkEkhDAQEEMhICQECyQ5XG9R58yOlhUyONVbtNu
mzOedC7B0tURygxrYBRC4hiKxEDkUNBXUhghfqx6zsT4/D7CPj8Pr8+QQ+wD5BD6/PkEPr5+
Pw+vr8ih9fnyCH18fIYfX58gh9enyGH14/IIfXx8hh9fnyCH1+fIIfXh8ih9dnyKH13geBh7
HN5eHq7PIQ9b3/mcPpOf59D1uzw0PcN4WHuh4aHuV8RD2a+Oh6yeTh7N/Ew9wviYe2Hioezb
xUPbHxEPcXeBh//aAAgBAgABBQD/AMoL/9oACAEDAAEFAP8Aygv/2gAIAQEAAQUA/lky3Yrp
FW7VY4PpmZ9c/wAM+mZkzM7cBiQWwE263s7GLZ2OTMnPYwHPpkzORBOfTBmDB6Lcj2MwVVcM
uZmE4mYzhQjq6x9iqt/2qezbVQKb2u6je12sO3SB+/Rkb1BI3acfu1T92qfuVZ/brmYT6fn0
c9Fv3Ltuw69qroC/6MTBhGf44/nYcJggMQFptRd6zc1lFXkNYXf7PSJq2KbZj0z/ABz/ABxA
Jf8A8Omc0D2ljYGQRf8A8OvdWtDXOVvJbYwMuQBRxVUR+y7gE4gEzAMghZ8c4EP8iMjappD1
d6yu4kVgwgg9eIf4e0e+muP5ShZteUqZX8raS+5tWlye4VhCqkFWBTyO4ir5PZE/3NgKeWqI
feo6jylZiWhh9i9/57JxR49s1DAJwJsWDLE9dy5v19bH0Egxwv7eQRaf66m/pXP7Zw4OcDEO
Mk4OBM8ZOP4YmZt7bIbDawFOYuu5lTPUtbq6wkABg0BmZ8sw+1u4EF/lLGNlljHDFcT3gHIA
7YxFTg4MVAY4OACBSmT/AK97EtqtpZLnqlfkrazR5Ci2F3UV7FbnMzMzM2s/R45uyW3Guw2t
m+4kkkTbbGvRsVKMrCW/YyMWn+oYwWT9iE5mBByR7HiADJJDemfXYvCL9C2w6tOG1dYQalEF
IKa11lNowR5Cy1QtppiMrrMw8Td8nXUHa+w9Ez7zrMMTX424h/GuoprH3DR1I+lrLsUa9SWn
XoIfx+s0bxbkJrXU3jAVl7LtePYBwAVrUSi6ymUblVhTBHrtD+jQdaq2cs/5tAZ2WtptVUfX
QqRMgFM7GCJaP6xCQ15BMIIgXEyAwwQcwtiC3Lehglj9VvNVtmtp/WbQDZ9NjN+u4GkMC1ei
07VVKbPkda1dzZ+46m5bQ9dq212X11zeusurFaquB0CHOv4u5xVo69c2aFs2I/KVL/b+dj/j
2PjOJ+JtEBEPx957G7XovF3hQRfrbFAHZhS91ba2/c5R+6zYyatU4tYMUVyQ7g39yZfzVQuF
C5loAtwcWfJCOE5vHs4LOCxmJ2+NhaIWYBDn1zNhC1aV0ZrdMbbCq7Z3XeV22B9Cw2TYqa1d
xegJEPUKuGni7g+vdrrY28taxai7UeKyKKKqFhJiZa+N7VPi4SwdqwBbRrPlOISJtJ3qUACz
/j0b77Kz7z3D6msxHi9cGrTqqb39HHxpr/7Jzhc4JDbBKiXXVGqi+roNinOzdTBtUgtbUxYt
ipu1xBBIyQpwPY9hBjCFevI9c+mI+tU8OuUHkrG+0kQEmafkPqlnl6mOzsHYtAmfigPbRDfW
rdlu1vuNVFdS49XPRNbJTMJ4UH9gQ+1OAnNe36YmIw+NDqDiW7Lpd9jNM59PaBgT2EttYJUz
ftHsA+ya5fsXtP8AsOf1NjqmqzA1vVLHUrirtZSkJZU0D2XkzBDMRAMkgAfLKhyFJ/hz63Eh
NpjbctfBRgR7EiJ274ECyrY+iyyy6963vQV7dyAeRuxR5donldViu9qtNq+s0IAFhiL2vA9K
2xfuBggbI9XyVqotVrSRWrs9lRJtduosut7HsWQcYxC2ZgDeZ2E2WZJQpvKalYja1X16tKCm
/XTFylIakMerJakinQT+kHMwCTB1LMQoBPUYIGP4EECZ5vBNRyDp21Js7QQ2oRlj2VAwBIIf
ifPJZhDzK3KkuyhbTDamE2jg7eR+84Gv5TZrg80pAtpAW+poCDLj1ssUOmk2aJcD9YbIhPLK
GCajVLQQbbwOlecFvjUwCOczmP1/fwJsqF1/HLlgAS5+NHFJHOyB2YEQHD2k/Tp9hSMmMYx7
Tgkj5Dk18AZIMOZd5PbJ1N/arvu8pp1C3zV7y3a2rp9YBCjIs5JGAcBmJLOIS0MxklSs6wcE
lTMEEgCEAkjKjiCxxO/aV3ktVv3YO/uZXy+8h1vKOtlflqWle9rWwczHpz6FFM3LUqWs5S0t
9SiAZXBy7j/ZfEDbx9OjkEWR24qsP1HJlyMW4wS33WkqursqtYursYglawDDwc5YZEXBOZfu
a1Ev8383tYuA2AUBysawdAwC5zMkEnkjIAUTLCETmcTgCAkgOZhTABCZ2EJmRk++OFGZ7QO3
Y3uo+0WQu1FvidzcvaYExMYmxsVa9e9u/s2pfZVP9jtA0+UpZ0vpCse0srJ3DuUqLNl7Br3G
ojfVSrpctBIUYYXqeo9lz+wRxq1FVejLqDOp64OARlTyeCAcGtiWRBC6gFyQSxPOcEHJM7YA
Jz7p2MPJI5XExmHrABidgICoh64PQQ4x+DjB4P5JBgExGIwfYDJKlZrbS1XV7evYcg+mZ5PV
379jY1LtY4EJIFfzepPrBJEsJ+y4ZfXRjatPa+ytaXe5wKr78jasBqay9RUzh9PZXZc2Kabx
VU+zawax+qOLVexlasdnCAJjPo1rGYzCAIADCqzAEM9ywAYoe6JgHGWJnOSGEB5I5xx8RAAY
SDPxkwEMuVzY3yBxOJgwq0IJn57jOVj2Zi3hYN0SrybAVeXvAr8vUYm9rMnl2ruOcAEzV+sX
je1SUtpaW1km/SVzRo01FaVXY2aKrFurKnIBwQ2m9z2VdkJOJvdJsGuCEqq9QHI5pBZu70um
GgJIckHOZ1UkZEAJgyJ7nCqCRBnJ9xjBySeYTgYIbC9mAWEDA654ypIjFZ7jHAUCZAgGCewg
XEBGMrAozjJPsAQoUYKoAMQOwNO/bWdrc/Zn4BIhhxOzgaO1tZptZks2Nl46VrDZqOLq6HpN
NgUoTPHVsHBAWmwOnlGBJYAjk8d0UsTkrQyI+zULURrqG+8GtgM8mcA8mcQAkEEDORkA85OQ
QRhv8vYcrODB2hbID8kYinE5AwM9iQRiBSxIaD2XIJAx8hM89cDDQQqGHWfhQAOJzjBAU5Bw
B2E7DIImlVbYUsqrW47V0Gswgp1wUK46gS5B01SFRSMgKi7a/aOjCYjX0oX3W7K21ZFazrq+
Uahkv171so10uYEzEAAnUYPXJAhzjPDEEgsCSzDAmCJ1IhEIE5MORCRByMARVhI7MrQQARxy
uQABBkzrz7g+3UzJDMwB4wCcdAWUck4hIMHEBxMmAfKjRBiVrUv+Ia+1jshqKrti0sdq7Oj5
B1s2XK0VFTrt+uTZdQtVtq47sRbYyprK2zfreKoCb/j3UlLKntJMo2LNa5Nqq3WYsCSYoyeB
PeDMYkQAdmHOBHAz7ARiZluozOswIFgBEZlEUkhlJmTkBcn4zrmdRAYFcisIXtVSQDke/BhE
HuomMwdplsntAAD7QkzTQ2X/AOMVQ52Nztsaiote7467atX/APPkzb8A9aNqujfYtYa12JLd
TYyC8D6VBaWogHiNalI+7Ysrvsd/KaFRIXJuoZTrIyKxYQLxjBIhnsWGR1yCuCpjEE5MPuBm
EcYhGY3bGOMKsGGIzgEwEGA4OGMKjK4yME3BXlisIq9pYjK/BmFmRAeOSzE9QDBzMickrOMa
t61WFQpQoqa+hWbKiqKphaM2Z5JxWz4wq2ks1mLOwUqXrQgxOLddbLtnaFTSquqpdgF6fHa3
/a8prMVooUy0sFRiQOrEcEjIJMOVmMxgAR1JJnBnBPvF9vYk5ggUE9hOcnkNkTLEDMI4IxDm
f+tR1wGs1xXsioR7GduYM5btnqQD7t2nzwpWEiZWe8fAXGRVtbSJr7dOwbrG6Pp3B9Nr3m7s
biV1jfavf2Bc+OMQYEwDOAGGCrZOlctNv7VCg3V9fvqtVLlQ2tlTuuHYTGASYOwhIE4M4BBx
CVBHEw0GYc5zmciHiAZnGWInIgJI689uoyTAMDOYRwoOa07Gtqs0169k2LKg3BOOEV3NPhb7
Ang6hN3xapWV6HiEzAgwZnjB61a91g1F1ddafIuli2Ns06bj6EsAmnl9fe2u1vSoV4xMEhmY
T2RiTCkXqjpf9Liqu2yjQtYjxtsTXqpipS029b69xiIck/EHnLECD2GBCZk5XtCczjAzknk8
TJEB4C8xhyoIb3OTjgHHxUEoORVWWZ9dRUzWqw2sViEACuqy59Txy66hyVXvgXhj5DQquVlK
NnEwCcRanY63jlEudc2lu1tameH2OljWqGOrQzV1VamsoBY1kqqgsT1GcnsmQyzkhA5NOuXN
FViAVbTBtJmhRaQv0st1Qe5ycrnBJPpjgDDAjI5AwIMCNC3GJ8YMQ4EHuOufz7TAw2ewxCOx
g4bAJoQKltpRWcMW6zAlFJsbUpCVkElgqh7RHvNTNsvjaosav3IyATKf6aKxaw7VVtdaGOwO
pYP01Ntttba9b7LrhdXq6llt27puLKtGq2ptNMBVQujg06GxYf0KDKqdRYq1glAQKkn1pGFY
mz9NYsv1yrsM5zMZmeM5AIaY4Gc+0wsyMAdgMQiARhiYEIGfeNAohGYME8Y+WFBMq1lQFji2
37HPsSANTWbZsq1KaZUrMPxYOqs2FNqqr22CG9rEK5AosxWF72Fcmwmu4dCc5t+SUsQimzXu
o01vrupFVv0WpUr+TUMdi0sg+sjx9Uq8j49Vaxb1Gn2b9DXn6dE/XQDpYse+1DZt2gOnWGwB
n98kzPP55wcgBiRyJ+M/Fj8gxiiZE5meCMHOYCpjAZIEAGesb2XJNeozjNYgqawN4m2wjwri
V+IpI3sauud37Kad4qVxbC6NsXLWBtYVcuYxKSvOPFuvazXqc3a4rs2qyLA5U8ks2B1UHDIN
fZZZ9z51LLXUDj06oZv+PRk1djJ072sHpsblWvLPJ0OLNhgzbOuo2N5rIuS1nBywnWdjk5mS
YMxszCzGIQGXBIVeq5yxIyATACZjPofdRPwGERGc6fiPiulSiV1Kli4K3sDZQ7s4cl/K7Je8
WLWlCi063WtPu/7V2wHGxZ9zuFlaFzq6huOxpmhvHbS3VugddvUUq3ZCG5PspUQhSEyH1ay4
rT61g9msrQHYoyblA3tZn2dNrUP+x+tdjy1jNsXI6B2MOzcQwVpzFb+xyMAtMkkgtFmDhROJ
kwENCOCpyQQIAckYUDsAeQTDmMTFPaUUNa+ppU0Vqfrt91Ayyf4diWpHVbn6G+1jYi2WWa9I
rpruYnbWyqKWcblWwClgLeN1WtsS3+zXPai+oa1tVq30qMzyGme9ilDiFAZ1gyBXdYsTyqfU
PLMzWbGzcGr7KoseG/crDeSuDWeTylrq2urMYXsWZi++cwk5T/OwicEA5mORkQe4BweJ1yeB
Dkkw4MIzAoEBMJaAZOAISZ7nXoLv9S0NrP2S4MLddsrcpSyliVK4apspchYPo2m7QoLXV4Qs
mXtoS1a9GpBs1/1bGhal9NZ19WqgatFNX11+SoNmv4naJaoHGwFc7lPVwSwGZg4GJ+VMDkhX
YMi/fULLqTftd677Oo7QORq1s3X8AdiOJkg4yUPzY85n4YDOBkziATLZBBmZwIB6DqxGAcce
0I5BwdHRN8p166K/IJkabkNYndTd9TW7tFgHkEWPvfa/+xtQ0+QreXOLKrUbx7pu1WUJuaLK
NrRMQowuwGsqrdcRKWsc+2wyhaUanbRv7dnAXb1ltNtTVWnAhyJgEHGGxgnMOJo2gWnqx20Z
ZtM5mpWLH2uihO0+QHXE7T5RV6gHLOoYkGDGCcqwAmImCMQ8wAmcZYCcD0zzzFHHUknAnj/H
/aPi5ZQUL962t6sfMhEffueVkOMspHcFgAASJr7LB6rDYq169bv4/TsF3iNO0U+M6yxa6k2d
suvj3Q0AjH4uI6KWtuB4sHemkBk8gALcTHBVgCpxyxC8IQ0pBEBLDesNdTlmfSpLTez9qdcH
sYDhfeA8sz5Q/wB234y3NultKCpWcqRmYIg9lAIK4Kk4zliJkQz2hOAr8PZk6Wo17lTkDEOM
bVytLLlwWyc5iN1bstkcExvYhuo4PjtntErR7G7kbNz/AGNuPWLNzY2DYn2H7hUte+4Fe6MP
YrDXpVFR1de2U1SAnl+v7CrkdiJk4/yltRocsRC2ZzNK1zV5K0tbUpdtJaKad74XCLnLtgED
If5MpMrBym3Q0NtJFlOjaux4yqX0W0sQcBT16kAAkD0IJAHyM9p+E7M2h4wEJ1YBQABNvfQG
63u+ODzB1jAEKerN0sFidT1KlV6jVtC2pY6zc29ll/21dZDJbVRYe+m2oq2VrYLUZGpvVZbb
VmitHVlVVOSmuzB/Jsf2hgF2E9iSS+3/ANrXrbsuDO5ZqkajXuBstr1lV+7y1K3ArYMApmec
jPxwvyWutQSer/dZDc2HciFmKtURAjqBicCEjMYZnOCZgGFcN43UeyytRWigKLLEqTb37HJx
nLehxO2YcgdcSlz2sq6kkY9yffWvDJ3Ahtdpft7DTUoWqj9VTK9rZqe7dqsFKXWulFVUqU42
HIisZXYh29zXGzYVKMHUhiYinGgB9ezWtGzdeRX4jVIrarCGrqeq9VX5WqSpBSyzWrcmtgxB
WBsyth2SxfsYZYhhAoyQSe3IOYRk21rMARR8sNn3h9sAzOTp6rXGoBUzyMzyDWF7qzWeMA8w
nk5AQfHOSHKtsHNYWEmFcjWKhK2IJ+t1rboL2tqbX2uVI71/VW1XWyyxsGt+0vrLWd0Rdjax
s6APS9vlmEcHAmg/V9nVruarTobZs10/Wqsb6yB3doHDHIJtUWBMTBZ7KK7Qmn2ja7K1NeWe
0ktYchiZnAHvgwBjDWQGDCZE4hJjAZKnFSlrUTpPYDs0v2QgSpr7PKBCzFmgbMJ4ySB7syqv
YMMYNOGrdB2KlRkA1ua5S/dLVKhLiI6CxSjVvTajHuPv1mVVa+pWO4zK1exaRrVotlAs29nZ
+qlgcYOCBB/lTlCWUy4sspvSyrYrZCzAuMEHChTXZADmxFKYeuCxQLLEEDMTV/k/i9cj/VUw
+LTA8Uog8UsTxeqsGhqiWauuBv66qIeAeTgGciVOyWGwdOJYp6XOqG03XLaxzxj2BJijtGOC
ycKpUFjFV8PWyzrhiMkZM07LCeykW0rXZVcA9iJYDq2Ra7l2jYqHValb+9FSttiNfbYtL2F9
/AGcFTATG7dauRUS1ZAZdMFW3Ki6IS8Q9U2ASqMylDkEHLZDMATevV1ORQFLF6SLK6SLT0Jt
YD9hmH2NOzFftXDnsrDqc5mTMHGMEcyrYC1a+yr0Vbx+o21ts7m3QK85LEAkRiYPdSzNT4lm
rXwyY/1evE1lrj6gYnx1Ty7xyqR4gOhrspvsPaKylbK+hW4iJYANqt7EXYJt1aBbs/qjqtFa
hsAVJ22d2zvtAkwdRMmDiJkHWbsuQZpmsXEgj9Z844dcS1iLda49swgmMuG2E/urzmkE2fpb
UGjs5bSsMOgwK13lhrW5NbiWoysK7CNigsr69gVaXMbWsAai3GJgda2as/uN9ZJySCcwHMyc
U6GxcT4izvqeNNJODB8YMQqTDWI1bqFe1YVrsGzbW8tCq1dpdUDuHQZXuJVb1O6iOmhsCmk3
0kffXPuWJalbliWYFWBgLZAmerapC2XKetd6U362yCWcdCGzYpIclnqIiFiCTCMS9VIVAJSG
FlvlYfI3sW2dhwb2J1dqmtv3NbK7WssO7rgbe3rWUs7E5BgPJssI+64AAwZB/LcQzPK8ynRs
tTW0qNcCwZy2OTBjJPWZBDWBCHUgkzMPvdWjhgKnFf1ltm1LP27TEeq1a0QTbtDJrarO402n
6KY/UpRdkBF68EgMomMEkAKpY11P2ZQTt9UvYuzNudK2cMGzjAYIoIoJnWHObj3BypqDM/1N
K6Le31q5tppE+ls/r3ZOvaDdrWMv+v2Fh0LwnXj5ZIcxNTYef67Yg8bfhtTYRjRaDX4ZWA8R
RWTp66sWbA5igYNoyH4BliBwAYQDHpAKXOD9gK9xkjtLKlsDU9Jt1gnWdGNj3arre7NXjYXW
UANt9Cd5e37NZXbb7GHuww2OXvRSGLDWJW3WwWTBjolijW3aHq1rnC2MpS+sudZxYlWDUp+z
5RsolYPW8F5SRlmZSzoILSItxlOwquloKtusStrOA8sa7KIDPrrM+tJ1BPUYAmIQoB29ZJZu
UBQ9lg/Z6ODUFeyBrSEflHIIcGEiO5jGOoaKApDrkEBQ6tLag6Mi53NMhbuz0aFALO9VVOq3
eq03iNTe1iauTtf9diHwa7GI1SzLSiwLhVOG1ujBXCH3ir8u2J5A4pqrX7Ne8Utu0CpquAcY
uJ+kM6D7O0pJNtuqGcadeF1aVArrECLgKAMCAchcnAHqMQwYMPtZYtaFdjesXUpSJZ4+qDf1
M207Dh+6QlspsWrP3EgtbNNvZtjZaoDbLt9mYbiR3PZjxXYJcmDr2l49C2L9eJ5PRWtabOsR
rbH01CUM0LQDnygb7Kg4Y+6k4yOxOA00stUPdRmIQJ2wd2xjZW/VRa/Zi31VofrwWlgyrrmj
WQCJWimETEImIRj1E9pj0/BEAPpt112VX74UVW2vZcfprN72WDymxSdXy62y2rTvNmlbVChY
M1tcTaW6WOTUR1i2sHrIEtKuVbBzOwZEbq1NyWIXUttVfsa+vSe1VSkoNmutr7hO97DrsmVa
42LNnWapgwMEPzmOCGE1LVFVZfKtgh1MusC1uzOwJ6ryzJzUz57sLCGIZyJRZgIct+fac5zM
QA45EHoOYfb2mfTOITNm4GWUKz1oK1voFy6umNYvRXYLdRq5X5CxTqeQWbWtXZWPmt+qyzWv
yGEdlVktwWszW7DNdhlbLkgXNQVSt7FzTdhigRtfCXP2w6XmfruTustU+5VrqSrc0rK2qs4I
PIHaAiUnpapLQMQQ2Zfgu6FGzkDuXsBIastL7UvRLmrIXvctVn2hz1/YzDc2a7O5tusrta1i
Ud8NayxO7BTmYltwrLbvP72IlnY+82LyisxiAw5wS3VfkWBCvYkv16nltN1FmpvWpBf3JQNX
b/W1dwZLciJfwjhpsVskosZSLu0+1QVLlWJKDiW9vr077BfTshodjXAt3a+uxajxCOviHBq8
vR8gVIyJkYUkLx3q/wARxPzSC+xs5+4lmOsofY2kBAIJsAjV9JWbKn/rYoAC2QcZn14i1O0G
s/Varmi6/KgAczmWUV2MNOlQKKsn3ZwgdsuvyZAqyy0k7V/1trujViXVJajUtRLqwa2BRtXa
IFIR03ql6arL1Ze0apoCy2IO42axW9DsZRScdTC5gBlgc1iwLa+xQwY14LMIzDCkk+DfNnkK
Q9CqVIBznBB7Ae9DZQoOzk9vGgvZtVlbDNHBv2OaiYGij5fZ9VlSVljX2oOmgg1K4lFQnXBx
PeATHOOSIZ7RhmY43rOqhS1dSdQxCBVEurL16e39Dje1gPtZwbEsjXdLNhEeYwfGbHz2qwza
w+u52Eqx0eowEIttbWDU1wpsPws2AEHbFb4YHs2xrWJZk4yczBEw08WQuyVDp5DW/X2Dgwe+
OsH+Oq/V+c7ZGPFpivyCkWhTmh7a7dl0NZYKPsUT7VMCI8anoUv/AOkfTjEwZzMGDiGZ9Mck
c2ZVLu1tvUgGdh1rPcplTb4+p9h6KFWxKgbUR5ajixa162KFsV3rZbjZTsj69nZI6UMyhrlj
sMAFZVdSVzWRYx+5bFz26mq09ti5rGZuGKiYwAOwCAjU/qdTmeU1zbSgZx1YrjEyFjhgaXJl
1QZ/HLhdulS76TWNR49VmwlISzaprH71TH9qgxNhVrqau5Sxb0xMTryRMGAZGP4kibLkLWmB
a5WBuXAdV4gAxx1ligKeBezLalo67dQ7uiONIZr3QBL2X66+qV9iJq1WXsVJN2pS8fXNQ1Uw
K636lS9my4VSUx3AC4MLqWKhoO01iqvWxKnDLfSK7VEBYQnhgcaLdozf2aoIQqGFu1raw2/K
bTNY1rN1aGrhVRFKkGi5XCOOpEIgMIh9sTMzxmDHoYZtZJZjHcOa4VZj0tELkQEiWWjA7KpC
zboLqlrVsWIBVs6lT9L8G26ANhEs+xEFSqoJOQdrIKDK37Ig2mSEkwkwDsFJWKRAMEKc5XOq
XNLTyrFdnPLCwtgxRNZgt6Vf20H4+Q33oB2O0Rh3+KrYqStXaFApwqxWZIm1YV9oT6ZhmZkn
0HPqTiE5ly4e0/G0u1mpYCCMQOASoIJNTVMQXbs/YAv/AI7GsHC9QdcD7VAWlrF+xKmvVNK+
VULrhQ0yc4lqL921dw7kEMzQlsNxAoIWhp9S5WtSSCJpV/a9fCgZnkF+3dUKAM4wYrKCjE21
gBr/ACP0V3WNdYxJAaV2EoyglvsAJUhnAhwZWEwckn0wYZ+B6CZh9vS+oWJcMk4zVcazVtI4
5aEwwsAA0YgANlWwrX0/YaEbNaNZVYC234zUbpeUqqsGW6hZgCK2T1Vy1mbrAOwyIvYhaQF1
6ADYFBCpXPsNvp4+tRWoGPYXWB9wfIDqqLkxj3OpUtltu3Qle7sB3yMA4WokMlXauyoYYAsg
nxDNhXX/AChM4hwPQeoHp+MQwyyzq9/UG0EqMiV2EwWBgRza2ISCHYlkB6WH4qjmU1dbdUhq
dvVt/a0Kute2SL2HJKkcgKRjcdaa8kMeohBMp1s21+H1/qPjHVbrHqjd7GFQYa+u9ttFfQAY
l7BKOy/crZnBgPWMZo1hRs2NbtWHL1kdnsIOtS2EYA2Uku1DtCq9nqsQHr2GcmEQZ9c49OZm
Y9SZjM30/uvIqNNmYSrADoVYEdpYezjLStFUMxY9BABKgommv1z61BGAfI/GzMDIDnJJ6pdS
1pShnarxO3aF8U9R1NenXj7AzXeTPMNXYv1qAzZniqutQ9LV71upFq/BAWIz8uMrUo0CpFtF
K3XeQ0E1oyMo0rg1JIY0uXsvprYW6quuxr2NHpsVQjhvx/DA9OJx64mBOZ5KvKbQiN2fOCxy
KVrCEYD9vvIGVVritYUOoICmKRNNwxAEM8m2beojloUOGPYlTTTl6rFYshwT9jZXsYbPrr3X
QKXJOrp12NUgrUEwe5PHkUVNs8qVMX4xcswpD6g8TsNY3j/1yaTfoU61TaSanSW3Mp0WLVWW
r1S2tkW2t2vpLqKrDZDM+pz6D+B9MEHyA/o2lzGqGK7ihyph71xbchf/AKUqDBXChLVJcTgx
MSm1ksrcMvvPIoRdgZrXm9lY1Uq02Oz7O4M21dhWXOC6Ao6sfIXGuwjmtOx1auqAAzmKOMTz
VQ7V8VkkDkJTnso49psMtrp1p1abW7Jq4O2B9mswWi3bDBLCoW4Ypc9iQt35/iJmcTAmPTJz
NwdqL1IDYzZWHr7NWaSCBWCLO6N9qBTcMaiFVB5YLgYxdkTQvWyvjG3rLfU1dlLhhhKyzPYl
SUjDXp87N1CrWXOaQBG23SWM1tnBmjq92VcALABgCETa11vrv1/riqXZQwmkhN6ZCy5V/b3d
kEalwe+vhNkM14ZmTABBfJLVou45I2WLZ9cnHMzATM+mZn0PpcrMjhurHrA0sC2BbHpOteLa
79d+413YrUROiYZiK9du56lGsYEathrtX2I58ilFai3SYnYpYotVhsavXQ2B29yisTWGAZIa
mU69D220VqqYExMCAQiECeX+T0V/EBgfH1hmxOMA/dYdXpZvXmtNJrHr3a+qpmA4JhJaKeFb
HoZ+ZiYmIPfqZjgemPR1OLkZX2B0ftEIEdFMrD1PRtpYXSsjoSoBB2Hwujj6t5utaFTFHOs5
eieZ51x2MchjTaUaxyx6/H6+oRVKkATI7jBmtYaipDD0AEMMbGN8dlVSoAxPFqSolrBa9cdX
3RnXpI2BSi1ja8eL22tayl7GKx2LMo5Z/lXWzH0xPzx6mDmfjBHpx6H2vrAu2kOM4CsFGcw+
9dC2MNO1LNi1apU/Y7vIoJFO4eyDCqr8aVxX08x2IJM/KsVPtOQAwEWZXAHFahrE7DZpXqgg
nPravZN1G+tOoCD7bKaRTXmbr9aKXVbPIbCirx9ZNhGIOJ5SkMllLs36zfX/AIysZdamWqcz
8cQenGPQfxwZfQGm9ScZIimK2SRiUuVZC12vvaLCJmt7bA71hQLwzLWO0XsUocZ1n7VeSrD0
niYAKFZg4GYx+Yz157DrnWrBewhbEAC/x2rmqRmN8r07KzoaoD4In48vYUrJyjWu506vpoAz
FHOypdG1SWbSCU3KAuvppUiBrLsT8ZnJg9v4D0x6nMzNpEem0FXGRAcTsCy+/jrg9V6fZXs6
jEpWXsrJNY5jVlSlmYpKHVdXN9ZavZUpcVOahDW2GyJwSQMdmUqxY64UDaBKIcr6c+u4rNRU
wdiCRrXii3POZ5hO2pRXsbA1/H064N9QJ2gFGwMfsU5XBBUFb6q2us8c1ldHjzXVmZ9PaZmf
XEAmP4GETYr7pu1hbc4jueyMQUzjxb/2rgjbrX7bK+rFFMYgKAFFi/WUbsNS41MDkeU0y86k
Oog5LMDF/wAsjPJlaF3RSZYGK6zhqfTBmTPwwyL6Vpf3WmgO1u1Trqnlg7Nt1fTZ5Oqtf9jW
wrt8Y8SjReNqK0Gm9ZNprQbHDXWMaHRkJHpz6Z9OYD6c+mYrsT6DOPy5Iby7A7XQEdRCQDWf
joMVuPvf8Y5ZpnmypwQ6iMIlSowwJqXG2iwKy+QVl20JIUQsZkmEkwus0cC1A5rYkLr1iuoZ
mfTBEzxmX013JXRVUVsWsXtVYuvXrzZR7RsJhmDiPU5YhgaNzbqNXntlSnmfH3G36XKXhGU4
C7YNfpn1M4/iJnHpcWUV2lxbaqTesJtWztCTAGaVJiadfayMoIt+D02JZGZkBdjAUjVjrwT4
9+kM33NlyZAzFMOMnk4laqZ8gSCZR/xZgxGdVlm5Uqtt7DkjYaWXbgara2ylfkNcqt+u5Z2U
NY/a1dZw+jW4Oigg01Mt0WUNruh6EHsVKbjsv7aIE262q9cHOOZjn0Z0WHZpE/Zqn7NGfccQ
KoPlX6C1yxRVECmKAJSC1mvSK0xDgjyQ+u1LuV3C6IFaLanQmuIQ76gxbxjyuv1uIAAXC8GE
ZHufYaid7FoR6rKSNgDB3fIrUdq696qfIW2OMADlu6gZYg9unRSLNRDHtvosovFgK1vFrCgC
CroCWWdq7Bs+PsJIsQhbSBdya6C59iMTMzgNfWg/2NAI3aSlGylojKrS7VzBpuB+mDKa7627
Cbm/0t3tmq7VbOVGCpE4nitf7LwD6YnmNbJKOrqzqathlBNdgBZZ45GxQgN+efIa/wCxr2q6
lCSCBOwWdkJbAOm4WynH1S9+lWml2zf3Cj6qrDWHrHcmGwdQ3HYtOMEsC6q4s01DLZt1FNim
0E4gZie5IapSTUxF+r2Vc67suvst+taCTiX+RKFt7Zdi9thCgsxGNexkHYqde1rKs+hE94eJ
uX/TRsWfYz5yrhwUEI5Q4Hh6uusDMRiQNvZS0/Qpdavl9NWbbErK2uza1lnRFCrDnHkNfrYp
XJMLQj4pylBsLaznqMmX3V5sb7JYl9RWztHZckMs7LkMIHJOSSHwwsLT4lVIJdEefTckW22J
Z2nfnsZkBbKK7Rt69ixTaK9y9frsxAvP03MRruAgqQAESsLY6KFXMOcZPocieWY9XKgEAwhZ
9zoUsV4hDHSrKUj02LVrrv8ArSftMkbfsy21e0o1NhjRRVr16AL25hljBV8jvG9lcBs8fYFP
2ExXBFL86GyLl2b/AKldSI5h5SpsRRkWFRCcSs8LjCnqSfkWQNkqS/UF2ad2UG3js0ViYLMk
MSVx2JLH66yi5Yuq9l2HUt9jwVPnMrqseUanRsY9PeFgDiEzylafTcpEKznGAJ8JrhUspB+k
DieRfDtixRqI8/SrFi6CgIi1Jafsmgh+sgwnqvkt/wC5y3LNg1ksjCFBkJiDk+Mco/d7bHws
ODCOK3KWpZzYSoaxFX7UFa7aBU3Dg3Xk2W7vWm/YZarkYCsEtUon1CfWMGukoyrkdlZAOuDB
kR0ZIoMJw4expVq2O1OlWiitZiYgn4Ih9PKbfax7HEJJIIJzg/nQT7NoY9GYAbfex11Fsiay
gqakFm5WJVaXsrUXWriEnHl9pq62JhPyBJlBBQ5EH+XWFnMW61VoYmt+RYp17G64uIW39lVZ
tpTPtw33sD97lWdiQ7lQ1sF9gKblZlVmswY4PyJaxgRfTO6uA5YgjBJLA/F6Ec/q0mfp0kpS
BAoHofQTEEOJ+D7bejVYuwqq57gFmWfZWShQzw+u33gcE9RbcbQe4H22CPuWixrmeIHY1I7H
TpKzPE8jar34IhJBpqa1x4xa0dOrkMAGW2WUORr6zlgBCMC8MUoLrXt4x9KMEpClq36/QQfo
+f1IQqAn4iWKbAtLggIDXsWLBelhIjrYIV6sLqyRdsKKdkNZgknHpzAcQGDMxiAzJAzwJjPo
fa3/AIryxI7diqMTQJoaVbNTrCozatDtzODCAssRLK7NXYVqFLulDNaiBVx6eR8YREoYN+td
nxWkKqyq53qbBfYxE1dZgiqAp4GCVBGbGOGDE2rmqtR1whj/ABCNw2cHBmPkoxByxIMbMpw0
cZitbgfaCbfkKtbYi6dYjVJiq+wnBmJ1mJj14ntOPQ5EBhAlzVqm7rtVaM4HYTTr7XamuBOJ
tXGqpR0AGDLMiFiGGc/FprkEDAmRCRkw69LMKawccPalYttqaqvVqhzgEYfg5OQSZaVmTkhZ
/wCgY/a2SyqITgIASxGBlpk9exyUJA7CfYIAAxxggia/9MF+a7HLhw9txMyc+/p+P4/j3mYT
PKEjVutexSAJZ2A8a5+yhcJgZ2cEk/YQoA9zYcIGIilsk4Oi5NgxjEPt1HqzdVv2H2bBWSQc
DvmFlELHIbMJMfOcuYCCxYrKmYszAzAmCCuRMHOWE7djgFiy5wABBgzgx8MXIWdjM8nleJnm
DEIBgA/lmcmGeQBOooGWXkhSPFAB62CKrkrsmsN+xWkXfpgv1zG+p2CExWIsAy2jWUvxBMj1
Im9sW3vrUNVWqgBsk/5ACAkkZhyY7FAHGKskWdgtAZU5JZsQEYVcRyBFyRxkEZFnQhcFcFg+
CGGASXJOCAR2KhcmH0Hr+P4HMz6H28pYK9RTlWUkENKbGWt9i5joX3Gb5WwWa7lrEZbMMCmz
sVmryCORZ1C7lhu8baljg8EwtGZjFPGxcWnRQSwyx4PbHQ/WCTMQQ8CwFlNgAqYhbC/UJgLg
PljGJgJwT1BUR8kvnJznqOrgAAARWGO7EkkTsc4ig5xOYJn+HP8AI4nmW+BWHCzqGZR1FNNt
iaqdEvfsy2AWWoLYaACR866/kda79bT8TdsPqaY10xwVhEKy5woVWAxiEqEDhi1qKP20wdpi
Wu2WZhfmlcn6awjuP2F7CKzMCwBLGDBHTB+UJYRixijtM9ZkwMCcgALwE5AUw5woAL4DdWE4
nEAhMBn4BJgH8MQCEc+bBVVDkOVMVWK6fjSwWlES04FjFSEwvZQWB6tQtk1qFa4aLOKaRVWA
RD7T82v1UkkEGWWEN9jGOLMFFYfX0jd+2XEdgBrUWXvRrCobeUvSyUk564KgrCZkmBsL9nY5
M5ikgBCQasFR1CjrOM/4FVJHQxck8/wIOBOsHtD649COPJ6zXUfrXsavEWPXR4+lV68EcXsW
dkZphgrVgqlRy4aaVLtdjjHpkGZhzhzlrbOsFhySMt2EFYAwkPuyntYnw1/HG806ddKKAF8o
oXaViUosYFCckqCzxmxOwIr+M/P+RGCBiMwxyytyRiZDMAAfkSyFQGBT1xOvP88H0IBnQZPp
zjYvFaMx+lMGva3kQtvsy1bNzt42j7XrUKuIBDMTiXnCEhV7doCMK+FyMD2zFXEziAdq9Ohq
6o2MeY/+hAVWs1KP2VAN47JZmY7tXVhU4PZicJ2ZmzkZxxkCKoUA5OSBk4/xOT29wZn+eIIP
QTHocT2nMY9RsMWdxZ3+9lR9SnYNniWEHi71fRTFI49fb0Il5y2wQISpDvYIHswpfBOYqMQg
wCBNZFVqwoWPwvmsreh+CgGFQYtAMqp5WnEGDAygNYcnBFYBg+QPxCviKYFzGrJAXEORFZgw
U4M6+gnMxDxO2Se0AxBDBMen54hlzAotjIWy0ItUrsBR+zUUoexnrZcKIITj1JwHtVrGwzMA
JZYAUtoedK2nRcLWAVbET/KijExMc+4//Q1kynOEQsqa4DKirPkA1iKGuyASSXEqRmsCICe+
MZAZTDmIuAUUj2mMg/EZ+Rg/h245MAxAIRx6n0I9D7bTFAGLBi32lCw/UbuKagKmRXYVNKgy
oWXJtQEzibD9ay3WHZIZzkWpk2DJqcqwtvzQzuMACnXEUcH187k1VUgle0D5lmwFj3PgZsiI
oXKkpX1gSDkkcnE6iADAyFH+HGBwAuQAJjn2gInExz1x/PPpjMOPXydpNlZFct2W+z9tgbN5
2OuHZazUhDiF+QxJexa69a1rKOJtKDWwl9DCyu0iLYoJ6gLUjH9VQbFCxa3aadtxIg9CwWeU
tDIht6iMpBY5LWKCdjBB7shYH/19jiLmHJihuvGE5hJE9icqFGQAOoExyfY8QQn0xM8emfQT
MM4hnlrAuw+y9rKlljCjK/bQh/aClGErdyBc4NvkUrmu2xv3KAAZaoatiUXZAetkYw9gBZYo
F9ZH3vmveKldhHbQsY7AJmPTe2sS5msNlSiOVBLID3rB7Asodp9jgIHaY4wAwUCHGcMJ8sDA
UYAYgNk5GVCMysbEmQJmZEwM22qi/azmk5T1Pt6k8wQzy9JNgdAfvcK17xXGBYC2v1efsCiN
bdsHU8NY8qpStBDH4ljr2axWJy0IIAStlTQFjbXjbK3alxK2ao+MrcgD12tcuu1TfSWa4Dsx
iKSfpsYLrgKECr0YTlYTlhwAcQYBJPZeYRg85wGnQEgqqteSMgj0xBCASEQHAxiH05ghI9Dx
6H3mxqpY254+2strWk0+J2LFq8DTK/C6axPGatZHh9TtVq69I6mAepm0CNhiqucAtUQK7WQ/
7AIt287uLjNVf2XoqWqr1PM36wZ9SCMp7gtjt2ZScdQCRk9W7dIK8wFlgwozll6QAmZExiWs
ql7Syk9YlhhM/EHpx6Z/j+Zie8xxDGQMP0qDK6krmBMTBmPTHr+DN+sLay5cgFS+YagYUaCp
zK9cE+GqY2emZmZGL7irWtU4sq6vjMDWq6EgqGyMwFOuUx2VV7YGSZ1YToRFQEN0hcmMSH/s
IWvBKdSJz64mPXmHIPpj1MzCZn0z6ATHMxMGfgzEJmJsV90uNqOhJDgdiM1jHQ9FJRVNWxZr
WaPmg5zx6MD1L8XozSx+FtHb7hKwHdGIbBMdQR1XC+2Gx8QQRguIDwcAl8hX6nuWgMycnORM
en5gx/DMzM+hMPt6Y9MTrAIR6Z9Pf0EI9GAI8kjrZU5zaOspPaFvieUrciWBS7VlLNM51iCJ
Y/RV2sg7BEexWlqgRqiIQ6zuOyPXDwxZsixgFfuTHdILgq/eMG92hLmKnIVTERSzKVK0jpAP
QGD3HrnEJmYcTP8ALEI9MQTiYxD7+mPUifny1ZapWIZ/8EYlvaEgT7ObjlAQya4CU5m1aFU7
XV1263Fe4DY1zOpdMsQYirllUgawJNLiKtgnU55MzCuT0UToc4YHGZ1EQdYKS0TBSZ5zMzEG
B6mGD0PqeJmZnaZnP8cwfywJu1fZRYhDI6kOvzDYb3JbBZXCatgN6YKYxPI2t0Ulo1JiVMAc
ywgRcCLYoAuJAsAgsLE2hY1xMLYU2PlGsMaxwQziHJIJJB5AMr5gHwMIzMeo/gT6ZhPOfQzE
xMTH8iOP4GGYjrlfIVdLh7s3DxMKPaA5leFfQ2DbTaxFfkrkY1L8sAhMTpiGtZ1HZq0B+oRq
sT6GIFAy1Yz1YAHMxOrZ+kGGuBQBzmtgIjVmKqeuJiY9MzPoYD/Afzz6k/wzM+h9PeeSpCi2
nBRczoSASSCrxF4I/u8bSyDcbrVsWHvr5KnOekL4KDsFVSWUMGHWAOIuRMQ+6oQprBnQY6gz
IgUNOgACZCkgV8xUJh/jmc+v5xiY5x6Y9MemJxPeAepgz6mcTOP4bFYtqsQ5fAIeMqqwAKsv
VdHXAJsRBs2q1dgAsVeiliAHbsQTDX8+p6kt1dsj7ApWxSAyzAzhZ7ovtkTjKssLQkzLLKiO
xtKgwZzzOZ8pzOYZzPz+Yc44gh9ef4cz5fy59TicTibP0/c+Ooz2b2rxE/8Asp/4aft6XZwO
vYf4r7nrgZnHb5ZfEXOH69W/yXtlPuwv2dyXwMwEdXzmvOfl1PeN2i9ev9nb/9oACAECAgY/
AFBf/9oACAEDAgY/AFBf/9oACAEBAQY/APt7zueGIuUIaZRJrvMPj++srFOxVinY9S+mBITy
IorFs0Qx3SxVlZWPcsrfdT5Uaz5bavS4UZGwQkKgh+7XuEkFgHQlGx7kYSJeVmCMXqKK5bGj
p4kttj+5HljVqjelPeRLSYbFUSbNl2m6P3IFpsdn7laXeRd6bEA0nKZpPa32zLIErQI7os1K
jtS3UJ6gZWAiHb2kBzmcWz+/JxXQi5amau7i4Iy1o6uZFul1M/UAiQHfMeKmE3OQCflyfPD7
7rfrUtgQBwcLop3BtICcKfmoMepahKhwXKcmWgOQjRgiQbAlROEnfpUzWsQgL9CJBc5JzcLP
FMa9CZvCMPNQuGxsr0+3WxQ5nLDGuoCyOmDQJd3d/KQEo6T3/aTguPu6rekBsxRegGJx9lDl
8smRNSwRMIiMdp1H2IqZ16BKzADd9JVMpAcJBANtG9/LTE2Yqh6wtQOna9X8rdQj9QyG3S3+
mjaWThVhGvnLfgRZ2qPRQlDmkEkgRArTxkBJwTR8ES4IFiMVoq+eH3E+hTfNSG1+/wByAjU6
hRPKWkDAKbNb9VF+J2G30UQTag6lyyTwxJ63TqRGRUAcgfApSyiOhF6HCrj4Uy/ROGEWZs0H
LPg/wqrUsGHyqoZAdP2X7n0+WHOLIOdJNwSmHMiOshMeaCNhQETqjG42ISjUHuOaDNPEgjZ3
dmXcdElojAG582KoREGm31EZE1NHuqElqVuhvGWdMUI0BDA4e4rh9mXpI0qSyYBwjiMgiBQu
1VqjfwIguALHarlSq46AvqcqYkTxQ+GCacDHzhu+sv5ciJHxTul/RTcwDmAUpSXxLSJaJ5Tp
fxJdtVFBijEOJCpBw+zJr3U83elUWDkgs+YVS5HUFCNg4tmFU3uCpg5Khrl0oEY2xTGxigxd
SoyiMQGIUnDbgOwo0oLKoVmW9V8E4Z8Sb+isdgNWQfGqH2iBfFa5TOo8Wk2TykZHCTutRPhC
1CRAwLshKPMJApQ5LTP+ylTU2KcWURAAjF1GZNH3+taolx3XNs0eXyv5nMkMLBEzlTIUHqoF
mO2qzGxPUbDRUBjsQLiIJfMsn1CUQHt+5B47pkKdKP8AKFcSuX/LGibgjIrmcowiRJpQeuny
IpvpxbYE7aTsqtXLkK4GhUTpr7PlIAAUsyMTY51RlyxIC7Deh6fBoWnmRsS7W+FAh2qAKEeV
u6kfpTOkGsZGkvQQPNjokaaosBT0k8ZahmC/2JvkucQ79lQ5kySBJzsH95/mKnUoAG5W+HJu
ymYw3gLvIm/nQTipdk9iVCVeE0umIRBF2W0llMeSwavyKuKLrLJWJIuelUdlSicUrfFVPQfs
krfkwjYBzU+jFGep4mNBYeSpRnF5RcbtBQ8Uk0eWNuq3rLsFsKt5qlEx0P2cPQVbGgdH6stP
LjndaeVJ55EMqatOIJLOPF3EJQkSO0HoyjzI2kHb4UdRrktUJaICmkcR8rsLcfUblVtcnEIN
UnhFzJ0Jcz+WLsboPETkO1Kq5bigBdth7hGYUa1E+5qbgIKhzo9g1OwqlsO5RRJJA1INigsi
iOdyxN8SN71or/8A5+aYtaMmYInmcp2pqFR6yJjJttPdlFa4zIGIo/8A2taES0gzl6f5m+gQ
CHz7kgMRVcwNYWKMSwLEDrOtA0GLrl1F/CAnFHUgxtVABouQSmcdK5TliSQ4sU9KoB7yA75R
ZTLObAdC/QPRMbBVCra6cDqxdYgjEVCaQ602Dfp9kgLei8hepFkIuzCjqXMMmBowuURyo/Ti
77S6EtR6cfNRoxDu/wAKoWEbbVDlyDTkSZMaoYnPb2kCGDVNSHXhHXvKMJbs4h69qP8AzILU
ZaSMlGEWYVlLFGMQSTgKIS5pIj4uJWnlwEcy1T5WruzIrGIbuH8YIAAnf/HZ7ko7EImxi3WA
tJd+Xuy6t3u6QH3gUBkpsWIDg9C1c0UdhLPusag4LUeXEE3oizgPfH3Vqhtvaq6O4egrnac7
HpRHCdiIbhLCuCjEM4qMLcawYKQEg7fkgTJvCi0wxXK0zB0yfqVJjp2KOmcSRLPIohv/AE9Z
cxhpZgOntLZkSVi4TydAY4ZkLJ75jyEXA/IJw3Usa1+1bSc40KYSMgLPdGN9IqrdGZRB6nUY
c2IPLAppvRARgdJqXoXRlp0hmGMmHqJ83obq46fxqWoPIZC91AxIMoWiS0ox7fL3uNWIORUY
SpC8gGd/WQEY9ZqX85V7pnkCtRub92LndMnZu4yMfEkR1JrR5oHfH2ZA5FQ5TGWlgWcgU8zu
aQ2kCqhgTgq9y7dKNdjq6OmmGornCm838SBahUhGGqbvsZagABE3G1UkS4wPD6CMySN2xKcZ
BEGAkQxcCg89RAiHJ4hR0d3YhQRc3F0dJNC7kqUply7l1bqVkxCcAgWYL9FQEg305ohyDdii
Swlhk/25HIFcyRYAk43Dp43kbedvwTm9iFboQewonehVATtVBpN2CEwHkM2CMy5er8I9HQt3
mSgDeILe9qQc6gD2iaoERlAYAErTzBrL4bp9bmJjqido1f6cl/aAdNFLROJJIFDmmHcf8WUS
D26d3mQzaXV2lDmC/LL99AixD/YLBzgEJANqI1BzYKUhcCieTHUzlvSQyYlAirVw+ZCMbChZ
PIuKsEZZk06FigJFhkpM+9B0aUNCbogB2O8CMFEUjBhTCicTJJvgEQw1AEO5dQJAqBqJqajs
oAFtur9q5UdRnvMCzhWD3UQ/R1KYlxCoRkwDyLv0reDtZVFQiclatz0Fbop0okkitAqlz+iO
WX2HbudKmM4lGMmiRejn1tShOZ3Y1BNd5tKlLll4SqNh8papu1qZrrrmmaiEXIIuBRNUHpVZ
E5UDe2mJYbCmlXbijHiicEIxc41OpbwqPx2kC0ukhh/loiNYnC/vIwlEAO4Fi/nI8XTqI9lc
ZnDKREk3Mhpcs4/hUeYJhwRLvpxMNtoqF3XLnZzpkfJKlA2kCEIl3gdMu4TG4qns9e7pNiFJ
i4d49AUtkpR8KY5G4BVQw76JiGiB0KLl7VO1AAsi7EqIcVB2piKG4UyWIsSboyBYAn9qva6I
FmUSDgGGVFWsRiVyhXicNSibAUUM64UUgA8iKKoxRNk4LAV6VqywdSrbYgM1STNnVVucWb4l
UV73cqehS5XLmARIgECqj9TmGUZHe1VG8idYmagCOxNyY/THfPur+ZMkYVVanvphQGrlEEgg
YCjutLUzTiiGosUz1xxQo+1AgN029qUlUBz1Jr9C2dLFDE26vWXQnqBKhrkmJB2LLLYtiYV2
MFxEDIiiYgdIoiNZFyxLt6WlAQ5nTqumHOBiGNQtJEOYb0FwpTny2EqkB2ogSGB2poTBkcPs
F+pdFk5G1NIgEhoh6n3kJYFEDtkRFHuUHiOjBZhVoAovi42rajerDrQo73ZAxxu4RUQKsiuU
wq9UL2dAC+SkSKNQAKnLlpcmlVuy0m2k0RsGwRfFGtD4Ewd7uqdaa+K/Fl/N5gByuV/KDRax
q/s7iJAYkuC1ESzBxVkHIcYX9ncRoQ2dFpFcMlU9IxdAgN01WzYsyFUM4BWW0LDpxTjezWSY
4phQD80aWF0xAc12ppUBTgPtKoEz0zOCLV2v+1EmtqmyNgDZZp3baBbydKoaDEuE7v1unBJ6
ASo7pBZquAfR0TQe+QA95PGUotUPZNzSJ8sikjQ/ZPM5paOwOXWtjGOCblzMQ9K0T8xpsQWj
e+r20IyiYGRxr6XChoOoSc0qnwNWxdcs2D70iHlQIEESemk4FCGmj2A2InS5BcADDylvQLbF
rhxEG9ERi5A2gKl+lQkBwl8kAcmBREjYHwBESDirKTsTqLZXQlRxUnaiMDicUWFck7gDJMCC
+DrSTVBrpsUXubl9ToGQFOpMACBVldgzkP8ACsyPy8ndTEnr+ZMCCPCqEk+Ug/eK2YlahV1X
d2hMd6KtbBUcZ9SzTW2qh/HqquOSav5IG+boSZwKUTBztsiK9awkDRiuEBsgmfq7j0pgbLBj
YOUMDiEGHhP7E7VwqT8StXvKMuI0t7qiZPFixp8qaPMD5GicVGaotq3HnyrwGC08yOmgqMls
21TkXsohsRTJNU5unFgomIoSA8qf4anE1MSaPaqjvW25bqlyxKsRjZPOEJkhwa0REGgTcBES
mQcPO83y1xt1LVJsG+JHS3T0oTcSBBtSpHnIicSJNTKS36TlVsnRk7bOEfGjPUSBUh8/KTgk
sbOmxGZogSTU2FHdUc5OhXuEANtFaJySclW+Rp86cXajCrnj1LeF9pTDhyKvXvJrsa1/ar1O
Br6u6rtmDSqe8RiLOqd8IAXxdUG91fOsmyr8SvVXwoyqBXN/nVK9TJmbYVS2SpQDDNforVvk
iZCu0qLNpFGCvVPYptLC9irOM1StKG1ll1/tWexA28KaIcBVhbESEZepvqsKZFpSf/LTRlLl
YmJpvedqmgCY8z8eam5kDGeLWWoTMaC65c+XzAQxYF6fOmv0AogkNtUJcwa4ipAIQ1EwBxO3
hW7zImrXQLagCCOoqUw0ScxmvqO8mY5P5MEOYCBqubFDRKMpB9QcOnIchn2fOiY1Oe1aokg5
Er6QL6RYh9IQGlzIb0hwxTtfJcuRoSWc5LcNMTYfEiPDdE02gokDU1abuKJIFccihV83r8mh
Hl6ngKgeK6fU+FME2WKOWxNqfZZA6RS2JRNH2rNFr5ppdT1VTTaqSvgKfOnv0oWOaZnA7jkk
WegVKjBgq0Kqa2oiHpninBMhiDX5UAH2YoAEaquMU5oNqrU3DbVUV2Ji1dqosn6/bVSH2rAu
S9/mQIL0qyLZMEfyRbBFzQXTUoiaA5kA+0gKmrypT/TVGbvXT1fDYFSVNqDCMmu4ogZcuMJR
uYfxIOesv8yal114N8qGyqdyc1GPKMiPFO8ynLmSjHmRIFA9E0DGEMZDiWrm8zUTbUX91CIk
YyBDEAMyERzRKQDxMR/qbyMtBlEFEuYxGy3pLmVpHjPaPi7yyAqyE4ndNlDlvWJ1J8DknLtL
teKiCXByPqoghyyIsA1FGRpWrWX14F9Tv4tChIxZ623arWCNb1Asiqv3n+VfgfMnj4FiSrd8
/CiAzG6Z0wI2uf2pmbpsmx2fMj4P4UQz7Qnvm6oKbFVnwcouG602pbuIYkF/Z0wT260xJa16
INXZsRIpmJU9VNjsW1ML7EImLnF6LLZgshc6RmnsAr2s1UCcKWRNzkgCxazLIDBAiznYUXvm
SV+CnBvdUdbzF7EioWfeqPVReuQRcsnFQbMsulMGrfND6Z06A5L6WHlL6YMufMCsgN1/GWpx
y4+KLo65kubi4PaTEmTXJPv+WmDiPZAQeNb0NEeZA1kGlHs+dpXJmHAmKnxuygKCrMSm4YxD
spcws5qMKFMxETiz+1qTsGsNWCeW8cK/tTcqAHUU7iBdifxJb0zrFdL0TTJ0mjAuK9tPE64y
DjMqBEgNcg8T4vmqgumIIkcUzg9KAApd10bU7VQtXB/2oHHIo1tR4/KnAP5oarbSgW6BZVJY
4hacMQVSn5MhetfxqThiMlkunO3qom/UnYXeqwYWwTEWxzVAGTG+1PdrMnZydqorVxqUS2wk
W+NACr1cPX2dz00G6akOqhumhPvoEVAw2J809ttqJ66cCVRinsQtvSyb8e6mCrQ7E1R1/tQo
KY4oAcWAAqUDz74vh52laYABw2pt5vWT1LXGbICMam+YRnzuM8MVqOknASf2IRW7OQ2YIR5s
paKaqOa8K1RprI06b6T2ly4SpKDaSfX3k/NAdSPLDydiyZrCgTUMr5CqeLAk1AwoojmY1HWt
Ug8z1/Ciw3eyWb4ZoxLBrnFMTbCjn2EJwJaJcxfDtQ4V9ZiDGMpBj4kdeiW5+P8AlovR8wtg
TOSOofBNbcUWH6/ImyT95EihN2Wedb+gskz16H+JN+aJdhtKo7LSS7Y2QqPz95MGLXdBmrkg
5Yp61zqrObAhVYSJVbdEn91aRujanqTg2KNb47FV9O1PcG2CYgPdkdNTt/ZoTyJIxqIW8nUi
eVIjMNHS/qogkEgBgA/to0/V1a3UtgT6QWdVJVKjvVVVQ/j1VeqqWOau6ZyCbYIDUQI1pR1l
qr+JrUWIAJkdi+lBxES0xbtV4kKAu2qRuSylzNcQGGgF0dXMYGzW95CUN8Y6cPbUQAW1NbP/
AJk9S5fJ5kT9SES9QzS4PURHL3Y0fVdAhy9DIsw9pDKgv/Go8y3NyzifKRGGaDij0B3lLmx5
e9XDT6nGpaeUWjQzmTGHpIQnPklwDTVUEdmOtDmwYM7h+IrI7TWvi7qGoaXsXcnytOmC5kMJ
wk5byZdjUjlkKD0+NE0LlD9E9gbIgqhHQEc++mqemisGFz8S/MIbM1aoyTtXoYqvcBDqvFgT
UqtdoVQ/WnFHqWqyF2RcUi9DQ/Gs9rD5VfrKBJZsFuufCnsU9yFWoF2pZHRukWIKJMXbEgMU
IxOmWAFB8SlCRqOLp7SLYZAo0ug9stqOCoek1KAt4FdHLpKOH5ou5OKIzsVvXOJTzBMTkCK+
2ngxDOMLr6cy0ZUkR0KcjECMSdMjm60uKbWX5dxsEeXED6fMDzADMY+WqNOUjf8AfoW8AQah
zVCJlTxWA+ZUa9GV3MWDnoVBVORYAtmohyBqEwxpGPZh5a+nJiZXFUZwYT4QTUt8C5jMS1Ab
g9reUOXMFtT6jvR3RwalH6kxI1MQGDRidPFFcwAmXL0nebhAjLykWv30P1DD0U1mqAB+5GJF
Djf+BUQb+pXHUX91YlPJusquOVvWWf48ZVF8XWTYJ2IGaOJHf9LuFgyoapzu5koFzsaxHZTR
ANA+frIBq59r10WBoVV64rYmD4Uqmse8q47Mlq6iHe/qqOmYcs8SQESTFjWtaoc3kxiwNZBG
Ui73KGPWq22Jot1q9ehaRF8pVdEmpJdjW6Abv2ZVHeoFUPtVJFVDoMGGYzTcWdT8yGmR0sxE
w4oeBDky5cuXzZUEwNzUjA2YOfiijOE9cCAYC5RHMIA5ffKMv9sIyAuW1EPw9pR5/wDu+YYC
+mIEJej/AGutQA1AgMZS3pezHlLF3d+Gn+YrvS6LB3xNUwJBvkzppO2ommxAxO6bZhVuKOaW
8hGTEkgAgUuOL+8RjLmymZGhkRLT5HZQaYoXNWRiOXLmghiaAIw+nHlwDNCO/L0ud/L9xCPK
5ABO6ZHeJ7epDly/20BzTuxP+Jp8z/mp3KFSS5clb1mCpTJ7MiTTJu4QRbq91ZeFHTQ2QBJ/
RUHQ1B7ehWY9BKBIpmnzwwQa+3JfrdVrtVyFQlz0qwJxWLbbD1N9O4PQqEgnYSG9VMeE5V+R
ML3ZX8JQw2/uRkCZbbqjvKwsCe0j9QjcLVEYyHtLlQ5knBEnP7VKHJiRB2iDi26qnScE7O9X
ZARGp6AYoHmSEB4r1Ty5pmXLtQe/JCf+3iTIDec3C4S+RIRJvmmZVNur30WNTgafOs2JcrYn
hA6MZypFTnzY/U5pG6OzGiEOad0SMuWS27/ho82lWAIxogJUEHcmtuLxFz+cKGoAzD8SBdxK
RYn1uFfTgdyNCzNveNvIBy+Rq3k6kypeyYEPZhdVqXrgrUzQoPB8y3gLdfr7yE4xcDaHdt9P
y4S1SrpyKJ5kC2FgmlIQiNor6On/AMi1TA5glTJveR0H6cqMJY+Yv9vfXzJgan7Tp8er5lWy
3R4U7dK6UwNRQsi3eIf41gEHsvDRdHSfhW91VLepuIBhTKg/8i27M1UjUetVpkcCE9Xe3709
vzVQT1lADvrUSJHB/wBn01kVWj5ksi2OAKAcij7aeWq0OBTNZAQFZIwiXL2PZbxVXUWDEuWY
ekiIxYzDGRq3pJqOLFB3xLEshHlxMzi2zdX1Oaxm1iajyPPQDGAYaZG/qIByADU5oRFc1rid
HOwNGPk6UYzocY39Jbtc0Cx2nB/S1p5EE49aEYg9Ry9Fa+bIPGumrDypyQA38hHhj5sUxBJs
ATf2Uxu/ZI+KCl/tedJzI6o1ZiOKMl9LRHSWcu1Jb2nhUwObpE+IOPVhvR0KTHVGDl7uT6Sl
IU1VanyqoFa5UK0UApUVw9BagGwD1dapeBF3IGFPlTxcAOKYqjRD3NS/a7C3I6nfYhqBl5NP
kTcnlR5ZxOkyPrbirKQPeH+mmlJxtKDzEgABpJGC1ggxxi4HxLl86Mn5cJgGBwD7yO3YEad5
Vq1lki1ijckoDO6f+tYMaNishjsX5Fyn7+KdVjvFVBWFdqOY8KOeAxVBQKwonZnTVbMLxmwu
mayxss4nE3Tu2xR0giZxZS1EiVg3tIE7zAAE3RwltsiwDbFvB2oB0qIjywGHEboNvyDUNgnk
DM7aoBnrwoRkItZhcP4yEaVq7VdGcy+lyJAV83mI6gBIYMSF4r7G+ZAVrTP2kBywJT5kncvS
PqJiWPaqappABrshABqUKcnqQ53L4gxLZDgl6a+rOIlLliI5sBeO7p16EJap6XfQaMfO0yQ5
XLjohAPJzf2VHVFwC8iMkZcmJlFmYCwC1SlITAYwsYnzFq7IJo0gmIJGFC7eqjGHLOo7K+qo
z50CIX0ndoo6gQI2jkhphGllugROwK8u+ViTtkfmVRXBNLljzmBQ1CMSWaYAYjylGETXUAW4
NMdWr+YizBs1U9TU7lu4wR6m6kwYBAkuXuiHc3O1bSrmuHQmuMcEaMmT/wBStX8dpEs2X8Sp
RMfAnIcbSy2ZBNKgGCfAU60xogaHNR5nMIM5NpgPjT6iIgVcWRYvF2Do594MncAHG603hck8
I9JREOI2oTZauY7uWwogIhh4USQwzUhqAjd7FSIIJJq+I89ACxF8AiCaNpNaHyuyouxGwkFA
gDeDi8iR5yG6KnHV7W8pNAREmIaVEDIgSOA2p2Jej3FfKWonpyR00IxC0yLk3L39lR5/K7VJ
xPaHl+Oo80y0QnX6fSNSHK5XL0xiG1ZyPEqSl9Q1aJR0OYjxk/O5JMn3eZy9yY87jRE3nHF6
n2VqkZGMqmLnHelHQhoIicm3q+cjpkeXIGkjUn3ETPnTld/xqVdR6SqR8MvmTRMo9Eiqcw+k
BL5E84icbCQpL/tbyMY77vuDBlLnT3nH9mRWL/4aES2m4jg7T/uv/tRN/wAkQasaEWT4ZrHb
TuAs5/T0daBNNie5GDK6AJBydBjWr4IAC2Qf4oKtVWnSqByMkXWPg+dYlu8mJsqBOC7UwKJL
gfqv6Q6NQy3d49750CXDnGop6XLTFjI/p4qeTiJwsEJcqURm5oAm5nMjSolEapej/M5aOqc5
m4fdFPI3lHk8phMVNCKD0ZIaQdZ45B93zN5RhzJ7sQASc2VJPtHrKPLkS7tU38aaOkCWzaqA
xbBCl8K4+jJNIMX/AC7OlAgiv5LSA3inI9pb8Y6hQSaqk4AFwWFfZRlIahKoe1fNQiKB3Yfx
L8FOWAsUTEUOWDrSTSzmqYypkLrWJSNKOUdZ1AUidvaVVs2KirEd5Hm8mLcwCozbxVpnqEwR
pkaDzJeWjGb6x3WlWWX8SIiS9GpihGUGErF9NAtcZtOVDGPGy0weIBNKP/1eZ/eJ8gSHGyfl
Jr3qU9C9AcQrJmBzYmvyL+iyJtHo+TQqWNa1QNduSDtdnZ1Rur509zhVz7qqLdXcfDLFGjPi
mcV4R0Kv5AoYbAiGqLEKvhX4uq36f2q9bLTAaiaABaubMiRNYjspgNRA7RdCUoggHTEAWbdT
mIfoR3Q0bFF+EPVeD4tSNWwYkoChJZzUBvN30GteTURNqfkFr4WJaXSULCQq+akC5MM6W8lE
kBpGgYV8/jW82kCjUUeXpkRSxZDmQgdBqwLmPnr6cpAzjY5haZVCloBIfvFNIsc3ITSc7Stw
B5JyOnahq6lToGFlGIYmfERh2kIAbot3NmYR1SDjB6rjHU6BkJaTiy+p/t+XKUDvMzREu0tW
k6oganP7U/MhR2dGHKkNLmwOpn3eyoSB/mHicmR9tZUF6eqvp65GGDsTHyOBDrreXwJnPTQf
DNeTWpvbmdlaSSTgUauBYFlhXbZOWAyBZMK4P0J36E5vmmA7yalasgAmqCMqIG5OZTNTApjh
gW+ZUBY9aAd9R3h4rdlNZtjP6WpWYC3cLEPtqhQg+BNK2e1CMQwLOcnW6BKR4pH4VpehVFIm
72K/GSkeySfzRU5gUBfwKRkBXGj385QhEmQkQCRgvpgb4xxR5HMDSahsCnETLlSIk/inylGf
K4u3HBz5EkZHl6dPGbJrA4oE1AeUi7iu8h/t+QGqBzJ3oB2ExLwLgZmPZ1LXy6AEENRahfHp
RJxW6HhK1e35yINV1pmq2FU4eyIjpDYkfuQ3zECwFAoxlE64s5BFSPOTwi8bMeJFxo5Y7IPy
6U7VFh2veVBpc0YFwrnSMDVO0SXLFpUr5yIlB5i4jR+zxIykaGz/ACpyQR14rSTSjNgql9pu
gLZ9C3XYYsmagq+JdM5oCXN7TRPfZUcdICahLuWCcijUTsDmFkql0WKcFj+SoA2DIHKi6MUW
oDhiqvW1AUXPUSqHvKv5pj3zb1UwKNsgtNH21UYiLkkMy+mxBYGze0ulk7UOKIeyLUB3uopi
pRNBEIVBZ0Y527y5spACpuAcdSEhSIL3ZA50PSgZMRLDLxUYSArUE3db0STI3Q5YAYhjqTRL
wJ6BXyUOXCnMnWZAwPDFFy/NmwfpQgVIiO9yx4Ahyxd2bpRErgl++vpSpGdj5Q4FKJoYNhgq
g7FU12U9HSqBzIUrknINMWZ0BaIxRq8TWOolye1wyQNbluhBuml/eWqspQcXuwW6AQKGJd28
neQjB2IDluEdpPjgzoCRuXY4t6ykwIext8yZzte5QepNXzTh2zs6OrvhPUbHTpn8YdTTRej5
D9yc3Zk2B4atbi7KfsmxbDs7utWPQK+1GXcehZfonLd8e6vwFdj307j8eSsR4VdwL/xLdL9f
7Uxal0LKzvYI5JjbA4I8ybx5IyoJHxUZQiIlwRjdRLOLEowagTi4zWuVBQMAt5hIYYkeKtQj
OWnKgWoclnuRj526tLaY2dwhGuoipvdRhBt4770ZEyiJcuTMwf2kJxBkH3g4eH/TTymIkXoa
Ifzo1th7y3ZxlkxF0HLNYG7/AOYhzOYLHrWqAq27Hzj2kOZzAAI8EbsfG1KiMpMHixeyJDad
QNOlSe0qjr3lGeMZBGURvwLAnF/GX0iGxJ8lFsLIuCAbJjZU8ZyCi1CTgK08VVYHbQoYjFyP
mQiBuyiGowePZ4uZxrSwLDKqkWJjd2s/Y4kXJILVo/vLeBAibC3pzkoRiaGrKnRlQIC5FEWi
A+H7k44RauKOKJIrkVEt42DU08zyk+JFnsmwTAnCpr6qqA1hnTyEMj1e6sGyG8gccQum2Sx7
wVK9PcYtso/yrPzVdwM+JV76/oTipXRtt6ENSAN2o5Ye6vr87d5ANT45HDpQjEaeXHhjke0j
HvLRK7V2EIAEAirZox0E8xqG1+1wzWqR1SdzLgk3if3v8tboq1TkiCCRKxIf40SaHp+FEsM0
ZAVGKacnc2qfhTcwagwIiRgQtyIAkBqAAWs8pianSTElNAy5PMFvxOU1/MkJRBqzvLytxE8M
RZv3KWMQzB1B7gNX1+7KMhSqeD3BNfW7KEsX76IOwp76qnpZGJFiwPk+KiZYVuywIOV0bkEB
mon/ADdXcZO7ezFW6yr+ErU4iY2Iu78SErxkHFc0R4E4kAcWb5V9SQcCgOKlgI0ONUDE72BW
YzXRmc09MmCLiuAFVveGo9RWFpDZwzRPL3zhEAWWswMYCmxNINtsFStWzTivhXRd1S+xMRcV
HQskA1e8jRhbOy2KnhVEXNSrtkg5rngv6Ke6hIgnlxq+30kwuGAGwJrK9BcoiJ0R8Z6krTy+
O8uYbN/hLTYipINVn0oECoyxQlGmYIavkb6OmuaqX2JnPmuyBNMav8K03HLoTcFRnE2uPGW4
1MSCUYxaRjeQePnf8xFqkdKIlQvugKPJ5e8dRPMbdt66iKvHDFNE6ulNzC23BSZzHbmpzYAu
4PSqXCIzF0Q7kSIKBizhnHSEzElrmi3QATU7E4sMUXva5snqYneFez4yBiQ1SBdvJQoItdv4
UZO1NLiyMWoBxYFE4AM10Iigk28PaUAZajX2lMRqCSQTkSgG60zbudkWqzAGl+12ULHHrTiI
Emd7Aj0fqosHrUxx9ZOaFpNXe4ZriYbVWQ0nBESEPRun5PMiAGYYuAjqDgFhkyoGwzsnwGaB
wa5sqM6qqO2Sot6gwxWxbE4ZlpDk3YeUpT/3LnTXRHNAcoaYijWt4yzKqUeWC8RgLlEgaY4A
4JzQbMVe9wVgmLA32rVbw0Wq4tpsmZpYCwZGxJxuixG1WEjJqksyE4nb+1MIhhcRJElHlz5E
iSbudTqUjExpaQ9VTGBN/FD72haeQXJu9ZrhFbSxKMTFmZsFVmNx8SJ+pV7YlOQWd0SAwJRA
Lk4GynHSxd2w9FTJejXy7Ke5GCFRE0YYe0i7PimjgQQA5t5OlRkBvRiAIxGmjb0JJiN6DuwO
JQDF5LTHC44iK6dPYWmI3wL509JVJrZsUJxgdQscQuFhmS8vcUgY7+BNHWocNqXdGWonySnB
YZJmIyogJHC//wDlvpsOtlRgCJY04Zy8VHDoRaXf2ImViBkb+mmBIrQgLTKTiWdyU4NMBZXp
kaI2JGAKrTo7v6psAhQqlD0Y+smNZ4nBfVZox4etCIv2jmi1K1RnI0wTQLRlZOYl9gf/ADNS
r4V+qDXVaNdk5qMHqnBotMWL0OLLUwY0cbxRfcAxKLORmxiG9OK3XAceDykJEUMTdanIGEsk
553LI8bSNSPI5BM5FgeYBTSjGZE5m5ld0JQlo5gJIlGlPFmmnAT5QLHmQw8reiiIiXMlh+NK
aUfpAXJoSgYxGo3maydOhEYN3GlYC7ZrnGIdonr0cMERKrPQptLAZCr/APUTmu354omgJxLn
4oKTMWoOvsqlI2DE4+mjEPqLadntL/8AXN4gz0gH2kZQDTahKYgCeEr7qOkO9+lUoMsUL6nc
HEDzk1TEuQ618vG4e3spgCS5v86eT2HaBD/5aGPg91UeIJJJFR7aq1pEEeZNMQc0wFMyKpxj
Uq7bS9fVmqswxCd+q7KoDYvUoSJIBwwVA3RVaqg2DH3o6VV2c3VMcbfMqG12ufSVW67piDsq
tXMLcuNccfQWkAADLuZoAlga6WtVDW1na6N3YNgETXqT3QzTkP0IgVNycF+QFUJPWxb5VExB
McU8aI7blyfZT06EQSTSmAHvp3t3igCAJRyDAhSjwggVs4TwIMNmKAkREmlPiRM7Zn4YxWqA
Fa0Ds3qo80niNB0+Ug7sDhWyoC20MtT3wtZPqBIU5QJuWwsvqSBqH6W3lNjV2e+KjG8Bn8y0
i11UOTZaXJ1XewUNQEtP5AKInAfTwp+5HkwGkAUAwIQBPCDGT5hNTN1RogUKMSRR7qu8HdxQ
I0apMMGdaSdJhUlObjEWQcPIdqj+6i5ocMUXk8YsI6tvmo7wpGdGauif95q/8aNiTjkiHcdK
IPhW6Bpt+OJZtYGt0LA2rZEUJ2I06UwqBd1cg4FdGVU58K6Mli56lCADkkDE0Hopoi1Azsyp
YIthijHlkEuxIqzrlymKRfUSb+yhOJD1DDCqbA1KJJY5BeV3gyz6AnHWKpyHbM28lAir2NwP
URauFPlUoycNQA5piW2OibgZN86d6HEB/iQdjE5XRoD1MVqAYY6c/PQxNmut4VOaJar+BaY1
ltFWUoAlzF9JNm9FRjIimyy3pUwapRHKiXGJTzOlsqKpMhtzT2iSbBDTJtIZh0aUHxrVWNVQ
kHI9wFnr0e0nw2KPNFNJqFGWdFOUSBElwMTqTgls7oyId05a5ci7IMHawTU6CrEyHCRuoRkH
Bu1fWQcMM2v7So0WBF0QTUl6GiJrwzo29wTVCRhdFuaR1L+16aFbvNHW63uaALEBPrJN0DU9
JQeQiBVl9TlnUJULZqxboRq/WAgLIjPJRfv8Xs6kJiuki5I/y1DmPojNmPZUd4HVbIrSAWxb
FCALFt5sfFTiJjy6kD96EHpGipUo595BmJTSMR1/CtNDgKkIxFQA0vJPxoPhhb3ESBYY4LSC
/UXREgad9WdhR2kUHoSq0bEbEIQI2VqfZitMm1HOn/bRyNQJbUOVI08bBECQkzMQqSEmtQ+8
gJSciBoQTT/3ExFsR8q0ykzioZnfyN9bmmIYHOVk4BORKMogxDFwaoMWC5YmTLWdR6FIWPig
fHqTkM4s6dmyTs7UKlWrgsoyIIcAd4Ig42KPKIbQXfNaogUF8aJyGBwNEck4oKkoMXButj3x
81UNF0pno34+miAXGC7JGRwUnNRCbV8iarIVzKoQCPK/cgYkyGI1IEuNuon2dKeTx61xP0rq
6EKVzuURIEjaWRjUAWH8aLeBj8K6c/lVQETn4Ec8B+6WlHlGUtB4gd7eHb5aYSecOF90/Gh9
WJJahAo3Z1I6zp13kz6QPVUeT/t94RvLAp3QF2uRmnxTmuQRQjpBelwPbUSeYBOVSBW+9vb0
Fvc21xj/AKi3SZYOU0YQAzIJPvwRJIbo/egSW6mdM0m8aLzA87citfI5g5hase1HzdSjqBiY
lxq3b8SjMMGG8Oyf/sVSDE0aV/RQI4L99AFgDh+IxQJFMx/EvqcpxOIoXu+94yieY8ZOxlID
TJuzHfX1ZyccIOQW9MlrJ2faUQGazMiCWH5DzUWDwiBCPQFqJd6EV+RAtYZGiYl8EGLEUfYq
cBsGr62taGfSSaogEBhY0RMC5kHOxNm6naUA+kGkmdEAdSNKGl81I2GANflWhtQL6W3R8aFa
YhBgBkRkiHL/AI4VHbQ026fGRBfPZVE9gCdW320T7PjpmHS6qQM2ZNLmEH0U/wBbpeiMI8yM
2uWp/pp3jsp/9aAkYBxdHdJFwYr+zkQcTRNGDTG350DIiJyJ+VBjEvaqox/NHUHHfb3FQDMd
B8+UliyEoFjiblGBcEi5T1YrbmnZ2VbdQdBg75Lh0wzlT0ooRjIMRWUqDyd3fQnzZCcvFDMP
T0qgqjTuUKdyDsKeHMIfxhq+Rb5BIxi4f0dS1xOjmx7WfnLR/uIgSDNOQcFE8qTxvnEKp1ac
veUgDqpRxWnkKocm4qWWmIpZjT1UItpGa1ggc0Uejt6qhqIBJIY4xP8AZy0+Yg0wXD4JhIba
hVkKhczmSlwv3+FGQpKmF/G3kHFbUL28xEl2Lg1IWb4q7eFUj13CZ3BxQmH1iroCYMBzAbZn
fUoSPDZ/FRIOpgW2JsU5u7+BSOJJcimKFWMajGSBwFy/7VEAUCk2Tl1CchQE0JDlijIjdNA6
IdwRPq3ZpuXy+s/wqjDOKcRbEm3tIicgQbgAlS1Fnyc+wmJkO+fiVHfMj+JVfpZShqaRrEg1
dPKRB2FPijQVwND660gnrt6C06izVGCDVGQansr+m6qW7n9arQd9BzQWCEiW1bBRCUt6eeCp
bBZoosCGpVbf0T5pjY4pwQdiZiM3VhTuNKr1GxfS5kRIGgn8KeJuWobphqDcB7XpwRPN5T7Q
SKISjY1D3QJkwvLVQe8gIsYuzhBjEPUPUgIapBwMB+1Vk73oArOwoXRgGImS9K385OxLbUDq
3rW+RBz04qjdF/lRfqTAO7hAxDB7oxNTYMuWSCQbIGIESRpLu/nIcsR/m2OyKhfXiwZYHw4I
6eIFiiCGItIJpGjt0pu+2xHxSGAK0kPK5oGiqSwBoHv428tRd4xnW3Yn2UREdVk4IgRi7J+Z
zq3NXbzeBPGQ5j5koCMSxwCYcuXfRI5c2FwUYiBrnRUh8SMpRGkVrQpy0RlitTWo4wWkiuwH
V66cRYbVaiDAVqjEwJOYr7aEZxIBLaz8SEhzaSD/AI30DzJOch/Ghpgwdw9VZgbZJvCnCZqq
o/RdN0HwTfmmkAwTxoRkmmH2onwJ8M8EGrimDYmu1MTQWBsmjGJMQLPq9dS5XMcan05BHlEk
QkAQ/s6PETknM4uoEDTGNTRnKM23cAL+cjri4zYoADC+Cd3pZAwHCS6IkGzTg0V2xqqyB2Kl
05LSI9EeNxaFIA2LbESVpllSXip4c0y5ZNY4l+HxkebIkTqZYL+dlSQx85aSRHInhKnEAvEv
qjwt2VLUDqu5tVaqMMkC4oEZs8hQkU+ZfVkTWw8ZEQYSuz8SlIEmWiVLDglucSeVjinLHrdP
ECxFl0fjxUDpMp5ioTphyzLoITnlN0l1SI7ycaZDIx/etUoR1ZgLhBzonIBPQqimXcoyAegw
TlhEXyUiOZEEUIfLdWrln6pxbBfUjUHOiEeZAwcsJDeh66eXMBeoILpoSfJx+5ViDtFE0gYt
QPZECrj+JUuq3W1XTG6yTB3OVkGxqtJoXTS4mBAW+HzeiHO5Ithl5qjOQ3wQDmhKRpiHqofT
AiJGjCqcUIoTtTRjGQL4OnMRADq+ZAyk1KgI6YuS+knb4yYSFbphNjcsnlMlnLkujJ6m5Ofm
p8GxsgBQO7gUPry5q1GQ6uhaJEl6sjFiA5q1CtRDyeqY2KEIxDyNOpaZB41cYAeOoQ/3O9yD
TlzIcxf+zjzESKwmHgcELDUWe/sqobIbFI2FECTRrZKUuUAJRqYirv4yMvp74jKgB0PommAB
gNqt+ipGu0uuEJmDIBrJmstiy+4M5lgFIkkcvsglhEDhjLhRPPkAMocSpGUiMTVCIcarAgVP
rImMY8yLuwZwmmJQO2PxqknpmiMmvaqaUWPjD+Fbkg9xtdaOYDDmYDAjyJIABztRjSJzIVxm
2xNligJUBxT4OgCP1QkzjDBkISLELIhCBFDd8kZcu0qgE/GiIkuTTNVJaBocAoi71fpWwJwg
UBFgWx2hSiWMcCyyVXbMLGudfhRahiFqPfRiC7AREmahPH6ikRUSJ6kHLgPRM91cO1kBcgP0
OiLiRYkvFgd6fZ5nbQ5ZrGdx+IoQhIy5QuDXSozAIgd4Hq7KANDcvd0QK5hRJvmhIlxh0eh9
NEAbsgQQ5tplu9yn2arZ9yRzC0RV+hHlco0iBg2ry9aAk8gfAVqkAaXZnPm6lqsQaAB29hAH
gd3YujCcXo7fKniNEjkdJKpJ4XqjG0h+OFAaWxvkgOY5MeEmmlRJOo5ouxaxF0IyNrEbVVyD
UH5lGAJcVWkmouCXTq/UV0VLISh3iq3wU+WLkbrbFIkb/Q2lCDOXckezuqOQFAE0pEMqamOL
MHQAegqTQKRM98uc28lNcEPGXjBMeiyN8g1LIjE4HBMaAU60DZ8slOMbgvXFxpQpRq4VQLOM
USQ3hZSlR8HRk+9almRxYGtbv5y3nwJA3fa304NReI7XnIxhLROT7hry5ePD/D5ilypjRzIl
mOI8hAULjvBHlMIiGIF1pdw92ZEknSHv0dxu5fuOftW+yYCueQQkKkmtUwABKAka+D1lIkCU
pUdz8yaUQ9gjLlnSYCnUtPNju4Sy9JCJOvklrmoQ53KNeycKeOjDmgPiSKn2txaoloyqD8K0
SG6RQ4VRqCMwiNQANAMaLdJb8cSBDE4sECN2QvevspwdUThi6OqjCurPyVqwGGCFGo5Tgiqq
WUw1ZVB87eUWD6pMU4kAVxMTkt/myfJ2r2kIwJJ7QJWrln6fPjWlBKKAkHIDg4gstLd9AvXJ
RFiKuKp5MQcbIgNTNwSmFMLZIAHbsdDU1LkYlDB7oAlgxcmqMcIsKYlFzRmLBmKjpZywqouW
Iqcg6xE34nGmnibyjyufEjncusJ4+khGe9y7OaspFgYlxEWR0Csa1syGB0l6XlpTaj+SbUe+
tOqUTm7rRqcbR8epPqquOpzKDyJrcWRIIpnV/cVQ2zuANqlkuC/ooR0VOAIKdtL1buERrJF3
fN07hhRmD+siDgb/AIiizgPmgBRAgOcTsWmTiOBOKdwHtKOflxVOojhIRjqZ+IGsaeSvrAE0
3o4eijKBo1AasTxIyZql26VpJ4vAiQx2tb0kK0BqLRP/AFE9gMFqiHjK7u/+onFCcHshqm+b
oDl0AplbtS41UsTiMUGDNftH4U+KkYneGJUCS5BqOpSE5iJBO6SnPMi3Sj9I685ZLWDvGhrV
EbGaV/xBNFzEfqtbubgMzenqTs1AhQ54kJnDZWTF28n4v5aEjXwJjkzBBhbA4qrAh6Jhc3OD
Pp+JagTejWp4y1SZu9qKiJPdw2KcOKkMPI8ZV24Om5kX1WPSmkHgaOpEA8zlg1Ma6KoSjYht
qMCCQQSOhk4F1n0UTi3eK1aSThVEsBsuhSmGC397LMHzlg+fd1SvmFQP01QIjvdSonJwRJFA
9RintEokVoMVpGKETEiL1ODoSjTpROWK3o6hgyLRaJpWoKOMSLDBUwsUATWxGYQlA6dQrEnF
SdwRIv19pSjFjIVzTyAJFA61SGp7A8KF2IwFit6oxBu/nJ4VBuxRGAPTQncWuTAmoRA4rxe3
lIkCmIV7q1McVW4Ls2n5lvcszMbOGHrJxB3yDgFMXbLA+ihqj0CVECGN7HU3uKUKgCtcShJn
Z9inE1ajiwZYDrKyI7yDgh8Q4HvJ71wUSBR2Kc3wOCJwAw+ZSnRoszejP4FWgeW8d0GsvPRw
yChGgqwBFUJPTXM6elY9S6c1pNYyBqagKXLJaMr03ZR7KOgsLsLIcyNNDgnHSyoSyxPWuFyM
6p7bFRX6vsbe7k3cERiblNQaq2KY1alFYIyILmy0VMpVFHA7SMOYDGUSQdqLmTla+TIS8blk
stMv5bioOBCIiXjiniQxV3AyR5ZpqtJrKYkDMkXzYIgxGRc/CtJFrMiATWwNWTuwyPwoCL1x
QBoDchF2+niDUuFqAYYdZRgQ+o9HtIYntAJgTpjtWkipFGU9biNSJHpV/wCtBiIvgma5uKlV
Io5rf0kbU7yiWG0xPuoxNRJwhu0kW1XtwpyQScVS+wKjg3unFc1pkdINIhqJsNi0xkCMiVOw
rhs3VIAtU17V0CA4UeZEMImxu4H8zShEF5P0UkE7EA7XQBoznvokEkC7DFMQTRa+XutW91Is
xqGwt3a9x1l9wSmjVlpJdgyKOYqXWtmZ2GxRwCjziGieLH0lSIfodCcYAEYi6BluyOOaZyMn
y7KJkHIsmLAZ2qnEmYvmuXMG3FtB4UJAAVBD0MnT0BOW1ARtdUI1GjN8aAlxXOxCQIbF6IET
DijGi3WLmpTROuL+BNgLAp5NEVoM0eaTg1Ed4mIsCcFdhTwpgQH7SqXdNGhbhJDt46abjY1D
7ShJxuyFRt8lBrUK1jihhsTRemxVd3YkUsmDnNMejq7KEhI7rM+HoocxiBIAEm1kJBn8DIlC
ZHEGdfyg1nOC3rkFias6bXCPMjgTcDdXE5G2iLEubGK0SJYlzb/xoCJE9ZLAUPtLVEuPFNCE
KAMOF6UGnT9zXuU7rBqP1pzWRdxkmwKIFdvQgfGZ8EwDjAoP0qlXug4orcWKMQ1LZ+siQakh
3v5SDl4yvhU+stUbCsS/EPVRJLkWZRjInTjWyALly+wxfd8ZRAJNHOQZOZuTgMAiSc2Et2no
69a+pInQOzEfvQcag9FdpHALWOZJnoD+JozfUWoCjOVAa9faUoAEvZjb2V9KJYjid/hgnoWy
BsmqQ2JmPZ+oqUHf95UfrHxoOBgRTHxk5c9KgZWdzb0O0nOKII4v6FIGNBIhw+fa300ai5av
vJ2Yi5KDB632ok0tUowJ3oVu5bs6N2KEDxGyrdMajJfTHGLRGfnIxJ+nEios3spw5Jqbk18p
PI6WoxLv/ppwAWzpGqJA1ZBmEf8AC3UJmWlmIgC/qrKWRsjbEvhZU+y/3F90OCfbVHAzWk3G
JLIkZlOZGJHeW7KMmst+Ok4YgqtBmtEayNwtMi4Tm6B0nU1CNiPLuDR5XQg7xFlRmv30TEsB
dqKT1b8b6aPRdM2kmxFEAA73ALmvoIQDCQ42z85bwtYJojpCjyw8X3nFq9lB2OmpJPw6UIRp
yxctcrTFy7vT40at1lF2rtKp4K/Kqmg2rBul/hj3BcjwICIGpwAC3yqP1A0gzjCyHfWoCxZx
em6mqXu/7VamYLe+hGRcsLlaQNp/bNRJNC7P/CtTPShbD1lQu9loeMZFx1LUZVOJd38ncQMz
r8bEv5ywPMljU/EiZkGRsAmY6Bejj3uWnFauKby1E71nlf8AYtQkxfBvikjvCkTk9Yz/AJn/
ALn3lFVGPjuY4VbTJAMXdNEcNckR2zjsWYPWgzkWZMRZEGMpwNiPGRlKLP30WH47SbFOQcon
5kRKNq1sjyy9MALemhCYxq9UYiwBoVOgi7uUDEDRClEQIE5nBl9UtHmmkQasESTSRsK+0nck
2c1WeNNqeRLE4dPEvp8vDiJu6Y1GSexO3DzNKdtQLCm0dqXjqrGzCx+NAYvwsgaw2fjUsD0I
uGdUIIGCMpRcRbQcygCa4qnUpO1DXrKDDTe1SgGajjE+1JMW8okW9GKAcRiHJa6jiAboai7C
21aIUNRKnuoyMpaQaFi/lTXgDmqDPLPsj2lEkGlN0O//AFE8gegogUicOjs6EGOls/hVQXwL
VPlSRM3kdrfKtIiBFpO9+HmfYdOm+4axFQUXDyu3StLVD9KAIIbGyvXYgbBAHJyUQEWBJ2p8
MFmaWqpG9gyIbcwb4kZRDlg4p8yjFi79VPLWprR/RS5RdiT4TJQiQYsC71rLe1IQjQHizrwq
pwAGNB6qDY3w95O7AXJRjG9i9KecgGoxJKIfUASMqA6VqgeKgoVUhx0v8KIIeL1fhHnINISE
vFNPdTigHZCIjvS2V9Za5tj3x5KeMSA5cgMEz1dRt+O0g1gnbA/kpSIaRk1bFtScxr0t6apc
izX8riT8ObbEQSWu5USAenslv8NSBl/MPZN0WLRLW+VDVEnkh7kl/J3ZLXjIUpgfFQlAAE47
038/XDRBcuYDhnIFDbj0KUo6q1aw9VH6cRCQLOXxWlhLm5neiB7KEacyeINopgWlWseFkKmo
kdR6OZ991FThM1iWi+DrU9TjgtTMD30J4fqmJc0QALlrBqe0ifzWeBQoQH6lQ6WAcB/kQJF8
z+2KIILmwFG85B7jENXyOFanobxdz6G7FMKO7ujOMXAmzjs1Wohpm/eUjSoxRkRSiB00YuP4
pTQBsXtWyAZy90IxO8RUZOpRG3pTG+NT8qB4lpA1GZAiG+LV/wCNA8wfzMSCzFDRPUNuXrKU
G0yxaj+kiQTsc2UXI1DpT3jBrH3k/aIr3JnIH8kZVO89OnykzOQN3Zp3Za0aOccFgxVw5psU
jcgUIqBTfR0kiu6+3eWoS1EsHFvG0eetTANQVufNVSNVtL4qOqAEpYkRDtw9maBA0kUeO6iY
41OIdNKlX7yMA8QzGXDXylIO3Ku71kT5elPUNYAuCfVgmIckGrYj6n0/sV+6dOQ4LYsqEGJs
TUeSmk5ErdKIIKGm2zFOC5HQmMr4IA6rtRE1AFC9flWo0JNXp5vaWgAk7KsnNc3ursbjJHVw
keFERryzYXqUaCpc9ITDFF6bofYyrXoTEsCMXv6i4WAwCxDfjiUpgSJZ6myNCKmoxL+KgREx
gBckAUQHNkJizRNfOQnGI14PfzkRgLlHqIZQ0tIqor3kBGjU6lqMak3z8pWVlKILODboRFsJ
DiqP+2mDjUGK0uwNyiGJAq16FUsagLWXiYwl4eBPMGIuDGtVGJk8CQ8Teni/8uajLlgfRlQe
d7SEpcOEm1Et5W6pOTzJCQMXHDTT46izYNg5HHqggxaM70ohssyiA9W+o2LI6SYwgKBqCXbW
qQ1C0SPiQjVyCHvX+Z99dRk2LHrR5Y3gOHYhDmAvGxCG67JpUAtsQMQ7KwJOeCMrijKIIYA7
2HmIhqY/jdQJ6+lUFsgq2wZVrQlutEAdR7nRiiLuNI2siXAOVkRRri7ou7mt0agQDAgjFEga
TzKDFcs9q5HShEFrvgC6c3jYYLVbJGjvd07b0y0Vy4isxfYjLTSvzLUQdUjQdkIDLC3dqH6U
RjIlhHpQFDJz0p4jpqqPEnHPyUGqI3pmUOVbVACubKUGEWuTSEx7ajzRYikMI+kpxdpRnQhT
5U4uA5jI8VU8C8cAKMPO309QS58KhMyqa5B+0nJaIFcPVQILRDl7OyMDcWIxTEMAHAwKEWLu
admmv7504oxCBbVIY2v5KJIrgXYeqtEy5wNWTEgnAxVWY2cYH0pLqyZEZYMjI11F4k4t7i0i
oxritNycAtUeIYYELWD0dkfGjbLv7yjIHECuA8pCVA4wr3BKONe+nAfv29VVt4VojElquSnr
W77EIQrGDBQjFxKTUOSsztQ1ZNligDKLNUE+6gOUdUcQoRD6vFGSM5B5FaQBU29lRkQxyVVs
7sOYcQz2WdMFpDdOKAoBtzQ01dvzVMKIN/StFQIHRIG//uKciGBkSHpTsLTQRqCBdawaXZ81
KINszmUSSAAOhvGQgCDD8aUScQzGqpQOxLgMgX1ROZ1fKtUQNUjvRvRN99INZdBLsqO2wKki
CEYT2NLJPGsJXzHpJ4mmWKmA40kE9HnIPKh61phUm6MyKs90CQ5HUiRaXHp7KfVQhnNapw4B
ceFCJuMNvc09ocJ/GhGEokMWoSykKPLG5TWBuSUREjU18FKQiSZFyBQelxrlyNNJ4RaiA5cd
4dQCAnJtgoEJTjqauZWrlgMKCJNfcR5hrKVSbX3tP002kyiKWQJiwH6JtgHeVfsGJwsiJuLs
ECBUYp21UNNqeLEgmcg/47aA2dycyW0xAko8nlycgkzGK0EHbPb6sUHyrtqpgMBEknEs+74i
0wJLlqpjRmFDdG29Zrjz1rcPRiWf3UavPMiiuNd2W37V/tU7hF3BRBDixBQIJjhpwVr5BMxO
xnLj1UzNG5Bp86BG8QADnb/lr6kKiYcxdreuiSwa6Bel2shB6m5jl5qIJY4UyRLuJUIwWgxa
Mqx6Vvdm42oHUIvxG4Qq6Iso8zmOCTgiCdOIegK06oxjhEfiKoxzEj8KBLSnWgyPrLU7gUBT
YLZhindjYVr/ANvSjKctQDAbE8axGOxCIeUXHR6qiIhicMvJ+0yIHZFUxue+/bTYAFg7V8ft
qRZnYZY/U7hdcyLBpy0ucO1BfU5jEE7rKIgNMHAPShOW92QcD2t2K1BhfVn5CbGruCEKUFkS
xJAz0/DNWL5gfuVYgsMDVGhMiCG6pffmt1zGsD+ZVWBOIr6yZyXzWBzREWOWaMgWkO09T5Mo
ICRAmRpIwTGYiAS42djeTvu21XRdiCwAyipA3ajCyEgKknwFAijGj0ZZuKnBSiTQmlMQVEyv
UHqWxXoKo7xejY2Tkk9f7Fujv3R1muCZi9gxoyzZPYYIB2xJxWqcRKjDYr1OCGnOJICFXBqP
tdRKnMl4zkzC90zlsIqgAu7izInIk12bunuSKBFDKoPleOicqsaoxlLdEnAzqg40szDq0omM
9II4MJFGMhatCRfxUScC1ESboCTthWnnaUQBrBoBZExjWMS4fERlH/gCCKTB/aiSCCKU+ZYP
jeRPsq1BeiojqGCBiHkHLYu/En5rASD0N0OVEdJzQI4TZqsotSRyLBvKUQz0YZLTQlxaiiBQ
vUu9kci3fTTO5J+ok6lWiiI5VLFlXwP8qAqiQNjn8biiHfAm/wAKDANiW+NBj0hqoCmkOgJP
tKcmmPWoiNQMPxFSjLhkHHS6D2P2iLOhFgRE72J+BUO6o8uNTKijy6HTiMX7hfE0UdZAAjEB
89MV9KEm1XOS1QYx76a5QyyX1DB9I3dIz8beTigx/hWvSSXapQ0h5G5GEU0XahzKJFDJ8N7u
N9xT7Ts8hijMAiMg7be0nAvhqb4kAXAxYUPp65JmMuhGlNpUWFRiFEkAGcavg41LWN4HFbhZ
rxwUdVDQbov7SIPojEIlmji9PmQMPBgszE12rRKgOy3i9pB+KIaXTHcRFpDpY+0mZgLVJQLM
nDgi5DCPvIFy2BFk+qmIy82C01MmxVHBwoUXIc4IB+kGj+ytZAAiBnU+uuWSd2oIxfiUQzMB
T7WqLPtUtVZVcNRSnqH0gHiF9ckahQAd2IGJqEJmmmMXe/DFaQ5qBZRj2mD95OU5WmL7QFGj
PZGfMAcYZo6Y6hVg9q6YR4UJy4yKADEekiSXMAWG0Du0++lEFiHIdSGFcSqlxtcoMSNjU9v6
aIYDIhvmTcJd3RALmKIuRZAijVKOs1FQwv7SbtMGfJaSI1uSP3o83lB6vKIsxREd0JycUGuQ
X2oi+NVOJDSNbUv2U4LDpT2JxIDrEm/f82Kd2IsVT89R92Cp4YhNQi4p8SJkX2CnrKwLUYWA
CEoV0mqBGP2pabxqt01Id1pmAxDPeyiAX5XNFM383eQYuO4WjqkLZqEYg7t3FG8qSMpzBkG9
FXBOxAsSCx6kCYyGxkAS0jmtQYviFWqhSoNWFCI7u8uXOB3jEdG8Nc1zIzLylExj6Q0x+5oy
r9qiIHEKonMmnWnFDk5WmO9Lp/8Ak+oicbdn3FicSafOjHCQVadKYFhL+JboO0AOgBQi2aqH
JH8So7HELWTUXC1DebBQLEAlntSe+gRV1riWIrm6MSASOmnsoCJBkQHGSoQC5OI+Nb1yL3Um
dmF01l/WhAtXOyIGFKFotHd8VSgKAuzeqoyfAfl3W7pGYRADPUasn7KDHdLOyBPCBQjsvvcK
P1Cd2jYoR+kQ+0IS5kDUVDUHjJv9tAwjiRd/UR//AEHmAFnIZU/3EicYypdDTzBLICT08XsI
aSRqeruyE2+qBg7H41pPLMGuCPa1okTelAahj6qdrC42lR0VIG8MQW8VOPsbPuCDExAsc/sZ
rhJwRYMQO+6NCK5/tVKtZAGzvYIWYZNX2UAzOxyR2ox5g3SXjK7J9diW8Ust4adWOXsq+qIc
AhaYsQgSAWoAdqILgXAtdGJpkfKUZHiavSFUOwU4QsbGvzRQcM1CHRYdGxMT4GUiBQH8akRQ
bdi0li1A61lmiCKW9pDCUvy8lAF6bt2b2VGMS8WcP0fYu+T9ytHzotHMDnA5KoGkjbdAXJxF
Hj2FplEs7lu0yOjlMYuXl/Ahy4ml2wTOQaAeK3jJ6t0BUAL0qcvNRIgInY6GnmERBdnI+dD6
kRzAcMW8ndRjzIy5Ti8xRS//ADT1NVgcEISJi+F39xDmcqUhIlzX0tCMjSQBkD0fdP8AZEhh
gmIrmtLtKQePUpSe/aIf40AzG7inrp++yeBcbSzoB6lsvmQcUgam6/RF6gg0RIoATum1+ypN
ISIwJt7K/lkgs7YeUnMQcMk84lxSgy3d1D6byxYnefzEY8yj1BNEOXqBhXw9pV2up8zbwvZk
Nl1QuDWl1J+pF7k43RN+kfFqW6xe9yfV0oCpLgMTwt2eHsIOdQAsb03UGepdqWUc27jYqpAT
x3jktwCAGLOfgWo8xzQ7zlbhgCbRrVc2XP5MW5bPpLX8jtregxzIVAA9iCjoNqaSGTziXlcg
OEC8dcaESDelpWoPvcJwKYbwPo27XbRL2wBdXDGrS3T8ao8ciOE+mixbYjLehIANKOflQTcw
CcNvEiYif06CJjvCPn8ClMc6M+UASSOOA8afL+63iB0pjJupcS0mYdUtmmIcIsGTvuyFGwKJ
PFjs9BOQXHaIAYdnR/MVKnFUFQhEGrjL5UIi5rLb3DmykSaF77VpBlQuHLejwrSGi+Qcv524
hKXMJkbAJpkxA3RI5eVFPDm1dgcfXTEvI2GaL1aldm7woKTUhzA4YY+sgWpksa5BlS3fqrGl
6hUfJv3IfhkDRh31HUN5uILlxFpRLyAFKpo0wC+nyzvFnID+j2VDm8uRiYjhx9NDl88kgnib
tIGIxZymemxUNk4l1WRrboVQ+XR6qtpxBQEWlGfCSHfzp9hajTMaqP6iGqIIFsCiH0i4RWoE
DVjigbvhcogwBO1CUcHLCjD2k1Q9tq+oRu+Nf11HVQm5tFaxsLjLtQ7jdwk2TyLDNMXiMT+1
a4uRkzF1cRl4p7m8HRMC2woVp0piSDm6aUhKBtmG99NivpxkIiJDkYqJJeYu9WKOJysiag4k
gF08rv1eqnJvkjORePL/ADKqX/p7lVKcRSQxqixZs9qi9Bmi5eMruPc5iMgS7Bos3pIVIMWt
hRGUgd5ybMVPnQB0yoxoL9yUYga4Vj8SMTG1DsKYu70Y/CnNcgi2JYkBaUwNlK4fYgB/SupT
mMAWxqp/XBjGFd4MH8SKoGiCXapRkGAmN6OLhByJACnQgRQChpiFk5ZZoMLXGKaoAH5dlbr1
sCXTSjqi3DtQHJl9KRrThWnmwEwO0hF9+zHdsnrTvLAg/jhQ1YUZE2Bsqcw5GqahkLFsE7bh
vG49VEwP0eZ4h3Yf9NUJMHALcQ1Ik4IwhEOO0f4UQOY2OmKrIy6T7ya7Z2dF7jJSJBImKVsy
cEhscXBQkQxsXzG73Nn2DMGpoFYkvfo83Wjhm1K+UqgGeJzVLi4QwNcx8M0zkjDH5FKR4ply
/dJ2OixYBCZIkCMcU4jEjAysUDprdux6MVQVOJwTtqJu2XZUf9voMJTLuS9PgQiBQdzJkeda
PMfUcAUBEM2KDs2xUNDgq02qjyxcUWkxfW2NmWgxMDHCWPm9wQBcnK1ESXJ7w9VHmQmWo7mk
vRT25gqcHC3CehDAF3eqiSAwyf5U4KYsRmnBfBrMi7vXoTtd+limBqWcHDzUaERzZPJiXoSK
onlzkwtE8NEPqQNe1HD0VR22iqfDJAij4YoariyqK5hGMXmBZrIyc8JGkmmkhShA71HRBFME
4L4Gj0RaJAwagTylEE4vgqkcwlOaCtBT1U1snWnCvcoq37mxRhhdF3MycqN6Glag7ZYIaJaZ
ORhh5GtNIag2ITtw7SgInVg3RuobwlqqGGe94yr3CTeVAEWAi+OKbTGQFjiiABBrAIiMiRai
BLtJqnPtozJciz+xBT5s2+pIPIZCW/HT3LoklgKkrRy3+lEkjyqoawGlWhBb3FQhmBwHxK1V
frAWo8OFEJUoXGCkJMeZAnDb4603lKlKpyayAr0Jnq6MBXVZRbjB0k7EJAVN1+SBp01+ZGzZ
Udz6SZzkjA9rHJCJBIFmxRjEGuaMiaENZ6j0kxo1ADiqj9EzucGwT0Fen5U4F7h8e0m/NNSn
fTs4G1ODTJEBhTBNKIfBhkjIjpfNElhsX0+W0fGAsfZQJkz4BUtGl08eIqgs10JS3thqPV+w
Abnu6zewKqWJ4RZVrsCru4AFvf0qp1bbJgGzUQHY1peNVB8gSMqd0QJ4RqRBIANQZfAiXkSa
NRvKjwI8tnk4AxWmTC1Kpgd2NicT5KETJoRO90jso8wu829UcHcJQHJnuC4srPjfNOM8ggRZ
hUtl42hEG4/Jbprini4JwCD3yF/SXMM93LatcjQ2DYdlOaR7RG1brSF9b0ZVo2P48dcyAzcd
CjFw7GmLLUSRhXYnf86eduokTAs269D6Kas8pG3qaU2iR2rd5f6t7qeMQQKGJwX8zktEAigW
iR+kciL+mqV2iqoSDii7kBCQBBP5IEEiZLGPQtL0wBOKNrMI/uRc1ZVqmb+hESiVqqHwNfhV
KkFzQrdFM2RlMMDiaeygTvSFyafMnYfZfuyh2RSiZ9QFiRZNhgEdNW2EKqLy6P4VCBNSWNG8
rukks2aEwHBcZ0dCUhTxbt7qaD6RV1qIAOD3oj9MCXMNy5ZlvMBetvRUYxLxFz0eMujuR5MT
WZeTZKpfqRIIYYVMn8pO1w5GSAqdOFG95FsckcPzVTToYoDe66IAHdcUNT6yEjQnBWMTn0+M
tcQ/KPFEWBfxVQ6gc1qkdL4pgTXGNkwgTXaU+gVsZk+wjLSBKVg5qy1boe2fqJpEDGm3ydS0
/VlFrDht6y/tCztt95bstQyxotPMgYjFw4QPKlfsiTf5engRiJPkRkqSqFUOWcsnJIO0NVMJ
Aks4xp4qqA42J3f8eKiGY36AeFavB5Sch81WPhPzLgHfPzKlAO7T7icpC47zKWk6RhldCxJF
QCh9QUwdwPYkqSYjZu+hPWnMnrghKcXABMc6dwk4KXZApRNExkNtESYNeoP7UeXImMXJB60B
IkjAXVQYkXCAFPApSvgDn4ybuSdgQTEPXFWDHEF2XEhy41MqMK+cjVpSFqU85GBwo4TmppUK
UXszkByPcTcoExF5O5da5g6Xo60hqXATAN4SjE5EB61KEOZTRZvF/u/YTvejKLh4gONq3Axz
JAg3ix4kwrLNCEmlqqTf1UC8dIsMUSS5fiAEm8nXuKThxRnZVeId6mTezNMGOROCiZWIwFPf
WoiQkKRMaXWBgOyWdHTSR7Nm9NXYp31YVR1cvrFCG7WpPHmShI3/AIlqhOHMAD1Ln3VpnEic
qOaQIHDomiAPwOJUofsEYfdT80/kiMhYharCyzZAaSBSroQmZEHOluFRIppGkAZKiHKiQY3m
VpFgEWp/6aka0GeKaQfEN8yPM5J3MYFyPdQjMaXAOzzUWws2CAFh3TzuTV+KJqoxxcuIipfh
4pIAwL5mqHNlH+YRR+yE+WCnMYlw2S0l2lQEndQJB3+LL1UwBB2KlHv0oglxcLB2RwKze6vj
ZkHNQCDs8VEHivRmc+TpRBJlnVvhQYgsgSK7MkTO1NLrY+KLmowfHyVUlxjd/dQJcRF3DF/M
7aBZyLtSntKUhujDUASgZU2kn4OUiYFx+P7NAnYap5ChubomAJ03IoB5y/l0epLr6fMk0rwl
g/zqX+15sm5giRA4tww+929wjmSEBJ4gnMoggSBDgxLh04x60RI0owsmDB7kVLjzlqlFyLF1
tKpxGg61XildOb4phevhGlX6Uwq1DmtNQauLIPQ0IIuhicTj3RHEplqMA75KkRS3cJkWAunI
rLCy1aRs6R2k1h3ygLCwQq7K6GWKpVHDB0xLLdkzVdlIgOMPmQJ3mRqNr3WkCh8CMjcYZ+Us
iTdHUH2k/tQcMzkV+JAu+DmrHtICoAFSi5LCjXqFpJIa3Sg9c+lVuKMTWiJua7KIkFtWPEfg
WqNdV3RhIW4djICR08zlkaZ4ygNPwfd9CdUPc14RNUYkanNegICIIfIhvRQrUV04ok1JDN2v
U0w0ICxyd06Ert+OFMWDCgRLOU5DFaitUTX9Sq3NK3omAqKA7ApRBcADu9CfumRLAB1GEARy
zV80CTqbuMwJTk3wZPhgm60S1cGR1UP69pECsdoRMQzURe1kZAXoWc/AhG2LG9UDSyvU2Reo
OBWwWRDBx1ppE4hrMmJIyUo01G7p5ChtWiDB8kCDXKycgHbtRBdo9XzIbUDalURKTZFnQldh
q6OH7VPuZt1uiRjfJBwLUZkY0LMxdj7qlqOwOfiQBocKFOcUYvISZ41oUTKJJFyZA/ItEoGJ
84IXbzv2p4CnTV+0uKgyTMTG4LWdEAuNlWU2sYu7vX7T9ZX0uVSIu5Zz6qiJl5DHpTCjAIg1
IQs6JxGCYBtqYPGWeKrU7UI3bYU4NutEnerZSkIkBmq3zIScl83+dRcVN8UBpJIxwRcdCBdj
jtTQJ2ui4Ol2cg0bytKFXi1VqGOJRN3o5D0TxspOQCWdq/IjqIYpiQYg0wNURGga4qPWVTpG
JKpvDPBeNst8yJsQXY3NPF+7p9iYsZUQGoU6vZVL5WogLAUrV28VGjF+pR+pTTkBLzeyoiVY
swYMgXIOByRaTiQqAApAnUbMwdACVciiIkPFi3vb6EJxAJxjt9FT5kZMHoLfOjzIS3jcHhYq
MqCbESH7lTuOEGTLRF2FynYMLGydnCoarepg61BwHrJFt5sRSiYXKZw4wx9ZOalGQuMASAib
UZrIiO6JYne9TgTRYOXL3L+RoQNXZycK+SgCMKm6Y22fEiXG7gjWj1TgAxsKLURV2FAT7qIg
7jYPmRFiLokEEABwK+ihKI00DuXXTYinzITJpYl7eirvUKJLDMCgVLAqgQsHxIKyLkEtt+n3
G+9hB6O6NdUQnuM04AOYGCYhnuV9S/LHhiO2vqFxI0HkjzUzktQDyvORJ762kX2J3Y3c7UQY
gjMBPHYQLIyMSYyk2oDVpp6K8kGLm1+1xKAcGUcRj9kwhxEI4E1JfNVqNqewRsQEQSxC0h5A
ZDFbkK5HBENRPLmM9GMhRASk7B3cMnBJByPo+KpxIfZ0lNvCIsDT1U2IbeJf4YoiQJe2YVr9
aBa12xRJLPw0Tvs2UTghj+SJB3RaliidNDU13tXaW9UlkXJd3bBlgBsBTGmmpPSiCxBLrdri
zWZPcnLAolqE9F0MDlZEBqHb8ycm9unze6/doq/cRkbGgtf1k/f7IH/Un20MxgKugCK7KP6C
HN5gYM42oQAYABwiWFQibHDYfHQapAq9H9ZVLYMBV0HtQtI8SMn6Xs6jAAmUsresjCUtIFAT
X41GNHAZxix4lag+xtlZVvmaJs0dJ3UzEkmmSqdIN2VXkcSn5YET30Xo6LRcba//ABreAF6U
8/xZqMQDDlhwTEB7+anLyowBPpqWJOJG1CJq4uKkMjjgxqEe8jVw6LURwOElo1lr5pgH6nVa
HL9qDmt8rrejqyZDXR9ur5FvOActVFQWpXP0loBc7EXJrTYqWcitKeat0v05IVqM0xxD6kJU
ZzvP7X2dqf7dLouo/TBJ5dhRMeWSBnVCUy2w8TD1VvRq9H2ICIAAFAqqQbdA/JGbUJYPkFm/
X6utExJjLF2RLaiO+tIi0jdhj2lA6Sw4slSnR9kspPgd05Jr49Sv/UhpB6FgA9+hODqkbhER
DZqjE5KnfRMpOBdGVOVq4Sbs2ncQAlJxV3ugHfaehSrpwoCU/EwbVb1oJjw5BEPQ2dUb9Fdg
LnBXH6EIsQ+yy1HdexTkElU6tqYFjtXQHn1+IgAXJZxQ/wDjVDVaZRZhcoY7FJ7jBPY+BXpn
hVPCVGuAnY0ctj9l/uqp8fsE1dT5hvIOoyYyAFuhCEeWxzN1ux/JNEiAI3u1KIHkI8wyNLvV
1pjSIt3CcVke7mTYIysBgjIkFX6AsKbQi5cXCcF9iD0BDna6cFxmqGu1Eg7ziIOD9tCM6MaM
X9LuOpUIDmrnAak0m3r1B91O8Yx6av7KaJdsMD6S3mHmvVNGgO169rVuQTBnxc0PsomgrawT
luiJf4VRhm90GLEYWqnJbAhuFPp6wX9nSgampumZ36kCQwH5qpFLpnqwamn51UOqFhiENRJA
oa2PqqlquTkP+ACv3HKMKkCuxODuu7HJCEmNGZqnykJOQcYm4KfllxjQAoFmapYtL01EkAHN
mJp9tjhZkIg3qVbScwm1sMKJtcXxDBNqjSuSDyAyiH+VO9dqbwWRpVb4eMi7XqEG7h8KAkH1
ASbbKPjKp0geab+ZGCpGuNMVvAV2IEamOGS3HNO1avlKg0gd9MSZEbEXodoR0mhKYkGeQupA
BwfGJlQf+3NCNjiQDH1dSe5fFVwTuA9jn6OlPcnKvtbq0l3PUnHU6rvFyWF1pkN5r2TUb7nZ
mqfb29yYyp31p5gfbf2kYuKLdOoDA2KDwEZeSrylLEEKMiGgaZlAOGAwTpk/dqpAU2qRFymH
eWkx3fGZUlGuErpmoMlT9XQGona6Av01ZNJm2V1ErVLiNbZ92vWokRLtfYjUAY5oPIzL5/Ar
2ujKJOVQmH9SqQXFUY8uN2c1+dFyQMAC5Reh2hYEJmIaw4fcVwB0uyrj1rdqcaIl2yVCQ3hV
dUn8ZUsaMU2qNfAnoSKHatnR8P22sqfcOtvcJDbxAIOKp3kzDhcBbzPgEZCVMk/MwoHQjygL
1ICrSeBAY+sgJHU3aJunJsqm9u4yfatTFhXpQBG6MChOO8MxT2d5GUatU4/KqwI2ivwrdMjD
yqH4lHSdYLu1W8nsoCUQJGoavyIE0JLMtVifsh2I8KkTcnCwQZyM/wAf3aeRAL9FEYxAItfH
1UNVAKgml/O0rVqHQqya5REXNGcp211sUdIAN6XAQxcvn8qJMT0U+dPjkiccAgeKjAWofWRD
HSMLV9taXqGA7yFNRdw+Sdn6EfwUz9ePdfu0+6bujljYU5sVq5Zs4bYUxnINcCvv/STQJEcK
7xWqRyerl+15iGk7xZ8UxcnALFFSnI4PEHNQlIVIr1dx2sjaqkYGhqQSgaAnB+Jb1JWY2Ksw
ywQJyJLeKFfSYbd5BnJ8Yvb1V/LmwDFnY+1qWkyEhUkdr0vsMcVKEWLgMT8KoRtDXWqJ0tiM
fRQeRA6Xt6KqULk5tq9iepMN0s2De6hrJZqafmQEQagbW9lOY71Mb+yvFP6IMadCINcqJ4k9
a2jwosAciiXtd0zNXFVNrHBPqcYDYmZiM0SA4xPZT/b2fc37mqQcRAYINYd5bgcg1YNRapFp
XLV99ECOoixIREXEDlmhLWBiM2VJ4BibIPSKGkaruNqDjTyoE6i2L9ngQAth3JDMIgG4/JCd
ARQ3f3FvRswGCaBtUhtSYkkG4rRvI0yURp0yINzpeHEgYyJJvmhrci1SZe4omAEpm7DM6e0u
ZGVgAHOf2DyocQx6VAMAXcvl4qoTQ0YfvRbUCTUYMgZRJBsmBvgaKpvYKkCdnEG8rgWmMABh
RDM5BOXBX6dr1li9y5rVMCgw7yc0IJA6ECMMGw9ZcTDH4USaGQAfoRY0RIo99qJkG2CtEBhf
C279nar3+5z7lO5OQqWHeTCI6Xf2U0SXfhGxM70qChkLIMelVcnAbPJii0SZCjSt8SEY8UrR
aqE/9zSvCfiQhCIjEYDuVoicGTh6GuF0YkhjXE2RMqgtJcRlEMwshKUantAn3UNLRkBWXFXt
aOBECUeZGIDypF3/AMPVOaECdGnAhh7Omc0JEOY3qALo8wgNIuXr7X2GgA5JJOKAIDDOsimZ
zdk4Fruv5cKZsiZRZ7PdVlZAPQ2Ay8pawL5JgwwLkO/rIxOkh2RDvEd5Ra349hElg9HuhkOg
I1Z7ItfNFx/6hapB83DVTRalSMgfSRJ7+HqrGnaAuFqDPV+gfZqFZUp94ZYszYImDl6UYW4u
zNcMy1B/HuIGMTpowf40Zc6pORxTmJl0lExi2qhARdyHcB03LgI7cfsVRF1zOXUNvB7MgxqL
2HxLYXRkFUuMnQOk7oYAUIMv7zh/mIAaQYHQKMTT+0nPm/8AjX8x3O3V/B/mKMS9aSFNXqaV
pGf2RIx4qAnYgCDIZvRHACmVkNJDjAJ5Aiw6PKTCJkLZKzbCHWkWwt8M1vRJ9En/AMa3i9Rp
iRgPVUg9thHsrSa4t0q3WUKhswH+FGtvxwIEg1cu1Ezx/VE4AO16ppXPipjJgEWLyF609XSi
AM3/AB6C2/Yr9i33dQ+SJLl8HogIAxAwB+6ohzcJBnCckEF6sHQAO1ymlY0YbE9M22FEAO1j
iPPTOA1NPFN/+ZvIuCZEsagaz5CnzH3XYFt77JdNEicXNBcespRG6SQ0b4ePuJ36GJHwzWmW
GKGkGcA3g3fKUQxckhnsgS4ajhDWXwekTTzYb6cgHC3vTTiqcAmQsa/Mt3oOKoOoJokjrb4Z
JzeQua/IhrESQ7OIksfQRIp+PJTAuC4ayJZze6cChoXW0oCrnK3i/wDk+4r3B9tu7n3Lfdl8
HbJ0ezKJYnBCup602+iiS5c9HtqI4g+JsQjgQ2qtGKlKEQSC8SC8g/o8CB0hwXFCfa1qUuVJ
jcxagHrIcvnxIMmae0rZ3SAS7JpPR6EOPgRsAC7hREoiWl6h6+0mZhckCqNCHqgZMIggyJNb
KWjdjhJbxGkndKYyBbFYv03Ribd9AxYA3F0dUmFWDZHzk0cai63iS+Fkw8JDutRLE4DPzk53
lw020+ZF7i0RQeumIaQzLerurMNm3irZ/wARXu1+y2BWqLREizPX3UxLNgTd/wDpqrMGYksP
iW6Q9X/hQvSnWq0ALXb4USSwxLe7vKEpWNDt8VTlENCMg5JzPirlG50h+9HuamcY7FQ1yW8x
Bu6MRAVD0qmHLAcVRlpZ+8mBB61WbClBWyESSTmaIGJFMq3Q0kMbLeiO/VGjNnRE22LhqAwr
f2U1AOmo9pHSK7b+v21p4WsWBW8Sdgoi7kDq7jEttRi5AwexRkwND+WpU/4l/tU7gkBUF3dk
CcbjBOAHEQW+WO+iC9zdV4cSFu0Yg3f4UwDE4oeSXDIwL/zJUxsVAYgMe4XsxcJw72DKJkTq
N3oqPAMRmPgRIFdlJe0qljjGXF6u8pACu2JDjyIb/wDqJhE6jcGje8tJhXNO5hIWuyBlLVsy
TAPmiBqHhTyJ3cTRXfq+JY9NPlTs+0prEYDIcKtXrt6qu3SgHHSs1qal81I0cfn4vD3K42//
AIBiACRVaTRv0WkE1oWsnjQSJoqcOINXRpj+apjRsPWTxbo/cuTAkBi9TxeygRk6e7KRGAba
pCwkXz/gQsKu5RnHekKEPRMRTM1TCMukWqrMGqCB+5EwgNVhKx8mKDgUzCcs2Fx8S2FUALbc
VZidv7UWYHZvJwOpZfkgNRyFmLeknfUCcLyWoE6xtNvN1I4vY2f30xtmg2G1VvmbjzUXmSWv
7Xcza3/8AhTlpbIjEIyBeOUskCAd2gb5EJEEA0dVrV6oSIeNgswzMNiB4au7VBQEi84ipzR6
vCdKMbSpFrW3UAG/9EWDxvWnzIxBEXxeibO7pqDamYPsQOJ7+rzFZi9hWXpRTFgBYntISixG
ICoBqOBTW6ArGpLKl9oVt7OK0kO94sH9FByXi7Rs3qq1cCjgzNijpfTcFk9jsFSe1vqsm23J
RAO7m1W83/gq/wDAbEJjoKcVe+DKrDZjRajuk5YKpdsUS1MkSxDUYrSBT9UZyxDIkVa46DqU
qsHJqQHcrUTQmwujJ22AKUhxYPX2Vvu+D0CJs9iK0UpRLjPFAUJFnyQqSNnzJy2wMmIfYqhi
duHZRHW+HrJjcs4uiSzqlRtBVB1YMg4AJcdDKq/IjeDJ6d/4U1nqBkmP9abBiX7TNxef9pvv
Nn/AmJF7IxLdFb9qPCgdrAE0Hp6E0qCxDOX9ZMC46vmWN82RJLSNhn5WpR53O4ZFtsf/AJP8
tVcRUt64baiHFTdgSmw7/wAiizufxvIyI2HpTSYtkETEmJNWwZPFmkmFxXGnspmdARc+Sbeh
NYv1fMqnoxRJNwGGC0miHjbESRR2ufdTggEZ/wAaAJAxoEHkZMSzAxf2ZqzfkmItiG+ZO7xQ
lYGxNCgRV3DmtSOz9qvdr9itlT/ga/Y2bVzNNu1xXfsqr6vC3/xLdbqstr4aVW+Do/W1EdnC
KlqG5tv5OhS1v9PDVxeig1mqZIsz/jhRcjb0r88lS2GTINZkKkS21C2UZreUpX6tXwotbF1V
tma7Teiy3DXYou2zVdQ1Cr0rit8B8K4eqqUs+VlHSB1kfKqszmyGVfGW2jvmtj4Ndb1KY1i6
2v4ULaa2s+lf/9k=</binary>
 <binary id="i_020.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RmVRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTI6MjggMTk6MzI6NDgAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAhOgAwAEAAAAAQAA
AvsAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAYWwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ALWVVW+HBv6x+aR9Iifexv5tjv8A
g1SbtsaGmHDcQ8di1+nHyWk/a4a+7xB4Kq31tY0E+xwdo+I0PPqu/dc7/CJKcN+JcLjXSDaB
EEDsf3+G7k+Fl3YOZVmVa2Y7w4+Yaf0jD/Xb+jWnQPQZlOsBqc0sLpnXR3+vtVLqFTRaL2wx
lup4Huj3R/WSU+kVWV3VstqM1WtD63fyXDe1FbysL6n5FlvSfRsmMZ5ZW6DBY79Js3fnbH71
r252Hjv2W2ta/wDc1Lv81suSUwyW2Poa1zCwmxkDeHDQ9nfSaq/Xd3osa5u0WXbgNxcZ2u3a
fRb7ne3apXdTxbNrKg+WvB3bYBjn+sqWfnYuW9leMfUFVjnWPazawEt2iveXO9Wz95JS+Z1m
mvAprbWy+70wXG1u9jDH5tbv52z/AMD/APPawy21zt9r3PscC95OoJJ3Ha0Db/mKxdibm1br
3NLgTs3cEAbdAfNRbgMDwW5Lmu5DpH/fklNQkO9rfzRoB/V/NhTtvfL4cdjjoA6RBh3/AH1B
+34kyb7A5pLQ5rRHtP5vt2otOW25xrpuFxPLXsHBME8M+ikpNVkZIDmhzjDfbAJGh/6KLiZN
r8guLnANpt044ptMqu55xyH2WMpbyIa3U6DZE2Kxguxy82tsGz0byXSDoKrt1nH/AHxJT//Q
s7nTB7jlHZLog/REH70AV2EkgEgHtryi1+sBJYS49u/f81JTWzGAV3VtbtrDBtHfiz2q50LJ
6fjEuzmNBc1np22M3BhEzucQ70fpKtkNsLz7DtLQQR4+7n/q1LGO9hewzuYAHgkTO4dklPYN
eHtD2uDmEAhwMiD9GIWb1y7GxmVZVwgglge0S4nQtrb/ANNybp9bbMlt5Ida2qPY7Ujv6jGn
37f5Sh1JnT8445uDbGlm7HNzXPa1x92/7BY6pttzme39LXvo96SnPq6ni51bq65Y8E7q3ja4
tLXe9kfS/wC+Kw+uuqpldQDWVOO1jRAAjVZFuIw9Qrv6ZUKW12QWTtDiw/prNku9PaxzPUax
/wCf/pFs5IIfyQHWOLY0n2pKXawvZU0OjZOjuTpM/m/uJyxzX7g4btIBBA/6pWsPBufQLnEB
gHte7wl/Yf1kzmYht9CnJrfmFu9uI5zW2Fv8mpx9Xfokp5FtBAbMH9M52ofJ+j7dzWeStdFY
ftxLQ0H03NDW7453clisXYz2v3tDTW126ewL4+k1XOmdNdjepe61kt09EH3CdvuSU1+oMtJo
L+a7CYGhiOCgYGGRebI0FGQNu2PpU3NDeVf6lQbRVFYfsfr7dxAPKrYFNgsc0sI/Q3jRsCTX
bps/lJKf/9Gz1TqdfSn1A0uv9cuOwP2ENbtG5jnNs3WOsexuxV+o239Tpxz0e5tzbbBVc4O9
Asc4BtdOV6kOq9zvzHPru/4RKnMs6g1tl9dNrLLnMxcZ4kBte4W5b3+5/tVi7ExahVZjOFNN
Rf6lGLWPT97dttmVVUL7L99bPR2WfzaSnCtfldH2GrOZk1kw5rDYWB30fRfRk11WN3fmW1rT
fluPQ3ZuA0VWNLGOrcZ2e9rLRLvpfS+n/o3pup5WT1m9zDiWXspqjAxHubU5zz+juzH1t/wV
bf5urel0jEdh4F2J1F9TLMrdtq3B3t2ir37fznJKdrpnR6MfHBtD7+pusspuuxjuNMk8Wsc1
mOz0fSssZY/f/NM9P9EsrqmdkY+GyjKusuzW2W12vbYWNe2t59J72Ttu/wAH9P6Fi1/tz/Sp
s9bGqZS7blEwS5hB3spc11bG3vtd+l3fzn/CrnuqsryH4+TlPsxDfW91TSyd9bbHM9VzfpVv
ckpN0rrOPW4syGsx6fTbUywgudLSX++3917rH2W/o1uW5mC5gDr2Oc0yx26dDO4D0t/5v8hc
vTVjUWl9bTaDDKnuIduJc39J/I2sVnLzHtrZVS4sfeNxczTY36X9pJTf63ZnZOfhX4WROFi0
bmVy1ocQfQt+0VZPpM9J7W/4X/rSoZOBbkOr6nbXj49mJWLcHbdWLH+iTbU3Epqssfe31PU3
W3WfpVpV229NNOc9obSxjachzuA2wVXB7g795z9/qPVi7qjbsS2gk2G8tY4ANLhUS579r2tG
xn+D9T2er/g0lJMuMwFmQGhtm17th9vqu9zWVu+i78539tSuzm42Vfj4XSMjqF2OTVdkvO2u
QAH7LGsdW3/wJZVNrqhXYy0sfVqCw6As+lLNWOrdt+g9ZuYbuq9QfZa8vZcXXBz93ptYRv3C
lx2N/qfvpKdk9T6lWB69OLBOtbsmt1rWn82xrH+3+stDCta+t1jsc1WNquIrLgdwFdkfp2nb
7/5a5mnIAg47fSx2g7awGlxA72FzTudZ9JWsPPspy2VAt9DKoyXNrgFrbGUXvtY1p/Mtbtt2
JKf/0ufrybMDPsfjS6GupY94D43Hc7ZPt7LU6VQ8dQwaGHZl5BLrbW8MqY11jzZXO2z9GPfv
Sf8AVrPdnUYuO31rNvq3vb7W1jdoZsLfpbfpK30nMwOkdcyr+sPfVksYadhrLtpcZd9Av9jq
vzklNnGtfGa8W2WGil5FpaGkgNrfVU302s+ix233LNy8XM6hlWMoe2ogtBscYDay31XvcW+6
xzn/ALnvsXW5LMbqGJd1HBuFlDsW2oCsQHOEH3N/N9JrfofTXDdWcXVtIj07WsMHxAdykp3a
cbGwsfHw6zaa7HuLiLHNJLW7rci9uO7+TVsp/m6/89B+s1NIwMLMZJ9WyS4hwP6Rhftsd6ba
t/t9/wCmss/4utB6HS6npJu3NY2++2tgc7+Q2vc2mv3v/O960vrXXW36vNbW++1lFtTm2OrF
VR/wBfshjnve1/0v0iSnlsdx+0VNa6A5wBPHIWg4WZea2lg1NnpAjn3EM2mf5SyabGb2O/PD
m6HjlbvRS79tUOIBY29hA0jcTu2n+1tSU9N1zNrxX+pjVh0ltDHGduxp2etZ+a/0922r/wBJ
qhZjbcTKLg37TiZTaXljG1sLHAtFwqrDf0jn7G7930P5tbn7KOTj3UZsNFw2DbqW6hxdu+i/
fCov6fk2X9Vxyx1bbaS/GeQdr3D0nVjd9HeyzF/r/pElPJ5F27Hu3Ahhc5w2QDt/m2tb/WVm
mixuJZVM5NgezkBsvlvtcfotos/Q/wDFqo5riWAjYA5gLY4LHbXt/wCjuW3hV1OyKqyB7SWA
SDz7defzvckppU9KvNZDn1C2JNbne4Ej94N9P6Tf9Ir2N0IwWZBaTD344a4EtPoX0uLv6zXq
9kMca3zS2xvou/SPaC0nR1exrRvbbV79+5UumVZRtyLLLGuaKrdjBO1rvSuAd6bnP9n9VJT/
AP/Tx8b6x9QwM23NpcH3Xgtu9Ubmu13atbt/m3fzexZ+fn5GflXZmSQ664g2FogSBt0aP5LV
Yf0TNflDEpLH2P8AczcSyRu2SGuH5rvpq3gfVPIyX2Ofc2yqkOL/ALOHEPsYJ+y15NrK6fU/
fsY270klOj/i9fkuy81gJGC6nbdu+gLnEMx2s/4Z1Xq/R/wSzerscz06S0gUuLXuIIALdNi6
AdRp+rzx0huKGOraLLHY7oaX2N3aeqPUd7W7H3b/AFbll9TzqcrCy7KdzHXPaH1vaJG785u3
c2xvt+l/24kp2/q2LMXomK8NFXqh1rrXuZSXb3F2mQ/fkvZt2/osar/rqsdRNGfh3YWx9xym
Fpsrp2gH8wnLzX73bbNjt7EDGzsHFxMOoF12ScepwxcCkG3aWj35GbkfzLXIzuo5wrc5uJj1
u3AVtyXuyHEH997dvu/qJKfPR+hsi1vuYdrh/KB/765dH0fJx8PqGPfmPbXXU/1bS4+3dyPH
/COYsi9vr9etdY1rN19jnMZOwFpLnCvf7tntVyotflXOgOYG7R5mZs0SU+mYuTRlVizHe2xp
10IP5FOyp7zt1AOmnIIMte3+U1eaNooY4ek6ylzjB9F7maxv7H+SrQ6hmtqIOZe+oNIcH3WA
uDfzD6bmu9v9ZJTodYwa255Y4hlzj6l1bRtDQ0tbu+k/c2/2ez/g/V9iLgkNyayyAwayNWw4
+lX9H/hbFnY1TmXFwLGU8hobBa7Qu3PJd6jP+NVzptlOVmZ+HS306Mxz31gAAVuEXs9OP8H6
nrPc399JTuQ4scySZDgW8TP6NVqsXIx6KsV4Z6mR64a0HUAUW6G3+U5Wa8iwPc3L9lrQJcNG
uA2/pGz+97vapY2/Iz3ZRJbjY7H11FwPuOx/rXN/O27vakp//9TOZn2jFw7mveciklzreCH7
nMsbvdua7163fnf+CLZo6vk2ltuRY5rsTaK6dvpjSd36JwdU6yz6H877FynTXOtyRiPdtovJ
DgSA0uaC5k7nM/d/fWh1nHOBgtNd7ibHwWyyAA0/mMsyH/8Abj0lLZDLfVtc9ob7g47SNoa7
+a2Nc71tn5vvVambLCXH+bDnPj/qR/WRMi6ttm2oMYx1eOS1mokVs3+5wb73O972/wCkVzof
TaOos6g68vDsatvpOrMQ6X/S0dv9rUlJK+vZ9ctDK3OdBeHjSANrNzmbXb9rfz1db1rGtNZe
11duuyvVw3Hj3NG3buWVl4Qwqxa/Ja5x+gwscHucPpbNrj/nqkbAA/bDQTMEydf3nfutSU7W
R0bGsLM7p+99jiRYxp3NJguc5s+9j9306lTwqrWB2nuJc06GfaRud/nJ+hZj681lWK0ltmlu
0Q0R/hfb+cz6SNil+z9+wOsG52sncf7klIbdzbWfySfb/WBa38qGy72muNGkNPmP/OkbNfLW
+pIeHAtDQWgAH3/S/P2q11vB9HMD2NLK7a2WMI+i4saa7Nn8r+bSUibfXZAaCGWtLiSe7S3i
PzVu9KxKsSMiut1l1gbY4vdsY0ke30Wta5z/AGP/AMIuZa5ox6y3msu+4y1zfxXd0045DLGt
Hva0g6iRA26f1UlLjKbY4V2Naw8h24GPhva1Wa2XeuCMlxr2vlp2H8x3una1zVWfi2h5dRkG
vdHsc0Ob+PuUWYNpz2ZDw02Btm21ogD9G/6df/fUlP8A/9Wl9Wum05FrjYGssfL8e+2CxgoI
N5NT/bZbbu9Cv1f0Xp+stjK6Y09Nse2gmnb7rAzGMtJjcyvDD3v+l7PeoV9R6L0y2qyiyvMD
GuLK6nCX7x7jc8/o6mN9386qmXn157S59rhUXbvTyMwemJ8KMOutm1v7j3JKcrqbXPtZdDg6
wBj2OLS/c0RW706y/a3027Pd/o1rfVm3Iw6MsvxbLasr0zWAIaSA9j3Osd/g9rvzN6N07E+z
WDKvLcfAbSXvc1sNDAdzrto3ufbZ+hbWz8/7RRXX/hFby+o4GNsw8S3/ACpfs2/aRtbR6gmv
7S1gfXW9jPoYvv8A0n89sSU0uq9Jwm4rszqWbXhZvon7NSCPeGy5jPRl9/u+h63/AFxcw5lr
tjnVljLADWHiJE7dP3l0Y6bVh5txtH2jK1bkXvkl+4Au+l/X9ypdca2u3pzR/NMxKob4De91
n8r6e5JTu9L6VRgMDW++yyBY+I3d9u0Lnun5HrC6u4l1j3ueOxIcT6rf7L11TLAbmx4zJ0AC
53AxGVYXVLCdtzLWGhrtHmpr3+o9v9Z1rElLWUuNb695fXADZ1IMiNT+4uk6rtv+r7sgOa5t
dTLqwW6h7Q1mjmn+vW9cz/gHNe0ucTsY2dS4/Qbu+l7PpLYF9Q+p173vJN7rGMOnus9TZ9H8
1n6Lckp51r3gbW6HaZn946uld30m9uR0/DuZJaamAxxIGx+7+o9q8+D3F5Ajc+doOgk+1q9I
xcNtGLTitDCcetlbS5sztEO4/eckptEe7XQolRPqRtIAa7XSPou89yC0vB2lkOGoAILT/Vf+
b/bRKnQ6SHBzmvhriInY87WuHtSU/wD/1sii2ze2utxYHOcAWODCH/yt49PY9rVZpy8UTW8X
es0ljh6dW7c0mRu2tb+as1sweeZg90mDe8ho1PEeJ07JKdnI6yw0tqsx2BtewV1SHOmsusrL
mDdXW31Hep/Yq/0axPdZbkWWFxtcRZvJkkk/pHO/z9yMylofsG18akt+j/nfnKV9YpvZPDmw
6BGn0Tz/ACUlOxfmPyXV3l20WV12PJE67fTtcf5W+l9f/GemrLunV9W6RvoZvzMd7q63PJa4
tB9R1XOz3ep7N6zcNv6o9wBe3Ha57PBusPLlsfVW+qzGyri4xS8CP5Ab6m93/GpKQ2X722Ma
IBeK67D3ifULf+D09v7/APUV/K6d0+3pzryDVdfUGb2Ex6jxsn0vo+o535yosDdhc5paQN8x
oPJXrBff0fHdis9axrmmJgEBz2Os/N9rd29JTxdzrG2OZtNBEs2A6t/ek/nWP/PXS4mBbf8A
U5jZBDXuyGNJDYqYXBzWuj6e3fZ71LKx8B9rvtDWV2V/T3w1wn87+V/XatDHDcjoWZViua4C
tza9p9ujfo/1fZtSU8x07pwtzsemtznm5w2EjaGAaue4y7c5rP3F6CGaQw7QOJE/xXFfVL9F
1ltYZrcx4L9ZgD1f7K7Yh3bt8z8Nfakpa2t5g1bd7eztAR+7uZt2ItNhezcK3hwDwa3aO3Br
va130f6j1FrXaCZ8d0cf2UasDdHk7/qXJKf/18BwO0wYnThRxq374Z9J2kN0nxhTcQdDB7/6
yjdKxfWuvsiW49LnyOxLmVM4/d370lJsdoDXtaJDCAXaQT3/AMxybPrHoy76TBEjUFxc3Y39
76JcrWDjhtUdmyR5uJ+koZODdlbqKNbWkOPJkx9FsJKbH1dwsi8ZNJMVX0XVh5MSbG/Q/wC/
rQ6HgW4GHm02Nc0BvvLmuaXO2u3O9zQ3/NWp0PCbi4m01hlh0JIh5aA3bv8A7W92xXMmp1lL
qgQHOaWhx1guEA/5ySnlM3qeLhNFLybbJ3GtkOIH8su+iug6W2tuBjCkk0+m11ZIIJDve32u
935y5LHzcbGp0wjldQse91jrai6suDo3jY0+pXvH6Or/ALdXXdKvzrsVlnUKxTkuJ3M7xPsc
5v5jnfupKcz6w9JqstZliw1OJbW530m9/T3Md7fd9BWOi2lji17Ntd21jN3J2yG72D2t3rRz
cUZeLfjA7XWNGx3g5pD6z/nNXO14uYzJlzrA5jiGUlp3FwM7ax9H/rv82kp3Ol9Dx8DIdey2
y10ObW2yIYHHc6D9NzvzPc9apmNE1M7BvAD49wBkT31RdElLMEAKbPpfJ3/UuTCFJhG75O/6
lySn/9DBc73E91e6Pm1/Yuo41T9t+W1lLfJhO229rv5Nb7Pb/wAUqZxciTuZX35vo/8AS6N0
THyGZFktY4lke26gnn+Te72pKdWkem1wAgDgHy07/utVvodW7PdYdWtY/YPB52e7/tp9jVXZ
TkgztaT3i2qZ/lfpVo9Fx7Rkue/aBBhvqVn3mONljvoVJKdqkRwk8A6eCm1j40A/zm/+SSDH
+A/zm/8AkklIWtAcfE8lELWiIS9MzpHb85v/AJJE2HvH+c3/AMkkpZkSfAokR4wmawjiP85v
/kkQNd4D/Ob/AOSSUxAgacJ9QQpNb5D/ADm/+SSc13hpOnub/wCSSUybMIjB7vk7/qXKDWuj
/aP/ACSJWDu7TDu4/dd5pKf/2f/tIaZQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAA4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAA
AABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVl
bkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBP
YmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApw
cm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlL
ADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABD
cHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250
Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJi
b29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAA
AAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAA
AAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAA
AExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBV
bnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJv
dHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRs
b25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgA
AAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkA
AAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4
QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEA
WgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////////////
//////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAA
AAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJ
TQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAA0sA
AAAGAAAAAAAAAAAAAAL7AAACEwAAAAsEEQQ1BDcAIAQ4BDwENQQ9BDgALQAxAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAITAAAC+wAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAA
AABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25n
AAAC+wAAAABSZ2h0bG9uZwAAAhMAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNs
aWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdp
bmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAK
RVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAA
VG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAvsAAAAAUmdodGxv
bmcAAAITAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQA
AAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNl
bGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAA
AAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1
bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJ
dG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAA
AAAAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAYdwAAAAEAAABvAAAAnwAAAVAAANCwAAAY
WwAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBEL
CgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEN
CwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBvAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAA
AAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcG
CAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKy
gyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdH
V2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS
0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE
1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8AtZVVb4cG/rH5
pH0iJ97G/m2O/wCDVJu2xoaYcNxDx2LX6cfJaT9rhr7vEHgqrfW1jQT7HB2j4jQ8+q791zv8
Ikpw34lwuNdINoEQQOx/f4buT4WXdg5lWZVrZjvDj5hp/SMP9dv6NadA9BmU6wGpzSwumddH
f6+1UuoVNFovbDGW6nge6PdH9ZJT6RVZXdWy2ozVa0Prd/JcN7UVvKwvqfkWW9J9GyYxnllb
oMFjv0mzd+dsfvWvbnYeO/Zba1r/ANzUu/zWy5JTDJbY+hrXMLCbGQN4cND2d9Jqr9d3eixr
m7RZduA3Fxna7dp9Fvud7dqld1PFs2sqD5a8HdtgGOf6ypZ+di5b2V4x9QVWOdY9rNrAS3aK
95c71bP3klL5nWaa8CmttbL7vTBcbW72MMfm1u/nbP8AwP8A89rDLbXO32vc+xwL3k6gkncd
rQNv+YrF2JubVuvc0uBOzdwQBt0B81FuAwPBbkua7kOkf9+SU1CQ72t/NGgH9X82FO298vhx
2OOgDpEGHf8AfUH7fiTJvsDmktDmtEe0/m+3ai05bbnGum4XE8tewcEwTwz6KSk1WRkgOaHO
MN9sAkaH/oouJk2vyC4ucA2m3Tjim0yq7nnHIfZYylvIhrdToNkTYrGC7HLza2wbPRvJdIOg
qu3Wcf8AfElP/9CzudMHuOUdkuiD9EQfvQBXYSSASAe2vKLX6wElhLj279/zUlNbMYBXdW1u
2sMG0d+LParnQsnp+MS7OY0FzWenbYzcGETO5xDvR+kq2Q2wvPsO0tBBHj7uf+rUsY72F7DO
5gAeCRM7h2SU9g14e0Pa4OYQCHAyIP0YhZvXLsbGZVlXCCCWB7RLidC2tv8A03Jun1tsyW3k
h1rao9jtSO/qMafft/lKHUmdPzjjm4NsaWbsc3Nc9rXH3b/sFjqm23OZ7f0te+j3pKc+rqeL
nVurrljwTureNri0td72R9L/AL4rD666qmV1ANZU47WNEACNVkW4jD1Cu/plQpbXZBZO0OLD
+ms2S709rHM9RrH/AJ/+kWzkgh/JAdY4tjSfakpdrC9lTQ6Nk6O5Okz+b+4nLHNfuDhu0gEE
D/qlaw8G59AucQGAe17vCX9h/WTOZiG30Kcmt+YW724jnNbYW/yanH1d+iSnkW0EBswf0zna
h8n6Pt3NZ5K10Vh+3EtDQfTc0NbvjndyWKxdjPa/e0NNbXbp7Avj6TVc6Z012N6l7rWS3T0Q
fcJ2+5JTX6gy0mgv5rsJgaGI4KBgYZF5sjQUZA27Y+lTc0N5V/qVBtFUVh+x+vt3EA8qtgU2
CxzSwj9DeNGwJNdumz+Ukp//0bPVOp19KfUDS6/1y47A/YQ1u0bmOc2zdY6x7G7FX6jbf1On
HPR7m3NtsFVzg70CxzgG105XqQ6r3O/Mc+u7/hEqcyzqDW2X102ssuczFxniQG17hblvf7n+
1WLsTFqFVmM4U01F/qUYtY9P3t222ZVVQvsv31s9HZZ/NpKcK1+V0fYas5mTWTDmsNhYHfR9
F9GTXVY3d+ZbWtN+W49Ddm4DRVY0sY6txnZ72stEu+l9L6f+jem6nlZPWb3MOJZeymqMDEe5
tTnPP6O7MfW3/BVt/m6t6XSMR2HgXYnUX1Msyt22rcHe3aKvft/Ockp2umdHox8cG0Pv6m6y
ym67GO40yTxaxzWY7PR9Kyxlj9/80z0/0SyuqZ2Rj4bKMq6y7NbZbXa9thY17a3n0nvZO27/
AAf0/oWLX+3P9Kmz1saplLtuUTBLmEHeylzXVsbe+136Xd/Of8Kue6qyvIfj5OU+zEN9b3VN
LJ31tscz1XN+lW9ySk3Sus49bizIazHp9NtTLCC50tJf77f3XusfZb+jW5bmYLmAOvY5zTLH
bp0M7gPS3/m/yFy9NWNRaX1tNoMMqe4h24lzf0n8jaxWcvMe2tlVLix943FzNNjfpf2klN/r
dmdk5+FfhZE4WLRuZXLWhxB9C37RVk+kz0ntb/hf+tKhk4FuQ6vqdtePj2YlYtwdt1Ysf6JN
tTcSmqyx97fU9TdbdZ+lWlXbb0005z2htLGNpyHO4DbBVcHuDv3nP3+o9WLuqNuxLaCTYby1
jgA0uFRLnv2va0bGf4P1PZ6v+DSUky4zAWZAaG2bXu2H2+q73NZW76Lvznf21K7ObjZV+Phd
IyOoXY5NV2S87a5AAfssax1bf/AllU2uqFdjLSx9WoLDoCz6Us1Y6t236D1m5hu6r1B9lry9
lxdcHP3em1hG/cKXHY3+p++kp2T1PqVYHr04sE61uya3WtafzbGsf7f6y0MK1r63WOxzVY2q
4isuB3AV2R+nadvv/lrmacgCDjt9LHaDtrAaXEDvYXNO51n0law8+ynLZUC30MqjJc2uAWts
ZRe+1jWn8y1u23Ykp//S5+vJswM+x+NLoa6lj3gPjcdztk+3stTpVDx1DBoYdmXkEuttbwyp
jXWPNlc7bP0Y9+9J/wBWs92dRi47fWs2+re9vtbWN2hmwt+lt+krfSczA6R1zKv6w99WSxhp
2Gsu2lxl30C/2Oq/OSU2ca18ZrxbZYaKXkWloaSA2t9VTfTaz6LHbfcs3LxczqGVYyh7aiC0
GxxgNrLfVe9xb7rHOf8Aue+xdbksxuoYl3UcG4WUOxbagKxAc4Qfc3830mt+h9NcN1ZxdW0i
PTtawwfEB3KSndpxsbCx8fDrNprse4uIsc0ktbutyL247v5NWyn+br/z0H6zU0jAwsxkn1bJ
LiHA/pGF+2x3ptq3+33/AKayz/i60HodLqekm7c1jb77a2Bzv5Da9zaa/e/873rS+tddbfq8
1tb77WUW1ObY6sVVH/AF+yGOe97X/S/SJKeWx3H7RU1roDnAE8chaDhZl5raWDU2ekCOfcQz
aZ/lLJpsZvY788OboeOVu9FLv21Q4gFjb2EDSNxO7af7W1JT03XM2vFf6mNWHSW0McZ27GnZ
61n5r/T3bav/AEmqFmNtxMouDftOJlNpeWMbWwscC0XCqsN/SOfsbv3fQ/m1ufso5OPdRmw0
XDYNupbqHF276L98Ki/p+TZf1XHLHVttpL8Z5B2vcPSdWN30d7LMX+v+kSU8nkXbse7cCGFz
nDZAO3+ba1v9ZWaaLG4llUzk2B7OQGy+W+1x+i2iz9D/AMWqjmuJYCNgDmAtjgsdte3/AKO5
beFXU7IqrIHtJYBIPPt15/O9ySmlT0q81kOfULYk1ud7gSP3g30/pN/0ivY3QjBZkFpMPfjh
rgS0+hfS4u/rNer2QxxrfNLbG+i79I9oLSdHV7GtG9ttXv37lS6ZVlG3Isssa5oqt2ME7Wu9
K4B3puc/2f1UlP8A/9PHxvrH1DAzbc2lwfdeC271Rua7Xdq1u3+bd/N7Fn5+fkZ+VdmZJDrr
iDYWiBIG3Ro/ktVh/RM1+UMSksfY/wBzNxLJG7ZIa4fmu+mreB9U8jJfY59zbKqQ4v8As4cQ
+xgn7LXk2srp9T9+xjbvSSU6P+L1+S7LzWAkYLqdt276AucQzHaz/hnVer9H/BLN6uxzPTpL
SBS4te4ggAt02LoB1Gn6vPHSG4oY6tossdjuhpfY3dp6o9R3tbsfdv8AVuWX1POpysLLsp3M
dc9ofW9okbvzm7dzbG+36X/biSnb+rYsxeiYrw0VeqHWute5lJdvcXaZD9+S9m3b+ixqv+uq
x1E0Z+HdhbH3HKYWmyunaAfzCcvNfvdts2O3sQMbOwcXEw6gXXZJx6nDFwKQbdpaPfkZuR/M
tcjO6jnCtzm4mPW7cBW3Je7IcQf33t2+7+okp89H6GyLW+5h2uH8oH/vrl0fR8nHw+oY9+Y9
tddT/VtLj7d3I8f8I5iyL2+v1611jWs3X2Ocxk7AWkucK9/u2e1XKi1+Vc6A5gbtHmZmzRJT
6Zi5NGVWLMd7bGnXQg/kU7KnvO3UA6acggy17f5TV5o2ihjh6TrKXOMH0XuZrG/sf5KtDqGa
2og5l76g0hwfdYC4N/MPpua72/1klOh1jBrbnljiGXOPqXVtG0NDS1u76T9zb/Z7P+D9X2Iu
CQ3JrLIDBrI1bDj6Vf0f+FsWdjVOZcXAsZTyGhsFrtC7c8l3qM/41XOm2U5WZn4dLfTozHPf
WAABW4Rez04/wfqes9zf30lO5DixzJJkOBbxM/o1WqxcjHoqxXhnqZHrhrQdQBRbobf5TlZr
yLA9zcv2WtAlw0a4Db+kbP73u9qljb8jPdlEluNjsfXUXA+47H+tc387bu9qSn//1M5mfaMX
Dua95yKSXOt4Ifucyxu925rvXrd+d/4Itmjq+TaW25FjmuxNorp2+mNJ3fonB1TrLPofzvsX
KdNc63JGI922i8kOBIDS5oLmTucz9399aHWcc4GC013uJsfBbLIADT+YyzIf/wBuPSUtkMt9
W1z2hvuDjtI2hrv5rY1zvW2fm+9VqZssJcf5sOc+P+pH9ZEyLq22bagxjHV45LWaiRWzf7nB
vvc73vb/AKRXOh9No6izqDry8Oxq2+k6sxDpf9LR2/2tSUkr69n1y0Mrc50F4eNIA2s3OZtd
v2t/PV1vWsa01l7XV267K9XDcePc0bdu5ZWXhDCrFr8lrnH6DCxwe5w+ls2uP+eqRsAD9sNB
MwTJ1/ed+61JTtZHRsawszun732OJFjGnc0mC5zmz72P3fTqVPCqtYHae4lzToZ9pG53+cn6
FmPrzWVYrSW2aW7RDRH+F9v5zPpI2KX7P37A6wbnaydx/uSUht3NtZ/JJ9v9YFrfyobLvaa4
0aQ0+Y/86Rs18tb6kh4cC0NBaAAff9L8/arXW8H0cwPY0srtrZYwj6Lixprs2fyv5tJSJt9d
kBoIZa0uJJ7tLeI/NW70rEqxIyK63WXWBtji92xjSR7fRa1rnP8AY/8Awi5lrmjHrLeay77j
LXN/Fd3TTjkMsa0e9rSDqJEDbp/VSUuMptjhXY1rDyHbgY+G9rVZrZd64IyXGva+WnYfzHe6
drXNVZ+LaHl1GQa90exzQ5v4+5RZg2nPZkPDTYG2bbWiAP0b/p1/99SU/wD/1aX1a6bTkWuN
gayx8vx77YLGCgg3k1P9tltu70K/V/Ren6y2MrpjT02x7aCadvusDMYy0mNzK8MPe/6Xs96h
X1HovTLarKLK8wMa4srqcJfvHuNzz+jqY33fzqqZefXntLn2uFRdu9PIzB6Ynwow662bW/uP
ckpyuptc+1l0ODrAGPY4tL9zRFbvTrL9rfTbs93+jWt9WbcjDoyy/FstqyvTNYAhpID2Pc6x
3+D2u/M3o3TsT7NYMq8tx8BtJe9zWw0MB3Ou2je59tn6FtbPz/tFFdf+EVvL6jgY2zDxLf8A
Kl+zb9pG1tHqCa/tLWB9db2M+hi+/wDSfz2xJTS6r0nCbiuzOpZteFm+ifs1II94bLmM9GX3
+76Hrf8AXFzDmWu2OdWWMsANYeIkTt0/eXRjptWHm3G0faMrVuRe+SX7gC76X9f3Kl1xra7e
nNH80zEqhvgN73Wfyvp7klO70vpVGAwNb77LIFj4jd327Que6fkesLq7iXWPe547EhxPqt/s
vXVMsBubHjMnQALncDEZVhdUsJ23MtYaGu0eamvf6j2/1nWsSUtZS41vr3l9cANnUgyI1P7i
6Tqu2/6vuyA5rm11MurBbqHtDWaOaf69b1zP+Ac17S5xOxjZ1Lj9Bu76Xs+ktgX1D6nXve8k
3usYw6e6z1Nn0fzWfotySnnWveBtbodpmf3jq6V3fSb25HT8O5klpqYDHEgbH7v6j2rz4PcX
kCNz52g6CT7Wr0jFw20YtOK0MJx62VtLmzO0Q7j95ySm0R7tdCiVE+pG0gBrtdI+i7z3ILS8
HaWQ4agAgtP9V/5v9tEqdDpIcHOa+GuIidjzta4e1JT/AP/WyKLbN7a63Fgc5wBY4MIf/K3j
09j2tVmnLxRNbxd6zSWOHp1btzSZG7a1v5qzWzB55mD3SYN7yGjU8R4nTskp2cjrLDS2qzHY
G17BXVIc6ay6ysuYN1dbfUd6n9ir/RrE91luRZYXG1xFm8mSST+kc7/P3IzKWh+wbXxqS36P
+d+cpX1im9k8ObDoEafRPP8AJSU7F+Y/JdXeXbRZXXY8kTrt9O1x/lb6X1/8Z6asu6dX1bpG
+hm/Mx3urrc8lri0H1HVc7Pd6ns3rNw2/qj3AF7cdrns8G6w8uWx9Vb6rMbKuLjFLwI/kBvq
b3f8akpDZfvbYxogF4rrsPeJ9Qt/4PT2/v8A9RX8rp3T7enOvINV19QZvYTHqPGyfS+j6jnf
nKiwN2FzmlpA3zGg8lesF9/R8d2Kz1rGuaYmAQHPY6z832t3b0lPF3OsbY5m00ESzYDq396T
+dY/89dLiYFt/wBTmNkENe7IY0kNiphcHNa6Pp7d9nvUsrHwH2u+0NZXZX9PfDXCfzv5X9dq
0McNyOhZlWK5rgK3Nr2n26N+j/V9m1JTzHTunC3Ox6a3OebnDYSNoYBq57jLtzms/cXoIZpD
DtA4kT/FcV9Uv0XWW1hmtzHgv1mAPV/srtiHdu3zPw19qSlra3mDVt3t7O0BH7u5m3Yi02F7
NwreHAPBrdo7cGu9rXfR/qPUWtdoJnx3Rx/ZRqwN0eTv+pckp//XwHA7TBidOFHGrfvhn0na
Q3SfGFNxB0MHv/rKN0rF9a6+yJbj0ufI7EuZUzj93fvSUmx2gNe1okMIBdpBPf8AzHJs+sej
LvpMESNQXFzdjf3volytYOOG1R2bJHm4n6Shk4N2Vuoo1taQ48mTH0WwkpsfV3CyLxk0kxVf
RdWHkxJsb9D/AL+tDoeBbgYebTY1zQG+8ua5pc7a7c73NDf81anQ8JuLibTWGWHQkiHloDdu
/wDtb3bFcyanWUuqBAc5paHHWC4QD/nJKeUzep4uE0UvJtsnca2Q4gfyy76K6Dpba24GMKST
T6bXVkggkO97fa73fnLksfNxsanTCOV1Cx73WOtqLqy4OjeNjT6le8fo6v8At1dd0q/OuxWW
dQrFOS4nczvE+xzm/mOd+6kpzPrD0mqy1mWLDU4ltbnfSb39Pcx3t930FY6LaWOLXs213bWM
3cnbIbvYPa3etHNxRl4t+MDtdY0bHeDmkPrP+c1c7Xi5jMmXOsDmOIZSWncXAztrH0f+u/za
Snc6X0PHwMh17LbLXQ5tbbIhgcdzoP03O/M9z1qmY0TUzsG8APj3AGRPfVF0SUswQAps+l8n
f9S5MIUmEbvk7/qXJKf/0MFzvcT3V7o+bX9i6jjVP235bWUt8mE7bb2u/k1vs9v/ABSpnFyJ
O5lffm+j/wBLo3RMfIZkWS1jiWR7bqCef5N7vakp1aR6bXACAOAfLTv+61W+h1bs91h1a1j9
g8HnZ7v+2n2NVdlOSDO1pPeLapn+V+lWj0XHtGS579oEGG+pWfeY42WO+hUkp2qRHCTwDp4K
bWPjQD/Ob/5JIMf4D/Ob/wCSSUha0Bx8TyUQtaIhL0zOkdvzm/8AkkTYe8f5zf8AySSlmRJ8
CiRHjCZrCOI/zm/+SRA13gP85v8A5JJTECBpwn1BCk1vkP8AOb/5JJzXeGk6e5v/AJJJTJsw
iMHu+Tv+pcoNa6P9o/8AJIlYO7tMO7j913mkp//ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBB
AGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABv
AHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDpBo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0i
VzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6
bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwg
MjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRw
Oi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlw
dGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1s
bnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2
ZW50IyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8x
LjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtcDpD
cmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3Jl
YXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTozMjo0OCswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0i
MjAxOC0xMi0yOFQxOTozMjo0OCswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhU
MTk6MzI6NDgrMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MWIyMjNhOGMtNzU1
ZC01ZjRhLTgzNmQtYWJjNGJkZThmZjQ5IiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2Np
ZDpwaG90b3Nob3A6MjRjNzhjNTItMGFiZS0xMWU5LTljYTYtYmMyY2Y0MTIwY2ZlIiB4bXBN
TTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MDZiNGM3MjEtM2YxYS0xZDQ3LTllZjAt
MzBjM2Q0ZGIzMTFhIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBwaG90b3Nob3A6SUNDUHJv
ZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyI+IDx4bXBN
TTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNyZWF0ZWQiIHN0
RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MDZiNGM3MjEtM2YxYS0xZDQ3LTllZjAtMzBjM2Q0
ZGIzMTFhIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjMyOjQ4KzAzOjAwIiBzdEV2dDpz
b2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiLz4gPHJk
ZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjFi
MjIzYThjLTc1NWQtNWY0YS04MzZkLWFiYzRiZGU4ZmY0OSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0x
Mi0yOFQxOTozMjo0OCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9z
aG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4g
PC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8cmRmOkJh
Zz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOjgzNEFGMENEQjNFMDExRTVBNEZEOUY5QUZCMEYwQTIyPC9y
ZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDwvcmRm
OkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/
4gxYSUNDX1BST0ZJTEUAAQEAAAxITGlubwIQAABtbnRyUkdCIFhZWiAHzgACAAkABgAxAABh
Y3NwTVNGVAAAAABJRUMgc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAQAA9tYAAQAAAADTLUhQICAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABFjcHJ0AAABUAAAADNk
ZXNjAAABhAAAAGx3dHB0AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAAABRyWFlaAAACGAAAABRnWFlaAAAC
LAAAABRiWFlaAAACQAAAABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAACxAAAAIh2dWVkAAADTAAAAIZ2
aWV3AAAD1AAAACRsdW1pAAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0ZWNoAAAEMAAAAAxyVFJDAAAE
PAAACAxnVFJDAAAEPAAACAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAAAENvcHlyaWdodCAoYykgMTk5
OCBIZXdsZXR0LVBhY2thcmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0y
LjEAAAAAAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAPNRAAEAAAABFsxYWVogAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQWFlaIAAAAAAAAGKZAAC3hQAAGNpY
WVogAAAAAAAAJKAAAA+EAAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAA
AAAAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1
bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERl
ZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVz
YwAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAA
AAAAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk/gAUXy4AEM8UAAPtzAAEEwsA
A1yeAAAAAVhZWiAAAAAAAEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAo8AAAACc2lnIAAAAABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAABQAKAA8AFAAZAB4AIwAoAC0A
MgA3ADsAQABFAEoATwBUAFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYAiwCQAJUAmgCfAKQAqQCuALIA
twC8AMEAxgDLANAA1QDbAOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMBGQEfASUBKwEyATgBPgFFAUwB
UgFZAWABZwFuAXUBfAGDAYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB2QHhAekB8gH6AgMCDAIUAh0C
JgIvAjgCQQJLAlQCXQJnAnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC1QLgAusC9QMAAwsDFgMhAy0D
OANDA08DWgNmA3IDfgOKA5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYEEwQgBC0EOwRIBFUEYwRxBH4E
jASaBKgEtgTEBNME4QTwBP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYFlgWmBbUFxQXVBeUF9gYGBhYG
JwY3BkgGWQZqBnsGjAadBq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08HYQd0B4YHmQesB78H0gflB/gI
CwgfCDIIRghaCG4IggiWCKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJeQmPCaQJugnPCeUJ+woRCicK
PQpUCmoKgQqYCq4KxQrcCvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL4Qv5DBIMKgxDDFwMdQyODKcM
wAzZDPMNDQ0mDUANWg10DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8Omw62DtIO7g8JDyUPQQ9eD3oP
lg+zD88P7BAJECYQQxBhEH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwRqhHJEegSBxImEkUSZBKEEqMS
wxLjEwMTIxNDE2MTgxOkE8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAVEhU0FVYVeBWbFb0V4BYDFiYW
SRZsFo8WshbWFvoXHRdBF2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y1Rj6GSAZRRlrGZEZtxndGgQa
KhpRGncanhrFGuwbFBs7G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc9R0eHUcdcB2ZHcMd7B4WHkAe
ah6UHr4e6R8THz4faR+UH78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUghdSGhIc4h+yInIlUigiKvIt0j
CiM4I2YjlCPCI/AkHyRNJHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3JicmVyaHJrcm6CcYJ0kneierJ9wo
DSg/KHEooijUKQYpOClrKZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2krnSvRLAUsOSxuLKIs1y0MLUEt
di2rLeEuFi5MLoIuty7uLyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIxSjGCMbox8jIqMmMymzLUMw0z
RjN/M7gz8TQrNGU0njTYNRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3YDecN9c4FDhQOIw4yDkFOUI5
fzm8Ofk6Njp0OrI67zstO2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE94D4gPmA+oD7gPyE/YT+iP+JA
I0BkQKZA50EpQWpBrEHuQjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpEzkUSRVVFmkXeRiJGZ0arRvBH
NUd7R8BIBUhLSJFI10kdSWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JMKkxyTLpNAk1KTZNN3E4lTm5O
t08AT0lPk0/dUCdQcVC7UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT9lRCVI9U21UoVXVVwlYPVlxW
qVb3V0RXklfgWC9YfVjLWRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+VcNVyGXNZdJ114XcleGl5sXr1f
D19hX7NgBWBXYKpg/GFPYaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk6WU9ZZJl52Y9ZpJm6Gc9Z5Nn
6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpIap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbbluEm5rbsRvHm94b9FwK3CGcOBx
OnGVcfByS3KmcwFzXXO4dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3s3gReG54zHkqeYl553pGeqV7
BHtje8J8IXyBfOF9QX2hfgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuBzYIwgpKC9INXg7qEHYSAhOOF
R4Wrhg6GcobXhzuHn4gEiGmIzokziZmJ/opkisqLMIuWi/yMY4zKjTGNmI3/jmaOzo82j56Q
BpBukNaRP5GokhGSepLjk02TtpQglIqU9JVflcmWNJaflwqXdZfgmEyYuJkkmZCZ/JpomtWb
QpuvnByciZz3nWSd0p5Anq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopajBqN2o+akVqTHpTilqaYapoum
/adup+CoUqjEqTepqaocqo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4trqGvFq+LsACwdbDqsWCx1rJLssKz
OLOutCW0nLUTtYq2AbZ5tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1uy67p7whvJu9Fb2Pvgq+hL7/v3q/
9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NYw9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3IvMk6ybnKOMq3yzbLtsw1zLXN
Nc21zjbOts83z7jQOdC60TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHWVdbY11zX4Nhk2OjZbNnx2nba
+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vkc+T85YTmDeaW5x/nqegy6Lzp
RunQ6lvq5etw6/vshu0R7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozzGfOn9DT0wvVQ9d72bfb794r4
Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAA
AAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwR
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC+wITAwEiAAIRAQMR
Af/EALoAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAIDAAEEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgIC
AgICAgICAgMBAAABAgADEQQhEhMFECIxFCAjQTIzJEIVMKAGNBEAAQMCAwQDDAUKAwcCBwEA
AQARAiExQVESYXEiA4EyQhCRoVJicoKSorLCEyCx0oOjMPDB4vIjQwREhNEzFEDhc5PDNKTx
81Njs9PjFUWFEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADYlpHKZuylDIMW5JfO
3iYqkIQEWMspgWeu1ee9CXKskkJLhLllCVEJdnN34tpTbsw8/dhNXR5XVGYtcOZbuGMWBhUD
ATiwgKBNUYys9GpEE23ih0RQBpLJYR5GnagQ5l1ZeN8EIKxgi0Q9TTDl6eMVRwGGBY3B/r/F
+gOxdQu6sq6hd1CZ9SQjURjenYXl0kc7JoQV2uJ0zTyVqFKMiwYJdEBYQQwuwrW4yuqwYJg3
BNIVCrXAmLcdeXDm1YihbRMOmjO5ucKxsUg1ms2UI53YwCbqE2YmHtLwdAkllXIS6IglRJBM
uvJpGUszlJYsB6IRVKCYiGtKCHnncKXqoQdEStKxVuMxTYgGERbAMz09YDlOOvDhxyGwYQEA
qBKiMRuzg1VG1elBa7M5YvUUVQ6fpPIeqHXVl1cJdWSSixEBOvDoCp0OPQkJEtBgX1MpmrfD
DN1nNnShzztgpeqzHWyhEaJZJaLh0JYZi30IDCI60uHHqoS4JdWYmNAyaKUJX0VDs+jCR+Ta
Lx68xUZtMndR1grqySYBy+Y01DQAW6iErOa8GfoiHnQD1OLzMQOtcGiIGi89nNSMDsQGmpJs
bhcbHGQujEWlQD24HG4sLjvw4cGBQdgRRCYxZCXRWZ5pyB5tWYTqy6hna5PdJcolyi7qFrZD
mq25iFVhDdCsWuytCyEXdEcpoWd+M0QSIFiMsKOQJwbk2Zhg60CyFh1TqggWZzaKwYxJRg89
DJDgSWVYEHJQwLIu5AcO7MMU7OZ9WTaH2uDR6S+P0TRUhcqy6kMufRwjcjmQ7jfPdYcY2Nsa
BAgLaox6yoOjAqVCIZDkWVEE0hK1JKehx0aNhlNkOeLBKYDAHL0HXlQ4FjRLqBXVlsUQ2pCk
NUWhiwyW0DSlhWjPpNmR+Q6p87okuqMvkuzrPPX6XKcQ25zrbeH3hbBsXEkHoyuKq2BiVA1Y
kFtHLp6wVnCJ1ZgdeXSdIxIWLIcgNIA2YDW5XnYiYcgGAVdkUBANILDgWFl0ZgiCymAwp6NA
Jg0dTIaWCRcgCM5aDmbNPJJy9hGDucbtFlcEGsymUZT5oMx6YZi00YB384zI3ZhInZSnuMez
RsEUQkAoc9OhQFtWVry6DqyoccW0ELbE1osQVrJQ4ToVz9I2mEc9yyH6EmW1OQ7M4AHrK5e4
53RIBaG5xvPZkNdyzQ8YMorMDktL38/sBTJyDuY04Tr8+/JHvH/PfYljrzlJ18k2aeV1C9nI
h01EsurhnXqAy1oEU+jOlLhxweALU5TaUAnP38cyjFl3DD6HME7jeX1CMmcxBztBq7E6piwd
hJwevwO4ZsPa44vZjaa+n5jYdeSitKjAVpzhdDG089xdizq9LimdDkPAydNIHqciWhYGaDDs
d0TE88xryZcppfw6O/XEM6h5HDbhG+SHHFgnH5e3MD6bzaT2nnh7J57uZugaudz6MS9HOH9T
nGekSTDy/oOR6kvXxugYXaHnIXv5oPIeoWUgWzHZ3dPl9h3KxUdOuWs7tcDeYla9Rxb66Dnb
e1jHcHq5DY0IC8Um5L8xxE7thw79Is5OnSsx1qSJZsaFpzNOpAhy6DMN4+nonGz+lM47NfCO
6HO6x00jyDnZN3QPPtGzua8HQOZ1EkbxOgxxaRWHQo4cEQ7Bwo3kXobCGNhLnMN+jndYw9Xm
aDq0Oc1rz6A+F2uQU5JDG5lHo8mbKLyLoEiaTUeU13z3jVuUdG+PtO/FQ8vivUdHNv5Zo2Qg
k6M4t+BZ1fMxp08OnGYA62sroCQKNFBtBh5r0bcxlDD0zOtZjglmd2Zg0seoaYAKzrcP6GHc
Dz+vhN5czQbT5+gWONoD06BZVReY1GWWAfRBYAJ0luRAtOPQc3cvKe0iYeJ6vKM2a+F6IbmP
mG9/Gs7mSt5lz9PKZO3kcTO1BmzwDWXMUdTq+d9CLwsAb1+eRwa2YAmKs1zLYzTn0jc70mTS
ozf0cvaMKReeeZ3lHLmuCbkEGSB1TOAeYxtG40cvqcgNgGXcoBqWDuN3eWejnLhzk9HnCOvx
9A2lGa9F5SaU94850GCNcjUY85JEKekyOb3CrswD53SKJrDB530HBCqEUFwZu5/QIAoIYOPR
9HPDOMxjuaromfp8f05wVOQAggNGdgCUPaawvUZ+V1OaPM7BsoJt9FvvWJnVh5HnalCK0AX0
c+4Dm6Mx2ekQnOzdLON1URyashGjNqNyMdHUnN1nO6aWk6fN6Zg8x7nxAVhZdVB+/m7jMQkT
UjWekxuWDxeziOf6Dg9s4vf4nQKxdbjGMwMgmsR0c7RzRQR47CrpJsrOBsbj0BrizoyQ8VRE
IBoGt+UjO0eoehOWTk9fEc/UjQcmoRjoKMxCRO5wfSFCajfo5vQK8f7byJmISBKyB6PP1i2L
UaupyeydJczDXI6Z5jpXpOM7PoOn531HlxdEkNLEmpo6QkPo0nRjUTSLWthmzDmNO7kdY6kb
DzerVmPOVt65z0en5Jzut51p7QvD6D2K+T2QM23Oedbn0GDNuxiWCYfoOP644LQs705NHQ8t
3uIcyVQ8kMK15NpWbSsf0+d0DaXRAVqqFpcs84zqcs9DwO5kPMuAjPGUayW4spZpfm1l4Nqz
KxlHPF9C91aTbLhzeSPPOj6bxvpjdjfzzywQS4ND/ReXYe/rndM8m6wEY93OAMYdHrc71Jyt
JqNIr0GXj+lwniigl3dE6OLWA/PpGb+d2Tr3KLksklEE0EFuY5fP9FwhI6MhoOtIttQ1aUuL
bmaWu4cswYHr0ZjbBh4mliEzOJrSuiWFksaDsGnX9V5f1BwMvU5YvmbMZJYnotS2mg+e8IdT
TJFZzkc/r8oCXQ8szjS4LD9B53unVmTWXYkSSES6ikk05KNhnGz7s405QSyA6DFahDVuKEhM
AG8bn6XGOxGQ8ANiDCAljCEBFVdkYv050nqeYuP3+GZMvVs4sNh6TbhE35o0wp6dnM1PWTy3
qPPmCrWFpzdMsYAbEWdPoeWM9lp8jsPRzh6jpTJDXFc86PKwoA35NJd1yzqknpmTo87WRjlE
hWEUsXxuliOzDh86FgFBLBuiKujA2bnGvocvWbFIcTm9DMZDoDlbMOs9cjDoADouOfpVzTvz
g5D0/ncmcwg0BvUx7AM2vnmt62gqaRlXuhgLeIlsEp6bNWc8htLn9I2oOHK9DwtRsR0eUdpW
PWFZUXRpMDsXSOnLh5PFto5Ll9IVo6HJG3XVGcvsKD8r6zyBGLYUQ0dRGPQYehztR7BGLgnU
52rYc13ToETSL5nZ4piG6NuvK8Xmsx7FtKg2Epmc1hawyWQxLM5sKqDYJDMt5Sn5th3ILzAO
/IPLMZq5GtYW+GaZcPHO4HeMoauaelLi9A6ePGo3li3nI5+rOEMEMLAKqod1OZrNjefoNkSQ
yQRamWFwu2k89XRxmgwoW1bRzRgMISZ3ZjYlyBtiYSCsetgjaqCQcJn62HtBbQIurgiOUOLG
B0a5LDtzPD556Pz3TBzyDyxNNW3D0SZm5TEy0B0QiqNYdR4amIDcpZdwjdp42k6ZcwzToxbB
3O2CcpOxZi0J1glLKFogIeBdQSm5mBsXRtvC8Vrxay9efUdDOsyzqDCCh55tAwTglemh8ZD5
tqyw6WZ6wdXPYaNOHSXWVR1MGjKb8WrIUp1CtWVg8UmQLIlwiRYhWVGgEUdjXwOqbM7knI05
9QvQlwAshkDZjCJXTOOxgg2JC9mTWKaEHdbl9oUxDRlQys7YUTjFmeYK+Yo9RMUPBDBGasXQ
GDuachnX55yalnqfO7+ePWSwxJIXe4vrTzuH03OOZXVSZCfkDGhDGWCxLgjWJ28mbYc7di1k
MKGCogReszdvid4z8vtcgVGiBry6C0Pzmzv8Luly7KKjM+LrAcouisTGLKq7N0dD5vRCXqzs
O8WNhrxzOcunAd7idHnhQINS1Rq9Z5n0xkybcZVXyx3PhF0MGrqhgqgVj0Bm1yzj6smssxMV
bREJ1IF9/wA/3TRwvTYTkLZRm15WDVHA/Q+c9AaJVBGJF1dFwbCkgpWsTTCh81ExG69mkMMh
m6Igjn7Umri9TKZqqwhhHT7/AJT1YHO6nLJwOtZya6fOKu0lyqCMNhXUvSWluQ4u/mbTSDQM
eg0johojucbrnTiQOfh7XBFNU0hJMZ3/ADXpTSBUGxbCVdFS7JcslSGqVD52E3mjocf0wvJ1
MpmDo2cUNPKHDGnIvQguE0r0HJeGLdBW0jHeZ6HDMgVqMpEQ/ucftBXKC5+7AcU1mdZebSFd
QSy7EdXm6DvQSFeW9X5MApATEhfoOHvO7azCYlxJYl3VlrZYlgka5IfP96txk6uTUQ9/LOjX
BynW5SmipqAptdE5++wGMowWVwDVyDYJPqEc3u83pnmaKG3s8jrhVULy6sh54xM1v384Isxj
JcEacjjsb+J2xflPV+ULUxIZgQO7D6A3C6xTLsKAZV1ZcgBxbTTJDzpbMpn6GNB2cvngO6nk
vHovSZ82qyupj6wo7YEsuMZcu7pnMYQgtCDGg481LE6nS5fUClLCFgnmXDvO9570vnhEqzRa
mAoBx1eryOsD5T1PlAVlCmpYT1PnvUBSmGc3LDmch10sdMrR1gZpkh5BnEM0I0MF2aDVeaGm
Jo6bBeZzZ540dZXCLWozt9fynpjnA2gZUL24tx5iGI7t8XtFSoOAQOTpOjqcwgExKzeoFh0W
Q9B1uR1zicjfgBkhVwzr9rjdcMpZZLMsIJTFNCq7Fr0qNcTDxNDBiK3mB7mg26xBuo3KzLOj
gUYnm6cgOlG0z9zi7Do5X4wiVYfV520TyfUcMy9PndMjczhIAR2Of0WHGT6DnHAfeQA6AEpZ
0/Q+d9GcLmdfCYa2IF660mjt8/pElwkUwKjgkl5zdYtJJRolw+eMVQa2UaMvT55omFhrULBG
iLHZQhYMoVryaRbBE7mJ+cvQlYe7m6Du5tEOHp6PDF9FMFtVpOg3LqLx6eOc7L3eUIowLuiO
/wBXHrE8H0vDMWjPYltdA7DLhckLurJVwpbLOe/RnNdXB8uHzsZQ4aoISgu7skkFnLBu2gWZ
GQqsatoG1mLWJcQi3oM6urNpA5PY5JKYQlwib9OTWZ8OzKHj2w5OftqOY7Yw0dLl9InnPRea
MY2ZfqeB3zQVWSSi4FDYlgcAi7llXdGmVD51KoOQgbESyWYYmwTejOXYNKYcMoOQOYhg8ltN
vP2YSVnYersGCObpzDCzkNU1Zq28zpmbheh4xqYsRtSyS6Gb+Z1SeX9TxTj01YXofN9468lg
iygStYySAwyKuQuro0yQ+cXcLksALAO1sHsBZJTSmlRZVZnS9QtiiNGjFsOvxO7wzDKeem0Z
NJzqtQwqYKxasxq63K6pKuAYehlOSzDDQFahnX5eo6PP3ZzgKNhn7/H9EaquiXIVdQuURLll
SQlXDRJD53LhQMoTZAXcMshMj4oaUoswsmbWBhorA3Y9B2ub1BPN9G4dTZg3GBb1F3UFxLh+
9DiEJkU8DiYPRYDj9FrCtfOede0tODm9PZxe7RF2JF1KKuQu6IuVC6kJJRpkh87sqIJqLlUW
QQeymiQDSHZURlCLjEGNy2jWX0ToWGg4qO+oB0I5djmGcxVC23oO9pU4uSy7qgeZ0sxkx3oJ
olB9Lk7jRdWFKIkuF1cKq7JchLqFyrJV0aJUPn11CCVAiayARGqb+eJ35nllbxKjoWjVlEPz
7zV1sHXLhQG5YumKObydWILoPeZ92XGdouP1hl1ZYlQMsjzLjSEtYmrfzdh1zW4u5ZVyypdE
khLqySWSrhKujRKh89khUogQsSNHabsfR5wtguGXdCrNJS71nO3sYH1M2ouXAYVAraBzOP6X
yp28vLWaAF5XpsXTLNZB1dFEJGXndznHNIdoFWw1bRMu6gUqy6kJKsl1ZLqFjcJJDRJD58Bi
BdEUJ0Ts8T0w7z3f8wbWLMfV2AlqCOXpOpcgRrMOxIqSihIAeZ1QOdOjZlc+FQ6BKQKrhRrY
XV0AnVRnfdkICLuqClQuVAqll3VklWSrhJIaJUPnssCSQkER3d4HfFc49Atg2GVCUlyxfW53
UNckIYkXcsqWJVXRQnCrqyXRlXdi5IXJYLAIu5CxKiiqySQkkJJYMISyGy7qyXIXJCSQfJD5
2JgXKEiGrJ0OdpOg24AUgcohNNWP1Z3m65ApVhXUIN0SSyqISpLIQkXJAJcLkhCkLKrJVwqX
CrqBSoXYkUJ0VYmXKIkuiXISSD5IfOqsS5RAockLdz9h0qsS6oRhVAksEPXj6ZpuWS5C6lF1
dF3UJUsGXCiEgquFSWSXYJVZLqy5UCqQq5ZVyyqKipIVchZDZd1CXVkurHyQ+cV1COSXVhx1
9kDk6tbxB6XnPLaRz73Q57NjDF1FbhdusTbSEU6CY6xFvoVHWZo+CLdYqNgqOoXGwVbaFxti
qdQuMsVbIBG0ALaFxoiiIgLKwYUBhEBZQbLh/9oACAECAAEFAP8A7MH/2gAIAQMAAQUA/wDs
wf/aAAgBAQABBQBhiW0h5ZXZW1ZWDHUqCEH2cnsyJdWy4OMzqRM4mMgODP8AIH2Vip0bxdr/
ADj4H8PwEYkI3YYnIfWYsl15S3ypPYk4GRNYlXqYFc8nRFjt622biLVrtalYFrWT6FWrRhWm
T1qVrEQAKQuvbaS1jpEuLivYObbWwsS3I8y5Rgym8KWsAJ5XzkObEx3hxBkC2vuLausTJBbM
pAzYqlkOW26e05yRiZMxgnImeDnPbE9LshbR8Z/iD8lFaeFROnITL62OjVVO3UCeyKgjAFLh
WqGEmZtewrplt9tzpSohUQgsFACqBCGNlnEUnFSnvdmJ9ZnBs+xBYFXi5L0sQGcEBmMa09S2
SMdJmZnbAtDVu1YdWx2q/LA9x/tZxL6SoymSAYFBh/ADAsIWmtYUspsFlX8Of4OwVat5LCl9
LsQIvEpuVEJ7Iltyn2THyKI2QEOUZ1Rdr2L2MUCnIZgeoYiBWx9jEBzYVDExUJiqqvayCJco
LtwWBi/ZVJz/AOVfLERAZ2BIOCucYnImcCq+ty4WxQ1mu9vjsashSQe2AWZszOY6146DKUdw
UIBCwcwjkYz6W7K/zEPIfVpY/q0EeGtVRRlFHjNFRiqAvsGP7EcqFbapqq2Hv2SGVZYwyqiE
mNxEwBYwJAybOQnAUkjoO+ADgCPlgT1VGJRSuXOGS7EZm7qbDO1ytyCAZgxlAgwsuo8hW2xF
YK6KWpssAWJYXAXlzFOBRUr7I1agQgQ7Kr0GQckxeoJ7Cev2Tr7A/H8M/wAFcMWYLG/1QSs5
QsAAwJ3j/wBhBzdjo7N1Ysw/1IqBiK6wVnHQBs9mfXdmXIJXEJBKAZtqbJfL9GWdS8CKEU4i
8kgGKEBZRl0w7KIYvwWhImeASQ9dlYbxXFaURXrNZDhhY0+xGqO22FCxmwwUEbNJW0gA/wCB
FIM9VseXXgxMfy6tOhlmVCuIq9kaktFQINwj9sYK3gKjW1BW3KwrbNzHylVaxcGzhTXjqjHy
EpkGNdSEqeoktSYHAVzXgXDCNXgULDS3ksrKFaW61BnYfU2rWo68YwaxlugmDjrglTnAEPYw
hCFfsbAGHVgxYonImoK/3H4jY7o2Rs1NYjZhMC5K/Ueu2jXsQH/4bM9R2BQgV2bdKNVbdYdv
/wDqCjF4DB6VBZQoXEsQkeI48eI1CNBroCaCsCYniVWatXn69YK6oUmvZUj9lYXtLHaKKNqw
Btu0r+7sw2bJCi0DweRlRFUoy2IrBsmHiZMJJhHGcFgMjAfsBOiuHYKezAa5/wC4+MPDkDuw
l1QRmIg5CgE1Ak6lvloHzz8DPx2WC+qPcCosyK6qWARBC4xs2CzbwC1xWcSxVNVaERx2irx1
BXqonUE+JWFprFs5h/HJBEGQTmAdrsHI7ZsbArPcGZCwkkj8rkHMBmeMx+YcAkDILGNgGuyy
qxqRbGBEq7LsZzL3cOtj5YDBTsCD24hErKg+qtVkHxmdgRZsBLDv6+T7BGNuwVFd7OWuDTJI
RmAs9h4w9910rq8a/wCbFirkWA+JAJ1GMnDKSAIAIymbdxLJa+PNZjzWCeZ1I2yJ+0+arnco
hew0vjwjD0kVh9epLNmst+xEsV4Qwi8zEGTPxMZhGG5yP9mAUFSWelbGHbXewCxWqrS64Hpt
1gIhJi5Idgs6OWXVtsNXqdponp+rJXXWvwcEbOuysVdpXQjQUrhk6xRw6/RWxXsbL4Vix1dQ
1taQLwThiMASyl/GuuFiU1GfrUieGsAUVl/16odVOt9ID01r5NimsO1ZANPVWVzGQ+PSQGLq
IF/XQz9YR6B12EKtXrq4tpKShuii1i1FzeXmfUFhhj+cNnmJ1Ef8KR2b/exQ8FJRrlPa7LJs
BilWDFBK69K2bK6euCFAH8M/Fys1d2mwgowUUCBEDnGX/wBFwtK61lopoSlPxLubkBJduEOZ
YSaxiAfGQGRSXYHB4GwSbKhmzZryWRhGUCsoWlvZU0xymShIEAIjcjaP/YpYmbFTlW7FSBjX
OLMiHiD89j27MRyAhwXIAAzA31Xk2Lw7jyWdgLP+MBlgAxQSLgYfk/x2iA3AHBXBMEtZfFWA
1NK/14iZzsD7qwBKKxrHUOfojhbBYJ5O0LMZnBNtazzVkWoCah99lsMWJnAQ2sGtYsungFQQ
hYCNY62ZxNqsvZShQ7DllXmro3XUAL4mAGxMqZkiHBAJycFR1AhLCOykWKTbbLTnXX/bA6pa
a2rvRlDAj4x/HZdRYWn7lHY+xIenZotD8ipCKqcdWwCqmbAwwwYewndSylhOoNxEGBOMjiMF
JemvD69WadavtbqpDpVNH1bjH1rFi1Oya9BSCq8oA+Cq/FgJZeCWBKopBK4oUCcTADHBnXqA
BDgnPPZSFXLHknDRvxbk2PwLuaQGJ6r1KgrXbakp9nYkp2qLhn+W2mX3Np2sxaFDMZW1iNRv
VPXV/wAdIHRm5DNl2zMQcwK6mmwvFYNaQMYEIM5gK9cDrer+SsXYvXYn/ZML7IVLNgwG2a73
dqbLip7tHUidrM3kmxVKgocCpwvTswrxMRgFnbM/EAJCckjIUdQuBMkw4Csx6uQQ2en5rVQC
y/UMVma7BZq1ka2siBrLAlXsrBK7a7Fx8Cb9taIbP7RaWJsikGAkNo3d5ShFbgg1ZYOcHC4Y
8a+QtBy6A+f/AASY2MnJhJIK4Gyp7JzLwOqHMfsICSKupmsvVkzgkxyc29glt93Zb7TG2LMJ
ZcZ5CprsQnyx8RSpH1MVgAhyM5bJiARRmdRl8AXIAGwEUEIjAwcAAGCtpYLAuqxK5xNnXdn0
tWxWzBHLBH9Zvbr1ek0qg+n68C31esBs6Da65OdZij09glsqIl1y1xXJHczVdcUklug7KeMY
hMDrkjlsYurHateLiCUXIYL16sIjlTScsn4IxCMzAxcF8igdn4CnBBOaxmYhJIXJHUCYJIOA
D2Y9VFbdlLmYyXZALCAcsZksqn7VkBV6kggF34pMBi15eofT45A1Nw7DXUDaerQva1kZDu2I
9Ni4VPrZpWd6LBk0ty4V1OFgHGshKUH7Zn5njJg12JOqpFnemBlItyYh+z9M5OGwyEsJXUzN
rVHA4g/Jxhm+t5KypmdrwwassJ2AakEjiFYeR1aLDiV/YhSYD9VOIGPbqWm1X1lbko4zFQqQ
coh++MAgFKuSAMVocp+P8S1uqXXWdNVbK6l2Vzs7gNlyr4bNW00rW3bURlquIBrH2s/1/AH2
NNbINehxBrgQVqIGU/BjBWV0NDFcC2tSxrwSItada0JanSV4NagS2sVtiY4OcX8uMB7CCUAD
WEFtaztMmEcDOeuS1WZ4iCtQSBSAmVAqJYgKFIEtqFhbMFWGssdbaH7BRm0k9c/WogOhDBLE
7p+LkZqvV/s1WbDs1eztBF8vmjAiWtVSmnT2NuBsJWwNfEKhp0AGwcKc4/LalYImDLLwB4QH
2N4VV1//AKSjOt7LS2ZcoKYKGx0SzxoZsIwOufoBivX2+oF1Mv6dgQZmHk3UByaDi2nkVkMl
JJrRUP2h/KhYWBmT04MwCHABPKHcoqW32JJT2gYV7VLhWBgUGWjNtC4gYTkjsAtrArbhF263
Lep2byg36yBs95be/Wt9Z5tf+tob9xetdj7F+21tFWnrEs5ifnIDMSEvYtOBFySuAL9k1ge+
U2mzZCn2pu19ql/0HYZWxkPqNxtnT2qsIUGFI67Nq9qkcuD1iAljUWjUWJWuEn1ycAmwk9rA
Ta+MWGDKwj48bCBeV5gGFJUHPDze2GrHDFzDhZ1dYLCh1t8MWoDnqUiKZkRvY9rNrY8h1Kbb
U0dN0Nmkn7HsqbK1G3dU2td5qtv19jMNY1izM9fXl9pu91eErLNFYwNmz8zZpTrgmJxZe3Ue
33bWgJI9V7VgO/rEbf31sV9cmNoN29MTp23EOodiDki+lliiym6o2WGvTVpTrJVG4G0grUXV
EqWA7fVWVhZT2Ve0IgUTiNiYlhWlavd1h229PZNiW0DhjusWt7gMxOeRA1WGxgr1OrveM9+8
Am8emvlVVlcL6XW61uDGyRsU+ereptrt0ABqW311G3YUE3UFv/ZIiG+519e9zXYaV9QoAzLD
lCQGrVWbZJab7WC6jXaxVoxFatYrrLblDVP5GBzbpbAAVQxL+S9eJV9rxHvqSN7LXWP77VWW
++Vlu9gLmr37UP8A7G8Grbs7rvVZr2qrIc4QHGIcQk59ta2a6wBVYwt0fc1WLbrJam9U3erQ
2LX1PS01V59eD7L1Om9DV2JGdIxwPW7PABB26DfU9DG9/Wvboeuot19VmCDY9ujW6l1tp9nq
G4+vvc6+04uq81oUucgMD5Cy0X4KbFFhC9YWAheKxYeBlKLXXKradkbeiy3+O1R1XtizCV79
zU+kdmXVpSveWxPY6+oq1bL+NKEFaK2RrqPP7bau16ztbTAju2VCh2Y6/rt7YDem3FFnr7a4
NXYVXSxRreU212uoVszIh4JAM9qrHZc+OulQqJlR6/duqsatbnW7dG17Cx7dY01UnOwi7RGB
2YqMCplS2qwWI4BN6tRvU2JWi+2fZuKC7X1tOmqv6VpunNWioFFtiG02NPJYRixoABHbBJIm
rtbVZ/eAh3HMs2N1p4dpl/XsJ0/FTPYOw2KWKrZ7atIPb5NVpGu/unAT3ltlmw62ewq2kYWk
u/AVbnd9LDT3S9q6vV3XSn0dYn6vraA+z6xI3t9QRvc2CH2dlqrtNW1W4Wi91LIbQmBOIc5I
M2Neq5f/AFWxizQ2PEfXbZfS9Tel3tt8021be3+vrU7Ru8adbWr675SxjUGigBuZovmhgce2
o7Gmo7Ovq6WvrnybIvorelbGLNa4YsyUUKQISGGYHyVsLGtMuuswI16cCuvAZSAygNYc+U5r
rsYb7q9mgUZf1dVR4tWmVvminWotp/Voqr2gTt0qFAfrLdy1DRuVONdQKvbOldVvuLJZv7jg
PZYyo0pqy3gpUilRLEwLNOspVs2VMrFlQnMZ1Bs30Q1XGx0KMSFBa9ALt3xq1T7e1RV7HWtT
2l6l7vJN/bE1NU7DfoUpqOB5CQB6vHjB4vdCdN/1ytnBtZa7to1sX/rLDGwA+var1sGAHBK6
1rQ6a1JrL2td8GnqFLjAZiCuZs3EzXIEQldc1F9TSsH6iXApt7fiUey1v1dWyrw7Nyinw2PV
W3ZVEBAL0Dt67edE9nsPeegVSAsULKamvsKLro9trFmtJpsvRq7MvuY662y9brugHzpNza+2
GdtahdekMiih9jYi0rPDURfWiDpuWTXG0Dft69SXWWbFuleFq3PZNcGOZ9i3r0WuvAl1Qur1
2ZlptIN1bW0L6vdsvSj9fW2reg1z2q/XRl/WTNdFSHYYVrdabJp/m23DK/WqtQ1b8S+9hVUh
aVrlsgUZCai5TW1tgNq0+w1Z5PVB/JTYd92RPJ/TWrJaAMKDlW5IGN5etgAM+pioxahPEdi8
22MWCo7JKrJ2ya2NlRzXbVsLYnjrm4w82jUzteKuoI29hfqOwM5UbTdqqt9NZb/bNYWssver
X6yuovS3rbmav1F+Nf1FFbFUyCghPD0q5KAmliGu/dJsyJdab76KXPrm27PINz7Jsoxt6vWq
sRWxEsPYqq10631S+xibmDvXgDXH9l3ZGWotq2UvSmo5ajx+sg1/Wk641kXY2P2thQ8sAEQd
jnLAlWt2EAW1bambE5mnR0G1ZhUXEfqaq/8AiGOtTFZUxB9hV1al1WzMvPku1bnrq2tyux9G
sMlliKG3hhPZKTXdQy/r17OviuLWoFzV1HSN11i0eNbEAnmFY2r28dTv1V7A1u5ZE2ytjuwW
7b3qKl/9psvXqJQG3NKrW2+/7BzjGJXYViWV+QkhwpZ7iGsI8a2kCVDlFnrkD7nsKz1rJ63V
dhZr30mi/XuQ1aqV0lt5s66rgYtuAlNhC9Qxygfbsy9AOHAL+MdifpcO9vInHiR/6TgzkBc4
upZtZS6XfuJh3C3NcxigG7WqZE2TUleO8sQpKbGRtDbZdt0octfYiFaldLNVrNi/ovlUItS5
2m7Wh+os2mBLktrq3a3afW1399uMa9v2Fz2vr2WfroB7MBwhyCYrGKGE7NK3Rnry1trdjaoZ
FXrE+y+nQk2VJbW1exqurAr0rxZp0OT6zUL7NoSkUilCMBgBKDljgL2HnD99x7VS1f8AUAMt
hKitz5GBDLh6gHFYH0x9jnOsO02qTXZ1/wCvsUWWO9ZrCMVcbtipddZca7fFKa1eBaVgZfL0
tvDU2IuvQ6mgL+77CtRagm07ISQZe3Uk5mrqPsWU6tNKKjsRSEe2umydVoX9Ta2h7XVqp0al
IhInXngAkGU5B1xhWYLGclWAApUiv1CEa/AFj+SzIl1/RF3tnNVljzX9aQ+ySNjuCb3VV18i
O5JtVmuorKFu1jqqtWMltrt+sP8AksQk1geMYFRUCtVyWP31Mrdt64dfBfHYqtx7DEBOOGNK
+RyuE27uk9Wc33UhKNiqoVJfW761Knf9mo7U2Aje+71KzTcB8mvoW3tVVVq1MbLFUAC2+x9s
KqmmzyPdXuMd/TuFDuCAfqFwCQXaUdi6zYc9csjWWKQoHTSGNXasIUYxv7LoNNSzPQv62t3V
qX71b69d09WO2TKicEqQzN5rbQp1aVC6risXPgPYzVJ/siM4pptZCli1FWKVLyKyzalDC5jx
1E2rFWu0ZPDTthq6ys1a17P0V7mZm9DrK1m7cPNs2bD0ais21Raq+09n28mmOdjqTrquV0q7
rW61IVsc+MgXjxUV+TLsw1/Wsyq+8iDc3bWo/BBBCkGZaETTI7552GUscNEVQ2uDZbWRVSxN
j2EgHNr65xsWooSpetug+R7VAL+hxf8Aa5Vwq4MYYNFZe6/8mr+tG8tXXNl2jQ1mvTq03au5
TWy7WqGv/U2B49Z1r19fr4hW1i9pl5tEG1lHbuMKFB16+0CeOvZbEcIT6ejxa19QsI1di4al
BS2hUN3tAfJWCGvwya/VJZs/rh/ausPtnIr9neWvpfcpSmprds5o016preO2u+pDUR1sxB+D
jOczVYeRCsvClyCIvK6gXz7SnAwBYMo1AVXHS+ixrKVU/tarCu326dtckwt22CDMtLiWTRXo
APLcAelZ6TsTENhToxBRUvYhb/21DV7FbHHBUgeXrMwKXt6hXZeMBV034tsArus8lujSLLak
CIURoAoGwj13a1hWz2Z4X/ksH1H52beylVyOoKn7DY8OhQLEG+cVeu6SttXWF28hVivlBYAs
2CWyvbNP/KEOL+odsRCM+pTvbs8tnEtU9Ldf/pbCMbNJStFoA2rbDUbwb9JG4pQd8MPi/tmo
datevovGLMq61VMoNQYeLGwtYSuqi4bGp4lFdebFPeq5ye+V7mL2JStmFwOCD01Pqr2MzsGW
z1Os2R873RZoa5fZ9oq9UyGJ7Ds2bS3Ri2AvCAeY1ALZYgu2rXsfU1b2KaAg1aAfZoK9wEgA
/UqCFHUq/W1XMvDELY3WtcL6nAe1gbdi9kCBgAARfpnyivxpst02bbABV96rU8GxQwK24BUo
8vY+SkN1GQqjh1BmuoRSnADENSllOpeSN+8+G7Y6M2yzSm0FtdA69FieuhprqS5bGeuosUrH
iZK641upYPXGhWDKZzM5l1QtWmlKV9kM1NxcQcYbvZ+SOexzporbNrtYEqd79arG+ABCwEs2
KUHuLA+2+TB1gsJVcmfXzKRjscOc2gAD15KvYzK9FRM8Dl/xBLfzulxsapFmx/4+4p6bDdkt
KglMKbhlqgDWwHXJgQ4qOWZSYlRCVexekatbvNyvKNSoY11g16y5QMjcwgmXdvGuubn0vTKh
fR1nnsPVFFDhWbYsefsWqKPYWo+p7hmsGPjeTNFiEX/UQDJtYdhxOMespFuyFRQ19S3pfeHO
zsOAltjDRdp7iha3z9RmcZ7EHH3rAAcgLUgYqpnr8+TAINIB+bFLTY0/LRq02pcjAD2NIsXZ
qAjCzpYmQ/V69c9lABPBHOKGAssL5rACvQpetQk2/wDR1igZqrGWwX7QsqzZ9gGnqHr/AHR+
J7Fe2o54ziEjAfBSwg+q9qpTPNoDV7gJAKiMDLCAV6kj6j1lvS1/NaKfX3MtfrkWLRq0xtyp
Ydjaee4psNaPgZySTMcOSRUQVtLGVDqq4x61Xe38fyP4UghiFNvayjbqSxa/JAQsZVSnXbpS
fNZBTXiuplbXrH7DKxmR2QgqwTO8oal4iFpXq3hiSBzN/wBh5iTk6l362zr7SWV+ZMb24oqd
uTnOSCOsLASmxhPTbRu1yMjarGK8Mg6kWjDrgt9VHokB2C1dYfeXPl27SumcprVLCUUew8Nu
u6Oj5AjBouAUVcUleuPI5AEUkz0q8fzVglliBgtnV9jV7rt0vVderFCbFXXTgEZOISyrpDNb
N1GAiDARRlX+9LKSamCytwy7LY+CcxgICM17D0Pfv32ObDCwz24JyB2wCMnCn0VzLsAnO2h8
1GCi2sELYKkNHHPrbzTprTbcy69FEbcqQNuXMQu1ZBp3Gfodj7PVNN2WySTFySh6TLotS9Ww
Cc4nrCEpzkDPxn+Fy4KN2WynMuqtBuS3YSkMtlqp5UDYIZQsvb60AqApZrI/FS8Kv+rgBu5l
blV2LB5exhcxmbIZwM5GYDGMEIx8dvtnA/8AzlJe6ewQLepCX3Mo1xloK0g6FtN6KqH3rGAq
vtanSOVKUhrqlWz2GGPsrTNx1uALAYML8LyTh26iZWCaVidK7WqZWDKCD/EgEOjQjIdbaHR9
ew7zJVs11NkjMJ4ABnQ2OCGn+fy1o+ig9eQ4otM19TsSqkWN/b4xHIMPMJEBMEJEBnUTAJzg
g4FdT3P67TTT1jes3K7GS1e1xpdqmqZT+DRnya2ijKtOtVG3aFF+2tgNuz1FdzlaAzL6+ubG
rrrTsVCuzoCGOI5GdVQo/wAAmVWKXb2DrZr+z7iu3mvaXKsrDPPxx8ZllauNo0Ukv5dx2Bhb
quUJGFOgve9m6vnIC4d8xOYOCuVbHNxCV8M2IzNAxEyMHIAxCcQ9pkYDc/gVq9h9Nq169ebL
yBXULbC6bVc1wvW2lHW6so+iva9dq9waLrGTQtg00SA6Vc/dAhsutn6bsDpMo9mqpc+AYq5l
CgVsSSzESjBa7X56BYlrrK/Z2oE9pURX7hc1e31bI+/qItW/rWNZfTWLvcVLLfbbNpLOwBVW
DBqqtA7EsR6bnsdtbR1zRTtgrbpv5KmVTMfesDsVyFwRxN1yKq0ZrMiECA5A7Q/kmDJmCTkY
E0vX27ba2rp0xaVUNcQPsZgCbPVnrwEZ5e7F/VoLNkFKkf2CANu3OUrtsi6tvWulQQCBGUMP
/wBCEVDkD/KqA6/VSTLWyaFA+GRGLa2GbWtA8b5Fd8CXA12WxzcQKryV9dZLKKqJ+2Ffy61w
VVA0W7T3VCGrRb70WhxvVlxqWvVaTkK39lJPXs+VVs9WEvvY3UDCdY9VghPBhnM/JIxFrdjo
emdjsbKMdGii0t7KjK7uo47ow7gzYofIUCbB6UksR6yzx7AFlr1+vsMr1aUJKKLvaatUPtbb
nF7uNrYfyft7lB3dy/ahAJ6r211+w4lnWMwazXBI75mCIikwMY2MNkArkBAGa6yC3b7M9zyv
/jsosricmoYSkFLPYEMdRKZo3dLbEV06OLE2bErqC2VVYABQO7Cbl4qoopNz1Ur24ljIzXVU
iV6iWAesaU+lpsQek1VW1fWVDVYhtjsKNH162l6q6Udytjf7c4JXqnsdyhqr6rxvtilgoPqf
GNodFW3d1q12fe2s5u3NiJqWsF08WeOtVetRP10c+0IW1+CMg6fFfZZsPgVoC9QAjYWA5IJy
ME2sS2SZ27Tu0GVnPW98SvHXIyqplQBD/rddkVP1tOVtrPkreoYtpYGiwq6MCWyCWUNubB2H
1asKqATEur62W1K9Yd0upLuiItVd919tmp6+3YtfUprlJFlVACLafpYS9pyIuDG5LBQKgVO1
bTYgU51uyt7O4JQxvvNPrEJTUprHAjMSO0dmZ6lJPsV77PVizjE1gVq7fU8vUFMqHDA45EY4
APDsfKeTYea+8YtBkRmDOD9EK4+ufr0bYzLXBCD7Ny2oVNI5jVAq9eILAGst7AdjKdWwGuvq
MfF23Ve69kG3QjNo2eG7NTrr61IYlK5ftqjaVpW3de6kPu7VioP7DyoJEAURW5JChSYGUyin
Xc7mq+w9dKUrgEtxO3VfxLHKkYaEhBsFjc3ZSOWqOVZlKHsAqkLT+PqWJ7QCEpC39pjd8rjr
x3Y4rRezDlV4gbtLGwM5NoAifnqrU6JbAHwY9AMFS5VFAAmD89jHKqz672qpKNRt2VHX9hUW
3dy131tSzrXc3f8AY7LvXd2U4LDiEkDJjAGdiTWuDWyKTsuSm3YIm3TK9ql4euMAG4FhWhEs
OYdOm2bXrbkjUss1wyi5iA3FSnIqZcd2IY5gIJ+s+vlZmNdYAbsgYAYsOSow47NFXqFK5tA7
hcSxR1q17GajUArVAirxPzP8HAlnYwoxLeRW89qyq21p5WgALeOq/TZnqF5rvXXvrdVq6FVt
WJffXOu7Y29sJCvRqxWUYEQK2LASUAySBK17uypUGdmKuY+y3UF+yX3I2vuZA2laZZij4lrF
mXHXIKburWCFl6ljaWyilgghTMU8ELliAp4Ytis4BLZJcdT/ALdwDVagZ3VmsJW1m7RT99Kk
XQstaHeEO40G5YYNp5+1VFvqaAhoMR7FQl6Wn62szeFJnDalr1rdbc1rhWBTJFlyLXsKz12g
raHK1nrZtIWK0u6tTdWcYLqpJcEljmhFC3N2BUZKgKWGVALFMxV6Mm1YpG+cj2Ck+bDU21XD
BzsdWD1/Y1uGtAFleMAAsvbIDRlKtgyxWwv+rtwMYRg5P+wE7N2yI4+4yArcUc099lVrrMKU
46606608dbSusoUUqAOMCHgAAzEbHbWsUEKAtiokpdTHoRB+qBBqogdhXDd2ZXSPY/kTYe+M
xdzHQzKk12L1sUh6x9WYEqMAdWgxCcQsomCx8C4D1Vr+zWh1tpbA9auK1Wyu716+I1drxXKy
Aeq465jJkMJY6k0nI8LWE8xAI2CevWLhyMkWjDV46liBr0mqkLAXEzZkl8s4aFVgFxnZhFtU
zyEQ7iCJtUuewgDMVyJr7CE7Nj2sQjMrNAzsWsFYS+mx26OzaeylFYy/0SnGB+CScDAJdcdq
4GYr+DiAEMGKh2i5MGVB8hhRyPESEVlOnsiwdyDu3stfkJvULB27dcQATGDZhQ/BpbqdKnNl
9RpuQ4VvyWwnGAfreCya7fVELBqiIK9gMEugFs/sjWupFo7B6jAVnUFbayDaCrBmzD+AQCuA
arDCKI3jUh27Nr2qpySGIOyC+khyXLsO3LNPIM1gsW9NTjb9aaYVdG7LgPWCGGU6lnUGYENn
HksEV27IzMMjFZYtRcltW+wKp9LQcgDFvZQDYADbye1jbCqiVoGtqU1n29K+KofRhlio6kAM
mQLcMqEq1PZtgfiAHIhEt18qyuCzWCJc6lNnMfLlnvAwjTqIOYYSQPWtUzfr6xKanrlAs06h
v7IuB4VWyz2XvWkJGPwzk9ULZ1v91m3kn9NAx0dYk+sQD/1TmNX43N7YY2CBPqfrAckPiAoF
8ima7WdtxSaF+zFsEgtZZWe3hZiK2VVJWXD6VsUtClh7Ik01EiGs9mBEYfZCuGMKAPpYbZxz
gfAnE4nRY1SEHXBA1gJZSQEXqoclujQksSIoAmi1f7Dazhl0kMGtQp9qqCdmADEk7VSapcd+
/BE56Kera2GcGbuISGGWjfQbG72Vi8A5LdYjhY3Z3BABs5JMQMTo197LCDQCRYAMHMxmf2CC
xgLGcItgACurUEFdqgW0svSwZluSzN9kbAOcOQw12Vbtdi9OeMiCZmeMzMUqYIVEahWlOvYl
mWhHJAmB1pDBht7aN+7tAtubEve7YaylliUuTfSatVQIWJCnnJAPM9TV5bSRnbwU4IB6zc2T
YeonXqM5hOZnAa0wktPxFXudfXVzVSKlNZsSgfbsoYjKjqD27Fv9Sj5srKsrMz6eGUTe0zZA
cE/mziUZCsRk4IrGDpkmmE4gMH4/EwZzB8Z+MHPMJPbqZRU7OdC5GGvreIaOrg+vrwNauuWa
tHlpQJbt3GyliVY5y3cPgdWAno2634ltZetV6tua7pW4KlPyXwwySTgk8qpZRjr17GuoTTo6
fB/pQO5dCz1kELYrMvV0K3nqLDGyVb6P637Vifmez1hVaxzHyYuQmSYrDGRNIg05j2qjDmCE
Ccj4/wAjM/yfjMIGQFz6T15us9xYrslGy61+s2Hi+svA/wDW3CbNZqiIUHR2nsaSpUllK1gL
1B69j69mrtIxMgTb9iFKee6v/wBfYW2PUFAUHa1QIwMUYLNidSBq0ZlGqoVczkT2TMNckdtJ
kNi5EVQC6dwylS2RKwxRlLP6kMtZW5S2wyHZeq0NYAK1DtY2IpHZScE5Oj/wHGMAxcziEzj5
EP8AAZERGZl2rNSnS12ZbHaon31ake1teWb+8A191z7N9S2HeRRZe1q9ejDIUkzgzSVu93sa
a4+616iruETqK6S4CL195r11F3ZlJJijyAYB1K1NldYEA5PEH49qR4nwwpfEt5JYAg82KGJC
5RR1rceT1tn3AJnMeusi6tRbWymOSV6kTnLIQ/qbVOtgQ4gOT8CEGCCNcFg2dckFW+MHPrq1
ay5Ol2hYo1ny4FdGRqVuBrU1z2liKTTfYU1GErWhJudBd1EWtyEqLSnTuaJovhKAjV1gyihQ
LdimkWe6oJ9nti5UXMFBYgKW/E9coNoyQABGPAPHtB2UEgjKym0kjJgOITAAWBIFa/fVcV3K
2RmWE9LFyUyqsT24IzzYSD6e4I7UISEYRKwpHxyJxBMYn+BVVkKg+HTsdH+tOpJ00crdqbTy
rVSkpUGFg06hvex0Wlm7mHZvaCuy2GhbINCpGt0mdqwq1o5BJOFHLlKk2ve2GWbOxdKdVrZt
6zVJUo8luulOqSSQOPXg9/8AxXJPYEhjj2WP1BwcgyijFaEGdgJjjInYhEsHbkzS2e4wZZ/x
sRhmXpkE4MDcv+fV64tvJtUG91nnqMW6kjII4xjkfHH8BV3lNK4tCJZoVt28YUbm3asazbsj
69ljfoPBqDFdNSnau8CaBL15Qsfw7DNFZK+Lh7FpW7bOza35q0bWlFbU13VCxNSgpueybrpk
gT6NPWInkJ44gUEjqZ7LjX/8wAStJr9cGYjsSEYiMMwdCLaDK7iy+uJN34N+BWxxGIZS5Mzg
IV72f7enrVNeYmBOiwVorZB+AOTPJA+YPhKWdy3WEmwarilLHWwN6jWujek0QbdbW11bboDP
td38xVRUbJooWXXUW1vpWNK9BVnVI4E9luG22ulgtVKVgucL/vnsdPDbvtR2oK5OCT69RAAC
OYQQRntsVLbQy9W10Nlt6f0E4AICjJOe0RJay1xATPWriAy6sWV7C4tduFBwfsVY5GS2nX4t
cHMIzPJbWVvUxSrQ8QcReDnkKJ1A+VB8RQopRFl+xWoPsNp37ewsA17nKesGBp8jXqRUr/d2
N0LY+0qJVp0JWt3sdeqyu1rhbfXTN3eeyavqTldKrF48ducgYwGSet6mz2fNDdScBT66wA9p
+Yz8ribBxTZyfTVIdkqTNhOtmbGHULEtKhT9Xw7B0Sv1Du9YzNm9KaLD2PE+qxSDE6hdClrN
gAYAPYTAja9bQ1Woy3gQMCLDZPK4ZbiQGGOD8a/vLaQ/ta7Bd7K2yVr3dr60K7NShdjVx+xU
B+1SAu3WR6rWKyrWFluvU1+x7XefXq9fqPdduby69X7eyz1uUf1223k/M3ELbWcQgzODqBK7
fYqG1jmDAGsXFgByW6wfaAkDYAZBqAPUCg1NwOPYYW9EIgrcPWuG2Lcymsk7rz0rdtcGez2H
sdie2SSTmdmBDFh6oqLIICYMziGOiNEr6QE4hXINWQGNZ7ifrsZTrqZ+vQrpqo4b1/A027nU
tyNWwg6bmDT6NpWOmrt3DT0qXFFFlz7GxSya+ru7LbNikA9lEqcK+s4erbUHeK4hbDfklgp2
lN2q6mAEGj/dTDyWDgMxyp7Ps0vTcUiswm2OjG0xVsZmcVxGFga6tRyzen6hZvYFjjDAgk5g
Qk1plvXrh637AfHkUQFsdXjIZlhAeBz8219h0aMSx1wAXKl2Vw/ktU1bVykbBwuwMHZOaLVd
tZFe/YcbG3teMJWa6puW22Jb/ohDR1KtWcp6mz+raB/bsuICn7LaGtBJs1ftU/qqWt2NY0Xa
yYuPbAySQBLGKsoPWylLq7fW3ZTR2yfbKwNVJJcLWhdncnFf2IUBZ6/aeqDGPZofK4PXgTmI
CTVXgeupZ3VOsHEJAiFMGxZlmhSYqDCtWnVxE75+MTkKnYqlxRulTJ1oMWjVaCiuItRnQYIG
PN41/b10cXrsu96qt13kL9REP2s6tVPXMFv3nxa7EjKqmrW4IH20ye3GN3J2qsee7Issu8dd
LO9VjdnVSGrYNWDCRPY6xsDuEFjM5AMblipBH1nqU8mxPZKPKig1PqzxWRaOk64X11RVRPxA
AY1AylRUDj4upLRLHrau0NBmHM/PxacDX5j66E1a1pPitJNpFi2uY26UL+wvLebdsgosYpqp
LbAgaxiOAbDxgiVMXpGBZXYart0M1NJDhg1mwxFcfYIPrbcsMkbGnVcF1bq9rctFb1K99jOF
RPGzHso1m7U5xD+H2h22WZnIMZsQDlT2mQB6anrT/m7UqvFmtZS1e4hhsqVG2LLxVrhjTUK0
zzxgTI+MTMEelbAyujU7WD8do/BrCg9SwTCvXaljb1XW10Z1+r102A1FWw5VVbaBDEkAQBTG
XCfWU4DWoVYqOosFnrkK1SqvwA+S1rPx682LfziOwRXAtsrX62d1WsERPxpscAyxuqUuC19I
sWyvo7oMswg5lfbvoZWkwDj2lgGyLamnTXIJQr66k9gfgfA/iI1auE1utoHH4+HYhgeVbCnA
Yl8Wd7BWWrHlOEdlDX3GfZyQevTACZmAY6dkQErXkNcgzwV0Lcq5YVoDZFH1Y+RqQFto2e75
zLV7p+J+A/5ReRkzUOZkg7bEUUj6n8WatebNUALVYSa1B1tbtbThDwYeB7AhrX+sP51AHs16
lrQGcTgQQfGZjEx8Z+OZ/mNgniZmRARhicwQ4Yf5yJkzHaLVgkAQFuuCH/MH9laBiaGC24Z3
FbK1zYUEoBa9Q0awtGI/+gz2xyR3mAxJwdHLRhN//hrXFa5A6qI6/da1BesMa0VCv5QgrYPp
tk9ramWCqqpaAEfWYtOsxPxDzC+J3ZoBdOQBYs4zBOJnPwRz+CFyWyCc9f8AH+VYknOPrArR
QSSQsBYjPIrwLFIsQ5alh5GChql5Q9jnjylrGCiVs1mwigJNlutNXUhThlIjgRlOdBlJOBNo
ZVrLHfXGUPMUsBgGAAQEgA4lPKNgD2IRbjVaq9rg9VrFtGwumPg5xhiAigz8/DdDK255g+Mf
DDBVuRBx8EdgT9U7diMmqsNLMKpdnbqYEZovRF/JvyG+wdODYV70ngYVgAwvQq9rlRrsa3rI
asHj2TYT8KAVi3ESwL0BBbUdW2JcvepdGxSNd+3mKkwlWPKzKiAnNaqqme3oAj/Y9XBL9R6j
7avzgfCebv1hQYCLMD+WcnA6qGIwQWZRM5b/AMl+0VCWsc1qWLznKKWnIav7khSdgnLZB4yz
ZbWbLE8HWTYTeLU3oQYjAnSZm1PwNpib8MJgdeqgWEE2WMG9cAWwJiEAwcTepTItvpZ96rD7
DGDYOdf9gLqt2rJGPZBWVkcHqxaxAtXq1P6y/g8kDkiZmZn5xmYmP4HIgMEYjDLkMpABYFCV
YMFRiWOMxa+0yMfksDkMCLhLVVlPbBdgtLDuvM9c5bV9tztOMDUpzNF80nmbJY2rY5YEAPlQ
4wdxAE9aC0E/yM5YHO6nfXdraXS5Cy1UOaehlisk9fYzJzNpM1Nenl+whTuNao1ov4+Mz8kj
4ExyPgH+HOAODnrkxmMVhjAJrx2Y5PPVMtE4BBECkgNFyW2wDV1zWYWHSsqBWyMPVOWPta2N
1dXd6QofTGIJcOtxGSoIUxg0dM16KlT+DmLnBGYVDLfqsrXUgMEAfXVgHtVJpkIM8cY3NRFb
w9Rpeu21uAAGZz8cZ+AIPjPyJn4/zxDMcMqtOpLAQDkZyMRetVVNh7cZdiS1ZAAAmwy+FQpq
dQCAIFUNXmetV1fbpdrf1La3rOB61WIE2OLiDkA4dwpbZQHXdLJQvVOTFg+CkvrGLaVcjXxM
9Qr11ygtmixbEAhrraYgXHxj4xx8gczn+A/J+MrATMDOSCSwOTBmCLWpi1nvsN3etQWyAMHC
r2jFVjVs0VSELZsChmCKVSh2aqsJL6hat/7NFjXV99V+1WMxsG+W7Fdcv2nsYl2lDPW+nf56
FgHJzkDg4xhTNtbKWY5R+xanWXCgRXFdo5H4mM/AhOBkn4ImJ9oox8CD+B+MccAFjO4JzkEj
JYQkmVFZY5SrgnXXjIU5LHHWOWLIVBuJVKsxBFUE0W10pr02LCTCoM/V1wwAWAYhGbb9nAst
dyikzE1tO3ZbWo8FIxmCZ4JzBN6oPTr2FqwCSpODYFma+2q2U/ME5IGYRMTB+RB88z/J4mTP
x8cgAGAwgQ1IAFAJUAH6ha2Ndv4Ucqi1QnJH5JALnE6ky84C8jXUSqhXs1tKnXPPx+QBHE5j
/S3aQs2pqrZK9OlImjVaaqK6VxziAYgmIwn+XVXVsV7RYdvMk8ljkEY1LORnCgz8THxj4xxg
TGPkzj+B+O2PgsRMEhexBGYMg/bAQoLBmytB5WPKLmHAHMKpGZUO1hgFHXRrBlIC7mTniE/A
MJEb8+1dqbTRbbKVFdao7Czfo1w/sNktT7G+sggj/CmEZmIJjM9jT/3Lq+sZMzrzV1Bq+sqZ
HQHE/M5/gYD8Z+cfAhh+CAZj4AEwYZlgKU737oZDYiFa1KQANECgPknoc9eoJHVkFiPq+MaV
YUa2H2lHyR8GEc+y1vLXXsNUde+q1NzZPZ38oNfQU221W65uasfkYn+Cfgcjdo7gBHgXqwpa
w10gBrVqOqHaDEz/APHmE/PPxkTkD8kDnA7EqTgGetpFm17BQA7GAgxFAIIhOQDg2hsJkxEy
rV3FatS9hRQtIXkcfB+MRhLewqdWax0er4HdpRqWOdL1yUuMQxfzmEwcwDlsMNvTwKrnQp42
BvpVtetrbgAIP4CEwGf5g+T8Z/gyzif56wCFSYue3qaOtd9avVZYvfC9l5YlUUjl3KhmlSYj
NiVp0r5nORAZmdpkiFmwWzGwRb6odm1a2CetpDJo1BqaEqHWAcYg4mQQTAIJiYBnQGWalNhr
1aKwAFAM4mYJmZ/iMfwP8WwIcicTiFlIOIynGh1GttWdKKCXtxmJkwsrQEKMx2BOQJoJ5tnH
OIBBBDMQziH8mEGERQZxABMTExB+PgcEAQiYnHwIRMTJghz/AAEHwJn+R+CSZnBB7FswZYZw
UCvZ67sie62OlOpUFUfUZJCgEcT6ksMnYP8AV6uvpp/gQfkQGA/w/MxMGf4ExAIFmIYMYAzC
IOD/AIxOfnHziA/y/Hzn54mOcfPVhCuYOZ+B2fLv1GpagcWKLN2z9nZwFrGMDJIwFP2hystw
YaBfV6+zya5gxMGD4H4MJnPzxgHgQNz/AIAhxCR/AfwxMY/h+ZzMfGOPgH4H4x8cz/EzCfjA
AyZiZAhIJZ+55J1NohQnawHKlTlU4BycAxWVzb1E1lBnrshY3MEzBBDPzMDJnEI+RM/JmZ/g
GAfA+cH44+Afgn5M5gggg+M/A+MfDETkgg4PkEtbAZMRRzrp2dR1pXiO3P2646qqgMRiOAra
qgTVc/sj8TrmD4yITMQAz8ww5nPxnnAmIcQiATHGIMQQfwxDMzn4xPwZ+YRif5HwMfw/EHxi
H/bAhxgYAICzMDcaOWIyVLYlYyzHsygiL+ATh8mVMUmgO9mJgQYn4+cjM5gEMwZ+Jj4An+OJ
x8Y4xABnifiZz8D5wJiYg+eZzDBMwfGf5M2Z+I3E5EtyRwIAwOkR2qQLHOT2AmbQQcglcnCw
AGOrBNJPHV+YBzxPxM/OJmEiYgh+P8iD5H8B8D+Q+MfB+M8n55wvI+fz8jE5ggAjL9jnP5NT
EOjEnrKwcEpE4XuYATFYA4aV8KsOR88Q8fP+R8EcEYn+IMj+Q+M8f4Ez/AZnPxn4PM/EPwIP
nPxzB8v+jP8ApY/6OR+lG/Rx/wBDA/Q7L+lD+niz9TK/qZP6sP6nY/q9E/Vx/wBWL+t1r8XX
+qf1YHin9c/qn9U/qg8U/rz/AFQeOHxw+Kf1QeKf1T+uf1z+uf1weKf1z+vH9cPjg8c/rh8c
/rn9eP64PHPpD0yOk+k+kPjn9eB45/XP65/Xn+vA8c/rn9c+mfrP/9oACAECAgY/AEwf/9oA
CAEDAgY/AEwf/9oACAEBAQY/AFS61CLYMfgTVfMpyQeiq4TXM1ZB6nEhwpEViDkZLSOvdESv
i5cK3Rb3lZXZO7jYHXExzRYEDAFUfcgXoP0KJDUADCv5J8VxMCnZu5IDCSL4LS4FBRYuVy2O
NPZW1ApxbuTnzSSZFwxZlwyDA0v8Sjy4gfNJx2dZGRLkYBarhPJti4SgCHzKaUbpwKYIkkgt
cGi00MWqSDq9pU7xRAABCANas6MQVShKAcOzZWWlna5WoVTEbO+gDjlsTg99VHCnjQK39DqR
z2hMnYEhagH2BAswOJVDvDJx4Nikatdk8astcYtRygCAfD7qqH3qkUxbcyYIPQoY51TC2AK+
WTSVht4vydVRx0rrFlKtHKOmz3WuUQTtVlywa7Fa6cmmQQo3dIjWeBbhRbrHtF/ZRapxkfsp
oycNXemeqch2/SnfctT1PQFwjS2ITysUA9RmpBt+F0GIrknF8Qg9aWT0YYI4JwWUgxzBzZPf
atma0gima3JrvW6/sE2azIy7hd2NpCtV8yFWHGGbz08GY0IxZARL2oMQjpDEPb4k9Lv3vFUS
706prda4sxcmrN1Vi+d0dVWwJX6GPvJgWWAL5rMZrh6VGVYyjWxUZjtDw/kTI2GSYjStMJPL
KyyZOy4zprjZE8sgnBNtDg41UIh+rYDb2lg6LXUdwRlItEYr5fJFPrRlMvI4E0CrU5WTd9OP
AnL1wNEwBfwIiobBBwQ9jgr3eqqX3pxRmqiX1brpgCRusmaprtQHgWVWA2IhrJ6hkCb4ZIvR
sNqY0e+K02O5ace5/YKtsHRFzdwiH4ssaLf+hFyeJ6WiR6S18s0fiiLmijplwkWy8WKJPfJX
V6UGyAONkYGolerJuuXZy4JbyZoiL7Nnj60CKVwNSfKgiLk0pRkGdhiae1JXF6A9wC+1S5ZI
oHv5/wCRzQLGJFaIvF38CLRsHxKO3AJmVBpOxCLOBjis2CoqBQJLyIDRC1cx4Qfhg6MYAA4y
umFnVA5zXD0uFQsM02AGGafSxAZEs4wQo0dgyTvuRJxGKcgA5nL00TpDsGo1FLPJEs2RdVsd
rIuaPSNT7UliE7SIyA+2v8uZ2MKqQHKLkvVgyMdLdNUQY43BC33wWxlf+gQiK3KpSWJWq0sC
OFEc4GUba2v6KAJeOzBEGl2xotcRqgcTRigGFmcK9MUGowZtiNXGWKMHoxLIER4iDigwbYhP
K4DOvJ2gfChqdgrDF2p7yFq2xUZVY0k5f8kwwVcUdy3IFV7hALWTGuKoGQD0jEEhDQwGOR9J
aZi9abVxEEg0TXBqGCeRAa7nPqpyQEwxTkMCL2FEYEHezrUQwzIY+qhw1wf7KctkxUWAMQb3
TS8VmNS/kaVxGl3bNcLmIqWVv8VWwVkGsO+g1SbLUHrT7SLgIEByKhExBY3fPyVsF1/Yr/Hu
MRqWmYEmNBZ1r5dYnsFASGiWOSMWMhLpQORxogQNJarYrU9GpZa+y93AUhFnI8A6yFalAEaj
hb3pokAh6yBAt50E8erIcIHs8XYTEVGd/WWKwBuhSmJF1pLnmcvhlt/IVXCW6FWTlFySFTwo
V07kx5kmVyWxKJ77oZXdGVnoCtMjYgkBFgW2JhB6UJohrJiTgz+0qTJRGsHYSh+8Fq1oPSTi
eFGKAlJ2ptqgZ4dDoYBmOSJM4tiE0eZE+S4QrFji4b1kC7HZcovFxgbogdINEXjtFCUzEjPB
Ab1qwF2QelKUYJpEAHtXQOrXIu59XSqGhyKYlgMlbhK/s9KMWbSq1JGCGoUwdYOmw2IuTvbF
CI60WdSiAQ9zgjFgPrV64CoVKG5HV9SUP+otLtQuSTIokNE+H1U9SGu5FfRQEv0myJjWYtFj
1U7PEYM3tK4iDgme+ARLtLsjH0UJE8MqS/Xl+TLFWQMmC0uZSyiHT/LMIYmRr6MFIg9rwKJG
IOI91B3NRU2ReIdr+6qHTgAzHy+snLkgsSUCBU2CrHfvQ4KjZquuox2gKobNqJ4k6caoASeR
wKE+0MjRPKLtja66vQtcZHlytQuEAZahgTdVES+COqFzTSsTVmZa/lUsHoUxhW4ZBoAEo8IA
J611xSDp5FES6xpTBM3fT1OzBW/os1qN1R37mRKAFTaW5MbYMhLtRp0FHU5CJiK5uuLCjFEV
zDiqjIhzINkm76IwIZjX2UCQYyDANSLeMmzDV2omI4caXPkqzDJkzhhs1e6mfhug3fUJm5Fd
4/IXCpJ8KB0aGLZ0TEM6DOTlVUiARii8rI6GMXqU1t5UQOsGVavdSI4SBREmrF60uhQjErMZ
FNYZoMd4xVty4gOlAhwDQVVa7QEBmql2wxWxO6BLVypbxkd6oSIjvFYFMQ0cNq1W3IEvuNEx
or0yxT/WruyyzX9k6pdPhuVSEAbOKhFu+vGCdgDZtysxsjCdi5BFStUTxEXzRj1Gw/WXLaVi
TVOBS771Ry2/4EHkNpJf3kM1ShGZ+0i9gaEEFO/QnQJYhuqGJU4AMAXFsdXi/QuN64pA8s+K
111SW20TQ0g7HkfZTmWroRMohsKOi8GADgn9VPgQ980Ki18k2smWAumlIxBwGKdmNHQ1Ib0w
FRUrLBF6ZjcmsdqvSyphdVKagQIBNe8hARfScMk4kQ4bSEwMnxqAwTiW+9vK0qshXytX7CYE
FrvSiB0lttEYzpEV1esn5Yc4t9hWYHErTRUbT+lVLz7QcBUfRhs9JAs+3BVod6zBTGm+i/s2
W1OExberUzWxMzjNOBiqlxdk1QDgtM+pkTh5EkSags0ti5Z5Y4rVsg1WocFEvc0L+arl3alk
LN3kQKbTdOxlHM2TwiTWgDqsRDMyJCiZS1xBqHKEYREYizX+gZ8ks9wxKJNWOFlWI6SmYAYs
EBEgB66lSo3MjhQsECbsgHD7NiId5E2v+whzJniowvEIg1JG5VO4LaqExJDOFIS5syCbOExl
MvtVA7ZldWt7lBwdPnH4UQzRreR+NOAQM9Rw81EiU6eUSi2qVQ9aN5yEayBNzT0VwuBsNUGn
NtpCEozlWz/qpxM0v+ckHOoHB0YuWvQnyvFQlrkD0rrSBtchf5kn84pjzZDG7+8jD5h2okzY
jELrkjOyM3c0Zz5yJkx2P7qAYMv7TJXqaUTOjfaEDUtgbKlU3fdARss04oBgmwLVI9ZSkZAx
oIhRc2ZHAKMsNlqKIFCTihrGlg3eUYk0OI61Fq0AysSbpgAGtT6ZjAgSNiUH5r5xAZdckYAY
Klxialay8t5TWDYI5BA+T305kIxllcoxhFwR1jWSYd9RszF8+ysNIT0oo4JhiVIRvTFVui6G
WSJJxLJhinbDBEsb7lESFjiniKYIGTgbioSLGlTmmi5y+JAA8KlXBACytsdbqlUbN1Wp7yIF
jTYUKhhgASUIubhwGREnBegKAI4Rmv7NPdEyeovkjj0OmIIT94miqA62ncQqRpizBM7AYFBv
0/AiMX2/EhHCxrVECzUQDEnwJyCOhOXdcsg2J+H8lF8X+FUDlVviv0KtN6k4wLHBQljp+0oh
mOKcBOUC1GL0PkoMWJojGSET2cQmlGT4MCpaon1ZD1uFBhIjFgUWjNhsqgNMnfG6qCGxYsmM
g21HTIGicB3KjA59ZqD7xQhljmgNTVxCiJRMiIuKH3+ogw0g1/PmdRRYMcXUjizKts0zGoUS
AwNN6csNhRNGOV6J444OfhWkt3z8SBbG6MsMyrYOT7qt/RqgaJursK1T+HNPcoZgglDZ+laX
omk7nFMDqs1FgnAtndRl4E7sCKqEhsDsg42bO0gfGq2SgRUEkFsKKpswJO5OC4/IRietpcBb
KVRhKYGRwPpIgReIsXVeu9QpAnAqLOzJ96FLrfZRPVYGvqp3dO1MymjxSv0IOQyJJz7hOadl
9as4xdS4BbJcUAOgBPGI+pRJeJHWIPE3krVy+YYnbU06mtOOcSWYOKJ5czeWpRcXMFLUzXDM
dKEnEgE0qE7ExdwUzHN0b1/QiDQiw3oxpqaj1dASqAHFaOVpEWq6iWwqy/tE9y90zM905ONG
yT4INfHJVpmuE2OYT99EAgAZXQe52hGhpRQ32CplV0GHmgMVkci0bKNSAUQQaVBYpozlE7bI
R5kROPjAaZe0uGTHGJv9PlyxFOgr5XLpEFvKVPCXNFX6lqDUxDowmw5jdbAqF7WQLWdB6Blw
hmIv6SNS+mowWAVLA1ZOKvR0RKkomoRNRgehXHeKe21OKjFUrmFUsERXTiRc+KjcbSECJVFL
IdWocu/srTQgZ8IXDGJG8hm8pSiRGtamRt4qrHVk5sqQ1NgCg/K78guLlB96b5Y6SyqAIgJg
KlqRsi/hqqOARkyBFti/eDVEU6fRWMRkV/aMq2TtWzFSY0aiG7f7qo7HAp2qMM0DQPehuru9
T0LN0ALrSaDJnCiXYA1OHoom4wJCiCzAYI6qAi42oBSc0wKaQBOYQETp2Ss/iwmhKUjqHZGB
R01IFM1+8AlB6ixWqEtQ7x9X6B1TjGQiWBIBJ4Vqixc43dY0OFfVXHTbZULhPGj0pivlyqQG
jjbrJgz1QHETtRFAcaZI2AoKLPcqs9AHyQuQ5vdTOrEqRGJLv3KdK+oKhZ0xGxVWQ/PrIasc
FHYFHPNO4o+0lHwKpJJyWJQyKAwX6FqiNRyCZmlhRU6UCzmwDAogjSMLRRo+JsR7SDC9Tgrf
0Wu6qTmyc0fYus25U3IgBw91eqvbNO6orrUS72UGzcgAiicimxVLmrMhnkqV3oahd7FUk+Tp
pMcckXoXoNioarXyw8TcDNCerSBeOfdkYh5NQJ+c8WN5lwB5kUDzp6zVn4Y+hFaYwgSjo4Qc
BVA6qHH8/ORjJhLNAhg1NqHjEWRbAXRGJjTNaSC+oO6diNhoiCHRD1Eia/CpHs6iyu2LrN+5
tV+goBMiaHLJOMEG3NvTGjoOWwUhgaHoWlwwyWx6JzdBfUq2RpRNdxayZ6ZBU8F1dyTirANk
v/8APZEmprZV7xwTmqoFWyYO6ejYrUzAprZpsBdDtA22Jyag95OabUxI34p6OE4uL5VUQAzC
qc+BEG3hQIOmie4WrUc2wQ7rrmS0aOXy6A4k8WpHm6tJF41Y+Lwq4gakSiJe2tMi8mwxUuVK
4UZdk0WLYVQc12oCrNgjQsBTFRMvHRBYOaKUjQgIyia6i7VCmGxwVWKcKyclXqmmKYSFlQIn
BHsg4YoEOVagFHTg44IhmBxcprZF/W66BNS+eSbu1DI4tkuKJAwLsuIOBbpTiyrjZOzFf2Kb
I0RD3y2py2QxTE1TsiZAoyq2DLhBrirgitTnwog1FyyNKXZXLXaI96SBIfNqoOWJsmBJOZ6r
IiUaYVQDOGTixUpA1Fw2Ci9iHBTBPldUHc2hEnd30eV/LclyASHx6virXzRpJqYuCiGojGJf
mZYMrPOZDm7KMYEFjYIRq476GsEHJCjtZPZ7gqNO3ggSboxNKFjdaT1jLvgqRIIqWdVKcBdY
HpHdIkHBWmTnlyNJDBa6HVbagcTkv8aqtQiIkjHvKsTJwhKTiIXUDIAE6ZOwODaer6/c0i+Z
THH9CIZM9BtFHRByQIYHey1PxPQX95EV1ZWBXV/oPz5aqbYoG7WVQRjZcJbNP3nTE3qjgQUA
cfr4kCcjQJncv0p3DWQMqRtTFCADYBkIs5xUgBS1itLVF3RfAYLEWTSzofeTEjY9FRiVoMgJ
ZOH9TuSjG5FFzfn8rmyJJaXWC/ypEOCXpbzUP38P5USsDHVJND+bHOINohj6iESXeze0hIOT
JwHIuvmcx6GxtVCEJVd9O9NIAg4bU1jlkmNSnD0Ci/jglB6YoO7G6PMkK2D5DuZPZGPLkPmW
ANvKQJ5eqVZEuWfyVGbiEvFlbzUI8yFagkEYeSv3cw+Uqeqi+AXy6aRYlcoSoJmrDL9tExtn
uQDgRTcwaQ/CS1UcNuKEJy1RfpXXD7wgTWQGG1YkbFUFE4rUOlCr5sniCHs6dtiaQD4YUTxD
Ff2nhVkCBvdAo36fhQfvGnccdKO03WnVxYsE8Ih/Kom5sDHMiyA+YGwwXC0uhAW2qVCdwZai
DXBAi4sUHuUXIERU9CBm+k8QkXiG85DmcuRgJG8SVEcrVOVzJ/eRhzJatPYIc+snBEd7/CuG
Qlk1UQWIetERzYxmMHGqq/cwEOab6OH103hBQEuoLDJ+DiUYwbU2Pqoc3muZM7vksQMynJdz
dNitmlU6oIfpT45KIBuWQhkEZ2hDwyPU91UJAN/j0qX8xy4mURF4ntFSgYtz5Uaok/Z1qGom
UgAZT2oxpvQlCRiRZlHVJ5R4Z5p7tmhKTatlUwspawWB+pBydJYplKJuAdnmqMIRfmnEPTyp
ICRenE11pielMa7VsKYD9KJFM6Omd3xZF40zRozoS+pf2i1PRO7gpzcYIyyuE3SqV3K4I2Iw
ga33J5Vkc1UsN1PWVC75AFWcYMAnBIIYkW9lCHMF+0KALXCUSHqM/TWmLOasrkO7hqIkmgH1
IgARFQTenmJ4HTEjSQLU7SMXJaXCHenkrVJxlvHjakOdCRhJ3kMJL5nLmwJqBdCHNYyNjeXs
JyXa4opT5XN0g8TMVrMzJzhUlNICtKnNAmwpXBAAvVgAFoZpAVW5DHFOTUGodUbpWLli25MQ
uWBbUHR2hkOSJaYRLHatJHSVH+W5o1QiDUVovmgQ15xDyQ5UA4JcluJOeVLixcR9iS/diQOL
1HrrmQ5smhMDSD4wP6yaJcEO+1AFy2aYHSMVKUB8zVgcFWB00KfRLvFkZTDT7JTs8zeRTs+Y
XzIgmJLUuH8ZGOsA2L095UtmE5timiQfrQ0nTIFwRVcRc55rAHBZr+2TFZDBfMmWAuNvZQBi
dTtbBASfl8zCYqF+8i8DaUeL3FQ8KmJPlkKIQBAOJ/WTuaYE/AtWOJ2eaiQGNzEA19NARcE2
keJh4qcM12QEnMMmNEOZEgxl+hMaKbSc4BviWou5wBCgZA6ZOxO5fOMsaBtkU4TowdsqI/NL
M1dgUTStmyTczhEgz5qQD/Le/wBlajK2LOjDkDjq/MN4+h5aaZkxvkoCUyOXUcVn/wDlox3h
XxTM+3uhw21A9PeRmzyagUtQzunciGPakfJjGKenLAsIl285MZRTxNutkH6vEhplU3AqnJaI
vIIgBog1icvHXy5S4QHBOHprWSQDlkFwyIgLV9ZSD6nHeUYnql/BpVAHGQXHKuQutm2iYRJ3
ELRDlOXo5dAx5IBFyiYCpamXm6k8gA90+eCBPA2BomBDnIumxNig9V/bIPdGjsEOREgNWWB9
NAk1zdaomgGbrTzmgQw14SR5vILvWh1BGWlpOxWkauZkMK+VFa/5gkS8XAIwflZHqj4lLmw4
JCxFQfVTEaszsTDTuYugWIGBILI8mZDEUH7SoEYeMo/y9H1aTLBfJDczmQk8QKWUeVzaSBJY
F2fylqlQDEr5f8sTJryjHUuKJMcJEMfZWqIaQBcNsR5cutCg1WZv1UwAEwXHooR01F8WTCPp
G9fIXEAMpEXTU3jYojmdUMQAEI6gHL3AIdBg7igRBBBC4SyEWHfQM7HAVUjOQEhYOLLhuLCV
CpR5hYEuHuXQhDlFsw9kdXJkIjYb+mhM8s6QaUZSEYkAAswz8b1EJc+cjVzFMOUBHyR76Hy4
8BoI5oSkeM4bCgBwOwBz81GR4cSnBfIKnZi/SmgKTF0H5jDJcc7VL191POJJAvUC6IhF3tf4
lq5cAI0cy9JA64EY6SE0tRF9h9JatEpxuOHUP+YqR07CGXBFyQzCtvNQhMNLbT3u5h/23gVQ
75LCtFqkKSFN466EyTxUFtKlMkUwbNORXa6BEjUgaat7SJ5gMYkkk2LjR43nr5X8pyCwLEyB
enjz0r5ERp50m1NW3i6EI/zM+a7M4GqPZU+UJHmcjUCJNVvRRmCyua5lvZinAtfSAD6yBjID
EgU95Bw4YVv7qtXBlEs5MqdKM5logAnevkfy4raRagijHmOQKEgtZNy3i98/WWQwdSlG+klu
hawaGpGVOJSMQ4BxqqRoekemq2FmFPRQ1SaO6qqag1fLyUzgvZk4PfQHK5mgnE9ryeNAcwj5
tXYuuEGW4MmhSjsSyeXO0k3EftJ5c2ROZJUdL/NBrMlwx63AuWah7dKMiWa5CP7ozEe0SCtM
f5Uk5Fl86fLYM+kCoT8r+WMt5Q5cv5VtWD1Hoo8yUTGXJDxHlHx4egnlKo2M/jKLViDRAyLU
rsWnlxHCayJuFPmDGTB1y61B+ynkWjla/VRlzpyYYRGgelzeZwK3LAYVI+ZP1kxjq6Iw9hCM
eVwiwH6i/d8mAGbf/dWmUIgmlAPhRMwY4AxOSfW704iH9tfumicaMappgEitboA4YBf2vgWA
OKYBnxWmVZZ5JxIEeLdRhEapE1wHZTHkyeOIGoKM+aBGMWkbPL/5emPiLl8uBBlEvP2VDmcq
MZCYBnQiWrx5aVI8yJ1PSbMCD9hASiJEC5DoxAiIAcThGEKRBo9LrVGw/QgG4sariJFcWFEA
bWAs7IEBR547NwfRUYyIjqiHA2eSpHlivjYqcOXACEnbmGtfMR+bzPmSkSSbCqGQwTXBoelT
YMIxod6kTWRL6gfhTnviiGOQRApsKZi9hgFxbmF0SRXZVCUgdW2iBMYiIrWpqtIZ/rRBpLAI
O2nI0K0gb6Mo80MYwPFmB2l86NgQ24eSi4fWK7VL5cA/MoSaozEAZmpLfCpylVwWDIEDRJrh
CLAy8cs65jWcAEJs8dyd7ITjEziQxBw8tO9qYGvooNUGq5c5R1ASt0I/LjoFmGwRVZnPOnop
zOpzOke0nNd5TAFj1kwiZDMJ4gxbaE84ExLNKOBXzeTJiOsV8vm0G261RLxOxH61/aKzyNkY
gOY4iyFC8iHGS0wlqa+xlVhiHT6na4FUSI1wcpy+qVa2YJ+RCUowLmD8Mh6SA/mOUY+03qoV
cGwG1GJkRAUjEdohOJCMS7kVquazSJDmZ2ftJ40H1hWvTMeqiwLua9mniLwoQ5seCVSStD6o
E8JNwEdOKOiIlzJUi9kB/MfzcIzP8GEXr4vzFqzFDgnJYCqkQQ04sCL+hJGMnIGMrpgaYPRX
4sAFWJiDiLoTJc4Ox95DSLXo1vNT0D0qqOXerIRBOrcwZEXYsqHe12XyoPQ1OaAkH2mpCkSC
7MNx6qkSM3LWZahJyGr0qMjcgu1rrUImb4CtEdI3xN1GUCwOSnIFzpLKXN1HXEvpwr19SEoC
puAibbGQNs3+wjPlnRKpcfFBS5XOHFEagXomMuGJIERkY8HMQcV/Sy1DG+SoGJy+JaAHarlc
TacsSU5DPaMUzN0sU0TRqjrJ+XwmdDyyQY+ehImzlmrE8Or5iamqVaAnUEAYsXqr/wBDr9FN
QVqckCC70QmzyxIrXsKXN5gaVWrUnzEZSpAGi4y79CMTF1EwjpLsZCjAiXXQnyeYYBhZsu36
i/f8wTG5lxSEiKgVRlIEvWp0CnnJ+YSwqbCyMeVwwfs4t2ZImldqAwJYBqunZuYAX3lUYg4r
TIilsLeUtE68yL1s47KAAd7qUeUW5nZINFpIlMkuTxD1kOXqDxDl81pfikMMFMSBZmc09lBi
QwqGcDytS4gCcwFRn3hA3k9/FUTYgMWo6kD1iLpmwYKjEnHBCQpvKa1XogJMBg/s9VGZIAeo
wr4qqCY4UUuWBUi7qUOzKNdp8lECgcEFR5hwDHKiaYBlue/jLWRHUdmPmo/IAEchRCLUJqVG
jy5lZCzBGLkAktj6qfvIB2d6oudjCootQAGGo/CiwJiakoyFWwVboRFScCUIjqgEyI+0niWi
Mk2qhPShpD5qRo4oWCs+IIwUoyoQKviOyqVAyofaVRxWoGX9lpv2VSpxGATtSN6E+ah8yQiA
Xpf1UQC8YnDLsoAYZIuVxVyTCpFWxUYsZAlziWR0gxhgGYompFgAfeTy2kxDk0QEGAlUA0NU
SIfMIxrH2UBIgPVrqMuZMEguYipTxOk7WsqTBO8IiJoc1GQ4TGxC1RL08K0kIx5ZjDltcDjU
dcjra5y81THWiKA2suZMdYEM2XEhq7IqFZ9yuaYFECRrVt3lKxACyLLDegSdJKq73c0d/OQA
s/ShEOQP0KlxVv1UBIAa3q/soRAdxTetJDGpJw8pGBPBKsZ3D+ciCSACRLsv6yHzBok3WrVV
5ukGr295H5R1CvEVpFOVCwHaIWos1g23qqJNwas3xKM4hqWp8KcS0nKyJNsahGd8GGBRMutY
OMkYygYlvz4UAdi+cTxVYNpl+IiB151LnAJ7FRo52UUiQ/TZS8Z80aocwO2O5fMjUSqOlAEF
3FMKq3/87NHEvjWN/JUhEiEQaghn9dSBq5rXBao0iCWFyqmu/JAxJ8HtLTzZagfFGpvVRPL4
gLlS5kQD8ssItXSqQDZhk+di1PWR1B3GFkOW+hq6RR/E4pJ3vcFaiQ46scSQi4ed5DJ0cNVg
mcnYK2TwjfNaJNB2fBCPKJB8a6iOdACUg4kGlBfu+VPmOaDTwsPF0ecpS5nLlCJ2cI+85iB/
mJgQFaOS/a6yEnGgjhi1ZIyaQEi8QeGhX+9VQxC1RaJNDGw8nrIsGf8AShVw4GfuoR0jTbJC
h8K1NU4MSiSQS+CDipsBUpjaIJONlDmgMx+wmu4cBHbcD2VKXJOoA1CI/mI/LmKGhP7CPMGm
UI4n9eS+VygeR/KxrPmgfh6o+Yjy+QCOWMRU+t5aZjuxotIF81dGRpJaSRIMdMr1Q5cQRStR
X0VJuGOpjUD30YRLxAd8UKA0d96jAHBrj3USC4FAQgJO+yqO+imNwLJu8VfEoMQAa95SaQlG
7jBAkMDZ73T4f/qvmPTP5fy/+L8xNIaSDcVWnUCDbUGKAJoMD8KESTWrCl0YyOk7kYxaWNFp
ch75BDTuJFlKHKryzd2IProkcjliUj1tIkfQ4keXyJROBjIsF+85QObapV9JadLSbhb9VDl6
tLjipZDQTPInaiTWRFS/woiJ4YokFiWciyY0jYFq+2ncmlHJKBDSxIxUZ8o66DhkHb2+WjHl
8uESaAgaj73NQEiCSzOKejpQ5R5RPPi2o10AjrIczmjUQCwwivmcttIuWHxKjFxsHuqt0QDa
pVKi5zTuW76FGtYC48ufUV3HTJvP5n+WmZm2prHBM5YVT0AJYA39qHMU5BrNVj43U0w5aPLn
1Sjy5gziC8JDLxUCxGNc0xiDiXQOkAYMvmcwEtZzT1UYcrgFgwvLyloJckPLPUUQDUnFcQAO
SkCSGz+FABX0k0ZyB7KIfhhfiq4/4qIcx1VYn1U5ixxNQSEC9rO+PnIyk4HLi7kC/k602omJ
zqiH6HCkSwIagFusjUkE1F0SKtbFADfgFAYYsVPlmsS9yqxYOAC91px//VfMt2f9R89PAFs1
xNLYEJRDMRTtehJDVIjI01emieYXyBWqLjMNRfN5gIe3QnDaixONlrjxbqt5uhGMJz5YAdwv
8ycycQaqPzAZRkbGsrdiKhHltJgWUTjKpG5bGQY2qFY8WwoRFEZSGoWDah7iEYCnaNSB6yaF
xeV7JpDVG9UJABnDgfqqIIIlHqkHNGbajQMbnrIaz8jll6O8m81R5fLYREq14j5SL0GxVqmL
tkckwfYCbBBw5wT4LUcbOiS4OLAlOC4NiKIkgGhrLD0UGL9NPUQlLGyc2RllQOmJY5I6DUh3
BFvJki7mBxNJLhMpF2Aei+ZzzqF4x39Zc2Iu9Gu3kqoctjUoEkZKRJIJNAxsFQU2ItSQDhcy
fMeUpE1JDRCiayAOTlvRRMGcANnXxEAb0clTa0mD2NE0cD4AhIHhzUo3x7y1TBYeBAgu92VH
BfJMNwdF8QcCoyo42Our/wDxfl/e+IpEMaXG1ASkATmUxI6aIChimAcC4e3ppg4AwfU7+Lo8
1RiaH9C0gudgQMYkk1YxLUWUuYb04R1lI/LkXD0wf9hcmMaCLOWN/OQiZEaXxuFAF2awyUpR
YxBaxdCvC1AAgHZ6AyITCoDOWdDQODGRBER6fUQhAsAKya585ARYR23TX2hDlcoaqsYv/wAx
OzNhdNSTNQIiJeODEBTnIdWrF5KJLAZFEh86IyB4WGeqvmqrmtnJoqBgENLAEuQAnNDky0l3
lY0XE7bcUwuUI1I+v0ly2FGwRhG+Kc2Q5XLb5k7ZgeMjDmS1HAE+xpRBiBIVBZVZgXUZbLKT
doOshigCwzbLsp7gWKq4fIErUdIDMmd7t0rVJnNO+mk5L0etETGL2q1KqXLwqRmr2RoXMaD4
lKUYGUAGJqa+iiZQpEljgo6ixNcltuqB9hpVcQaho7oRK/smQgIkHbTxeyh4VpAbMiyJN7M6
q1dhWsvpHVL/AGFrNY6Q/WNRq8ZEuOLDYjzNLCIrXHiQgMI1GARHMgJAOAWcqLxb5YcOSwfz
/MTOC4AyrLUoN4t1PicRlXZ1k8Q7hijEgHTVDmMdsbocuEa5BauaKC0VR9ylzDegiBfVL9lH
mAmJlKmGpEsxarfFJEvxjA5cSEZAmbVyU4iIAkCHj1kcRRybpxuqBL34zXE9KDq/9OMEzahY
smiRTshEFhLIlSNhsogD+bpnonJYtRRiXAJDm1tSiWYRFs1qNjU7vFRIGoirDJfNmTqwYkMO
LxVF5cOoO5w9JTADhqY3UwRYuxpRENQlxXBQm14mu7R9pNHF63QjGrUJevqK1HYm1kXNrMQt
TvsKoZAXL0t56jDlggyYnBlWhiHdCUgCQGCqQGq1vNUeZGBi9S2JUeYdThxU4ES7MlzeQRqi
S42qfLkBoNdBCGoGwrEaQy08oCEAKOOJ0fmxjIk0ABFu1qWrlz1CwBpQomBfBjn6S/svaRER
QEamOfVT4WpmixGoUYsnAOo2dm/ERNHGJFPZXAG8rH1EIhwTcYBEuAwsLlasZ3U+IQmO0bqc
Y83UGuyn82eiQixL6ahSlHiMACJPqq65fT9cVO4GrChqhqAOD/b5nUUsiaDFCpi9Ca/CqcRP
aB4fWmn0RceFcMI5uaMFHmCXAC5DEDytCjpA08oAChwUtztuUyHchw61EAyCkBEOQWRAegYg
5hPjg2CektqcAp2D4bFVqXDXRIscBVkDcAUCaoLIMHs5HxKBjWrUr7q5YsHcj1UzURGDGq5Z
iGBDdKLghjYkKMpXbejEBnNv102IPEXei+Y3VL9B0/ZT2rRSIB4c6+6gaRObnrfxOqnNSiwq
ES1xVAOSAKOiCKGjowuxoydtO1B+LaqiwdlGVBGQ3VTkMJDKqs7ZIAAgyOIpVMS+DiwWaZrm
q/sXRMpGUZSqQNWkEx8dGp0gljSD14NaJIZ7F1VtTuGujSsqgkhg3WQOppGwNHQEqabsHf1V
Kob/ABPCoxFgFWIKYBgpkQjNySHylpUnAB1VANKKBs4P/TTXF6B7rUHbI2dOL4saLlgggZ49
nsoXL0Y39REUB8U095Mb4AW9dCA1TlKrnDzdPnqOsdYOiItESoSVJ2oG29rqotzNRue1fy4o
iEDJwQC7AKVWNcDftIOHyaitp3hODfYrRLVfNNStQ6cGhpVUJAFyECHFKl3CBZwiZCjU76jH
IVzclMiMTZMGJiBJA4FiW+FNIGhp0oF6arqMosQcr+kjSsoOBtCdwWNRdTlYix36lwtJ6kgU
KoGHfQicTZEsBkCmJd+JxSnYT6W3KMwTUtIAYIEgyb9K0k6QaVVCEAwlI1AzUSKAh2z9Na4w
GkACQ3oaS2KJjKQarZp4kvjjZRMru7BW/oXTCgbq/rIsOkVbzkxocytIJdqsFw4M7P5XW0oR
LthfDz0aMTgb+qgSKycmni/+59DXKjsAVOXZMiXzUCQ4DgewnFgMPjRwJy2IxJsSr9AcIEEX
Y1v53zEY0G0fFJASs9wVyOWIkRLOSLhRiS5AJ09r1fRXLhCOkO7k5eSpEAyc3LhnQ1yY7Lp9
Oo5m/pLmCgJNAA11iR4PSXCSB3veQJcg2f4FiRtTCTBBrPcfEgX1EA0TyrIUrQIEOCpyu7B/
XR3t3lp5THmWUIzPFK6tRmbYjCIeJshyz2Uz3IIzXJOnUTd7+qo9kEM3rKcauHbD3kYmpNX6
0vYTgAEYVTs2zJReJZxWOSGkOzfF1kfFOWfaWxroAhwbj4l8uVY3jI3KoGGaL1zZDmxiX5dR
0LTFiasL2/bQi/ESOBiqB8cUWiz9DesuOhwUDzIiRGC6o/7PT0eIhroNlDRSlGOBuiwvfP1U
HBZwHI//AB8xGMYvm7fDDloGcgfICDODYFnbzkwnGkceH3k4IIzHdANsXWmA2uonaqOXja/u
os5BPC1fdUhEWuU1dm1DUBSzgn3UAYhrvZO4argCtPGUdIswDBQ1lgBV1EEaoNQ4UTAMMlUg
b11tXm1ZGUAzs1Mla+SZqizoRJcDDJBq7EcPqQFCg1Q+YREah8Bmq0L+BahViKespTkCHdlq
mKnE4KJDGOJN+5+lMzoMOGgJ3KGpyIjeqUCjzRioyFmrkEdRFQ4o3tS66IkS2JAJQlEgnCmS
DvqFw6izXNAoglxgGTxrd1Btvwp3xspAf5hFlzeVMcLkAnslv1lKbsaVtVlytR1VJJ9RatI3
tRFgHP6UDljkjEyyannK/wDRqikH4sAjFhrIo9381Dmc4iVdQiMEXizioCnzeURpB6powHnJ
9LnLUdPpQh11cRGUBT8L/qJ4yJe2niRkOYYyBq4ZCHODxN52NfGl1FTGo7hzBXKnUnFgfeTk
1o4FfG6yOkOCSx2KWAFg1D6SJ6sTknJFqoxrECpJB8lGLCMGqWanpLmGLyanDvUZREYxbHrX
T6mwIFE8YmeZDn3U89McsSgakggOgxIO1x7qu77/AI0ADsZPhamaF5xsW+JNEsHy+JEkDdiu
LCtRRMLZD7MlIu3EMPOTSAPQnjQZfQBF1IWm7gZrSYy1E2YkgKL2NCgMwQd/YTEtIbiD6yDj
B6MKeinLAjDei7RkLNsUXkdQCAcPW900RQXKYOHChE1IB+FaYBybuERE+dP7K+YYPAmhF/Pl
FSEHImdRfA+Koy8B9FO7bFUiiaVY3cIywCv/AEjoh7OS5RjyiIwzlcrVLEFsj3eYO0ASExZy
1N6yawKpa5B6vqqgqbgW9VAm/So8jnkuC0ZEjuSjgyjSkDVmJT2ethYqRiWk5TkuRdqmqpUn
OqrQ+H1VMkAmVAU41cxqAXCBkBCNaSAevmLjmSMojT7ycgA5kuU0AZZUTRGkLXzXZ3cJnY5p
xfEuFtVQTaoOKEgREuBY1QbBN2XV3fwLDaVNnYF2OP5DBxiwdEZ/WqVlG43IziA4pKJzP7Kn
ygQSAHiwldShMMSch70VLSWlXwqOrikRZAkiIFGAdUk/fT6iQ1jV1qiXGmoagdaY8IN5Yr5Y
6sayIVtw2JwE7ChonJfYm+patJYF6nJEkM6/s0eVyiTB6gXm3a1J376hzjURNt6jOJeJqQet
H0U4BPQpORUMA4ujpch9tz5iFyd/20Qyph31Sr45KrM93r+otJPHClSDTi+yiM1zIYu46EC7
hmYVspxFC9HR08TXIX1iyJILvR6qMpgm7DBcRERlR03Li5wJx9FMHFbBPM76pxF1VospQMok
mwo6kMnNbMsnsboE44syqKit8kZWkauaD2kCatiLg+Sjqa93qhpwyT2ORXNni7e9+Q0k9ZPi
FlvsjzOVQ3Is/i6J9RDmnUBQEFGWFG2umIJGzBAllRVbY6GJNCyfNviT4ktHzlpuSeI7U4wB
Tu2LIg9G9MasndmqS9kJCro5uPCv7JcRrmg9RcHBcJcmjMcVq5ctMgGrxV81GcuYXfcPRijx
ODWpz85WYXTEVNyDkmwT32AP7qJEa5i/qoOKnCVPZVA4kDEt762WUo2qfCjQ0NWsW8pcxyad
kNZFmY5F0+MaYfEgXcP1Tw//AE1CMAIkuHrI+tJV4jmSv30ok+KcPRXBAmOBtFGMDp2BDrE9
4LiYdKGqbDYnFw+oWpwqt6tUMAruBWzMgxL7rui9zRjRSFSCaCvxIERIJDEMRX01VhLwI0Dt
RkXID4qhd1UfScUK2ihQaod3xCHMhMlqXb9RHl82MdTOCWf0kOTzQ0c4gH3UYQ4g9C/wpmY7
k+GQqVtxBCBsxquXqpGUSTh4qE5F26o+JDwpxRw3fTbGUhkiQXOKLBt4Qm50E2b8+BFjcPsp
+0v7B0HscQslg/hCbELaqU2I4E9PsRRauzZ5ME99ipRB6P0IBxJ3vdSmRwQt06/sdyMhaVwP
RXMBbSOIAekpSF5yp9lOQXG0ABVIKYNFyoaw8h3lpjwx2YrUImXff10DraZvCV0I8zlfLNa9
aProy1xAzDFNHnj/AJf21/mEjZGIRlIEk9qQp7CIGDoH662TEkHLsq9HrgPaRETFm/PszQoI
1uP2OWmvtsiAXcI8shrXK01PLyIJl6K1Cyp9FiomBZjXcj+dFIwrAmsTVeLMjEtZPyy8m2kL
XMaTOvQOr76c4bHTfoZNfao8u9XKg9NEgDuVrLYSm2gIlSYAuMdqLRLknArjppu60jq5KcXo
SIh7r+z0qhZMb4FMXG1UDnFGwKzWnvBGg6et6qYE9KzzROKEI1lOkYjNCFBI1mRmm5fEbLWY
sxQYs7iyYA0k6aQJBxv7qaQ3Mx95AAtkCA/sqM+ZNww4U7ANcyLI6ZO2EVpEL1Ejf0dKMPmE
xFdJ+2v8skXLEn3UxOg34gUNXM5cgK3H2kR8uJcdk1RjFo4gyJ+FPWuwALSGYfn10G7yLkgn
ayp9Z+JOx6FY6RU9CJ5YIBNAVo5vVLYsR1kJ8nmR1Z39H5abmjQTY3iU8SCMx9OoY4FStI3c
KIIeNy1Q3nJmrhsATkkxNCfspnAlhuQBNSpczCNA/pKQBJxY7ECLSAIO9AHEqINXkgFE5URA
NDbuSkWDDFRoHkX20X9mjW+CY+BMR0q75dzJOyyREWLKpbFaYDUTgK281f6jnQHzjQBqx63j
qhaOMk19pxRiAnDagatko01UujA1xcXQAFQMSouGDvSq0waMbNEVVpy30HtqojHeR8KfmczT
u/WTf5hGJTQgzWsqgH0Qup8PurURa9SfNUC1JCwRDVNcwqNVOL5J3Bkc3b2FWp6fiTqoFccP
KXANQyo/tLq6Ttb4VSRfIGiAaNL7VqMCNsSmMyI5cwP6irw+AepPjRkZ0GAFaoQjJjKzhEzn
EN30flxM9poEYiQEcoginnKLgkys737KacWOIB0mnnJ4gVNv1lI8zmnUOq3V/OCMZatUDd2V
tXMLAAbe3woCXWIc1xT9LFMewWG5VFqqL3AJZGjAFgVsTplojWUiAEaMIsD0K39Ktua+uqox
WWaYllmq3Van6lm2C4acnEml0YwAPMAYnf5SGqkQLYkhNAME5VVIGgtZAZZIF2s+0K9yQNwQ
iMqt8SALRAGLI/LiZEWpRNq07I/GrSfOqqDq2CvoyTHlOW60iCfZQam7uMbf71yizEE1GTrh
1F0wptKjCxe+9COAs6LYY2CESA2wEphYosQ0K1LLTICliCT7y4SGNn+0tRBbAI0qMxQeumsH
uP1UxDjNZnDFcN5XcMfbWgs/TX1EDJx0qIgRKZjxE9lBhrEcWsUBOkiL7VTq2DI4MGHQvmgN
zHq2I4ExPDWh2aUQO+hMbkI9kli6LVRNwA5yW0l3FUWYpnuq99SIII5dADmhnKp3lf27IkxL
DG6IoSWuLdZB018iq/UypRVWmAFcboT53DG5zZfI5XMHI/luVFpzapl4kJR7fCjzuUJHlxN5
Gs28j0FUEUeQFdKBjzBxYGh9pOCJA4g5IgX2o8xiHuqy/wAEZTFuqUzuLvGhTwJiTEsSRK6u
ZHN08paQ9rp2c7U8miEQJapDBaeXzhCJszEeugeZzDJsAWBWjkuCKkVQlAyY1cvn2tS5Z5gd
gavdz+ojRtroDUtJwxwVA2aBdmuM1psMCUwFu+iJXsyAFk2pxeqxcdHtrUQ4llWQ9VVwsFep
/SgMslpjBxmbhvFQZxHajrmRJVk5NNS4eKAxFSFRxLF6OoggvmChIOS7FGIYsLEqcWbmAPuR
jI6oSLbkYmtGqtIizZ0r2esuKGpuuEZRIJ5gFb08ThRFKFkcChsaqmRchhvQfA6j0+MtRFiS
Mlb+B+cUOAOxpRS1wEXFwQFwTHSgZSiGqtcuYY1sP1lqmZUrcIRHKE5YRZyfG1aUDDlQ5cC7
ADiProygCSYttDoykx5eok5krTygwYsEWwJugCNMi5BtfTp4Vqd89JIBXDMwltJb1lpJMoBn
1VdagQJs+kqjOSHGxcJDHM+yhLmAGJoFRgBjREmQLYj7SEf5aLDxpBx6OlcUpEHJ4riYMLkc
Q/5iiBqlAi/Wj6k/+mhGMQI7Ay1sHNAbFXIINwff0rlxMidMQCE5IJKcMd6M7HMJn4ibl6+o
tLv4US10aiJG0Yq7nPBbW6FS6xJF3Qe2QTiyAsXWgirV7PvrC1KWWqTtkMUAPCgMNicEHYna
+xCjPtRIZ97IkucGCBL3AoicqjctVgU4DbVqF6ahfUFpjJgT1TRSibnBRI3Jrlj4F8uI1Qjd
ARoTemCAC+5WkgmM6hghKBNLHx27K4nZ7YVQixFMQiSSWqyBqIA4IynEGBPWEsEIxJAj0prh
SEacRQkS1HLqVgHubXkg1sxdvOknr01VyMkxiAcrlaolgMlGIcyHgRq0u962pQ1VlqFqhvRR
2sGq60xeTdl7BR+azjJ8VwgmuKpR1tFAg9E0S0AiRU5FSYWF0QCHyQDNvomMWrQ4I1oEaDTc
teikQGD0c6feQiRtXCS+TIF7KzvZxRE6ogBqAhA6mJNGT44koRHfJojoN71CANDis0SWIe2H
rIMGcYBAOQR4Qh9YTu7I6DYJmZ8U5O5csjxWLqIGC2JrbSmlGxfUBkgdNMwiIwpmUam2C1GF
Sesszn3PuUISpyo25gB1auwvl83s2lYGPZWqMxBqghnr4iGuwwNb+NJPEuJDBNIaiKh9qaAY
4AJpF5Hs4j0UxLROBojPkQ+ZiQA9PRRHMNJPQU0gKUqHBtypWiLXyQ1cORaq2AuzvdOCycyc
5pixIN0NUjGYYsCGoVEmQjAdY9PCjGERFxvKYXQ8KL99NQumAviLKoYvuTSDGld6maXaiJfe
gculcIAJqdqZ2OYJ+FSlckM7krGtaB1Wr2ZOKEOL/Ama2ICrbBUo5QiM0XtjgVfouhW96ZJy
GFmU3FWuPYUSDi6Ad22IE1H58KDClkwQB27EDVvAmHVe5UPGBUnFMD3a1RILPdHVUv4FQD6H
3KoXc0fDzVy9RHzDAcJxdSGkAdN0YcxgM8itMg4DMqkxmbL5fI4iWeTAsjz5cuXOdwQGwRly
uRICJYCXD6vjrVMaJC8b2Wimk1i1KFDQz2bH0UdV3rn3CHcBrIsC274lavfTMSaVp/00DUn/
ABWoyOoWBTyJ1PStE0wJO1SWK4wYyyZMCQHoZC/jLO7FwqVKoap5tJrdKIOGL2WqsZSvg5RL
PF6Su3qppOTgnbeqEjfZA0MiaoUt+cU0gJDwiRRBfSLRFfZ7aDgam4XBceby+XwIA1zeiLBA
m4k6eRLM4dvURlmXFChE0OKYi5o9/RWl6DBRwa+C4eIZBFnxpg6iK8X1ogxfvFH/AHKIAOov
R0CIksaNUP5elNzOJ6ybNCMQwyWz6F23K8t4Jb2VQzbJ5KvMI6ftIkc07ir/ANLr6UGd3saR
K5Z5kROYjpAeo8rUiYB49Vy7hawNPMjSTU1MjyeeCdRpuRiKA0H7SILEuAIyFe146+XPl8yR
AoOVGMo+utZH+l5YHX5pE+b6kOBDl8qRlnNwA56yGp7ZH4kZA6ZZEhA4SyI9pOR3lRwd91xA
Uzr7qrQHFM7PboTgkSwrdEzeJwqwVz029ZGMMd/wJ3dtpJ9pEvR7GqcdbEPh5qeowqFegxWz
aqYoDZ0rT1gLgoS5bjFmsqDpFkMcgog0Zk0KlgrdKcuWsSaBRlEUAYmVluyD3RcVo1G91WcX
ZlQFjgnagyTi5TyDyFqq1JM+9OA4sgSiYimaEsYkHetWMmOd+yrPssjPmAgRLDDxlQAAYBkw
g+0lWiWrdMIe0FXllsSC/urieJ2iipIPk4VKqiaXfZMwL7FqjBj0r+20einArsC1u4y2rWK1
6tx6GhGUHBOHVY9vXqVml5N0QQ5GOSiSRGTVBxZPCYiTiVq5/O+aDblwd/SQkwBFYxNWR5jk
g1k7aR6CflvdmDED7C+XpJlTLHzFpmGIwkvF3ExQatas5TRHhWs0Bwu6AApgsCA9TUugHfHY
nFDngrX3j3FZhmHPvLUDUY9r0U8nkMjwn2VSDtSpJum0B7Fq1CBkDVnIswR+XMAxcEbvGTgt
TvqJlQgN307EGz2RkxMdiDs5wxQMuKrh6geomNA1K1WXRdcVYnA0ZVNMGVa0onAYlqs6EQ4M
Tjf/AJfXRcu9inuM3omAAA9b2kIlw9Q5yQwfNcNswhW6Y12oSJMmDxDhapF3e1boRjd6HNaC
RKqMjyq/WmPLu1lxQIeuK62jeSE/L5lbEX99FxGQ8bFWpv8AoOvuUCQjy5SaJr0jqos714gB
JvWQ0SAu9TJv/dWmTEFnBrGva1RQP8tKQgaSB6iZgCbyBIUOOZBw1amb9pABy2MjVOSf8G81
aXeJZ3FEZ2NSwr7qJFJir0ZgjK73LMqE9CcMRkANXtJgdLZtGSESMcb+sgRbTSoLsnDNjVF3
ZqV+0mIp31juDfEqUa7sK+ihksN11S3+KrXYbqId2uALKktIFHGfbmg7ObSwkyYCtCakBGM6
1tWnpSUjCVRVqH3kHGmNBKjFSYlhvHuoGIc7ST7yPhQxinq4NGBdVixAu7koRk7tYtIep10R
peItTQE0etEPv9FXrcIahcXd2PopwagNSyJuWTyLubIAvpGDMokYhkQTXYXVK4Mok3Z++tRB
1HIEpg7nBlYtSqoO+i4AJR0lg5YviqGJG1B4NmYu1FcxfCQVSCO8uIM11STb1cf5D39pEPXJ
wn0mnadCcwbMQaun0x0izBqeUhIAiQ/PtptRAFnH2Uxlq3nLxUCTqk1gWCOuk6kBCIlxE/Wj
zeZNhBgxTG52VUuI6rRAZj4yDg7hVUcDaGRYokyP1p8qKrB/K+ymqRhUkBfoVqGyyomJJjKx
NS6rdZIWrRg9fOlFPcbNUlR9J76tINchAmVNiEe2KVxC2bUAAGOO0oAlzLLIJmpg90C7EUZw
ypLeWT+EKlTtJ+FAnifCLlGciXJYDBkWAcl2PwoFjUFn2qfKnUQJFNvVXE1RRUayIN+8g9zV
whsxTim2y0nCz4oRL8UgwG1ERJyFclQd9AugHJ7jM+1DCIdxmSnGlk1ACmu6Oga9mKIDh6sc
EHF8lc/9iqsB+fbVeiqcCRAxYp2AFjqLhGwrcEj3UzzI2n7a4ASchQr5vMAGqz1lT9tC+8iy
BjLc2bqTu+h22quFihqct3vRTBwyo2rvrSSNWV1pkCYPQ2ueJPCRBIBrUOyEqSo5lEeb2ZJy
HBsSw91V/wAE5LBVqM7J66Mgck8aDZ9pZbbqtMifhTRlQ5OEW1ahi5+NHUK3JNfdT2ACeJ4o
1YWQk4EsYtV0IkVBF1AtYsX2oRsRd0di1GQBsyLGqGgajmPiQ7xF1ckuowcvIiyLhsKX8lR5
7MSQJbUGfax+yjlcGvxqwctcpmwx+FAd5McCxZOA92XKpR+6/dLYprsg4cXpgg9QmqBtuqSY
3d9JTDiG2qGrlsc47Fj/ANky6rgPViyfBYDZdczlzhreob0lply9Lu5cjxU+nU13kZFAwgA+
ADkogRlCIfrA46ep6quCgMHBrf0VxOxFHNh2UdTkjBmCYXxxTsx3OnNHsXEfeTAah4wQZjUU
O9AkYfoUWPCQxdF5kg1AA95MQQ4qQUdPMk5pdwyIhOJAu9LeWnEnIo/6i0luKxZkI1cCx2px
IAYsKrM40VC6AoRsCc3fAIgDpQIJ3YBSlKpABp9pBiYye2Cc0bF/soh6Euakv9hPFn8V1ZqY
olgCzUUmsUzhumpUbanFnf21EipJBJUIAGpuKs3aksNQoWUjI3wQapODsgBfKpPtKL0IN0a0
eyowN6qDlmqSO7RV7tlZAAAKoL7FkBndEyFTlWi0iOoGlaK/9M3SiDIgYBMnIpYlRgTSRuOs
nHMIFmKMZydCj7XogImLCNsUCHbeGKBxezICDmemoAotQFS+BN1w1KxJxAsix6AqSMWz2qla
hyhioHf8KIY7j1UI2GyyJmeAZ5+Sjy+USIjF6+ir7iV4wxTgMDkHKD1LVr8K1E03qld1UKM9
nKdqjOieVR5JogQ2mNfeXNcNwZhr8Ku24Jg5AqTuQkbJg/fAHpoggthpTSBIRYEPnitEidEq
EHA+dJRgASHfePOUQOkZKg4o1H2US0ou9E5Lg5IRB4kXpvtJARqPFA6qJuVi4xPwqL2NHN+L
tfhqBq7Vf8gX7/cqFQs/eRJZhZW/geFEg71QAlA0AUSBJiaVEajzkCJjZE1TnSGuQDdOZl7k
BgE51FxhYujFmkLsXQAABcWutciOKgBuuFon6/WWVd6r4U351RDhgMw6IAYA6pHrWVEJeKR4
U8b5hapdQipWiP8AlilaOmBMXwsPXT2fMv6qqQQO/wCqqCo7zeWnkSDbULejFWq107B6JwA9
sveQAYgXNCEABoD1NPhREBcF6VXMixAlAh9y7JuSQmA4iMaA+sqUJwQJuzGrJ7gCjEFAsC9n
KYCr+iicDR2sqigpqNHVMCX7h5nKB1v1QiDWQuFV2OBojSvfZeN5JuqX7ysEATV8sPJQDksT
3XPcqm+k6+5RYmL38pdGCjCIqSA44T/zFJ4xjLAzcyl5fzP4ihAiJMQAZDMftIBicSaoGIt+
lOzEEW+FTnzJxOUXGr008HLGwsB5y+Xy+WTKhqT/ANNaWMTnWh+8VZaTSmrTqTSPecj11Q12
gSKrlR29n5alAGnMBwy/bW6ilHMU3oQ5jgFqn0tSlok4egY2T1AfGvncCdhJ6v1SQuElsQD9
lO77K/ErVyRcMcHoPaVOqLl09BsJqgCWyqD7KILasD1QvmGlG0sa+spVzZE8yoIkB06U0DR7
BCRJGDOME4NRkmDl7yTjwPfy0IuJG5TWletHRIY6roxewwaqcHGqfuDmwpEu49ROQn/3IsSD
jUN6SqFVx4Fw4YlA2cregCCxtIV/J/cou6dxa2KH8zOnKgSwe5UOTAAzAqSCAKeOjHVIDAQO
zx0/M5s47Hc+tFcPOmaU1cQTGUpYmL6X9JadBiNryv5SYAOTQ700TxYEoc0cNACQCfOT0Z61
r5ypjjcpnJ3BFtlL+MhIBmkAS9u45sMVp5VwOtceahUxletqoCMuGX+YaVRnyzqh4Qmk4PlE
SLegjUAMLUVRXNoy9/qJ9THe3sIMWO0k6k5lpJuHEffT6SRniiZ12G6a726EQS+5AghyQKv8
K4meOTlCBZpfWpOCQC1m95BmvZYCtBmmNOkBUv8AWmJBH59VSywzUwXYmntJ4ScZFccOkIau
rKhGSI0l/wBPEjqocEzHVi/2UT1gzVBQMXO5GpH6fJQB3pwqh1X6L/R+5TkDfkmqSdml18jl
kmLWcdYr586yOSB+UZMHchaPlVsWCOmEQMOIJwIjAYkqEP5guSQ5oAEXnEaSzRZAASNgtGhw
XYnYpRkdJ2hcPSya+NEHqMv2UIA6QZWsBHt6tXUUmeR8HrIudET2BdBwNxQAsgZUima99yjz
YSAjZnYv6Crse+UfHQtRryCZwC5ugIE6rbPS1L97xGi4g25V7mxAVofsaESXfKJr6cUC41Ah
ujzVHmQFOaNbZHtKNWLpySAMg7qgcmxKYmta2qgZPS2SIuVKA2fEvrWaPCHU9MgASblGwbFU
Lu1tiDXwFygC8Xz+z2ERJv0JpHiiwJ36/sq/cYPT6FKju8cZNmKj2UwmFwkHcvuV4KrUZMIh
gWuT+ygJENlLylE6aW7yLim1UECcWYlDhHeTnSK/n1kOXGOmQAOoCtUDU5OiZydsCuExazqJ
gQQQxIt2e0icBi4onYscbJjZxQfGiH0B30mpkFLWSAckwJA+tZJzXYVxGuQRiARcBCI6pL97
SrPWxN1piBRiYjajAlovQCo9JMzNQBg3o60W6XDeMti/SqXzWSEi5jZwxYo1DV8UH2U4JMcq
ID/CSt9QQcfpTOA9sLqlMDvCZ0WYgVqtTMJXoU4ru7hYOWUpm4wfaqDcg7FsE4pVAUAJsiZA
ObKXLmxjK+/i0IaSQWwKYkkJ6n8g+kOblO1di+5Rn1Q9MkXpKWY4G4lrcSkS0WGkU8XWp8uM
mJDkgY+XJES5zbrKlSS5Na+sqkxG9roHmSjHbI195DRIEv1mCaEWPjKhY4EB0NRL3kZWZDlR
NIkkkCvZ4VSGvmGtQeH0UJyOhgwCiDHiZnpgmDkqwBxCyC+ZzC0R0I8v+XGl7PQ085GUySbN
QoFqSpkH/wCJBRJDhgCQWt53nKAjw62AA6x9ZTEWEgHJt6qe53/aQEsHYFj7Ulwm4s5KpdPl
dYMUzVzTv2hfBM4rZ1wt5TL50hSJAGSeRpXYnjcggfnJDs7sPQQIlqqzolnbIICQqeqg9xgF
oIwLdyR2FPqcVod6YGuKz2e7JOXpc2Q0kscJOCibSJqGCDnhHESNifTqA77JvlkjYx95VEhv
H2F1kGLjuU+l9ygJy0mVgA9CtMA2AA+JRhGOot3j4ykzMRd3RlKwq6blMxxF1x84xFqGyIL8
3I1+JPoMRtIQMjXJVD5Bk0ABOVPNBQlOkpOZHGiLVlZzRPKwwQEasH76MpAAm2aq6M5lojCq
kGlIYMToA8vUtMKSzNV+8LDaCB6yEY0Fxl60kYu5IcBsVy4kuRU9CkcT+lBonMtV1bpxDqUp
0Nn9ZMW6E0Syr4EaGhoqEvqDMg9xfxn8tMWfGqjC5kNZajP4yZ6sW6z08RMQBLEy1avaWmTH
YStlC42LSTU3FHr5ytUGhDRBZYyIHESEGYgO+K2qRNgChoObh0+W1wqsNuKGPRRVYZVVcMlr
uZZ3COSBsyNKKsQQtUaPcfRbJM3T3PuUZBowAboTRkCRlempARbUccUBzSAbbSmB4SGKEiZU
xiW9pFuZOMrkmSEofzOov1JMU/Xz7PvLUIvEWZiB6clKc2jHCzk+gjz+YDKAtqs8v/heZpU5
9SEXBci6BfSXL7R2VwyBfP4UDOZOxARAYUCJNgvkcvTdjxBh7SlCJbVR7v6S0O0nve3lJoh2
xoU9wb00piGegNkS3VDbaddUOIYKlQzMaLioWqSBh1euiTWtK/DJUq4QFtqqaBEqcDwk9XBy
EQQNQpJgaMoRA1OcMnUoi4iw7yMZmyI1EhqN1aIaZE0tX/poB6gVv8aoXO1VDE4s3vI7c6Mp
TAFXFO4YE0N81KMSdESwqE5p4EW4xi1fdQ00iKNuWo9UJm1YqESGLORv7mRzTyjqjuKFCqEH
p7mfdqL937lERHFVXMQetK6E4AyJ7ZotIoxBMjdCHJ1RjViJfZXHzZxDmryP/tqvMM8DV07k
byYn2UAJcIzcn2kDKubMwWmLjlcvIhiVy/5TlR0ai0sKcOpcv+T5QPGQZEXIQA6opVfKfi8C
cBovimNZZIw5UgJGhi/2V8yRZ66sT6f+ZBcT6x2h9vroQlKgL99Uq9wVYDYnDNsaS5kyzgln
DMCqu2oY6cERSu0n3lWIG0CI9xUs9apwnqdyYYXdVDqbAs1lln4odPMigLb02YqpQMSwJxWm
IfYhGVC1SgKNZ8UXrdZbdyOJA4TZ1KRoH3p75qczSlESaOSe+qJyCL7GTuXzRL7yB6qib1c7
gmVAqrPYnHCb0T3H1ICVMKpwnj3gqv3l/iqpwXX3KkOZxPg3nLipFnuBUrTDq2YU9dfv5gF7
RLn1lpjCJFn7SaUOkJgSCdlkOIUx6x9lEVrYsm0y1gFu8uZMjrcROVFL+YkHk7RkagDx1Lmk
AwiaEbEOVyf86eAy4V8zmEyiC8jWTlHSwIFApEzNd7laqmXfQjI0N0CoixAFrp9rdKYs5uya
jYhTcEajw4AupmQDxqE5bSb0v5yeJ05Nb1ZqLGpIdsXVvzCJZYC21Mw8PwoxBHFv+JEyxLHJ
lwliauEOXzOtYHBThnJ97phwx2VTMG8Ymq1EktZ2TAuclgCbt+sowBAEReiY0ItUV7hiaRiW
AH5+Snax3IA0vQkBMAQc7e8nYml7px0l/hRBAMjY49x/otIbijWhw7uS4brHcvuNXQhEMTtT
TqQbMWootIRJwwHpIj5giMzan/xE8ZxkD4oJTQ0kvbFMQQbrtJyd4FSgRMAk2Nf2FOEy/NJ0
j09X2U3bYRbORUQYnXp1MPGRnKJJJYVt+oogh9IeRRk37u0cFSmaeRp4VGQk7GuTITGeSALD
gxwKq2zJaR070KVshI0lEjwKXyyDriS2aIERQsdIJHrIgsojEF3Tk0NbK3+9cIYYlihuyWkm
2W1E8zq5hRN60IOC1AAxiela2eU+KMrhh+0rBzaRPwoFyNtlQjaNX2U/gfUtMS5GUmv5CPhc
BNCzVTKZnYTNMVqI61Q9kSwWw4pw0o5EsiSKAXdlzJamMA4FE4qBY9yvcoF1rqpXWcJ0/dwJ
Flb+lbp8VERIYYG5RkaYDpRZi1mWMbuzufMVJEbSUDI6gaV+2nEaVoVSItnqTMHaxohrkInx
VqmQ0Q4G384oQAEhCshg/ZUQSI6jjkgJQLxsRbztKPLBMQauMQiwYCxwQiA0jlim2C6pXoqg
M6F8GTgPw3TAgZ7/ABUOKv6UYvQCp2hECscelGJwNNxUiSNEtxqpcom2NqKLW2BClAPqQGkA
HNAMOhHEBCTcRL7WQjOtKHJ0/KlTIrijEEWuoiRiBDhAr5PVjy07NqwjFn+2gYgPhmi5qNoZ
GRtYuG9pPA73qq3wJWiLSejFeFlzDEAOXogS4NnuES4LYq1w/wCetVFTanu6EdQqAe+iXeIq
4pfs+wmHQqqtsVQghUTAADNVLo14sk795XomNu79yqEgyxdveRECxN6ZIGQeNnka+otQAmDf
TSQ8+KY6hHeCUKxINmIVIjpTxiCRSmBVY1zZUES9s1pkQIjbVfNM2macI93m9RGVSB43F7iI
aJLMFxcJFmxATZ1GKBB8IqgRhgboMNIBuKespRNBIAgxrV+FQlJqjSTjqdcVBsIw7aPMZzYC
xfzlIzoZAMMe111InAsH2ojMWTGjrmUoD31yxQPJqlEEd7JPFzI2AWqfWwLrQOtV8kATwtjs
UZFrMqLahOIci4QL8URQbfFRIdxhZE1rdtnWQL028Xm9VOd9SqGjlxtUXDxhV06lS4F1pFas
0s1wd77KYO1iSE5IJsHWFaPtQArn3bJ4UkcVUmW09149bEZrTY3bYq38H0PukKscypFySBgb
+jBGUKE1IJiK+jJA8qRBc0i7uoDnNqerjiXDG2Ei3V8hAjQxwBavpeIhRyLyIITCMQ+LErhk
Q+AAb8REk41JAJdAzGo4sL+Lw8taIjTCpNCCUdPCHqxwXEZA9+idj00TDemIch3N1aJBetjR
Q5kurE8VcFy+YLEU84ftoAA6pdYXUeVEDRGpPmoywJq/sJ+XcG/68uBcRc1Y3f0u2nFf9y1D
hn9a5ceZFhKVDG1OspykzYUrRa5SDXjgR5qjESI8YXKlMAuTR1qemSicE2dmVUYxY6b1wClN
tIJpE0RNjiQ0k7P0N7icY4O3vIggDMq4IRm1Zintfa7h1xeRo6eBMTqcxcAHz9aAlqgcHBuO
txxinMgBdz/+RaOTEafHJz8pREieZzSRU0D+agAAJMH3/kXsUQzHPBaZrMdy38F0wFcQnA3t
dO4bBNSlXt7yjI0nCtqF/wBlOKGVWWprUbJUAE4tQhjTrosavhkg5bfdDAC5KIgNbeiPSknD
RJq107Har52IwVttUAC73BWmkQQaApmfEA0oiBfJeVCQYNgjpaUjwx+0jLmh+ZKmkHPtIPws
dLji0lCAiceny4qMSODBMKHuapdUV2o8wu+BtfzkADVOwJk4CDuQM81Wily5Va3SgpE2DlTm
aGrHejGTPK0vsrTq1CNDmniKv0IVY4kH7Ca7dp0AAWKjyz1hWq3pk8eyBQXRHMIByapTEmQ8
U0AREGjEWiMfSUZWEWJfb+TaXfTzDgKnc+6RuP8A0Vr7PiTMSTiA6YAEYErhLNWqGq+z4kQw
kJYMb+eiNMg4YjD10AQ2WKbI7qLU5yAKABc7dqYioxFU4NMSM/KTi9KDFusnfTsdM9Kl0JRF
TgKuhIxNbYn2k8nAthlLxFLlA6oSDDJ28ZRlEDgcEEWbT2kZTHC9SDT1kKHTD6x1p+X1kZQA
Ol4xB8X+JNACjAVGPWRhINIbVZ0Y2CINwUHpiFxDaAqUJrZF1LePDqW5TNijiCSyYWyxRN5G
rGq4SNWIYsqgsMALIXL0TEsO+o1y7j4hb7sgxJr1VVwDgbesoxEiwq2CDb1sVLKgAJu35T7p
EgbkCb4NVbFkU77yFWoCse8ns6IfH6lfoTW3q5Hg95MK4uqnhuzqy0ixy6ylChetRxDz1kfF
e/mpjYYOrggdnBExaRzJ0l/+Gow00mPCOt7ybi0iw3LQCDOVDpwj/EVyYhxFiKsjORGo2iKy
b9RRlIcR4jI3qi1kTaiJYtsFCgbncqgkj9Hip2bJ6FM+9TILgAXI8ruMMSnvkbivlIYnB0x6
wNU2l8WCJiNJOSZi4xlRVucU7uyBzCO5SIDkENQoSkREyOF/VQ1PEysJHUH7SDgRpk11sX6O
46dWTCNM1cAbU9yuLhfNN/u+j90tJDnP7Kz24+qnALp5XK2FxT0U91Ztr0TMdhC4gScQ7esj
QR6VQHNOc6l1wnUahpENVNdqaR9paQDsAYn2kCQASQMH/DRqWs7gKQszeDUg8r2CIuL95aog
sQ4b4lGJpKJvc1/ZR1AllKRDYRDNT49aYHiNwFHly6gN3DoDAW3JlKVgL7kMi5Dp6AZIi11q
NticO3eouYxvbLuebVNEkEWDsPSVwTQkjNVWsFpW2t5qJdxtWnHuMKPdDZii6mSSBSgxKHPl
zCMuXj6K+dzogyNIh9RI8rStRixBfR4qjIdUihw7tEyrUph3dMmdab7W+j90s1+hiqkb2T+E
29pPG/SsRmLIOK70CatcGytpBqjKw2qItEVGZR00jiLFcN8E4w6zJhUvV08Q4q4Ab21GQeIs
KuES5Y45+NqQIOK6wLCh39ZcQckNF8v+HFNEnQKknqhEaogyoiIniFAAKlaXJrcBy/aTBqkE
lmNP2lEixHcEaHUXu1FoiCHu7j4+WnIIAwaXxS5iZpESUZB7Z/CmLDMlMAYgPsdUUgBxMgTE
RAL6pAunieOpAsKLTMNLF0D4QsC6aTkqrVwQApWpugAX29z5hYAMy+ZzHMewAb+gtXMcywB4
RFGjzq7Vv5ihGQ4g3xfSIkwjhmrqqsnx+j90t1BUl/G6yJDk7wnFQG7JxT4riNcHVwcqLUxI
FsQut0IRTZZWqncHYE9kNVmHDbxkxZvFYn2lw2FwKqgpkKlRDWNKFA4tZig1DspJNIkeddcI
c3cIgkFmOdfF9lR5vLaEpsZU7Sk9WoDvRlcJxQ1XLMjVqp7qEQWMWJpqp4qAdiBVveTUYVu3
rak8WAOSvbNFqI4gl37lVWoyTdG5CcqB2fEJwPmwcsx0yTc0GMhgftrVaBxTQJJNnBKebHYA
XKGbW7kAQWFTkjIgmIwYFvWQMQ2q5aoUwBU3CgDQCI317rflPukxBBPfTPTIqoCOHSnL7EDY
7bpq9KqHzNlqcasE5JO+y2lEtwjYQqN+lBwCcAaK4MjUsLJ41BvRCjxwL3QNhkftJgRECx/W
XjbU4a1kC2mO00WklzGVfhRkQMgHutIFTtWojiwGCEWAMbp81LSAWxWkhhi9GRIq+CDUpUJx
jdA1d6tUtwoM5Ea1OaZVVLKlUdQLAvQD4kTCTxwB0/CpGQaUjeRPsaV8w8UrAOdPtIiIi2Y+
0hMVADmuCrk46dXcmSCdIeiIkNIkeEk5pq/oZDUGBLOA1vGQByH5f7pVqckwoEehM/QLoF6G
hzTO6xdMfWKoX6R7q4aoAXzcIxqZZk/Cs9kgW9dVYAGrIk0O+pVmcVYoYEJmtVWdk/gQYuXc
gYhHTTyTVc2OIYsdi1hwA/fdAE8UsXdBqgUbHypKVDsc+cqqQcjUHQBPSnF3YZIAl7v7KsDW
5UwKk2qQpG1GIJJ97uuB09wxNiGUgAZRwe4VCXyIb1UBEHUDvCfS7lmDAV81Dlw4pm0bt56I
bey/SqhxYgqcCGiS4Ow9bi8hCPKeeRLyHrxUOZzawuYFUp3X7mz8l90m/wDVZFMQq0fNNFga
OwVSKZJiSTgSsK3v8Kp/igDwknvp+1k1QndycFqeuSeTgFkC71DPkumhRiRxGxZhTykzYLTE
MceyPaWkGIOJjxIOaZ7UBEnVIl3o3VUzNw1gaFcIDk3NR6KMtBMgKk2byIrVEkljRvWRlgwu
c9SqjW8d6Jysy2mpc09FDVdsMkxm8dnF7i4JCRr0J3KOKt3P8Ua3Wq7URJD+SbIRYAUYCzox
cxNrUijpeRxkRxJ3BDXYh3Q0mouMldcQB2m6pYYBlbut+Ry+h9yrgICrbw9PJWJ3YectJrLA
HFcUSAnV97qjNvQNzvZOeqM00C4GXtJyHAuXZlUUwQJB1YkWZAsDtXE2rABXPE5LWTu4jhij
EkgyrXiHm6YoUYAZaQnAfJveQMI8Tb7eahgWDg3qm1EbBY/8RccdfLGABb0ZoS5ooT+ceBUg
YR7L49wk0JcDoRGCZ3bpRNCC7CydydpLKJcuKiuKE2bMbe5RMaBOT3GZ1qZ4OwOIdYgitQyd
ia4J51yQBDRGSE4ksbgWQlgbdxx3X7le6w/I/cp5O4FxLUKpiBm+JQpw5OqDZSqsWe6FelVo
c7K1qWoV1qNUbUSKWAKMsTR0SQHAYEAf/Ul1Exc0cVd/+JKXAhhsNVTHBlY1Fdqe5sxNlIAA
vYW85auqbOLesnZt51N6qDEP4wyXy+T+85sjWWxfM5kjInApkxsVq+XEk5po8IyTnvKV+Ek9
/wDYRAiR5SJk2k2JoU4JI8VwyBapwwTQbSDUkocsVa/05xkKEODkQh1dYLFgQfS1oSm7DCio
zZEh0Q7Ep3iLBMatiqfQb8k30PuVS1PCv0YJsNllUVKz2YVTA6XyIHtTWm4zCa8i+kirsogS
eTAmPVWmgIw2pji1kBEunJ79kMNiBdgTk/8A1OUrO+J4f+pzF4owTfmUdQjue3ioGMRqs7qP
LNDK8hRk0eI3EpVknr3K37jhMiZEAFw59z00S40Zlx6qBnqES7APHV53CnatgH1BCMwwFTtW
nlhgLLZ3dy2ph3+5pKnyyWDuy1SYQAxohKRL4Cyuwrs95D61iHp9lVv/ALF90nCqDtKqxaoR
IrRymje5GSJF8lW2yqGiokTS2Ci1OEW3R7aL1xQoCBUhNgcrrh8JcJyCDtIRYg1ciwTU1ZCt
0xFkCSCclw1IwQJAIfPzlyomOCAY7T3GT91ynAdy7YN+clDS/wAybFgX0jy0IRvEAEoAgtcl
aYA8yZytXxpKnNhDybr9/wAcM/2UJRtIP3/pVsoy0sJECRwZE0YhyAiZAAEuFUERzt7y4ADm
1fWTyG10Gv8AQv8AlvulZu/8Xc2YstQo1Q64gXJdyUWCoDIClwuVy7vIUxUQCwIYMMlxY4om
J8CBdziyGpnwQqNJw3ICIwWqZJAFQKJ3YGwKZwdoqR6qBc6TjZSGLZN7y+YKiIYdH09hWqIJ
lF6M5I4VxRBJIuahtXCuE8WRFPWWmU2gLw5YLnzpoR5YlGDef7iqTEitaH1ZqOk/MMi4i1PN
kh84REjUiP0LrPuahUjDNEaWNq4JhWRyNaImRAOIavpLhAAFLZrSA8ywQkS0RYf7F90rdOCc
GuOK/wAFagvksCC9I095UJDWFx5XFFbEJkEfLDhs1y6Eti6FCG2oDSxfruyq+0otufNUJJCc
l6My0xpmRb10weIs52JnZ8aYKMPl8MXaY4vFWkn5ccsVQmR2/Sr3JmNGBRM3rU0De0ozhaUe
rY+ynm75b0wi2SDgADEdeqEgHxrU+uq3+lREGiPN5QOsCwsUBzeUQ9HlQhcNaLgeRyi3xqPM
+XpEe1JnPnaf9j+6Qpmn8CfHZZVD7bt6qcVCL9CBJoEeYRWRN6+opA4BCI6xocULMMlRtIWo
MXoxwTijM7XRIZz4UQLm7fH4icgAX1EuFojSU2YjFRBu1e7QMqfQpbuEEO4bvoyhPhOGxRia
wFAV1d0kSR3kREXq5V1Xo7l0yzV/oVApYFlWLZ6aJowHTVMA3+x/dKjN305oChixzCrTN/hT
MQcHshg3QhKL06VCUOqQKmhftKcjQMjOVK3wRAPSoicdLXOaZgMnVbB6lEgEuKBlnVnBDhAz
FQQxNfWUuaWlCDN5x1a/cRVPyW5WW5b+5XoV/p07ln+jsy7tnVPyv3SD2wpRPQtYEn4VQnGh
Le+to6VW+xNkhEVL2upcmZcjihkx1Icsdaf1KgI+uieFt1HQBucE71sAQiJXAv7yra+o/ZT5
3Nz5PB/lTUZXi7EdT2eooGxlUg7Vl3dv5Cvcofouq/7I/wCR+6VbYA3Tih20Vq7E9y1ExNKO
LKpOrABDWxq5XJ54OoEaZyApHxdSeLyiCwMVpidJ3esmFRmtga6JAsuKj7igIimTAFPlZGD1
DSDZqJI0kEgjze5S6rf8hVH6bf7I2P5L7pOAz3TUC4qjZRZKtAFVkzhgtD7BlVahYe8gGeR2
FNlknxsyOQo1qriYJ4F4igIT1FsEJCoN5ZqeyRX6Fl+RuqLZ9LL/AGF/yv3SOxO5bcgCInLN
HSL4CqIxJqCNPvIVfZkroHEYKxYVBcBOC4CZ9qrQmoO9RDM98RXyld2NEzVyARILCTXx6yax
q3eXNiGajtmAtvcBV1X6FO/3KdxvydfyFO5ZU/LfdJyNxW+qciuDWW/AU9pORuPWXEarMbaB
GgAYkY2QIYhrKgO9E455rThiVUU3renNDZ0SzizoEX3uubzvGLb/AKd/oP3cv9pp+S+6TFM1
cyU7tvdkKu+FfjVPCsirdNwhHMEF6OmArYA1C6wL4RWliBY5q5bKlfOTmmaAexRc9CyAs9Vw
nUTjZAdPcoq/Sb8of9hb8n92q3Rem1eMNtVRYjLJOXbNWd8XUWoWvgmODkEG5VqhAksHsXdF
qgYuT7yoKYI4h3c6ShIOxu7fCjEHT4XQszoPl9Hf9Db9F7rb/sFVs+ns/Jfdof8AZ9P+uQ/7
T/zV/Sf+av6T/wA1f0n/AJy/o/8Az1T/AEXT/r/iX9H0f61R/wC1/wDMX9PYX/1aH/bdH+rX
9P8A+Uh/2/T/AKtV/wBN0f6r4V/T9H+qR/yP/KX8D/yUP8q2HzV/D/FX8P8AFX8P8Vfw/wAR
fw/xV/D/ABV/D/FX8P8AFX8P8Rfw/wAVfw/xF2PxF/D/ABV2PxV2PxV2PxV2PxF/D/EXY/EX
Y/EXY/FXY/EXY/EXY/EXY/EXY/EQ6n4i7H4i7H4i7H4i7H4i7H4i7Htrse2j1PbXY9tdj212
PxF2PxF2PxF2PxF2fxF2ej5i7P4iw/EWH4iw/EWHtrD/AC/Kt+f3q//Z</binary>
 <binary id="i_021.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RirRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTI6MjggMTk6MzU6MjUAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAh2gAwAEAAAAAQAA
AwQAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAXcQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ACX035Foox6zbbaSxrBzGtj3N3Fv
5gQcumyiv7JbWaLgNlbXaHRu6tz9fbvYtLBtpx+oV5N5Irq3OMCfpD0uPb++q/V7aczqVeTj
731QwOc9sH2h7OPmkpy/UcKJHue2Gnd5fTT2ANsssE/onMaI/ddG78qYU3VsBfVu0e0g6kFz
53RO73fvIF9mRQ30ntDfUAGoHDfzwf8AvySkzngFzHvAInaOJgnRCALXNZMi/QkaEE6Kz0PH
rd1KmvIx33biCWEEBjHgluW53/B/Tr9Rnp2K11rpQwM5uz3Vgbml0SR+fxHu+ikpo0hr3Bzp
EMtgDsawXf8ATTYwc/KYx+jrnNEN45DP6yt9MwMmy1tVVZtJFrXenDo3gs3bp2/nIz+kW4GT
iNzXxmWuYKcesepYWl+z1H+n7K/3K/0n9hJSa3Jsox7Ti1tfTU/0WPfDi97T6TrPzGsqq+h/
wiBj9UOTYKXw9zHts31wGwz6bNv/AEl0mNTXVjFo2XMbua7ZFnvLv5t7P9JY5znrJy7G29Wx
W721Y2JS/wBOkAUw87mvstZ7drW/mJKa15zH2W+kNtFrYa4tg/Rg/R97fcjY1j/U3W1j1GsD
a2tD3E/mu3OawV/RaqOd12tl4bi1tuDZDrrB7XD/AIOPf/1yxaHS8/Ez2bWVRbRtc9roMH8y
2fbva5356SmOV1jDxLHVPBttrJD21tgNP8p9hHvTYH1gxMjLqpsrdQHWVit7ocCS5vtdtH6P
3LO6l0xv27IfU9oBfvAeSP5zcTWNHfpWPa9Cox77MvDdc6trK7aGMAdJg2N90BJT/9CWWx1d
rqrpaedk6bZ9kBoVYCraX7doIke499Fe6xlU2WsusaJYxtbROrnsH026fnLGvvdYQHCGGBAj
x8UlNothp2DWOQSYPnqVC3Ddk5WOXfzGjbXEgFrd252jv3pR+ndNtc5l1tgbW50VsZy4/u7j
9Fav2bFONY6rbXdTIZczRzXt492v/S+mkpiM/wCyPw8nM2tscx+K/IkkGustsx22H6P+l9/v
YtbB6fh5VT7cjFrNbHHY2SDucfWs/Oc11fvb6e7/AAf6NYHT2N6hhuyLahY6qftWO0AQCdr7
8al3s97P52tnvZ/g1vYXUuk9KY3BFDsSsuLwWzY33w71bd733V7v61vppKdSmvGprNONUzH9
QfQaNpLo9vZu5cd1m23I69kW1ucz7PYyuhwJa6GAMZtsb7mu/PXTZH1g6dWC431lhIrpbtc4
ud/pdrW721/ms9v6RUMg4vUXV3P2Wby1zMwN2uIB3a7Nntsb/pWWPSU3MrorLco3UO2WOdu/
Rwxznslrmy1vv3u+nVb9Bcf1d9V3UTi4L5caRXlndurda1xtuqa5o91TP0dXs/R76v8ARrse
o3Qx9TGen9uDjcQ4GdwFe9j2O9m5n+F2rz4UWYVgdE1iW1O43tjbuZ/r9NJSMYXULXtqNLwO
9hBAAPdzx7dqvYNX2TrQBedlRj1B4WCG7h+77ferdWVU+uusXXAObLQ0A2SSPpu27P32qnn5
YuscGgBjT+hI/OA/Pe785JTezcvflusqILbmuxrLXglhc0t9w9L6Psd+jeh497TkY2PLAwZF
T9zGk7i2xkQ159jPahYmT9txL8Kx5bl3O9St5Gjn+3c3a3852xWOl9Op+0Y9tl43eswPaYJl
rxpW+d3uSU//0aWfY6zMcxuvpktb96FRU622utmhscGg+En6X9lFNf6fIedS1zoPzR+kUl1p
uOgp1B83fmpKdi1oqqYytrS2oRWCJIj6Lm/ylUvyTjY9z4Hte5wB4cC7fX/K/rI78llVuy0a
uhrHciXfRa5qw3BzuoWsJJ2EMd5lnvP/AIK5JTt9Fx78fIpdXt/TMG+XADePZY0fyNjf0is5
bh1K/ILWACixzG2E6kzNlWntdSxn/TUuj6OszTOzErIaeW7jP0z7dn56zemZLsm+vFqaSQXP
e2sy7c9zrH92MY2vc1rrPf7/AObSUww+m2Z+ZlsdLW4tHtO3cGvuDq/WLQW7vSr3LQ6bj5WB
S+m9zchznF/qAO2gbWMaxjYZ9Gup29v/ABPp/nrS6e6mneMa4OtsZtDBDiHNOjvpObY5n82/
Z7FaybchxNFha5npB1ggiXF2326/o0lPMXfWH08q2m2q1+LjkVNe2udm5rfW9/0rP077f6n+
DWb1sse3GuqM1OY8NLfCZW7k33jcGEenAbEmSCSGj/NbuWL113vorOrWOfInv7Q6P5KSnPrz
LPQ9CSG6gEGDB+k3cBv90/4NRc/ed0bRoBHAH7sILABo7vz/AOSRWu9sDnseySmVY2vDomNS
OwK18AuDqWChr7H3UPsfI3Rvb7nMj87/AEixWuGmnu8B4lb3SQ637MKhOy5nqMO0uLt7Xb2C
1rt+2s/6StJT/9KrY8PzLjpFlhdH9Y+KudIydj78IMe4VltlQb7jxts9p2/yVQJDMgOIABcQ
T4A6qAGRXY7MreGWNh7W+RMbT/ZCSndvFeRtZucA1wDq3sgNHd24/nf6NZmLTY5+zaXXW2F9
gHafoVtn6b9n5i2cQszW137NrntDjOsfyefZ/LRMvZj2NsoZsssb6jXkEgtd7Zra76PqbElJ
bMP7J0W9u1gvA9R43GRptbS+l3p+o1n8hc3j+pNuPTNVmSDWS07Xlzz+b7f0e7/z2t3qXVKc
jpZoa1zMqyGvpJJZ9Jo9akn2+m53+Y9ZztgfW9+voWCx5AkkVndtb/L9v5ySnoMu7Ib0tlQ2
+pitaWuaNAWD37J/NczesEdb6g73Psc8lsFziDoPHate7Jrp6Qby7e81NBG4bt1jWna7n3/p
tq5chwqgOEwO2hKSnSfffVU6XVgOaHusa4WktIO1zNu5rP6qwsy4W2N2EuYwRrA1P0laq9X0
rC1rTW5u10uLDp7dstaWuZ/Jcs6ZA7AeWn4JKW26CNAtOjpjrsL1qAXXt3OcJG01sBc9wY73
Nsq2+p7f5xio01+pc2uQwWODQ9xgAu9syforVy8YfVbOqFmWL2uhxoj3hnuD7LWfQb6Vu9n/
ABSSkWJ0y7LqfZUG7axJbp4b4a2f3fopdNLW51VTqw9nrVPcCS3a9tjQy1j6/wCt6asYwHSO
qhtbv1PLG6lwMgVuPs/9h7vZ/wAUrF2G7G6jXbQ4tFt9RLdsiPUYXbdWubulJT//06VwbvIf
oPHwJQsl+/cWHa1obuPO4g/RaFp5+KybLGAscJcWRInX+17lmECR49vkkp1+jG2mmqnI91Vx
3ANJa/0ne1zHOj6Tnqzm5TsjPvtA3ARXX29jBAAWb0/ILGOfZO2vc4eOha54V9lcB9hkTqP9
6SlVWNsa1jgA14LiTyAYQtpa9zHD3cO15/8AOkMl9drtmhDWBs8S5znIlzXteLG/Rtkg8EOn
9I0/9WkpBcG147MYb3lh3SQNZl0+3+squ9pJaSBGhaTrp4rocLG6VTQ3M6lltrZYXenTu2Eh
h927b+l/ss2f8YrN3XOhMZUyiqi6qyWslgd7wW/oRtbbtsc13t32e96Snkb8cuYSx5geP9yq
V1u0MEgR+P7q7bqHSukdVY6zptlVeUBoG+2pzo+jaz6DHfm76/8Aprjrar8a2zFyGOqtpdFr
HRoef7SSmz0rJZXbZVbXW6vJqsoLntLywWNc39Ftl257v0b/AGLa6x07F6tjUtaDQcPaDYBu
c5uzZsNh+gxz9m97lzY3NsDvovBDgfhqtrC/at/6V2PZVW7UWtd6dBbOnv3/AKX93Y1JSKj0
sz1+nmlzKcJ5+xWw7gDZG2z37H7P8z07VCvqbcjMxWZT7Kn121trDfoibGfu/S3/AMpaWX1V
mFTbTjvJsd7cvJGmv5uLjT73bv8ACWfnrE/Z9r8zHvqfvIyKn2MI2mPVZuezn6H+jSU//9S1
btLiT+PdZV9LWPDWToJ1InlXMjLE+wQ6fztY8lRtL7Hl7zp28klK3FoNTeLHNaQdIl30mroy
W1tDCOT+Rc/j1udlUs8XgnvxOq1urR9nPu2e7dqQDtHP9nc5iSmtmXl2Y6mlpDmsYNxMjed2
7T9yut25WWhnoOD3eyqIc4xr9H3OPt9zVj4Oa6u2zbDvUI2+pPb2/wBlQ6h1Q5QbTUA3HY6T
A1e8aG3/AIv3foq/+uJKT9RDephlWHtt9I+4DR293trbP7luzbU7/SLJod1LFfZRjttpsOll
TqyHAiWzssbuZZ/LV3o/rU9WrtpMEkttaBu31ja+1m3853t/z611L39Ostvoxce62p9ZabnP
LgXktfWzdkW/m7W79nqbElPLdOxH4trcyy1gFX89Wx4c5rYlzbtn7zfzFB1e4na6CYdt7xz7
l0fXiX9KttfSMe2l7WlrWhgPqPa231Gge7eubaHCXAFxdpIEyeUlN3pNVb73G/VtWjK+d7/p
UsMfmPetPOqtGV6jdtIazX0ZaDYRuttvr/m3fS/Re1ZuHRmyZZ6dUAgvJmZ/Nazb/wBUtXLy
C/BdXe4EBwHrAAEk7d3q7T7/AGt9j0lOKaycva3VtEClgMkucN9uRZ/xbVoN21ZtAqPrAX1y
+BBG5kz72P8A81VCK2ZVtljy1jQ0PgSC47dtWn849+1j/wD1YrVEDMpNtfo7rqixjzD9u9v0
2/RZuSU//9WtcYd5ShGN0a6n5I1zgZA1E/JDcQC2TOvCSk+O17nOez80g/CJc4/2YVXKuqss
JeSYnQ6kuPul73ENUbLC1obBLdznGD4Dj/OVc+5zdzhJGjAIGn/SSUya99gMgV1CA5zfdP8A
WdO73ILmubYJgEacaRK0+n9JdmO9RrhRUHbbLNu4O7va1gLfU2pdS6PkUNrezYTJYBvALo+h
taf85JTW6c5tfU8cWEtYbdry0bne/wBrtrfztu5dZjYzWveyrMqLHOBsDvYS4fnsZb7arfd7
vesPo3TsnAyqs/Od9mhj341k6B59gcXkOZ9F/wBD89dXQ+z7PW9tlr63NBBOMy0T+d72Hdv3
fS3pKafV+mtzunWUYdpORVNwa61r2vLQfa8Vt2s9u5tP5jFynT8841j7a3xY1vsbEiT+8w+2
z+0upyMrMuyjtsfXjVNfUwurFQdY9u215YPpNqb+j/7cXG4+HleqK3VO3ssLLSBLQ8Ha0uf/
AKNzf5tJT0+J1PEy63PupbWWj9I8F30j9L2y5Ki5jfexrMhtgLS06iD+bDdrv7KyLMS6moW4
zmuqcHljwS1x2+26v07D6nr17f0lSarLurjHreK32s3PtMH02EmXt/4Wz/BpKdTArtZk3Vsr
AYyHEwNXn2/53t/zEVlAGVWKbYe22svpc71G/Tb9KtzjZX/ZWVkXYlFf2fpzn35+SNrmVuJL
Gfnuyrx73ud/ofU2f6VaPTOlNxmUB8Gw2sfYWwJO9u2N35u1JT//1h34z9gbtcXhxcX6AHy7
+1D+y3vABZtPiTA+9XDYC8y4x38FI2ke0uPkCJmf+ikpzsjEubWLBo5kxy6Q76X5vsWcQ+q0
OftG8htZdo3cfP8A6pdAd7XCeT46HwTkOcNzmyx3tdIlsn81JTaxLcbFx66KhZb6bQ3e2p21
35znsc7a13vchZLxdnY7nMeK2kAh7YPvO0xtLtzPoq21r7TugiTJA7eQQRkB1oq27Gs3Cxxe
CCWucxsM272JKbN91dDnODi1zjuLa3PcHlsDWm1n2f8AtbVXr6xnsaGVMqbtHg8OIJ/wj631
Mc/+ypjaxwDQAT3Ed/8ApKFFwtYbNvteTBOshp2td/ahJSK7LzLjZZe9hD2Bk7XANa0uc2HP
sd9KUH7TVcx9G9trXN2PDTqA4bdzXfyVe6f0zp1uY+vNZ9odY31a6nucW1Vf6fI9zW/pn/o8
XH2/mf8AGIvVMPEwqy9j66a2EN2Dx/da36Xrbfp1JKcTEdivxbLbHH7fTvNDQNDY30qLcp0/
nelX/NKnFmfdbs0pJO8NlvqR9Frz9LYxv0G7UuofZmtfa2p9eTadrRu01+lY5jfY171PAZc1
9bbcn7LvMNbU2ANPz7dr9jv66Snf6b00YbCG7Wh2ujYDQO8j6XKKx+66skx+mZtB5PvbygNy
/QZ7b3XtZDjS7aZH73sDLWbnJ8Wxtz6HsMj1mSDyDubuaUlP/9czn+i+yzaHlldjgOZIb7R/
0lZ6ZTj24hueHeq5rdrmPc0T7uWNP58IB2G0yJ2wQe/PkrmFLGV1VOqe5z/0rHmH/SdtFe1w
/Nd7d7UlOe6ybX1a7GbdskkwRvPud/KU8LGZe11jix9uK1zgz2h43F3aN92xn72+xihc11eV
kAQ5m4NYQQ6CyWPG4fykgYBcYnx76JKbIyjXmCiytlrNjH1lwJ2vl/6Ru0s/0al9irrsNrHR
6kmyWyS4u9V/u3bfc7+Qg1PrssNgG14AZu7ua36O7+q76KtB+gBPl4JKQ5DnNBj6Tva3w3O9
g/6SkGtqPp1EGtgDGny7KFo3WVgagS93y0b/ANJydlYgySB96Sm5jWmv1Xta2btu5x0ILRsr
dpt/M/NWZ1S2iy0W+qH2NEacNEn6A/NVgPY+8VPPtkD0tZcSOXcfo/d+970el7aw+yygMpY3
a1zWAOLzLttW1zvb/Jekp5jMktra1u9znD0wJ1P8qFe6dgklptv2h/0aaxGh7f8ABs/kqxD+
o7bbW+nWCdrGNkns3cWf+TV/Dx2VMOyt1Z7l4Acf5XtJSUuMOlrRWGyRqH/nf5yeinbfSRq7
1Kw4xEw9urh/JRX211tP74EmT7RH7ypV5r25dbmTYLLam+4+wDe33/8ApNqSn//QsElrzrOs
GNeU9o3xua14LTG4D+IKa5u5+5vI8tP5PKmywGARyElMHbQ0B3taQI7DjhV7bQ1m9pkx7QO7
jo1v+crxcNsA/L/eqdzW3XVsAJaweq/4/Qpb/wBXZ/YSUvjOZWWDdIjaTpqT9L6X7yOTuP6N
4JHIGsDsmprAIPb74nsjAt+DWyXduElMWMsD3l7w6B4bdBr/ACvFGa0cmYiYH8VBjbHguAIJ
AkEAkT2RADs1GhaRHc6dklL5NjGUVWv3BzHAUtaQPdZG36X9X/z4q9OLkWPscfTxRaf0hY0O
e4ntuf7WpZ+LbkMor3bHVvZZrw4tG3bP5vuWkWtAhvdJSGuptLNjDpM86knuU2RZ6VL7Cdob
yT2HkjEhoJedobq4+CyMh5zbibAfRaYrq7fyd/77v3klNDJ6jZc4toY51bTBc0bgD5cb3qzh
OyftFHqs2gW1tG8y8S9v5jN1df8AZcrddYaBxpof7kGjGv8At9EAuHqMcI7xY2Wx/wBNJT//
2f/tILxQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA4QklNBDoA
AAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50
ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50
ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwE
NQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABC
bHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAA
AAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJv
b2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29s
AAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAA
AAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAA
AAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQg
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRh
Ym9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAA
EGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNy
b3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVj
dFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4A
AAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAA
AAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEA
bGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEA
LQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/
////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAA
AP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIA
ADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAA
AAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAA0sAAAAGAAAAAAAAAAAAAAMEAAAC
HQAAAAsEEQQ1BDcAIAQ4BDwENQQ9BDgALQAxAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAA
AAAAAAAAAAIdAAADBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAB
AAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3Ag
bG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAADBAAAAABSZ2h0bG9uZwAA
Ah0AAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlE
bG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3Jp
Z2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcg
AAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAwQAAAAAUmdodGxvbmcAAAIdAAAAA3VybFRFWFQA
AAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVY
VAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAA
AAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRB
bGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVl
bnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAA
AAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAA
AjhCSU0EDAAAAAAXjQAAAAEAAABwAAAAoAAAAVAAANIAAAAXcQAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9D
TQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4O
DhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABw
AwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUB
AQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFh
EyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKz
hMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIE
BAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUG
FqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW
5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8AJfTfkWijHrNttpLGsHMa2Pc3cW/mBBy6bKK/
sltZouA2VtdodG7q3P19u9i0sG2nH6hXk3kiurc4wJ+kPS49v76r9XtpzOpV5OPvfVDA5z2w
faHs4+aSnL9Rwoke57Yad3l9NPYA2yywT+icxoj910bvyphTdWwF9W7R7SDqQXPndE7vd+8g
X2ZFDfSe0N9QAagcN/PB/wC/JKTOeAXMe8Aido4mCdEIAtc1kyL9CRoQTorPQ8et3Uqa8jHf
duIJYQQGMeCW5bnf8H9Ov1GenYrXWulDAzm7PdWBuaXRJH5/Ee76KSmjSGvcHOkQy2AOxrBd
/wBNNjBz8pjH6Ouc0Q3jkM/rK30zAybLW1VVm0kWtd6cOjeCzdunb+cjP6RbgZOI3NfGZa5g
px6x6lhaX7PUf6fsr/cr/Sf2ElJrcmyjHtOLW19NT/RY98OL3tPpOs/Mayqr6H/CIGP1Q5Ng
pfD3Me2zfXAbDPps2/8ASXSY1NdWMWjZcxu5rtkWe8u/m3s/0ljnOesnLsbb1bFbvbVjYlL/
AE6QBTDzua+y1nt2tb+YkprXnMfZb6Q20Wthri2D9GD9H3t9yNjWP9TdbWPUawNra0PcT+a7
c5rBX9Fqo53Xa2XhuLW24NkOusHtcP8Ag49//XLFodLz8TPZtZVFtG1z2ugwfzLZ9u9rnfnp
KY5XWMPEsdU8G22skPbW2A0/yn2Ee9NgfWDEyMuqmyt1AdZWK3uhwJLm+120fo/cs7qXTG/b
sh9T2gF+8B5I/nNxNY0d+lY9r0KjHvsy8N1zq2srtoYwB0mDY33QElP/0JZbHV2uqulp52Tp
tn2QGhVgKtpft2giR7j30V7rGVTZay6xoljG1tE6uewfTbp+csa+91hAcIYYECPHxSU2i2Gn
YNY5BJg+epULcN2TlY5d/MaNtcSAWt3bnaO/elH6d021zmXW2BtbnRWxnLj+7uP0Vq/ZsU41
jqttd1MhlzNHNe3j3a/9L6aSmIz/ALI/Dycza2xzH4r8iSQa6y2zHbYfo/6X3+9i1sHp+HlV
PtyMWs1scdjZIO5x9az85zXV+9vp7v8AB/o1gdPY3qGG7ItqFjqp+1Y7QBAJ2vvxqXez3s/n
a2e9n+DW9hdS6T0pjcEUOxKy4vBbNjffDvVt3vfdXu/rW+mkp1Ka8ams041TMf1B9Bo2kuj2
9m7lx3Wbbcjr2RbW5zPs9jK6HAlroYAxm2xvua789dNkfWDp1YLjfWWEiulu1zi53+l2tbvb
X+az2/pFQyDi9RdXc/ZZvLXMzA3a4gHdrs2e2xv+lZY9JTcyuistyjdQ7ZY5279HDHOeyWub
LW+/e76dVv0Fx/V31XdROLgvlxpFeWd26t1rXG26prmj3VM/R1ez9Hvq/wBGux6jdDH1MZ6f
24ONxDgZ3AV72PY72bmf4XavPhRZhWB0TWJbU7je2Nu5n+v00lIxhdQte2o0vA72EEAA93PH
t2q9g1fZOtAF52VGPUHhYIbuH7vt96t1ZVT666xdcA5stDQDZJI+m7bs/faqefli6xwaAGNP
6Ej84D897vzklN7Ny9+W6yogtua7GsteCWFzS33D0vo+x36N6Hj3tORjY8sDBkVP3MaTuLbG
RDXn2M9qFiZP23EvwrHluXc71K3kaOf7dzdrfznbFY6X06n7Rj22Xjd6zA9pgmWvGlb53e5J
T//RpZ9jrMxzG6+mS1v3oVFTrba62aGxwaD4Sfpf2UU1/p8h51LXOg/NH6RSXWm46CnUHzd+
akp2LWiqpjK2tLahFYIkiPoub/KVS/JONj3Pge17nAHhwLt9f8r+sjvyWVW7LRq6GsdyJd9F
rmrDcHO6hawknYQx3mWe8/8AgrklO30XHvx8il1e39Mwb5cAN49ljR/I2N/SKzluHUr8gtYA
KLHMbYTqTM2Vae11LGf9NS6Po6zNM7MSshp5buM/TPt2fnrN6Zkuyb68WppJBc97azLtz3Os
f3Yxja9zWus9/v8A5tJTDD6bZn5mWx0tbi0e07dwa+4Or9YtBbu9KvctDpuPlYFL6b3NyHOc
X+oA7aBtYxrGNhn0a6nb2/8AE+n+etLp7qad4xrg62xm0MEOIc06O+k5tjmfzb9nsVrJtyHE
0WFrmekHWCCJcXbfbr+jSU8xd9YfTyrabarX4uORU17a52bmt9b3/Ss/Tvt/qf4NZvWyx7ca
6ozU5jw0t8JlbuTfeNwYR6cBsSZIJIaP81u5YvXXe+is6tY58ie/tDo/kpKc+vMs9D0JIbqA
QYMH6TdwG/3T/g1Fz953RtGgEcAfuwgsAGju/P8A5JFa72wOex7JKZVja8OiY1I7ArXwC4Op
YKGvsfdQ+x8jdG9vucyPzv8ASLFa4aae7wHiVvdJDrfswqE7Lmeow7S4u3tdvYLWu37az/pK
0lP/0qtjw/MuOkWWF0f1j4q50jJ2Pvwgx7hWW2VBvuPG2z2nb/JVAkMyA4gAFxBPgDqoAZFd
jsyt4ZY2Htb5ExtP9kJKd28V5G1m5wDXAOreyA0d3bj+d/o1mYtNjn7NpddbYX2Adp+hW2fp
v2fmLZxCzNbXfs2ue0OM6x/J59n8tEy9mPY2yhmyyxvqNeQSC13tmtrvo+psSUlsw/snRb27
WC8D1HjcZGm1tL6Xen6jWfyFzeP6k249M1WZINZLTteXPP5vt/R7v/Pa3epdUpyOlmhrXMyr
Ia+kkln0mj1qSfb6bnf5j1nO2B9b36+hYLHkCSRWd21v8v2/nJKegy7shvS2VDb6mK1pa5o0
BYPfsn81zN6wR1vqDvc+xzyWwXOIOg8dq17smunpBvLt7zU0Ebhu3WNadruff+m2rlyHCqA4
TA7aEpKdJ999VTpdWA5oe6xrhaS0g7XM27ms/qrCzLhbY3YS5jBGsDU/SVqr1fSsLWtNbm7X
S4sOnt2y1pa5n8lyzpkDsB5afgkpbboI0C06OmOuwvWoBde3c5wkbTWwFz3Bjvc2yrb6nt/n
GKjTX6lza5DBY4ND3GAC72zJ+itXLxh9Vs6oWZYva6HGiPeGe4PstZ9BvpW72f8AFJKRYnTL
sup9lQbtrElunhvhrZ/d+il00tbnVVOrD2etU9wJLdr22NDLWPr/AK3pqxjAdI6qG1u/U8sb
qXAyBW4+z/2Hu9n/ABSsXYbsbqNdtDi0W31Et2yI9Rhdt1a5u6UlP//TpXBu8h+g8fAlCyX7
9xYdrWhu487iD9FoWnn4rJssYCxwlxZEidf7XuWYQJHj2+SSnX6Mbaaaqcj3VXHcA0lr/Sd7
XMc6PpOerOblOyM++0DcBFdfb2MEABZvT8gsY59k7a9zh46FrnhX2VwH2GROo/3pKVVY2xrW
OADXguJPIBhC2lr3McPdw7Xn/wA6QyX12u2aENYGzxLnOciXNe14sb9G2SDwQ6f0jT/1aSkF
wbXjsxhveWHdJA1mXT7f6yq72klpIEaFpOuniuhwsbpVNDczqWW2tlhd6dO7YSGH3btv6X+y
zZ/xis3dc6ExlTKKqLqrJayWB3vBb+hG1tu2xzXe3fZ73pKeRvxy5hLHmB4/3KpXW7QwSBH4
/urtuodK6R1VjrOm2VV5QGgb7anOj6NrPoMd+bvr/wCmuOtqvxrbMXIY6q2l0WsdGh5/tJKb
PSslldtlVtdbq8mqygue0vLBY1zf0W2Xbnu/Rv8AYtrrHTsXq2NS1oNBw9oNgG5zm7Nmw2H6
DHP2b3uXNjc2wO+i8EOB+Gq2sL9q3/pXY9lVbtRa13p0Fs6e/f8Apf3djUlIqPSzPX6eaXMp
wnn7FbDuANkbbPfsfs/zPTtUK+ptyMzFZlPsqfXbW2sN+iJsZ+79Lf8AylpZfVWYVNtOO8mx
3ty8kaa/m4uNPvdu/wAJZ+esT9n2vzMe+p+8jIqfYwjaY9Vm57Ofof6NJT//1LVu0uJP491l
X0tY8NZOgnUieVcyMsT7BDp/O1jyVG0vseXvOnbySUrcWg1N4sc1pB0iXfSaujJbW0MI5P5F
z+PW52VSzxeCe/E6rW6tH2c+7Z7t2pAO0c/2dzmJKa2ZeXZjqaWkOaxg3EyN53btP3K63blZ
aGeg4Pd7KohzjGv0fc4+33NWPg5rq7bNsO9Qjb6k9vb/AGVDqHVDlBtNQDcdjpMDV7xobf8A
i/d+ir/64kpP1EN6mGVYe230j7gNHb3e2ts/uW7NtTv9Ismh3UsV9lGO22mw6WVOrIcCJbOy
xu5ln8tXej+tT1au2kwSS21oG7fWNr7Wbfzne3/PrXUvf06y2+jFx7ran1lpuc8uBeS19bN2
Rb+btbv2epsSU8t07Efi2tzLLWAVfz1bHhzmtiXNu2fvN/MUHV7idroJh23vHPuXR9eJf0q2
19Ix7aXtaWtaGA+o9rbfUaB7t65tocJcAXF2kgTJ5SU3ek1Vvvcb9W1aMr53v+lSwx+Y9608
6q0ZXqN20hrNfRloNhG622+v+bd9L9F7Vm4dGbJlnp1QCC8mZn81rNv/AFS1cvIL8F1d7gQH
AesAASTt3ertPv8Aa32PSU4prJy9rdW0QKWAyS5w325Fn/FtWg3bVm0Co+sBfXL4EEbmTPvY
/wDzVUIrZlW2WPLWNDQ+BILjt21afzj37WP/APVitUQMyk21+juuqLGPMP272/Tb9Fm5JT//
1a1xh3lKEY3RrqfkjXOBkDUT8kNxALZM68JKT47Xuc57PzSD8Ilzj/ZhVcq6qywl5JidDqS4
+6XvcQ1RssLWhsEt3OcYPgOP85Vz7nN3OEkaMAgaf9JJTJr32AyBXUIDnN90/wBZ07vcgua5
tgmARpxpErT6f0l2Y71GuFFQdtss27g7u9rWAt9Tal1Lo+RQ2t7NhMlgG8Auj6G1p/zklNbp
zm19TxxYS1ht2vLRud7/AGu2t/O27l1mNjNa97Ksyosc4GwO9hLh+exlvtqt93u96w+jdOyc
DKqz8532aGPfjWToHn2BxeQ5n0X/AEPz11dD7Ps9b22Wvrc0EE4zLRP53vYd2/d9Lekpp9X6
a3O6dZRh2k5FU3BrrWva8tB9rxW3az27m0/mMXKdPzzjWPtrfFjW+xsSJP7zD7bP7S6nIysy
7KO2x9eNU19TC6sVB1j27bXlg+k2pv6P/txcbj4eV6ordU7eywstIEtDwdrS5/8Ao3N/m0lP
T4nU8TLrc+6ltZaP0jwXfSP0vbLkqLmN97GsyG2AtLTqIP5sN2u/srIsxLqahbjOa6pweWPB
LXHb7bq/TsPqevXt/SVJqsu6uMet4rfazc+0wfTYSZe3/hbP8Gkp1MCu1mTdWysBjIcTA1ef
b/ne3/MRWUAZVYpth7bay+lzvUb9Nv0q3ONlf9lZWRdiUV/Z+nOffn5I2uZW4ksZ+e7KvHve
53+h9TZ/pVo9M6U3GZQHwbDax9hbAk727Y3fm7UlP//WHfjP2Bu1xeHFxfoAfLv7UP7Le8AF
m0+JMD71cNgLzLjHfwUjaR7S4+QImZ/6KSnOyMS5tYsGjmTHLpDvpfm+xZxD6rQ5+0byG1l2
jdx8/wDql0B3tcJ5PjofBOQ5w3ObLHe10iWyfzUlNrEtxsXHroqFlvptDd7anbXfnOexztrX
e9yFkvF2djucx4raQCHtg+87TG0u3M+irbWvtO6CJMkDt5BBGQHWirbsazcLHF4IJa5zGwzb
vYkps33V0Oc4OLXOO4trc9weWwNabWfZ/wC1tVevrGexoZUypu0eDw4gn/CPrfUxz/7KmNrH
ANABPcR3/wCkoUXC1hs2+15ME6yGna139qElIrsvMuNll72EPYGTtcA1rS5zYc+x30pQftNV
zH0b22tc3Y8NOoDht3Nd/JV7p/TOnW5j681n2h1jfVrqe5xbVV/p8j3Nb+mf+jxcfb+Z/wAY
i9Uw8TCrL2PrprYQ3YPH91rfpett+nUkpxMR2K/Fstscft9O80NA0NjfSotynT+d6Vf80qcW
Z91uzSkk7w2W+pH0WvP0tjG/QbtS6h9ma19ran15Np2tG7TX6VjmN9jXvU8BlzX1ttyfsu8w
1tTYA0/Pt2v2O/rpKd/pvTRhsIbtaHa6NgNA7yPpcorH7rqyTH6Zm0Hk+9vKA3L9Bntvde1k
ONLtpkfvewMtZucnxbG3PoewyPWZIPIO5u5pSU//1zOf6L7LNoeWV2OA5khvtH/SVnplOPbi
G54d6rmt2uY9zRPu5Y0/nwgHYbTInbBB78+SuYUsZXVU6p7nP/SseYf9J20V7XD813t3tSU5
7rJtfVrsZt2ySTBG8+538pTwsZl7XWOLH24rXODPaHjcXdo33bGfvb7GKFzXV5WQBDmbg1hB
DoLJY8bh/KSBgFxifHvokpsjKNeYKLK2Ws2MfWXAna+X/pG7Sz/RqX2Kuuw2sdHqSbJbJLi7
1X+7dt9zv5CDU+uyw2AbXgBm7u5rfo7v6rvoq0H6AE+XgkpDkOc0GPpO9rfDc72D/pKQa2o+
nUQa2AMafLsoWjdZWBqBL3fLRv8A0nJ2ViDJIH3pKbmNaa/Ve1rZu27nHQgtGyt2m38z81Zn
VLaLLRb6ofY0Rpw0SfoD81WA9j7xU8+2QPS1lxI5dx+j9373vR6XtrD7LKAyljdrXNYA4vMu
21bXO9v8l6SnmMyS2trW73OcPTAnU/yoV7p2CSWm2/aH/RprEaHt/wAGz+SrEP6jtttb6dYJ
2sY2SezdxZ/5NX8PHZUw7K3VnuXgBx/le0lJS4w6WtFYbJGof+d/nJ6Kdt9JGrvUrDjETD26
uH8lFfbXW0/vgSZPtEfvKlXmvbl1uZNgstqb7j7AN7ff/wCk2pKf/9CwSWvOs6wY15T2jfG5
rXgtMbgP4gprm7n7m8jy0/k8qbLAYBHISUwdtDQHe1pAjsOOFXttDWb2mTHtA7uOjW/5yvFw
2wD8v96p3NbddWwAlrB6r/j9Clv/AFdn9hJS+M5lZYN0iNpOmpP0vpfvI5O4/o3gkcgawOya
msAg9vvieyMC34NbJd24SUxYywPeXvDoHht0Gv8AK8UZrRyZiJgfxUGNseC4AgkCQQCRPZEA
OzUaFpEdzp2SUvk2MZRVa/cHMcBS1pA91kbfpf1f/Pir04uRY+xx9PFFp/SFjQ57ie25/tal
n4tuQyivdsdW9lmvDi0bds/m+5aRa0CG90lIa6m0s2MOkzzqSe5TZFnpUvsJ2hvJPYeSMSGg
l52hurj4LIyHnNuJsB9Fpiurt/J3/vu/eSU0MnqNlzi2hjnVtMFzRuAPlxverOE7J+0Ueqza
BbW0bzLxL2/mM3V1/wBlyt11hoHGmh/uQaMa/wC30QC4eoxwjvFjZbH/AE0lP//ZADhCSU0E
IQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBk
AG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYA
AAAAAAf//wEBAAEBAP/hDpBodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tl
dCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1l
dGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUu
Ni1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpS
REYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgt
bnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2Vs
ZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTozNToyNSswMzowMCIg
eG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTozNToyNSswMzowMCIgeG1wOk1vZGlm
eURhdGU9IjIwMTgtMTItMjhUMTk6MzU6MjUrMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9Inht
cC5paWQ6ODMwOTcyYjYtOWI2OS1iMjRmLThiZWYtMWU4NGYzNzIzZGM1IiB4bXBNTTpEb2N1
bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6NzU0ZmZhNmQtMGFiZS0xMWU5LTljYTYt
YmMyY2Y0MTIwY2ZlIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MDQ5M2Fm
NzYtNDJlYS02MjRhLTk5NzMtMjI5MGQyMWU3MmQ2IiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIz
IiBwaG90b3Nob3A6SUNDUHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1hdD0i
aW1hZ2UvanBlZyI+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDph
Y3Rpb249ImNyZWF0ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MDQ5M2FmNzYtNDJl
YS02MjRhLTk5NzMtMjI5MGQyMWU3MmQ2IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEyLTI4VDE5OjM1
OjI1KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0
YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjgzMDk3MmI2LTliNjktYjI0Zi04YmVmLTFlODRmMzcyM2RjNSIg
c3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMi0yOFQxOTozNToyNSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVB
Z2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2Vk
PSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50
QW5jZXN0b3JzPiA8cmRmOkJhZz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOkYzOTY2QzYzQjNFMDExRTU5
RkQyQzcyQzk4NUJBQjJBPC9yZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1l
bnRBbmNlc3RvcnM+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRh
PiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/
eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/4gxYSUNDX1BST0ZJTEUAAQEAAAxITGlubwIQAABtbnRyUkdC
IFhZWiAHzgACAAkABgAxAABhY3NwTVNGVAAAAABJRUMgc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAQAA9tYA
AQAAAADTLUhQICAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAABFjcHJ0AAABUAAAADNkZXNjAAABhAAAAGx3dHB0AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAAABRy
WFlaAAACGAAAABRnWFlaAAACLAAAABRiWFlaAAACQAAAABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAAC
xAAAAIh2dWVkAAADTAAAAIZ2aWV3AAAD1AAAACRsdW1pAAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0
ZWNoAAAEMAAAAAxyVFJDAAAEPAAACAxnVFJDAAAEPAAACAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAA
AENvcHlyaWdodCAoYykgMTk5OCBIZXdsZXR0LVBhY2thcmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAA
AAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAA
APNRAAEAAAABFsxYWVogAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQWFla
IAAAAAAAAGKZAAC3hQAAGNpYWVogAAAAAAAAJKAAAA+EAAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBo
dHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5J
RUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAA
AC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9u
IGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlv
biBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk
/gAUXy4AEM8UAAPtzAAEEwsAA1yeAAAAAVhZWiAAAAAAAEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAA
AAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAo8AAAACc2lnIAAAAABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAA
BQAKAA8AFAAZAB4AIwAoAC0AMgA3ADsAQABFAEoATwBUAFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYA
iwCQAJUAmgCfAKQAqQCuALIAtwC8AMEAxgDLANAA1QDbAOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMB
GQEfASUBKwEyATgBPgFFAUwBUgFZAWABZwFuAXUBfAGDAYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB
2QHhAekB8gH6AgMCDAIUAh0CJgIvAjgCQQJLAlQCXQJnAnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC
1QLgAusC9QMAAwsDFgMhAy0DOANDA08DWgNmA3IDfgOKA5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYE
EwQgBC0EOwRIBFUEYwRxBH4EjASaBKgEtgTEBNME4QTwBP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYF
lgWmBbUFxQXVBeUF9gYGBhYGJwY3BkgGWQZqBnsGjAadBq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08H
YQd0B4YHmQesB78H0gflB/gICwgfCDIIRghaCG4IggiWCKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJ
eQmPCaQJugnPCeUJ+woRCicKPQpUCmoKgQqYCq4KxQrcCvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL
4Qv5DBIMKgxDDFwMdQyODKcMwAzZDPMNDQ0mDUANWg10DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8O
mw62DtIO7g8JDyUPQQ9eD3oPlg+zD88P7BAJECYQQxBhEH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwR
qhHJEegSBxImEkUSZBKEEqMSwxLjEwMTIxNDE2MTgxOkE8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAV
EhU0FVYVeBWbFb0V4BYDFiYWSRZsFo8WshbWFvoXHRdBF2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y
1Rj6GSAZRRlrGZEZtxndGgQaKhpRGncanhrFGuwbFBs7G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc
9R0eHUcdcB2ZHcMd7B4WHkAeah6UHr4e6R8THz4faR+UH78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUgh
dSGhIc4h+yInIlUigiKvIt0jCiM4I2YjlCPCI/AkHyRNJHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3Jicm
VyaHJrcm6CcYJ0kneierJ9woDSg/KHEooijUKQYpOClrKZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2kr
nSvRLAUsOSxuLKIs1y0MLUEtdi2rLeEuFi5MLoIuty7uLyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIx
SjGCMbox8jIqMmMymzLUMw0zRjN/M7gz8TQrNGU0njTYNRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3
YDecN9c4FDhQOIw4yDkFOUI5fzm8Ofk6Njp0OrI67zstO2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE9
4D4gPmA+oD7gPyE/YT+iP+JAI0BkQKZA50EpQWpBrEHuQjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpE
zkUSRVVFmkXeRiJGZ0arRvBHNUd7R8BIBUhLSJFI10kdSWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JM
KkxyTLpNAk1KTZNN3E4lTm5Ot08AT0lPk0/dUCdQcVC7UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT
9lRCVI9U21UoVXVVwlYPVlxWqVb3V0RXklfgWC9YfVjLWRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+Vc
NVyGXNZdJ114XcleGl5sXr1fD19hX7NgBWBXYKpg/GFPYaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk
6WU9ZZJl52Y9ZpJm6Gc9Z5Nn6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpIap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbblu
Em5rbsRvHm94b9FwK3CGcOBxOnGVcfByS3KmcwFzXXO4dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3
s3gReG54zHkqeYl553pGeqV7BHtje8J8IXyBfOF9QX2hfgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuB
zYIwgpKC9INXg7qEHYSAhOOFR4Wrhg6GcobXhzuHn4gEiGmIzokziZmJ/opkisqLMIuWi/yM
Y4zKjTGNmI3/jmaOzo82j56QBpBukNaRP5GokhGSepLjk02TtpQglIqU9JVflcmWNJaflwqX
dZfgmEyYuJkkmZCZ/JpomtWbQpuvnByciZz3nWSd0p5Anq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopaj
BqN2o+akVqTHpTilqaYapoum/adup+CoUqjEqTepqaocqo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4trqGv
Fq+LsACwdbDqsWCx1rJLssKzOLOutCW0nLUTtYq2AbZ5tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1uy67
p7whvJu9Fb2Pvgq+hL7/v3q/9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NYw9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3I
vMk6ybnKOMq3yzbLtsw1zLXNNc21zjbOts83z7jQOdC60TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHW
VdbY11zX4Nhk2OjZbNnx2nba+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vk
c+T85YTmDeaW5x/nqegy6LzpRunQ6lvq5etw6/vshu0R7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozz
GfOn9DT0wvVQ9d72bfb794r4Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAhQWRv
YmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRoj
IhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcb
FA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
/8IAEQgDBAIdAwEiAAIRAQMRAf/EALIAAAMBAQEBAQAAAAAAAAAAAAIDBAEABQYHAQEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgMAAQUAAQQCAwEBAQABAhEDABIEITEiExQFQRAyIxUzJEI0JaAg
NREAAQQBAgMDBwkDCwQCAwEBAQARIQIxQRJRYSJxMgOBkUJSkqKyoWJygsLS4hMEEPCxwfIj
M1Njc4OTo8PRQ7PT4eMg8fMUMBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAowlC
SwiNg0m40BCXyFWLYbuqN5gCRPRvIebiTCDMOSwBrUMA0TNS5QbC4GamYcS2B1IoGu5YWYgq
6UxsVkpYts5zoSHqTpdNUoCvGAdumCWnd2nd2glhkCzAXPXIMw+CMAC8+rjDncMjrmGnmk9c
tRK+agWJYNEuEHjSUiQVrNQ0e0oUYkZs4xkzz03jKLIbCCbmHMWo9ZUVpXMSiRjOFrtEn1+l
yNAZrJSofJmPcV4/HpWfPkfSH5XpkQGsx6KD2+ETxJK4hTlUEjUUgatoBpeLpnpI2AgcsCOM
byUqZxKzEeDJxpCwcpwicLiZyXnseT6KyvXsPFl+llPn9+o4+bv8z0gmM0SDRAxwgjRpPQoz
fA9byDtWRhdQCq/zgrYaT0AYsCyT0j0Vt48KD1vKFPU4homqFvlMHuAIgUGI6YeWDvb+f9cm
n+i8s8QKpxqHJGEXFC8rPKcbCOi0AnuweQ6GLkG+R6/zhL9B5nqG4SzETeee2fg0HvbHQN0S
F/PfT+IR9WgS5XDp+0KhPoDg3AHqAMFiMA+J6DwhqMRSa8J+pMgRbCaWWE6/o/nzvoVeiUTF
KeYq6IW+fQjL0iGz1GHn1v8ANIPJ1h69jvIPbm8v2ieVzSBZ+eM9LyXFnkKEHN47s4L1PKw+
ioloORX5YiyUjVcsbRPov0PMePU1JgOAnJ+kuuIQFSxOt0XjOMJTiWamc70Yrz3fDssJ6/Nr
CTSIhPpWnh1enpDbvGJckZ899B8iDnaep6Pm+weUmwTzvSWZJD9B5RPJygtVw5O4LaNArc0d
7vh+yVQt08X1/LpMxXFFMwi6fOuGK9GYl7uNV2HM7jR1YzNwWXaA5ZiovUAGsKyH0ZqjzPS8
KwudMwqv4xOkofiyGr3SP5n6D581uMK/a8v1QVUgIg9lYn5yvxTWq9A8zPQnJMc4X6i6jypv
R88r9nyaS+Q/OMNkhZvKB7MKqfNqPbhtUeGNCzcLTAOc5RCGaSHNlcFrXkeelxLibhdEqiSf
1TI7QrPa3iAPuMW3iZx8S+B9GB86Hs+aX1T+kLZHaD4nq/IiO3AvR828a3z6ynhQPySgVP6U
xPytLZ3Tnqw+lCR8nBqxoNsksPSOaUXxCchImj3BFO8ULqCe9zQT3BhYZL4nv+EXP8v3iZ6g
PUp86Y9/vJYeloGBHlYyTRFixIc/OHVycVwtjM8+9B4PUTnVI49AoPQMcOGuVpLMsw0MUDVK
R9CmL0T59l6Ds9AyD1ApI0mBkBJC3hNzeFtwim+T0BYCBbFTCXOnaL8v0IST1POsPovMdcea
2xB5CaEjXwmeh3nrO2Gout8qkqLSGWecwq830fNBCiImCsDzgHTq5KTCes1b4Deag3OwHt42
2Lj2phApf4/oD6PMYNS6AWGaEO8dnabvWFjgw0U6NkfKVlqTpdjKcsmPRr8y09KGmIZ5hUEe
GsXJTIelH73iiWTege7kVAQC4AfDvPQmIhE1CTyw7QXK4u5Bk9CSODuO7sCDiBYJDSWJfVBY
A3z7TPNu84zuMHWpCzdM9jy/YO7tFiQApcJhr0mRri+ehpPfN6Any/T8Eus4hMfoznkvXaeg
d0QgKVCtZolZ+eea5VYr0/H09xc9h4eMWCPYM3ODHsN0SO3sN3sBZhHEFQOMaSuZUSQVyGM5
oKWLGDjCm/z/AEDh4Td4yeWmUmfC8y6akq7FjfX8r1zyY6kla8AoSWGWAJ7AlKU8sgpCaeZr
AB7ljYH8C1PHkLLRYME3RMztwIxI7CWdhadm4ExTCqkUm0zVEUd8IbcMQtgGvTaPZ3Ag2coK
BpiavNJ2raOpQ8ZwUHo9qjxnSEZVG49VklAZs4dE7AWsSRvGgVHVKKU4iU8cdO5J5ebgPEJx
gRuaIRLIIN4AxILM01s7D0k5YLrjIXD6fmDjXoAksb6U3pCgPTJ6uIZPQmK/MqhBoXScwOGe
hFaer5b/ADiGO2IZ6/n+mehFFcbnsiQUxOLZWIBfMwCc5wXT2EjDlOAcPPzNM0cOMCO7CM3s
D3eF4zgMcJu5wfp+P6Y+z520p8m6IYS9GARCva+c9geRAYivjzs9CIzzPT84t01GuRSH73k2
neX6vjEmiA2mBpN7nn2Hu5PxLJZ5hrJuKWQkU5Nh6GQ8USnoue2AVm8bm6YG6YWMDcHqHjbT
INEWGcZieMTmLUeyzzKhE1ExpqMoWWEVkhno5Y485zZwtzgJ7JQMMhlLPQNapQ7wvZ8cgGtJ
jFCWevDeb3aK8j2fOINzTC3gvR8eoPVGDNT54Ss0ztE7c03N4xg8WWw2BxXtPCckz0ap7DzZ
Pa8YmLdG3zmSA+cB48PWaSfh0t9X530j0ZatJjPjVVsPMbUkc/y6x7HgJ8T1/EDahwMlsxXV
OR6HHwqL0PNPP4SDHFmmvTqZqDIvSgF6BAd3Gieg7hAqpQE+bD2rfD9g8VfseKV+78365d5l
4nhuESx3mVC1PSBxAUzOWcZGTKqmPVq864YxbzSHgJjSCLAPRt+coK/FukHaQBzsIeUNR6xK
aS+R6fihaOmjuCCIDV1NIU+lOT9nHb3GiWAmLB3ueb755cv0vz55lvlrPqPF9Jp4jZzPf2S0
kTVKTUKYKU1QIHhrp6QM4Dljo/0/D9ooolI30/PsPNnEzuITVm8jXYBiGidomKPpD0qJDESn
hhZpyz4ASEacyx8uiboEd2GduGdxe4eV7i/OPW+Y+siPk+Ys9D3fn/VJZPe8Mo9bx/RKo6fH
H0ebUKBgCzEjHL45GrA16TLEVHoMkYezBR5gh07jdWsoYhhpooJNYkIlmbNRoWiIlZAFmCEJ
acJkJVRhGNSQcLTN7Q1jwfo+aR7zEGepIoj5lvvoA8/0PnT6QfN9QgY7yyzZzGNGs89dMpi2
gFmYC0MOUTSmySkRQl5TBZEYYGHNSkaOLHtSY6V8xurMLeEBTxEDbpDtJkZPETzRB7NMmaoH
uYaDQAwhONZFPo+deMYhhRLag8vzPo5CP1M9M8jz/d8khzMDrhpPVh9JRAFcgO9oObxndwVc
TipqWDpqZwWraYDkgJpmKuxJZM3AOAzuwjNz0CO30GiGlx3T8PEWnjeV9bIfNo9DzgWrIztE
POE7t032PDeenLPQa7RHcN4wu8Y6R0xKu2QGuKw9gWLAzRIhYB2dgWCQD0UjmoYF09hzM0FL
lmRXyD1MAobPQRdVOcwePVuj0szxIz388NpS3yEHt+t85Qe4Pk1DfnfpNPix9Tyw+LDC0hW9
gQm0jp9AiC6/Aym8sPuUayCwbw6ea/0UHoIMRfbghFkZmMAFg8C5elSyWMrmrDPCFCeiprYT
SAgnRWDoqlAHhnSWIPGBijGL09tXmWFHncsOqEj6HvOoExPUGGCG1DDSEzbi9A813oeEWb5d
BiwoFw80oaGnFxmPnsMHQMzeMHhAneg7t07s0DDQepUig3uWFoYU+Nb4x6U5cUNHQmpoE8ID
vJ9CUiC6UQO4cB8CfUiH3YBQpYkXcJF4AcSxl8fpFkj+A8n24wV6ZkF0Im4OG0zeiRYU51EV
hRhCCO4cJCJUxQXBoQ9xgNA9WhRmLYo4oeDjYRr2GADcGczzQ4hAy3y8PbqJx4sP0CDxqPVc
eYxtJ5tV0Avz74hycwY5JHAWhVoaNv8AL9MFNDDz10QhyVyBlPaHqGA9wjGJeNWazg2ccCOM
HiBLuNHcO3DPVLdBmpnIBasQ5PHrM88T0ygYF5Q4H2cKEyHfRfM/RlOWyiaI7zzrvOYWQscf
OKakwiE0swIdwZR57C456iuzzSN8704haKkEtIVBFvCGR0mWTUknco0ew3O47u0WWabhYKqR
WWkPHKKYTOc5miQ9idHeeQDFlxzFtEMEiq6S8qg5Yq2giPvSwQ9VJ8ypiQu5gGPIkZc0868z
EuHjtF4lDZBoMhNvWo1DbyY2yh0xtAWYgjvHDvGd2HEJnYQDtzC2TRBnfMZp4drEhqHDsLAC
HQ9HQWDhR6vi+yChxHoBC0caXmBb5x4oGoM1cWer5Tz1ZV+gQbfp5wXSgasyhFLjxU2KKimp
Dhu4hNkxQcVpIBLBw1haPG8ImtUYWbg4HgYPIMJYlUDMFFhBsUwAHIB3cNMWC87Qvqvk/bL5
asJy9BpOwxMwxPC8j7b5Yl0cLtQIXoeWw9GjzriqXUh4wAezgU0yg3+f64viw4SwUt7Dzs0Q
BYsEu4zDEEsMB8zh7IgGoLhWas4SaJaOFSBYdotJN7A2pw3M036XxfpiHH2nm76nHm76PHmv
q8U9jwPV8U8xekEazCztKqYuKVYI2qN48+UMhlMtv85hZN5yCp0fphvhYIWYGAaze7TMMQGL
YBokcoWHJwxRMwxgaGJ8K630jxzvnJYfRjBX2m6VJ6ZOMQVtB5Zenx5pegJ5PmUmUeP7Hlnn
kmkW5Th41YTgazNDiguWVeeHoDdY8mK35sER9AdQ3hL8ceQG4cGiaxRGgYGEBGbxkpg0SXAM
Vqygg02+X2Tc3TVN4CCjzjWnaLn9VhJikF1EHpky/X48eb6CY8WuqY4dSeFR6AHmUetMLsml
PQyjwitNiAvOslG3LiPRo8MR81PoE3psMwh0wktPIzHAyXygmGhgYg4WHFzCJwpGhyztW0aP
GenSDjSDQlkoRC1ZfZPUQ5fhNQsQ/Q8bj1O8bT2B8lRU/wAppbJqinV4PVxnk1TVDYLvRPOY
kRXBOao6hdGkVVzUmj3GD2GNQwhxwikP4mykicn4I6rSUn6ImukJsfhMbpg/V8j2S/PLw9Qf
P4u6bBYERa6O4ACSOlxJh5po40WW4bh4dnCbqVFWaIqSzzj6KzwmCxb55mBWHznG0E0zCI2V
8xjl6YamiBwBgiITV4OzBCzROwdOJZAc0AE04RUtuAzON0dNziMExM7eBF2C2GAKaAOF/E+P
8oqSmsjD39PFd6swjnAL8r2EEWrYNm0jqViX0+OR7TvIeeoMrA56ZQh4hbkUkQkBhhoeZx3c
YGGJmFwBZp2jpwFptE5jswzN3QXTzlU81JThiaPAMHCAyWgdqzNWayD6STT0BVYRJtQecj1Y
RQLmLsVOSr0hVTKhFe1AEwDFuEMZSKO7hNANIAcsEsYARLMAmA6/RPHonGrN7NDHIi101QRc
ZhTGbFb5BXR59wTUOOAgN7lkfow2nbxGNW8nmn90sFOj5cjH+QGBEImSWSAUpwtVpk/oqMfs
5jOQYrKdAqirOclpGJiY6aoxCNKXj6h5q/SkJMf5xVm4ZLUspU4zNNYa2eUfSD5bzpqyIXpM
1w6YBYYl8w06JgzQYbUGL9OBhWClnRWgQA9IPaJsrwEvjINgUAvfUSUOIxThJueJqXcY+dol
DlC6p2nmswj0K5LDp2LE+dfCUbhAYYFPoeL6woaZQvI9fyxlsVg1qyOAhOHtBHRA5byqfVh5
oh9mhmtoJrAcmUA14s3hYLjtiArxw+qfiso7BndwG4QOMWbm4LeDiNe8LxuAqplLLZbBQOAi
jt84vAuOHuAcLDuAh/kergti2Bksg8zDsIDgMSZ09YvcILM05izN1aRgPqIjdghzjJQoSTx1
RHMIwKTcczsC7CBLtMzkmHLxaQ6TLJRzUsCXpFsNnHnemBkvlexAMzRCHtNPOOIMD2WkZuEZ
u4aWCGO4Ct0wL8IzN4LeI4OwXouGJ1piMAqrUkGBRDWO45gKLNitN0hNIdDBQmYSDiWk18lh
qmACwWA7picaAdvngbu8CDhF7hHYQGrNQRgwYa3g8JGiPB9hHIaod24CW6Z3cYWsIw9XzgLp
6ic48PRlZxFzgHsZotnadncbvAEjMN0JjcAwu4THYZgFwtmcH2GCJqGgIjs0Qs3AOITB3DZX
qKc3DXpcdhADjABxmiCIzT7AuFgB4ZhgQyZzCXdiKAm0JdVZFU3jM3TNzQS7jJ2pNWCDQSsb
xcUbCwsbHYMSxIQbhrBM4GrO4hNw9FHiTjDDR3Cd09IfLYc2dg058H6lwLRIVpYOUYBFnAnx
CmorM7APNo8z2DDIhvDwXZh2aJvcQO9hkTfOGRmZNt5nmOuMQzCFuTUGpqxWdwwlMD7RDA8M
LNOHRBzTFTVQBPMhZ4RzAYcWEYOiHxAZ2aMEQHGszCAxFctAM9EJ5/r+R7I890Huw3N43M0w
sIGDZDNY4UziBZomopkMWWnWxVBhvAgXC2Dw0eAd2cEStDHsOxZHQtYNHdO4uMaPG6HBcJGr
NQ3eIzmLO3CBLdJ6AeIBoEzzcMIOOwdM4sO7tOQyESWGEY6cecdxgap4kyrpQn6QA/AcffF+
f8fej8Jx9/nwPH6B35/x+gj8Bx+gb+fcffd8Dx9jZ8Fx9/nwPH3x/n3H6Kv8+4/Rk/n/AB+h
F+d8fet/PeP0J/5tx+ld+a8fo7PzTj9H3834/ST/ADPj9MT+c8folH5nx+n5+Y8fp2fmXH6e
H5nx+nd+Y8fok/wfH3TPgePv2fnnH6GP59x+iD+e8foJ/nfH6IH59x+iej+Vcf/aAAgBAgAB
BQD/APUF/9oACAEDAAEFAP8A9QX/2gAIAQEAAQUAeUfaFIJYTNqktygFwuMAEMCv5vABOHxj
KklWDQThIK3L7qx5AONJYCclYPgEkhmkMBNQOo8CxtSh2VMLhmBG2ok1tkzgIiROxY0A6UoC
CEINUYKwSyajX2uRpzf8pU5dOqqwYLOdVmtfISWsBA8huWQ8DIIArABUwAcK+ABgCnAngrGK
D9WyS0ThklgJIJNFWo8EEyHH+NTJr2dPUgGfllkKtjbFSTZnwWRWxJcoMDuSzoxJEzJawzqd
lkBdiHrZWgLXsukCVQfIUDYStasSSYAEsyUuWoq6VwIFw9laluipUbvpDfdrYc91j5fCrzqB
e5nOmwpidEMOiwnoKseQTc5Q47f46lC1yCWZBnhsJ/oZOCc8ZqwJ84s/Ws82MfDBQLmAbn5y
ctqas1sCrM8Os1vW2VoNBIAGFiDzgZe3srAJbznjZlARPRFMhQQQSKwCTUNGDLivGMS+WBga
oIcfEeUfIOsRYp9wCs1ba4AQeVQtbEqL+yXqoFlfRakKHbBsMTp1JsNtPIQXBlu8mPcRXuTY
tkV3pWXu5WNTVM+s5sELoziqSNTiuCG6udD/ALHnA/2aB6bxcCICz9dvDFsaNa6WsJ5bhjre
oqX2Wl1rqZXR0XCzoysCFghlIznBGXFvjpYSyqS7CR5qr9oDHN6ybQFVBGKVy1SbGUF6kPx3
as1HlLyduIgWdi7dBAGaNEwyMduYD4v0LdruOjyUdqrFfEXXLHIx5B52uV6qehDu6ZczX1jn
ZQie9iurV1WZPGoS3iW37vMwVw5rjS39BUa39Dqc+WwlVzYEwuIzKeb9E4ti/Vb+4pDGQ35C
63emGI/UOnZ1g5zn3bgsxBsqXRHdcLe2poa9iVqBOBAcsUKZQVfIgZnLCMVyQqhc/iyNpG1U
Kl7DeknW05yKyP01svQAWJbxsC1Z9/MNKb2d+qmspSawxu2+awjXS1sWuwqanrc1l1+uMUVA
M9MD4SzjmkrQMCox+sk/WolOakZfYtVBaclQC4OEE4qsxsoeGEYIhLW/1tsmwjGgp+RJtYsM
W1mP6vnpYBn5WJcjySWcFglStZZbWyYx92jNWmq58RZLAArHz4yfFYLNVxaG7mCWN6uJZIlQ
ZsJNlSwtgOv56HbsUK62Bw6mIWah5otAqCA94AOJ4J562a386my3n4q6c67q6qrbi54p+CcA
XLaUZ0RQPjpljQtnw1kfGuWcpYc3M1S/qEmvZsLnEUsRBznmHsYVkk4JxI/19gHysTsRn5o+
ImMFdiv+usWt7V5yAXkoqkGxgKudtVNsLaZItcDecRyj32/LaZwYCDnAlHzXU85Sz851N9Xx
qyNMNNfkWeWrEq+rHi1XO2tg4kDckmkhAxVa6Gt5KJbEg4BGScYlcSwrn7F0CtDY9darWYGB
Ng0nG66q2TposCpWbJMjAIzaM60FvNoWYpowkkgAVWGs3dAdQJKqSEX/AKDibP58TxqzmM1J
z9RStl8k88AMB8agzasUqSzPsAdcrVmwgDHJhPGA+DAHL9cDpqFFn5/WbBZJTspLKAyk+GqJ
BsAD1Kuh1Gcxg9dQcaJKSgo5L7h0co24qiKeZfeK7PkSwBmqWSgOQM7gz9NVR5bF8gDLGWpL
/wBKcMtgA2p6bqmp7UdVv8LYGEzikR0UPXalS2q9NikMuBgcZi2IDL0aMtP/AMtjLE4Suz/I
lRsuj5ugC8mw2IWxNlckMhqZSEDK3M4TWwYlbMLaPjxYYGZEZBI+OFtHvhmP5taLzD3KyFkv
qZLSg2KLI5t0RZHxsq0UMRX+VY2V/koCOeite39W1yLLwfyqpyplRmSsitRfbe9tlnyd1ZW7
vL9VorFSqHXVhb0JUL+h730yTiwM2EfIVbi6nurWtkABwlpuZ+gcRMmysC63mkcvLaorp2QU
5aA3WrL/AK9vLEkYYOWO/wAZ+Q55ndCAVB12yQoDDCWyXAcbZ7MViM7ggBaQrRnDyHosv/Or
elgfk5efnOQFK3hMt7Yt72NhH9hMZBcqHUUclljpzBRWAMJz9foNVAVZqQs6UfHzXW9CCv8A
TtrajopeqkrtZcEQu7tfZvZzq9l3RdZQjXPYQEGNGf3Z5hZjwcrd6n5uxLq12+TUEahG5PW3
nGzMaqq/OQLUatle4Gu9Q3+ts2DWXqpHQsXWI41WRSCDWgz4gR8XjV8FdmaWHAGRWJBVlObe
e2JgZ6ZQTW1bhh+nx2L0cOxqDAZ18gdPyuUHOim/53/OvRKuFmJ/MrlfzacVQoY50AlE2Kfp
XfL0MAERYf8AN6Ogv00xhXlsa/jVKuTrKWboDbZax7DpnJelSvaOm1yAAPJOjP7c8sQfDNJZ
i2cjKb6rM3CjsXbEJVyvs79WdqiKaUUMR46KyxVa/wDWWRsALMNS4mhMoCCpHgHTDAUwCGYs
WIUmVchFRgcAYN1FMGoyqpnfqQhuPoFydG7UcN5LVvN1/T53+Kvnu3AKss4P6SJKglhvZc4r
qscz/Com35oBtrBbmsobWs2KTyNZh56qjzUMx/cpA6qwGqVgmMBK+1jYSSQzBSQnO7oZ29oz
jE3VK4JVSNQuXD/IOyqumzsFjp2FMotqGW9gIYWHFSz/AFl4auylUGH3NBwkQSWZmYYfIMR5
GLMsDqJBf3JWGGAmOlS6wRn5yDbrQnK+Lcl2Tn4rW+SuFx2StHStxx8iisAVp8lkg3YrbYwh
8IAu/Udk5XgYihl0JH5IP2TslliMSydGCvojpb47OZblr/VuF1lY8DntOFCpMsdQc9uV1F8r
pFK9Ksl8sBzlasQAowjPvL8vSzreKKnVedVDUnLKq50VCHpBV3+nbTL9gCL4BZyB8thFe27n
PANkADdjDZ/HjZvT3ELMKNsPMjNQqIDVTYlLQ1v/ABAmqxOwGttOnF5636a0REE476ZW14xr
DgcWolm2OPH6ZWyu1GJQEYz2Nn5QJuqs2GfKobHprZ/1v0/kwjEUM9e4S2hWJ5LQPrWsV5by
KaQhPhb1kVqzG8H5OOwrXfego5iGt70LFH1znuKJdcXxLFUAkYsLiMfpou9PWoNRFoBsdcDb
BF9zESW83MVzfwbDAYrgtCsrbBlIcNCl2zdkNKI+PW1ZTqbZmEWy7lSh5Os1NT1233KAqkTi
oFz1wqpw0iXRiVeR1ca2V38xrYEQE8/kwr9g+PKOhLkZVbGZK1/U/XhSWAUAiv8AvqYKF9UA
Ztfd5Gf3AwTZUbGTndHBxbgarOaa+T/mauoi2itMDhjABZguD5Diy2Jr9HkJ2/RAFbxqKlGe
cVfLlQS+ptYsUIOHximXexcrZWRQcqqEfBWcflpdPm6OKynq5L676VZa3sznpX5+oJ1dDfid
Ys/M/Jspt/8A6nDAw9VQwnjvy78hYv535rPyqhBAYc/B8F/89Ni6dqGvqBjCSSoz5K2pNttL
U9Fdha8Iv3g2H9BAaLGYORFhIVzJrc1YnetgpHx3nyO9Yqdy+bMM2JxChxVGJXX9blda7f0C
hqAE+JcqMcswZwpLOTqxYqwSTEnEoc5TyAAgLizM7YR7etFKMTVZyWi4X1ttXbW4p5gLEuvQ
pfXZnjPTJ/pZZooFpuJAF1jWsqqhdedlW++vLz9l+KgVLH9LrXFjzHdQLlZWUwQRBNT1RStW
3xpQ11jqtKh1FCbDUZ09Rz5XAdEAYglCVNUE1yU6qyyEkMiEj6lhxedq3Fb2uvGv0gf8lljW
uyhQAZtsbY2Nq28ywwuxYAuTU0U8UCmiCZkVkgMUZROQItWR0L7OJmU8/wAd1XRyfE1T21MO
r5BvYMPfZStf6y5VbVYrSB0uSaK9K7Lfkf4wMsA1kgKDKv7moJxb7kz7ZGNbJDITdWor6Ebb
+DUUVcqtNZNwJYKUr6KgrdEK1iMLD7qygxmkFZIMFNgObqYNcspdQlhWt68qLMhKMawi4o/w
XST7YtKhXtZsVS+FlLESCJGsOJJr9pA3DMEyl/kwiBdaN6mBwtl7+OlQehAQ/MxQ1NXcnXyj
blp+M3mMYl2SN6r/AIy/dayc1615d+nbYL+u2a7LjVw9Tvi+cZIypgmVW/DgYEWMErb3YiqM
6ioQJ8ijj+K+242WZ7opYfDbfa4rnFQsC+ihQ2WNGTGT5K+PMAeObpZMKkY7ea7KmUvXHzVl
ler6rT8jkhLmLEDUeFyV0WQYEislgAM5a1Kqui31WtnKzpZGMJvQajZsc72dCn7NylbUmaLN
R0ILOc1BKOhWsF9QW1PVwBg2OWEzbYK0Qln7CUHFUyU8d46HDSNMTxnLZ8b9AHxOsYqjTqks
KwudjlaJBBCqTBzmMhqyStVhyxkoC/JY5KnGYyPI/hgcjIAAMFevHmFewvSlmFCqp8/1LWG9
zBQw9xYAEYR5I2I/umcr2dudAiTgG2M1asxJLMD0N5RXlQytb3rrd0oPjoLDOc+KGFg6CPi2
b5Lec2rbU1bAe0xNjMDbYzv+Xzbv1OLLR0uKuK56+hkDsKyuWhVQ1bU/7LmtqdldmAi0EFgF
t/QIKSQxOLlTe35HrL9bY1bu1XtV2UgRnqRJAmSACPcUmG81VPsAo0qQiu8Lsv8A6PT4djsD
5z0IBOSSZk4PTjTAnjact+amywh0rkrYxTpWdCuqs7Ir2EtQimraGpZtlMG6xbOfcIj9Vny3
qlgggMABeyKtVVlj0UrVz9fHdVkQfzFDdHV0EdV9zSP+JXC08dIuSmwfCreA2p8se47UeAxG
D0DEPW9hJspCiz37tjeQpOeMKjPccPqQMEwthTKtcVwrDqqVbGpssR/+j1Nszv4BWGIY6AL5
GSDh8CBPOgSonYCAGMF1laSJdA/SLSog1rew051LGgAHpqYMvM4yihbFsDpX03EryVI5KHCv
lpFnd5b8pQLVJIMHLOepyaq6F5K1GAmyzoMJ2Xirho6rKVodnWr9G6vF6luRPGdKk0nfC0GS
MBBGvgRk1yYB19vqAMBACLJMnJkiRhElFIGm2NWgOjqEqb6HSf8AISSvoVEkwoAOQxA1GU1b
PucHnGLQ3nE2kLo9oYFAtYtbY9J883hucjewgKnQ4KapV3WqyKN3QBUBjLNFLojHrQx+JUps
epWD1lP6PX8gKsq0qqi1N7P1DY618jsTxKwu5rq2p+Ra+Gx3RpKOF1ZTgJBO4wQQsHNRh8kA
yBh8YGMlVADQQPADTIC80CtjoUsrsU8zMVrT6vQ8WFpCTCAk2zqfUMVI9eSPkOy4TGMfE4FB
Dgiy2x2fptJsSyawK3sQeaa1Jvs2NWVVrXX+oT8fGk27oifL7vkSYRrb6wD+clavhRWMKM8Z
JnpQB2IB8kaxixl7EKUDmuIAMWn3ROMIAgivyNZHpg84pK4W8f8Aj6YQDgkZ52Def5DEOlLX
O/KoUrc2Lzj6nWfd/cVkkqJaAWkYk4mu1Sq1gYwxIE4qznoeiyERQuGXsBIWtWC1gkIv+M7b
8yN8ljKyfpf2cugVkstJalF+MNi1VlzzgJy2fH0ETh6iClyPjuEUdvMTNdqvWUJUEE+C7HGb
fFAxw8taUqcEsF82LqBJAA3QEA4BgEhVkAGNhniYAYr48DG8lELYKmNRs7Vwd1isvb/1eke+
PKQ2fHOWMCwAgDxWDKVfGh842C0SCMYjW+J6PZQIwASAFwFQGYoiLI4qV+HqHxV9lxfOe9Kq
Lemyx6OclK6woNKWBOYLnwVhlbdWr99FXjp9CAWen/GrM9Vxet7jYqMbjhbWoW2HFYE9DSzs
WZWAy30Ez6AGMHkkHNoyAcYxhVMByWhZw+cHpQ0BGt+M9NwKdFLlaE+p2KTZEFCyMzTlknAw
I9Rx1NhPkej+RZUWSu21WXqrYsAX7Wl0WcGxKAAJ5yQXVYVLXC3WMwtabbWrFfKlTMbHa2qj
o1oW9LApB3WJjJnFUR3AmpctOtI9qNv8/RLAr4vIZaVlLW+NSpUke4elimAjZAglMWFzycJG
R4LEEAEa+RABhs8DAwB3c5R1lVrKWLdyVuEqv+l1J/kOfwzEl1BzyxRSXoq+Oor4HnCgZWV0
LgNlJBtRvb2AfMhciqtga9QQ2qVAbfm1/LdoudNhRTZCs8sC75wIqIkAdHe2yc36LKX6K8rt
2ITZYzuICJ5y8AV2EBU/5LVO7mBYuyIAFeAXJfGbZl9dgclTkHAWGKDhZjng56ZCa7eAYwSc
PtHmUZFClQabP8tl6VNX0c9hXX6/f/aSZ8hDIy1jqDnFZSGdRgIlkGq7YQDnQAp+qJQhDa4Z
qNS0FQhhAvuO6pwrbXUbnA6CzN1VGumuiTXEcshOvtexvzq6mAjLKq3NifXtHRYo+7XrffTc
FuUFr1Y2WLHyglm86KyrXJtch1AbLXKV5BwjPQsJUxA85rJJjPXAqk6nChOQuDxhUHEUEtWo
B2wNVdSSoZLn+j3gBC3vDA1jypUMiVEFWUdCGVbU5PtYWHDZcuIWZnYXl0Ci19rKK/jqdsU5
UFJrQu1SBa+pIF9lCVM22CtmIrsJr6blDpY3TwMJLBQ7xn6O3x2db/F8rti3uAOkqF6fJtLF
KntxeV1yzoCrbdYa22OBTF+yrEjUYynbUxrg0wwCpOJUbD0fn30qh8MxA2EANMxhJAgENIPn
OGwrc9VTFaqfp9Tgl4lw2re1A0KXYIHk8N62VRIIIweMENjBQK6vPWoQc9YaxwrByilbEZnc
gctLwttil7Wde5KmIZUJdpAfEB2udCnDS4QHwWnOkzQyQgsRcNyEC5Dm84SwLK7GGCWVFBGq
lILAAWkkmcGxwwcU+TJwSBEnQZQqg0dBoH6PNXT0e0sFOMpxEJb4lYmuSATnoChVka9CnU/0
rWJDgHNycfUZGWMTWSZ4DszC9R814LdDqU6jBussIVkPYoaisEK1umU1fKyIlec1BZ6rqwCl
b49AGfoVsLDJwnAYysoBzc62LqqIPX1BQOnQkqagc+NSqoVIXzss/wCt6tbKnqtUrFjKuP0W
nCzNhYthVTgEYJAXCvn0I8YjA5yAfIArYOT7KXc/xMRYCFJNXKcShQOmtqWNShASqN4ZZGIX
+m5ZXYkGTg3Z1PtDgkjxU2ltbrsfIsrkfAMDVJkk4a98s2hOYEvaA9FIisUlX52yLEPyW69V
62n4ll1ho2wqNOB9qbCqZ5GBYGon9FSjkDAYI9uQCbiy5X19FJ6O82XVuHy9BjGHZywEAawM
MkCR/SIxRJQZzEGytiTVZ8bfsItlNd5kMS3DfugLLnUm69EorLutSA2/GGCL0/Tt1BVS+EBW
icWFFjjWDqsxz3LldgKPOO1jhKCMSt8UMX6adCpIWmuuthKYFV1mxM+zbq9hbOsFehW8BiQE
UrekZ+WBAuZrSICyy/z+iQc8yQAQxGEybASquq1Eq7rdl9xYNXAUAYywC0jXxGEEZ4wJONKg
hiKTKJbZW1dq3IkWc3XStVigZz2tXZuCAfHVURjALnMsmYxHH1LtY9MYAtUykgxnS4YemeuQ
BnHazBLFYEEYzThEkAgEIV+OsHoZmROgZT0MApFiPUiq/tS5iErEKAWD1+Okqc/NU7qCOnXU
1od7kZB+mh0NjET7CRjFBitYuKnyBbtLKrVdjTTFwVGnPMNOTgK7EgABiomQqtiVWWMqtWq1
wOK5g1FgU9/MLq0BICqo4Ld6ifNoO9vO+2z1YbmGJcn0LBLlJywqcr/uklHBNjI4r561U31A
OjOllDrYiMDXWJKqAVUww8u5UKZLhQSGrPF3qw6CunfYEp6GIzWAkABgXsqLZXZXz0cjB7+o
w95Na9TvYvXYbSiwHVWwKsWpuujIFZmy0FWFdsg3bjzgYyPSDIUkqCcYAH1AGxqRnflqWle3
8t3wcvmxhz20X12r8m6dvM1NsADlt06KwCtq71uhdGgl6aCyUJ9JxLaAY4hQACHhKl2NkaVe
DbLBzA4AVwScrnAhGM4Ra1e49I+OwnDq2J7Wallcd7hb2+ZlG9pxWGs4DI6BJ/Jg3dTD5ehT
v3MEHgkEZDYDGMAxmMJyDFbS3yFsv13BkxJHtYkzsckkjU5GcGvyUU656ju6V536Oluh6bDW
/NcGTooW+kCMIBzjsJqQeGAWy2sh3RxiL/0bJYxIOE4nkL4y0qFq21tacJO1NliurFlrweki
62pFRP0bke0EOvpmuAlMupR1prRcoQoz+gnABqog3+tNyVLz2vZYLnfOq3dh/aoYZE55Jc+Z
XCpJqYgfOiubyLGPnwBBwepgNqAolSQwbXZ7+e7jb8/urvq2dW/RpuTpHjCvn86+DSxdf1Kd
LQQByOytWWIdZy8TkEsqD6dg8gjAJOoXPIxoy8wVASqx9nUwKLdHpsW2tmLLdaRXwnz1vrXe
WttVdSVMSSoGeodQBdBCbEkCQGgxlsFGfzQ4SpzK2HbCu2Ccg6qZVtSGHu39y22jJJx3ZW8n
BJKsWGolSdtQWXwCC2fn/nJRn7NStT+dVltPs6uWroW6s1WKpJ4qWVq3ZXvrS+l6HSyuFyox
j3Ii9Ftltiu6Ml7/AEHEufXywABbUShJF8hXwk4JBg5wXa3PYCvCEsDVKz91ys1Rlg0ZsDjN
haADqy3FsMMqjD4P9GXx9Ql0UpWTqNRWdVAkgsZIgZGxJ2JWwLo82gQVZcMDABEKMAkrEnzg
JGLnN+lamdbDTkA1d0UWgDO6hh018DiujT4+Pvr2qbR7+c2CyrQ/Lrhb5CitjVK5Sg/Wf+46
SNSU8q2uBsssOzTjVovOvgohszm5Ds1jI1EqKbStPS51rKhT4ARiFMgDy7Fa0HtER0LpY5Ms
SMbwD7sLEYbWGWP7mtMOfG5jUsqiQdlKgEsQQEUYRLCoHHrGyghmbayPKkgsDqFxfGe4t8Za
ug/Fl1+5U+DRWzdLFjf8XLyWLDfn3lxTayv31QWJRluCrX2K2SrYuv1GUhj7sABWVOCwjC/l
j7aCEy9mZkz86v8Ay2bYiCFf/KrkJYxn3TIwSQVVbfOzH21eFViFZTYrgQxG/unZjg9bUkCW
IXyRLADAJBCEAmf7ifIXwfXCNUeAvuhVIJWBEl5j+AQMAUqvb0qtblm9oakGbEsytwH/AErH
tRUcjkoIsFYsqvdrKrVL55GGyQHK4l1/0Lxo5LSB5IMsGGRgyThBJKoxRwGY7okM8AWt5w+q
7Fl8Z/42qZDLFrCU8ABjjkV1/wBw9CgOsjUOVxoYsNsFaQqKFNKs1f5PVh/P7sbn6FVabpZG
rUSC7GXYOtjSoKgIRP8AAMErtgnCSMBIbls+Owz8paRS8FGy1Q4sqUVmlCOfn3deGpW7a66x
ag222LQoY4n/APnX075ZIb2kepeJjyfLD0YDB6BWJotCoNGaAS/hT7SsyskNIUgsK5IdlNyT
p8h222KkV2M85/M4HIExg1yJHPwXMtXJVVgRBk5OQMetHXp/LZCykMqKBaIaMDePGsyQQA/9
gHhspIFr1MVKgmwPWdehxVTccVNV/ubkqAHX1fAr3Fm6wGdgQQ05Jis//NZiMtT5AKFBatlw
kHIBBGeACwn0yTNZkc4WDjEHGXBUMUEAzhCth1XCJtmMdpsqMjoBKqynB5A9fIwAE8/5zsaa
KaR/U9aCy3rpQ12o/wDQ508lN2dnK3OXMlQBhkYSjARA2wsc8DD4VIOfLcorFmI1hIWuEgEa
5RyAr1dKctZtZrD6vSwxlfS6tgwMNW3/AM+xpZnfC2pA8kHeNW9CxDEepOK0GoWPnOIw2KyJ
adz6qQM18E+wQP6V/wDKPcQpdgQuKoYNW1Vi7SD7gpYcXOiW/wA49iVhe6l3v6jrFdGKlBXm
6a6rQQwOETltSsvdwWczN7TsYEsEJjxJrO2yAHU5AZbCWILjF6+nRX6rWq5bCKOWhD0/o1Up
Za9lo2DWW1BppA9MahbFu5ihSlv9a6LLaLgGxYsDYhFjMGY+SZU/zAgqcpVoqUiywajmHuCg
jQYYDOfAWMfylI97GBUSAVM0tOdKFsUxkCYJH59g+Dr76qa/9sxV+9EtX9SvOftS0fopY7Jc
9dFL7Uf7K10osslOi9RVfXatq12J+n+eeUqFKr6QUCNJNe6kzmylY8pEV/n39Bq/KYGvnppw
2oB0P/jscg1pIttCYgLsF1C/21ky4WxEqt+gzyWK7S0+RnSBJIkmMAg+ARKgAzW2jOnm61TX
zAQogxOOPLKM08kCFUbMMEjFcAqRgZdSJYAnEAJX5AvaoWpgAG8KTIrcoTX83P8AQQV9Fy10
sTiuwNX6NtTU9qdFd3TfSvX13XqFOxEZAfBCgbEEAYiHVUBduC8Ur09def7JwPv81h/yMOm1
gavIutFdWxOUVhAYBLOAQQVghD/1GIIZArEYEx4eskhtSF8nBAKmQTg8DmdVzpzkB+NRGIHX
CYwiMcYamJVF+dzLuYWpS4AACxltQR5JC+M853Mn1mXIkAe1vWq9q8b9Kw5be1zE65JlZY8d
7LnVU4MeG22IEEnF2JEyYGVkk8nMVwMNvgruH6A5xbVUrG281oqSSBFrh256gQNpG0LJXVnx
FJK1N9Q6jG8t7caMgatGWgBSPGkFDOa+ZYYxIDuDXzrKprgnZhJYE40HEI1tvI6K/cvQ8tVT
AZZxIBaDmsYIOPIWyCX2VSxYFcAkqdcCgAe0qfBTYrQVShT819vh9tfDACVhhgPiYxPdnFWS
xlK+Rnss7+m5KkQrayqENSzrJ6rk3QbMghKhu4oBVFUs3LUcei2tk6Oj6JJGN7cHgHD6gTlw
IAwriq0yQXOADDO1AIrB84WE4TC3XGulk1xmrpr5qWkmQsgKdiPCr7cZlGGyW6OfZaa63Xop
KMx8lwcU+IltHJp5nbKuElbqxWKVYPfdvZtulfxkEJBBONU0AeedJPNpWep1auhPiWytGZKd
sqBGEBcbeehGrblpJzquBbhUBpU45BexulCtro6dQ+l5GP8A3zGMTjDywWLmIVTJ9uLBzwp8
jB4z1bn9yAEZLHCPBMGc67PCrLgM7KqgAk4djiIpN51F/Yim2+27DYVP5vUvzfWaq6rlr6Ku
v8iyktSyitcr5rbWHK9dv2qacX9DoNj2lTa5RFJNo8KSDiOwDGcViuWINuXaVbU0gtYFUHoY
BLQVpWsIriG8g9J91lug5KQW9Ge3fNicLMCXGqAfUIx4GMJUKZiSQMtII8lZjFJCnCJbzNYD
PQJrnySdWIQG5jnzOpvt2bnYyiexayAR4rUgV1yf0GJvI1LeRYDsrQaLa+zmXXnrb9mF++9l
lPReH6vlWnh50Z7fy5xPz6ude1dX7nqcKFBawExlcH+kbBWKlNQgPhbNXSxHx6yx19ra45Js
ERcqfZZPjb5wtdakr8Zx/B9MQOMQH6bTDCMkEbajcMXts1ZpwTETkYPOHPIFEBaSwrKiY89h
AQ5GWD38hRGrsR1BJAKyqg52d3wgDYqxgkSZOEEZxdFlVnNb81X0qSPpgBecC+4Tyc0K3zvN
lgfOrn+w3QWWwGFA2w+MSQPbjEM0GFJBQ7YtaEI4pNHYrN0ujVWodCPcupN87+/oeFJBnNDL
VSdIVpcrP0TYGJb3NYqliIXwS3uIIMDCs4QGyQoKkZt45l8UrqhAJB89UlXXzEYSCayGKMUJ
dyKAS/R3VV4A7Z6hVJIG2eCxQbVVkZ+VqwPgWXGGa5rUhargtdiNYGFstWPf3sPsEA4AAGks
QAB5KkAlhHyEFXscrzPFVdQZqK4qOpuP+IVkBWGWIbMTVDXR7vRntVcPQ9rVnRAVLLc/02Yq
5taGOMQMBAzVZ1nCCueDh9SPc1cCzYrzywVyCScAM3BmR1JN1mpnYqNGDyyanL7dF2nCQq4I
GKFJMbtBHGrWLyXaO3S09/blFV74jd1efUUh1sRaDtlTEjsQHrAGeSBCgQRKyAxz4LWJ5htT
UtKQSfjKKJONWyiz3otzMSsNbYiCsNc7WeLL2QKDY3x61hWjUkof+rYPc0kEk4fOTGEAD2jP
JLt7gZwg45nIDZzACxPVyYturSuvqL2W9AmJGpBYiV2XEYhr33cADHkt4YKJOxyo4wBP57Nt
ZWhR7DCVJ8rcrVZ8zLgo6L8uprfCoRVEL1HboQ+7byiqxsp2ZOSAvMTldAXEqVWJE7+AQpBn
Fthb6GAfcGq1bBbZvZXRpnTsp5+Z3KU1obEsGMnYxau5QlnT9NvdhAOaxjehBBPr6ZMts0Is
DwMj3IgLq53FgSl7LCbZ1azyF8xA18KuMqBXtV8CjComyC66Qkk2HK2GGSOM6mQDcqOFvKlL
C9DJ+kgCdjlrjWKyDnb1olEy6nPBIcrXX0RlIrcW1lUNbSyrsUOrQcVZJPu+NSKgIt5jL0Jh
523RVsHx14EOWX3gr2CVursV1kLW/wBNh5JMHzkeJGFSckDAJyCApkEeSWmrwqQAfIZfdc0B
FDGBI84XRcNmOCwUwHIBT2hwCZGVwAfJQ6AwcoLK7+7Ecy9K2Ktt1GfccDfubE4bXz6i69/M
9bXgh1g4fBdwM5V0X7nnm7mYB1UAcl5ZUTCiEX+cBYAkzUaqk+0rV2gS7hMDzlThsJjFcgNT
QytyshHQ1TL0f9FhjAHDmzYI1IYnUFtgpnEn4wYzUFqxFAZiohceyAyyUpIxmqRXtaGM4MRV
gIrNbWQy7w4EFSRWvuYbYwfUqStQAetarqbPzwwei1W+MgpUk19Nda/cqOfapOfaqI/RoXFL
bSd1WTVZYps1I22bnvJrBINJIxiVFoK4sFtvNjeVsYIANb2O/P5NaEFpJPtEeBENUluJxt9N
h5mS2wz1P8+3PEkzgzyFHgrIytRoikq7bjZQBYKw1l1hFSgagFk8qjFgmrfJrhCusHZvUTlc
YQRj+5hqE8HPzuzVF64QXqxS2g5pUwNNRz4KhhSkDSgZ/jK9fL8HRt7tpNbf4yxOCcFmuc7L
sklvs1Yemmxi2qR4iSQQCG1fSOVGNxrIJWMIYM3uyYLQMWfrMxJMzqBhUSDgB/oVEHwUghiY
QbYGFdYupWqxkxmZmiMJbJbCzEfLGJdjBLFYshQwzLAEBjJKBjhkKvlrPGVruaPzjSl1TKUr
sGBXBDkD5LDjO5zS1sSkqqKAv6za3MpVUDFgSSuACA5GVsUQWg1201xYpBqseQQRrBArDXMa
w7VBufq5VPyq7OQuP21IP9h1TT29BJ6EYr/6pAxmZmLCGKzADT5DRhGGWDAjCcUsVsJKlmfD
EhBNh8myBDElScZFnQqUYYsuNCHsVyjLrkmASDDtksQ0z+cqp0HrTSu1GsSyoCazmtRzWoAt
UAzIM7Opumyu/Sn9Bg1rbWZWAoMnK1Es0kDAygKSXa0FQQWrMlWEIJPX1V1g3OSnNbYqU0VF
/wBEVZdbf0WERnMi2OpKCQxSn/qmM8LhmSBhIkAZPkDyWO3iGBGI2XPOJBLsFJvMak4FwIox
gc8gNsxdTlZMwICCLayUrKySALAGxWJwCT+fy/4mWzapLRjCw4PkGB3JDPm9k9fW9NdIuLoW
K9tpAEMZjF8msgYnxlD8KAugU2glnho1IYoFZ/k6es0IFssso5wFtDZXzTl6JVU9wewANlFb
IoqGGokrW30yBBIBnwTOBcIyMg4x9zaQQThURc0GtiEMuVRAPGBZwrsNIwABa13b6Rc0/n8S
r18j1stRy2uwK9RDQxULIFLsaqwpod6sL3saOolfmpkNSc+OonSvCta50319PXSACpaf1KJN
TCSwOKQoA2yni5Wqv4GqwhgGTGBBPhahunzlEk22c9CABioRMs6K+enp6rL7F9zUcy1CkDWD
GxGLYv1ixOMRgJYjBsMgnDJyYz1KqJb1UbKyAuyqAAQF8A6wWG4JIWYYyOTmYqfQCcMOic/O
Gemtm6hz14nLVYKuOlyOVVXtOzrcIvvtROSWL8tkGm1QQwzW4Dr9tVdZXDS1ZMQ0HOig0XaG
xWpsXOVNzfvSPzr1tNvI6XjnRc76ArrBCItdL2AmkGWcrXShbH/RoqTq7rekqjM3NyhBWqnB
7Rjrvi1r9ZtojP5mCDqPAz+SBHmAPHmQBBYiwDZf/FSJsYlgDgZZZgBxUG2wMBgBIC5AGeg6
b/jULswRY56xXlN9Gz0V2C/grc1cllVldYGc1/tAByMKKcbkqd3HLyDY3gjUF0Zunmr6BVyV
IqbIvSUqdnRkUWUWWdXz8htBq5l+agc7oOk+EQM/wBEdiC3Q5VVd8TjZ25+T4z8RJ11xpOFi
Bt5Wfqu0YAxa+rTGPmXBO28HCBk+QWglJ9FZSLA0JshA8CSSsSuPJfkpCUx5JnBAwxjeM6FD
rVsWpqnFHh/zrS61/pVMnZYuV3LatdoW16EsH17FPxdQwjqzTontscZy1lKrkK5FhE4CP6dF
QernsCv0VnoHEFXgo5hY6lEzZcsDPa4FOX9JfBU1hr5tSqKuc4WFAAw4WEM8k6gqT9ZlcmnZ
cuU2KKmZfAxZkEY0HFUSBviqCU0y6mXLzg8higAgYDBJ0NZLvTWErCgZ4GFln1y1STa0GuVb
nBkEESRjELliK+CggfJTSG/Wdq2/Qz/Y4e+5ls7+mDZ1uy33KHssKq1kgiS7DFZxhdiOpDXf
V0Ns3ODfxfnmlf0F0tDl6vkK2W3taaaBiaya21VCW56ymE6gkjHIA9pyNsdSoUN9JwuxuIay
2xgCzjUwNdT6AOx0sbPjt3NTnFqfAlm96OMZJDpBaRiKWzYEfm8yqG1ADDC64bKxn2+fG66Q
pBcABW5n+RTyIx+qCfrHCpqS2ySCS3xVDBpLIAEDTBgADIjAA2ROaxmuwcMqqYzpX2VkHOQs
K06ctsZLXrCIGgKNiBKiozXV4rrgwBhjFqRF6H3dEG6yBYSSp/6rLWBoNfiUk1qCta6ipThq
jBW2BXVmQFQohlYZ/kGWJaG1YqynDUC1z6Goq7be1x22EUdQwctj4OKsFeSqLOQMoD0jVinC
dML2Yq9b50W31Zu5BYDFUFNpFSl8KyY0Hor4VMTAF1Ks3RXB6n2W7fNU2ujWvzZbcPh5rmKX
6NWWJyZZKguVhAY91VYCKCMbxlNezXW7t6FfGbEl3xQ302CKRYMaCdlGFRBQhRBVhqSp1AIa
SMDa4CYUEr8CnDTqoqk2cSuf9ey5ycG5aAYEH+n92RIK7MaiTUNcd7SSL3DAytPhq5xawTeg
gVkFqzLrGTALrq3Shy693AW1sXnscjm1Pxop0rAsUaMCt1tnmixg5tAVmLYldmVgYmxxF9ql
lNcWM4+Sy5zKKC5YFlGMvjwcV/8AqllwhExj4LZBABMg47AARFjLJdThAOEjNjkwGPuaVycs
QEVKgqklfTB7QAuQBiyQwMqCc/kqQTMFgMDAMDjGTqS+x2ILkJOXi/5hRaMp/Lttyv8AKkt+
ciM3IBjbHJByBjH2dHN8yfXvDrz3RYoVqa1ax7akY9KDB2WBj23uKOx2Cdr1WV/oQyulhRBq
wMj1MwVMqB9Uhs9Aqk4JllJBlcI9q+QTGaAYS2qkQqkKGO5Yx5bPcQvg+TlbwG8nzgJJCkmx
lVaejkK9A/NJrFAZ2TCYw+ASMEDAwwtqqkYrYIgSMtZEO1nXbx0/Ej2HZqmwmctqV8dXrJJI
0nC6KVeBaVRbIZ/kZVXawjnchOcTXQCa6YBSoh+esp8VlZ+0fiHpGAnAWlf/AFXPlmGBgomG
JJws2Hw0EMdpMNhBZgPcQ20DCCCIAbwNvIIlSCyhFPkYFJwiMvH+GbXo+O4NUt7B1VVkkN6y
Ri4Ssdbw1PtqmCSAJyxA55edKF6v0fjPCjaY9O+NWy46K4sUo3R0KCnyFw0DqtIw+4qplKtw
iBcCnZKwuErHmd2GNa649vyGq7xGRGEHFj6zFS0liA8EtgY7AnH8ghwQELKhLKf8jqRkuQJB
9siJrqstZlbYGSoDBR7UBkIdij5es08r/wCHbzS0slhYj1LZIzwTMAzb0QAQA2BGXPXKK5zu
7RQv5vObLKnGqM15v6a6VNjWno6a6Es6rLWrRGJWWfZmuDbKig0VliLKa8uD2LpcV5usrUvQ
5b7FgH3Q2HZ0ZXKvOUXsSfAAJK/+u6jGAUTBrTZ7KgpLMD89eyPW2AcoK201rVcLTY2yKk4P
7i4ZElyjdPI13bc1tOrooYMDAU+LH6s5nvdulytXOX+Kq9TnOAwqHvwzjeR6FnZV5Bsx8BWk
gYPJrI1emy7oprFSEiNyQ4DZ1dxrYsWZa/JZEMNhAJvWCu1bK9gFWqj7ImpQA2i5W3hW2z6u
hFhk+cFBJursU1sWXfFb/qv4YzkKM4wDd1WIhqecbnpYVfmF6z+fbqOOcWn4yTgAAIk6jVbv
hs6f0OToKHjZwV+IYB5HV71pS2r69mdEPnFUqjQllipKGBHk48zsSVOx6Y151CVEDF9QZAJw
uNaA9V1OtpdCuSBlnQWNlcswaCCCfOEnAPHUgZ60li6KkqRXb8YFjsaqX0C7CqlZEE2JvjIy
5TY2eqqrVlipCn/qt5JWMb2n8/VlstNtnOxI2bOZgtex+BnIUvAUn7AZsB82MYrBL2lgKmMW
kE+TiEDK3JsRmULvYlCImW81Dq/GQw5dlrQIBKgxqZY+p9z9NioB5KyckQGAJYHPGK7Vmy+6
0BcAjL6wQygYSCG85ImZUqoDWe9RY5SsADnJFFAXFrLYKguAYTAUtLAELUFOMN8J1C/+oRjq
FFsFOJ2WidernjUaxS0KD/isgVsWGJP2ZBABGNBFKg2GSDymuq9dFRlYayVIrvFgXEYLWplZ
8POBiQfOCMMz4wsUHCrMWUE2a4g9mLAWJwqCIJExgjCdS5OdEAqSWDM2IFYuQpvYMyAHKdAe
ekHK21xW1AJ2AQM3nAIxYwgyIONBOsCGlVH1W9xYiXbfKHA57qG+XlBDSYT+xf7LV/xRAXb7
InB4yBjs6BLjlH6A+O9q7+YADFmSbB0iVzUR4GAEscEgfyZiCcaZ6mISqURrCwIMLoMP9xEY
FMKQFBBwuq49og3+bLGgIMYuV/zAKhKsg0tQM/OiEKgV0dUAsfVUsYVDSsRHrhnAMGOisfGq
kYV9yt/1ysYSNdZzQha2wIFuK+UHtIlbSoqIjGaeogFhGQCPQnmrdwcDFcUlmc+zVqjVLop1
I85WfaxMSMJgucHjPTHO1qE4zGWMEthMEeWOSJMw1mhi52r5m3bh2KcNa4OepM0ktUy41RbL
kds/sUlziIxyupzgrGBgRBGAkFRnjCJwkAu6V5VZ7n8soP1yGU+gAAzXwZixo601lWUBPjK3
AlGIXFLL1j3DY4CRgJwMZUjAIwAEyMshwwsDKCAhBK4fTxCiQfcD4yQMpOzH3Y0DNViDgEYv
lQPDOAbLHjnpWWLVhhYE+eutlCwUgSq43TXlvXaVCGzFqELV7krGKsZ7cI8BfAAlUMtEM6gM
Q2MJesyqBQq3J9U6HP4nU7SB6Gve7TbG5yrmiCliLzdDrYfjb5ZktGAyQJwEnNnxmnAwGWW6
4jBhHvk7AQDAHiAROwJwEnLG1TmrKVEkAEOP4EZAJ1JBmGYKKa2IqSt+uysktSKx0KjZzVil
CxJ7WAT5fH+NxXQXCVDPjAwDwPJPkgSo8BfGTjWxhJZpAB2GLZrl95axLLPoEmCTAkEmcEMC
PKsQLFGAKMVaDnQFUW0tvqq5rLAznjZF1B84M8Y7liGWBK4RgH9CxhcA8hxJYnOidYGEAZqc
MQoBPiSfAgZSN7unoFars/RdY4yxbmymouVVRl3SALW6bLEpBZRVWtVmmG+w49lzDS85SJrI
8EQIwnxZZ4QMwZhLEswgYzg4tIlH/wCox9rCM18FZGoXHQuPt9FIH6aa199Ksv7HIFv6beu0
SBqoIYBgWCzLEwJVT5gjXElrZO6t5LEYSCF1n3DNhCvqQ85EhQWs9c8gkiIIBmD4yBHxh1+G
6k8of5OOW6HAm1gSLKFzpasVsq1ZdC5UTi1M7PQAq1LkDIGoOCcAAGywbGchiQ1nx4zTisXf
4yDoEL6tihv9e7MwksTAIEYBJ8LjEhSqM3x1LiIgM4As7kAqSIEkkk/Iw/keBbdGVK4A1QLM
mGwEq5JGEjATA1gmFZyqVLAILMP7SBH8nwPUhWZgJFYlexmtYn66ONh287M1HJ0JlVQU3Gsg
soVFkrIBkYDkmSYyQf6O2pMliID2BQ4Y4X0aVTD0KEAJc1BAjf8AVaDmkMoDKDI/ksCCRh9S
CRIObSJgkHAIwEAmCYeCSDPgqXtVZwzKagrJBED1BIVtwMW1hj3PDW7KLCuAs2CM1YZ/KqZC
eAIEEETF/OwuurVrVNwNl6bv0pWG6nOB7XyvmtOLSgwxhJw5OHwIMkxkk/0tsCYw1xrNSbmL
BhiFNfkjEaCs/VMRLEkmADgCyFOH0EgqTn8ge5j5k6ACSwAALA+chseFHNuxXyCYVQBiWDLP
OVhgrIpzRQQFlqK4NKAhVJloB9xiYOqjbAPNjf45DMpIzaMe4KLOhnKqdwg2q5WOLUi48wVw
YdTkzi+hOA5bGbDLLTBONY0Ix2QLlnTRP2LTii/E21T/ANTYYxUgExBxQYUzkYy+B4wjygkt
6HzjRjsJBnJjCxXLriSh1UEYQcU+VUlfbAYRtmsYMABwk4JGDzlmpCzLDXAZYliLvagDMI1w
/wBrsTctUsaUK01jJMDyT4wkkAxh8kRA8kmCAcIDNc6o1hWsWXCzK1LsFsOQ7YnHswqpqwDx
JGJH032XHgCZLMZUyFUABvJB2A8amFXyPOMhOLQ64Vc4tbLjV+XScpIe4QSFBbQbNuwrVxh2
JE4tJIHpg1C+SQqzMYVkoVTNTGzEiNb2Chp1Yja5wiI5FoPk+qZAOEQT6kTh8EgDFUAjxjAH
JnOjo1y5yCUsbF5jrXWpz44NdTS5Mbak/wBxxQv0QjA67N4bPBNYChFIKqwwepALROKDA9WJ
JjGmbADkSvUNa+WsIuhIDeVXyi+4DACFG2T4AbYecBEeuKqyGEt4xAwEGFBbFLNnRIs8Zv57
HijVZocNVEYMHnGPj+GBwHDBIJGAwSRl3S5wnYV07Gr5FEFsgAr7i2sOFIkqQxVpUlQPpBht
rhBxQQFmPaCGJzYz6YQCSZzUBlzVg5gEehRs6HLWhFC+0HUSkDGB1CnPJz3HNckyABnmGWGl
sJYJDtlanCoJX1UznWNSJ29M7PdVQh25FEQcmMgASDgUlpyPMCfOBSB03l2jfEVZ2jJWR5Pq
CDLbkMpkrqZWApXFn6TxCucYYV2BIOKxIHhfJH8AqSAcEkkeDKnxIfzbYKU5VLu8NmokIIKy
EkN4GeNfJzwSCxwsBi3E3MDn8A+G2iZzYtmmrQNerwpJiWxl3UcwXOVSrjCgLehM5HkH+nrg
YbdVxhp1Kk4qwHMGBIGNMKMhmDjwyeKwVLIhxD/1GMkuTgUrmupgBZOTikhgSMkHCSGB8s5n
yWsBlf7ex4XmrCVRhweAIxQNZ8tGEmMHq58UVwsRiIzGxHQazijwEfDqSICpWkkEhlIz3Yuu
KBkjJMqTh9SJBABUnJktYawxYsSyBBGEFcnbFVhkGYUlyAoAVWVQdZw0SVANS0N9L2z41r+X
HmU9U3187GNljD6n0/lvRtobfP8AxG/2zO1n9r7SNoEQsSm0v/asZ5kzF20CIzn1zzu8wm+o
mf5WNVjbxja55w/8g3gR/Qzn8j0b1SIfbW3PMrtu+sH08/G++HbZv7DvJmfdP8mJp/5l/wCD
/9oACAECAgY/AFBf/9oACAEDAgY/AFBf/9oACAEBAQY/ALBnLyeCBydQnaCf37iYjV5hWcM0
SjugCcZRfWIRsGsGkaLcW7CNEHABwGCcOX7pEj3ap3MDvM3xU2KsYjT/AI0AAwsCNNfSTmcF
EAuyBJDMIFWQIfc0Z+1ROJ7U0t8vu1UZmD+GqDl8E4R4I6MZEOf8xNwEygX8h/BVY8mPiQcO
3Ayi0g80CCEDAmX4eyueptHw1XNPuAZpbj9VEgWNRksfuIEuQ+hZU3FhadK2ZPUgloDg/wCl
1KpJDgNo3+p4X9GvEnm5191dI6R6OfiRwfrN8K0LmS0rAbX96okaJxHFWO6ZYMED3Q7O+77K
Euf5UBrq4TirVJ6TkN9NM0DUaqtYNrHGisLObmTbn6vhIjdGhQcv4Z6XJPSyt4ZJIEjPxLgy
LSDwKJeXgKSsQssnBTJ3kaKS6vx3U/h468SA+5zKIlzhEYD+f6acwDo+n1kdsHtefrLc/IW0
95ObZwExDyHIGAPoLa0swdDYHIlnEhNuashg4C2kv/AeymZ3aBiETtxAAMf5aJwdJBZbq1lp
GhR3MY3CCgH27eP2FSrnqE8igSwedHr76Jx6p4IkT6oCYadqEAcEKjDixOsKXPBhC5Dmg2ny
J/R07EJJkPAr8e1ZNn0E/ChkdkphD8W+0gCCbMxFmn1P6pFxJDjmPaW2or1GcoWJ7BH20BIa
RP8A66omvSB85z7O38tWp4gG2J7UWLHVCums/gW6DDkh0ekl5cQ/tI9NifRR3dIPdP4e+iRJ
xAYN63UpgVhPWH15oE1cl+K3kMWgHdH+H4e1VJY2Jgh93/qVSMzJ5Ibemo1JQJ1Pd0ZWBAtB
NeXzlXSAOcJtdea2nGpQIPNcVHaohkNAFjOiGG5u6iFc/Pp/Dx1caAmE3JaMOLwmFn4sfvpz
AYwtwJY55H/xIKDBVquXZ5RFj5+st/tpna1sIitjuJbCBJDyWsW+FWcyUXtBEMn9B3B+zuqm
OWd5ZZ26lpQs0jUP76JaGmFdzoXdGIPAN8SBLGwHYukO2qJZODJhiA3xLbb5FuOeSEsgN/SZ
O7gttWI10QsZGgVrEQNLao2qCHGgKc9pYx9HrUkhvV4oVqZHTXq3N7qrtwIJYv7Ss5ckvHBG
7ioJIG8v/h91baA2czbn/Z7f7NDxPEDP1QttRsA05IGpft1CwCOT/wC2tsmpI2vkInyEDAHr
qxwAGf7XUn8wCqWAy5eUCACAPKpIHlC3u9IDdvfRF6/mUPk+Ff1BPGbIVoDRzhzaEwgHHEIw
Sa4W4M1hFUXgqAbclPSRxhNbxavwdz7iYGxJxB+6nAtXsn4k9fM4dSrn59P4eOrOZNj5EXng
rauO34Vx1gcE22zHgjQA1BEwSH+srUtFgXDI4AJg5f2VYtuaDOVAJI+RFzuAW58x2pn5HVYP
rDVFnfDMEQRkiYf2e4i0lkTUwJCqwhtDqndyzZRict/OTB3byJneA7qJc6PtZGWJy0ou/EOs
GdIITS+dUOehQDbSIyD8SazmmJ/Cgdzk6EQpB2kQ341Wo2Vfj/y7fAQYkvzLP6/cRfXvMENW
LEkbSfnIu5r3gfREb1UgSSy/LG1qVYDmh4tgCK2gWh7eurG20PFa1gJ7Bnl5KlgTq7FvmeH/
AN3/AC1s8+6E2BrtB+2hWQTDei3qI2rcnc7VeAPU7qIcFi2QmJAbDpgCzSiSDA8qrSgYUXVU
dtVst4Yc6gK1xB4agphZ20RYiMIEnuyCETt3OYVtlhSp4aBPexseZKYzoz/v4iBOnBOBHB0L
V17QVs8XqOlle7+nTXl46txJKezbtUZaCjwILum+RSHHNbqQYgMqh3GSBwRGeluB+krB+RLi
R6yMsxwg7knLB/iQAPQMtFifrIilWcQgMcy8eyuYKcEipOYJRZm44KfR8R95DcdpEMoqbWGX
Le5ZM+mcKOPatskacE4Hm4pyWfiix28A6cQBh0DDsiGmwY4gpzAxUaIbQ4yTwQtaS/dW4jdV
sd5vpfl7tiYw87sVsB6l7dC3WBsH6jZ8fTp0I7ukYcEE/SW5ur1tM7f6r/DQgjTHvKzAGxLC
vo/+xVoWfJIx7ybcSxh/wpmxipwiajaNR3rfV/s0wfpM9h+miDWwaTBW6x2TMut27I4/+tQS
CeSbzuCg4wOEfEpowhmHBQ4c6IE2sE1bMx1CDbS+Sye20k6N9xE0EEQyPYagIO7aDip8wQZy
CMrgNScqDyTnX6L+7ZB2DYGFidHXijcWHi+F8tf1f3UWg1JWsaZRcaHGZT5DH5V013eUD41t
tS1CdYI9qm6iYcA/NbjIA0n4VMgiTDqA1TiEbHVOW3HEtH102deyvqpxIA7sv7SYhnyHQkE+
c+6uqR5vhTV5ygBFpzo6E4kN0ffUiPRGlT9L+sTgYyq1zaz1jmgPF6AzDIZE1tW9NASyFmdj
KJ1TO3AM4T2q4OK8kSTLyZTlhOC7+yqkli7gcfmo/l1FrVDPbd8W3Yuri20APu9emzwf/Ip6
sH6TetT0PzECQGtkOx97+jR0W95rIHFV391toILo2aD/AEgbRRplO/yI+I3UdSqlxxIMFCzi
5ET6VLf2iuSANo6iYlMD3mY95Vw3PgojnqsedVOGwydvOjDIUA6iO7lvq2U17UOeWXT4hqTw
AR33NyRg491VrtevOPhRhiYnT/DRyfN9pEDPAfc76AIzlHaYZpxu/tVbc2PlXUwHAOT7y7C0
rxhLfm+DGvd/XKxfJKY5GU5E4gptSWB5JkCPFsaj0CyFuBhtAiSHIrjifqomrkgSWz7SM6Es
gag7QZBTlgMH97I8TEcEDjaNoaX9pbzVioGnZK2y7yWQsCQBmrwVuA8pXSCW4hCHfLT8C7Jf
9/8AkVaXD2sQNxIG1kfDL+ITiZf1+pMT0vHzUCCdpgpwG4hEE2fRjHwp5gtGZUcT8q2g9hOP
bXVwLB9a99B6WsN3RZ2D+v4te+pqAauGNS236ffRYHuhn4/VR8MhiQYGX+jZOW6RIHFNRrbZ
0+0q1AANdDA91VtG5gPMiKhmym865DKcd7mgbF2wFXwgSJe1cn6K2/8AQKlWxkrCd24KMDBT
WcW5Sum+2wyLar81zZizaf6iIAPlU+X9kK4ZzXqA1RLAk81tuGK2vjD4/wBSiAcF8GUckcmT
VzqYUPGXaVg7WcuvG/xfBPPu/rld4BJRaH8qcAOQzuEACIIn9tbHBKJwQBt7QjtBwzHgixbI
YSW+kmsHfMoVFRUgtxZAEAdjrhVTPbXX2kAASB2lNYYntC4Pnim/ioDFFs6aI28Szt6JHeCH
jeBYGe4ZK7oJI8qPLQqO6JbRF9FlxogSCwYnhCbI0D4WA5xoPeQtbA6WM57/AOXsVAWFRkEk
Pb+160LG7GowSxt6KJsS7bgBx9RbPyxY6k6/X76Nq+EAOdjP+IgPE8WgOrA+J73TRCpvWxoJ
Rs5O0lowm8UA1Jen6ikWA/sv1Ph/9xbPEcEQLR1j1ulCutpfkic80BoNTlX3Obbmq3eB9dUF
58S+QxLej6G5AiPLCbjkrdfugT2rb+nEcSU5d2knKcB+B1CrtO7XbogXew0QJqR2hAgu65cl
AnTirk16H3BuAQHdsBFsyiADYP1NIZAHLtOEB3iTABgpwAY/h9BMAxPFNYk65XiWncb+HbzV
/Uosz7j2LV+ICBBcfD9JAVFtwzavdTG9nPNd6xLz1Mqbr2sTBBLoB3ZMQWPBW2y0F4kIDJaf
VdGptOSeKBFhYaDHwoVIJALlPWp5IWEky7ACvvoQ5Erj85O2pEp/OVuIgZJ0CLaZJRaSQH3A
u3qKlyeoiXb7C7UQRIJGiY+kYWHJh+NVLl8sVa9psRAAkH6SBNNwQABJmCOC1rV9TudAgCtc
P3T3t3Rt/NQN7OBon2vtDklGvgv4dKlgwLket3VBLajKPjGKAMHPet6qtHEHs9ZOxbgDC3bW
oBDqw8GwroHRBrPEg7fdW64rsGWb7yHiAA+PY95f/wCjxD+YDgi3Uerd1oWBetsEMyyPOjLV
BiuiZ/J/MW1zHEiw/wBu1kBni8LMjUx8KBqSNoYMjSD4o7rnRAXvvtxwPcQsHHJk/wDDK8al
dtT4NbNf0j9XuIm3mRFrCo13dIRNq7hXpIAyt1emHbFvdW25EaGO79H110bS3CfiVRYO7BeJ
Mb6D3f1CL4cuy17NFMuZmwB+nt8Rba2AAizBnP1rITXOqJvasGGdOwfJsEQDD4fKEAj0iFIg
1MaOUAwY5Vw2CwKHUyO9i41AE/VsmAqAMABMZHA4+uvDAq4IyDtWQOxSYCFSel+ooDwug1Hd
OL/4iIYVILEZ+JAnwwbHD109pMIA0C2nyPC27d9SW6eHrIXpOhJ0f6KO6QQc9K1kOAmIBcYt
Y2+L8pdU1IfSVW9KDw6iJqCW9P001rm/kAVm4xn7X7BQGfEB9lFgHOkP8ScM50Bbd9Hcq+HQ
RWsdqqWLef4U5s9daoGpADPtgFWAi1S7JjNjIn7KcuK6BGxmtYoPtICpNK0zYAEIkWANySCA
Xt/e/l/9pA3uSRwLfFVeo/FfxbKc+UsyzGohbiIfEOmJBGhMH/MQNS1xJP8A61uBAuM1jPrI
i3B1Dvqv1GXsLZ591bKxM6/Gj4hBu8t3vqo227S+rMSvzIqwcnV/VVdwezZ5oiABgNtPtdxb
nMABzxXij++8OPq/qlaWLmPKmZjouqpIMBmQapqcNp9JEl+WU4Pe0lOLGMVZCTOiZ9vk/EiZ
gsxhBocalMTgPBXd3AavCkOw0LoECBLLmqZ6RHBOQ7yAWCeH4CV4dK9Nj1Fi/wACBycn7qPj
VY0v1EjRVJjboupb9rms1kqxPdEEcCrgVFqEBhiQuqHnihncMlk9TbcNC2fXXWHGWTD9lQMv
uMshuyZVgC1anaHxt9ZAgBpx+/5qFbPVjA4E+oibXNqVOCfRK/MqN1bHHBGviU22fdWwxb6a
NvCFgaWdn6rVQHi2feMs1gvzruKAa5t9BdNNtZrU6j5yqKtLF9GPdVj4tmpau6xGq8TxRq5r
V3FQf+1u7iLs7smh+Dj7SDgtqR+JE4fINQxPq95Sx08qcT2Z+qoPYg8NmGVRA0OXQrLs24Ss
gPqt1GNbZA7yh6kF+RVbGQcSy8Ou3oyQ60iIQA9HJC6juPAq2CC2vBeJ4byL+HPpPt/U9auS
SZP8VXdV2LGDlABqtLuibS3kQJMJxA7rD1fophky4RJPID5vqKA3DVMbOfSI9X1epA2rJHND
DzKzuIzx9mnQiWBroVuceRQS2YlUOA0A6J2Dto/21Xw8WsQPW+BUv4Za4ZnhvZTULXGisIFt
uuFtYs+23Z6yewGfkW0PyARt+ZXwzYuX1Zb6s4npO6ELCQeP/wCDaoE6LbwyVa5gCpWXJJfg
62gSZ8ybsl3LD0lscf0gL87Duo1Lk1ieP1UfEpUW9akN/lqfBsObj/b32ViaV8M2Dlw9vcQt
Z/EuIDl6j6NV+ZcdOgKrtM7TYghqjb3O6ruHIq4fH0UBWQILhgnqdO2PUW8iXhZYc+6iQ4Os
gt7SYsxPZKeoDgy3oj5iYADimbs1RMd3T4lbaWf5EwDnXgnbOisPRIduAQoxDM7Tjvd5dNAN
utspvEBNSH2hkesV5GEdtXsJ/CjfBPBxH1l4p3T+Z4fSwZtv6roV3w5YLIBMYz87vIE6ckDj
yOEJd+xW4vrB91O5JxoI9RCWGoU64lCA5LFB4OBqEA2MKQz6mEQDGdrFn9VF48v4VJY4IwPd
QDudJP3FpuRsRyqQhbQjbb6K3+D4hpcZf/j2K2+2+1QQT60bVatS28Mf5yJsXYL83xDN4FUK
mu4BwA25PW20HSoI+JCtQSK4TCqc1+VcCOKqeJb9gPFEAE7ixYPCJeT/AA9dAkgA9Tksat9L
10bggPo2n94qT3QQOfzlAel8/NT+GQDqD3T7KcVrHNFzWoOuSto71oKfxrc59Ffm1s9SWDEY
r99OYFoOVrsJw5LP6u2v9F/mKPkCmQcasnqW1bS1vXTORa3lB9lDB1TkSRLYRcuTI3RH1UBx
Lbm7v1Vu8Xp3YAbCFgQnqexbNpIBZ0RcOAXgTtQ3jaS+2ZXQHfLz8K6m3OzsgKVa2DYwP97Y
n8TXO0rod+Gat9ZeIXD/AJnhyw9X9Uq+Izu7j+ehcARBYe8uA7X+FPoNECznSWPvVVtbCRzT
g8y7QtG0CjvDDrqG7sevxoOfMgBMrhDcU4wNea5p+HELLcIT2d+AZDwwWr/KjWlnsMAksukE
ARMQrgCWKepc8NE3iAhi7EiV4b9ysHi6qCbV8PXaTJQrTu54/sYZMJy5HNc+KYhiMLae9Vbi
MKgxqzfdsizFvkCDOY6g7g29fqWgaQzbSfVXiGOmrB+aNbd8Qez1v2bbdJ4nu/sHiWANq4JR
/T+Aen07A5RLydW9X/a61Wo1OJZVOpABbVv7RGCLWOeHsLpALcFtYlswFNSAQ5IA3IbRnD94
I1fMLcSHAaf+NWoAwJhz1IVNZqzsHRubdLwFa4OjBpVARrlDxoALBggLRXgJNfrIjhL6v6vU
jV+0cVqSPKE4D7sBoRbLuvFg7vzfC1DPt/WfOVgIIsQFYksIQIJPDqlDphkHCL5Ehl1Bn8vw
qJAxxTSDxEwjJL5ElCTiZ/8AGudpA5I1PUTL/d9dZjUQyJDAGQy2ipY8UAWAByMoAWBYmTlP
k4QNWBw8rq6plmRu/SBhW2VaZZAGvVwkf+XYi4B8PIfCHhizACGGShUQwA8y4Lif2uPMgfSG
q22ElHZF2O0nRHfBwTx+igWINckK1RbsAx/ubVfcRuIAA5oeLR3xGU4L2A6o1W2wcc0bWLAZ
R8H9O/UDuvrt9RB86MmJDji7KoGp1heUxyPdThyHeUAe781bh3kxgZQ/jqnB/wD2gSSAxeF+
YdOmoT2OrGeoqvh17r7iw19VWdgKCQX0+gqkANifuo1sOngVuHXuioLx7KrM6BwD7F+tEDI9
JDjonrBzOqcxw4OvF4fmeEX5bf1a8Ti7hOzDVtVtBO7nxXEn+CwpDPqmuX9GFxHNAuwAC6Tj
gphOahhMuyBruaoyRA/w7Ih+rhohD6dqLgjjDoNUPxKawYkZqhS4/M8M8B1KDLPz9lbqMWkW
Dt7iFbsQSwCO+ATFSUfCrX8w3IqLerX6iegrasycz/doeJ4oYU7o/wD+EprR5/sra4twHA/M
3L+juZ0v+FbLMLBmI+d3FfxbSX21xhMZqcq3iVv0F+n/ANn7AG3OdVegim5wjgniUQ45Blx5
yrH0iBLF3RZ7UAclj8S6A17ZBhOakg6gEn3Uwocl2BLraabnMuQEPEZhpXmpEatqjfvEQG4J
i3GcrcCBb0QQS/8AiK9fFrtJcPWf9T10HIIfOq2YNtf5yBo4NZgH/cXVkSzCfroMSxypB8xZ
0NsnUIbx0nDaFeNVw35nhT9T9ari5zx9lM+cNK3Ik65/eimAIdR3QHaU1CACXBkx9ZPk8sIV
ODoq32sJ4a/4e7f/AJijAy8lNx00Q9EcNf8Ac/o0LeIPIFAwcqfOg37NwJFxlp+JC1SaVIdw
JqB/2ulMbGtzJJgP6uz+rQsQzS3olbfED7uWPrf1ifwCeIJy3qbkCTvr6QMEISxMNY/sf9pb
PFCd1jkjARJ0yttT0DVHUk6yiL0awkWEHd6/QmqfzaP3TFm/u7X2reBs0tW2Xr3O6j1OToPi
/bagJYlBj2PhWvUt4lRk+r6iYs+MjRCryE3/AMT9dCt3cHEfZRpbaPDMEkDaR7SelWqAT0yq
Hw7DrwAQyFtnOWGEJO46k/hQraCNAjWhh8rZUzaYT1L6yiwPJBbqvpBb7SDywaUCTtqXBHEl
S7h2cFSSajQMmAgRKrag3zLuIQDjPdGF4nhsJvT5K/qKrxOpgXB9r5yJJ6dAYZThk5IZtEWs
WfNkRazF/wASd2acn7q5jjCJeeJTO2koABjbDd7/ADFv8TOgCc4GGl/aViNYBJDJzlAWOYCj
C/gjXFjhX3Ag0cifdVgbbS7GHX5dj1DU8Fa1g5Z2/wD5oElnt5FUVqXySVuPf7FXeSbEOdvH
66H5tT9RyfYQt4dhYHB/nIpgXOo0QeLHvFGo7lYPaphzIEx9VNXyFPl4lRpIHBfm2q7/ANaG
k/OQv4NyakOG7xCa3U3FOfC8xW4vJKLExpxVhYsDLLeBoSS0ynInkpcWINv33IF5yVPVWpxk
IGsWsI7FUd3bz/CtguCKkl3491CoLipdEAhyDH7/ANIiLF7AaCHRJJkaIGsuMcE1ncc49xcB
50CCHrgFNa3S+v4VEsHAQIq3FGrgS5OGtXv36kA7gMiYq2MpqhnwfSCv1x+ZT+Hjq+JJ/ZJw
JbX2lnaOAQMkE4MfEix1lhnp+cnB3E4An/UUGYZ9VtsHaCOKFrMXkgfhVbg9B4yShtAlsraw
tbQAwmthnbAWg1yqtXumSHLpgYIdxx9VMWjCAMHczlW1fV01i/DtQt6x23JX5d5NdeKsfDPQ
WMuthmIKq3bWETbqILRiqe1RStoZhu+l310xVpAeEaVvZjqR1KxJFrljV6g/aRp3OnvB2QqO
kZg4+krXN7V2vJfTvIjxSbM+SM/5amJQfTUIkPcWLAcFDnwiXPGpH9mhYFwZBVjCAiUbbSX7
vFHUnCFX5GUTYP4NRnWVa5LAwOCy8Zr3faWmMIHa9hC2sa15MfiTChOMnbI+qhXFq5BxCJAN
rd0Q9luNn0lv+NVFagNBIwUG7x+QIkEuTCc5OnBYZ5lAlig/VXR3W4aDCI2vUEOBz7/fTVLE
MS5ZOY4AhHbYA8l4ldwi/huXiR+p+6rizZLN2rh2phHDkhDlAGQEaHpbuoHz6INrr6v0EC72
OSJlRZ5Z7MB7qG6ScDT2URxyETSc5YWn6yZmNQS385cHRrh586YBxkQi8PwlAGZ1QYsOMJqj
vHpfin9LBro6rasHVRgkFuz0V1AEgBkG9HLaq4uSQ7BgRv8AnX2pgAwwc+8ngA4AKbMckLV7
2AzKzk2L9LdW4+v/AEe9bQC5gN9v8xU8AEgVAtYB/wCssN9u8vEuTQ7c7oJ+vToRpO5nbSy2
l+Lp88v5qbg8HCHgk9Fu6eB9RWH8UATjCDE8VVpEugcw5OqMxaw1GiY2AnGic1ckcYHsf0Sy
W4ZYfO2ozBiIPvLgRgcED4ltrycp7QZYjqshcZcs8GUTjUBvuKC0wNFbQiO36aatQ/FMMrPM
IwGObBB48q2XDWI6SNfZRl2Egx8KDBiIdv8AbRaCPKnqQNruGb4l4xavf8Igto363d0qwaSS
5TFuwZ99EEHLYOVEptBPlTOx459hHXmNVMx511E2An1+r1/QRAruhgIUiePpFElGYCAIDgdJ
5ICGR3EQzga/4Sqa1IbVOANNVYDsH85U/gNEDTUsSMj610HyMdpW0d0DBWy0WrkMG+NF4wiQ
YGW1RALWEV9X6f8AaoAswYOIAdNrrZnCsPV9IIOH2z5PqIFmFIq3D19tUPGtFa4DSF4viM+4
9MvHdp3P7tHwSAKWiz6qlqBy7cymBFSdCmsQ6JrLZ5o2aQN4TOakguDxWXxxWXAymOH+ROLa
QYwqDa9d3UwUCSZY/wDsqm0w2ikg2PFx/qbFas7rMA3xIbmtQ6gvaqalZBZ8/EjbxPSMzK6j
KIbc2SXqjuLgB9B8Vk5EZA/ZIMKJOg+ygHYan8PcU1YjJDfasiWO6kiwaPeTFxbmy5Z7V1A2
fJCtcGQerC8T/E8Pi/d/Uq5AaS3BGHJ9IppYxJTiAiZPNGSW5P8AChulhH71TPyTHQZwjcOO
BU+fVTIKPiCamSFWwzWQ+VJcnVE61I4IByRqixzgQyqauKme8nuRU6u7oggs/dKILEbtW9L7
iIeK4aPiVLCwdpPFE6xlbyH1IEv7KF3NiA1RV8eqh4lXA8R3FuI/q1tPSHfkUGLjgmneYHqh
CockmDrC2U9Vhn/cRsRuqdQI9xECRpr8SFrDdSs8A68OtCSSQI+YgeMCMIC2GkK1ngeGfhVw
SekHSfbQFz11DPxQLwflT27oz+91uLly5TEsXE4+FE2DAPBhEYHyhHdrqt9S+7CcEWfALf7i
tcR80Fyg2OH89OSxGikHtWYDAuTPuriMlQ47PxIh3dBnAyR+/wDSrMaMEJZvL8KYMRcGqZtz
YAfaP+VCx7pINgj1BiHcD8SagtcHLll4tXHf8OuZ7v6tGWYldPm0RBkjXREGPkRgG+AW19pG
pkHIdvhXejJwtA2Uwm3lVa2wynXXHwrEiCRhGHPElEasw4ujUaI2toRGfhTFzYgAGPaW6zTk
cEDBAkGzgP6+6qNyxMYlAhsavlDYItmJRsATandEMVY1iwDMcBWFgzTZCogkND49T+iRuZAG
0ZCb0dQ3/jTWAjh+JbRPOBP1lVoGPKhuB3MQGOHQfimZxqNGW61RPJla3hQBFRpu/tEfEt32
IFtU87QHC2gObYlXctvqageTar/l5uCC9Y+krUfp29JPFAGxtUQAfseooJiTU8/RQwHEzlWB
HUJngidL6s/xJnLouHDS7SiAebnj6vQjYnc/CE+PM6egNeAKZ5EuJIRdyWYT8acQBIfVNWBz
wp86MOOT/aQZoiZPuow+qgMDo4+8mRsHILOdfdTu41bVECos0DR/o7kTYbAcvHwLxunPi+FP
ZX9Z1KwLiSxwmIjnCYHmoJJ4kv8AZRJEAZTww1dkGntP3U554/EgHyQHCbTguWAmBYGUPlRF
pmDqrZJMwjeTowYfEt9yxdgLcVt3BgJRAO0270gv/koVfzlvc2705bGqBLh8OtGAaMqvi0i5
M/OVvzCA4Zn+6tocvkn1fV6EKgNDYZHRoY8Fu4hz2+uqnYOXNBjJJduJQtk1YdjIjB0IW2rl
s8FxPMFbJD4ZAMS3JAOWbC3OWpjn7KpWoJrU7oE/R69q6qEA8E3hOLc0fzBYEnUZP1VbxLMB
LO4J3f8ArRpdyK4uWz6q8QlyNpynDtpnPrrBdEEN2OU4PaWQl+zROTjsT54utARqxCGj/Iib
PEpgCOa5ZQcAk8QPsXTu3mTZXzeEJyZ0CtbL9Xzn9X+zRIZtAfwJ7NVzg6n17eonsel4z9pe
JXf/ANzw4fXb+q/o1cniT++5HcWfVEhhpj7yc/yfYRDQRqtxOMBkCGBGFz/lVQSzZ0+JdiZ5
IeF2qYTsyJ4AcUAJoNBxW2r7aM5cZ+je29OT2xlCHpoNPb76BdqiAKhwD9L+sQ4QUxDZ6gRL
/SQft7ELWaxZ108eSO893HBOwYy7A/aW3usSCXn3l1F9C+q6S0QA7IVtUW1H71RFa7Y0+L9h
cMTqEzRzTsFo2qFmYWEkcU1SupjzTioB5owA+US+uvVKG4RwOAmoBXUJrM57Wf1U0BjzI9iv
WiAAXxCM9uZr6ndTEBxxGvtLJ4sICJDME/mTkzzRhvk/8u1M+4HLx7qJJfWXRadFgT2ptTyW
hfi4UVZszJWHZAiagYW02A8PDLpE1MNb79UaNaoESV4td3V+Z4csXfb+qVuO4raMRnCYwxYu
Dg+kga668FhzzKmCp1xyQIHSDBM/CjYa5CKYQFOinPL8SYafwXTJfHkW6YnborWPRMuhUS1d
E4HfxUDuoVrrx/CjcV21MgvLKxGM1BGAgM1EnmiK2ZoZVLhyY8q3bN1jnKG6wqDru6v/AFpn
JONxQgk8YQFoOpELpO4iZ1QYxqFHBd0edYZGzOyY32nVwYTVsLA8C6a9WA1RZEu+3itxxxaE
To3mRaXJQADiST9npVSXBFtOH1kbWaScZQ15GEXPnWhfJIyi5EREIvgmQoyi8khbn5j97I67
ddUSPN/PRc7pLEsMqMcUDUBjkuXdNpqHdMuDtjCYcpQtS222cd5OTrLMfhshvr3g5deLfb1D
xPDGJmv6r7isJDksYTEuCHtGiqT1SESYOlZA95AABhqcqBMTlc1UBnJgthMJsfSUQ2imAyIM
DgdV/IEOcFlBco4cwZlF5IiD99AZAn99q2sCCHDBz7VbJwwmDKAIccJz6iapkABzyRJBnHJb
qmThbdCRnVvVRtfqNSwbUodTi2AI+JUtZiC5rUrd2LE6qDiM4RuKtY5RALFTjMLc5G7RUB7r
z2IuHBguFazsANBtPuIUvbcxcnmgRI4H8KIBAJPUSnyOIz7CNi4Lv2rdSsPyKBsNpMkCX9lN
ViKhzmStwEHHJYcvJdbhrl5b2V1MexOAAR5VxhHLY8nrINqIX8AMKfkhONBCwHTOyYPMwFo/
OELPpyRhwtpLNgp/BsbHDHT/AAkR4pBmR3UaWrtfJPD6y8Qcb+Gd3k/U9W3voiwbJ7PZTkBs
FkzGOUJp+aSmbtUHcNG/CuL8Ebs4EBv2QZOAVOfkQIHXXjqmMMZdDOWZtE+h0QoMDU8U8Hiy
JjPa/soAFng8V3X5H7qwRqcx9BAA5LN6yFa4GERYuACyIJcV/f8Ao1tq4JwMN87rRN22AQ2i
21JsAdF1XAHAPlbLEW8NosMuoIdOeCcYVzPZxVfmiEOD5KAfmmGpT4WX5KlQ8cdUGyZYIZ7O
agv2wmABu7BA2wSS4ZGGkmMLXONE3Y6h/KCgXA9bin7o88fV3LcX8ieWnJhAzz/AonjlOLOn
HY7H31OmTxUzw5KM6LmcDgm/lWjgwwQJIFwTteM93up7gHViFup0EcJXi03W/rPCY+k239Wr
ViYEfiQ4g4GD/iIgMBGA/wAVlHkGgQsSdwLEDVM4cRPVHr9X5aqQ75mEA0k5UAPxQcPoSm44
PBPNg3lT1LHjlbbVNTXL+ki5y9ahDi0SGdGNu6GDf7a4MHbX2u4g4eMw7qgO2cBgferfenLs
C5R8Qg7fDY0fEosFewALFlaxDmxaGR32ckyEwO0W1EIEYOe36ScwMr8vwQ5HEFvcW+xI5MPv
ImwHiROl/wDTTjHBODBZinHJVB44QGqFdGdAcVcksWgoaMGccfrIxOHGUGg5Vag9RDfRHrLd
lgx4+ygBAyT6ICJwERhdiwOQbRAtyAEpwTtcBm+8n1tpog5caLlwQaJ0QedOCw3EaOtw1n99
ywx55Uk1iAQU4HByP/s2rAfV9P8ADT6jRCWBaoEOG9LqWw0txgN0phaTh2qvEMtvp24/UJwG
IsWJ5oAweSBwNUBgMgYbGQ6xqxdbfEBFu6G4f2fUmFWRYvMFdPSTo7p+WCgQM/x9dOANzs2P
hR8SxFXnMoAlxBD81vIyWBdC1gwqZQNQWbPJAYto6fL91ka1OZKBBI3EltI7ikkugT3CDjRA
275EDh85bg4fJLLqHk4LdUg1GTr/AKa//wA9SK+GIsX6kKghgXNtW+lZcfInIaw9IZR1Fjka
LdNn0I6fdTmpCDjGuPiQcFCLEDQhMHIHFPUMDDoEgvkHsTuFtrxmx0C2eGdxbqsPxKROpl1e
wBgbRwdHX/r6ylMWdAceCd3OQf5q2eU9P4kwk8i6ZpOAmweCMZQxZtQ8Ikhzq0oMGfzJ2c8C
izkNDdLfGnPkEphAJnX4kHbmZW45IyPRK33pv2w4m3u2RNZIw4C8U78eN4R1djX9Z0e6rPkH
ijtMIgMBw/nKpJ0wmInOFUsT28PUTkAh311QchyJYoBmbUKBPFE1IciQiDUcmdbr1LtA4LYL
ERIbRABpAY9i/K8OrtBJshrYyXZcJc9qBNXBxxKtbQY7ECG0EfdVakaYPFPWoFTlsp6eIaWJ
c1yfo9SFgS4gDJ95AggxgwUwvVxpC23bacmB8Kt4l6v1bnAZMNRPBBsJuKNgWAsH7FsEkiDw
QJJ7FJPIkICCdcoPUN2ppDaoi19u6NAPpLd4niVNZJA5/RQHhiDxX5dTtpixHesgx834VBO7
i7KtSHDOY19pcOeR7qbhh2++paMsg3lUmNWCjONVgOMM4UlvLH+omq4fvET8SHitv8OxYWBc
j2bb1McgiASAdQhWSRjkpIYanKBHCeaxA4I2JB4vqfo0TAkdk/EnWyzCtg7GPdqnNKu68Qba
tv8AD+H9Sjk2fkfcqgx2s08G+amJNd2S7P7q6gHJaEC7E4Gis0bQ/b9VSS7CpwxXUGNUWPYG
XFZ04J28iIA7CUfRfVDaOlrZIHxrc5nUoilnHBiHPr9VV1YOEKnphhz+db+zRrioyKhb7V8o
UlwdCrVs2IQ3BiQ5gOEWDkSAjbXjqy6RXjueX9VH8x7A6OD8KFajOS/PagQ4LDyKMc0XnVW1
nXknYbawG7ylp5pt0jjhAbgQRFv5q0bVEuwOZCJfaNJRDuQMhAlz52QtDgcR7SaoYnWXRL5G
rK1iWe2s/CtQH0TguefFOZWIjioZziPxJiz6FAFZLEQRJH1bdCYDdDSAPto1s1/CMXrxW7wr
PS43AcEHAc4b7qGp4hScDEMm26A+RF3AJW8914AyFIPFaHgU4s5MscfR399AXfY+akWsvFOy
R4nhRrNf1f3FYEAl44N9T+kX8uqAkka5+JAAMTIb/wCxFzIYdqIJDCW09tSTEV4fSX5bsCHr
9I+mtwcmunai4IB1yfdREFu3AQJA5rpr0nD6IOWJ1yiGG4MYnaLd7vLczxgaq3h1D2w/q/MQ
NgRUd0gglYeMAOvzPFHkQq21vMnE8wgXyWQNu6Tmuf8AcXrczBUZPyJhMcEbatr8S3Du11I5
7kK1EaIBFtYCtU5lvKtpLAEO2U3EzhMzmQBzPzkOo147S7W9fuqcasoqHeAcIEGpBEOSPiqj
4djOXhp9FOQ4ySfu9xDdI4Mix28Ns/Ei5hm5LLhoYMPeUyQdFlzqEAMGU1nL6DBX8Fh/MfhQ
I0z/APX+x9R/BQRmXR8Ml7Vmr/hX5fiVbnofrf1ixiGmFuvFX6tY+qtwANbBiSUX6nljhGtB
nutxWXaCJwns41x91B+nb+/pp3NX6WXi9Yff4fU3zf1auxE2LlNwQmAdMryZKfgmLNwbRA6N
hAlxIJ8i4uAx0hYkZXSGzLBNYwtlWfSdUHMaJmcDLfO+4ttDB9LT3E1pFpLA/Eq+F4bV4kSh
a2o/fvLac6niunqCh6ok2cidFWpOhLO+UQYGjYRq06FGzsxiqtkBmAPFV8MnQF1ly7DkpXYg
0FkGIa+kaeuj29qAxHkUa5U69oHvKu06yVW1fE7rQ+4QvzL+GGsBAeWVhUFqgd4Nj6ScHHFW
raODJpHJEF346+ynQMZ8qAfkGRYJn8uqcsAOJ+4nIG3iHcLywmJDHU/gVtsgQCMEest2uQRo
q+LXqtX5aj0EAwAwxdEAkhs/NPor8qxHR/BOGZtcoEeiXDIh3FzBHBaSZkoAh9uuXCZ4ZgRL
e0vFG4b/AMzwpja239Z6O5WhmJb4VGkCRj1EHcDhxZOMjKBaNQiT6UBw3wpycCWyiREPxW3u
jFQ8BMcnPF0SyDBhqgSYfDLDDRmswUiNNPhW6tQa2HWS+72fD6EQARewjgj+aOo4IC6TvpwP
BPSeAUEhOwJ5pzXaw0V7+GWAgBhohjsPH1kRtFnTbQT8qvwy0oluDDkjQ43edEajT+d+3wgQ
SxIRsRtngU0gGA6kQMp8AaJ2fWFUuN3FC9STYYA7r+ojvrZ2R2k1rqFuDEEPxKFiM89FnnzW
nbqsOeSkTy4ozEDm6cf9USRA4rmIYLcTGttEa7rH1bBj8KBF90yMhv8AK3oOwLOQDCNQerwy
QH591GtcX6gZ9lPpEckLtAM4Nm+ogRiyNT5E1QADodFEgLdIaPKo01Xil5/N8Ph6v6tEs5c+
Tq3J+7Z8lHBfLv6P3/7lMcnXRAP3xEFlSpJLBypI866erg0qc/xQl7AdJPpD1F87VcuCYIhs
NM/ZTgwpc6lNWr8HTVLEGXCLvUiHHdQIZ+SG+knWPsolE6DJW60Ekkv0v7aBOudfhRBLkyOX
zehAEg6ZZWLwYdAcMFF3cXhk5J7dUQPVd+ac+lheERZnJmde6g81AcOUDgvr+JE8Z6ZW4uIj
mUCLiRgyns5aDt9X1E9qEywx7XQgGIeZ+FdQBGodpXSTsI3ACUwJZpD1P2kxHJynw8BlBLND
wg0W4kEP7aAZyAwIIKb0eSMQ7SV1hoYl0fCqCRWKjT/NVqEyckjbhG1RFj1T91Ghch3Nnn4U
IYXFhbt/7aJgmnUB/wDzTF54rLcZAsfaRGTTTkpZAWitgwIDz9ZHqM/KFtNYdxqzd7uqWI1Y
FeNbbH5vhcPV/WK+glkSTt+WVVhg4dAgQMjipsQxgKxBIGjM7f5iJ3E11exn30RbJyTDLoLg
HyoWmtq4GnuoeJVgR3hzQLd0YLp8MMaOnGCnygTwnsTiAiTrxQADVIez8U/hl6cBlCh7gwXE
IcCtgcfmaoCQw+j8P5iBB54b4kYapwAh0kCslm+2jsw7k+kf+NObNY6HKsc9Q2leGQWJyqgZ
sW3DgpzXuhflz+XVqh0zQImUHchmAwiSSbZ4Lt1y3spjIqJPELaHFWf1ULkHaeBDshavUBqM
7/WT2BsTMpw4aQfRUM4GgeP7zaidQzSonkcJicyhn9/pLJIGv81AEg8HLfCizcYIPwoCCCht
HUZNvSX53h9O4BwA7bfvoBhUaomwc17zRCcQW6hlbqnvDRbqzTxBuBnpb0VI7w6olz9JV6ht
s7ku7H6CJ4hNqJBW70qM47Fau1xw+j99ADvR1PwXjeHu/wC54U/V/WK7nQthDacmf3utB5Dl
OzAnDsiYsRonyBnK6o7VYju8MqACDBkR9LanZwS49YBWFhjQM/srhwXPKnCc6cEDAFtHhkak
PbXKD+ZAEIi0DRk9LBidzn8CFPFIIqYKrVztFeIXAAgce59JDWWR0ZGNXMrpD7hDwyqWbtz7
ytWGGA6oNRleHq1u6r3qRY2LDyIkgvluC3Hc2rLQgypD6g6KT5vwKQ40GiDBjo/H10N0tZw3
D6KuKwQdR91QCbFVqHJrBZtqdtoweM/RQasEOiGMcFksOKOZTVB7AE4ZsPP/AJP6tO89gB9u
vQthZhrqnOdOxRDhNbqtaNoyhuYAP3WMDvdxCwgh357u5+Z66cFxYuHj6itQRYMaGYtX76NS
+4RHH0O8ndwGZkBxEIRAC3ejZ34o0dvSdQQfJK8Wrz+Z4XV9T9YiRPZKbAwXT94k6v8AaUyR
qmOvASnANagMBj/UQy4MahHaciAmhgCwMezt/wCVMGJ0bmsQMgY+t/3E9WQJgliyzJ00QA7o
kBcAArESYZTlclMthMZ5okWYZZnVnfqjkVdw5DjlKNhkSAEBbOqJMHkgeILqssZ5rcCxGoyr
eJc5OdUfEsZ0Ov0k2RV9r8fqoZ3HHYgXZtOSZ2dPU40OETqZYAoSOriiHkYdbi+7ALaqe62B
xVmdnIDKZPEIzDju9SG6paJfigMTlBg7wHdO+vEI69kIaNMAfB3FsqOo4HB+6q2d3D2HBMYv
WPKjOIW67WJJLjITgGxg4Pd9PwuhAHQmctt7ndR8EnosY+l66khxB7UPFBatzgesnw4BwdUa
EhhNT9lPyRq+VU2LERY8k41jtXiyf6zwy/1f1SO4dTyZPx/lJgGd4DlEmH1PD1E7O40x7y4H
kVwfOc/WQHGrWRtJIDQUflB0TgmxqxJ3bZHer3U7bpYu43f4m5C/hgVaDXmmqw254sttSxPE
EdPqrZZhZbR6cI6aMAuAbVGxEEuwVjtFWBYY3H6yInyo/vCcByPMh4lAS4Au3FcvlRFp4ckA
06cUMp9RrqsODnCrWtXfX0kHka1GVu7roZFm1WpfVOTpCJOogBcDgo2IY8If/LTCrEakvVGw
A2gYUlyDpx9dADFTld1+LLDc0asagA8SI/q0GgaHgjWzkYCczUmX/CuB4/z09COT/iVfH8Yf
0lnsH0buIFnsSzv1Lphy4JyhYZEW5/OTXDGWsOaNKncAWtYkfYUDbZy7uy32gaRlluYbWltf
nI1tNGhMQ4/kHcVSRjCIw8O63XOP39FEnBlhqjLaMV4pjcPF8IM/zf1aOs5MlZBI1wi8PoyH
MtlMTJ1WWmAJTkNGuWUlk+T5viQGs4n4VIKFbAGviRqJTUfGko38WCPKq+L4bCwyQM19VEvA
DAK1yC59FTjz+3uTD+Kgt8q5o/xQlWoBFv39FPO7Vk5z/KnOU2H1REEQZ5KCAH3MhVpGoREO
ctlFxAG2c7UxqB5NPaUPtsZHpJiQKgQurPJEM+4MoLP5fiTkDsx8SAIawD8lAD8nW6Ldh+8n
EEHQ/ZT6aqKseJDKfJ2ptbHJf7CkRwCBYRzBTP0nHJV8LxCfE8I6Hh9K39ImPXUBxY5VBWQI
UlnwsvxZXBG6trRow9TpQ8QnpEAEurUuNzAzwP8Adrb40gw9fRQBL0tg6Oiw8vJQ7oh8alPa
7twlGGBgnVE/KvGmD4nhFuyn61FiwMuMlMRZmgvg+ynLFg7MM+r3kQCxGHZPhtQg0dicmQ4i
fdXSGHP8a3HqtYsH5LLMh4Y9KFu8QbRUsBxt/aJq13UeZAVqnTq4KwMEd1W1fJhCzkk5Tv5C
6wyaH1QIkorGP5FqQfItwPf0GhUFue3X2k//AMSsSBLrbgNKEQIQBtIMBV+aMDVdNZbtZBnD
wRn4k4JB4/aRLPWATwXUXto0n3UTDAZGhQJjRNkEy6ra/UXJNQe8juAqOOpQEDDqSbaPAP0l
M1DOgQ5riUCMZQNc5iR7ydlywuIOiGjFVpYSQCa6/RTV9EyqnLCe1DmgTVyUPBoNozHFeJYA
btpqCTqe6mBfjtYsfqq3gX7p7hJwV+XbIxY6hVvXFpIJx8xNkCC0z9ZHb4di2pH3Ua3G2x4O
Y9RdK8W07d3hnHzf1XooyI05IztDy4KJh9EepesGDC1SA4RAAxzTaYb8XfQHiUBAOQfvK23A
cVHb6SZnrwHUgbDAgOJ+n662nSVZwwznmjqDJH2V1YGexWqGFRgGV3RmX19hNqURodSvVB0X
Aack1p0GUTDy3NMR/wDpGsFpc8fX6UOPNOOonzOplwgdMIwXwncGXPYnJgYAVrZB459xQYO4
2yT/AHSwWA5oh+ZaKpn3btBEfS76JydQtA2kp/KmAka/cWH4hGxkVx2r1gNDHwqzad4ckxxj
ypsO7p//AIZZgejwQjOVMdq1NmetghXdu1A1/wBRC5au8Esn0d2GE51gKproVb81xccmf6/c
Q2DczFmf4U5BAZ8M6LmMuysM3pNCgbBmLkc/X3LoE8uKZuyPxLdqVJI4MvGO87vzfCD/AFf1
qsxYguIct9VAWxo/V/496eHztXHmD+FOXd0WGOGqgPzTSTDkd1vUVXPB2RIqZjh8Krt4NeP/
ABKxcseEQmJZoJOqGMaIga8US4EsRzX0TBMKASDq0rkUPJJDfEgTMfKqB4yTqUNmGkf+tEy2
qtd2thOIbindsh+Kc95ah9Ed3dJgagIsG0RGAfIjZiRwP4UT3HHnTVjhtLj2U5vWgOtu9/pK
Kkuc1sMI1Ph2BHAFdw7tSan/AG0T4lTTg7yExEzKZ23BlBOQn4mQmfm/FAkynJ0gmZ+qjlsy
mLMnDYyEGaJ4omWwGQqQLg8p95VOgcv9lSQeQTNBKBdM43AuNQoEjkyFDWoALgmuLe0gLdID
MycWs6FKlyMV0VrUJy7a+zRM0jB0P+IjuPV8hTLxzp+d4Pw/rkbjNYhHdU+UZ9lF4AlwoMaQ
fsrkTMpyAx0AH31gh8thM6I8zZU9IJ04qCHOMwpLgaHgtxJHDCdtoOFzQs4IxotGGHURlwtx
xpxXXpoSiBkawtvkcsF2cEx1PNbGcCZRpYuGcdiM9h0WeaIOURaX5F0NOIWvamrJJgDgn8Um
tWwwKIoNj5Ikn2u4nAniS5/bxRpcC1ToQ/vd9G/gF6+oe97yMbSBgae0mJcatoUKhp9HVCHP
mCbVOX5oBjlg66RAfKcDTTC3MmaeRVdST8iqR1NkAraz+Z/dQYmTA4JgCAJBJTnxGIx1rcfE
ZuDlSIBhb/S05JgP6QzUahbrB7nK/M8O20t1AafYRIEa8lqQNQSSPboiZnJAlePH/e8GNcfr
7Ig6ldQLjJlF5fTRCthLOWQNatZ5J7qesatb4elAkjEB8IDXU1lan5FIY85+FM+cobsHVHta
uvzk3mf7CDCEz4Oic6HHzvWT8/KoMedT/GE+47jjmiR3nwA495DTsKq0ioc5lbmQuxNqwY0U
gsE88ljzoc9UNrknRC/i22ge0fsLb4dWbU5//DYQWdnE/Ats2PJMCx4H9p3jbZouNT/eVqnZ
7DA9Gy3EBxoMf+xbhHylBrM+MJ2q54gfeTxE5lGoYNomNXPFAE/9ET5l2amE58WwAGjIWFnO
IKH5lCaiOaYPEBzCe0nkyG4uOAQsQwzlQxvkV0X5ljLuSM+8gYMtJYmdiDWavAkDaf7Tqt/S
KTJEST8NE7AV+agNHnOF45hvz/BmXbZ+v+b30aka804gYaUI7vF0RYbrEEbkQQw1AwmP8Q6Y
CDFgdVBIGeE+upRGYjkV3RW2hDlrev1Ji3Ev3Uavu22ixhunb6KNuAh1OAWbsXUZPIhAMTqo
L8lIhRI7F2YhFs6EIRIEsyOSCQzww+qhLckRipzzR8OzkWLgsUQ0IPJ17UAYBIDFXIYgYMZU
l/2Pcty1QFZDSRxTeCZOeS/pfF2OIfMel0qLi1Ti1eo+6tpBt87VOJf9jI+HfuTtObVTxbwz
NT6p9XcncSYAdVYYOuSE7MRhmRs7xxL/AApwXLSAmdzxGFEHiSMoA6GEQMmCgRDH5ETVxYaZ
+FM7jsUZOWaUCS0IG1hHFCvhDdbAABavurfextYnqdNJmA2UKlrNnlG7/wAiYVBBh8/EiGzr
wUkVOh9ELbdwTi3on/EXj+FtD/m+CH+r+u6lIccVVwX01f2US7gs7pwILwERBHAFEA4I3CE7
ToAnDO3atA/HHuoz2MCnbCy9TBHFdWCHYYQ2yQ7xonuxdycumJxwwoQh47JTZIlcMZRAAGQS
M/SVoZjDsITCOY4+uuoaOGUFzwU+REg90Oo6YnVOD2xqnrBE4H/JdFyIPJHbZ7Es4RI8XyQj
uqPEBwbD8ScVFSdGj3FDbjhu9H9qqG9oqCCB3p6vSXh18OzE2aQyr4rT5sqtDcVjTKA8Pxw9
8OX+NA2239YCLe8gQdvIo+HehtQ6AOEfE8OaEsBq/wBZGwBdxxwO8s4Gi3O/YP8AyJg7tl/w
r5uGMW91OBiDJPxUQMuTkMix6TMwiCAHLED8SH9EKhu8XBdD812Gg1RaoHMlEjTU91OJ3SIT
COKewc5Kap6jBAc1p86lq/0ibJIyCc+wgHjILYRADcSSVahJloWywcaPoV43g7un8zwhu9L8
vb+tQ2gh5GFDkhwD2eopEnOFxl1WwkGHwVJY6wycLkgOCYv2sUQ5coE4CcDqMhGpGuH9L1t9
OtHbAEOfSQ3S3BAsy4p9VOSNUGEkLxAwgwRy+kgA0nBRDMeKjA1ldJcaIgsCRnn6qPmQbukA
si62VIFODLpJMzhE8GgAnH0Ny2u7H9+8iNxHDkjepZiT0u5VDW262tj2bU/i+KbB3FaxX2rf
0ir4Xhk1BAAZj8S3FmkCcIFmbDZW6xep4yfdQuCBYzDJqeKasYdUr4hJFZI9Yq1Q4EsF1PPB
l+WDuHH+Yok/yIl3lm5esurGQED6PYjUgkviGZC7jc4Ox1tFzsxJLo7xZx6RIymBJLQ4M+6q
3Fh4dcetYn/xprWNrCABDeyibHWXTybHAGfdR6nJMuGQaT6zFAFyTmCyYMBxLupdxkom3FeL
Z43+H8P6tTABAfVEavOv00eJMdimGeXGUCYOhRgg8x95BZ8miJES8cP8xSAOLD79lDgqA75d
1sZjoSdyckDbBHrfOQNtZYjimrx+RM7cB/OWufkQfVOdQjluOqvUOHZnwG++vLLJwedVt9AZ
PH6vfW2oYaBAfJorEapgJ1C7MqNF+XubxDYMBHxdCLMQ/EuR9RQWAOgJH1rbUPnZOoRNQ582
E9DMPV+kBB6DbUuzIG5FaiDUMKe1304a1eCFjnXKgkvoGZDwmcYBx9hC1g1SzHvMpwESD3Rl
kAMs8lyttiPL1fcUO6dnOeCgbSzZB+JbDY4ggaqt7Ga/Kp7w0XUxbXVGngRWuC+50+52MP0q
tQQbER80esje7tlzlaM7kKZGHJkj1OlPfPKUwqSNUYkIbs/yqQdzseBQrLvheIGG78zwzkN3
f1PpI2Du7h5Ck9VsqQ+6B2KRkgefvpvPCDAEgtMoiHHMIMGGra+0vkDpsoE44IJp7dU7WMMH
D/ChXQAMpDcE5c8OSy3FAPDoNLiTyTPAdXsMa80TmpPyqtKycOWb2aICbFpZOPKAmyydnbRC
xk5caqYYuVuqMDpf1vWT26j6T8QhYHtHd/8AJtTAgVJdrdItb1/EWZ0fHuo6AvFSS6EkRBb/
AMn5i2jLMC5WYEQNw9ldMV+X3kKjVVuS5to33VX5sko0JNakOHfveut4DymLMIymBHPQD690
5BB0MfbT2djwRfGgBwmIfWUTYBqjbVWuWG0OUbEl3yh4fhRuy2WWwh+ZBVQC/FlsdyYFiJ9p
AkvIb1UfDdwNQR3fUQYZMr+IbCA3EAS4eT6qapO8xKI8QOT/ABW4bql8AY95DYewuxHtLxTu
LjxfCAtt41/VrtTkOBnLrOjIQoJhmJRBg8R8SIEjs0/Y2HyR+JO/dyRxQG4P84rPNbjjgoLH
Uv8AZ/q0CBMZ4JxDS2VDAku8rsUyi2RMKxgEA1DIAgEP6qG4i1mZnNQnJM8R1Opz5vhTNAkn
UqCC+WRY9Wg5pzwYAoMQQGgnphPU90dLEH4l+ZQbgXcA4R/MiuvF/rIi3dt3I3LaauR2hAkM
eGPhUY4fz1FsdkqMgxJ+4nB/LAHB3VbUDUriyFcny4R8R2DttOq6YrUtH41SrAGoaHe31O+m
v0ji3Vu9ddBd8jVMRuGQFa1QbNkcFUgOecH3kSCQQHmPiW5neCHQ8MTuklCrTaY0QtYEmvDV
HxLORq8K4YEYh1LxgBBsgxwTWO7dMF59VGxqG9EI08M579tU1iDZ+lz0oiwYM5Kt+WbAWndC
Na/0oOpLFHcHnzj668XxWn83wux9v6z0VGNBlOZtkWGT/wASA0ZiFjOqNTwkobj2B2hAcS67
eCYhx/FEOz6HKcj5J95bWd4UHL9kouGc+YIOCLM6c4wnZ3xyUfImyTwWFWg8vaqsNwxtdw3q
IG7irtl5Us3FkwwzrbXGbFRhnqTHwoCsMHd0J32ErqL1EgbtoTPusC/qqvg+NNbk47qt4egJ
ETA9NHwvFzWQRkH1Udn9JQxxWD08QVjsb/7EBShtUS7bYQv4ni1rUDuVIubH6m9AUpvJwbd1
P6A/7eK+xRUsYN+k4LB9uzqT1qIBLFO54vD+x3ECzmY09rvridFE24nPuLrBBOGDJg8+dCwy
chwjAYhmH4kAQ2pUmPRCcpp6tQq09ZAkF3ntRdi2g4qR53lCuC0BMO+e8XEf4fUhc16Rl5n1
Fb8t91Z3AvUH1adKl+zgEw4Y0XQWie1EGoauhyvFr/feGMfN/VqAmqxOX0RcZ4JyMY4KB5NE
RkjWsx9ZCzEP0ompA3O/lU5THHC2v1u+mIhuOqfzMiQZRs7g9OuPWXhvAIjitW0Uk+REkk7H
jindgDDd5/VTVLhvlXMBjzQYgucGLINpIBWXbVM3KExwx7D/AIiYGeOit4egLeRHa1vm8kwA
dk5xknihar1mOSr41o8QR4pESPpeut9AMA7i7siBVzoeajwWE5aEK2pUC+BWbD3FY1Ngx0h6
/VX5l68ACcwjso9iDtdttChUVG/Q94oVIYARbV33Lw9gIO2V1Fi7zqmmYhPUiv8AFFybOMwE
DgsxLupP/VY1gmYR2lrDKJMA8PxKtwQ9dHCepfiEDwKNrDprl0WcB3YvhWEsMso14mFbw7MA
SGJd9o+ciLCTlpcfWQ29NSAGBCZyAZA5f3m1C2g11QFeqcYRL5wJURD2hyfaXimf63wy/wBX
9WmOeSw/8qfTgSyex00lNucfv/ZqbBuzatpeCfOvJA5ri61TKDGiJ1nsZG2te6RxVWDsNf2A
DXVMTktGiDFtAUzg6RB95EeZyibkANDAm3wp6diZjMJgQdX5JtH1R8HwnFx3rwI9TrT4PGT8
S3C0kTDp6t9JFwBtHP7SL6Jq2O20Hrg/PuuqoBwRoV/VhzwZGOkL87jpwKtrtD+RE4b9/STG
RyUxzQrVnGf/AK0aWau2GRySTEn/AJKLQkSThF/JI+8m119Vc1JD8H+6pDV/goOcnK3PgEzF
d3rdSyCWyFuFw+AEN4O3WwBQFSLVJViY3R5U4L7sQUCX6dNELEMw0DoTAG3X2kK0eGgfiXdY
CYI9lB3I4FNmR+/SiaiXcp5BsXiF4kxv8P8Ah+pQlzo8IGfIhUGdSA7fscB+GiIcxy++gAB5
4U/IpDh8Fz8X5abkzOsHqEFOeCfmy2gHtQqRIElHgBATtjghxfksYXLQrzrtLHiiKk1FmJwi
CTUE8cJzY1q0IDwuq7MOAViARYmT3QfZ/NTZPF2XVnzfCs9pKOfKCvW/gt40D/NZHzh+ac6I
2JYDTkE21/D5EOmvO6GyhQeIPDscP+JbbAWD94GGTEHgjbyLxSJ22aOX+JtQDgeVPkcUzxqt
rsAmwOakOPV/F30RyyX7q6YcsEBUlzggOR9S3Quu2fIuqsgs5sfuroG0ahg3xraD2hWBLHTt
TFxU6eqiAzjBYoSxDjXVMa7TaLHkjfHqoAY0ZPY8tqJoNlHZw9qt635lN1EQZJkFPADGF4k4
8Twxr6v6r5iBmdSJdduR2fRTs2jHX/T3LGeKLQH1TmIkFRhRkQOCAbp5gbvjU+bgPpdxamug
K26nDvATARlAYNRthCusBPquacDBeVJxkBbdxfCc9XPC6ZGYQDuTDrdfBDuUYcs4KOtiJIRg
B8lvxKc6oPJ+REGQBqR1ewi7gnUufhQFeRcx8K8QhiQIHoh1tA2ggCdUPDdqn0j+FDwqEhnl
P4djU6Dcw/3LUXV4vhkdo/2+pHx/Hu9ncw6HieGQKjh3mI3f1S/NsADlg/2kBxPArxQ3pErq
MOyI7tjqxH/1LJL5KcmNFEvHD4kb7XH8iOmqjzoMP6RpPNbzJW60cGlbZZtfwI3ADM5yugix
Zh2q1bd7lhfOcnyqMkOut9uSRoERXXHALjY8NERYOA/atAddLP8A41f/AFIE8JCPSzR++9eK
P7zww31f1SP8qB15clJk/wAVJhkAJGrrmdcoEjWNPiTd3h+904s54wssdeDLDVdQDjElB3Dx
B9H1VoBnKDcU5gaonvEYaPiQrmtiyIrO3BaSnBclMTB8iDz2Qgc2GrIEsQcjFWWQQGBnh9JM
I49igYljhMYKA8hCE4bXj9VRg/v6S4aiCiAwrZhtQYA2rglbSW/lVq2Di3d5Ld4Xh+H4tGBF
bVa0fWT+H+joDh+8q2/U2rXwwXFAAy2+GNlQ5fWK7aIeEJcAEjRPaNYV7h3NiR5UYBeGOqke
aQmwNRh/aVgA4Hk+FCxyZZNUdhGArNkrnzx/lo+dBww0Cc9RGHdOTwDIAhwIX5ngjJkHRDxD
F6HTVQJ01ZHaSZYADCcncSJOEDSAKsO1PYQ0DCapY3yWQZtdwPEoGAS7+VNvcmQTELxRG4eL
4XU2hr+sRDScEae0mkAyIiUZd+LBECYyjYMWWYOEMh8nKIOuGlvaUO/IrieaaAMgEYQAYuWg
fiTZBDw2PrWTZrw5I2EOYGrp7d4oA51T524GnuIHgZTaj9/RWW48R7SdnbgIW6AOz8S6Sdp4
IlyNxwAD8SES7PwTRXdxrogDjBePiWuNPg8NEgYf5O4hy4cU9qtoA7n6m3uf5iFgHOBWdzes
oLgIsC4DgxCFLCHDEwgHa9R024hOPDpbVydv2lu8a4qCO5V1h1vuWfLIgE7rrPnWWhE+XtQf
ALgnL/2ialQBwk7ltInHamqDOWEINHF0xMOzoWyZ04p2bkETYsBklGuw7RqBqnFiB/KiJIh5
EpxXdR5AlBu8dR0st24muTuaxn6X5acg9ikPwGiYFmwDhEflBgJK6qHmRn31uqQCYkNP1lBI
InG4LxKt1/meHMtj9UiXE8FJeD7x3e4iHcaYZRjRlCzA4/eTiC2k/EseWc+qn8r6e33FGOOq
zA1MP7Sxzb+arWz/APCBJm5ePV/s02QJB1QNiQOCjvQbJi76EKGjzpvlW3IOUwnVg7+6uqAc
lbQQKnvHVMC7HIj4lwfg/wBtAS5PbC1JafVf663N0mKsU4EO0119pPXJxbcfuqz7S57xJf8A
21ViASRxHxpwDR9GOqZmOvNFxtJ/f01tIFqgBl3QThgPv2TV8I1HzpRNyBYprlzw0RsQbeEc
EAdCMvU40ZACA3mTuQfRATHHAfiQ8Q1Dei7/AA99P4bwM6I7rHfqJYrdktCI7peWW2hcBQJV
gBGGRJs88dUBkdoT3JtyqtvhjYLd4nPuI2rh4COoYMiBBZCWKkzxK4grqrWdRVbvDO7kWyrC
9Y4LxPEefzPDDTlv1KIqWJCclzq+PdTQBywsPxAQbOqwbF5YF2/8aLaxL5+qjDERM/CnsNxP
D7ihmMsPW9dc/OF0h2yJwmNsPK2kMAYLaDpVSM8JW7/5KJqCWxMp7TUDOPhRO9zkGoGUAIBM
9n1URDS0vuB9DpRDORoaw30/DtZNhvpW+yoJDiZttH+6twmrln4BQGEuHDe+i8l8VLJmYNqQ
iRofqlMRGeVv/uWGOMYHroPIM6VQIHYMyq2I6WGvUgaMwxxW191tSpcAaBm95AtHBAMSNHH4
k53DtCzbzH7qhzyOD7St4vh1/o8kaVCcxvHnRJ0TcckoULGxgO0Fbak1qJIDN9FGx6B/BFy9
yOmugTAwSgHd/kQbJLJgU7hqSDGUYAL55+ugRPyIg4ZobCZ4GoyrkOSW0QBInTn66mBDPxTM
5bPNY5AcVtYBuYTvAM8SttxnXgvFpu6T4vhl3DsKfq+r3kdDyI/Y3d5gfeRBDYkLgrPJMBwy
FmLYZc0Bh08OeBQGAILaoj0TG0/fp1o8G4IG2r9OslA0B6XciM/STM9uKIkkoO4h2BG1bbTU
5ZHvW3ZhT5o+wtrtbi6G8bg3BvhsulgNA4RDTGvo19D66YnOZUVgxzRF50LaKCYdn7roEYOA
iGEZJGPpdSlu0nT+7W6ocjtR8PaT6j+t6624Jl0w8qALbuxYqexTULug9qkV8pUCrLaGNdQM
FeJQ1cAkhPYsAYwmBZ0SG3YG5HTK7U4dzhhKqCYAl/xLcxAGie1w9YAfJTCwcnX/AOtAVt1H
Q/d2rWOK8rOgIcwiLCLB3GoVq8eQ+8hXPmhHzcUw4qC5DTqtxLk55ojCfFV4hcvv8Ofq/qU2
1jxCBDNpzROOTx76y06x8Sj5cpskHKDvpAW3Bt5vbRjHD8aM9mje0tpLdnFXJ0kKTt3YBMBN
UPbR8hNJIgh9oRAAAaOK2jAM9i6cajifVRb1mQJl8gnayAvaQPlTnTHFHbApwKmYkOfurmSw
B7N6IAO0wt0BtAM+8g4BPEw3s/8AIiNvkGESaEg68v3/ALJB+oE/WH0fX/zFoCMnT3kBQuSW
cwqm5G5uojRNmx/gnaPkQh1rKdy6eSu6SibNUDVRjiGRIJ3W6Yn63WpBAOA0++nI1Yp9CJ4u
pYlvlRtbycv2WszWJZxZ/d2qWLztIke8qsBIfHUFUeGJJ9EAprScmxymfyJkN7gP3qs49pB7
b9wahDLcb1w+cf4u1E7uscOK3VyzkImxYcSul7X9E1XSHAwGwgbVFh6tQ595CtCavhxheJ9P
wy3k/UoMJ0DyrCw2ly1SDUh/7NOzEa5TzhhqPpL3mKlyDk4RPnTcTKfZ5E4rPAh/hQDwM80S
+BC2iGGTMqCwC4nDlGWPAo4caB2T8GYBPYF8cPiW04fMdQQNcNLB/iQYMMhEjGhn7C21knUj
7yDVO0hg3UWJ27v9JNapq3Sch0HhtUR/FdJLcEAAbO/SA+fo3XE4YxYewmrxgCR7ypewFhQu
w1W497nwXUXfKYGOChlIr8iMD5FmqLZ5L8qpNKULEZ3eyiL2dsAN8SNjGwfKtxPdDCXI+crO
ZKaC+Rw9hS9fWcFMalufH+8TWBDh3KyY9p01dMvllra4yefqoYGm1yCURl8nWUGcvqgmHfAY
A6MnBcNAr95Q7YH/ANnSha+2wGgi3vL+h8ID5xEo7y5fcAIqjuIiMj7CHSC4cvp7N1t8Ou3d
OIH+YpJBPBeLP/c8I5Pq/q1thwI0Htpn7GO4H69+tAHTCfH/AE9VO0D+CZoxLoC2qbUnKHA5
ctCY4fgPvonHJlxbEgfEhp2/hTs4GGTWLEZTVDA4t+O3Qhbzpoc5ZDcWnLutQ0J2jUouIJ0R
nIkGEWkfwQcCuJAG6Prp2AIDMTU/8aLHBxDIku8xge8uRye78exbrMQ+Yvb/AGvCWIBy/Uf8
RDFnOHZPtG60j5oRqKu2HT7GJVYI28FBPZxUkp8pySSBh9UzndeKsHP0lV5tJJMKtWG2oJDI
1sDuHeDSwW7U46QK/wCZtsgMEypkYmE+0gnLHb8P5qZntYZfVEWFt2Yr/wCxEhy2X7xT21L6
D4EWd7PtAw6znIDN7fiI2Z3YRyQIJsLNDYI+ivy6t+ZLh3DfSr0J7EWd5OU1c53EdfseH0IV
qWGrOnoJByWPxonxLENgACfZXzfmuqgd4zKAqSCS5n8KEmIzBQJJJmGXiVed9J+r+oRbpALy
xdQ/m1UgjOUw4/InmJVa7s5J4/MTgmvDBZDzsPhWAxRGeK4AQXQ1GoTQ+so7jA/j/lr1atPp
OgQATxJ/40RC4c+ahidFAABP7+kpM6jRGtM/v1JifKuoEWXr09ElgU+0AaD+en46DREgEcyn
INJgd4AJmLmXP4U4DvhdUOXEekfQQPh13PkyzLdbwxx4FdVBWoiJXeHmUGvyLFfkTMPOET0h
suVusCfCoNtJAPuq1gC2K7sunaBEL88Zs29/m/fUFx2rBcRKm3KfiQLENr831FuNiCJ6ULR4
1LDpuShW1Qzt84eyhBAPJPU+dOzjgU2jo6MdCNyaZLOR95EizsH3GD76AAftMt9VbzQVGOlz
9ZWvDtC3WJIHojT/AA0w6vkKHiWl8VRGG1OVrCcQOOquYbfQfJ+oTGah88EGAbi+qgm0ap+K
YmDGqJaNXRkAl4Rd+1AgRqEWeU5Dt/FOMM7rgeabiYRE5JLc0S0edEiNSV5Zyo/f2U9tFPZz
W92qYPrFMwAAaECPlQreQU20uDqSyYAOThbag2sIzAKD2NbjFTBQZywyDhdyQHDFC+1mAwDC
Gy1CY12n2bf0aIatSdQd0KxsweQAU+RwgJ/5F6TjJDqbW56IVBsbeIYPCq2eGQC8tYl7+t11
QFjIEhT0jUI0zUwQWLj1epFibVqWck7j7NPylW+ll3SQdRw+uoDAMLAnpcoGjWo2DCt+nvFb
yKk923rL8uk2gTz9Nbr6uGmuemveVfE8InbaCCyLjPlb2UbbnAbCYTaXVQxmZRAjaYdfmeKa
4cjqrPq9a0sw0rp6ik7ag7qVYwukbief/rW/xauT3ah0NRxgf6e5AM3YuaAXiB+nfQ/J+oUh
zwAKLtGO1FmAGpqM+r/R2Ts6bUSP3snYA8QAfc37FwAedU4MDQlSY8ibTtRGo4911JfUDARt
mfMgQC5liERAgQ6njoXrt9TpQqA+r2wfZQ1OdO966i0DhquzK3WIIoYB1KqD6IluK4Oo8v7I
XSOrDzj1k75mUKuwdv3uiRDo1vJKNvDIIIkLdQbSZhGxY0P1nR/LqXOJwFWviDacA/zk4kKA
pDwj4niDcbDu4CelGtUR2/XW8jq9IvO711EgSeftobcPkOV1QS246LbWxNbZTEC3kVfEFG8O
xL2xZx/V9KNXd5r2IeJXouC75Q8Zuoj8sztIPoLqM1I2vLzu9ZHw7kuZBQJ6h6QEfEtoerNy
Hsd9Q7HGEKuxEkkt/mdae1zmIP3VWoNhWrs8x9ZBxIDxwQewq+bcFx4lp9xBjGj5CIaRomA5
pgJOqOY1deIfn07cfqF5ZnmiCLH6TdP+mssDjmowgMjGHZcrMNIXaIRILEYJZM7EmWwycY5s
htY9hhEPJjguow/kTUs7EjibfXr0JvSOpZE2eoB4N8CNg4HAiB/hr+J4IeZgYHurbks5OqrI
3GSo0XI6Ln+xn7OKPIMW1KJLVqzB8bfUQeQeITHOHRt4fiAdqcGviDVyK/aRr4lCDXgnq7Dk
z+0jHTqQ6B4iHT0sPO3xKCfOtT5kSXjmPvIARfTWVtJAOpKvYcXq63EljgFrN/41DN/FQMog
kxpojTTIaUBaLCNUDV3h6jJXi0uRUizx3vZsiA7A9IjcVVgRamQjeWDvzZWNQYI54+knEkQC
WEep1KW2vYEbQ9R9O19icmTnI+JcWfcznH00wyS7sQTVCoB3HBIce6pzxDriVhy8KQgIbjKs
2mQvEP8AeU8zfqEwqexiiWgtuI/GnOZziUCYeMdLpgDxh9qcsXiCsEn0Tw+hVbhxwdFq+XDL
kNApJDVcFyGPsJgATgS/xrcHJzZnZlMMHrgD3U768kzEcQ8e8nJJIxKbTUFEahyQMJgHsYki
FUWPUA1iok8CpCDAkcf2CQK6urZYyAfwKtXgRtAcFWuSJ7U6AYh5Tvyyp0RawzBdHfYknGgK
BDEYerrcaPbkTt9lPsv50QKGp5lHYS+hd3Qt4g3GrGtDy+fTrQmK+17ykEV4FCIMobnif32L
usX6TxRNpcKYLuxG1j6qF6hq26g+XHoqtLjaT1C1dEbbI8QSz5RvfvegdQreJTqnr5srGvVU
SQOffQvYgB5lOekA90dTqJJkk93+9QPoiKv6vqJ6AuWxz76F9OJwycs+AZQ5rpP/AEQBgo6l
38iwGGFIjiF4gcPup8P6hDcQNJFT9lGvhx24RbTRNa0SwlpXq7tC7D6SdwSPkRsNBplGDxOP
hR6RM9UBTViMgMtPKUCABlFxAiJ+FAkmobU591SAAwcGJ+qnBcMH6iZH1FrHAogkufSwaqrm
o3akyt5PXzY291MccU8GHyHUEQcFDqA8vSpuO0FEgu2hBz7KNqkF2k8lk+Y/EiGG3gE5Fq9j
pvzLNzKeviGrYImU1rmwwIa3vra/MAFSKmCepOagE6uH9inQhUibSexMGnXl6iZvNKIYF4L8
P7vambqPE9TLdx4oed/56PItbiEXPMJiIZPkJi/aTPvqofBI8/01tJJIZuP0VuLGwLt2q/5l
nLP5UbN/R2dhwVr+FfovLEgI2BdyWHSR7FutAdTekCe97NUdsD0QG9H76NZAw2X9lADQcU7t
wMH3LdCxAhlzQ8XxQ9Totx8wTzOGKckzjkqg41OKn2l4h/vKfw/UIktmXbP0U4qwB4hbtu0a
ZhGAS7araKuOXU/00HAbgEIZbnYnPEH10Hs7aiUG1MSuNg486I4dLI7a7WMuia5OPR+H81NY
GckD7yYxMBvsd9CtYY5Mmy2isaT6v/sTGxpxl49lVFPEAthzx+ontcCodhyQB8So0xKO+/MN
C3WLklwXlvodxd0ANlMCx0ZbLsScMRtRh3B7EW3DTlKGzaBhiCuq0cQEKi+7dJAAKFrEiZGf
9NGtQLAelr7ynsB1QsbDa0OzsfQVvEJPV2OAiCXBOGTO5f8AfuoWFSZlbR+/1kCXZ2ZAeZDd
Y47wy3qf/wBEGG4/IgNxABlhoi9Rt7YP1O+t1T2a1U2EHKYOwLbdPb76vsJrYMzd5GhLmuH4
LaTtJZtxAG6vprbtDZb0foeGmOAJIZ0SRB09If4aAiciqcDyShxIldic+RbrYEnRO0AuBwR4
oN8iln5qwIjSuQvEkd+k+T9QiWc6Q5QJcbca/N9BBnEyDAZGwYcH+JdIYkvnasggap8ccofy
ohx2BMTOiLhi4Ul+aPpHAd0S2RAWj8hp6neREgEM3eP0t/fW2K6E/v8ATRNbFzgkOAg9qs2W
W+5qa0wAc/3qd3IWOrR1x1TjKIeAIGjp88EBZjMBgwUMK8FYGpFiQQXhv7xDZaoAEZd01/Ft
YPgQPdQFXie35qANnJgAqwLl8y3wpmYKtRm9g0wK/R2oAeRMAzYRaX1Yg+8ndtA+i3WsKgh0
QBiAdsj5yAA2w4qHcLacKCCeBhNdx9EfeQcTwTVG0YQgl+B/Cj4bEkFoh/neJuTCQI+cUeon
cJJEogOSz9Rf4qraAWzg971+6ttRQ/EyYFzoSqmpIctYuX+BCxaVh66PlAamSEwHIL8od0RY
8besmdgMuniUMQgXgnCiOLrxPp0+H9QnEAD5QiKjaeBLDvfOQInVwXW0El9W+BB2dpK5ajRM
M6hS4mQJTkDdwC3CSchZORJW2zWxhASTxWtQRITV85XVkx0lE2ma+Xvfmf8AGo14KoJ3DgY+
FACu2Mc1u7XHNRJ4oRyQcpwZWIReGyHQAZ9WTsnHa8J8DLBblAAtmU4D1meCYy4LM4ZC27ca
BqmPaXbqFyQ1VqByB3dV1jbLVeYVb0sDXJ/ey7oEuScp9246LcD/ANQmbDMC6ly0LaSSGd9X
TgMNHP3ETVrWeA7V9vvpthzA9Aj+98ROBK2uSSQ5Jk/NTdNduWbq99AwwGhlAVqDwYrpYVAc
PUSfaTF20qBqmIwMolgCdZhOQ2TvC3VsCFe59EHKDYHFl/BQ+dUHlyvE+nT4f1CezCoJ7VPl
I6bP6/T+YsmAM6+ygWxohL8Gl/pqMxKcZ+VMREgckDXBPlZPqT0jMfVVt1gBXRkXBL6mFDvf
IRJd+JZSRyCeobTmfnI7TGZXBM85BbVCpDkCHOF2GWQAiPlWXeWgIEsJwiTgDTUoV8cbLEsC
D02TUuQTBIJM+yhU+ISCHHSx/wA3agK4OvasExnknMuIZMdMKRuRaoHLRSWH8X7qIpIGSmPk
QO4jknwUPEsCCMEZdNUEAd3X/OQbQN2rZXvcXWh7EQdcqA1kx7ERxEAwmIAPB1scAPgcEGne
Hyw95Ws7bZA9JEuA2SZn6VU1bNO6pbqfb3kNQIgOyG4OBq33UARtADsBj2kRWrWMrdbTQjCb
Z2uoDEjyJxniBhflWr1EyeSgEnV1hFpjCIaBk6rxP8Tw48n6lRHLKAeOOoTAPwlQGHPKEYgj
CIw4dgPvI7WYa6qA5GhaURAYMCUA3DDrBbyYQmGh1lnl9QmEogy3CVX1v4La/II6jzH3k9z5
k9ZLSXC6B09v7IHNfyqz6iFWouTQhzW2K/Qtt/MT1BYQZCcW2ntVBUvhHL4CjP8AIpyswsZV
aiAA5g+l9xVDdpW3BHFQM6sVLODHYq1Z2JYuunvHJ4KvhV6rksQDgesj4l3e+H/ZuGSnJgpr
Bx5/hRtwwAHK/LbcWMD73fR8S92Ag9WUCJB5afQ76NQwsS9iH+2ntxiw7zf3v/bRcgVEOQW9
ramZ7Duu1QD/AJf/ACoAir+sB+JObCryHefopteIUF+ZT8MZW0B+J+yniZmfhT2E8QmJyItq
mLon+CcmMMF4h0/Mp24/UIwWNrBjoiLRYQ3oqrwQ/BB51f7iJydOCewD8EQ+0ap9xLFn5ob7
PHpOGUVsw4MXRoxowYC3D1t/cQJ4QncfxQYsULOxbSB7yYfKhXwxuZieYKa0XrlRxycJixIw
W2rksOg/TY+ZTjgr1DDp3Ekp7OSdExEcAgIBIYvqjXJqUSc8v2Tjms6fJ6qPAcUzAWLiSmEV
gB05EkZPFbgSdwkGQP8ADTNzLpz/APpbPD/rCGD+ij4t5BGSzqcBHNfCHvLcS59UIGw2vpwW
69mOlRlG5DEPtYyK+ojVtwJl4D+v+Z30akh7Bs9I+d3U3hRXLy/tIgF21JQsQ+6BU1hvaTAb
aid2fwIVM7jkLcR06Av9hG/iPWlSwDsa/Qr4nWhXxJtXu2W6oj1SpoHZ3CAuGIMgOizQIRg7
hmMn1elOHesgaLbeSIGQCiVI7O1eIP7yg+T9QsEGB5++toruY8U401BBQ5nb5Ftd5zqnFSRq
B+NYNBhmdBrjbhsp7XGO1WHhX47SC6NTaAY3cETkAyiWIAlk9h01PlRsZZ2C2M9jjG1WHiXt
W4DMGeO51/1aFy1xYPY2hm+bXrQsKmpyXMI7tcIB/MssSnrWlgDB6j8KP5tRXbiwJ6vbVuJB
DM6uSHoDJDgg+v4e5PYlyMNhEg4GGVyNSpOq4hMMLknhhUu6NmYOSPWW4B5WrcwiHbsTGHgr
YHfQo1ZtxgyT7yHh1GMniuqRhv5qYHa2AHZCxAJGML8vwqvbW5x7yN7l/EOHkJ7EMY2rooQ8
hzCe4DAsA4QM8WdgPm9KY1JrgstobcIM7p+ktQNKy27109zW3lRpRxU5A/Gh4l5Ly72VhoMJ
2Z/OmNiWdgIG71upCwkHItkpiGbUKfODKBeTK3ObAB40dFznjqmOKyW1XiFj36Qx4fqEXeOY
QjaMtKGSTg14pwO4H5Oq28SBx4MmGWd0AQznT8SqxD2GoafqqxJD0jJ+6rbbOBkPt+ynsXGm
FarljoMLgC2i5HKMtmE9Q9YgOfhVR43hWqQNouNPaVbflWvuqQRaOr+0VKDwjS46i34kAZ/k
QJ7vEIjLFnLKlvDMtPA+wp05oihFzWDtlWcgbufS/wBdM0uWICIJnixVjXiR5VA/6/siKrOe
CHhiSYJ7UPWKck/yKZZA68AnA86kMJW4hwcZO0ogE4dMdJdZDkK1KvBbcNUbWez+YogHzlvs
qWNU0s0uqkF3YfiRFipJY9LB/sKTGbOFTrDP2295EklncY3LbocksS/1E1X2g4QNqlhxRGN2
SjZmnVdnFECXljCLlgNWwnLhwrAgEQ47FsbEc0wzqvEL+nT+H6hGT5oTBy3FQGdp5rxLSIfk
yuLB2BLaKnPDSH9XpQ00xKpV9xFCX5/WXiuYcIgAB24pmBf+K224aFGvo6hvvIuJEhRLZVGa
o1DLugucQgBOWhOSXw7onVbZl9yLl3MtqV0XsA+hb4k973sQJBLfCiKgGrOSO8fZXUGL7nGh
TV8SzaAv9lddjZu9kOmFRUckSDnDZXM5KmANEcBzDNCYglmrzTBgVOEeHJTPYnaAeKkwU+iB
BciQT0oC5ADSK5U6EhAM4x++1PVt1cjRA3JB0b8SLZQ4DM5CJIkCGj6y2u793iiLkuzxPwbl
Zi4wGn4UbEWJ9JgoJcjUOfdQvtd8ww9m/WsMcujBxgl29lRJycIQzBhK1fiieBbREOSTx1RE
gajKOQOyU5OE5zyXicN9P4fqFxOA0H/F6lvBLI10Z0WgXGYgLxauQDuBHb3UK2jtrtb3k7mD
2/CnAnbjiFep1ZTrpw+smAcsQOSrmzB9FjMu6gxqiPOUCSAOboN3rYQuCxavy99VsS9bFC3D
IwowSXHJWoC21xYkY/w0A7PoXynqTh3KFsjRvwqAhoy4MgNQNOKfVeq/CU2ES7ACAQj4hi2T
mV1YbK6STzW4t2KOHlXIEjyoDzDRF3Ay6D5aU3FTrgSncNYyixkHI4BAkucD1VuPVQ8YPurp
JIOSwB99OMtg8EbFwWcAMjb0QYJhCobk2T7CxDwwdx9VbzkacE2CR2ricMVYeQMUTqRlZbkp
EpuMxKDBu1FvIPSWGGU41yUXOPlXiR6dI8n6hcANdCuD+ln3K9C2h3kgaD5qFYcA1KvYi1a7
XFgxJQqXBElun4fzU4MchKEMdsuiHyzOgcTIKfTmjjgQH3BSRnvMcfQT4HkR05lOANuG1b11
FmnJW39QHBYAVeFU+EGFSQa8ygNRxT4ZeIRixLw+fnJxG45bd7v/AG/8xDOGUF+GiDhgUAa+
R0XxoAmwTgoMGzlFvI6ZnDZCYRuiJQILGCUaiHgkuoBnHJRL5dQ41BRrgND+kVJlE94GCJHx
Lg4TM5/ip6ZaPRWzbo5KrVxWTIyAia9ViHGtU9qkxAOP9tNgESWwU4qWLt6z+srEgk8fwoYG
+eAA+nboUgE53fzFUgm8MCGqyO6RwHeR2jZOdT7a3g2NgRwHxIaEQx+JOzPonIeE2eCB15wh
qT8icE7qjJ/Cup0wdiuRz5VctO+n8PHWdz54j7CbAEjsVgS0ZCizXrB9U/OR3iRINT0/R60K
gFzJytvEfKmZHQvBVQxIERPxIjIOOCDa97Qo2JIA7EGnmieH8VuBBcNYNLIEvXih6oPJ1YCx
FbF25piQSMI1BDjpHNb7hy7izn4O4nDGnrjX6aDT2ot5AuJ4uoDwsuXlDDc0B3iZQIjslG1m
JI5j4kAcDyh0RxIA4JhIfyIsZBy3T8SI+XVRP8U5Ln9+4v3lO+uqs2QmFXNdHVrWBLCGGfnI
uNoDGcR6Kc3ezaYQJL64A+0nFX7U2RwKasPhF5Bzl/dTYpTAABCiCAGqAv7Iagw/tLpcbMBo
b+98RH8w5EQzqoOX0XFYLIgyNEXHYpRJR0J1TEbjwl0KkdPETP1VMM0rxA3p04cP1CNLCQZI
1RA/f2lWzd7tPwoHHHVWqCSBbgGf1UCDBG2vTn3k9mqA0vwRBsH5pnDYEiVA6X0RiWyeITjU
5MwhwAwJQGvILbMZH3EMsWJfVOAW4lVAsNuoLI9PSOBdOEQWdCsPqD6P0EDWzAPoAZ+ZXoXE
/a9ZMDI/6IjQ+Rc0TxXDtQl+BIYpxC4Hj/OVrjUrm86Kchm8qAw3D8SmE+vBEkKIGiarOcut
gL3OUN3fPUKnu/R9dCo2EkQzq1q18OwEmlbFyPrrri3oodRJ1KJfR3T2jV0zWsdDj41bbUVf
kUH7Q5NQ/qrazuO9qgaHaNQOn76Yx/BSC4jL+wtQNCg0MuMhTjVE5GihSiQ4HDJn6KYnseB7
dkbDcGhjz+ggfF6XEuR9peJWdovQPrNf1FvsLbUAGsOSViCj1FpEd39htgDRVORQbQyNS20h
mZbadTTVAkQ7w71H93Zfk3ta1xhvV9VC1QdNwbWv30LEQ8B04kPLZ91cOUrmeOi6o5oDLQ51
HqIVBkAM5/CnqfKYXZIKtb1RHanJkySOPq3Qy3FFpeBIRGX14IfIpL81GNDyTg+XmuBthOTA
VrM7IA9R5KCAUTarFjtA4jud5TxZA5OgQ0PHVPXzJgOpOWscAIk446+0iPFDV/LdgWK6fFIm
K3Br7yqPzhexzQQx9X10K1athOtqP6u7voUYzLz9tEiB8inGGdE6mAeBKBdxoCWTtALuuH8i
6g9pxy71kCyjsdAcV/JwU6rlzWM+QIBoBhFzlEu2MZK6i5OhZ1uJBYiEwII1ztI+jdeL4mu7
wzu9Lu/q+v1N6fQfx9ZVh9freshq+Bp9JEgNOOSLaZ5p38mB7qrJLhCB1Q4f7CzjTRdQO53L
aqoINQB1HFijcPyPBPU5EoOqg1Iqdc/CjoJDCVlwJI0XU4GvrBEVgPAsn9Erw6uNsWvpYj6y
NW2h1xbhKETxCAJd0dUxYchhZYKGICazWdEn5EKjUyQhViQJG3gjr2InR5UQpL64ThZfgMdX
rJ7HU+ZWtfu5qwWyveuB0qlierax7EWG4E8imqNorIDCG/vFtra2wPJ5IBgWAlm+0tnhHdcg
/RH1u4uuzsHAbpW0kvBAyI+igwe4DOwRDQSo6ZyMAfXRa5LkDp599ASS/eJYN9VOXBchF9MH
VZdlGE6Jw0rPNswrEs2qaCRgn8CloOBg/XsmFWcbUSS5fDrxQ/8A3PD6vq/q/qKXY4IQILhV
AaQ/lXbwTgRr+9U3yhbG3CsvxK2GgtW3eBcMgadIPYfiT27w0pX71V+ZUfl0iMlMYKsRgsiG
JCapDd7j8KY94QCzbvneJuQ05lZlk4nJZAsajhB+0rEl2gBz9xNYHmeXqJpaJWp5oFnPBFww
ZEH+CbPAlHtkIxg8ESJLLcdA7LaQzl3l0WyzOiccQXZMoiVicI/NRd6uMj8aJA3dndVv1Hih
qASW1/zFbxLEAsOmYCLjbxIW0sAQbWga/WQFSHBatKzYn00PC8MP41h129Gi2MAAJHH6yB0I
0ViZsZALVhNjgAgK9oytxkfL9xYjs+6uJ+RO6ZaE6oyyZhBwEzjmeJ9VByHd2CewBfNQVB2g
6ekjWpcGQJLH1U98mH+0oioMmHsvFOv5nhnI9X9V85OK9VietwLB/wC9/wDqQqbY6gwhEely
OQEz8nT5ALrg5+RGf4IA1E9gT7Kxq2qHTB1ZRhnwVaoO4uACrQOKBBEIVbqGuPhROCiQTYgd
1gy2ju6kjKfDDPAJzAAhpdBz12LnEH+7WeeXUS0BOIGCuITDqcQBosudCyYxyXPiJRJgZbgi
YgYVcTMrElmXll+CY6qTzTluLAoEDzlOwbUov5UcZw7CUP0/hxWpwTFrf2aBM3DVdsum15Oy
qfBc2tFiT7nUuq1RqGHVU/3fiI2JJJkk+l9NBiCcDmjYzavdDKtj020I9X+z6l0lgddVJZNp
+zmsNgHsQWMGfIrOXdCOP79KIBFrM9Ro6J3EloOoUNYgM9vwoW3OBIB7xKFKeG1gJs+FV+ri
T3V1Wc6CAPeXi3bp/N8Po1bb+r6E2XLAKNMAoGxHSDtA0dTBE9igyXcBM4d2nVA55JsjUoga
SHUueAwAoJqsBuf4Uzh0zw2VYiZ0mE7591TafMo82iY5sq0rIrPl9VPIaA6awY6O2ESM6ygn
MLs1wVUTV+KwH1YuukAQi0lkHAAJAKJLRgIOTGHhPqUCzcsp8J4b+RT5Qo1UNhPpBZDx/BD1
jeBLsgSOmsUc6n/1rbevSIBBCFSQAD1MdVurXdpngnyTmrFkKwDz/AjuP/VDVsr+RTj9/W/Z
xTrOifzprM055oNwd1B6yIRNrOT3nYOiBwwgRDZcGUG6mg2l9vqeGsAVBZ+H0fX/AMxfyDCD
CR5WXi/4vhnybf1Sm2OCagO44DEqokvpAKc/KtwyJTu+oL491AwtuWHeOFGS+C624Ls+iyKg
8JlCtosOl02YY8UMsrCGGTx9lE6HRGCdCmGAycFhhsq/iORUncH9H2FPF86In0n14fXT6pjn
0iizeVAWHaQp+SUQB2oDbA4oHaCwgglPYYDjtQIq6AMfye0pMcU7HnKdnCHJTBOXROo17U41
US+qJOANPwqQAXjWUQZqDIB6vaW6zEPDjVAgRLjKB7o4lYBtqSERxDIHCI+VTKNWYJkDp+x/
MULEy+FtrrNn1Rse87LaGD5JBsStbN1EnVAkgExLjampTAzhMPS4IEYd0QX3aleLM/meHPPb
+rRLkgFjPH6qrLjVhtB+tu/MRJ708iurTRMMZT4bzIvp8qIMiCwQYAN3gEzaGUBYOHlSA2XK
AyTkBQf4pwYDgdoW02JIEgIl3qZaUZYc/upqxONVsDMIifhTWcDAtoPpIMRJ7389OT3c4lFj
LOqi0hltGEdTr+9V1QTKL4/gmKMs7QsvjLBdJjV8rgRjgiHYCYUAsO1AsG4gAfbQZgDrlVYg
7rANKBGAzMtOTnHspuDAeVRZ9pke6n0PLVM7asgWADzzQHJMP2cFHmOEcxhQXZDmmeAnQq7B
0wDnTkhazWJ5oAlq5LRZAd7tLKSXAcHATipIOd3FDdD45pq1JOhMsjw4J2jVeLMfmeF8P6tW
G5hBDAaIvFXaYhPhyqga5dEhhwTDU5KI058PVXTA9JMdYjPtIG2o0WvaE7xna3uou4MyIQYz
pOEa7m3aA+r9VbXdoLSPbr1oM20wTKABAfU595Xvu3VoXaOpZ6QYeLIB23HMv/mUt0LadTos
Mckm34VDtmwTkzoNE0lNaOYKzPHKLalEzGij+RBn8qYmGyB/5EQMDio6nDeT1l0lu0qTGgbC
fB0LdX/rXhjJ3gAch6a6XDQOSNcYZgiX0J9lDxCWN7HdwZ9yB5OFzUeYqclRDKMoOUyb9nZq
sryZCatnbUIWsQbEc8rLajVbrEA8g7e0ulr/ADiD9hG4LG/o5Vn4PVgpI7eP+EttjLOLeiWR
YvwUsOb9K8QtP5nhxDvt/VJ4YajH+4jYW8hawdBi9dFvHS+juyJIw5PYUAj6UupGeKexacaI
ZJ4ImQ6YzzTs3BQB/KnDuH8qO7XAPUfsLBqGcDHxIisi7zwZbyGvbHqohgQct3kT3QTD973U
7MfKX9lMcTA4fWRJDQCUT3jPBMz7TnCkO+BwKYY48FwKYjyrlx1XHUldMt5lyl0SAwZytA3H
KJEBnkyT6qJMcBwXgxi2Y/ZuOqLOYAic9/uqrVLvIOChL2BAI5IcQuepT5dc/wBjvCx5UQGU
rAI4FOdOKapamQ3woVfIaYT2kAdKyNogYR6WIAjRAiA06AokjC3EsQND0si9uDHgmrzHEezd
PJAzz+snBcv0vn2O4vExs3+GObbf1XvoAgw85j6v9GoeGDgaeogBqNfwp2AfirM+1x8iZm4M
/wBpFsN8qD/Kj8uq3PBEcR7K1ZA5Ix2rVhocLc8asi8c3UTOCM/bQnBcnKImw9EHDnv9xAN3
RAH4l0Hq1IRJ0eVUagODb8CfJeP3ogSecqGH/RBywCc+REcdP2HUNI4picYQYQhtJ4Oy/kPB
GruBLOmyWgymNex0NCDjX2F4dgCRuwsQ62nTgjtxumWhNTLaH8ufrIhxuJFoXJfIm4qGPLim
HJ+acFduU7TxTapycZQ2d0aFSbVrhtxn3UzgMMCZQFhGIhHaxGg5rcCXCc/KI9lS3a67zDWr
wfdRIIjTgi5fdLh5/wAf+z/y1Y2sGZyBhC9HtZ8Ed3/DXiHbP5vhjb5P1KLGGluCJAfBICBY
twCsC0oHa8M3839j6IAkdONfhUCVtJDt5EQ/dZHQaJxD4TF3ENwUsS0OiGexy2v0UbPuIBtt
Y+yjcsw1XSGYZ7VrGhhSGHAoesCieP8AFAEDtRBE4TAyM8FLNyTmATpwQLHyK1I6NTpYen0o
OHjKNg/DtHrLodxLlO2YPNcTh8JsHUDVMQ7h3JIj6yiZgT8a8KZdEV+SUbDqKNSH0kfdQvUE
vpCuLNmG4KcrkiMkFQGjj+Fa50wi/k/YaygThHw6AtmFE2Ekao1AhsJz8pMf6dbLDyQXBDD1
upPEeSVwGjIMCScj8K3F3M6IgANk25IgVk6rcARd3Ehm/vKpp6tSHj6qdn24cN9peLdxPieH
r839WgSBacHpH0UHABwbYc/VRcsMu+iYSUTjKFcOgRjmtmrO61dO0nJZGYP8UOWECQR2LjDu
Xyg05QIjl9xCtahzBGbVTGbHqI0Nl5x5u53U7MTwf7Sf/wCVnRk+TUwoDgprGctKIGTosYUl
24Il+6E/F2bn/a705LALaD1d0eqUHDGpa1R+/wDVIZjnCIfOvNE2k10CILu7kmfgTgl+KFrB
yB2/EmAgiThZxMJxG3HFPaOQTqJZMdVPeyOxdn7D+zM8U79gRIh10gPYtOUS5JOqGeCdzYnv
HmpPkZDSpyZhdEmsuMl1Ew4ErpLDG3REMxZCjbbVndHUu6AcM34kK1zUy0rxOnrPieGW0iv6
lB2z6WEHfXOF04bVtvvrTdy/40XbbzRfGj5U8VzXV5FCr2arkhudV28F1O/k+wjh2jgh+YzO
NzZUZ5Ib+Ov4UHd2U5dDsR4LRpQ3d5jnvLnrxQ3LRveXzdf/ALEODDC/6o9vSrbt259VyVuE
cGQ47ZRZF1HdZBnxOWUs/vKF0s7y+F1s/JT+/sqUMYjiiiupckfkZB3wtcfVXX9VWfPL8KD4
fV104fkg3e0Rzt1fu/5inLju/gRZsDCKn5F/BT8iq2Xl8e6r8N1PM3jL/9k=</binary>
 <binary id="i_022.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4R4URXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA/wEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MjEgMTk6MjU6MzAAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAzAEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAACKHAAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABmAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A1WWfoy4yS5xIUW2Ha4Az4DzVPcSXRy0QB8fcVmdR+tfTumW241jbLsmmB6bCACXN
3tBsO7Zt/wAKkp0erXPFFbGgueXzHwBWZkWD0PeA4khp/wCq/N9ywsP6xdQ6jluszLTVjMBF
dWO0fTP82Nf01n7j/e96svr65V1GzEyGu+zsYLWmxrQ4bgHMYTXt/Te/Y5n/AIGkpPbe0Q1r
i6ugueGu4b+btr3fmIf251jbfTOtjQIB7k7dzv6yG9rmmx7tu1wPtnwEuc3VC6WZsewtNgcJ
dU3uB9LZ/KakptYznix0+3adhHwOqsusNnTq3Tri3vqPYhl7G5DP/BsfJVa8V1Xu2O3BzxDh
zLhv90/n1/RRaDa991DACbmB7Wn86yp3qNazUbnOqdcxJTXpyRXd7idjhtdOsgroqekYl3SL
n49Ydc9j7A4HftuYf5pgb7GY72bq/wDSMXMZDHuyfSbpY94ADiND9Iudr+axdF9XK8+gQ5zr
6dwDWy4NYwmXtYwezfb9P3fzaSnMZlCtja6yXUtcTXvMu2mYCNXa54bEwTMhQ6z0i/ptrXtH
rYbiW03ARqTpVe3/AAVv7n+Dv/wahi2AhoGkd0lNze6ZlJA3adp4hJJT/9A1bq/UO/6MwYXF
fWLG6xlZ9mXl17Mb1vs2NpLI/wADVWPzvUY3d6r12dTAXuEwZJJPgf3lz3Vsqvq2HkNwGOud
gWgCsWBu9tjm41eW+iNz6/WtYxnv/R+p+l2JKb3QPqr119lRcK8XAsJF+XR6IdWwN3WOba8W
W+rt9m+v9H/1aL1TAp6S84ILXWNc651wc573Cz30scX7d3pUbfzf56y5b/1PrzMbpVvSH5FO
XmYzotx2Xn16gdrdznQ26un3VWNsb6vo/palX6wzHOHbnYZDLMVofj5VjdtldTC312tf+ks2
W4rX1/Sf6vqfpUlPG5Ga21ra6wS0uBdMTP5vimwa7G9QDayK3Fr5LhubAEncrPWK2VdQffj1
trxMt3rYxZqzY4NftkTse76WxLHvAyqL2SX0vaWAaNj3ONUO936X3/QSUq0i61znMcx9lthe
4aseKxXQ11T/AKT/AHMt3709e77XRtdsM+1w1IEbpb/31WspjX4VTLGmvqO99riD7Wtte+77
NZ/L/SfTrWcbiyyoxtiwMfHJmWw1JTpU4zLeo5ubkUNx622bK6gA6HuazdZtaQ33b2/1P0i2
bczFwcWzKyCasWgS/wDe14axrT/O2TtYqF+ac3q2HitbJdU55aNN5rrd6eiq/XLFybuiU7G7
WtyG+oS7a0bmvAdZPt7ex7/oJKcjM+uGb1fIGI39B031BYzGDQbHbD+ia/I2ufu1/wCLVttY
qc0ssFjCNHN/Fjv3HslYnTvq71G0h7XMqv8Acasdz2tteGhzt9Vc7nMc5uxv76vfU9rupZru
jOuGPdku9TGueJHqAfpansHu/S1fu/4atJTrMbY+uywNJbUAXETDQ4wNzv5SS7mn6q0U9Cv6
Qy87sp4styNnJa5jmN9Ldu2N9P8A0n56SSn/0anVMwY2Hc3l72OAcBB92k/yWLluh34FfUPT
6o7bhWtfU+RO02g1erXYPdR6W71f7H6RbfW7CK7Gn8/QH56rmr8UuwftDdXBxDvCPzUlPoeD
Zk9LdU/JyKMnKdkurwb37WWv3B7vRyHBrq/fF/8AhP0v6L/Cql9ZDmZ3SnYGHXsuyH1tLXPB
JZvHsZsDW+mz2Puft+gxU+idewD0fErzwG24kht9le4CD+i9LIe3b6zWt+ju3rRr6jfn133d
Ipbf9n2+vk2uLGM3y9rWVta62+xjB6n+hrSU7OX0/AwOh14lldeT6dbcfHD2kVbmNbW/NG3d
Yxtf6TIfs/SX2/o/+I86D7q7rKnuIupcGuEnkGG2g/Tb/pGLtuhtzPrMLbOpZb2zpS2tjPTa
1pgsxjp+jod+i97P036Sxcn1LpWX0nrmbj5sWOqYLd7DpYbBvx3Mnc/3+/fvb+jSU2stlbX2
0VWTe0BjXPd7i0Rq8j95v82qgc1lQFZkNADD8Q9zjLv3WsTdPw778t1VrLLbXkSK5L/fru0D
t3P56N1XDpxck4tFpuNZh5c0CHFr6/Sitz9/p/zf/maSk/T/AF6805zLXbuntc55eQ4ii5ha
633f6Cxnv/4N6a/6x5GbVfc9rTi4llZ+xPAi1jTuudfu+ldYz+Zr/wADs/0iHW30sHLNssvd
j241xaZOrGfZ2uH73rV7P+vKn0KvFyOo2UZ520ZAPqMYQDqNjv8AhG/mpKelw7MNr6Lw1rqq
aw3DyBXD9seyzE2zbbb/AGfTqs/0a56nofUeo5VvVTW7Dm6KYPpuY0H0q3M9P3OfT7P69f8A
hFfP1Zx39XsD7CyulwqtyC+drKm7N1rR6bPUtoZVkPZ+ZX/g7f5ta2d1LAGHbXTe0jY8Nrrd
NkuDv0bG/T3+5JTOj605bvq1k0W9RP2hhbTj9TDYMmxlVmO58em6xrHP/Wv9G/1klxTrnfY2
YP2mot9Ij7I2l+0HYbtllkf0n1P8L/pv8J6aSSn/0uf6xYLXOIPP8O6yWPtpxrC1gGu42u1a
1o+j7Xe31HO+gugz+lZJ6s/pgh1zLTW4gw32n3WDd+areZ9Xhd0urDDdttdpsynHTbW1u9wg
f6Z7aW/8Wkpxq6rszodXTveQ95tZi4499jz7MbHdpuc59jvtFr37/wDrVa7H6s9Jr6b0Ovpd
gDrMprjlvGoL7BsLW/S3ejX+h3rHfjGurax/pXhm5tn0SJ+k5rht/wAG51b11FXq0srLgWu2
gtJGnA28pKY4FVPT6PRw2Cmpp2UsGsVtPifdus3fzjv5x6ys+jEz/ri3HygX1ekHvY1xkmmj
1y5/+hqr9Spm/wDnLbP5r/CLbqaX2Uu/PfuDR4hcW2uzrP116g6svbjfaHY1l1bXODamhtFu
/Z7v032f9Gkp6fp3SKWuBDH4+K1xrFVMmy22fd+kc72s3fave+z8z/g1zPUvq51Lp+c/N+zu
djlzrGBh9UV73GrFrsNTf5/+r/xi9Bw8TGZijHxhsdXW9tTIP6MvGz3F3+Fdudv/AK6f6x5H
VMfCbR0PZV1C6Gsvs27a2N+k7bYH+o930GexJT5nbjMwHYhz2j1swC5tT9C2slzKN7S71f0r
h69j31/zf2dYbXfZOo0PDTLby0sH52x/5n5/6SpzFC4WP6vazqNn2m51jhkWCz1C50+59eQ0
ubZ/Idv2Kx16qttGPc0Q6feDpxH/AJJJT0TbummzJsMvZk2ep6bmhsGG17dkt9v6JvssVXPy
GUY730Yh3lzWhwJMydjNtbS9zt7vzUDo31Z6vnsFmIx2P6jZDLbiA4Ro91YZZfXU/wDM9Rat
P1Z6i3qWLjX5FGLlUn7VTXUXOfaKvpPossZVj7sdx320Xf8AnpJTm5/SQzD6XhMwwOoWtyLb
a26XEMYG1+pbG91/qP8AV/c9VJXm42Rf9cHY46g91mJh7jlnHaHtLj6nptxt3pPsd6rWb0kl
P//T6Tq31Jy7+q3Z+FkVgZIe54uDgWOdHsY6r8yz97/Bf8KuY+uP1rf0G1/SelNqfmBg+1X7
Q6upxH8zTS/cx1n+Ef6vsq9T89ek2vwej4NuVlXCilgm7Itc5xjhu620vssf7ttf8v8Am614
t9YaHfWLqGZ1jAtpd61ri7FfLLWsEVUPdu3M91bGpKeaflZmTkerba625w1fYS4+Om/dt/sr
d+rV3WcOx2ZU6xmJU5rbA/eaHOJ2/Z7mfR97Pzv52j+fr/mllM6T1dthbVS6QY+k2P8AOLh7
VOvpH1iyD6YptDSfznbG6fFzWuSU+l09aw2119SscacaRTWx+tgun9Pjemz3WXtds+h/OU7L
v8IurwMUYuP6Ndfpm177rW+1zzZa42WPscwbX2e7/rbP0S88+rfQKumU25HVLGufQ5jxaz1N
4Lmvb6FbWfpX7nsr/m6/Ueu9vyBk9Gvsre6k249jfUEtcxxY5m4bw1zX7ikpBnfXD6udLvsx
s3Kc22hpL2tqe8A/6NtrGmp1v9tc51L6z05/RMvIyC7FyMrFue2tjgX01F7cPE493qZHqb21
/wDGrFPTaerDCxTU12Tg4+3MreIDrA7Y3Nvyfb6n26trfQ/nbaf0vqf6VWbPqvk24f2O15s2
1MDLdoa/bW1ra6rK95b+h2eh6rbP0n9IZ9NJTylVWDdkOvbnYuPY+2t1deQy6togk2MDmY91
Ndbv5b2Lcxuk5lXUsW/Ox2uxG7n4+QxzLsW1xcGMjIodZ6lm+xnoM/Ms/SWfoq0sn6kZ5pDA
aGV1A7X75kaP/SfnucofV9mX9Xrsi/qFzcTpd9Tg2u0zXfcRFVtOMf5/7N/OPsqr/wCB/wAK
kp6M3YHXb3dJwMu7Dw8WLrLKHGvIy3fv7ne5mNT9L3e+z+crrZXWodV6N1MZHTn9PyL82/Fy
d9NeVbNhY9rWZOL9p2tfsfRXZZuf/wAKuNyOqV19ZvycCx+Ntt9Sl5aWPafzbPTd9H/ha/8A
0Wul6p9Z8DqP1Wtycix1GTIrdTjn3G6CWem/2/qd7N77P9HX+h9/+ESmr0zMxf8AnT1jPNgZ
R9rpxWgke+v7RRiS3+rV+l/4tJc3cyuromPABsyKXXOEcQXVB39r0t+5JJT/AP/UH9fOtX9W
z7MdriMLBsdXTWODYz9FbkP/AHn+pvrq/cp/461cBdZbReH0udXY0xub4f8AmS6HIj0jJmeS
uey2mT4Tokpu0/WW+qkNtoZY9uhscSNx1+mxo/6hXen9d63fmVU76sFt0OdYKmnZWCd9rDke
t6b/AG+x301zDHEGdBAgSuh6RlsuyWXuJBxcex0uPdxPb2+2vc9JT6N9VOmEYnUqnXPryX3M
Z6oPqWNr9Jr8e71bg5r7ciu71v8AR0fo/SVm3Fx+hdNbiUuffZkv3WuyLX3F7a/pOd6xOzdu
Yx/osYj9Lxr+mdKx/wBbbutHquryo9Ivt/Smuq9u26nY0sb/AIev/gllddyquqtoY4np/UsR
7/Sx7yPRuY8Bt1ePnVfo8n1NrX4/83/w1VaSnFOA4ZN+fj3l7XEMrhxFtFMTVX+jLfT3use/
f+ej1ZfUqBsGTe7kltrW2ifzD+kCvdExa8n1Hg5NLqWjbdawVMbb3YG/pH2tx9vpXv3f4T9C
lkB9F4ovrDrmOLnuta4Bzx7CbLmD3ssY3+QkpJT1DLsrZXY6HAmHNrrrJPPu2s2pjhuy7hfZ
S114Em6wNe4Ea1MstePVYhtzMoVCDRTSWObFdF1ljvzvc270K9u7/DfQ/RIjbMnKaA6RSay6
y657WPdHvf6voxsr/ft/7a/SJKeJ/wAYeDXi9XpzaRt+217rI7vYQx9n8ne3Z7FiPc5vTSTW
PTyS1rTO73NP87X7tzLdv6Oxn82tj63ZdnWOqY2Pg/rQrYW0WVjaLNxM+m3Rnp1en6e9vs9l
n6RUfsmOB0ui60tx3NN2VvY4Fjd36c7Pc9/sbZ72sSUmcxuTSw1B5xsHA9O6wVkAXvDwKnHb
791+RVX/AOF/0n8tJdc36x5thf1quitnTqWB12KbA/MfU53p17K2/osWr0f8DY/9JVXs/PpS
SU//1crq3Sb8f1ACHMZqSPuj+y5clnGxji1wiOJXc9U6hmX3Mo2hoJ0cByP5Lj7dixM/Abk0
7tA/U+H9n3fSSU8jOvj2+S9B+r/1d+ruV00ZHVMn7E049Vgv9RrW+o17/Xd+nbZv3NNNXpM9
i4mynHbZtdpIgkER5Erpfq7i4WZQOlZOY6i5rvWwnljXMJ+jkYz22Fvqe39JW6iz1P5z9H/g
0lPZ9a+sfQ8jKxX0F2Syudrq6HFtf7r/ANL6T3s/M2UY9mxSzMZmZ0i8u2XYttZsmd1Z2H1P
0jf5zbuZs9n6SpcfmNyMG92HlN2WMBLeS0tPD2/nbf5SB0r61PpOQy+P0jXB7SS5gfsLKMqt
n/CbWY2b/pq313fTrSU9x9TumWdJ6G7KznAX505D6SZbWxzf1fFa95e93p0fmuf7PU9NZH1o
+uLOndUbjmmy66utj8hldxZWx7wXMp9F9djHu9F1T7LP9JYtLGyb7ekYzayS2rFa+mx3vJL2
72bgNvqPqb7Vy3U/q3hVMsyDZZbe8yfUHqF7ydxdYd7bGvs/fa7/AK0kpBm/4x864AYuHXUI
gm0+oSZ7bRSq1F3VOvis9Z6iMbpu4faSwNBFcl3rXMrH+Et/mnZP+G/mq1cxv8XXVrq3ZGRk
42DjNr9QFwseYje32+k3/wAml0r6n/WVpqs+wetTvFlNOSWMY8OGmQ+iyyt7rdnuZVaz+ukp
6PqWJ9W84dNpqtHTRhDbTltaRYKKgZxanP8A56tzrPUtut9X9PZ+jr/SWrHHSqcv685raK8j
LwenMYHvYWufu2N27nOa1m11rrWs9ifD631x311wqszHrxcrGIrdiuZtZXRW199jy33bf0fq
5Xqs/nP+21X+r/1jsxB1POF7MXI6ja7Ii1nqutc4vsbSHO9tX9I3Pt2JKfQPsGGOnDD2N9Fw
L9ob7oA37j/hPW/lep6iSzj1SwfV1vUmMynXOYX2Ev8Acw/QD2+z+Zd7L/Q2bPsf/TSSn//W
pm4sZtJOwmSD56qn1BleTXsrdAfJtHg3T6P8pyLZYHthwlpB1CzH+rXkA1nc4kENMR/nv9v+
ckpqdV6ZhVM9asGqxkeo1xJDgdNv9dDyXfZvRfXD9AQ3UgR7hMfRc399F6hc/IrlxOwAuY7m
Y+l/Wd+4r+DXX0vBqybaW25WQ0149DiQPSd+kybX/wCE/SS2n+3+hSU2OmZo6/0yzpOQ3fkg
OfhZlhJNbj7X+rYPc/1N38871P0f0/5ti5S/GysDJdTlMdTdWNr63cw4boP8jZt2Lu+hU1Nx
bOvZTWOuzXuayvFrA9jHfZ9lNDNrGuvyv0dTP5yz0vWt/kaXXvq7jdWdVdW3Z1amoE0B28uq
P6JrXP8Ao7sff+jf+5+j/wBCkpr9CD39HxqWu2l1LKtxBIBe32mB+6qlf146R01zTjYGRk5B
0zLLbGVGstJHo4jWMtZ9Ifzn6NXekZDHdIIa0tsptaLGSCWexvp/R/e+mx3+ErXnnVYr61mR
IYbnED6Q9x3/ANprpSU+pdK+uXSuv3Y+HZjZOHkXkup9Yh1NlrPeyoZFOx77du59TLKmMs/7
bW96O61tjyNAWucJLiHbSS/du93tXlmHnDNxCCPTyaHC1hbIG5vuruqP0q3s2r0L6udWb1jp
jcx4H2ljzVkhrQ0eo0Nf62g2/pWP9T6KSmr9eMvDwOhX2XOZ9ofVZRhlw/Sze37NYKXNjbX6
Fttj/wDilgdE+q/QerY2CMFz7epVVss6nk7/AFMelz2+o2r0nsbTlZv+hxqv0FL69+b6vp+j
kt9ecf7f9ZW4tDiH0dPqNga32vc+1/p1Xsn9zIZ6Vn5i636qfV/K6B0hnTc21l1zbbHsFYDm
ND9u1jXW1VP92zf/AIP6aSm1+zMU432Ez9ma2A3cfVmd3qi7f6/2j1f1j7V/Ofaf0qSvFzS8
AOO4akFuv9lqSSn/18ppDBIEgzLTp/0lSvxm3k+hZDwJax5AM/H6Ku2O2Nms7mnlp1+9VbKq
bzNZ2P59J3E/yHfSSU0bCDW1mZiux9hGy+lr3MdAj03MbudXZa76Frfz0T1n9Xyy99wrc4Nr
a6NzmtH83XVUyPUyLHe9z7P8J/OLRxK+p32DFZX63qOhwfwI0Z7ht+isbqOHmYHUiz7Qw3Aw
H6bXtf7nMefnssrckp9F6OzBqx6aGBrHYQFeNjA6t0c19t1n+EyX7n+pY39HV6lno/4RLGyy
/rN1tLQ8NDMd+RxWCz9J6OOP8Pse/dfZ9D/BrlOi2jqDXU5d1mO2oua4Bxip0bN276fpu/PY
upb6XT8evVpqxKgGiPTaQ0e2pjPdtdY79I/Z/wCjElIOr4Bw+tVN6YWH7RRYzKok7pB+00b3
/Qb6e6/0P+D/AEC8061W+jquQNWv3jcCODAOo/rL0nEyM+3Glu0C54fbcYG4tM7nOd9Bjf0i
8z6xc7I6tl3PdvLrn+4GZAdtY7+q5qSnS6Tl0WVOLwGPYN1pH5di6/6s5HVMTCfjdPwmW32H
7Ta952hocG14zMh7S1jP0ba/+E/nVxf1XwrOo9VqxKwd1p2OI7MkepZ/VY3cvYcDDrw2ehTY
dklxOxrQ57v8I/YPc7b+j9z/AKCSnkquk/WR3Xrc3qdNbX51+My6+pw9FtNe32Y3qvdff7K/
9Eu59at43O3Vyfc4hpH+duVLKLW5NVTjtcybKjaf0ThHp261n+fY13sY9v8ALQ7Mulj62Vtd
7zq5jC52v5/t2P8AR/tJKdY2CQ0AgEanST/L3JKgNnpm31AawdheHEgOkewifZ/V3JJKf//Q
xrIBPY/unugONTnAmanzO7tyjZTTJjkxz3VO0z9PSO4SU3Km3V7t2TtqkF5bOrfD+Ug9UFWa
C/HGxmKfVpL4mOzX/vfR3oTK6trdxcdZ2k8afyU77AKoa0V1xJYDy6fz3FJTTwusZeLffZW0
F15HqEwPc3h9b9p9L2u+kjW9WyLn+pf6g9Yzue4vcdf8HY5v0VSxMazJzG1jlz9Q4wQJ1/6K
6K1mJUWnIaDTiz6FLSYOg/nHf2PosSU1+tZuVh9OrwXZALXguZUxpBg+7da7du/O+iuQLdZL
hJOuukrU6jk2ZeQ610e4nWdCfj+bt+gxD6d0y7qGdTi0g+rdY2onwa4+50fyWpKe2/xddJOL
i29XtbL75oxdJgA/pnt1+h/g/wDPXZUva57t5cC1vtEEeftkf9Q5CxqKcTHbjsawVVMDaN49
kN02toE/9Fqn6hMNJFYLY2tDgY7e52726f8ABpKZFwsaWtIcwkS3buM8yWkf+CJPFlVQL2lw
J9rnQWafufSc3+puQ2ta4uJIaPznH2Ajwmh30v66gPUqZLnusiYc07ztP0d3t/d/dSU2S1sj
Y9javpW17Gw785vv2/R3e5JQ3E0+qK/cOW+fG7/v2xJJT//Z/+0ltlBob3Rvc2hvcCAzLjAA
OEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgQ+ADhCSU0EJQAAAAAAEHiyz6H8E/Ba6xxJG82Q
EIw4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9v
bAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wA
AAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQf
BDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVw
AAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAA
AAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAA
AAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAA
AExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABC
Y2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2
ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZ
AAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcA
AAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAA
AAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklN
BCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAe
OEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAA
AEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAA
AAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////////////////////////
//8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAA
AkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQ
AAABzAAAAAUAaQBfADAAMAAxAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAHM
AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVs
bAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAA
AAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAcwAAAAGc2xp
Y2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAA
AAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1
dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHMAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAA
bnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAA
AA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxp
Z25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0A
AAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVT
bGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9u
ZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAA
AAQAAAABOEJJTQQMAAAAABymAAAAAQAAAGYAAACgAAABNAAAwIAAAByKABgAAf/Y/+0ADEFk
b2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMV
ExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4O
FBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAAR
CACgAGYDASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoL
AQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCES
MQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfS
VeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEA
AgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVj
czTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaG
lqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDVZZ+jLjJLnEhRbYdrgDPgPNU9xJdH
LRAHx9xWZ1H619O6ZbbjWNsuyaYHpsIAJc3e0Gw7tm3/AAqSnR6tc8UVsaC55fMfAFZmRYPQ
94DiSGn/AKr833LCw/rF1DqOW6zMtNWMwEV1Y7R9M/zY1/TWfuP973qy+vrlXUbMTIa77Oxg
tabGtDhuAcxhNe39N79jmf8AgaSk9t7RDWuLq6C54a7hv5u2vd+Yh/bnWNt9M62NAgHuTt3O
/rIb2uabHu27XA+2fAS5zdULpZmx7C02Bwl1Te4H0tn8pqSm1jOeLHT7dp2EfA6qy6w2dOrd
OuLe+o9iGXsbkM/8Gx8lVrxXVe7Y7cHPEOHMuG/3T+fX9FFoNr33UMAJuYHtafzrKneo1rNR
uc6p1zElNenJFd3uJ2OG106yCuip6RiXdIufj1h1z2PsDgd+25h/mmBvsZjvZur/ANIxcxkM
e7J9Julj3gAOI0P0i52v5rF0X1crz6BDnOvp3ANbLg1jCZe1jB7N9v0/d/NpKcxmUK2NrrJd
S1xNe8y7aZgI1drnhsTBMyFDrPSL+m2te0ethuJbTcBGpOlV7f8ABW/uf4O//BqGLYCGgaR3
SU3N7pmUkDdp2niEklP/0DVur9Q7/ozBhcV9YsbrGVn2ZeXXsxvW+zY2ksj/AANVY/O9Rjd3
qvXZ1MBe4TBkkk+B/eXPdWyq+rYeQ3AY652BaAKxYG722ObjV5b6I3Pr9a1jGe/9H6n6XYkp
vdA+qvXX2VFwrxcCwkX5dHoh1bA3dY5trxZb6u32b6/0f/VovVMCnpLzggtdY1zrnXBznvcL
PfSxxft3elRt/N/nrLlv/U+vMxulW9IfkU5eZjOi3HZefXqB2t3OdDbq6fdVY2xvq+j+lqVf
rDMc4dudhkMsxWh+PlWN22V1MLfXa1/6SzZbitfX9J/q+p+lSU8bkZrbWtrrBLS4F0xM/m+K
bBrsb1ANrIrcWvkuG5sASdys9YrZV1B9+PW2vEy3etjFmrNjg1+2ROx7vpbEse8DKovZJfS9
pYBo2Pc41Q73fpff9BJSrSLrXOcxzH2W2F7hqx4rFdDXVP8ApP8Acy3fvT17vtdG12wz7XDU
gRulv/fVaymNfhVMsaa+o732uIPta2177vs1n8v9J9OtZxuLLKjG2LAx8cmZbDUlOlTjMt6j
m5uRQ3HrbZsrqADoe5rN1m1pDfdvb/U/SLZtzMXBxbMrIJqxaBL/AN7XhrGtP87ZO1ioX5pz
erYeK1sl1Tnlo03mut3p6Kr9csXJu6JTsbta3Ib6hLtrRua8B1k+3t7Hv+gkpyMz64ZvV8gY
jf0HTfUFjMYNBsdsP6Jr8ja5+7X/AItW21ipzSywWMI0c38WO/ceyVidO+rvUbSHtcyq/wBx
qx3Pa214aHO31Vzucxzm7G/vq99T2u6lmu6M64Y92S71Ma54keoB+lqewe79LV+7/hq0lOsx
tj67LA0ltQBcRMNDjA3O/lJLuafqrRT0K/pDLzuyniy3I2clrmOY30t27Y30/wDSfnpJKf/R
qdUzBjYdzeXvY4BwEH3aT/JYuW6HfgV9Q9PqjtuFa19T5E7TaDV6tdg91HpbvV/sfpFt9bsI
rsafz9AfnquavxS7B+0N1cHEO8I/NSU+h4NmT0t1T8nIoycp2S6vBvftZa/cHu9HIcGur98X
/wCE/S/ov8KqX1kOZndKdgYdey7IfW0tc8Elm8exmwNb6bPY+5+36DFT6J17APR8SvPAbbiS
G32V7gIP6L0sh7dvrNa36O7etGvqN+fXfd0ilt/2fb6+Ta4sYzfL2tZW1rrb7GMHqf6GtJTs
5fT8DA6HXiWV15Pp1tx8cPaRVuY1tb80bd1jG1/pMh+z9Jfb+j/4jzoPurusqe4i6lwa4SeQ
YbaD9Nv+kYu26G3M+swts6llvbOlLa2M9NrWmCzGOn6Oh36L3s/TfpLFyfUulZfSeuZuPmxY
6pgt3sOlhsG/Hcydz/f79+9v6NJTay2VtfbRVZN7QGNc93uLRGryP3m/zaqBzWVAVmQ0AMPx
D3OMu/daxN0/Dvvy3VWsstteRIrkv9+u7QO3c/no3VcOnFyTi0Wm41mHlzQIcWvr9KK3P3+n
/N/+ZpKT9P8AXrzTnMtdu6e1znl5DiKLmFrrfd/oLGe//g3pr/rHkZtV9z2tOLiWVn7E8CLW
NO651+76V1jP5mv/AAOz/SIdbfSwcs2yy92PbjXFpk6sZ9na4fvetXs/68qfQq8XI6jZRnnb
RkA+oxhAOo2O/wCEb+akp6XDsw2vovDWuqprDcPIFcP2x7LMTbNttv8AZ9Oqz/Rrnqeh9R6j
lW9VNbsObopg+m5jQfSrcz0/c59Ps/r1/wCEV8/VnHf1ewPsLK6XCq3IL52sqbs3WtHps9S2
hlWQ9n5lf+Dt/m1rZ3UsAYdtdN7SNjw2ut02S4O/Rsb9Pf7klM6PrTlu+rWTRb1E/aGFtOP1
MNgybGVWY7nx6brGsc/9a/0b/WSXFOud9jZg/aai30iPsjaX7Qdhu2WWR/SfU/wv+m/wnppJ
Kf/S5/rFgtc4g8/w7rJY+2nGsLWAa7ja7VrWj6Ptd7fUc76C6DP6Vknqz+mCHXMtNbiDDfaf
dYN35qt5n1eF3S6sMN2212mzKcdNtbW73CB/pntpb/xaSnGrquzOh1dO95D3m1mLjj32PPsx
sd2m5zn2O+0Wvfv/AOtVrsfqz0mvpvQ6+l2AOsymuOW8agvsGwtb9Ld6Nf6Hesd+Ma6trH+l
eGbm2fRIn6TmuG3/AAbnVvXUVerSysuBa7aC0kacDbykpjgVU9Po9HDYKamnZSwaxW0+J926
zd/OO/nHrKz6MTP+uLcfKBfV6Qe9jXGSaaPXLn/6Gqv1Kmb/AOcts/mv8ItuppfZS789+4NH
iFxba7Os/XXqDqy9uN9odjWXVtc4NqaG0W79nu/TfZ/0aSnp+ndIpa4EMfj4rXGsVUybLbZ9
36Rzvazd9q977PzP+DXM9S+rnUun5z837O52OXOsYGH1RXvcasWuw1N/n/6v/GL0HDxMZmKM
fGGx1db21Mg/oy8bPcXf4V252/8Arp/rHkdUx8JtHQ9lXULoay+zbtrY36Tttgf6j3fQZ7El
PmduMzAdiHPaPWzALm1P0LayXMo3tLvV/SuHr2PfX/N/Z1htd9k6jQ8NMtvLSwfnbH/mfn/p
KnMULhY/q9rOo2fabnWOGRYLPULnT7n15DS5tn8h2/YrHXqq20Y9zRDp94OnEf8AkklPRNu6
abMmwy9mTZ6npuaGwYbXt2S32/om+yxVc/IZRjvfRiHeXNaHAkzJ2M21tL3O3u/NQOjfVnq+
ewWYjHY/qNkMtuIDhGj3Vhll9dT/AMz1Fq0/VnqLepYuNfkUYuVSftVNdRc59oq+k+iyxlWP
ux3HfbRd/wCeklObn9JDMPpeEzDA6ha3IttrbpcQxgbX6lsb3X+o/wBX9z1UlebjZF/1wdjj
qD3WYmHuOWcdoe0uPqem3G3ek+x3qtZvSSU//9PpOrfUnLv6rdn4WRWBkh7ni4OBY50exjqv
zLP3v8F/wq5j64/Wt/QbX9J6U2p+YGD7VftDq6nEfzNNL9zHWf4R/q+yr1Pz16Ta/B6Pg25W
VcKKWCbsi1znGOG7rbS+yx/u21/y/wCbrXi31hod9YuoZnWMC2l3rWuLsV8stawRVQ927cz3
Vsakp5p+VmZOR6ttrrbnDV9hLj46b923+yt36tXdZw7HZlTrGYlTmtsD95oc4nb9nuZ9H3s/
O/naP5+v+aWUzpPV22FtVLpBj6TY/wA4uHtU6+kfWLIPpim0NJ/Odsbp8XNa5JT6XT1rDbXX
1KxxpxpFNbH62C6f0+N6bPdZe12z6H85Tsu/wi6vAxRi4/o11+mbXvutb7XPNlrjZY+xzBtf
Z7v+ts/RLzz6t9Aq6ZTbkdUsa59DmPFrPU3gua9voVtZ+lfueyv+br9R672/IGT0a+yt7qTb
j2N9QS1zHFjmbhvDXNfuKSkGd9cPq50u+zGzcpzbaGkva2p7wD/o22saanW/21znUvrPTn9E
y8jILsXIysW57a2OBfTUXtw8Tj3epkepvbX/AMasU9Np6sMLFNTXZODj7cyt4gOsDtjc2/J9
vqfbq2t9D+dtp/S+p/pVZs+q+Tbh/Y7XmzbUwMt2hr9tbWtrqsr3lv6HZ6Hqts/Sf0hn00lP
KVVYN2Q69udi49j7a3V15DLq2iCTYwOZj3U11u/lvYtzG6TmVdSxb87Ha7Ebufj5DHMuxbXF
wYyMih1nqWb7Gegz8yz9JZ+irSyfqRnmkMBoZXUDtfvmRo/9J+e5yh9X2Zf1euyL+oXNxOl3
1ODa7TNd9xEVW04x/n/s384+yqv/AIH/AAqSnozdgddvd0nAy7sPDxYussoca8jLd+/ud7mY
1P0vd77P5yutldah1Xo3UxkdOf0/Ivzb8XJ3015Vs2Fj2tZk4v2na1+x9Fdlm5//AAq43I6p
XX1m/JwLH42231KXlpY9p/Ns9N30f+Fr/wDRa6Xqn1nwOo/Va3JyLHUZMit1OOfcboJZ6b/b
+p3s3vs/0df6H3/4RKavTMzF/wCdPWM82BlH2unFaCR76/tFGJLf6tX6X/i0lzdzK6uiY8AG
zIpdc4RxBdUHf2vS37kklP8A/9Qf1861f1bPsx2uIwsGx1dNY4NjP0VuQ/8Aef6m+ur9yn/j
rVwF1ltF4fS51djTG5vh/wCZLociPSMmZ5K57LaZPhOiSm7T9Zb6qQ22hlj26GxxI3HX6bGj
/qFd6f13rd+ZVTvqwW3Q51gqadlYJ32sOR63pv8Ab7HfTXMMcQZ0ECBK6HpGWy7JZe4kHFx7
HS493E9vb7a9z0lPo31U6YRidSqdc+vJfcxnqg+pY2v0mvx7vVuDmvtyK7vW/wBHR+j9JWbc
XH6F01uJS599mS/da7ItfcXtr+k53rE7N25jH+ixiP0vGv6Z0rH/AFtu60eq6vKj0i+39Ka6
r27bqdjSxv8Ah6/+CWV13Kq6q2hjien9SxHv9LHvI9G5jwG3V4+dV+jyfU2tfj/zf/DVVpKc
U4Dhk35+PeXtcQyuHEW0UxNVf6Mt9Pe6x79/56PVl9SoGwZN7uSW2tbaJ/MP6QK90TFryfUe
Dk0upaNt1rBUxtvdgb+kfa3H2+le/d/hP0KWQH0Xii+sOuY4ue61rgHPHsJsuYPeyxjf5CSk
lPUMuytldjocCYc2uusk8+7azamOG7LuF9lLXXgSbrA17gRrUyy149ViG3MyhUINFNJY5sV0
XWWO/O9zbvQr27v8N9D9EiNsycpoDpFJrLrLrntY90e9/q+jGyv9+3/tr9Ikp4n/ABh4NeL1
enNpG37bXusju9hDH2fyd7dnsWI9zm9NJNY9PJLWtM7vc0/ztfu3Mt2/o7Gfza2Prdl2dY6p
jY+D+tCthbRZWNos3Ez6bdGenV6fp72+z2WfpFR+yY4HS6LrS3Hc03ZW9jgWN3fpzs9z3+xt
nvaxJSZzG5NLDUHnGwcD07rBWQBe8PAqcdvv3X5FVf8A4X/Sfy0l1zfrHm2F/Wq6K2dOpYHX
YpsD8x9TnenXsrb+ixavR/wNj/0lVez8+lJJT//VyurdJvx/UAIcxmpI+6P7LlyWcbGOLXCI
4ldz1TqGZfcyjaGgnRwHI/kuPt2LEz8BuTTu0D9T4f2fd9JJTyM6+Pb5L0H6v/V36u5XTRkd
UyfsTTj1WC/1Gtb6jXv9d36dtm/c001ekz2LibKcdtm12kiCQRHkSul+ruLhZlA6Vk5jqLmu
9bCeWNcwn6ORjPbYW+p7f0lbqLPU/nP0f+DSU9n1r6x9DyMrFfQXZLK52urocW1/uv8A0vpP
ez8zZRj2bFLMxmZnSLy7Zdi21myZ3VnYfU/SN/nNu5mz2fpKlx+Y3Iwb3YeU3ZYwEt5LS08P
b+dt/lIHSvrU+k5DL4/SNcHtJLmB+wsoyq2f8JtZjZv+mrfXd9OtJT3H1O6ZZ0nobsrOcBfn
TkPpJltbHN/V8Vr3l73enR+a5/s9T01kfWj64s6d1RuOabLrq62PyGV3FlbHvBcyn0X12Me7
0XVPss/0li0sbJvt6RjNrJLasVr6bHe8kvbvZuA2+o+pvtXLdT+reFUyzINllt7zJ9QeoXvJ
3F1h3tsa+z99rv8ArSSkGb/jHzrgBi4ddQiCbT6hJnttFKrUXdU6+Kz1nqIxum7h9pLA0EVy
Xetcysf4S3+adk/4b+arVzG/xddWurdkZGTjYOM2v1AXCx5iN7fb6Tf/ACaXSvqf9ZWmqz7B
61O8WU05JYxjw4aZD6LLK3ut2e5lVrP66Sno+pYn1bzh02mq0dNGENtOW1pFgoqBnFqc/wDn
q3Os9S2631f09n6Ov9JascdKpy/rzmtoryMvB6cxge9ha5+7Y3buc5rWbXWutaz2J8PrfXHf
XXCqzMevFysYit2K5m1ldFbX32PLfdt/R+rleqz+c/7bVf6v/WOzEHU84XsxcjqNrsiLWeq6
1zi+xtIc721f0jc+3Ykp9A+wYY6cMPY30XAv2hvugDfuP+E9b+V6nqJLOPVLB9XW9SYzKdc5
hfYS/wBzD9APb7P5l3sv9DZs+x/9NJKf/9ambixm0k7CZIPnqqfUGV5Neyt0B8m0eDdPo/yn
Itlge2HCWkHULMf6teQDWdziQQ0xH+e/2/5ySmp1XpmFUz1qwarGR6jXEkOB02/10PJd9m9F
9cP0BDdSBHuEx9Fzf30XqFz8iuXE7AC5juZj6X9Z37iv4NdfS8GrJtpbblZDTXj0OJA9J36T
Jtf/AIT9JLaf7f6FJTY6Zmjr/TLOk5Dd+SA5+FmWEk1uPtf6tg9z/U3fzzvU/R/T/m2LlL8b
KwMl1OUx1N1Y2vrdzDhug/yNm3Yu76FTU3Fs69lNY67Ne5rK8WsD2Md9n2U0M2sa6/K/R1M/
nLPS9a3+Rpde+ruN1Z1V1bdnVqagTQHby6o/omtc/wCjux9/6N/7n6P/AEKSmv0IPf0fGpa7
aXUsq3EEgF7faYH7qqV/XjpHTXNONgZGTkHTMstsZUay0kejiNYy1n0h/Ofo1d6RkMd0ghrS
2ym1osZIJZ7G+n9H976bHf4SteedVivrWZEhhucQPpD3Hf8A2mulJT6l0r65dK6/dj4dmNk4
eReS6n1iHU2Ws97KhkU7Hvt27n1MsqYyz/ttb3o7rW2PI0Ba5wkuIdtJL9273e1eWYecM3EI
I9PJocLWFsgbm+6u6o/SrezavQvq51ZvWOmNzHgfaWPNWSGtDR6jQ1/raDb+lY/1PopKav14
y8PA6FfZc5n2h9VlGGXD9LN7fs1gpc2NtfoW22P/AOKWB0T6r9B6tjYIwXPt6lVWyzqeTv8A
Ux6XPb6javSextOVm/6HGq/QUvr35vq+n6OS315x/t/1lbi0OIfR0+o2Brfa9z7X+nVeyf3M
hnpWfmLrfqp9X8roHSGdNzbWXXNtsewVgOY0P27WNdbVU/3bN/8Ag/ppKbX7MxTjfYTP2ZrY
Ddx9WZ3eqLt/r/aPV/WPtX859p/SpK8XNLwA47hqQW6/2WpJKf/XymkMEgSDMtOn/SVK/Gbe
T6FkPAlrHkAz8foq7Y7Y2azuaeWnX71VsqpvM1nY/n0ncT/Id9JJTRsINbWZmK7H2EbL6Wvc
x0CPTcxu51dlrvoWt/PRPWf1fLL33Ctzg2tro3Oa0fzddVTI9TIsd73Ps/wn84tHEr6nfYMV
lfreo6HB/AjRnuG36Kxuo4eZgdSLPtDDcDAfpte1/ucx5+eyytySn0Xo7MGrHpoYGsdhAV42
MDq3RzX23Wf4TJfuf6ljf0dXqWej/hEsbLL+s3W0tDw0Mx35HFYLP0no44/w+x7919n0P8Gu
U6LaOoNdTl3WY7ai5rgHGKnRs3bvp+m789i6lvpdPx69WmrEqAaI9NpDR7amM9211jv0j9n/
AKMSUg6vgHD61U3phYftFFjMqiTukH7TRvf9Bvp7r/Q/4P8AQLzTrVb6Oq5A1a/eNwI4MA6j
+svScTIz7caW7QLnh9txgbi0zuc530GN/SLzPrFzsjq2Xc928uuf7gZkB21jv6rmpKdLpOXR
ZU4vAY9g3Wkfl2Lr/qzkdUxMJ+N0/CZbfYftNr3naGhwbXjMyHtLWM/Rtr/4T+dXF/VfCs6j
1WrErB3WnY4jsyR6ln9Vjdy9hwMOvDZ6FNh2SXE7GtDnu/wj9g9ztv6P3P8AoJKeSq6T9ZHd
etzep01tfnX4zLr6nD0W017fZjeq919/sr/0S7n1q3jc7dXJ9ziGkf525Usotbk1VOO1zJsq
Np/ROEenbrWf59jXexj2/wAtDsy6WPrZW13vOrmMLna/n+3Y/wBH+0kp1jYJDQCARqdJP8vc
kqA2embfUBrB2F4cSA6R7CJ9n9Xckkp//9DGsgE9j+6e6A41OcCZqfM7u3KNlNMmOTHPdU7T
P09I7hJTcqbdXu3ZO2qQXls6t8P5SD1QVZoL8cbGYp9WkviY7Nf+99HehMrq2t3Fx1naTxp/
JTvsAqhrRXXElgPLp/PcUlNPC6xl4t99lbQXXkeoTA9zeH1v2n0va76SNb1bIuf6l/qD1jO5
7i9x1/wdjm/RVLExrMnMbWOXP1DjBAnX/ororWYlRachoNOLPoUtJg6D+cd/Y+ixJTX61m5W
H06vBdkAteC5lTGkGD7t1rt27876K5At1kuEk666StTqOTZl5DrXR7idZ0J+P5u36DEPp3TL
uoZ1OLSD6t1jaifBrj7nR/Jakp7b/F10k4uLb1e1svvmjF0mAD+me3X6H+D/AM9dlS9rnu3l
wLW+0QR5+2R/1DkLGopxMduOxrBVUwNo3j2Q3Ta2gT/0WqfqEw0kVgtja0OBjt7nbvbp/wAG
kpkXCxpa0hzCRLdu4zzJaR/4Ik8WVVAvaXAn2udBZp+59Jzf6m5Da1ri4kho/OcfYCPCaHfS
/rqA9Spkue6yJhzTvO0/R3e39391JTZLWyNj2Nq+lbXsbDvzm+/b9Hd7klDcTT6or9w5b58b
v+/bEklP/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEA
NQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q3JaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5
ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9i
ZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAg
ICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8y
Mi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5z
OnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0i
aHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2
OjI3OjQ3KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozMCswMzow
MCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozMCswMzowMCIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDphMGRlNDVhZC01OTUzLTA1NGMtODNiYi1jNzI0Yzg1Njhj
MWUiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NkVCRkI4ODA1NEE2MTFFNDg5NzREOUE2
REZDOEIzRUMiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo2RUJGQjg4MDU0
QTYxMUU0ODk3NEQ5QTZERkM4QjNFQyIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3No
b3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6NkVCRkI4N0Q1NEE2MTFFNDg5NzREOUE2REZDOEIzRUMiIHN0UmVmOmRvY3Vt
ZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NkVCRkI4N0U1NEE2MTFFNDg5NzREOUE2REZDOEIzRUMiLz4gPHht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0
RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YTBkZTQ1YWQtNTk1My0wNTRjLTgzYmItYzcyNGM4
NTY4YzFlIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjMwKzAzOjAwIiBzdEV2dDpz
b2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0
OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2Ny
aXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRv
YmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRoj
IhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcb
FA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
/8IAEQgC0AHMAwEiAAIRAQMRAf/EAK8AAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAMEAQIFBgAHAQEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgICAgMBAAMBAAABAgMEABESBSETIhQxBkEVEDIjJKAzJRYR
AAEDAgQCBwUECAQFBAIDAAEAEQIhMUFREgNhInGBMkJSEwQQkaFicrGCwiPwwZKistIzFOJD
U2Mg0fHyc+GT0wWD47PDJBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA0B+8Gi1C
IrAfwrExWC9JoZ9xVDxWwJV8As+uuMLkgPT0kGRZKBiAkiuMwOS2ri7Zi+pcrT0BW85ohd+Q
F9Vg5wB4HZUOesG5NwEJkchorBaRkNCRlC1rU9HoJvXx6syeXKsJR65Yg7Ax2EMQAZaKkKjF
cIQFik+sVKEwS1PEa+M+Z9m1CtJoeOCR7RydIcJaDKE/il6+ggoZC2Hctaly1bePe94eMLxa
Q2CVHcvNJLxShdUWaaFkajt8+Q9Ig8I6xe4TiVTBLuoaAE16CzApL3HYpfwjWzdPOBiYXPUs
MO0n46s/L6o9zPS4ACLgLWrYIUJjxR2J9WxHqSaVZGEj3iZqIanAEbvLpiJMu+bVR+M5LYxx
rQVdIEagIt6gA3oXbTdHPJ6Bm3tBXwynhGCPpM1KgKAp6wSZekHsKnG1zvnIi6Hnz1h+GCrl
CTQpX3oLVtU0hEqWtSS2Vq1OME+iVi5wGhGqZ+mVc1Ofl4rW/gXrSB8znghnGQ6i6OjPJn2A
wLHHYvF6ka2LplMve588YbIcvmjzdLBZF4YXOU4ySDJKGwci5SZiT01saNLDCEGQvzW9yACt
/EtgIG9Upd43UHIbaoAIiUItWpReRBYmhQlbjbiwT1rUB3mxFL0BNruGpz7+KN66mkCPHib0
sEuDEGchAY1oJaAKzIDxR2CerJJaWHhEEF9FicLagy8/qsAU3sDYNQzOiLM2zw/L9DzYMa+w
YniAIm3gtTSKFtBrKupiFtJAvaviazUG+hpE5vQJhRHTDMCOWtGeZmNYJNq+HnM981V8zQIn
0lpEUK1q6BzMzUtb3j3poU5vp84yQW8dZ03I9MEyNGwqFkIrm7fLm3z/AFPLk+rQauGxQbXj
QEARortvHL3kYaaSBcz3TcsoUTAFsaIIoXk+p5wxazB6fEJPUZ7VxzG4PQzArtugH5945Wtq
l7jIW5jRxDYHm9Wcd0KnRBtHguqGiPZgLwSlcjY5s18i+oc3ZlUMReQ1K3DLttjCUBJCSRaa
XBGDY1qU8Z2phdGWKzQrzvU5pyq+tcz9m9CMnpVTmoKI6Ht/mX0M0Y9J73vHLQMh63gGGmwq
Mu4+qTsX5Y6r2duDJs9kFSpAPF9FyxrdbjbwtkdCwcONzPLlUsOGTYLBZgqmdcuWtyt60D3V
qLdJz2kdBCBxpHHk9LBBrH0YBvsqmFh6SJTbzSHb6/zLpzqIrY5elxkKyiJCKIrr4zB26mVt
nN9GwIWrRwF6QGbi9Wobb8+D4ujiGbldHzxYq5yu/h7IpcYylGRnhzQKO1Q6rAB2jBT2LdAe
fztIyOl5vSHJAcZrTMMF6m2ZrG6iKlHQ6LY5XQEhWCBUdUM6l6lKHCe6PnHTrcnak47rayUX
ZgVeEU0GkcgdQkZTKeyhZxVkLoZ4yfUkZHapeIuBIEgYXrlt/ntc5uhIPP57wnLYxhVdc2GM
TcHHQHKrHzjA0UtUdXQqbSzC5RJhQVreBlHUSETi8dkzz749YAxm6WWamY3USaFBtOzqHLYH
0rlDlXU9MKhfwFwBhxhPSF1N3DE58QC4syHeTIc761Suvk6p0CbVjB8UZTcX1BehAnkms8wh
u6RixqIHSAZSF1GlQHvVH6UKZw9JMZNounNhEqaOxzncmjkbWOc7sYvThdhBsZFQZ88emADX
qAjtti2woMSziLBbA0S6ZQjyw4ABaRLsKXN/WwdMzNDnt4aQqI96lAy56CCp2TPFrZh1qjKg
BZlYBFhjhFwFirwarArmHXoudHO5ydYMoWwtRgA3Www008ctQOmatdFAqiUxDeiucKDRoJ6i
BygiPlRRITI1MU9VlU19nm+jMDbpYJEVLeTkYzqojHQ830QrzO/jG6G4gYDBBRe4KdFYRuvp
DsDKLMn1S94sQcLAt6/ivhlLDPmmYmBs65EIhvSEQUPJiuJ0gTls7v0jk+gNzwsop428dqCi
D6Ay8iwaNs4o3FBhoqQDlahSN24jmgCcNBdpcAMoyWavhsnpOdMjXqyEk1BctYNywykkDJeK
XAMVsExdvmTEOnojOoHfIvYxKbyZoReAeTbhBrMmh46zZZ+bieZu4oItGhez9ADPhD3gQAez
tkaqFIytbJ1jrOa7PjhafbBQmgAPiaZTPq2EH6Fxiw7mle9CJrJU4WQVxFDcN3Hzwh328a0i
YGvK2GhkISEyZzwNyDjs3puWIaTYNA67ATF1cwSPTUF9XSbM++yQwa9Bij1ed7AVwNrkzP67
luyNzju15AT1UWQ7AdQCxVEYwM7HNFIcDnloH3cO51+pxXQmiUdAbiTQ1zPSDHSxJ70SWmLH
re8VzJGTj7XLiOZqZReGkzXmtS+Y4uaeudkA+xzwr7F1jYJiGOY7Xj9g3eK7ngBvsuS6Y69F
7xxzPSyctraeQYvIkUB+iC1Zki1rFJs0FZKI3owN8KyFA2y43RE+t49PoCe5fMO6zOfxDW6b
mHx7IZ5kcXQMaGc+yZ9eoMcg/eDU3eegcRzNU2ieg8o3Q5nH6+C3DdZyZvdJh9EbwcbVGCeg
jiuw5I5EDSwP1xlpoQMRW4xq89Y6PKz6GuxhsG2B0ptamVqkzHiuJXALpdnxIndmhv5bdiMH
YyQRPaRlheVA6aUHdl+f9USn0+Qc+Re50mzwnTmmO0CPq8oFQh4Paoj6YUniK3qB4Lp+SMlX
tMs56zoBWfSV9epWJ8e9ZsUc22Rtzxyz+W0Nx6DI5fruXOh5fZUF/aVTI0ddEAjsQYo90JjL
9CQ5aN/MMzazemHgeRMgNLDHgHOtY4zrz3PbvGCm3hdWIK2CfXPe8Ry1uSKryMf0+ZIb4QFB
3JYj1pFymuVYucEJRY6zOfKc9r56J2lsTaMrJ1MszDeUOtvkFNIYTBLTB6LGBBYCZ0awBPGd
GYhdx44WDpjXg3GdLEaNDC0soJ0vO9CZFa0PseJqcEAUYAAGUAIRxEMAqdETnCm/TnxG6tkk
NNUe2e81J1qWhJyGlsiCjZyiqNynG7FiHgkuKEZuAv6555S42KLFL0qFCWCGhnMLku94gAQV
x4QGTSw2VRnextk54lGDueadQKhOEAs0sBEcZT0+K2rJ6PNg/aaRHSYGuaqrEnQXrY973geF
rc4NBsE0IzXxerLBl1eCLyawItjATEuAsWQRKtEDF4vwvd8GJRPhptDYMxYtQ5Ne5idEZ45u
YkgJhC4TrgxkoDrapcfpDFWKP0tUpv5jhOgp1Z5jLCbM57JPCd1zgvKrRezLIkTVyiWQUKHB
QbfwRmszzhzQhPRLgGE86MZbjui5YXi0BtEZDNOrrnWBKkMH42B+1LFRECDAUYGhgECKIifS
TESMwKxtMLWOh3MvVIHRE9z/AEy5c+BUbUYWPaWdtjdCeMcelmlTLlClzjh5AIrMnFGWPFhj
5oPhbGWC9oaAKQjEd/DYC2Bvk6azhzdWFiAlCBrcRUBKFKXoerNS0xcMXXXFr9DnHWsTQxlX
fBhTBas+OTptY5Pa8P3I2Iwyc53OKGUMM2BcrGcsa4sFQ6bKwhhm1e6C8V3wThNrC2S/Nddx
wbZzelFdmzZcbFTAT3M8yhaiZnAbWFqFEUrahPvQSUJjqGEtQ37LCNCvPrGoLnhnUTkbYO56
mLyvaZhsa1SHkGkS/P7vDB75dTTpmQMip496WCjmqI2tTEKbmUvI3qYzILger5Y1upxdE0yL
OkDmooIwxNZpEVE0IzltRMRqzQX8WClrUNra5PowCdrBDhuRNbBTJFOj9yXUAhEyzrh3QIp7
HAYB6AqPjE5PUpW0gyjsaL2VJXor7YHl97ANDaQ3jhVKOndXVkJbKg0YtBjBlMqG3i0XsCA4
Iy6OrAa2GFHYgLcRIdJibjhyU6eUEqIguO+cbp8Jg3LIsm6vSQmVsJiwdKpkobiJkB3XDlL9
lsHzX3ZciQczAI3kSRUqaW/zO8c3oZbpp11M0e6HhupNBCwTNDBBEjwgFGBlKXEUQkQIdhnm
A3GfEqMdJyjJ1eTXUOSvs4gFO9Abitw2pmNHWyC4dJtEIPwiF99syX3qlBsZAhu1ORWAj6Z4
OFzfpeOZq/QcaDZFQsVVwd6XE6Ut6ZOWn3iYjxf1bgUtLNF2b3B5u0uYjVbhaMiAHTgf0cJg
7bGq2cYJ5Mik3COJvHRFGUJnOhPatUzX9wrZ2k8dqmrUTJSfVLBtYtDEgLWTA/Pu24o3dW26
ceF3XKuMQCiWDj/WgrW4S1l4D1AUt6DCtTLgF6QagQXFIcYMspKDW9hdCRzXXwcLRtQnSU0D
YcU0AC54OSFFS9Zggx3TK7XBTPoFxUDRSxa1JPKTzItk2XO2zMXsDQ0VikxfxPgScpNPEjvI
qBpYHcMj3liBU5oLCLUYIHTGWozjY5mhx7WkhJbWOfwfoPOGS7Uo9qZmqJCIE5BXUywjK9zc
NiawdRwA50/B9EbExY9NqAPmn0bgSonKAvoHC98OE9UtWLg/SM5CK3KTapUJagRXqVsdUkbI
CAmgb1wXEUfFKbnO9mFXlAH0CrpNcnSMfH7bmQmvzHSioWFDns/WyjxKeD3EQ2pRcFCiEd+T
J1DxR+Mvhuj5832KbBTWMMiaEImBl/CKcPaahJoUXE0sCCWhHhtEB0PGTpIPGxzjaRPrrBO1
ydQFYjZWbLmDvY+wMYuxBzsbXJnT55FzCz9PNJIGw5Inzx/SBGYB0W4oQa8ioc+PO2zR2Ob6
M0KzYisQF9BwdxeOKkdz1ZgmwILiswZa+0kIvBVNgOWQPYVi2qEg80sc1xhg8NjJB3T2RltR
0Dx3Yc8AjTCYGdq5AP0SS9nnNNlBsuuPVJ9R0zEOydPn2pqSYPc4+uHsncalUoWK1LVqM5G0
eL09YCJxYFW1ArCZRkqbJnzoIiIjhG3sPQNc2X40zZ64/VLoSa1uGMFMglNIUkUGHz+llkei
SfTIXTzHwmmDTJ3BwX8QYUMqgHQtA5g4P00C3WoHusU5at6goIAMROxcLFhKGAk1tQvF9Q5s
PRYonLUBW8p4f1c7QFNBuoMVrlsZtMakJStCkOQUJQpaPHrRA1oZ+mbmgyQAetz1p8DGKhRq
1y1B0IumUZm1gZwychatQgpgrQoypA+HPL2LmAwPNZVQ2HrrmMdc5dfSyzddUeLsLKmjXH8E
oDxuGGQpnAyRRclD0+kifGL9bz3ajPveItTwW4oDY2rApJRlas2MwrtARJkcFaxxdLQUi9Sf
C8XGWRerUC9pKCfBoAV7KiQtJAsKsDruJY3Fc4ozZK4cg3Agb1EUWUinp8Dv7xa3tI2OmzXi
a1kgwmSkXoViRkwSQFpKR6ohmvjCCulQ5WpgnqxU9FpAzNA7CFxmy9g4QjDQMwwi4mJBZGVm
0F/efEI1c4nZydwnFaywVJgr6Kl/UsNb2L3IwBhcj1jizA7lhEEXKkc8WILT64p4ow3hSFgf
jlhmECi4i/hWLBvUH43gVi3FT2uVtK4QBKii7ACbVINaQSlstt0CQ2UBSYVJFeCBFIAPUx0e
0BssxSC3lbhqBsQWtCwr2KCIYUOBgqWsBPDODqShzFL0BjJQH4tCnpqTWLhLD8TEQT6ZKiMu
LeKM8yLQHKHERIwBELLA4JAP02AFix7bz+rH63ILsiqeiCFvAgYH6CpIuFpQZ40UKUOIqehQ
lSeP/9oACAECAAEFAP8A4jP/2gAIAQMAAQUA/wDiM//aAAgBAQABBQBmJMbEuW1mwcYaXmQA
cLbzlocjsnZsMBDzLNywHy6xgSKSruoEcrRPHPE+WW20X+yaGT8ciIUctLPL8v5csBGTokal
bIm42e5UtChG/Yc5Fiz6yFmBHywwNJKdxNBGu7FZtyq4jimblBLzVyhTxyb8AEgbwuCEfzsk
cmwyEZyXCd5HrTqOJ1ph5JACEgHeEkYGBbywlPgFtl1U+MXkAzEYTEDJNEUWMxtK6l4xrPID
leDM3NTszODIGOuYKR6JBOMeOTeAGaz1MbBsLDCPinFsBKtE5OKUA/rBK8NKGHHi9kbpLDYs
wRB4OMchYgK2xv4pICeXHCDsa3+DjEg+w8dFsH+xOl2MMhOeTild/EFyMA2OQ1ZcKOQGKRoE
jOXxlwHZ86aTCAzDTYHwuwLks6uFxjvPiBy3iDFBxydNv19K26zbWQDx5zmNLvI2DYOHq6zy
lmF3FXmI+7jPKab11yS7KfgrFTyJCtnI6Dg4pGEkgHZHnPOt6CcgjMTjkEAgAyHEZSBs5o71
8TsZYYBCA2KiqSxxdZOfl8jkkvwEjAgji5UD4LiOAGkBHM8eIbJkIQecGgMc7Hy4dLKRP2i8
LxIwhgW0c2dxSDlXdS9ZNspPFjJ6+wjd68rO5J5YPxyAwMQQGI4k5oALrX86ObG/GMfKtxVp
ASWGiRvWs/A3oEgnkCOQ3Y2cHENIRpiTgYrljQOm0zfEEbA2zbdX2BtsjXbGMLCm0awyvAu8
57wOdgEo29VG9VjuV5SldgoAp4knYGyuewLkIaS0GYBGHrmAczH/ANGhp3wcjmwcj5AEhVG+
S70f9d7XY1vwSd8tJGCDsHNfLxnJhhZid4x45Y7OjCp7YTOLE5yS9ImR9hXbB2EO2mRwm88h
F2MhXljKODLrOY4g+FIIaL2F1bhHGnAg4mtKxbG3jclyz/6aEKjUxGaJIO835/iKaWPK1u3O
9auY2C6axGI5QFCtosvjGGwrbADEAbwfnYDYM342QzMWwHx+MBOeM8cVUFrdutTjudlNZJJb
Kqbkr1JZIOcbC/AIpNjIJToBsBIO8jEgYTOMm5DGOkVQcJ5PGQckTknyUMPgpGD4gEbfQbr2
9lVeRdh4YHY/2mbiEiYrwGUV9YNz4UixzsOvM6LINnZI1gYgg7wHZH4TYBcbUjNHNrmxvySD
4YAgHLsrQww9q8EtjsGgsS2JZmJOgp3UUrlO/NVQTK720eWrx3nXQF3ZdEBDhjYsUaNP90cM
WHxxm4gAkxzNG8ZVxaIWVgBEredEqTkikr1wf23Injn5K2PtsJOiC0kcDBI4kBEfIRwqohVg
xlAW91cdhJOUMmhuMHihUZvyp8g4yqCBvCQP8fgAnY3rBrfbytrmcZmfNLmjkasxhVo8AaQ9
f10smXJKsdaalCgjjFasYwykeEB3JKUwlWQ8hmjjBeNZmZnhSTAklUWJElkmJOKCSugNciRr
IZWWUAWF3S48gckPikVDMSxRTkURdhEgAj1h3ih0FyhHcx09Up0DxxfOJgZtsGOK3g8jmvGL
vkBttMcG8sRo0V6WvI4AOCNiY6zMIqk3KPqHKLBUrI3YlkNs7hrzskhbC5xz5GEB0O0kcKAw
CYDsUvMrqQSylXhC2JQsZ8aAGeNHZEPlq8rQmxUafFjKyMgYU6r/AFo4eQWMsykKOTYzkKhL
hXLgAb7BuHYkbC6xdYvghmw7z8AneaHE/hfOIRpQMGgO4ve2Q+c2dxs2JadB/YWTiSTEiWxO
a/SWJWj61LM1iarHVZRyk0cDHFAbHkZ2bfLRAK6JUho3KGOw4EZV44Uaa9ZiWKdVBKjR4gli
cVz7I2LSMUEVspDYgUTt4SpEdrsYfyPwi8slCwpP3M6mfu7kuQGaaRoZY0UAnelB0E0T+MB2
F3msYEE+QN4Cu7TkQTgq+icWItiwqCqKcAVMV4xnTST2pbELfWqdI8FmRndm/PBcLqMMrESS
EnlxzkQGYjCr5WHslas2OZYE6eQPasuZLKRgY2ircs/JVNyVYizT2WXGk9r1K/rhijj4xrFE
HlYj+V8ktEg7Pufa807sdk5FDwFeRtGqxOvC8hg8AEnB5Kfjj4YtnM4c5bBIcWaDrLW6kTi4
qwS1ojYlpVacDVaUdhj0kPqo046kJB1Y4ioWBDMRkzFVGwefht4RsINh0+UhIaqGFjzq5JGs
NavNw4lZd4SN+CmlIj/+9BxQU/YlWAG4gQCw7ckVDmiQgzaKva3xLJJKWxWAMY2yWGAgZiYb
XJpkUJy3gPnfnXExKXb1twbekIBB8keTn5KMwPciB568nqNOxTc03b2fx4ySOOpJZZp6EwmU
wS2LVmTrx67MDQSBNuOWcGxSAqx7aaIJiMySmAzLehWOCp8OsnIEqsArHwHJxi5ITWIwUQIx
jjpPVKkbkf2mM/HfJU0B3FlYYZjybBra63DxJaQ6M5L0maaopzWiz6I2w6zrYRV+rDkp8RHR
LaYDkNbwKoy0xEMvNi6MscaFj+vdhIWUg5PAJ45aVuQTskbEbxqsKvSv2GvXKULoyepx+Wc5
GFKgkZLyeR2Kydc4NXtGXhXiaTqb1V4IhIWK8zgY7H5dwhV+QqvqG/8ANLDmOOkh9aKAVXFI
12AcWJCSQN5/AHkbx5mA2S3VTcXsp65Q2iFLZQr+6wFCjeMVGKNlFzQGcN5LIkJBRxair1ms
TCR4SvtE/KUSEotv5R2/fNLWWOUeHmASLrmj/sZ2Cx7d5AyjGYhlkIUsxKD5SRxlOulIjvzh
5Osklkjf0s80QV0bZDFlIyRvFYn1QOeNhwa96Xm/Wg+jmeS7wHie6I+54J8ZrYSJgEj2JE1h
8CCULkUS3agRmev1tuVet65aq6z+GJCrxVl5bUHTSIi27MliajBDJD2VCZY4oS8lbpw1Pres
k+qlERRyFw8TLTpp2H3GI0dnc8cMHdhnezapSVmJG1KnFPj8h2KgyOJXWSU14Xknkf1B55Wd
l5F4ypPxOwTKgCVZT6oJQUJbcz8367n9ELsohOcCc72JY5fpyiHi2V6UsxHWgxxdacuQtBLI
NFdkdNZKyRRwhfGlRVH8ax9HN4nLAVB7Oz8pGYmvalrtBJD2NLqIQvZSSRxD+47Kja6v9pq3
XdI5B2wZKqxaUg4POd7c4Wuntuyy/NLVGWIBG0OZxRIcTaGw4TAsk2CMBZnL4WDYCdlhybRP
HSznSVkbhBoNMCcfkM6M8qboABGgUKpzu68bUfcIEVK1uEJDVjHdIXp2J3i7unyiZdrsqKNk
pJ1VkWKWfxv/AA4JAUYI+LO6xrZcyNzIyNq82Vob9Oa4JanYTWKc8P1qzRx9dUhzqZGQdjHH
7iGQuQGmnWCGWV5Zemhkeyy16aSU5bKN1lySeQGJ3k0ea8pflFBO8McdqTlM8smRhlDvxSaZ
gYCN6GzGXf2Ha2oSolilMpHPo+P1GbjgJI34v24PrL1UctanWZbJi5NN1tctQ66CKW2rTVrl
eNesdCDGvy63t3qrQ7gTqrqyk5vC51HvXsUC1LzhmZdNvf4zqrklebuaJs1HjmWLp7vsUHIm
ETyTvaiTlsRM695aR638/qwEc6QI9kjm7MTF2steWRihLIzKDxcpCqxQA4xKkDeSqkar82XQ
DPxwcpMLaU1l41l4tZiMcnWPL9WKwSWm9SWexmtyWF9FHq7QlhR2HYTX4shsq4riL0woQ1u0
SnHeLWDStC8WQSzxN0/aSShZAy4qABn2dqpuWNJJ5JOsRCzUDUjatKzJPUqxQUOttx2FjtKZ
7EkTJ2VxEi7KEZNYeYdpGZYYVmaXretSlWTQdoI3fuOxsrlzrbS0g5ZY34uT4XiMd1ijAJkJ
Cm4ryMsDBhGN+DNZYKjDjEhASbaTW4Fn6ytIBXDIyWrsjL1wQGzH7Y6cxr2mlMWLZpwK1tNB
X3bkFeq78npVmOSqZGrRy2lCf9FgatJUt8W9qcJCXxtDJGBycnT+SwzyQlplj6vs2XHQtNI8
bZ2sr/1nW30sxTREEpxH5MyKB0tNDf3vFUs1yw6IxLmSV2SxH6LHNQ/NiF8POQ2NIiYZFZhI
rM5VTEzOkTAPbYlWUhFDEWYxx6hyUlretrczHJAQ1Unjz0tyICfrb3uRv7ONo0kSOW4kBlgn
uPQqBpqvU6CpGmJEE7Ds7KK0dySwkEs8UP8AaV/rEAK7bEgHKyMYZreHN+Y2GUp1t14wvq7K
Sw8FGv2VeZowYwAC7WHyGqEeFdCujPnwrpYkJLvxxyc7FlaWM+ULEIp5SSCKJpTI6ciQRkzk
hAIkUjLH+0rHhXIaOYnj1kpEs7AVF37pifZTO3djKbwIHWwO7P3cwE3cWnyK1CESytiaKCGW
0ByxiMnbhk0zzy9RFxeRzm09rnyxOPllgytrB+SCQeRzkA1KdoZqsoUSkh2JGe0sGc5IS5A0
SfWhvxU60vdGeRLQlaxohpeEc6kPyZRH/qrDcspkZXxD59fxJLSsya1xNhTzkJaKq5JdC8pB
ht3pAvXwNuW35eCTiKx5rPRkap001mI2hM59MjCGnNIeuWJ7ECetyQRJrO0dxXrV45pDaiiU
XEWT7qex1+LHOXmydsy4i7b1D1yDROtwtvOqtJJVkk3iktnPgqliTKqrY7KGHJL32pLlr7U0
dObVTqrXr/p1bO065oDMg0VIyiSGnkVFcqZOLDIXZAghYpBGD/RTgyQuosLxyTYr12CrQbnL
bG0gdRUXYMhDGIMXgj5GOEk24q/X52UYedZFWOAWLr1KiVG/3ZvjhOxbUFJmRpm58ljcjbbc
g4+yXOTbLMcTXIgeuZBjAgppG6+/HWii7CKRFlOvvw8Fshke5btyf0Xqj/r6gEEccdip7Gsd
bKpRdkNBHJH+wdV9aLZIoRPGbDRySKgACNuJR610mVbiqHeXU0zzSzqzjQWCGN5IK5IEnmOj
ZC0joqwVQBJlaTclSYyC3DHPVqVkl61CsggNstOFgrj4jea3nZyMsHWwo1p3owNJ2cWvux/Y
kB051k3gyHZf8REbjIKTqNyoAAGAr05LAfp7sayW7ARrfKNnMsf6zCC2tZdhjhE8h1RgKVYA
UxDsA5b01WFA0zq7llTlDGEEyhnhimkEfVMSsMUKXLfukDkyEqcjjMzsFijjdldZV1cZY09T
hXWaMS2X1Uss4hkdyHRFW3GlyJEgEMk4E1qSSZuwnTP7SU49+w5MLyCOJAC523yHE5IBxlIG
MxOSb235U8WiJ2flGK4ZWUb63roBEzJAtqYyvyOCRiOpqLVrsNr3NeSaGvC1yxBF6Y66/FG0
PZ5sSAV4Vggjbcpjj4ZLs5SrRiCnCIooZNyT2WkSynqKvvCy6gWSCu8jMGAwJM7ycnnswuqt
4KhGyMcJKBkd2jsHFJbspRaLSzWZlFe2AfsYGkGbcA+wh3DyV+rlkyfrGhTC3iVsfJPJP5XR
aBFJlmSIT2JXWvMKqdfJLLb7KUpUjqWJ8kr+vOlqixdjXShyBdhWdRXiqQxDksK/F5TzQ7yU
K0TQQwsNzyw9XXjheCE2rYQvYk4utRin9dHLWnjJPoIVEDGZxskEFtmIJShpqrG0eKDjK08L
ROQQOobzNLsPSlgsQexGJ8Nrf5CcRjFhksnI1q6NZiK77wCKDXwcjcgBxvAbGGHYyJ/WJHZi
yOmbLvTHCOUBy7pGkvLfSUVqVA+JIcVPlbb5K3FiwRDoBDvLXimsnuNEQ1JyPjAdSRs0k0VI
vYMSu1u9WrLIJ5zYrywrEjcpG+S8i3XUowLE0MsiugjIZkX4SW9ewk7pSFHYKwfwVZVzkunk
jOS24I2a1CBYvbHuJWtO/HqIPXH+wOBnH/zu40cc+WGOMEZwqdQw+J2LPXVi6lliBLS33ZxQ
6Nq0iDlngYmRHbWCGljXbWJNldAR52M3p6+t64anUH7HYztqI6Wl1lYFoQXeaW3ZkHX14oxF
Hx7jrFVZetnireQY02Zay06EwrpGGKyKV4zxlZZ13XOgYCC6zKWjfYBJz2KQuyp4sfUhNiIc
S3JqFJw0O0zvJOd3a+k7AI3jDw3nOJOBdiOruGVyynRNSFFjSKcBFIHTRqbEjqzRhRg1pQNR
r5kQ8z8c5aJXYRc/YZTH11uRvV+vvHHaudgmpL6SpSYfVkdYIaCaR3BstGuxEBJLAlhE6ask
kkfXdbL3HdtYedi4LsBWsEidAWlP/JhxytYEeNbSQiaDcRRohBOYxIQVnUgOGyaYKvR1IpJT
wBmlKrO7TT6Hpcaxt6OMMiBJrRl8MbvHdiNSGuoaVRxAOkMXJLBkjWlv3A/L84usV+BLcnYj
Jl+Ef+oPn9okAhmcPlFvUrq0+VaGsaNIa9yIMiqEEX/S7reBAC8iJl3v6MK9jfkuSM3gkbNd
uMUcgLKTlpTkykNGo2YJRih8ViSkk3KNmxQpJhic3EjXOll+mg7Oq+WZ4xXj37NHiy+W0MIA
zxySNgKkHxjiVE74lrMVQIY49ScdJx4yWVBSgOEgAOD8AeHG85axSNSL8VXioAGftNn/ANKg
OVj4DqK8rsvoqmKEsxTb+NdfHpv8draGpofZJIrgkHi2lFSVuTKgxV2liIKtkYulyGdwyvXc
LXixQsRWzGxEyZNY+AjeVoKUU6Sfr8ZF7p2qVYPL7/499REZkGHeQxcmFYiOur+tGD4tRrd9
4FE0KEmTarjRhlgVQOJwNrCSVOEHE46lOig+KqSe8lMnZRBQyqZD17pFVSeskg2QNnN5XXjm
/FiQpFeqXbczfrylex6maknFNBlxFBzmWxX+Mo5RTeX/AJHgVKVq0U6iTUHSRup/Wqhxv1qr
qnBBXAqU/X67EWJaVm/ZrYljqk+70R/1vc8pOucY3lqqmNCFlhmUhI3Z8ig01uIpIqMmWFIY
2IlZJa4SnJBJJx5K6qBrSk+EO2QjU7KGhOw40kqSe2pTmd4+llVIqSkLDwAN9shrzBgDgXNZ
bI5cnONoDsu8pvC29+S0J0IV3gZclYeqVkORgcqXXNZZAseRIXZIxrW8OdtCzDo+zkr2NgCR
Y2fviGn66MNLw/8AzO72vXyg6CEupMaV/fKyxyxPHHxbj4s1kkFztIazWO4szKsiNgRdNLGB
H2FkJR7qeBKfe15WI0E+WAhck1JKmsPyC9dDd7avSr1l9QOepBnFc4DOJwLmskkWNZCXkGhn
eXzBBLBGlBj4rwvLImuSxFEQFzPHKFcqo63q9AKcgqs5mNWnBa/Z39kH7QWmHc02ySWOxG5M
dip2C2KR1namR7PXBQNH63bRtJTs15IJFUgl+RqXvqy2VLMPxc7OGqnYd3bskN8i2irHYkOK
dgHyu+ThXi6PsfsxcSDPMFjqrooQSoOuu68U82RgPhldsA0d4CT/AJu2Q8gGwBtv2Cu6zB+V
Eg765CSeSOk7NCrqJZ2dkr1wFSMSxQQjmSkQ7+1FGsfVdhNkH6uuS/rwjzr1lSDsojFZ/Wpe
eT7jitM5tUk5NybiRvLPV1bDzdPfjlg/XLWq3X2IbtiILN3farAJppJXZtNryQOICgAeODb1
iISakMkZECc+r7UXTbPF4vCrsBHRFrzNMdf52uADCPH4zvLj16Fa7I1jagU7j2ZOxV7V2Ohb
jEnVXFWDp+14TUL0BiVhA0ixmQsyRTIldaCwyppUvdvFEeuoNZkRFA2uFlGTRx5fotbjpNLH
Y7OfhSjUyzdQqSTej4f4eJGfDrO37SKolx5GmbTZx8gNv+QFyIaLKxAHirTnkkhjWvFVsp7p
jIlmrNFeg4FVtdmsWdUv3JlUAazQzWsICi7+xW1yHu+3Zh+y3hFJZey3R1y1jtr8CVuqlWvS
7CVZpxIwxLNkRj9i7BEi/a5zlbs+kvxWf1+lYW30F2CLqKPGeKdrPadl21iBpJK/t6y6iHxo
7JJ2TpsmUw9hD1UEdj9llVKkOi3SqPt+1OXsQZLdqRZFKJVw5+zxoll9YSNHydZpWxY+ZVF0
hIK8AeuvQRGx2lFp/tVxI96Nn6y6ali12s9gVaLyHq6sEJGDeADLFiKtFevmQPYmkewXjz7E
jGFysnXRleuEUtkm3JFUcsHAUt6XIkRiCoGAbyn3t+q3Xd1TvJPSIEdcQWZ4vXckljeWH4Hp
+xMuaIw6AO92493LXZ06mdx2BuSxJIWBaIfYlytQntiHrasRAAxjocyT+zMZXkVQvgltDPGx
osGbirure7DMc9zHCxILbxW8103KaLxxwVLshoVvS43m9ZvP2a08adM8gt+owrZaazYNIKLl
SOA07Rbq68YRBG6uUcmKtKSqKi2fjKybbiqh0YYisD0fazvNMIw9+CObJIwDEwCh2Vup7E2F
JJDEb7fRotWMSgsZGjG3ReXj2fZZ2WMg7wnYcgL2M0sk80U6MSc3s+dHeawEjOROE+d+fGDN
EiCKfhVtSChVgYBW0VYMP5z9jgE3X9RMKty+GepGr4ySAW42kSWjegkDMUPkS0J1JhljTXIS
AAS8QdIcdWLA6z9ei997snM7WFEVSU7ZX4ycVORzSwyUOwjuQnZxo1kTtOtStWTXOCp9nJpQ
X0OQAAw/473tI6sMdgGWeCJ1n6iELL18oySt61BfNSHDHMAIpc4k5x1ixu2Vutmlel1taATR
mUVIlhreAAeWVJPiSc2Rna7MN2PkepuF0uWq1axDE86SV7NaV5Uu0o6cqMsYUTAyKOuBV+kd
Vl6wyM3XkpaoxhJai4Iw0lGkeuqmWKKJu6riPmeUfqdULLn5WtNJWmhsR2YbVla0N+3NYdOI
aogFdzvOR9n+DrXed+Bk1h5ZRKytB2UkT+6OaPmRkyq49cQKwxsAoAki9sf0ISooVcRETCvs
PFI1tFYI0dfTcftZ8h6WRDXVYmRuY1lyUF3RWNxHjXoPoF+TBhKRnphLssyshiGNsIrtoAKx
1x2mpm5GOkZzLD1dJbvdGR5bE0z/ANdYcyA4rcgCWBdiY7HjrLjQv3E7G1Id5GF3JxioudP8
f8993ZIkO8fCWw8hkNt4HW0jksCNck1omPShTs8gQVUJXeYer0RT9lWjMkklrKi7qyR+L/bV
ax//AKKRj1PbCxLIdLPX5F2IbtLEfq60ySLFdeBV7miypdrbS9xYlHKrKx9D7WmpxooFJFbY
avGslsvjdUru3S1SYqFVTNAqtcheKYEAh2GEgjfivKUN9pmDHzXVWmliWSsz7bk3HO+7T60c
hCq28bGI0fGMW5K4ArSuJBIoU6KrLHj9jTixu4rMR3AV5O/7JlWW3dkg64JJaEcliMK0V6Sx
As3WdrZyh0VKDIYIky3IVSCYsewg2ZDJasQL6EMm8aKNwKsAZUK4ks6M1y6hXs7xeC/cAeWx
KrJK4SvGpQDcmgAN5GqtYhdJn7ejG0Tb2WwBQI0ouk0TQuvbXRUfReqGL3nWvQ3rPjq3YFev
PNLNPJ5LeQfy7YWXCw35APHaySKsVqdQZGfGIJwKuBFOdTUAW5HLx/XK6ixvwNjJELrFUZGy
/IryMSMllQVoqMhmaLBEN+VEZG29bqFjGSEuiOVUaYLICis2nfiEMrYGC5GObW1b2oAq2U9g
tIYpdYp+Kgkx6XJpnQromjozfsS6XyB6n+p+zXNYDpWXeOAuOPLAnHOxw5HiVOjsctLs4xYE
fLIK7vLKpiesoaWtNBGscXvFZxB2CNzUZ4/xNJ64mkLu5IwsDchlSW1MYtvAylUUqA+vU++D
jCsgwJ8QVAJcqg+JU6RCwlrc4o4PksbtVVSwYcz2I1Y3rNkGvGJQtMHLO1xRkEioti5YsmKG
e1J/Vr/XdvbWzc5bB8h97dgRJxI4nR3yJOlbeb45zHHg2qsLc6MTsJYnC1eIP19r1koQ0qEf
ZSqAo/xrOyJWpDPyx3VshJfJIGd4ZlSKRVmi+oqLOhiAV2jC+QNYDsxqFz1u7fWkjSCOGY2A
omKzV3Z0RS8aGNwQD65OyAa2VOyNCqdSFkMdk7ePjy63pqtiGTooYZoIwh4t7Q3kDwT4fWMM
bzjjZOtk5+Cw1h1ikjIZeLVpZEluRkGBA0rnhHIW9PR3TWgitRS54OaODzlpQ0IZjIC7woBH
EJADG5d4l9BnuvHkMcdxqpDxTRe8V4oJkaOJTXjh9atM0Ur+ypbkqQx/fSWa3KrIBpWLzyo0
cEQYznsizWfxn8VV3JMSoYDK6OZIlWGFiWVHhjzX/XWz/P8ALjH8Bt4dYfB0NkjN4NYN7gIL
VlQmxNzbrECrOWYR1ZLOLVrrBJ1MAQzdhUMXbV2xnMufWQnvKQgkhlKkQu71+rlLV60C2bFK
KwhUIYx8lSdDDYChe2gjwd1DAJP2GbQ7a60VeldcQU41n3xVpYwRPLOGZaMLVZ5BNaWvFYck
gKcAOUYpHWzGY1Xm56dFktTSjhZ7KvWinuTWZPa+DW9+WO8OMCck2c3xyT8+Nt5I8Yo2fwW0
WRxjvyyj8YX8Z0VeQMSM5eXcZe6kSKOynoTwdqJFezTsJd61YYqXZTRyXu6cHqo//JD7Fheo
kkUbMFkmiBimhK70qKPbGyODGgkezDEJezjbBNZcPTLmtCYQlXTcQzdzOjtJxGeSVTx1/YVo
K/bvG9ZF8dSakEN7sJLb0+tntZX6CuJfqVuBwE4fOPjHea3hxwMI8aOzgbjm8PyMXLSks1ad
THPIfX0h9tQAZZsLAB2mmHaKVsmO3k3U2FP9lcqCPsKMizVVZ6dGKaOKCMwMi/WrOzJPSVHe
uhxa8O1JAaismQUEro0LHEo1lLEYkYDlqkZhZy9+9BAtvsrNlp6Eq9cQGPX11kluU0etW62Y
N2UhksIRzswPFleFpHe+wj662Xj8cmGEYfAfGw6wspyT87ODWzsZ42QNroYNajhDu0JjatH7
W6+rFVrSOVS4toNXrTGTgqj2yMR7BlpI5YLdaWK2Lk8UkNyWeapGYYE/CIVkk8l7lU4bVCSR
Vg5etGX0ji8BIeOsgrmER1xFaawnXw5b7tVSWZpD1VR71u7SgtUbXXNWepaFeVZBpnJWZy0y
OTleBmVYxur1VdD6ogn1Ux0+OjjDyQMb8sNYWOyQckYAA6w4RrA/iMDfSVK7iCpPNaX9dmaC
Ho7cduNQizzLCks7WG5+fbteQAbm2PDI6O8la53dmOxL0Mdn7kKWAFHx9iqGkSQP1Vdsk6iE
4lWRUWF1PqYY1+nCZe3opDb7lDh7e0IWnZhydsr1Zp5OqoR1ID/1e2IFgeKRT13VW2FrprUU
XEk0o2d6nXzz5HVhgaHlsciN/I1XEk8REhQkumOCA5G21vYONs4ykYM8aBIxHOdKogkp8q/a
r+AF5aOOpcXDRgFaeKZNk4C+AMoEpOdrC4SXnJN0vWpSrqNmRiosykCqjezurtiK23YkE9xY
x+2nLSdg5DW5HwyeORP+ERi/0WU9RVqxQcwWQLwsk3XrU4S+2z9gl9fWAEv0szRSntK3CNYS
ipovtV35kXiJozyMI3Yj8uoyRDjqQThBA3vNgDBkC8noN7YwNz1JozHY7ihA7/s3/Wfubk7W
wbJENiA1O0kRoHgkURLkldgLx9cHRdWJrAAz+HkUmTTzXbX06dieSaRxmznkZsnNYRrAMgge
Z4IYqsYX2yL26wK/ZAMLFmVpLzLLSv1lCdrXkf8AbJWCRjz1vVWI4hFyWlzaLxuRvl/MgMmS
JoOOKzKXDIDkkYx4t4yeCjYQNDB+SfIc8qFpA1l24z3LCAq3KHQAA1xYMeXGN1YRzihIk8Uk
JnYN2Jb19PIqQINCaURq8niIKD3vZJYxt4N/41shRn5AXB5xJJwK0Ek7W+whjhV3ZqkMsaRU
lrwqWlnqRex06euH/YpjJ2FOEyyIFVWKgQqoR9jHGcV0ZeI5chOVXGmU4Ssg8l5oiceMrjAA
gJtotYE2xVpGKlShIyvIJas8y8o5C4CkZtxnsD4G3gJDsBPB1lx6ky+uQSH50bLQW1K5O5Z2
JzubjKPXO+GKVcFSJ1FTy0AjO10eOuQGM/hHTf2JGjrwCw/X0uvrZ1oiKd/bT0rJHFnTW42n
ldY4rJkln6ip7LjXKsIN+sI27OZxTkvO2y2axrBOT2DxkfZLA4F4qNtkj7yWshEiA5x0xVeR
QYVjfCgGRwSM/Tr/ANLvTV7UTdVcpppuMcui/EjbgzygZFbKuzRWU6jsgH7ZmjMAilwzoVMh
AlDJWihmK6sqZKSFbPVaRktoZHkx1PFYDgrO5+uQxULiRllEXqWK/NxfsZ4caVUwsDnXXJ4H
n7KD6Dy+yegSZI4ZZmkDRv1VkRYdHGUEfZh+zOPLMdsSQiEtJy5KylvixaqS0yBcaMsWBwuc
V+IVVOR3SMDGKWr2AaNJ5HW/Qk5P63xZCuKwAnjWTG5Bqthg9gjnati11fSymQWAypEpeN/9
Ec6BkGMwJktNAs7yyrU6OW3Gn6tIMr9D1HCGvAE7VKyk7kkhj0B1t2cRUJoJLEErSsNYXGUF
klm/aHWKJWUioOMdew0kPZ2I57SuCOrkaWnZmmfPpJ6S+8krEqyuMhQ5JyJHg6XZdkEroBJI
S08jBg3LNlcjfZVeQMHHKXYvWKW3nWOIBbtJHLMgdk4meTWNvZLqY2eWNWKp0UoEsyiRVBVA
ORROL/8AIYXTlYRHH1yx63q5Y8+hDyAIE8/FbXX3b81Xr6dSIxhSZn9ykaudVTtjsqzV7DK2
frNYva/ZZzLfVCscJ1GZpWEbkZSrTW2p8fQkSRpo7dtskja/5yAgAcCWaPC2scbyYsz+Qrxf
48ERxkOhXRJTNI4qy2Kzp3CTPDEFHbUo5wEkUyt8y3gqMryLE8o4Z1LH3xNoL5xhrAXkZuIB
cExdfWCxpBFgIOFDhYxrNYk5Qu8MZX2B0dVoNZZSsowB8lWN17LpqkkHVQNTrWZudmX2AsG3
phlGtPZlacyy1a6Vq6rsfw4bY8DmVz/YDwrKSWTkJWdR6xyWsAj0U4z0mTEjGRKCw9enQnGJ
XFtKRxVs6y+dx8Ys7SvA0jBhgI2w8lWxXJj63Qnj+RGhiNyCWRyhp2bWVuvrV8aMYtckCF1A
2DMGlYV664RHiGJRMqyRRxvxMT6K2dlplDNAFlf09ZIys3S9QbZk/VamTfrVhBYus69Z18XX
15H2vI5yxnBz8KSdBtAt58MXVWR1LvHEqkODhUMJFUrLCUeLPUCrKUDeGUlWSXjgbYq9p/ys
wpLHdqT1ZuIzXkcc0VzrQDLGwQooZl2GsNDQHX9lDfj7H9gr18k7rsHkh/ZL0UUP7TaSWv8A
tlFlg7rr7TaUjjxJXBASVrlSobG1joWFlI1j/Yyleg/+v6tLJNUfar23bS3pur6iHr4QqANw
4xeiQ+hMGiSd4QdFtKXIHsQYzn1xLvH8EIVDjTczlmTYiYEpspOxCNvF2cIYGEnUbH2QDTdj
TFlbVGaAa8sQxPgdUqh1PyTfFGJbsiwp+xo8Hhm84dHCfKRSlSjI3R9ubyed70Ofg8sXeyVb
CWjy3cgR+87KO9c8Fq3e0Ov6+fvOz7KbqOpFOJovOsDEFVhkz66ZrWEYfIbYwHGYA+wFlkKi
Pls8eLBeEhRTNslWYFZ/FkCNa0DWXv8AXpDktKzC0YAWq8/tVAXJ5S9nSWerLGSH2T9djD1k
Q1EObqnFBxD2FSSB5AWMgAVlJ8EQVWAjhVctQwtHRnko2IplmhMsmRyg40kSFXds9jg9rfkq
UX7OtfaaCUBhIhi1M3W9EaDJJJsTz7PnADghcZymwHjgIOEHTDZYHchIPs3isDkUvFWc8i4R
Zs2SxO8rQKA3/ofrqbxhY1muvPDCsnrt2+rqOMgTzCgeRI5FbuOtaPGrly4AqVNxxVm2xXhH
Ivzc/G5EyTEnATqLizR8dIPkw5CRGZ+ovCm7PEcKxPmlUeyMYkitnZxCbrpNrlOdtzcozXkh
DdZJTFVbSHBMxwu2fnG8H3jN+ASM57JA0x1jqCWGsKuCjA5vxJIWJPISKN8BGsLbKVCMsmGG
sO09UMsrztCp3HC1eqgPCJPXGkgccFbL/WyQLKYY467xsKxHO0QC3jJHZE7kD3g+RrSowCWJ
ENexHIoyVdZyIPT2hJD6jpeS4XwrIzdoDHRghWaxLQaGZ3ZHirV5c6ynHUphIdMig8cAUBjv
OBw65N+N6JbGAIk+OOVOStK2GCaICUEEAht7ZQY1kcFYIVWpFJG3aWBM4UkACPOjpcntOiF5
uAWS5fkgjWNFZVU6mhEUqXjHNFPTf3LK5kWTkA+yO2GpQBnlTG67/wDsMchiaCcPHKo4uvHK
0h3VsieqVLARSb22fs04TrarMZ5OGum6yGwE/V+uWURcV8Zt1CyNr3gHxv8AjmdqwIIAziSD
+S5GOpB0OMMvqwuWk9YYMoaQuY1gqzu0FZHjv3RDGq7OubSnUnVu4oAe+a6xs2KVI1VAIy1b
Puov7K4jDBlYypM1OzFLHJHMuSkrH2nBm0durDIgcCtyA3lUlVVhk3+/lR+vTLJSKLyI+PFN
ftsyAdfFyszQFU6KCNqQXQZdk4jg46ccIJxSy544kEYNb/gBlxiDhblj45wcCFiJLKQthQMK
sT1s0bMiSolmwZZgCqAkCrVazZSD2R3ZkijoVBEnlsOwbQDWai+uEBzncKYLna0uY6m1kgDR
2GPqv8wACCGGRBWYxlW9bKItOBzIlU40PKP9dqKlcMMHsxpohn7LYE9/qIlZ5GDRdN4688zn
Fjh0M8jA2wqNgjTl6osK7GsDMMRkIkj5YyMMYeCHxvDU7cfKZ1sG1XhlhUbeKDbX7s/CNDot
xBMjnpKi14ZryhIazEhFOMQFklPCvFzGwqiX1xzU4bkHrKo8kkN2Kwssdpjx7JQIwCSCQQSB
FIWEQQ4UjI0upDknJ2qeutWa2gVrtWPJu+66Bbdt7NmgyCvPaUDrYmWinxwiXbDgQ28jV+TE
6/nAc0TjbGciCspXGYFWi5AxHU0bAFCBHK8bQ9i2jRLox4jmGJIKJEZsrddFFklvWVa5BQfF
sb2MJY9Q2LQQwPJPJXXlkYJjsVy2djWeC1AJI0kDMexAfCM+RJ/KfE15TxicltHGk45S5S2A
0yBpRuzIdGORhHUi1zWJIy89ofEJKpw+rZMWlaEEzbwyE5+c2c84p8EjY1jD/Cy6wFWDwkrL
BrGqscdJAFsvE6zyyvy4kBGyK0qKhntPBGsKLbUlbHFFbnngDtrgCUKzSuqrGsAEcUQCR3Zw
id64kirqtunZpEP2KkFh5bWx+ADqCQDIWGuZUyuztWpCKHihzruuM7xdfXNowQBbnTmWcfrt
ZoxTowWCyvnqGxCuD4FZFOA4wwct8G9uvIGFfDIVw71s7ZRv2MuLNvB8s+PIRrqxBxdqlaUe
nZV/UK7JMEkkrZ9iOfFijcOzwNBZDJY7L1x0a4sIqxwCPQA+MNuwY6t6RvUlD/jFGsCvs53X
AOTh1td7A8sumrycWBLLXh3ZmMgHW9c9hUA4+vwCy5tCs6qiVeZkbZDPJgmkU+xHLQriMVPJ
TjPxbfyKkYDhfeBsKA46OM2AxPgroLM6BLBLJIMRFYTp6z7VGO64knBoLnMcRsWJYC9iayXV
hiwKZI0SCNuQUhIYkGX5DNbsxiSy0i7nsJ7DOePYuHkc7zzng4NbXQxPLQhjlBY91IK1iwz1
4crzicFs5Y42toy/XpQtHD45FSH2FDqr563BKS7Ik2p5Z8uA/DY34DMMSQKx+RlhBwx8RsLj
neBQAZ+IjkmIlVpVeJkkeFtujqFJGQ2fEXB1VWAhqRxYesZnWIxoF3jKs1h7EUSty+xHMEkd
zIxO8eQ6uSK8r/gEYAM3vFYgooBhDCGl1SCBOrr8v6+lyQIC0fIiNCNMpdNmaaaB47EUyKOQ
ckjirv8AXmXNSjDJjkEcY+StvCuMPA8ZvRErACTeNxYPAoLxnFXWaINeOVpYqSR5coNOkYPE
jZWr8SFQ1nPGKWQJTlQYVU4w5ZYkYNCAiWxCjqx5x8mDRsuMjY1f1xWBxl0NAbzWiV0F/wBl
O8hrtIYYhFG3jATiFUzkrHi27bWkEF5JsWHGCFTOAJGUiYqFp9gj5zJwopwxkZpORYqRJrGb
wQNMPGBjyWXeLs4yKDwUmGJOVWIKztGouWHkjnjK5zKtDI0klyI8YGKSVwWPIRxV5JpVcSIi
Kqo1yuqzShsVxHHBGFUqpG1XL18FZyGYtnHwN6JJCroVRzm6er/11oeNYBsK4B24wPk9Nlkh
syxxu7sArsJhYXPR7GjqVFMkiRCta25WJh6l0QdnefyN4F2GB2QdnkCJQuGRTiAbSaNJHuAE
u7Hzk8bNC4ANMAtJ8o30j9ZXV4fpRDI+0rR5L2czkzPJjHQLAuX3kTKqTyLEli3IxnmZmkJ2
DoHeKNhdaAXVSLRoVlr1SfEbgCV2OIjNhcLjO7BI9YVIySvyEcTrgcgyB3EsT6VFDS1UfFow
rkaKh8c1OmbYzzoHWK2s47xkGa1is2ydYr+QwOBgMrwSyCz8MMgVJ49usjopnMiOOWU5wWbg
2BIysqyhlPhpN4w5Y0i6W8NS2mcSyKwkYk7AITkfOwNAHwi8j09WN5ndFwyjAFfOJ2iEqEw+
MO8Hxx5mY+5SoiilCpYUMdqJGAI5JyYCWzMD7ZeW/B3hXZZc3nJuXIkH1nI0OPE2CNtLEdJD
rK9hIIpHwvyxwCJE2W0pM3hfaSWKssusjsygvK7FSxEb8cjrxKqU/MsEEOTMCz7DKGAAIwAf
4VVOUYC79LV9VdtHNKMZdYpcZEcdt5ryxAxFlwhQSFOa9bCfwZXxmdnHJcYK6vCjZ6Y8I1m8
DHZPLGUYNYWYYp2EkAVXIBKkKcZ9BrBJ2xbezCioLXhn0cQnmwYFTsOqKQGIU8VMgyGQl6Zb
g58W5yWZyRsDDrPwARisNoFC9NRLNK+gAN+tiztMuLLIMhlJDtxBlbEnILOeTLKZF2Qa/uww
SAcWUt+I5BxLnZYnNJs+M2NkeCcVt5oDCfPLjnjQkOlkU57+IaVi7FWb2kGNEUnepQXaRSAN
b/BUrhHHKsI4Wq6OhTlkEXmJQiW7Cu0xLZsDCFGBG1vZVCxEWjTgeWWhA8UTcNc1GexieKMq
70hJxiAHAUMxORyAjkFHLZDHHnGmdZs4sMVSMHnCSM9p2PAdSCcJ8EjX4woDjI2z8cGjnPZB
LAI5b17CQIokdcll+KrsSuwPkYig4ngwxFysagSERwpCWkrVtNdJGOw1I7HD4OuLctFl0QOI
QB86aGOGosbsI6x2UhBkjiYBCok9qgW5wOdiUqERGNcngHJhYmeGWKVZZVxZm4mReTTSYrLI
v4J85v5aOMCc14YZ+MHjNDbeMHLRUHFjUFlTSaz2AH2IQzA5HGSX4rkyjNEFdnIwpNVVAlbj
iM0rQxKpabhk03NppQSfJ5NnI5xxByPxDUoS9irCVb1yrkQYmWMg+ywuM03FpbBMTMzMGI+u
zYQExZJAGM3sZUkUBUlV/DHlg8ZFNGrgjjwGaOeOR3v+XGa+J8A+CCBjvsJslWcY7AqG+MgY
5HGTnHbeQXDhWLnARtU2Yomdo4OCvXDZGY1wyKMlmch/x82IGgpVhx44C202CY9t0cfCwZeQ
Kuwjr2FVY+SPDwxBwzcYwxqQQ4V/eF98qFJ1fFjicNCoLQV5JGrKil9FbUaymVGyItn5zWHj
t/w2if5JUg+MYDegQWwEaEhODRUNoOu1BKnZbCQCGLZJGyyORtDxFXbYGVcY7I0Mdxudht5S
CjaOxvYzYYcNCPkMiQGTpo4o42ZS/EAMZRheww9M5bh8XMPL1EEM2uTjPZsk1wxkEjiwoCzV
5ByR8PHTxk4kfrVCdgeeLZ//2gAIAQICBj8AIz//2gAIAQMCBj8AIz//2gAIAQEBBj8AfL3q
tzZMKZr5c80+VgqdQT5prDij+tMEDI9KIu5VLKlzjkqdZQPNuE5FvupobRD1cl1R4ysQ6BDx
BuyJjJyKdf0oxFyKJiA2bIh6BDI0XwZMPjkmAdrOqVbP8SLVar4KpfLNO9TghVmqy292gEZB
+gqExZwfejR2xRpyj4oYcAiwAOKYYoEIiM2GJujCmu1c0z3Dl80NxmBFDYFlEOGqQBVAk0ga
RbFT3JkEMRox+pRjdwmk/AIYK6FenoVPcnPUi9uGaDigxCBHNgv1rpQYmpumH/VRAlQXGRTF
crcUWs9k92wxQoOAKqK54JjcYpr0o4dFmHFAyxV/cqWuE5LCyqAX4VTCBL4shKAo4Y/zI6cT
jdNKXZxTCuD5LSbixUZC2ORK5nfwo0pgi7NdnqiGIsunFAAuxrREjNOMcLqg1NC3GKrRroiN
s01eCI0/qTxNRgg5pcgIz3GjEUZRltz1bcqk/wAqMmJADDVZaQAYMwBFK+Fad0aQKMaAxQOy
JRjMUEq1+4oxL0oev6kQLBxqVDqzJXNU/p3UzV9yqnDMqnlyQaiLnqXKA+CbSHzXRcJgMLph
8UZAsMjcn5FZwUKMAqlvsTmycCuATimJC4omRLYJh2cyiCKFBo8psU71Qq4N8k9EXwoQrZMU
SzkG6bHjwVC9apzUYIUEYj9NSkT1FWDnErlqTnZFwWFleuSqW6F9qAsVu7L6mqOtTpWJIZA3
OSPDBE/oFQNlxXKXJWmXMXLqW2A0YGhydao7hibGIrE/+WCIlIEQoKaWUNwvUfYtiW20pgBw
aMV5s5DVKtBRkXLuXIWIAstVxxTgNlxWJe65etE3zCNGByqyZ6AUdVubFM9ckQE0fevtTB3x
kmFTgFWpOCDhqGiDUHwV6H7FW4syzCIBd6MmFQVWr4K7cEM80zuGVA/FBsaHOi1SDkYIOL4o
UdhzJwX4dK8QQALgG/4UQQGNAFxLUFkMvgmGfuVH1WQepxKu4NwjqtmUYyoJhm+lSLM4BogB
y4Pd0woqXeqNHP2KrR+BKlA0EqglAen3tEof1IM7goKTMCTy8QuYvODEMmIpEVGKAi2kCroA
HivsxQwIwug/uGComF8VpEaKlDkqVRJutWKPTRVvgB/FJEC+KFa2YKtE0agWWAOSZ+KrhZFU
FM1UgBCOF2WoBw6cWxR44IeI5INeKJBBbLBAC2JTkAtZSjqFKlk4NbhXEc3Q0lupARDSvTFc
sRx4hahYGgQEZVdSL5Ub+FZC1E0TxT54lbe4XIElt7uBCDUeoKd3F1yvGi5TXFAkEngokNS6
hKEpREqHRdh400fihLEUbJaB3qnGgW5SjsiXxTAsEwLROPBUsFRwcUDb9aFkwboTGnxQZcbO
r1zTHBOBU5+wiILiuSetVTBAUTLIcFqkdIGJsjza5iwjZNGNrVVgck84E4UTmWlhbig0iz1C
1QxxxTVJNCOCOZwZM17BGW4aCjcV+XQYotQ4lF8LZoXcFmwURiWYLJvtU4ToGvgjIVODphU4
qv8A1RJzVlWguhuCpixfghC5Bo6ahIcKtwucBsgtTaR8UQQOjJHc2J80aAIRlvmlC1CFMmcj
KTBybhHQ9Q3FTBNS5QMh0Iv1JpWNBFcAmaivZYUxTPTinAZsVVEZpnqmFcSFa1UAVgDmh9qo
X6EH6WCOmoxQO4ecjlh0eJHVNoeAUCPMtJpijvxGoQuRg3yoAtLgbLVCsZ2pR071UIxu+Cd6
4smBuLrRci5RkDTJGJDPZlzDi+K4FWYPRj++osWagZO7yNx0KT2yRiTW4zUZWzzKfAqjkWJw
Wk3zTk1UtoPQkMjElgKdYQFjiU4amJVq4tZDM4Cq1S72GJRDWwCMpBjI0fJDyWMsZZIzlImZ
uMFKYDTjXpUoTcSjQ5FE2DsqGnHNcLFPcYBWtgibZMnKZ2TE9aJwzWP/AKoyj1BctTiFk2CZ
k2IWuJ0l2DIajr2CaxvKC3NzZmY6qxOb+KKlORJJqSun2GekkmkVOLtGVomoP1JwKOeUClVL
di40FiBUBURlFiIBz8qNXe6AldECowAWcTeOKkBQgUzCYkzI/TnTksciiSQz2OShoDmYp1IC
YZi3FvpTxLgoxapHKyiCXpZPdutVADqgZOz9alGMhAGOquYR3IhwWJP8SwvREvaxQIoRigBf
E4IPhR0ZNU2TUQao+CBBIrbggJBwbrXsDy5xqGtN/GjtbsTGVqiiNuLI5YZp2Ti3sYp/erWV
nXH9aIPQhjxyV6PfFEE9BOKoGWgDlFetFg2dECS7ezJNfpQBcA4n8C5cPghLcPl7eJzR2NgB
zQxa/wAy1WmbDCvdUdods826ePc205fpTN0FcqOqLgGhClOIcsxaiJlQjJUBdFq5MtoUJibo
idSbcEJRLxNwobgwpKOIKAajJgWBuuIpVP1qtjgpCNIm61M4A0l+hTG9tGMgD5codlx2U4PW
E5Dl/ciTzAVYoE0yTN1roWZzQL9CaXuWqR5R3SgJnSR2SFLbNTEtSjquIrRAguiXc4sgXtgi
4uq+9Fgr1PuX6XVa4ezgyJDJyL4IibMA51d1EbUWiC2q2pcTZEDDBWc8Fp0SINwyid7dG1EW
BIMlLRzyA5pFGIJp2QKftpydJwGH7Sl6qYMjFtA8P+4hiTUrmsMEGfoTsyOsARN3REKxkK1V
GMjkiTUyoQgeyDgLqIi7BasrnNaTY3CMASRcAXCDnUSHXNbhkrdae3FFhW78EXoxoi/M6jIS
EQaB8lKDNpJ6HRJo+LqW5tjmBd8TFRNybJssQiIhZPdWq6qQCFpNhYhUwW9E1OpVbTgqOOlO
BdNcirKoqMEC4H/NfqVAxwZN+jpmcC5RLtgVZmu61A0No8VULy9uR0xpSmr6lX3LoTU0nPFN
GOlqUXKS2LrVIkjN15cIkvdrrnYBnIx++oz2xo9JtltzdmQDKUe5sbaO1E/mboaAHh8clqNG
CYG10CTe3QquSMk1QHsmPUgzDVcMixBJzWkVld+CLSb7XQ1cwzxWoe9FhRwMlLbEqhEAVGCr
jgmyqyNW+xExoLOotjc8EICWo4KURV68HQhgDzHgpwiaO0ZBRiI0AYlUcIF3KdnwAVQwwGaO
5aEe0f5VKWztiO349z+RS070gJXYMiZc5N5EpyHjRyMEa2xQpQoOaLMt0unkHbrqjxR+OCaj
IE2VOtDIVWQUzEsWYIv71SrItRs04kCwteqDOZYtZcwOT3qiTEyEC7BR29nbht7IqT3yAp7W
wBGUxpc1up727uje2tmJEYg01nta4LW1T8B8qa/FXtggKOP3UwoLUWkVIxCbtccyq/HBOXY5
XqgxbijDsvc4omB1fBa2NMqhap0karcmDcn3Il2xQOKDB85WVa8QpAnF8CvMlTbhc5nwqW4K
NVS1dqZoELGcu1wUhuFnoHUoS3BIi3iZAAcuBN0H96pVCW9IQAapLVCMIP5UezxPjmh5kzMi
wfNBj7jddN1oiHJFnRkKEd1Mys/Aokg9AyVtMcMVRMRUplwxCLGosgT8c0KIwlQEM90CYmUR
YjJGQDAWEuVeU3ZpLpUdqA0mVjZaQBu+oj2i7hlOW5ttGJaIFnUhtxJnOnMWAiobUQHiG1Y/
tp1uGzxLtigDTNkws90TRzdOuahTp/cmAuam/wDEiBX7E4amCgxJLlVspgEu2Fl5sP8ALI1H
HmRBFimZVq6vayIFDdFgwxITA3wTyD1rF1ua20wNAtLADHNUJQLOVwVTQXRLsBVMX0xpEZ/O
iBQKzhBr5FMamwio7hDHAD8aIkGpRxio7m32auUDpvijg2JsjRVq4TiwXZ6mRama/UnLdKBp
0J/hmnFXTWARO3XcFJmwRpWVHtT5VCeobO9Dk0eMLcMYvtFmOZ76fP2T9Zvep3BG52nGn6IQ
Tt5ct2oibgLSISIqHAuUPT7cRGRu+DeJReUpyfn0jlZaYl4SPLJMOklMGpiRdEln4YKIcF8k
wpEoRtLM4hRLVejBCcpUwH8ypY0NKrc3KGoAEuC1C0g7ZL7XxXDBMKlaRjcLUTbLimFqOUwF
8lp3Q89wmRRfpJRN6sGyC43RFuATgqOztnnlzTbD5Zoye2I9lbK1Ame1pYI6R97NWYthwU4Y
6nAxRBpmOKFXyTguELECzKM94apz5ururs8OpdOKYANjiUdMevBObYFM6yUiHcVGlGValycS
gZXblOIXIfzMBiVL03qAYyhQEoo7UpSgDjA6Speihtj+3FJb+4dW5IP/AJclDYiWhtREYknF
VPMLI78YCO8x5gobE5nyy7AZo1vVz4vGjGcqgrTnimDB+8qAEBOKA2QkS0WqU78pDOLOogms
XB96gLEktkjtjtEiURmXUJSOqRrIDBBxSzKtAcETiiTRaQBXEoEZAHpVKEBQlmWREqSalboE
cSUfeFShxVq4LdMzzaj1p7cPaBZAirKp4stXWsRqFkXFJl4nBUNcE4rVQ2iOUlyBktMQwFB0
ewOHHBVsr1FkGxwTYfYojckIvZ0zxL2Y4IylzuOx/iT2AsOCjN6xLgLa9bDabQRHd4wKB2mc
hw607sDE5hS2vTDVobzNw9mP/wAinR3OrUa1WZPvRJyNlA1MiT1Ii8mJAFQWU9yxkcVpLEmw
FEQwogBQHBaCqB6XUnAdqHD7qlCVBEvVBi8YinSoAgR2wOtTlutpPKSbOjKNQ+CsX4othRAv
QCwKp2UCAzCpTiuByUC/NGTFabgYqNRjVMmHvQ43UmuQLrmPuRcdCp1BO17Ii5FSuWrI0D4u
ap5PwZAD+pEPDqRDEkXatlqECAbPRGcwDu21CtPbRPccE5sVVqIzlQBHclZ+WOUVHdFJ2NXX
mPrLcxwjHurRFzKwAqV5W4QJk6gWrE/Mht70xKAo4xCENuRIjYHJaGaWZU95nc6i2JUtyMNO
2DpgTcsneqY1JzWzLbAB3okTpQfRFbgtGI0BuKcl9uVuCAcdKINSFQcQtRNTdchBIp0KInWO
ERZamEBiP8KGocglboUQCItZEyA04AZoEcopQKUY2FimHWqCuL2TNXPBcAWcLSKHNGEj+WDq
CkB1KM2fTIjq+ZPcHFOSaYqvKMyozekxjmF5unlFXdChL+5RMXA8QUYkc0BcURwFi60GowKL
s6va/Bdp4gg1epQlDbjDWKsAuhaY0jgPbwpeiPxCe4Ngq4/BeSDyxqelFgQ6eBIe7IjbNJDT
IE80CylGRaUQWPEJzIQNo6rGXdUp7UjCJk89s823L6VHZ3YHY3JC5PJ+0uYPiJLb9PA825Kr
U5RzS1IAADTYBX5mquUuBR+KgNknzNkMZ4KcdwvOXNE5+NaJc0cijuQ232zYirLVIaRx7R+6
mgeXEk4Jg4GT/iTC4NTdQkc3C1xPIcsUwFA1Ux96o9E//RESYFnTY5hVKcuSjHMuXogwrZ8E
YvUg+9ESZ36VPUKCRDJohomtAg0i2TKxJZnkhKUXMZhs1SYlt2lsyHM3yKMduGg6mA4oGWoG
NGjULy9nZMzmTVHc34xEJHkA7aG+IViz9BTmr5q9MkwoQKdK253ox4Mn9g9lUGrwTh9ViOCl
uScgB1Ocj2i6shCX5UsDg/1KG56aJmJG4rGY8Chv6TDzCJ6DceOCgN2Qlt7x9y8rSDtigF3R
lHbDkXNaI7Ylq2SeWMi5h9Elt7xDziDEdfiQaxNWQldsQjukEbbHm491Tme8XZDyxzZZDxKP
nc+/MNHb4ob05DbEQWjaJRgNtoC25KkUdufLMUMVkDgmkTpb3lAC0aP0rRAObuUBJtJyzRYa
WxGKBJOo0MeCoQwZkWFTUnBC5JqGTu5zZCUiwuclKW2ATaUbO3fgnfTnwTwrpqSVNhiWKJL6
jIuCtJPQgicBd1OAGuYq94xPd5lDckDrI5yDX5VtgRaLdbR76eWD2UpecdrcctHvFMN6c92N
SLxDqexsl5mNNS2zfehLRNrxl4VwTg9DLyy7O4k/8UYp9yQIs4v+yhKJcHFUTp/tTij/AGKp
4sKlTAiwapNx91AAdJWar8FCMpflyocUdwc27AOCPD3lCcn8qTgHBx3EdiZaUexIm48KAOKo
9ajpUZSidqQOkg4n5UTIMIvqC1dnaIobFDZjUaqStGiYXJvwW9KTHTADUC7v4VLd3AGl1yXm
7stHp9v+ntnEj/MkpSMXDEiOJW3ubJOohtwSoYkFG7myYl+jBRE+xY4feR53yOCGhzMFyRZV
qTdlfpRILHBOaA2CBtgzIABiUXpC5wTQ5Y9GpO7yzW4Cf1IO4E+aJwQAcRcshDco1ijOfZiL
heTtlok1A5S3zIxcylI14DwryieaPZBuYo6+UMSJNygeFEbIO7LHSC37SlLfg0Y2lIVA+dGW
21a6gtzfkQTPAWiyltktGUzJhmhEVBK8uTg4IsDIigayBi4l0XUgWB27wdnHiQkMcPZqnQZo
AdnFagCOKMXBMlS2KoHfFaQwOZsFyiW9uB3YcsUDICJI7L6lvx3pAen3DqAl/lzPhQ3obUty
AseyChHfiIRn2JAuCf8ATQiNuW4aEEWUox9NKciSQ6l52xuQkAxYaoujIlo9yJpRbYFwTbIK
MYdonTFuKjAD82dd2WckHoLISkBLT2Rg/iR2PQgjcjWe7aIbuI+p3AIy3ZaiOPi//Ih4cf5U
GFTc8FzXOKAuCQnFGFIilVVmKZqYqOmP5YFSU5kGbCy5q1rSi6ShEDleuBqhocPfFASNRdsk
ALEODcKO5Gs9ipxcd5QkH1YNQobm5RhzfzKUIyPlEvEeL5lKZfUTQ8PEpRhFwfiVGMzygsSK
MgRAz2pjmMal1yggZRFXUZeUdG6QOccpW5t7bQjQBqfUp6SAwoDmjTmfBeZp5Y14UXmwFRWi
qwAN7fuobG7tvEHlOf3l5m1FtJ5Zf/yba8xz5VgFr1cuaBwGGSoOooh0OlEoqtF5UYiMW5mo
ZfUhtbpB26CMnrH6lDe0w3dqIYRmWjE/63+4tO/6gyy2dgNH6fy1unyztT29Jhq7RZRgz7p7
QvIt31KWvQZfpqReWt79KYBiKMUBJjkFPfkOXaLQGGv/AAJzdMjt7Z5rSll8qL1026UYyJnC
VDE9lSBHLIuBgg2Pdvf5UxGlrlQFKyDHFDLEcUHLPTUcFy8wzwQiaGzXRwAdFwWwQIqBd1E8
UMHvW6D4XQmTyi4CMG1RNCjpYxn2fl+Vf28C7EiXSmNSKN/KgCW4ZoanbCKMy0Yuv7YT0zwl
Q/d5lKMYCccJsP3VGO8Du7kqsWaKGusiKAXJUjvSYSdhktw7o5NoEn8CjP1BIlLm8rAA9hGO
kM1KKW5GLRlFjhVQjF/NFXQhCJMh22zQjKIMQM6rToq3YdVoclSgF+K4Lh7LVTXZF6nJVocE
NmRJlscbxR29qlHBijtz2ZaInSJEmciT3lr9PGUZMQCRT95R8wHXpBnXvd5NGLniiNuHlix3
J/ggtc5Hd3JXlL8C5eUC7YlDENdGUrpzeTumz+1MPgo7camIOo5KhI4lMC7/AKd5RJfUDRqK
W9uF2LB8XRnIhpWCpXNkWvjm60i5oQiHq1TxRL1tRCrZ4KIAYZ9XdRZzJEXxA4LEhbkjYAlk
CSxl2iUWJZ74pwHEbvigRU54IRu9XsvMgWltkEBrlafLAILFNtNDB1CW9ua92V3wUdnZHaPN
O0dPeU9kARjstLcDd2PY2/vrXK5QI96luHuihOLKU7EuXyUt21gOKrbHJcMuKIBV6WKfAIM1
F+pMmaiLljlioh1HcFcD9JQO00hI8v096aL9kq6AlQ0DpuNCrHoTh/8A1Wuga70CG4ZRkZto
HiTilbH8KGos5omiHT7YeZoAc1KUyNb4YlMC8ETCj3fgonO2SI1OH7PFEGNs7qlZYBPN9QTi
Q0xYAPV1pianEYIADrQnLtYN+JDUW6EYkUDaSg9hjwQ00B7LDNabynQAVcoasDVEljkxTABj
YYovSIt0o7pi8wXGNFuj08hCRFSzmnchGSlubnbJaRFHKpCUgDhxWkx0xuShGA/oh4hb50tL
dm8pZxA5UOCcVIuUXoJUTbktMLkPdeXtWiGfBGWoyftZLW3BnWSL0VuW3SiAiVVasfgjT3I8
EwJZrBQYfm7fJKRyHZRLUOKYCguCg1XxRMqJiQCbNdGEYkzFzkm3dzTtYgfhgtnY2JaobQ0b
YIr9c0+uJ3I0bEoSlpBPeJ1fwoHc3CeAGkFa9qLbAufCUTYnNEVQjMagcMAjtQFDU8PpRjAU
a3FCtTQnEOvLADeLGiA0k5k1TbcQScLuV50jERqWJotO4dO3qcAWMvGgxvjkoth3uCnOTnAU
xUtzcGDAGyjKN4GvQpy06miZRo7Fu6jOMgA7nFCTi1HQZnzw+lCJANRwUYlmAUPWbO0AYzGs
jwntozhpkDzROBjLmQkQYiItaq0enjoB75DUUdnZAnOPNv7ssv0/y1KZLRkadHdTK9MQVrmN
UQLYJ40bJWJ6HVHrcMrdTVXHJdKDdsWROOa/WgSFFv8A1RiKm5TNTFCRxyW4NztHsgZJoy6s
kTcN8ESC+AXmb09O2LgI7PpAwsTZh3edGe/uHckwMhHNA6ASQTpdS3G0GEeWIGfZRnBtMRU1
pJaSSZE18PsO3ujVCVwjvbUdWy+Hd+tMLO6luT7MxQHBk7mtgLKlWrS/3E5FcC9lqZ5HHF0D
IkFrYoCOxq3KnbY80f8AySQ3/UyEtApGPYgjuSoD2QgAXD0Y/wASOsCgrwUgByir5sgwZxdS
iBVrXqt2O5/lRLAYiXdXPQuREuhG5+P7K1CJYNqQNYks/StUjUBlPaPeiWPFeaS256WRjI/I
ewtIAIJq9yENr08RHcIyaMI+OSG1Ht7hecsSe/NcMiiccU5BJ+xGGBotW40YgUfj9SOlnF0W
gZCzllr00yYLgrOB709SMyn6lms+CZnINXwT3ozBPgcE1BmgISDjuyLH6Yo7kYt8rvJl5O6e
Z74rQY6RHEG5X5s9EAOWPi+ZbsyxFGpiuaIZqqW5tM8atKgqudhubtXJ0syG5JqhhppZa2Y0
AHShx9m7HTreEuXOiaQcAuQP4U8uSMTRyvFlIi5TzaIOeC5OY8AtMRayjOUnlK0P505YECss
aJonTthwckQHYWdW5hmjtQJLVlkyLUiLAKo6Ag1CKcVo2wQZ1k37qcHmNgWVY83i/wC1B5GQ
YODwVSOUjhJCI7Mr6ckIs2RK9R6eJMtneNo3JdSHpduIl4tzmP0I70zGG5Osow7MYjsQRl5k
iGaPQtJfSDcptJiCMQjoGkWdE7knkQWeq3ddDEchuHdAP0tijg+Vlqqyb3K/QyaXsZZBORex
dau0XuiZ0iBcrlgZklgRkox9WI+buF4OSJt91TgJGW1AGpL2/wAvbRlXmJreipghFnJtwUAQ
AZgGRFlWuTKJcR9PDm3fEW7MYo+XtGYjR8B/pfsLb2TzCN5XBKqKCvWqrhgt2Rq0JUzogS0t
2VTWzrUQS3e7sQjKIO4c+66OpyZKW4QXNAD2T+0juYkmpyUt2RsaKWmgwOBQ1GprKL5pz0M6
qWIdhw+6obkQAN0OT0ouepRL8z1ogNt9UiwTWlE6eFEZVlTBNqLK1WRZmNHNkIx6TVlq1OBZ
ytJDHXUwqR9CG1sQImBqaQ7oTRgYt2noZFahGJxIdV2tUs0x2y4swQJ25AoyEWEcyvJhJnqW
x+VHTEAEXk4qiZy1RAqQGWmq04myAyzVLhPinVUzcufFGLPI2GAWm0QRyiyEwxnK8m7L+BDf
3CSIAtXUpRgW10965IHptFGEz+ZHtAfwrbMovCHNKjDlVmjgmboXlzk0Zd0KO1tAQEhzEXdM
SWsr4qlgq5KcZFomJDqWs+YcIjEqG2zajpEBxQ2pvIPqNWqPpQhCOTrQLQo3zFaHaIZ1HU8I
SzvIIQL7URWIFx80luSyfVuS71e6hJzzVgBR2UYG71zqhDu7UWpV09jYOuXPTxQ3ZgHd3KRH
h/3JIk3JLk4qTBzEUyVQD8EYm+YKoGJGFVWpIzQjF2Iuo7u2ZRkZUmLxJR3JzO5uT7UzdVeu
KvQXQTApzgX6lKxNaIFtRNwhCEtUhcDBSIPauD7L1AXFcF+tO9UHsiQSHVCTI4Zoa6ECgyQY
Ejhb9laojS+MrsoifNzBwVLSW0xfJEkkylV7lyhOb+buh5g0ZPcfYrVwRL1N1EHDFW5TkvsC
YUf2bx06mi5DtZPB5zNBQ0W2dyWvfmQIjLUi63N02gCR0lAyuKsUNzdDh6A4qJPdsFMbsmmA
wiO1VbnkbUvLl3pDSoeaSABqEbK3NM34Ixiag3VQ+QUvUepLbcC5otzcBeJPJTDu9pBmJNgL
1R1WaiLYFxZRIq8QQSLpyb0JUXqQbYsgdQANg6pOOnAGvMmlIClUeYP0pga48VolPmOVh95A
63fJaQ+k3OJRMYsBndSjENKVBMcVKRrLAm6jEl5SrXBXouJT5XdW9oKvQ2DI7u4wbshYk4kW
TOWND/3JgaYC9FHlt7qqPpdsEzmahnkhu+qAlIMYwux8W4iXRPvTi5TGrXUoihpXBAMM6/hT
Rw+1O9eKf4Lfld46f2lGZYEx1VN1F+bmfoZS09CkD2t0/BS3JhhGkelGcrCq8v08jAAvrAsO
yjPSJ7hDTnLmfxS5l5EYAQascPqQlC74lzo/20PUmJLGoswKIuXemSiNuOrfkdMYi1UZbxeT
NSwnJNqA3CWETl/qQkmcy8Mmog7OzFlKtAaFbczI0DB1mMS6GIuWTE6Tg9kWIYChCAHayRiD
pktQtkuaIOVE+muBUiIuRmtLVegCEiGBzwTAM6MX1CLRWhj2e1guPtr7GFSVqZya1vH6VpJp
HFEu5yFEZtytU3qjI9k9kDJEkFnxwotz1e9SQpsvl2VcSZywunNMfeixQOaYYIrURUWRkRqx
ZAsmRgGfckBXhzLbiTqAgAwsFLc3OVo8ovVR241cuSowhURuVAmhIdGrFqdJR3CKyPwChtHE
FwtVYkBGVC+JutG6HjdlKTchNI/hUvUM27IdkYD5VHb25AbcR2Rzc3+4hGbPHskYqLahICjZ
LRKhGeKYA1R221Vo+SIq4wQlpc48U45HqSQ4Xa05kUUtO4DPuklitRiNV5HEoPGVLgZJg4yz
Tu5HFSrSzPdS3pMZA8sURwWoU0jDgjKXZJJJ4q5fowVer2fq9lSQB1ICQxOkrywQZENq4+BM
O0SxOKrF6jpWg2NgmNY3HFHbJZ+Yn8ChGLgCjC1VqBel1pxaibEIUZOcckXTYYoUYkpjdBbE
BQkku6jKwEWL3JRmDUnH8KEY9sl3GSFHJYCPzKGziSB0qMWd5AIRFgGRkLRsqornLBnRjtbo
lPE+FlqmSNsdmJPa+ZOKOboSHac1NUJRrqsAgS4yF1CYoRcIswHHFZBB8aJ2LGyuHGCAHL1L
Tqk2dUAST8xWmTHJqIxqCLnNadscyO5ubgjGV4Gp+pU3QATUlTI3IlomxrVRLPWi43Z6Iggh
rvmiqUCvZasDdAUM7ugGri6jBjZwOlCEaFncnvFaTWUBXpKOkORRClJMpPJzIvW48KBONOn5
tKBzTjJM7OgCbWWeaL2z9gBLoBbfp8IRfrkmoXpxQBtAIz2okjcvI90BaQTubxsLl15u9Wfd
jhFRk9IvRFE4gn4+0xiKxBqpSiHq5xFUxcsKBMaKgbiEIPy4PdPeXFA97EoksxDh7rSepO/Q
qtMMiTEGZuECDwZNhkLIRDg5OypY1dclz02VQeBOSG3LbJ0UExy1TicogDpU947jxDNytqdV
DdC1NTU36SQ9Rtg8x58h7Xwds07DiFobSYl45yCaxAqOK3NyRaAkwODR8KkWoDyhTJq5ZAUY
mpGCkfCGdGJpR3QBDkNzK2l8E18ldUTFUwC+LIC8sX4oD4rdIakmFdUacqMjFwLLSSRxPZW3
tRAhtQDajYlSESd3eme0z/8AYg9Div1rJE4uX9ha5oERtTENlmkTcoDz5CZ7RblP3VGZl5m2
aGTVB8KLuJCrn+VBx0rzIuCKUQiaBOaZISfh1ItVkxFSqG2Fv3k+2OR6yJpT5kTPe0kUAATz
nIl7in3U53Je4fxIaJS1fMV5O4GnEnmI1AhDTEEmxCBHPDJloMdJAdsCFDYgaRkTJ+Ci1iQK
NROwfW78VqlEg0JjdvlWS44BRMAzdoEX+laWESWLnBDy/wCpHvXoqRY4nNGUxQdkWRNdE7dK
AqQbFBwanPJEbkxCUuNvuIGW4DTArVKUQBYEgVCBvxFUWPBMQ+SqED8EczZVsKno8K1HvV6k
dIJkAdI6lM7hEiZGxx8PzobYh5kpVEA/76BlMDcgQ8SKD+dPvyO7L3RRMICUiXiLAN2UQdEM
iK1Xmb24ZSakRSP/AACL8WVABEZLVKkRcnBT2NuJ3Ho5Zh861CoegTW6kY2c0lxQfmP6dlVr
e6YvmFlm1kTds1r3Bp9PE8z9qXywQhtgRi3LECyeYqU7UFgn+CyCnPbLGUXfiF5G6dW1uFnN
RE/Iq1CO4zG1FkYliEJEUAJTY6NT8VNqAMKIYD3oBGTVIal2Qhtl5l9L2ZPuA+Zxs6JIqfsV
bLXr0mFdJxCIjLzJjujs/tKkRtxqCRWSIm5JxdA6bgMDwTRjxJWgbxiAGjGNGQ2t2Ed2Lku/
5n7aG16iB9PLuE9gojtC4QBpdAEoRjJx3kDYCjIxekgYuMHR9L6ckel2RWQFeXt/voDZDMGJ
xP1J0+Sp/wAJlKyMyan9NEfZ/bx7e5c+GK1wi8ixMsUxq/FaIVoZM/K0U7s93UZACMZBwRf6
00SwwdGJPKA4KO2Gc43X9x6kM/Z2/wD+xaRToUdAJJuSid6Qp2pFafTQEduJYk8zhAbreWaP
l86B8+DYCy1RkDQs2KkRUCRr0FbUuzKQYk2p8y1CsYhyRVTmSdE5ExGDqRJD2GSbu6P1KUQH
qKOyO1MPIXXK5OJFGQjGQLXJF0W2xMs1FEkCzsOPMtVv+SMpFz3YDFEA6IEUjE1+8iZVP2LC
qcsRkmq3DBG7cVR2zsgR2RjdkNyD7hj2tQXkbkh5u32M5Q//AFqQHWrtI0CMqZPxRFicVfBg
eK3Jate5vVlLH21LNh/xDbg0hE1CAsyAahxR3cZuwvQIxJNLC7q3ScFuyfSBFg2L+GKIIY8V
ASsB1URkK5AfhT6mGAxR3pOZatMRl86i0hJgHIzCESGi9ZMtO1fGWQUdvt7sn0A81T41qjtG
Ie1l+dumofTEVdHy5Ehn1EY/StE8KQMe8PpW5typV4npUtmZB09mymIgdmqIMiWNNX8qix7Z
qQGC06Rps+FvD7J7k4vOQZ8lGMYAjccRYjDxp9ycIG+kc1VDa34nQT2hzRb6lSxx4eFHY2Tq
3ZdrKIRM5amu6cFOT0hcM07pxXgq1aibHFkz1OHBSjMtsSufmWv0dN3bOskZBT2pN5kBRg2r
/U1RQLO3uQAxqqs96oznJoitVrhDTtNSUqSkfliuHsZN7WW5ubM9O7BjS7OtuRJGuUS4tJ/6
kJIk0YOXyC3JRAHp4UgcZSUtiM4vGOdKoCDSNeV1Pf3INtgs+Dn6UZx2WhMUL1ZSlu7UoiNz
goTk42yOU4LlAp+ndXLcm2X1La9NJjvSlcczeFbMob8huEjVAmlv9NBqlHb2iDp+MvAv7/1U
tUpHkjdlpKqrdaltyeO1u2mP8vcPe+ialuh47mxyboNpmPYl99QOzJpPR8x3Ud4jTPQ1LiXi
RBkBeWo5hQjIGUalxgU7Vv7Y7hDyg+nrWXs8ttW9IU+X6lKUiCHqxd1W+Cb2HHqR1UOAQJ7O
JWqIcPgnOF2QG1G/aMqAFbnmz1yHda5RkYiIYgRxBKjvbB0SFSRQyUdzbJ1EtuRPdMe5NYFa
INPcHdFYj6kZ+pk5iH0G3/YmFBgP+AykWAqSVIem2GgHA3JVf5owTeboYO8x/MvLEQZAHVuy
c/egi8pHzLue0p7sqQ2YtwCiNmerWakFDc3Sw3XO1txDnTHtbu4p7kSYmUnpQsu2Q3EowjM6
ZVkCSzryqNEMCBWi8v1W3Ge2aSo6j6eYjtCHZjYD6UZbP5cpVE42ZeaD5kau11D1G6wjtjsm
+pTls82kaQW1AN31D084GMiOfScO6tuQGo3/AEgi76SWl8o+lCUKi44hM3RkgDgjE1BwQ23/
ACvU7dR80F/cs48JGPj1KG3Ghma/T4U9hmFEmgALnqVu8zqsgOksmnuxByd/4VriCImxNH9s
dIbVHVI8XRwbArNUF8FdlQsOKcigF0wk2fQjpq1wKUCG4YxJNhe6bciJRZi55m701vThH+rF
oxIpDStQiwjchRYEBq9anGB8zamCZbbi472taIflw7wjeX1pxZ31Owj9UlPTuDc3ZgaiMh4U
2Xt8zcs4A6SpAy0wNNILox2QZRi7zAcBa9yWp3v3k5e1AMPlQnqGdnt8y3t+RMdubmIdtZPi
Q2ts0FolGBifNYbe0zECEe0jUajiRQoCQoclqEZEC7WKaUWGATCgF64pwKjEIASlOLNpOSGy
Tp3SGMJUc/IiSNW34fCjPalo80Mwpp+lS39+cpeHVVTkIuZGhFESDzS/UvI3u13D+BVuuJ9n
pZmoiZBzmR2VpnLVP/TjzFAiJhCAoCdSANNVOorllpIYUWrWbveq86ZIBPeJdkJadcs5V/dV
LJ0ckIRzc0u3zpgOglU96uMVWrZJ+30ogcuac1CYUlgcUzM2OKFjgqhuiiFHf3pje1UACwxe
tvpQ9UIeYZtpjGrg+JHzIjaF4xOf0J5y17hsbCPyKvt2tkDlk8icz2VGEo6zuuIC+nxS+hGO
3GIcat42DfKpz0uHIGAb/bQcsZUYUUZ7ZbUGb5u8tz0urmiXi99MlGZi8hFg2SnPckZaByEW
DomUW1PdW0jBCMKUqg1iMVVMSS9AmsckDChu6js+o3PMhINES7UT3UJSjF7aiFDWxjViOCOk
0BqHTm+ZQMSxFQbMhsbhHmxFJeMBXqtOamz8pBDUK8yRMq0xohJgz0dRoJGRwyWlmAFVbq4L
RsQMh/qGm2P51qlIyl7h92PtJdmqVua5GUXMdsizovEk9CqNPQg5oUQGY1eybBBi73CvbBOb
KzD2cU9mQ+xCWjkjStLrb8vaM5kjbEX5aDtS3PAvM3jq3jfKP+3trVZsU4sVwXBSMQ+5AgxO
Q7yhvyDwYxlTsmSl5UuWVSeC0gapPZlEziz26ltxiNU5S5QA6huyjojRsaoTFJDDMKUCKH4J
ha4R3TIU7qJepq2Cbci+ZyTwBMTWoY/tIT6wFXmxdFw4yUNRMBDnDcFGEC0AeZlKUYuIEMcQ
paQJyqTxValqDBO1eCjuROmUS8S7BRnQbw7UBn4k5ocVKEqxlRvxKe/ubpmSQIQNGdAmrGxx
TwloMKgG3KnkL0JWmrfqTCgH/AdqEn350IHdioMQOaxC5ogyPBCW2ebK4VYuRiLLneJIcG4+
lMm0t1I8pANwy7JGZZUrxWC5Ykvko6gduGMiK/sLXKJJlQE/xLQwiI1CERQEVbihki2OCaxB
Ygpj7NLtF+YZjwp4sNubagKMQv7TeIkQGiDjFT2dmWsGoMQ525d7Z+dR87bMJSrA9K8yAcCo
IsCO8idsfmEgGNiJKUZ3jlZMQ7l3WkDSOJuEOXthgCXYlaNZ1gghmZc7+ZYcAP40BKIlEDTx
WmMKxupHbkdsgVo8VDbIIkcQ5CJd93fNxkidyQgLgG5W5tSgTCQYxPeCJjyxkaE5eFSjqaRN
Dx8KaMnlxzTd7jSqhuwLyjdsUN6B5TfgR3Ed2RaVtuLXKOuRJld1F61D4rfkXH5dGuhIF2un
bjpx9rnBf2/pJWP5m4P4IKW5uc0pFySnsAXRJkZxNwboSgaG5TRFDcumkAQD1BECAL3KZgww
zKqBfrRgKCVHxZCJgOXF9L/soy01AYC4WmMREjvLSCTq7Xyj5Vd42ARnuSABYB1GVCNIIaj0
R2/TxjsA94nmZGfqPVy1EvKEDpB+qSENskwlUuXQI9hDvRGN3zRjUbg7M/FBN6iBPqJE6ZG0
W/zIfOuU6o5m4QjIcuaO7DkmbmKJcSzVA0jdcsQWTMAMHuqmmLlEgUs5KIIo13ZcoMhwQBEt
WTNAMte/KM9+No3qvy4mMI2J4fKhuykZS7pNIxHyrzHbUDIE2Okc3ZXac5CyPwTxcNRqOnJb
hmExcj3ITgTKJLS2zYv3kYSm+gW8LphXNByiAdJlpevaj8qpUYArS3x9svSekJDU3dzD/wAc
EcfYQFi6iRUYxwTCYc1EUO7imFY5IAUpRsVxe6a3EXVgQaOcE5OGKBgwcOZYInUIlu0SAEYw
P9x6jMf04HxIz3Zv5YfbFoyktpxUxDuMVrdiPcEIR/P3AWLW+9NNt7Iiw7RLlD05DyZ4zALG
nNq1InNTmO27sLMnPLgo7Z7V9V6KfKDtvSTV1JjHzYkY0kG8KbcMtuRo0g/8KfZ3Yl8M/wBt
NuwBMu+BRlqhIRLZOExnHS2VUGIbGSBO4+bBHUZH5XogfLrZnLoHcMQ1hYL8rlGeP3Yoy3Ny
sjUshzENQ/p3E2lzhqW3EBowgQYx7usf5int4xPWms+JwTuGzQPaBsq24JomhNkNye2WZjJr
ju86DWUAey4d8Ed120y5CbARUi1bvktT4W4+z+22T+fuCpHcgvmL6j7KVzQpTN1QUKs3BM2q
nWFyzbhItFAyIL5WQN6URBnGLZlMdxzwqqCUmsBRahtGZFtZ5f2YpoyjtjKAqyEDMzkbmRpF
R2ZkiJIE2qZR72hbfo/SEQ29qQYyLV7+5uykojtUDkBnZPsbB9SDTS6Hnx2/TbW4dUgACR9W
lOB5sjeUrD5YxWqMRE9CYXRhK/d6EdyIaO25k2J+VNXmNB8qjEBoxoP8SoA+CAIDguSLo6Y6
gbPf7qYGcTwlQ/tJzuSMcmYumEr1zCAgKYuLqsIVuSdK1S0ULC6Yz0j5U7mRu5KLOc1pJfhi
qhhktsl9L/CPaW7IOJyLSF+QD8vSp7pHNEHg7dn2DPFDB61QPmGM25hIP9/b0ptifmDCQuvK
9VAbuyRpgwFPqUjAERwByUQAQBV1D085fm7g1aRaveki1WucfurVhmp7x7gcDip7sy8pnN19
qdFMuaRPQqp8DRVtgy5bDjZHTKmLoyI1Se6f4KtMkC1AgLcbI7hBf3BHchLTubdYkG/yLz9+
I3IbpMQ/Non8+pMMKewxNFq1ucjZVofgtJwv1p4muCMjWLHUO99C/udIhPdBkNs9qO33eVNJ
3epTjDErAvcrW3N0JiOLBAVd8U0QzUOS0OCWoE+OAzTcanBMbYnghGPMcswix0jLFVwFSj3Y
hjInJQEI8hgQD0oUbQ1BTBbkZFoAO4RhxvmPZUO3uV2BUdXNE8WLfKvyifKNhILLiSoC0SQC
cw62oAARZxJub6Uxcg5hl51NGrS/HtaVD0kSQ/NNrHwp26FW6z9mWSIwTC603CtZfGirc0ex
TE0TAVzXliLyxC8uoMaEGyAlj7kIkcIg05kBEMSW3G7vzKXpWpEGfB+1BCQxDoe0yNgpSJvZ
P1FAkf04u2ZKk1NyMAGPFSEYA7g7U8II6pAxFdSeBLXBCIuf07SrYe5F6p2YYhOxGSBu3Wg0
NIyVXIOCwHBEwDDGUqBPqfUQKWW5T+o8WGEYqLxeUC1aWUq2k7BTiavG2amLaSzLAKhVZASw
CaMnMbrSeoBfqRvGVDF6KPmzO5ooH4d5RjCJmHu1B9K8nzT5va091/BpU5xL7do9SYotZXwd
cck5vgndEsCjS/uQFlSxsjiSnOKaIBm2JwW75dZNc5BHdJ1AkgnH9iSAj1oyhQXANnHhU5zL
NByMFuer3JGMHYCNNTdnUtIsA3/BuSGAc9CGouDYpzYYI713NOgLzNZiJGoFENqcQIsz/wAy
2tpubducoR7yEIyIAsiZ1pyoTYxOZ/ChpcYcE0nOS0kP0JvimjFyccEZlmj3U26fzMIWotvb
P9MhmHZVtUJGiEz2eyGz7yl5erTIuYkuETE0NHRlIgOAFuSp2jRaRU8EDYoFixoSixYYnNML
Z4KIJYG5Xm+oBk5IjXuqNSdm4jj9GtQ2tsCEBgAybFkQa8FWgRy9tbKlMymFDiTitIzomsUA
SD0J2Wo0bFE31UR0nSDHP91Q7tOY5uoAA6SXu9k4oAFOOsx1hnFKI7U5DS9BIM7/AO4qcqp7
OKnCUgNQN0YR5TAliMaogM7H7pKjAl2HSuAxshAWOCmIm9nqQPAo7kdskR7TWAQ3pS1g4WP0
owkf6RMZPgylukMRXa2xyy0R78v/ACISDgMzP2URByY9pGYjUByZI70BpOoilSpgkCYZy9it
mW5LVuxYAxNQoHbEpGNDIR5T96a0xetD0qMSaQFBktED+XEtKQz+pESuA7G6BbSLgHh4lumR
HaPCizOHsrbFaRJ6WRJooxgNQyuD91RhCOjy4jClfAtZeRn+6gd6QiZUBKZ66f0kgQFZ+Cyd
OqXTY5BM6qKcU461Sq4rM4hWfJESpS/8KM3AlAOx7x8KJJYCmkozkxy6EwqZWDobMBzSZyba
UPTmAO3EMxGSP9uTtSFiSSAhGcfNhHvCyAnySNGKA2pARNynnznioeo2xphKkiMJJu7I34/M
m2w8iwRlunSMD/3J9ubzgHlAVFV4JxsQmMtTCrZLUOXoupxkB5c5GUj3pDtd1bnq96IOs6Yy
FSIRUht7cyDiIGiba2pndl2pTiw/ZW5t7WwwlGjgmpUfT7e3oMgzB417/Mvzd7RAVYc1/qUp
zeZjywMqhAYBapSbgcSvL248kjzTF28KoAZd2JxkfpUd7e3G3ZjVKlB/sw+hbm9EEk8sRLEn
so1BJLnrR1UyZOjuaTpFNRCMzyhi2azUY6mkC5pVh8yfcmIwjUmzfWtQI3JEcsY/jXmbkqjs
xFh8sFr1SazuXTnHBcAv1qtlknBTs5OCcsTdsE+QXSuCwV3IXFUNch+JHEYKMS7ZFAkdSn6n
deJmBGG2cIeLSnv7NJDg0bNa9jllkvI3dQIxNFExAmSH0k6ZI7HqYnb1U07ob70J9hHyqgHU
JXBCacBCR7zO4WmBcuGq1Ed4SA3d6TuTgO6pmZBLEhqomAEJmOAoFXtChyojqk3WtG21MMk4
BovM3W5YtEFmr3kTDTIWcMtbYMtU5xiBYEhadqJ3CbZIA8ouwQlKdJ3ApVGG0Ls9UZSOkAuZ
GpMvvKQ392U9uL35B+6hDbP5YcgAv8vaTVCDXKqxeyO3KEtb8zVW3JjDXYWJj4kwsfetz1Xq
mAiBDbgDzyPj20XcbQ7MQaAf7njWqX5cJYkLVuEy24tpiKf+4vI8qPks2n8apfNU9ysmTYYo
HBEGgZANarqhtc/yp09zkuBuFVVTBhW5TM5/TsqIl2rE90gd6KMonVpFwo7xL6wHfut/l+wE
3PwTaNZHUv6UgcnWnd24saOY837af0+6aWhLs/tIbXrNt4GnNzbZ+8ht7cTty3KcsngfFyqU
tqcRpAIkCf4FujdINHMqavqgtobIAYAajU6QpxjSjOge8OWQPBTlt8urmI6UTKGPUgdAEhiC
yIDuaBc85EdNVLydycdVS5oq7kpjGrLVIPpqNXMHQG3EFrkUYKMNwiM5WBNoo+bISI7MI5Lz
IwG1s4OXI/3FU62qA7ElEE6Yd3bHZb5lH1W5Eh5aRXl0n5E9NMcDijOQDRH6aU+1HngXHEKM
93TGIINby+VAA8sB1VQoXFmsoz3C+sO4wHhQMqQwYdr5VGGzDTpDGRqjDdfUO9d3Wlyjgyd2
ZN7OhVYlFjXGiBscwicMXRFhgy1CgzV0wKcseCBAcE4CgWmXZzCeMtYIoDdeWNxiSA0rEKG3
tdlq/UjIB5YBatJNXkXWqRvinhWQRBi7FB6g3KOsOBVjZ0+1ABxqizsQfCtMyzjEX+VDa2O8
RSIb5dM1HbLvGjnFSBspSFpNTitZOkAHV0InzIkPxQGvnNA3ZTRYvdARcMquwRjrEWqwyTGV
rkmyJ0iG3EkyJ/d1Lc9Vvh4T5NoHCEe+oyEgAL5nwwjFaNl5NQE0ARnOeolQgzQpqPAL+0kT
txDaJCzx7HMjtyidQD6j/HFMQCDSRT3ibHBEWHvU2sSxZCMQ1na61bx1ZRNaIRgKGg4I+YTu
zkKi0QtIiNOQCdy2S1RtjwVq+yiunTiyfEWZM9T8EScclmT8PYyL04LzJx1bk3jCJtH51uR2
Q+gkVHHxIkzHmkXKhsbpAnMawRzDSD3pf5aERVkdyQJiMqlCUgYQFg/8aGL1pZWqE8ausslp
BcSu4zU5T0zhCIgIT8Kj5e2NvSO7itWzt+YQHZ9IHzTWrekPpjh95VxRJLjDoRgCwK72ZYsi
24YyvG1FGMp6moSRU/Um14p5bwjDMGpUhuzlKRJEmOrl+pTjswlMyLCRag8PMpR2YER3IiMw
S41DvR0ryxIaY0GbJjXF6lFulDa2omUjUeH7yGmIjuSYzbNEdmIuM1uz3QANBiJtWvZRjoIq
2oB1Dmlt+bUaouIrcn/cR0xiSQQiHccVJhWDEyxQMRo2/HL+REwJk4aRRLcuCtTEpnotIPLg
M0zMckXDL/ms1WizVcMAg9Bgshms1S6onAfCi2aFiObLVJepjINDcIk2SfA2Rk3MzE8PZpZE
b24PMxi7GviURtSjPSOzaSLRri9FpsehOTjiiBW7YLz6GBDTAuoiLPMtE4l0NUfzpB5z/B7A
PihCIaRujJqAUU9sTaLggCVGVy5x1UQ07kqdkOcEDORkMYg5rlDDBy7LmI05JkGpxQeyAAMp
GgjdNuSEGAMvldRPpyNwyNZszn5UYHC4CJjjmowJb00JMZCh3JfKuWDbUC4x1STWW4H7Z0gY
pgwFyTdTPl+cKOJfgQG5GcDLBCe2ze9Agu6Y1AvxTvVAi5xKjP3pwhRnuj8FQNx4onHFWcrj
l7L+xkHwsmxBr8qhIjVrDSlmy0ymNUaLyjPVuYRiE0NgyhYh+Zcv5W34Ymr/AFLVuHVuW1E1
ZCW1uVFiOUr/AP2ggWE71QnCTxOVWWgxD5uuUUCMDUzoyPqpl9valpiGvMeFDIL9aAd2unLE
CgU96NwGgM5FS3JMZyqeC1RDAmgxVKE4+xhihmsFVMIHSKPktQERJu1I1JWqJ1kPqlcKHp4R
AbtTHYgFLytvWH7T8odRjGTGzCgZDbEYmO1cDs6h2kd7d3KknTCIPKoxi7EsTKjeFbW09yZE
BVLm9nQ9RAajuDUIHJETgRpu+C1EsHaLZBA3KDdYV0IgMBUtmqG9gsicUTiMFxOCIiOkImXV
0pnbhij+ll0Y+2tOCEntZRGEixrY+JQAlplAtquFKIZ5FpSHeZeZPVIyFCV8xxCYg1qSnanH
FGJoFoMQQcCjPS2yW1xHd/3NtDc2564ysQg8i3BOGMpdkkIXEIExYWEyfZnIokiy1SrFDZ25
NtwJ1PZx3YqhBGQRLuT1MuY2+H1LLgU+KoeXBPgLvdFAazGPhC1z5NoducvwqPpfSD8uIfXm
Vd5HrqVCB2z5kgAQLkrc394aZRiaPZGYpAWicfrWmMblhEWC1zJnJ6Cw/dU9mPMNpoDE0W3G
EWqI8b95CMR2QAw4I2DivFARDAGyHwCyXFHjkiCAEebU1wE+Vs0+VzigG5sOKkCG4qrTQBqM
lWiBNjiFZsgsH9yYiqAzstvcjEa4BmjiR/qInchzRwl/KhrLxblGAQZjiE9JdFwi5aSYswzR
ZgDbgpbYPO1I4lHamPyz2o4gjwqJjzRkHcHBCAJ5YkgGqO1Mfk751D5ZunJpd04FTQHKKMAx
zJ/hQ9PtdohzpwWvSS1yyBlE1rZqLVtyLUd8CmfmF80+dnVq2dkCb8E0rYFWAGSEqgi7IQdt
vAXdGOoQ2h2tyWSBhIbvqYl470gdMB9PfUyJk7gP5k5Vkfm+TbQ9HszeW7XclEvpgvLjbPNR
hSNCIgd495T3cIgklTmSTKUiScVtQnNgTrl91REtwZUqjNwYtTNEbMNIxPak30qUtyMpRHYM
hpqnIZrhPgnNH+xaY0JvJXLcVxxQAxuFyxJb3oCYYR4XTxIIXKH0+5AFgMTf9pENqBQyx4Jn
FMLFaTWS5Qwwf8C8qcuWV/qChoOndjaf86BmNYcl4DUPvK7arEYFCM6A45pgBps9kwtgEdMm
lZgnFDwunjTcZ3bHvIek3RpDsJP+6o78CQYzMSR4SENUXlFpRIwKESGjGpA4KW6ak2j+FT3Y
gSkA4j0p9MTOVTOQLl1pmIgGx00TSJIJeR/+NCfpDIkXiapp7ZAPx++nbSMgao3Y/FVDcckB
tiUxYkAlaTCWoXBFPvLRboQERUH9NKEpSeVtPFRgIP8AajtbUtJmG3CMvAiIkufenPKW6kTB
oyIZ2cqI3pSEpgaohw7fOpyJIi561KWwOURacsn8UlqhAyAN8EYTBEsjRS5hrJAAOMU13qmu
vIemeD+FPEMqmp9yawQajXZY6R71qdugMmID5lEwoR2smWmYcnIMmZifc3iWliemxKaND8Fc
PmupycXUYbvNtgARIAeP3oqO5sz1Ru2IQdi6OkdSO7txaLvOAz8W2iIt7sUYzLEWOH3k5OrV
8USKAYLl6imOPaNlHdhWQ6gokS/OjIGbdCi5ciLBC1TUqOqzoxcuQwKeIdjRAkhMQOPQtEOU
HG6MZEmIrkHXm+nlEmNSJU5vBBP6jfAie2B+BHt7xF5ORH6FHb29vQBYRFlLRymA5t05/Kiz
nMFBoEyFNTFGG1sTlIl9RDALnjq3sgOz9K3DKOki+q7p5dYTCr3UduD6pkR4XWz6Udnbi5a7
9mKJnEvwojIGk7AGjDxrbdtvb22xYMO8pGMtUYgCBFvmV7Y/yqEpEyl2T0BeR6Wk+9LCIWiv
nN/Ux1+NaZUdawXCY9SkTgHC1CjoRIYZ8PEmBOm4KDG/vVQ85Z5I6RU9aqQum5CDE3yRAABx
kgGYeJExkz4hEbkBN2AkgdmkeCfdm+JZT3vTxMSDSItJEEnS7SBwPjQMKg24ICj9Kez1WRFX
srWU44Tw6Fpex6q/MgByyFzmqEcRmoxutyJ5WKoQWxKYBybngiY3OeYQiC/QHUjuzntwNQ1C
6eUp7gFWkUIwiIxGQXlxOmZuVHahpj6eNZTN1Hb2oRpeZAMiU8RFDbYkM5lkVqMQ5uQKoGcW
OceVTgIyEQeQyH4k0hU3Zeb3doOD83ZU4A8sQIk9C1RY56kSeLZALSS8I4Apy+YHStMY6Ij+
puHswCHpfSE+VCm5vG79/wApGMaA3zPzyV05NbLST0JpC3uRaz1T91rWQkKl2EVQM1wnIc3J
4LVIsME9Q+eKev2oAfFE/bggQSXyLB1pkzijMgKmBsaK4D2fD6Vr2pERxgaxKO3MeS7CORXm
TqBYXR39ra541kI94eLTFEV0mxNGbxRRAHQQuOardc1QaFlqwJLHBkclV6ZrMnHBBqYqW5M9
o0K1SFOCEYxqSwQlvAym1QDRAbcBGIsQqVVLok9SrEGTsyAkHesh091PAuOKlKXdBKluzi4m
eVz3fkRALBczhqhad7b1AioIcIz9NDy98kaWfT+ypsIylFzIxesu8pSleUiWN7oVaMsgjDAU
AyCLB44nJR29oU7xrpgPHKfyKH/1X/1lv83dwLdve3JKGzG0RzSPeP8AqJyegL9SOa4okP1p
mY4oh74LUepEUAFSy0MwnXIstIDngbOnPU9WRA5eJzRJLxGKDuQLhOKUq6cUMrvcLmseKABs
KA8EYkZMESKP+nKh6feLQFITlT7kkZCpNybMpb0AwkGk1nRcAMaFOfjVM7E5UQCY3FOgfKrF
hd0YmvAJgWY0RILEdpTBDaTQZoSbRDOVvuQWoR17mMz+FFqKnxoqFkxI6q1WmEmjDtPmtReU
h3inwXK4dS29egyF8lojOkaUyVJc3GyFR71zmPQUZSIDCrLf3Iy7QMhnVGTGpqgfUxkNsReB
BbU/ZXLObEh6hTO1MGMSTEG+nvSnPsKH/wBX/wDW1iwjubgDS3Jd7n/01oFdyVZzxf5VRNZr
exzigTfA+zJACpyzQHvwTA6cwiS7CzI7jClsE8gze9OJBg1EYswNzxRmOr/Eq0Js1VqFjeP8
qaIYfFEhhhxTGrPzCqDuTgm1A5BeRvcAJ2/bUdoEAS72CMZhmt0fKuJquZeE49CHGzFOWABv
iqG66FSwup+q8vzJEhonsh08eWUQNb0iD4eZS2vSjztyNJTHYifxo7nnShqDFqIA7uuRLapM
Qid2Md0G47K/OgduT108wbxLTszGo+LkJ/bTG/FNhgm9yvXin1MUxYqhDhNIAhaC77hEI9ah
sxpKVLtZBnY3JCnKcSREiMJM0WHgRkQBEVJKHoPQAjUWlMU1f/qVW3N+fb3CP3NtYdDJzGgy
CrIxl4Sr0zQfNMbiodO1VSmaoFQlEAkE4prPc/iQiDe+SiSC/FE5YI3bJEAAcU2dAmItlZMA
/FAxq/daqfqYp406P5lp1e/EIRI1E2uoxbVEMQ6IZ9yIBD4KO5IGMCaNdOaYsVR3KPDL+VZ1
dsUKUNgpFutGNmtxUgBqq0uhHajMxE6k1YpnfrTGgv1/SqU+wp434VVImtCU0qSjY8Qhtbze
dEX8SsKKzcVQdavRcE0uopwaKB3qRhzGi1bRMtqAaOH3opjWnUVs7UXnOMaxFKlDY9OTDWWj
txyWreafqdyu5O7fJBPH3Kt1Q9S5oglNVslXqT5ZqlMiitRvkVS74JjQLVhgDisgashhl0pp
VkaIimUitLPgGsqOiBfHMqAMj5kg8o20juRQhtweR7JNmUNraJn6mTCQPeJ7iMd2Eo8Q5C1y
fKJbFQjsFpbhaMvCO/LmURE6sNWZ+VMeUW4kpoF5xBaLsi5aQNQLoVuvMY6XZGYocDmunFNG
tKppPWzLcgSxDkdIRcaQKFgqChTBnxkmIck0ZAnEVAzQItxVQxNitveAOkHm+lR3IS1RkHBG
KommReyBBvRlyxDJiwzUt7biJyBAAIpVbkPVz/txKLxEa6592GvuLOOBQMqDMKIBA1SEQ+aG
/HcjuzNyKmPyq1cqrsU4KsDE/BH9acFYt8fZ9uK6U+IxRNxdcCmAZsTkgBVrIjE4J3cHDIpz
WcjygZIk5vmpGLgCrFC5kS/BR3t2VInVpFSWUt3e1PPsk1DKO5OLRGIpKMfpj40d2FduAoSO
94lLVISAFQbOURtR8vaNSI2iB291bsxUTDAm42h/8qEjQDDJS3CPpOKBJcAEr+72g8NwvMGu
iX3U+ppR7wFFGIJMiahAAB2sgQa2bJEG+fSqF6XRxcV4OpuXY4qmKc8oxxdCjE1cYqLC9kQ4
Ia6IYFsDVCOleXN/JkaRekHTgOLqgY5rmDgYqkX6FSOk8Vvw3C8dJJbh2UzCnWpbRBkJCnyr
TUfYh5kQcyLKG7HaEZs2qPNq+dctUGFPY64Jm5rezF0Hqnb9PlVCiMclV+CeTh1TsjHFCQLt
gU+ONU5vwpRENTBPJiDmgxYG4OXyKoMYGripkD/pxR2YjTOTEmVCwQjEAM4fxHxLRMlncRFK
+KaO3sh5TyxZQ2ywnMPuEfwLlPMaR6VETAiMXOKJFASw6lIEOJhm/Ep7hAO2CQTEd3xLb0Ay
jG5atfEnBBlVR1WJTnEBk560TC5CEsZxBPsAYNm6Bd4nBDSTpxj/ACIRLamsmHvRJDk0OX1I
iRcijuhsznzD+mT/AAKp4LS4I43VA+bJ3YYBbpkeUhqJp1c0Yrtads2lavzox39saWuLt8ij
GBOqZYBbXptNQHnLiU0Y3VArFOXZUT9aYhOqGpVVkhjxX6lHbkWGFU5iXlYPqBHj5VpNJ8Ez
0JwTAilTgpSiASWAf8CIBBLNIM6hGT65MRYxb6lrjIeXAdk1DnvQnNCImdwRux7JRBqwcYJx
fEnj4V/dzegbbBFD860kUI63XmyIgI9l7OtEpy0YkUAURUmIYk5qUpljkVqIpIVGCkJbOnYl
FoSNQ8VLdjzByWOSjuxbSC5HQtbNEiyeNRkqf8lF3oKPijgSq06k3xTwOmf6dpAguRgy42IT
XGSd2INSc0xOjSNUZA1OlQ3hXUKtVOCz4J9QqUxARiWBkWFVCMKOQ5RZzE0I7S3PNAntuABI
1j9CG4NVC+l+V0BqaMaAK6zyVSE0g44ImJpdP7DZcvvXQq3yRBDg0YpzWJxQrY41RIGom5Ir
AFHu45oWs7qpAzei0w/qG8u7XwIbunVWxoD9SjuAaJRLNeIQgJCUmpTl+786MnIONnWknTpo
3iUavpNY4Ibm7ZyIC2kdxPIco7XR8yhtbVduPLAClfEi5MtyRDnL5VnmpiQ1SjygijRTAaRR
h+JS25DiFPanEeZtkiQ8Q7qlAvpekcOZRkKxkGWlqCyMsR7lGQFhUYK4rYhV66o/ZZVsa0Vt
JGX4kxfoy+ZVuRdEAPVaiaxZgclpFGJcZOgRIgoNMsF2iTmtrZAr2itvgahEuBmEJA1MjqPF
cqf3hMtJtgn/AECdNhl7K5rIFFq8c09wnHxui1M1waxKrhdEuTLJVDRz/kXK9quhXmxGS1PX
E8VHa3hWAIgTTWT41Ke9EbEIju1aP1IkBtsPoijhW6L1GPH5lGEajU8+EfEtvbB07O0GiM27
yOztdBONe4vM3ANZtjRW+PskBKplQBRiHPSGqhPjUcFtbwAG3KkpM51HxLb3dushdsB4kduY
o/uKOku1kRbhiECaviMVUUKxHEqthRwLfMjpYgYHFGdNXBAauk2KbIV6E8cVWTNjdS39wkmZ
IAFpD/UXLCgxQqIjEMmJrki3ZiBFeYe7YvdSGeKjpm5LmoZcFSic0KpRaTVUC5iroq1lWwum
uU4wwCqHVL4gpmYY4lPEUFE0rxLgGy1waMgXYYoTjTdjcXf5Vpk/EZMoamMSHclqfIj6Ubnm
bMbSAq3+nNB6ZGyL1GJKIiHjgBdHd3KSnUjKK07YaRoM0Jb0RIns/wCJcSrom1CVLdlEzc8p
wdQDs1ckTcn7V5W8HxEsQflR2CH0mpPeijoJDG2GnwISDx4YIgYm/AqJiLXTtRVr+tauOCvT
EoGRcX4J4XwGSuCUxjU2LLy4uXYNmStrZcCUIhwDj3l2w/BPuzJ4Esf2Vy7ZnNqAN+0pbkog
azY5KDR5sSy0RuXWzHHT9qIi8ifcEzgLtan9gIsM01kXqmwzTFVV2V/cr0smoCahOznOye9a
BV6EGL5gBato2NVp3Cz2kj6ja5546S7/AHUIz2zGYFn/AIYoybmNaURGIvkEGtKgfFlGe5du
U2Q2NnmHiA73hgvM3xq3DYeEJyaNyqlDmmAobuiZlqMUAC5gBoiM/pUZykWFwKn7yINY7fM+
DqJFDcozp2SJBRnQjct09nSpbEwx7Qf+ZVDMol24LlLEXxTOmAqUc8U92t0I4PmqUVb3fijO
2l3JoXC1EitHumlMkmrImPZNqapInbFT3jdR1k636mTQoB1BRgObUQD0FCIpCAAVwOKcyfoX
KHdUjUJgG4oP7/Z+pPZFutUxsE4v0LlcPdYviQs1cOiSxrii/QhLTawsi8SAKf8AagYyMWFC
CQjqk5OJugSAGLEjBAEXuyDbY1R5QPxJza7DshHcgX3IlpROCYlicU0i7jlZO1OOKMnaIFTk
owiXlWWn+FSlORs8sUPT7beZIPOQ7o+dSAxLPmog5IbbtqrJvCtue0P6RDHNbT0McelDSXGI
TGOCqXFwv0wRoLK1M0QSxQkG6EK81yhxy4rVIvOdZHgjAO5q+C1yg21G8pd75dtbvmbb7dDt
k9n59pGI2ogcABRT3hKOzCghEB38c0H35EYswWxs+lIE4T/MxkzIxdE1biqU4I8xbBUPspRk
WNE2ov8ABlZybL/mjnknZv0+VFqumBR1XdA2OQXMWDsuAzQGlxiuURcC5AktTAg11YIylyya
rWRi7RwJ7yL/APVNKTHAY/cWLE2PZC8yJaR7QBb6dxCMuJMh3ZfMmlPS1KqXOIyGfZ+4jsQ5
t3GR7MV5m65mD/UI/EjtbdCaiePzKWglzeRvJCL2q/Eog9uYAjg5RmbyIiERujUdwM2IQhDu
hgOhccDxVG1NzHF0SzFF01xxTO5y/lVOmivTLimYfUoQJoKk2/ZRbcGmzZIbkyfLBrG2paQN
IjQAUXSgAXXMGKMwAIxDlS3eUgm4GacRtcgrlDugNKaYY4J4kgrTI6lxQxAT4fqXAFFwwHsF
2OKLYp7dH8qYP0IRjTjige9mUGLveJFGQkWZ2bBNFgLIwl2WZGJBMbvwTGpumJq7x4LUGBF0
BuMxNSSn2q5uhF9Ye3+NB2aOMuHjTg1Y8QFHb3DpMu0xUdvbsBXFcuBo+P1KEZFtzcv0qIFS
S56ltbIwIkV6baiXhE6j0omZA4rVGr0cUTjBSNzqKApwZZqo0timYNmhTG5Ti6eRtURH4lLe
3WD0ALxWncIERWIPe+VV3IwbB1r2yJQdtRF1dO9k+F2UowvIMI9KGrtO8o4Aq2mSB/6Kpugc
RZUk3BVq1lYrQb4OsbMrda/5LpOS+BTP8ECKlkGwRcMOCozGiFx+tAiuZCfqZPqIjgFpD6jY
Iw3RpliD+FPEml3quaoFAyABoMLJpGjVGLISERIYBGJJEZnmDPVMfzKA0sx7ylIBovSWP7KE
TzaaOgZxcC3SmryUe4KMXeTNEKOntF6oS0kmEWDnFCcu1lgECxcZYJhUjGyMw973quCKFMKl
ZHgiCA2V3XA44qW4ACLAkYLbnObzkNRx0v3U+5KRyihqiSxcAmiMNsAAWATSoE0aSs6MTfBf
FCe3Eyh3sVqrAjxBiExqtJZlp251xC1RnqORTkVVcLJxdaXHZdlTrVLosE6qU+GSvXIKtvtT
34Ktv05k2qrNq4IiLAZoRgHkcE8q7lSch9KMh/UAcHNk0gxD8fuowJp70XAe8SMVzDSxcDNE
vfH8KaJBBwNWUYbr0sXpJCV44BAYBDa2jy01STjtE4oGFZms0ZUrYYokAyMiiCLXONUBAdaJ
leQqiTYkrmrIfBUDDEqvWFY8P8KcmyANWqRgtnahImW4xIqIqIYPEAfSnN05TgXumAqqfBGX
+WOyR3UIT5dw0cWknlVjQYIgiiaNrLNFqEWNiF5My25DE94LULJ2qrilV5nUg2PvVcV13yX2
L9aqEMgF9oR1MyGOSAzTSZv1oWGRQMiARnitGyNAxJ7TKjublnRANSLMoiZoLRXmgUyC5S2J
4hRnEiuJUgWMpXJ4eBadoktfVYffTFyBiLOjuSaL1c0XLLUY4WcoyF5GoCY1f3qE49SJPuKE
5kCIsBimB0gVbvIyAcEuVmtQq2CrXhgmegwCOGIUYkOcCUfUyi0QNMG7L+OKd6faqfFMsulN
AEnFk6Ik1bunAJgC8SMFp3Rqj3Z4t86cgsbNZcsSeKHKA4otW/MjDRG37SGmPSTf9pER3CT4
bpt0jQ2Haj9acESC0f5bumGCpc3TOVdMMVXCyezp8UxBJaiAcsMlzU/UgSWjiUPKiZEFwTgn
nLUVJveUSLxra6IABxyZAks1sipQN+m6DuCENTghyCFq3d0aMIksjGO2dIpIUR0R0RwEqlAG
Wo3IwT3BUjYH3fd1I0eIZj091R6gBktUjTCPiRYgvYd0IjAdf7quweys4ehVAK3RNii9jjxT
EXti5U5zcbgaMRxKhEBpNqk+ckblsFUVK5QWBqAnPKMc0229blM5qtRvkqEMeKdjEnKyMTQY
JgWAsFhL4FCxGTJpRcBAjlJuVqk8pcSy5QAE2oNdsU4NV9ir1rpwVC+brJ8ExpkE9A+KND0p
iXPBCJBqnwvT8SetSzXTxsbEobe3gOYnFaRUl3GAVAepfLd0RKmUnqhYm4K8uRIJFXLBk3mx
LWBKpJ5jDNW5cGq3iTigNDi6ABpxxTPqY4KMW5Yl24qgaWACEpSf7USCYg/auUVGLuibyfFF
mpgqpyHItxVqZLletGW3szBl5cdc6tz9xMQXRb2cppkqiyyGZVKcVmCtUgdOACcUYYIa3BOa
eBaQPNxKZxIe5MxEskNQYhULm6YlmutIZsCu1V7/AIVU0yQyxVutZLI/av0oruRj/iTBulEk
UGFk4DArLpTBqqtSERMapVEQjKRrWiZ2KMQCZZhGJp0rNrFlS5oCECxJey1O5OBXK4JxNE4L
nEGyJucghqo9OtCMRUXBRkYeZKWGH7SJkfLcuAKrXI6pd3Ui9ALDiq0KNKY9aFaD9OZE5Y8U
K2zQvq/UiSH0B2GQ8alvSBG5vVIyj3U5Kob4LI5oAt0qqYWC4ex3ID2Kd2/WgWocFQRbKxQE
os9sUNPWqlCQF05FcVWmICbSHXFXYBAe5ZOuKdPYGy5iiBZ2HBaQeb7FquVkqFnWmNTZB/8A
qmFOP8qJkK3AXmGnFOCOa+SkMcDgwQxMrN+JVanV/CmiTUdCfsgi5TSePFExPSTVA3Iui6fU
ARiUTKpFghShsTmq1a5/xJ87LVEil07ahdMzE0VKOak3QJIDgS0jvRHzIQjR6UTGqyOCkHfi
gDF3sntwKfDFAir0QjIAcVWozQLAAYZKtGTgsRitDjT8UQTYpyGaoTG4snFPYzVzT5Gy+xPn
ZAJpOAqF/gjTUgfsXNQL7FQcyoK4lVL/APJOCjF2NmWo+5OP+iaJoL5JjVrIBndCn5dTVnCI
BYYNdMKjMZoHciCSLLUA5De7wosKC7VTAGlCgw60YRBePuKcl3wQDVNGzREWBRcUzTCjXCYG
mKd3OGaEIBwSNRD0CMZRDDsyGMW5EwIf4qoJdANpAtinIJ4KkS4oVYrmsuVpAZFUF81pmQCB
y4umNDkmcJ0+muKaIaYwzTEURL+5VTBacVpCuuJuv1IHPJClPigzOF0oEhwMcETeqZMzcUCK
gXKYdeS5u0KV/iTCrCoQAuqlns6sCLDNEMAT2qYJsMsE0mLIAYXOKIjlgnJD5YolrrVIOHoE
IB4g4YBF5ASFL1VaAWCDChxWZuyZ+a5qr9JVbHHNUIHDEozMTHd3Cwa7IVJkuagwZdmqZiDg
yEY1a6fbNXqifLquwADUutW4IjoTihxCbbkRi7IOTKT1K0sdNwQmDsMGTmLgoHSYyNigxB6c
VqAY2I/4GwQV+j2P/wBUwFBd7qgByDpsUMy/QgAOtOQSb8E8qyP2otV8rrmYNwWouHtG6LUu
yMiAR+tGtBdsFrBqc05cD31R0s1ycfqUTkbpxc3dEinBWohW1ZJgaVJxWsOeJyWkAHHq+8nJ
NLOuagCaJcfFPHO6rWKa+Q4KMAHMpARbCR+ZHbkXMKLlIDJ5SaQqyMgXBywKZ3ATxNCmpTFE
yYEhBi3BPIk9aYQc5powAZR1SEdRWncm7XINQpRMidNq3CvxTs6YiiIuJ26VqwKvQYLguX3+
xiv1rMpsSFnEivBBvenFyqksKkCisCB709mTxBHHimd6IEnqw/bTVcXK0igGSJyu96/IiLkY
2RJqbVzVQ+b0QADutJqc0dUqCoC5RTEnNSL8xoUwoZUGakYlizGn7qfTToRo5GJTAOMcCiQQ
Ccf5U1aYgLSai4xunqMCEHGqIaUw/wD7S00jIVcCtU+IxsJJ+1jU1K5zpehCLT1D4pwXzdBy
K2XaHVgmd+K5anALniQLICPWMU86EWdPpDcE8gQ2IQO3PUPCaJtJaNyE1WIZmxRGgAYNdOxA
ZD4pq3VaIZLJHLJ04Cp1E3+lWfowV9JVwM8/qTxIpwR/UUQSSUQb2v8AhVSXz4ICJeIFyvq6
kS3CqYm5+Cd+UYDF0SzlCTXrTuoSN8XQBetjgji1BVFjVNZ8c1cvgtIsfj99OagovfBNYfp2
lRgLOL/srVZqZH7ybGwQjSptgju6CxAAdi7d+K1RDAsuCeDJnT6hWpdAmQfgtEpkZFqLVtz1
DIUWmTiQs+KuwwdMQD9jIk7dcCKLlJAAsWTOQU5JEhiLFMC2brTY/agG60HqTc5pnZ01lwX/
2Q==</binary>
 <binary id="i_023.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4R5fRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA+wEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MjEgMTk6MjU6MzEAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAyAEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADVHAAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBlAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9KuyaaKn23uFdVY3Pe76IAVF7up9QG4Pd0rDdo0wDl2Ajs2zfXhf1Nl2V/4XUiWZ
mUNjRazEedpM+kLW6Otd/praP5uqpn81Zvts/wACtCupgd6hl9kavdz8G/msb/USUhx8Gpor
LmEiqPT9RxfYSOLb7Xlz7LNfznez/qLh8kDJzcfFZvveGDUgQXOIH0tlbNz3bdypYfX8XN6r
kdMxqr7TiAG/L2RjtcQ17aG3vcPVu2WNf+jrSU6aDfiY9zpsZLv3hofvCMnhJTiXYmVXPsnk
e2D+CC5ttcOfW4eZaQFvviPdx5oIA3E1teB4tjaf84pKcK14dEEePis7qufZh4OTlV1iyylk
118BzpDGtP8AWc5da+mt43Ooa4z+cGz/AN+WN9ZsKeiZj6cerfW0WgAc7HNs26jySU5vS+oM
z8NmQ0bX8XV/uvj6KusEkmAgfUvFqv6W++2kS+0y0iDLR/OP2/6Td9FdEcDEcP5oNngtJBSU
4m127gSktf8AZdO/fuft/dn+KSSn/9D0rdTj0yS2qqlsucYaxjWju72tY1sLG/5x5PU3Gr6t
Y/20SWu6lfurwmEb2/o3x63UXtfX/N4f6L/u1Wj3/VrGzso5HWLH9RaHbqcO3TErjdt24TP0
eQ/a7+dzPtH/AFtar3Cqvdp7QdreOBMBJTwfSbMt+Xn53UOotz3nI9Op8CmmGS2qmugF259X
856HqWMZ/hvVvXYdBfa/Dh+3063Fte0QR+8Nm1rV5lR9Ycd/VjXj0WZPqu3Oc2K662kuf+p4
w9R76tznepkWfzj/APBrs8L639H6eKsLKdYz1HEiwN3NbP0fW2/pPc789jElPWd9UzrGDSdf
AalU8bq3Tc+s2YeQzJDQCfSdIh30X6R+jcrNbCWgu07+f/mCSlnG5+jQGeBd4owmBOp7lLa2
d0a+KSSmBHfv3VfKoZkY9lFkhtrS1xHMFWZ0QyfD5pKc/o2B+z8U1bw9z3lz4MgEexrW/wBh
q0mgnzUC3w+KmwQNUlM4EJJ+38EklP8A/9H1Br2FpcNW6ifGP3VmfWTcOjZrxZ6DnUlu+AS1
rj7/AO1tVm/IrqtaW/pHtEMbMMb/ACnO/eWF9ec3Id9W7GYwFlrzW64V/wCjLj7qd+1rnb6/
z/5z+b/wiSnhen9Mwvttf2duwsO6lpJDa3fRdLv3H/4RDf6XXPrDdiUWb8cj0aq2E7n0sIZa
7X+Z+2ZFn/G+gqOJ1XJoz6qxaH227gwwS0lwL8e9jXQ57K7W7LKLP0rP5pbH1R6N+wPrHRnW
uOVhW47Q3IcNrq7r3to23VS51TbchltVd7v0f0K/V9b9Gkp6not3T+i9QvyeoHH6djuqbVRk
2Xw7IDdrXPrxfoY+PS5np0/nrXo+vH1TvyG41XVKHXPIa0EloJPHve1tfu/rryL6ydYzLOsO
qbt9LDZ9krfa3+dFT7N9zGP+i62x71lZGbfkOb6kAgAAsG0HWZ9qSn6MqyaLmk1PbYGna4NM
lrh+Y8fmP/kOXIfWb6+v6Zn29Nwcf1baNv2jIsl1dchtrm10Vfpb3+k/9+v3/wCkXF9M+t/U
LM7GyKXhvV2t9F97/oZTBHp0Ztem+3/B+pX7/wDC/wA7vWh1Dp46027rHT6XsGTZYGMNzH+t
eHW/aqW0WVbdv6F9mP8ArOP6lP8ALSU7/wBWfrzdn3spzfScx5917faWSNK9jR6Tm1vb77fU
/P8A+DXa7JMwvE8UZfS8mynqGOMbKsbTc1rnaW1XOPptLWue2r9yyteydMzqc/HF1bdhB2vq
MEscPzPb7f8ANSU2CzxTgQpptqSlRoknjSEklP8A/9Lfz8nNbLq+sNAc7b6WLgbgATt/nLn2
/ScVidBych/XepU5V12V67bWVm9pZDsSyvePR/ma3Pqy91tFXp7P8JWug611WjF+z35j33st
LLcRlLd9l5eP1TGrqG1v2ndZv/MZ+jZd/wAXwnS/rFlt+sTMc47WNOdlvsG7dZ+tOAtoe5p9
J3o+jX7q/wBxJTqda+r9D+p05BL6t5NhfXW1zi8Fvvklm12yv/1GrfSRiP8ArBh9PymB9trs
vDsrPuqsw7Km5mL6jXjd77cd30foZdGUtS1luSyu2pjt9TpLCNms8e78791Y9+L+zOs4PpFx
x6eoMy27iA8MsZb+rNdH81U+x7f+JSU1/rSOn9Y+rmbmuY9t3QbvsWJcXDdYN4rNGS5zdz6q
K/f/AKb1Pf8A4TYvOzueS1oJcXAAc/SO2F0/1m6i/wCxfs8ww5WdkdRyq2D2jc4tr2j6Wz/R
s/kJdC6K/p/1lwbMh1Tqiw5VT2ne1wjZU3j+e3P3fyP8H9BJTu9B+rWN0wsGS1tubc07i4mW
h3teKWfRY5n0fW/na0HC6p0TpQwbb8nKDMU23432apj8dxJ9C3Ge1x2tynbch77tlP6O+v8A
T/oK1c6tlEZbTY7bRZbSKS78y31WssDbPps9al/0P+PXPfWDp3T+n5mTbiBtmGxrX10NIeGX
vMW+nZLmtb7fd/X9PYkprPy39c65kdYyGFhL3OoqmXCP6Oxv/hev/PvXcfUDqPUMrqFFW4Or
azIde0fm1t9Cqn1P37X5A/8APq4zo9WZl0WWCa677G1NMABjfz3j93/R/wDHPXV/4sG005Nm
Y87Bk7q6Kwfa1heG1ufqG7XbMaqr9+679Gkp9NSSSSUpJJJJT//TwLeodTx2PvyOpY+BZWzZ
iVOb6+V6ZcXelS3a/wCx1u3ep+k9J9v/ABXpoX1Srdl/W3DyKfUcay/IssdoTsY/da76Pude
5nqN/lrHyhX9pveNXuvs9x5Pvdy76a7D/FtXVs6nnEHeDTjVv/kO9S+7b/XdVTuSU9zay2zG
2McGPHDT3+5r7PpfyFkdUNz7fXY+vL6h06ouGHj1OcPUP6JlWU7c/Y+77T6bKd9eR/hfRXRV
w2pnmNVjdb6k+vJODig/o635OQ2v2lz7A70K5aP55+2zJs/9Bv8ASpKfP/r7isxevC6oS51L
W+8SLCwbH+n+Z/NlrPb/AKNE+q2ScgNuyLAKcEllVz4AbUxku3fyW+36a0frhdidQ6a7J6Zb
9od018VZAjkezJ9F35zP8Ky1n/BW1rO+qbr39Lf9nr1l3quiYD/Zv1/nElNjr19fVsGmrEIs
ryb2iW6S1p32v92122trU2a/GpqFNBrY9pa0VmDpP0oc7Y3a33N3qj1LMyjkVB9vp5eNvcy3
bLX7G7ta49PY9pYzbs/PW9kdL69n04eVjdPxhVZU1x6hhgXs2j3Pvra5v2llrf8ARXVep6u/
9IkppX43VH4hx8dorLK50J3Nlut1rob9Cn1bGf8ACLFptbbiZmRjMNReytuLSCR+joeyxvu9
tr3v2epvq+hcuiycp+Xgv6P0Vwb094DuqZ7ntdd6RO7Ifse71rbrms9PbWz/AID2eurFnTMX
PxW0lrsWul4NIpI3UuaNrauHV766XbL63fTSU9Z9SvreOrVjp+cSzqNTGuY6zaDfWRztbt/W
seNmWxjNn0Mmr9Hf6NHWLw6tzei3XMyHUZZra2yt1Y23Oax+2y/Fva5t/T+oYbf0/wCits/8
h6J9WvrpTm/Z8bKeHjI9uPmGGbyNGMvr+gy+3/gvpv8A8HUkp61JJJJT/9ThcmsuJuLh+kdY
HOPAe0zaT9Hbva5li7f/ABb5VteLb0bMxn1792di5DmlosaHMx7W6/u/4J//AB1asfVz6oP6
dczK6nYyzIc4Wfs8NbYK3e5tT8l7t7d1Tbd9tVVb9i2+ptqx8yqMhzb7XW5FjrNxJAZW57H2
f4Ommir9HvSU6+XcyloLNXRDW+MeP8lqwf1bCZb1S57DXD8i3UH1HBpDnfyt2xjP/PaFm5+P
m2NqrbbkbRtbiVQGuP5z7rWbn7XLJ+u+Y7H6biYOUG49ma8NvbXJ9Ohjg+xtQZ/JZsSU4Las
jBdkdPfVZVj2UWOpFke73D0X+sT+ka3BYx30aXsp9X9Co/VzqVuJ0DqfTbLbcW9vuxiyW7jL
S5ljmtc/0/8AwJdJ0rDxM7onVuqX47nZdDrqcUWtDP0b3G3Ee+mWOfc31/s9Vl7/AKFP2fE/
wq5zo5dldVuOM8k42OPpABos+h6R/O9qSnN35fWOqYeOABkP/RggR7nEMbZsb+6391eiN+qv
1V6U1wPUXUWY7A3MuryG0OPd78qur37bHH2Mt/8APi8wyM3M6f1RzqKxh5VHs9uu1xDtz2B5
f73b0+ZXawVsybn33lott9RxcAXgPYyHf4RrD+kc799JT6bn/WL6r276cjrNpqa1rpq9MF2x
wfVT9odjnKyfo+p+mfZ63+GsUMzrmPk9Huq6SyzOrYQ54NbKnenH841zW4tFOP8Amfadj7n/
AM1UuVxcHJsfW3PddXQ6qKqrdoLnR+c6vZt3f4Nj/wAxVOk52Vl3s6S6ynEa4umx8tL9v6Sv
EtyjusZT6lf8z+j9ez2Wf4NJTZf9W/2i1+1r2dWDjc+tj2vx6mGHV13bWV+nbbDvbju/R/zi
p2YHUaqx0g1+tXe/dU8gjbO0PbbHuq9Kxdfh9PyOn0V0OreW3v8AUsyNHtse+N5NtXqVf9b3
Kh9ZaW4jm9VGUanPA+z016OrvGvrMNh2WVbG7ciq1iSnV/5zfWj/AJjnD9K79uCwYvraeocY
g/r4s+jua1v2X7R/pv0/00kw6xhnp5zQGm5kNdTB2Ne5rrq7TX/O/YrWV2Xbv+B9BJJT/9UH
RPrJ9p+uWVb1CkU04Lct97QIcHMd6YNp3bff+jp9P6H2hdLXTd9aOjZAeK6Ml9ljaq7G72Ct
loNdN+0ssfj3U1txrn1fpK3+rbUvOuu5eNV9Y6usYlgyK7mVPzHPZAGRWfQu+0YpPvs9WqvM
fVv9G22z1P0lS6z6u5fUuk9Mx/seOcuquy9uW1jmPta11jshj8h/8yy2vHsqs2f4T1P+CSU7
zOm/WH9E9uVVjOa0F9Mb2hzQ1pqDqPR9Siz0/wAz7L9P0/8Ahlz9/wBWeojqt31h6/kg4nTm
usqZX7WbQd26x8Ut/SPc7fTTV+m/m0d/+NHpFdT7H4110EistLWbzAdXo51uxj/d+fYuS6/9
ZvrT9bsZ/pUGnpdMu+zUnR8GZfO1+S6v2/mJKTdP6q/r/VrMfIBZ0/JyBezCrLWb3NaKq3ZN
kO2VU0M2fRu/4PGu/wAE/S8nG6dZnuySyuu1z8mh7SZcwF1b6gHfu+n+r/6Sp+9V/q7i1voF
uK8M2s2kPaZsucf0ja3M/M2rosr6sdK6h09mK9z8fNcNwtFhLftBH6M21P31+ju20/oW12+n
+ekp4t9LeodYx869pq6fn2N9S52lbfTDHZTHW/R9RlH6Szb/AKRG6bsz+vfadv6NrnXBh4gH
9BX7vpen+j/7bWx0Xo+T1LpXUfqpc1+PnUObmY2KSGtOVU11L2+8bX4+fju9St+/Yy2pZDel
ZPT3UFxDMt7XPqfrss9M+nl4N4e1j6s3CsDq7m/9XXbVakp7IEWCNH7vcRzJP7q5XqvTqKOq
DJvEUZJlrSS2bCHb4d+bs2b/AO2ul6ZkepWBZX6Z26tcCD+8A3/g/wDq1U+sfTH9Sx6qawPU
ptbYQ7SWkbHM/ru3N2NSUh6PZ1V2IbKCcvHlzmYlbt2XWxpd+k9B4rZnU+3/ALTW23MVLqI6
p9ZOp09O6bTbc7FZuuNo9EMBLPUdY7IDPQZW395b3QaaWfV7F6dml2O691t3Tc6fbW91jtlF
djfdRbXZX+mo/mbv8GtbH+134/pXudVnY7oeDrFglldjmf6F0PquZ+fU9JTt/ZOn/YRiei2B
QcKNN0R6Pp+r9P6XvSVcY7/QI2n1doP2aRO/UejunZ/13/R/pEklP//W5v6y9Gox8zqOJsc1
zmDP6bYCA11D3b9jmv8Az6/Vsxvp+p6mOqh+tTnYWPRj1jp1rK2ty7Md7m/ajX7K7Miofo93
p/zn6P8ASf6X03+iuw+v+Bbfh01ta63P6TmenXVH87RmOml7HTu3+qxlX9tchi9Gr6p1qiiq
4YzOrNdbiXgexuQwF76H/Reyt17P8H/N+tj2/wDBpKZ/VjpB6neScV2RTQSHsZDrWtf/ADLn
YrP1l2Kxzn7n002/pNnqLrDiV0SKht2QA1sACPzQPbtWc035uxnWcmmy7EeAcpmmSywH6ePl
0/Z7W2b2/wCE317/AMxEs+t4xMj7D1yt/UsdsCvNZsZnVsgen6tjP1bqPsb+f+k/P3pKdP1K
mY736Nc7V9mjfl+b9Ld/bVCvqFLbACd7JB3Na48eGwK7Rj0Z+K/J6Lks6jRXrYxgLcivX/tR
hPHqs93+EZvVI4/q2iT9LQyTEcH6KSk/UMmmx2P1vFcauoYp2tc9r2MsYPeca23btay/6dLn
/wBHyv0n56u/W3pbeu/V6/q/RXi6xxrycrHZDv0tTYbmVbCWsyW47/RyWN/nmMr/AMJjfpFj
UxWKqb2va0kOaxvqlxA3sDGtfV79v7yyQeqdF6ndl4N9dVrLA8hg/Q/ph+iZkNhnqYWa1tbb
P5m7Hu2X+yzGvYkp5npeZm2uF3TnvdliAcHkT+bZS6x3tp/eZv8A0f8AxS0x1b6wWPbhsxa6
su8H08i17BB/PdrZ9n9Vn8tbvW8Lpedh09ZdTZi1ZdNlnT7tWvx8pgsus6Pdu2NvwM2xt32J
/wDgr/U+zWeldTWuZddl09PxczLrIpzmb8XK/nGFzSa7KnNr22eqxzXb2fzn9dJT1+E7F6f0
R/R+o49hzaHek+kFsg/zrMh9v0bLWOd9Nn86z6CJjdSfbmU5twFbywU5Fk7hdt2+nfrH6X+Z
Y9n8j+WuQt65k3MYBY/Jua1tbLHt2ANZqyplDC6/IZX+Z69qnVZRZkVW9SyXZNhdv2MBDARH
t2xXVu/senX/AMN/g0p9K/a/Ttxr9cfbC/W2TH0t3pxO3+jf4NJc6Or4nruwfS/WNrcs1bB6
hEOG7ZP876Hu9L+d+z/5iSSn/9fqPr30+01U9Qx9HsfW20iB7WPbf/1LLP8ArnpLz76z41fS
PrFf05tTbsU5NXUunMP7tu71aG7fo02WO2f+gmOvZeo4ozMG7HIDi9hDQeN0e3/pLy361u+3
/Vvp31hx2hmV0p/oZL9PWFJd6Hpuf+d9jy/0Xv8A9L6n+FSUyuwXYuQPTaxjrG+rLG7a9x9t
1dO0fo663t9Ov/g/5z9Iqz+h4ObYBbSw7gPa0Fh53c1bN3u/eWu62rP6ZVl4rmOaf0jAxwJZ
bq/LxSyS+tjnNyLqN3+DtxkDHdva6ddCQRyO/wD0UlI+mfVTo1d4ux35mJlVk+nbTeGWN5nZ
Zs/OZ++uhqty8cOs6hS3qDogZ+FW1uS5h+n9s6d9C97f8L9isfY//B46wsnOqx3E2OaHuAJ5
Lv6+1m5Ho+sLM0tGMx9rmT72s2BpGjpssckp2qaMLOw687BubkYkANvql9ZaP8DkUnZfQ5m/
+b/R2Uqj17p3TKMC3MFIFz2in1fUdtIe/e1trWuay73Pf6f2iv1PesfqNeZTljrnSst3T+pP
O3K9Ih1dwH0X5VVjW12Wfvb2f+lFpft/Cz+nel1lrOnZGQPTsuZBxHmQP0vqNs+xud+/b+g/
7tJKa/1B6ti9Y6Xk/U7qzQ+7GDwxpOttO82bmu/7lYtrvVrtb/It/wAFYszAxa+i9UyvqJ19
3qdNzXer0zJd7Yc8/oLK3u9tVj3D+xlepX/NXWLG6hh2dI6+19bMjE6nju9WoV1Ha4Aw1zG7
nbqXf6Sl9lVi9Eycbp31y6YMPqdH2bqNTWucw7d7C8B+6h59v8r/AMC/m33JKfPOt9Fy+jHJ
x97m21O2WANMvpI3V5NTv9B/g7v9Bb/OLCpyHUtblOkekRtJOriDuA3at3L1DqPSeoUdCpxs
/MbldewCXdOy2MeHWs+j9isnfdm22N3Nd6VX/Hf4S1Y/Qvqe/wCst7+t5np1YmK9zG9M0a42
s99rcuPZjVus/M+nbX/24kprt+q3UB9VbPrDvB646xnUA0jjHa20Oob+bvfXZ6z/APg668dJ
dsHN2nH9MepvD/S2j6Xu/wAF/wB8/fSSU//Q9UIMRx4LkndHbi9Vzca5u/p3VLXPc0mBtzGe
jm0ud/4Yp9Zv/Grrlk9fY2zFLdwY6f0bjp75Gzb/AG9iSnifqZiVUYnVeh2FjesdKvcai5o3
WBsfZbxobLabnNrbbT+56P8ApVyfUetZzsp9OJT9iqDiXUueC+sg++v3BlrPS3en+kq9Rdn1
7HORnUdS6ZZRX9YMSkuyMO9wYb8Yj9LjZVVmx21v/aa9/wD25/R9mZ0bJ+quS59PXaqMfOf6
gq+2NAc0u3bW3Xv9/wCje7+df7ElPJu6p6cEj1GB0O3a++P3nO3ur09v0FMfWbLrI+zgMYDJ
a1jY4/64u3w+lf4u8bBNhux/VcG+s0ZHrw7hjWtbZb7GP+g/6Fir9R6t9WunfoukYl3Vr9rX
O+zViqkT9FrshlZ/e/wFdv6T8+pJTzmEeo9Qc77WzLdjQCwsn3Ec7vV9Kn6P7qvOxuk4QJy7
AGPhr2X2gbmjlu1pYll5P1l63jZFWfQ/psMP2cNnHra0OZPqX5LvVtY6f0zn2Kt0v6nfV6vb
b1D6yYIuGppqNVoDvOy69m9v/WklNjE+uGP0yt+Jj5ld/T2tP2XHva6x2OSPpYmS1vqbWu/w
FnqVJVdTz6uot6vT6gLWgW1uqvNLmH3NY+xtd238+yn/AEa36GdLqqGF0a/p9ryR62fsxwWN
P0xRTRX+kyHf4L/B1fTtU+lnqOITd0+t+VlF72dRFr7BaWvscaLrasZrrG3U7LH7NvqbPtFS
SnV6F9d+n9VtZi3ObRlOIYy6uxtlTnk7WVOd+jvpfb+b9oorZa/2ep6iD9ZMDP8Aq/nXfWHp
dbb8PNb6XWenuEseT7W5TA3892/3/wDqVAy+hdJyvrXj9R651bFHUaPTLcPGDcZ7o99Iza7r
bsq7d+j/AHP0f+DqrXc3Go02euB6W0+rvjbtj3793t2bUlOd63S/2F+095+zfZvW+1T+l9P0
/p+r9L1vS/8ABElzQ6dfsd0p2RX/AM1DkNzK88WDZ6Ic/wBbpb7N23f+0fQ9P/g/V/4pJJT/
AP/Z/+0mAlBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgQ+ADhCSU0E
JQAAAAAAEHiyz6H8E/Ba6xxJG82QEIw4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50
T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAA
D3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmlu
dFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAE
PgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YA
AAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRp
b25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5D
Ym9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJv
b2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAg
ZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0
VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQ
cwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAA
AA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNy
b3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAA
EABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAA
BAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAA
CgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYA
AAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAA
AP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gA
AAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D
6AAAOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoA
AAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAByAAAAAUAaQBfADAAMAAyAAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAHIAAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3Qx
AAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAA
AABSZ2h0bG9uZwAAAcgAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAA
EgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0A
AAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNl
VHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxv
bmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHI
AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAA
AAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0
VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAL
YmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcA
AAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJ
TQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAABOEJJTQQMAAAAABzxAAAAAQAAAGUAAACfAAAB
MAAAvNAAABzVABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgI
CQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACfAGUDASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEE
AQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw
4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKB
kRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj
80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwD0
q7Jpoqfbe4V1Vjc97vogBUXu6n1Abg93SsN2jTAOXYCOzbN9eF/U2XZX/hdSJZmZQ2NFrMR5
2kz6Qtbo613+mto/m6qmfzVm+2z/AAK0K6mB3qGX2Rq93Pwb+axv9RJSHHwamisuYSKo9P1H
F9hI4tvteXPss1/Od7P+ouHyQMnNx8Vm+94YNSBBc4gfS2Vs3Pdt3Klh9fxc3quR0zGqvtOI
Ab8vZGO1xDXtobe9w9W7ZY1/6OtJTpoN+Jj3Omxku/eGh+8IyeElOJdiZVc+yeR7YP4ILm21
w59bh5lpAW++I93HmggDcTW14Hi2Np/zikpwrXh0QR4+Kzuq59mHg5OVXWLLKWTXXwHOkMa0
/wBZzl1r6a3jc6hrjP5wbP8A35Y31mwp6JmPpx6t9bRaABzsc2zbqPJJTm9L6gzPw2ZDRtfx
dX+6+Poq6wSSYCB9S8Wq/pb77aRL7TLSIMtH84/b/pN30V0RwMRw/mg2eC0kFJTibXbuBKS1
/wBl079+5+392f4pJKf/0PSt1OPTJLaqqWy5xhrGNaO7va1jWwsb/nHk9Tcavq1j/bRJa7qV
+6vCYRvb+jfHrdRe19f83h/ov+7VaPf9WsbOyjkdYsf1Fodupw7dMSuN23bhM/R5D9rv53M+
0f8AW1qvcKq92ntB2t44EwElPB9Jsy35efndQ6i3Pecj06nwKaYZLaqa6AXbn1fznoepYxn+
G9W9dh0F9r8OH7fTrcW17RBH7w2bWtXmVH1hx39WNePRZk+q7c5zYrrraS5/6njD1Hvq3Od6
mRZ/OP8A8Guzwvrf0fp4qwsp1jPUcSLA3c1s/R9bb+k9zvz2MSU9Z31TOsYNJ18BqVTxurdN
z6zZh5DMkNAJ9J0iHfRfpH6Nys1sJaC7Tv5/+YJKWcbn6NAZ4F3ijCYE6nuUtrZ3Rr4pJKYE
d+/dV8qhmRj2UWSG2tLXEcwVZnRDJ8Pmkpz+jYH7PxTVvD3PeXPgyAR7Gtb/AGGrSaCfNQLf
D4qbBA1SUzgQkn7fwSSU/wD/0fUGvYWlw1bqJ8Y/dWZ9ZNw6NmvFnoOdSW74BLWuPv8A7W1W
b8iuq1pb+ke0Qxswxv8AKc795YX15zch31bsZjAWWvNbrhX/AKMuPup37Wudvr/P/nP5v/CJ
KeF6f0zC+21/Z27Cw7qWkkNrd9F0u/cf/hEN/pdc+sN2JRZvxyPRqrYTufSwhlrtf5n7ZkWf
8b6Co4nVcmjPqrFofbbuDDBLSXAvx72NdDnsrtbssos/Ss/mlsfVHo37A+sdGda45WFbjtDc
hw2uruve2jbdVLnVNtyGW1V3u/R/Qr9X1v0aSnqei3dP6L1C/J6gcfp2O6ptVGTZfDsgN2tc
+vF+hj49LmenT+etej68fVO/IbjVdUodc8hrQSWgk8e97W1+7+uvIvrJ1jMs6w6pu30sNn2S
t9rf50VPs33MY/6LrbHvWVkZt+Q5vqQCAACwbQdZn2pKfoyrJouaTU9tgadrg0yWuH5jx+Y/
+Q5ch9Zvr6/pmfb03Bx/Vto2/aMiyXV1yG2ubXRV+lvf6T/36/f/AKRcX0z639QszsbIpeG9
Xa30X3v+hlMEenRm16b7f8H6lfv/AML/ADu9aHUOnjrTbusdPpewZNlgYw3Mf614db9qpbRZ
Vt2/oX2Y/wCs4/qU/wAtJTv/AFZ+vN2feynN9JzHn3Xt9pZI0r2NHpObW9vvt9T8/wD4Ndrs
kzC8TxRl9LybKeoY4xsqxtNzWudpbVc4+m0ta57av3LK17J0zOpz8cXVt2EHa+owSxw/M9vt
/wA1JTYLPFOBCmm2pKVGiSeNISSU/wD/0t/Pyc1sur6w0BztvpYuBuABO3+cufb9JxWJ0HJy
H9d6lTlXXZXrttZWb2lkOxLK949H+Zrc+rL3W0Vens/wla6DrXVaMX7PfmPfey0stxGUt32X
l4/VMauobW/ad1m/8xn6Nl3/ABfCdL+sWW36xMxzjtY052W+wbt1n604C2h7mn0nej6Nfur/
AHElOp1r6v0P6nTkEvq3k2F9dbXOLwW++SWbXbK//Uat9JGI/wCsGH0/KYH22uy8Oys+6qzD
sqbmYvqNeN3vtx3fR+hl0ZS1LWW5LK7amO31OksI2azx7vzv3Vj34v7M6zg+kXHHp6gzLbuI
Dwyxlv6s10fzVT7Ht/4lJTX+tI6f1j6uZua5j23dBu+xYlxcN1g3is0ZLnN3Pqor9/8ApvU9
/wDhNi87O55LWglxcABz9I7YXT/WbqL/ALF+zzDDlZ2R1HKrYPaNzi2vaPpbP9Gz+Ql0Lor+
n/WXBsyHVOqLDlVPad7XCNlTeP57c/d/I/wf0ElO70H6tY3TCwZLW25tzTuLiZaHe14pZ9Fj
mfR9b+drQcLqnROlDBtvycoMxTbfjfZqmPx3En0LcZ7XHa3KdtyHvu2U/o76/wBP+grVzq2U
RltNjttFltIpLvzLfVaywNs+mz1qX/Q/49c99YOndP6fmZNuIG2YbGtfXQ0h4Ze8xb6dkua1
vt939f09iSms/Lf1zrmR1jIYWEvc6iqZcI/o7G/+F6/8+9dx9QOo9QyuoUVbg6trMh17R+bW
30KqfU/ftfkD/wA+rjOj1ZmXRZYJrrvsbU0wAGN/PeP3f9H/AMc9dX/iwbTTk2ZjzsGTuror
B9rWF4bW5+obtdsxqqv37rv0aSn01JJJJSkkkklP/9PAt6h1PHY+/I6lj4FlbNmJU5vr5Xpl
xd6VLdr/ALHW7d6n6T0n2/8AFemhfVKt2X9bcPIp9RxrL8iyx2hOxj91rvo+517meo3+WsfK
Ff2m941e6+z3Hk+93LvprsP8W1dWzqecQd4NONW/+Q71L7tv9d1VO5JT3NrLbMbYxwY8cNPf
7mvs+l/IWR1Q3Pt9dj68vqHTqi4YePU5w9Q/omVZTtz9j7vtPpsp315H+F9FdFXDameY1WN1
vqT68k4OKD+jrfk5Da/aXPsDvQrlo/nn7bMmz/0G/wBKkp8/+vuKzF68LqhLnUtb7xIsLBsf
6f5n82Ws9v8Ao0T6rZJyA27IsApwSWVXPgBtTGS7d/Jb7fprR+uF2J1Dprsnplv2h3TXxVkC
OR7Mn0XfnM/wrLWf8FbWs76puvf0t/2evWXeq6JgP9m/X+cSU2OvX19WwaasQiyvJvaJbpLW
nfa/3bXba2tTZr8amoU0Gtj2lrRWYOk/Shztjdrfc3eqPUszKORUH2+nl429zLdstfsbu1rj
09j2ljNuz89b2R0vr2fTh5WN0/GFVlTXHqGGBezaPc++trm/aWWt/wBFdV6nq7/0iSmlfjdU
fiHHx2issrnQnc2W63Wuhv0KfVsZ/wAIsWm1tuJmZGMw1F7K24tIJH6Oh7LG+722ve/Z6m+r
6Fy6LJyn5eC/o/RXBvT3gO6pnue113pE7sh+x7vWtuuaz09tbP8AgPZ66sWdMxc/FbSWuxa6
Xg0ikjdS5o2tq4dXvrpdsvrd9NJT1n1K+t46tWOn5xLOo1Ma5jrNoN9ZHO1u39ax42ZbGM2f
Qyav0d/o0dYvDq3N6LdczIdRlmtrbK3Vjbc5rH7bL8W9rm39P6hht/T/AKK2z/yHon1a+ulO
b9nxsp4eMj24+YYZvI0Yy+v6DL7f+C+m/wDwdSSnrUkkklP/1OFyay4m4uH6R1gc48B7TNpP
0du9rmWLt/8AFvlW14tvRszGfXv3Z2LkOaWixoczHtbr+7/gn/8AHVqx9XPqg/p1zMrqdjLM
hzhZ+zw1tgrd7m1PyXu3t3VNt321VVv2Lb6m2rHzKoyHNvtdbkWOs3EkBlbnsfZ/g6aaKv0e
9JTr5dzKWgs1dENb4x4/yWrB/VsJlvVLnsNcPyLdQfUcGkOd/K3bGM/89oWbn4+bY2qttuRt
G1uJVAa4/nPutZuftcsn675jsfpuJg5Qbj2Zrw29tcn06GOD7G1Bn8lmxJTgtqyMF2R099Vl
WPZRY6kWR7vcPRf6xP6RrcFjHfRpeyn1f0Kj9XOpW4nQOp9Nsttxb2+7GLJbuMtLmWOa1z/T
/wDAl0nSsPEzuidW6pfjudl0OupxRa0M/RvcbcR76ZY59zfX+z1WXv8AoU/Z8T/CrnOjl2V1
W44zyTjY4+kAGiz6HpH872pKc3fl9Y6ph44AGQ/9GCBHucQxtmxv7rf3V6I36q/VXpTXA9Rd
RZjsDcy6vIbQ493vyq6vftscfYy3/wA+LzDIzczp/VHOorGHlUez267XEO3PYHl/vdvT5ldr
BWzJuffeWi231HFwBeA9jId/hGsP6Rzv30lPpuf9YvqvbvpyOs2mprWumr0wXbHB9VP2h2Oc
rJ+j6n6Z9nrf4axQzOuY+T0e6rpLLM6thDng1sqd6cfzjXNbi0U4/wCZ9p2Puf8AzVS5XFwc
mx9bc911dDqoqqt2gudH5zq9m3d/g2P/ADFU6TnZWXezpLrKcRri6bHy0v2/pK8S3KO6xlPq
V/zP6P17PZZ/g0lNl/1b/aLX7WvZ1YONz62Pa/HqYYdXXdtZX6dtsO9uO79H/OKnZgdRqrHS
DX61d791TyCNs7Q9tse6r0rF1+H0/I6fRXQ6t5be/wBSzI0e2x743k21epV/1vcqH1lpbiOb
1UZRqc8D7PTXo6u8a+sw2HZZVsbtyKrWJKdX/nN9aP8AmOcP0rv24LBi+tp6hxiD+viz6O5r
W/ZftH+m/T/TSTDrGGennNAabmQ11MHY17muurtNf879itZXZdu/4H0EklP/1QdE+sn2n65Z
VvUKRTTgty33tAhwcx3pg2ndt9/6On0/ofaF0tdN31o6NkB4royX2WNqrsbvYK2Wg1037Syx
+PdTW3GufV+krf6ttS8667l41X1jq6xiWDIruZU/Mc9kAZFZ9C77Rik++z1aq8x9W/0bbbPU
/SVLrPq7l9S6T0zH+x45y6q7L25bWOY+1rXWOyGPyH/zLLa8eyqzZ/hPU/4JJTvM6b9Yf0T2
5VWM5rQX0xvaHNDWmoOo9H1KLPT/ADPsv0/T/wCGXP3/AFZ6iOq3fWHr+SDidOa6yplftZtB
3brHxS39I9zt9NNX6b+bR3/40ekV1PsfjXXQSKy0tZvMB1ejnW7GP9359i5Lr/1m+tP1uxn+
lQael0y77NSdHwZl87X5Lq/b+YkpN0/qr+v9Wsx8gFnT8nIF7MKstZvc1oqrdk2Q7ZVTQzZ9
G7/g8a7/AAT9Lycbp1me7JLK67XPyaHtJlzAXVvqAd+76f6v/pKn71X+ruLW+gW4rwzazaQ9
pmy5x/SNrcz8zauiyvqx0rqHT2Yr3Px81w3C0WEt+0EfozbU/fX6O7bT+hbXb6f56Sni30t6
h1jHzr2mrp+fY31LnaVt9MMdlMdb9H1GUfpLNv8ApEbpuzP699p2/o2udcGHiAf0Ffu+l6f6
P/ttbHRej5PUuldR+qlzX4+dQ5uZjYpIa05VTXUvb7xtfj5+O71K379jLalkN6Vk9PdQXEMy
3tc+p+uyz0z6eXg3h7WPqzcKwOrub/1ddtVqSnsgRYI0fu9xHMk/urleq9Ooo6oMm8RRkmWt
JLZsIdvh35uzZv8A7a6XpmR6lYFlfpnbq1wIP7wDf+D/AOrVT6x9Mf1LHqprA9Sm1thDtJaR
scz+u7c3Y1JSHo9nVXYhsoJy8eXOZiVu3ZdbGl36T0HitmdT7f8AtNbbcxUuojqn1k6nT07p
tNtzsVm642j0QwEs9R1jsgM9Blbf3lvdBppZ9XsXp2aXY7r3W3dNzp9tb3WO2UV2N91Ftdlf
6aj+Zu/wa1sf7Xfj+le51Wdjuh4OsWCWV2OZ/oXQ+q5n59T0lO39k6f9hGJ6LYFBwo03RHo+
n6v0/pe9JVxjv9AjafV2g/ZpE79R6O6dn/Xf9H+kSSU//9bm/rL0ajHzOo4mxzXOYM/ptgID
XUPdv2Oa/wDPr9WzG+n6nqY6qH61OdhY9GPWOnWsra3Lsx3ub9qNfsrsyKh+j3en/Ofo/wBJ
/pfTf6K7D6/4Ft+HTW1rrc/pOZ6ddUfztGY6aXsdO7f6rGVf21yGL0avqnWqKKrhjM6s11uJ
eB7G5DAXvof9F7K3Xs/wf8362Pb/AMGkpn9WOkHqd5JxXZFNBIexkOta1/8AMudis/WXYrHO
fufTTb+k2eousOJXRIqG3ZADWwAI/NA9u1ZzTfm7GdZyabLsR4BymaZLLAfp4+XT9ntbZvb/
AITfXv8AzESz63jEyPsPXK39Sx2wK81mxmdWyB6fq2M/Vuo+xv5/6T8/ekp0/UqZjvfo1ztX
2aN+X5v0t39tUK+oUtsAJ3skHc1rjx4bArtGPRn4r8nouSzqNFetjGAtyK9f+1GE8eqz3f4R
m9Ujj+raJP0tDJMRwfopKT9QyabHY/W8Vxq6hina1z2vYyxg95xrbdu1rL/p0uf/AEfK/Sfn
q79belt679Xr+r9FeLrHGvJysdkO/S1NhuZVsJazJbjv9HJY3+eYyv8AwmN+kWNTFYqpva9r
SQ5rG+qXEDewMa19Xv2/vLJB6p0Xqd2Xg311WssDyGD9D+mH6JmQ2GephZrW1ts/mbse7Zf7
LMa9iSnmel5mba4XdOe92WIBweRP5tlLrHe2n95m/wDR/wDFLTHVvrBY9uGzFrqy7wfTyLXs
EH892tn2f1Wfy1u9bwul52HT1l1NmLVl02WdPu1a/HymCy6zo927Y2/AzbG3fYn/AOCv9T7N
Z6V1Na5l12XT0/FzMusinOZvxcr+cYXNJrsqc2vbZ6rHNdvZ/Of10lPX4TsXp/RH9H6jj2HN
od6T6QWyD/OsyH2/RstY5302fzrPoImN1J9uZTm3AVvLBTkWTuF23b6d+sfpf5lj2fyP5a5C
3rmTcxgFj8m5rW1sse3YA1mrKmUMLr8hlf5nr2qdVlFmRVb1LJdk2F2/YwEMBEe3bFdW7+x6
df8Aw3+DSn0r9r9O3Gv1x9sL9bZMfS3enE7f6N/g0lzo6vieu7B9L9Y2tyzVsHqEQ4btk/zv
oe70v537P/mJJKf/1+o+vfT7TVT1DH0ex9bbSIHtY9t//Uss/wCuekvPvrPjV9I+sV/Tm1Nu
xTk1dS6cw/u27vVobt+jTZY7Z/6CY69l6jijMwbscgOL2ENB43R7f+kvLfrW77f9W+nfWHHa
GZXSn+hkv09YUl3oem5/532PL/Re/wD0vqf4VJTK7Bdi5A9NrGOsb6ssbtr3H23V07R+jrre
306/+D/nP0irP6Hg5tgFtLDuA9rQWHndzVs3e795a7ras/plWXiuY5p/SMDHAllur8vFLJL6
2Oc3Iuo3f4O3GQMd29rp10JBHI7/APRSUj6Z9VOjV3i7HfmYmVWT6dtN4ZY3mdlmz85n766G
q3Lxw6zqFLeoOiBn4VbW5LmH6f2zp30L3t/wv2Kx9j/8HjrCyc6rHcTY5oe4Anku/r7Wbkej
6wszS0YzH2uZPvazYGkaOmyxySnapows7DrzsG5uRiQA2+qX1lo/wORSdl9Dmb/5v9HZSqPX
undMowLcwUgXPaKfV9R20h797W2ta5rLvc9/p/aK/U96x+o15lOWOudKy3dP6k87cr0iHV3A
fRflVWNbXZZ+9vZ/6UWl+38LP6d6XWWs6dkZA9Oy5kHEeZA/S+o2z7G5379v6D/u0kpr/UHq
2L1jpeT9TurND7sYPDGk6207zZua7/uVi2u9Wu1v8i3/AAVizMDFr6L1TK+onX3ep03Nd6vT
Ml3thzz+gsre721WPcP7GV6lf81dYsbqGHZ0jr7X1syMTqeO71ahXUdrgDDXMbudupd/pKX2
VWL0TJxunfXLpgw+p0fZuo1Na5zDt3sLwH7qHn2/yv8AwL+bfckp88630XL6McnH3ubbU7ZY
A0y+kjdXk1O/0H+Du/0Fv84sKnIdS1uU6R6RG0k6uIO4Ddq3cvUOo9J6hR0KnGz8xuV17AJd
07LYx4daz6P2Kyd92bbY3c13pVf8d/hLVj9C+p7/AKy3v63menViYr3Mb0zRrjaz32ty49mN
W6z8z6dtf/biSmu36rdQH1Vs+sO8HrjrGdQDSOMdrbQ6hv5u99dnrP8A+Drrx0l2wc3acf0x
6m8P9LaPpe7/AAX/AHz99JJT/9D1QgxHHguSd0duL1XNxrm7+ndUtc9zSYG3MZ6ObS53/hin
1m/8auuWT19jbMUt3Bjp/RuOnvkbNv8Ab2JKeJ+pmJVRidV6HYWN6x0q9xqLmjdYGx9lvGhs
tpuc2tttP7no/wClXJ9R61nOyn04lP2KoOJdS54L6yD76/cGWs9Ld6f6Sr1F2fXsc5GdR1Lp
llFf1gxKS7Iw73BhvxiP0uNlVWbHbW/9pr3/APbn9H2ZnRsn6q5Ln09dqox85/qCr7Y0BzS7
dtbde/3/AKN7v51/sSU8m7qnpwSPUYHQ7dr74/ec7e6vT2/QUx9Zsusj7OAxgMlrWNjj/ri7
fD6V/i7xsE2G7H9Vwb6zRkevDuGNa1tlvsY/6D/oWKv1Hq31a6d+i6RiXdWv2tc77NWKqRP0
WuyGVn97/AV2/pPz6klPOYR6j1BzvtbMt2NALCyfcRzu9X0qfo/uq87G6ThAnLsAY+GvZfaB
uaOW7WliWXk/WXreNkVZ9D+mww/Zw2cetrQ5k+pfku9W1jp/TOfYq3S/qd9Xq9tvUPrJgi4a
mmo1WgO87Lr2b2/9aSU2MT64Y/TK34mPmV39Pa0/Zce9rrHY5I+liZLW+pta7/AWepUlV1PP
q6i3q9PqAtaBbW6q80uYfc1j7G13bfz7Kf8ARrfoZ0uqoYXRr+n2vJHrZ+zHBY0/TFFNFf6T
Id/gv8HV9O1T6Weo4hN3T635WUXvZ1EWvsFpa+xxoutqxmusbdTssfs2+ps+0VJKdXoX136f
1W1mLc5tGU4hjLq7G2VOeTtZU536O+l9v5v2iitlr/Z6nqIP1kwM/wCr+dd9Yel1tvw81vpd
Z6e4Sx5PtblMDfz3b/f/AOpUDL6F0nK+teP1HrnVsUdRo9Mtw8YNxnuj30jNrutuyrt36P8A
c/R/4OqtdzcajTZ64HpbT6u+Nu2Pfv3e3ZtSU53rdL/YX7T3n7N9m9b7VP6X0/T+n6v0vW9L
/wAESXNDp1+x3SnZFf8AzUOQ3MrzxYNnohz/AFulvs3bd/7R9D0/+D9X/ikklP8A/9kAOEJJ
TQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBB
AGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0E
BgAAAAAAB///AQEAAQEA/+ENyWh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFj
a2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1w
bWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUg
NS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRm
OlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRh
eC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJs
Lm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9w
IENTNSBXaW5kb3dzIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo0NyswMzow
MCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6MzErMDM6MDAiIHhtcDpNZXRh
ZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6MzErMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6NmUxYzU0MWUtZTU0Yy00YzQxLTg0ZjEtYjc4OGU2YTM1MGI2IiB4bXBNTTpE
b2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkEyREE0RDkzNTRBNjExRTQ5QjdBQjExRDlBOENGODFEIiB4
bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QTJEQTREOTM1NEE2MTFFNDlCN0FC
MTFEOUE4Q0Y4MUQiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9k
ZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOkEy
REE0RDkwNTRBNjExRTQ5QjdBQjExRDlBOENGODFEIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOkEyREE0RDkxNTRBNjExRTQ5QjdBQjExRDlBOENGODFEIi8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5
PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOjZlMWM1NDFlLWU1NGMtNGM0MS04NGYxLWI3ODhlNmEzNTBiNiIgc3RF
dnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozMSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2Vu
dD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIv
Ii8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9y
ZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMA
EAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4U
EQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAByAMB
IgACEQEDEQH/xAC1AAABBQEBAAAAAAAAAAAAAAAEAAECAwUGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
ABAAAgICAgICAgIDAQEAAgMAAQIDBAAFERIhExAGIhQgMTBBIxUyoCRCMxYRAAEDAwIDBAUJ
BQYEBgEFAQEAEQIhMQNBElFhIjJCEwQQcVJiciAwgZGhgpLCI7LSM0MUscGi4lNz8GODBUDR
8rPD0/Hhk+MkNBUSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAO0dkSjJDJ2E1WCb
mfl75NixwXUaQkkJMh0ziZ0KE2AR9aBlzLGIJ2HZokmdyM4yHZ4jVzgSUUMmYd6EXSiiTxkN
GTEnSGTxGUkarxYk9bk8sW4B2THHaESJScZ2cSTDOnGdMJk47OhmeI4J0TOY2sEVkSuTsM8X
HdIgzsNGUBnaJz0a6jsJZGsOk4ztITu5W1jEU6NRJDYpBAx8aC2lyRrIyEkhJMJ4uJJxJISZ
DpkOzoTOiLSRS10St3gPVZYBV6bGTHYiZUNeBlNqVHFWlVg/S5W4Voq0Ac+IIiaRozgMmRqV
2Z5YQNaIqMx3ZEmZxJmJKMCbg86dg+FujpMOmQ6Zxk6EkhJRE6YZmrLVWi1VOWM1ZOKcroMq
ONpLzTY6TmesJSi4nZx0mFTewIjUZgxGgVXM4pJDSZDpojg5MgmmJBih9hoFREHJJnEyQ6SE
khJITOxGEpFcrERd0NGcCTMhnTCg6OfxOiyi/p+Z6UmzoUmQni4nSHToom0hkmHSYdU8sdFy
dBZz/SZ3QBcIRLdnCMNVJxMkOmcSSEkhMokowgSinL3ZxJIi7OM0oiZ2EzozMrpcgF6AYksU
XE7SE7OOk4kkVsmGlVzp0HNYvQnO9NvTI4G/xwtrGNDawDCe3jbRYk4kkM7IdNWWRrcTTsKZ
yrLUziSQkkM6YZOiLSYUU5GFkR1TcJ4uSeMxpJxnSEkijnDhzmdzpbCE046TCw9jlgC+N5eQ
IaW7eHsFqTE2ZyMLkVJMPOKHmzkZJCSQkkJJEXZxJIikhJQJJnIp0M7OKUZDu0hnSEkitSYZ
SiOzuKL0lPN9BwRZmu4V0GTomhMAA2d7zwk9BXHEnV1BlkZRvHdnEkhJISSEkw6ZDOyHZMJM
w7JCdnGToZpIabOJ2caSYdJEUnGToZOxS7RMbhehoMyoy0jsZ+oRx9rlg0W1wyZ5RR1nP9AO
oyHTOOyQ6SEzsJRgWRYEPfAmbUouOzoinQzuhM6IqSGdId2cSSHSQyrck6Q8K7SNV1JzAZ2U
TUYhpNJpi49zluxmbJdjdCCR67PtDGzhzZWBabTjOEqMhRTDZcuFNMMKYWVklmp0HK6h1cYz
FF5DJ0MnYTO4ySHZITpxJIFviiUBiibuxEYkE5SiusumMjWEuzzGiPM3Oy5jsAAnOYxQGIBo
GWGUrxTS7Xzjqw7QzcQ9BbC3TmOb2MketSAplBmlq5Ggbe9gbxJMh3ZCToTOhmdDJId4uOki
NdjEJjUBMxCyznN7mzmh6zSumNpq86fpmHn+hcUdR0/EdaY2fr8OMoXDyqcm0GJki2HTwwCC
7o8Fzr8XOvGzdnHASahDoXBKOk3eD6U2njIdJCSQkkJnQzSQydCSRRVWxCTuNaIAHUY+4cqD
04hzoh4hZtYfQBlb55ovaMD4XZkHnSvHJKLjJ4kpVWEnheHaVDGN6JwXbFNuF0pnB9DyRkE5
UTrNLI0DodDB0Q5JCSQkkJJCSQkkJJGVmziCUa4hlhdNzZn+gcR2I4hcDGxOqyTL0jiQMnB6
05zt+P68xdMQAlx3pHOHJxi5KKcjZTpjbsygjK04GFqUbByfTlWFPE6nOkNIHaImBjnSzCgd
46QkkJJCSQkkJJCSQJSNSPnlilfPdtxRfrRqNxWQKcnfzQEqFwDbLMA/R/OfQzncnRyztuT6
rijGhKIzwtH6rF7AhAjNC0PUUZuftgaBgVK68IKHuKI3iG6TjdYb6SEkhJISSEkhJISSBBoV
ks4pyXD9zwB2GU+Ydqw9hMMscFvrLOR3RSDH6/h+zKsY8E3OA6Lmidd0SqVlh2hQpYEqBCsq
nUOMl2fCBc5oVbiGveFMorNzQ/p+b7Q2EkJJCSQkkJJCSQkkAg1nmYs7nQ/D6TnSuyFp02lm
mB9dRIFcSirF6DFMTdCJBLLRDPyrXCyg+pORLOHOnQl5TmaYRXscv0YXy+7kleTqZJC2rRDh
tOorxtvNNjo8M06WwI0SSEkhJISSEkhJI4nT5ioWsCIdFx80C2V2HdmhnEpNWMqYh2PsZZi6
+btgnOdRhHNFUTH6fnLjXDssNO+m4phaKc1OBQZbcikE+go0BTy8NxgRxtYzOg5XcF6J5Rtn
oCjISSEkhJISSEkjykI88xbeozDMkNAlCvSO0saZY8bjPA3aQGOiwFkauIdFl62KcwOXWVyr
ga2pmaofGzPCBpQOf1M3dLYxRSGYGXStuM6OjUZtJmWHbOZeYewBQdR3nl/THVpISSEkhJIS
SPO81AEWscrlJEuk5rvgiUZFinIrm8jCr3WKKJjBA7zOHD6TDKqDKjY0hjATK6OAHUZllpuL
0AMD0gJh3kzL2A1S6w0A5qinpzOH3MgjEawueOibfS8ejsVGQkkJJCSR5WEeAShOok7Vml3X
IdeQtptCU8RSgh65YwIcFE1YkCAXJ9dzhlFBXnQlA3Es/QHLA1EAtMHOoGzGJix0A7VGELeU
voNk9mLGe4xcnsKjmyIEhZuHebXTcbI7dYW6JJCSR5OIeCKCcaKsN/pQdAqKoKLq5MJlEXJa
NJYrbzICyjDfzNEU5Wc2NrZo3TEH0gDHE1MkKQtx6A/CHm9XK451uirMw5EGIY95CWlAAjHL
CsOQBsY6c19Pm90s6rjAz1NZGuJJHlAd0wV5MUzrc9GN47syoiogaq6kjTaCCuRErNHtOFMJ
DLTcTZOeGMBOvPwepOStgAa2AdnhLtsCJ61HGWdcjJlpsZOX1FpzpO0xTKvNBQ55gLVqdGef
3bGWU7ANZq5z1hfpPlHUndJI8lvHRTImoqp09Y5rusfQNu4ewtpkGKmQgbYLeTyyOeGzujgc
xsDlmblbVRX0nOFF2VpAEByBw/t+Q7YOjjZZ1McHDO3D5FjoNHiajrauU0ToM4ffOML2qxxK
TxVbdBk5e+Oc+ZLUMefQXm8udRytcnNM3P6cOyNcQrE18U0Sc/RJ5hGaNbfeShXaA8jvc+bh
QMgTa2LDjUzAReeeauLpAgFJwJtXc7SabAnA6ZBx2bYE0i65nWlZxvkYmcH2xpLehFuJyoIK
Mrc5kr0ICnUoHQK1ajkOqPJKGVYXZXYDg388bc6aAtA0BAl2kU3kZpzKBmbVAZp3IpApyEmz
Qff5/qSOH1Gcc3U7Durg6JuQRnFwp7dUz9fPvBcXfxCo/PuOic8sy1pgECgjS2M0ZOcXjGtt
80WdErEFYGzilexzfTBr255WFsAnOageoPKIxtWYWkV4RHKEdzC7AfM6HnTtORFpJZnR88Eb
4GiWU2UHIq8ckUPvEMcsUicD0QdJmEMbAFw+kyDIToJ18+B1RHKagegrA2mgYxx2ia/Rg9Oc
4t9HLY6zAz0Tzj0AK5azPOytVpwmr1GSAVdBI5hdSMcKN2kjM17s0B5eVIZ02AaavK9dzhX0
PP7RbnTwSYOrmBPT8z0Jg1SrLuiyNYInXITqRAe+s5yR9AVGkcrI1zQG3KibOa+KRtH2jq9b
NPJKtHK8h6R5yE9dxeiadkQjsdHJ0QmEoDMkPFTIStHH8+P5Ya6gwnuZmiFZ14xCgvPKhHc3
S8nuzz2quBOTMaerz+qGXDkisVhXG2INznVcoJB2HSXNuFIgpBlB9cjP6LJsNKmiYWqEZPO9
dlnG7GOQaiuqOmiMAdTLnDzYv5O06dud586bnMcctri5frZ2mDHuWD6uZrhGZpxOHH7jhw7r
eT2zPwfUPNinWYQrKMzzZLx9AMvDLFXZWNgb+ec/MljS6vl9kJ5vqMwifi64wWghXA6wMrUc
UYAIVVEgmttc4cdfjy2TAxem4wvIoGLBrJlGjdpFWR0kjkTNKRfe1xEqhglhZGhjGmnnO8bz
Z6VltuHIAaxByWiPUEkUXh1+aYESesqeLlGZs5J1OPolGZqYmkC26WIa8WIFcQORSRyeX1fJ
Es7p8gA9D833jb58/JLAr6h7arAnSIIBWJRSpsWSrJLRb6SqKgWSGmEnAWlnPdQIc/2fB9Ed
NyPXQOV5fpeZDQJaIOfno3LOdJOhnz8TRxqzzrCMroQDK6PDNfFa4p1cPXDUOeJWIz+D7cQ5
InJ2DnpEDkyA2C6YGg+sJ0xnbOjAAqIpIV3QGtHtLItSKFECxx0F2BualueUQzbKjrtPid4v
4L0rDPOyp1Gxlx2DCt6ag5uzXELSzOhOe1cqJOqyBEiogRmaxvvnhG2stB+jmHnAZ/T8waWP
sVGZOBJDs+IKO0xqSTA6arPO/H896ocfrMkxZyiMpVDwkxRG2JC2xBBQzF1KmYt9Ypv9TwBR
sBdTyhzMu0wQQjPkGQa0ifkxOpyc8wRIYZrg51oiHONBrphipQSFt8wa3m3oPGg2oGSYGxUI
dVh9zjGUREosICkCZOvjlvYcHWer5fGdmZ9fWY5jvYxUpuIhEFU2mSZUmbVv4oHI0Q1Ok897
k5bqAssxKX1TNv1efC55czbADvIpSLNIWoPKw7zfbKKC1y6PVcHoAjnMnVyy/F6/jja5bos0
1YPqGFe94mtkZIXRAmPTs0GexcQvt+Aiem4uN2ZzVnQDAQutSA2FUEbqCATneopK8fSHA+88
y9DDuN7OB5g5uKenc3Z0J50tvHFKMwqmoMMiPItJCJOgwiMskt9HoEZI5jm+1542ue2pnAn5
xAadh9WCUGhjImsashFNtlg94toW9d4HzvXzAeg58Y6QPM6IBkSMCOVMdosQ5vewDn9QAM9d
XM9SZvnXqnNnF9359qHccv1NZx9F+mc1SUMOqrSybDj6Wb3xqq1BySKua6nFAd/mekPLx+p5
g0ejxtUMydcQGeFg0ZyHuqRbCykvJBmHTEKHZCkOZ7CBHofMbzuxVpgE0MVc11nOmZhbmWWe
keV7h6VAco83xPVeOLOt8y6oLx+v58yMzX0TlLtfPBBkUa3ZZRgenRpJIQRtRzRuSYbXlfq3
m5V2PCdUG2KszbbhSVlUy5pIacIkpUMElZpIVVSxe4bBPKdTA5DfFGPSI8F1ZZk9TjHP5+1n
GRRsxNXr/NuoOmyT7Dh8H0jCH38Pojh33eONfnjnMzsdSwadUgtUo20kKMmOXzup4I7XNJIP
MNmkU7+vmuhKwDxymdVxa1blkRxwgceJOlMX3WGisaATCiQHXIUvKBkT6Lm807TkdrpDzGXS
sYm+VMr3eN2zfjQUBB6+cVcj1+iea+hcgWdk1gQJA4UqTo6BJh2SKeE73CKCcvQK+B9X8zNr
reQ68yiDsIBjbjGgNmSDJVILrDIDbc2JprIqOgCBkXxFvK7NG0yX13A5EXmIdpYh3K4HbD8s
ZAM0Odvo8XsHRsKWV2PAzuI9M5ks6HzHpTV02IIKxCSQkkNTfA5Qo8cN5TphzgvTfLekOv4/
qcc5EPSrArbJDKqosiQEXReJKuUyE0SDEGlg9xdRG2ukIbMGNqjEibjYbGw+RrljQIK7RBzS
P5s878jgu4LYXI4jF9J4k3eg8/8AQB0kJJCSQoyYpzdQAz9HI0TB5j0bkTdhzHTGRQRtnLrt
HPOYdpccvZ17nIX77GIZpRM84iBblhjj4pOWSZpESmPHLlrgt2sEVZ4zF/Th0G4SOIZPEd7x
pZ6FxHpBa6Qs7RR5/wBLXzx6Ah0EJISSEzxKxCaDMlZnmsNexw1XdcoNv8lpHZRwd8zdgQks
is4OtxkaGRymea+SnH18nUC8XptA5rY3LAEq6BU1wwFjbhoABpZpqYG/AxtgDpTOI1okrBri
163JsyFwvcCHLKCP/9oACAECAAEFAP8A8Rn/2gAIAQMAAQUA/wDxGf/aAAgBAQABBQAf0P7O
cZwcJAwtg4ye5XgyPdNO/wCq0yyV6ddKlZ7EoHA/mTwOfDoJFkrSLjIQQAQVXnxn94ApHnkA
A8AADgcA4QAT5wgc8eOOQVXCAM/EgqCOOAB5PGDjkAAkZ4OAYE4JAzjOo5HBUD454wHCRlix
XgSxuppmj1tq29PWxwYzIiohsFQPk85x45zxnP8ADnDxjKjY1dOpbFPXDxz24BZiQQc8Z4GD
COADjHyx5xeOScPLEZLOsQitQz55GMPC+Pjwc48gZycPABODxgwkZ2znxzl3bpFkNS3fkrUK
8AGSSLEiRPM/Gc8fw85xgGHCMB/LDn9jjD4E4KygHtwOORzxyRznBz+gBg8YeeCec4BzyMJY
Z+XPPJ3F2SCWjelkSGQMH4zsAASPlQxweDycA4J+OAcA4znjL2yknehqFUBRx14xpACsDNIP
gj+A8YM4wjDz/D+sViwx0V8aHGgUhqz56pQSrgk8ZyMGBfJ5zls7EDznHknz542EYnymnqWp
YHA/JcHJwDjCDwhwjz1HAAwg4fOccg+MtXHuTUtfFWUf3LMkSqZ5zHGqDj+ZwE/x5+fHxxnG
FQcKnkg4H8d0OGCJseopDVJFBjmBYNgJGf3h8krn5Jh7lzG3EBZmhH/LBnHjjOSPg8nAPPB5
zxmysSvlChFUh8APM7mOqoPHgc8ZznPxznPn58/HJwZxg+PHzzhzxhUElMK8YCwwNzhAwjOo
zouepMetE2LWiUTQoI+FjIPmtAgMEKtCtRcFWIZ+rGc/UGNVOGKQZwVw88kEHjJ5RFHTrFMk
lRAsbzhFVBg/rOfgk/HOE5zgOAfzIzj4PnB/R/rgYOODnOcZ0GcDCfjnOwGGePPehyaVzHbb
pOrh8jbmOnGUgHGDPPPbAwIPGFVONApBrk4TxhJlsvaaRoa4TB/Y4wecH8Oc54AkRje2dOik
33RO2l21zZuB4wn/AAefj/f9fDuFAlbDOuCVyC8+IJCXD4UkbBEueuMYQozgcbmsFlD9odKp
dgfABODx8AYRgHGHOV5CjNhc/Xhgq2bKRxJEvwMQEfHOc4ctXej2jNYyDmtn2iKaWHTfVrdh
qtaCpDz8HjOMI5wfz8DDIOS554dj6V5CKM85xn95xnGcD44BwqBm6iBdIIudaOkwHgZx5AOH
+uSc45+OMGVqg7geAMH9Dj4Gc/BYDNtt+xrFFg/aDtNVYQ0KixgcEYP4D58/xPnOi89V/lwc
4Oec/wBH+/6wnNiveWNBkLKkqHx/sjOc5+BnnPJAxVAAGEjARnOc5xh4GX9jBSTcfZ5XjgsS
TNVpSyJF1iSRzkUrRvFIsiDxnHwc/wBfxODnCcLeDIwzv5B/h55wg/HOeec8cX67uWTqKVUz
WVIA8Ec5wDnGcDkeDxzg+Ac5Gcjnxnj4sWoKybD7WzNU1uz2smz00FCpU1zoyqOj/iGXPPFW
R1wHkZxnPH8zhfjGYk9hywbFhYkDgfPnscOcYRnjAcIwjnJIWjejEqVgMGec44weMLBfgfJ8
E4GGcnLFutWXY/bFUpDtNvY1/wBXqwYAqJspwxlftJTjCNJLDIe4AQhjXIaPB8cYecHyWAwy
Dgsxwo5wRE4IlH8ucPkYeM8cEgjjyeTh/rDwVUBR8DAMAz/fGEePhh5PjJJYoVvfbIkYLtt1
Y131OtDkUMcMeSD8N6rixSqJEr22kRVts0ZcCuisYFZI/H8OcHY4WUYScKNzyoxe5+CQB7eS
Of4+Pg5/rP8Afx4OEcHyDW/ZC55+BgPGc+f4SSImbL7PHAzSbbbSa36oi5FDFEBnGcYVzZ14
xZs2XmemSwjiVTy3KIrOo4HOf1g+GLZ0kbCAg7nBGSQFXDJ588dASAB/A/J8YP65zk4c4w5z
h4z/AEfP8f7zjAfGc/FyKW2lH6vTgMcUcQGf7AOcnPOTS+qLZWJJWg10j4bdStiWonKdRngN
A3MfgZ/WA5z8E8BixxOy535z18kAD/Ev9ePk/wB/B8EHn4J+OMHPwMHPPyMI4PAzgZxgz/eH
nLxUwzXYK73d1atFpJuac/Q15RgsEiS9Iqw/Y5GnitRyryAAyHOcebg+xuV5bAABg/lz88/H
IznORnOcjOcPjBznk/IGHB5wDOP4keePOcZxn+ickl65cPWrPMXedGXIZUOVqvJSJI2HC5NZ
PaRlcVbEqQ0vsFgrBsSo1t79qNkAUISEAUf4DngZz8nPBw+fjzx8f1/AfHgYPGf2f94Ofg/3
nGf6A+G7sVRFzfziRJklSdJO+TQnNfYlwADByV21iMSqH6X5I+NVVEEFmZkk0s/W3xg4+Oc/
v+J+OeM5GeMJ8c5znODj4ONg855z/Yzxz/vnOc54PjjPPzx54HzxhIAcu+P0gi2ckkkgrgJL
XWR4oy2RVW7RevtdVIYGAMxm/ChTexLEDI3/AJ8aZHUjRgcJwHnOc5zn+P8AonC3kuFyXbVI
533jOau8aeXkHB5zxhwjwM4OcZycHnOPPPGA/HGeMOc/HjPGDzgHGE4R2zgDJkDLZiJeST82
iBERBIAAqQeyXfWmc1oyxWEuw6hIlSsuw3E7SfXrM9iwOMIBwnjOR8c5zxnPPxzhPGEnNjua
9Jbm+t3qsIllmlY+2SZqwS3tZU012SeHDxg4wDjP9Z4wAfH++PPjOM5Hx/rJJApQt1/rCc8y
PwPiY/jfcLJ3HYStyG/61wHUzpXrzMbEvuSNdTzI9WM+28nZp9JHNcrvrqqHYUlx91rUx/sm
rUL9p1jYn2Kk7Q2Y5lishmB+OcObe3LVgjBaWPkh7Aqxx9zn7ZlWCSQZTn9UkcolX/ecZ/We
TnGf7/35+T8AfAzqzMqgB5FQKxc8AZwBhGT8cXJC08hIDHqIwSysM2bEa0T8Rt2OaKwIVpQv
HHYKtesWVr157EBZ5CT2sEMJjjxygRKSNXYsQ2bgmmifY2qeU90k2cA4T4+x2O0qoYwD1Fhk
UzGYFR6hUmMuQcKNXbaOXnOec5/gB8cYfkefkYPBck4xM0iL1GE4cuE8NMPdJbMeJaQhbMpK
vm/nH6q52Yr9fZFwc5NIW3/2GdoagK8K8fVXQYJFK2+ySvKS0bANpt5JHHdSLj/pQm1G2jIb
+tvFM1qY9GWU9iI2DuqrGq+yo7FlkftpIR3/ALAzjOM4zj+BGcD4GD5OSAlY4woZ1XGtqMil
ZySM3dpkewfav7ErH/sckkKGvMDBcaWxan09iCoCAPr1pJK4463TKu3+zXI5LRmYkTuWEjke
3oHdm+C3Iib8ddth1toExy8L6ndGZJ6IXJIqVkT/AF2I5PQ2tXHtECrsavWORgO68fXH7wqf
Awfz4zgfHGcYPg/3xktlQfyYJCWxFVcZgDtYxK0NiapLZqArFY6tYCmPXSFXjev7jFXlTZ62
TXzfWZAMqToybqSCGnPI7MicsII2PDkEsgLfiOcXoq+xeVlCN+7OyxMJY0rSLLPtrJu7HW2v
330tSOhZh2dQSSbSRrC2YW1bsRK5Ga5zFHrb8pIIwf5mdjNPITgQKRwwafgQyFlsylb2wi7r
ahE6QPNVa9D+YlYZQYxzeh3NYdpNrLUD3dNFDBrLUbSfYozJOtKSRR2GLMVxjyeBjLwATwBG
c8kiR8MhBpzxskLrHU1DL/6Lxo42VgAmCOalraD1D9srq9SjJwDJyutZXrpMrtr7DSICOP8A
LIZfZzgRuTCeCnGXN1X1ss27jubCQ8mamkps0ITWVZ0axX6mBZYnSQlK84ji+yoTB9WufsUr
2smpXtf6bU1nV1Hhs1WgkcLyDyxfg+ThLEchc/JgnbiNlBpaZpWvCUx1aEsF2e5BThuvaszw
RmOKR0iT7BdnkU9o0hSaaWrOkccRHFWTpHrrn7UP+WXaV0Mu6Tl97NwdxaYSba0xkutPiSsl
lQHxgAJEOWIlUTO8k8g6ZWRnx3iOXKZs6/62LFPZEAq9eWgiycj7BSktwT1LEKcAq/U4OxRg
QqscbkClRllNPXQRyg+d1Vdk2UqpHsaDbBGisztqbs0ybKRI6VmZthekYBqFV0jPKsltYoKs
4evp7bJtx/lm0E8kg+tIT/8A5zXKv/j64PHrtaDfgri1aiEdTXziamw5Yr4mQFZ6ySSHU1lK
w10jmf0WmJCVLEE+5UnNvZaGOfYNXl6cx/bXApIeA7DAQcIJVCAalRmyvXCKv44pPE6944K0
dqrTRa8EEEELH1ofse5jYQT+pa1R5pE8GSTrhLSmgpWDWStNtRx88+f8MtqFGN+ugs7JCJNg
mNsiMtuZJ9hZeWj9cmElIjzkoIWVBzBG3eOxGH3dUTLpbck2voWmbZpwc+0TqZl6+yJQkP2U
iWU+ACAAe2EnK6dpqFRVVVRUUh8UjmXwmssK8W8lsrLS32yrpZ2l6xEUHZUDPHCqsG5Ew7yq
q9vf6Kf1uj7LQH+V9Q7sdXApahX4tVoWmCJxsgpv36sJ0/1yP1Mw4wf055EqqzRfi5SKNVdJ
FMNivdtRivfrOJIft4C5pw09+xIBHvrp9/cknrzyQfxGamhLYmESKCvKzrJCYrMTxbCwsdbX
23hM0weKSVGzgMVjQ5DX/NI5EdY2BnYRLG3LKUmb69wMH9f5P2I5o5DwDwEpJ7pePNr871pe
dVrZfWWPJPHP4jJiORzjwJYrVbJgaBB13xUTaKX26z7XXElH62oe5YsBY5pWml/068KgOJF7
XpQQxQOfx9/WQhXS3GK2SxJLBNUavPXsEkVonaKr1UhSLEo9laQNkh5SZRJJMAi1gUT648vs
/wAt2F4CkyyrePFeCL1RHgB5R+3N9jgMcVtHapOrVWf8gSclQYCQYgTm11afsp167mT/AL6A
GPU7jZvaoamJUpb6Y/ooUOIkkrP0RgVOVF/70BxAxHTaxBoaXsZNiwEVRR6Zoo2X1PzVVUik
6l2meDIO3aoCZLckiCtXjRJ39liFAE1qGGH/ACwP3qyV3glLrYns7CCvHe+xWZyx4HIUQfk+
tl7Vkk8jnqw8SQ9sqysGvqsiFTztK3syrLMNbfjVo6TK8W3tmSVAQ9VizDRXS1iJon1EBmsL
+WTkct5Wuz17Wx5aKtyIRzl6OGS8yVII7dhpXZzIVdw9ZAYx1ns2YhHFVUSWaUIlsxzJC0L+
yL/JpJw0VlwiTvLUS1dsX56uqFWJyRgJDQlS+tQpC1eZmjHkRP2aMDPUmEERMjh7bjpUAXWW
u5j7LBTdlZuvUUpjDbWdJY9lHEuatzDkEjHJOWPK83oTJHftGStUsAV7Gwq9OVd7CI6v5kCB
cpQ9nWPPRFWzYTGOlq08a5kR9XELM1C3HOP8le+tbYbGdI45nu7exV1sNLJbEclZ1II7BomU
nUCtJQHHIj7ZwQJBxiZ15F2IxNsCiq1RZNAkH/DcN+ZLBokaUHspqWA9ayplWqpXKw5yQkn8
+00hjGzASxDalZYElI4YGRC2fp8yLXSRoYgi+AC/Mu3mDtV5jSe27Gjspo6NXcz0tpDNFPF/
jseTLdWZzvI44pN3O2S35pmeM+s+GQHNfGsFFQO/frjMezu8iQylDHLGW3lgRZc6+qOxDb1g
PK72nwpXh45D2kYEVbckOQSGaWOIBomKB2BII62mITZEmXXRLixjHj8MVRTYXKhHKnxbnRQp
IyNP2bU/69dF6ySRlij9Jthp9rLqLcciSp/isyMkpeRsio27bPqbEWR1uhmbPwJTqxVCIY2J
xOpMiF1ZXXCbk+Cja6NrYkEFZI22nSvZjhBh3bj9SSLz0dDESxd+DrmkLBW7QxkRlnxmPEwP
rtFXlpRssKnjHU9rKkJEhkIniQPJM6Kpc7CVo49f/wAo7lsy5TiVBA8HW4rxWKkkOyrfW95L
QmUgj/DPGhlqa1phFNSppd29eUzXZC3fluxL66m9ixx+XCtiAEKuOFBaXnEjctauVYI69uO0
+1aVrEaNHBsixtyufbIHnEXKs3YtrYyFiOHqkb3oQ3s7CySsKQySy14wqr/fbzNZWKOKCSRo
66DJIzy8Q7SU1sS32ELJx3gCseD22kB9tUSxybFYnT6juGnjB/wzLDRmt7m1OZJGJDSNgi8R
IAeM+sQv3UYgHKq2MJefUMVVGbPaWo7EOlnkyvWrVUrwJFsHlLy2Kqs96IpOr/lJEHVR1bXq
vqgXg7U2EMVWy5rQSQ5dd+lPqyjwJZSuNLIjew9o7FiR4YlQNOqvUpydRUjRtzMs16tU7r+g
6h5mheRAwTpwzKDBM9afU/ZVlxWDD+ez9zXGAZiigsQDiHgjsTrqwp0WOJ/YHhcPnBxw8cYf
kHLdxY8mneIJLE+WGdV29X3GE14ZrN6eeRYj7a69YoQTlmRUVZo3ilbLjkCpcSFooY5IK9OI
xT65kC1YcLQQGSeaZ9ZVkLc9pN5ejoVq8UtiVK0ccC9Rm4gPNewyszmST1KF1lWo0tzSV0TV
7mxSljdHT+W0B7cEqUVQevHYkuxc6SvHJsHA4A/KPgEDwRxnJzwMPXCQBDKbF+UCSCvXQRzn
g2F7wXIRHMvUGFyzV/KiZAtiQtChZWFgMlkhi6F3p7CzTeltKt9bVqFHktHB2mahQ9We6OOO
S60Yu2pbk/16mwUMGPg5JDHNHY0ilJFlrSRMGxVsM1LfSwtKsLx63Zf+c9e5Wsr/AB2p8o5O
ckEheyhFBZs+sdZNjMfKsOIjnPg+CfI54xzzm8vGGvVhWCK60qyiVYEuTwMewkO0jIckg1eQ
8UgKKGIRDzYg64zFVdgsVaNJKya155m1d+qBwoZZJW1tYNL7UhE9h5Mu255Ggrs81hloQRf2
oBIUE8+LtSCdLeraEaxgJ97IONJtGjow2o5o1VI01e6aTAQR87MGO4hJDFgQxUl1VUIOfVYQ
bVj/AOxxzEOM/wBMMB8cY7Kolc3tqnYteiMle7uVl1momV66OBmygDiRerVye1BeCka9Hi64
VEgMbF7DkSVWIRLEsU2s2CbCra1NKwTpWjkt1Zo66bFBkth7C0dTqfVDDrKmcSWrIZI8gEk5
DdiQBjsFWWxXkQWDHJM8V+FZZa8tKwA4fsY7Hpk1N+Gdfnar2mjflOCT4AY9srxh30FNa9Ww
o7hQciHOFeM/sEA43GbnYtHHUrGOuqhc9ciwxz9bJY1dpKsimyBzdUrNUJE1GCNwigVrTIFA
PMiOJbbAyRs+OU7VLdmtJBvNpXlq/aqUiy/YIMFTW345fr9d8r/Wq8cu0mSKKHlUGqZlo1lg
is1+BPKY45WsTZBc6NI35iZlJUSGq/Ro5XMc8hAj2EkUuk3C7CH4klDWW7KU5B4xu4FR0WXV
EGkylkSNRiKBhGH+w5yzN61lhiM3ZSygB14CbSi9W0YzBYFixJs7DFlvx8SQt1k1luJY5Ds7
dewXjaC6iJK4fLPBmgHGAN2oVwTNEr5/50j5DTu9oKkuvVt1J2Xc2lNqHZ3ZK9nYwou2OVbC
2Y53SGOxJ+y9uVmiarYYyVbKYw64FBU8KaU46yyKcdVVqNySpNrb8d6tkx//AGLnEiKhbOjc
iNisIAzRblKkg46jjleOCPDEAtJ0WRu5BPIiPYBxlh/VW3U8ctK1XnkpVJ3e5KPwtcOQM0c6
RywzTyxbIyJZB6lJAEk/KaNDzrNQ9+eOCKJVC9iTyOTjKCoJABOdipDHOx5s2TFlirblaxOI
Hs3ITNTuq09ghV2NJJilaQyW6TRrC/qEkzMXJcK7EfU75ht5YIM1JRMn5RtGgIceOCCEYJ9e
tmxrhwCpPHY45XJG7H1ljGoJ69SVUHazflaVLGuSe5BXgmZ7Foys9tAMceddL63q7N1F6b9u
V1VT3HThjLVQk6VfTW7jqw8FhwZVUG1Gxm2kaCLYW5JJr8YI2bLbbYyc1LLldtdrzYdXe5qa
nqa6x1hPYn2BhjfrbquJGEcqWqbQYHK5r63tmtUpY5KJaOzQvxzJa4NmJyjbFQXWN+tHV2b7
09BFFl/XK9zQwemuo891OFvxsBmLsoyS8pFQcrJKVx2kZtpYZm1/rjqba5HVW8a8lavYD1kJ
LvSWSKspiyEQsJqUvMsBjx15APLa+MytGkcLWdpMxj321Q/+2IDa28khiGwtrLFaiZv2OGSV
QsTsaumM+QwxVJdfcrSG9Kj2g4ZbVySdqNb1kLFknRjNXCSTp+MNeFpqtRY5REcWONh3aNrL
H9okg13herrNWlmRFhhS5bHp1tUVtZRdo44psUeeeBYsKzSSEipA0jgJGj/kJS6R2ZjLLbYR
VJdfX2FOWdrUM+vLQTxBZGZUTsgNV43kHXmxTkOSR+uJAxOq4Z7e3ggZtpbcJcmjQuzuQcgb
uPfBktyLFmZjxJ2qRvLPUoSSCaSDVVhdeeezOwyhAZZgeFZuVjj5NqFXja6pE3IfWX1VvSfX
6yM4aRZz/wDsrEeaMLs+qotAOqc2aKyz2SFg9YQwNxicqL8rIhhnkyKl1UzQxrHMssjNm1u8
R0UWa9tixqal7lnXU9dWpV5wkazy+yxJGxRi3sowORLNJETe6tsJ684DooM8nUA4o5KUya/9
BMrVZ52lrGJEiLPHFL1tiRY2s8ldjXjpu800scccEUUcsz14krRM56gc5EPyn9c2bBu01Jna
G3V6Zp77vCYyD0UB67z3dd9cEaRwVYMayRLHEEwDnLKpLKIoyscRGGWRUFrsZLvAntyNn5Oa
cTBZmWNNjMGGjjRV2EkUtLQX5KthQM2Usa12dCarH1tIZJ9Z2aC0jyRS9lMpPPIOcg4ADlKm
nSxYDEAnCwBrXJ4c7GwyqOI2Cw7KSQYy4GXmqnMj6h1aLqrhgzAnCWxFIgqx9EsVYJzJXgov
PdYPTV0hpW0mV1dMoa6CpLZnACzBcaJ0VvY7s3CpKyZqbztsJ7DI7SKceZFEshIirSzGrQzo
qnayeuO+3MglYRxUZ2r/AF6uv7AkCxbFYv0rNYxpLalUQL2fXokSMgK2qSSBgQwAwccwIwYG
GKlKS7diR181ack2GlEkbRMmRS+b694mJJBPsgnlilq3oJq0SVpMua9GR9dOgJeORuyrCSMl
bqNreX2M6gVpmJSdq0tWWK7DdcriyyRYLZFmlKs4QHtJwUliKGkqRXbd23au0KqW666tMSnF
GUReGPAlv1IrG7sATIvsavUqSQw0xGrs9iwskccGz2S3bRtS2ZrS/wDShX7tB+KsS2SE9Zhz
KATgUg115bay95HYnABlKv75Yk9casDkiBsasozgMtqL1v54WTh6s/rkhmDPTuuuG37xYmcN
7kIT1ult3WC1Kz4OuaqH22JdZ7Vr1L9GW1Os8crSpGbEDyaqDiBkTJ7DSSyyKEsfo1DrTBd3
ceyhj2obZ1rJ2W0ef97eMbE606ku51z1ZpJZioZhqaKQ17RjjhhtRfsz7uxKgrIuLE/W7Ef2
dckZgiQqpPGMzd7462l4wcEaqiWr2nBeXkBOQ1CJUi7d8CqM/Dg4yjpsoVKmNsjXu/6rOpgk
hypfZXSZnzuQ7TEAuQtudkhlmJxCz5oahaTr+PHn7Barm5PbmaCsEEuvcmtZtJFlK0bO39TM
8sMUsOz082ul1WxnCPqryD3fZBZTXbViut9T35q8skNC1K2t0sEOO3rXbWxlmX2SUyENDWpA
t3Z0pBeDPJqbBWdeQOQFs2Fje6rMV/uNe+I5i1hYFmUGSCISSR+FTg4y8j8gOrcs3h0VhNGy
unRS3/ITukiTBSKOxKmJlkxgwY85srClO3DVeBJqAI4FPYOF7brtHcWdhkZHfVzpHqpLLzR1
wYYo5FYKMaNXUaOGGwldwDAhKKoE1Ci8t3WpNIIVXIYWZL8r1ktT+1kjLmv66aQRy2WspDHX
mCS2bkP69qCb2R7Cx61SQvLe59LowajGHsbiY167PwO3J18ABUtiKRnfFGPyA3OeMuQj9yy0
CSQhHWwJlOnWkkdrUULYsULmtki2h5bZQmOxKJHXtI2s+u7C06Uhr0UlQWLN9upsJ+GXIQWG
2s+rXpIk9elPBNejkIMZ7A4ec7EZ447cYQuJErERKDIyxR/YNhNPZBUlZArxhi1Dll2NhVjg
iEOWC9hVsS1pLsxlkB6trKw2Fn7PpuoozivLJZed+3hSMpyKuIwCxOrHjwG8iLwwHCxtk8Mc
rXlaKwlhFC2AVpa6yEinliavaSVbempyvb0PVY9FffNFrYKkzsIiZEmStIeEJLWOm0o2FZJI
CVMZs3bG3hgqRaBy1qBWjyu/g8Es3XPAz+s8grnUASXK8aX/ALD78kf2SAKRWh7Yi8GJhEJH
Zsm9vb33KcdlRIpcjBGDmquGhf2VyvWoyP2cl1wL3DJ0yEnIZu+QjoQ3ZY4gQwbArZ1XCpzZ
rxaVSwaIR59ZuTOLNOKdbUU1N4NgGCyclOjZb/LKlv8AZj/IFTw0UpVtRP1vfY6rwX15511x
qkpin2EujKR7S7bUGrflIE8uC7FkUyS5+IzqeJZEgS3t+r7XdG9LPYaVmP414xI5h9Sq0hdQ
wwyk5r6hXHKMLWhqWTs9bNTkrsnttwKx1Bg2un3mgehH5cR9kZESzDPC9aaCZkeOQdY+OomG
J5DYOAWZS28j4khADzR9x9UVjKuXIVsQsDFNBM8geGMRx8o1mJ6s6MWjXjhU5eE0bNj7RW9t
XjxDIwyOwBW0sYbaWXdZJIrMMtHfE5Js6KRQfYFLybqRGl+z9YLm6szmazLIzEnAuFspOITL
JFLHUpIxkrBWSEoaHCVj4US9H3NP9qtYhaJqUpZNDOYdhtYfbTkhkBk0V9a9edo2DB0eBklq
PwVkHWIcuuEBcZlOEDNjWWeCvWkjwgk64WtVHW2EcrMRxs6YZonCmpJ7IyoXJVE8GukMbqgC
xg97Ek1a9bvps6Kw/lKphnpK07xCtSlhaGwkOilmsSUHRzPXjtkyRS3J5ZslmOMxxQWarrXd
UoVyt2hJWaPuhpo0j15HTJbURyOHuwIGB8kKsIX7RbfUNOB7YJKcv7Ap2f2a+w0yS1dLbkC7
zWCA07XrZwCIoey1yTisq5HnZs4CgtyUUANCJGuRGvIa8dmpLUkhepsTG3iTJK7VpEkMTSEN
nTgz1FmTvwI+C1/xb8xyyMwaV+5pzMklxZ0n0lzw8kcWbKf31GLHHIKe+aQLEQwrtIa2tK4o
8L4H4OtrTIcgpehII2bIq0UatMwX2cDnzz4qyASO3ObnXxWIaVhqs1C2sUY6uv2DWy15adiC
7X3Gq/QavZfrBdigaa7Slb3rkUnOIMkk7EAYz4qsc2jcy1rQEbxJOtiqyS6eUodnEzwSl3Wn
N7YOByEyRApTwd/RevZlAeAV7D151Aau4SSOGGaG1pK75PduI8M7tLMOhrhZQIlAqUzPkUEa
kxkEKxb/APiv/wBDkYAvdR0V+xLck9kGL1bPHEadRGecsKxzb60FNDsQktGVYw8YkWzXfT3t
6I5oiPXLHBHbhdJUyK9Kq17HYfvdGSwjkREBIV4uXzCqs9ietJDMgQZcrmSABlapOtiKzC0E
1Sb0zo/WS1KY4xE8ixVSM3tR5qEMoD6+eF829X1z8kHU/YJKmbLYiwfwXOw4sLXZ68qrKVDy
L6qadPDDz1BBVieOSvgJ5Htxjjjk8c4rBG9g5iYcB2UhvbGyNG211r1J9Nb/AGoK7+xLlJLU
U1SWu9nslhJnTFRLETwBS8foyO23InAH77gSbCxIXZ5GrxxxxaiRPYkSrjyxILzQI1XYGvNd
nW1GF4MPMkVpWNODgVvaAap90O0pGlsK1z1WdjHbkpleMjXsfyV+yhWdOCrskK4KM6x0rKQs
ACrrjc44blucUqAj85yylyeT5w5yAVlRcisRJhsRnK1yECeZJI+0UqxJJr7iTCKUN42lFbsW
zpSLaHg17bQszxTR2Z5eDDP09VkxvHIClaxLkWkuyj/x56pRuCb5lpzMxxRyCgZavKlQHFaQ
wgTo9Qy9IXt85TWSG19i1ouU04E1u2rRTxlsHOEsCvPKBndddPz09DUftbrDBT+v7Jf/AAZI
WdZUbqcJHLcZ1Q4hHPPGT2VjDzTnOtph+uMFSMu0EeR14wY68QaSihWWtPE8s9pHr7sjKF5V
jR1kTdaxJBaqyxzS07UJhlKtWmgkLKnX3etrMazCFpqsleyVaMw2ILMDVpw/JLL2fwEYdIlB
McvBguxs4sqqz2XkdYp51km6Wxw43dcJsYxIDUgWUujxyIhcuhTKdhq81W7WtRCGBhc0pUBr
FaTW/cJkMT0dglnU5LG8ZZQMkI7J1UeTh8YQCTnBGKT2ct1iIAi4JDA46FsMKyC7WSPNewlX
T7n9SRTDNHudcVH/AD2lOxTnhkruY2WzLHjTDoOMaL8UkYGncML7F61iv2SPHtRZX5YWZoIU
NuXl5ixpoWEMUMcC1BI0Kqkds9bNFzJH9iqT1bXYJJFIFO4g/wCqggrVmsxDrlQMCk0keDYW
kye4syS6Sd0hsbDXvqPtomLCpdhtacxiSEqQBgGNySvgf2DGDhBBXgxpGMjVuslhIM/bcMJx
KbknZ1LRvPC959NvJax/5WYNpUkoWIXrbStsNFLBj2ImEfZcjHtDIpxrUQdthkc1ybI63tEp
qQLJfmKKrMwdUSCmiRVIDnPVUkJYThDtoBzSs+qfeRQS66dY0NWUnDGbev8A/nNFZ9NzZ/XI
Js/823DiV5ui02dK8MUWSzBFt8NJarJG1DcXde+u+0V7WPWrW0s6uWMy15UDA4Oc8DD4zq2Q
xMS0LdYwRkkK9VqQxiag8gMJeVqKBkeelPsKsbL9X2w7XYEsQCWbWXYpEmi2rA3kkZVE4XIr
RYvXqyGtVrxmWzDEZLs0iBfYF6doadmcx1oKUcfskxJI41MgZSzZVkDy2Y1dbUZjkimNjX7Z
AJbVVtfPSsFbG5qCtYqyNHJE6vBdjEcnsLSxlEVp0XG9Nk2YGiWdixMaDCHVqO5u0pNd9qqW
A9avYS3rpIcKc51AwjgKeTEzBlt18ElRpGbiOOT2iNZKVjbwR2oI5feZ4vbHDKGSUmC9qLVq
xV3muWVNLsFil2x4u/VXjazt9H6iw6j9iRc908h65wvRuAI3KkXZQhlcj9h2KcnFjmky6sdG
rHZnLOvI20ADVH9djZwdot3CLWorHsskQ2GtjJVtdt5BSs2blpIobJZ/bFCYFaOaNFryWLci
ScEmMkAsMYqwRSDr95sKL637FTurPrq8wsUJoWMYJgqF2ej0WOESPNQASLlo4jGjLNEyRWHg
YM1G6URxbTpLPMpNeVpa7L2Xd66SrYv9pBp7Rq3EnV83mnZSqgEHsWBxR2MNZo8kso2CUAPL
+PcnKvLOkjwSbO5+zLChL8Zfh7wSxs2T2AE1UAs6P1yVZdXZCWN3U/Xv6XukF6SGhBXr9MHC
YsgODBJyk9aKSQ6z8f8AyrALUrUZEDDP1+yNFImazf26rU9jVupYpQuRCYs5BLQyKxSwqFfW
9Ro3EmvjxoGObrTvcSv9ekiWSP1xlvXNpbcVrX+eJ4IrMO310tWbsobRbH2QKVA2+r/WmKur
EMxDKmSWJerk5C3LNCeF65DMYmtX/XCF9j6LUtNPjqGF2Ewz7VCrabo2r+10khmWVkfaWJLw
rXVWDXSG69lAJCpU88FWALgMHR+FV86jOAcCRusSIuNWgc39RWuxmC/rpdZ9i75G1ayktPyy
PEyyYyK6yURIsTTRYer4SRjydVtuzC2R7dDtGp2lZZEbnNnrkvVtjWeGWpYeOXX20twyxRyx
36bQSRQ98ljlhaRfPCqFPGAsW6rxEyxl5XkfW0ZLUtCusMeHNrCSs8CPn1ska/7DRNvXKeUS
2wrQx8ZV/CC7GpRHPHRGHrQEDwFHCjnFiBDDqImPCMRgIxWJLdZVk1VUyT1LlXKn2x0eCerd
SWmQCskeE+e68+hlIlXtYcASgldlD1WGfofq+28H+uhz7HqvZHKrRS6jatXmR1kS7TFuBzJF
YsFblST+3djg44UMBwGeWQZXiaRtVSWrVrkqfieMSJPEVOunKT8ArbTrYgb8qETzyGRULwv6
Xr+mVfGFSMTyn5cpwxiHKsvxGwAiZAOQwVjxyOBKMu6qtdV02Ont6n7VXnQrFNHLVK51MZST
jFmVhfAWL2gGyVZHVkNOyFfU7OO7Bxjxq6b3UtWs8PFLotv6W54zda1JlMzwZLSkmWSD1siK
SkLyZOTFg/LNDXhWzH16xs3b4IGXYCSjIjQTCSLf6Kwk0RYPSngS7aikhMcgmoXYu8SlecBB
JCNgXhk5SY+ccMMj5IHKmJgH8cuPx5PYSDiwkFuHYUWqy63e3qLa77DTuh4VOS1vHiIqytl+
h1lmrWBHMgUKTmp2LRSUrQsIeM2dBLla5qDbhiD8aLddwoBGyoPC1OdoJpIYZssUIYpL0oU/
3laq001TXRRQV1liEI5b5tx9kZE7a2UBrkXsqzFlaqpsJrH/APT1mu4SSKNJHK9HU/iH4xW5
CdSso/5lxjcssbBXlmByKUK3vLBJxxI689nxWGWoI7cd/Wz1njLhtX9guU2q3Kl+GasWE9Zl
E6WXHvCB66ETVm5VZFbTX/EE6zJ5zY1ZA241nsxVbtodt7VsQCaK/UaGajbK5LJybM/tkhhd
31GtFdA3hQxFduD8zDxtJZK1qvMZ0rTCeHea1qk1WRo5NVdard28fotzAV7OyhAm84OOE5Dp
zzzw6dFDcjG8kErn9AOnD+MMyFWuwq5ltSNEs5yxH2WWrH2eMgVJbUE1D7GsjyJHLHOZEN+s
kkxiaKRHjLB66MssdaXW3+VhnWYN4xo1qz3fq8zz1fqixSEqg3KRTZKpgns20aPX6SxfbV/X
6lFbUDRv/YD8CNgW+XHI+ww8QaWwpFaT0v8AZ6gs6wN1arN2r1mj2eskgZ6yMJqhQpgIUkKR
GFYOzIRGOGkQo1oJjWXCtek4/cnbOZiIarO6xJGrHwrKTK6sJIgMMXAiCqSA4jtW6Muu+w07
67DTzRGeGzFhPRgXZo4ZpS1OOGOnYb2QWFkBRCCBlwzBYvYzWr1CultZr0kEJSbXCuYAhySI
MHiKM4ClH6tyPk5sawnrqHrWSQyQem3V3Wq/863WJ66qxsa8kc9+GaFf17d2GSJ/BxOCvsVM
9g6++NA9jsx5BaQcMCTHDIXghU4pQY8ka4X7YDJzIPxmdRgscEWFVWur07FkmVo5dL9imiaz
S1+zhtfWnheHV1QI60cIlYBZJkr2Ks6dIbDHAOS0YYW6CWRX0uvjMlaJoNhUFWbS7MUplYEb
R546yFLkEsEoz9WQD/fwccBs3lUV79GX3U6chjl+0UFuayJyGpD0mesbFXYd3WxGblIeAZir
SWFCPaPK9nMb/k7oRH+WJxwOilJUQNdqhk2PZBsp+z2p3JdWwlg3AGKxIWGwzIkzBtfM4mqW
oXpbqxUOu29PYR26MChnV8maWJbUZkXX35FNacSxQS4TxhUEHnFbnNvQWzDMTWm+vbb2rwsi
66N6lySESYIUC/HGHnGGfYKXsh0wb0AxrMoE1ba0zU2P14pI9BXTJIBItC6sNq/LD7rdn8pJ
CcjYkRTAGV5o5fIaO1KCstgKSxUk9uwB98YxpoI2/aJynH7MjpqWapED+tCwSIBpIomNWUkN
KRlqmDJEJa7VvsU/SS5Gk8t2SWIiQ4I41elsf1hBuaz5XtI4BOMoIC8HgFd9q179pa8tbfWZ
MhaKxGo4Hx/v4IGSorrUiNTYsnBqP2q/bqnKa+dq0ld47EU3VTu9dFJLYUxt5Yep8Sv2Dhos
e3NMjyYk7cic4ZScZ3IJYE8kBwVaINlZYQRsjxBamkVkkbEUA/hx7ScLS8uy9hLWBaxUVjar
HFs1zhlgOLGkjCkpZtUWzrerZT+wWYTUsw2oeOQARkkSSR7PUvA6eyNvrtsuRzz88+c4wgZc
g7WbESjKkxMWxqi1UHsjk+u7Vlk/bglj2mmjsBzPWT9mu61yGLOpVj2wSFWaSOSNwFzuGX/6
xYuR6SQa8itDSllSPTXJCNUIQleNI1AGGeMY2xqIJNyVaTcWGL25XLTSOTKOPcwyAdpRU13C
aeWSd/rOyXJtReTJG2FZY9zajyPYVrOVbcuvmq2Vnh+LdVLMNuk0U+stPRuKwZf5NxkiqROn
MVWQxzycc7/Ue4wSmOTXTxbGKWxsa+CP92Y6ESMNJbVptbYjgjQs68kVq7LXejLNialXCago
V1fJ/RgSJK0aiIV40SOfi0IIZLm3rxLPs7MzNM7EdywjLNHAxyLS2pxB9ZmbIvrFdQv13WjI
6eupSXLaSWW/ZQ1J3vV4LquzQQsN99YgdJEMMlO0uaZQK4/r42mvWylqDrn1/Y++H+Rx/wCp
hwZ+wkgcyRclR9g1ohl19uStNNbFmNWCy9FcxV1DbD/+hdbUnSH69SKLqKyYKCM0teZZ2jlk
MWvkOSwxRuKEki2Luq1y2PsXvMLyqdrWbkhsVSSnAZHQCC5YiyKxtpsqpsuWHGbDYJVR1llN
aIyyS1oni1llYZplqzxyXoqK3vtCFJ6srSafS2btmGCOJOB/Dea/sle1JXmp247UH8ScYk5I
o7Wg3aixIYECxElmK5r3rPWtTV5I5FcUJY5mrt2S4Ca+raObIlVVK84UU5wpYmFRYR3jtb7X
0Bf+w3bTPLI2RseYXAN4EVP1zKKehlmWv9V15NfR6quXqVmC1IkxlcZbveiNatm20EJirROp
tTWFjNozCWBLl11+sNKp+r1VWpRr0nRVCj+uQM5Gc5yTjqGG71zUbOj2f683zz8FhjFSZCpE
xDKbAikSdJFPXJqtazDs9TJWMMs8BjsRjKm0ePKlqGdZa36s4ADvIkKT7ONsGxprmy3q1auw
3F61n/1njkRlkRHBq1Z5WOvmKVaFYLGqBfIwv+IY53TizPi0e8oVFS7Iyx0FUlGPEgLYOaU9
K2kgPGcAnkw4pDqMBPOecbnL1SO3BJqp6c3/2gAIAQICBj8AIz//2gAIAQMCBj8AIz//2gAI
AQEBBj8Af5h8kuo90XRjhx7QCwlJA5shroF4pxiRjbiSj5rzQ6j/AAoG0I/D82Yn617Q5XTA
N66Kgdigwsi30pwm+xWYIk20XLggLjghoAm46plWvBGiZlamq4ngvUqgepMyJsCuaponF71s
nLVNWTfUqMuSdOnPyLVVVZb8sto0GpWzy8TDHxHaknkCIu4JQMmlIaCwTyNAt+UNGJeMfzfI
pdV+ZqHdEwBB0AQDtREGq1+hUCY09FKDVXuqp7rlwVAyr9Cc+hwm+tPf1LoPVz9FUeHpAf60
7rh6Q9j8o48HXkFCdAUcmV29qVkKbpc7KlAjKX0c0MmXpiOzD5p0R8geglmiahEveycfUiCi
dNF/5K6YfSmdEP8A+St6ig6qH5Jl9CdPbktmM1BLhRmGEhRCT1kLJhp6Krl6C4pofR60Dd/R
VH0OWAFydF4HlKxNJT/cQn5isvZ/fQADAWHo2R6p8OHxLfkO4DsjT5zn8gkjaQWVaJzcejnq
umo4KsSWsy6okOm0RiS4u49FbP6mTBEUrdPqbp9Sq/SuaKySLHLGoUB3iP7UIPWNgUDxR+xA
cVVMDf0ObLVvk1R8n5YvHvyFigAHnx/dVbrdMgD+1OHxY+J7UgmiKfafi+Zr85zVfrXBVqmI
DKsR9C6SYun3OUxBpqqxKL/Uyom1RaqMhQgWUwe85+1AgdnRGXOii9WTj6U9gvWm4KwBGqdf
3egsnPoHlPLv4mWkpexFbYh5ntS1K5IxwBz7R7IQllPiZOJt9yP/AIitfRRWX9y5plX09kOu
yx5Kz8ypsBYqUabu8yYl5OgWYaqMol3TEkkp2dWb1J3VC6sU7VK4eknvWA5o5clcmQuTwVSx
NggchMI+z+8hGIaIsAqfKr8l/wDwFaqvyrq7+pUc8lIRi1EchYSJtxdGbNo6iY14aqAIYs5+
n5dQCmf6VxXLit8/4OPs8yvD8sNxsZd0LdM78mpOnwfMck5ZuKO0gkXW/PNuAFSV+h5c7bAz
LfeUpGEceHH2iHJl8MvTT5ylSVqTwCqNo+1MxKpFACP1p505BUZMZMOS6qlUirMUXspAhheO
typsHMKEaKMZB4guFTX03ouXof0Nwv6Gh1ZZ0EeSj4p8HCO53pfEtuOIAHof0F9TRMm9FUMO
Ks365eyE0smzH7I1R6yRqVjOLrj7ER1uf5qE/OCWHEK1HUfc2oYcERCA0+Tw+YdcUwH0ptDq
nNVZU9Deizeh0/FUui9XiHHIIy2IMAAdPkW+Qx9MsuQ+JInpJ4/MOzoklgjhxy2wFzxKjk1m
Hkb1Xh4h4sj3Y1/FJDdUyoQNH9lb8nXlFHN4x9n/AMDz+V/erqnyZcwyY2F/WoA34oN8xT0A
RsFyVFz9DekHIXJtF6rZhGwGx1VXO4qEs0ycZYDHElCGERxAcqpzkJI0CE4n1vqhONQfnafW
v7QqBDn8mnzG+IcCrIk0fREyfZCp5lANy9FfkMPkcD6ePoZb88xCI0Nz91HH5Lpi3bPaXiRE
hjkerLkt72zd214Y3eY8zlI62pjiujqnTdtNIheFE1gzLsndYhA8rIc6sniCRrHigbP6f7Pm
KWV/oXNOyBlQBer5F6EW+Rdc1wV0xssxMXiOyTaqiQGMqn0Nr6aoE62Hy2F9VyRlmyCAFTxX
h+Ti5/1CnG7IDXceyEJ+ZPjZLtaKEIARiKACgClHdQyqXowUcOE7PL45DeQa5JlGUtI15LdE
kSNuaeQMQL6hOC7KMxHa4t81RU+xWVbp2c/Lp6PV6HHyP7k0g8eCYWFgn+bZGeWQgBcksjj8
qBKQ7xt91S2gyi9wdsQhk82fFy3MR2EIYoiEBoAy4o7SzhRjEEQA6T7Sj5jzJ2mFh3Yv3v8A
cUo4YuJEdRLUHso9Yi1GGi25JbnDMzJoEE9kg3ohGRcjh8iqoFUN6KKpZMKlWZvQ5omhVV+a
5fJL20Cl/UbNxkdmz2P5e73/AEMLfMkyIRx4WMhqmjCWSJsGaFfa3KOTz0t5F8ceytuKAhEU
AAb5Mc0+qGKLRjzKAcxhG0eK1MXRlEVN+aAHJkCSzm4QiKgan0Pxv6aBVP0JzUpoj6V1Fxw9
DAP6HNVQfPMvV6OHpb0MPQ4t8jJ5fBE4oyPVPvH7635/1p8D2UIwiIxFgKej+/5EpnQOhGRL
nghlyAiIuTZeHA7jxHFAOz/UnFfUnN7vwUSS5+U66Y/SV1Gi6QnOqoPmqrl8pwUNPQ1x6Crv
886ddTs+iMpRE5DsumbZACkAaN91ChP0qjkWMShtkPUrANdboR3Rh2jzRhljGMAAxOh95AvU
j6E+i6ZD0MK+itfnW9FPS3pPpZc1w9D/ACuSf5TCpOgWTJmO0AFm/ZRJauiBh2TditkuknU1
QJsdR+8htijPXhdbqwiabfV3kTFyOfFTll8wcPh9mAqZn2IblPFEjMQKiVNq3ZBtmdOakJUl
HhqFRU+c4/I9XoZP6G9FVy/8CwoNeK6b6r+niaDtHmrn1jghGRZq8FuiLnhoo4iDKFgWZOC9
fUqXkWA5oYMbExYTIrVAGg48lGAJEjxDoTnH9SdeFFSgLUAdQuIzeNf8CqmX96r8/Vc/Q65/
JpT0cE64p/mapodMdSjLhUnV1yJeV3XiN2rIShSQ1FipRmdpFqLc/ToRdMS5ZkJE7aOZGzo5
gdzyYetbgHR8znAEQXiDwWwAg6Hknkeoi/NY9naEgX9DfNc/RUsDqVLBJzkgOrgmwiMIC85q
OHFDfMHrlYbU4Yg6j009PNcPksuXzD+niCmCY2FfqUpS7U5EkcB3Ft01CcN9CIkBS2hdAgMO
CBNIhGAAMIlow9pu+mjEublRxAXLluCjjhASFhGNwpZso2CAev7K7MhilUEdqI+FCBkcuGNT
I6H5DH5mLNmyTcRhE8PaWwAYxI1jE8EJZpGW+AI5t3VHHLp4A6BRgB1S1FAhGOWOLGBSMaEr
w85By46E8fiVK/Jc2+Q3zDCsig5ry9N2jH0kcUQ9Wsqg8wbobYt/ct/HtIObmxWTLIdgP/lR
yylshKohqjCBYm6nIl9lpCxQZyQbhYMBbbkm8geSOQuMV2H7KGHFOEGFWYP8a/jw+tVzA/CC
U5nL8KoJ8nCZiNHot0Sx4E1RhMGEoliDr8KoafIGTHrR+aOaUqkl6uHKnjABk5Iqsc5v4giY
xih5nzEjHdWLGre6myB5U8M6sqFgf+OlDOOkjtc0MkC8ZBW9D+hvkc1X0U9Dn0ng/oqamybT
VMLeh1Xgp8AWdCwe6GhKdrXK5fashJIGSTAJodqj81R5BlIbd0plgBZ1vyMJzDsFDJcxhQep
eOY7gA5iL1WTLjfw5Ggnf4UTCX0Mu9TgFSJfXRM7G5HJFyxFQoThl2yjQbjuBHsLHn8uXkf4
sASx9/H/ALaOafVEsPEj2Mn/AE/9TGo+IAIztKNh8acG9vRjxCuwEng57K6uo66BBgNp0ZDd
HdIViWUZyBMyHiNB91DNlO6cu7qnl08GuyMSNzizqWIiXhy7Mbnd8h/l8PTT0nkUALaokWjS
K/t+QQOCnCR63sUxxyPPROIF9AUwaFajVk3G5WLBE9RqR6lw5OmFeJUYmLmXeAfb7yiL81hx
aHHIEeo7lHFAREMpIeV/+mgHBa2791baFqunJaMtQhQEGgrVbi+zQC1FoH1H5k72syjiyS3b
Q8HNNp7iMzDxPK5quDXFOX83GtoeWOXZPdnH99DBkl0nsyPdP+nJVWTLEdMpNCIuQhHIDCRq
AeCoRb60DIV+1NY6HgpZMn6k9BwXSKA8LBMACBqaP8Knkk4mLPzTfJf5zaLlUFVUqlVyTI7a
bBQoeZjSVpsgIzD22yFCiZtGQqGsh1EvcmiepIFlIbSS7ABf1U22uBs7wfvKhqowhjEBGmQ6
zKMhZeS8xJoh5AAHTtdUlEQInsiwFxCSMiSXuRZFq0ayoGBs/FCjF7objQaEp2c6DgrB7k8A
hKM2MS45EKWDzA3Rnw09ucFtNcEqwN6FCUCdug4/Gh5bNItaM9Y/H7iMqSF//SjCc4ERLNOh
CEvJZ791xOKO7EZwBfcNVtyQMZcTUhDFLFtn7R4+0iJ7Q5oY2ITSFFlDvsIG193of5t/kutk
KnU8FuP1lFvpdMKIAmpt9CyRkWkQQCjjyg7CWNP3kMuDsm7XZbZVajWW6Njf2nRiX0IHJRMY
sXYm1Sjg8wB4eQMUceQPGRfHMW2rJFy+1wji1f1omUhHPGmL821F6vcm5W0ig4WXa2HRuK2y
s9JMmp62Qke1oLuur7PzIaEphwW9xEixCaUqAu1kDLU9TKPhzYE63ZY/JY8viYYTEQbG/VDc
p5DkjHBlHD/BOEUM+aU/L5gO1jkav2P0lHKPMy8LIWBkSdv+6jj2jOdJRiJCX3++hDPgGOUq
hwxRx5S8Y1A/KugPHVlLPjnkw5ch2nb2dvwSRweaO4jsZOzuj73/AIDZGw7RWyNBqR6CCebr
po2qfVYHPTISiy3x7Y+0IwkByJFQtk64gaE/toZYdOOVSRoStrgRtuFpBARAPNbpW4BMaiIu
sGHzkBPDll1F22EdmS/q/wDtn6c8dcmMWyQ7XQoNkB8QVOo9yajt3TljuGcRjILxCwgHYmj/
AAojsgdriULHmRons9giCa6C4Q0PA1LJya6gG/xJ5U4MbL4eH+ZGnr0REu0eC2AbSLrzfm5D
ox4jDG+uSXSsBmHG+psUN9RdQxSAMR1l7dPZRxzhvhkDmPF0REEQBeIoyhnBAyYiAPeEu7uU
zK40RjGQAJZ30QEeuUDQIEB9oIL6SWyZci3q+fkHNTpotqqHBRJpwCZ+SjilCWXI25osA3d6
l5KcISx7ZESife6Yokn1Bbgdj1PB1KJLk1MtQQjjPXiNEYNav0IHaQKNLgVtJeQvzRJAd1iz
APGMmP3l4eTqnj6S/s9xT8z5WB/phHxJRFhL+ZFZ8h6t4jV+6R2VMCDHadraFulCGSJxiTHq
uqVA1NEN1riTqgsLiqcVN3P7q/4qmkwPBvzLaacCmLngG/dQ3AmRPSLsvE8wPDjKu2Nysv8A
2vGdsQ08cT3orBCbPMgg8EJ+YmxZm1J91YseWUYxnSEo6xl/qqGORfaGdGcztiA5kthp4geG
Ms0YP/Eyf8/KjKMqk2ugA5c1K24hUUkbI5Qdu6pBsjlgQ56RyJTyplxnblHP2vv/AD0xKYcF
mAqumMiPUze8pbYs2pKffEAc0dk4g8R+VZJ54wyygGG4MXPZ8Pb/AKaxZJMeocmr7KcChH9y
28Vx4hGUY1uy3mIB0Gn4V1SkQ4rYBDJEuDdio4YVIDyAupYwOrb0g6kdlHy2Zg4eVbIghwaN
yU82M7o7upgzRdAioYEH1qBwxiZwk5fgnzY5Rg7CRHS/uJ3+hUYnRAE1FAFUbQVYElPWWlf8
q3HbtBBYrxpDdk490fD6IZ8RbLhLk+53oLyXncdRo6w+Y37YCG6R4Bu6gfLPkjjo8bU+JeB5
iO3LjH2fEp5J2izet0STSRoTpEd1GALMWD6oZJNtydk2oFS91ISrSg5rFtqC5l6+yp4v5eej
e9H56cjmaMiSGFaob80iG6mR37jE3JKJAJieJX8MPZip48bQYtErHNmyRk0pV2+6sWQB3iH9
Y6VaioOZROiiB0km6H6gJNwWkpYccTS0goSLgCVHodqGwbgQ4I4NuTxeBJYxlcS7yZYoAAeN
kjiteJ/iL+i8pHx8sSBOd4QiT35KuorwWHDHtmW4N7I6U0h9P5UDWlk7m90SXZ2dnWp5KJle
4jwHtJhrcnkmCdSjIUKx4MsR4eOct1f/AG0MRkDtoByPdUjijHGZ1kIrczE6r+k8udxj/El3
XPsqRoZZBtrwQcNC5J4IMOiIaLrcbBbg4HBBgahYRj7s7mlu2qfOkGTtdlWR+pGVQBoumP2p
5RAezuf2VLKaVp/lUcWSVIkEgDbVu9NbAX2E6rkijqNWRp9aJJYaoRgC9qokAeJtBAjx95ZM
L/reWidsr9Ps7VDLlBlkMxXn8CBCweV8QwLHJJrt2ehQx4yMcZEPB3v/ADfMyh7ajGZDRHa7
qjPFuIgGlIdmMUC7E2CO6nABAg9XAouwI01QiQ9bBbz/ABJX1YewiSLBPEuiCpEHsgpyXG4k
qJxzIjKo2lETHigChncI+Nk8OJFIx7RThzHR6/iQ1Y3Zgo+FITmzyGgUXDcltbpUHkGJ05Ik
l3G0HiV/USBbHWIsH7Pz0jkzERdxtu3xSRaciOJKLgnmSseGERGryOqFASOQWYRA2xn/AMdK
37QJCIrqpBw2QOALJjRtU2qYfSuzXUqumnJSz9kwqToUZSLuXBFQV/U+WeOKdJiNP8ChlJOz
IRIns1+BY8gtKIIUMjgEjaB3pV3dpYjt2AMWAp0osBKrB1LysD00lm28e7+BOz6UF11MCLsn
FXoh0sRdDLGIGOJG6RKG0etOUZ4zR3fRCZpJ2PrWTq/U2Ej/ACoxLmEzX1r+EDER7Rv91dIY
NYl1U1TB31OiAdnsTZGIBMo0fSqG4kVRFyaD6UNREKGMF4RqY8SVliNAPniYF6sRqEwuiSaC
pCnnlYloPwVXposlab7tW6lEv2AsYkW2lvWCmAomegRJ+pEgWuVu46LJgkDtyR2speVzOGkw
PMLrLjT1rFFi4c0OixSagf7EPMChxSFeRWTOSxwwdvaBRyP0wBk6nkkXMiZOL1XNtSxQBry1
QIo1y6iHoTpwWMYrAfb7S9S8HKWcPE2ojtIIq4d0JRPRlNY3qoDKNwIYjVlOIiQKmJNKIQlH
pa7oyBe7toqsHq91GIbgTyRgIgCNBOJoUTuDmh4qoqLEIQNSKkjmtsT2qIGLUHH/ABKQIJxz
Haam4fPf1OAUf9SA4e0hkjrccFIDtZOkNzUYiu0MUeIDqUpEUmZE/StmPHKUWZywcoARYc9F
CZN6O/oqiDa6oyEvsXitt3dcT+VES0AIZQDVNT6u6sZNIVkp4YQ2Y5cby2lHNj6DkltkOIii
AW3SEaHQJwLmwVY7RX6ltFT7TWRLU1IpuQABL2bVREgXiKIcTxuhlHbxV+gqWTFOj1iVAyZ3
+hRpoGRlKAlKIJD1WTNoJWHElbtZ80xBG7mwUhCfUaNRvhRahNx/lXAm5C2QlU9prrxZkGT1
GrLaKh24fhQFgaMseMsGDlufz0JHqBFSa1C8fFEGEu3j4fCt38rFX6UcuRxAUoji8oPBFt3e
IT30rqmrS2iiWpclGJjQE3UYSDnRHRkGsVdiOyQLIwnQwpu0l8ShI6f2KQJO068FHIAbbTyb
vKYjMiMI44xY0D9uS2Qk0I9ogX9tRjEnZE7qVjReEw8KBempW4hvVZeGxlkNuP3VvJiBf3ip
Rl0yBYtqQnq8Q76oR27RqyAAb1og1BofpU8E+xKsSKBlHgJC6g9mdFjReDgG2AO6TalCeQPG
NnK3wiRjielCR7Wpt+GKjIhwBU8kCQz1BUgbWieLKIGru6diQ7CqhCRcRqfoTTPVIPEf5VCd
twf53J5Yl5YpEh/ZKuxDlHzMiI45PKeM97/b99dJIiaY8Y4+8smXO0s+w0vGNFIXe+jJ4l4N
WlUNxYvWOiDByTa7oSqC/wBSEZOT9aA7rJncrcaEi91tkHAUto4mv+VbxQC4WfLJ4xMogaAt
7qM4tumH5V6e6iJS2yYsY80Xu9UGYnX6VjzG0SxPL2VuxSO0m5WwNqRL3lKcWJ4etbiXJFAF
dgqUPNPGmTHUHisTUnGQElGWRgwqXRgJSEjYxCMhc3KeQ3bdNERYN9K6hyDcPeWu3hdGI6QR
RqoGPbPFSnKkpBovxKOTQUB1qp+YySEMeOOtHUvPZXIL+FE8PaWTEKZMEtsh+xL50ZNjxyEw
k3r7SllzHbjFTxPuJ8QbCKRFoxHve+o5MZ35hcm1VlaPVtN9KKwD6cUdOTICQAMeH5ljzQgN
9i1eoJzf+xOBdBtE4DBVoyYi90wBYk1/dQgRerhQhCPa2yAfn3lGEgIiIqfzIQg9KOunta+t
PR43JLfe2piXY3NPwqMmeQFR6vhWSWsRT1IAltaphSiD0dM/rT9rdcLp7Nw3tJtxJuAdVulc
2TEN9qLXZvpTykxN6X/CpUDAtSyAiwAXAcU8rd0etQwwLxjUnn7KYXNyaIRBdrPwUYS7QDRb
gvHI3QIaYfQ+1H3FHLikJwmHBHzmQiVpEx4iTqMfNSnlxwDwxC0p/wDMQx+XxRx7R2QmcA3Z
HfKRe4FB/hUdwajDigJerh+JGTA6UK8uIDaMkd0h7xTas/JPwR3OAzhGrDgKlbcxppJAGQ4v
yXl8kS+ISO4iva7KlnNJSbbC8vuqEfL9uAjvxd+O3tb1ISpQF/yKGWA21aT3r7KJI+k6IxiC
RIMTohxFHCMYkiEi9f2VkLsNnZ0clHQ6BQ6XJuRwVlWioL68EwDgao5TFvZcXT/YeaZ2ReTt
dVDc1MgdL68VwB0QhEuTUjknkQAbk8kREPHc76sjkIJkRTgFu7QJuBaq6axAueSEZFgaUqj5
fzEv/wCpM61A/wCZjQyY5CcJB4yFiPm8kQ/aLHS62mPUNXoyAhCgHqX6tyzB1Wsh9FUDO3FO
zS+v70Uw414rFEN0Qiw+hPUcU59QTXIsiQOZHqTQwna95UQ8TKAdQAmMjKEgxdQ70Y8a2Xj+
TkcU5SBm1ASo5e9IA7dHQxntZJf2KQDH13CJk4MfsXElGMhXVkRdrqvVx1V6cNFKNOSq/JUr
WpRLVBuLKG4vqEXtwQqCLsngHcomZbaashtNAeF0ZB4wQkbJ7Bmi/NSyyHXMOAy2GpsaqsjH
dSiOMWkGL3U4lwRImJ5L+mzkeNAPCXeov/8An+eJGF2hI3xn/wClAguDY/NZO6BMkm5Z14kI
+Hg1ySFT/togzAEdbk/EiMMJS949IVKPwTn7wqVYgHTVlhiA8ZSfm0eqe5E6GyezDROKMnFw
nPrW0VHJDQcCmzyAJsGqjHCDTW6y+T8J8spDZtLrHjl2oRAL8gsYLmGMGSOV7EkH97cjKLGe
o1IW1mPFEF1InSioC5twTGguStsTua0hZPE7gVIAVZ10j16ICwAUv7UwoSiO1I6Kj7SXI0Va
k91RhGgvtH+JRxxDCNSh4gGzGaOe0y6ulx0gaJzVz61UgAB6XQONwLvZb3JJueKGWAYg0Kjn
jTM3X/mX9BmrPEHxS9qI7nzU5+cG6e47McavXp8RAGfh4qiMB0hb3Mg9zUobamw5oA0kL8U/
afTUItUhvWyzZ6nHGOyJ0c9vYqBPqnieRBshtDC0jzTyJkmEV/SeWg0y3Vc1Ry+eyF5XiDVl
txQ2v3uPxLzHm5gEziNhux7yEitwD7gskCGMT2SuDI5IOwuNPuIH/wDCO6olrogANWCeLmJ0
j+ZboxkHq5snM2L1iFKIZjVUoQqdnVkw7UrIu9bnVOASTUvZCEC3AAWTzLyHakURhjvmQ27R
eJlNZUAQlkDEyOzHwWQRHTipTkhMvEE0OifHOpvzUcWeNdDRXEn0Q0a2iG4bwaIZsH6eWJuG
QxebpK3iaP7yBBcGxHzE5yL9R5KvZv8AUhsNLyFaoCP0gae+g9Tr7wRiQCTcckRGsizBY8B/
iS68nMyTCqH28VSqNUxTLxTAbwG36qqjibqkWC8QDdGHbGu0rxMfZNkCLHVDLrIacQjPzMPF
gHbEO8ffmg8gIACMIQAjGMPZ2RQAG6JKEWZrAoFqguSNUZzDng+iBgRW4GhTsw/tRd62RE49
JudQhl8vLcDf/Mt+QfqSt7q3ZckWJ+k/cW48bFSYAH3UzuDaI4KO+kBXbxQiPpKJgRLzOQGM
OMH7c1GDvPKanUhRxUOxGlePFRyyFDQn9hAFmFGRERavqQAnuneTaAoeM0xLuk3Rz+VeJF43
HxKODzfV5c9++1CcDujKoI+XklXtG3rQIIA1CeVDw4qv21KG01jYxoEAGc3bisYkzx6mFnHt
oPQm6vZetclx9XobX0EmjXWXOD04+iOv3kcdjMM/5l4cYhwKIRkK/YjFnI7JKlAW48kW04KJ
Hd0t95CRJ23TgtHldFju56sjtoxcArqYNw4rqDkCnBlKUTbTRDwyNhPVA2Qi/g5AKAlvwyUo
xkchGoqiANoIvcrZCsjQk6qO4x8RqHgqUIDEi6lkmdsBUAdpwpZJdkkkDks3nJGmMbYDQmXx
INbh6DDLF4lPgkd3djP8s02SJiTcITgWlq11uxde2pa4Xh+ZBnAXpVeNhbJ5bLSopE+yo4Mp
MvLy41OP4fbgnwZBPkL/AIflZBMgy3khrXRo20Xbiq1i13qnDsdf/UpAgv3S7K+16glAlgRA
0GpVbIuPV6LUTp7LRU+peHA/q5DtAF2UYRNT2uO5eWABbeNxHNSy5ZbIR1KhmxyEqtS1UfsC
9VQNKprfYvd4oAdTDSicfUtsuy9ESzeyeXvIRJvQFEyPUzPzUgQHHFRjgiTM91bvMYyIcR1U
+6hOXQDxDLcItB6EckNxIkOIRMJBgavWRVABruPdj7uNeHDsC8tZKOPHWeQsAOJ9pY/IQI6Y
/qtrMoE3ZEsxRLc6rgNAojLHcw9R/EvFhIyxg1DLYHDjpWM1GRzUW+8vMYSRk2de2QcbezkR
hkxieK8RYx/28i8Ty5ljyxPSXshh83/EPZmAwI95OC4Nj8jNAlyJltde8qk/RYo7XBIowQcg
+0WdUN/+OygTrpdZMotCLORrJMTVCI+n0cOa5lMuHrW40A+1SyENhwWGm7urdX1MpzjMiYDh
tDFYseEj+rmGywbd0ttmp4yOuEnHBihLbUipCLAbjYGt0QBW1UzknlZETo1k7UIoQEAHGpdS
jUPbkmZzE0r2kYu32qZqB9iE4S25Yl41QyU8QBssOElvyY2n7Y/dW+DTADBqU+FSmYCIjUkC
p/CiMuJ5aSBb/CjskMW2kieCM/NebjMgPtidu0n9tDN5bDLNKAcZbD4t0lKU40fcdU8iw5qc
oxaEBuryRIJIsqfWt05MOalF9wYuAEDANsNCmkRHIOwyNdsuybVCA9oMAFWO0DjxKEu8CUcQ
m841b935EvMxju6jDI3Z3A9EvvokRtoKLpcvV9E9fUFuESz1ZbJCkrNxRm7yyFy3JAiipTnd
01xqgnsNXVPRsxgkyO2LcVGEpdRO6TX6luiXBsSsk4sdoJ26OOpeKaHcSY8CT1IZDFsGVjFq
R6l0sDKoHJRm9SKjRSF60UaVewUpM5cX4oA0oqlpaOtxFFIka9J5IysSbOoiwPP9pAjq26vq
jk8rMwkRXX8S8Sc5ZAbwn2CP/jQj5iBxZCWp1RRjjxnJEamm77qOXBhj4hPWD07T91AARi4q
Q/7K3Zp+JAVERRQ8vACMdRYbe5FDH5aO/LJzKfdiSjLLkfLK7aKrmUtSnh2dETTcKB6Iudsb
kGkaI74bhJxdkSB0g/UgQCK1P5U5qeCYtS3H7qeIfmTVeISHAAlyUZ4pNOOoLICfTmiK+/78
PTmwTLDJKVbgSf8ATTWlGhOjhUNS5rYFEyCp1QGlkJEsAa8QsZiXi1CqetXqumg9FqIhmGh1
RhFzMhRyyDyx6cyqhn1CZj6kYgMOOhdFgfDnInHLRnWH+rlKXl5gESs0kAZdhxHhs9xRYu1x
qps16oHmqPIEUjqSERCIxYg+0P1FbMxL0cWTRO59CoyBd9ApPQuupnFlstV2NAjOQcSFCjHb
uelkNmCT8WK8Pwpb7Wp+JDzAnukWE8XdY/nW0eVk7UlVl1+VlIF22uD/AIlPLLy0y5G2FgAh
GX/b5CAvKN5FNn8rmgdAI7qLxIQlji7AZBtNPdRnlLQCOQCI20i3BHES+EF2Pa/wp4jpNIkX
R345A6k0TMS9fUngfoCBd3uEBKyk1RJMDzDqM4zYxLxZ2+FRzQ7Vpx9mXonKUaCZYm91DzUT
U9M46CUf5sv9xGrNUMKVRIfUFyEYigREgW5oeWzk+BkPRI90pxY/a6ZDiuKYLc30I5LEp25k
rcI0NXKofW6Mjc6KBZiJuFDNDJ/UQjHrD9n7ixeLFm6WtREmjKTWNmBQ4/agJUDetNihtBvM
0/CpwyvuehNk7MbHU1R4imqILOT9CEaSawKfs4Mf8Q+17kVGOOAEYhrI9IH0L+5V+pEEOqCg
R4FB9dfRVAQhKeSXZERT78lKWacIglwJk7W9lDDOcIQB7UJbgX/IqzB2ht0LS95AY8UpkkVt
GIUcs6xkHm9qI58EQdzmQj+SK2RcEt1HQfCgI69qVk0i4ewuuI0b95AA/qAMByTB+nQsjgmW
jmFve7noyVoJyf60fKtt8YNB77x2VKGQESiTE6MQjG5Kax4hX3EXOqc1GnP4VETLzxHYfUOw
nBugqoyJYC5Ti2ic9lNGosUa0GgXB1HDaIi8uSlkwgmUDw0Hfgo7RtxkuHFCSo5MpJJIc8nX
giLRvIoV2xiLapxbQqEo3jfghLJMGIdo2ClkySJbs7Bp8SIkC/1SQFG0PP3kUCBWxfmmL9XU
yewTj0bpSAjU11AUBAiXigyg3e2rogZkGIYa7lPNln4eHGAY4o97dLZ+tJRG4AFi76HvLJ5a
eYbSDtk4NhujFY2zjrD3t8aOY+ZADsYk8F4PkMmSeWXTkjieeMk/EiMkDAjSV6oyygSpQFOw
gAHkBRCO4xwQLwxjtFASHSBRRyRHSLshEgSie0FujWBqG092SYj1AKseyCW1RlEEwuSLj4lC
UQZGBqyjCRbI1H7yyubTlo+vurpYEVF7qGUBxmi8xwn34oShH6bFbcEHkO0TaI9/cvEyGObJ
EtskCMbdmX6ijHBMTER17R0YwP5XSspesshcaBk704K7aKleaAFiaujuIDVIW3GG5rddbm1Y
IsekXdTkDQ9A4ybtSWKBixkxrwKiBtlKZB2kPHYPaQ855fEcUxIb2HQx9juJ80jLIQ4kdfvK
ZmAYlwjO0hbQFEbgIm8QvDIJJqybHLo4JpTdzVmcIyBfbdcSKoRsJEA+tSlOQjGEQCXU4+Ui
8Yj+IdPfRhKEcxBbc1P8KM88hMyYeGOPeWyBfHGRliBLsJfylGWOQxjGSIwEtso7kAZGYlV+
aMYbhChlEfnTycn6wjxTnzEBNqi8mRhJvN44mjijo4seEYpM42gKco1Een6k72CGGA6Ab96X
xKJI2kVc6rdaJDgLbH1FUD+J2W4owlYuhHIdWCJBeLFkBEdUbiwKEoQAmRtkBR0KmMo2dZjG
oM5DgTVDbfXVeFM7ZE0cO3sonPLaI1ERea8PGPDiAR09pGGUgQxGgiWb/S/3MiO8ucrzkfWp
RfaDIks2qYF66J0XoLn1J4F4jQIE9VGHFPI9PDgmhYLUyNmUjPpDFyOHsoRjR5W/zKkjAxiD
AvYrH5jLPbIR3HJ+8sflZiUhiltxziOmUfZyQj0LFgApEAkn/KjijRi7cwn43PNGUtbD95CA
iwFiPzpr8RqskhKJi+iEn6zoDuonBDnXkiYlhEVkaCP3lKEP1sse/wBzd/8AIpDeYxncDUey
jGJ2nUs5QkZEyNyrBydNUI7tm3guqbiGounjJ4mjNVB4EQL7W7xCMpBv7UI7jAl2J4Joziw7
zU/EpkzB8xlDRYdR+6gSKHtNSvvIYolnDk6/dQYdIO4n8q/8013LoMXKMn6oGgKMZBzF6my8
XGP05fV73Uhi8xLa9BLl3UZDqBFGunAqQxD/ALKyGRcSYF9PeisoNeuV/WmILysAjjes6V4q
U59WSXSG4Jj1SuwsseWURtjUg2JQhq1uSIEWcu/FGtaJyK6LpBO6hbgumHNbshHMDRXA0K2/
UwRI0sOK8MuZy00ACiQ8hdjyTsY9Qo35lLyOIGsmGTSEZdtDDFtx7ZNd0lKZoAHJPJSyT757
QoosKcVKNyL0VJbADX3kIwx7ge8iccIh3E3DusfhQ8Pw4neLRMj7KA2+vgjGJ2xNwKKleKFg
DopeYmduMU2i7+1sRYvx4fCnF+WieEacDZPlLGWgP+Fe1Z9aeyotjcRHTyQlOIiOIQDsNCEY
RE/6glu0fC/3NqM5kyM7SP7MFumQJSFro7Yky1kyEAHl3jzVqcSgXYIAl+fJNAEygXJHAImO
MxclovRGBAlGNWI1Qnh7JFYmpiUMeQOB07uScOYu4PrT8dOSyYscd+TxJRjED3u0h/VyBkam
MdPvoxxwDxPa7y8LH0ynaRDiiMp8KC3xISl2eBsEYEWF0RYua3RJD/RRby1KgepOQ7l2RjGI
iRd6LaTt5DVVFCaetbpCrME5d2NUZPybj7yyZchiIt2josm0g21uPZQwxYRyEbnr+BFxU63U
99dsXI7vwzRmYOHJI4k+ypZp1iH2jgEZBwXJCAPbs6agbvappgRb6SqMTbmB6HNygAGJ1dDJ
IbpX2v3e+jCBkMcaQOqJNIi54pqAENTRAQsLg2+6jlkPp0Huwig1LOogF3DqIB6SDQ1VQwHr
aqD09Sjs65ktHhFCfmJGR1EeytoG0C4tQKTVAsmOtk1SESzSkwBRD9VyPyqO/GCO8ugyO4fw
ypRkw3doIF9olUckcc6Tj2gP8MkDQgl34LJOI3Zs0iSdYxJ3LYKk0BBW0EOzSlz+NYxB5S4y
Ni/aUoCmMdqWqpQGzrJMx3HTgs4yGX6xPhvWIMT1IYxJjrwRD6i6MQaSNG7q2gGWpa5TmJif
t+FESALCgK2inAJieuVuC2M7cOKjhiduK0j7X+4pZ2MoWiNZHudKn5vzMQMOIUMreIhPH1kj
p+lZI5jsiQZ5Gu47KxziA+V5AO+2J9r2FLGzCzDggHfjr/iWy44+tF/UyMgWIBAKkDcEuquv
UgW5MylLKDHNOmI2iYjt7JLcB90JqfT+8qE1QZxADqkfyptu7geaMdBZMfUnHagXR01VNNaa
oSgzg6oZN4jIMJRNZbkSfDnKXEqMcY8KQ1jq6eM93IoY8gMZSsENrmTMxsH+FB3cDVPzduKj
HY4AuLglHfV7k1UccDQinNbiDGca/Qjkx0Pfge78CkInbuievht7qlOcelhtEuKhEucU6yjH
X4FLaDHb7X5Vwjd+KaTRgKuV48JExEnyP/p+zGKz+WaJET4uM+7kUzjx/qeVMgYA0yYh34/8
xDOJV0A7p7+PLuUgZvQEjmiwcGzmyYcaK1eKj5ec92ebAQFTF+9NCBIBA/xfCiZSbVzaq2y6
5R7Wyz+2vEyGUMYYRie0R8CPkMQGPywy7t2n/UkiMJJ8OIqLURyzePl4dMYuAZEf+6t+0mwA
sAApOWrwRk/YubICzfWtwDOju4OykWZybJgHHJNV+DqAJattfxLFiB6cEWg9CN3a+NbSWOh0
Tnsi/rQDUFTJAWAoE9XFGTlrJ4lpXQjMVIb1oh66c08Q0teLe6mpRUNCarpl9JTCT+1GVvuI
vHZkHYiOzJ1F4iWWH2feRoRLkncEiqkRQgO911OTxW64GuqjDdt8Q0KEQRS+64++jOHVA8DX
8Kz4ARGcbCdBJY45j0TcyDOIAdn9RCOEE5JFok0jEd5QruBck2qnNBCq/ppmMPELxBaR2jq7
HvraeyQzKGfLLwhGJiKEiUT/AC0fNeXnHFjiGMZdM5ns9hS/7YPLmEiXGSPZkW3b9vsKWEwj
5vHkJlCQkI5YRPc8KX8SEEcWP/t03BIBlSJbvbkMWPyQxzdjkmR4SGTz+YCYi52U3y9nEsvm
vLQ2+YZmmAMjnvb14kyZSleZuSgCHJsFEyi85C37yObNLeA20a/BCKy5szRxAnZA9mH/ADP9
xeFjybcLvGEaTl7u5R8x52TD+X5eNcknQlKAww9gdr4d6m1gX5oCJ3HU6qtXXqsr1H/HUshA
Zyrshrop5skgZgEQjantR3dCMQwajH8yFNxH2JxXj/6UJMxlVtVsiWHH0PrqgLc05FUMsWMo
0leyaxFUHHVxOqjINWjWZCrSjw/YW2ep7RKIdyLck0Oo3PL3UeB6U3eLBTBLDU3CqN0efH4V
tiaPbUqOQt0RoOBTJzXQKQxHrBIymL/tKMDkOwDpg+7aFGTmTU2mixyIIBFBoAEZZKYxUe9L
2IrJnzHbGJLNz6ccFulSI7PqUseSInAhiCHdeLj3Hy8j0ZBeB/08qMvNYxlmzYcobf7uGc1D
/umLIcn/AHAS3HC7w2S/kQ/21ljKJEvMBgSQYYI/6kZe4j/2zJl2+XJ8T+oqRL3YrxP+6Zxk
8pgcYd0uo/8ARRHlMMoYNZXlI+3s7i244mUZ2NmHvISzF5C7hwPdgmb4Ya/HkUcQL5ZdUpey
EYQdgbvRCOOHi5pUibxDr+o8yRLK3VMkfp/7W5Rw4HyyjXdEUf4kcjVJcAaIY5FhOleK1IRO
h+tGLhzdSntEXrzVajgukA7tOYQ8XCYRjEgZIGkvjRkQDxLFFhbTRCMWB5oPQii6apwfoVK6
Jrk/YiDojE1fVSjLqlG3qQsbWBLITHVE3FwgRQs540ROK/KroQnQgX5J4SBeqaRo9lVmClhq
ZEU95Fqc1GRsDUnu/dW8drJVhw7qfVDReYjKko5C+lymdkJRqQwkTYo5Jg7MQLSl3i3vdxZf
MZZbsWAEwFgck/4fSsGKIJyeamJS9QKYXGnoMZxEoSoQaheN5YtAiuOVWJ/00QZtZiNGRM5G
T6aIgBhdDLPFHLl51AX6bYzOs4gbY7R7O1AYw0QPxIzn00p/6VN+3cy0xx/+xS2kgEuN1z78
0GNDbR1vA3Zh3eDoePImIPYdAYwIbRpS6xwgOp6kVQyCkZVDcVGTuCHp/lR2l5St6luBJ1rX
8W5YmoGcysFWx10WOABJlICmvuoeVhLoJrDvQZMKkWRADPY/vI5NNCqB2s+qBI2vV9FZAO/F
c3siDQap9TRGRDRkA30LaemjsBSqeGQOe6TT8KiSGfR1LNlEZZJHaYyHZ+6hIQESbSj0okE5
Mfdkx/D0oGY5MqduwBpdPJzLWTrbEEmwYO6Esg8HFrKdyPdWOEJGeMUJldONUxK/qYB45HhP
kQqipsSgAAeL6/CvLf8Ab8UuqQBmLtFt3bUPKiQx4YS358ktWR8yAfDxdOEH9pCcKvUH95CQ
1TL7FQqt+C4I6nQLdKP0aFbtoY9kcPeRy5CNgsDqjjEtuMGkAb+/kTNUlACNRQS/dW4gk8Tp
91PJokWNrI46ZcpAp3YqWWZaZ04ujKOLcIXPFCWhFYiwW+NeBTsw0Cw4JdUIdUwzbYez99R8
z5XEI4oDbkjEdlv5m1eJOohE7A3al7SlOR3E3JTF+f5U5pI2QgxIFjo6D3RAfbcoFqaJjc66
rcanVUC8SQ6O7aiEpPuFIjVZMWWXXE1B5pjBwzOKLbI9L9O6pCyTiemhiCO0CN27GjjLgPUF
eHO/NbhDaTf6UThJcDsmoKG3axoQTb4kf6qL+ZNcY7v/AEUSKA3RhIu6MDeBp6vRnxkdQlID
lOJ6FKEid0aEENZbnYio/wAqhjc5MmQgPp7KHlsZBnjY5pWMpdyCljLycUfiiD2DXaqUGoVA
qBiVUOTZEk14lVH/AOi4v9qc1OgU8ueYjih25nsuP5cVPLIGMQSMWL3O7L76M50dceHFbhWA
00UWPSaEHVEXnYR4/eQ6RvZwDb76Lh8krAP+CEVsz4DAT755reCTTs8ltlSOjaJ33A6/lWLK
D0vtycJRKn5jIxhKLRie/u7EFIx6X0FqokipudEALENyXWGGj6oEFUvY6ko0oaq9NIpzR0AN
UTJGrPoq1PFS0JrW8viTaaoAkE3BUvK5Jb4wDwe8fajGS6gxFiLhCGQvCVYyGv8AnQjKr0BK
qKmyBi1dbJoyfPjqALhltmWyxv7wRY6/UnHBPIUNgvM+XkazlKURzBRyMBDLUEBUNRUKOaJe
bMH4nvKUBURBlkme97yxxdy5D6Iw8vGWbM9IRFvjmifMyxYZOwxgvNV6RoRqtsy0hZboydrl
A3kbBbrrdJqlh6/ZU4eIIY40lkFaf6ONAiJx+Uxj9PF3SR/MypyLWQrzqhCOuuoQg4HqP7SA
ego6BjK+uiOOg23F9yHmMkXyEPtJfamkBKGolV0+CXgZXfaOzILZPbxExaY9pQ3VAIcN+db8
MWiO6S21DBnjvOLoL3jIdjJBQzYZnKCSJ0FPZTGjatX76DOQKlANs4tVGNsZsVGRoDoLq/8A
+E9CtrME6P2oEn602qxyahDbkRIOiR0gBxZZibCIc63XFSx5I0vA8JIwmGEbjn7qjjlJ8Z5W
CERQCxW6IBBoeKjlgemVafsRQygDbKvP4UwsfsTSqAp5scYjPCUgSKSDHaoZHAOMm5Z0/LXV
VY8F/TYC0ph82W22HaWLaWxgmUadUgO+skM05QxGXTjxBp5fjyL+qwY4eUgBTe0pN/1EY5Y5
PMzJbdCkAO70KUiR4kLwi0iH9pbYxMADQDvfFJExx1J14IiEduSNIg9T/GiDIiZvN/8A2oJ5
EkCgFlf6PQwqFuIvY8F0SBJUd0TX7CjjHKxfagZjfE2PvDsKcMjRmZO8SSSm4WUZnRGMW9oc
fgTh/qstlH0Jr9xHEaYswZ9N/dU4s7V9VO0mErnpdHN0yIG7ZA1AVS4NJCyYtLmUR3TYiq2k
10TBwuo2qVdgbKR+xR1/81Wi2wJMgXiOakcsdugBrVeFEAzmOnVGEwBKUnNOKbIdk9fZ+6nA
dlHzEasGkNNvtLY96BGE+1Gw5Jj9BXhSpIdkqXlsup6SePuogBmqixdZcuOTbckgAPWtuQ+H
mxXhff7yMC8hHTgD3k1CNOajik0YEvLjNu4j5jb+oHjCL6fCoeY2glugyrtPwqeb/uGUz6jt
hEvuH5FmPmJjD5HFXZiG0zj+3NHwINik8WkamMkBGPXE3UMkqEgdIvIj205ZydOHvJ9CbsyY
h5HVbstBpFbRiAGpu6JHVhJ6ZcP+WgGBH9hW2IYCstAt0S8Rc16/cQjgjIyiHnWkpS7iE5QD
3EfZVq/2pz9SrRggCaGh4hTy+XpmFZ4zaQ/1MaO4GJGh5Lopki0hId0xUZEVA2z9ay44BpPv
wkCxHcR8nmpkxvse5HfxSR835eJGGZ64D+VJCM3aVx+ZGcemjuvEjX2qW95bSXIsgCzmxRr6
nR+3mjI8PsTAU0KMm0tzRJLKM49onS6x+JUmIO7V2RhY8Wv7KGHNUO25bCN0Za8XRxzAfSXE
ISBrZDIRQoEcR9RW8UyQLxNvuoONKhUos0AXJySf61ZnpyTwfc1KpyGlqsTXdqo+J3jQ1X9P
kLOekmsX9lPOh+qinHy8h2TuB7wHV07ltMQOahkA2sGJFQ49+SYUiC7hbrA2b/MmjEsaBrIG
ZcDVADTVHUH/AI7qMJxEhLQhHJ5c7eMJW+4iJkAys2roiIYRF+CO43qeKAA28OK5p/8AgKr8
ijAVev0oTFxccR3kZQDZY9USB2vdXU4YsUJR6sM2MuRKEo1BUf8AuPlY1BfK1K+2hIjdEjbl
xn2lHNjO7y+UsAe1CXsLaSCDQIeITt15qJ8uWk3UFGOQbZA9NOKqaLc45BEEWRNyqfh1VA3F
1EPbTmsWKUZQO0AcCtsqCz8EXrONDH9maMM9X7D3iV4sADPFUjjHvIk021HNB2cUkyABo6bj
ZkXk50V0cxDQzSkYS5v1bk/ex3bV0MuwygKGQIp8SoaKBJ7MgW9RUZyiJxyCoaiJxbsEhV4k
tRHCc/iDHaWpTTMpCXTIvof9NEGtWD8lKEgS4eHxe8nj0t/ajORO37EwDAaofWnI+lFwVVCp
KjIh60RkBUh9qchhwK7VteCZ3OqArWgCZ6ihC3ijJzrZWYd1f1GMNOB64xDmQ9tf0uYgYslB
I90+yvBlLX9MFGE6xNCFviD/AEsz1Dg6wGDSxyeT8j/8ilAOdpof8qk+TZLHoU5DxdhIUQhJ
pQ59pCWIu5YxKEZRJPDRkQSA9gUzANZbpFkYA9TkfQo7WBer+yPeQ8M7hEAEcCg31IZYj9SF
DzigTc8ExDkDbNSgLO8fUmlSMxZAt9CBx3kaEoTJ7dR9KdxVTyRl4k8E5SiPdJ6ooH8YK/p/
K42xhzMzOv8Ay4IyiGBu3FU01WzzAOTCeFx8Cllw+eMYS/h4ACJ/9RAkiRNZSZdJAbTkiYEw
gagSrJ+9GKjug4hd9Y97pWzGGjKTQje5UcUi8zQQAeT/AAphGvFVKazcVaiLfWi6BIYfamF2
aq4omi6rhAu7J2qS5T8SgRfVNYkX5rrGmuoKGfEHw5K07skMc/8A/RgYg+1FcORRhkDvZf0O
c9Ac4pcypiXaBZ/Uhx4jVDaACO0NXQ3x3RH0ISxHplZMb8eKHHgU/iVFwhtyUFqJiTOUqklM
S0zcrw4gDxKgnRu7uRL9XHRfqTiNLp4S3xlUMahGbA450MbFDLjG2UC0x7p7CDl+D6KMjchl
AjuFiscvdDhAaFZIzDgzyRPqdTxkdBLxPI9mUVjyGJmYgxAHeJ7C35wI5DJxEez6NsayNhxQ
BoRrqmMqyrUo7iFKQ6oQbcRo6M7t9rrF5vHjnjxyDeLIU3f8tdfXKVDl7UkJRIlzCfVPfgg/
SVSx1Tn6SgI0HJOA6JPrQLU11RD0GqZqcTxUoSIGoHNOZBiV2qckBuCp1GNqrZMbokW0WOcP
4O649k9yajL+XPtH19lP9iAAbJGsJe8soy0yxLy03e+uY14K5PLRb4XAeUT+RCEYkR4t1Fbz
CRjqhAQlKFwG6RJNJwTyVInbqV+nMAR0F6qGTJ1QNzoD7MkDCgFm4oxdskSBI6kKpL/aV7wT
x7VjyTE7hPpkFGJuPq+FGEizFwp4m3GT7fWoCdBEAOaISxinE2+6vNY5VhLIZ4+T9pHJjiPH
wjcDYmHfgh1bSDry+FY9snnbbf4lLaCIg1OipVtVVXZ0IxBnKRoNU+WJhHUMoSiKxq5DhbPO
4ozxgiJYNQ/8peJ5eMHN4x6Jf/to/wBNm/T0xz/eRhkjtkKEKleSYluANkSAnL1TUFPUgHTX
JoAmhAAm5RfIIgaN1OuucpA6PRdNK2dwyqGf6kXrE25JhZrJ3MXFPUgMUiRo/BDdEuGb91GH
mB+nKlKGIRjnm8YjdCd92NCcZPGQcNwQzRDkPukjGMTLcaRbQoHLjlDcxY0eJWo+ngoyyRD2
BTmA9aaNQdGRjNgeXdQMrHprZlGcDtl/b8S6gCJUIOhRxypEVB4j2kC/qTs9GRL3R2htXVBz
MtQVPeQKksaIyMiQxBJt91RjjDzkHANog9+aMsp8ScKCI7CDEs1hYKRvtmX9SEmvxXmDgB8O
MquLE9pVkZNoOalhyOI5YdPxx7KlCY6omo5qh6ltkzqOWAcxId+HeQlGUa3iWdSjPHGUbOyl
Ly/XRzA+yP8ASQlEygYmhDxkhj89HxIWEwGmPi9tRy4yJuNC0vvrd5eTEd2VlKGWBjLhZ04p
wfVOBUhmKoXOqYFtSiCxKfTRWeSYi3FV0uv7uSeVlubtWHq9pbXrqEw40KO4WufzRREPWUfK
yO3eC0h+yp+U84TsiWhI91vyITiRkxyFCLF14+ENKFYtoyMJtHzOKr+98PsKQywMJPT2T72O
SGOQcGy2TO6Pd4goTiBW4RkaFOeoTu6YdTAAMiY1JPVGpCi0v1LgNX4ZJn9S2xrxAQkB068V
UsToLp8YaLXvJHcXlxN5FBgA1zzW3tGXakf2ca3bdkBp+aUUIQDDXmsg1BNDojHWCnmFfL+a
7VbEdpNjBY1IdRnEsYkFio+YiQI5Q5PvLm11LLAGZxB5g1lt/wBRdRoRSQ4obJA8aoSxyOMv
Yl0BI79TxUseXDGW8XavxIzgxHdie0ngZQlC9CF4XnAAR3/3lplxysQjLF1wu2sU7JgLpw1V
Uoi5uFruC3fShSh0TcA3MqosGoi1hUFPK4tRzVR3YpCBseKIxDcYjqFqJiGqRXggQdp0bQqO
bEAMgi2V7luzPpUME5vhgeqDc+pPEiWLIKEc1DzOF4kVpr8S3yiCbSjrArxMDzhemnxIDJEb
rITBeIFncIyI3RimALc1tjMCUSxHeT4ztJoSV07m0laKHjFpDhqhAtuFiLrbh6I1rr95AmTv
qjEVkaEo5c7gHsQtJ1GctbR4fEg4rz0RBsaOhESeRoy8eIDik/UhAlhKn1rIM3UIVBFSChse
cDYkbSCtsi4HBTws2XFWEeXxJiKrHJm3vGfDZJHN5UDFNiTEdklGoi7WZdn4nNVuGQAWIAdO
zyFAZV/CqS2yNX1/Ci+Q5Ab/AJUZQO0m9UBjmdp+kN8KAyy8LJavZkt0WBPfinjWPFbTF46M
jtDlqBPIImjaIbRuBVRZUpxBW63u/vL125BAZIjq4IbpGOMWkaxifvLxPLSjkPe20kyOHMNu
WPEM8fbitpkS9HaqGu365RUvN+X6JDqnHu+/Nf0c5PCdcZOkvZREoudEZQLwkWMeMUMkC8Zh
ZAAB1EUoGVA7Xo4Zb8Z2A3GiAlcUqUZSgxPeGqcxDi26t0dxAbuhEQG2Bo47RCegIFnfd8SY
yb3QumJEPaPZKM5fqZe69n9yK8TNXgOATScy/uQcuTQhEQqYhzHh8ScliKGVhFThIUlRbTQi
j8+5JT3H9SIaQvbsyUYwYFnYUusUSe3jEnuKoX2ypI8pe0t0A8Mrl+Eu9tUJirEHkyhIENOL
uPeCvTijGJo1TyTPT1oDdeiAdpQujl7UHqf8i2msSqAy5fuyTij/ANqBhMx5GoI+BDH5pseQ
96NYFbsZDEUMbLfGLjUhEG6c1DME0a1oExH96B4XCliyknaasNEYYyXbpcXRMhWNvX7y62kC
GI7qGbGScfsm0oqPncLieK7drb/kW5+uNHFqLqA3aHgpeWyhyKcH9qKfEDjLA49osgfNYzDJ
GgkQwmPbX9RANIXHq7yODIeiVvdKlK4JJ+1ShOIInE0lX7u1HzHkw+Lv477fgRId+7G7oxBn
Su3gT3U8pSEhxH+JCUpV1LJhJhwb8yBYMaFkCAG9VQn3FhaIRyTkZkWdMZGtg66pGMtNUGkY
8wmhlMssw5l+8t28kO5D0KK3s+8fbFGH8vPExPxd1b26oGpF9q8v5uN8MQJU7rbFujQtcIxb
9XGKHXdH/wCxEF4yFD+6o4RillyYn2kez76eOIxkL+pGJMYEDqDufwpwBOQLkV7KEgGMg7cF
4jF7PG4PtIRyAiMeR6lUVOguE8dONwnlU2unIHIhyUdhtyQEZbo+xd0IZWw5jeJ7JW7G0ZG0
hWK6okj2oihXUNuqZzt4jQfEiccjIi4OqeQYjvLxYGUZ6jT4oouxIpLmjGUmu40RiSG0B1U4
gUJIMTrEojI8YO4A9goSxkSBAILrxgGET1fQsWeAecKj1rHM3nESPrITSDg0IRy4n8KVXAso
yk27VrrHKTSg7FRMTuEh6wUfOeWj0GuSEbxPtwT3lxKH2hMXrpRCMA8jojOREIi5aqIg208b
o7eDlNd7PZAEgD7QoxjWRs6jhxkCbdZAenxSUhBzDGeontTl7UVGMXJlpq/okWcwqETGjVie
CyCcQSQYtavtSQxZGMZ7ouf2lk8ue3CRB4U7yEZSO3JQv7QUmi0cjSA9afHSTl8nCKjCJGTP
mH6bVv3lKUi+WdZElM1TVbSGIVLHTmpRyC31rcBt94J4TcnUo0jI3Bdij+lIBqUcf4UAQRxj
VUBcFma33l4kDbu9lDHOXSLwlp+JNGQE9Yu/4U+2vBNGgFk5pL+1S8NtkjUI0dr8wnHTEinN
ShMjc9RLUKMsNo3h3T8K6QxsxUJ4W8WA2y96P+RE5M5iQH2w/MhAgyhIESJ1Use54Rl0lYp4
y5xgQmPZkPRLDlDxlQ8lLBOw6sWQ2nEph0nVRwE9WOz96JRBq9xxdHNhjuwzLt7CIqXq2iET
0vfkhDHIxr1TIuQvDJJgKlXeMuDJgKcVtlRg73oqUdDaDKrhuKlH+fm7Zvsj7K3HQUUc84tC
FfpPoIOqIbp4clOQi4uvLtUbdOKx+ZgWlleMxoW76jKJ5h6WUM4jtxQiI+Ie0/ejJRx0GLFU
N/MKmZ4XlEvjl3hH2NyI7pqHQJBLa805qFwdb+VUJRIBsRoVGMjt4oSuxo67TNXkhuAOjMCj
HaKchZA7Ik6OAmLY80ezkj+dMXiY9kjsy97ehDL+pEUJ78UJ45CYP1hPGvrRa3AqvStsheoK
EqCceGoQhl7JNJCzISoW7JV0TyW0aOQeS3CTE1J5oZSXxypliNQe/s9xRyYy8JB4niEAjCni
w6scuB9lFw0o0PrQnCTTeiEhLqtMcCjinWJ+tHHINuLiSfEHmKShLX4UYZAwu5XTKmiIB+k/
lVCGa5XSaG55In7Uc2SrCg5qU3qS6AFRqRYIY4Boj7fe9McgFOzJ9EYZXIyRMCfZ9heFK+Kc
o1UjAPkw9cRyHbRMRua9FLyxAMZHc+o9zYvEoYmkQOKx5IBpMxApXvI7eojqY0YFA0PrVA/J
e8LDRevggBfjZVuNFX6HRY1H1MndwUZG4o3JAcUXDAWOqaQExzsvExg45vXbQFHL5WZBFQxQ
wefxtK2+I/aihPFMTHLtD7qJjVN9boN9IRjpwW/DTjEojINhRD+rV0RLRxTghLvR4J6F7hHy
WaQETXCTp/yvRRHzWMMbTH/yIjUcFETJ2EtMclHJA7oyDg+tEN1xsePuoRkNpiaGz/EpTEf1
sQrZdbiQsRZF2I46KvrcK/1oAAmnrqtsQwjZ1GFRuLNzKiDH9SVZHgg9X19JgavZSgRajmzh
AOBCdJA6THeReoILhZBtZpS2gU16UzXL0C2bmhjeYiblCMT/ABACBwko42BlkJLAOVLGRxZ0
Bxsys7KtCn0KD9q30oggbgVW/HRbRYVC3E8kROvBPGw5piqogVARBOzIa7goyjKUALTHZkFH
H5wjHlNN/dkhKJEoyqJCoKNHBumI6WogSW5FGonpxRyYayx3A9k9pEMwI+hSEqiQ0qxVQ3BA
EsQ208JBREqZQGlzXqUoyrGQYjkVIAdN4HQgrbINKN0MHmJvjmemR7sitw+zgvHgHLuWoQUM
giWbbML+oxlxrE3P3FKOQMRoV0gDnf8AEjURiLn9xeHjPWbzF29lB6l6DVQllLRFibGSMXcg
2QANdR6X4KcR36j4goy2iUXq+kwoz1ZZPPeWG7H2iB2o+30rfN2ehoFiyTDY80dkzpCXZ3qW
OQc4zuhLjA+yhME+JiIaQ4eyo5hWWrfnQbTRO5bUJ9EG+sBbnLEUHBEENGdX5ojQWK3A+pUH
aoiDRrc0C9/sX9ip61R34cVSkhdeHlG6P/HYRiCwd8Z7sooCMzsf+HKsCEI5P0MukZHpPwzV
A72TM/FbRFgakNqiLXccV+nLbEhxE2+6pAjpLVvb2V7Q0JuqV5KMDLwyDdBy8gPxeg4z2xWP
P3FI4xt855eko28WA/8AkxownQjQ3oh5TzUuzTHM/wDtoxvGV1KQ/hzNeARxzrHQHUJ5RE4G
z1ZDKQ8CaxAZlvgG4UsqFzxUYRcGRsOK8HIBJ7nX7i2GW6IoJat7yDBm14/ILXFVOEiWmN8Q
OI7SGMjburF1lh7UJD7FtIBN6aN0oYhSQJMfX7KEcgbzPlf0y9yPeWXycgxLtXUKeEyahb1q
UCahGlAKK10TEs2iMSamtEJgk7S7KJALSDuht9ZW2R6SqFjEsDqUSQ8bhUAC6ixCMo3NV605
o1mXh5Igg2mLxKPTuxg0nGv+FUq+gQhMnN5cECUZF5x/20MuCTg39qPxQVnjx1TwlXREZQCY
1BF1UVLgg/uolgZmx4IGMTE61ofuo5IhtvCyDHc1yNECKy1XNDznlgPFx1nH2gh/3DykR4ea
s4gVhPvo9RMo2bVDyuftikJn/wBtShIXRjIdYqDyRjPqPdXizLR1Uth6O6FtjHq11QzZv4sh
0jSITgepVtqgHJ5n5FNVIi0DuFKbT28e5Ry4y0gRKLez7CfUUK8R+jLKRiBqCfaQ6mY6VUc3
8jzfTP3csVh83jZp0l8ShnB3Qk0n9fbgvGxsIZWk3JNqLBCXNE3B/tTlm19S2ly4ccvdW0nt
PtB4p2LgoGvqTkfWmuDzsosCKV+JO99FtJAbUmiaLzPCIonhEQe27gmnkA4iIRBJk3Gyo0SN
LuhTabAqOXy0jDKDfQ/7sPYQw+bwnFk1yRrjKJxkSNwQURnhtbXioZcYpLtNaKlIVBQEpCLU
9akK7TcNReJgNCeoDmg0hu46J7THaC/tRlEA+Wzlpx9if+p8E1LL5Ocdk3OyVG3dpY55c5Ow
iUowG3q92aBkWbnohGESJn+YRREyJH/mvBiDLiTQBAQG0ayNk8x4k9Xq5W4Ayxn7EGsmCBb7
fkFDKBahKOA0lGsX7wP/ANaMX6ZVW/Ex8I76VO3+YhKIbkp4pdL9cJezOPUoxl2mBB1Eh3kc
YqcFSfcKOOQriNJC+2XtIx1HesFQvE/2q5TLqYNZk/e7QfmhIFwaMaMtsWkTc8FRv7yiAC/B
0NrwBu5TzyOeIeqq4iah0GZhwugTX1XVKkB3/eW0huYVqcUef2J4sTc6Mr0Otl4mAlheJQwe
bgMczTq7MipZ/IyfHLtYr/g9tSjml9KeJL6E6JyK6B0IbQCaFlHJivGI3jj76E4yYFATbcde
K2kODcJordiLEXjxW7zBA4Eo+JlEyO5HqKOSGAwhpLtBCU+vHEgSAuQoz8u3hkBm09HPRbDS
L3TacU4qm9NVkxnvR6T7wQINISqLEoEu4GvFGEo0bbIH8M1LE/6UurFM3MT2kQagoHy5Jieh
u1GvuKMfNRjHHneJY/tLw8kR1dMucZdiUU7NEOK95AakP6lXtaFGO2trouHOiiTJyBfWqMbe
yESSa3HBMzjjwQMQ3NDe7HVDc8pDTRV+hXZtFQPxomAqLOdU5MYyHEo/qA+pPUgXayB20Oqa
B3cE5udLgrpLga61UfL5wZYrAnRGTB5D+JHtD4lur4QNZR1it+MDJEUkT2ooECOziyEokMaN
ohAybHOsW7skGNTUcUIzq9peitwjCc5xFhGJYJpwOUcZI4ogQi1AKD4VKG0gaepDHP8A/wA2
S9exL3UCC4NQV4mAndCQlL4e/FDNCrio5pmcaIEi920+TyUwOzLrD2r7yx5S5O1pDmFkxmO6
HbBHPtLxoRfJg64/D/Miu10y4rEcUnxeZi4Ps5Y/y5oCniRAMSPaAWPzG0xYbcpPaEh8KEtr
yYORQ0UgC7Hs95Da4Grp3q9kYxdjcPdFqB2qnI6gGDev+Yi9ZaDmmkRXQaLoiWs0kxow+1PI
sTT1LqkSfdDqcYwcxFAaErbGMYy1Jc0TmZD0pQIgl+ZNUREjabsmAB5uqjpty+6jsAobPcLa
aS0BKEokCYt61ukKg3GqER2YmoOqeBAmO3AqXmMYAmKy4EKYg0uNdVKJrGWrOAhIl5ColeyA
o8TY0QkNbjgVslfQ+h9VyQRkB1xqCiJOYajgV/SZe1EfpkntR9lGMqiQYheY8qS+MESx+qSB
BYhM30/KHmA7433Aez7f3FkiCWiRKJFmPaUJuWjSRHCSam2Thhw+8smHa0QXjzBUvKZD0Zaw
P+nkj2cil5ad8dQ+oKyYDUS7qyeSlk2yiSBGVOuK8TD2Z9oWaQ7a27qGp5IEEki5H7SOSRB2
ljxYo9LuQwTygYRcg8D7qI2vF3BJRxYccY6GR5oh2I+tPkn1G0QqF+JsmkKXcWf2elCTmprq
jGMd0ZgGBOiIIEWXVIRD6Fk+wHUkIdN7kI7QmizayW6EmyD6itmSJ3jQmh/CtrRAPIEo5GYy
uNChkxy2THsleF5ovAhnAuPZkjLyplKGj9qPuLZIG7utzFjQc1uJY6jRM/ig6A9QXVLYToaI
gyBA7MgXdUXAqlCExsUM0B0S7VLFAiTGJeEnfayBkQwYSFj8SjngzyFTr8Py6oxkKEMeYWbA
awkCAW/AjHtCx/agoTuCG+pY/OQrtO2f5JqOcaEFYvMwN4giXr7UFulQG7I5vLTbNBt8Xah/
h5PjRhN44phyW3Fx7/vogVJ7raIGJYm4KcnYHshLtP2SBtB/Eo4pknHA7gK0lLp3J3cRuE0T
uMr8kWMn4Jn9b0QL21QG1gdLbveW01MdLMhHgXclAlwuttoNX1C24cc5wAYMKP8AEmlAxIsC
1ShuaL2H5kxLPxV9UdoMZCx1TGTE2pVESm7Gr6IPKLv62R6xKPFkWLAWYJtyiBkjyKBjkiQK
GqeLXuCEZRcP9SeMul2AshHzIM8YoQaSCjlwyE4n7Pi9FlLHOO6MqEckcZA2kvhly9iSOSPa
iWlG/Sp4ielt0Qq/Ib5EZxFRGqGXjQqUJBhGzLNhH8yPSR7Q7CljyA7onaQe6Yr+nnPQ7HsT
3UYTIjOLCYNKlDNjJjNtuSLtHJE/w5/cWXynmD14i+MTq7d3cnjjGPI11tDyN7IGIA4kppF2
pHkmxElnc2ouiO2bU2hPx5KBDBg3FEwrxo7lO56tEGsLlrfiW5id1izlExBJ1kycAyIDEH9q
KjPKQS7WRmaDQf8A8aJkG4MF1ZAJAMLWXTI5JNWlAfZ6kGgCNBcfgiumTchRFyQTq9V1M41G
vxJjrfggIEMLgCyByEyjwHBfoSyyesgzNJDBjG2cgJPIh/wotHc3skUQeE4yazMgCZjQGq65
b48JB1HxY7Rq1UMuGYlinavTL8KjkFzf0nHIB+6eBU496FJaGQHeWOQLYpFi/AnvISFQQ/zF
nUhU8kI6GhMtCU30lS855YETiP1AO8AhMHaAW4VQBIjngGMhqPhU8cBuAG0zIeynDM09weMj
SqMoTESCzM4dEbd7Gu06fAsk545YjiIIBDRMJfzNylDJLbtBI3Udv5aJA9WiE8gAc9XFPhhE
gDqPD8S2iJOU6i33UCWgWW+UgxoAzIOA8vsTsGIqf/UoCMaSoCdVuAMccXF2oozMqgkSPuyX
6MN3GRKpLaLgWTg243dc73TWfkiANzkAkBz91fp4ZWcv0U+8gJmERdzKo/Amy5Xao2gfmQff
I3AdHdGIBrEy6v8AChPGBGMahhcIeZciZ6hx2qGeEtueIaY9pl4PmAIZRRjYo7scC/ECql5n
ykdshWeIaj2sSYG1AeSbKek09SGwvAhwfkeJEfqQr6wiSLn6iv6bKf1sQYe9Du/MMiLasr1a
nrCjI3IqTxTSAIKGbCNuHIeoezNRkOyLl2P3Uc2MvEhiOfv7UC7GNQBqoeZxgjxAIzjwl76Z
tpoShjlEShkBhIEP70FIxxjkdXCEpA77toniHlYPUD7qeREdtiFuhRiwAW3INxsuzQWdRiZO
dYx6if3E+wYoe3KslWXi5Rcg7pP/APGpYox2YphiInqfudSniNcGdgRkPZmOrfFRzgGcZHYS
Bt64/Cqgg+pOz8VoDxZAM55r9ICJNum4QlGUy9yQwf7yByyhEaAj9xcmr600K5JCgvt+JDI0
pak800wweo4rZZh0rYKG0ohPkMW4uHig+UZMI4mo+8jj8lDdKdDOVohHJON3JIvVQAiY4AQc
mQhosO5uQhAMAG+pc/kHPioD2hwPtqM49Msf2+6o5YG/aHCXy21W41eioPoUsci22oHrVBzd
SxZQDGQW2Y+AixC2ylKPIauhPqaJuNCpxsMldhNp+1BEyDSj0yHNS2ByGkB6lkhMbTu3hqB/
+WjEOWNynAqECzHgtpLScVTxjunw5onLk8LGAekFlsxQGTM3bNasi8iIaB+n8K3Sq/NAinJ0
CdszKO2Rl1AHuT/3MakMuIjM4luB7p/mbUREHHIfXJ/aXURCNBKRrL7i3SzSmRwC3RwCcx3p
dSEfDiALABk9wdDopQFjWJ/KiZB8ooIuvGyAkayPD3VKEYbQ3aKESWhBtwHFMYSluFNkSUc+
LHOD3Mg1UIYzHBEdogkvI/zJQknz+Zr7of8AbTY80xJ6yIBdfqYvEenjGv3ZY0BAARuAAwTf
IpbiiJAEGhC8UEnDkLiR0P8ApoklsU6Sjp/ufKK4oghk5utwBBGnGKBFQRqhReFlDxOusT7c
EJPviT05P/sgmNIyLS5oMXMS7uuqO+Or8PbQlAuTeJNfwrxcY/TymvJ0bsQzomRpxTRkw5XW
7JPbqWqVDL5aDjKDtlIWX6k9o1AN1uL1VT9QW6NCDR0GFNUzPxbsoQyz62HTG0gPeQlteQu9
3CaMQAn0XFbjwV6oAVmezAV/Gjm80d85WjpFAQoI0ZMCzqcjV3qblCJNY29SlItIG63xpjmf
qQhucs4PH0cRqEZAEw1HBAxNDr6LU9NFLBmDwl9YKMC0ofy5Cm74or//2Q==</binary>
 <binary id="i_024.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RuORXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA/AEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MjEgMTk6MjU6MzEAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAyQEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAEGgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABmAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A5bItabbiHate+TxpuVZ1pc3Q/H7vJXLqCcx7ZAO977HR23Okbf6qy7D7XEDbBIbP
l5JKdfo2x5smIlod5CCiemGNMctft8JEdoVXpbjXjvhur38jkANaBwrTnEUlmkS1wPPEshyS
mbwfs9nt4bMjwVIuNcAQ0HU6AgD4K7U4mp4siHNMD/qVnZDjLRy3b4fekpPXYC9jCxpD3taN
Nv0nDnZtTdXpb+1shjIYwWPbtaOwO3/qVLFx2syKn3EtrBa8BsR2c0Oe/wBu1zvprR6njYeR
1W447HOtvc1zqpaZtt3bX0hm7ZVud+ekpz6Gmw+qGexxcGu0guaGkj/wRqe7bVS1rfoloaJH
7x3vc7/qVb6jQenYlGOayy6i251gdExYKmNs5+huo2qja0uxiGyXMcA5nMa7q3bv3LJ9n9RJ
Tdaxrq2tbtJAkO0/17Kqz3iwOgOkEFw7fRkSmx8lrqqhMGOCNTHwUyGQa26erqTrI7wElNj3
mja0EtD4e6NBr7ZSTG93oNwwPcPeT5/znY+5/wDWSSU//9DG6n0842XdkY2UMqup4ps2ghoe
87ntl/0vRd+i/lvWNbj7LHGIBMNkjUldPkOpuf1Wu1n55Nbo1a/Y01Ob9H/CVrGzKPVZXcAA
0gO8Ppdwkpl0ZtXp3VuaPaS4gfuuDf630YVl2PXZTLGlpcwn5TP+cqXRyW5j2mWtcC2OJlaV
OR+n9N4hjRHx77klObTc4XNqdw920k+P5v8A0kHMrDLXAHQgOB/BF6lT6GQ5rJB3FzddAeWu
EJs5zbDXd9EOrDjHjq4pKdNpotrLmCwugS3aHTEaVa76Pcf5xVsksPUr2EWb7yRW5j9BYQW/
mO+m72fRVPG63dilz2tDuAJdoOdDCG9uTbn233P9PIZZucR2f+dtgu+j/WSU6PVmXm1xewS9
x9TbqQ5u2vbuH0vdvegOe2lmMKi8W3Vh1wEwWbn1MaG/2PUaj5VmXdVj2GtljA1w3VmHul5s
f6vqnZ+erWR05j81rfVFOPc3HdVe4yG1Pjc8Pf8Am0fpPe5JTmjGsY22tnv2tG+xgJBB4sL2
/QU6t77K2Nrc+55a1lbdS5x9jK2s+lu9y6HP6KMtow6AaMTEJ9Gx2732RDGVbhX+j/0t7/8A
CP8A0VazfqpS/Ex+qdWcD9qxgzDxSddluRv9e+Z/nKaWenX/AMYkpg3peWct1Jez7QHBoaHj
b6k/zbrf5v8A4P6X84krIqZ9mNXAjbPj5pJKf//RB0vqNeN1LMc/Sy3MrZ6xEj0o2Oq/kO9T
a/esrqcU5mTRsDaxaX1M5ArJlg/O2N+l/UWE/qHUsTLd6GS9rmvLjMOMh2/6Lg5v02ra6NU7
rdV1+X1HFZlVglmP6Rdk2SY3P9I0UbPUd9P9N6bP8GkpqsLxcHCNXB3HOn7yuZ219LMtklp0
s2+E/SH9pOaBX6rtwd6Li1hOmrfa17gn6ftuwocCWu3NMaDafikppZBdc1ryZI/NHIAG1rdy
HbW6qmtsgu2adzyXRwpNY/FuNLiHQds9yOWWcfnqF7juc4md8EEzAn4JKaQMOBAjx0kGDK06
XCy248Cyx1jTGu1xLwVnOAEAA+3jwV3DrD6HtmTU31mgGNNPWH9Xb+kSU6/tPT2QdrC/Vx1g
kxuQ8y6wM6c1jzXvaWNc4SQz1iPbu3Ndsf6n5qCMx1GG6sgFpdqDqSDA802J1H178PGz7NmD
Tc0POwOgF7bLy5m1z7m+3+b+h/waSnsrWh17skevZbSw1hrz7v3dzKtxZXbk/T9Znp71ynRL
5x+r9N1rMNz6hP8A3HftyGOn6W3Fvd/mK51rr1Fot6d0RhDbbTuftID2fmOtusd6rt+9yo4t
I6d9YentEWlrmV3Eahwu/Q5Fdf8AIsptsrSU3S4ho8xPy8f81JOMdhecWeLfs++P5fo74/q+
5JJT/9Lz/Lc1+S/zeQPm7/avRsbFrwMNvSWtrbbhNByGVtbuDz7Lb8m1u5/uc/bvuf6fv/RL
ze2x7M1t7PpssLmcES07mHafh+crdHUMzI6nXbe+zJyMnIrdaZ91rhZW7Y/9/wB7WbGfzf0P
Z+jSU9D1Sl1ZyaGaPseS0DgB53NGv7ir1Th0Dc0lge5ry0eBMO2fnroeo0h2Y5z3NAc7b3l2
sP002tcs/qdUZWUxvsDbSIAjaBs4SU4GXlMyHfzZbdqG+BaNXBzfzVXI9Vr2yOJAM6j6S0et
Y99dn2oEHHG2vQ+4aT7v3+Fm1gNv2kRzodYlJSN5IEnlxgLSxCK8a9zid9pZjMZydu77RkP/
AJP8xVV/11Z7Gj1mAggN1OpMaK9W0vsYwk+nTMeBLv5x7tf3fakp2vqn9X7PrB1gtvBb07HI
syoJbuBn0MZrm+5rr3/T2/4H/ra6r6w/VHELPWtyHMw6WgUYdLGN2nSupgtrZv8A6z3+tY/+
QqH+LnEdZ1bNzWWu9GqtrHUSZeXOd6T3M3en+h9F/vetjqmd18YnUsiyhjcdxbTg279rnDQe
p6ce2m2122n1f53/ALbSU8nf0GjpWHfdmZAuyXNBrpxw4Btlm5tDKmzvft9Pfbbb6n6H6f8A
gljdIe67rOM943il3rPg9qQbJ/krQy/rFmOpyfUo+yX5E1ZVj7QLnVkbWVU4jdj6trW7H2bP
+MWP0yw41OTlEbXXbcan4fzuRp/U9Nn9tJTqixwx3PP0i/eBOm/eHpKmcs7Awbd+zUdv3tv9
ZJJT/9PzzIa5uQ4uGjbHT8JOi6n/ABfdJGT1R/ULWn0unHcyfom54Ow/+g9W6z+v6K5vO2m9
8n6Tnx/nHxXp31H6QMD6t4z3uc6zqO7Lewn2ta/9HQ1jf5WPWyyz/jP5DElKz8Qsdflvsbj4
VDTZdY/3EMaJfta1rnv/AKix+ves27JcDG4bw7x3Vte17f5LvzFY/wAZHVczDw8fpmK0CnPa
5+Ra3Wwtrc39XbI/RV7/AE7X3fzj/ofo2ep6mL03OzMjpPpZTm7GBuNjuGtjmMY1vpbfo/om
bPekppZbP1QZT7C12TsYd7oDvTMiykfS3NnZb+Z/wiqv2s2z9P6TgdCAR9LX3O+kreT0/IOX
TdnWCwENDw3X2NJdW1r3fn7W/RZ+jWY1hvumx+6612s8+MuSU731R6K/r3WW4zhvoqAfnWCI
awfmbv8ASXu/RVf9uf4Nd1d/i96Ccn12NzaWPgfZq3NczkN9rntsta39/wDSLP8A8Xv2bp+H
l4V1zaGZNjLW2PLWlzo9J7G6D27WV/nruGZlVX6FrXWCsavbtj+rMtbuSU1OkfVvp/SrL3YV
H2WvI2h7A8v3Bu7a1z7d79vvd9BP13prb+lW1G2xjGw5ra3vrMg/Q9Wl9djmO/c3LO659ful
dFurqyKsi31pNb62NNZDTssPreq36D/a9vvsWuy/H6ti491J3Yd7G312AkFwcN1ftjd+ckp4
/wDYWG0C1mLVa0A1lljZBaTudu37/p/nv/nFxf1lxW4PUq8SkejitZ6tVZJdo536Xa76T/e3
Z/xa9S6njHFq9bZ+i3NaSXSZcdtZc2Gta17/AG/nrz7/ABhAmzpuYNG7LqHuEQCCy6tn/nxJ
Tzjcmw5btdQQONElSY4evY6fcAHRPbQ7dySSn//U8/zAX2W7ZJaXF0SY1MH2h35y9r+reTh5
/RMFlM1WY2NVXbQ4RbWa2Mq99Z2u2e32W/za89x8rDxMt1OM+uquxz23APaw++WbrHOe71n1
7v3/AKH82s/7ddi5THNfY3MplzW47ibWu+id9zP5tn7/APpf+LSU3f8AGHmHM+sWVTr9i6QG
49Zb7Ye9ostJ/l33b2f1KFQ+r+cykPxgd1Wyy8bjO1zQxv8AV2v+j/YU/rk71c2jPrvbkuzs
PGfmvYdPtDa2stc8NGxrtrWep+f6i0f8XGN00vzszqF+PWG+ljMbfY2tpYT697dtrm/znpVM
/wC3ElOznfUrrN2E23fuybAXGhp0qG39G1+527Ks/wBO6v8Am/5un/hMz6qfVJ2b1J9ec1zB
hgWXPEOY4P8A5j7NZ9C71/8AB2fuL1KuynLayylzbJ99b63h7SDw9rq93tQcOirFw666WwPp
ka6vdL3u1/ln2JKedr6FiYvWGUWu2UUsdtD3l5tLxFe/dDK7Pd+ZWyipP9b/AKxYPR8G2i54
Nzm7aaayCSfZ77Kx+krq19nqsrZd9NavUace3Ma+WuyLGit1DjDz7pxrKP60WN9ZcJ167o+X
1EVDEbkVC4UXZge5nrbDHqY/pHZ+bs9R387/AFElNzqP1aw7B9jsyLxTTYX3BztzX2mC66tr
/wCifpN+6rG9P1Gel6n82ui+r/Ua+mYFHTnMc+rHGyl4J3Bm47K3Nd/OOZ+Z+k/m1l2Ptsyb
Wsa6222x4qY3Vx9zvzf9di6HpPRTQG35jmvtEFrWn2NPMz/hHpKdPqGPTk4tlFrzUywRvGrg
Z3Mc3+q9q4DrvQ8jOwbcMPYSLWWY1pBAL2u9NjXNLnbfWrfZV7/8I9d7nB5pDq73UNbq9zWt
Ps/P91jX7Pb+cuJ69m+ngvFeVbjX5DHUUtrdAcXxvc+st97amnc73VpKfPndEza+sN6e7He2
24kMbubLgNS4P/m9nt3pLayug11dbwiMm015HqNOR6hNoeyt9nq+p9JrnfS/cSSU/wD/1fOc
lxbYSJa4OcQRoVrWC6pxyWu9dgLbMq3Q7vU/TOdaPpPdZ9FXsrqmPktcHBrW+IcJaf7X7qX2
7EbiG/GtDMghrTteB8nNcf5uv3Pb/LSU6VuQ+lzKmVVbbWCdh2sE+36AZt2bG/T+naszHzMG
um2zO6fQXveW4VNNVbC9oHv9Rrhu2fQ/S3er/wAHUrWD1ag1D7Ta+25p9n0XuAI3M973bViW
G914ADGmvcHPc5p592h/dbDvopKdHFox35AyDUOn27Cf1Sw0tGz2tDff6j7X7/0vsrr/AHFH
H+uP1o6ZnWV0dTtupqft2XxfW5o+j/O+/wCh+570uj35H88wkmkGXMBcPb+e61w9Juz+X/Nr
EtdjnPstsccje/cKqYh7na7XWe5vu/tvSU73WOtZfUa8jrNgcw59oxWmY9Nraw++jHtZtc6j
0fS/r+v+sf8ACRwPtfU8vErx697aLKqi4GGs3nYz+x7H/QYqvV6cnpdLcDMFLs+5rb7Nh3ux
mBzzXhN/wNO76drKf+urtv8AFr0RjKP2tktLcekzitdB33uEXZP8p2O39Xp/65/oklPXdP6X
R0wPyr4tzMguMnQAF2/Y1p/we76Tne+xTu6nRXl141ri/Jtb6nptE7aydjbLP3W2P9lTPp2e
/wDwdaN1GvMdjvuw6W35paBVRa/ZXJP85e/3O9Nk7311/wA4ubwOgZdHUmZnXOqsyn1u9ezF
oYYtvH0H5Fun6DH2/ocVlez2V/4OtJTq/WvqOP0zoxy81+2hrw11TSA61xa/0sbHkO/SOt2O
/wCJZbb/AINedY7sjPyRl5UOyHj2tJ9jAP8AB1z9BjPpO/0n00v8aHVrMv6zU4e8jHw6GEVn
tZd+le8/y7KPQWfi53qWu+zD2VsIfe4SGVge94b+fu/MSU7eRW43YmHvHrNofkT+fu9N79dP
3Pakubd1F32xj2ueLAwue/d7yNY7/wCjSSU//9bz3KqtbY7fprIadIEbmz/ZVNpZMkjXTtx8
F3X1Aw/2p9e33ZBbYMD18rXVrnNLcXHLf6jrfVq/4per5vTse2mx7MPGuvg7BaxsE+Dn7HfS
SU/ORu2bdrxIiSA0n/OUn5Vz5p9R7w72hgPIJ0EAe5eqZ/VOm05TsXqPTK8PMmGVnGoc0u/w
djbdjbnV7vz/AObXP/VDrHTulYz22YAPrW2sOWNjiGh29mO7e1rWM/R+xnrfT/waSnCzPq79
aP2XZm52JmNoxdbDlHY1rdzWN9Kix3qv+l+k21qH1Ow8fI+smNTkV+rWLZFXi9td1tOst+jb
XW5ehZvV/wBp9M6s6nHy78TIxnVBrawW1EVvF2S3J3eh6H+m/Sepvr9lNi4T6hWen9Y2ZpYb
fs1OTc6tjS4v249zdrWNnc59lrElOd1K+/qnWciyoF92ZeW0gaucS70aax/0F7d0+jG6WzB6
YC3bhsrqgHuIZY5oP5jrd64H6g/U7qFHUB1frFP2SrBaLMevIhrnXPHstsq91rGY/wDPfpGM
/Tej/wAIus6nU83ty8Bv22xrQy7HLhW9wBO23F9WK7XN3v313W0f8Gkp2H4bnZVpD3Nte47n
NEkt3HczVZWb1rpeEHWktGFU07ri4De4Ha1jXH27N7f+uf4Pei29Uy+rdNspoxn4uTaz03Mz
xbjg/wDHOxf0+3/SMof+l/0y80+s/QPrYM2p/VNl7L/ZjuxBuoYdG/ZqMdrKvQft2/4P9L9P
1Lf0iSmn9aept611P7fTXA27bLJ91hBcW2OH0a2M3tpp/wAJ6SDVeyrpLqm7t11gL/MCdrHf
yGra6H9Seo5mMbLKvQrbo42zW0uB1Y+x3ud/L2N9NZnU+nsocamPFhq/nGsgkGdrmthz9+1J
Tlix3ql4+BH8n6P+btSRxh/oiQSTGpg7RqP7XZJJT//Xzf8AF42/C+vORgC30nW02M3NAcHb
fTymt22fmuYvUcjqeNikMyeoYzLHfRrLRvIP7tbLnPcvIfrBWML62syS5zKba3S4SJZDm6ur
936NrvS/6yqv2t/qse1wcHEe06iG+9kn+T+4kp9R6n1jpuTg5QP6xaKbBXa1orDQ5pZ++57m
/wDGLi/qz9dsbpv1dw+mCi13oMcXOLqzW57rbLf5i1lnsb6n856lax8PqxPVXDdFOU30nt51
Ld1b2/mt/StqWPUD6QrYDNZcHRMyCQ2UlPqPVvrvWzovUKL8eyux2PbVTbWW7A+xjqqfY4t2
fpHs/m965b6n0Y/TM7IfS0PdVQ2q11hJ99pFr2sA9P6H2ar/ALcQPrHc0dI9V0OO6oujgnc1
/n+a1D+rlj/2ZZlWOJuuvLyZI9zy3/vjElOn9Y+rdSx+qMz6TZabKzU9ohwa+gvvZubuZ/OY
tu76frbP9Iiv+uf1rzMB1/1bpoqx8X2ZOOGeplseW7i+1mR7La7Hts9H7PX6n+Du/m1Vy+q0
12igw4V3m8vJ3SfT9BrW1O9u6v3e7d/waqZ/WczC6ng3txfs1I31mxpaW3hzdzHO9MN/mvV/
O/0iSlY/+Mz6wPrf6rMZ73AzaK9rhP53tOzchP8Art9YbSYzX0ToNhB44935ql1XomBn4rOq
UVHGuyHltrKyNosBh7tse5rn/nrDf0siw0svD7gQPSIG794l+v5qSm5l9T6lmGczKttY0Fwa
9znDQ/Hb/IRXYvo4VeTa3ZZl+zFYQQSG+624t+lsZ7dv/Cqf1a+r+T1PPxsa1hbQ0+rkFw0D
Kzu2R/wzvb/xfvTdc6pV1Xrt2U10YlJ+z0E8FjZ/Sa/6ezdYkp0BXjnoDrYDMpt7avUjR4cx
+Rz/AMFs2/260ll2dQe7DpboPTsfdHiXbW7/APNZ/rvSSU//0Oc+t+X6+RhOaYLWB5jTSwbt
f7NazXNd9nZsJIaRJ51/eUs8G/LfvkNxqw0CdZMM2f19jEFrg2gsLtu488/RnX91JTGsBtWS
8QLqQHMJmQ9rtwSfXkMzG3NJqx8n9IQ6BG4+6Gsn89QBsNrztEObHc/6/RRni/0KHHlpLB3i
DuGoSU6PXdeiur5NXpmRp9Jw1TdFyGV4VLGyNSHbdZMfnA/vJGbKb6LRItAYO542/R/kqh04
W1WWUObD63e5usacw7+sUlN7qdjX9QskA7QNXHgifboVU6plWZPS/s7q59JwfW4/T9oLbYA/
wez3KVrb322Pgw7Vzz2B07/5yv8AQMayzrFZB9SvGbZa8xI1b6cO19zf0iSnorsp/wCwm9Rx
qg612KLxWzsXVg73a/zdL/fbvcuH6TXa1j82+TuDm1PJkuefe/8Azfzt66XrGGzH6VjYLLSM
etzi2kmS4t3Pa2yz6P2ard+5+k/wixAWuyG4143gEkPE6S3e7/pv+kkp6Zufdh9EvvY9zHW1
envmDtsGz82fc1h31e5cQ81mj06gQGfTH0h/m/mrpcrMblYwxhIaw7j4fT7f1WLLONQQ727Y
Dj7QQeRDSkpoeofse/aJ2x/0h7klfLKdo9g27DLT/Z+jqkkp/9n/7SMwUGhvdG9zaG9wIDMu
MAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACBD4AOEJJTQQlAAAAAAAQeLLPofwT8FrrHEkb
zZAQjDhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNi
b29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9v
bAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAV
BB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0
dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7
AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29s
AAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAA
AAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAA
AEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3Ju
IGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAA
CnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVu
dEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJj
QFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9u
ZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAA
AAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhC
SU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAA
AB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAA
AAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAA
AAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAgAAAAAABAAAAAB
AAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAA
AtAAAAHJAAAABQBpAF8AMAAwADMAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAA
AckAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABu
dWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAA
AAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAByQAAAAZz
bGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAA
AAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAAN
YXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91
bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcA
AAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAckAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAA
AABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAA
AAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpB
bGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAAR
RVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAA
AAAABAAAAAE4QklNBAwAAAAAGiAAAAABAAAAZgAAAKAAAAE0AADAgAAAGgQAGAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAZgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOWyLWm24h2rXvk8ablWdaXN0Px+
7yVy6gnMe2QDve+x0dtzpG3+qsuw+1xA2wSGz5eSSnX6NsebJiJaHeQgonphjTHLX7fCRHaF
V6W41474bq9/I5ADWgcK05xFJZpEtcDzxLIckpm8H7PZ7eGzI8FSLjXAENB1OgIA+Cu1OJqe
LIhzTA/6lZ2Q4y0ct2+H3pKT12AvYwsaQ97WjTb9Jw52bU3V6W/tbIYyGMFj27WjsDt/6lSx
cdrMip9xLawWvAbEdnNDnv8Abtc76a0ep42HkdVuOOxzrb3Nc6qWmbbd219IZu2VbnfnpKc+
hpsPqhnscXBrtILmhpI/8Eanu21Uta36JaGiR+8d73O/6lW+o0Hp2JRjmssuotudYHRMWCpj
bOfobqNqo2tLsYhslzHAOZzGu6t279yyfZ/USU3Wsa6trW7SQJDtP9eyqs94sDoDpBBcO30Z
EpsfJa6qoTBjgjUx8FMhkGtunq6k6yO8BJTY95o2tBLQ+HujQa+2Ukxvd6DcMD3D3k+f852P
uf8A1kklP//Qxup9PONl3ZGNlDKrqeKbNoIaHvO57Zf9L0Xfov5b1jW4+yxxiATDZI1JXT5D
qbn9VrtZ+eTW6NWv2NNTm/R/wlaxsyj1WV3AANIDvD6XcJKZdGbV6d1bmj2kuIH7rg3+t9GF
Zdj12UyxpaXMJ+Uz/nKl0cluY9plrXAtjiZWlTkfp/TeIY0R8e+5JTm03OFzancPdtJPj+b/
ANJBzKwy1wB0IDgfwRepU+hkOayQdxc3XQHlrhCbOc2w13fRDqw4x46uKSnTaaLay5gsLoEt
2h0xGlWu+j3H+cVbJLD1K9hFm+8kVuY/QWEFv5jvpu9n0VTxut3Ypc9rQ7gCXaDnQwhvbk25
9t9z/TyGWbnEdn/nbYLvo/1klOj1Zl5tcXsEvcfU26kObtr27h9L3b3oDntpZjCovFt1YdcB
MFm59TGhv9j1Go+VZl3VY9hrZYwNcN1Zh7pebH+r6p2fnq1kdOY/Na31RTj3Nx3VXuMhtT43
PD3/AJtH6T3uSU5oxrGNtrZ79rRvsYCQQeLC9v0FOre+ytja3PueWtZW3UucfYytrPpbvcuh
z+ijLaMOgGjExCfRsdu99kQxlW4V/o/9Le//AAj/ANFWs36qUvxMfqnVnA/asYMw8UnXZbkb
/Xvmf5ymlnp1/wDGJKYN6XlnLdSXs+0BwaGh42+pP8263+b/AOD+l/OJKyKmfZjVwI2z4+aS
Sn//0QdL6jXjdSzHP0stzK2esRI9KNjqv5DvU2v3rK6nFOZk0bA2sWl9TOQKyZYPztjfpf1F
hP6h1LEy3ehkva5ry4zDjIdv+i4Ob9Nq2ujVO63Vdfl9RxWZVYJZj+kXZNkmNz/SNFGz1HfT
/Temz/BpKarC8XBwjVwdxzp+8rmdtfSzLZJadLNvhP0h/aTmgV+q7cHei4tYTpq32te4J+n7
bsKHAlrtzTGg2n4pKaWQXXNa8mSPzRyABta3ch21uqprbILtmnc8l0cKTWPxbjS4h0HbPcjl
lnH56he47nOJnfBBMwJ+CSmkDDgQI8dJBgytOlwstuPAssdY0xrtcS8FZzgBAAPt48Fdw6w+
h7Zk1N9ZoBjTT1h/V2/pElOv7T09kHawv1cdYJMbkPMusDOnNY8172ljXOEkM9Yj27tzXbH+
p+agjMdRhurIBaXag6kgwPNNidR9e/Dxs+zZg03NDzsDoBe2y8uZtc+5vt/m/of8Gkp7K1od
e7JHr2W0sNYa8+793cyrcWV25P0/WZ6e9cp0S+cfq/TdazDc+oT/ANx37chjp+ltxb3f5iud
a69RaLendEYQ2207n7SA9n5jrbrHeq7fvcqOLSOnfWHp7RFpa5ldxGocLv0ORXX/ACLKbbK0
lN0uIaPMT8vH/NSTjHYXnFni37Pvj+X6O+P6vuSSU//S8/y3Nfkv83kD5u/2r0bGxa8DDb0l
ra224TQchlbW7g8+y2/Jtbuf7nP277n+n7/0S83tsezNbez6bLC5nBEtO5h2n4fnK3R1DMyO
p123vsycjJyK3Wmfda4WVu2P/f8Ae1mxn839D2fo0lPQ9UpdWcmhmj7HktA4AedzRr+4q9U4
dA3NJYHua8tHgTDtn566HqNIdmOc9zQHO295drD9NNrXLP6nVGVlMb7A20iAI2gbOElOBl5T
Mh382W3ahvgWjVwc381VyPVa9sjiQDOo+ktHrWPfXZ9qBBxxtr0PuGk+79/hZtYDb9pEc6HW
JSUjeSBJ5cYC0sQivGvc4nfaWYzGcnbu+0ZD/wCT/MVVf9dWexo9ZgIIDdTqTGivVtL7GMJP
p0zHgS7+ce7X932pKdr6p/V+z6wdYLbwW9OxyLMqCW7gZ9DGa5vua69/09v+B/62uq+sP1Rx
Cz1rchzMOloFGHSxjdp0rqYLa2b/AOs9/rWP/kKh/i5xHWdWzc1lrvRqrax1EmXlznek9zN3
p/ofRf73rY6pndfGJ1LIsoY3HcW04Nu/a5w0HqenHtpttdtp9X+d/wC20lPJ39Bo6Vh33ZmQ
LslzQa6ccOAbZZubQyps737fT3222+p+h+n/AIJY3SHuu6zjPeN4pd6z4PakGyf5K0Mv6xZj
qcn1KPsl+RNWVY+0C51ZG1lVOI3Y+ra1ux9mz/jFj9MsONTk5RG1123Gp+H87kaf1PTZ/bSU
6oscMdzz9Iv3gTpv3h6SpnLOwMG3fs1Hb97b/WSSU//T88yGubkOLho2x0/CToup/wAX3SRk
9Uf1C1p9Lpx3Mn6JueDsP/oPVus/r+iubztpvfJ+k58f5x8V6d9R+kDA+reM97nOs6juy3sJ
9rWv/R0NY3+Vj1sss/4z+QxJSs/ELHX5b7G4+FQ02XWP9xDGiX7Wta57/wCosfr3rNuyXAxu
G8O8d1bXte3+S78xWP8AGR1XMw8PH6ZitApz2ufkWt1sLa3N/V2yP0Ve/wBO19384/6H6Nnq
epi9NzszI6T6WU5uxgbjY7hrY5jGNb6W36P6Jmz3pKaWWz9UGU+wtdk7GHe6A70zIspH0tzZ
2W/mf8Iqr9rNs/T+k4HQgEfS19zvpK3k9PyDl03Z1gsBDQ8N19jSXVta935+1v0Wfo1mNYb7
psfuutdrPPjLklO99Ueiv691luM4b6KgH51giGsH5m7/AEl7v0VX/bn+DXdXf4vegnJ9djc2
lj4H2atzXM5Dfa57bLWt/f8A0iz/APF79m6fh5eFdc2hmTYy1tjy1pc6PSexug9u1lf567hm
ZVV+ha11grGr27Y/qzLW7klNTpH1b6f0qy92FR9lryNoewPL9wbu2tc+3e/b73fQT9d6a2/p
VtRtsYxsOa2t76zIP0PVpfXY5jv3NyzuufX7pXRbq6sirIt9aTW+tjTWQ07LD63qt+g/2vb7
7Frsvx+rYuPdSd2Hext9dgJBcHDdX7Y3fnJKeP8A2FhtAtZi1WtANZZY2QWk7nbt+/6f57/5
xcX9ZcVuD1KvEpHo4rWerVWSXaOd+l2u+k/3t2f8WvUup4xxavW2fotzWkl0mXHbWXNhrWte
/wBv568+/wAYQJs6bmDRuy6h7hEAgsurZ/58SU843JsOW7XUEDjRJUmOHr2On3AB0T20O3ck
kp//1PP8wF9lu2SWlxdEmNTB9od+cva/q3k4ef0TBZTNVmNjVV20OEW1mtjKvfWdrtnt9lv8
2vPcfKw8TLdTjPrqrsc9twD2sPvlm6xznu9Z9e79/wCh/NrP+3XYuUxzX2NzKZc1uO4m1rvo
nfcz+bZ+/wD6X/i0lN3/ABh5hzPrFlU6/YukBuPWW+2HvaLLSf5d929n9ShUPq/nMpD8YHdV
ssvG4ztc0Mb/AFdr/o/2FP65O9XNoz6725Ls7Dxn5r2HT7Q2trLXPDRsa7a1nqfn+otH/Fxj
dNL87M6hfj1hvpYzG32NraWE+ve3ba5v856VTP8AtxJTs531K6zdhNt37smwFxoadKht/Rtf
uduyrP8ATur/AJv+bp/4TM+qn1Sdm9SfXnNcwYYFlzxDmOD/AOY+zWfQu9f/AAdn7i9Srspy
2sspc2yffW+t4e0g8Pa6vd7UHDoqxcOuulsD6ZGur3S97tf5Z9iSnna+hYmL1hlFrtlFLHbQ
95ebS8RXv3Qyuz3fmVsoqT/W/wCsWD0fBtoueDc5u2mmsgkn2e+ysfpK6tfZ6rK2XfTWr1Gn
HtzGvlrsixordQ4w8+6cayj+tFjfWXCdeu6Pl9RFQxG5FQuFF2YHuZ62wx6mP6R2fm7PUd/O
/wBRJTc6j9WsOwfY7Mi8U02F9wc7c19pguura/8Aon6TfuqxvT9Rnpep/Nrovq/1GvpmBR05
zHPqxxspeCdwZuOytzXfzjmfmfpP5tZdj7bMm1rGutttseKmN1cfc783/XYuh6T0U0Bt+Y5r
7RBa1p9jTzM/4R6SnT6hj05OLZRa81MsEbxq4GdzHN/qvauA670PIzsG3DD2Ei1lmNaQQC9r
vTY1zS5231q32Ve//CPXe5weaQ6u91DW6vc1rT7Pz/dY1+z2/nLievZvp4LxXlW41+Qx1FLa
3QHF8b3PrLfe2pp3O91aSnz53RM2vrDenux3ttuJDG7my4DUuD/5vZ7d6S2sroNdXW8IjJtN
eR6jTkeoTaHsrfZ6vqfSa530v3EklP8A/9XznJcW2EiWuDnEEaFa1guqcclrvXYC2zKt0O71
P0znWj6T3WfRV7K6pj5LXBwa1viHCWn+1+6l9uxG4hvxrQzIIa07XgfJzXH+br9z2/y0lOlb
kPpcyplVW21gnYdrBPt+gGbdmxv0/p2rMx8zBrptszun0F73luFTTVWwvaB7/Ua4btn0P0t3
q/8AB1K1g9WoNQ+02vtuafZ9F7gCNzPe921YlhvdeAAxpr3Bz3Oaefdof3Ww76KSnRxaMd+Q
Mg1Dp9uwn9UsNLRs9rQ33+o+1+/9L7K6/wBxRx/rj9aOmZ1ldHU7bqan7dl8X1uaPo/zvv8A
ofue9Lo9+R/PMJJpBlzAXD2/nutcPSbs/l/zaxLXY5z7LbHHI3v3CqmIe52u11nub7v7b0lO
91jrWX1GvI6zYHMOfaMVpmPTa2sPvox7WbXOo9H0v6/r/rH/AAkcD7X1PLxK8eve2iyqouBh
rN52M/sex/0GKr1enJ6XS3AzBS7Pua2+zYd7sZgc814Tf8DTu+nayn/rq7b/ABa9EYyj9rZL
S3HpM4rXQd97hF2T/Kdjt/V6f+uf6JJT13T+l0dMD8q+LczILjJ0ABdv2Naf8Hu+k53vsU7u
p0V5deNa4vybW+p6bRO2snY2yz91tj/ZUz6dnv8A8HWjdRrzHY77sOlt+aWgVUWv2VyT/OXv
9zvTZO99df8AOLm8DoGXR1JmZ1zqrMp9bvXsxaGGLbx9B+Rbp+gx9v6HFZXs9lf+DrSU6v1r
6jj9M6McvNftoa8NdU0gOtcWv9LGx5Dv0jrdjv8AiWW2/wCDXnWO7Iz8kZeVDsh49rSfYwD/
AAdc/QYz6Tv9J9NL/Gh1azL+s1OHvIx8OhhFZ7WXfpXvP8uyj0Fn4ud6lrvsw9lbCH3uEhlY
HveG/n7vzElO3kVuN2Jh7x6zaH5E/n7vTe/XT9z2pLm3dRd9sY9rniwMLnv3e8jWO/8Ao0kl
P//W89yqrW2O36ayGnSBG5s/2VTaWTJI107cfBd19QMP9qfXt92QW2DA9fK11a5zS3Fxy3+o
631av+KXq+b07HtpsezDxrr4OwWsbBPg5+x30klPzkbtm3a8SIkgNJ/zlJ+Vc+afUe8O9oYD
yCdBAHuXqmf1TptOU7F6j0yvDzJhlZxqHNLv8HY23Y251e78/wDm1z/1Q6x07pWM9tmAD61t
rDljY4hodvZju3ta1jP0fsZ630/8Gkpwsz6u/Wj9l2ZudiZjaMXWw5R2Na3c1jfSosd6r/pf
pNtah9TsPHyPrJjU5Ffq1i2RV4vbXdbTrLfo211uXoWb1f8AafTOrOpx8u/EyMZ1Qa2sFtRF
bxdktyd3oeh/pv0nqb6/ZTYuE+oVnp/WNmaWG37NTk3OrY0uL9uPc3a1jZ3OfZaxJTndSvv6
p1nIsqBfdmXltIGrnEu9Gmsf9Be3dPoxulswemAt24bK6oB7iGWOaD+Y63euB+oP1O6hR1Ad
X6xT9kqwWizHryIa51zx7LbKvdaxmP8Az36RjP03o/8ACLrOp1PN7cvAb9tsa0Muxy4VvcAT
ttxfViu1zd799d1tH/BpKdh+G52VaQ9zbXuO5zRJLdx3M1WVm9a6XhB1pLRhVNO64uA3uB2t
Y1x9uze3/rn+D3otvVMvq3TbKaMZ+Lk2s9NzM8W44P8AxzsX9Pt/0jKH/pf9MvNPrP0D62DN
qf1TZey/2Y7sQbqGHRv2ajHayr0H7dv+D/S/T9S39Ikpp/WnqbetdT+301wNu2yyfdYQXFtj
h9GtjN7aaf8ACekg1Xsq6S6pu7ddYC/zAnax38hq2uh/UnqOZjGyyr0K26ONs1tLgdWPsd7n
fy9jfTWZ1Pp7KHGpjxYav5xrIJBna5rYc/ftSU5Ysd6pePgR/J+j/m7UkcYf6IkEkxqYO0aj
+12SSU//183/ABeNvwvrzkYAt9J1tNjNzQHB2308prdtn5rmL1HI6njYpDMnqGMyx30ay0by
D+7Wy5z3LyH6wVjC+trMkucym2t0uEiWQ5urq/d+ja70v+sqr9rf6rHtcHBxHtOohvvZJ/k/
uJKfUep9Y6bk4OUD+sWimwV2taKw0OaWfvue5v8Axi4v6s/XbG6b9XcPpgotd6DHFzi6s1ue
62y3+YtZZ7G+p/OepWsfD6sT1Vw3RTlN9J7edS3dW9v5rf0ralj1A+kK2AzWXB0TMgkNlJT6
j1b671s6L1Ci/Hsrsdj21U21luwPsY6qn2OLdn6R7P5veuW+p9GP0zOyH0tD3VUNqtdYSffa
Ra9rAPT+h9mq/wC3ED6x3NHSPVdDjuqLo4J3Nf5/mtQ/q5Y/9mWZVjibrry8mSPc8t/74xJT
p/WPq3UsfqjM+k2Wmys1PaIcGvoL72bm7mfzmLbu+n62z/SIr/rn9a8zAdf9W6aKsfF9mTjh
nqZbHlu4vtZkey2ux7bPR+z1+p/g7v5tVcvqtNdooMOFd5vLyd0n0/Qa1tTvbur93u3f8Gqm
f1nMwup4N7cX7NSN9ZsaWlt4c3cxzvTDf5r1fzv9IkpWP/jM+sD63+qzGe9wM2iva4T+d7Ts
3IT/AK7fWG0mM19E6DYQeOPd+apdV6JgZ+KzqlFRxrsh5baysjaLAYe7bHua5/56w39LIsNL
Lw+4ED0iBu/eJfr+akpuZfU+pZhnMyrbWNBcGvc5w0Px2/yEV2L6OFXk2t2WZfsxWEEEhvut
uLfpbGe3b/wqn9Wvq/k9Tz8bGtYW0NPq5BcNAys7tkf8M72/8X703XOqVdV67dlNdGJSfs9B
PBY2f0mv+ns3WJKdAV456A62AzKbe2r1I0eHMfkc/wDBbNv9utJZdnUHuw6W6D07H3R4l21u
/wDzWf670klP/9DnPrfl+vkYTmmC1geY00sG7X+zWs1zXfZ2bCSGkSedf3lLPBvy375DcasN
AnWTDNn9fYxBa4NoLC7buPPP0Z1/dSUxrAbVkvEC6kBzCZkPa7cEn15DMxtzSasfJ/SEOgRu
PuhrJ/PUAbDa87RDmx3P+v0UZ4v9Chx5aSwd4g7hqElOj13Xorq+TV6ZkafScNU3RchleFSx
sjUh23WTH5wP7yRmym+i0SLQGDueNv0f5KodOFtVllDmw+t3ubrGnMO/rFJTe6nY1/ULJAO0
DVx4In26FVOqZVmT0v7O6ufScH1uP0/aC22AP8Hs9yla299tj4MO1c89gdO/+cr/AEDGss6x
WQfUrxm2WvMSNW+nDtfc39Ikp6K7Kf8AsJvUcaoOtdii8Vs7F1YO92v83S/3273Lh+k12tY/
Nvk7g5tTyZLnn3v/AM387eul6xhsx+lY2Cy0jHrc4tpJkuLdz2tss+j9mq3fufpP8IsQFrsh
uNeN4BJDxOkt3u/6b/pJKembn3YfRL72Pcx1tXp75g7bBs/Nn3NYd9XuXEPNZo9OoEBn0x9I
f5v5q6XKzG5WMMYSGsO4+H0+39ViyzjUEO9u2A4+0EHkQ0pKaHqH7Hv2idsf9Ie5JXyynaPY
Nuwy0/2fo6pJKf/ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQA
bwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIA
MAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+ENyWh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
eGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRj
emtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0i
QWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIw
ICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkv
MDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4
bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6
ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0i
QWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTNSBXaW5kb3dzIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0x
OVQxNjoyNzo0NyswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6MzEr
MDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6MzErMDM6MDAiIHht
cE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NjRiNmVjZmEtY2IxOS01ZDRhLWFjM2ItODhjZWVk
ZGVmMGQxIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjUxRDE4QTMxNTRBNzExRTQ4NTNE
RTlFQjk5MzFERTIwIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NTFEMThB
MzE1NEE3MTFFNDg1M0RFOUVCOTkzMURFMjAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhv
dG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOjUxRDE4QTJFNTRBNzExRTQ4NTNERTlFQjk5MzFERTIwIiBzdFJlZjpk
b2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjUxRDE4QTJGNTRBNzExRTQ4NTNERTlFQjk5MzFERTIwIi8+
IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVk
IiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjY0YjZlY2ZhLWNiMTktNWQ0YS1hYzNiLTg4
Y2VlZGRlZjBkMSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozMSswMzowMCIgc3RF
dnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBz
dEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpE
ZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4A
IUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMa
FRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkW
GxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDP/CABEIAtAByQMBIgACEQEDEQH/xACtAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAADBAECBQYABwEB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAgICAgEFAQAAAQIDBAAREgUhEyIGMRQyIxBBJBVC
IKAzNBYlEQABAwIEAwQGCAQFBAIDAAABABECITFBURIDYSIycYFCUpGhYnITBBCxgpKissLS
8MHiIyDR8jMU4UNTY/FzMIMFEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAABBQ4Ct
vDLViC8RUmKyedT0Cy7Yhe0FKT7xaYsTQwRat/FrhkLQchItYC2PUMVV5IrYZBmhKnreIAJB
ytg3AlEcJQ3gExUrYRCIOAIyswEF6pCplAo5kpFahK+gmPVCaObpBJ9cTKE4v4lCb+8WoSgt
EFKjmoT1JIt6CdzA6Ix0XVwRhFLRQ5RgJwbC5AXrrEtKtFvT4gDS4EgChYKM8YVyJ94CnoJF
ZmAdDhPWpJFZkjWzNYsOQFyiKBi9AlhyGpbwmSlgMeoRb0nrU8W6Ln+pOYC8kUuSwvpobZnW
pIIooLiIIGwsYZmaF6egHSSk0IsMGFol0TiFROKi8SyDUczg0T4Devg+gi0X8OSbxQuIoyLU
MXMKwt6PC0WqWuI4EhfDmrivD2M0iRNoPaiBxEDKAxIJDUdRAFDI7Wtib1k96aHq+IUcBUYo
v4bSbTBu57gou6mXp6QV5gYaS0QcMBPe9UuEwA1heC+9UpQq5A71JcT0CtCEF3VnQefYYzpY
5jocy+cQoyqE8FoqZV4RXfVL1hkrMiDUtBUwzF1jrkRcY/m9VmnPuMqBF2AgLTYrHvB38zUC
VtUrE2ArtiFrj8Euq2SFkYlPpK6uZpnoYuZ70eFkzrjob+HUSQLDpJ5tTUAJv54QTNStouUr
YQz6liDC8TS8gzEYNvDayh7J2ck9QwwdCLBJpBOlmuDoG1S1p8eEaBAZhFCig0azUS97xVpd
gIWpwRjyIZ5wldHJ2g4TeMsbFAOinomNb1zz6tgV3ZM+phkepUOxTqBDPIIm3rmhibGGa6jJ
jCKIous2sUm1SpwGNWk+LRQA3ImTPW0khb1qDhknzOqQZ44ZDNZjRqWzFiVZgh5WxqaWCYpU
ZA13BmYT1wOlTZFc/VxzNrq5wAlHTqwbHJgWQmJifB8TcwjVvQYicDAITIxQZhgGgnNCREF6
FGGYUOESeSE4tU9oZzwIJBlRzUiPXKkDpiEzcLekhGk9Eyh6YQmjl9Ac8zS5rmyXTLdOQrzv
QoHPdJgdWMYWrlk2rct6kjOFr4pu6NVymN1HMlhTAG1qgCiuGbz3C6zqoGYgbHQZUBhENKmI
i9SgCQDtagV7M1DPZWaLemCzqzh5JxQ9r47gC0omps8p0Z7PdENY+tnGD1XLbQ9naWQHtS5N
hyExNfJOkVVg6Hl+gyxKlfHonxSYk8wK474RTOkqYUgjAxFgCzRkWoYIKhRE1jxd1G5VoZA9
hXCMovkLNKl2UXAWe4maHRc+2aQKkLYWrkGUcQjuud28c8Slz0U8QokM265JzqM1chnXZADJ
FivreKyWhZpJonP0VRWwShvRcmfAPDqUGA4yaXGXitgxFnSsguHcQbG0HwC2jmMBc7axwm8k
0B04oBxpRBgaEajmJ1RjWrYr68mEs6mB9aT3oYKu9fvHzi27nCBoMDSdTJ0M7RL1pcyx6KoI
4bBR38Bn0A/XoemKHvTJcw7DizyJYorBhEUL+HUsUFzqH1aFElUAfq6xOZsYxHU8v0IpN6F7
UsYyLyQC9ZPWrqinSbGYQi8iLsBKAz3lCdHOeDxWT2doLidh2CWBY9HqlZEUj01JpMhpjxqo
6OaXnwy6xaEeb6A5oHQ4h7w7gZuwRq51hjKZVK9FzvRiwqECT6DHTaVB+9ITseZ6UOP3gS7A
RGbeFE2qEtLMlrKMlhq1LrtKForUvaJAzHj0+sVtSQ1atGlmvJllSBLamf8AQCcboqHDV6+5
yaPRZpl62iQzsjoOcLCioTqOX6AzSBMFIEpgLMKkTSTq3mcsLPOdSD8hpGWJkQqW5RM9TCSu
iES88uLEqUHWfElWIWpcZNbiIMFkrqZ7YpYZilWRnS9TmvBfe8BRaoYOgA4KM4hhg38IDSvj
S0liCpAmL+pYyEmlgNok6LGB4ZpEmt0PPbgquwA80tombS9Cq5xhlncsWuPxNTUBFi5cJqAf
XoWLUxafLksUYIWdWHO847tiQV581j87riF8eA7wEg/PsrA6SU3VToBTIsl7rQZqzAgMxYmZ
qe9MGh12Dti3iqhWENEyvXGDggxgJaCCW7iEetIK1bBgGgDE+DHXITWZLMCsWkJTt38/RBcZ
1tjCLvZhyWZ0KZktHuKKkGU00dcWAKwYgxBCA8KgYWK+9JYZxl7W1Do/OCM8dghHc5sWEwoQ
uRQbzT1CJMKhKzcpUkFpgR60EL2P2BxAezwhGdHSOav3yQbRRbAHIELiauccyLZKY6+8MQy+
rscmZzFIsEwwvdcPdUoJZ5MF4lAtZgv3HNdeGEUQgtonEGCZIVJ9QWUeSKOptA87YzSpRSFU
YETX0kkBpm/0tILRWoby9Aw2iAjT4rF/FRGEYEmEeGzYz5Y8ZXO9ZyYBiviVzqB7UKFVcRB0
JUi9JO11cjZKTaSlr+MPnj459AzaGA52lnFjKqgQEkYvVUoUUlqXkt9G4f6QRUUDlhmK2949
6ILejxPo8Sk5mC8FgpesFR2IC43tOVMmw7BFCrhiiuNKtLgI9JR9TsDcgoz0xYrxfY/OQBV7
DGvjbIwFtUzY0bGMyaCc5xU9YoyWPMhu44zph254IKBE1fIeHhrZpsj5NQ7wnMboUVDnqlAC
UcXBCFIfnN/IOVIOxIiBD3qUuBhQFF6F/o3zz6gUocZX0wR87+g/OCtgyMdDy/TCpCkIiwQA
DrAgFER71x5oLYVtOpr62DojtbyeHGMNjwiGMv0HNhfp3y36Ia9x2Lejx6PVOesZMNQRjhPO
qErGCFOq2GVYAC9Hhv6f8q+nhwm8AMSTiuZaUJhgJGikQ3oSZJSZ6A5tPoFDAg1jzt9gEbol
DPw9Ww82ehI5CTg6fOBXNRQ5j3SXMLatU6W+GwalhGIpapmZvT5ZhmEMRw+x5wSA+iTYRhld
hQmNZw53qEjnYH4jVOkWKufL21tESFZcagcGuzJjoNCxRRHVqYnO9SA53u83YKkqQxRGTNZv
CdGEVOcJQvQ75FxMt6RnrVsSYVhjXz9EtPqA1WUQNSVFoeRMjH6TEMi1PG2w0kW0MtsTgqgU
VSDPRczomIn0XLl6TUtNHjrX/NDV63A0ZoIAacJrbx71fCCe1khAswAxd7OMehNcOAq4X1hl
pCQI9bQKmix4ZEiE/FAou0MzI6jlRUXSIGJQojpqDRGZVIOLO55ddM57qeeeNfkN3JM+xgle
k5roTsT83J004OmPSoYi4Dl6TBX1oLLLCGLpSY+f64tp5OkaoS1PC8+L7RDlCe8Xgcl62oLp
N5QSohFc1Ro1V72OWS1skeWKIHetTazgOEHXoPPJagK16ls3RqZbA3BK+xQxF+gzRXQXk1Xe
YQPoOj8ocPqNeP0jJXRfDZcVNlTwhbXx9g1QWaK7ssFYqItEWJJSS9JUEVjJFcKZPN0IGOi8
ZmVsJCIiCKRMDGhn64gtohI08foAKeiieEahlaSmmaWOnBXQCY9o52iBwN7GFrUuGbRk0CJv
GKcBhkYjA9pPphjVq0VpC5aa3JFmDNyU9A8m7Qx+OMiNHqYJUjIOWVzM8KxdfYGYgdxUz36l
FtRah7RQEa6dyi43FRYHoF2wkDSqyXZWdKc70OCDsKxc8mNBEHQnLzcZ7aytgY6nF6s9S6wO
vpJV9zQw9mpHX6abpHJbPzgo+hoDU+GMtrwaGNFAfgybAVqjMK+CPZbY3WohOwpHnsxodzpW
FooE9fzAuwE5dwcg8vSXM9sfh/NHtAr7PIlpjxpuKdQbjEDLwM4NHQ5s5svT6p837DeqTAlz
nOP3sANooODMKUG5A8LytUqRexePCGKr0C3Woafssg5CdhsqkGlfLIHrWAkUWDEscI1iJGkg
LxaYuP8AZc5tGFi3GEIG50nb4eoGENsvUeaa9shsYVBBNZuVJSD58hr5JJQ2CMq6wyg7jBly
rnjgsEWaAVi1StbUJt6C0X8RBBlCiMCt6D0Wg9aGxcbSpYV6kaOftHXYe5yJj3p49pZ/QnYl
kJZ1B4UA2IGu94Ee4SAJsDeWTJJ43QRKkrcvt5bwsA6h4U+IIOw2PawyvoZEqdamc/OuIzLP
+EKOBFikGD9JAN9rRMJrvLHM5Hd4pxQDBPauXqHW8Z3fz4DF6hO/436OVCTFNVzGdNADQAd/
WBZYKhKJ4RqY6UDI5IBqehdpcgClxEemCb1aNHGcRJ7DkPpxozEkxEHq5IzTWDQpgdBzxzfc
8X2hqyGwzja2IbWeUx82EQBbVy9g7X5t9D+dE+roHUbnoK4XRZgNrObNuUWi2LoYQ1zuQoSU
cHr+KG9ZoUu/QT80AToWRa/jAilKXy3kR76n84+kF4nx6LeMbB7ZM4w58c1MyKGNr5u+K6We
QdhN4byuiKfOU3Uhnaw+iG+V61o4nvS6BaVlhyUbGfhdjJy2tJBz1SmYj01T5rT6Dyxmzu2E
tF3UMxHbQMzOuAEB0BQw7lfMWElXEzf+h/Le2N+ULDnlpD1FU9laLRhcX9I+bGn3nF9QMLiq
OnVYCe9Q+UKNGF+x5zsgjiywmFbPOjZ5zaNLQVxzo44ZY7sPKOHQXxqGvHMrnUU5UR1q/K+O
kQylx6ixSRmkjzSYY6+6Z49RIz8jreUCfVPk31I0J9YH66gXyChtUxJHuC6zkDUe5Zo6WmBY
6Pyy50PucREtNNoFuYPQhhx4rynT8+WssidHjh684yvW86KFAUMRcgUXpL3D4NX0lYtUMOwx
hyNMzEYIF1M9g6HA1uQOo5Lr+cMnveA3Tqh4IxjyVzQuqUhvCYNfnegwBNgRTxFSnRhm4HC3
edNBMuadDpIsjNlSAb2sZUttHPObWYatMPfOMV7TnzPrIhjwSlvU8XIKRwYyFdXK7Irh7vGk
srMhnUtMpjtrnWc11HPHNbOTomimYQOhgh2U/AxT43M0lRAyxitq3NptU4HA3ubLDA4dAyAw
IqzJA0xjZ0CjuaokW3+Y0zoZxOiMrK3Mwz6aVDNtpgM67KoeSQaPULlMDCnxLizAN7MaKrHo
dlnaCxx5ZEXMAgUZlwy9wnoqQMzm6hjsAIMWrc0jptkct0fNg38/QN7wrk1J4zhGUDHRYNYE
nOO0VZNfcAyUy9apmZz+EGOk4ODOyK6MaRocz0fBChxMFa+AHOsY8UJjpxjoc4o4qGYXZIEY
QL1qFjrtlKyqeW1soI5nag28oYjnugwAGvk6JqRFQ962M4VgB/VoON5gyc51A7k2XrAqXzDn
l/SG087VKNKtjbS7ALmdPOPejwtW3izWe4eYXqb46AM5c4g91ijITSK+tYVdRKM57YRxfQVA
HAU0orUNibWYZzaxjVEMocoriQpgJSYBM1kCm8yM7/K9MWxNbMOaNcozJESz6eiPEpBk5jao
Kw7kibXKNgaK2GQfXOkIFgwAvoCkigO9PFJFI2CRjkikpIrD9YoPhvQxLEEOGXMMerQXIKS9
YsVJShfpMPoDmumCYT5/SoAsOgyP1j2msUfVIsI1JYXi1gI3RkWmwA4TF0NPILMx4X9eoakD
DB9YHF/FqkkqxQ4jNpGKGqEpMAc/azCGlXC1S1FoZsLGvQ8vaTS1qEKErYVzGFANooC9W5oe
FUZqGx71qFYiQqzC5ew7lCDKf//aAAgBAgABBQD/ANoz/9oACAEDAAEFAP8A2jP/2gAIAQEA
AQUAunVviSdqpckgspLBTja0xGiQSE0vHIlDLx2JQGwoAXQ7/BbiQoAXjtuIOS8gnrZsEfEK
BxMSa9JONWkB9Lrmm38dwQ81sRHHUFQVwgK7rvNDFXkqgalVRldNvMBkYAXXlFOkhQY8Y5CI
DCoBkIKpGRH6gMCEE7VhvTaK8WzsGY3F8L6xresYAqfA34f+RKYCoxQA0JPriPmeLWacYoPE
BcHkqQAHALH5SBVxdE/EYxG2kIPIbJG/Y6hZpM9iFq3o/UuEF3562WCDchJ1xUEnwACrKoyu
Pg3liwRNglCdEKR4APLbfltERt8JD8Q5UltlSShfeazsGJu/7PnJCNkEkHY24Vg2aBK63+WX
+KHJ9cWOmi0ykMMT8qCQCOSu2S+SCdENtyVA5MwGwwAxV5ZtRn+6y7ozo6vNGc9YyNVB5eUb
eK3nesj0WZwkYG45pAUGmyIMAzMhG2JG1cEHexEeLS6KpGMcBChXi+ic7GQfuEtyRtiRzhPh
fCqQc2S2/JB3G5Yxg6UeWKsGLMIAQH3yHjD4OtEFRk6MFUcyE8MAcG1DSHjyJJOiSdk6MY/4
dvbya1g2Qu9c9mnWWzMyAS6GEvz/ADhPMOcVgCjrpmRc1vAvETtonZxeYO14IwyQ7Kfx9cjD
g2div/KVdsNYTzBBUaLAcQQ4AZs2xxeQaPfrUgBigdvMkQbcgIOwcGjg8ldEzsNeTmyQQ2hv
Rb58tEEEbBOuK11LddOx2odzydSDtQGDdQoa1abhZDNjllUE+sfmYlQhAMTMMJ8E+ObHJOWu
RI4uTx0qsBjnia0ZcfGOHgM7F/Zd3yw7WOFxydT7G4abQxtjHKMOWzWCmYgac6WQknwMgY6n
b+waLbGBuOceeSAMvgrExYuVUFtD/fEqeWsHHUJ55TT/AI9ys8ckeyXQ8pUAwbA6SLWWUYWt
g5JICsTEIJdtJtsB8QseQ8gkBgBjgYF+MXjJB8SCTxZWWVFRodQ8GzsQ/wC2FC5IebhBykJV
PICtvGUknRY7yqF93sAUsDjfJQ+jG7CSZc5NrkAAzYjENKwOOWVhxLeAeII3rOehyVisfyi6
7ZrRcRLW5rbgiSZI9STsGxIlK9apV7zFLG/KnQjAGfFWdWIXeovBbejtiF3ICuIuzvjjANnE
kIOLAnjKFzQy7xazKSVIIKRjlYICc9sFAGuScW3og1FCSONlSNBSR4diQJJDHrQAZGxVGRhM
ctpxrOa6AY4Cc4kZDCxDhQ+wDEWbKwKxWbFsRwK7mZgssYeQzI0cdOwwF7k7rIFyMEgFked4
nibkylVBhOnWQ7HE4CGIKclVTkhXlGAG0u4yS0r7wHz7IcurxtSEjAGJA8PHIylV5L6wdDkU
O10crHb4F4EaBDaeUAs4PBSTiEnF0uKOWSMAJAMBOOh2FBHEZAXCSQkALpmkCmKcGK3Mpihn
kCxiaSXqq8nqs14Wa49SNGcyZIq84ZF97xndWZVmlhCZwCouy4dFBLcl5bHhjrCNYpJKr4U8
VchhxIz1x5dcfvSupaKQckbkk41j/INyVQCc86A01MbYciTFyHFiI945JwPqPyG5axZG4qVw
8mWQDGHnZGEkYqkNFoV3cGOKJZBJXjjSpZ9otTuqxyhYorJEkV+aF5m51yiOSojHJyfALn+q
Ejj+zzDuCpHyC6ZU0XkbI35hzsAjY/IDDJGGMRyJOcsvrwuy6xQDKPCsCw9Z5MgUps5oc5OK
mo6lkXTgDTKEKoNSJrCFUSptgQoVlKiTiUccXO8k2pPklXwfmNR+utWWR+clfElLS12PKaMS
rBCXkRFGWkVcZ+VSPfOaUuw+IQDcUKtDNDHvmVll/hACS2uakkFQciKjAQc9ehxHs3xDttiG
OHW/18k6k2Lnb1IWt2KhEZ37FOgxGDXPYDcTyAT112VXD6zZyVwojLOD6+TBGx1WPCPip1jP
sxNGwIyRdj5Ky+BGhZ4WRALMPJuMiyGKPIJk4zuAwkSCSOxCwsElTJusI+GAl2Owzbygm4pn
VQzezK+2ySHg4O8VfHEkKSpAffPWflmJCFHaH1SarqozUeW7613ayLNiRT6JE5SFU0yNgiXk
4VMIYooKrxCNAwOMw3JstCPgwO0AJl8Y3gjkHBJys4B1oH5ZL/PWgrDacuEKqViD5IZmyCoO
MzwI7xfKMMMRP2I7UYii/AkQ7K/IOVzqj/x3BYjZWuG9pKsrjjJG5J4scbWFWZWTiOfjrqMt
iaSvWrYfLLy4+c7GIyy1g/KKyIjZ0Jl44C3KQk5y8IzDCzAa0apw8eBT5oGAZd4N8iqkTaOI
SMkUcYzqTW08YeQO9Zr5AOIwHVYFGeldfrIRZfUhmJwSbFR9xdgV0y+uHmCD4XgjZGOFCNdn
gAqunCFSzPQY4716qyXIpByiXHlBVZSVqV3sypElKrLN7mRV0Bs6yZvNZ2W5FHzS9TY14GLJ
rRlJKa5hw4Vl5gb3Xk0wJMTZGNKX5MoBQAasxjfyKkkj5oKrbjYDJ9CQnI9DFkYKrSFIQHWI
6DOVFxiZSXGabUE754Jn8dcF8KQTHD7VnPriTYxgsY9h1TpD9eOSXXYLzT0pG7sFZRpl0W+v
UFirdzZDSInyC8VU7HjJ2Bjhf/kofNlZZKSARSKd5ICwcjF5hSrcS2lgIOQFVDsoYv4L7MJX
a+EnVGUqxBAVizA15HWU73MR7GwooDSg572VgeKtbAL2JZDotgUaKBRGr4rSDJe2tGMTAsoJ
kriIZ2ChJB5Mqtx6ykZ1leKJQYoseUyyNQlCTqVPHiOqqPbuW5krV7BclF4hTnk5o5YbUcZ/
uichvYxBHGyAcbRJiGIrac4CNxycXjAOScslYKyPyyJtYJBylXePvk/5A+S8t8mKyDTHWppC
V38WPxTkiAMhjDENvjCvJgke/C5HwcNAssMsLIzh+XWoFPZwL+pXUlpAvHp4PdXlWpGLEptt
Tpxwo7ch2MKRSvy4/Uo/7e4m26ks/jACMHIji2WPEQC84AAnkZZSZbCAlDoFicUqGdOR4DFK
BYZPi4BDJsghcXZBf5Fw4mUbkDANyKknULqyOQXOy8nLbtIBy87BjJHLqyEVxzKNn5w7Cxli
Ym+MignWCV0ZYfbVIKlSoylbtwyzVmlMVOKInkpUu+dn6zE/Ir9YAFfuSrSbOwcAXN+eDZPw
EJJ9vXwzM3ohGdlTM0KSjiSxLgk+vwxDZ6zyKBBE2xGdqy8TIGDcyoLkpFIyrO3IyKcVjwdm
GViNSKNk8QyLxcbB4kKNEKuUx66sfl41Y4I20AgwqcrE5Mi8nX5nZHWWXZbqlLAkDZTBSdjG
yTdnFFCsvYWZANL28rMRvf1uQ+ntn3NvZGtfywazkMt8hFWQvaI9EFSyzMw+NwhLQZwZCBkQ
zlxWPec2JhYBo2OMvJrMY3446LMzhQ8rEufiuySjbrhxjDWOARLIQSxI8Af2ElsgkL04mAxW
OidjgFKL8oY+KufjK2jErHK7GOXsCom9wC11s2Xoo8NKenXsN6HjLEjL8IFf+vfSyqJ+4jHp
iJwZvQUktxy4y+mFpI7EVn9mrW+VhvC9krB1I0Si4xIzZzhhHJRzLo3hWXciY/JWUsMHIkLv
JV2dlB5Zo0YBx58qWBBPEFVjY62YwWenIuLxSZSA3EDAAcD6Zdtj+cBHKQlTBwafsmT9s7bO
kBjsNGeDKqLzJLhSL1j2rInyqTeqa6FnpL5I3y8a8DOWXXBRCeakrGJGRjJ7Kk9RGDvt3JGc
hsOdcCUDayMeQ2sjkEmEHLMQY8n2g457QCGLMzKCmhkXLjJouvkyBizL4/KoAgAJC7GTAMRI
Sv8AJgpUB2xASj7OFiMkO1oo72LshNh3TfUSK1uSjcJgjsRRppmuBsuVvUJRpVYhelkFnrpi
I5RssSRnnOLZckxFO1K8HiYOqsOuklmNfTgcgQ42I1UrrY0OMWiZgFyueLu6bI5rIrB1bSpJ
vFI5a44qsA7EB2LAAYQAA222qll1m2zbqsD+SjRkEDOauQTygbYkCnJom2AzjrmMV3uq5S40
CKOuneOcyWlBl7IyFFWOaZIms3Fldl5ZMAc+vXDDZ7iv6r0TFWckts702WZn9q2ZCqW50eXt
pJXf7CjQ1r9aTHWpMWhdToDIWxlAPDeKgBmbYRsfkM34tqTgZydqVjIBY8CH4hmIY8gp0ma4
lOOMWXGJ4r5Ujea4mE+2Iqy4oJyMsDV8kkLk0iOdjdeVEbse6lEzM0udP6iD1K+2KCKMS2VR
Z73sEkZA0SJI1ysTBNcAt0kAYHQzic45KqmR1YEsOQIXCFYkaKcmNeO7M5rXEyaExIByMa/B
uIDtkTf2DWeCHUMrR6K6K8lxHXDx3INZsgNKBgJ2QAfBZtcd6bRZuACwgrk8O0iIJ5uoidwW
beFzykl+St45BmZhx6emFq2ykKCeWaS9tTLK3KP2OyRemCZSGRvl1Z9vVyRcJQAFVvHBMsD+
xw2inj8YW81IWml6bqOnjyRooUtWGty224xoPKoNP5yb4vGFDKw1v4lTlxNLBHGzFQuLsknW
MQQU2zMAANKAFL8gSzjDs4p+QXFUoIlkliVQr73iOAAAqO+nZvPMMVUbVvHU9lUWj2V+I5/2
nGS1beWygLZRqpzuMOc6bZUXfQyMovDjcBOl/Gly2q83biNDQXD/AAgYHIp3R61/sJ6utLdx
fBJ2r/ylOzEoxNbKgry4j4yLJGEdiNKVwsNAqVdQxJHIOQ7b3x2igNgbkNAHZUBm50BLPJJw
M4PBA4GSE7kI2uiGg556mRPPKCQA8w8RA2ldnMQ9eRymNbbAhhI+EMG6VOUd75WkGsJObbLe
i7gYSOOycCgv1HVSXrkf1rroC8WrDa3aG0TaspXU5IOmYVl20J8tIQAp267yyiurFWwkELoY
GILuxZzvNtssDhGgG8MMD4H0AS+dd8OuXTBgAvLiqnlnIs1SpNYdeo68pbgpKJV4unJcA5GL
grKx4pIxHsflNLsI4J1s9QXjSw3/ACIm0Rxzlls/2sF0NEsvmKIlqNg160k88ikAKFHPs9hY
9cjvlZJ3Gp1CFLHeIuA7JIwAETRhQX3i8uKhFUlcU7wKFY8c0BhIGFlUIQcAULGNmw3o6lUK
iYg4WZjyYDpOse9MKUCpcFwmSvPHItaRmbqpIZLdoh4IJpJIK4rm718Pp3xJPgb2gLNWQLES
nNfGL4z45cO5CwODWzx5Uo2kaNF4kAmRuK+AbURkVlEbvIFE/la8RKQoFkYFlWwyEkSGWUFl
n237K6dQSu82xKqFJjZh63XN6LKMZxxBUlfIbRytC08veyKbrFeEjeV5nI4mlbqaCUqsh4Ry
11ZZqAkyGpFFloPZFXoZXlHWtEI61aQWHhqxnfsJ8Eqxg5GR5DBWBJzZIH42MsAe7egXdcH8
PrlRrCNpAJAuGaMrHphIo4zqvtYDg6ciE+BLMx/EsSpICyuP4qo0TrEHsK7TGOb3iMdOz89E
yfnG5AgAsqyMq65daf1zKzSTKNZx544Az671WDejrQGhIxItScIFlU5w1HcsGBP66tfsbRmZ
3BDMum4gddCDJdJCPxxFOE8c/YbLGvf5DM3kE6+qQNH1n2CWWvY9x5Ue26aKr11qS3ZmUqJ4
wZvXuT0kmJfCgpZJx1BAi5u9eNxLCwxoTvwuOuiX2SCMDAK5XF47/wByFSQqkgcYlXCnorxn
eL4IjAQEBuouw2KzOGlccgx0oYrhhSTIolgwKEF2wz3DBPOljrKcItSAy8iMLBz1igLcbnKQ
zupAzZOaywWFmQMS4HJAdHv5qvVNJJIRJvJNSHoRpnZWEo3IyL7QdPViCrfIDfnDxxeTyxAK
tqTkQW5eCG5Mp0MDNpFGSBfUImOcSMZdZGrBfBaFDuzKRkILMijZVtMG59XLKk9ddqzKuPYT
2VZ/crsUQ2BHLLejiX9Oaa3HEIZe0s8oiWYs3xj5PLEPRWkYO6a2x2BnOLLbMZ/kcKYjg5sn
ADpCDmmOdCVMwK6sECQOQqRuXrgiHsCDOyaVyAiRhiV+M5PIIrMGDts4xCvxdcj8k8WUkbIO
P8wqlMZd4BoE+yRIGTIQdSK2gnz6avO9qFXVLZaNeytCKh1/ZevJbfFp7CtYmsoTF2FSOC72
cQVJpJp5dEsXLUFZ5+wkAQyMMV+TOzAcyM9hyxv2jkRrWBiMB0SygBiMVzvrSxtT8FmMKySF
EXCVMsGjDeKCwf4ldrHpWHyWaFXyzR1GilQpYs6eS3EKNqPKkMWYjRTaxAnFJJlDHI/ADFnR
iuSztzPJm6epHWqs5ySP2jtUkvdhT6N0gnruyWKdpA7Mwh5LiVrEiiQRh2GeSnWQndpw8g85
EhyWQq3l24ZYDNMruocghRxzwMG3Z1YiPzn1+vzmkVhL8UEjhhy0K6gx9gq+/RK8QQdghuK+
GxthJdgxqCJQxYhdoxI/hgGsbyuuWIhVUZVxwQUIBjUnNgF2HNWUL0Wz1ugcuCV1rVa8caKE
zs4Z2SKPsrIajLGfdPAy91dVSGUBN5puWhXrSkLgG8G1x32VOx7Gy2qidtESjSqTrWl15LA4
E2/X1v1qsmy77J9aAj1nKg839FzrCRkrkMJOUlmT+ynNzgmP9wJLc/Yxh4htISDhK6KA4gJU
xEIkMjKQoKk7j2xb+XAriI5XoVkTrmcDGHyiYacbXue4Xr4V72wxZb9iWSvHGtejJJLJ05VZ
6U9d6kJae9MWJJDIRttAPiMy5vLpIsoAQ4xdgMG4l9Y9eWPOio+60q7LxK+S8kZyykEbruEN
sA4W44XOW5DqJstVi4oqoZweSeAAEVg5VuK4dqgbljMcjUA1K08stfo6652H1qCRW6Ds4xB0
1z1df9dZi3VUSv6UMEkcc6pDC4DQKSycSOS52FGnODTqgjYxwGVF1kbEZYginR6z1TPLtiwb
ICCrupxmUMmieeXgTY0Rkik5H4wMHGgmQmSSTr60daBT4kfiJwXLLI2R03UmPjl8EBvwfkbS
LihsqupNrUeFjsorYBtjxAJBfQ4pGu3J9kY8/XevdsZ1UCZSCxJEkeGXHZ2HBRkZ8bwqCfWN
lF1JEjxmJVlYABEUrIrjPkcQuD2RLQzKA6xlmjHrWRCWI2yyKM5plxeNxlU5xUADZVBr8D6/
AZLMYxgQrAEMg2EVRdeSGp1XdfuzdjERkhBD75W+BWE7MMCymVoqyST+yQqzHZALg4AutgOw
0FfedbSltzV4UhilgJz0vtlKlVYGjHdEYhxY1A0P/Qd5KdJNx9uKACUOynyKgiWINHOCrxuq
oHbJGUMzAEFmHAZeG7rBVXZIOiUfHIOdDSFfrUGsnOhx8BQcUZ9ieURUrEdDsrUYlrkMMMbZ
cRVWGn7Ms2oqySWHmYmQNWruWuSRku7cg7qvsJBaU5Xhls2er69KVd3kUe1txNyQhWwKoP8A
jebzYzY/wctyMM/8uGl2RnI6Jz5HPUCO6Urbj0DosWckcgHRwX02X2P7UiaL+W3rABxUZ0de
dau8YBiUODHKInedwt5hoiO9DPDy2JSDlqQYbcrZaRVCS8MCtIxmkVGIGBAcJIzQTCAR0VqW
rcT+MkjMV3kDZrNed+SQMDA/4I/wBhOssPthEwAQkEFc4OQP5A+S7HPsauk6t4Qg5IxGcvkh
OcTl742m/GhpkAwKd9R15vWXREGhrwc46xmRB9g7n9t0HHBwxGZMqXxOruzrJH8p5PXL6ZJh
6QjUoy1js00dcsAGcNKUaRUqquRB4jWsLPAY2BEDHEVI8BB/ydEGPyfagNxVyOxFIOQ1JMAI
/OcWOelcmkg3NOQx3hYkhhn2iM+uFVwqFaTi8Y0MjIOcny54tyNtn0p1sIfl9TqKsTspPg5r
DsC3XW1VsV1ikBORBmPE8KdERo+lI2xSlrJIeCCJmxIiJrpBn/kwfWEu8kSaxVDZGmdEgWAY
WOirETXCX5TcVsTrkluVBa72Wvlr7dd1F9n7MZ13cVZW5McEfMogQbySJ5G/TTJq4C+2VsHP
Ek8fYIOVGI8V5voD48uLxk57TlvzZbYD7JLMM4kjp4P1urP4GjmjhJJZtZZCrcMKa4HZHyYo
Imcs0cQGLs5ZJYuiKkTMEnUjCQmEyAJ7NxA6TlirxKWpY1TsrKND2dNlnnecRxLGPJx5YlMv
Z1kyzBDPWnglikLaw2HV6cvvq+cB8HBh8YwBEuouw5Hl7VXJ40s1eTRygtsEaY8jHy/xbK/s
vxIkCg7YtGvOSGPUBQgN4IOaO5n4LelEtoPsMwdjICKtmO1W4eEUa9gTGGnmnGOxTJJGK6YN
rmqxO2V4nIHKNlkRgZhlSF58pRQqwAGEnbSbd5lkkuzrvr+9ijjs1IbcflpT5z69YE3V+djW
bzfk4d67NRDYMik7Oo2ZR3MHpvhNqfiGU4mlbnloA2WDBwhYqoOdfGXvIQAdEHyOOsRPH2y+
VneNMaMvhrNxjrgNXmSqyANkr6aR49SSNLNYriNLEZWNnWQR8jixBjBBwevSlmjh6DZeDq4l
9TBqilYooViHjJX4KkbKs0w9lPr27OSTqOvXL9KasydU0eR0ayjpnbryAWARQOS5wJwrxxtZ
2VUzVpK00a+6PYcHPsFcPCrclMJK8BgJP+LA/vBjBdSwBYCnK0FmrZSzW2c/J0uEBR2Nr39h
I6s3hQJJGJYHJAHj6uX2RzOTNHBJcmp9FDWXtC/qt14rC26rwPXAXIuJHVVGnkUBI70LtE68
RHGzGvWEMYZ3lmLwxxSAxzXgiTWjw4LWrA/KSvA8wXljJ5ig5CG1ZjYXpy9eeGZeWgTyzROG
JStnqKJx4Kkckgo5apmxVepHUMs6jJOJfzz4jLBQWGxVZcJIxeTP1ty5SlhmjmRTgPjtZ2g6
5nX3JUZ6s7aXlzzn8pZAT0W2cAh+roQwQgFhJXikW30qSwy06zQXKEkMlNZDJUrJXgIBOhq5
GiTRqA0nYx4zxRRGOaweyatXgn7OwVrTh7FoEA8sUnCRslmWA6wuS6yaWqHFleRwgYX1jzMR
YkYI2zhUDLEiRPNWjlF3rYZEs9eIg5CNzOWxysKrO1TrF9cvUVnrQ1a1dhYVSLUsUlL7EhZZ
EZexj/ZovCEkhlEdCwDs62F0gJK9BT501qyjsoU0NYx0EbY7aurPB6bdfrepWJziDPGXyfcW
L4k+zHYaMdremeOybEjPH5pryuW203/ls6IYgjQGtkbJ3lGEAL5w/hvIMZyfWLvCCc9EVmvE
/B57dQPctVykzgt5yehLJPBAtVGkcPW8l3+ILHPZKwaRDlPsbsKdf2JuDvIGg7GNvm76bbFn
djihmahS/W66lAjOo0NeJFLZGnHLfl6PW8Jv9EE4F4gnLsXszrQ4SSFWCsvOeukiS9VYIn6q
YDr+tmNq4wEvLeL5xmOuWKwA5EGCq7rBCkYUeSwAeWJRN2NMRi1FNnyy5btV8j7vsIx2HYyy
WEV5DPEsbniW4SZbEryOXbC6A1Z1BsIYbPtTbyvqvChRptnoGke79sj1OrgMSFO2J5EZ09V7
d+wOS1iFjDrgIwkHCNZZBMyqERRyLH5FxtjjxCRHBimUspliSfBJwy/2EUYPYz7oTJM11gs/
kkHGOEkmINK1WmqYBgGDGAIsdbRsOeuoRS2uKsX0AFBLjcsMlm2lRYo7tf3M43nFsa3EJTPC
GVkaWOC1FnarO2egkDXOSyoL2ZCfrJVaHfxpPXvde1WUAYoXbcTn1mIIY0Qoi6G/AwHQ0Dks
ac4STGNjGJOaO/O4pEYPByZoxurBJy7m7q2xcmTwev4JNcO7OvA+IaQaqVZLJgqxQgJohTs5
vN4fAQc5Lbhp3bCyavWkrrW+TyAtHYhzsICk+0y12MPsPY7I7FFVO0iJgvJPC08cDSzPPkNQ
nBXVR1PYw0jbsTdmZas0olg4OVxwd9F2Veun/wCmrxt/+wphan2jr51a9WRltwEq4YW2PAeF
G8OaOhvfZTpUwd3DJBXkaSXsuziqxRq878UXJGRsqFfZaB/YY/FnCGn1wkCALirvAML6PMnA
SSR4IyX+pDJzeTYNqyteMTPO9fkqh/6CxYdumzoZYcmZQQXOsjlZT1/ZqszIs9kLGrQkyZFF
7zU65nkMRrTCNXwpGFn6sTOOitnIOkUNTqysG6ghv+qsAyCzE8Vq/GK/2DsIsX7JMMi+zRSC
v3leV454JMYgDkoHYdg1izDC7NP20tKCF3mnUqDPORhLcqLEz2yTO3HOtrmWRELYkYUNIBhc
kgnNNoDQ2MdgFnkaQ7VRauLWE8zzNDGwyJRGiSbMY8dhGDnrybzLoHHUkKvmJSJYw3NmXNuj
ddI2ltuqonEIyDHHJXliiD/YJVyhJLOSV351+zWiF67DZX9RVhNP4y1xsO4b3yo9fs7UGdf9
ilYdr2EqderPK0G5Ms2BPNAymT3oCzx6ALy9UCb1p/76dF5ikQGBAuSSnN/4A3nJVxZOR0cv
ymKsqs8V+eKqtmae0Y4QgjGweOqyk2ZmWJ7Ty8uDZOU9g+WP5A0crKDNPDwnk+JZsqbEkEU4
ex7ljWa8ceWdg8IVCSB1M4XGmhVLfcFlTnJlR44IZZ1klMvqil8iX/5dqQdFovzV7KxA7/pz
BmMdBQNo+yJECu2sU51MTvlbryZYo8JZTLJn+gPAAGSW4UsDWIDnnOxiear+4a8Fzs5Lc6HR
XmXHgKrSGlGGmuRs8nN2fb5Jx9hVQCVfBsCoQLNtzLNVgezK9OZVlcrGv/052CpIvNYl4pbZ
hFHWZmb1xJblknk9esVQFMQZUhrxyWuKwPLEi3hqVQeWiM5Nr4leuZvf3sMsUA1tH2S3ypRL
PLb6ySI9PWEddE5MoAE0oGcvI84Nk9v3YptUX0R1eRAXS5IVCd93H708KjcY2PkCo2fWIYev
AWG5MBIJdt7hj0kYydaBklAHP1FUiq4sSoWMbWqrSVpokXrZHnr1pYssRbaRCCsExFuNAA+j
flKxRri6CA7UNrI4kZxBPznpxxxzyO7BgM2u2JCwIDlE1Kcl67P2Uh/P8SpKDqq3ESylpuur
OIQOOSycVzzignOyvmqkECmYyLGnWSpMqg5yJz7b3LIVQk1sUaj9niDbtO4dxPwS5YZ5I0Oe
3H4gkAM7bWZPjANyyRsJf0i0ks9r2S235LYsgQy+2IfheKi44DGRhlziM5QsxdtJIDJvWLxZ
69hkyxZkK22BJIYqVBhjbU88kcKQS23oQQVq7uUmZueVY/a7TcD0lFZnAA/xMDy340d9lfSh
As5kf9xPXBLJem66qK1bWd12Y6+nK3taI8sg+WAhW5l8iVY8ks6IdhjqNnkubkw2lw2SSJVY
MeTfNJdAkoCJiI45HkZ25cKpOzHwXShbyhGkYcrr6Ckgcy2JIxxXLYgJm+QyzMVydPAiY5DV
Dq0lerFKzO8QdGsXXSs5OkUc0CkVIBZmq10rwkjC3l1LYK6g9j2Fekt2zPfsgARxUux7GXpf
ry9ev4x2Cj7ZYP6/IEKd5WPljrEeNMN1y6RvM7+WlISMOGziuRFmYM7EkFVDJjMGyLRjRnIt
yWAjA6h5Fq9gRSG9HknZPxnM1gPGSPUzhEYH0lseuy5CvxiUDHsImGXzYjtKqGFBLdlcEtrr
OplsPboU6lX2szs2hGSHRQifWKLpDjuBkfJmA0H5FbPS2LFmv9frqYKVWAGRVBfw9mMZJKZM
+02S15tlt6yKTgJJ9yMx5J5LyLDEGJadypiO83ju6uJnfBOiq1nw1g7FxRidkoye8kmNbTUd
lFBswk/sJwSUZ7HyZmdkPrkMgAmnJx3ljWOGYlKMglMEMGWO1kLy27EubLFBo9RCJbjymId/
fMjroYp0ICqydVT/AGZlVUV5gAOTlF4qZYwVdGJIGPIox7QGGWZiebnQACkjt3eS+fKgsR7S
jcGJiBJihhgW5Lykj/hKXxG+XyxzxYtoySbUu5LAhd6X8hRoaPJSAFi9pWIsypEGPp9jmmZb
D1S01irJHNKzqtvrwr94UyTs7kodndv9edoWBZWXPrUMjy3ZtPPK006q2mbI/k3TQCGFpGOI
PlEuXJSIyZAkEkiM0wXHMkmaAADMSAgQHdycQwd9UaGUk6HLOR2rcRUi1l2fjG7kqpYRNshA
pHxyVsBJzexpdsGUkliM0VBZlxC2SMdFiVHg+GJUhuLEAaGvPEgRoXCx6EqqrBeSE4m+VaLd
9ooYT3EhWAELgKkHOrQPbij4AkAE7MY0LRDSlPBgJiiklxYHbBGi5JIIkT5H8ZdkMlntliNM
8gFBzWsrx/KLQW6h9jONynTAaw6XNpkxBLRjnrWAtoFiT4zwQQBmhxVjstywnDrYHwZjm8Zj
oHea8VbAiR25MxPIElnXRjGzVjJ7exPH7u+sM852p2N6G/qtZ5Le9YTywEHIGDJZQGQx4igg
RKG8amk4iaeSWWsfNy7rJ7kVVewnmuTNGQARxRlBrggq+xakYSOQ0khAZ25EIR/goWbQ2w2y
DkWzRJO1HyGAjOa6dipPFR42kgUHWuW886jRpGTp+1leD6z28mVvqKIO+6+KnMF2HXiYiecL
f/1ZIeLdg/O6yqANAkADoKn61B23jEAK/im2xP8An8Yh8nJZBHF+yLRYBCZJStu9HAZZxI21
BMZcFGVz4MO1ETsplLNIOW2UM58uX5n1jI41hpaJHLTUK8tuzJ9PuZL9U7Nck+t9kmf9B2ZP
/TdkC3SdgoPV39N19zP+vugy1bNdlBZnquktb6xclXqOmmp9goJH+j5H2CvDNRUjcn5iOnog
S9rKGiFhucqltFeR6Kr+32IKhXJwSs7iU8qsoV5QGRlJCJ5kZY0vXXtPHyiS3ahqGz2k9rDv
ntBkbKrIEbJgoJQAqjaLvjMWwEhdbzgu4z8/WcvT8aKkKWJK/TKChQNYN4M84zY0yKJb8CBu
wi3I7zt33qsXoQXs1qFaN1TQGhgy/ekqXYpeY7tOfXKWDOuiiEv0wZ+47AH9TbDOXHCux9To
CGqx1hbWK3C1GNZGFOVZC8ZBwMBnYft2ytavQi7P7IZWZnLJM/HZIjTZWJIwApz0tK719Aq3
J+AZgWOxzKYPBXZPqky+z8VJ2y+Omqir129ZvN7xmIR76oRfSQ6EmcApdiFvEGz1oDXzfp1I
/wBmLgjbwE53dSWxKrFJrPJ1tfCd9gwLyfokL9120/69FR8iNN1nXvftqiRRa3nqZs7WoYcS
dMjdQY7CxPJPG4kkCLf+31kiuX7N2T4jFZhnLkFiJxdI0cLkR13celEaRGz9dyDG/teMB+Ks
ApJ9LAiPidyZ3UKwXl/l18JmuqoA0M0MAGEeL3Vh8swmFkkniK9zYVh3Ubt2kw9dKOR56deO
B6Fywsw7HsBn717B2Upuy3OtqiTte4tWLSs1hho0wpm+rIZOw+0WnSIDeJA0kv1/qTSgMDNh
EUQkt4rpMl/6xEw9/bUWpfYoi8Hb9YcWYtn61d8t/XOrmNn6pSZb/WzU5VrlVYGSOtXIZUQt
SpSOydVGRZpCq0knKOUrxkCpHGduvAYZDr85887Gb3Wzy5fWohL3Cnz/AKBzebBwk5apV7Iv
9PZrY7pilTl+Qil15Jmq0bM4Slcq2lYgsZiY+jvSoOiqvJP0sRS4hW4Qdxngn1OGRs7D6/au
Waf1vr4C5qVJhZDCay+B2YgE4GYHU2ngZg/R9YZlo04yqAADDojjodjTjuw2OrlgWv1DPGer
CNT6lUTSKJZqyC329ZhNY5yNOWDuWhNfAruvAaSEueEmTEexSeX1SWNe0VlOaJzQwf4bD+Ja
sUpnp1o2ZKPDtCywfUIoDLG8AWxXisYOpojI6teEgnNnGJA7Fg99UZmdeNf65XMPVj9mJ0kj
kTv5xC9a87rDaYkOrCrEJMVVGEgYWByXgcCDAuyARntjUtagJNurj3amf9nXx+6RWk7uRTa7
WxIslslml27FsVdYitxXnzCclFQlOHAcIMsBBKfz09hq92tY7DE7BQP+xjOLeiYC3Hn7UWPc
iAFqV20StqGIRdqTw+nQiSI0V1JVtRmO9MpjuROQcGTb9McXtc9cQLtZIxBJFHD+5Gi2Xilz
vo2epRkPrivhTRsRyYbMNeK79rpw4ft19S32a+7RfZ7JyH7HLqHvlJt96jK1yLJrisz3NH9q
dWE7iR5DxaWUKrkYuivMAMHBQyS4K6qHZzIoJNceyKeNFj2uWKzeogbpMRaqkSx+uM4IYs/X
gwwRZ+tCc/VhwyQwgX4OV29H+v3Wxn13tIaFaT7LYcx99Oif90Wc3tpH2UkORd5CRa7WF+up
AvMYzgc2u1RBy5BTYlCpbCzVY3etJ+xEYatuSB7M/wD24t0blMgEszEYpIwfEJPJsyvsynBO
c+RwkAHaqefDZZFi0ZBpBwGRKRJWreybsJgjFGURLp6Fv1PciR6/vjywPZTKnlG/CTqpOdUf
jZ2XCibtaMWSdnK2SWpXJkhXFnWQWvNfuRxNct69DkJSwruWZ+RJUBzG7G84hhoxvHD7mWv0
cYL8gBtQZlEkM8w9HeVUr2ZOsnMRBQiwYz11yG9St9HTlF3rZqreTilM3rNk58ABGvMKvBXD
4pGKFwg8AwbCdYOIWGAhZwtKqZAZELtiEmOtyM/YzGKjoYYwr3omhsE7PU3/AEVpe9mx+1lZ
JLbyyycY4o7bPAJTr9uqpgtRF+wfVbuF0lfiFILFSFMXEyIAVYgY38ezJ3TQClenUZ1kSpXV
wQNnGdSlWNf3fsNSOSnWWa3XNdmX/qLMr9JzrSxWYppLMIkS7Slry8mGJLrGkBxVADEnOQ4s
fiJNYJGY841A4xl3IzrKKzR1oY0ztbhlaLTOHHJfYo6sOz91ZVJOSZ2OorHcRMXynLI9b+1Y
9qFMi7WRXirhYo5JCwsECWtMFe4Q1XtmLRQ64lQQxcvD/wDYT+JXSsSV7AOZSypVducsfMxs
jKsTswkJK00Y2rzaap61RpELIzK3dAxTVLJeT2CSOzXMyW+u4l4HQ61ik4s3k6DHgToHFIDA
Ak8SFVGatEEivusdexIZpY8iCqrSMy9buNbb+2xyXL0Ptq3x7ao5HOtMiRSvtG8rx8BlUpIQ
PaAliUsdvxplpuv7RB+qo5F2O12cOwarSFFYceBzsG3PbmDGtGrSwEbfjqNuBk8rUljgbsr0
Bir/AAhRjhsRRp2VuKWGnOVmW3wFW0thJYQ6yV1TJKURdKYeT9InDWmBaBlJTkY1JIUaIdR0
tMzzIrAd7d5YoAyJNkqcaT5xSrJkihhwOGRit5THYcakqsDlgxleI4s3HGHOQfBOe8aUMN6j
6uXiLycqUTKTJwcxhwVGzCSiMdgqoy0QLTHZoqu6+mV3JEKEySE5MxWQiPBOwJL2I7NSxFG6
u6xECWCXkkLGGaFhMlmJkURbcxuZJULDhKZbHxc13IAIK15Akftlbr6LVYbsy14bMvtnTkoH
MvyOozHzjJRnOm5rgOkvx86VtAJ0UiMFgAxGMGOb1IrEqHOFyWVyz1ZhHLajc1V0FT4j1O2e
sDK7IV/JkJUWWJn1lZQFq+MlYnIWIeeV1SeWR0Mi4JeQqMROyRyLaqwrB+DC6FJV80tLDO0c
qmJ+bRlUsSFAJnbIGZ34JpafzMShatKRnVfj31hhKSCYh8nbjjWAUV+ZLAnmvP14h4o68lvM
OYlDBjplkPLZJcJikjJGcEklkj2ro2SD39dpQFmUATEjmvGEE4n4mchrHif/AHXVshfREh9i
kF345YYkRqXVeQyNnDpNtnUGO1GUnrn5RxCSukLKhKrjD49naEESy/1701ZX9e1BjdgqxROl
SRYw86JFenaeaMBCzeZCSwGynwKoVEYLZp8ik8Mx1Y8srM2MGOKBqQAM3xVWDYVHMhCYeCZa
ZAtOd/1rK8H5HaT+Y0D5X9q4G3jryNzX7Crt6hCYp1gZtxkl5WPG7oHaaUKcPkht4lgBe3AZ
oNe2lNE9dRIxlO3biVvTNPOo3kYfUMS+qbkcjJOVxxPBmftLJWnIAAkUbYyAY7HYbiEY8SzG
OEqD7I8gk5CV1USKDBERkZbaEcHIDORyQArx8gLldNC+u4qT8ZpXTT8eaqxaFSHjUM7KqrKx
Zb+/2UALQq5KFAsEgLBlV5CpFqXFdCwAwb5mVePudhdYsq50TB4uRUyDz29jjX5NoAjICvJN
KJCWeMx7jB4I7jLjcmmZTIJiByLA6V5AisjMoBLqh8cFyjICt9zFBIzR1l1pSqDkMC/GYllQ
ljIeOA+IAdzseCRqXhgVskhgGcSDWlUZGQzSE7VgU7EESgALC54x748mV1JczKVWwylUJB86
KqBGnIsFGTtyLRlB9cdVYgFmYcb3X2J1kjCGKIOlemqD3ATN/KrCCqDarxUW5AFaRiNbxfDk
ewkuFDbKKAoCkayi6KO13LNckBlAX1gaIYYj+ZCIwCpaXjIqqS8T+bAU4AmoGUx2WLHkOUCq
wgZQCw9oZeXZR7A2Y4W55BIWJHExt5kJCzcgyA6IIZVIPw5yKrCNVez2NDivSyem0Ocgbimd
l28RhSLnHWiKZLMkacwD4doV9aqmStEgnZmyYFUZXYKNqGHGVRoIGwgcV2M02V/DzSGS03yd
RywKTkZfasVMp5KXOivFR+IAWPAaURg1X1kr8jyHGM/GORVjVuRjU5ZjMkcSAvEoV4z5JAI0
MlY8VDOG2gLgLGx5IBh48qsbtOy8oUierfVvPazrFCnD2tIWFduUZHsKpydKyhyzIqMfVZY5
MEZjGSF+DPXDH1MVEZAWL4erjij5emXB/Wk0o9cXmQghZI2Y/HUUrR4XQgKzZz1hJbEZ1OwS
WGRAblVlzbaUMMRlEKuWyJtoSMnT0zSnUkYJKyFcEvxkLZryDscnz1NsKwYgg9anKwR4aGKV
pHKJPWsTMESMfHidrkMoCRMHkCFnkZQ0jqYTIpeYFnccQGYPIeTopIKYreNHYfR9jZIeYskg
1PzLxAZ10EfmDrH4kttQf5SA8UAGaJUqdRxHmyEwtraeM4tw4jmF1jFQbEJkUjeQy8wACQEX
JGyTRwD4iMqYx8W0BtddUsoVShzgVcqJTbdBIAJJ4oQrdgOMgPiu67VjpmUO1ttREOjbaSVn
38SJToxt/Ux0qPoRyEqEHt0mSgQiZtmLSxTSBhpAef8AYzMHbQfmATtyNnFA4gBQFAyPjyUA
qYyBGC+MPO1wtJnFXIiXLUYSYJHHJB5zj8ShOMpJVPEvIYrcAxIC8ddfCiQugkBkIUg8Lcpk
mr6jMTkZaOppgMrrinTFmIHHcRcsxUMfOFDz/wDIHUZ8ZGcX44jty5DP/9oACAECAgY/ACM/
/9oACAEDAgY/ACM//9oACAEBAQY/AN8ORzyB9KapGeKoSC9HQniaBEGsjjYIOacSgCKCzZeV
M1vSmGHpRJo9gnAd7h3XNEggOOK5g7UoiDTgmDkYHtQIcGxxiqdWSAAIKf8Ah09mwuiGrgqN
qNDmEaiTdyd2TORxVZV4ioREZAnNAuOAHHxJyC4xTsWumldE6WrfIpsnBJsg0am4GP2VQ0xC
Fi7AFWACZmGINVai4PVRBLHFAvYYLSb2KqwTAUrQXX8WRka0tYIEUpR1Uh70Wlq/WuksCwZM
78OCIkcmCJqgHIAwdVJINbqhvg66lvDS0tcq96ckP4gLp5VOAREqAWPFNImIPiQNWzZAE0fC
6YljwQjaRwyQeVDeOaoWBNXumJphJEE9yd6nBZHIIg0GJCOnDHNZRGIVa1oq0OXBOCNOCzer
uzJw44ZqjEqIxxRHVLMLmFcFQsMyjETtZ6qpDNknMHrVGcIkOXJJcujKJJFWAQAJi4VS0gW7
UKu/8kHwuOCE3fVYCqIBbtVRTLNPGNcSjJvQnJ1EFnTl+5PbF+PlTRq7Wq6qHKtVamL4kIaq
m5Ug+k8EwJaNyVSzXTRBqXYlNK6Y1WR/jqWC3zIM8y/pVgOKBYgjMoByOPFB6k0dEEuR4VoF
jUE1XMcbpz6UdWBpiomXeg9qMyoO1eYC5vRCQGps8kZVc2GCJvwFlpNBiqD0prZDsVY/5Jwx
GLKWk2yWXAIGTWYLlAu7pzVsU3URdrIyLsP46UMFTC6pR7IwF8VEhwQWIwTSa7gAVV2DUAXL
TIKVQGsP2py1cf2p5BwVGNS93RIxemZXMGOKBFhmomrystIFeBQxJFWQJ6cjmix4J8VQObkL
h6VU9iEgdQQEQxNe5ervQMT6F/0W6T1CUnpxXKXa4KNXJwQekQM6ugagYeZPIMcKstVwL1Va
uhE3eqY0yIXsDFDIsUSPQuGFcVWwNsUY2Do6TQ4IAuTcg2QBetmsv8kNT3ocU7dhJTBaQA4v
wQDam+tEGodygS3ArUQ2WTJ4txAsUaIk3USbAAvgifAbjFkQ4AzNSnhQ4oFnngsHyzR29Wlw
/wDpWklw7ClaIgA0p3qg6VzVN0Q7Ysg57TgnKdmZCTk6hku3NPLHEJ7k2VaCRrkmiKBOMRVc
ocD61Glc8FqldGcRbKy8S3TJwdcm9KIDgZ2BTta6ahHrZaY3HFcwc8VpNQ1OCoAwZiiQ5yzT
CJLtdAs3C6FGLC5xT/XigA3fgqH0Im5NexfXxVDyitsUGLcSsyMcExu7piaJohifSgPTmVy0
NhkpGr9iYg9q76YpmWlmoibGyGB0GncnaoDCqcv6kSXAPBCT82Sa4xa6iYiwPoUtN4nDAoyl
1G3enx42QY9ox+yqO2CBF8QnGVAbuhqLz4oPbPig9QBdNRsynAdrlaWByJRZx2oYIPQPggBf
O4R3JBwH4VRBtKPrKuVuzsDItHKqeVhgi4aJ+paQBWiB09pGKODVKpTIIOOW9vwokEAg0/Yn
tmRx8KDB+BQJLR9ScNIYKp5TZPIWsbI0/wCidq5uuBqgHYHFduATwoR6FqI0s9GTWIqJC6zI
DAGwK0kO5Jfiq1eiJZuGacBz6ExDZ1zT3AugDWtMqqEZZMSpwEWDkCeaG2WBBoWQ2wNRN0zV
XN6MVPcIDEU4KcrA1qhKJJDV9lSADt6EJO4exXLQKT0Au/UycBnohEGmKqaWdOBTBPLsDI4M
Kp7k2P8ASiQWzGCaNMa4IEuCBYWUa6o3I7UQzgZI7wnWZrE/oXiW4AGAmSOIdOa6sGsEOHLp
7vEhEAUrTNNIlcLNSqIiXGfFNYYBFhUUr+ZEAXtX8aGrqDqvcqnVkMFVnyWYwBzRjIMTfsVC
7fxzK16dyiRHVie1OWcqLyLYhkPQmOFgqhsVIAlsHWbZ4oF2aoAqjrF/Sm0kgZppBomzKO5G
enTd8/ZQ2/jOBVuKIPTldCMG1NaOBWuXY5KAAejqo0lnQEA93yUyQL2TuxxazJu8qQuHvhVU
qRYWTlmNkYu4jQhCxBxOYVKDPFRawunIqLgZIhqt6UCbDHL7KoaYBBzcZsmFigSXiKMmwuQF
AROpw5qrKZNQJS+tOwJ/kgCG45hBqBrmyEANXZZMRzRDOLIFnPD9SI1CLlEAsgHpairzEBwT
WqDGpvx91EAYs6JFgiGcg4oHO+adj2rlN7BahYUUXDMjMdUbuiQxVS5a5zTkNI4qQYDIoajV
8E8ak9Q8X2U5ZjfMhCMbDgmAvdEfE0hvWtQPNqZ0RCbDHNkJyqbv2qtqdgTxi8Q5fgFCbHSa
l6KM7VJYKcgLVY8UwcvbgnPMcOBQke0xFiEN2IEpaWAsQtQLRNG4qljfFyECQSSbcfZREs7B
MBQXzT9LYogY24IA2F3spB68Ew9eCyyRkxb/ACQBLAlOag3fJXj61uaWfUdQRGf1qgBIZkY0
BuOCAnIPmLJh2P8AtQiAXGIsiLmrF7ewichXsTEs9siylHgwAWkCuZwQpa5OSDdILIg17ETR
xdcpo3aEzDiTwRetL4uql5NdEkMbhC5q3Ymb03ZB6ZOESGHBagLOgXrjioxYFy3YgTd2Ccir
NwRYCjXUYMXdyylHbuRhVNHC5u6nrDki2a1xloMiaMoz3puYixX9uQEzjGqJ1OGqMZLhgOxQ
jKg4KQFnqhGQEoyo5tEoxblNUScLjtQcu1ify6VcCWQWOp6AIhiW9Cu+RQdzVO5Y4MnND62T
tfHFE4n+aYjsOSxIZl0+tbsiXBkWVAXOHBXYmgCIjIRrdcwZMHJwCItgQiREAAN3ogMTiUQS
8bGQujGAdq14oPbMfqXLWljigDbLH7ykccB2IEggGhbNaTQN/pTPoDYI6bAO9kdQvcp2MuIT
AMHTNWzoPQmteCvQ9RCxjG1DREy6SLPU+6g83kJH7I8KiamUZMTgHUxIkgNpzdEk6pO6MZbe
ml2wUoadDltRx9tNAB8QhM9QDUGaEa6MibP7qG5INMvW/KjGwcOxxR0hwB6VSJpc2Wo0lcBC
UiNRFckDKIJFWshrDGIYjJGUaaqFAvzdiGdm/UqAZk4qUdVLnuQIPLn2eyqUHCqxZMweyZnr
VNhwzVHFlkAexf8Awt6ryEiTwBTsSxtH8yEPMaSTWYsTavtKRkxItk65Sz8VzdT0Nx70kQ7g
OgS4bBRembVUoRZjcqhcHFMe9dLjhf7KcYXHBcocGjoRa9iqFmyxRkRUUTBtV3OD+HyJjKou
Bb7yAGb3QPh43qnpTFFqlaaGQwen4VzVzwohEBmk7nFx5U0Y0l4TT7SMNyOkuebA/aQN4jHB
0XOBQeoBqpwcPE0Bu3soAVP1oSItU9ijIC4opP3laPCMk5px/pRDsM1Z2NHUhEVFCbMWRB5m
o4NPeREbY3QsqCtytRLNdGZYnLNAiLCtM0Cz1sqkjJCTlgnt2ql7vgqUat0RclmyK6Yrd3dw
iO2ZFhjIqEIxMBGPO1B7Chu7cA0SA/BSicS8u1VDsGoiagKNGe72RizRkb5oggtiVpALk3XP
Umy1RtktOB6kYgmlXRJ6kxdxQi64A+laaEmpRfqwijg9iEGrmUAAHFE9yMFjxCvT1q9DxdMK
jAosQXpXBAaqiycgSC0BtRFMgpeERpVaYuYk9QClOUn1GoxC1RLmz5feTSpQuoQBLRDBE8MK
oy7g6aNw/GiyAFAMVORIZu9Fy5dy101YgG6EJXwe7LUAR7P6lU1FlmiMclpJ4lUx+pNOTkW4
eTUtTapZ4J9w8Q2SluRDRiQK3L9OhUDgUJtUouCTHHD6JA1OpqXW5uyDB2CMCakgxGaJNDI1
bggIhs00RjVkTfhmUTXTktbkkhmxPvIvWNNJyXIHOJ/Umeg4pgAQboDPBEmjIxF880AwkQH7
ERQtnYLVIDJXWmQqagBDbNJGz5+VOQxyRrar5phVzfgiBSnqUa9mTIyAcDFkZSiTImyaMiB2
4IwjDW3/AHDRl/dkIvgSmBaUaVz95S1c0wXD4K1cXsoSNCAxGbLbF3tHJVLuKBUDNVagNILv
IqouKG7re3JO5BDHNAOx4YoiNCKuo1qKnNkTRrOszktPVNqBA1fK1EDCLtcoSnLpyQMjfPFE
i5o6Hw6CJcyPSjKU/ibh6SfD7qlIVL2RBuTbJdK3JMaEkqRa2C1HbEzgZXiUAAQCcb1TVBFi
qAgAvxKDUGJKJemAQ8T/AFoGVWNYrWQWPhCBAYgVfJFrtQp87lEFnXOGaoIWp8Goq1e7phYX
REX4vkoyd5eiiBaxcISJclaGZroMxD1Tm5sUNNziru+WacWOINHQk7anfFUnXFlSRcF3KkJl
iD61aguq9ILgKMcGoFt7eADUQkzxqxT3qapzUJyzYcFKWBFwpGI4drI6zpByzTxixAvmnMhG
UqkYKO4xyccwZA7cRrsSboaaPitRIY+FDRWRoyc0ZDZjUEguMFIQGkRF+KNbWGAQawxTOxV1
NsSfrU3xfTTJbm5KQBi1/E6O6QRoqCnNTkVqx4hSEs3DfqVadmSjWti1aLlZ7ObOqvTNDGpH
Bc3Cyc41YZJ27V6WCZ+JCOT4rCle72kx9QT4AXNCiYtTFETAw9C5Q7FGgLISNaUGSqeIKYD0
3ViB600ZMRgpEGsS3ahKB7QpAho6nGKAjy4VqjEtd0IkgABu9RIeRFy6EmYk3RYMP5og1jdi
pCFGrFwwdf8AHLmMHJAxMlSJEaKoeRr/ABFGjA4BfFIY+EFaYgGccfD91SBYnUxfArVEkNlb
7K5qlO7ai7BMCR/l4l/yJRae7056QjswLxFZdq00ETWRGKYm1lQ4GispUz+tRZwKj0+ZMBVE
z3GEgwi1EdsFzQlNlguANQgBc0JXNcWa4T3iS5PH3VS5HMcwgIhr965qtRkGyRo5FmKL4YhW
6hZBqvcokirMjShsAtOPY6Om+KAmaGgpReyuUmtzxV2zRLUF/wClBomRwwK0yDi9MGXxHBjc
BAR5pEOn1UFxGi1bhcgUf9CYXJscUJM5zC6Waq1RAJFXGKG1uRjosVV9LYp3AgA90IuDIswd
0TpcSArgCoiLiVCMkddYgV7UJz6Ms0NkGwqjOZbXngjHbcxlInjJapUyGTJ+o4nNGn+dVtwI
LP8AhCOgMANMAmfTKXeUBjjIphXs+jpW4BcEhQLtVFrHFM5lG4jgtyhrUIvQm6rfgiTQ5XUo
k0FuxAElnzwRa4NlEkacH4KtzYHFXYEMOCaPX4uKZunxJ3yNaJmcYBO1Gqmdomy5S9a96MZB
gLKJFGsSUDZwGRJI7WomJo90YxrEXR0Z3KOkc2JKqCScMF6nx+yiDe5av5USKijnEe4g75hM
x7LricVlEYcUNQ40xTRHoqrXwWqVZkFgVDcq72TEaW6f6kdQABu35lLc2yBAU1HDzI7kqx26
ua6j4VLW8R5QhuF5SwyCAAoaMiH5DUUTAkRahU9wB9MbniobeAqQpTOdOxEJ3YGwXasfSpy7
UAMTVSmLRoeCJe1mxQMuSJFDbUgxfjmnjcJjTEqRzZ1qlWNgERaqDAEi74oUfHguL0DZogih
YitQU0nbFAgAA17WQNADfNAgiz2RxbDFajezHiuahw7k3fTgniajBNqxRiA2nFE5lUo9+xWa
lsU2lnIaRKNTqFO5bu5pcxiT3phQisgLV86AiBS6etECzVxTANW6iP4opOaPRXtVRkKEmvYp
AlyQ8Y3ARiBV75hMbcVH5WMgNiR1aWf8cUeanHD7KJiHngZIG2LZIsOw4omYNHAo10HawZbh
xfT3Kx1AUIQBNrnNNE1NitT81jxTfUsFIcS6DFgJco/cpN/tSpuPihEbYLfyUdyEX3Nquk2l
FNVwaBOMEWJpR7rEMXdBgwFpYe4iJHUMQyEhlbFk4wsP0q5DGxREBh1IiVTwP5kY9MnqBb7y
rQOw4oA0ITu3EpjUEVzTCsh4iq1Js139lMA71e1VQ0NsSEQLGhXE3NmPmUdN/wDJFiTK/ABM
WlRwETKxFrLdowkHRAs7AFEC+OTLUZVdgAo6q6iiLeVB7tQJ41enYjlh/UhqID0pdShMOIih
U4xDQuCcVFgaCpUd+Uow2oPHXOmvcl4NpGcZdPVj+VCeztjckC2uZYRJ8u340ZCLbZ6pSDC6
AjTNMLChyVS+a3LCJIZP2Llq1xghQDggKOMUe2v0TPEqMGfUanOqkIUAFhmtE5UNInijzGnF
EQ5YyyTjm/l7Koam7WWqRDXYqRFQPU6JB7FoNsSUZNzGjYSVwXoRxTOzMtYoM0DG2WZWQFQe
KBlHVI2HYgZAknBHA0XlD0aqrfA5JhSleBWQzQkBzC4KBuBggC1RhgtWJsMWTxLZg4hAkcwt
2KYLhhUKwJyxHtIQGNCeCMQRphZPKpGdvsolnMqLUSBJ/UjqxN0W9N/uomdjXMlAwcaqEcEX
L8oGns6ECSQGLxK+FECcB0xkaB+qcEBKsyWf2U0os/ijgVoEpzIoZSLD7kUImkQK8ftKZiOU
Vk128SeAIcu15I7Q5TKNHpzBR3H00Z8XCrcEVzRBFXVK5qtFf1qQNKlRnBhoNCcVuDp3I4Zj
2Vt6SwBKI1XspOWGsundgWH+pWocU4sL8V00OCaJJIr/AEp8cuxUataYpo3xeitU53TM4RjG
4oclSzWClPVwVD2SNwyMbNV1cSNnQEaEW7U5Bcj1psMeJRcUwOaLhnNzZAM48wTatMsMboxk
Wegk/wC1Ek8sQxKIIeJFXRPidmIs6aJdqosONOKc3xTM2SYWapKAjawJxRepUBEVxxUHOkE0
PHyrcJxaIbAhPI8ws2IW4Kk6SY/sUYkaXDgWqiSQCLFBq+ZaiAGFlLaehoWUZQobHFR3Qawk
CVKURqeOuKjhqFSrFs1TG6o/arqVhzEB1mxdj0puniEJgtpqjvgmofsUZGRmeqXlHlUxgSwZ
CieYYVRyKvpZMObinkbUAyR1MasmFC1JFAuwArxQkAz4jNULlmLqOrHKqZ9ROFFwHULJiOAK
EcIi6c2utQtmnBYLVIcgw4lAHlIwxKpRzRxWiJcGNnuzpwHap7EO1aql8s0xGmUQwDMmLxBR
LOcTgUBIMcExrLLgnFhiVI0ET3IaHajlbQ06jI9OFFMkVBOFaIE1DJgSOQjUM/MnG9zEkydz
TwIw3twbpuJNYJwA2fFRhEHXOjDD20IA88gdRRJaLUATA440UQ+oweKltmp25FinHaq0+pH0
hWKMSQ+ouhIiks1QUGdUYSN6goBnaC3YAPEAGIFwnAbEql0APCbouDy4Khd7OuanEJzhUJxU
Gv8ApQ1UJtJMzhqIxsMCg4ZroghtVziUBgbk8EGyqhWpqE5GplUu9ou6wB4qQD40sEQC3fzM
tNzc/wCtMAa4IAUiT0o1FQ3YgbnBcxfVQg2CLF4E3WoUGR4Kp0/z91A0LqhZzVEGpweyEgKX
bBGhiBQALYkbAt6VugcxMtVr6uZCe7RrjEP+RN8ptfE3JBnNojzJoxjKRvMy5R7OlHVtvA5V
ARLVZ2AXxD1EXPlWqIDEkB0CbhygRzcBghsS/wBvdoO1CcYj4cxqJ4+JaKVrEnFMakfRYqVa
uWPemD6RjxXMdUQzxbJA6BEANTJR2BtmAizyfBMd1hIkSjKlD40RCYjPIWkmZzwyRBpgxzUi
Qz0IVBXM5pyXa58KcMWsg9TliiTLEUx91CVybKlHuVrAZgycu479KcjvGJQMcaEKlAaNitNB
wRlEPqogzkk/dWkuT/NEkEdviKLd7oyuSgSG4FCVz9ajqr2ol6ZI7YL46hcJjUjE4IMaxd0+
eGQWh+Y/yVGe3ahtgamzVKGz5geJQL01A1UvhbcRgJy5pAewid+RkZVd7/ZUoxjo3C7S4KW5
u785xNdBLflRkHAIoCXWuUtMRZlKE/8AaJaMheJV9e2beEt4VpgGMR/HMtMA5N3Q3T4S8Rmt
v5gBy1kxvHBBscVxd1dSrRz23WkFogvS5dY9uSdq4O/3k5t6AibA2fEJ4k0xdaduMpyIoGNh
7Sae0QQWeQQnKPM9hQOi50u1BdaePpTYJ6OaOmJezHtT3OCqXJNsGUgQBG4DIkhsSFqi7DFB
jU1ydAG8QSUWHd2qsiWwTXBapusSQe5PKuf7VqsBgnNsjgmJtjm6AlR/S3mimvL6wgDUelBi
0hgENy+BIWmJrxRhTUCwITvzcFrlKtiAiXuwp+pOBU0XIwx7T7OpAku5Y5haeuqjuiJ1SrIn
8qe8hftQhEDQ1TjL3VPalIEgCVMAvhuxvwRBmZDF8PdQoNUqk5IkFmKlEmsS4U4OSx9HsqUB
yyBvwVRWwQepyP0TII6jbtTyPYy6mOAQEbtXsTtRCDxBPinSMQhIbsPmt9nYEaY+5tqW4QIi
IwAUtyTiHhCAvI2RjXM9qIAP6URRuKL3wQLlyaijJxZrnNUljX9q96wGS1kBxQhRjKQ2SX1b
hGHh/txTBv3BBwQXwQar0dMwcWVZM9hirtgA10fS/FPAPwOfnQs4OFUPMMQENcrcLoMaNb/S
qCuSJFJ5iqnGVH5ons6kZSNGrVXFbf1I0AJyuq1JwCIJoTQiyMiK4IO3AZIhycQMEYtbGy2o
TmIz1HUDh9pSnCYIZgfEPPJR+ECY25sPdXxJBgY6WGY8SBPMSQokjl2+aZRwBqBwKcYGmbq1
WqiIkCMyzHEjwqYBDX4VRBxQAuM1iiBQaj9apU1wQjbinPc35UdRArYumajUQltPGYuRy0Xw
PmZGQd3PVp8iABw70Hq2BTtkUHPKcMUzdssmRIJqaDL7aEtWqYLjJDUQXqUSQPdAZWaqMSb0
IxQerUAVcfq9hNGWkVc3KYf9SrUNKoYkWwXHgjqNz2ouWetMkQT0+lAgkH6kciGD3KcSriFq
OBpn9pCjVsi4AhtxOovdkTEcpxwVADqLjJOzvgP1J3aBJY4pg/F6IkvF80+oDBCQoGRJrl+5
TMwCG6TgfNrWkxYjEl3j5UeU8Mly0BFCgTzAWBGKjENziowTzLgC3tJ5EcBZCMZClituTVBk
TmFM0YEuE4sbIev6JEB+Y1V6fWiLF/40LSC3Hh7KYmli6jsgNEVnIWAQ3ZlxEVCnpLRflfyo
lRJianq7FniFqlii5d7YLmLYgdiD1pRMw7B+ZAsJSJshzUN+1MABLMGqvSPNXH2U1eWxy8yA
AZsckZXYMQgNXcLKvoxCwAs5QIIOVKFMRpkR6PdRBvkgGo1CVVgAbrXd75hZg51C1Aah22W/
uyBDOIvS6jM0OAwYotLgyc3tREgY2N0TIPxGBQiQ0DQzPTRQgDonEddwfeUY/E1aaSlYFEbf
NGtUCIExJejYog6o4xYP99SO5J5DpAH3oqM4RbTRjSi1MxftRAjfEWC0O4ue5F+5ULl3UYEA
HT9a3GL85FMnRGCLK6k3mLDvQx4YojTUYYoah7odRpWRyzUdn5YaAA89zxykUI7m5IxOBP7V
Qu+CAw9K2wWi+AQfsYIi4QA7e1SD3fsZDNmAFlUO+PlTigwQLdo/WiQK5rOTi+CcRJBqRkpB
sHqEagAgMiJh2s1Vy1jmboPa7yR1G9RkgbjMIsW4cfeUWFBd08qvjinFmtxRBYBnZVDDArZ2
iCBvHUZHIIiIqa8GUdQFBcVVS4s4RiMDVkQ7bMG+JLH3YqO3txENnbFeK/4/yzQcPqIq3sKU
N/mahN3Q2tuPNMtAYIDeOoRsR0r4e1Fq3z+6hFgH5iTROY/EgRUS/Sv+b8vIaT1wsdsoxJvk
cVXw2bFGTgIC2ogasGQMakACP9amRcyLjtQyGHFF7LBSl5ZH60GDcf2p6xjG57U45hiSgQ/A
4UQBFgnWFMUCMbnNctxZ8loxYEn9KBu5twRJqC7RxRMvCKoA8hbqNj7CkSWiBRsCjCR1Nc4I
aSNQFexFjYVwRDvW5QfpNCAsQAXAK1MamgRblc0CIwWqhBxWpgBY4qsXFPWg4ZjQKoLLlww/
ahlhwQtqBvmobceYEgIbMADDZhGND0y8ajEF2NvzJgdMTZVsPQhtwqSatxUdsDnkHn2o6xR6
f1Iz22lI+I3Q1Q5iGfyjxSRMIigZ1OEKRBPN+lGUpcoP8fDT7YjGJvE3LeaSYGTipD29lbkR
HVGUdMok4nomiJ1I+tZk1ZlQuwfSFEbYLE48UdBeQDmi1kVVO8oVVgtwgPzS7HdBpVJNkwq7
oab4hbsq6YRIA9o+FGJoY9Toc1+KDzBeoKFXwARyFPdRswFScCqcpBv/AKkIuOZCMKzFKIQv
IioK0GzC2K1CkclLTi7FFwTIokA0ZAGr9yIIDAEKIj4TimNMlpiCBdzX7qBo5TAUxF0D5Q2k
eFE1H1+8uVg1HNwhq5kCGFWC5r5L/lM3w30gGjt5FLcvKRJMjeqa8hUtxRcNmVR+WjZofN70
X/8AHE2EvMg5riUxqMVQUyTRPapRJuMFHaECZ7hcRfoC0A6QaEjqUIQrOdA918Scmo8icypO
KyLiOQUBGBDRAnLGUvPJc0mqPQu2gbJCLkkXJoiLCZAAGUVUn/qubGjKlwv+i3YgXkbZui1C
nHqVDe54IbpFd4uMaDlUtp9G3uF4N1H9iJ3HJfMtRT357cNrfgG0s+vy6FuSkwjeAGGr3V24
IYY9qqXBRaoxfD3VFh09RF0RIGtizIA41PBVLnAoAkZ8Cj8M6Gp6EDbVaX9KdnAxQi3ZkSgS
TWwwQEuwBODR3sgWqSiX9C1Hqs9wfeQe4q2XlXPY19PmQIDNRGI5SacVSpGJUpOYmVSBiEBO
xKOJsEfSXwWoxFLFQhEtuQA1xQgLCpTWCJGAotB6rlHWOWVAFMEPvzkQJHyOjJ8XJTg6fh2x
p50Nr5iZ+C7yHiPkWsBwzVU9NBFgKKotcN+lCIPcVrIfJaHpAesqlgT6l/Nd9Fgt0tUyNe9O
K1YnBNUAIAChu2K2fkdg/D3Q4nMYDwwgte7KW5PEyLlXvitTWv3LdPTa2SYM8agrFxU9i5ZE
h7KUW5sB2ou72W3HK5Q9RTk2oeKaBqbUQEi2h9R/ahdkwNSbPgquCHviizkBiXujmLJnJJr3
KvMTjgiJSarjinJvYPdEtwGKIEsGDijoV1fUnl2EYe8tR0iADnOS0CTm1bLkuMU5rIWCY0bB
cI3c0UDtSIk4cCrrXLqlUpkdpw8Y6iFLdOJIHcjIB5YKR3GlKRucFHbIf4nqR3RSNHGClKU9
ROdohfDi51H1BSNmNRw80UdMmIzyQFwFHVbAIkChLui5oCwRagIZB7D1q63WPKJEetEevFVZ
8SExfhwC1Pf1I54lMA7UWkEyOJwW6JkRIiCDI1kQejbRLagDhmjpvkpPnYXU5k6QzVVKlClQ
E+ruRH1YIaS2cnqiAHHEqRn1dI7EDialEA0Io2aAduyiNGGNcUa6dVx4kXLnCRuGRfnYs2aF
KjBGTmlwgDYGg4oMOS/En3lzRdwx4FOwMh6kXqw5QgSzEWRagzQIk0iHIVRrF2Zgv7JEZxBO
oB4xJUY7kte43NNmcozA1MHCG/qH/I3pNqF4jxLa2YAGMjznifKiA7AGhwXxIuz6Q9mRnumw
+pbURIGRBMgDUe+jHZI1nBRgTRnkch1KRgbl10vnxPnQiRch6IQFYuhp6UAzPUKIsDcqhfLg
ukelbgBtI071QagK0/Mms9wUQJM/pWk9z4FEAepOS/AYJ9TtYMoBiSSAFuQ2w0BpJyMvGtQN
8sGRjEYj0KYOTgBE2IsAoWcxYhagU5o9E13Hch6BmtMrD0qUtuRjSgFXWkXGKoA2a5YgAY2R
NJSKcgjNskCAxGYqVmDiL/iVOo37kK85OByXMXrbAIubXIugIkgG8uKMmZqgn9KBL1vknNgg
zAFcoA7T+ZRMQDPc5pkZ+VAetCMzyYjzIfLfLAfB2BpBFA//AHFUgbgqI8R7a1EE7kqTJNAp
CO3LQHIOY86NSxFXshoi5jfJCY2ySTWTOB95TjENI0kcfdQej3KIiREMWIq5Q3JU0h3NUScC
0QmJA/micMnwWkWIrknAbi/0bjtzSPdXlRB5Qa4MgR2uUxZiLoTJcEWHHzIyLNYYLUSeGSDV
PHJHfZ47XKHp/cRAD0btWTDvRjGwIZCYFLaj1JsCxqoyZwKA4oPKrVZXph/pQFrh0InDqf8A
SicSWrgiHfB8EQOoUDW+0mFC98/MtAZrk9iNDqxVKA0rkFSTk+hE6b95Qibu7pwK/wAii0ml
StbIB9Rv3osx03wf2dSeVBYRuyOstXvZCGAxUWrm/BMHrUHD3Vt6i9SuC+Hsz+GSeaXsrkgN
WMmqT5kw9K3JfLlpM4C0azGERpk6rByagPkjEaRwACltw0iEg1qj2lJuaWZ4oEtqe600MifQ
EQbmnegXJ4CtVqZqWsmFc5YIM7eJGTg8P2K0vQVuZ6i1eKBJci4CFiEWDgC4TVGqmrCqAFQC
xIsVZgLIDb6jgtvaYCQ5p5mc1S4ujEFqVRAdjUkoxABBwUgRQWCjJmY1ARADABEh6UDIxngx
a1VplzCVIgZe0pMWIoO5bkCXIqMfZ0qQFC/UmFDm7hSEPDQviua7UCuWYOoktZw6FW4Cp+0i
RUPeyb6+CEgewY+8gCK9T4kDyo24BPgDbIrUDQENFGQDuaZIDNANUUCjHcDFyR2LlqRgiHqc
UXTjuVBq3T4ShPZ24wkS4N7KW7uylpxjEMa+VREYEEuXN1oIaN9S/sT1PeBx+0o/FhoexFQs
xE1I/UhtxJa6YYYcVcl6Oi5pZnb7qYhgLAIDprbFWW6ZVGqTNhVOOm5wQIAIrR/zIADU9K0u
gKPHB6EJ2IGL3UDKsdyOqLZe0vjHo2uaWLnwLViasjgSmOFHRkS8f5JxiUdWIYKJ9qiIcMHQ
i9TlZk7BwhJ63ZHc240NZAfmW5EhpGKJIfUaJmceFipMGMrniFEkMSaoeiqBmbimJZULkZ2Q
BA7VzHmlYiqiQSSSwdQnuEmQi0o4F1r+W5d0dIC1fAJqXAIJ95CQ2ydTgxlQutXzVIeQflUY
/CDbfSe1GMIiT+hMLcFzm6cUKvRUNF8bf2/iTFi6I2tuMXuLpuGFkQR2omEdKAlRCEg4UhB9
JNZFSq7ehaiWOANPxIhiwucUAzBmBP5kQSXwbNPVxiupbwAoJyLntQiAHua0QBoMWzTyph/U
mgaOxLWiqF8/6VGEXM5Fog5IbUcKk+0etfWnTlaREyf0IGdCMkDH1q9yycBs0OF07nqZsECC
zXzK0TIDWwUpfLxiCeWU7oP1ZZIGLgjNB7C+Sd2HrR5gCMMh7SDkPcHtRqGigwNLZIScL/l7
tqjbj+tVVFkFWp4IsHTOzqytX6HqnTFS2yKHFMQ8oEgSVA6cXyRIqMlU0VBypgSSC8mWkVJQ
aotaw86Y3OIT+iKJIdskwaoaqv6gt0e3K2b9SOJxIxQLWLN/UibtV+HsLUTdzWlPKuF8l8Uh
4bV383gQ9Sd+YqvULIUYv6kGop723ETlth2lQMjsbsACQTCQxbwINhIE5VQiztZClggRykEU
4JgQYesotlfAJoVkKNggNIDVyWonlFAyYHlfPBXc2coCTmRNSuauABRJdncBkHwzwUdsWesh
XSFDa2w0YAAIkGuCBH/RMQqdymPmiJTMyYmNtH/bT2zVv8Ra6rQtUfQGDKyJKtZTBxBDdqlC
ZbTQj+pM4Y2QBHJ61yg6gO0MtQNfKgSGwP0bpZxrlTvRYVNXzQcNjb8yAq0cURIEh6cVGBci
4GLeRfFkObeLgcPCskCLWKANOKfFVWxsRkYbW/Iicna3TFCZI3RA6TMdLHxQUpQrqAL5jqTR
pn2JzZCuqOr1rU2gXbxFCEC3LWP70SByYmjoaXL9RKGt9Nwbt5l8IANHErTX1KIPZ2e8sC3B
OWv2KO2OczIEQ1FGGkfE8RCswTm2SBTFOB/+ERGOKMjU2dNihjkmuVT0JwFqPoRLNGYoEA7n
PBFjXy2TAsbAEVPuou4e71ViQzR7l0j0LdLcuuXoBTsWJ1CqqewYMhI8r2bJZB6VxQOpiKlD
f3ZFt3/bgT4B4/tpmtZRpZZgLDJHcmRGIqSTgFGGzFo7JOk4yfxIPYXAv7qht7UyYwhHkkWI
kOVMb3LJjSKDROmJrk46U0Qzhmjce6jOZPMGIuWTQiABUE1NEBQkuar4ZPw4kMWv7Kcvxkao
nVpkbBaQSSaOKAhCMheoH79KJdzZsKqBAeMyIswxKciqIxwQJ7EY5Yf4afQ/0ubIu5fpZGRF
MUCcbBF6Fc1AbFAD0quCYdy2yKOK5+6r6Ri2XhTh3FXQleV4nH3lqIc5cU4uV0n0rcYknVK/
EqpqM1Qkh2rShQ05XIxWkOWsGuhtF9AIMvd8ShCIaMABEZAK78FZjmmzRnKkY3JX/H2D/aFJ
kHr8qOrqwfFZUcAImBaUTqBJYrUaMGmP2o4CwH6k96esIGtasMPYUjICEcsfvJgx1XBr9pRj
p1QLgar++otE67uMfKtUmMbFsT7SbTV3cYhNl4jdACGirku7qpcy6hgoERsQYtw8yjOBrIV7
U1UCacFRU/wctFSq5xpT7chLsTlECpQLAq1kJSwtwQaOuQsTZAyHK4DdqfTpCpgqd5WzuRPM
CQi7OK3otRN62uFcgm1k4NcQLhSEIvpqAulbum+uVftJ6ket1Q1sSVQAE4XXOf8A5W781IVf
TE8AqC2KZnKbHBVqtzYJMdYZ8luQ180DptTl8ao78aphU4g0+4nsYOw4qMpFpzAkWFB5YIvU
AVzJUpAO9BE3RluRphk65gdJDgBHSKEcNSi5MTYZ+0pB9QFA2KowIyzRAFsSaBXDi+Sc1eyG
IP8AGlBqDEqeep3KdUunJYYobe0SWxFihpOkG7mqECHKsGzupT+GJQiwMsKoHZjCANiQZH8S
J3Rt70T4TFmUIboGz8xultMegpyWiLBkXcOtIsFVc09MMBFOCe1SjCMibiRsmMq2LY/Qzc3F
GZLCJqAjjRma6YDSD/GrUvaPfRNYvVrJ2rc8Y+0rBbsiKGcvWUxDDMYBBuztQowF05L4sy2I
3Mo6j9rmWSbFOqIvit7U/URGKBJ7QhpuMXZlEgODfELblG+m5s6DF3uRQOiJHkB5uJTtqgKM
9VGAlpJjXL/60dD6hfiyMwNZwPldGQlzigZDQaGpoqU7cVqd+2jKh1E9Ry+ymiHyQJuFpjIw
F2CjHU8cQg0iJW0tivh7TxHikcAgIiueK5j6ERMgEZoEyPwnIIz91Tltc23MVAsvhmQDW8Tj
woxkSZYCyhIFjHpORC2d7zxBI4suKb1/SKpsMlu7MaQjES+0fKr1Tk1zU9mVpggdvhR25HUY
ExIOa0sxNTEIl9DVJGKZ3xfiUauR/HKrlbsRcSlXg6Iq3hOCHEXFDRByBiP61CBIAJb+NK29
sGkYgP3Kvc6cjvWBK/yWuXLEYlbs9otGciYk0LJpUFWfgokg9gsqSJALsKICA0yjFpR4hQaL
xGJRq8RZ/FL2UIgc0sywTTriTcLQBQ2AFVyEB7j9yfS70HcqAsHJARYceL+8nDEi3YmxNXfm
XOdNKd6FWpijpqPM60sz1MzhFSjA6xE1lxVOnJdiEB4ayK3d2rCkQfzKA3SIwjzACtVP5bcB
+FK0xXS6O4N0QMX5hVwObVLyI1pE0LOT7SGpjqLALaBqdsmB+z9FVWn0OFRR+YkBo3QIy4SH
RNPiVb/L6Jyh0bg1Clz/ANxEhgca0WlgXDBC3BRf12XUt1zQTkwxunYERFWRILEcf3IAORcj
FbUWpKYHFMMAqpm7k3rVRVR+Ug7M5kPyoTJ06VFwI/xyrWbn1qtXuckQKxIYl80NUnEg4bFH
bmwD0YImZYU0ixUNraqHYxOaI3a7psB+Ra5Wept+FFhR+xMHYm+SEhSILUxTEEAWejup/A23
kbz8MW9pavmN3TK+kYottndn4QTQKRjHQDJo41UNiEbB5y4lGMRc3zVFSsjZEmspY5BbmEIk
94CnvT5doSIBN9Pso7W1ExDMZgl3UPl9jc+JPepLbFKJt8SBwAHL95GOnm4qfyxg+0ZCWoF2
1JwaFVLlMB9D+pUU3kzMfQUTIAAXINgmEwT2oMXUN4DmiWPYUAAwsQFqZvKME3ixf9qiAfTR
YekLckSzzk2V0dWogO7Ur9pSo7WA/MnJYG3Erb3olp7Z1A9nmW1v7dI7gev02RJoAFu7jCQM
jo7InSmNHuD+5A30jEIzkeYUMeCEmoa96PxCwJ+0pbcjzbVBL8mlDbPN8Oobj1a5KO1Ckjbg
ozI1bwrImtSvjCMokTEduJFpeJDcmG0swFBq8SE5QMYnpkOmQRJLvQHJFqnMKUiOSxJr91CA
sKITjQjq91Ah3qgAwlIhnwWiRfGRTx/2401HEqU5B9NXCG9M1kNVcApzgSREGuCG3fc3yH7J
HSo7W0GADLVYKHzDf3YdMv0yXPROW0kMVuGRoZUPu9CG2CwjgaoEwEo2kAdJ/wDsgido1HUD
cfRwVUYyDiVC+SEvhuRTSZEj7upbm3GWiUeoCJIj+FRB3ROT0ERJz9xHaLAyFjeK07jzJcHu
8qjJiYgMyeWPqTk1yGSsfulbj4SkzXd/KiLAipP8da5X1HDNOA+NRpURHqJsBmobe4dXyrc0
L6JeyhLbk73GK4rit7dAciLAe9yoEByHBGK/5HKCJaBEeLzKMJEhqjB1y8oxligH1aLkW+0o
zeJlGoC3JSAlG9ah1uET0k09aG5D/ckOaRuURIkZHJDUK1D9qO3tbh23zr91f8DdNYdJNyfZ
RDPts8SKBQhE8siA361HbiOJKAucUxsjEUCjO7Fyo7YEnnSUsI+8nJaNgbuiJgx2fa8SI10o
GFQyntwIjCQPLct7Sgbc8b3JdQNqJr1WXFM5LBEA0RxIuuy57UQ7kqO7CWktonHOPh+4rvmn
+homi0xq5unBck1KdgCKuAFsx3ARHe5YzFtQ8MlrMYyLY3ZGcHiI3ZRkHL1qaUUjEgZNcLqP
pW6SKmUvrQAjqkLRRlvSMJnwmrBHcjMncBAIjQCKdtUhnaq0xDxNXxWr5c6JvWOaG382NJsZ
j9SEoESicQt3YFDKP1Ih2kCxXwY83xJai+DKtKO3FADvzRJLA3CrzMtzdxMmGFl8uHMoyd3s
8fCq0OX0OzMnNGUd6NNyIviFKO8BPTSXb5or4u4BJukMuxGRWSLijOCniHEbnitEgzrQ9rA1
ZRjGRiB1MWBTT3DPbFYgmgPs6VqhKliStoC5mA2AqtsEtQpwdQRoLJo96bJUoSE11pjT+S+L
OjdPFClPoY2TYIF+o/UiRZZqWxuh4yscYnwzgpfKzL7uz4j44eCakDuBzyyhxXwxJ60TMwwX
T6gptSBJfhVNAPuHxSNFACWqMnkScSPAp7VhuwJA9oc6NHmcDh9lO+mWAQ1AaxTWKP7qlEgn
SHMjd1Ge0T8KNAMD7ybdDbkbkUB9lTiItGR1DsKYml2FlMBq2xXIADckqoBw4e8jXUGW1qDT
kHkB7S16W+HSPenFfoLXCLoQxIqiZdAqGxJ8yAFAme9kMfoIbmY6StwTYSdvQjRpnEJiOYUL
3UoN1BnwBVCKGhJRI3ARIYeZQO4DEQILhjbmUHrykko4DBA+pFwHBcMsHTlBk8+UHDELPtT+
hVonnuRiBmQEQN/bbE6hRRG1LWA9QOVEDuUdMRug+UW95Sj/AMIly4NV8acTtbpDSjYD3UTE
Eg3kbJrvUniVpjG4urqQI07eqTxe7HxyQIJAgRysaKII0xMnJej/AKFDcdxCTH8i3YsQImhO
MZIaR2ZgJiCZYDBPvFiLAFr+0vhbfLE0cLcudmFCfDqW1vM+qOknsVACxcIEAiWBJpREk3qS
Exs7gqG2abYLzPCPhUYwHT4eCDx5jUt9F+5U+iMRR270AK5rJDILggnjcLltI24oElfEgW3I
0kjt7lCLlShEa5lmbNcsXiKkNihI9Ug7ZIAluVmTioGCD1T2TE+haY1/khKQeWL/AOBiAe1C
W9tCRGFh+FNt/Lwi1qfuUYDlAFALJifSjxRGVnW5uSPNKd7tH2UNqItU4qoAlHmDDH3VOJOm
T0GZXUfQpRk40SkSLiVVEw3DpYvFsSoxEtYq7x8SHw5RYyJ3BnHw6Yra+YhWM46JcJRUSBql
ickdRAGHYPaWmFa3OCGhogONJUmrOUyZ8CtvZJactwCObf8Admm1aoy6JDEe0ml0j+OpCFsz
VUD5FsPZW7us8jQU5Qg5eWf0UVL/AEOe5DdNNALDihqTI4HP6TEGouEdAuUY4o7hkBEZZrc2
NqRkX5zh7kU8qhk4lpGIW0RIjXbNEEVAuuWgQq5C4YK2nbHjz9xCO3Fs8yslVUVLpkTkq2um
h4aKvoTkPktJrOQYN4UQA0bhQLscVExYEX4qRkQ2DWXUpgbI1gkk96/2ougfh6Wujylhmp7M
Nue4W1GnLH2k+6ZSlEdIREQ0Cnd5NZc9h3rcjWWouIi0feQAhoG08oSBq59pACBk1jKX3kYE
dmmoCjpd8sQqls8EdneOirwlfU/VqUoQ2Z7mgkSmCLDxp4bU5drBS+M+xOJ6ZVB92UVAGfWN
QHD2kAJO4cMnFUNIuWUY5BMsk7J2Ud0E65FhEYptstu+MHwlGNyRWqGztyAmfCpbs7SemZRZ
aYhyDUrYvKesVTkmosuUtiTkmvwuhu74p4QhGADCiqq3VFWi4fQXxUi7k0CNGY0IQlgUdyY5
m5Yn8KO5uEkn0AlAC5Nck5NjZB+lqZoEd4XStwGgMi8u9EOA+OK/mzsgRIcQAEImOmO5yyPB
bs5W1H+NK0CJIIIYLTsxO5KIeUQOZgnieWNZDEHyyRAo4v4VIbc9UM+KJId6FqLoDWLihR3d
qfwwTWMrA+yixiY31n9qgN/d1lqRAZvtLehuRYSkQAb08q0wL0q/6U0YCTXrzJzqjpoASuSZ
gRYGpKpKJFyJVLoS3YxkYlyBR1XZIOYK+GAYNckgp4zBCBiXWolmqQpTJaDtEDCIR3xMQYFu
KjtiLb28DKW5lHwo7m689S5QNNaDMqUYVwBwCi+BqP1L5cAPUl+xMMIp8up7L40gDtjppirK
1VSpT/QNLKo+glSboiWfM+JEA9yG4Y63pGPl9pE7h1zl0jJACN8FLVc3Q2yGep7E1yHVY8xd
irer+pTxJJY2o6JIqcqssHuWxTyDAoUIEal1KR7R2KgFfSjuQkY7lqHD7KDCh62r76lDbg4l
QEG6L0LVcvdaY1Lt2KhqMBVCe9IQi3R5lp2tvTGNBWsl/wAiZ06/Bw9hORzYBEx/gLXvSDjw
4o7e18uJEV+I7yH3UJvzGjGqfQxIwFk7kBrm4REJEPc4LUerA2Wobhc2Cjt78gMyVuS2gXmw
E41pLxqQ1UAqyjCgD1OGkdWpT3X5QdMBcCMUwLB7fqR2zRh1YJqMzuokFgoAsBGJ9aJpyjS2
aG5Ll23ds0BEMAqUTR9I/wAFuCIyXBT3AH0gn9qhEWZz2+ZDWNRJ5YjqJWrc5QbQGAQFTjW6
YUArWhRc1wN0Q7l2ujHE1GSIHSRbJXKkJSLxJwRLtpTgCqBEbKESXBIGalcOzDGqb1rSxBFX
tfyoSqSQ1LIiU2lhFrP5UZBnwBzCflEaYfuTR3GBuIi/uqUpEzkAWMrpmBOMrox1agS8R2L4
u5yBsUYfLjTHzkcyM3bGRu6nAjTKXVPAg+ZQ24Viz0y+yhijKTZgIwA0sahPljigIhscynjW
VtWCIA+Jt2lCQoUNz5Yna3HeW35lubtQZ/24ixHnT0jpxJv9lX7GQMhQhgblFna3cgQGLUGa
lvNpMSIiLuSSju74aQLwj+5WZEMNDBi9XWkYqn0x+VBffkHMRXTHzbnkWaJ9H0ShtjVJwdJp
qA5tCnu/NbB+X2o0iZEGRPk5FqciIPIAHIHkQqQ94jEp5J6VDoARpiVOYuKVRId4UHYjqBLB
grRUwLPWifG6eRb61QPnmtuhAMsU4L6C0WUtuHMXqfCGQlOpcgMMR4UfBKJsOorZm+omIIlj
7WpDVJokVfiUdPSaO7BB6tfJMGOq3f06VEGIEY3P5lqgRARDPiSokbmsCjCgH2ECRqJu+CHH
LBAzkw7E3xYyJqSLBRjG8rY/dUBJgWxrVEgPGVQUQWc4KophmiIERANaVRLkEUvh7q29mJEZ
TLCRGa2YTo0jqNnLeFNIFsES2lsFYiIxeiESSDif0o/BB3CSO33lswnFtwPIgZnmVbn6GB+h
wmC/4nyzbnzu5QRFRtv45+2jEknc3ObcmeuZPtoxBogImy4qUpEACpJowXwtkn/jQLX65f8A
lUSBUUORVhHMCqEgdLfUiRa9UZ4lSnMXlTsCmQWHHsUjUPjgy6B60ZCJAORQYtJaQ9ncocxc
YHFAVLkNwUoxlpzZA/LS5pnTKj1JUduUte4+uUiM1r3m0Su16eyhFvibbXBtJPMg2otIiZG7
i1UImIEbOTggXp/khgMWUYYkvRjRA3NqfmVYuOFytQAAsiIs2IRG41qFQgTqhG0+1Gca7wqC
ahEyJ7SgAQxtLFvIi1BgLoHqIoOHspjEuTYO6/5XzpEREPs7d5zl7vgUt6cT8OJ5IeVUDNia
/dTEUFQCcUXDyJ7QEd3c6p2woow25EyiKAVuobu443CKg3+jtTrgUEIbdd6VuAR+YnEfFPj8
VfNJatwgCOJKl8MFoGssC64rFwh//P2C2sP8xIXA/wDDGaeDAGtf0p6gNitYrkyAkKNVAHpU
NoDliKlNtkCICk1WzopSkajAYOuoIjGwZHh3pz2MmMea4UQJMB3lMKxlUMhOcidIfRao8SlF
pGMmAINYqA5gYxFZXf21/uygAaZMVqL6hR0ASSQLiyeQbAFAOxNSFbSMKYra3NyGuGppRB06
vND4iPwYaIanEX1aR5fiIuOMWRBHEDBA9IPBPKobsWmJfIHNMasbBOQxNeBVb5Nh5kzvkWwW
kR1DqJwCEQdJs4bVJCWpj4pSwBW7KfOIhnPFSOl60F0Q7SDsAoggkA8zoxGNzag8qG/KNqj6
XwTu2QUeKJBidw0iD+bSjvbp17kkdTRlHjgtJrAFoh6EqO2Oo1l2/RPcFd2Y07fvHx/YUpbs
tUpF5SJx8yANrOEALGncmNQLFctXehQFNQ+tEj/cwKLl2uCjMhtbgHs8SBErHHFXHoClTG+a
LihNCMkIuHeqAYSJuEJgAkFu5OL3DYOjOUjENVSlHqJvdGQGp/450DhYoxFQajBA6gASyaQW
3RzgTknBd/QtuF2c8K8qDsxsyk7MLcWTNw70IyLxGaFdTDuCEWexopUHABAPcUQBFv46k8bP
fBfDiPibvpH/AOxObnAWQB5NIqvg470tRPsRURUcQgDR8b2QjA1DOhtgGUhTvUduIazn6GZM
E5rwR1V3ZDkgLlSnMCERfJE1YByRdgm+W2ZmBNJEaYN7U1Hd3pCfzF6dMH8KbFOtuL825JxH
2AmlQtypzTgEzlmqMEZE1OaGq4qyJgKJ3vWRyREW0xoM0CThjZDE2e4+iRkQGNhdSccgtIpw
acE5JDiheqkC4kMUA5Mu1B5WwK8DE5MmJLXIGPvIuAS95H8qeZeJyRJBk3AJtuDk+bpQO7ER
MbNSiLX9D+6oueaNKnBS1ByaVWohjYE5hExIpxQMg3rKBFBmaJomppSpdPt7RnuToxsnmBHs
FB7K1bnOchYL4cP7cPKFHNqcQhMjRBnc1+4t3f3iZygKSxfwx0LUWOr1R8q0mpKEDcWaoWuf
h6gFL5vdHNu9AItD6KXTmypQKQhSTUJR3N7ccjKpQM49pJeR+yhGEARxAKaLAZCgTuwV3PBV
BjH1lDbiQdEREjIvqQfvzQeoJzb7ychmPpWMpSwNh91E6eUUMlECz0Ga0nqIIdGMX0C+BdCI
cZg8faRBiwNyPCutGUSIh2dESkZRuAaf60wBL3IOKYggCgf9SctduH2UXi5zeq6TXFCJeTVL
WRjXURhguZw1EBpPLal0+mjsDSqEY7dcASGQfbBOTojSBZwLrpFKdiqRFzUf1IQGNXCFHErB
RMpFpXEQoS0y3YENIPRHdluQ2pAMYS5vd5F/aaMonrAunnMnHh91Nib5KlxcGyjrh8QDDw+y
hFgKYYKOwC8RWQCLA8S+CD3NHK1StUBbcJjVEVmTiPIoxiBGMQwiMEwNU+aYq79iaJ7lk6um
FckLRCqXGIVrLhi6+ZlKg1kAM1By6kLBuDLIPQKkXk3YYhDc1mpcKMay4KkefEmtFpiRpD3/
ABKRixIxHBUkwyZUr2cFh6lJwHfFEnGwCEQGWl3f1pryF+CLDU+JVaZFB6A4C6pUDxBOOyqf
WBpHistBIa5ewXNu2tev3UxnLT4jVNHceF5Gur3VEfLSlKOJligNnZEJC5d3KiG0DAD8yjGe
wZEXkZX+yjDY2IbcRQE8yPOREXFgPdTyJJOazX1KgdnogSxN/wDUpT8OJUsoBndbkpcwkT/S
nvhpOKZmNPR7yjoDgNh+Za5xbckztkOlMKKtScU60R6pJontQJqnB1PZcxYJskwqSmN08kW6
pUA4qO/EnTu9XvoGQAApxRk9RZ8vZQJLvmql3PKwwQc8xFAy0ChN2v7yqASXqgSRBsP0p37q
fhTtXN6FdA+8Uc3RHUfqQv2shEv2C/4VkBZE2RGGJQdiBbFayQRPAGye4syiPUgKjiuqoxTO
JPxYIgVY1CLFsgqYZ/qVmHFYelExI1YDFaj3HNMS5yWkMALSxoqWGaH8XW1tyiDGUgCPMD5l
CGzAQEY1jGi3dNJyLB1fuTAkHMphUi5W2DFzKQoL/aTD0fQCLLtVcArp4nnOHBHbiHa74IGc
rLPMlEuxaicl5ZKnYVovtw76lbg3iIwAeMjfV/60XF8UGu9KoAR1FscCjY0qCWQL0IAutUXy
qgNILjsWiND4slo1CQ6n8qAJfhFdEvSEauXQEThgmH8FVpkFJw5OdEQb5BVoBQkZoPjUKQeh
sosP5OhRgMRVMMLcHTkgnggBEUL4OhIin1p/EKgmydqmxwWqVaUzWo0ewKMTHqxNyURCxxVQ
74rSKl6FVr2Lh618szRDxZzwRANgyjstTbqeMpJ/UnPSb9q8uqzKW6Ry7Qucz0xVLpzijmED
ZPZUKbEYlObp29C1HBO/KOkDD305PBHbh1m/BWJ3ZG3FapyMm6Y+GKNXa6Z2e5xV2GBTaXFH
PatLY0CFHAsjwFQbqjsfDg6YsTjhROLUIf8AQrH0KRALAl2TRN+NlVy9iaAIuW43RY1HpRjY
H0ouOxRDFrnv9pEigxVXMnog9HuyoXyTvTFEOACGIZ0cOCBNeGSD9yEIAzkbCN38qMI/Lbmq
I5iRT7E084Da4zNfwofF3yZY6QG/GtG2+hgRLj4ooaC0iKuqoAB3K2WuJRYv+FSOnUZ1K3iD
YtVNXVkmuOOaa8XsDio66z3OeXf0LgnlTII5kIjFB7ZqzFV9ATqU7iKodUYmwzRGoRJNI4qQ
gGiKymTb3U23PXM9W4cB7KcyB4vUhAxN6HgtOdpG6Aa98vxLTIOTYcUdRYC0QUAQYuKk1+yp
R1cACGQiA5FS4t7qqCTiriOOdvaQcXAdhkrFS3ZADVqDm6IFXqUDOxdjwUdnai8tws5sB5lS
cZSFi7FP8Ol+Uiif4cpEWoi+1IcG/EiPgknA6SEJS2Zh621XXNtTpYaSE/wZPiGqmG1J0PjQ
ltarPR1pGP1obRD7hZ4ipqtczHbh7XUF8YyjPbiCIkUL+bQnLkdqpZV5mU5aRGezzxzdOaln
X1KLUzK2gAKyDZoi5AfuU5x8UidRvdVftRFmqtvaI5BzTLYRQiAw/kqdylKRdiQwyC0jJPIn
ihIWVBZPijOZaIuvgbZ0wyzQ2hT2R1E+8tXzEmnK21EvMe9Jads/DhbSMfekiCCTjWirFq3z
WtgTZhWq1z5mwC1GPKbj8qdnAu7uEwriHKAnRrdvuo2MiaSNC6yN3FSgdWkSOdPtaUXYEZ+J
GIF6MbBdQW1tDxOT3J7m/BFw5NuAW585IV6IE195WT4qiYqp7FWVFVyeAVNt5cQiZHQMmYBb
Y3CZHb22CiBQmVPTyqAlES3oh93cudR/7a0sGwVq2TY5KF/hzjpGmrT9qC5hzAAlboFCA72U
hS7Ozj7Ko73XB6lbLYSchmoy3ZROmcYFinJetSU8QQM1qIck2dT+bkK71IcIBUTtVbkWtI14
FFy5dPGgOHFNK4oiD3MiMlpjEwgDpHFfE+ZmIAsZF6khS2/ko/Chb4hHOUZSJkcSa3WknSOA
Dn7S0uSMlQUOJWp+YcMCiwobywdRhWVdImLB/OuTnjCTSJPU3kVQCHpEGoVCIyuYmv400RzG
8muiHpYkWTlyBbGicgMbPVUlQYfpXT61txJciL6RkSgJFgTXNOLnK62NrxadUu2X0X+glETk
RF2c2otO3IH+a1SPYAnNBkqRdb8yOjbYHiy2jKrSdhiyM9/djGc5PKLvL7kVGYkJAh4tkUDi
bJwO9fLy2ZaJiQLmx0lQlfVyyPFCMgDGVCDVbsSWAkQwxAKrVAGxyUWJMYuX7Atyd2DMBiVW
pYuDZEXxAW3syg4n1EYR83KobMQ0NsARHALtWkVUPmNVByy/cgCQRI0LrsQkLSoyaJrftR3S
7QqWqiPloSnutQyGmIKjufMbhmbNkjS+DotJqMUAAAwTgFszl51piNY8J/ehOQcE9IzRJGiM
ekCv8TUYxBi5cg4N51AwkIxma8T7i1yqYmgFKBGJ6QLLlcDBzyomvKLhkABSvNZWMiQCyHmJ
F11D0Ke3Av8ADADmmHQs83W1stXcnEdzphYU9H+HXtBy7yHFVA1ZCiEhMwbi8WTbmndZ8NJA
QB2pEkh2N18zIEvMjCtUBCWgtWWICluGA3pE8sp1C3jEuTJtMqiLeRVlEOLAJ/jMcmC2IfNk
S22lEkBiCejWhubu+d6V9raFZP7sVHd24DY2Inl2vN785LcMqzJJPaUeCcUYEubUW9vYRFuM
lD5eP/crerD2EHoI17UNEXcsGf7i+PMf3t0W8kT4U8vQnlzHALlLNkpbW8BKBDESqpbvyO5L
bIqNu4f/ANaMd2PxI3Jl+5Eb/wDaHHmD+ygRumRNgxuiRY2Cbc2YSfOIKMvhaCTeB0onYM4S
agcM6MZg0zuhPcAlEijFRjGQjEi2SjqI1Tdom9FGWkDwgA0B80kTAA7MaSeh1+aCJ35kyNiE
4iZRkRpm3KCi55YuB4XZcgIibG7qg1RDio8RWgChs5siG0kFsUG5tNy6jInmy/qXStyYNZSL
IgtW5xXy4IpB5+gLiq9yqqqn0EbkWkfGKSXxIf3toGrFmfz7aYSsasFrjURu1TXzJhcyAJ7O
ZSLO47vvLVCBe4AqPe5lufF25RjPmhkVao4IR2onWTk6G507sZCcBIO/mhJDclstuAMWoEDs
EQ3BQP0rd29zqhIx0ixVVI3iQxfAlb0onTFwDIcFHfjuxMLaZU0x83voS3n+Ym1dXS/uLbj8
GERItFoh3CeNRkuUtmyqTXErgENLknFchIzTbkBIG4NV8WWy0hh4fuLVDbjHsFFlkuxM6dux
SjOMTuAEQliD70Vt/L7rOBhV0ZHaIJFJDj/60NAl8Vub+lD4wcXA/FzKg0gehGU9wCMbgXQi
I64jEj7upPAkvcEW/wDrQYvGOFqIQkHfAXJTt/mEBIg5rlYnxZJgeaPcPdWHqRN5VdGtQoSm
/TKI7Smtl/g/kqFvoecSS2aL/Lu9C5/apbY2IiUxcZt41COGovxW7Pfi8QAHNgUI7cgAMkNd
QLEFf7b95T7e3GMjeWP0URNlvmNQdw1/0qnaq0MpMW6f9aBI0z3ZGQOQ6YoS3CZx4WqnjYXz
C+X3InlGod6L1evauarYcE+GGKMrQCEQOCaNEVQOSqBHJEp5SAdMJh8lTcFLokyEzC9HNfIg
z5CNiiJbdumtShojyyq4/qQGty9RaP4US2rUC8QgATGFK2c+6jRi7BrsVIgf3AGri/srWC2k
WxXMQcTnXwxVDSV8CEBEuQKPxTGtGtZYqTHkJLFqrSMa8aLb3tscwJpg7aUTPZlNy/Nys6/u
RMZYxuQrUVl0lVcLlBkm24OcHQMgNRuFuTMIgiJJLVUBQXPbVb2sNFwzLkkQ/etUSZAeW6In
hhOhTT5CbPb7yBFs1TvW5hyy+pSxlKUmyJdResvEBkvlflhE8x1zmbkSPKobYnEMABHJMHmQ
gdp9ubvkD7MkC4OiWotl0IgDTpseCIkNM3sUHbSxc5p92UdrbFnKMPl33ZW1Dp+yjyxkAbGq
M5bhgSegNob/ANaYzDNcgAgoAxjuZkIfFgNIrIjJaNsGMJjqyQ1sY3iH5veUJxeAj1Se6s4n
SMhV/eQOsREaEyuuUmWou5qQ60zlzAmuCYlwwcBagNBy6qeZXYCrlcofUa2JWmLyEq+6U4PO
MUdQeJqJYlRYtGGK1RIETbihKERGVg1U8wY7oJcKxUpmuLnpTX4jJbQDkagfKoywYXXSD3Lo
HoXQF0qocp29a6oxCbU4wPFbsWqYkRJxW2Lgj0LcEomcyX0iwXJHSDaIv72paDMynd5RqH9p
CO5AbvEj9qP9kiOGSGkmD+El4pt0iBGIeq+Z3NuTmMJfUgQCAcUTGsiWrSqkZEyjsxEI/Y5U
NPetJYlnPYoziGEZByFIGkZhm7VKNxF4Nw8M4oR+YjY03B1D2Vr2ZDdArplRQ2dyXw94dDnH
yr+/AxALCQ6USBQCuaAGF0DIOMEQ96xIRjKRAwDIaJkjFhb7KDNKV2RiRcu2ARlMsCcLfYTk
WxJRaj34e4nBFBXNkYgsDcWQbmFgf2rTPkq2FlGprQSe3vIkgs7HL2VKMRpbqGSMYDUYhpF+
lDUKmpKhIgyER3utJDajgjIERJDkmwXXH1owAqAQiGYC5soyBsoNcAU7fpeUhEcUx3RI5R5l
/ZhpHmkm3N1+ALBPM1w4r+3V6LcMjgXWyAfD6VQvWqu9mAKehhZxdwo4HUwAyTE95Tx5s3wT
m3q+8pip1jTeiluEiJAcAmjFfFMumrFbu6TQ0Dpnc5oyvSpWnMPTgtvb22+Lu0by+aUlERes
RqvU+LShubQ1xYG7SD+wmMdMsjdRltkiQqDcuon5iIkYjTIGr+1pRntx+HPBj+aKBJEgTQq/
MtOLODaqBIzaV/urHUA7hAuwlb+lE5hijEBog0ziV8OB9V/tI7bh617POiBIgeEGxCJkWAue
CA23MRerURADsMaIAVJqQVFrlmj5vbRGnnlUui7yjduJ8ykAW0ixyQEA8qehPFiG7wEdoHmn
E1OEVb1lTgb5Zgrc23cO5HagwbsUDSXKAz5I6BGDXxKBl8wwOAZ0TLclKrByTTwrlINanEKJ
1uLDuTkNHEZo/E6gWAOSGkCJOCmDiLZrZk14kVu6D09alXTGzYpxE5cGUHPAYMU45pAcxRYF
s0AHERmhWgLcVqPiYLQKlqqBFdVZAjFElqU0szKtALcU5oRipS4MO0oytu7bEAeIeLUhAn4c
9sARHBShv7ethcj8epEbUDpyNKLc290aO2zhGEfTZ1LblESjKz5oxMeR7hM3GqJI7O9aRSL9
7IHbPNgJImfLkap61uy1u2QsrUND/qUYsWGeJUdVdR54cfaRletLMAfLJSlaRDDMP4Udz5gN
EClepS3ZDgNSlA1iLP8AlQoZWYcQjC2ou+beGCBJIfuJQkIvqJHlK3duIwjDu65aVYetQ3QC
IyjpfihuAUNCezzKlWso1JqzA3ROqpoxunJGqQpwQjGun1lMZiJjg+CDsTgUYizVCAnY27kJ
GIjHEk4rByHA/UtmjkPUYINZu2v2k5ILGgH6lcsTYKAPTfJFg2oKlyzhS4VHcg5dw5YLbhGT
v3V91UsTR1CMSwFHFE46jeqcyc4hk5pgtyXlYAnsUomusXTxPMS1PZTkmlwnqQWZsvEgYCku
aLfi1KMjJtN1Gb1s/FEY3L1RGnSQXe+oFVHKbH6C1kYvSRFDZMLvTt86rQ4otJ2scFLU+qI5
XRuWHNk6AFY3ZqRKjADUZFyMT7KhCMWBFvKyMaEXfIr4hNXw/MhqIFSxUdwx1nPIIziXIqH8
Kg5Dk6pHJbs9TkPQ+EOvD6kQKkVGa0M8453cJgEfCCaIAelco7ArkGp4umkKSF03hpVVegzu
uVjHO7IEc0WqyJo0eV5cxZbUpAHTJmTkARwATHLmIuEZR5q9gWotHjxWrdHY1XC5hf6kZAtF
6HFaY1GAdRAfliA6Bn0g1apQlGsZUZWZlMmlaFBzTFT+KWMjyjqogNsgliHxfyKMTS3pRFSc
yuYiHEmtENwHUYSp4XCFM6dqAjzBrIxJ5hgpU5h6StTN21Uie0NijpILYNVGrE9L4oAxoblr
LUYvHtTjlB7k5Ll21IRkTEkln/Mog0AoWrXzfbUtwx1bcY0NH1pjTTQtcr4UCKHmTismYj+l
O1eKBgDp0swrVESFLZKWmRiQOnCimRXVI1/OsEdOWKIkP7W6HBTNYsyjGZYXjEFAQJq9U0ZD
UaEEpyzig7UxpSgCAblxazqQL+zl9pAEWDUFCq0Bs1Fv7RP+4KAULo+LRK3BRYtwdlQWrKt/
ZVsadiiLwepJq6u3ZiuPqRNS4NMUXLgInPBaiGAq7rloPCXyTSalFMClXVUQw5x1qkednMjm
tVCDneilAS0SIeMxgonfnqANLok1a3BRbGhJUoGhFHFyobsRpADSOaYGrOCpAO9xxTu5fHNE
9LYjGPsKnIYsyEpFhQCN6FRhGka8SAUNRIhYAVC04g2GS1SIEWJc2+8hERN2JHS/h5lGNJTk
HMh+GKM5yZ6OP2qUpFxIvRMwBIpjRMI6QAKqRi4MRgtDPKTkg0qtMidJNMbe0jJxpwiBir+o
IuaNdSnGs9rmCBiAIyAPa/mXVqOFKrQ1Xq/6lTmkLISIYk9JTkBsDijgBSKIkC5N8ECAwZmQ
BrpujKVBpIFByqYk4LCceIPiTk8poM/voAPI8MSg871qGZA3OTNRRPS9lYxIoMlk13Uu2i4q
IizkOXWHYiLgoi5bsstcQDF7FR3GDA2awKMT4mraiYCgqeKDAxiRdCBrHF1MQiHI7z9EJCXO
SxiB4V8NjpNv6lFqFr9iaPWHqjKMTLVdOZMLGlkQSJQAoRUEoXjRgAo/EJ+GzDj4dGtNaED0
nMoyDPKsScR/41HbEdXnD2fwfDUDtx5AdWm1kNVZYqWxENGLOMZe3FAx6haruiTH0rlkxNNG
FPEiGJGfFRkaCNAAHNFpEnETq9KMSNRlauK6ILT1IiNXcFDSOnPggZBpJ7i7lEaWEfxJiwcI
xMWJt2+XUmkXMWYLTW/egKMT91SJNcCBROGGDl8ltb1ZSiPhmuXNFEFwblhQICfKI1tdAFzl
2IRswvmVECkQHoKFR1VIsP1IuCzEMps98VRAR5TFq5qkXzOCIlUPROSwwGafS0cuKOlxHwhk
TKrWzRMXMnIY2US4BsImye3BEkMSLKQZgashVjeK29QBJD0u6EDQEP6ExFsUZ1AF0IN/cmOU
DAHzrTIhxbFAjmBHNkgNTB+UGxR3DOIhavNq8OpRhMCQHiHHyoTI0SJYEYhOzyFKZI7kiBCI
J4qe451EuMQx6VUPWj3DrTI2qFKUhWIoOKZuLpo8zvqbAok3bCqMnbCjE+8sfQgyazEu2IW5
LSANZbHFUsDRAmOpw57EGDnDi6BlYBgxqg5ck2umi7u5ZagXkC72KlGVZCzV95RALjI/rVQS
CatZT2Q/w31NwREXqxAwTm4RErGxsyMD20q6YhoRpUVRESxa5QBwz/Mp4F6ugPWomReDM/tI
6uk2AyVB3lVph/pVOY2Y2UaEmVwLBAinbwQrQGqEgxYipRzwwUR4bEm6jNwwDCSi5biomJDx
DSAzTmkSmApFHc3OXbhfuU90kkEnTEYRCIBoMU5IvY3+yo7kSxZ3Nn91R1HmiAaYAoQiTzMH
OXuqMYWciQld0RECMojmZDZBH9zAXonHeTgy1AUuNSES4Jckhadwuw8KADFu5MCBi4xWodRu
RwT3AuVcLggzkhyVKRN59IupkG5sUx5R/JOAzZol3cIRe9X/AEKVCTgwYI5FnBzCJPKX6v0q
M7gXIXI7AvRBzym/YpCbHbNHRAtgqB1yCmL1ZFsbk5rhmMSgXoPSpliBg6FWQA8X1IkuaNRM
Ta3Eom2fFUIDGp4IjrerimlaRYtUZ+ZaS8j/ABzoktI4AWWoCsbDiuWj4oM5ib4CnlVCzW7V
J6aWcDEq9PWgXbViFKMTapBz8KLWJqmwN0IyB4EB/eTEFhQAZIyc1NQozBAHTxQ0lyTjd1J5
AW/rUpEYDS5oKokByWAI6SmyIrghGj/WmleNCO1SMak2AsEBdjQdqelKOjCTvWyxU3uzspOa
GLAY1W3EisiZB6n2Vk13tJYEG/BSiPDYdqJEatfigDEawXpZO7AFnNkYitHcpiea4JsmbSLk
vQlcpcDAo0obl2ZWExEUCJ06ZYvxUSzvVhkiZHTJ2EeC5XOVEGs/M2aaxOaez3WrEZr6vCnN
o5Y+7JOLOhpL4unFc+KDM2IzKBPKCKFHTWlkWAeQdv0rSCzHUy4msiENoCpFHWmQYOxOK3Nv
VUgFineiINiGB4oNzAAmRCaxiWPFWLSNABV1Eam4v+ZGGFqIyL3xOCkRPWKEBqqJkxMfDaSM
2eNiclrIdiQf3J4vIAuHoCEK87uGsFqBLtcD8KJLyxkhIsI+tEgM4sjpoD6vNqTxND3WXSPS
jEnqso7Y6cmWl2lACNOCa2Grt9hVlQej7KAYgnxZIR1Vx7UQRq48CgIj+3iDn7yEiL0B4Ita
wP6UAQXdkDmKIOwIuFrjYCgdGYcA0ZkIxDxzZGbVNE4saMvZ/jqQJxFFqeov2KUWtUnggCek
UQgxpfABEUcm4xURINSiA831rUKg0IC/mVEg8w8IRYuMQgRUcLsidTRHSovTTYAuFHe2g8Jh
5NgQpSYEyHL2+KKJHKOBQkSwjd8Vo2Tq3MLstUi4kXlTpdMSTEmhHBEE6twijBCRiRGQqQhR
6UN5EeVRJBiDgyc0Ib7QWp+awARjOXNVyckIdIFQwunAIEceCGslzV+xMSHu/atUQ4/yQMiw
9SY9PqTVERUHh9AIanqUpXG2KrXpN3Kp4rApiWApUJ5VjcjNUHLIVxZNp0uztw8S+GQ+AOQX
MaELlqcGdXIJsFzFhgcAVQl/SjISzozB/dXOQXH1IOWY0YflRzsQaIlmiL9y1BzGTmJw91OL
i4NSpxuBEkgZowNCad60mkslpepy/KgYBm6hZj7K1XaxNQjJhQYIiZDO61CpFgtQ9KpTinMQ
S9M0NVo0px91VgwBc8XXwXGmcTQ1UIm7uD5ohPAMJXJsgDJ57nLTAJgCRG4H9KMNuAEcCbsi
DRyQGxRIPMLdykNQiRigC7k0ODIRBc55/aXNY2CLMJAMMR91aQxkaEqMT1ZqlRHA4qMrP3KQ
Z5YOEMCavdOKev7aABBHGyaJeWNKMv8AojK2T4qch17pYe74kRE0+tAm8TZk5LPXggBdmxui
InU/KXFJR6k0hIEZJ49MX5lplb1IhmAeuaEtsuY4r+45Mg1cT5kRJwciEHYMKK2nTTUjEHUA
aCxKDc0eK1AcCOKqAAMLBB5B2eoRlYg1HndfEjUEuHwWu2oUZVNTiBVESOs8KfmRBo6IjRxV
BzXEC7Lk5TiMgqM2NLoQPSKkW/EtAGkGzfqRYnl/jlQLGTYYH29aMQGIshOceeFYyxiU5Fsc
FLd3jSbABmp7K3gBQRDMGTM74PWiADhhqi1gtMiwwBoVqEWwig9NIsonJmAUQHoaItQxD+lE
uI5FRDsDxsfMiWubZhBywZ2RJLyNRwCEgxDsQixf/JUdjbtKl6BgSuoLQQ1Lj9KEYES0C7W9
lcw5Tbgqc0k2oljQYJhUX7Aqm4rSjqNBU0RgAQXswZVd3o+PuptOqTur8SEBHpIeT5I6Tfhh
7yc1AHKhORYP0vimfjStSixIwIzWkYC7fhQe2JfFObYNiFF6CRoMkYgtJ7YBVDSjTTxTeK7q
tTZ8Qg5finucEZWahZEWdg6GoVZwDktVCc1ruQtRDmRdh+VEygwOQwKYUJ9K1Cxv3LVIcgww
PtKMCHADg4Bb4MuXQzGoAQiT/bBYTwUREAUoR4vfVWt3fiTuYyduBCo8yLSCiSOa79ngQE6m
TsBh7qIoSGfV1MmERgxzPlkhqYyBL4/ZUa3o64AVKlLE0ftWtnAdg6lIDTqqRwVAGejoyfUP
KrlDckSSKEHNSkca0u6pY34IRhHRtuKi6mYlyK1t7yAcscf0ouWOARFdJHrVC0c/E4Tuxwf8
SI1Bi4JTRiO9AltPbWX3U9eGR9lWLSsFI6nILDJGIc1dzghR2OGKcStQAX9xAEXdgboCIAEb
BMKyFaoGNTe/5UZMRrYitfbRiDqgek0x8ysaFtOKkCDwGQCewwCL1BzGKGIF8CgxrjiE0QCT
9RTAEEuHUaXHYtcAHIDkEkFkXpIHqF0dQbSC0hiosaNU4qblo2e9lu7kCZSIZjYMjEhzc6rP
7KA1agQ75uhqckZXZOQ74LSDy4IGJcE40dPJtY/jlT9zmwUgbliJYKtHwd5OhEWFRm6kwqaP
kiC0safiknwvwZaiHagBo/2lKvEjJWGn610hf//Z</binary>
 <binary id="i_025.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RTARXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA+AEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MjEgMTk6MjU6MzIAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAxgEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAA2EwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABlAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A73KdNTnc7dY8vorlPrXl34XUMbJoefTup2OZEgvqO07tfe6xl7Nmz3rqMO+nIGww
5w0sb8NdyBn9OoryMPOsZ9osx7X+kXait9zW11WNr/O9zP8Atz9Kkp5zq+N1c9Pa23FNNN2z
1C0+o5riWmuq0M/o3u27vV/7cWv9Ssxox2VPcT6w9NvjuqdZV7/5W1q3PSBqfVUYdrJHMuIc
7d96yum9Pw8AUZFLW00/aLXWmYAL3nZ/nOdsbtSU6P1g6cMrFN7B+lpEkfvMHuc3+z9JcVY1
4cOY+Gq9A6nmOw8Sy5gmwMca2ngu/N3Ljuj9HyMvFsy7XP8ATxWFtDPoNMGPfXWGtt2U7vpp
KcwtcHEidD/ryk/1tuk+fZXnVAPrY4OmxwrY5rXPG4/QbNTX7d/5n5iE6p4ZNtNlDz9Ki4N9
Rvk9rHWM/wCmkprb7fE+KcWv3ls66zCKWANkiQNfP5qAZMkcjhJSWtziBJRXOcRoBJ50TU0z
3kjXlWW1jknXwSU1YP8AGI7pK56TNu2O34pJKf/Q7vBpDck2uZsBaW7SBrJDt39natA7LAZ9
xadRMgHRzVQZa/eZPBklExMh1rnEy3eJjwI0ckpndaaasuyCJr3sHi4N2OA/65tVHFx35eLR
QW7H0ZDH2NPgwlz2On89srRdsDtzjII0HzDj/wBJu5PiGbrjAEmQ0dp+l/nfSckpD1V7bLGU
OJaAwvkclxIbVU3n3OV3Dx242MzHHDBB+J+kq+c0uso2yC3c4Ef2QrNHq7ZsgHs0dgPGUlPH
ZWc7Fpy7unBz82hxrqo2+/1S/wBGlrqhv9m53qfuKQ6b18+q/qLX5NtdrmNyGsa0vqaB6Vhr
q/8ASa6tuFgUWnK9GttxLnG4gbpf9Pa8+73oWTkPtAFDttbuXHQnXXnbs2pKeRqxvXurxq5f
c8wG8R3l37nt9yruq2PcyJI7/Nd5RRWx28Ma1xOrg0AmfFwXG3sdudvEO3GY0IMndCSkeOHh
sEbSUcEzIIP5UIe4Dw7R4otc8cR2SUy3aca+Hmkn93yjny8UklP/0ezDHNLa2yWzAb8/a1qv
ZjTVltsaIkAgDufouVHGvc7JDSRTbWA+zdBDRJbO/wCi/dDtq0chwycX12tgMcYB/d49ySke
Q4l7YmC0ka9pCjittr6kwn6F1Lvva4KAc4uaCZgFo8f3lo2Vbba7QNKa7AD5uNf/AJBJTVsu
sd1KtoE1tgAnufznNWgJ/wBqqVVj1qiSJaXT37K52SUohoO8jVoMHyWbtc8QZIdoY8+VfudF
Tj4iI+OiBjMBrLj+c4a88FJTa2iIXL9boLc+ydQ8hwPkR9H+zC6gua0bnEADknQLmM21t2Ra
+ZBe6D5Tsb/1KSnP9MxpoRMFEYCDI8uOETQN8u4TtEaaR4hJSPf5aeHkkp7WcQI/11SSU//S
7BlG/IssaBu2tDiezW7jz83LV6bttxXMdDmk+6OPcOy5v6xdVf0zpdjqDF2Y/wBFj/3GBm66
z/jNrtlf/GLb6Nc302urEUvrYY76tHpj+skpbCrIym0kgupeQ8eETt/z2tWyQCCD3WXa04/V
3XDRl9bXHw3MPp2f+BuYtRJTRxTORD4D2ktDRrqFejRVS0DqQPd1c/dLVaSU089r7DXU0iHu
DXN7wfpH/NVltbWNaxohreEJ9A+01vb33OePhthHlJTm9dyDVjtqHNp1j91uv/VbVz/qOJEf
HxWl9YbpymVgzsZqPNx/8isvSdJGmoSUk3CB5/BE3ADRBLgAYEk9hEhV8nPxcSoW5dwx6nu2
Nc6SC4hz/bH0vakpub28dvFJU/tjPS9T1G+jG71NYjnj6X8rZtSSU//T2OtYt3WOrYXSqhDa
zZbkWButde/0zYXGW/Rqd6X79y7HCxqMXHrqqEV1NDa2kkwANoLi73Peq+PTVS972NDX2ndY
4cucNNf6v5istd7UlNfLZZdW7g2NMs8h+c3+0tCp2+pj+zmgwfMKsRrMa9/NWKIFQA/NkfcU
lL7GG3fHvAgnyKlCGz+es7fR/IipKYbDvLiewAHh+8kSB7jAA5J7BTWV9Yr/AEsJrJ2+q8NJ
8gC8/wDUpKcLqGWzIzLLZPucQI7gDY3/AKLUFjuzTxp46lYuL1a7L6nXRU0Cmwu9rhJLQ31G
X+qPoep7U+Z1S55dRjMdQKjF1xLC987h6dAaXNrY97f0lz/0n/FpKZdW659m209OLb8ovIsE
FwaG+1zPzP0r3fyvYqGPhX9YyK/txOQZLGMBIG5+gZS33NZt9vqKzi017nPLQ21+jGRowEku
Yuy+qGBjjDdlvoZ65tcGWloLgwNaIrf+a36f0UlNv/m704YBw/SbJYGmzWd4Ya/Vmf5SS14H
gkkp/9T0RpDm7gCB3kQoV2gZj6p+k1ug7EDdH+Yigyefkudyc51H1rtxHOduyMei3GGpaHMF
vr/9FrElPSNOmvJ8FZqMs1/FVKntvrbYz2h3bwI+k1FxbQ+vdG0F8AH4JKbAZD3P/eAH3SpJ
JgZ1CSl1w3+MDqOSzNxcOix1TW1ufYWRLjYdrWuc4HbsZS//AD13Kws/pPTsjqb822s2ZAaK
2lzpa0D/AEdX0d//AAnvSU8d0DpbqW19Q3ADa8CuQ6R7mN/qbHrUp6K/N6hT9pqsqw6q97jB
YHnd7aQ4+73fn/8ABroqKWMAoxqxWOdoj/pfnf5yviomxoOtdQ48XJKa37FwLcMYz6W1Vl/q
FtQDNf3Rs+juaro9HHpaxjQyusBrGt4AGgaELKyCz9GzV55jsEOoTWbLXH06+B8ElJftTpnb
7eJSTe70N+33/T2fjtSSU//V9G26jjw8IC4X66XPxfrR06xksfZQ1lLtwb6jxa9rqmuPtb/O
srf/AMcu3F9bnAD6XO34Lz3/ABs0NZf0jqIk2g3Y5ZJ9wGy2vb+679JZ+akp7rpIdNvIBhwa
fHjur+K1lVDmslra7DzqeQT4eKyPq1V1OzpuJmZzHV5D8ev1mu0cS5rT9D972rZsEYl3LTtJ
8CDtSU2CQBJMAcoWM/1Mdj5kOEg+SqdbyhT0LPyA4MfXiW2g+EVuc0/5yzvqN1F3Uvq/j5ri
Ys9grc7ds9P9G7/Od7klPQ91kGwOue4OB3Exr5q51LNbi4GXkfSOPW522dvu2y1u781eZY31
q6hY+XjbuI+i/wBuv9mvakp9JwgDaCOwJlXLHtrbJ+QXFYf1juLB6mW1swA1oe5/uO1npta6
1z3v/wCLWi71bT+sNFjgNNzYdI/r/SSU69dJyLibCQBq6NCddFbaWOYNo9g4HwK59uTcwBtb
3UwdQwAT5e9jkqeoPpaAC+wce6x0a/yW7UlPQzqksP8AarudmkfvOSSU/wD/1ifV/wCtvXur
dXpx/slZrLt120FhbWdH2vfvyGU117vf6n0/5qv9Iu3zMHpOXbjXZOM3Lvw3+pj2WgwxxLC6
ytv/AFtiq9LwcDBxhj1UV1Ha0WPqqFbrHNG3c8VuH8v091lnprbqDdoDm+0DSWfjy9JSavVo
MkzrqIKjksfZj2srgPcxwbPEkKVYrAmuNp/d4/BJjnO3bmFkOIEkGQOHjaT9JJTxXVs+/wDY
/UKMup5dXQMfNx7nfZ2+i4ub62NkMqzd387s/wAIj/UHOYei00UUMx8HHc+muLTdYXh2+02O
bj4tf0n7vU/PXS9U6ZhdVwbcDPqF+NeNtjCSJE7htc2Hsc1zfzVymJ0DqH1WZZj49j8vo7CX
YjNpdbUXS+xtuxv81ZYff/27Wkp0etZ+LldO6r0+p7vXt3Vl72ltQfsZtjI22VM4/P8Az15l
9ob0/Hy7cyq318ds+iLaXt3u/R0B/oVs9vqOZ6rN1j/T/m/TWz1/N6oLb8qrByLjcaw0MY6w
MP0GQLanV/T/AM/9xXmfWLHu6VU3rH1dbdn2+37HspDHBg2nKt9Rr7cNj7NrfTfX6n+Ep3pK
RfVDLxx9X6+tdf8AY7ot+Ra28ANe3eWU+mNvutttus9Bn5n6CnHW9i9Sz7OlYHXMtlOF07Me
92R6jiPSxnyenXvsdu/Sv9nqf4J78ileS9QycSx1jHimmS5hbSx9TdosNntrb+Z6n816zH/4
Nbn/AD16h1PKqptdTZiOoGDdjvD68T0XbfXfbZba11Fr2V1/p2fpa/R/Qf8ACJT6g3JqsxmX
1F2RXc0WVmqHbmOG9ln9RzVRzcgtaHenuJkhu73/AOZ6blj4XWMHHox8HEcMltY9Gt9RApIZ
7vUZkuLaG1u/d9T2f0f+dVfqD+q+oLa6nhkE72NdYf8AMx8sNc3+VsSUr/nTd60fsrL2/v7T
t/q7tm7eksb9p9a9b0oyIid32O2ePo7/AFvof20klP8A/9fqOmZ9OVcKDWa7SPYAJaY+k0O9
Snb+81dHjtvaddxb4POv/S3/APnxcRhdF+utVjScbHs7ix9grgj87dT7/wDwBdd0yzqkGrqN
uP60e1lBLnf2jY2vd/mJKdHYJk8+PdPxymAd3dPyTkApKWD27ts+7mE/xXJ/Wj6142Bf9hwc
3EbnV63UZVN97ACNG+r08bqcj+Q/f7Fn/t3N6k/G9Cvqr7hB39LqNWK8e322P6ztbta72ept
rSU2OudFdjdSsuxHAjIAc7HYxrXSZbPr2XVM/wCip9Owuo+i1lTaqADv/R1b3g/yrQ6unf8A
y/0i6qgiypt11BosI1Zbsc9v8lz6nWs/zbFGy1lgIaz1I8ZhJTx+X/i96BnZQysql7rydzzv
DfUcT9Kxsf8AUI+R0zp9DaaG4mJYzGBbj+oypxYCdfp1FrG/1Fo9RzS+pwoay0cbGSWnxabq
22KPQMTMvdbbm47KcUOjHZHveP3naVu9Jv5nqM32JKcfKs6ra1uPi/ZK2s0DbjZ6bG/yacT0
mfS/qLC6y3rOLSW15uELp1EPYAP5FW3Ju3O/41ej34XR7ZZZj1uI0LvT1BH8uFzHUfqj9X/t
Ds59IeX6B3qWs8Po0tsbsc3/AIJiSnzz7V9bvt+39p/px7/Sl8bSPU/mvS27PTb/ADX7iS9C
+xdN9En9nsDS4ONvp17i7aWi3f6XqO2t/Reqkkp//9Dur2uvZtuBxyXHc07S1/7v6Sx7XN/l
rAy3/WnG6g8dFDMrHYBLrGMcWuP0g2z9Xbt/t2P/AJa4i765fWLJv22ZjrRZzDQ6CO7a6fTq
atSn61dUexlexz403WbGzA+k5rGbklPUHr/1/qdr0anIaCA7a5lfb6THHKtc9v8AVrXQY+fb
dTtzG11Pe2Hit9rHCR7m/wA0x7Ht/kWLhMb61ZrjH6KuJ3CNzoH7v/qta1PV3vcHPuc1sQBb
7OfzvQpZY53/AF6xJT0fR8LouCw/s3Fqx94JLqqnB74/fusY19jv66067RY2drmn91wgj8Vg
4vUrrB6XqPuHAcKw0f8ARatJleRoagGganeHOn4bnsSU3XSRwPnr+Czs+12PRZkZTyK2AkUs
bve6PotZWz89WXDPe4hwrbWOIe4E/wCaPZ/nJC6jHZtrrG7u2vif5Vh2pKcXDP1hPq5FWK2y
x5HoDKeaWVAHWv0msfbb7XfzrmK7mO+sm1v2ZmK10brXWOcWj/g6vY1z3f8ACWemz/g0e3Oc
Bue4VtB+gwEuPz/8gxUMu/JvAYJpYddSS/4u/c3f9uJKR3Z72ta23dmZgaBYyisuh3PubX9F
UmjMyct1j2Y0VaWHIt3OYJ9wfTi2bWfya960aMfHxqHTtbOpDjA/trGv6j0l9+xuQ91bSC+u
qit1Rg6s9RtPrWfy/TSU2P23039qjE9cbQ3b9qgeiHE7vs7ffsdxuddv9P8AwCSoftLpH2kN
/Zx2fv8AoN+lMbBT9P6Pv3/+BpJKf//Z/+0cYlBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAP
HAFaAAMbJUccAgAAAgQ+ADhCSU0EJQAAAAAAEHiyz6H8E/Ba6xxJG82QEIw4QklNBDoAAAAA
APcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVu
dW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJO
YW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRC
BEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRu
ZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAAB
AAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wA
AAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAA
AABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEA
AAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAA
AAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50
RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9v
bAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAA
AAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNy
b3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BS
ZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRv
cGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAA
AAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJ
AAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZm
AAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAA
AAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////
////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//
//////////////////////////8D6AAAOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhC
SU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAABxgAAAAUAaQBf
ADAAMAA0AAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAHGAAAC0AAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91
bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcA
AAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAcYAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFP
YmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxv
bmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQA
AAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAA
AAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9u
ZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHGAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAAB
AAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElz
SFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VT
bGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVy
dEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JU
eXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAA
AAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQo
AAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAABOEJJTQQM
AAAAABNSAAAAAQAAAGUAAACgAAABMAAAvgAAABM2ABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAO
QWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwM
DBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAGUDASIAAhEB
AxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAA
AAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYU
kaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NG
J5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcH
BgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1
wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dn
d4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDvcp01Odzt1jy+iuU+teXfhdQxsmh59O6nY5kSC+o7Tu19
7rGXs2bPeuow76cgbDDnDSxvw13IGf06ivIw86xn2izHtf6RdqK33NbXVY2v873M/wC3P0qS
nnOr43Vz09rbcU003bPULT6jmuJaa6rQz+je7bu9X/txa/1KzGjHZU9xPrD02+O6p1lXv/lb
Wrc9IGp9VRh2skcy4hzt33rK6b0/DwBRkUtbTT9otdaZgAvedn+c52xu1JTo/WDpwysU3sH6
WkSR+8we5zf7P0lxVjXhw5j4ar0DqeY7DxLLmCbAxxraeC783cuO6P0fIy8WzLtc/wBPFYW0
M+g0wY99dYa23ZTu+mkpzC1wcSJ0P+vKT/W26T59ledUA+tjg6bHCtjmtc8bj9Bs1Nft3/mf
mITqnhk202UPP0qLg31G+T2sdYz/AKaSmtvt8T4pxa/eWzrrMIpYA2SJA18/moBkyRyOElJa
3OIElFc5xGgEnnRNTTPeSNeVZbWOSdfBJTVg/wAYjukrnpM27Y7fikkp/9Du8GkNyTa5mwFp
btIGskO3f2dq0DssBn3Fp1EyAdHNVBlr95k8GSUTEyHWucTLd4mPAjRySmd1ppqy7IImvewe
Lg3Y4D/rm1UcXHfl4tFBbsfRkMfY0+DCXPY6fz2ytF2wO3OMgjQfMOP/AEm7k+IZuuMASZDR
2n6X+d9JySkPVXtssZQ4loDC+RyXEhtVTefc5XcPHbjYzMccMEH4n6Sr5zS6yjbILdzgR/ZC
s0ertmyAezR2A8ZSU8dlZzsWnLu6cHPzaHGuqjb7/VL/AEaWuqG/2bnep+4pDpvXz6r+otfk
212uY3IaxrS+poHpWGur/wBJrq24WBRacr0a23EucbiBul/09rz7vehZOQ+0AUO21u5cdCdd
eduzakp5GrG9e6vGrl9zzAbxHeXfue33Ku6rY9zIkjv813lFFbHbwxrXE6uDQCZ8XBcbex25
28Q7cZjQgyd0JKR44eGwRtJRwTMgg/lQh7gPDtHii1zxxHZJTLdpxr4eaSf3fKOfLxSSU//R
7MMc0trbJbMBvz9rWq9mNNWW2xoiQCAO5+i5Uca9zskNJFNtYD7N0ENEls7/AKL90O2rRyHD
JxfXa2AxxgH93j3JKR5DiXtiYLSRr2kKOK22vqTCfoXUu+9rgoBzi5oJmAWjx/eWjZVttrtA
0prsAPm41/8AkElNWy6x3Uq2gTW2ACe5/Oc1aAn/AGqpVWPWqJIlpdPfsrnZJSiGg7yNWgwf
JZu1zxBkh2hjz5V+50VOPiIj46IGMwGsuP5zhrzwUlNraIhcv1ugtz7J1DyHA+RH0f7MLqC5
rRucQAOSdAuYzbW3ZFr5kF7oPlOxv/UpKc/0zGmhEwURgIMjy44RNA3y7hO0RppHiElI9/lp
4eSSntZxAj/XVJJT/9LsGUb8iyxoG7a0OJ7NbuPPzctXpu23Fcx0OaT7o49w7Lm/rF1V/TOl
2OoMXZj/AEWP/cYGbrrP+M2u2V/8Ytvo1zfTa6sRS+thjvq0emP6ySlsKsjKbSSC6l5Dx4RO
3/Pa1bJAIIPdZdrTj9XdcNGX1tcfDcw+nZ/4G5i1ElNHFM5EPgPaS0NGuoV6NFVLQOpA93Vz
90tVpJTTz2vsNdTSIe4Nc3vB+kf81WW1tY1rGiGt4Qn0D7TW9vfc54+G2EeUlOb13INWO2oc
2nWP3W6/9VtXP+o4kR8fFaX1hunKZWDOxmo83H/yKy9J0kaahJSTcIHn8ETcANEEuABgST2E
SFXyc/FxKhbl3DHqe7Y1zpILiHP9sfS9qSm5vbx28UlT+2M9L1PUb6MbvU1iOePpfytm1JJT
/9PY61i3dY6thdKqENrNluRYG6117/TNhcZb9Gp3pfv3LscLGoxceuqoRXU0NraSTAA2guLv
c96r49NVL3vY0Nfad1jhy5w01/q/mKy13tSU18tll1buDY0yzyH5zf7S0Knb6mP7OaDB8wqx
Gsxr381YogVAD82R9xSUvsYbd8e8CCfIqUIbP56zt9H8iKkphsO8uJ7AAeH7yRIHuMADknsF
NZX1iv8ASwmsnb6rw0nyALz/ANSkpwuoZbMjMstk+5xAjuANjf8AotQWO7NPGnjqVi4vVrsv
qddFTQKbC72uEktDfUZf6o+h6ntT5nVLnl1GMx1AqMXXEsL3zuHp0Bpc2tj3t/SXP/Sf8Wkp
l1brn2bbT04tvyi8iwQXBob7XM/M/Svd/K9ioY+Ff1jIr+3E5BksYwEgbn6BlLfc1m32+orO
LTXuc8tDbX6MZGjASS5i7L6oYGOMN2W+hnrm1wZaWguDA1oit/5rfp/RSU2/+bvThgHD9Jsl
gabNZ3hhr9WZ/lJLXgeCSSn/1PRGkObuAIHeRChXaBmPqn6TW6DsQN0f5iKDJ5+S53JznUfW
u3Ec527Ix6LcYalocwW+v/0WsSU9I06a8nwVmoyzX8VUqe2+ttjPaHdvAj6TUXFtD690bQXw
AfgkpsBkPc/94AfdKkkmBnUJKXXDf4wOo5LM3Fw6LHVNbW59hZEuNh2ta5zgduxlL/8APXcr
Cz+k9OyOpvzbazZkBoraXOlrQP8AR1fR3/8ACe9JTx3QOlupbX1DcANrwK5DpHuY3+psetSn
or83qFP2mqyrDqr3uMFged3tpDj7vd+f/wAGuiopYwCjGrFY52iP+l+d/nK+KibGg611Djxc
kprfsXAtwxjPpbVWX+oW1AM1/dGz6O5quj0celrGNDK6wGsa3gAaBoQsrILP0bNXnmOwQ6hN
ZstcfTr4HwSUl+1Omdvt4lJN7vQ37ff9PZ+O1JJT/9X0bbqOPDwgLhfrpc/F+tHTrGSx9lDW
Uu3BvqPFr2uqa4+1v86yt/8Axy7cX1ucAPpc7fgvPf8AGzQ1l/SOoiTaDdjlkn3AbLa9v7rv
0ln5qSnuukh028gGHBp8eO6v4rWVUOayWtrsPOp5BPh4rI+rVXU7Om4mZnMdXkPx6/Wa7RxL
mtP0P3vatmwRiXctO0nwIO1JTYJAEkwByhYz/Ux2PmQ4SD5Kp1vKFPQs/IDgx9eJbaD4RW5z
T/nLO+o3UXdS+r+PmuJiz2Ctzt2z0/0bv853uSU9D3WQbA657g4HcTGvmrnUs1uLgZeR9I49
bnbZ2+7bLW7vzV5ljfWrqFj5eNu4j6L/AG6/2a9qSn0nCANoI7AmVcse2tsn5BcVh/WO4sHq
ZbWzADWh7n+47Wem1rrXPe//AItaLvVtP6w0WOA03Nh0j+v9JJTr10nIuJsJAGro0J10VtpY
5g2j2DgfArn25NzAG1vdTB1DABPl72OSp6g+loAL7Bx7rHRr/JbtSU9DOqSw/wBqu52aR+85
JJT/AP/WJ9X/AK29e6t1enH+yVmsu3XbQWFtZ0fa9+/IZTXXu9/qfT/mq/0i7fMwek5duNdk
4zcu/Df6mPZaDDHEsLrK2/8AW2Kr0vBwMHGGPVRXUdrRY+qoVusc0bdzxW4fy/T3WWemtuoN
2gOb7QNJZ+PL0lJq9WgyTOuogqOSx9mPayuA9zHBs8SQpVisCa42n93j8EmOc7duYWQ4gSQZ
A4eNpP0klPFdWz7/ANj9Qoy6nl1dAx83Hud9nb6Li5vrY2QyrN3fzuz/AAiP9Qc5h6LTRRQz
Hwcdz6a4tN1heHb7TY5uPi1/Sfu9T89dL1TpmF1XBtwM+oX41422MJIkTuG1zYexzXN/NXKY
nQOofVZlmPj2Py+jsJdiM2l1tRdL7G27G/zVlh9//btaSnR61n4uV07qvT6nu9e3dWXvaW1B
+xm2MjbZUzj8/wDPXmX2hvT8fLtzKrfXx2z6Itpe3e79HQH+hWz2+o5nqs3WP9P+b9NbPX83
qgtvyqsHIuNxrDQxjrAw/QZAtqdX9P8Az/3FeZ9Yse7pVTesfV1t2fb7fseykMcGDacq31Gv
tw2Ps2t9N9fqf4SnekpF9UMvHH1fr611/wBjui35FrbwA17d5ZT6Y2+62226z0GfmfoKcdb2
L1LPs6Vgdcy2U4XTsx73ZHqOI9LGfJ6de+x279K/2ep/gnvyKV5L1DJxLHWMeKaZLmFtLH1N
2iw2e2tv5nqfzXrMf/g1uf8APXqHU8qqm11NmI6gYN2O8PrxPRdt9d9tltrXUWvZXX+nZ+lr
9H9B/wAIlPqDcmqzGZfUXZFdzRZWaoduY4b2Wf1HNVHNyC1od6e4mSG7vf8A5npuWPhdYwce
jHwcRwyW1j0a31ECkhnu9RmS4tobW7931PZ/R/51V+oP6r6gtrqeGQTvY11h/wAzHyw1zf5W
xJSv+dN3rR+ysvb+/tO3+ru2bt6Sxv2n1r1vSjIiJ3fY7Z4+jv8AW+h/bSSU/wD/1+o6Zn05
VwoNZrtI9gAlpj6TQ71Kdv7zV0eO29p13Fvg86/9Lf8A+fFxGF0X661WNJxsezuLH2CuCPzt
1Pv/APAF13TLOqQauo24/rR7WUEud/aNja93+Ykp0dgmTz490/HKYB3d0/JOQCkpYPbu2z7u
YT/Fcn9aPrXjYF/2HBzcRudXrdRlU33sAI0b6vTxupyP5D9/sWf+3c3qT8b0K+qvuEHf0uo1
Yrx7fbY/rO1u1rvZ6m2tJTY650V2N1Ky7EcCMgBzsdjGtdJls+vZdUz/AKKn07C6j6LWVNqo
AO/9HVveD/KtDq6d/wDL/SLqqCLKm3XUGiwjVluxz2/yXPqdaz/NsUbLWWAhrPUjxmElPH5f
+L3oGdlDKyqXuvJ3PO8N9RxP0rGx/wBQj5HTOn0NpobiYljMYFuP6jKnFgJ1+nUWsb/UWj1H
NL6nChrLRxsZJafFpurbYo9AxMy91tubjspxQ6Mdke94/edpW70m/meozfYkpx8qzqtrW4+L
9krazQNuNnpsb/JpxPSZ9L+osLrLes4tJbXm4QunUQ9gA/kVbcm7c7/jV6PfhdHtllmPW4jQ
u9PUEfy4XMdR+qP1f+0Ozn0h5foHepazw+jS2xuxzf8AgmJKfPPtX1u+37f2n+nHv9KXxtI9
T+a9Lbs9Nv8ANfuJL0L7F030Sf2ewNLg42+nXuLtpaLd/peo7a39F6qSSn//0O6va69m24HH
JcdzTtLX/u/pLHtc3+WsDLf9acbqDx0UMysdgEusYxxa4/SDbP1du3+3Y/8AlriLvrl9Ysm/
bZmOtFnMNDoI7trp9Opq1KfrV1R7GV7HPjTdZsbMD6TmsZuSU9Qev/X+p2vRqchoIDtrmV9v
pMccq1z2/wBWtdBj59t1O3MbXU97YeK32scJHub/ADTHse3+RYuExvrVmuMfoq4ncI3Ogfu/
+q1rU9Xe9wc+5zWxAFvs5/O9Clljnf8AXrElPR9Hwui4LD+zcWrH3gkuqqcHvj9+6xjX2O/r
rTrtFjZ2uaf3XCCPxWDi9SusHpeo+4cBwrDR/wBFq0mV5GhqAaBqd4c6fhuexJTddJHA+ev4
LOz7XY9FmRlPIrYCRSxu97o+i1lbPz1ZcM97iHCttY4h7gT/AJo9n+ckLqMdm2usbu7a+J/l
WHakpxcM/WE+rkVYrbLHkegMp5pZUAda/Sax9tvtd/OuYruY76ybW/ZmYrXRutdY5xaP+Dq9
jXPd/wAJZ6bP+DR7c5wG57hW0H6DAS4/P/yDFQy78m8Bgmlh11JL/i79zd/24kpHdnva1rbd
2ZmBoFjKKy6Hc+5tf0VSaMzJy3WPZjRVpYci3c5gn3B9OLZtZ/Jr3rRox8fGodO1s6kOMD+2
sa/qPSX37G5D3VtIL66qK3VGDqz1G0+tZ/L9NJTY/bfTf2qMT1xtDdv2qB6IcTu+zt9+x3G5
12/0/wDAJKh+0ukfaQ39nHZ+/wCg36UxsFP0/o+/f/4Gkkp//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAAB
AQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAA
aABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQAB
AQD/4Q3JaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7
vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9
ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4x
NTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJk
Zj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6
RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9t
bS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVz
b3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NU
eXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1l
bnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3No
b3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3Mi
IHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjQ3KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5
RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozMiswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAx
OC0xMS0yMVQxOToyNTozMiswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpmZmUy
YzIwOS0zOTYyLTFhNDYtOTJmMS0zOTI0Mzk2ZjgzYWYiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9Inht
cC5kaWQ6Qzg0OTMxNzA1NEE3MTFFNEFFODBEOTJFMTZCMDgyRUQiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFs
RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpDODQ5MzE3MDU0QTcxMUU0QUU4MEQ5MkUxNkIwODJFRCIg
ZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1N
OkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6Qzg0OTMxNkQ1NEE3MTFF
NEFFODBEOTJFMTZCMDgyRUQiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6Qzg0OTMxNkU1
NEE3MTFFNEFFODBEOTJFMTZCMDgyRUQiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8
cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
ZmZlMmMyMDktMzk2Mi0xYTQ2LTkyZjEtMzkyNDM5NmY4M2FmIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4
LTExLTIxVDE5OjI1OjMyKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90
b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2Vx
PiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4
bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAA
AAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AHGAwEiAAIRAQMRAf/EALAA
AAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAACAQMEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAQMEAgMA
AQUBAAABAhEDAAQhEgUQMRMgQSIUMgYwIxVCQKAzJBYlEQABAwIEAwQHBQUGBQUBAAABABEC
ITFBURIDEGEiIHGBMpGhQlJiEwQwscFygtGSorIj4cLSM0MUQPDx4nPyU4MkBZMSAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPXrKiV3Ui21aDzOrl1nbnDuGlKTn5mpO70uP0T0
ESBReHnM3Z5JVEoAijxMEBA7VSWTWpctamgpC6KgvVJHmsLJqkumphrKbAJUlZggIHED0UQD
ZdFQl2ew4HN7nALNOH0Jkzep5Zx5hi7qcjrHoLOF2xgBeH3sh5+u6opLKyQkQlyskCGCqLYI
iZFJYWGUmUYeYkliBphiQghXCACCQ7sqwJZJlL8pV5H2HENXeeka1gwcnvYjy/oOZ2A7vE7J
cAEEnnKNWEmMlZvLEKy5BZmBZiRVtUUlhB0IWyBJmBxZHlHGZbCIaAGkSHsKSwNuvFaX2V2D
ZdTFPO7HDN9+PaMQxRRqpMmujac7scrqFxEkVrhOLi1VF3cw+gPO1bcpWNSWTZzTYufWIroA
OLMBFbqTDSI0WkWQ4jMENMgADKwgwOuist3c3qEzLC49dZh3V6DNozbRcuvmi9Dn7imiuTtg
Gbm78Ry20bDXsiTBy+9xShbLDk+hjonGydjjiLYFcjCqylctAOkjEA9iWDRMkQyjEyRDKSOG
xJgq6+HaSEDQ0CsoZNmLWNyerwTZu5XSOfoNZpmAwZZ6BzehR0BiJDi9rlmNmUOBvwlPb8/6
IrJYpZmKpdSqL6iGUFkgtetixZYAglkkaVBgDW+iCLEYtVqS+EtEV4KmtzE8jq2HO1Zto2lL
QptqOXrWs16UcmYkPNek5JzdXNtMXW09c4GzrQcbP36TgTsxCa16pRyuxyigmSFawSwBhAeV
YCQWZAAOstcF5S5fWgNpxagmJErdiWgM5DGuQAAw1X0mjTlU2zTaNm0Bi0WyRIAGYnMsml0c
mSTHyOlzCFkEsAlZCCWBlkllkJUAgOmsqM6yUy1RZry3GiIgZHrHRJFmINwrkAGB4Yh7LCZJ
ImJAIJWqg05hyuWYZpcCYOfze1yClbaiJIJmYJgcR4BmAImRBwfSsFkIGpntMEEG0rtIouzD
ACU6MJ2bMmslZpM9uTWaZUGACYCc2iQqtoK4gJrYNTQwK8Cc3q8gxpdSLLQSrASoPBBZMASA
EBth0FmQ1aarjnTZUNfnvCjRmJYAx9PIT0uf0COftwFWinSa5AhgCQAAM+jKIDEMthfIAARi
3UHFrtQUmCQCIcCGCJiQiAkA6ESpFiOb5iSnJvwkWoGnHopLJVy+nRWZeji1lCgZtCXlxIAA
SACsRl05AZLB5dS0AAAya+YZqragVpFaQSLFEckiWgrGkqLQ0zjvHavSaZjMb8mygyNACtBZ
bTpLqNFJXbKCTDFVyaCQkiYkgiQmAXNbUF9GgkmSQAADi9bjkoAsijrIQEEWRASMREqQSGvD
txDdDnaybEY6SyGBXzlsSpbry7RomCaL6RYFJtz6CySCYmAAAKitErNOqm0hlkkAmi/mk4XQ
AgiZgmGUiQGgYUmRYmRCwNGbTSDgM9Vpvei4r5nX5gSQaNuXUAAI4Zqlksvp0hIAEAARj2Zz
Loy9Il4CJAlZBOPu5wLAEQDMjgTBDo4TMEABEgChpS2ofSrlBi0m7Tj2Bk2Icyzn7zXoqtAA
ADLVswlt+PYWgAARJAZ1Qjdl1hBJEgEAcrJbUJKyAMQTA6kEsskkWCqykqMQAa6rqzXVb5U2
dbh9wu3c3Sa4iThW3UHR04thIAABj2ZSnZk2DgAACPBlr3YS7TRcEwATAV25jl1wEAxW0SSD
CzDERILKyTEBM1wXlAdNJDP5bucE3+i8p6ku1ZtRa9VhVy+zyTVrwajQAAAUX0mTfz+iSEEg
AARRfQXSAAAARk18kyoykNIEQxEgOkBEMpDwA3mKz1VfN6AFgdGYg4nH6OAt9VzPQDSXAFRZ
iscyaMt5vICSJCuwMO1LAiQACJgFrLBiJCJACReF2OMVkBBMkygOhIrKDLzqDo8uiTC+3aPt
2dMwnTDmI2I4VlPqjozMjsskUXViyBmL850pRwAAIIZWAAAAiQreQIJIAIkg53Puyli1hZES
ErJI1BdybuOUsXhZOkbdV0Tq3TJBIcrk9vOL1K7AZQsEchZgSZAptC9q7AACi+gtZHAAAAAA
AAAAE5mnlCVzWMJaCs4jTQW8hpMlWq0RtMGeyzvHI9JbYRMhBIYHAl0YJgLVIAAmFYhlBrqr
QADPozlrqwAAAAAAAAAQcvn3UlPMXOT0Of0za+blnZ8+m0BJH25tAg0E+q8r7AmQAAADHIAS
Eig80aBWiCQgkJF0V2AAGfRnLmRwAAAAAAAAK7MpxM9mI59cSR3eT3A5nVqOXbZSQ50DHZ2N
BwGtC/0KWgAAAAGUhiBXISxTLtw6x1ZB5AAkayq0AApuUGAAAAAAAAADk9XyhwVvkpuToGPt
06gWFMVV281bmC61WOV0bJAAAUaKlLSgM9juREgpNJm0YbzoRKjwQSEkX12gQEgAAAAAAAAA
AEeJ9l4kxWl5T6Dk9gZdMGCeltPLd/XQTdVoGlWCBB5rYWogCWENAZwCGiSKL6TzPc8v6c1a
ub0QJgVokLs+gmVYAAAAAAAAAAADJ5D2uc4m3bBl1yBBA2nPrKaWYumQJisM8qPNbDWxaVld
owBngCWSSUaDwXc4l56e2kOlNVxFVtJV0MHQImuwkAAAggYAAAAAAz1PUSRIssorrrFuEKNJ
JBILleoVxiLq9IV2ZCdNdhJAZ5lSGiSImTwtezCenv4naH6HM2mnPoQydTDvEdJGAAAUSSwI
JAImAmCDGkqPMAQORqz6RomSJAK2zlaMoWRsFYkVWkiQIICkYFhggeDwuXbyzpej4HcLd2La
aCYKteDcCvUWgAAUlVheAAAAAj0mVZgaVYkWRtmXUSAEFQUMgSWl0woTVaAQTEwSAVrIKATJ
B5LyPpvKnd9h4b1B17MrHTlJK9VNo1F+I2gAEHD6flusdwxbSQAAIw7eMSYFOpZynOndzrDo
X82ToJz3LM71iXpJdoyKdOjBWdHRxLTrGFzVGeTSYwuKLRoWSYiDj/P/AKj8xLurweqe1sr6
JLwha6WE5NWQ1NTcCNWfP+55DtHstdbkzEgI4nk/QeHLreXJ17uPoOk2feLoiwRmcquiBlgL
FRwlVLXoU1mOTWZQuKA2QVk6cdxpVXM/y/6X4Qp9nT6oS2AIYK3kDHswl1+C8fNZhPnPY4vp
T27owwBl18/ecrxnsPGiEuFgw+jJ6E5FUdA6F2msrLXKUuYyzoYxmiDK1yFUSEMKBAZa/Moe
r2+J6h7W7P0CtooL66NpDAAAABzujyCizndIVbPMB2vL6T3F3mO8bYmsz7arDkeK9r4oqso6
QWa/MGX2XhfXHf0rsIw4/PnscHY8Oe1gkJJFhqiIrqLFz1mxOVSdk5IeatucO+3eNKV2EDKR
dW5pmuwAAACuwPO8j3OI5uLrebMBxege+tpY00NQcXXmuNHNiDn5+jQV+W9JwCz0/nOwetz8
rgnP+ieF+pGngdznmZvAdc9rSsFBrrBa6SMWpjzGb1UHjj2QHZ5XWLkZhNlDGmKbBiQViCQA
AAIJIkji9tD5Nb9K8idLb5H0Z0qqajiaczF2/hYj6FHH6o2XbkPM58uYTLrU6/tfneg19Tyw
eiTJ0zqTUFqFRGZcRos5aHTOLSelPMB9CaAvbOxfZTpItWCwqUvEcADndCQAAAIJCKb4OFl9
JgONl6VJzOd3FPHU+jvPKezmTmYetacqicJqjnKdWOVJvpLzsd/zlx2s+FDVeu0x4e9BwTrZ
Dm5+njMheHtHmBbZce+kNjY7i4FBbARyCQAAAAAAACJCni+gyHjda0GxEsG35Ngt+PMV+Y9d
YfOT3Fp5L1HR0HN5/pVOPt0yaMDqUIZy9uch0auTzz1OTy1J6s8oHv8AThDuXed7hqZGIay0
rsAAAAAAAAIQsIkAAACJDBxe9yznV63M12tyjS9gpbJVNoVUbKzBXrrMKdNDkZu6h5y/vucA
7VZ5DB7HCedr9BkOSdcPRxnvLdmPQehbjdMvIkAAAAAIkBQIV4KpYJszyXnnuQe3PMegKsnV
Y5rdCTDbeotdylRehRXZnKkaRI0OZI6zHCT0KHno7eM4nJ7XGFtusF43stZ5Y9YHjjrqYdT6
SqzZvMXbm0rmwKnYFYAAAAImo855/wBbScTr5XOxl4OU9Z1/mvqD0pReAQEIhZWtY9FlZTm0
5SMTYDd6Ln9oaVkgWB89jHLq6uQxzdQNZjrN5nDrWLWaJz5Dp1ctzXbhvOg1TjREkkSBEDEc
01eFsuOPo9f1j55t9yHktPpQzaQAgIptDO1yEJFZmTUhQW7TlaOmwsijVOGSWpLqocgqwGnJ
GgqvuBTEHdOfoKsvXrOdg7mU89q5tJ3d3lpPVaPG0H0O/wCZdE9/PnNp1UzWl00BeI4SKMRI
BBIgNWylFZYVmmkwcnWp6F/Pc09enm+was2XknaXmdQ2S1Y9CUkrmxnZ08HommvdlGOEHoU2
1FbJlOnz6WObZ07DlPuDh29kPP6O2wrwpfGcJsjSV3wGZ7YLGqYsFYkAKrUJnK5HmfTQee6H
ZYx6LIAFICoMs4TThTeci/rUCNz7jqGPCdTzNiFJYHW5/Cg9AvmrDv8AT8r0jtRyYOvZw2O7
d5+s9LXw9J0qqXLNWWs6V3KtOlGWweSwS6ik6Tc3QaqsqGiary6VYAAKKDXRTYMy1j5qs4Q9
ouldBUMhVl10GbVTqCq1RADwkIpFlOktrstKo0yRN9Bc+VzoW4XNllcG7TyGOsmS4vtp0Fzx
oKXuczxpDn3agpm1CTOg1NgI8QW110D02XFKWSK8WjNVI1NeA6HP5LHWfksaswhhNwf/2gAI
AQIAAQUA/wDaM//aAAgBAwABBQD/ANoz/9oACAEBAAEFADOSC13ABkqerOvatNn42SxXUsM4
YoVbIzyVhbaS1qrKyxTxzkW4SZzaqFtViAZYJyMAJLAJkAYTGFjJIXFOARhackAyMY526Z34
7GA04WAwEAHhgYIbsJIyQTJOGCfbB1iGGdRITqIGOO2Rkfg5wEYQM9ygPyGI23UbwYo1O72K
mcUQbt2up9j8nIY26mx8i6x63A8eu/R1Zhy85GfkcBkAQWCHPxlucBJPKgTJ5bJnAYwEQSYw
Nz3UiMBwNABJE8TCrGBgAWxmHbspwsIkQZnsOpMmCMX3Eg0k9+4jzWpRQ4eQGGV2MgO7d0Kl
QyGKuos8axZa/wAcrsX4/WxA67NLI7mWeCes51JCwMZGA/GfxGSZKmZEMVBPtA69QAZXIERG
DGUgkkiSzMFODjACMIzqZHYkBvSDkZ1MQVEQGMnnqrc3gBquADOedr+TRrP4Bih8T4zh9LVs
zb8VfSr3kZs0hfH+L/lJiuxgiHsnruVfIlyFWCk5YpOFYYzI7Z0GECGQ4BGTwFJBEYauFBbD
7GcIwAQxMdmxZOFTCgQMUQAxyTMGOGyDhUEADCIEYTOcZGXlgUrb4/cb6n9Cl5XxHjTbljip
KRYRBzyOjq7KeUqCaHj72XbUkNWBNBmr1IBHkymrbEiGl0BLJBIVgVBPAAAOBQBIwZM5LMxA
w851OSCZAzrwVBxTB98IVsWQF5K+4g5HByGBKjPxnq2BeFYMscR+VihlsXrlrlazW36viPDd
tqFAevu6kY6kHYnrbX3XU1A3kW12pKLmr/8AD6MSPTzrI71b2k9du1Y519ay23oIEBipyJyB
knACCe0yMMYoIMHCuffgYFJIBIBRcBjBJKkhSRgHIEYecUiTM/ZQMURkcoxRhME8AAh1BC63
Zrak+PTcrdYwLhcWMkHLwThUdahG1trNSz21xFfoffYuFNNrG5qqa1sSsZra4Pj2SMMAkmSA
Bx1PIKwAPQDGEYvuBGE8GDgJw85BwmTK9SFwHgc5JlfyxBzxnYREZ+JyeGgGq5ZJBxROQCYE
9QRYGqtrYOF5wMpI93U9r1600KDbYvZUDFqQUq5Jy5iG8jZ3R3INNR7065ZggCXV9bGQjCQu
ft0Guvow8ruWaiaO1bcCpz2wkjB+QHGEFmYmVEqWGIAMaMIPYBY6yAsrCjAJxQuAlsEwRIAA
MzkZaSzBur1kNigKo4McgGfIJ/q0qSFB65W35qCccTm0Yr1gRYCM2rF16tbastf02OW2Pyyy
kk69DM+vqCrBm/UZPLFR23NRN2nV8Zem1X4nVUbWsKsng9jhEqBwFEAghvaGBMduBgAjg4PY
GTWTDFcAGcBuxIDHCQMnqBIwEdWqHY1wusSL/jMgEZOdxli/KlFcVuo6KfzURjnNp2/YoaSo
jPJtLeOWbvTaJU2AA2Mq5oUrVigxmxX8lVigHnEzWKtbZAG0q2UMCAOMClsBOBvxIkEdmgHO
pnqc4IVRJXhTIUTgIJA5lRkNM8jrHQnCcngjGjKuybHMjgcYUEKAFiF91IhlaQ4JWyztZrdR
h5zySkN4leS35ZsP2tKuzmh1bVrH0bQIf8ewgYbTUt21t7F1G9ciJYLaWAnrAC4F46sRxJEE
GWGFVIaMB4UYIgRgJJIjC3HaQuBiCpETyWOA8rWLFVgVJjO0E8hsmcSY2HVbK/4XuFpD8a/Y
pU4ZPI196tGvpRhIAFhdo+OusFnUBR67hUbDCcEZ5i34dbwuqlyW0JTtgBEYgAYwGKhgxJIU
kcEfjBDBj1MdR/LsIEnBIMRh7EdQMg4J6qSMBMSIWt2xaDlQZQsgfawgYDxn3hg91BdxZD7z
EaoqexU/EawYL8YtVF6p9tlwtNfDW31s2qsgHDMDDnlqWbZ1dtXwhs825sbw+nYmtteEu2L/
APmuMs8fapuqeoxjsIDMx0ddLbPIVqtTjB74BIQRgWTxEKBKgAAYBGH0AIz7fjjgEE5OKThk
i0DKzAkEY8hQfxU9tjdDGmukJUamNy19Ur9ickjL6flGwqpalSlkAVAQQPQgHPL1js2sGFWx
dU2t49dhUREWMIMdcuFRF1KVj9d2ddS9n19ZKR5Ef6Sp6OvPaQog/jKgHCJxWhfy7RgWR7Y2
FeOpB6iCxGdwT2GBpwN+LtlT/lMAHk+yMQa5FjANnJO0FQVmQnCn09s2oFtZ6msM59gGWZ9N
vX+dK/G64xdXXXFRVHrZcDnu4ghRx+ODN8/6WlACHLIYmMTgRGTODjOcXCwGHlvbFwkgT+Lc
ksFEiEM41nRrCMUjsGDYI9H4IABB4PGbLhghkg8E+n32ivyKCcFjAFicqHHvnHpx9Oxe2BSl
dYJs+6jAMjPJk9ASRJXHmCFBX2AEhhJEkEjJIJHPY5BgiDwBJwxPMxOcDNhj2QliAZQ8D3Bw
84hElguHscZMQwRIHWcOfZvytwclF7OBkZGQMj1ZlXDcrDpGMCBShGKCABgnCM8ks1iSAOff
AWBQ8kckkYTOENnM9owH8QBJYE8jIOFpKnkLhIXGBsWoEHpzWwBiMkyMbgwcB4saMLKuDnPY
DkHCIZYZlrGABc5+ksALLbMsS05WGTOIg4bOrAcgAZ9s3E7o6EYwAwyMMggmQCcnmIPIw8YA
OxgiGxACTKiMUvW4ZWyeoIBzXXs+xSOzeyzikEGDgbgNLFpwcm3k3uC2uwemc9yxhQ0ikfkO
Bx68j0OCsu8Rlx/FZAIwHLObEjqBnOCcYCN1UXOSGggL+QVQeoAiBOe+dRixIJxfYZIIxgcC
KMLCVnNb+NkdO/IPYVFcMYQMUjt9gcgE2Ah9B5rHGTmy5Wqtuq0WKy85znt6H0j12DhMZzAy
te1gHrE5HG5WPmOGBnXhkgJ1KtzjGVRhLDkD8gFkEdSREjrxBAGRjKYB65qscInCpDnjA0EN
IJkBhILdc65uIU2ND+eHNuyXCtNA5Eke2e/p9/UkZfPYjj2zgKgE/RHO+mEnHAxpn+QAw+/3
6yxJwRK+6wBwMA5hZPJIMsDgOa1fVec2FKsSYCzicgqSFWXggRzWk55Co/Lox8kc2OAprbsp
IyhZbDg+uyTZAwCcZSWrU9vp2EV0cMCewJiTiwM5kxM9TAwL+QXDg7DOAf8AwIBJMHK6/kcw
ACCdhZQicDGKz0LlAqCLCAAuVLzvj/V41uxPs0dvuVh6AO32j0+329TwCJI91PLg5VE/Qc3L
QqsVxgRnGADOe0ALAwgyoOdeuQcjiYxRJ6mOwkmcnKbfjIYMDGWAlGLAzgbhmlAQrmQEHY1q
QNsA0ePUBHMLJxQwy5WDa4+j29WZR6P/ABaQQAcqQ9rAIrHP07TlrWDFcMx1JwAnA7IzAjI/
Jh3AHPADRkSQCDBBS1XJJBnOWzXDCt7Qr/a8Q0jPxg+zGGHIqHI4zbI+DS4puP4gjPfLhxQp
UffnPf0n6LDwxwExUOHnqnt9B9mYl/44yrLDAIAUdSewUgjoQA0EkHABnJXgYZY9TLVWVlbf
kRLEsNNXd7bOirHYRGwhKgYFyRBXFPFHtmyJprVVrtIJC8gRlqgon8DOD2ycn6LZkkYFOJwr
8qvt9FpIrJkn2cZ2/EqDgEAwc4KAEgqoY4BGKABAGcEk4/8AHZHWvxyhFXZVUZmdk/kPZwCr
/iewOCJcwq5QsLjKCMblzgbHY9a2HX059Iw+kjGbsWhcT8jEBz+K8D12bjWmxsdqVUkheSxB
AMgE4MMYBwPxXtzwMI5PGCMEA8Qc8iHNOujBOq4o4U4h4ObCQVJFikZZ1hTiCF9Ps6mAOeFA
BOVTAP0RkH0ubqttvxis2u9Sx6NOD2jBhzcs7WMeI65/5OAMBge5gYRJgdQMnmBnGNAMc8En
rKxGwD3HsOM7gYMp5SMuSVP43CDj9SKllvocHr2C5BYqZNYgfT7j72t8lvcF61LYBAnCOT7A
z6Wv0rdpYqSADH3nJMAEkySeMiSPbmFAGAsGInOc+88cTbBY9cglrFPzKQBrk9JOEcbdZUzw
R2XWUz9Llhby2VISRB+nj0YEr8ZrWsDKlCqORGRzHoc3XEFupY4GJwtOA88E9uFgY0AgxgPI
lskFuSY5MA9gM7GOoGWcMksVVRjFVcHNUkpzh99yslWtRQPfWH4fTsIe0tPdsp/jHrGED12f
yymte4Ge2RP0ESNt5sg5wcAyeBMgGBBPvjER+IwYpkmZkERBniJEDqIJsI7VABPvbZ/95SSd
UkH0tEoQe2tDVUR09Z5y1O6EFCvIpH4/RIkkAfLYxck5rx2n6m4FzAufdogE59lDYSBnGfYz
6ArgIBQjDIZiZjIEdW6mcZv9ighdq5dajSue/agZUSjDkYRI2azVZpE9KGhvq3AJRcqEL9Ng
/FVgkw9PWfTnAZ9b2612POSDnADctMH2yIxjGKRiwMaDgEqpVSSc5AZs7E4pyTD8sfyuLADf
8jZtW+JU/PIYKZymwlVmM8pWQNX2VgGBBH07YxWANU9PpIBzqMuQi/XWBkR6kThObRX4iWz8
YWIKqcOIFkickACTn44SBnYYp5/8m7S6KBIAkR8nBYSeLvMbYo1VIzx+x8ezWTnGUKVHcwpJ
G3X319NicAHasyv07QHVYmuOnoc9vovAJUQMnOfUxm86rQTOSDnaCDA4JESRBE4vGMSMJMAz
hmF/FDaUB2qHVhJac68Hhw3+/wDsDKzOQra0i0NxRWxPOLJzjPfPj+PakHKGn6tj/wCME4o4
yPq/ldxgMYThyBnA9Nuzu7DkMOwgFiCSSM+3BzsAC4GEgZ1Y4SZjsAQBvb1j7TbNrLqPZ8Vd
gtHRosEWkDPNLG2R2dSq5rVtYOAAJxVgHnOwGbCE2iI1TDfTcpNaVmQPoj0OMwAr5IwZGNIE
ZGN+K2NLNODkclu8sT+MxhaMnnmSQR2OO4XH2qal3vJC2o1WlviJTVqZ6KtUSNf/AEWue3yA
jyW4t+wJjxfiRYFwAnAgwwA74DywJViVOsSXwjBMerIB9XE5eQFQQnpOScE+my4WoicbsCAR
kQYCkkDADBPMZHLOtaN5SsW2eRo/UrsNwZBNFSvY+grL4zTqbWSutRBjY9w3VbebKKWtsVFC
gcqIBOPHVpwCMBy9fzoJR1PH0v7fTwcjLF7HI9OD6ffNyw9maML89iWlQ5bk85OcE4pJzyl4
NbJUrIFJqSFCGxtatwlZds16fipC5HG5IN9hTXVWzxHjzq1E4vvMiMMQRkZzLLJIK3JMD6Gb
qFbt/gjn0ODOMPuxjNu7tbJGMVkNABIzsO6sJmMVoN14qVvKVdXstssZSQlKoJmvWrVRV1Ue
LoZrhzg9NzlfJMxp8d4qmhRzh9xzkznMHD7cgg885YOa/wCH0M/Nf8f8MekeljhFv2HYv7nO
s4eM5jntECQQzoubdtt7FOla1Sa9dUR1LYKmGLYiZrr2zVo+Goc+nE2qGr19MNdJY4cHOexn
g+88nPv25ZJWien0MPyr/j/kjN94WxzBk4zogF6KwYMssGXghSc2tivVDbf7j7KBUZmiqhgj
VhcP8Sg6+M0Nb9dKaUAEesYkEnnFB9BgOAYfcxn2ABBPPGRlJ+m1j2qnoBz/AJN+wfKZJvtC
DctXYLM4u0Nkup6nIBy/YrpX/wCxsWdBUbXByugHKqwiuzd4GRmsvSgD6QIHOAYAMM4MBgmZ
4yMiPSASoJyvh/of+dft/kJzasPzmQd97LXqf42tsJfxnNNqJUb9vedqa3dggSxzYDUh7Hsl
IaEnGXkKvesSn0knCxgZyMnPYKwYfdgSI4Oc51xQck/L9Fq/mn8f8lhhLiJvY/BQzfE4YXEf
K+jS1dF7iuoyWp7JZaAxVQzFBXgDEOICKSSBOvQWNakJ9IUSQc9/SOSR0oaDPMyCwz2z2yMU
nFH03nrlbdk/ybzFNc2oBt7NY1+Ua4/lT1L0VNUmwkqtYsG0lYbsGalCzt4m+ldPxqRf4+r9
dgAdai3YsooSlPqOERgz2IEZaB0kg8ERh6uAePtPIMYsfTcCcQQv+M557ZFGgg2Oq19TYilq
6OAGFemGTVYzkwN1SSamL+P0Fpw85UBEZ/zmd6aK6U+nsM+QSrBs5wlmxeATOOB8fOUt+Hvg
BkAwDAkDIEAjB7erKTgED/Gc/sd/fddoxGYsqsRrhrc/UqYKPwYtB5Fzd7PE6q2pPCiSBA98
jnPY+hcYzNhMDsJDHKy5wciOJ5sdVRHWNdz2IJyIIk574YwgkAHB7f8AofJWrbut1lKQ1tSG
s1U1VgKBjBYbK67LMu1LGeilaalxF49QfV2AzsSCDhBOdeOiAxyYjiOM2udehwalPUo4ZQGG
AAZ94wRgYDAZBMYP8+y3WjYZUrSs2irXNyrp9sqV2I1GCtqA5VRUmUqIatSG9wpxR+I49JjC
4GKQcJgFsjnqYUQeI+598kYQTm5K6uneTsCZocBhhHB9hxgEgxCfxb2H+fyMDTbUu2BqeJsR
dmnuKvH1JiqimcOQYUFctJxZLBQozn0d4BJJDFSbexJ5rQQ/GKJEGTEknABAw9s2QW1dF/8A
7ncjAzTWwZDBBBwA57Y7gpX/AAfB/nuCMsAYRwoGAYYkxggCsFjlp/OpJwHPbPu9kYzZOSSQ
plEz2HabBJyDn34LcHIEFYNg/CsmrY1vKJaQRld3RpjOTi5c34liGQfi8QPb6CYwGf8ADafy
JBMnGInscJwTijKUIxvZVNjQVHoSoFrSxYnFU4PdBOc5a0CpZbgZOMYMRi4AT6HkbNYFvjGI
vWOogZrv3Xg+l5xYlP43/wAV/j6H0b2Sev8AguMntxOcEADCZCGTWgUY5JxVCjD6XMTnuPxB
jlFDERjGA7F2rUAZxKqQInAGB7YQPTyI6b+s6lqr0duQK7SlquGAzZ4WqXdeBYQFHtk+tnCp
PX6CME+hMBz+ZOCYJ498icAANajDkcx6uwXG5PtgIxAzsqBRHDAlUQLg9IGHPbOJkksAM9s8
2vx+TrM54xaVtIjFHOsxYAHHrNiJS1ZHtZylf8PovkJUZX0E+kYMnHJCnlpMiRhnOTnOEYgh
FIYR6kquM3Le0LFdRYoiqPT3GDCM+xXnrn35kg5GeVtN/kUMZVsDpXJHXnWjoSI5GWWHuPZl
DCuAPo2DC0nj6uMtMVkgAfifuJGEwSSSDyPb1+zscbljzlaBmAAz7SSZyc5+gkTOHnARJiOw
jzeouruVX54+jX2Go7KtfYPrEKfcENlpItX+OIQLPo2ng0e317DQrGR7HiQYz3wAyn8h7erv
jEZBzmKE4+9jwtRleMifQHPvnBwkjCc7RnOEQf7dtUytkZ4jYTSynkliMof8/bJEWJIQyucj
Y+i65W8jrsMkH6uc2rbAwsvBFl0q9sh2OLJYIcUQynGsC5+xXlvkKVLeRrweQoyvapY90Jod
QARl1qk0sI+x9/v2GAyZxon0GEnDEf27VKbXVya7A1Ph9s3ah5MlbpOGDjACtf45e7VbI9vS
cTZ+Tb1rXUaTmz6nMLtbllbWeQv7Lv7cV73kHX9nyJZNndj9rckbFxD7bop39k4Nm8g2PjPc
wRlGMKxgboH3kQr5Rcs3ewSy5yHvIqWwhg8wBkds+GME4SQTOAHCAMnP7Lqi7xhVgEvrSnwQ
ss2qxz0BUCRGAfjXPXNoANWZT0c9V1tpf3qLoTRAGvPPoTAHtZYlaeQ84guPlUY1+SDkW3Pn
zbUtsb6sNrfOLs3riXWuD8wPZ8+TYBDsQWByTi2EYYY8DD0xbSCNiM/aY4Nx8/b4O00fuXYw
/MsoBZTgJ6gmB2zdQPqMfy4I/r+u9u4iOHroUr1Zc+RgVJwe2bkzrH/XgIOXNFexZNv9fZiy
CFnB6O0enlHK622oDBea1s7nsM19XauA1ttcqbfAC7hBb40+MR14KtirGcgkRnMTIIIw9pjg
kHJEqRgbO5I6ntPBMBmK4IIABB7ZuWCvUsDA6OqNh/AeHFNa0ooAxlBBTPjgCYzacltUgozd
V137p5a5qNFxDeCtaUIgEHOc5GNZ225zzdnWrbJayIFYJxVACchPaWOG9KM2Kt3yCVeNCoda
sEUqpRw6lOxNLHPgsBZLxnS0BltwCyIHVjGBTABOEGJMMSMlSWIIqaUQ4SM8opbQr8P5Cx/6
14cUqAqiRgn6tuVs1m62bjxr6T/6v7Ef/wCWZn+r6bOAc5wDCYGu5fczzykUmGYgkV/iEYti
IAzX01L4rxevbX57x99W74BdxLmPECAT3YV1AAjIBz2yBBE5+OEAFlXGXsQOmDJbOYf+waQH
/c1Dh83qdtPYuuIXFrY4KUACgYwXAoOCPr8is5yrbAttq1H3Kq/ILbta939VnPE6tulSlskW
TgbgtOaIsUzn9hF36bJvtadbyJairaRq4Ob5fRq2dx728B5JdTVu1jpaGnoLr0FQor8n4+0s
RVq6G2hqMkgnACWjIyAcM9iGGFeYYNIOMYPc4bq2U7Fc02fLnjNm7Uu1KtmwDjGsQZZe5yo9
3UACOfpIkeQ8frdatXx9LJdU62E9L/K+erLeU82TV57yrJobPl9s69bLkyGKqEtrsxfbzo2P
h2tzcS1PK72udXzm7YKfMX1t5vytnktoCc/qyil7G+fe7GfO+d09WrwdNmwu9p/s6rpevkUB
CSIXgzBIPZnsxrLwXtvmzY2kNm5shG8jsQ3lW7/9aCmsWK66mxevXxPjWuIuC49ljn2ztIiT
UX7c/XfSt1e54RwKrG1rdfYS6nzNt1ddmxY+aXk7NG9YbOxyu3jauASq/f8A2TsebOGzyIze
8Ymxfdo6VLA662W/Dq60mVoVdX+rdUp8ep+LzPmF0Vuusvt/qukaNFlJG7RXp7TeR1qNbQ3E
39Yfib0a5Tq+RxdbeDIt+OyQ7Rm0NqGXZBvq23J0L5VZArBbxHiKs79ihBYBiRVhEenzdQlq
MAQf8Gxoa1p/UWgf2fasRW27Y8N8W1fPVVacUidhHtDLs1WWbjBbtnbDKNtm2dP5GGlUieWN
aaVXwht61GHjvJtqeP8ADf2H5a/Ob1W1t+H0xs7erNdFt1ddaWDyevtk0P8A1q26rZZziscN
pGF4BtE2OAiOTjEnOrnFAXOynKfE+HpI0/Hsz0iBSxxaiHrXqMgZAzoudE/wkYYzz3iH8lRt
+L3tRvH1eS1drQ8om4BYRiuIvNpp37NsbK28WXIh8bv0W39mODqbTXrOb/EeKuXzOn4XTs2t
bRpo/wCTsQ+ptVZ/Xbtm/ata7r5ry21uP/Wtt9SrzniaDbqa4r8kWKMIUWAE2MVFoZ0erbbH
p8kpCboB/eQq2xktHhvEJqICAVLg9bDgSzOtsiqw4EAHpGe31fb7+hGbmsm1V5Tw5p2dStNX
b1tynYL3105d5PUWu7fRne6gi+6l0e40P4zz2ttCtv8AcSBm/wCQ19Kv9yx9yhD1+IktbeAv
kN9c/wCltMrXbJZ/nvbxnkbqatAMNjgknrnYxY1hNx3Tl7bQyfKnG1NwKdTYhqDPSzt2cBR+
KsRnzWQl2xI2MW+tiGU/Xb/0U2VmOPojIwgZsa1V9a+Lq1K2tFIs2VZRfq15sW1udkpOxbWW
Ng6o9pfw/kNzV8ftb3kLr/hNlnkVRHUN0ZVwIWKsktfUjPu1Q25c5/r+jfbd5KhhVRstsV7e
zs1Ef9C4H99M+fbsV2fBtlCdox+8QbvKMT/0EBIsbOrBU7DA2IjnFSB1Qn4kOFLFHy2ri2I3
rH+KMZAwv8arh/HvWzaZYW+LpsxfAabizwmp+yPAaaHX1vH61/lbdnaKeOtODVspO9pX07Dr
Yo7sMk+gBJXS2GFOrfTYfM3g1f2BKW1/Hbt9Y8Z5AjSHkNVF3LGxGbGCsG1NazLfFVMD4gst
39esZj/Wn7dbQZsGB2xbXGVbLgV7KNgdD9DVqc6uM7EYP8hGW1dhva5K26lYsqZo7gBlvcUe
PRnGlrgfqa0pWijyfjlubc8bdXkKCEZs1PD7WwPH+H8ZSm/4E3n/APJMxr/qvjRmv4TxNONf
Qqu5Zi9oBfZxbLOqWWFv9vZrm7vtVUo/kq+58qgtrutIF9k/sZ8yEBqCOleLWwyssDhmBPr1
GCf8u4F6bWxV3XcrIXYrYKy5VsVLYt9ZN29qKRtauwB4rXvw+I8fXj+K8ozU+H8ggXS2hlOu
lJsttbFrsJNdgxah2JoUtsaqYfJaqY3nNVhZ5MY2zsltzdelW8pQW2dw7BDsMBOV7DIV2jOt
ZTasaxxaqQTSRhWwYrMp+T/0ZjN7T1rKzoaKY1niqS+9RK0bd+L4mlsp0NSnBOdMCrgrEsoz
pw4tBKbssXyw1HP9EBtUvfQLcHhHtFf9Y1yF8Iacv1dsDc1/I3AaW3LeO2hjauyD8F2diMA6
tW2wttNQvQarDBRaMVLRkf4BMehw2oCCCPr3WAqYBgPHePBGjpKFrwKcRCc+NgorcAJx0jOg
nqoD9BlnyZ8W0DHHAZ9iisLta7YtteEsxfsQxvAt2XXLt62Ytc7N1uvd/wBa8AfxgyualrUu
rhgDI/w9hkjCpwFxjGo50ZcFzDFvrbAQfXnDm2pdXrtUDUYAaU4mkAVoqQdq1xrRIYgdhJ7k
2W9Ms3qCRdYQw3XUU3HPgQNZXQcb4BhupQNuQDsuMu3Fauy+pGVlfKa2LG7WqYbO5btfp7TU
p5Gh1rtrbF96yRlG0yGrZqsAZTkjJ/wFFJ6nJcY1ijAtTj41g0pnwMBv7flNNR57fXPF+a39
q1LLieqnOq5xkZ741ck1KT8VYwKgyYyy1e1hByWIqIxZGIncpp1Afq04dXXOHT1ss0KQr61b
HyHh22Ms/q1+Uf1xSi/12qtqatas1lVXnvLLjVEYm1sVYvlHAr8u3WvfDtRu09q6lZRr1jBQ
kChM6LgQYBx9JjPOK2mw855pM1/7B5lzr+R89Ziv5OxD4jUtNX9f0kYSB9EYWAwvhsONYIus
lWMK3kdSvB5TRnY0xY+tsNYNOp1T39QFyIF1C2B6ejPRT2+OpcCpihJ6gDsnb/8AP7dYPhfI
qP8Ag7zGn+t7DCv+t0A0+F0a8SilME/5L7q6K7POeJsxl/rmyq6XhDbs7Hjqkfzezq1/9zzT
LT5LzTP4x/7K9VH7Uz6FsLnC8j3BgEVnGPRbLQuXW0FkSknZ8ZYLvGeMFaoqqMJAw2LhtQZ+
zVPyJlorbGqYFlJdlJz+OKAGFX4LpqmfDWD8agRGFkGNsopbasOVbXYg8e+e2ces/Rt72vqV
+T8tfvWrr2FhRaQPFeQGa/8AW/K2D/8ALbs6v9XRTq6OpqL6lhjMSSCSqGOpGOVQNu3ko9rt
brK7Chyp0r3On4paCPbOct75DEmoT2RFIkiRj3KldmyZId1Stya9QgfjLMpE8sObmaVcqAwJ
Bk69ZsKmMByTM8+s59vJ+UTVreryXkbdf+t+Rc6v9e1KcrqqrXn6pw851JPxrBKjDaoxnZsI
JJeC1vVVsRkrpUKFAz78ZMYIyRlxMjCScE5beFN7OzKcppsJC9csapENvjg7OoP2uvsLLcys
1wbLF8wMHmNql0/s2wpr/s7TV/Y9Mg/2GhyvndMlPJaT4t9DYDPpAOCqkH2yMkf4YwsBjWDL
CxxiTiv1YLY58hsXajsxeymjXRLbqaVO1UR+4IbacC/yiUBvMq2VeUtWzszFQJmBZsNkkDop
CbHjqS23qqp20IOyzHqMckjX2JVq62D2VVZ+wS2++2adldm0iuwMpZiK3UPUGy5xUE3VU6NG
9uMmjegqXfUr+7ijaK/HsErrtIpRTntkg5IycnOwzvhDHAgyxkQNLMKC2LrKub2ymrQxWwsq
9B5Hbpq3Ht2m1B5Wa1uK7e3XUF1r73+N6m8fUCnEHouWWghnVA+32z9dy364tOt4oA2N+N19
dCf9e/u2u4z9exj8DwlFasf43zWLdauwr4XuV8CCH/ryBR/Vr3yz+oappP8AUErSrw99Aq3n
rT95cG0SG2XGDyg7Dfcv+8sqzuluvtsy02oqE9QDnXABkevwLIRVw5s7VOum/wCQ+e+o2vXr
+N2HxPG6iMa68AwqDnw1A9cs6gdVTLtkAbFlrVsnlbVp8Re+DQoRBRoVqi1qstmzs1UpvbVu
5b8fB9pYNcLXJ+SEYtjJUcrNNQO1wdhwRe8GwnBYxwAk9gB25aZI5JMJXJQRhzsBkjJGCRny
mFZzgn6LLqq8/eDn/e4/VUufH6jWBVA9DGTjOBgaRZeuWWgC/ZZgqMzVUr1BIF2zxbTa71V7
VeWbWx1u2dxlsWClVrAEl7v7Lq5f5/Yd18hbYPmUMu8gb/p6ZDb2vh2+DtHBsk4t6kCwDBah
H7NE/tgY++8U2bTsbLFK7lIFewjg2jC8qQHKVsoFHUySVECckY10ZO27LpVdlRFHp7erWKuP
fOA2MQvUWFmy14BZ2ZKFAWoHFT8WprYu61q+1roD5TTBt8qMqustDVKC2rRISoYzp2v2XC/P
eCJY69BV6ikC2lR+1SCN4Bm8gRibtli3WbChLKMpXvi1QDXWM/Zrrw2U3umpX2WmlVpppQHo
QhAAIGWm4uV2iyJsgzZD7NYxNlyFvsBXYwOp9Bk5Zs1pj32MSrMVVUwsTjOBl14mGZgrALWA
EkkAdWz8WyyimzG0aIPj6WREWpJ55k2VhizYVLBj8bVO4X5mVfmaaw/cBjiVLjoTiziIDi1n
sNwKRu3W2jTtew6evgCjGtCj5wQlqytqEorNgAAmR1kCtjjarOF8YqlNNVX9ZBn66QEUYzqo
s2sdrHKqIHxdiWhnVBZsk4K7HYVIhksVSMVSc6ED7nnGAx7K6Q3l1BHkTH7+t8d/l1U7nkWt
q+NYe8jO9xVq7CKtdmxdcLgWpc7Vg9S4buocE4loQrsMUUW2rVQzLX8tagWMQ1xwAx1tfFqL
Mmt1yupsSpsSo4tSjIGEwPWQMaxQGsd8KE4EWDKgyTIGG7HUsUoMqFQMAWK9cWXwA4HAxrDL
bSA7PkLVDWXXH8lKozYmqPkbVMfEs/DB/9oACAECAgY/ACM//9oACAEDAgY/ACM//9oACAEB
AQY/AHKAetygScaIg1QxRGMgQyO3KL6SxOKB2yC9wq4F07elDSiMOaMQWEBQc1EwkRXw/VFA
yDSIqyFaSpwAAvfgQzkVCZrJ2tcBAN03ZB7GiqbqjucVWrphfDAIkVKBOOJQ0kE4g3ZZOhTx
TkseSd2OJTeYFHTjUoH0pyWJTuxNExqTXwRN3uEzMcEXw9KBfwX4oABn9aJNwu9Oa8lT0Kou
jSqdmKcioVE2KYKvoVaqlk1wA6pdbsIHUAWQkCxFjgm3GiTjgSr3yQyyWhjKRu2CO5K8zihH
T+yiL3B7qKMhZx2ROIuiSCHd0zOsiEXqRmmI0qtFQ1/YnDEZ2TeKGCNKqoJKpcXTsxQBKx/t
ROZc96Z+aDYXVRdHS9brUSckQ7S9SGKJdDMYpyanBVVQ2RQNhkFqFMwuaI+9DE5rTyunBoL9
6OGSwXeiA4ANVIiyuob+10mZIlF7/EgM7IRFTndUmYjEBYEH2xf8q1ByXc+K6hS7qc5FoRi0
ZYOVIHNwECbqMiQHA7BibFGMqAW5ogg80X8oTgtRGJZyEMOSBOFXTkCvoRZnTSsixTYDBHGX
JOCwxQIPe6HUBmEwxyVKhF6oAkMmwu65I4RNnVKEWai+/JPcLEkL8EQcMcCgnsRcqne6Ms1X
0cHwKDm1ka1Qp3qWD4olmJxRahWsO+0QXH7qANOeKYB9Qvn8KH1G+NRkOmBwWmW2My1CpT+l
/qxAfQfOPyppxMSPNE0K2tzGUifA+VblasCAnvVMSTVA5jsCQHVFP4FVobJjQY96thROGIKI
9JQN80W8ChVynFxTxTUqr15J2qcCg9WqyylkiGZ/SqVxPJPKzKjIEiuSrQZqobvyQFK1WZHo
VC4dGrZBcxkhkq4JgFZ+SZrVZMbc0woysf7FyCf1IU7lZ3CdMt4A+yWQLuY2Q+p3w0L7UDif
ekibYBGcy5lZMLZr+rAE++KFaIR6NsxJA90KxGsOO5PgUAXFXYZKPd2CDYoRm4jOolgtR8CU
wsUI6qgua4Jhj6EMa1CzalExFroVaiITBjiydkxPNk8sAgXuvxQD96u+RVavyT2CBw53TGoF
ir1IomFM02F0TSypjYo4VxRq5wKBBtjZMaIFqYlWfms3RD9Qo6fBmKdqKtgrsnBsG8USzk2C
lCReUo3PNT/3H+XtnVGI9s+yssAEJzrEUjFMME4QNnotFDqHgh9OQYRLu2fwIQlb2ZKlx96j
jxDYnhHam2mLE8kerSYWiVI7HQMTL2vyISOrTGspZ/CgMM8WQ025ql05amNkOdinamaIsboE
I+9miTcKpBjhyWBCehVLZJxc2CJwVKMhQ1Vu5VRLOcEMM09myCc/cgU7PyTEIABHNMbFc8Ec
Y4r7lUIObLTYFDXaJ6UQA5ZASxcMhEYcO9Mg1WtyWqxFVHcYapYp8inQ4hS3DXSPWpbu4azP
of2UWqTcqkaWD4rSYhsxiqCgKGeS/FVBGaAwCFi9EcXpwfPJBw6yBwRoGaiFnH3p8sTwIFAm
jlQIGRpi90Q5TW55oFk7eKBwVKC7pzYXTN4osPBVFsVQc3TsyfmyrY25rQKNZ1QiqcLHx4F8
VIEUBohuC+SjibldyqFkES2OCi141TIBq4ICRtiUDhlwHJRgLeaXejECicf9FB30m4WkBosw
AUoEIPbMIzNgHIGQRnuPD8wZCUCCGcMoDbjq3JksSHRhuw+XvQ8w9limxxyR9BTCuLp7lam0
19K1SFimtlkic0IjC6D3zTN3J2tiq1JqyAeiYUPqQBzTOHf1Iue5WtZCWV05rLIWVBVDBAYJ
npG6dr5oMOrEBCIoMk4HCieIcvVCUqi4CdmRexsU2CA9a02JsApE1IHAzDaj5fzKEdytWbiM
WFAq4qtUIxLk0CFXOJ/w8BuCxoU2SyzyQ25SMZRrCQwPxobW/una2gzbkS+p/Yiomb7xhWJm
dSO5EUkerN1TG6qBXFWocVSpovWrd6YV5LkUzc00rBAAOMlWoyCcSbJd2KY3uVUOycCqGJun
DumB8E1VWqIKJxsiRSlQiGfJ1GJxVfSg/gqpwpRLh0NR5BU9KdPnwOLCilVjQelYqG2aDzHm
UD7vBkMzwfwtdDclXdnSMPdCrfhKPj6EKVtRUo1uEYzD8isAiAQZRrRMAXKY05qlgnDD8Vam
C+9B3YL71zFU5q5ryRwfDMIj7inGFUMKXTDG6rl3K9rZL4hhmqeldyrdPVftVB1YhOa4Kt8F
E4GyzKYrvTApij3uEyL3dAm6fJSwqpSNS4TqMgLjFSlyZaWNccOEgLRVBej4BdQGoeK+YR1Z
9gthKyfEIBS3AxMR0l8SpHd3nMH8vlp5YIjW8iSaYD2FDdsZCvemw5p2YrlniiQS2CYehY8x
zRADgl3WXJMUXNhRMbDFMLZJ1qsqVLKhqKOgOV+9Bl96Ds5umumkHOaZNY/tTE2xRkbxLhCW
az5oYueFB48O5MaakFM8kSHbFrrVYyqByQkQoyvoP3oUYyrwJyRNiStMWa/imMnc1TCw7B2x
Ia5DVpOS5Ip4VM8MFPcnSIoW95GPlGqijEdUQPWmkPFWV3xVO+qLUKqf2JwHB9oeVPYEpqEG
1aojPEqgqnAZrpvWuV1TFEAXsEHuFQ2xVLH701yUwbwWPcnxF+9PbvV3fNNzqjG+S+9DNO9O
NbSsoFumxWlm00UnxpROIsJFkYEVFhyUsY2HejA1BogMgs1I50CAqhASdrsjIeHZnKLiUaiQ
K+XuHTuCxwkuWK29gA0aROSBZzudRyQ3AIiDh61QESAI2QIiJBNIEOg180CSHxwTbY6cZFPu
kEi0c1HSAADYUugBVro0aR/56UTfJ1y4Oc6FcxdA+lMLZqp/6JhVXoF02ThOmXJMOAK77oA2
zWbcLuqYFygUeVUAKvIWQ2yML96McUALBWbI8YwJYO5ZREaMGVbjEJk6pwrhZRniQzjkgR4I
Rkde2KMeSO5vRpIg1tpHuIQgGjGgHFj4LRuMchiEDC59llrlEmXOwWmIbMmwXvTN5IHIps0A
Q9XBVO4OgMR6FSmapZPYphdM3gqBgKFNiEQbck4cBqMg2GKzCfHBP96FE6oPBOgCiMDZUsmX
NEHwUzZAmrGnD5h8wQL1uyCs/DNOcmVDXE5JyaIetNnxjEYF3XU8uRVNuOVk0QwyFuwYwLkU
LYJ2cpmsnbhVCOBKDWFwgDSnj+lY6c1UEp88MVR/uTYlEDzJjU/iqljmhVxiU5siWoaMg90X
Dlcyq2xCMrRCBHAD2SqWzTV704tx1Na6Ju6syfBCMbk4oYdyA9fYY1aqYJhQDFVJWpV407Py
to/1CKn3QgIXxk1Sg9seF03CAzK6Su9BywNwi1SLpwTUrUSyrdWCwbJB7J87qpTE15oVoFm6
tQIkUyTMmQUJMCBfJEPYqpat1+KYXxXNZBkRkuaLlB8EAqJzxJkKRKsqIesfYdRZEQLkKheU
i5JQxRIF1mU2KZq8IirOrM2KNXUssAU18yU2aIP/ACEWTiicqp7lmFQcnQyyR/FN6TwomAcE
YpvWqlS2z5j5VKGIZAXTPROrM/Cgrmnx58Aok0JNk+CzVeB71ZVVB2nJZAbYvigZXdNQhFAx
a9XyQGfD706YmuSDYI+s8HTo80WoQKFMe4FMVfuZZ81kboNfNc+SIvzTXicFzT1bEJ3aidO7
5J8robkaGxX7EC7ckCjwkeFKMhHHEIRfy1PeokZMVmMxwL2C+5ObLl2K8GXVWI481yyTFRDv
l2OoAHBslUIaT1G4Rq6DY5KtEGwxT+nJOFXHBMyYkMiGviqBxkjlgjLNBjXDJWqg9UWcDJZt
ggHc5oko5qtOSqKJsVkipjIqoTBE50ROR8UY5cS1zQJpFX8Fy48u0ArpnovxROVAm7FUS9DV
Zdyeyc1LX4MKOqehAtXFMXX3Knir0Ti44AM7q/cqhBzyQYYpzRsVpPpRRTBd2KddyL3xTM7l
WTc1pxlXuR7q8dIPlWp8EA9eATZK/a5pgmKfB0Gw7UZUyK5KjkmlFd2pRFwgwAVk2GXAAqi5
FZLPCiAdclamZVLplUUsnxlwPPFD1oHBPdkRjkjnitNlWoQGCjMWIZEYtwYXsAjKWNwhTkyr
cLuTqvbJs1EwKDIRal+2XFQHCtRAEGvrVA44WoqV5J5Ub1ps0fUrqqyI9aswPNE44lP61Uqi
BILlD3RdNkvwTihCbDJNZB3YokmiMhiueSbFEoSyKmcKJ06pjdEMny+xKJwXLmswge3p9qX3
Ig4J/NyuycZVXSuoMnA71iRfkmAd0xCGeLJxROeHMo0oCrKq/Yq2N0CKgrmiBisWRxaqFMXd
Ux+9B6nJOackD61d3UnUmROPByXc3yQOBunw7Ycs5Yd/A8D96r4J1analjpojZ8QUWAGYQ1e
AV2yTkvmtUWcY3CBsSXKex/FAmhBqM1T+xMyBF1QVQiu/wBCZ+sUIRLrJM9UL9xWkXPDldfc
vFPZkMnuq+HGTp/eJsvHiFyP2X3KvoT52V058Oy6lLF7JzWquzp3cJ6Or0Xgnurs9QmZyhgb
kKlHxQ5K3ijZMjLF6STyIDXWmNWDhlyCYXwQJrLFMnFxiqVOark6YKua/aiTfhJRiLMtLWT8
LWQ7k3Z5cO5UKK8GKHJUQ7MjyQAw9KAJQoSVZmQLGqYWToVpkr+CAF8CiRU4lMUXDiwVCya2
JdCqp35qfxMwwKluGjUXRGpTyq2KGRz4EX5LAJkGuV3IdyriqJuBVvQuSYYqIxZc/sMwg9kM
u24ubKIiayujkmpzdB6DBE3H4pnqmOGKvggLZL8UPvTOSr1CvdEX5pzU58HwUNNTqshGXeQg
1kSD3IZINZZJ8SiLOPBPiqmiHqCbsd/Av4BPdVo32DOxKdnewC1ys1kZXy7D8WuIoB1Q95Cf
DMJsV9zJrEYoZ5q7hOuSBvzWo44JzcpjXuT/AHKlCgMFmoC9SWTAMcVzZAYyr6EceSD8CQHR
ej2VL8k5QGWI7NME5RkTTAIMq49nkqJitItHBEEA8+A5dmqJRIqck+KeQpgyJB9dEa0PrTiw
XPJEPTFU9Cd6G4TAPki/rVbjg9j96GL4Jx/yV3JvSouAOaAN0Grkot5YiveU93QCZVQkzl6I
c8kWwT2OXaMZUDXKpRk59ns04lqEqRNziuq9ggOLnsRhjcrVLHBHIXKFLIiznwVv7E4cY1Ti
hVbn0J/M+Ca6pdMRQZru9Ss7Yq9BdUPpVu90aUT+lAizICKaNwKrS9TccD38XwCgLmSY2a6e
/aBFXTelMCwVS7/YaSaIDKvHLsVRraivS6qWw70AKM75JgaJ3vdXugQbUT53CayFUcBnwcGx
qycUVPFVYPjiuo0Wl6Z8lWwxUcaWQpXNU8UwFauueaMX4kIuM0CDVMMO0Y44Igkuc0Bc9pke
SIdhyVatiie26JzNiqVAqg2KAOGKbBPRNgmV0wrkqrptimtisiFpwzWSdqFO9FeqqGBdlEWp
igOSlunCoAxKM5+Y1OSogfWn4yBBNXCI5umzx7cT4KhbtnPhKJVKN2ycVZ2TVY15MnIThOQm
HpVTQ5LNcxigXtcJxTki9lQu+K6TThegQI8UxusUWNRgov5bFPZkY/6QPSOSkSHDXshiq+ha
Thxjui1ijQi10C/eE/aiVdB+1XhamCJPbkTSiA9KcYIon1hB6hEPU4p3snVPQqUVLZKmKc4/
crt3pndMRf0Kip/auQUg1c1BrkVIUhEPubvTHl76i1Riog0EukpnYcCZeY27k4VVOOLOD3KU
TgF3odoEqlRig32ABvxqm4U4EG8qKtSqCmSYCuCriqCxTetMO+6LBkQ1TkmTMxGOaZZDNVuo
yIeDtLMrqd36QqWwZMzPYrliioHBixWzEUmHkTyRIoVAyqHHUu9arRyK/FFrcK1U4uz1A5Jx
XNFq5drxQb0Id32FbBNwy7JjgCzIMeSZV6e9UTk9ycXVlVfiqlObYL9iyzWo2CmNskRBYDD8
6jCc+mFYnn8XvqO4JFyKjAqlJC8TfgyGOKjI1eNE/s4uhyUZkNZ1QMm9SZffwjuiwDFFqJj2
i3eg5obduicpwKHHsOA/ElEk1JsrPjRBmJOC6hQFPEOBdWDpzcqye6dOC6GEeScmpQMzSb6c
6KcNp4GjHMqo1yJfUjYtgVCoiCMFqJtYhSJgRNqc6+ZMA4ZA5KU4EwEBpAN/zKprghv/AFIa
BLwh73xzVBybgOFFVEZ4qztxpdVoewGpX7AfYEnGgTC+Kf0IZogqtXVWVKZumsE+eCPqRMyI
g+hQ2oVEjIGVhRDQ89x3IPskFCMy5jUBs1QCiGAKk0mpkoynF8GwohpiG7uAGYwRwAFTkFM3
iTQqMIjW5DgDBCIFAAG7lkU5VE6zCtwcWOCAt2/H7AcuL9ljYWC53VwAqpgScSEB6lX0INZU
KoF1ENYLc+nESZRkHOC1So5oD1KUf+q1mhGYumB5kYlU6oi2aG3EapGijt+6K8YEYLdlqboN
cXKYVlL2Vrn/AJ25c+6Pc4ak3BlRPZAYZoA+CzCHZf7F+02KqpEeyUXsnFDmjRy+KYd5VPBd
TuqeVPa6BOJ9XmkiYRM46XieZ9hS3J0Mh1ZfuppG2LISZ2qEIwFCqVNSU8aOjuSHkr4nsQkB
YlR2nYyNheShu7kdW8zucH+FZ58LphwrjXhTgXohLFA9kj7cyNgqFgiRR1QoclUdxToDBO75
JzZGRYADFRMRp2bxPtF/MhERJjyRixoH9KBuSLFCNwrAPQBaIgVuugEjFkB7RrLjyRB8FDfn
ba8sT7RX3nJMuapRPmmV02CZVVUXp2jks/thAXKYmi1PTmjKRAGJugCHMiAGt1eRand/wVKv
bLhUVUJbkSYzOkEYH4kdmcGgDSQOSpJgLBaQTqaxXVWUqnJRNm9lGgAepyVRW4PJDdntiU51
eQwTbcBHuHZMhbAFc0/DNfiqJnfh9yrw5pijHLskCiqXRL3+1ADEhEjBAmmssCc1twBcRDzI
zKhIzIMGbJo+SMl8vciRIHUDmPjTAvmxorPnmpAyGsxJjF0+5M9RtVvyxQjGmZCAZxhifzIP
KmHNAE+JqtMfSjjzKqC55rbB90P2mNefBnV2J4Zq91d+xVPiMUHNUQ79k/bnJ6p2FvUgYSaA
NIn+dM1RYo0c3dTIxLVqwR3NuLzkerKikAdAGEP8SBIOt6mRLt7SBBoPUtQrzPNUL4klANqL
ucyg2Oaa+Loe4MltgPg7KJ5DtZNgsseAe5TiqfG6BC5qQcjmL8K8OaoKKJAoRXsv9sZGwCMi
HW41HiWHchI1Mi5BqVpBL5f3UwLHkgBJya6mRMg5s6MrxYsyEpFw1Xuq0c9K0VDGr4pwz5Og
4MQ10Ku1yqFolAAdWV0dIcn70AbgAHtVwWZCFFaqoiGai0mxseHcnNB2KWV7dnUPFA/azPJG
WsFrqTVlI/LBB6epAAkCNC6xJLFxVkel9XSDlJDbd38aoAezWuKE9Py6VCbSzVkSgH67haIR
M9yRYSdCTjckbhvKhLd6pkeU+WKlHbgNQr3sizgC4QjCJJdjLIIRiKi5x+wCv4pxV+BBNggc
U9aoEGiI80ce9Uqs1+CbtABAfa7nvzpAc0SZ6B7t9T+ZRiSSAXbn76YG5dGYBMhWuSYDqd39
5R1nqZ3711XWo9wTiolhgGQMT5jpfAKO9IdYDRf+bsEmm2ZVzWnbDDHn2qJkWVU0bZplzUs2
UXqmNwnCwbl/eTG6yXenftX+2hstqEI2HxKLBg7KWliWfwQYjXg9UREdVH/KPMi76hkgBYWV
PSmxQ2iWEa0R3N0uBL+nlTiPsL8Heyay6rclQI8uEifKA57lqGNQq+0jgu7FPkmTYBMq2/4O
e6fe6e4IEuxlTMFS25HTrFCoh9R1aXuzdOpPtwEZHzJxjfgS35eYRhtxMpDL2Vp0mUiRGQby
P7yjtQoIBlbxT8W7PPjzKcehcsAn9SyKIW6Pgl9y2w3VpdPfmtT/APVdRc+hUxTeIVQ/NW4O
P+BnIXET9yjKReQNXWuItiMB7qJkdOmj/wDqQO3J5ROlzz8yEGeR/BdRY4MqHvT6dRzNVqAY
micgO7k93vJ2vwAPZz4XVE6rwphdOFXgZFbp+A/ctpyKjSInkhmtBN1XBeN+FbJ06H/A7hdq
Ix2YmRByp+8ojcmIgioFSobG0BpjUsurqerWCPyw3chnwYFlGLEjE5LSTRNh2aXTkVV1pZmQ
a6JIqUyY4r8F3qgf8Fm93VERZluDAxkB6Ft6mPUyzVDUoHGxCLcDlkvwRb0qPd/wOiYcHAog
UHLFUDZ5okeKfPDBNwOKATJnqEJdhhUqt8lROQnFytRqeHLjWqoW5phgU6vRSatCozAeQkSx
xYrQdsxm7A3CrdB6g0LLkuSJQC0g3Q7kH7b/AGLYBU8E5pwbDDhehXM4JzThqZkwHFytXgFy
HFz4KzMqG6rxIB6ijys6f1pgr+Cyei3YEOYTkInvKjqJrRisyKVRxzC0lhOP3cYqzv60O7gO
yUPsS9QqB8lQ14dyyZMnNSeGkXKoOLrSLYq6Z02AxVcFTBO6pZZPx1G5uqK/cufJOmAovqAM
JEkKG4OliHNW/dWmEhKQuxT4m6GXJOMcDguaBexX3BBVQ7JQx7PNV4OndXYp0xFBUNgqelc+
AliKcH7DYniCfFNG2KYKioq34V4EYqzp1ZFg5xXJbtjrYh+5UIY2FyjrpKVNuX80OF2CINhZ
VotOOac1AueBQ7uy4WTca9kruTAUQVMU4QfxJVcED4oEWPYfNF6hUtkLqidmimHGvZBfwVKJ
8EXovxKpit6dwDpAxaKa0RUZryNJwxUZkM4TC2JTGtXbg4TEU4EHFacuza6qfD7ArmbLnkjm
VXwVmVEBn23WRTelUw4Ut2vxTHjbwK7rJn8FQkw3H3IyNNJ93UtO8ayqCBRvjU9rcJ0iLgxL
F3XyR1GNATkEBKgszKXNUqVZWeiHdwlF63PYdAelNl9gBmv2Jybpwjz4gZdnIJ0+AVRTBase
HPs8ymPAvVOBVZFd6oFWxwW3sAvPbJMgbNJM7E3/AO1TlMGZmBb2aqMyztTuKNaJjUsu9c1q
Fwhw5HsyMjp0HQz0P5lft8kwg+SJEPBE/LHpdE/Lr34JjtlOQwC1YFMmXVQLGnJEDUSL0QBE
q4kMrkHFPGb4VXTIPyRBNSnd0zpib2Comt2mNRy4ZruXNQ+pkejdDM1tPvp2YYdyjVqMgJOd
zb6JPj8aZ7YLaODseGSOKDWbhEkvDcYAe7Ls/UkgkncLvgr6omz+ypObG47Ra6OqQDlhRExY
tyRkIhjYtkvIwZ6hkGjFsXN0TKG2cgh07Y8U5jF8wUDp1EmwwVNvwKA0wqnjGMibppbMJd5V
fp4NgaKm3Ek2C/y/EJtIcVYonSGKcwGrktUI4uWCciVcF1PRB4n0qkS5wdMYyBxKfXNzgrh8
lgqU4NjimFFMkPLbIMSOfnQyF8EIyBceVsENyMgIwDl6Dq/vouX/AGoNcEFXoqJigDhwEjjR
Du4mV9IJX1BkRAbkiQD3po9WRCBYjVXtGcyBEXJU4ja1wB6S/m+JU2y5LtqWgbJMhhqLn9KD
7e7EPQiSMY7cyCHB1AAIE7ctOFiq7ZlnSrLyzYYaQn1kPgYhOJgA8l5g+bK8eVFqkz4pxTkr
eKNKsn0gnuXlAHddBo3uWxRqRyWQTAilVUAhWqsO5WDZMgxIwLK7kJga3RTYrJlvxfzQL+hA
MQxLke1+ZSJLh8qoSc6NvrMQfa9hcsXQoxNymTCBfPBF78YoPfjI5ArcaoMjTG6lGUiIxkBG
L4FAYDsAZngWxRIDDE3Woi9AQumdq1onEtR71q2iZCxGrSmOrk8/+5AS2YgNQmV052osLVdG
e+0Iij3ugAdQwZAD0LmsiiGTklsUAPBBjXJD/kL7lzCrZUoGqU2p1ZwfUsi7K/jiqFximoWw
WqNCnCd7hXot6ZtGB+5GQtJARNWqMFu7ki0pkANyXvHM8GKuqJseDAWo6OaMrtgvKwzW7uAO
WZjzUi+okkg96lGIesTW4L+4ubKqy4Rh7o9fCIZ3yUogOBdZRKaMSc3yQiAXBTO0sWLBkdRN
LOhFy45oE7ktNwASSoja25iM5B5SNGUYy3JAxAF1UycY6qLpBLh7lCQtY+CqqFl07hHfVBpD
VmYoa5BuWaGmQGZZF2l4JmYhN/yFQhzeirYG4VPFXdqE5L9lFaua0kOOSDDwTZJxTkt8AaiY
lhmjq2JmMaaQCVubn1e0YTB0wjKlE0QABl9hT2gq01KRBYpmoDe63nD0XmBGEe5fOiRGJk7E
dUhH4uzukOwtwjuA1dgEZOzZqlixZF6vcuiTUYf+lfdg61TkBEVY1YL/AHX1I+ZubwGmFhtx
9mP/AJFDY+hL7O+WaPV8uQ8+tbmzPc1fTbHSJENrmVnzWYQhGj1R24D+oTqJ70xFc0xTXWYG
PDuTtROq1TBmzCDF+RT2dcl7TY0QPsvV8FogQZZDmiduAMCbvQIPfgxD5qll1WXS7Z/YRmJG
INHA1D+FCUJmQxoaIwjOtCCtO416Y0UtkS0ncDPcBao/UAblNQ09P6V8vc3BuCPlYaWC5DiQ
LrcG4Kv6eETtRMmlVkwiRFrsSugSYWYLVumUZG0TVx+RARB1Ovnb+2YifTEOHlJdQAi9Bi35
lt/RbhM/q98kwI6xpl/la5qcIzlu724SNRvLd3FHbBLs8ycZ+0nkWYVOCmNrdEjtuZM4sp/V
zkY7u5Fts+6/VDbW1vbsq7jxmZX1v0J/SqU70SytU5JyVnmgAe5GtEGvdOzd9l35cHwCqWN7
M6diScv+5HoIiKiaEogyjOhi5aXxobm+22D7Ean9UkyqU0Rp71/VlXJUsn7TZqA1S2nJZpEA
n4kJn6rcJjYayKp9o6tNCblSMfOxb83soRlsmlCRBDcO5MMajQwZHV9Od2BoZRiRI/qh5EG2
T9NtAMTM1P70dafc3DKWT9KpiiURCQJF81moy+nnKO5UCMR5h8aO1u7sg1cXqte3vSY0bzP+
hNLTKRHSTH+8h8yG3PV5QBplTzLWQI7e307cR/FNdyjudMzuFgweYChAto+m6pf+SX+VFWW7
9MZGf1EotoiPK/vyUYAajObufdf4UNqMtIizAclH6UBpamZqN7HUoidZgMSiMiqGizWSIG25
76JvlWvVNHbY4PZB4h7unEYvn/2oCMYyL4JyIkZO1V5RX4k+4TJrB7Kg1RAND7I+FARpEYIf
Ub8fl7ILxjjL8qAAV2CzZAOrMmFRz+wO3KxxyRltnWBVmWp5RYsY5obm2CBIsRzW3KE/l9VS
M26UTOUicQSVEaiYzIEoYVQkTcAgoG6PoTE4rcl9LKIEWeMh53XnhEXpRAy3ozic4uynumR1
TsBZwhE7p25fENQP5UY/7kasI6Syn9S4nuaWhI4E9P8ATinxR3pv1loAZ/GpfUaTp2ger4kd
6VZ78jOT3Y+RGMBq3SHHw/HJS3ZnXOcnJN6ob0gx3Q8ARaKu3cj9TOLfT7g0ncuNqR9uSO7v
zA+VQh3lJvLLb/8AIo/VbY0xkS4Nwx0qq6JnZlEuDGv7yp9S4NulGUvqRI5N/dX9ScZAXEQx
R03xVQWlhkiduIkMOQROijsaFAaNIOUTZAaeYFXTAgZxxTEgB/FR+o+rj0/6e3z/APc3U7UF
AFQ3uqYrynkrEFOQqj0J3VPsNR24vjREbUWBLmIsobEQQCNRLe1+ZOZOBQjmhsyIhuHykh3I
QAwoRzVwFdPtlpB+k2KcdDs4KaAYxuSqbumJsNLoGRMpGhiE+5CVKWNk/wAoyr5mRiQQJEaQ
BX9UlE7jyD9URSi247JHympHJTMhpjKJ0AW1qUPqpRgYANKz/CpS2pGb0J9nSPKoS3Yn/bbR
B3ZCwHsR/WhqxqR7o9jbijubkhGEQ5Jsy3YygB9Jux07b+afx/kW7syl5CYMS8iAdKGw5ESN
Uoml+pM3ejKLDkmcImN808b4ok5vdajfBZLJD+JO1lCUPq47uzqB0yYufZ6tv+ogZbO3qehb
91NAURFkCzFNc58bKwVh9nGG3MQMHLEeZH5uxOktIkzxcob+19PrntljGbAfzdG4pats7E4U
MZFyT8HA5YojZJG49AL/AMSh8wyjMBgZWQ1cupGW5LpwdCMPMxJdZjmtMohgPBH+lCTli4C0
7n0sO+I0/wAq2/pdr6cz3d+8hI64EnTt6F/sNvcEjAOXbUdyXxexoQMNO4CKgGrrVLblFsWy
W3CX+XqGqOnTtdHk3N7T/qJ9ogkXYgxK/wBjP+ltQNSP9Q/Et7a+s3Yx2NsatuUpW/8AcjGK
2v8A9DbiZ/TzmJ7reXSfLPWtUajcOpmpEezpVDbDkr1K5AXQAZslSWmRsRVFtyJ74ro3RFz7
twmlOJkcSEDLd2q5hgyaW5tyIyXmi9+SO9uxB390PX2B7mlB7HNULizLvxWZz4dUiE1T3/bV
Xy5GgkJfuqc5bojHd6olitvfluahF9UYg6qqQ2ZEkXif5lE7kxDWWBPldER3o6yCzKEp73zT
Hl5USJR0nmtBkCxtfSoz2pmMo2Irb2VHb3z8vfND7sip0cRYAqqlPckCQOmArKR91fUf/q74
fSGhH3Zy6dmH/wAaMyKzqTm6BgWIv1fy6UIxkQHepJFVpG8RCWERpLrSY0GIfq/N1LVEY+hR
1FwR5ZClFufSbm58yEw2iXVEI6y0TBovcFE35otV81yxTAOc7p4TMTmALL/NkHvULUJzMXZn
FXVNZH56p5QkY8zX+JeWUSPZD2TNJ2tVOSCMeSAJcCyv3LpZ8yq6T3LqiQmqCqF+2fltPame
n4f/ACIPfH7A7e4HBB8PiRG4BumshIjD3UNG0IitRRD5myN0XY4FOPohSma1HZG3ECkQB5lr
G07u9A6aMDCIwxWkEsgNsnVYAXW5/uQ25H/KjPzS+FCZ3ZRf2RTSgdwSnORbUS5L/mW19Jtg
Rjs13Kvq3Jef5n5EY+zyRakXeiLl4s6GmQMh6P3USZB8Bf8AlXSCZHwH6lgMAwsv9xvjp2ma
Exp1P7Sl9XsVlt9ZHw/6qhubbSjIZsyHUIj4WJdCcTIg4iyiJ6qYtqRB2yYDBmR6RAirEJht
RIxDlCUtiIc0qXWk7MBzLmi0iMIgFqBeYaTjimjEAAVOMvzpyG7k+GScilkNNkxcq1VQMjpk
TkCmlDxVDXJcvtWZxi6JjIx5JxLucYrrkQ9yBgtE92ekVFh+8j8zc3ZA46lKMIk7YPTU1QkI
OcQSSEJx2xKQoOlQ24bOiMHOsFnWrdMQ1Qbp4f1DIgbcyLTl/lx0rc1TlICVZHGX+p5ETGRb
EnpH7qOmRrdX4MA5QkI0OZQ3TpiIF2LP+6m3PqJRwGkAsFpfc3oWlA0BB8+pbm59KZf7GRMt
oE6JkHq0aE+5tHTmSDII7cdg7kcjK35Fonsbj5BmRJB25H2Tf+FHVF83CeW3GlCiI7hiMzVk
w+os5PSnG8GODIf1xpPw1QJiWOKs4KpRDFMQq0ZXv2LVzXTLwKaQb7bngi9PeqQtLy03JE5I
CLgRDBaGaWZCOmYYeBQnu7pcXbFO5niUKS05OoxhGkaxfAqcxCR3DY/OEIP+RPv/AFGzEe78
z5k/3duKPtAYhdIJJwAWpjtxcOZA295CHyp7+7Kp3JAxiPhgv/q7kPp8hpc//wBFq3/q3GLC
q6pzIzLKrybuCEIR6QGA8qMgaW0q5c3VYkOPMEZGTl7IgkHNUOkZGyI1ClCTQofMlGINHcXT
CUSbO6ECSdVpNQMn1axyVRZeQJpQD5qgvkqHvV0xrz4UNcz2a/al4GQxIUhCJhCNepAxAIF/
eKyfMp4yaGObrTKTY2oypMUunnuxGmgMS5/hQ+VDf3q106oj96WhGW59MdsYRMySfzxiv6P0
21Kbe090RAfS7UJe0Iak5+p29uQ9zaH95DX9ZMtfTGI1IyMp7hzkX/gQG2HAF1qM6m7ItL0p
5SZhiqzDvSqPUCbEO5Tyl0xuEflxlJizkiKbbjDUTm7lCerQfdAxUZb0pS1URkduUnvVkA2n
bFhl+ZaQSYu4GCIcs76eaYUHKyoxORXWAJilExNl0mqog4dBwQFUf8HWqlq24kmhLVX+XGMI
50A/MvZlK4EetU29uEZeU7k4h/0QRn83bjA0faD/AMckTubs92RFdRa3u6EDDZjqGYdMKcgK
Ie8mIqgTZfcqVdNAxByIdU3Ihqlgj8z6jSRcRCaW/LuY3VZ7k8S0TVdI3aY6aojZG/W9AE+7
HekcBqAR1/M23tHUP4tKI29JIrEnzJ4nTM0J8wTTbcjH3qV+BadBHIsm0uTcAhNLbl4B/wCV
NplWxYoMboyHfVCY/sQnE9/JCr81SZ5Ksn5Kv2Fb9hnTgv8AYEWexRjIPCVwag/mRPyIkkua
Lp2IegJoxEQMqBAuxxCs6diAqqtvWr3V7Jzgu+yOgx8U8pxrfpRr1dyrIAZJpSY4LVGbtkn0
y9Bdao0BGKpQheSJY31Igx2we/Ug0dtxaTOhJ3JNAKAKMNsayBqmC7oR0X/1NJb3vlxR6a4y
x/KgbiypVA10k1ihIVCy+0cFiqh+YTSon25BdcbKhbvVK9mIAqhpDPSl0JEMcgqUfFFynIds
1QBMKPdNjgmiOpMBevcnnJhh3KkjLJgUTt7UiRYyoFQjb/Km3N08gjqMiTZOR+1AaQScw6aP
S1WAXmNfhNUf6mn9OCP/ANmUo2NCmO/QuQC9V0SiDiAbokyBFtIsEDu7ghKIfSMlL5E5zjKX
+ZGJlLSjKX+5+bDqgPljRXplLRq9xAziYSw02/UjolGVEHs3gqGhQFTBUkARgVQg+KuqfYOy
oaqte5dQZOCK5IsWCYi+SOmZGSkJudsGm6B+6ifnEthdfKiBOQDkFgRFdcCO5OQn7Aqqq1VQ
Ciu6YXTEOF0AA5smmet7I+spmcqpJKrF3zVdsUR6A+aJiO/mtNQTmm290bYF6XP6U5+oic3d
V3mmzPEUQkN6bipFolkW2o6iGJkBIkfqQhtxG2BcRAihFze7p6gnEWQkOkmpIQImSB7JRJiH
IsnEAxozoDdGiPrREYylI2bFRkQQSLIEO45pi58Vj6V3KhI7eajKG7LbG451wpp/dR0fUGUQ
WiSAT+pdW7ANQao3I9npRJ+QwapeN/YRG9D6cj3SZVKIn9LtxepMJyHUhOMNzbkKvGaF6Z9u
ie7Jx6E5fkAj00Utc2l7pDIR+aCcDZS+p2vrNMZl2BDD9S0B5TiWFX1fEhIyd6kc+zRZFGMx
6UZTDghg386s/wCxUsFzFlbkKrQy6NyMgTjf9SJ6Jd0qr2X5lap7kYE4AalqnuSJyDCKB+Xq
y1HUhohGJFiBb7U7m4WiEYbsg49mcdSJI2wcw8CjLZ3CIwpp1V1+9LUgNveJNiP5UR9PGhqS
evq97qUv6xaWQAkPyp4b25LclkTI/qjFCU9Ajb+sGkf3etf1zDkIP/e40DotfJWdNZUqq0dW
HpQsxqQUTKMZUydExhAkux0KMxuiRn/piOn+BCU4gEi4wTRDDDhfh1EBMSn1KpBOGa6SOZCq
Gar5ogHQz9RVJmXMKhMsQ5KMm9dbqhYZKzqgWACrIIxjU4NmsuQXUKDFO9PsjPdkzBxHEqbE
jbHliDQBCU5PjRadqBmRYxBqjuR+mmJyDGbFygZAbb31mqpubcRjclP9RN8xHFCP0+1GHMDq
P6+wxTRoExcpgGCc15J/UiIfTTAF5FPPaLG6cxPJyg0gO4Ix+Ya2YMyE90/NmMSgMOFFRV9C
6iEWAHMpx1HnZEGieRYYKhfUKD/GmkSZHxTCvJAk+C0GQc2i4dUEiPWrTYZlGpGTyRiC2nIu
6c+KpVkcVU9ITDhVfir8e7gYwae+bR9345oylCcnqQAcFUaAb66N+6gdwndk1RaJQjCAiBYA
MslXt1WbcKFUoqlnyqq1yR3JFoi75LUdwGJsBVCruqBkyyVeHJNGmZVRVAX5oBlpHXPAYo4t
6vyoiL1xZAswxTCIJzRO6QInElkCIaoS8240tMG+P45oOWwVVpjEMX71qMdQsUTDa6yGi7s6
iQIAAVMT/iUoyDkH3afwoQlshs2IC/qRgImgI1XQ1Mc2P+JD5YDA1coCbwPpVN0A86Lp3Ik8
iFd+DFHojW9FQcOf2VUwugDQp7oELpsb8lGGzGMtYLzlUgj4VGW/KU4kjVF2DFR+VACIHSWw
WvdnGERckshp6gcR/MqCmaoAEDuyZyzYn8qbagSbvKi0zjriThcApyHibIF+azzZadqjXmfK
iI0e8sSVLURAYkn+VPubryyFkJfNi0g4ap/diumMiMmwTR2/A1CsLeXBPVjmtE6HAnFOYh0z
DkAEDHZJA8FI7cRDTWzlAv0jKlSiWkMG5hEEOedgUDS9SckTpF3Bsoy3JUzibhSIlMhsCH/U
o7kfp5z2TedA4CI29ncji2oj+8maQHMui47iWXVpBVZ05J5TJdPc5lc+1RM1cAqUTGpTYoEO
R61WgKCcUlI6Yjn7yM5Ek5nFVD5eKjswZo0e5AQG9I/lIohHYgZ7Yp1Bf1QISFwpRDy3MhXS
hOUJS1C7F004GAsdWSluADqPSTenDVItgAjXuGaMpERjzoyMPph8yn+YQ0Ate7MyliAhHaGq
VxEVKjPfuK6Bn8SbFGe4WAyuVqppBpD4U8WJej2TkgEIA7lMVqJ1EWJRL8nCOqWqJuMUIxBY
l2F0ZaZMfelpCYf0g7hi9VqhuE7mGo9LIje+rPyzhEV/iRjtb0zuGxk2l053jubliIgN/Eoy
2tzchIeQA0CEfqYHXGhkB5j72hD+mRE4lUDjBGgPJaNJBWkwLGxCbTInJk7aSbPcJxvMMmTR
3iScwCmNxjn23JdUCyKB3ZMTaI80vyxTzeGi0DcIfKjKUTajBA7zQGIuVqEAZc1WMS3IJrBW
ROiLm5aqphgqgEnNHT04sOaIvIZWTxrI2BLVQ+WIkmjRuEJfUbglIXBLhNLc0we1Ai9QgYRE
XFGDFYl0Zbkq4RFSVXp242itQBoHkF3KlsU0JANggfmQjLMyTfPJHw2/eXWZSfuXRtgHM3TM
4TswKu7qpYp3or+KYlzZODayetc7KtFzv4J9NbkqtTgshmibrkm+5XVIkn0KsW8VXsdcgE23
AlVGkZLXJjLPFfNltA7nvG6AAAAs3ZbFdVOaaJfmuqpNQtMUTYZc1HVdOAIAeC07QM5Yy9kf
qRkYSkTXFRPy9WIElq+VUio8zFGIJ2/fERgtdS2CeILO5zRiAdANTj7q/pkkm5Ef8S6YaRSp
P+Bdc74Cjr5kgDoGJwUZHdAhHBaoyMh3fyqJi8jOzWj8E0+kRw6pJxpbNyf4VgBmBVFwS1s0
+mnNERmKearJoF5BNIMeSNGApmyE9sHcHPyoCQhANiXREtzWU8C+bJpyA8UbCObqkyY8rLTr
kHyunM5SALsSqmivxaIJVAIRzN/3UZTJnI3JTRAHaqV02zTgvmUTIviFeiYXRDu+JX9RqWqm
0sMB/iTIGYEmwKiHEBgE89wDvRDyc2YeZD5UaYv/ANqEvlgbUg+pwdXwrVAANydaxQ4tREge
a5atEAQ0RUZrRHykvqFZ/lQ0lw/6mWOqWMjRPJiDSpo35ERKVI2bAJgebvddZcigVNOnAXXS
xpc5pjIh8kdUmgDm5/cihq1HmOkKR2z8sYYuUNTzpV81rkGiaaSelCAIhqoK0oj1a5RF4OtU
tTYAmv8ACiDqBwq38qYB5YmX91MIg+CaIEABZA4ldDCLetBvWVXdYZRVZGQRjE6p+r9Soww5
ImZpghqFM1Q9hh1HIIgepMQ/3LqLn3VRmX4ICoOSeR0gWKa5zCrU8kzenFMKMq1R1B2rWq64
CQPKqJ0iqO3YEuSLqMIBoxoHVCyrcFAaxrODhGUI0FK/xdS905BEEPIXJsUAAxGJRBN6gC6D
kkmxRkHb3Sg4eRJACiDEuHtmhHRpNybgqoDFP4OtTARs8qoihIoSyG3t7eh7yNf1I/N3HgPZ
I/wJ5bYmR5TaI/SokdLChFG+BF5CuGa6RTOSckEZrpNeQ4MEwXMWKAFOaOuZrgKBdMn77hMZ
OqetMqKpZl0inNA1IfuVQ4vknZybAYJjQNYJjQYOugVwKFSSbnBPJ5SayIauSYUJxTGiHqTH
xTOwzT+lapyYZlER2yYmxJRM9qoFWKEt2YjIltOKba2jMZksvl7T7UT55E1/JBXLjFymL1oC
M/yoEByKPdVJr5QECH5iwdHqDg3w/eQfpwiAukVzKEmAqz4oMGaxzCcSIA81cEa9PO6JHQ5o
yHyyx52/iQ1UwdnKalvM3UvOQb3THckIijJnJbN2Qo0RYvR11nwCsZNgUwDBYk+pVLcX7L3V
LJwCQfSuqmQxQ0gciUCS5PoRBoM00Q5xKDyJGGKY2yWmNBiU4unJbmuou1kwFFmMk4tiFpMJ
uMgpNtGAFNcv8K1zkZGJYAnNNOlO+6FCQSGRIDyJyYJ8cuaaQY5IRapxX//Z</binary>
 <binary id="i_026.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Ru9RXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA+wEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MjEgMTk6MjU6MzMAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAyAEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAzGgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBlAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8ApscGWEA6WT/nAf8Afmqpv95aImSW/wDftE5vaS5oMzJA7+Pt/qoItD3N/eBn4Qkp
IywV6ax2Bk6eDkV2Vsc2tjDZYWhzaa/c9zR+dsH5v8tUcux7WCulwF1r9lbiZAJ/nHn/AIOm
ses9yhR1UC9+H0JgLGz+sXAmy3Qh+Ve/81m73+/+p6SSnSdldRrza8M4vpY9rQ4ZRD7WSfpM
sso9tTmfQf8Azn6T/g/0iB1Dq7emZDabbKbjtFj6q9ziGE8/aD6dfq7feyn0X/8AGoYbfZU+
nJuOUbCC5jZaBAjZVXT72t/kOWJ1npbKg2yllgrdo210uD3fS9tjW7Pb/XSU9XVbXfW23HeX
teA6l4BI53RH9na/9xaLiQbYG4OZI76FrguL+p2fc3P+wPM12hxDD2sY0va5v7u/ZssXZ2RB
BPaPv8ElPM/WKX09LrEjfIGkyS2pjfb/AG0/WabaKW1Y1j7prc0lgkNc32Frba9zHb59yN1j
F+1X4FBcWRVaA8CSC11NbnbJbu4+ig52A+pzSb7sp5DmtD3x7gPb6bW+1iSn06ikUVVUsa2t
lVbGCtoAAhrWw2AuZ6Lk24n166h020uLM/1bbmv1aS0Pyen3UfybMH9E/wDqbLF1PS8bMZgU
V9Qu9fMZWBdcG7ZMREfyfzrHfzn01Q+szTgsx+tYuJXkZPTLG2XWQRY3FLbKsutljWWfo/Tu
9Wzf/MV/p/5xJTpfq/pfZ4G6PTJ8Ndmrv9J6aSs/Zq/Wjd+f6osnSdvpb/8AM9//AIIkkp//
0Odyq63PfXjvFplrWMs53OB+i9v7rwq2bS/GYX4+R6lbC1rmXaWtc4fzfDHOZ/L9JT6pjGhx
DXtsZMOdwZP7zT7W7v6yzczOyskfrFhtIAb6joLw0cNdZ9J2yXpKSPyWnp5cNL73PocSfosb
tda1rfb7rN233qXSy802ll9eFuIByby4N49mKz0mPu9R/wDOO2fzbPpq79T8HH6t1fH6ZnHd
i47L8hgdWXguaG2vrsrYQ+5u2v8Am9/01tfVb6vYXVMGy/JoDcB2Xa7Gxw50lrto9mS4+v6W
1vp/6e30/wCcSU4/SbenUHLqz+rvyGZOO9lf2BlpNdz5DLnMd9j9Vtf6T1av8MsZ3TG1tBoy
S8EiP0T2D57z/wB9Xodf1LwMnK9HJx6n49R9QOqr9J5B+hjl9XpVuZWxm9/pU+zf/O22LJ6r
9XcYdez8HA6c2/ZVjW01ueWioksN0+offXk7vf8An/6JJTg/VjpmUOssyne6vFLjZaCCCXMd
6dejvdv3LrrD742xuBkz4BYmHlY3Ts7qGLW9jWutYG1BpaRZ+kY+mt1pc+yrG9P0/wBJ+mVu
7LvF7NIbMEnsPowfvSUj6rP23DZUwF7y9rQ6QJc6uz3Fs7Wqjk9TxLshtbW+oKTrY2wAOj3W
+jS9v6ave3Yyz1VH6w5Lhj1Eh7XtFgY4HaQRtb9JafodAxum4eGa8F+VjOxrrMn7NfcyuWC+
Oq5DfbbTl3fobav5tmPcz9D+h9StKfROldUw+qYbc7BsFlNnLgNWPAHq02M/Nurd/wClPoLF
+sfWeqPtv6Z0eqaaWinLuLWgGy0e6j7RkluPTsrs22/4ffYqX1F6dm9MyupemQ/o+VZ+qvaQ
Q6yt1jXOrZvdZW2uv9DZ62zf7P8ARqPX891PXMiis4mOXtxXkZILvtBIcx77GFzm+j/2l2Yt
P2m67+cf6aSkf7a6memf83ziuFrafsAr2tl1JHpOAt3+j6lWMz7Pv9b+au+1JKy/Ayv2RV0U
OzTnnEsY87B6zX+pTg1sHt2fs2231bPtXq+p9np9X+aSSU//0ee6nUMfHuqZU5sljbnucHD3
D1W1tc3a31N38lc5bYWGxrIO6ASYn/zpbXVLWlz2MdLC4GJcQS0bW7Wu/dWLaW/nQ0E6CNdP
+l/WSU6X1dxs23L+0dPcKr8AOybrnk+mylg/S2XtYLLLq3S6r7PTW+69ehVer1rBx+pHJcH+
sMiu5rQx1rG/oWHZuufjv2s/R/rFv+iyFU+p/Sz0fozHW1mvKzSL72EQW1kbceh35zf0P6V7
P+HWzV0+i3HsbQx7m1Vei7plIrFNjYFlRbXb6LacqlrvZ6V1Pr/ovUSU1cyzEz35mNa+59lF
1bHU4IsFwYzZcyqza3e6q6x/rWXU+lV6fpfp/wBEuZzetPp+tN2azKdc3OofWLrWNq9PbW4M
objO9J1b6rKatltv88uouz+ldT6fc4vsvZjuBzcZnq1X12NDqX1ZWJS6rKZ9F1b2P9Sl/wDY
XEfW79n1DDvxj9pOSx+3FyXeo7HY0bG4+5r3W1s32foqX2/oba0lPOZVl5ybPUsdZZucLXuJ
Je8mLnu3fS3WLcwX9TGFRa4NZg3lza8jNcGVSz2vNF1jvXtaz/RVev7/APRrdu+rjM/o7utf
tN7fRp25VGcwZFYsxm+g9leR/SKqdzfzKn+pWufyR0/qd9VLWuqtx6xU2ypu2jbW3V1GPYS9
vqP/AEv+Df77L0lJupY2G7Eblty35Jsn0qyza1zgfc5u525tde3/AEa6r6ts63f9W+n3OyRi
W7LasG11Bus9Auin3ve30G17LfTsfV/NfZ7FmfUH6it6l1J+V1Jot6dhkTWZ/TWuBLaS3/QU
t/S2/wCl/RM/SfpV6Rl9PsyertsFhqxaGBt9bWg72tHqUMr9rtvvddv9P6df6NJTlVdD67j9
ExqumGl2ZTuc6vKc5pAcbLGtF1LHsfb+l/Sb6/7a4jreR1XqN7xfhNy87EZ6Lq2Nv/RtJba+
tzX4+K33uO9/qWb/APR/o16/j5GPkVNdiWMtrmC5jgQPzodH5y8Q+uPXMXrnXsrJZY2rEpsj
HOOJdYQG0DLtss2fpn10s9LZ/N1el/XSU9OM9rd1Y63Z6NgaHMh/7Q9Fge1tnq7PV9T0bn07
PR/7s+v/AIdJc+Pr5lfYy8msdTEVt6l6Q9Y1kOa+/fu/pdfs9+/0vTsSSU//0s+r6m9Qynzm
3DCrd7nsn1Lh4TW39HU7+vZv/wCDW3hdJ6H0Gt1zGkWP2h2TcTZa7b7vSZsbtrZZ/hKa6/0n
+FWj1Vz6GNrxxtNk7bOYcPcR7p97/wDSKp02+01hrnFx5Y8mS5p5aUlNHL69XbjX29KZZnZT
Wy1oreGM3+31cpzx/NVfzn/Cq39TMbLx8B1mS5xuyHm1z3SHuJkmy2f8I93v/wC21axMTHxG
FuNUyhp+lsAE/F30kO8deGUHYtmMKOzHTOv51st3bv8AiklOr1f6tdL+tWJay1teL1UBo+2+
k2x0D6Ln1Phtrdv6P/glzuF9QekdNxH4tzT1PqfqFzsxhe3HxmVH1fU2tb6X2n9H6f2Z/r23
W/o/0WN6y16b8sh1OY11VpaWC7HcQ1zT9L0rAfUpd/JsR39T/W39GbYMiwY7bnkOc4U1H066
Wv3D+k5m/wDm93sqrss/mrKklPD9Zs6v0rpGV02ukvwc7KsrrstEkh7vtTHY72P/AJ3azbuu
/wCtrknZexwfU57LQXNc86kN4f8A9UvWRlV5GTZisDTRU0iwkTvd9HaJ9u1v/TXKfWb6p4r3
MzcMChz7A2wAaAOJ/TO/e9ySnpv8ULrG9ByrX2OsZZnOrGpLRtqo2ubu/fe7Y9d46ndcywGA
2ZHieG/5vuXnX+L7qjsHpY+rvtxOq02vv2O9zb6XzusrtO6tr6Ht2PZ/o6fU/wBIu+xsyxzY
yAxhGge17SD/AGZ3NSUky8YZGJfjNcaTfW9nqs0c0vaWeo3+W2V5djdJ6b9X8W3pGS2u7qBe
W330Um7KbQ0uF+S9lrcqvHxm0ux31bKv0lVvp/pL103Xvri79pN6V0kC62tpsvtLtrGiYn2/
pLtu17vT3Vf6Xf6fp+tx2fd1P9rWdUx8ituRltbVlC8TRaGbDXYJ3O/QM2/m/wA3X/wiSnNa
Pq3+3bAarPsYrZQx3oe/1Cyz1Mr7F6O3dvbW7Z6Pqf4T0tm9JAbhfWDbZ1z0rROUzJ9X3bjB
tZ9v9OPV+zV2O27/APhEklP/09rrYvuxbmY4/WA3fS3xeNQz/rn0FkdAyxn1C5ggmHuA02k8
n+q//wBKVrVx8bPZSW5ch7AA0OgkRyd4+k1zv5tVOkYIx+o5VDKyxtzjkN2zuIt9/wDmsvF3
sSU6X0QPu11R6mkt1ESlWxoDgNeId4fBqI0wZ8fDVJSK1gLB2dxKzuqvrxrKjg1BnUurPrw7
Lwfc4Vttu9dzf+61P6Jv5/8ANeo/9HWtF7trfd8eOyotrrs6z9pI0wqjVQTpNtsW5Ppz9Kyv
Grq+h/NsSUxw+mM6WXhj95I2tPGn0nafvbkPqrHP6bkAj6Ld4I8We6FddL3TBE90LIIZXY9w
0a10A9xBSU8N1TJfgdV6d1Zjju9lrCNAGg/rLe/s2bt/8jLXa4n1iwqqreose3KxqHRuc0lp
d/g2Uus9P9LZurXH/W01UY7KrGn2A7WAw0F3s9v/AFC5yrqOTbW31n7qqdoDYAhrRsrZX/I3
WfzVf5/6ez9Kkp1315HWeuXOrc02dQc6ykCQx0bvtLWH6bK6a2s2V/8Acf01ono3Wqm+mCHb
ZaHMtDRsPtaWts2u2u3LN6D0zN6jb9owiTThvb6+0kENuFjbHN4c1ra2/wBtb9TLL3izGy2v
rkuFbLSJBJ27Wu9u302JKR/sHqvpF+6v1ND/ADhn+rOz/vyS0PsXUvTDps0EbvWPJbH0dv73
uSSU/wD/1OksZXj1P2gtZWN22SYj93eXbVm/tlv7XxMehjTl2avJP0Gg+6Nv8n/yCL9Z+o1d
N6c+0wbLj6dLDwXTvcT/ACK2t/SLlfqVe7O+sNhush2x1jXHQ2Fv0qWn832fpNiSnu9+7Itc
P8I4mBGhJ4/qq9c71Nnsa1rABAjwiVUqqO+e3CuNYCAADCSmnl1hzNzGgHiOABPksLNxKnZe
LkOLmllgbsaXBr3b3ZLHv/ltu+g//ra6W2qQdJbBPnKyM5jWGmR9G5piNPzwkpILnmwODGgn
sPHXhUetWudXjt27WB5LoEktaGf5276LVpENaDER4lZHXnhrMPT2ue8OPMABuiSnhfrzkG3q
FQgg7TI7c6eHuUOiMwf2U6/Kx2vf9pFNWQ+NjHvbv2ub+/tZux/8Hv8A5z/CLV650unqH1hx
aLXFlQpdZZs0JDSBtB/N3P8AaqH1qAxMlmDUK6+n0sDasOsuBa4Btjr8hrx+ksv9T9Hkb7v0
f6H1PV9StJTp3+pjUnI6e/8AZWVWLKbry4AXMt9tzMljx+n/AOA2N+ns+z1+pXvVbH+q/Wq8
djvszaKMYF7322+mHPcPdfWyH22VU/off/o6v66J9UOp4dFrs/qVosdjuaxrrW77WNDYqtZc
/dtqqd7PRb+k3v8AU/4ux9Z/rPfc69mLlGimq401U0uHqXtgsuy8i5rrP1R36Suqn/C+rV6i
Sml/zWyPsp/yg77ZpWGy709m7Ya9/wDPu/e/m9n+D+g/1EkEZvUj0t2ecetvTWub04MJMuud
W691zTPqb6WMbW/3+n+nrSSU/wD/1RfWjGv6x1fFxTe2t1o9OimCfTa1r7r7rHj857wzYuo6
bgYeLjUV0VhopqaA6BukDV2795yxsLEdW/K6/dZvvNdleMx2jZ/nbn2a7v0kNp/kK39UuuWd
cwLL7KmVGiz0n7DoRtbZU73fR/RO96SnaZwB96sN4P8AqFRxLy627Gu/nanFw8Cwn2ub/V3K
/WJkaSDqkpiTI17jhZvUGF/oN7m4HXSIG6VfcCH+GkyqmQ0vLSRG10g/LakpE8QwgDk+4g/P
VZ/W/SZ0ay8gO+ze8t77fduWpMtPj4+aodYxW5XS83HAkuofp3MN3/wSU8R9YMm3H+tGM+sG
wWUQQCBua4v3lm47dzdu/wBy0utdP6n1mimhnSzfX7LTnvtqa5jTD30Y9zvRbU7b/PerXf8A
8T/hlifXQO9Tp+cNDZUJcNCHe21q2vq39Yc3KZT0+3CudbWwOGRXteDWTpbZW/0fTrd+a7fa
kp5nrGLk9L6tfj7DgggOqpY+R6bmgM/TMc9tv57bHerZ+m9RUjUwMbB2jkDt+K7f66WV4tvS
85zK3vpyDW8OG4mpw3voc2z2PY79J9P89cfVSG0Frnd9D+TaCkp1jU8fVMGR6R6sSG6TApFX
H9Z25JWJwR9XBQfouB2mP8K14e8/+xVjMf8Af9NJJT//1rXW8yrDZhdN3hs1n1ydCAGfRf8A
8bdYg/4tWirp2dVz+skbteGNbX3XP/Wm5+TdnF8O9GqtwLTIlzvW/k/mCtdZ9S8B+PiX2vcN
mRabGsbP57Kjokp2M2hwazMq/ncaXfFn57HfyFo1EPaHt4cA4HyIlDrLi2OPNGYxjIAG0AaN
GgHwSUhvkWuaY0ifulUcpptptDYlzHtHxLXAK5c4ueXH7/MaKj1a/wCy9KyMhmj2VvLT4OdF
bP8ApOSUxwbjkYtF/Pq1VvPxexj3f9Ulcf0gEaEQYjw2/wBr6SfpOJ9k6Zh4pJd6VLGknSYH
zU8loFwI8gfmkp4j62YOL9goZc7ayonUEAw22plu3R3+DyXomB9Xaqn3WW378c1HFx2vbsLq
qz6lOXc9ljPQs3N9VlNb99f+kr/m031vwn5WRW1lZd+hus77R6Zp3Pdx9L2o9v1C+uvUMVmJ
+qMxx73X23WF124b91vptfvra5/6NllXsSU4HXs5jcV/Svtr+oVeoyHxPpWAn2Nvc+yzJ2M9
n/oxZldtRY0OI3NiQQQSP3tu391eh9O/xRP9Sq3qnUt3pkOFONUGAHyutLnf1f0SvZf+K76t
Y9V+dlZeca6mOusJtaYDQ57z/NfuhJTw/wBnd/zaFehHp+qHnbIt9f1C9tm7f72ex9Wz+cYx
JZX7Sx49H1afsobvAmydp93obPR/n/b/AMT63+FSSU//16vVem76+p21thubZeGaa+w+kz/z
wux6HVWelVX0NLmWtG8Rq0tZWx0NH5iws9776Qy0PoaXAY9zDtgtOu7c17LGbnf4VmxXMDqN
2FbZjuOYK7PfU5+MwsAn3/pMTc76Tvp+p/N+mkp3WNeDubq3bukagDw/rK2NPjG7+CpVWFrJ
BEWCfbLAfMVu9zFbY4Oa88kDTXzSUiftl0aQdFh/Wuwt6JaGnV9+Mw/B11W7hbNrgD9EeHn8
Fzv1vLn/AFcyyxpc+k1ZG3+TTZXYf+pSU7ldwfEADa0T+AVfNdDgR3iSq+DlsyMd11bpY9jd
rgRGvt0/78hZWfiu6nT00ksuvbNBPtY6NPTbY7a19v8AwX84kpqZ5btbSBvszHMxq2AwJebL
HP8A7FFb3r0OpmytredoDdPIQuAx8O1/146VjWGG41GRlwOIIbiMLv5TfevQGn2yeySmR0TO
DXNLXCQdCDqCChX5VGON11jWR+8YVGvr/TrHsrFvudwSCBqC7lJSX9gdDmf2fiz4+hXP/UJI
n7SwvVFPrM9Sf3hHG76f0N38hJJT/9C113qFjq24tznNawFu9r6tQfoOaw2Nubsr/wCDVfoH
U6KqW4Td9jay5zX6EtY4z+k93737qvZF9T67S9mx8na1zdfvhc3ndT6pUBT0/EfZVAPrbHkb
/wBxrYa3836SSnvW5lLwG7xLY05/BWq3VtYXF41n2t1JI/NXmQ6p9YRburxry7272ioyI+k7
dX+j/wCitLF/5zZbvXIzWNBEVgvpr/zamM9n9VJT2zpJkshvO46fOFj9T9O1l1Frx6VrCyzj
btcI9zVQow7QS7LuyHBu0uY1z2Vbj9EW7/Vstf8A8dd/1tNl20sY/wBQWTJI9Nr3O7fR9Nr3
JKcj6rdTfiMu6LaCbaHjbA0LWn3EfyLK/Set51vq3Pdexr6i4Oc17Q9kj6ENfLfpfza4fOv6
s/JaOlUZ9doa3dZusO5sfo9lW32N2/QWZlV9ROS09Wdb63LftO4c/u+okp9f6JU9v1yvsuaW
3/s2ljQ4wQHXZLrPa/8AddW1ddkVWPofXS/07CPa/mCsj6vYGNi14TXZDbs6nBZU87w572Ha
42P5e5jb2v8ASs/ro/Vup5tNZr6fi23XkTvNb9jf3fzfc9JTzHWKc3ALrM0Oc95IrskEOgfT
3TuWS7McLGBp0BOhkagFvkp9TflHId9ra/7Q4t9R10h8Ejs7a7Y1qG0tNw3iPaYmPpbmjv8A
yUlM/tN22d53T/Db9BJEAG4n27wR4cw7z+kkkp//2f/tI2BQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0E
BAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIEPgA4QklNBCUAAAAAABB4ss+h/BPwWuscSRvNkBCMOEJJ
TQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAA
AEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtw
cmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAE
MAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEA
AAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0A
AAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENs
YnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxz
Ym9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09i
amMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAA
QmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9y
RGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQA
AAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAA
AAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAA
AAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3Jv
cFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAA
AAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D
8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9m
ZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUA
AAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gA
AAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D
6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAAC
QAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAcgA
AAAFAGkAXwAwADAANQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAByAAAAtAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAAC
AAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHIAAAABnNsaWNlc1Zs
THMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dy
b3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2Vu
ZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpj
AAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAA
QnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAByAAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxU
RVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2Vs
bFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VT
bGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VC
R0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAA
ADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAA
AThCSU0EDAAAAAAaTwAAAAEAAABlAAAAnwAAATAAALzQAAAaMwAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9D
TQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4O
DhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBl
AwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUB
AQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFh
EyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKz
hMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIE
BAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUG
FqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW
5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8ApscGWEA6WT/nAf8Afmqpv95aImSW/wDftE5v
aS5oMzJA7+Pt/qoItD3N/eBn4QkpIywV6ax2Bk6eDkV2Vsc2tjDZYWhzaa/c9zR+dsH5v8tU
cux7WCulwF1r9lbiZAJ/nHn/AIOmses9yhR1UC9+H0JgLGz+sXAmy3Qh+Ve/81m73+/+p6SS
nSdldRrza8M4vpY9rQ4ZRD7WSfpMsso9tTmfQf8Azn6T/g/0iB1Dq7emZDabbKbjtFj6q9zi
GE8/aD6dfq7feyn0X/8AGoYbfZU+nJuOUbCC5jZaBAjZVXT72t/kOWJ1npbKg2yllgrdo210
uD3fS9tjW7Pb/XSU9XVbXfW23HeXteA6l4BI53RH9na/9xaLiQbYG4OZI76FrguL+p2fc3P+
wPM12hxDD2sY0va5v7u/ZssXZ2RBBPaPv8ElPM/WKX09LrEjfIGkyS2pjfb/AG0/WabaKW1Y
1j7prc0lgkNc32Frba9zHb59yN1jF+1X4FBcWRVaA8CSC11NbnbJbu4+ig52A+pzSb7sp5Dm
tD3x7gPb6bW+1iSn06ikUVVUsa2tlVbGCtoAAhrWw2AuZ6Lk24n166h020uLM/1bbmv1aS0P
yen3UfybMH9E/wDqbLF1PS8bMZgUV9Qu9fMZWBdcG7ZMREfyfzrHfzn01Q+szTgsx+tYuJXk
ZPTLG2XWQRY3FLbKsutljWWfo/Tu9Wzf/MV/p/5xJTpfq/pfZ4G6PTJ8Ndmrv9J6aSs/Zq/W
jd+f6osnSdvpb/8AM9//AIIkkp//0Odyq63PfXjvFplrWMs53OB+i9v7rwq2bS/GYX4+R6lb
C1rmXaWtc4fzfDHOZ/L9JT6pjGhxDXtsZMOdwZP7zT7W7v6yzczOyskfrFhtIAb6joLw0cNd
Z9J2yXpKSPyWnp5cNL73PocSfosbtda1rfb7rN233qXSy802ll9eFuIByby4N49mKz0mPu9R
/wDOO2fzbPpq79T8HH6t1fH6ZnHdi47L8hgdWXguaG2vrsrYQ+5u2v8Am9/01tfVb6vYXVMG
y/JoDcB2Xa7Gxw50lrto9mS4+v6W1vp/6e30/wCcSU4/SbenUHLqz+rvyGZOO9lf2BlpNdz5
DLnMd9j9Vtf6T1av8MsZ3TG1tBoyS8EiP0T2D57z/wB9Xodf1LwMnK9HJx6n49R9QOqr9J5B
+hjl9XpVuZWxm9/pU+zf/O22LJ6r9XcYdez8HA6c2/ZVjW01ueWioksN0+offXk7vf8An/6J
JTg/VjpmUOssyne6vFLjZaCCCXMd6dejvdv3LrrD742xuBkz4BYmHlY3Ts7qGLW9jWutYG1B
paRZ+kY+mt1pc+yrG9P0/wBJ+mVu7LvF7NIbMEnsPowfvSUj6rP23DZUwF7y9rQ6QJc6uz3F
s7Wqjk9TxLshtbW+oKTrY2wAOj3W+jS9v6ave3Yyz1VH6w5Lhj1Eh7XtFgY4HaQRtb9Jafod
Axum4eGa8F+VjOxrrMn7NfcyuWC+Oq5DfbbTl3fobav5tmPcz9D+h9StKfROldUw+qYbc7Bs
FlNnLgNWPAHq02M/Nurd/wClPoLF+sfWeqPtv6Z0eqaaWinLuLWgGy0e6j7RkluPTsrs22/4
ffYqX1F6dm9MyupemQ/o+VZ+qvaQQ6yt1jXOrZvdZW2uv9DZ62zf7P8ARqPX891PXMiis4mO
XtxXkZILvtBIcx77GFzm+j/2l2YtP2m67+cf6aSkf7a6memf83ziuFrafsAr2tl1JHpOAt3+
j6lWMz7Pv9b+au+1JKy/Ayv2RV0UOzTnnEsY87B6zX+pTg1sHt2fs2231bPtXq+p9np9X+aS
SU//0ee6nUMfHuqZU5sljbnucHD3D1W1tc3a31N38lc5bYWGxrIO6ASYn/zpbXVLWlz2MdLC
4GJcQS0bW7Wu/dWLaW/nQ0E6CNdP+l/WSU6X1dxs23L+0dPcKr8AOybrnk+mylg/S2XtYLLL
q3S6r7PTW+69ehVer1rBx+pHJcH+sMiu5rQx1rG/oWHZuufjv2s/R/rFv+iyFU+p/Sz0fozH
W1mvKzSL72EQW1kbceh35zf0P6V7P+HWzV0+i3HsbQx7m1Vei7plIrFNjYFlRbXb6Lacqlrv
Z6V1Pr/ovUSU1cyzEz35mNa+59lF1bHU4IsFwYzZcyqza3e6q6x/rWXU+lV6fpfp/wBEuZze
tPp+tN2azKdc3OofWLrWNq9PbW4MobjO9J1b6rKatltv88uouz+ldT6fc4vsvZjuBzcZnq1X
12NDqX1ZWJS6rKZ9F1b2P9Sl/wDYXEfW79n1DDvxj9pOSx+3FyXeo7HY0bG4+5r3W1s32foq
X2/oba0lPOZVl5ybPUsdZZucLXuJJe8mLnu3fS3WLcwX9TGFRa4NZg3lza8jNcGVSz2vNF1j
vXtaz/RVev7/APRrdu+rjM/o7utftN7fRp25VGcwZFYsxm+g9leR/SKqdzfzKn+pWufyR0/q
d9VLWuqtx6xU2ypu2jbW3V1GPYS9vqP/AEv+Df77L0lJupY2G7Eblty35Jsn0qyza1zgfc5u
525tde3/AEa6r6ts63f9W+n3OyRiW7LasG11Bus9Auin3ve30G17LfTsfV/NfZ7FmfUH6it6
l1J+V1Jot6dhkTWZ/TWuBLaS3/QUt/S2/wCl/RM/SfpV6Rl9PsyertsFhqxaGBt9bWg72tHq
UMr9rtvvddv9P6df6NJTlVdD67j9ExqumGl2ZTuc6vKc5pAcbLGtF1LHsfb+l/Sb6/7a4jre
R1XqN7xfhNy87EZ6Lq2Nv/RtJba+tzX4+K33uO9/qWb/APR/o16/j5GPkVNdiWMtrmC5jgQP
zodH5y8Q+uPXMXrnXsrJZY2rEpsjHOOJdYQG0DLtss2fpn10s9LZ/N1el/XSU9OM9rd1Y63Z
6NgaHMh/7Q9Fge1tnq7PV9T0bn07PR/7s+v/AIdJc+Pr5lfYy8msdTEVt6l6Q9Y1kOa+/fu/
pdfs9+/0vTsSSU//0s+r6m9Qynzm3DCrd7nsn1Lh4TW39HU7+vZv/wCDW3hdJ6H0Gt1zGkWP
2h2TcTZa7b7vSZsbtrZZ/hKa6/0n+FWj1Vz6GNrxxtNk7bOYcPcR7p97/wDSKp02+01hrnFx
5Y8mS5p5aUlNHL69XbjX29KZZnZTWy1oreGM3+31cpzx/NVfzn/Cq39TMbLx8B1mS5xuyHm1
z3SHuJkmy2f8I93v/wC21axMTHxGFuNUyhp+lsAE/F30kO8deGUHYtmMKOzHTOv51st3bv8A
iklOr1f6tdL+tWJay1teL1UBo+2+k2x0D6Ln1Phtrdv6P/glzuF9QekdNxH4tzT1PqfqFzsx
he3HxmVH1fU2tb6X2n9H6f2Z/r23W/o/0WN6y16b8sh1OY11VpaWC7HcQ1zT9L0rAfUpd/Js
R39T/W39GbYMiwY7bnkOc4U1H066Wv3D+k5m/wDm93sqrss/mrKklPD9Zs6v0rpGV02ukvwc
7KsrrstEkh7vtTHY72P/AJ3azbuu/wCtrknZexwfU57LQXNc86kN4f8A9UvWRlV5GTZisDTR
U0iwkTvd9HaJ9u1v/TXKfWb6p4r3MzcMChz7A2wAaAOJ/TO/e9ySnpv8ULrG9ByrX2OsZZnO
rGpLRtqo2ubu/fe7Y9d46ndcywGA2ZHieG/5vuXnX+L7qjsHpY+rvtxOq02vv2O9zb6Xzusr
tO6tr6Ht2PZ/o6fU/wBIu+xsyxzYyAxhGge17SD/AGZ3NSUky8YZGJfjNcaTfW9nqs0c0vaW
eo3+W2V5djdJ6b9X8W3pGS2u7qBeW330Um7KbQ0uF+S9lrcqvHxm0ux31bKv0lVvp/pL103X
vri79pN6V0kC62tpsvtLtrGiYn2/pLtu17vT3Vf6Xf6fp+tx2fd1P9rWdUx8ituRltbVlC8T
RaGbDXYJ3O/QM2/m/wA3X/wiSnNaPq3+3bAarPsYrZQx3oe/1Cyz1Mr7F6O3dvbW7Z6Pqf4T
0tm9JAbhfWDbZ1z0rROUzJ9X3bjBtZ9v9OPV+zV2O27/APhEklP/09rrYvuxbmY4/WA3fS3x
eNQz/rn0FkdAyxn1C5ggmHuA02k8n+q//wBKVrVx8bPZSW5ch7AA0OgkRyd4+k1zv5tVOkYI
x+o5VDKyxtzjkN2zuIt9/wDmsvF3sSU6X0QPu11R6mkt1ESlWxoDgNeId4fBqI0wZ8fDVJSK
1gLB2dxKzuqvrxrKjg1BnUurPrw7Lwfc4Vttu9dzf+61P6Jv5/8ANeo/9HWtF7trfd8eOyot
rrs6z9pI0wqjVQTpNtsW5Ppz9KyvGrq+h/NsSUxw+mM6WXhj95I2tPGn0nafvbkPqrHP6bkA
j6Ld4I8We6FddL3TBE90LIIZXY9w0a10A9xBSU8N1TJfgdV6d1Zjju9lrCNAGg/rLe/s2bt/
8jLXa4n1iwqqreose3KxqHRuc0lpd/g2Uus9P9LZurXH/W01UY7KrGn2A7WAw0F3s9v/AFC5
yrqOTbW31n7qqdoDYAhrRsrZX/I3WfzVf5/6ez9Kkp1315HWeuXOrc02dQc6ykCQx0bvtLWH
6bK6a2s2V/8Acf01ono3Wqm+mCHbZaHMtDRsPtaWts2u2u3LN6D0zN6jb9owiTThvb6+0kEN
uFjbHN4c1ra2/wBtb9TLL3izGy2vrkuFbLSJBJ27Wu9u302JKR/sHqvpF+6v1ND/ADhn+rOz
/vyS0PsXUvTDps0EbvWPJbH0dv73uSSU/wD/1OksZXj1P2gtZWN22SYj93eXbVm/tlv7XxMe
hjTl2avJP0Gg+6Nv8n/yCL9Z+o1dN6c+0wbLj6dLDwXTvcT/ACK2t/SLlfqVe7O+sNhush2x
1jXHQ2Fv0qWn832fpNiSnu9+7ItcP8I4mBGhJ4/qq9c71Nnsa1rABAjwiVUqqO+e3CuNYCAA
DCSmnl1hzNzGgHiOABPksLNxKnZeLkOLmllgbsaXBr3b3ZLHv/ltu+g//ra6W2qQdJbBPnKy
M5jWGmR9G5piNPzwkpILnmwODGgnsPHXhUetWudXjt27WB5LoEktaGf5276LVpENaDER4lZH
XnhrMPT2ue8OPMABuiSnhfrzkG3qFQgg7TI7c6eHuUOiMwf2U6/Kx2vf9pFNWQ+NjHvbv2ub
+/tZux/8Hv8A5z/CLV650unqH1hxaLXFlQpdZZs0JDSBtB/N3P8AaqH1qAxMlmDUK6+n0sDa
sOsuBa4Btjr8hrx+ksv9T9Hkb7v0f6H1PV9StJTp3+pjUnI6e/8AZWVWLKbry4AXMt9tzMlj
x+n/AOA2N+ns+z1+pXvVbH+q/Wq8djvszaKMYF7322+mHPcPdfWyH22VU/off/o6v66J9UOp
4dFrs/qVosdjuaxrrW77WNDYqtZc/dtqqd7PRb+k3v8AU/4ux9Z/rPfc69mLlGimq401U0uH
qXtgsuy8i5rrP1R36Suqn/C+rV6iSml/zWyPsp/yg77ZpWGy709m7Ya9/wDPu/e/m9n+D+g/
1EkEZvUj0t2ecetvTWub04MJMuudW691zTPqb6WMbW/3+n+nrSSU/wD/1RfWjGv6x1fFxTe2
t1o9OimCfTa1r7r7rHj857wzYuo6bgYeLjUV0VhopqaA6BukDV2795yxsLEdW/K6/dZvvNdl
eMx2jZ/nbn2a7v0kNp/kK39UuuWdcwLL7KmVGiz0n7DoRtbZU73fR/RO96SnaZwB96sN4P8A
qFRxLy627Gu/nanFw8Cwn2ub/V3K/WJkaSDqkpiTI17jhZvUGF/oN7m4HXSIG6VfcCH+Gkyq
mQ0vLSRG10g/LakpE8QwgDk+4g/PVZ/W/SZ0ay8gO+ze8t77fduWpMtPj4+aodYxW5XS83HA
kuofp3MN3/wSU8R9YMm3H+tGM+sGwWUQQCBua4v3lm47dzdu/wBy0utdP6n1mimhnSzfX7LT
nvtqa5jTD30Y9zvRbU7b/PerXf8A8T/hlifXQO9Tp+cNDZUJcNCHe21q2vq39Yc3KZT0+3Cu
dbWwOGRXteDWTpbZW/0fTrd+a7fakp5nrGLk9L6tfj7DgggOqpY+R6bmgM/TMc9tv57bHerZ
+m9RUjUwMbB2jkDt+K7f66WV4tvS85zK3vpyDW8OG4mpw3voc2z2PY79J9P89cfVSG0Frnd9
D+TaCkp1jU8fVMGR6R6sSG6TApFXH9Z25JWJwR9XBQfouB2mP8K14e8/+xVjMf8Af9NJJT//
1rXW8yrDZhdN3hs1n1ydCAGfRf8A8bdYg/4tWirp2dVz+skbteGNbX3XP/Wm5+TdnF8O9Gqt
wLTIlzvW/k/mCtdZ9S8B+PiX2vcNmRabGsbP57Kjokp2M2hwazMq/ncaXfFn57HfyFo1EPaH
t4cA4HyIlDrLi2OPNGYxjIAG0AaNGgHwSUhvkWuaY0ifulUcpptptDYlzHtHxLXAK5c4ueXH
7/MaKj1a/wCy9KyMhmj2VvLT4OdFbP8ApOSUxwbjkYtF/Pq1VvPxexj3f9Ulcf0gEaEQYjw2
/wBr6SfpOJ9k6Zh4pJd6VLGknSYHzU8loFwI8gfmkp4j62YOL9goZc7ayonUEAw22plu3R3+
DyXomB9Xaqn3WW378c1HFx2vbsLqqz6lOXc9ljPQs3N9VlNb99f+kr/m031vwn5WRW1lZd+h
us77R6Zp3Pdx9L2o9v1C+uvUMVmJ+qMxx73X23WF124b91vptfvra5/6NllXsSU4HXs5jcV/
Svtr+oVeoyHxPpWAn2Nvc+yzJ2M9n/oxZldtRY0OI3NiQQQSP3tu391eh9O/xRP9Sq3qnUt3
pkOFONUGAHyutLnf1f0SvZf+K76tY9V+dlZeca6mOusJtaYDQ57z/NfuhJTw/wBnd/zaFehH
p+qHnbIt9f1C9tm7f72ex9Wz+cYxJZX7Sx49H1afsobvAmydp93obPR/n/b/AMT63+FSSU//
16vVem76+p21thubZeGaa+w+kz/zwux6HVWelVX0NLmWtG8Rq0tZWx0NH5iws9776Qy0PoaX
AY9zDtgtOu7c17LGbnf4VmxXMDqN2FbZjuOYK7PfU5+MwsAn3/pMTc76Tvp+p/N+mkp3WNeD
ubq3bukagDw/rK2NPjG7+CpVWFrJBEWCfbLAfMVu9zFbY4Oa88kDTXzSUiftl0aQdFh/Wuwt
6JaGnV9+Mw/B11W7hbNrgD9EeHn8Fzv1vLn/AFcyyxpc+k1ZG3+TTZXYf+pSU7ldwfEADa0T
+AVfNdDgR3iSq+DlsyMd11bpY9jdrgRGvt0/78hZWfiu6nT00ksuvbNBPtY6NPTbY7a19v8A
wX84kpqZ5btbSBvszHMxq2AwJebLHP8A7FFb3r0OpmytredoDdPIQuAx8O1/146VjWGG41GR
lwOIIbiMLv5TfevQGn2yeySmR0TODXNLXCQdCDqCChX5VGON11jWR+8YVGvr/TrHsrFvudwS
CBqC7lJSX9gdDmf2fiz4+hXP/UJIn7SwvVFPrM9Sf3hHG76f0N38hJJT/9C113qFjq24tznN
awFu9r6tQfoOaw2Nubsr/wCDVfoHU6KqW4Td9jay5zX6EtY4z+k93737qvZF9T67S9mx8na1
zdfvhc3ndT6pUBT0/EfZVAPrbHkb/wBxrYa3836SSnvW5lLwG7xLY05/BWq3VtYXF41n2t1J
I/NXmQ6p9YRburxry7272ioyI+k7dX+j/wCitLF/5zZbvXIzWNBEVgvpr/zamM9n9VJT2zpJ
kshvO46fOFj9T9O1l1Frx6VrCyzjbtcI9zVQow7QS7LuyHBu0uY1z2Vbj9EW7/Vstf8A8dd/
1tNl20sY/wBQWTJI9Nr3O7fR9Nr3JKcj6rdTfiMu6LaCbaHjbA0LWn3EfyLK/Set51vq3Pde
xr6i4Oc17Q9kj6ENfLfpfza4fOv6s/JaOlUZ9doa3dZusO5sfo9lW32N2/QWZlV9ROS09Wdb
63LftO4c/u+okp9f6JU9v1yvsuaW3/s2ljQ4wQHXZLrPa/8AddW1ddkVWPofXS/07CPa/mCs
j6vYGNi14TXZDbs6nBZU87w572Ha42P5e5jb2v8ASs/ro/Vup5tNZr6fi23XkTvNb9jf3fzf
c9JTzHWKc3ALrM0Oc95IrskEOgfT3TuWS7McLGBp0BOhkagFvkp9TflHId9ra/7Q4t9R10h8
Ejs7a7Y1qG0tNw3iPaYmPpbmjv8AyUlM/tN22d53T/Db9BJEAG4n27wR4cw7z+kkkp//2QA4
QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAX
AEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJ
TQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q3JaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hw
YWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4
bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29y
ZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxy
ZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3lu
dGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1
cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjQ3KzAz
OjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozMyswMzowMCIgeG1wOk1l
dGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozMyswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJ
RD0ieG1wLmlpZDo3N2MxMjg4ZS1mM2ViLWMyNDctYjNkYy0zMmMxMGE2Njg3YzMiIHhtcE1N
OkRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6N0I5RjVERjQ1RUE2MTFFNEFGMzM4NTlBRjgwNEMwNkEi
IHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo3QjlGNURGNDVFQTYxMUU0QUYz
Mzg1OUFGODA0QzA2QSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JN
b2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
N0I5RjVERjE1RUE2MTFFNEFGMzM4NTlBRjgwNEMwNkEiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9Inht
cC5kaWQ6N0I5RjVERjI1RUE2MTFFNEFGMzM4NTlBRjgwNEMwNkEiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rv
cnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3Rh
bmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NzdjMTI4OGUtZjNlYi1jMjQ3LWIzZGMtMzJjMTBhNjY4N2MzIiBz
dEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjMzKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFn
ZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9
Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8
L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAAB
AwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4O
DhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AHI
AwEiAAIRAQMRAf/EALMAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAIDAQQFAAYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAEAACAgIDAAEEAQQCAgIDAAABAgMEABEhEgUTMSIUBhBBMiMVICQwQqAzJTUWEQABAwMC
AwQHBAcGBQMFAQABABECITEDQRJRYSJxMkIEEIGRUmJyE6GxgiPBkrLC0jMUIPDRolNjMOLy
Q3PhwwXxg6PTJJMSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAKyXgPJDhVaxWGhP
BJYIRLYGMMCGeCgTBasxkAAYcA6azBgMWEHSDcp2ByWKLESJQs1rJm4+nllnRzNQNCxDv4nq
zXMQGxEnnMm1UPeRj7hTtDZE8zjyPdwqxWaQlqATAyJkCDHhvK4dBKDBaC3Q2ahkamJoGonT
YY9evVNDX83eNSREdC3jU2FBxIlK1TtmTnX801dShplTJ0swX63yvsi/BSDMyeTVs+ONb3Xz
z6ARPLHdU48z0QEBQEiZBWwRo8IQQRwdQLyWagi6jibGbRNlAUxiqqSuD0HNrkb2l5fcLzBa
EsuOHhKturZMOnarGlYyCNmlnGX/AF3h9o9OMmBDII8N7wD519H836AfRu1Czz+PFLJYcrkE
gEYPCM6YO6BKko2S5kV6g6CcULt6DumAojiln36xRGzXCdXeeubn6BJcJAmsrvW08+cWynbu
kUK+lQIAvQGjoQZEMIAHLMSrd8YfSpBpHDx4YZEliFjgQ0ZKuLHJWWEwkE7OSRxGWtNYhAlR
dLnlacqqegx0yQpnFZkQeg2sDfOWSwwIRbVmYVyrYLsqMihezyz6vyHtCxImTPcQsmCPK+wp
C9HxnsxfTx4RWxnFcirgKu6Jic6oNmrJZv07JUpTxNujbLFRnFJd5gr2OD74+TI9njGRGsoz
RtgIIoNb0WVpkgSzuAwlmBlyKjSKhfArLUXfXeS9SXGLMMOIID8uPy11yz63xdw2+p8ZlPkl
2qIlphmLr1eKyGwW5hYgYgIlbZZPBWbg4azTGi4bwkCLVBNryRcoepIbPEAxYtymECQGUp6T
XyHZZYZWWX7GcB9FtfP/AKAMg1lbx/oaJVdsZgnP2jMXtLjFW4RS5AZdyxL9RYgrMTSXT4ua
d+weG9HjbImt6DWPOJ0qgrO2dEwC9hTPC36vqDzNk7Ji+l8zpmpyhGgChjaDhzESUqGhTM/a
x/Tmnm22GPVJ5ie48RsnuuURHmfUeON5eLTHbmL6UDl8UKFioVa12sIggBiZAkZIA2H0nNbj
HnvX+f8AXDe4gEWqxV1FvBTZUeEt1PUHndbTyzJt47jSLN0A1OgquGSSISlRu0Sfb+J9Ma+T
g2j0DPL6Rk62rqAtU4X4n2/izRGpJc3liZPUuKYWJBRfziopggtS4UHcScyei9F869abNepc
Mq9jWT0AFVAo7Hlzfv5eIUd7y22b+Na8gT3ILRVTNm3htNRUGFWWANR0ifYeTeetVaoGhhTV
PWOp2xVrKUbGFYzTHLSqG/a8zcNzsfiqNnNG51qqAhqgIiRZwQdqneK2xr5Rc18X0JXXdQNy
NXJNnl45uVckzCiaR6fz2xSMsSgE44tOp3yqV7TEW6TSK1vGK8RoHpG3UlBekZbVpuPnNH6n
jHiJ1qplhpZx6+lW1yp1/jLoMpGvgW6YKHAKFwgQXHeixPejvC+4qmVvzhm9Raku+Z9QBUtl
5M26NdJUztnPA2854mhcMzY0zO9CryQ6tMB6WRBpoU0Z7k9szqa2Db+bqhtnjgkjznl/o3hB
LfOSezzi9AeK71/GDUu5wFd6RayA4TgieM3/AEKXAsTw27n3DJ0L/ny86jeBWaQ6ibJh5Xr/
AAY7a87smnhe4tHzaPovmSJpJGVXXzBjUrlX6Dh+8CU1JmYHo+D0oI7okWxTDJ+c7WMJOyBW
2ssT2PYnCUPri1WECxaIK+9Cee9JoXwhEAo5Q1vk983G1rB4kPoXjzTo5NUs3/Lcej8w8Rez
mahs7nnPQFfxXpPLChaA3SyNUmKds+hWVtOBnGXoo4ZnaiRd2lcIzNPwx5+kTSR2mHm5vVhf
L42VPWIXc0zB0fSsKGgJAwQACUEeY1PLF30/n/RGowDLlzH0BPjPoWefKUe2qCPZ6CDxtPZA
y9zBg1PL1nHOEhPCAUjdPpd2s8Z3cLp3Ujy7ju7gfmn0zz58/wDd+fuG553bUYJehwjz/N42
9e/WOaHETEnAVEmkzHNhGfrnm7PraJT3FWw2LMieg1m5GqFFfPG+e9FYKmZoUzzLfSCfP51I
MVi+BOOLF/G9IfQ0WVD5Eju7ju7joniImDzvW/El+u/UMfI2cEtd3Hs2uAQJZoc1ZNOVmTk6
sFO+PDOWw6aeSegd5a2bxY98e1BmfrKYMdSvGaEkR3UC3StMPNY/tMc8sWlSEey8h7c9eIZB
uHjXS7wyT0QTHZA3syiaPhPS5hcv+PuGt5u5UL/I4+iLMDJF6SvxMOvVHDOniCmSJ7hFLYEx
T1iMyvurAdRslg0XjOysP1JbLqYldewaYkAAnx55G5mGFb16B9AqeE9uH10ype4w+r1DvHWc
Mt6sNFIYBUq6HGXQ0tIR23xsLYoTnaWUGlTSzIsLHAwnp46CkGZIEpg7uITBgGljz5x9EQ0j
AtUw7leyaUSonu4Tj7mGORYyzM3sfj6ENOS51O+Mp7eEeOqmo0QqMNFuY0e6hJas50lzl8es
WSwM3QWeX0sl5sW6dkc2JJ6eB7uJYBhd0gz3BJYAFtHBZej5YfrV9kyrblnLKCIODsbYyxSx
vmBVs0D1d/C0i8ylZH+ds5xnw2uWQ0No8rb05MedDigzTtGJ29xeHPuAiUGPlen8oa27l6Q3
gIOIYKJkkT3EzBAx0EgYkQSjvIeiyz0NgeBX0Ed3EzwnUbYmHpKkxs/ZyhF/N2zTPD4GswCz
XHjY2vKaBsdm8aI5jzQPOk0+zOOYuyWZaIrI1qoN7J1S0LJF2EyT0wdwkTMEK4hJEhOiYMe/
lbwQwIQjBM8QEEJwsrlaDAz6V3JErAB5RBaESJS60U97N2yqFnijYZBLUGM5XG+KrBAsWKG0
Bh61ewWxtqESthJdB3WYKslIuZ4SJQCl9QRqZqzVinfF8wToMhUN4TSZWLVW7RMnKtZwPRIy
4quGXXSr6fzWielpbXmCLPmdM22+bebb/OWDf7zHHrBsCDBQSKGAyvPPQNxtIrNCRpgRoJ6u
QazDWXCFvqHD3FDL3qQ3YoNHCADyQZY6txlRIF6jZzzz9WzTCJTjbs19sz1Ksl/E0pMRb88Z
oJAF1OyU4PRMrvV8ehFiiQJRRNdcCpWsnobSjB4SDaDBglwPTBE9BCHrEraANO9nj3V7J3Fx
BdIsp4xTIA6N+gecQ9RBQZrOesF2JvibIpC5VkqR6eyYid3PFSiSxyuPQrasCtZpFbILPG62
RqG82CBmJGzDDj7gOPgOKAFs4rg9YFLQojXJtCznjgMDunjElbRtO9TPKpeQrcv6BmYteQbK
QNG5kaxsala0BHefLVLKAs6uY4sd53j6YJiK83teSOqmoj2fjvUm8LlAzJkGJByMk90kRMCi
OBAOSDUtVSbdK4TwmLgwCkJPPWK8l+vYSeT3cD05cQ7jzFPbwQ5WRY9V5DcNfT8u0LOmR+HZ
qhiUl/vbcPWWWYuVYrA6FX2Bj2dgxgTBJdAUiRJrILu46OgKI4BbFE52jSF2qtsFoyCsgJYL
DIq6dItUblI8v6Xy24bFrNtGZ5z3dY8YU7hjXM8jYp1ZIKCA7uGWVCfROHgfPbAGDT1pO9LS
tkkJHCYhdHHGJHGMhREkQJnTEAras6hoZ5FkGnSMAx3BMU4q5O55k1adukeUtVHHp7XnfQA4
lbixsUXnnBuVgongpkhBzA5ZWj2HdxGbdxzP28L2BFhTySEyB4Qp4iCiSSEiYmAZgQpWRwGI
NG7TGsWwA+IUt0C5niPL+n8yaEMUeOtV+PQ7Xmd41iUsZISZfjvonjilNi+ZZJaQDwDvZuwe
j7N4GhfkRvMEz3eaon0IszRDqW6Yy1k6gXdJDFsInpAAwO4SOAlhV2LOPoCIZIAxJiQOwd/K
K7q9o8em7RGeg86Z74PIbBrWKtkjN0ss8nu4OkULKnnKfAO9j65Y4uF6FHXGUnVTzdKzTPW7
uB6AgSEyrDs425Q4khkZISCLBFzBAAYkDIHclpJCQMlAEGkbTtLMG/UvHnsP0eARYrbhl6VT
dGamTeLNG0g8U4RHmJhLkSdbHvlvj4vbFO0Vsx1MzM7XyD2G75/eCBgg5+koz9fIulyRInpg
lbEnQMkjIgx0CBOkaUjIcxxKWLA7iMmzzDGwPT45j7VxZl61LZByt6kVdKgBQo6lIeddxwmA
ncxvQD+y+PWczKM0s4yxj6OYeq3sLcGR0B90lFWjnGpIMOKJCr2qhHdxC5ENZiBj7fnzdkHk
dMgKasScEJByChQs0S+rO9AWDFY9dfPLmAhhUsVbJzlKLy0cO3MTdEdY42sm7lGdUu1yVGR6
LYxtgf0wGQEcs+IOYOPpCquWBHSBBcEpyxHldrIPVMjji4gEWUCWAQNK7UPPUrwFbSybxr57
ccW1Alga/Ha8bB56v6ZJ58vTweeulWLPK428bewQVW6onSz98uaqLIQyJLAkmZknugPhkBZg
DPQRMSMS1Rgsq6ZpdwhzPEV3pF9MA13pPNxOiYbtb1x8qf8AVmHy7X93x5jW0oEsbwvj4Wt+
eeIwnOKPHx67z3rPMFtdxJmemwPRmhZrWwRIQpXw4lkMiZI6YFi1ZEFwImJwnXPM+g856gsQ
cEdPEV7CQVyBAGJQsC0rew8p6sOYIie46J47u47u47O0YPlqPqvHyfvq/HnMPVSVguVjP9f5
X0RoG6sFE8Llig2Rw2YgMSE5bFEiUAxME1LVM8r63yfpi7CzGdHEpakTHQDM8KS7GNz0mJvH
T3HdEnRPHcJHdEnd3HRPHd3HjbEvKVS7midZVg3Sp2xSbCBhJeSDADEhC7hIAxIgTBHoJp26
Z5f1HkfWjzUwcPLGKagWPCdEgDiOI9doV7IXdBPdx3dwJRJHdJHRJPdB3dx5pS6ppZFwCl2u
8ztanfFt7hkhIwkmMkZHJck6OEkQgkeEOldqHjfVeR9OXnV3D1GA1BIIiHCVWqR5/c8x7U33
RwUxJ3dx3Rx3QsIkEMlDQ4iBnRx4+L1sw1aecNrRdMlm5BV0V2BwmBxLIYaCLKmLOHlhLkTg
MDkyR4zTrZx7Czkaw0Q4nzvoKBn+k8pfPRV7FY+f/SfAfSC70cHMSDIQENKia1POUX1VhLl/
CsnoEZKjS7P4a6haKebYSZrbKj0PVbIb0NG9PAEBEkJBxxABMER3EKNQjuEzPO+s8obHovIe
iLLqbSK5gNtULJZo2ap576L4j3I0xYcJAU8u3nHAJggdccMLIsUmjwTJY5fF3M16pkjdqkLB
ZfKnpF21m2C2ee0tnUaWHVHDlLEJckARCcuUi18B2DsVDA1cawehsVLYMEAVmrxdr6IGB7Lx
vtC2USR08LoaYHmR9HiGYs0jlRJBJcF0wM4eNRLlCF3ElIHCWBWksHjmX2ZIm6/AYbgYFY9J
Hn7peKtXNavn3ixBrJW4BFR1QSq1mmrY8qs9NmZZDWV7J6H1PiPeGD6zG2wu7iJ4SalbGLGe
0RQFAcGAtovOWfAczh0VpNCvKRABVKNclhWaxjhrwTcpGXGVLo8LTBN8eGtpvGIakYCa5bz6
dEvZSwBI5AJiw3rtHo/VZ2yA6COEaxbw1VQFOUQkuEPQ8IO4NqHHcYhcXH//2gAIAQIAAQUA
/wDiM//aAAgBAwABBQD/AOIz/9oACAEBAAEFACO2Qn45RrASocKcQlWIPUaAXRCOFffUofuG
uxQk/d03929hSuyxbI9kq5zQJLHNkMRnbeaJzbAlwASCZW6t22dqRCBsL2km5Wlwv1Hqv0i2
cgUF4eiiSQEyDrk0xOeF57WJFjUAga0NFVJ/YpYwnk32p3UZWBjByBSknxkYqHsV3kyDqjKw
B3jEDHcbX+0jWE6DJsF12SpzjAUbIuoUtrASMU6TZz7VwzrpZo+zfXkmSxFGyzREgjJAc3s6
0LKqYqrfJEw+2IgS7XJSTFSA6kKV9luEABidi8MD/Cd9n7Nkm9/rgP4A7AhpOw2Rrn2UY3bl
Tpa8W92XWskTpONaGhjA7Gsj2jduCMOsUhT23miMU8IgAJ55YBlObQ4SQe67DLt7o3etTRzD
qzL5CSD8OzCvw+lNjeVo2/MSCKhddJCw3pTivo9A6U0KxcgA/wCZmGSElKXCluPYJyMIJqMS
CWNFkn9CvXWMnl9l/wBfDCkCRnGKTrnXvmJPS9crIfGkVLfXZlTtFHJ2jABze8GjkoOkcOkh
+3srFgddg2KTmiHcHbliPk3g11U4xAwzhmNaxYNGJKy+v572FCSAUJviaKxDIBKoPr3zOUcM
kkyjKF0nCxIidWTtL2QlZTwrbDt21Ip61ANdSc9k/dveecjOrhYBcfcXYHArMvhR9PN6aIAD
aIznPdpJZqmViay/j3uWKjIGU5JI80jEDPqBy0f+NnI11IYri/435JbeAE5rR+1SyHtLehQn
8i09OjDDh4JkZ3Mj5I6nJJYIwb8DCX0j8c3bsHK4ZGOI3Hn20fOoLKPuYEkhisq7HcYWHSqr
DDznslRN0DZSs2vj/FkZ5fhLPMqzdg589g1LrmuOuMDnXj0aSVLyS/5l+4BNBBJ3ji+PH2CD
xvWOokRGDAkAbUF1LCInTZGuOA+MT2sTv2pUO4DhVUffJKqK9yELJaf5lkR1kqBnlrvESR2Z
AWJ0T9Y3KMrsp8y0J80MVN52YY67VWLIR9tb6n6+qq/lGORBHZmRZLNnrqSRooWLCN1Hh+mw
KyRyYU5AGAbJA08KOPc8mOFKVlbNZZGYz/ZOBwx3h1gOirAB2COeBpSWOgC5wnsFBGErlmb4
08ul889l1Bb0NymSb5Jpy5QSSOtCJcXqsYfYXYwQxA23RjJH2GiDiuy4sjoa0hnrjQznR4xf
uQgdYY+k7livpc3ZIZXyPzbLlPN2JaNdY44YMmERSJpJZfOqmOMZ0JwKFw8g71+wegK1X9ds
Qw1NDoQudiQXHUsHxdrgJ2PvVGIzYBGsUdXYEZrjQJn/AMk1ALBUuel+Tkb/AHtpcio/IyJF
GeSxZSOqjF0uM6qY0RywUtKjMCCCCQVLHPJZmqKGV9aA3ijqzdlMjKtgqAfSJa7GOpQ9kIOm
QMrHUrooXx6kKQDFIwHByd6yQqq+lRrywJCrWIIjFCRzGT2JOMdr8wGI8bZINYxY5vYQbC72
0mK+WZxFFTqCZr9xpFB4VyWqVlsSyLoBmDNPCM7cfE7F0/HdDBaB8q78diCaNxF1aSIquIVI
8PZi0BjADPpjEkfcXs60F2L/AGW9EFBhXSlgcHJ7/wCSOOJlpwIKg5ABOaz6HYGfGWLIGz9i
8ivWr+Nd/M8/g5wkhIwkYybxkZcMrYkqZrsivrDISDK5Gxpf82NItemASwYKIo+7pGqJLahj
EzPNkclSNYLVRk/2cEdS9eazaMjEJZmUflTtiEkNLGSU7Yn18B07lQcZuCScHOMdPMg+Nd/H
6Kk2wQVi7dFxz8YU7MUfySVOaqcj6ADeMQAilzxml36ggal+r2LCW/pjqDjIwJJIBIBk7B4z
K8sU0RSbkz9R8m8LE4sLzFagLX5o2cAbYFlqd1Wx+QClkpk1iR3+RiPN+I2JPFQVJkKMXJxG
GMVDgjGYkjQAHbPBA/JDKB9RoDE+jDgjsoHWP0HX5gdoijoFAySP5FkqiLKiHfnt/wBQNphv
CQAASVPM00cKy/sBLyXLtgQStWFC5DZrWrUryRzAGcBmeAqu2AoFxNK/ywPSJkerLFICy4jb
alJs2pWWInecBtnUVoQKla5fll8P00I8T1Dg/XPYGVv1P1GyvVcVvU/U7Lt//LeyQP1z1lMn
i3gRQtB5KFtMWKQKwC54sASEldljtnGI4DOdggEkjPRZezM5SOvfxD8UbepIWPqT5VsQ/H5k
itAeCDoddkjk6z2LrzSsigSWYBJFYg/FjkRJ4pDLjyRIZpSzQzfZ21jKschuygpFXtm1FPBE
umDMwzyz2NqQsSWJf7DH9ojR5pI5YKqL6lUl/aqrk/sROm7pQzWyrTW8EspJjsDDE4wRTkik
23hZGpecWWBGWPkk4y6HUlio6ryGVQfR2BEBoAAX7XzPG6jGWCQSJAiefckpvVuwXa6qSdnR
PN6zHXggmb8gUbsyw+DY7TeHJHG8UEcNC4sUkjbwkYHKiJlVqkwsyvRUpDIY8nlkkUEhpOjH
yKsrPaA7dnUposzgDzq6JXsTyyTKDroDhjDFPmiyKx1ZXidg6a+ZEV5Y3b5xuOaRSZG1XBaH
nbEqOBjEAdiSTzGQcIHf0VVShKv6NkIkeyGG8BKstkqPk6nyr707cbBlHGH6/sEcj1qYoRx2
JjFXeW/ElS6ltGoxPJfqLHExznZOdtGOd671vVKJGYy8pDLIzOFGeXYWI+joT0vNkuyeh+sT
1IULM1PX4s8UaFfPtW5IaHgU1jMc0PpeYlKFfNkZq/jOuW/JmhgKCRR40Yp1YK8+XKdijjxI
7QqqIzAYGXO4xmONIN926lusnOegfvZmCzyF5PD8ZvQxfC8tG9rx4vxP1urUnb16P4NkrrP1
62Z6nJw5NEk0a+R0tT9PhryBxNcZPXrXYZ5ZIwwMcjZKpiLE4SThOMdAsMVhoqGxo26qeJGY
sPKnHmu8ngr6AhN5NmOjVMjIxy1S84yJfaKX8izZkgpdpFUKPVj70mfrli+J6zWa8c1z0D6O
T1Za7UZX+ftwOoLuoxpeWkAyKQlZO6t8mWypLhAsq9lF+NfN8m/csZa9SavYWxao3L8i26J7
df16Ror0cgZGG8U6N/3XSxEhvQ1vRjo5RjFn26XkR1JvRtpRhlKEPSdxLCVL72286k4Ry5bo
gIAdslLKeoOUJevlftE8H+vthe/lVljg4xVKh4VfJUhrRVYhPIqk5vm4T8UsRaOP5kq/hWZn
+MRV/RnEi+Z0/EaQkxk6Jbc4GlIGRJvHYhUZilyRslkLLWjDT1qlc1R8CZ6tlop40oegluGA
Vb4sPB+v+fPBFA2gSckdlSoqvasSoqU6VFRXlXzp6t+tbHvVrlmaQpsyOGZT0ckYWGtkhdaI
xivcjjRxI9Dxtv5f7AbkPp06yTz1o+qu0QwDQKscswPKII0gjUaChS3owOtYt/1KMaCn8EHb
2llgRiTHVsPFUjudsiJIKsckAIWNAIm0SvbIuxjuh+zb+OrL8b2PQs16Ustuw0njXhkcnoU5
JLkstTyTXsRPHtIepU8Yw3l3VO7B6sPxn0HszW6MNmvT82n5ySH15JmdidkivKRLeVPl2Dkh
YkDpjx9UcKM2SAG2rDt+v+jo1pJJ4/T8+mK6syi72DeddEsYIx2GVZprE3s+81CXy763ovTs
L+KjxvD40jGtKywp7N+NYlUMO6FFMbRR2ZIWr+hDJgQYyk4UcL8vTFtBDNO0plA106jw7cU1
W7X/AMVeb0JMEMEK+ufkghSNY/6QMdnrgZM/Y6KSJXoq6TVfjPnexWkj9K0q1PLX46hrSkCq
SQEhhsuGLb0AwIP3fMwRm2VXrkcaY0eR/Kr1PYrXIAzPnU/HcltR2qUDrOpBFiwoyOHpFa8O
0LNOnDTh9f2xPCY50ejY/Gi9Wyi0O7yyHsMZRtCQQqlukLxVbM0GR3EkJkVEa0pVm+QOw7Ig
OdVGeZaNa292BUb9hrKbfvmZ46dk1aEwlpbAz5wk09+KDGvo+XKhuk+ZShh/FrQy3ajqfyol
Sl7scYSyjYZl3bdGgZhmkYO32tsCQazt1bgYhHyShVeV1J8nw5buQw0YJ6jllu0ltQVoJFWR
hGkHnWZbAkHXsSBwblGK1WsTOWWX5RZCSePEhiikZ8B64UOx/fC5Ri5Ysq7jWxKasJ6rTRcm
86i2eiF6yHqqHZ8+vFJ58fkQJk/kwLIdjKlaOOp6Pl23itRe/TxLXTD6vYNcBjNpFw9pG8/Q
8ZJK06jxPOMK1ggtR9Z1iOnXnkIw3hBJIOBSTogJvcaPakpeLRpp6HvTTyeTGskkZGu+8PYz
ysFSr6wtOSoF/wBeJLB9I1pj6TTm/VZZFYpllZH825uOAsVYgllAA0NJ9IKluWODx7rNXgoU
439SJFhmnlEjiJJ5vmDRgHxa62b/AOLHWMtlYzDJLIYfP+SzJpGGiGiRj68C1hP6/klJfXYL
JfnkBjVj5PqGnHTveXKknq0VIl+TJgWuSr1VydsxKttsHbZLAcEhyVh2X/XqZd+gbPaqPWvf
rruYU2Txi3Ua6ygifxy/rweXHC6QVsuGrMyeDUZrUliGbv3dLHZl8i9djteXNVZ4wHkLAkjp
4aI1u969eqk/o3Z5BJJLgPURegiw2bzSYkm2gieaXxv16Kll6WNZ3ijdhxlYhEVWkwLoZJGs
ifsflwt5daGhZrp6fl1GH7BBM8nn25h6yQRT/KzY2sc9mLkKwGf3Agrn26ZgT1QsqACpH/2Y
okgh3zbpxWVirRy17PqGlLVuV7cd6ijyx8qzBJGB1J53tu6/rVhsMskGNMZyaqiax47Ivl3L
lDL3s35rFb2IJFeetEkXnVbZq+afM8+Y2HKoxLLosRm36gMM8+Ca1e8bwY/OmY6X1ZXSSOWK
Za7wzPChc6/hjzkyK0bxf6inI7Bmn7R+X+xfLGVcq4dTJPC4lMRaViVOckO7HGba6DZwmRnS
/r1L7iM3yzDUTtDJZ86j6UNP9bem0nKV5JXV0GiF0W2RoZcoVbscvmvWnllQ2WmPyeGI5rF/
9VE72f131a+UYHFq9eks2a9m89d1QiejAQacyqAQR1QKQT+s+MKNYDiY6iZEcU6hlu0KMEMa
jX8nmXPf9YebTt3ZJ8WE4az9njlrP53sykpLJ1dIyhJx/wC0gnCN4wBwjjnGUHFHaSrXSpVL
Drvje82OlSZo8s2n+Kz6pqCl6dW6WzkBiALXp1IcrW47EVtolq9+SpB8g/HWp2BNEODPBFKj
eP5C5ZuQxH884JjLISFjeKN2krjr+o+SLEw/iz/9WVakYYAKP4B3igmUnQ/ZppLtp0g7LZjj
g/KcE2mMYaCSHy7wAlkYlmBLuThBxlOiGGb022YrsP8Ar3l8uSQQCCCQAckkCR1Gl6RuVE1C
jej9bx5vLnrfsluua1yC5Xu01lVvMhR6dqvAPa9BFqPsKCWacCOHwZSyfQXpTFA87M0vZmEa
labJHIQ6A60kB61IBDAM1kylo0iLsirGsplaNfSmheP0q7kEaAz3bn4vny2p5DG/aUAiNgWm
LaGwquwCM6Me3JKHG0G7fcegIR3al4iV4W8uraUaRe5GE8liwaUIt31Xu2acrLKsnEEgV7Fe
G1F6PhTwGGK7WisW/XId5+wDEf4VxgpXz4hNbvyal8SRjmwB+wSmOn9oJdRmzG8emknmVVPo
Lup6MbW42BH8f0RStl5ezJ/bNSrzmPzK6NoAEjP3O5HMVP3Qwytkf6/dmr2/1mdYJ/GvRNPW
nhxnxwTjKNMwGFSwSBmav4c8p87x61V7CidY06iTg73h0Sinfueh3s0AI5PO24XscIYCrPsa
y15sMuezLep2ZbM0pP3N5H6lcvJT/X/OqV5PDn8xvYqSQjyZmBo3B8/uXq4UIPk51LH2RmMb
NN3wdBkR7z1u0aD+X6qE+7FGl/jWN9P2aMRejSje3YqVqdNJpI4luQ35ZKkdnt7UTJUrVJLW
Mdl9nIqs8xreIrZBRrQgygYQDn9SwxuSVIP9fY9EVIoIWmMSBj58LRxjWAk4DlWfuuXvHoXh
e/Rn7Uf131aduq0zQ3L8dcVflv2vZg+avX+MLfLAf3GN48DqD2VhM4dggwxvvxU7etKukiYM
n8Sr2SKDX/DeHnP2HwR6WUPJkrWqNOSpcv7NejKHh+NFPvzo8PmBxYg82xLJX8eGMD4wynrh
djg1onj5I1Wb06ykeyvd/Yiz/aW2NmC9YnMZiHl1ttD9V2WOs2cVmR4ZRKubxmVRb9FViPze
vLdRIUkj7R1vMuTPPXkikaJDhXWdlJDEDswxW6Z2jDeGDL7BUMsD9ZB/4N8HPSrvW9KSSONf
V9vqKHpPEJP2OFxNYawPKuJStEiGE95z1CgknOdnjNcWKImeTzfjhb7mCkN5SK8csCPH/r+z
RQhQOowEE9tgkHGGVpjHIrBla5Grsbtwr41d5JuhnvP2nXYJA3YgSeOHx5lMkDOk6COXuAqv
jkkFio/T4jJ6oyWENi8j/mSM3n7HCsnl3vTsSweP5Xy17NKN4k8WpDWZejVasUsKRNOdDf1y
R0QTW2OVbLMSF7AKM1sP5Mhkh86BMQJGG4KtsL1LF1TI545G7axSub3hB2bs0EEXsSqkXsxi
OH1YbUsCncp2yqTnU4VbGBOTUkYWvNjJt02hAC4jdCV4/SkdZSQB80eklRjm83/B4zfDOEV7
jyk2ZdehYeSANJBL5Nv8lj59f5fYswitJy1KwI4GBwgdpGCZa2x6scUAZE3ZDvNaH9Rn1wcY
OcnvRwrLNLNKrntHdnRYvTkLRTpID9HRXQGRcm9Kf4oWR3uyhUc7Os7lcksu7wFypXmWBWFy
lzeqdCEcMzEZ+n3IvimDGKFyQkjAw21OBgf45zeySc9GyZTZvVayn05pAspZvQqlnUn5IrMy
YbAcbXdeNwpIBkGwSQ69RgjEb9Rke0P1zZzQICgYTsc4N4/nwSiXyXwefaOReZMxk854MEsk
RgtRyjfCFTk9WOuLTDzq3hTWLM2tk6y3YDyQkltDR5zfMkasvqwmPIa4kBrMXpWm823VvV7U
Elc/kiGRcZCcheWMpK5AbeEgZf8ASWMen65RoKzCSOB5Y1WOOOq8/wAhrQSiLzfklu1oamDR
HlUHZThOluRgEaZZ9ARhWC99wlc67APIC768k6zZ2TwCBg5AUKWHYSwJIHpgPEZCqHRjnh+L
3fYl9O35MZh8073cmMabbtX2SG4OaJxv7bcYeKNfhNmGNxdqL+LBblFale/LqLPtRYiwSxbM
sYH5KlvRuNGvo2khq+fH1lrRQywuyV2i5aCHn8lUk/IWLLsYnm8rwlVYAoVgMJGpAGXlCF7r
ETHivnIKvwD9x+p64VJTQGddDroFAMI2Bo4ysMI1hPCaz0IHsUkqutoDqJHWNbFmRnSTa1GX
sg4cDe9ZrZsa+LZVgnWBurRxF45P1y+IrIk4+TQEoI+QgQxPI3pV2je/ILFpnVnjtMii47Wa
9pmiNmJYS0bQyyQmaKQxA+lckxZ5yCNsx1jDYtORkM/EoJKSKUUYg0QN4CDgJ32GhrFOsGaz
kAA4gJDqcHKxciJWka54taO6W5u2vkeQA4oGqsOmLronWFuNk5MoaJgFMHC+juNrgMNyT5K1
iOb5YmLBRJo17NQGKWJh+yyOIbHyVjBpcXbGPqrK/ReHjdyMslsJOEr8IG1Z1274Ts+lCuo7
JZK0yyrEGjYMRiHb8DBoluMHCk6KsA30z6HjCVGKFBJJwpz1BMEgiR5GY+teSrBCryZBQVSI
OkiKerE6O8H0VhmgVtaiaAFpb9WVq1sLaoGb5YPGnEtAEYCDhAU9tC1JLZltlyaEXyzHUUyx
sISvQ9YykjKyt2ONtmRusfYSMQTjbJLHJFUrdR6NyFkjMTB1j24RSB12SQM2BhIH8AA4F0Rs
5oa1g1ptEDrgGAjQ+v7CWlu+fCpYKNN1Gbw85vROtCPOVHpAZCzBXP8AjRRHLE7Rv41mOKOS
9WiyGzDKASD61h9S2YYo1hMtelKIpqkEdivDViXLNaKTP9ZBoeRE0Y8oFo/NgVUp1VyOGJX7
Bg+jjA7YbPtVRNWosHhpS6dOVJGydnYBK51JCri6GJ1JK4MBwb22uus3hIClwFVhb9WlF0g3
oFsJGcnF5znCdYx4vQ9xWQrKdfF61ZuqFGg1sQn7aleCmkvp1/x47DNgb7qrv8tuJVn/AFkd
5Aep+tVg2RArDG4bF/tTWl3kdpsSVJEJDM4GSIGDwPHfrQoFRvt3vBvRYLih9FQFHJ2Sd4NB
QVA40v13vONaGN/b6kwr0/FpOyqdK2hjbwgEk4ADgzY7AEGZVeL4P8nZo470hMfxtEpDs6Xa
9JEitehb9CzGJwdK6hGjJUSMOvmSzrLUDOxaVXSxY2LlnuLcgjW3N3ezMXkmmZ4uzns6iu7S
I4HXnXoRskkb7EA7gxjCpOInKkBWAIXgjeEEFTwTssCMH0IbW+DohvuPsFbE1CELGN7JO21r
Wxs4mySVGa5ZQDKQAzCQup3ai7PL2YzSopjd1IaRpEDO0Y1hI3rRbscqsVs14ursxFpQfmrq
DYghBmjhP5HwEWWQ/kRq6CFCz8DCo2QA16MvBQJMdYGPOxbNYd4CSCua3gwA7/rsb+uDe+2g
Ti9QXYAMveeFWSENoEnqWGDeAcAkZ9cGscnLZ611UgTNpZZAxlkkTGIJBO6506hy4l2irjEo
fPqNZmmr/wD5hYW3PA6yWKjl2qyRTvDKkzRlBJFIp/HmaSWvDIFgSNFUHGx0OfESGDw2EU4V
YgnWDRKbJPbN8kMSQc1micIbWgMbe3PCdsuTfFBSpMX+RSSeNEgpgGwq4u867JXrmx3usTky
Nuz2KWHRVnJU9icYhshGhADHBtmbZUowYeLGor/gRFrEnxpFbeeKS8BktiBncdpHDfFKoE2+
tuK+GwSBycOKo6tvc6ESQlg0EgYWYRGd4o2dc9Ox/GYxyJrCOuFGzqcI0DsknQBG51Ni36fp
tQa5WDReZda3B1bCDgGwg3jAqQhK/Ge0knSzMzP6Eisz3Gbpam1kpJOiR1JKI7RN2yvVsSOK
iV8ihPbzvSk82zBJDYi/ZZR2eaT46rOa35u0rX1cx+sMb2VZR+wWwGpwsfxFUr2XGGzGRjMN
Oikh4xkLjvebYBOKRgGjFrchRUlkC4SDnABYCHQ6f3FgAgA1EnVvYjjmjr0ryJ59ZUYkASna
K+wjAs3JUqFjkQYzlrteQPfZpCLqs7XDubR0CuyQxopEkC12E1uH8R4YXkzya1X5PSRfk8/1
bXnT3bhu2QkkhvBoqspjE8Xxp5pHKsYx/kYsMOcEddFpxiOsr2LCwYLJYefIZJJn2xGsjw7O
Id4Jgcdy+b0eGDEnPrj/AEkJ0dghiMkVWM9bWRHoqudsSR3YlJGGBmJ7NnciN3HzUIjHF8zA
SS6W+25dk/xHrPJlkhWWzXeOEGeb5WOSWti3Ovb060cc8sbLnnovzR2lact1ikvRSVn0mef5
osGrSiqMQCTg5DnS6LMGEQuSM2RH5GoxDq4+7TErvXY6QdQOc1vCuyAdnewwIPOELhRQCASc
tuAIv7dbwb1gJ2F0rFmJ31lDtk0iopeR8tEhbTlpsAJwb15qSlZ+8rRyGWMK7rBvddY1DVZU
jhqf7OCSua2VPKsWsH65V6HzKNZ51EMm2SKKUu5IOArm9GydRqdmxNt7Uoc+fEd1x9rnY5AU
nQ2MA0ew2vJ/rsbPJ41rGXh80CWTeXlAFQH49bHODkrvZP2hftk+0Kg+XanOhMcqEmePUgGs
B1ib34X+Ox+wwKHgsyQuAliJYUrSRXKkmD1rMTUfGtztH59OvhJI2d+on2NYjlVJlUGaRgyj
R4Gt5bPEsgjSzMyqgEj0mT5oHZm5xhi8EgHBsYoJzeHjOCD20PoRhU4ynOvPXPQjBWuh6hdY
q5rgDGXnkYy7xwIz03H06mygZrAYSEk4il88zyo2W/6NeiZbLzHo7ZVu2KhuX/nWDzYzDRpQ
rhBA+uMyqvp+mK0U3vJZr0nDlUYA2ayRvvCNZ/W66h7Nv5HZ+zQyouedHsVl6xMdYNkLrSjW
AE4Bx15Ot63hH8dlBKk4y4GDYVOX4yFrFen9QORvCdYWJO+W65NIruOwUdes/SPLCn5qNZ55
qFKtAzOipbtyWLKyHqO2MGUA6yvcaRKaf4STk0qRrZ9mV0hqWbk1cRFaFk4/p1hEQe55w7GM
SM9O6zPzjs20CE+XE3xt2GaOcdVXgA6UkYSdFt5wc5GHNaAjUPveEBsPVcdt5bHELccHDia0
ASxG8GHa4STPHoYmlSyd5ZJFjzIRFVj1r0A7VPQ8qajCjOML/cGOodmaKrBNNUuubiTI+e96
SZ5ASX0PRaKtZBJaJtsD2fyfMPo29gFt9b9sV4SxLszEnjI1LH9cvHGzWEbzWgFw/UjRVSc1
rAu8GwdckYVAzR2V+6QAG7v44G4U7wEE6xWXO3KtsSa6kf8AZjXThg2Tfc05ZrFYBYYiTlz5
hWj9RLVcqVkPXahsicLLR9N4I1vJDW8f0xDHJHBZtQ3K0WejbNywNbWMbrVWsWadOvSgKbxu
qi/aNmfeiApNLziyx+csYXz2RN7H1waGcjN7beznOhslXGAjexreH6AbaQDsyDrdUHID3APK
7xNBpCnb6BO+5djLcbB2UEDfwzPrHYJPG5MdZm0ygj0/HLq4dM/9UG1jR+9adVUzVbMc5/GZ
ZC2fbhYYv35GDry2EfoNKA5LjPXu/DAx2GCkwx/JLVriIGNWwRgH64OSCMZhm10AN6O1Jxfr
rASBrY3o63mgGbW5BsXFByvoRKN4q4QBjDWH6R7GSp2W2mkKh8AUx2jsMrfJ50g/FgmdWNmV
hG8rJf8AOpWEnjiSbyfGkUPIxkJXsGJHXsRGThAJA2QWXFLsteT47AdQzWiM9ZpHnkrMIYYW
eTzqRE6EdcUcEHFOAYc4zQw7ODWvrhGA8Hg60dDRBGOMY7S0yhqjFkH25vCTpt5rgH7iARfU
9JJTEkYLJcUGNFLZRs/BLA6hjfpK1v1Iai37ElnKL0awItSwlUGMNs2gNkNo4qbzqRjKu1QF
K0Ze2y4VK5JrXo3Vav4tf5DKgWcEAj6p9wZtAEZvQ3g2ub5P1OhgO8YcDjCBh0CcY8kjetJY
6iWuihRrNYysATvNYq6P1Fz7o740I27R3gRF9ymCB5sR3WGOmorXY7QmhoWpjF+veic//mJp
X9KotSx3TYZWGmXFYDFcFtJh0CSPi8dA/pPEXVlKZalBNlu7+RXdFkJE5IJU9gvGNrNBRsYO
RyM3vNcDgb1h+gCjPrn/ALfUEAiRQMIGS7E8X0/pyMJJHGENsEg/Icd/kT1imqjFoLakxuNP
TdQ8LnrWcvHHpQZTp5Cq72vt0VtU1brgCnJCBiPvCOOoOdmTFbsPEI/2TTssl6fZsSAYgMk0
AKo8e3K4oAzXJGzJoBWVlwoQVw4FO9bJXGOiTsbAwMMJ4dQQNgSLuVNElgcXNnOc+uaJxhvO
NerGokqKUpzoSsw/zHYFOdWSlOBIQRhY7DA45OzoD1qD1Z/OaF7fpefXhgViuRs4xwGw7DAH
fjw/HVUdckYnLTHp4tEPJKyKJPTgaOn6UdmX5VAU9s5yxIyvVk45wcjesHJBIwnk4Rja1sa5
2eQ+xnYDJVBlUaPIwHNk4y5rnrxob66b1oU6+eS0MwDC6gW1xpftzz5B8SOzIWAxW5UgKW2f
amaOlH9pvztJ5gOBdK4LBtHFBKpD+P5icHpsRVo3eJBHG7g5Y0l0yPG1Ny9WMFcJ1l1ftVyh
SQMCxwEHNdSpzR2dDDzhBwbwDYI1jcBfrJsS6IznNcds2MAIZm4DFgd56kf2ea4Mc0e19WMi
QEYrDBK6tD6t2E1vcrS5DJXkzRI1s+2jNTP97WPmrsCAq9gyhR9cRQGskmy/Xalt0IT2lcLj
Sjt6vQ+g7AN4X+SmQC3AyRO8Z2rU5AhPIU7x8U7wHkkFQBjDqoGhzhJONzgA0RmtHjsc1vOv
JwkrhIJU8+knaGh9plVlX14/s1oxt1IqOUl7xx1fLlkSt5EERReiFhnoTRioX+/v3zkhdlfq
vZTkhKw1JBYknksQTr1ytGYopd9pG+70xu1sMf1w6rBTjDWf1swdyXIaGb5UUNhB1ojAN4vI
0QXzjCBr+pDYTxyMtSfCmtqBhPOjo/VlJxQQN9Tc++L768zgsnoIWTqRikjKIKw32Ik8yZjQ
j9ddxXqkub3lmvHKl2IRW4yN70v9CHGAaEigx+F1LW4JXm89flsyE7nYRhJi83pRq4HbP16M
RoDycP8AcRvLMf3wytHIrAjOcBwbBUbaQkNhODWMdHeiTvLqBq9CYzUh1zY2N6IGfbo8EkbO
vimVziozR2Ff5ZUXW+wpsZIrRUzeO4E9rynmeWrNXardnhaG/DYf1onFg7VlOwd60wxBkxbt
5yJXqwzxyx0YV7P9q+nP1Styb6/LAqHXhzKYuQucH+JYwR8bKashKkAYoGgAcI0Qp255OazR
IJxs1loH8bw2WWlvlQd84MblTySRvgiSJO2tC0Ol30Y1c+dQjuee1MeYaPn2LT0fNEBuVjYW
SlbYN5tpcggs/J6E0L2erDIWGb5Zx22CLSrlQMaRSas9NT1mfWeq5aWkQI7BLCFws3lykU1w
Hj+oHBCkWUYZXPWUHYCgYeDgUFmU9uvA4wnWaO11s/Vhtf19/wDFycAIzZw429MNkKTi7yWP
QGekVS76fX5PBmWKCas921FHFBF3Jzoc2d+h6EdaMyTTCR9OJjouu1642ji/WUISwsxxPYbe
hEliUsbD9p5LPxN84dlC/N5qqKCEMnAP1znBzkkQljUlJoSSg5A0MPOKMdj20Seui310djZP
OzxnhH45Y9uujhXWfTGJGHW0Y6Cbac9UWQa9uULN6dgu3nL85+VGwA9nNnvZvpBHZ9pQn3O2
9Lz2NdnQxOq6K4C+vjLZ2JFaf5mNqLtO2hOwVeqvLc4s1ATadVFjymU04W7REYNnBzh2M+ol
gWVYlKxgjQ321ogjDrG1n1wnNDYBVNZZkEUVCVzdRVCk8EEr/V+BwCoz6MwHaYCN/ZYvLZZn
zzpUgeG6klgxWO9z1bhMgYyIgCqAcnHRIl7PH1VJ7LKwmIBlc4AOkUZ7VpPiyR2bLE2zccJD
ANR3gFehLqzND3fyNtVpntEVbW9Yh5GsYjFJH8jYwjjZxt9iTs8ZveaXCCI9En23ISunf0x1
GEZ/TWsYDR+gB2CdsAWuqBH60arHZVBCui1FawU+tXiNm3BNK05ZjMoH5D6SOewaflz9k/WX
fH/VJSx/VrII/WNYf1llSxTarJwsgk2Z45CfVllWKAFIr+mFXTTJXfXj0jFVjj65s4d4NgDk
f1AGHWh13zsaCuT2YnZJwjWbO12MZv8AGfr6rFrnlwxmULy3I0NgnCw0280QU3kgIMimSL15
H6ziOSsYJ5Jr1d6yCOZ8Xzb7iH9c9WVq/wCk2XNf9O82I1/LqxBKkK4EUARrsou+ug66HvA3
rEkVhADIBtSnrOGcaAvoVhoNELYRGyirJWXNsM2cGyF2CAdjRznNHYI/h80pw6B1wfroZJ2z
qd3H7W/MTQ0TnRRg1ocluBvthB2hyYlgVLJ67ERx1GFehHu8aFSyi1K6j40zoNAazqcC6z+m
s1mt4w49adq3nRehNA8vt2JAlvqJ1NbLZE1xV2vpoy1aaf8AcQOsFRtw875AZu2b42M4IUHO
cPJ1nXYYHABo6wjAozWb3jjQ2DdoxsB9AQdBRvWNyrEbOKRjk9nICzU47Uk3XtSR/wA6JdJg
3hz+mH6D/j7NaS1Qm/XPSV28H0sPkekguxssVSPtYKKT6WzV8td2ZEbKyn4QRjKcYLrnQxec
Xe+BgA0RrBzhHOudcaG+dkjQ1lo6gqM7XKq8Ko2RvAcI4I3jaGNoZztwdvv4owzTTJoecCt8
Nirr+Nf+E7zqAWQHPjGeuelOrCVroCosxq9bz0XsIGkrqsgQMvTZKkgg63vhMX6g7O80WP8A
7NrX9ScIOf8Aq30+gvErV80qbdST/GSMB53g5wnlieztnYhnJOHeqoAlvWSlnzyFtxJofQj/
AMhG81ntOTAiEV3UaOnjqBYpqdjpG0Ok6kMraCKSZIuuBsVN4nOIOX/uGs+hY7/hSDhBw4xx
SM9FwKfldXs1RpAxxR92tYdbP0cg44GDrphtSWRYNiV5hL+wePEBID/P1/4M2sBBwn+Cf+Pr
Rl7qIQk4GiNh062qu1MbBo9xsskDIVYBi6yFYl31VUjA2p1ja7REdm5Yga0RisNbzsuHYA11
9I7q+Uimas3ZORkf97Hkk71jn7nI2T1xTjs2NN8WeHux6HnoVAOyMJ1/xPJ1vDwP6H6a/k4A
ZJ5ddLD9IvzK8ipEfxqxLvWfZ1tWncY6MWUkGN+Gf7U64DmySn0b66w5phg1nUaJ+1TvPSBN
Lz3/AOzV4RmCmMjtvD2LHem5LHRZgQBsyZ7Nn4of1eM/HWHWMa1n1P8AwG95vnePnbN4v0P1
ZuHmHUja3PLhK04PTgDGzBYgPrjDYsrH+fXdIrcTjXA4JIZVAAGsAG4kBB+120cPGF9/wfod
aQbPojdSkelumQGIBeHfY6AjO2kYhQdkglz9f7cPYn25C9n9ZjC0Yl0g0MJ/4bwnFOwfqn3D
eMSMOsGL9cLnqSrL8jLkoaSKsyoliITw1pDkcj9ewJ+KMKCRnJIc4jfapJCnEY6PDE6Jwka7
HbYWxGBy3swTFlu1ZdhWGRHszEDE/udjuWVYyliPF6kMo6yxOp9R3kt+NVAqgazeKdj/AIcf
wJNiNiUD8ySEDeA4rf5Ccl3kUCuXVgY5CspgqTqvkWQLFD04jVT2UaC36KvBbldyoxdguUJQ
jqOMTkIF0eWPJ7bJCgtsFzmjncgkMyevD0uVJnIJDrWBVJNa7dQ7bX0pbcT+ffisNCmMmSoF
EzFrnkoFgH05OD+CeSRnbO33PZhjy1fKqbj9WtFsN9i0duNnDbEtiKGab0XYLVV5jBHFHPAQ
pTsVuLC9O1FKJkBhhUqkUbbiUgjTF1ZcB45K9tiNm2hBUsOzNoEnC2duCVIPB3sswMXvB9U5
iuUbDuULalPCkdZOEkgWTLfiSh/M9O3AVlRxalRI/JSKf0KSAIBi4MPAGNIi5JeAP5chVpAW
sHgt1Oh0lOnEhBSxKBv/ADvMO0MkalJN5NbZnsTAvL2ZqDiOwNMoZQRpsjPHbCdgjBvDtSuA
k5rjggg7P0C5obcjRcjDIevpqrQAmB68qxyxsGWZ27RfSd20obZfiJlZOMvqxq/rMINmsNR7
xQP4fWWbJUvPjysRvgDiQjv9CJF7O5aXXPzaPyF5e28kUA15i8ZdXLvHr4eSoRo51GdlOfTE
OiepwxjNEEbwbIAOa0SpAPGds7ocDHTBtHeyNlwd2YvljsIYJ4JHkh8+yJYXYlhJ1VzsqwLF
W1G2l7Ej0tf679TiT44SPjTn+WXvllHQsOSB8gUDHOlZ9y994WUF3cOJGOdtsn9wJYyxrklm
ePDfKhvRhbHvwDHswab0aaiH0kdoZm7b4DAnN6wabFAOfERi6XJZCxL7UjeKgBABw6Acck6H
KtoNnrwr3glMb0bSQyhiZULsHLdVKs/bWNKkZh5Hs/8A639XGqUIk6J9MJ0AOJEVxYoKcijc
ySuFLSFWQl3eZVZtMW/+8FuwOxvRGxndwz3YI3l9WoRLf898lseaymfztC3QZ669gm+yuwH5
GyJSxWQ6VsSXo3yK2FyM+uADONcAdiMkkyWU4ZMLDbzMuTKtqF4PjMBKZXjBUaUOVXOAQAGM
1drUVf7L0KyVv1s6rQO7RqNDD9f4IGNFEUuijED1CxEuoQA867BSCNfHor1ADkNICcEaEtWg
UvBWBliRUPUIwTTkFQ5GEk40pGRTjYnUsH7YJApa9UjLexSRV9uj1PuwEx+pZlP+0jiU3ZZm
jMSh3OyAy7dTsMElSFrc1B3r2qpji9OlGv8As/PBk9mquT+xaYi1aZoXIPl/sFl5nTY8mmtb
2I1Gv4H82LcNfLV6WcuWYEaEbMA6hgw2UjUsE7EIuimsVOxm+07IcjQkXYk32KgqW2s9qOHD
6QbFvTtJNcdXjvRsWnQYLlgZYYSE0oS0NOuTBFBFjWlgxr9qyYvIlaRPIiRkhjhD8sFXoA+N
QrEmhVYnyaTGfzFiBYKrEEc5rhQNKAR48Bmuld5ao7sJ/b/Lsqra9HiaR5DvqX0A7rg69AdZ
IOq1VLRA6wPh6lU32edehcb6hhJsK5JaTYW9ZneZJVUMdGGz1RnDs5RSHRSbDyCOXvi/UB8+
SVsgo7kKhRHJrAScJ2JNjEKHC23m0FeZlee+ITNbklIJwaAKHSriprFh4/W6hMojY4sY0AAM
B20jiNLl/wCbJJGyFmaN2HVmAyYnpGp+MMNyHcVTX4/1w600elQEksGjjk2omIT5QRM7K0k5
xyS5RifimcfiukfYkFimdSQhII7aqIjKaokKqisiuWk2pSRQe28OSElTOm5r0SCX1N5LZZsG
3xdkhPtCAAqBgVtRsWMOxJ4UAWqoAAH8TyiKM3FjisWpZMZxp1VweAe+BSzTj/sD6KexlUKl
bfwohwIwL/SrWntN/9oACAECAgY/ACM//9oACAEDAgY/ACM//9oACAEBAQY/AK60fmjD3rJ3
cpm9Src0C2GunZ8aZweC4k3ZMaUUsRpE1h++qFmq7oaRuSyOp0JuhI1MbIEycE2TMw56oBtv
HsRa1hzQahFybJyA+knd0W1F0CSzXRakdOKc24BAOmsBQlbRw9i0ayc6XKGo4BQyGjGtESAK
2Kd2CltpWnNAm+geikNWLcHZT3M4aiNWQBo5AC3T0sjIFqgc6qZjxFXp8qNiNNF1HdqO1CJ0
sGDup+bzg/QtCtZS8W9CIsPUyfTgVSyaygzCcS0R7w8W1RzSD45vCcX8Mj7vwISiXiajsVbc
lPCbA7onkVSvaq+xfoQkLw9rLc9vam9j6IgGhQkA7Uloo6PryVKtx0QAD6ITAMzA0PD3kSSK
odjsia0qIp6gXbgtorqAqX1KcPIokxBtR+KYcdE5LChHb4kIGQiDUVug0o7ns66bA6ppMgJy
bdZ0wkCdA/eViDxQaouVtNBKypXgjEmwFVAwaQIatLIghzyspxqHZv8AlTPUKcg4YEOFLcKE
ivYj0vooRbcQUBI0vtRHsZFhtBLsblOBybmiHbV0CCXsX0Ug+4CZto6BNRxUt4Aj4GNSPjVP
aqrGCKQIDdp7ylGAbaQXIt4lHy0yZEUEiPRjmBQ0Kcq3NBxezo6aHgtulwmvzT39SqKVDGiO
Mv0hxIahdQ9Q/eTmnBkQaPZGII0IfUKLUI73BEs5j6nTg9QsEXDS0FmK4RRq3ZwRJsCKcfiQ
jgicswKmNghilIkkAlgzOmyTavUb7R8KGbB5j6kD6i627hOR0JcUQjCMIBqF+8t3nM0YBrjm
hPHlE4mrvcf7ajimd0NJSNP11UD1VVK7dE5rElgpRkGBFrKMAXEKB05+zgiTYi6A9ikYhqcV
Jy4LHkjIinDgsYYMSalRjOTY36pCtPlU8kOuFRCUhw7vQgJOKOy3wi0ncgcSnIcv2UT1YmgN
1InxTLcmC5KvqHBcUW0WGU2AkAZO/FY/MY5PEhiBy7u5YxkLDJIAAcSnH2ogHqFR6kDxFk50
FERfmnJZAt1RLgDgosfWE7t+kLm6eNxqdVExcEj1fKiHJpSlltAL8FEnvDwpzYih1QBO1xXm
hRkZRNRq1/1kxo/FSjhAlMXOiEsg6Q7xD3TCIDjR9zoZ8I6hScPEQEY7CDqCGTmU4mVCw6Ke
9FQ7o4E2Rk4MQ7kWX0ofyom7974lHd1bYsA7oW2kBh2L6Ei0Y1iTf5ETQAarfAljxo5+VQIs
JMewoxJYTG4IyavBRLNVkNOaalvvWQR4gF1wPNQjQ3LBaE6nT5EA4ERo1kCWDiskzNu1fghE
XHiR+APItYLG5fe8/UUESb6p6N6JZoh8uIONaDvdMUcMKxmRen4lgEgRMZIkgl7lXZXUhpCR
A7EccKQHekgRXmuD8bqzMKvdGPhnbtTNf9CowatFUV4IU6JaDSSY0HAWTWI9bokmnKhW1+k2
JoUL3o1kGJ3O7ck0pONAKsUBhHSdXotuWrESoaP7qMojdEW5KxYWIVSxFGPFDcBKR5Mpbgxj
7v7yMZAxjoCFKGM9EqES4LazAB0ALW4JtOC1kI2I8J+JbJS/M0RIIEhfguq1x2qDBmLPyTA+
tAi8SHKI0CJ/QpuxcuFw4qEWq1CdEHqI1LUqF9Ly0B0ms5VZ/mQl5rKcmTSNdqEZsJR7r6Iw
lIE8QBVSnKTRjSMWb6lO7NYpxHhAYaIkmqfinQavajHRZYZI7YTBniJfaS/cisU51MJCnEOg
dCBTVU11K+nuaRLS4Lb7Sq2N0QaC4CfX7VQ7bEdqFDEhxIurdri65mpN2W0G+p4KUZAGf3x9
5WdXfkVUkNr+6gzFrKcIloEV28fmW/KHgKgaoYoiMRHsBITiQc6E/uoiTky4UDKkxusADT8S
jmlPuljEFfViSQRqjk3lpEuDzReBm4Fim2MbFnZvEpElzYBGlBxv6HuNQjPH0xPMIwLOA50d
UFPvTgmlSCbK9CXpxRcOSPuQ0oxBXqUmqQtwTSqYgHgomojK44BHHCWyINOLpzORFjVGQkX4
k/xJjOAAD0KlAzG8gkG4YIeXyGoDxLM/wLpkJdnFcAU1+1UqAj9vFAThGYFeobm/WQ835WBG
2W7K1gB3dix5od0xHtXTWP6UdNzEdqqi/tXxCxTu+iLVloFWu67aFCrgo8dUG6QaOOKMgaxp
tGq3U+5lvBuGL/uprEC6Lh5Gg9aH1GGKB3HmUYikQNKAMpOOiIYfEfnRyRlLeXIkfd+BRkZm
XHQgr8sMH1rJbsspZGu1EZRDRs37yZ3hG/8A0q7A1pRwiNoBJ6Rr+JDHGEQYVOQBvwIkB2ub
KvoYa6Mozidko6ihUZkhpgUsiBRrBOG4qtjqq1AuV1Gn3qUT0xNYtV0ztxK2kOZADfZlHYxg
KV0Rcjbxdlty5N0GsNfxKRA7o6QbBbTEHVkwG0CwHJYzji84yaRIYk/hX1JACU6kKz807J07
V1QeqOAxJllBAILbQvozyjGckgYiR4+GK2gsOS3Nuao5IG73CpdNYhHnZEkAxFCbIh2HFbDp
x4Isb/YmoUwrq6cDduNeSYBj96ANJalMS0R/Lar/ADoynRid0ybDvJoAxi7CXvD40wLPRjoo
mRLCkRQfKhPKdkZVYXZCMBtFWozoBiBKun6qawse1OCRz4pt26lrI5CHI+9EzfcSSQylKseA
Nkzd2xLVCY0Ti4QLPE1L8UxNYkgFGMig1+CNAwPrRi7xuH5oRo7rGZH1lHt+xGVwGA5fhUSb
e7xTuACS6/SjuNNUREPjsKVW2JtRQyziDkkV+hMdUaoOmNVuJYaLN5nNEzIiZbQWPSscBPoy
SFRbHu/gUMbmWwCO43k3iXBGJsCrppH1ppB2q6pcaJuTst3iFua1BI9Su5joEwq1imJqi1uI
sni2+dHNwFuJ5itF9AS3CFz7x+VHe9O5HQn4kDIgNdx+4jOcnxjh4j7v4E/hjYmlE5btlSie
RAL3unNRdmv8i2serQaf86MMp2SiLGqnhhJtTLu1/Gj9MR3swO4EEKUc8DuGjsPwImRcC1aB
08me7gvf0EEs+mhWSMiAHBAQLW5riOOoKodxF3XTXnqgJW0b95QkfCashJwHREdQHP8Ayoas
3tQkKU05pi4azaogWNSERGjGg5KQnTI4IBuscojqZyqq1k9z6Hl6gt8/UEYybaQxGhQ815QH
GNwE4g9L+GaxZneYGyfzQ6fRx3Liql+S6bD1rqoFtemlaq7c9VKjC4NlTtdHb1B6FbWJHtdd
J26kcVLJkAjC0ECA+0HY1tyMmcO4lJF6cJ3CEIl5z70jwQgC2y2gddReTj8vvElAZj9DEA4s
JErfE7gb7uIX1TPaBQQNw3urLLDCUs0ZRlDKR0/HiU/MSixyHuv3UWLF7CybfIBqAE/uoCc5
SgLOXP8AmT7Xc0PYqR6dRqjKNvtTs6yxIIpThdO7nUWR0HFMRQahO3aQhoBxRYWqgRoPaoOL
ir6oEdO2g03KJJLEAIHm1VKYG5hTgqjc9y9vwJyeoF6e6FiI7u0I8qJyacFSid2dbp3FghSq
NP8ABZceYgRnEga9Xh2qXl3EfLycmJ973lyVqioRDOiGTAPxQ94amyaEd0jpFNOJDaIAvTRb
aMOfFGQLaAIOTEJm2iR72pKjGZ2xj3Ro/vIYoD8uDg8yPEmFYnuiwda9BqFI48ZyTLCndH41
+fMYmD7YmrfFNGUIxhL3j3m95GRlvOpNVWvAaLHDJLbCZaROj91SIkTcbdJU7yILjaagpmVq
a+8iRXQJ6uLL/BAvXUJyGelD+6pgim0lk1n4BMxqfsWpe6LVDoSPFgmNrMmeguRwUCzitTT5
UHqWtzUX4M3NdT04appUAshIReGm3j8qnIhqX0qsQ5NyRFtU6L0PALdK2gVfsRyT6YgVKl9C
IGKALzPeJ91D6s6ZTSJ8EfGp5McXh9TbHQst4k5j3waEEL8uZhjDu1yFOLVBZkTSJ4Il37FU
MgMRYly+pU4ZYMfDI3X08cwZgPWiInEMHeYqyYVjK3H5dqAB6hdzwRjJ3En+xCjScgPwW3bt
D+tbWvqjtJk9GKAxE7uRcfiTwH1JCxJb8Cc4uo8CFTy8nNmQfBtfUkBCQOMyjXbuH7aGLMQZ
MA4s7LN5nFKMy7wxg1kt5whrsZxEm93Yt0oRA1G8OjvERKNwJAum+nIexPLGWu4YqRIbtQ2H
dI3LNVSy5C2SdGNxEJ3c9qZ6aMt2nEJ3vr2IB6gun9qbm6iGqJO1ltEgCftTTzbYP6/wovUR
vIl5KQw4iWo50+JfTyxEgQLXCljMw8pUBoUMcZCRxsCxdA+pVsU5009FL8VHy2Goe/Z35yit
son6MO98RRn1ECLQizVUIbmnv3V/eU4YcgjHMA0gbFHHFt0GeXvKTamqoGHtRBoQD1FMakl+
SGTEGmNAKfMmyDcCLo5JdJZg9G+NETInjsMniijWzkR1f3ltAqKl1kEGkRHdWlVGIq5uDR1z
fSqqb3BsnIuKf8yGOJ2lCMZCMQKk6yTDISTqXYlUyzex9Xi3Jo5ZAaSNf8kkcsM5nAmmyVvm
gv5+QDhuLOtpzT28dy/my7TI2VMjxNQdxXfO68qkJ4y3DWtFujkJpUXW4vtI/vFfVyRFXMXQ
DEH7SmA7XottiUeSYsTojHig1tAnGtWVIsxe7EobXBkwZqh/cQMiTxRjAmMYtFhQn4kYym4G
vvfMttiLEGqBMd8W79iyOXy09wILiVmHgUc2KQJI6gLxl7qEjdOr3UjMuZvGMdSpyzDbkl3B
fp8O1eYhCBjGcgYzNAf/AB7kTmmOqoke8E+OcZj3SBGT/MpDJDfmBfkB70tqG6QxwDuTZaqp
UgCwN1ukBKjB1CE2tYcAFlliJeBI2m1FJiQbsNAmMzs48UPqAvccwnuTeN1PKzY4xMSbFz8K
LPQ1Tv0niUzEnU3RjFzzKGV3lMa6D3VKNTHhoiJEMLBNIU5VKeI2x4lboSIHEOETOIyPYGqJ
ZquxNEXG4PQI7qfCbhOxMeRTMIA2OqEnJiddFQOH6gdPkUTViAR7EyaRJdVq65AuExtxVqtr
wUhqKBbiHkAwPwoOC0yoM4iCHIWzGWM7oO4AqX4p41JvwXd6ithqfd0Ts2u0VqhlDRjIgTgX
YgoEWNvX6LWUNkbTd7MQhkydR3MBLwSPhxqeWIEjEdMbA+4jl8zkJiQ4jij/AC3QiMu6MKyB
DTqjkBMYSoYjX4Vj+hARxA/mAQGQ/OmVL8SuJPsTA24oyxUkaGimMnXMlxYXUsswOsOP4USA
QxsLMgDYGhTxkxGhUtx3GRqfdQliqD9n4VsxUArLLPuxdf1OCf1oxDya4+LpXVfmHKgHcNVS
yRDuKxbVfl4ZxBsSGClk89mOfNiLS8uDtG7/ANxeYnl8uIeXNcIjSTfDNYsuIb45YtKMrgt3
kIFhvjuAj++iBHe7CzD9dTynEAMYckF6qMpAhvCRf41j8z5jIcJyCREBH3fhUxAk7bbhtdRO
ZvozDAi0SVAxmJxJZzT8KjD3YijrtRuOKMbcE9C3hXD/ABQHK4TWewVrqHB2comJL3Tm/ajk
zkxwQLUvP/biv5UrMzlRn5LEROBaYjUyCy48+GM5Aa3Qx4nOOQJifd+BCLu9dxpT3EMcy88P
TfQdxVNdAv0KWOYoRTVit2eZy7ZbtppEnwo722jnZSIO4GgLuF9PDEd4RDCjKeId7EWHaO8h
vcNUNzVBf1LbMdRururUNkdppqqRBGpQD0NgpbTXmgIkmRNQbIzPhoRqECNPDqnBDuA3FeX/
APj8UKZvzPMZRQ+9CEViJlLN5bOdk8UuoRcd+CyzxBse5wNVDb1RkNwbghlyRaAs4VRagKnn
8xg+pOR7vvFGOLy2LCI9yEt2Q/qL/wDqEpyejjbHH+BRySG0AMDyQAYDhZZcZ10CDilDx7qx
TlgGSBDsDtlFx3upR3Y5Qhjlu+nFnn7u/Iv6c4xjwy7pJfqHxIfUJiRaSlGct4MRU/vIsa2T
uXfWyANX0VOx7Lpq90BEsbEjRAg7qMXXBR3DaH0qtzmL2R26d4ryxj5iXkZCPcxxeJPd3SRh
m/MEaxySGwyHvKHl8WMTyZhQnuhZjll/T5cve2DcBX/to5ITOQ4y8pa/jTyAjF6PqmgemcSJ
+rxISq5+/wBFFlxwx75wyEX0U8vnicUI92EXFPiRj5aUpQmXG7+FY5M0X+oY207yzZn3TzEl
ms6lLvS8MdZJoAbtH0W+Mtx1JFkWYqtZaKh7RqqkuKcltNTwCrR7kfsoMWNU0gJRNyaqvDpk
yABPN1gyAuTCIJ/yqOAk/WnISxRjdx401RMtvGpl7qw9LmMQzpmddui25IuCLInHjjEizCqO
SQpG/M/EvuHJMFI8qqRYAkmUToygZROyIA3CsWUZnIPpmoHJCMYgCN/4lDcQCCXC8zkMXrER
PNEWDfagQOwpiPWnqR7EToVQ3GqAk4I9aEhUNUIbQaG/BceY1QEyRHU3WOM4RkwGm6KMIARa
hNnWLZKMZjq6gKjxQX1hESNpNdx76lhGOIE6AAN+sogwBG4xhCApEQR8zmeMslIxNxEKUeBp
61apupSiHlEEiPEqeTzMWy7yT2LZHFPJAjvRaroGWAGVwZ1op+a8xFxnLYz4YYgVI4Jb9tws
fl/Lw+pCspsK/rqtzdtPiRiJkY5UoiYVIqTqUzNr2px7bpiGAq5R20J14qgPNzqhuqQPsRIs
f0Iku2oRqxuDIO/yry0Yy3ABuDkFRyHGfpxiBCWnzRkj5jJ1Ay6X97xKJNGFlWTE2CIRFuBQ
iZdIuUIQBHEo8VVTlo1FEkgVIoOfiUHDiUR2KIEBGIayfEXjK5NdsUMhiJHc7ussYu2SYI3f
CgJwrqSaISdw1ggdKMiDHsLsiWTtQUJ5KR7zin8SIFJDQLcZEAhqBF+niDw+BRnEbthqeI+V
Rl5XF+WYVyd7a/yqM8gMJFmckX/7ijLLKU317wHxIYsJB3EnbAOSjl8zuws0eBb30cmOBjAd
MZSqZHxzRa9wn8YoSmdF6g0WbfBx4RxHzoyyAmQHTALHhxfkxnIRJleqh5fLHdiDD7P5kZKU
vLwIp1F+8AsnmYZMmOUpNHHDqp4Ibl2ap76qLAVDHg3xIyFaOES3ZwQJIAA7oQALi/MISlY/
a6BIZrsUwJ26DigxEpGhjyQ3Co9YC/oMkxHcX8vMeGfuT/28il5b/wCWhjcyLbaxMfAo/QjH
EYl4iAACr2IE0agRxSlunj1GoKf70f0LISGxxI+mLSb4l9DHGMzQnsQyAhtQ9Qmiajj2KWOV
TIkyHBQwzL7KQq9ETOojVfRgXnkDyiLsjIkxAqOBPuogxryKP0wQRfiniSwuJG7rYZNk4aL3
m+5EvWyLXND/ABIV7X1UpQuTUEIDaNSdQ6YO5NUHLcQCo+WkOvGGI96PvonFgjmmO7GVmUY5
vLDGPF1OGUskYgbailf1kI3kZiRB4OoxgNoYWpH8KYE2ojElzwXUWJTbn4KHmISjHJHpIkW3
RUt2WMJu4BIUZwyxyRDGQHeHybVDFuO6AAMr1+VSEZAymdjD/MgbmZJK3GPq4oGbRifCLhEe
Fr6oM1BVULC63AXu6JFHsSaJiASbPQLiTSgoiNCKvdvhT1D/AGponqrWVP1UJwLGBBEuBCbz
WQYc0D3jQEjxqMZTc6AFw3vKPKpRjm6scz0mw+FY88WiC4k2o+NfehAHrkWAe5K2AsZCstRI
qU/pnzMZXkZATRy4cZEjFzA9+nhkjixwlCYPUTT9VQGWLPYHvF/lUDlpIFm4Kc4mshRbiTKR
FzZCMqxHsCMhILcQ4bupj+F9PmRMQYyjRhV0Jb3xy8Mqo7aH3ZUKeVSqRoeIN/dW4Co9n4pI
DcQ1VImkWdx4k4Ic/coZAel2m/BfVfdBnBHNDdhyAHWhRw+WiTE3mVlyTJnLJVjdgsOTI0ZE
MXs4T6fYp44vuNQonLMSkaCL9SfBkjEtabj9VRPmvNQE7CMbJz5qHSKuBIv8e1Rz4fMwzyjX
6I6N366wefwH+njmLS3BjCQ/1E8pCWaLFiDDf/4t35S2yLQfuzp+rtQApOxdVptNXQEZAl6t
oqn/ANE7ljwH8KaRJaw1dA04f3igDRxXsVLcF3nBqSgwd9HZPJo0GrpwKtpQL6ud8Plbue9P
5d/gWTD5WWR6GRlWnwrZKvA8kcbbZwrCXPwrFHKAJmsgLOjIByNBxX9T5mW2RLxxjwxHdknj
UaFXZU9qnhERDJMOJtUEIuOrHQlnt099GRIIFxzRMouQAx7F9Vt0ZDUVf4UXpHQFdQYcdUC7
Dif4UIgjdz4IyEergUC0SGt7pKJ3UiWZ9VERcwNNx0CEIQEYmtdfiXAGrJzFiTXaUBiBDC5D
NGKMjxFimINSGDNRfSPUBR05G5781LJiGzGIvICu6XuL6sXGyJt/CsPl5Q3NEEv70uuSl/RZ
RAkMMRsflyf9tE5YziJBt0Wn+yt8sQnMeIlPPF0Cl08YMCXdiUTHGHldwVSECdQ7MhLLA+YI
eX0pESP/AI4oxxiXlwR3DAyOL5UJZIZcm0Och6N//wBtEtqz8kYi8qglHfE8OYKMRbR1SjHv
OmAB1JN04oAmJ7XXU5GgCJI5ANT8SExIghgH/hUccWiCe9Jv+tRnlj9fKep5d0N/tI4IEYsc
TtEBqEJEv0ntv4k4FOC7DVAi0USNA6jiBAqRI6oAGjfYo+ViCJG8hX9VGM8pt3TVDbmDDSNF
LJhO8Gpj4g6ibRlYtqsMYSMRKTHsUccR0QoH4nvpwKn2OmlWRqBoEadvahKzhkSJUNH1ZAYo
AxNNxTZIjFCN5zRJyCc7SJt+BHaCWoPWt0ZCESKOVKU5OB7UXkX01DIyB3DUf8iwwyEGBl1A
0G0eFSx4w0XdltjEk/Yt0qR14IE/yyd0otwTtQoEIEhyF/VwxQlhj/PhtFv9fGtmDEMk5eHZ
t/aW0eXjjjwIqpQyThCJDbDEfurvGWylIyaqliliMsFTubaSfF3l9TcMdbTLGP6yMBkjk5g9
KLWehP7SaWhAfQKTDr2kjsRld/YiJWKAP+CAEmezpnc+10DYip5Ig1+5XBID9il5ubkQI2PZ
E7r2OqLd3J1RKyZZOwAAJ8SB9iJZ9V/TyP5jd2yDi9/3l9HGDixyH1DKL0+aSEvq5JiNt8qI
SjjhIwoJMHUsWUYzxdhIfiTxJjusxpF/FFSwxymccZILhjtW49TF6UQh9WWMOTWoX08EoZ4R
G85on8uv/b/86jiz4pRnMbgIndKQHj+lFCArIl2ND/mRoY2aqYUkDUlb5REm0v8A5VsxxBnH
gwAKM55DtlVhUIiU+9xN0wIEgavdRjLpMKF1tx1i7nmgDY0fQFDFjjvlOTQiKl0M2f8AM8xo
fDD4YrHiPemCQdOlAyvE6IAd0I5JOAbA3KedtB6TCYeMg0hxBU5YMcY5MNQQADtCx5s08mWb
NKEdCO8mweSeUfFLqkB7yjAQjAG5lFwPmWMzljEIVENtKqO3CairQ3AoRMDCFwfp/uxQlKMo
yte/xJg7m1Ud5JYNVOLcDZWAZVIJ4GytS/8A0oCIADK1NFdn0UIRLbi3OqhixxDRZ+Z95MF+
bASYuAV9LHAQlDuxjS6+lMSLaDRlGWOYJNxq6h5mXTtBE5RuPdmokFw1DxTlrbQTZEakED1o
gTlEOWaTR2ut+TM5uQLyP4lOEJyxyFNpP7s1GPmRunGLbxSUv/IniTsIcclHNhyRybqtIsXP
hWXHjJGpAPedQzTkRmxjaJWkB7qOH/5HBHNA93KBtzQf3MkU0NvmMEywhMbckf1VEYHx5J/9
uV/wblkm4PmZg7H0RExY9Q/eRBLbbBdNOy6c1lrLX5IKg6QX4yQlJhwOpCx+XxEnfJuLDxSW
TMT9SUqQJFYxRI0Xls4iZxhOW9tIyG1b4F4jTgiYSEoYqTAqDP8A00Jz0sPSB6JwkHEwQR2r
zWN4/Uy5CMMDdpBATHXyNUInHGI94d51j8tlxSnlbbGT0Phju3LrDtonbSzLbkBuWYIDHFoj
U3JTCp4prunNANEz00ReoFVWgPALhrQNRECu7VS81kAMGaBau4J1Zgqn2ITia68ETkgBkkKT
HeiVPJll0k9IieqLeJSiKlvao74bKMY8FUbuIQI9hVBTiVVGOaDnwyFJBQlGQliiGYu9FKUQ
XiWANka7omrP3T8CkcxEhk6TE0/VRyeWzbST3J2/XTnF9QPeHUowygwEOqRIPSy3vtGMkYzG
m0P3lj/qJjI/8uXGPvZE0hQ0kwRIMgdANVui20XEblMzHV+P4lUVOoQ2PIvSIu6OfMH8znaR
JHVCP+lu9EjyWycXErrJhg8MYJ3tLwIRxQ2YgXA4n35L7vSBwHoM4/zpUg+nxISlLfOZ3TL1
UJXOQ34fBBSaJEhWNKEeJRmCQR3X8J/ChDzuRye7J1u3mthdSahOp0R4ok3FlwJ4ItoLp7y1
BsmiBKtBVUBHEFDdUgszoY4UlMgdKx4MQIjEOfmPfmrG1ggNBoU3tKdqJhXih9KG5++DVlvy
YTKD6FbsPTLxRKdcU5NAmlIyJoAK1UZwPSaLJOfciCUSJMZEmt0S99VPISTMyp2D3VGTeopy
WBUo5IAgggyYbkXEjtfcTM1Qx4OnHEMK6IUMoHnVbgTIA0j/ABICAryt8SBlF9W5qRdtodmU
vO+YxvjxFsW7XJ4p/wD212eiSBUjjhtOQvMhCIFB6aKUj2BOacVuhXDjO0VZ2RINwxg3BY9k
ABIsRwWWMjtMO4eShuAnv73q+VScGO0nqH7KGDJMSIH5cybx/wBNdUiX0suQstt3q/BE6oMa
p3p9pW5qBn7U9W4C6eIJfWX7qPnssQQaYQb/AB5UxTVftqjo1imPrUski0YiyEpsTKpGjIEc
URkg+65FCgcE5CEz+UXY/LKcUMPnI/VxgsZDpyD/APYvq+XmZQNCWYg/FFFskjM3ctEfhQ+p
nlI2pojgi5qjhgd8slABwRJoaOGUIFq0A7ffWPBj6GAMiNVKJvYPo3uq7qcomrKTk7SSZDgh
OQd6eooisREe0rrkwNO11dolSILyAsogh5ZGDcioY4gARDMKemURdkI2e6YaXT4aSRjnDgGv
FC4BLV4qidZJbtkpjbCXAlSxkgxAJBHJQYkaO6I8UJKVdpItdwhyoStYgmtaqIruFa8U8gX8
LIvXVv4UdI2sgwH/AKJoi3sdVJdixHvICAfJKwFUPOf/ACMep+nEDVm/7ijlyQEMQrjxC7f7
iEYDZGIaI4BNyZ1S/NXD6FGWSTRjUkoeVw0xbgARqChgFgABLQgJpCpvwQBoCjjyxEon7PiR
Ix/Uxk9M4jcfxwUsmEkSBrjGvx7EY5TOI4bRb5kZzEgLEarqlti1zKqAGQzMRoP2d6cbpTu8
uH4FEkuIdRHBlDYAKN+8ouLEt61966XAmWJCANXRoQ9nqukOJ2H/ADJiXL0OkVGU9ACWqjsh
V1hExtjGQrZBv7HI1W3QFkE841OoT1PamFG9GHDCbxx7jID3vdVyAbcyj9ME/Tq4DgKOaO38
0VgTtIH+oonDkE8rgGLMG9/fJNEwyP1PGQIC/NBHFrD8aiCRRq3f5lR9xXE8BxTbW4vVP9iD
62AuV+ZH6cSHB1dCeQCc41iTx97pRhLuoQjYUQC4lWKLUAR8viL440POa3mJjMClNUJyI5Ff
cOCfhVbTQ6Ou1b8f5eS7jX51LAYY5uHiQepj/tpsmh0FkAXfjxUc3mD/AE2E2cfmT/ApYceP
cZxIlOfVKq+lHJCWTzU9uNrxgOrdNY5TId2pwCO8t1CilhySoSRF/CVLywEcnvl6R+VSd5RN
QOA/Eg5YPbVEBmHC/wDzoBtoHFEux5Vp8aBkH5fvKEIgyMpABhq6xxldgD2t/Y3agUVEP7OS
Egw70ee73VDBCWwSpKR0CGHCIglhKryk3voylQCilmnPJPAHMceOlEG8nPFjk3WTuKO/oD/r
BSjhiN0Q5JpHb8yNWA+9DUCrm6GyDg6myhkyF2qYx4KMow2GIIBvIuhEXFHX6VyC/RqqJrg3
4qj8AtkP5sw0RZvjRkagFy/NbCeqIcQ1ZA7WBrtOiGhVFueoW0nqHoP18YM7CYpP9dbvI5gA
fDk/iio5c3k4+ZjCwMwz++onND6U2rB9238cUa90PI6RHxKX/wAlnfZWPlgaPDxZYoyHVsDr
cZbSWER8Sllxy2ju5TwI8SJ3HbqdU5MiGYjX5kYgPO9eCqWOoGjeBOATEU7ZLvdTW1TBm48V
5cSoN4p2Lf7pdCXH0kIEj+1DLCW3JjBBAFZhZ/LZYbskGoDRj3ZfUW6UxkyyJ2YwSYQie/ly
zn41Plcr6RoYUJ4umBoOa+jzprZGIl0y274jxRJ+FbREwAoZEUW/J1yia7rIiMR06hEi+oCr
Xmr+pctUdxAA4lER/MkOC2yhsHE9So8j8IuicUb0iDUkqWfzMD3mlyW2NAKjghlyReZ40KG6
4sEK9qp6HjQ8E49fpeRYBSnvGHDHvZJW/AoY4wli/wDjd3VOQIyeYPwf7Sx4scRGEYsBwiFO
B8cSFkjOOyEJbQZBvxRUo5YjriYlnMS3ckumRJts1jVbZg010QiD06dqJNBoF00+xDcGLu6J
lyqF5YwAHVX1IxOtEcZp/wAOHnd4+n5lsUgabSB+XLejlADk1IuZI+XwwMpSDSJsD8KlPzEb
CgFpfiTQjspXdcoziSRB0M20ShONSzKNQTdbpEgGhC2juhU9a+8KzjiiyMhMgm/BTkD1kOCK
OVtkKyuqdTa8B8yyRYbos5Nb+4jADQO9XXXaB6WCJiGkdUDqblGRCcIcU5uNV23CcWKnADcY
By37yeEBsNpTLQA/9xRy+bJ8zODbYy/lQPvY8CxYos8ephoFLVqBAAPyRojCQFqH3SspMerH
I31HvRXf1YSHJGMg5QAZtHC58Qqker99GNG11dRyAHbigSXs8un0bo0mNUH/AODRZJG+IicT
7pBWOAJjKIYmNpSX1c2ERyiR68jznL8H/bRjll0tq0YKWXM2eZ7pBaIHg+mpxjYAja6Epkk4
60H6sEJ5R0juxsr2T+1PMgPb1LoiwFnuUI5daArgE6JNbpzMbSXB1+VbpkzNmsG/ChGERAat
qr3VBRMBQIksw4oiJBapqnFihxVkWNSpnHEZJRFIE7Q/zqQy+TzDJ5iTy2jcNnwSQA8r5iMY
0H5alGAnCOIbpGUTEH4dyyebnQyHSDpFbruao6FcyhX1J3c80TGkjceFNki4epF2XSPazq1e
a5kXRs44LNMkmJAjy95ObC6uw4polz/adGRLAao7KQBoeKu3NTwGTjKNsgeCOFnMCach3UMX
mM5G2sGO15fEp5s+c5K9wnpH4UMeOP5cdIlqLpO5qsaE/MoCQMcZl1lv1IqlnXBEn2ISe1k5
q1q6rq6gPsKaR64hz2e96C5quSoHayHHUrj6Dt65ClFvmxF6FNUa7h/EumTkCj1QGSIII8NC
hsvqDdBtUYkODfmvq4piBDDqsIhbNjTlaQL/AKqx+WMmgOub0Mpr6cTcV7PR/giTWPBNBwBY
alAz7zohGTVtVOQbUB4lRAchh0geJbNvaNSgNu0RJHN1PyZiIZodW4f9wHxKQjciiIleJZk4
oXoU06FU/sjBikwB/MP7q/NntPhgLn8CDRGOEu6D32RkSSTStyvq4oyJbqIr0/7iO1xtryoj
OUjLcdVIZSZHwxGnzKXhMqF0JGuPIWEX/wA64ql1ITPVqLoiVqkHtQjI3RBBAdzLVCcQSI3f
WKBGodF6qleC3G/NOKv6K3GicjbI1oaJsUwWqHG0qTgU4NoqyjEG2pTwIyPcGjfKhTbMGr0o
gDSeoVRTijGQeJuDZHNCpNMcRzX9R5qMZQNi7Tc+GK8z5zMZHHkYQezD3Ex9nJUvojjjaAq2
pQLVKYFjeiIF2vqmZwU1wQhkxkjQclvEWm1DxUyQRF36r/GsXmI9YgeoW6ZIZoyaBu9w6nGJ
YkOOa64kMmqV0uRrEp5Q9is3oOLHWfiPur+m8nIy8xMtKY8P+3BDP5gnLn4yrtRLAUO0m9EW
LkCp4KQxy3FjKQOoU8nmBLHGZ6pR0b/bWyPmN48JAo3x7ltiTKcnBJ4KlDxv+FRmesXGjD8S
bjZAe1DIBU0JQ4xsFuDuGfghuqOPNE0c0L/uqWMHud0/CqXQjrysmIVn4Jva9k5HJAn2L/FA
anitpsq6Fv8ApW3JEFuN2W7HIxlRnqmyM+hGqtRE+YIjDEN24+6E4k2CJbFDQR/1JLBjI2na
5e9VcOeKIgRvlZN3eJGpTgkFqEX/AFVSn3p2Y6sufFMLhEEe3RRk5LBiNGVB0So9iVvgGlib
+8ltjMmdwAWHT+2sHmRXJtafzeKKDhObrTiqkJh7Svp4/wCZK590LI5fNOkf3vxoZMg6pfy3
P688ilmzOcdo7dZIfVltzSH5UeXurLE0DbiTYKWYSIEVlxN0SrajqAAY3oNEJY90oysDpI99
SzebDiIcRUyBQY3GlyqUOpVnBRiRQhvWi94qUS1Q49a2Sr8JQ6amjLe43AsQOCrdO17LggYu
8rqrlMerkuf3J566JrEGiPK6GoGiI46rsXAckHqFlw4y0pinqQ8vMPIzA28KqMdIMD7EZS6Y
8US1T3X4IORuFzwQJkz07flVfYrqg9noMW01RAqFteoGunwqWKRYzFPiCOOUtsQ6n5WZP081
cW73x7qrYJmqV+lUKBIIjqjOcn+oenkAF0VxxO0E8fGhHEKR6Ij9tSY9wCIjpu+VTyTO6UYN
FzuESe8pRnHcMtN7+6hjLxaW6XYnkwlOe6J+EIThFscY7Rzp3kJgCUiendo3wKYOSI3VmANP
dW7cSSBFtNoRVu1Ej+5QlxcS5FOC5iaD9uKGQWnVyixJJoafsonXVHUaq1DUJjRAqvqRI1pt
Va8VWie4KZcFt1ujodUzubDkmJqEIxrLio+cP8y5joZDxp/vX0xJog6G8l1eHXUuogW0X1CO
lz/1RXbqrrmnAUq2QAqHfm6lF33FySXb4VhzBztkxbu3RMWEZtIPbqWPJDTbOJHdPv7VHLE9
8CQ9av2IRJtd11Q26P3l0EKMMZ/Ml0xGtfGhBuoXOpRyEd39oqES9TulzWUkAPR100iKjtR0
3C/NRxCNQNbVUYDUMaqAewFFIsTIltQoCVKNTT5kadpRqtptqpGLtP8AaUm70ZNM+6ffRjI3
oX8MkxIKd6lEGoutoNdE/BUVAg1TcmyfUrtTF0ftQLX1CEiXaw5rqoToiyLaaIkNus63Hqa/
FAyJBmCwCiwA3hwe1HcXLEAcFtqW14oggAkumNk2i4Dmm0RF6IkjWnJ0ziULSA0WU2ALx1Pw
rFmdjCkib9KjGIL4j3mtE/6iFerGTHktxLhCjrnysnMmpfgAp+blMjFA7MRL9XvTiuouAWdn
K+jByZGhNllGQ1DxfQn4USz7iw4sFECJiJCrWf40Q9B1BrobhtDDbonZwKvqjc9NWZRJLiN9
S6eJqDVly0Rkb+gxlUSFUQzwnU6bonvIZKHeGB02Dwf+RAi5DxPFAMaUBVWDfarriVT1JvsX
3hPSiYG+iYplxCuxR/uUBbVUvqqGv6VRn1UcMS5DARHEqI8OMAHtC48+S3alUXbZMU1xwV/8
UW4srXBB4oGJZwK8U5rI0WXy+RxFjKIf/Kp7e5MMQ2iyYMrQBIlB6XQAO4lgBFA45VkW2+J1
SvNf0mCX5k/5kvdgtgqYig0dSkaTYzjEG4HvISEmEgxPuAqeScdzz24nvIjxrFj2xIiTKyyS
EdvVpRCLmzkmt0RvJD0fT5UYnJLbEi1Cgeol2e1E2wA1D6qMoYxHm2qc00ZCrptDf0bo97GX
DcFLFOu3TUfHBCEgxixP/wC5CxKomHrQGl09xdHgy7L9ioKWV20ZOPUq6I6PYpyKISHedVFr
qrD0OTzPqWTOX2wLu/DuoEgdVac1SiLKrJq01VdFpVMKtZEetyokeErIJHpPdjwVDehZDNE9
cPaylJg7946IiWmpKgAHlIADVHzXmjGM2ufCPcj8a+vjBkJExiOzxqeacmOYtA6sPeTSALl3
I0W4SjulRjYR+VZDDu/YCVOJO4YutjavT0qe01YklA6EqRekYsiZE8VKZJYWQJvJWuU72K3S
6h4jqgY31HBa0uqWNEYmxopfTJEhWJPi96EkCKtWJPPv40OKpfUp6MNeKYXQrRqBc+CLh+CB
AYo0AZAN2oxFrpgKBFijw1WoaicexNYPVZJuxIaIPEoZZxczqXp0oBmbRPx9HYgD61Wi56o6
Ii4KblQoyjw7XKYA3d0XHSTXn8qkATtyWAGo95CLvVvWhDFH63mWHX4Yn/TghHzGUNcv3Yj/
AG4e+o4cPRixjaODDvoGLGJpHs95M27iB/lRkfYVGzk9WjrJHDLbuiWOiIkTGYFQ6jCEiI3I
fVTiJuZm6MImhoRxZHAIAyPidDHQbQG7UYGTVd4hbRIsdbKvs4obZsQadieQ2kcNUNNVoexD
PFmGn7SEwGBDiPatwo+ioOaFxyQJNNQUaXRIXJcxZWVbinqXDiUWN1WrIAf3Ct2puCa3BQ8u
C8IdUxo6+qBWX6FVEHunVUNqBNYpnqn9q4cGTlOHqpUoBdRZ7OALIE2s3NDb3R7H91bY0Ip8
iMICvjn7x+GCEoF9vFEk9RKMpVdwQ9lV9jMxpRNEmN6pwKinaiLgWI0Cj9M7TJx2rbI7pkOC
AzJixBFeSm52gGiIBIFfYp9QlWyMQBykTwQAYGmqY0JYLaYs1jdAHuv60wbgV+hNZSAFWp2K
OOZO80c1JZEPTiqrsQ4HRBw3BGrMnuqUdDgm04+g8U5LDndED1lAfarkon71OYJ3Sk5P7qjG
1E6ey7VxK4lUoUxXEcVT2KZFHDV4oNoB9yDhmsVxiAT61K+2VCExZhqLqhYc0ZUkIggetAxD
S4aFESfcC7s6JJrwZkHBZtKVUCxaR6hwj4pr+niTGAl08WCBEXlG9WePwqGUAgOz3FVECQj9
ShW2BiTJmJ0PiUmjQDqZRyxBaXSQ1lHaOo8l1O+o0ReLE3Q23GuqchUFk4TSDjiEYxFDJ7XW
5nMSKFCTMDY6KtSeCZ6q6pV6Ivp7E90GK+9DtReq581XVceLKoqpyJIFh80lGeQGMBUP4nW0
H7bLmnVdKsua48lRXbtTXCMXchY8VzOYZuXoBAYANVUj1Gx5IuaG2pdNYuqCqJ5Viz7gjmYy
MumIHhW2PTMGo1W4vE24godQPMXRziPXLpB1EfiU/MCH/wDRId88B7qlMnbsDk8kJwcQegJc
UUJTxl4ljtt8yxzjIODUassoFXi8TyKhIh4uGbT5lik/LkuLx6eCG8bZcRVOKjkqXKq4Ra/B
M1eGiEhclW7UIyj0n2Arprw9aBQ0K4NZGrIF2B4phcXCYm6bjwRJsi/DRWcFcuauwUMI/lwG
6bfvLERB4TLSHCPwL+u8rlIpuZ6EfhUDMD6lpEasvvXNElBr6Kjc2K3FW7AiL7xQLHEB4xaW
0LcKOPahEEO1itg6tGIYglDd3hcKvqC6RTQoGNoh5tqEDrdq/rISAlF/EvqTh9eheJO3q+NH
cRu90VNVtywfy87xOg9/Co5sEhOE6ghHFEiDsZV7yx4olo4w9BeR95Tz5j0R42KBjEb5W7PF
JT3Ew+mKyUsWQkYyXjIFbISMhEPGUqGii+OLRLib9VUQAXuWXTMx5DVXcJvW6KoE5BMXdkS4
BBsoncCLkKIAqq6GycSuimkKWcoRuPtTtb7UCeNEWqtr3L2Qs6IiADqSifZ2oNUijKc5Nuka
9nhgo450IrGfBfQOTb5aRqxoIlEYz0Y7Hj8Sdw/2IFl1BmGiYCmhUhFiBqUXq1Udw71llm7s
do5ALL5gSP5Y2xDX/EvqNSRJkBVGUj0NQvVS3jaXoQaU7qJAfiq1Jvoy3Bydf7wQZ5ylYXCE
ckPp4sndnMUj8Ml9LPk3HJ/L20p7k1Py8g0o9UH8UCj+WBNjGYNTF/mRwSFcbxhM016OpHae
k9/HI9EvlUs+SIjI2Gg2rbHqnOzUv8CxeSgTIhjJCINMYEQGcuPEvMZADunMB+SaESYtd7FE
hyJBi4a6AxxMpC+0OqXN/SHRiKS3MOxERDMPuVQ8uA0+ZGex5EtwUt3TASYDkAiHcU2r7kxQ
rRUDsUARUJ+OnoACalE6JBYG65OqFjfiq1KaY3dqeMyIuHg1/hTRAAZ6LRcuCLWNH0TcEWRO
if1rJM0BDusuY9P1DT/pRFogXKYwIJdnLsy6qyA0Q+z0OaQsTq6E4gSi7SiWr/u/7alu6oGL
EHSXuL+nz1lP+XMmgbwoY418z5WkdBkio+b8seqAbNEcP9Oax+ag08cgBlo9D/AoZGAwZg9A
/V7qDwMKsHu6GeUunCCaljKR91ZfMZpH6tRCBt8Ml70zWUjoo+WxwNAOo0qgDGVda1X1M748
AoAO9NT+mD1kVPBcvRZuaPIIlb9AiSazW0PS6hEdpR4CyrrquXBdnBdt07WVCez0UFkSn1TJ
irJ07IDmnf0O7p2Vqp6h01mRrQKUIgbplieXiWPBjZo27fjRMog6UsiQGOh1+WKlRqqnrVA7
IVfkpZAOlw+tQvqGZiQe7pL3ZLbIHHkdoyjUU8X+2tsjs8zDu8J/EpZYR4jPDgflRxECXl8w
eB0B/wBOSyYMwM4MZYpgbtjd2PwIHER/U4enJE+MD+XJETiDMDw9Rf5YLdHEQKndLpigMgIl
4iJUX0oxc0aUjRfTYSYDTitzgbT3R+0nIrq6IR1X6EdOSLal1tidsRfgpGJoKDQFPKvPmnNN
tAeKZVQDoG/JPxXSjRz6GF11A09Dj1p2drJzRU9a4cEC7E2Qep1XBl2a+mt9Ex1uU12UpAs5
0RyAjeTtfVHaXP3lGJ6jtcue6FJynNAft9FaxNyhGJ3Yc0KHmFjMIiMSDuY+L4kCTugWB5D3
kDKQnE2IuPxRRzifRtaQPJShKIxwkTIkFgCpY/KHdCVBMjdNvgQzZ5nDCd6tkkPwr8vGNw8U
juJVKMupQyM20sez4lEykN7MS+oRaBJlq10HAB4lVun4rgo1Z6lP4zZbY1lI17FtOmgQi9IB
5R4KQIpGgA4ouS3Bfchz9Af2K/sX3J1z1T3HBVv6CUOaLlgrqNXrTtQ7Gom14JzXmi3sTFgh
IHkuDI1twR2OC5dtVEAau/B1Eg7nqz/vKVnF2Na+FTcWKohGIeZoOKjl8yTKR8Ftqx4/L44y
yw8ADCIPe/XU8k5d8vsv/mRaoF3RjANGYYUqPlUMAHdYyPvSQOaRIm0jjFPlQMIiMRwTXKc3
RMqRQjjkBklQuQ8AjhngLzADmWv+p0raIiE6hhQURLOSGqelb5ShRww6qj0VsuPNDdaAc8FI
2iKADgjIgjhdXb4jxRyMSZeLiPiTG1y6pXtTaKtBoFQXVfanGui1oqhMAq0CJQiS0pWC7NUz
okWFHQ+5CUTTghViW1T68lQNzXNMPaovYIB3quINCpNF3LdgHupwOkUkNAPeigA5butzRAAe
5JuFMgEirsgIxMog1RnCI3nWVbe6pZD0iAJ9innoDKjR4eFBmfkKIuS59jfKgw1tonNxdqKO
SVMWGDAH/uSCjkt9QAtwBXYjkmdsYhyeSM8UQa7YB+KzTntM8I3ZRPwrLvmxiHhHn3dqMZwA
OIbpSF9qybBKOY0jE90v405bdqdEGoQq1c0TKWGHUCWkyMYhzYaICQcilEH96oQO3bE0YpmD
J6Mmsqf+ipouar2FNbmgU4qviXB0cjdR1/hR4G6I40VQxGiYmqFHIf2IRj2gsyfijoyr6NWR
+5MFljLSRl2po2I1v+JAPUVipPHqlc6P8CyR0H3oAVMqk9qYiv3KWHCHyZSIDgAe8oZJSExO
kmHdKe4pQVRJdnvzT2PGVQoRkXjIgSUTjbbgx193dL30cBj+WA2/TePDBEYzu2FpNoV/Rw6m
IOVj/wDhWLJkI+jAvtZurwbl5meM9XmOkyehHekpEd01fn73Ui5NRpY/Aq0I0PD4FtD/ANNA
/mz4/wC1jQonIuiWecg0RqiZG5cluKMRYm2tExbte6O28b/3kj5TORuvjL//AIU4X6EAmCBV
nVKqvqXJMuRVahUXB04vomJQ2hkK17WURO4sF2JtTdNotRp2JiUaV5ocVm3gmTv6lARse85t
8S6g4Af/AKEwl0iLbf8AmUgO8/ayhE0IiO0pm9amcRMckaig0U/KeeG2Mw0c7d2Q7nQjF3IL
OLH4ld5OtpryKg5c6gaMs0fpyOPKH+raUfD3FGREpSluMpfsKUZwP08siRkFSJH3lKUJNgxu
cmbxZZe9Lcoif5kYHphjG3d8UpyRmI/TgKQxjuxCqHFnt/kRJlaoAosWISI+pMRfUP3lHBiG
2IudZS8WSaqpE0AuTwUsg7kaRHL30XNLlv8AmTgu2nFHJIEzYmMNFEyDGUbcCVvgWyYzGUNv
JAmhIqPRb2J9E6Y+xcD6CVWqIZULNdcdF2oOaFPzQLJ+FWKEqMbcVWoT6GyD90XTwsdCuZuE
G4sg1UZBg9wNUcYPUaj1fEoykwLVF1ulS4DIzDGp9SjIFzKIO7R1Wp5aKpdkcvlovK8sfH5U
YSG0g2Oi41uiIs/2pwNx1IO1ZBkk4LVeoX0jLbEVOlk/l80jGXhiUYyBY1ERr88k4eIow0RI
DEcdEdrcE9jzFF5eZBMhMPwW2YYaHwoWkPYUYhhOXSnvKxHB/EuJ0CjjEep7NUIEhygG7UAB
RWtzXJMgyb7VShTo0pz9DsnZ1QJwnai4tZO63WAug7OxIc0USIh9SgeKYW7PRt4qzcOKqWUZ
A9iBRMe/HRPJ9zDRqfGiGelHp+KKkGrqFE7nMXiYPq6BEH5fxIbcJ3FyQgTHaSKjWqfzDQlE
VyWICljwTOWANJtdf1fmw2MRMseM94+7kRegMi6YWNgK/rKrEPU8W+JVIe78VQVFSf4UQSTK
7GwRDvwHApzY8NUQa/YFhkKDfGml0H1Fl3X4ICQ6SKFPOBB15fiRArtDh7UUZzBFiAqKmv3K
tfRW3FErmn1VKcFWiZu0rgq0CYFyFX2K6pdbbnmu37EDdrhRerVa6BIb4Tp8ivS7KhVVyN1S
vBN9iF7po3FWW83agHH5lGRchqvxU5WYGhKnIB9oc1QHgk24afP+BO4PPihGWUb9Ix6j/kQm
YSmZUjEBnQPmpfSDPDBA7qe/nQyHHLzOaPdBDQi/wf8AcUs/nvMDyuAg/TxgiMpA/wCp41Lx
NLvICjy5KD9lOPxRTam2ieUm4gDROKAIbQCNSE4O5r7kWOgYLDADdKOQdNiz+8nJbgunvCzo
zm9P79Klii4nIjcDwU5zYwsNfmUBEsKBDgaK3YE2i48lS+iY6LmVUUQGt051V0OVF2pgUPRa
irdbddUQTcIdLmwPaiHL87pvEiAyrcWTlahF9UFTgyxiLyMSez9VCFQG6quiBUMfajz0XSwA
ejsSow81Gca9JgH3R9ye1H+mbFlnFhNqgqWLMZZZw8Q3SDFR+jgmX1kOkFAz2421Mqv+BDJ5
jzImNRUy/wAylhtj70DxCBiwYOUJAM5ZMaF9dflUjUkNVXrxFkZOZEMwdMXBI4IOG46rEJPu
BJEdekIyAG4aaS+FO7jV0TIHaO6iTYa/8qgQ8XDyfgom7o+0IalNZ9FaoQLu/ofhYqvorrxT
Ur6HHo4AqtQmZdiBu6oET7qYtdz605qSu1B1QUTfaq6aqvqQB0BUakV0oobX2sDuUjI1q/EI
sCzs6lAsNY1f8CFd40dCUQzhiFYOQxPEIgBluNWqexAi0g4X1APzsVRx2+6nZ9HCiSXk2tAE
XvwKq0WFzVdAZrk2kgNoi3FULkUod1Cq6epRkQ52FyLLZGBMffBC2Y2p311HtQHeJkGQe5oo
S4FOaIiNiu2jr9KB92qEhbgulE6r70zetMq9i4KnrTjS6c2Q4Jh6lEvXkiiZFiDZONV2a8UW
CaSoKaqhZF9ELMioSJIBkR2FYw7vYjgiZdIA9cnUhzsg1CKji/zISPTXjUHxLbaMqAj0MmIc
GjIRiGADFuC2m1vUVKQif6eZcSFh8GRY4+YG7E5B/F0wU8kInfE0Jqt3H1Il3dBmbQWRA7vL
RAyiwFWCy5wW3HaIjw1TAl5XJLuiX6rF0191AjlyCkeK3MTGIegrRfUg521YqWMsJAOBxCDX
0TvzXJbXYGxW3X7fQ9wgVdXQOi+9BMyYXVbJrKlBxTX/AME411Kpe1Exuu1bTqmFkwFFRw65
i7rtTgO0rHmgGAcdICAkwah4UUxEMCXRYvwfigXc/coyBcGz1k6Alf70TJgNXQOmnNVIfVPp
wUgIxmMhETusnDgx/vFCZJG5nQqWDaaIGLO1Hoi4u1Sgw2yfXgqXtyQi7mXUYnjLwqIIagZF
7IE9RHHgrVN0eH+KyYpHpiSB2FEwntlE0IusEn3boj2oCQZOavZRyWIohMXcOhJ76qhQehVb
q7pjpoq2KoVWpVFxXEJ7vouSIIYMGVCv0otU6BVCr/8ARURDetAg0Tu/BEgEGNXHFPIGPFrK
TFwasLhCfJqoVYapjGmh1TYzKCcZJZGsJCibzMTCRat4LdiyRmLc0wqFyVK7DuZVo+i+gT0x
AMXu4+NOXAJ41/CgTTsTu59qJBeXD+JQlOgkRuC+mC8IsIjRBg7WIsnoOK3m3tRPJggBZ/Up
F3Iu6IAcSNQ1wVgizCBI9hVdbH0GHhlRbJCop60cU6awev4UD7EydkyK+xcCq1R5WT6cFouK
pfV0/JGj8lX/ANFf1c1w4I/cjxKAfk6GgVTWw7EQaBtLoCz0ZtE4ltBuyE4gnaauq1+5PEOW
q9Qo5BUFyAFtMWlEhydUJxjtEw7k0/ChPOfqHQDpH4tqAiAIiw5IkG6ySyBxIM3E/Cg9h7Qq
G1xYIOb/AHKlGLpiC+r/AMUUANaPxW4F2IBfRQmJAkBiBxCJM3ge6NEIl68lQNI1JPBMak2i
LICV3oNFKQ6XkbhqhPDp3VJP+ZHYRLZMv60HCb7U1xxW+PfAtxCBjEuDdrfMt3tRN/QGryTn
sTMw0Ti/NVCZvR/guIGiYW1C+5DM9IyD9klu0XrquJKoGT2OjINa5dNKhPBcAiRXgyjIi3ej
rF0JAgFqjipgy0pwRBNvtRa3FAEOwDlBy+57KMe9kxUYat1QXXilFixN1t+oARVjRfCbIY8k
dwlYO1lkjGPQDQCtFtiWfU0XT1S4tw+BMKmSPHSI1Q5/36UxIi1lmJqAYsBz8S3Qi4ZqrZI7
do3drItX9CMzZqlbzQEker4F9US6gS4PeIQaRYU7HWSu6M2kO3uyRL+pUTglUuLIZIGkjUab
gonwy7w4IMmOqd25oOuSY1RomOqbT0VRJ1QeimJainb4VjmXBZmPEdK/QufBcAu30VRpRSYc
6Jw4dn5ou0CadnyrLiNQIgg9qcd4EinJASJ3fYyEjZmLclsZtpp2KcDLbvDgG1EZ4JRg9dpp
GR+ZD60C+sjUP88Udh3RF4nuqJLjIzbOCmWYbtU0gNDt5IBqMH0TgAfpC3AU58/F0q1R4rJg
H4vZHMerf1Hbp8KMsZqbjUFEmsmZyqUWwFzI6WZbgd22vIH4VKMobZP3hQME4B6GBGqx7Sds
niTIM5/D6PvXMaaJ0Qe7Oj+7LwpjQjVbZXF+fooaJinTgsjqnCqewqgp6P0ofashjoCQexCR
rLHKTV4p/wC5TgKqclBlU6aqmifVMSXueCYVosQfv4z/AJDuQiAxNXZfTIH1YZGMj4Yqe/Ju
x3DcVPNBme83AL+6vrZq5I0AHdUTGRjKFm7pWxwY8BIp4jpFb2CG6P0cb7jmJowU4YSZY5N1
y197vLaABLjLh8SlAXXTGr0PBEipsQ37KG6vBNGoLE11UMbM8GPrQN+Eh3UTw+1cGGuiYGoG
llECpoS3EqUZE6h2sql4u27j+FY5htsZ1Lc0TxXMrmr1CL2N0CaAf5kCLnTkqMXTaaqlkOCo
dEQiBRctCVwdfeiCPRICxBd1nx0GzIewuv0eitOC4oMfUgpX7EyEig1ivJNRzIHjVDbEkkEE
6heYMy0YkEyd1GWWW3DIvua/uxUccKRjaIqm46qpvYIglm1RgCJZpgiMR4R/qZFuzTOSNgLj
9RMbA0pouuI5UW6oJ01RkCByJREDtGpFUDQh0CwJdhoFiOMVp0i7Ixy43B0shHXXtRY1Rerq
OGFNzPotgaQavJSIDNQiSEQCwetnkD/M+BA2pZfoVmLpwgWsjE0Oh5raQRKPCxW4RIPNV9as
yLWXToKo68EOJ0TPVcGVbL7AuK+EArzrtt3bgOaEmrIpguL3TM9aoDQ6lH7VJw4ei/wXBlHR
v0rypasZA8pBRMaCL6KRMjsgQfpgs5+JREou5voF0h2FRqU0MbRFRE3PvJpNCd9ruQmwQP1J
Vlkl/wC3FGVZSlcm5RiWiwd3qjtsftQuReq2sSJajknkLuxNE5jTknjIbeCjGVgR2/gR2jaI
2c3CL3F3HBEFHaeIfWqceG8tUJRDvrp8yL1aikB3XLnkSpUeIkWIq/zKE7OOz/Kg1VRMyHNM
/wDinAqLHVRElz9HajI6KiBFOPoqLqiMwa2QN3U8k6MGBPFZYzIc+7zKiIu4DlGq9a6fanDI
kh+SP3LmUQdEabt1lEZD0xs2i6QRCLUUt43bhWMTX9dRhJoOWiLj5UZiYEyaXoFLACAAWlMU
sqkzOs3XWQ+hvREQHsQBLOnZwbVqtujWfVdI6WZkKN9qABLC5bRAij3UXO6Icqcov1Dxfurc
YMTchGhf7EXHGho6MjR6kXuscpB4yBqXRL7XoCsk4uIQ75NareKaStt+bYiJHfKMiH5eBDbT
irqt+CCGifVOakemqYUB4p/YEQb+itimKPA2TGgZQxRJeVT2BYouzhz+FN9qr7Uw9QQQdjyK
L8dPQ99HTgWuUJRuDooTi4eVTcsFjk2zpuNURtfmsn1wNtGMqSEh4oTTykcjCgC+rDHQnqB1
+eKpjiBwCMWtbl+FNGW3ieKbHCUweFUISjKIPekUfzGiTQX3BSEcgI0DIR3O/AWC8RpUBk+I
kOa7lITMcVWfsQkJPzNijtq9w7phkpwb95bJkDgQFCEuqBqS9VjY9Lt2Ih9aFqrLEQBMolzK
oQJkesCRHun3Yo1vdWcL7kftThcvRSo1QAR9AIVfYmb1piWTaHRANZAetfcohqRDckMrfmVY
/CUaJnVEH0sn4IuLl0fsKPOiIdSiKHT1KEWFC5aiiJO4iGChHEN0jaIogMsQJkdJ4k99AQg8
hqxK/LwTJ97aRdCOPCYkXJLIT8zm+mSKiPVJCWTdmPxWf8K248YjEaKkI+xMyorehkT5Z5jG
WkLDd76BlEx20IALLc5j7QiCC9H7VCIINe6ibAhuCxGNJPaKjMmTMSX7u/xIC5fqAFNpUYkb
WDbbsrsVQ+1VT2ATu5HBVRa4um9Fbquqf7E9uCD2TimtVSvFCqAJeLUZdimTKoMmCqd1Lafr
KhYomNSUOKf7FZlwQrzTaqhchS0cMhAxMCJbRruWMZBaNgOSxCoIdpcFD6+KOXZWJOhQ244x
azABUA9Ff7T+jPmj3oxp61I4jSVTuD3WwwgYMzNV0YmIIld9EcheeIhj70VAaUYmxQi1Qauo
FnaXe/ZWMSiC4JER4ifeRlEMSe7Gs2HiUJaSAIPE/H6XNWTacSvV7UzMnsD6H1Tsv0qttVay
5c1Sq5rigUZO1KqW6o0pqSjQR4NZAC6pxXLgqP2KoTCg0TfaFXW67bqlTZliE2aEt/a3gW0E
lx6lhEQGq4BTWZM6t/wsmDGCZSag4KQjAzi/h0RfEX5obsBLcA6yfLUFb2fYWICJFXq38SAh
cFwsf1TtjKrkhmUhGA2zpGQO0H/yKIIYRADhepk/HX0OLBO1E/BVsUTcp0V2rkjqNETw1QXJ
P9i5LKdREpgQ7NJ+1EaD2fhV7JgXR4hV1ReqY0KNXogwoqmpp7VYEhNGxrxTd2TMSoEOekvR
Nrw/sN/wWAZ7stFZlkJpuDAr6gHWTQ8UXrW/NT3FgB4qKUo/mScCED1bm+P4FGcSPqABz4fw
xmtKWITa6lOVtPrTaDRMzK7LgOK1dVTBO7kJguPo5FbdAv0qyykVJFBosm6rGtW/CpPZ6Hih
yuuCd2Q+1cESQjxQDaarpD1vqrOG6uDqR43ZYPLA9eUyMvkiE8QTRmvUpz3jdMyr/wAYRkbk
NE8VGNwGbgiLlGEhujIMQgIRA2Ubn701YyEyADLUosf/AKojh7EVUo/emu10GZrunNU5qm9A
enJP7Ea+jjyVbemen2rKTRvtRufuVA546shz0QC4Khcrm1UzUKdre1UcPYi6rUHUqQ4B1tZx
hgQ54qWSXUTUPp/Y7P7HFdl/+Bjj4REH2oiQpQAlFqsKJhQFqozMHjLpi1YusUJzAIpGEToP
fVA4W1q2T+FPpqhWl05umLgeiqqmPqR5WXAov6a+pdieqm4fgsjHaSXk/JGm0jgq9joHggNE
APWqLhxCoGRf2rimICOSXukl/hWfPKzdvePSi903C/8AbA9FA/ALh/a3msteQCp7NHUpmNqs
ECJgPodVuEm1MuMVGQY7Aa7e9HwdSaxOnNbnaUUYzFCiYWuVQ3RY20KeTNoVo6Lmi0qvuTgV
Rf8AxTVfig4pqndwnNHXLRM/YslagUHYjGLGQ8Ru3u7UwLasmmWMrBOKKqvVXoVW2qb2Kl9V
wZObhCMC0sg2k8As+QhhKQA4Fh4VzNE3of8Askn0Hl6B2qn9iTACUqU4BbTcX7ULM3rRyYpf
TkfXFAYpRyYzcSP8S+n9KeL6heMoS6SflQ2kSj4d1z8y35MbnUQDhGeQmBFSCCGCBxziRyKB
GtlVVsLejmECBVEFVqFQ+xPZNoqDsVuxfoTCw1WUEWD0upRiAAZM54fEg1ZEeofCpSJ6om16
+8r9qOpTm6JpxT6lEiodEcPWnZHcanQKOKzBBx/MkZfuoHlZP/adP6CSGc29A9J9Eie9YBSB
JJu/AhAtcPWqYB6uUIkgURGNt47pf/KpRL7hU6MnBcGraoxkB1fau4A/AB0wtwT8LJ7HREm/
6Uxrx7FwZEgUCfjxVro8BZclZ05p6CZcFkAoSCzoEGAluB4Rf8KYzM5wYks0Tu9xWreiNGbV
FBmr6OoseCAd34JgDxVigwLclkET0hgSsEInuxG49vX6Kp/7LcUwsi943PNDmmf1qPMqvoI9
foiDQVqj9MCne3c/cTMQ1H4hV6QL80TIbZt3gep/hRl5fzUo67S9V9SPmCx7zHVPGcpdpUhm
xxytaQoXQjPFKIZySxCfit1C2hVGA4IkegpzVHhoFyVvQCL8E5PYnPtRCL90VQyQiHclhQN4
VDfIRdpfTHxf7qJBIowOqD1YM656J6OE5ZHJt+tC/DYtsZfTyawlx/21EM+0VC56ckTIu9Qp
1fdPSxqgWYllzTcfS3oqiOC6pAFNAODRygBJrdiIlUBQgZV3MAdU8nEmZ/CyBBponnJnj3dV
txjYPePeUButVjqmiCCauEGLuSafsJ2ESeHJEUJFCWTRLTF4mlPh99T4Ma81GJoWFU5FXNRr
6OuwoCmanFWt6LVRAuVW+vBlS1gqXXMrsRHsRXJE3U+LWURGkJB2F9wWx5F6Rpu2/wDjkpxl
A4yRQSIKjF1z4hHV7cUdzEcdUQQ4ItxX1PKkRkK7T/7c0MHm8cvq0Am2ieJrq6nKRAEYkyJU
BdiZuR/lQOuo9Dm/pre66iAiYDc3Gy3SNJVYJwHN6qIJ7x9hQcOjGMiTcSWO3SXdk4NOCIxy
IC3TO+TXK+1l1MPdPP5lInWrVUtgYC5NKrdtd7afiR3dTKE22xPSQ9UGq9xyQp2qhoD60Wsm
NimJoO6mdM7JrqnorQjRVurJtE2iqEaphRSY1kGTyptL/upoS65UJFek+7GSxFwXNS5LsP3E
G7QUGqeARFHKJ4UZPKws3FDd7bob4h9V0j1hZiWMdp3OWdZMpLbBtb5ig3tTalU9DJsZoNU5
O46qlCaU5riWZPpw1KjE0Bq2qBZiiKhuFlj5mqJ9vNBmYIG1LKzOmfnVGOQuBFg1LfEjOFYg
l4a0TjpnoG0W6MaGtVEyoX0qfwoVYnldB9Ex1N0eNghVhx5qhBIVC/FWqE9wmCbVFyx4J9VW
jVKe/YiG9qe/ocBzZMwfkp4rmQYIRmAckKS1+WSI3EjB1EM0YxJRiH6bE+Ie9BEhmag4yQ0k
dOaJc10NkREbndibKumg1XX3jQBMB1SFgs8S56T7VmlIdRkI8iO8gdAn9J9iO8Nw5qlTqoxJ
u5HElORUWa6LECWj1Va7Q6dwG05KlXqNFjIFdeQR3etOA3M3QNpDXinN+CJDkjQKTYJbdDo6
G7EQfEusGGgbxBGO69nUQDtlucn4UGla4DvVCOASnzP76JmRzC3CnJ0x1Tj2J7h6IgJhUmyc
lkCWondU9ZVVW2ic+1cUTZdtEASiQTcuEJsBGVJH4ve3LbiDyydMnPQYqWOJaVBtHUJ+/tyJ
h1CVYkIhuoUDqMSK6c1UiJsBZRJAMjqjKUtKR4LeXEuHJZ+Ji7BZJeL6lfYovY1P9nbIOFux
0bRTyzDRfbEEe74k+ho/EogVJqpmVCWCERQ2fRCtkHZSJYh6aUTD1jkiTbjdPup9ykTrZSGW
YqLXTbX4FtEd8A412t+yiY4Weooo/kkyBreo91A48Eg5oG3fJ3kJxj9M1BDbSG99GQG1+8eK
BcW9YQY+tMCqGiZ76oEaJ371VSyJK/QgT6OS2ip4BNckICzXQJ0FCgTHoNjxU4bQQzk/sIiQ
pL7F9SD9B2l6bRLp2w2oRNTGxDshobUqpbQ8ae34U0o7gbVqEN1LNFRw7o7rsOKEpP2KcWvE
j7O6swLmUcjsgCCxs+n9vbIDaAhDFESJJ3VJ/wD80RYivIouavdM7AGr6/HBNGIaxPBSHfMA
geOmqcVYX1QuTo+icinNGQ1uU84AmVyyP5caGhZCIxxANXYKQEYvxIQBgAH0AElEMK13EMuL
0kdVt043VJVFZDRUZwajknH2ql+K3AexAktHit0soFFuOUADmn3uDWgJZS+mJzOjRW2OAxB8
UkB5iQGQ+EJjkjhxmxfrIT45bpsxLuVEWPBUFVtehF0BkFnvZSMpxiCXFVIicSMgaQFC/wDq
KW6TGFA/dlH+NCAlzsUR9WugY0KIxvN+C2wGwc7oy+qSeZW9g7uDUyf5liweZ2ygTtlLx1/l
z6Ux/uF5jFMNHIN2OJtdU9L+kuXlwTbto4Ci5aunDA/YgQHEqmWiBZ+GiLVRyR70qN2LcdLr
gCmcurO3FA1B0GiY1JuEXF0BZ9UfYnNZC6BLMAxGi6pjiEZRiXFXNAo0iIkA7uaaTNw1XUNp
UgZUB9aaFI6EojNkkwGlP2VUvE1AdWc68l9MQ3ObkIiQGMRsy2eXgYg03FCWXJU1OqMpTJ42
QEIsGd/EhtcNZCvUUQRQvXX8KJk8ybbySykJ4xEPRiar8vdG/tKm0ywtRwmBcm5uqO410V/X
/EnJc8DVPPSrKlQNLH8CxBjt3AmjUHvLkaexYPNY5kSxnaRoYlD+wTIsE2M7RxOqcF2oeZTC
rqlQfsTGiiA3Umb2iyLXZyga8XTXZE/3C5mxQFo8EJE2NyniXJP2JzchBrao1Z6JpcVLHuMY
QoIxoyAHVI94Sru/EiQLMQRohJhuBYApzRyjIxraS6SQRpd1RgzAjRFw5iL2T+8dETIiJA5f
tLZhiJk96egW/wAxL6kxUP3QELAXohIndyT63qi4ZqEoEdNbhAcPvRAXTc3KMn6TcHj7yYEm
jiI0TSJEbsC1fiTg1WoBsLJh2sgCwH3urA8kAzkVAGjqWaX/AGwwGu4+JcQmIccEw9HIURnK
0Q5UTEGMRZ0TZghu6SSSR+8jqyJ9qaIaUi3qQ4getNqLhSMZWBoot0gaJ0wFdUBrdUopR4Bw
yoHLXCiJOSbfwpmbgiBF9wd/4kQH3PV7KUpXJqE5jQmjIgBgdTSy3ZJB3pHkjIE1snckHQ2W
6RFauFtA6SNF0nRB7g8b/wACG6VPh/ZW2I7t+CNKHVO6B5o7aom44J7/AAlFrXe1QgTIPcxF
10gsLPqiZPu4AoueZ7PdTPejaoC3OyBLHtTkGX3snJ+UcUIsBEijcUBcNXRCe3aJ93iw95Mn
9BmfV2pxe5dEzk404IEh/wDFa2qXuixoNNV93YgTUH7vdUMZDA3C26RsVwajqQiKcVUMxLq1
NE5vcNVB/wD1TYw2OJrM0X//2Q==</binary>
 <binary id="i_027.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SJMRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA9QEAAAEBAwABAAAAFwMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MjEgMTk6MjU6MzQAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAyAEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADCIAAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBlAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8AycV/pZrbtSW2lhnjVzme/wDeb7luVdVZh4WHU5+012vrLAC4ljbmivd/VZZ6b2f8
JWuapyK78s0gjc66Cw8kb2/mun8xXOpMZX9X85lpsPp5DTgPYNz2XBtNvoWP/MqdUN3u/wBH
/pElPR4vXa25FrqrATmOZjWNAJLHbfUZT9J25/0nPZ/N41P+Br/TXW7/AE7LusvtrZe1lYa/
02TFhcGDc6ul36G+tn/W3rzzErNop+xuDjbQbK6hO1lT/wBJY62Pc77TcP0nv9fOv/Vf0WKz
IsXT/V7NpzugY2e5tjXW2XPr95bIbY6lnr1sHoXfoqGep+j2f6P0klPKfWC8DLuqb9JryWg+
ADWjn6TnLNwsC9jH52UHU0saLbLdoJrY8ltVdVZ9tvUMpw2YeP8A4P8Ansj0qq7l0bfq+7K6
wbWE2NuI21vJImS73OP0WMZ9JVvrrT05lmFgXZOVRW6n1sa6uoW477HOsovfdVuqyWbPT2V7
ftHpY/p/oPp+olPUfVKzB6n0d1NmKasTJxzTZTWZawOc9rP0rv0luTft+0+r/Of4f/C1Lzmx
1VfVXdMzry04tj67srGaLmks/R7q2Pdjb2uf/wAKuq6FmWU/s/Cx7WUYjqHXZOTUS8WOdc70
aMW6wfobMinGpY517d+Nj1fZv55ZWV9WWYf1hPUOpZNON07NdkXOyG17xQCXGtpx7AfUs9Wy
pm3bs/rpKaHW8HEwcfGycTLuy2WibfVxzjFgnbS7a99nq+p/pWez+b9NZrMuwEvY5zLBAa9p
2uBGgLdv0XL0ynomBbiY3UMrOv6gMJr7Mw5FjHtLHFrf2dbXeKG49Xo22u/wb6/7HpLG+pHT
OgYPSr+odUxG9RzNTVVa0WAAfzdePj2j35Flvs3vb6n/ABf6VJTidO6/nZWTRhX1fbb7i2ql
9UeqXHRsjSt/8v8Am1o51F+Je/Gyan4+Q0y6qwQXAaTW76Frf+Eqe+tdh0fI6EOp1Mr6fjYv
WqajS7Iw6gKQXbX3VDZ9FrY9L7V/X/wNv6TT61f0x3Trh1ykWY9RAdTZq71D7amY7pa9uRb/
AIGyqxn+k/mklPlu79ZFUeI4/CEkb1cSTb6Hs3emcf1HaVTv+y/ap9X1HU/oPtf/AIEkkp//
0ORrcKOqWZTYsO4F1WrZE7f5xpY5ux37jt66+04XVPqxmfZ2tryXMZm3UMe6wh9Y9JrrJ3en
6tdX6Op9nrWfz3prjs0sFtuxoDtzi9wGhIdB59q676vZ2LR9V8QZloqnKvpoo1JcbXtrbura
ff77HfpLGJKef6VltxTdiveWU1fp3Br2UMbW4b9t15/Wrn0vd6VGLjN/9Jrfzb7f2B0ivoJN
tnU8q2qkt9sO9Sy3MdDv8H6jnfpHexlS536x4xo6nmPAA3tsIkAwH1+nafd7W+5dz9Qek00d
J6Y+19TS8+sLK7CS59h9VlN1VzdteQ1v6P8AQ/0iv/i0lPS9C6DZhY73ZhbZkXhzXNbO2ut3
+Crefc9/+ksWUMXo3UHZXSut015FeG8Pf6ggs37a3vZczbZT/wBp7N9b2fo7F2C5T6xmvp/V
DnD2+tWDY5jQXywejbz9P9Wfu9NJTm9X+qWP04Mu6MY6a6sVDGBNgY+bbPVbY51lr/Wdc76T
/wCcXG9Zz3/sbAqy2uL2O2WOY4NvaGBkbXlp/nsZ1n5v87WvVrel4d+O+u7FbQL5Zb6Z9KXt
dtbY1zNrfft9Wp21eUfXLo2R0jqv2d9rrm5DfVoscDNhLnM2fu+vV/hWfmfzn0HpKZ531uv6
tXfjuDMXCYMeijFDy6217X1t+0Zd21v2z0afXf6X9H/SV/zz6fUWr0eu8Mz8jGrdcWe2sDl1
8bvs1e4t9uJ6ldV97n/zv2mz89cV03Ebf1DFcWgMqf6tm46FtFbsu5kx+ayly9E+pGJfn9Hq
ZbeGWw6yslvtc+1z8gtsO72/S/d/Sfz3/GpTXb1RnQwx31hw8evJk+hk0BtrXknc/YNvqY/o
7tu+7/ra1Mjq31f+t1TOmXm5mUHRg9QFbgwvJNTfcz231WfQf/gNn+EqsQuvWP6K2uvL3Y4y
3bWZDi04r38/ZbsqXuxHbPd+korqtr+hfXsvXK9Vz68m6l9jJvqaG0X1P9tVY3+m3ByanMt+
z7js2+t6dbPofpElNz9gdQ/aX7M9A/a/U2muPbMaX7o2/Z9n6TckqLep5hc9pzL5aGMGT61n
qeoTZa6n1fU9T6DfU9Dckkp//9Hj+rWuv6jkXACLCZYNAHGPZ/1K6IMDvqN9nxqRZk4xpvrO
rjDsn3SGu/nNzLv0bm+zHrteuUzbp6raR7GhzjWwa6Hx+j7ty6b6lZltYZVQBubl2ttuNZf7
SG5PoVmlj7fWubRkepfYyz9HV6aSkv1qrac95bX6z52itp5c8+1vDvpbVP681WUDo/RbwS7p
+BW0UklzQ721+rv/AD932f0mf1EusOoPWvs5mql2RitffYC3a1zq3fQIa+ple7Z++9Zv+MLJ
LvrbmYrLzfRjsrqoaLA/ZDA6yrdb6v6Rlzn7vfvSU1enfWrrfTWNGJ1G+plbobU55sZHH81k
b27V0eT9cOuda+rubbkPox24FlQZmVj32veH7qK90srfs2+rY1vsr/4xcIwu9JwZaXEH6Jbu
4/lbirfTsPqXWQ3oXSqX5Vhc7KAa4BoO0V222Pf6dVdLdrGb7/8ADfzf856aSno/qtU3q2TR
l5mdfi2W2s2X2sNhyHt3D0KcnIs9CrIf6D6Wvtrsp/wdf6VdF9cXZb8bLbkhtmTtb9mxdxcy
ux2x7ds7PUyWVP8Afaz6dfqf4P2LjKm/Wz6u12YVuK3FZlO+zuuymNdWw2Rb6LM1rn043rbG
Wvqsf+5kf8KtnJyet2dOuvzn09S6ePTZm3i1lj6Hbd1bKGY7a/Ssbu9P7U/+kVv9P+bSU4Ne
NZbiNyTDMjCF1b3AAttblept2x9O6m1z6LP+DtxfT/mV0n1d6i7pbKR7M3Ko2hlT3bBXIe7L
f6rRc53ufuqx2VVf6S+xZ/RH9O6N0u/qeZUy4WXjEwqiAWOe1v2m3Isqj9L6NXo1V7v0FeT/
ADf+kXOdR+tPW8xj8a25gxzaLG0U1sqqa+XObbUKmMs9T9J/Ob/Us/wu9JT6L1bquf1Vr8fq
DaP2U9o9TDoBse57XNsqe6+8V+o2t7PoM+yLkOtXY9V+K3HqaS8itoscGMJDxvrbX7K62vfd
6nq3O/R/6L2Lp8Sqrq/RcLqLAaHXsByGMMN3tOx3p7vW9Le7d6axMimzp/1npqz2Y5xmu9Wt
2Y0ux27q349f2lv+DrsuuZ6n/C0/6NJSvsf1r/b37C/ZVH2kV+sMaT6PoF231/V9X/Tf4b/T
f4L1ElvHqfSP2S3I/bmY7qZrdlGr7W31GZgaygYf2P8Am9mRnO+1fY3O9H9W9n6n6lSSSn//
0uEyGE5z3REv1PcEkrR+ruUzC6Zl5ZrrffVcwtFhEWQWN9J7Xbt9Td1n0Gfn/wA4g5GO0Xn2
kODyCT2IOrP85U/tN+LjOxLKt1DrHvMxuBIFc72+73Na32PYkpv9Rz7bMTdkvay7JLnHaSYY
w+mx+073M/P/AMxYWTYHXPsbWBXYXGvZIbE/m7/pfylatvrzHbiCKq2hkd9oEmXBUrL3lvpN
fupaT6bDMN1J9o/N+kkpIwtLCGy2Y3abhH/SXrn+LPHrwvqxaKrGtzsl3r22mGwC1jseo2un
2+iH/wAje+xeS4O+yxtDPe632hhO3Unaz3f2l3nQeoOo6o3p+La211GI5no7trXPrGzba/8A
lYz7f+KfVX/pElPa/WizFxH4+V1TBrv6Vk0WVdayWhzoE0twWvbXt9f9Ytd6VllfqYv87j2U
fpfV593SXdLxfrHR0u1rTmUNbV0sBzXNtrlmRlY/q7t9VuOPtNb2/wCE/Vrv5j9Jo9O6xlZX
S7unWP351T/UqFvs3MbD7d1eyt/obN/pW7H/AKRcz9Z/rDXndDZ+za32UWst+05b2hr2VVvr
qfgss9+2zKt9B+V/3W+z/o/0qSnH6li5nWqs12D6j/2UwX21To1luyqz09u782mm+x/+irXK
Auc1ziQPEr0z/FjjuyMDqmVVkjDybraai5rN3o10scWOpY7c199nquY31PYz+ds9T+aQK6qO
serjdUroZ1jpmU+u/d6bA+o/0Z4dW2n7Q7aHV+v6XvZ6W9JSL6rV52DnfsnLvcz0MZz82kfu
EtdhMxnu9r9/rtf6v+jV3qzKOpZf69uGBU5oeKzDvs++tlnqOcX7tu1ltz/5ymn1vSVL66fW
Xp1bOlDptjLerdOLq7MhkFn2Yez7FkenLLt7v8F/gf8Ag/WTszcPqeFl4xcKs2/HcW1gnR+3
eamF0PbvZ/pElPTf82/qoWjI/ZGPDLTiekJ2Q4jI+1Od9L6dfpMs9T+b9SpJRHX6f+bBeK2+
n+zA827v0m/0XbbTr/Obt36P/S/p0klP/9Pk8txx8mwOaQa7Hhwa4xo4+5jmuamsya8hrYaW
u7ky4SZH5y6PqnT+gO6lZh23MxMl7nOLanM1JO/dfjv/AETn/wDbdiwOqdLy8G1rLHbOfTtr
b7LAD9Ln81v85U5JTmFrompgD3Ae4ANBET7Y/wDJKjdj2j32DR0ndp2+CuvZktgB7S1upIG1
2vwL0J1Vga1zd4InUEOB8eC33JKQ9MyPs2dj3CIY9pk69/d+Vb7cp/Sc+2/p1df2guAayJ3s
J99TfT9zn3PdX/NrnWFjLGlx2Qfd7eJ+l7J+kt3EzqKG0m6j1MisFrXgwN30W3Db/wAH9L9x
JT1Z6dbm44uwsoU4+ex2Sb75suFZEM2vr2fYq/8AS11WPvv/AJn1v8GsjNzMDA+rlv1W3Gi6
9zXWnaS5jQ/1WnK/N+15VldTX41X9EZ+jtt/V7lWw/rN1TptLsOg1soI3VO9Nr7GEk7K64j9
/wBNm6qz+QqXXOjdQ6e/DyM0Ft+dSclzCD+jLXem2qxz/wDC7D+k/wCNSU7ePTj9DwGU4uYQ
+5rL7HF215d7me+tr91dWzZZR7Pofz65frb7r+q5VlzS+1z/AFCTqSCGta7cP3kfB6dk9a6n
ViVWNtycklpseYawgbnvusYHbKmfvqbekZ+Vj23UMNrMdga+syC70huv9OJ31429u/3fTSU5
YO2sBsAkgtIEunwb+5tU8TLuqya/Qf77XN3iN06/Q/4Ten+w3hxY5oDgAQSfaWnhzf3m/wBR
Fxenvt+mQ2SWEu5BEbmj8/8AzNiSnoWjC9Z/T/d9g+2sr9WW+t6W2zL3+v8AQ/m/8KkiNd0f
7VZTsftIrpLdgj7UKreKt2/0/Td9mc/+c9X9H6SSSn//1OM6hjzlXDc1zXWWHa9gIBLnbv0n
0/7T1b6p1rqGXgV4zKahTREtYbJJaGtrc/1HO9T2j/wRX2/V7qmZc6xrsfGGRa9mNXl3tpdc
8v2+ni1u3Ot3P/Rt/wCEWLN72FrX6gndXbXBBPt2O9I1u3e1JTUOS8hwcx9RnVsEj8igbDuH
pkPIMRAd3/kfR/zETIddAa19YLvcJdpH0eHhqnWwOdrWC06WekWF/wDK0lrf+kkpo3ue8nfo
TqGlsTH7sgImNlucwV3umog8c7m/vf2PzGemrp9Et1aYYJ2PADto/PcP0n0f31RyKa6Li1oj
Xc1x5DTOv9lJTf6Jl49HWaLLG/oGOscNw3O3BjvSc8tH7/0Ni7/qlDOq0UYN92zWy1jnNDw+
z0xHqMf7PTa39JYud6N/i0+sXUsKjqLXY2NXYBdTVkvfvIPuq3tqrc2v1W+76e/Y9aLn9Tw+
p4uDn1jHt9O1zqhDiCBWwbLp/SVObY9/8v8A62kp6fO6bfX0KnpnQBi4+8Cp+Y+WOaNllbsq
t2Pv9e1rXPqpZ77Gep6v/CJ+i/U/o31b6bk3OttzLX0itz8lrdsjd/RqGjcxr3O3envsesav
qDcXIIlzCG/zYnbP3t+jDlX6z9aa7Ol5DBeTkPAZVQQR73gNs2bvbsqq3b//AFIkp5nqH2cZ
OUyo/Z8Ntr/Sp5rb7of6Yb7msu/nK62rNx77mvDavVDY0fPpNkfR7eo7/OWjjVZtmLXZj1Oa
4veL/VfU0l24zt9W5jnbdmx7djPT/SKhletTtNjHwwS0gtDY/Ol4dtSUtAmd7t276e4/vetz
/wAd+k/4xJV/Xds9TYf6mkRP0pSSU//V4zfl9VzBk51g9HGBbX+YGhjy/wBJjmz6f0n2Wv8A
/Ri1jg3dYym3dNxy+zLsDHMZqHWOb6jXMdI2/oW78jf9D+e/m0H6wdPHTMlwLg/p177XU+T5
Nrse2Z3+122m389iP9Qs63p+Z1Dqr3uuow8VzhS1xDbMrJcyjGoDZG973fo0lN2z/Fx9Zm0P
v9Ckipg/QNsa615Bjaxkejv/AOvrAbUysmvZ6TqztspLNr2OBG5ttftexzP3Hr2Xo/UKup9K
xcskPGRW11gA2ltnF9WwfzVlF++r+RsXK/4y+l2+ji9XrpFn2bfXl3NA9R7X+mzE9bY33MY/
1G/pP5qx/wDwiSnj+k/WXI6fiY3TsVrKTe+wdVua1pvygLHMbjvyL9/oU+h7NlX0P5z/AAit
0Y31fb9aBmW0CzpdONdmWYZH6EWU1+oKjv8A+0jrXsZVT7/02yn+a/RrCs6T1DC6pX+08d2K
63dkVz4Emdv/ABb/AOcY73qx1LOpZW7EoaL35+MMcOkjYHXY2Wy4NP0/W9HZ/ISU+vfVPPv6
l0ijIziDm2D1L9BDDYG3UMrb9Fv6q+j6P/CKn9ecVgx6Or2Ax090vtrbuLarB6V7LQ33ej7q
793+D9OxT6C+rFvdTWQyoV001t4A9IOoq2/1q/Yt7IoZl49mNYYZc0sJ7gnh0fyXJKfMbcZ/
VbLKKrQxloaBc2HtLD+keQ7dt9NzfzmrA+sWHiVHHGLRYzH/AJt2ZcfdfaIL3ta//AU/Q3+y
uz8xWMC/q/1X6k/p+b0+270nvprdUCA867bKmFrm5LHbvU9Nj1X+sWS3Nc2qv1rH1tm+y5hr
dud+kNNVTxurbSxj9ySnOwupX42b9myHBuG+79PUBuDJ9j7a/wA7e1rd/wDOe9XfrH0pmBfa
95+00h0G1riGh5+hU1s+93/F/o1Q6PVju6zi/aWh1BdtsDyACC1zWtNnt2+/2LQzcS64tzcs
FuDW708PHducLHn6TGPdG/HpY1v2jK/mrf6Jier/AD6SnJ/R7d/pjbEmqdJ/4z6W7/v6SsbX
etv3DdO6dOd3w/8AA0klP//WH1vo46ni34dVTa7fUFmO4loHqM3bW2bdvsex76f+msP6s1Zv
TsnJ6fmUvx791V9lTxB2VV3vNtf5rvb/ADdi7SvEyXXuJdWIcSTtc7WY/eYqH1sdl9Jf07rb
mNzMXF9bHzK2NFbmsv8AT9N26X7697P8J/U/wqSnW/xeXY5+rFFVDt9VNl3pu1B2PtssrLm/
S3avYuoubXfivrfWLa7GkWUuG5r2kQ+p7T++1eUfUb6x1YTasButuVlNorrIMBl1gd63s9v6
Nps9v+kXq7XOY6APOZSU+e/4xug5DemY2dhWOtx+nbyB9I/Z7gxnqO09zsbZXTb/AN1/Ts/w
dy83rtNOTjvf7/RcyNukta4O9v8Amr6Gtq3F1cRW4l9ZAPtd+f7f3fzv+uPXk/1/GCz61YTv
s/2LI9n25ga1rHEWl1WZXa0Cm9l9R/nv5Hp3+naxJT0uX1ax1nUun9NZY7Px2DZaBt2WXfoM
f6Ra5t27J9dn7n2eyz/B/pO8rY2tja2TtrAa0nUw32iSuG+r2Ln4uRlZNlH2nMtufm2Ma4Na
90+hgs9az2sxqWO9T1H/AKTZ6n+E/RrtsBuUMZhzLGXZDvc91TSysbv8HU17nv8ATZ+9Z9NJ
T5J/jDszun/XfJuxbHUOzKaXB7SWktcxtL/f+Z76PdtXPP6j6VFhZc+3Jvb6b7HSSGk/pmVu
dus32bWb7v5zYuv/AMcFTh1vp9wb/wBpXSTOvp2Ogfu+31Vzf1W+rGT9YLnH3Y/TKiWXZAIL
3OP6RuPSw/4T3fpH7NlNf/Wq7Epw9zo2u7jUdtNWLo+q9Sp6gzEfj73soqZRRjk7nhzj/N7W
/wA5u/RVMf8AuLo3/Uz6q4vXW4lluZRYaDacdgGxrGj3+tl3t3e9vv8A/Sa5frnQ6OndWrPR
cmvKw8iXVPqsrtdW9rf09Ntdb3en7ffV/wAG/wDkJKY/sXqH7T/Zn2ij7YK/V+kPS9Qs9b7J
6m70/U9T9Bv3fzqSFtP2iZ92z6Wk7p2b90bP+ikkp//X38g24bLb72trqrBfY9xMho/4Oltz
/wCx9Nc/1D62/tDptlWFiXs9QOqtsyGNrAafYWM3WWOe5/0P0bP0aP8AWbrNediU4+IbKpeD
kOMA+3w9M+/3/vrnszNcXPqJLn1xBOpI4Dv7KSnH6Xi59N4ycKPUw2m9h5AsaA9g/dd9H85e
5YWQ3K6fjZTNG5FVdzToT72ted39peV9FoxH7K8v1XY1h22ehHqBpLafXbv9m3Hdc2y7fv2V
Lvg63pnQsurDYzJ6xRjh3o4gLq32QcXEyaaHj02es2tluTTX7P0X+G/nbEps9caL8H0t9tF9
dld+NfVW60ttrPqMc6mktddW5m9l1f8Ao3/6RY3XMHoP1vBxHNtZnVNP2e9tFjLqdfYX+oyv
fiuef5i3Z/wPp2LpMCxr63em82ejZbQ5xJLi6p7qnby7b+k9v+rFyX1u6j1nquRZg4V1mJ0f
FsbRfkMJY/JvcPVfXTZ9P7JjV/zj2fzln+l/RpKdf6u9F/Y3S3dKrv8AtFlYm3KeY4Pur2l1
noV0N9jW71p05mZ6IdRi3WMJ2VmzZRIH+F/S2Ou2O/M/Qep/wa4DE6Rn3ZFPQemua5o22gFs
1UtBBfndRZ9HL23f8mdO/ovrfp8j1f03qegY7zhU19LwXWZFjB+kyLPfa4u1dbtO1nv+l613
o4v+g+0fzCSmr1z6vYXX8I19Wpc01tc6uyl26yuRL/Te5n6Tdt/m/SXnFn1yxcf6s4vSvq3X
ZhOZe82Wkh12zs59rQ1nr5b/ANLayv8AmK/Tpq9RexY1gsYIPquboXAy2R3Fm1jX/wBhq8Y+
u3QcTo/1lP7ODqm33B4xyPa1x2X1Ox4jfRe51tbK/wDA2Y11O9JTzuV1Lrj7xk3Z19tzAW73
WF7h5N/kOaoV3ux8unLrHrWEj1mOGr3T7v8AX99GzfdkP9SGvJhzY+j+cBopdNoGV1TE9Vrn
1iwWWtYQ1zq2ne5rXfRZvaNiSnq//Gx6/wDtYY8432aS7d6pjZ/xXper6v8AYSWqfra//nAM
kE/zZrNO/ivc3aPU3/1/0vqfz6SSn//QzLrGNlriRuJAnsSZWd1LJZ6BsoLXWmWidSI/d+k1
aOVRiufktseWsL5rMjYHA7XbYPu9zdyz+oY+C3FNjLGvskkjcACfKv8ANckp0/qO45bcrEOQ
5jqwLC0NBLqCH0ZjGfn/AJ7PW2/zf6Nek9Hxg1tbC0e2sN3DvtLG/wDS3LyX6s9Gz+rdRx7e
m5+P0rLxbN1LrbALnuje/wCzY7ffkbaw5t9X836f84va+nBvoB8Na98OsY0ghriPc3v+ckp8
jyvrJ9YuldfyuoYeUOo1PyLaRiB2+v02OJbV6J/mq2/6epaWHlZ+UGuyrG3ZTnOvskkta6wm
x1bf5Ff81tb+ZWuZ+tHS6OmdQtd0nKpymW3udQ3GsZc9oJ/P9IusZ/xaXQMz6z2uHT8HGb61
5cG5dwNYrJH0zbYW0s9L+cZv+n/N170lPf4ecOn5FXQ+lsOV1rqZddkXuG1tNQ+llZmz9Ltr
/m8XGZ6X0PS+0V/4Xo/tGDTGDiMGRdYXFuNVqDHtstzLzur2t/wtlz3/AOj/AFi79GuU/wAX
3SMToj+oMZm43U+pXlgtsxbPWsDQN1rHBu62iv7Q5/qX3Nq37P3/AE12XT2NYLbK3Nfk3hj3
D9xhB9AOYPexm31PTZ/5mkpPnZDMLEtzbmvdXjsL3V0NNjyAPzGNbuc5ee29a+qf18z668bF
vp6lj+m6vIvNbN1VVrbPRa0XXes9z7f5rZv/AEnqfyF3mZeaaHsuOTa+wRONU/cJ/wBFsY9t
f9ayzeuL6l1D6iZWS/p9nTMMZBJF+Vm2U49rHbtt1l99rn5llzXbnbPfbbYkp5X61/VS7D6p
W3AYGUZO71Q4EBjhLdXEvd+k9TdtaxYnScq3A6k/GJbYbHhlx4htYcX2B0fzTP5z/i11n1ow
MxrqsOnOhlRY1l72lwsqcGPb6Vhc/wDmW/T9/wCl/wBNWuXsbiVCzHxXG5lTbHZeU0bbbgR7
qa62us9DEraz3v8A8Jvt/wACkpl/zh/yocrafsRYMcvgyWAn9P8A9u/4L9xJOcTC9AVC6tuc
GG17y4GlzyA6rpzT9CrFpxfWa/O/m8jqN/p7/RxvtaSSn//Z/+0p7lBob3Rvc2hvcCAzLjAA
OEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgQ+ADhCSU0EJQAAAAAAEHiyz6H8E/Ba6xxJG82Q
EIw4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9v
bAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wA
AAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQf
BDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVw
AAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAA
AAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAA
AAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAA
AExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABC
Y2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2
ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZ
AAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcA
AAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAA
AAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklN
BCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAe
OEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAA
AEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAA
AAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////////////////////////
//8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAA
AkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQ
AAAByAAAAAUAaQBfADAAMAA2AAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAHI
AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVs
bAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAA
AAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAcgAAAAGc2xp
Y2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAA
AAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1
dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHIAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAA
bnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAA
AA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxp
Z25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0A
AAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVT
bGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9u
ZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAA
AAQAAAABOEJJTQQMAAAAACDeAAAAAQAAAGUAAACfAAABMAAAvNAAACDCABgAAf/Y/+0ADEFk
b2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMV
ExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4O
FBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAAR
CACfAGUDASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoL
AQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCES
MQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfS
VeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEA
AgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVj
czTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaG
lqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDJxX+lmtu1JbaWGeNXOZ7/AN5vuW5V
1VmHhYdTn7TXa+ssALiWNuaK939VlnpvZ/wla5qnIrvyzSCNzroLDyRvb+a6fzFc6kxlf1fz
mWmw+nkNOA9g3PZcG02+hY/8yp1Q3e7/AEf+kSU9Hi9drbkWuqsBOY5mNY0Aksdt9RlP0nbn
/Sc9n83jU/4Gv9Ndbv8ATsu6y+2tl7WVhr/TZMWFwYNzq6Xfob62f9bevPMSs2in7G4ONtBs
rqE7WVP/AEljrY9zvtNw/Se/186/9V/RYrMixdP9Xs2nO6BjZ7m2NdbZc+v3lshtjqWevWwe
hd+ioZ6n6PZ/o/SSU8p9YLwMu6pv0mvJaD4ANaOfpOcs3CwL2MfnZQdTSxotst2gmtjyW1V1
Vn229QynDZh4/wDg/wCeyPSqruXRt+r7srrBtYTY24jbW8kiZLvc4/RYxn0lW+utPTmWYWBd
k5VFbqfWxrq6hbjvsc6yi991W6rJZs9PZXt+0elj+n+g+n6iU9R9UrMHqfR3U2YpqxMnHNNl
NZlrA5z2s/Su/SW5N+37T6v85/h/8LUvObHVV9Vd0zOvLTi2PruysZouaSz9HurY92Nva5//
AAq6roWZZT+z8LHtZRiOoddk5NRLxY51zvRoxbrB+hsyKcaljnXt342PV9m/nllZX1ZZh/WE
9Q6lk043Ts12Rc7IbXvFAJca2nHsB9Sz1bKmbduz+ukpodbwcTBx8bJxMu7LZaJt9XHOMWCd
tLtr32er6n+lZ7P5v01msy7AS9jnMsEBr2na4EaAt2/RcvTKeiYFuJjdQys6/qAwmvszDkWM
e0scWt/Z1td4obj1ejba7/Bvr/seksb6kdM6Bg9Kv6h1TEb1HM1NVVrRYAB/N14+PaPfkWW+
ze9vqf8AF/pUlOJ07r+dlZNGFfV9tvuLaqX1R6pcdGyNK3/y/wCbWjnUX4l78bJqfj5DTLqr
BBcBpNbvoWt/4Sp7612HR8joQ6nUyvp+Ni9apqNLsjDqApBdtfdUNn0Wtj0vtX9f/A2/pNPr
V/THdOuHXKRZj1EB1NmrvUPtqZjulr25Fv8AgbKrGf6T+aSU+W7v1kVR4jj8ISRvVxJNvoez
d6Zx/UdpVO/7L9qn1fUdT+g+1/8AgSSSn//Q5Gtwo6pZlNiw7gXVatkTt/nGljm7HfuO3rr7
ThdU+rGZ9na2vJcxmbdQx7rCH1j0musnd6fq11fo6n2etZ/PemuOzSwW27GgO3OL3AaEh0Hn
2rrvq9nYtH1XxBmWiqcq+mijUlxte2tu6tp9/vsd+ksYkp5/pWW3FN2K95ZTV+ncGvZQxtbh
v23Xn9aufS93pUYuM3/0mt/Nvt/YHSK+gk22dTyraqS32w71LLcx0O/wfqOd+kd7GVLnfrHj
GjqeY8ADe2wiQDAfX6dp93tb7l3P1B6TTR0npj7X1NLz6wsrsJLn2H1WU3VXN215DW/o/wBD
/SK/+LSU9L0LoNmFjvdmFtmReHNc1s7a63f4Kt59z3/6SxZQxejdQdldK63TXkV4bw9/qCCz
ftre9lzNtlP/AGns31vZ+jsXYLlPrGa+n9UOcPb61YNjmNBfLB6NvP0/1Z+700lOb1f6pY/T
gy7oxjprqxUMYE2Bj5ts9VtjnWWv9Z1zvpP/AJxcb1nPf+xsCrLa4vY7ZY5jg29oYGRteWn+
exnWfm/zta9Wt6Xh34767sVtAvllvpn0pe121tjXM2t9+31anbV5R9cujZHSOq/Z32uubkN9
WixwM2EuczZ+769X+FZ+Z/OfQekpnnfW6/q1d+O4MxcJgx6KMUPLrbXtfW37Rl3bW/bPRp9d
/pf0f9JX/PPp9RavR67wzPyMat1xZ7awOXXxu+zV7i324nqV1X3uf/O/abPz1xXTcRt/UMVx
aAyp/q2bjoW0Vuy7mTH5rKXL0T6kYl+f0eplt4ZbDrKyW+1z7XPyC2w7vb9L939J/Pf8alNd
vVGdDDHfWHDx68mT6GTQG2teSdz9g2+pj+ju277v+trUyOrfV/63VM6ZebmZQdGD1AVuDC8k
1N9zPbfVZ9B/+A2f4SqxC69Y/ora68vdjjLdtZkOLTivfz9luype7Eds936Siuq2v6F9ey9c
r1XPrybqX2Mm+pobRfU/21Vjf6bcHJqcy37PuOzb63p1s+h+kSU3P2B1D9pfsz0D9r9Taa49
sxpfujb9n2fpNySot6nmFz2nMvloYwZPrWep6hNlrqfV9T1PoN9T0NySSn//0eP6ta6/qORc
AIsJlg0AcY9n/UrogwO+o32fGpFmTjGm+s6uMOyfdIa7+c3Mu/Rub7Meu165TNunqtpHsaHO
NbBrofH6Pu3LpvqVmW1hlVAG5uXa2241l/tIbk+hWaWPt9a5tGR6l9jLP0dXppKS/Wqtpz3l
tfrPnaK2nlzz7W8O+ltU/rzVZQOj9FvBLun4FbRSSXNDvbX6u/8AP3fZ/SZ/US6w6g9a+zma
qXZGK199gLdrXOrd9Ahr6mV7tn771m/4wsku+tuZisvN9GOyuqhosD9kMDrKt1vq/pGXOfu9
+9JTV6d9aut9NY0YnUb6mVuhtTnmxkcfzWRvbtXR5P1w651r6u5tuQ+jHbgWVBmZWPfa94fu
or3Syt+zb6tjW+yv/jFwjC70nBlpcQfolu7j+VuKt9Ow+pdZDehdKpflWFzsoBrgGg7RXbbY
9/p1V0t2sZvv/wAN/N/znppKej+q1TerZNGXmZ1+LZbazZfaw2HIe3cPQpyciz0Ksh/oPpa+
2uyn/B1/pV0X1xdlvxstuSG2ZO1v2bF3FzK7HbHt2zs9TJZU/wB9rPp1+p/g/YuMqb9bPq7X
ZhW4rcVmU77O67KY11bDZFvoszWufTjetsZa+qx/7mR/wq2cnJ63Z066/OfT1Lp49NmbeLWW
Podt3VsoZjtr9Kxu70/tT/6RW/0/5tJTg141luI3JMMyMIXVvcAC21uV6m3bH07qbXPos/4O
3F9P+ZXSfV3qLulspHszcqjaGVPdsFch7st/qtFzne5+6rHZVV/pL7Fn9Ef07o3S7+p5lTLh
ZeMTCqIBY57W/abciyqP0vo1ejVXu/QV5P8AN/6Rc51H609bzGPxrbmDHNosbRTWyqpr5c5t
tQqYyz1P0n85v9Sz/C70lPovVuq5/VWvx+oNo/ZT2j1MOgGx7ntc2yp7r7xX6ja3s+gz7IuQ
61dj1X4rceppLyK2ixwYwkPG+ttfsrra993qerc79H/ovYunxKqur9FwuosBodewHIYww3e0
7Henu9b0t7t3prEyKbOn/WemrPZjnGa71a3ZjS7Hburfj1/aW/4Ouy65nqf8LT/o0lK+x/Wv
9vfsL9lUfaRX6wxpPo+gXbfX9X1f9N/hv9N/gvUSW8ep9I/ZLcj9uZjupmt2UavtbfUZmBrK
Bh/Y/wCb2ZGc77V9jc70f1b2fqfqVJJKf//S4TIYTnPdES/U9wSStH6u5TMLpmXlmut99VzC
0WERZBY30ntdu31N3WfQZ+f/ADiDkY7RefaQ4PIJPYg6s/zlT+034uM7Esq3UOse8zG4EgVz
vb7vc1rfY9iSm/1HPtsxN2S9rLskucdpJhjD6bH7Tvcz8/8AzFhZNgdc+xtYFdhca9khsT+b
v+l/KVq2+vMduIIqraGR32gSZcFSsveW+k1+6lpPpsMw3Un2j836SSkjC0sIbLZjdpuEf9Je
uf4s8evC+rFoqsa3OyXevbaYbALWOx6ja6fb6If/ACN77F5Lg77LG0M97rfaGE7dSdrPd/aX
edB6g6jqjen4trbXUYjmeju2tc+sbNtr/wCVjPt/4p9Vf+kSU9r9aLMXEfj5XVMGu/pWTRZV
1rJaHOgTS3Ba9te31/1i13pWWV+pi/zuPZR+l9Xn3dJd0vF+sdHS7WtOZQ1tXSwHNc22uWZG
Vj+ru31W44+01vb/AIT9Wu/mP0mj07rGVldLu6dY/fnVP9SoW+zcxsPt3V7K3+hs3+lbsf8A
pFzP1n+sNed0Nn7NrfZRay37TlvaGvZVW+up+Cyz37bMq30H5X/db7P+j/SpKcfqWLmdaqzX
YPqP/ZTBfbVOjWW7KrPT27vzaab7H/6KtcoC5zXOJA8SvTP8WOO7IwOqZVWSMPJutpqLms3e
jXSxxY6ljtzX32eq5jfU9jP52z1P5pArqo6x6uN1SuhnWOmZT6793psD6j/Rnh1baftDtodX
6/pe9npb0lIvqtXnYOd+ycu9zPQxnPzaR+4S12EzGe72v3+u1/q/6NXerMo6ll/r24YFTmh4
rMO+z762Weo5xfu27WW3P/nKafW9JUvrp9ZenVs6UOm2Mt6t04ursyGQWfZh7PsWR6csu3u/
wX+B/wCD9ZOzNw+p4WXjFwqzb8dxbWCdH7d5qYXQ9u9n+kSU9N/zb+qhaMj9kY8MtOJ6QnZD
iMj7U530vp1+kyz1P5v1KklEdfp/5sF4rb6f7MDzbu/Sb/RdttOv85u3fo/9L+nSSU//0+Ty
3HHybA5pBrseHBrjGjj7mOa5qazJryGthpa7uTLhJkfnLo+qdP6A7qVmHbczEyXuc4tqczUk
791+O/8AROf/ANt2LA6p0vLwbWssds59O2tvssAP0ufzW/zlTklOYWuiamAPcB7gA0ERPtj/
AMkqN2PaPfYNHSd2nb4K69mS2AHtLW6kgbXa/AvQnVWBrXN3gidQQ4Hx4LfckpD0zI+zZ2Pc
Ihj2mTr3935Vvtyn9Jz7b+nV1/aC4BrInewn31N9P3Ofc91f82udYWMsaXHZB93t4n6Xsn6S
3cTOoobSbqPUyKwWteDA3fRbcNv/AAf0v3ElPVnp1ubji7CyhTj57HZJvvmy4VkQza+vZ9ir
/wBLXVY++/8AmfW/wayM3MwMD6uW/VbcaLr3NdadpLmND/Vacr837XlWV1NfjVf0Rn6O239X
uVbD+s3VOm0uw6DWygjdU702vsYSTsrriP3/AE2bqrP5Cpdc6N1Dp78PIzQW351JyXMIP6Mt
d6barHP/AMLsP6T/AI1JTt49OP0PAZTi5hD7msvscXbXl3uZ762v3V1bNllHs+h/Prl+tvuv
6rlWXNL7XP8AUJOpIIa1rtw/eR8Hp2T1rqdWJVY23JySWmx5hrCBue+6xgdsqZ++pt6Rn5WP
bdQw2sx2Br6zILvSG6/04nfXjb27/d9NJTlg7awGwCSC0gS6fBv7m1TxMu6rJr9B/vtc3eI3
Tr9D/hN6f7DeHFjmgOABBJ9paeHN/eb/AFEXF6e+36ZDZJYS7kERuaPz/wDM2JKehaML1n9P
932D7ayv1Zb63pbbMvf6/wBD+b/wqSI13R/tVlOx+0iukt2CPtQqt4q3b/T9N32Zz/5z1f0f
pJJKf//U4zqGPOVcNzXNdZYdr2AgEudu/SfT/tPVvqnWuoZeBXjMpqFNES1hskloa2tz/Uc7
1PaP/BFfb9XuqZlzrGux8YZFr2Y1eXe2l1zy/b6eLW7c63c/9G3/AIRYs3vYWtfqCd1dtcEE
+3Y70jW7d7UlNQ5LyHBzH1GdWwSPyKBsO4emQ8gxEB3f+R9H/MRMh10BrX1gu9wl2kfR4eGq
dbA52tYLTpZ6RYX/AMrSWt/6SSmje57yd+hOoaWxMfuyAiY2W5zBXe6aiDxzub+9/Y/MZ6au
n0S3VphgnY8AO2j89w/SfR/fVHIprouLWiNdzXHkNM6/2UlN/omXj0dZossb+gY6xw3Dc7cG
O9Jzy0fv/Q2Lv+qUM6rRRg33bNbLWOc0PD7PTEeox/s9Nrf0li53o3+LT6xdSwqOotdjY1dg
F1NWS9+8g+6re2qtza/Vb7vp79j1ouf1PD6ni4OfWMe307XOqEOIIFbBsun9JU5tj3/y/wDr
aSnp87pt9fQqemdAGLj7wKn5j5Y5o2WVuyq3Y+/17Wtc+qlnvsZ6nq/8In6L9T+jfVvpuTc6
23MtfSK3PyWt2yN39GoaNzGvc7d6e+x6xq+oNxcgiXMIb/Nids/e36MOVfrP1prs6XkMF5OQ
8BlVBBHveA2zZu9uyqrdv/8AUiSnmeofZxk5TKj9nw22v9Knmtvuh/phvuay7+crras3Hvua
8Nq9UNjR8+k2R9Ht6jv85aONVm2YtdmPU5ri94v9V9TSXbjO31bmOdt2bHt2M9P9IqGV61O0
2MfDBLSC0Nj86Xh21JS0CZ3u3bvp7j+963P/AB36T/jElX9d2z1Nh/qaRE/SlJJT/9XjN+X1
XMGTnWD0cYFtf5gaGPL/AEmObPp/SfZa/wD9GLWODd1jKbd03HL7MuwMcxmodY5vqNcx0jb+
hbvyN/0P57+bQfrB08dMyXAuD+nXvtdT5Pk2ux7Znf7Xbabfz2I/1Czren5nUOqve66jDxXO
FLXENsyslzKMagNkb3vd+jSU3bP8XH1mbQ+/0KSKmD9A2xrrXkGNrGR6O/8A6+sBtTKya9np
OrO2yks2vY4Ebm21+17HM/cevZej9Qq6n0rFyyQ8ZFbXWADaW2cX1bB/NWUX76v5Gxcr/jL6
Xb6OL1eukWfZt9eXc0D1Htf6bMT1tjfcxj/Ub+k/mrH/APCJKeP6T9Zcjp+JjdOxWspN77B1
W5rWm/KAscxuO/Iv3+hT6Hs2VfQ/nP8ACK3RjfV9v1oGZbQLOl0412ZZhkfoRZTX6gqO/wD7
SOtexlVPv/TbKf5r9GsKzpPUMLqlf7Tx3Yrrd2RXPgSZ2/8AFv8A5xjverHUs6llbsShovfn
4wxw6SNgddjZbLg0/T9b0dn8hJT699U8+/qXSKMjOIObYPUv0EMNgbdQytv0W/qr6Po/8Iqf
15xWDHo6vYDHT3S+2tu4tqsHpXstDfd6Purv3f4P07FPoL6sW91NZDKhXTTW3gD0g6irb/Wr
9i3sihmXj2Y1hhlzSwnuCeHR/Jckp8xtxn9VssoqtDGWhoFzYe0sP6R5Dt2303N/OasD6xYe
JUccYtFjMf8Am3Zlx919ogve1r/8BT9Df7K7PzFYwL+r/VfqT+n5vT7bvSe+mt1QIDzrtsqY
Wubksdu9T02PVf6xZLc1zaq/WsfW2b7LmGt2536Q01VPG6ttLGP3JKc7C6lfjZv2bIcG4b7v
09QG4Mn2Ptr/ADt7Wt3/AM571d+sfSmYF9r3n7TSHQbWuIaHn6FTWz73f8X+jVDo9WO7rOL9
paHUF22wPIAILXNa02e3b7/YtDNxLri3NywW4NbvTw8d25wsefpMY90b8eljW/aMr+at/omJ
6v8APpKcn9Ht3+mNsSap0n/jPpbv+/pKxtd62/cN07p053fD/wADSSU//9YfW+jjqeLfh1VN
rt9QWY7iWgeozdtbZt2+x7Hvp/6aw/qzVm9Oycnp+ZS/Hv3VX2VPEHZVXe821/mu9v8AN2Lt
K8TJde4l1YhxJO1ztZj95iofWx2X0l/TutuY3MxcX1sfMrY0Vuay/wBP03bpfvr3s/wn9T/C
pKdb/F5djn6sUVUO31U2Xem7UHY+2yysub9Ldq9i6i5td+K+t9YtrsaRZS4bmvaRD6ntP77V
5R9RvrHVhNqwG625WU2iusgwGXWB3rez2/o2mz2/6Rertc5joA85lJT57/jG6DkN6ZjZ2FY6
3H6dvIH0j9nuDGeo7T3OxtldNv8A3X9Oz/B3Lzeu005OO9/v9FzI26S1rg72/wCavoa2rcXV
xFbiX1kA+135/t/d/O/649eT/X8YLPrVhO+z/Ysj2fbmBrWscRaXVZldrQKb2X1H+e/kenf6
drElPS5fVrHWdS6f01ljs/HYNloG3ZZd+gx/pFrm3bsn12fufZ7LP8H+k7ytja2NrZO2sBrS
dTDfaJK4b6vYufi5GVk2Ufacy25+bYxrg1r3T6GCz1rPazGpY71PUf8ApNnqf4T9Gu2wG5Qx
mHMsZdkO9z3VNLKxu/wdTXue/wBNn71n00lPkn+MOzO6f9d8m7FsdQ7MppcHtJaS1zG0v9/5
nvo921c8/qPpUWFlz7cm9vpvsdJIaT+mZW526zfZtZvu/nNi6/8AxwVOHW+n3Bv/AGldJM6+
nY6B+77fVXN/Vb6sZP1gucfdj9MqJZdkAgvc4/pG49LD/hPd+kfs2U1/9arsSnD3Oja7uNR2
01Yuj6r1KnqDMR+PveyiplFGOTueHOP83tb/ADm79FUx/wC4ujf9TPqri9dbiWW5lFhoNpx2
AbGsaPf62Xe3d72+/wD9Jrl+udDo6d1as9Fya8rDyJdU+qyu11b2t/T0211vd6ft99X/AAb/
AOQkpj+xeoftP9mfaKPtgr9X6Q9L1Cz1vsnqbvT9T1P0G/d/OpIW0/aJn3bPpaTunZv3Rs/6
KSSn/9ffyDbhstvva2uqsF9j3EyGj/g6W3P/ALH01z/UPrb+0Om2VYWJez1A6q2zIY2sBp9h
YzdZY57n/Q/Rs/Ro/wBZus152JTj4hsql4OQ4wD7fD0z7/f++uezM1xc+okufXEE6kjgO/sp
KcfpeLn03jJwo9TDab2HkCxoD2D9130fzl7lhZDcrp+NlM0bkVV3NOhPva153f2l5X0WjEfs
ry/VdjWHbZ6EeoGktp9du/2bcd1zbLt+/ZUu+DremdCy6sNjMnrFGOHejiAurfZBxcTJpoeP
TZ6za2W5NNfs/Rf4b+dsSmz1xovwfS320X12V3419VbrS22s+oxzqaS111bmb2XV/wCjf/pF
jdcweg/W8HEc21mdU0/Z720WMup19hf6jK9+K55/mLdn/A+nYukwLGvrd6bzZ6NltDnEkuLq
nuqdvLtv6T2/6sXJfW7qPWeq5FmDhXWYnR8WxtF+Qwlj8m9w9V9dNn0/smNX/OPZ/OWf6X9G
kp1/q70X9jdLd0qu/wC0WVibcp5jg+6vaXWehXQ32NbvWnTmZnoh1GLdYwnZWbNlEgf4X9LY
67Y78z9B6n/BrgMTpGfdkU9B6a5rmjbaAWzVS0EF+d1Fn0cvbd/yZ07+i+t+nyPV/Tep6Bjv
OFTX0vBdZkWMH6TIs99ri7V1u07We/6XrXeji/6D7R/MJKavXPq9hdfwjX1alzTW1zq7KXbr
K5Ev9N7mfpN23+b9JecWfXLFx/qzi9K+rddmE5l7zZaSHXbOzn2tDWevlv8A0trK/wCYr9Om
r1F7FjWCxgg+q5uhcDLZHcWbWNf/AGGrxj67dBxOj/WU/s4OqbfcHjHI9rXHZfU7HiN9F7nW
1sr/AMDZjXU70lPO5XUuuPvGTdnX23MBbvdYXuHk3+Q5qhXe7Hy6cusetYSPWY4avdPu/wBf
30bN92Q/1Ia8mHNj6P5wGil02gZXVMT1WufWLBZa1hDXOrad7mtd9Fm9o2JKer/8bHr/AO1h
jzjfZpLt3qmNn/Fel6vq/wBhJap+tr/+cAyQT/Nms07+K9zdo9Tf/X/S+p/PpJKf/9DMusY2
WuJG4kCexJlZ3UslnoGygtdaZaJ1Ij936TVo5VGK5+S2x5awvmsyNgcDtdtg+73N3LP6hj4L
cU2Msa+ySSNwAJ8q/wA1ySnT+o7jltysQ5DmOrAsLQ0EuoIfRmMZ+f8Ans9bb/N/o16T0fGD
W1sLR7aw3cO+0sb/ANLcvJfqz0bP6t1HHt6bn4/SsvFs3UutsAue6N7/ALNjt9+RtrDm31fz
fp/zi9r6cG+gHw1r3w6xjSCGuI9ze/5ySnyPK+sn1i6V1/K6hh5Q6jU/ItpGIHb6/TY4ltXo
n+arb/p6lpYeVn5Qa7KsbdlOc6+ySS1rrCbHVt/kV/zW1v5la5n60dLo6Z1C13ScqnKZbe51
Dcaxlz2gn8/0i6xn/FpdAzPrPa4dPwcZvrXlwbl3A1iskfTNthbSz0v5xm/6f83XvSU9/h5w
6fkVdD6Ww5XWupl12Re4bW01D6WVmbP0u2v+bxcZnpfQ9L7RX/hej+0YNMYOIwZF1hcW41Wo
Me2y3MvO6va3/C2XPf8A6P8AWLv0a5T/ABfdIxOiP6gxmbjdT6leWC2zFs9awNA3WscG7raK
/tDn+pfc2rfs/f8ATXZdPY1gtsrc1+TeGPcP3GEH0A5g97GbfU9Nn/maSk+dkMwsS3Nua91e
OwvdXQ02PIA/MY1u5zl57b1r6p/XzPrrxsW+nqWP6bq8i81s3VVWts9FrRdd6z3Pt/mtm/8A
Sep/IXeZl5poey45Nr7BE41T9wn/AEWxj21/1rLN64vqXUPqJlZL+n2dMwxkEkX5WbZTj2sd
u23WX32ufmWXNduds99ttiSnlfrX9VLsPqlbcBgZRk7vVDgQGOEt1cS936T1N21rFidJyrcD
qT8YlthseGXHiG1hxfYHR/NM/nP+LXWfWjAzGuqw6c6GVFjWXvaXCypwY9vpWFz/AOZb9P3/
AKX/AE1a5exuJULMfFcbmVNsdl5TRttuBHuprra6z0MStrPe/wDwm+3/AAKSmX/OH/Khytp+
xFgxy+DJYCf0/wD27/gv3Ek5xML0BULq25wYbXvLgaXPIDqunNP0KsWnF9Zr87+byOo3+nv9
HG+1pJKf/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEA
NQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q3JaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5
ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9i
ZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAg
ICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8y
Mi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5z
OnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0i
aHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2
OjI3OjQ3KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozNCswMzow
MCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozNCswMzowMCIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDowNDU3ZjhkYy1hMGRkLWEwNGQtODRhYy00ZDM4NzVmMmYx
NTEiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QzFDN0Q2MjA1RUE2MTFFNDgyMTk4RjdC
NjlBOTQ3NTgiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpDMUM3RDYyMDVF
QTYxMUU0ODIxOThGN0I2OUE5NDc1OCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3No
b3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6QzFDN0Q2MUQ1RUE2MTFFNDgyMTk4RjdCNjlBOTQ3NTgiIHN0UmVmOmRvY3Vt
ZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QzFDN0Q2MUU1RUE2MTFFNDgyMTk4RjdCNjlBOTQ3NTgiLz4gPHht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0
RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MDQ1N2Y4ZGMtYTBkZC1hMDRkLTg0YWMtNGQzODc1
ZjJmMTUxIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjM0KzAzOjAwIiBzdEV2dDpz
b2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0
OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2Ny
aXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRv
YmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRoj
IhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcb
FA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
/8IAEQgC0AHIAwEiAAIRAQMRAf/EALMAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAMEAgUGAQAHAQEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgIBBAICAgMBAAABAgMEAAUREiETIgYUEDEjFUEyICSgM0JD
JRYRAAEDAwICBwQFCgQFBAIDAAEAEQIhMQNBElEiYTJCUmITBHGBcoIQkZLCI6GxorLS4jND
UxTwwWNzINHygwXhw9Mkk6PxVBUSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAEBS
gQskHAzgPFtGVaWBEGxCzrGi9r4xDt1vS49X9KqmuKUGswocWKsTkN4L0GkGHU2xzA/TMOVP
BSF5w8FhCZHnhhSryPFDMetsxw1iqLp7k4AoF4Rh7hHnYnPc8HjIQXvglmA0C7rCIjh6VksR
qlGmqK4GE5NnbX0DPUl3REVe8FYEeAwYuBalZTNs3TvmgpXunzTlnnyw1OHsTbSyFqIVFtSh
Yj8ElDpKHigp9EWj2f1oj46RMZRHQmXB+j4sAsACj7EZ5BYvqa+rCulV2ZNryo87WsjrdfbE
GaZwVoLSkIeg6csvGPIN5EKZZ4udHTkLmCEjBJ2tWHeWuSyu8a2CRf4UkNRlgkybYw/PqLR8
lW+x5crt6HgalsvGJU+g0Zm4kkV/p+Gw9AMxjMfTcCFtK9kx9vTWgSToDo+IltqcPsg4OLit
RcKFNaEOctunKGpVKVjdrAvc1cZos9OKJhlN5Xmc0tRvzK6hO3KqvtGyrwukqzQ6fN2Y9nTp
GnYy/DQjEUn1M4XkERbOQIM+F4RTsakacrbAuFijLKmu1jLdkoaev9ah6C5XK/aY7XgxhGd9
EhFzl8VHegKTLfUciZ5oITULlMesq8Jd8F4pq9lUuLMNiOgnmxMUZlo9QWwF+ASu84IstJmL
oKtbJiGUYrQgSxGvQ8Bq7JIFaJTNSxlb8sVWCmJWsVSDNbogT1Y6HsuHKWjPXGmIDVBmoxK5
G5px2aFuSVfIZGi+i5QVRskBl+jthCqkI2Rs1RFk/TPDC5WyFpn9AcSnnTXuZC7LrynS1eoW
BjD/AERQwo3lwfp+FFzphx9kSuaNo1J6q1M7X31YU/vcNEmjWmp1fzn6QfM7wOuLFvnT3veI
Z3S0pS6TJXpYu0fi+VQeM9WXaRVWKqRWBZCdDKBdJoiL841R7QwIVVnKQhX39UUjXq8ZDfJD
Op+f6otMlvaAofF8JItCAwIEk/XmN1WWShFVxYysGBjtDZV5ZazN7QRuFLMa9zx33OnlG+GT
J3hZvUlqRG7Aq6DZoGKVtqsX5zgOJvAANrmjUYrzZxXsAPfdBTLAGGEBpCXCsTtQAWQnD+r/
AARZlMhz3iBhsG6CPPFx6ivzOr2dWDTfWNhYKXB2yprMY97x73vHveiVFdb0R20o9cSF2ZHk
CiWH+h5IzwOTF5k4RJ2yAlTsC50ebtS1q7SZQUu6ywkpm7wKAioMwpDPBhOee8PZ/S5sFMJA
VkjdF3U6VIyeox+zKunvakWXeifQIeoigCQRb3WK6fR3vmJT6h7C35dZ65pBQuRiXMq+ZY6T
C64uK/tOJVmooRTqt0Zy2qnTztY2aGaNqXZQkJQBnhOi0nirjaoCPmOHWHVDvlPBa11QTN3h
G9prwuAq2ZgdzjNqI1dlXi3IXJps/pMaVoSeA+hwah4Ix2HRi5ptcZBYtcW1znrcvbUZyljo
KIjkdVmyufhEs1H4FLdI2AWwrSEZ9ZK1O7kRIBUer4DKuHonI7rOlX5LxfpWVYc6sYOdQZpL
JG0E2GlSqBORX67J3ZrPnmmxpDgxk4gITieAL3omo8rTEQ9maFzNa0V0A6Q2Of8AVpxbR5MV
jAxZj9fFOHTIiwGFjzOW1hLnBHIQiQ9JAqSm25acpKcF6/8AFNQ2dKSMMxJVkRrUxmLNqLBR
qjGQ2GM+ilPgPpXzMPAfDviSBDsAizQpDIlCAulGTIEhIq5xxs1aNGqmQHSCNFdjzZ3NP1pD
3IBr3OMn0VM3iqM2IqKfS509p8lrRHTZHeEPVnjHoWFYCKIwVU65eHqL4sZhiVPu9Edri/Gm
w8gB5rdCeF4a8ORGMeHbs30Qgja+MbU6sJgdDcYY0ltiLs0WP+g5kpDMGLfCW9OeB2JDvunC
iMbayz1iMSKuFzGsqDNtTqyyuMiYuvZ3xYovIEeemREZc0b1XZjCVOuWclSivPCPK+GGjCZP
0ZnImGDJ6wNzeV7Qm7XyLZJzDmwro2xjcl9CyxtcxqMQOoswK5C6qAHuQCejI5Lkiza8qaRt
e1A1JEhKFlajxhiKb2q8fN1HEyPJ8OpOLFxb1XRLg2B+ucqAklwBhGbKzs4kvRId7KYPSZrS
mlsM3eD5qww9lNUMxFqNMdtlKwv8m5IoE3Kwtno6w+YqaimEiFEevqLbFCtocob0A+gVjwDI
NANEsB8uvD8fMl3RCvjjBruJmiVSmRJwhKtOEGJqYsZXgcceHiD6N9XZB6WiuwzFFcGgUHXm
lsc3oSmD7gxwLItiLSkGFSLGzvq7oaNTnzWZra0pUaJB80eD2yhhtLhbkuYSkTp9DRDuqyOx
GPVXjEiZVB+745XWoBYLyxwq/AhljE++WPD9w9zvjpB9JlA4PWEFSbVBallC2qiOhzViWdTa
0I9zJXplzW9OLvpHPpp654T+bfTsWWzOR1xBsKxb0VfRgGQTL1+n4alOusBK/wArqiPh+M8B
tMmKJg8PFFl3lgAWxChi8OimIEOcSHZcOSjI84q4W9BpECov0HTRrAgBmpaEqQlQC3Wa1ZP5
59D+cHTL2Zqz1a5f5/qBUEjEOGPSXOmF2BDD8HEtW6NsM8iwWXp+KhexrCQuiGioEGxh6dEd
c7yPQMTxFZMjA8l0H73SJ1zmhW70VjKQhtcRcF1WaNcpx6FUp7tFYsc5Eg3coW5WrkARrrKt
ExdmQ7GRLxIHOdgE56JE6zRr8/aZ8uvT8crr+qEhG8LyPIASIwoCDJ+749wUQk1+Eg9IK9JE
5KBxxmveAAsFwytqoasalsRUcrBDPv1gXkCl3OvVD9R4ON0zwgX0iApwJe5E9L3iMCcIOQGX
CbXR/wALxervIAVHzGahqs8JicgIwf4I+aED77wTopAJFiBl6RHninHwwLVmriWtdCJ1usGX
Kc1DsbIxQSiQj2ZRUnSgD2C4h0jZXhJE5LkwfDDOS8cEWTQ6f3RP3vGopBUo7Y5oZtpZfSlU
hqqQrex4Sj6QOJQk+w6RHOQtB1YFwohhhNs6NkZwq/hgA+hDR1Y1U3kz5uW1qTvp3RR3OgiC
yF7QljYVd8VaGly4vyzGAgQIJsRQhO9CVVgkWvqfxZVNzWgjBgWWlxpzU5xdMb7XmDeHMjH0
jnJxOyBAYHyB6PvHDreHZV7pKB5isgQNDeUlsOMJEKCFrwHrqmyGacWSKrllujEfQDNCefvK
IyZCwICYCB7PoOfJEIG4R8bxYpNpgvd8d57xJdnpVxsPCByeBTjw74XiXi+BQP4Fz3AfpjGB
+iOC5w5yXC2s85cF/GHjj1JbFkSqdGKx8Q3ILJMwhCNE9SFQSLBIEQAwsmEnIzPQ7En73izQ
sa8jIcifQgLEKsRnwpkZQgd8sUL6XD0ZkFyk4C4SQqtaJAPMQOe7MjzsiFzUWhckT4GcorYN
73jj9W+NyTiWCgJCNE3WkmegDjB4lyHARITO+4M77ni2Us3yhnvkjC+0eYGIQKAiaAGLS4Dj
viAmZCrnBheLzCjLAkKXRSEoEuddO3WybMZT/TRnzol/SlfdUF6E74AU1YUYYq1i9lQREVjh
LIMrYzxbgRWjdUBgn4HIZQ3g+NW7TVoj6BTUUdkco5+6eXYGDG2IBFqQoc3T0Z8IhX2wrovZ
wrE9XTFFyYye/ZEWZ62zBk749m9MofOr6tsQwCrAJdTA9A8V4LulBMquHrvMOD/JSFFSgBgY
4CmWJz3PElj+BWgLAIRbhJN0YD1jZmaFs2jC91WWJ85IjyUSt1WbaK99Jk07dG6Z58YTeYjQ
ZM+lOU9iM9904hYDM2lcZkslGUiYzMitt6tAUTICECeE5SgH1GT1YqhqaEreeWD9WMQ8Tx2Z
phOQACYCuaUtHfGvMHoXovHK92BhEfpmVKKAjCnDonjLELggTCjQLQq26PQFroqC5HZQIR7z
ovg/omaMu9SPFs9VWhxG1ryWZuKkXYS8Q5MYS3rXy7WAMhSeIdIyA57njQ0W2zpWEUdAJnkL
67I7wu0a7xpew6ECboBZpQ+dsTUPV7AzrKdmEcgQTv6ilIbXFb0mwApbTCUn73jtZZePk/rf
OmhvMI+aNMdqJ59+vFu94eCXg/psvdClHYKALY6oKE4gfS8bheASnRvMuGKtMa3eO0RnpPZ4
+omqLUJIRCYp9MxkvqeMFpXLB86ekIKxVska4wxnbY7ZHWAHHWqexGpDkS7CZU4D6nhzN9dt
SgPo6wpTmiCXuaYjyXhi/wAyUZsbOZR184EvRGR9PxsgtqkcbtKoznRkLG+z1sM5fVURtLSh
vSUo9Jy5IFwgjPPWVWYhPSZc8QHSUexHtpjNseOsQJR2labGcJnfc6c+e/Q8EUJ0vDHQNA7d
TwqrIITsOE3k2zRKWFKI9ME4Fc533fGyVfAB8aZlKv6MkZK4prUs6O7xZvr7L6UN2HQ0hFOB
Nw4MLRWfPPpdIYuJuinOxDb3CbYqRVd0WB43A7PniXvcJZDX0B89gaAzNcQ4CEDnPSOclw9O
PS27WHDIseHjWlMVfueNwuQZKQSjRVOCtTZ0BpMjssYXuiyd+X00mwhISJ+54FxhIYQfgLU9
3M+YLaLNj+sy1oZze5zSBb2peGJUF4E77pFCxAfKVm1wqxonezXOxb1JjeaSuBxt3zGx0FEe
sa6RbLDML+h42Y7AQBjpSLHCCPzr6pjRRBfxZaHJWRY6/wCc/Rg0SRPd5M6KfRcsJiqFxQFf
kHEy1erdOJuzkWFJctknYTPd748I3D5Iu2EGPkTljPbkiSmSVFlDdyo3z2B3yZgWYvg5SiKe
54+gDLA6SEiZQkPKOBMZTanOkDRiP/Qfn+xLeXCg/Sid7GZCpucKbXyTx8/z31vGGduqAhu7
HO64kIiw6UBAvoRC8HEwdP8ARMoZuLlqaZuxrAhsTXGzy1Yua5fPzOj8Ebfp70Rgwoe8t4+h
wYGR93h2dNWmrrKtQLV2CwAbXAluFQ+jzCY7DviPeDC1zQSsu0xjvBcKSk3JRCyD49FjxD1Y
0WEqYRdcSdJ8lIpwDxZ9Twz+XIhl0GFmALvfDgpdE2g8L6t2a5kPX/jYiIMAhYZsqoWhxYsh
AUm1CL4XBmrZ6a96gshyPeHIiMAVsplAvqvGLuLpIlHHom3Lm7MuUstbly/Q6EHFrwDpeA/S
4YzGfWvlISSpwpYWBUyMqciSRDxBkDrOn0ZqvOLepvGgImcrs3b1BNjwQwOQIgnImyBoaWtr
Qb7ntWL0txjDQ2KDIfsZkueEVuAI2JuO2Amgy0CrwbgNbwiHrQOEW03TsvDJ5HWVh8rJrckF
sa84GJBHPdkD9zoK2q9AbWlimLeX8WMR+IqswOiJASOEgKXID5gsimyQVNTWwWLnF7GQkSSJ
cTTaPZTT0hQ3D9aCaFMFSO2oxohcIKxiSZZiMKDZOkj0mm34+f5zR0JJkDYhHnDneQJS6MLe
J2J1VgAt5Pxd8nEjGUgM4yAdIoQVjwfv8pria8Hx40CBSekU+N0ePLPX/Pzn0bHLQL8YujC0
5BL9R46kpAuGRTIklwnLkSPeyIS70oc59CUPmlo4+Y0GjyxKEJnPeiaQlLahoerBfynjUjmM
9Hi43AQR5Aiwt3sQuoyz5sCciFPEwWfulBmbSkAJXSQroknQ/gOBXFiD+aax459Nr7Y9KsWH
kYaAEfvjwiqmWoxVJobjE6M0hoNFdi91RGcfYkUYWEwj9bbk6OUj3peNKu/UjSL8RULExYNk
qJ+NwiF6uLndfJtsaBsbIUZPHzSn2WRJdgAtuVfTRu1rA9l2c+E02d+qFgDsRZI7BY99495S
I5zgQGS01oYOv+nQPlV/pc0WVUarJK1kQng6oqOCgD6RcN648WKVgiHiEpDsZkknVitEZUNO
W7MZd7BMKzAp73vFXjPo1UfP6zRZwj2PSXuTA3mpvjE6ohSS4CkrARzyjEyE4gD8ras0gsvA
v1aZkLcyMZlGxRM/YNTIVvVQbsVBbW1fBTz/AI//2gAIAQIAAQUA/wDEZ//aAAgBAwABBQD/
AMRn/9oACAEBAAEFAJ2T8lz2VWkCVJQyWYwI9Oe9M5I5WOF1liPCmxdmsvro6lEWp+sCg5x1
WC1zBHZhlFg8Q8qXjHGTMFzh2BIKF0XPORhpWRCq+uWzZr1IqsdJ2Wbb1Vs0pG6v8FUjthkR
CG8IOrsOweRmwd3QsGX4g8yKyr1MG1aF4LcUqsVIIXsE4xvGMeCnxZvjhIOdFOA8EtyluNlt
ScMUUZRKqz8yDSkoWPOVWY1tdOpiaRTlzYrXOv8Ax6MM98ziNiwkLMKlms6V6Ubi/LYhTrxX
HxSRDw0kqYzkY7t3+TlYuiPKua2vBroiW41/b2Ahl+x1Vo3A3cv24ZZA3ZFzyFb2lOjqEJ55
8LL/ABqpMihSzFuleaZDDtGORzxTK6LhBLMQMKeJHCgSAKORn/y4BNrg2V4LoFDwTMX4HakW
GwYsBVf15r25QSgywxQRPO4TIJUdYiQZDwYaEsslGOzTmmlVq1l1XWN17SyP37DG84TyIE9W
TSgnXVYdbUnu2LVtAbBFyKJY51K/YoBcoSzSdPd2ir8WpoNdpWl/pdK6f02hgXfVK9aYsTiP
2X2FWDc4GLRsUGfLFY8q6gwX8EyPnYMeWGMeB8kckOP2LuRltf5U54QctE7JYUP1j6LavWzA
LMgYUrEgyKV1drnqdvkn5jGeNuAz85r5Aggnhka6o9Nkg1ZpOJZJD2CxlJVcmhRRMtd+dVp4
YotzsnvWjJHlL/panXVvHODrn2axBLflkIaGNmZC3RbNqMRb2JornsnE0ciMj8qgBZc7DoEY
ugYO47kqUZCXGm+uST0r2ts0WWTyHxyCzdUZ2DAlgtsBpV54RiGJH5KWwJbEa5PF7qwYRnWz
gLasvXr0qblL1wImspLWiiso0zv5jrLYrRVbcUkl9pRZcKk0kYZFBPWVshhDZFD/AB1aJkl3
W3WUdwi14jZsVWj2GxWxAsvYHJZGCSyO8pyBz2hWbnSUJZ8k1OvSoyOgs1pZCEaM8kMgBJPm
NGOfy9nR1TwW+u6BrkwAAdUYWvrlGZrmuu0WV0JSQNk8MMWP5y6v8ygkfItLKFsTR9jNakjN
Zo2g2lfoIX6SxVRNPPaWstKFu0lqWeYPXpRhmdpKyTVvxNtBJDcsTLfWVZLRl9ddnkMSh2jr
lFAYHf3lowEtjOpyqkiQ/Xa6xVKrCW9e2McOU3eSDZD2W24LUYk9qtUrQzb++VpbO/OtkSQL
qtlcryfaKTJF14aCu88mq+sVokg02sroK1cCWvXlSx9PRthG0caNITnJOdvLdXW/9Zr2DNrL
ldhEDCqOVuOxyJmCd+XPmyAALcaxprmaNZIRLHeh/GtwP/GkMjvKzuzSVtXXpxs0tOdX+xlg
M9sQNiXlril1mrIMihaR1iVMj7nIaQ/A2GrS+tv63IMnq2q+QXU5ry+ulNcnrprKs95wqolp
nnnEbA1xzIPqzz66PS0nj1mrq14tnXjsxya2zTr/AGx1i1UEckr/AFyolZIZIxlizxk163+b
DbAHuj7zRSJiuCORx/k/uORm82pWKDsVQKUuM6vH8kUKpIBn6mNLUXdIYQKbbGOKrfmmmsau
QywckiWWrTgoUnsS7q08W10Uyz7z9iXTlmJxj5mjD5FAqAICKUCwmhIPbea5S2UX2S9G0e91
1kbLXmxHO/p0giM8yQxwxFyMsa+nYfcUnhr0ddPBNq3H9asVOzLWZQwhd9ts5ngr7g2p9fSi
ER1bmNFfhdjfNWDR05pEmuCKSLYyoKmyrrFLF2CyEFZOQCc2WxFKE+zus3RpQQ1mMsY5VZ4r
Bd4XkkmIn7XXaOHWgmhuarwzzR8x62f12JZkjiqQvdsJwufYKzHPrEZe6VJx5QWb+Jf/ALJB
4WPzSreyTZOzGN+lv7lREdsoOEj5FC5Pr7Nsh9LFUVkgklif2xTDu3TaxiSp1Hsm2Gx70hWq
JU2SyCFFmt37clbYbmdrmx7EMJkgqNZ9azQNbuyTMsJkZmikdjrq1YlLFdssVupU8m5cjqQy
WJZrEjcFvUUgB7WAFaYMJavBeFmjlFtfy9uCp1PP4W9AKyDgSRtDLHG18RDhJpYoVDrbj+vV
ZY9s79VlkhiRrHfEk5VCCYYWleOtHFDJ2LThmjvQQ3aO0+r2YpHjlVXkbiLsunqv3jVeDPJG
rQzF4J05juxy1AGRhoLkc0U0MZzXvDBU2u6ee1X/AImiQsKb+65ExkI8ZOJZshpyOr0Ni4q6
ywMox1oP0sVyBt2sGZmUHqzjr0KDiO8v87pyYGIkosPZCmteZq9WzDFHHFHta/uqyL0NwBot
bejiT8i9ceDVwR4Iyc1dUpblXkbJuji5JJKWX1Q95padVa6H9769JBwG1cyyJXBXJ6NOwq6H
UAfYajRVqfYJEADe4Y6ueQwM5y+RapQUp7cehpvWh225oa9L26vbJ9pVr1dXW625b1mazKsZ
pLXHEUsiILWyaOvWkT0xuORKOhkyvZIKurC9qal1LetNG0EfkxcMQ+OhM0leUTLArZG4SX3u
LFW7HGIpHkMgDJsY1SWNPYjxtBYeavBGu2qO0byy5SiYxyRBjtrfsv1nYzR157Ta3VxU0dO2
AuuXUDwOfMMwr3ZYl90LFo8tV0sQ2NbJSlaItl2Ng1GSQTM3aulmVKlC81eWx9hkBtTvYnoV
mks7ywWEJZIqUCSTV5GltVw8ybeSNAwkZq9+1VFPZwSIJy7i0ndpYo8htesxyLIux18duO1T
atKfGGM5YZvdJJKoiYuep93BDaaKNGsbKtTEb+1d1G6zwrzJsP3p15LT1qdWtGuxL3dHtJLN
9ImkOxYtf+uasyT1KcdYfq0akXFaIrKZ4opfy6Fa6XIkU/pfrieu6Oo2UchWCJklrMjxOkoZ
lflnUqksRyjNXrtuLEc9tS3s2Nv8aho6rTKAOtjXvZt1qiV1m0lJ5JYv60Tbeeca68hWfbxx
yR7G3NNVv3a51e1W5mz13vSWCWCUnkbEtHZdkORKqF3IdnYijJZllp6ELI7NzsELF67xVHjD
RxSeh5bexnSJ5ffpbS1dnX2cUwqap2ta2Hib/juoQRriRPrJ/TatV7UczW7EOQ7ZWxLgYXWR
bFnpMsrxqK9gxPYSUsVYksWB5UvIjRRkeylzaeVG2O2hjSGPnBI2GUYJHGT62W60v19Yjd1V
+KXUfTqkke7nk1NiHbK2aV9dGWsVxm2qVLLIPFpe861jyUCEsFblSNOfRbYSOkNeU25UV3sL
yoiMMjh/ZUukVYvlNpKMl/YpUtwS9Srawx8f8dhD7K6xRq7L4kvKGiVZYZdZWOCgiG9RsSwA
TQxEtIh4KGVpEBJCs+OrNkoUjjIFWHW6qZVmB8c84rAFiwURW2dmgQS2kriB2uJHet18tXvy
3m1UcrSa90ZXtgQSWYxGAjyhhNK3xkZckJBTsjUui2azMY60ckeSDkzp3SwqJIVYCEtEYl7T
fW7LVZxcS5WjhUNBWjXAOMB8+c584w5FhWjmQ8GGP2QVX+blgSecP73dbHYx6clexOjRzBCu
EcRxsjklQ0gCqiH3bqb0xUTKk62FbK+vtS5NG8Dj5DojLIsyRvWjrEbK0kdexHPIa1qy1tnh
aSJ+egbO/aKlL3a4hAZ0BDMXmC9eVZqTA2ogoiDK0kNxbKMT1tQpFipwFLRtIzLPpNJWeuNQ
akkSfJAFX9R+u3i4kVwchtiLabOGSKLusqEeT5VV4y3r47ObBfXOUIyQMTGQsso5k6kpraxl
2u/QDZ6+ONMpvLM8FosJq8NlZqEsb2YdnBAn2aMSKZLSvVsJij8dnlk5k8kTiaRPWgYyPmt7
C3sAWZ2ds8o8wb1r1daCkWZLlatXu7W0W+vyFpJFbraRS0oVy8SjGcyXNVa2aBbYsxNfirPX
t17A/wCLkgXUmmiYtGt1FYwKk1WvG8UJHBNmBMPDKeVP2bWSzWDacCtE0g4AdAZJmTgfVoSd
neld9hqoIZHhk/LxCECsQBJgkUn7PoIbMMc0sBi+2X0hhs17q2IvUzFsEkXUN1M05ElGrLVN
usGZwyhjxJMfj5VNKEe3N6432lmWSLSlkuyDkTDgyIGkcMUsQiF9ZGq1tvOlWnPsLNlo55Ij
U+y7GNoPtRbIvsGvcw260/6cA51GXqh9rvCtev8AYoa9Ox9h2sjf2t+aKtcfvqplasXjbLFu
KDL1GG/IA3VlCLr67vSszEPonXFj5k1YrySPe5IWeQ116R+M5GOx6/adOgyhUmkypAYbF4lS
zngBpwsLzLWgggxxw2ykETSK4lRgjcFmWPsmjj6SK/jcfLW6iYx3JAFyQgSNE3seIBLNaESU
qSJF9nbhvUpThEZ+FzhuwsyosN+QNS3tqHNf9hhsSR7CnI/2i0IIHkkEUfK4AmIFQ/nKT9de
WavZtJGGEkrxRqg2JCWXcBdNcCUdhUkq2te7QUJOpNMzNDX2cEKxt71VlRTzxbu16kd37K7m
yZL8FgLHHIh6WUedrFatWkhuRPbI6ie9RYtIkWTks86hVC8YG65COzakL7NbKXr7WFZq0QYz
ceJuFxHc5JKqNHY/I2UWyQpu0e7KZGUFmLM8hdZER2fkAqCHZAZZhla0/ts0XmS3FJXyFwuV
+O0Gjr7JNV9Ur1ZL9+nSSVJeh68E/HZrK9xBzmvdq895a+0gqwN+B62/F18aipraUf5ux2y0
mr7u88ku13UzTVJbDw6+SOatYjiW7DEWMyJl+89VZP5JEdUldrNnGHBSUcSt1kkfsxUq3IJj
HRtLGO0dh6kogAp6+APsGKc2mjTG79PWVl0NZJbcy2VzeT2fykkHukIySbyjD2FgML9MicKr
Es2qpiTY2XSKOzLJLK78TRWXzV3rlNtfu6V5ZtZRnlnhqpXaWlNCDlinH741mWaaKda+p9a1
ZY1ht10CWY0WPFk+Q5kQNwEk7YADnYZKRIqM8LOSctBZK3tBWrC1i7Y+q1PRudNZrQKzBrfC
zuoXGC+xkU4B89dsFrT1Hl/Litval/rIUsyMc2JYBhwZCe2j9CVmYFN0Adi0q4sseOGdwPiF
LLIFXAhOdm5+vdYq222Tqsth3IBA0x//AD4NjfezFppK2w1+wj6WQHgq1kePYzyAkx8ybG6X
SxWjFeyko2AYQVq0diKQzJPS1Fmyt+vY11kTxFhywctgLFZHAMjAlu/PycTsyS1TPCaVoW6t
iGG/Vb6hsI5bkaCaRgMkftJGvVZGfIQklm3NDIyiKKGFlFayoVtjxy0aHLTES6yC41OW5NWg
n2lmaT8iFg/pOEyIEkICycmRgWdu4U8HXWx/X3pZ/exKsVLJWkliko1qs0liIivXtpWNX7NX
7VtmTMBXtw2aRMTxqkkEXryGUtNQ1bTYlDXyv+Toqhsfbwg2e+qbSnG0sbUqwnhMEigT/Jmi
JV1OSKoyvYZrm4hIuaHXQQ6zebyOkW21vXT2p9vfp7MQpZllYt0GQ9eAGZSwEteBF1c21maD
VGD+vtL2W5FFFNYnMzTOpk0teUa37BJYi1nK8GKA5LXVWEUvKRyLhilztIkgMfWOEdhYSqJZ
mmUjnFPIAbBasRF7M8rxzpJIsa2FqvBCo3swLku1pEr2YPmPrtBXbZWTHHsbgghec8sV7Fig
aw7DSbNvygnDWY27NUT3GgCk0vKMeHvFpkq7d1qaPUzvsrOm1duVI4K1e2ztYZGWQ8ErIVUE
sJeUaO48kOvFcCOhWSAcBNvK0t0tg6yza1OKP2WIvqH4I5d8ZiAsiOFkUs8nCvKegjRi5RF7
dW7EKIJ3VzH1jPC+ZBDWsSn8C4FioGCqdTspJhqrKTKyxrYU2pUUJY1qCrr5Lc12xbsxOJ4h
ARxjAkD9qkrxy0rPvhmDd3jRwsMiZsKjmKWv/FVYvlOpHbpa3YSUNuubuQMLRP5FnzgJORMe
qABXbu+uhrym1XMVx6lxKqV74FuMm0ArLJLJXfUbF3qfYN1XihL8iNzz27PLIjBevWPjnqrY
UMeFy6kITovr8+2aClWgrz/XdNMW+v6afJPqu1jVPZDNBtaTYdy8cel3C3xs6YdbXMTRO6Lr
a/M32Oyauq9rNndUUj4ccYVXiPsDAP5dcwNdwGRleMIksmTQjps67LJFXZZa+3tULW6lr2i3
3KskM29W4l+VjKQAgTIx3yQhU/2FRzHPekeeFX25r/2kqwWZeskjAx2E9mQ7G4kExMknKjE4
LO0gPck9gcXrw3kgnjnx9f0aX2hghgj5Awec2v19bUtDdWa9n7F9cFlPSyS3PYln6tbWKcE5
tqkCWKyJlAww7Lf3/wAqxL6eXfzISVLEhVBPbjIuO6WU/Ho2hI8rxsY5WQzSB4LscZSJopJL
LmKwRNJlXU7CwzwvFNZ7e6YckdBgXhpPgF5I1sdeTX3BO2rqXB/U3L3bJB7ckk6wWHYZRlKP
c9azlkLvGMPsCpF3z1kAFlx2YlpC2RcvJ9ch9dfsSpkf2wzFhmyr0LMFFXStu6Fcr9yoK0de
Z456srSwfZmL3YupjkYrJfQ9XAbAxBDnDwQHIwnyoyrIEhr2PXle2s8UVeVxLJDBFLbibJoo
67VtY+zu1aFSGCGpBWe1p5o5LDhpZGPHIXEAZpgQOpY67u1VmpRV5LZ4JcNVk5kuu/sn6l4W
ZTKzMxHhHKEychCeemEcgkSAxnjUUhYm1yiNKzK0UrIuVLNaYr/r90ZBd+rTmXWWoUnr0Stm
pN9Y2UNyCuIItzO0u59pCyrHLGimaOaGSPHI7c4pBJXyT2xUJOurqK91z7dHUWOn3DNsvMnU
KJC3q1jwSBpTGEuEyxxAZaDCZ+pj6jsBw86O8acA6yvWlgsGFKjCMF1eQUYoUMsnLM691uIQ
SOW/fACSA5CsVKuBnK8M3Ztaorx6m0ZJaTBS8CSMqhRn22hJNJdtz6jTaray3ddsLEkdmtZi
tRO6pm8pmG8CyLNYdV+vKbFrfUOuWK7RZ1IzocKgZypNPWCavLblidf55QiBWZjkijHAGVAk
g1xFW9KsamGYpYHGSkGV4zx3RiQOJVCrH1XKlYfhyW5ZYyWDqp5klf8AGL8sw/jI4yvG0j2d
fGrFTG3I4BIKrwIYkciAAvldB+LRlEcqMptTS2IpIrchZWDCeJZU3usjsQ/XKs9WnKisLFCJ
EobFdtsttfrUrDbGaxJb5E/1OBvU0daxFt9FYqNNVlVGglOOwKwAtn1ly6fYdLMyQTCKZLIn
iZ/Ljyw7BWKru1Bhin98D1WFarJ2itBhM6tnUcqG7ShQnx7a/wBUlSZP5JowzwxtDJdbqxHT
D2kBTIZBG5m9kkgd2PIBJGJIDg6KOX7SIQYAVjedIp4rDGe0r9l2NdM1+zp2MfnpKwd3PURk
EFclFbXw2rSzSV4TK1xlMn1UE0SAom3NaLI9nq7KbOhFWmuUQSlTh9d1rzleR9m1McEmt2rw
BehV+2DrwkXMeyEhj+vs1w26rSxpEqJOqmdkTuy+OjBnVWHCh+7R4LhdyVfIl6mxYDMHOCN2
DEoGHJHjOSM7Hkk4sbNkakPGWcr/ACWVbo23dgKqq0UUt54gNnJPRkmSSGVHXeNLVELpPGAQ
Y5Cp+z702GjiQRTWm44Vm0VN6mv2s7ep9TZjhtX1NnqLertQ9TCC2Qx8CjKSu0WFI3MRlobW
ONfakqhBwgLV70BWP68rRSNbghijvWfZNyZpAQx54yT9mVvYZ0ILsc9hKiySBIO5BzhhhdVW
TqrkE4OAMUjlAvEjfP5INfVdmKlFufzxfXrHtq2q15pvwpAEavHJWndYbge4kP5FNam4qTZu
titLXVYjNLaY+xXbtqq4mtQlmSvVjhzfVDfpuskMmn2rS0J0dwK5BQoi1pyH+x7pWmKnIUBy
qZYnWx2yrICuzVBU0E/Sy7lXLjm/E8U6gEs3UiTnOOVKqokWuymBxhHbD4CgDFXsVdjjyMXL
NhJ48Z/kAnO3UxycGMRtkYSKvJcWvguWFm088P5r8cW60kxiksU5Ir6MYRzm+syhqzrFa21B
NhFUprGtwFbQ4ZqTqk2tkZlMrs8zdj9krFbGpufizpahdffGonv1IY7P2AyLPM0mMeciBLw2
JIYVtuVr21WSYyPBBL020rIDHy2X5WNpWJCTOmLYgdxLXZT6wroGR4WRpIUbPw5GURMrxM8c
hPUSRIckQcuCCRwOTzznThVQnKUftktsyRzs7soY5p67RSBhk1uCFG2DnFpO+RWZaq7favYE
Z9ktGNBSStFBBdZjaSRQI+q5Tuo9U7JVK2RIPsbn0KvKtPKMjuzxFpC7+eTEWwq3MbRRLNPL
KUkyrDJ1ex3juSRrKsk/NP2xz2kT3GNiAPKekhYYc9KvjRyAszhnKlRxye5ChlDdMZ3ClhwM
bnoB4I4whuBxzWl4kZuyTlWAbiRpDTq1biSw2AYUq1bM7pLWpCbYC292GOB9Fr2kmjPMl93W
CboZAFY06hYztCkbHriSyddrzJkXGED2K/Rm6kwkux9aZJOcQ8MXAIJVpp5mWpb65fqzNAsr
AV5A2WmX3A/FiTgI7+woYpGYvOO78rjL2VYnU/JS05MYII54Yrg69V64y8BTwSecB4xOeISH
gsnti8ma+5kdZpYpawrPXa+kptU7NjKurWGOHTEs92aJqcBqQ7e/6KB1REWv1MIlmqLLWqxB
6UqEAE87FwzN2UcrnYgDk57MVB3kX+WQ+e/csnrwuea4MhijX+rDNI1Z2UbeupsdgAfOSAIP
YeVcgGTli3nuzRtxySwLAhWiWTDEwKxOS6NhHBYYWxmXg4gZVqF2hmUKIWAasom2UzBptK62
FSONIG6qIYfyDtLAhip1FrCzvPktySa5LsJLliSyDKo9UBXpJJZ+RClbyESMXBjJ6k8snOfF
c7FckJIADlJBGGYseTzBMeKgaOCHul6h/GNvOptMqPnrYB26kdQQq9vKyMvleQUchuseEgYg
PR+VKMSWHVSOxeJgSPIHJkToU4GVpDEJmfl0Pb3iKHX1EevRdquxazFDCIjYcykhYF77GxJO
9k9pXlK5AAZqJVpLO4MrDZThHuvII7ITLEizxupeSOFlVxHyehP7gvxnnmUqQivx18BjlRUi
aK2rzXOF2FFmJ2FCvM7amWDA7Rs6q59CDPSZEICqbAVo5exfsuKPB+OFuFkkfjkEyOwT2MoW
TgMoxVAHJJhHKlzzGiyxiH+JaZsOylTZj/mrukqoWlzlUzY216Syt1gBZnbs0EnDfllIrM6M
D4IQkA85A/iTy8hYI6hs4APBGHurFSVI8diuBSwWBc7HtUrgLbqdG1sijLIAdu3D1I5mn1HL
SxWIGSWQrYLckKgYjFlnRlnIz2RMUfnGiJYLwWgY43YY3cAseF5JZQVjdgR2C66RGJRGMBSN
ZpoUS2pkVTdr5Du9rAljYTTL2YY8zSPNH0wEEL2JbgseCTwB1b1sTkIlZZR1dRMxLxqG8v1K
sVZl5HrJ8BPgspXEgZsVow1D0nLEAatUC+ywF9r/ALq7DFcgTRrYglr+lmXnDgHJPkMqkeqM
kVzwwfhXYusjoC8cgb18L1BL8DnwOCH/AJIq3Ec/5TPizNXJlDDtI2SI6N2YmN4Skzdn1dE2
c+y144MjYcEAiJGQPw2MgQ14jO13R3KEUJWGOKFrdqxq5YRNE6SlWOMk/Kq3DKcMT4obgKAE
iYCOAq1SRIm2u5SKONPblgwtJd2NOu8ux9kte5CQkqtjJFMLlB4HJ7FfDcHH5OcgYxXB1xOj
M8CNnpjxoo1xoXQ8jGHDFuGrMCGRVw8qW6jEQq6dGxiChVGV3CJUpTWpqVQV4/tNaSSGCv2D
jFZOqspNguc1FMON6RJXtEga6n0hrq8h2etEUcUXaJoOXjEKlXTjtK6vEyivEDCCoMcgK9W7
zu092m4Q7nYyvYk4dmr8D+eHNZfMTq3sVh3GxiqwEP5A8dRyVRckPAZRngY7BFTkhATip8Xi
xo+RweIlYMqfBGSZnj6u/YP7QjFnfFjytAZ5tciRp7umSRLLHbpxV5pImDx1Z5JJvrllcg+s
1Y4KcHNjd3lCwv2kGwlbKsZjF+KRobcckE8NmGeMwIhYN2MsqZ+O7MnZpBAECyVVy5sFjr0x
HHXhMozZBVsNckXPyYmVmBFEd5RGkKTyIKzlc8gPyY+OuckYWZSzMpMvOexOWfgexsaRVBfs
A/UHqArgGF3bBNHDjzNJn48xJHL8yLkrh20nnGYLnHcR8CDZF2tPKiPq4KslilEQJwki7AJr
NfNYE0vEvOrrhZdXXhVLiLluGOxXmjMTGZi7dyZVUYSOBZ4xVeR1gSPH5nwIGEcHLXgn5b1o
VD1YmwV5UEb2eUnsMZbVtAbMhwSycpZIQShsB7E8nO3DeMaNcMLYrtGPa/PUgFewKEA8cj9y
CMpzKqIks7yNDBF7ZGZ2dc0zj8dOrgHrjyM61arzWLOuR31VKOvEvxyy96EXL1101n13YW5a
Gl11NVgiDgjLr840yRwyBbqRAcSp3x4MEK8mSurJOjl5VzwpUeeWVdig/NYdsX/ZfkB8CCvP
VCZKyqJAwJL8K/UrKkmNMBkbHqVZmbspLkEOxJMbFW4IbqxPYEcMv+3DERd0llkctJ3OKSck
cc6eUK1S2srdmGcjiCUJMzl2H8bI5GSEOuu1ENSx3jUe2RyrEBPKXrCq1mb3V6HYqpdWdPjY
ljRXmOAgZFXdsVEMfgK54JYkbPr/AGPBJ9YJEbqeeWdeoWNugIIfkN1QqtfBDxnReCzc+5kK
znlfkAoCvDGZHqry8TqQvDsO2fsVk+KsVchiCrKRG5woCas/qzXN1VZFZSRxEzNtGd4it50e
GykgLgASEmMIuKcUebVoxrO4WIWe1eqxhiUd5JIJ5GeqARWTloU6IFJ5AeU/IklQVY7MA7Ey
Lz8sK9cXgswZ3PqaMnzKWOKTwC3IZmHhMRQcKLyIxi+A3yKHjDG3AQcGGMh4kCgeQnZjEwCM
SOUDDtwwYhEHFBHSKF0MYdRjdUtmTlQPJdsSzLGFmLLHIGMlhkRLRCzSGVthKzGef41BJJLI
zCRuccciIHtK/wAHd1bucYMTwOzOinZMWvr144XsQwyRfYDDIr97CR/muuLciYhl5ALGQsMZ
nyOYnDz3cscL8GOCR1YFGLDJApzovUxhkaExsxUs7cFwGwqvUAIOWJL9RTs1ApZFiFqQrrZ5
Zb4KElgyt4xySyyetPyWVHdmdT1Pc5spOjjxHTVvx5JHfPZI7SNI6keD3VSnglgOcUuSVXL7
f9/q8ggoNIf6nZOD2ibthlfhghZq8DAVYzjV3R2EwPrk7ADnszGQTAiwyZHcrqslmo+crnyA
cELEzEyqjIrDmUsTGC+O3mpqNpZyn9P2UpH0ZQLuklp5r60iRyonr03go6knns5BZHj9pkVm
kfmJPMaukpZ0ghtTn2NZJyntIiti3FEUlDATREAuE9jY86Ln5TDPc/aOTuy9DJerd79XWImR
y66BJ99Tjf7XVDYO6CNmONymFWYqSWd/HtTnswYBmHQAcqoLdwKsTZ+HExVUQxkkORyB3YgA
yj58scCHnU0Wt20VI44x8TxkqRyJe0VOJ7cYFbVkho+MA8OCuKW7CT5Sxu7PYkgdJGiW7tXa
LvJk1fplWjWmhhhrRo1fXyNJV1gRakByxRhQLVVg0MUYZlOV16seyyStzsbd6ClVmkkleNAs
ibE361uNoZQRwThk+C8HJHYZ+PGwarJ7GgnDrUsKy15lxBwFdpMYAL2LnW/U7M+H6/rRVv62
ejIXHLBSGjBapUnsyaPXrRoLyxksgECQ5xyDGpG514Rq6rG6qylvAlCFFXg/CLDM0rSzoIvc
4SRpSO793n/Ii1MhWQpF6yPWrMCWaJMezFkkzFTwR8EVZJHwDl7Gxhj2GyuC7Lyrnjs2vjnS
K7VMsXQgEDqUUiPJexwgqSWJKdi3kcg4vY4fgWkc2NHra8Rv/YtbTjm+13bYoV3SHZ61qzP2
DBCX02qgpUre2qVJKgM8yhVz48IwKlgBZ9dqLZQGK7F/IhLeub/1LwDekVsVcoayWQzUY66S
K+ISrlVSMWGSxBtXDQWIbKhIstESEpMD6LMmNUIxa0fMnCOD2zYFzfCOxi7c1YVL1r8/MMzv
LejKn5OY0Pf1nrNyoUfNUYp1buQAChLKJAAr8SqVsaTaNYqsWllo12FqPYRuhdXjvweub63W
Q3LFn8Whb2/v2Gsi9VJTzgw+CMsr65d1W9zV0ZEXt1mkYiNO4no9mr62OMJHym5vx9CzABXb
JG4wsWPY9akjxyil2jsVJ1whhj2G5P8Ar7/knlpF6ST8m86smVokDv6pRNJ0QHla0rLktdkk
qa+zdkH1O8z/AP8AI9zD9T1cY3WlkSOUsjJwU7cYZAMUnm5wZdZI0UEUYJD8ZW7IstoCKzOE
i0Nhk2W9slNbo6zz7HV2mLp7+6/68YDxk8QlW2CRWuSJKQFyV1IjRvUnLiUAC9svXFDTnnyR
CHjLFrcHQ8qMGR8ltPM1mKRSTeVJ5DHKrTOzGJeWHeMqVIuRsNhAhMoQrgnU408jyTWOgoxq
VNKexaoU4qcDygYHwuBjyKX2GqqbFNjqrmvYTLiu5V0VcvjjIJOcXjtUldplJVeewur0rfWK
4/L3mxlsTfWZik8wavdTnFPk85z4B8W4Flj3dNUlp7SRAApWAllqqA9g9hBQT3NHFEbXX8gt
63eYvEV4xSuRqxfWTGvesv7QECrsbgii5HVFXgnjCEGbZCl2NeuPO3EoCRKiQxs3teG/JCv1
fYWLWw5csRg/YHJIi2JJ8nVWTZ6CvWRJCzLGjNdVPVG8QZuSawZ5gynF7k7Bh6NAjLpbKdZP
rEHGbNUNepL7YEznP84TmwjK2rMYSzCf44XIFNyySFER7HRrRMiSheJAFbsOXAOKjE0UDWGh
KzPaKrZvLFESZCsbSPKkcMXxKkEn7JSBkMvVwS8pVy9klFIAL/PPpsfVZJ0iarcluWBzyGJz
scmhLiJiy329dKBeJOFItOrRovgOxjpxBUROpjCDL6F62neFdZYkaSTUwmtRnVHTVSEQKeSD
nPI/xyONtB3jtt67cNnl6xWZ6kQTL9kq/rklaxCkMTvKzdO7CLoXV+SSG0yf9tkiVbfqSKVn
mfgK1eFqEEncssYBUky2oezbjWrJFWldRGx5lJeaOMqiuRn1mH01d1sU931GcTUwTyTwe2c+
JARmwR5KRqypDI5RTGXLDoUA5rMOyoCZVZRdULXgnNewQZDGqqp8rT/0RuQD+nODjl0DL9m1
gisdXBWVlyntblbIbsU+JLAV2uy7sOwQsQQeQzv2Uls1DEXLlpIMMFm69oRJJrNYYY5ZhO7M
WCp1Z0AFhj7EIVt3RNZ4rBEbOfdNOJBQT32KpSvVnked9bNJpNrXsw2IvBz/ACpBwgHDHxm6
1rdCsjvBpJnTYaHmqg4MfJWaULjyP6rEzEAeaMMktnn5diMrt8UlRFB5A455Bzx+m4pLYin1
diJ/S+fjyKq1ryD86cxqrGWRWUTJ0BVw7HGHmm4gnngikNy1LaajqYYY9rdkkZR5LkYvBxur
u8lgsZ582NSxYpKpGHnlQq5owH2F5+KtOqkR2M7Wb2jjEet4PHnleAByMC8Y8aldrrnq2KM5
miI8/Yaf416F+0Nl29iTua1jtyi8rp0V7/TADzApGRoXsy2I4sTyOozjBjAHNhtFq3m2Ms01
PWojSOsJvWq8oPXrBH+Q92IIG8ByUUDHPVY5G6a9IFryyQxQy2Gml4IB4KoobF4XJvjKSQCD
JG9eWGQgBQAU0Lql+VgZWdpDsYfVc07A68EnOOAo4HjAPDOyySRRzRzVZdfZ7cpvZ7El5JuB
I3dYXKif/ZRwulJbYAMEUjiuoK0+PdUnN/fp4AP6LjEcfYIzHsBIIy92Zw7u5EieshyKsqVK
tuw87BlAVfIPliSutj9ua7tGNxIZV9fTEHLSSKAHLsR87Pr7s64vPO8oPIHbnI0aSLT9FuzO
RLCpA2VV3b69Ixohs5BwEjBxnPh1Egik6vPAJ415if7NT5AAI4+ABCv2CHzmqIhuKBgZUaOc
Go8gSp9PhVmUHjwM5wDyQM+1q8exkXyC+GViY4ZHxIY0Ntu8RZkwktip2d/jikMmtdI7MZhZ
7pL2uxQk4S0jtBIrKOXnjdpGrsWasxwUUYbPTy1pf3NJ/XM5RrE3/WT+yilg1hEJHJA5GEjl
ec88Bl72D1ZHDLZrLMpiSeK/SenchQGQogjZmbBxzGWEyToYb9xwr7GW/Y28wgpfUYWh1/PB
5PAOD9+Rn3ODnGIDNx26dUSz5lnZg5bgsGHHYgjhinbjwhCmpeaIFixcebErDNJrC8m7jQTK
3Asg+znjG5GJxyV7C3p608IryRS0wJptuCaIA4oyI1evMJISD+ieM/xx4dO4icxynzk8PR97
rEuQRwyK61zGzEh2B5gjP5MEMSxbGYSyfV6bhplEmU4+EIGcc4M8fp9qhD62VGUIpIDDorkP
wGz/ACqjhfhjDhfjicrjHjI5D0S4Tkjqco1opZmvRRHY3GnlQeZiA/HB6niPgYgbhUJG/pg0
NKwLWY+9fYxiKzqJVNShL1xSTg8Z4weAOQQRzaj5WFyyEd1KmMx1qrrsPr7M2zpvRtMPOqVP
zZJiiASWLFRTWpQR95V54dwuDznHn9NzGJdbMR0bqcMfwRuC7KrKVAkYEhmB69lXgtXFcrLH
C0joEKPhf2ZG0ADyAJIvBCALLInt9icmzAridBn5qgG5KDtLUzU9NbWK32XnaFje0hAhpyr7
Z7kdeKEsyecTD8cUgjkcf+mYkHJkDLGxIH7fbqoWyozXK35W9tJBX02v9dxpC2a9GZ7F2Gus
e2FmaEkRcjORnjLHT02TAsiGIvyHIQK0hAwuOKmusW5Kv17Xwx7aps5Mj0+wMlb63I8zahKy
bDTuYQqsjPw0crg145i8qjkuDlit/K1dzi1Izi1YRi1oQEjQZuKSWaMitFLW3jqLtn3z6iUd
oJWjZ7T2bUTEpweCW5DHjOORYjDLC3KgEZZSULFtYJD9tRvxAeG1Z/7NmkZr+o7NXT5SvL+H
XSOxtZqOuqVIwMbnOM5x0LJcCq5jJxCoDSPhZmzVVHs2lhiTFjKlxzH36NFMnBdCLEMcmbWr
+NeVl7xIhKck8njjxOP5P2CryAvyUcjjD5G805WX18P5LxsRJHs5DFTnl/LrnlPHB5LccZ4I
b9ueQ6hGBODyN3rJeLN25ZABWTVyJ+Q8PaOJAgpRM09nWC4sUUcKoQQOcPnBhBw5djeO/wDI
r1YgkEaXUf2U9epWpRjk5wSNjO8bSXLMp1T9qYlUYbVaM7SpTvV5IGr2DW9ahSwUOB38SkFu
ecT/AFB7Eccj9jzlqD8hNnqJYHYEPH1chOXpIn5FZuYuRnHI44wDgjBjLzibaMWO3IBIz7Tr
WqXgT3i6jNduHWRrMPWpXZUlHCHIzygPI/x4wNnYFdzRZdqy8ZKeWCEtrNctSmsZ4V4QotV1
F+WGSWdoYpaGwgSveRpWsxzQOJ5EyPtM1awpaaQKFllGS9QH7MefivK4PDYpJwgjJZEih205
tp1CZESckA4qLFFNr9ktnFCrg44PGdlxTy3xwnNrH/UbPWzI9YHkTxwzpu/rjwOeQ6swbSVj
KkAHEzhUDMzRN4DAEHwzvwS2Etl+hHaW9QlgT0jtpdBLZ2AjCjb2UrVZdq5WbaWgZ70sgM7d
RdmjV79xhJJJMhi4CWSM1pilqvGpyRuW4IxpHDGQKGsJnvjwWk5FleDYIy3ZaZrFgDPGSL2Y
n5IgWroJWaYAHEZXwjnP2zxg4zgEbrWrsaP16rYrVe3IYnhSONx9Zhnyt9f2M0lOolGKCTkS
hywR2LhuqqQfOc9cMqYZBwo5xlJW3oddLku4qVcqu4q7y+bUvz4bgl4lVGIODk5wVMa/CzC/
Cr5pzmGedUGMo7OnId7Mh9NlyKx4FWMZttulR1+yXVaT7NZliUWbTMnIihUFo/KREyiJXhqG
WvNB1aEJ+njggYzhc9jvk92ND/YVgv8AaQMVu1mDWK6mOWGXOSBP2Kwf79Sx+ESTfYYWNabZ
S5Iu9tmLSzHIdNVTFqwJnnjz1+zbSWpH7olaXcyJPIwdyTw8fbIihjMPUt/spyNgMbhlkCgp
yTrNTVta239V+Un1idUYAFzwCCc2b2UrHUTsItPZLQVIYVlkTqOuAsM6sxhjPTooRh65NdMs
tYN4JAztgbyw5yWuZEGsd8k0E2PpbceNBcJqa2KMcdsnmSuEvwTNE4Dlwqzy0Lq04a/CwouS
dmwROSImGes89OMIHH3SsQHI7d/akvrVIkDR9o41dSuM0mdQDHGThZwB/qx+UMal9LGV11jl
ULomEq5KeZmCC5dMs8UynO49YPOMSCqQxgELiIjAcJndyYa01i9cqXo69G4LMfHGFSTLZijf
ng/5HOeMDA58edhsqdKCf7NcljijntyauzyJJY9WtnZXrssEFejXq3rVqWMFgAB+hZVxnAzk
Z1Jzba/83XywSRFTxgfzQ9ck9iGMyzBHc9lXlhHXEhYl1JTnCBxRYO+suKlK/aaOB5XY1UX0
uTxs5B1tMDkK8IrryZeCSeXc4B/JH+0SgLVglnFuK5qr9CVJ4Y9dDDOfB32xnqw1qiVSrB14
8jPOc+N7tFowW7Ml2xBTZkjV5ckt1dTG727kztBqYoHt7GfXa8QIq8AnjJtkzvFVYtx56A/o
37faPrxsl1ZT4GRM0c12RfZMOTwQC3Lh+cDuWY/BlUp9f1xvWhJFFHbmadppSpr3owklmMJt
J0ORR+x0JYyMQY5V7Sk8yOGQr8qxAZkZoql1IVtV4ttr/q0OyqylwASSPs+zDzWSz1aysIAM
A5znLEyQQ7HYz7C3WpvHDDDwY2K5a1z2bQkShCiTbe1q9WlaOOMAWLUNePm3smIr1Yo5prOR
xhASBjPi8kbqzNVq7ujVt017OVX+Vk6yeXyVY1b49yAHYcMxPMkb86eVKiyX0lhWaM5ade0r
KZGGT+tYyZAFAywoGLKUZ5A2KR288IFYLIFm2VSzDa1ckbpJPCRHsALIZSNlpbVnebU+rVay
2lukG5zwR+2fZLktyHR6UzttFTvHHGhCquEntb9mws6nVfjhEAFm51xKa9jfltPX1iI/gA34
3de4AQD9NhD76tOeWxAB65Y/5nMDGWVvVhIfAD2Y85CnYsecSIOYIYxghpqkkicytGzWCvYF
+vDLjBeyADHjBM8BJUqRyGCse0LKq36rdPxjKIJ+hRy4/GI2MPHr6Dm4sckOsrf1tKvZikwE
ZMjSLfrRB0eOBJpPYEBBcAC9PNK2l1aRYgVRKzuJL1eHIaE9hkRFSaysA/GntFESNQOud8Hn
CQo+xA67Z2UZs1rr7bEskRfsFQDiFQG+XJ+Od/lXqHByBIndrkUSU4llaSVS0vcjAR2bwEPg
/IPD2wLwsk6KGldzJcWFvY6102bsyRlL8ScBVAyKIgMvI3dgV4rGzsStr9glWSntq8wllQJL
bezdeyzF2QCEgC/bNeLVUwqVoQqzTRxCWC7cNetWqoFxmldo4o4cA7YQOO3GDpz3c56+c+xa
Zr0Ow1tlYNMA96xR7tao2Yc+ACSgE8FjJ2MJAl/J4IbszsSbDH1e1YUm5EnnsOFdyCAfLFTj
Aqssj5Kx7ofi6GTBGzxxVFUWYexiYcf7Cvy0Dfv9nUyOwPY+BVs+ppt1I8GuDIY5EOchS0jJ
kdZpZ6yjFLcX91rdXmis7C5IW6mNWbCVRRwqiRCpk5z19sCKM7DBz+l8VmhqalK+wswhs2VS
WaOUtHJGSXkD8or9YFBdbRVq86Oisc2Vvu3JOewE9lDO4DNKM7ACOViXCstiNeJlAcuoLyH1
6Kz+TWTjPiyxoECL4pDmuwGb2AHDSSeS9Vkr5LIGEMDSvDD1ReuBC5SFRkLIYklRc3+/lI0+
sn2VuKGKCNExpFXLGxp1Qv5e0eGsI0CgfpYsQV4rv3iNHs/a91M1f7juI4qc9q+kUPS044Lr
528Lvbgquc/rYIzZjKyKCpbg5rA3e7ZES8lig4MqKHYEGUcEnhnlARZSM9gIdic4btIyBlPt
XV7E07yBZY41ZWXk4oOVEKRtxn2i6v5a2fnZtPMIqyyGtDFGyzZ2LNERwFGdo1y5tKleFxJa
n+vasUqDlIll2TM12zJDFQ1Mlh0iRB+t+hXv1tpormsmP+wVen1zc1qsde1RnnkjAEo6G/US
SRo4zkjdRe4LkhWAOdXrVZZnkeONigiZ3sIxCSLIH6cOCAoEiODG/ZDjLISyv2PYj18ZOGWX
RfYZKMytXlgUHKqnAOMbxn2Jn/MjVpGZHUwSOjfkKwSftkS+AWGPIoi2W6mmmifPp+vaawAB
kxWTJ5YKcUNN5ZlUBf1LKuAk5fva1Y/6Cjell+i2+J/rG5r4NTsIm0+12ESrOXFp+7WO8Ynf
uJ25WKBrLQ1IZNhsLYsZHEkhmYJlSCeXJVHJSRZo6aHJa6cISudXcvVIV4yAwKgEg8BkdpOW
V2b6jfV0VFyJeP0IGb2gjWJq0kUrScYZXIWfqI7JIqW4zAdlVLbu91jA5McOaiCKGnJP8uyx
IEZpKEfL5zxkuwhQobk5SJEFquthItFSQxpGqHjP2F7XLMjSKjsrhdldWs1ieeZ1Kc9Wd68F
epSnsRoY6xZLLLHFUqy3LW5grUFsHgyqpaEgrKisBCgKoqZ46z9hkrdDG7GONx2FFrDVvrmw
sT19IdbsEXjEHC/pu6xlry0ZjLJWDZMxJAHAfgs5GRyKmHs51/1zYyu+vP8AZVTYLfGFSxkw
x+8oiqvy4Nd5nirwRYWzvnJOF1Aku1o8l3VeMt9i4EVu/etWaFWzDZrS05LVOKxHZ1skbVfr
0TRLWq1hetlzBWZiT1jd3nk1tVdLQkeXZWtgirZbgZD8Ty4IbgozAMeRIg6TqxwA9ataMvo6
sUcIUc2azS7FYQH/AFIBB1Xpa3A0ZmiaJywOcgZ0firUs3ZtP9Wra5P2EtJZLZ4hVbKzySTw
Rio8bRDwDJy4UIoclXsQx5NtolFjZWpcMsuGY8zdulLW2LK1qcVWMDjNyRYuBiMMisQiA2bv
yir9W6h3tTNxp9ciZesT7CwBDTh//9oACAECAgY/ACM//9oACAEDAgY/ACM//9oACAEBAQY/
AMjCu6T9LFPENw/ZW6kh/kg/vCMgPegB1YSIXQjMBxEE/Uo5BUSqg5YcUPT+iiTjkTGWbRRc
7vUTFIip8U/AgQOvQHgqF/zut0ijMimOntZPGQc6G6kQWWRxuIiS5tT4UXFZG4WrC5W4B3p7
IqUKEPzLaIvVHbG9DWlO0gBbVtWQEraAKHpsN8lvZ/MQx4ose1LU+JBuqaKYIeURuHFu2o7Y
PHQIyhE8xJkCaOjIsMbUB6ol4Jo+WTLjAWdbjHbI02xruQ8w7SRWWgROMuBYmjxBXLMiRFZW
+0uo+4NuGo70lERJIHLt8X/xp4xBPaJqx8PgTuHN46MerFGm0ltrHXxIY8ryjo1TH54otISA
11W0HcOIui4eMgYh1WvQ/BO9DVOXIKkQCKsDo3d2pyzEXW6IdxQ9KBILlSEncFwTojt6woPY
sglrORH1oaNwP66IckEO2qIDltTZSFHZhFZsJDdoNZGQFRZZokkhyb6FGA7Bp7CiCKNQLyPS
wGT1MrRApF/6mxDNkic/rJ1k/ViT2YoCkQzkdKbXUoh26Cs2HJPa1+H2l5mHLviaJjDdgYAm
NZfEvVZjyx2AB+JKDgDcXDH7K5ryrXtIRlY3I18CYgxia9Dftpydvsr8iaoAqWqwRYARk10A
OZyAABzSJ7EFj/upxj6/1L+XHWEe54EdxN6jpXmDlj+dPoVDJijyZYk8ObuoAR+I3I+0hEGM
BaUb7m7UUREdYe9vEr75gMGDV+FAk7ieI1Q2DmNOXVkJE7tz7gePwp6wPC7MgAKmxPHvpj2g
xL8EdxJAoSRVv5aadAXYhbRQXMTy/poGEmkNTRwgMkb1JFJfYQjCQl+QhGQLsakXTg0L0Tkh
zoy91fagA8i1ulC8Zaok8HdF23GyJYb7lipzF5SLPxQiT7Roto0Bb2oAxqDcKzA3ZQONxucS
A4BHWllljpIFoqejm5ujHQAe8qRxwEZzJMpdorcTUOwUWuwQ+ssjIlZThkJbmJEqJpRJjIVA
qFKYLBll3SI8zINugLJ58GiAtjExApoQq81etcon21N2+FShGNZEbSOHwobg5kC4Ib9JNAmo
YPqUf/Leug+S2DHI9rscq/vM77nBJesQDywxQUNriGQbnNDbtIRhUAiI8c0XoYoyjDdkwnfE
cR24IzmNosSBTcerj3pos7VkVixktlmRCL0iI99S9LHNKZxgGVgDL/TyqolGcqEiVT8S3GMp
7RrIqOT0oMcOQUA7Mgn1/KjunUCg0XmA8zux08S3GbEEkOiQRzHm4rbIObAAt9tSqQR1T+0h
IUIoZGv6y8yJIk1CNEDkIDDmI4rcJbn1FE4tx1TGpNh0I1cnX7i5wDEVL3W6J3D86ILBvcpS
gNwIqNaKQZuYkVrdf4qEGoAD7lICper6OmpxcqD8hJY5Aa07EP8AcUDt5SWld1GYPJcka+BZ
aVEqLyzHdnnVtIx7+VGED52Y9YjqjwISsCaxP3kPT+nY5e0dMYQYuRc8U3H86lkySEATti/Q
jGExKQDkBFhTgKL+3bqyJDiqkRGgo61Zq8AtwBYXCG0B2bdxC86XXZCABcvQWdf3fqpCW0PI
nqQj/wDIhtpgx0xQNhH+t/uZE0QDxewZQM5mfqPUAyaRfZAnsIZpDqhscSLH+qnewr7U9yVH
0np4iAxl8m2kZZD15y/24IgG1KdCBcxoS4uhSVmcftKQxZCImPOQ5LLZnEtzCMDHVxtnKfcR
xyLxFItQ/vrmcSZqiiYj5mo3dR5bmj1DBOwLixNB8K56PYjh4luxmgAIe6di8qe9FzTgGaiM
jyhqMaHwrdJo0d2DsOzFHPmmcc8jHESK7fGvxIvBqTFYMhJ68UWq35EAGBJo9UZBtptwot2p
tLROWJGrMP0VM8CXJFlteosFESaoqpcshWhWzL7jpTvKMzzkSExEUcd2KAIYyiCI3MSjCYAH
1kELKbSMiQ9qnlRwiX4+U88u1t8K82ZaxgLSPjkhh9OxzzDVNlU7s06zkf1UcOMbzHry7MfB
u/qLhwUSJ+XOJLSNlvwSjOUdY6/FFDDPHKGQ9buoRJckn2qQIba/+Ny3F5li3B1uoIjri6Iu
RWLaOgB1hd/1VQAA38IHXnJf/wCf6Mf/AFcb7pi+Wf8A8S5ZbWDECtfFuUcTnmrMjsQH8TNJ
eVjL4MQAHwRHJ9tHDuecaMq/UpSiNzAluLBZvUZoc2UkxEtCT9G0Cp0FyyJkS4HKD1QvOzRb
AWjtIHO3/trLKGCMZsSHr9lRlGoiTU3YoyxY/Mg9TF5MEYkEGJrHVu6iAKdCtXXpTmpsI2CB
cMKVoUC1TYVaIHiTTHll3BIIBHZ5pIAvUueKj6n1UG9NhPID/Ml/8aYUAsERMAxNwahSngPk
TlXl6r/AmyY92Ov4gTzDD/NeWCBHSPauhtJMQ9DqTzI7R8X1KR7Dkv70J/UonQdbiEONHD3Q
lGJaVzwdMCWjQPooTxndEgWr8qlKIMRIF24phSJNQOhDLllukdDpHsIy62kI3J8C87OAcsy7
dx1/a+llb+Nm0iO5j/1FEAsLCPbySKjEx/EJZghgkTDaaEUqj5Ut0bgwNf0lL03rIyxZmeM2
beO78ai1REHdI8EwPLeNP1ltABFp6LbCLQ4+xctBwCgOsZERawqo+gwSIy5g+bNHu/8A9f50
wfab6oRILguwCn6rESIzBgz12j+J8iOaUduSZvqYhGRejkk2ojjieZnkdBH9tRlxDxfh2N6y
ZfUNDIJmBxigG3tQiuUMFEykHdgLsv7n1B8wufLwChm39XuY1swEenw2aH7SPph+MZNHdcqU
ZRkJjl3aEFY/T+lETPJIREpBwx6yxetzwjizzltkIWP+puTuwNQdVHHDdKcrQjUt2lv9WBky
SFYHsgrZj9PDa78w3F/imgBigANNoWzLjjOPAgIZccxD0ZO7JjDmZbswkhjhHZCAYRFqLgE7
0VDfRGEwJRIrE1UsvpZ+RlakTXH9hSjnxECLc45olu1uRJMTKNYSL38MVLcxkKSjEWU4xNN0
gPrRJk22w4oHd9SG8AmhJF01hoP2kJPQu9HookDbCdBHg6ImHBofaskIhgD+8o5Dwoy87NWQ
cYcfdft/Gv7fCWyENkP9OJ7X+4hDU0iO1OXemoep9WR5038nGbiHfjFHG7xhjaLGm7rykv8A
NA5JiG4t71oWNH4puIcozlcVA0UjKO2Mi42p2cCzcFUV0H6qnkl/ElA0HZ282xYswJxZGAch
wY/CjP0c3J/lyoT3tk0IeqhLGeJG4EfGoPFhEiMox6pHZltRnYQB/Kh5PXyg83tK25KYcdZT
vvP+4iwYRHK3Qshk88s5Gl5t44oARO46G7KIxSaYO6Lh2ZD1YzP6ifMzcrdxRLZcsn5ow24y
THrb5ZU8McYZWa+6YHjyLJhkNp7LDm3FekGGG7JjmPMkwjLbI/wub+qoQkxyb4mI1CBiHIBO
02bvKUxXJO82r8C2kjctsOsbFRxYMhMX5y9ygMhvQFbAd0yHYIyjzRNxwQ1CexOiB+pXoF/m
v7f08hKc3jkIPUQxz5iSWb9HcnJ2vSVLN2ESQxkS4fq1UwSBELkqKO13+JDaHDIGQJlrE3CE
dZUYarHPGG0HaZbp1yQLGPSp5csn3nQcOqmlfHpog4YcNXQ2g75EkDWUvHKSPrvUkzEm8uJt
4VGcethAvr3lPPtpKJIHd6sUKsOlHcPcpEmugHBDX/HVRBpF7IgWugI/UVHLlA5gRAcSvUen
lbcZxHRLrrLAZpxlCZ8sudrE9TykY5RDLtrzUP2orb6qMsEj2uvFY83o5Y5+nDbpQA3O/Wyb
VN+YlouOnlUMNevGIL6fzNijhwUxxDABXYhlvnjAyXGQcsn+VRAJc8u6I5pP3ljlKUR5hPK/
N5Y/mSWwFzicMOHXip58bGUusHYgjrfhoRgAItcL1BkXETAwj0besp58ePzsmPmhBnefVxqP
qf8AyG0ZhPkxx4HsoyPWyB2+LsbUYdaQrI6Q8K3isSb/AHkZnrSoNSPlU8+V4yk53S6eqjGB
B23miPTmkqzyHrfJu6iEc2bfk1pZDNgrA1ZV+tBiqG/Fcp3Z50xQbXvyW7JWcqnxEncoRMhG
MqS/ZUTEGWOR6wKnOcmmSdwvY9XcmMuWX+NkVsiNrD6wFARcMAzXXlTLvLnkBUKZhQuQCett
WGOQMDFyOKMgN2PK0hxiYp23MXETdHGZNCWnAqWSbRgKg+xH1ecEQJ5IGkf+hXpoLBR9SBXq
zI/QmjIMIxg0i9XJ7C5tVttTmHFcSOKEjSXBF7khgyLn/kmkOSNZFYzAEQgaALFkNBPkPv7y
x+sEaZRtkX7UVucB3eH7ysNh0kWYd5PGX4cqZIdmUCj5cr5Afa6HLeTlvYqSIEWsjKNn/KhS
mhXKdpix3fCqBtwLe9Sx4CcIxtvjAsT2YI5//JZJZvWSIljjAmWQRbq5PLQ9TEyh5R/FxyDS
jE/zNq/vIz3QyxjGIHhXpsci2HPGcSfGObHNHBCW7DhJEQO925qOIl9tyKVKGwtkylvcsWLr
ExcgfrKMZEDBCsiTQIYPTBoWJJqfEpRiHEOsQFMRBMYistA6jPNlAEa7e98SEYTidAAjkx27
UU9l5mYvpGIvKSOf1B3SNIinLH+mgdDr0d1CHEkCIqxKBlHaWaUHcR7s/nUgRvrVgxYntKQI
Arp2WW6VHHKe0D++o5QzC41btLHIRIjPaQOn9hTMQCALCjrD5jbtrs5kw7KxTbiCbKMpXm5i
GegO1Rnq+6LaqEplvTwtHtTkO3NNGPs4rdknGIZ6qUTD8ExbdMMZk/0YKeN2GMHd9xOdFHIK
zck9IRNd1+AKidTx0VwR9a2RC8qA9/Eog6XHSixaQ5onpCxyzRE4Racxx7M1OXox5+ADfFv4
sY9yP9VAZnBtVDGOrboKMZVO+O1uLeJAve40R2ksKl0K7ZCr2BKjkIbcKaOownL8OQI261Qj
KW7HIEQyag/08ijMnab5Mp/VU4en9PESw9b1OTn3yPdWT1eRvOnjMchAaMo9ncsYB5Yih6FO
eCEZxwMMWTrV/mblPP6ik8vNsGnxI58hMJTJIcUqmI3Qx9shollPP3njBu4FtYCF5cZHvSTY
uWOsuj4U2MkQJO4m8ls2BgaVYN8qbPkaGrVK29snrmv0SyYw9Oohkz9SIYR7v+7BMLy6u2te
+qgnoNEAwLkuVVzcVoVIip3GJHhUomTuXAFf/wAmRMGchnNQhjykGQrL3ogHdkx43ANNewgc
sNxPKSKEMhDGGhEMBwRjfbzB1tA3SZzHoKhKMWMH3E0CljyU1qpY8AOCAP8AEFm8U0J5ic2U
V3zqPlV2iLN91eo9SS0ZgR9q8zIWxRoWujJtkYxG2Mv2UTGVvrkfhWM7mJo3BCGOpsWQBL5C
Ob6NwtMP8yrXiNKrL6Y18t24bJKJkWl6eRhPpgf4abNhhMcSA/2kAPTQ5bE1WWOKO2JmJ7h2
R1OVESHVLE117yL8p4aUUTIBq11dDHPsigl91CJs3K/FZRDmnhLt0jroHEwhQPI3KOOYEYxs
B2u/kW3K88kxy4o9ZvHu/hoYcX4Hp5lhEFv/AM+RYsYybM2KwBpmJ68eVA5BtxwiDkcUlt7M
VLHACMckxGEBytEcsF5UecyGwP8A/tkowIZh7kTk6sA76ABQjjDZPUHl4xx99AR0AFOPhRfQ
1W56WCb61skXjxOieJdTjliRKYYyjQ+FSxSJlt6njHxLaAANTqENkiTwNkd1Tro3xLIco65L
6kB1tfRw1BtHeQdhtqTYLTbq915kDWlPCgMkm8y0O0T4IL+GcY03tuPyox4giq1jKQbbxUoZ
I0YbT+tGSjuaWMke8ITlMCOkRr8iAjHISbAC/hQyiAw49RLrkj4ECTyzLgLb1YgiqzDITti8
YRibf7m5RxRobGV3fuLHixxJEBtgTR+/LlTkPmI5pXTgtLiuYOOK3BjtQZiTd1inYT5JLhHO
Nsvi/lzQe4ofdy/Qccw4PFESqJkmE/uJzdqLGdWNhyv2U76VeuqnkBY43lWzrNKIeWXJ7q/x
NyJlDdFjQcfCox9JygAGUtPFBTy5578kqg3p3IrHEhheR4AKOLaCQQIk/dUYPtBYuUfUyYxw
AlzxA7ay+pnMyxxJlGI6rk9heZNhKdxpGKh6YNtygyyFuxHrKM8e8nI/kgcx2dVRhMCO2hE7
reZx3Gw6UBQi7feW08xew6UYyyB3tqjUacvQniVWIMo1BKoSHcPw8KDFy9rspElzqSsoMjWU
mifb21FnMo++h6yqQNpsbo8JOXN0Ju4AuOPeW+A3ZMnWnIuWW6UvMyPSEb/Oo5CNu6pBqUTF
jZn4eFGIfdIdWJb5ltFTE1rZHdk2tqRukI/6aBgOYjrnrFZPTkCMIA7COjr71LBIk4NpGLo2
rwheoO7+ZJm1YrF6n1A3RPUj2SFIQiBuLhtB/wABFgaEIxJ6pICO4uYFwdXCEoF8kQ4+OKBm
GEw46JDlyQTA/RKLc0ax40RdiQsdQz/lQBJYxfgCs2CQ3DaSB+yhEMYbnEEdt30pXwQW+Qdq
M3Lu+Jbc0N0dDHrBTEzIymAYSLDkChDHISEWDjq1QcPsDMbIYcY/F9TqKNHxqMjTBjFI28yf
eW0iqnKQIwzaN+rGPWh/3UNsQJWieHwLJlyQ3ylUh9V5uyPknqnX7CMY8kDQkXPwoiZ8nHj6
05Xl8c+2icHNuPXJZDYfMmbgP9lAxeA7Qke1+wjCbRyjQdpS2sBK51ie+jHJDbIFyRTd44Ii
UWcMRosxJcyJEZAVZ1tmd7mmjKkjItcs6G4XH5kYs4dwR+qh6b08tsyKzianwf6a871kzObv
sFo/tpoillDVjqskJdeVRMUkGTyBdnc3+CaE8YrHQ6v30JQiYiwEeC3Atkk4c9PXWDKRvAJB
i7O/IpQ2+WdpIHQyPqjynzCREikolQDMMYJBHA/8W4CuQMDpuC2ysby4kFTx9XHkLgHvKcsM
d0AfMi2gl/F5F+JBn1smcx6Ct3WB0CYBokuH4HrR+RNAAbDTWviUpE8wDN+ut+Oe0klhKqnk
LiO48w/VTxJBa4ohjLnZXjfxITagt0qIkOcFzJ+Yg9jmUSbAh0Jy5IvuJ4xCEYP5cWjTsQCj
ixtEAMGVdPrdafUmFZBGURulwN15/qyZBmx4n244eLKm83fklWGLEC5Ha+BY8Rg4yts21FO9
40MnrZyyZL7InbAfOpekwelhhxSYjKA8pj/dW2cNoN5aj4tyEzPmNTOZiPh5ISQ3ZIjcHDkV
CBw5AJRBZjuG7uIlnlAGM3u6ysCRvLt7eypPWpYHTxr8p6So7gwPRf4pqW0No9wo7WD9rivw
5iEtJEbgFKeb1mTMcJG7HGIhCq5g+oRiA4lyuabVOLuYksXoAjIBttx3n7qyYhE7oxMsZ4d6
KiZHrSuOkoYQRHywZGXs7yIlCkQXmOr8qAF1IA81H/4iQHlDmCMhSrkBCeN/MBEhwcL0pfkz
PCZ9o/bQjkiCYvEv0IkAxfguXKYn2KUaTnEPCUaFZMsOacRXGbP40c1IidZRFWl3UTA75wr0
MmkCHPVsCh0ORHoW5nZwCygDdqDiqF9OH2Vwqycn+IOsOzEBRji/iE80iLjwp2D8FVWVA/D2
oGUhj4gVTZMksstQHP6EENkRjBDkkc4+RA7SIxd5HrFDFgYCF3Dybuow9XzSBYRmLLdi5BwK
2wkJNQy6UAcu4RDRYFvhRlKR5y9mchECe+fWyRuHKnwJNXdq9VNUgmklYGJtEfeUdsqXPQPC
pAF4SDEm8SogEuOq7AJzQAAssmTMGnlmZEDu/wAtFtDdSEqkijLcONeC3To9pe1Mzv2n17qi
D1QSfY3MsufHETcMTL27tiMsdJCmSGsVEEO7VPSpSiGJ/wAvoZUVvoI4qUCKuwTNaoKy4CBu
gd8EJWGeAk3ijy5Fdxp9DhGcTtnqBYqRhF4SLmHCXhUzItIHmA4H4VKTO4oUZyoY0DFCIDwB
d9SSpEuC9uhCVGIpqVGJFyKHpWLBBwJAEkcB2VGUG5DqGoVQHzNBEG6EpwMHY1opY8gAI+oj
s7EQPqQjF2N0I+ixCUyWJnyiPj8aGX1mTzfVS6uONpKIjCBEtAKonPlbNu5YM2MN8KnOOOM4
azBDqODHt3daVafCrgUfaOHeUTKbxbS6G6VRQaMynlBYWAfmPxKcrASqx6e0gKkAW0Ti4NUC
QYa+9AkNSpfXsrGREae8eJdAAoOKMXbaNx9ilKAoCY+8FCjkUdGBNa83B0Y7gRHpTuCHfpAU
xjNCaH4lHzItlEQZGJ499ebimWtKJ1io7q1TD/jjlFpUl7U7UFAF/bzJByBwNGPZXp/VYSSP
TF5gd0qGSNphwukJgE1kXJjPQhZMWQeXKJavbKEZxY9pCNG1rojtIiBqaIxMuaQ0sncghotx
+BYsUo7uYEj2KQAfHCnwujOEgYhqtzFvjW4Hy8cSGnxPchuQEubiQgMkXax1CeIJhaLVKlmw
YRNqmD87fCiM0WLMBIGO2XjUsuGcc03eW08wHwKUJ4zAnjRPAncaEgWUhulHmqx/Z663W1lJ
RiRLa206UTiFXZ7GiO0CMiG9qyYjGshWjWWSLMXJjLQt3kQzOADILeTelUd4Ji+4FbTejd1D
USIrdDzJB+6KyPyrJPBiOPHOGwkvuEVlBlRn2guH7yFwdCPvKbxeRqJcEYu0bBgxW4s4toom
IEiSBEGzxRyZcAOOkSIVkGHYRkBLHKN4yoVA5jtxyJBmbOyHk5YZKOREgn/iopRHMBVvYtxY
VosHrQHljkBKWoiVskHhOLEHgUMUq7CRE+HsJyaLmmOhCQLg6hONEc+DGZkh5bauB2dq8uUT
viag3ftKWUjldERG5uNlKR5o2KGx5QBtKjlTyktsiSx6V6mYk+7J9QWT1Gflw44uwLD5lyR2
wiB5dGjt7yiNwDNVUVVwU/W+lht9TGs4xH8UfB31vxznizQoNrxPzoY/Uwh6uJDbpjnHzIsD
GfbHR4UDjDk1DVQGhciJ1K2yBjIsG9qBJ3C23pUcfp908pNDwU8uYiWbKGfUd5ZBHmMiW8K5
YkaRib/HNShhIqQXPVf4kQKy6KiqaPITcmv/AEIcwJFh7FvPo5ZJRPXvEv2tiySl6WUMUoCG
9uUB+uo+WHhMkEWomF+HBSNASKvojtFBU7vuIuGiLvclYJRPNTcHYuTv7KhRpSDyYvVTylgQ
KcSUJ5pvB6RFAjmxT2nSUaT+bagJZCYDWXNXx9tc+ITGpgWJPwyTTMsR8Yp9qK/Cyxn7D9Nr
qUIjcx3MeBWTHm6peJZDHCUcuSA2iVQKdpHbl2wJ7I2kMhilkcTvLtsiMkd0Y0B7X2Ud0iAD
QEMR4V1qrmPNpEVKPqIRGLNIvKnWj4v9RbCDAg7dvFu+huaxcr1OcY3hAgxPEv8AibFtjyto
skw+4GhfRu0iJkEEkkO250Yeocen3OIvtjIjq7lHH6QAxBZmZmRlKj6/sqIMjMsKn6KfWgRr
df8A+h6ej/xoUjQ9vGidjwPLKZDxiO/uWQyh/ELQJ4IMOesT+6ozsGqeHimpz2sIdqRo3xKO
PGCAevmlYD/R/qKUNv4gfmP6yNiT1QSpwiR5lT7A/aTmpqTF2ABRMmNaANV0MnWiabQiCAYg
lq1+ZSkdp1BAsPCgYu5XqBKxiSscyeQSIIHT29y3UcpzVqmOimY6lwDWndVJHI5q9BEFYwHJ
JD1oHUSHBYWJChhlMmOTQ9lkOXoJPBUDvwTMx1IerqLUbXRkNhLam6lIR5u9GlQq5ZH/AE5j
d9lHHn24izxL0K2QzRMuDoHHNs0w2MCt+3JbZzJMiZDunxpqPK3DvI9onTit857aWNNvgW3G
8iASSL/ZWQ5gWpU/qqWPBFzYz03eFOfYZdKII3Fn3exZyGiJM3t+VGL7pdr3o+kEN0iDzC3M
p451q4N3HeWXNCjlgSaoTI5hUmOtOVRkQZCBJNNVHHHE8zQkCrd5CTSxwBYxIaaiHvSL6r8i
8zNPaLAXJPwoQ9HGNXc3I+ysWEhtxEskiezFYsYiRAGojQFkZxBG2tFCOMbq31WKGTJvlk/i
iPYUcOOD4H2h+PfXOYwAsTyhgjAZdswKZI2+CKj5mTzKUyQqK9XfuWVyJyJLuK/bRvulx4IH
UBj+6niXmahhQd1SmRc+xlICoIvZk9SYkh/YVmlGcwYRO6IPJLw7VExfmIpwQ3Pb8wUiQ4A/
OjKPMA46VWu24CxNXEGLalvhQGPHIs1wy8zM2GOINA15y/VU4lpCJvf9ZcoqK1Rc0IrRAVIN
Jg1bupyG6OhCojtNAqinZQL8v5lGUXfo1CGfPIyJi4j3R3FEyfcY8sSaxCBNDIt7EY5Btryj
WS3DIYkUmRUP2V5vqJefJ+UWiPkXlykBlmGhjiOc/JFRMonGMg3Bzf8AfQFgAzlbIl3v0rNI
NtgwLXRADGQrJn+yoZiW29Z7Me8pnAfxcfUmQzjt4VP0pG3LXcCnIMiJsY/ory5mhJICD1ia
gk0iR3lth6fJkm34cyPw5FHJniYcDtoCezjTYaQs5DOgfUzeZizgvtKbtAsZDVCPqYExNzqF
in6XIc0CCfg+PaqkGRDCOg+NRhCP4ki8ZNtEeyjlyEGRJeToZY0MOYDiR2eVbsszPoe3yrl4
sxuCF+IbWgNSpmR7R+pasaBh+0ucNHsCiBAaIo46EY7eWWv7KkQ428eCz4cYMsk5fhtxKlhm
8pzid8uMpBY8UnYS1r1OZB+F0+UPIjlB6p8KEdYu3S/ZRlKL1rE6kqWRogRoIkc3yoDAIs1Z
S4o48mSMmIJMR1VI6m1H/WRlOfMT2Ru3IRjyyuZM6eZdtWoiNtCNP0UWDnvXdCRLk3FyhGFi
5NVCGUHybmL6BGQHVpEXFFLJI0kaSAvFPC2gFlzBybBq/IpZOaOE1mCOHdQOGfNqJDbVDPlx
iWTSSl5obFAbiT2dqGb08jOBLRJDiSc0YOegKeWOSUoO5jxBW/BE7QLs4H2lPJMGMe09CK91
QoeapeikRImOYPWvMFkw2ruT1Bq3i3IiUiCdYrcTKcI0qaIAaaXRDMCL8ETGpF05YmztVGJp
LRfhvGUqSIpuCYEjdYtZeYxkcF5H70VKEQ76N9vasPp67skhFtap/TgwyxizP15dvcvOnAwx
wHNK4J7HVTgseKmJFwCfZ9pCRNBV717KMmYmpN0JRIMf+aES4IBLHUrJ5pIiIuOEiOysPqM+
2Mc3M57MeyiMXLggeaR7aj6rBHYMbxMR2n7SDAFqF1GRYxMrG/yJn2vWL1UpXmbhQOOIEpDd
OTc0j1edE8NVlO1nNTxCPAln/eR2SL9X2hGI68uq+njUomtajit0SYgUFXkyAba1acfmTAsG
fhRHdETFeg/GpyMaliJXbwoQxxO+TuT1PsqUDR6e5PQflWX+0h5v/kKCJI3DHD+pDco/+N9Z
jhlyktKUeUhxz79ncRnGYlGsgbbQhiL0LCRruUozG6MgQRxBHVWTBhAjHGHjAdkg9VR9NjDG
VZMKt3EYRk8jymVWf4EcW4YwCQZxHMV1TmnKuSeUvr/KxoA4zGJFEcmMPOEomFKrJmEmyxAO
ziD99bBCrBjpFSyZZ7IA8pAfd+4oHMT5EgxIsXUYRLsKkGlfEmdqVAVTSjN0JgwGtb/CmkQ5
Ka/BSqGeg+8jCXasWoSymHYgmLIetxcnkziYyvz/ANNY/Uj+ZEE+3trJgJEolxx5k09sok8k
gdBzSlk/pKcBtN3IsWWyTjjSiNKatot3ZJoNWQ2l4iw4fMsMCd0BIAvQN2oqOODeXhaJLX8C
jDGAA1P3kGILyLomI6wBQNRKRfbwiFEZAY0cAp5DRg1mUZYgNt4gHm8XMju5ZAEy6AO8ss3i
I5C+xgaeGUkRkxiJFpA/+2nxyI9qI3O/+OWSEiWl0BO7E3atCm/J+ym3A1b6uqixPTQEOsmG
FDAg/WpDI46BZHIRexktxHQJWQOHKcUTSUn2na/UUc/oPUxObG/mmfPI7ussgyyhLIRyNyn9
JCMpsXrHo+JShmdnO0tRgvUT9JHdkyzJBrtEe4pzA8j1WxjMju/y5oc0oznKkbSbvo48bZMw
BEpnsLcQDIdq7/IpCDCLAya27+XFHL6kbMYHVN5eNGYAEsYYSsAFIEyzmL7slxKQ7iji9NEQ
iTzZGfy4/wC128q8rZIZI9qYrID+ZDahjiOuwj0KM4SHKGk93RMZGVahtPCmlCQaheylcnoR
jt2kkPxRoaajgoiXUtFiyMo2yVA6e0o+nyY45Dk/Em4d5SUfQelAnnmwaPVhE9lYoZZeVM8x
iKxiD/WQGOEYY5xcmEv4nd+RZBjkxBfbpXrKW2seANU71OpspCIqLPYoyIYPtLG5XLHZtN1k
3HdlMd0i2vW5UI4w1GHeZljMMm+ZL5H60T3dqEo31/dWLJnO4CsYd7wTRnkYl6AWQlF+D9Kx
SgRCU3kX6Vl3xiXG0zHZdViJcOKAnHmOoTxkGAG0GtEwZtC9FYAk3JuQgQNtCzG58SecTHiU
4PMTUHh4UxMWZ6VU4iJluA2kHXxoEtF7lq8qJF+H/UgSSf8AHVTlmdmeqaLYwaGUaFvi7ajL
JllKUahzoEcnqHBlV3+6jEPtlQT4oQw5IyliDnTcUYTiAZFhKJrFGeRpTiAwN6oEAykYnzKU
eXiRJLBqRCM5x5Icxibbv5aHp4H8bNQeGPakj6TBIy2fxcj0P+kiWYHgmj1eAqiAdpIcKFgY
0ChhPUy0I6e8iWd6Jo1Gselb95jEXHT3UcuOXNcQN2WSId8dJRNCE4O2QLillHLIAygzGPBR
iRtlPEwI629tuND1Xqz5hxlyRWIKOfPgjkyHVzX4kMeMCGPHFojh9pZKGUpSlQ+1MRtk9Rai
DioFQehAacBVSNjoNGQpSVZa1UYwm2ObPx5RtlFZBlIEyWr91YcsI7JyBcx7Qfto0fb9SjHd
ygPGPQE7EtoLKWLHEmc7ACx7qwRlFiIAEHQrOIh+V6eE71uYk3YcO8mBqfyoUYdI18KL8sh1
TogZXFQnkaGgHd+NcRJgQuR3NH6e4tkRKhND+komJc3J4LcBcm9EZxxS8sUOQA7fto3BFKWK
DFhc+xGIETEBwe0jKEoylHsON5HwphAuZbXZ0IGRy52JnjgOUDub5KGMYpYvOrDdQBu+hHMB
GUC0q0fsoyyAkxNHUBEE0anE9pf28eYu2QnReYTtiQZNrtCy5oz2Yh15ktsh2YxXk4Y8hLAC
vmSP82S8t3yDrdCIHu6CqlyKlDhcqMotRi46FGZo4rxTORrSydmPEK5IlYrzoy/EAaUiKyRy
mXNEiMo+3qqWGUiMb9U3JWX0+MCOSIG2VjEfEo4s0j5RPlT1Hd3bU6A3iPlgPCvNu/QWRgSI
zIcWuiWrq6PHjqmNWsAj2A1QdXRPVjb2so4ckjjlOIkDoZKPpiXExyzIooHHmlEkNtdlXM+N
nIuUJkUiPyrdE7NzuDRmUJYJbJuQCLzHa3LG8920NL2hTwOJ5pgjaLRfvIV5jQcETFg9Laqo
ctTUKJMebXgqEM7SCMZG7kahuytsslCmJqdQVtJaMdSni7yot2Q7PSQLGfaLdjGo+nx4wMUR
t2kO48alOfpogm5jy2+FSHo8pmQ42bn2S8eJHJiiMrOwiWP2UJsYTgdQ1utGaxvIxyEOQ3K4
U5xxwqSCDSdOpJShJhmgHB7wXnwG6cKyjxHeW0DeclXFwtkCN0zUjh/TV6zkAVtx0MyIRPCP
aRBI2uDSm5/D21cSyXDUbuoyk8iTVvvISBBHBWINmXLf8irRy12BPdWOQYEjmj7Fe+iBamvF
boNy0QE3MpA7tQpbQ1KjvRPV+dRnbYbWqiYHcJ/y/b3lD1mOAxZ4kSyEGkm6vIowx45TyAAS
maR3BHPlO0g7Y4h/7ayjxyBYInISRpqUBYGriqJFIvcFgiTIVoAqHqnRQnuNGJFLd2Kxeqlj
8qMS8ZE1IUJgjLAiliKqUM2M4MmpIJjJ/wCmscyC5u92RmalqPwQkHAhUEG9EYenBjjHKWoX
7SM3INiLn9JDUjpoycHabh7Im26haxTAdUMnqCGtYBctrAmv2USzya50CBkN2tmKdw7cP0FC
eeROO8ohDFhgMeONBGIYfQ6HqvRZD6T1cbzjSM/9zav7D/y8PLyEtiz9nIezv/8AkUvU+jDZ
r5MYtPxw/wBRCBBEhTaXBp/prZOR6oI3ULEdXapY5ECU22k/Z2wR/KVLMAAG3TgFLJmAOTJo
OrGJ6m1YxMCOKIeI6QpY9x8qFMcdD38iiQG4vY93ajFhJ7Fqptu1mDdIQiDtA0RMzRrhOLiz
IHcGiXdlHLgaOKVCD2ZRUYO5lbhRGLVF0YwoCa+1CVOShQy7XYcxZ6LyQ5BrvU9pfaWBlf8A
RQY0Is1EY4sROr8FL04g+WJIlrZTIALk29qYRdy5bshbRVveaoRba5Y8EXIEzQG5ZEAjpoy5
vTSySJYzAA6vV25ZI4YYjGAHKZEFohYRu522xGpY91QGOQY3JuB2kYxLnGNwJo63TG7eQwRM
CwoGC3FpE1INmW7EdoNTchAk0dyQE8TuerjRM3Ka1/WXKWGj9KEn3MbChVImOvFCTvxHQrlm
Zz0KECXiS37qlIw2PSMTdookaLdCVj1SgJD6Di9YYAM8ZSIjKB/qY9yhjnPzNlI5O/H+XNYv
WCEY5sOSBM2qYP8AiRksXrsUQRDkmwbkPNiySUMkXeJBYceyseQ0E4hQwQO0bQZHimJ5gz8F
vEjtsEJR5a7j70xPMAGHQjrw1ZO9dU5D10QA/KiQWQfWyljkeUgM/edb9x3QtoFujWR4IFuU
1JRiWEW+sra5kCOrLlojlwxkA4EQS4YoRl+HAOZSZ6BDDHFExA1G4v8AEjPBDbKQqHup5jCM
Z5pEnaTMh+8sr33G3tQlEGJ04IEvtFv2kZDjqmLsDWgRr+ZAj1Jxxfq10RlLKcs2JEST+rFe
XhBiHciNL9yckA27dVjdATvpElroxoBFg8TQd+KjF2Fh93qogVHeiNQju4q6dn6Chw1XK4d2
RJlXoNGXWYirpiNp0XV3E/k8S5Y2oS718CGIVEY3N0WrUgqRnEtE9kOUNs5iQ0MZD7qGvSsQ
mOWUGJ0uow3GccR2RkbssmGZYZAYv0lZv/GerrnwPiyxN9n8j1CjDFEZsJkBHILCP+ruUMLu
YAB+lTcNsIhGvZj2kSzPrwZEYy8jV71HZX9tlpkESw4si9YmgfUeBFrH6Klk4IYWI/ZV3D14
pwCY6Mt5iSJAs9v0lvhHaDEONKKPqZx25MheL91ARP1LZGr63CYl/wAqlyiQgHY6MoTxmIGS
NQD1ZdtbTKI6e0oxZy7UunNZG5U6AncXKrVyCX4/CmblAbimA5DcunFuPQiLvR1L8QmYPUBa
iIxwjGZoZ8UT2nfoQO5iBpYonK0gIGRJuCpSABBL7VNzyjQWRjGIAIb95Brtc2ouD/SYgUjd
lS2oTWFnNW8KBY7hwqh3TQi1+8oSHKWeJHQVISsR+VZYcJEoSZMPoweoxhyAYtd5v+HGMFH0
vpx5fqPUHdmmD1O9sWORLzjyzN3nHtLH/wCQhj58Y2eojHrZMR/mf9pDJgmMkZV3C/zxQMiA
ZHbF9ZeFCcIb45I1Irtl/MTTBg1OazLbjO3exJ9ncU8sy88cWEtK95YaNCYJBApE9tUjuDMJ
cUJStwQN3s3FAbi5vQ37qjGMeYarzBH2izlHCKiLjbosGEgO+017xQxxHLANHgAhto1ynFBW
5XKL6LJCQ68CD7Sh6bOWhMtA2G9085AEDlJqseSUXjuYnVB1kkKcxDe9Es5u+lEdsdr+8OmZ
3Ic/s7UYgM1mshIhj2V5gk06n4fiQgZD3/rIxJZ0BLmBAAazqYNDICH1Igk6jcNE9pSYEN3V
VRxxJMZXC5JMSH23CaQvqiLdPFUND7kTI/8Aq65ra6LlJjWr3+VFiWBYOGLKJJuA51KjOPuD
8UJ7tm+hR2T3RQ8wMOITiyaVwQYngQpY4Fswc4yenrQU/O5ZSn1DcMtwuOCyeo9OJYPVxBnH
ZIiOXb2J4o8ixGUeT0mPfsNP/sy5Mk9n+mt7iWa4iPvo5Mst++hoGA7sVIA1Gr9Ud1ZsprGR
ADUlTrI4PURBibdBR2Nk9PUxJ7IUJzhIRnzRk1FGQeQ7I1K2WL1HsTENEOSVPBIcrCQfgVDJ
6eIlDCCZi0jH781DK7yxydjxChmieWYcgJgXfRf80aU0qpGI/wABQzQpMREwR4VDKQwMQQoZ
AWkZOaaKIIaQu+qnuAIEyAff3UTRiaipopEAng507qEiOt2dAQjtu5DaEKNNvTf5EIuBJqAH
X4ERaUXdgKrdKRrcqMXO+QDSNthUYxJkGJPAy8UlYbdQbhEjS1Fq3HpTkIHftIr0FFzUX4KI
IoyACAIG7iUI6zPNwojEU3dV78qEpms76lY9pcAAB7qAoJPy9JUZiu2QkXW+MQMZDgjgfCju
yFhSnFeXjySM+7IEKTXaircjmdAM8RZAk2unjEHif2Vk9bsjjmInmAaUvAjlYTyzLyL0r8KO
WRYWER1SFymsQxHFSJG0btFuuBrwC8okZZkcsG3RP+4jD1WOMTAgDGas/wDS8CjLAPwskOUG
ohLwoSxQ5iWlo6jBuW9Byv3VGQsaS9iNHBCPq8ETtJ/FAsH6s4qODM/9voWfa6Bgd0ZBwRqn
JbgBqnOl26VknozgexCRqCOURsFDBMcsALaqOLHJpxtwAUYX2gBSlc7j8odXsatqoiYseV+n
vIsGIsQaEFCMqCo3CqECXANNFy06Y0opynJyeijBbxIDw2/WQqCDeL9ZHlO2wbRk9S+prVB5
UF0TEbmrUfdT8fzooh07lVd+K5aoCVrq1SacQFCFDX5uVNHq8Rqe4seUVkJUbRQyZD1wJAj7
yOLBkx/hhx5lzHwoTM8QLEGIH6SiM3lsKnYG3HwLl+ooTbcJTAoWLSVAxtIG4RawoRxVmdH0
GExnhi26Yvv7cUJZOUyLA8PEgMUmAFW+6q13a9KEctJ5DvPHwL+3wEnJIgSAuxQ9VmMcMMVW
kWMz3Fv9PFhGkia7vgWITJDwiQRVivLFSBU2cp2I4LpN15c66j2LIcreWx3PwWTbSIJ2A8HU
IyJA1Gn/AG1GUbEaLi9ehcvAqRk890XYf+2oZMZrEPL2d1eaCZGemrrzMkuTuBSegEiAfaVI
xaURUkKsiXrxqr81uITRNOARcWqU4B3sx4JzUBeI3fgEYWLUlcIRJs9elExiWBfoXKCWNQLO
nDkk1+8ngCBfm495Px1XToPoDj3rdG40NkdooLm63hyTYHWK86TUBIHa+BAxpE6dKlhiOaEd
76/9tHDIOcJat2PMt2LOIwNheQCMJZ5yiKmQ5RH5lsGXLmlqIEyZRoRtDh7raTyR0N3KnLK0
oRHLEUDjxeNDGeTIRUHj4JKRg3m5OXHxDjnyLmBMRWRRhHqxFOCYMP8AmscZS2gHdKoFuyog
B5AVGtEc2UA55lyb7X7MFLE4GQVxvZwp4ckdk4HbMeILH6bXEGJ1UaEh3JF0C/5V0jhdbmAA
/Mj6fCARtaTmhdEtcoOQGH1H4lcGF5BSeO1jTgXRxktGQoyJNZg7Y6OFHHkBjuBiBKlSiZFt
1homFdacVOOSO2pIBo9esuUu9GP3Ud3L/wA/CiGBJDt+yqjbS+iJIDIMG6eJTxafRrFOC8ms
gx9oNkzgvoEGBEhpxRkzAFiWY0QkbWDahXTafRWqoFQMUxt+VATNCafvIRYj2XCkCTNh+HG1
/wCojmEmJDS4MmiS2YV6ZjrJ4Bjp0FbZzOThCPLAfGjHaIwIDU5T8yjvG16ULj4k7uDYhHFi
BjGNZdJKhkzzJhGQM4ipjEKHrfSzeJixjpt76jijzSlRxUuVOFyJGPRRXoKONPEoZCag2NXH
wqPqJFnHKDSiMp+4Lc9tEfUCIjHI0ZS1lMJyN24sS+iEMU4yd7GqIMg4FrrzcuTa9tZH5Ucf
pomPjlchbpEkuxJsUwFdelAksUZTDxsCdf8AbUYuwkXP7KEYyIej6I1EqgkmpbwqO4sDIM+o
TVlr0AKe2JppqFlxTPmNIgZNNqiJgPDqz1+yiJxGSNQGFvhWOUsTgUlAFvnUxigWkz7iK99E
DECK+3wobMezbW+vfTMxNRP2p5N0y6flRlFtr0rRbTChLU4/EhEhxEMGDo7byqRx+0ntI3Gn
2URFiXuCq3FF0p9fo3HVOA41NlESjRwAtsHJApwouaNbEa/KmFtTKtU+UVnZ2/RXSyaTykSw
x4+aZRhLb6fG/b/EyHw48a8z08JAGwmWM/ggtpI2xptOhRwREQIkGeW8j4EGo9CFHBIcpDIT
hEAGTW/TWWT9uTH3ox7PR95RMS8nqfZzLHtJ2sznU95bZno6U5NTZY4ifaJA4oy+soQhIxar
u1ETjmZEhijOeuhr9hPYG0SjKVT3RohE248FtpORDhqRcdmc0DKsR2bRj8EIImPM/ZAYRU8s
i0YsxNqqPlbnfnI1CxmHLkBDyuFASnKT2L/rpyXjOkmssjkEmRp70DGVfyfZROQsBwepW2j0
b3rm5dQxp9lDbOvT0I7iJRvQa+NEyO6NmB4qoIGoN4sgccvbE1dExA4dC5uUt+fuoUNW2F9E
SKkU+FF6y4oFnbQ/sp2AD0ZEuxGnFB7lAkitLoCLUudJKG6Thm3Lc7wAvqSt0oREjYnX7KgI
R5xUR0HikpZyd2Y0i/ePxKEJTE85iDKALGqO6cfTQL8mMbss/wDuIyw4h6fGf5uTmnJNu87O
BzGRspx8tpSd8pPV/wBqCEIzOQkPIjTwoZpRaMbA1f4ooQBG6wiOCGDBXIBuke5HtKW2kX9v
zoCNTxNlvyA+XBjkalO6onBy4TYC1UZu7M0VQkA/k8KEpSaMBSPiV+UVJCFeU3l0FctYgs7X
CjpF3PtRBsbcAhLJMSk9BHUeNbAGevS/hT/XoPhW6UDWlDqgOl2UcWRxCPViKO/fkjE/n0UP
UwAlBxYW+NAmO2gLcCnYRJWQTuJSYHpK6KVCcV1rogOq1SiTzRIo33kCBYV6ftKUQ4J/IjEk
SI4I0JGvtXLd76spAFw1iAUKOSjEWFGK2lwwX5iVKpfRbZB9U9dx+plUOF/mqFCUalqhBxUC
gKEiAZAtHTagSQAa7dSyx4oV+Kh3lb9zZYF3+HxKPqwzTiJSnKpftbpyUo+mBnjBaWUUiPBg
Upwj5GG241lL9+aOf1IaER+HjHWkfGper9XEDc8o4RcDs7l/b+nDSkNoI60Se4nmTLPQk3kS
p+nxRf1PquUsTuaXXnuQM4nGWYmR7SByHdtFANSp48Y2FnD8R/UXlSl+LB24MhEuJBEWIu1l
EChdpU/SUg4IbTRAH61S17IS/wAUR2Ex1J/ZQJJDXN05Ijo7UQADNaSi7cJFluyPXqR1W4yr
wRjEEk3JDsFLE+47akhbGaURQA/pIR3GT3AWSQDbpF/r6yobFm4pzTinc1q5XNJxKwFShUk1
A0QdiRUgrpld+CeIJakm6FXUaGqd7A00YoTkzG2qBkNpsP3ltjQR1e5QGSIMQ6PK8WoWqFHa
HbRVq9SOBVaoG8vyfRWgNnNEJPuMR7i63RBNGPtRkA0gfqdb5ScY3MpEUG1ZJgbRKRY3UvR5
iTii84wsH8SEQBGADsKAFeb6g7MMDyxNyfEo5pgtU4wafaijt5pzoB0dpf3fqA0iOWJvGPWR
yw5cceWAPWn35r+7y9jmjHoHVh86xjNKmMg7Tp2tu1eTi5DkYGYuNw7CMBXQF+st0A8XLn7q
kMkaRpHIdR/qIgSBa7VHyqkaEMQRQsiax0DBHlBAA3UsEN1B/wAu8nkWexRizkdoarbEk7jV
k2ouDRHbdrGyoOaxIqE5fd0o9Nyhjxchl+kVzzJo20mjqQDuJSBeyBiBKUrg8VkgTQEtSl9y
EnAlpWy3Cra6LmYyZitL21qmOulqpzEUDO33kBToKJBqeOqJyChcuydt0ZVawQDs3DsozJEq
0VmOgOqJN7EG1UdpYx4/dQluZ+t0t25JiHrf730UDhAAu9UNXQALAliBWqYzBBLH4VtuBWlp
D4lIR5TmoSBXas3mhhkYRe+0duKEchJBkYHj3d6BkeiEdZFRy+oDRFY4zx7yIDltEfU+qAMx
YG0O5sW2oFVy1iOWJ4IQAcR5fcO8oA1ap495SzTHLE7gCXopxhyYYUiLHJP9xRiAN+sjchCW
ZgbABmR2sJXiNAD1uVCJ7QBDKQHKI3W5w1Hrc+JHiQNFyhvbqmfoJ7KABronmXrXVcoER7XJ
RMCwHWqndUYaOt05CPR1j4VGQPLYk2J+FSD7juEgixeV37rIkgwlIk7hX5U+LmHArbJ4nuyR
30OrImBbWt28KclxqSouX2FgSiaO1dUY7Xi35fCjRwaN0lRiRzWCMo8xL7dyoKtzMdQU3vfU
fChzExIuaLa3LcnihMNSwKDU09vyomIu7gWTk14aUXNqmMdw48FUNwOq3OABp3vEpim5ht6X
TdmFDrQdjcgG2yA5Y9ChlA/EDF+gd5RysJxLM96dlMAwKuG0REJCUY0DVcqRLyJBBJLFvCiA
REXJNlIlgQaEdCB6r0FHuhEERgRZr/EsePGeWA55W5pHsoSi13q0qreKA6akIt1j2jf4VGM3
LihWu4mgGqhFtploy3SJGo0qgDxFdXRqSD+fxLou63RcgVLVYlCQGrAlSBbgWQjEXu2pUjkO
6UdHogAGJ1aw8KiSRYmIbgvPlMHJNngLDw70NrgNUm6LjU2TkuAh5sRICrtVHJg5RrEl3+FA
ZBtBB2yOqIMrUYIYyCTIuJaUTHg5tZSIcEF9xp8O1FiS+hr8yrQ8UH3OemgUhAEgizt9lHc4
kzgCq9jbRIOFyszUFf1UzGJ6dSnIenW1CMdOGq2zDnTigAeUfnWx/wD0RD0eoNKqWNm4cVsa
UX7RNQuUhnbpkt0zUmj1QaWyQsAaEHvLy4ZAxDsDZCJjGfAzHZ8MkJzcSI0oE5oTcEtRAxtI
/XEd1NEGEDUniQiSI6EXRYsI8SgIuTqLh/Cto1oQzVClpJqsELiRNRdlLzOXb1m0CAhrY3LL
YAXH50zvEW4rYXk3WOvw8yOkRxVH5akInJS9VZ5Gg0Yd5U6p6eCO47RXbTrfCjHGNr66lCUp
jWmu1AYxInXcKN3caaUSDC5Npf7alQxG/dGj3/qIix7Q9ikKu5Y8EWO43TlEUAPvRxTiHZ4y
4FEiNCaoxbeBV9AuZpEWb9VaHoZ0doNdO6yDhhqwqXR2AijAJyRGuqBDlizhHcKkUPAoyNRw
sR8qeUS0Wr7UTEvN/cflXHdbRAsdxogwp2ibIECrvu+8hQSa8dXUSDyy1sQe4jCMWApfmPzq
ld2nWQGpo5RxhjoJcW7qJlGR0EhZ02gsH/xyIEycCi2iQa51qvN6lWa7L02zlOwxIAowQj75
ewd5Sd62Nk7Dd/kqda5lG4+0toInHpuPiQjDmnLq6PIonOBPHliCJioE/wCmnjHaRH86MRQm
si7j4kNkjIEhjbb4po7nlWpCaOOnAX+JCUhs6TQIyi0+i4+JOK6beH2VuI2gXN3dCGQnZGx7
MVycsJXleyPlipLbinnLdIMSwoEJkOTa21eTHFunlrSgiyGSLEmzdKyCRYxNZLywTOUg429U
fEo7ptjNDtqyaMmawOqNdHAdbJwcnXVEwriJ633EY6G4HQub8pRqAQNOCdzzO+lUAA7i4v8A
Kia07P7qMvftH7KabbdQ1/srcaBrjoTA1/zRkTWwbs/Enid0TqE1+L0qn0eyJi4dbbngnhJi
DUCqBvHs+1ERLsUzcp0UtgrduCLnmuD+6mEhS78e0oxgNspIRg8RqCKOhjowvTVY8keaMXDi
4QJDO/t5VSLkWcra4I4GwW2NG04/CgSQAWq3DuqGaVK0jqW7Sjh3cmACeThuPVivLFQKkjQH
vIZSGlJyD0IsN8R1oo+owyIgevAdaqA9LlJymhiaEBS3zZqbi83+BFy8uIo4XICzOSyMcceU
0NKoCdAbdKETdvyJoEMA23pQYNI6m6EZlo6tZSIecQdsGNdqJFMbAdD91TxY6Y4ykJA6yfrL
mGjA6uuU9a3R8KLEl6ps0ZVHW0bxqOSBFeq1mW014omIJySFdvV+ZbgN2g4fZRYVFehRjIsT
q900WiLAXYrh7Kp5dqzIHaR0pg5o7auuShP+aMbMGIPWRBcjV7MiQ56ECba6kMnAtqg9roSi
4iTfpQxh9saGWiLcrUY1dAE8x0a6qWNm4LdIHaC0SLoOWEQ+4XYLdIHyhVjWy3MxNqaIgh60
6XRhkAkJCsSp4I0gzjofmQI5ASebSiEIgGU6bo2qoeSd5IAmGruWPJ6gb8sATIdivZlFAACO
LFWelEwLyyzMpDTYOTEjI0h03UMeM1JA8PwIAB5zqRHRbYjbIVNGcrzoExL1IHa/+NNlAGSF
No/XRnBuasqfooyiCGv0IydnH7sUDKe5hc0Xlxcxhcjj3FumwN+YoTkdzmoClDDjEN4ZydxU
5s+U9ToQAkRF3ky9TMgk75UA6UAQD08QhuG0g6aIAVjr71GEi0CWKEZyEYg00dZJ4ptIChHF
Fzumdbl08aD/ADTuST9afrDu9KaIboo6qWq4RIi1KkAkFPIdI9qexk1DVUvIUKjK9OsNUxEi
Bw6U0ZMHt7FtcH8yDe+KcC9BwCEIyA6SLJoF5EVPSo7XkDwHa7m5PkAABZ5aBERjuETXX7KG
x4tcXPy7lHbHqjm03KUdrA3B7qAHVC3M8+kuEZy5W46lQEQSZuZAVZYcWbGJAxYhq/Eh6jBE
7I3Btu8C8yV9PYpYZFtwrpRZckzulOgPh7MFLJMkykaA6RQ2OXDBrn5FHzhIyfqgPL7KOSAI
lIMXDFOwO0KcJxi4BIkBVx4lExjtyEcxJPN4kTEGMZDqu5HwLYDtOpJVJO2nSgTuiL7eC2wg
IRNLn7Sk8i9g5oAvMP4jVLnqlb50haMH/WRBc7WZrImRNA4kKV7s16gO5OSTiVRdSaI3DjqF
uiTF+FQnjkG33rmG4aGOiPm80Y2eRJB8KAMyN94xtbupiS/HRODaqaV6Dp+NbgPdrRDaNtHo
Wv8AEt5YCw9qL8xIYj73cQmQ5HuMeyjteXQdE4MeWw+4qv0A/dQkRWVxoieqWf2KjbQQCenx
IHs/Umi/SmBTowvJ+UWuh5jiBoQ+vV5UYxBM2pHWisxuKVVz76IyHWB5nL0RLn2ICLgIElhG
gfis2XK3CMQX+dbphpAAA8IjlTmsTYIiMpAFS8uZJk/JMOPjhNSwz9RLNlMtpxyFIAdzaoTy
YjjwGspmjj/TUTix87XkHk63xjEz1k3N9EuDLMCSdoLU6OqoyNoi57J7qAJ6tB7k8QH4SqhE
kRkzto63SkZE3PR3FSsY2RMhRusf10I1mNRoe4jrHuhbbFiwPVZSJpoH4L1FWJyHo17CtUA/
9SoSQ1PatoLh7JiWDOAhIB9ehcweJLkIyDmJsPEmiCBb2qLgjbRPwrVGEuWrh7faRo8rENZS
EiY9DcqaFCKrcSz0A6z+NE9UCtNSnNX/ADLbPlp1o/eRjEmQ0VNtXpdbgz6g9Cp9aDdZGDE+
8XQYOQbJ6sGdtHW6Re44lAmv/IK1eIpRTjKgZzwojKJoZEAj9CSL66qovWtlHHEkbnn0XUYs
4JZCDMBR1ulXhwRsT06LJnmBknkcmZqY/wC2qkRGgF1thAnpNERIbZdBcJzfipx0Acy9nZWU
gMDAto6IdmLkezwqL0MiwB5QSVyndLVqLn63ZAqWQFoMxB1+Lai0RIWHB0S4DFNEsbvqQq+1
/ahtPsOqAJ0seleoZ3Ez+dMak0I4ogM9qFOQS9q1W0tT8iYMZE30CMiamyEbh7PV1Jw4ezOE
dobh7e9JbgL8b/o9hEGIiHetXRbqlCjiwUqO9KqttOlCQbg0r0R3MCQ4B4fKnAEY6XYIbS7N
uRltYPcWTS/IUWelB7Fy3C8VUDYol6A1fV0BIuCOVulPH3gWb4VX/wBSixcyBi3B1tAfUPw7
SD+5HcXAoehSL/h447QEDHrhtoR8w73p7fEtg612KAYFxRMTtBv0qluBuixdNcrZBnIYlTOV
mLv0Ke2O0BwH4eBTnHrZLP7U048twTZHbM7BaI5QhKbxJ+r7Se7UA0Txxs3WNuZDaLUcJ7M1
e6PhR3B3sRotsXccbFbYjV6L1IIr5hRZ3FGRar8AgACTwvVEgC9eBTlogWGlFy8piXcoFxuu
4TksT70RWR06GRLdI0Ri4tUjrfCmNXp71t46ksWCMmAalapzEbzYsy5gP8d1AF2sy2SqHd+K
LvtFxqhjkaFyASiRyyA5gUBEnc31raX3WTBk4DhDGR7uKI2ki11vB27RURv4UCQ8iCKljUog
8p48ECXZ2IKu7X6E4BIu13UIwi2XMCZUtGP8xCI01QIq3H9WKcDbIXDsqH2PVCTe0N+qmGlW
TxpI8bIS3V1AW/Um3QhiLML8CjCBFAeawdbIF5OGMu78K2kPtvoGQIZr+5VrXUcUSer0WB76
Yk83KRoQgIRYasgLvUl1umdoNtWQApuYhk7Utey9RTtyUhaT1LOo8zPQgFO5iOnVUOxh7AjE
V4yBu/xINF46EuyrEFwx0QBcE0JNQETE1HZ6EDGkpGr1p8KJBc9A08KOheiaRcvQ9KG8OGdw
bqhc6AGoQpvkdBQOnidpjp9xOT1r0ayB7Jo51KFCMYvrJ0AKQuT9xbQ5cUfQKkhE9NyUSKcN
EACx16U8Go1Xq6YtTtW+3/UR2FxICpoz+FAX0BNge1uTsCTSRFFHHukJAvJ+KMsNTqAjtYEM
Awr4llzZZGUoAxiOEXRk7not8yc1PAIAWOqIj2aM1fiUI3LVVAIEm/FPIlgWA0IVbPTRPEaq
UXMsknANqIl47YheaQBtoGH2kZAcruTqE06QFaIgTeIsSLhAEn3WTCOtZI6yeh/aUXbls/sV
w13utoiY9JugYlxf2Feo3d+TVtXrIsWABcsvw4mbChCyDHiM/K68GaVeb8PejHJAwk1Yz64X
Kfq1KhGQAa37y5ogk6NbxIiQY6EJnlEgUI1TQn/zZMOaJTmO5qEB0eUgvRzwUXbcBRzRAisu
gNRNOBEhYhAFwQL6RdbRNwC+od0A4IDuAf2kdo3x9iZxHUdC10Y95GJpMEs9/FFNkBYdVg5c
d5SMqjstQLi9z7ERGo1dQy4vTynGfVkQ0SyMs84en0IfzCflUpZPVEyq22NK/EtuXFIRj1c8
K8vjx9tZozyRy4Yh4TF/hni66mcYIeJr7lMyIaziilEVTCg1OpRrXiLKMmqesiCWbVM7gG5u
o79KirlSi4kQWPQpZCW2jXXwQXmF3mXIJoPArM9hdRwZce0M24FwB44IwhiJjpLQrdIbQ9fY
iGNKDX5U4IcBiBwW4h66lOH3AEBhSqNLsE5vq1kQXc3NKIWEgznRlmA1yS3A9JUc068I3BUX
lCMmcxpu+wogziIzmIu/N9mCx+qxh5PsyaP2seRbbnoQo9avd1J+YiwW+R6WC/xqiDQhwFFi
+hCEpHa9B0hByC/5kQSGNyA5+FAOTotsnfgAmZiRUWKeLs9Q6IAYge13W33M7LbMuRon4UpR
bo84NDoXR2lmtFBqjgasyEokHUkUUcU48u4SkTbaOuowgGhENH2IdP0GE4iUTcGoX916aJjI
Pvi52rKwY7SWQizV9oVKlby8R0oycEGxBR29Umh4ox7cW+pAQFCS7WRlAF9SauvOhPmlzZBZ
w/a8a8mIkJEVe1e4iMu2UCAWuhmPLGRYD9pDJGTA3DuQVtqRLvMXTSBo9vvL8PJLHMWJFEYj
1g5tNliht9R5h+Eh/nVZVJagXNJpacUAABMUJ0UpyFBTdwW4CkrjgpxH82cgS1gpTySYRG3G
NZT8COQylzFyKuHUZxD7WJL1ohKZOwHbtNWCMQadk+Hsp5O9KrfKvsUjQdKLC1uhCMh7Tqnh
QrrOfqW2JBPAWH2lU7PegTNyKirlNJ3Ir0oFrahSAq45iShjxQMzIiIb9VQy+skcGIfyx/El
8fcRwDGGvuPXceNMa45cKhvHtW0X0bqqofRjSqd6agUZeVggZzu+gUIZID+4LmZvdAWjqtmI
b5dFgnka69CZ0RKoNFBgdk5EU9nKsgkK45aGtCnBcTqBe6DglEtUUC6tI+/7ClmPXIqT+ipS
Mi3AFgoEOTZ9AquWrENdRJJ3lqGjoOOYfWv7Yx2yA3RP7SljNiHYjgmDjbq7u6Z9xetK+FOR
UaomJ2a1W2DkCr6fBzI7HAJfbrHxb0AXD1fpKYtKI6bp6xhYtZPJqChOrKQk7Y5Fms5Twpix
jbAG7n+JkTAEkXJQjAgcQiTECNAYt1j3pSQYc+MOPf2FumGFhEJiadNmRpTuvw7S5ddV0IMa
i40qogOxHtZPKqIHZayI6uqBq1q8Fug0DY8P0kRuLE10WH1EwDI1Jeg7iMzk8yYLbIVLo7BH
0uKVIjr5sj/04qZ9REPlFXJnJuz5s15uKO7EzmL9VGQYPxsQoxgN0pMwZ3JURtHmyG7JM33H
sbl/bbt3qSwjiF+bqLIckn8poyiOq58aYBgvyoGNQahbuGilhjyzvEnvBFm3TYyFubtoVdo0
ILVRETS5JqQyGj1fj8SEnO3osoAyJiKHiylHESdA7OjPKNsLF7n5FMx/EyA0JsAmnGosStx1
uRqhmEgXIEdDRHLE7TVgEP7isSG3DrfEqVMQxFj8SNTCJubj5U0YEjSUgzoRjiAAtuNUQaC5
bUoGcnPdXNUv7FsjyxZ24FAX1HEv3l6hy5lOVX4FHX/NCJcRGn7yOSbCMbA8r+H400QPJ2lg
R2we8iZEsSwBRnEMJ3DPzBE0pcdKYlopo0ZAGx/zV2agATgPF2J/bQ3CoNtAt0KayA495bwK
Hj9xbibUGpTGvHgpCzFZYZhEHAKEaxZSkS4MjcrHMSjIYebJKRO0D+mt4B2CkNPMPgj3E+Tq
yFYn9VERcwkTs1jEIzyET2R/DHi+ZZc4P8KBIBrbqr0vrIY4Zc0cYEgzfinvf7axx3bpy5sh
45Jc2RUp0Kt06Y34INc1B0WLLARebxyHgfCtpNQOYNcKl9QjpEXFmTbiH10RMql7gcqDuxLo
VpT6l/bYWPfkOhCMuaR1KAj2aRNEI2F2Vmbh0J9bv0IZZWo/wkoSE6SDxPAIhhLV0H7Pe1+H
cqOZC7UA+BRMiTu63GPikhGJtQlFw2jLcxrw4rK9zOX1uh3pWbRASrKNZEigQNogdkC/zKIF
JafvIky/wOqpQyvOEjrUj4VtxkSjMuDrH41t9KBLbWcjyxD+JAyy44x1FSvxfUkdEI/tL8Tf
mPGRb9VY/wCwxvhx9fHEc5P9bxrYRKMw/LMMX+ZRjI7S1S9UBuBAF2smifYSESSz0reiBgDE
TFX7RC9XAM84BvfyrZI3LP3RHr5Ecu2Rg4jAEsZ/JH+UhPKBOfAUiB3Y9xNS2pRkzsKDsuoE
knc4a4BK9QCSNwERShMlh2howlulLQMsnp5ix3RKLyi2gAX5/odMOsKx9qOEnYZa8JdlS9N6
qTThIgSPa7u5CVW1bqqUa89nURIAtZuHiURteoBA4OmHVPHT4lPBBot2hUlHJGQDXPf+VCNN
0aEngiIttNNVGTvCUb2YhGMS7VJ1KeBYAG+gTFgSxb9lSxTO2eNi0ixIkqhgAxfo7y24YuRe
aMJQLaOOYgdpGMSRAdZ7OjHsC5TgiumqlV3v0qYBFZyYoymNzdUjRUG4DrE6o7er0BkYYyDW
h6FEEcx0FU5ZzqVHBgAeY5pG0Y95Rw46tWUjeRPbTCp+iqpSibNFpjq5B1gfEnzQE8L8uWNY
H/c7ii7mNaBbSAA9HuuYP0rGdal1IdeMYlgmYAmu02dElpE0rp8KZ6EP70YkOSGJZEXt+VTz
6Yol9Yuewp4dw8uJsOheViYjJF8hl2W/prHmBI3EVsHPWjJUHtP0t9B5eYVB1R9RF6Hn4MvK
yy34+ye0H/XVgWL7/wB1F6B/YpTIoAwK2xDyL0FH+JHJm5tYB6J2Edz0Uho9uhExohASAvJj
f50eJsR1fmW3X8hTngzXQlM7gRsLVZFyTC5TvQ9DOF5eKQOSQYi5jFHpZo9JURAEZO1wKlFm
lxKi14sSRYDtb0e8ckm9i5aEio+6hjZpEtfRGMS0p0XO0pEC2gQcuTSnLFGWU7oR5YxGp7yn
GTeVGFQBbuc6IflNl0ql/o3C4WyVDoUYTiMkJBpRNQQsmbAHxM4DndB1KIqCwc9nxJ3dtBZA
yoxot1YmzCyJI9h4oAG+qI0BYPdAk0fVT0Zm6V6mWMPkySMQTa3WUhOszKstPkWT1MxwjjI4
dpbtYHdVY5CrxD/Ur+9ez6GVVLFIA48l/gKljxsYOQ1pAP3kIyHOKBBy7XPBM7jouiSTXgKo
AWIdHmEWNSenup4lpPc6hUrRyXf5eZCQLh9f3UDG3F7LbcnReXIs4sFCcgTtDgdWoQEg26Vx
oEZCsiGgKIymSZSN+kqGLGN8yW2jUoYoVlD+Jl4y/px/00WB4+xbXoakIZYComTRGGWLG8n0
Q4CxIuhtqbCTWdeVeR6+gZGUfaHFUJCwus0zRyBRSlMtEBwiXbDHqxComb6N8esFWhFCFnmA
C0JUNii0eWp9iINW4Ix3AyFWOicc0uH7SPGI4WW8OckgwGjFDdQdPFEgAmwko7uUGbbugKOL
zInId0hAEblIni59qxYZUJG7p5uZGBrEhiEMdhEsFeuv0XQdMo5Y9aBY/CVnkS5Ey3u+FR3A
gXJBdx8KMRkALu1I7QiSSSWbghAAlrj2osHcu4oPmUp5OYxDv0/Cth6oJkSA1ezypjStT2Sj
UAvSqEWca6fpp3fS6eRBiYk0C2SaThgjKYAiOqNXCM5FnsDZkTCrUe7FRzA//Zy9nXHjP35r
nsb8T8SeJbUcPso6acHHaU+dg5cEI+pwAyyQ644jvQitpLjToRMizVLWKJkKysbiqyTyAbgK
DUosHEqCtk/fLkleViIMYg7pdKzRDmWOZcnhLmgq0dUTm/0bxa0lnxQrKUSzqcqMSxHaQ26/
kT7mJDuy2SoCHHQVXlBtwLIkmjNwCBBcCgKjjDCU7gXW02iaS4HtbVHNhlzxcgaV7Ci4YmVx
WpPaWIOxjFgPcgJCmqlMhgJMCnZnT6H6LKiMZAMdF50BtieudB4lti3tCO4O+o/aQEZeZAUE
DUMUTkhtMbtr4l1tgI1XlYQMkY3kNCgQWlOtPvIsKjtCy3BqGpuT9pA/UjKIqOHSgzgSof8A
pW/KCw/hjWfhQzZmxRqz93vIQ9ODtAaUz25f6a/vPWCgB8vGftbpozm43cP1VtDEaHtUVCKi
iESacQFMS1JLcFV2s2iPqMI/ByHmj3JH/wCRABiBfwhbz7v3E0D0voAo4pRqKt+ypTJ2xhEn
3spipMv0pd1DD6uRxYpgHJtrQjdi3RQy4ZCeI2mhquhFVs1VTSyl6j04Na5IjT/VgtuxzXoL
KMpHZxB6wRng5ssKyBpuCEZB9vWGoVB0LHGJpx1oj6iHLaEfb2lASLg26T40S9joFhg7xlIE
j4eZbjVMX93SttuHBAGTEn6P8/o6PokBFyQxB1CmMI3iD7o9qIfuIgbgW5gY6hAyiwFDoV5v
lExNiL/oqWMGcWo2QDXsb+uu4DYFM4cmn+OwogVerCzlAQiCXcbSnYkakad9crRUJFzuLOGZ
j4+wo5ZSjMRHKAd0Yn9teR6eJkAWkR/jqIeo9RzS0gbRZRx44tFqPQUQJPMa7bhMAx+q6qWI
1QL0FA1lM+XuiCUxxSA4jmU5eZIbOby5ARcDvovQ/wDNaMaoEg0Ys6ie0QS6lgh18lxow5kM
kpE7WmTfml2FmyO5lMkE/orBGNHDkHpXD6Gs/wBHF07PE0IOqM8QbDkrGXdl3EDL+IA0g72V
nqjOI2483MGt8Kc3e1gyMpWIcPZkIbnHWiNPFzIuaCwRb2EarGSWAclAirUYWQJDA8UWI/8A
RDXm14BASkN0rRepbuKmtv8AgY2NCsghj3CDwyEFpS+ZBovu6pPY+wozyZDkyT4h4xTyYGJq
dG+FcgBies4cy8ajMgY/6ZCET1ib+EdqW7toAsCBR0QAWP5U1wQLWqjEl415uDqNa1b395Nu
MY9qvW+FQ8kCAEQTqS/fkpZctAHDn7qnkkKHqiwATinsTyoPq/SUt1ANCaoMOXQXZTAiAHIa
ypTpU8ZrvBB96njlFzEnlN276fh9cSnk/t6VEy7rbQhJ+Uuy8uDCIDyJs/yqcdJNIe9Yomm2
IDBVqnVV7foaRaJRhkDwNCFy82CTGMmr8MkJRqJKWPMXhjLQFmBQAqAGKB0FNtmQjKu4UqNq
BNKMWqnIFOHWUHq4LpoH2cEIkgyP+SlIxZtdVPISNoNX07yy5zLdDE8cXd29SKbhT6en6MzB
oEvwumjygGo+6hKeSTWABYOgJSk2tSXRiGd2YKIu4pqU+18uTrGXVA7q3PXu9HxJrhrOgJm4
oDb/ALic2iG8IPiQmzVqOypYpRFBuEiLD5ltySEhxFKDsIYxTcXiOhU5iBV01TrVc9A9tEAK
E1IJ6zIixa2jI6F6ogexkHqeNl/dYg2SA5hrKI7auS3HXvKbzjGONjtkdpk/9KPbUJSDhmBF
nQAPKKe9bj2ncHsqGTHUANLiAEImwkQPYnTj6k2n0Apj9fBGEhVGL1Fh0qWOTh6h+hQ9Vji5
BO8gUZu2tw4EsNPlVj7dE4s4XNqhGIcFgOLrGSWMi31qT211R3BgACZDRHJDqSJAPHxozHVM
DI+Kiz5doIcB7l+ur/TXVMjI9WQBHAjqJ5GhLroOmlEDE7K2FSpSjEgDVtVGUidwowo6YFgT
1SaBNtant3EIgRZ7t+0iJEANdHaBtFDxK2mpNolRM3dyBHSv3FAYmkK1FpT7SkSSDF26FLeA
5NEX5WtxTirlmu5UozDTh1nowTXY2Ll1N5ABywZNvcnhRMZyFLpsk5S4h9FKeOJnilUN2fBN
EnlbTVYnLObX+ZCIoDY3dTlJhARc6ryBAwlkkwnozqOLszqDo/0VqEwLdH0M6MXqKkIS/LxQ
IKpTJGoKliyB4ttmFl9ORSB5Txge0jE0Eg1bOpB3INJCu0IGQfbqVzVHQWZYyOaW4GJ9/Koz
JLNYcVlgSQJSGOHS/PNen9B6EHH6cEQI1l/UzLK1WjsgD9hGWSOyWae6uobb9Dpyuj6MGUBz
ISiSbNHnj86cHmldw5DoA0ftcap5ABjU8AjQ+W9Q9EJ8sYEbQEQ76Eaprg8bhGMS6DBiaSv9
namAIf8AOiBY16ftpiTxB/aUzeLPy2jJGbb93NTRPEcou65Ty+1f3OWJ2BjGPGSnKJlGZYnV
ypTo78p6FLoJqqVQLF9R0LgRYKovcXCmdn4rEgxG07+ynyxMSJGPskFjizsATxp1lmIDtG3Q
U40WGYLkReOqEmr/AJrh9PtTtVEGzU6EYSsVwK8yALao+oxB82MXdiYhc8d0JXd3j8SniIMo
yDg+xVKfQ1CjC0gxD0qoSm/mRDtp9hM4oSaaykVk9ZlHLGO2B6T+wgJDcxcAh6qIIIAFKJ0P
o4FdKEzeEgx+JPFpAXN1IxAlGAeZJZn7qaw1RavH2pj1rxCqeYW/6k82az9KcDcOkFAguDV3
av8AtoyJ+W9UZRZ5BgT+kgQNxOtnREmu4HsQjGJhG3QjGZLO5Y6qOTLJ8QNY6lRhCJNA0R+0
nmA0HAb78lvjQVDvRGO7UrUvoug8Fofzqz0VSxWScY8+Pnp0LcbiIcjpWSEeaUokAKUBHaNs
bWtzLGTTaSA3Ad5Sx3JqFw6F+dU+pClTRuCZVQnG4uyreKPAhkXcAW6SjkniidwrTvdZeZ6M
uGrCR/UkpYJM7Ali/W5lEHUe1YjPmiSQH1+JSdiADu6GC2wDzySo3SVHAzGIAJ1J601DXiEA
PqQB10H0dATfRnjc7XHtCjUuW9lE4d7P0+JPqes5ogLh7ptp6DqnB3F+Yot9aEnPDggYtT3E
lOHBuOlHzyIwNW7RI7qERWMjyxj2PmU4SDGBsP1kA9kN8gI8Ao7KRapqVqCbPcoiJ+JtSyLF
jwPHtcqkCQGJV6LaJNL2KgMj7LoAQ5uk8EAAAegOpjJMxGQGMaM6EJloyoKdpbhRZnPasFOO
r04VQq7UbiU8uuaRCiTqASnfoTEqpoE8avquhMOrJDouiCL1CY0PHoXELF6mI5ZR2S9seqnB
YhYi7uaxHHvLyYP5mYad3toSnzHFETJHZlL+WjEgUqA9UZswFEz7snDh8Sni9L+JOL78ppGP
+ljUQes1fof6Mm4cu0u3BTMSZQflGm0omwPVc9VGMbcRwKBiX4BDa4J42TNzaFbRHbEkAzIP
L4kJZR5+a9TyuOryqEP7KAhG0sYc/uKI8ieztFh+pJPmhk8sd7bEH4YQ3oxwjYbAs6OfHScB
75DtLd1SOIutrMBZuKAiSHeo1dCUurdpGu7vIgDcwoeK2ygHGuo8KkQKGT9KFgdAEHqY2KsS
qRf2phAB+hTG3nx88fd2VwILxdNniJHQiinknjAlOrDRu0jjMmccoan2lEyaQFbWQi4MQadF
VCOoAcrpV68VU/RUoVqOqUXdxRkwJOqM8NJCoe3woiYOPKDtMa1K9PIdXzGl9SdmiCyxbeoC
S5UvVzY4MERTjKIRzzv6iRkAO6E8XB+taDIbA8e+vLxyMfTg/jeo1me5gUYYYMIihNT8c1df
5p3f6JR4gg+xZAOxMilrp3AkKmJ4eBbWIke1ZFi4PuTku3FQaEp4RIb5AViEI4osBZWrxQap
F+lNIt0qhfpRJ0R6at0LLiIIi+7G9mPMuYOona4eo9naUtwG0cVIxDSiKFRJPMazL3+NSanF
HVeywQJDhAe/2ptUxFNUc2NhGb7u7HuraQaPTiAiwoaHWi2sxrXqj/EE3aHLu71EJCA2xkN0
RdnUS1GTD2ohqCzJ7/R7F09KfQ9ZUsq2K/u/SfxI9eIqf9xHH6nIZiB5YniqVIqoiVI6DpKO
OQbdSXsPdUYimOIYABCZqIycon1UpCJIO2BuB2ZqOLFAQxRHKBRBtV0K30cF/ms+LK1MkuUV
oDuQDbo1bvMjt/8AWqEQ9L+1ETlswY23kX+GK8v00BEWfWXiySQEWpdOQwdYcUDtkBKZaxHU
2o+YSYg0u4k/aUCTue596YNShqnnkjGPEyCjIZIS1E3BoUcExzxJj8T/AM34EBMtYg6MnLGI
qylwFQbp9okZnUPtZE9NkYyF7FM1tUU3BOAnselbJh4mhZHNik4drt8qeQfoQjIF7klbZdU2
k7CveW4PMgs50btqJIoQKr/NcOlVH1I8D+RexXTGoN1PE27HjO0yF6ISj1TZGntCl6gQPkeo
qDG0Zf00CKnpRLksXpohiynfjkzcYqUcReZaunyqBsbkKnvQ1XsXD6H+iyz5G2RyHdTtU5kY
yfoaiJjIMGciiiGcyYRAKhCMQDKIlkOpkUX0qHQmJCtfaqkF7dKjIyET1Igm563KpRcPIncI
1aqi4LuQGtRGcTKEc7GMnfb2JckVszPtsJE8EBjntEqO9QiJlp9jIa1/YRHqTQDawDx3dX8N
Shja9DqyI23YMEDEiMpavY+JSOjpgfaeCqfenC6ERQAaqqOTJYICPLGJfgVKIoTWvMZfDJGw
MahNI9rp1RYyBAEi3NGPdgscRQMx9qqX4Jiqpx+RAu3EK9kOBunr/bZiZxNdtT1fkUTGQlAh
wfauhSw5oicJaSH6q8/0URLA3NDupohqs3SiSdkh9bqOSYMYxk7ntHwRTcFUUC3sw0HBPoUf
zFWREWfTgn+iQkA8gwOoPeUoZYNpuI5S3jTRAkbR963ZI/8A18J3ZJcZf0ooACykS7zDFr7U
TLlDdW8Q38OMUxySEtCPEow3yaFYgF2J66AuxqTqgI0Bu/3VEGZ2w6o9vwoRYyBq5qQgSRqW
PQgGA0dZsW0Szbd8Z8Yx5lu2u9j7EQQD0WRdr14hMYe4JjD3ptpAZPWi5QSeDIDaXOjWRaMg
31JpSAxRvEqUACQAXJW4OJSvqmBrRgKCiatrGi8zG4lIF4+FREyJV5Yxv86H50W05SnKqqqp
X+SnhcRyx5sUzVpdz50ceeBgYlmJe3dXA6JpG6INR7NEc/ovwsxD+X2JfD/TWzNE42YB9f6n
VX9uInYGIer+PcizhrrdMW6sdPiQZ0ACYtdu0gSC+vQhT3unNBxdXH1ptw9y6NUxAPQQvOlD
yZw5jkhQBubmgoel9NMY5ZGAneUjL+ZsT5JmRgOaRufjTg7og0FvnVwQXoakBXAiDqgQDV6G
hXShGLniNEzuXuChq1HFEJFi9mTNVY52jHrAd3tI+Q04mv1qT1PtW4e9l1avZkSWHQ7LnLHo
qjR3UcPptvmikpXEVukd/tAAdbPKAnIafeQlkG2IrJjqB1Ed1tYvoUwdyNfCrkE++q3ZZBnu
Ko7TukAQDYKOUFiCCQOlQn3gCujgmVqBPrwVaFMOVqrbQkCwXNNpDQ3VIv0g1VS3tXPkiPev
wyTGz6H4U+0ODQqMrEKpvUonTRGU5CERWUivL9GDllbe36kVvzQhii1H65/7a2xMPSYCTW8y
yPn+sySJ0CG6c5txLfqobYD2JlxUfT4ZxHnAjID1wD1NijLfunE3N/lmpelykD0/qMUZwIfc
JGPNzqcokxD0F/lTyFnqECRt4MOyjuiSXNSjLrQF0CKBkJMCHp0Jw/suCpR6vSNUDUjV7OgA
amkha3wrHOUSMkhtlIHh2k+LKNkr7hWKPk5omJHVI5n+NSCYlF6hNgmITlaRuyL5RMyqTruU
t7CMTUyP3FEbBKUbzTbdr3kjUM1uCqCaUIL0RJsaNwUSLSFQyDaUI4I8tN9BqVBrgOR0LpXT
qujgmKa6245GB1QMiOkJxlHQCEZFgY0+II4seLnodxJaI7KE/URGXIauTT7KEMYEQLhfizAi
BbVHHDmo5kEzM/G6MpERA1NAjjySeECDKrRky/8ArYRCIoCzLdOpQEA4XMGZOuKp9GD1UY9U
7ZS4dqKPC9G1UKmUoDaX0Q2S3b+s4tLuIiJ03H2DrJ2PMOWOkn76GMkxq8onitBGVAE0jbtd
PhVCDF6cXRD2vtVXlW3A9pARAI1F1EkbSTT9hYmI5g6rQnUIgycjUWRMTyvbpVPqKMjYIE8o
AaA4omt/rKcht3DiUzlxojuZ3t0IkRu9EW5Ij8yLXIqTwQiH3AV4IMSCb6BByAHBiLmXeUfU
ejk+bEeqKCUP6aIkGyxHPHgV7foGMc+WXZFW+NWqqr830EFWH/ojPKQT2Yi8z2Y+BGGER9OZ
EijmTfEhDJklvNZzJsvL9JAA43jvJpLx44r+69VkOT1E+rAVl+5BVJZ3hjFIxBUcvq5mUzUY
zQknwp8chjxA1A0CBkXVPo5iB7VT6HCzemo84nafEOaCljmNuTHLbMG7hEOxJo4ovLBBAqOg
97ctmVzAxPLGlu8osA20ENxQm7EioFfD+gi5cCw9qIIswPtPNt5kQ0Ru0lSiYAD2jQo6gVf9
hHskUbUlRjJuWgB4eJQw4wc2SIoIDki/8uWfqJyBvk3K/V7yLG3+OZCUZOTcqvuWx9pF1sAB
mag910wibNW6jEv/AJK/NonYOn0rZN1mqVTp2yVb6yQGKG4W3EUWLJkphyFozHZl3VGYbc3M
FLNhGwz6w0R48VDD6c7fUeokIRydwHtqIMjkyM+XKetI9pCUS4NQnJ9ifX6K3UIRI87KaDXa
FIzJnU2dvkQm4fh3So4cWMjd/FzdH9PEowjATzNyCzIZMnPn7II5YA9lebkafqZkNE9n/UXm
XMj1i7qO+smdvplh9FDzcsbyNMUfiy9teZ6mfm5OmkY/7cFxKc/V9J9d6OLZz/FjpNu2tsxt
k9Rq6BMWiWFLkoZICokAXHFSIeJIG5tT4ZJmbuv1viRESBtrTVETAmTUDpXF626qBEr0Dqtd
1W4IbiRLQdCGItHFFpZSdYj9tDHhiIYoUhEDshSq1WjVGIICMMkgNuvtUZk0NIjVDJA0IrE8
UZSenNEnVGm0vQafaRD7QaODVEEbwKA6lP2RoelA34dKAcUFzdVPLZSb2AcVD02MbZYoiMhb
m7XKsnppt5hDxJ0mOpkWX0/royjHENsJS6u3wyVC/BPcXLLBi7OObjiv7iJYDEGPGixxNCIh
cfoa6nmyyEccASSehSyuTGROwWMYjljGEl5spGG0iUY9s9ySIiXlkrN+H+6gCNoA0W/IBGAH
Ie0jmyc22/E+FSyEMCQaOQyjIxqLBm+aSc+5HJlkIgUrqe7BHfu9N6QXhbLlH+r/AEsaA5cW
KIpoE+CGzH/VmG3f7WNXMjrI3+lyUc2G8KyB7qj6+EdmfYJuNQhGLkOzffmo7yQXqQNApkF4
guPehRzwF6qpJias4d+6jtYVpFRa5u9FZg7M7hz3UABQdZgn6odgNX8KkJTEIziN5JvIFbse
UGJoTH9ReXUg/W6IgAXdtDHvKWjm/sTCRvZ1LGxkTwqHQLbTqbptzk1foRjFq1Y6eJbadCIF
2D8E5iQI0B0KBkxenTRRLMbONfiWGBsZVk7OUPWgnyd34hfqdlQyRI5oiqMaTLWR9NtEYxBI
iLlAig4LHjjFsBIlvNhF989yzbKbY8oGm1YvUwLRkGPtHWVFTVfkUsHpC+LCWyStHLMfy8f9
XylHJkrDUHRQwwDY8YDn7m5NEOGut0qgaK56AeC8jHI+VDhaUlAkCMAHLXlLsrcbry8cTkyy
6sRYeLNPsL+69dMZckagH+Fi/wBuC8v/AMdDeB1vUT5cUfgj/OQzeomfU5r7p9WP+1i/lrgF
5Xph58xcx/hw/wB3Mmkxnq1gnufoyYwHkYnasnocvLLE4iTqOrJSEamJLvy/poGNJA1etApA
0cDV6oCQ5k0gARZF+zZr/aTSIme8f2kSSdsLe3vI7aB6ghCpoRQBGEoxlERsRx7XMiTjENtX
FA6OQHmJtoiAdrAgCnxLl0KcB3v0JnFemiDhqVCf86E7kugbSjUUTEXuRojE37o+6rHbxOhQ
atahenyYo/iQyDdEeJSGUNjI5nFCGQhjeMMZ2xiLCKc09i84G+Pa3S6FajRPqpYZnlmDH61/
azmCIyMnfslGOPJGRF2LsqowBaJoTqyxYMcQHq47EB15f9xPbaGAsibkm3FBjzC61JNxov7b
0weRDSkNENwAlclPLqhMDsgbnVf2/pYnNnN4RrXvZsi83/yGR2PL6eFMYH+r/VQhACMRQAUC
auTJLqY4jmK3erkYY9MEDT/v5f5i8vFEQiOFF08fpqj6jDbJUx47+so5hAxMiWOjd5EyYOKh
tR3UaNGm3IOlCbbgSQPb2uZEWIuTW63aQub1REaA1D6IRqdGFQ6BI5rBzRwjKQL3FGujKVCQ
B0rbMny6cvSpSjE7nuKpogygOsSpaM7IAUuqkPx6UzOLk6oAPtGjarbL2itkxluYvwdENymr
BbcZ5hcIkBm1dYYiO52kTopZSHMGNfaoiQAjK7dKnE0hkaQ9qHdKsAUSfaPohMliKiPeKnvJ
lDJ1wKCnY3IPL8MSd+3Dw5J/zUBKQiGeNayRnuaIFSjDcWccw8J6i2zi8Y0fpVDzC3FUq4dz
qtsBunkoANEMsw5lfiSrVJcp530jqfhimzH+29PbZH+JP/cn/LXl4YiPE6/NJVW3G0RrM3/7
cU/aN5Gsj8yqGGiomKr9S5BTiuaqhPEHnCjastk41EQBRmYLZOIBMWPAf6q2wHxG1kZdaD09
qNdpDP8AuoxBbdfRNMsAXtdbohgNWQcuXqCFAXcAKT6Cyax+tGM57YHr6JoyO4vY/pSR1cl2
T2VmGqABc/lTWFqJmO7itzM3VdAyLS4Aog/W9XXKal6dCwRHNISEWGj9pZcZlTRQlUyd1HLE
MYMSEGDk1ZVCjJ34lUWMAsWqdPlUoylWHViUDIPAl5gcrd3ylGMqRvuN4heSSTGZLSj/APrg
t0g4lWT97vJyK9NFyh6s5RDMdAP2l5uQhgOqAmAtQlbR9akJS/uPVM+x90q/6n8tZvX+qfHh
ysMOLshv6aoHJ4ovZdKOTKRGIqSbAISBBiag8UwTyuv+aYKv0EZyABWJNwV/cbt26RaNwxVA
44LbAsQaCy2yG0x49ZGV+JXQXICMomgDSC3SqBbpVaDQfvLcNb8R9AwxD4+2elEmo00R3Grs
m100Qdt10TSmoFWTgUaiJOqIe/Bbn5iahAyLm4CoGc26EwaExzMOjq7UCKZcQO8HWJ7SoBxV
t25AAEsGQA0KAOhkPyrpUJ0pxQA5DVnrVbSDvoTIVCiIvuttZto8ShB3AFgoiXVEQG1dNYCy
BcD/ADQM2962donnIFkYQIMu0FLD6SeyApMjrSPhkokvtd5SIJifiko4sYAjANEaMnl7kzsj
PLkBOkRUyPdggfVDy/SSDxwgsZdzJOcUIiwtr9MsueYhjjeRWz0WDfE2yTo//aR25vKibbAI
rYZRzStunGv6Cjm9RJ5k0cNHw+UtrvtAPvPWTRFdESQ8jS1lW5jR7lkAwEJln6U8pnIPY1UY
CkRYCzJqNG4/eV3D26FIvQhrIRgOYhiyN3PvTbbCvSpSJfh0OnrRbg3vNR3k0Ze4oOHkaAhO
7VqFuJ9hRMgSSaMhvAc31VeYioItVMCzB7cEJSAEZDbMnqkHvbFHJi54SFTGrI32m3QhXm6F
S6MT3iR70aqGB3OMO3Z+ZRINXoD0dpeXMiUbjipZ8lAKBtUTN9x1awXMa6NQMnJ5TwQMYO1K
XQkZHcLI+WBGJuHuVlx4MgPqANrRqOb/AFFHFCJMibaqEZx25p1kCjOSbDE0ozVJUcnqgA5a
GEdaZ8aHq/Vmk6xxEWCaIYf8EvT+oDwlWlCD31KGQeZgNYZgH5fH3Mi22DvxW52e5Klg9fLa
HfDkLkB+tDwKXlZ4SlMDaAayQoru687I3LY2QgwZxIAIh7i3QVHaaAMiXLvbRCDsZcbKADRc
bgR1lukSfanNAbDVkMcXJ0v9qanIFmr7V00qURIgP0p6GpI4oOW0DcVtcEEhiahEGoFwiMY2
oAkxkK0sgAHlcniqE44yZ/EUJY3J0NtrKOL1Dy9LKsh3Se3FebgkMmPJUSBQe6JOlvodZJmp
JY8CB3VGO5tljZ0CSSS9tCuMYuWN3TudxFQgAwIu65hU1onAIoz2ot2QiMYB5HSKlH052YbO
LzHekuclqsOlH1c48sC0SdT9GxtyM5DnJaMYjmnI9iK831J3Z5kNjNRCCAFhb/gqWVmHFHD6
mYlGYYxHMiPTYsu2VRkoIR/3NyfH6iDm8SCyJPp/NjEdbHIFRy7GmKkxPNFeT66EjhFsh68f
DNGVDGrEdk91SEmANa2W2ExATqXFyPEg8nYAyL0+VF2qXiBwCEccWq8uER415YI8rDESl7l5
eEAxBrtoSB2YJ2O0C0uKAiRuFxp8iOTd5WMdY9CJNQXUokA47iqBlJwa0R20IuVQA8TbatrC
Iu63A8wGqdiejVePjqECA8Y341RiGLhwCnjLaD1mLrcevcgrJ6LIQH54D9eKvaoCf6ZEhwas
icdYi4eoTChbUpmb2lGp3igIshKcgCDXjJc8/aNVGGObvStn+Jf2sJPKR3T+HswQUHBG431E
R4ViGOwiA44nmkvLgHOp0ii9ZXA1KOfI0j/LB7JUs0qsSBI8foc2RjD8SQ4WTn8DH0dYqlTq
TUrYZyh0xK3ZXynhK32EI44iMRYCiZGqlkxnZkap7MvjW03f83KjKBaMuyhAxeTOAbISySJ4
dAQECQRxLbiiGJl9axiBfJk58x8Q6sFl2n8XJJzJuz/TXmE3OnBDyy0gaMoYIVlkIeWgHfXk
Y5ymWFB2W7MlIC4Jf2LlB/8A4QjI7QL+1AEuDdrJrjijqAmYufeuQnaS5HFbjH4gboAmtWBW
oa78ERji8geQHtR63UQhLHLHCVTMjRelxxm5mayFCmfcQ4cpjf6RliCZYnoNYnrKWWGM5ISv
K7fKucbTG6ty9np8SpUGiFmNuhGIpXpTl9dvtTmpP51E5MOyDbua5CwYscGlig5B6r/CjHGa
gbZ92Pih40YxqR1ieKJsO0dflUYhwR1vCEIxsEWuLcF+NlJiK7I0ivw4gdOqoi31JhfpXNMA
+1Mcgfoqm2SkeNlLbiAYUJL1+FRhuPlnrRjyxEV5e3YwpIdYHvoY8shkjLqS/aRiY1uJXQGN
5xl2uHgQz+r9RDHD+nj5snw8yA9PBmsZVlJ+1kUsMSNwujKZpp7lIR7vuQdqlgBQKfq8xH9x
kHJEi3woyJIMrnh8ayibsJk+9e1MCTuueCINCLgqoLNbpQI6wKO+/wBS26CxCJ7JvHtFlrUu
t0i4N1vEBukBU8xb/cXvXpso6uESJKMnuXb/AICDUG4WWWEg48g5YG8T8fcU8cgzvuPQUccy
adU6MmPuayAIbiUZMdaoYfS4zkmeyP1kPUepl5/qBUf04U/py66DUfghnLxBjtkBQnu8y2w5
QK/9SlijcGqEAXLsA9fjT468Sbv4k+i2CxuqaIkXX4uQA8HR8uBke8aBdZo8I0XWoWbj9pET
NbBAgOHq6fb5WI3lLX/bgvLxiusjeR+JdKnCR5YACLcUd5YQFDqR4tqbbTR0XIIFtFLHjLSs
/ALzJ8xNtb95A7togACNCPEjjHHRH/yHqt0MGE8sCK5adSCECNkOxCNsce6jKxNtN0l/
/9k=</binary>
 <binary id="i_028.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RwpRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA9QEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MjEgMTk6MjU6MzUAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAwwEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAACfGgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABkAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A6XJzMlh3Cj1AO9d4mP6t/o/9Ws6/qBturw6qH15eQDsFzIaGN/nsg2VPtY9tf7jH
++xdhf0rAsYX+nsIB1afAee5qyrvqmHU23Ytu3IyWtDrPou2x9Df79v8j2JKcG/6w9C6M0U5
GXl25BcGWvpa91bA6QX+nW1mH6lf7v6wrVhptpqvoyRn4N7QcfILWEuiBZu3M9tjX/Srd9Bc
9m0fZLbcKwh7ay6m1o1aY9r64P0lD6nZLv2J1Dp797xiZk0FrgC0PDdzWOe17f8ABu3e389J
Tpn0GPJfWXsbqRWdpJ8A2xttfu/sLoKsduJgVuJNdu2WhswH2gNb+jn3+izaue6bS7Kzq632
C1m7eWuZBIHG57HBntd/wS1ep5ldV/2YF7mSbn73Fzg9xlrKZ+hWxv0Gf8IkpysnCyamSALD
+bsIJ07w7a5V6vtFt4oLHsPg8Ecdx+atK2wuY21weyt8hji2WEgw5rbBs3e5CpufXc159w5a
Wu7cfRdtSU4HV/rjX0/JfhYLBddS6H3OcfT3f4SuttcPf+5v3IvQPro7NymYuc4ssvO2r0yQ
0Enazv7Wf9NZt/1Fzhl2D7VV6ex9teQ4kOMS8V2MG3ZZZuf6r2rn29OuZuf6rWGtptYayXAk
cNFg+jZ7UlPc/XirqmIcbJ/SNxfTLbL2PdFVu7b6V21357dnvXGftLPrsP6ze4gd7bCPxfu7
ro2/4w7cmhzOo4Qfva2DjH9GWloa5t1OTu/Sf21y1tlTwXCl1TXSSSdNfzOfoJKS/b3ep6vr
37fpbPWf/wCT/eSVbb7du32xxt/Cf+/JJKf/0PRxfmgEW4m5p7scDp/VcUSvMZAa+uykiY3s
IaA3+W3dX/0ka0n0xGhJaNPNwCIkp8v+seJhYPWLHZN+7G9T1XsYHOcKrHeq9tj925r2t3LK
+rRczpmdl149rm5ma8010t3kMaO8ub/N+ptVn6442RmddvxccANyrSHPPFYB2ve8D/i1oYTa
MKqvFoIFVDPTY3uY+m+G7vfZZ7klJ/qzjWv9fJ99DyRTX6jCHN26ud6Vn0vU3PUep5mM/LyC
2xheHGsagmax6bg9v5vvYtLHa7Hx6i10D3OtESXF30Nv+j2vWfk42Y+sttBvY4lo9SLWg/vf
pd23hJTt2dfowehdLqrFfr5ooooxTq60v2VZHpVfn+k+zfa936P/AElisP8AqlU/9IMl1FhB
D21Nb6YJ/OrZb6jqtv8AIfs/kLzPAbkV/XqsZZLG9MDjQ152hlbWONXot/ObZk3+oz0vp716
Rfn556W+2kzVlsIqumXAlv0W6/T/AJzZuSU8BlZtNHVMvp+buyK+n5DYozntsY8WtfW5+P8A
QY3EfTXjZFXt9b9P/hrPesPJz6LrrSZ+xuuJfa1gqHpNn08fFrOz9J6W36df85/OLZ+uNluF
Y7q+O1mRidSqrxs+mxodD2tLsN+vub6lVPs/0V2P/wAQh/VjD6Rl9Wp6bV0/DvydhyMy617r
6qmN2k0UVy2vIym7/wBJ/wBpv+2rUlPJWgBzDXtLST+iD9xZJhjXO/O2tSaQdCYA1BGv+avT
fr5V9XMHoJD8HGxnv3s6fXTWyu2y4jZ6+/HbU5leLu9W/wDwFn6Oj/CLzJ9lb7JGgGxvGsgB
nqfvf8JsSUk127Y9kz5f1v6n8pJG/UN8et+r7v5yTu3Rs9bZ9L+XtSSU/wD/0fT7Do2TEvb+
VGVaxzZYPF7fyqykp4DqdFWR1PJEBjHWudY4D3Eg+z6X/RcjUdHpsMzB02AcD9395/tQnvD8
y+znc9xIPm7sr219dYycZn6xTXc+kzP6T03No9jvb9MpKav1g+sHRfq7izez7fmE+nXhVvAL
HNaLN2U+d1bforiMT/GH1arMNuaK8rCcTOMGNqIaTp6Frd1jHM/7sWZG9cy6+1zJscXvucLb
nWS5z7DL3Psc47nP/SPQzU671PRY57amF9hYCYaPp2nb+Z7klPo31iHT8zpfT/rnUbX1sqOK
2R9Fljramuu2u9tmBkvt+j/OfokDE+sduVkY/QcB7jVYaR65doXNDWP/AKlbKG2PvvVj6l9H
6j076uZub1gm3pV2MDhYm4Oa77S79Pvr9jvX31Y1TP8AjbFyeZlHomWbcDHdRVYx1NBtd6hM
fzrm3VtYy30nu2/oP0X5n2i61nqJKb/1qx2ZXWK8UX7sfGpE1NIE3N3t93Oxjm+l77P0nprm
+m5PUumdUbnYTm0347vd6ha1sO0fTYLC3dVY32I9GVfk5rsh5DHXvD3tZo3dHO3d/J+huVW/
Ibbnix4a+YDZAgAj2ywtezcxv8h6SnT6uOq9Xvd1LJsZkPc2BtdIDWkn06HfzNdTd36Oun/p
/wA4sqvHrc7a5xYW6g7RBdP0P3lbyOpPtr9KuS/cLPWc9x9oa5rm7Y/P/wC261Uh7m7nkAnn
cZGn0fakpN9iOz1IbG/bx7o+ju/c3bvYko+tZ6ez19N27Z2/ztu36Xu+kkkp/9L0fKcaRW6w
wDazXsANxMqu/wCsWCzJZQ5w2vk+r+YA0OL3G0+z27HfRXA9T+t1uY7flP3hkwysFjGz+bWy
Xbn/APC2f+BrnepdRv6lRZZk2msY8VYtLYDXOe5m9vP5tLfUSU9nhfWP6nZfVbsJjX04+02V
9UNhDbHexzqhTY39D/Ofo/8Ai1YuzulvpyWdL6vRlWtqe2rHLmtsfY9lnp00O/m7r/Z7Nn56
8xoc1uRW46tYQ9zW8wIf2/ORsBwGdjP1/RFpBbyDO+ZG389JTmFlhrYAyGQIJETpEyt/6s9P
tqzXC01+nkY5+047vpGi1oexx9v0Xfo/0e5Ro6Rd1L6wN6VW2NzyDt1PpH9J7W+3/BOXox+o
vSW5Lc66/IqzGkD9C5oY0Ebfs+17Xb6dm1nvSU6WPjgdHxcS1jbWmsOfXY1rmHcfWaz03bmf
o59i4P63fUwv9TqWNkBmPQx1uZRe9x9rJe77Fe8Xvb7TZtx7X+l6v83/ADi9IAAPM6ANk6AD
hc51rOvqccfCAtyz7ocRtaD7WepO7+ccd3/EMt/P9NJT47XUPtDKq7Wt41sIrBafdM27Ws/q
vQ76fTs9RrjbQ07fXa0hhP8Awe76S9yzOidM6hXjtuZXnOqYykG1oftLdxfa3fv2+r9NYf1v
+ruIa31YdfsfXF1U+1xaP0d1bPzbq5/qJKfKA4WGNDAgH8iICAJcImBE/HVBfTZjZNlLh72S
3QxM/Qd/Vdu3I7QCdrhLQO+pAGrv7KSmXpM2T23Tt8vH/wAxSSiyd3+Dmd3eOEklP//T467J
D77A7w08IhAJa6skDVoBkTx+c4x+6rnUOk5/TWNt6hjOxxe53pizbvJbDj+jDnWV7WvZ9Jqh
iZTaXNfXo9ujrOeRtHtcHb2Ob/OVuZ+kSUglvt3GJ0AHEfmo/TfdmGHbGta51r4L9rAB6lu1
vvbtlaPSasR+T1PKzXej0+rG2XFpH5+3ZVUHB/6V0fofp+9X8Clgsfk0114lrWtY3DeCLGVD
3V2WGWv35E+t7P0Xv/0iSmp1LLfgXWW1hpu6g1u2xsE1itjGWt/ds9/0fzLK/SXZ/VXqGQ/6
tdObdY625pt32OO4wLbG1Mk/uMG1cL9Y7S63EpZFlrnE6aQPaxrfztvud9FazuqnpN7um47/
AEqKXNa2ACS4hnqudY7d9K3ekp7/ACc+jHxLcrJ9lWPW625w/cYNztv8t35i5jAssuDbsluz
LzGG/KHbda5zaa/5PoVs9FZ+b1ezPwLcOS9osbbkTqDXUd7K3/8AGZDWf9sWLfHTtuBVe/cC
6hlLzEHdudkzz+a56SnHxepZXTs0ubu9MDbbS6dQD9H+uxb9mVRn45spduaRweQY+i9YXX2N
prOaBLiCbGcSQBve3/hGfT2LF6N9ZWMtcS0tcJ3VAyLGd9v8rd/r9NJTzv1qp9LqJAbtcQA6
JjXdt/6IWdS/1NoPIcZ8eFvfWw/aqjlhpafUDrSSJknZX9Eu2NbVtYxc/SWeHYkToD5JKbnt
mIHM7e3H0dv0UlD7Pf6Xr+hZ6P0vV9N2yP623b/I+kkkp//Umek9Fyem2szPTpy7SG1ZNjZd
6vu9F1bq919rfT/pX7lf/W1zdPSxi9UdjXVub6R23uxbGvdWS3dVfj7xbXfj37mM/SM/wn+B
XTfUC/p2V1rqDcrZflW1N9APgn0x7bvSafztwr37f/JrXz/qQ4OyM/p3UH0WPrFIqNTHN2Bp
Z+l9zHOu19ltT6ElPHX+pkiuihtX2Tpz/wBJsbFWRl/4W32H9JTi7vQxbXep/pv8IpW5FdzC
bdt7KJc+wgPZXGtn6a4e3b+6z9Kh4WTRg4ORiOc5rMdljaMmskPIBFTXtsaPa9+Rb7bP+0/+
E9P+cWLYb3YZDrNwd+nyS3gOBGPSH/yrN1tnu+n+jsSUmw7D1H6x4TyzY0WVgM4AZWfU/s/R
9R6H1HPZkZVmS0t/SWEiD9xif5KHhPtqxcrOaBBP2Ol3g68Pddx7m/qlN1bP+NQsDpuT1vqN
fTen1Bj7tHk6tqqH07bbA1u2mv8A9R/TsSU9P9XKqj05lt7xv6hbFbT9J1bSaq27f5VvrL0Z
tLsn6tvPD9Xgj+Se39lYvTek9K6ayoUt+0ZLaRVXk2e4hjWiv9Cz6GOxzdz/ANH7/wDhF1mH
jtp6e3GGrQ0g9/pTM/ekp4PqGKOo9Ndh3iRkVjaRoW3MG4P/AOiuN6JT9Trmssyeo5OPmV7S
2ixjaq3EH3tblfrFf0d3899nYu6ta6h92OR76Xu2jyk+H9Zcx1P6h9NuYH9Ntfi2tZO24mxh
gbva7b6jElO5hfV76oZTC5hZktf42O2afy2O9Cz/AD1oUdC6N0+vdhYVLCdPUawOOh/0tvqv
b/24vGmOa0jaIIghzTtcNN3itLD691TEcw15j4YBLbSXjXvr9Fv0f8Ikp9V9F+2d5jduif8A
zL+wkuB/5+9S+z7fSZ637+52z93d6ceru/8AQhJJT//VP9ZcXA+qmJ0h3TKC91XUDl2W2HdZ
Z6bPTfVZkbR/OMu21+z9HsU+tfXTBvx8Syn1vQcRfALWWtsbMMrewva77Na3fezJZ6GR/gfU
VL67dWb1d2GzGY6rHxfUdY+6NbbNjGMqbWbHXPYyt30Pprm7+mW2bW4NL3vDHGytxALizbxq
73On/viSnW6AHs6f1f60ZlnpPD211AMaa7rXzZfTfQ72Pp9N7Kv+vKhb0z08e+tjarH2ML9z
eSfptZVU32sZu3en+5/xq6HqfSW7Ok/VE3txqMKsZPWciWw222bXbf8ATWusP6L+QuQyL8/E
yLMXIIdZT+id+7LPdVdU76X53q03N/fSU9L0v6uOz/qHRi1BgzMu8ZVVj52hws9KXFnu2/ZW
2rXo6ZhdAxndMwpJyP0udl2ANdZJ2V1hw9rWbvoVs/m6/wDhrEvqj1fFyuhMqoDKsjprIyKG
kj2SSMtu/d7Lf8N/w/8AxlazutdVuzaXOeNlDNprZAlxn6T9v52vtYkp6TpNPqvcQBsrZuJj
sfot5/O2rZ6dYRaRJO8R8zqsXpz6OmdIqoDf0gYHZbmgFz7CGu9Lcf8Ahcj0W/ufpFWvyeo3
0ZONWaWsO1kkPa/c4erjt0e5rWPtFePZZ/wn82kpb6yWXY2Y/Naze1h2X1xBgfQez+U5ns/r
rNsz23YTsjDIJYHbJ0Go3M37d21Lo+ffnVUMzGv35DfRyG26ugOe31Bq79Iyr0/7da5yzOGN
jUMlt3UMnILbKSCGNY5zmV2bG/Sdu2+1JSP6zX0W9Pwqr8f0soQfUexu41Ma5n8833v3P/wb
lzQpa8/RJHx7eHddN9c3PsycTGh3qGt0MgQRY9rWubt/4lYLavRs2mQGubOsRrr/AFeUlI/Q
fH0Dt3zu7bo3R/WSWl6P6pEnd9p4gzx8UklP/9avnUYNPUbMMX05eRW91fts2Fup92z6VVnt
/SY23+2gPzbKmFmNDQDuDfohzgdwdZt9zvcvQvrJ9UumdawXMbU2nOrG7Gy2iLA9v0GW26vf
U/8AP3/8Z/OLzPOqycOK76XMyLHBhp2y71G6WNG0+/8ASNSUjFrq3vuvsN2Te8222u+lY8/n
f6/zap9TqdkYTc8bg6uw1F3Yt0cK/Ud/oPUq/wCL9RRsdY/9HEnuD2XYfV/oDMn6n5VGSSX5
5tuoaSYaWtdXiPZ+76sb7H/n1pKeH6X1DI6b1HFy6C7fW8B7Af5xjvbdju/4Oxq6XOz+mdOz
DjZ9jyxjpNjGOc0tDva7cBt+isDouEy/KrqvJa1jDbaBLXANG5rZ/M5avQM1ljHV12htVrKm
HIDA0bbHmyzbZt9vrtqcz1UlOZb9aelPw3ZeLn1OsZtFGHbXbuftL3WXFjK2/pbXvsfv9TZ+
jYxC6p1vJsp39NrrY3qFAD33h3qMLxH6Gtrms9Sr/B2Xf9tpdRoc+tja5MiB3Ov5oWK2u3Hb
bj2ud6VmrGgyA792R+9/J/PSU1MPMv6W57Ma12S1klmPaLCWWH6bj6X77vp+m9CxmZWV1rEF
7AxwsrADJgNafUO7cX/9UrFuVU1kWPLnOEANkkfm+399ytdE3t6rXW6GvIfuGhOjCQLNrj+f
s/OSUy6qxuZ9Zqav8HjUNc4nXgWXu9o/l2bFh51N37QdTo19rxtkdvzVv4rvtH1g6tkgA10t
bQ0z33sqH/QoetPrOFifsf1zSz7VUay22Ie0udtLW2N/kFJTzvpsn04O7fv2yefj/WSQ9x+2
7pOznbI4ifBJJT//1/UXM7hcn9d+ndSsZRf0urfda405L2lrXBhb7P0thY6quxw/T+l/O/o/
UXW2WNrbucfILlfrX1Z9HScvKxztuqaGsn+UY9Rjvotc2ne+v+Wkp4l3SMDpFTuo9VtZkU1O
gUV/RtvH0qKnn+doq/w+Ts/756nQ/Vrqn2m5zsmsF9vp1tbGysMAJbQ2uf6rPTZ/N4//AE+C
o9bq+Q26+3dRiNDKqtxJDAfaytn5lX51ln+EXS9OZm4vUqcdjRVnjRgyQGhod/hNlhbv/Rn2
PSU9J9Tfqf8AZ6K83qVey/e6z0DyXCx3oZF3/W9j6Mf/AAf5/wDIF1X6pdaZkZLuntbk1Od6
zHXWD1HOcXPsZsP6Nz9zv5y2yr1F1WBdj2zR6jfUqJb6YcNw8WuZ9Nr/AN9Xixsa69jKSnwP
L6wXwxr3spaYc+Yc7Xj2/m/1UC7Lyr8cubLaWmTY47RB00/eXqvVvqL07qFrcTCwMbp+E2HX
5jGNNzjJ/RYVLf0dbv8AS35Tf+LotXJf4wvqphdEx8Z+JkWehfYT6Lzvc1zQ33td7XOY7d/1
tJTxZymUSaBNp19Vwgj+TU383/ri2vqMHWdZysiw7m0UxufpyQeXf8WucfXZWIkP3uOvfw9w
XRfVN5p6d1W8fnVu2n847K3D/N32JKbX1Yc09N6jnWQDblML3DQCA698bv8AjVb6h1F+VS7F
rsBqeWHRg1DT9Fr1g9O/SfVs0Ms2G3LO9hPYVsdv/wA1rVtdJ+sH1X6eyl+X0n7Vl1tDHmxx
eDHjVYbKd7fzX+mkpzd+J6/0xu3enH5v9Wf3kl3X/PL6rfsn7f8AsRno/R2bKIjd6Pp8fv8A
5mxJJT//0PQ+s5DKa6y+6qoF3+FdEj87aFzGL1LF6jfk9P6dbVZdQX0Go6j1NpPub+fj/wAv
6HsXaZN9WPj233aVVML3n+S0S5ZeZkdPxa2ZGUacPKvpLA94DSAZudSbGDf6bH/SSU+VZnSO
nVbcn7Rb0vqDHluRh21Otra8e12y3Hcy+quz9z9NXYnP1iOLS39IzJdWRsxbK/XrcP5P2qtr
aWbvd7P0ip/WPPN9zrd4O07WOB5A0DtP+o/MWP03Azuo5tePg0uyL3mG1tgz+87+Qxn+Eekp
9k+oGA/G6JRn5H9Iz2m6O59RzrnWO/efkbt/8ir0611EOdyYHh3Qun4Yw8LHxy7e6mplRf47
QGqwYSUxJDRrDQB8lyX1z+qmZ9Y66r6HtrtoBFeO/gsJ37t35tr3N+guscA5viNDHYpEmIAm
fxSU+Q5P+Kvrr6g91+JjzBIe54cHfSdPoMyGf1FVzOg9b6P0B2I8CzLzLxhVVU7nPc4lz3+l
7ffXayv+cXsAsFpc19ZDAY93cj+SoMxMX1za5jXPDi5jnAEtJbseWF30d7dzUlPhT8Hq/SMJ
1efg241LrA71La3BjXxs2i4fofo/SY5ZFz/fvnRx9w0MFfSllNNtTqbGB9NgLbKntDmuDtHN
ex3tc135y5e3/Fj9UD6z68LbbZuNe6y011uLdjdtDLGexjv0iSnyf7T/ANj/AKMaeEiJ9Td9
H9389Jdf/wCND1PZ6f7QxtnG30rYif6/0vz0klP/2f/tI8xQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0E
BAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIEPgA4QklNBCUAAAAAABB4ss+h/BPwWuscSRvNkBCMOEJJ
TQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAA
AEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtw
cmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAE
MAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEA
AAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0A
AAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENs
YnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxz
Ym9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09i
amMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAA
QmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9y
RGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQA
AAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAA
AAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAA
AAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3Jv
cFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAA
AAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D
8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9m
ZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUA
AAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gA
AAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D
6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAAC
QAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAcMA
AAAFAGkAXwAwADAANwAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAABwwAAAtAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAAC
AAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHDAAAABnNsaWNlc1Zs
THMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dy
b3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2Vu
ZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpj
AAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAA
QnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAABwwAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxU
RVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2Vs
bFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VT
bGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VC
R0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAA
ADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAA
AThCSU0EDAAAAAAauwAAAAEAAABkAAAAoAAAASwAALuAAAAanwAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9D
TQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4O
DhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABk
AwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUB
AQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFh
EyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKz
hMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIE
BAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUG
FqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW
5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A6XJzMlh3Cj1AO9d4mP6t/o/9Ws6/qBturw6q
H15eQDsFzIaGN/nsg2VPtY9tf7jH++xdhf0rAsYX+nsIB1afAee5qyrvqmHU23Ytu3IyWtDr
Pou2x9Df79v8j2JKcG/6w9C6M0U5GXl25BcGWvpa91bA6QX+nW1mH6lf7v6wrVhptpqvoyRn
4N7QcfILWEuiBZu3M9tjX/Srd9Bc9m0fZLbcKwh7ay6m1o1aY9r64P0lD6nZLv2J1Dp797xi
Zk0FrgC0PDdzWOe17f8ABu3e389JTpn0GPJfWXsbqRWdpJ8A2xttfu/sLoKsduJgVuJNdu2W
hswH2gNb+jn3+izaue6bS7Kzq632C1m7eWuZBIHG57HBntd/wS1ep5ldV/2YF7mSbn73Fzg9
xlrKZ+hWxv0Gf8IkpysnCyamSALD+bsIJ07w7a5V6vtFt4oLHsPg8Ecdx+atK2wuY21weyt8
hji2WEgw5rbBs3e5CpufXc159w5aWu7cfRdtSU4HV/rjX0/JfhYLBddS6H3OcfT3f4SuttcP
f+5v3IvQPro7NymYuc4ssvO2r0yQ0Enazv7Wf9NZt/1Fzhl2D7VV6ex9teQ4kOMS8V2MG3ZZ
Zuf6r2rn29OuZuf6rWGtptYayXAkcNFg+jZ7UlPc/XirqmIcbJ/SNxfTLbL2PdFVu7b6V213
57dnvXGftLPrsP6ze4gd7bCPxfu7ro2/4w7cmhzOo4Qfva2DjH9GWloa5t1OTu/Sf21y1tlT
wXCl1TXSSSdNfzOfoJKS/b3ep6vr37fpbPWf/wCT/eSVbb7du32xxt/Cf+/JJKf/0PRxfmgE
W4m5p7scDp/VcUSvMZAa+uykiY3sIaA3+W3dX/0ka0n0xGhJaNPNwCIkp8v+seJhYPWLHZN+
7G9T1XsYHOcKrHeq9tj925r2t3LK+rRczpmdl149rm5ma8010t3kMaO8ub/N+ptVn6442Rmd
dvxccANyrSHPPFYB2ve8D/i1oYTaMKqvFoIFVDPTY3uY+m+G7vfZZ7klJ/qzjWv9fJ99DyRT
X6jCHN26ud6Vn0vU3PUep5mM/LyC2xheHGsagmax6bg9v5vvYtLHa7Hx6i10D3OtESXF30Nv
+j2vWfk42Y+sttBvY4lo9SLWg/vfpd23hJTt2dfowehdLqrFfr5ooooxTq60v2VZHpVfn+k+
zfa936P/AElisP8AqlU/9IMl1FhBD21Nb6YJ/OrZb6jqtv8AIfs/kLzPAbkV/XqsZZLG9MDj
Q152hlbWONXot/ObZk3+oz0vp716Rfn556W+2kzVlsIqumXAlv0W6/T/AJzZuSU8BlZtNHVM
vp+buyK+n5DYozntsY8WtfW5+P8AQY3EfTXjZFXt9b9P/hrPesPJz6LrrSZ+xuuJfa1gqHpN
n08fFrOz9J6W36df85/OLZ+uNluFY7q+O1mRidSqrxs+mxodD2tLsN+vub6lVPs/0V2P/wAQ
h/VjD6Rl9Wp6bV0/DvydhyMy617r6qmN2k0UVy2vIym7/wBJ/wBpv+2rUlPJWgBzDXtLST+i
D9xZJhjXO/O2tSaQdCYA1BGv+avTfr5V9XMHoJD8HGxnv3s6fXTWyu2y4jZ6+/HbU5leLu9W
/wDwFn6Oj/CLzJ9lb7JGgGxvGsgBnqfvf8JsSUk127Y9kz5f1v6n8pJG/UN8et+r7v5yTu3R
s9bZ9L+XtSSU/wD/0fT7Do2TEvb+VGVaxzZYPF7fyqykp4DqdFWR1PJEBjHWudY4D3Eg+z6X
/RcjUdHpsMzB02AcD9395/tQnvD8y+znc9xIPm7sr219dYycZn6xTXc+kzP6T03No9jvb9Mp
Kav1g+sHRfq7izez7fmE+nXhVvALHNaLN2U+d1bforiMT/GH1arMNuaK8rCcTOMGNqIaTp6F
rd1jHM/7sWZG9cy6+1zJscXvucLbnWS5z7DL3Psc47nP/SPQzU671PRY57amF9hYCYaPp2nb
+Z7klPo31iHT8zpfT/rnUbX1sqOK2R9Fljramuu2u9tmBkvt+j/OfokDE+sduVkY/QcB7jVY
aR65doXNDWP/AKlbKG2PvvVj6l9H6j076uZub1gm3pV2MDhYm4Oa77S79Pvr9jvX31Y1TP8A
jbFyeZlHomWbcDHdRVYx1NBtd6hMfzrm3VtYy30nu2/oP0X5n2i61nqJKb/1qx2ZXWK8UX7s
fGpE1NIE3N3t93Oxjm+l77P0nprm+m5PUumdUbnYTm0347vd6ha1sO0fTYLC3dVY32I9GVfk
5rsh5DHXvD3tZo3dHO3d/J+huVW/Ibbnix4a+YDZAgAj2ywtezcxv8h6SnT6uOq9Xvd1LJsZ
kPc2BtdIDWkn06HfzNdTd36Oun/p/wA4sqvHrc7a5xYW6g7RBdP0P3lbyOpPtr9KuS/cLPWc
9x9oa5rm7Y/P/wC261Uh7m7nkAnncZGn0fakpN9iOz1IbG/bx7o+ju/c3bvYko+tZ6ez19N2
7Z2/ztu36Xu+kkkp/9L0fKcaRW6wwDazXsANxMqu/wCsWCzJZQ5w2vk+r+YA0OL3G0+z27Hf
RXA9T+t1uY7flP3hkwysFjGz+bWyXbn/APC2f+BrnepdRv6lRZZk2msY8VYtLYDXOe5m9vP5
tLfUSU9nhfWP6nZfVbsJjX04+02V9UNhDbHexzqhTY39D/Ofo/8Ai1YuzulvpyWdL6vRlWtq
e2rHLmtsfY9lnp00O/m7r/Z7Nn568xoc1uRW46tYQ9zW8wIf2/ORsBwGdjP1/RFpBbyDO+ZG
389JTmFlhrYAyGQIJETpEyt/6s9PtqzXC01+nkY5+047vpGi1oexx9v0Xfo/0e5Ro6Rd1L6w
N6VW2NzyDt1PpH9J7W+3/BOXox+ovSW5Lc66/IqzGkD9C5oY0Ebfs+17Xb6dm1nvSU6WPjgd
HxcS1jbWmsOfXY1rmHcfWaz03bmfo59i4P63fUwv9TqWNkBmPQx1uZRe9x9rJe77Fe8Xvb7T
Ztx7X+l6v83/ADi9IAAPM6ANk6ADhc51rOvqccfCAtyz7ocRtaD7WepO7+ccd3/EMt/P9NJT
47XUPtDKq7Wt41sIrBafdM27Ws/qvQ76fTs9RrjbQ07fXa0hhP8Awe76S9yzOidM6hXjtuZX
nOqYykG1oftLdxfa3fv2+r9NYf1v+ruIa31YdfsfXF1U+1xaP0d1bPzbq5/qJKfKA4WGNDAg
H8iICAJcImBE/HVBfTZjZNlLh72S3QxM/Qd/Vdu3I7QCdrhLQO+pAGrv7KSmXpM2T23Tt8vH
/wAxSSiyd3+Dmd3eOEklP//T467JD77A7w08IhAJa6skDVoBkTx+c4x+6rnUOk5/TWNt6hjO
xxe53pizbvJbDj+jDnWV7WvZ9JqhiZTaXNfXo9ujrOeRtHtcHb2Ob/OVuZ+kSUglvt3GJ0AH
Efmo/TfdmGHbGta51r4L9rAB6lu1vvbtlaPSasR+T1PKzXej0+rG2XFpH5+3ZVUHB/6V0fof
p+9X8Clgsfk0114lrWtY3DeCLGVD3V2WGWv35E+t7P0Xv/0iSmp1LLfgXWW1hpu6g1u2xsE1
itjGWt/ds9/0fzLK/SXZ/VXqGQ/6tdObdY625pt32OO4wLbG1Mk/uMG1cL9Y7S63EpZFlrnE
6aQPaxrfztvud9FazuqnpN7um47/AEqKXNa2ACS4hnqudY7d9K3ekp7/ACc+jHxLcrJ9lWPW
625w/cYNztv8t35i5jAssuDbsluzLzGG/KHbda5zaa/5PoVs9FZ+b1ezPwLcOS9osbbkTqDX
Ud7K3/8AGZDWf9sWLfHTtuBVe/cC6hlLzEHdudkzz+a56SnHxepZXTs0ubu9MDbbS6dQD9H+
uxb9mVRn45spduaRweQY+i9YXX2NprOaBLiCbGcSQBve3/hGfT2LF6N9ZWMtcS0tcJ3VAyLG
d9v8rd/r9NJTzv1qp9LqJAbtcQA6JjXdt/6IWdS/1NoPIcZ8eFvfWw/aqjlhpafUDrSSJknZ
X9Eu2NbVtYxc/SWeHYkToD5JKbntmIHM7e3H0dv0UlD7Pf6Xr+hZ6P0vV9N2yP623b/I+kkk
p//Umek9Fyem2szPTpy7SG1ZNjZd6vu9F1bq919rfT/pX7lf/W1zdPSxi9UdjXVub6R23uxb
GvdWS3dVfj7xbXfj37mM/SM/wn+BXTfUC/p2V1rqDcrZflW1N9APgn0x7bvSafztwr37f/Jr
Xz/qQ4OyM/p3UH0WPrFIqNTHN2BpZ+l9zHOu19ltT6ElPHX+pkiuihtX2Tpz/wBJsbFWRl/4
W32H9JTi7vQxbXep/pv8IpW5FdzCbdt7KJc+wgPZXGtn6a4e3b+6z9Kh4WTRg4ORiOc5rMdl
jaMmskPIBFTXtsaPa9+Rb7bP+0/+E9P+cWLYb3YZDrNwd+nyS3gOBGPSH/yrN1tnu+n+jsSU
mw7D1H6x4TyzY0WVgM4AZWfU/s/R9R6H1HPZkZVmS0t/SWEiD9xif5KHhPtqxcrOaBBP2Ol3
g68Pddx7m/qlN1bP+NQsDpuT1vqNfTen1Bj7tHk6tqqH07bbA1u2mv8A9R/TsSU9P9XKqj05
lt7xv6hbFbT9J1bSaq27f5VvrL0ZtLsn6tvPD9Xgj+Se39lYvTek9K6ayoUt+0ZLaRVXk2e4
hjWiv9Cz6GOxzdz/ANH7/wDhF1mHjtp6e3GGrQ0g9/pTM/ekp4PqGKOo9Ndh3iRkVjaRoW3M
G4P/AOiuN6JT9Trmssyeo5OPmV7S2ixjaq3EH3tblfrFf0d3899nYu6ta6h92OR76Xu2jyk+
H9Zcx1P6h9NuYH9Ntfi2tZO24mxhgbva7b6jElO5hfV76oZTC5hZktf42O2afy2O9Cz/AD1o
UdC6N0+vdhYVLCdPUawOOh/0tvqvb/24vGmOa0jaIIghzTtcNN3itLD691TEcw15j4YBLbSX
jXvr9Fv0f8Ikp9V9F+2d5jduif8AzL+wkuB/5+9S+z7fSZ637+52z93d6ceru/8AQhJJT//V
P9ZcXA+qmJ0h3TKC91XUDl2W2HdZZ6bPTfVZkbR/OMu21+z9HsU+tfXTBvx8Syn1vQcRfALW
WtsbMMrewva77Na3fezJZ6GR/gfUVL67dWb1d2GzGY6rHxfUdY+6NbbNjGMqbWbHXPYyt30P
prm7+mW2bW4NL3vDHGytxALizbxq73On/viSnW6AHs6f1f60ZlnpPD211AMaa7rXzZfTfQ72
Pp9N7Kv+vKhb0z08e+tjarH2ML9zeSfptZVU32sZu3en+5/xq6HqfSW7Ok/VE3txqMKsZPWc
iWw222bXbf8ATWusP6L+QuQyL8/EyLMXIIdZT+id+7LPdVdU76X53q03N/fSU9L0v6uOz/qH
Ri1BgzMu8ZVVj52hws9KXFnu2/ZW2rXo6ZhdAxndMwpJyP0udl2ANdZJ2V1hw9rWbvoVs/m6
/wDhrEvqj1fFyuhMqoDKsjprIyKGkj2SSMtu/d7Lf8N/w/8AxlazutdVuzaXOeNlDNprZAlx
n6T9v52vtYkp6TpNPqvcQBsrZuJjsfot5/O2rZ6dYRaRJO8R8zqsXpz6OmdIqoDf0gYHZbmg
Fz7CGu9Lcf8Ahcj0W/ufpFWvyeo30ZONWaWsO1kkPa/c4erjt0e5rWPtFePZZ/wn82kpb6yW
XY2Y/Naze1h2X1xBgfQez+U5ns/rrNsz23YTsjDIJYHbJ0Go3M37d21Lo+ffnVUMzGv35DfR
yG26ugOe31Bq79Iyr0/7da5yzOGNjUMlt3UMnILbKSCGNY5zmV2bG/Sdu2+1JSP6zX0W9Pwq
r8f0soQfUexu41Ma5n8833v3P/wblzQpa8/RJHx7eHddN9c3PsycTGh3qGt0MgQRY9rWubt/
4lYLavRs2mQGubOsRrr/AFeUlI/QfH0Dt3zu7bo3R/WSWl6P6pEnd9p4gzx8UklP/9avnUYN
PUbMMX05eRW91fts2Fup92z6VVnt/SY23+2gPzbKmFmNDQDuDfohzgdwdZt9zvcvQvrJ9Uum
dawXMbU2nOrG7Gy2iLA9v0GW26vfU/8AP3/8Z/OLzPOqycOK76XMyLHBhp2y71G6WNG0+/8A
SNSUjFrq3vuvsN2Te8222u+lY8/nf6/zap9TqdkYTc8bg6uw1F3Yt0cK/Ud/oPUq/wCL9RRs
dY/9HEnuD2XYfV/oDMn6n5VGSSX55tuoaSYaWtdXiPZ+76sb7H/n1pKeH6X1DI6b1HFy6C7f
W8B7Af5xjvbdju/4Oxq6XOz+mdOzDjZ9jyxjpNjGOc0tDva7cBt+isDouEy/KrqvJa1jDbaB
LXANG5rZ/M5avQM1ljHV12htVrKmHIDA0bbHmyzbZt9vrtqcz1UlOZb9aelPw3ZeLn1OsZtF
GHbXbuftL3WXFjK2/pbXvsfv9TZ+jYxC6p1vJsp39NrrY3qFAD33h3qMLxH6Gtrms9Sr/B2X
f9tpdRoc+tja5MiB3Ov5oWK2u3Hbbj2ud6VmrGgyA792R+9/J/PSU1MPMv6W57Ma12S1klmP
aLCWWH6bj6X77vp+m9CxmZWV1rEF7AxwsrADJgNafUO7cX/9UrFuVU1kWPLnOEANkkfm+399
ytdE3t6rXW6GvIfuGhOjCQLNrj+fs/OSUy6qxuZ9Zqav8HjUNc4nXgWXu9o/l2bFh51N37Qd
To19rxtkdvzVv4rvtH1g6tkgA10tbQ0z33sqH/QoetPrOFifsf1zSz7VUay22Ie0udtLW2N/
kFJTzvpsn04O7fv2yefj/WSQ9x+27pOznbI4ifBJJT//1/UXM7hcn9d+ndSsZRf0urfda405
L2lrXBhb7P0thY6quxw/T+l/O/o/UXW2WNrbucfILlfrX1Z9HScvKxztuqaGsn+UY9Rjvotc
2ne+v+Wkp4l3SMDpFTuo9VtZkU1OgUV/RtvH0qKnn+doq/w+Ts/756nQ/Vrqn2m5zsmsF9vp
1tbGysMAJbQ2uf6rPTZ/N4//AE+Co9bq+Q26+3dRiNDKqtxJDAfaytn5lX51ln+EXS9OZm4v
UqcdjRVnjRgyQGhod/hNlhbv/Rn2PSU9J9Tfqf8AZ6K83qVey/e6z0DyXCx3oZF3/W9j6Mf/
AAf5/wDIF1X6pdaZkZLuntbk1Od6zHXWD1HOcXPsZsP6Nz9zv5y2yr1F1WBdj2zR6jfUqJb6
YcNw8WuZ9Nr/AN9Xixsa69jKSnwPL6wXwxr3spaYc+Yc7Xj2/m/1UC7Lyr8cubLaWmTY47RB
00/eXqvVvqL07qFrcTCwMbp+E2HX5jGNNzjJ/RYVLf0dbv8AS35Tf+LotXJf4wvqphdEx8Z+
JkWehfYT6Lzvc1zQ33td7XOY7d/1tJTxZymUSaBNp19Vwgj+TU383/ri2vqMHWdZysiw7m0U
xufpyQeXf8WucfXZWIkP3uOvfw9wXRfVN5p6d1W8fnVu2n847K3D/N32JKbX1Yc09N6jnWQD
blML3DQCA698bv8AjVb6h1F+VS7FrsBqeWHRg1DT9Fr1g9O/SfVs0Ms2G3LO9hPYVsdv/wA1
rVtdJ+sH1X6eyl+X0n7Vl1tDHmxxeDHjVYbKd7fzX+mkpzd+J6/0xu3enH5v9Wf3kl3X/PL6
rfsn7f8AsRno/R2bKIjd6Pp8fv8A5mxJJT//0PQ+s5DKa6y+6qoF3+FdEj87aFzGL1LF6jfk
9P6dbVZdQX0Go6j1NpPub+fj/wAv6HsXaZN9WPj233aVVML3n+S0S5ZeZkdPxa2ZGUacPKvp
LA94DSAZudSbGDf6bH/SSU+VZnSOnVbcn7Rb0vqDHluRh21Otra8e12y3Hcy+quz9z9NXYnP
1iOLS39IzJdWRsxbK/XrcP5P2qtraWbvd7P0ip/WPPN9zrd4O07WOB5A0DtP+o/MWP03Azuo
5tePg0uyL3mG1tgz+87+Qxn+Eekp9k+oGA/G6JRn5H9Iz2m6O59RzrnWO/efkbt/8ir0611E
OdyYHh3Qun4Yw8LHxy7e6mplRf47QGqwYSUxJDRrDQB8lyX1z+qmZ9Y66r6HtrtoBFeO/gsJ
37t35tr3N+guscA5viNDHYpEmIAmfxSU+Q5P+Kvrr6g91+JjzBIe54cHfSdPoMyGf1FVzOg9
b6P0B2I8CzLzLxhVVU7nPc4lz3+l7ffXayv+cXsAsFpc19ZDAY93cj+SoMxMX1za5jXPDi5j
nAEtJbseWF30d7dzUlPhT8Hq/SMJ1efg241LrA71La3BjXxs2i4fofo/SY5ZFz/fvnRx9w0M
FfSllNNtTqbGB9NgLbKntDmuDtHNex3tc135y5e3/Fj9UD6z68LbbZuNe6y011uLdjdtDLGe
xjv0iSnyf7T/ANj/AKMaeEiJ9Td9H9389Jdf/wCND1PZ6f7QxtnG30rYif6/0vz0klP/2QA4
QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAX
AEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJ
TQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q3JaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hw
YWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4
bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29y
ZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxy
ZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3lu
dGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1
cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjQ3KzAz
OjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozNSswMzowMCIgeG1wOk1l
dGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozNSswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJ
RD0ieG1wLmlpZDo4NmEwNThlNC0zMzRmLTA2NGQtYjI3MC05YmJjN2IxMzQwN2IiIHhtcE1N
OkRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MkNDREYyRUQ1RUE3MTFFNEI2MkVDNDcxRDg3MDk4OTMi
IHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDoyQ0NERjJFRDVFQTcxMUU0QjYy
RUM0NzFEODcwOTg5MyIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JN
b2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
MkNDREYyRUE1RUE3MTFFNEI2MkVDNDcxRDg3MDk4OTMiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9Inht
cC5kaWQ6MkNDREYyRUI1RUE3MTFFNEI2MkVDNDcxRDg3MDk4OTMiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rv
cnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3Rh
bmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ODZhMDU4ZTQtMzM0Zi0wNjRkLWIyNzAtOWJiYzdiMTM0MDdiIiBz
dEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjM1KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFn
ZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9
Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8
L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAAB
AwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4O
DhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AHD
AwEiAAIRAQMRAf/EALIAAAEFAQEAAAAAAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAEAACAgICAgEEAgMBAQEBAAABAgMEABESBSETIhAxFAYgI0EyFSQzoEIRAAEDAgQDBAYH
BgQEBQMFAAEAEQIhMUFREgNhIjJxQlJiEIGRchMEIKGxgpKi0vDBssLiI/IzQ1PhY3MUMNHx
g9OjsySTw+M0BRIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA6SLxIsmEOTAmnEFC
FU0y1r4okyDRjUgHCRio1qAKNhgFoki2G2ELi6eSMkiDxiHUIhYxkFnCYR4VTRlkhN18m2W1
CITD1MIZUQGjHOga88U5oVIgLKoo9CBoQMxaFYcudXNepmgL+wyLRuZxzrdTzDVO1yrrlJ2Y
gIgQdkSD6GTvDp4lfMtSMx9QBmwsgGUBhrANAiE/JFzPrMGQpGnscuQ7Z8vfIcN6JzBgjIMH
AoCagiw1cpJQR6O2kIzY2xlaB6hmXSmJ5SCPEkSll9Hkhu38z7oULmIWxxYmKbl3Vp0DbqSC
QcBRDmIZKJITxJHBZMLn79EBJOPBRHINGz2nmvdGrBqxnc32FA5kNmBCLsCk5ACOj2FxzFF0
Z0bdkxx7YjlqnVUDCiYAwDDMHquX2Dr6UqAOtcYBdHeL5oMV6SCW3qsHiNCiVAHkIMepMyMX
uaJyRdHoDiA9NlGdKzaM64XLNnoOKCd3S5mJfjnOWWAQZRIRSR7A7OSjKJVuAOOkiOXq84Y4
jVR4OMxdfI2TpKtiqAcbhNbI3A4ihMdKRGSIXYdDI5KHWZZjTeJEjTCTp1C4QOQWsyyYzHkQ
q5uhSJtKJKMCCIEhIMmHlCYkVHrEsxGqs4hdauYKkiOTrVjjK+tXKmpSsHH72B0pqV7NUriN
AvaA7pVIeiVUyB36BTrYgYCLItham9aONj2kThsHtOdLsacjd5bUziMh0w8zUSuO1WJTrzJS
iicZSGaTDqCPXY2JFKN9GaPUkZi04kIOAzcMtQDn2c0fq+d60y6e/I5y3pSL5oTJZWpiE6xq
oSWcQ7IQeBNfqvPPWCagiaQjO8r9Q4ohZzLoTMgEnZGAtCDItiiUonHIi84ElFBYTYkpI9fS
QgmrhZs4kkNVt0TkKd3NBUD2jXtSGGIJwNyvojPWYLm3qYxYRJ0ygMzILI0u45HpC8ei5r5b
ZYXB3QnMb3IFLoHsDaZ6Zr6eJ1AUUaZy3Od9xISrbpCd0MSzEGnR65JnFXsADpISSGzNTLOe
wt7MKPSUNAjIKLMQFLFypcIxkMhWtuVA6oCiPRkedzvZx1etklNydbdMappUivYoHMLnO+4I
H0vP3h1l7x2pmRFTwzP5eLhoQQRRRtU6Myygo9iTIcB6xaTOJJCztGicqW1XKk5WAUbIwZDu
FMiAx6FsyWscOdk3D7JuyURvM/UOLGvNA3NLFOaeYGgWywiY/PmYeF6iDs14nptnz7WNHjb1
Ai0kDk0yCSJtKQJGR7BJnEI1cspISSFm6WUZICsEJAgivMdiTERxh8QHEGhTEiUoMbXQ8JI9
NAQhyKpCOkxWxzbuYvUFrP0sc5XYCQp1NXMK7FtFO2W0Uh6bmSPaoAEolp6tkiEpCCto9RSQ
9c9ctpISSFlauOZEoECOpEpxmD0cfTKXHgCW6FquCRokIuxFNE7zf832DT470zlTnWuBLHTc
/pljlOh5YtnpSL9azEx3lAFfJMtzo3AQa0SQnEHG8S1IETTVJHriZDgPVLqSEkhYe5z5TZIM
QBCwUUyuG1QOIlCYhuh5RcGycipWCl2FLqy9m3OVLvL3s4kgBJPCRM4SlitaqlZDcuWKFkLZ
ywEmk4MwpiiRyCnIijI9ZjNhq9qqXkziSRHnug54qSCcnOLlkgJhAzCcDGTgoHCNGSG1M7pD
DvW7Z1NoUzKxd7LMKYqpkvbrimAwQlUpZqyCDjMYeUJDwIINGDhJDQQaQzJh1NHsEZMSp3aB
pKASwqaLudcMU1z8Daq7znLro80oU9bFOTm4hRi4kpC0AmOjUbJtzmIEIojK5TvKx50bSplR
XqwBijCDuOZ8SQDMpCTMSaUQsIuEUJDwJAirKPXU7AqNnFNYGdIiKeQdXzdTGLAxyO4PxBDs
KvGFPSMXkN05uNxFNjMR1c7fM3SwtA27tHWNAJIDRmirArA8Taxzkm6CwcnaJQNrMFoGW+7A
58kYjzFIK7TIzTihFgk4uEQ0ewZ/OuFiOAadCmWsmVszWTjjmxMwbpUjMI+hR1ANW/mgZRIa
F6zoHLVe/Mcr0r2BmeQ8CDKsDCBghnF/VztswY6kDPJfuHGC6rmjGx+lwATOgqlAlN4BIScZ
TCFQUdZCoMsvUgSA7BdPOGV0nHizBXQgsFAnpUL4fF6HCB6uZ1ZpajSHZhk2FMkyYlFxgK5s
MhW0TGpcySl6oZBZPApZWpVMHL6jGOYVoA7OYZ2cUxzHGjAUdGrWNVHTSBM7kYFiQlEgopCd
IipDLd3OuGljbWGWtQECxo8ZpHf17FEsTqHCxdEISCZdGGsRcJyk7VzS1uT0jbkJwYDDKWVs
5pz+buZAJmcLMJiDtImxIjIqLdOxVDOGYzxRKQpEHeQpNAm8HGZkH1s6yW6t0hlU51iejnah
2dZoB5gKHmBgmNscSWtcAS5MZSjWt1QRRENLT5u4asWQDL2c4xsTbxSsk45QTJlhMkkhlJB6
5hkJGiDmxCFmJRwaEDNkNy1V6TGK4d6gWLkbACUxGMHSyg12nqnQTqMXSZhS+TOtlTm7BTRr
WYhxWKxbytWkUmeYKUEXNPCtGpVsVzDy9SmYrtEeSmPMcwg5IinRbjNwbkCIoZFuFdy24SFM
4NA342OfLFSt0JQV2BXcjGXm2ahqbWbdKRqcy6fOOXbuGQp2XgbhZnK4bQAbvMzampkEQV6h
ulw9I1Gzhl3KsAMYdmqTmNwhByEk46ZHdzyaRPH28YFEkCZBGJEswKHSislLJhsDiuMSjSiX
AsAySVyHTCuUDPg4wtzOMHNR1g4LEjZvUdQo0NfHHUHB5mzzhm14sTsVHNadQwZVEVKOrXKZ
DaRlG6Kyclf6aJgro0Zl+nqk87Vc4p7NQraNMJbua1I0+SugJ3akS643JRiwXKJRBlHZOoyt
HDBQkImwpk+mw+iKtsNgubmBvg+f6LEM89a0QDIpxrarmSftjnGa1w5m2L8inO2gDzcHAogQ
bDA1YRmOqpu1Mu6aeBdqma1ffKdp8IbYr3iu1mACtTvjTLkAoEYHpZ+0XMCxQDiBMlCEjp7Q
88u6OTsht/C3RsvVonP2gFIDPXMvmep5cPr86x2ljh4noE+K0DsCcdbOkfIOWYikTccgigjD
ybdQ6PqMfbMSt02McTo6tcq4GnAv28TbG5vp+eImo3QAJhJshhugxbJTgRAEwgepndaB1dKY
9ayIlsUL4q9gRzo7meWAmiZfPdjZPPgd9z5hKwAm8WIMeI16m5p6nKTOzJyGkb6ykVqyGdd0
PnnbF8okWaZ0Y3P9RyZnWRjNznL1IkcEBw6mSNCBjWzum5MUCQHrE2y11Ua5aFKsWZgsl8wZ
hBkgZWV0GCOwzAjiIKKYHxnb8WVYkiDIyJOglqImDNBBEJGnd1d0xaW5yB6K4XDZNvJCUmyC
jep6xsZhBmESV0HnbeQVNTL6c2eE9E5EyQ2dEfsIiAiiQm7FDFGYeQZl+YSgsbWzTLPRshok
iIRq5KiaqXMfcicVE6BQIwNFcYZ4hFFHrMXY57lN/BOg6bzrXNnGVE0+fIMfuOQ9GKHHa+OG
BpDKVfUpmR23I92G5/oK5i9MzgcgjhHGgpIHLiOAZmRZsVLILP0csz8/cxwxMW6agYyM6nqZ
xoSrZRVSEJ0w6mhokYgpo9WTsczze3jgpxITrvAjJinSb6xznqsEa4QgNCIoAO45brR3ZgsU
xUq3McFOojW16+sNUKEaQ5liuXAOhz8bQCgHoHOVdTPLNqgUR42CXPdBzpQDZrEiQiHnGIYc
kaCij0cWAIxa0zANCs4qF0RW18ztDY4fqeGI3te+cKlAIhuWe34HcOnGauPVBQJIRCnYrax0
L1kOzZxBrdYAPSgc5vcnsF8taQflur542KWhzw+1zfRB8Da54rDnMUDDJJMWBGiXUZF0J6xK
gWRGRJCLZkLpeWslGvl6ZrQzJkMfbygKhIacHOl6HzvqwQtDOFF2KfRYuyFUxCErICteoGrn
3aBlFwzmxZplLuDpZ5VplrFrpue6Efj+w5IDp0NMq1r1ElAoi5CcC+oI0H2swrWRVSxIbExx
gEyjzInhInIUBEq3zAWjninCQpRY6+nJh3gQnbhYFTloGfaz6R0NK1iGlk5kSs2qIDs4hjUo
ZsQkIEL+9kbYLleg58JqVdEzKNymPB5F1lMIpI7bA1+WDzwzGqGQCTwcZngSjIA8YIlezeqM
LJ6XngbwmRaUjes07xzwd8BjmsiL+nk1i9iW4mgajbAQsVQQblcEOxMonsMUWsGL2gIpmZGl
lmwWblPM3M0z7da2WhnARUUek2JoyOG9QxTible0CdoDDUCTwiNGUSPQc/3AuR7nCORnGZN4
aZZ6TIuCqnCDgdARXKhUrWgFSwOJfrWRgniibSYrTcQYlQx0EhFOfoEEdPEoglkdozsbp+YC
V7NYGmR60ouJMjjqPc82ZFPVyQL2ogISRAk3D9ni65Yz7UDgVYqE9zG3ie5nahjPAhGDMEqn
gVQ2JmfC6AEQcByVxlgQBhpvZK0xSOkHKoc5YrbBpQkixZDIJzPScyIJGBJI9WabEUkKlcY5
iOzyJYyjBAFhZA6pNQLSqnNiJpHD1bWgCsz6YBzXV8yRccyIGAW4DplgVMpbepIevEJIcoj2
ZhLFevAfUxOhNvK2efMXosLpQikMuvVGaHM6eSOjDKyMj1NnRFpsRjNitwPovMHNm27xkPPS
A4deia9/LKdBaz7hyey/SDW0hU7rHAx7eZ59Hs+GI1oImekwdglBwvgESoxITOOosQ6bmuuN
Dk+w48q9hxnagFGsWq0K5YrEiShKuWVSR6ukhJIZpCB1S1yvj2sY3udBnkz1dEtWKzlrew90
t3KFoOw3CyDMkzIF5t6bmnna72scGugyhrY5EM09QJCCCMnGZohew5XrCXIdTypHtuK6krZJ
6JpQsWShLb3ziW9EIedL0dCSQkhiEqBYqmEcdWasMKWkQtyYY0HCRWibNqsUvPAgk6EkhRlE
hzujWOb6vSIV+a64J5hT2soqRtQBMUBJJFnp+f6EhyvR8yW+g53pznxnc1drjLZ15+HGekn8
y0jvlxaO0SQqRq4MLQJVbYzkMnuuYM/SzJG5Zw9E18m4czuhoI2aGPI6fQxN0myQ7JhMkNJ0
JnQ1W1jnIY2jQGd2BiKEkIhzR16GiUec2sQN0XNdCUWigMGCFaDBdjC1zZVRHoSSKtKzSJwj
EdqxgWZdxgOV3JDhb2jVJzrGFaBmhN/muyNPQZxMzDspjSZEopxJRH57UMed0uzwjJbSmYod
0JhnusW9CAzCrpiWxmkLYBxIANEE6cnpZOkaCAj09JAs8tUfl+jxhafL9UXOZ7DMMAZKImrQ
LQ6gizXY5b9K4rtSbQIRnJhOziTOM0kRHIYiuiNa4xmWbLAxWaoHG3IFbn+k5owb3V6p53X9
IMeWQ7fjQDQQzOh7tC4XEBHrSSEkhRhEaJhlbF1sAp5lukADMQ0JxHtU7p0/W4HTEZJDJ0Mn
QzOwkmBlZiTxcTJhJDCDRAVe5Apnc5CbyIPJhqN9HA5vqETzm53OaebteqEVNHrqSGdBMrWx
NwhAXNnR8sXKACmArjkEkkQVw/dlu0kJJCSYSTDsoE0kMk4zSYaM0VwWhkTsicUwpwQR4SHd
nEmQ8ZIi02AwOgKIj//aAAgBAgABBQD/APIz/9oACAEDAAEFAP8A8jP/2gAIAQEAAQUANqzh
ntcTYtZ+ROSzuc3IcKnOOw+1waxZ2VYuzpZDdqTvPOY2EtWTHrUThoAlqdlRIHVhxVgVOBST
Ij6AkK1gRDFYkmmU+Hl9shVsAAAV0wOdBm0srrjFjgL4OQxDJjM5yOw6gzzAC3KqC3Lr32Tn
5Vo5+VYJe1YGXOy7D2Dt+xV27jtFUfsHakn9h7VsHd9px/7PbBZO47ok953G/wDs91kmbIxj
55eGfWFgQzA5sZPZiXFe3JJD00kmR9PQjwqgSxW7KFysqjyTwBU/kKDYdRuCQpVjYtVtAorQ
VIUMkxClUrJE11ykAC4fJKnDoYGzlsBviG8ri8eKgnAUDS3K8WDt6upO1lkyC2wWCRJMKnAM
tFxHakV5GY45AXkC2iTyfPYM+LiWNSdY/wCeuPbvLn/XQAdxUxbtKTAVcNlyyK4pwSWHjXgF
CkcjwjKewL5tJzi9Wl+Qzfgk4/E4Y9GO5bix7gty0ovho70CJ4knexVeM6IGxo6GDXJn8k5p
jkSglVIy72ENRZu4kZ2maQF5ExZSrLdk3Xsw10in9qD7zQM1Od3WUSCTJVUhlYYTpuTZtuUc
iqeSHPYcLDYbCEOS1ajh+qrPn/KlUyN2VbIZJrdhFVELIq2++WPJ+37CQPJIz9f3t2qafYVr
i2odLv4jeFtFmbY8hzxFWL4Qpwi+xkkCRoSc/wD60dSxQuXqKcaowySGxh9yiAscjTWWJ44I
btj2DnyHsGyRyBjbBK0TV7DhuusLIy1+LnTL2/Sc3khaAgjTbCDZChtn7ry2Coz2DEUkONZs
kN5zWPIIlt23sGlT9LPKqpPZaVmjgOGtDk/XxjPKnqpnimV/hIpjfyMcgneErk8h9dSLeErs
8cuvoKynG0rbJxzsnwQxGHzhRTkcSg8c76d1dwpDFtxJyLhQF1zUvIVBXOtsMr15/dESBjkO
exoRzNLUkhlYfFl1kas2N8SSxZT8dNgpppqDZLVlQhcYKDPB7Hhpj28SuW5meQqAS3IENvmd
dnCgzaq/TWjP11iMtEOyrllsxyYd4ToV40nelCqiczxWqntFdiJlHNCSDhOgTrARsjRds3gB
GKzAdnMZLLqAqqcKtzBLsV3muC7AyKUqOjlWepJIowyhg5ULcijkSeCRGSJSjRcc0xCJJiPG
p9i5v6HeuCkWK8Qlk6+QKlVwrwKpWtEcaLzooDvPGWgGidyc/WJt1WmGjYiZLNLrZHNOUBoO
xhWnzFaAFYjoi7MVRJScWQjGaIl6yENCwDCVQzgKWRirDS64x/bs+t5OVdQzFQlaxJhJU7AK
eQVJbWmpdtZpsn7H2KTV+yqX45JV9t9WVHc45QE8SxGlJYhgeOzg+4+m8cr7wNYFAx4Imybr
I5MsdYIopG3jEbY6yQqQ6aP64/B9/A+wRKfG/MTBZogC3gYWOWZA0ikaMms+Jwl8WQqfewwS
o2NFEwMD4FmAjaQhV2k3UV0afpyk8dWIJ2tJdtRQg1/SIXRK3YJGI4Iw8ssXxRpI2Nuwxa3Y
fBI2v7cQ+S7HHbiG0Rm9EE7OHwJPNjzvDms7uQpWG1bkNlt432mDFugUiQ64gD1MxB3o1tmz
WX5/4mYiMsCQxwec5ECr1086WOsspkiPGxACoGOOSQrHem2ulyQmSNmZI0mUjsbCGZpTqaIy
sI3DTHmVGpNrvXLAGA0rYoVsKLy8qDsEEMnr0PUub3gK7Oed+gmYfQ/Tv5gtqXlh2CTvPk+N
vfQA4SdsSMLEkkKOuA5VfjENanJMYXwEQBl0a8PvmjQRp4GSrE4tdShEivA3LYC7A8ZBZ9sq
95Trt2dh3eKp+Qz9AffNRgrrGwZpAUByMv7B8mkYhFZiDz3t89j8WJI8Aswcq39n9eCeLFKE
+M8YN4D5+m87mGExOSzODuAAzJDDHT0WH6/H8JeQxj8fjk7aFGDhHbkMaQWXlltkrABpHIGB
yo6YobQIOOwKyWlUtbUxvMkmW+qlZYorJM6W5Fs9R7Yb3T3KgtyFWp2PW0kg9d+46TVwFW7Y
Q4QXa9Q/FGiGBLSKOR+S59lKYeRweFRwCu9aXCx37NETuMW0y4LcRyOSJ/oc/wA3K8c8Vnrp
YT+LEMZII37KR4epY8W6BQlOdhp/9WGsig988Cj2cVzS5eLBkZyrkbk2y9EzJa5kAtnZSyV7
tZBZaChBEQABjRoy94iUFm7Oveg6AmakrpGa0jNlmMC400UQd+T9asdZLFmaxLEhOPH5UgZz
ZsYAnxoaGBfLbAPlfY2GrCSaUezRGjSkBNSQD8OcOxtIIrVmRzNEpklVh2siR49oYXfLNmeR
RwJr1jF11yrLLWHVXEX8XtYz1EdoSwoNA+CTk8qvYfkMM+sZ2VOvfhbViRYsQwjtO9r3n6Os
6Qf5+h+3cQpdpzxmOToLKRJIJHmlstUR7MkwSNnYVkjE7BwsQOIUxgSGUribZSQQEQqXAxyQ
FI3xfXE5o719SPqERcevGxtH8aC1I0jO66sS8cJYDrqzWJixEagGRlyTXCsmkQ6UeCX45L0d
Zp26m2qS1+0TJbM4MV1EmS3Glbs+zlvWOpWOe9yRFd9Yj7OWH4R8vn+zwb7Tp4VNntuulouz
WQxkBZLcUUZmaRyC+AMwhr25jYq3IQumLqrEROYj9hsKjcsMeh7pAnp/hYOkQHX11lwEwzhk
aTLRJi9ZJo1BWru3yjBzyRMFIrj4lwDzVhYlIQqVAmkULM+SWdo8kpztb0zxlgM/XqoNiOQl
pJiiq/kMCO5tCOOB34fssJ59ZcNRV/GEVmpCbMnW7et0RcxfrfX8a/RdQmQ1epiyFSEuyRCH
sP1+KwZoJq87wL+KWjB2pXjwxdsxheNty4D9bPnANfx7A8a9pCssh4iQ88o0jOTsYDtlYDCV
IT5yxgAXlkbKUbRrYAKkg46qW2CXQ6Zdq7bkrxxy2P1hQxD6Nn/5pMyqtpiboM9hCON6mLVa
bcMyWNlbsSsnZwZUetJHN3UMU3Wz3ewaGCKsjWyDMTOY4xXy9Y/KvBv6mAL8FLAocr1pQ0ix
sfYcX7/ScnmP4HO0ciG+oYTxu4qVzLJEscSSsyqFPH1aX7GMqVVdBgRmyc4CRTEwIQFWJZ15
bljPqkHykANbo6gjoI4aOGT2xSQSYEKG2GKI/M7MS/slEcuehsk9R18ccPY3Hty9VRa/ZpV0
qVzyOFPAGx+y9ygVDwDyFsPHB4xCY5WkVc5bPrj/AITeZB/A/btNlZZPBieVasS1lU+VkZ2d
icRuLAtJkMYQlxjHzI3FIxpE2ZSoAmgVsRFjwRxzQ9l0d6lkM3E17iRR+3iKMoWuFDC6nGRy
2cSlqaUA1neWGyoFiseEnZ9tYujZI/V7IjuLpY9/FVGd93UNSEodJxw6A5oXYhcI5EhkxZmD
/kj67x/Mw+38OzDCJ4ZJXCIqyxyFyJCmhwCg4qEmFCuQkHPAzgMmHLOOsUkHRKnQwoGKAqO0
Ht6lhxfqnectOoNBx+L1fYl1vTsxNkMeZ5XPFq53E9eztmMQ0PPLRzr7JrW69lZ4vuO071BG
ebKytwP2ZNZw5M+yI+RJDHGTZ+H05Yd4dmZf9f4dh/8APkTkrRpitZsCGFYVYqT6pWMdVter
hleNRG2kxKxkK1oVHa2+uow2O+vzN/0+zQ9Z34kZXjbGUrIFJi7WkKNjo1WHr0j90tPklau6
xRz3JJDDKz3ZQVHct6kIDCGKSR2hMAk84c346jtZqU17u5J45vVFEXbRlben1tjgZwATqIlG
HNQW8exdYB9E0Zv49oTwnJYoArIPHBTgjGDWgg0IizBfCwh8ns+gX/2aKoJeyjtT2CjsJXLJ
lLvpKadb3VO9KEXLVWCSpatwRsh0A6xxXOwkjkqWZJcoAvZjrGI940M3URVnJgiRMt7Zm0F1
vP8AAXgwIKiGxYBgkJaJ41UyYqoMeWIGMQsrxxqDriIm5finX0GIdT/x7L/Z2Ps4jakDBskA
6VRsaxAxCqctdjWpN+x3zDV0meVPIYpzZGe1cqz+iapMtmuSwi7hRXsVLG3Nr2DTs/tMA/XY
Ckd5/wCjsXhepKU3CGAnjMkbK6YqMxFRzGkNYLHH10Sq3sWbk0cleNo3g4AkkFdhf63aRyx4
6iRWbnm8JzycXQm/j2X+54llIB34A2QTgYANMNxkFO67QUIa/b2I5gpdFYEE6IGm5bJOgdAA
jj+lXPZBLLB+R3HWLZEsE8Mg5EBiuUa6yPXkd457Xtju3WlmSOQwrw58pmSwpmQq3JrMvL5M
1Tr5HKIsalwoEy5IQRKqs4LchzTOQRnf+qu3x0uaAJGffPs/8e0ch2JDKNji2BCCsHICsDgr
xrLYsrVqdhbnuXI4Q4gsOo2HlYEBUBL63wOnUbPIDpb34luj2Et79gngEh7brfdPWrs08icM
qyuguWCWXiySwGOYSB82RiSTAPbaNHR0wL7JVNeq/wCXYIWKaVkQyj2MhMiuokHLyCF5qg8c
tYtgqfyxr7Z5wYD8/wCPaHczAFuOiDrEbwmctCPTyfsDceuUFmYuMdiyuCBsk6UZKCM2zHjs
gABQCP1DrgQxC5MzTz2o+n6+B5OaCwIltXA4EsgYszmNAciJD85GNl2ebkoKvtoPxFjhlAEt
t8ju16lQyFm5jZkXbMpiZlU6kOR/I8eLchm82uA4h/sH8CdDsGJmGhifIcdYm8QHDsrWQJH3
UbTdcoQKzuCxLtxxS+2Y7VuRA1Iw/sqVDbnl/W41qdJ170uvukJBf7CazYegqZPIGklljYhh
xDNg2FiVgEbbGcwxqolLeWLMDAiFuS6JAxvksaxvjxhGCnD5wgkCNzkihcSPR/pw7wgHPtkH
mb+DHL2zKwClGxvuFGl0AGz45YjV4/R63O+cgAC7YkkDfnZzqKKXZexpGrJ0UBynBGK2hney
pDUWaCOGWvcvtPT66jC7qZBxYqVRlZmxWVREx52HQorrw3ok7yEkLslvkBvRjWMopDZGQFEo
CiVsLOc5Yzu2cDnkE4Mr+bA19f8ALDxb5B98lSNjhGxyAxWBxX0qtsXnMdUEtnDalQqjDp2K
kYkbnOgjVJe3rGUVa348NZuVdm1nZUoL8Q6qOjAe7k5zvJclspEkjheI2MBGlY4vwx9KPgTJ
rZ1uMvqPySX3/qSScHnD4T7gnCSTwOxyJ+X0J3ifaJitnN4XAzkDn3FiDnYj66siPQhLS9W5
yWlMmEOM5uMjkYZ3LSt14cozHiXY4D8Bx48eWR+TQsOtoksA28qIyVpCQNnjKSMv9fVtR9nR
t0yI3UwQvYMiaIVlxkxeQLMowgHDyz74V+KbGFiS0qkIxGDeKN4wQMirh8YylwEOcxryRryN
KImZ5ywwyABpQQk8ZML8gSBnZ/scle1T/YZiysCDjwxMJOtfZoTZ3yWKsM0jTSDZJ0WJAxN5
x5YlNnjjgnrSwsZErIDMdAMdh/iXTmNJlunDaSb9d7D2xwWadmxAOZlQ4YzJg5xuiRTYaKqG
4gAZH8cJYYW1gUHEXY0AQ7KzbYs3xDkjkWxCxPFc44F8WDqGu3AiXxNaRctW5EkRv/eLKQib
9glmyZxJMrMGj7njVN6Rwf2Csq1P2CEWWvQ538P5XXhSB6mKhF5cU2RyypUVKcds8qbmQhgF
6xAZ3+zawBTnAY6ryA87OfsUiR045yuTMkiRyOuVhG8jyVq+T2pHz0MzNE6ptsDAklzgLsNE
IT8QCCjhixAIYEqdjTAcs2Dh8ZatQQqtli0llnyBdZ2TR+uW6pa12TSRNyLKMZl4tLNGZlmF
dVYCUvGZXec9M3Gt6isjeFnONwLxrzNhBHSmUI3W2QGIGurQKG3oeQFOmBxtczols7rq7PYP
H+vxq9z9UrgXOunqY3tURVrVjP8AjzbhrKRe6+MxSqFc+fomtqpZfluPmxfTHy2cjuMeRoLz
bCwGW+zSF3LWZ5HYBCNvb1nZWuUG/wCpiCdnWgGI5CP2u07p+NGr8Z3Z5VU5RDJLeHGWZhJH
rTDiM6qn7LHZcjI9RgPxposoTh4aIZY3cgR/MEY3IYOWyQCd7ksglAli3dh/80EBZ2p7f0lS
3WFkt1GidmMqdnUBXOPjzkRkwHYG1fwSFVR51xKsdjOS6s2bliWJVVXmz2IWnm+MlgkmRs/5
vqpsoXNgj5EuNZCzLLaEJji48FAzfmuSqXyOPNVxm5mNZGHWwGvXg6s2yvSVtv1sZA6aqucA
igeRoZvWMcYYMvWUiE0y1636+mo54y8ccfFdeYo+bso1chiZZ4jE07CQWITDJ98+xj0ApBbx
xbjoMTgLcyoOeCd+BKEw2QWaTkWsAK8vsAYFqypI73Gbq+JKJtQV8Mm8iILTmN2JCrpQB4Ne
X2POgkhcDmA2uur8mgjMmInrXbYWIzm2/uWXzs5o4w8SE85pUSKNmnc13t2IEWJFfxIPBXZg
QqG2BY2+SQ7yzVKm9C0sBGs/x90TWwvx0dHQwMTjOCrKGz1tjbx3IflxzkGKsAZPJpSRKtiy
dqfC6LluLqzllUPhUK2iSp8ptXijkW2o/ssrwsoBI3UwCQxrEgJIwEkOcDEneEefseXh28TO
qrbmWy0cYVY+C4thOItaKyiRIwCd8ckJ4yE6YEmWMHJ4lV7sIilOtaAWGUJGOOhoYu0JRlxT
vEAI4+PsJXCsWfGLKpTlh0Apxjpix0g5FuBSPRwFlwBORY5y8V/cHJVbXDxfjVbVaqhUSGKL
8mZD1PdGZ96xn2yazYwneMN4T5LZ3Mr5Am0j0yPtV9h5PN4qXODI66DMSWJDDJFGS5ZXk91Q
448TsBgSSSOSL8WUq+2YGJiCVB3DjPoO22G9FtiQkEf6MRoKCCAGDqAR5ZC2JviPDFRijzBO
8LK5mhqf2QWJJJGroI4rUpRJJZZD0TsvZsQA8oGI+RuDgYa0DhYZIyJHDM1i3ZiQQwnG00ck
YUsfCEc6VpkCuHXegNEsN5IMnAyyiSJMqAaGhoknWKwyTjyQKArHjokbqbdzwPhlkGtgk+W2
Di6YTH4AbPEjEBDDwyqqh+QLnSlmYKAUrV//AC9ceCdpCEnuTsrTy+wuxVekUf8ASmk5Aspz
lpV8YhOywOE7zvrQjq9RHvLEu8jHhixSRiWkDaYguh0a9tkKOsiH7/5mBAtK251+EuhhAzzi
nzERjcmaPiy6On2V0mM3gqQyFcDEKSTiNtUYci28OiyHZJTRkbewQSQH85r400WWVLktWRl0
3uR475JmQOSgOdQD/wBF3JcEhlPkDN6VUbTEDL9hrl+ggWWwdSoSIom1JYiMcjgnFLciFORy
PG1ey0bJIsineSeUnXxbjcDTHAMGhmyCnjCVOINYASzEMebYSRjbOAcSSFAVyCulVdtWFX22
6EkaRwHiWHCGJrEkvX2owflkcDWJHQhutRUSarHaWtDNFhSNTbWRpFPlQAKLMtsOZH2SVbRV
wBzBI5Fe6utWqdanyo79t/STKh9AJDThHjfWyusPJcKk4j8WikdcWRZVc5Kmx2fEM8fCFxo8
vB3tcB26ErgcnOQC7XH2MCeUCjCq7Y6VQ2khUlkXdW8IkkrxwmZ15VgzM7O1CCtC5/FjpVpI
VhSKNUQ6GAnlK0YN3YQa5IqbirGKFZ4Io3vRhl7HlgsucExbFfx3VgWbkCCJOvX59tEBkYIh
lDCSL5RyxbeUKJgAQBsgq2AnUFl4mDc45XCxtXlsvZADyD5/fPAwBQF8kgM5AVdMBoZIowDi
BrYB5HXKNzy0QsbaLcOIYhZn+XX8WsQRLCLCU4E7G6YjDVdmZLNdVvSDN2ZcEfBb+2k9w5UF
SSe6xjrxlnCOeMRChXCiKVQROY4YUKOh2eviPr7CB5YghRJFByAHU0YdbNc6EqjJZxtrSBYp
BIgILVbPBuwkAHD1xTH++ypEoIXFALKFACjg7qEffAHOaYxJZIncNHPES4xQAQy7ZyR6xkZX
FbeSDZ6qL+2PiiWu0MktKNZbBVsOlxydFmI0dX5gJ4h46aItJ2JZ6qOSvt0EkDFpA5BPstWG
OCNgikLldgISCTMODs2fc/YyMqy3oAmSucduBgtSIUk0jSBlWzKchkmLyoRavLxnzexzYLEC
ik8lDcceNs5ZF1dSFd1IW7+VEsOoZhsEgEISzMrDOLsRyIkUE042WDt+wyrA1ia116vHBenh
K2a8qmQElguNOzCyebLxXOnVVr3C5RiOLEOYJOLNIQok0tAfkFxsV4w9j4Ysfm8umbyQNLsH
LYDLLYXjPpXYh8dmGVbAQaPJGSNeaoylC/ZxcZz5AIIKlkReKqiMkdeVmh6i3JH/AMG5kly0
xaJ5Wk6O29cQSoxXkV+GIGxANokbYa5OVupcrftxUoVDTPWjFeNZW27LLk3XQnFpuhFdQ3Ys
DGSfapVnrRpHWv8AxUnQYBcRlLPLsSyH1UITFXcbHXx7sK3hI+S3U/rbxiHkvHWNp07SB1DS
FlBALE4Cwymxlx1kOFXU6YtPDJcZqciGKnM0kPQdk2Qfrcek6jroCFiTIxIX1kUjRSRP2biJ
Z1HcQclXg4kgV1ZfK9fFZVet7CN/+hNCHtCGG3YexPS9IHhcBGAqMPI4HOBgHvSCSZdjIV5z
ceC2J4ZiwJZ+OFk5FyWiDvIYgqb0tZeCwsXCD4TgtHKDuo3zJIEMnm9D7Es1GWSGo0iJE8hT
rJcpdbKzJ1Dlf+VGmQ9XRQHrKxdoIUICBuDkLGVDBjjgcQdLvC4VKYCQcQMeNZE7GhZryIEI
cexIpZI5I7Iel09cyt23YizJUh5l6UbFK9lGCuoHnCeOCdC9yfgzyfAeEpRA2ZiRDI64pGAS
hV2p3nUwl7KjIApdAQK/gofg/wBrcbLInFbRBzXBmcnOxVay0v8AiPkA6814ookU9i5tCBnx
acKgcVJLHAoOcBgY4TnIgctgIFPw0VRifjlIhap7UvJDdilj7nqxWmrtGclp6lbk7dpbjqQR
xMZBXZUaMgKvBWni4flSNkdZ3yfhWr/7FmY4SAeuUNZ7GQQ1S+2A8ybRhvPZxPUQeuo86AvI
SwXS19MI/wDRtZ2CaaZGSxobmQlYtFe+hZ6eyBHYkiet+0XIsPf9RcyJ6Mj/AJHZQlO4g3BN
DKGOexGO/BIZuGsKrsKM9aYCiiS7DG1m5PcyOnYjWRnjHYIxpBQGrRIEkrxwtYmksT0oVSOM
7zg7GanFHXQRhqUwKzTxwpdkM7AjPGeAepgLnt7jNZGizO4d1LhmdUrRmezOTDBJYOUajzvJ
GqZV8yqRojL6j02+WkbkhHgfF+/ZlpLGGUg4GcYJAF5nlB2Futi/stgAd7RkMHawFY7tkgdo
iYt+q7A7zYIEhXPORzsKhIJ6OkrPEms7FQt1oC68pIHq9hWRO0nT8NCSaggSFUUl3eOFC3Ga
XlHQfjPalNiw+/e+KwYctrHIlPrFiDKdKDxcDQxwd9RGDOY7l61V6SKIRxIqzICvXqeYAA3s
TryS0hVYW2pB0yknu672KJ6+7GpiIJ+LHXIqQCpXHh2OJGEZFJKpTuL0Qj7WrI1eaGQLNZCi
2yH82HFQnr1+/UOFhHjGigmy/wBLI8cP6gCLP6zCmWunuwiCnGFq3VBjClD8s7Tf5CqowhIq
kPKSYD5MWkDFlyjG7T9xOTPBaWMGWFskIaSZhkYLDpercQoqqrceMhUQICRVXRBwnJB5txfJ
fsT4LaCsVkWQbuVYJha6wFrUDROUIVg+lbZ2GVlACDi05GkQMNMMhv3axg71zn/Y6/XLlQPg
dPYWSGNjxxJQ2EAiVBq4jRjs4jJFWsRxhYjFZeVYo3kEzxI7ydmeMlDiZVfJizhYmC9ciRQl
zLM/FWP3YLre8/W+m5KQNDzkkvkuGMQByONQFHk/dxl9DvjrISeLrg47DYGBJETZJWoyLMED
S+c0pA+wLgiXyxiIb1yIhZcl0QibXk+vayod66641axStx2UDArsEJIBkwVo5GDw33dXgNR4
KkTi32NWx7DIvphm/HeWSSaRII4I2JOOQcjDEtCP+J4J0hwHjio7HpekNmRAkaNMJneVVw+D
FtlgXkwYZyXD5DDeToGWUEOCVbQII1gA0FbQwMNTpL+Q5GAaKNss2yCQG1uIE5zYZ4IDbGEq
c63q578vfdZFD1/QSP8AnK2wCAW8jtrU0EHX3FmPcwRElWOddKYsqosov9LHz4HUcElhn5S5
NEY5GG26uqZ5Z4DJXljeCYEssqgHouoFplCqluc5FvXk44LIvxWIMg5nA5OQuWQjJBvL8YSU
lWWMsV14VSEY6UbBd8biexs9dTtCz0GNEUdlIBZgNHQ8AgnNAKm9/LIv1SUihT/Dq9+5TqOs
sei6uSs2LOwDPFcnsVmhF29PLinZ6aity7NDe62xe7BXqJFLIsQAX2QQxzeZyxMv6/XYHP2C
D134QHbr+llnsIkcS2rIjRUJjBAxGUYj8mQhix2x+4bIGAwneTOQLYMsbylJVsrz1shgGbRV
tjJJAhru7WBJvHxuLO2mLg7xgDixFm34Qje3xsI8fs8imHQDdf8AsBjxJUdOz7CmI7Cz0pP+
2vqlZXIXWfrdERUuwmjJkqxyW5o+EZacGKB2fsE06oPZ0UCpSP2/Y6nsj6XowuAALPKsSAGW
RuJb7gAZEMgiCq4HL7nxtCdEjVjXAvlyD5EnVS38TModdZIPN8zgRWWVIrsUguTgQN5U6Gb2
uwB9yobi2wCSBsYx3nk537sbzDWIRnXWy8VimkJs25ZQ7jj5OU635NiNVr1eztiOOiAuDQxn
LE5ei3GgBanCIq51g4POiKBojLUkkskCIse9AFmbWVYi8p2MkHkZ5GLvihLLMrMjn5OgdZkK
NJySb3co4ZNq2hjvxEUZmVajGOzYlaFSdO2iEXiORb1voqMEZ5Sp59eFfIz9nZVY8mx0fUUz
o0k7PmlGPosPA/VanObspQkXaTs9iv8ACQt/ZOVaey7JkcyTAqFnrv7ISPKAA7ObOWIZHe0f
Xn5Fja25lHuOusVxE5IDsSQWwFuW/H/RhhaK3BOJmRXG8vQ8o5oeajwK8nHDPHp7B5wxjgAV
Xt40hd1IViC4LE7AxhqJfIZVCr8ZdZrx/n9jlLXg2sO8SB3x4uGexdr4yNDI/U1hWp9lb8uz
O0bAGGwCjSq8kFkMJ4VjfqqiTW1iEYBzkNiYHDIMmtJCs59zk+D5ylQATxhnDY7DAxwMAfYN
WZW/Ke61WdofFV4yw0yzgwS2pWlkViQuhJwCqiwxrIwWPuZQ9styRFZhoDPm2EtwjDEyg8EX
58G03nC2s7Kb23ufEQhGO5Cs8CqA6Bg3z6GsbF+03pq9zNoV4DNP3fWJVO24lvCvvObLle48
bU7aW62xtyBkhQrJMkUbOznjtdFZKye2039azOUSIfFxoG3eQjsLIP8A1Lft7BZY3syNOley
bFWsdSe1lk7WIPRiHsaOuPX2koija6zLEgKoF5dqd3WAUKgZUQcSOWaQrDxLSjYgjP5HjE7C
7Dl3uLDxCNnkSmRhswxqs1jjZZpsFZVD1J1P6z15gh7a0q5O0luz09Ja47GotyoeYIbYHMOQ
dR/Ful7JK0gGxOnLLTLXDe5yqEYGAwnb9LCWnlk52Lcu2MggrFpGlmmsCOtCJ57caJFZghu1
Q7q/U3D64T8kCl+zP/hCKjrJCp7Wf22qygz8HISR1NqRZppd8olOiBhRRhUAR65MwyNiJtDJ
XVsZSQPXGptyyyQVkjMkY05/qoRNHJweeeL/AM9XuLqAdaIosW/MA12fXcVvlyRc5bBfCPkj
tGeg7XcksZOXGVrG8A3jDQVWfOs/orVSXsP/AGzXm28afGcf1VmaNpFDJUkKG9XqQXKgVpFJ
Dw8S93/4hSRck53GkYnrkDWVAGTwiaFvJC85YoiUkjfjreb3nLizDkqofZ/ZjxskjThMMU0j
AImJxaOOHnIsUMaNZWPILErzdx2YBPtsTASRsruzPJj3CzW4PXJ4GBgBscg5CxvwPUd0ZkvC
ISNrkfBdjwRQZP8ASOsvrrVZUJKNK5Ch51Ejab8dD8OwIr5buic0e09R/JjsNHIUazZkEUIb
LTf+og8uuO7WvExZKuiqxhthOK2fhE4BYBQNDkSRCAq5zxnkeUxpEFQSs1SJ42iigJ8rKy7M
nkziBXkeR4YwiH/YKisG8SNuWdS8cgaNihcKrb48WYnVOYxWbTLNTj8Z8TmtxQwqWTkX7Kxp
KiyDI7yRGparWSnmRADTHZUYE77thLiwyMxAR6cih6zRcpu0pDBfhXDIs0rIeXVh/b8+PY7T
r2DDK/BZWPLLbNhZVPIaBINZQ0KoANvru6HyXhjIhyN7MoiT1q76DEcdjUoaRxB61XiMY/Ih
ThlACOUkJBzskQSNsFCRhK4QTi7DdJP740jdQSMU+Ku1TmIhFG884gfOxqvElFHVKcwNW7I7
oabLkddRkPBY54hJhqOjN7Gi9TrhQ5w0/kjqFUleIHdSsIQGOdbCXsypvLK/LiNSFnEUZcwx
mMa2dnLvZxQtcu9W2NPC+RcCZjoM2yW86UZ8Sw0xPjCykuzHGQgHzFWSR69tEeEKNsOI3yXx
kZJz9dJiexPxy1bl9rXJ2K37a4O4uK3XfsckGN+1VDHY/YpLEb25pM6oOIZCFM29hA2Sr6ib
gUvZeTHkORo7Z6fVhQcQudWgWD/V+5ZWxOIzqkKwzBDlhGUSDiQDuqqnDsBy+tnL9X8qvZ6m
xGvrblBZmjYujKx0OROFdhiNhirE8lk2RtlwyHQLA9SkbUblJq72YjE4ZSraCFSTFFputEjG
yWkWfr60mP08IL9DtW6WMYergERoNEfwlRnjjUwWSuMVkHpJwHg7iGUGtHxWuiqqJhZjkrEp
o8I64kytGiIwzuN+7RVKiAUyF5SIzC5DJ7uLnKQcMWbG8H45FTIz1Rkdp00FmCzWlryV3YFo
yrAnbA4oZCORbkGQMNNts1xKlg/RrNzv1VsL2lSSCYDR4NjAaVG59W5it1jFPLeKflfFizAY
yljwJMh0WJLONGQbytYeEyTTuHDDF5bUjasGAjGM2m0GTWgJPW0SALps7bi9mMOxZNQoNmJO
TRRgG910UrSq0cujxkbxzP019O56yOwk0QVpg5j9RAdyCZGAVnxtKpJALuzKXKryLddWWtVK
M4/ZYFaCRPkillClh10W22ozr2JuWtPaI0OB1rRcHUhAyXRLKDksZAVCMgBYTrxMkvy0NR7Q
BwMZdkvvB8sk3+Ydqinilh+UkDKzSMyJGTqmOTfbJJOOMSJBJGwnVC/EYD9N4QCO76t4H02m
B3LY4EyEjkSdjjtWBOLsjrKxlvpinR7qJbVFF5NEkcaqSMqKPx25qOrrGGvZ37hyAG9E7LE4
VBVlGnVmYwqMMagrIsZkKEqPJZQBJpnkQY9oqVZ1jXXsjBXsdgrbciGQ7ShE01mxkY0anjN/
IganU+3yclAA4jeb+tmBJ4p6bJdmr2Y8l0ZK1C1LhRY8J3gQs6hXwkAdPVXipU4R4kBELVXV
3MiyIkvOBSsHUwNNZt3Y4FgKtK7LhfeBgCNtjmMARxnNjgHQkxnTqFxCTjyxqfurSHGLMteB
g8tlgqyD209vdQgr2U3CsXXfSKrPOQ+Q/aPZQHWOV4cTsMWyUHXN81nn6aOaOXIPYtyKWfF6
2nSW5flnEvkhNE/NURlFbq2fGkjrxrIyPGfZHNDI8d4vE9as0zQV1RY45Z5Yo4qVSWU2Jfag
Z+XEByHkIeSZsYfGa5EAtt3wN4EralfzJMeLSEnbkpEzGOM8pZmBefeEqG6hCbHEFu7/ANQq
lukj/onGymgqNqNQxyQKFcLyRNB12PGa8kfXzhGxPD6ntWWlmdlbJRyzzyEJDUKiIzyrUgS2
0zVQJpAfETDfZTmS1WqmOvDCztS6+vVS1R98dmCSN0jUZK3x9vGMiR3R1RZpGdlRTgKAcwre
xgZZWKtIdBgyrGWKIirLYVA7PtiQFbbdIDgU8e5tK7IQudNGTRn+ORkKJJSuPbnQyXbCxR65
IRpuMieo/QjNZrNZrLKkxWjqYsWNSlPZeahDDHWpgY0kNSvLbksyq2x1Yb3vbWR3l4xdkiLL
09WzZhp0oqi5/jsIKrQykrNLHNwKRANN/RLLGimV2ZCNggKTyVpBkjO7hW36irvNEqSyyHD4
WOQBpOIZBybqk4Qow12BLWdHdDYpyNso0ZBVMfwW+whVZWBY6XfAfyOa3l7pI3swdLUjMrLB
DErTSn1qvZX3nkWSWQptFQM6wRosMBJW/wBXcu3KVWOpB5+rKrD8OFFWIFey6WvcN2N4rBL4
pXC+gJWOf7COH2AQRKJBHFI0sjFSDgcLgfagscZ95ED7Oui0F9QFxv7iQMrALUsLpy6e1p1X
JWbny3mw5kZlR2dJOZ/h41hxpDuyxdyuSzPZuqPXH2famw7sDlOMBguxBIixPKZcp6/GhKjI
/KlggEgwODhObAzYOSEb7Ln+XGjMpjbk0bgxxSExxLHiRh1typEGJfOKpGJCQyg4BvEDbOVg
0ktQFVn+Mdg6kiBadjxS3Y1JLM5aPj62dgYiNe2NVtLZVz1N9W/Fn/icc5Mp1JI7jtrhhhrz
SRLauy2cbStGhZok4rVk4hRlKH2y/lVhkfE4rhcHLDgAwb1o5rHQMJeopNI/SUQsvUVeN/qo
K+QuvKWrbULIALaFcDyYWYFW0QwzkMOidhV6wE2kCrFdkIqSk8qij8mSfWXZSxDFso0Gss/6
3MGo/r8fsg6nrY0WCJcBzX8WbPYNykkzusMUltppZ5Sx5k4QWNavoEDSq20UAs2gGPNToITn
EHAgzWa+ngZ/nH4kd32S11p9bc7CXrOkp9fHPUhsR9h1MkKWYQCYZeMyFMj2T7RxLneyS2gv
XMVaBxInZlRTZlDUOLWWUA2F4zgDKTBWhtxgixX1Ddrgx267BWU/xeQBnf4uxRieazMDBZAD
s3wjRXFWmI8Y/PhgfzyKsiNrraxkkH3UkZE3JB/I53DXxUp/r8CJHDHEoH0sIjw9iHSVidBu
YERDMCG18yBwk8r1aBch9YPbnVQOCOrcLdHEIYopWmAEcU/BBbQhewc4Lgz8xsrTO8X59jX1
jYPksw5yN5AdT2EdiZLxjWV/JiHFq1nY0rGhDDKbPVhgwZTXkCSVr1WYSssUdfuVmWHsCcgk
Mkf03n2w598UE5rNZ9s3l2dIa/YTCeZwrySAlUdgrsGHxGa2PvlKMxis5YdkeUZYF4ZZEmmn
YQRlDhZXEh4guCOZbBsYzqudTM5h2v1tuywv8MtRNuMux5MCTxNulVtrYqtGqOdFNZWuuuV5
iRXvzxI9uhYwdZVlwdP687mxarQ9VEUSmomnUAD6bGcsJG+J+nne8Pn6d/IfxZwNeS8iFh6n
0WVcZVGBtZXUSPC4ORAAdpZDN/mPkWLK1YE8QSA3LbO2bbY5MeHx6wlYN+Pox52feTOxLYze
Xk5qCrZdnWOFK8UyWumsxjhJE0MyjIpYmJB2vjGk9WVu9sbmna/ercY4+qr+uLCdYTvPtmyc
VdZv6chyzeEgDt3kkeeu6Sltys4Ys7JnsGTIGIXWVXINU7LuFgtOzOrnEbRhtqI5ZIZByTci
kAAAhm2hBKsSaSERcRrCdB9xVxBLHZLk5JKi4zO2Kuz2sJelUnynYMmXOso2BN+txOX6PsIH
SSwDDG00k1SNcn7EmCo+n6brvZB9sP2xjxwK74FAGs8/UfSeQtIkMax9j1W3loshh68PM/TS
vKOg7QFui7TU3UdhDAtGaLE66YZbjmrQOVD8iSiePKryGPvcTMQ6fJm44rISeINJx6ubfQ5K
0BWWyiZNersvb35kk6y/HYSOaMZFCHg7PrXrS1J2iV5ZzhuWOT9hcYi5YUf9C1ynsOwTlzoV
TPYroI4+RwuM0WwKAPsR9T9ZWIWGARqRmhk1UzYvS1VMVSCIyrtQ5VZGE2dlV/8AYFPH9pn4
ivA1ph+u33Nrp7EIkilgaQbIPkqCQXJPEM2s2QKg0ml+s/U15XbpJEA6y5pv1i/Pam6q/Qmp
UPYrsqpJKHW3CIJZHZS0nPJJCI/aAGkJVWc5EA5/XK3GdfCb5FYh9RrBgzeecOSOEWEMRvB9
Cc/xrNZIhyJfNjgMBUr+wU57F7rOrjowmMGOrWWNpa0Mqdh+r1ZBaozVLWmwctudKIsICtAw
Ock/kGUtKFcqiqtgkRzOGyeRjk+2DsSWdlDEaJbEbITvOjlKFULEAD6a+mxgP13m8K82GffA
BhzWb+h8YVD40Sgzx/GOMbStGWRABofT7ZrOw62C9D2v69+LFB0XYWFk/VuyXJ/1VA01L1Sa
CZw/jPMIUrL/AFkaxg2XHcRyuEyZicb7OQwb7D5HQOKNNASrfrEKevWazWa+ms0M1mgcPjND
Dg39NYThbNg57F5GQbAGtZIuxCgKhQc0MGf41ms44RvCDms7ZSa1+KeKwEtO34s31Vg30szm
e3CTwdtu3MZNH7l7NtyMrKXA3MVGMuMSAAOYVjlWGSR6NZa1f+G8Jzlm/p5z/GecJ8eM84fO
PIcMg3GrHFJzZwnF0MGA4Cc+2f484Ppo614O8eKOQLUrLn4VP+FucQVuo3I661NZiiElqX22
eytEPaYs80ciycRkkmyHGBgxQRnOtrG3P13TU6Y/jv6HDsYCXzzr5YdnPObOEZ5wrkkZ0sOj
ryDm/B1m8GAjPvnnNZrBnEb1nEYV8FRoKM9I1//aAAgBAgIGPwAjP//aAAgBAwIGPwAjP//a
AAgBAQEGPwDq9gT6z7AqbhOa5pyY5Lqk4rfBdRIu7lNIlsaoD/iqFxiuKpIRGIlim3SISAvc
FGG1uCUsAzOtAAkceCbc2wCaOyLUNqFPs7gJ8MlWD1zXMNPaGQcB0woqICNWOAdAkGMu9iyB
kaAGpyUtFdmNHN6Ikkhg6nuF+Y8p4Iky+tUq+AQLs1kz0dXL4OuWaMnr7Fc14q5JHFPrLO91
SZYVZyiBMmuBTDdOYY1Wqe5Iqk5Zmq/zSBm6f4haycbpPAoat2QFyylHb+ZmBA0Y6XCI/wC6
3DAYkot83uPlkq/NTGYp+lBvmphywNGRf5ndzBcV8qBj81uF7uXZH/8AK3GFcLe6m/7uZAxd
l/8A29z2oHFMvtTt6wrdhQaxTX4psrotzSGH6kdESNVOAQPzG8SMYxw++tQ29RFdUjqRj8vp
GALALVEfG23qB1IGUTA5HBVDNig7k4EKkzLg+Cbcg/1rmgAcWoV/Z3fV1JxDU3hR+JHRubkq
A+EIRl0jmK0EcpDNaieJIA7r0R0msuUHtQc0H2oZ/uTGgWZOCEXqPYiaVDObj3U8vancNmeK
d+xOalctGu6qwk1yiZSoDUBPKTDukCq/taSD+P8ACuavajoJ7P0oDH6k4cZhah0i5wVZit9I
RjhGhdBhclk4ja4/pX9shrkAW/Eoxi7YoAdBNlKRLeGvMqhgMRgurjjb/cTgx3O2ieWxqAyN
Ufi7M4tkmOqANnC5N2PYaH8yFX7CnZlGMT/cnbsR3CGg9z3pJvYTihgTWiIc1BqbBCPxI0L9
QunxKkD6kCS/2phVYOU47FW5yTQkYkoA84Fgf1IFjHSLGtlKfiNOwKlW+pfvQgZ6NFSMyiIE
bgJoy0yiYtYkKh/9UScE+IxTuncaTgmFuKAPrQAFFp6pFFm+EKNYVTmeoeHFXoOVAjqsDZRj
IvFm9aaZJ3QzRHmWqJaQqQclxKmJUBBoMk8axD6T+pCTOXqMmVKE+1AAVjchAxvmaIAho4kq
3JGrkqWqOoSDRL9J8e2mjzCNWbFX+pEYYJj6vWgDEE4uiDtxqbrleJzuV/a3bcSE5lqEC2q4
JQjugylKxyCjtwGkAM3Fap0jG5KI+XGox756fuomczpNmLCqcycn1KMJS+LtChhMv+Cafak5
AGqB6orXEF8WQAFXrJfatKs+avVGWWa+IQ0p3UYWYVT4IzwiKrU+oyqSrJsMXVYh/YnfSckQ
CftQxAwKNAQLoPA3vgnAUt2Q1EBoxzkeVEVLVk+aDUOXdQxNnTmhF8QqyAbE95FjqMhpFHLe
JPI6iLyxUH5WNT5Vq1OBgURgzL4myOUOZAYrWTpBQOk2wTHmBclrp42GaaPOGcn+lMDfuYqJ
qGWOs9RNFh7PzJ3eLOCqMVUM1z6DmjKRAgLkoQgOR2A4+KaG7uSeTYWARnMtEVKry7YtF3CB
kNVHTEM/DBE7YOr96MTRjiiTMRiQBIuBICR/00xOoNfNGPs7CixqMEXNckcwcVdiVpJqTdbc
TUAAlCMiBI2FiUzdqG3gSNS0jl4Jvaj9SqmxQBQJwuiCGdOHYYXT3QiCANsYeZCr51dPHDAY
BOauWIoywOBybypgzjxURNuKZn09b4Iay+DKEuDesLSaIP0i4Txplk/mVaxB/EUwocK1TlwB
6y6Mrf8An5pINUjmJdHLJ3TCp7F6v2j76cHSWtgqEFkCYEjMIBmPC6JNTmoTIeEe6MT5lubh
DEl2aleiKY+tfDB5bNmmv/5oOOxdmCY0fBDcApiBdOCQ7CodltmQ5oPEnNulaiWMHL8B3VU6
Xzo5XLIEYK7jFAqcpjlFAMKIluUUCnMu4kRAkPQ9MdtavmC87h7geZSEmEp9A7O8qjpLOhL6
sUBYjFOgMTmnAWXFZ5EoHPiq8wFWR10vQogCpCAY1F1LSGiFrOFItwRcHXi6DGpsiG1E3JzU
ZYRLMtQLAGscisaI82kZG61PQJ9Itfii9Q97fhTmgGGKBiSSMzgnji4RcULcCgLE0cZp6Xe3
3dX/AFPTRB4g+pCMDplLu3TgCRbChXM4PeH6lZ8FMEadx3c1RGINY2RgYOZFxPGLJk5KkG4h
HAYrcjgCCHRapAfgufZhKJLtpCfbhP5eePwzyv8A9NCO3v1BcmYb7vKjMCG/AC0ZVCj8SJjM
1IOCjE5OnNe1CAPXfsC050HYsxV0zCtNSeM5A9rhPGevtRlocZCqGrlpiqWwCL1GCFWY0VKs
tzejEymS7gHStJDZysmiXstW2P7aMNI+xk0rEKht0vxQuQGAERR/vJtLYsc0Rss86GJHLL3k
ZExZ+gxcN4UJxaG43PDEEIRwN3xRlB9J6oW0pyCYmwxXIwEi5r+VCJItgXc+ZGwIyCLcxPtQ
AxNHuukZWxVLfQBoTSvoOLqsRSo7UTE6Sjubp1xiKNQogHppXJAiuYTmxNR+lGpJajqJPLVq
rdhhRSLUAIKJJKc2+tOLWqhCJfUHOSEWdynuy+1Ei1osnrqJxume90Ho9Am1FmWfagDc+xNM
AhsVSh4ZIGEw4o0qJ5QfiD/KnfTgxFVPblMkTvwRgRrhKL6iaue8oCB/tzID3P3kNoAAQDBE
gB5BkBKRJywCYsTqLqEdrl3dwsdVRpUZQkNceogXTE2yRi4ob5p9smMhiCxQlOczLN2UhPcm
QcyWCZyRni6cEyEbJi7hCzZfqQkHBJqQT+FcrxI4592KxXBOLen2N9EbYvM/YiSam4WbYpsr
JzW7KWp9Il61I903zClGrNUphfEYIACliRgr04qRFGF83Wvwi6cexSNqfamwGCcEOLBPjiOK
GNbL4kjpB6XsQuWGoDEVTbsCKWIQIqU4wT2OKfFMKYuuZqIyiHMQwA7wQlIGMJW1YFUmONVE
PFmTgMCbCoUGLaVVpAEUGbJrUZ71RYsxNRdDU9OF1rEfbiiWBAqQ7Iyckm4sy0sSwb+pCIMo
tY3RwctW9FqiRJ6F1amOqyeJwZu7VW+pOQ3BOGVFWqMza47VX01WzA2A1FuKOAPtRD0v2K7O
pRAOoAlEA82anqL2RHBB+LlFsVUUwU2PNTl4LVnmjVGVmGKJnclwRiD0xQJDFVAMcC9So7cR
ct7VGAtEMPV6G3AJA5oz2JAeWX6lo3I6TnmnFXwKwBzTO/HBTjD/AC9rrmTQ0/018OMviSBZ
hapWkhtrSCGx1KWgSi9DKJsFEmZO0K6jdEbPMLmRRDEAE1QiXrjmFKRBo7Mc0RRsSVQhojHE
ptRe7g5p5F2pxQIBPBEl/VgviGTuw4y+4jqeWVLINYd1GMaeq6EJF4hmIoVc/t311N2qhBWX
oK4fQ/7mY59sMOL9MVKrdqu5ChmTZfM7+kCQiWKD0AW4xdiAmtwVQAQgTQ44rlNTiomXVKsj
jVRhA1njwUYAcoHOVICplyhNc4JyKmNO1EthUFEhjpFWw9BxWg1yTRN0IbsBKODr4/yWoiNT
t/xaVqhtylCoNDGv30dqI+HE0nuMXj/0/Oox2Nw7cmb4b8sm/wBWa+NumJgJAao5H/UQq+38
OAEhUOyeLSieoDguXvBfB2yWfm7T3Vd3rfFbW2OYgPTIoiArIiMY5uoQkWJqGuuY0vQP/CuU
O+AQNHsxNCVzUEQXqmciRNVRxXgURhGoiVqYNw4eNEkOWr2eJFy0c2V6aW9SqhgqSP2rmAIx
IVSQuWQPD6BhuBw7g5FATkDGVTPF0XeR9gR3InQB9TqURIGW+0aWYohvda4IU57lHlU8UK0x
chPcUD3ZEmjoR/0xWZ/l++q0AsFWoyKsz0oosbB2wr3kWLM7HNDVYUREKEg8x/lW5GV9LPZ/
FyINimPrUAZARkQQ+MTyyQhA813wZO2o5lUp6GlEEZFR+a1CO2TpbGq3dg/2pRi0RMtrZb2y
ebR0Pme7FESeJg7v/KjOLna3A7eGSlOV2o4t5k2oGUsBc+6pGQvXsUvn99jEU2Yd6U+7/wC0
pbu5LnlQU/hRJg8avWvvxRMXBif20q7PmhkLnCvvKtOPefwIAD3i7nStQBmZHle3+NMaA3BG
HhQNg7BNWIHVVX8y6frVCQMkWlXsVJDisHNlq0+sK8ogY3Q24yDk3IwTGVU0ObNQ1EWNEWHY
cETuGsnaIXwdRO3tkmMRZCDF8yKuoQd5XkGxKAi53oycNfSe6nG4xB6XNEebUQ+NFuS3gRGT
VNjLyIG6p6JRiQRGl8k7s3sKBIqXDjI+VVcHPJapXkGBQbHBGW/uR2oDGRZ2UI7e1IQ2pFtw
nqB5elR3pjSZRaMTl4/o7vyYrOUXgfMEYzpKJIkDcELeEixBjIDh0qc9vcBBL5hFo0k5fAyP
hUtyZuG/pQiAQTYnL3k85Ue73XLuClICwiPIurgcajwrQaE0jLinI1FjqFk8f+ITR5gBcUTg
M93RIrZi6AGFv27i0C96VQpY0etfdRMeYnqOStXT+b/B/wCA4ABzTuxU9zb6ohCe5zyzTMKI
ziHpTtK1EhzgKLXKsIVJP5VGBuW9SoG0hnwRKIFmzQJs7pgKFZJytzdG6YndJJiCzEoD5f5g
yAsJ8wXNsR3AKHSepGO5s7m2TRmcMouJRLAVFz5lL5jclp24R1SKnumu0H0QPcituG8SNoyA
kBj5UBaNBEBMLpvQTZCUTUF2U5bY64iRyfvyWvfiT8vGm6RaPvqO78tI/wDb7tYbgqH/ANtA
7vPHgbp5HSK0A6StO3tnXczl/LtrXM1NU8A0sv0ppAGeLGq0R2pTazAlCW/tbu2BR5RIB+8g
JcoFWzRjEOcKrWK1YvR/c1IszYgDmQPUJYYalzRIjiUCSdsHppzH3UIgaIkgOVeVsj0//L9A
Zuo9n0ZRs7hGJLSFCvC1gh3XrkovY3W3EP8AE3GlMHgr2VPUi5qgGcl1GRZgLIaqE0GSOmTk
XZGpJNKIFy5qXLoDURHJDnLDH9SJBfI8U02Ik5ct/Eo/JRk0I802x8G1NasrhrFR35EPaEBf
z7iA1Ow5eCcVLgIEG6cIRiamqrQm5zK294B3GknDxKe2IxkN0/3BPvR723GCGyd4S+Ul1/Lz
rKvdh/s/DWnYkT8r3aO3lWnbNLl80de4IwIe1fzJ57kpE2sgZ7ctw35pFEbXyu2JX6QSnMBD
IAAMFKO80oyDGJq6lufIyECL7RNz/wAtHYnGUNwHoKhLcdoGr1LeVamp3TdaYOSS/BMxkRVn
TuZvg/8ACn3AzgsOC6i7fQgMzf6UnvgVKhOqo9aL1Ltp/mTQ6Ymr/mQMjp24GpxLIai5Avin
OCcWQc4uEXDiNhxVrqJAOmNXClrpqLp8iogXxKHGrnMIE4CwREIhkZk4sAf4lPcPPEk0xQE4
jQQSxOmw6dS3942i0APC57qEhZ1EjMFZhsUwpE3QiTQFwexCqlssDLuvZ0YSJ1bZYg4EKofj
d0xejMqEkPjVHd3CdtvFQH3UdvaAnHuF+laNukTXVYQQrrmB1G5WfBHVhhgjppeUpmmlb289
NWF2HLDQv7hB22ap/bnWkUa3eLJxUANQUJWgn2Z+FaoxG2WYSl1OhUy3oE6pG34VbHLD6EGv
h9KUXuQteqsRfAhE6i4xQi7i8iFEQADcP4kIljKdgno2RVC44FyqiiGgAAmhFz7yv2KtUQT2
KQemaIPTmtLsOKyajWTRr5cluUAjtg6iizCL04uo7oAEhIiRH5UN2Djf3Bqk9pDwSQIOki4U
RWpZ+xMHIBq3FNV1rEXIpTJAXhMBzxQdjEY4gIfPbUQdmY55Rxkhpphf+JZko/NfPAw+XgKD
xy8Ml8QNt7P+ltRPTAcsf/cQ2gfh7cQ8pNqKjtbFIi8j1ffkuYkp8eKqLKXyHy8nkf8AO3Bb
/pL3sU4YQNCmchrSBDflVBQuAT/EoGQdm9YRGoMA4ObokjlkG9fvLH/j4E3pj9KIA6v3KQkH
iaKe1tjlxkf/ALaAPWWcd4+VGlDUujuyDB2gOCoWCLtnRadTkn2IAWxQGCZ7rVY5pxjVkYmk
AMLlNK3YtQHrWqNZHGyntyDfEBB7W7q+LvbY+G7Ccaiv+4vhy5oGhBzUdkUaLau6ovaT+3qW
lnIkHJ4oHBNnUFaSHAQMSYvePdUtqQdwCAt35cgSjGrSHKy3BEMBOTAWZ1GZjqALgdniQgeT
ajbbj0v49xA4CintSNN0UOLhO54R4rtugSpbHy51/NTBFLQfvSWueN807VHsQxCFCAKNd0wN
b8GWog29SBBIOET/AFLmYvUg2VuKf0ZIcPpCUbh0YkaYCsj/ACIxjHSChIC9jkhsg6tVZnGM
UAbIZJgEZEs1AiRYBvWqhwVkFGLUJqmNhZFhVPTsVK9qtQ0oiIgOLL5mILkQd72QLHS9FLUC
RshzlEf/ALiEZVqDHJluyflAf1r4O6XmOjs8yIAoGqMFOIYzhWPEBfEk7nFnW3IVBiPWp/8A
bS5NJhKJ6XP6ESLm6YGpwIsuYMe1cMlt7oLCMgSo7seaBrGtVSmJU/l/lDq3BSW5G0fckjOT
yJd3uT50McwcEYu7szWVCC/1JwXMQ8slZmxCOYDPkqjU1yXVwe3BO2H9Pot6KIfRbHijqFHe
S1TlTDF02zD4cR/qbmXk21KuuZPNI3KA08VyQqhqkBLFqr4dSBVyqG6jqqJFllEXKpEHiUZ7
50y7sI9cj7qI2NyOzC4iKGPlnuTXNvSjIXBw8qGx880T3dwBgf8AqLlq/sRkTRmA4oghxIMY
8Cpf9xtmfy0nO0Y5kf2+b/lqe7uxD7nTE9UoqQkeSJoFvRJsGGSHzG4dJl0AVUiS0DgFCLu9
GGLoCOBZuJKhOJERDbuc0ZTNDJ+1/ItMAxNpHALTNpm+oIEM3p5SZbUqHbNVKGyDGB5RB9JL
/wC5pR25OJtnyuUWFRY2VRb2ohixrQOUGDt9alQPckd33lbVHHCpTiuBHDypw4HGypGtDUN+
JPTpf69OldvpPD6QwTRoWcxzTUfiiWfJUDFVFkwT4ok2TCyESHYuhGIFLrRI/F3TaEDQe/uq
Ut7ZcHESMpP7yHw9sQjiAXdSJlqJNXxRahNDm3eUNucfibYNJd6MVLaiSJmsX7wV8FPZ3Y6t
ncvEYHxxXwIhtqA0wP8AMrsG9qjtXlMapA0LIw25RqG24eDxqQPRBiXuVrNDAmUM/BBS+Y+Y
LkVjHLzqct0jXKQGz7yjqs9kWFQjR5XLUiApULG1E4yxWP7lEku6ckOLkLVEOwqcohaTyk4y
z95SeTbjgaQGBHj+IjAVe5GDIjdJiOyv41pESwuHoUNDW5s/wIgsS4YumnV6ADA+JclnqDiu
sfXd1T0kfSFbVVnd2kMPKrMgCex09gq1V+1GtAvsVnyUNvcL7u5QQiNRHv6UY7c4fF3eWUT1
RhLwKj6sRd0JgNwxKMWL4OnNDiiCXOQ4qWoODb9KjvQcGEgR5Sob+3X4kRL9Sm1CxbFSiI8s
gJDsPhUITe71y8K3NwFtwAs6BLnzEYobUT1DVJrk+BH5nfLSmGhE4QijlIsAtvanLVuCYlCF
qd74iIFLftBancGwPeZOQxNSQPyo63Z2e1U0fbwQJIEZZqYMrDlHHvoVjIyqBd0RtEcGwUgK
AEORwUZAasXutUTyvcspAlx9aDm2dk8RqfMXCAiGaukVp4kZEEfY6lKRYDpXVg1sE3pfi30h
j25J6kEm+CFeKsVWi0i3FOT7UIRlU4cFEigyWoF/mJONmGR/3pqW+T8X5jctuSvB/DBbu78x
tncluOSe8C/LOKYkOKOafmRfsIeiBlUcEZYZBVNzjdlqAaQwNGRAvi9lu/KbjA7TS2w78p60
NkHnNRFGIDzDmEjke4jtEM2aGioJYsPxLT0h6C/4UN3dJjtQwHVKXg21PeI0g8sY4CIQkS8N
vFsFLcHSOUDFkJnEDiqY1cYLliTGNeC0tW54MiYl9Jr6k4kQBYLEkn61r3HjEVpdNDlAo9iU
GsBzIiRAB7uTomRGkFwP4YoEVN9KqWf1h0XrGV8KnuJ4Fi7PWyBNzmiBUv7F+1vQCskTx+kW
pRHGlGsol04LK7oPIujqmbqW4JEk0rkFPcDGYA0DijvbpAlgLRER3YIhyH+33k85aoWIZgyl
INEEktgfdinJYmjsiRRqs9CiKXqESQy4GyIwxQ3tTEAgvZitmUeURdg/dZE2MRRfFIZr8QVP
bkBrANqWCAkKRxC+X2yH2pyvZpSPUp7EC21FoxZhy/6k1LajJnDMDzV7yltyGkgs73UduZIr
VrP7yERgWDfqTnkpzAWPnRkBGcpBogilUdYvdsCUNdHNeA+6jpec4mzMCD4dSPwdtoEYlRnK
R4NT8EUYO1CJyuwTDDE3RfmGaaXSFQvE14o6eZqsubpBoOxaSGxPajE1gTQWVsG9X0PvfSe7
EBkSGD4ItcWV6gfWnIc2Pan+pWoLpgKSL+pTlGTEEEAUJYozkakk+tU+orSxjEYXPmQYA4Ag
JjY1qiHal0CD68ERnkpAAnSHkPCyYYxd0Q9TkpfPTv0bfA99PL2r4A/t7ZqZd4+WMluiEhPd
3KGuqTnzLQIjlJMYsX/GgQCZwqz0iShOIMSQNTUWoExIxCE5yMpGjm6IPKMgtJiSAGIKIIBh
QCWY8KAuIvpbBVw9blaoBjgcl/crv4E1RGkEXYmoQEI6STWtSiRXfL0ev3kZPzyrTitUQ2Q7
PEgdNRdbYd3BsGMa9PnQEbDLxJzG1QQG/KmkCQ9nqqVGWX3lfDVjdVuq+huJ+lJpYtxBTlzI
u7JsizKpoMsVmSfRIM9EJd6VBwC3YwbXEPE96iGBOPUfCh3myCu5AXZco8LhOSHAoQcFUXwQ
I9bo0o2eH86G3Hliak9ndW5v7W5ImJEYxPelLwSW3tT/AMw88xkZd1Eu1RftXwvkqV6xZx3F
KXzBOoYPQEoT2yaX94IcjE9bZ+VEWGBNa+FZ9ieLEkVHBVJrUDIIx0nULV/MjAsSz6mxKAJN
jIngjjk6oWonkTMizKgAN2zQ5CJSuf8A405NXyTEc1Kpg5i7cV0gixIXMCdNhgmgCSPwoOdD
2eoQY2L6RdMCwcdniXrzx/8AjTqqoERxP0ptnbEsnp7cUSc2OAWeQQf1oEuqWKvQ4IwFpggn
tCkDKoJDC6vUWNUCY1OJP6VU8M0QXc4IOa2yAWbVfgtE5mMdJkut3tRS3e9YDtW3ExDHm9a4
lGUy0ZEAvijubYB2oh+QIHel8PYPTGyE95yWpA973UTENEuwXMWAvmpGNMgqHTmOCAk8uJP5
k4bSbyaqBN7aQfzKZEXlYZMi9eIX2IsWIQY1IqeKBc4mP9SJlWTMtzclPmDadsCkwf4NCOrp
NbqQ0uDUB1piBEtc1TPpLNkq9oZGrhqk3QD9OKx/4+ipus1I4AlcfoFTcEF3HYn6quAAgwFK
h8PKqm1ExuLsronBUW5MSEZaTpkcCi4q5JOZ95VNbnFEggxwIuVQGht/OiSwGSMi1TR1zFgM
bfiRmWi8Wi+KhAAkmRJIwqhAMSBfH8S2zgYhUuhDedol4tQrc3NrVvUcbZ4d2EVp3NnSHtjF
vFqQ3Z7cmFAT0t7iO1GUZEh9cRWJ/wBtDTcd4M33YokE0p61Ek3scveRLszhsEImmrAH+JUY
xaqY01P2hAO+n61RMGY9TXQAILGmZTmgFAFqIZVDS4YoRJtSyAAk4LF/5U9CPC9StD8xsT3Q
hEFm9iAdiTTtRANXqry9qdEYLgiCLyNvoX9GlnMgzoREbF3Kpy8BZDRJ29SNCAbm6aysSJCw
QawW4IVNyMWTEHmwVQKgMBWicUjZrp5AasOzzaVWkcC1SmoQDh/EruDwqFEXiTbIeJCgLOao
NWRUBK7WVLp/qQOKlGUAJnpmBzP5lGOqU4mxDs38iOkjiHqngABHDitNi7FuCLUq2YTxP7lW
JJxzWnSVQaiq+guwNBTNUs9+Kc1a5imI1HAnJatLjJkWAYVIKBidRFSJZeVDSGJqgHejk/yL
prmE0RXEG7IlnbDsXTg+OaYehybKMh3pP6lwWo2Kcet0YxkDMXGSL50TminDZkZwiTE2/Ko7
m/ywJdhzTl/QgRY1Hr9FYhzijIGj0AyQagy7FDfcRiJaTF+p+8jMxY3pUI6xqYXsEGLDIqzR
xQA9ho6MYAjiE8DzDEi6jIx+IHoRV1r0mIyN1EXJLD1oAWC/80DwVTUZKzkYm6ntyGmcotGQ
uFKMNsTIPWC0Vo3INOV/Dp8ckZ7Q1eJj/CtJgxwcoRjjUZLSTU0Juo7cRJwSZEB3++pbplSN
QLojE17VwKeVa0GC5XY4GieAL4+FXv8AvVC0n9RH3k8qNki9XxQuTxogKAg4IYv24KTXtZO5
EhTgvU/r/X6GU2uApG1MMk8iiCeyIqVtisYEl+1atWkadUnx+6tb1kDTsCPxJFqsB+XlUtzU
8pF2HFCRJEZOCf5F8rGMwDPbriXHInluiOnB2RHxYuBVg6iJGcxuEh8InzJpbkYcCQFL4Z1y
jzxaoIHVzIsHmAWazd5AgEft1JyQCe6bKMsCfV91AAaq1ORR3p9T0AsyMW0gWwZam1ZLghIj
pBJ/lVFVYo8FxTYZqlGQkI/3JnSJC7eFGIIEpVtkiSHlZxQhMBqGH+JRMg8siOU+8jMdY/04
UcpgPhxPdHV95C41ZhMQC2BpfwprZhVwoDaq7FqeobtR1Y1fghlgH/lXKNTF63TzsS8qIgBg
QWcNTxIazXNro1ZquBgokzpk2CuM/X6ZGZBJHQ9fwp4hohaTy8AgSHxGajI2jKpyUZiWrSSC
/VpQ5tDBh6ulCVjclAg3u+BX/koQIMQIhhdweZGYk4JAkHsT4kBAVxChpiYSPM5pVapMJXkS
aSUtmU9YLmByDcy3NuQq9CO3UjF+wsiZF6BhjRatuAg9RGuSaNQVDZHKzPWrrVqJfi60blBJ
mIKLVGaluGpkB6M/QWVL4qlAtJNlsjaIG3tuZOWqU+/va4WYD8sEJ7O4duBHSQJMmhOO7pcE
Qd280U1R2uPvICO3KRJ6jZE7p00YsXJQhGQEmoZZKJBJ3I94nDwIgYUL0WHoDPqfBGVSRiUH
AGRVJB3aqd2EaNHFGrjBNKsUa6YtZlIG/dVu7+ZVLIQ22mTUl3ZS35jmlR+AQieVrJzRARvb
gpQvxGaEiHOBxCpzB8c0Q7vVAxLtXijIWfJAwLFi+KOxJwRIGNGMh50cYikvWmIaURpiGq3m
Q1BxgxsoSdjqI7XCG4eqYIb3VHQDEihN/vIm5GJxWl2k75GqEixEDqLYoRAJ5aNmUNvcB1kY
JjGUdNXAw95RjOXNGnEhEmxt2In6094mr5q6YLVimJ4nOqDCgu6O1sMTjLwra29qRLdSaJqC
FKTA4EtgFMygJAkXig0BW6MpVOSjRpCoKIYEhiQjvxcT7wz9Dp1QmL4oAtJlmDav6UeNGTxD
EmpOC5gCS4FKppepEToDhcjzrqNsu74lr1mI7rGn4UJOXF8kIAmuKJlYUdEbZ0gVc4oEyalk
zk8Mao/MfMEwOEIhyB5kD62K+ISQRclZA1cJiw4Lkwr7vuLWD8QSYCR5NMu/JGQsLA9RR3SS
a2ajlBqfZVbUTMETOpmrEjl61GekEgkHsRLWr6lhLIHJZzwAQJH96Yc0qH7qE9yRjGBpxKeR
cixxWkHlZiCEOUUyDVQgBQWTIDBFUWSJI7FojWcrgYBGIpKftUvmZisuWL5d5UuKspTZnp7F
f1K3KC5VBVEboGkj2ozg7PQDJEAl50MUYmz09FE5lx0kI1qauRREEEAh4kYK2ot9aOouC1MA
qUaxNaoyJL4Vt91FyQc3dWwzw8SI1ORdFrImNQMMHRcPlgq1atKD3UCMCjsycai8JjxeFGMy
I7sDo5q6mRdgTndFqMeY3TMxNfUtVGtWqYAawKOWUI6WlBgS5IKIzDAuxWlycTIpo1iM1sxA
0iAcnU+p/wDcU4GpFQgBQfvVTYuexDdZpd39aEgLhihEYei6HFVvgn+pcVVOuGKlvEtCNzd2
R3Z3l3fL4VKMqbMCwl2KEI0jEcqYohvQ5uUTZEhycESRU0RMKTNXGSG4BUdT09PY1bMqm2ID
q75F+n7qoNRxal0dMSJeLBB4uY94UVebjiiImgNOH3l/xxQi7j9upaQezBMO9xxCcB7OV4XP
rQli7E9i3BuHmPNHCQPjRMY6TMNIyq48se4napDuURlYsiKk1ogZUFuxF2AY82Xm+GmiXCFC
ZMyLByKN/KgIxDuGGBdS1RG2fDQjT5dK4EYKYi8oxNUIl2NGC24AUIrLwstMCC10/wBSqn9i
dOnXZ6AM0atI2y95R29sAbO30ixMvHJUF8VzUODLTljn5lW4t2KTJmTC6OLotmiHYcUdJq12
spCUaYAYko6Ry3bJ08QwsiauPY63IHajKe4GjMvq2/cWk5B+B+6uW168fOgXLG48q1AvE4ZL
NriyOnlIvxVhZ8EwOoY4I6TU4oZcbIiIc8U5ofqQoaXQFvtCOo6n/bUgPYUcyuhpgkym/UD0
7Xw1UY1Vaiv7SXA4q9Rh2oA34YlatsOA3sPL3lMkxaNGGLoEXOCkLRxHFRkXOIZREJESAfl/
mQ3NuZjueJ/21qPy/wAxLXuSJjGQD83m8iP1ohUsfQFwQa2aZ3GJUNnb6TWRHUjKoiMfEUCK
g44It7VSVccPup8LXqmkfbl4lqjV6unJZ07uCmNymAcC6I6cxmjJ2kKU/IhKZ0StMkUPhVXc
HBOKh3NUXFCXIRbEWinPYAT+VFpUAfVdn7qdvXdO4ANSUwORv6AGFcMlSLtdkxqOCe4AsLos
KDDimbiAhmaK1jchOMKajghVqUkc1pkRLGl04iWFi9UIuCfrWkZ1GKJu5LBUNjUG33UJiLyi
SXPSQtzfIaoNAg50yYgG9VL4hInGkj2eJQq8Yh9WJfwozdiOmIQ5jLMYBbMBQ6q8U65R603Y
7oP6HWnG/BkdwlhGpW7OZ6iGxZCMAzZWUcxhgmJBBwTGQvUcFZwMUdRJAsMkIz6TmgRUFdmK
L0IxVERStlUexThHqHFNE8w6qq/NkhVvtRL1emRQiTUjm4K/anGDOFKJrdz4aomLjicV/kzZ
nbVXU3X0/wC5/wDSTmol+5UBAxI/mRJfieCoWtXNHB86MgAX44ELMipUXcDBaSXFGyVK4ogm
jXQALkYcSrh8cUauDiFVhxCdhEGo4hWJBFOC0kMZP60dguJguEN/TybnW1nHXrUIbMmiAJBj
fwoAlqO70JQFzZ/27i2S45ZO+a4JxZUDriVRUIog/qC+CDzblwPCEC/XIU4BGAvA+pRw4KQi
Kx+pVPTfitQLcFqAoT1HMJntgg1RiMFqiaHBZMmzRJsLJsGCLUmLKTh5Z8U4tkVQOgZBxcgI
G4e3YtTaXwwZE4Z4lEkesZIOaYAYMsbcVng4uiWbVitNzYnigDVqu1k9we9kiA1KMUACQR1B
sFpvV3OShpdu819SfSNNuxEu8RQOc0IxLgYq1RRkDRhQj+ZRDMAtLvmyEYmgzFwvg7wJiS47
D/tofMbdSA7ZhHSNQlRjVj5lMAMIsHGXuqJDMjpxFAVtPSrMOxGAYtdMzBHEWJV1ZAkLV3WU
jAmUDywyACgGsG+pbjnSRK/BQJJDhwc0xtKiaVdQutOJutOSePZVGMqwNmugAXC1A9oy9DG5
TM4zClIFsWkiZA0vTFXbtovqTHsWoCoxREi5AoEAKiNSHwKpIBhSPBARlextXzL/ADOHr8So
AAMlYmvanAImPqXbd8yiDQ3BwdNYm6BoftZGU4mQFoigf7yO7o0xLHTGpiD0zWqMh7puiI3B
qDgo7UGEjUPQJ9yBYPUF6BZgWCEYAl68KeJaRRnqE7VnZ8GTSGkwtIYJjIfDegWpqG4FlOYj
pi7AkMq0KYC4ooSsYkErVGgOaEZYI4J7uU5LMaJxRq0R0n+5uUA4d9GZBfEcSnI6RVTkcaqB
Iag08FWjJyKgUKfC3rQGGKYVB9qDE1wV/VwQIwNVqHZ2H0N7SjAGkcb1KJkeeVXNlXGyFb3C
LVGax9SJJbKnUnAAlatHTaRUESVMuZXw/KtLgmQdwiTRq36kW5oyuVdog3WkVBOKoHYUKrTN
qICLEEFjijtb/PtyGkg3jFaoy1RlXbPdlt+aSOmLPXNNHqehyU+Uy3IxbRmPGo6nDmoC3N2J
OqQ0bYxGpR2n/v7lZg9yA6FGrSDVwVPrVbmuSaTk4RGKDkEE2GC0g2qX4rSC0RhZ5eJOSdUj
b9KjrmAwAbvOtQiSGcSe6eMDTF81UNS4QL42RIoBgENkdO0KNjJCLsce0qU3ZRn1GQcutvw6
QqdoXMf/AEWknTWpGKMQKGz5hMCxapTF3wdE+0cUMiUGFMVqiXBqpTbsCMqfCjWYJGaIIFLD
AqQAtkvqCxcoSxevYtY6u6O7RB4kPxxWDYvdk7AC4K/4JmGVVps9g9k1RgcitMbE1daXqhqL
gWGKPekc8kDIi1hZUIbI3QiawB1aTgVQAO7IRYtK7XWq+AGQWv4YEpFoCN5SKhty0y3dsarc
ome//wCwhu7zzO9Uk3Pnkm2x8bbBoDRh4Ex2ZEm+QVW2hgbyREayN5G5QiOqCJiKigkoiY1A
cxJqomgD8pWufMTf9KAJwt4UQc+Uou5nTSR0+f4iqc1OZIfTRT3ZHnJfOniQkT7VquCaFlo2
wDIW9ahEi0R9SbKqaQYgLUbjDyoz2qyFW4IEngnBqK1yCEolpE1BQmA3ZgmduCG3I8vHBCAN
OosmIDy5pBq1UmDiOCJsDgu3FUDnOzqWL/WjRjKtMEIgCtUI6ew/xIAksKAnBft+NF7BD4YJ
PAXQjvQIJqCckdQtg6e/aelcpEXwzKoaYsnBsLPUoknSP3o5WAx95GoyD5eJNIc3dk36UZSP
LEPI5I7+2Oh47MZD8fzEkJbs6S5iD3igxYCwCcXCcjsC5v8AiiRldE9URQjigSH1G/Bbkmpp
YetNFhokK8IhAGgFfYhGSAFDG+SEQ4cVQiC4GPZ3lDYBbGRwYd1SkGJIZjVk3U1HUKaQwpig
T60Yl2w7FmyfA4K9gtJjQ2KlOL6SakIasg5TEUAd3TyLfY3nWvU8cMV2V9aNu1GM5aompJy8
qIIrIP6lxaowWKrgjSrXx+8ovibi6cUbNn96KEWJx4rVXThVXPTw/CmjHUbGZuVHbkYiZfSO
C24xIMdJLivUtVA9gqm2SfJzRAY4lA902cdKi1rD9SpaFCyLCoOK2oikhEO1wv8As4EGI/zC
O8fAhCR5O8cGQOy0JxAA8y+H80CYxoZd9GUJhxaJotIvgQnLEYupS2xo2QHkTin8Rwv5UMhx
WsO8i4I4IxfSxJdMagVHar3FWt95GIpHgnjc/tqR3JcrYhS35cxJYZfhTgMBeijGVYylUDgh
mKPkFEgOMyhLNGjBEk3snFWuhPA+118OYDYqQjWJwPdH86ABPLwViRiO8UduTmOD3qizEN2F
MWf9u8hKNSxAy977i5pGRNDLxe6qGjAOs2FU/SR9qDPdibqjuTcireVHA3iaUTxjrN/aiZcs
IYG/4V1Q6ddsP1pp7pyIFLrljKcyb5r4jREx/pmp0oxmCGzDLBsrKlWLMzppEAk4/wBKaRcP
Vckg4L8WUhEEmlI5+BP8xDVJxIEGtO5JAxH/AORINGJrpHjkmvKdhavmQhEgzd5SumARhIOM
l/aMoZG6aO6aXIdapEzlxt9xR2/EageEI6C4FOz3kHFaBlCIqQPtRiKvTJ0cDZAm3BE1z4oE
dMTUBQgzmRJJvTzIE96oHaskdxmjF68U+KEq+tZsiL1o6JuAWITimICL0BClKBYgHV+tCrnE
2WYwbNYkn2uhVw1HFQtJflsTREkcsbkX95F5EUoe3yqM4lzAWFiUNwQ0tQm2pEEEGwIq60xg
ZysYgPdB9vQDd6UR+LumJaoFa+8jyGUgGYksfHuLTtxEYgYCmlFpvGQw/jius9On1eNEgRlK
VjIOI+dPCG2IG0v8KJ3pRkcgGD+8o7gFGIYZ9SESGMTfEOgx0kZYpjEcQSxIT/JTaQHNsz64
ny7ieUJCAuQxW38vsR/uAgymRWPlXxZxIiLEsNUlOci8sDgnJ/uYDJAy6SsBnxTvj7FqBoVz
WNnsVHVcGxLKUh3KRdGbipwFCo0eopRRxDO3FSMn1jpiM/EiCXBY+tUwu6bbDDEPVNg1OxCH
iLBQhZh9iFHKZ6gPTiggOF1KIuRRVwutwEtiQqvSoZGri/BEmr0l2LTtAzGMAt+Z3Ix+DDWI
HvV0/DTRg0iGRMyHXKZQLsC3LN+ZATloY1IRj8Uc15N+pCI3CZZBbchtE6X6jQ++gfgRF78z
IS2xGJLCbABDmpxxCa/ajStg6Ys8R2VRAoZWAVyiI+tQ2yRGcqs+JQcvxR25BxKhH8yJ+GZw
flnHLzIk8oF60dGUQdcc8vKhuQJjONQRdx44ofMzoIx1E8Qp/PbxczJ+G+XjXw9svDbcDzHx
ozkOQF83KBjyYlrLSNxxiHcAJy3DihjnVPOlUIx5zgwojAAS3ZdUh3R4YIxYsbkoBmDLawLh
bm54Ra9SjGJYxu1yyIFCajGiow1HFEHma5CGkUscfzL4lTCIciWE05GFXUuVtPTn95HinQPD
0SjhcFNiacUwsgwYAueKIYMRdDcJYPynE+VR3fmd4jcyIMQ/mQG0dvcgaghiVybYFHFAj8ru
Rj8vI1EpdKL7pnFrxsgG1HzVTRgAMxgqHlVasu0piHBsyunNc2ReNasnxGCthq+tNgME71zQ
3J8sakmSPwY8kSwJ7y+B8xtvCZY8EDtnVtSLiQ7o/wCYjWgzwCEh0zsOCj//AJ76NvdI1Pw8
CHyWww3ZAD3YKMcMcUI0iw6bU860isiKBGW5IVvIoc4IwAqURtxJGEmqhLcLDwqR26E28S1k
OZG+KEYhifYgZMMlCRvHmk99KGEidSJlUyry3BPiQECHOB4rlJHArUCNbktmq3q7HFfFlync
qy030h+BTRJEpYC9UBJ3ABdEXP2Idg9EZ5uCozoxYKqeji7XRiDq0oSi+mMnIxQLkk+tlqhI
xIqDE5eVNMCYFTqcSZAfNQMCBcj+eCf5H534U76JVH5kHG38xHOPLIox39vc2JYmQ5PxRT7U
4zBrQpuntojC8hV0K0CIFOOaJNretXoA6s4NgLhXNlW8r8EIS5s2uyjth47IYxgMe7zoA7ZE
SWFKugIRJmaHOPnmphzIhiXQiJMaA5KINZDDD7in8zIkyjzDgpbs+bWXEsl8WREpWGLe8p1c
kBggIh6MGR3PmJ/EGAflj5eRSeMtsd3yowIAlHKzeNc9DLBCRpt90YJzgjpwq5xQhIUJqWUp
yY1b1eZaQSIbXKBmUZEVJdyjIUIZ/wClRMyXZ4uWp76GkuS7nFbW2KAtXgOpQjFuAHBEO4Kj
ubmqO1aOBmyjGIYRoxQjd02Xoe4B+1RIuLBAkuWdHNZOgBaUgDgfEiSST2pxXiLK5ANPUtOH
ixQBsLMho3ZDgeb8u4tMoR3Hvx96KB3fljA+LbOkx/AtW187KAtp3udAx+F8xE97blpkfuI/
G257WWoU/FFExnHU1QqF2FGvqRieo0JKALNmMArjxfdRnfcGJt5ECRU1kb3Q3SCRDpB8Xi9B
JDAxBClpqJBqqcJACQJiYkfmQhuFjGhl3T7iMoS1aiwAKEQTUgMhtxBBxJxKBidLcLqZiOdi
39KlEykYu5icCobd4RwxqjQRgQ79ndTRFHYE5LSCwjQBambB0SaZI6iRl/QtRpKQocXKnuGR
Ll6l3J8S8JHrJTuWapxopaS9GDpxSJ9aEtLjbDE9qPw4PCI0iR5Yx8y+Lvn4sxYWgFrbptwC
kQHq/qTkVz7fTKOYT3MS6agyCqbpm4jtC5AZTjJ9IFfCtUvl5iAFS36VpArYg5+ZdhqEcQgW
IeyEZ3PM2RRnAuMVUEPgnIT7cjGXCi0nc+JEXjOq/vbJ2pHvbR/+5GSB+X+Yi+MTySViQ7YS
H41zQdhftXSc74I7wJAE9BGFUNIoMEAKOVS6HxICRFnUofLb89omsR/LKSM/m98lxWMBc+fc
km2d0h7ag4Q0/wByDsRG/wD+mpbspGG7tgkwI/Uv71IyprAsUCJa40IQBrimERAYNijIuQ1l
EkAbkyTEs1FqIAOAxZS1AlieVqI1aGSYyB7MXW3GIBFzqw91R2O7th9IxKO3KF8rfeT6Wllg
tQ5Q/SStIoblaLA2WveB24SanekEIRAERYD0DT3jV70VWqtAoAhn6ZjCVQ61AB1SqDXVA4N0
woET8MZGQYS95adstV6jFGEg2OoVcIOaHAoGRfTQA3V9ObIg1Mi8VUM1yDdWNeGHvIAElsaV
VDzP9SoempernyoS29yTGphIvH8Cffg4NyMPuJ/h+a3HSo7YcD4hPrZOKkY4qMX/ALkLrmTh
NJMERIU+xa4HsC+PJo7kIuGx8cJr4fzUQdqd/KVGHy26fhTYxNwjPcIoL5sp724CSThaKG21
SQ5UduIcRFyg1aVF2REaMSHKwc5Uoo7kottuwmBeQ7klvfN7gkRtDkFw/miju7nXUvc17qJY
GJH5vMhpN/20qwYYG5ROdGyQ+c+Yjy9yJx809SpROBZMLDHzLThEMe1MLPRV6jQkLsVV2KMj
0ih9fSiHqTTtRjKpBdEWfFMzUoVwAUh7VWAvdS+JtAgvfBTjEcurkFaB+9JRLAE4jFOL4hcM
VQOALIUoPWgGq1NOfn1IaAwi/K9lIG1GfNFy5u5ZVNqrC2XH/LWglhcHiUCQx+sqMh0Gkxl/
zE8JViKhasroSAumNkZOwAuFpMXkQ75HuKYkWjIUibupbfzBAn3ZHqbwqPwB8WEDiaRXxg89
sjt0IbcBpOp5nAjuobkS87gYFDc3JGJlQNYBHd2xepkVIm0T9vhVeAyP3UADyO4FTEeKSlDb
AidGqRakn5upVLE1ZNGnC1UTIO9nu/iimBBiblfF3Q2xE3I6j4UIQ5YQFMgEMNoGv600Klrh
B7DmK1WM6pntim9iugrqURUkYqvtOEkGocVfsQI6hgg9mbtRNnsgGdNiM7LdEAZRM5W4eBAA
kHIi6aNRj60Awo904vmgWajDJkWRapyKIIBqnwyyReoWNnWkgEF6oCLx2Y9cyKAeCC25fLxE
I7JaZxlE97ckoQE9MCDTP/GmIdzhkmVKoRgb9cH7oRBLTIB0m35lJwwmHjLzKT1azIAAHd3D
pbgiC4MKTBUt3al8ODPKGA91DSccLK7bQNWohs7YI2ohiXoZI7ZYyBc5feVKYg8VETpEF5Ue
iO1CkZDTlRS2pjniWsjqLg1sxCqxbBfF3v8AJixZuonuoQAaMaABCES8BfiiTQlUZ8wgLGZZ
NgMEX72eCGJHo4ijcEy7EZG06hswhehRFyKqyMT0g+tNU2RIcDFPbJRjtx0xETKWTlA7u3UC
s40k61bW892BFW99SEiOUkFjVwnJFLZrQ9sArHNfW+KrcqIuJC+SEcDcK2DYWWr5jeEDhGI1
fiUfl31aXeXiJ7y3hJuZgHzdbW8wEdXMDkUJCxYuMlqApkpPcD2qe3KTmxCkdsGegg6hePlm
mJrCgJrRNMkk3a7IuCdjZi2Ve7JGe3IzhE1xEh505Gnc3KGIw8SAFC9Tgy0QDQsZ5lGJIaOO
ZU5EuCKHFACscP6lLdJoaBUwwQmABHciCT5k49T5rRvR0whzy3MJR6o6ENuA0xiKAICDa5e0
BfEuCWAxdAK1bIY6LICyICZVVbH0nT1xrFPEOMuKjPVy2ln7qd6GxQAFWa6cCyb7EHNyQt7c
kAS4iHpZV1Ro1nFVIijW9SnINUkl8P8AGqiooXyQhQiPSbOhI5tdAktLD1I1AiRcW+8gDUBE
MKmjXX12wTYn0bOw9ZS1Edi1EChoo7PzJ1QA06hgtWofDZxLBijt7G4+4SAW/Uo72zzxmNUx
/LrUw2mTF/WibOa+tADO6O5IHVvF34I7d4s0lKG3J9sOQTVfC2RQ9RFZMO599RjGGmLUHAoS
mHgLP+lcpu5EclQGJdmKG44OsljwVbLbnEVBILZFf9xvjVhCJy8clpZo5DBGZrl2ozNZE/tF
aRyiAoOKBZlVSDcHTyDusyrOyYXUWXYnxFQV+9ao0ErFUuMV8OYcx6Tig5Z/tXHAKl/qQ+EN
UTcM4TzDEmoGaixckjUDei3ZxLkWCAAedNXZ1IkkEA1HapHUGppGSZi+D2QlEVCbVWfd/UnN
KsSKutUW0gu46ljZfuTovE6YxAH86cD1Jqub5KXyky4Nq2HgUZbXNMFwH/MhHckzGyr2R9Sa
wFjmobIq5q2SERSMIt6gtxjzzBEfWjXqoq1OeK0ggNYoCNI5lGRuKuKKLVrQ4utvaAbTEP61
X1Ia4kmLiOKsyLomojCgjkjus5dgfMe6jjVVLsg7mtlIOzF1QUyRK4Jk96IHhVEDtZMiMTZE
fUhKxFQcwhNxIhj2P/GmBcjFOxkclOVSIhFg2mTutZjG9jQ6vKjHpBLF0QxrY8QiGFMP8KAD
PdyixfxBa2eMaU7qBjV/2kmeh9f4kI4nKtF/w/MqI5rZfmIieX9SEa0q4wCBEfahubYIIsex
Cctw6yKv4fCtT6noHsq48aIMaNZbnzGktEaQShGJ7fUiSeWAb1lRYkgkA9ia4wIxW3tA6dJc
gIShFwTXsV6+E4Ix2w7S+pbe43VEFVzTketMAe1VHrQO3EACpOJK0E0gHIsTKXlVD9VEZEgE
XUC3NpeZwCO5O8y4GLJyXTiqpUlYJkdubki7I/Dm5xBoUXN04sFriOYXKchzFAiJ0igJWkUF
yTdVmC31oCNYHqknFYn2uoyEDI1DioCiBeTy95BzUYeL3Vyj1HNc1YnDigAASLrSLmpNvuqt
gGeyDBmo4uojO5N2XTG2ePoZaB3IgN2pyf3KnMckDEE4EcUddCMAXJWT4XVak1bghGI6iAB2
oRZgzlbm5IsMMkZk3L1QFiUIvzRzupbhPVY9niR25n3SUJ7EgcZDIqMtQ0yJMq1t3FGApGIY
LML9yazKoTgOSaDijuTpOVHyZNXhxQBDu1OPmUZbzSFDp/UmFAEYgUFirepMLBOaC64KY3Dz
YdndW1Igy+Ifh300kiZFmwuUxfUeNEY0yZESDCNYnBkNzUNMumADM3lQADnFRiYsHqpiYbbw
NlS1ndR0yIMT0xPdJ/1EBEmLAVbHyImVRx/QjOgDs5zWpmOYsq04gIGRpEMCjISJER6qoVBJ
7vZ3kwcMxBvVXNvrToysBfsW7uAu8moe6tN2xN0DuOdu5AxWmENMWp2IbkDqiI/3DK7osHL3
4JjSYrVRJfTAaj2oiNCQwUdoGsi8lHaFZSLabLZ3duJjtzDEeGY/WiJXxIQGkHtuhSj1GARA
oBWldSju7TRltnVEBR3geYhpAVaXhXFOfaiQaIyLv3RmjKbkk0fDyoge1MTagW3Auzh0AMwA
pHGwROGaIB5j0vmiJRqPKiGGoB6jp95CGoDXYsjPcLSmBKvBcx5oEGPq7y1G4gx9igRZvrU5
i5LALc3bTjF3UNtydId1GvMwdDZieed5ZBR+Xm8g4eQuqSoe7f7yDgS0mzGvvaVLCOHq8KM7
OPUCnH1qJYnIPRPEsxQMqmwrT8KYWahHi86FAcyo1cAg9ivi/qVJiUSXOpS2YgR1BjIXZaQx
Jpq/mRM5NH9yMYRcilQ6M5tEd0n+BCMKxYamp91MOs1gAL+VRlOBlLcPKO8/uo7swRKea0k8
sKti6kYV1mkW7qMpQB3W59xq1U9q0zzQkMJR6FKE4tKFJA8E9Tkb/hRowDMP6US5jgCzIP0+
xSjuONvc68m7m8uUhrg5grSLcUBecjYH8yMpy1SwTk3wBV0ZBq1IKEjYDU/8KhAHoqeJUYXY
ElCR6jhxKMhLiShKEImQFZHj5VKW8XkRUCxUZbcRHQbjiiZB5wiRGTsxTTLsWNcFOE4tGGPi
BTuGjUAqLlwXJPFbkWJMgI+1CQF2jRRhPcEJNygmslKTgiFAcFGMidBL3UJQLMMMVL4pI01I
fSCpzhFgDcrQCz+xWtigLsGHaeqSIBrmnA9Q4oNzSyays7UKeRIiKN4lYWb1eBVcywA6QszZ
sWR3Dy9qENsPqxy91HUROZuDYe6nnO0qxu/6EI7UQJMC7c0v+otUo69w1iTgpfNEt8Mjb2xa
p60NXU1UYannM1I7oQ3NLzkCxOQWkCMScRj+JEGZBuGQ3CKkCTi7S8aoXburlYm3+JEGun6/
dQBLgfUqDVA1lxY8vUh8pvSMpSP9om0f+VzJqBrngpEc0QGCcJ2pxxXYCUHBBNAeKnun3Yjs
RnIuMUSD1Fh2IRHTthu0pz3sEKmv7lCb8snCMJd4MpbMup2ZGUwI/ELwOAK3dstztQWfu7im
SBEAaS/BRAZ2DIg9RIobLU7PP2pzU7cQAD0qUZdrdqHxKgPQlREellMGsdJaT6aqpMtNGFEW
qI4WTAgHGiIyeqILEDE2/KtIoQKYoM+oWwWqwArmoay4JoytgjGQY4jsRjDnme7k/mQO7LTw
d1o2gw70z1P4YJsB+JEgvGVBEioWqpBDM9/eRlAPKUGB8JWztOBASdwKujtbcnEBXie+nwka
9i+GbaQxfDypxJ2Figa36roR3zqNrXQnEMJn6/MrUFwndgbP1KlX6QMkRR5BPaQrFsChs/Mc
25GmrxBDciGG5eLMxCzGSNen7E5qBQN/MnowH5lt7IrGA1TOcpcynvW1BgCpyjX4dB70kHNH
qhCIBapWkUYexRBBAgS3rUTckXxX/cWhHqI6tXdRcWNLv+FPuDlhQSx8nKjuQk79QFEJYigB
QOm6jEkMS9M1uhgWNDkAtRwZyqB4i+DLVE0ax4rcIZhAnVi/T0oyiC+eKLBpm6JJcZ8VqONy
EJhmlT/HFEgvkEDfLwqMQxJwUTIVF1c2+tGMwduT1/SjpiAM+9VCJoBdskAJCTZU/KtIPxZi
ob9SEjLS9CI0P41dzTsTCkcUZQqWIBOEvKjKRNe8ov1Sr6k0g2eTIkioFFRi1S90CDyoxPLl
TEqT9UWBGaGnqGBu6jE8siCCmlQhUe70UJiTNKxp91DciS0GNKnwyQN2zTsxyVBeyiB1u57I
rVKjm6j8rtBzecrfdUtQaI+1E7kS1yRX8ilLblqOGFFOdw1lIYxJNTxUY7m7HVkOY1Q+U+WI
IA1bklZwKlmZag8Qb4/dkiAHlg9E+8WiBXtU4CWsB9NFFouQaglTmeXUSwdcpbByjpoWTCkg
1rKWZo9sV1OMQP5kGjqrQC4QBGkZrQACKOQi/Y6EpM5vREYI8oAJPM9kZFmFC+KsHZf91tgA
u25/JuL+5HVxBZlJpGO53Q1D5VzW8L0/KmvI5JhcmgTmkslw/ctMS0WYoay+p2Nz99Wt7Fm3
2LNvsRAAYfWoGfLAPqMVqvEs2RUZ6aGhbpRMTQ0C5yamvagQeAOIK5aG9SrgGlw63NidBpOk
Yn8KIINCYl+CqXxCBsp7pLjc5YHHzyQn1EWic/GtJLylWRyC0gNHjRTk18uKMo0lGzFatxoy
L4hypQ26RsTjVEyY4F08qlrDFNEC6Aa9/wBorXEvkf0oyn/mGlKOiZEDzGqAmL1BTXBqwQAr
EcMVKRcP7EBGT1yw8OpR23pIuPUgwpgLivcTtTbBJxC0uOzBEMGDVvVaqAC3EosAwFwhEGgu
eCYkEPZCMcT9a9X1qMZQ1Qn1agwZa/lHg9DC0QR3uZACQfI3qixv9ScetACTu5ayPmzQI6kx
7URwbNEWy9SBBrkgI+3gjIVBtindzfitUY8gJBlf8akC/KHHajAmgDksrvE3yQaPG1k5DkXG
BVC2BCrJxu0IHlU6HSZGUTxdAQOiIPZXzoPMxIJFDgoj4poc1z7gIwEhgpA7EN0SPUDpLJ57
MxIWEWn+ZSjt7Q29s96XNJEmZqWYUCMjENm9ZfoRkKai5HEJyeQXo91ys2YzKedQLISIaNgU
HLueUAMhCTyob4FCOkkHFHWemgeqM2Yy6WKYliBV/wCJCj6qvguXC/aoxlYWmz1RlIM1+Knu
RpGVPUEYkl7jH8SBZw2F1qMS4TcaNgpQLPiR/Mq1MbdiGm2diuo2RiG1isHQ3JxaJLAioqpV
LxL3yWp3jYPihIPUWPiQBrdzkogiuAVA0g/D7ypEF741ZPpcAcyJFnZ8nR5TSxRIetxwQmGF
FqatlHZN5B5h683TNCEgJRmTpPBTieYRthdEA1LfdTRcuGMRQpmYNTiEIxD0sgYFtyNVCMog
AljEXPmQJ22rezosCSRTyrUNwZkHJD4kzegjWiaBMZEUeqpUtX1p5uQ1WQAjFpKO0Tp2hf8A
SoyjzRlUEWRJqMRwTRrA1Y4JpANkjEvnEFkacz1TmOmUUJRGog2dHVzP9Sd9VgPKgZHmNMlG
ApCIDB8V1OD7QUIxqIM/B0SzmhfFbYxIctmpA3LXGKiTQ4EGpH6EZAEykH5a0Hup5XFPUpEU
jYU/lXKbpiX1WJXrdf3S/ALSYgjIhSlsbcYbwFGGnV5Vo3I6b0IyQAtLOw7utSjKrX8JVLZZ
FMKanc8UKMRiMEZgk3d0bueo8E0CZPV0SAdT/UuW4w7UQKZoEChvPh4UG5dwA6CfEoncfVON
jXpQkQ4tptRAuBEGj0IQepe4pRCLsXBAUXDmQLg0uhPQIT28JVf3USwEWqOK1GwoExqEG9aB
k7KgBaxTYkIxIfJ804obH1eFEAkxIZnp+ZPEPGlPCUTjkiTGjXCLsQQiD0ixF/xJnrdzV04F
RdCMr3PFOQ4FH7fKtuLagZUKuz4IG5JYHJSlUzBbKNPMoxlXVYjNRBDExApwRcE1qFJ8KNdA
QDGy25sderSWGHjUoQttyIcfhV9T2wWkgkDp7Vbh/wDx/QO4Ykm4bCSESHD0AoozrI9LeUDp
Q00F1wf60Q75/pitb0NwVIDqLdqg8mIIAjwRMpO2FrKlI4FcrykaFQgzTIBm+avZQ3W5ocsT
2oaSHu1i/uriAxCLAhjXC3mQ3iHEcyhNmeozqhtg8ZdimzMJW7EQKOahUub4qlUa0NQF2J8/
YtOZTyLY/tpQkSCDZlVnjRRcXNk0ZB7OjKglb/CmFHumIrlgviAaXONXKYh2xURKrm9ltRFw
BX+lBjUhpICcqAEozlMlyaqNxx9fKgCWJiHzQEjWVCeH3VIDp4Jqg5qAIMpbhMYsLU65qUZS
1SBNR0350GFbdqyPE4Lpxz/L9Ag2K+JAH4Zy4rTIMQGkCiMbhMWBq6cDlOOZ8SNBa+CPCgbF
PXUCoyAROqgPtUWIZ9UogUYK9EDlgt0RiSWcBsYppYNU/wAOhSJMjIkgQGB8epNqJb1KEgzm
+CjDbGompFyviTH93c5i+A8EVIxu79h8ycs5uVal0GLDvFFy7UBbBPj/AOaINghpFMS1whqL
iT07FpB01cA1VK4FhiVm7AIBmbFkNVj9RTg0F3QZ24ogOQRVlHc0NC1alCIYYmJunAc0AQID
kkAhbhZmiQDj+FEAanxyUIv1U40Qk2qIpVHThVEmmY4o1tZMKnD1qQmNBEiDHBaD7ULubuvr
uuH0DCeNjktMw2qLHJ/GviTkBCopYKTjUQaEYozETHbx3JDTGKkIHVdqMn02xyRkWEfY6EQN
IxGHvaVpu5YNijviLFmB/iRgDa4VzSynABwYl+C0xqZvQjLxLlI5jjwQnEDTGuajEtLFzl4E
fmZBoQ5Yvn4oKUXDjHCKnuDmjMu5xKwKpV/qTGgzRJ9iYXZlqBdqm9fKn9nBUFQpai7nlIoU
SMkxLi5fBUd5Ul/Suo6RcWCIjevsQcHUaf4UJbg1Pgf50dsDlwonkHlR5LUXADmIdiyGIPFS
IF+X9WlHSxwYHBT3CGIAAQdwB08UZSqbHBCnaCi4p+3SiS/KCXxUtwyMtRcnqKpHURQ5MhIN
qepy95YXb73j+lQDVGsTmPChtbcdRd8oj3l8b5ueuYNBaL+GEO+mbRsDp2xT724q3NQUZOKX
q6ABf9y0jnMsrsoEyGmVwx1R8ijCIY9MI5lPIkEVIB7yjJtOoOpRixJBZCPNGcQavREkggVJ
PDmXS73Cj8vtFpSu4pH8KEO9CNavXxI3+E76T3j40IRwFVxu6oQexCJJJNWC0xJcU0i7oGZY
5Yumi9KveqBf7qJDa3qmoGu6dgAMTdAAtI4iqedZ5BERoDeKIDMfUVQ2uboEWZqWWkNI5LSZ
M92P8KkTUAKLCg4KMQHD6jwCDBjUv4vJJSmz65OBwTM/EIxDFqBRH2oCVcijqIY4qUISJhEn
TK1UQC5ep4I4EZd5YeH6cty8ZVDYHwqc906pWjHCIReiicf3LTtszOfd8yDgFw7g/pQ+Yjza
3jUdEj4Vr3papF9IxJXx92uAAsjWgNWumDM1kzBrVW5IYSMGPA/wKLgc1aXqvhwBMzQNkVyR
InLq1VLox1aezHyoxMaxpI4FCRL5cE1g3tQjqbVcokUgLSeqM9QMhY4oyJI4JxY3OSoa0BIo
ncUoMASpGQD54KPK7UJL1TAPVwyJkATRs0GLDFlWgAZ8ytILA8asgRIMKAZomom1skNVcn/m
UpRz0+xGWdStD9NB/WmkKVr+pRozkn61qjU/YiSeU1J4pnZ0DFmYB7qWrSXtSyqeVySDW6IP
H1+6iHrGoJp91Np/bq+nJg5FVPMSNMkMCMcD+JCMXYUMjZl8Ha0ykR/clLqP4VKMwDEtapAC
O4ekdIFzL3UZ7gtaPh8qpQC3FEyHJEOTZn6Vo2TQEap4e7BGcKEX7F8YdW5KRa3KOlGJAMIG
s5WqP8uHuJoB5Hqkb+mW5vjSI3lEPJSG2DLbBaNMFGWmcNs0MmOkP3VpkWcOHe/3kImhsSEB
EMSadneRjQxw4hNNhEmjVqpGlMFqerkmGLI6QwlmhEFmqFgC9QCnkHAGFCtQpI0AGfmQDv2v
dEzq1yLLQ97Pgs3DgoA0AQLs5cFGL1PeCmbkE4PR+pVDt0v0rbwOkfWi3YQtBiO3FMBbPJGI
w/eiLg2zTvU2TXAyzVAK0DLC2f8A9P6bG2K3JajASLiLUTyfdkMzT8KJAAEaALXIGl8EdyZp
EcB91GUnEYvohkPEhpkQc8SgCXaiOkkiRYso7cWGkV7VMyqCWiOCgICENkWkD0Af7ijsbdRG
pJvKR6p/QaQcG4X9nbjAu9BdNON7xwUd0H4e7DFqSHglFT2QXESziyM5AtYSzRagQi7PUUZE
ObUP6kZEVYOU8nAF3VyTZ8UXq1SBQe8qA6DjdE2YUe9FHlYioJxRowewFyVzXu54Kh5gKEZI
EPmoA4oykNMQS4OKnpNATXBlpEtZkXbBbVGIiAgAKXdEEmQlbAFkGfVH2Mn0vYgoyNQMk8Da
/BCQHqWRAei6TZ7H8X0/3LmDAChWQRjB/h7QYeGckd3clpAFSclp2pEbEbBsR/qSRBLmWL1T
g+uxWkX8N2U44kuIkUfxJ2YgASb+JQxLXzTC+JXCya6qqemiPALcJ5Yknmat0QxPm4e6nzoE
SS7ZhaReVeH3U5GvF0bNetmKGkgSjgMXRckSl7ECHANJHigKcCzLmjS7jNSANGxCMTYHFAuG
FWtdCMRpBLmIxUaU/MFuGLksSHsyJZmwPeUYmoMg0RVRANQAGRkLDN1QWK1Grki6Y1y4BExH
LA1fM+VPKsiWDYIbUtrQGEoi/V0qED8vI6wCJRrfmX+XO+mx+lki2FU0qkVCO1th92dJeWKL
TEdNQUQJGcAXY01N3lpchwgZYYISAbjxRIcbh6Tf3tSr7eKJnLREMSTj5FHb1xewARwJ9SLH
0WVBdVTt6TubkNRNgbBcsGyZEtTIhHcl8wNuRfTttqkffQG3H+4cA8kJbkJQF6B4ovFiLA4f
cXNzE1fGqaAYC4TmhP2LUGc2f+pMA57xkqEO3Ub/AHEQKkUHFWIJLISNe0J8RZTJJEWA/wAK
8UTlceVbZjaMrYugDU4FSGJx/pUbxL0b+NHakRAEO5q5QMdwHxVwT/MbpazRFCEYR2ROJvqq
VSEQQGBarBMPpcFpxQeosVLcNdAJDKW9M1JtwVOxVLAIF3GAyWqYIfFlpiSWv+lO1OKbBNiL
qIAxGlc1WZl22CqPpcFmqo7GwQfmDcio2x/8ic8xPVuyq3i99NGInunq3JCpR25x5SGpRSHX
t2icdPmkpfFjzRHKcJIEcp4J7O1QrasPYraSLG/8S1UJN1zS0vjiupy7VVK6cM1HhRuKk3LK
gJ491OA0vE9PyrbjJxzUIwkUQ1cD/MiZMRV8VrBYHA/yrbmZUNwjHUDFAx3AM3R/ugL/ADY+
1UIPYfo6MWcprEp04qCEYSbSx1E5MpxiaRyydEiuXYoi7+0OjKdzigIm2PYiaki7I05rJnel
Sviy/wAvFr/gUd6UW249L3kUy7FxF/psPWiPkYme5I6ZEdQifAgd8HcnIPPUa17iEYREQLAU
b0zEw4Y0RgRUOR2IcwAyqvh9Ufs8PMpABmrzflRMrdmKI6hdAs83a9wg55mfgqjUZluxGIDE
YNinlVjRHD7HUXcvi2KLji6M4HTBzQ4ujAMwtwHhUR0h6tX8yA1MGqUYk64CojkiIFtRYvgm
jMOLPihIGQkDeJIsv82duNn6foT3Tbclpj7sO8i+BYALSaugAH2zYIR2KgF5jxBGXw9MjScP
MO/FEkaXOFApTAbIIDcLUoO1UHYQpS3jUECIe6O78uCJi8HZ1olExkLg3UdYEtt+mV6eZaIS
0StolT8Klu7haMA8pdieG07lol1IaANNRXBCZjpfD0V9FU7sFkFSgHp4eie5KwwUt0AA2IyH
kXw4zNakNiuQNIGpsiSdRGJqtVXOWXeXiy8qePGyANLMEDF3PqRlJgTYrQLvR7MiDy4WxUGb
XE0l2rUWZuY4I6qDFrOuU1HUtIs79qIiNOBq6+GBSnaSms5YrIixFE5u7epdXpMYde4dEO2S
jtQoNsCPrUTBtQNCpQmK3TGjpnd6upfFjzeMXCnDaA3I5tzmKLkAigGK1A65GrA5KMDUDunF
CcOWV2UiZc0jY1ZCPzEWn4xZGWzuuGoOpk/xebCmKh8pLejKO7WdDq0e8gxeN3FlLb0uJBif
CAhEUEaN6eKquKr6Blj9AbQFZ1fhFOGL/u8sVqlUlVBcHBcobOMkYyiRkVe1w60u0bsTdarA
YIB+a7jgjIigyWh3iA7P0osNT1USDwqpRIPTX1JmZ+6E7M+f86JpEBX1PiLIU4vFEA4F0CQX
u+DK7kn2K+DX4+kkh47MXHvy/oUgztUBNKpwT2IonfpwTGhF81PSWsPxIwBIl3SMz3UdzbhK
QapxH3UdVBmEfigHIj9SaxNk78pFEahzgUZQlpMck25tHeiOqYFQEd2cSxLRBbljHupnsKsj
vSHPu24R9PDNXYI6exPc+nS3F8PSSbYrXt1htipZwHRlHvVINAfwIageU4Bk0SaEMMURhSjV
+7JNOsrviyEogh6VYI1FCxClgGYsgYkcorkX7qkxZo1yWsEEmj8FU0tpVWL4jBB8mNaURk7T
iWj4ZBFq6qdiNXKDlnqBgnBD2Ec0xpI+xl1ClyaJydNb3H3VfD6vQScEdwgkzk8zkJHr+4iG
dwS73CIAYj1LmvgE4PsQaT5m7qZgHMCJUxEe6gXaIrktYJMbBsl8ScAGDU5T97Sn2ZsThLBP
txG5EVdNu7G4CaWohAHSThKiP90SAoSBZf8Ab7Ts51TNKeBCZJaIdR3d7m1czG48GpMuOSa5
yVnlgEDKyp9P4O3WR6zkFoMQQb8feRlslx/t5KUZwIkM1GEpiEbmZwTfLz+KB3iNP8SkZfLG
WLuKn/lpj8pIG57V8Td+XltRBYzKjtzgYyoThWSIETERzFwpy3ItHcoHspECht2qIdwbxsyI
LODiy0U/4IDT0l3/AKUaVF2CJumwuxqiwD2dVFCGJOKYFzb2I1satVWN/r9MobkgAQxDqIMh
KMKCYLgju/8AuLllzSoxCENqbEVk38y+HuS07wvHNEPawGK1eLA8Ud/bgfgHqHhkj8MioqpT
EyRiAaJviSgBUklAHcMhGpL4oyEi9SSShLX9iMdRlIl5HBWBkXBfBbO13pyHrHmQiFwzTP60
YikTiFSpz+lT0MKk2T3kbn0MyaUYmORRIJBJBB8LLljXMrsWbZownHVGVDE2ZbO5Ef256Yng
Ypnxvmtjb7ZMOHKht7cDubh6YjLvoAbQhEFzKWS5YDdHih+lAbsDGRzDJ3fGid2NHOZRIrmX
RLgyiGHFFxiHC1UY0YfoREQ58WLIPQkuy6+N/SdzVOEjdjRf2d98ozFPyqkRrBx6Vvbm40QT
n1e4tZ2yBE9caqHzG6BUAxjE/wAScABhRGG4XjKhGCOgcpsBYBEAUNwmBpiUAC9ckwoe3BBm
B7ua5u0kB0DJjmt35gkkbcWh2y6kDKzUGK0gJ5VP/gmRwWudzYHBcU/0iHYIugG9acY0Xy8Y
RcSiYgitX7yG3BtRrOeMiUYnEIkB2sSjDcgJg31AFavl9e2a8sSNP5lPY3omMoFgTQEf8uff
VBZ6/wAyqR60LvK5QJYOqEFkxYK4y+79IxBqLqodrUQEBpiLBPcEt2Ih6xenBVlXNOSQb1xQ
woatRMS7MzJ3oPbVNQZE3TO5xK0gXsf6kdsjUxBA/iTyKoPpv6OKaQ5R9B0/o+xMblVshRWc
IfatZDyi7HiVzRD5KgTN6KBaN2LkdJxCEtnVMN0yqfu6VqjsyjCVRy1UT8MShI1bqiPHNao7
vIIOY7nKdS0giQL1HhQ1VJoCVcf8Po6jc0iOK1nqnUlUVEdsd4XKy1YoxflKL4Ui6pUuzGy0
gMRUrUTp7cWVrnsumY0xWGkX4HxKe8Qdcy0X8I/8Onpy+hwTYZoAetU9Liz2XZ/4HBcEQNs7
hnQNh7ylHRLbswOIPhWmUNXqX+Xh+237npLF2LH0GMaxhSPaO8gCa4oAYYokWQNNQsUYxBjK
JYjBGod/2ii8aip9aoXcugMTc5J2Bl9gRvQfWot1EODktvbDynuSYqG1ENoAH/i8VX00WmF8
1W+Sc0GSbBMqIsGz9D/TLen+5CMu0AoAbUWFqZr/ACIX1W730NzdNNIp291fFZ2JJPEqnrUy
TyxxwdGQmYkl6Esog7uowqJR5TXuoz3SSTUkqUQDSxf72pOHIxIKBNWow/mTXGIt+FHSK4L4
kgSTcZIQAOh6HBRnpE98OTucT4I/SsrKy/eqDlGOf039FCy1Sr6leioqFXVSrq6ururq/wBK
z+i5s31r/9k=</binary>
 <binary id="i_029.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RRiRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAA7wEAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MjEgMTk6MjU6MzYAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAAvgEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADYEgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABjAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A5rGsqINVYIbMBk6TzOn0lq05zmVfpDMEBvePu/dXN12ela4zoe3z7q/iXhwIsMcR
r+H9VJT1vQskem7IDCRa7Wx303R9Fz/ztv8Ao/8Az2t71A5oeBq3U/Jcj0zqXo3s9TSt3tc3
t4Lqce2u5s0uBHGnmkptEixoezRwGsq1TFtWyxrXacOGkpYmGHM9zjxxwrVdAZuA+ZSU1j06
r04LR5OGhWRn4Ldhdo11c+46CF0kAM2n48LI6m1oeSdxa8cdp47pKeVu3PbLRqNCfgj9MzPS
s2v+jYQDPA/deU19DhZZ+cGjc6JmJ+lt/O5/SINFFNr9rrPTa4iXxpyND+77UlO9Y9sB3zBm
fLsjV2u3Nsr9pbq09gfNv8pZrsmut3pmv0ms9obPA/N/6KKx20Da6W9+41CSne/arts+mPoc
Sfpbtv8A21/00llb27Yk8fhM7kklP//Q4IWyCD4wYmNFYxrCxsbtJ+kddVQFpABBA5IIMiUW
p7fGCRBI0/q+0JKd/FuD2gAye086auC6DpGd9ntAn2kR5FcdVY/d2adHNLe8a/2dq0MfKubE
v3k+PZJT6pg52Pc0AP8AcOGyBOivteDr8l5thdVsgA6+Ecx+8ui6Z126strscH1x35A/rJKe
sAYdEO7Frur2nT90+B8kPGzarWiCJVgWAwkp5zK6O9rmxYWgH+cbzH0XbP6zVSHTKmWOdXq0
mdvgusurbYTGkaFZ2TiuY0moe4+CSnnc6kUuAjQguaAVXqt9NzmNJDSfb4aahaFwqsBqvdBB
Pp2zwT+//JWU4Fji2wQQSCORokp0PtL4+iJjx80ln+rbEazPiPjH+akkp//R8yrdsDhBcHcn
iP5SkLDGkEd1Cde0Dt2UnMb2ifnwkpu494Gsanknx81fqfOrXQ46CDET+cVislp0MHy7qyMl
7WNI0J4Le/n/AORSU7eJbeHF0Ts7a6a/yVv4r7tg38yTDQub6R1mmhwZlNIYSG+qwT/nM+l9
L/R/9trraqy7d6e4Bo9+9haBpp7vopKdXpuW6tw1MOEESugpvmHSTPIXI1P2cbTrEt1Gv/SW
3jZLRW2DoJkwSPmkp6VhDm+aHa0BpJ+/w+Cq9PyTY0gkSO/YhW7AXCB2EpKeV6xRtebWgw4+
4ca/+ZLBuedwn5T/AHLquoUG2WQROrXAaAx9J2rd21cj1PBzMIuvvLX4xdBcydJ+i98+79I4
7WpKV2/sfhKSpfa6ts/yI7/vQkkp/9LzmnFseQyPSPn9Ex9L3fmqLqyGOsaWuYIktO4e4E7X
cP8A+guxy/q4zHyGOZDmj+cJGkkFz/7O1ZDPq6+99l1L31sp95YfcWyfzXu/NSU4tI/SiPCX
dxB9se3d9JaAxzkbRWwA86+3jT+05bX/ADeoLQ6gEucAZLiHSAPovMtZ6jf5KrZdDenOY2+l
1JIlzrRAd/1zbs/6aSmviNpYSWD3NJ97mw9pP/U+39xbNPUMypuz1d1YGoJGn9pxKzaM1mZY
GfZxla7YxtwsIj99jXbv+MetenoedcRWzGyKRtAf6ra9ocY9vqOt+jt/cqSUyYGWkWWZFlVo
12VAkwedzd3prq+ksfj1ttdZcWvEbXwwx/V/8kqnTei4mDjNrJJcGg2bHECR7d39d/761a6W
vO9zQ8HuSTpy326JKbn2o1NNljWva0fSZyPA7XAJm9a2vINLojgcn+rpt2oZBLIY0NI5jRZt
/wBvpa1uLZbWAdWl52kfyd3uYkp0cnLqdDjvoeIdseBrP8g7t6x83IxrGPZeWmp42kPkNc0/
m6/SS9c1yLWkveN24iZ8fdr71Ry7X2ujbA4MGYHc/wDk0lNX7B9X4j02xt9L8+ds7p/9+EkT
0av9M2OOH/530f3v/OEklP8A/9O6weo0sf7hqBI7FQOOymtwrbO8+/Xtysv6v9cd1Oh9l4Fd
1btpAEcx/rvWvVl12ONRPvBOh5/8ySU1PUZVbW2xwY90hocNpcfLd+f/ACUXItrua2ova4gB
zWSHH/M925WPSY8u9Ux8NQe30XBBsOLX+jawNZM6gxP9ZJSNr3MbDQYI/NBAj4KzT6thIY7a
QJ157DcsG3G9XqRtfQHBulVjBt49g3On+c9P2u/0mxdx005Qpqa7H+ztDfcG6Entp+ckprVY
7bKiCHEyCXat47tCTct1dW2sTu4J4j4fmq8Bbui2vef363aH+zYWu3IGf019lRsw2xaRJrdo
Cf8AvqSkDc+1xO1oBA0a3v8A55cjU9QlpY/dJH5w2n8m1YYy7cZ7qup1nDLT7bnAlhH/AB30
P85aNJa4B9djXsPBa4Ob+G5JSsvEBiz1C8u8TEz+7tWfZjk6OBEGAJkd/FbD3nbtDZ000jT+
SVTeK3kFztIiD28ISU5XoH+XHx7f+R3JLT+xt/d7T2+j+9z9FJJT/9ThsbNzse5xrJaNGOaI
B1+i7c72/wCctinqjHbTeHesNTZoOP5Tfpf2Vz1brzUYG9zSQQ46anaf7SOzKDSGvlhHDX8z
/J/eSU9M/wCudeK8130vc0j2XNj3nT81w/N/dWmOt4OSyu+r2VOEO9ZtjSf3mMa2va/3fT96
46u+yt7QGnsQSRPfhq0umssvt32glpEuZy53h7vzWJKenpyDYGEVtLnD2uLBx2hsvb/nOWnj
25jBWMS5tTWEB4sj0tn530vzv+LWIyu5rYZY9gsO7nWfzQNo9jG/moNhaXh7nF5aCNjgCAT4
JKe4+34HrNa25tjncNqDnT/a9ys+q0ua1jHkd3RAb/af/wBSxYn1d6bcam5uUQ11gDqq41YP
3vdH0lvNYSeZ7H4pKQ3s30uaSWtcCCBpMrCfjupcSGw0HlrRz/KDforecQ51kfRY7ZPiR9P/
ADHexVnekHmD8UlOI/JDXGt1kNnUO01+cJbmPBLX72z21PyRuo9PN8msFtg1DokO8tFn5GF1
LEDJx327z7TRNk/yT6YSU3JpiIP7vJ45hJR/Z2Ztnbd/NepG1s752/Zf5z+36iSSn//V5nO6
Dfh5b7MRhsxCfYJJcwk+6t8S92z9/wDcVJ0MIqewl8yREkExq3d9FCq+sPWK6PsxvNtZa1rC
dLGQfaWZDNtvt+h7/wAxW/2yLqwOpUS4Q37RXEwP9Iz+S7/CVf8AbaSmxi0EPb6dO4GJaWtL
jH707mtXSYHS8q1oLrW4wc3QV6un80ez21t3LB6b1DDdY3HaX7nHRu0j+q1rn7avf/xi6vpm
d0y51ePXmVtyX6Nx3bm2SNXVv3ta31G/10lIx0nqNftyH1W1vP8AO73QJ/fY2pu7/PYtjpnQ
cNmy6xwyrBqBs2VyP+DebXu/649W21BjPeN47A9wpjKqHt+hHkkpvcaxBH5FWyuo42FVYbLm
V2hu5tbiA73khlm15b7fa/8A7aQn9RrrBD7mNe5rvSBI3Ehpd7K3fzu36WxcP0jo3V/rTc7K
6p0iyvqNANbM64luITz6t+Hf77Lmbf8AtJ6mPd/haKv55JT2vRus4/UnZWI3GtxLcA1tfVeW
F5bYHOrsPoOsra57q7Pb6n/nxW7MVoBeBDp1HdF6Z0gdKF1mLjsstexvq3OeTde+ppZU6xzv
0Vb3bnf56VX1houaBdhX03x+kptZBaR23/Qc3+W1JTWbUBzoPDlSII4mO4RxfjZDiW1PrB4c
0tI/zUHILaHtIa99Wu+wCdhHG+tk2OY79+tv6NJTHYUk/rY3PrMiN07x9H6O/wDqpJKf/9bz
Wv0ASzIDwASCa4nQ+5uyxdZ9XPq/0TqFQzH9WoprqcWZFGfY2p4Gmw1Nf+i22sH87+mYsAWs
r97SSWyZ0Lvg5xVIguBeWjadYj8n9ZJT6sPqzdiMDaavVqtDXC17mvc4aOr94/Q2Vsb9H7P7
Ffw+jYwd9pyaKfWI27toL4GrfeP3V5b0H6ydW6FcBg3vZjuM34jh6tZadu9/oWRX620fzm6t
/wDwi9h6X1DH6vhMzulXNy6WgNyKwwttZZHvZbjuL3Vu/wBf0n00lNiupgA0DoEAKdtItBLg
CfP8iFXn4sEuezaHiouDhDXu+jXb/o3/AMh6uNDeAQPPsUlOUPqV9Xuq5bc7qNVmXdWNrabL
D6bQCXN9lex1jW/y10lNLMaplOPU2uqoba6q2hjWtA0ZWxu1rGLLtpY48lrvEGPxCKcKttW9
uQfVAlw3Ej+zruSUx6n1fLxrGVMr9LcCQ86zGngueddN77Lnl250vczQ6mTtW1ki26oMts3B
ploOpn+t9JYhYy2+7HY5r7KwC5rDuc0TxYz8xJTqYvU8dtW31C6NAXVkH5uZuYrdWSy0F+11
RH74j8qxGZVWJSWX1AtLp3saTZPP5jbHO+j+6tGt29gILy1wH02nUE/5qSkX2SuedPV9Xny/
8l/hElZ9DX6Hlx2SSU//1/N232zIAeB9LTWPh7UmOYWkfS3GSOCUzGyTOvcaAanuruH0yzLO
6Wlrp2g2Na87fz/Siy70v+E9NJTDp9d92Y1mJQ28/nsdoC0/S3Wn+a/kWroMfpbunvblYBux
smNp9HKeHwSfUr9aivHdt3N97VZ6Tl9D6dg21W2faG1/pbG1UuLYkMc5jbP530/bvdZdZ/pF
1GN0bp3VsXHzMGz06LmzXbQBsIn/AAlDtv6Spw2f4OxJTzLy7dZndRofk5lo23WUAby1vu9a
wepT637nv9S1A+pv11o6Zm2DrGRl24bhFDGFj21bj77bq3/pXNa382r/ALaXo/TPqf0LAfXf
Y5+Y9xJabi305Pf0amsr3t/lqXUei9GuynHL6fjXg8F1LII5mWj6SSnoabKXexjmOLQJa3kA
jc2W/m+1SfTW9pBET3C5jB6F0XByBk4VVmMWmRXVfa2seOzH9T0mbvz1vOysh9f6Gsh3Ac76
KSkNnTrDYCWV2MaZBcJg/vBrg5Bzel9MdDn4lNmQdTb6bQ4xp/OVhr/+kitPUvpPY7cTMNdI
ULjmFu6xry0doE/2fopKa7K21OljdpHcCD/nfSTmzIGuz1GHuDB18iqz+p0U3NZlV3Ye/Rtl
9ZFRP7v2qo3Y9bv+NsrV6sBzdCCHCQQQR/ZISU1/tQ/0b+dvH533pK5tb+CSSn//0OJsq6eS
2qoVAOBixhlw1ABb73p6ukFtrLMY3V2V+83gt3Azo6to279qPl4mI++y1mrZLSWugE/u+xHx
300Fox/So0kWOYXEOEyNHVsSU7HTLKxnVOZVXZl18WMacdlpd7XfoXl1H6Rr/oN9L+ouuxKe
lUZNbbqm4ljjvezHPonfp/O/Z/Sbd+67f/OLy9z6a8h12IDS12roA/6To97H/TXYfVz6tfWH
rWHT1RnX2vqvG59Ng+0enYP+01n6Vrm+m0/zSSnY+s99H1dof1vDxa8wPe1lj2XGp+55/Rtv
bSxzsj993qq19V/rLd1zEruyem5GKy3dttID8d238+i47Lf/AAH/AK8gO/xXYOXkDL6r1LLy
by4ktpLaKgPzWV17brK+P9J711uJh4mHUzGY122saOtc61x/r3XOfZY7+u5JTlux3NmPaJ4b
EfNQe/qVNbG4tpsYD72OfsIH71T9rm/9bfsWxm1tdS7ZEjXTw7qgA3sdElMKbc4tm5zgTEt3
7h8nN/78xHDi6xpc95Dddu4gH4wm1gRwoiAQY1hJTZyX0W1FhaAe0gR8FTxa6qWkVMZUHEkh
jQ0E952AIheIQzY0TqPgTCSmxCSrfbaoneyImZ7Ttn/OSSU//9n/7RwEUGhvdG9zaG9wIDMu
MAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACBD4AOEJJTQQlAAAAAAAQeLLPofwT8FrrHEkb
zZAQjDhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNi
b29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9v
bAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAV
BB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0
dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7
AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29s
AAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAA
AAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAA
AEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3Ju
IGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAA
CnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVu
dEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJj
QFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9u
ZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAA
AAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhC
SU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAA
AB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAA
AAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAA
AAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAgAAAAAABAAAAAB
AAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAA
AtAAAAG+AAAABQBpAF8AMAAwADgAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAA
Ab4AAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABu
dWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAA
AAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAABvgAAAAZz
bGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAA
AAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAAN
YXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91
bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcA
AAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAb4AAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAA
AABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAA
AAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpB
bGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAAR
RVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAA
AAAABAAAAAE4QklNBAwAAAAAEvQAAAABAAAAYwAAAKAAAAEsAAC7gAAAEtgAGAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAYwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOaxrKiDVWCGzAZOk8zp9JatOc5l
X6QzBAb3j7v3VzddnpWuM6Ht8+6v4l4cCLDHEa/h/VSU9b0LJHpuyAwkWu1sd9N0fRc/87b/
AKP/AM9re9QOaHgat1PyXI9M6l6N7PU0rd7XN7eC6nHtrubNLgRxp5pKbRIsaHs0cBrKtUxb
Vssa12nDhpKWJhhzPc48ccK1XQGbgPmUlNY9Oq9OC0eThoVkZ+C3YXaNdXPuOghdJADNp+PC
yOptaHkncWvHHaeO6Snlbtz2y0ajQn4I/TMz0rNr/o2EAzwP3XlNfQ4WWfnBo3OiZifpbfzu
f0iDRRTa/a6z02uIl8acjQ/u+1JTvWPbAd8wZny7I1drtzbK/aW6tPYHzb/KWa7Jrrd6Zr9J
rPaGzwPzf+iisdtA2ulvfuNQkp3v2q7bPpj6HEn6W7b/ANtf9NJZW9u2JPH4TO5JJT//0OCF
sgg+MGJjRWMawsbG7SfpHXVUBaQAQQOSCDIlFqe3xgkQSNP6vtCSnfxbg9oAMntPOmrgug6R
nfZ7QJ9pEeRXHVWP3dmnRzS3vGv9natDHyrmxL95Pj2SU+qYOdj3NAD/AHDhsgTor7Xg6/Je
bYXVbIAOvhHMfvLoumddurLa7HB9cd+QP6ySnrAGHRDuxa7q9p0/dPgfJDxs2q1ogiVYFgMJ
Kecyujva5sWFoB/nG8x9F2z+s1Uh0ypljnV6tJnb4LrLq22ExpGhWdk4rmNJqHuPgkp53OpF
LgI0ILmgFV6rfTc5jSQ0n2+GmoWhcKrAar3QQT6ds8E/v/yVlOBY4tsEEEgjkaJKdD7S+Poi
Y8fNJZ/q2xGsz4j4x/mpJKf/0fMq3bA4QXB3J4j+UpCwxpBHdQnXtA7dlJzG9on58JKbuPeB
rGp5J8fNX6nzq10OOggxE/nFYrJadDB8u6sjJe1jSNCeC3v5/wDkUlO3iW3hxdE7O2umv8lb
+K+7YN/Mkw0Lm+kdZpocGZTSGEhvqsE/5zPpfS/0f/ba62qsu3enuAaPfvYWgaae76KSnV6b
lurcNTDhBEroKb5h0kzyFyNT9nG06xLdRr/0lt42S0Vtg6CZMEj5pKelYQ5vmh2tAaSfv8Pg
qvT8k2NIJEjv2IVuwFwgdhKSnlesUbXm1oMOPuHGv/mSwbnncJ+U/wBy6rqFBtlkETq1wGgM
fSdq3dtXI9TwczCLr7y1+MXQXMnSfovfPu/SOO1qSldv7H4SkqX2urbP8iO/70JJKf/S85px
bHkMj0j5/RMfS935qi6shjrGlrmCJLTuHuBO13D/APoLscv6uMx8hjmQ5o/nCRpJBc/+ztWQ
z6uvvfZdS99bKfeWH3Fsn817vzUlOLSP0ojwl3cQfbHt3fSWgMc5G0VsAPOvt40/tOW1/wA3
qC0OoBLnAGS4h0gD6LzLWeo3+Sq2XQ3pzmNvpdSSJc60QHf9c27P+mkpr4jaWElg9zSfe5sP
aT/1Pt/cWzT1DMqbs9XdWBqCRp/acSs2jNZmWBn2cZWu2MbcLCI/fY127/jHrXp6HnXEVsxs
ikbQH+q2vaHGPb6jrfo7f3KklMmBlpFlmRZVaNdlQJMHnc3d6a6vpLH49bbXWXFrxG18MMf1
f/JKp03ouJg4zaySXBoNmxxAke3d/Xf++tWulrzvc0PB7kk6ct9uiSm59qNTTZY1r2tH0mcj
wO1wCZvWtryDS6I4HJ/q6bdqGQSyGNDSOY0Wbf8Ab6Wtbi2W1gHVpedpH8nd7mJKdHJy6nQ4
76HiHbHgaz/IO7esfNyMaxj2XlpqeNpD5DXNP5uv0kvXNci1pL3jduImfH3a+9Ucu19ro2wO
DBmB3P8A5NJTV+wfV+I9NsbfS/PnbO6f/fhJE9Gr/TNjjh/+d9H97/zhJJT/AP/TusHqNLH+
4agSOxUDjsprcK2zvPv17crL+r/XHdTofZeBXdW7aQBHMf671r1ZddjjUT7wToef/MklNT1G
VW1tscGPdIaHDaXHy3fn/wAlFyLa7mtqL2uIAc1khx/zPduVj0mPLvVMfDUHt9FwQbDi1/o2
sDWTOoMT/WSUja9zGw0GCPzQQI+Cs0+rYSGO2kCdeew3LBtxvV6kbX0BwbpVYwbePYNzp/nP
T9rv9JsXcdNOUKamux/s7Q33BuhJ7afnJKa1WO2yoghxMgl2reO7Qk3LdXVtrE7uCeI+H5qv
AW7otr3n9+t2h/s2FrtyBn9NfZUbMNsWkSa3aAn/AL6kpA3PtcTtaAQNGt7/AOeXI1PUJaWP
3SR+cNp/JtWGMu3Ge6rqdZwy0+25wJYR/wAd9D/OWjSWuAfXY17DwWuDm/huSUrLxAYs9QvL
vExM/u7Vn2Y5OjgRBgCZHfxWw9527Q2dNNI0/klU3it5Bc7SIg9vCElOV6B/lx8e3/kdyS0/
sbf3e09vo/vc/RSSU//U4bGzc7HucayWjRjmiAdfou3O9v8AnLYp6ox203h3rDU2aDj+U36X
9lc9W681GBvc0kEOOmp2n+0jsyg0hr5YRw1/M/yf3klPTP8ArnXivNd9L3NI9lzY950/NcPz
f3VpjreDksrvq9lThDvWbY0n95jGtr2v930/euOrvsre0Bp7EEkT34atLprLL7d9oJaRLmcu
d4e781iSnp6cg2BhFbS5w9riwcdobL2/5zlp49uYwVjEubU1hAeLI9LZ+d9L87/i1iMrua2G
WPYLDu51n80DaPYxv5qDYWl4e5xeWgjY4AgE+CSnuPt+B6zWtubY53Dag50/2vcrPqtLmtYx
5Hd0QG/2n/8AUsWJ9Xem3GpublENdYA6quNWD973R9JbzWEnmex+KSkN7N9LmklrXAggaTKw
n47qXEhsNB5a0c/yg36K3nEOdZH0WO2T4kfT/wAx3sVZ3pB5g/FJTiPyQ1xrdZDZ1DtNfnCW
5jwS1+9s9tT8kbqPTzfJrBbYNQ6JDvLRZ+RhdSxAycd9u8+00TZP8k+mElNyaYiD+7yeOYSU
f2dmbZ23fzXqRtbO+dv2X+c/t+okkp//1eZzug34eW+zEYbMQn2CSXMJPurfEvds/f8A3FSd
DCKnsJfMkRJBMat3fRQqvrD1iuj7MbzbWWtawnSxkH2lmQzbb7foe/8AMVv9si6sDqVEuEN+
0VxMD/SM/ku/wlX/AG2kpsYtBD2+nTuBiWlrS4x+9O5rV0mB0vKtaC61uMHN0Ferp/NHs9tb
dywem9Qw3WNx2l+5x0btI/qta5+2r3/8Yur6ZndMudXj15lbcl+jcd25tkjV1b97Wt9Rv9dJ
SMdJ6jX7ch9Vtbz/ADu90Cf32Nqbu/z2LY6Z0HDZsuscMqwagbNlcj/g3m17v+uPVttQYz3j
eOwPcKYyqh7foR5JKb3GsQR+RVsrqONhVWGy5ldobubW4gO95IZZteW+32v/AO2kJ/Ua6wQ+
5jXua70gSNxIaXeyt387t+lsXD9I6N1f603OyuqdIsr6jQDWzOuJbiE8+rfh3++y5m3/ALSe
pj3f4Wir+eSU9r0brOP1J2ViNxrcS3ANbX1XlheW2Bzq7D6DrK2ue6uz2+p/58VuzFaAXgQ6
dR3RemdIHShdZi47LLXsb6tznk3XvqaWVOsc79FW9253+elV9YaLmgXYV9N8fpKbWQWkdt/0
HN/ltSU1m1Ac6Dw5UiCOJjuEcX42Q4ltT6weHNLSP81ByC2h7SGvfVrvsAnYRxvrZNjmO/fr
b+jSUx2FJP62Nz6zIjdO8fR+jv8A6qSSn//W81r9AEsyA8AEgmuJ0PubssXWfVz6v9E6hUMx
/VqKa6nFmRRn2NqeBpsNTX/ottrB/O/pmLAFrK/e0klsmdC74OcVSILgXlo2nWI/J/WSU+rD
6s3YjA2mr1arQ1wte5r3OGjq/eP0NlbG/R+z+xX8Po2MHfacmin1iNu7aC+Bq33j91eW9B+s
nVuhXAYN72Y7jN+I4erWWnbvf6FkV+ttH85urf8A8IvYel9Qx+r4TM7pVzculoDcisMLbWWR
72W47i91bv8AX9J9NJTYrqYANA6BACnbSLQS4Anz/IhV5+LBLns2h4qLg4Q17vo12/6N/wDI
erjQ3gEDz7FJTlD6lfV7quW3O6jVZl3Vja2myw+m0AlzfZXsdY1v8tdJTSzGqZTj1NrqqG2u
qtoY1rQNGVsbtaxiy7aWOPJa7xBj8QinCrbVvbkH1QJcNxI/s67klMep9Xy8axlTK/S3AkPO
sxp4LnnXTe+y55dudL3M0Opk7VtZItuqDLbNwaZaDqZ/rfSWIWMtvux2Oa+ysAuaw7nNE8WM
/MSU6mL1PHbVt9QujQF1ZB+bmbmK3VkstBftdUR++I/KsRmVViUll9QLS6d7Gk2Tz+Y2xzvo
/urRrdvYCC8tcB9Np1BP+akpF9krnnT1fV58v/Jf4RJWfQ1+h5cdkklP/9fzdt9syAHgfS01
j4e1JjmFpH0txkjglMxskzr3GgGp7q7h9Msyzulpa6doNjWvO38/0osu9L/hPTSUw6fXfdmN
ZiUNvP57HaAtP0t1p/mv5Fq6DH6W7p725WAbsbJjafRynh8En1K/Worx3bdzfe1Wek5fQ+nY
NtVtn2htf6WxtVLi2JDHOY2z+d9P273WXWf6RdRjdG6d1bFx8zBs9Oi5s120AbCJ/wAJQ7b+
kqcNn+DsSU8y8u3WZ3UaH5OZaNt1lAG8tb7vWsHqU+t+57/UtQPqb9daOmZtg6xkZduG4RQx
hY9tW4++26t/6VzWt/Nq/wC2l6P0z6n9CwH132OfmPcSWm4t9OT39GprK97f5al1HovRrspx
y+n414PBdSyCOZlo+kkp6Gmyl3sY5ji0CWt5AI3Nlv5vtUn01vaQRE9wuYwehdFwcgZOFVZj
FpkV1X2trHjsx/U9Jm789bzsrIfX+hrIdwHO+ikpDZ06w2AlldjGmQXCYP7wa4OQc3pfTHQ5
+JTZkHU2+m0OMafzlYa//pIrT1L6T2O3EzDXSFC45hbusa8tHaBP9n6KSmuyttTpY3aR3Ag/
530k5syBrs9Rh7gwdfIqs/qdFNzWZVd2Hv0bZfWRUT+79qqN2PW7/jbK1erAc3QghwkEEEf2
SElNf7UP9G/nbx+d96SubW/gkkp//9DibKunktqqFQDgYsYZcNQAW+96erpBbayzGN1dlfvN
4LdwM6OraNu/aj5eJiPvstZq2S0lroBP7vsR8d9NBaMf0qNJFjmFxDhMjR1bElOx0yysZ1Tm
VV2ZdfFjGnHZaXe136F5dR+ka/6DfS/qLrsSnpVGTW26puJY473sxz6J36fzv2f0m3fuu3/z
i8vc+mvIddiA0tdq6AP+k6Pex/012H1c+rX1h61h09UZ19r6rxufTYPtHp2D/tNZ+la5vptP
80kp2PrPfR9XaH9bw8WvMD3tZY9lxqfuef0bb20sc7I/fd6qtfVf6y3dcxK7snpuRist3bbS
A/Hdt/PouOy3/wAB/wCvIDv8V2Dl5Ay+q9Sy8m8uJLaS2ioD81lde26yvj/Se9dbiYeJh1Mx
mNdtrGjrXOtcf691zn2WO/ruSU5bsdzZj2ieGxHzUHv6lTWxuLabGA+9jn7CB+9U/a5v/W37
FsZtbXUu2RI108O6oAN7HRJTCm3OLZuc4ExLd+4fJzf+/MRw4usaXPeQ3XbuIB+MJtYEcKIg
EGNYSU2cl9FtRYWgHtIEfBU8WuqlpFTGVBxJIY0NBPedgCIXiEM2NE6j4EwkpsQkq322qJ3s
iJme07Z/zkklP//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQA
bwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIA
MAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+ENyWh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
eGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRj
emtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0i
QWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIw
ICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkv
MDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4
bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6
ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0i
QWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTNSBXaW5kb3dzIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0x
OVQxNjoyNzo0NyswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6MzYr
MDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6MzYrMDM6MDAiIHht
cE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NmNhY2YzNGMtNzBkZC04MTRkLTkxMzItZTRhZmI0
MzliYzc2IiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjYwN0IyOTAxNUVBNzExRTRBQkNC
OTY5QjRCMzlDOEYwIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NjA3QjI5
MDE1RUE3MTFFNEFCQ0I5NjlCNEIzOUM4RjAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhv
dG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOjYwN0IyOEZFNUVBNzExRTRBQkNCOTY5QjRCMzlDOEYwIiBzdFJlZjpk
b2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjYwN0IyOEZGNUVBNzExRTRBQkNCOTY5QjRCMzlDOEYwIi8+
IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVk
IiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjZjYWNmMzRjLTcwZGQtODE0ZC05MTMyLWU0
YWZiNDM5YmM3NiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTozNiswMzowMCIgc3RF
dnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBz
dEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpE
ZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4A
IUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMa
FRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkW
GxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDP/CABEIAtABvgMBIgACEQEDEQH/xACtAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAACAwABBAUGBwEB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgMAAwACAgICAgICAwAAAQIAEQMhEgQTBTEiEBRBBjIVIEKg
IzBDFhEAAQQBAwIDAwkGBQEHBQEAAQARIQIxQVESYQMQcSKBkTKhscFCUmJyEwQggpKywtLw
0aLiI+Ew8fIzU3MUQ2ODk9OzEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADzeu6H
gLS9uKzoUh5cWoHsZNZqYswgOxTAMYNkIKUMfkeNWyzEG9IitRmAdqDOnWBz7cogXBQNUWa7
Ne3mbh10YujgpymB1BJ0MNnTNLj5rEgbIpgTKg800NPCs6W/FvGtyuNBpMsSEY7K0IDgpw2N
YlwNmQsisWrQsyC0TNl6OUxVYEU8RFkI52UjpOx6iQgKIKH0BlkJBasTD59ViPdl0DiRBxrI
jF6x+rnuOhccC2rLkoo1tGVRg3CLZGgS6GyQWLBEo0ZCYtKzEvQguUIIlAWqILRl6A8CAgmJ
bszB9JYE1BnhEvApyCGEFDtePSGYCOYqjrbuNvNlrIKjhGx4LSIVTqFsogYVglKKq6Axbsop
drMyN2QVbFFiYlMDQL3zMPHPDRaCGQoDdEMMLPCjYF0YlmgjSxZjGIYNlQZqxNOjr5Wg6xoe
Oapo0lWMqrBMSKl0WJQCjoWrSJzVbUGfPoEQ1ZGMdWUNgNC05iF0wASCjZeJxpGUNNRHhbTY
yiAsGQaaGluUwa1DQmKYOcizpbuXqOi7HpHFVl3ULuQuxsu4QEKiUYi8m4TjVvSY8vQEzD00
mA3wGzglL0g1IDJB4jZobjM8UMhcKEsRHkow7WY9mczWWbSMqiH6ue86OjnNOpp47zpTJoHS
rLISLGGSSgpISVYtbRMg6AMwOSSrIWRiVz9+ITRUUBURi7HGEPFWsy4NjIky2VRehMH2lgTs
8NB5Wmtmazdp5rTe7A8fowkdjTw3nXLK00xZhWBFwLLlWQGCJBoiFaREC9YlBrGCDznB0sAu
qIohshBR5C1MBMYWSmB2sxp53AuER9VYw1WE1LQ2Z3DjzvNDcrRzczToaeXpOiWNxstBhkuw
7AixICFdC6OCUaQMad2MQBiPUphhIwBsYVZUeJkseNNEkNlmELakw2AwZYEXYEGxMGnnMe3M
81lnhtJJDn5HGrRicdFmR4wlENJLRtiRIQEqCULKF5Nmc5iteQECEi5QF1CmKM8bVQK4AdhZ
JdBMXB9DY+1GG0CDAXiCuBlZkcGkNgwaxLB5ARq0YtJqNDBhJYaCWYyVYEKigOhSXJM+LdnM
IOSKExAuoQwaeLKUSVYEOA3ULuoW1cHElo2qMM81mhmfWM0BpAOyLYDCpCLMDGtQw1tzPGGh
hpJJjmKIMZClmItbkCVuQYFuQJXFFyqGNzuPIDIS6IuXCA1YN3ZUsgZdjrQwJYEFoz0d3X5/
WdsktIDYBHwE0mGzPoNL8rg7WwrQgjaSXl3IUs7FKekzCxAHM6sPO5vQJOUa7GNzGeWlESXY
JWBdyiFUJBsMXWDG0Ih0UREVTdI/p4Ng3bnMpRKDZiQdM8LTdoytHx7jKeiyPQY612ESmEz6
FCEvAWDKFLYkycD0/HMGjLtPNWoyo+AUVFVCKqWSrEZqy6BtShY2QGlkCNTCmyBPzQ10khgO
1HI0dBpj06tAOtLQjQJqZhePvIJtLlmdIclhpcsysJYK7WWEES24eEvUAjYlhABRoWNiWEJS
zYFV6BJww3A0wltyDbqxjczgoJkPKZsPH0BV6dQHRoQrADbedoeXRDKotJmvQRkvZRlclJpU
uwVtUEtKh6Qhxx6onJJxCuZ3Mxyb1QVoLpHI1b0mCtzDE3UIk1GaW84TbnvSYmdETETgFK1v
Js1aTE3VYsWGCyiCJbClGsTm2WZCZgNMytHMS4JcomdiAUMsVd2bM23MYU9FRgz7Uiti+mcj
SwBym2IydVpxU93mmCLzGwM5GoS1mPX1dJwHdnWcjpOgygsOliOOjBZdA3VlidmdWoDIvaBz
z1iZ6fkHBVACUEGYmtWazWaDILIYlb1idwEZo1JdGA1gENqhMiNigG2YRBBlrg+Kg+8zQ2hp
MRMgWjO0eAqHXVBFmIfeQjVaWgIdiBQ5YAtoXLEAToUcA1yoNsCJDEpOhQqEsuRI9iTGiSyA
xRCGBUNDbWwtlPEabWabQ8gszlkqy1iRJQD6EynZQNxY2j7WYWbQBjDSBmjhAoxFgdDosgyW
YcAi6YAu2UJy6RMGnSBlZoYYmuAXk3YjO7OZ0nZ+2ZdTwBjKFwhCQ+GC9OYtZKLJDyMpY2BB
lrIIoYxTaM1tSQbUULAFEVHmt/muoekNDghEDVeZoxTKBaphCuil2kYuQzYOpyybMGo2dHj7
zo2h4/Hsgl+ZZumezQlpHJx9zlmOKzHaPBuCuyAOWQwYVBhKpYQ2QlssXR0eAa2zuaeTvNWc
LK0YLOszmdAKCZVHQkNKRFaKM9aoYmuMZ0OZrNxZ3hidAVcIUIqygNFZl5/YA85l9Yg89vak
1Wqh5Lg4AYRVUVUslWo0vwuPChQB7ee03aOfpOhSSGtykdM/PkegnJ0HVVWcafM0jG54apno
boSwmbbnNPT4faCA4RgkS5QNqYVLgoXgcwd2MCrIG7sVdUHKMXGrJJYUkPCq1LKpyxtA8BwL
NUXDOjoIMtu1Bb8rTWvNZqenQUxllmKzS3Ig7jPPQ7KcQHQ05egUjURnfcBhQgXQlT1iFarM
VahMdUk0lhhtLE40rEi6lHhH52DGBnHsWYcGDQug2Lg1mewjATW3P0hYarLTLLkIzmQj7z0O
383sGrRUCuUXdWQTUVLgKniJsoCrQoyZekk5cass1kXYWHCaeCOEEnZRkY9YDs9GmK0CZoEG
7MDYLTSQ6CmRoo4JQmgaA0VTdpu6C2hWJFULCS4Vi0oNQWJQxQVDAwlmW9AmfPvI5+bvCebD
rWY+ubT5gXb4pb82sEG0Sm0IIzEvOg2xgRSGgswG6sDjUNaDJHpIWjomXrRoMOiiGxblEMgq
FalMLFlCU6lmYnrBo4AVQu4RJISpZUlHC4PdA8xfZxGVjQKEVGp2Jo0iIBs0gN2azLqt5xke
lo88XYAz9RDjRYMIdQuxsq4JCAR2E+YacnMxHvy53QLA6IrQBno4AcskqyVIVJCoVnmGeR7J
1lJyG7Nj6hx66aTG2rHsW8NqWmp6XDTUY40OKW+zM5xkuwGGmxwhAxvCN8p2PLBNy9Y63nOt
0zT0j0C6dDKOyjCHQAwxygYQEkhJCIJCfKYUK05hNJ57Ozp8/Z21ZbNrchG9+QTquvQKrTYB
HZCsBkRB9JMMZRDCDPF+v8ecn1/gzPovEX68zb2gBpGFs8o49RfEo7lcizqjyGG8FNBU7MXf
M6QUuj5RayIQw03k0DBAhb3ajmF0OkczqRxyB7HMC9PxeidI87iVRABqIwTSsXYiHhz+WPYZ
fL9c1d3d0CmSyS4SSGXjd7iCGpYaIjSGyzIRCCJCDh6FmFyMh8/IaHLbqMZdTUcbZ3xMFehs
5bH5iMqxjl6wjIwSsgTlBhZi6KCk6IcvP6dpi23YJ1CyChlIzD82MRuRqgTAwia8rSkhlqod
SmFiYmTH0EHzQNiRYtYJtij6N3vkDT6wj5P2D2ikdg5U3CIfCBkoZKsu6sl1QdiQsWUFrwEd
Cs5DbRQ2hMWjbDzs3ZS0kAN1AakGNRpCqnmbUyw4KgwEz5i8wLsSLymool2QTMT0sIn0bd8s
9qegpmQeeRwy12GYmDdEDLsqpYtegTHeiCa1vMFuWRqaG4dACFPUBKMQRWaNvK1Bg2xZygxl
lyxPm7EQu6ETIZVHYqjgN0Jfd5EPquj5V741K62YxXnwnXJHOO9MWkYSjDqWLhUXBYarzw0Z
DUKsqLC1gZ9XPA0cnrFC2hUOiiwNOoSmBS6LF0Pl8TBhqIiXpLZIKjCFFYm1DtxxW9EDX3PM
uPVeVJpj2PcYX5OKe73/ADv3B2mr0l3dgQ4LF0M6taRANWKTpYLRtYefD06TgaugozmwgWSE
JdhS4VVw+S1dFU0A7XBwwiiCFhGCtenqGVm1ZhT0c5l06CGArEP4trNfsvBGfXW/KfphruES
SEkhKuCM+8TmlvoQ+6JnNANFQNyiSWLXpozMIAyzrPmolCjBhQHALhg1egDtJ7RjDpuOJo63
OEWBA0MGWXpTy/P+kgfLUfRrPm3rOusz7/M6z2zvL980yoXKEKZ0m6slmmJoNNgShhJUCqQh
ARdFQC9EPkglAjWQS2AXpjhdbtwHRyaDSfKs7JxhkR0tJi362gGuBZNuUzEEGmqw7Cw35bNd
47HZGUIYNDrCB0BFVdF3mwnWrkaTfYkXdQOoRCqj5FdNAsoUS1nXZwTPS89ms5ZaaD4/rdBz
/T+d3nVbw9x0n8nlHpJ53edq8hgq1CZ7JI08zQ7UJrfh2BWIDrRB1poaIWMXSgrpxj4/pVHl
+hsSaW8rePKiKlQ+dESwVLcYS3GYUdADm9m9Z0E5yNvT4ek68Axr17jFm6+MzHxuEe5L5p1T
3L+N0h+bVnFAyxVNhnLQIguWZ1ByPNDBodUsWLqHuztDqUZ0a8wJjYdyEoqPnQ4wNDOe82Vm
cXqz6hT3c0Y7n6Du6+R2jQtuE0beMw9EzhZTufOvQ+cMc6nqDh9rtEUZWJp9CKYsu6spbYLY
ViyKipISxsZYWXUhAsSiFhINhXVnz7n9jIcwtlmfVbyMxQ6GRHROTbVDNGRZNKCN+3kaTqeX
7nXPCT6J0j5x7XumARWSXYC2iY1MEkISXCKuWVKhKuwbll1LJUsGpZUkLqQZFw8Xjiy7ZnJo
z0PblhvxRA1N2RZJPadXx3uyOYQJSypcKo6FsXB0VYdVQhOrKXQkFAIhDZBOAS7BkslWIVhC
WNBQKDoRGzG8/9oACAECAAEFAP8A4dn/2gAIAQMAAQUA/wDh2f/aAAgBAQABBQD4/Q2oLZj5
DNNHaZWkycFFctOzBg003zzVcdPU3lyXPNWN9RTDgqCTEstxCtSj/AAu6IJmmKtHxKn4wx+I
EnBgOoBIsFTNEE680DBRhXgqLY0eaYiefViykEdQYrVAQWdf2X9YKMVSIzfsujK2Ll0U8j8J
iAoUxWJBQCI6CLoby2Yhe0Z/1CIzZMrDMtAwoEWCDDVMpMT8rXZgKIs3RDG0ckq3A4jURQsB
YVnxdiyV/DAFdcAsMUnsY1WeYtmBxebhTiwnF/k0hjAEEKQnEviyIV4TV8my0TVAePkqKwIH
ILliW6xiBMmADOCy9exayrANm7EBltWEU3OaIJAP7K/BewSDOpokErF5KxkN9TFXnrYNiOty
v2I6syi9M+DxA7WQI6kkAgCiVCzPcrMizJ+JyB2uEWVAE7NCTQBs2Dm7ZsvpQ5tdKQjAgqB2
PXlTZJjkKU00EOrb7ePEKxBWWYhMDGBiYCYxHZSIGlwip1PZeQsBnWCdQSBzVihHHUgcMqma
aBQ9AcyuevJUXTCByg/YjyOOtWxsAtcZ/wBQSSko1RBo0xHVT+hL2pMzZdJ2RYSYDyGYCltg
LyRlfLqGQzgwfrFHK/gEmMBB+aE/AI4rgDkRVJH4PdUlgw2Z+YZoAJwS56z0KO2y9VHAYgqf
weS3/EWYpYhXmeup0LSyIZdRX4UrRYQtOyrFI6MWLfspzcwHkFSbAOahgf0VQGmbIVDdZlr/
APZmwYBahqgAYDDRiUCpirY6cAGdbCgQAAGjP8pVcQ1CBNV4ctLFsBHLdnFRQTDYhEIuAVDw
oVmOGQRCKFwmwygENAwABEJitcUfroLBDuVB7BlRnd4GVpyYCDnYAV6gt4HZT534Rg4qAAk8
QCKpIXImLnwM1roJ1EAN/gFbgAsWD+YQAetKygrpmbAqaKBNsyJY6qCD+YQ0ZRZBtsO2OGLO
7uoPzoW+RSb/AGK89QGP4UlWsXQgbhyrEh6VSYP+Bfj/AIMjWAxUcEnlfwoZax1KzPW4HFg8
G4oqLUSKLgBEqECWItURBOIxhIhNBiANP2LMwJ7MAqBCCJnj8s/4ntT2Lux59vjmbI0e+4PA
JMV/1Uu7EqArAw/kMoJYEgxmKxiRAf2IaLwAxiNYY8jT9QBSiVyHKump657THdWKmyInEU8g
0e3FiNxOJ/g3DzCagBsi4QZVrpm1PmQFNFqM0BJzb4dNsEeFOrdjAASrTPV0gXLQEMrEkhSQ
E0KsdQwANV1gIJUkkQEqP2Uq3UkMZ3ooTARCtS1ARySgYjqbJUHsQcnFZMO2OlhSTM7i/m4P
wIBPxODBCIKlCECMIoAjC5rkYAAGH7H86JQw16Ry2pZWijgfnoTCpAUGnsQlSW/IJpXYMWSK
KALGDsASLISuwjDsNKpc+06ikI6D9ooXuCpZf1PBIJpbEDcYPyjcI1hSb5gnMvkwXOZQAqVQ
AhWVABbrNsypKdT8Vl16x0BOOG6j0YkMMgYikAUpZBZFMVCgKJ0BZiAwNkgGB2DK9gVTgwsw
AVegFqFNBwYoYhWBTOlCnjssBYKB+uQi1EJmRmWjTPQEJool2O6gK4Zb5BnIAJu6gMswCE8f
mVCpt8+w185B6KY2blU8x7E8PkrFcXB4LirIjLbMACTEu3ABDRSFawZ2NBj0axAxhZq6idzK
7MLKd+p7kqjUVdYNFEX90W4SYS4Oehiubz1ACaxNxAykcXzACYeAIPwKlknkfwDBxDLjHl1s
MtErUIhPC2AVDTpz1s7Zq6sRZFwHqTyAWuyD2UkAUB+z31UUDYgC0T1gtlV+zgq6gUSaGZKF
W7BdAHIBg4hNtz2VqiEwGor2c9nBX0qQjgkGUDAAIOYFP80YBAea/giOYwBjIY68lT2rkLyV
4uobv0KF0W51omEGgD2DUEJAtQCpJ5aEVE0JnfMkdSoBaKp6XTfqF/ZwHZQCQysAqbtE0JdW
QxWoJpcTSyrmDQ0HN5+ghk9KwNYU3FbkGCjPxOaFGHgmjKqHmEAQjlrsqCWuFaAU0zkD5Vim
5shcOhUURBwTd8RQLZxXafIIG7AdieQoa2CraklFogk2SxJ0CxVBAAsoogDErfYOIrtebgIu
htNSYHBhfjuYmhIy3YldlpNCSGgMJPYCiKtjyTAZcbmEXOpjIaKRxwwhFtogmbFAhzaPmjro
rZvYMBsA1OIzfqCevF0SLMNQ0Ifwt9EHCm1UdQ2bFgHVx1ICC1Z7AIhswBlmoCshiOSA5ERi
ZzFY0rzLTtFfhCKB5uEwEifmXxRE5EsmEGEcEMYRwVsOhps2MZOTwQSkXQPPRkDCtMKWW3Yn
qaawR1Ghiv2N3A86rfaj3hduquqqHtmdQF7EotS7INAMpC0ICKXr1Q8ZOSqdTAwBVgZ2JmZg
aiuhpdGg0sK8uf4D8XcuE/qPyCYSTCODGsQr2GmfGgNtQBJIBcFN+00U9nUwkV2FAqZ/k9QA
xmZBBNLXCglSB2FWoMLEkBlIDgKpMIIh5lhQrAk6kKHUA6dJmwYo4pSIgohrnaBjEZxBoZlp
cDiK07c9zQaAwXOooiUBD+CQAwnUlXFDbNSHUGOQSzclp2BBbsLXuDSqTfEMUMJmotlUMXNl
jRYhi/HNA1FZAAqUrEQaKIrLfWygptAWYfpBoGmbnupW/kCwaWVd2ALUhsLZg7Uh6xSIricw
mC6X8KRPzPwG/FQizQhsRhYZbmyHswBjCoR1BjDngEgxe0v9fyWHVu7AK5Bn7TsYLEVmgYEH
khiov9BcLBjRILAKGJgY3mlHIglu9BWiKIqtA3PYiJ+FNhGIKNQVv1S4KIUigeVgIgMP4aAV
CBGJg5Dmg63HQgsRO1gm2N0xLSuBZnXgm5RoKSOvN1OwJ7Wan+fyU/KsS1EMjlQjCB0JYhoo
jIsCt2zX9yjrMj2ircQELZsggrYIoywIrNaGBzf+BUHJBofn+BObI45AIEdqjgEt+fQv6sLV
yYSwZgK5hHC2RxG/Zv1EA6xmVpR7HrAxCgkS7biBiCtEqOpBUOw6gM4WlIAYqxLREJXDN7Od
z41QBROoYUkIM7VAYpZip6hGIKMTAbgPAJiHgEWgInM4/gxzCKDGMT2fr1emZgpj6Q2Yxcwu
FClib4KxmPYWxCi+twoQOpnWp0IAWwB1ZQhK9TFoyhZ0UAkkB1WZkGKpIR7ahSrRq4BFpiaB
CrQMABKgrF6zP83P1sMKDAFSIpqA3PzPxDCLDHhlhFTegpxfo54brCxE7hgyklVIexSUSSey
gGEghQSRwytweYDQY8KSIqWgUCEkldVQLoCzhQlcAkDP0EnD1YtnkuiqAI+TCKvaC+rACdjS
k3QALkKhMzfkE0DcvlW5zMANC75sEwmG4QerGo34o1tZXbPdTtpUX5SVaiCZ3Iax1arUAT9m
YUVUCz+aYBg1CAAAAg0kskDrCICKrkPcDAqAysu5WeT7EoE17ufZ0ZNcNEUBGOaE/EOozpwW
B+QCIykKRFeyHzgoy7iGpm1QMpI/M/xxegBDACacD5CSheFSR6PGujaeJQjAk/IEUOlj0L1s
Q8FeZTqR+0JJbtbdn7MCD2sk8MCSCASeUow9rZOsrtCeB1MBCT/H1mPoMPnoZeTPsMsyj9kI
2AncwEUGBijrEckhbIyZoF0SKX6j9pmyiKyQMtAiqWKscqIVjKDGRb6AQjhlsGezzDXI327j
sGHQclWpeLJFdiCSxBBg0bqQTCF62O36qcKZVyYk5kN+GI/cARwyhFdmOGgOOIVc/S4bL0hg
NVsORHYudADPnCk+unT0DsmyOA6gK/WJuGHbNgqZgBEi5raoilQJzABOaY8MAA35M6ExhULU
GJtnae/yN2zx1bVfH6DMTmzOqo2naytxc1K/hrNs/BYUCpn6mdQWS5RYh5SEMp7E9YeTmgSI
1Ri5CacB1CfM6xPQ5HdwQ/L6DSP58jD5lVcUDomJMzDXkiQKBPks3YX8Ay6l1C4MD8fmOIS1
a+fPSfD6Ebs/V245A0PDAU3mzZr/AF47WwOYDBse00yZB8ZCKFEdFmi/GUYUQolMsCaAhSrL
krEUB0btnmTtt00PU0nWDq4VQQFi9TF/Vi7sFKzPB2g8SEJn5lcBGiUQr9QujAroDNM3MUaC
DZ1K7BlbeN6rA1YxNWU/3AFT1K0XRaYhoVFN3A0DEEuVN2zFj2tv1t8qK5MCRqpzVGm755Np
t5yxwXbT0Yvm1wIYRUDQFlKjuFzdwA6lM8Q+uahDak6OgRy4HVZkCYqgQjMt0HbooXIP2DFI
ur278j5O2GetgdSQCQACrVC/J6sNQ2YXMma9lilSQWY3wAzQ5bLAWzTbWidjPke/kJY6ZzT0
Zo2nsYQb+noVQN+sLErmp66hn0rOwGRm3Lu3nBgxALoSVXPOIqaAopRR1gdmUMFiMcgcEOXx
gQg2DwCoHUFaEskOdAR6aUNo7jxbUuDV5vJkGJVZ8gJLVA7zsQATAbB6sGzZGSyp8+DRcMrH
mwEfRMo/obQFdQoRqK2vUrHKGMoYnI5xQyqQ3V8hDl1BQd8EKv6PL2R1ZQr9Y/MxX9scNXP9
V+6+HME59SBboO8GeVKSYvxzEgNr/X1Xfz9XfN2YZusPnIB/I0EZiw86DTd/N0bPLSFHMxx6
kBSTiGKYsCMlWKoEAslOXNTXN2n/ANyMPT6AP7zmDd4XJlkxKENdQpA6gTQXCSAUXse99XpP
OrHbEKHxKNmKLnqPRlm5bxNE8OrjPwZtMPPnhmcPlX4wp1TNmf4ayCA69aDralhH2dSNWAy9
XUeT3GthnqP6ebnfxbBl8XpdU+uIPlXPMZZBkUUOq0eohYBlaF2EolbFWDCxl1D2stNlz0XQ
NmysYpJC2CDHNk6LDslaE2+mblwplopvYuuSqN81pURJjl3PppUQW2aDR/6wD0Q+PC9QT05O
SHN8t8S9iaBAzFIQwFCmCBnK0zDrTg5ex8pp6/Sx8/o9TLh4Nt2y8qoQoWUYf1CqrBsySEYL
05u1rkcShGWyQTCvH+GSwMdBCesPcKu1gOSGao+QJA1EdxMRmxVEnyHsSBGzLHZAc1zoMA0X
IM3lyuLkgz3Tq2CgBSO3UdvjBCItN9dk09X1ehbXJkOnqFHUtmFZomTbL5fqNmGH1fkRtfN4
9c8fJ5MAFSgDVxzURrjOCf8AkylqUG2lLXW5UFj+GQGfFw2YEOZ6hSpcWdQhDYFVsMFUgdz3
IcAfl1zMI6no/Xt+xmiqzOl5nPrFQA4ZKpA6gi3cft1CwqQVFEWJ3E0Yg7Y56Ffr/AIvi8YI
zyAzCiKTauRCVEV7VSaD0S0FmLooQWSpsqx6q4nABJIBay07TsDB1lrY6WQlMirG0RY+ubQu
DCwo6OptaYkluWA/buQPkHRiQEZgQQW/5RksjNe6qIRCQArdtGZCzMCEohSCVqu1R1BJWmB/
UTsAYLjVRKif47tMiWCA6JmiBHxTt8eaxRyKs6qAdQIvozCtuph2bsrw3FNFXqFuw1TsGVjP
i4KWeirFUT4+0bMlmxKuRYZDfxtfQUCQQosAkBeFCgHtT9wA3cFBAQp+IUv6AEWASCIYV56W
tVGqcxbgZYEZiFPQJwisqowo2QVJJWgRF06xtFafsCZnSkNydgoVyYCBGJpS3U6MIosdEhz6
zqRHU32PYOA7KpJNKALsQGgD/AYVwRUNW62SgMI0zLNC5UJp3HQFgQIdB3LCi7dl2/dzZBKw
k0rOIpMVWU55M0/RW+dSV+RmF10Nehm7qCwYGdATBV/qHBAlK8dCsUPfyuJloTOysVIJcVCR
TG4VhVp0ILXAgYaI99TCoBJ6zsBARDyKJFfsaBI5aNU28iaTLxerEl/T1Onr6P5vRqvxfCFf
pO/nLP8AYIjv9sqHz/YebYoVLKGLL493OPkVB/U84HxZqSvWGgewrVeygtBYAKkduWuzfWzF
bgkSwR1AgVSApMUMYveMS0GThmLV1LEimJDMS12Q3ZrHoyYhldie07WO0LXP1MsXQoqSTYZx
QodejvFxbsT1LCh8QeImGTfYjEE4jVMvLgJ5PJ5g+WKiM5nYk0AAWoqTOpJ6EACpp57JUiEd
YwHYOe1iyBCT2FVAeFIEDcIBKMoEOLHMNhe0CdoVqBRYXSx6gw8ehQI4dSKFi1NnsAoNxgwh
aiCCqrmx+AdVUICBdjsWl9h7exzYtplm06IiI2IOHraf2FMTQFmsKfVqr4+lXlVLYyiYOJtn
a7KUmmrI39lQE2cjNi61cChYsADAUwI5ANC2BJvvzfaXY0UBcw3Y3OvHQxbUeFzocCEXsrFv
yduoR7PaiXIjqDAoJTrP2lcMQFbdTFdDLXroxA1xcHFwpB2IomYstvTLjiRO0ZEeaeagq6KQ
d6X0bKyaI6ma4hzv5S028xCW2J82rO2OiaKvJEAEVbi/k3TNTWSCf1swMRCykBkEAYg3X/sM
nmKartg5BZz2sEO4BLssy37zFwxs2zQWCytTUSc7hzIJBoEglLUKwjeVGidrxzLlcMoF6ygZ
1ALQC5+oIz5oA9QTUqwyXHwzLa/XKx2+s9aF09fmGP3CAZe3DWK6sS1n8kQgGDsD+sehD+bF
sf2R2ATXtOsFCUxfHblfQrRPQBNB3BDLP3Ex3KwaXApJB5NmcAFYw5VQSVFKoIOQBXFng8jE
v5tEfHXQqPQoGeitBzL4IuALFM/MH5rgVAYV46iMDNO3RkzYHy+ZWVEAAChQKBCg6GdrDNzc
7pOwMYcA1B2BGjRTRZ2DZ6FGD/qruDluAR2BZWvMEKuxUjah8vDpsgRy86iihIKrahKb05qV
1LKSog1EXXQsWZgycH17Y6+f7F2ZWRlIE/W1NAVQWASpRAN/wbBYFhpiysVn4P8An/DWCwIn
ykEsTCSZVkGFl60GhQAVwzBRQ0aipTZ0Ge4Jy07H5qI2SJoGnyqM9fsNO6fZJps/2a6nD24M
y7nVdNtWI8XtL/1IB5UI1Fli0WrQCqBlAL6FUL4/Nro+eCUcUnx5CKVvspgIELARvRihXRWB
MBE6iN+XAYMjAkUAoApbIssw6gUf1sVG/ATnqAf+JJJnEdCxoJAG6omZ0GQUlGyPMQERPRUP
tVptkA3ds37kvn6GQ4faNm2Xr9/X+9qVHs1aIH0gzpS0T9ogIncxWYnPJLVkUjYVr78syfsG
eJ6tGKvoYupE0O+zZ+VQVVVBqKIBwxMYEigC+SmMrLAahedlgPKsLBUT5FU9gS3MINk1LnYE
lF0fI9F7CBnsdgStqA4KjsQwcW5GmA1C+LRonkxVch5MS3r1YhUYAKR5k3ADNFyxZVzzBcqJ
2Jj+hEJ+yYT+5uSnczsvQse3kPUAG+ikggT/ADc4rsLu4RwTw4FckUDDlnegXq6LZsD9i3V4
AQFZb7qYHW1NyxRdrz/YPpoHBIC91VKAVwMw4YdaVaYkiwwIV2DF+sZrgKLF1RinnzdfRoyT
EO5+RVRjEdppqxTWiuLJbEoXZrZ8gcVcjLL4ouiQi4twyp+Jd/xdAxlJPJlGVQqaZq41RljM
0Fgqw7dRC/CM1hjXz/qzgsAGlWG0LMmpYUQLisSSHpaKkFR8igAmiGBD1LqeVVLBQCFUgZZg
nPILSUgJKZimzBiqQSxo7sCmYLeXLRyMiD8YlSlgugDKm2i5CqFz8wgUVuEUa4rlkF60Rpg2
IVTQugQIX5Dntnnpuf8Ar/R10ThQK/ZzpmFhUqqbLSMOv6iX1hYiajUhh3Ve1NZYB2Zc87yH
6hqK2sGaOpyzBtY9lUZoxAnYx24yyDaeXz5CKOv8EccGdTBxKucwka+s8xgJVA1CeTdkkBo7
ursQWdVAPjZyPq9ArYnJtAygaFR5PSM4voB8+q0VplHZT/7dDGxQw5NmRqLzLMynlwhmbsAn
YQ5hAmTUMzeWTmHBpnmZYMcMYoEYcEgQAzjsq8+Px/O2ea5qPx2MBPUueywmoKno2XPPx49c
7h4jEGFuSbgMLWPzCqmfGoLItIvQKbmuGW6afUa3l9LgkzwzzX/1YsSh6ZqXcKKY0Y5sOVZD
46CZswCusONFcFh8veL5HpcjQVVKvRHoTuz1ATTtav8AgK9hCSc1i5N28v1itMslzU/nkwAT
iV+61DRNAElfR6P80RGBjCMtwg3XBoz8murdeT+AKgAu4SaAM/Bn2fggBrMoSqUdAphzVz/+
vqrQ8TL/AJFD2OqqMxqQu1MHDE8g6agfApLDXth+xUM0+FiHCIq+jys2WOjnDxETNFQCUK4E
bmf4FWYDPTr8ePnz6ZgwCwRcI46idaBAlXCsC882IvIqUQP8iwICI1lff4mTVO40UdWKwEoh
bPq7EBdKnyLeyEjEsRn2V2fSDO4nm2aef63q3r8vdf6fprXxesP8f2iJlj6vSU/1zxOcfH5s
QqgDmAmUpFiUIBDCJXCiztumnq2/2L6zFsf9nx39CP2Qfj8gA2RY68/iULAnWwFnIYkGWISx
/g1VcNQjouofx0Gz6s37F83gbPqSJQMXJNGROsK1E8+xCeNu2WGKz/iFLAZnhfwRUfGohHYM
6nPQtASSDzRrqYbgJP8ABuGoN8S2nuzRWQ1t9PiM9B/1+H0upf61eZQqqgjqJXP+eoh4gazd
E8GpRuufxP8AOG2XoQWCb6/Gpd8kB28vZNfOqxhqqZuwPyZFwikjNRFHWKGLZ2IOTQiERQez
fk9jNc+xzXSs0cERSZ3qAxpxZg/Po9eGU9vtVfa/3u2kf3epvexCJ93lku30+RTwJmzEYiNj
Dm4BQxl4K8EQfjqbJ54P8EiqucXxePs38+q/fYlfJ9l5/Qfse59Hm9WmemWiazXzlnfqwbPq
6L1GIYnMloKii5nYBAtaEEUm1DMKEC8Bes5gUQ8G+O4gedrgaz7fembejFtvJ9x4/RgPJ9Tp
6E8+Web444+77X2f61n6383mzwxFD+aE6gzosbJY+REYVKlSuRcH5qVOsoTp2iXP7zse47rs
14/bZxsu5YZg9QgyPCELMwKQBQFsqO06xEMCm15hSX1Fig5vsex5PIhM7UbM7VP9qTbD0+L7
X3+I+L3fX/c4t49Vf7Lpp9h9b5MvND6+B6nY56ih68w41QwMDOwlid1lgwohjYKYcOTgQHU5
wEVcNXEIBcBiSJdBVaAMFFg/LqjZfYMyn0IAPX52C7ZTLZhB9gS2aqypkJ8RBKkyiBVGxTdq
HYQHnubVxPlhbj9TOwELVP8Abe7biKWB+nx/2L2p4fq8fOz4AweTjPzhGbzoB722w9Xi+2ZI
fcpi+3sW2aHQsBnoDkNVKO8DMR3YD1o++Gfp38jZa5apwBO3U9loEdmq8ysS51NMGZgWsZ6O
Pgdjn5iXwf8ArDfFNs+z5tp7CR4vR9iunm9g2RSGJBjilBBnVhCjiFuRZllT2JjaIq+n7jzZ
DD7fz7Z7eTxeptf9YX0afV/674PIEzQSiIItkSp6fJ5919H1XiLJ5nzi46k9QADEiqIABLMY
m+adQwfwIpX16qP7WXVgQe6kKaBA6ozLG3E+czIM5TxM4yI88A10fz+b4jr583Ceda08yuX+
n9meifWagY+XqMVKAdiCgcfDQTMAP1YFA0K0WVgzPR+yfz756bYl0+dn8X+sfZes/X/V5ePI
DgcS/wCL/i4+gA3cFjRKs4g1aZ9XigCBeKNUZXJFQEEET01dsCWHdDksbGm+LSPg6j+pq5by
HOeXqF83g32h+r9S644ZpO1khjFsRTyNSIt10WKsIgSAcCoeSV5Yckq09HnZg31r6r5v9T8O
c8n1vm86BVWUIohPP8FwJt6SsPocnX0MA+paK3PUmIheBdcmy9CNAwrvYBuGf4HMY3N8+04t
0btTMU3dFG+LhdMHnmzPob0ebXPTH6PfQp4PT41DjWa4shSoOCALVCTl5gQmQQkCKIRPxLo/
mXY/aVHCxWYFAIEAAowrcMqpyYzMI2utbaakPoexawVjKLa7sAZehCO2c+LJoMc84fz2Incx
XBn4Dj9TPhXvoOrg2eO3WyqgTN9Mn+g++8/2OFiM+RjfX+cnTDXNm8mTw+LO/wCmGC+dEIWH
iDhgYDDzPyQOVUA3BCtkrUT8LdS5wDdw5kk5MIc9TNfLt1IZohoAghyDL5s2XN/k/IwC+rZZ
/b1IZtGC/IpxZiqN+vYQsDKabJ80ObBSjNF8xI0x0QAismKnT7L3aM2+1+D/AGn7Hxnxf7Z9
b6mfJGXoLKmBOQs6VChoKRAkAMqpyDzAzQUYRPxC/OXoYT+zna+jMz+ziIfRmB/YSLsjTsDO
J6vKyaMptrEYWBxB+0ZoBAW7E7MQfSkwzZSALNAc0S3bu07G3ZqyzUBiHmbqhdu00AJB6nQA
zhgV6sTU+t+79/hb63/YfB9iO47FSSx6waK0/MFTtFhW4fyADOa/jmMLHSMO0CCdFhWoDYrh
NdAf7LzT0B1KnsQACGA6cspA4BFk+bLztGAJ0LWCAF/P7E9yFpWipU68kAByQOvIBA1NG3EA
gfkHnhSOrRlWZkB/rPqPs1K57rmxa1IggcgK4MBFkiu3HEAgWUbuUIVnWdZjkexyFHAqWWiv
M/x1FFYymtDQz0zecwrR5sE9s/QygbZ6RsloZCURCLAUAgGuLu4SoDH9iepdv2JuAWFHBIEA
7FelkKSRR+m+628B+v8AsfN9hjr510Vs2Q/8SGEEDkBdSSv4vm4KlRqq6hJn+EzsovVf8lbm
qhRRMCzqIahWx8Su2uS5sQSHEowAgKSSSKTZ7HpEGiW2i0vK/mAAgvUZyIjCgp6UbXqFX9oR
OFPVup5nEGRKZq88/s28u/1X+w4+kUrjbyKy76jzph915dZm3dB7tcfXl7EdhqhgcEBjAf4o
wgiUSVZlnyGDZxBo5DEn+OQaamYEjNyPX6G87D26u2Gmei/GRClMSDNM/kyHh11nn+v+ywKe
NzD5iB8XCISanUVY6iwbBAFQoLsXZEYi6YmyERIiD5V8uzIzPFXpFez9b/snu8Ez/wBy8rae
j7Pxe1Pf4ED+Pf7TzOfV69SPU2Q8v3DCeb7PI5eXfvAthM2v4kgRZ8aw5rXxrPiFugAKi+oM
JAOuKsV+tBb+pa+j6bybA/62wP8A1Hvzgz+2UhN+q4MwXz5AJlik4gMsAwicgf4ZmUqWAOzo
Pl7Lpp2zVWnYhWAMTO5QVe3WaEgeL2sS/gz3I+mdS31zWfq0MTyeNE/u6uRo2yeZQs06ke5F
VSzKMn2B+k8bt5xi6RHFWJY/8WW46VGaganaKxAqxmjQiOvWEi+Z+ZyZ+ITwXCyxP1/ixdxg
TCAI3EFRgGHWoYSxJdbHMegALBVu3l9nqRsPZ7dp29BXfHYKQ4UI881udNMvPmns8hP2D5Lm
WJP1/qPl9P1/+4fXanD0+b0JzAtwLUF/+JEbG42R7MpBRSZnmTAAAxAGj3GHFEC6n5hPBox1
MaxA3K6MIuikfJlQZrLQZK4+J1Cu6QL2AY0TkRZMZuDVougnk+t7nLDHFczZdl76hXdcWJGK
0uapPRku+Z+p0A0yZGKgwvyGDTxe30+DXwe5PX5VIMv/APAUBnxqB1VYQDDU1InNgQypdE3P
zOZ0Bj4ifE1aL1lGOtBbBVaIfSgumkOfUBebSlfrARWHn13bL63LEMx85PrZZm6F+wYFQCGU
q+3WDdSOCf2Y6/Tj0zX6P7NFb672BnzIn6X9b/s65+Tz+pNJl9ptifP6ct0v/wASwEDqZxVr
/HE0AIbiFgYTLgoz8g1Bd/gsD1AhTsBgOvdCFYAcEAFYCWhI6KwEv9Otjz/X6aTyvgrqgcZ5
gAKIc0ae3zaIM3dpf66aKYhYrl5/Tq3g+oGSp58cjoM2G3lRovg8zr/0H1TPp/qn1bzb/Wfs
0fz/AF/36Z+PyfcJp5z6gAYTLqHQCaaAztOzEhqny8HY22pMLkwicURwtwcypQEHIUGUxK8j
mggadbKgwjoKPULRJVDj59NBpp5cIM/f6h4fLn588wVWyQooKJSsG+s87n/oHOif6z47x+p8
+UCKP4ZbDrCOVJpSATzBO5ikgh+BoJ3FaPQ02eL6eQwMDSxRM4Eux/n8niHiCzAIfxRr8Efj
rZAacU90SaBIX9qUFQWsp9fu6r9foRh4/PlFfIKNvN1x9mGi+r7dPHp5fv8Ax7aIAV6CAC80
qZGxDpUD88TdTLimBhO0Wp/nmg3Ac12Nk3PhBDeVyFw1WAEQkwWYaE/aAEzb2LidPulR3/2D
xocPufrNwpJUgwXQuxBzPxLENhmCqVEKx2JmH9ZWf7jPtl7cPQ5UrNNdNh8RaKED+3Av5ylL
/r32xJigWpIK+nLKf2MWD6AldDY0EZgRpmIVqcS6isYGucRSIqWVyAhxW+oECwIIUBgzWHLO
xjmZ8Swp1hMs1t589h7fofDsccfT4jh9qDM9s9QLMBN/x/lVJC5bmHz6DRkCEsACO0AIJoTw
fZI03+ubM/Dz8RM+uyD56/V+TUN/q/mK+fL7Hzov22yN5fscPQnqwT057fWe1Z5tvtfGE+yz
aZuGUacjmPmDDmAGyYwBxAWnaM5Ex9IBG6186A/2cp/YSf2kEHqEb0wbGDZrPo5b05iZsmgC
KYcgY2RmnnFv4M9J/wBPT447ZEfnifg838mKRNEII/bZs2h8+hK+bVp/TBB85MplP133OiT5
/Psn9TyNPL58fOycqt31F55tqM/Hh118Pkzh862LIQEQOggbhX6xSGjoIwNluSpICuI/yEdG
M7Mp7NdiCwBcDUQeQTX7dtM1YJ5sAUXMT/APLGa3ZugTA0FyzcuMoEbMGadwyABeM5l6BmNm
zDDur5f1/Sq/X+dE+NMUyeK7g5+h1bE2pNTLYpEdWVkDDbEpPd9j6vNPT979m6j07nTwf7H6
/KPD9z9f7oriK3GgM6myICbC3As1wTRfSvs8x832HeLv6MtE9nkZqad9opaWLJuARSRA4gYQ
xyCG4lcgTif5ogRtUBYFY4UksiFXVh1Qz+vkwTzYdGzbqfVocVOqzDfTvnnhvMPB1B/VX3RB
n6UIy2Mz3VoQrj1YlMfttM9PV0LRFdny/wBV93XxfWevEg6QgGACEGyoM5sGcg8x882iY5pC
iNFRVN8XDyLFjkD8cQngMwhYEtAQZwQOJYh4/jXy7hvQE64qthckZfYinP2oBn6cmg3yCsgI
09yYP/2jdsfWdCujA+H1rqNlPVgTCKOOrqD6NFB9xzbX/Zjiu+iba+P6jze1vrPqPrfBEUaL
8ZBVTOhro1FeGE5gFyuK46ypUIInAlT/AAKJuG6FV/BFzrcoziqoiXxU1Frt56hy1AbLRVyy
cnPDIOFTs2WVqRW+HyPpnmHZ6OftZYvsCJp9j7hpl9tsir9j8hw9YC+j2Z4Z+n0aa6fsSo7H
zfUfY+s/Tf635PHiM1ACQKKKCdBHE0MrkCEUeJzOYJfEJFAQrwoAP4goD/B/B/AENADmcCfh
h/Gi5xsR2KjsaC5sGi9VX+7ohPp9eiPh7NJm+ar6MOrEgzNVK6bUqePf0KfqPaqYfT+wsfrP
s01/6f3vPH/qmS6f/wAj9RPJ9b4fKqgLAf5E/wAcxxNBTASuDzABOK4hoDj+DUFyoOP4sQmC
4eDZri+LJF9uAxM7zZgE0HdgoWA5K+fYsjzTUqF1DK7nNdG7Qa6OrEFqa9mDL/rf1+zebT6w
X5/JmmeeQWUJ1M62FUTrPxBpRDfzUImywDjkAXZufiBrB5FX/DVX8DsJdQkQyzRPPYUTYB5H
55Esfxv6jqM9XeEOcv8AmRbMCwLJUbsC+mjgAk9SxROx6ERg1fWffevxaeXdPRkCIK/8Af4M
Ki7Igap347z5FIdlMY/sGqXyTZJFCGfqR1MJEFQkRTUJAlQCEiHmcS+PkFnbMQ65iN6qb5B0
/9oACAECAgY/AB2f/9oACAEDAgY/AB2f/9oACAEBAQY/ABxJHLJzCrYGG9RPRVYcnlmgoCmu
dwnDkH6rJ3Zt1h/JAQBqeie0DdGxLMvzLvUfVfZcQgGLM76LOdF16JxCiU3ypveyhGfYoUJm
dtVKcyU7dfDRMJ3WpCIMplIJPyJsEaL5kWcbqJJ1UmfkKxOnkhDbjZOIBgtshXAz7Fy0OEbC
DujUO+6Gh6rbcrPkt075wFx9pT1BbdC2uCso5RIJc7x95EaNB81WvLizOCpgDXoiO35kkpq6
L0M2pT2Z2TRMMVys5FfhB0RALdV0R2ROvRPlE4ZP8o8C2uq+nwc6LopwtPAi2qZsaqMp18qJ
x0KJI0hADJ0Tk+o5GoQcymyjC6KYGqht3QNhHTKBEkhveuJLnACfLbrLJ3QaQEYAZDbQhYTH
OikgDZEj1A5QtX2hFMWbQ9US/s/qW+x1QY4EjROz6cVhnwMlADJclDDbokZGXRYhxgBRLmQ6
mdh0T7LMbDwbKlZ+RO7l4XnomZijsm1CHRZ8H9yxKbClR70bfEU/uRtX5dVzvLxG6d8pwJCL
KZ3ZPlOpiyDZ6JxDhk5MnUohnOygQoW7qcH3BQXQfTKx5JvlRsM6q12Lho1ypaTICkEzEsvS
eFQfIrp9oqPVx+dMHcZXKusRDIAkcmR5+kHU4TANRmFhl/xIkjLJqyFiRhSMqRC3TLomGpR+
dbsnaE4yuvgITldPEpsOm0Tk64TnrhPQcrauHCJJe+w+qgMvonZumiOj6aokicIN5JgM4TiD
oeqIsZOHEIF03yJ2AWzLDjVF8fMoLR8qn2p9kDrr5K5aG+mq5V+U6pyJ64QcM+dRCA0MH/eg
HHH/ACTmGC3bKJyb4J0UMQIbzXIB2l/6UN2ygCvJB9dkXw6caLGi+8voTrqvlXmv8k2UwQDw
nJglvD/JOchB5C+RSm9nvRZwEDx48tdSn1QOU6Y4OijQokFj9CmAPlQeN9MpgeWhfZNqU5zE
J7BgNOqAMg6LE6oNnZZQXVXzpHR6oemK4CJPtL/0J6sCMvhMACSM7oWr6gNMIkb4/oR5QDog
NBC4gkUEl/rT6U1fSN10ZyUHMaIYcJyGfVbrYZX3d9fB2wsYR1UGUXWyAyoUiVGng3gG1ys4
UY1JymZyiSMabIdwtatYQ5GLSQNFCzjChddjqgX9WAP5kSzPqt32QNosdCidNFGN0y6iSmym
MnVb9VyGPmTt7VerRA+WqcH1DXZNka6OyDlxqP7kNhr/AEpyZJiYXH67OB/an5M3vP2kAfhy
xXpxquhxoh8jLgDJ3QEx8/gxTrfosexMMFM858AywmTeGMKM+AHv8Yh0zsNkANNUTafpQYFs
si45XJ+LZMVAwv8AEIEkctE0dULgFjkBBgBU/R9lScZdNUv5r0wfkQJ9pdHrujDqJGyfDfKi
5zIXUaoxp9NUQMwAyYQN0QCTXY5P7ysQMb4QDAoEuduiNcdev3UOWD86LfDr/uQmBgdUCIOv
knBzqf6UAXJC5aHRPoV0J0UBT71Drr4YwpX0qNPAnw6/skmBo266+5GZRtdyxw+E7M+iPEip
qIr9pMSY080A/XzThiwh9EytW4JFvkXOsj5lYkvsiXZ0bH09UWM6oDA3C67oPDZbUoDOyYhy
mbOUQ0Ae3KjBiB/qQ+sc+5A1djJIwi9hvGWUhuWi2qN5R4kT8PRchJHVnRuw2YwZUAGv2Vhh
XEqpdzMaFaAZDnVAi2ZK5DC2T6bpluExT6fsMRlbIKI6LqnJysuy6r6U4OksntgJ/q6qIfDp
9ULZaGXOnw2Dhpn7C6jCww0ClYJeF6dTIGqMtYCOqLZUe0aIw52Q4xY/44pmMN5JsLLHUp/l
THJwd0RrqfamtnJxhGxEPnCLDjq5/wBqcM7OSuOQ03/pTggjqgLNOoRgAFTIGDorcWwtG3Q4
nzKAA5En2SgAIZkQxAeAgCGTEQsJtF5eP0Logm1W4/bPFOzjUI1NXJ9yIGOifIwykPuyNT/5
ZnyKtwrxaUBlMPcuIErZkATmCAmtDyDkrKByT7kwk79FxMJoIwuPvRf5U2IRG4z7UagxEqc9
E2h+IlcQxGm4VQR7AP5k7wCPYgWDAaZs/wBpF4OA+yrWo6uPhTj0lpGkoh5GmiBsYIcfdRtU
EjNiNkBpkNHhGCVMDRThRnwCgL50wTp1P7D58GONPCF6Q4tCbIdR7iiC7n3MiAC6F6iDB5ZX
IFgAHron2kdUbAe1CGPzrrZO4cwsOpYvhsJhAxKiN1MAoMfchr5obao77py5b4q9EAwIdE8s
6NlECfvHCZ3YSd0wPqDB/NTLf45JnBJgt/ai5nOGdk4gnL5VeL2Yh2z+8ntKeuLaBMxjG6YH
OX1RI+HDJ9d/JDkfMKMYTFBSYCdmCcYU+DaeEfsRC3XkmyjxD6p5J1RcY0OVW5t7l8icqxaN
gmqG/wA0BYYTDeEYnROMt6kRrose9OYQGi5EFlOU4LbojVWNWI3BQDHcOmJkQBlAcstyH1VL
ADHVEkgAjP8AKhx0+IIcSKnQ6fhVjYeX+xOY/wA07eo5Zeo5gFlyDtqgKt5rqdzKIGhZcX/6
py3mhsE5Uwny6yoCPhlSsrz1WMpz+ywWJXmvnT76I9FLscp2TiVJIUZyCjUwRkJhnRAEz0TZ
lADFizp87dAm31WSdmRqx5ahOGgNH83FPMhg/wDMgB/F/UpJP3kxHKu6FgOTYC42jioYuTlM
XaurxKar8QcnCFzk/OuXFzto5Xp+AZdPUz0XqONUN/NCuB9KnAwoEH50CyDHkdV6oAwFl0Jz
4OV8yj9hvBvBvD6fByEN1xyFhwcnZTLyFKbAUFwNEbH60siTI0UZOuqfUqTOwXqMbIEiEGLD
cLWZJWQRuyDHHsRFixy2hXpr7tU1iBykg6H8SIFmGgGqLhjkk/VCBoRYvhEgs4mp6IHBGKnq
mJ9R2gx9ZNycYJ1TVjljVNZyS7gQhRmOyYhqfOU7klmdAHKa2nyJ/cU7ymdO6zCmUJys/sdd
FPg+i28GCnwxCcZUhiExX+aj4tURfGhUEMiNfnQDMvlCiDn3p3YY8luScr1Jhnom4mR8OqD+
0LQVTZFdU9SX6YCAJLfQvi1JAyy5WPlx6fbTkuXeswgzRh9fvUQk8NUwDExystXHyfhWORHz
LJbWVV3AOoMhcbFiD6R5fWspHE9NSoE7+aM4z9pBiwRBDPgKCvmQaFmQgHPVAYWVGEPCSit1
CnxmE59nh5ZKBHtT58HOygQcunf/AKIvncLjbWQVJ81GksmcxjwYR1RLyI5KMDDr1BwibenY
CE1qtU7L0kDrKZ3YRbUunq9RrqoyDI0XEEE1wUSRBjiN01reQ1/eQYmRJWxOX/tQIs3Q6o1A
jIXL4gzlk5np/Shr0Va1sLVM2OxKJafeuQLPHkgXYO0KZYpjDYCnAgD+pAn0snxGuqB0TYQQ
TO6nwZQpQZbpyFOFu6heS3Cd8riE9RJyEGLNnzRIhvejsd1uumgVS8jbqnPu0RA+EFiEKj0g
Z1dEVgZdNxJ+90+6jVixMdFYs4dgnbl0OiDDiNSuNS4JcIVPpOgyhHHpbLfgREcrTyZ/3E2Q
2NkWOc6D/UuJqCRL/wBS9JAOyGBUjR0wx03T748keTWf4SupGPJGpPrBx5oC0MmOBlONNdUC
fam0QBzodECPYNypyn+ZAbLpqt28N03u8H8MJ/BmnRSnTYA96MOF02TjZcCHCJPqTkxsvTnZ
AHRAZWPSfejJ5OinsAANkSQ9TovsjZynx1bKj4tuiYv5p8EoVoZPtIXq0OMow2myDWbVt0WB
8kwGiqNgz/3ICpcmTt/EmsMfERhYPHL7KZ5ZOZXKktlT733TmfkRO3tUlkw1TPjJQ+dOSh9C
6qdV9CkLbwhdVjxdfOoXknEnUo/SogFAnGycexcQW6ri3mUW+UJvlRAncqcaFOfcjDugAOZO
QSyDSVEA6KocsNE1vdqFlzogSDx96PCCM6lfESNTkz9lEyXw+qFX6REfhRFjjRAcgHDnQwiB
A26fiTAQJQbTIOGXGpcCVBBtiEWLDU9fwKY2JCcCN09W89E7e1GZTQeqJ+RYZZgaoMV1WfB0
ygypTL2rz8WT+BqIXpMFNspkFNvonCcn1HTqmfO6LCApzomZjr/uQZicxK26IjL6MuLkDdk9
fYVBYe8otJEpg5Oo0KHIFgXZloBqAm9XEfVeWRNXHXL/ALqZpeWbH2UAB6h0dl6jlcTkZ8ly
5ADDN/MiWg5f+lWMTJK9NnJ0+yi/q3bdbHLIgj1ahAE6Y2TGGIyiGYFQmPvTthdVOU5TpnQb
wwnK6+PVOsTusjzR3y62IUJsaoywP0IepNnqph8IhyBssym0GN0IYb9URqJbVeUofInJdPhh
jC5fC6YQHy/JGXDwSUCWLHOqt9p91BMoB3trUYXItX/NBxqzgSm0d+v7yB+J/iiEdScKRGlc
q1SWdmxlAk+kSwKPGBWASh5OHR3QDHkThPrsvNQUOLlQt0FhYcrbZPoVH7HXxhTKbREiTqFE
Ogy3KfVMYBTnGAojR0RpujYuSflWHBGmi5WM7bhfCxfAXlKYEnqgBqonfZSZ2ELjk7aIHaH8
kLgigGTlAVPLlmx1CIIZtVqSzun1PyugHPJAt6Q7SuZHpGUGLE4deqXgGICrAsVI8uicnyPR
ONJQ/wASsexPrsn2QnyW6fB2U+GcKJHh1U2JPVMfCcLouiLypwmzt4emApOIRbRQHOR1Tt5g
lRACLyFjyCcOAZD6p6hkXyclA1OCnJk/OuJY2J+HZSOKyxO+qxDTugRplN7MprEuc7D7yi06
Mf7kDaB1y32l9rqMF1YaDK5OQ4bb95EEviV6bGeqBMFsoA4+dPo7IwwRAHmVUCSMkLPvTapz
BCj4V0C9kqMrLspOV8qyyY4UKNE6cLLrqvamRZMUSHnCNsEaFcd8o1NkfkLpsE6IEMPlKJtp
EYX0KZ9qJ0WwHvTY38kTjQvKNQHO+EGr7dUHLnHktWfCcRo+E5afaiR/3lZc6xCno2yIJclm
GR95f8gYfZwPxIkFwTjKFTA+UoEFuhW4HvRAq99NUCwtU/E0EIGwAbNR/pVoeuWQIiJI2VjU
wT7XW50Oq/zWfILLHKifADDp3grpqmZTHhun9jLPs8XU+9RKMKQ7IhpOAEBwNRrZHjVzqSrE
DOHQ3GhTAYQESEbT75ThAogSU7nluhUy+H0QBE6NCLEgjU5TsQ5l0IjVkYxglSXIlG3LHwoA
y8t/uQePnUAADOZTiBt/4lBxLoOAd/8AFVUBzOHchAnD4KJYhVp3SbU1IyELdtr0aSjWwd4B
0ZEULW0CqTrDakpyDUgOhkBBi4OH0ZEaYlNYNLKIGCSpUmAE2rp9FjOEzJiI3RAMp1usLZSi
U+EQB70SUOZFn0TvxGqM4kWbX6q43qRMbKoHllcgPhRKIt7G0XnspPkFiOqx7UDpodmQLuen
9qc4KfQZnKmHEIHR2b+1emGy5f8Ad9KLE1OoA1TZJk7oe5tVx06J7ekLlWCgHYj6xGqHJydG
kJm5EGUS5kwdla3NwQxrOEKi2NSntNsPhEESJdAWmqYPxBRySMdF6i6MOMnZepuibbVA5BGO
qYMxx0XEaJzVhu6cyeiAsvSshdF5eGqcqPaNPAqNcLy1KdnH0o2qGvWfNW3H1TKcBw7joiGk
KXYKJB0KAYfKGRnmm21zBTAlsAdE0NUPGVADBG2h2/lW5H+PQpPuTtJ6q2+nmvXBfzT1cgwU
QzED0nqpDgZOiZyx0An+NOC4GAIygGI2/wByYgDlNiMrnas1E13KYNWrYAhPY41aGThjU4TA
u3uUj0hA0YB8JjEZ6oUHxHJfCYWAqAnBcauZ/cQYvXdC1YQLebLKZnCjTCcicOnad0wDLpos
ymOF18HwjxD9dFGBlPt4AaZZEVDI93t0IJHqI0IVO23xSSPSrhgOJAfcFAWcGxzoCiOTsY2T
GAZlOXEaotnc7KC7ibf2oio5AexAFjoAItVOxBGA6BfiMksntYTqAnDAbvCJEDLhU7lR+a+W
QAYRAOYRNqzoE1SAzQVIAeSyAI41O+Aie3IG6AIyqhg+q9QIs5BHkmsGjIxb/eg1h+W7AIAw
Aq2Jd4fdQXlyp9pWOuYf7yAAct6t/wB1NxPpizwU7sBgIcntQHA0QuBcEYBCcB3RDQo8NkX8
Ou6HyosUyYJi9D9qpYr0d8mugsAUeU26IecujY+5cm5HZMcH6pQ7jNYbJnlRpkoQCTqjUtyt
viFDOBIrhCCCc1EhElwNwnB8iUKjTO3+pQRZHkMwwErBO+i5MGwyAIAJEIFhVxL/ANK4uQRk
lnYogFuMF/rfhREG2h6FAWBNa/FCFe3XkdbAsPw1RpaARI6hVGK6S6n0zFdUz6Q+SjINdQPq
lF5b507EyzGEKkjhuuNXA2WgqfensfYICgAnXVMSAMIVFR6ThkwEnTZMQ3VMiaGNEMsjyDLM
7JhhYgbouYOicKM7aKY0LpwVv1T/ACJwY+VcifaN0QWj3oEhmwgWwZdNxPnom+VCSXx5/WTH
GfL+hDuHDw0OP3U9hyfAEKoAi3x1tn8SYBwRAwyrTt5bGzIA2/MPzLiQ5KLsGDk4NQjp13Qj
o/mvVYOP3kTUlhmxQa3LQBwP4kDxashj/qTDMPXZW/LflkEfCyb4ScEFS12+ZOampZw+iEuS
5AyhbuDAYJnYBoX2eoVjIA1R4uHQNmZmFkeUbapuXpOuUAxrOdyg4ap11QNSRU5KiS0kp+sJ
zAw4THTCYlgmIfoU4gE5XosCDuvVgZOinzXRdfnTCTsgwxuUD3SAH80OIcGYUZOhRez9NFyt
jYbIZnCaSTgDVN26OSJBKJNa8sio2+8iOLbk4RrUkgmVxJcYA6J3gY4n+ZWN7gtI1hSWrtug
aFrdET3ATZsYXN+JM8df3UCbE21DOEQT5BNabtAR5GQY3QqCDUY3QtANhruFUW9QOjs69FeV
tbL1BxcP0RswJMgHT+FDkWLuNkSAX+zqiBtgjT7iDH0ndAO4tqnNnFYCIYgbBC1n41w39tVx
IDvG5/dQf0hvhAlyhagABmCiLBg8koWsOfV3AUAeSyB5olnA9qJmswCuR1gLE6KMjK42D7r0
3apw6YgWB13T8WPSEzL4Z0cqKt1GEQwsN1JKc2d8hOXmHTOGaXUMGyiKuK5d5XPL4crkCSTl
5Z0LseWgRer6mP8ASgG9Ni5IRZxUidMLAmIEImjGwxH9q9TuIY6JwZOycySd/wCdNya2gT9s
PobExP2l6ywqWsB8X46fcViLG4I1/vTVLVoYcO37yF+RtYw9f6kYdjj/AHJzUiMbIhvyiPa4
U8uI3QNWY4+7+FCpAFx9cDT765dr11iU4qSK/DEr11IORCqQZKNbFqCSQjx9Nd90eJxnzKqL
iOmhVLUEgxdPexP+PiQkgNI3XrdtnYL0wNEDkjfdMZDYTwSdV12T6rYbBMB5ont41BQIFhDN
onBbzTROVJjaV6ieO3RDjFRomMgoaAYWCepyuiLeTlPgAM65mxHLTIUkDQJzedC0J2I+sT1R
P1nhkZNrWyuBdxJq7J7MAYjK52LPAI1RFNNSrWkVGdygAWeTZ1xoJPxH7SsbyR8MN+6uJ5cT
9mECfXWsx/tVe3UcLGakQ64/W1UAEiDbVGtbE+e6ew5WGLY/0o2qxbJGV6p5Zef5VM1Yun7g
jQ+aepFbH4iNkCLEX+RA0sO5yPkrVuagO0dPsonu9wVoW41GR966vSlTbkcjUfjXqqH0CbTb
ROiXkjCAA8kRvsnB6ELkTGyO3hEbKQ5RNcagrK9Un6qNc7t0T5Ccw2FmSgD7UWLzCALxATW0
0XxekI1qYBl/9KrXf4rDZNNjIY7rk3wx0YhGu2U5DAaK3dIZ3kq3csMmDgpiHFi3/hTWqzBm
RYgFxPkj6nrlkSzAYQkEGCiBDCU5xov+NgS+jIG1OQti/wDeudfVa0WD/CnsS2rbqDxOg1RD
s41XSof/AG2QuAWPu/dQDN9K4gljiMLPEBmQF/VEbqGpU49qa/btc/VtUQyHdv6APqnVAsAN
gmGqmNEJ8lFmIyEOPsTjT50Cc6lT4MmPsTnSERgFHVFjO6BI9e6NiPJkCQR865lm03QGZTgu
D8i4u7yELG2IYo+kEEIcqmoORqyBsRxxCggeewWQ400RaSumhQrmJKJJA4q1jLY81c/Vq7cU
Na4cRP3kABJl0RQOTug4ALuFumBycaBAASuNhyB0KJA47MuVfURoQr2vWwuGY6BcKOXb1FcW
9erKtj6dAMoipsbPhv8ASnv3Py20b1A/vLld+7bXl8L/AIKods9moA1qGKHDtu/1repv4kWY
AYWQs/8AcgAdE5DD50CPU+myhwRopDsneNkXTHKnCgMPB9/CEW9i69VOuia06eS44Oi5csI1
+szkjCBMkfWXyABOC52KJs4bAKIrWWLaKpBLswBmrJ+fqzyZRhRI1QDQJVg3mEbj2gCXTAuS
IQ41YM9j977KAZwnPwnJQIHmyMTkBCzwTAUFynTieiYF166udfJEDtAnBdG35YDM1lFRxHRQ
wOkN/Ki5cao+eOifB0WcZO6fk4EMiCVAexTMw06LZPU+lenJhk+ry6zOyfRP8iYD5FOuVITH
Cg4Ul3QZSP8Aon9y9SdnJwiD8OnmhwDEfEEBUPXL5T1rOjL0wd1yuASQxAynJ4toERUgtIXJ
w4GX1QbXVddk5yUx9y44f2rkcVhFgybEQE7OfrBMfh+UJhkIF50CkOT4EgQExxhMJUM/VAmO
i2Bw6zCwidd9EHMjRctwzJ02idmFcpqwCZJTWHq1TVBAQIEp7HOimHwpPRMHXXdMA+yARHVS
6d/Yn+RYYdUWhlx1+RMPamLN0CIOSnJYDC6OhxJcaoWqX+0vQG36pgAXZEEhhADIAwQg4d8I
FO2FPvQf37okexcndtF87qAx0RcMcArR9GU51ZOEdtUA6jWCsOSiA52Uluqw+yY5AwhsN0SZ
Jwol9FiT8imfnQBZiiAGKJDAp0U2pRrlk4DHCEuDogCAx3XH3BGpxoUAHA0KBLo2dyvS0r1Z
6LcbL1BlGqjVel/agLQmnzTGXXKxYzCA1IgCFrAhcvYyL/4Kkk7IabLqUNIkLKC3RcTonFnf
Q7L1BkwsDsEcA4TmKnTyTv5LiXnCOhBQAq4OSjQQMhHrkIO7DUrixa2oUewFGJOSoKDe5Em3
wv6Rl0a1BLdEOVGH2v8AavmK3QrhgokhC2yd2GTKergbpyH0ARqITDd05WU4U+9MS23VMzbp
mlCPNE4O39KbG4RLRpujo4jdOI+lAQakT0RYvsoypdxg6ph7EHysh8+SZvaiyAw3zpi56ptS
oXzrfcI2c0t0wnp3ROlsFMa1tZsvCANPUMT6UOXdNTsNkKg2sNXUkV33T1LnJAX5daWtswT2
7N+GX/8AEq2FuA0Fk9bA7yFx7dTbVyRxQ+ru6INja7wU5e3tRFQ26YHKyojooD2GEzEHfRM5
GvX91MdUQSz4ZPq2mECc4ZAH2BcWay8tkYbog8gpwSOijATgs66BMK5+scKTHRFmjB1QO2U3
uRpi1RIEIcR/3IkfKvhLs7dUAbDk0+ay5EFAF42XXVAiQ6JEVUHzTVHtKDyoMhdSpaIT9JCe
vkV6pW5+hGXl0eRyiBrlC9H5gsSP6UTx5VMVJ/tWxb5VPa/MBDiotqg3Yr2xXUl0w9pQBPky
9WRjzT+x1PvUCFhToUb1wc1XqeMj/cjUAF5k6IaV0A2Q08kePqI3XL630Lz1XXZZWWKI1CgT
stl0Rf3Jg8YTk4wsw09UOVej5XKHQZ2w/VY8ijM7oTysNsBWI1LkuhYTy1XRQMLLtom0MoPD
r05XXdPeZlOBOyM+xAVTgsdCijKfCJoeNgHcaj7Ka1yIZyHZcbE2FdoLIkBoE6lVaCJEsnsY
65WYUCHRNZOykQNFxvBGNlGOiLwEyBRIDy/tQIBsSTGyBZ4M9E+HhjP7yy2o8kCQwwEx+EQv
JGWhdR8y84DJxndPl0QTGyZ2GhXlui64mEARjCORAwuPsJX0+DgyMLjYmpOW6KtT6nDxlEid
JTv5okjjv0W8Ly1Qb2Ogcqa5MIkBeSd281J9y4irNk7o7qNVxtqjbtH0vLymZhcl9FVi1a9M
hA19TFAkM2HVbjtn/Ncmaug8JEqPUvSS6BreNrBEdyjjS1S/+lMDO2CgPkTgSiALNoUwzjkU
BUEkZfZAn4GeRlkLOCdhoo+VbtKB94UFtWR1OiYqF/gLqcKcjVF/epTFQxBySocMnlj7049j
4VaEs+GwUORLwBC9Pkoz9ZcTJ+RkLVONBqEfqsHLyjYGDAQbByFCznZAmQE5MahcxrgKB/3r
LIgnOExDl8lHLsxKBHpAkwzo1GIIcvCkAeSioUhY8GAzkp9dlIXTfwgM6n3psKAzLlagLBGw
wTgr/hq4aXP8qe/ZvWo+vUcgm7r1ALOQaleizDV0WsA3vZOw96zKc5BgLCxCnI0K2lSJOAsO
MIEsialgMpmHtRs87qDFsPsgx9QwB/uQNrMWa3REgg6h9Ubu4IXMa5QAyNUJd/iIQqRnBGGT
gz9ClMzNMoadEzSUGkLXzU5CfUYKawe2ygMGTCwYYBKHqAr9ZC3YvA0K9fpI1Bd16iHbCE+x
dE4xuvNOzpk5TqZ8DMJ3XnlNlWIPmE16gi24RI7YqSMhOajZ0w1T18k746J3UBwnRfGieXHz
LonEowZTZ6o1ltN0GqADgkPK44+8EDYkg5OyJDkO4LyoPIAOBovXyeGjVeovswRbZDbVk4dz
hCpPqsmdyflKF7QDh9UCcYTmIUmN1JARkYdej1EZ2QNql7eTMjAOxRbXRQGbRDTyTjO6AqWq
cuJP4UHB4vDoEEMoLpsHbwA+VHw3UeaddfBgMphh1Gd9E2/uWfYoymJz4btsmwRopwF0CPRc
iSAcBCxjdAkOV5aIGwNq4qXgKD6s7prCTkpiP+Pb/amYMcbrjQcmPuRqT6tJyi2fpXpckiHj
99VNosMATKq8CpOiofhAMD+pCptAEfdQ7YsQKyXT1+DRWr2xIwRoVzseVTpYsgb9wkCTSsAo
Hi1tHXIY1bVMPTUT/iyLFuqfDaoNlYyhyEiYy6B7nppt9pQmf2LGF9ChfQnTWMlelMV1XVNq
i/uWGGiAfGU5MnCh40QIxujxn6FjyTBO/wD1Wi0HkhE6OmOFlNqixYbf2pywtnaCpt6UzkNg
5QcvscN+4i5joc/urkKli3EgynJO4fDonieRidUamujGNVy7dTepnyXpkjJKJIIIDhjhG2QT
A1VbcjOK5H8Kt3O3Q8M8rBgnvYcTsHlMB6dSdlDkbqS4Geikx12QI+Fo3KB+dSP+qafaud5O
hK3K21JK+0ei9NWOfV/agKh+oQ9LdTC9REL/AI/hxMIG/qOyaoZdEfDqn01dZg5UO69Wi1Cm
GWWCzKYQpzug5B3XL3J8J0wBRiflXJwC7EbIWoSSM/7VblpIf+xCwDV65BQkm5HTC5A8hgvL
pwXAhhugTZ8sDshYnAbiiL/8fF8Sg5AFRE/EuQIq2Zx+FemARLQ/4EOb5bZN26Cx+0Q7D8S4
OZwNGCPI8bDXz/Evifj8WFyM0b0h5TdzjWuzovYHUymFmJQL8iDjVcrE8XgBQQESxLQDogJA
tsE9yX01TVZnb2pgOZ6IVZn97rDndeoSuIjZddFt4beBQ3W/hJ9JGqB32RrX4keckDGjqAx3
G6LkzqNFyfGCg0rqhylMMblSXce1dUTY4DOyqKyRJs2iNQCwlwmt8RDh5dWLCVMnUJmYvIWG
3T7GCjDgZP8Aj401YADINXk20KprJ1GyAk7y6AgbFAvyuIGphGhHxaqoaTqNwhxcDY/zom1o
f91kaAAnDgKC3XVPa8INadsr1FqiZ+IoQat7m/AvSPScEosfTqhWvqtY/CEBhtdk7u6mE7rq
n1WXXRFSs+BTbZ8NlKiCgdNCoZ3boESLP1TERuuTsdls2igelsLZl7EAatugA4IRYmBoFBAD
6Iglq4hBpIRLQWCI2MMIH4kC4LoPO40QBt0YCP4kBYwcnCHGaP7USQwOqDz1/tRZhy16Iu7G
SOoXp9BPVwvUST8jIcSBXZF7aoRGkepEgcdnDLJQReQJdcR7K6yrVI9VcoWNTYwQQgePEarM
JzPj9C2TJ7a4H2kDh9FjwjwjVY9qdoErEFGoD6I6gnOyAIndMfUAV0CyzphjdWr2wCBkmAuT
161QsMWwOq5PGoA2Xoh4Bwmw2SJQsYOmxR5hzlhAC0Y4CB6b/WReKmWymo5B33UEwHIeFVnx
rp91QCGGhwgCSbBp3VTNpe2ya3rIxiPwpmYfKU+mMIDTVkDgqQuI0RDvL9FBjDbfhTnCz1DJ
tRj+1A8nmSuRD7NhMM/J47eE5CfwHIuKfDX+vwjwyvavPCYoAJjI0TjKLyNXX/Dfj7HCtw7s
6AiHXC4a/VeoEk5ZcbS+mq9JuCDIblUj7yt3Py7gBixHqP3qVRsJ9qPIEnI1QNgQNtE0k4A/
uXI4kEItB08k7M+H2USdITAtbDZTGw57b/cT2DaM7sUHc1GSQjEH4W6qSxsXNQPU34kDWvGp
0KtAoNSJQ4k26ps+UJriMCvkmGNlELphN7048wnJZ9EKgToBonw+QVPprXRCtQAAp8JlMDp8
/jKJtCPds/PuF3OlfqV8IWs+LHw8vBz7lAHROPan13XDuV5DQ6j8KP5XecbXGi/5rm9gXDQC
PsWXHt1411AWUeVfUfiYSEW9B+VCZtk6pjLD4l6jIwyNmO0w/wC6qVtVzIYYVbEgDZg6IZuv
2ivUATqXmqD2ca6IMeR0BhC2DbIrEL0sRobbfZTWtI9iDD36r05OVx+tssyfmX+JTsxCBPs0
Rf4duiH2RKALs+qAqerB3XO5YHQZXGoYDVOy2UqEykqF1TGadvOxIT76L6VHhHtKfwB+REYC
YyT4YX+a8vBtdDo6lM3tXRfndoMRJAEkokfC/r5aWT1Muha5b/JcA7nLbKMVaOqqwYk4dgjx
NiR7KoHkeQ0yCv8AkyRDp/hA9rp/iJQaAcTouBu+640Lg5dPruN0K2+HETZlyvYscFmZca2x
Ic5T2vbkPqFgF6SDu6n2p73rXSSIQ7fase73MNQG38X1EKmhDY1/iQ5EVbICaoUrfwfChTnZ
SIOi26KxHxmKfiK3OpTMn8HTt5JiGULqMKcLqp8HOE3ypwmZEZZEoxJ0XEnKPcqc4f8AqRH5
fqIbGPvLiHHKJwiAWJht0BtoMp7ElsB0ANNsqrAnj9ZAmwJMny+qnqWLvyT7wL7pq2gQ+iY1
BJw0IEV4falBooYIEp+4XAMgl0T2xAZhp91H/is410dCwBoTrn+NWtWvbsWgv6kD+o7luP2O
2OH/AOxcu49hmSSuPboAAGZlAYKJ8YU5T7LqgUEddkK2sB2u1mxw64/mHuNpQPCNK9m1e1Wv
LnYzH3ULYFgD715roj4FZf8AYxG6b5Ed9B4FseAITz5J+qa1eQ02coiwY6XGn40BarW0sBFk
T+Wampkswb7K/Nr/AOWd/wCVciS5c+aF6iTBcuq5avnJK9fpNQIK4g+k5Byf4kOIIAjiJUPQ
HAI/mTWs1dW3Qb1GoycFRGGHROUeWFE/Qt0biZc1RGCVB9qgvopXRQn8ZXkpwvy/zKm+eLy3
2kR2zytgW0BXBw1geTy7/aVhatqn6ncqXA/9yiPbpavdv+pHr7m1an6nJdtzyIh19Hg/g4g+
GPDyRr4R+wz4T6IX7Z9O2rp8MmMlE3YlodECvLkEA5BAOIC+HBaPSha4BA+AEDX7yL5OqrVt
Q5RqA9jBJyyB0BycoWcM6cleacw2i5HyZMhKMOnMJ6/FqU1g8pyGGnjv+xCLiUxItbYf1q36
6gYUrxNals/WRpSuT6ei7ZPbt27kChoDkLjawa0VqfitZdnt9q4sTX1V+zZ1R68TbIHhKcKA
mIkqQuqhMF1T5O6hT4BbdfDnT02xYNBVReh56kFGv/l9zTt21/BdGpcWAEu0L8s2egEzJT0y
dEJaw3QqSOVdsFFs2ZgNGVifTrh4TvLZ1ZAAPbUEafWQALw9iyBDz/jkmaDqVMph7kA+U/yJ
ifBgIKhPuvLw2X0rKxKbK7vb5NXs1592+RV/h7X47qt+zUdztd4OScz9rivWBSlmIDzZ/sf+
2rG5PYrUcqWtU+o/cXateh7tuy//ACn05+t3OarZz3O12qcvST8f/wBLjZf/ACbk/wDyHBg6
VVe3XFR5/s48MKF5JzqioRnxZMgQ7Hf+VAgwcFchLa7IDu2/MNa8RYiQE4s9gMkPKHB3+toV
w744kYJ1Ve5+ntVry3/80QRwvgkif3Ua/EbYcr1QTAFkBqXgFQX6JskQhtsvKFAwnaTkqAvL
VOENtU4MLCb3lfSm8OmyJ3Wy517h/J/U+q1PvV9KB/T90iutLeqh/H27Kvb7hrT9SSH7V8ch
/wDU/TXXFiwwT8K7P6LvGw7R9XcFPjsD8NK8fto/qBX8u161qO3pSlPgr/7qwsMpIJRpd62E
nZOLA+39jPhLKB48jFQnzsvpUJmTM5OiO4iqZ/8AH7qDPyGQnqYId9ULCzvqPSQg8lPIAMMc
Ifnj80iA+U7MPqkvkqpsavVxxfKJ5VZ/heQj3K0IB1yuRD1dpg/iqgaWBqQ7oh5TmTunQEeD
BeeUdjpsnEron0QwnChZ9nh2bEhmIFB/OmK5Oa/ZILFDh+ov2v0w+teRcD6v21+dcfm/qbfF
3bTb8Pa+wiW9ilOz7Iln1VvVatbyAf5Oa/K745h2qdWXwWoN2P8ASmqT7ioJO643PII/l961
enxMnv3bdzZ4Cg5Tuso0qWs7jZDt9+hPbw65dsiwOfDonicra24mE3xVwWVWmv2gcj7PqTCa
6a/ucUA2c1/tQLenB6I1ise9vwoOwD50/iRFQbH6zY/hXE043GRof3UOYJqMDquRJHbJgF4Q
7lCBewFp1RDmoGjtKFe7ew2tWxBH4bL8ztfqWqNO69uVf/Tuq8qitiHsBIf7qasjU+De9EEe
S5anVPC1CeW0Ts62Rtb0jcrjU8juNGXIlrjQSLfeVf1P6oczWKV5AA1/AufatX9PQ/UA55QP
D83u69y8j/8AH20ANNPAoPnXxbuUFh1TDlTjsYTdn9TYV+yZDJ7d8kbABMC7byjotnQ2Tj3K
PFrDkNlz7HKlsliyFb+pvieLJ9dlM7dFMERCYln9p/dQ0r0koEFgTIwnrbPRlIBsYGn7yNQB
Z3e2GXpsHGljujW5Y7jJQPE7cgrP6gZFjkH7KYgE2k7oVpYwIbC43AsTg7IXrX8xzAyPxKRx
J1BQ9RAHylNUnqpMIiz2GyG2ITmeiwugQDexF8LEI9sm1bVkEb/eTVsbCpbEn7XJEfpqk2Oe
Dsgf1FvyqhsyWVe2Cb8frWLkphhdf2colE4D5w5T1Pw52QL4UhdcsuqdCPaj4arr4caZzZ9E
25XpDden3k9pIwU49VTgjqieL1rlOSCMlv5VU8SK2wP9qNzQtpK/LqRyzax/lVj2qwJ5GP4F
S3dr6CYs/qr+JQSe5LvhbIEid+ixA0R0CDYw60Pkt+iZbJ0BogxZvD6U4nqgCJ3Q4TuOn3Va
toFwQ4QtcW75GeRar/uoV7fbFAIYBR+zussmHvT84RYl1I0d1iFJ6pnbZOQw6SvVBTgws/sf
Sm2RIyPlWFyPt0UCNiuJHLtjA6otYVtVvjhcBahIA1yuPbtXlQjlQSVwt2iOTMGcJx2eFbFy
bQmJ/M7Y1GiIzs6esvlgnMPBWnEYQOd0+se5PY+TJkwQWIX3fCcaKCi/yJt1GRqhLjqvm8Cx
wnOV1WfaneVCivmoHtR5E7J65MMp00XTQboHG4U6wuFwOhTcgQU5DjQhOHPtTuplPlZ9qfdO
pf2IEA8dUXdt0xko7neAvMs6IsePTqudLnt2GCD/AFKva7oFP1PbABqZFx/6lL3Wy4m9X2cI
3oONjsmZ6+9PcMdgnrPRCrs3v/iWXZNgLqgdFsFlYwojw3fw6qfcn2QlkJfY+DaJ/B+RUWzu
iOaJHckaIg5rlPhslZY9ExXUZTu4GHWzIywXpJ46AFMLEjqoD+QTT5ark55auibCNFOEx0UJ
kW+puizL06CThcSeJEs7poIOgHIoOHLQhbtEvWQxkKwv+p7jln9TJzezx6uRQpa/53ZH1ba/
hvZV7fcP5Btnn8L/AIkL9oi1LSCJUhN7l0UKcLjh0ybRNv4SE4WMKfapwnUJiITEssheq4Ce
pcbrfZZUJij3KCLLYHPmvu9NEwEI/ImAYo6oD3IEADjnV1ypQB8AibJ7hjYI3Jd9d1gT49dl
hht1Xlo6AD8RjQfvWQsWNhIfR0Sz2G0BeqvIVkS8oF2udB1Tl3wURU8R1yq2EHWxw6YwTqyY
gk/4+FRB1BVT2u7Y0qZ7VpoR+BCtrD9P+oaaWLVsf/tXRoMj6U/zLooKYFfOv8lqyywTqE6Z
dVuE0LPsTappjKcB1hlDjZS/sTug+URYNsE7Igs6JLE7J8k/IsMmqMlOYZA2L2GicD2rHpru
ogbBcnnIKfGyaw9qfdFAw4Rwxjih9Wc4VWkFGwAZ5GiF6/FuZIT66F0SQ56qRGxdCG+6+PvI
AEwHaM/eXKxA5REH95ACOq4jBIlV7n6f9dy7RAYtzoT9juUt/wCWv+U1t3BrQcQf3U9wxOE+
AMwndNomwV0Ta6J9l55Up9PBvB0zJhHVEmQpEH5ESBGiJ0080U2d07ScKT5JyvUY1RFSzKTK
J9xTgOdF6s6prSBhcLBrDfC2fVZgJxJUiEzlk6dPI8i+EGB5aEYZRqYscBOz1GmUSQS65YOo
RDgQ4QgO8lHcosWPVAWHmyj1DrC6aIVc27Jk0H1UO52bA/aprVRnRGthGnh5osfYpzlMW6KB
704KffwdQE+mybdDovNAeE4ThdFMqUX9gUQ+6NbGNN1W1IfRD5UAAxAXXonzCaY0RfRC1bOB
vIKAt7WQlMMotC6o11BynliMDH7y1AHTdEvgbJnABkpwSH1KJI/udHjX1bnb8KJEHU6r1DIk
YKcHWANls2rSnBZk9ZI2Rc+kPyH9Srf9N3T2rVL9C/2lXtfqTXt944sIpf8A/mpkHBRNM7I2
uDXjkHKetuJxxtCBgk7SFavcoSH0woLQ7FQdEwyoynUBORKxHj1RhO8eEaJ9E+pwjUEE7arq
hbi8QRuq9wyHItU7J+2eQ32Q+VAn1LDNDq0sD9avxI2p3HFtS8hCtLU/LM2clDmQDqQXdOC5
f5E5EhAmG0Tsn0Oi9NiH6QU9g1OmqHGvEkydESSbG0Pp+6iCMQzphAGmZVbGK7mXTCrBp0CJ
9mYTUsZ+IdfupyCSzoCwJB3XIEGokh5dEmHggZCexcf4+qmqcThV7ZsO9+nEHt3d6/8Atd1N
btWoDrYhNUDuDVw4f7PNG9DxtcuK/VXHsXJrp2ieSb9T2j27n631U4ueGpL4CsL1Fq/CLVLF
vwqLcrjA1/eXK1vUfqqTKmVifHCgeDY8PNMg1rVPTC/MHcty0OEB3O7a24EJqm1Du7v+JOO6
+wwv+HuVABcZBRetLAQTY5/hQFqAHU1KIsAx0TEP701aADJbdSFhTDrp+wBaWwy5W+HZ1pM9
SF6SAK6bpwAQ2QE5EbhMRyOUXdmgDdPgDRPINTHVOCXwSJhD1R9pcLsAY5aEj7S50PF8HIdE
/mCx6hPa4YYIErlW59OQzOudqk8N9ChVvy612Gi49wixrqnBk7sCsvoaochBHz/ZRzENqge3
Y8tK9VXuXoe3e2pxYfaUEt8iY51/7Dp4OYK3TLMJyY8WsITAJx7U+midl08HdO8JxKjwOSB7
0MzgqHPmoOMOvS5uRjZkDy5NkdUQxByWTH0kbkgEKHp13VqEk1OUHBsMAtlBh5DMouGcQAEK
9u1jxxRnCJ/IJP8ACg/ZAsfvJz3ONrfVGi4AubZcygbSz51THGwhcu4W0Jz/ABIH82j4Myjx
7tDY6PP4qoyz5sVXvVqO7x+Knc+Eodn9VQ/piIqR6qLn+n7te4Pul/CQoU/tSgD8Lo8cKJKB
MDZMP2Tv4TopXIY2W246IAYTZHzpzDQV8U7Ik64fVT/goipYicpyPJOPSdS0qDP0oAnkT7gg
a8rXAPIkx9z8tMRNZbYJ4HLAU6+aAq5J12XLv2PIfVH96Ne1UDqEO2LOW+VOxsxygQC4DEbL
1APofNcQfhUZy6PauSKxIRHbIsBqco1M2r8i5WOMjEoNDQwlMR6UO9+mtwP1g8W+7ddvvgze
rkfe+ssudWL/APZMQnA8G8Oq+nwcnwYLTZYdlICcKYbCkPt5p29qNgeQOi5MCMOUdShUiPm/
CgLWcEqY6ppnITY6s5RDZ1OSrVdgcw6HboIObHRDN7szndVqKG+paEOPajZla01tYux0KAGR
oFy12eU7Og2X9RW7lnG69UWGVxJIqdke32g9wHDZK5H9OTVnUdi1GkuuJcF3LhkwPLbZD9P3
qAWrVqWqw/0Ln2e9mSHYv95Hm9gZYrn2y+42P7UlvCUydT4AFeS38HGFEJsLKlemV00RBEI/
OmsA3ypyCxgjzWG3dDiH4uQgRAB29P7yLSRl8IgDlqOiYhzoAMIAljgAQPxLlf09sGdOSr2f
07k6ltP/ALncQAjhgrkZ0P8AcnAAaMLjaoL9ELV9VNT9aqs1YrCOrSy9QAIkPlMK7syFadsm
WDhP+oa1jmuiJ7dRXyCIVmZygO72q3YYIdP+QN4hE+sPMFmKtfsMQCeL29bKvwXGGsZqq8hT
tnW1SWRHeNbbWEE/suE6+I+SypK6bph70x8CoWy2ZTJW/iWtjdeaKdmAySmBnfRMHxKBB5vk
f2p7EgbJrB30EriHbbKJFR2wB8Wtkaduv53dGbHAXo5flw7+mv8ACmr63+InU/dQYJm6Mpyd
E5zujUzXUImhNCdihev6k5lw3+pc+4Te+pOP4UGkVxVoXpAHkP2PnX0rKkrbz8AVOT4SVl04
hNbG6cHOF86f9h8FOZRQ0HizsgfB1lRjUeAAzqF8LABmURuwT1LAbJhIyR95CtZGG6oWJFfs
kyV/z94muOOE4q9vvbfaT2PGoh8MgfzKjjIYo/l3rZ9AuN6EuAa7N+JcSLdo72mqiQZfovlU
S+imRosY8eng6kI+EKcnQoeHX9h91HsCnTZeoLEeBnKbRdU1uz3SGcmteQCj9N3r0OLCp/1V
Xrp3Kbmw4ofl9+of6tvTZ/3kLVINTgiVtuFPsC36eDoOvJQznJ0TF7F52ZPi2fIJg5J0BlTB
GirbvXJaTWu6alCawx1+8uNQxO6Bs5r9ITcmqCXGEBV97PhH0WDfZtxVe6ATaoxY8jxK9QIO
2rL/AOF37OQP+K1v/wDLkm+Xw6FN3LcXw6cXHvT1x4BMU4Up1t4bKCj8iGr5UJyvLw6qVhSF
hYRZPr4N3O3W/wCIOjYdr8s71ifwIU7fcvbtV+EvyTd+vA/aEp+3cX8vCVHuQ3CZAmuXYhfC
WOv9KaACPUXhSW2OiIqI1MfzI+oH6fA8chp/3KnY/UZtAvn+KiN6evtkyBlEt7EeJFdXVeZD
1eox6gvVSbZIRPa79qWd6vLLie5X9SaiARxMIjvfp7dvz1RIsKXHxUsWP7iNCW1rYSy/4rg1
IyYXC36f87tDa0j8CqLdru1sdOLoHfQwUxnwcJ3891yFmIUWldV8/gxTuyL2CyolQsLDLCZo
RDiF6rgP7U4sGG+VClTKfBUh3yRCB7XeNB9bdHl3fzaYAsJH7y81snzsnaUBWhdpYDCgcL7W
1f7KJuMabL8uoBGD5o8QI0AYLDA/CPrMoJBwAURRyxYhNIsNVXtd+zj6tm/mUituoX1g/WFy
FibGKg/VQYgnVH6FGUfS/Ur1duvI5cBch2+PkSELC16gaOoM9UxypuAR1XTdR4OMqcIRATgp
4bLKAxURsmJnZPaaoEYKdwU5gdVPvXwzouq816h7k/H3qKgfs9T4MtvD5/A6kiG0XESDrsUQ
bnZByxOuXTNyJOdinrWp7hz0XI24kywxP31+Z2yBDOQ4sEPzWre5Y1Zh/EuJqLDb/cjWg4jY
YQLzs+qBL+a9PqeDsE5ycpvlQ2UFMVGNHR49hiPrWc1/d4q1B3eIJxUMW+6jcd29rnUlCvdq
O/2RBn1D8K/4+5wuc9u/pshxYhHQaIqShsiwXVTD4QBg6HULW9Riwc/xVXDu+gnFhoiO52T3
O1p3O21v4kBd+3YlgLghABj5YTMD8ixOyZdU+q6ryT+L5C6fsFPom5NEr02flL9FB9VdRP8A
qQN7+wpyfSPc6IFW1cIs5fXCI4ucOHVqCCMW2Cr28dzFj90fXRsb8z9UdEedQQMgBiEKizXs
JC4vI+hVBk9FIdkNCd0DVvNFzKbKvYAEVDsZEI9yvaHYOvHVGTOHb+FV7fbHO9izBV7g7tKX
DHVwh3O53am9fhAdiPvocmbcKT7EW0RYe1eSZAZ+hHVbheqlfdKeg4A7L1VFh1RNQz5ZbFO8
qdFGU/huoUrKdNgbKPB9V0K6IlwQ6AryFq/HyMf/AI01rWrGicA9xp3U0JB3QNgW0YP/ABJu
RsR0ZA29DsJh16QGI0Vge2eT6rlftg1OGT1BPL6ra/eVXHE5NhoUKdy3rGDh1v5ZTFDbEph6
h9Vl6Q50ARte57Y3JaV+Ubju8gx1R71u5WwJmhDQiD+t7VHOD8UfY5I2p3qd7u6Xsa+kD/0+
K51L1eCEXkKQw8JUr/Pw22UDKiF5pjJHi5XTdMVsyYJlGnhK2C6LRbJ89PB9F1VgfVV2B80R
ycnQ5dTUMcESuQoa3Mf+JA9ytSB9awlP2a5Mn/asA7Qg7XsAujQ2V+bYg1GKkKrABi7j4Vni
CYI9OEXe9bQDZehz3ciwiqNh3bVJLkSzonuWtYWPxPquRu9hgHZAd203MEYH3FbkS5EV1R5v
wJ9NSUTi226mpy25Q/8Aj9i3DSxDAfvXVL9/tC/6r61yeX+n4EAAwGg8ceMe9Mp3yn9ywuu6
66/sMU/gV18PmXko1Q+VRhbJ16VKdEb64ZEuzy+q4gODqJXEzvuuJDbKXs2WR/K7XlyB/wBK
jt/l21sdVR+56dQIj8aFYgSDujYYt7v3boiwcHQkaIkB3hug+ypLdBH8SrYUsXfiRiyntvb6
FxoQ5D8dQq1PbN4DETKH5nbJtqM/woX/AFR/Mqa/AI9X1eaJsL2O/LVcex2agbs9j+9ZQGG3
7MKZ38Csrp4MNVClbJ/DomXXxfwgLZR4Dop10XVM6Z16a8pknKOgYS6Lu8BgEbfqBbiYIp8Q
+z8S5liBgSmxumqB5jZSWJYAJ2yELV1iYKNb+tsAoG1JGn+1OPSdapnI1xkqvf8A1RP5Vx/w
0ww+2v8Ais42sqi9Qe5rZlgea2T/ALDlMf2ZT1Hn4dV9CfwL6ry8IW62WZTJynK+bwBXknTh
F/YU681mAjaha9SMk+pMKu0k59SNwHbNsogZy52XpswD43CJJnfqgH5W96c1YgiB/MmDio/x
wTvO9pYfupzHlsg0+eYRJJgFnQ5FznoPxIVJ/N/TxQVJ+D/20O527cgdR49f+wmCv8/FimCb
J8Og8Bsn8GITBSnUqfct1PvTMolR7UR7lo2q+KNVmBooEBcvrNK//9k=</binary>
 <binary id="i_030.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Rf4RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMTk6MzE6MjUAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfegAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWvgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AKD8h8wTE6NaNSk1l73w2B3c0e4g
H+V+ap1VtAhzQIM/75VyisGSAANA6DoPvSU43ULMjHsbWSASA4O5JE8bls9FsZk4jbrYLt2z
eRq4iN38nus7r+K83UtrYSW1a+Puc76QWt9Vseg4FldrR6lNridxPDgzb7f5O1ySm9QPUuDK
mucIggAq0zpVtle7Ke9pdINVZAHP0X2t93+ajsc0BorgNHZug01PtCsV2tcIP0x8T5pKYVVY
uGzbRU2jUbtOf7Tve5X9hcYaNO0HVVgd9jWct3CQdRyn67kmjBbYPa42DXvpuSUndQ/kD4+S
j9mPMaySSPyapb315GLU+XOe1u90kEkM3We1p2q+GNB7pKc047A/Vp+YUxRoJ+SthhIBf7XH
lo1APgn9D+Vz5JKaZpI76BTbXBaQ6NR81ZNFbdY48Sg5gNeOTV7LHPrY1w5G+xjf+pLklP8A
/9ArOluMm1wIdw1vb93+U5FycnB6bhNZWG/a7NKmnmD9Kx3/AAbf/BFbDRu3Akg686f+Yrlf
rCSzqto2gseytxBGurRP8r81JTbqouy8g1tl9lnuseddB+8781q6OnGrxqJrIADd1zzwSBu3
ue76LGqj9Wa2jpbXid73mT47eP8AMV/qlV1nTMymhrn2+i9rWg8k6ED+skpxbvrFZfY5nTv0
NbRLslzRLndoafotd/np8frvVcS2t+a0ZWFdMXVgBw8XM+j76/8ACVPWh0T6mlrMZ+YQ4M3P
tpIJJc4N9FtVg2/Q/Ses9Vvro3Je/ExvT9PTZW0gAOLj7WMI9rGs2pKeipsY9oIMtIDgRIJa
4e13Z30Ssn6yZbq24eOJcxr3vc0n+x+f7vztyt4LfTw6Rq4srY17v5TG+m72uj85ii/prL+o
jNvs9RrWhtOMR7RHud6n5z/6qSnQvy63Z2La0wz2sIIILfVq9v0v+MrWuDLQRqCJXP4+NZ+0
LsrJLbqza59FcF3Me678zfV/gf3FedkuttcDq0gBvh/50kp0iJHMeYUpUZIMQlJSUtZqwg8a
flQMsndiVj/CZDJ+DGvu/wC+I7gDE9iHD4hUcl5syKS07fslxdH7xLXUw7+T+mckp//R2Kwd
oIkHnwnyXK/WRg/azvAVMM/Irrtg1LRoNTx81yX1kk9WfPPpMPw+kkp6X6tsnpFLogS/uIOp
Mf5q0mEu1orfYQRIbMA+O5Zn1XLrOjY7R3e4AfFy6XOzKundNyMvb+ixa3PFbdAY0awR++8p
Kc0XtccnEdjj7VW5hyceQG21uc11D3H+ad62O2z+v6Kzuo5+G7reL0/AqqFVNrbDeADFziK8
b0/9FXS/+cr/ANL/AMWtPqdGVfVjX1udh5O+tlz2EFoqeDa3197dtjMa9309n/nxZOJ0kdLe
3LyKhYarm23NFjdz3S2qi2zaNn87d6mPjfo6/wBH+kSU3sSxl8VVB/qsaN7YLg2PzXWt/R+7
6W//AAis/R2h0ydAD5LXrbXUDUwBoBLgwd57ws3LawspfbIe0wXdyYDklMQG89myYJ1k/wAp
IwNwgjdyRLT8VBtgkDcduvtgR3jj3/5qkX17htJJHYCSkpNi5Bx6y0jc2ZEmCNA3wRXdVpA0
Y98cgQI/tErM6hn0YlO63c4uO2umsbn2Ena1tbf3nIeRnfY8GzPyKn1itstY6CS4nayndU5z
W27klOk7qmQY20NaDwXPJOnkxqB6m5+pBe9+9wAMe48Nn9xcdV9Y+u5NznUmvaAXmtjBtaxv
0nWPd7vzvpbl0fSOqVZ7In08lgBdWPcDJ2ucx38n9x30ElP/0tSzN2kg0XBwHD2taYI8C9c1
9ZJ/a7jDmzUz6Xf6XuaRu3NXUP8Aq+57nWVZBa+ZJNbWNE/S/m/cuW61RSM59VNhuqZDWvHn
7nbY/wCEc9JT1P1IrdZ0/HMQ2p9m49v9fcrvWv03Scakg/reXSw19y0OLiz+zHvT/Vlrqfq1
VsaQ8+o5s6bjJFfP730UVsZeZ01pALMep2Tr3JApZ/mpKdiwmHlpA5gngD4Kl1QN+xbRw62r
nSfe3n+UrZ2gSsj6yZrsbDxy0Hc7KpEjsN3KSm5lC0dVxbGuIq23NcNNXbN1YKqdWyKcahrr
7BWxr2s3njdt8v3kbKsLa8djXuL7sqpjbG6wJ/Sf9D1GLI+uDt/S7n8RkMMHw3BiSkFv1g6e
z21u+02thuxgP0j+Zud+egZn1jJpBwa3Mtsf6QNkDa8futYXb9v739hZeDiWPa6ugtN7KDkO
udpG9xZDWR/ONaFa9J+NbbdW1rRYKsbC9Q7efe64fm+y3az1Xf6NJTZxTdkZ+Gx53vva+2Tq
4Hf6TbNp+juorf7f8Ez+bVz6zC/OycDotAa4ucbrw6WtA+hXucz37W7v7aNiY9WJfddG84db
KadoJ3OLTdtYQDv9Zzmf2EKjFz/t4yxU0Z14Di23UkQ1tu6utzfs9On87bbv/wBGkpO3pVXS
ukZ7WaX2UuDshjfbLBvZTQ2NtDN35tn+EQPqX9XbMXHZ1LqAcMq0bqcdwI9Nv5r7Gf6R30mM
d/Nro6aC2tjsp7brWHcXRtYHfvMYf/Plu+xAy+o07/s9NrLL7OQ1weWgnWxzQkp//9OOR1tl
zmvyBbaWgtaHZDdnxiumlP0+rA6jnV4Zp2su9o9N5JH8rcGN/m/+oWFJJhdv9TujV0Y9fVrH
77r2OFVYHtY3cWb9351jtn9hJT0DaBVjjH3bKq2BjXCSQ0CA9znzvcsTpYNXWb8UwDThV6ak
NLrrbPT3f1XLfc7kEwO/wXJ0ZeXjdTyc37OLX5FddLw18Mb6f0Gtbtc9rv7VldzElPSb3mQ7
9Gxse/kmf3fzVzf1pyaKsAWOLnvGRURJknaS539X2K1g/WXBzn3Y+UPsr6nkNkktsYDt3NMf
T3D3tVHrOT0rPtx6Mhj78Xe6x7GgtP0HV0+7cxrHPsf+fYkp6Gy0WZ+E0zq6y1giZ9Ot3f8A
M/nGLJ+tO5nStokCy2sFvck+7bP9dQ6H1YZ3U+nYupfiU3C4uGpIb6db/wB39JW3c/Zv960O
uwemvcWF3pW12aRwx41/qfvpKeQtubinJuaA528U0NcNJDfzp+k2nc7+2qb3UXt/SFwvHFn0
g4xpuZ/5FbDOk/tLCxaK7Rj3Wv8AXs3t53A7/T2/R+l7FsYnSujtLGswH23Ro2WOJDCP0zne
q1jt+5n0P+20lOZ9TM7qFfUGdNBL8PIDnPbwWODSfVY7836Oz9xdxVj10tIrbt3GXnkuPi93
5ywuk1O/ab8vRwpZ9nED2sZ9O73D2b/W/Q1Mb+5ct2m4WcDTX8ElNH6wPLOi5xaNzxS6GxPE
crieh3EdSdl32NpDSybnktH0mfoKwwbXevX+j9/6Neh/ZsckH02k+J1/6qUzgzVgY2A08gQk
p//Ux+m9Pzc+/wBLDpde4GSGjRoP51lh9lbf667qm+n6vYeL07IBsY1m7JvqJ3Ne925z21tH
803d+e+vf+Yub6Z1K/G6Q6rD3stNv6xYAHb3PAZh1cOd+j22Wep/g/8AriBmdQvOAKrLN92S
8+q/lxbWdmwv/ca9v82kp0cv625mU92NQwU0WPa1hJLrNsjRztP53/CLSy8bddawWQ4Ocd45
8R/J2slcbhPf9uocwAubYwhp1khw9q7N/tLi7Rz5OmvCSnn7MbLYBVtZ7i4sc2wTBJf79zC1
VXYGS0OF1gbSHDcyS8anl/0a/wA791a3UK3Npe8bgDFGoMlxLd//AJBDy8QtqfXYQ0Wt9oJ4
jj+Ukpu/VLp9ZDc+sBuZiuuoyKgQG++PRsd/Y9VntWp1ZrrTXhW2NrrgPvdIAJkOqY02H95v
0Vxrci/C6lY7Gcay0V7ixxGkN/d/lOXogpJc0FvqPeQ57iNA6Nm/fG36KSni+vZbsLKb03Ed
sZRWz1HyCXbmja2W/m+n9Pb9NbOLkDMpa7D20tubsc8D3s4fZSwx7f5PvXI9Wudf1fOtf9J9
72x4BrvSb/msamx+o5mK17cewsa8RZIBn/O3e5qSnrup5dvScTGdXkuoyA0NOEffTaCf0u6p
3up9P/uSz/wRaPTOt4F2A/K91YpaXXMjcWAE/u/S3fmLzqy6x5NjyXPPLnEucfi9y6v6rdKz
ba7rbag3CyqTW5zzG4gh9Xps/PZu+n/g0lOgPrRlvBfj9MtfSCWsse6N0d9rA7/qkTF69ZZj
2X5GFa2waBjTMy5rJh3uQ78JjXtbmsdoQWFr3NYfpT7a3MZ/nKndhUFwBdYYcIHqPLSJ37dX
pKf/1cnDzrsXeKz9OJkd2/Rd/wBJDtsdaQ53hAiIGs/9UhtgmeFIiD8Akpt9IpdZ1PGa0SfV
Y7TwafUn+y1q7FzXacgSJPkuW+rttNPVKLLAdjjsceY3jY13t/lOXYhge0sJl2o8gYSU4WUX
Oq9HUk57hEGC1nu1UeutNmKbqCGvxH73d5YQGu/rM9yuNqrssbePfUGucCP3yGVua7j3+xyq
tsByzS8bqnMDHgj+Tt2/5rUlONdU11Tcqv6NzWNsHJa5pA2fgukH1wvbsLccTAjc6dR/VXN2
NfiPtwHiXMeHVk6AgH6f9VzUi4tjXsCfifDakpqZjt77bXHV9tjiQOS4h6iACBPz+KleP0Id
3sc523wEobfaA2ZHj3hJT0X1P6Nh9QybbswCxmNt2Un6Lnu3R6n7zWNb9Bd6PDwGg8AF5z9X
ers6Ze9tjBZVk7WucDwGnV7P+EY1zv0a7d7shjTc+6puJU39NcHOO2wctDCxv8nZ+m3/APBp
KbGe+qvGe+0Ata0uDSQCYG7ayVzWcTXbW+CWF5Lfg72/99QOtdbty3Ow62G0Gve1wZscCdKH
v9+xvtf+ks/wlP8Ag1Ou6+xzWvDRXW0NZAniG8/JJT//1sAHmPHUpGZldG36jdVe0PFlNYdr
ssJDmg/vgNe1v9VZr+jPaXbMhljWk77GMuLAB9J2/wBHbtSUv0Rhf1DFAn+eZxp33f8AfV2d
DnV11n6JABgiNT/K/rLE+rXTr8dt2Xl47mMis4t7gNp3O2vdXru99Tt30Vul+7Vrd0GBpp4J
KaWNQKq8vHABLLpaNeHT8fo/mrMzZoc/JZrBIM6TAa5v/f2LUdeC7P2iBW9jSeIIG53/AFSq
5FTLarXbN0NcZOhGgg6JKcfqr6rMyiytxLnhrA1sE7SBA1/lJn4t7LSwsALnbWDSN07Y3D93
6Sr0uNubiVj2vZa0DiYAJ1/6lattnp2OLS54JcBA0Guv0R9L2pKcC18kVQAyrc0R4zud/b3o
IlsyPBw+B0IU2uD7HO8Tu+8lyi+XkvGjRDJ18T+ckpJSz9IAW7nEggDkmfZEfyl3OZ0bNsxc
OsUm/LDf0/qPigQP0bb/AN91X0FmfUbpXr2P6le3czGcG47T3sPu3/1aW/8ATXcEfOeCkpw8
f6u49bLDa5pybXOcbGNcQC4Caw6x36Wna389iz8vFPT2+naYa4lrHAaOBj6K6kiX7TB0J2xr
z9Jcn9dLi3L6f7t1IcdwYe5lj5/N3/RSU//X7W3MZWC5xZWwTL7HBoEfyiqmR1XBuY/Gvvr2
ZLTQ57XviH+32vNfpN+l9NZudg4+deDkNc47naFzmhu3T27SE9HTel0bRXjMcWmXPsG52h3f
Tsn+ykpsZWZWKa8Snc9uMay24Nltm0emdrmF7Ez8jGx6Ba7Yza/cTY4gH87TaHO3f2FY6hj1
OwrHMrhzdri1n0ob+kVa6qgfrWwWmoF1BJaOfc0VF4G3ekpq4tnr42baGOa+5737XfuxtHtj
9xAw7a3NeDO2GteCNO4/6pqP0G3IFeTRe8epLbGgSNHbt21zvc9v5nq7Fm5tV+Na52NaayCX
MbH0ge0JKQ9Rwq8Lq1WRUQWloscw+fsL2/8ABt9vsUzY6ye8B/t49wktA/rKnldSyr3VHMrZ
DXN/SAwXNHuc1zfz/wDN+mup6LRRb68N2F4hriPcA8Q7T/qklPAtJDdNQeD5eS2asXf9V3lj
ZutsFzo1cW1nYNv/AHxiP1L6nW4AcW5ItpDS4HadxPud7mD6P0VrdJDMCqgR6jamgWOjkvPq
f5jfobklPRdJwB03ApwxE0s97gNC86vV2fnPP+pQMW8ZFIvboHkwDrwS3/pI09vuSUhzK3XY
7g1xYfb72ktdtDmue3e33e9rdq5n65sqLcOsD09zx6QaO0v9X2/yV1GS4ei9pdGg3GQCASBP
uXEdYyjndUsu3bqqT6OPGjfa4mx7fpez8zekp//Q6QVk7XOJJnk8jwb7f3VFrLX7oMt2yWbe
8fvfSVr04cAONZHbVRpqe95LvoMMbeNx77oSUmD3txCQ2X1sJg+LRPb4LGG+umylupq+hA1c
1wlr2bt35v0GLocd+4+5sazp8fNUKqbKa2gMJdjl1LxHIBmu1s/TY5jmbP8AMSU8/wBOnE6v
TQ4gnKrsLgDPBa6rdv8Az/Y/6C0sympz9vdxmBBdx9Jixutk0dSqvcHGyohzCAQDBFm5rp/s
PWtm7syms01brHNDmGQDWSA5m21v5/5n7iSnmM6h1XUamlu9rHsAcR7Xbz7F23ScU4Fd9uVY
1n59z3OAawDu559v5y53Jryb8qiq6r0T6rN4DmvbP0K327Pz3u+g9an1l6N1XqjKqsSyv7Mz
Wyh7thLwfbbu9zX7W/Qb+Ykpu053T+vNuOPY4U47LGOcYa5weGiu303x+hd7/T3u/wAxQ6bj
t/ZbxcGMuoaGOtBDmewN97bG7mWNcqPT/qWNs9Uyja0RGPjksZ4/prYa+zj2NYjfWR2Pg4WJ
0/HHpY73usdTXuJdEbJ+l7N7/Vfv/wBGkp1HWfYThVNd7djt9bSJcQGQXI+D1bCzhFDyH8Gp
4h2nOix/qt09wdfmXtJ3htdTnCAdvuc+tjv3fob/AKCt04AxOtVuYP0bhcQ7+RaG7B/1u9lr
P7aSkH1qz8azp7sGq9j73vZ6jGOlzWA+7cWbm1+799ZbOnncPTbvFQ288Fp+jP7yP1/Gsd1Y
QwCq+kNboA0msl/5v7ryumwcXHpob6TR+kAsc48uc4D3uSU//9n/7R/MUGhvdG9zaG9wIDMu
MAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAA
AAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAA
SW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAA
AAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRC
BD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRp
blByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0
cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAA
AAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAA
AEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMA
AAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/g
AAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAA
AAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVt
AAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5n
Ym9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAA
AAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklN
A+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklN
BA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklN
JxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgAB
AKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4
AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAADhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAA
OEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfcAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4
AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB9wAAAtAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH3AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2Jq
YwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25n
AAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAA
AFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAA
AFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcA
AALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAA
AAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hU
TUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xp
Y2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRB
bGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlw
ZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAA
AAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFtoAAAABAAAAcAAA
AKAAAAFQAADSAAAAFr4AGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCE
AAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAAB
BQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkK
CxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFD
ByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1
VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFx
IhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKz
hMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhED
EQA/AKD8h8wTE6NaNSk1l73w2B3c0e4gH+V+ap1VtAhzQIM/75VyisGSAANA6DoPvSU43ULM
jHsbWSASA4O5JE8bls9FsZk4jbrYLt2zeRq4iN38nus7r+K83UtrYSW1a+Puc76QWt9Vseg4
FldrR6lNridxPDgzb7f5O1ySm9QPUuDKmucIggAq0zpVtle7Ke9pdINVZAHP0X2t93+ajsc0
BorgNHZug01PtCsV2tcIP0x8T5pKYVVYuGzbRU2jUbtOf7Tve5X9hcYaNO0HVVgd9jWct3CQ
dRyn67kmjBbYPa42DXvpuSUndQ/kD4+Sj9mPMaySSPyapb315GLU+XOe1u90kEkM3We1p2q+
GNB7pKc047A/Vp+YUxRoJ+SthhIBf7XHlo1APgn9D+Vz5JKaZpI76BTbXBaQ6NR81ZNFbdY4
8Sg5gNeOTV7LHPrY1w5G+xjf+pLklP8A/9ArOluMm1wIdw1vb93+U5FycnB6bhNZWG/a7NKm
nmD9Kx3/AAbf/BFbDRu3Akg686f+YrlfrCSzqto2gseytxBGurRP8r81JTbqouy8g1tl9lnu
seddB+8781q6OnGrxqJrIADd1zzwSBu3ue76LGqj9Wa2jpbXid73mT47eP8AMV/qlV1nTMym
hrn2+i9rWg8k6ED+skpxbvrFZfY5nTv0NbRLslzRLndoafotd/np8frvVcS2t+a0ZWFdMXVg
Bw8XM+j76/8ACVPWh0T6mlrMZ+YQ4M3PtpIJJc4N9FtVg2/Q/Ses9Vvro3Je/ExvT9PTZW0g
AOLj7WMI9rGs2pKeipsY9oIMtIDgRIJa4e13Z30Ssn6yZbq24eOJcxr3vc0n+x+f7vztyt4L
fTw6Rq4srY17v5TG+m72uj85ii/prL+ojNvs9RrWhtOMR7RHud6n5z/6qSnQvy63Z2La0wz2
sIIILfVq9v0v+MrWuDLQRqCJXP4+NZ+0LsrJLbqza59FcF3Me678zfV/gf3FedkuttcDq0gB
vh/50kp0iJHMeYUpUZIMQlJSUtZqwg8aflQMsndiVj/CZDJ+DGvu/wC+I7gDE9iHD4hUcl5s
yKS07fslxdH7xLXUw7+T+mckp//R2KwdoIkHnwnyXK/WRg/azvAVMM/Irrtg1LRoNTx81yX1
kk9WfPPpMPw+kkp6X6tsnpFLogS/uIOpMf5q0mEu1orfYQRIbMA+O5Zn1XLrOjY7R3e4AfFy
6XOzKundNyMvb+ixa3PFbdAY0awR++8pKc0XtccnEdjj7VW5hyceQG21uc11D3H+ad62O2z+
v6Kzuo5+G7reL0/AqqFVNrbDeADFziK8b0/9FXS/+cr/ANL/AMWtPqdGVfVjX1udh5O+tlz2
EFoqeDa3197dtjMa9309n/nxZOJ0kdLe3LyKhYarm23NFjdz3S2qi2zaNn87d6mPjfo6/wBH
+kSU3sSxl8VVB/qsaN7YLg2PzXWt/R+76W//AAis/R2h0ydAD5LXrbXUDUwBoBLgwd57ws3L
awspfbIe0wXdyYDklMQG89myYJ1k/wApIwNwgjdyRLT8VBtgkDcduvtgR3jj3/5qkX17htJJ
HYCSkpNi5Bx6y0jc2ZEmCNA3wRXdVpA0Y98cgQI/tErM6hn0YlO63c4uO2umsbn2Ena1tbf3
nIeRnfY8GzPyKn1itstY6CS4nayndU5zW27klOk7qmQY20NaDwXPJOnkxqB6m5+pBe9+9wAM
e48Nn9xcdV9Y+u5NznUmvaAXmtjBtaxv0nWPd7vzvpbl0fSOqVZ7In08lgBdWPcDJ2ucx38n
9x30ElP/0tSzN2kg0XBwHD2taYI8C9c19ZJ/a7jDmzUz6Xf6XuaRu3NXUP8Aq+57nWVZBa+Z
JNbWNE/S/m/cuW61RSM59VNhuqZDWvHn7nbY/wCEc9JT1P1IrdZ0/HMQ2p9m49v9fcrvWv03
Scakg/reXSw19y0OLiz+zHvT/Vlrqfq1VsaQ8+o5s6bjJFfP730UVsZeZ01pALMep2Tr3JAp
Z/mpKdiwmHlpA5gngD4Kl1QN+xbRw62rnSfe3n+UrZ2gSsj6yZrsbDxy0Hc7KpEjsN3KSm5l
C0dVxbGuIq23NcNNXbN1YKqdWyKcahrr7BWxr2s3njdt8v3kbKsLa8djXuL7sqpjbG6wJ/Sf
9D1GLI+uDt/S7n8RkMMHw3BiSkFv1g6ez21u+02thuxgP0j+Zud+egZn1jJpBwa3Mtsf6QNk
Da8futYXb9v739hZeDiWPa6ugtN7KDkOudpG9xZDWR/ONaFa9J+NbbdW1rRYKsbC9Q7efe64
fm+y3az1Xf6NJTZxTdkZ+Gx53vva+2Tq4Hf6TbNp+juorf7f8Ez+bVz6zC/OycDotAa4ucbr
w6WtA+hXucz37W7v7aNiY9WJfddG84dbKadoJ3OLTdtYQDv9Zzmf2EKjFz/t4yxU0Z14Di23
UkQ1tu6utzfs9On87bbv/wBGkpO3pVXSukZ7WaX2UuDshjfbLBvZTQ2NtDN35tn+EQPqX9Xb
MXHZ1LqAcMq0bqcdwI9Nv5r7Gf6R30mMd/Nro6aC2tjsp7brWHcXRtYHfvMYf/Plu+xAy+o0
7/s9NrLL7OQ1weWgnWxzQkp//9OOR1tlzmvyBbaWgtaHZDdnxiumlP0+rA6jnV4Zp2su9o9N
5JH8rcGN/m/+oWFJJhdv9TujV0Y9fVrH77r2OFVYHtY3cWb9351jtn9hJT0DaBVjjH3bKq2B
jXCSQ0CA9znzvcsTpYNXWb8UwDThV6akNLrrbPT3f1XLfc7kEwO/wXJ0ZeXjdTyc37OLX5Fd
dLw18Mb6f0Gtbtc9rv7VldzElPSb3mQ79Gxse/kmf3fzVzf1pyaKsAWOLnvGRURJknaS539X
2K1g/WXBzn3Y+UPsr6nkNkktsYDt3NMfT3D3tVHrOT0rPtx6Mhj78Xe6x7GgtP0HV0+7cxrH
Psf+fYkp6Gy0WZ+E0zq6y1giZ9Ot3f8AM/nGLJ+tO5nStokCy2sFvck+7bP9dQ6H1YZ3U+nY
upfiU3C4uGpIb6db/wB39JW3c/Zv960OuwemvcWF3pW12aRwx41/qfvpKeQtubinJuaA528U
0NcNJDfzp+k2nc7+2qb3UXt/SFwvHFn0g4xpuZ/5FbDOk/tLCxaK7Rj3Wv8AXs3t53A7/T2/
R+l7FsYnSujtLGswH23Ro2WOJDCP0zneq1jt+5n0P+20lOZ9TM7qFfUGdNBL8PIDnPbwWODS
fVY7836Oz9xdxVj10tIrbt3GXnkuPi935ywuk1O/ab8vRwpZ9nED2sZ9O73D2b/W/Q1Mb+5c
t2m4WcDTX8ElNH6wPLOi5xaNzxS6GxPEcrieh3EdSdl32NpDSybnktH0mfoKwwbXevX+j9/6
Neh/ZsckH02k+J1/6qUzgzVgY2A08gQkp//Ux+m9Pzc+/wBLDpde4GSGjRoP51lh9lbf667q
m+n6vYeL07IBsY1m7JvqJ3Ne925z21tH803d+e+vf+Yub6Z1K/G6Q6rD3stNv6xYAHb3PAZh
1cOd+j22Wep/g/8AriBmdQvOAKrLN92S8+q/lxbWdmwv/ca9v82kp0cv625mU92NQwU0WPa1
hJLrNsjRztP53/CLSy8bddawWQ4Ocd458R/J2slcbhPf9uocwAubYwhp1khw9q7N/tLi7Rz5
OmvCSnn7MbLYBVtZ7i4sc2wTBJf79zC1VXYGS0OF1gbSHDcyS8anl/0a/wA791a3UK3Npe8b
gDFGoMlxLd//AJBDy8QtqfXYQ0Wt9oJ4jj+Ukpu/VLp9ZDc+sBuZiuuoyKgQG++PRsd/Y9Vn
tWp1ZrrTXhW2NrrgPvdIAJkOqY02H95v0Vxrci/C6lY7Gcay0V7ixxGkN/d/lOXogpJc0Fvq
PeQ57iNA6Nm/fG36KSni+vZbsLKb03EdsZRWz1HyCXbmja2W/m+n9Pb9NbOLkDMpa7D20tub
sc8D3s4fZSwx7f5PvXI9Wudf1fOtf9J972x4BrvSb/msamx+o5mK17cewsa8RZIBn/O3e5qS
nrup5dvScTGdXkuoyA0NOEffTaCf0u6p3up9P/uSz/wRaPTOt4F2A/K91YpaXXMjcWAE/u/S
3fmLzqy6x5NjyXPPLnEucfi9y6v6rdKzba7rbag3CyqTW5zzG4gh9Xps/PZu+n/g0lOgPrRl
vBfj9MtfSCWsse6N0d9rA7/qkTF69ZZj2X5GFa2waBjTMy5rJh3uQ78JjXtbmsdoQWFr3NYf
pT7a3MZ/nKndhUFwBdYYcIHqPLSJ37dXpKf/1cnDzrsXeKz9OJkd2/Rd/wBJDtsdaQ53hAiI
Gs/9UhtgmeFIiD8Akpt9IpdZ1PGa0SfVY7TwafUn+y1q7FzXacgSJPkuW+rttNPVKLLAdjjs
ceY3jY13t/lOXYhge0sJl2o8gYSU4WUXOq9HUk57hEGC1nu1UeutNmKbqCGvxH73d5YQGu/r
M9yuNqrssbePfUGucCP3yGVua7j3+xyqtsByzS8bqnMDHgj+Tt2/5rUlONdU11Tcqv6NzWNs
HJa5pA2fgukH1wvbsLccTAjc6dR/VXN2NfiPtwHiXMeHVk6AgH6f9VzUi4tjXsCfifDakpqZ
jt77bXHV9tjiQOS4h6iACBPz+KleP0Id3sc523wEobfaA2ZHj3hJT0X1P6Nh9QybbswCxmNt
2Un6Lnu3R6n7zWNb9Bd6PDwGg8AF5z9Xers6Ze9tjBZVk7WucDwGnV7P+EY1zv0a7d7shjTc
+6puJU39NcHOO2wctDCxv8nZ+m3/APBpKbGe+qvGe+0Ata0uDSQCYG7ayVzWcTXbW+CWF5Lf
g72/99QOtdbty3Ow62G0Gve1wZscCdKHv9+xvtf+ks/wlP8Ag1Ou6+xzWvDRXW0NZAniG8/J
JT//1sAHmPHUpGZldG36jdVe0PFlNYdrssJDmg/vgNe1v9VZr+jPaXbMhljWk77GMuLAB9J2
/wBHbtSUv0Rhf1DFAn+eZxp33f8AfV2dDnV11n6JABgiNT/K/rLE+rXTr8dt2Xl47mMis4t7
gNp3O2vdXru99Tt30Vul+7Vrd0GBpp4JKaWNQKq8vHABLLpaNeHT8fo/mrMzZoc/JZrBIM6T
Aa5v/f2LUdeC7P2iBW9jSeIIG53/AFSq5FTLarXbN0NcZOhGgg6JKcfqr6rMyiytxLnhrA1s
E7SBA1/lJn4t7LSwsALnbWDSN07Y3D936Sr0uNubiVj2vZa0DiYAJ1/6lattnp2OLS54JcBA
0Guv0R9L2pKcC18kVQAyrc0R4zud/b3oIlsyPBw+B0IU2uD7HO8Tu+8lyi+XkvGjRDJ18T+c
kpJSz9IAW7nEggDkmfZEfyl3OZ0bNsxcOsUm/LDf0/qPigQP0bb/AN91X0FmfUbpXr2P6le3
czGcG47T3sPu3/1aW/8ATXcEfOeCkpw8f6u49bLDa5pybXOcbGNcQC4Caw6x36Wna389iz8v
FPT2+naYa4lrHAaOBj6K6kiX7TB0J2xrz9Jcn9dLi3L6f7t1IcdwYe5lj5/N3/RSU//X7W3M
ZWC5xZWwTL7HBoEfyiqmR1XBuY/Gvvr2ZLTQ57XviH+32vNfpN+l9NZudg4+deDkNc47naFz
mhu3T27SE9HTel0bRXjMcWmXPsG52h3fTsn+ykpsZWZWKa8Snc9uMay24Nltm0emdrmF7Ez8
jGx6Ba7Yza/cTY4gH87TaHO3f2FY6hj1OwrHMrhzdri1n0ob+kVa6qgfrWwWmoF1BJaOfc0V
F4G3ekpq4tnr42baGOa+5737XfuxtHtj9xAw7a3NeDO2GteCNO4/6pqP0G3IFeTRe8epLbGg
SNHbt21zvc9v5nq7Fm5tV+Na52NaayCXMbH0ge0JKQ9Rwq8Lq1WRUQWloscw+fsL2/8ABt9v
sUzY6ye8B/t49wktA/rKnldSyr3VHMrZDXN/SAwXNHuc1zfz/wDN+mup6LRRb68N2F4hriPc
A8Q7T/qklPAtJDdNQeD5eS2asXf9V3ljZutsFzo1cW1nYNv/AHxiP1L6nW4AcW5ItpDS4Had
xPud7mD6P0VrdJDMCqgR6jamgWOjkvPqf5jfobklPRdJwB03ApwxE0s97gNC86vV2fnPP+pQ
MW8ZFIvboHkwDrwS3/pI09vuSUhzK3XY7g1xYfb72ktdtDmue3e33e9rdq5n65sqLcOsD09z
x6QaO0v9X2/yV1GS4ei9pdGg3GQCASBPuXEdYyjndUsu3bqqT6OPGjfa4mx7fpez8zekp//Q
6QVk7XOJJnk8jwb7f3VFrLX7oMt2yWbe8fvfSVr04cAONZHbVRpqe95LvoMMbeNx77oSUmD3
txCQ2X1sJg+LRPb4LGG+umylupq+hA1c1wlr2bt35v0GLocd+4+5sazp8fNUKqbKa2gMJdjl
1LxHIBmu1s/TY5jmbP8AMSU8/wBOnE6vTQ4gnKrsLgDPBa6rdv8Az/Y/6C0sympz9vdxmBBd
x9Jixutk0dSqvcHGyohzCAQDBFm5rp/sPWtm7syms01brHNDmGQDWSA5m21v5/5n7iSnmM6h
1XUamlu9rHsAcR7Xbz7F23ScU4Fd9uVY1n59z3OAawDu559v5y53Jryb8qiq6r0T6rN4Dmvb
P0K327Pz3u+g9an1l6N1XqjKqsSyv7MzWyh7thLwfbbu9zX7W/Qb+Ykpu053T+vNuOPY4U47
LGOcYa5weGiu303x+hd7/T3u/wAxQ6bjt/ZbxcGMuoaGOtBDmewN97bG7mWNcqPT/qWNs9Uy
ja0RGPjksZ4/prYa+zj2NYjfWR2Pg4WJ0/HHpY73usdTXuJdEbJ+l7N7/Vfv/wBGkp1HWfYT
hVNd7djt9bSJcQGQXI+D1bCzhFDyH8Gp4h2nOix/qt09wdfmXtJ3htdTnCAdvuc+tjv3fob/
AKCt04AxOtVuYP0bhcQ7+RaG7B/1u9lrP7aSkH1qz8azp7sGq9j73vZ6jGOlzWA+7cWbm1+7
99ZbOnncPTbvFQ288Fp+jP7yP1/Gsd1YQwCq+kNboA0msl/5v7ryumwcXHpob6TR+kAsc48u
c4D3uSU//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEA
NQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q2yaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5
ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9i
ZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAg
ICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8y
Mi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5z
OnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1
cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rv
c2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6
MzE6MjUrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MzE6MjUrMDM6
MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjMxOjI1KzAzOjAwIiBwaG90b3No
b3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBwaG90b3Nob3A6SUNDUHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0y
LjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo0
YjE1MmI4MC02NDM2LTFmNGEtYTA2NC1iMWYzZDhhN2MwZDQiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9
InhtcC5kaWQ6NGIxNTJiODAtNjQzNi0xZjRhLWEwNjQtYjFmM2Q4YTdjMGQ0IiB4bXBNTTpP
cmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NGIxNTJiODAtNjQzNi0xZjRhLWEwNjQtYjFm
M2Q4YTdjMGQ0Ij4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxy
ZGY6bGk+eG1wLmRpZDowQjFDMjcyMkE5OTQxMUU1OEE5RTg3MUUyNzUxNEY3RTwvcmRmOmxp
PiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8eG1wTU06SGlz
dG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjRiMTUyYjgwLTY0MzYtMWY0YS1hMDY0LWIxZjNkOGE3YzBk
NCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOTozMToyNSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDwvcmRmOlNl
cT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6
eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAA
bW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAA
AAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAA
AgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABw
ZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAA
BAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgM
dGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRl
c2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0y
LjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZ
WiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1
AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAA
ABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMu
Y2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAA
AAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAA
AAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdC
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENv
bmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBD
b25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3
AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521l
YXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAA
AAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3
AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEB
AQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5
AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKs
ArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPg
A+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVY
BWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZ
BysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAkl
CToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuA
C5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4u
DkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExEx
EU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSL
FK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhA
GGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxS
HHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDE
IPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWX
Jccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrP
KwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBs
MKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZy
Nq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzj
PSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPA
RANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsM
S1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLH
UxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1
W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OX
Y+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yv
bQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+
dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBH
gKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrK
izCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJ
ljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFH
obaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1E
rbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnC
uju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbD
x0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ
1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT
4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl
8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf//
/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExET
HiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMT
FhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDP/CABEIAtAB9wMBIgACEQEDEQH/xACiAAACAwEBAAAAAAAAAAAAAAACAwEEBQAG
AQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgIBBQADAQADAQABAhEDAAQhEhMFMSIQIEEyIxQw
MxVCoCQ0JREAAgEDAwMDAgUDAgQGAwAAAAERITECQVESEGEDcYEikTIgobFCEzDBUtEjQPDh
YnKCwjMEFPGSohIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAADhAYK4DAhJlUD4UQ
QwsY3NYasIvgG2RZHBBraSPKC5JCQ0bxmaLeJJTQuISIIToMSImDlNgDnLOFnCRbIuWcRMkL
6TAnoJ7uJ6CO7uGcHHjxOCYEA+lgmWkDDmGfWv5wJxBc1sPbHGPEiABWEtBC7YBKYAPoGCEg
2K7RosgGT4WRcKh4AC7gRZwEzAIlAXRJElxEFIPGIMHxBRJHTJHFx4mJaIJ4gk2BVpTiInhe
NvYgAFA30PnvRijY4qvsyA5cliAIKI4mY4lZQJsDaOhslYlVDTms0bFYh09JHQREFwIFIMzx
Hdx0TBBDxBQYuTkXzOB6nx5ie4dwkTIyEwCJIuF4m7iiOkyfV+X3C/xwCYkD3cHIQWJGTiEQ
g6CblS4FAyZ9KxTNOyBioS0vzEnd3EKcgZMwRByALuFcziOmDoniO6SIJRk8fGILAOnoDlFg
aznCWSkDPKQOkxOki4XxkQTEBxrImI4liyGcMnFEk2qoF2alkx6ZQehnoKFmpcLZAR0xJ3RJ
0TBBCRPdx3RxMdxwkoORI6vYqlXmcefS9pWe1pTuQ8cJIKlFZE93EOG4WHmApkgHKs0tUKlo
SUKLur5kj1s0L4crYT3GQE1jDvZdo9WmRKdmvJosWw6Y4nok7u4CS4nok6Ok6O45TQOISJzd
LILfM4xCmCekSC5A/HTXLZ0LI0WXiLxcF3ECp+IVKwsCuJAsW6+oZFT0eGBv+c2zSOs4ZKzA
p3ckz2DYNcnZ5YSVU3nVrBPDAfJcT3cd3cd3cd3cd3ccBKDKCOxtjFNfp4wlN4WwuIo3qxiz
XgdwEaWxR0QC6SRZwrz/AKTzRQuK2SnZregOswBU8/r4QOrk7Rot4jpCQMDaywN1byM+9gGh
r0bpc5SyGVnBWatkmY4no4no4no4mO46vYg6eWH5zcoml1bjO4DImeIS5J5wGCQ9Ljb0c+6Q
0WAQUHed9PVM7YJxLpkrVtBZ57P28EjbpXDQjiAmRGT3BQthFW3xJBIQysFyzGWqtk7p47uk
6J4iYkie46O46tZohx0ndHGWUEcXCcmwg88sxOcp5uXalsKOMWRQQyIGVXWwUtQVZ1hM7I9D
gl+YMYMmDwGMjuJiZI6ZAKDIBggNgxMSJas518KY46Y46e4jo4mIgmhbpDoJQfRxnNWZPQQK
3IPOxPENW09Bbq3gOYkPlCMCSK1mxgm9Ulw4q9YzKqmm1BLL0UgNCCMU0JIkCCIeOLuOjhCG
JJAuCkTJNIlyaCy8NURqyIRzeActhIjJPdxTkuI7pOU+ueeGQJclh6W5RuHKN5XutkjpgjH1
+MqzmJNPz17MB0TrmoWlJn6TDBW5ItNpZQsIMYY8TwmQQyRBAH0wFECcJLJ7pILpBmKxZ6kR
chZHSUB93FcCgjpg6u5Z5zug5i+PR38+8Rep3RkxJ1az5o2nZl07z/psErt06BJXqxqO856E
kgM6rarB8thUmCB6IIYJhSBgx3HEBEjEERSzTdZn2RyLPnAKU8EayLe35+wb55+kL4uKvFBx
LMBTUHnJiSO7j0d6hcDv1Xhkph3jvS+dPTsMwKGjxXlolU7SDF9Dj7IKzzTVXIkcYFMDAKC4
jhIkSkA4I6QUPzprlDbraYbZaZHmtbKFm8xey60ebFtEubnnNU2eZxnmIkyADFlx5Yo4no49
Hcz9Ie8eF2EWTHp2Vm+USdBLBZBEVrVQp6uVrCcPfwzVlnBKMCqo4JJRkypBejOtjFpyiyOf
cLlG/kmtpUNIZxZ5519K8Hbs3h9C6k8fXfJY9RF4nu48mN+qLPjJWwzzwvSFEMNvVobgVW0g
GylpgnR2TSIODjoAOCIq2qIrSzr4WXpCQdW2KiIM6v2Oa9WksvLWwALqCzSaQB2RNDG0801d
ileF+f1fPk+kyNwal3CAt555j0Fu+dMSdw8YVS5BR67VAVeAyFPUKsi09Pp0rouvYzy/AoMb
0eJvBdPEdPER0E52hkA38jXGOS4ydTI2Cv0EYuNt4Zz6umA1XC7iyM/ZyNcAK2mQmb41sZoF
HSUHq4Rm4OTtgNOTomDoFRPUuG8XA8cEZtjHKinCC9do9DeRYBxtWiXM+5QLGlUthSPBDIEx
0A+f3cEV6PzXoSwMpMj0GFulMhIz/Peg8+WbNRhGlR2TOhhlR7KAW9jaxQ083XOwtEikenVI
hugQzuOmAD6mkuUs9pa5nDVZfHKi0UF6YmaN8jL2e0y3MQBm6WeBQu5R6ZizCJZBDyg1CAGZ
r5ZU9P5n0oSmUxWnStiClZV8/r5JYRdolmxXti69V4pF+oC2tJsel8NpnpUugo23GRPcdMSD
TuZ5jpXXI0M7aNPs/jMNYlkK4lmFGRcoWT0FlNwQZSDTuKKGD6LzB681tBU5ZLe4hXKDyr+G
J9T4v146tayTXkDIBgGLm6eWaGddpl6rYzTmhxaOnw5BcBzJPRa+VrHdPEd3Hd0HZehmHmwO
AdShsj+HjzshAYTxxCQehQ9Aa5RxMdxFaykqeW9J5k9oYkdMccligAsQI816TAM/1vn9U2sf
XyDSsVbgAlJi52xniAYwDM2MYMu1zIPTsmRZ1eM6rpVD0dkSJ4ZJiYBQUiVXePPnuyYpbUHn
e9Fx4Du4mOk5ytkbuTJPRx0dxGfoUTMr3cw2m4xGoeHTPZjTuBImsFkaGUbuVNM9P551M9Pb
q2xBoYVsjVwiNfG1itj+jMqayahqlVrmjnC0z7qbo+5XIbNdoZAR0xx3RJ0EB0CR3dx4GBkP
okPdwtE9RPQTy5C7oOpMrlSWLIGQKFd9gqX65DYqrHDEDko4FsSevfXeLmeEee3sIi/UvCby
FGgFG0Dcq3Bua2oTpDxbQ6uS5TRs9xEjJMxxIEsFimEd3HgBKCThhO3l+rH9mJNdcY5bLzgl
+7j7ADHKEVtFRmNXWLalScslkcxwnn1Ddoalke1QD4KmUVvvFJ9rLKVQJNjQwNwkqwiLTQLm
H6ADC18gD0jKN8ZHQCWbnHoZ83B6NfnePSsyrw7s3jyMyw7T1bwmwtJXy2WjMrGkgl8M9H5v
0gS4gKeERBLExDyBWwCZ4rqBpa9J4r0BqMU0jI06oLqhF/zPofIAmvh2llNN+a1wdyjH59XK
DhUlzZ89YPTY+zgFOb1wzR2KpnRpyLb3Gb1zjA08zeL9ZVEeqkw2qhZxX6OOiOHem8tvDJmA
1MAr81ZUM6xDRaCxZlB4uM56ONHX87sGrJwDPcVvIeh88SQyQwSH6GNxp0A4KBgIlEONbj01
KbZVHuKsa6zPTr1SgGqoo9c489dpyXw0Mshp1i/l2qJMTBEwQ3ZxvQHScAcPEIeINDVxyzYG
2VVuqkythkzxBbePsG3BKFtZJ5rG3MMIekKJALukiOkgogiZYNtXN0oXXQUKmwBnlyRwdAEE
kPp481IkbI0LAxArFh3Ed3HTBB+l856M6Jgge4VEQWsXXxjSsA0Tj73nx81LhntYBOtkaZ6L
q/Fma0GJk3qQsTAkgYRxQR08R02AN+zfOKJO7uO7uFVrqiim9RJqvqlju4853QExfBwMkx0H
T0kFBjvQY20QBcLPpKqn1S9i6FQ0WKEflaXHnrVfjTo30lSxXk0hqSWBrECliwRJZxraRMwT
EwT6Pz/qC/MEd3cd3Sd3QQpiCstTRFaxXC5fGNBQQYyd3Sd0cT3cSYMNq6iyRImKFgCa9msQ
PPBMZE2algy6m7ilyxn3ig0DOJcnGIi4JYVd6iDUQcxJHdIfpPN+hNFoqLU1YLU1uLIhIrLv
ZAOviawFaykV1njzXRxJCRHTwPTIJRwZrYb1vG2gZ4jksIqKdxTu1LQlTFlSxUsFvH2EGRdo
tDXBjVmonpEHl2xCGpOmZOiYCjjJv5jj0ljzPox1HVrCGy8p1WUhTspg21VsHORZJ6ePNzME
zEk9HHSHBREhsWRZ3cHcJapx0wZjWqbS5DkCE2K5WaqwOalpj1dTMHTxnCUAQ0RFqreKSzAg
hgKJgmDAcoTG7fndY3LmdXNfCWkfSt1BN4b5WmIHHMkcPHne7g4Hie7gZiAiGQmKcO28fYGE
DQDgCkNzPNdT6oqvbQVosVhtjM0ivl6lUrWUWhMdJPEoFg1Q46SFnxBLMnh4li5G2atg2bi7
x559VBoqdrFdOnBhq16IItAV08efjpJ6OJiJJEuOiZJeppb1aWoBzII6BJz9GgaASIpFlB1R
6SrZqyWqTqQOvm7AhTjKbZaZtezVJIeBcJCTWwEwImDgPWz/AFoytc4ybtmDhKCOmCa9iDMp
7HnQuXxnBZUDxcDB8DBwRMSM1cj0I+wszgmCDERufezjQQ5AIHAKnSZqblEfVYoDbxdkSJ8T
0AUa7lE90h8PCiXxJDw2xX1jT1YIie46Cg6OgmFOI6YMrze7gFzi4fp23GaOpBm1rmOOQ4hF
K24yty/YKjUScS2gwfA5enimwuygTy2BjzzNoameVyVw/ZydYSA8LggKK5gIxIlRLClkiY4h
3r8D1BMwRMxIPTxEEskkPOiK5ned9L5wLg49x3cd3Qd3cKbEmI1wGh3KM6zTtCXzYKreIRla
VA04NRQMGE2adkTT1EnnwvUi9o518GAElbAMyYgZ0CT3EaRX6ZiWa+obmipgcxAXdx3dx3Rw
pFvLHsJxm+b9LhFPo49uroBjjAFiA5qpNUqzABoqHNqvLDazQEvpATStmmoiMtylll9OyNJF
opZG5lCbSHHEphwOWZnTB3TANqteNynaWYXosX1wcwQXQIfdIMjJMQRFO6sBizKGHuedJ4OP
VJPNDzGpAZDAF7LTJuXXlM7HGY1TRqGwZbrbig2qw1TkShnamcHbzhNOxm2Q8bZzhLKumVnF
ZEs0qp5aYk4Zg7Rz9M0Gi8VsKccSmE93Ex3Hd0E93HAxALFgZ2FYWH08bypECYYSwJCXIDrN
Vo7hMzGCA/pgJDc8zjcs3CW4Tm6lIpIvCZhNSEypw3XxNAvtq2TRVYI83R9pUPIFvoMTbq6R
Bq41H5ZGk1bCILjuiAu4SZ7jksQFl6WCZ1tLDu7jbU0RLQkMGQCUyDZqWBhTInL1s8s9TsBV
nJKyOQat7I1AVWKxUToVyqq5WAQ6kFdo7AdinbNVgNJEuM+lbAzLdLRIOXFMmCarkSP4CJ6O
BPoJA4ARZ86W8ULZATJ3M40OJgInwIHxVY6QWKIu9HA0b2cLsVWh1rNYqFDCpv8Am/QFgGCV
hfWFUteqUc+9TGaGXqBX0aJZMTOkKgsx0Dy2opZrnDTMJplrL1MsvWaRFuAMno4iZgHyvpfL
BWReV2EJPTxeYJHCwQRMSGC0VLGAlJA52nnCl3kDaVthSh9Uxt3A0TeCDEKKiW+6TGTpQZXo
cD0ZdOOHJq+aLZ57j1djz7DQp59o1LPLBbgXDWy0pL1W0JQ1Mdhvux9YJVPILubHF4lSNcVo
pdocV5KBbBk4DAlXOCeHDCWw6ndriJgwWpMr07NYxmGZuuoXAEPrFK9UaNzrKiruYm6Xalzz
hTqsgNqCJnc1DE1Lsk4Gz5siTrHaFPeLQWJPOOswV9zD3AcfYxjNbXsjriNsg5kjp4pTHCz6
CEWknPgiAaBxiYzukx9Ou4rDeQJytekZaWLGegwtkirc4z6+5xgjpJF7mJvBA2TGXvwZ2gUk
93Ex3FbC0cAdZq2wPQovBTHCs/WzCrt0bhGZprPLXIcWdfI1wpiTujj/2gAIAQIAAQUA/wDx
oP/aAAgBAwABBQD/APGg/9oACAEBAAEFAOxg2ACTBcDAzQOckAdXGQFxbBDOzDoxxjUMrtrw
1o4FaA+IAeDiLSCVCp0loyYB6kduo8qkW7BJFdzmn17tlWrRXgWDE5/8kACAQMCgkdZ+cM4Y
OEEHqWwqAAgjqpzqsdVzwg541AE50P4BgRyJn7TBmMAOAcysK3EkA2A4rk4xjK5wwMLwWutB
QFsPGFgFa4x3JAYqNZzKsmdUYBMCuMk4ESVnCx6K9kFicXXucVaaLiV1oAsgAAs/2rM5+/Mz
h5wc51yIMtAVsCyeoGMJPMBM6jt0EjgmTgnDJwrGHkRGAOAS5EcdTiggGcXEmWdjnXtgWFlZ
dniAcCnBSzFBAMFSrFQxlg3YHqEceOofQrIUdckjG+e0FJC3WEV61AcBK68KiGglTitj4w5r
MLPCmBBwxHAwAHG4E8QzYiMCTGASP34ACg51ggjGxogcACMgNnWMInOs4AJAj8dScCyQsNHU
SZLANMlULAKEwsoYEsyoTgWMvrK1/YGZPblGk0yK/KgEiPIDhYkItcqHZhpsSiKB4xMOCvaS
rZ8sytknKgAYXCoOdcCYUGECSozoRn7jCJzrwVkFSMZTAAyMEYBkSSM+AMPyBgHI4yJznJwD
kscLThU4IXFmQvYhFDCMMYWbLh2qb5wENlIhq3lDyQynGP2TWdgtFa4GVc7KVBzsMMQBh5PU
Z4vs1btmvW/To2dXg3dCLlOAg4Cv4icPGAAiBkDAOWnIGBIJWD1GDGmIMHjAZHABYg/OQRg5
PY5BGAQfHwFAxpKKudAVNYYKOuBZWAcIIy5R4XXkHCOE5NVEa1euzYNetQiqpcMc+xAIJ+Mr
mAnIU58A4BGFjgBIrWE/G4/TK7LCdW3u9qqx/wAvbKa2GFDkGCD+ThPI5z5PGRBjOMPXAgII
zxc9BnXOowKoyFivadtsnE7SIIUECep7cD7BeQABgqL5tN1oaIMEqPsg+1DAawZhkhTAYsxC
i0FVEnsVIYgBjPyCOYkfIyDKE9AZwmM3nWSWGetTm/hu7DNNycj8xkDFsV3CDOudIzxTnTFq
gmpDnjWQoAjg/mPwxAGr9tjjAv2APUAgBTgHUgKc5OIHODs2bKn/ADmc6/YJJAg+vbvrhZw8
YCRg69VUEABmkYS2K3AIADrjxhYBTMqSHn6pyhzdYF+wVtEEV3Ccs4zUKiv9NNJRlECck4Jy
PxH6hz+biBXpp9Opj6A8HJGKZJYTSgLFqVLeQhahm26KoUPj1qcFIAKkNosyYpOM3Pc9g4IY
yU6BRALGcUsMQkswkn+JhcUSQJaZSr/rJ43XRnSC+qpWq0ZeSBprNCfxz9/0cTg/4CYC/H43
DFGoCNPgEgs3YISHYnscrrOLrTi61alm5u2PBjtZY9awGGVMwaoFhpowVQIMEwY8cHiVZVJt
rz+t8JnBIwHAMZeZEKTH+ywDV2ZV2XptWK1tUE60+K45sTGhH+dPj9UfiR/wXGEHAwZvf9Ou
hGiVwWEGsQxrdga6hldYYqgUEEC7ZCLzYeoGf/IAOUKQ2vWrq5JFdjAgAZ84zxl3sUre7atc
/wCuCNvqU9kwbV3l2ASMLiOwgfxEEvgCsLXARnZr6uqvXHW4hW2G+vrjNFZ5/AP6SpxV6/8A
BZznwfx7JmUVz/j/AMtlrLrog+M6FwPqqL9QJzavFCG17X5OE/UTioJqpLlIUNMKAMbsGL1U
5s7/AHI2G7GpnXw/ayp1YmBTayNp7qXLDEAkYScWASMH1O5Z0pewdtS0GzVJCbEMbZZPUvCo
fv8A8ZwfoI5+cj8exZvKqxrhJKogxlWOCOoJVyQ+ylNezstfYhJHyH+FVpooDYOuTABBxgDl
xSqrY2rHYt2ypRKq4UWgGaLV2fX2VKamBrNqZp3vfVKriMHwggKWgtm+0IyqBWoJ9XbYV85a
5576rmu8mLQR/wAk/oJlh884c3JfbA/rB5V2YzAHWHIL7FwrS++23AXxbHUpcTignNXVHUwo
dfqoEFFUAg57mwkyYrUsQxqxHtusTXV31vWJHsF6V3MwC2kJ6p+1Pbs6cHsQVwhWPsLeQhbK
qT21qloprcNYXBx3YXIr2KMLgZ5Ex7wuD9PH61YG2I/Bzchd4f8AWxjG7qyu3YDtgjPZL1Q2
AA2JDViE4bTXvYOACFwnhQCO0Mp59o5bYYdjRBFq+NqtRlq1NNNdOwbPYkeK22vCS2enYgxB
Weo5wHi1go2bwzUqbm09ZaRv2dKqR1Nj2FtHUFFeEwAxewzjCD/yVVkXfg5uWn/1Ay+MBhjs
q4EEL2Ocl/Ygf5nJwEDFJOJLN69VC9TjQSR1MhMLDD0z2IA2Kq+x0NHs25U529DTNCWAkiFz
2doZXBYggH0izggYOF5KiBm6j2Kmi1zU61dSoYz2CdqUvbyadLE0C+tuzZbawCBgA8BeXn8S
MnJ/JOScn8H8Tj2dSzuQNdzchMqVJYLK85B7H6tt9f8AM8HDg+Kwc0W+s8T2wD7Fm7ExhnPY
67i/13r5r1wFxdant8ZaDNkkbdo7bPXKdZ7bNMV62Rysz2M9wcMHAgQD4X5tlxVpUJYAq4HJ
HeA5xndipkIAz4QMUAD9B/RP52HiwkkHF69kIhT2EEqARkSdhYpb+Uzkdin8tBQVKnAowI0G
CQgBrIOX6fmajXrRPCuKCFjGUENWCN7VQtsCLfXpZY3+d6LmJOBTDcYFEgye2FpbgA2QAJwi
TABIGBwcjAAcr5YH/g/b8R+IzY5uV87SEBLSMVeCYIsAwgHNgf0FZaCDzKiDox4eYHOQQTAw
MM78oxB8Ndq+Dc1WruLLtve2L67ew1WrleqbNX2On4T6aopqhhdts0hH5DYWEyDnAwquCcgD
FLA2r2xTCgArGL9Twca2MrLOddyH/I/TP4BwnL2/viDzKz3acT6iBP7kHNkgUWAhpGRyoBzS
/wCvq3YCM6zhURAyPqsFmtFNx6thKpbaD/pX+LVoc29ldap9x9uxtgCilFrqCnOgIMzBJEKG
UHGEhBGFCcCkDuCygHORnwQQcAEPUCPEwykul4YET+j4/E85MZ3TDdXD2K+wVOA8qfuGJYkQ
MIwF824NFg+4GdguV9Z0rJoRiMIMhhPYnJBxrVTFuPbbs8mvobXlqDI9vsXsqOnf59a60Vj2
e817a7eM0EDV1Nny4OqhY7N1GCcAg8HAw7MGGAtJJOeMg/spJBg5AA7MCCcMjEQHELBhe4xN
lDgsU4bAMbaqXG3awH3zH+vYcK2w2dLZVCSlSVklpZcrK4xlwuKJBWAsrm0JrsWLOvJIGJM6
KBkUYceMcytbMAaw5qpYu+nW2WWvobGs9myt1bOabq6U9jsK1dnJKf0+rIbR2KkY/wCh4r27
S6KLEZMWvGWAXAxG7YDB7yVhixggDPtgLTPI+CQVEgk4XALGvOygMSzMiR0UDqAZ4ZOAYAJi
S+GwjDYOqZwD2JyTIkMfudswjz5O0kycqJB9eIQyQhK438q6DY1dFaZGHOM9xo+ZPVVq+ksV
nd2AlN19gFStabqwmr6gHxNW4sT14sFGtXSvXGQY1Rh+V79cUyoJI6mOpwzlcDJJxiIHz858
hQZOOQMBkdFyVBwVyCAuK5xvtgAJIE9IJSQAQygSVGLBzgMCsEZsr/TZw4A7Ecp86EmsngMB
lNfYgAfk4xALKGXYGxoPX7FGs2fZV9PHde2rrCnLns2rtPXFGvdR3ytQo/GxZ0VD2XYSVKmE
g59JLAYNinOGJWM/jh6wASC31Bz7YTn1hPmVJP2CLBYEkui5b7DWqJ9hQVTdoIRxYACCWlQS
MDfYAEdepYJhQHP3sHdTxYuHkowJ9cAaz1UsJNJPX87W5TrivZq2Kan7DcrR016aXtbTqBQi
pa1ew6z1670X1XIeQhkH8bI7MD1LyVM4qAF0nAncHX1wEEKBOMBDAhYJEGMJBHXCIwlSpIGB
QByBsbHjXZ3rnLM2d/qtjAUbVitrbK2hROdDAViytGMSSFAwl5JYmwHrYf7QDDA5Wft64noe
cMHKgAmA/j2u0tlnptcHWSVsuEpoDvvbOiCratvZdbxa9GvYtWmzpYD2RF6D8XCbLDDNwrEk
lgM7McDHqWMJBBd+wAAPaOx612cOCQBndZ3t3/Ple7tOaP8AQ5a+yomyvr7HaL2fOQgw9cHY
4amA1XYZobI8jGcE9oMKSQBJP1UNOXn+sn+xesPyKmPb13NfxgUsP4oplQcYwt33v9enj1La
u5g5ZQ1L1WtYjWImO9l+XqU09CWYCA05/oUHLVU5aso38LiQeCTyeoKqx6ASAIBDuR5wRJVa
icYmbLRWl9kKldl9upqisqsnxyN8pr67SWHXsCJqqd7LNVNSh4gXnp2Oa9zOirgHXIALAzyU
kLmyx6PHcRDwMQGfXkqjHNfnLT/WhhFz2mx4dbWp8l1ShKxH4KjOqoPFW2BQubhjX1FXyDLD
AusKip1eu1uW5X5WyJDYp7HgD+xnj7BWxlJAU5CrgtGW7CIFtOw+06nNaiyqnXVilYXIEe1u
l+WKalnRTWF9RpMi+yC/5t8pKOClbBjqNa7V02rrkFmiA2Bh17Am9R0sH3HAIByofbQINREZ
pgxYP6qiYX49646erqB2hyPwSAE+xj8bv/8APqf9uXkxvWWK/rwV1rv+xoVVPFoXsSAQQD8h
WOeQQGjGMYDBtsQHa22TEse9Kgq0tYjnYNi5QW8SNmzb46brGsevw1pPkzU9Yr2L1A9sHfU2
GdcJOaOq1jaWlXQJzsILYbFwusI6NlsNVYT3nD2ArBJ9aW6EmNdeqbL+OrXMqBnuCDZ6h/Jt
fm1eyVoET8ew/wD5tT/sy1ZHskhtePCebrj9RwthBckYglnkFrFAfaCLV7QBhsUOdncVBZfZ
I+z3fVKK2Gqsm6tzZfWkhFAPtriFcw2pq235V6x9dlcqnUkbFf02gzX61DWPo6KUrH4OptM3
+SwN/lJY6pCausoTa1SEeZH1xjIUGfVdjiozWDjN5WZKABhz2Z8lvp08eA/o8y+T8bzEU6hB
sw57CgldaPCozYMD4Xa2a6T/AOlUcPsaxl3si2HaPVmJUK0WH7pRWlN1gNmupJhnteE06oW7
RRrLQCMtcrVvWsF0aFufUgKRzfS1z2rsVtdaXW+hjs+o9aaln8ScbdrTH25zz3QrXMhtvrFO
2pN6/wB3AwjitQX9XU2Vp1U5eezVKJYhV2mssu9ejV0Tk5P4CqPwc9gSF0VBaRhYAOiumgSq
r8bPwzEJ7iCnYE3OSqK0gEGqpybbFWmmmBdb1B1VtXW1zOv182yXfXqV++knRc3toUi6zyto
dOtARA/1FYcrYyqtreXNb1lFYgDI/BeG2b6A73LjWvHmthbbCGMG2WZhI68VCM9VVFRnJ5tY
+euI2GC0qC2UVha4GRkfjnJw57NoGjY3ZrGJGfOG86+xS3avaYAvPX2yrAjtZZ9qqicCEGs/
X7bD2QTsEG3X11XWssFGatfUbJCUatTstQ649oRd1/KjJ/VVWmvSESxAzV4+ypLUNYa6a6x+
ScaxBY3rCT/5qgt61ALKVqzX1/KNzWNdVi8kcgLlant64/0Y4zuTt1nnfsK1adfl2V+P0Tk4
c9rYqnQc9qwcqEtl4FvsEHVL4Z2JI9un9dfIWuWohFRw7bKuE9cihNjtUuoO973ibrjY2tX2
G+w7aqxWv8d3aZ28XalWSiqzZuvSuzcqrppu2bNehaU+PwPwzQHfqpIe4Nw3wFkeJZIBHtGQ
VuSSQJHArz1rsaRjHFdq70jr7At5PXKDiCFwH8E4ec/Zm657lwzeqbleFWBl1orr1nB3GMAu
S45z2Y7a9S2E1fYbgCa/rdfyu3r1xevf2d056+qsZsL0zV12usKLXVYQ168q7KqM83DzXhNC
tMaytBTrWXPXWta/psyywOEjxFMjleCzLm1srWt94dTPYqBiCM19drbNStUqjLS2b8Gqhw2v
vuvn0h9Ac7DJGDCeZwnLW49sE7etI8qu5xe2bKh00q522I6gcqePah/CpYGhTG4ztX63+trL
FWolVK1VMO+rXm1sEj122laJs03BamO6tbKr1bdrJ69FfrRUNm8Pmvps2KoAzn8WWIgb2NAN
vsiou9raxostvxRK961FttaI/sL5/wBVpNpd2NQGeLoHU58Z6kpYEUKJE3gEbpY0eusLa22x
bc1lZae2SMHOcwScNijLL1AFrsfZqZ9fxdWAFB5v+yerrhrT9ULR8Z7L/pMHKpUbT92oHWte
5xgUS7ZdwzvjdpWAUutU6O4pvVldTEWWhcZLrXo1wgjI/POb6Fqklrdp1TAzd9S+2opfU9Le
ssk+t2hg09oWeEIPGLB/kx9ecTWrIb1KMNHUr1KwwzrzZWWHXqdWkUtY3bdqP9XYHAomYx3V
QbGJNROCgtgHXPbcj10C1DKEwNxgut6pIotk44jJnPZ2DKxDn65AZ6l+of8Az02Xva9PVstp
BV6iMZuVZsDxnr/ZvTiEWL4hiIF/ER+n27MmqdhuzszYp6mY9bpj/wDzjtXA17+0uf8AobOH
f2SDubBBZ2CMQaGzXQ2o1UgUgYiBVA657Cs9NfXBzYedrWg0lSC7AYWdmSt8CgF+R36gNx7V
166VqrsKZWxvrvIGp006UWuA7/IAz2HXuLCHMsldcWVKFG5tF2qOcKKr1CeRHzYoWvFE4ywV
+p9LY7IPxAyBkfkDPdODqMZLHP2o1tu6inXsr1WtpOd6sLJgZIVqMF1Wd+xqfvnr0srpz7ds
ZwBZ1sRyaq3btdqgrVPZei5bU7hR1DPGMcaMNgn21oaykjyUNNYUnPZta13rjOrYkvYOevPs
H6Goy9hK11C1rdmxkrZpYcY04PguMLM+CQWIIVRnp6GSuPxxkgfmcZ2z21LnSIgFIFNXlOvt
DXpXeVsHyThiP3GTikRoUg2IAo/EYwnOFbeIGqhBuQQoAwDDAw8Y5IyWbGQkrXOb7D/SrfbR
YNRWONsFdj1hnVf+T/MTns6ZXVRAuzZ2GsubiMKwDhksV4UGErbK6+2JqF22NBUpo6s2pX0q
/AOEYTALoQLK0w3wbmtvq/8AJJxfTIQvq/Hj+sNip6qxbOMacPCzBHyCIROfU6x6fkHD82Vq
2ezYLrVn+1fgfEk5BhwSW7HApGWLhP229Xzbreptrq9PaXoR827PJtepB/yOBDHEz26f1aRH
j3XDNSorHsIOvPNKlmo9ZZYo0wti+vQinQqQWdUbatPi0KksvQjr+B8R+G1kdl1kXBUBnhXP
Ek9FGCMmSww/AIj9p5Bymo2vrentmqta0n8E/gznsXNSX7Rh003Fe9VWv/pa5y32dNSaXsk2
QfgAAsOHlR1jNc9/aESKydPbretg9rnc9YhTVInEMhYA3+rUjqNegG11VY36rHrGvex9fpr0
EDFCjOJb+LK3bdYg6Guq16docznYZODn9BwfgnJxY7P/ADI54jAMA59Lrh7xAEnB+IzjDxns
qnso8S3Utp2VWrVYVVCh2LU8abDV2am8tyeWs5duV1g7dd2W7VajUu16r39rJv2nsddzSKsS
1nrSDqHP7FM5uAmlGKpqEiyp5A+KtWhmtpZVq2Nyt7dlUpPsbOg29mxVLK9dddu3dcpGvSKa
2cjBMg8IIH5OD8NhMZWMI+5PMnJOKORwfSOJ/Hx+P35JOX3gvcpWxQlmNU+Cpg29/J6GQa91
lZXacm26c7KQxa0eGhMp2NZTZars6r2pLBtARqv8ASSBFqBq7lWvNFMKCsKzDNdpF9iK7OxX
ZbpTrWVW1HrG7eqGit+utp9C3wWnASSTwBAz9/0Mfwh4P8m4xGn8L8mM9arPsAcFgM86Aq6t
kYx6i/ZCmhez2OHtC9cdnJDlc2+LGCuhHTP2IWBe1ZTYpUWbPceLtjV9M8BYKT29evXTYjqM
Y8bTBNelSy6FZkrz0nDu11LR2tNIVw2nY+a9C0V3bQGIPI7bX+emj2etdjGA0nEmBH5nnJyc
JgMQc7LFeEcvOAxizg4wjPS0k2ZwcZFbGpqi3YSuxPYVMu3tm6zSLPTWGVxGMG7WrYFuUstX
0RzllVknXc4yKmSuDjFlV7c6NK20tpt59ZTRrsw6o4YXOtaX3m5BQ606mq6V21Rmztu7Bvt6
y0HCFUqqAtaKUJfZekIbLaQybvrrVfS9pbVlOxXdicsFlhhOTzOdxncY9qjPIpzhsQQpiXIO
ATgXEBynXtvbXoSirdu2A9e57Ck07FVy+w9hYS19pJYyrc+sQiphhE4qgGysEbK2B18y4brZ
a2xlLWsPHYcTUsYjVAAUWVkQfRuCL9UHYJEGu58ChV32VqQoLgRhIUey2TUoYsQDOraamVw6
ObgVoezEqWpNRG85sUYwqcewpqW3X2vE+ntpaUn8MyqNv2FdeN7XZYje2Wz/AG3wdyyV3Lga
95Fwbdfj/wDTU2kHACcRHc6nqrrRq6VWsGEjaVQhtZQmxZr47MzFuQMViB6wj/PfxnYgKQQ/
I6KWsCZeUGV1hh41y1URgJLqCKHh76lSz1l/h2IV1WpRkYwEbLJ5KalatQkhQF9q4a9QJPUF
WadTYNeCCE/kFVgqhWJkbm8Kla42MQDmta4fXvuJrNoO/sWWWWq4WnSuIGlaAda0Y2vaSlLl
kpUC9D4Kw8iuQKnLet01pqawLhuVRftKK2td3trR6bmUNJyTJJYrmqAiWkHEA60/DnCGlie1
sF2HVUtm2wyykS7QoYh73NqCzqdP2dfirtR1AMX2BK6KIqtovDrq3RWr0ps2FrlGD4UgYDOa
WwLKxxnm6s+3Wq7Ht8d3YzgMYoBzXtbzBiV3Cx2k1mhQq5eyrnlqAFlLLUqjCa1Y3hFXYpNq
56mkXbF20muzezpZLfZs+WbL25qtUlW9snoJOHCBgPFDr5AQUeJQRgAhievMuGAq/neZNKls
aUwdSDBDIQ9Sr4rFM0OoSm1wdPaZjYiWZUZxqxMdR7G3x67TKA4ZCr2GKxJrs6NV7NVTY9h5
FZnJlgD8lyCjEGCMUMra7+SsoRtR9bR2Sz1l5ZfWt2b1rBP89yjwbBJ171Kaz4s56lVQe1dW
awCtXtk1QxBPTbsmznCeCYIIxJnXu7UAkn4EuMZScCgm8t1SsjNgnrQvUEdkFIDEwb0JuoEJ
aVLIxXEaTo9CldahTKBHLYbAX97YcIJKjCBPXAIBbktx2bJE9xMjCwwfKGT1MepvJGwsgxNh
itiISSbAergAEAmxPrUjBRxmvu2a4RTY2xshmFJZ6VHkZwhuZTZzhPHAAnsvxrIDSi4SQvkZ
8tY9R9EQ+Zyhi9jNJLYtPBQgMol6wQiDraIZOQBA9VWDi/DMgAdXZVAz3ZZrZOAxkkkkgk4C
MOQPwDkghoBCklFEU61lg0vWeI2VK4s1QDsIwqsJCggpJONAK2EhiDgkMJGA80Kq6x1yNh6W
U67M1u/Z2YTg4IPHzixKwBXV0145ZlAr+SCx2KyE160Fl6ZYP7tZFJHGWSha4nO8YjkCySaO
TYOp9Q3MSP8ALVPVYAAz38eRSTinDwZBH7xyecBk8DPlj1GdYylSW0fWNYK61RfxGW1CxLa+
o7dT3MvDBYADAGRMYM0re1CHx3XcV66dVtfu8AZHPx+B1OKDNjnoDAXr2cgZJnZJJ1v+21+o
Zi2zrhlB4FtfYM/VkIdKiTl0zrqxa2e3qODIntOA4c99zdWpJ5BbAeOMjiDkHJnIOBeKaHsP
r/W+MqoA/HGRkZYgYPUMYwGJBsgqpUuAB+AZzW2DU1l/ctssce5iIyOIwjiIwTicsxwQQFU4
85WJO3Ir0zJ2AGys/wB2tBrb6llUjaBWyq0qygZfWoKEA2GW9YwA8ygDYwbKTZt0BPZXm46x
Adv5tJKk4F4AGDADBzmKdey46XrqqFAH/A6A44WLZ8jSa1DdlP4kYGBzthPM8n47D8EEkjAM
oQGx4JAgAjtYOKlBG+CtWh9luB6a4i2njHMYrADeqgFQBosGy+tLMNcMwWde81YvsGLf7rCx
3LcNzgXE5Qercd2AwGAJgqIHxJIIxYJ9NQAkfgfqOXMErW8XLZEngFoKP9TEAzgjP24hR2JH
OCDgE5+y5pUNZeRLEdc8cl1+xYKu+3ar1/FW8SKtdZakfa9iXD9TcgtqZWVwerVGQ1ZLPIKy
MX4KkCcJy1gcq/lYACwnF5ZWgmTg4ziIOVmT6uBQCCD+o4WCi5kerVYdKvszpOWqqleQTzxg
zjD+JAwQcGTGTi/Hq0K/gDgyAepwlSL/AL1aYCZuuCdZBBb7XKOgxXhd6oi2TGsx6h1hx/YY
6g8MxYQIPxcYFfDWjGkEFQRBC/OfOAjEOeredatnCrYpHYfjtA/bGsVW22KVDYPfXtjYqIVX
4D1sWWp5PyM4kcZzOGMHGSJkzGVjnRQeJlC4WMyM6DLiVWtu2KpF2z97qqiouSMuKml2GV9u
u5ULKlHNTsCqqQykOSAsjATg5yZy8cVgS7GW5xgIQzgHIHY8AgTizPp3AVuwz9/KZa9kzyV2
Y5arEtRlsRbFqu8g2FdLaCG2O6qHsQBGDiQDzg/ABOcD8HjBn7zGTi8H1z/03xMjqVk/BviE
6gBO20R/cVhbYxwFQngWOQR2XZr8dxaDTaYtIVpk1ohSQADJB4uecrM5aoBaQQrPgWMn6qQS
qlsP1ytgc1NnxNX7Pu21tLQldyW0N7PUNqnXswJtJmxrs4TY3NfLNlu9jmyvT6eUv3LXP2rW
VEyxjODigTxkjJ4OA8mc7HAeVOaGwa2u5MfYtgDMX/ijBw1ZGVIwaYDvLuwKnhqm5Dyu5V2U
j7K5XGBdyoUgN1WSYUAmA38qFPWw9mb6sJGQcg4BwG64FBUqa8S6VR+dK5L6VVVW71+rc1Hr
tajLLUrW7c63bO4Dnd+1+1sOmvrHoFDELygXAcOCMH4GSInBj8FP5BhlYkLw1QdKe/ewQwWY
PYixmS+mzsBUGwlZ+s2yrJDMvbyLIRgHq2qPG4Y9hyJx2HWcC/YgFiQHDk1tPaCWBP4BxYGE
Akt1C2oQ4KtXYoz1dx85v3RahLLZYtY2dru2vWzZe6k1VPZY2qqAGAvJ8YOKMHYM3yDOAfji
TxhPAJwkkqIIAGBjCn73W/SqsHCqLjAdjxm4CmxrlhhkLBXCDOxy7wtgH2SCaxDb0dvhwV69
BJWQFxhir1DD7UKi1SSTkczOAdhwv44yACCTgkHUe2Be91B3d2tNjc2HUV2XLc5TWpqa0nXa
siuanVlZSwL/AFKgEMT545AwHP3BE/OGD+IwESMHxrBntsQK6MwDELnaSWDZuqHOqVxhhEY/
zfXD3JAXsVpIN5Ud9n+exXBr5WoRU4JHcYSGywrHAFtw8MnOThgLIU1FMeIA4+M68jgqiEVs
TmmYs29e+1v8bV4+wM2FqYaXhqsV9S97tZ6yxjIYPYAwngsxcnP2kDB/IfI5PH5iQDGAiNIA
7F7B7FgKOpACgk87CDqidHBYpaCAsBdkAq47VI8KxZLEfsLZD7TIMqdZmaljJGEf1BSceYLE
ZJbE4DHlgcrjufiuYMABYwE4pjKu5fTqKV3MFSyy3sdeyyzW9RYxr1qq16JLqrrdpqxvQqxE
YQVHaXYmQZwcYZwAnB8lScjOuc4BwgJHr1//AG76sRDHX7TzWyk7Ibp8PUzMjEsWDhrwStMk
Oio1rCNa5eltg77DAsgftrU9a3rqx9ZxjSiUIpS8FXBkkEksoDYOVkhl5CdpCjB8iBgJXPW6
hsKBHr29a20V+rbKdSuoSMLGWMYGDCOLqBYGUqLbwuK4AMSAMJ5JyMLHIBz5yCCoGKBifXNC
pg7gmsAhRzk8qvU2ElGBnXH9bQC5JJAGeRlrsJOWIQ1DpF7EGzga3LVfSons7Dg0q+KnjTci
VgKPlvnmFAOPIcGREMCSYkorE69D3Pq0LVVAgAARzzJHIAxjGcKFIZSM2FTo1wNyspNiif3A
wRk4RkQDwZGCcU5qap2KCoStohiCoZjgAOKAVPC2Me1PFdrErIhx2BWVemV2KYFZ6WXwTdxX
rN0funV3rGPf2KMctY5tTLmAPiT26QBIxhLkLgAksZQ5Upn1urC/sDORGRgM/kx+SIHsbGVy
7edEsGNU8FRJQQAICzhSMWcKg5EAAQoz0qjw7PwR9RwF5ZogHrjH+t2+2u39eyxhX7VEMoYG
KnBr2TzaFIa05cG6ay92WpIfquMAVBABZZ2SGecUCSvbO5CyBjDniAFGH4QNnrdM3soFaqQy
4JIjOATMAytCWIcP43LWL3Ei6pi9Sq1uN6ylcPq9dj/5FMt6vUAfW9eCV9eoej1xaun14zZS
tLq5J9LY4zZaGYjr2HZSVywvn/zYStQfs1AHjtU4CethY4Bwitl6ghW6MOGvYhNRTKwEJDZY
6qWtQBrKyHYsT8D4AEH+PHYxJAC/GCCddGZ/W6/h12P1QEL+AQcjP2BBwRhz9s9mgS2/621W
OFp1qaR+JzfvtXG1r3YaRZE9a0bFTUj1+qmzlWjqFV16q69kjOxOLEhA2OywiCLoFSOS8BF2
GlVYMv8A8g9glaqdlYYpJJKG21impIDMoqrZjhQMXrWbKq/EzTjTiHIMMSAAS1dZ731OhE9U
XPV6va1DKgAkH8wJyMIKvXYWsxmCg7aFvYhmfZX71/w/RH4Z18me3VvN6wHxU/ZLX6IOXsC4
gXzAsMsUkUAnNxiKqoDdiFZSygsrhWUVsFKN5FsR2JrdQ32DTGpBBU9B8sQCTLWD6wJBnAoj
4MnFYnPXUs59vWwSZzVTs+hrxWPqB8DCSApkfo8YW3Z9hXr4GN600BDvR22uLl/JIyRnYZIz
qs57HUtvz1XYIGRBs3J42QzBJQQ/XhlLFVEbpC16lc2BehtLQ7MLrMoZi1YPY9ZurDHb1mqz
7HNdgoawdJJxiVI5y0QjSSqiR1GFySZGUpL66hKvZl2rCznrqZNC9EPLTncTkx+T+PnPZU+V
taoVUDjNlSx3xDKW7M2dmJc2HCLMIvGRsjJ2zi/6Ti+Y4qBct2OjVWV31eMhkblSZVuLkLt1
3Bm5a1demxjue212ZbUdlFqAV9Ax6kdUZFqgbiBlekDKLAc+QmWiRUSH3JggSsZ+5AJZYzTM
WUqY3gbAqkZ6nUZVAAA/EfksAfwZznNqh2avhAQcYk378eRUQlyQAcklhADbFCZZ7ChGb2Ln
H9naq6Gw9tez1dLaeualt8k2eKtgMGAgqzhDfuEBma1tVAMUw1qgV2swxII127NABVjKNK7K
Dqti+W2rxlT9AzA9vqoIO0C6TOAcRGHD8+urDu9gCrDY1LHboTpUTgH47nv+GRWOBgfzZ/Ef
C5sKEs2be99M9LOTZsBFt3thUs277MDKoG0gz/cAHvdxq+e0rQJClMpK+Unoyn6rDPs3Lrm2
+200aZZnCo+uF710hT0y6tUKtYH6+KzsHxFMqOubH3RqvvsMBlSkqQJVD1r12sO3r9KLfqwY
ZBxmE8Nnrj1sDc0qWevS77Q/UeQPiBkZH4t/gjSq57a7+wgsUki5zWrndOW6+3Zh0NqP8Wxm
tos1lenQuCmlRWi9hWc6PgrYDYVvJrLwz9Wdn6rSpZmIzYsIvrfq6y6s/wBr+3e6e3Zwq7Yr
sTbJNW5W7ORYl9bIigtlYUoa4OvR5BXX412+3TYBZgCM+SFkIBnrV7OV41WVRShH4LRkcfp/
f87L9KqT2qsv6DasdmqHK/ytacPYZaOK1LKFxVC5MAusUOJ7quSMiBeAHqUdStZc9Bn8sd66
82rWvsoDDNMs1diiHAZbK2L2IxVqCwDW14m04wbli4N1mCPFlMEEqM0+ylQet1BsW31dtbWa
8K1ZGf5rSFqdm0dY1ZY05VlV+B1JTn8HFn9AOR+diCgha9i1kwmyxwoWsMoe3sSP43YiEKVc
AuDjNIWMBIyqHEDt/wDNiE56+3urqFwDuQCG3lusyrRPRrK6zpSEC8mEbaliwDCxIS0KFNSO
rKVJrfpVWZp2GUg8a6s2ABQhBwgEX6lRQ6dLKnR1qCNtM5UcNgsgrb9ntINX/X+f3Qs2TiN2
H4MztGFYxV7DcdjUk47ZGXrIRAFZYZQMliWrKkwVUGO/UosjvDD4ZB1jwbQ+wA6h7QBZeWTx
tZhqSs6G12CkjH7Msda2rKMwgMn1AwpOX2S4szTUseAKF7EElVHUDHEqpPVdcVnX6rfAsNU+
a2vsOhUk92qP1wfj98Ulvy7FRW3ddnZWs27gVG73WkhAa1xWyVIYgqQcX+RnGBGIoAkjI5p+
ygAZ+ziBv1zTVsWBZJHUHHiLG2AQCx0bVrvCnD8WqWxl7rbVAIUlgA1xZQxJyutmNFa11hgD
pmbFGR+bGKbDAMjkrtpX1Wutu3Q9egilS96Kca5EdXU/gADJH6DGcDPY3N385YrAFnYYFJCq
kOHBpVgSoXAJJVlyx+ijatyvZLB+rDX+oGCZsHbN108dFyIhc2gfY7JnGDRXRQ2I3TaUkr0M
2JKqGC/JsqINnZX7jq3zqsQVaQqyNNOprk5+4wDNhSdkUMDshl3EtK5TWpw1r1YMuaC9W/bc
ZhbR2UftgHJwmAXHTLG6p7Fi9lOuCOqjLFhugCBJJcnI+vUslc44MhQQeAokWKcrbAIyZxg2
U0P2suUPUame5VrDWnratlhq1AmFwtutaLKuxxsBAJjyQGy2oq+yZBAArYB6wGNdWUIExIIw
sFFXsFtvpfy7R+Pb1Avq3GwUR4stQhtYDs09dwf3VsygbSriWo4B4/RsMTXYW8uvyesnaVMA
c1wwc1wYVlhlA5e0ZJAC9gEg2KQVRiAThU4VnKGZdjYYVXLehPLZbDuv0FncoAHOgQahjYxA
D/bJdMsCvm5UwLUnqn1s0ddbKwgQKwwfx2NmvXr3PY2bL+v27NW3WursX/5bU7DYpK36nNeX
XLXlSgDnPYfW+ZXbPVatmBr74Ir2K7QDnOXbFVS3+1W0WOrDWVSSZLJ5AtZCGmbH4xQYP8DI
whsEwACoaMd1nqYVYEYZzeBqtsRLUCL1Slo8cK9QTLJYKv29ZsdbQ/LLIuBIa56xTarVKs5P
kYUQlS9tj15+gGKCG3/ZJrLsbV170oGxVszR3a6G2vbvP+y20a1hZ60CpfatSPtl2p9haBd7
NWYO20yIQNqr6LXwh6561kt2PjNldq07+rfQmuvbLTA0jKGA9CeRLKiAaAcsUHAIU9s/ljGM
X5awDPI5NakgiQOPwQDnsQG1tNZodR2pPP1XLoL3wFVSCoZLa2JUnHjL9dHSbFag+RH8aj/R
bmugD6IPWc3ds69d9rWPBVgUGC4gNYS61bF7a/qtp11fWUUOTx7XaZ7hCjyAmxZPpq+7CoDL
6uysAl9tNfT0n8/3Y57iwsKHAy4TmvAFOh2FdSIsDIyAp69QxBCAgMCcKlQydsqBVC5g2EYH
kKZyM3ULUaRDa9qnsDDGxbBaXm2ssz1lGL2PmlerUgkh07V+cVZa/wDbVsioQZ2EXrQrFtIH
rHHshaloLT1DYicpS7PqekTqlC1qBGDNl+lMGy1lUgQWWsFvX6wrXIzf11DQtml6dulnzh+f
ZiblrIyontpoWvCAAD8uBM8mcElWByyYppbAARBUOmVyMB5nGEqpGvuEcMrKykMbQMveLnt7
FbrFaqwrcrQt9jIpBsa3VsltS+U12i+s1jVtHjoHWtRGW64tFnpXJX0LzT6elMrpqrH4jI53
0DaxWqtKS7khWcE2W6lBopwZsUrbXUy1Lo1+G0GQw5363JDBcQdjqgVbAPA/LjG5A6kfBich
prEIIiMKzgUAA4vI+c3dU2rUpWtuseOtmKMW29cG26qyt4yhwHDrYpAbPGIrSVaFy/ZTDUbh
aPHfWQRPKzE5OTnOfH4kZOe1sco9WwzLrbClNXauzS0U1xgyc+Rv0qGZKyEYFGOWL2S9E76o
IxCPODxxhyc//9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/ACj6Rq9BpW3L0Ivl
sUUDqbjj0E3SCJL0OUzj2EscF6nyxWKepKYsUpghpp/kbiSvv0hKe42nGxDuqkY67CSTprqT
nZ9ymKb3KfQnU7lo6OR6DkhHoPv0opP+prA1LaGmhabEqSUvkX9ChBH5GyPjU367j0KXH6WE
lcUOxE0Q1i+U6jilLnycI+KjuVddCcrvUqRfuPFEWYuL9hPL/wBvUT8a9WRlPYpRnfUfKzJV
C3ox8rq2w1KSd2NY4vOLQQ1xTvuY09ZG4nJ6mxf2GrCj3KFCfyLE26djtsOabF/YpcroU10G
z1uJFCwlqtelCpT6E40O5E1HN+k/UqNdmUp6EQVofGyF/YifoNNXJgcj1Zk+xb6nrYnJwxQ6
u8iikFLkNzKL+5M0Q6Q9xZNScYqzlm26/aJYqj1E9dihGiISLV2K2Z26z0lmw9Sx6HyI/Mkr
Y/sepc7kE6lSnXsRYjruunsKdSIhGsrexSpV/XQrMG0u5GKbpfuRn+RCRk1ZjcqlyIuSrapi
W+glkqiSpFzliPlXZEEZS3o1YhW2OWbsQkSqMuo7kUhkQQ3GxErsxq6N506VQjsevSekktSd
in0KaCdulbkdJKX616ufwQOug6yUqyslCroyMnTQWqQnC6WhGSikUP1KP07D4v8AsJt+xjEO
hWxF0fHCrohPyKhZPaRJKOy6VRQn8xOTbuVqS6QZRk0J5Ou5uWlkZSnsXrt0r0p1j8fcufFS
zudydOnbUo6FETpsQrkje6sV9ilY0O2pB2KCbVRN0mrGsVQTb7GTWw27M79ycb6piizMHjg3
k0fOmxRCdEx5PTYtCJyVqIhWHLroTv0i+3S9Bpex31F1xajl3JyiG7meLcrGwsZanVUGv5Mv
qNLyPKHrUr0qvwW9enp0mS5VkSUsRBIoK9J6ZeGnDFON+laFvbcbiBawR7ibQ4UJEsnKiM8c
VS0lRwoWr6JrQ8eKdWitSXdiydIPjYr9Bq3ci/cp7lSLMgUDVibNUE/yFp1SegrpaHkfdCau
Njas25/Flgqcemxc+4uVynpMfhjq3sebyzELI3Rv2OL1sirIepVk2Yq+w1FFqx1sZTVpUKq5
DnsdmIxTumKdCNBRYbZLpO460QkiLFbnbooYldiTU7E/kewn0a+gkq/6jbUcnobVG9tBZd/x
ZZZVeT/qz1yb2PP5P+3L9DRJk2ZTL2Iyuf2IyvscsoWO2o1i02K8bFJnYeObcq2KJWMLRGz7
C1ZxaP4+Mq8n9hL3kpY/sREIaj2OyL07lypSiIipucmKLajF0y4uqdRLWaCTcvUsMe4qz/wu
R5aVaz/QTdew40Iit4ucmox21Isl7MnFV7k5fc9iqaaqfFdhx9+iHlk02OWNTQhbWM/Llf8A
5+0eeSeLyeuxCckEITtNxzpYn9RPLJYnxyT9Oikf5FfY/UnUb1VjjwcjxzTUPUeU0Wo+O/1L
V0MdCEPue7/4Kl5EurUxP1M01DeOf6ETC1IxU92PNfPNlVx/UTctocuNRQzJ+5MVeg8ssqsh
VROux3OTXrIm1C0RM0GkvcmfUUOZ0IcQrixxXJse2xu9mS6TomJ3jTcWP25K6E2xNU2Jgm3Y
odysGSVVFjJJRL0MWnFYa3FB6jaVUTux/wBC8G/9BJi64wN68H+g3m0lopHFRPFWuTlSRqE2
7Cys9ejye1FqznmvYnYm3cnQnQWbpgtNWQlpYjHUmIepSxyyrlGg6NQWuLJfE4u+rLFbCyxb
gWGU/wAis9GK1CFVotEjJg9R5LUealZSJ5uZaoRMrQUaMyXYy8ezka/4GouqWlIQ++L/AEJd
No1GrCiotEh6DWN9yc8ocVZyyyfH9q/9RMyj0E04FNVucs8YWi3/AO4S2tsTMshXKUnUeeeS
S0ncfHKVuOKvUSU2PknGiKqWLk+WcQlsLKJxZKUGOeMpYu48nWHDZf6EMpcexvAkn7dyf3N1
FSGnRmSynjozLBv4oURx1JVE3DNv+BjpXollbF0RGkMhJuLDbSTGkKabo5Y6E4qpLtsVIRUl
an8nkq06ItW5i1Xchu5NuiwxcK8ESqkYw95HGNXuLFyq1jQWOLeWQss3D2IVluSlDg47j4W/
cjZoaIuydSW4ghWF3MccZZ+bkyymLkaaiWC5OjpUxzdGlVPpE1Li4rlO39VpXX4MU7ZOTtD/
AEJX5CpI4tcebhyNNCacyyMiio9ScXcjUxTolc4/mfJlKCIuhuqG3+0X5sWGChv9wlllXHUT
xc+bzW3WInlXPVjgVdyEqon8zyYXmpP3CZya9x97EtHaTHHGh/k3dkL91iNXUywxVW6MTy+W
bq30kb26YpUn+rnnv+BYv7Vl+ROnG/sV1EtWToPRFPcbu5JsncTVyrafoQ/+pRVWrJf0EnfQ
iLiJgixlW4o3FllZGSSeVYSFnn8vI1XWByVFEob2Gnc8mShRCGW9C8diV9BcSLJXMUlDS0Na
sTVxY4Tk24Mubhuy2OGT5YXnU7FqibpJBjW3Sf6qW5SB+TOH7DWjT/Qlu1iZll4Ykq7wQ/bu
ZwpO5au5MtvYlCT1uf3FDiLl+8saviSJjzao3Qx8rq3VLYhqPQ58FyvPSiNTFJTDqJYVbq4F
48V8nX2P4+M8nXIf5EN0HshJ30FyISJShkMjTY/kxxUsbiO5KK66E3EsbEOkEro09SFb+pip
ihGpa5TZyOLo/wC4SiiJxdNj5Vehls1U3g+1wU95L2E3BKLX6NEOquNLTcWTvIseVtJJxdRT
fpElTLKyVoIxfuN+L7mol6SYePLLlyUv1FluJq7If1FkVrJSu8kLU3ZWxSxVwiFbcauPHa5R
URcvXX+uo2O40rj3hncookiZi5VS9iY9jJWHp6lyN7sp9TBWbuy5EwOvuTffpO5DZlhlf/If
8TXk8brDZi8sYb2F4vFn/Hk68riyf/yJ3pBw8nleWV1GmJxs8tXsKlXqPJ2epl5dMPij1sQ6
PcrVlSi9yup2ZF41ErzUoX9SlR6EWnUi5sz4Pix8vI9+KMvG3MVX9XFToe1yG/ca0hnrr09d
RtpNLUnGzHJk9J0Ffu3UpUUP1MHFGiVYqyZJ1Jg3aKmLf2ZOGQ1KIauJ6dKpesHNrsiqnBM/
+p4U+WS+7RSLxqsKr3YqoiklEQl6iT+4U/kJLQie43J6ELS5WiIdj/UeRN+xSjJTSY3na0lP
xx1uqDlig2IW9Wxw6QyGo26TMIoUL61MlepDr2O+yEko1aMcYhxQqTBGVNkRBCo9UVsx5UUD
cNZ41Qk38saMVZH5cMkuN0YeW3JVRLohY4v4I5Zf8yLyYY8s4cPf/tGvKv4/JP2laFR6vRkW
nUq52Ixoy3qJqq6UJ/Mq7DkSdiFVC72GnqU1Y8mRMD/ci8PYoyrK5IlM+NGfBP6FcmvUmSKv
c5NS9Dfuch+j/QUVZW3cofF3GtxqNTJzqJu+pT6ihdxPVEEKrK3I13J9nuJP2oJcfitR1dVY
fH6PVC8vjaw3WhxzwWSirF48VC2OOLrFSramw3XQ4f4Nwz4v5ToNZNONXJH8fLHdSLJSuzLT
Q+Q2m5LSyXTsOCIgib6HYnH36NNU0ZOhM12K6kIrch09C0spKZV+hDuzi1UlRQcUYm9R9rEx
CF2FoQqse8P9Dkq7liXYbutBO0aGw3NJZRIn9D1E7to2GsfqSqt3IiFrkUVXr+D+fGuWKhoW
Dbwe6uQ//kT6kf8AuZP7ckPk/kyF9SLukjiqcwjKVdjxzmtRY4Kyv1am40rolKpyVGxlakoq
Nk6HH8xJfU7LpLJFpqN6bk3ISOQppsVuiqFWiI2Ghpv0JdCYtQfo6FZNkVqhNfmS6Ia96j7s
SY9BMxbahIcGxLVCEoX4WnZqCF8vHn9tdiPJgrVocPHjyaoqUJShs5NKdT+HwrUw8cLklVky
Quqa1EzlioepaqFdQNl6an3pIlOU7FWVsTvqOpQ7ogtTcjKrHNu5rB8UOX7F6Dl6XZ8suTex
yTaWwlMTWTli5E25IXsJZEzoytSIhajrLOyEnYzrZURlI9t0V0EmqFFTRkNwLudl+Cc3OWxz
8bqtCpGS9GeTDyL5S+LWyHFtDilXuNKqSHl/FOS+7JCywyT36T1wx7ixevRyoQ2UGsxrLFOL
CWKjFaFpZGpQsblrnciZHDI1IdimpQq66IaWVNT7pWxf2ZQTxcVGs38lruSn6Fb3knsx7EIq
fGzHOg3j7mdNXJb1FAiFRFakv2QvwPBUyxcdj+ZyssppoNfkeh5MopjKhn8ni+56aENe5k5+
UXM8s1LyVH2OfjtNVoLRtENz1xMX7EiRM1J2K0Ian9TsLFL4u7JY2lJMexX/AKnxZMtNnFuH
ocMPlk7t6EJ3rYX8nszHHy4ri7ZL/wBRLMsVZOClZKpT2K/IUJ9iVe7WxybiKM/hyc43xYkm
ezIR3IdxzYi6GrQjJvcpT1K30En/AKFCh6nourexmtXk6+548dkLKYa6Pz+NTP3Y7owzwXwy
nk3dQPLNxscPEox1Zli6tLQxUQnkehUh7x0liisFRPQWTXsSrbFH3IdzYufFvGL7MrmmkSnX
U5N1ErDzdUj+byV8mVMMV+1f5DxTn/Jis4XSMqp6Cww7jbJutiimdEY+PFS2J5pZZtU2Q7yh
4tUTOSy48aox1lKo94YzsTJE+p30HOo4uRFdyHR6Sb9if2soQlYkxrV9HFG6GM/dkzHHZfgj
FQtic8VlsQlHoZ7QYRv1b0WUsxyVmhLrWr0RPSXqL4pYbzUeKsdiJOyvubDUs5ZVjUWc/wC0
v2jyWlELLFJZZVmSc7tErXosZlJ2IirP5MlGO5HjxTduTuPzeZfLL7RvJaqvuR4qYpV3bHsn
scW4kXj8bqrexli3PkacerRCvqVcepKqS7noPJ3hxI4tqRNNzuiNXdCUWK0Mm6vQe4k7rp4/
G7ZNyY1lY4t/gl0HlMp265exjt1eMfFtVME71Eh+hNytTjFDRsl30RW5VQ9ytU9j9IE5o7ny
yl6ISxy+Wq7E+X7exnw0sjDG7bFhh+3QXK8WISMsphwyXZ7nLHHlnu9BYy3i7YIWWaax0Rxs
lZGWHjrk2vyOLVVc/wC0+1vZiyj5x0cRJEpoSTVSjTaJlexlWyY1apEE2JK6aG8i0knvAm+m
E/tTaMnEJL8HHcWO3XL2MF1xc/uVDCLQVVj1EQUJbkkuUXKD/cxhPapKzSpqcfG1lkNt1Ky2
7mGGFJMs2qJODHjWcl+o1w+2jZTpwW1WUkSxTjcXkwyWUVaZKxh6oTWo29DLlSpF0LL90a9e
UxPcr5JZduB5WWxLrL1G/GnOpljEsrTsJomSdIoJ9MErclJx6KKxRrUz8rTh0SF+B+NJzvp1
iJ5MXbpUTn9yfsKNBvViW5uLkm52JWDj2JeLx2ImjtAnhV6sluuWguVCMXKMM065KWj9BtJz
oJOlYH45jjjH1MeVcVVD8icJMl3MmrxQ45Oc8qz2MuSpiriwVElQifUxSy4+NXQsvD8sXfEf
jaeGTVTLHH5S6PufyeW+34OMOfQbx8V9WSkq6QfJw3oUrGxkvLZqF6mURcqpe4o9xKSYpoVv
0wx92SN9jJ4SluYJ1lS/f8MpV64xuZZ69WmpTM8G54twuiewmYtUc3OONrixSbdio0lKJyts
PDLGcnZ7H8nkxlO3qJVF5MF7FFxwX3NDaq6sz4KXqLljZG09I3uPyZOMZuZcbOIEnRtDySru
TlR7FXxmkj8X/wAdPLN0ebMcs8U/InLfcouqRXHll2JwxSOVJ0J5JQVyuTqNuOxWv5EJwLRi
z3XSpik7Jz0ybejgh3ysYrZJfl/QTTqPbbosV6vp5Mf8nRCf0EJGMuNxJOjvGxCqtCgnI3lR
LVkXXYWGCjHFHFTsoYpct2HindVqcnfLX1Gk6vTVk5K5RUG8qJDdzHx8Jxyq2zGVR6mOSeij
JD/kzx4LV3EvF/uTqqojLKMVoiMVH6/hxTal2OX8jIWbfsht5PsPCuTJaeCW5ybmXCJ+q6Te
CTH0657JQepGjVTClMav+iuTgeScomBuOjTolAlsKT0Fm3bQbX/LOWquPN2aG1VTQSn47GWc
3cJajhX1FlmvgnLgWOK+CVy3uJKqiovGkJ5dP4sbY3fcc3aHj5Wm0/ijgseOCskJTGKtIsvI
3ljPsccVE1/DGo8sqJC8v+C6JakO2pYjY8eKvP8AYpSLk3FOuxH6mM2S6QZZ5L45ZPFSLIv8
UZZpEP8AoJEbEashaDzehzd8mqDZJOxluNJxSpxycNUROOrWI5cScsm/ifGiMfEvtVZHnkqu
yVx0jVDahI+NHCMW7yKBu1BtKknFPjiTm+TuJRE2OWf2CxxsvxTtUbm1EmP0dfYnGhuztuTM
ETXJaCxTlp/cRNzsQrMSvirsxSULokqHfHJNwJowxm6TgejWip+Hbqo1L12K0G0pVkVY8GSr
YOvqORtdKKhkoiRwpaMU3CFk3a7JlOdCUT5cU8d2PDwKHlbJkcpauytdz4uXsJaY5EakZ/HB
banJw1sS0kkR4sZfY5+eMtkJYqEvwTk4RCqyccaHGKfujYmF/HpucdkyOS+pyxabGpUKliqb
E2oLibU7CcUZYfja+V5ElZdEzJ41y1XYeMzH1F8qqIFyct1Kl+k9KuCh+gpFFW6QLsiWZaUu
N3qQM9R2kcX/ACIVHlsLCZSKRL0KVg5Zuu2pCZWZL/Uht+xOLgwfmdZq9BPFrJPVdPgpZCV9
St/xSrrQ4NxWGfDJ1cOSmpzzwb8au1MIfnxc4pNv/wAq+RP8p8c52qVU8bk5Kq02IVtz7rDT
yQvHllPLYSWUd4OKfLJ3y1Lk3IMscrNO5k+Xyf7Sriov16UKm5CpOpMz6kt2Own+Rj6i6ZPU
5t3dCNyFZHYWGiUti41V2SoqpG4X1FpI80pb30K3ZDVdxOX/AG6bN6kK5VTF1sLCJxbtsclq
UuUv+OV/kht0cQhasWo4tlB5v/DnT/y5DfJpyP5upHK5DyFGVuxOWTZen5icWqLJ2RD6QXk5
rTYXnb9mN/8Adp6mNbInQTTrsXgrcqqkKhxOTokS/YwbdJEkQhY7xBjiJdPUzndLsJYxKZim
0pG4lVF5MlGKuNY2ixtsSQ3VaFKaVJTTT2O5Wwo9oMpcqkT/AEXinXkpKHc23MUqYNU2MvA4
55LL/wDpfEqjVGpDbRWuxRTBMQiE62RGbnbt07b9JZE3M0rYr7hcdWv1FO3S1hfx5cHq+wk2
8mtWRJcqytjjotDBK0qTGtT0uLDDL443Rg3V1Qn9BSM8iiZcyJvceT9hJTF0LHTU0JX0Lwim
l+xSouVtjZrQrvVm82MnldxH4+x8TJp1lNlXUkaUepj487Y0TOWyb+iL9KFDc2IboYSprRkK
34IIdzytf4mCiPkqiXbrBUkTSuQ1A1k72M9Fi4+gnRMwy7HczyalaegnpLgx65ZK5OdaiWMp
LcnU5fqSl7laE3WhY5NQi1iX9T+RXWhGSroKn4obiT45PJbXKYNmWCwXoVo9pJyyr6n+3Ts6
kZ+yQ054tPFe6EXnp36fkKh/Jlo6L8XJ3M8VqjHVPJfqKBkLpsiNBVqU+pedjLDFw3LbH5cr
Y1SHg6cHC9CDPHRYte4k6NNkvpI8k4adBprU+Imyd4oRMETX6nyaS0OM1scslMku7Ix+o01K
1YuT1kUW/FOR8aF30qpKJFEQL1JdiRR09BY4qcmLLyZJLZXFgtPxY+ROzhrszD+TGfFlZmL8
VMk6iWWXJLbQ+LY8l8nohprjmrooTp0qzu9zKbLlUeLUp0HhPwyf5DeGayelTPndty0Lk5mR
jT06Zoy4UyxqfKruyYXYnGIIsjlkqLUhW0F8VOp2Nij1F416vufyNSzJJ0/qPpitCEiq6RJe
R+TJfFK/f+g1gpcpx2MfFlbFQ09B8H8XYjLGqsNvGiHNMlZCzwbxb2sLk/lqKtHoNTOS0PjK
SuNTLSqZefPKrmnqN+LD0bMcs8YcVFksf481s3VkquTrHYwa6Zd3Tp5EvqZLL5SOPcaVWVJa
nsR4fhFkhLzYN4/5H8qq9MdynifLRny8TVbj54/BqV6jyz+XF2F4vEoyyokhLXUVJ37Ik2/o
Uubsk+gvyHZ+pEfQlEOJ3M8O0x/Q/jW9R+RNp7aM7q0ir9Ry59CMbabieWqk5YqncTeq9isN
k4uGu46+p/uppEcfRvc0aHsYt2sYJevSemWOVmqsyxVZsZOz2IxctkfmJrcSm5SGzGFyeLmD
HJJbP1Ig4pTk1oJ4YP8Aky1/afyeRz5CmhLoLZEb/wBWF9Cjgm4uxjwfr0sQy9OkuhxSl7jy
avoPCKLUbdK0ZEykNzPcxze4ofxZjjh8o0Ij17FckQ1yVqDpynWxxalFFBET2O6rQU6GHfrY
zc1aojPyZOGk1Yybbb3K2HEJLVj8ePyb/ctDJp1p8jLFt40MI81Mb9xqZlyy1znlStGLJrkl
pJE8ctn0nWbEfUWv9DcWKVBnuTYfG76QLTcy8jslT161Uk2RR5NftSHzdcdGJ+NvHHG5lnz5
Z2XYfO/YrZD41THD+MiV2hrS4oJ37kuz1KtMsVZrG4m6mTSVaDwV5gx8bcxqcnRFNBtsaxpN
iHi8uU1Rzmj0OW1x4YuPGtFqRMd2Z4NV3RKV6D44cp7ny+M14zJSmGIsdLe5xiU9z+Tw0xVW
tR4+Scls7nLBuNtUI9P6E2RT8Efkbdi07EYLk1ojHFKHHy9SPD5Fiv8AHU/38HlgvuypY5+P
Lkh+PHLjD0PuZ63K+xlllqxxj/1EuMPUaiVqOFA0k4sisojl6C+VdSJbW41xfqR9s7ny0/sN
a42K/RmeGymBeRUauLi5eoplLY2WoljV5ODHxJUxVWQqoUK9kcdcqEqr2KjeLqLPFzNycX7n
LyPlNiMYnUdKVaI8nxe7KNN6CeMLJXgo+L1YpyjJjejdOk5OEP8AjzTyWuxTypIc5uUU8jK5
1Yk/JROx90zfscppuJKY19iPzE7diMU2xPNPBa7j41b1fTLK+SsZN5NPSbZL/AXk8OUc/uxG
3Vty2dthpkISetSVpYTalm03RX6FdD7UQsFTU5QcYgSSmlWTdbHJT6D8b+3Ki3ljWonP3UZM
0dSnRp6nwqsBebJw3oUnYqcVZdNeyH/zJxf2seWh6EkpQ2OVyjc44pLL9CWqlbixdMVscFkl
G588k1ujPxzGKoiMddCWoOSuy8Ml6ClUmpMxI+MuKUG2nMNL6E3YoMMo+bVWVE3ZjmmwscW3
i3MEZqqHwR/1Lksi8ihftHlVObDmUjZdxtX3FWSGqasxxxIn2HinLm527D0gotLnLVVMc3ez
Z3Zj481DSiT45JnYb10Hyq8rixw8k4qyYm/K57GTzyeajXQyb3uTMzodyXct6mPhfxejId0R
EN2Z8nG48PErfuY8snOTu+kXm7JkwbuqCMoluaCfkznshbWgSmEOc1Mj+S5QOGnJHJJkPJQP
FOybZsTlbFTBxzlL9rQ5xby0ZFo0IbF/klsOPuexW5VFNOmLyTamoslRNUE4Y6ymRjohzRGL
mmsClnN2mhLcIbx1YnmThc4u7qVsZO9aIoayJrKCM8qCynklpoWoSQxxfKxLZGm5UaVZ3Im1
yVocfKpa1VSPGmu5XJ5by6Ep0F/YdEeuqKv/AFE52FljY8meSlaDsLj7if8AJMqasjJpsbxa
UFH+ZDX1G2lx2keSimLlexUlL5ZKpjimm/8AHUTSdVY3gU1eqEk4WxxxcJIpY9D1Kr0FKFjr
irmKvBCVZHtqTbT2FHuQ/YSanYvrYWiuVc1oU+L7HGeT7Dj3HNh0daMUKO5M2FjmlkQlC2G/
ofJCxSMMdIcotCI1N2REIopRtFyV7nqQQqLonVEr6kMm5l4m6L7ULaT+w3psKsLjT1G3pZjV
iNewpVLSOGZ4x+1r8ih8Kt0P/sZzLufx4qVZM+OlxLTG406TuOHNaDVizJ6N7HPcT/8AwLKF
eg5IxuPJjT00PTUapTUSvJrOiReWbODlcbiV2L3Z30RDIc0sjY+ThEeOq1eh3E9MVQt9Tcn8
hT/qWHNOxS1+kq4k7In8ih2ZJ/tptt2F5PI/nsrEOg3jLn8h0iqE1qPc77EvRCpTYiyOzT6b
EboxitbEz7Di2NWUIKdK1REEfkYY7pMTiURelhxY4rcSbjm4Hxr3IWtzjdSUulQUUGpqWsJa
O41jZLUcXIeu5F+kMlqfUiIS6Y6uBprS/SXct7qhsJpz/cp9CCqlk9LwRj7mPkyfHHaKs44q
F+B42khrUtYnH6m25XSw5c+xyjT+xsTFiLtUSGssVOjMm5keboNkX7lLEKp+qNSDx4q6xX6E
u7Knx1LWPHvNhrWopHFYlk22Jdx5WcD9ajyxdtxoehiqWGndCn8OPZDWsHZUZ/qVIiWbEfmI
7WHsWruRipYvJ5sVb7SEoS/FYojjFFZkNCeuo69oImsOhUgvR7nLFQ9SG6Wg4zTsdz1KdFNy
nRbrFfoclZWJd9C1rDS2kTTqtRZ6s3MnjVtwQ7i2Jm5lG5D1oxQ7ihV1ErpaDa0sWqdy1CGN
8lK0E9UOVoP1K1IaK06f3/AscMXk9SYnyO7f9KHrqRotRr6He8j3h1I0NlqUr3I0JgoSUr0c
qm/RbsxXdQimxshlRtyUqiv7RtUoN2lu4p1Io+w5+g8luNt1iRT+3cooerRVQUmBRVyPkkUS
Rf1ZE3P7siJ7jmjn6kwfG7sVRIhlBLUy8usx/SeT0OSshfmTNJsZLTQaT0c/Q2InrYSmBrYn
YZQpVlfYxWLhKG2MlnLVaksbLXMneci/ohPZQJTYUOwm9R4pVao/QeL/AG3RMxLOxl3sQxD1
ZL6SVcUK7E6EzBOq6VomNDgkS31HG5K/oSzJaRJmlEJ0geTUpFKVsNNfJ3eg9knU7Diq7dJ1
6uTY9S/S3uZZuzsOlWx7q8j1K2ZCRCVvzM8XvJhheZqPZs+NELISblrQoqmWSX3EXiw8X9SN
Iv3H6i/U79EvyNuwkVs+kWGp9yFe5DrsSRqehI4JdmenWpTpD1HklO6Pl9sNr0MsF9uY2rQT
Edz5VHtDR+pSi6U+pUoU1EtC3oUgh3OKtKkeTrLiDvsQl69yF0oqnFmeKU1kWNljT6kOiJWl
RbiaXy3E3SdRu7i5HYXGMXqmJK71GlXFMS3OyLwhuPcZjo2uj2Kv2IiFsVfsWtqNtx2JTFP0
NlsPC01SKKU7EWX9zhFdxTVajxycLcTxriXSeqZE2s0ZeHzRyVu5krcXSf8AEWc1xcJDTcNj
5MmaaETKepHWmlyXVPXpuukwfod3eCiG9W6o9hKPcmZkjKnoRvdnGKuzMnyajFOmpLctvQm8
iwWuhxVdSdU6GKdfQrSVUpZiliiyovQy1bsTqZZZOIsilakLToiwtXqigm9CJOKv+vR19+ka
6vcxewuNndPQWeeM4vVC8+Co1Q/j8ieLVmf7fkjJkU8mGzHmvjkqwryRHJPc5L4N1SQ15a5R
9xlk7qxLuRkk4JULsiGqw46wSU6RJvJ3FoyenHKzaqLJVEiH7FXI+Kh7mU/di7n8ic0gVa9y
ugstOw41sTvcUqh60glxI03ECiY2KypIme5KcK7LjWrNjV0Hk3MI9WSmSybbD3ZuUO4nNFZH
GPqSso7C8eWMwqyLHFJYqyOeWPytKPjjL3ZeuxWvZDh8Z0MclucZo7CzmuxXTQvch+pGkFSD
+xShvt00ksvYsVr2HjIqQcVpoYLOrheptx0G24gVujeLaUw0NN2OUQNXhFFEjTpNiHRK/c4p
QtPQrR67id3qSiFdm7ERj7ioS7bFHIuT9jji6u6K0jQh/QiFTrJN9ikrvcayVdGLZ1L+snGI
WWPx2bHi/CssNGmS1D2OWThGTWT4zdj8ub/24+LGsVPchO10Knzv2FsTYpEqrPkqEPXrQ9es
/kTvqTt0rQUbkb3ZjGyROXuQtROxE1Z5NnDQnKQorJk0qsrC7CrQaX1MfS45rPcy8bcTYhrs
RMQJL3KVTuPsXoRpuSvzJsZ+TOmS+0y7laE6kP6n6kQSRFTuconQtJi8Wscsa4tjyWTx8uN8
cf3f+E+Kd754i/kah7CWWLWC9pOGKeOMNCxu+w4pmncxu8mqsaSmlxCyd2J3f5CStr0sdz+4
+9zsVVjsehKuS6kmK0kpVpWOLoVFCndkq6HlaCHFBt0WRR1JdamOVsWJpSm6idxYzQTT7NmW
pyXuhJKrJirY33Iiuon+hT6FfqLFKVuLsV+o6V3KqNSd7iahj/Ig0IVEXrsJO0RQw413Pg0s
Woaeh/uumLoePxtR2I5fHGtB+XJ2dC1XYnBxixp0erIdnqQq9yFpQ9BqJb6+mg9Cp2KW6LVi
WR2ehglQhUeOop1Ikca2PWg1pEkTNZFD0JrLdyc7sTmq0HrFaDnUxzdXImqp3keLdUriWuqM
XEVKKsuRzNxfmJ6uqO7qVqoImexGiIglaHaKHFRS42yNNylxRR6oh/Vm+4loY+RxjjNZHW6E
lXGR8W2zHPy5Rj/iQsVHcmF9DjkqHJXRFkU1RKrlsTdqfQof6lFU/sVO25R20IcC/IYovoyt
TFXJVHNWhcvzKInKaaDWg42sbvUTf2obVloS7TRlhp2io3kqJmS2r7ENKtjlGlfQnFyNXlje
cNMjFVZ8V+ZwyXyTHk1N0QnKG4SK2KV02KKq0Pi4i5+rHI1oUVVqNx6kRKKKJFlFqtixj4v9
rOPjpTc+bjaCUk8tzuQlTcqU6VVdzi17jX7t9iZq0/0Kl69+lEWgiCXT0JZX8ipZn2vifyxG
KVJKXbE8r6lKajTJSHS41qVpsQ7EY20HzPjqJt33Hk9bm8MjsSxqJkUomILwTVtnG2qEVUSS
/YqpJinYc/Elabs9bolUI/MbTH2Fi5McUqxUjRkdZ6bjyZyWvSW6qxljlVNup2SdRRUsQR/0
KEHYkobFXQTmFg/qYQqCrA4cwUqPJ3KODfuMopY+z1Fxddiv0Gsbqond3Fk3TVEqXjqkLvYa
e5j61FWjKOWKFLF2IyfoJM7Ix1EmvcoVclPz6fGvqUuxKYErzcfkavb8Pp+COqxVniNVdXKG
oX2unsTxZ2G2JRUfSkwhuPQ9SlSNzJdzHFXFOqGn7oekFBLYbR+o6yh23kVEsuwpr2G9x4tO
UNO2ossW4x+rKr0OQvWBKJY1xhzUhoUWK1Z8Va8lRyq6PQ9Lsh33IGyZZa1xcVDFZMT/AG4u
WRFFsJ42ZT8DaUvYmzMuT5Yu34Eu7qZRRyZZ1nHHL8kcPHi8m39BJYLKblfGieKXYl4JQNPi
tji8lDu4Y3h5Gtkkyc3ye0Mf8NcNCIbew8Xi1hpl3JZi29B1lkuxOKoLZj42SHp2K0PkqaE4
uommQ9TOKvT0Gn9w8c6rV7D72Z2cVE1Y5QVq5JbhF4WheqrI3Fy/uUco2FKJmmyGhQvqPQj6
ixxrIk1GWTljWLjKKCTulfrR9ZX4fHxX3S2ZNSq3Mq0eL9LD4KJ/AvHhjKaluCuLSvYiHK1g
cTSqlCo1lFmZfzptKqilSP41Snc4+NcUfFzlqLF02Glkm1crY4iXYyeopVJ0uYqNKydkRZp0
LmMV0Zyeo3oZNun6kKPcWMCc+w52kcURDUwRCl2HP3LY7nfsbIbI01KL0bFlduyIyxeNKMro
N7mDa+KqStCSPxU+x/qZYvTpVpHBOe6seOdFQy1hjrRY5U9vw1r0WCu79F6E/UT3G9ScnX/U
SvS44dXoNQ4Ja9OmSin+RSsuZJibXHNtDi9aNHxrUafxbOKVTJb6GSV1UruLVIXZj1EohbCa
9y1h7ak22OMQSrkzBL3FT/n/ACFm6rGsmGWTvUh6iTdTlaSF+Cfw/wAi/coY8Wnllsc/8yqV
DF94SMqUllqQ/wBPxUJiu/TDLxJNqVkjLxZKMlNzjsNXbsTMxEiatBVL1JZLsQncyV0JpfES
VW7lKSxNxew4+LuPnXaCULKRPL0oc0vizSu4p+iIxZKysTlqShts0gh3JdWyHCX5iSmdRYqs
73MfGl6wdselqsWK0OxBx/oY4Kj/ANTHCZjXo1jdVljyjWRvs6exRl/Y+OfE/wDcgpnKKNMt
Hc+72IbjZktTl/kOPHPczyyxS4zXUcZfF3e5CVCLp2IbkXHJp9j/ANyEccsv5MmyUq7Ca9yc
Lp0G9jH9ziGTu/oXEkQ69xJ5WdDLLHGzqQ1TQlURGki1Kr46EqiYj+w3FrSJtVHMoTS9HrIm
7JWMscbKw8XVi8udooin4o1/Cs8KuVQS6Z4tyocCU2uPNNRxcohXKkLR6nLOEyuar3IxTyb2
Pjgo7tFMVJy8vFN2g4LyLGtXJOHl55GXhS0by3McrxNBTTUleyFN5IvsQmp7VOWacIV1LEtN
SjqZYKq3IiGhp3HyE1U77ENX1MsEqVVTF2TdkcVfsPcU6if7R5Y2xHNOw41uVqQbrvcv6ycM
bfmcck23ZHHGiTMcdkhrrxim/WXddI1XVi6PJuDyOZU0Mp/xyj6FD44vJ7DyXi492PnlR7Cy
bbm2g58c7NshePFGlK0oS8uKx+0rOT3EkhvLCMmoeXYzwusft9xVWXYTdOwlDzmzFx+K2Wom
6JHDREOzsUu7jW5ljHoNNQpqLyR8WSJv0jUhV3Em4mkEuimDjeGcohMppdlWJY3OM6NkZUZB
Mx2NiIn9R+lmMcUaVzHJ0WNfX+qxOOnFKuNxNKG2Nu6Tj2JiXsUaU6Ih5z2licL6kZNCxzVN
SOCcalcE36H2r+w3iQPlXuJr3E8rkXYoxTm+py4x2ghIazonZmL0McvqRojlE7kwiv26Ck5f
tv7DctHF+w37CyvDqTFdEPKJnQrREYpTufJTRjE2/SOjk/Qa7DbolqNurdoK36R7Ff6WWQmN
J2JdW3L9Dnoh109ytUhPFSSlGSuQ7D+N7FlJMVY3puTeesNz0lKg/wAhUjYtI8snxxHxrjNB
KW2tCtOxRqjkeryVBpqIsjj9qJalpXGocOik+2H2Jmpw8jnHQS/bJKrFi9TN5fa7HrZjWFMo
Hlng2t1YnFNy6lMb6Do6KRLi52scvJSVRDxiOwuLhK7Iy9i5O/ShX8Fafgh2bUkIyf7b5Dbu
xcrkxRo2QlMtEq7FNygv1OyISG0voS/zEthjarNjLF0eLaJWtSWRZDxxxpP1OWb4wqsSwby7
kZa7GXKomraHNV0ZE02IxfuNt+wnVN7aCVXByi+jPlpUxw03OV9jjo3LFW1hsh1RCxiKmXky
TTSpsOrSSduxNYxX6lV6E3eol3Li4uG6SzGbx+F8lEdJs56qGJ9yYmFYfhxjGX+h8k3BGiIi
aP1FWBd9SinZlfzEtCHVKp/YU20Pc5DxiXueugodhtfbnb1FvqyV7j1f6D4quo03KdWPFevd
DSUvcl2HF9Br2ZDdNyLT+ZKaTsNZNLaRYR9ruLH/ABKHLjKWpKYoyvcWO3VmeD1Mq3TJczkq
exM6nFaaiyV9SW72RjjqJbL8VcYj8+ryiYUwLOInQi71HPqh+Rq/5Fr0MYqNTpY+QuNnoNTD
RVXJSkrdnKDsNuxKfsTqdyNWLJU4uZ1MVji43Z85kr8ew3FbTbH/APYySdOwsss4yt7D8aUv
JUK27lWNJ0EoFyRxSscY9JKKu6JYlrkcU7X6VtoKK/g4z90wNP7uxjgvSBTd2ge5ONlcoqsp
+0roLHJwynRta/it7Gbbhp0QsXNfcUe6HPshPSBrWHXp8k0iXSdRvlJe5OdV2GsPFk8dB/ye
LLHZxQlOkXI036ORRY/hx+Wb02Rj42/ljY5JrFL9SW+RDylaJaDWLcO58slC0monjSHAm3dI
T0Q0sY7jWpF2SqQQlJny2p6jiqF/kiW5buUoPJLQTd/wJYqcpOTlxofyZJ411E1tcWeuSqhp
CWxllldzTpjuxPLXrPSXoc0m1t0bHjjVt1E7NC1yYpfqJfmWpBWOm8MhqPQra56VJ06QnIqR
oJySrji5n5fJ97bS9Di8JqRi250siWo7IfHFJLV3Z8Jl2xVhvy3WxyVamOa2EqdyE57m5WYI
dh54kQr6Dlw9jFp1bJ3KVOWsQ1oT0luF3H4sMW8VXkOU1DuQePJUlOTLx5KMsVrqjH06colO
yHOmhTUw3hU9xzVMjOiVicXP4sk6GbytJtjsY9zFL6iS0dDhZx+pyb9iErWPQ2gU17FbCrFp
KKBSQvUSivRHk8edU23UWWSjFieFE3aCYqQnX6lKtDysoqJfa5uxYzyeLuehRwS2SLK+DEk7
iSplNxN1lXFirnLK8wQlSCI6PPN20KN44KiQ3k/5cM6QqcRvG7rA4vA8vPnKemx/J4/jjFRP
TolduxOrr0xzmrVhP7VsTDcaiabuhrL7U7nxft1eWeSUDw8SqrvsWrMsluykmkaCUWUyY4uv
/chVoSzfpK/Mk3JSqJOvctJsmRqVp0w86VJWLgVJpKbKYpO0wTlk8su1EQsUlqyb7GSbhQ6F
WPxvKE/1FCpqUdDir6jxbfZsSyrl3G1HxsjPkqxRNVMsskssYofGkaEWc2K6HZjwxr5bRsPL
yZOXonSBtstHdD/llT7keFccYu7lcsst60F/JnM0SnkJYqEPJuEjlMtWFzShbDxTacE4NwhK
LbjpcaeNURkqzMHkalJJQumS8U4reYFl5M3lPeSXSFVjUUnUyWyE19uo8o+LotBcVtYWUfJD
aq1YpcpoRcoqMmRKw0pe0E/WSh365To5MG9rjx3Hg9KH+ok7PYa7MpWLmOX9jC0O6I0Pk+M6
ieKl7jxTiPtJ11ZN8ttTPF2bqh5Wykr7lScGn5G6IyyzynPN1Lr/AKC4tTr2Imw5Phjlnj2Q
/wCSME9Oxzjllp2JP4sXRKHG4puThlRXJeS5Iz5JpJ06QrDws3Y54VcSeR6tLrjhpAoXsWla
wLFKGyc3E2OOKhLq3VplFMk2aKXIKOjJdiiqtCUqmhPXNdpFjPywo0cthvHQjVVErKZkeLdl
MicxFTlkklujHxv7lcaVSHVKxx42Flir7jwV25Y8llLbuNzV1OX6FWQZcnKsj1J5VWiGsnBw
8aeTbMc/O226vFWFj4sVjib9MstkPN2VxNV37Dax+ONu7FNcsnJyTmbrr/NFEzLLBQ0mZ4qq
aXVehKdJsZYukKhSq1/DO2hFmxz9TYRxTJblbFFWxFxMrZCjo0RbFOH3THCoJ7lYTkadtjhi
nRS2NRM6kJraphF50Jm9xOPiKLupGNZsQ1U44ystTk3LRjm1FYjcmKsncqk/UfHJJPQXLP8A
I+b5dkfDFL8PkTcJqrGsGm9xp71FNMcT+PBTk3CYsG5d2+rxepn/APH/AMpjLuZJuthE6bDy
xd9DKU5T+hg7pqpilbKkfhisi3I2uSn7FaFkevTsyJIb+W/4OWCX8i17CWbqlDJglKuxxYof
Gl9x8qejJamDDLKyexODoJNt4otD0fYolQqvUjH4zRsSxx56tuiPFi4xSafHERS39CvT+PHF
ta7FMWl2NVuLHHBxq24FllXyb7fhx8qUNRYx8kxT6ia16OFoSlDd0PH6GLV5X4f/2Q==</binary>
 <binary id="i_031.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4R2zRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMTk6MzY6NDIAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfagAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAceQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOnvpqDqHWay9pj4eKk4sbXLWlvl
z+QKdg91DTOp3AgT7QfdMfRRQQa3AjhuoSU12hkiBEid0cH/ADVACyy29hMhvpkCSB9Jp8P5
KvBkM3s10naY/wBiovsM5L3R7WNmPEEQElN0VhthaH/RERE8fvLK6z6bpYDq2t5AAA1Dqw5r
kfqvr/YrPQvOPbfZXTW5oBeTZ7dlZP8AM7/pPt/crsVTquFTi4+NTigNqoa5pmSXAkb3u/ec
93vekppXVzn9OAEl0McPpcM27oXM1WODGsaYIHfx54XW2sLczpMe2bue5kNG1cYwW2PLa6y4
k6hoJjX2tSUlse6DB1J5PYI2ZY12Jghplza7A4eH6Q7f876SXTMZuZ1ajDe1xbY4tcydhkNc
du47tibLoorwmtdkNbl4YPq4vpvDpc73n1/5l236f5n7iSkvQKrMnqbKKm7nPbYJPDWmtzXv
d/JrY7cutdh15X1eodhAjN6QQ+tzNHOLY9Z38t1seqs7omIelYdd9o235UOsDva5tbv5mv8A
e92/1ns/9IrS6TlW9Pzy2321X2ubBj847mPb/Ia9JTzVtlVVWTj21V3Oy2MsoyGwTW6d7f8A
Pl9WTSoZGVXfg/Yw37LTj7H0E+4OyD/Sn5GQ4fo23Vfpa8en9H+j/to/WKG4HU+oYL64c60W
4t5J9ldn6TbtHse18+n7v9GgWY7jjVzZVj15tjQyjcQGhn6IZNp9+xj7LLvpf+e0lP8A/9Dq
cmz03Y1LZBta4bydobt2Q3fD273/AJm5PXZFbWvdFpO0N1EmNx0hv5ihnMeWVitm4t3/AKP3
ay3Z9Ng/RNbP00Cql5sOQKi+5rxtduc0R/N7Huax26na/wBT03eokp1aANhGhBkn/wAihfZW
ChwBAY8jeHcEBw9rR/KYPaqP7YaKK8uqahaxz62OADrGaht9e9229u//AALPfX/hUvq31wdZ
xnnJrYy6txFkfQdHvbYxr92x2xySm27GruzcVshwxd9ka627PRrnTZ+jZY+xy5v609TzX5zs
HDf6VLGhpIaWue8/zjfUta39G13s9n6N/wDpFv5PUsCvrnTaqQyx+ZZbTbJh4aGnblsa07fS
fYx1P6Rn6b8z/SLiuqZ1/Ucl2Te5xdaZY2ZaGa7K6x+5/JSU9M7HLelYnUbXNpyMRnr1tIDv
0jZ9trtzWuZ+76X+EXPYVeLVUaa3iqyH2Pste7c4z+jbsbtY39G79H7/AMxLp12TkvZ0ay3Z
iuD3N0A94aXtbvd7tu6v+aaukzPqz0t/S7MajacioOdXltdJn3Q3IDTupZ/pLHbPTekp5zEz
sdm66itjst1k3sNZDLN7tz2tfV/MMa7bcuhoe7qbX3ZHTMVmPh64ZB3EXj3aO2s3Ve39PU9U
ejV3PxaulYL6/s97vTyLNm8WOj1sj1Duqf7GV/2P0fprq6qsS3ENWIGiulx2BviPdud/xu5J
Ti9e3ZWFjZjfaLwDa7naTsed372z3qvj1nM6bW7a05OM+wB7tTMhzLWqWLZ+qZvT7ZcaLmvr
H/BP/RAR/Ia3Z/XejfVxrPsYtcZ25JosjwcG7ef3ZSU1frdQzIxKurN0soYxlngWOO4OcP5N
i57LvryLRa98WW1br3u49YOd4A+x1Oyr+v8ApF2ORjB9GThXPG21r2S7RoJiyse6G7d29cfi
ta6MS1m049zbLL9u57ah+js7hn09ns/PSU//0evbVU87ntG6sODdwBOse4EoWZk4mLjuycpr
aK2ubtsc2Tu/MazaN7nO/N2Ko/puU+02OtrL3akhjGmSO7vQ3u/zlzv1oGRj5uLi3lrqfTNr
C1obuc4urc94Y1jd7du36KSnosbrXSOodM22ioY9NkMpyQwBjag32s3u9rnx/L2Mesz6t9e6
Oc2/CsAwsW9jrhe47Wuv377tv+iZ6RazGZs/Seh/1pct6YJgSaz79smAf/J7Vd6T07Gzrt+V
nU9Oa1wIbYCXbR9HYI9P/PsSU6XTulO6r1TI6631XYrMx7GVUhvquY1o2u3WW0toq9JzKt/6
T0kTq+H0r0asfp5Z9uDofRVcb5BkbGPdtZvqd+4rlvQsNuF9lHW6R0sE2PYHN1e8zdZ6NHuv
4/Q1WW2MWb62JjWOZ9XqHDJANY6jeA+4Eglwxcar9FhewO/TX/pNn+DY9JTDC6RfTnsZmFrM
qC6vBY9r8x5274ZjML/Q9nv9XJ/MWw79pZ+BfbgbXuL/ALPaQHNvM7hYx1Jd6FNzmbGZGyr9
P/1tZ/RcBnTMivJbb9pzLHfp3sO59YJl4dq6xzt39JssXVYHULbbTfk74LxSwtA2S4F257d2
/wDM3Pf/AOi0lOD0/b9VGsyuosH2vLuDRS0hxqxmx9oyZa76bvora6UfsvUL8LmuxznUuEEE
fz9Tgf5dNq5364ZP2y6l7WQKw6tj++u2z0v635//AFxXfq3njJxKw8/rHTtgPJL6mnbS7b9L
f6dno/8AWq0lJMitmJ9Y7X2Ca7h382zp/KUcFl2Jl9TxQP0Tx9prd39SvZubH5rvTsVn6x4t
tuSw0NBsura6lrjtmxh+i/8AObuY/wB6G5xfU7PY127FsrsyGdzVbX6OXun6W1p3/wDW0lJ+
rMdkZuPRW5rWZ1ZcHH95uxxg/wDFveufdisbezII2jLbZj3A6NFjTscf+/f9aW11C4M6Rj9Q
2ue/p1ldo2ak02D0LYn93fuVbPp9W/JwWcZjRn9MeODaG7rqw/8A4f8A7+kp/9Lr6ixxBDtz
HO0I7gLl/wDGBAy8CuDu9Gx5nkNLmBn+dscjVdWyMTp3ULGOa2xjDdjiNKy8ilgrE/mOf6n8
hcm177X77Xusc4xvscXnkudq4n8470lPT/Uvo1Oa23Nyqxbj1H0afV+gX/Se/ZPvfU3axv8A
xqB1npNbOtZ1t84+E27SABY8uaLNmI36Hp/8PZ+hq/4WxN0X62ZHSqRiX1+tj1vcGvqDRaxr
iXezf7H+/wDqf8Ym+sufi5eVXk4hsdjWMABfIJ01c4O/O3+okpn0LL6fb1EMHT6m41VT3tZ7
rXkt19a31d2923+c/wBEz+arW+7J6tl30YVlbW0Wfp7rqmlrG0g7rK31v3We5jf0b93856lS
4rHycjDyxZiWmm3a5jbWGHAOHLXEO+k3+SuhJwMDpGT1jpGVbjm+k4l3THEEG+welVa9zzv9
Whrn5H2j/tT/AMH/ADaSnmMf7X1HJZVSDbkZb/YzxLzujd+a397+QtvOy/s1FOJg3bqMAhvq
N032F36zlud+buu/mf8AutWh4VY6N0n7XH+UOpVmrE4mrG+jfl/vNfkfzGN/nrIudcQ9rdWV
tAd/Jn6M/ckp0+t9TqdkY9DHCzGrANzqjuH6Tb6rKrLNj7vTjcx9n+ERuh5bOl9XrNxDsa4+
jbbBg1v/AJvJaHe5uy1rHrnC4kQTMK80bqGtfJDG7Z7x+6P7SSn0Pq7dmLTfaxrrMG0AkiS1
rvY5zCq7Krcd9t7B6lNrhU9gkgtsG1s/yX+p/YeidOzsbrHRReHAFlX2fLqOp9RjRsd/aa31
a3qVDHZOFkYVLj9orFV1faYG6tjnf1mpKcvpl4+w3dMtj1sb1aXV9n0Fx9PbP7m7Yq9AtZgP
xX/03orm5GM8a78d0P0d+c1u7/zyk+wPybOoMG2+t4strGk1v/R5LY/r+7+QruYGVY9WdVJt
6c9tVsfn4l24t3N/kep6bElP/9MWZhm2h9RMOcRtdEjn90e521ZeXhPwcq/EtsbY+h/pF7AQ
10hrtzd3xXVHFF9ZbU0g1OeHuJiS06tY6d3qrlepeszqGS29xdabS9z3aOcHfRs/tpKQ3Ha9
2mhMhaT6NvSwLBBqAeR8/wDyLkH7Bfk9OHUGN/RMvbRaQDA9SNrt0bdm92z/AK4tW7HF7NHO
AAc21ogMM6bNvudu/qfzaSnCrtiG87SAD32n291o9Ipoy73W5g/UsIG3KIn6I9tdDP5eTZ+j
/qeqqGdg5GFkMx3NL7bWMcxrdQ4vO3ZX+9+l9i0urFvTaK+hVwbWH7R1G1vDsh40qH7zMav2
sSU1+q9Qt6hkXZTvbY+AxrNG1sYNrKGD/g2qpg5PoZEuEss9jp15P0kMvEu0ieQOEzayXAs1
117x5FJTpWVYTXF/piQZ0kT8P/MVc6T0LKzq3ZG1raWP2sBO3e7Rzt3+jppZ/O2f9tKizrT8
UbcOqh5YADlZLBfYXRtf6LLD6VFW7+a/R+p/pFe6V1rr/Urf2bj149zC3XH+zVCtwnX1GuDa
9rnH3fQSU7Q+sXROnZVtVOPj10OI3+mWte7Zu9Ozb/I3ezetTFtbtbk4NXrj1A2x1Ldzn1O1
qcf+K/Sf1FzVlHUK/Ui/o+M3H2HINTMUNpDztq9Zz2WbPVc39GsXqtvVqrGU5Ga+7HurNtBq
se2tzCSHM9Foq2bX/Sr9NJT12bjWVZ7sjVored3dtjHjbZV/movTMZzHZXTLiXV5FJbUSeQJ
LHM/6TVyP1LZc/rZpZ/MW0W/aG9iA39E538r1ti645LcZ/Tsi0tBZd9nfOjpJ2hrPpOduc76
P/CJKf/Uv052XVW2/KbViUuJJscdXQOGVl3+du/7bWf9ZqcS/Cq6jQSXh4DwZB9K0O22bHhr
/Tfcz2WPVkZHrWZWJk3Usdi5T2sfYwOhobDH11u+k51jPzvUUer01U/Va9zd2+2+k22WSXvO
7+dsc796ElJOhdNfk9GbW/FN9VrnttsbaAGElrmfo/8AB5DNrLP03/UIHUX5WAbMf0/Wvc9j
MMAgteLT+j9X03bdzdr2We5Ef9p6TidCtwnMxMnMxXm915iu5zdttdOZP6G5llVn6vX/AEjG
r/m7Vaw/rNh9YFVbceiu6twsdilpnew/ztFrCzdX7fofzn+l3pKb9XRMTFroycy/f1DHcL3X
uj0KHFsPx6Wt/mGf4Rvrfznp+suE6nW6rqGSwvNwbdYG3TIfte5u9r/zl0nWL3htdLtWZG9z
mn3HaHbH1OfDfUrd9L3LJvxcZ+OKWNbX6X0C0QGz9IR+7++kpza/eDA14d8D+cisIY8bBBcQ
Pu8VWsrspsdW4bHs0MferHR7a6us4Ft4D6W5Fe8P1btLtjtzT/X3JKR+m5r4e0uYZ2OEwfun
95d10ro+H0zJ9VhGZhdRx6694ALTA9/0PZ9kt9Xb73fznssXOih9HVv2efdtyfQe1w0O1/5w
/O3MXVX0VV4pp6e3ZjYFsZDmyAytwe7LY1xJ9W1u+u52xn6H/wADSUxuzekYRqx6b+n4LcoV
2sx7hscf029lrWU7Kmss22Px/W/w6xvrd037Rdj09Lx3WPrGyvGqbJ/TudlWPd6bWU0VVNZs
9V385ZYjZvW8SumvJND7hjlvoubb6J27Gba7QWWfa3fv/wDBp6updXxMCi40tZd1F1r/AELP
aRj0tZbQa9W+1zXXs/Tf8Gkps/VzoNnSsRxeA7Oc9jr9pkBhHsoa7/g9z/U/lqp17Fzc67Cd
gGunIGT6YFsh7H3t9WjIfZ9Ct7W43q7KWerj/ov9IrdP1kqtc2x1RqJaGPcHETP0dtThu3t/
4xX8G/A6dXVgPu9IW/pq7n1gm0PG8/anPY7ZkVxs/Se/0/8ACJKf/9UfWbK39eyg+htvsYdo
JZrt5JYWe795CsGTk9LdiVn9C22oMqZO0ve4sra+x25vqb3/AEPUW1l9B/bPWb8sXClt4ZYG
GtznBoiv6VX6P/pKWbg19KbTScppfXcL2Ftdh3WMD6fRsY59tP6Pe/3s9+96SmmMHMy8Z3Tc
vGc3GIDN1ck1n+bF++32NdT9P2f8WtHN6B9XH21PyodbjMDY6burcWMmt+Zexm5zG48b3Wsd
v/wX6VZObmXXUWAPDAYdQ9hIDXAh7fUbtZu23N3fQWxifWXG6rdZQRbh3/o7LMh5rgPa5ofX
TZUz6LvzfWtSU5vX8G7EsoptyPtb2Mca8kN2udU7bZV6rJ2eo33fQ/nFkbh7gCdQAJ89F1XX
OmPoob1eyxr3VFrcmuwks2k7a3V2fm1+73LmuoVemTaKzS6txY6kTtG6XMd6iSkP1irZXn0O
ZI9bDxrHfEs2/wDUsas2ml11zKmfSe4AToBJ+kXfyPpOXTfXLpeQ12Dm11OOMMGquyxoJDHV
/wClIG1m5trNixOmt2+ve5gfW2l7QT+8dpbt/lJKemyM+jqnUn5+HU0DHBY29xLHW7AWm254
LdjNn0f8L6f87/o0f9s52D04Z2E9j8XEe0HEfta29pM5TMbKeGPdl+/1/wDhPf8Ao1zeM91O
C1rXbjdWZHhvdu/6li6foHR6Op/VlmL1AH0b7jfW9pgtdJrYa3Pn939xJTRutxsrNsyPq9TW
Ax4H7Rznb66bXt3+j0zA9zXZGzd79v8A4F+kVPreNZ0qzFvdkuzLMhrzk3WuD7XCzbW6XBz6
2s9n6Nlf82up6V9Xem9Je+7BpvuutY+snIMAAHR3pPbXt/4xrP5tZH1/ov8As2HdaGNAaWbW
k6QWv7/10lPK3ZNtdN9byS9lm1hkghri530v3v3VtY3VWPwPs/ULy++mpz2l30ntZus9Lf8A
Rftd7f8ASLEI9TJY4CQ8NcQeCQ3Z/BH6jQ1+PW5v06zHyO1JT//W3cbrLcboz21AUZbbX0Gy
wQZaDdbkHdG9zGu/R1/mWemq2P0fJy6aW5j3st91noPa5xBcd7m3Cdz97GN3+/6a2+l9Gwms
9e7Hrsucd3qObMnu8B30N38lX7KLa2Odju3OiGssAf8A+Cbqrf8APssSU4GH0Nl5teWVMc15
mTvmRLXs3Buz+q+tQvrxyPQda3KeJrLKgXMaPz2ue0Nrb7fzN63HdOdlb35J9N1gaHbDMbRo
G7wfbu3fTQMjorQ0NqcSAfEsIH8nZ7P+ikp4rrubbi13dEptssxL21WtbYdxrIdv9Jn/AAft
3K1bazqLaMVwA9N24O4admzczcP0lW9v85/g/wA/+cVb609Juw8z7Xe+W3gVsJ4BaPZtsaG7
vYP0n+ErVOi+/FtY8j3uHtB9weCefZ++1JT1H1k6y+7pmRRkN9Cq97GWhg3FjdzbP5zc31W2
ubt+hX6P8tcvbbjMZlUVsLDXWWhhJPun3e4lWeo3MybhYZNWZj+gWu19O6v31zP7zvasey2y
07jq97NjwO5aNvH9lqSmxlM21VtrJIaxu4nmYH0f6rj9Fd19WbbB0XG9orOsWWmJbX9HZP5u
r/zFxRYTc1hGkAunt+8uiwa+ruox8hzxRjVsc2s27QCxoO3aLGu9vt9qSnpGPrfUx+LXk3sc
1waJgQfdu33Pra/+R+kWR9cMG23oLrvR9J2K+u0zBcW61Wh5a53tY1+5Gp6njNrYxxPUbWBw
c3HraBz/AKWz06/Y3872IfVBZZ0jKrZ0841ZocLC54dZp727KKC9r2tcP0u9JTwtVzgWAj+a
7nnVaLIuxQJG4jUf9Lsspp23ObxMt/78rtIuDmir3MLo2AwQTB9v8n3JKf/X7wZd7WkOxLdw
4DeD/aj2rOzfrBmYmbtOKH0OZPouJrulv03VXFjsO3f+ZTZfX/xi3gfkqjrrcjJFePZtqrIL
3DuJ9zf7bfYkpsMtY+ptwMVubvkgggRu9zfpNVSzKvuJbWPszO1ljZe7+pS721/9e/7ZV74A
BVOqZn2LCsvBDXmK6iRMPedrDt/P2fT9P/CfzaSnB+uWKbPq3eQX3Ppsqve97tzmta4Mue1v
tZ7a3fzdbVxPRa25PUsfALz6OQ/a7YAY0cWuY1/0V2/W7M2n6uXtL213WsZS3d7nTadhqc76
Lrdv+E/0y53ouJRnfWPFZZi+n6VL3X1NGxs1NbXXlbmn3+rc/wDSf8IkpuZn1K6sKW14wZeN
wizStwg7t1vre7Zr+Y9WP+aGPgYGX1DPuFuUxhfVTj6VVvMNZt3e+5+79/8ARrbs6P0303eq
bmVDVwN92yG+73NNjmbWrC63l9IxMM4vTXussveBcWvc9gY0bv8ACHbu3bPbWkpwsXa6+y+w
ONdVbrCB3Dfc73Ohdd0nAyndPwSzAxPU9IGzIv2vcXEF/wBFgd9Hd+cuRxqzdlY+DrvzHtrc
Z9orJb6rnfR9u0Lps85XUrjj9PoZj4tDnNOTY8hhnVwZt91vtd+akpsZF92O0syOo0CwAg0U
hp2jT/R1v93536RAwetZT8ytuyyzG1a64tZp5NaW1ts3fQWBl49OLeaq7act7INtu4Mqbpua
2ptnpMf7HKLczI9FoffitaTqBBj/ALZ93/giSml1LBdh9Ty8aZOPa7aeJYTvqP8A225qni/z
jHAxB3cwRHh/K3NTZd12Tnm3ItF9tzAH2MBa0uY3Z7Wn/gw1NU5zX1jz5+KSn//Q9AubkvL6
GvdW11UtyA1pAcTt2bXfnbfch0N+zM9Jjm3WPG4EuhztPpbQ3/qFatbvrcwOLC5pAeACRIjc
3d7UGml7L7bXuncGtY0CA1rfn7vzUlIW9Rt3FtlOwjQxJk/ySQqec2rqDsW2z3HCtdeytpOw
uLdlfrfS/mvp/wDGLZ0lKR2SU871Oh+f0x+Nc0sssLS0Nc3cx7Xb67GvsbVW70/3X/TVTpmH
ndO9XItxrsvNuAbbZWKWt2M/m6qmNyH7Wbt9ln+ksXQdRubtqxpG/IfEeDGfpLX6f2Wf21GR
EDTzKSmhk53ULcDJrPTsisups2uca9PadTsscuKyX1l/JIDY386eMr0HLtJNOIxxD8txZvEj
axrTZY/d+9t9jF5xlV2OdaADBO3QH2gOO7/qUlJOn2vY4ZkD1Hn9GbJLQ0fyG/mp8p+XlH9P
lusA/NaCGROm2uWs9v8AVRXUg0NLGuIaQGQDx+cSoMqe0atd82u/uSUtTiUHRsAAEGAPmps6
dTuhoiOIIIRaaLSY2uG2Z9p103f9Sj1V2bA3Y7fE/ROuv/fWpKcvLxMiircXz6btwbHAMsIb
AHscmZW59bHsHBBE8eDtVpXUPNZft0bG7Qzzoq1NTmxSQS5pkSDx+7x+bKSn/9n/7SWIUGhv
dG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAA
EAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAA
AEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRF
WFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsA
IARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0A
AAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAA
EnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABS
Z3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0
dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAA
UkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJs
ICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAA
AFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABU
b3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hl
blByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25n
AAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAA
AD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAA
AAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAA
AAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAA
AAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAADhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4A
AAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfYAAAALBBEENQQ3ACAE
OAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB9gAAAtAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAAC
AAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH2AAAABnNsaWNlc1Zs
THMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dy
b3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2Vu
ZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpj
AAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAA
QnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9gAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxU
RVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2Vs
bFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VT
bGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VC
R0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAA
ADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAHJUA
AAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAHHkAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBk
gAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwM
DAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAE
AAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEA
AgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQV
UsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE
1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIR
AyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMX
ZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/
2gAMAwEAAhEDEQA/AOnvpqDqHWay9pj4eKk4sbXLWlvlz+QKdg91DTOp3AgT7QfdMfRRQQa3
AjhuoSU12hkiBEid0cH/ADVACyy29hMhvpkCSB9Jp8P5KvBkM3s10naY/wBiovsM5L3R7WNm
PEEQElN0VhthaH/RERE8fvLK6z6bpYDq2t5AAA1Dqw5rkfqvr/YrPQvOPbfZXTW5oBeTZ7dl
ZP8AM7/pPt/crsVTquFTi4+NTigNqoa5pmSXAkb3u/ec93vekppXVzn9OAEl0McPpcM27oXM
1WODGsaYIHfx54XW2sLczpMe2bue5kNG1cYwW2PLa6y4k6hoJjX2tSUlse6DB1J5PYI2ZY12
Jghplza7A4eH6Q7f876SXTMZuZ1ajDe1xbY4tcydhkNcdu47tibLoorwmtdkNbl4YPq4vpvD
pc73n1/5l236f5n7iSkvQKrMnqbKKm7nPbYJPDWmtzXvd/JrY7cutdh15X1eodhAjN6QQ+tz
NHOLY9Z38t1seqs7omIelYdd9o235UOsDva5tbv5mv8Ae92/1ns/9IrS6TlW9Pzy2321X2ub
Bj847mPb/Ia9JTzVtlVVWTj21V3Oy2MsoyGwTW6d7f8APl9WTSoZGVXfg/Yw37LTj7H0E+4O
yD/Sn5GQ4fo23Vfpa8en9H+j/to/WKG4HU+oYL64c60W4t5J9ldn6TbtHse18+n7v9GgWY7j
jVzZVj15tjQyjcQGhn6IZNp9+xj7LLvpf+e0lP8A/9Dqcmz03Y1LZBta4bydobt2Q3fD273/
AJm5PXZFbWvdFpO0N1EmNx0hv5ihnMeWVitm4t3/AKP3ay3Z9Ng/RNbP00Cql5sOQKi+5rxt
duc0R/N7Huax26na/wBT03eokp1aANhGhBkn/wAihfZWChwBAY8jeHcEBw9rR/KYPaqP7YaK
K8uqahaxz62OADrGaht9e9229u//AALPfX/hUvq31wdZxnnJrYy6txFkfQdHvbYxr92x2xyS
m27GruzcVshwxd9ka627PRrnTZ+jZY+xy5v609TzX5zsHDf6VLGhpIaWue8/zjfUta39G13s
9n6N/wDpFv5PUsCvrnTaqQyx+ZZbTbJh4aGnblsa07fSfYx1P6Rn6b8z/SLiuqZ1/Ucl2Te5
xdaZY2ZaGa7K6x+5/JSU9M7HLelYnUbXNpyMRnr1tIDv0jZ9trtzWuZ+76X+EXPYVeLVUaa3
iqyH2Pste7c4z+jbsbtY39G79H7/AMxLp12TkvZ0ay3ZiuD3N0A94aXtbvd7tu6v+aaukzPq
z0t/S7MajacioOdXltdJn3Q3IDTupZ/pLHbPTekp5zEzsdm66itjst1k3sNZDLN7tz2tfV/M
Ma7bcuhoe7qbX3ZHTMVmPh64ZB3EXj3aO2s3Ve39PU9UejV3PxaulYL6/s97vTyLNm8WOj1s
j1Duqf7GV/2P0fprq6qsS3ENWIGiulx2BviPdud/xu5JTi9e3ZWFjZjfaLwDa7naTsed372z
3qvj1nM6bW7a05OM+wB7tTMhzLWqWLZ+qZvT7ZcaLmvrH/BP/RAR/Ia3Z/XejfVxrPsYtcZ2
5JosjwcG7ef3ZSU1frdQzIxKurN0soYxlngWOO4OcP5Ni57LvryLRa98WW1br3u49YOd4A+x
1Oyr+v8ApF2ORjB9GThXPG21r2S7RoJiyse6G7d29cfita6MS1m049zbLL9u57ah+js7hn09
ns/PSU//0evbVU87ntG6sODdwBOse4EoWZk4mLjuycpraK2ubtsc2Tu/MazaN7nO/N2Ko/pu
U+02OtrL3akhjGmSO7vQ3u/zlzv1oGRj5uLi3lrqfTNrC1obuc4urc94Y1jd7du36KSnosbr
XSOodM22ioY9NkMpyQwBjag32s3u9rnx/L2Mesz6t9e6Oc2/CsAwsW9jrhe47Wuv377tv+iZ
6RazGZs/Seh/1pct6YJgSaz79smAf/J7Vd6T07Gzrt+VnU9Oa1wIbYCXbR9HYI9P/PsSU6XT
ulO6r1TI6631XYrMx7GVUhvquY1o2u3WW0toq9JzKt/6T0kTq+H0r0asfp5Z9uDofRVcb5Bk
bGPdtZvqd+4rlvQsNuF9lHW6R0sE2PYHN1e8zdZ6NHuv4/Q1WW2MWb62JjWOZ9XqHDJANY6j
eA+4Eglwxcar9FhewO/TX/pNn+DY9JTDC6RfTnsZmFrMqC6vBY9r8x5274ZjML/Q9nv9XJ/M
Ww79pZ+BfbgbXuL/ALPaQHNvM7hYx1Jd6FNzmbGZGyr9P/1tZ/RcBnTMivJbb9pzLHfp3sO5
9YJl4dq6xzt39JssXVYHULbbTfk74LxSwtA2S4F257d2/wDM3Pf/AOi0lOD0/b9VGsyuosH2
vLuDRS0hxqxmx9oyZa76bvora6UfsvUL8LmuxznUuEEEfz9Tgf5dNq5364ZP2y6l7WQKw6tj
++u2z0v635//AFxXfq3njJxKw8/rHTtgPJL6mnbS7b9Lf6dno/8AWq0lJMitmJ9Y7X2Ca7h3
82zp/KUcFl2Jl9TxQP0Tx9prd39SvZubH5rvTsVn6x4ttuSw0NBsura6lrjtmxh+i/8AObuY
/wB6G5xfU7PY127FsrsyGdzVbX6OXun6W1p3/wDW0lJ+rMdkZuPRW5rWZ1ZcHH95uxxg/wDF
veufdisbezII2jLbZj3A6NFjTscf+/f9aW11C4M6Rj9Q2ue/p1ldo2ak02D0LYn93fuVbPp9
W/JwWcZjRn9MeODaG7rqw/8A4f8A7+kp/9Lr6ixxBDtzHO0I7gLl/wDGBAy8CuDu9Gx5nkNL
mBn+dscjVdWyMTp3ULGOa2xjDdjiNKy8ilgrE/mOf6n8hcm177X77Xusc4xvscXnkudq4n84
70lPT/Uvo1Oa23Nyqxbj1H0afV+gX/Se/ZPvfU3axv8AxqB1npNbOtZ1t84+E27SABY8uaLN
mI36Hp/8PZ+hq/4WxN0X62ZHSqRiX1+tj1vcGvqDRaxriXezf7H+/wDqf8Ym+sufi5eVXk4h
sdjWMABfIJ01c4O/O3+okpn0LL6fb1EMHT6m41VT3tZ7rXkt19a31d2923+c/wBEz+arW+7J
6tl30YVlbW0Wfp7rqmlrG0g7rK31v3We5jf0b93856lS4rHycjDyxZiWmm3a5jbWGHAOHLXE
O+k3+SuhJwMDpGT1jpGVbjm+k4l3THEEG+welVa9zzv9Whrn5H2j/tT/AMH/ADaSnmMf7X1H
JZVSDbkZb/YzxLzujd+a397+QtvOy/s1FOJg3bqMAhvqN032F36zlud+buu/mf8AutWh4VY6
N0n7XH+UOpVmrE4mrG+jfl/vNfkfzGN/nrIudcQ9rdWVtAd/Jn6M/ckp0+t9TqdkY9DHCzGr
ANzqjuH6Tb6rKrLNj7vTjcx9n+ERuh5bOl9XrNxDsa4+jbbBg1v/AJvJaHe5uy1rHrnC4kQT
MK80bqGtfJDG7Z7x+6P7SSn0Pq7dmLTfaxrrMG0AkiS1rvY5zCq7Krcd9t7B6lNrhU9gkgts
G1s/yX+p/YeidOzsbrHRReHAFlX2fLqOp9RjRsd/aa31a3qVDHZOFkYVLj9orFV1faYG6tjn
f1mpKcvpl4+w3dMtj1sb1aXV9n0Fx9PbP7m7Yq9AtZgPxX/03orm5GM8a78d0P0d+c1u7/zy
k+wPybOoMG2+t4strGk1v/R5LY/r+7+QruYGVY9WdVJt6c9tVsfn4l24t3N/kep6bElP/9MW
Zhm2h9RMOcRtdEjn90e521ZeXhPwcq/EtsbY+h/pF7AQ10hrtzd3xXVHFF9ZbU0g1OeHuJiS
06tY6d3qrlepeszqGS29xdabS9z3aOcHfRs/tpKQ3Ha92mhMhaT6NvSwLBBqAeR8/wDyLkH7
Bfk9OHUGN/RMvbRaQDA9SNrt0bdm92z/AK4tW7HF7NHOAAc21ogMM6bNvudu/qfzaSnCrtiG
87SAD32n291o9Ipoy73W5g/UsIG3KIn6I9tdDP5eTZ+j/qeqqGdg5GFkMx3NL7bWMcxrdQ4v
O3ZX+9+l9i0urFvTaK+hVwbWH7R1G1vDsh40qH7zMav2sSU1+q9Qt6hkXZTvbY+AxrNG1sYN
rKGD/g2qpg5PoZEuEss9jp15P0kMvEu0ieQOEzayXAs1117x5FJTpWVYTXF/piQZ0kT8P/MV
c6T0LKzq3ZG1raWP2sBO3e7Rzt3+jppZ/O2f9tKizrT8UbcOqh5YADlZLBfYXRtf6LLD6VFW
7+a/R+p/pFe6V1rr/Urf2bj149zC3XH+zVCtwnX1GuDa9rnH3fQSU7Q+sXROnZVtVOPj10OI
3+mWte7Zu9Ozb/I3ezetTFtbtbk4NXrj1A2x1Ldzn1O1qcf+K/Sf1FzVlHUK/Ui/o+M3H2HI
NTMUNpDztq9Zz2WbPVc39GsXqtvVqrGU5Ga+7HurNtBqse2tzCSHM9Foq2bX/Sr9NJT12bjW
VZ7sjVored3dtjHjbZV/movTMZzHZXTLiXV5FJbUSeQJLHM/6TVyP1LZc/rZpZ/MW0W/aG9i
A39E538r1ti645LcZ/Tsi0tBZd9nfOjpJ2hrPpOduc76P/CJKf/Uv052XVW2/KbViUuJJscd
XQOGVl3+du/7bWf9ZqcS/Cq6jQSXh4DwZB9K0O22bHhr/Tfcz2WPVkZHrWZWJk3Usdi5T2sf
YwOhobDH11u+k51jPzvUUer01U/Va9zd2+2+k22WSXvO7+dsc796ElJOhdNfk9GbW/FN9Vrn
ttsbaAGElrmfo/8AB5DNrLP03/UIHUX5WAbMf0/Wvc9jMMAgteLT+j9X03bdzdr2We5Ef9p6
TidCtwnMxMnMxXm915iu5zdttdOZP6G5llVn6vX/AEjGr/m7Vaw/rNh9YFVbceiu6twsdilp
new/ztFrCzdX7fofzn+l3pKb9XRMTFroycy/f1DHcL3Xuj0KHFsPx6Wt/mGf4Rvrfznp+suE
6nW6rqGSwvNwbdYG3TIfte5u9r/zl0nWL3htdLtWZG9zmn3HaHbH1OfDfUrd9L3LJvxcZ+OK
WNbX6X0C0QGz9IR+7++kpza/eDA14d8D+cisIY8bBBcQPu8VWsrspsdW4bHs0MferHR7a6us
4Ft4D6W5Fe8P1btLtjtzT/X3JKR+m5r4e0uYZ2OEwfun95d10ro+H0zJ9VhGZhdRx6694ALT
A9/0PZ9kt9Xb73fznssXOih9HVv2efdtyfQe1w0O1/5w/O3MXVX0VV4pp6e3ZjYFsZDmyAyt
we7LY1xJ9W1u+u52xn6H/wADSUxuzekYRqx6b+n4LcoV2sx7hscf029lrWU7Kmss22Px/W/w
6xvrd037Rdj09Lx3WPrGyvGqbJ/TudlWPd6bWU0VVNZs9V385ZYjZvW8SumvJND7hjlvoubb
6J27Gba7QWWfa3fv/wDBp6updXxMCi40tZd1F1r/AELPaRj0tZbQa9W+1zXXs/Tf8Gkps/Vz
oNnSsRxeA7Oc9jr9pkBhHsoa7/g9z/U/lqp17Fzc67CdgGunIGT6YFsh7H3t9WjIfZ9Ct7W4
3q7KWerj/ov9IrdP1kqtc2x1RqJaGPcHETP0dtThu3t/4xX8G/A6dXVgPu9IW/pq7n1gm0PG
8/anPY7ZkVxs/Se/0/8ACJKf/9UfWbK39eyg+htvsYdoJZrt5JYWe795CsGTk9LdiVn9C22o
MqZO0ve4sra+x25vqb3/AEPUW1l9B/bPWb8sXClt4ZYGGtznBoiv6VX6P/pKWbg19KbTScpp
fXcL2Ftdh3WMD6fRsY59tP6Pe/3s9+96SmmMHMy8Z3TcvGc3GIDN1ck1n+bF++32NdT9P2f8
WtHN6B9XH21PyodbjMDY6burcWMmt+Zexm5zG48b3Wsdv/wX6VZObmXXUWAPDAYdQ9hIDXAh
7fUbtZu23N3fQWxifWXG6rdZQRbh3/o7LMh5rgPa5ofXTZUz6LvzfWtSU5vX8G7EsoptyPtb
2Mca8kN2udU7bZV6rJ2eo33fQ/nFkbh7gCdQAJ89F1XXOmPoob1eyxr3VFrcmuwks2k7a3V2
fm1+73LmuoVemTaKzS6txY6kTtG6XMd6iSkP1irZXn0OZI9bDxrHfEs2/wDUsas2ml11zKmf
Se4AToBJ+kXfyPpOXTfXLpeQ12Dm11OOMMGquyxoJDHV/wClIG1m5trNixOmt2+ve5gfW2l7
QT+8dpbt/lJKemyM+jqnUn5+HU0DHBY29xLHW7AWm254LdjNn0f8L6f87/o0f9s52D04Z2E9
j8XEe0HEfta29pM5TMbKeGPdl+/1/wDhPf8Ao1zeM91OC1rXbjdWZHhvdu/6li6foHR6Op/V
lmL1AH0b7jfW9pgtdJrYa3Pn939xJTRutxsrNsyPq9TWAx4H7Rznb66bXt3+j0zA9zXZGzd7
9v8A4F+kVPreNZ0qzFvdkuzLMhrzk3WuD7XCzbW6XBz62s9n6Nlf82up6V9Xem9Je+7Bpvuu
tY+snIMAAHR3pPbXt/4xrP5tZH1/ov8As2HdaGNAaWbWk6QWv7/10lPK3ZNtdN9byS9lm1hk
ghri530v3v3VtY3VWPwPs/ULy++mpz2l30ntZus9Lf8ARftd7f8ASLEI9TJY4CQ8NcQeCQ3Z
/BH6jQ1+PW5v06zHyO1JT//W3cbrLcboz21AUZbbX0GywQZaDdbkHdG9zGu/R1/mWemq2P0f
Jy6aW5j3st91noPa5xBcd7m3Cdz97GN3+/6a2+l9Gwms9e7Hrsucd3qObMnu8B30N38lX7KL
a2Odju3OiGssAf8A+Cbqrf8APssSU4GH0Nl5teWVMc15mTvmRLXs3Buz+q+tQvrxyPQda3Ke
JrLKgXMaPz2ue0Nrb7fzN63HdOdlb35J9N1gaHbDMbRoG7wfbu3fTQMjorQ0NqcSAfEsIH8n
Z7P+ikp4rrubbi13dEptssxL21WtbYdxrIdv9Jn/AAft3K1bazqLaMVwA9N24O4admzczcP0
lW9v85/g/wA/+cVb609Juw8z7Xe+W3gVsJ4BaPZtsaG7vYP0n+ErVOi+/FtY8j3uHtB9weCe
fZ++1JT1H1k6y+7pmRRkN9Cq97GWhg3FjdzbP5zc31W2ubt+hX6P8tcvbbjMZlUVsLDXWWhh
JPun3e4lWeo3MybhYZNWZj+gWu19O6v31zP7zvasey2y07jq97NjwO5aNvH9lqSmxlM21Vtr
JIaxu4nmYH0f6rj9Fd19WbbB0XG9orOsWWmJbX9HZP5ur/zFxRYTc1hGkAunt+8uiwa+ruox
8hzxRjVsc2s27QCxoO3aLGu9vt9qSnpGPrfUx+LXk3sc1waJgQfdu33Pra/+R+kWR9cMG23o
LrvR9J2K+u0zBcW61Wh5a53tY1+5Gp6njNrYxxPUbWBwc3HraBz/AKWz06/Y3872IfVBZZ0j
KrZ0841ZocLC54dZp727KKC9r2tcP0u9JTwtVzgWAj+a7nnVaLIuxQJG4jUf9Lsspp23ObxM
t/78rtIuDmir3MLo2AwQTB9v8n3JKf/X7wZd7WkOxLdw4DeD/aj2rOzfrBmYmbtOKH0OZPou
Jrulv03VXFjsO3f+ZTZfX/xi3gfkqjrrcjJFePZtqrIL3DuJ9zf7bfYkpsMtY+ptwMVubvkg
ggRu9zfpNVSzKvuJbWPszO1ljZe7+pS721/9e/7ZV74ABVOqZn2LCsvBDXmK6iRMPedrDt/P
2fT9P/CfzaSnB+uWKbPq3eQX3Ppsqve97tzmta4Mue1vtZ7a3fzdbVxPRa25PUsfALz6OQ/a
7YAY0cWuY1/0V2/W7M2n6uXtL213WsZS3d7nTadhqc76Lrdv+E/0y53ouJRnfWPFZZi+n6VL
3X1NGxs1NbXXlbmn3+rc/wDSf8IkpuZn1K6sKW14wZeNwizStwg7t1vre7Zr+Y9WP+aGPgYG
X1DPuFuUxhfVTj6VVvMNZt3e+5+79/8ARrbs6P0303eqbmVDVwN92yG+73NNjmbWrC63l9Ix
MM4vTXussveBcWvc9gY0bv8ACHbu3bPbWkpwsXa6+y+wONdVbrCB3Dfc73Ohdd0nAyndPwSz
AxPU9IGzIv2vcXEF/wBFgd9Hd+cuRxqzdlY+DrvzHtrcZ9orJb6rnfR9u0Lps85XUrjj9PoZ
j4tDnNOTY8hhnVwZt91vtd+akpsZF92O0syOo0CwAg0Uhp2jT/R1v93536RAwetZT8ytuyyz
G1a64tZp5NaW1ts3fQWBl49OLeaq7act7INtu4Mqbpua2ptnpMf7HKLczI9FoffitaTqBBj/
ALZ93/giSml1LBdh9Ty8aZOPa7aeJYTvqP8A225qni/zjHAxB3cwRHh/K3NTZd12Tnm3ItF9
tzAH2MBa0uY3Z7Wn/gw1NU5zX1jz5+KSn//Q9AubkvL6GvdW11UtyA1pAcTt2bXfnbfch0N+
zM9Jjm3WPG4EuhztPpbQ3/qFatbvrcwOLC5pAeACRIjc3d7UGml7L7bXuncGtY0CA1rfn7vz
UlIW9Rt3FtlOwjQxJk/ySQqec2rqDsW2z3HCtdeytpOwuLdlfrfS/mvp/wDGLZ0lKR2SU871
Oh+f0x+Nc0sssLS0Nc3cx7Xb67GvsbVW70/3X/TVTpmHndO9XItxrsvNuAbbZWKWt2M/m6qm
NyH7Wbt9ln+ksXQdRubtqxpG/IfEeDGfpLX6f2Wf21GREDTzKSmhk53ULcDJrPTsisups2uc
a9PadTsscuKyX1l/JIDY386eMr0HLtJNOIxxD8txZvEjaxrTZY/d+9t9jF5xlV2OdaADBO3Q
H2gOO7/qUlJOn2vY4ZkD1Hn9GbJLQ0fyG/mp8p+XlH9PlusA/NaCGROm2uWs9v8AVRXUg0NL
GuIaQGQDx+cSoMqe0atd82u/uSUtTiUHRsAAEGAPmps6dTuhoiOIIIRaaLSY2uG2Z9p103f9
Sj1V2bA3Y7fE/ROuv/fWpKcvLxMiircXz6btwbHAMsIbAHscmZW59bHsHBBE8eDtVpXUPNZf
t0bG7Qzzoq1NTmxSQS5pkSDx+7x+bKSn/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABv
AGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBo
AG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+ENsmh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0w
TXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczpt
ZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1
LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93
d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9u
IHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8i
IHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIg
eG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczp4bXBN
TT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1wOkNyZWF0
b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVE
YXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjM2OjQyKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4
LTExLTIxVDE5OjM2OjQyKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToz
Njo0MiswMzowMCIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2Zp
bGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHhtcE1NOklu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZTNiNTNmNTQtZWE5Yy0zZTQ3LWEzOGItY2M1YjljNTQzYjc3
IiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOmUzYjUzZjU0LWVhOWMtM2U0Ny1hMzhiLWNj
NWI5YzU0M2I3NyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOmUzYjUzZjU0
LWVhOWMtM2U0Ny1hMzhiLWNjNWI5YzU0M2I3NyI+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNl
c3RvcnM+IDxyZGY6QmFnPiA8cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6N0I5NTM4OUVBOTk0MTFFNTkxMEJC
NDY1OEI4QzkxQjI8L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFu
Y2VzdG9ycz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlv
bj0iY3JlYXRlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDplM2I1M2Y1NC1lYTljLTNl
NDctYTM4Yi1jYzViOWM1NDNiNzciIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MzY6NDIr
MDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRp
b24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJQ0NfUFJP
RklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BNU0ZUAAAA
AElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MAAAGEAAAA
bHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAAFGJYWVoA
AAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcAAAPUAAAA
JGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAIDGdUUkMA
AAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhld2xldHQt
UGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAA
AAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAAAAAAAAAk
oAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAW
SUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29s
b3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0Ig
Y29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAACxS
ZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAs
UmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4AAAABWFla
IAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACjwAAAAJz
aWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAyADcAOwBAAEUA
SgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwAwQDGAMsA
0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkBYAFnAW4B
dQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8COAJBAksC
VAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MDTwNaA2YD
cgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoEqAS2BMQE
0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZBmoG
ewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8IMghGCFoI
bgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQKagqBCpgK
rgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM8w0NDSYN
QA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MPzw/sEAkQ
JhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMTAxMjE0MT
YxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwWjxayFtYW
+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEadxqeGsUa
7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQevh7pHxMf
Ph9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgjZiOUI8Ij
8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8ocSiiKNQp
Bik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12Last4S4WLkwu
gi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38zuDPxNCs0
ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2OnQ6
sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRApkDnQSlB
akGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tHwEgFSEtI
kUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63TwBPSU+TT91Q
J1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdXRFeSV+BY
L1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ffs2AFYFdg
qmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9olmjsaUNp
mmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx8HJLcqZz
AXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7wnwhfIF8
4X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VHhauGDoZyhteH
O4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/kaiS
EZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+cHJyJnPed
ZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n4KhSqMSp
N6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4s660JbSctRO1
irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA7MFnwePC
X8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXONs62zzfP
uNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr724DcBdyK3RDd
lt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDqW+rl63Dr
++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH+lf6
5/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA
/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfYDASIAAhEBAxEB/8QAqwAAAgMB
AQEAAAAAAAAAAAAAAwQBAgUABgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgEDBAIDAAMA
AAECAwQAERIFIRMxIhQQMgYgQSMVMCSgQjNDNCURAAEDAwMCBQMDAgQGAAQHAAEAEQIhMUFR
EgNhIhBxgTITkaFCsVIEIGIwwXIj0YKSotIzQOGyFPDxwuJDJAUSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AKD/2gAMAwEBAhEDEQAAANutpAoaIQ3MQUnuK1mxSZsULWpNaDHFWQhLxJ1xEOi1RVNtcUdS
dA5+nnDKLyQElICSKoStYCVsAvq5GsJrNKHdEFrjIbWdpIG/TQseM3M8JSl4Hcz1fnxN4PoC
PLaeeD4fHsyUMAAVccpFi0VoQQBS45qGr1hcZBDomRhqkGdcZDqdQWqKwm0s0dkbGUHCUQjE
WInrHV6CBkqW1MnQKomCRMQSQJjVO4EdfwdgRwvX+YFxa+SG5SS9wwF1cM4pzvHpSDuCXZAH
61ivXkWkkndWx03oCWaAOhuuNjkQW9M0OvlehFhsInHXZL5mxkDQOsY/RJPRJPdQnouDZWfA
LNpF47i2it6Edzmgierh6Rsps2PHjuIiX0CtGOHM1gADp49jaLFAEgPHVL3oQHNJCjLwITCx
URKDQGUhutoOwvSYpfVEUSy9hAA4q0HyNfJLRcBlzWgSa2CDmhO5g7ojJmDNV9KmYhBPmqVp
MPQDBmsAaH9DA2zCyPUeRN/GghcFzi872AD7V42jKnFCQQnqWJJTis9AxISnLnVBVuQLna2Y
OzWxOA+M1J7hdR1UTczmh7I1Ms7pgxri0gZSyZwXhAPR57ofC3WDydvQ4Qv6gWsJLOoC72aY
cCwEU2MHVNbxntMEw5i4TTnPLokoM8tx6wtDiowwWYBcKToI6ti5hyXCWosS9wNDUOvbjH1M
/WI6UTNyJqRtYugb2fpGPPq7uKUfRkMI1Cpk3CrcZB66fKVPSH8r6QufJ0C+PuYQnNuNI+br
ia5wm4oSx5QO9gDTWZtGGULgnxePWGBcxdGohsN7lxJSPWng0CMECWpW9bFg1GMrkWOfy9M7
B3lTycmCG0cp49GGFymE6gEsOhrL58ESFstTbWKdDIy2ysJFqA2st8Bj8ZQtt4uqXC2Mm6zA
LzPrfNCjCpQZajGODx663WFg9B1Z4lV4gS6rAQULj10Mk9HOFthuixyrtTL0PP7Iz53S8+CE
YRF6QbRMCwzTTKCeLonkMz2vlRf0+O2aIM8Zq6gWiVHKiGVrYhqOY+2ZOfpoFtTH9CDuF0yj
04Pl6IzyzEVNrF0c0PzXG7MyAWLYWqxUtNyCimhjmpdnKLZGnkgPReb3jeIoQKBMQqTD1xnF
0UgVL0Ld1gHTx6PTx3xwFLBszRQFAouBnltkKAIDW6hBPI3coyvQ+c2gKjqQP03kvWCjqhyg
jpksBGZCGzkBLraoTkuPR3rYRPc4Di2F6N1ACYuNrBdPORsceO9MuQ0wuBM7zHoPPFNTM1Dh
+huebF6bzgOacVi9xzbxWB6hZCZBsoFeLmr6BUomlqZBrt5OsRmaiJ5xlV00k9FU8/6fA0DT
6y46loZ5RO4iqD3GTsZWmJ87xsTHBZpcHHDCTAS6+TnnrWvO6gxmPYYfIXg+gH8vsGTjFcGd
E+YHZpYnBbCZ9HWTIZ3alZXUGbB3Tzy/oVDE223QWJTPPa4OkqV18lwfAwM81B1zTOsUyA6K
Z6BRtI1U2wmC4juGSeRid2Exvu41UjhKGX4Z5coz5vSwiIMAO1mcMryQFBREtKsAtzH1jezs
lUYTJIu05thM1TCLR2sb7GfoGVrQmPlAchNxU8fxAGh6HyHqgEzQ2axYxVHQgdXE0gcFuSND
VGCKPHltlEozm7OGauD6HIKctxp014My7tjO7Rg8oE64zWvA4MEveoiC03TH0vQNGAD0wjzE
+msZGlTANjzomTP5zQFW3Ehg+a8Q5mumlfMfKZ9s8zlmBFdTLsesGvolzpNmelq4ws1Wg+wm
8YmqFccezmyuT6Dxp6zHe4Tcw/QHnO0eNmIgt01Jt0nmcrfwAnUkJFpJpoaJ5+bhHWcnjfZ8
y2biqTApX0JzztfVLGSNjNGbZkGuTD43NbE1xVnHYDA5oxFmgAZjh70nkfVgtBcx2Lu+eGq0
YFm0jmn5z0WQXbydkN5r0KZnbflvSGMZvLPRcvwapaFungnWgxvOeh84d15LaCPpx6YMeRR2
cYkx9EvOIubOz5H1QdJehs4ahB3zvp/KkzHEkHsmvi6GaLHW49AtKhnXVuFjSzi+3hGPW0IE
aQcXE2M3RE+uU4gYMb0nmNwPQgTDb5I9V5/aWEuV49ATKdDzEhZGqZeG4sU60jnr8/SC8Ip5
e2vkE5pFgU9wfawfYmYwFYqW+6IeO9Z5I7uKMeqBmi0C46OSPTYNKFK2qaNAaQlSZPQ6Xl/V
lZoQwX1oG2gNGZLYzGE6ibM5GyDyn2DN2PP7ZkdocUXGE9JKIzKzZgm9bE3pQ9bp+E1z0QQu
iWB6TzwjEXKdah2tjHCuOunjfVC4WwW1ydhD1wt5hpQ6kBDrXEWtSTotUs0o0EpNSfYeT9CP
jZTKI6iRfQznxIL+ON5rq4jrCAN6SZDOpv8Alzf5TjMJSw4Gq5l17i/WqG6sg+i521gyemza
8IT1RkBQlTBME9H5y57TOjIMY9dM1FtTyoLp4oK0gueTKRME9Ely0uX7pKlBQ90bzPpAaDSZ
Y6wzaxdoJg9AzSy3RjdAsGngalDF6nE90EoaKAtNbFpiSb0KL3iSsTA6yuyIBbXIKG5xOoEt
TgobyX9WmMy0+kHSlC1qcatOKIB0oM270C0FqTWbkttbJ5/0wLgwvqitWyBJReMpLRTE9bHc
ANDCa7WXtnmee4zKnoco2Iqp6HKM+eoXuIoCLQR0FGmq2K52nlHR1Q1YqFrcIw4j6kv50yR3
VqDqYB0xITQynBsciCRwyoyXI2nIM/StnFBjoarvmnx11F0z3UyHJ6OeSJoAZPQAD28XUJ5j
jzcccWoYRoYrWWRW1CxBHKCYAQyroDEyuGy2Kis2GX6vBwEIazL/AJgCO0FbDsSO9CvdxJQl
HeV0RMu+c8066cOMVzGQ9YI8jPqBnnW9FY02PKgPZI+U43R4tT1k4fpQTaLpmOUobfV4wGFu
OAcwni+gwwdZgtYdhmpNM8++jpjF6cL1YgzR66ArHcW9NlegM3ErUv3VOmkk9XiYvBS8FNES
6hek8VmaFmlNAGPSaMOd9YyLbNzzE7uAXjoK1txHuvFe5M10FyqmjkHoeU4z6lgYuO4HN2UD
zsuoHWrc0/QYLxkNjqXZiS1OgcSIMxLMPmxlP+cAdFQvUsUtFis3oQWkhJ64natiw5kr1ygP
Uef9iFzwqAd9HVPOL6/Hec9Fimf00JiCmj6nM0CizqIfz7uObXC4MTHIa4s7SGIqYS877HzA
pMWN1/NuaWUwwZRlSDSZcU0WzegEFtlAyMX13kwXdUtcchI6Sei5HTBMxwCCCCkCYMw5rHnv
TYGwPBmAdhqhHcfYFfP+o86ZAmVTt1L0ZaTLhoqoJ4novMl+7jWYOcEKMgeMqyaOKU5504Wz
0NsX0wsVlIrhbqpgM20TZusuEMBI1vG1kXhtY6OguZchae46Iqcws8BCwQQK0M2tfxvpw+Zp
iLhqUaQRyD1J/KbQ4i4oeX2vQyCGyuNptWMk3Z5ref8AS55p9XjKqosbQLJEVvoBldDOPNnD
pnofOeu8Ybu14ds9bC+eN1SOUi4C2dcBBOsdnaIzNgoju7joniInjvX+R9geegwCxlimm6e5
GVqYYxog4YyGnzEfLlB3/PbQ/XzrBvgUcBlBYxtalzRp1A3B4ycTc8+b5sqw8JZ00cp9A888
h6E9D4r2vjRlAgTtvzUnqa52oDYoQw60KWIHi3UuUUbIZXTBMTBHTxHqvLbhbP2sMo2s4ej6
mUPqa5TJEBcOqShn0OyTtsZ5kjZuRUVxlhKhu3Q1RN/BWPW9icN+b9P5sW47plPTBr5wlRLW
zdQ0Kh4xx7So75/3uYeR0H2ibYG4YhOqTNZJsO5Glnax5yryBasWK9NSXknD2PnPSLHmNILh
DyJzXnzYz0fn/RLHmRbjgkzk4ppiJwUazIsxnHGBEUNTc8TsGiBpQV5jjS856LzYIy7REWIS
QRjMKyyZ7JuCa2Xti9zjDziwaWT6DOMIRIKRTibhuX2sTZM7I18ct0SVnoLPJaxt4ShRziMC
bYgD+bqsGD6rwrxqeZJ6MwNlspTF9T54wHV7A4KAdQaUL6SbJpM4WiT2dx6fyvtvFixxyEvV
kdE1kmizHFrAAG0PM7oZHQuDmEjVzS5orPGFI00xWIoMbeJ6Ay8T0HnyJ7ieiQ7J1RTQznxw
yciraJz1nj/YYp5yDVCb/nt8YvqDB4HpvOGHFxDiTyQQUmLFgwhDCJbo49/5PbgwT7jp53vU
cYKu0qIFrUUbBUvw1T2tPIVPWA5sRbls8wH1XlxgFKEq6OeX9P5X1Yh5r2njQfWgiYuaqjKA
N9XQBjkQNpTYN64GRerwAkQsNpTJbF9DmnlhsqjqhwlTBYCmEQrnaqAt1uPUkV0AGnxDkeyx
rH2Mkr3HKxQgDmymPHpBizQFz0RfLbBq+S9N48csvrmaruYJ3rfMevJxtqDxmft4pLwDh83R
zi7KxjqwEv6LzvozWgRQix1RullhylQDmeYR5ZJoAToOLMAYC91jlmwinW42PQed0TVVY86L
z1yw9I5msMJF70dACeoKyVgVoWgnn+iyRrBkI9tYjY5mtVCej8y0aDGeuZVyVJDYI7l6WUHu
YYpW4wnovO7Z6IYqB68wCG0I6laDNRQeSV3cM44OCFXuGOo0XEaot1+D2ZWNnPXsU076AlJT
AR6AhHTzWBuiyY6io2LGvYrka+AJzFxsoLBjqsGjYLIlI6mS4i0LUKIeSOsPUmpAC0O1831Z
cyohxC9wgnBlZuMYsCwh5X2viykEGFraTmlDjMjknp4e67pYx7iwnuFzCCNdmMASWIIV1OM+
rtBIDthLB9DkmaTrkGAQltMpqnyNMy6lSGlNHIHUmABRTA3Fhk9QgbTzCDdkpNYuZc3l6kLj
aoUGwsU8n6fzQvW9AlxELVtwWVSh+jj0TFHS0xJ3dx1LyIS7wue3ET3EVtAsNvhNLZWPKq62
IHrz4laBhmlZNTC0lRnMNIKK2KzzAUZhgjDOdbtsSPpLFDpqm2gmQELWOZJdaTOxPWeZM8Rg
kHAYNFZCAZgpznHqiVud3cd0cTOXol+iTpjjpjjompHLKGgADYr4r6D4IHcdhu6JwkHGEGaB
BhZwVtxgLm3kAhEAc0s8C1Mv0olXYVBXhQ0x5JDVrmQbFcu5pLRY8mE4itokL3SWmJHeFx6G
9ajVAcW6yhmBd4Z2/Naxo93Hd2eNZ/NFTdJM1kjwfvPKGcKLlTLGPYrMMmCt6xc8jPptAxNk
klfNej8kL0mAz6bIhv4fpzNH6DjIjdqZvOJAx8oEUpI5v+d0DMyvTeZCUvB1hmJ6Dl+7j2UW
g7p4rUkCi2isBaq0d08VqTilC8Akq5F0Gy2bpZh5amhqnmC1Oekdzxm1fz8GsvnGHT5Jx7zu
nkgrDkMwnIzvqPF1pyTSzgAJ4BzuLc5oJSrKVTY8j6HzgWKFKXoQtasB+7j2vRJPRxNZALhu
clqJJ6OO7pI7uIwtbFCNgeKea9X5kztPL4s+m0envEkTFysXgjuzxHMpxN6WLhE6epHXGDZw
9EzSb5zDA3lhAEgi5iiFXzGTGogCOqyUtEkTEB+tx7bugmOgEoQIR4DBPRxPRJMdx3RUx1cv
dNC1ZO8h6/xo+uxJjeq857AY6lyJtAHI1PPlg3TI60BKWXA7uXqmgg1UOXGUN5PFqHKpYaBw
BqFbBLCITHGEGwFO6tiIuIY6nHtZMMovLZ5/TY4JcHB+zxGpOdYfhaoxCxTze/y4e2c6Xxdl
A83fTIMPiGO3zJNScsofzupmlRXESO8Aa0OOEWkskxUW5yBRglwNiyB5moHi2AUbgzqskFKM
rBirnIoUQTqce+EbjM0e4rK5yISYLLaAzMM1wtzEAJtYFzUCRWYFxNrA6N3M2mtJhzt2Mftm
TJyfU+bFgFEdW4CjgHgU9QNUfEzWxFoqFtSQ00gnukm9bEVtQog+uLMAbO4lSOnj2/dxFL0E
z1AC08/SO7uO7uO6eI7uO7uI7uIQeyxgvWO7uItSxaa1F8XSTMsJRBFWBjBusLc2sDtPHX6C
eji8dxeLUDTW5HWodE8UAaore1RkZaE93HteiSOjjhFgi0SdMQTNZJ6ILRHE9HHdECyyzwaO
k7okvIrl857FHFdBIxRFgAS9RiRsEKODASWQVrwV6xRcnHKBcoDg9Dqn4XJbgQdBIHRgYMoy
kcbj/9oACAECAAEFAP8AxoP/2gAIAQMAAQUA/wDGg//aAAgBAQABBQBNcSikhSHroHlZQcRQ
MATCACQCDFsFATxbAp2VADlVQSgkkapMCYfDMDtDokbxkOesAWxxjV9Ry641SAso4ySbLUot
m6AHjYcS3lm2ORYO4XCQV+ATvAxLdaxEl47sec5eARrkWPwYk9lGMnfXU2jzuK4aFWZDXkq2
a7glkU7l6eZYJEc4qjXWvGs12uZq0jlgraRBrG3uNGOQIfcV8mMaEZOMPCjwEJwRkFFG5FIw
bOWNDFAfFRQKUZDRRuCxICnwGbObnHJy0eURjY12Ooqg+lmNiX0DQZfZ2A/zR61y0XfBKDjc
gF1sjSk+Y2JNH7C9v2+DnyWbWJywHzVMjVqsXKaIgrJGssd2oYpk2CzjaP8AehKtirfiME1K
Fp7E0dSnWj7i0ws15Im0dqG5KvkcQa+/a7kETSbZiQWHEliyliXJJA23zjrkynjFy5BWIqKw
ZlkwoCI0VVIAwMMY7y3x4of8UqjhXJ4SAHJRpqCjXaqBZBAA44G8KDhPIfbGLAEHFGs6sky9
mFE6uQB5wnAdFSAYZJHEtQV3pyAMM7aAsCArSo3Ikg1b0ld707TNHO8LT2ZppKM5gsd41aSH
i+l5Bz8n6vXP+VlPJUKjiQGJOcm2rPotnIqwZQA+8nOo4eRZPArjTMdDlgbyG8FvLMcvMeEO
hFIuxGNRjStYA50A2+4QixsA8wMAw8s3tcL6z7YpYt18gja0dy+cO83i+TGm866qIq87Nzhl
3JA/ISIsiWIDG9B0nWyvrmxWLBvgtxVTkc8aD8mIxk6bZOMAxhTb8CCVOcN40f144F88Qc4j
BxOcRqZSEj5B1OQsvN2XQVTia2xBWx2EMGU7DTNfHHAw5SEAKRwZeUk41J13H190ALD60PnY
UllzZOHYw6C+CN+ajNztx8ZQw2Rs/bEBBpVJJGLhEuqRkZBNV9kZfrGaOQ+t2JbFAzicLEYn
Fx16Qzdfx88RyLLm9545xtonel1oazRx1UFSulJ5A+cJycgxxj7KTuHXNWDQlhsBQex7RFyF
ZrM9SpHCvYAc9gMfKRj6gaeyxDde7g90BzcsMAfRJwb0T4JO/BEcfLCujSirOLsSxu28BAzQ
5QxvISiJCWLpZ2YIXJyvOEWKQSIQCOwHrswh5XsdXYhjZuIrRLO9hY4coTCF5mO9+WABDsD/
APkgA5sMU42D4Y/fiMZAcK6OmUM7YzgxoxJiG8i0thfEXncyv6hRZE6ysojHjL4ULICWTZWN
NBNA3GBeiFJ7s6kB2S5BLbzW888X1tT56cRxtd9RtRq7LPC6l0Zc87RN51VRUjj9nGKXYldi
AOMib40JQq538AXIZOJi7MmAk5XsPXLlnfiQJQpOhmiWKnAwEtZgWYhlA4qCGzxj6JGtgnTH
RZlzZ3KNKi+VHEE/9hRuKNAGOdhKZ5q6BI2IBujkJU0YwNRHStrVmICajpD3y6m2N7GAACM4
XJDMSF5a6yF5V7CpJG9W1HXT82jMe2kpvXBynB75gRoKJJEOndSQxLWCr5HJqSN+advB7qX7
X5g4OJwrrKlZ7M12vBHXaIDHoRiurBnPE4wb8qGBIR4Gb2i/H7g64ngct4GGvGOAQ7jUafZV
IQEFkI4AnlLKqR0eUtsfGgcs7JlG3ClWhP1kOjf8TUBuTvSPc2RRNIVrIMgoiZ5YzHJwPLfn
q3s+q/ACs6HNEM+2xYuT9fR/EruFUyMUx5lZ1YGNa4ZmbjIZo/ZSl2HUMnYQNDcI3gOiAdU5
44Y7Nl5S/IqLx/DgJ5kgH4s7OedgZyGDW3Iw/CbLAAY28mWRjIgUwlXwDEjAaMFo/wBp7mZl
g6iA61hU5KmzLLGjy2I2kgc6dW32COH69T7f5DoTcicrIoHKM4sgRu1rGKytSQx1ayVpPZ2T
uKryyR0Yly31MMiy0bUDdV1iIHG1niGMyqZCQ0VgBau2ltxkyvA6vTcKR8d1CCquvBADlNoI
4bJkUj7DkRnHI0AJAxhqwYRIGDw5HICqgkkDQ47YDa4BrDrJQABXSV2BXJGZIYgphgDFGUk9
1oyV4wkA844CLd7b7SO8pU8GqMdbJW+oZq8prjsnewvV0RNJLRjWNooo8M8YMnYWbWQVljMs
3pnr3oWWGVXWWYKWuoGnrRWVmmCSn7RyKSske5JC4ZG+9F/8ltPAcagkPsRtp2EHthswmDCc
Mw9IgM9NW0ZYyi7/AMaYVGrc25/8vGSVhkXIhFyU6zQ2V5MNgqRyK8sZdiMKRxG3QMsETRJ5
JbYEcPttn4HLO25CuyliIyM15p23yes1mOGhBHl+P3FHG439j2oXhlhpPMrQBZaoImE3tDVl
mgaN4ZEtTR5JblbIkldlJjXsGPOq5khJPGzyWT1lpbCKmU5is032xo2DCINNET6XbmvYwjci
hSAxZZkj699NJHueL0SB1B/S2GW5XbkrmRSJ3DKQw/IgdgQG/vsFUC4PAJYYq6wgNhVQCwzY
VZLkTLFOsQXyJGEaXuykkjJYAMpKVGlPXwBMR9Z+PKr2mhhTlrAQrSTmXK1pBBM8UYZmGCVt
JPMARICpPMQiVOupoiTcTl6MGPr30q5biAlkBSSUh0rKeQ08bDayoBlU7wfNuPnFbAWVdkGU
mN2IxJSjfly+2N/sd5dFaMRRvzRSWmZCkF1VMMdVpFIxlOKSMQgjWwyZsYhyy86GNnJnZlij
4xgWAXRtqyhxZo9eVnEfLYGJK0eVL5BgnWWGaS2qXZMDDNF84OApx32AZd0arzyL08By7Rjg
ZdyCjXkc8BxZgWtA+mrIdV5o5EuoNTx4uysfhkYgxfZPWjrAxDPrko+vaRBWTYC+AVcDS4I3
4kawDYsiMZFI8iwVAjWIgghgruklGSKxF+ze8EXPJnEGQzc4fbtRxY6K4DsMqnCQwnoxtjU1
sNGnBT+3sbjTyMdYxJYeSjZ106Lk3anU5dwE806AcnqUKWKoUyAqYYWkkqiKrXS0oyw6XBXo
qDBCkEXnLMRMsi/SGUxy9USctA8JAPZJ9ZIFGzGchIVpV9ZnkKNz9kUDbHYgOSQGjJUGkste
SLgAX/H5gklRl9gognVIFVpV/GQspSuHjRMN6suJMhV5bDgRNWLTLIt1jAeu7Lm0cg0vHQVc
4rpl5DsJTHNRtpag7ax64ZHDBQDmgSd4Bjb1GhJjhM9alSQxU4HMuvFuksmXYiZKaJGJJ3CG
xM7JHcZ6deREU7OOoIZdSX14XOsk9dmXREvia39WrkmSRNRKCjuoZGCvkBCwQEh+xiJE8Kg8
xkViWSE7dR18n4QI0fiUQtloxWI4qbhPwZ1meBOUsYKJVAyW2GmrWQGsAMPcIlszPJIhKSdf
YEsURBwD7zzrCsNidn/kSos38cJ5d4/khsdji63sZ/dwxZGPsqeeqrKgheHFgsiZ7cCSdlSa
WWJIFQyywSSTlcoJJIzMoEbH2ZrJ10bcfMo5WR3P4zvyecKciYq66aOb6GJg0ciLpNEhtPIp
lS5Hwc6yraNdkjBnSwfxDrQ/ZMI5WWrFDjV25PWtEimoT8eFY1gjjTro2ntWqa2UW9Zhkltx
SG3E4YHR606r1WK5NMwWzJNLlntVpw2LEk7/AMdYCx2z87CJ9CjgBt4FXDxGP5xdhesuIsEE
vBf9rAQLg4zV4p17Cwa+PNJFJXkSVuyZffVi9UVyQxs02nhk5plhdraQk2AQ1KcyFFKyyxkC
N9PXYNDYH2rMeEyefKySBebWzGt4q2TKAVVnLwRrUGfOAnT1T7UrLgrxljACIaoUSVFbFThH
1cHqkHnLdGK0LHXWI3HVSkJGzSVfUsYUIrfcW3NerIzu+vt1EphmnYOyyEASYYwGLcSzjQ8k
eTX/AGVuDxWCtdIbgtmnMY87SysszklomaOWrAJphnbDUUemWmwC4w2txdrJ4eMNFK8bA2QQ
JJNS9dKGhsj7VW2ZgSrAnJNBJeJVhygsRM2RniYAJIuLezhoAkLx5SMvhQAX0MTfFtaViBHo
ZWmsK7PwSTsHBtTSCrQrRhVtQJciH1kruW7yUCNztuJOdbW90x6iLilGJMn6+EpIpBKbzwM2
CVChogXJgkQQXojhnpJLc7FXReW5DpYA26Ndq8EViKVrycq8AJjryaPz+lsbE6g5EY/ZGdrZ
U8bCgHrrHETkEV3CynyJ/q1ewksey6xtxySsSqx/eseBMGrx5cYiuyF5bOeFwsTm3GF/rojJ
r0cWU5Rk8qiImNhdtSWJJewr16q2CZKs6Twbz+Q2YyasTWJF6ulC1atSgy5csTGL2rEXky7E
EsMqb0Dmipr1LM7iKGhD+VDYjFKT3RVTLYtwPFOwOwnJunpAtesrXg6u9FFKwDohMd1G9Rgk
DrlgDJV09YLlWWTjIFkW1E5EDkOisa40soPi0uVApaOJ+VmN4pkZWy5GIpl2ccNtuRjiH1Vi
DjfJU7KkmxOIIZu1ndWZt9XYVlikhmDSxg9ndj56O2GdF2KwpZ7KGLLkrTSdBCGs26dWzi9Q
ENelBAJJ448k7QbtSLYC9e0mQ9RyyPr+vgyXt6NfCZ7+TRSJlWy7ZTSIQ24lJHV+wf6eAxxR
JBF21p55h9D1ds2IOxg9dmcaejJ5yUeLRb3sNPTm/wAdOQSx24wWmhEb125159K8bApZH1DG
HsIwCeyU7rDkL0TPGhG1ZTBM/CIdgRn+xkBF98Fs7F8EQ2lkN+49mUElnJJqyrHLZkjBaeQo
QCSms0MQ8TECRLsP0MZCk5b7ivBknbW5sPnHk5ZSWaSWKoqL2PdpXaaV5WijZ364JDWsVo7C
t00gaKJK8CgSjQAzsiy0yTti2upsei3fTlX4l69duDKdrJoJZ8SzL5qycVrOpr2FLZMhaj1c
oevYBysdpKOSdjyS3WkJF+LlWoPp3i5RkFHDfRrtcB+xqqW7NAB2khI7STkl2GXO2sgAMOXE
ENGRgPjbbKnSICZWUYoOvG42JMqktQvwU4bXZT3GMLgIviOu8mV+qeU16dajH2vdmXCCSPOU
KhijryEMk28lnVE9kjGBzINfpbKyQsnlm8oeJov+R11dTxUFWiO4z5F8cc+rQ1gfZSH+KeMn
DFurQmaKzZHIQHiR9l7mFgtKbkrpzSQmvNXlV17CAxyhzoSqwPpIT0gCXizcZMb1rlyaSSwh
G/HE8iAowMob+7FVDEnEUsFgZmr9ZZbIepPts1IY5UggQiCaZoOljTIqkES2e1qVxYt2rTGN
gVhlY1OtIxnXKxBLl1xn5mtohQyZvJpNB5hHkjk42sUeenumGyRwsyrpqzAxn4vqeFfi0MjN
FnXWBIswIMILQ9hF6rnMSRQMWjhbY7CASw9exKxsrDtlIk62bS9hAJYNHkscZxoo9tXhxK0Y
KxxgtEpFyNo5QfOxpdZIfqo8+duciXZ67r47Ago1Yf08HHrwyMKsAxYYkN3sIKqW+2t2isPI
xxxBVj5T04OU7nQsKuVpdSyOVLLowSShpOwsQuZAFaVmNubUZcDCMGtj6GG00qTxruJ0jyNu
aW4i4rgh5YBLlaBq00sgApnnB20JIqTExVd8I300ih15yV5aEoki7CIPFG7RSVZBKjUQvZIp
x9chskMTmhvic7uPjZOxiN9VZhjFWAXjijwIgWK8QspBhtzxLH29kFe+cYnc7A7kOs/ZWJ8W
OIl7bh4DYUx9bMttaxWeWeasw7JSBZrOy14tbGkGjVjKR3mexPM44l0UwkPJd9Ym4nRDglSM
6+x625o8CQCQx+FnJCmwiy1ODZNFudwGzrmPrkjDJMpilolWOtMjcl7SmY5+rsBJnQOl6Awv
Qm4OwUvyOeCynRPkgrnnO+U+vAW3ETyY8T7OZio22Wt1Z3ZUrNxOBWGFyAASa9aeYiLkK/VE
5V6+CIJBCrMkajaRGEu9m1ICwlBwN5YttGcHpo5ppr86pHO7oYbiSIkqyz+tEWwVSzMnFiTr
EJDQBZqpBUxNjAEXKUpmqJImT8ikzcRWLca8okTtoG9vWvqw4O421naRLLGCyPSl91e9VeVU
OnEu6eKBttkxqCeAGcc7sqKxAOfB15jJbOsprJZ2MUeO0h9NjZ5KDlanPYaGl11fL1usq9a8
JkrMzY01eKR78bWJGWWGaxIpqAkWHDzDNkDZxASaMa1a1mUzzGaSNo3TbRr60nkXJ35PWAmw
g8hshTodNaXcw8I3kHYskK1aYM50VlCFKzkCGQxSXAsq+702Y2EkBZtynYsIUfq7bRSyL4sR
NFMsremRQcVEwEYh22wQTn8hbUO8+c4LsErnXVvRXVGOKms7geyZvDVOrlmMl2OJbNlpW5nd
Yv7K8oWtPRnmMVKxCtppOukmsGwYY+HXFwSRokjFBA6frxYbtps4KjSlgYuTLShtzL2k6h2b
eVpTFJeq7gYeQfFSUxzKRNCMi/bdGli2rheSMoAkrhYWOpPLCdSsvWThoSMlJ42Y+Ss5R6c4
swdhEWhBxZRKygBT9cjcB/nNZ/IXDSohBO9tvXW1WtywwBU+qjO5iPLrKSRxWrpJcniD5YjK
5CvNCY4tzyWDX7Ii1X4DraHOXuJGhojecvALsKNU2JpZIOurRS6keTkZ4y0dKVIz/tYYo7Eg
ZtYQN0bM0GSL7JP2g8s6W4HSRfsp4mddrPtJ6jg5MgOJGJK1iNkNRW43kBaFzGK04dGHIRLE
TbgaGbrLPpkmXY9RF1ZmMldmZNbwa5O6oidv1752VpbFo/A2x4MD1FUV4vbsiItmgBO9NsaY
DGbZZjvWsK5GCWror1rbGnIO6mGVHr3J1VUHfyapf+pA4xx+zOqqLXr9rbE0jIAFPEtJ4+5K
HH85sZ8ZFLxyNkfrSSB5AoTemwpEkeH7pbi+9UqDrxXGo7vrCVdGPsoypZDxpyFWJJwtp79Y
T1gABWnFiF6257SJHXp2ZAwYFRoDsOwnllOtIoY8cHgrJxNC1DZUMgBsRjGmd8sQMK0xIzmS
W85oAsBtPDQdrNXhjluX7NzrhCEd4m6vsvyB/IpwZDvNbHS0TK/Z2RBXLEkDljPgfxsjAMDN
jnbDeh9chZlVwCd6xVUNRcNVkQbryaa3CpMI0yMTkOjH2bqJKcrq3ZANDwLRtG0bV5uaOumq
N7K92qYJqE/rsaHKZ2OQKxNeyfX2srR083ig4frg0+PoGCdlyO0sYrSpaWOJUHZPxqW0VVBO
wAQ4AU+QCQd7HTWq5jSk7SXuiE8nXdS1aXs5/feUbytA1ho0StV7K177BIBk3rkRgby7eQw1
rWbOyScG8GxhJxVJICnOmsJJCRsFGeWRPqIuJ3o1zuK3CkitK3saTmka8Jb0JY1ZPSzgMtRw
j2YVmSwgV/fvrtF5NmM038d659R+B4Kjeb0U85IuJsA7AjlZDQ7xgbfaRWktM3PeimwzhTGN
lW3qIHSs6N1vYrMudzP6aRDAxDiemqGJO6u8iAd62ZGGtFs1oeNaw7ODNbKjyh2SfLrscm1V
stDPXnjnj1rJ/wBqsfbMBGaMqlfkXoCjMC48q41LCqsuVivrlJR67BkvxmOdJmCqSJJWdmpT
iN+5k5y7JKg7/sN7HzIWBLHCPBGiMgeJ1kUkyoVdjrEII15O8j2AuzkbPG9HskdO2umy4DEd
XTad7tqOpDI5kcjWAaDeGruVmkhV8ZWBOxg3hBze8ReIVlGL5whgSDhDA9N2AikdiMmkAKro
2zyjoHcw8ZYhSVPXJG8okytOoy7DwaA6y0OUdGR2Tt4OQ4nlIdOT4IINssz+da1nLxH8jy8g
IJIzzxJ1+lXYzQInGi2yYmz5zXkAgDeK2sEjLhR+cEDTS1a8dWDsbrWJixxpAme1tA7I0Hj8
pLAHySBs9bElGDKuwUGgueQisWyCBpHHUzvjdU9afQIMcivOgBaEyipUavIjcg3kWtjGPOOK
Qxlgrw6CyCfktBxu0nOIx/8AZdi0oO8YDVhCmE6IYnA2wCBgI232DaJB+nnZyAHFOWYwcUDi
QFdX0zkajY5yAzeDRxBybq6Qji7O8EwfbHQjHHn5zeiPBrvuMHCN5612U3iouSMdK+8JOokJ
PUx+qxs6E7aWZTm/E4+kDLzsD6xzlHJGrO9svm2CD10giFuIco0EaUjp2Gw1cfksDnHF4lJ0
5xRdBPLHcqS1JUUnGGiNMW+G8YD4HjFAysG1o4y8lBO5AwzfjfIIQrsdqj6xd51ldp7FywsU
U0plY7Gcvq3nN+POh8QytGVYEEjNnPAGxjHkdFcgjlnMVZaa0UlFixYWINNIxE7ahvyIDIHQ
Nt5AXrsxytMssdgFcJUyNFzxVWNpYg+Srox/XImLIYtWXCgcQQhjUIAzdXM2u9J/PRdAnygG
OMKDfxn94U5MqBVVvD+QToliRvEYEedtvhvyA5NWFKdS/ZMjlgM5HD8OM8jNZ4w5WckFgoMn
nxkpIweSIQz1KsNWOeETNwhgSxMHaR1OGyjASx6pW2GBo+UEiMtmCb2UoZIGnHIGpK82gMk1
pAHisVZCI9bqOSCuy++KrsMAToF6KK0nbzF767wgnFBB+2m0AVJGspgchx3rQ2cmUo/wdE5H
rbkb8GMEHOmo837K0yo7EtJisRnnG+ThHjYwAZGdEIjYwTjpzkNZ3ziqjroPcwPJZpRAt3tn
IkuWZQy2JAIZN+ibIattFqVwIo2rQmS/QBm/kEChv5FPtO7laSORJxNGEyBuWAEpIGSSlKfb
/Zo9ssTLGykgKcrzvWs2G5yocZt4COTbIRRuQAEg6o8fUqbNt3jEVkk2PsmgVPjBsYcB+lWs
Z55AsMVmX2Tec4nR2M5YTnEkZrydHBrUZJNGpNOy0akGG3RhRe1612Fmi2HsuvQr2nXkButl
BfrxjXKgB7WpHh72IGfuFbG7CRslsSSHZOec2BmzvqrfpsSxnI//AKgndjayxuon3/jYhTES
6sGViPMkQdWGnQ+fLAEAc/Mey1qL1sMr7CKgbDCJFarGolVlrxpsSKUfxreL9pOorCKPtLOl
LHYLHDKTh3vewSQfJzWx8foEYjq60TGftZQWnlkILDBsHyQpxAxwoQdyYquc9bAeltvA4DZy
AP8Ac/oN4rEMCGjcMHjYlbi6SGdGIf8A682xkdkIsJllkesulBVra8ZwdnwM87U6NZWkl7Pr
iIFG3iHEIwUySOxjgVVMYeOtST13VIk3g+empGWe1LHDHNLJKynydjCAMDE4T4JzeAbDAbVN
4vxPPwg8lgBoDY+MPHanliI3rTrrkgXqZdP1J0OqsHF6eYk9ZxzsOlkWMrplAGMdkjxx3kCc
pOP1mBVq7eJVDRoqFxKPTb8RUirEAAqCR6ttdrRPik4Rs/OA51VZ5pzRUrdg/FvIQ2c2klVS
uN5wA8kI32sCupAUxoZXpwLVrdtYJI1oE4CcYkgDATnzmxoORmlYcNYNEMxLAsM5DGY64gDj
sIvJqVWJBySGOfu4kSz3t6VqjzyVLHe3FkL9hdNX8qPOwiMdxCcYZsDPk9PBylIywnJYiYnu
TJXjv2kUK6nrXG0hXWK2ir58M6jn2EMcWLh44pIPXAkq5LdhCyz1i2IAc5hAr+dPg+uC9Cwt
UpYpOmqD23rQiSaYyP5zW8VmAP2zTaUYwwAHGVsTY/QfHjfMcWJBHjERnZ4AIuuj52YgCbXX
WLlqbpLrSHq4EihUIj9ckl2/1L25+uotAe5YfmshGEYCAYo/ZJWg/GgjbayeUcee7/8A1xWS
aMWYxQW3AVimjYmVExbiHFcM8sYYii0sBUqR8KQD11OR0/10QyxUqyVmoywIkwOKeQCqF/Li
VpbLzil0lhzaoIK8EUUKdj9oH8HyP08YNLmxi+G34QEBxvBsAlhiu2m/d4OKcEZIihR3tdVc
hi6kBXgAH6ES7KevIJ6rmexQSdkLrBVeOTulX/YTbGEDFBGdNRBMw00LeWUnPSud5PAyRWXi
z3/5PAlUtnCaY1Yo4wp+6+WCsDfh9VvYxQSaUrGFnkLQgAEpq9XWJ60vKOxYCRbLno6XgHQJ
Bw0VVbVUf6yVdMcG2/RXYEb0fhSTgOBvI8Zy1+kinQOirkOvIHp6sM+WYY/x0pSwyVJucZk8
e0B7lVrDVemjryf6T/vpJyMjlT6nuXuzMQuDZyj18k70YvXHIu1DFTNYSGMR2LZ7LrIVRlII
qTmNIQ1iKgcdVRBIkaHseGQWJ7B5hT3cTCx4GQSRtMlFWUdadr16qPwl1Y6yJoa0DiG8zcur
oe4QIsULnkOctUNZRl0GqSkSSFTves0DnglWwAYAQzHAcYDQB5RBTjDkBCzYy6McgGdLYUyS
xl3tfvjf0yo2lqn3T2bUNZT3aFou3gkDBhLdkKRLMsNLi001boJyI4Ehhj5B9eJIyG7KLSW/
XDUoM1iq1ZP9n6Y/x/WFSFgUvibbiQmCgxD3UhWvDLPJ3SAUzrKzQyV6Vyfrmr3ILCEEZI1p
jynUL18vGxXMmdX7VhebhGTaY/7FCb8oWtFfsxCt5kuIMPnD4zeEbxJFGclOE7wNhYYH2yQu
8KoEIO8jruXkRMKSMequGavd8hmhdZtpB18Zjh7Cld7CY9d2RMHTdkQxsQwXW/63X1opIIoo
ogx0cclXV1YN8W54Yzbtvalr11FcdVOtjla4qVjrV7cMhnUaKRcbNjZq05pTWiES92d0tea/
MyL1lcwTQzUbHXdzHIo0RoZ8ZdpJZWpWlhqtLwEViWPLDowZi7NBG5ihVFeJGWaMxnYJ8E/I
8b5Zs72RgOyuuTRRf60/vbwRK+owBK/Xx86NKOuJqxczSAWOxZ2SA+qvLJJ6pv8AfAVrHdiS
8z/iT2gaVXgsMrccUgkDJ02sDaDkkXfetjroqxRmVALMBwSxcbbMqUmCz2ZJzirZnKUVEkbc
FQZ3wH4hTz0iRG3MJDFJL6nnRImodzNWLW43heaVm24IsSKZ7EcpOo45JGYBvPkBWYs3xOoZ
XQjDsZvN584AAM0Bg+evYz9fZjCzsAToKYiGeIBo2V+FITiO6R+VXCusi8zQs6X8yuobsaxN
u8srVj7rfcIEqP2dh4YbUjJD2aljYruqGNXLrIs0CziKOOpMvGZPw65wUoAveovCn4lY8krk
MZeKtBYT3KQw74n8b+/WIz2OWs7NjLd/CENe5Uao1S3JXmgtV7SBdYAdlCrEBqXsDlW06kli
2wrcmk0Tw2Jo9OcG9A6G1BI8aY4oAP8AHX5QdnEIrJPJTrIF3KqgIzqqrbmnk7PryrmQwQwT
+tEkLtNUEmTo0Rzr4iJO0H/8+kpLOslCU2FZSysI4EyCRoTVvxyS3KwJh7OIYksBOzncA8fK
mO9H6/zGkEYEhgVAqKc/kHiA/t/jsSkFkbO1pyV7NPs3rm1YSZ96wOQaN5WKnwQSu/8ApFgA
q+F845K4reP7knUtctTbwfJzz+ngjwQPB/j82pu3rOcHlyeOdckjOSAJZGtT1K4gikjV17JJ
RkYZakaOwsSCIO35BpdfJK1epDWi7mzE0HWKGy4wkxVKAA47/VHZciVnM8oSvYQSQ1WmSRr7
eyzF7Ter+iypdcHPOT6pySqySBR3s0TJreUDIixyeZ+Ey3KhrmrC9maz/HgkM0TRuQy5X7GZ
TFLG6SHlV5A4GAwtokk4njB4wscoxLJUkXi4IJ84dHADoazyB1jmK0yJIl7rpa2BJGEFha62
JZGTra4Cnjm8miWaOxCIyb8camCzZNDplSOe/wBfRFjurc5tGUw9YVET/wD0Fge0kDNqyvKY
1g7KMJFLFPWKEiVvoFOnf/J2Ts81Ux+uKrBqRaaMLQRhK8rWx9gunrGFI0ni2zqws1hYrdSJ
KtuSwgW3SjtiH+Pu09r+NwcI5JqktSVGqyII5DsFSSxGAnjrxpOfW749rFwtgEAqc0c2BhAw
bymoaVdcbc8aRe0y5S/HjEKxzyzXJ0xpZ+UHczwSRyJJHbpCwB0iq5FKitz+QTyMxLGt15TO
ymaUQWBHg+zSkeyGYshXJ3LHfijOYwWG5FZCNiJzvL31mT50mgyaDbMMczvehcHbFwvgIcqo
wIsIAtJZlTrXhyCu/KSVIkilWVLnXw2lFQ15LCqs54nB4LtigHDrEA59UwfO84mc6B14/v8A
IGDQPXo0li9cWtFNM05hBCSfXIpXzkUWJObd9T/Hn6bt2rsZFCXe+jhLySSPV62zZalWp1HW
Ey52MX+TXFo5QxnUCWueMkxGct5EAXhUARcgkcgYSS/99wwPYn/sw8jiwMcVEGB0ULK7ZYQL
UpVvbjxIuMCSsE0uJTZVrSrweYF5ewqQm7MbzRTyUMSQPHf1zsKokKEx+QScU7wvsREa6TXr
77j+R/fRz+2sU+dDOudKkVieWV4eTBFOLGAptwxtzMssUcyrdWvbqiu8U8l9+EKPNLV6avXx
5ubw1q4xfUo7AxtLOoDVmKtZSQsPBmYesgnIFIGyY69+Ws1e6tomwD2Nmu5zsPNiNmXBK2eW
wQ7arDQU97IOXWxmGq8xVjJvBNoz3Y1lrRrPC9azAXrSyzR8oY7leO0kZWJe1nActyxQxDqV
IHjYGeTiaVOlVvT3oIm2MGDNePkQxgl5uWNvnUAyOVi1mZkh+DTkjM6opj7AyiYkkbbVSy1e
eWw1/IKciRwwTMwqoM7CJFuz+HiPE2PtCpPsscSPWWyNfCLrLKMssNgwnk25mCxXCDIhCKcj
VyBVYtWoRwtff2XYHVq7yRg+4nGExa4hD9PcE9aS24yO0rnsAWir3WJJY5aDmTY1CV3PXBxq
5QSHWJ5YA8epQLW/kMZ5DZbZwaJ855zrIVarMqBE0XDcY6zAPcl3IW2aJY2oxte4qKZHgYEo
2LDIx6GsUkPwg852g49jY2JF+f3RL9WclmrqwCjTKNG6vMbGf+tkk17CO7IHCRwys34lwqKd
tTHesVwaMk0aQGAtOoxX5yqImEyHj0rxiwTFr/rIJnSaKtCDHGOeS1ElSzXkieOUx4bkbwLO
eU1cuAACsg11nEVv5Gv+L+5C43wR4GjnXS8IbEgJQ/bi3ojYIJpNsxIHWlmsQhiroCZetqyt
+FVjMacFT9zsFWO2r41lgvaO7WJ/LjeRkGN1+xGzGNIg2AMlUcZF4nztLEpwpGwpNV4IKqt4
zYyyYmtTywM8rwtipAceqiuAoLaGTwtGR2drUVhzLXlgZEAVvxljmTjxnhSaNkKu1dxgHlZF
Kza2gJXrVK1ezrCxVeNlJHj64fiNd5TBTJycqqpkmbQY6B8lk5N1axoYVsSZrz4x7dZHE6kA
ysYvc4iqpsQIM7eIBbSffxuIk5IupCDtFJEajauwZyAZ02ADqJzykRWynXBmavEcAAE0+7XY
RkSMCcUbHrbFZFU7UOS+JJxWRAStZ91+MUNW+CY5kfECKQc7QyRy0JWkWxWZMjrbywPvDsvR
BEH9pujDTdhSNSX4wDZiUKgduM481BueWTcjnlngYd8+nhQQR64yPxI+wPX1jMFUCIDloAIP
Odv5p2dEhvMRyYFmP7o/GbGFThBYSA5xGSSsI6tRDBFCkY3l64IV/IdZb7lojLirJuaNFRAD
nCVglFiErQACOpGZEhORAR5PENxXJIhX7KGV/ZxztZXls0NcftErVElhkBDdaN3QoAw5/IZC
bII3Gp0CQTsLPsNVYJI3kt5HM5GRyq2Fgp1gxiZATK7RxrckkIkAWKyObTHSTOS6O4mrE1Ji
/LImAeRRjptkABOsUgKBsOBrbcoVd54mBXLttK6MzSOWR57PBnkqsoqyqmSq21AUGTWD7AqN
hQSYmB4AgKDlulKSUZDVvKkdiTlLQZQsbwyIysgslXXpYI2mJ0D2UIKWI3S9I09qtXhOeviT
5fiALOi1aEuCpXJTsnwI1Outb/JsDJZABHJKxFRRKYMggKt9cUxhvYuNIpXsNraO9rvfLw7b
ZXGA7dNgMCwkAVN/SWU1WpWHkySRY1naSxJOqButrKy/jJpa4YydfFuwLcTVpROwrNgrSDJK
x2ld1b1kCVHZo/XGFkXXagRtWsBGclmqjSciuS2yIlhWVEjkiYXZwleOCSOxN61jEEhZyFeU
KOS82OlmXbVwFqOwIkA5edqxDUJtzOxwLI6xLYV9gHDLFGW7CoCL1Qv+VG2RSl5O8rxqxXyu
tl8Axc2OUeDySoOGI8rKSR5Usv7exk+kXFVaF7DVIXgrggCKbbN7OQYOYoV5j4OsIGSWa8eS
9n5aSaQiFTngP28p9mtEAk12KhpDqeNVjqNyEDng0anAMsEPAZGV4uUkMrh8jPFzKCJlPKKQ
mofGfQqylSu9ddCzWGiBWEDhbZFhMsPKKSzIJa3uwddDxgpLA4gjGBFXO3rmWLWyPkqBigsF
8Ff/AKBtFHBwN4LDd1gY6ciwtbsTWGjR3g66tYjx1JBjAEcagnRElaNzLH6DFM7I1ooZbEsj
fiIZAkYzyGBU4viTs2LWjsYoOReAdg8w0dfQO+LDZyeZIAthWWyo91B9GSIew6Vv/ViCSxCA
+G2C4JCKzZXjhgjls+IpNiZUeOssCqLEYw23VzaOP2MSlb9dsFlCbbL6pR9mLEaJyLZxgysx
ZTGC6jwFP2/xciFkCdYNwVEXEowI01XngmsVxHagkzQOHQJBycGRgGKzN6irxSBY1x67E+ox
jU6lZwpvSF7KKcddYhIC+V3vIH0oHJYieHZfuoOCb8cQaGaNHu6dfICMSpJJb4148AFAQvHS
2o0ilu7FfsIgFvVsiu12I4Yk25zs5Kmx6EOGmnK1DL6HCqzjR+BGxGPrQXkqScCH1i6JBXjE
j84iCETQ1msKhg1OA41exEJbFuMQ2/bHHrOLMfxkZfxIsekmzFwUkYVjdZ0j1dpOzopybS4N
HI20AAcIIWvPKBXk5C/GXSpIY5rXF04kMrF4v7jYw/ICcH5LmyFUth0EjOonBKV4lwFAI4PZ
J+PNtYouY447KcLACxcjiEPYLLk41LNoH5xdBnG8QnTKpzlJGVddaT1gBBBEpwfrv9JWdVZp
XxYQCkGBQMH6soIkqxOErIjPTRl4GCKeugXnsevwInBXThG+oI41LDBpQGLr65IpVau6srI2
iwAO/J1tW0kvlFIOIm8fwldA5WtsVKI2sUSzLHDG5mXJLvraTspXwWpWxZLRyOg8mPHHWNlk
kyZQBsEbGDZxOIwfueIYYcEcxgRQ7KPGv11+pG8A/pOH9NfpPVEudnE0MWxkU6hkCtGy6YEq
Yogwb/G0bEJcjJMDaM78iCSzOTi7JjjdpdcVlJYoDmiMVAc6+nGK4eILHLxMt7zJYLsIuZih
g5pD16pXFVwPGbGBVIv1DBNYXSjZB8FGGJ8sdSM/hVHEQahjjCj/AJj+hx5okxL0Ukl2IPG/
IEjapIyCCSN8eMBtOmBmcmO1xMckg8q6RNKD8+MReTx/4s5rh2BFsnXHGbiIadx4B1dnUXUO
2f6yvEkdSmw9NZcVoPYxjCxhSNYchUE9pB7I52wDCBtGXY1gJyRs1oCcegHf9LbCxdmVZXRx
m/03+u8JAya7BHjWLk2R0SwjgijDqCLK8ZgzA62ANCNzjQzIoQbaV+LyWGiYHlBLGqTsZGr0
p5jW6mGGKzGyuwHFjIRCNmOEHLzeOv8ArVLoAtyBTP2IRWuyusVqw+e2ZZHMrlYJFyM2QQ82
x7OPN2jtBkkGyPtrxsEnCNgAsqkYB49rqEnfPeQJbqxRp29NsmuRypN11oCv2Nyi1Pv1lYEE
f0TzpBH7rNkx1o1zXgZrx85YYm20aHGJBBGqjqtiJRLHJ1MYyWnMmMzxmQITFVaZ6nQqMhhj
iUjY7KUPOzHQJ3XGyrKMZy9uG2fRJOZHhRmY15mVYXaSOoygwuMcOCQY8knUZLMGzr5mco6h
e+rcbAB0ASCMU4PGDfGIDl9uP4soxq84Ahn0EnQBXdGBBnv/AIxr9nVbLNStbHXTyCL9bFyV
mjpcJFRlC8iPJ/QYc72osM3IgtLyCtlfzNVB4DyI11lnr4J3i6iFHSJIxmsmbhDa2TsEZWB3
LAAvXQ+2xDUrjPREBGBhzarklmOMP20GP2E7GScsTJyz0BxBTLhI1Qd5GJKn7QoBLIBmiMQD
gGxWXl9tjNDAowgZrDGhyanFJn+sqBj1dbI4SgH6EbCRImFBhhBwVxsxnOYEmiB9t93D7aRi
kAKnY5DK7IktO5AsCWq0mCzXwSxan7FFYdpISb9kGOzZbLsnKCbe+CnFCbQafsZClfrYXVK8
gMb2YkEfYRDJ+zRRLftTgvpvemjNIxU+IWQZ7yFM0+QWYg3YJypsP8qtrGIwjkqbAKlcTRPH
zmv6XcLiP5rTNLJr9df0HLdlK0NGTcKsGBYDO1tCOGkxktdjTrxRSLxNGB5506xcfqnVm6mY
BurthVo2hg6+cr/r7GQVLcZuysUlPnZ2FBKgmS8WZaNXjUgrKI7MVdV5SKvCEGWWIBQ2LXBC
xQaBrJgswAi1FjzK7GRAsvYRvVfbSKSS3IKrMRGRxdiwj+f7A/oP1ZtCRmBndhHSg9MG83/U
fjsJBctTuJXMjovKQr3AZZICYpXuvMtqCWIfx9iZ1BGawrgQAa1nHzhfQ7J92X8YhBKEZoZy
kleELHXlsjVidOUlvZWIuUgVQI+KtMpUF8keSN0BwlgDYdBJYc5BO4eZQHRhrfgjWIvgt4Q7
bWD4/omcDDvcKbOv0H66/W3YWvFEy0qnWVmUFSSAM7KKIzhRjTSB7U7Sw9FBK06/AxQwzYza
4xGFlAtdtDGk8r2JdnAv18ammPLqVaSzLXc5anPII7mv1k75D1KJjUqkS3LELu1cu4pWyBWt
ER0bLYvXgZ6HimaSvxb0KljTogAwfDDeaIXzpCef/p/b9Acml0XcnIjsIoA/4O2m2KyNbkVd
HGBIlkc2mXmslXeSpxbpYfXT+Bmjsg5LIUjW7YVprlufJJBn9wCMA3kuljHI51SpFPZtu7SV
2eSOGtEDZlya40aS9hDJCk4yOykbfnTLgvOQL7DPy1YGdNrYjBMqHOIYftZApQ62NH9ADy5f
XN/ox4h22SQxijXX6bzf9MjcY7FuWaTrouCeFJAzQOSkpYhMbxyMFSpWe3YQCOMMTgzeby8S
KxnGzy02yynPIIYamkV2rgu1QEvxCmSeFBL2vAy9hakxmeTAibaKLYJAYFg0esBfA+8Qx7WG
FwFijxOJE6qHWQ8d6YHHB0pIPI6EjYZJAPc+XJZvWhts0cexGus1njNjOQ3sZsYTrPcC032i
o9eZLPlcI2EPhTrO3q+xorckMktl7L0qcdRVcnBKVHMDPYM2py4/GrHC7YGGnGsXRAHmV9BA
dRR8Y4rKRZZus4WQNjOEb2lgpJK/A5EENhDaEZ04fOMmFAoZFIMAkMYMb2yGKsMUMCTvNHG8
Nv66GTB/XUaRWZQR6VDNASAJVX2OMl95IafOZ0u8DYZBirtySQV4rL+SiRWrjScpdliqy34C
06dRKay9ZGWnqgm3W4/7GID/AGtYBOyrsw7CuFu3YZK0LRlg2SE8g2sGclM0b8ieQVoS6tXY
gV1XAq4Y0GBRtSAzDAu8HgNohydhuQUbzijY0To7x+xWiJRxwYE7Hx53INMA/EfE8XtShRaB
8ZgubwyKGDIcePeSrxARzg3rZwsBmxnLNHbb4qjAJsZzwx1nJo03w9ZVOf6iIYenXf8AqJ+S
dPIwHT8cTrJgJqkgqRaRtrjs3Lzk78VjU5HHxDHZDaJlBwv45E4WIxCQ3Ndk7IJ2NAD14wBK
g7CeVXWffm+OAVlJxdYNnArY6hl19B8Yf0k5PMTpSEkFeFV/RkDYYvHpBAgOnrcg1Vzi1mGC
E6NdTghGGAbaDJYwmR/AzRwADB5zQGcc1kvHhfijSZ9Bdkn92TaZ40+xOMdHei3wANgbIGh8
H5xCNDxm/qCBh+Bvn5DFvszktIxJB+pTY4/5IwoBJOAnQ+P1d1jWtMss076AIcoNJ/yMcupz
Kr4UnWecU7P6HLkvGOdOMbHQBOa2iHIIwMJPKRWafwWPnADmwDoa8awAqNna+SQciG8J1YP7
22QdgEE4SuEbyUKMgIOMpA46YftH6EY6K6wwJXUiaQ0IG3/bWxrx+g/4HOgkxnnXQAGfOHAP
PnNY7cFTdmbsU4BgdLstKxCxoTgUkHwDH9NjCvhfGcfJ3o/BOjslVG8jUZsHIhphwaWQAA8t
E+GB4jzgGwyAsg4kEEMMDf4x/TLyATyv/Af6b0/qjrxKMAAHLC3jBrNjYIzsrKhOsjIi7WMg
EbK6Mk3l048i3hfh2+pGyW2B4xlOiv0YJxI+pJODiMAGgFJDaCkKz/YR/ZV2MCqziEhTrZGy
VGb4M4XQA9A+P695/b5zebzebzebzeE5sZfl9tyJeEa7wgbA1ms/svxsg2oSJKg4V+2VnjUS
E+pubQTZ+PMCsVnYhmIeCbQrT7FSfZrTAmvbKtWsnBXsZ+POVSpY21aYkRT8BXmDCtMAYZuK
15ThrS8PXKAscgZFdhJDNtYZVx4ZC3CbI4pZM9ZA/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf
/9oACAEBAQY/ABE/inZTkzsjS1UAuioq0TZTg2Wj2VS7JzQK6JJso7couVJ1Lz8Kp/CpRNwg
QLlTe7oZoiTRwtQgTJ79qIfyCZs3VaqichsK6cq7p7pmTEs1USapzQIglUKv9VQOUAaMHRyy
HNJnkKBHlAqLq/boj+Mohi6INWdAAP0XzAjUxLur0Hh8Ri+6xTRFeOyAlhTjgtT1TXKbLLkq
nA80AyLryVLqvuVUxthM6og5tqhUsUCCwxhGhJZSJCmZChJZWTipTJmrqqpuiaHmp+dVapwi
TbwAvVENlf8ABAYyniGC1TkAvZXpkFOqF+nhPbcCqAoA18qldUzVTH0CwnFVKMace3ukUz0B
uhtqAAFKEg4kGRiAwTAt0GVUMBpdBiWCIJcjtLowIYnCjARBGQdApyEAJxBIP5OhCFZSp9U8
wQZHOvgWVbrlDWRarJhcZQo+pXROE7MVr4OcKpdaBC7DOFWwsr06IkZVLIiVE0R/RX6+HIRd
R1Uq3uj0UfNMMh3RDgvZUNeqYl0TRD9VtNRo11Wg0KBoE4d8oxxIVQOowiWprZbgL2Kc1JT5
6rTV0ODjrE0KHxVJDl9VtkfcPv4fJEWuUDaq3RiWOTZNoiI0ib+ajKZ3kBnCjLjLSFkTyEl2
tZCcgCHq4UeTiIlyPXbWi3sWOWVbeHI9QVIC2qpUFeaYptEcp7NROmZ3uiBdGia4ey6C6ZlI
YCum8WNFWqcB8ICxXITghRKIu6m37ih1KBDhogIPYYVnCeLDojWgstEIvXCqHKfAVaKUzgI1
d6sr+i06BODRE3RMrBDkI75B3VR6obbhOcqUDYhGEhY3Uv43KAAxMZeSnEVY0KdMU7VGUCKk
lGZTShvfD2T7GEZPt1Wqe3RcgPRF6DVBrDKqVVaKmLqtlW2icBiNVZkwq6dVsFQKZNKKzgi6
cFF/AxLy5MAKci5JKjH6oxegCnkFkCEDEMpjqUAAzSQ/ui6DOyD20VB5FA3dMfRMQmP1TBEN
XU2TOADk2VTElrxsjQ+HTITtTKHJL/1g/VCI0QkLFbs4UTiXgDFhKKJJqC1Fu1RAqdU5TqRN
CKhc8WecSC/oiSKdfAdEDhcgGUQK9PBimHgceDqpVrJwGKfOvg4spxd3CjqAxKACcL4uCXfk
hNcyNygW7jdRJsLqTmjUUwgMAVRIHkFMnMiwQi7B1wyZwQQT6q10Xsc5QfC0WhTmqf6okRfV
M2URzEx0KMYlwzuF1KqHKdm6IQhGpuyhx8BrD3aIEXAqUQbhMTVbj+CEo2Ks6nEmjmnqhxhj
uLNZDk2ja1dq6ZRgCxuChxxYyyUYk9k3BGFSwTsgWvdM3ap+VFIAXq6f+gA5umQwi2co1cgI
ADFUR1XRMpdQg1HTUUo8dJkKfL/IozthyhyGhPgDLVEmxCkEA9SEdVIBiXKDhy91xRBoIkn6
oEmidnBVfosum+pQYFtUwcjqpGZBcVpojKAYE1CfjiT6LvuRlAl1VOaf5o8pHefaDopHcGBr
FW8kAzIvY2RrQ3BR45FmNB4R5Yi5YlCQYVUuOelHTEAp4gVFzW63G7uhI5su2r3XQKv0Wil5
KQcCiIBTquFRXqnFWVcJ0XFVX6KiBJ7tF/mt2C6jW4V3V1D+NGwLyKiMgJlEH1RBoNqmxaij
RyfCVH0TdVxH+3/NYBNGXVOSq10cpm+6MfshtoCbKQAAZu4rduBqxZAE9ouE84bigOM94NmQ
GFCLvGJeS7aCNEeMPGV36JnbaWcdFuObFbBYWKazLdK+qBUhmJBZMwZMLhOfQLV8aKMIWep6
LYQIsKEaoanAXHzxNTAmQ/uZPVxdeSaOUdtZG5TpsXqqZTeDOzqqZkUUBhU9xKY3RkbBROAL
J42UpysKlS5DVySH0dddU6im6KYdtFE3UaUIRL6IPYlcWQY/5pmVWHmmJQhGQ444fKlFwdpZ
OKk4NkAKF0RtpRqJ5tDNDVPFzDUoXCYkAIQiHkTRAzY8sr9EdChyYBuLsiY2JcIZpRANaqO9
wAmqyIRBypA+24A0TxsVb1W5qHRSEokSAoV31OFuf0R4dpdrqpv4P0oqldF0QAFk7oaZQNlW
3hSp0QIpqnlhOGbBTKdXjWnVQBFCLoYUIRpud/RHlIcMwVqKiiNMrvkBQiqO2QfoogZQegwF
uIaBsVEisAarilYbCzeacOdVEzDEh6pnHkomNGW6IPxyqDhygYyBcWQl/JMZZEbyKeP/APX4
jZ2dk0pGYa62SgDDIKJ4OyYFAh8sCHLA4KHPzR7zWD+GhuFHdJgCxRI9gPayAiahPeikAWBN
l2xMgMhDBNCPCc4x7gHdEGpwu6gGFLj5KPWJP/aiXLGxTuX1TYTutwsn1QfROJl3Vy+F3X6e
DoA3XXROMq7+DrfMkxFo4QjAAR6IkHo6k1S11EmjCyANjcri4wHNbKEYhqOUxRMjQByojgsL
koynImV6qJGTUqJoRhCUwxNGKDF+gUni+QuORDCFKdVKXKdkOMOCaOf+ZCe+Jb8QaqujjKHb
uAuy+MxiWraw9qE5yO7Qe1A8YEiR7p1ZSlM7uWFhL21/ahOjnAXRCIYua1UBInbA7qNVR47R
ai9EDoiHoaoRwDUqzNYIA3ay3aJhkIwdjdA6hTjmUWdCIDf8U4ubqIIqMozf/wBYLoi463Tn
8rIj0QGiutgxRRjF74Q45jdyDAwnIboq+iAQOSg9E3g4LKuF20CqjGVigHdqp/sqqfLMvGBA
HmqKyo9b+XhQ1N01yLKPGOPcxu6jES+NjXyQJG4gXU27Rxhx6KQ//JfHI0J9EIPuDOGpRbo0
DV9EIPh3UpDD/R0w7eirSlDojD3FbTEgLbIlsA1UQGeZoFHjFDG51US7tVCf1CoogFyDVSBo
Hd0JCp1soykL0uqmhwiFE+1vumBYgqPROTcJnbQoC+XW0XkaotZfHIsYWK+IipLD/wCpP9UH
oLBFihB+8ImMASfyyu+LEp4lbBLuCOdPCuESUWsqVTs3RBUQOFuNgiON5G1kIz4zDd09ydGZ
sEeKUQC+NFVvNMzmyowa6MZRab0PRRAD7lPk5eWWwksAaKY3SkZg1PVFhlBwwGiErtQOjDcY
yLhCUpPJmZEg7a4VCQeiYTLeaEyXOqMeYAgREhRb2AidAvlmHlaJN2VKSQn1YoQOUVua90W8
/RVs1FE4xVdQhLFigfqjE5CMRhOKsmQ20QgKgL2sclCZst7uT9kx+iqUJyYcn/cVvgWGCt0+
TdIGkX/8VInAJ+iedluFDe6s/VOq0BVLLUFBqMq48B8YJBuyblpusiwJwEIlo/q5RjyH2GhQ
PqjGQeJuEeTljtAGpTwG2B9ov/1JmEXyqEp+QuRYhPxljnotpB2k0JsgHsK+aqXKpRaBVuMK
pqLIuGHVAEEQN2QG4johG0Jux0MVT3CO3zUeEv8AHE/7nVbQGAsmFJj3OiXc39U590S5TwmJ
6tgoFk8aFqqv43Q22B/VEWUo3yi4qf1TWMaFeaIZxooys7goVHk6dvILviYvgrXqjIgtg4Vq
6+AmQJTFA6lFgI6i7rfKR9UWmZbqkHRACJ6oyjPbDAUSTVlWiGi7XmcxCHIe3oU7gjoiPHrq
torqUZxkfkFR+1ASlsMbgfkgNAyJGLrbGkI0Wr2VU5wuikJy2iQW0RG0FgdUeRmEvogMokmv
kjUnopRjcJmQjFySgB7mclbqIcZptqD5qQ3HZjV0IQrqTfwjIeqINVKIFS4LrkiWHc9E3VV0
ZGIcRN1tBc3DoE5ugNU4q6+SIuWIQ5Bc3WpRBADIgB+qEjk00RnKRJZwq+06Ixwzei2t4RmT
5LeYmIFuqPJI7BKvotsJit3QjGpyvkkdxKYliFuBeJqEIcbQB/JGUz8kpZTMx0Q2EgM7DVbO
V2OVrE2TCrpjVM1NEwoFIvUGijIOCAxdHjtuuUBbJV/qiBrdFaFADKiDZ1KUWjx8Va13Mj/I
5faLBHlkX8DywpygX1TkNqAvklTdQDKpUDATjjIAoieN4zlcqMuX3Mm8S30QIDCX6oxNXqh1
W2Vk40ooixJCfIqruKFOMIxOVtZiCXPhGQ9VuFHuEAcL44hhGroiJaUjlHmM/wAaBF6E5T/V
A8sRKIFHCEP45Dj8fao8ZmTIXi9EO8Pe+EDOW2JzqhHiO4jL0W/k2mN+rrZCwoAjDmeMxZ7I
FiZfZShIkcgqKOP+tPLK3RkW0UQSXj9122yn6IGVSbBbpQ/25UiVx7D3EEyC5C52tY6qEAKm
/kgreDCqdOC3SwQJdtbqQ4xWRI+6jxkCgDhDYdvQUQkZnZkOhxSLSNAGKh8QG43FkeEkS5Ym
pZSiAJwJYHIURCLyNxKiMpBltfuZwj18SLG7qRIrEOCoSsRdCYqYkFbhV61RMj3CygWeqHUI
H0QzSqpcGynCgcOAgR6oxHoiOvoiZei1EtVLdSjvhT4jLAb6oeAhvZk8ZXucrcOWotWq3x5Q
9nNaIfLM8hGXsjCPaNXUzEyJY3NFItQSqfJA+3kjYr4eaIaNKi4CPFOOwStIGx/cruP3DKBC
3N3OWR3UBqiYyESLOoNUj3Mvih38xB67X/KS3zlulK5U4OS8H+8VKoYHbFUui4fosBA56JwH
BRyjjAXwctIl2PUoyNgu0EnQBDkl2wlRzRCdDIe2QUdpflAYOt1yak+ahImsjVcQgQ5gHAQG
TdQPo6G0+0oHwfITgYqgYl62U+AtHtcE1dcnGTUWRf3IVsbKJu4TI6iyJsozNga+SNWDOCgY
9xNFZt1XTs/XBVTSNgo8kX3Gky6P6K9laicSYJ5TMijjqiNxsi8iXT/JINovjcyegJXMG/J/
DuO2QtILYImYsJInkcCIJ24QDZUODZU580REOytRcnJE9wbb6lPKpOcp7I8or2kH1Rl+RLlU
BYom3RO1SrKgdFzdUUaMUQDUXC3wgHJZ7ofxOSIchw2GU+CQP+3US6IGNo6K17aKIId8DqoR
Ytx1MjU+EZaFlGT+66MevjIAsmGLugIyvk6ISGlCtwFcr1URbROiCqIjRCUjYMix6oF6hOLB
ULup8WocDqtuTRkScpkHp4A3TKqIumupR1q+iPHOPyA+2Y0/uW8glrgLs4iAbGdF/uRac8DR
S5BcUYoiZO4sIDqnNCVuBcG4UOLaQRfqns+EzMF8YO0t3PkK9UI3RYPJEAMxYhOZKgfyW3RA
VZlEQBc+1RmCxF/NGPNSWXqFvh7zlS4+IEE0Mjl02l05yVEwrOR7eiadZyO6RUowJeOql0r9
FMZgXHkhL0PjJrsSt8bBQnKsbEIx09v+lbhTVAkOVB6JxkXTeEq0FWUh1IDqMT+Lh1tkKGik
zUDg9EwqVF8XQ0J3P0bcjmOCmbyTtXVEFUFTnwIfyXdREimhRhGYJyFSXbhbgaPhCcxuAqCU
BEkRiGGEeLhkJc0ryYsFHkmXk4L+ShyRLggeHxQ/9gudFHjj3TlQeq2/y+XbyYAXyccxIj8i
vh/gyG8HukojkO7kPukmFxlE4nUjDq7DRPHCoASgBEjr0QmQ/LhGo4eQ4NpLvG0X3XCAYmAd
5dEQQfjvGScWV6oc8w4j7X1UiSxkCAiOQnuoJHCIuJCilxSNTRltOq8vDzUoSoTZGMztBseq
aRP+2Wf90UdtQmkHYrYaE2CjuoWUf3P4E6hmXLxE7S7gIRiFqLlRObHyVKCVVujQFcfM/wCJ
+rSREqE2AVbiyY1ThFPFyMp/sjPksLBSEQBCVA1wnJc9VKPIW2j7LZ8gPEKiILS/6ltgQQNb
L4+EhgGlIJiaLFLlHg5T2k9p0QESJE6VXJOTMS633EbIfKDuGRRSB5ZHiNgng+43dHfKIiNT
3JuMdv7igXc9E5JETnVVJZPySAORKQRjwjftLUR5YxIgLALuiQV8c5dhz5IHjO7dcppBwUTx
mgwUAXEryIQhH2xCaBGyA2hP+SAkRvhQ+SHPEMSxJQliQdEHPi4C3DNwuR7MSiTSQ9KLcD5q
HLEUKBN0JKJGg8CMST5Qn6OqeqjMB9t0AC4NlOB90SCPrtRnKoGEw46eaJEB1CJPGxT7LraY
NXVScMIVdGrQie2OAiAWGSnNwg7SiaEIfE0JD8hotm8kH7rto9079treFKKlkQCT0Upm72Vc
ZRER8kvNHY0AdMLdyT3SuhgaKMAHiVA/tFkeH+ON0mrPQ/tRnySJJQjGpNlDhB7qk+ZTTuLF
AQn2+TEKMMQFTqUDMDoOiYW8OWUcCv1Q6pmfqgZe2Q2y9VLpVRJptoqF2QOqJNkGyKLdZyp0
d3CjMRqzIiNCnPuiFtyHCYqI0CIXHICpDP6o64UyDZitpqVIWUoAWo6JyzFEScC1qJo8e7qw
RbiFVTjHkyaUA2UJbGHUBR4+HtcPJqK1U5zoicKl1Uur30XQLbG2i/4qiYuBjCDCj1KkJvIm
oEQmiTxwGBQlPEPLquuUWDmwTkWR5JEBryKPD/GccdjMUJTnu6rbEOUOWZG44VbLVA5KPIaw
FSFuAYePJxXMgj/aWTfVeai5csQfQqfGUzKJwyrZb4igwgbupB9QyMRg5V0Yaii2EsCUD5oH
ovNRmB7SolmeibUISIzVkD+4JxY3R49aOpCfGD0VOIRPqu6EV2xiG6J5RAllAADtqpSNFQsc
+DBHAFqIOXKcGid0DZUoVqU8uMthf70COO5PVShJ42MfIomAMydVtgGcsyB5nkThdsBEZTcR
HJPQYRHLMmJLiIsE2E0Ylb+S+AjF9rZTA+i7SSdAmfcthsbphEbVWiYFipzlaIJJ6qUh+Rcp
gEGPmhwTk3FyFmP7k2uEwCAe3htAoRVSiC5CM4hiFJ/cCHCp5uom6Eg4tIN5re9w6d6plINW
6IH4moXkqDtNfVGMi5vHohKAeUaoC3I7NqvaF7Qvb6J9tE+0I0DEFgyImKuVRMSKqv2snP0C
dUym+q7rBb5cm0Zi4dPCIL5LHx3Ti5XsCcRAOqJkRKQtEVKaA+PjIsHddwLahNAv5XQBFipF
vaENMokXJqgBbqnyRdAxLnRBouWUI8vEAJlgQ6couuWN3IBRAHVAsj+iEgS4NFxc0vcO2TIS
FQUQ7G4dCRoSgynH8chCNgSzqUQX3XfomlcIFRnGpF1PjncVCINsII9QpAH3GvoozDOzFbme
QsqYNUQ6iC+2cjIeg3p8BUT6IvhNhPgITf3hURD9SWVyRqi58k99KLcT6IkUBQwFQthHZyEo
OSW1Q3cbv1RPwy2gOS4RlDjJbUhbOMxibkPVGciTym62QhagZCJ4RIysXVC4lVgGZ0YD3jKM
Im9SU0uI7hkG6O6JiTRigYcoAODdCMZ7ttHVnQkaOuPjj7IEElAFF8LZKIaVaqUeMMBdVVB9
UMyRhL2yNRhbnsvklbCATxuFORG3B6oSwahR5N2CD1VlsOqIOQpDS6INyE7eBk7iRcMhxt2y
H3Ri7BAO4NQgTlR5cxqPUbVXK1R0KIFCFWvhxkNcvqqfdNcaIgoMxe9FtFDphCcYsBkrd/Ia
n4iqINBW1kMk5RY10TSFeiB+yEQTEauQCEREs1GTxDkipNAEd43cgDEqnDH/AFME+0ROCwR5
JS3GwU5VEpOQiCe56uqYTkOs7VcjyojMueOIyV8QLTkhtk73Y5TcgeYRiIlpRZyt0Q8ohvVN
Mv8Aubqu0vFdAgXuqBR+OjM7ramTIiJBBq7oRJdii4BqonqnBq7p7kUKEogVdMaUIT+DikoV
9EDGgBQmC+D6JxeOUALhSL1AR3GhTg+qBA8yj18CdFHeGJNFog109tUWBAwVHdF4xqUwoNEy
NGBqFdmwmf1TQiWzP8W/1KJ5mPJ+4k3/ANKB4pRMxiOFIcgBMqxKoaA26JpnbuvI+1S4v4/+
7GneD2xP5puOYM2wXR4pffVS5TQwiSFKROSqXKZ/NM7hBi/RPM7CakFck9z17ToF2lwRU3UZ
mz9wUOThDAFyei5eaZ/2ovsJtI/ijKR7jUqULybtKY3FGTGnTwlxSPuAZbkPAyF8piGeykCa
Kg3AVZQLCMZXdECxLnyQaoGQuwWNyo8moVEBPNCEQxZyyjxEtCZaupXT/JHtaJ9pUovdv1TW
CpYI9EWwqpguMDuJJZ+iu8tEAbJndfoEJSPfyd3k6Bx4Pmy2gOdE/K/HEVL3ZDi4gIxipSxh
kCjs92AhMXZpdChOvLCVWdmP+lShDhIE7l6qEuKe4kVD6fuW8AdzElcnMcwLDoiWqVRVWro8
86QjQdSo/wAeBcyPc2iITgdpVvpdbJEx47o/xY+zhoD+4piWdAgu1R6KP8virGfviPxkU2c+
AloVGQ/MOmyiDhOBU0TftKcfldN6EqJjhMaOLqUXcdET1Xxk2sqLcKkWR5RVjUIEYLrdkULJ
7mFVKqZmIx4aujTHjxRb2xJ/6lT6LToFoFsttqoxNWDLTwLWe6j/AC5kGRfYNG/JbIWyU5qn
8BKPac//AIkoyBPxTYk6SUYcMiDHP4ox+QMUOLlAJqXCEpBuIY1U4wiNpG3yTsu0eaYCqjxj
3E1JwFZwAwAyVLm5DukUwzVXchPMWRjAEzkO0ovUmpVFQ1W6JO00lE+0hSnEbXLg4Cu689F/
9vJ3j7fJbhY+DqtpFGJwmiK5Qichl3NLAUiQ1cohmrUoNVbSaoiwR45V3UKlxmrVHkUYn2zK
qfNfDgyv09yLONU0jVWdFqozlSMQ5TDl2m3cCFKUCTAUj6LtFcoMhR3R5JxEJTZNAOdcLvL9
FSynuiJEDIopB2iR2xFgqUCIFsLrgFPomBcqEZxBG0UKfjkA345CajC5W7mlU+2KAiAALALb
mZYKpqhUoACoW+cAOSVXyy2RLwjjqh3XQCoibKpRPVFeaO4lv81OIi04lydUzKlXsoTdmcN5
rcMinh5IkiycErqgFX3GyMbnK3YKcWTXYpxldUOePviKnog11sBecfc64+QAOCQfpJSkO3kB
p1Q7nGQnsCiSWEQ9VyiE34SWjEaKtUzuB9lQGqG4snDEAvVETkHADRdlQgBMC56Jhfopzke7
AQlkYFkXNUEDojUVwq0JRizgDtfBQvIyNS1AmgDySarJw4Isvi5JAzAcHVlHgcdtZeqpUJ0O
aYIgBTQlGMZNKQYBOTVP+qL4omoi11oUxIAXuvRAaJxlCOJ3CrceiYAkKJzlcZGi6FGEkXsj
DA/RbRhAqMfyIW2QobkrdEVBFV/c1kG7WqSm3A6IlvVbZaEEdE0Qdpq6Y0jIM6fGqeRLCzom
NAKhbTUosfeRFUNlp5VVaPZVr0QIFV3CnROAzeihyynugbxeoQPCwhnVakqT5IH1K2hiWd0z
Dz8Hzot0RWyf9VeiHBGAjzAX/cvknMiriOqM+IiO7Gily8sqQFlycjUJAA6RG1aIQFfJRhYQ
iASi3tAYNVAZKBFE5qnTD6qppqnuVVnVadUxpoUGuLLuFSi/aNF0GQjxD3QOUyIiGbKaVSQy
BBsnH0QOq3EPKNR6IH2xH+a+OftNigCxrZDkNAQzLcA8TrhCWuExLBdGuEQKMaL5PyjFvX2I
C7XR2iif7LigBUyf7LqhlFWPRDBOURdrounNEDAmJFQxZCH8pzEfkLr4uKJAcHdLojG8SKph
RXvhHUJybYV318BKJ2kZF0OLk/8AYKA4l4Sb3TIAbqn1VRUo8srzAEUf40DSJ7j1CJzldwHR
PIuT9VQKtGTivl4EA+qp6+Az0VfRXqg1Cv8AIKEx+J7hkhCcDQ3Gni4sLokZstr10RGqrQGx
UYg9wqmld3ClE4Doh64HRCNqUUTh0QpAh6uuTjxJv1ihtoU8qkC/RGO192qiH7YinmjotVSh
8A5bwuyd6rK0GqAgHkLlPrhDCBFtV5pjfw01T3CEoliKhlt55NMZ1WyMuyBo2UxCEpDtie4o
l2kaQClKReUiSSm+qqnIB0QJOq3AVyysqJyX6FO7DRaaIUrqV3XVa6K112m105uvh5JUmaea
DJrmVl1yoti5Cce3wMZCuFKMhZ2KE9EN2aFboChsVF5OcgLcLBBrihUeQDzRplWLrzT4Qcu1
gmNeid2bDeBei2lB8J0womcnwOvRMnCaq0XndEW0dVLphhOF2m63Eu6jCP5FCApmROqP7Y0i
mFkRG+qqwV7IF3IQK3WlheWVanVVBPVWIPVOUGDnVOay6J2ZERi56JjAh1xmcTLjcOY1TYRY
AwdOAwN1sjR8qUpmuE/gS1VJ3BAoNUxyaoMxP1TuwBqhtIMbVUou5JdMcIQ6o6dcIYTux0W5
mJuVcE6qpdWuqpwFUouWGiNUdvtVA7LUIBgCdUQ7aoEh+qplNqqIuuqY+i0Koboc0h3Gzowj
ZmKrbC6FUuFVaBbhZMbao+BJLaBMBTVMbrazgJj2gphY5QiKk2CkfyYhbnZkRcapiQD4MjF/
JE5QBsfAkBDdirJxQLa+4SuUTgoh6XQkzIjVROdxB+ic5unGKqQIuKFCEql3dfLxzgYmoBLF
DimxkwlSoYo0dAhtLLRvuqUVaj7rzTZ8HwqYRBvqiGp0TmoQORqnTlFjVNfwEQO2NZE9EYxo
IhOfTwLl2wtwoupymf1TZV6ZTp2JVc3Cd06qPJGlQhGESSpbmlykUOAvlJu/3TEPI20/50Zz
kzUYWQv/AKkBJjGz5W4IMGk911ZOA7XC7bi6L1Dr/imoyBAqDU4W/VRNWddrhAqMsGv2VLnC
YhlISD6LaaHDo8MpO1gj/ojRCt8jwGV/amjYZ1VEAA6APqmCZMMqhNEzv0X/ABRiaphdVIdM
LIAVOECA3JIAyOaoxdxorqieNCq3X+fjSvVMSq0VBTVeaHgBK5o6EYByQ8pG6jVoj3IyoGuU
ZGxpEap5loim1MZAt7RoqyD4RjOTxwU8TUVKEQXKMeMsDdTixMZVdWR5JUh+KOGVA+UI2K7K
tUpnRBwgdE7i9UZaooA06hR+NgYKZNSO0eQVK+arRUtgJrE3VFRlXCMmdVqU4ynRF31VL6ry
R/F1S2vjLm5A0IttfJRAIclgE5qTlO1QiLDx8/Co9VReScl0dU2EcjyTgORdfNMNGBoDlVot
5cjQB0YRhQnILoRs1mCZiW6JtpHVivZInFCt7UwFvnLaZXEijL5QTkf+C3S5IuA6biDnU2VO
KDdX/wDJPyANkYQnxntsQn/FbWRCMYhyUxsyddCmbqE90Ct2KhTncmTonROQSECBQrtW1kRo
bKpYirKTFnKd2BQ21B+y7ouy3kZQL9CFS2qfwY+qjEZIQ4olttzZSJdnaIReypZB/RMR4MCV
11Qq/RCiDLazhARjQ5Ngm55AzvoycTiwwE22urLcOWMYjFkx5d3kveA+Ct7wP0ddm2PUBFpO
1KJmMnzRNGDDqU8atgYTtcuHLruP0WnVNbr4P90Iy9kyxVV5JmsgcXQA83T9FE9ET9EdFZin
yLFESuCj1RYsg9wqZXcECRWVXTC4TAVJd0woUQQDq6IjIP0TSAJCFBVbCPRUDKqERUnClzck
QMQ1Qg/dJyegThV9E1mVPVAeNVS4T6odFPm5i3Fxxdz+5GPDIxj+LdqMuScpSOSSUz31KvU4
Reio6qKYTinkrkZ81Ql79E5qSrMm9VoU2fEhNYhCtihIi4eqLUDoAV6oS0Qekgiel15Jrz/a
E/I4bDJx9U34nClTr4MbK1NVUuhGNSozB3bW9EBatUBGqAd5FGETQomQr5qUfywiOQE8l4jT
+1NIGJAsUzMBr4R5JB4jKIsIxJHmjKUiSbpgqXW7KfROnAT/AGTn0R6rtFFXuQ4ImkiCQEzF
tfByPBx9PAB6nRBh2nPRAGNBd8hPCCYCyDmjLuIA6lkOXiG45iMBGMqSyCqCqoaqtAndRiA5
JFkAdEThUDqWSu7tIOUYOGZkDDuL0RkR3onJRBsvI1Upme2URQaqoESq2VF1W19uXUoz5CQR
0UuJ9wBB9CgwbVfGaAVcXXbi5N15IHBQa2dVHkBqKFXQ441Jwoi0gKrYB7g5TLDDKoKJhZUT
Z0T28OiGui8kCKKjJzWKsmFtU9/LwHmhIgylgGy+TkIjEB+i38cDOOuE0AOIaRyFGcw3IznV
S44QiDEmJu9EDI7YjWilx/yJvDb2yC5QS9fsqGiqbKv2XRfMRSByr0VAg1sgrfM0ONXUTxlw
TbRS52qICvqruHonGqLl2V7qQCO8ODRRnCsZ0l5hNZOTVUqpkFiAgTJbx3DkA7vJFyza5W5q
mis5VroDGCnJZgjwTBInR/Ndo7ZfZHnlMEgMIN/3I/uwpTNHotR4MSV5KmE681b0QJo+i6qq
chHaLLaznqqh/JHPRbTLb54RILjBUIn2guXQawRHJyGPACWihw8fIBwixqyhxyk/KKbo5QF9
uUeaHIADJ5wIr/cofCRx8UA0hV1Ph5OUcpiHAGIowasQAreiY3Ka+qjxxiXkWBQ4s3JTZCMW
dU9y43fc9FEwPcKGJCl//nbe4jbv/G+5RhKQMslGIkOgZHedq28cdxz5KpZ8I7BVlOEwCTWP
miJOSCx9ESWHRAu/QqUgQAWeq7+QAI8UZjeA8JdV8hYjLEFMCHCD1OUSaMiCT0ovj4QSSW81
Hk5gIwepfuRAJkR7SalEwk5NFLkZ6stXVVVXsn1WqY0CIFQmygCW0ZAAu1121Kri4V2qtr11
C2jN00ShCUmkaI8gInxCsgDUBGUhR8p9fAglxhlv5Gp+T1RhxcgJuQhD5QOYkBgMr3GMsEKc
5GsqPqpMGNH+iARrXValDn5BV6Aq1CmVMrfKgGSuOPHLftuR1RYmq37i91KIFluiWIynqWyn
HuaqfrfwypxtuO4eqL0b7rttcpqgP5LY/kgZVkMoAihut/EGKBlforhyKIuHdDnnEuPYSq0C
a6mYXJcB7KUPzYEn+500qyHhWyIDAalB2KpZdVauUU+c+Dgo9dE16rQhVN08T6qZ5Y7iCGdT
4x27xtCInEgs40ZPYi67alCOT9lE3iAQQC10OTcZS8yjz/hu33Uo2lHHRPoiZWEqnRTjxkGE
KAhADNU7ERAdzQLZIASj7VXCBjRb5mpsNSo/LP4+MmkBSibiG0gO/wC5GLV0FUZ/Gdo/JkTW
rpzKl2W2IvVHcQCu2O7qSg3bEmqZ29VHkZhIUTGp/RQ+XsHtpkfuX+3OmAwT76+SAMz1om3l
vJT7iSASH1T5rRASFrMt8jtBLDqowFoURhqFV+SGp90UBCrhypCViKqW27lMKkYNEyf7HwAI
VE7ldVX7IH6LDHKvZECuhTgMRqmlVMcqXCaSZx1UP2g9yAe4ZHjkWGSnegyvkEiQSQ3kgeQs
9gtseGRbJogJdkiWZR5IVEqSCMmdly/yJACUh+qJjEkyNAK3R+YiFrVKHHCwDOg6qhHC4w7j
cB1QnbkNIauh84EiCyMW7XoF8e0bdrMhKEhLVVvZAcZaIFU1yhOZAGi+LiFshbiXAqSoSL0k
A3ouoyjw80TKQLxnG4W7m/3OCdIkVUZcch3B9v5BEgORYI02jDI3chHl4z3VJibFT+QbZQqA
VDkiHhFwVvFRnohz8Uum02IC2csCJHH/AIqcYM5xlbBM7LEEuiTXqozGTVN9/Abr4ZDCY+DB
H7IBUUpxj2xuU8i/RUphbgNw1Rf3ZZRPHNjCoJoVGMx/uRHcdVEg2wtpF0YAitAqsSalPxsB
xYJNUQYS+637WArV3XFKZrAtIDRP+4UXeHL5stvHARHQBNr4bvxynHhE80TMxLjbhQEI9gp9
VGJDUwvk4yABYlbDEbjaWFvkGi/cVtgU5DjRA7QH/JS4+OgFCQhJu3JK2geqbG4MroRhXcUO
IwcGpEtVKfBy7oxk1DZR4/5Em5CW3JwXGoWqawXZIR5RY6j9qlxmLSJwpcU3D4whENLj00Qm
LDVHeaYCpFuqYB3/ACRiajAVnCGAqfdVFVeiormie6dDdqiIhgQDTVMnVCVEyA25CEuOsTjz
W9z8hxohMF2wjEUUPiNaAqAmWk3cj8BeZ0T8MpAZYhRjzmRhqSpkl5YURKR3uABlcbkRlIW6
oB2JwmJeS1UgL4TO5VadUTKscdQgYgGdyMhPIsEwmPuidwbJU4FwHqMKPmh8YG1quthpHFGU
hN6aKMIN1C0UB/eE7uQonmLN7fNSHH7yCxU4GLchl3mVkJ8REocgFBcH8kIE7+N6g4W/+PIT
loKkD/QiTIvoniS+UKlltYScVPVb4ipLDRbuQ1FgFqnTmiYXOExB6eFUNFTwqU1gqJw1EBR2
b6KYFwVWioXCju1UbCiO0jc1CdVMc13p5I7G3C6i8XLVXJsk5AoFKHKQGlR6Jjyw+oUogxbE
nCHCCDxisihAl4A0UZQ7ZcbbZBQnIbmpMi7KPJxSdqMbhbeaBj/dHVU5AH1LIndE6VTGpF2Q
gBUG6IBeTX808r5Vj9UYgFpXr13JwGMqlCWiexATMzBFywK7BuNnQNuihED83T2UYxDnc6qu
QP8AkQPqo8XNFocjbf5AtB1EE7oyDxniSHJC4BDaozP+1y5jcFNZM7oE2UyzbHktzJ0xsVQd
U6DGqY2KZ0/omCdVqSnk/QJiSg31XLD9hDeqJvur4Bvuoja/kog6IyJ7QhDhjtjmSjyxNZGp
Ci3cZBT5DQsaakokBnqyMxKj0CEZMRghUqUCKG6qe7TVSiRujKkvVUJaZt0W7VVF0JGtEZcc
nBpVfFKGzk11R53YxDka7U0mETldkxInTwa4ZDbYVTSid5toto7fsjvlQXdNHJoUFxN+5f5K
XPJgQWGq9wUpXjMmQle62TO/gtKBrRGXG/xYifx/0px6uncjyW2cu6wdMbqi5no4KzRPkhX8
KXQJRamijyUMomvkiVZMuqpUpjfwnAU3j7hDnjUCkgiLL9EWq1UJSPaA5TQfYS0YlbZNvNyj
E+inCALixwnn7nsnNAhgDITgIiIqNUJSA3C5TRK5D+KEG9r1TXP2TlkIuyBjVrAqMzQ6hE+4
tRbhFpA+SjKAIL5Ub57cOtkhSVlPjAZm+67YujWpRLsUImsTZEzO3zXHGB3SBqmzomsMruLB
GMi8eqM4nsJoFHjgKyoQjPhkZckbRRhMETFwhl03KdwFtUJAuCuYQqAL+G0qn08CxqV3G6II
cFTi9yQB6IwIYxLFa9fDTorLQqihIdtWPqjGVYyFUeWPdAm+iAEaZOiEOGI5eSdyMIccqH8v
/FDklGo9qqR4GEg4K5Ic4IEKxKbi704BrUDRRlyjuuUwI+Q/hGpUgDs43pEKB5Ikbg8XUnoS
UWqtptb1VTQJ3Zbh6OofIQ9qKRBcsWW1urqW01FmRlu7wPu6LGsdbIzkak/opRmak0T8kwAR
WoVHLYTwgKCieZY3QcmqbRAzlU3CbcyIBcdLrZA994+a2yixsd3/AOlEx7vJbyBGcqFETkRx
DOqMuCc94sCQx/7VLjkCGLSBU4xbZMFwbuiIVHVUAdHU/wBD4OFtZmKk4YSLqlEH8Lq6bCAl
ZRfQKQ5GMTRsr4+OIhxjS5REqG+5E7izkl18PCGhaMmr/wBSbcZHVNyd1WmDoo8kC8JBwQmd
noUGYgr5OWQe2H/6VLj4AIcZcAt3ELcXMj/zFR5v5ILXjxjJ/vUdwAAsBhCAyiZUHRSYWJQg
cIVW0WCYUZRIwa+SJjaWfNGUa9ApSI75Gg8juVR3arbkJiqlPcKgqu0udcKMpMdoqQnNHVCq
V6r5XoKMUwubKM+QuSLrdDkMv7TZfJyGxpHRGc6AITj7Si4AmbSR4yXD3Ck0nCpRMPqtVU0T
Cy3As10Teq9U1lfw1+yZ0HKiI0DuSnI3E2ijNqyqUwoUxqThNGLoDkNZWCAiMoc8fZyfqvg5
O7il/wBrre/az+iPFxQ3SI972KMuQkk3JQ2R2wzM2ZE05eQCp/8AFDk/I28kYH3DKrcG6Ba1
2UwTklRMtahFqBqLRlWrJ0eSJ3RFwtzMTgrjiwq5b/lkhSilVlZAuB5p5H6WKpAeZqqSIGgo
nG4Tkbm21fIRuAvRUhXqEwjta7BbYC2tAhIgfIhCfbIa2QjE0yjGciCLgBQh/GEtouTQICTm
LtKJ/wDqiozFpB0HtdE5kUCaBOnRCojWpXIf7v8AJeapXR1VaMnFtE328J80x3n2BPyEkmoq
oQFf1XVPIArbEWoSE7kgmi+bjNixjghHjnICRrEE2KaZAESxrotomdrMyHHFiZH9Vv8A5DTI
wahHi/jtDjAYt20TSDnUpgzCxUgKyJLFML9UQelFubtKGumqG5gTorJxlEA3RhScTcFMAxCE
sRkw/wDoW/TKktEK/VMKoORGPUoAkSOAuPhjYB2Fwol231LoRIBdF4ilimuChCJqjvcVojPj
PytaOV88+OQ/sIyhKQEZG6jtIEol3QgSO0MoiBctcIkj6rbfRNIMjkeDKodTODKn0QJDgqvo
yt6+D/RNpZAs4FSgHG0e0dE7rdkZTGVB0Q20Mk7+ajA/kVtjQFETcEFlVzoqUUeSNga9Vt/j
ytUgIhu7VHeSAFUujCNB/wAURkKmUAaRBBBQGBlRbGEGoq4omFeiGAUTG8g3kt/5O6kZWAUj
+7KYu6YVfVAAVNkBIMhNzImzqUzSrNii42rFkKOQqRDHVEyk3QL5RIlqkIiQEJQLRD1IW2Tx
j+5bYncQhLTC2GLAVElvBdGcrW+iL2Qa63EUOUTGoVqLQHKOiDElzVQNgVp1X6r/ADTLqubm
l7oggDzVEz0TC2Sg9V0FkwsokCxQW6o3ZTXIVQmESegCnKQlCQDMbS8D4E/uAP2R0Ti6IbcG
r0QIDlOQykWfzXQoyUZaKy8qKYiHLWRj7WsOqIlFwmgAZMg4ICEoguC7o/8A3MSQbI8nscuH
6oCc9zGrLsDdSnlIscrbElybosQQAQ6MOQ1eiaQRmGi1SUREiUWRHucfZHit8cjQaLdGtGCE
SGfKrVAENOKfDWQnGoyFU1GExsotULikBckfZF7pyW6KlAhRBsrn4jF3G5/JB7GyYVKi9Tlb
pYoyf6JyoNWtVog63TjXULbHid8lMKeSKMjgOylOAPaagp9hBOq45yjcUZHD4VbJm9U4NjVA
/ZOD6JzqnRiBQ3XRdEDIl6oyMQGucoiYBJOQ67IxiToG8eOPI20B2NkdvIGBZsMiN4AFqFe9
ygYy3RP2RAkW1Tb6IcnDK9XFCF38sji6jLk5pfG4cGrrdxEGFjiqs3kh/Ijc+8DT9yePtKMZ
RBLU81LjNJA5RlomIY4IW0FpI/qgGvZRBFQpBnnDuh5ovQqzvlFvogNLr9F1MSC/UJtKAIEs
hGNzcKqb6IVeWiPIQ84jtiBlbpn444iCh4bJTAlonjUKWwsVLdFmzqpP+VSrLjmAGjJifNGX
W6u6Z6MiDZUVKnqu63RbDbBVnGqBd6uj+iETigRiC8dQUQPaCqhj0TaIcIPazqUpvtIAiQmG
LIPTVO/qu0uTRk4FNWRNnRjKII1TQjTTK7oH1ohHiHafdE6ojkLHAyu2QIVP/knCl8gaRlQ9
EeOchtNiVuhHtORULcb/AIojAUYxq5ZB7rzUpQk0JF9pXxmtHBwjSicVWpuVRMzqLVZEtm6Y
oaJxXClysxJz4BVyvmMe/V1QKSYI+EiKmBBZUHbdUthUuhI/RWRQrirreMJ7LoUyoGJoomTv
dUvr4Hjie8/ZDmkxOCoGUiSQ5GiIHoUD7hlkLtoiYxdrr4w8Qa0VS+qAk5c1CpxOdVKLEA2T
Gvmt/GdxNxoosGAPcVscRJQyCjKRyQPJamzLYQ4NW81u4pkSFwVKJuCy4oH9yYUHiIC0QH9U
QVuAtqhEJ8oLcC5AdEiuWVCxFVVRJNHdS4zWYqAMugTR6sgThGUI7yLRQG3ZI0MV3GqkBH1V
vBjIrmBLylGhW0lsMtCmNihHT8kEE1kQ1E2ngyErgF0MdPDWRspckjWReqjF6BnQAJIGHW9h
t0yo8eTdEMACmizqyJH5J8qhqcJ13VUTxiscIzjXdUxCH4mODddzyLKRagdiVul9ltkST+KM
mLC5CJYCvqo8j1FgbpzQBe2TaoyiWAD1Uzkn7fitso9xyr0wqUZAgPRXsjMUADI0tdUt91Sm
iJNxquDWUD+qr4PJvjNtUeQG+MeBJRBBRDWTMjFjZSjK4syCoLJyr0VijVnwgmCu5ynUpYJ7
QomRZ7xRlKjI1cXPRCOIj6qXKQ5ch0KAMmIDaoyEQDqgYd3GL5RaLFWdMysys+hVbponbEXK
rIPeqiIkSmaMnbvIeRCO4+qJe5TMgxWxyXuRlOB6FPCJi35DCPHKRl1KJlICQUgTtHtcJhJu
QPddpq913VOhV3yqGive6J63WqLLog9l/HjGlCPurp7oAgfG18hX8DvmI+aYzpqxR2PLyBXY
K9QUAa/5IckItL82T/ROaeS2m2iqWCYWT5CBNUSLaIsEA1DhNyFwDQqMY5IFFEbmKM7yzopH
iBMpYFltkCDVwVZ3uFtYxOHCBIIAR30IcMaOEOTjaLIHp4VTzkAB1qjHggSD+RCZiXu3aqxA
k2qDBqXW0XICcLyRchim1UDEkku62Es6lxnBZOQpA+jKUTcMrsylMGsaBVPc9VQvq6F7IV6o
RNC/2VFX340VcoNZ1xkWgLokuSmKO7kMA4qLqMoGU5ixJRkaMWAAQfdueujIRrTKLEkHXwoG
UpC4q3knsMohi2EC7lVDrToUHsVhkUxFdUNf/kgDHcSaIzI7h+Oi3s22gCEYz7iagLZEMMz1
RBDoBmW4iqZPlUDAqg2stgG4rbI7Y/5J9+4O4DIAUa3Vbo0JTuzZWoKk4Zm8HFHT3A9q3EU0
RL1OOiDaXRkOhdOKujupKVlGYq4YhFq1upccjdMZ/G5uQ6MYncHu3uWiDlzhRGVX1K1CfWyj
G9nCEoljKIf6I7ZerJpSKaBy5eqBmO7RMAyIHESBkKvGU0htVCmAJRlQhj6romNdFUJlXOUC
ShgJvugnWz91nwt2+j11VQCOq3RDOt3HIwmLEGn/ADJv5I3h6ShWn9yYGvVUQGSnCIJ9qANP
JOdxidBZCUnBsHQYhO6Z3OUTRkBMVFjhchoHagsgDVMEwNVrqjpgIHKu1EHNlEvqjxudbaL5
GIjKwGqEhE9UJgV18GTAeboMvNVqAgQ7KO2ktVESecwK6JhFgiZwcYZP8ch6UQ7c0QoApwzG
qogdo82Q7RZEgkP1UhBiADdMc+Bljom8GJqVtkVqEaoj0dbiPJCJv/Qxqn27TqE/FMy6J+SN
uiq8SPuiZXVk0g4NwqBmsnEHGWR2kxbBW7kHkU8GK3EDtwpcnFB4EOSLBVH1UZANghB/qmwq
lPEoAlwfsiESK7TVQn6HyRo8TVXsjGRtUJky/VBfom1wtAU4odUHPmqGqrQXV9xUdkxCRLgK
Ly3DJW5wJj9E6ZwqI9wdS49pkSD90e00LIFqq1DlBygRfRdNVZycra9CmW4WyU+TcIch9B/U
8Q6aQeJuCFQUTyv/AE1CYuPJEhw99EQavdTgagOC99pTwcbsIwPk6YFynOFXtKY3CIeoXdgo
22y0UoH8SWRe7EMq0BqQi1jgp9fB7+SBamURpZdfCpZkKnbJHa56ou/qth4zpuwgQA4TOB6q
UosdVQgaAKrumEyOi388jtudUDGxFDlO9XckIE1fCsWHgCaFElDRBxiiMokgi4KMnHxgIA+v
+Ax/wyXYkMhkPhUq5vohCYfSVmTg7gndiidVvNQmuceSfVfKLZTP6rQ5R/RVxhBqeaYB2Dls
JxXone9mVLeGvRDkNHqURBiyJoEQah0ACz4CclkRMGQRmeKweq38UA3kqxA8kzJpAKTmhJIp
hAX0TOmKoAv+KDWRbRVNVI6/S6Byb/8AwXfIBfHBz1ZSBAIIKIaxIonALpokg+abkLS/VGNP
RdpoLjVMKk5KG4fREV9U1mRORZP7ZC4TkeqDZUpFwCG6umF0SMUV1VbnYOygY8n+3IUDsvft
6Ao/Jyn0K3TeQF8uhIQr1C9o+iLQH0RJAZPBgNBTxJ+iqzVcn/tW1un0X6qv1RT1QZr5QBLe
SG290f3NZU/pkQWLFijD+T2gW5PxKEokSicj/Ac2R7hKQwE3HEwByyfmk5TccdqqHUwMSLfV
AO6Lp76MgBUnBQPJAxBybKjKLm2E2MBg6Jkq1I0TvXooiEJEatRGfIN3KAW6JpPWqcXyi3tF
lqVW2hUOKNKriiTQBVICLyCJjEkDKM329GUjI5pRF74VZFjon4+UjUOve4w5XdONcOuyX0Rh
yQJl+NFOM6HcWGhdUZyrOVUUXROPcE9A11qUaJwr3WFvnEkaRqqmUP8AVEhGHFMdwbdoiY8h
nHIRYbwabJAsow5oCBNyP/3IEVBqP6TOZthOQIcJsB7in2h9VX+jl03H9Vujf9qrREuobg4e
iMJjsIRlGRGgTiAnEaLvYP8Ah0RaLbsLZwxPVb+Yl8AIRgGAR0RYMI0Cs6bBwgwsjVPdrBR2
s4uE7mmEQHOWTMWNSjBj1oqxdPsfzTCFVuINbhOCegRmB3DVbTJi6pLc2i+QWnWuqvRPHCp9
0GVLlEMr+SZkCC4TxLdEHqUSY7ugTmDE4KIlEOaBlslCQY1PRNLdXJqvk4JCHI7+aHDyg7oU
EsEf0Hi/jRqKSmbBfJInkl16p2QJp08Kp/CPLANHkof9XhtkHbITO64wDlCRLgW8HK+T28n7
rrdNprbCIjHQeM5aAoSGalaLyV6lSk7CIcophF1SIRo3gTlPI0TReRXbHbHVVluOq9pPmiCC
6eDxAuSojeDLpooTaokB9UYm7q1Wugx6+D5XVO3cnz428agFAygC2oTDjiBkAJ4w2nUFAen9
B2xAepVldPuKbcV8YLkXV1SqIIecZCQ+ijIgGJRAFUQz6qJOMhR3zHVwnjMMmEx6J9wZbYMW
uUwbzX4fVUjE9XUhLsLfUoakWQp5prIaIgUMqITHblCvqmJUtz+bKhqj8R2w82X+/wAxOgHd
VdkQHytpK2tVd0HZdvDEHBNU8jsjoKICYFaAspNWxCkDWqLWT3Fk0aApsLuF7FXqLr3en9d6
oklctXhEsP8ABlyyIDe18y/apfyv5HaZ10onB7TZBkRGQ3EsyhAsYk1cUXZBuQ13BEH6oRjF
xkhAN5o7ZbY4Tx5KnK7ZudHVYkKhD6K1T1VXZlHimagv1TCrZVfCLUEf8lGN3LoSIdx9kHoi
TJzgOm3MCTQ3Rlyl+lgiIg9GK7Yu9yU5LfonJqE9SgBH6lUaJ80ZbgWFGQJkHytgJ3EAWoic
uqosHREu0hddUOiouv8AW9zlExFTQDqVGJLyvI9T/gx/iR9vEd8z/wBuxR/hQ9o9x029yHHC
G9s2QMo7SMKhdy7KMyHbqtjDyQnP87RvZSgWiSCR4jwouvgTdlgARDKlQnwicrcMXQADOWCg
DYAP5smjTqnMmomhGmZFFySDWqAdyrsAqDd+iYFnwjC6s7o0cpgPRkzXW01x5J75Teqszo5R
ZV+i0COj/wBVU+E5Dtb/AATM3wjzGvJymhuXKP8AI5CDLlqfXwrdTkDUXC3AF8PZCQiKVZQk
SHcv0R5osIRBCrdM1FVunhbwclgpR4omcxn8UeQ3J9Ey6FAArZG2VEn0TiTgVZSjGhFHTkur
ADUp+QvqAjMhgKlCPE7Inir/AGlbmLBbmFMlMZBNyclBohKEoyhpK628kQJG0o2RMSNyLNu1
CY3Tn6Ig2XaqJinp5Z/p2j1VTVNIKn+CYioigHfi4wGGHQiLBaItUp+SvcbobQNpwqO62gu1
0CRtM6+a1Pg6opSkfaHRkZEg1bCu3GMCijBgdTlFgK4TAeaZEv5IAXkbKIIbbUlbYEiP6oSO
aFDbxicskphRGcpMRhTjPmLyBa6AlLcf3J4w7mYlSIkQNAiJB0WkW0RJJdVqHuq9ychwqWXT
Lp4u40WqtTVXZE/ddf6HRJ8Ac/4M5ftiT9ApA2JwmAZhfUqpqUJO681KPICwka+qLGsbBEks
ashA1q8m0UYRFIgD6Kv9EzdxXyQjEdpGUSFVOdE9wtEIv2i5W4DtCJeqfCczD6IDjAIOqvtH
QMu+RPqqklAASr6KxpqrYQIdMYinRMYU8k22nVFyzWai9zxwCcpotW7KtCmDMg11QVKq1Uyd
qJnD6J9oPkV7apuOhUQS4N+iD3R8X/oqtoqpxH5RI+ynyzi0IS9q2gMOidGIqmBoML5eKXfm
GETIPgqMaREmiE0T/uH3yVaoAB058eYj9hH1WrReqYo9V5It9FtVA4OUztlSfuJsFQsE0i51
Ter+HRFo+a0Giu6Z7JsFDaLIFVYG9U8vpZdpfQFVDEGqEgEwG3ohLCpQJroeFgiOMgTNiUYc
/JGUz7RGtPB2CLFimJddUZCQc4wqmvRe4uqkryTMVusyZFmDr/bkCb9yEdgc5wrB8pzH6Lby
cRplbzCcJm7MyDXOZBCUJgp4yeQwmZl3AotGQ+ibuHVlKMSXOoZEkmkMKvonx4VRk9BhACwV
Xc2CBiQ41VWVTUWCdhoUGFyjYMdEw8KJqHqqqJjUaKgVURIW0TxthAkMZfV00roMD5pialAJ
0duUfAxcgkUIU58rGT9p/t8O6iotr1TON2iqE0Q5VQyCpZVLK6vRdEQfRBgzLqqp5xBJTiAH
1R7WezKkiOipOiNXjhd57v8AJExLPhEiTHDrkE2M2oq5jVX8k0Q/VdVShKYe43QQrUIj8Vd0
TnHh22Rf6oUqrqic2T/ZP9GRpQ3XkjqUzNqqmoK3a+G7T9ENtfJaJ2T6f0xh+IrJE6BGcr4b
Vb2q3jr4aJiqUVSmKc/0Amjlk3+AXt/kgOIkxkHPmm0VF10QhotwvZRAt/miCzrRDwp902VW
w8Lea6eHRUQGUxToPZMBRMqprB0SMWT3JRFgUaf0bpFgpTH5Gi2ZK2RtEoDT/G44g/k5HQJx
/Qf6JQuSC/koyesql8LVHCk5sEaucOtxvogcISBsKpzZUKuyYh0ArOqU6eBTLULTRMajVOr2
VbHKBdgtStDlFq6oPY0TBXojT+gxmBIHBR2h2sFycmACADd1KUwxGPBv8WXIPbF4RHr3Jv6H
8TM2jUokC1ZPkf8A8aBLOKAY8ACiMFCwXauqM1oEE9x4Ome6dmTsiyL3Xb6oGVkT1TOxe66J
n9E/hTKIVLJ38JHTPr/U8A+oTsx0/wAZge+dIhDDVJ6qiYXQZO/9HwxLm8mUuQ3kW+ic2u6G
0t5oj8gVHdZdBZ0NpValM7pmQ6KlRoniKBB6JxcXQKaJDKqdqMqC68l1NSg6IlbDpwA1kXqG
wnAWmidaDRDaXBW538kSLZQ/+EEQHHEG/wCaSAIrcrp4N/RZbpvvmSSBgD2KI8z9VEgOyrFm
W7YXKfYSvYUBsP0Q7C+V/wCuS/8AXIJpQkBhf+uRay/9cgEOyRAVeOR6Mj/tyqq8Um8l/wCu
X0W0cZT/ABy+iI+OX0VYFv0VYm1EGBcIgxP0QIifJESBDIEAkeS3bCUe00wh2Ethl7dqMREs
b0ov/9k=</binary>
 <binary id="i_032.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RfCRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMTk6NDI6MTgAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAf6gAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWiAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ALmRmWUFpcJxXQHOaDua4Ew8/vNW
t9WHtfm3ODtw9AAOHBG4bSFiZVrfQd3aRtjtz7pV76lOFeXbS0FxfUXuMghgDtN3/Gu+gz/j
ElPYkppTSmSUrcnBCiZ8UoSUyTt5HxUZhRtyKcep197xVUzV9jtAJ0H9p35jUlODVU99ztrh
W59ryHvMu9r3O0n2VU7R7/z3qnl5VdFUlwsIc4VVOPLp3b7dn879L9FRX7FWzupWZlln2ap3
puc9+w7iSxpPuc0Hd6TWt97f0f8AxyliYzq8l19jm3ZG7XIeCGsGo0qdt22t2/zP82xJTKnC
y7Htvyi42ObuZWTBj831Nn803/gK/ofv+oiml7Mulj4LgRtaAQwNLb/oV/vt9iutf6d2HS1x
eLtzrXv1e4EO10+h7ms+j/UVTDre92B6RDrCw2PLiToTe1v73+kSUvL2WU2GTuuqBPjvq2nd
/acj47y+2ywGWlzi34ENQupPw8Gio5DjZkm2jdQD9AsJ91jtWs3M/eQOmPJp3QA1j3NIOpOg
/N/wf7ySnajyH3lJL1GJJKf/0IZFu9zjuDq3mBwHAg/Rctb6kT9qvdM+pjs/zg9xh39hc7Zc
ary/bNbnFzgfzhpLR+77lvfUl9dfU8qhx1tYDQTpOwu9SvZ+bY39xJT2cp/NIJAapKYWWCtu
4iew7aqNVvIscJ7HhBPLi4kmSJOvBO1I7TqfaZ1gzwUlNl1jQ5o151MHw01VfqHT6OoY5puB
LhLqXB20tsj2P3e7/qHpFlf5wkt1GsEKxTuNbd53E9/JJTzLa66OmWNDdt1tZFj59znhrm/S
1c/+TWz2Vp7mepY4CsgMxwGVlurfZ9HZ+Zvcoku+0mydjTY8OcdS6CRtrbDtnt/84Vplldbq
tzS31a2kuLpIDmu26/n/AEUlJM1lX27Euc/06qa7fUMS3WNrf7W72MYxZZ6qQDjdGqLahLX5
LnEHnj1ve+tu530K/wBP/o/QVvOjqHpsv3bRMtaSyR2Zulv6P2t3rNw8SynEor2VsbQbS8u9
zS4ugb2t2+p7PY1JTCzAGzFda9t9pvYDtgNZuP0a62v9j/8AS2u9Sy3/AEi0cSsMquDIA9Z+
g07MlZuT1PHqNVOMG3W1uB3sB2l7m7QGs+i53+tavdNw89lZsybCX2Pc816FvuNWx3sH5u1J
Tp72fvO+5JE2v/f/AACSSn//0cl8vLvAuAj5rb+qjDZ1Gqv1HV/SO5vMs3PHuj6X5qxnMLXk
RrvH3Anhbn1UA/a+MQNC6wTGn0HzCSnu9TrwknanhJTQc6HWcA7j+VS3Ngk9+VAzusPfc77p
PCYPE+I8ElMj4gfLsrdUioeQ581ULh2HuHKsO9Y4r/sxaL9rhUXzt3R7d+xJTzt9tOE9zrnb
rS5x2D6QB/N521M/8+f8Is2rIGQR6TXZFgaA6mskBoYDX+lveG+lX/4J/wAErQodW1lz3l9z
9RWGw9se19jT9Gqvd/2od+l/4VLHfVVRTSGQ2yRsZECTDnn+T7tm9JSOzKuw6x6xGRdY4mqm
sFrND7m7/wB1rf31TIzusFtrjubY4tpqZpWHAe/dH0vT/wAK9/qrYw7XfaGvY0NPqOraCdNH
OZP730WLNy7v8rlj7WV7WObSJ2NYCC2x20e1z9+7/wACSUisw6KbA7HsY80zslzQHP19R72X
bt9W76Gxv/ota/Ssi7Ix3W3EF5IENADRo1wZ/wBNUsRljgG2Xtfj1gOIZDWjtW3fH9paGG2u
rCrFZ3tJjfBbuM7d8OSU63ot8ElD1D+7+VJJT//Sp3Ma5zSBMuO6OZlav1P06pSD9Imwn4bX
rMLwXHaJIJlvfn6X8laH1ZtFHVa7djrAwPJayN4aWv3P2OLd+1JT344TkJAQmKSnPcB6lmug
cZHPJQjo728giY8ER7nG+1sD6ZA0nQa6qvj2uMvfqdzufCXbG/yvakpNuBe0d505HH/nSuVD
fjuY7l+4ETB93m33NVNrRprryeY+5I2j1A0HeD9Jp04+i1JTn11u9KhjWOvc4BvqOhrfb7W7
t25//Qes+uq21tVrGzPqbxqNo0buBd9Nu+v6K1763U0hss9zdtNLjIM/nPePd39zmLLvF2L0
8NJ9F4fXUxrZAAdY1tjdfpfoX7PekpMxuJQ8Oy7N+M4kP0J3epu/Rs9P3vsfv2M2KqzEy781
xtq+zmwmRZsc4ATtrrpi5m1lf7z1oC+ynJa5zN7w4luLWNxd+bVY7Js/RVbPpXO/wSBdRmnJ
c7IcKdp3Gph4EfnWH3uf9L32foUlNKyzDocXOG51ZYYkHWbTrOyitzmU1LQoOZZRXdfNIaGz
WW6vO1v6Wxz9rmt3/QrbV/24xZjsinEaRS8B5BALBNkEPrsb7t1dde2z8zeoY9+a6+t7g4VN
Lnlpcdd3sc/3bnOSU9J7/H8ElP0x4OSSU//TzbXAOkGCSY+9Ew3ZTsun7O8/aXPbXS4anc4w
NHexVnHdrMyTEcK70Z4Z1LAfztyaz8p9ySn0xrrRWHXbTaGzaa52bgPf6W/37N30NypWdRc8
NdUCwd9w3HX4e1qukjVpjwInVY5puqcHPYYBjdE/P2pKWNlbrXvbLrPznGSZ/e/dU6TYXcRr
M8yIKXpvtthjg2Z3bhofL81XK6GMYAbIA7z35PuSUgh0uk7v3R4fvbUFg/TgugtEBugkAj95
W31YZaZtIadCQSP7lUyG5FtRPSnVuyP8G63TbHL4eNr3MSUxyasUBtdu2ttpDC5/844uhu2t
o93uVHI6h02h1NdL/tL2MPpU0sDyQR7f5Nf0f66pY/Rc6132p7nPcz9N69hLJ2+/c2v+d2+3
6dz6v+KVrAOFgurufWLMjKeWMNLAJc4bhWHuhrfa173WfnpKQW5Gd6r92J9nrs2vur3fpHAB
7Wne36HH5n+jQbsfLvi292zHIDq6macx+a073vc4qxn3ZFRvFVYpvtZAa15sO6LnB3qvHus0
b+bsR7i0YzXuOwtbW95MbvaWzzDd6SmrX0zFP2Zphgv9Zzy7VoFdVllY9P2t+k3ci4Dg9rHg
+12NWGvGgJc+55AQh1fApqcHONvpt2tNbd5l0Mf+nednqPa6z89Qr6k7IcWU47qqSB6TnSQC
13lsoqbtP+CSU7mw+CSDut/fZ/mn/wAmkkp//9TJ4B8nHVGwLNmXjuB+jfWQfOUi0Eu76kIe
K0tyanHTbaz7tzQkp9EGdY6x2/3NkiC0a/8AfkRuTUNACDOm3TX/AKSpCBuBmd3PxKewn03b
dCZLSJSU3TfuaYDSexOsfykJ7JBdY8k/hHgqryXMYHDTST8Fbt0YGgQDGg+CSkZppghwLmu1
IkwjUubjQK6wTBDdeCe3u/lKp9roN7scWsN7BLqtzdwB77VYLK7a31vbvbaCHCSJBEfSaQ5q
SmkcplzziOyg7IsIFlWM02tb2P2i76Da/wDSOUaaDf8AZL6/a2jJe60OG0gNbZU3Yxw/4RIZ
vScS4YFFlWLa4j9FWz27jLKm32Vj0vpfmvsUr78qt2Mx72gl+y4MgBzwPbW31Nzmt9j/AGpK
auWK35FjySHM97dpIJ2us9rXN/kLM6lgGtzHZmQXPtJdtA3Da6zbtqDmO91bf3la6o62ujIt
a/a5+2qT2AscXgD6X56frsW5FDWvcwbC6WCXEscLPH/yHvSUgodjY1Vb/RDHWVtd6lsF8nad
zfXd7Gud+4ytWftLX0PgGv1doDTt93uDp/RhqotcSWV4tbrIA9wILhEBu0012M/tPsYiCq6t
oNnsDHtDm7nudJIGu82t2bv5aSnT9Zn7wSVT1mfvBJJT/9WkWS8+ev4qAHsdpw5v3bg7/vqO
WEAk8ngITa3aAePf48FJT21Ylzp7x+WFJ3cDQcePdOwGNWnRskx20TGATyWzoUlI7AfYOXSA
B56LmvrB9Y7sm6/FxiPszD6THAnXb7X2CDtf6z/8yv8Amvz1tdfsFfSbf0rq3OhrdmjneNX9
R7fp/wAhcdiOxxfTNerLA5sH2mNWMe3+u38xJTsdBwcOl7s3qFduNTjnczIdW76TR6j3vtBd
Yz2e3+Zf/nqPXOr9Rqx/2cLHGh77SzI/wl2OH+nQ172fSrdt/nG/z356vOzM4ZtOQ17Bi1NJ
uLjta0O3Cx7KnFtdn6DZ7Lf5xWMnpf7Xw+n9Sc2t9zajvquJrrfW8F590foH0/ztftSU89j9
FYcY23vuqeWG0GvHdYzb4epvr32Wf8Gx7Eb6oseOqZDARsbU4WwZa472+kfd/aVSvqOWHGuv
LewteDWyXOfZA9Kllcex3+jrZ9D/AAq6zG6PViU10t9lm9l2U/lzntDYZ7vzGP8A/SiSkORj
1X2W13u2Nfvra8RuBsLXeyfo+1iBlWZNmW27EqaG+k6o231vIGrfoU+/1d3/AAdS2K21srLL
Gw+2xzoaA6Wj6G9/5m3+cQc/Nw+n45zMqdYZVVX9Oxx1bTVu/wA/f/g0lOeMDqGQz9YvsdIg
B0UM/s0077f8/YjDAdS25tdriXMaAHHQ6zbu/OcqWF1T6wdWts+xNxsOqn+cFjQ7brputt/n
H/1KqmK503JycrIfi5zGOya2eoy+oFgc3d6b2XVO/m7qrPpt+gkpf9ms/k/gkre537p+4/3J
JKf/1o+kDq46zwOFKyh2MfVsYSxkug6bgD9Fi1enjG6c62/Ip+03BxZTSYIaR/hX7v3t36NZ
/UusZORU85lTfUlrarGtLQ2XbyyPbv2bWbfVZ+ekpi9/UMkm7M6hdRcR6lDGHZW2f5va2v8A
R7G/y/zF02EMjKwq8h9RrtewOtYNYdGvP0WOjcuX6S3qGcTj4pG6tpBuf9Glpkb3v2u93+i9
y28vGw+pPo6fYRV0/DYWVyXl1rmtY2y59I2Nc2v/AIT1ElNDP+slAN2I/GsLS11ZtBDmajY5
zQB79jj/AG1h14+FRfXe3IH2cEa3NLORruA3bdrlsZuLVRfYKrDZU0NduMD6X0p/zVQebC9p
rIa5rdwc4BwbH5zpHuSU2OoHAzuptqvZZfg1Bh/VC1wG4h1u/wDN3WVt9Pbv3/4RS+s3Xsm5
j+nV0OxaHABz3tcx72w39C2l4b6DG/QexZYd69OO0W2MoOS5th7kuh3quePpWvZ7U/Vg9zg8
kuA9jyXE6tMV+0l23bX7PakpFi51uL9nfWKzZjWeozeO/bcfzmf2l0uH1+i3Cszcx1bbawD6
FBLnkTsaNj/5p7n7fz9n76450R4aq30jDsyOoUN9B9+OXtZkhgP828+m/c9v0ElPQ0/W/HdW
d2C9rgYNtbt4A/lue1nvWhdgUdYwqLiSPTjIxntbJG76Qcx3857PzEY0tyMD9mUgU0XVir9H
G0SdnqNqH8lu6t/+EsWP9bOq24basLpeS2tjGFuSMd/6Vu3Sut72fzde1v8Ag/0m9JTHplz6
2DF2tjEtcbPUfBO3ez1PTkbGfpXv+hb/AMKtbpAx7LLcupjm+u4NY50a1ta1tf0fo7o9W1v/
ABax29EoHT35V4FnoNbfa9xd7w2v7Q73zt/Svc33/nqGH9cbmdOc7Lorty2uDKPSIrbEe9+R
W3+aZX7G0+l/Sf5HpWPSU9V6L/A/ekuT/wCe3Vf9Bjf9P/0qkkp//9cVz86631CTse6QN3sH
MMiHNb/bartdBzrMfFLxU5jSXtiW+nP6Sxmgrftc383+omfT6YFx/R0OMMDoJOz2udp/KQrM
mvdVbXY+qykn0i7bA3fzjPT+k9j/AKexJTez8nGw7MXpGPT6eKZsuIMPtGu1r7WHc579v6T/
ALarVHIzcnczLDWA2bmVbm+wNGlnoV/zb9jvY5/76WTnU5umdi12msDZZVZZUSD9JkH3f9JU
+oZV+TZVIa0V1BlNbI2srBdsrbH/AE/8Ikpm6xzmlrnlz3n9I8mdPkqlltr5pYIa4e4n91vu
933KTnsqYQSC93IHZPUfa98AkCNZHPgWpKT5FVdNOLXS5wEtZe394WbbN+3813uQctriy1pk
+m/jmQFMPD8yoPMhz2SZ3jSNsOaFK6Pt11LhIc50x8T/AHpKcoiPylbXQstteNZVW402uJLr
dY93sa/1GvZ6fpz+f6iyrq/RsNbuBqHeX5rludB+rl+bT9rvubiY7yfSa6C+z+U1jnMaxmn0
3pKQ5vVM7GqupZdFmVYX76naMr2tbtrH+Cst+nZ/X/0qxsWrHfZtvJZXBOg5Ph/mroet/Vn0
azfiZTcsNH6Ss7Q8RyWms/pGe785c65rgzc5pAPBIj/OSU2OsZ/7Ry3WNBZi1AV4lJOjWMAY
1+0e31bY9R6pEQZEgqZAjmPJN8PwSUyk/wAn7kk0Hw/Kkkp//9C8yv7bQ2lsF1TmseQPdzNb
nR/gm/Rd/wBuIjMNmL03IeWj7S+XB1gALWMdLNjXHcz9/wD4RZdD7G5QfWS1+vuBggcv1/qo
mZlZGWz08h+2vRxZW0N3QfZ6jvpfRSU1J+0gvc524CGNIBkk8fm7f3lMspxgLHauI9o7lAut
NQqFQDYJI7/Mqu9z7HF7zuJ7pKU9xcdx/O5BSY6PHxSDSedQpNb2PBSUjba8W1v3R6VjY1iA
Hc6K9nmrH6hYHHdvedr3H80+4u3D+U5U7Mf2mPpamB4qx1Zu+nDvgD1azMd42tP/AFKSmb6q
smh17HaMnaYgO26u2T+b+6tI+vn3UY7CSy0itlg4gDfpH7laoYPUm/oa7qd7G+1+zlwiGjbG
1qvYDqMfMfXTW5ltNbbQ530a9x95a1p/0B3Wf8Wkp6DqNGHR02/Irp2nAa5wtJAc17RWPTdt
+n6jNn+krXH0dQt9K4tq37tLZOgY799q67r7HZOFXgWZDWOyZsLa3b3ObUPVa2mo7fY9/wCa
76f+DXBObbRaZ3VWDnSD8NqSmJx5ZX6ZBNpcCzwLT7Nf5bUr8S/Hn1m6ANnUOAn8120/SRvt
VpA37HiTo5g18fooNu18hrBX/VnX70lI4Hh+KSJ6Y8vvSSU//9n/7R+WUGhvdG9zaG9wIDMu
MAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAA
AAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAA
SW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAA
AAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRC
BD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRp
blByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0
cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAA
AAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAA
AEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMA
AAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/g
AAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAA
AAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVt
AAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5n
Ym9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAA
AAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklN
A+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklN
BA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklN
JxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgAB
AKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4
AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAADhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAA
OEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAf4AAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4
AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB/gAAAtAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH+AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2Jq
YwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25n
AAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAA
AFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAA
AFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcA
AALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB/gAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAA
AAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hU
TUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xp
Y2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRB
bGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlw
ZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAA
AAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFqQAAAABAAAAcQAA
AKAAAAFUAADUgAAAFogAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCE
AAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAAB
BQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkK
CxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFD
ByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1
VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFx
IhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKz
hMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhED
EQA/ALmRmWUFpcJxXQHOaDua4Ew8/vNWt9WHtfm3ODtw9AAOHBG4bSFiZVrfQd3aRtjtz7pV
76lOFeXbS0FxfUXuMghgDtN3/Gu+gz/jElPYkppTSmSUrcnBCiZ8UoSUyTt5HxUZhRtyKcep
197xVUzV9jtAJ0H9p35jUlODVU99ztrhW59ryHvMu9r3O0n2VU7R7/z3qnl5VdFUlwsIc4VV
OPLp3b7dn879L9FRX7FWzupWZlln2ap3puc9+w7iSxpPuc0Hd6TWt97f0f8AxyliYzq8l19j
m3ZG7XIeCGsGo0qdt22t2/zP82xJTKnCy7Htvyi42ObuZWTBj831Nn803/gK/ofv+oiml7Mu
lj4LgRtaAQwNLb/oV/vt9iutf6d2HS1xeLtzrXv1e4EO10+h7ms+j/UVTDre92B6RDrCw2PL
iToTe1v73+kSUvL2WU2GTuuqBPjvq2nd/acj47y+2ywGWlzi34ENQupPw8Gio5DjZkm2jdQD
9AsJ91jtWs3M/eQOmPJp3QA1j3NIOpOg/N/wf7ySnajyH3lJL1GJJKf/0IZFu9zjuDq3mBwH
Ag/Rctb6kT9qvdM+pjs/zg9xh39hc7Zcary/bNbnFzgfzhpLR+77lvfUl9dfU8qhx1tYDQTp
Owu9SvZ+bY39xJT2cp/NIJAapKYWWCtu4iew7aqNVvIscJ7HhBPLi4kmSJOvBO1I7TqfaZ1g
zwUlNl1jQ5o151MHw01VfqHT6OoY5puBLhLqXB20tsj2P3e7/qHpFlf5wkt1GsEKxTuNbd53
E9/JJTzLa66OmWNDdt1tZFj59znhrm/S1c/+TWz2Vp7mepY4CsgMxwGVlurfZ9HZ+Zvcoku+
0mydjTY8OcdS6CRtrbDtnt/84VplldbqtzS31a2kuLpIDmu26/n/AEUlJM1lX27Euc/06qa7
fUMS3WNrf7W72MYxZZ6qQDjdGqLahLX5LnEHnj1ve+tu530K/wBP/o/QVvOjqHpsv3bRMtaS
yR2Zulv6P2t3rNw8SynEor2VsbQbS8u9zS4ugb2t2+p7PY1JTCzAGzFda9t9pvYDtgNZuP0a
62v9j/8AS2u9Sy3/AEi0cSsMquDIA9Z+g07MlZuT1PHqNVOMG3W1uB3sB2l7m7QGs+i53+ta
vdNw89lZsybCX2Pc816FvuNWx3sH5u1JTp72fvO+5JE2v/f/AACSSn//0cl8vLvAuAj5rb+q
jDZ1Gqv1HV/SO5vMs3PHuj6X5qxnMLXkRrvH3Anhbn1UA/a+MQNC6wTGn0HzCSnu9Trwknan
hJTQc6HWcA7j+VS3Ngk9+VAzusPfc77pPCYPE+I8ElMj4gfLsrdUioeQ581ULh2HuHKsO9Y4
r/sxaL9rhUXzt3R7d+xJTzt9tOE9zrnbrS5x2D6QB/N521M/8+f8Is2rIGQR6TXZFgaA6msk
BoYDX+lveG+lX/4J/wAErQodW1lz3l9z9RWGw9se19jT9Gqvd/2od+l/4VLHfVVRTSGQ2yRs
ZECTDnn+T7tm9JSOzKuw6x6xGRdY4mqmsFrND7m7/wB1rf31TIzusFtrjubY4tpqZpWHAe/d
H0vT/wAK9/qrYw7XfaGvY0NPqOraCdNHOZP730WLNy7v8rlj7WV7WObSJ2NYCC2x20e1z9+7
/wACSUisw6KbA7HsY80zslzQHP19R72Xbt9W76Gxv/ota/Ssi7Ix3W3EF5IENADRo1wZ/wBN
UsRljgG2Xtfj1gOIZDWjtW3fH9paGG2urCrFZ3tJjfBbuM7d8OSU63ot8ElD1D+7+VJJT//S
p3Ma5zSBMuO6OZlav1P06pSD9Imwn4bXrMLwXHaJIJlvfn6X8laH1ZtFHVa7djrAwPJayN4a
Wv3P2OLd+1JT344TkJAQmKSnPcB6lmugcZHPJQjo728giY8ER7nG+1sD6ZA0nQa6qvj2uMvf
qdzufCXbG/yvakpNuBe0d505HH/nSuVDfjuY7l+4ETB93m33NVNrRprryeY+5I2j1A0HeD9J
p04+i1JTn11u9KhjWOvc4BvqOhrfb7W7t25//Qes+uq21tVrGzPqbxqNo0buBd9Nu+v6K176
3U0hss9zdtNLjIM/nPePd39zmLLvF2L08NJ9F4fXUxrZAAdY1tjdfpfoX7PekpMxuJQ8Oy7N
+M4kP0J3epu/Rs9P3vsfv2M2KqzEy781xtq+zmwmRZsc4ATtrrpi5m1lf7z1oC+ynJa5zN7w
4luLWNxd+bVY7Js/RVbPpXO/wSBdRmnJc7IcKdp3Gph4EfnWH3uf9L32foUlNKyzDocXOG51
ZYYkHWbTrOyitzmU1LQoOZZRXdfNIaGzWW6vO1v6Wxz9rmt3/QrbV/24xZjsinEaRS8B5BAL
BNkEPrsb7t1dde2z8zeoY9+a6+t7g4VNLnlpcdd3sc/3bnOSU9J7/H8ElP0x4OSSU//TzbXA
OkGCSY+9Ew3ZTsun7O8/aXPbXS4anc4wNHexVnHdrMyTEcK70Z4Z1LAfztyaz8p9ySn0xrrR
WHXbTaGzaa52bgPf6W/37N30NypWdRc8NdUCwd9w3HX4e1qukjVpjwInVY5puqcHPYYBjdE/
P2pKWNlbrXvbLrPznGSZ/e/dU6TYXcRrM8yIKXpvtthjg2Z3bhofL81XK6GMYAbIA7z35PuS
Ugh0uk7v3R4fvbUFg/TgugtEBugkAj95W31YZaZtIadCQSP7lUyG5FtRPSnVuyP8G63TbHL4
eNr3MSUxyasUBtdu2ttpDC5/844uhu2to93uVHI6h02h1NdL/tL2MPpU0sDyQR7f5Nf0f66p
Y/Rc6132p7nPcz9N69hLJ2+/c2v+d2+36dz6v+KVrAOFgurufWLMjKeWMNLAJc4bhWHuhrfa
173WfnpKQW5Gd6r92J9nrs2vur3fpHAB7Wne36HH5n+jQbsfLvi292zHIDq6macx+a073vc4
qxn3ZFRvFVYpvtZAa15sO6LnB3qvHus0b+bsR7i0YzXuOwtbW95MbvaWzzDd6SmrX0zFP2Zp
hgv9Zzy7VoFdVllY9P2t+k3ci4Dg9rHg+12NWGvGgJc+55AQh1fApqcHONvpt2tNbd5l0Mf+
nednqPa6z89Qr6k7IcWU47qqSB6TnSQC13lsoqbtP+CSU7mw+CSDut/fZ/mn/wAmkkp//9TJ
4B8nHVGwLNmXjuB+jfWQfOUi0Eu76kIeK0tyanHTbaz7tzQkp9EGdY6x2/3NkiC0a/8AfkRu
TUNACDOm3TX/AKSpCBuBmd3PxKewn03bdCZLSJSU3TfuaYDSexOsfykJ7JBdY8k/hHgqryXM
YHDTST8Fbt0YGgQDGg+CSkZppghwLmu1IkwjUubjQK6wTBDdeCe3u/lKp9roN7scWsN7BLqt
zdwB77VYLK7a31vbvbaCHCSJBEfSaQ5qSmkcplzziOyg7IsIFlWM02tb2P2i76Da/wDSOUaa
Df8AZL6/a2jJe60OG0gNbZU3Yxw/4RIZvScS4YFFlWLa4j9FWz27jLKm32Vj0vpfmvsUr78q
t2Mx72gl+y4MgBzwPbW31Nzmt9j/AGpKauWK35FjySHM97dpIJ2us9rXN/kLM6lgGtzHZmQX
PtJdtA3Da6zbtqDmO91bf3la6o62ujIta/a5+2qT2AscXgD6X56frsW5FDWvcwbC6WCXEscL
PH/yHvSUgodjY1Vb/RDHWVtd6lsF8nadzfXd7Gud+4ytWftLX0PgGv1doDTt93uDp/Rhqotc
SWV4tbrIA9wILhEBu0012M/tPsYiCq6toNnsDHtDm7nudJIGu82t2bv5aSnT9Zn7wSVT1mfv
BJJT/9WkWS8+ev4qAHsdpw5v3bg7/vqOWEAk8ngITa3aAePf48FJT21Ylzp7x+WFJ3cDQceP
dOwGNWnRskx20TGATyWzoUlI7AfYOXSAB56LmvrB9Y7sm6/FxiPszD6THAnXb7X2CDtf6z/8
yv8Amvz1tdfsFfSbf0rq3OhrdmjneNX9R7fp/wAhcdiOxxfTNerLA5sH2mNWMe3+u38xJTsd
BwcOl7s3qFduNTjnczIdW76TR6j3vtBdYz2e3+Zf/nqPXOr9Rqx/2cLHGh77SzI/wl2OH+nQ
172fSrdt/nG/z356vOzM4ZtOQ17Bi1NJuLjta0O3Cx7KnFtdn6DZ7Lf5xWMnpf7Xw+n9Sc2t
9zajvquJrrfW8F590foH0/ztftSU89j9FYcY23vuqeWG0GvHdYzb4epvr32Wf8Gx7Eb6oseO
qZDARsbU4WwZa472+kfd/aVSvqOWHGuvLewteDWyXOfZA9Kllcex3+jrZ9D/AAq6zG6PViU1
0t9lm9l2U/lzntDYZ7vzGP8A/SiSkORj1X2W13u2Nfvra8RuBsLXeyfo+1iBlWZNmW27EqaG
+k6o231vIGrfoU+/1d3/AAdS2K21srLLGw+2xzoaA6Wj6G9/5m3+cQc/Nw+n45zMqdYZVVX9
Oxx1bTVu/wA/f/g0lOeMDqGQz9YvsdIgB0UM/s0077f8/YjDAdS25tdriXMaAHHQ6zbu/Ocq
WF1T6wdWts+xNxsOqn+cFjQ7brputt/nH/1KqmK503JycrIfi5zGOya2eoy+oFgc3d6b2XVO
/m7qrPpt+gkpf9ms/k/gkre537p+4/3JJKf/1o+kDq46zwOFKyh2MfVsYSxkug6bgD9Fi1en
jG6c62/Ip+03BxZTSYIaR/hX7v3t36NZ/UusZORU85lTfUlrarGtLQ2XbyyPbv2bWbfVZ+ek
pi9/UMkm7M6hdRcR6lDGHZW2f5va2v8AR7G/y/zF02EMjKwq8h9RrtewOtYNYdGvP0WOjcuX
6S3qGcTj4pG6tpBuf9Glpkb3v2u93+i9y28vGw+pPo6fYRV0/DYWVyXl1rmtY2y59I2Nc2v/
AIT1ElNDP+slAN2I/GsLS11ZtBDmajY5zQB79jj/AG1h14+FRfXe3IH2cEa3NLORruA3bdrl
sZuLVRfYKrDZU0NduMD6X0p/zVQebC9prIa5rdwc4BwbH5zpHuSU2OoHAzuptqvZZfg1Bh/V
C1wG4h1u/wDN3WVt9Pbv3/4RS+s3Xsm5j+nV0OxaHABz3tcx72w39C2l4b6DG/QexZYd69OO
0W2MoOS5th7kuh3quePpWvZ7U/Vg9zg8kuA9jyXE6tMV+0l23bX7PakpFi51uL9nfWKzZjWe
ozeO/bcfzmf2l0uH1+i3Cszcx1bbawD6FBLnkTsaNj/5p7n7fz9n76450R4aq30jDsyOoUN9
B9+OXtZkhgP828+m/c9v0ElPQ0/W/HdWd2C9rgYNtbt4A/lue1nvWhdgUdYwqLiSPTjIxntb
JG76Qcx3857PzEY0tyMD9mUgU0XVir9HG0SdnqNqH8lu6t/+EsWP9bOq24basLpeS2tjGFuS
Md/6Vu3Sut72fzde1v8Ag/0m9JTHplz62DF2tjEtcbPUfBO3ez1PTkbGfpXv+hb/AMKtbpAx
7LLcupjm+u4NY50a1ta1tf0fo7o9W1v/ABax29EoHT35V4FnoNbfa9xd7w2v7Q73zt/Svc33
/nqGH9cbmdOc7Lorty2uDKPSIrbEe9+RW3+aZX7G0+l/Sf5HpWPSU9V6L/A/ekuT/wCe3Vf9
Bjf9P/0qkkp//9cVz86631CTse6QN3sHMMiHNb/bartdBzrMfFLxU5jSXtiW+nP6Sxmgrftc
383+omfT6YFx/R0OMMDoJOz2udp/KQrMmvdVbXY+qykn0i7bA3fzjPT+k9j/AKexJTez8nGw
7MXpGPT6eKZsuIMPtGu1r7WHc579v6T/ALarVHIzcnczLDWA2bmVbm+wNGlnoV/zb9jvY5/7
6WTnU5umdi12msDZZVZZUSD9JkH3f9JU+oZV+TZVIa0V1BlNbI2srBdsrbH/AE/8Ikpm6xzm
lrnlz3n9I8mdPkqlltr5pYIa4e4n91vu933KTnsqYQSC93IHZPUfa98AkCNZHPgWpKT5FVdN
OLXS5wEtZe394WbbN+3813uQctriy1pk+m/jmQFMPD8yoPMhz2SZ3jSNsOaFK6Pt11LhIc50
x8T/AHpKcoiPylbXQstteNZVW402uJLrdY93sa/1GvZ6fpz+f6iyrq/RsNbuBqHeX5rludB+
rl+bT9rvubiY7yfSa6C+z+U1jnMaxmn03pKQ5vVM7GqupZdFmVYX76naMr2tbtrH+Cst+nZ/
X/0qxsWrHfZtvJZXBOg5Ph/mroet/Vn0azfiZTcsNH6Ss7Q8RyWms/pGe785c65rgzc5pAPB
Ij/OSU2OsZ/7Ry3WNBZi1AV4lJOjWMAY1+0e31bY9R6pEQZEgqZAjmPJN8PwSUyk/wAn7kk0
Hw/Kkkp//9C8yv7bQ2lsF1TmseQPdzNbnR/gm/Rd/wBuIjMNmL03IeWj7S+XB1gALWMdLNjX
Hcz9/wD4RZdD7G5QfWS1+vuBggcv1/qomZlZGWz08h+2vRxZW0N3QfZ6jvpfRSU1J+0gvc52
4CGNIBkk8fm7f3lMspxgLHauI9o7lAutNQqFQDYJI7/Mqu9z7HF7zuJ7pKU9xcdx/O5BSY6P
HxSDSedQpNb2PBSUjba8W1v3R6VjY1iAHc6K9nmrH6hYHHdvedr3H80+4u3D+U5U7Mf2mPpa
mB4qx1Zu+nDvgD1azMd42tP/AFKSmb6qsmh17HaMnaYgO26u2T+b+6tI+vn3UY7CSy0itlg4
gDfpH7laoYPUm/oa7qd7G+1+zlwiGjbG1qvYDqMfMfXTW5ltNbbQ530a9x95a1p/0B3Wf8Wk
p6DqNGHR02/Irp2nAa5wtJAc17RWPTdt+n6jNn+krXH0dQt9K4tq37tLZOgY799q67r7HZOF
XgWZDWOyZsLa3b3ObUPVa2mo7fY9/wCa76f+DXBObbRaZ3VWDnSD8NqSmJx5ZX6ZBNpcCzwL
T7Nf5bUr8S/Hn1m6ANnUOAn8120/SRvtVpA37HiTo5g18fooNu18hrBX/VnX70lI4Hh+KSJ6
Y8vvSSU//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEA
NQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q3AaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5
ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9i
ZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAg
ICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8y
Mi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5z
OnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1
cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rv
c2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6
NDI6MTgrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6NDI6MTgrMDM6
MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjQyOjE4KzAzOjAwIiBwaG90b3No
b3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBwaG90b3Nob3A6SUNDUHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0y
LjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo5
ZGY5ZjIyZi05Mzg4LWFlNDEtYTVhOS04NGZkMzU0MzM2OGEiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9
ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDozMzhlZDdlNy1lZGFjLTExZTgtYjc0MS1kYjI2MjY2
MWYxZGMiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo5ZGY5ZjIyZi05Mzg4
LWFlNDEtYTVhOS04NGZkMzU0MzM2OGEiPiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3Jz
PiA8cmRmOkJhZz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOjgwNkJGOTFFQTk5NTExRTVBNDRDRDUwQzJC
MEFEQTJBPC9yZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3Rv
cnM+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNy
ZWF0ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OWRmOWYyMmYtOTM4OC1hZTQxLWE1
YTktODRmZDM1NDMzNjhhIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjQyOjE4KzAzOjAw
IiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8
L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/4gxYSUNDX1BST0ZJTEUA
AQEAAAxITGlubwIQAABtbnRyUkdCIFhZWiAHzgACAAkABgAxAABhY3NwTVNGVAAAAABJRUMg
c1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAQAA9tYAAQAAAADTLUhQICAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABFjcHJ0AAABUAAAADNkZXNjAAABhAAAAGx3dHB0
AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAAABRyWFlaAAACGAAAABRnWFlaAAACLAAAABRiWFlaAAACQAAA
ABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAACxAAAAIh2dWVkAAADTAAAAIZ2aWV3AAAD1AAAACRsdW1p
AAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0ZWNoAAAEMAAAAAxyVFJDAAAEPAAACAxnVFJDAAAEPAAA
CAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAAAENvcHlyaWdodCAoYykgMTk5OCBIZXdsZXR0LVBhY2th
cmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAABJz
UkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAPNRAAEAAAABFsxYWVogAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZ
WiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQWFlaIAAAAAAAAGKZAAC3hQAAGNpYWVogAAAAAAAAJKAAAA+E
AAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAFklFQyBo
dHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBz
cGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91
ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAsUmVmZXJl
bmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAALFJlZmVy
ZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk/gAUXy4AEM8UAAPtzAAEEwsAA1yeAAAAAVhZWiAAAAAA
AEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAo8AAAACc2lnIAAA
AABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAABQAKAA8AFAAZAB4AIwAoAC0AMgA3ADsAQABFAEoATwBU
AFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYAiwCQAJUAmgCfAKQAqQCuALIAtwC8AMEAxgDLANAA1QDb
AOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMBGQEfASUBKwEyATgBPgFFAUwBUgFZAWABZwFuAXUBfAGD
AYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB2QHhAekB8gH6AgMCDAIUAh0CJgIvAjgCQQJLAlQCXQJn
AnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC1QLgAusC9QMAAwsDFgMhAy0DOANDA08DWgNmA3IDfgOK
A5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYEEwQgBC0EOwRIBFUEYwRxBH4EjASaBKgEtgTEBNME4QTw
BP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYFlgWmBbUFxQXVBeUF9gYGBhYGJwY3BkgGWQZqBnsGjAad
Bq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08HYQd0B4YHmQesB78H0gflB/gICwgfCDIIRghaCG4IggiW
CKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJeQmPCaQJugnPCeUJ+woRCicKPQpUCmoKgQqYCq4KxQrc
CvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL4Qv5DBIMKgxDDFwMdQyODKcMwAzZDPMNDQ0mDUANWg10
DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8Omw62DtIO7g8JDyUPQQ9eD3oPlg+zD88P7BAJECYQQxBh
EH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwRqhHJEegSBxImEkUSZBKEEqMSwxLjEwMTIxNDE2MTgxOk
E8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAVEhU0FVYVeBWbFb0V4BYDFiYWSRZsFo8WshbWFvoXHRdB
F2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y1Rj6GSAZRRlrGZEZtxndGgQaKhpRGncanhrFGuwbFBs7
G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc9R0eHUcdcB2ZHcMd7B4WHkAeah6UHr4e6R8THz4faR+U
H78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUghdSGhIc4h+yInIlUigiKvIt0jCiM4I2YjlCPCI/AkHyRN
JHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3JicmVyaHJrcm6CcYJ0kneierJ9woDSg/KHEooijUKQYpOClr
KZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2krnSvRLAUsOSxuLKIs1y0MLUEtdi2rLeEuFi5MLoIuty7u
LyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIxSjGCMbox8jIqMmMymzLUMw0zRjN/M7gz8TQrNGU0njTY
NRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3YDecN9c4FDhQOIw4yDkFOUI5fzm8Ofk6Njp0OrI67zst
O2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE94D4gPmA+oD7gPyE/YT+iP+JAI0BkQKZA50EpQWpBrEHu
QjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpEzkUSRVVFmkXeRiJGZ0arRvBHNUd7R8BIBUhLSJFI10kd
SWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JMKkxyTLpNAk1KTZNN3E4lTm5Ot08AT0lPk0/dUCdQcVC7
UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT9lRCVI9U21UoVXVVwlYPVlxWqVb3V0RXklfgWC9YfVjL
WRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+VcNVyGXNZdJ114XcleGl5sXr1fD19hX7NgBWBXYKpg/GFP
YaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk6WU9ZZJl52Y9ZpJm6Gc9Z5Nn6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpI
ap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbbluEm5rbsRvHm94b9FwK3CGcOBxOnGVcfByS3KmcwFzXXO4
dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3s3gReG54zHkqeYl553pGeqV7BHtje8J8IXyBfOF9QX2h
fgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuBzYIwgpKC9INXg7qEHYSAhOOFR4Wrhg6GcobXhzuHn4gE
iGmIzokziZmJ/opkisqLMIuWi/yMY4zKjTGNmI3/jmaOzo82j56QBpBukNaRP5GokhGSepLj
k02TtpQglIqU9JVflcmWNJaflwqXdZfgmEyYuJkkmZCZ/JpomtWbQpuvnByciZz3nWSd0p5A
nq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopajBqN2o+akVqTHpTilqaYapoum/adup+CoUqjEqTepqaoc
qo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4trqGvFq+LsACwdbDqsWCx1rJLssKzOLOutCW0nLUTtYq2AbZ5
tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1uy67p7whvJu9Fb2Pvgq+hL7/v3q/9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NY
w9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3IvMk6ybnKOMq3yzbLtsw1zLXNNc21zjbOts83z7jQOdC6
0TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHWVdbY11zX4Nhk2OjZbNnx2nba+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i
3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vkc+T85YTmDeaW5x/nqegy6LzpRunQ6lvq5etw6/vshu0R
7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozzGfOn9DT0wvVQ9d72bfb794r4Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH
/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQA
Eg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH+AwEiAAIRAQMRAf/EAKYAAAIDAQEAAAAA
AAAAAAAAAAIDAAEEBQYBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgEEAwACAwEBAAECEQMA
BCESEwUxIhBBMiMUIDAzJBVAoEJDNBEAAQQBAwMCBAQEBAUEAwEAAQARIQIxQVESEGEDcSKB
kTITIKGxQjDBUiNA0WIE4XKCssLw8aLSkuLyMxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQEC
EQMRAAAA3WFmjMBlEuAeh8/3zTKskkJJRLqEq6LlQkkJJCSQuroupC6uiSQkuHOwbspbDyG7
JYmnPUKbfLNOW1D3TSANAJ259pWYxNKH4zp5dGUbaHjrEzmKOHO1VkOovO4Pvee9AapVkqQu
pRcqFyoSVC6kLlQuxsuVRckJJCSQkkOfi1ALfDKzbsAdFiM10wXt1KIrQRmrZiA1ZtgtR2O5
vU5J18rc41yzGEDDksEgcekDn6FJOn6HzfpDTKhckJUhJVklQkkKuUXKhckJdWSSEksqSF1c
MWfdyhkXjNMXiGZ50CujWU1hGFXaC86NRm6PO6QsDWaOP1OeaUvym4gMYYGcypCkmgWMs0+k
83vO5JCSQlXRLlEuQqXAZcKuQkllXISSElQuSi5BEcscI1dCCGrYI0osrXZj8mvAK2ZNRk1I
cYNyNonSvcI5/V8wdTEKDqqmkaaWHIMkl52qAJdg+p8v600SWSpCSWSrol1ZKuiSWSSEkhJI
SXQN0RUugPPsxg21ZNukzBaumYXCseSNo3l9jijXKYKiNwvoQRuLFAOW/KbL0ZjpPS8FoGcr
NqyhCFi7lgev8l600SQkkJJC6uEqQkkJKoipBppeVJCxsCGBF1IDx+1mPP8AXwbxgEow9Xk9
Qw2DC9+HaO4fc5YreOkUauUbcmVQ1T+gJwdXlHTz7MppYDQGLccIlKHrsAHJs0ei876I2yQk
llXULlQupCSCXnaAUCBENGgUGWs6I3NpLksqSjlWxQYKozbpoMJDqE7gaTmdXCNypwBpzdcz
bRE0aOdZu4/T551cmrEbTU4q1uOFk15BrcZDs27CaPUeX9YaJIS6skkKl0SSxCmwqXZUkBso
LsrAjIKjgDZk1EohMXM6GcA81mk40WY2MepI/DoznKDqgcvu8fpGPZks0OyaAsmvnHQ5F5zp
tBhoalp59DqMxyhl1RXq/MdM9HKsuVZJISrhJIJEhLugLo6LkhcWwljQQ2IblsJV0czDvzi2
0AenJtM67o1KXYwaEJDzOVuDQZXlnNWXHlNCQAbqf0QDshTqYeWUxIQGBGBZo387Yd7Xy+oS
SFwbLkhKkFKekKSi7oirEgZdgiQlyUNatpVXRz8GvGE+7EMEBBoIY20j2cvWOatgWbPzhqiI
WTXmErh1dfIYb34NpDFh5NZCQGgFLg/fz+gehKrLurJRUSSiSQQt6A6kIajClQIRsupChOxh
gwqro56dSgQTjGRSzdWZI9erSZ3HjL55UUc2CgfqKXryCR2rOVoZZs2YdhbVOPHiwAgMBy2C
O15tB6cqIq6surhUuiVcEo0ZgrhFXVlEBg3cKooCYwY1Zl1FGbltzkU9pn5/QMXuqyAUKQ8Q
L2OPP9V/DD63C6IhyDLU5QMaRq0rMrRnaeUFig0tWOko0PzuPVXREurJJCSQqXRnWwAqkJKh
LqwoFjKGFWJDTW0rjdnOcBjNZhLfzyyzNNNjlNy02HEOGMRrMPL7HMCanec2dEzDrDQCGiDD
oCOztPOrcsAGKGgQGx2bcejuiJdWSXCpISrESs1hWJC7lEsDIQkVRUQ1OLdm0kEspgdl0mWO
EUDlDMr8xolWW1LCbM+YPldnlCdtuEESjWzCQyO0B1Vi3JcefErEDdFqaBs2YtZ6SxIuURJI
SrhUkEKako7hQ3AasQroiVKCJZBac2kgGo4O4Xi5M4zLUG4+hzDaNazNb6G68zTjjEjaDqGN
5ABRQmvlmbsGnWAYGcKqooGgRWhI7dzekekuQuxIkkJJCpKFIfnDlWVUhVUYJSA0UIYsK0Jg
+gUYHJ2GE9KQOduymoHEKZai6IxGedQ5ZdDMVpyajLSFBqdZl2HqLO0BMWw4QXYMCy1tSM38
7qHo4JF2NlyQkqypIKS7CaYqwkNxGywMYs1kpolMCwhui7Q8w6SQUaWmZdINok05vQ43XGUh
B0tGZorGtAR00RbTGrRRQ2o0ZIB135Np58YsaIsAhUE/LvOj2OfvLurJJCSoXUoXh34Q7Fgr
Pryjioy7AgqlBwLCWKwmLeJdDAzxAqaqBI8Zz+lze0JerMHl1dIwp6WYGQRcVnNWdAliWgzM
0MF9TFsPOgwAbqDbzwNiqPSdfxfqzTdQu6hKtYV5RHc99CW2ZSxsZdUNtdhAlxdFRQUkLSDh
CnPMVa85zOkLAsezGMbcObvrOORn3A0rmmtIPETSZlroIF6VuA1ZNgRCZ54bEEbEu6sFkod3
MXoy7qEWzCaFIMKLEeAqHRRkAiBOWHDguXCwYsiXrI9LQxCxBNzGwUWWOTmHXx49JnmwTO81
FDsYY26MpevD1TJd2RRpA3Ydwdgw8zLAqDCWJhixR6Xq8zqEurKx7Mpnq4UwGAo1LBckwSqx
llQYVRcGBrpJoU4QGCI3DzkmpCqOzyOgJzdGzoANdmM9WA1beedCjgvPtwhbOfuFhpaclrzA
NThGvHpPM0QhDLKurGVYHo+vwu2FY2TO5Ziq7BaoxoXDOL9Bn0GQthwAigFHAKOhSdFGLg+i
xnF17cpY6Nxyg2PCelJ00c2DkNSVi05juCDAc2rOSSxmjBDXXFWdEubpGaUdA8wVQqyoC5Q0
SA73c4XdKuCEIgGNEKVpIzVqozvsQ5QjKzwYKqH3kMYiJGPz6RmhOg42tyA3rWYJdh8nsc02
a1uMeXVmFtTrGVlWb8ORZoRcLjtZzG9MTGezUYtGPSedshCG6KoqDgkdPt8PrhWhpoJBh2uD
aoAyTQ+KWQTgEfBFnQBXCFVFlUNNZICrLrBz9QTFHZjTyu5xTovURmW1ItjsxzD1aDlV0kC+
lh1jIiBNSI8lvMehDzgiVFiVASUHBh0evyewAyiIQGVazCsLCJcGQFjyQ0KrEGwIuiEkuBhd
FUWc05uTnOkjV0RXK7Cx0hAqNZmBmc1KNZtya8plxvATvRoEkADhp5TqUDpztOOLQKK6FCay
5ZG7rcfshMBgBiRRpYUpqBrEsIhqxz1OINrBMLJKhZBYUhF5NgmV5CWk7LrnaTVkdzDoQKEp
bC05mnXzasJzk6Fk1mQuooEWUMgEXpQ45QksYMsBb1EKjNHa4feBaphCUZLEwVMoA6MXRiOc
h5QMSVKEK+Qs7RZ3DDAi6lAWrjnavyjz0cXQeDXkNViYpZ2YTQZ2cjkHP0ZdQqoQgr1GZ2xQ
u40ysQRkUwCXUKowLYLBfofP94tqmFyECV0QLouxsEDA0PzPK52SxHPlAm5xXZS80s8x6APz
68Ia7sq2CRcoL0PnesdeWJmz6El5t+U6XO6eMyb8Vm6uQJ0kZ3i2WwrZzdheVlnPBgglRAAw
C2LYB3+B6AIhIZKsoCokuiXICs1jufv80TNcK0ZzGdvhdM9FXJI5i9CDCBCX0s+o6g8XeZ+T
szg9bk986QGJhhsGkiB88CMDdrRDgeLHcZi0shk0rYY5qo4YlRLqwQIS2rgXe4XdGS7Lu6KG
6Lq6CqQpT+GTlMEGOSN7mDrkdl5x1cTugZ+Z2OccCz6YHT4YHoQ52M6fE2wzejWRbcmoy6a2
nNPTBNaVCyZZUIhV0Ay1ME05IViZwaKEhQUN2VRQvu8bsj4FjCGwJYhQaDq4VyurzDkroTZM
VnVfj2B8Ts4S92DWbtePeeY1dnmnNyuyBXrYZ+3yfSA4dwiDcgPVnYVYWSSyHPOHS4+FoLHd
M4l91QXS8v3zQt6jiS6KqUVDgF3Bva5HbIKcJ1g5HTGEBlUYkuQTw/Q5zzS9GYKVZs2Z+iJY
fLNvOy7TubxsBc82BmraYS2AdfqDQNqsOxsJLIKaVEtZnD5TzAFvQHdPLkOjy9+cw7+X3DUl
wHAq7FmyhY6VAQxNeWZhZatpyn9LkHp5j2ARglVmyHTLjWZMnYI4V7Vm7p8vpCOJuQV6DF1S
5zuIbeOVFa8rTUpAHodPl2Hprw9Elp4Z6meX2nWTgcaGJaYeV6jMec6qEnaThabYOcvoq0Bg
YHCgkSrYMDdoOIW7IYHL0ELTjNCro3dFOsUC+YM4fRWc+baM2imliKTb0OEw18xnSMDG6TFh
9NxzBRCQgsZQUM04oeh0+W1FJMCTp9E86fW5B3dmbYNzaIcLn9bjHVPluN2fN1QtcsYQGebt
tD+3m1h5cHOO1hybDmhQG+Y9BsxBrO+DeMcl2vacoOzzjNZwCyoWpgDsNtHJYky6s/XAwbFm
QCEkuFCYglISro6XUVrNQsyhcHvZzaRc4XxEiM0r3AZu3zh/T4fOPZjyuyCXL5h0ppzGvDYC
A0KMpvzioBDST1iuzeUXntpp18fUaeazMKW0RFraKG2EyacA7Rm3mDqcjpFLITCOnMXVwqiW
FKMG3dQV1VkNWbAdmV4eDPxjLTknW0o3mkSh5jI1Rs0ZFA3VnpsRc81hls1asW8HFqxFBo6g
rov54tOfqAYCQHuwgasedw4YkFqrI/OIpZsH3s5g0UaghGiZNCQauyqISSyNvVzONK0JL6nl
+2a+KrCVJCS9hu3TkiMUsGXRJIESzNy3mZaaYvSwRiV7DTsgC+F0+Ibn42lRek55HRbQoNUg
SWJKWQhdBDjVmMTm9Pm9AzFKLybcZVXYEuFEFnW08baaEaSOXqdzRIyipcNerm6TrecYouXR
RDZUuiXIdRlgNXdgvpZJfPPRli2COF6PActtaTbWzhCLoQ6lDJcAqxKuNDdmIlBQvo4ekYQY
sah6zLIQFHQNkI3XjaNYqAocgEZZJCBsYVdEVUouXYMkJLh6TC0RTHCRiAHrVBRsgWrlWdSu
cAxLc5VSyzthF2gKDYTBaCaWArkL6nN6pzFPzDm5niE7cYJDZBKF6t3fOG3sQ4XJ9piPJD0+
cDdGUF0S6IoSsC5CrlF1IdzoYtAjLs55UIQgLpnJvWJlJ2QMao0ZSEs7cJW5AIMoEqsYxNhy
hLU9JOtx+yY8uhBWrO4NLRMNtADrZe4bRw5TsVw9RvWNFcfcw4pPIxo7yTkSUSjEG6MqpZJU
Oz0MDy8mtZnXvWbNFgcjO5BamNEjrQCbaJcWKVcBsaCq6IdWWJLKqWD1eR1zMG/EESbG0RGd
PRWBsx6yKpQXd5vdBaKhHL7Pmym4HnQXiUWotRgtgAWUBuESDZ16mc7OdHTFL1wgqoxc56Qm
raQgeSpnCzSiEJFDYhVdEKWUNgUxZFdXk6jbj2YTK/PDVSOmGUEyachGpOrOdnWvWY9K9Jk8
h6XzBTF0a1PsyaVWCLUjtmWCxhGW5DqLYsj02dHVy851eYBGRmiglEotuODkSEooSVCyGwYd
EuiKowBFtCnqh2cetJyZcNe/j9A0zNoLydfIYt6tg7bx9ZsYCDhc/q4jKJiRgUa7yQ21khuz
jYK2AKKiOgDAKYvUBVkJYuEGxIp2YEwsupZKuFXRF1cKuUUUhchg1cAFyTo2Og4lEJGKMNgW
anA45vR5HWH9fk9E0J08I1c15HCHdjBuCFUgUoQxuA3cKu4f/9oACAECAAEFAP8A60H/2gAI
AQMAAQUA/wDrQf/aAAgBAQABBQAAyASoYlWkFixwwQ5JfT/5f4T/AIT+Z/E/mfzP+nfdgibL
LVVXfa89LeznKbIuntl2z4zXW7nhTs7rZDkJaCxfatKoKsut+9l1hsrprQLYWXamG7eHRc9U
ObX/ACDAJWwGD4BOAgNfcKqqthLWIIxowGcaS2l/w/8AgR/s9gGzU10CWXrU1tllzLIpprfy
3XtlOuCLnhL9k2M9aVqTZflWoqNKovnTuaS+1sgJYjymuxGbAxp8OlKXAjN4nwKwWtftgPbI
+rfv2qpJnNbZRsCgsSAPpGkf4f8AIz+J/PP4IJ/3+wIAqtNldWt1J5HiWrLWe3KKVqFt6Uhm
uvYXV6600W2P4q6yRC11t3TW+7sRt7YPbXH8euPvthuxIFVf1sMTuqSkkCs9sEgD4ZgXeSLq
l6H5o2TMg4jfbSP8P+qfxOT/AL/ZScpRUUHqaij2bC1EW21gvYq12EM11/dtbWY2CoIrgAqO
wKQ3wLAf7OwR5aFPjoLB9kcOv8MFTdYa02WZkX4QNMGVnpP8jSASOt9cYSZpvMoVnT/4/wDx
CAR8f57lS2MnUWN2JS1aQdjzNtdTluygJey06uqWCoFZ3klTA/aTATYSx7o/t7AIuonrUFFm
0R4yQa7mjNty2vdYSgytiApwf8zyzkgI7A2letydTJB1zJ1P+X+2cn/VP+FyFsoDWLZZ4hdb
/LXUlKXWPs2VIwyjWQKiAZbulrNSooj8lWDDZHVNFR5dkAbGwI2KWHjqBN148lWvFlGzUQm4
oXXtP1UM4UMrKBIUeI9saSg+Lz9SwLVBWNZHm1f+f+sjI/8AgbtvjobZHhZmdRdXXgp2tjK3
DNVUiZZaldYezaevW6EL9dh2z1o/k2zFOgsvujrZuWAbIaVRSL66e2a2v4U9kwsG6yeC54rV
kTLUP9kMCY/iVl7mQCfpafq0eSmQZ6H04uus/wB0f4z/AIyD+WcKvstxbMFnHay0oKkfUcLa
F0rbJXXJR7TSqpiW+Rh2CllO16+fJuEGr16zm8fq2r5LFrSOjjYAAFltVa7W07soC13MzJRQ
Op+ZAIb6WoxxSWRh1y0EAEmytiM7ta/rKRTrf/GHP+Fti1Jseyv2bLBXWKqIHkstbX9dWBVr
r/YladhafufGFFnSuiQBOExuaMg7f/H1lh67pLJQjsK6ggZVJ2fYLXj+W0MRlQe1LeKNd2ao
r9ev2HwQlmOPBnUxd8FiuJBq1yfNqH+H/M4P85yP8Ti/P4+M9gbHZSAPJRWa6bNqzW1EoEkk
qbNqmqugW3sbqavtfIqqqZawIzY+u9oDut46Jo3hLBq2W4iwL9irXF19+7Z/FrtfsNfZ4WVd
NWsrahvDrSaYnGBVgx63q6s+wTiW8WfYWgxST0q7LdqBhTk/7XYgAk4rTgM/4MYCT/ga0Ybv
qnI1Kk7otYrAksIxBG88AKf/ACqj3s3IFdYMQM3Gjc9UHDOjOVorViAM2PYAgqAdjbBNdbXs
Eo1E7dk1pWu1R4dYqNacIYkdurMJuqgT9RytxJTVYdDKbOqwNf8AtdwuAscbjKyCY/wsMKnx
+Z53fIadYjuhJr7QDYCVI/8AYWMOtXGzRDHbnx1Hj9N6ukbWpVUFMTds00Lft234blQM11jD
TKrXQlK2Pq2Bggyj9lwPjpUCjqQH6mzqvR3DMjhgylSxAFxXrrEGuitb9jRJj/YfhiO3wOxO
LwRa7NhmC9gx2ZiloGBgfzHMxmzWq7RaEGEhSzOdqqplwMPPqyBtgtVUQEYk5uoGvoAVLvYW
Eu6hmdnFOoXasJRXVX1OWVJN6/zA9M2YC6onXMYUWZE7ast6scDF16lDYHAqMVevLE6Qgf6y
wGF5wgkKsYwUn4wlYVYPZhhfDYIS1ewj/A/G0p7ixEDbBY10kuiiuws3QCNtIBZcqQOpqAzY
sqpu2e5zY2R0rZjmrWc8o7l2GPbVewKMWXxI6PZe5Hba/drOPDinswURsHuwBL2FUKit6nTq
nwnrwX2dNIT/AFPaVPLFRxJkYVGN2DEGEk4WIPyWq74tQXAGV0tVvyfjbIBWtrCbQmJYhVrC
4StlrIDYFEuJxGhC5ObDKguXZuZtJlr0EDXhQuL3e+o/xuyu7VhRfWznWDCxr60O5tG19Xcr
r1dK2x3r/eG+rgFhHa2crPjNiixIgeuYDd1gOuD/AE2gAjnAIwc5wD2EkAljIAgHAZyRMA4Y
itCMWfwc3QO1MhbbAMpSxmBrrxP+cAHzIGInLbGQgt1taGCkjdSKNNBXs2vOVWItaW7XXWZq
8V3sbZ2RUPOBZZ3OWIO2lrV+DVrbyj/oF4PLPJyOCgFVN7IbkJSmfN61y1f5jI/yuAI5w4p4
BLKqhc4OMcRhkjPgnCTgM5UoH5OexMYgd1r161IEvsuqmhHaq+wpYa/G4sJFzAEuM7KQLDO7
TfaX1ba9p6pq16ehYximDs7S1gTYVuIYdrmTUJGvSa6qwAVEtHBMlVUCxSbHkDX5Su3wWPVY
zet2DWRyP9N8EYOARLCBn6gxgbDnzhbkHJ4Eyn5PxvgM9QIWwdUUvdlhVTSR4Nhla+6xW2PJ
JIV8FAbHMACMtsZa2q6bERnyG2QMfYexbLvI3gtswCW16a6sUcdBioRgUq08uSD2JUuTlhJZ
WIykK5q7I1cBtTY7jJ/E/wCE/i+c+08nPgLMRgBkgHCMAJKg5MN+kcJP5Pxscul9deLVbYUg
HcPVGuauh2c33MlbtYVwTCWMCxQjyHqigqyAtbfXSLt2137M2WL4wgKVP3C69HmKaqK4Uz5F
NqyDENBxjDQZEw8kgCKCAwDE6oYjWosFn6fgzg/xsiODg+DODgE8JJByBOSc5JJxhKoIH4Y8
bDGdNFGSQAAG3P22yMgi5vsVpXL9laq6dm/KmLKSsG2ta9n2LxDllpUZBOa1fdmXXpy2wbDL
SqYu2Rh3rGOtZ3SCBInrxYT3HBjk51+tPyhOaqsSo6r/AJE/iM2ASACMEjD2OAxkzk40gEiA
YzgkxhHHcYPj8N+1kU5XSExq5XrB3NryYotFYq4lKst33bKtSxxRUlOdi2b16qXuL55WColk
pQA1rNZZXqt03PGiLalKtuhjbezCvuU17B4Q0Y8gSejEhgYC/tIJaR1rgFCWzQMWD8jI/wAr
RIkkj4MDBJwfEjDMmZiWJWRzgwKpA/LfDqMUENfuVIxV3LbJyi42XWbiIEqt2Mq0RWFHUdx0
3Npq8UI7tW0K1fVKnsy9RUNTX8Vd1wqWkmYLiykFt1FxSPBpJNK/PznHViQQQuDlZMnla4kH
NX/oPiPwP87zCxz+sYsgDJwYQcEgk8duM+MHyD+D8W7FNRZtu4OtSonmtbY11qCV2MaNFIqV
KhbYQASy9j1vprc1aCBtr19nVNC/yOyVV13V/wBhr6gL7DsWGgtjaRUmh0x6TgVTXpqFp4GA
Qew62gSRJk9Tww+yIokcZqgeUfH+m4jqDOL+CTgPPGI04BGDOozqM4GLyQPze7qt5oosbba7
KdcubLq6TajX5QFR2YwqgYxBUIRhCwF7ZrzNg4Z1Gbdr3XhWbYv+ldb105/boJ/v1mt7Wdrp
ZdSruEQIs8kRnPjvBmBBaEn7TwicqIygxYvx+Y/y2v2KvUA5IyCGacGAgYCDhPOH4DGVIJHy
MOey2tnNSqVFBuf+ZyiJQ1zlmqBFjRitIAEbFgrqR+6KJIKix7Sw3HdKqQQ2uwbbvfvYXfsr
PIc5rIK1uXyJq0eN1Awxi84G+lwhmySwiGDCQ5VgxYUns6/t/wBO0R41mBySoyZwZOETnxhn
tIYgxhbF5wfna10uqWpKBVyGVFWy9Vt2PNbavXyLGWXWJZU9pO5xTryalDE1hO5RQmxHXZhb
CiK1dUKQ+ViHP8mwFwYLERvnGDEVscB+l4buwyQM+WBjKYNlagJroTevx/oObMlQAAIwjCQP
xEYDIiQMJbAeSBimAD9sjGMLfUtzDxUo92xeV161tvuVLKz/AClkGUTZbSel26ZTW4qDkLV/
0L1FNhlObZt7VWbHb+3exOzZ2vttCUq1dT3ImWbJIo17S4M44jE+YHivBDgA4V+q8GYysMXq
du2oP5V+MH+cZskqA3YyMJwicKg4x5ELiwQPwInu4I5BID/jd2Gpqp2WvNyVPilnISLbqR3a
5gwCtmo82tAu2n7VUlfEpPXXSMoL+e1FRYs2LRppY7eupOLp0Lh+lnmuud6yLFpSteowSMbh
KuTPFsNZ1IFnxjIQqSGSxY0wGvT4/AH+d44PGRyecIjCM+cP1PIM8CYIyAcmMgMwn8Wf81Zk
s6BsICAqSblJSxpdDB12XzWJ/JfArr7eNAc1lUM//Pds8tjUsM/r1AhQzprOWqpqUaqlzsR/
d3rGVE7eKzaqqBe3YtBJAZ+r8sZIf5UGbfhQSUlRqLF6ft/A/wAD+dj4ZowBYAGH5eCEEY8v
gIODnOYgnATP6ofsPjH7MDWqZHiDWoV/seV9tdhipBuWpAqylys9xFahGrrUdD11wO25YK9Y
Xa1WPdfYtFVjNSjxY3RKiV1tCfExVt32GxU+G3ZddXTS0Fa1SApC/R5DBicYAtBGECKhLMfG
Nc/zgAD/AE3x14wYwjPrjcAEkc4oJDMwzrLtaFfsArCVrTFIjDEXWt5VRny3VZ7K60VtkHxa
ndrg5DLrV22PWorXqFZj2CubH3q9fP8Ayd9v/VlcGohsBCWKONr/APz7bJXqa+wEpRbrrrhr
V3KNraGtQtFbAMrSrfpYIIHPJMfZwpWtirWfOuZuH5H+J/F4lXPXEw8lTOP+0DhWkEHDwBEv
WGJIODg4pxm4e9Rlxi6OGAiQH2trquiqheqkIDlxHjerujMCwAUW6bHNXXWmhzArJN7mNruq
jb2ZO3U5ppbouv659rKNaurZbYrRuwi2+rqcE+NwTghckTAxhOIFlzxrKf7A+B+B/nsA9J4B
nGgY3A86l+ZkkiEBBOEyOjHOpYAQC3CnO4LCterVs23YSMV1kjubdRXOhHUXBndLWz+2WuqV
ijLyxVU13Rw4Jr6/Y31JYbXt2SiLdtWF3s1zi1iNTaVM/tFnOsRguUV2ObXpatquejFRk9lZ
SuLZIKZBB5JpAF68j/TcYRWsOAMMYE4OMRY2iTgM4XAwdu2TwMBn8QABwFfi11DszNi1KXcs
uU7TdNFrGZSSwJWvSk3eRK60vsvtv1dotq0+JL9qipLdu+469NdgWtxsrTUuz7Ctjdu9Eop2
LWqFDqWNSE3WsX6AV2Q9Toi//wArGHYLOTOMskWPnXnoCyV2K+r7K8Ecj/M5cJSuCOY/S1ey
1ljYHjBJLAjGXgnPqRAUD4yw8IpUmSqVF8FYXCABa32r1UbX1QRUi8sxC+vXhdf+xTr1imv/
AKDc3LK2roe4rqqRWFW5a1mzxKxusfGqV8e2tBZa0sVGH7Z1MrQxylIMno457cq0YF5ZlYlS
M8pU6r932V8hAgT/AIz+bZ8aRkziK2WA9SjAmcY9Q1bdK1MEkGIYscaMYnC0YWBCFZrtrtxn
Ci+9igea6FV9VaxXWi9RYew0oBX+MXKbUZbZq9fVTlNqOrVqpa+vFFjY11NOWXlz2KlnOFS4
CQK6+Lq2WuutiliMpj+F+W+MjA0YHSO56taGXUYizS2C27g/xJAyR+LbECEt1rcjK/I+Eggk
DBh5xmmsQCOuPyYgE4BwQAErKgKpA6JkMxs12YPX1q629aK2CEkCmsO1enQuMGGbabBsRVC2
QuJsw/S52u2qqhZezHz4UdyVYYCsMHZk13XZ1JbY9gSXpUeJyDnPW2JYczzwRzgZgB1OcjE2
b67Nba17k/QfGTk48zZeiBdh7F8fJU51g9hEwYB/D/tRvq6gkqQaTKuCCYKgWKqWOcrPbFUE
+MgipQLPGBZJXwstFXdV4OUlluJYElzl5/iS+muuhxtMvirN97Etf2xKrHHStApuj+quX0pV
paZUZbeP7Xr5D7wnYVAKn4I/ax5IEHkQc+RJwzIIArHkHq/W+Jpycmce6tD/AGBFjWWDoMJj
FYkM/XCpON8EoAzfxo4h1xUHQAEALCLBLxnYnGnKgDiqUyuJlQSxOMjOUQSF4JAywAZEjY2q
qQ/sbcex7cVVQUkrZZsNYbagyJrrAVmNdKA2HvrqzKPYSdL1CVmndRRtaK9l3Qf7Ncir5Enq
/LGIZoyQc4xiTimC056nW8rfiJw5eq91+p5AYsFQjHfjyFQrsSFbBBwLOKsnqFawfSRESR8k
4zdARAMjGnqpEcyVMlYy7frqZ95a6ltW1Nj2FNbW7b2EoWyrQuYtorXXSvcePlleadfuj66y
i9MUuxCBdRuB7H76npoGv7GwDNJiy7a/+RWpWssWMLDfM8NErBE4s5HB7dfSD/x/ySM2FmwT
knt5EbBPVqoD1EgA9BwiGQhHZUIIVSfkEquFsHOK3DEk8kAcyYqUxZYleW+xE3bjPllmXkPp
eS5VIOa1TtlVMKOoF+xR46llfEoyyoFh9FdiRB8WqA2WACh+Rtc6nqK7AnsKrHfRpsrxq62v
cMRS/wBe3D/umQSVwYJwTikkOCremP8A4v5ZZzYkN2BeYKjlOTYREqy9lQKS6kNlIYYWwyMD
EhhOFWI/kOEWwlVi2c51AwqCLdmnWpu3LL2Lhix7HpYSe6a21RrTXqUAVIJIMXU3WKdOqrW0
3/jaysZ/cfzqAQyoBA8OqyKEF12fq3i6oFShQBgDFjXteZmVXPZbJ+tgMj4AGD4MYCIQmbo7
ekI/rZP47DNkSOAbOHBaeQCuQALB9ilq4itihuvjaQvC1qM6jCBhBGdTnUjCn2JUttXeGq8s
9h7RT69iGOvXjbDlWNhH9bzXVqBXWpwGRdt01ZbsremtARbAt9fVtwDiyApVzr6UBKC9WNaX
JEK//GtB1e0ILd91s1t1rme2LA2zDkTOEEAHgEDAFIUgY8g+laFk/iMIAy2HrdXxpnuZRkxi
M+RADI0gJwFjIyBkDJAzspzsBgsUln47Kc6BjsaXlFnrCbCuvpiLtp6vXMuJQoS+qHCiu+VG
Nv00n+7fbe/r27WBKk1+yrUve6utv7VY747IoJFlTXV6+VM9oaxUP9+hDse1Uq3sL3ybmMIr
a+74gtlzbP8A+3JDo0qQQVIg4o5U489/Uj7TGFowOM7A4xXIUYVBL18CkgsrwyCACgWxYDsc
7NgY4WOGwnCzwrnPIIawqLbQ5QsSpPauwkknoNJrLVpqQJUxaFVdxx5mLeZR2b2adNr1sGhx
I2QvWo9a6ATdXSQ6AqHJUeelabtpcbdIHlvtKUyLWoXPHcDXqO5GpTievvWyyxG2Qw7OAWTn
8DqCRzxKDLSQ/p4DcYVU4KwMZGBYNnOA4WAwMhErIEYyBs8SxIGNYow2sW7EB3MSWC2BQtgy
wkqr/WjtIUk1VKD/APlgZLFSLCFtsPR0Sy11/lWGPs1B3dJEFVshLz/FroAaXqSxNjyC7d8b
bDWlTcXP9ckstCjzEsmrs7GPo0Jg19ef6VfY1lMVWCuoF4IhhysnCOBhB/AIggHPWPGCxgPJ
3xryuLaThsIBdMJU50Bw1c8TGKAMYqAXBBIIUEhkaEQwayc8SjPGueMR1UKJwySggWMArWEl
tilc/suwvFtufQWBQt61nyewBO9qgCq3it5NNRgHTVjW1dVXey6w6F0I91eeG619XRpa1aq6
AbEyy2xsFtklb2U66E12L158qtIeMXGJwtBnABiwCzZ6+e7EkIYfvWTIkc40dgwk2CC85MZz
i/BUsQiqAJxQAG+SIxeMZQcPIBztgwsAwssLW2gVdNjaZNP6rVWmWGuLKlR6iBeOTuoz7emv
WrYb+MknXqViz1/Qf8q6Lg2xStVTU7Bq0km2js97hnDolZXZrsw7aANto4W52VQ1SEkuiNFv
yhIPyODgJOHE5ywDt6/yeT7wvJhcKrCj6/eSSM78AjOwwEZ85wMEZ+gmGMYWwMcPOcRMYMGd
ZLTgVHz+OsW79SZZ7G1gr7Fl+yzDBawtRuy9Kw3bLyetkimghSzhhq8WoVI9kW8L7CKmvcAK
PN2roZsanXFjPqyy6xC+NQw1+qPX0rLHFIx05AAzjDAwgDABCky0k+v5sPAXnD8ABSCc/kB5
CkSoPAM4WWO0YbeVsk9pIBxxOEYB9f0IIwGQDBYkYJORzZcKBsbt1x/lY6fr5UJWgs5LatbE
CARxPN3IsAGtR9s6qBqMGuWFz2ZnXentVopWy6pFdrbJkqFJSxy2qhFVdJMBjYpOVA4pgsTI
zkYVkEAngCc+W9cZsJBxZkiBwMWcb5HwZhmytjB+DJUgg1pOFQMnhjGSO0iA3JP2nAcY8IDA
+drQfYdPX61SIqgfAW5ibCJJBCuIv36VNNwtS1iEcTq6ZBzZtM6Fn3A43wTRY810heumEJVk
gd1a8mO9rJ/SslNStcdgiU+SAwx1BwEjIByBDfLGCDwOpHqQBYQDi/A+ABI4Dkkj4JxmOVkz
3BHcQwPZSe2fo3J6xhLFZxevYxg/d+qiCP3O2cAdzhBY9QM3TfXZTbYwvaNdRGjq8VWk9epN
GmnSvcewbHrFI2BnslsNNSq9NWt1YUUqfDS2PZUj/wBrSU2btULtWnEtQhQ9qUqIAMWGCYOH
heIK8sIxVz9q+sAa1hyDik4ScHwFU51AEY3ynzCxHJHIJ7cxGNwVLYSeoP1aJ5wTIM58BWOE
EglwSygHaoGLZWwZUsyINw7V3J0oUstTgrVWFjpd33ipt0WjYZmObXZkqBLXXf18GwzMXsfP
6KnETTrAvewq25FVNUPr0BaCCojrZJIEkwM+AfthgHkgc1+vcrYDI4lROcgzwFxuQExlWFHE
Y4jORic5HE8PIYfL3ImbfskD0e1eU3aXAJ7KOOTgElrOmbO2Khu+wW+tOjNWbNW7VuN9bWqC
LkY7zBRrubEsWK6wSGfxvtEPZpGbfKFG4LHFNdj2vStef2kQh9qwf03Zh69FAqQ5akYvBCdl
1q7arFdetnXtgIkiMMYOsgDBBq1Z7ofpPKxBBwDgMJPyTwQSFHIM4+ENiCAOQ7LWr77M+1fY
A99jhULEVMc9fI2H26qlrKupGPalKbvsTda7dj2MxOdhPdgOxkWsrevtTY1ioy0dUqZmzbqN
my1Xjr0iv9gjNywsmhQrs+nrytVSh7KlVtquX3KpG07mzYscuSVresLaQbBSwR1kxgBmJYgz
+oE5ELrDqycpBDKMg4JhVEkgYcPwpkY4nOpBp/azqiW7T7O3tb9Yyx2Yqs5XAXXsQWrRbc92
q9mtTbdrW17dNle/vPsWEMM4IADFa2YFFz7QMnPTORgAiwGKevZn6bdqvdVq65TZ+ijbFIGr
s0UZd7QkPu3W532WCUu5TWkNrkWDWdVNTs1ekiC0j+xzD/ugQshuuQMnExuV1mIdP2yStfy3
z+knIJZsABC8ZE4QQWYg1H6+4vaWYoCJwkDE6he6l/X0+uwfHwfYkN7C+xqqxGGSVHOnqJa6
aekin1mm+bmitQ5Vs9MsMf2sx60mHSF2O4yAQyK436FCIyg169tjJ66MNerWDeuN/asFWlYS
9KANSA7AKjUDzgTSeW+MAEwSSpP4UGWHNfFqx0jsFIBYTnEHF4JAgTAUxONOfrWQE27RZsEk
5Eng4ldj4aGre3VSnXo2LqNbX9wtzbWux9j7GrxLzAzXRYsvtasadxql6vXUbDK95V7QDPqq
yKgIB5wDlE6jyyLLLFRhcR43trp1q6w28Vzpt7Jr0QAtapkDATB+yhAWkEOBgjxNBcmcAEgY
xkcRAAUqcSA1QmsQFURjzP8A+R8jktg5A5wDGBzqQPYb6WICDhz5zVqa2+ulDmvWKzfdQGpr
a8Ueuvq2dTXNVXu1ME8LE6SqWv2qKzXVUK5Q0bFNfYgzq0NdbSgqp1NhrFc/VnZQtLtU+qay
EgV1RlzKgRSRWoAYwRAwhiSpgDkjhi2UuwExgjCIJnIwzhwZBOEgZTyKf+awQIOOMIkL+6M+
cAIAJhWMMeN/buNhEnoVzwN1YRnq0xfEi91js99mlZs02HYrGU2eRfa67PXUgNlvrqhSrvWA
z22X7K10DatB29hma3WKrp6gqq2GIbRIBuH8VK/cj7FktCrGRBZA4AAyJIBOQsefXXP7umMG
5oyltVmOkqKZCCBhB7YBGEA4RgAGCcZRKMQNclqV+f1Mwo+kEMoIHznyE5KjH+N7XU4SFwkz
TaLK119dnDCpnsYrslU1PLYza+7fZZf2RfWv21nVXG3Q9FlO0Gr3AgxLTXn3JHZ3K9H19e3y
AmLP5dyrUSl9wr4qQPMyh0rpSkMRHbgcZ1GdUA3fa00Zf7TatBS58NCqBQZrvt120vZ+TFIx
xIB4YQQvBgAxEfg85DdqhFlJ4HZWn7HgKQQ+S0KYwTI+UHB4Hsrgqc4Sc4kfurApNi/S+bK0
p1+teqitv3ceuAFajLqEtV/SqW2qhrtEmsq9fgqqzTrN+z+1Z46KWWc2UL161ZVfKQz7CgHk
AAEickKns/Zte4Qk12pWKdXa2zV6SpRsa1VCf1da9LaTRbpXC2gLOQPIeWJ5bJ46SIHYg4Bl
S/epfq4AwIQYMAzgJDdYyDCkTxIy52VL1sutcTgM5HPXnWl2rRmYqQGtqRH39NE2L32b/WUN
TQOMZwMv3KtWq/ZOxYyMBLDAzMfV6XWtuDMlTOCRnbksMuVnymqtQxcgZIGe33WZq07NdUha
tQG9fXt4XUFra7Bcja1+8oYepU+D5zp92B7YTg5EccAZ85SvZkNaJfu6qLd7oQvur8o2EuD9
iVDAgDOoBGcDCQQ9bddis+QQc4mIyipIr1ljqEG/YoJJA9Xqi/YCgCcdgp9lttsbAYg6iBzb
qpWusg84DIjE5JOAAYrE52gmovi1vCIEDPx+rwU9hWV2NSkEsCtmmEqp1bdg00X2ts2a2tYL
qEXWHe8atfjQZI7sZMZwMAEEcdTMQqGDQAtnsN97m5fFoaXoCr627w3k4Iw8GDg+IOAcJwdp
G87J1yOEkmoJFZCV7TcInkvv1++1paaadM4zKo3vYlqzMj51rPG91hsyi81uvucTc17QfmYw
TldQc9VUQMYmCwGF4wtxu+uTYVVep2X+SjXqrywlqdFdcB9anZrvUVaujrk1qePjIHaDIWcI
BSIxCsxkGXrctZdCKstVVOV0yrVgLtVFT6+/z6/2IUHLT41TZsYWezalv/btn/sQ611K2bCV
eLxBi9BQ0VOG7iPY2Hyamz/Ws1/a12Wluy7t601Xb192H5+QGgojnHWxcWwwLCSrdzoUbCWd
TOztV6a3791p196yhl96mH3KNiblTBSXAUZWkZcqf2/Z1Cp/MCRRddWnrfrqbJje2Q1eo1TU
AQRGD5YjBGEkZz2rXkVsbGqsBU/XYIZqKA+WiqvEuavDc5F6d6/X0NVUi4wfDWxHsPHRXYpz
9YjA9kVX2nOwGNsQad1CUspsr3G1oQM5FFsdN9FJtvodGTPgEjIwEqRc5YOrm1kzTt1EKbSQ
NxUTYve+zt1IaRznwFaM9db2qM9h8ba57FRatSHs1NV7Nolc2dlVq1azc9NYN8tFY65HJ+ZE
JJKBnerUIA1eo2GCKVCqg/k1nIsbxGtFD2pStxKNTmv9qgsLb7bUpy333d7HRxHdjShJoUjw
4lAQWA46lgupewOtbVVr0JdaUppC3qW1dtkOwda5WeixXSG+M5Ik5Jw5ImYwORmvtPlwCOoL
nV9XZbi+o0wNr19NdZDZo1eOmTlYkWeOPYWUCpXnEstBG86HyW2mnUK1VViqrnF+P0IgjNSr
yZRq1VJCIP79SvuVV7NR1e9aFVZGLPXcEQbNZWpa+rOdjZ16Vqq3GI111bbWHrqUJBAEliR2
HyQTgcQbDJdsTZamt7Dc+qtaLtbXYds1LH7dRF9VlLO7Ph4H1z4wngknDGADP1RoJ12uXQ1a
9dpfypZ22L2VhQpt2lTOubvthRmxuW3NQB5fB2WrTdzdrt5NGtaUo2ab8M4QDn6QYsrhlrLN
oIApuAO97EzW7MVtsW3c2CiMxJ/VWNZXbqIe3qnrdedix0rXa9l5TSt9hX1vcN609dilqylf
1hpaAFYQ3yjS1gds6dKdZTYuxQ9OAA4lTJpdSH37WsT9IwYRON8czGfGTOK3HorAagCt3kVa
RtVldkha9DSFSqJPttvxUmXPxmhWXuRIdJ8ahms9vfD122Vtoe5RyQsbfuKEX/2uyRfV0bUr
l7rzQlm5ZhXXcmkjFscWbVrAyxAJOAoc8qnNP16vlWvTrj2D+U066g0JWrB0YWlu3sVZjWwI
PBYgFYOWQAoZgFVBdYWzWsZW3mlKoLdy1B7d7ELgggj4JnJAwYw5M4BGCOxUx6R/Ha/xxaBs
WLY6I1oVQOBm5r1WJYhSzqBnqahkdrVRQhrQ2+yfybvGampe53/aW3EFoBbL0V2qsatiWdj8
2VUvh13VjTYV2V8pT5kYBJ9foh1AqpFtzWY6uTY/9erUvLu/dT32e23azCokLYRnYnB16vya
l4ucVh27HVQm16Q+ICLKGU0tYQQWm1FwgzxGEYQZAwRNVItsp9XQ40tBdQ3WJ5D3rrr2EuCL
1wuEr2fcBDb7C+0uwfCmektINtRNoHHnqRXuLPy2Vbt1dJSMPyDxYxyzZrOPukqCj54MoUqN
myxU4bDWDgQs2l6hmW7rSNraNI1Ts7DtSEOze1p1wTa1NwNt1uvjWBijGLngSYUNB5KkVrYS
zxzrJ0rFqKXC90t6s3TO2Wn+IDPjAOfjDkzg+dIOcOyacbbUVdatiqrebXtqsR1GxWjb3sDc
7N3MZBxec9RQUzZtTXq2vYX3n92ScHU5Bjs0hgchZ2rSuEGSICBjieVTWx63AuikqQjHNTR8
Z8qoNvbVBqodm1rUWq2/uSIyu9ag/sGIl7CBIUEB2lgMLnA4mxuwPGUUl3rqHTapNbI5GJTK
NIEMwt/ZAH4BJBnBIBJARZdLTVTVv68bTq6a1/TVqUveC2uu5sl1IbCTPGKrM1euQfX0FF9v
t+W/Oc+cEzyMbkgiROWszuSRkyIYYrFRQ7vnU9r6O1mhrIMuaTbciLsXtc+kSHvtlRAz4xzb
a4WMA+tZxn4AMx1xmALMBhaCFaNRAuM4Vt4BkAPZOKH4ynLEJw8YRONhM/jtikrmrtAoDqOP
ApL1laaKbPJs7hInCDhGfI1QuBCp298UUsxdgYw/IEAQcOHqc5zrzA7Pro2GhlIcZ4q5L9C+
1cLKXFp4AYSd+odJjNZwcZZw2dT4TULLC79cAjP0nkSS5kGSWiQhbH+leovZ7CBbcVZGH3qn
x2qSajAYtloIfqcHwTJIGHBBypmravYcillRpqaywhLNj94khs65wMqdkezYdhbb5MWcEAn5
g51JyIHORwJgckyMDdhEHrmsoNvsaYb11wQyzHkjaQtXcvVlPU2bBsPrNKT7i5RgJmYHZok4
nJYiTOTjDEBJsCMNReL2BsflWJmhP4nMlIngi3qC0ZIiJB4yAMAIxPmm/rWGaVYYzt27nIgc
TGA8fOFpVZIPGEccE8T8HAJJGAYojG7du0KgEfXHYjCy2oO9dtGzUwXkOpJ2dEvjaWyW1fX2
ixdvXoXYt8tswSxJAkCZAIDfJMZIzglEOMjDKzYodpYHP3NUOq29VtP7myxeyEEHnAc64OMB
5GVHkQCzEFrlUuVJYEngEmTIkggnADhMn7TE5wcjjIAwDsQpxa6USxuxUEkIcFajOqMBSGFt
NeGk4u3tVBPbWZV7GmxW31GWby+HyF2JAJiTIyTiqTk4SJ74BiiT/IuG5gEtSD0BIjK48iAE
XiHOL1gJ3F1ZQkk5AwAMFMYRyskUal9hr9ZsHP8A1GX+kXxvrX1E/P4+cUDCftMZ+sjDOfOD
ATP6mBgJi0gtTWSWqhehGM3UDYcYbbXyM5J6q2XVVq1KgB4jKK2axm5gYAMrTthgY5wtOfGd
pNY58LnGTFoeLFdCzwNfl6/2X8u8xWTCyAay2NwTiSodhigs3rvVmw10ogYNi9hhIzb1S+be
mVxgVzmFUth+uTgyT+GiBkcxk5zgjGALVqgr2HEsQMIJIEYHjH2OJtbPG7E1RlNgrwtLHnK7
hXU0HEAjoZYMoLRhJyDiRkAlJlgVxzIS5wCe5Kk5XJOvWy17IhrDwgxBxM5soSApXBGKM9fp
drBsV1h9wArvLh36mH96rvbv1htgArfQDlerZgQ9P6thE9SYJ/QkYWz4wSMnJM/QYAOuuobG
DPWahSjsSx4ySMrre6w+vrFaVg4y1gv4wpJDNnE/q3zWgOfGOZyVkiS2ACQ32U4xnJBIC9mU
BC/COValwdfZYMbBlasMBIASMecZJz6k69aG8WwLbAoe55Nr5qjyEUg3buke6WWK1or8DfCK
ANcIp26EfGTq0kgAQYwAYsETzMYVJI+AXBWGW5w9mwJuKkZPY6euErLhVucBhLY1fURksAJn
qxwVAYoAX4y1gDE5HPWCYAVZwCCIgAHCIyThHZR86qizXuRlYDtn1DBRhJw8Y6wzIC2pWTiX
Fja5OMwGIpZvX0dFrpCsQDmzrUIljE0i1QU5PGWsGGypDdTHxnBGfr9cjiQGHzHUa9mJQVup
UELWPDqUKXRwMtIbLBhsjByKRVOwtdaovXBJz5P6XODhPYkjCs5BwRgbARgIOGIaBgEjqTn6
6APTfCyiEi1lDVuWxVMso7ACLKZGsetnENYYGamubLFZMrsDYdlUG4vl1r7OrSZS94e+yOzH
LCznQTtZdUarYMRkThAnB+4RJeBXYoKS9a9kO0wXX1tawZ1Vc71ZuqK857BsqBlz3IU5HBgZ
ZYAP15mZECSYyMAGfqJyJxgRnzgIYOCG0LFNe2jlnBWsEZU4Bt2Qc1w7tEAcrWwV7CxRaCy2
A9tKqzoKKqc17v8AyGoBO6Vr1bXJsC81SS9BGFYLqAdXg7H8r1oGY61hYatPjv12Wx6mRZkD
LOMkrlO06ZVarhmQYzoFL9jZYtaXbDWsScrSSTGVyTxnbob7jBJOTJw/BDYZxSM+wJUkDlW7
YfwJxmOap6l2dlvANYzkCqpnNVQRSJHWMuTqVtfx1up1UYGzXICjK9RVunj3N4Sk8kmcDHKd
hGW2vuRTa2LXbjo/UKwxNm2svt2NhusIe3+OIwEZYeWEgAnEtes03gZ3qcXbldebe49zASFr
nFQIrlSam5NoGWWdjAkzgwGMnJk/Ug8GTg+cABwgQE5IYkjjWID2DuNhYqnsvwNN4JKEdDlY
Be7Ursw1iNdQbqtNYqeMDkjzXwrEp7K5ntAwwxUAkgjFudcTcAxLlx7lhGVV8atjV/ZqiCwy
DgBhhzisFwHsXIVOzYQTg1yVVEQfqzfa6IErhM/gHnjGBiMB5wjPjIORBkfjntyQy8spAQjt
U8ps/siQojEYKa96sC3ZXrqWBzcoZa6j2tpRWQlqmdWNO3IRlsG3cBUusd1b9Z6W6xhEYDB6
nI7YAYAOdpxbLIOw2G12wgYyiABHyTgImussGEYogsCCG+hOdiMEnLjBAOA88j8GJngBjkEA
AYIOEYBkOSeMHGQc5glc+2KB215ZNpGRGlc5wCRxEkFbGUC1mHksOW3Oz6FxXX1AFuRK3way
A7lQYrQqru7KPhkYecHyxgiRgzmOMAGcEiRnGEnIbGDYBIIOUsFqYqSU/jIOGYMED5Ay3sWW
ThHMGYbIaQpXOcAODOpwAkQRg7DCGwAnIEyBkkkCwgrB0iXXfWVsDTGL2UCQwUwlbk11LGwK
66QCTpqVGyhrTSuays3Vou/7Frm9be6psadVgt1YxlIwTkGYJxfrhwFsHbCFzmBgliBn/9oA
CAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AHtK50t73/8Aig+dVzf4FOCgOSqO/wDj
rCpYsq/ba10L+RxQ5BXCoam5UFXeRonIX26ST+5PaBuvfYCgxojWv06DWyF7nhU4rqUH9oGK
hccUMAdkBJOttFxGgclCoJoCWB3TsTf+ooihmudV43tL/BEg6Ljgkl1Jd0QYciT6oNPoiu6O
yP8ANAghzoMoV+k/qvTTVe3CgYTfmh/jbGgezNKBMkoDJ7YUfT2RoCzQ4VtgPqKPjrnDhC9y
TYaJrBgNlwEkHAwh5rkny/t8aw5/RVFbPHuJUNxwmBclWF4ADhl4gJDoGHXlAy68Jd5wUSCz
iOyHKzuCnw6w45D9VUraqfBCzosJxlFhKFfK9bCBYIkFPVxu6r/VbRD8cH8eW/jn0X2vFB1t
sETY8m2QoAGdP5MHDK1aFqnJOy5CbHVF/ccsEwed1xpU28ph9AudpNkK1qQ2SMFNQSgSeW6s
bB+RhoZFjoy8ZM+iGy8rCH1XhjBRhyyocF02yr6iUNYynrHqpOESyfVBt9Ub1yMgJwWsFxuZ
OqIJhANGhXx/xv0uAF7ckSy7oNnZPef5LhX2htFXljt9RXK7Vq+P/suP+3gjN8IEh3yUBUEA
fuQbH81qgzh0SUXgEaLxDfVAAuvM41XjPdd2Xj1PJle39OHVC31EIBp1dMIBQ7q3wZGIQIEo
w5OVyqIOenG7NoVViX20Q9f8Kx/gCtjDK4H0hgnoc6hGfdqTkr3RUYrqVysBUj6QP/JDieV2
Z9Ahzx+aazCuz/8AemrBZl9sSdV2UQVyJgCU1DlMJesrxkTEBBgvM8lxhVfQhe05CoP9aJPZ
l4R6JzlSOljqEWw+UKnXVEBi26L/ACQ4y8qM7KhacEoH/GuBhWtX6bGSmrNngBMa8rnvAR/3
H+4sQ2K/1Ll9FTplcajkdL4Qez2d3IVXatRklW8fhDgQb90bWJN7ZK9EQCHCsdSGReGXjP8A
UFSMBAmDsvKKmbMVZ/aa65whUGQJKoXdr6hWOIXgI2RNoKAJckJkfX+ahODjdOQJRGm6qw9w
3RNg5CoBA2QGu3+NsRBIYFV8Pi9rB7HREUgfuvqf+VEUHLy6EzKt5bFxTNSf+2q42ioyBBQ8
lnsD9NR/5IWIJBwAEAHqBiqJsQdIUYCNBESVc7hGPmrG0zgLw23LKmwE+qq2oVu40RBEEao1
LSXhBg3C7MiAXJEBf7c2DHDBO7G2AVS1XLidkRjZZ0RHL3PA6EHtjRMD7XQFJRYNl0PLxD0n
ur/7i5PAFh/jCSWAyV9ulhxBl094qIbdcfp8elcI8Wvb+pWPMgHKNB4nscWGVfxkuQfaNkLe
T210Q+2AFYYYwt1dzAH0qxPtq5RaeyuQGleOxM8oXODUyQgBHHAXjqzCwKYInyWZlYVLVNnd
Wtf32b2rxWrYm4jtVVv5SbeQ6KIZQXRRvUTUyhYMZRLuTlNbLwQvYz6I4cZ2RH7rHRCo1k+v
+LN7EABHx0Ar4jDzyTAcjbU5/wClHyeYfTM7rhWo7Mn8oa52Vq4FT81YeD3XMGzPCN7h7HJW
5/RC+TiUCdST08mjj+SsWcNKJC8hDlyqAFyLwmdjgp7Fyhcnjx1K4+EcjurebzW4021P/SrN
h/yTAca6ndUFW9p+Kq8d1BQI2VlY13aEGB43LMNCuWN0N3RLMQFOSgDDKv8Ai7XLmoLeiFYc
5Oq5NzsIHZMC420qom+tkdCjTkxtluyauTknK+1QSYNlepPuByjUS5yqgkGE2ytkiwRALDLq
xbkOys4YFC5IrXR1wqMZtuvd7riQEBU8a100n/UnDeS4E7BEgOTgbI2fkhS1eNW1VyW9t49H
VNA0JkEVyowPyTS2r7rhbOllBRbTdNlxCqBl4QB/jwu/8Mg1BfIIVvL42YSa4KPMHCBoOLZ7
obIgZR/mttlZ9ArWwHZVEuS0IPMBOnthX2bCqA0GfREmoO0Ll5C1Qj4/9u405L7nns+1clCt
PaBhoXGrsfqKpWwe51b/AMl5SGYnCoQGC8h15sR8VUHRPICczsiuHkDk4dOzh8pvp46J/wAu
6jJyyAJYgoNBFoQl/wCNOU5T1yn/AA+v4jWlTYHJCtWSRqYKay3WNVYl22KapctheQ2DhEgM
ORZVPcINt0pa2owuVQKk5KYDOqkg3/pTeQtR4bRNSDuva9nyhy+u2BqhDHUprEE7K3HBPxVe
I0leQM3uVNzovd8FxGNFx7Kw8kWeCvtW0kNqicDunBzogah5n1RBCFiWFLN//SL7/wAZzL46
aJ2TMAN+uAg+iZp/ESAwIQhyp12TQG1RNdVz/ecq7iQoEEkqsGLIOvaqDtPzR5FgN1bx+Ont
xyTkvYysydEDf21KtxE4qe6fyW/uW0QfIwhZgCiMAHT1VWV7O5cR6qp03RALoHH6o7K2ZTaj
BCItnUFYg7LjkWMK2+EanRd/4kllGFBUym6vhdlIdYzhMzHdFvwzsveE3jqW3XK0lXfJZisw
nyLoVEKRCymdA3H3PIQwqFW3nt7dKDKNfGONWYbrdtUDxkhnK8lLhxSAvufbPH9oHZcr1NTU
IcLkDunJ5HJJT0ZncvsgGZ9fRX5YgqgEDQIzKg4yCjZoOQvRCrtugzkpznTd0RcMdsojYwVw
EWKnL/wywXulfyWGHUNhYZSSeyZlI+KgkBe7O6Jcso9PwTsje81H01QccWGmy5HBRHhk7lC1
5KBYA76oMpwo+Ccq1xV7bs5QFXfVzCtbyQRht0BYAhaAK98+PkfivfEr7XhANjk7BVaoBf5q
MEYRrbM/Je4uRACLDiFSpPLySwXkNy/LDouiEWymtEo66fBVuSCHdkSC5aGRdUsYfU+iPr/D
BUqFPTspTKF3THPTdHRe3Dym06ixgAIuRV8I1+u2AAuXk9tf6UwDArLrEnCHj/ccrcKopBsW
KGrZQaBqE4RBM20VTbXRWFTxADmxx/yI8be54GVjkBsETwLnLBAChAGpQAIF9ArFyCdNXRg1
G+qEAhoOiqbV95f0VuQgYCj0RGqgsj2wszsgddkx+m35Jxu6oCSD2RB0P8MP+AxKy6bCxG69
Oj6p12ZMVJf8FR2RrTZidlViTeoklAHAyVUV9xXK5E7Klc5ZeMmbWygMKhqXIMpy43IT2xoU
WEHZUNPpgMvHS1gbEOW0R8Yh/wBU9sgMzIAQ+yIJZ8FEC305VvPe3DkIeSjw9xOpRrV2EklA
E/AShV346okByUzM2FhWjVeplHiuJRocnC93uGF97xTXIbP/AFJ7A904x/CDpum3Q9CCg3Rm
hdz0J02/CKs7BQJOiN7lgMhe16075VasYBcoLxjSskqjftCkkhMh7oquIAcbruUKiLWgLxgu
bWBJKepwsMdSiNtk1TwAy+f/AIoV8QPtzYp7EEayvtjIh9FWjgm2yAgDdRb3bLv2TPDLsys4
1RaFAyi/5p9VbkHHdRYgDTshZhxOSjQ/VX+EPVYTKcqU6npGi7Iv1d8IH8BJ0DLL+TSoXLyl
62nhoFxqGGgTjOAq1rtlV1cY0VW+pkGDvquQ11Tb6qQCVyOi529xM+iF9WYL3wTojxsRXQBE
Bwd05Jc4G6es2OQuZBZs4CBBY+rOq2f4KcJqzUQ6KBOE+mg7K0TotJUrsiUdey/VGlhC5AMN
EOsfiCLdGPVzH4JWFKbQ5Q6lFg9kbkvY76I2GX1Q31VSNCnJBhO4NSIQJzgrMjCYMbOwCPBr
G6byA1sCnbGiL2AAC4+AOf6kbWP3LnKJsCGwN0WHCu5R8lgbCv08sLnYEnJ44RFXr49AgaEl
tCgbPyGgUODiRDLiAza6INO6DfBPrhWIMOoypLoB8o6Nqi0kBcWYHVcay8EqtRgD+EKhMmTY
Q6uzlT+B026HUqxJzCYFwyd2XK1mAElcPCOTZsh94uUOIBJ1R5hhmcojx14Nq7uje2byTqva
C+pKduRfPZCos1tQFJ4gRGqFabpwfcdWhCxtzvtgL7IGGdlUWswHZDx0D2OfRAW8GNTqmHhr
UMn48RlwJVbXwcFVAmco6AoDLJ9WRdTMp906KJB+C2I0Qn1/hjsn06Sj+SBTJ05QOiiE5no7
fgKJKgx3VqAm/k2GFz89yKiTQHITeGoHiEM0o87FmjZGviBN8cv2he97Hc4XKzWOgyntAbKJ
qHfVClPbYiU4HK2rpyAAEBZkCPbXZEEvYwKhe4e8lyjY6ZCPkPuNt9AiSx9UORAjRVpTQvbi
gMdkHaSVxHR0Qcrd9EIZBi0yi0o790CBnVVB7IfwsP0DfhhbqQuyDKM/hKI8lxUnAOqLA+Lx
7/1L+0Bbyfu/8rIVIcP8GRtYioGm6I8YJfQKtrD1BTVEKAxKNbFxsuIHt3VQWffVN47MuVb8
jqGU0PquXkMV0xK+95A4P0j1TgyRhAP7K5ZCpPCrQQvb5Ca6lOfJGiFiTJTCSXVH7rHxQJkO
uysNXT9JRGAEWQGuir6j+GEWXfowUolHrPScIAxt+Dj4w9jqcBG3lP3/ACmRrUI/csRWv7aw
nsONDrqyFKSdGlc/LAGAiAIZDQ9sJwT8UIhPXCHf5L8kyZM+EPEW+2C8IUrAEBkK1yd8qwvY
PsZKdzZGodtBqgAOVRtusEAbohxBKrUdM9CTAB0QAGQhUBfFQfgmGqJ0QPcIfwtm/B2QZSOj
oDqxCP59XKNKezxn5lWubgUqXIMoXA4ePQH9y+z44qM23Qr9V9SuO+AiLHRMMoOG2Tbp6hwM
oH4gJ3hMLNqmEAQSVzGira9clcidSWRNQWGPVH+zjLy69ni+SAPiFeUAlMRNphcXZpJRL8hZ
/mnOUCVuyKs+8OgxbdNllEJ9O65VkIETqq6OdEP4THXrGPwdugIx0yu/Setgw5t7T3Vq2yd8
OnJBqiwnTZAEPOAnoGrrouNfq4/mmI9wyiKAuYD4CFbFzuEzy4heuCmEACWwmGdU5ALJiH7I
WrgMShYEm95HZTrh1NX0RGGC5fsrgaJ3ZSMoUf3HAT4WXbKKPzTPHdBshPqmJc9JkI1EKgIh
x/DAG6ZN0C9V6KE/RxrlSn6DqSntAd+OEORFa91x8VeHjf6jqEBb3HLuq1bOie0QnGd1bkYJ
Z0a66LDyg/yRauUBUeqIFgbDI2QGoR9kQx3XPixGHGi4lqkalfUGVRW020ZV5ZOeyDnRN4y7
6CSh5bniRplMNVGdVZ/gsSvduoz1wmBbVcbZCHr/AAwRnQL3QR0bo+yA36yuyHfKYiHQVe56
2NaGxQ5V4l9EDf8AboVxHsqBBRJs6+5m2FNZwjBch20Q0kwj5HYuyGhBkpzDo2JjRkSDn5q9
Wy+VysZRJgaBPYmr7IE+S3xZF3PquX1AYdNUdlWvmJcwwUACUCiUdQdUbfksr9E/5Jsd1lOd
VCBaQMlCf4Y6Auo+f4A+NSuy76Kc/gnrb0KArIde6VIgJ6ahDWwyqggBgi2MuhqeWVYjQh0D
UQ7EFC0cThFyz6IurGBGVSlTA+r1Rk+o2Tm5fZ0ajkT6ribGoCNqzuT2V7D6XheKrftBPzTY
csFRz+0IjNmj1QtLV+ScQcIyH3Q/VNjqJ+CYABtUHEEKr5P8MeqCdQejDKIOE2nSITEuR0AA
9SpTdbVIhkAAxJRJOU94A3Qr4AeAzbCFZqB+58qoflYCVY/u2OE5HGr6K5H0uGJQrevIHKHG
AMVWGOiMPGVaWNgwXuty8hnDonxggCTPFCx8fP1KIPjFD2MKxJdgS65E6EoE5sUSZNR8mXjr
UuxJK9hIoAJxUL7t7c+3ojxAqOyICPo6fXZaJk2rqdExBlDiX0bKo0gtKYfwh0A6SnAxqn0K
cBgE9hO6Faz3TAwmsGGAuRgaI8U5ys9CgAMGFyJlEXPsHzKaoYBPljqr2JAYQU2f0RvcGJDK
wZkGLFtUBqE7wyLTbZMYrl8BkD4yDf8AcbSjW9uZEkDCp4qgMY+SJRFdSyIDBwAypSoe42Dl
WvYjx7kwqDxP5CA5nkh47V4+JnZuKZy5zsi5Zb6I+i5CfVO0ouVJZEDI1U4ULxMGw/8ADCDD
KD6dGZFZMadWQnCfUIAhRp0kMoXEmVQgM/dYW5Xqj4+MMXKNs/qnChyFYYKrZ4roUAR2RX3P
H7jbNSoixE9l6ryFsASvGexTGH1VfF42MuS+yFvIdQAEKeGnuAY+RWt5fIQ50CvUBxUDKFXc
mD2UsyIdjp0O7SiM1dS/qnQP5jCyychkAPzVG7Kf4UKU26b8137IUedR3XZQGTo20K9sNCn4
JiYXp0BdwmBRYOdygCPpCG+iINnsPkuQVrgkAfUDurB3KNOJDaqvEsxcheShBtX9CgTA7rui
blmQtTB1RCq+i8htZpQ+1oMnCrbz35Eh2GF4z4/Hx4uXIZ1473sbm5EaIkfTXRWqxjCuAHNt
ly8hepmEACfthCtZGSBsh9tzUarsBlTHdbhRHZccndAWhEaaKgf1dBjIb+GUeR9PRBjO6kup
lWJG5dRgSgpl9E7sDotgpXYpmhbIiudlGdVsAnrk5KbIQBrOVYiAA7Lyc/dUyTqETSp45NkS
0WyrtDAkfJXJnkh9w+3QLj4hx8e5yiJL6oUAbsjzuOQ/bqiP9uONRkq17j713+nSFWp/t1sI
qNlSoBL/ALiqCjmNFS1SQasPyQq/IHQZKcngD+0J6NV9AjX9hT1tjAGE4h4dGtK8SB7gm3Do
ggAKLIAn4qI7ock4wh+afxkkjRcPPSNwGKB3/glS4UYTIWGQibBiI7IVKBeAgaMbd1/qU5RY
yEC09I+KIBkrOBqpynMbKMpx9SxovJ5CTUvgYTVwCuRndeWu9Tn0VzqAhyyMFcCfo3yvYXAy
hTxn3H6jlO1i8mxwEBYmzaYC8nj4tqLIXP1DVcm92hTUo3e0JvLbkM8Rh19ugA2WXBUaZWsJ
mjZPA7dk1z7t03ZnRGekpz6sg4YJ6h0C3uGCh5BJLQvD4hFre657BAbR/Bs2yAdRoi5+C4gs
hZ3GGQADpuKBEEpjJTaJxD5CDT0hE2Ve7IPplE1P0lk5RI9qJyQCuJLOHQqA6mOy8zGJDfBc
TuHCAAgK3u4vnVfZ8VxQHJC53PM91wGgwib2ZcfHXkd91JHjHzRb+55CnJZtMoklu6Jr7idU
Zf8AJAHRe0c3+C5Xg4AVXEtkIRBhceyNdV/JQvVMchPXCNTVjuqtZpHovJXyZYCnw/hWq8kQ
EAPmuJBNhqueGhlJc6oahQpQAk4QfLJyVHxThd0UTaQnJdz8guB1yiPHXEOtSjLV1VhTHE/o
gKi1QdQWQrY8iJcrsrA4Lo+2QchOJGy5VJHjcYMBVswJaT3T3sw9Ufs19xh9E/ntnFQUBSvx
ZGwJczlEkkvHZe1+7L3Fm3T1q51JwhSomyp47GMmdF5CMVcBeME50Q0IQqz2RUBd0yxC3XbZ
NbO6eudFXy2JNt1UU8gtcgE1/c/4p+lRNtgoiZ9ETugaY1QJhEYdAJsHdCWUF0ORQs+MFTOx
UobIjBKLnkQEedOKByFlMN1lkwlEVE2EMgB7r5HZPcyUWLHRcCFsdkw+KsLYIzomFxazYCP3
7cRXQQ6419vdEi3FtVE9+6nVMfd2TUHCu65EGxOdlawDWP8Amh5fI7AxCHk4kQ3FXu8FUIL9
1UlQH7ojssQs9IWyAUZTmGR5RUBV/wBzYkWb217H8DEynqH9UxLDMIEzYJhHovcEOOui5Eyc
7L0QJRNUOWVCnROcbI1Cgp9cIGuES8o8iSVEgoLuvdCMwgJLHpIXJcgz/mhyPI7BH7dQBuV7
iZ7wpkrkA4GFUGrTlHcrLBDx1/LKsGc0HJyuZ1gDRVqBAAlE76JiHbdDyNmpDIuOIdAAaBtl
UGCyZ2RKIdRhNqp+adMPyTkKDC5WY08eB3/DwtPLVEDCehk5UlynYv36ElOfpOETlA4ZENCA
0XHVBtFARIx0YB3WPghudE4EnKBKcQycp7JzAXGoNziN0L2pYEwa6oWofajSb3rDDCex412C
BpI3ygbkAK17W5MhYVFaiJ1TmTuuw/ROfaNHQnCLQ+q8rWGDJ2VZckuVQ4gfortkSrTLof1S
ytUoB2LR6oA5afVAwF8ESMoaqDKJaF2WY7r0Taolvw/BYTmOyYBymaSmOqZAAOtl7kR8liFy
IkJlKjB6OfmiAxKmCi02Qn1Cc4JXuLDREVHoSm+5YuZGiBEEFwVQ2m5we/8AqR8YsRV5AKcy
+qjxc5h0/AUOwXorUJ950CaojYoOX3CgQMdIrCewg49F5BoAV4wzknCDjQMF5Ks5IwFa9hx8
ZgeqtcPx0C9+bBwELmbABNUsUBY+7UJmhlCg/JOQ6jB0UwyhCumiIQHf8Ib5prHChOpQBTpj
ponBgHCYBhqiSCR2CxGygLuFhygwIbCb5phHdAsTMsvXRE7ptFNhzH011TmAMJyXKbCipIdu
SpS8E3EdkDUitj9QdVsASTugAGZMJKNanjurXsH8jGSrFtdFHvOjSuLgNZjVnT4Q7p7HGF5C
7udFQVitCS6HKCMl031PB2XtgPhEfV6pxKcMPGGjVANo5X9tuJ1WZaUQohPlYjRPqsFOvgm1
H4GQ0fVdwi0LcbIFStlHuOi9sbhObLiMJ/mmKx1jpC5EStnXISSWARvZ3OEG9GRv5LcKiV7B
zI1KNa1YWLxhVN6sQRiYVuJJ1YqpJxAT9G5OcFGlIqBJK4jdRhE2/dZ2+KLfJAAuVd8AaK8M
ScotMvK+n3fyQD502XY5KxlNxe3yRA8YJG5/+qtzAqAFx8dTaUbHxgbDU9ITk5wjV/gvaPVZ
Rl0CCERv+B2RqxB7pjJ7IOH0TaGExKBr80+ELfNMB/BjRPgbqC6ePVAu9QcBCvjHGo1PdER5
L7ompj1hA+S0bBGtKx3VK8tQgGyMrjkkqws5NdAq0NTSthA3/wBSe3k9uxyvbAYhk+dgrWwW
QhwDopxWGUSuOHyuNgS4gBG4qK1GtlJ9GTFzL9lUUqwRrW3EhP5LFjk2MIcrC/8AyyuI8QL4
3VTenHVE/Eo7jRYY7rsjHR13QfGSnP4c9fVRKYVZbOnZ+627dJ6QpRaykv365JbTRC3jgAsQ
nONAmrjVFssrW830vhNWoHonsGGgRVANJKBscLkN5Kw1bgEIG4e9TBKfbKYByUWmwwjMHRWs
B81sTkJ7Fh3RYvbYJrcQRDmbf9K41e4b93/6oiv+S/u+Q1B0yq18f9z1hPX2g7MnvaoBybFC
lbcrnDCEDitZ5IchDQUVjGvQh1L/APFSYKyyBDMgCnd+rOox0no5DpyGUYTliNE4MJ9epA20
UrClcSPih3wiQJHyX8mVog4LLsF7XfpGQjxQfKJJaMlc3cgAhlElnKLR2VBDcQ75RFcPr0LG
UW1yib+3Y6uoqww+qFPFXkdXXL/cXrWoxUZQr46k0GhkJ7Rs+iD3nVpX9mnJt5T+X2VOghUA
obRNkwqSexdE3BYYAKA8Z4g4cSnsXKPMuBWGRgs2EWnsmOAsJmwu3QLEoEST/JPbI0XLCEpt
d1h09gx2Wzpk50TdCpKKgJ6x6LdSsqTlT8ExkFCrMoQGqCOqmAVlymFW7lCruH93ouA0AUly
YTlm0QHJyAJXtGsrKf8Aqy6OmiNrSDuj5CYoFa/iqzy65+azVOtlx8U6DQFcPLfjbJ1VvGXP
ECcJxDrkbO+iAFQKtl0PtAVOpC5X8pB7QuV72B1JLo18YNgM2JRJxj0VoLBkZTB7JvyT6Jx8
OvEaoBorqiAvdgqdFBToKYZBMemVlOt07Mo69in+XRkyZEhOcK1jkYTj6R3ZDkw3ZCPmhUsB
aGXIYbCBn4rsmoCbQmIILynUh+6I7LX4LyU4uTDdio9tDsJQBJsXgmQuV7VqBLD6le02Z5Ks
TY02OFWtrQDon5ViSCZTXJLft+kJgQ2u6avIAagPKHsNnhzC5EgA6BHkWXkq8EhvnXo7sn1U
EOi5gLcBRsgmqXGq/VB5WFGUzr2lSXdN0z0LKD0no56MU3V+jkyVGFxsHaV7WruoPLsvaeLr
x2BNmsHGieleRQN3g4OiB32XMAc/6tVumCM6SEWPzRDsV5HLvjuu42VGLA2DlG4ubFmYhXBB
Js7MiK2FSNTKfy+QmHiEBaxsRoTCYBwcsvZQ07kpreatQTLFOPLbyW/aA+VINmGLOGKtZn7l
XmSAW7r16EIxJ1XZPndP80DpuoLNleqwoUyU6JqWdYfdOIQdFwoHQt0DdYXfoybqNGTK92ew
wFoPRBqklc/PnSqagYbILkR7kANIXdTCjO6NskKzwdFyJhpV2Dd13QLfSQQvu3cR8Fck+2Qr
sAX3KYgHRhlGGJlsqBx7mED5rGwGeKHCo4s7nKJqRQb7N/pXtvaw30dEjJyFazSQEyBx3W6z
Oy3B0XfoJVm/aEBquynp6pkejfkownTr1TEOsdZ6SFEqEE2vRkLC/GuoTXHMpq14hSXXEV9r
5QiU7IvACgGzajC5syJIYbq3fUIvLGF9rUjKt4yvRSYdMRADAozxE6q5PwRpTxvYakrkDWpe
P3J735HIAX26eQVGU9rc92LJiQLaS7f83FWrW4nIBKJsQzI2/JHQ7qQG6Nqu50WEdSnA+Cs4
Z4UZHTL9JXtLOs9MJimQGyBCGg/A/U8oTOh26lM+U4krCGgTheM0sQbPrCa4gYK8hxGAiSHe
zOmACItIVhU5EIizcicqH2CJsfmi4XsLTKNLh7iBt/8AmjyAI2dOQKjOV7ASczAXG/EAbFyv
qN+zJvF4PduQmHiqd0Tf230qBB/6kTalagHeVZpVi3ZEFdukfLoe+iGgWPio+ZTPjq3T0W3T
ujt07ILZOD0gouUWyvcWOq39OjlT1KwnJZlxveo+K9lhYdig88cJ4CIqchCm9nQ47Il3KqTk
5RJs1QYAAwnIgbIuciFC4msbo+MmOWDEIDx0cDXKe1Sxwy4nkR2LBC9r1pXUEyjY2rZsMm8f
iN9mTcaU+DlE+V7WyY4hG3jjs5KtXlKNnnA6yfh02PTTsi+AsMSgVCzhSmCdSuT5ROvRukwn
yu3QRlaAHVcXHqVatPc3df3KxuNEGs/ZPvj8AGpwvcwfcyhTx2biXPde+xBOSZZA+K/N57Mu
bCp1CkgLiCHOFSpmxLshDMifyVWkOiLBodk4eULO2ikOq/trl3R4e4vDlD71hVg+XTeIc93X
GleIMwn8lsmUDWosBlyyADV9E4y7OEQTGqtWuoh1ceQaQrH8vjVHoKtnKz8EGhMmCsJJ/NAo
PqF2/AzKUfwgAwU3Q3uWqJR/tlv2r3Ek6NgLjYlnULjmxwyNbgg1H5qv3AZ1XLx2FgdkEfJe
KjKt9txXAKex5eqb5JynEPCbmW1CzCFqwQhewe9DxJK9sFFy8ICsAlAVkASjMNAIwgPy7rAO
4CgEPopqXGrrn5AbEr2caDUlEvO6Y2cbVRFakk6koGwgbKgrX26rMlAcgABLq1QchHxnWB80
ScJ1/Jeij4qU4PqEW2WWKB7DpHRk7fhhQneE5PwXKxYAJhZvBQyP2sFx8P0iOS91ieymBsvc
eI2GqB4sBjuj5PtCtdLYJTcBex0OUfGSaWBwrXBf7YHM+qIBfxAxVdlBlYchOYUFiEWDgZW6
KtTIMqRKPohLTAV61BNeyao4k7ocqs2qmO5T2Lk4BV7Ekh4qAgfGCB3Xt9vFObFitidUxq/d
VD8anRO8eqABYE5X9w8ycEo0GAF2R9VusDptumTkxsmEDusT3VTgMnTdcqcKE5UrYKJUz0r4
RYMWJCt46sx1UZHyQOhyncKvIgDHwXIXFr/6ioTogZw6t46fTf6iOy7rKEEnVk93FQPRR5B6
OCUTaz+hwm8Mg5OUxh1Ig6hWOmE+ysBlsoG0MTKsa+8EzbRBwoAlGtj+aF+WqYAl0TxJfBOE
/lOVxd2+K/t+N9ig3sGwC5WtPeUz4CIrgBwqr7ttRKtZiw01yi+OmZQeG0Xpoi8KFvugCHVS
2iiOy3UoMnHQnXZR0ZRCy6JtAEuvJfIJ9vouyDyoncLiAwKFbA2BOVTygcL2jgdf+VW81/cK
4oVWlvHx5FnBdE1PKOQbuvGCXNnNl2UoHuwCvTw0YUm3dDyglzPHUK1jPkMfBe+xLZBRtUQd
ExPoE+rqUQIDIBtfmiAGDuoHu1R4iWhOxfUrjeGx3XM1JIyU3jp/7r3W412TkzumC1UQ6faE
bAsdkx+SBZFFsuoHqgcdllMejqPkuWSSqk6hF0+/R+jopzHXuE59UPFR4yRCxK/zUlMDAkoc
xowITGwuH1AQFhzt+3VlepipBgq5AHGoOO6/uf8A+mvovEcZ6bOgTAGiFCBMWZHy1aRATXwb
IWDNUESJRIEaIA/SmEAB31Vicg6o7MqGod3AVXLH/NfUZQFi5tj1ReUPbJ1T2+AX0jMOmUB0
+ihN0dW5ZeHTlE6I6LQ9l3UQOndTonHtQ3CBG2UxTIbdeyIXojuplOUfHSxFRpunIlbFciCN
k35q/ktDhghygK3m/ZXB9Fa1LcAZdWH+4BDhqkoOXt+5XtkEwhYCRIQFsHKPkpNmUOCNVys5
J3Q8dfJ7o5Af9qFOR4u7dkKgwwDbqtKVe98/FVBr7wJX2xFeLkK4G4ViIXjDuGMJ29oCPCWO
iDpxhB9C4UCE4Rf4KSya3kqPUpj5ahk/3gyPCwsNGR0IROSdUHc9imWUwh916KTOjJj8EU2F
usKukdI6d+hfCZQiCPRFNouY9p1TmSnJlGlzI+lcPL5G9Fw8YHAZOSndwWAHZE4cYT8uLbQq
+K9udSQxK8vlMcRCB7ricFFqwC4s2i4vGq5ULg59VyyUbmuTlVarWwqgh7POqPm82AGoAhCI
MBmhG1SS+hXqQEAMAQUanWETXVOEUHCJfKclhlym8bXt2wmcVDvC5F/Ur33DnAygzsuVSeQ0
0Qp5fqJZ+gYOQjvsjotlKcadWTDdMzlAMwELcIH8uuEylRhBHVOjXcOV2T6J0NQha3uFoAVb
gwNEbH6WLhf3KnsQq3oSRUuQQq0MDyEE/BWAYh3BHdOmsia2g6K3jJ5E4CDyh4rW+3Xf0X3T
5hYCQAJhcpYGUBkDpyAndbpu7oEnKYVNq7hAaFRlSg2AjaxYDJR8XjjxiI1XuKao5Ew5QHLj
U9kDe3MjLBczX24hcqH3M5ZPUwChDnVB4lcdd1Izv0YhOj0jROqkwnKhOcJ8hFoU4K3foUC6
KLB1b2u+H2CIwAmOOoPkL1CPG3s0B2Q4WeZqcJr1AOWXLxOL4IaFyMVwANF7v3F+v3PIZ/bU
ZJRNxNvp7LRlMjRAanQLnaLHC9E62KI1UpnZ0OBauoEKwE6ythuhKfCPirZq4I0QLxqeyFaE
kLjShvbsHQNvGANsIVwdVakFsgoeWjfbOajC+9h8jRRunT6oEdMwsQu2qjpCCFr2YAMiTcG2
gCApV21KYiprqMIWozkORsg4WYUmU4z1IyifFUfc37KwxOFOUy9UwdjKElNxg5dAUOhdk35I
WsHpWSgBAHTlaKiXVjU/26RUf9yfJ0CIfI1RLS/5KjVcEsVUVDBSj+SnKkfFDVO7PhcbGFvu
m06Nl1YaPCFSWFoco0qcaqx8ZAucPuh9z6mLgYVjezAQAjbyj3HYkFXFAWAgZXjptkIV/Pp/
NP0MODqnC9Vh+jESquWDuSjSseOpYN2Xfo5f4IA4O6H+oP0iU+Oh26H0V+UFyV66pyJKqDhR
rgIBpKsSWhAZFij461NSWDf+S4Vkn6iehJOFfw1kWPyTt0JaCjY+2v5oWAdjrhMfGAgOTE6J
xITNlMA6IdmWemG3US6G3S3lqT9waaLjYe4IkhlWz8nDscKwFhSrSdgrmp5gEnkfqQL2DyCI
sFYAksGBKHmsJOEAmXbplymEEpiHZFwWUDB6cqqYJynCfQL2pjhGwMA41Xu+qkKRK4s3dF5K
YVb1RqWuyIZcbWIJ0XK55RqmAAsNk3yQ0dAm0aIasuLQRquXEWhcvNUA2gW2XsLvhA3t7v2h
TYgN9IT9lsoPzR4EOztujydtlsBug4K4uqkn+0RhNohzk2wAjxJqDgBA3ew2TfbJ+Ka1DV+6
9hdPpqmKcICwE1BHqELCOeyAywXPy3+349Krl/t/L7gHbdGnlqa2qjUalgHVaCwNqjHUxjqA
PgpK/RE2EYACdoQl2yUBUwhLQgORc5TVs4ygx+e6IAHMs6LhjaUNwoCY43Q4299sMpOUNtFl
DjYgDLFNb3eqBaUOWNQQi8AdkCLehVja/LyAQMp6yn4uUL+M2FRjicLh/uAedC9bHM9AVqXU
gBOE5L9shcrV+CAqMJ/IGI3CB8d/acBcrSQEb+QuAYdbJ1hE/qgfG4Iyvc7nCrDg69K+Qfsy
eypZ8Oye3tqD9SqLeU8G+kFC/wDt/LYGshzogSG8tsgKt7ANUv6q/mqONcVA7JgWWXXZF56D
YLjSsHVlqSuRD+mVxaTCIDYRfAVgYA37omwe1cd0BfCt4yYzUjdCvLkBqUCJPZPaN0Q/IjZG
gAp4z80LgG3qsM2HTH8k2ydsokZOqkFuyDD5omo+K5W8gDftdAWs1Xk9kB4WFdSURUyMqfoJ
R8jgcRLFEGGwCiB8F6J9div5JggddejGQU1UPF5DyraFetS4GEK1qbHYSq28ntodMFSCT6om
glAD5Krhim6Ne1ahpcgJvDetrDYunect3QJ1R5WYMwC5EOTjdAVg2E+qrTO/Tuu6+PTimAk5
KJ0Rrb1hfc8ZYmSudjxsMd15Ac4UlA3lnXIeIkf1I+Xxlg0hUoA1AWQoPirtkhgrOOIGSUCT
yOUwwMBNqiGndbpjphNlkQPgp0RMGp0T74CsbHkdUBUMBkBR/wAVxs/AI1GChscFOzHCAaSt
05lPj+awv6vyTN0BbVfcpV3yyB+q5HyQpxH2zm3deSgmtWYq9dfHKqME2/n1t4/GHsNU9zJw
EKnByCudIILABEuTYZfC97REK/n8sVG6HAsduyb81KdkUBXOqYIWwAF2XDxn3alE8vd3QsLd
iN0ANk+qDJ8g6JuJqBlcPG8rxl/dkhcrlgE3iqSx+CJszHTuuRLWKzNcNquNw1zqu4ymCkz2
U/kidEXgL9ApA5aI0cAFAWIsNwtXQrHul9UAToqD+l3T9O3db9NEzQU2V3GFI9F5K7NCNrYe
EfJcsE9aWqCctle2beSAUPJefIU64V+q2U5klZCDHC4EECp5FHyVhFgxJaVXwVLCokaEoXoS
CFXxecEXJYW0lOTAl1x8Je27JuUVOdZQcsT+aYhnDOvt+OThNZwd0/LidXRtU8huEAA9n1XA
ycpwpTWyMbJgHPZPZyToUCAOQ1VavjQKBnVPaOOQnCHGxr6IXeaie62BymwdFheoX6LHxRJn
YKwdi8BADUqoxMplUP8ATCGoRoGiWTGGUyem3SQxWUXyJhOJUQdldw4sA67v+SYjlUft7oeM
141tHBtEKV+nxx8UN+lh5CA+CVarwCylEsrA/UT+SAKq1HaXXlj6SwKdV/3Fq/2fGeV7vpVC
ngJp4gG9U4k/oiXn/igLZVqv7dD3XIpizrR9wv7ZhfcI9wzsubcSF6dGXOwgFOC6IxUocPSZ
T5sYC42IlA+M50UiEasgD6p9U5jdd0a/EKYUZ7onfKr2Ks7fFMNMhGu3QWOdUbfqux6SF2XZ
OE5llVjxqc7L3kk7hXL83gLjY8dihbx+5p3T2oRavZOJJk+q5+QgDKIoGGhOUxYTqvd9e+iJ
eVehDiEb1biWQ2CJ51hzkOvJfXyFyn0Vv9uC/isGNVyptITj4hHdemqDfFcAOI3UkknVDjZM
S6j6U5wi2krjUSq+TyWYHRpKHi8YYASgbB7aDZEt7TqdFyt5HbQQhoBgKrZT1uxTXvyN/wAk
VBYIakoEDKDwp10T2+C3CYCUbESnuYK5VDvqrUbOqDZRYJ3cp0y36R6okJsoVFXBl0D9vkDq
F9ziR2TgSTHqj4LDkKlsrlWHR4y2SrCumFP1LcrYL1heQ5JZHyXEOwG5RDmlNKhD/NMchOBK
d5/VPspRLfBCgOc9CoMrctCBMEiUago0OXwm1Oir5PKwBwAiB+0JzkyrW8p9oko1oONKw4TV
gL3QNFybGCjwdzqntYk91Cn4rdRum2TlZYLLhBGp1DIA6pkbHTVeifVNgqFPSCzqZWGQAVQK
uGgshW4IJ7QiKHA0XklrVDhU5H67ZPdcDJOPRClCQAfcQnGEIUeqieyDtyVjqWRpU+ykcf8A
V/V01Xpuihs6mEwDI7/8U5nt1fVO7Jr/AE6FEEYKBoGO65+UOdCmGiLkYwpMCEQSwZcAWqcl
e35om+ikNQfSvToUxzstlOdk7sVByn07LkfpKfdCtTOoQeSCtwvbJIRBgqTCOtdB1jC7pzld
0410Va2HI0CfixVh4pdWNcvxsFW/AilS5siansPRRgrYLKwmFWsgTh/kgPAW790bEvYlyV3C
Yx090DVdhotk5zunbSVIK9pL91MoVNW7hAmGXtALYXM52KrZswhUaL1RsNAmKLwRhSfVcaB3
XK4J9UQBxGnTLBZUph80CZZOcIvDKMLiA3quRJgItjR8piH7hMAq+miL50RdQjt0YqY7rKGq
1TjJQHEF4RBKHjo7Wmx0VvAG431CNc8enZAjoLaapx9I0QBkBMi+mFnkd+yy4CdTkKVuyP6L
u6kMEABhMZJUlcLQCHBKF641XCwdy4KgsOyYK04C9UDsvaONdl93yz/SFXwV0krc7ruUYUKY
UOimwpOMIN8UxRLOAsYQZAaobtKP5Lbo+u6CgQuyZRno/wCSIAYnJK2XJpCNvioThNlNhYwp
QqYARAwF3UiNSohRG7rRlsyygAYOqIeU7ZU4XEJyZUyU4OFapJfR0BMF/gj75QIKfNTkLl4w
mrWND3QPlDAZCY/IK1zLk/JO6dQmW+xW3Ryn6niWOyn6tVJx0H6Jvi6jCgwsSNVupgLiQuyg
IgqITGXW6hcSHAyU9MIB8Z6OhDdlK/l0ZkwT5ZSj+SnowjZEP8U9shOOmxQJRh+ycDj6r+6Q
WwQcrl4gfRM8jcJrAQm8kSiPGHbBKJNhzUl1+qhe0+qHRtFKkONGTosFCkv2XuD+icYKhTPo
n3ThA46EaFMFKfdFzjRHToyBpQnuE5qyPIkvsuXjJ5DQo8qmOymHWH7qVgpz8AsFZUhQE/zW
ejYWXdPqcIxK4g+qMPHQuYCyvaG7oixIGwwpn1WfgiLQ69lnfIXulRCDgIiktPTbpsm2R7L1
Upt1EFEiwLd0yjXCAPzXcrdD9EdENHTL1XLCmFsNCm03T5TDKrfy+2m26AqGAwoXuTbrlUxq
EDo+UQY/mtmROAE7pysP36TCY+3uoEbr+akt3QIkpkQ5dOC4BQOCiKGVJcp9+mFAnoxgJtlj
kpgFeivWsc05+acp0NimecruVlFyoTbqSyhMNEXcFO8BRlcra4UIWGRBU5XomKfeAs+uyfB3
XcrlfFQ49UPHqAyYZTESoBQDGUzESy5Vmp0VhUyd1kEBECSdk+W0TWBcdJTD5oOyfp3WECXI
1Vo9pkbs6s+XRpU8ScI3v7iFyIZ1ClCtRByUWqDYS6PIsNEZfZFiOSauNV6pslOQzLEdDE9D
hQu6co6BOT6FZUwoKe13KYY2T1MrncoGsbhRITlN81MBMoyvjhUj2vIQqAwGgRtroozkoly+
yaodxA7/ANSFMkFcqDuyYy6J4gWOCmGuyDw694+K5EB2goglfyWZGVHScbph8+mURponqU4/
9FV8WRqFxoHqIDdGGULAe4yXR5Qjxxp0d51CdR8k4ysQplMMLYp9XXc6ptCmf4r0T7pjhADC
JwpKYmEwgBRLLg8piGTJsL+aZAGV7Qd0CQxKs5bjgKw1G6GrZTAyZKnJwuRDW0RsfqPQ3+lk
fyTfNMcZBUJidEGaUSA7ZZbuv8/wzLI/NOjVHzWOBAV7vIV/LYycLnb5JhhEDY9IDJycpjJ3
Q4ybQ23RwoMqcBMIWMKESNdExU4TDCYSNU7Mm0Ry5TZIlSWiAsMqk433QLSBBQf4JhkIVkbJ
ypOU22q9uUZ5NlGxhHiuds7LeoYlClbAkDCLCQjfynjV2RNMZBRrhoITgt/NM2NU7+imTl1u
rUOLAhW8bzUsplQsIdC6I31U4CjSULf1BGpo4dcQIKFrFqkQnthOH2TjNtFPy6SuyB6NghMn
f/26/qmyF6qBIU9PVPgKP/RQfIT/AJIVH1bFTtCsQZCdA2OE1IUmBr0O5fKOxygcN+aFsAh3
7ICuBC0FcFc6A88K3jvF3wmNRahmd1YCArepTFMDkwnTGCmCd2RsYO6FCQ5wmb27hCltNcFE
0nxnCfIITZRHZMY6MS42TxOqYseyasFMXZORAmU9tF/NPponML9ekmNVG6clyv06yU359JQX
omyd02VGVEHZOZ7p3PqvdLCCp+JTfmm26M3qT0bU4Ue06oix5bIMZqGI2TH3MhUbdD5zNj0F
KzY5CJbPQWBLhCvkixy6NgYZO3xT1DLlcP3T1l9Uzn1TWLjTdBiQHwm1JRRUrKbdcan1XuDv
qgSQF7a8joThDlgDA6jdFzjoyypJ6bBevSfkm+S2bZDVOvVOMpm1zr0LFRlVfdDtsrDRNhlu
iIbMphrlThRojexIOgVq98oVcipXMHXC7hOJOyitajuUbWII7KxwCWHp02ZMF6JgXGxQes9k
Q7B/1TaIOxdPqU3eE7QVGijVGR6p1OFy2wndy6DLdMn0KIZwdNkwgJhgapxndP8A1LY7LKbZ
d122T69QvVOFIzhRopxonaN1Cgp8jVAaBD+atsEbCAm31RiUOXjf4pqmdghyqexTdkCfp0Rt
y4ash5KmWkjVlz8RIJyEBxawEuntVW4twoPc2pXIEeMV0OqMOAn3UQF7ZJTnOoU/EIgY6Sme
AtPVM86BbbhRhH0wjl02CmKeuildk+iYYTDpkKoKysOvXTo63Tp9CnKf5L/PpJ6brML2wEdS
ViEdlXZ0RrbVEH8l/Nd9wmwhqyZyPRAciQMqMbKxtIEBGglyc6IDyYzCY1DbsvaSBsgBUCrS
U/iPLx6sjTxjDgkprZ0Wx2Uw2UwW6koRCjox+QTs432Uu56c4bZdhr0wmdiV/NcsFdtE0gJt
VILhYU4GAsEKH6CEzLEqVhY9FGFhOxdYWITaaJiHTcSOycVZT+iJyNEx3dPXGqZjGqYgkbKA
crVt1GVhTlG2pgDun3XEhih5KZGVU2yAja5YVklGvjt/bEBlYWMbI38QaxkgJ6A2B+qMFMRI
WM5TqNUxBITyjBUQEw0TAQu6ZENK/9k=</binary>
 <binary id="i_033.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RzdRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMTk6NDU6MjEAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAe+gAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAbowAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOx3iNx+XwWbnWfrTNpI/RuB8OW8
pHqND663S8UnR9hb7a3fmst/Op3fvIWWItY8agtLXEcQTIf+65JTZwbWN6Oa3EuJseAIJOjt
znORK9ocwzIJGoPfw/78qWG+sYAE6g2AjWZDjwhWdWroyacRs+rY4CQPa3cP0W7+ukp6evSt
oPYKTt5a7Z9KDtgbjP8AVlu5ZuNnv0rs1eNANBr9L/qVpt7JKecvu6je05ZpDcdpFn6ZwnQl
v0W7WMdXt/m2ogpa2plRL3AOJB3OBMku9z2bXbPcrXUnstFlLyGCSxo4n+V/KVbNwRmYd+Ja
91XrN2vfUYfyOJ9vu/P/AJCSkX7d6JjE0jLxq3sPuZvETx7to9zv7SuV5uJk176bqrWgbiar
WuIH779p9jP6y4//AJvuqtNfT635JJDYNBc1hJLa/Xuyaq2t+juu9FllbK/89a/1YqYzCc/0
6q7LrXb/AEmx7vo/ZrSR77Kf+2/0iSnoKhUWBwB92rXHSdPzVl9etvbitczMGGwOcLS1rnPe
AJDK/T+ih4+dZlMycoW78c2+niBugbWwtqsefzvUff6ij1dt+RU1tTA412S9u4AwWuZOv0vc
9JTRwMPEGW5wdbbZU8Nc+1zR7yN9YDG7t27b++t2smLAT7izTXtvq7rKxsItyHh9mtloeGtG
v6MN/nJ+h7/3lo1k/aLDoT6RPPHvq7JKf//Qvuyra8t3pWPqgua5w942hoewua7d7N/85+Yp
jqVzq2/ZqK3tsJLgXba3GDv2Vks9F/8A0P3K1Xsc77U5rAIAeXfDagUWO/UmF0htVhBGo5SU
6eBlMsqbihllN9YPqMsEFpPLt356m/FxXZIvfWHXNAHqDuOGu/d7o3SA59by8mRZYC4nku+i
7/NRbamizce7WgzxPBMfvJKRYps9SreQHSAQNNQt8EH4LCqbYHajcC+NP+lId+8rvrQTO5gA
nfB089zUlIL6mWZVzBW4mwlptjQSD+c4j2/8Urm8AHeBtkDTXsG+5ZtuQ27I20vc4N97LATD
gB2Y3bZZ/wBQrN17K63XWztqqNhY6GvdtE/m+1jnJKaZfmPxb6szJ9R2PW9999FRZXUII2VV
Wuttvybqnf4P+jKjh3Pw2VV4eGKsWyzbbjuMZJbd9LKybnn0sW9zHfafs36XI/m/U+z/AKNi
x+s9XzLcdr72Cpt1gIaLXOIbVus9LZsYzZu27vTelh5eRj10Y1DfWssrNlgd7Wm2ybG77fpN
qqrd6tm332JKenp6NZ03EpwsYvfXjtLa7HsEuEuJc6PbufuRKulZbjuePhudAI82sDFS+pjL
sV2RiWXvyIG6XTA2wz2h87V1IaTGmk6pKcuro1rSAbWNYJljRr83QrLOkUje71Hb3N57fSY7
j+yqv7VwKXEPyW+s4tbbW2S9uw2Mfu2fn+5v/CIzOvdPIeB60Nq3l/pOgN311Tv/AHvekp//
0bTnObeLC2Qz1JE6ElpOv9sIdLWOFdhaG2VhwDQdA12v0fzvaidSNWP+kvf6VLpa2zaSTPtI
aAD9Byz6up49ltbcSi/KtaSQCGsB9uzhm/b9JJT0/TP6MXuG0PfInw+iFae4t9sTA/1lc6ev
9W6dhN39PFVNYMPtJMkunZz+85W+jfWJ3VLDW7ENRaPdaw72tn6O7ftd9L+ukp1K2S+W/vAx
pEgEoV2FdZdY+y19mO/RlE7a2ce3Yz+d/e9SxWmEQHOI1g+Y/wC+qrnu6lcWMwLa6B795sZu
1gen/rtSUlstzGtbXQA3a0Fw2glwBazXb9J+qx+r9aycI01PcKjkeoW2Gvc4lp9NlexoLve5
/wBLarGNi5eRjm7Izslr2u2OqewsbuEbxY5jvoqtm4tL8Gp+RXVY6u821GscGv22kvcdz/Vc
K6klOdmdL+0Yrqmvx2it72+s57G11uafoOeXO92z2v2fT+ms4U30dPZm25FbHOtfVQWlzt4a
G13XVvoDv0bP5tn+kTdUwsGvLe+xzh7W7KaWAyYc+39JY52z3fyfetB2WNtVWNXsrpaBQxnu
Bafd+kf+e+yd737ElNvoz+oFzhi2WC1mObLHw1ljzLNm1jmWe9/uVXqOR1upzXZt99VdocGA
2Sd4Afte0/R9v8hdPV0zOGLsbdTW7I2Pvc5riRH+Dr1a7a2VkM6ZXYMmi94vrpue4e3UP2ul
zXP9T9Htd/NsSU4+BU6/p/UMs3vbdjioscHACHv22bvzt7lcwXW/sjqA9SwvDWO3b3afpcf3
g/vuWv0/6u9KuwLg6p1e5zSXMeQ4gHdtcfd7farVP1Yxa8W/HbfdtvqBc72zDX12Bu2P5CSn
/9Kx1yttuA11lhrZW7ZYSSaw2wHa57Po+y/0veg9H+r/AFloZkYzLKHxDLxFbIePdsfdD7fb
+7WtbJwOn5mJk4eRnVMscPdVva6xum5m6rd9P8701zuR1GzH6sXY2ZZbVlOb9ob9E7Po7DYx
xZu2/wChSU6+X9WesX02Pzs4+lXJtFlkMbt9xf8ApdrNjP31m9FuycMXU9OaMzfksqNw/mw0
t3vtJn6NkenU9WG1dOdafWqL6Q128S5zhW1v5sn6bm7tqr9F+tBwm2432RuRTa4GilpbUGD+
bbw3db6n6Ld6n6RJT1gfLtoHtP4D6QUmxIcP7UKLKct0m2ltVu8zXS42V7B9Ha921Frrlxid
BO1JSHZe5zw5lYrNj9CQXabd/uc36axc61rsp2OBuFRZDdGx6j3ZF3/oti22GsMuMgEW2DUg
fnT7p+K5e28OzL3jUi7aNZ0YNo/IkpqZjg19TzDm25EOcWguaI2Mcx5+i3b/ACEPDorD2+u9
zm1vdRRWDt2ydriXN9ztrLPYrmXRXZi2l5IfW5ttQjl88f22uQraWm6tjJa197PUf+66z9Hu
SU97j17saj1G7n+nWHFxj81u4xKw6mihub7S79OWkV6xLGOn37PZW1/6RbDci9jYbZjOaxoj
aXPMNH0nOKyGjIay0XFhF+RZYxrBEB8H3/1mt+gkp1elNcOmXb43Nc9p2/yfM/yVfEyR/wAE
f++rP6aS7p+W0GT6tkeIBaw6q8CNT2FcbvKWhJT/AP/TP9YasS3Ja/KezE9J0NutqcWWSG2f
ztTfzHt2P9RSH1Mx/tJta7Idjk7mVsrDBxP87Y76P7ntWl1LpLLMG03Wfab2Q8tDZHqSBtbt
DWtd7trFm5OTZW91GXkNrc4Q9tlz3BocI4obtsZt/cckp1MzFxsLCflZGI19QHuZIeX7vzG7
Xbff/X2Lnv29lY1bv2Z0urCx7HS97q98kANaddv0WoTuodOGH6AtORUwbMapu5jJADYe57vo
bSh0ZdduI3Yy63NrcJY4bqyPN5O2hn8hJTon629QF5rGO26tpAsa8lhMfS91PtY135ta2MHq
n241124uR0+zJcWVObLgBEtt9UtG3/NXO5fUrcuuvFxsZrs4NdZkelBDWNP0KWt3eo/6LfU/
nF1H1X6l1fLrtqzKLq8akNFWTe0sfY6TvY5mjP0bf/VliSkzuiHSb7SN5M7vdtJ3O3aMr3f2
FyrqG1veW6N3ucZ1JBdI/wCivQHiWkeMiR5rDt+rNJB9LIcDGgeAdfHc3akp5y2p/ot2aS4y
RoYgf3qtXuvyYaC5vq16DvD62NlX+qX1dPzz0+1z7MlrWvDA0Fji4bmbfzvcj/V3Hx+pXXMe
12PZjmvIaxsAPBMbjpu9llbElPV2FzmuZ6L9p0IbA0/qtKy78IHeKt1YEF9drXNMbfTB9TaG
v3wtO7FFha52920EGtr9rXTHud/KZ+YqlmOykhzW21wZDi0vj+0xySlui476TkAunGtDSKnA
gte0em7Y7/QOqaz/AK4tcBuxw7bf4tWZV9qkPHo2gP02Etfsn27/AFIa23b9NW2ZJLLB6Tw5
o+gY19zR7XzsSU//1LFv1rcdMhpxm2O9Ou9skVj8+3Z7vU9qTvrEy6ynHwLDbYbGh81Boe0u
bVtb7j/POd7/ANxVeofVxz6X5dmU2jDxaw952PseXOMRV7KGWO3fo/pf+BoXSGW9JBz2YWQ8
lu0WHY6xgI972Yu3axu76Nvqeskp6PLrqqcPs9eO1lYcGP2gOBM7djPT9LZvVGjpeLn5QxOp
51mTlFheMb0/Qr9kGxtVTAPW2/T3+ogPz6eqdPueH321MG4tgOIIlr7JxTY6u1jf8HdSsRnU
ch9dV3qvvZRbupe7+erkfzjLa/3q/wCwkp7Ky7pP1Z6ecqjFa1tl1dLnNEv90n1N30rPQ2vf
6TFmft3qxtt6vj5IyMTHpbW3Hf7hZZYa/U3NZ9Fte31am/0rH3/pvp7Efo/Uq+s9LycLquO6
2pu0NuI0e7lp3N9P9YZ/ONsYrOLbjVurx8CoenVDWkM3ED89ziA2pv8A1b0lOZ1DrnWL9lgL
8ZljQ5rmGBEfmbP/AAT/ALbVbF+tHVKfd9rdcAYIthzZ47/+SW8/H25td4prtLSSPUYGkz+Y
dvsf/wBtprei4eTe7IzsZ9Nm02NpYGM2tH8moO9Sz+1+kSU8n1zLyepZeLn3BrbXAU+pU0sn
a6a/pbvf79rFpdE6xjdIzci/KZbtdS6pu73WOc17H7O1dTfp+5a+TZ0avHd6VzcjcJZXDnw+
oepsNji+hl7P9Gz3rnMahuTmZD8wjFqvqt9K6zc9rrbC3i1jdjNrvf6j0lPT1/Xno7y0Gq9k
94Y6P81/uQs76y15mV0pnRsgkuyw3IrcDXuaRHov9T6bdvqIfRfq30izEOPlvpuyw5wBx7pd
tdtcN1bm/Ta7d+YtXH+q3RsbIxsmmpwtxAfTl3tc4mfUubt9z2fmpKdV1bC4uj3AwHd4TtH0
te3z5ak3dHuifKf4pNLfeQRxB182pKf/1dr61Zll1GygNeMW707fXP6L1CGuZvZ/hmNnZ/xy
wWfWe5jHMvxdmTWYscx0Cf6rg7/ovXQda6ex994I9t7q8iCdC9ntdLf+F9NjHov1m6OOqYGP
SyynBprta+1zwGgNLduxj9Pc2fYz89JTz+F1LMvs+1MwxUHODDdOyy2xw9T0sbazdZZtbv8A
V/m2VrTb9XMKzItz3WuqquDbX0Vs0d/pHDXezd/hNjP31Yt9bL6ph4+DWwY3S7A2211m5pFT
PTaxrWjd6u7271afRQbXZWU8OdWN7ra5rawCXEj3PfZ9FJTXtyMLpgbXTg12Yx99bmOLg7QN
dtc9231K/wByxaeJ1rp1tcssFDWiXB8MA8d30drv6zVzXSaOmfWGp11+WcU2WOaOm1WDca2/
zdlvqF+6yz6fqekrw+q92M0DEvdl0jUVvIFumu1lh9lv/Fv2JKdHqORj5bqaKCy9lrXPseOC
36DGOsZD2s37rH/4T9H/AC1CzpnTzhMxLmO9PUNa0u0B143bmV7vzNyxMPNOPd9qxAyxxBrs
xsg+lx7mBrj/ADdjbN+9i1qupHLe2m5jsPKMziv+k4RuLm2/4Wvb7tlaSmsfqux7ztyg5ntA
9vvLf+Ft/er2s9Cyv0rEWr6rsqJbdnPe20y5rK2MEx73Ne5z7Pf+crlmTj1Vl24BjT7g066f
1UduULy+sA1bWN22kBxa54du0d7dzG7ElNHJwug4eGci2n16q2kMdY9z3E/mso1b6bnub9Ot
Wm9WpqxrH3xW/Ga020yXFm5o2VPd7nes7/PUOpdIweo0Cu299TmxturIDgRrP7n/AEVQt+rD
XVtqw870qq/cKHMlhfy/IssDvXde93+Ef6iSm5ddl5eO26sgUWQa3t1ZHn+dv/rqtS1zReNx
91YJ010srP0kbp2F1TptbqLGNzMa4zYGO1Z+9ZUx219nqfuLTb9h+zPIrHpxq2Dvnc327f5z
duSU/wD/1uvrzun5hbRbAsMOFFwAdP8AJ/e/sI2fgYvUcS3Dy2l1Vo1I+k1w1ruZ/wAJU73L
j+m12Oqt6nlbba2XXVl1zxW2WHaci60za/n9FXisXSdI6nbk47TYGiAdu6WvLW6+q5r93ps2
/wCls9X/AAluxJTR6JiXdJwT0/Ny67XUOc/aw+2tjnQ36Xu3Wu/S+/8AmlkfWL6w0eoyrpt3
rZDd1VhYwmr03/SqPqH9M7/ras9U6XRm9SNvTn2MbkM3XmtzSHCw/wCln2VO/lq7g/VvoeDi
m+xhdZUC+x06tLRoxJTynTenVsra7Lb6brHj0LRIe0x7fTsEbP3/AOX9BdjU/qAY3EtyDkUX
ggX2Nh7gfa+i30Nvp2/4XHyG+m/0/U/w9LFm52dZViP6YzBfk35FTH+q2XljifUY3Rv6N9O1
llFm/wDnFodMFlnT2ZOaHY2RdDXNc0yCCQf0I/Ms+mkp5bqeeG9adkBr76thZayyGvdtHo22
P2j023O2eo/27LLESzqAxHMzMa2vNocz0anu3NsxgT6r6Rj7tzPVadrntd6X/CLQ610AdRrZ
1jBe5rrq2utoJDiZ/Pq+huts/wBB+eqP/NZlNjbnZ1YorcDYzJrdWdDLq7HY7r2++ElJP+c+
O0sGNS99hjVwDSXT2rYbfzlfHVM7NroLsfqJbaCLDjMFY3TtcPW9J1v+bYtbpdnTjc77Cyuv
0ydno1sDWt9u1nrPY62yz3fzv6JVeuZb6cX9rU3On1WMLvc17CC5p/m3MbYze1ld1Vtf82kp
lj/WToz7/s4ftI9rLCZZuH77tu5jt303K3R1Wh132XJacfJA0YdWmf3H/wCE3fTre3+dWRi/
V3D69lZXVcit+PRlOa6uoOAIfH6zZ7W+7e//AAbv7atH6tuxhUx/UHOZVZvx2upbZbAM7N0+
+v8A0m79Gkpv4fUrrvUDdo2+4eMb3V7SPzfY1j1ph7/TNhaPVDdB+dEt/tfRWHuu3/p7G23Q
5htaza97XGdt35jnbf8Ag09Lqv07A4gFsmCdxO+r3Os+nuSU/wD/1+lv6VXiWPFGP62LebLD
U73tpuftLnsrd/gb/wCd/wCBvr/4RYnVOp49FL67q3WV7v09VZ1sjb6WHa/2+n69jvVyP+Ar
/wCEXbQVm9S6D0nOc+/Jxg69zR+kYXNcXM/mX7WOFbra59lrm70lNbp9GRkG3NfsNlzXioFx
2SRtBfSxm1rPp1fT/mv8Gs37Lk431jo9SpjcLNZ9nvopte9m4lzqrQ17aLadrmbfTez0/T/m
rFJ31juw7G0to34tMViusQ8hkVv2z9K17nb1m/WnqT29T6ZmQaLGAXOrqeW2emH+1lp/0mzf
+Z+ekpq9X6ncM5vUMWyxn6Y497AYa/aRvriv2vo9vtW0eq2jKGI94ORTD3VtiW7vbz/IWJR9
WOqdUrbf0w1fs11tj8a19ga6HPP87THqMtq/m9i3ul/VGzGyhk9TyW2PLRVVTjy1ugn3ve3e
72tSU18/qzekZTMe50U1MexmOPpVODZpu19/6T+Y9/7/AKqwj1KzNa1riB6YL/TqBMuOjW/v
e3b9Jdph9LwcfrF9BpkvpFtL3w4WMJ9O7c7+c9Wi130f+E9RX2dK6awh1eNWxzYhwGoj+tuS
U8F0XL+slV7q8DHfcbdDXsG0Rq5z3u9tf9ZdE7pHU76XO+sOS1uCfdZ0/Dkusdy2t+xv6V//
ABX/AKkXRfo8asiHBg9zgxpI1/OLWD6TlRsyHOc8bq3uJJrDRG1v8p1kOc9JTl5/1mzscMpw
+m3UiQ1hyK3EObG1rWNx9zvU+j+cnxndZc4W9VDarO1Mlry3947HW7Xf8GrlmbksY4uvJDQS
KaZJMD6LWV/Scsx/UW1sc44z2NiX2ZD2Y9Y0/wAJZaXu/stYkpfJZlOtbW3IdUwmPawPcR/x
rt6nRjNFWRSLbHWOZLrS8FzYsqc1jGxsb/22qmd1DPZVWxlLMe25s07GvfYKwT+tenbsd/Jx
vWr/AE1n6X+arVfHD/2Zk44wcllPpiwvLx9qfZ61NnrNrb7t+/8ATfpLfzNiSn//0PQDymIa
fa6YOhjmPJI+SYykp4XOv+sfSmPptxzZTvsbVk1MOhDp/nm77Nltf6T3qlh9F6p9ZepWZFm+
ilwabcuwSA0D2V1M9nq2fuM/MXo2vbSRB+CfUgTOmgHgkprdL6djdLwKsDHJNdU+90bnOcd1
ljo/Oe5TyyGtrtJgVu57Av8AY1zv7XtRZTO2uaWuAc1wgtOoIPMpKeS6z1XPyMfJzcE7P2XY
6qm1gO97XNNXUHt3fmVbq9n/AAmP6iss+uWLk4DrKr24mS1gcX3Vte2WbPX21+qz1fU37qk+
eMzDzzRiSMeBYx74eGBzTNQaT611fqfQ/M/0lv8Ag1yHRei5fU+p/YRuayou+15AEisagu3S
GOda72VMSU9TV9YOm4GeRkXVnIsGmXRa92PYHcPyMZ73/Z8hv9f0Vcutox67czHx/tLzL3MY
4gOmN5/ORMf6pdFx66xVW5tzG7X3y1zn/wAqyvIZkY/+ZUhY/wBUMSi91hybnUPEHFqihjoO
4er9nPu/60ylJTWxs/rHW8VtvTsYYlTyWjIc4MpbsO1x2V78i527/Bq/0z6u4uHc3KzX/tDq
IMjJtHtrnTbi45/R1f8AG/zy1MfHx8akU49TKKWyW1sEAT9I/wBpYX1gyrGWPa/eMVgaA2v6
dr3S1tTdv5iSkWYy1/UcnIfdU7IvDWU1hwgVVbvpCd3qWPe9V68l8v21k1+k4OM8WC6iptX7
/wCcoYNOW9zTbTXRU4H9E1jg5pP83Nv0N616emWtwbz/AIZxDwdefVqs2x/YSU//2f/tJPBQ
aG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA4QklNBDoAAAAAAPcA
AAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0A
AAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1l
VEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAE
SwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51
bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAA
AAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAA
AFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABO
Z3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAA
AABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAA
QmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEA
AAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BX
aGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0
TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxv
bmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAA
AAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAA
AAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYA
AAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYA
AAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////
//////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAE4QklNBAIAAAAAAAQAAAAAOEJJ
TQQwAAAAAAACAQE4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAA
AAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAHvAAAA
CwQRBDUENwAgBDgEPAQ1BD0EOAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAA
AAAAAe8AAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAA
AABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25n
AAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB7wAA
AAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25n
AAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4A
AAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAG
Ym91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxv
bmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAe8AAAADdXJsVEVYVAAAAAEA
AAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAA
AQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhv
cnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWdu
ZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0A
AAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAps
ZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRz
ZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJ
TQQMAAAAABu/AAAAAQAAAG4AAACgAAABTAAAz4AAABujABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/
7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEM
DAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAG4DASIA
AhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEB
AQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGB
MgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N1
4/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQF
BgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKD
ByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3
R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDsd4jcfl8Fm51n60zaSP0bgfDlvKR6jQ+ut0vFJ0fY
W+2t35rLfzqd37yFliLWPGoLS1xHEEyH/uuSU2cG1jejmtxLibHgCCTo7c5zkSvaHMMyCRqD
38P+/KlhvrGABOoNgI1mQ48IVnVq6MmnEbPq2OAkD2t3D9Fu/rpKenr0raD2Ck7eWu2fSg7Y
G4z/AFZbuWbjZ79K7NXjQDQa/S/6labeySnnL7uo3tOWaQ3HaRZ+mcJ0Jb9Fu1jHV7f5tqIK
WtqZUS9wDiQdzgTJLvc9m12z3K11J7LRZS8hgksaOJ/lfylWzcEZmHfiWvdV6zdr31GH8jif
b7vz/wCQkpF+3eiYxNIy8at7D7mbxE8e7aPc7+0rlebiZNe+m6q1oG4mq1riB++/afYz+suP
/wCb7qrTX0+t+SSQ2DQXNYSS2v17smqtrfo7rvRZZWyv/PWv9WKmMwnP9Oquy612/wBJse76
P2a0ke+yn/tv9Ikp6CoVFgcAfdq1x0nT81ZfXrb24rXMzBhsDnC0ta5z3gCQyv0/ooePnWZT
MnKFu/HNvp4gboG1sLarHn871H3+oo9XbfkVNbUwONdkvbuAMFrmTr9L3PSU0cDDxBlucHW2
2VPDXPtc0e8jfWAxu7du2/vrdrJiwE+4s017b6u6ysbCLch4fZrZaHhrRr+jDf5yfoe/95aN
ZP2iw6E+kTzx76uySn//0L7sq2vLd6Vj6oLmucPeNoaHsLmu3ezf/OfmKY6lc6tv2ait7bCS
4F22txg79lZLPRf/AND9ytV7HO+1OawCAHl3w2oFFjv1JhdIbVYQRqOUlOngZTLKm4oZZTfW
D6jLBBaTy7d+epvxcV2SL31h1zQB6g7jhrv3e6N0gOfW8vJkWWAuJ5Lvou/zUW2pos3Hu1oM
8TwTH7ySkWKbPUq3kB0gEDTULfBB+Cwqm2B2o3AvjT/pSHfvK760EzuYAJ3wdPPc1JSC+plm
VcwVuJsJabY0Eg/nOI9v/FK5vAB3gbZA017BvuWbbkNuyNtL3ODfeywEw4AdmN22Wf8AUKzd
eyut11s7aqjYWOhr3bRP5vtY5ySmmX5j8W+rMyfUdj1vfffRUWV1CCNlVVrrbb8m6p3+D/oy
o4dz8NlVeHhirFss2247jGSW3fSysm559LFvcx32n7N+lyP5v1Ps/wCjYsfrPV8y3Ha+9gqb
dYCGi1ziG1brPS2bGM2btu703pYeXkY9dGNQ31rLKzZYHe1ptsmxu+36Taqq3erZt99iSnp6
ejWdNxKcLGL3147S2ux7BLhLiXOj27n7kSrpWW47nj4bnQCPNrAxUvqYy7FdkYll78iBul0w
NsM9ofO1dSGkxppOqSnLq6Na0gG1jWCZY0a/N0KyzpFI3u9R29zee30mO4/sqr+1cClxD8lv
rOLW21tkvbsNjH7tn5/ub/wiMzr3TyHgetDat5f6ToDd9dU7/wB73pKf/9G05zm3iwtkM9SR
OhJaTr/bCHS1jhXYWhtlYcA0HQNdr9H872onUjVj/pL3+lS6Wts2kkz7SGgA/Qcs+rqePZbW
3EovyrWkkAhrAfbs4Zv2/SSU9P0z+jF7htD3yJ8PohWnuLfbEwP9ZXOnr/VunYTd/TxVTWDD
7STJLp2c/vOVvo31id1Sw1uxDUWj3WsO9rZ+ju37XfS/rpKdStkvlv7wMaRIBKFdhXWXWPst
fZjv0ZRO2tnHt2M/nf3vUsVphEBziNYPmP8Avqq57upXFjMC2uge/ebGbtYHp/67UlJbLcxr
W10AN2tBcNoJcAWs12/Sfqsfq/WsnCNNT3Co5HqFthr3OJafTZXsaC73uf8AS2qxjYuXkY5u
yM7Ja9rtjqnsLG7hG8WOY76KrZuLS/BqfkV1WOrvNtRrHBr9tpL3Hc/1XCupJTnZnS/tGK6p
r8dore9vrOextdbmn6Dnlzvds9r9n0/prOFN9HT2ZtuRWxzrX1UFpc7eGhtd11b6A79Gz+bZ
/pE3VMLBry3vsc4e1uymlgMmHPt/SWOds938n3rQdljbVVjV7K6WgUMZ7gWn3fpH/nvsne9+
xJTb6M/qBc4YtlgtZjmyx8NZY8yzZtY5lnvf7lV6jkdbqc12bffVXaHBgNkneAH7XtP0fb/I
XT1dMzhi7G3U1uyNj73Oa4kR/g69Wu2tlZDOmV2DJoveL66bnuHt1D9rpc1z/U/R7XfzbElO
PgVOv6f1DLN723Y4qLHBwAh79tm787e5XMF1v7I6gPUsLw1jt292n6XH94P77lr9P+rvSrsC
4OqdXuc0lzHkOIB3bXH3e32q1T9WMWvFvx233bb6gXO9sw19dgbtj+Qkp//SsdcrbbgNdZYa
2Vu2WEkmsNsB2uez6Psv9L3oPR/q/wBZaGZGMyyh8Qy8RWyHj3bH3Q+32/u1rWycDp+ZiZOH
kZ1TLHD3Vb2usbpuZuq3fT/O9Nc7kdRsx+rF2NmWW1ZTm/aG/ROz6Ow2McWbtv8AoUlOvl/V
nrF9Nj87OPpVybRZZDG7fcX/AKXazYz99ZvRbsnDF1PTmjM35LKjcP5sNLd77SZ+jZHp1PVh
tXTnWn1qi+kNdvEuc4Vtb+bJ+m5u7aq/RfrQcJtuN9kbkU2uBopaW1Bg/m28N3W+p+i3ep+k
SU9YHy7aB7T+A+kFJsSHD+1CiynLdJtpbVbvM10uNlewfR2vdtRa65cYnQTtSUh2Xuc8OZWK
zY/QkF2m3f7nN+msXOta7KdjgbhUWQ3Rseo92Rd/6LYtthrDLjIBFtg1IH50+6fiuXtvDsy9
41Iu2jWdGDaPyJKamY4NfU8w5tuRDnFoLmiNjHMefot2/wAhDw6Kw9vrvc5tb3UUVg7dsna4
lzfc7ayz2K5l0V2YtpeSH1ubbUI5fPH9trkK2lpurYyWtfez1H/uus/R7klPe49e7Go9Ru5/
p1hxcY/NbuMSsOpoobm+0u/TlpFesSxjp9+z2Vtf+kWw3IvY2G2YzmsaI2lzzDR9JzishoyG
stFxYRfkWWMawRAfB9/9ZrfoJKdXpTXDpl2+NzXPadv8nzP8lXxMkf8ABH/vqz+mku6fltBk
+rZHiAWsOqvAjU9hXG7yloSU/wD/0z/WGrEtyWvynsxPSdDbranFlkhtn87U38x7dj/UUh9T
Mf7SbWuyHY5O5lbKwwcT/O2O+j+57VpdS6SyzBtN1n2m9kPLQ2R6kgbW7Q1rXe7axZuTk2Vv
dRl5Da3OEPbZc9waHCOKG7bGbf3HJKdTMxcbCwn5WRiNfUB7mSHl+78xu1233/19i579vZWN
W79mdLqwsex0ve6vfJADWnXb9FqE7qHThh+gLTkVMGzGqbuYyQA2Hue76G0odGXXbiN2Mutz
a3CWOG6sjzeTtoZ/ISU6J+tvUBeaxjturaQLGvJYTH0vdT7WNd+bWtjB6p9uNdduLkdPsyXF
lTmy4ARLbfVLRt/zVzuX1K3LrrxcbGa7ODXWZHpQQ1jT9Clrd3qP+i31P5xdR9V+pdXy67as
yi6vGpDRVk3tLH2Ok72OZoz9G3/1ZYkpM7oh0m+0jeTO73bSdzt2jK939hcq6htb3lujd7nG
dSQXSP8Aor0B4lpHjIkeaw7fqzSQfSyHAxoHgHXx3N2pKectqf6LdmkuMkaGIH96rV7r8mGg
ub6teg7w+tjZV/ql9XT889Ptc+zJa1rwwNBY4uG5m3873I/1dx8fqV1zHtdj2Y5ryGsbADwT
G46bvZZWxJT1dhc5rmei/adCGwNP6rSsu/CB3irdWBBfXa1zTG30wfU2hr98LTuxRYWudvdt
BBra/a10x7nfymfmKpZjspIc1ttcGQ4tL4/tMckpbouO+k5ALpxrQ0ipwILXtHpu2O/0Dqms
/wCuLXAbscO23+LVmVfapDx6NoD9NhLX7J9u/wBSGtt2/TVtmSSywek8OaPoGNfc0e187ElP
/9Sxb9a3HTIacZtjvTrvbJFY/Pt2e71Pak76xMuspx8Cw22GxofNQaHtLm1bW+4/zzne/wDc
VXqH1cc+l+XZlNow8WsPedj7HlzjEVeyhljt36P6X/gaF0hlvSQc9mFkPJbtFh2OsYCPe9mL
t2sbu+jb6nrJKejy66qnD7PXjtZWHBj9oDgTO3Yz0/S2b1Ro6Xi5+UMTqedZk5RYXjG9P0K/
ZBsbVUwD1tv09/qID8+nqnT7nh99tTBuLYDiCJa+ycU2OrtY3/B3UrEZ1HIfXVd6r72UW7qX
u/nq5H84y2v96v8AsJKeysu6T9WennKoxWtbZdXS5zRL/dJ9Td9Kz0Nr3+kxZn7d6sbber4+
SMjEx6W1tx3+4WWWGv1NzWfRbXt9Wpv9Kx9/6b6exH6P1KvrPS8nC6rjutqbtDbiNHu5adzf
T/WGfzjbGKzi241bq8fAqHp1Q1pDNxA/Pc4gNqb/ANW9JTmdQ651i/ZYC/GZY0Oa5hgRH5mz
/wAE/wC21WxfrR1Sn3fa3XAGCLYc2eO//klvPx9ubXeKa7S0kj1GBpM/mHb7H/8Abaa3ouHk
3uyM7GfTZtNjaWBjNrR/JqDvUs/tfpElPJ9cy8nqWXi59wa21wFPqVNLJ2umv6W73+/axaXR
OsY3SM3IvymW7XUuqbu91jnNex+ztXU36fuWvk2dGrx3elc3I3CWVw58PqHqbDY4voZez/Rs
965zGobk5mQ/MIxar6rfSus3Pa62wt4tY3Yza73+o9JT09f156O8tBqvZPeGOj/Nf7kLO+st
eZldKZ0bIJLssNyK3A17mkR6L/U+m3b6iH0X6t9IsxDj5b6bssOcAce6XbXbXDdW5v02u3fm
LVx/qt0bGyMbJpqcLcQH05d7XOJn1Lm7fc9n5qSnVdWwuLo9wMB3eE7R9LXt8+WpN3R7onyn
+KTS33kEcQdfNqSn/9Xa+tWZZdRsoDXjFu9O31z+i9Qhrmb2f4ZjZ2f8csFn1nuYxzL8XZk1
mLHMdAn+q4O/6L10HWunsffeCPbe6vIgnQvZ7XS3/hfTYx6L9ZujjqmBj0sspwaa7Wvtc8Bo
DS3bsY/T3Nn2M/PSU8/hdSzL7PtTMMVBzgw3TsstscPU9LG2s3WWbW7/AFf5tla02/VzCsyL
c91rqqrg219FbNHf6Rw13s3f4TYz99WLfWy+qYePg1sGN0uwNttdZuaRUz02sa1o3eru9u9W
n0UG12VlPDnVje62ua2sAlxI9z32fRSU17cjC6YG104NdmMffW5ji4O0DXbXPdt9Sv8AcsWn
ida6dbXLLBQ1olwfDAPHd9Ha7+s1c10mjpn1hqddflnFNljmjptVg3Gtv83Zb6hfuss+n6np
K8PqvdjNAxL3ZdI1FbyBbprtZYfZb/xb9iSnR6jkY+W6migsvZa1z7Hjgt+gxjrGQ9rN+6x/
+E/R/wAtQs6Z084TMS5jvT1DWtLtAdeN25le78zcsTDzTj3fasQMscQa7MbIPpce5ga4/wA3
Y2zfvYtarqRy3tpuY7DyjM4r/pOEbi5tv+Fr2+7ZWkprH6rse87coOZ7QPb7y3/hbf3q9rPQ
sr9KxFq+q7KiW3Zz3ttMuaytjBMe9zXuc+z3/nK5Zk49VZduAY0+4NOun9VHblC8vrANW1jd
tpAcWueHbtHe3cxuxJTRycLoOHhnItp9eqtpDHWPc9xP5rKNW+m57m/TrVpvVqasax98Vvxm
tNtMlxZuaNlT3e53rO/z1DqXSMHqNArtvfU5sbbqyA4Eaz+5/wBFULfqw11basPO9Kqv3Chz
JYX8vyLLA713Xvd/hH+okpuXXZeXjturIFFkGt7dWR5/nb/66rUtc0XjcfdWCdNdLKz9JG6d
hdU6bW6ixjczGuM2BjtWfvWVMdtfZ6n7i02/YfszyKx6catg753N9u3+c3bklP8A/9br687p
+YW0WwLDDhRcAHT/ACf3v7CNn4GL1HEtw8tpdVaNSPpNcNa7mf8ACVO9y4/ptdjqrep5W22t
l11Zdc8Vtlh2nIutM2v5/RV4rF0nSOp25OO02BogHbulry1uvqua/d6bNv8ApbPV/wAJbsSU
0eiYl3ScE9Pzcuu11DnP2sPtrY50N+l7t1rv0vv/AJpZH1i+sNHqMq6bd62Q3dVYWMJq9N/0
qj6h/TO/62rPVOl0ZvUjb059jG5DN15rc0hwsP8ApZ9lTv5au4P1b6Hg4pvsYXWVAvsdOrS0
aMSU8p03p1bK2uy2+m6x49C0SHtMe307BGz9/wDl/QXY1P6gGNxLcg5FF4IF9jYe4H2vot9D
b6dv+Fx8hvpv9P1P8PSxZudnWVYj+mMwX5N+RUx/qtl5Y4n1GN0b+jfTtZZRZv8A5xaHTBZZ
09mTmh2NkXQ1zXNMggkH9CPzLPppKeW6nnhvWnZAa++rYWWsshr3bR6Ntj9o9NtztnqP9uyy
xEs6gMRzMzGtrzaHM9Gp7tzbMYE+q+kY+7cz1Wna57Xel/wi0OtdAHUa2dYwXua66trraCQ4
mfz6vobrbP8AQfnqj/zWZTY252dWKK3A2Mya3VnQy6ux2O69vvhJST/nPjtLBjUvfYY1cA0l
09q2G385Xx1TOza6C7H6iW2giw4zBWN07XD1vSdb/m2LW6XZ043O+wsrr9MnZ6NbA1rfbtZ6
z2Otss9387+iVXrmW+nF/a1Nzp9VjC73Newguaf5tzG2M3tZXdVbX/NpKZY/1k6M+/7OH7SP
aywmWbh++7buY7d9Nyt0dVodd9lyWnHyQNGHVpn9x/8AhN3063t/nVkYv1dw+vZWV1XIrfj0
ZTmurqDgCHx+s2e1vu3v/wAG7+2rR+rbsYVMf1BzmVWb8drqW2WwDOzdPvr/ANJu/RpKb+H1
K671A3aNvuHjG91e0j832NY9aYe/0zYWj1Q3QfnRLf7X0Vh7rt/6extt0OYbWs2ve1xnbd+Y
523/AINPS6r9OwOIBbJgncTvq9zrPp7klP8A/9fpb+lV4ljxRj+ti3myw1O97abn7S57K3f4
G/8Anf8Agb6/+EWJ1TqePRS+u6t1le79PVWdbI2+lh2v9vp+vY71cj/gK/8AhF20FZvUug9J
znPvycYOvc0fpGFzXFzP5l+1jhW62ufZa5u9JTW6fRkZBtzX7DZc14qBcdkkbQX0sZtaz6dX
0/5r/BrN+y5ON9Y6PUqY3CzWfZ76KbXvZuJc6q0Ne2i2na5m303s9P0/5qxSd9Y7sOxtLaN+
LTFYrrEPIZFb9s/Ste529Zv1p6k9vU+mZkGixgFzq6nltnph/tZaf9Js3/mfnpKavV+p3DOb
1DFssZ+mOPewGGv2kb64r9r6Pb7VtHqtoyhiPeDkUw91bYlu728/yFiUfVjqnVK239MNX7Nd
bY/GtfYGuhzz/O0x6jLav5vYt7pf1RsxsoZPU8ltjy0VVU48tboJ973t3u9rUlNfP6s3pGUz
HudFNTHsZjj6VTg2abtff+k/mPf+/wCqsI9SszWta4gemC/06gTLjo1v73t2/SXaYfS8HH6x
fQaZL6RbS98OFjCfTu3O/nPVotd9H/hPUV9nSumsIdXjVsc2IcBqI/rbklPBdFy/rJVe6vAx
33G3Q17BtEauc97vbX/WXRO6R1O+lzvrDktbgn3WdPw5LrHctrfsb+lf/wAV/wCpF0X6PGrI
hwYPc4MaSNfzi1g+k5UbMhznPG6t7iSaw0Rtb/KdZDnPSU5ef9Zs7HDKcPpt1IkNYcitxDmx
ta1jcfc71Po/nJ8Z3WXOFvVQ2qztTJa8t/eOx1u13/Bq5Zm5LGOLryQ0EimmSTA+i1lf0nLM
f1FtbHOOM9jYl9mQ9mPWNP8ACWWl7v7LWJKXyWZTrW1tyHVMJj2sD3Ef8a7ep0YzRVkUi2x1
jmS60vBc2LKnNYxsbG/9tqpndQz2VVsZSzHtubNOxr32CsE/rXp27Hfycb1q/wBNZ+l/mq1X
xw/9mZOOMHJZT6YsLy8fan2etTZ6za2+7fv/AE36S38zYkp//9D0A8piGn2umDoY5jySPkmM
pKeFzr/rH0pj6bcc2U77G1ZNTDoQ6f55u+zZbX+k96pYfReqfWXqVmRZvopcGm3LsEgNA9ld
TPZ6tn7jPzF6Nr20kQfgn1IEzpoB4JKa3S+nY3S8CrAxyTXVPvdG5znHdZY6PznuU8shra7S
YFbuewL/AGNc7+17UWUztrmlrgHNcILTqCDzKSnkus9Vz8jHyc3BOz9l2OqptYDve1zTV1B7
d35lW6vZ/wAJj+orLPrli5OA6yq9uJktYHF91bXtlmz19tfqs9X1N+6pPnjMw880YkjHgWMe
+Hhgc0zUGk+tdX6n0PzP9Jb/AINch0XouX1Pqf2EbmsqLvteQBIrGoLt0hjnWu9lTElPU1fW
DpuBnkZF1ZyLBpl0Wvdj2B3D8jGe9/2fIb/X9FXLraMeu3Mx8f7S8y9zGOIDpjefzkTH+qXR
ceusVVubcxu198tc5/8AKsryGZGP/mVIWP8AVDEovdYcm51DxBxaooY6DuHq/Zz7v+tMpSU1
sbP6x1vFbb07GGJU8loyHODKW7Dtcdle/Iudu/wav9M+ruLh3Nys1/7Q6iDIybR7a5024uOf
0dX/ABv88tTHx8fGpFOPUyilsltbBAE/SP8AaWF9YMqxlj2v3jFYGgNr+na90tbU3b+YkpFm
Mtf1HJyH3VOyLw1lNYcIFVW76Qnd6lj3vVevJfL9tZNfpODjPFguoqbV+/8AnKGDTlvc0201
0VOB/RNY4OaT/Nzb9DetenplrcG8/wCGcQ8HXn1arNsf2ElP/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAA
AQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQ
AGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEA
AQEA/+EOkGh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLv
u78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4
PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzku
MTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpy
ZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRm
OkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
bW0vIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jl
c291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhv
dG9zaG9wLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4x
LyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyki
IHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjQ1OjIxKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRh
dGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjQ1OjIxKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAx
OC0xMS0yMVQxOTo0NToyMSswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkMzBh
NzcxMi00MTEyLTZjNDQtYTc0My05NjdiNDRmMjE1ZjgiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFk
b2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDpjMGM1ZTg0ZC1lZGFjLTExZTgtYjc0MS1kYjI2MjY2MWYx
ZGMiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpkYjcwOWQ4Zi1iMThjLTAx
NDAtODZiNS0wZGYxNTlhOTE3YWEiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hv
cDpJQ0NQcm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVn
Ij4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3Jl
YXRlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkYjcwOWQ4Zi1iMThjLTAxNDAtODZi
NS0wZGYxNTlhOTE3YWEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6NDU6MjErMDM6MDAi
IHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dz
KSIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9Inht
cC5paWQ6ZDMwYTc3MTItNDExMi02YzQ0LWE3NDMtOTY3YjQ0ZjIxNWY4IiBzdEV2dDp3aGVu
PSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjQ1OjIxKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9y
ZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+
IDxyZGY6QmFnPiA8cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6RDdDNzk2RkJBOTk1MTFFNUE3NkE5MzU5MjI5
M0Q1MEU8L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9y
cz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVu
ZD0idyI/Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIA
CQAGADEAAGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAg
IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQA
AAFQAAAAM2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAA
FGdYWVoAAAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQA
AANMAAAAhnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAA
DHJUUkMAAAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0
IChjKSAxOTk4IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElF
QzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEW
zFhZWiAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkA
ALeFAAAY2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cu
aWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0y
LjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2
Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAABkZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5
NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYx
OTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQA
A+3MAAQTCwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkA
HgAjACgALQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8A
pACpAK4AsgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIB
OAE+AUUBTAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoC
AwIMAhQCHQImAi8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwAD
CwMWAyEDLQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgE
VQRjBHEEfgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF
5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wH
vwfSB+UH+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J
5Qn7ChEKJwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMM
XAx1DI4MpwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkP
JQ9BD14Peg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYS
RRJkEoQSoxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsV
vRXgFgMWJhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZ
kRm3Gd0aBBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkd
wx3sHhYeQB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7Iici
VSKCIq8i3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgn
SSd6J6sn3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4s
oizXLQwtQS12Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioy
YzKbMtQzDTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4
jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/
IT9hP6I/4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5G
IkZnRqtG8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpN
k03cTiVObk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShV
dVXCVg9WXFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhd
yV4aXmxevV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1m
kmboZz1nk2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv
0XArcIZw4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5
iXnnekZ6pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eD
uoQdhICE44VHhauGDoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+O
Zo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZ
kJn8mmia1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMel
OKWpphqmi6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqx
YLHWskuywrM4s660JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++
Cr6Evv+/er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfL
Nsu2zDXMtc01zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY
6Nls2fHadtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbn
H+ep6DLovOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD1
3vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAED
ABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwM
DAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4O
FBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAe8D
ASIAAhEBAxEB/8QAqgAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAwQBAgUABgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
ABAAAgICAgICAgEEAgIDAQAAAQIDBAAREgUhExAiMRQgQTIjFTAzJAagQjQWEQABAwMDAgMG
BAQEAwgDAAABABECITFBURIDYSIQcYEgkaGxMhNCUmIjMIKyBMHRcpLC0jNA8OGiQ1NjFOJz
oxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA9HEcdE8RFqikcEMmwobDiLwquwA6
esdcZQjCzJ3RxPdx3dx1QCOqIJQ9ZBOptgRFKLMFuW6slojiwjDKdaCtr3A3tUmIocjnKDqf
XKNy4M3pJYwSl5rJeOoWr1BWlhBBGAPaOaycuIgWl4JvSwU4ikx3E93ET3A8zQxQXaRTFfOA
IaslYrctYaY/CFhy6LheSjIuOoxIbBKXqC6ZMjmM80BrKGoUdwsWkky5AlxyWHYJekwLR1Cw
mFDRuIxASCClpJUy5Boqpgk0km1bHTEnJO0A8VYAoyAai/A0NHyJdW0lLuGM62kA70gSkWvc
KJOg7YFAtuoZi5qBEHkjVAShoyO5S4DBSIMnRnuhYvQAu4mFWMA1JEQ4RAFyCVGa4+uXaWsO
2UKMEAwdMcTWaC9KEBAYgm0WKpaIjNy98h53mFCgmmTUZVaOiyx5/wBNk6hHDkNWkmbBVhlL
WERZqoSt6gTikQOSgwmdsUZsoEo3UTA4qHN1ygj1A425jAdbO1RoJIJJS44YJju6CwiCEqi4
k9RjUGkGNihmLbVjP7QALef08c9OSjIHz3o/Hm+9SStpkrWwRgE1CVoYXZ6xas0KFGQqsdA6
9HAehm3GuQXNhNApqXrxI78cO/FLxYXKBgggyDpgmJ7uOGUQnMjCDJAzArBKWqYxBaBISEMb
UtlGoslBs+Z1NsS44xeh6grTJxekpBrCRWiAKvEM5huxhZz6hEyUFATBgtKB0dExkOUbDEmh
UZglomCJvUm1LjxFiheHJcd6GZDkA2glOmIOrYZKTy4tqKCMPQHA8mxcFtZZB4UsikO2FrMS
CvaDphcZkZCejibVsefCwoVYTICKAgdYohuthjBwshamGQm+uReKkUkYx3QMXrc7qSdE3FxF
gUdXuODIAmYICyiqDOM9mB4C6PSuuafntTML+r81umzMSRMSR3SArWwTq0LsV4m9LGAo2qVK
FsSIIpAShH62gnRz9QvS0HLnGR3VIrbivHqW6/Ai1gLdEBIycM1vJ17CDoM5xiuwcTz3s8tr
ZGqAHMnaU8DbQdNy0WJ7oO6aCbufmHoUse5tjyCGjbKbAjvAuwq2B465UDowt4knRReOmJO6
JIraAdSiC06Q0WzB5bM0gDvWGL0XGYRKHhQoQeeAESpBbP2c0WcRsPhuIfvnDNVpYZ6auDQ2
gZCptiyIHll4G2BQXGqU1NLE3TNCcYFikiszI1EWKzFRt5RwrelitSCO6sk1tBfrccM0CZGR
g+vJyra4EpKAlzBM5jKMaBjjFQ6ZzylfT4oeNzFM95SxoLGsOo+gxzNHrWMkyhCkRY9AAlzE
nrD2nj7IlQwwNq8BKApYdxjdZGbNqlAk7iKXgrBalIJB09xeeguO6YaySxqRk0NsOQcNQrZ4
ljSqCW0c4YVVuS4tvjONopAXqMAGxbIMMJlrY+kYw9gBm82YNY+eLFrI1tYmsUVbALzapQwU
zWVzhmyPKk2aZdTUjOAeib8kweqth7RHSUrNqBRxQWw/SKGKfbzTjH0DJFsAMxmXRNQgSc/V
TEGDqGhfLOHoGwQqe4dXXoebNvyeW7TqQQnC5l2TRoXhMThhFqbmSUJzNyNRAUiLlmRODpGh
HL3VM9RgBDamsap62JIOxPRxFbVJ6tyyrdRN8BgYiCAPokFQkAMKMIgBPqA9BW5fuTNPdwdo
0IgYQfCMsizA1FqgG1Wx/rcLsAYKWiTFKAglnbuSZxLEIs1cR52DPjXgyBbtDH0BmNWmPJ6O
RyXkBC1qydWeL9AjrZ7Aay5hUGhjjYLhLJtiKrGTGUtVEE3ZsI2loGnMcdSOMNlZkPQlBdvP
fNSLVFW1mQdogx7dxfC3cQNZbdFNCjp0QoHZzBGtnK4AywjtmTrv1OmYIJW53V4JEWOmOBlA
UuK1BbI1MgatW4OJqUzNbJNNNkA6Eiw7q5G6OWjjo6pkyB4Eq8MvaINeLUAMKtA56DHgtScz
ZGYfPAM/Qzgm3WHBC5LEo6thJzzrZ6yFJGVQyEtcYTp4HaSEBPQGQZygTgEEjiLGDYsK3F8f
bXAdZkAu4mF38PaNOc2TSqhUz9fzrw2K9QkXWN6tqibqjRXu4QYBmHoa4pAiYVDkO40HM54t
WOGkHsQDPcWIRo0Dv8CGYgvxhnXEcqJhcEwmySC65kEWKXtSwStuDVhYEyIoEB5Deh83tjfB
4IuZUTfjheYsErATerbhY65jp6wjnviPOCcAVX10xPpIX1Q6gpOhJn5vpLnltHUGEjPAb3ZJ
DSoiYNzEC9r0JWoIMPrFR9Jjmm53RJ1oIQEyoWwpKWpwT0vnPUEzPA0NJcVo0qRESL81mnqb
Z2kLFvJ1q2MxDQxRigamiwoyCPSS9LGAw3YRzuyBhetgJLVNJWAFqwUMVax6IuMM9NA2xIx+
EJbTMSbcD4lSZqQGBwJVdhUklDBPR+d3gvV4tIqBaAqVh4YsWsFdcJS3VsTMWMtegyuB6JAt
6Lz5DcriyPqLrHo4yaFVGFxsucwVGQ5QexYxavrl9vzuqaI2rFCRJ0TxRB/JE6EqVoSpckUC
AmwBbSABYvUNu4O0F6uaaVFZGRLFCWFcnuucUchbVkvcdzzrrRBJDZVMqQsFJnhadJUXZFUa
xyJGq957SDIHzxzb882OYXcHfy6Gz6Lw/tg3TJHdxATcJr6fGOLdoYfauSVoiYJCUGtoee9i
LHvJFCcUuEYcPVK1vYXW1ZE5bUH5Rg0LpMggFghcnAhGgxK7vGAl6lMxp31THvtsHm59CiKE
AqOq8wKegY0TAj0YxPSQMN93EdVMdhDh/k7jM0ud5r0uMeVMuQfmLi3sPIerHJ7ju6SO7itD
QKilkWMehWwiFxG4XNNzODkjPQL53F2y8US0cQ0NHF3DhVzx3JfXMq/oiGU3o2FGL8GtTz5q
JEGY5FNc0yeWbNBddYIKZOuO407kwa841jNqYYZm0lvQeW9Aa8oDNPkYH+VOX6BnktbDfPUT
EkxPFYtxUtLniKkkWCVU0wJyHZQfHNoBTq9ADlLBAOKGg94z1x3dYt4f3PiztDHZNTQHBgsa
VAANNADRq5m3mCYFYIezhjr72UEBsZxWLDOrwBqByMSCo81imL7PnPSm30STEwdFqnXpc8VL
gDLFYoCG3DM9Mk0aawOCjignnbaom9lyNWUYNLZ8o4ekz3bHlddzgdlqjlBEBLWqNP5L5GFo
sGAf0EmRbTXKUZoJ5GmiLMpuFFdbPGSF9IeYV9gM87PpuPE+sPcmRSFjuOiYBmrcw5kxQhsc
zVzaYgtv1ME5UDQ0svQK5uthgnUGCtTCKzxjY1U7BA1XDwJkkxIAgdCCA2YTO8A7oEMMefGb
qWdIumzczPSJCPQK5zo3o4LJrcsyTE8dE8RPcd0cTEDC3AYr3QJ+f1EA7Ga8EtYRYcVFSmgZ
HQ554PocEaoR4zdHYIK00LChGOIt3E9Eg12wCGc+cTfq2ZOX6MBj0YoANWpIyUHJzHDuZcE1
94xgG2+JsOS00sTFVg6tVxgA4DO5ro6AmCXxvS4xlWfQHb5pQ415GB03BR9Y49U8lycmNZ7w
RKBUNVvzD5u2yGxuy0DOTo4g5arRa9bFqA4Io/wqN+oGzEguIIJMUCCnjssmUbTSgzSXnMG6
r6QsNwQGb0IYWYGMH0HnDUwNzEDm0tE81n+08gIa2T6g6dHIFN3G9ALBZTLFUIDJCg1nKwFN
myax1bkxJC8LWNotTECtIKo5Jv1y/UoMWCY5dmAa5hhFms0zGEFDUaFUfyqWCbOGU9OGDmdV
u4oZuwLL1UgCrEltLK1CPIexSPNeriSuLy5Tbq+ZxnBBaisI5+ZujB3+FEtmTyxvQqCHQsMo
smKMoJHqBYG2EtFy/VsdSwhm+a0Qxk6YE95IoXhJfU4QS3JPMB9bU8mxuDEdFRc3b57gWaWB
iLBmQ+kEeXYOXYRFp84M2dKHAlK1K1MkOZloPNOJcb2l5Sx7UuHrB5Hcr53SuYZl0zWaQoaa
JVgm557WDDBw2t1ird5FmqjDTnGHLBkt1bEXrYmw5CWFIWOkWG7IIlaFuXOT3cT3cRPcYPnP
f+TA+ozdItPSDAwIwQckdNTGrWGDONrGLhzngiztjBy9LLNsmJsCoNrIN1XDOazKsjEZy5sz
h6QVVoATTSZG6onGo5EdvmHG5sMoMFDQlI4cqhRi1LnnT2zjXb8yyeglZk7u46l0ywsS5uCS
yTSxgQRa2gLNNsmfGlkGsymyXUaktj7CpjIPJFuuI13fNlJFehFpMA5t0yi+kgwA+s4863u4
gkJTjb0/Ktj4NBMZbwtA4zKIV3O0wZlrjsoHPK2DAzpKaIPTxSGzOc4FSd48on6rzoADzZlv
aeiYTGvJhsjcGF7Zwq9hawwzDItahzzOb7Xzpn0OUTs8iQ6nom01bPGjloXAYImEqx2v5/aP
Kj0nDDj2EHl9laCpYKNPYtxoyxCkHghhVg8u2rpBB6qINQGgahUTjA+SL57ggTDZC5kiDCx8
wHLCRkcdwxdJxkety4fLMgehXJJhj2AlTr2C3SSNmmRU2XM3RK0lE1MnVzzEhV8J6FbSInuK
QShwV7Fx2Cd1ZLVkQRnOaMk27hDg2mjKuSSpa5YLeVsAtU46poCMdH0Pkj1AUPRAMfUyhDX8
/U9U1m2NNKtBvMcuNBRRNmhkCCJwCCO5e6Yz1Gh4/SNxdFY3FMcYD0M6hJKDD0zwGkrnyOEV
bBdQIbs1Y1wJkGNBd4coSp57SIqVCyuXVEqNHwN8l5kx2LtyebzvYZ55z2Hmt0XWjPOQ0ss1
dBHQB2zHRk6z4ig9nGjlrUDXGMa6Bi9T8DtLokxvah5rY0YIVz0DQVTCRMHAvOtCpi0ICwAD
FoGI6x1wsGnE1JrbhfJ3YPIrbVTC219Q0bj4JIiFML0GGJ7PjdMpWti2eYJq3znjO0M1s121
aCC+owZoPWUPLV9XU885r3MgmoQXai51b0IVaoAJ1iwuEUZW4KvEkx3EWlgSgtDssYjUfAwa
UTxHTxHTxXp4XWYzhawFjX1fIlNzOdzjD1skhr4+qIy+2GTAv6dk8x6VkpXr2MRxPja7uO6e
I6eKWnjoipfK0qCjFaFRF4FYkg6nxjQtniNgeGwOCpUlV7NLauQsegJ5/XPSxMHd3Hd0E1mA
GVq44EGtJjsaHBPPa3lyempb2XjfWmr0wd3cco4gOyOx3nPSYJvSgYZmsk9HHUVyjfHnaYpD
uKN2UYGKxcDRuoqq+IXFbJNdZP0YhqM5ZisU0RIxLlWQFNqJgiY46egmJgF5n1XlwbmSsbQE
IGEDCI5j1Bgevm53dx3dxybixPQItn5msYhkbnthZ7IbH1cwJpZmebL2aYZXtJS9RDlvOgPQ
KowHy5dMb0egyRaJA+e28UIU4iOWMWIpQ9XE8RMcT3Qd3QcszBgZfsqnha+wSMG/pmwD0SdM
Sd0cT0cSA8CSJ0zJ9Io0ZOL7Dzwpp45jdDj8eqX8/BZvPuejY8y0bwlHjFy/RYg9oW2AB5gj
pGWkKwwLNqNznGDJvIBoO0asTxHRxPRJ0TB0TxETxHTJHTxE9x3dxE9xFo47u4pla0GE0pAw
jGeKT1S8xqmftP6R5hjfgwVfQ5Rhm0dIxtjQkreJO6YIUZxjlLsFbKKmnfH1jl2wDTVXA3dB
0Tx0TB3dJXp4jpg6e47u47pg6O46Y4mOgnu46JgysT0aYuNwJ53i0L+2U0Tp7jomSIniOnit
u47pgnogWxd1ADnPZwDSIYE1ElrkIc0Mp//aAAgBAgABBQD/AOLn/9oACAEDAAEFAP8A4uf/
2gAIAQEAAQUA8bPnB5waBIBY7GW/xDM7I5YCSRmamxAy0NgBsUbwE7LHjEzE+fd87/i5IV5E
UvK7owtliWWOnO8rDWSSxw4brviR25jHTQMxAAC7UDD+fIxi2exjm/sBvPvgDb0uvJDeC06R
5P2cYyW7PJjyyHFJyMBq8RZUDYW2INYToBsA8gaZvyQdW00lbyjFtyA7p69esteB/X+3FPkD
ToPsPEubzxnjDhwZNaSMmWxKrxQRGxcl9aOoLMsqVqzxMpAD1ondFjUL4wE6K8sHgctkgYNY
VJZl+3HeKuEEYF8cuJL477Fm17JP/sRITHXc5HTdsSm6Rj8DxgGxADyZgCPyvkhhvf2LbywS
chYKsiniw3FQA4fjLOiv9E2VkcRnloofIXUn8hkrxxrY7JWDuc+xDptaxDV1BXCMBY4NkggZ
7GznhAIU6G2GHmTy4qHBwHyrcSW8MxA1zwsQ0kfsWfqG5J1gQD0wQyXFSKSyzCDmItnbchie
BCfuFPFc/qBpj+Sx3ZYKYhyTeskbQ69iElm2HMpyNlKht46h8Yrke+QA5H+PjNby3C0kUldl
mlqKyxVIlEkcTGAxoD+QScbYO94xCBu1px5/uaODuOvODsqDNHPWkCKmm/GlCKwYJyI/twEc
SfJAzmAJrvF7Ft3aIN+jMxKRhnhi9cUgQ8j5xywWAnlHy4lScbniseQYiSVjymKlq6j1EvqQ
5TIWN2AwsoRjrAXCL5BUe0A8t6f53/Get7LOtFpCMkJyorNITxKtvNby5eWuJ7ticsRgDnOL
E6bayOpqPekkhLpFYWR8rwmJRkjAkHWct4xJYniOwb7uhKwlv0ZgSIzqIlUmXZH4Zm+1YgyK
3gOWCuMZiG5cS/2Ns8WhVgshIEwIyuuoQARIDw4/Zz4B+rElkkcYXAb2qMDg/wANfLDCFxmV
slUjKxCvoHAuhPzSKw8kkwRnxY/rX9DAmomH9I5NBGXrRRV14kYrHS7yS6iyVZpZUc6WEuYz
4D632DH2g7WH/wDGTspJJxlMuQEFGU4wyt/cP7go4upOD8eOOvE5JYu2z5E3IGIEwy6CMNKW
0eQ5HzhlVCZWkIDtg/CENnMgJISwz8fLnSl2fAGGN9lWMCTzh3pWJyfrKsrtUhq11VWV6AQJ
QXSTLFLJLJI9OYOgOwOQDsRnFrVuJdRyllhg/wCpm0Cw1dcGwusgXdZQ4ZBMyJTiOIg4g6Hn
lWYForsYIlDIbEgavZhlwKmgFUzKWw/2htLKwyq268nEZJ+ANueXOe4ilbjCWCQMv2xXJXYD
IeRi2X/hKRwU/QOuiQFCcs4+ADyCBi7AYYIJZJ0hiSazWQySmXLFVBX6uukkSlTP9QScs2Yo
s6+vqfl4m/6dkRt4zTMLdSd5I6suV41jjSHcz5G/nX1KsccDVUESeh42ik+prQWVetNCYbB5
ajkwoy48eEMuSgbqMfVLvCZQOL8pxxj+xaRGIoMprqBxdgrk6yFzzi8fBOec8ZNr1hdCWQIF
nDmuduRxwk4NhSnm51xnll6e86Vergr1/wDURyNeSJq0dkxGtCwiOxiBjna2PZZ6wf4dgCdd
ww70eJwtoNsqUO3j44s6BpEnmaGIxr5wNoM2zWONLwdmgcwzbwWI2D0q3rO4yko0/oOSRIAf
s8MSpFIRh8gevUyF14uGWOVzHEqImzjoq4CpyIqZYz9vj+uT/wBjSSuFrjQSNVrcvaVUqqax
kXGQZpgQ4BnnVI4fesU83GGKtNK0Edr1IsamdvQjkyPVj9VYroKCC39xACNo40yjPY7YVlke
GBYxxJKnYUeHdTn01X48v7TJGj5IBGoeXjBYdc5pKjQE404gx7EFiJYSzRHw6/bwMVQGBGPG
GIQjOAAjnZclI0P7YQA8IO/PzrJQOMelUb4qFKVhxkIGtkAE5IVUWe74TTdrBGYWszQ2bE0Q
jpNYMMUUKyzIgjvc3bdqu9CWO4Rhb6mXhhmkclHJ/XRQIkwOFxkO+RBjew0iKfYFCgod+gvk
VYjGORMwlvnYgX/BIpDqSoPYBjJGDgcjK1kq62VdZGVWP4EbDNawnwTvPGm0LBQnF2DHvnFv
Y8/P9Jf7WPgaGRspHB1nnT2BSQoI3tWyz0KyTVadeulq7HUMMUUsXs2bXbrEY+ss2ctUIqY6
vtzzlEJkkjAwx6w/neidMVEm/WxPrbBE7YtVyTSJyOqUHoUkIAAMQeXw/wB9sEshsKr21C15
AU9QLCJJZWpQ8JasyPFJKMjlEkiKwwEbk84DxIHgqWzjp1YnGKZEn+VPz5GAnDm8lb6yyzys
KjtkdYow/tOiRrbbDKwwsQbHZRRmnQaZ7DCGC3dsyv1PV6MlyS409GMLRqV4ZGHNG5FTHIT6
89eysJIWA4IVGBF1oZr+SfljrOIIbZxNal2HpxRujq8YiZTKoOOdQxQrOVp1onVNApt2Gs/+
wPkctueIULoopABBSSQ5zOCTA4zYyQjTnCRqNvJJ042dkYz+B+SBn6lGNksES3Ox9ax2I92O
xt2WrMsahDtHdcTtaisnZUnIZWARcCgfwPjGOhLPKixtzT+vyv5cDYVdl3LRqupz5oHUduR9
V9cuehNM/rpg+virEb4sTzdFZSXRogGLKBmyQW8AbVf7k5YGwEb0CXJzm4x3Y5O8qoj2Syym
OIMGB0CTyzXiZ1iW1YYAScY7U8ssu2WOiWeaFwhlsAg8hASUlWd5J6UhJzWH5P4eQia15hrj
cHsPuJmM+/hPy+8Y8CWIyqfrP+aW9W8rgGQr9pQAKT8Y9nEU6ZdN5CeCVRSAzEs0gwumgW9e
uDDkcJ0B+POEbLL9SyguCMabRir+3FAUOQWj5ZJIsa2r0Ac91Ag/3UTIzc5ZWZm66EF7bepe
uV5J7t8KRC0mU4QxpDUgPjCQfg/FnxNaXcVXmsYP/k/KfmUaaYlnk+zxIQkg2tUcVstlUvsj
WTACGjohV1inww3isxUjcn4CADJVIzgGxo3UBmDCQBfbGQHTa+cQ4QeE8qRtGssrDguG2kWC
Yuq8FxTvO3ZlqyQfZIY9WoUWOMfbYLwL64r0pcGzxgrU2caT1qQcqNsofpsHABoHxm8uH/KC
CrSxrjSAWWvwLn+zh3L2sSLW7aGXJj9iX5Rkc49MJyyPWdcsayBvqQAWUPHWXi2hiseR0wB3
hXR8nB+XQgL+ADikFuXhuG2hQ56Y8leKPEa7MfXDE27Dskb4taMHiuOy4kum7TnJYmFcSoq7
7FmRFcDF+zknikbM6BGn0oyRcUgZUUh0Ghref1+Cy5fnEZbsJGH7G8ExkBEuJHsSVZnyjS4J
MAViJALbeLzliupdECGwFAqEuNePwsA8gLxIBB3igjCOR1rGA26+OLKFbYVNyMPGhj2YI8/2
MHM83eGEOBVgUkAYSuzwz6tgBJdFyeGLjNXWYrsC1C8oau6ldB5ZBieBE3G7+5E0plDl11kT
KMSVeL3IFx+zjXH7Ybbs3fGvnJLnsH+DFevv3QJGOwCIbjMlS65WtNI2E/U7AnXjlYnjKCGj
YmaRVdVhSInwr79dfzgA460OPhSSCcHnDsY/4IZc2eMPx2rOJIqrSNDXhhDLyWCNogZhjzuQ
1tmhSbcVSRjlSwzGa8s1iSzueaQQLHxkU/m0rLNy8h21G+kRQXcACJpGccsdmDvNZKivM2fr
Ao7aSIM+NE2wNjiSaNFp3vwGCbR2oVcpgGSBeKOdks25vxX8RNJIZU37HHJeXhRoSOWyt+Ad
YfwT4I1gYqNhgTvCBjKcGLrNHnPDG7WIdKgJBVifOBgc5hclgKwQKRUpKOMb8I6Ck256k4t2
YhYUgIHiPOZQweNtKeIpU3steruEiqSNkMKQgMGf2OLfumCyzzSMUY4yBVqycGmYlW44p1nU
cddxGPcwJH9udf4ys5Z5FwKWEqqY4l0jD7FQjsToptSCM03CCNlzQILDe94pGm22KDtvx/Vh
54qQq6GhsqdrGGHqKHi2cM4qDDx/YtqfSgZK1XW76pFWjeWOVLlqSWSJFhg4uJKVqUJXqwLa
m6wpNFDI8McdGvY7L7NadjAJHljU+7rYvdfb0mKWFZZIqW8FNZF/seRuS7wEb6kqB2mhET4b
RyBycqgGKQcjpgNkYhBzzz8nFXee3/PokITtFBjjDHCn2UaAOyQAftig8SjHAi4BvIm8nyQC
cQaJJ2Nb2c5BgqqCWXTTRBWuVw1rVutKGVqgDT35WZ455oVft5HDXJTjSSMacMrz3JFkjlrI
2CiNV6iovqQnraZMfKCIG1AALqcq0hZ7gK2uX1OyOXjrp1hPayxyYpzXiDXKqGELqQzEkbUj
kukkAZmJIB3wU2BsghhJB/0AjCQS2jhxwDnHydgbzQYqRjHgf6A4uhn7KcpexrJh7Zjgv2tN
YtOObkRV43VUrnE4gX+uUtQqKGNCIvYGk34BO4121CIQi4VwsQIHDl/wqvIUVUSykBJ8YY2a
Tq2djehgM7KvE0+WJ1nhOrh4W4X4CJ+A85EhGVTNplxtjJFjcBOMYqqziJwVrsAwjSc9hXDG
+vs/2rAN2s2HsZyF7iZSncqRFcryLGwkLrvOPIhtFWG+XPFGsbyex5mBI4OTEjKsU0yJRsOV
6tgJaSwpLabgkrFaqGR+wKGOKERCJPZluF+UVCZhH1wGVUrV5LFvkIyQHXkx0uRWGYfryCL2
iBCGkZILDA15Q0MMrLFEpEqoC3EBNDIx9JokYTV0dE6qFMSjFFkMY2SMnBZ/XxYzV4TL2YAf
sZjj25jgl5Zyc4vs2eQwfmUBF3rOZBjYg1bNjkk3JQ3FhpgQpGlGO5JJOMvNYUHJoRwWeKBq
NhWY2EGNZTJVidokT3KoXLL+2xOxARQqXtkLfWuDZlkerIzSsG3JIxZJ2ACiRuuqLx0Dn68Z
xYI1BACsnKbrWDYwHsmOnYEBVPGMjT/jXkDYYZEPDnysAkSz7A03tDFic2NlNZVgjlyOhHoU
eJWnktbjlzydjNnIInkaOFFUAJiHyrawbJLAEnZflibxQVc6OWKUJFSuGf0IMKxjGliArSxv
Ydwqw+vk5Uzs2ssPwWYBooP+wBo5Q4YAbwBVMcJyrE6ryGc1wyLppYwLHtZ+sGsUEz2NmRt7
J8Rj6uM88gPDbyPWA/ZJuCz3nMllPYvkEIMEY11rKs5tRIHvwAHtEIbtF3YYSMwUYQc60ZB5
BLctabYOKxOEbz/7MGOfjAfOgBL5iqIwLVy2GpXASCEGFAtrsJOEKBY44fsW0TMwlkngJhrx
yB7MYGVCjZM6qTIzuZHEPWTtPAzazmcLNqQyFXM2urHHEA905X2E/ZF2V1pgND+4YxByLCwL
L+L9VVVTuEb2N72cClSTtXIAPLTguCpJI4lQxPXyAYZ1rJUvGyzEkBWCg6wk7BzkNAbOvsNt
jj6o7Kx5thHLFGlidv2rkvtsuqmOuFMbggVV2zdjImLYksOYHCjcbMzMa9ZiFijZOn2q8RgV
cYjGLcZxJ6+vjTkPBlH+Qkcq0gkA8BzoD+4Hww3kRG9guCC9pQ8VKP2TywMsyQPgESg214iS
MlUj9hWFsNePAY1MkdZlswCM9YBynvGSejyNpf7d7BGISVYjSj6kHZIwMNTStxhryO/qZRFG
yu0g5NII449vaszAR1iFhkPGKBdJej4JEwWSTZx15lIcZwsVVi0/WLqQg75LhkG3LmOWBzXo
LzjJCNLMjvY5HKkJXFGS64r/AHDyHyI/dQAzEckPIcjUutKjW3WzK8HUyHIuugXErwqJPWiV
51mPFThSPLN7rY2uzieXqRvJuulilo1I440X6k+fJZdDNLoMNec4/b8AqvCr98kRQfpqVULT
PkDAu6h0AHK0ylv7cveYFD8g+w408HEqJAcptufrUOBBgVBhCjGdeF1wK3VHUM6NIoprBOo0
vXMZCMf+1P7x+H3kYG9DShRilQO0B9nUxe23Leq1mi7aq5E0bBrMaqvbVyX7SEYO7iOTdq0i
O7NJGjSHq6CPG9aGTAiR4Dj70uKVw+SCdAEYMPjJXKx0nb0klsOwHY6nYcaxGjyGQnk06ASf
ZstDcG8h2VmAD1dkOWWWmxEnXgcNgYeG9jHLcL8kq5SRkh3p5jymXlx6wacY/wDah+4/DZGf
sxAOjtlPHsYT6uulEUt5y0/IjD2iqkgksxQVVRDVRj6Y1WOvEB/r3/Y/bp1s6u+JisQAMCky
V10EkbFbAcDAA60pOANgGzbBMMKhVBGHWSsdWj64qw2mmJjAGNo4pKM49kbgI8I3HKh3UZhk
xJljJGdUmqo4jNjOQyUjj2jAWYmXgTsnRbyF6ogyZJ4VGJdfIYZGPuYwcRPIidxPAvordQ6n
sqRSY1yW2wPWMwYsVkP2aVvrH9suyiOin46+VIZk7SpqTtYEDd9DlG2k+SDYHll2MYLvjsrm
hlhNxVBuEKMYaDvo3mG4gAjflToaLHj4ij5NdqgJWO4hrR0olOngQPkdpYVN6Q4LE2CSUiRp
eNxiZ6aMSugi65IvJep8Tg5L/ZCAWXGPlP7ghZo4VXAMdI2Fm39ha4tdnh9u9mk5WSSQ7jAA
kbeI6qly+k0Y1g8YG3i8ix63UdWJVLEEAEYpJUEb3gI0fOWG/wAVD7QkjGBx4zl9iZVBVWI0
ugA/15eIyurmzTrD/GCMdlZpyA3VcHkSGNh+vGM9CjGh2sqxKJ6iyysqqZCSUBwELnXKqy7A
Eg+sQ0VIGb2Y/wC55VgE3eTI8ffJpO3ilNi6qiW6jAkk+NxOBjkgyBgxUaQKIp1AkA+qBiIU
CCgIXtpJ50nL1AsEXToBmoxnJdqUIPALMFKUTpFljJacAPOoFpgZQzOzgnAAAOLK4ABIC2Pb
JFEGCE5GA0llF9PWMkZiuEr75iOU7ZxGSyIbEjIuM4lxywceM3vKzFZV/BHj7Bl84yZGDkir
Is1CI5NCFYg5JE/qIIxfGE+YAGkkj0vr2UgZz6JCz9daLnrLXHresQh6FRsWlUjKJEg9igK+
NKDhKk8hhPlZSMawAJ5YpEherEn7MS408DGUqVYM0qIVxV+2tllGBscaT2cY1diHbSwswWVv
8XXrynhroF4KAAuPIBkzRiaWGApCixrJvnIeMdNpDkbhZoztSTpByIGeCE/JOgWJNnQn1owa
mSzA0TEHFgY5F1xkWKGNI1RRjF1Ak440r40j8TZTi3ZwqT3KM63zIZ5hTxexiKwTVZMWOPiy
Z9tD82qTyuercJDSijEtSu+GrCFHXqsUcYJ/GLsFNnDvEI3ZY8B9ljUjJiSqyjiR9OvA98R+
utjXgjJawkM9aNkjDLjP9/BxcmjaSXrriyvvDmvhPzrJZv8AyrdJ5WTrCI6VFRk8EMgWnWQj
0KffvBMu/cDnJnMrCJZe2hGTX5ZBLMXI3uJfs9qGLJp3lUuFz2SFo7liJf8AaWOVa4TELMZx
VUiVCVWrvP1lwCt7LI3WAYBvtnFwiJxXWzHGCbGyZDxEeuMzAs7AKm2iof8AchAHNc5jAz4Z
CuO3PFr+JIG5MhVUBxk2nV0nrzfA+F/La1brWDO3YTxCLtgGq9gs5IlOeic4K0pwVDi1EAEC
YEVcvytNI6N7CGOCCQ4a8q4FYGSEsm9YEz17UxkotSXQjlijJYPRlElfWHQ+OCZdYLGyazxj
Agt9sCsBGSDINlwQjHirFS41kS6WhCz2I4FA/Xjxq6Ya4xoZcYXhidg3v5chKylADqslrkgO
h4zeDN4v5fyzSFXtj2wMo5dSjiYvHnujw2Yhly+IYaPbO+C2CHtquTyl5EETSRJW4+2LTM2c
GbDBM0X6c4YVypIIyrXLmKsgDVIHA6untIkT48Yc8Z2B2WbS6IwkgCMllTIyAZQCuzwfyGGQ
xfVQFTqxuVSCPGbXGkiXDarZ7oGwvUXBLWYhFI9fn7YrMAr7zzgPwv5mvwFw7EMGkFinDGIJ
BEjMdqeR++7UTSR14GiMdh1yYNIpqIQyLE3slkaKE6K5EdhV8GL2B4+IsSxpHBNMuVO1L/I+
CMOHOxP+Rgum2mFC5IdMTkSzlMEw0vF8kWMGeJHxQumOk6xWGImgRlpyZEqK0ZjjTDXqMY61
cY9ZGYM8YWcYJEODEGsB3m/I/C5XhZiIxowHVuJlaP14ZImxJY/WbcaA3ASv7MmEzjIo5ZDN
BHGtiwrtX4QRJHzWSBgy2eDSXXsvAhjhuW0qgv7HhWWcxtFRyHuZVkjbmmedYfGHJIlcvRib
G6pSWoyJjwOoSHkprAYyk4U9YbmWMqZTIsSCirKkaIE3rWSQRSFQiggYyqcarCcaowwRWFya
aavFT7d7WJdjMsRmktDiRgxPykCLnFFwyoM7B1ES15p2jq2EaSrBLgrVUKtAFeyoYWF5Pa9O
WbTyiQEBHbcfZNEtnsWli4ucijMcgtECRnkb0SBI55IgzO2QKS1f/pHyfjxh+XQPklVTl6xL
XkXsJQwtCVAJCB68o2DDdXyOIOBQBxwrkkTk8Z1z2OMM5178E4zccg9SDPSuTVZWk9UwwSTI
Us7yOQEM2s5yPnADL0LzrGPTHPzkQS2o0Z7a40l4KWLNCJnaT2sykBirOvqZcEe8WoSAaUeP
Zh1NMZDGhkkFRXrN0hKRdBLur09aLFAH8N4fxvPOefk5/wCwowk5+a4+zV4xiwqMkBR6TtJW
8/Hn+BRThgjONUXDWcFUmXPZityA2GIBBTyY03EigbPIlUxpHxSAOSNnAAmKMZpMkgWVB09d
TDRigT/WKcTrqyn9WuC9WkomsU48mtl1US79ErGPrp3FHqIYQK8Yz6qP2Iyty8a8dK4lqPPG
O6qHvqC/YrGqdnEwHY1sS/VdhJH899Cz19gkHWLOGQzRAzSGROr/APxfzOwLXYw13jkSRPBx
ow2GF0Ks+AjDo5xGIMN2MB7SOYQCb51CkghLdihCXHcXLQZuuttKfOFTpxtQwy1cKyzWHleK
rPO0XXrHkdcvkdTxDEkR35/pbnYZbSWarP2Bnh6ezLBLH20LFrqe21YkmaWVYAwDYQMTEYLk
c7Kf9q6oO61k19bEL7B4lcgrPIqVEUMi+vqm5Ut/yG8Jy7ITZ6KZjHrPxhw5xGFdZ9tp+WvK
CsrsRd9Qhk9s8dXji3YTj2z6iRypOn7vnLSTuZYLe4ohXR6j2pYKdeNShGQqNGMK4OyfLsQM
tdpILtuL3CfsY4k/TsSZDCYKk7/eG2FjWUqjsXwbIMa7GtbBwMMPHe/PF+MyESabKzlI3k8G
RmTpCFq2OyggZe6qkjtahz/bVOQvViVkjcZO2orRJl6YlLWD518oPMu3YJMcnDhYpTGw7a16
jblAksMWQho+oiLWGkUAv4aU4/In+4G00WSdhPvr76zFt735LHc5VYrBX3RXZ1FdKvCv7bDW
VQwSDUlSu8ry1ZhhqSAja4zF856PPeHwD5wsNxSA5ajAKgK0cLSK0EnMxaRLTiP2g4JDtZCQ
JPCTkkWZVxe0spi9tLOtgp7emrRsmD43/BMIOgXGWXbRB2C2DQChmyuskiUan68TpoqCRKgj
jksOMrWPsTXkW3XZoq1h4J69mGeJtclUaljEsNmH1S+Sa8EsogjavDxJw9epxaliNjNOVdpe
SK5w05XjapOhZWiL8myOKQ5FUOJXgEclNXWao6NQhV6MrEAueMAMrypxY8hi7YAYAwws+KNk
EoHLuelVkQfy8Yn5ACs04x3LPojBon+qhi3UQvAkruE9tw40txA8lwJKsqYth4ZYLgbIexki
e7UMLxuY8p9kWkUKcX8XeqisYOvkjmrBUX0lsKxxgTbDTeTHXOTVE5UtIxQNk4rskpjDLGXK
VZTiVWz/AF8eoIfWJYlOGQxRTa5HnKOrh9k11CJgCw6yr7s/QsPJLUsxx+pGynQR37Sl6Mhj
eSSjW9MI/kYztPx6oVF8wxgAkrAzj9KUY/WwIkNqtWxTXtu3WwHB1lUY3U1iY6NmIzTkBq8N
jJIjHIikLHPLGIXEhEkYarbMDQyrIjn6CAsGdIlNgufziMS7wxsHrOmEsuRzjUU6yxegM0dN
UxFiGGGJsFYqJY5EHBlDleM1mGNZ5omJnjA6aN5LPYVjySMjOmnEdnCAcatC+BAAQMWCJSTo
e9MEgJHxo/KfmDrwizVFLwQUHEzwVo7t+WxI0skhgotknIMs0qH9i0xEts5U7SPViWGCW1PG
8oYsV4lZBweJ2QuBuORt9TdYM8/2aZmZ5SAGUY0qjK0p5CQad/BRnZIAhnEiyVxLJGPchV+Q
eRYVq2PaNjJLdaPJr1fUwexJMGUugY9X+sIJa3vH+mTlB1sUZA+Rms1hAOBF+PGf0z+uJ+f1
u0kP6VxRDAIl7mX2CCrFJLDVgjUxBckqRSifq5FLCWJ699eMSUpMm6+vKtqtPXkU7yqzbniL
Y6OFVXbIqrNJHBBAnIpkuxhcYkU75HRl5LFLnqILopXiQV2GjIJ9MeSr6jE68rXr1Lf/AFxF
dszmzVMZguIEkX7II3D0Y3UVRFiT2oilu4VTtZ1MfbxnIr1aTAQRvPH8y6jDPEMWeJsjdTmz
n9LcwVZ3a09SosKfnNMAu9AgPPDWmH+uhBSBkkDhRKkNhLlQwSQHRHnHJUxCX2VIJ3sMjRos
EsmLSU4lKuucQMHwdYYUONA6mz7lD2OxJpWbsTTEy5PK6JLPO2QyV+Lxy6HItYqJGsU8AX/I
MhBnRoKi5I6AxyEOliHHj9kjVJIVq3rMQRgy/G/jePKAHmlZjJxDSMQjDlARw+OxjadmsxVA
vbRlopkmwKwxmOESED8+AFGs9wfEHFLEPvjSIhxGQKMQbEVBgAGF40wMG/4LU3pipmSVnsay
OMy4YlCmAbnqo6y0XQR2TWLlrRSEB5kjheSy8irydo11iVrEpTqARH11VAsUUeaU54GGQDAQ
c3o4zqoezvAOWSScSh5BvBEkiivYdoz4yW1EjXDJG8iO5IIxHKGPsJVB7KQl7AKpN95Lkxz3
SyCCGzEtayZiIWQx0K7OKtcHwMf7CYlHaXkf2liaC2TgsroOrZr4GHWXpGmmZ9LHXYty8RBt
s6jCFcekZZ6xZTDTMUb0k936cchjo1owteuuEICGBGFgMJJI8ZcuM0zTbWP6KRsSSkFm8/YZ
veGMErEExY0bCv2r/mZ+EVWV5ZHhRwFjgmmrpNjo8ZViC6sy+daOlRnNTro6UJmeYxKYGjPs
QEJg2FNqRXjngdbdYuSSDIiSALPE8FyNwJMhm3n7lYYt+qxM8frjZnatHs+cRcZtYzklCRit
sGQDA/j6Fhgw/g/kaAeVRi/bG0ot2woh3NLGiRrFaNhlbRvXQ01S4GLV+QatpePmRWOcXA3I
DADu2u61B0V2YEW2JmriQo/VySluomC2ozCSQM6qktovQpqO6DvDTUgGsrQKFiWecbW84wMk
+OAjQXColFWXJnEQjtA4AjFOQwSPpxI4XQMs5SrWJZVUhVXNgBvtmlJYgHk2/scTxjFSVYEA
4w2HDcn2VaJthggksjLMzFqU0ES2O0aZqNeVTasqigeyWROLdfa5j85NHoPyJIYn1M2QxSBp
PslmE1ZmUlbCMlijUhCgZvO1mMlhV0ejhC154/ZHYl5jqvW048rNGjBq6nDXcBI7AiWu5S3B
MGkLqZGHFo2OQmWNoZ0lzmSUaQEhGMnIZQcLYh02HQwkk6XJbHFvsVRTgXNg4QdousHgeM0M
mljiWOwsuNGpy1UkCW+cTossjVOvWHLPbykicyYSTg5FoZzEaswmjddqYPK1wCFAxB5I2Lyg
Oh+liNJG608MBx/xcryLLRrGWxH60ElqMHs7EIPUu/7clqWUiGZhHRcPpRnt23Zdk0ZrwyXJ
P9QWEPVQRtN19eXJeqkCyVHjPsVwiJxaMgLEWEyNA9ftHiRO5hdxcgKkSyhI1jUbLAaGxrNh
ipAG8M+7DKGWan7JI4VQFQcMIyegkyjrmjw1JiJeqeUydVaTHSVMVhuNBI1Wz63ivI7IwYbz
eJ+cvRhxrWBFDVkc3sIBE1FZDDXjiMqhBIskjinNIet6418CjPqgeUsArMZnjghtS87H/ria
hHxsfDIrZN10UmTwWaqRWgT7NPbX3merOsTROFrtxEF0FSySYo8DxmhxP4Z0TGnJcOxCyf8A
nBwMBBw/HjNjPObwEZ4OPFE4ajAQaYGT0HIrQWInjsAZHJy+E/OToXjUE4SA1ZP8+a827K1k
/wBujS3eygMNJ5WSGGRcH1DyHCCc5KrORrtJGjrcuWU+0lqpB3shatfEuLJvA2wM846rIlyk
IZImkcLK5WO7MgjtVZjPQgKEmulfsGEmxxknC4s32Mh3KxBhjeSR24rBGAdDOZGezWCXOYOe
w5zbA5GMxIRjnLARnjeMisHqKcRJomWTeRupPxJCGL15Q1SEomf17WBpqrMVcSkN1UkMtZnP
LRcnwUXjnYMQYb777OBJoGGiusEEhEUs0Ddf2CSIkgbFkGbOdhZmqv8A47sErGKZZX9kZSSF
o3jNe4y52Nv3nrap9rWSSxJwgABy4+0ixBUjAU4dLjyKDN2ddMhlSwirxGgc44ScCYRvPAOv
K7zmAVO8JzfwUU5HDp8HxoH4Hz3fXDgoyiXMuxKSd4ulVpo8tOkkc8/DHuOynZyI7bQiDKky
tWblFLaqGrMLUUFp1aKz+y1aKShb7KMxz7YNQME8TCWs0su3JHs/ZhNb9yvqO4jsraYsDJK5
LFlVYpfbki3Cf9fblaPplAggigTguhGeRHkqFwMEZjsjyW8ZJLwWCUMqzAqZcWQEhtnEGRWo
pTmx/AfDKHXseukjsdV14iiLYBxBAYeiIZNJBCt6eOR/O9FjFC5yNA2KyRmuokQiCVZI5uul
kgZ89PITSRlLcjSZoHEdkNK0JGl6wNlqGSIqzAxFQ8Fuoqy9hApa4cNh9+5g9SwGWTsFAHaI
Wh7SN8N2MKew0Y7yORIDl15FlimSUx2wjBl0ToXpPpAf8FE7jZSChIVNqR5CfkRsjJYmjyvd
R8SRHwfxcDU7hRHYhLPKq492JDb7kATWpZjvApJii3kcOjKXVFcPDDOrwQAhbUPtho2mhyMS
CS+OFl2BUkk6GlZket2rqsb1+whsR+t+ZJ2dBm0ztoiTCCTGSolim4pHJuGvKGXsFhU9i5Zb
BJrXnxZYZ0sQSQO9jaV7ee/kLMiyNAQ0XXgJIwLHgVxB4GsRl5z8YBLI7HkAtaeWM17CyD84
B89hMY0t2pDLUuurWJZJBZt8WLE4AxKxvlascjpgH1RKBUV8tQy0pa6j1I3HBMdukbldqL9c
SxMAF8kqwKN/dyIyKV48Mpc8dsI22K8xz/X2WyHp5XaPpqgUdbQrl7Nc4ktViscGd317FuXn
n5WU7q3JA63I5MngeFgSrU5DklOFw0MsawyNHI50sUkxke5FGIbTymJ9tatvJa+xLSR5Vro6
PE6vG+0B3836hmSUDJUaIm7M8XrJK1WbKvXFyabLiQgIu/ZWjWZkiVc7Cus1elJ65WPkR8yV
aMKcIJzsoTWZfJHIHltthcZic85Rr++WHrIUJijXFs1y0Vmu490WSvA4Wssht9dxShKQ8iiR
LUJhlRWdvRIuNtcjmcitahdLfrjzrrMSKO0jBR0dZqjhRYKxO0kpSFFCkAQkbtHVhZHY16G1
NmvUjl7NnyqznP8AYKxSdWAbxveXYYpBLQdmFRSY6yLleszFYlUgDJAvCZ1eZ7EVYQ34ZFuz
7Mn3ytMJIokAZ1D48D7hZC9uvFYFrrJIS1dhkHW2J8l6i1FjwSJnFhnXTrFYaeN4KtKSclIg
irGc4xgPBHJkvWsWtzyVS66FS2k9ftoE5dVWWOP6kPQSRZuqlMn+mn0vVOMj6qUPbh9Arzzq
ESUycdNyHFiFB8iuDnZ/Wz00UbvdjtEx0JZMletVjSWazJVhjiUqpxgygvORZabiFLYgBZYp
uMCcUODybswSKvGZJbqpK0c5jMkxdTvj08zbjXyTi2IdpK37vDzYiWRLNCWIVbcsZgsThuUE
hWOq7fq0gDBGM97FkmQyA5IyosViOXF853kAMEVn/wAeKeRFjps5gTkqqow46BsWMLhCLj2A
TsHG0G5LtnXQK6b7hCAIW89oP/K6aDcEsioLfYmOIJLYavH61R2GQsS9izHXjr3bs7WZXZo4
WklSOJC8ld8c+lo7Svg0Ddcs9If47ZUrH1UkuV+qLYesplq/W142J1liQ6WPzW5m/JKTgCxi
eVXxasSgvyMbA5LKI8e3KAth+EDuJIYw0h/Eyco4n9UqjOzikaM6Q1YmZakRcAADD8SSqgaS
SVhCowggk7zzinRbicZznJuNcHXb1ZOfSWgEkLs8vWexI4RGpGyABjskUbTS3rTIIYZPtjTG
OOEAVpqvKOeQqrW3hyvbE8EvFyqeuCVtiO9NXZO2SWKPzisBi5KfuOAWEA9pySNpJQ2V0Byz
ISTpFH0jknZsBAZ2O4mKmnIjOR4P4epCc/aiBv8AYQiJ1Zj00QkqRxogzxjSIuftR5+yrtzi
2JUw2I+Q4jPO3KphkUqbCKxsIxgH1ngSUXOtaCT3LKnNUjkf2Ss41COZvztZkpxJVhmth1i+
5q9U0Usn/XF90kpIcuxmKXop4XxYY0NiUkyRkNONOhKvDOFrx2DxM0nD2ciGBzhCAX2alpi7
/VbMyrk11cszloixZ/KpI7DDNzyrOUZL7jDfbJ77hprqusEDzSVOp1kcSQxhiclkWNB2tUmx
21ZSnb7ZrqzJDHAwWBAk8aK0lmNDYuWDnslbBBI6jrnIrV1jWBl5kY6BxNLJRtSSI78iokd1
z9lIa9MRyyWO0R5Yn5RQvZLilbJkUtE/Vdjylh7qHLcrWnEfqMMvsqWraV3nnSw1yMcRy3Wk
PBCFi5DHfzE+yFKoN8+wQRGpcE0HYWA80W2Z5OTRJtpuKqSc8jFYDBId7c5DTnlMfTXBlWgU
z6os16BMk7aLc133B0lMhZkHJSa8bzgU5EMUcoyQMRII3wQouCJWbiNL4xpFjWsdnWEZcq+4
cG3LFxVmTdqXYkaSCBRyesB6K6qke8GH8c2GdjWqyiaNFzrlI6ztCv69Hm5sKfXo76uIyK7r
Gst3/Kr+zIIyH9ZMB2otTRSZXnavI0m5Fmi0rhm90agmWQtGQVh2BBJlTqppWg6WJHSGJM1j
MqreltSytStyF6FhcMRUqSmQV7Vp06iELxWIB1xzyJXYKEs0iIUkYtpiSw34c1woJ+SoIeuh
HbVrHClPHJJdYh6oZpYQ5uImhrPHw65enb3XbEEsdQLH1/YzszUCy5PIdfhqdhq6TzNPFxIF
AkiFiHm7CGGO3LMTDDK7HrAyv10qhaWJT2YouJjq8yaanK/XmQp10AxEVAMZmGM7BZVklPqA
VV3npRsehWfJOoplh+tCr2vIdpGCDkx4kk6k8DSPnFFxigSfsghg9pWunk5sb18axlDC1/66
rtL0kzJJ11mseohIjeeNAJdjl5X8Ebzt4VzY59RNKbHYoRNRPFJpebKF3FuWRpv115O2VX4S
JDJIGrg4YSZIY8jrIUmoh2HXqAevQlqgwBUzhDJiIIwObYPh34gsQOIGNxAR001sDHuOc5M+
PrXHaqoXAPs2wYoHJMMSq6KQSqR3bvsapWIk3yyAnZ+N/OvmcaxGMCyzPNMbR3WtBXMqJG99
y/YO0uHw3TOsU3dwqJEsL6vJbidqHwRSvkdM5UorDD/bjxhlkkRZIaQjOtD+nn48/HrTesPw
SAJrE8ssFf7OW4nwHcnB4AHgtsMdgM2gfAKZJaro0vbwDI+1i0lyxNNesyO9aryyONUVpY4z
Wu12kOa/jr4sOS1tnDk8Qp5YzsuQ2JnytAGHbckYhGMExjma9XsA9NMZB0NhhD0MoEfRwAJ1
dVRHTqxlmC/H9O6qu2dPdZzrPGDAcPx4+GkRAZo85xuHjiUMwALgjycCawRZwGOUVJewHNux
5Yl+R2Jt2ZF60uJKlOssTNPll0owxAAveYYLM75HVtTZS6+JEP8AwMDytxTLLTSQskZSRon5
V+ukUxIldOztrO4J2RvEbTdVZNitr5GecmflZB+HRXWuVq9gp2MHz4w5I5AWJQZq4fP1uJEj
gNMmJMgHtBHsIwyyEsWYGNzjddBzNaBQYK6qLNaJpu2ldqfWy2DIYakKmWxZhrBmPXQO0VOt
GqqOVfXM/wAd/G8mkMay2GZ6aRSRmmhkd41mgnWRrlxAvksTsnQKhnbpI3StrN/IGAk3o23n
Lzved5XWPOvtiSrVuJYP4wH4OsuWmgya3MrVuzkcQT+5JdkXo5RKnFMick8WYisxLVVUN+vE
ptY9lmE1mNRLfdjSoT25anVVq4I8dzs16BMwCqR5GLgUcq//AH4Tr+RyVdrZsL+3Xv8Apkpd
lzlYoAspDWjs8eWaGazrqMk7xKQvxr5jTVgeGZvtLaRI5pV7CCncFex187x9gzACO1E7W7K1
opP/AGLxU7iKdVMMgfq1LALEpmByRVfP14Ri8FKDZaxEpmsewkg5OwjSa/I44O7df08aRqoU
fjJZkjHZ2XlXrYAsDyiNlMbBtHDKqCmfth/kRh1ne0mFoKTkcqpK7uWSUg2HZsXwYKss8tHq
K8MSRxoP4ePhvrYI8yZdnd2rReuG4nrs1rKLNT7KH1CxTcM8Eqfp0/2bXUxOFlt9c0HarIgf
25rWbUDlrJJTHk/YTMy2QMj7GFRJ2W11csvB0lhxW6+vXHwPOWYULx15LFggacDXqcGOUML1
hFjouS3n43n9B87+LtdZ4a/XM0VrrZoCVfFRuQgZsgpyySUOuhqJ8n+NhC8cMvsi7G3HFFTj
ksWRrj29UyKCylJmXIZwIeusxNHa7CAvBehngtWaTpzKSQ9jIjQWQ4EoOcvEiiRLcLR5Jst1
/WmeKHpzzgqQwDNHPOf12MmIwxqqvLEMUI4lUKFcpJPBHJHSrkA/xOa+N4cAAx0SQHqqm5Op
DWB1FflDWhgzf8D8efk5PG0Nu3XWy1OmtaIbGPGso7Dr3iY6OAkLE+pHVA0bsoZnGBXLBJ9x
vYrsnYhsiuqSreLUkDZIi+zohII/4O4BZ+AksJFknYyysZ7DhofMXsAOnaym7PDmtdU0f+Df
jDgGa+Bms18E/wANj438PGrpY61UFS2SWlC5BZaafubEfIHTDQwDJCcrwNNJ/wDzjaPW2qLJ
29hA3cQSoIqEizw+l4p7LrX66SxJD1EMeRxrGnwfhp1iFuy6ARexgCFEZGNx0ACoPFpttPGv
iuhB/wCYYf4b/mcZQy9vAEawuo/2X4XYmQjetNgDDKPWTWY6nWCJ/B+CiHJqdeVZOh8joZwa
vWxwkAKPOHB8zf2XrfqEEQ0Qq5asOrfs2Zh/kjlqu7xtxIiBeaJRqJB8nNefGePjWH+GvPwd
kb/4fz89kxE00dySSKNI47SB0J4nfNKsEk09aIRw+PjWaPxrNfGtnNZrPxmxq0SS6lrZdI1t
Xiwjildo68SZ6oRiINMi7SLWBdZEPGHPPx/T5P8AMHDgw+PnznnPPyfjsYfZGXWVfSeLqFFn
7Sw1bEzdd1kNVAMGf1/n5+T+N5Kvl4ldr8sSwV6ksiR0mAWCIEV0cmJomSLlgjKsqjE/P//a
AAgBAgIGPwAuf//aAAgBAwIGPwAuf//aAAgBAQEGPwCllY0RTLRM7otpVd5dqBk4xYIPQvVE
E+vhHFU3xRc1W31K8rpjZDT+E8pAeqI4ok/qNkxmwOifkluIBUgS0RYJqkLdvb9OUfsxMhgr
vltiMISJJI6oOU73X+aYJ048GJ96pdWon1XVB06MjIBtUdlZKp26KsqIyJYLc0pdXoKoCwbK
uh81L/RP3bZeDao9fDqqq9wnymdP8UCC/gHs6ojlEnKEcG680P4G0DdPRGn245OUJTkeSXVd
gAiDcXX3JlgzotYhbh9OmVW63yDlbYhgqFOVVAK3bqqV8LUThUCJIT4T6piPAyagUsRsE+ei
7Ru1VXPRbdt9UYyl+2Pwx1Te5MqVUg1Nk/6ZeDlP8ER4FUsxXdZE/VopS9E2nh6oIm3VRGqH
6kzIfwDM4W2AIfJQq8k0i4W04yonoy6LzumutF11TXWgCcF03wVKaqlVUOna6pR8KmUypYJ7
HRMML7ZLE5XaRdbpkOOilKIdkJAd0ggOEb5yAcDCEZDabkXRIsU4sul0dNk/6ZJzd0xuqI9V
1TC2UBqCyAyao5ZNrjC7vgu2idztBT381ZgEP0oVqgh/AIgHloox5KHogIja2VWLkDNVKDM4
Yr7XHXbf1Q+XhSiANF3ECjuUHkZE6BMdw9F9Uh6ISEyAei7ZgrtI9EehTkokGyo79V3V1Wqp
RPlOUXeMXxdkRAy2n811Mmrm6jE40UI8cftggPLKHGJ75mhJLokmgwmjXogGrqpBw+yf9MlU
1dAiiomNX8HB6Og4sDdO9WRizAZQBqamqeQRKshKIYHCfJXzUS9P8UCPUoZ9t/CPKfpiGbqm
dMFI9FKRWqpdHOURHu5dMRT8kyelgyuzYVU2NQmGMIiJMSF+zKUpfiOIqP3J7uQ/U6EYWymJ
dy5VlRO/mFdopg7YVbqPW6BAvTzUo5eyAyfiojm5O0ADaLqB4oEB7nKqKpyWVag4U6WhP+mS
MiK6LREFUunOVahqoiINfkjE0coxJ0ZA606r/NFzQraLIRFWygM5TjCiRhMbIMaqtFT+A5Rv
5o4FnUoi66p29UZwjuIFlKUhU3C7Y10RlLGoTyoOqf5IRh9WpXG42iVy6MeIUOclO17pzV1W
ynGcxEg9tVKU41B7TqESbsgXcEqnvTY1URomajKTa11QpUIfb4u5vqkgeSUd12FwgSU4LsgT
cKZ/RP8Aomm8NCq3GU6ug48k1myq10TDoQgmFHytSgPimNSgLJgLIbUHLNoq1GqpZUqjFm9k
nRbh2siiL+a3WPRXVcIZBRNYy6aqRNZ1aR0RiYmW5mkEAJdSjKUjtFzopHjiJYBNUHqQaBRg
A0wASjWvwQJZEvYIwzKRqhHEQ3uUizgIBr6KvotUB0ReVWYBcgI+k3RpQ2QiZbQyIIJlklAW
AsjRwjYspkfkm/8AtktsqSHuKMhXotzmlWKpQm7o1qcK7sqVByjFq6oOCfJODUaoPd0A6pQ4
VbhflRiHMhdd1luj+IP0W7QWQJoThA6WRL2wn9mXkmBZ9VVdESPcmFSmPqqUIsmN9UBzFziL
rt2x60TbzyHpqiZy28f5RdQ5+OsZf4IzlcmnQIDjDR4w0jr+nw/xQhNwCMKfICDAi6drouSx
woxF6J5fBPH1QkGIa6O4gfNbXfVOLCyr6I5fKofNPEtqmyLqfXjn/RNEtuimhf8AKmgdvILg
rvDxFHQiDvhl7hE8ddRlfUQNFQghEAhkXjU0dMYvW6HbdNt9XTuAjMkktQqzk3JVA7FB6baF
eaAwMp3qiDlH2T5IOHeyqQEBH1KmD6q900a6p7FPqhy8czGYCDcm8/lJW7n4oz5etV9wS2RN
Txt2o8XGw2XQ44SIa7WQIP1BySjkIuXAwmekKMjI2lZfJExqhu0RWgwQoxFaVdOQ7/BCrHRM
A8uiYnYEBcC51V6IlmCNHU//ANc/6Jo9hmOmE8HhyCtUTMiEjaSMOdhpLH+5fc4ay6FVBB1Q
M25BrlPxVJvFG/kgC1KFERNygPguqb3qQuDFk0gx60QiASChCzYynNAna6c4QZEY9k+SGwGm
Vu5CSV2jaFJvpKY+icp8oYKf0XTqnMSXswR5JDbHED9TfqXNIEGcqNlARBJJwEITmIgDQL7Z
7nDlck/wgOCiTeUlCJ0qqe9MbHK6ao6lAEsgBIM112xMtDhd52sLLc1SiJH1Ri7YqmegTO/Q
Kr0Urtsn7tk0colmPRDuPkVUCUNSuyoGF3hAg0+SAAjMjX/8UQeyaYN0OVsIaQPohSqv5om5
N/AGQcqgAV+5lGEe7dKr/wDCmKIaiiEfZPkmFMJtE5Um1dVLOqp0Zm0alRjxgGGX803EDyyl
VhVCcg0j+EWCIIvQC6eTxg79UBAVC3ckto0R+xHcRk6KXFIbZSDP1UeKdtwr0QANFtAZAyel
hdNGPqmJYIGUiSh2raAw0VaarJK7oiMRnKJBBjlAJ4hvJN70R+iQ98ZKTFmwi9pFQHmoi5IC
0RnIu2QtpgS+VuiSOiZMPdqg/aXTn0Ks71VDh059yZMmUIjRVr1TN6oe0VZlU+QV/RCYHbK5
TAsUBIuc+BFxlDk457IGsopoRrqUABvlK4dDnMGlKrIhtsYipwjDgjukab3ohyc09xNWX3I8
zcmQNVH+35e7cdokComYG5mjIoBrp3vhVCNGT1BCDVBu6ew0VbKlAiZFlSdeoVGrdAlU8D5H
5IoSGCo7Ra6Ewe1qBNOLyllNIvX4IGIYBEckj6Ltk5Gq6XBV7FmKEY8lcxNkJCuownF7Mnse
q1KexTgsQt0hVmBCuwCcGpUZOSEcKnseSIhHaBqnlKp6oGJqLunKdUunTo6LZEmXIbAWX3uc
mQvUqUoj6BSIRhEGEZUMRklHn/uYhh9MTVHh/sO0R+qZ7R/IjCcjycxLyLv/AKkJbN0xYM67
oObtogYx6F7hWZ13X6eFIgLAVaqyp4N7J8j8kXNMqQ6ug4fRXaVmUtwcRRlkGi3TNAicSFFu
uNFKUg1ENg2RP1ST8cXlqU5oNE4oRZNMVwVaiY2Rey1CfJT5wFGUS50VRRXdVuq08NUyrQ6p
igwcOtGTuuq3Mwyjl1vlEbutUSJPxkMBojAsxGUOXbEkWN0ODiIhE/U2iPHw9up1Rl+LVBrC
pKafMHGE0eUE6VBVFZW9lwHOifY3mhPX2T5H5I0ZHJuugsnuP8VKuWPkpNrR1EHKA8/cmBsv
tk0kqYQNQR4BgiCmnUYIVKhHVF/XyVED7lRVVqp07qiqFZA8fcTcGqdq6IfdLSJVKg5Vc2Qi
cZTBNkrtqnjfqFWtWKMaRoSmiGpUlESZ0IRI3GlLsjEBogeqlIAO+VAm4LCiAlZvbjEWITdU
AfgvtiwTgdg8T5H5KXVGqk9XRiTRFF61QQwyL2KDVqiNSyYVA8DIH0RJCdqFEx7fJECTtgoj
btjk3TE1KbHRCQPondNcpld+iZ05qyDVKBsm4xukhPmLyGFtAZNkJ39EeQ2jUrfI0IpFbRw7
gcksjEcIj6oTAEQbBWdEv6rdRzZHklaNXUuPjDnVHmkQIi/mvuO7WDeA9llA9FrXCAkGN1I2
rb09g+R+SKjCIdy5KIGEDZ7oj4oi7IagWQJYDCZ3e6Bs2EW1eqBOfB8DCqPROyqh1QINF3RF
LLsO0aIbgSNQmII9FQ2XbIdUbOmR1XcSZfhATcpMePAyhsZkxqdAgSNrrV1RT2lnoVATk5lX
yCoAR1UiwQNaC6y5USCz4QhdrocMLltxFEOTkPaMJhHt8lQMAjHKHkmVPHqoA3NkHXdIBHk3
dlCFkqkZIEwkVyERLwhOR/ljKaJxqt0coyk6YmjLafpw1XUhIN0RZnAWrGqrZrJjnCkIijoO
msnumAZkT7l9LhByw0V6JrvcK1EV0TEB9F9AByVRwclE/cImMXXbIw4zQyKrLdLU1KAhEtk9
FUM63SA3XdVLBUoyAEWBq6hCJeF5BR3gCWES3mgL7imNPJDR0GFMI7qvZRhKNqFuiERQC0UG
NNEQSyDZo6A6KvsXUZxYkUfITGZB0VZpoFyLr5JzLaRhdncFzPBuSXHMD1hNbh7kaMEQf8kK
PgoEBgbgFMA/VGRUohfqTWUiNU+cp0zNoVUu/sOF2XyuuVRP8FomnMeT1RjAElbxDaSaylb/
AGpp8j1sKJ9tdTVNQdEz2TgEq1URtrqhukBLRS3fUA8SboE/h0yqYugA11Ld+FRJNHUWPkhJ
3K3SLO5Kz5oNJ05Z8qNQ7qJJFqlfWH81cepVDE+SpbVOZgHRGM5OOi7pk9F2gnzVIsZdU0o7
i9GoiG7ialF23aKciKRhMv8AyyRjl7rqg1XzogBdWvlHcaWRhLKG2g6KW2tkCQj4ANdO7lVo
qK/otV5p4n0KJynNENVGESwIcsmMmJynZ5WJRiA7p5MStWRMACQbFbojbIGq3E1YqZJN1PdY
L7cI+vUL7cnDUJdbmd7eSBhYpjqpNUGpTsGQoWdPRtEeTXBW4Hu/KEBEVdAcjOhBsuGQiA0R
hGRfVS5JlttgiRlbK16qT2ii9NGWipRhV0IEuq1RICeIrlSjmXHP+makRRNrcp8lCT2VKA2C
Ejm6Bs2UMlGrvVNgBGjJrlMaoAUX+K7kS6ZdfCuLom/RXTyuhIfhTi7OqnzTvbCrfAU4R+qR
omybqT4BUz81yl3cME5NnQ5Y90PqoEA5gQahRAD+SfcykRcJ2Yap2dOS0Ih0TCjlh6JpEgaF
A0dAMyc10CaMGBFyiC8fgEajyVQzLcajRTILCX4UHRoWR1ZfcBt9QTxDPqmNypGVNFOZfaOO
bf7ZKmUV+pDyqoNS6juN0RcIGw+KLUBV05tIOnTDwLpo+qtUeAeyCceDZWqaQcaItbBV3dMU
5spRMbWRER3E0U4TuxKL0EkNpIc1W+MiDWnRRiOWQcszoE8g3EO51R2S3TiqtH1ZDftlIXcu
iJC/5Qox4M0QHJphSDAgksEz7X0umwcraZBlOfIAY8QN9XRIbaBVlu44nZoVKU4sHoApDaAc
Ix0JCcP1TyNcBMEa92H0U5SnUttjlO7jrdAj3KnwXIMDjmG/lkm0sg5oijuooZugG7gjWoQj
KVBZBrM/mhvuaKLFEGjIj4qpRD0RbK2t6pjdXYBVqmBsmOPC9Fqi9imvoqKtU5odUXKJnMNk
J4yBHRGPHGQlGrsiHZlBhuDu+jJ4lwzMEOSEjGRNSmlIk20qup9UAarj2CoLlbHqPmqCqoGK
3EMY6Lc1Y1R5JvEyk7ahGEiInMUdodEAUF0XHVcgZo7iX80Q/pqtyDICRZxlCw/UFXuGqDBi
gAGa5XID9RhP+mSJagR3UARrZBwyjWsTZE9aAXWQMq1hlCICALt0QHjRPZDbZMiRdaHwcoML
p8eDoicwwJymBeQ0R2QfzTxhGL9CnlJvJMZlsrcXIfK2MAR0TUY4R5IUL2TkjNMomMyCNVU2
JQAOVW2qAjVzXyW+VCaB12VGU9tENyuaaLYKanVCIwEZiY3nCJerLdxmpNyp/d2tEUIRmzyO
iA2AelUZVf4JySEZy3EspGIOyJoTdA7SAc4VC5whLJwuTdf7c2/2TRLppYREbnIQerUW4XFV
UMdU9wbkrfOYERgZREYmTIEQZ8OtoiBHVMKHonlIBAM4F+qeXHTUFAgt0RMC+pQD+qoWZbfi
maoTWKZdEPtkitWRM3J0dluHGdmqMoAAPd0Ynk2kdHT7ifRb5PI0oUIRAiMMmJcrcSwhVvNN
Yko8txGoR5JZsOiMQGiVUbR1XdLdqFPt3Sow0/UmEXVavhA1ifypz+FbRGiEo9s5fFH7hcyR
MQXNgjRnFUwNhRT2SZrsoid2rJACPqmZP6Mg6YiiEH2jACdtzpxUqUmrtl/TJF0CbMyINk8j
uOIhdkW81WTPom3nqHVf/FUp80AUCQgHZ9UAfqOUPerpxXot0A0bIBmJytVaqAwnGD4OQiCW
GgUhDiFLGS/dbbkAKcIRo7jC3EbXwqOVUP51W5r9ApxlUYZHaGe6MAHELnC+0KmdxhAHSjKM
om10DMb9wopmNpF2UhIuUdsvegJdp1CZtz5ymc7j7k8q5QBDsqgHToqAIsMFGjsFMFnGnmi1
GNVTTKB1KGjoeXsy/wBMvkrhsoSABZEcYPVGjF6qpplU967gxNXRapFyh2B2Q/bB6o7oBuqp
xj1VrFMSw0QFX0W0D1UeMRcNZABMcqtCtUzN1TC+F5eBIzhdUeTZW6D06K/uRJkAB1VJBTrc
0RL0UjfcSSiTgsEwuq1dRlV7FU8vROzF8JwQKJpFh1XbR9VBhUmpQJtr45RDG2ilLhnsa56K
VKkYyi2qe/VAXOFEe9CiKAFvGXlL5LbKyvQIyiAyHLF4kmpuv8Vmqc10GU0vpZVMYt1RO4Uw
EwBOiO6Nspw7mrrUinRfNTkRZmqnyq+iunNSih8VTFk91S5QBunUhlkNWTTmfeyJPxKcRqpU
A0ZAZNGyt3Rbjku6d2KAAdqFlI8USQCC2UHiQDkhAm4utsyA9nX+Cau3UBRMZ/QLMyBlijKg
TAJ2UmeymI0OqIMml1RY1LuU1wEFEtTwJQVfCXkfkiSfJNcFEgs6mD+FU96u6AFD8E7V1C7r
9UAA5OidMfcE1hZ8L/vVOKspg9LoE5ClQAA0GfAl0GvlBVFl5+D3VLIlsLtAHmg59xTOvki0
Xc16LbiK26pupYhSo4AW6zKUYRbqdFGD7QchTE5OmZ/NWLlCVSvtEXopwagk3sSpRipbaAmp
0CkXEqIlmLsF7k5wg1nbxDeMh+mXyRe/RD5oxZT4iayiQ3kpQDuC1EIyG0Pdd1SEBGLBPsMn
wEZnjLYinHGaXoq8VfJD9s7WqnMTEixKGyuSVyGVgHJKJkXFREflUDE3J3NomxqgqLVsJ8qi
dOaqlEYgV1UnLseqf4oSkT1XRGVipyP/AIKUjQNtBUaqRe6bVAku5UTofgtwFCFonugdPwhQ
86uuUPadldasqRUmDUK5Zk1Fwgd18BVwt0WIa6EY5Uas9x428ZD9Mq+iItVAYRBsvuWaRfyR
ILvWiaEejp+UejuvoHuVIAeiM9gk2AKotxbRqrBHtHuUoTAM442oy4xshgBcgmSxYLdIj7cj
QgomMnJF1SzryRLUV0+QigqYTG6LiuqnIW3IA6oUVAKJpB4rkk9CUImtXZCIUYRNR9S+SGSC
7J6dEIk4ZGtvVSvbtUgbvZQuOi5JE0lM2uqqwWEVyAO56IHRSjGhJutokbAsbOiWDgIvjwOq
r4k/pl8k4FSbovU6okFAgXqoiY7DlbCK9EQZbBqU8ZAhOSEYmgGV2GICqfMqUeIu2QEZSO6R
VASeinKT1OqEJR7Y1HmEdgbp4bhVBdcomwVnfw6hdcKROAnsTUp0/uVQwyUSGNESzgmrIHGB
4bgKpxTV0WDnKbAyE8qsKFUF18gpavQBR1uXRIyXoqlPdUiSj2qXE1J2CAMWYVTmzujIdEY9
HdSAqGHgV5+J/wBMvkqGpwvmpEZQ5PykBOPwmhKrdsIszHVQ4+IMBSToxBamEYS7pMS6dyGs
MpgHfUKQAAE6uqg/aiaywy/Z4hK4MpKfCYiDNt25dM7unL0TjF0dhBAwrMRcf8qr715pwn0w
nOVeylEXQDvQe9BeSZr3Ra51Xb/kUST6LzyiXfFVU0KlFmfREFyQauo1VKokjyTgVJdEjRB3
r7BquNiojcGIROAnBroiOl1IElx4E+wf9MvkiU13TMzKUeWQALAPqnkWgS58kPt9wa6MRRgi
M6oR1BT4sgVEaIf6QuSILYRBzVb5SYMhtLnKdj5Om+1InzUzCJgxrFDUJ9MJjZaFO6snspF2
IBQJufDcasiSHBsUxNSHCBEmJWuqJEvMJxREM6EQXo6lzRoRcdUAQNwymIW6geiclXfdYIQE
HZUi3qi49yDGpVTlbj+FGc3IP0xP4fGXkaLk3W8CpS8f5ZU9FSydqqi74ggaowiO3C2mO4ZN
2C/ar1Vn1UTGjZQe7omzGx6ojQocmIiqMNlSXB8lmtkRIUwhtFBeqiGLEoSEXcJhHbKN2yq0
VBQJ05qreiotyk2hdBsXWjLITqvkEHv4OTTC80Hr1TCkv8FIm4QLNXwaN8oAhQGY1KcgK10w
CYkR6hbTIkrtoCyAAZgyYIaqtjRcgAo910VEdEVX0R8pfJGUrBDbF4FdwAfCMJcmx7FbJNIR
vIfiBWziLBmOqNPJUugxchmQJyxQNgaok3OVtlb/ACUtoWici6MpxEhYPqoCUBtrSt1tIYNR
bgA6rZMyaKqqH0TFURqLKYdg9AEQ+4gIjKORqgAKL9IW2JfzVMYVWCAQJK7Jdj90UBgYVRRF
Ozl8IyaoFgqRLoHarsE8yShxxDABycIzJaMQ6+5AvB2BTNRXTKR1lbwJCITJ0TnafkpCYcJo
U80RYjRUDoE2Tt5r/PwgDTUWUTeLKJuAEQYspRESABQlSO0uFv2SZGX9xAhiNoNFWIA0CeLR
OoRMS/mX8Hf3p9yckptr9V9CZkNzAdaIx+5GIHUJhJ9WRIkL/BAiQfKkITjX1XUZFlcVyEan
VMbaoBMXphF/RDVDU6I/JGRVKkqANjfxom2kpwGdndEGbAjVbIfSDZH5IkULUR3piWq6B1RA
sjJjonFPA+R+SPVEKQIzhMEeKeLFMC418KUUOUnaAhEncQu2N04LG1AgD3EZKsnJYIneCyLH
chDb6oQA2glqdUN0jyiR/wBqIMVdigRUYVE5sFUOjISFfwnC7pD0CIkXOiG14gI8e53oApFr
A1UjgGiZrpy5YIklh4OBdSrbRVoOqd3CrV01lSr6KHnT2QVUWTYFkxp1QB9/gdo2gG6PAJCW
yIL/ANSb2D5H5JyowjbKBiwGXW+ZG42W6cn6BCLUCs/onjAURFAFeydiqD3rfykRHxW3jEiQ
LnKAJIGiY2FmoqpwHQ2RaTX6rvNLrsr5q7FACZ24CA3FEyqYt8UAbywuqaN3Tk1KqaIiu4G6
m0htIupA4ND0R+a2uyqb6rQJgg0Wc2Roz3K6ZZCvqg3qUQMC648dyuAF9d1SYX1AruYrbtIf
OFW6Li5uhmqqpUDLk5eQgmVIkflPs+h+SI9yHLx3joh9+NDkI/cG+P4QcIxAZ/pZOxWi+pVV
grJ2UmFIlgD0T7QOiDBUBbJ0T7X80BKkVviO0UKaypU6p2rqmArhd0K9EK+bIET96iTWQofY
faEYGgOis7aqzlPdAPU2TEog3UXFBqj1NAVQ1N1U0wjRwESMigQJtGqqFZUFVQkFUk4XawHn
hHinEgD8Qq6/zRDV6I7b4UvvSEonGntHyPyR+CIAfUpjGsbLRRkzxepFlcJjIKkgjKEhvNui
kOWW6WGCcKpUpExjW6P3JdoyE8A7HK2gjdkIiNB1sqimGQjHKG9gNSiyAlEjrhBqxH4gqhnu
SmMaLdsL+aaIYaD2REaJtUGvld3uyndObsiWc6qlSgJBignx1TA0KIGLqUrdPFyW81WYHmV/
1I+9UnE+qf7kQT1X/Uj704qDlOKIlaps+wfI/JPEkoziHBTGjpyS72QjCo+KfcU7mioEY5Re
lPVUF0ACdaK53I5bKaNtQu0OclVFXqFEN6BCRxqi1uiqCCgJsScC4W/icQF9EITG6Ts4/gN0
ugwLdVQ1Kd2PVAvlO7+DyBDoF6FAIA0bAQADMptTqnL91iqHwMCWiFGVZE1uu7iTkGPSyaLH
zYoHZEstohQaKsSCmsmcJ/YPkfknmxHQIxTi4TSF07+iJ00RaQ6rb8UdsTJ1u+2QOpTmDDRN
IbSLFPyS81s46R11QJNZXKEhYqTmgq6MxhRBO16MFEbnLMnPfKVohSMqOXQ4uMkQBqiAPuSN
SRQK7wOEJfmAPv8AChb2HkFSicTZsJx3NaiImLp7NhOaE6rabBOA/kgdMLuUouOxXoVsiGbK
18HnF0IigjYeFQ6sx6Lt5CF9bqXJIOIoj7BDZwhCXGYmzqXJOWzhjSMMy/UqeJ8j8lZWA8Iz
Z2LdSCiQCOKJxld4EOLT/nRkCwOQg8dzeqBjED0RjubomJfQKpO7CrbPmg3/AIrUClVGDOI9
EYQDCVybql0JlnFUZSkXwjKTky6ochDDVEAsCF9Sw3xXH/pH8KycUK2SYsKMq2GqMjLbhf8A
UJrd7o7iSRooyIaEqFA62VlTxeK1CYpmYqqqExAlE4ITRAiNAGVgSomJaAuNV2mia56ruoif
0k/BHbUpiW6IDKjGEmjG6EYYUg9SKLZGBYIDbKqMi4iMlGTuSng9LlPLu804807UVQ726K1U
8iBFMxkU0YAdShYAIAh3UeEhmZlfuOBojubbhPMCRwmFGoB7L+3xzFHBqm96AvAoU2jCLiuq
Di1QuOZzEN7dQrKicVVAqhMDVNjwsyqHUqfhl8vBz9RVC5KYm9ypbZOBRBgVlY9VLil9EshE
bpMVIcZO6WSm5JGWlaIUcaKzAYW+RAHUr9mG46lMKeQW7aa5ZPKMvJlQW6ISkHmbk2T6J7AL
c7DDoSABBW+N8+F05TQG49E8yH/KE7gea7pxHqtseQGWjr6g/mqeEZgPsuncoSeoUTK/wVTd
bgG6rh/0j+CIHuk/c2EJwLxNQR47o1K7gr+J/wBJ+Sf4qpYYV3dEQ+qRZQMjarLsiSmjwE+q
HHWDVIy6+zyBpAdp/MEwCCJaoqEWNRoiJEkxwhjonAMRqiZ95bRCIoAiCfVav4uA8RaI/EUZ
7RAxLsNEOGX1RsdVNo7otUKMZR2ykW6Bfbj3Ud3X2uMtrJCMazNyjKVZk30Rc1TABdgEeQXm
LoTl3Swm2il03239VKBjtcG5RAAfVOQ+h0TiW0HCr3EIjDUXH0AHi/tcnWRZHiNom3n7VEEf
I/JECJTkMBqnkPIgoSEqSFjqvuTZhXVNHikQMsFIiBgQKEt/woymXe+q4oQsAa5suiH2piEW
rqhATlIZATyrM3X3OUCEMAXX0Ak5ZNFgFRbx7vADRAmy2QP7Yk11x8sZbZQr0KMBWRDME8Qw
JdymZiSNxRuGL0REQd0qE9E9WwV3Fxqmwj0XbQIBmXkr2TY6rtyn+CcUe5Wy2XTuiHdshAyl
c5W365C4CYxmD6K5W3uPXCuz0qnjIHwkpB7ksgK91P4B8j8kRGhFmVMXXdizp91UePd2kNXC
H7hKeMzW63a3R5NtnAP5Uz1VnXbQhE3KIyFtLkhCQLRzFbJBpY6roFRP1RlIsALqRJyWWwzM
oaHH+lb5ETn1sAtsT2RqdKowewt1RF5dcpgKm6Mdp26J5DtwNFSoGCjI30Fk3wWmqonQBbyR
c0C3Au90BKxwt7bYCji6I3ExehKO2gyy2AkbbLdI1NCV2muqLmuAq30RDnyVJGK2x5Zdcocc
xXVSJNHUednIND7DewfI/JGQvotEMkrqbpsJs4K2istQhxcUTKXSqi77yK9EWstosjKLGRwU
ZD9uuaw/3IjkG4G8o4TxkC1HREI1CBjUg2USJDeRWL1TDwlA1EgykCKgkJxE9CmiCRlCADPd
EFyVu2F1vjEwAsjE5RrROY7gdEZRgYnCecD5siWcm6Zr4CAJonYnzR3ERPmuw2zdOI0GVyGX
1gkgYoq0rYp7MiSWj5Ig20z4UCYqy2uwumPwQIoi5dyowNmfpX27o+R+Scn0CcQfzRNtAiSG
QWQu1ycMqjGdUTFpS0cIj7cPWSbbxB/1KsIbTS5KI2tE1a4Rnxv5GxR4+UAQlLduBqChEkcn
GKE6hDnhWEy7+aE4FihHmD/qRMSCDUN4SnE7ZmpGqMZWfuOg/ShDji4H4iu4p3coMPRbZB0C
5BN0DEkxN1tI6OnRjOQ/xRLE6rdGJcoSkGTfcYdFXklL3IxBcG6f4KUWuCyiJPWqIsEY3EQb
oy/70TGjrkH5BbV1+3CgyU84BhkXRBBC2F26BQESSCtkR5KO76zf23coj9J+SiZTB3GoAdkI
8XduH1YVEwDjogZQMI/mKjPk5urAIGHHeu6X/Kqcp1+pleRJyC67pyBxdUnXzRP9vzNHr3Ld
zce4AseSBW/j5RGeYyDFGJDS6VRALG6MLiVNhqhxlxsFTgomVxRluB7ZXihKPuRa6edBotsI
0Taql0Ij3o66hdpd7utAgCFKFQWKYlvNOTudNtZFjUpgxQIi2CtzuEXLIiQMnyEJbaM10RIM
y3gtCL0UjplXspxP4wAmVQ6cwCaIYKz+a3CAErunPgwB9o+R+SH3TmoCfjjGfE3dE3Df+2jP
h4wcESFkeSUIwjGgYC5RIPY9I2TVJsOiMuU+QOUe3aehaiAE5x9SnjzzLXiSU4mXFgbLZyxE
JZ2ihX3uIifDM9/H5/jjFE8QfjNRiQ/1IEl2NPJDbTVbhY4V2ByLp5E1wiI+gQ4pBwc6IkWF
kxcMmep1Qe5uqXNEQY0GUWWq2mwW4V87omJOoZEyPvug1Qeq+a3n3InwaUg+l0dkDP0ojyRE
RHAsmn8C6Dl+tlHjhICY9HREvevqaHTVOS5BoRf26h1Ye2fI/Jd3IIxzQICHO2rgIyk2+X1E
U3KPGC4ey2ElxcCrr6GL3Tnv00RBjU2KJ4w6DvCQOV+/ET62LfyrdGIc4Cfi7ZZrREENHBwu
umEScYTx+p7osK2BQBDywtpj3G3RftjuN5ZKYL4unJMjhU4yBhOQVtEWC7gyLD1VAnNl3Rdz
dOzPhDQ2TT+kqtICxwtnBUnK2z5NnU0QnOW6Jy6+zysYkMJBPF2wE0w51Q+zEkdaJxMA6PVA
Rkduq7Z7m/DR03LFzjVbZgw6myAHICSnBf8Ag1LKpVJBEv8AhPy8bsvtwFi+4JyampKaNk5L
nRByyd/NHcHlghPJyOiiYl4hED4r7fIHfIwtsf8Apt9SarFUUmDsomMbnSy3ENqSniNx0ug4
YHou4llSL+at46haeS7WI6p4REiLgphAgfpCEOUEwlfcO4IU7RZExDyBYZXeSwsLLbywY4IT
8cXgOjoR5SdpLdQt/HJ+M1qUYTDn8MhqvpYdQiJzETGjWXdPcRgZW2EXiLISAZuqJ5OMSJyE
/FBnwKoSJLnAW0xM4vkF0JWfX2qIt9KrWirZM3uUhV9kv6ZeFVsjLahxxjukL4TckCB0X7ZD
FMmaqc2yUIiXvRDun0qy+lzZ3WqIjQsjGWL4Tuw1VeLeDWXIf+VDZARA6JjK6qQF2l1X292c
KXJOkYrbAN1QMi/VMMIvfVESHqt0O6IVC4P4UTwwMWugOUtA0KbjDihdMbRo6a3nVCm44Q28
YiD+I0Tzm2oAR7Xe7p4RZWCe3s1TRtlaA5WzXKJBbohV9VuiwPVSJbeOOZ9RGXhsqZM5bC3i
TxlXyRIIJd7pjQaZXaSPVNVxZNIsPJfVLrVCQdxZyiInaoje74BX3D9N1tlAk6iyrV7ImQc5
QIg/RUDBEPcXW0kgjRVNRqhuJY6Ltk40KqGVD7DocUbRqVHjgGAACEsBUXdZVRbKYlCXGADl
0IBjqUOQ4LyGqcxDHCIEQXqXTjjj7lSIDdB7DlOTRCEC0Is6AjcobjXw+3lVdPhP8EXsqVCd
NfopilYTp/LJTn+UEqUjUyOdERKobKnx8gBBrF19ziDPhGJDH4KuchPRhXzVAw1Vy6vWw6o8
39zEGRsDXapQj9JsMKIN8Mv1IAVOU4ubIjkDsWIV2OhW+IcZRBTO51W6JeAwmn2yeyH257gu
+dNFWbNdMJ/Ao8kZPEKfJrQLdIWVFXwbCdVuq2XRPlU8ap8Jgaq6dGLsSH8ggHqS5HRb52Fl
+3WA/EmK+3xHuA+rqvt819SqFUFUzVCpQ6J7Mg9XUq/gn/TNco/SUYkgHDoxdkTZqAoAUGdf
5V9zaduiEhxkg4F0IkEHIKfOiMuS0caocnHAgiQBc0DLjjAsCS59EzucoEfWBR9UNxAIQMG6
qtrWR3R8yiAPJGPIW0KJhOMZ/BED6hldxYpwx8kAKNdE2IoETIO+iYhjaikIEClslCMaNUoA
eqdMvJMmvHVUVPd4W9V2nxbC2hXQUzIttspSOcI83IQDYA3ogAHBtGOE4eEBWqIgXOZLeSwN
jhAm+CtpLqqMgqFlV0GupAv9EvjGSlHUIckBvrWJ6omJfKAkaSNSozFQzgeMhgG6Y5R5D+Is
yIFDdbDUQBL5UsmNUy7iyaE93RVo1lIRoxp1CqCZdVEANSz3W2UahDJayJiGBQpQVRJvlVt1
QJHbhOaOu6osi8iQ1jZbhbwsqLZxh5aoPc46rRVRCAe6vXxcoklyLRQBjtdMSu3uJk7DRS4y
C5uThCEXrQC6EuYbitggIiy2yFDWiaNo1ZPcDVdtxbqUCaHIRC6KpVET0Py8ATQrVBw6lwH8
NR5eB8lNqh6qEGfdqMI8UAwgzraSzXRMPqlQobLMSQtsARHRNJyFGZlbCqQtsRQL/wCvxlpk
OT0Utkj2/VIobuQFuiEpd5Gtlbb5JoSEgLUTyjfRASD4TQkxGCqh2yi9eisXPvQMg8bEZC2m
JA1TiXonj2R6phUmp8eng2l0KX8BxgsGQBW/cw0Qep1VVdESZ8EoCAAbI8HtLKcMQNFtlEjo
gJRdkdpAYO5/pVatceSEBUmxT+J8j8vCJ0VLFPlSm7R+adMnBbVBohxnK5J2JFfRbuMu6kZQ
MibB19zkb7kgaCu0FEAeq71TtCrZSkfqFzkKXIJEvqVycpLuQB7NQCiYjbLDLcQJQjkXRD3w
gSXBNioy4ztlYiy7oPqY1CEo0AuLJ5VrTULvtiQXaX6hakXXTw0OqD18tVFjtrZfNeeVU+w6
rlMmCr4d0RLzCaMYh+i7YgHojKMRu6L7hoI4KDlibrUYPgfI/LwMRdbZBiEIi71KkbgeInIO
CWXbSAu90Y8cw5BVHuzJyD0CG4o7aJ5FygJ0W3j96IJ7pYTUPkjx8QpIuaJuQiIXdIEYKofY
MJVEqEI7IsbghbZHuGSnB7xcIF+03BTckQQaFA/29OiH3IkVqDlMIgxJo3VGQDOHZNG67pbu
miY2NiqAsLFbpBgKotRGZFTYrVMLruKotfBh70wutAuid/YYhPGnRFhRVxlFjYH5eLihRlkW
W6f1m/i0Q5idzBSBcIUfKBAAkPqGXQNh1VStoqU5UJBCPIKGgIR5BLvGHT5TO/RExiwKceTI
RmRGQwVQumNFRDlgHgT3DRfdge9m6f6ZK1R9QRMSb08k0sm4ut0O6ORlM1NChAMGK+9IHbH3
OtoFBcpoWJqVuIYhWYCzpjHb1Qi7kZXcypQLukAB1Rj9RGiE4F9QMeD+FLJymVLqvg1z7OiL
WMZA/wC2X8GX91x0L90W1XlgqO2W0Ah2QowCLU6pz713S9Ftj5phfBWzJRogPwuzlAGTtVGn
VXYBbgXg9tV9yNJaKUJFy59FP+z5hVm3fmR4wd3HOjaOpF33F06+0+zlPuKIb1VjEjIW+Qrn
qo7GiGqOqYyJbAWwAhrFbphyabcIPcWW2cgGtEXTmTAfhRPHjCaFF+4WGSUN/IZfpAZbeOLP
dVonBbottyV3FCJ7oysdEwo2U3x8CSHZHklhOE5Cp4nyPyXaSDof4BjKoKkIReJsRZDkkHka
1TRFECfcmwrOU8mHREQBvhG5fGVtjTUq+aoj0qtrYW+QGwGpIqjARbAcIcgNDdrUUP7rjbbI
AyGXKHNx0IqQbrfuAkB6ol6p6tnCBiW9aocXMdwlQEp4SZrOtkqJnLPYppmmWQjDt1JFU3H3
dUdtCbkq985W6RJRMe0dFkdV2udVtAO7VAmJfomAodUBYqiEn7WQ43I1J1X2uYEaTwVTKPS6
aOVJ8uiLnqqqjI9U6Pkfkn45G9lWRbVEckw4yu0v7VR6oQBEXTBz5B0HubBEM5FSiOK6eZ3E
dUDd0SxGhCByqWyt0bBfdcEuO1bRSQfdEJ7yPwRBrJDh5QTElh0RaX7RwiYuC3ogSPRUFHs6
Z6IGJ+moCO4/cGQcKUZgbwLdUYyuCzL5pxUJ/gUKudUHN7dV3LsJj5WQ3RLHoqQPUshPjjbV
GHIAZaNYr6QXsGV2N6aqPcX0W3kzYnVUHafxJpPMCyDyoM6foTivRMaMaoCBoCQVKEizksmA
9Uyr4EPg/JNRzZVt0oidrDohJ8W6K4c49mLFnNdUKmUOt0RAgPRjogbEfiFlKIO46haqyBAJ
JX+acmguQi1upqU0qDRSoTxSPaCMKJFd90yvZCQDS6LqjyRB3R+S3XVw+hW05umizaldpqiY
9r+9buQ9xN07U1TRJLpml1onHGaqG8NA/VqmkDInqt7HyJQBAOiAO0e5UZD+44QwA7wF2oV8
yjVtCowMu13rqjx8wBegK3RaUDYio/nRlg3wgAXBLVRmfrPuUjGJBFaKMsm71unzhtUY88QI
gUmKBUO5SlKkRZkTpGX9MkRLFnQIHUhOCUJAvnyQMe3aboP7BnD64iy280TGYoCtwO7Rl9t6
KoZ8qgIDok/BNtsjucUqUIxrxipJUpSBaNgqVPVGMqaFH+15DWNYnzTZKGGwgSKldE34CGRi
ag2RpXVCr/JWtV05Dk1Tqp9EIkGuiEtpcImTAZeiZztH4gKLsl6L6k0ivqEvgtwkREXOVGJP
dYOjGdCQQpRo0TQrZAbpdEDMMPkgz62Vg+qMOQCLiy7O6PyRfFhhMYiuQU+CnByogh5xDJzQ
FFy5TYUm/JJ/9skcHqtsfJ08qIRdzZhdEcUGOHX3OaRi2NUTxxMtt1oWsVTwqO5qFEwmABcp
ia6p2rqnLM9luF/A7h2tVRhACMHACHG3czpwa5ClN3GIvRkeWJbaVGRF6K11Wi2u9UYPWNSj
HkDjBW6JeJsfDsamqAAEnDvFNKJTlQMvperXUzAswX3OQnaLPcoRkBsC7OMRGqrEJ4hkJCbs
aNRCMjujYx1/Uo88LCqEpeRQlx/SLr70o1mGCaEKnVHeBuKLNECi+pwmka3I1TgNFCBgZk2Z
CGyUSU8p9uicjyKYoYdUU9dk6fyyRClKYcvY+Sp+3DAgUHiwZzIrZGInyj8WiZ6WK2xAfKoE
8EwFU87/AOCYkgZVB5BA7WGSh8PHY/cboFqRLoiRYHKYWsy7pEEoxsjws+6ofCMjY2XQJgao
mNSZMF0W3jYnINluiHNzFfb21dETiDE4Krxg+i2nhiB5BOOOAb8TJ4TDdV9uE2I0QE5GXnqm
sCjKRLBEQJpd/Acg+oEe5S4TI0tE1TRfacA5XGeYyYnuBqgCGjGkQqDwBaoRy63EDzW2F08m
kdTjwrVVDjDKo8gq00XcpFu3ZP8ApkpPZ0eQUkJUfRB6nRO7ElmARmfpNygGZUuhW2UZzIDW
6ozhEfbGoQf1C2i15HCA4o7iLywEBKTAXZCUZ/tppEeYQcok/SpTNLsi52kmi3RYteqP/wBm
JjCIoVk4uhLjJiR1W0LYD5lX8kAbAutscpzdbY1OmV9yYaYq6u4OSi3wRMaHVECTvhNIp4nz
QcVurUCOqAxK60RI+kI6hR5Gc3Gi7zvySunsd3omdo6JxdMTRasmkHD4TU26JxRUDtchEHFg
pOa/bmw/kmpcjOHspcU+2T9oKLhitxPUBMfV04tquqM5lgyETEnjBoB+VCMBtDYVrrZws5+u
SBsZBypEOBlDiDyi1CdUNjEi6HILkMfNbPxPYJjoVJkTE/VQqECe8ju80GtqnzZEnCPUoA3F
SUQDT/NbXcqh9EeSX1ErbqmqSbLcaOpPY2Qd2CpQHVD9V+ioe4Cqd7plukW800pIwgd0jhEt
TUoiVolgU0A3jUq6O4tEWoiRJim3PqUYSkxNkf8ABdvvW43TkgJtzpgCSpHP2p0/kmjGWcqP
LCTxBf3KPJGj0PRAyLLtHbqhEfSnFwV9oDtgfeyHLIVIoFuiG6OmkGdHknN4ytEBER9FtkH1
RkDQCyO7Uo8EqPUOUZAMTcoxFk86Eog/SChiPVAitLokV6qhuiDhObBfc2gcgqDqpSN19qdz
KkkIXYXTyoBlR2hxqoRdnTD1X+KoScoOGRINDdDaX807hxkFAzL6AJuMES/EhXaTY4T8khOO
jUWyAoMBWZb5yoFtIPmiOOIn1dUgAgNrayBT7yT1DJwAQdU+wTx5JhGmEI8YpqnkanCDU6lb
jPaRpVAlSjnZL+mSdESAIKiJRfjkWIFlHTa7KQGtEwzcqW198qAqU5UEA5R2PtFBEo80gwai
B4ePcPzGwKE58zF3IBoyMIFpNQoz4/7hicElkCZmYFaF0BOOyYu6+7xnuhWihyYlEFReO4E1
OiEuMjabqmC6enkVGBNFtAqXUKteiott3UpAv5qq+7xhidMLdIvKI7kYRdl3Y9y3E0wE9NSi
XVavZOPirGuAqOnGbBMYlOwZRPIxYWQsAE273IDjkfVNKTjACO2uaFDdEdXFU/0t8V9uMWau
5sINJwEXl5xWgyiGBogTXyQaI7amiZm0RAvlPIKfKbiEy38k/EEREiEN4I20R5IFyPw9F39o
6qEON2lZltF5UKG4udAo8UvxXHRCMQwC6+wJSaHL+Ei5Ri7EjuXHGRqIoP8AUD8FIAdsUQ1S
qVIQnIBtUDhy6BjWMUJRrEj4p8CyJI8kTIrYC5dSiTthK6MjmxwjEgyfRNJtoX7dS2FW6rWW
iJ/EvpIQ3R7TU6KMtoAjVl2xAOfDdIsBco/aJ/8ArmxwnDlViWTSiR1XbKuXwu2Lw/Mv3e+W
CmIZqUV/TorMcKqNNq2P33bou36Tcp5GyJI9yaRcBSj/APHP+mfsVF08aFfciN227dFCH9xI
REbHRED6Qe11ENlfbjWMQKph7LG0bKEaCVpKEeOQntjguvtSAAFVMir0IC+aNalCEWMWqCiI
xqKjaKLIfVGEiAQHATSoEIG5CYW0CqCGuWW5yJFEvT4p3L9FY01W3ah2sqxqKI7aRTyeS2xD
Dw7Q6fa5TchpiIW3RUsF3BPKKEvpGarbBu0J2oMppVBTEs9kzv1VC6BBqbp5AAij5W0CmqLm
gW3iab2yv3DWWgZSr/6cx1+mfg3sEGxoy3cXJsOhCiDITwV2BmsQjyTL8hJcokmg+a+Z9gTB
Yi41RfUsjwAnZIFEGpjV1ORLszeqLuAcLfpgrTyTRNxUBEsyE7k08lvIJf0W2UXLuF9NqIgF
9UCaoEFhoybdfLJxJmvRAsCQmlEh1SVRZUqq9o08XZzgJzSRwt2VUsr2TRimAYaqvxTNXKON
AURcKmLJmd8o1ou4v5JhZd1IjKPHx/Tk6oSADu/kgLKQz9uf9M/Yf2XZGJtWRQES0bhEAMCK
1/8AMtsy8Tlbye26GwdiBAYVuiHu9UJSYg0dHlBowLDKMGILu6Je+q7fgjtcdUMnVNI7jgKI
IDkOaIQGURkhgUOPkDEUMtVQ7gcptKezVOzFN4ubBGMZbYizIzmTI4JK7aMnkbJ41CJNyq18
KFE36rqMpzfLppSAIqyoTLoESeOY1IqAjIDbxg0ByvsR/m0T5JqjEs5XdIBTAm5HHyE+kJy/
giAuUYP/AKvJSIrM2bRPjCJiSyEZ8hMMVotwlvjohRgVQ5clCRqBh/qC+xIdsqd1wm/toduZ
Eptu05JITTMYvkXXedxzhUBTx44iWrVQfyHjHm48UkjxckjJh2k/wXkWVSzpgQRovpAfRBrK
l0xDogChuirIyLABHbWLtRCPGDQPMlEn6BlFpSjDV1ky/Mh96sji62/2fHuGSe2IX7h3886A
C0XUuXmDyNeqI4gw6r65V6qo9SWXIP8A1Tw8ofrLj5IfwTIfULOhEHdurIjVc0uX8NIhGJsQ
4TCJO7ooykWBwjJ73OEGNBdX9ydqiyEheJcUpRb5EGQoSA3tQ4xip8TGQcHC2T7Ykke9A3Ht
UTQYzNlul3S1Nk7P8CjNzFkfuSHTyTAuVQE6r6apwwKqadE1Ux+jQrcKRNwiAGdMLO4CDtEA
WuVs/tRego5KPL/ebgMRPa6JiBCIFFLm5nlEOx/D+lb5uQbaImTh8OnEO7UpxbRSIv8Abm4/
kn/BkWc3AR5D2yNGUpAuSa+aiLkImg2UARftbBU4UMWIcFWthVp5eAAY2REgzlx7UjiMSm0T
eEf7qJ7nYhQkfy19EQLg+yIi8kJAlgnyLgreAz+AMTROO7V19IAVAq2Q3SZ1UuuyAIGSqAPp
hd5Y6BGPHFgPenIO38UjYIEd0hVymVMVZbGaMalACjLXROb9Ux81MH/251/kn/B3aKcSLWTg
PDI1UhOr2Oi5XLyMnB6FdpYi4Tu3RUPcqh+iDkDot8BSNXNig4alvanJ1qn6I7qMpQA2iIcE
1qpcZpxl4yGH/Moxh9MpMWsxT4yjGMg4R5SNwBa6JhxGmXX7rCTttK+kF8Mt3HLYDcIAWAZk
Q1NUGrqvLCBAoAtxoAmd0wDAZVL6ozIJbAyjEDZG2pQ2vIqPJyfWbgoAWCdOb4Cc0FWC3S+q
SEDQDJVD7lYq9cgrk5Tb7fIR6Qn/AAaoc0KRLIEV1RMXYFExNDVOXcIHBstDhCEA8ih92EZ8
mX7k0IiPQBvCvstYSCdEksQKIwEiADXqgMkVUxIM8q4XHLkoeMuNtypS5JE91NVuYebMtsoi
UD6oxlFtx7fyrtH25DITzJ5OKXV2QlGqfc/RaOtE13RN3UouQBgLdKZB6ou8j0X7cK6lMCe7
AsgeQiI+K7YgyzIj2N8iaCgUuXlpxQ+iK2gMmId8FPA7ALjVPG3VAAdxNaLkNdo4eXtx/wBP
kVP4MgQ8gHj5qU5Rq7RA0W/YRxk3CoSALlV+ooO46LZxx3kISEf3SO6X8E7KTH0lATLcooR1
CIMv3CO0BCUgZAF5OtF9wByE1hZM7I7pUClunUGx/KtwP0mhHRCZmHFCjGRB6Iy4pMDY/wDC
gOS1jKyBEt41VaNZP7kQRUrTUpgXGp/pU5jDAPqgeWsdF2BiE/x8aKl1VAmgVJh9E5bdjqmI
8kHG18JyAZYXIfw/a5R//Pk/hsAwRjIPE4Uu0tJBgdsWDlAkksiOKIi9/wCH9wf9Lk+o/lK3
E1FHBTCplUnK1CMclGcXEcoA1IsR/wASYHFQg7gFGuUYRLRu75X1OToni5PSpVeOUupBTxiY
jQg7V+6G6hCMZgg6pyQiOSQI0F1+yDt61U3pGjPr7LCpWsijKUmat0TxQcCjkUQEj6AJzdAv
SOq3aXUS9EBhSj/8cx/5J/xm/gj2JQlWMronimYkBwMI8PNTkFAU8sLZCLRF5rbCeGIThaE3
dV+CZR4mbcWCB+80tGW/jr1um5uGJbLspQ5OEDcCKF0ImX2zh1sEhNrMhx7qCw6IOKZkV3Hd
0QhGgFvYqt0RulJbn7ifoC+5yl5flwEIwCJsnN9ECKjIVXD4UWVS6mcbJ/0y/wC2MVCUSN6i
TMDzK+1w0BoT1QnIuTdEij3VbYJRDXqo8oIhH9WUJ8rSlH6SPGsQfQIxlxxrkBPxzDaFOZhk
JTaRCAAYeyyOEBEPKVAFunXklWR80wo1V2EBkIAshXcRh0/JFjghbtEZM0cFVRP6ZU/ll7F6
f9p4wIPIg7ZFbJU6qMT9WSjEAFxRbWt81Zyo8ce6WRhlGADAC3sV/hiINBdGXIO2NnW+QYDK
MeEsDQkoV+rKESam5KYAA65QDvFVtonEQBogRZS/0y+X/bROIaULFOItOxGV3VOiOG1RlCJf
oFs4oGR+SjIh+Ygbidf4NvGvg/g7IE4RgKyNlvNA/bDJVT3I7nLIgxLYQEX2m40QL+iGQUxC
I6H5L//Z</binary>
 <binary id="i_034.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RnaRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMTk6NDc6NTQAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfegAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAYoAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AI5VzyC6dwmNeNO6WOWlup4g86/u
+1DyIc0gxB1n4TpohtZeWPsqaHiphed0AbJDGu3f1nfmpKbwvDIA1+A5P+v0lcxOmZ+Q2XAM
rIkPsOn9hnuf/nKf1fxaPQtychottbZsqLh7WhrW6srJc3d/LetK3rTaes4XTLaSftrHOrv3
CAW/murI/e/lJKc/I6bQzCvuFrst9LgHVsAbDg4NdskP32f6P/Brdxa9tTK2MDDtaYbxJHid
u7+uoM6ThV1lmPWaSS5wsZG4b/ptre/ftYnZ0+irE+x17/SEFosPq7Y+jt9bft2pKazOq+r1
SvEoZNAY+y254I3Bvtd9n4+g/wDOVk5LQ2qxzHFl7nDcBJYANwrmqfpbdyM5j3HR7RoBq0F3
O5/uLt3vUy9rTDbGsnnVsnX+skpo9TY67CqZSSQbA9pJg7Gzun1I+lP56sYVRow6q7XBprH6
R0+0EnjcUHqD6rrfSdeKgGT7XtBO4n84n/g0/oYoZLuoW87hYb2ACddu3+a2f12JKVi5/wBp
zbscBrRWBsY4w8vk68++rbtfvZWg9IyvtAyA6ptL23OkAuJc8+60je33N/q2f9tK3Z+z3WRb
eHWc7XXaxGvs3j2pNv6XjM2tsqqa47g0EHU927fd7klJHHVJur2/EJVbbKmWghwsaHBw4IIn
2qbKxuBHE6lJT//Q38b6vYtMPyW/aLQNGHSuTP5n5/8A1xYVz/1jrIAH807Z2gCzdthdtYAC
7jsuNdj+p1rqeHOx15vY0xMD+fYXJKbn1ee53T3SQSbC6QIGrQqn1npvd9k6s2ll2P0xpdcy
w6OJsa3b6X0rWa/vJ/qnddZXe2R6Tdrg3khz/pe7932rbuwcfN6c/DuB9K8Q7aYcIdvDmO93
5zUlIcKs34uPeK6dl9bXM2srr1cB7WsdY5/scdvvVyvBNrBtDN7gTtaytw2ztnf7mO3fufTW
T9VMe2m3qWJUaxXgZZqrfYwPcfa4E7mbP0jmCveqn1/yq/1HFrseMqndc57TtAa/9GNWR+k3
1/8AbaSnqR08QN7Bp5Vzr/1lOMEtBAkA9/0f/pBeTDKygTN1pP8Axj9P+kn9XIdJdbad2kGx
/Pzckp9PzaqqzXvIBO+HOe0Q1oH7lW785SvsdTi2WsLco4zDY7HrtBdZsG70Y2/4T+WvLtjC
0AiXeJkqDa2t3Fo2zoYEaFJTp2n6w9Zqry7GXZNJe5lZYza0PH0mNZWGfR3bN7/++LS+r/Us
rpHVWdPz9ppe4tyangWOqlhe1+737Nv59bHrT6BnXHpeOKchjbC0sa26suawV7mubY6p9bvT
e5u6qx//ABH6VAsbiX5F2dO6/ZXWXuAb6rGubXZZRX7tjGXH9Z/SWPr/AEFCSndu+sLdv6tR
AA0fedgA/wCKr3PVH7ZkXZONZfc6wm1gaweyvVzB/NN+l/bVR1jWMBLZEyAND22IdDic7HPh
dWRPH02pKf/R7HM6jjY+bVhPDvVyta36bB7tkWOLvbucuarNj/rbnPAj0/V3Dyrr9Nmib6wm
4fWq+l7pF2OwVT2a0C0bP3f0ldjval01oxs6/Mp9wsqsHpPJJ3Ee1rNvv/zklMPqiQ3EyAPp
AsgeQDw1y3rM3Gwa2OyX+nJECCXGT+ZWzdY5cTg5uRjMd6LzW2xoD2QA9u3wd9Ld/VQ32+22
7U2isk2PJLyXe7Vx/OSU63Q899debVU8/rGXY8lh2mI/Ry4e73NWV9ZNhzKoAANIgN0H0ncQ
r31ap9RmVYCNht0A14EOVP60MjNxxoCKQY7fTekpxGgOcCDA7c/eiz7SIgnsgtMOIk+ZRtzA
AXGdds+RSUtMM9shsajy8EVzGVt3PG55Ggk9/gosr9QhogtBG4nsJU85j6bZcNHCWDv5D81J
TdwOt42MKaMig5GNSy0mkQw2WPIdX6lo99bKmj81VcvqWbm5bc0kUvrAZjsqGyupjfoU0V/m
1tn+2g4tDSZtJDOXEckD80bv3nLaf9W+ovxmZdjP0ZYC1oLRE8G+y59VWNX+7vf6n/BpKT4X
UbMsAZDNlu3dI9zXAfSc1v5v/EuU8fPwnZON6d27dbWTtB/Oeza1yyumNfR1A727HUNcbA3a
4BsH3+pVLHfmrRx6cU5mNc4Pe919bpqLi0O9Rurwz2Mb/I3JKf/Sqdd6xk5WdV1G0B1mO7a1
rRtAZO9tf73+lWnjWUua3Lx3F1TxI+E8PH5tldntWCBXeCx/uFpBdBngz/0UfprM+pluHjgP
DibKX+0AuA3WV3ssP8y+n911f6T/ALbSU28jpObk2W3Y9Qc2x59QN/NJ9zHn971v5H0LGJq+
hZHpg2V2AGYYW+0/vN3vLfzj/wAWmyOq9fpLqHTSQZ9GlrGmY5bsblW/1/cqjGdfss31Y92+
wkOtLHGwjuPUzXWf9FJT0fSMJ+Pux/WZF7t9DPpOg/zjR72bvSeP0u1ixfro2v7RhvrO94bb
VZ7S1oNbmWQ1zv8Ajvem6S7qA6lbU591L8lr6mseJtGn08f1PTrrs1dXVtexbXUsfpnWsrEo
sZdZns3U1VGz062MZ7rcjLraLNte9v5ux9ySnisfAzL2G2qh9tbXbS5omSfzW/nO/sKLqrKr
HVWscx9Z2uY8EOBj6LmmNq9Px7Ok9Irpx2uDYa2uq0jV51LvQY3dZs9r7H2/Q/fuVXq/1e6b
9YzX1DHzGsyCz0a7qy19dhad7G3N+m59TXPZ+/8A9tpKeGwm0ei/eSS0gbRyf5W7+S1Dzclo
sa2qHmuRuPuAJ13Dd+ekMTqDDP2d1RkscLC1kH9129zFXdaXkEBvgD3SU6HSbfRsszbrIZRW
5zQGzLnbax7Pbv8Aa9/9tXz9ZqKKHV4oda9w9zLmnY8/8J7muWAS4hwNpggAjjjyRsMUOy6W
XOGwn6Te8a7ZSU9F0jGefUzL2gPy9C3gNqH5vf27isbDwnNyqQ8+lZRk1tsaSGy6t7N2jS3d
/I9i3cjNwXN9OjLY57dAaw57QY27Zra5n8lZY6fm5/WDbiM+0enbW+5zPaGhjgJc230/zK/3
ElP/08sDY4ndE6DyAKu42M6w2OEbaBu2y4GTUxrHfoo/lpxhgyC54AJA9gH8rxWdb1LIx8jI
xMUF4BDd8mYA9znNZtbvSU79VQZaTAqbtbuexoaDI9zd+tvt/rq2IHqWF42sLWje8kuP0Xth
xY3+2uPdm9Ue0NLnRzGv/k0jd1F22wsadp9phpj5Wb2pKevv6W3LDGY72Vua8P3SXO3wCw1P
Fgdub/IWP1jCdhZzmXWH9ZpsDXbhuADmOFhrYfbT6n6D0rFjNyM+uym91thNLg5kO2kEHtt+
ir1f23qNu57XXZeWX7WtEn3Hdp/Vb7/ekp7To2Tm5/Tce2nJxm3U+mHXCov31Fgf6H6V1dlN
v+Dfs/cVbI+z9Kysqzp7DRY2l1u1rNzTvDvT22e30mUvr9T02f4X32rm/q9nZfTupWYENFu4
1OBaHvYB+ltfS13u/SMZ/g/+trss/puJ1l1lQL6m0tY2u4Ah3uPrfQfG6rT9J6iSnzezFNLX
WATGpJIku89g/wC/IYIiD9EHk6c8roeq/V/qnT8W57qRk0ta6bafcAI/nH1/zlf730f+uLmG
27maweNfIpKTRBjXwkITi8PDmkktMtM+HgpsD7D+iY6zb9Pa0nXiHbFHa9rXNcCHMmQRqCP3
tySnov21ib2C77Pf6bWhjnU1zpq3a/b7vc1NhdY6gMpuzOxcc22s3ehTUHO9/wCe6Nz/AKbk
3U6+nNdiCy6zGdl1sj0mMsr3Ha31bN/uZ9L3+m5aGD9W203MszMmy21lgAFQFTQAR9KQ+zdu
/lpKf//UKK8i0ODIaJI7if7JlYkU5fUL8ljmMbQ0Mrq2nfZHs9Tb+b/b/wCLXSTsYazvDXtc
BY2NBrqPzm2rNspsxMb0w51wrMzG5509rj/a9qSnMtNjrJbWTIA9vED4qTm5TgB6e1pPJmBr
+cQPzlbZYS/eyqwEaSXAEN89fpJ7L7/5+sn9E7Sf3o9rbHbm7fo/R/PSU5dzH+nES1vZo8CZ
iXfurr+n4w6L9ULuoXba82+mWvP0mizbXRVr9La39YsrUOg9Cv6jljJ6rU1rK4hgkGw9mOlv
8z/pf0n/AASpfWfrTOr5raMewPwqNGNGge930rnNO3f7fZSkp6g9NxbmO30tsyqQKnW7YsNf
tez07fzvcxl1P/gatY4bViMs9T1C6Lb7naF5I/SWP/q/+i1wfSOodVZZdh0Zz6aKaxYKiQ79
G06ux32vqr2sb+Z9oq/4taL+vZnUWehVdZ6Jh1rrWAOgH8zZ6rvo/wDCJKdb6wdRzcXpX2zC
vZW/1YLS0n1GEe5jbPp1Od/JXK0vuzbm2ZGFi2SxodZY+wfRd6bdzRP6RrW7a/6i08o5+dZT
jW0svOOfULaHEvNe+pn2j7K79I39HRW3Ys/p9lOHScjJsDfslrqbqnNdIeXF7aHtc3b6u1JT
DFzuoZN2TRiXNwcauv1KaqGNhgnc1jHOG737Xb7FWyOkCzqTWmwmvIYyywkhz3WO/pP9XdY1
7t6v9Fb0wufdh+u8lxpLHtDW7Xj1Ntjt21jat+z1rPT/AODYtBprtfjUilrK6nucN3vsa5+r
HVO/de/81JTn9aycvFNVFBDKLK2ikRO2xj4mvf8AQftsp966H2F42vna9vnqT5fyVh9bqe53
Tjb+blsZJ1EWCY/8D9y2rLMarKAL2z6gaxswdzjHv/74kp//1brmZFW+u6ouLJDXOEggmWsj
85/5qz+o35WMz1adreBDi4Bp2k/Qfvbv09m5ZtnUM+luyvJsY0HjcSP+nuVbP6v1DLpFGS5t
lcgyGNDtOBuYkpvYnXKK2V131jwe4jaIGu785nv/AOgum6ff0uzGZnXXtx6GPEshlgkz6f2h
kG70tw3VejX6X+kf+55620iRJAjjWNEWu70wfScR6jSyx0CIBD9sS7f7m70lPonVs/q3Ua3Y
mDUWY72xe5hm6xrh+kbW539Goe3870/tD/8AgVi39KyaCch+Ja9m4ba6a2lxMH217fZ7mrnG
Z2QwOLHtra5xc1rRG1x7M1Hs1R8bPyw5woFlpLdzwXbtRpvr2trsr2f9cSUv1LH6lY6o5GP9
nbBra20uDmh35tttuxjmf1VbsycbH6eMWhrchxB9V4tLi0ke3bZUwtdX9L0q/V9Sv0t60sGx
t2FbjVMZYcgV30V2xWC47sXLpe7b7LWP9G7/AIpUuq9P6kcuylzQxlNYD8lomvb/AKHHewN9
m76ftSUh+qxezruDmlsVNsNNhMuImt8uG33bdjvenzPWpyMvH601np519uQH1lrrA9p/Q3fo
fcyuz9GzZayr9Gg9LNdl9bKS52OzdfmMd7Qxutdfo67nbm2NbdX+f/N/QS9LHw+q5F2RUG4r
vVNDXMd6djnt21sLmbf0e2z6W9JTnYuTfjQQ72gh1lU6P5b/ANDctfG65iVWtcS+TGwubLZP
d/uCoZOPXV1QUU1PppsNUV5EB4a9jdxLtrfZ73vZ7VcyOkUupimoi4EML2yRLP53fVLm/pP3
2pKesyPqldcG3ZGYbQ26u2yi0GuksY71Hs9jm7Hbfa2xbBv6XjODK/SpMztqa06fvO9Nj1Vr
6M6x5bdk73MAa4N97gQNvudcXq5V03EaWjYHeGsSR/IbDUlP/9bCy/zp0mdVS3AgmJ29tFfy
nDeR2kyqLyCTOg7FJSxYSeOfyo2NjWZN7cbHaDa7/NaPznWfyWpYuNlZl7MbDrNt7wQNuga0
autsd+ZWxq7foPRundLrbW7JrsyX63WOIYP6rG2bHtSU51P1U6Y2iv17LnXAfpbGODGz+dtZ
tft/z0F/1a6dIcLLmgakktJM8abGbV1GRXi+g6ytwdjjRuwyHu+jta4LDy8zHxcllFvuyrve
2oahjWjdvs/d49n76SnK6hhYODVu9Z5e7VlJa0l35v8Am/vPVKvMyKm7q9wBbHseWaEfnNC0
f2BlZlzsnIyGl1nuMA6NP0JLnNa32fmK036rtqbBynEx7pG4T48pKcerNGJW4VMGMLBBc2Wk
gfQ/R/Rf/wBcSyOqvNzr300vucK5tdSwWENbs9Jz2vexnt/wno/aPZX6iJ1LpNuAK/WvZ+nf
6VFjQQ6SNz3umXV7fob2f6VZwabHbKgGsafabSAQD7Rua0/9BiSmxndQzcvJtustLzbtE2Nr
NgYw76anWMY3bs/kfT/PSxur9RosFtZYC2NNgDQQQ5z9tXp/uN3psmvEk/Zt0Vta6w2OBJJL
WbaW7K3O59/8j/i1W3MY4B4L2/Se0GC5v7k/yv3klPpnRuqWZ3T6svqdNbL7HF1QYD9D/Bu9
7nOV12XRbDBj+oJDgNvfjeNq4nq31ipddU/pbn4eNUA2qsfSeI91lrfd7f8ABsXf49zLMaq5
pIZYxrwfIgFJT//X0sz6istDPseS6p4A3m1oewkD3P8A0eyyvc7839IuW6t9Wer9P3WX11vq
Dd7rabAQ1s7d9jLPSsZud/J/SL1ex4x6NwEvMAeEn8538hq8t+tPWTn5fpVkuxWRYHagXOP0
cp371O3+j/4P0/5pJTjtLmMDwdpGocJny9wXUdMw+vDGZkNynYpsbAxtzyC36O61tvrbrLf5
S5cH9GJMDg9tZ81Yxer9TxrWvrybHBpBcx7y5ro/Nsa6fakp6lt/VPtpwb66cm9lYuq2ta0N
YTt9727W12Wu+gz09/sVLpvTX4uXY7LdvyXges6S7k+2uXf2f7H/AAaL0L6wdMx8W/fXa/qt
02W3vYHte/8ANc41bn+jV+5s/wCDUsbIwLbNlmSw2WyHNf7C4u1edtsfTSUyOXkXOutcMmmp
plwbW5zCB7WnZZRaxjv3nuW6ze2rdkWktb7hv2xWNo3Nc+sN3bfpb3qvR0rB9SstrbLRDdpL
Wnx31tdss+j+eqP1yzfseLX09h/WMwGy0DltDT/7tW+3/iarUlPN9Z6n+0c02t0qa3ZQHc7B
r6h/dstd79izw3c6XAHvI5+KaJk9z+VOJ0+KSl7X7iXEgwANAG8adtrfchh0uk+RUrJDZ7kg
NjwP0v8AyKYM9m8RJ0hJS5Be5rWN3Oc4BrWiSS4w1o/rr2er08fHpqJ2enWxu13Pta0HReWf
VfEuv6i3JrG77GPU1MDefZTJ/k/zn9hdw12U9rDYW0Pbo7b+k3H9/wBV8e3+wkp//9DR+sX1
gbk1ejBd09pd6u0Fv2pwMV4bH/S+zfR/aFv+j/Q/4WtcTkXX35L8i92+2wl1jtANR+Y1v0GM
+ixn5iuXjU6HyVGwd47alJTABu0lxkjWNfHiVE+IHkdNNfNIGBGupJ2qRIIjz1jkhJS9Y2v9
ph3YyQQSP3wp/a8kAhtzntP5rjuH/gm5QGrteB4xyncyHfMzAJSUyqy8msQy1zZmYOmqNk35
GU433OL7CGiT4MGxob+6xqrtrk/DjRT13Ed9NUlMSXA7jpHChuke2DrqeT+Ke5vYDX74/wDJ
Jgx2zXUAQDrzp/nJKWs1fDfojhLWJEzxAGqk1hnQfgj41YNzTY/ZBDg88CPziC1/5v8AISU9
V9XenvxenQ1zRdc/fa6N40Gxlejh9FabaHl77HsbZLoaGOIBH5zn1XE1qt0O/Guxzj4jrIoP
uucwNDnWFznbWu/e+n9FaAqf6QDgXEu+lXDTzzq5JT//2f/tIexQaG90b3Nob3AgMy4wADhC
SU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3By
aW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcg
AAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9w
cmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/
BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJv
b2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRP
cHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABD
cm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1s
RGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABS
ZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAA
AAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABS
c2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAA
UGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAA
AAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29s
AAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAA
DWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAA
AAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAA
AAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAA
AAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZma
AAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAA
AHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////
A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////////
//8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAE4QklNBAIAAAAAAAQAAAAAOEJJTQQwAAAAAAACAQE4QklN
BC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAE
AAAAADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH3AAAACwQRBDUENwAgBDgEPAQ1
BD0EOAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfcAAALQAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZi
b3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9u
ZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9wAAAAZzbGljZXNWbExzAAAA
AU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElE
bG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRl
ZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEA
AAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21s
b25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfcAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAA
AAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0
SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAP
RVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VW
ZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xv
clR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAA
AAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklN
BCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABi8AAAAAQAA
AHAAAACgAAABUAAA0gAAABigABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB
/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QB
PwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUG
BwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0
coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1
xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIE
QVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0
ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMB
AAIRAxEAPwCOVc8guncJjXjTuljlpbqeIPOv7vtQ8iHNIMQdZ+E6aIbWXlj7Kmh4qYXndAGy
Qxrt39Z35qSm8LwyANfgOT/r9JXMTpmfkNlwDKyJD7Dp/YZ7n/5yn9X8Wj0LcnIaLbW2bKi4
e1oa1urKyXN3fy3rSt602nrOF0y2kn7axzq79wgFv5rqyP3v5SSnPyOm0Mwr7ha7LfS4B1bA
Gw4ODXbJD99n+j/wa3cWvbUytjAw7WmG8SR4nbu/rqDOk4VdZZj1mkkucLGRuG/6ba3v37WJ
2dPoqxPsde/0hBaLD6u2Po7fW37dqSmszqvq9UrxKGTQGPstueCNwb7XfZ+PoP8AzlZOS0Nq
scxxZe5w3ASWADcK5qn6W3cjOY9x0e0aAatBdzuf7i7d71Mva0w2xrJ51bJ1/rJKaPU2Ouwq
mUkkGwPaSYOxs7p9SPpT+erGFUaMOqu1waax+kdPtBJ43FB6g+q630nXioBk+17QTuJ/OJ/4
NP6GKGS7qFvO4WG9gAnXbt/mtn9diSlYuf8Aac27HAa0VgbGOMPL5OvPvq27X72VoPSMr7QM
gOqbS9tzpALiXPPutI3t9zf6tn/bSt2fs91kW3h1nO112sRr7N49qTb+l4zNrbKqmuO4NBB1
Pdu33e5JSRx1Sbq9vxCVW2yploIcLGhwcOCCJ9qmysbgRxOpSU//0N/G+r2LTD8lv2i0DRh0
rkz+Z+f/ANcWFc/9Y6yAB/NO2doAs3bYXbWAAu47LjXY/qda6nhzsdeb2NMTA/n2FySm59Xn
ud090kEmwukCBq0Kp9Z6b3fZOrNpZdj9MaXXMsOjibGt2+l9K1mv7yf6p3XWV3tkek3a4N5I
c/6Xu/d9q27sHHzenPw7gfSvEO2mHCHbw5jvd+c1JSHCrN+Lj3iunZfW1zNrK69XAe1rHWOf
7HHb71crwTawbQze4E7WsrcNs7Z3+5jt37n01k/VTHtpt6liVGsV4GWaq32MD3H2uBO5mz9I
5gr3qp9f8qv9Rxa7HjKp3XOe07QGv/RjVkfpN9f/AG2kp6kdPEDewaeVc6/9ZTjBLQQJAPf9
H/6QXkwysoEzdaT/AMY/T/pJ/VyHSXW2ndpBsfz83JKfT82qqs17yATvhzntENaB+5Vu/OUr
7HU4tlrC3KOMw2Ox67QXWbBu9GNv+E/lry7YwtAIl3iZKg2trdxaNs6GBGhSU6dp+sPWaq8u
xl2TSXuZWWM2tDx9JjWVhn0d2ze//vi0vq/1LK6R1VnT8/aaXuLcmp4FjqpYXtfu9+zb+fWx
60+gZ1x6XjinIY2wtLGturLmsFe5rm2OqfW703ubuqsf/wAR+lQLG4l+RdnTuv2V1l7gG+qx
rm12WUV+7Yxlx/Wf0lj6/wBBQkp3bvrC3b+rUQANH3nYAP8Aiq9z1R+2ZF2TjWX3OsJtYGsH
sr1cwfzTfpf21UdY1jAS2RMgDQ9tiHQ4nOxz4XVkTx9NqSn/0exzOo42Pm1YTw71crWt+mwe
7ZFji727nLmqzY/625zwI9P1dw8q6/TZom+sJuH1qvpe6RdjsFU9mtAtGz939JXY72pdNaMb
OvzKfcLKrB6TySdxHtazb7/85JTD6okNxMgD6QLIHkA8Nct6zNxsGtjsl/pyRAglxk/mVs3W
OXE4ObkYzHei81tsaA9kAPbt8HfS3f1UN9vttu1NorJNjyS8l3u1cfzklOt0PPfXXm1VPP6x
l2PJYdpiP0cuHu9zVlfWTYcyqAADSIDdB9J3EK99WqfUZlWAjYbdANeBDlT+tDIzccaAikGO
303pKcRoDnAgwO3P3os+0iIJ7ILTDiJPmUbcwAFxnXbPkUlLTDPbIbGo8vBFcxlbdzxueRoJ
Pf4KLK/UIaILQRuJ7CVPOY+m2XDRwlg7+Q/NSU3cDreNjCmjIoORjUstJpEMNljyHV+paPfW
ypo/NVXL6lm5uW3NJFL6wGY7KhsrqY36FNFf5tbZ/toOLQ0mbSQzlxHJA/NG795y2n/VvqL8
ZmXYz9GWAtaC0RPBvsufVVjV/u73+p/waSk+F1GzLAGQzZbt3SPc1wH0nNb+b/xLlPHz8J2T
jendu3W1k7Qfzns2tcsrpjX0dQO9ux1DXGwN2uAbB9/qVSx35q0cenFOZjXOD3vdfW6ai4tD
vUbq8M9jG/yNySn/0qnXesZOVnVdRtAdZju2ta0bQGTvbX+9/pVp41lLmty8dxdU8SPhPDx+
bZXZ7VggV3gsf7haQXQZ4M/9FH6azPqZbh44Dw4myl/tALgN1ld7LD/Mvp/ddX+k/wC20lNv
I6Tm5Nlt2PUHNsefUDfzSfcx5/e9b+R9CxiavoWR6YNldgBmGFvtP7zd7y384/8AFpsjqvX6
S6h00kGfRpaxpmOW7G5Vv9f3KoxnX7LN9WPdvsJDrSxxsI7j1M11n/RSU9H0jCfj7sf1mRe7
fQz6ToP840e9m70nj9LtYsX66Nr+0Yb6zveG21We0taDW5lkNc7/AI73puku6gOpW1OfdS/J
a+prHibRp9PH9T0667NXV1bXsW11LH6Z1rKxKLGXWZ7N1NVRs9OtjGe63Iy62izbXvb+bsfc
kp4rHwMy9htqofbW120uaJkn81v5zv7Ci6qyqx1VrHMfWdrmPBDgY+i5pjavT8ezpPSK6cdr
g2GtrqtI1edS70GN3WbPa+x9v0P37lV6v9Xum/WM19Qx8xrMgs9Gu6stfXYWnextzfpufU1z
2fv/APbaSnhsJtHov3kktIG0cn+Vu/ktQ83JaLGtqh5rkbj7gCddw3fnpDE6gwz9ndUZLHCw
tZB/ddvcxV3Wl5BAb4A90lOh0m30bLM26yGUVuc0Bsy522sez27/AGvf/bV8/Waiih1eKHWv
cPcy5p2PP/Ce5rlgEuIcDaYIAI448kbDFDsullzhsJ+k3vGu2UlPRdIxnn1My9oD8vQt4Dah
+b39u4rGw8JzcqkPPpWUZNbbGkhsurezdo0t3fyPYt3IzcFzfToy2Oe3QGsOe0GNu2a2uZ/J
WWOn5uf1g24jPtHp21vucz2hoY4CXNt9P8yv9xJT/9PLA2OJ3ROg8gCruNjOsNjhG2gbtsuB
k1Max36KP5acYYMgueACQPYB/K8VnW9SyMfIyMTFBeAQ3fJmAPc5zWbW70lO/VUGWkwKm7W7
nsaGgyPc3frb7f66tiB6lheNrC1o3vJLj9F7YcWN/trj3ZvVHtDS50cxr/5NI3dRdtsLGnaf
aYaY+Vm9qSnr7+ltywxmO9lbmvD90lzt8AsNTxYHbm/yFj9YwnYWc5l1h/WabA124bgA5jhY
a2H20+p+g9KxYzcjPrspvdbYTS4OZDtpBB7bfoq9X9t6jbue112Xll+1rRJ9x3af1W+/3pKe
06Nk5uf03HtpycZt1Pph1wqL99RYH+h+ldXZTb/g37P3FWyPs/SsrKs6ew0WNpdbtazc07w7
09tnt9JlL6/U9Nn+F99q5v6vZ2X07qVmBDRbuNTgWh72AfpbX0td7v0jGf4P/ra7LP6bidZd
ZUC+ptLWNruAId7j630Hxuq0/Seokp83sxTS11gExqSSJLvPYP8AvyGCIg/RB5OnPK6Hqv1f
6p0/Fue6kZNLWum2n3ACP5x9f85X+99H/ri5htu5msHjXyKSk0QY18JCE4vDw5pJLTLTPh4K
bA+w/omOs2/T2tJ14h2xR2va1zXAhzJkEagj97ckp6L9tYm9gu+z3+m1oY51Nc6at2v2+73N
TYXWOoDKbszsXHNtrN3oU1Bzvf8Anujc/wCm5N1OvpzXYgsusxnZdbI9JjLK9x2t9Wzf7mfS
9/puWhg/VttNzLMzJsttZYABUBU0AEfSkPs3bv5aSn//1CivItDgyGiSO4n+yZWJFOX1C/JY
5jG0NDK6tp32R7PU2/m/2/8Ai10k7GGs7w17XAWNjQa6j85tqzbKbMTG9MOdcKzMxuedPa4/
2vakpzLTY6yW1kyAPbxA+Kk5uU4AentaTyZga/nED85W2WEv3sqsBGklwBDfPX6Sey+/+frJ
/RO0n96Pa2x25u36P0fz0lOXcx/pxEtb2aPAmYl37q6/p+MOi/VC7qF22vNvplrz9Jos210V
a/S2t/WLK1DoPQr+o5Yyeq1NayuIYJBsPZjpb/M/6X9J/wAEqX1n60zq+a2jHsD8KjRjRoHv
d9K5zTt3+32UpKeoPTcW5jt9LbMqkCp1u2LDX7Xs9O3873MZdT/4GrWOG1YjLPU9Qui2+52h
eSP0lj/6v/otcH0jqHVWWXYdGc+mimsWCokO/RtOrsd9r6q9rG/mfaKv+LWi/r2Z1FnoVXWe
iYda61gDoB/M2eq76P8AwiSnW+sHUc3F6V9swr2Vv9WC0tJ9RhHuY2z6dTnfyVytL7s25tmR
hYtksaHWWPsH0Xem3c0T+ka1u2v+otPKOfnWU41tLLzjn1C2hxLzXvqZ9o+yu/SN/R0Vt2LP
6fZTh0nIybA37Ja6m6pzXSHlxe2h7XN2+rtSUwxc7qGTdk0YlzcHGrr9SmqhjYYJ3NYxzhu9
+12+xVsjpAs6k1psJryGMssJIc91jv6T/V3WNe7er/RW9MLn3YfrvJcaSx7Q1u149TbY7dtY
2rfs9az0/wDg2LQaa7X41Ipayup7nDd77Gufqx1Tv3Xv/NSU5/WsnLxTVRQQyiytopETtsY+
Jr3/AEH7bKfeuh9heNr52vb56k+X8lYfW6nud042/m5bGSdRFgmP/A/ctqyzGqygC9s+oGsb
MHc4x7/++JKf/9W65mRVvruqLiyQ1zhIIJlrI/Of+as/qN+VjM9Wna3gQ4uAadpP0H7279PZ
uWbZ1DPpbsrybGNB43Ej/p7lWz+r9Qy6RRkubZXIMhjQ7TgbmJKb2J1yitldd9Y8HuI2iBru
/OZ7/wDoLpun39LsxmZ117cehjxLIZYJM+n9oZBu9LcN1Xo1+l/pH/ueettIkSQI41jRFru9
MH0nEeo0ssdAiAQ/bEu3+5u9JT6J1bP6t1Gt2Jg1FmO9sXuYZusa4fpG1ud/RqHt/O9P7Q//
AIFYt/SsmgnIfiWvZuG2umtpcTB9te32e5q5xmdkMDix7a2ucXNa0RtcezNR7NUfGz8sOcKB
ZaS3c8F27Uab69ra7K9n/XElL9Sx+pWOqORj/Z2wa2ttLg5od+bbbbsY5n9VW7MnGx+njFoa
3IcQfVeLS4tJHt22VMLXV/S9Kv1fUr9LetLBsbdhW41TGWHIFd9FdsVguO7Fy6Xu2+y1j/Ru
/wCKVLqvT+pHLspc0MZTWA/JaJr2/wChx3sDfZu+n7UlIfqsXs67g5pbFTbDTYTLiJrfLht9
23Y73p8z1qcjLx+tNZ6edfbkB9Za6wPaf0N36H3Mrs/Rs2Wsq/RoPSzXZfWykudjs3X5jHe0
MbrXX6Ou525tjW3V/n/zf0EvSx8PquRdkVBuK71TQ1zHenY57dtbC5m39Hts+lvSU52Lk340
EO9oIdZVOj+W/wDQ3LXxuuYlVrXEvkxsLmy2T3f7gqGTj11dUFFNT6abDVFeRAeGvY3cS7a3
2e972e1XMjpFLqYpqIuBDC9skSz+d31S5v6T99qSnrMj6pXXBt2RmG0NurtsotBrpLGO9R7P
Y5ux232tsWwb+l4zgyv0qTM7amtOn7zvTY9Va+jOseW3ZO9zAGuDfe4EDb7nXF6uVdNxGlo2
B3hrEkfyGw1JT//Wwsv86dJnVUtwIJidvbRX8pw3kdpMqi8gkzoOxSUsWEnjn8qNjY1mTe3G
x2g2u/zWj851n8lqWLjZWZezGw6zbe8EDboGtGrrbHfmVsau36D0bp3S621uya7Ml+t1jiGD
+qxtmx7UlOdT9VOmNor9ey51wH6Wxjgxs/nbWbX7f89Bf9WunSHCy5oGpJLSTPGmxm1dRkV4
voOsrcHY40bsMh7vo7WuCw8vMx8XJZRb7sq73tqGoY1o3b7P3ePZ++kpyuoYWDg1bvWeXu1Z
SWtJd+b/AJv7z1SrzMipu6vcAWx7HlmhH5zQtH9gZWZc7JyMhpdZ7jAOjT9CS5zWt9n5itN+
q7amwcpxMe6RuE+PKSnHqzRiVuFTBjCwQXNlpIH0P0f0X/8AXEsjqrzc699NL7nCubXUsFhD
W7PSc9r3sZ7f8J6P2j2V+oidS6TbgCv1r2fp3+lRY0EOkjc97pl1e36G9n+lWcGmx2yoBrGn
2m0gEA+0bmtP/QYkpsZ3UM3LybbrLS827RNjazYGMO+mp1jGN27P5H0/z0sbq/UaLBbWWAtj
TYA0EEOc/bV6f7jd6bJrxJP2bdFbWusNjgSSS1m2luytzuff/I/4tVtzGOAeC9v0ntBgub+5
P8r95JT6Z0bqlmd0+rL6nTWy+xxdUGA/Q/wbve5zlddl0WwwY/qCQ4Db343jauJ6t9YqXXVP
6W5+HjVANqrH0niPdZa33e3/AAbF3+PcyzGquaSGWMa8HyIBSU//19LM+orLQz7HkuqeAN5t
aHsJA9z/ANHssr3O/N/SLlurfVnq/T91l9db6g3e62mwENbO3fYyz0rGbnfyf0i9XseMejcB
LzAHhJ/Od/IavLfrT1k5+X6VZLsVkWB2oFzj9HKd+9Tt/o/+D9P+aSU47S5jA8HaRqHCZ8vc
F1HTMPrwxmZDcp2KbGwMbc8gt+jutbb626y3+UuXB/RiTA4PbWfNWMXq/U8a1r68mxwaQXMe
8ua6PzbGun2pKepbf1T7acG+unJvZWLqtrWtDWE7fe9u1tdlrvoM9Pf7FS6b01+Ll2Oy3b8l
4HrOku5Ptrl39n+x/wAGi9C+sHTMfFv312v6rdNlt72B7Xv/ADXONW5/o1fubP8Ag1LGyMC2
zZZksNlshzX+wuLtXnbbH00lMjl5FzrrXDJpqaZcG1ucwge1p2WUWsY7957lus3tq3ZFpLW+
4b9sVjaNzXPrDd236W96r0dKwfUrLa2y0Q3aS1p8d9bXbLPo/nqj9cs37Hi19PYf1jMBstA5
bQ0/+7Vvt/4mq1JTzfWep/tHNNrdKmt2UB3Owa+of3bLXe/Ys8N3OlwB7yOfimiZPc/lTidP
ikpe1+4lxIMADQBvGnba33IYdLpPkVKyQ2e5IDY8D9L/AMimDPZvESdISUuQXua1jdznOAa1
okkuMNaP669nq9PHx6aidnp1sbtdz7WtB0Xln1XxLr+otyaxu+xj1NTA3n2Uyf5P85/YXcNd
lPaw2FtD26O2/pNx/f8AVfHt/sJKf//Q0frF9YG5NXowXdPaXertBb9qcDFeGx/0vs30f2hb
/o/0P+FrXE5F19+S/IvdvtsJdY7QDUfmNb9BjPosZ+Yrl41Oh8lRsHeO2pSUwAbtJcZI1jXx
4lRPiB5HTTXzSBgRrqSdqkSCI89Y5ISUvWNr/aYd2MkEEj98Kf2vJAIbc57T+a47h/4JuUBq
7XgeMcp3Mh3zMwCUlMqsvJrEMtc2ZmDpqjZN+RlON9zi+whok+DBsaG/usaq7a5Pw40U9dxH
fTVJTElwO46RwobpHtg66nk/inub2A1++P8AySYMds11AEA686f5ySlrNXw36I4S1iRM8QBq
pNYZ0H4I+NWDc02P2QQ4PPAj84gtf+b/ACElPVfV3p78Xp0Nc0XXP32ujeNBsZXo4fRWm2h5
e+x7G2S6GhjiAR+c59VxNardDvxrsc4+I6yKD7rnMDQ51hc521rv3vp/RWgKn+kA4FxLvpVw
0886uSU//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEA
NQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5
ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9i
ZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAg
ICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8y
Mi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5z
OnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0i
aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9w
dXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rv
c2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6
NDc6NTQrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6NDc6NTQrMDM6
MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjQ3OjU0KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJ
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjFkODgzNTY5LTA1YzEtNDc0MC1iYjdmLTk2ZjBmOTgyMWE2
OCIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjFiYmFiY2YyLWVk
YWQtMTFlOC1iNzQxLWRiMjYyNjYxZjFkYyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4
bXAuZGlkOmQzODBjZjgxLWZiYTUtMTY0OC1iNTE5LTI2NzVmZmE3MjMyMCIgcGhvdG9zaG9w
OkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4x
IiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxy
ZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlk
OmQzODBjZjgxLWZiYTUtMTY0OC1iNTE5LTI2NzVmZmE3MjMyMCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAx
OC0xMS0yMVQxOTo0Nzo1NCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhv
dG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZl
ZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxZDg4MzU2OS0wNWMxLTQ3NDAtYmI3Zi05
NmYwZjk4MjFhNjgiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6NDc6NTQrMDM6MDAiIHN0
RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
c3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rv
c2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDpFRTUy
MTI2RUFBMEUxMUU1OUZFQUZENjZCM0Q1RTY2RDwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhv
dG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRG
PiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExp
bm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAA
AAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAU
YmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAA
AlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAU
bWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAA
BDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBh
bnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2
MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA
b6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNj
AAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3
dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
ZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBz
UkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2Ug
LSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3
aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmll
d2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAA
AFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1
cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBo
AG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDw
APYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGh
AakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKO
ApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6
A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUr
BToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0Qbj
BvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjn
CPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5
C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3e
DfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDX
EPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQn
FEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfS
F/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshva
HAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBB
IGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJ
JTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1
KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/H
L/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXC
Nf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76Dwn
PGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3
QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3
Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1Hm
UjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoH
WlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKc
YvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2un
a/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUo
dYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8j
f4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZ
if6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSK
lPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6
oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavp
rFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZ
uNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVL
xcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB
00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC9
4UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A
78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L
/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQ
EBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB9wMBIgACEQEDEQH/xACoAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAAC
AwEEBQAGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAgICAgMBAQAAAQIAAxEEIRITBTEi
EBRBMiMVIEKgJDQGJREAAQQBAwMCBQIEAwYFBAMAAQARIQIxQVESYSIDEHGBkaEyE7FCIMFS
YjAjBNFygpKiM+HxssJDQNJjNHMUJBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA
tLFQapEEgIcPEFIyGYcEIyTNchwdwUDwypekXer6pxxx3dJ0ckcQNBBbwQMhT1ERjbfnR16h
oF6JgnukHk8N4gMXYr2iZ7ju6Do7jpiSJjgu7jzgSAK2qBaBhtU46BIJQyMASJ6xaKVjSIpv
ER+RsZorVytYIgImeoB4ra5s3QAa2vYKN7GuF3qtwTjayiho9YDiDOq2s4U3P1izl6lcyLeX
rmh0ER3Qd0Sd0cT3cF08eYgwITYqi3gwBy+Gx0DBRpFfSsuAMuAhkmAdhoB2awjQxWG2uTKk
G8XmbcC1WCEWBYJlkANiCuK6pfbkibnZSjQOjdKynSPXxmPr9ZEPKCBmDungYMTpngu7jy4l
IoD4XxrJhoio60D6bA3jh4R1c/OnoLfivYjejjhLgZnjhnhDpkr9YkpWj4JZSK5nErOsLkmC
nc8CZ4U3pO6OJ6IC6JI7pK7QaRBcD08REyF08eTIJBHmFd2hTEbGHumRI8XdbH1we4R+Bu4x
h+x8TtHpix3Gn2ZJpRnyX4oSXSoGW+rgXOp8WxSQZBAxB8UWjA19e2DDVinL4Gt2IegHypHr
B85rjwvkVNRTSIniO6Aoq0TY6hxjMu3iheZwPnd/AE7vnPQGOkhNHWyNUkZAdk6mQYe/iSek
OpdBaBnDJAxoJKTmGANjha7BlKbHCgsSJGxAiOAl6XEqYAXldHBDWQElEk2axHot3wftR3BV
Lo5VQ0qSmimNUW+XxpSYgQQifPel82K18PbMtbFF7Vy9QMDAEhsFbyHtPHGl6XyG4afVGlmY
IBi8s2pzeNLsvjU7KI0pyxNaMlZtRgiak+eg9K/yMnre8nbAwtmkEzavnkbPoWHn8vb88M9B
k3RjO4Z0LDlbAkyoucPG4tgEQUAeX9T5gXp5emZ9a/RLez5rVNUZgCwtwryHtK55HVLLPYvz
JNKa1or+I954cryPEkBBdEETIhQYBELCAMSBITjHjrtK8btrIvl5eOk1PM+nQVuZAZAQauYC
liiVFxd4ON9TVEjIneY9PglO1Ssml5z03mBu1h+hLEGBLlNOEuMnzvpvOns7KWBQKjM83cpA
gYkSPEz3EzxEDMnGMkj0nLODpggDDj1TM8jUGsgDkmaea+sPMeOUxR0FAPdJa7uN9bQIEwIx
tnCMjSoWzY8t6fzI70GB6EbHAG1Lju6Dz9Gwg9iqqolZCYVaygVMyBBLCYBkHwhrMQTnieCC
eggeaYgmrNtq8g0i1GgeWbQG6uGZ6YKVkmJg5bkhQxJa7uPRqYgUXmr5r+d9H5op3aeoXPN+
i86WN/z2+NEwGMUR0VM8TXkDXJMjOnjHp2ax0Ss4okmekgh4JZicazBnpOYqyBMpOYiC6hAn
osmrwcCZHTIN1DDVnO0AppGWAqga3UuPW5+j5QUdXTL+KysL28LfLHmfUeYC18TTNOc6gatC
rJJQsQDFmw5bQGFBi0r1E4WLJmIGdEhDMgFBAzEnCYBWA4WPQEBqJjmETzQhckXIkc0CJ1sb
WAo6+cJKVl7p49b5H2XkzO0crVGRMFe4FknE08QljBGSCSyqIHV7NIJLCNh0OFSXGHQvVRcG
BEwIyQcAwCJiJOgoIEjLC2yUJIQQkyC5gx3LDraVwxiv54nggbpUL4QyQUik0er8er876LLP
IaeXZNGCWOZTuHYu7UMtizCXwDRFpNZyxNoLxpNggIOTztLRzQgkQSiTp7iZiQOKSCExjO4a
xBiKuhTFlZEAuka6040GZdkuUrdMp42xlEbFPVMZi6xfCiRq9U49NkKSVBbWN8at4QxgD1TX
KYW6ZEzBBOtme20JW66g0HC0S9omDj+n8uGuJOnpOnuILhCmOIepwxrOEslQtLKYzlGcyHmp
FhIw1cO6hlmnnxdLrokzs/RpgrtcTzuOU2uFQ0KAW5gNN+RIWS3CrXaJixqcZDblUE+kYymw
tuwtcs0rajJwPT+aJ7mAaF20YMeotHh49P5kjuk7h40FLYSArFCfEFBk3qji1k2KwQyJPQ4b
r17pxDAOB6LHGFUWa3VOAAuDQ8CnNumbgZW2Fb80w3owCL6VKDsZnGmGe0sUrtIveh8prjNr
M0jz2N7xZ5HQu3CbbOJjoJ8h65J4M/U4JU6YBfXkdKuDAIGQEnd3HCXByuQrVfYHnBC69muF
UOsUuLix0ccxBjJS8JZwVLNiBC9+DzxXq4gLbDP7UsGAe+482G1UI0sjUHzcyjWxBg2tJCgx
6maLPNtPRz5/cDUDj5+O1XM2NdJnxbpBiUBFwhcshnLEevhG6+Dom72Mg2V5hGjViqAu76A8
53quPI9KhxqYcQNDqvgYxslYy4swlxPFwXcRVXoSZ+dq0y7ThZXtVbwvd8vpnpazUlijT2Dz
bdRBdfjsPOoMSY6SVzISzkCCgiZ46JEJcwBdqMN6xm2AYa4Kt1I0dTy0Hr+8lxHFB0RA2YM4
4vlJxMEkMjnIcAg7JKrVQcUrFhdYVK+oo88vUyS1CbRe2snYMy84RWfo+bNrJs0CmFkSr1lJ
XNZHT0hDMiygQ+EiFMEgok2Jr1y8dCR9OzIhxkN4+KJdwEzxDFkP0ce2PCks0yyZL3ZTTQio
I6K1gssxuNgvPsPcZ9KgdXZIlbkGtq+a3jWMVjcfbzipn2s0nhkJDzM3oM6JgAokmeAMCALg
YAcSOLSrlIGwCJGL7pL3dxMPAAmSDVvZgtufw2AkMe4g4E4uk6IkEpIAuAuVhcWC7hNe3BVu
0bBqb3m/RFqk6mW8vc48aPqcszBdTKnRwyI4mRkMJAYBCQUEd08bl2hdM6AEqj6iDOvOgPu4
yxKThKROZpKMZ6mD5YwrQ5Z3MgFnSQpygSW4BTkEWqd4Mm7oulpKPHl6fKH303Q4VoDejiIk
AcvYA8HHpFHnSeRUmxZM67sMMadZR56YEcEQbd3P0TzqvSUS9ZruGDKh/BxRDgDXMEl2aU2D
rCGCslXQESWB8nhoKMOVmAp6gbVTYN6wfGFYzNksMBxVztGCL3SJKIB4RK+H6TyJoMwDNmz5
p56QcIQSruIDaqi8v0/mgbh6BZW2uUuqmXtXN1QQbAPFxmywzpKShj7NIHSz7AoLHFVVwBE3
mFDtETPdY4qLuoK3MaVPYY/pQgLzxmeq8bvlzQqWwKl9YyVmQhmcWHVmBeb1sIr2JgK4iwMy
NLIIs1rhq0dCoWsq8sqX8zUHwRnm4fVNu/QeWOWQXTxQdBHM4TBLQSWFiBMc0UJGR3GQIiDb
z5NJFBoxh+hGu6sVfLWUAw0Q9TBI9A/A0DV6mou51YjcjAviqdhJ1e9nFw+YXPP7yjKm/YDA
2lTRVWAZS0xRLIzc/VyT0joYLUbyejiuk2lGxEkD0g1LMmZLoFS0xBuAjocKq31CLGm8PTSw
nAf58JYNChoFPTogbSNDGGjXcWLQcMqXFFeva2DFr7fmjdOiIxOas0tjzG4H0sKlkVE36dsF
bxKWRuYB60kcMBKi91XgXUnkyUlY2CJlYlmkkTRNbSIKyIaXC7NLXLRRJ1ar54MbChYmw7mi
djaeeGiWFjRq6hUo6tEprIAfU+V9KbfiPVeMNpVfUPNTfzw9XKE1zoWxsrkfcqOH1FVC5iad
c1L2mwpHZUT08efTo0zpEgOW8p0degUGNql+c0jTs5Ng09PF9CNLOrl7OKDOK/BW61BUi5VI
yWEJraXFFrNEMerlZD6wLVtFbioNnx/t8Ux7VzINvz9quR0mLu1ANNmYBuM87fPSWDeBj73C
GGIYoqmj1HimWBJvJyxNmM20FRvZ5mcPDJXAfdBcioRu53JNB9BBuWMUTcVhCekjz980U0TL
B1Ns80jeqlWvqZ4EHUBeuDXKqJfpXsU4BaTX9JiFboacp5FftCqV3iR7csSwaCq3E9LiuTyK
/XOPIQagQKAIISBGA+CA+EiZiQpkToBpyyIEp4mxTMeuswuXca+M38poFa0ZTqaWEdN1pSvU
HlPTz9A08DayClp52qWL2UoopYAd6jrkwJis+6Zot02mVauSVXM4Wcyd08eGA1gLaoGQMhZg
RxcBBSRE8QwSImZBKOCGCOExJt0iLiksNVFUjav+Wk9BnVZNGiwTIhnFjYo2AJc0yKfXCvsJ
3TytTXrFTXz3B26jDrC7profxLKoFyBgaplUudS48mBALBgCpkQh7goAiRICZ7gpGThOQNZ2
qYobkGIG6oxa+8Rhs2YMKdtRjTezxhJAtxWguMp8aAU5DYhxYRTIupp3CjPcCQwWFr40bGMZ
6y74f0R6Hg4OVQO6sJb6rx5JTQFqYAtbBJIOOmDI6YIPuOWDydxegQwZIMlC+iTuXBMcQNUM
wlZSMmCFw8BZnwAQJz18BxAQYsOGJOieFlxEcwRvpsjaHwkg4JxVm2RU6/x4tLki4ICAYBA9
IBxAcdxKignZjeEOJoibKysqxJUVYrAN4iKbcorwZgDc4plp8USurKDOUFBCV2WAJT0BSG0Y
86+YILuImCIajTNyxayDM5Cz0ergegOnpB6ePELagXxAcshAKRDgeDXJAelJxdKiJoPzGl+t
SukgzPFnIgZaEGtIWQiJgtjOBloi5kDql2TKzL+OXqb1gFLwnVpDSBkqYskZWSQwb1Km4fXU
s2vVeK9iP6OC5HHjV6UGYJqCSwRYM4XMSH0yNsUGGm2nVPSv8u03nYJl+Okr5VvLI16egMup
YJfRUaDcaybRY10OZkGs/FKCpk5fcRBSRbrEEqYOIYCDoOMDJiYIggNL2flPXk90E93FWWcU
8/bk8rl+9A+fd67IMmLCSeLiFyR20egZq9cDJq+kplOc30hhdtqKNurcG1HZox9CwaBZls0m
cRAEkqefak6BMhbOFnMB9HEDPHDwhhHBz0BR3HDPG96vy3qCYkSeXxJCwg+ITXfmiKzPNAxM
hzAkXqIHqT8sZ6o/Naxe8254ewTivl3swlq2ik2zK9hlEu8vRBkhIw9fzAsCEjpkju4mZEIZ
kXPcQJCRM8dxQdwkS6vsHpmUmhhKh/I402gZwHQEpseeKNaBJGZGAfAwQgzHHWK5ln03kbR7
MMExDYMh0EGfOFkUBTLASmuYObIAz0kdMgTEkxMEz3AMBgiR4I4aJgxBKJC38rZJvVJGqtGI
53GqQ8DRs4ojOtVzLguAlonEMEd3EdMBdwhRHDLtBw+AM5kGXbuEo9L3nbB6B3nmno/IavnQ
YmAYZwHSQPMUd08RPQGBALmSIauQgnhZc03NFTQpFBaGk0fyeNqKtcTiDrCMJqiIkRiyE4y4
jpWEEyAUcd08cwCBmYAKQDCOCIZDJUj1zwMEsKO4gugIY4YHASxbRQkJEwZ09IHTIOrQ3y0l
3Al1YsyiwFy+AyQtHZzUiYMQY6ThkQyCTgmSBKQeaoKCEkxAaMCF0SD3cSJQSYESyIOgoIiY
OjgDEZDgTBIYOE+IgpBPiAjrBf1cXWLMw0hZgNAhB5nHm1NAEDEDo4XBwAJicUQT0ESSzICS
Ig4OgWkCayYIAumDo6Ti6SRISemCJIARYogwIYK3iu6SZHgujju6SLcMD3M/SGDPEQEFtR8V
OuceaU0ABNYMTAEFAAMg7uEme4mYgIek4GcRPcFMiSs4O6YIIWERMgg1QRRJ0yAAlBxRwYsE
XPERBEDJQRx8FoZxmsrLab9qtZOFoEps8VOtcf/aAAgBAgABBQD/AMaD/9oACAEDAAEFAP8A
xoP/2gAIAQEAAQUAL5Ltid42LWYkntgqxYN2B7FRiwgFlGeAeHIWB2JZhDkkVt2ORAckZxbU
xsrRlNOqWiIqL/AP5Gfx8TiBO0rrWpWuMW5gfmXOK0LkswIGkST+M/k/gni5ti7c8asoUKOZ
iZhMH4M5mYuZYTkvmDsoa3BJGeDKiqgGYAUAgk5PZQFck2P9BgCoAAHBPWBTjDkV6Vjm6pK5
p6ty35gh/wCFuxTVKbUtUzYJUoeyMQSOogQLEyrPjq4Ku7Hxahx+MwTEu26qXp26bvw7hYdp
3dCxH/Ifn5i/DmBlwwGc/ZQwiuMkqoJEUgrgE89srlWBjJ3KlEg4C122RNOxhXoooXXqWYm7
YabFv2dm2tSq/B+YJnA3dsVVuC49bV0Fl6oqMtqsxVK7iWGHD4wQxGyzCpVKxgHGpWQv4E2b
zXZusttWgUJM3H2kc7Wyi6h9k8Gev5MH5PwPhQMWEdhjLBmLZWJ8IclSHZygVfmPcxZuQmWa
tW7LqNYU0axYlSIODNm00pTshwOZ7YL10R0bHHwfxubNqtYr2jVqdrKwvjuRGr11VayuUSxq
bTbcinZsJXkbIY2eFHlWrrwFayVY2Y/G91DM/kXUWtE4M3Aza9gaset2XtRbEZsfkwfjM4mY
vxYGLMYpyMnqr9mXhbO2fIOhd8IO4Vl6smQnYNr6lhC0KAVA/Df12dlmOue0XfqUKF2WsuSm
6i1Lq+ol1gqSrfR3v01aw6yMtehb3CKqNQGbpYtgluvVY3hQhaEUyw5t6jtrjN1n2di3XtBr
WlxqrLvWdmTQNdlLKi7OwhpVFLVV5Suvq2YT+B8n8HOR8Rfh+omMxgvXDg4wwfAJBgZWmWKI
MQNmU+uvc1a9VShhnMJg+SAZv6CuNLTetf160Vtl1lvl2ra9TdQ64tCP0ZTZphkAcEqszVG6
YGMAsWhIgdSYxwtlg/Yudmem3xE7dyWZ3Niu07iivcdIr23VLVsd31dkldWwxdUIG1lrKHsv
ExOJiYhmJgzH4UcNgufICSTCsCEs4Bgy0AYM+wCwN5Otr5tACgtmA/YkAWbmuq07dVjTAMx+
DWhK1osCgExlBh1kyikC2uxmWpgLqLGFdfVOBGV2IrOaqQjS8kIaAzfr1ZTWpLHVoMRFRSoc
frUQDqPzn8H8H4pPaYmJj8Y/K/Dg5LZjN9j1AAIGCCWAmtr22nwLXf8AYDULBycQtz2ObeU9
zX1fS2bVvpcvWDMzP5zO3PaZmZn8ZmZmGZmfxu58SleqmUnNkzM/nMzMzMzM/jIxrgdf+B/G
Is7EMzgw4MUkTGLFCmOFJ1yfHbk7IIx68AWuTDzATkDM98ALNYhb9LYqfXWxGgImRMiZEJGO
JlRCVU9kx5KxPLXPJXDZVDfSIdmgT9qgQbNMOzRNrZpNKb1ArX2GuIu9SrDepI/crh3kEs9p
TXBtVFX9hUp/3dII9krQ+zETbscfu2CNt2vBYVPr2W2zH/DE4mQIrr2wWJROjFSKKLbJrev6
i36O3NlA/wAdzZ3SnU6A+75gxCeVzj344b50tXaeqrTvwuvszx7AAruIWrYMFNogouwKGIbX
uZvA+BqqY2oxi6n2/VxG1KTF1aFLatEOtTP19YF9fWKvpaiRF0oh1gVGv1xUI76qwVad8avV
DbD6Os23vUOP2LRBt2gVbrzVs1rYujQIdOkymimkfkmFgBft01z/AGLPZrWWEmLS9gp9agFd
a1q2CNggbDZaysYTZPW8Wlx69sMSDM/hGyPfufGasv6/2FetrJ7fsR7K0wewtz+1bj9q5WOz
t9hu2Q7G11/a3jFO64CbAAq2CTr3Mp07SW0rBDpWYGtYynTsz+lx+kSz6YJ/TrEGrWLP06od
WuPpazCmmumv2OyX23uDgHMIAB5A7KarbZ6/21tln5zHsRJsewCF9u+6NUxlVCg6rDNWiFPQ
Ki/B+OylttWa3swavHTaDeZQk1Pn4BhyYjnHubWRiHLa9yqfT1VWn9jX7fsUkDbrx+1SpTeD
2BFEOxWCdlWI2XI8txAa4QtYZ9yM3iK1jNizP3w7OIrW422t7KL4Na9j4bIabZ+tgez3bNRR
9ySA3XqFYwnJbGRVYwouVbda1bqGsVZd7CquP7Cxh2tuZaGE6KY5xHbjWIz4xlhAMRo46nYL
M7ZsOqWKb2Vel066ZyynhSIxMQmWUV2zZ19d9bBDerdli6uvh6tepXShI9VFa1pQwutUOuCo
nEzM/jMzMifzxPmZE3H+6uJRaruTiAiHE/8A0GqykEz1unbttZ63brc6rs9Xp3eX6mjqBb7A
o5ercKax8xArTIUKfqsNxBxkFT0+008FTGPJhjcraQGHftqjNW4f8q9Fnr2UwicgN8UdCDL+
KLPs+lfbQNX2tl1m5Y5pIt2de2p7KqUatNg0Vg++pUj2usU/2mtD7bVh9tqmf7XWn+z1ofa6
0HuNWH3GtG91rrD79BD/APoBL/bNbafcMWr9vZUW91utF91u4p92CLva0vZVTVs36WtXqocM
tWvUkKqB7SitjlwNOg22J9lqZug7MCGK8k9cQFBGfMdjNJQFMI5EI5PIvAW9RzoEFdwqNvsA
dO0AIwcAiOMmpOsAIl6eSq+g03IQk9fs10Nr2V3ICollgRUYsu8gfUdmwM5IxP4U4mRCOMkz
IEEOIMzBM6HJULAoxxO+IH4JBGjaapqbNe3XW/OZcxCWOtetq65ufXHSupMBAuKyASeCrAEF
lJADsOrErNPqExDnP8GfM3h13PuZpsvb2FFistgK4Kn1rsGhJiHJhMNNTN7PUq11rdc+Qrq1
eTtVlyAALRmu7qLCBmfB4gM+CR2GTP8AqrgRW5IGOMFQsALE4B+Yc5YED19i07H+std2DvTb
/statDvbNjP4dapadbXrqbrX/VhkopIYqCbDhmAnAPBLfaaR+nxG5MMxPZKw3h/jGi/a7cTO
shaIqF9FD1EPEr+YQJ1+3vqw+tWP82oE/XGJn8e09o9NlgLEDjrmFYPlf7YxPIs4AyRCO8AW
BsxiZnhmOAcEENCeBnIbFmnYDRZYlddOxXeluxVQl9ltp0X/AG9jZwKkOU+3VVIZjXmxjhCe
pbsWxleTpq4Bh+T8sTP49uALUIB08NsXgmlchuqk6WTVjlpXMiZzMT3ZH6euA2xVjx5hbEe+
pRvuLNvtkdQGP9ZyT9FOATlQWOZ8RScrgE/WYUtkiYOACAAMHJGGx1IGhsdNUnU2pQ9dK7Fp
sdXbYt3lX16V7a7evSYg5MJUllJbnLdcgAzsQdTIhh+YYRPcgeJWAbW6/s3jNKr/AJPk6wHi
BjyvGcCYIg5PtyS+mCNms/S3brrluxfsBKfGd3jZICrnJbsJxknIQKSDg9D2AOMkl+IM9m+P
JgMcRTg5MBYFftCzZwTNCgihsOXsrpWv19+yKkq09bc222r6bHRtTZUjKAcZLcEmeLqMMSxI
mQRqPkGcZAj/AD/HuXHdQRNPJ2NogUMCLP6GkZqzO3Kjn8ZGPbEBvW9v2jdZYOvJcg2EFNvj
YAxCuT1+vbgExeGAYEk5U9oeIWEC5A64KgDnH2nEFZiVBS5TKAsfU2kapuZrtUVeLY2Kderf
322rBkkqwiOUbW3VuPYiVvyzgP2GGjlQFFgOoMRvjsoC71DWGxHPOPbHOwMsPW1FrtsoKdjq
LKiWlJ/xEnPyUIycYyYDie7z5/Wdv2TY4AsZoG7F8FfYKV2MsB3aHJh65VcEBiSrdwJ8TIMY
CEgxc4xACQuchSIO3Z3YRiOodURbgmtrLQ9h9vRVRsbmxtOSpJzkFoQwI7AVbt3YMhAOY2Md
UEcjHyNXEbibAzUzsreoUMx4Hswx2lLFvUphvYACi77OrMk1mVqTyFH2X5YgTc2116/9nuWH
cuNtuqW/ZIBFPcjiMQV3yBslhjJwScg5C2dIrEkl4o45Mzw2TBwGfKnJgUtKkZmwcf1jOWh5
UEmdg5zgfYgmKMzowHBnErrLw66sKHdH7cbG3ZW67dRNm2WdbOx0bgSwzPa3LTra9q+a5L69
kb6KnsLO9iksPWqCd1c0f9hkHTbK5iHAu9lq1G/2VjxHZguUXZI7U4a5EwqDqHGRghfY4GwW
MXrgjnOV5ihSQWnyGwCoMOQBxBxCwEySKeSSAGOYxyFDdWx2OSerGAEBV+y0KJYAIeT2KxbC
kGw8FoY02Zr2tbyL4QZ0rVutYnr6VDEkD2tzWW0viblmRXrtZNgN5V7o/rE43Qf1TgDus09q
kSzfBF1t7GoKY9fZaV6rexV7xzVgWVdgFBJC5LZV/Z//AFMSxTKr2IYZit1GSYAcdiQIoPZg
Q3UzmBQAepla4ViFX+0yIeBgRRmLkAEsUX7MwBbEzkc4DqAWTAIzpupoNn0eh54nEOtbn19L
iN8exJ/YUkGw5qoLKNilXFtRJ9Zcy2bG7monIYMZSqqcnLKpVDWoDhip6y9uz7HTrWCbaP6d
SI4xB/X2Z/8AZwSRkFlAgBMHMYmdcALiYnxAQZiDsJ2AijvFUBbPsCHMTkscAAkKCIspq7tc
vU1oAmDEqYFlJj4hIACzTA8dwZlTCjCGIQRqogdhPb1hbAeauza5eM3L1myadYWewsrapLIt
hxZkt/UM3LZ6DJirWV2Oy2PXiaihrq14ziWAR159kV/bOROuZnJLRTPqIrTgH7GOSIrLMknn
qKyYtWAqrP1+y31upGAOxJUcKsCtlD0UAWXVall7D1dNa2+xGurNZsM1TA9WBRu008kGxWap
QS3QGy2lTo7FbA5nvaWUMRnQb6N8AlQLOrI5WX1JYl1BrfIE7L1yPGVDt2yax9u6kXFvNb2E
0O+KQYytDiOvHtD/AO3kwYBcfbHIJH4EBJg+GGIGmcQsJWBOMVqzTwgrcGxZ9iqCdHyE+lak
g5AopsY6fjrqVabi1WlQtnufWqL/AGOndXYOraqGy3oaqltSuLsII4/YH6CqdGmkFiJ7fxWa
f8aFoDsMQHDs4BVlYAADcoNi1hhAgWP885rchszJBsR2usUNNJqeoxGaKOABn3Sf+0cgguIz
TIhHJA6g4JIzkA/Yt1EUAkL2IC4IURCRA9svbsP1lMFFYB4IwItirPX103VuwqZHbOvb42a+
p5sanqutlfr2rvKdfXIynAxuVgbFlRAWy6oNt7RPr77Cdjf6htx+1i9Xrfx3L96xHqDLUSkU
qZsP412KvGwzhmaD+i0iMpNgRiUK4uTpNILZbXfSgNtJIvrnUY9yhFrExA2W7ZBBhAJUcsuC
MQKcZAgAZeoWYVVVBgVjBU4VAZeOzoyrGsOBawBJYqMyoDX13dbDUpEIxF8MbY9fUNy7UARS
za9ZrrUkj2qnsCSA/wBfmevUBrCzwEBtkgsWOfX7AaWLmJkA9RYzYFwZxpao2KizI6q1g6BS
ae611V1r+ursz1VMq7FyjQAvo19cIK6sitCKqVVvfIP1epEOGJXrBklYCJlgCWaAkgYAOAcE
mnJWhQtbuoPYmOrNLWFcYYP2mAYqZlNNfm2FQODWSCFNlys20mvYLVRbE8ZmlR2fASJPZ1We
OrYZACXLovbSq6s7M0yO1idqz9ZWxRtbYW5HUqOrNAcWcEoRq7F2h5iNGyt21LVIS4M+ttWK
NbaAGq5FarUb6+0r8aoimMSEu3qqj7VrD635gABOJXQ7Gv097SzSuRhq3x1MVWAyCQCB/NTl
XGxw5Lulig7F4WAMxJBIYZVjPtmsVg+x2Cqi0hmvsJ7kxSQ2CzVV5NFJrUqC3XAvTy1lOlq1
AKqLNfHns64Y8ovZGHRyMDXusR1LWVqxhOHwxldVdkxgGH4svoql3tqDE2XaNcoJcNY2zX0R
L3mitoraxGNmlRafdmpNJszJYopLaXr2VRXY5T1xYLp0KvsvT12VqCCBlsAQlp8FXAPaHksu
SeIBwFBiVrk4ERlI3my4yAwhzgKZUk06gxz1LhkrSweNbQG36grrcxq8r503Pe3lmGChxLaT
YSjIVB7ev/rduiu2nx2xa0YHYprj+21Aj+8GG3d7bB0diyHU1KI25pUqfaDOxuPYufrobhpF
m0Ktf1uyW2GIx72m99kLNbUa46Gq6XFX2La60rmfx8T3OoNfayAy/BhwZwrduM5ikRxmdVjE
CeWM5chsBiTFOSvBOGIAmqvZwFWEMSwcA3YibAE9j1YBDO7Z0j98gkWZilMczY12KlWU1XtU
/WjcoFFyMKtllXVBIroWC+isW7lzwlwAriD4pQtHICkBWpUB6/JedTSem1iOxAJsNKna2676
fXa3jr/PMBBm3qV7VLeoA19rRuouziciH+oLwWcsxnck9hG5gR2JRshZ15+wg7KAwyil3pr8
aqpnVoyEi5CVrcNLmewkMhH2GmoDr17lVLGJksGYG6tYKbGmoMR9S52/X2EAovx+q/VqqlAN
YjEGE9gSQVOIXYitcWMtNb69xWirc2jF2r3eux1pu3DdfoaQRRgC/YwtK7CAkKEtraYmJiX1
q9b57dowwQDMFSG56wqwiqucjMXIjCYGcAjCiUMA9b5dawJ1Ko9uuIbdXsrevBsq1WssRwwp
sZtTXvDdz27ZGOQcljHx11mDrpqrbNzYbpmu1GAD4UeveyJ6lnA9PShPrNdAunQrfqa4G161
Gb9NKphzb6/YSmxqVIUCiyzdtY+o167bRsVpWNj9hrqhTNnfurq1qt+y6/Yuptq985iXVtWd
oeT5G767SS8f6oE2esRBfrB9vZSxOmYOAe4POMHqMwFsANjswPawxkaKWDUW2At7PZaG664o
K2OFrC1a/idENmsubateoFqOzY6l8lQqgjhn5Fg6VaZVlq2DXf8AuXM6jetB1djK+vAnYhVt
Mtvrz+wGK2NkWWkPZZ2zaTtUGxVIqP7A2NR762S5uh0th9esbJt2PVWK1LKGX/XUxKFQ+00z
aq020PRr7fsG1jWtT2BK9pnvs6mDEJUmwgqoyTwQMTjOSZ1OFOCTiZ5yYbOwAIOq+Zp6evcL
fW61in0tk/09/arQWqs+ntNmp6yyq/lWQjFgBZhgAkywgMFY2Xf/AD6rZr9aKzfZZWtw2Aqu
+wzf5IlYYrR2jVqs6p2d1RkdGHRSCqGbOwVaw0kVGtJZVY9m0grf14Vq2FlV+jv1UzX2qNiv
a3hSK/aX3PTatqbWkrm6j9XU0C1T+32f/WPdhgzq2QOCVcg5AwUKgAHMxDkAKTMEkoZyJwJk
g1gZ17rkQbt4K7l5f9u0jY3raUPudtYfbbxj722w1tm4tYAGVYGCqUIOMS/I19dD4fX0WgWV
vnXrUC5/GawpKYBwQLVZpS9xsspUhOoWv+vXLXadNrj16AV6tSHfE261sGtYaztotg0tLZca
evdrbVlaWL/odHvVTVrpgtFRNieGise2VVL7CEm1yO7YZyQghLCDIhYxeQPgjAGMmf8AUZMM
IPVOWoqQo6qjGxRBcxXZY3AazCLqCJRSBrU1BrDwoGMgxnywwXvXOvoui1LNj+9Z+t6mwUhl
nYK1di2g29LUEY4Qr2iIqg2gXePLePB6Ey/VFg9vXXraoJ6G4rX6nebzjZW7dOAY+MEkL3dm
AcDdDmFEAyFUqcXDCg4U5MBImDkHIzhf4OZ8jvgcQoD+AOtgsRwdoT9mvqLa+qWoQbKsm1J5
a5r31l2JhDYKjt/WIGBuYsNFSAxAF3NiuFGeXZSGdcLcoHlWNtBQ+8XibLQbFoK3tG3Ao0d8
Pb9ZZvFX9g9l+xX1RLIpKWa91Fi6vsgZSdglsEkBjvKK7/2FFe1dVaWblBmNyL1PUGAAtmN2
I5EypnYiE8DkMVMUFZicZOCRqsC1KtG1yJ4rAfC7N4HDNruItRYausFByrKVz8s57FnURX+o
ZwGa0LZa7QXHItsEa7sMljUV6f4yC+uItqVunsVWr925S+7e69yRTZ0mtu2pXdsF7LHZ5WCJ
sBQuARq2BD6xtNy2xSq1k3HGBvV9zv67V1IADgGKsCjL9fGCQcqICuCUBAOQczAMckBO3Vg2
VJyOYwUH6Ca1S3V7qDXc7NeTfWStyw7AAe/MF1oGubi1lJDCggJS2V1epXVrztP4WquJF3sW
cedyBY+WtcgPYZmzsARMs0DMISWHE5zyJxhCubdgipD3sNfJLKLkYqSRFYialyg82DRXrr5m
y/RnoFybHqlUYKN1LCPYohOG7ERTle3HcEqASwxCSSDgOcwEYPz1h+PW/wDzPWjxfW0XWN6a
sy3RvqcU7BGn6ul6V1NeuVKhjXBm/ZUEXjqGWxBlp7Ag2kEQYgIE7rAVnYw9zArQI+fG4HQr
MOB2bPQuMKI8ORKRySwC9QEV7X2tW4CvJJTC6Th007A1W1tJrr68pc5/GzpV7At9NdXLqLa2
t6hskMQQFY4I4z2BJEw4UAmAZhGYeomeozD2xoKy1MgUt7FqXq9pebBnPxFICnlqjwalEUJl
6hhQFBBDbeMqSBXWGjVIFStMMjA9UYhCFAAiBSQvWMtYh4KgPGNYD1/RijQHMqFfjIArp09m
xqNCrWT2WlZeLK7abGscp646wqp0NhZ4VpT16kj8H8WU1WDd9Mti302VWFbOuGU/QQYMxgKt
lkr9XuGf6rbEHqtkx06v9SF64aeqtVa7CxrtqtDFSZ63udcDBGMHlqySWBEB478My5ZR3u1k
tDBw1IJbxKQqKsuJWLkxz9UA6L/ZvsX6qCQRypbx4YEwgZg4XV1De2tQlNe27eKrHju9Zr7h
p9RdXtbemiDRvrWvcL3tSgSskCfMY4FeesexEG5+jZdv+NqmVu366ME1M2f6lxfVVVSqqQWd
QbNuhTcSLQcQAupI7aKsEazoClO0Ldeqq3WsqKkjC4C5HatuTbXC+ScTIDIerWWKlNjM7Uk5
wvQKOjMGnxOxEQ/ZrCrFiWZgQoUFgve4jK2gz4ZjKixPr6gutYnZPc3MH0wRqUfFi5VQrNsa
4q2NJC4ljdXWXNC/U+w3LKAPbWPY2xQa9XZ13Nm1VZdS1NboFN+49eol25fc9XsNgvtXOXWp
/Jv6ZXX5imausWtVa0XfIXW1to+Kzccj1AOMZORngSrkPXXnqDFqJAoGa0Am9Z3sCNYV9eaa
2zCLCSMFrOs8qkl369jOVAFpgpuMOsRFSgjBV2IDuQZ6nWZ7UAVWOBtONncrHSmg5mARzVfZ
WP3sD8XqCtZEsB8tC9n2aUeva07qnVXErNnUG1DWt9q6+tZZL1ftbXh9YI0u1qjqEE7Ftfk1
OuGSpca6BHClp7AH9WlyA/8AX0gK1IIB2BWVriWPg1osCLnxpNq1kDP2OrbUps23dXGWygJV
Zgs3iYjwr1RUw6r2KWKyV2YZFZitbAVhRYquKqnZvWa3ioEssRBVaV9lYv8AiW6xXllSWCzu
mwGBGY2CvdUVrg0oI6bdnXX3nf8AVC4o0yBXdUhNaV1QWo4dsnZJFmgEesf/ACAMaECmW01Z
AUJV3yOY6F0sq8WzZnHrQV1y2ArRrCJUSSxWBVIAw3Xjd8Rpr0q2oXQsdVqeqtQxVq07HpAR
FpQkUphkVAuFlgRiNSoi3TVxcvhVrjikIV9Zpea5VCgnA9vsMz2MZ6v2tT1Oikr8S2lLRVWK
1lj9Evta5dJPpqsC3udg1r7Fj47FNevqnMYDy9j3rVgzMy27Ibv64gkAeNQf19bF1W3ospYl
ZrMWVFAPUGe0TptMCZpqxoK2SvILHMrEwS7MegZnFrjGzZmyn/LFcBLHY1liqBWjN2ApNZTu
Z2YR2xMAq6AzWLLWzqVsxG6tbXreZtegUpPZ7661avaWavMVADVuNQ9HunE2N63tr7VpCbuy
Cvtas7W+rAXuz6itWdY4t3iL9/bQNsbiMleqctfwaWyEGU3KmXZemzrr14bWVUr/AF3FtOsy
7TY62adS3LhG7MIr4ntFGKx99cBquxUMvZa0JiJ1jrgopaZHUHnY1qzEXpF+5ev7WY7M6iFg
xJAUFSQ1WbrFIsNzBaHU2MABeyt+wM0OnbS1FqUkCbd/ir27fLsZXqoLGzOHDYpGCE2GlOra
JTqbFo2NjYw96lagzobNjWNfskNS3I+wzB799ANbVz3ZGNRrJq12PXa1armo9c9ZfUqIRPHU
znyO6JbtWKy1uWY1nqGyVBJ9oqnWoA8mqM1MOoVncqiqqGWkMx7qP2LjFY4BJj8ykBFOQ77B
J87mCy4RntaYiuinsznFoLi0vYG7jX7SnRJmj65EEd1VfYbyvCTYTEJL2V2YViZ66rUsNt25
Qbfb+yUjevZjehboWrqXWCblCNqppKKv0rUcUWibTO+vpCkSkVuFpora7dSqur2IKj2eza99
1NFK7jWF67Ca12Mt1etKxU62YrVO8KktvVldPXcC6gKKmcT4UsWVfgABm/raqmYwEYQ4I+zF
0Cq+tWZ+uAqgAVJA+uQ1fYHyVzWSu+W1kWAktXpvWafWyuuwKOJ73aKUWP1rWwdmtClGbr2t
7bNLAarvXb+/XTRs7Vl9wrJNVYMo8uWBDVlUW/bTxev3zZtHRrvj+mQHeRtfd9ePPr+1JqTz
v4+qmVN0d9aq+2rrQ1loef8AWpsM4JGuoYZNTMqTdBOlUfvrk+Ky5UP7Kdrr3B1DdBeCSD1w
Xdk4NbJGtRQNhcm1bJ0rFZpLWGkGJlT4cnwElaeprpUllUNqaPWKpEAH42dmulKw23t3a5a3
xKHOuEKp/jRq1jGt62UiHYfwKSGpu8sr1QovGK9i16Yl1haxySQ3X0WRqfM9mP8A+hoUsNP2
tJapciYEBYKdqv8AVVy6BgFRsRGUlfmvsqks0faqWL7BBHGbdPT2NikepBFXr6UUaiiJQq12
nDUM7qgwSUyLK2jlcA1dA9ars3uFo2z2W1XSvCr5iWHUKEybbmVa6/ZC1G2KgrBxwJv+31dc
X7GzuPVT4Ed3yjB3KtFRnQ0BZZs0JLnV4PivltX1+HRTm2lWs3EQzqgljLjss9Hap1fY3NXo
vYzyrdK19qthbdHwUk8riHtjVvhxBnAGZTiJtCptptpz+s8GsUiKq79SVhRGXI62wLbi3qYl
pSLYTCqCdQSazgJYsuruRjYwNd2Ep8Tq+zs1SneQgezoJT2FLSi3UqjpVsVPXmqu/wAS7u/f
fE1KQcvWa7HYcM3hUkhWNu9RUl25fe51bQCrZXsBSH8g2HUbLbbVja2AxssyLrATetqt2Dej
VTX7dWTRKhjWFDadzC32IDevYknPAQuMtjW2AysygqUYq6AotD2p6vWaV+u11h1KCLfTr5ta
z/ELVJjs4A79WqAFlDF01iVbJgrtD9iU6lltVhdtOMWBTOcea1RXtdSu5U01vZ01ml9e6vcR
NStfeYR9r9xfAGgo7IulsAL6+7D6Nyj9Sxjtha2s1eV1reopsQ3VC2UUOL66egdKq3t9nYFY
KKCVK4xFVM7KVGv1jMjPs9xb6RLdr2mnVpLW7NG2WsnXJRTii1kZjg5UEuWBfAVyp1bz5qlY
IuYSYMzAEYAB9ulFr3Ch/csJG7rWQlWjhQpURShLV8MhQbxJL2EkMpOVgryGSwTLqNTeepdf
e2aLHsW+G9vOvtraINvMTaKhfYUSzd1zB7VRK/aVWHZ3q4NzUKWe0cCj2D3Hc0ik2Na4INba
sWj1uzavVdZwHsfZ8bRixXVRBdthe3r7ECv7TUDbntXZ7bLbCQ2b6TSwyISsGcdWK45GcNnG
ARrti3VsDUnb11jewqAfdsYCzZDlmM6AgL1UVtDnNdtiH97ZWH2GwJV7QAp7PWMba13PsL6j
CvIxg9opyOzgYwSDPtY2tc1AS5/2dzxuNe9UZyLCgqrjbFYh2m61bnKGqxXsAC2KyVWAW3KX
Rz2VRYr37S1xkWxrLPGrdHa6oLWjPK2rOtrVmyDX1gNlFXYwCa+bN71Itpep0UjISxErqJZv
HydLun6Wwpem+qUns+p5Wq61rAICFWtkcCnsPE5g1XJGnVDwx5jAiH4zDycYAYEj5+wLs5gz
C6GdgwCPAWikJY6Bi9jvX1AlZwXpKqtuFqfTebC6aQI9UG09w16a+mwDVfRZ5ND9oV1vvmyw
iuwX2+MsXZzUUeywlNf1620WHqfW4akqFm6SNg8D1NSs92zep1TU2vsVILhkSqwix6/8q5Nd
Fr43QXpRGremxxWBewq1Wsi+vqwuhQCFSte65BUzEYLniEzrkNifWEnOCJ2WdhAxwLCIXUwE
RdnYrl97XBQZ2GDkRMGMqzLTCiEKV5z2wGeuaex/k3KDbX6DY8g2dQtdrepIb2FS0k2DOlS5
LU1VO1nnsu3lZbVFl2rqXUEWBz7Lr51mjt0UWbN5uNGx46riTYwBlVYawVdaa3w11RjfdBUM
119VCidR+CcHE6iAfhwclY3MIxBnKkGDqTkQoQcEQhc4JmCF7c92gxgElmDD8Kyk9xO5ncMF
bM7hZSulYj6+tgVBWS4PRr+XVuFyu6bgVb3rd00qe4oIS5bqicQmetWttnZYeJSwG1qUOp0t
dg9RArFrzR9Va9XsKv19jIJqwpr2KGrwndGLVeEO66zDcYsB57WatvqIcQOpgMOxWGzxZycZ
J+GwFGZgQgwAToQfgZIOSB1OcZn8ANjGSUGWBEwSCDnImSYeYScKoCI7ALloMiFesAIANwI2
Nuft7MX2ds2PYM1X61jQUWGaOxrUI+1qWKi1LPY6P7OoKb2f/V2JSdI0a+sy16nuUXZs0PXP
fXsIaNqjXZw2rdWQ6omn5SdDaay0Ny6Ah9UmV1bKN4szwLFHUbGuxbO50fIPIjfLg4GSBgTJ
Mw0zO2CZ8wnMGMg4GMD+A2TVl4npyy/6a6H09uW9RsCH1GzH9XeoOpexGuylaOBqnv1dTgqW
ssyLSB92RAEjCA1oi2vgWiO9Ni0XWJb/ALXYU6nu1qO57I7NtV1uxZvHaQhmAFtwDOxsFrqV
278C5y1Xstqtdf3TVsPdagTV3qdg5gmf+GY/ycTmfXJxAVMBGewhdMqoY4JOVBJXGIDz2OTY
FFVFt00tKvXigKGbhRLF7As3XnPGOyhR0LE1AWLrmbJprVr+xIxA9kFpEN7kn6q1k7EkMQGd
c7FmsyKaS3akEXOr3+we2jGABiFDD8KeVOSSYM9VYk+qIW0EYLqJ5FwbgIbWINpneMOWUT4h
AwSTM8r1yRmFRnHOGzACT055nkxNeg2tratdCIggJJKc5BjOcDiDhiBgsAWBy7YS7YWlbLbH
clsklgqVCCsAvWQclwiBQxVYLRC5c+BFqA5JxBglQSMJCcQGMpMHERRhkBIAE1ay7aeulKmw
zuBGedmhd5kwKcP8nBjKMshx1hU4AgzP5VsRvkHMVThn6rls1Uhpq63QJTiDLBTkdDiwlTwS
SBAxjWEysDqRNrbVSzFjwIFDnCAgMzMqgupYgkDuMPkREZwTXRFDumMRj2mBhWypGZkmKRF5
IPP8AABzPWUqCHMJ5VcwIWi04n66mClIEXDCOZkZeY4YmHJBJEJwVPJxOcmdon3bS1ewqrCq
1bELSQOgAdws6MQKmluMLmBQRgIu1tvWrkktkBEdhYCXVMwFiVcsrjE4YKAJ0QvbYiBSSWLT
qi145C5hZgeyGfBfALKeqkTC5OA2vS9raekUqsqFVd+4xarfsB0tlrmx+Qwh4LMBHPaKRkgE
sMRixJ4gCzrzkleY5UlVZ30fX9SmuqgYiLkdDg5nQmFSotsIVwYiYRylava/bZst87JZE1LX
i6t7E6NuU0OynTdSdEiPo2MG1rQxZg1dNxllRSa9atHAqcuxgJBBZm1W1fAa/XIbCnZsGdWC
hMA/BGW1bEoFbKyez3VaWKjnqM+qNZZf6/jAlh5cgxjz2MYcMzYBxE4XJyTiDqw7YFKtbb67
1tVSLUiRzkIAYABDgBz3lZwL3VYVd26mXOtaP7FntX+vgFhqoStAgi1mKjCLWohCwAhj/Y11
sX0Ezsa66+rrEXG9hQCWb8V1tZKNYqA6g7d3NCLc19dlNmVMPAIyEcCeVs/7e5dcMSzuFAtB
Pr7+llRyn5s+T8tiFTOmYCYQMEkDswgLY7DNdTWv63Q8CtXsF7Ld1YNzYiewcH/ZoBZ7Kt5U
62VsVrrusaxgpEudal3tryvrBza4brrLZMjsEM+lZS2t3aKMxvqWEAwMAz222hNRet7gCgbs
tVnVk2wFUuR3QMcB9a/9bY2bBdbjj+LCsDHqcZqIENmDZZk8TT7F9YhqvwSxLA5IhEIJPyGX
EwQMkDJ7ZXIUmKrI1e5s1gey21le3u2LV7gIaPaathseq0CijHjrqW2uyx11rc7OxfVNvdOw
FXsdOhVSpDbaf6vZVWUv1yGopJqrrqdQrRxWo4z1xCRNzYFNFmHJBAVysHwAcYOF5FOubldX
QgEBoPhsidZzFjAQdjGgPOiGFtK9V/OnoNs27PqtiqWpZWfmZjMDB1n9pyp4iEKGswAxVksp
Vjfq111eRmVHWB7ki72yB/sWEr3kZVvDz2VzLWE+tGuuEXC1YB7qsv1W2GfQKqulslKNa5js
+cTXNxqwMkTgn2m1XZYTgMeOxnaBjgEGAfVLLUjMey4EfGMjrkZPWc4HUzmZ5JzAOfWIWvA4
P4zK60rhGZbr1Wh/Ra7na9JtVSyi2qHOTiHBABifJAhA69SRTW1j1+tKMdF1L69+CqVLXSZV
0WW3Mk2FtslGs7Hx9igAmQo2LSItjxF7AU3qBdvKcl1HxgGY59httrocu7YJHyfgkQZAzwPs
GOB1xOvU5APYu2OQwEVmwpzG4g4hAmCJ6RgLf+AAnUYaoFUqCByGhrVpv+t0mV/SWOuxp2a8
wWirwMksSIF7Noa6IoCiA4nLEAZ9itNVWvrtff8ArIazqoqMFAcqzrwodmNz7Ztdr0eq8GNt
HGnWbXwIUg4F1y1pbcb7nGD3MH2BMxweIeZ1AhZoGMGcswBwAwEDEQmEnAOYTMccz0mu5sEJ
xOwhtGQeYFMxwyiXXLUvWy9/Yb1daMzOyg5CjBwYwGfXrrgJbUkFtbzImVCl1Rdvct2rvWa7
KFr6hgvXbuV4F6xSWj7C64/cFh/b1Qyb/r0mzsUBNNfoBFGAT2ntbwbTwC3GYSyw9icjAOIP
rDyCZ1mecZhBycifzgQAZUYB+RjrrUtbbQlNKm8Ya12CswhIyo5xFEMusCBla5vYbgoS1y8R
cjByquE7nBAx2AILkrtWVFfabYGjutZVv75ubR1AJTSqrgTd2K61SsBwj907dQqsatetm/U1
lD+qrZqdLqyqoGOMEzduGvqs5YvzD8CZxAWMyZ2w2RkZyc4yYw4bKAAwDAbqTgTgHJEB55z6
ihSwc5VWMP1jPWF7ooUcgfixwgsDXPfeETava5lOCWAhJ7AZUDEOSSmAoBncTmLs2LRq1G99
PW6QKSL3Fa2F7LOrNAuWVOFQYrQLGr7TrMQLyAMKoZvb7Jv2mAwPkYMx2gDGFmgWBioJAC8A
9jCQIgyXbyP3bA+VQCHAJ5mSZjAUAzUoanXO6tc191bBcNi5l0a8+DJHBhOBfaLGtK9fabKg
nPZuQqkwHrMgDMPWEcNzCuCOYFndgdf2V9Ro92Ul+/XtAPVgntPp0UAisdZjjHHxFBJgGT7b
Y/U0vmGf9sEwHEOTOphGIAIfjkACHINp61zgHknqI3yATMDOcjQptst/WueDRrEGrbXKjmvJ
AXmL+LCCPHVTPabxQNosmoSZjInT6r1EPQgsCOxzxnOZxDB2E5yhHYaodTRbPHek/Y20Ne/e
rUb9bst6sVuyDcCK7qmClWI6z227btbCgqcKSczLADqAIQQA3BxAASCeysBFCs2AZjBIGRxM
sZnLZPUxSM+pqwnzMwk4HUKDwrrkQ5JvYJPY+wSpfWaQuf2m15r2LTqcEdVOZ2ySAGJ+3UYx
x1xFMJyC7QZJAlVrVsN/YDDfcn9yvPXSsBSrLW9BXsusG/esG9bKNg2ttexso1gwJKjIxjIn
UkcgArhiBMgwDI6Aw4IxiLgjJKAmdeBgAZxnEYnGTKF7WUIEq+YAQHexW/ccGu7yRdcdi/UJ
cpX2PsfEaNd9u72u4q0lQYQcLgscCMqQHMBbOMwrgAuTnnuc9jnBMyGigTOF4VbB9QZkg8gE
kgQYWLsOGS5g911l7/YknnMZusyTCoyxIA6mdQCGGO3HGa0yGwJwR8kNyWbPbj6kkFSPn12v
h3fqibSiV7VZLbFURUceFM443A7Js7VVes5sus71erptdrHbg8k/yuQGVSQiALgllYKSxOWW
KcscZGTB1x1irBkkRsz+P5JmcxWwMwYEBIIOQOwHU4zC8wWnAHYTIijMxBgRQMuGQMwmMzBm
CIOCeVXlvqJUnaaVQRc5HjRgNWoy3XsxrUXq1lorHn42t20XWmx2pVdOu6yyxzmMMqBzwISI
2CS5AXMNj5IGXYYyYwJCgmdAsLOAGyVBMZlyxbGWIXqYQITOMETiBTgdsk5AUwJg5BOCZ8kx
n6hSDFwAVEGRCzNDOQOcEmEgxScciKhd6aFQqrKowF/kHqowQv8ARkUz9ers7uWo3aKps3Ps
WthpkknInIiiP0JJgKtACQzBoODgAqVjFep6gKXA6mAgBf8AGW7MRzMlRxCSRjMIBmQJkxAD
M9QzMWYzlixKxiAO7Act+OgEbAC4wvLBjkxTk4GRybBiAZBLAa6s0ssNTagZqx8gHJ+CeMgI
OYCplhwTgkqCfiNzOOmOQTGAAI+qHgFQMhhxMJArCNmY+vkIXsQQymKMDDGHEBzAesHMOc5x
ODACZ9o3ZlA5zyMidWIwMMI2BDkxFKwsMJWzz+TDwFBIUQ9SGOYCJyTVtKgZxcKuxBIEF3Ue
WpgxIhx1sRmXDIWwW4EPJK8kGZwDkRykGMtAcT6hv5GSOQXxCHwgBUockgjnKFzFPB65sAgI
mGnXnAJCzq0wAOBFySxyeAS2RyIOuSQSQZlsAsIGXxnORiYMHbGTjBgYzAM8a9akr7a2n9q+
CFBhpQyylgF8gYiEkwquW5J4jQk4JIhz1ODFzlvoxJJXEzgk89pgZwGPYTODjM5yvbHxAvLI
ueylRicQZhRRBide4AxDFA7dQCKyQVwCPqVJRRgLwcYgBMChiQATP+uTgqBMEjqevIC9TKFq
RbN6ikL7N1TSte2onMYfQDlwRLLWWC24hlhUwqwhVowaBTjqckNGViekyyHqxIDAYaYySzCD
s0H1jgiA4g+SWypbBDQVlgEYAIQWUxVYBUOCuBgkt2aDImOOrmN2wRZhgwPUtFDQKTAnQdSo
6EtgwhiWSAGFckIQeSB2DO7OQhMrqdm0qylIGCxxApJb+zchcz//2gAIAQICBj8ANB//2gAI
AQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8AOnT0guBugeTNsuNTGyDu4TgIDLoO65VxquJMGXTAyhLnC5HJ
wEeJgoCxPRAOW1Kcaoh1q6NMDcodx6LgDyhC9yR0XGuB/gSWRLkPC/mu0JrAT6GxRO+qcltl
X2n/AAZ8XbVgD7IA/IJgGH+ER0T6PPoz+46Jq1zlMHLKXCJEvEolnLIZIO6zGyYCVDsmZTBR
FZ1fqibl3lOMFEuyJErjXOpT3OVwrNkbWHEZc/xvY/ALlXHoLbIFmdEH9qZso8jkwmOCiDhp
V60LglwgDlVDZGf4HXCwLmYXY/x9JXGnjJAzZOQQev8Ahk9EQRhTjojxeR80xgnC6boxy6pi
PghxDPkog4dZYIH6KXEoz7FObQDgJhnRM/wQNK8gNF/mVAJ1Q5HkU9agE6rog57s06qvG5oG
wEAbEncpxk+r6LtPfaAn5crHqnPkLtNCjYntGqFsgyESBhDyaWMhCwWHZBixf6K/GSRAVSRx
Ou6avdqq2MRj+ACp9wq+UQ0FfaxAg+mop/VsuVPIbvAbdcvLYjoWQcvZp/wj7FFzHVRhduy5
GXKfA3QIhd3xVWkKcaLZt0DQcigbGRMJvkmEzKGiJMjZdob0cFipb4elW+4Ku5/hHi8TcjlH
mWtUJg4aS6BGWYlGliwQFXNRh0ajUI+Gwh9UOMDVMGcoE5CFa4ymtnDo0knVV8YDVGqFge1p
HplC4m2rLjb7QXZOLVcjDhbq9QzEaqteQNxIAwj+ccSMLiDI/wAI+ye8zCYwG0R4kYbqjUTK
LS0MgbSE9CyHIsgahv1RNyS0ovgaptMoEFzjiEDbsGu6mSNT6kfJDxWLkHCIqC7IVFTY1gl0
TajBmd0Tw+2AhavyTrkfkmIIB1R89bsTonuOR4spu1chCo0T56Ko/a3oLWEjVMnyfQh2ITgy
FZtlWumq7RKbBRNrRoE5LlcvHbjuCFPd0RFiwGisw5fRcr05W0qNlHj4+5T8W6v/AIR9ip02
lCwwtHT1YhcW42MlkxlBxGiAKZmA11Ry500RB7nMAIG7U8ewKatRGuv/ADes+pvSLaJ/IBya
CC7hE1pV/ZNWoDCULT26BC47Q8MV/msT0RFwCOqD1ewhgNFUj7BgKYTwndR81GBHrxBn0dF4
cQjxsQOi7+VydiiauA+DKcWNR0XEvx3KFavYtPJEgcSfguNnHVynf4gyu8on7nhtFzFX6IFm
6evt/gH2RLp64QBl8onl2kyuQMD4/wDUmAxkoBmZcgQyFCeR0ATYrqFWXDzogBj06Jz8058l
R8UK0sLP/C5qHXaAEeqhSnAYptlhMU1XQqdPTMKZRsZOnoGMkrlbI1Q5Vd1xFeJEupoCmoGC
awcJ+ATCAP8ABsdz/gH29BUQUzYT2D12RFcHTZOc/wDqTHtDPCNKg8aiCU5+4FnROSQyrq5Q
C6j0ZeNnAM/FVHLGVW24/wDpH6hAA6Ouqt/ilWbf/APsnLsUAMrvhGHBTgvTZGxTBnJ12U6K
7SQThNYuSmUQn1QXReMEPBQscD5qpHaBoSoKymdZWVkLIUkKbBO7BfcFNgvuC+8L7wm5L7nW
WX3IsXVQXJ6J5dcwCxynay+2ymtkxpYk7MhbDh2TEE+yiliH6JxVui+1E1A+KYmv1Ra4quVv
KbV1GqsaWJ474/wDXo6OgT6hca99kSxLaInygE6K1B9rqrQBqgHeFemZPsn02Rtk+senjJDy
U2FWwqeBwXTFx1WSPimBs2so8bEEaKXB905qbfFOXk4dMalhqCsEhoJKFb2semix8XUDt0dS
D7kprAM+SZZPVlJDodoHVOu5k0AFOCBUKWREMcBADimDMu41C5VAs2oQpawqdKko2t5O5vsy
6/yqAXOSyixCkmNXQ5EkLj5DxJ+1As+5X2him8VBV8t/C5MJjdijTxAltV5Scjxkt1WJXAVL
GU9nfoUwDehFi4fCq5ADwEAvNcfcLEBwnMHYYTYTpvSV4qgQbOWysvu5kIeEE3sHJJlkYBbQ
KKgPqZQFaNuSNP7UWo2y43o+zJxUcdAR/wC5cePI7jC5ACu8ZTFhtC2fog5kLJb31TWvOjIE
3JKHGx6p+U5XdY9JTOehdTYlAklgm5dp0TOXQ5YWT81k/NNycnco18JYanKvwuTWsBd0nrlO
JCeSdkKnJWWK5UYcZLlV8fmsOLNhv4e6wCA8Zc6lcbFnw2y7pRuIJyvN/wDxWRNzyQFYA9GX
B5YlEVEy2ypyEgsmXlk8eZ+CrbZD5+jpwm1Xjh+SNsVOd0as4K8gIZ2TDxfbiVy/Hjqv+39U
TXxycyq+MeIMdCU4Deyb8ZLJ/wARPFdvj+qijHqUeQf2UABEGDotGRhcnB6INlNXJ1W6qHZ9
ln5oH8je6m8qbx7L7p3R/wBP49Ztcrk0lOc7J+q9tUAMHVYjZG9ak1rltFU2H2yqeSuCMKUw
HI9F2jj8ZRsSScIiwclAbaoEiGynrjVeUvH47fp/DzbAIKJJaXQFcp915CZBtKArOpBVjhsh
TKwiyhA3D8cOr1NBjIEwif2u3VG9PtqWtunFfun5rlaoIJZA8RKNjUECUPJSgBOIQobcTlDX
qsBlA/wcKFWurhSJRqNB6Z9B5weQsZCnTqrSBSmSUQfGD/dmrIitXjAQBPF1w83kP5GcADkV
aoLUtkDCDZOgQ8PjBFiGBwHT2JJ1lS76IhoWWCPGQgxbdOTAR4yDh155cjxWH0/hI6KwBly4
K5CJUGVemhs5Tt27hXtUuCW9JR3T6vPpfSEXy6uKGD9wIdcDYVAGULVtytUhmQtWPIN0Kksd
UK2Lsj5vKPtGU3Etuhb8tA+5Ueeje6//AGKfNR/qKFT/AKis7r/9inzUeeinzA/Bf90fAKLm
3sorYtlRQyhdjUVI9oT1BNUTSskao8bCvwdSQerJvKH6hMam/j67puPEHQLh44FjyJO6iQia
1YnJWyPlFTe7NyGijdVsRFASTooYmW6IixDhfaWCcgumtA0WWBQBkZ+KYwyYOy8/XxX/AEt/
Cy8gOORQAiuVaPdXGG1KcBz9EQWDTCBB9SNypVqksCGcI+OhtYbruOcFWtaoPIQSh5BUB1DB
OSECdV5R/aSPgmb3dYDIlgyxCZlEokMW0WGC2X6JznZbKMqasN0XKL43TU01TFFxlNXtGrK1
6+P8gqJbLIHxgVtWDUpjHoVe9g5YhtJCLnjWslcPHNbhy+YRIDauEQ/uE5dHa3zCd+TYdOTG
yOZQLMhewPFeYb+K/wCnpP8AB5qkw4IHwQPj+3Uq+6v/AKh3qTgZXGwi0FNUsMSuNjyj1dOf
TuqC4ZeM+PUkst3XirSSRkIXvU3DLv8AFwAEEzlMFcbhlYHDkR7p2bYpspiXKyojqsuTomMA
aKRChF3fQpjLpp6hNpopwFj5o102Q44TiSnPcXkbIf03go38flrWpLh35Lts3kwLIHyeR62x
xyEKUuTxlzC4edr3yWR8t6itvI7DVX85wQRUdChutmUB12uLbLiYhigwjV1rlTgQExcMvOP/
AMV5/wCG38XkJwSP0TcvgERIj5q4aG/RR+7DruPJv1TtnCb0jHq6pfBpbPugMVXjYAR/Af8A
T+D7m7r7OpLnUrQlP9FEdUX7ipTnGyavxJXTRT8k3ED2R4jGCpnqn0GAiPtB0Q06hEmeq2Iw
yI+3osP7oXEEEOFyyqmx4vK5U7q9USW5/tAErl5BxpkDdlb8wNq0A4VOKpqR0QDycsuIM6qC
RXojx+/cruP/AJrkY6J0eLISSvNhz47/AKfxct2eESz2QsXcj2VxoxQ6Ltd3+CHLKZMo/gZ+
4EQqBi2qqwYNA9S9xGjyvJcHtJh4RA1XaQ7S6EyUHKJEDVfc4WQW2yi4wm2W53WQiKptCnDv
hypUSE7zsgQi5GFmE4QtV/IQWNQuPlt5amuheq/F4SDWsAmVwsa1oDO5/wCJfi8VSWgW/aqf
gsfyWL368U7tZu6qESifqsoAj2ZNkBBpKY67JwCEGg6Ly9fHb9P4vZA4c4yqmuWZlcbhMbcQ
EBUPP3bKpzHrGv8AA4MAsQqfuLoOv6jsE1f8uo+a5E8rHdXjlOVBWJTEN7rcrGqYwF2Blic5
hSC6YhN9E5PsnJdADGyPHt3W/wBE5YtooDasEWYe6mR0Qq/EHRWPiDEF/dGx8v4hqDMpvHf8
1iYACNvKOHKeRymqIqHJR8hqwwOgTVLf7EKn7j9FBUCd1AchMBkO6mCdUW0WEbNIwvL08Vz/
ANNlP8IpLlOWhVZXPRCIJQ5hqnHVV0hR6OfUsqiwMklciHFQ7Ke2o0CZNsj3MYhWJ6KxqAfd
HQ7aLuf3UNbqoKYy+iD50BUs3uon0YGTuichN9U+QsR1TsGUCSnufYBPgfNNUBci3avNexAF
T/Jc7GHwSqW4VqTUGAj5PKWqJhdljTxARXc/3Jqn/eP/ANq1I0JVbDIRqe2wCIOURrugJLp3
kJ8AqNRqmLN/JeXb8d/0TIkwBqjTkAdDoUa1uDYZA09HkgbIkfAHK5EvxEAaKw1MMg3aXRFs
ftVfZRHpv6EeldmRlu0uEAN/ou4NsSv6m2RByUWwwRYLuHxKcntOuiYBq6komo+JCI4x0U/B
OTxKD/NM8L+azjplTARbK5GOmqcZOgQNa+5QhHRTD6phkwvJUWaxP27p/MWqJc6n+1Vr4nsR
AHRf5h7QcaMiAUHlMYCww3T0d0K+Uv77J6hwdUwEIATunBBJ0XJpXI/qvKHDnxW/T0tUFnGU
aguQ6vZzyhyfSwGIf5IAQyJOWRJyNlVhnXVAAcmySqkR6FvSU9QL3OiHYPHUaCVW18jTQrkf
tILtonroj+T4IsGbKcAdCjymzCNE9gw0Ujt01XEFgFuU9nnAyn+19AmRGSmfCABnVRLboDJ2
U6aLtseJXEWZ9Uw01TaDRPstgNd1n4LltoiWZNoMIBcSS36pq/PVPD6unId10OiYHiFFjyfK
HjsSzoWGcMhWoFRqcoWMHVkWiugRcz8l5hqPD5J9q29LT3FmGuVW/GXb4KHFSXBC7wwZn6pw
YOCMqZsCrGHjCuWcMmb4rLjUJk2yJKYnlbaqP4hwGpsnFudjl0d+irZiXyEAcbIABgNUX7m1
R4jOHTGd0GDdoRqzutyETnVMAxQ4h/ZOdMgInQ4CDoQSuh/amDAdZXXcobr+4rDNujLNsolO
5BCcnOqYQFGmJTHKgJtcIAhyYdZ6rtwNkwDPmygP1RIB90S0Jj9wQtkYPuhYDurJ6oG1uGy4
ixNd2TcpOG/9y/1BcP8Ag8n1rZEq/QsPgqnDFeK4PVkeVuZdxQ4VqM1tAiLV7mRLvGNF5Gyy
Yp66ZQcwRjMojxjv0RNrkDUBHj3F3lSM6BACDpuhJCBZy0NhCJ6IAlwdUW+3VN8kHEBPpxDK
J3Rj4uiBhPhRYkdIQNBxG+6PcSVj4p2R+ikQssm/804JPVHlOycbaJyGfVE6hTgotZtui0JG
qPEud05IG7SneDhNqmqHOpUkg6ppWC3yUiExDLYdEwkujW0EwDsnqBYDJTMz4ZCGGpX+oJwf
B5AP+WyKuGaVxLMF4ocEaKd/ijfF3cFSCS0kQvJ4jgB69V5a3qQQMkI2DboEayUCHB0OiaSd
TomtaSoPHcoZFeqJBcHCDhm1BVGPvKArpKHLQLkMHRDjLom2QtPtC/VYLIMP9qcZ6rA6ugCG
AwRKly6D4WSyz8WUSdyphTjdGT7nCHEwck59GWW30RBMDBZHX2UQ+h9HqPd0DZm0bRAVI/mj
axnRbl19pscu2EHxqUz+zJgXTmAixl1UDITZsfkoyFxw+pXl42cHx2B+XobO0mEzSUAzGpQ+
qrXXdEi3EAY3KD176aryHNjCArI1CYQyj6JxZkC2dV/U0oGsDZMT36FCjx/NAkyuR+0CWQNY
GyBJdVNN5T6HKsKgYE/BZcdEST2p2hcasX1RDSN0CQZTEY/cifSQ4OiEMdBlMASUdeiJJ4jZ
kP27pneJRa3wKlw2ES4L6GFEJtVMEbJnhAVDlTvldsVEA7J+RsRqUaUqC0MrXqOIIfimsOOy
EIUZ2VowVyxomGERyY6od7+y84GnhuSNftt6fkZwT+qc5V6O5KbZc6s6a33GQnOuUeObYdcS
GsJjDICvdugNRqibCEOGn7dEzdGRJHaF/lnHzQ1x7qskiYKswbr0QB+WibRMMCU4zsjyBD1G
MKA+5KG/zQeT0WzfNEb6qZRBIATO4EI1J95Q452T2M7IkEgdUD09lKddrQsmthlkRaxJQx0Q
f5BMwDJgfdbshxyoAmVx1ySjykbLnbx1AGrOrVpQmwH9IT/j5e9RCfQyGQrvlEU2lWFi1gcb
rk5b2ZDjYAsyAt3Pll5xV58NwSc/bb08lH5XDEAZgo7hEO5tlOMFcSHrqULDDtKYiQmdGwHe
MdUQA3IyCnedk7O+iJD1B0TvO6c4Tgz7IWsIhkAZ6IV5hxoqmmFPwThTlV24iFJ9h6RO/RCH
Un5IT81uE4hYbdSMYKMo7nAU4CbVRKLdq3UNUsxT1ILIWJbomGFOF2h33R/JVzu6/FRh4wca
pyc4C7oB3RFiDXVW8vEcswSjwA5tElAUDkZbC52DvjomJTAcXTgg9E4szYQNrnov9Q+ng8h/
6bIgkMYhWqAADrkojquVQH1dV6jKIKLQhq8OiCZXLIJZlW1C9byeibCLMwwrPthDuYGWTD7Q
HdMD7JncgyuXjHMncLuAqQI0lcTYOECLB1wdjug0lVvozLuT6NlFviv1Th3TkuAnHzTEv1RK
LwohOIKBEkiU6AOVI1XcWXEYGqINiiAX23Xuu6Fs2y8fESRyu+rrmRJ0QA+qJtZm6Ii8Vt+4
wjT73idU3hpxsZfZCsHoEA0lNq68dwcO5/5VyLpmjrKLiThecMH/AAeWP+GyLzsiY+K5bxhd
zdFwsS+jqPiolOcGAE++GV6g/cIdXp5CXoRxfQo0tXuEP0X4wWJGSuNrMcD3Q4t25KnJGqFm
Yao1p4rWPTCHDxjxn+ol1y8x5kbQnFQx0KcUATWAKjGgRszlwAsOehU4wzpjgogQGwUYY9FA
ndPltF/Sj29HTl2QILvstFuNk5y6nJ0TfVM+NV+OvcTJsv8AYnaCphdoJJ2QHkLB5GqqB9oq
EeMygSWUkADqgT5Xb9q40JNApeN1yEMpKODCpbQnCYh9gntr8E9RjUyvMYnxeQfOtkRyIlSY
T1OHde6Fz9Cqglrj6rMosHI+1MT8Oq5HIOE5+zyyPdcqhicncI9oNCWB2T2qCOmyIrVx1hCe
KABduuF3EAvkI8r5wn8ZnVcXHIaap2XUo0cjykdsLx8ySTcknom2whDFlFuVjmEAJfROSKDR
y6NWGWcdESKFwHda89sKQjWvwKAh9UWKmdkAfknZmwyYWd0ag9yJ1T4GryoxogEGgaoWYPuU
GMmE4sQRnRfcXbG6IJbqpOMBO699EAM6smEtoi/zRocgdq42GuUC8FNjfqrgY/Hd/wDlsmBc
gon6aogxmEasZ3Wn80ACxeChclzuENERly4KfQ5TeWrgGE1YACZSnvYAe6A8cn5IGxqHyycW
kwAuVy1a4GFY1uHbLwvyUPL2T+Unkd1+OpHMSQhe9XsEPHiz9tUGQYO2dEBQPZfl8z1OgMFN
RwyH5PiuPF90fJ4annXACIORDFEGN12yizOOiFjJGVlwd9F240XaC4yjqT8VL/ov9q6KcqdE
AMLiJ44K0/8AFYnopDPhf+C3Oq5s3GAUw1ThnKJt95LDZEkctwy51BAMoAFgFJJC8s//ABXn
/hsgKxKw7oHHsu7TVMQ7aoWLIh+0zGFxFAwx1Q8jicjZE4ZDncBECxJGrJqeJ2/cSmpXgNWK
B8lwRuSgPJfnudFx8VOZ1XGvgB6kpiGGoRDOCuIH3QQULs5aArflgkQolC1ak+OtRI/6lPb7
otZgNWVbAcgD9+6BMcYZNUe59YRtUdvlLv1TaqFCbCbJ/kst7J5qyj5qZKbTUIAfBQFsQssp
ytyFyOVlEMgDD5QqB8l1ReQMr7XA1WGJ6oAnq4RYvUphDLzPJPh8n/pspLMuNsb6romzsnAk
pi4Gq7LEOiatzaDq6NTZiCXlk9L9pz3Ff5lzbqC6YuTqSmp4+R05LiO0f01hOXTkuOqNicaA
JxAQoQJGUePcuW0kICrmGAXK3cUP0QJCAPjFicBgvweGnFrd5qAICraej5Uejpx8UyPjuOoO
oK/BwrYs35P3I0NWGQUXDdFH1TanJTBMYKwyLwRhCZQB+iyGXTdP9xU5Tu36ogfAnKapdADX
KqNspxqia4XIlumqJAEIlpCIhgjq67gw1XlOn4vJ/wCmycSCuqAcDqgxfR0xLvDrruuUllYU
P4/IMAI2u5fVEAWI0ZF651JXKxfoEO577aqRIOv/AKlGPRgHTjKHIk9UwEFDiJaVz8dSbbjI
T1H5OgGEwD2DvXVG94uA5qf2hMLc3hxouVwwaAvZN4z3GAu97PqMqL9x0TCwfb+C/Mcq8S/w
ViJDoA4T6aMiHd05BIaCtvdODC/mgYPVPrsuiwyBBfdbqUWZ0C3ugH7UGgFPY8R1Tny16p/z
DEgL7gHzlH8Vw/0Rq3JsEYTipI2XkNvGQD4/IA4yeNu1EN8U2u6DzKJ32UqJA/T+1MAFclmD
OhSojojuyx1dPXOC6/JglPe7dEDa1iNQ6cgl8FVBpB3UUC5VEYYLm5JGhRkgEz0X47EN5MKw
+0HUQreUWYvxDyJXkFS9bDibK5sD2SBuVy8pFWhkKeOKHJ1VfIO4V0Kfx5JZDzOSC5b3QrBN
ZbCa9Qw2Q8jsLBw8LhQctzp/zKYcSEbHycKkkmiZiV2jlZu0FcqeMdXVaUoKASSE/o1gCFon
b4hZTGRonJ+CgOsBP9HWFVwCBhcQRVl/mXJAmEWuKgfttKL2FraBfk8lzy/pqF2QNHyqi32v
809aAA6qhqzVfkPcJ+O+qBBA9soakq1Q5Og0QH7tULEO2EbNplWs3IksWTjxs65GKHACbkKv
JcEoG9naYEIgEOMIciANkAPijVl9pbZF8bIAHi26e4YFDyVADZA1TyS8DRAvxsDIJyrePiQQ
ROglWFJrY/cieL0sZI+5G1nbADyFIkHK4nByh3GF2ktsh5K1ewz7IX8LcxmpCNfP5iBUOAFX
xVL8YJGrK1iMAo+WwY2LhdyzATuf5IDLbrCgfNMzpxonBZ9FLOjD7lCHCLdqcFMQH6rGFxRt
evdXCatRUjJQdm1YpnFK/wB02b/hQFSLW0sQrWt5QOUhghfy2FhXDBbBGdCo+RTy4+IQM1A2
QNclZclEWOIZEASMnCNrVHFHQSwCFak+3uhONE9vIT/bgLlLjIQLQEIDblDjldxwnEg6pssn
IhcPGRVo4sm8tneQwZN4x+QjfCe44VJBbRWAEuJV/Hm50OiuLQQVUd0ZDQhfxW5DBTU8dr2O
AAiL3r4RUzXVC1b8xqRhE+MtYyjUXNfJeHBlPc9ubMiPESRZS/8AL0LZXcGfCancBl4lYD12
TKBhEYW6BGNXW3odXTYWHdOGbZAu1ngBEixE4C4gvYyU/MjopsS6BdyYAZEBp3T82Gqe3lsx
kAQrvexI8d9f7bL9USJfdcTnoh+qdy+wQFfiVY59lY+SOQ7dE191NTOpVWGVyIeITD4phG6P
EyMLEYZlyZ7DVFzrhe+6B2ViYsdVLH3TgLk3aGR8tXFWD7OgRhfkrPk0K/J4y3k1qRCqLGbT
YCAjW2u0Fc+4vJexXDxhqjT0t+e8izVXGs2OSC6pniNAoGNl20DHVMRjEJrabKcbJwzHUekL
CdoTgn5+kwnH1RJyuJDlfyQU34kYdcudSQNJQImHTwyA22Ce1n2UlceJseq8gFc0s/txReSn
UfBMAWQly2EakfFM2qjRAEQNU2iakEJnchEH3JRaNHXDIRaH1QFsqEzyuIDhAg/BdyZmQrY9
qrSmpwmEbqLB64K7u6u+6clmIHsm19Sd8IVBa/I4TjNdRqhYknuZkwAY6rGVIZOAQVuUeUPl
NyDKJWoPWEAo10TDK7yyiao2BZRJQ30Cq8BxGigsyZh8EzOps3TZHuDaqS6DEDohIB6LyDXh
af8AhsjDkmExR/RA7ap9/mjVW5gO8IHEpnZ8bI1d7On0X9PVHkXB1TAgJyXO6ck8ei40cnqm
sLdCoew2Ce9SOqJqfddxcJ9ET+0QAvyeXDNUIy77oEhxovycmA0CEcmjq6Hh4NYQ5IVvy8WP
2cdlOiB0C/KwHsubsWghVrWWmz7r2wncEpoQ5fDdRplODA0KxhP9qy5WS6b0cJtU1pUBt0wh
CkG5IbZSQxEtlMGDZOqapzgpjYfFZDbLiWIO2U7Bh80zkey8gcmx8dx862TCd0ScHRMA/VAP
Aj3U51UVzqgKjjY/uXeXbBQaxJqtid0xu46IVsTbYhFyw2RFrB0CLsMFS9hojevwAVuQ7iCx
QNbH4Lje5tXPEo6deiDfNWNiTQgM6P8AmEPiqBuS4wrCw7ShV2DvxReSmIVj5OJuPtJyvuEY
C5ftUKvETquPjHc3cu7KIOizCBJwYRsZIwUURJB1CDAnrsp7kS0dVEFd2VBdAYKc/AouU+2E
DuuQ+7dA2bZ01qm1bahQJ2UiNuqgoMHPRAirWOXTVDq9hW0eO5J68bIvunt8A6iFOu6c6K1K
/aELeQwD8Ua+Nq+4RaSnIlSPkmeBhNvq6d43OVt7rDLbp6bp9FGFPyQrgKrZ6qJKJEn+nKBq
O7JCIIY7GFEnLFE+TtiG3QIg7qo9KivdcnCewaxEo2q75fqiPJVioDVfRSEa6ajKL64ZRpon
x/tQYSEeUFNjqtmTVCiTspg7enan1TjC7Sy72u+i8xL14WavFR5CxVgKEgYIGU3An4Kvk8oP
PUaJxUK0MBU/ojxquPF2yn4ndynfVcao7BgSnJgwi6bRNlOHJ6LHxEJuM7psgKe4bKYdEsX3
TipdDnk6iEBb7dCmAjdAAyVDncIWE9E5qQRkpwM4RFB3OvyeYsBFaapqwi+gQYRXTdV+S5WB
PsreUgi2Z9WMNqjbxX5D+k5RN4OygM+QESIfdPM6psBO+FsNUw7q7pi5B3QmRlRjVPkBdzTg
IbFMpDA6oDI6I21K8laVyXJQJANdR7occEPKMu+yj0s/9Jb5I9oDpgJKZoQAynwFcB3OmikR
sgQF9odMB7IMJ2XaG3TnBwsNVPUP7wi4ypycJ3RBr7MuFasRqnxxk9ULACoCO6Df9wZ2XI2d
8DqqgfuzOiFgAbalG3jL+Q6aI1u4sMgrjjdih4vLU+O9hHlCB8f+oJp0hWt5rm+zyr+Qhgcf
wteos+6//wA7VuNEa+QNapYgoDgW0K42h13H5IuSXMaIv+q4+OpuTjKB41kf1LFf+ZH7X90a
WANqljKmB0W/+xAYCtW0OYKsKfc2VbmC5KzxZVFzyt12VjYBtPQP8FYPAqf09IGOiBtuzIN8
E+WlWLE3A0RFhxA3yoDdUA77phr8UwzumA90K7I7oQmMAoZLLcaDV1EH9yBAIsUCcHVEDRDQ
L+1sKoAPCslHyNOiqCW5mT0UFwNUfJ5KnkzAgsjTzUfxVkW0KF6g/jjGiFLWZsOVxE1EQq1A
Zgh19HU5M+ncQEDdrOZQHhq9RjjkIcql+oTUr3oeM1tWxMuhyL+PcIVpUVCjK7rAbklGnMWJ
DQVYMQLF3WPiFBLJhKezALnhA+QCcNlfjoP8sjuP3FN/p7dtMvKe+uyjCc/BWAxxP6KC7lOD
CZNy5fyTwXCvcfcf1XK57kybHVA7TKLjKiAmI+K0K7Q/oxMaocXsULWg6uhtoh427bfu2Vns
0obaIbKpZico1Gqp4amGkLxg5MojZBw7HCv4LSDLJqnk0o3sGIMD0p1Kt7oV3VaCSVwoMh+S
4XryLs7o2tTGUJ4iy4gAgQ6hieqFvIQCV9z2OAUbAsBoMJjZnh0wtyGHVbVINtQq+S4dsELc
KCzaKpP2nK46EQnJacrtk1lEgBzleQkQSE/7QmGymVYaCtj9ELASSoUaZVrO2nzRNn2C/FQt
WmUK1QuDysMqG6hciQ3Qr7k5IcIbpolf7U4kpzg5KcWYYlObKX5fRaCu4TgE1K7R7qvIPXKA
RZGtZsM+y8dWZgiiDqqG4jHJAkOCPV/6ZUah0LaVVvLvARNw7A4V70+0SRqE7uLK1q6YIXJ8
7q3CWzuibWtW9cPhVFrG1qnXCtWQTMYRNgzDRcq1kdy8NmavlqzeytR3YFlxtBCBIHRMBELT
2RJ7mMgKwOuAF2q5IyYW42TiHUq3+6f0WtgN1yuM6L30QhhqizkDGyewclCMSUODcdkSS4Jc
si1o2TmxsnFSeqe0FTKbiXGi7aHiiBUgHD4Tcq11bVd/mAOrgpuSexhV4S2yds4VTYNYifR7
EAdVazwbEA9CVS1ZiUGLVefQC4wXCob2ipHcf6U4Ljf0IOqcYrCJoXBCAHxVpnRXJH3kB0LA
O5ZEWxsqdrvhA1qz5bojw00VulnCJEghXep58chAS5qvH5CXPjYjdlx/bYOAiLgP9Vwp0ZPp
Dp39gjQiLI+OxcgqcbIRlAD5qc6DVe6uXxUlvgmIcJw/p3Orjk1gh5Tdi2E4DVOqFbZRIAE7
J7gPr7KwAP8AJD+nQBS/su35FOACWwt3EOq1vpqChYWPuENCNVx4u/7tVUcQR+7dG9orWBKP
J+AEoVGBARVfHUwXdinFe8bKv+n/ANQeFhAJQ/GRap2ldfRrBwuIwPQ2OiJqDWrbs5VXA1Cu
Bl1Xx1PcZZeLx1/eHNVSsN9U0EqrxhAGRorBu2UaAAvbJ0QJx0Vg8Eey4V7g2iNNQCFUuQal
iy/JWxLoOJCgZ/Vd2U5MImsctcoS7NqmMTDpiTYIPCwrD+0/oihUIbugMEZVnlzhCpHCv0Qq
P2jKds4QP9LK17az8EHgLkCLEjDJiWQGpKA32XEghpdcKZPVHmQK1hPU+xUkEoiuGVaVDAGY
QqJ3PpZg9iGr7o85NpQHLi+q43ryn7ka+OxA2dCvkHIjNgVXkTWl5qxdk3j8g8h0ByiL+EuE
R5aW8XUrjQcqs7oG1gKGANF+K55cppZGxEEkJ5asMeiqOPFg0Ks51QOHQAnVSgBheSoLNaB7
ocojK7jG6rxxqU4s4NjZuivYW7LFxVM86hfk5ZzVPUSU5zsih5NAhMIB/tQJlOS3VSXY5RDz
YEfRHquR+0aLlg6I8hKfh3GXCYDOXTtGGQpUl9kKHA+49U0sgG47IF5ELkYGVyfOF2vnJhcA
wOZOi52JbfZCoJI1R4lgI4qoM11fdCnAHlhsunsByOOilG2WVvN5DMcaqQSTqpDVRAEHVcYj
XVfBDiDYLlfx2BaLUQvXyWof7ij4/JSvlFddSh+Olhf9z4R5Bnwq2tYsDBdFovl9P7l+QybZ
Vv3T2yqu+YUjOETmVXjkGSFOQi/3Efcib+TlsOiFhlvqqikkHXDLx/02yh/SRJC8hoSKsGKD
F07eymGTn7d0/XRAAuXgJmDhEgOdka/ojW7BFzof0Q1AXblMSwHTVPbJ1WIGqtUCUbWyjch0
Xq0pjVworBwgLBhnCcAygBQk4lWBqARgFDkADj4JnAprVNxNq4dCor8UAaF9EPL5A9/29PQ2
tAG6Na91dxgo9oP+xM7BMTgI2GkhcfJrn2Vq8+NgIeV+PwWF6bioZDxPx3aoX+Z5SOiABJ6h
VNZf7t016kX2JVjWTSRqvGbBh5BJVq0PNpARFqmtgVSn3bBWFi1wdUxMHCu14aQSjbwzZ2fR
Wv5rMQO2u5Q4EV0VRew5W0GqFfB4ze30RN7MTpsj4yYyLL8eDqqX1eUSTh09gx0RBPbsvJZs
N+tUGrnXVVOuqYImuUx+KfMGfgmKbXRAW+iGwRBLJwVEvoi/yTkndluCZRqBGhKMFF7EW2XK
sEGAUbWq5OoRJL2EgInQIUbJwFW1qG3jtkjNVy8fnuelmhCt7SNQmdV8VM+Qs6FHJIYMgRnB
qMKAC/0WBOqIeDllzAcalciBUYQNac4Eo2FQH22T3+C5YOygDjuntl8o1seXNDxYPjMDohSw
AFoBRubPyiFUjy2q3QLyeIl+Nj3boE2NWtkKpqYs46r8VoqUcugyFrk4dgv8rGJRcfH0kyiR
IVq21DpskwCVyqe5eQGSQC3seSqREqr6prEDqjUS6NKDK8xuP/jtx/3mTZK5YKLswTaLmcbL
iBJGFlm0T6LqdUOFmAKDsSnEnZGxqHT2kDARN2L6JxUV9l+MHutqcBC4Id8kejj0NrHAR8ly
/GQEeETKaBZsFP8Ac+gXcWGiAOBhX8Yk2wjQy0Qvwk9q7Y6rjYTuhyLlcAWfbKrQGTJJXJ3f
ZHLnVMi7zaHnT089m5d/aELkivK/2oXq71MqRJTnKkONeipbl3gs39rJx9pmVOUWMIpt1S7O
4Y/BPpuUeRfSEWpyhpRADOXQPMACE1rOm4zuU0DqyNdSCH91yrX4hPaUVnGiNSrMIaCiagGx
gsuLgnou0kVqZK7vtGSn8cjdAmbLar/NTrhB0B4RyuTFULebxCvjMG7jJQHkAdOPkpLBGlb8
vJpUTKdyKCJQYNc5KNrAgjYqSX0JyhivVcSHOhT2wERruELggHVThcW5P8FyuGeV3CMI+SpB
AT5IgqRGgQYQDlE2wESTAszq9/GSLAQQja/dZ3c5KoD28SjXIIleXy3yLNT2K3OifMSEKm3w
Q8dizYUiNCnhk9YQJ9l+M90jt90f8wUq8VBj/pQJtlcgwZUeZqSnpUVBmPTY+hcog1cLjXTD
7LcomxYnCcZRNZOxwiAGfVGwLqws7HK4sDXXQoil+B0cwuJawH7sp/IO4TAQtd3ENiEOIs+M
Lk72tko05A1sxgyjV5qO33C/zbAWMkFfi8XbQ64K7gbXMmxTVr2+ylmRBEDCcBmwF3OCMMsP
fACasVKBbk8sC6MN7pgH3ZVdwAXAQaSyegjYCWRpR21CsS7P9USG+K4EMcv7IwZ1Iyr0uSBy
BA6rsrzAPcP7WXb29ChW45BW5HMD2R/rNgw6KWBHoeIJIyg2iFLnMErMfyUWHSU3IFtHl13f
cSOhTuR0Ug2GjogVDkMvzVBBr/JB4IXEZ9OwOiSZZeyiEbG2q4kcjgFOIKBZjqnqWJ0QDuqu
A+qYBhmFHyTO4OiY0dslOKudmT38bDErlSoNbaI/6ijgj9oKfyV9iFy/FxGh3QuL4GEwM6FH
uBfQpjVx0T1qSgS4XBy41IXK1nqTFUBWqBINTkFVjjckv/SuFiwHyTeRhXIsULVv2EOyNPCD
zMONla1iR5CO4qLO6kONULWAzCrWomodPxJAIJK4t26uudLtS5c+Nsf7tkBUsc19kTk1QByB
gokgB1BfVEjBDEKJfTZEAudgEGwoT67qnNzIQNS9SMFNhYUrCcAA7pjZyNkTWptW25wsAAaL
iCx6oCtgX2RACBIZsIAS26ICexQMAVlYT2BB6JnbqQu5ui7YquQLHorc6jybGwEFcxYipm1d
x/aj5/Ja1vHYOK/tCB8FIgcTLq3ivXgD9uoCFqsSRgIPUcfqmMnon8d7VtrsgLkkDbKYcvkh
ALf1BcreMG2sBEeLxCv9MJvNQCr8bBt/3JqgGWA2X5JesM6FrF9pT8gG3KmbAs+icjtJn2QI
ArakAYdA2OVXkO3fK5+IhrV4v1CsLEBjJ0XDkSQZYL8fgPGoxbVcvNc3Iw5dAAN7arickA/N
SJQcl+iPEe6GQQJRidCsfFSAFGPqqe+qoTEJubnYSu2pJ6wuwMiLHOrpyS2odO0DVRKfWXC2
C7CQU3P9FJFhlmTWqwOWQB7fdOL19iUBQcjbJC6Mhh+qLhQPcLi5Y6JjI+qAGFxy2GRp5CL0
H7NUPI/4w8eyPlBd8+6HK3ag1ga+7FEny/VdhJQYBwgLniNWT+O48hHxTDtO+iFiRyCsIIuP
qFXyVLw5VhWosTohQ141MkIeOljWp+qNrfJcK50TknkqlyScshDMiHHOspseJ+7qu3xghXNa
9j42TmBohxex6Kvn8UXNQSPgjyoepZcghWjcrDvOYTGzFsKcPIT0PFRVwdUbWrG6DprEsMBR
Wd1LMtAHeUXsPmn+6p2XGte3qpsw2ARMvu6P8EJyW6JyPmthuv0QgEhPgHLKCAyksQokpzU8
d129rZfK5FrH6o2edFXx2YVGup/31uOiZyHQs4O7HCZhYDpKbyePjuVUeAG5tqdECO21pAC/
H5AH0KI/dr0VPJT7TBROoB+i5AYKY1GzhYPIQHTAPdb3tohXydpMoFu0RK/LYnx1Ad4/9ysK
kkOQDuFapcS8rtOF5AYALsOvpaztxDyhWzmhx7Kw8hHEg5V61L1eFHsUAdMFVuJ5SERhEGQr
bbhV4jkTgqoNC/RE8GbdNckHUBNZ7e6JbK4gMB6QfQqEdE5lOBHRddFl07FlgnooGVOVP2qA
sOSmraNtE5apGtYTkY+qdj8VBE4TmzA5TVLkartD7qX6KLAlM+Vx3QAr3DUKtSe58IgFjmF5
PFjiAQD/ANSt4qFhYkjZP5IIyyBrIARabEolgOX3WOyJJcM7lCv/AG6aIeEA8KQTuyr+EMLM
BXqvyeW3/ANV2wyiCAHQJkOr8aEcwxfoh+2oEMu3Rx1KLuHKZ0Kv7lcBtlCJwQhasHWqNSW2
XhpSbGwKqCJb0fX0A39Mep0TouUwD6lTjdYau6O3T/7UGl1OuyjCxAyycYKD4GqfChYfdMX4
qIHpIxoFj4LtEaqHjKZhYdUDamUSYsMhNUM+C7oWpcC1TG6428lR5d5Q83isGMWD5XMnutMH
CHMZhwnZ6nQ4VrUAL6HRMIeB0Vj5B+Tx8TnRASUSDCBscSHVrVlhCFsOq+XzX/GCJKP4PICR
oYT8ptsuHjsSh5PIRV8AI1Ll8EysYXJu7RlUW+7UMialmlcqnkdfZOMkyF4bVB4VbknCYBh1
Q5kP6OdFlQuJM7J9EV/bsiEQQ2yB4/F07/BOAxTEMBqonYruf5KAybAWPjosOjGNllkxsWOV
BcaErOMsn/8ANaqQSVyiNlAgriMbbKDIXImRDJ3AJygHDlCXdGzsdNCv+5YA6uuJvyqNwgCA
ANWQDCw0LKwYcjGNE9dcSuPAi2r4XDzeAkv97IgWNNALRCFaXF6+75QtQ9/ikVeCEailjbDV
BKF/I/jscUMFV89bNaAxO/8Aaq28lhWoEklkPP8A6U/krUcbsdUfISzGHLOr+IYwE9C1xkIW
yD9wTeMu4lcmgB5RrarAYs0KUGHunrYg7JuXaV3WJUQmd0PJ4/vC67I+6jKmDohMjRMXA3Xa
Z2Rmd1MlNaANEwBI3T7ruqogbIEaJsr30XUaIgj/AMFxA5WQbysSPtZ1/wB0N/uo/wCYI6Mu
w1fVPzHwT8gWyhWtY1XEU5WGU5DNoia2YBAZfBR5SQdUAQd20/5l9rFSTV8JgXtou8AgZZWY
l9FU5dHkGFU7A+4RvUe1WRLcnyNAibeKSdCvyAEAYDqoLCuACrU8rmox/SyepIfLFcKWLaSj
yJJwSS6BqSPiiOZnrlZIbRcQAahNbxAuXJBQsXfWqauWf/AL7qCycT8Fq67n6AIV1TAY1OF3
BicKf/FQ7dU1dMtK1f0fATLtLjYpmlE1ZiZXK/3FAgQVGuE9viicbJ656ocnJKLrA+AlNACI
FQdMIRKJsSbHFWXaGdAl1JeqDS6aup1QJPJAVPwC7jjRHkxI0GyBc1bC8dmBs3cBBJ/uRFhB
wQn8Qx/UuTtOir4I4jJIkrYqU4lbLou0uRui+V+i46o2MwwZZWU4USVssrKLbpiJTY6aFbKC
5C7gzZK7bAp7QdFMlCfcKSw/knEsnABTn5FbDZM3xUYOUI7srn5B812lggWdTLKDKAyjy2j3
T4jC/mn0QYSSncW8n7Qf/Ujaxk5T1LOgDIC/zD26aSgK2DaIQ+5RrTOoUh7aJrfcj+i4hC5s
B5NAu7IwmLB0+yNrLKgzssMVl1IYBOByQIE6hOfkn4udEOX3emcpioHq7Ldbfqsp8BR9E7Qm
q3uFl1MKZK/q9kzEdExwiNThSuRl9FUAd1vosv7ogwAmAnC4uyA6KIR3Rcfau0e67vmnZ2yj
WsEYWXO6fJG6BJ41wEe5iME6oYJPyTEM2CgCGCYAMuyD1RtZi67obAGVA5XP0RsTAPaEwMru
CJDgJ6uBsnOfSVHwTHKbAQlMJJyjYv24XshygFOJGikLKc+jMiyhT6RCbXTdYbdAYGqhO7dE
+H1XH5Ilp1QNYbVdxdc24hYhSVKhWqzkqNkZW5R/VBsouH1XEVPfg7f7y5HuKf7W0Qeei4/+
SIPylNUcS2QgG7hqVOoXEDGVxr32Iyf2sjPuRhcPFJtm4T5OyFDH9pQBi5WH6riYGhXElqj6
phn0YnOicBgEzzunT6JxmxZAfNG9jAVrWs4d60CBBIAQLvxyP4GRwpWJWJwmT4IWj7rPxTtK
MRuFp8U61JQqJNtAhzo/vopwNFunKdYhOBCcjK44KjJQIZ9V3a4RI+3SVYnB+iiud1ysIR4g
AdEGgjdOWB2T1Dey5NJyoJI/QLj4g25TBzYRCBLCutUGqRU6aI8XYZOyNjZ7aOnM+6I0QAQH
+o8YvYxUkLlfxTtXCLAAaBMV2l05IQDshXKpe0kWwq2GCHQ8VDAPcuTM36J3hWAi0OUP4Ojp
mndO8pi06hPhazroiP0TkFyiMKA/1TvlO4QpUHlYxq6F/IH8xOui7sjH8ElkwHaEIUwTgFOZ
ZOJ6I2JY1DsgPueNmTmemEeUDbZGPimAgSpDJ2ysKBK/tUYWEeEWK8l7fc0LjZw2AuNIJynB
D6vqoLnZHnDfBG1sD7TohWxc6bIV8bdSCuBuHOKtlHx3YNkBMHKADFGcInX2QAMdcOvH4qWH
Li1i0p7E2KMudlMIl4KBBdwP4JTP6OBC7sLi8Jx9FyLk6A6J8m2q+33Tge640Dk4Vb3ANhI3
CJrbV5QYCw1Xd43X/a+qmhdS4QNDlciZGAuRDNAXEao7o1qXAyEOOnxTk/BPbDJvR7lh+i41
nrp6F4CYSU49bf6cDkwk4ZAhyRoh5P6svoUxaMFQxI1RraoJIXE2YbJrDliVY0EEqvlvQXGG
V/IzC9nAWw3W4X8wpEbqMFYd9XT1LlfzWfimEug2gAPqJMFF1p6NVMpjoixQJydE5+SklMGI
O2UwNq9Qu3y3bdf9wW6FPXuIzKbyAluidmfpC7WkIOEbOw0AXJzOA6+5GwHYEGiupWJXM5Oi
ezcRouNWAX+ZZiU1fIELG77OU/L7sbJwQV3a7L3UqFaw+7A+KNjJOTqgAGOhWOThlLhPnZOD
7uoyia/cI6OjW4AI2UZ1dN9VIxq6yGK7kWwmI+CiAgzI5caqSqjchkB0/gsLOPGH7huiaD8l
QYbKa9TU7FbJqojjKPLOgXdDbIt805ynZBw4UQDLIDy0Fxq8FE+C1vHfYYV3PIkZQG/7kAOT
7o1NiTpCa3c2fdCEdANVXx0xcl/ZT8kLWHG30KABT4cMstuULVIsNXT1qCRgPAR5VJJLuChX
z+O34hoCh/8A1aW8VK5/uQ/OeV+qnKlYX4qW+z7h6OYI0UphI16Ik4CfAXI4OyIpYgHICcy+
d0511KyW3CIqfmmsFML9E+u6xHVRlNqhqVUM7EIfwEUDA+jXqC67b2p0DMiaNcdMom9LBsuF
A/2pw8x1U5GEJRBkHUKBCwnYNuhSlZOTsuIINjkrjWzkY6JiPjqgbO/zVrF3MyhyYPsUKgNU
h3QuQ50Cfy9oEgLOC6k5z0UbIt9EHMHeE35CdgUDXyv0dAdtvdd8WOWwgg6IOVXgAb2JA6I3
MWOvujqd07Sp+ihOPkvdNgJh9EzyVui7gBCWbCIgrHtqnb0cSeifdOo93VS0nP8AHEH0ZNYA
g7o3I/HbeuVz8Vx0Ftk5IJdoMJycZCOG6J2YMhKrUS+iJGTkIHUokrouJCPltFj21qMIVGSZ
PRVqP26ow/sm4sU1QRWqDid0wlWava7Mqi1MfJW41JFdkQK2d2lC9iaGpEJh6Ojc6BG9oOic
41Zf26KA26ieqYlymGE/0Q3UR0WfRgiNfTdMFn5IJgU+vp+QQKs/8GP4i57tAuVx2hcfHZiE
bGzixdlAhT8ggCWI2WAQU5sPy4DrutWvxQNbAsvqpgo3vFQo+wHtHRAluRwyaSTJRcyh4vG/
L9x1XFoEug2ExBNtAFUEEf1L/MD1ZdoYHMIECvd9pARtbNioLI6pkPFUniB3e66nCbVdVJd8
lduNVLTsv/BB8KPSfl6FtMlPnqsKY6KEXx9UTponAb4o67KlCIJD/NCvjqKV1bVduVmdk5w6
5Ax/C5RuftBXHxHuIXdKdp2RALI9OuV3DkNGyuTEfVQGfMynP1lG1CzxhAOIGCFy8xDS5bCN
KW/y67fuQvBJGEGDMv5pqETlG791t1J7USQzJyH90RxDHKPKoI6rlR61t+1AEvUaFNhsJ0wh
X8n/AMjNTqUbWL2OdVkWGwUOD1WWPssYUsEQSnExkJ/SYbVAjuX9RQAjllF5CcqXCd3H1W5U
6p10X5CJrgv6SiSntcDaUATJCb1c/BM8K1B9tBldv2hMZ2dQWLrbcLZt1qsymLG2cIuT7J94
ZBl+IHtJlMQAAXLBP0wg0LiYcKR2gwgCyMs2iZ1Cf6KVuEyZMsq3jB7PCWr1/qT4WGWZRjCw
wUFzhk5M7KPtIyo0WA5WI2Ckt8E+lZRJg7JiY2RB1XVdU9jOyYhhooDugA77IV3l01u5PSpJ
bVEWv+Op0AddxNm1UnGP4ONS56aLgIbJCPgpO6fHRPt6MWK7CzLQIPqnlkBrunMhMICYSRKg
mvtCm9jpJQNybVORkpxY1AiYQAs/VRYcRlkNzqgBLZXd8l+iY+uENla1YtftHxTgkkzOf+JM
fkox1TBvgp+SYQoU4WUzBMcJ5KdCph8oMXClQwCIOmqasnqiTlB2TYHRDixaQ6byWjYJ2+Kg
uMhkD8EyOwHqRuj+OLW+4rh4Lg3JazI/6vz2a9prQ5snTlCWTg/FbjUpxB3WZTHXUqCvZPUv
uFGd0Xlb7BDlA1K/yL8t11GQnqS5XE2IGyJONUB5ThPS4I0RJEaFfamBlQQVKsKknxeMtUaO
P3JyI1KJ+SjGywsF05nonCkM+CoUzsQmKMP+qc4rKcnO6jBTsgmwNQo0RHGdSmIWUPMaswgp
z6boDCKI5DDN6MuOp1XGk+SWVv8AUecHiJmE1SB4/HFAP/cunVMGQMWOxWA2yLj5J2LJyM7L
qUzSMegh+ifE4UQmXWuierg6kIggHqQh2BxDp70Fn2X3GhXb5IRNS6i5TuCsBzqyc3Fb6aLg
CLeS8Cx0/uRNnfc6rJ7tNETkpyGTkwifonIZAs7In6J08pi77lP+icOdwVOX+CB+iciBou0H
MAqcp8qDGqlVAyeirTYJk4nZQWRJALrie0lEvKcwyN0a1D3sPkjrrZD/AEnhcENyI6ftW5U+
mHPRRlSZUiOuqYV+KJZxoidHZk4ctlcgZ0UyVhcTDL3Uh3wh7ynZM3xR65QITYBymyColQS2
ymZQLNxgKTKc5CdmUZ9BPstluSmgIyF2phnUo2OKByjkDZOuqmsow3RMzELiYjK47IaOuT/D
VOA4Cc1PssEIakomCgWkY9BWpYE9x6IihkRUDLqe7yWMAoV4g/6m4c6t/Sje2bFyVlNJKJCf
iADqpHyQhiiLZbAWw3QAhNBn6IloGVyGBgKApONiseyDl20KZ+qcAElcn+CfAO3pn3QlThMA
GEyo+QUapnYD5qcHCidlmQg/xUYReQindmWV1U4Kca7oUcB/uX80dEwWF16oEghypEDKif1U
Z6oWIDtJRAEaBTUBe6PFmeCnse3WV1OExZ9Cr0tFR9o3RFak2sXX5/LHns4pQ5r/APksja9u
RsXJTZTDKD6I7dFJBATkzoDCGj7rlDricbICxM6pqyNUzzsnHyK2CcMmDNuu4Od19wYaapqw
E9ZAQLlvZEGNmUZWjpjPt6ME7fNPB9l12RaOq6590CzumMbJjjVEfRAk/BEuzp89EX1Tp9dl
lRnVck7yg0HdMTO5TtJQAEoDiRa2uiZYn0I2WGQ1QKciVysSS+qFyDbyVEV0R8vkyRj2QO2i
YB0wGVGuUWEaocYW5U5CIEAS6EdyFSM46KR7r7R7lFlMErLjZHVO8+yJ+59U8dExgJgc6ekM
3RYhdfkgILpiIWUWZAlAvGwUDCYYKkutn0WnsUzfFEu7ZXUoPZicOjrsgwbcqT6Y+C2QIlso
sQXTbaoAw5VRQk1GpQNy7y6xhOVKwgBlOYK9kW9BotD7qdEQN9U5ymKeB1UY3RFUAZPRM07p
3L4QfKLZG6L4PyUS2qDF7KX9kWEbokAzkoMfdcT9FgTqUzphJCYiUZ9l1Cb5rIAGihgpHIIA
gcRgHKM8R0l1t6O2YTvybKmAnI7d0zcn2TEsBKYFwnHyQJkbIk6JzjR1MkLlhoYIco2XRcSH
OIVaVpjLwmsAKgQyfA0TW7kRNdkCMIKCxXIwLdo9yi+PQaFOASNVuNkQzArPx1UdxOUJcbJm
hYB6rbqmCIwOqCepJJyu7CYoMMJuLkL+Sw4R44K1fcLEaFSfZODG4USTko9EzLDBR9U9sbJj
9ujKBjXUp2Xd8liFuUSAFlasFEKMnVDbUJmYbqJ6+kwTDLoNViNVDsMIWbMJjQk6MuV6tsOi
kQUdVIYoGkjUIPWENvQAjqPdHT0kpgYPo/0Ux7riA4OUWkqRPo7PunGq4nB1UEjSFlmXGwY6
bLi71Oy7ThMiNtVqmwOiE41TP8T6OF06KC5RZ3G6kkDd1DkJwJUwnH2/VODA+a7g66bFPAGO
qhkdT1Rchzong+6ZgE49lMhYTYXvCY6YUn4KB7oVs7dEOdjXicapvG/kJGSrPUE/tQtdnOW9
AmQ6LCfhE+6karCMLV1iFj2hSCTssfJSIUArBWCyYfAKauENGwof2UuUA3xTM3UJ+PxRIBTs
QtXWExBZoXEgsolNrsi4+iJYt1QPF+iHa6gMB0UVI6oESdQnkBcQC2oWH2RNqlS5RDY3THVE
nZhCA/dbbRagfuWFLoQfZbD2TMS6jRDKdnGyckg9FIdlxAygB7IKFKZGJCO7L//Z</binary>
 <binary id="i_035.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RmLRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMTk6NTA6MTMAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfugAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAYUQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOjFbhuB11kHkhEZSSADoPFTIaxt
llrmsY0zY86ADzcmxuo9NtrsezJqLKG77nbtGN7vP7zP6qSmXos3bI3Ea+ar2Vhv0mxyCOQq
LOv5uXY+3pWLZl0NsDdWsrZAH0N9n6Rz3fST4XVT1BtwsxzjX02endVJIGh/OIb7m7Xb2JKb
jAS0ESeSQqNLqRQAdZJE+RmFo0g7t7TFbQS7yACyy9hb6ZHpjUlrxDhu+KSl6juoY0aANGmk
zH9pVshzKJfkWCusGAXcD+S36SsUVulsEkhkuHJmOHf5qDlCiy3HuyqxaxnqTW8E1S5rfe/Y
Wu3/AOhSUjpFWZY1uC/1yXFu1nO/niFIYb69HOhxcA5kQQR4/Rc3/NWW/rPUbHtYMbHYdwrb
U3HDHyPb6Y2bLHO2nY5CtyerepB3YtljgGhjBS3cYZJaUlO65ra2kusA7CTH3D85yg1rnzBI
bzPYj/X+WqR6n1IPaPsxptxxtlgkugNZY73stb7t2/8ARqz07qQyrfs2U2vEaJtsynltcDTY
01Qz1LXfyPp/ziSl7XY+NX6lpA2y4iJIA/78qdOfVkPNEOZaAfa/uB9HbqtLMv8Aqg6myh2X
k5T9ZNUkAj6I9rK6trXLmMejMseHYrSbWAukQIH0HSD+a5JTvSfP/N/2JKPr53/cVn/bhSSU
/wD/0JdW6hm9T6UxznBwx7nDIawbS4EN+y5Lqh9Gpvvr/rq1j9AwjTbZflfpfs7t+PSQXCW7
2WWO/Mq9vqem5YRzeGtYGS4B7m8uYDOy3X3/AOYjuzrKMR+Ky2xlRc91ePG0NNgizY5v06P3
Gb0lK6X1AUueG1UTa0Ni2YaI23msuFm31vz61odV6y2iulnSHtrrsc45GTQ0EPfpqwv97bvp
b/UXPEBo8+3yRseypoLb3PNb4muuNAPz3yfpf6NJTrYXVMrJzMcZWW+uo/oXCloHqPdJDsmh
z66/du2vf/NrYZmdKY4l1by5x904wd/7s2LlXVY9XpZVNpdVu+iYa9pH8hrt39tbO5jKwYJP
BcYAP7zZ/O/rpKR9Ztxsi6possxcMN3lzK4fZY0jeHMY5vpPbX/Mbn+xCryaMmo4Tr/SLg4e
q9ocds+oG2TtrdXsb6dn+Ee9UcjNrusuls1OP6NoJEH/AErj9PcqUOAaR5z5kfSSU6fTupvx
K3VNJtLi4hxLtoBYa3tr3+7ZZXs+nZ/gq/zFV6jfk5j2ZFjpYQK6wdJDGhvtb7vo7GsTYTrG
ZALXivcCGuLgwAn3/wA8XVen+5u9RSzm5VuVVjkvsu/wbfa57nPcfaz0n3tdv/kvSUsTc5tY
ZkBzamQHBz6ye+zc4M3ub/N/y0XGfgW4tVGfbQx7fUFdhc4WMkh9ZvftdRZW+PTr9T+j/wBR
a3Sz0oUNxupMPqVOLMlgL9o2DdW5npba6v8AR32b/wBJd/NrH+14919hNDIdJqtGgYBO/wDR
v+nu3N/SP96Sm71R/SxiirCoLTID3WEuLQ3a59rGtFdbX2R+l/8AA1mDJFBc+qdzhLj4fyW/
1dyhkNt9X1rHmz14Pre4B+m47t4b7/3mK50/oGR1PFfdRdUHtJb6LnO3+Rlu5rN/5iSmH7Yv
8B/mf7Eld/5ndb/d/wDBQkkp/9HFncewHIWphdA6v1Sqq6mgmlwcGW2EMGh593vcz81r2sVP
pvTbOqZ7MGtwqa4F9tx/MY0fpHx+9+Yz+WuutGXm3jEwLTTh0tbXW1zthLGN9Lc0sH5ySnjs
rEyMTIdi5Vbqr2mNhB119np/6Rr/AMzZ/OI7+g9Vq9B/2ax5yCGsYGku3OAtDXN/wbtrv8Js
/PYu9biMwNmdkgWZFTDXXe9xdY2tzvUePVuO61+930mMr9n6Gv8ARo2ZRVkYzxZU3IqcNz6n
jdugdm/6RJTyI6OxuBiUZ5pxcltxcam7TkvpJb6zr9fUY2pjbP8AB7P5tTHT83IdbVhsFzax
JqBAc1ridsep6W9zfoonWupttDMTBaxlt/pw+sQdtfv22Fzd/pN27/T/AODWz9XKq8Tp0S5x
Li62ywBri7waz3fo/wB3c9JTw2Rg3VF7bWGtzCfUrfpY3TQOaUB07q6mN3OI9rWy4kk/mNb7
ne0L0H6yYOFndNfddayh9DXOZkESAI/SMdt99rNv0Wf6Rc7/AM4sHCqazo+AaGNb6bc1+lji
BuLX3av+k71He/ekpwnV5GPsNtVlLjq3ewtkjX272olWS/8AaLMzcGPNrbPZ7Q0hwf8Aox+Y
xq1D9Y78vFOD1snKpMRYAA8EH6f/ABrPpMtZ/wBcWNY1jbHsa71GsMNfEbm/mu267UlM8i11
uVY+wRZuO5nIBBh2783buQnMG6TwdD2UnOG8WBxdvEAnxHmtHCwWitmXc2q0WkspqvtbjtLu
Pe+zc538htf/ABlqSl+l5woAZdW3Jxq7d9mNaGneIndWH/8Aaiv6Ve/+c/m0fN6b0vMsdk9N
6lXhGwl1mNk7qQCADFe7a6v09/vqb6rFfxsTFyMN2RTTRT6TnC+i6vdbU5nsex9lZ+k399lf
vWL1i80PGPSGis1hu4HftYSd1dLnhuxr9nv/AMIkpsfsrqn/AJe0f+xTv/SqSyNh8B+KSSn/
0s/pnUndOybLxU231a3VODiQQ1zmuLmkf1Fcu67W8O9Ou4D8wb2iJG1+57P3ljOAM99okDyT
bgB4886cpKbGRn32NDCYPG4lz3f9u2lzv81dV9Tutsswzh32/pccEtaeTXPt2/vbJ9y4zcNp
LZgaR4KTLjVZXa0+5hB+4+5un7356Sn0HKo6ayyvIbW6wOsaza0kN3FzWfznt27GO37N/wCY
q/WqfsuIG4N7g9rHWNa6CA3jexwP5tn0/wCunfXU6rZjWvqDiHNhxO3ad1b3B30ksHBN5tuv
b6uZkb2VP3kMY2vczdXu9R7qnWfSft9P9xJS+Jjs6hi04t1gsY+sCyl53GWhrnNsa0/4P+sr
WN9V+j47LK3Mfk12v3iu5xcxhHHpsbt/z/pqwyjD6PiuyLXAvDGtssM+4M12taqGB9bcHOyW
47Wtpe8kND36ls+1/sa5jd38t6Sk1n1S+rz3T6Brc79yxw/6ovTW/VH6u2A1tpdTZ9Iursdv
17xYbGOb/YWsRDpDZ+ev3KNtXqtaT7LGGa3GCQf5UfmOSU8Vn/UrquO132Vzc2oAkBkV2QP+
Ce73v/4p6xX3gXPryaf0ghjmWA+pXH5sP2ubt/PYvQupdUvw8F+U7HLXUvaHNcfa5pO1xZZ+
Zu/M3qm3q3R+r0g9UxGtY0wLbttjGk6R9sp9+P8A2/SSU8p0PNdj2XVscfSsY4Bp8SCEHqj5
cC36IkgeBIbu4/qra6t9Uz08WZ+DYbcYRYK3RurEg7vUHsyKP5ezfX/LWL1Bm/eAILdQCeCO
ySmtup/0f4N/8ikoQz938Ckkp//Tw7KrW+6BqAdw1gPmFHa5rgCBu5B5AVgOa8Fp4afUs8dr
PY1o/rOch2Hc+SA3a2I7An3lJSOHTxrPnx8kthdtB0E9xqpkQIAHb4KVLWG5jHkNZYQ1zzrt
Djs3wP3P5KSne+r/AFat+bTh5Psrus2sYJ0c7hm/a/8AV3u/wL3foP8ASekuyvycXCqc97mt
3CR5gD26j6FTF54/HtwrabHtcy2t4dRYCGw5p9Ru71Pc93tUeqX5VgFt97HuyZDvShtZE7i2
tjdzvpfTSUk651uzquQWm1zsZrjoPaD+61lf0dn9f9KhdHtx3xh3sa173tfjZQ0ex41dUbB9
Km38zf8AzdioBu0gA/EjwSdLtOCdJ4480lPpeHe5waHBz3EndZIA0/kOPqf9BaNbw7TuFwnR
8y6845ssNdlrjTvrO0kt9nv/ADPzWbn/AMtdbRW6Q1u7Z8OPmkpn1zGdl9FzsZpaHWUuALvo
jbFvuif3FwnSHfs+z7S3ILARJYY2OBHeq3b6v9Vy73JJ9PLbxNMzE8tc3v8ASXlYcXtD3u3u
iZKSncHWnfaLcfFtsFWSNpNpa4Fol3p1Ma39Hz7FXtbWxvpS0AGC0kcH2/2lmB5aQ9hgs4I5
nyUch7rHuc9ga8QDHJ7zqkpt/ZXeDUlVln7qSSn/1MamHOIe7Ywe+099rfzR/Xcdijvlxd9E
FxO3sP5I3K/0Wqv0M+67RgpdVugGC73d/wCpWqFbNzxW0+5zgA48DcY5SUraT7jwPpGOJ+ir
/R+mv6hkvYQPTqadxdMbnAtpbLf3vpolOJZd0eapfZ6paGt/ODTt9it/VvJeN+G5ksql7Xkb
drnFocyyR/a/fSUlxdz/AFasxrbTUTTbS5ojQfvN/nHOb+4s6+luM23EshuNcQ5pc2XsBI23
1u/w1G32WM/nKlb62X4Wb9oqP6LLa0XDsX1+3c3+X6ez3o1tDr6mWNMPb76bCO41+l9LY789
JTz+biPw8p+LbDn1OjedA4fmWN/kva7cnx8Y3ixrY9RjTYxpE7wz6dY2/nbXexav1lobbTjd
XY4bLWtrsYY0kOsa/d/n1uRfq50bKfkDqWQH10YrXWNqA/SWEt9v6L91zP5vd/O/8WkpJ0fF
NJfgXkY+a5/q7HCt9rWloO6vHssr9Tj+cWxZ063eQ3P6vY7bO5uwNg/yXelv/sIVOR0sW2W5
GG1194YLnj3BuwbWV+1v6N7Gfzlj/wCff+k/0as05PS8YmzGexrWzNLDsOvu/mm767dv8n00
lNVt3XGWD7Jd9oG0UehmMNbyWf8Acjf6T67HN/w9br6P31xJaBLeewJ0mOV2XUetPBOTQ10s
rkidCGu3Mlp/rW+9cr1AVtzX+mY3xYWnQAvG9zG/nbf3UlICx3buPh9yjZpoeDx80WtxJa0E
BzjtaTxJ9uqg+sx4FpLXN8I0SUy2V/vfh/5mkn+77x/ckkp//9WPTMK13SrK2lrTlOcWh8xD
Ts98e9vvrQBi2dPySc2h7bHO3Y9tINjZ/da1nt3t3f4RdRTU2rGcXtDXOJdDJLWmdxh233e7
89yk6qu23c2xwAMQAdElNLCxsjNwhcWtq92ldwLSQ32+r+ds9SPoK03o+Q6sOZkNyIMOb9CP
7bvpf5i0cbBo9Fr/AHEa8kqw2plNZ9IfS1LuUlOPk9Dsz8d2K9ray6CyzcHbXidrtrfpbvz1
zVGbfRjWMuhwpJaLdwDYYf0rK9303ae3YuyzfWdi5IpO230nlk8Ehu7af5L9uxcr9XOks6nf
+1OoOb9hpd+ipMBtjudjfzW41X+G/wBJ9BJTr9I6XZb02s5gZU3f676tHQ17vtNTS0/zW5rt
3vRzm7Htp+0F7Wl0PA9+0k+nW54/0bfas3O6sLch+QXh2QJY9zNKywGBS6Pfesp2VFJL2Nq9
xAe8ESP5FP00lNzqeZffDTUzfWQKn1S1zQOGb6Q72uaP9Gqn7WvrHp3112vA/nA/SI49rNrb
FUdlX5B9HHa8udO6BqSR7o2/Q9v7yt4PScUs35lsOI0paSNpPPqO/O2/8EkpA/q125zn7bKH
tcw1RtEOHAP02+523chit+e45Tj7rBucA2BI9sV87m7lb+x4dBisOscfoufqP5TijH1WY4Da
XXAHaWMIDmNgw9gd7Xbf3ElOHV7ragAZ3fR4EjsrGVi3VOa8MLvUge0SS7sNv5ysYXTnnKbc
C5lVbgR6rYsP9gOd+d+etJ8sY9tbtlkQx45B8/zUlON9lzv+4tv+Y5JbEW/9yrP81qSSn//W
6/p+S5oNRALZkR4/nf2VbuxMe4h72Au8QSCR5lpG5ZVeZhY9b3WX1gtk/SBd/J9jZcos+sGF
eAykX5D2mIope7/pu9Ov/ppKdtrWtYKwIa0Q0eACTGBoIH0ZJ+9ZrMzqlrQGdPcwkTvybmMA
+LMf7TY5O09Uhvr3U1vHPoMc4f1d+Rb/AOiklNi8U1OL2ne5gksBEmPoj+0uUzur0Pt+w00n
GqpMEN9GgNcfe4GvJfTs9P8A0i3+tZlVeFXTkAubkk0PIiYLHbnjhu5cdn4Rc2t3UKXYz2j0
n5jWl4dZUdjjbVu/S05VW2/HyGJKVfnU1VvNTWvLTs3sJc0kjdrftp/Sfya96y3NLzJIDj+c
4z8F01PTLMv6nUbGCu9tjsqk6jfqanE7v9NT/wBb9la5k7XN3eOun+1JTvYVuNZiOrxG7dn8
5U7Rw83Efz39dSdU/bPJnnn4KjhNsycim2t4Yyog2scf0jQBtczj9NTdt9v/AJNa9jbxLC0b
BpxIiJSUhrrDhDgGumdomEznmngSBz2JI+i1J3quO0aHuBIMcdvchfbWMJZluYw6z3/6H/kk
lM/tDtXObDuZPEJWAuLjB14GnHZBN9b4fW2yz+TBb+LvzU7XW2A+oxok8FxMfCAkpLvZ4fj/
AOYpJ/1j95v4pJKf/9fo8CjFqLq2VNYYiYjy26ozGuFgbqBu0H+5BYXMIc4REkmZMeKMLn7R
y1wMu78ef9VJTec5tRhxA3EADzP5qYva6WbTI1mNFRys1grNVjdC36Q4j+V/1SDi51lbxXa/
e10Cu0/9S935r0lND61+o5+OK4BYHGeRMjY6P7O1YV2Zk241mI4hrRAc0uMBpMvOvsaxdL9Y
sOzJwzk0a5NG0bCYDml2rf3d/u+ksPouDYzqeSzKDLQKnV2VzuEOLR7v5PtSU6fQuttuaen3
3vyn1y5ljmkQ32h2P/xbPzPof6NYdvQss9Utw6oaxh9V1n5rWWHdW9bdPSum9MtOYXva2CAx
ztwA/O9Mn3u9v+kesTJzsjKdfeWn0b3j2aEhlQ2U+mP5tzvd73/5iSnUwOlMwqxdU/1rTLLL
WztaQfoen/3789WTlEGHN4/NieP3XO+gl0OrJZiusvkC3b6LXNIeGNB91n+f+j3J+oMO0bTE
ESkppZdVd25+3czwc48f1dWoFdNThsADHdoADTKs7dx511gxKGGzS1r9IETPEe7n+q5JSFtL
w6WOIc3kfl0SAeJgjbyNDpH8pGZAc4z6mmkeB/lfnKbnNfV6gbEA6nyPdv0klLet/JH4pJtl
v7g/FJJT/9DfFhEF2sxuA+7/AKKcPPfSdYHfxVdrm+sSTOu0eWvuSdY6twqfPBNZ8hokpPk1
iyoBvbjwnz/6lYuZluw2VuaHeg+wMuc2NzYn+aYfa125bdRdDW2fRI1b3Emf+pVLqOMAHC1g
fW/R4iQf3X/9H/PSU1crrYNVGKHM2X1l9w3BzgJHp1Oczbse785N0e/Hq6jex8VjLawMPb1G
F26r+s5v6RZt/Rsd0ilzqnHUH6TdP3p/SbkTpnTcinLrtyLQWUEloaSfcRs3agNSU3eqE2Zb
m5Fdjq2DZVWK3PYR+/8Aow5jtybD6ZddkMvsZ6FNDtzGuEOe4D2yz8ypn8r6a1N7m+8Ex+cf
L5fmqTXniZH5on+5JS9d7mv9EgO9sgudER/1aFk12PrLXEAkgiBOvzUL9xaYJBn2x+T+0nbc
bGk+I/LpqkppsZDjzprHZC2tsc1rht2/ROvw8fpI+1wcQ75HngqL6ywsO0+6TPPA3f8ARSUj
aHMfsdB3GAY8Id/0k9jD6c8DUzHkptsDgA7RzTLT3n/vyewt9EOHY9iNElIvWt/dd9w/8ikt
DZ/I/AJJKf/Z/+0hnlBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQlAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
ADhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29s
AQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAA
AAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8E
MARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAA
AAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAA
AAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAA
AABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAA
TGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJj
a2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRv
dWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAA
AAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZl
Y3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYj
Umx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkA
AAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAA
AAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAA
C2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0E
JgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAWjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44
QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAA
SAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAA
AQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////////////////////
/wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////
////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAAThCSU0E
AgAAAAAABAAAAAA4QklNBDAAAAAAAAIBAThCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAA
EAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAA
AAAAAAAC0AAAAfsAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+wAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAA
AAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAA
UmdodGxvbmcAAAH7AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIA
AAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAA
DEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5
cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25n
AAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+wAA
AAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAA
BmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRF
WFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVs
dAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2Jn
Q29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAA
AAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0E
FAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAGG0AAAABAAAAcQAAAKAAAAFUAADUgAAAGFEAGAAB/9j/
7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwP
FRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4O
EBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DP/AABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUG
BwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQAC
EQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXC
o3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH
1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKC
kkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl
9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOjFbhuB11kHkhEZSSADoPFT
IaxtllrmsY0zY86ADzcmxuo9NtrsezJqLKG77nbtGN7vP7zP6qSmXos3bI3Ea+ar2Vhv0mxy
COQqLOv5uXY+3pWLZl0NsDdWsrZAH0N9n6Rz3fST4XVT1BtwsxzjX02endVJIGh/OIb7m7Xb
2JKbjAS0ESeSQqNLqRQAdZJE+RmFo0g7t7TFbQS7yACyy9hb6ZHpjUlrxDhu+KSl6juoY0aA
NGmkzH9pVshzKJfkWCusGAXcD+S36SsUVulsEkhkuHJmOHf5qDlCiy3HuyqxaxnqTW8E1S5r
fe/YWu3/AOhSUjpFWZY1uC/1yXFu1nO/niFIYb69HOhxcA5kQQR4/Rc3/NWW/rPUbHtYMbHY
dwrbU3HDHyPb6Y2bLHO2nY5CtyerepB3YtljgGhjBS3cYZJaUlO65ra2kusA7CTH3D85yg1r
nzBIbzPYj/X+WqR6n1IPaPsxptxxtlgkugNZY73stb7t2/8ARqz07qQyrfs2U2vEaJtsynlt
cDTY01Qz1LXfyPp/ziSl7XY+NX6lpA2y4iJIA/78qdOfVkPNEOZaAfa/uB9HbqtLMv8Aqg6m
yh2Xk5T9ZNUkAj6I9rK6trXLmMejMseHYrSbWAukQIH0HSD+a5JTvSfP/N/2JKPr53/cVn/b
hSSU/wD/0JdW6hm9T6UxznBwx7nDIawbS4EN+y5Lqh9Gpvvr/rq1j9AwjTbZflfpfs7t+PSQ
XCW72WWO/Mq9vqem5YRzeGtYGS4B7m8uYDOy3X3/AOYjuzrKMR+Ky2xlRc91ePG0NNgizY5v
06P3Gb0lK6X1AUueG1UTa0Ni2YaI23msuFm31vz61odV6y2iulnSHtrrsc45GTQ0EPfpqwv9
7bvpb/UXPEBo8+3yRseypoLb3PNb4muuNAPz3yfpf6NJTrYXVMrJzMcZWW+uo/oXCloHqPdJ
Dsmhz66/du2vf/NrYZmdKY4l1by5x904wd/7s2LlXVY9XpZVNpdVu+iYa9pH8hrt39tbO5jK
wYJPBcYAP7zZ/O/rpKR9Ztxsi6possxcMN3lzK4fZY0jeHMY5vpPbX/Mbn+xCryaMmo4Tr/S
Lg4eq9ocds+oG2TtrdXsb6dn+Ee9UcjNrusuls1OP6NoJEH/AErj9PcqUOAaR5z5kfSSU6fT
upvxK3VNJtLi4hxLtoBYa3tr3+7ZZXs+nZ/gq/zFV6jfk5j2ZFjpYQK6wdJDGhvtb7vo7GsT
YTrGZALXivcCGuLgwAn3/wA8XVen+5u9RSzm5VuVVjkvsu/wbfa57nPcfaz0n3tdv/kvSUsT
c5tYZkBzamQHBz6ye+zc4M3ub/N/y0XGfgW4tVGfbQx7fUFdhc4WMkh9ZvftdRZW+PTr9T+j
/wBRa3Sz0oUNxupMPqVOLMlgL9o2DdW5npba6v8AR32b/wBJd/NrH+14919hNDIdJqtGgYBO
/wDRv+nu3N/SP96Sm71R/SxiirCoLTID3WEuLQ3a59rGtFdbX2R+l/8AA1mDJFBc+qdzhLj4
fyW/1dyhkNt9X1rHmz14Pre4B+m47t4b7/3mK50/oGR1PFfdRdUHtJb6LnO3+Rlu5rN/5iSm
H7Yv8B/mf7Eld/5ndb/d/wDBQkkp/9HFncewHIWphdA6v1Sqq6mgmlwcGW2EMGh593vcz81r
2sVPpvTbOqZ7MGtwqa4F9tx/MY0fpHx+9+Yz+WuutGXm3jEwLTTh0tbXW1zthLGN9Lc0sH5y
SnjsrEyMTIdi5Vbqr2mNhB119np/6Rr/AMzZ/OI7+g9Vq9B/2ax5yCGsYGku3OAtDXN/wbtr
v8Js/PYu9biMwNmdkgWZFTDXXe9xdY2tzvUePVuO61+930mMr9n6Gv8ARo2ZRVkYzxZU3Iqc
Nz6njdugdm/6RJTyI6OxuBiUZ5pxcltxcam7TkvpJb6zr9fUY2pjbP8AB7P5tTHT83IdbVhs
FzaxJqBAc1ridsep6W9zfoonWupttDMTBaxlt/pw+sQdtfv22Fzd/pN27/T/AODWz9XKq8Tp
0S5xLi62ywBri7waz3fo/wB3c9JTw2Rg3VF7bWGtzCfUrfpY3TQOaUB07q6mN3OI9rWy4kk/
mNb7ne0L0H6yYOFndNfddayh9DXOZkESAI/SMdt99rNv0Wf6Rc7/AM4sHCqazo+AaGNb6bc1
+ljiBuLX3av+k71He/ekpwnV5GPsNtVlLjq3ewtkjX272olWS/8AaLMzcGPNrbPZ7Q0hwf8A
ox+Yxq1D9Y78vFOD1snKpMRYAA8EH6f/ABrPpMtZ/wBcWNY1jbHsa71GsMNfEbm/mu267UlM
8i11uVY+wRZuO5nIBBh2783buQnMG6TwdD2UnOG8WBxdvEAnxHmtHCwWitmXc2q0Wkspqvtb
jtLuPe+zc538htf/ABlqSl+l5woAZdW3Jxq7d9mNaGneIndWH/8Aaiv6Ve/+c/m0fN6b0vMs
dk9N6lXhGwl1mNk7qQCADFe7a6v09/vqb6rFfxsTFyMN2RTTRT6TnC+i6vdbU5nsex9lZ+k3
99lfvWL1i80PGPSGis1hu4HftYSd1dLnhuxr9nv/AMIkpsfsrqn/AJe0f+xTv/SqSyNh8B+K
SSn/0s/pnUndOybLxU231a3VODiQQ1zmuLmkf1Fcu67W8O9Ou4D8wb2iJG1+57P3ljOAM99o
kDyTbgB4886cpKbGRn32NDCYPG4lz3f9u2lzv81dV9Tutsswzh32/pccEtaeTXPt2/vbJ9y4
zcNpLZgaR4KTLjVZXa0+5hB+4+5un7356Sn0HKo6ayyvIbW6wOsaza0kN3FzWfznt27GO37N
/wCYq/WqfsuIG4N7g9rHWNa6CA3jexwP5tn0/wCunfXU6rZjWvqDiHNhxO3ad1b3B30ksHBN
5tuvb6uZkb2VP3kMY2vczdXu9R7qnWfSft9P9xJS+Jjs6hi04t1gsY+sCyl53GWhrnNsa0/4
P+srWN9V+j47LK3Mfk12v3iu5xcxhHHpsbt/z/pqwyjD6PiuyLXAvDGtssM+4M12taqGB9bc
HOyW47Wtpe8kND36ls+1/sa5jd38t6Sk1n1S+rz3T6Brc79yxw/6ovTW/VH6u2A1tpdTZ9Iu
rsdv17xYbGOb/YWsRDpDZ+ev3KNtXqtaT7LGGa3GCQf5UfmOSU8Vn/UrquO132Vzc2oAkBkV
2QP+Ce73v/4p6xX3gXPryaf0ghjmWA+pXH5sP2ubt/PYvQupdUvw8F+U7HLXUvaHNcfa5pO1
xZZ+Zu/M3qm3q3R+r0g9UxGtY0wLbttjGk6R9sp9+P8A2/SSU8p0PNdj2XVscfSsY4Bp8SCE
Hqj5cC36IkgeBIbu4/qra6t9Uz08WZ+DYbcYRYK3RurEg7vUHsyKP5ezfX/LWL1Bm/eAILdQ
CeCOySmtup/0f4N/8ikoQz938Ckkp//Tw7KrW+6BqAdw1gPmFHa5rgCBu5B5AVgOa8Fp4afU
s8drPY1o/rOch2Hc+SA3a2I7An3lJSOHTxrPnx8kthdtB0E9xqpkQIAHb4KVLWG5jHkNZYQ1
zzrtDjs3wP3P5KSne+r/AFat+bTh5Psrus2sYJ0c7hm/a/8AV3u/wL3foP8ASekuyvycXCqc
97mt3CR5gD26j6FTF54/HtwrabHtcy2t4dRYCGw5p9Ru71Pc93tUeqX5VgFt97HuyZDvShtZ
E7i2tjdzvpfTSUk651uzquQWm1zsZrjoPaD+61lf0dn9f9KhdHtx3xh3sa173tfjZQ0ex41d
UbB9Km38zf8AzdioBu0gA/EjwSdLtOCdJ4480lPpeHe5waHBz3EndZIA0/kOPqf9BaNbw7Tu
FwnR8y6845ssNdlrjTvrO0kt9nv/ADPzWbn/AMtdbRW6Q1u7Z8OPmkpn1zGdl9FzsZpaHWUu
ALvojbFvuif3FwnSHfs+z7S3ILARJYY2OBHeq3b6v9Vy73JJ9PLbxNMzE8tc3v8ASXlYcXtD
3u3uiZKSncHWnfaLcfFtsFWSNpNpa4Fol3p1Ma39Hz7FXtbWxvpS0AGC0kcH2/2lmB5aQ9hg
s4I5nyUch7rHuc9ga8QDHJ7zqkpt/ZXeDUlVln7qSSn/1MamHOIe7Ywe+099rfzR/Xcdijvl
xd9EFxO3sP5I3K/0Wqv0M+67RgpdVugGC73d/wCpWqFbNzxW0+5zgA48DcY5SUraT7jwPpGO
J+ir/R+mv6hkvYQPTqadxdMbnAtpbLf3vpolOJZd0eapfZ6paGt/ODTt9it/VvJeN+G5ksql
7XkbdrnFocyyR/a/fSUlxdz/AFasxrbTUTTbS5ojQfvN/nHOb+4s6+luM23EshuNcQ5pc2Xs
BI231u/w1G32WM/nKlb62X4Wb9oqP6LLa0XDsX1+3c3+X6ez3o1tDr6mWNMPb76bCO41+l9L
Y789JTz+biPw8p+LbDn1OjedA4fmWN/kva7cnx8Y3ixrY9RjTYxpE7wz6dY2/nbXexav1lob
bTjdXY4bLWtrsYY0kOsa/d/n1uRfq50bKfkDqWQH10YrXWNqA/SWEt9v6L91zP5vd/O/8Wkp
J0fFNJfgXkY+a5/q7HCt9rWloO6vHssr9Tj+cWxZ063eQ3P6vY7bO5uwNg/yXelv/sIVOR0s
W2W5GG1194YLnj3BuwbWV+1v6N7Gfzlj/wCff+k/0as05PS8YmzGexrWzNLDsOvu/mm767dv
8n00lNVt3XGWD7Jd9oG0UehmMNbyWf8Acjf6T67HN/w9br6P31xJaBLeewJ0mOV2XUetPBOT
Q10srkidCGu3Mlp/rW+9cr1AVtzX+mY3xYWnQAvG9zG/nbf3UlICx3buPh9yjZpoeDx80Wtx
Ja0EBzjtaTxJ9uqg+sx4FpLXN8I0SUy2V/vfh/5mkn+77x/ckkp//9WPTMK13SrK2lrTlOcW
h8xDTs98e9vvrQBi2dPySc2h7bHO3Y9tINjZ/da1nt3t3f4RdRTU2rGcXtDXOJdDJLWmdxh2
33e789yk6qu23c2xwAMQAdElNLCxsjNwhcWtq92ldwLSQ32+r+ds9SPoK03o+Q6sOZkNyIMO
b9CP7bvpf5i0cbBo9Fr/AHEa8kqw2plNZ9IfS1LuUlOPk9Dsz8d2K9ray6CyzcHbXidrtrfp
bvz1zVGbfRjWMuhwpJaLdwDYYf0rK9303ae3YuyzfWdi5IpO230nlk8Ehu7af5L9uxcr9XOk
s6nf+1OoOb9hpd+ipMBtjudjfzW41X+G/wBJ9BJTr9I6XZb02s5gZU3f676tHQ17vtNTS0/z
W5rt3vRzm7Htp+0F7Wl0PA9+0k+nW54/0bfas3O6sLch+QXh2QJY9zNKywGBS6Pfesp2VFJL
2Nq9xAe8ESP5FP00lNzqeZffDTUzfWQKn1S1zQOGb6Q72uaP9Gqn7WvrHp3112vA/nA/SI49
rNrbFUdlX5B9HHa8udO6BqSR7o2/Q9v7yt4PScUs35lsOI0paSNpPPqO/O2/8EkpA/q125zn
7bKHtcw1RtEOHAP02+523chit+e45Tj7rBucA2BI9sV87m7lb+x4dBisOscfoufqP5TijH1W
Y4DaXXAHaWMIDmNgw9gd7Xbf3ElOHV7ragAZ3fR4EjsrGVi3VOa8MLvUge0SS7sNv5ysYXTn
nKbcC5lVbgR6rYsP9gOd+d+etJ8sY9tbtlkQx45B8/zUlON9lzv+4tv+Y5JbEW/9yrP81qSS
n//W6/p+S5oNRALZkR4/nf2VbuxMe4h72Au8QSCR5lpG5ZVeZhY9b3WX1gtk/SBd/J9jZcos
+sGFeAykX5D2mIope7/pu9Ov/ppKdtrWtYKwIa0Q0eACTGBoIH0ZJ+9ZrMzqlrQGdPcwkTvy
bmMA+LMf7TY5O09Uhvr3U1vHPoMc4f1d+Rb/AOiklNi8U1OL2ne5gksBEmPoj+0uUzur0Pt+
w00nGqpMEN9GgNcfe4GvJfTs9P8A0i3+tZlVeFXTkAubkk0PIiYLHbnjhu5cdn4Rc2t3UKXY
z2j0n5jWl4dZUdjjbVu/S05VW2/HyGJKVfnU1VvNTWvLTs3sJc0kjdrftp/Sfya96y3NLzJI
Dj+c4z8F01PTLMv6nUbGCu9tjsqk6jfqanE7v9NT/wBb9la5k7XN3eOun+1JTvYVuNZiOrxG
7dn85U7Rw83Efz39dSdU/bPJnnn4KjhNsycim2t4Yyog2scf0jQBtczj9NTdt9v/AJNa9jbx
LC0bBpxIiJSUhrrDhDgGumdomEznmngSBz2JI+i1J3quO0aHuBIMcdvchfbWMJZluYw6z3/6
H/kklM/tDtXObDuZPEJWAuLjB14GnHZBN9b4fW2yz+TBb+LvzU7XW2A+oxok8FxMfCAkpLvZ
4fj/AOYpJ/1j95v4pJKf/9fo8CjFqLq2VNYYiYjy26ozGuFgbqBu0H+5BYXMIc4REkmZMeKM
Ln7Ry1wMu78ef9VJTec5tRhxA3EADzP5qYva6WbTI1mNFRys1grNVjdC36Q4j+V/1SDi51lb
xXa/e10Cu0/9S935r0lND61+o5+OK4BYHGeRMjY6P7O1YV2Zk241mI4hrRAc0uMBpMvOvsax
dL9YsOzJwzk0a5NG0bCYDml2rf3d/u+ksPouDYzqeSzKDLQKnV2VzuEOLR7v5PtSU6fQuttu
aen33vyn1y5ljmkQ32h2P/xbPzPof6NYdvQss9Utw6oaxh9V1n5rWWHdW9bdPSum9MtOYXva
2CAxztwA/O9Mn3u9v+kesTJzsjKdfeWn0b3j2aEhlQ2U+mP5tzvd73/5iSnUwOlMwqxdU/1r
TLLLWztaQfoen/3789WTlEGHN4/NieP3XO+gl0OrJZiusvkC3b6LXNIeGNB91n+f+j3J+oMO
0bTEESkppZdVd25+3czwc48f1dWoFdNThsADHdoADTKs7dx511gxKGGzS1r9IETPEe7n+q5J
SFtLw6WOIc3kfl0SAeJgjbyNDpH8pGZAc4z6mmkeB/lfnKbnNfV6gbEA6nyPdv0klLet/JH4
pJtlv7g/FJJT/9DfFhEF2sxuA+7/AKKcPPfSdYHfxVdrm+sSTOu0eWvuSdY6twqfPBNZ8hok
pPk1iyoBvbjwnz/6lYuZluw2VuaHeg+wMuc2NzYn+aYfa125bdRdDW2fRI1b3Emf+pVLqOMA
HC1gfW/R4iQf3X/9H/PSU1crrYNVGKHM2X1l9w3BzgJHp1Oczbse785N0e/Hq6jex8VjLawM
Pb1GF26r+s5v6RZt/Rsd0ilzqnHUH6TdP3p/SbkTpnTcinLrtyLQWUEloaSfcRs3agNSU3eq
E2Zbm5Fdjq2DZVWK3PYR+/8Aow5jtybD6ZddkMvsZ6FNDtzGuEOe4D2yz8ypn8r6a1N7m+8E
x+cfL5fmqTXniZH5on+5JS9d7mv9EgO9sgudER/1aFk12PrLXEAkgiBOvzUL9xaYJBn2x+T+
0nbcbGk+I/LpqkppsZDjzprHZC2tsc1rht2/ROvw8fpI+1wcQ75HngqL6ywsO0+6TPPA3f8A
RSUjaHMfsdB3GAY8Id/0k9jD6c8DUzHkptsDgA7RzTLT3n/vyewt9EOHY9iNElIvWt/dd9w/
8iktDZ/I/AJJKf/ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0
AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAy
ADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDpBodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5U
Y3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9
IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoy
MCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5
LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIg
eG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0i
aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9u
cy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6cGhvdG9z
aG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0
cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUg
UGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0y
MVQxOTo1MDoxMyswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQxOTo1MDox
MyswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6NTA6MTMrMDM6MDAiIHht
cE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MzkzZWYxN2MtMGQ5NC1lZjQ4LWJlNWQtMWFlNDZk
NTg4NmMzIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6NzI1ZjEz
MTktZWRhZC0xMWU4LWI3NDEtZGIyNjI2NjFmMWRjIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50
SUQ9InhtcC5kaWQ6ZGRkMzU5ZTQtOGZiNi1mMDRkLWE0NGQtYzVjNGZlNWRkOGE3IiBwaG90
b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBwaG90b3Nob3A6SUNDUHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2
Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyI+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNl
cT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNyZWF0ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9Inht
cC5paWQ6ZGRkMzU5ZTQtOGZiNi1mMDRkLWE0NGQtYzVjNGZlNWRkOGE3IiBzdEV2dDp3aGVu
PSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjUwOjEzKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjM5M2VmMTdjLTBkOTQtZWY0OC1i
ZTVkLTFhZTQ2ZDU4ODZjMyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOTo1MDoxMyswMzow
MCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8
cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8cmRmOkJhZz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlk
OjMzRjI5MzE1QUEwRjExRTVBODZDQkEyQThFRkQ1M0JBPC9yZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4g
PC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3Jk
ZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/4gxYSUNDX1BST0ZJTEUAAQEA
AAxITGlubwIQAABtbnRyUkdCIFhZWiAHzgACAAkABgAxAABhY3NwTVNGVAAAAABJRUMgc1JH
QgAAAAAAAAAAAAAAAQAA9tYAAQAAAADTLUhQICAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABFjcHJ0AAABUAAAADNkZXNjAAABhAAAAGx3dHB0AAAB
8AAAABRia3B0AAACBAAAABRyWFlaAAACGAAAABRnWFlaAAACLAAAABRiWFlaAAACQAAAABRk
bW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAACxAAAAIh2dWVkAAADTAAAAIZ2aWV3AAAD1AAAACRsdW1pAAAD
+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0ZWNoAAAEMAAAAAxyVFJDAAAEPAAACAxnVFJDAAAEPAAACAxi
VFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAAAENvcHlyaWdodCAoYykgMTk5OCBIZXdsZXR0LVBhY2thcmQg
Q29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAABJzUkdC
IElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAPNRAAEAAAABFsxYWVogAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAA
AAAAAABvogAAOPUAAAOQWFlaIAAAAAAAAGKZAAC3hQAAGNpYWVogAAAAAAAAJKAAAA+EAAC2
z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAFklFQyBodHRw
Oi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFj
ZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBz
cGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNl
IFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAALFJlZmVyZW5j
ZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk/gAUXy4AEM8UAAPtzAAEEwsAA1yeAAAAAVhZWiAAAAAAAEwJ
VgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAo8AAAACc2lnIAAAAABD
UlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAABQAKAA8AFAAZAB4AIwAoAC0AMgA3ADsAQABFAEoATwBUAFkA
XgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYAiwCQAJUAmgCfAKQAqQCuALIAtwC8AMEAxgDLANAA1QDbAOAA
5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMBGQEfASUBKwEyATgBPgFFAUwBUgFZAWABZwFuAXUBfAGDAYsB
kgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB2QHhAekB8gH6AgMCDAIUAh0CJgIvAjgCQQJLAlQCXQJnAnEC
egKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC1QLgAusC9QMAAwsDFgMhAy0DOANDA08DWgNmA3IDfgOKA5YD
ogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYEEwQgBC0EOwRIBFUEYwRxBH4EjASaBKgEtgTEBNME4QTwBP4F
DQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYFlgWmBbUFxQXVBeUF9gYGBhYGJwY3BkgGWQZqBnsGjAadBq8G
wAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08HYQd0B4YHmQesB78H0gflB/gICwgfCDIIRghaCG4IggiWCKoI
vgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJeQmPCaQJugnPCeUJ+woRCicKPQpUCmoKgQqYCq4KxQrcCvML
CwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL4Qv5DBIMKgxDDFwMdQyODKcMwAzZDPMNDQ0mDUANWg10DY4N
qQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8Omw62DtIO7g8JDyUPQQ9eD3oPlg+zD88P7BAJECYQQxBhEH4Q
mxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwRqhHJEegSBxImEkUSZBKEEqMSwxLjEwMTIxNDE2MTgxOkE8UT
5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAVEhU0FVYVeBWbFb0V4BYDFiYWSRZsFo8WshbWFvoXHRdBF2UX
iReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y1Rj6GSAZRRlrGZEZtxndGgQaKhpRGncanhrFGuwbFBs7G2Mb
ihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc9R0eHUcdcB2ZHcMd7B4WHkAeah6UHr4e6R8THz4faR+UH78f
6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUghdSGhIc4h+yInIlUigiKvIt0jCiM4I2YjlCPCI/AkHyRNJHwk
qyTaJQklOCVoJZclxyX3JicmVyaHJrcm6CcYJ0kneierJ9woDSg/KHEooijUKQYpOClrKZ0p
0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2krnSvRLAUsOSxuLKIs1y0MLUEtdi2rLeEuFi5MLoIuty7uLyQv
Wi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIxSjGCMbox8jIqMmMymzLUMw0zRjN/M7gz8TQrNGU0njTYNRM1
TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3YDecN9c4FDhQOIw4yDkFOUI5fzm8Ofk6Njp0OrI67zstO2s7
qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE94D4gPmA+oD7gPyE/YT+iP+JAI0BkQKZA50EpQWpBrEHuQjBC
ckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpEzkUSRVVFmkXeRiJGZ0arRvBHNUd7R8BIBUhLSJFI10kdSWNJ
qUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JMKkxyTLpNAk1KTZNN3E4lTm5Ot08AT0lPk0/dUCdQcVC7UQZR
UFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT9lRCVI9U21UoVXVVwlYPVlxWqVb3V0RXklfgWC9YfVjLWRpZ
aVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+VcNVyGXNZdJ114XcleGl5sXr1fD19hX7NgBWBXYKpg/GFPYaJh
9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk6WU9ZZJl52Y9ZpJm6Gc9Z5Nn6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpIap9q
92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbbluEm5rbsRvHm94b9FwK3CGcOBxOnGVcfByS3KmcwFzXXO4dBR0
cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3s3gReG54zHkqeYl553pGeqV7BHtje8J8IXyBfOF9QX2hfgF+
Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuBzYIwgpKC9INXg7qEHYSAhOOFR4Wrhg6GcobXhzuHn4gEiGmI
zokziZmJ/opkisqLMIuWi/yMY4zKjTGNmI3/jmaOzo82j56QBpBukNaRP5GokhGSepLjk02T
tpQglIqU9JVflcmWNJaflwqXdZfgmEyYuJkkmZCZ/JpomtWbQpuvnByciZz3nWSd0p5Anq6f
HZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopajBqN2o+akVqTHpTilqaYapoum/adup+CoUqjEqTepqaocqo+r
Aqt1q+msXKzQrUStuK4trqGvFq+LsACwdbDqsWCx1rJLssKzOLOutCW0nLUTtYq2AbZ5tvC3
aLfguFm40blKucK6O7q1uy67p7whvJu9Fb2Pvgq+hL7/v3q/9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NYw9TE
UcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3IvMk6ybnKOMq3yzbLtsw1zLXNNc21zjbOts83z7jQOdC60TzR
vtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHWVdbY11zX4Nhk2OjZbNnx2nba+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i3ynf
r+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vkc+T85YTmDeaW5x/nqegy6LzpRunQ6lvq5etw6/vshu0R7Zzu
KO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozzGfOn9DT0wvVQ9d72bfb794r4Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH/Jj9
Kf26/kv+3P9t////7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4O
DhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH7AwEiAAIRAQMRAf/EAKMAAAIDAQEAAAAAAAAA
AAAAAAIDAQQFAAYBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgICAwEAAwEAAAECEQMABCES
EwUxIhAUQTIgIxVCoDMkBhEAAgEDAwMCBQMCBAQGAgMAAAERITECQVESYSIDcYEQkaEyE7HB
QiBSMGIjBOGCwjPw0fFyotJAFJKy4hIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA
1YkBwHxHAwkSg7uIjiIRLoEcwQRKTpAgoEistqhvNESqwkca4IjpBFcBxEg8Ui+GSQ7giWZJ
iQXCZ0cJ0jIaxkXLJAk+AMIInoAYEmsDoOE4BKGAFJHF0i+ISQZwgu4XMCSazO6YEJYotiAh
12KH8JkAcChaAJrrGiFNhJSYqbMCueoA5ICSIRzEHEBHM6RTOkhcICRUA1oyr46ZE3UuWEXC
QwTOLpO6eFcHD+BggSAEDA444M0NKyLdYIHrE9wBmEFmVmDBVjKXa2DDP0cGVcOsW8+1WCmg
k2hydYlF2iSyCFWGMKwmBwrEnP0aAiOECwsTXZRvGsLROk4ImJCISOU7GObl1zRt4Am7e8nt
F3gIOOIW0XCa5Vxg9xK2rOGwAQurhdElZ9dplpmAOPjhmTiGAb9WC92ewtHVAfp4Um4/P9EI
scoemogzKFuoRBiDo0mnrwcJFM/NlxVYy5ueUvBZTljfQef0TUUdUw7xagJnAEkA9mY8UlyR
bJcImxxXOFlpGPYNCVkV1XsoEJsFYta6ZYWLRiosVC7YybQYW6RaryoIXsGxmcWar2labNUH
jAnTzLxZEZD1vP2ivRu0w7FfUM25qXDzq9nzYzUx3G5GBqGwgahm1hYMv5sA3F74k7kCJswI
i4orea2KJRuXGFDSz2k5mxJi8bTZVlsLSVIErYsmYsjKrFBDMDtfA1C5m2bI5srIxLecMU0g
GJEcypBZauDbwdAyvt+cum4NB5XwNrEJamDRt40G7nVLxnlYrEsVxb6s01a7QAhhCZbAeVfU
LSMDpqyXNDGMhUGC9WiZ83IAp3c4c9EDyYYusRA288C7cwzNRT88fWKRRL4no4CCIv2aiyzX
KsX6N1Zo1K1gr1nKOnuI6RJ6CGjbYZwadcqMmS3YRYOhokDMFZSHkVNCgdxgQQESMwNuZt46
C4CkcHW6hF+7cAos1KxmVeEsA5AmuYgH0BCXAwyBPO4OYE6OIsCJlhKAOkTOiQO7uOemBrK0
l2zlXAE2qRdt0LQUOQRWfnnEEhB3HEDBRRJIlx1qs0ZFzjJiOCfowK1fPPNuhXpAK5hNuoRc
pTaKMOUQXEejKlomaraYeP6QJGeDsViJS0Qenjo7gGDIEGJJiZ2jn+gMitq5Q+22uOFJialy
sL6YA4oCZEC5ISCEiSGDVouogsS03k1SKS54kgIXBidEkFfzrJsZw7Zm5Xr8cxn10l+zkiOi
CO6DBYtpE7jDAV7PHMTpAKGQEG3JgzNwqaLtkr5ezllqk8CjF3RMFOzmlULkFYLCCQdXJ6YI
YJEdEBSMgzMFtDVi5ERnQRETBBRIXDBfUyTcPyWoamRftHng9MJ5Lp4jpEn13nPVDIzahtM8
5Jc8/wCvoFXZs8KIhModiqdT0wPPXNPzpaVWk1dqvZJWzjDzfW5Jh1baA1+iumBtNqF3szQM
/A9XmmLxcDE8TZqsFRMjOGSOmATbdM3tgzI7cEyWugSh7jOgRO41nEHoCxbdjlddlxX0GPKm
gQHHRcP7pK3WKIddqQMY6wO5WtmuVW0FwGSJceeLbxjUq4VU2aufILgk2H+ftFnK1swDhMmQ
IhdhIfRBJt0zhqCa6Mb05mr2VFBjaxm1GKDGGHCYBex8n6or1iEm5USbLcFZ6VOAo2F4yj17
MnTGVbImAjSrGRasSG4HF8qqC7OfxrigCt5vWzAL1PSM0dKuI5iwOmQgYogukED4Yo+FtBhd
0MyqXW0El5+Q89SupdMmerlNV6kAwYGBIFz0vkGnoE57BvViDXTUaNdEHDHF/wBH4/0pqGsw
Kt2DMsPoFpF9hlUfQYxlXqV8ug3gRtWTzWlrSBMyKRc4zh05M6xZ4r0tTjzWR7ugeTnWzyu9
cDCRxeXWcJFizQ1cLUIqnBVr2K4LFMIieI4ZC4eJiSBIRCAxBmYIvVBPYz57SNE82wdn7Oaa
TqjCsum0qNIjRnNsGm2JJjuBLuJ4RDlRDOjgGU+LfCRCLEGXgezg8KHp8szxmQeGSxcoWB4G
sXVsIAGYG9EHRMg93Bj0nCXEdMETIBxME6GbZNdlmRFHTSQhSjtcrpkBeUDfY07hEZFYh8Ic
TBQCfQF0cTRu8V7FJ4+OA4se6XOSwTm7Mnike082UDdA9bBFVrIFYhIMZg7gaLkJDHhJiRGc
DAOngoHiW1zPT2sy0MAWA07oDxdIVmZOjkEZHYw6/kLPS6XlN404iQOZwomSD08DQ0BM62cn
m6lymOu0rhqW8KTdhbDNxPW5hiSxQAnBWmQCEhBMYJ4SOiSJHuI7pOiJJ7uB6GF3UoLNkqts
a5wgP6SOigOyE0RdeeDv52uUL9zPPQHn3hpAQRjIXdx3dx0Txg+d9N5kG5UM3dLz94MU0z0M
ZKyvzBCWwSsFlAA2pKwPWBLTEdPAyXCyggD6Du4gWDJ1itJe3PMaZ6WRknl1BmeWIFS6RqCg
6Rk234W+Mt1ZLJ13jTUQ2VMJieO7uM3zPtPLFZ4GMtIrmjmJUOZRvhw0DkM4WmxwsZWWK9iq
EREV4njo6SJKSB6SJEgWTxEw0rWFcexUqiPVmAFSkTmcIXQYMGJ12mB6IqTi7axHmrNGwWuU
Q8q7xTkOB8t6jygKFAMGCI7iF2EGX6xcVJ4AzrsHcBDEzYAlBCjiTuniJjiJiSOIQn1tMphd
WEFUiOtsK9W9SAFkg9IkFBnCJER0k6OVqD7NSyXzkgSiRrBMrPSZHk/WeWM8+kGCEmYgiSEm
QALukglyPEgCsLEjiWTMwQUidEQFHcFEwRYSRsRBFSnrKKT6Ul7N1kmYcScE8dKzJnoIISA0
qNge10modaSyzNI0+zLA0lyF5f1PnjH4oOEwOmeOieJjuAhoEd0jBgg1MYWKFqsdMcEJCdBi
d0kRwEMvrtlElWwrqJCxNmgJ0KICVa6Cn0QdIyQ0OJnQzyXptmtTfZMWfUGeVH1EHlrHoq5j
17yC7nISLiQCiRCiZBieJiYOiYIKGAd0BXaWiZwkAcxBPTJ3MtmfzFkH2qXrFdhn0djz5tcI
hKawyxfUHa2brnmwu55LFkTPGXkxqFGdvyxuO89sFzkGJa+4ZNT0XGUxyxdHWoHn5KAZ6TuL
gS4hfQYsTA5iyI6JLexnax5pVquHPQAcSXHhYMpT1DN3z9w2GBJ2FvUClazDNBiGh0rYitXE
2Shj+j8+KMTJHhC9TlbhONbvgkZFYblcrmThsCsjPuUCwNSDLXp5oBjIUjIZL44eIAWqJKDA
iSNa0CTPrkJHcQ8HINC3XtGQnVSZ/Ew07lZw1RCefi5QL1vO0Q+aoWcVzYz76jy5cwHStXxl
fRpmefLDfTg0n5MGwvNIsJRA+o1YlVmmW8u/mjeCSegieHhq7dMaueB6ZFuBptVXVikqzXBm
zbJbXeNIDETKx0IMYa2BzJiMP0uWZ2jltNeFNF0bKTUZWsGbeXeHFk6QfUiHLBZTr6maWXZV
ktRxC+muWIzhNWo9YmhYQRMkLnpA6ZLKLCyucQFImDbp7xKHmYtf0YGLfpINZNAjXuJ1DIZp
gV2MeZA7ImWd+CkV0zzFH1Hmg2qsCqrrpZvPaIbNYWo6o9lJpXq3qwmu9ZXi4wolEBNUsKCg
KuQF3q9kHrSSkaiINThptMoLvUyOEi/oyR0vE7igTUsgQfcWiUQcEQl67YYkBAyAZLrFTI0s
sdVUQfrqOqZjIzzYzO4TE8d0LGpiBggolAcGMERDkBxLivGjBDYYCt9coxEgWa9otnxC1WuC
OlBdtKtDBkCRmBXO4BhSNOSB6ZInuIUUEAQBVbJHk6z1AbI+jJyNPNBKvXG1mpIt5bg1NkA6
qwwgwSDXKetxCVXECZ5RICZzQeK7N4s03gKuOsgwyATCCm1pmixdsSvS4yx1AKMmoZyrJbLp
ABgEklxANESDFkGBHmlbwFqSojs1lQA5ISFmuQysockeC6dApW7gAxMHEqQxgiFOkUccEYEG
pxFFtgCJ6QlMEXHSdwEazEGaB0rA3okhbYBnpJkSIguFMEiJ6QFvgqkYB11pJoKIW2UFpdVx
1TkExEkQfGlYqXCQlJwHAa2AC1YDzBgvmcLLlDCTA4VSPERLCZEHjkCYg1ughrVNHMSwKOAK
Rkno4mQ4OQ4OBkIOUErkmbn62YV2UuNjsciyDrZj9JHR3EsRITog1eztAiJIELAlc4MEx4Z0
EKgoFqsLB53CiGTi4yBkTu4jSODH9BkHXMcsgIOBHwPE9Uzjdnz9o0Sy2miytYArOpGDp0bB
UztJxkOGD0rYsnjTdWJ6CBg4LBlWGApprTyxkogZy+D5QksRBbmm0fESLBwCuYRECoaYCEYr
N2aizTnOSX15CT0CMq4FV1bZhz6GTKsXoEw4RZdxxxxUzbmSXMraWZsb2MWsibB6CyYmbg+o
wCpISSBCRo0CLVoLQS2mVhsQJBwgCUHCclaeSWyzeL00Wjq7pK5WoFnMkkJC33TE2WyVYsJJ
noHNW4ggMmO46C4AWAcB8YNGzULb8+waKEpKe3hSe0HC3BeLs0zzUmB0hJM9cO01OGkkwhWQ
SXCU0WeKcWYK7HQKFog9MguryOEljoU0k1tL8wJYfVsEIsLA7uHuTYAggC5RBypRaATBW6qY
SL1Yrw8RTFuEXFgX7nnbB6ZAtPPVPQYBF+zeM6+LirLkg8ShkqgeVfiVmZUl6CGp4sBJiOKA
YYYqC4Uc8CyINcRMh65LADJMGA46zgltApunONYazBxRxyHKMZBpJQSTr+XtGaHoMUqsCybb
VMIxr2YbFTqJfZnXTUXJiV2AEJekjlmTEiSpihkGQg+WOXEkmDCBYYkT4CCg0iAjmQI3lyOX
PEMUQwqyh6h4rumuaLKVoORMq+d9ZgmYq6JT38zULcFwiXyREZRUmvZEvSI0T0C+RQDBCKp3
EiCngT6DkWVHSLDgKRa7KznKEadYywkGCOKDXIRJmJAOBGdHEyMHIsLEr5Za6uR1pMGh1Z42
jcoHZx1CdrD9GCQ8GgskbQZAuzEEArUA1q9kGZggSWCmygr9whjBDFkslggRNdhMzJBTIrmc
MiFgsBhcNZkFEDRgQuBhxCQSXKK4WawMNQQOZqlm1l3SaefbGKMBPoPM+iDg65SqscALBFhy
hW2NgEhkedBhYQDAVtEpy5YEkREEJIrIgXEV5IRhIccDRJWYiilZqGIkiLCZW0iCAM1wOEuE
rcBUMDMYNLMNK9gAMtUCNGavA6CKJ6lQvMdOyBjHtcZWi4wZ6AAYIm5TYO4DIAwFrcoSU8Et
iwBYITUsCS6Cu2OJZEkA5Qtb5LYmklymg8SSwoTJ6ALPAI9LoK6LCCKtoTKVriY46tMqOGBn
DbNdoSTMAM4SOIJCmIIiQIRYSMNRjIEhaXJOlbCIKBZFwBAZJqkYpsExBHLckh6XDIgBkhI9
ZyU2iof3OCjuJasxK7ajP51cIeEFgmJXbETaExxJYEJSB3QHIkTwGQBiCJrAKOGGpgK2wJIl
hjMkrsLKzBMXxQHyyCkOHKcsWxVo/9oACAECAAEFAP8A40H/2gAIAQMAAQUA/wDjQf/aAAgB
AQABBQBXkKSMIbAOWBOJ2AkjOJgjJMnqB1IUBiSDAE4wIBhljkc4nYLn87Qh6yzWBcP9rlaa
CXsVCuNJJlcM4LCqycKGYALLAUGHJJPGMSRBC1SMIBIkFYABgd+uAEGZcvOAc9oJLSDyR9ih
OIrdmlW8sFeCWIz7ZBhlACEDEIKt1ORBAyMKxgRmwLGQQeDigLjdcgAEdsUYeAPwTGKJOxMq
G7rENwbfmgDy9gAO8Ojx8CwklRiqUY9sKk41RUMGhVOGchiVPHBxFwcZEsAuFTgM4/ya7gCI
KEgdQMHKdQQvyxg9wxZehPIYjr/HBPKsDIHGdVGcQpJJUYFjBn2JwSQ4IxWnCYAPLEMOcAEG
QIGWiTX2Lj4Zml24qI8jBGVUhOzMCMZRnXsApARQMISbO3aAcRvqVLYFDZ4UB8awiCCk4UZc
AgGYZSVaVCu5WCSyqGaS1a/V04A+19qq63qW86WFIJc52rgjGAgRkE4IK9RABBC4fngBmHYE
ZGQY6AFgQCMJIwE4PmAcKytzlSpJdWIwvnbmifMEjOAv9cWucIjOVx7egO6gP7tcU73kZ3jE
pLs9fgUGoKOpx4yuYAABfn+GJJliYbsHIEKqkE5A7lzD3sBdb0qBdzYjDEsZGotGN1OS8PIw
fKwQCoxRi/JmYM/hsRCDGMYUjgsBjgY31wHicX5AJG6ssObCsYwMzzUGNnIPJMdMABz7BisL
fd5W6Pleve+LTfSxaF07taqtvaac3bOr2Szvjf1JMKSTEZYWLUadzk61gxbD5FCkOSqiThJ7
EWgisk7LM7BzWWYAMrFNRuQchYYSeBgAhhkcgQeuAD8cDH2aEI3aMrtrtwgQ8x/E51JxQFwn
FJxYjYH+3o4tlcMM1uV2FnBnIIyuGwSMJUNvMzVeuo8949bW61JrUZdsaJx29dYDreuNgp9W
i7D+nAs38O7swnsNiNRhbW9albblrav2dKgb9bF7NOxHrrWu1YwvGWXVoVs3GZ03Vy+vbJMA
kgngismtqdhSerQx6kLyO2dThYDPgKOwXIM7DMtTRWT/AEXYopY+6qVV9tW7BlZDYpYQcVYU
4GgVGcuQG3+rdicA7FlQ5UgD2SM7MStZOd4aO2WIpTSf9NzvXGmy5ieykKXOBmxg0EwBYMb4
PbNXdbXq/wCgzFraLsLUoWetgOtdo9hTblbLdlGt5iPX6+LWqCAccSPbpG2SMnCxOQQf2ber
J1IEGJAkFhyHAwEMBk5ue0pW5vYO7W3WWnowDB5Vh29XtEVtPZewwliqyF6Eiqvrm1cRs1sC
QQ7dehKkir+ziFV+oUZEtyofhKthNldi9K9csGxYOFHcRhDY0Lg+pJ6misWmxHrf7NgrjLaX
rZlbBGMWn1Ou9zKAoLhRZua9Yf3WsuN7ykrt7b3WDuQVJyJzxMM/XMMrA9GkCBubYpx/YWgL
uXkUewNVmvtVXp7T2DOxbtmrQbbhralahdfrfRTbXci13etrd3K2d2BCzABgLAJICtW91r0N
Wq4Tz3jKwxL2DF5VPvhIWwzjEdU1Yfy1u1+o6WUa91rWK65Tr3WY2gwrf1NwF1IWqxlSrTvo
Wu2umzP1FFtlDC67S2LHbWdGsp8a9fGavarRW3t7ydjd2LSXLEhhjIepElRIkTr1oKigJ/1w
fxvbK0U332WFfthBAIIOpsPQ1zs1gQDKLCrUeuNrUaynXSnYpdvXWWbFVCa9cGTZrNjKrIzB
FPtdYInsNfYVVvIY7L4us/avTQ5+lwtFoUarsdnZTXU7dwNe4LMrJbHBOCES6pJq3bas0r1W
/YRK7q1RaP3N939hsladph179sDQNfYPa7tWW2Ga4ex2Ex9mxzrM+4+9pNUASSqklaZaqqtB
dQbW2EZGRWKFyppU2OHtXBaGPUwvtNgHXvFye0vL3tlayBQzo1LJZpaovbf0TrjXfXZLelNv
q7giWVup7hLFJA2//rt9lbbh5zW27aW290Xa5EnUsVM1950Q7ikrtV4N1Bn7yxTe+wdhxTVe
zNfxleowq1mbyvcFW9vPQlhqsa5HZqipuX/8lN5ppf2N7NfeLldic+MgHGCKX2bbkNk4VALz
Gnb/ALv3dbYSr11NKJrWGz1+kZt9TTY9VWpqWblqtsF5rIAVKiqpY5ZrGQ+UxtDxt63Yc3ex
1nrukRQhY6+s9mJ6+tlqorpHtHVtaQcEkUs4po0bbLNGgte+wtdvsdusU/WazSMNNZLI6tr0
VJdqWaJDLqNhOlPfUbGfVGLbQctspUeztDV6SLbi+t12F9yeDWYVIK2uZei5bp1Wo+rb3W4U
CxXpsa9lzz02CzsiePsCpBkDKKFZrJ7n5BGEkZT3NraNrr6031W2g6jnbtatbdtjvM3ZuSzV
InfojMxJdhjOWHkSHZ3Gk/h2NoU7GvdT0bQZSmrX0r/Z11yy9mG+BTqGYU4LYxbFCJ7HW1q2
39a/Nqo3WH5JAwfKWf7NilVGlaP276Q2LSwwlhhNgQNflbW9wpZz5arbrrAqs3ewktXssp1r
gLLLQosuZm/h3dgrKarEIxa2bK6+rypcHqU370L7jua9jXQs/r+rio5VbTUze0BCexbvXv6d
uPaEHmfLb3AVWwz2cyzzBCkN2jyNC91ckI2raRm6dfyV3trivYt3kq9atKVnpZ7V0IJliSGW
QfIVxjir1yh1ty7XUKGCnspzkhmYjWkXs8qOcBIYAnAYFw6qbT5NlO2B5WQFDHtH2rYE2WF0
BgfWGCkUages+tcHX1yr7djkCScVezV6uv1bV11RkrJ8FTmxf9ltJRupJWonLdemjSr2bUFT
o73soUDIGcYWnDJMcTDV6nlLKlDOwLDqalLoavZBtV9i7YbcLBsJnD8yBhWckz2nJdlZWUQA
rcZJylf9g7YhAHjLBSQCg6vr1w5RLv2pL6jETA6kAN3z/wBwJeQ3YKKGiy3Xuc992oJs7k7G
xd0sYdq3JzT6M1lXktp1G6H1dtqj13THrrDmlti1tNaWscBXuNob+2KeD2OHgkHCk4wIyLIa
5VxbbTjECuWDdugs1g4qUq5aoNb2ZzOGcVh1PGTOGetaFitSoK6FsFmomNpX4UAFImxPlKiS
y9ccEnuozYtJpZu2arVKp2R3c/aQqDBxikAuyElZwAKzaLKDRv5WN8NaXe3qrYFGVs1baL67
Vvv69Nupb5F9pf0VjYWo2wj37FFqXoWQkEkEn6ALIw8sIJDKVgHPnIWCVkEjCxOSTnk/1Js2
A13VHHsHklmbtOCApbB8GOyLZ3U9Cdiw5TttWU3Hd/ILa7KLVAYJlJLp5QVNjkGepDDL7AQw
BwELlbKxPIAMKg6gRkAYoHQEQVMUa23sVGn2NR/Z3FLks6qCApnXoAfV2PHsbO9po2t7OjYf
c2Eex7CW65QzYvyo1La7UNTlhgJwg5Spd6deham1NZxd6sT/AM94MLnJBP1B7CowbKFBdCmA
g5BwHqpwdgBxnXBZGFi5CCZJxRGUbRXNnbJXjNQgAJ3eEUMWV3s4csc7SZY4AAAT0UAluwRY
AGL1YsVBPxRs2a4q9ojq1tZyx2Zy3XPW+tHT2IPSiA1XW2ul/Amw6kwxz4FUsLLOKAWYUDYN
+u2seI/qldxpbT2y7i2uQQc7GGEHgYRzilgVIJuw9lAmACT2LAAthAYwQD9iWIIHYgQR9jq+
qe0bWpfUxJypJVEVSzAAjsLfqSVJA+xz/wA8QvGWHqCoAEwVnBAABxIGUaevfXsWV1YCAeqj
PU3g6+1LM7Qochj2sJ1wi9gF+SH640kli41fqLPFeF9Szs/qLK67C1YotCB9kJiezsV/+1bD
TJIOTkDAeKXKPawbApfCAML4OVAjHElhKqAMAGKCAMUED1u1WKfY7IuMEZXpP+mJBLsQLQMs
Ml0jKxJseAAGAUDAObjhI6lhi/JE52MDsBp7gpRmnJIYSV9cQoexiW/sJOAAlmZlPUAAYoBY
gHCOddrBl1tiPo7CXVueN3QWw2020YAxZiVzsIdz2bIETOCRgk4VOVr2xkwjkAxyMBAwKAy1
qRZX1wiT2AI7k+tqtF1mrru9uui725Y51HotNYVsJ5cnDBIUYyHFBAgkKcuIZyTA4wdZ7Fvw
TxxhWcgzmoYDN947EMYkQFBziIByMHLWsnauwg2qbBp3vp3UbdOwhEZsa9Wwl3o4w+q2Bn/M
shpGESvwPgMRmtXZY1Xpu1VHpa6z+tT19p64KrfXAWkLKhST+kjeuq0RboHsmavrLdnKfXbq
nX1/Ctz0VimwW7HlDY11oOq7C/8A5tT5b6QlrdO6llUZYAWtq4Uxg4L8uQCF5yAMKiGPMzgK
g8Lg+F69tZ1D7FXV5CYrliFAM4YGKDA6ko6oeTigMxVkKiqzEFtd1furAF9rQTXbSQ9tAE60
QOxMH4ycVSW0dOqikHPIoZ9ipCWSPb6tbUkZqejtfKdDWpDh1IjN0aSNX7nVrFG1+yN0+xmv
1m9fZeKtUErThu7Lqa1tjoIXLaksXY9ZcGcMhbgTLVgthVw2r6a+1qfXaiqNPV6to6bZ7D05
fHAR2kkoevzkEYrkNsjy1PAAiRzh+J5mcBE9REiErclvOMqewsXNbtqrsD2CQia210uruQTd
AB7AdcB5POaFJsvaxah+8y27WzY9jvZnbcuQVJ+roeqRWAj8MoZVBCsquv8AztOaq0QWoPI1
zV1bN/m3LNkE0I/bWULWPyRntdNLB0JSvWsvs9d6taVFFIyxzUlm1bWur7TlNmtl/YcD2Wot
rMGDBThElRI5kMVLkswK9QOuds5OBRNNfZxo19RqrFetQAKaiPEhyzXUkr0BoS0231003Xvc
0cEqrMQudjiozn1nr2pG4JrtYduxayhVsYbNVFesu1Y5Odowfjg4xep+04u5TWd3drJ2Nh3q
2Aldyo1j6vrpatRWq2KcnAfwyBh7Oj9bPS69nke5FW72i1i7cbZG5uuUIIenau121tpLVrIb
N/TMcnAsmYI4yAS6lcUmX+2QCYIZKzZZ109RV9prdmFFlYrvTLa9zPLtLibdIxlrsR7gmO/Y
gMV7NHblyWfPT6EKzBBtWM70qCU0O7DQrGV61SYcYEhi6mmyQDORjKCNi3oa7bWodtxEdrQt
fe5q3WivW3LrGq12JVVUE8gR+bOhGx7EB9jfe3HvZiLXYAiT8nnK28bJsAW0bqI2wnisVwcP
OEHA849/+stwhkoADrxY5W1VHqttsu9Rs11a9vguqg1kdsKFS4rZ21ujWAeZg4JDMehgrAg5
SO11XWmvYsJzmUAU61iMFfkEZxD7FCZfu6jrrbKnEcETP42qkKRspmwa1y6SurUAgrJypAGq
+i+Wca8BlvYurSHuC5v7TLSS7mMT1mw1AXqVI7EEBiGwsmcnELA2NNgIYlZyQMDcq48VgMLI
ZVLZqK1Ye2qsWezdzq+2cP7CvXZvW7jqlVocbQY1K/W2y8NllZS1jBLGISHbnsSunWz7VvAJ
7YZAdlVEvZWt3mBX3GyAd7cuMO+NbXU37DpbobPkRHBE44DLYjVu2unc0VnKyFZmY5rEhnvX
PNaSdoHNXaL2+Uw9inPZdnJqsrxSA+puWI+xpuc/Tthq7SCryKiM6kYlZgqzHxMD1gQhAUT8
E/LzlNgJd60x2vvf9MIsMhLBjr3Gmym1ezuCjAdrJV9r/wCs4CY/XWHJOCDnryRu+ZSXSLLl
asIS5asjDSWLIiE7NdavtO2M84r9TobDLZTYFCn8OgcXahj9atMoqVRdrsR+qQWWypTe/e+4
ltMdsUklyC0RW9H7Au9ZY+xqemFJVFUBRjU1Pjev12L+pqYj1SdKPWV14NLVXP09cjY9LTad
r09tKmA3JHYFnUZUF73KDaLjXjMtmFwuMkMBms/0DhlYjNkQ1jSnEnrnSyGJUwDkmEufKfYL
S13sq7cG9SGf2KQ99rZ9iYA/B5wqRlD9H1rQ4T4n81hfJbtu+2liFQQcsFbC+gV2bKA2aBW0
RBRQcrpxVAED8SP8IyPzGRkZt+q19jL/AFD1qdeys9Tn9RDHFInydCjI9VnTtx21+cWwfrq0
W3t2e6ArTJkmeLR9pzjDgcACZPJjBGCIYxhJGCSzGG7RmnuNWabw9fltBFzAV298qeyrYs6W
bVVdCqCq5sue9iG3NmsJZoVtUyXazqba6Upll/IBP5nCwGBgfxOLchb/AAt0tW1tj0uo67Gh
tUljBVjLKrGfqpAyWJosAap5QH7Owmzr+GkH7QsFjLYSZ7CCcGfGAyCQoDtB5xgM6xnWSEBw
RmhuGsjZkB2YVuBlgWxGr6bIqXvZYlKbe2tzadzAPWhZK7WELTmrWdqwcf5E4WONyEEfm2sp
iXWriWBx+P5xlVxuejqtzZ9TsUAAyU6GD3EHFZQKnYkybbF+/JDRLknO3BSHBGdeCJAJkHmY
Cy4/gq0AGF+WYyPmM7jCAR62LrF17A3Syo1942brUurNT13+WhdOl7bE1r68vvvUUN2ZtWxx
q0iqr/L5wjAMA/LAMLaUrsodHb8EwA3M/nZ1KNkXeiGba212RzXWSykJav2DiwMWy1DPYHOv
BBB+CoIYsoPBwKFw/JCgdlGSpPaMOGAJBb+DPUSDo2BN0srGJwiDeiunh8Qqm+r12uEQ21g7
9ozUpAautgYxnCDycNuVK7bFa4u3SSjq4wsuEjOw/BMYDhAIuretq9hTnYY5+qbprsTe1pXY
qbAQR+NrUp2a9r027TZqVlMZAHodRhHbCR1aOpJGS0cduRnEspGDCxGMWCBhhVVPYAdgcMyQ
MkDAqkE4pANBK3KxK1lerHFHVrteqwVIK3U3sErVXOrVY4UKP4OXvSU2t5zi3bFltTpFX67N
VUqKMKCSpGAQPJYcHc4B+GUMt9ZpzUV88k5t/wBgLC1bbVI1/Y3KlG5XZisCMjjc0Jy+tgal
ZQxbqzA50PVlKtLQJLExi/2cdiVVm/8AQMK0DJZgyEBQRg+2GSBIIfthaB/MNmuxakWlQgxi
oXuVr09ZrLNi9KV16Cx/N16rmzsNltp7i51yy+3NWwjNHbY5MAN+OMH+LVIwTXCDxqo9grVu
L6zibcWIKrzd6+3Xyj2F1JovS9MDKc9pSvjqbgiGgqOjAM0mBFo6MRjAjEYdexOS0ACGJBAA
xwCGztGThCnJgQYK9Qg5Wy/XqpZL1/8ArAKYlDtY7ACqlVMfic2dqupdn2CDNi8tnIytgzD1
NjKyGo+vv6YLgUFnYBuAcGD8x+Yz/wDoK4qMLhZJo2RWNT2KsP8An65Fr0altvsHZvX21ut5
7G8xcUdgyFV4i9SR04IJc8EEYWxZBkxJGROFgB2BVRk8dgC6iAph/wCrEZUSr1W13Va91mqy
WHYarWYWgQPEC4/DGM3d0ohd3zauVylb2uVYMRx63eZk9jTrPVRWs1uUStVKQAAMEYD/AJ//
ANCf/wAzSBBOV1XRqEdl2bVNlFtjHVtD1nwgbV0dFYQRhkqfhuxT+GRiwHUxOKQWKgZGBhki
ekgSAk4ZIIckBsicKmAhU1qpYlhld42TWNnTs0Nh7B/htu3S+z6bW0LC0k6jhLmM2QIR7KrK
dpLwEDMK2RayURtipRVcLFGAD8D8j8e41vNrCixcFYJoHUN4+wNKl9kqtm4XcXd8RSpAYElm
s/sCWGJDZ0aK1Dts9Oq1EqVhgJbr2y0HFAkGD/6hSxMZMFvsVUZ1MGRgBVTWVwLibGwg9X7F
zsD8PYEy/cJx9lUXb2msztGDlWM4cIJxROU7D1NU5atbCAKO4TVqVgvXAc7RiucBH+Nshdy4
lltJVVaxEal1LibHVncnIRTTctoEEQZVoz6xVxZ42ykwbGDNXHhYgOIGBSwtDK6g5PPaXPDA
c8T2BYlBh+w+SxnAJPURBU6RI27Td1behbt8gi8WLs7UuTyOM4nqYKgr1gDgyJ09no/lLpTt
ABLTNRQhragEsRhIGBuQ4mcNhF08WGFvrTzs5UPYoQ2GAWOCQ3UywY5qgJaGVcusdQbzLWkA
ORn7Lwp/FkLSAIqrHVDLvLWD4/8AQA7kfZVjCskkDILBV65WwD2hRaqywCFXWTWGR9feW7Xv
u1wGvDZZsEo3GLGEjqIJHbAc/iBggYCwf1uwi1lgzFLQ/ldMosFoRETOwwEYszlkCwfFxAX2
DjzFywgZ17jkEAYSMbsCG6lbJUr5AywWMBSIhoctKrLXPJQFjaxVAy11f2wDgmRXBLMQSYwk
yPjg5JAUzla+QMDisARXXjdZuZg1NJ7PRV0KwQYwzkSGILD5acBMCZInPjFZlFew4Pa7Kq6y
taCCrYFjAIxI/Gw0FGlb+U9lrtXbMEAQ3wZkfJEliCzAkBiufsNn9sMEj5hoZj3Dkk9WZECV
g9mia4GcZ1jPgA8CTkyQIKkQyyepUetbX/Vemp7LCtYYnFaFrQPhQspBBKQwGFREMMJkhTLT
IMEHiCx6KMsH2VuwsKoum4YLMA4WAwMMr+M2CAKiClxHT2lnfYmRBORhBzkYQWMQrnj++NFe
VlsJjOwyOGBwEg0lmfZYkKoJtk4FMyRhOKVgfBjqCFzyLJE48husjUPW5NeGekIu2KqhXbUM
86rle3WBsWKlbs5ZDGAiSQcJAIIwSRAlgc+MkAuZOia2Qgs2iXTZDKQK8FZxUEAfi9SwpUgW
/wBfaADZJJwAjJlmxuxHJztBYE4i8Mi4ocAliWGSYJ5nK+qAt3xR9XjvIjAFgkQeR/A4zjCJ
yIMcgMrUed63rrRSiPl+jUK3qZGXocprYpfq0BXVQeJIUlvgCDDQBwswV7YFMHkaKQ/hXK6b
ExL6qUPsqVV/bKrD3FIH/Xr6au/XsLdanTXtDK5E+5VUsJOBODK51EgRgJGKRJBkEgkThiCs
iOo4gnkmck+PktWtddRPY/wDk8GCJxjLAcn5Y8ARlSxZsqDXVb1Q7KA0M7ZW/O0tVjWVdDTu
WVZayW02noVQAAA4WUARPcEgwVOXKEdSACpOaVZayyytcv8AZ2Keuzs5/wAzaJ/5N7YPWbK5
ZqXVnRS2lti2ysa+/ZSaPcatx9xcHsK51kBQM+y4XJwqYHUEwAgHUmcHORjLz3WAVB+MJMa1
QZdosWwtBGcAQDg5H1BHz8K09gJz1tBLbOvaqWj6UogrEAAsMK9leyp2v1YWq11SmpLX3dJd
Y8SwGCVHGcZy2W6DbSMrIUrax9ZKqrW2aGGt+q6oqAQMNla4btee1DZs01WLdqbiLU6gbesB
g7OHEBTAPxOLGGFB7gAkhRjgAAyJgADIqgSGUyy855Fp1+zMZHaRAAiFYQSTEDscPYGJHUri
qXaupa06h039RVTWsIKdiOiLgZ82NWp1r2LUOwsNp7IrfbpF9DIFyQp4w84VGKCB6dyLDQ12
4PXO2freFqrfVsia9bqKtlMvfaZBq3WFfX25Z664ZZ+/rjT9kL1tp1bc1KS2ezoroYg9iIwN
ABAwEkmTi/PzkEYRkkAliQYyWhuW5ypf9m/rHpCjPmxiCew6sq9UAOCoswVED19X5AqHkfT0
/Bhthu05sL2rRzVcgdwzBAFDBbKwu4isqfGvqrdapAz2SeO9gVcg4vORBALZ61zXsU1drFvZ
K9yyyzYq1fKKr92pT7HdXK/aOwN1FmA8SMYIy2Jq0VivXsAQHPZ1mwE9bHYnCMCyQFwFscEC
pQzA8AkiYEYOwWGg8YPnSXvfsKG1mH15Jk9fgd+uK0moOydfq7drPg67+K2ixWprEZwRwM9h
Sar6LrGZ3SKzikjIU5sKqtpT5fnPaMBWWIwFnyYBjGnKFHmqULXTAX2GtZu31aiLU+uYGqIX
TqYbGuyV6ruirhAzYqR6tRlWtLqqztILEvUreT2E8sCQIzjCYFJAYxJ4BkDkqud+H5YZoVqc
KBqnrYZBxQIYgYpUgDj14axLaiFsARyrBgCco3fGEZWUMgOe01zZWCwZLD5KgHXurZD9eiMH
XpbU4evZoW9L9eyl1Y4BwoJwyR6vR7sisp2Nw22+SihReseavCQV/WAwG4Kl9LYWEvYVJtQl
ra129giuzzs42ddWzqRhHAYZJlTOfIPwuDgFQB/PBzssPBZODqBhSbGWmxnsYnAeB9hp0rbZ
fWldvrpFEDpt0kEMRjAkmI07GbWRQQVgWgPXYgSwEK2szHJC4fgAdrqlcevcFVCnPb0zSVJb
EDNmn6yVqoAz2m21OvrgGq57UZNx3IunFvIwbJxXrbLK62Z7mQ+Zlay8NhLLbfc3XXJOX2/6
jMghsIBwgSOT84hk20qoUnJEdeAJyBBIBqXs1QiveJVGZiTwPnOI1WetHbzW6SuiWNwR5Dsa
LMLKr0FOpbcKEWqvuozuTgWM3UILEE0WN1orBxlVFU9mcOBq2CncLCdjq9PBGvW911XrW1V1
3pdRAzc11sdl6JXsWIoqqdRTcp8xXH2SCm11H7juLPsqloIhUkjZVimuCV2iBrg4Hg9zjc5D
ANIVDBaHqAPYMCecgR2WOWbWUeWsTm8IKIGxgBnwfs5p6gKFBrI7OksyAmWADdxHQ9srJJI4
CkLs6yvTYvV6z1am8qWs7AAwSZ2wFakk0jlrvXg2VotKVWq6+KvC9Ry2yorTQFF2vLbFTqyb
dqMtiOpCBWYWKqL0ZThhS7rCkMzoVq9esU7o/wBU4QMCyOvUSuFgApLFh9LUbARIhsUCOIK8
6Klrh2XNqxQRYnU9Z1kR18dSYylBS4Yuyg9ln/XNgMAscQxnJxUcYExgSK1RRv6arncjK73Q
1OrmwmA85tWhhpFl12aFiy020ldfV2LU2GsMmxC3Xh9p0K765bsUubaUd2S6pqL1cIgbCEUs
oGX7IRW2rSq7Fqiq8XVPdrUpdZ3AzjIdRM5wMKmaZDtMAIV+MhRgYAfWDxmjV2wL9b6BcH1b
0xlZTrWlbJLn6Nlp8Nmsgva3UQB9WxBTW7smigLaNJFqtVi2sCLlJNiDPIsJWbc3tLxMO00W
+N22GuzyeJAGJ9f1/WrrHZNcI/Xh0SbKxYa0WssYS69lZkexQSRct5Y2XqSzQlzrhvuYm2w5
VUhD8M/0xLSuMSWqSt6hWjBUIN33rByYE5V8/OePrltaq0kBSrDsYPOUVjxF+Fg54Qwu063T
Y0rKSt7qBYz4ldjt63UZaBhasA7FYCbCOROFVOdFg11546sFdQ/HsqqmSwhsSslEqE7ajyeq
1kvsroRcCgBiRlpnPKQj38y2K5OWhASWXLUAVT1Wu8zcaQLILK0Gxkc92wEF2hm7LPANRYlU
hK1hbVYrPTFaB9jlC4i4apFlDWFqetjK+eHZ6+wrQbOsXNa1yxUyogGJtEg6dbZVqLWEqr7D
x9QaFzvQcBTGYZSyL+Iw4TgOFgq+y2xYtVBryy9FDXXFkqdrNPUXXp222aLKPYeTLrHi2+4M
brmwWWYLSSb1Jsfrid3YnrgFQN2xV2ZyfwSRhmDGLkCfEXLo4OprqtXiAwggFssALjqA3J0w
xujrgOEOct1TY1NaVr9csrCtWWYomWCHX7AgAv3k1l8NYGeOnsKKo6sStbjOrAAFsqDKuM2H
nJ5/jctKre9Xjv2QzdyxAYn1Wgqq7hV2blsFiODr3vN0ZwQqmSoQSpBZWZbeuOxOX2AKoBJU
YJxEZ2s1bkADSEcGul2IVVw/UK7FAQwPObE9WDB+qMtXzrGL+CFiFRgJZQu4Gs/dSLd2uxkX
kcZYJNPw9fHj7Z4ORrVyKa5RQMiPxGBR+PnCYwQcMTPG+C2l+wwDSAQM9V6/yszKi3bDvlag
F0Vla1K2e+x8W98RwqWXLLWsWWYDLjsM/ntJHbKdR7Hq1URGRJ/XDtakZ1Di0AILOVMYvyLU
W22lWyzUYq1fVurjNGl56Ds/AR4z/wA7KA2fpCE1q6cqGFgC0HKScV1NjMAwYZ2BwHE+CMj8
nOVJw8Ye0jjGXsl1ZW92APpdeu5gFVWJObFLBm2ErBse92EY2xTD3MzCp7R4wmG1Ie9WLsxz
5w8r2k6dCVVKEXDZ1PdYZlIDglrejfZiyZWD2+M3KLVZLrK8/dt69ntajVVAqhMPOEhSCoJc
nAAGkQYlUaGqcG2l0xUuOOrJgecIwEHFksg4jG4xmIIPMYROMuEYeACCVJOe0rKbektL2awp
opa7rlmwwGzdsHO5OB+GLNgqBIoXC6VrZerEkkiIEYKbzlWoqr1qRQz9g9oIuBw2SfJJ+pzq
SyqQEwDFlj14s1qWwadYKIqKrFhHJ4DkR2w8GVIjgrDUKIjCJHQDHqV1bXdM8vPeRqAkgfhh
wy8AmR8Y2HLBIUEYk9t71g2G0vUpWLIRbP8AcGfxlj3xaVLLQHMJXltzY+xYQQcI6BZBROzV
6ijAFC2QVmM5GAk5AYqpCqjAqssxK4DOcnBIVVhmeDxhPBAkfUiSeDnUHOpJJJA4yDFh7BGZ
QlgYfiPwa0OKiDAsYPwRnXj+P4yOCuMnMHFVQS4GFz32LSMsDS6tlCBmep8Pjrzy02C2yomA
XMHAOElzTriqtewzqxDHCyx2Zs5xokM0CwHCs5BAVQMeIE5B6zkwCwkGMJESRghsMkhSMg4f
sY4CtDNxW5GI/wDgRg/yZJxRA/EYRhGEgBrFZr7VpRvYVs43tPD7LTQ2btrZUbmLKqjY2BYO
xniYY4qF2Fbd9XaUBftj9ss7R9c4UkE5xkACCcUv1+QRgBOH5t7hQe2NasAtgMsHQ4WML8Fg
MkgnCM7NBaMiGWDgHCcf4R/gMn/JnUYeQ4BW+q9LNra2GyrUFuL65Gsr1vW0lvYUqtm7bY9g
sGMAAvYn4EYjdSrr2MK1Oy9TiWDIOqgx0BwyMYfVlJwJGFyMVsJUMTGdTh5UjrjJ2bqxDK4Z
IBaMTlCkYoCh1AY5OWTiwCokoIAJwNhPHfA2Tk8Tk5P47YGBwzhUkPQDiVtXmyxSijeFlO8C
yyWyWCh2AEsdDSO0/uUSrGTjq+E8KSVJMfDeEWYKV7a9z1kNK8jFQwEEEHrMYZJjkyCoAwEn
IYNH2sRchlNYOGJMFnAOIv0LMB1GM4B8knrhADVNJAGHjO04DwWn8TGK+AyO2GYngEjDzhaC
LVTKdiu9Zx/iyGDN4dq2qsZs+vtVjIbKwbH9XqtTX7Kjz6yvYh7B8gnPqBBGfxUWUKay1vR1
0rethE4GgMc6nGEn+DxhOOSWRXTA4z6sYGFVbGDKx5LAnFBLCBgZVEthWRBns+Mp7V9ZUxjN
wWxLBhIw8krIHGLjXUplvtfXoL/duWq3/ZWMP+sxbR2rMXRULT1qScvcIi3Bj7Wpk2Ne79nV
p3mrfZ102Kkqt7pY1dnrrTZrGSNqnwWjJkfU5xh+oqaq0XVsjSDmuhNjkAtAP2YBrQREgs2A
P3bt2mQ7suI7FhZzXYWJquwEwaiCRGBeLGRAblbEuMeeW8jEdzDFiyAd8d1VTdWV/YrGf9Ol
Vb29QxveWQ+77G8u2/YE9fc+UenRQvrNYZ+tUE6lR2umCcg4rHPaMVpS4hbB+7p6O0de/c12
qbV2rqMf2dZpUBn9fSqa5HPsdVL2evx2DouARn8FpPZg1bVbCNorOtTXSshlsq7H4VZLL9W+
CACqiFMEW1zjJBBjFdBlu2ir+y7YLbgthVw3cnxIBWiZXQAPCsIs50EHaqVzvKpHsbHF+1dY
HVwgrvcVettfKvUiKfX1qEpqUcAAn8GJOHJGA8znYZ7RvpQyh9V4NvrUsturVqtjTdHMhdHU
bYuSoVVOYOwsj2VYDqQcM4CDhH26ie5rbX2DevcMtQPWw/QV9gKipdRhqgOSCLAzMPsVAFjq
mW7FYw3JHlvsK1ucGsWRKkICDP6gKxKkY0HEyOKaGCrQ7MmuwzwVQaapVVDLxgMms84MH4OE
ZGEDIyMIzbsaxlLLYCwFd2NtVsLLBjntZp7HrtIVX03VvjRnsqn8YR1aeCQcBkEg4Sq56+Wy
k9G6qc8ijB1fGpcYVBDEqHvrOWWsQzbDquvbK69ZwVoMKKCUxwVAdgO/Cvwxg5GdipVicjhV
RcUgGB+GWMEAiYJggQABA4I/B/Hxh5yOZxojYc+S1iMqv7qrKM8iZe7eOSciD6i567mPLCM9
goOqCRjnlSIAUhBA1dRrcFQQsWGI852YFzBW12MscZcsUBlYHHrEsXUELhVo6FcK4oY51bGr
6lS5YQwaRgc4zyEcDJ4VYJghHnCBH8kHssx1wAlREdeZg9hnzgYQHBwkDCZxgQHYhdlStkB2
KquLY0qjs97MEq7dq6ewFVCnW3Fd5GWqGW6sVYUYmupmOvoLYaPX9bnr6BiCCTMRhdzgYwvB
8vUvYAGdYP2xmcDoXULz2x1kRJABzlcMHCowf1jthQSV4AKZ0syTITisAFHGOJxl55kAg1mC
ogMcIJwWqcDg40wEclBAnCRmyCVvix1wJywZDQ/W1v8Ae6MlavuMxNr96t3qtVhsVSSN+hPA
PsdfTYhVWrLLrVat1uW1OwIKkqWHIxmJC9oHGDF7DCOIhl+xaSoIOAhcBLY8hvjCvYlRkBcS
yRxCzLETzDFcA4QwRgIAIOKJLIxwCMDqcJbCGm2vxulqsAAVkYhOEA42bBAqcolZYZJXG7FU
PUesp8mW1vXaRW5VCDUwRldCFY5tGdbWqS67Y2wmNv3QrWWZXY9FgZWBWWdBIQHGQdTAI7SZ
Akkl2GOZLDKkHhCjIIxbAC8MIJysmDIwqGwgRAkAZBJgQXyMPbFIwkyGJHIx2fEjK2GdjLtD
OVIcmm1bZFbzgYYTk5sV+Sm2tq2cjszFUtYABhPqK2VdvUr2Wv0b6SpIatH2CiyoMD2Fyrr6
TvU1igq1iMyMyO11VlevApggmDhIh1gWE9FYpgJkTJE5wBYBFHKkHGXnoQZIUQwC8RwB1VVE
NIzx4FEdBB69vKrF7HYoBj2BSCWLdjn2CqGLSQwtwsDjARYgK/7azU5XFbAc5w85t0Gyq+Bc
bZxuxMAZ60zQ0x1E3aWvdlGpXQoIBugJu2+W9WTXSXus8SJh4MQaU60yRkfYjhoAcgNh4DAx
E51JBkGsxjEkWcYy8ESqB5AKk2hlCg4hEqolxy0g9hBVsCECAQqkGwkYg5Fn+uSFRobktaSG
F0Y1uLYDjS4kJlN6gfIUkZ84RI9tqBbKNSwrZr9WTXHl1airBST1IwGMOPYiDd3XuVTDpWhX
wkYLHQ12dzp63e0kg/yTyfgqZuVSSAGGCMDAOOs2qTi9kwL2AKsQGnrB5GISQVYZ2INbBzYr
9fuqwSYMcsxYHEacKnK+CwAfieZsCpisMYnHQqCIC2AkWA41aWYQwai44Cpz4yc3wGatqwmz
ZWW17XazVQrUZkfJy+5lFtyJlmyrFUFjkCJ5FJsfU9eRgREBnIjOvDc4S2WRJEsW4UCYjFXl
kIx+0cKqR2e37d3OEk4okhYL8sEAZnHSQckl+qwhOMfsv0HUlfhj/clevOMQcEBjIa0govYB
q+p7dW7sMsiwB4xHBxSTnwNywAr2J2gVbU6tsqoAjkCDe4rW7ZZiyPeE1B2NKjChyxj206x1
Rj2VgwkYfkmAxIJUtlobsBDEQTYpIsUhWfHcxBatmIIeLEAGCRigdq+xJUSwEkAjjqv2cDq3
Uw9kl+rn4wNyQM4wlcbsSoGdJLQAy/axVXOzABFxF65duBXrpsZqq26q/UXba65GxVdgeG2U
7JqADa/tgHI4zcs8jJX3yIBnJjHfoKqjZYoCKAWzyFWQA4RBdkUG1cFjRa7kswDEBh1AxRwf
hysFgccjB1AOFicLHsjNjrhJA6kZEKDnLtHFYZmYhWUxndTlp4nDDFpA/j5x2gNyWAIAiwwu
OSM7k26m1WcXaZ7FLjLbmsvUdR2YiSwRul1Lgp1zacKjj7KAQRGH4tYLiq1+aumtSkHB2y0w
FufOzMTWZ6tiqRlihi9fJjOwlCBgIGWRJaCCpzquKgx6yMQdmJPb+xPTF7dsKqMJIPZupUCw
9QAYBkOQe3WcMLnfsCIxWw84ROR1Ny4QCzIrLs1dWUnPXqk33Ii9j5FtgD5Ug5fBajcamlLC
2bNK2pam0mHYvXDsXnK2scV6ju1OrXWoAJ4BYThYjK2XyAp1IBwkggHCYA5BXjqQZwfL/HyS
CHDGJgNLVEFS8yjEYTDQM+4BkCwkCHi2PKpgdhB6srOyt1bq3U4T1HwozgL8BgQCAceorYft
m9T5KUIKh3XHsd8AIIeSlpUMysQV6sWayqes4c6o+ClVPVVPzgGfGHnPgMgIKcD+tZlGfBkd
mYhDEEQcUAKWkEmWhcYyWmKyuNwvUxcpJQSz/CQROPxjgduvDz2sbrghmEA2KTisVBfsBIVz
AU4DKhpBHJDB7UED+iFQNjUqtxtWwM9bKSynGEnuwJdSvlchFkrwhYwYON1AQkqQcVoAbnkZ
yASSAVIMwXM1OFUywJAHIZ2E/aYMIJB+ob7YA0hWKgAEQD2h/IJtVRglWJ7BQVYCcsjJAH8F
RLKxCMM4l17DqSikrgM4QOx+TPSsnOynLVaB83Bu0QSsPZBz5yzVosWzUsrxlIYMZBnNPXLW
KsZ8gScaJVuhBPYgDABnYEEwJyJMBjanKQAHMqefkEzjCMBOVBuqrI+GUHu/AjrgwNj8YJh4
IDNEHBAy0En+YEXNGE8IfrMkrxEj7IwfhnY5WJc/CiCsBvlWrgvX2DyuScIBBitA5YICyvrV
Ox1K5XTpBVVhTGKTMlsIkMeOzYVBVRCAfTr2EgKOMYdWsJJZgArTgIAkQIy1IHQAKR1UnsVg
ssAcJ2cu7kKTwGVcZzK2ZJYqSWjlmJBnO31uBOBiAOcXggyCpGbKNFbxjdetQ+jMQW5IHCgw
RweMtrL4ZRgCRAOOFGBfqjmGU4FIxQQEJXBJA+oHU5ZV1xSRgJglsRRADDIJMHHDABSbLAA4
PCoZCyFMY4zkqwhypnq0AHrbWzgIUx/sYBIg4rOuAySYIsYHvJIEqxXIEf/aAAgBAgIGPwA0
H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwDuUolEzcr6jaKnQaLlakb2IIv1LkN0FGgmTMpaDSo4
oOXX44zaC1EW1klqNjo7GSThjfL2JRVkkfUmZWpCykU6UJmDqVqUddjZolzWxylr1Lvo9hy5
mxu2cZ9iHWaHQq4MlE1oTZMaVW/texFzUUTxHivnIsWRMRqYy5W6L0eg8X7IvYvpP1Gk/kVs
ifkyVWTucY7l/R/CZodPgpsUXuSepNyVQay9joSqs9SToS66EYic9Pc45ewosZReCMlC1Y4r
juLVibdYIbpsi0bEuslFe5VXEnXI2OUlb6FXED1i6InrAm0uiLehMwyIlnJsqjtcJlGuMXFW
o4Uvcaf3O5GKn1OVmRq7EZK2oljoN3YnqQqM9v3JRRJp3HT0IgepQmC9XoU+Fj0KnJfChUtY
6E/Hu9oGcUpE2U1MmncUX2JTrqilCrk9NSZjY3OTYpq1aBt+w6Q1qRYlVgUolXZrBH1IQpq+
hKlbkRUXFqdoKKctkQ1V39BbIlO5eYNnuVdrCdCG1I6pNb0RP8leCHr9D9Szt+5RfBIZRSfq
QraCbVfhUlW0OpI1ozitTqSz9/j1+CSVyjvoRJDddiiMm1SCZL1FirrUeWVN0NI3RDotyFVK
5yxEkqExR6GPG+QsWuTdZFpGhOg4d6HoTNxL6l+onHqQvZoSmMlqRlqJO2XUraxXSxxiDjrj
9R5auyHx7td4Jzl9B5WTutCVSdCW6surR7yTuNlRpHbRa/BdCdCnxrZ/BxfQT11K1F0K/DY6
EGPFV6dBY4qGrjd/Qm0XkXXYyi8VGk36C5QpIcM7aD5WQ371Jq8U6JndZaHZjKY08ap0Flko
SPyZZd702GmsnHQWeDySd00KHQaiZFFkQ1TQh30I6HLPyR0O3Kelj8PkUZJxXU4xVakbbk5e
wqe5Diu2xZuLjWS4pOhCs1WCcpc21ZySXVuxGX3P7SJ9SyN0UXqUIRsXOp1XwkjLNJq61Kzi
v7mj/TyWUXj+iRzVM6DY5NmYK1LnKfcvGrG1VbiSctGUOIKqnQScpTcfJzFmdBPJz0JxbS6D
wyUrBT9TFvGIuyMcsU9akc8eTu5Fjl5MaaobXlXpJ3eTH5ieGUtaI4+HGErEqh3V6C8mSjoP
KYIdHuQ6PQq4e5+RPHPyqiWpi44vK4ttyMvti25C+5WSJw8WWWPVCefjeOKtGo/Jn48lhNKW
JdOjKKm5CpBycvJa7HDKjdm9TS37jSVxyUK23IJRJHwfCuVkQsfyeTJrk9BvNpRdE45cW9iI
5ZavQjyYpTbjsLPGq0gax0uP4V1LURSxj6Dmuw6UQnpsPLGZVh9bkUIgxycTqtDJWqKB45W6
Hk5Y0zVNzJpJRZI5N1dyZqNEOi0ElXcSSovmRFF8xw76EJQ/U441y0mx3Qm77E5Kq1O1LJvU
T4rk9ELy/asXZVIb4wqnblySJdMFRCbTlanFWKoaalbFksYVkRDRMUI0FXuVcYLqfx//ADkq
52Hr8U/n8JTKEunUeOOLyWNKWO1LHEu4WiOUOCs49GQ3Xcy8TdU5RKV9Ti17kJwVrGpSsuwn
bcWK/tHk6NGxS+46S2jLkugosiE5Y+V9B1qdR+S2UUEs1GSplBl48cIduRGhGKqij4xciZZD
dCIJdZ0OjIVOO41PoyGp6iTyVaCX6MfKiNVA1puZZYuMLZPUWKsqE5OF1JyzXsUTyHCj1HKl
ZUTGrrUjFwtSFLjYhJo+/SbayV+MYXi5C8mTb6kPN+uopybSvicvH7rU/F48msVeBJuu5isn
GCdepGOOK9SuKa9Bzip0cGWNHGiPyYqMcaNkT2kkb6l6Cig26JHJRsmyMnD3EnlWaD7vQTxy
9Tk3KZxskRjTIhuWrkOzdyNdGJNTBlnioxyUe4vHk5eNGN+NThFIIwU+hxah7+hOKbW+guyv
Ufk8ijHRTU/UxxhPJ1bj/qIy+7V3K2dmYqe13TF4/HHdVJ6DxwhvBdybiosfMo2rI8tH9pjy
q2peIvH4fGl/c+p25Nb6DT8mUTaXEFG526FbOzZoiFZajj3ZaFujBvFNxVwNpTiWW/sVr8HW
MmcmztlsWO92QiV7oeTVXoTroOO2aC8n5Hnh/JJjwylYu1TPHnz8Wiu0h5vFxk7rYWOD4q9d
zk/dnH8mLa0lE4OV0cnLKMY3OVXlMcTLx4OMkrHLDGUiMsadRcsKPVDlvF/xkpkmNO248sra
HGmWZKcMS8lWTjkl01FqN+V8fHH1/tH5PH3Yuqauv/cPFZLKaQkJ5ZcW2heTissMqNeo/wAO
K5ROOJjjl44ScPtEpo6MjJ3UkN2HLjfQWGWSeLsn/wDYw8nkT7a0rQeeEUUTqNpqXrFzn5Gu
TtQ/BRrfRR/cLPKsKsaHa/Y44qquRmPlStBJZWsiJmCVi2t9CFjR3nRixbUXcCxvgrD47WLa
fuNuHxq8RZxxmsGS0xdELRDrVexstx43io+WTxikQJpuN+h+DyLi8nTyIyw+5aMeONXk/kL/
AF714ilzllRLcSio26LGtDi3GOkakqmT1FVwnXF2ZivG6t9y2L+xOKXJq+pxySetaFcbn2tE
cJJXjj3Mpx44K3qZO70Rlycu5eeh+ZqMWpTgxyVk6orCmqGsqJOVAsqwr7DyWEPKzFetjGVW
F+hN8tJIo36Hc5WN0jLLSYi9BOYa0IfqxZKrVjBZfbjjUol7Eur2JMW+1O8UH4PI2m6SZce9
5WbMscK5VFl5oppF2cubxx2gy/nk7ToZtY3bhGPjUwrsypRfU5b6H406asSif82p/wBx2nTc
hVToz8bc0sZeRuU3I3ocrLQh5duwm6IjBe40qrF1FxUPSRzXI8iwy45PU5ZeZQ1Wr5Cyl8PH
RN9DjlKHjg+7KhrJ/qp5Jr+Jy8eUL+3K4kN/7pt4/wAccdX/AJh8cFi9ZRzyj1J5YlGqbCmP
kUheyKZJPocVM3bGsqZVqzlnlEXgfg8bmFGKewpVXodzpojjMPVQPiuPkV5GsWoV2f6f+p5l
fN1X/KLP/ceTk8lySxbpP2izv48tFdEJZJunqRjRK5OVnsX9tRDy8mOTwSlcdxY4pradj0uK
XaxenQWKrO4+LVFVayPxPFvF3bsj82NeTsYeTxYLLmpvAsvJxxx1SFmqtuhLrLrG4lim/I7T
b/mFllVvRHPJuuh2uHqyXVJWPsdp+pLdELPK0X2G13ZZfYzhrqmZeN49ysyWo9SMs0nsZLw3
S+4xxxfJ5uW92ciW6yJYqF/JHPDDuiJ2McMcebvlkt2SknvNzngoxSs9EdDYbbgTzVEY5zye
VTDx5P8A07ND/E2sdmfc0xrHNyf93JseTbeWjJ8z5JLtncjdDVcWmJS0mJvKOvQnHOishtur
VDl5MquvIfkeUKPuGsX2shJPYWWTrb//ACLETs3ZHdLTHyosVrYdZhkrBON7FsWtoE3hjnkr
0iR8/CkndJ6kvCrtBdqftRjm8JaOxRSo8lk0tYOPn8kqJXKyZK8jwwf2PE44efPPcjya/bJy
cwtGXMZqhbSVZGOUJH3P7f3GsdblvuuY43WLsPPlVqy3G8cZeW+gvBllwySlOYF5PLk8s59h
zTHcx8eD7cZcnHRWISpFz9xQ3UbWpyVGrnc+LiKaonF23HNSYidCtNjFZuUjGGr3G3k22xKS
iT3kduLOMTsJqE3S4lsc/wCQ8W7b3HHsRqypE2UrYh5UtxIdRPawmlLmxEq2tzsyldWcodF9
R44qG/ucHFwnuQQtRLyZdz1k7ZyFyTxX0IWTTW5wwxoqSRlsnTqLZEfam7uphZtKk15DWPFJ
9CfNLWnQ44b3K/M1ZxcpEbWOhr9sfUovtuzlk0qUHwfLNXaE8rzJ5FFclToSqNWZHmXdhVf5
iW/xYaJ1YsWr2ZWqRMG/TQlKqE24a0Ik7XGx+N11kUrodyhv4JKgu6K1ImnQhV3Y9NSNhNu4
sk223Yy5OE9Dh4lOkibacXG3RJwheRK5MR0Ht+nwrbYlu4sslSzOf+28ieOmKGs8GPFYNPYX
jyxjJ1yqOk6quooczqZpqcsatijGcHfceMRSUKcrPQ5eSy1ZlmlVa9CjhTFRPJpibXpBDUR7
nbQ6slkKEiOVd9Cr+RTMpB7R9SMXV3Y0smlsdzqxcrTdErU/Jg3W6dFJGeMlcW8tFsd2Usgi
NKkca6Ml30GoEsabnFKrImu6L10Rkm+OaVJsS0oeqYzHjY43bKUWpKfQl/Q4jXjo0PlLy62P
892KapfUcfbLuLU/YdZLFKbCTrBLpjqLLw50dVWCuWTS6jidqsy5PuT7pqNv/gQkl6E45Nf3
NaoxcJ5te5ks5l0xSxka4vGNxYLSuSG8HS+U2Fi1Z3LvHJamMJQrQRqrnU1kuoOTojuSJxU+
woTlkQa236joyXaKFXMaFmddGLl3YWg5u6rDHlKU2OTgjJOBqr2ISjcadDir7iWhKdXqQslC
K5WsS4yncdOLVIG+L4J3Jwoznzqtf+k45XdiEXkTdJ1OKq7GN+pK+bG8nEWQ3SNC9iXfqLl7
j2Y1dt0HNG9Cws8c0sLJTaB8W8luqmLSlp2aM8+PFt1XVkablIOXnwfjx0b/AJMxyxsnboYv
yY4ttSsh4YXSlwPLS1TPg55aaFcYY8WuS1mzHnk0lEHHJLHzKzTucXrUlW3FKUP5lHRWQscs
oWrRjjjguMFfGvahy8Lpriz7M97L7hxWpI9BKY0IalCeL7cvoRNUTlRjT9ZQteWo/QmLlqE6
awSlVbk2L1IehT2O5KVY4XWRM0Hiq1kX0KqXpBNlsckm3s9BvKlZNiGoHSdWQoVSV8n8IVXs
PYjlEVXqdzvqRvYbWM4qsEvDjA/L4XPCuSMssv5OadSU6sx83lrk6rB2HLqnbocpnYeHlw5x
Mboz/D41gnTm3ViWPdF2RioZDb5X6Dm5w4ylUnlEVRwyc7Zo45d00R+p21FksVlNxJtQz7kU
Z7D9aHXp8K6E6Ilaoc0ZT6lCdh7iTdtiGvchQkihCRSUupuQlTfYeWOSpuc/IlSlBPY5JVbK
X1NyMV1kSt+5f2IVVsNarU4z6kWTuLFWWgk7MpcUqmhV1L2KVE2pjRn5OLT2Rl4fFKn7mJ5V
RCdx+PJw8HCnqZTVInGE3uJ49uW6O/KOhymORC+5O5L9xtO9kOHD3Zhgl243Yl421DlyPxeW
Fk7ZLcfj8dYfdk7DaayaWg1kpyVHCNYYo7p0klYv00P+2rR9RzuddCGdtTqS1KJdCqtSCER8
ztRWguK1+hT5IqP6Cp6nqVdTjlocEqDTVdBeR0i5M3HBDbkUVehFCqqhpb1ZKVCdNZEkqCU+
wkq7shOxE13KKChWvUzwzbrXFlr6iTtsOVGzPI25dB9w43uvg9WLF142RRV/c7r7EqxMSxKz
1g4pw3V+gudFo9zHi03FUhnPBX+6Dj5MXinZihTB6l9P3HH1FFZJ+hFpG5ZN0TpHyO5+jE4a
Y9fU2Wx2v4SneyJ32Fl8i7Qsa0JxxbWrHR8dSXjLZx8a7MWp1k7VV5JNLY5cPRos+o01bUUN
QTHzHFG60IareGOUdBU9RKygq0bLocqzsVpFiOMFfhP/AKEzYbbrolcbc6GTTpLuTvoQyFTc
nUu+Wi0+C/t0RF4qyVRiacQ9Ti9LHPG1ssWJ45KXfGaoiDh5VKumtB5eLOejK7UZf+M+8jm6
OqJX1I+R1Fjh9zO/Phk9ImCfJnz2pBxeKg5+HGMP5akOjRVfCEpdkY+TDHj5Eu9e5lTvbo30
RDTdYRyxy4zqz8TUYp/doyL5O7HyySa0HliqTMjVpvAuOTW5EcnlMycm41gbx8ijRNEeTGmj
0Y6K4iV8itGS7C6EYoh0au2T9T7vcXF1O6U0a+o9ZsiLEp1tI8G6uqITvUb1aq9ibp/qbvYh
e5RSzk24mzHkqpaDyeMuN6E6NT6Cek+h3NsaVMq0eo8sKZYOjFj5fHOW6Zx8mLwTs3UnHJV6
kZ5KC6tPsNxvc6PYmCX8ilZMMlj35Yptvr8OLdTGcvucDeUcdZsfmwxxhXaQmlTUx8nnySxa
lYr7oYljgm1/Jqsiajg7ohJJaJbkPDNtVbxxmBePHDKMaTFRvxp4pb0Zx8eaWK1Vycm4vk8m
Yf7bCnld8h8q5awTiY50WMXEtvhxzUozy8aTx0rWB450admOHR/MqqabkXyemhDx+RPm/wBP
xxeaiS8ayijyyq2JPxYRtCP+1hTZIWf+2wSSvjMDwyUZY0aElKRLc7RchOvUUOws4mLmOWL1
mFchr1KKCtypRNepU1U/Uh/bsRjjXR6QclYbcuBJp+osWpWvoJ4Pi1cwSxjRCem83E83E2Ul
39u/UcLUlWIdEU1McHZuok6JURnjEJ1xO2jisE/IXjw5Zcolo/Bm5nGGh+Tz4Nw/9PF6L4vH
cSd0VSym48vxqXqRgkl0FlMSvt3Y8s1D03HldYujH/KkKRYp3uYJLRV/p/Liu9KsaomJj2g4
eJPPK8C8nnX+p/bsN+PBJ7xqc/NlLf242OeFZVdsTJeXNRpI3jly6nblDnUfn8ST8n88Vd/5
iHMq6JOpCutiK1ucVRITbj6lXXRH6l5j6E3K11Ynx5YLUmPSRLLJY46vYdVk1Zkwhp4+jIyU
z/JaDxWTS3Qn+btW5KyTj7Op+TOuUQlaF/lPb9yzaZVXtI4f/kLFXbURqfk833fxx2JV0c75
Y6Cz6W6DWbhHDxJToflzcYzb+p8arImavQ/HnKyXShjh4cfy56NaCw8q459B44+76nHFS9xP
LKGloRokdtf6KizwxpnKZ/8As5duCTXuxZZZRi7HbjXRGDyUJUoP/bYQvHMSvuoSvceWHcsr
rIlRj5Il4nNuusf9Q/N4nKf3pClyTsQ6E/Uh06nrZmsSUvqiIn4LFT3NKfUxwyy5vU454cfH
/cT4oy5KSMF1g5YJUqz/AFMJXud2PFvc5Jpeg8MVXUXKr/tLxqX0/ccVSuS/YiabH5833T2r
oNjmY0IakmaaoUQkJrGq+FC5D+NdCG5G8PGsr0bHnPj8KvDqx+XyZrOXRdR8mlLqUVXrqZY4
4w9GxZ55y9tCEiF/RGSlO6ZlilGGNFj6Chx407FHEanGYSuUtqdLkMnFibpP3H4c5eOdE1pJ
lg8lOLv0E1SLt6lYfUoQr9ReOJWtCmhDVS9tRJNzZtIeHiicsbajlL1bOTyxySulMihtKYyR
jlMp2ZGWuqHjlXBj8LXJdep2PilozyZKidIFxpHzFlfRo+7/AMSOb7oqjHBqeTUGOFoREkNc
kch6ZJkOjdvhUnLNIeOOfdo4Ze13/Q28Z6n48csn43qn9pGeWWbdsRYqlZgxbUt6kNCxj/iT
Ps/go9zjoT8G8XGTtoatu7ZxWuiPy8baKJHKr1Gt7FdNSlDdiV2S1YeeTldSigiIRGi1KSLH
inlN9RaMrK/cUw4FLSyyuPJ5xktdR44+R447oeHn/wBTx/3an5fDkoyrCPxZLk8ar0J3Mli6
ilv1HjyjqNNt47lHKKW1epfT9/vGm4RNzxYKJeShnVE66lDGfu2NIdyU66CxcStYH3R6ISym
t2RMjeDjGfYUNe/xaOLU4vY5RJLTbFxVP7djtxJ8z9FqauNEN4qEtyXkpWiMllRJUOJDFhjj
K1O7FqehDolqPx4uccqVOzF5OawQsGn6M4tOJ1RxWLZ3IlJwZZKfdEQzoQ6Lqa+xChLQ/wDI
pqfsY4L6i18i0kl2X6DyTddyqjZocuehj5MauzX+UbxdMrIaeqHSqK+pi0qu8FEQ7stp+45S
ZDoeB6Jv0sNZ0b0HwrNy99Dll91l0KMbxUsjOE2Tg62gouK6McuCG5ehjgrNxJDu/jDFwdNW
d+bbdsUjHJeOj1d/+Y5eOjFl5KtmWWNnq9htOrKLi/1PyNV1Q2R9SXcSy9R4YTDu4oc885e0
FEWO7FMmI9B1bWxGM4zdDT7k9ynjXyGvxqvQnDLh0iTlh3Jar/6m1a7nL/wyLOLkvUlv7dWc
p5PJ0Y8LLUWOLcDWVVao3hbQl0kxyvx0HlMKKIUOmRMxtqJOpKrFiiq9T7tN+o+TmbHXUu4X
sfe/djbxbb1nkLLJOmiQnxcM/wBPF+5OWVdEiW20TeRaEOjOhjmlHFyxZ4umqOj+NTJwm49z
gsuGOLitEfcnFDc4ZR3aDWLUY1qc9C8ZLQgdCX8i3+NySWGe6pP/ALjJNSv45KqQ/wCXQqoY
4u+pVvGNIP8AzHkne53qzuRhk420E9x41e5xi1JMdYdhtJSWiXU5TTQ2PaPqQrfofuQS17FV
QpZnUsSSUNfhE/8AAo6CSdOouGSlXKuhN0bHk5zxcxloVx5LNixSSaujtHlm4xX2n5ZnFqr9
Dji+0fkzxjF0TITTYpu7I5PX+iX/AEVKfCpxTr/RBOfjU7qg/wAePHyaOWf6uDiaZKx3OdpJ
06EOg8bJfUtUWw4cTeBxUTHHuVcuCqlb6IiI2Pu0+smU0hlk0tCtFsQm9zoinxcJi0n6EWb1
0IV9SSkS7tndHqUsjLFu+41Z6bMU/wDAp7kOxhhKVfoSs3OpzblbanBH4cvsdm+o4mVSNzhl
2YqvqJ419R+XL7cXCXoU/rp/TyRWMl9SVp/TGSldTLPw5cc3o/tROK5QpcHcmm9GikufcnJM
aU7liFChz8HCoJNVVpLRDqJ7Fv4/uQ3ymw6pU2JuUXscUo3b1IQ3fFk2Ibqx6wWg26lE2Q1U
iKkOhSvU/wD1s3ZN4v0HhjlXSR4tTOxR1W48svtX8loLPHOmSidmKPP+TJ2SONs3LciyxxWW
SROXi9aEr7met2LBaX/xYeosmpWw+CiLr/AS8uMxZnLw512Y8PKoeFGyJkf9urIqzli/bY5T
ME3fQlZVLSe37j3RA/7RJXf6FRuYR02OK+aK2+ZWVtBD1HyU7FLepMU+RKsVVBLR2R48k3Kl
fQWToySg8Wk5MooomE6f/wATZ4/yE2pbrydzinLRjhKSd2Tj45b1Y3k76afDlk4xV2JuiaOE
1diuSPuJVn8I1+F/6Iak5YPji9V/1CWdHuQnIy/bZyQ84fVEY5JlPi8PJgm2qZR3L/mG/Fj+
Tx7pmbzUcqLU5N9o3ZDbsn8FCl/yIdHdFtP/AJSZLUp6Cmu5MNLWSWpLU62JVeiJVHqcplO3
qdyhIUfPUrVaEwcX9xEwRNCkz1McqSnucZixEqhSpEzN0Old5MvElKRwSS8aXv8A+3kY83Ge
TtMsWWStaSnxePkdHpI8cGu1wsVshvJzsd+TTfyF2ccf5ZSdjpoVJ1Lz+xN2rHbi52YpXxeL
szsdMrq5+dtrFaO7P1ReJbqQnyfQecw9mqi/JdOq9SuSfQlW+EH5PCoy/ktzJZYtZTVCRLsQ
veDdkRHqaf8AhlOtS/zLsrk5WpRshzMa2gi6KOGyy9SW72JduvwmYrEEuysOhCuS2LllO25h
lfYiIkl6icJf5tR5JJ9GPyZTil9R4YKfJoj8vkc5v+jiOElGpydZuh8aPcS5O+hGbfSDHxtS
rT/hNNTJCdNhxqS6pn9r6CTSyhQnuSlDbSF5MMuS1ViGlmv2FnjRu6+D4uYPyr7lSOg8cqRq
NruStsS10gmaENV3Rfr9R47bFFDdirTfQnUnVbkNwnqTUU/ayYoyNBVmNNCttyxL+5VH/mKj
lzI4u3ZmOLUYvKfQWSo1dM451nYXG/U55VWxxXbNoOTUuLu/9DWTghS1uRLl2JbliwdJ1KNc
rnHK6uxNLl+wsif8PDPGk5NP5EO71VibMnKXjFUjG78To06kpVdfmRLWSdkKHxwiq1Y4o/Uy
WVcbGU2QocJldaDSpkvkJzD1Z7fuVcS9Cli1ZuQnRjU213L+xEDVthLUSVWSy87I7pfrYlKi
10JT9DcrZia6tLQ/D58quXjGjHjk3xnUUOdiHYg5ZOYsvjUjxPvm5ln5e6LtsWOL7Y+oscFy
y22Hjk7OH7Hb7M/Fnk35cfsb1X9ph54jNuqWpLxeGTfsz8ea5J2ROKgpQkp/geNRfJ19jb0L
TOomlKmrZGdMVbEa8ebnQz8mdcnfI7nEE+PJuaSqDwxzcN1Y05yydmcMn6IhqIO2i1ZDVrt2
NbfuUJfoPcaeLnfoUrFySGmiEn1km/QiCUq9WOfZo7a+pWkX2JlejI+ZGSlaQJTxW+iHDtqt
RePzNJpduWv/ADDyaeeMUgxyzUN/0xhD3Mckl23OOMYr/wAfcRNtS+lWZNqktl/Qx8mLU42P
xu2L5YvqPH+LvG5206urFLqOcpfQ5JQv8GYbeDlJCeWPHHXcWKS43b1K0Wwou9iVOWez+1HJ
wuiHwUPWTispav0ROmnUTV18iWlY9dh4pU1keLlt/Iu/n1Gt2YpUavFznNHYluuxUhNUIehE
6XGtSHroV0KKZIViGnX6kJxHuVddDuIWXKbrYmIX93wSxzcLRmPh8mM450xz6/FvKxx8eMpa
zQbdMsrpEJ0mxCV6ib7ejKO2hKuLK7udyEkuxXMWrZKV1Hi9aSLnnJKuR8d/6pRlLh4ugm8e
3+4/Lllx8So1qdjhLXK5TKk3G6ufkJSliylFvucUoeP1HWuw9SIhDcdzuQ6SqH/PA2x0hwY8
nTUo5W5+41jfK2g8XdUHud11qY46uzIdx/oVoxwu4oq6kJwlqqlJfqLHVKjEsm+q/iQspRun
1PDEJrJUVjlPGNEQ76NETRXkfkxxaxWr+2hGLbkr7kt8l9SsVsmVL/K5RttCltnXUjPNx/FH
PGq1HMtJ1HLvVehLylnc4E8XM/0rHT4VPJzTa0WgsU1xiight8tYsUVFrY1jY29/hxT7lsKZ
hKr3Y01M7aEqVLoRLTbJbfqLJPLJ36Ewv7r/AMp4mUkLUWPQmPcbdUjknGKG5nqWqVkoiUOd
dRt3Vi1UqMlKWUpIufctUcsft09ycqQpE0pZbt3FmlVOUd2WOOcQ1lQnmsn0Y8Vq5ln48cml
0savehN3uWjdmzVlf/5FbPQhxBEx0Kuq2JV9S8LUy8fkcpvtfqNeJLlboS5nX0O19q0VxrJf
M7JU3+FK/FZN3p8KmTTUTWCE4IXuVcwOLKxVFRQ4epyba6tkx3O8WgSdIOOVNmXlbQRqe23U
aSXdqLRkbCpK6Cxxu7obbq1YrT0KW1KVHWuwkyKwRcmwpUPdHG9R7DxdVirs4iTfGNif1G7v
RFFfYeXkTWD1JwynJ/x6HFOIK16sol6CrVFrX6CdyYgTivUhq+xCZ1Yk7CeOCc3O5J4vWawJ
/Nn6FCrkp8cXEpOoipGVeVSNqGzISvqXjqX9CZSGmnKqhUihNbexSi1K+qepDq9SlOpfT9xt
2TokPizfIeeXyHnkPLJypghUTLySTpqS6z+g9jtTXrYne6HNOhHyKOVuZY54v8mTv0HjjbGv
I444vLdkP5Cb02uSquJkrjyS0QsHjGDqkryNs6dSUctNikS7opUtbXQa12O5UZC7UVqxT0ro
Y5P7Wu5Ibxn06GOLTrYg6FakfGtig5UoTWLcIs0yjVBuzEUoUdtyHRvVfBYx6+hSJHGhXGWd
3ae0fUcKTuUFN6CwVIuJRRfU4zGOiE4LU3K1rYbdtBtURCfcUUroOLomL6E7KyIvNjHDKz1H
xrjBOTq6ITST5U5EZ4StxcVG8MazbU2McvH9+dVlFIG2qvRWG38iltUbblvQo6laCRY6FKkx
CVzJZPk3voNPuWkla4J1RyxsURUt8YWpX4JxdUGlR7nXclTx1KQn9DbaCdbEzL0RKdblkt2Q
kp3KpKdRcXM3Ku10zS0+0jjUh2FnjXIbzuOLLUWUyNOj0JRM16FobKv2I2ETqJlI6v4LLU5Y
5LFasXfzzdW5Fjkk1dGXDGc2qQRljxfUjk43Zjh5IyxVvQeSnlWhFa3EnR2lFbIUOhK1N2bP
Y1nqJ67E3gtSw8d6pMhqIU+4sknxdyMncTxqtpqJKI6m/oPJqIdhv7XjVobxyVbFXUgwyWxy
0ZympSCL6kJU6nU66E2JVmJv5FLkWa1JTvR7mn/CRpXRVFoW4uLHl5FyaVF1HlxhSIp7k7XL
+xZEt0RRt+vw3buyIgUVc1FlZ/oPCYSv1MeCn0Jyx49SEpI8l4pGg4y5LdoSyrgjkv5DxyVH
YpVTMnJ0ixREqnUhXVyZ9ixxOKuXjocuUcXYTzo0hrBOHuSsGQ1GzRR8ntEEPGI1Es20sleD
Jpy8lDitBqrfU7lKuqkZdj0bMMXi1x1EqvoSn7DTct2JVyq9hfqTcbdnU9LFFPQdYJYn9D2/
ca31+HtQ+2XNHoLD+25DXyZ+pe51HL+ZLXR6EQSiBcLayUpFzLJ/bHa3ucqPHoOVR0kX40uW
rZSopfyG9qzqY8aaNNHLDGExY5TxmqFzSyx1TFnj9mThJ6M7n7FPpUluZuar4Vd7PYx8v+1W
PCLt1p/cPHL7sXDKX6uDlyeTx+6LClctqCeWK6SjtSjp8K5JblclKK8cp3g4+LjhmrPGn/8A
UebjNLrMjwzxxr/FoT8a9aWFjLeVlyZGTjJXSZVV3JSbYnq9NCHV6/C3yIiEiNvYq4Kx8Ktl
nb6yQlK/QfJTShDqYrG+UjeTvdkXeh1ZNGkVcdUJ6Le8Fai4Jt2sNOI36kTM3J00YscdRYrG
iOLxlaofHGmxxtsKMeK3eo3Ms7nxRzwUZdD8Xknitx5eP7Ml7CXkorJmWCxeTVcY3GslxyVG
mRb0KuoouOaloWxlhi+11jQ8vKi5MefhWW3ucf8AceReJOrm7OOOawa/ucch/hyWWPSx2tpd
DHhM/wAlYa5LFvRs72pJwc9DlljklMN3UCwaiFDbHlTkrNUQ35MlslGgsvEom8Eureups/hR
wOF6ZblqkWItoNKkXRWx9qpsOfZQfse37j2ZGgoqjDyLTGGtCtPcTIs9CNZKnHYWONqVOOLn
djSqnUdaIWEwsrMfkyXLKe0pVEp3MlNIdBfWS8Y6I4q83Jyqh4ruf6DzmfQVXGwllTBEKUlQ
5YS15Kt9Sd6lcShF2OvyMscqypH5V25ZbDxWDbU1Rm865J2Ysnp/FCwwxTxSiBp+NUO7xqNY
E1OOekin4Q1Kd0ZZcUlrQxywyj01KNSvYxTcDxu04FF5Jy1I0GsS89BSNNTjDb+RKsPlqQlI
9yKFnafqOdSZgxpL0MsdUmy3oTsLZjmpq0OPZf8A1E1TRslq1zJaISi+hjnlHFaEp3sONSIt
qRHuLJOVnIsFSNSMa5rUl32MW447ajdlqh8VCeokmdBYpVboyWRbqyFR46kpVep0EpeMNSzF
KkLXUbdFuf6HjfHGjytP+Yxx4qUkn6/yIwoP8lTtynF2gunjadUY+LPFt/36fHLC0q5l4Wnz
xbafQ+55ZMXF1VzJO+LYnEIrqKKMqqi0E1WRt0oxpKm5QqQrkOnqe37ldDYWVslqZa0ZGah6
SVVtSNS0jUTCE9hp49s3O103K4zlPzJVZ0FKorix4ycm4THObjYoYZ4quNyjc/oOdTknVCWO
PFp3Q27LVnd3Hb246QJz6nFqq+0jNRNtStSv1NX62ITS6H5fOoUUQ+eK4TT0Mf8Ab/7VTh/P
OIj+8Sn03ZLpJc7anbODvSw1nHlx1TFiqZf2sghDnL2FFOSrA8lh2aNCafHdbj8lnFx7Ekur
+EvGNvhWo/qaElDuLK0e0j21HNtDH0Hlk6KadRZeR1GlaS1vg8X9sd2hl4sJ4qg8U/5M4tXF
kt7E6E5FxTdOPYnX4PHpQaU+rJ1G9NGJYJZPcTdcn8ji6foNY/cZY6qjXwxzvxdYKW1Jeljt
u7Jbjz/3GLTmcUctYoPDG7vFzDyeN8ccvu3k55KXj9tKHHLJcb21E01HUozuj2JTUnJ0yVsk
NZ5Jt2jUmq3kjFJt2cCyzxThaGSsmJaJ1M5VqIT16bFmW1OhWw9SHaSai3VjqaFT6fUcixam
RKzSgWD1rJWxSvQneg1Bl5MVOkf9Q2l3O66kZL0WwlqitEjn42krvE78fVieKjCYeQsU5S1g
nkTim0yWoGkohzIkziqw6Yj5Pj0LQtzpF9Dku1LYq6ZqGaSZ4bp/M67GPjwqxZvva0Iy7cti
MVJyfuZeHxu2qIz7+NKkY5ccm5+ZPKcVdFpF23ofbK/uWg8cHS0kTV/y2Hhk+TWvQm3UslWu
5xo1Vj40auObiiWy5RNFLipcoJyRl9xxSiNS/t8JPb9yir1FF7ie1xOZ6GTdkRepLsQl/wCh
xwU0+o8Xik3eEd9BNP2O11Qk3UVJavI+5JP+KKT1Eopufc4FLpucsXKT7t4HiraE66Qd6mLE
uz0JXsivyFlDTdvUwzdW8UNxTYbWXFO62MFikmqckqnFvk1ctAlLTWqOLcvKy1HKnUnCOqY3
ioOObocsdLnJQ11NEthcaO0nFOwm5rRtEvFxrBRfMyd3FTyZSq/MTVa1+E2HWugm6rU19CXf
YuunQWP8nqKqlH6ouxv2NLfuN2gjFxQq7XFi1Mq5liu2bjm24nljLTqug8sMIFn43VndTP8A
USTl6omY6jydX+pPjXr0L2JyVWQhUEnYhONhp1WX3SZZ4KMV9mXQegs05m5OLl7EOjKMWCr1
Ma8pskSrjWONXcS8anLGJXod2EYZPuf9qK5cVoPi+b2xFlHerdDjelh8qF6xdnJQ29h8W4d0
R5soSsuo8sXKdkRZ7EzXU4zLGpaWxPKosb5P7kfj8dcndIcfIqvcohZOvUls2KCdGS3W0DpL
Jd3RFHU3LaR9RxWbjzmHFEjdEKVkrEZ4+jR3ISlQ6MWyElQXdJzycYtwoIU+pOVV0OOKjF7l
ZnXYis6CTVXqNwd12JuRTWajwyx/086EpfbT1RCUV1OWemxy+1bDbq39qG2/Yx/QhoeWP8tB
zbUyeKnd6CfkctKElaBrFQtxtXiSYl9CWobsi6i0seWFtIFylMSctbk45s5cq9TudR87uzHF
UhTYnGkak2y0OWVMlqS3GyO1TuVo1aBL9CH92hYVK/sKZmYPUUVWknREotpP1GnSuoslRtEa
6jaVLDn2OEQ3WR5NTitUPGaMa/kPRLViyyvMlSrUlGiMXXb4VUkJKCuKk+1E44pfBPOkakYq
zaFHfpxVyHC46MXHJWqmNtKMVU7UoWxAljqdzbiy0GUVHY5TfQXJ0Wg+F3obSckp6E7/AEIy
x5KYkU4zs0SlC2RLxpsTFtyJLW1Ib9zilCG4lsyxx/8AQjKrvTQ3Q+OqvoJGje5Sk6Mqy09S
tehTt2GsnLQnji9UoLfw5f8AyKYRjkqJK7McXjDSqWoPFXIdBIhpZJ/xZL8WOOx/28MXukpI
yyxS1UELyuOjO7J5P3ZTGVvA4wXQ+2Fq1oKrr0n+inweTdFVnDD7Yuc/K+Kf29RfiUZLVUHW
HlRmOKXPJ2bFilGT+4efhy1+x2YsPJjx8u2hCo0OHPQyV5PtTS1Jin6CxUrcp3UvsKrjVkZK
9DlmpSH+JQ9FY5N00Exkq2pRFCtXuRhXc4rGuiOWa45ZKq6kzcSvP0IaoZQpqWUm7MVlZpkD
ZRzsLSfuFirKxcTzj1ehV6EI9ihcmUoJzygrnQrLk7cW4KY/QsUViIuJZRPT+rirZXFk8Zyx
1WxONlYnfQSlOXQ/N5VOX8RtNKNyF3Zu0aCafHLoZ45OXSHuTrsTZs4qqdxzT3JL09R44qGt
WS8k1qPHF9v1Jft8IdhLFOXebFO5Mh4unQni4XQlqh29qd5HxUv6iUW6CbIQlg6lX6lXVWG2
qiq5SZN2fqVa9htVMsck0sddCz/4SLw+PHm5qxNqGIb0gZMkN2FLlEuvqdpBb/BZm8XGWKlG
WPkqnocJ9RQoe5j58o4YuUmrwelkcXRO7KPtZLUQdqnJWG5hpixycsl3KV3Jxx9juSS+o2n8
yioS1BQhXYuViKTFShDpFR6rY7aCmrehRFJqQrCxy1KfNHKU+upGuw+Neg/JmqRRlPchDTl7
G0i8eEd/3Mj8n8eNuvLkNYKJdxz7Cr7ETA0x4r6jUEfFf4Dj4VGt0ZYukN1ImcXrqflyTy4t
pTYhLj8JSpqcXi5R20xWh3wotBROfoXWK+pybcEypZOURjsQp6HblXqehOmp2qWxPNLLPL6H
bNbkEpRC1HDqq0JhnGdDlk6MUCj6nGkkuqbuhJZOWo6DwaT6lVW1LDTrOqFFkoKCknciw3lf
QuQdou2X/ccuLy3gbxULRktQ1qJspT4R/R0/ql0GUMliqOvuNeVduiEvFjxTUv1JzfayfE5Q
3zbe2gn5Mqk4Li9Xud3ctEfbTWTJvCNmLujoJYW1Y1MrQl10qOVHQhYOGf6leV1oNY4JbQUs
PbcayfduSspOpFug6SrDUctug26MlMTZGSnoz7EmS8afqUSxnQh0gh2OhRTAoKe5VS9z2/ch
6/0UIY2qrcU0R2Ko3lf+j0F/RHxk/Li2skvmfkznk/4vQmKI5uy0Q1i76MaylbtChTG+pNkr
EZNdCiVTjMTRobu7VJTVRO0kKWrL1O651LehxG5uVkhaajRYroUKe5+nwkh1nX4SVNyWqEIv
BEqCNjjoz2/cmbEtXF8K/CCuKKJJ/wBMD3X9VCbNEO45yluxGjuc8HEXWgm3LijHyx0uLNZr
FKyJzz5vZDTx4epGCcrfUU03Y9hu70OGr1McU5msjebqTNNhSNa3TJVI0Er0KuGKGVUPUlKH
uNLa5N9SUo3+DZ7CRGhGPqJZIm6X8SZS6EJFFLeg3aS9ke0/UhiWwir/AMNxqoEv6aEvQlOg
83X1HzTWOgq5Na0OzF5LZk+LB4Y60G/NllWy0FZKJlC4qivAsGplTQh3RQjG60KUjY/HnMTR
scVSdydC9iYltaEp1YskVRJLohNaaMRt8HFIHxq9hUjoRrMDl0JTsS/ZjE59xqq2LVY9Hqhx
Q/5f3HsTMoX/AOFKGmf6U8byfj8v2v7aFc8cFryZH5sVgrudCuf5H0shrDBPQTyolRKNBPJt
JrUaxdXqV9mixLqyU+4jfUcXMU3KyuikNXUEpSd1GVsJX2IiuottzqNRL0ESqwTBLs7DdsrQ
d1CUyFXcxj3ISpoNPW5T7SjptclutjcZbp7HTYlkkFf8aJLjnLkupnkrpSh5PFc1/ExyX8W5
Ww+LanQiakv3ZDTSumJy1inU8aVElHqTiuXQXJQPUnUj6i2FnhVaoamqOOTnFE4uaFdTpoS7
odKs47EtyUv8XFlYU2IVa1ZR1KpNOzI1ZDuRaRKZZCcIhVx3Ek+slVVWId3WPg5HAvj1+Fdf
6LFfh0JRVx6j5OEPLxzxTiXZ/F4uzREWyh+hLXbmfk8cZYvRXGspTKV3kxxwTTeg3koybqZJ
LuxUp+hz+YssaTeRpEKjHuKkvYrRPQbydFsPg3sLDJ00Fx0qVKCaoTKIJP1IxotyrlPQhmxD
0IxpFZZN0ShNaFbmyVxuYTK1nYTFxozT4OkP4txQqU+NSdDvzxx9Wf8Ad5PbFNk+DDs66kpR
joooTzWK2UCeflrqyM8nk95FhjRLT4NtkqzOeKo0n7mWLc5eNS/Q45KcKxIvJ4VOdbajxeLc
XQnjTi76ibcvUa0dDLFq9hOfVE5UR2uhRxInruLDyOqVGNaakKhhNazO4oUYxcncuyHLW5ut
SEqRchqUTLeOo4VrF2p1OLfvuNRYtMjatsRlR6ITddz9BUq6pjmu524yluTDl6ENNRYmPSS2
n1n7DZaP4zk4Y4ysXsVap1HEeh2eOvpQlLjLlQf6meS0fFExm+uTgnKj6XKpv1OKUJbFKwWX
El/CGYxdsdpuvUy8jUeTBtR6Dx4zhmuOSJVcMq4+jFxahaMbWGOPlmG4oxvX6GLX8rlDHF0e
jRlg7KnUSuNooqCaddULK0OThMZPcjJtLoKJb6jp7HbSCLQRoR9RvEeUtZjTumdtOgnoxNba
DWm4mnGwnXJ6pE44U0bK5YJbai7666CXJtLqd0v6jVVNieeQ8pfuQvhli8uUWjQWXB03JXjj
ZSKKbDeWXoj7oTslUnKnVndkvkVc/QpjXchU/pjX+iTBTRuRqJh3HknCd8ReTw5cNWriwzUp
JIyeDnC8aktSthLF0V30McF/H4bcRZzTIWKvuypehKrJAs1dWZyd8dCMce7odzE4mSGusk6b
EzVaCr1+HdR6E1xRWq3E5S6HFS1uiVjEWk44ykdzdFWdB5Jvoi0PqWU2sJPGZ/kQh4aolqgs
kox0L9S16yVqhLJdqKYorgmxpJL0RF4+DX+D1+MP+MnFImYpcu3uLFOWlRMeeSroPRZO2xPJ
vPJVcHPx5ck/mVIHTtm5o19TobQdN0UbO631MnHbs6CaRK1IamDtdXoSsp/Ql3O5UQ0sG9mc
ccH6wKcuPuTnnlktEmNOZW5CXzQpScbHa4m5CtqdttTlMlFEj1W5Mk6uxEVP2LDhSiIhCe50
GS1Ueq+ErW4v8CfhSo8bqsR6iSURqcPJ7EXZOUcnRDn7VoSlJSr2Fhl9md/Uj3JMlEkcarUt
7DpCWhS+xNsphIy/Kq4/anqhPFR0KUI13G7yJ4prqJND6EtTuTiRkhvTQTwd7oSd2qsrLKqj
sVp6jlqlzTjqRHaTPatPhGNFYSy0sRZ7lVOx7FK9GQJZaFyNx1GtS9SBEkf1UJVyHRsaiEnM
nHFXsPl82Qpl2FNMsjHHL+N42JxqtEfkySTdkrif5HyWmw/G3OzevwavN0ZZYpvk4hlbXZaj
OE8c4pBGaqqySqi3kSbpqydxpuqJdRxsJPWxDcK9CVUpjXQWOSJ5cfQ5Ny1qJT2k4N5JbkZK
WPGIgpVFXXb4eh0ZUhV+FvqNl4Y+VWhUKFSBIa+NCJ7kUHGpXKnQovjRxA3fHQhJr9i/JsTV
Vp0OSrkpY3ioyuPHL7pkTiujQ8llWavqYt4t54OmQs3R5abfDPNYy70uJWb0ZH29RYpTnpmr
FVMXY3iogjU9So50JxcbomaEuo4G2TZktfMc0pqJpwhRQl/y2IV9fQhURVTI3oJdCplNcVrs
NK9zloUVD2/ccOidSVVMUqY1Kil1Y/1NxcaRcl0RRyRivcTmPQ/JjVaiej1P0IGLf4ZN7CS+
6b7kLXQaahaMaxyUJXMslTKIMs70ceo15FHqcVdIjJS7QJ5KEnDSMcsPtgn6GUbXIwSeSqcU
oauiFRbihy2d1ncTVZGmqaFKD5KEdrkgaSlHqehUvQaxrKoKVXUaS9PhCdXcf6lHRFaSTfYn
5oovYaa0FWN0Si+n7jxaipGxEJJq4lNHd9SfkdSisXXUq2y0FLCWjuPF/a9TjhXCSj9Dvcvd
FCnweCuzjknxVmPFPjsRdbvcSeuw4sct5FllTJKE0NxyW+NSsp6TuS1CTUwJREEP5jxTrnT2
Ms8d4PyZZJPSSMZe+wni2ilc8TGNR7HUqvg0hPc5De4sb9Rp6WJFjrGp3KoynzHLK/QhCOrH
uSqoeWkUJ9i+n1k5N1mxCxba1RwSWM0lirOK0K1bsU9yFSBvWTli6jb1IdBp6n47vX0OP8l9
p9spXJjtZFvhDPQpdOUOVOSuiGoWxymEylZE3Ry1HoXuJKknfj3bojGvr8HNNZG0+3GiQpq8
qi5ZccdHoJeN8qQ31K3Qli76mGM6IeLc/CFU6jQk1LZBjWGSTNCLjewnM9BZXTUehE2sNKrR
2v1Ri5FGMPc55eo9mQ6IeKp1I2Pb9xKFL1HLafQlVjVkz6oTcNMpqpI/k7Fa+vxpsd1Z2OV4
E9GqToOkZLUbyfsccpnQoQ6lDqflSrkTkk50Fi323FloSnRfCtSq+E5OEPHFtYJxIvk5G8tS
b4j22E4H5M0oUQhpq1iuup6Ir8ySFTIxm45uRqUqRNhNWE39rOVkilYIcQOSmpWJKVkh32Gv
taJWjuQ6tjlV2Pb9xT9o03CiPcjYbVtzj9zuSnG62ZeG7Mo5kWSd6MUOaFVrA2tzlcdBQ43R
KUtENejIytqUZ0+GGLqnqPlCasyYqNZaUQnle7OgtCCMYJ8vdk7DwSjGbE2REURGmw4V7QLL
yXmx2o9fg610I0K+w8tYKNP4Jku6sQle5SyMW/tVjirOsD40O0TdF8KlKotUTtuKHR6ChwPV
LUtp+5CscWoFxUiT1ckKka/BM9CtZFinEorWbjivUm80qdjbxu5J3OWNN0LJSouthLHW5fuI
fwyadcaJDT1MctDFTKuxJULi2Hk3c5+2OJOVHoicn0IxlFJY+LMc1SlSt06fF7MXQnRsTIij
RsPYiz6EQStBdblX7C23G8TeS1BfQejGk7CdtyjqJPQc0S0K62L6fWTHGHjNRYY3VWxtfUlk
zRk6aiSr1KKmo3d6if1KXJ01Q6XLXvI9ZG8nrCFjgu50Y88aN/ci6WSYllV9Bfkbz5WxRz4w
3oQlcppcxZQgrYammNCtlYhFftIn4QrXFjFkdRbal/hxbVSImSFj8xTCFOvwlInqepjSYdhK
zQkNRJSr2ItApuV1FWrOLqyiqTlVIbm2g8nZaHt+5OdyVNfoOdRV9jFIUofFx0L+pC1I+Qp0
uScWpeg1lZjxVHl9pGWlTk3WZRGbjKskYPWEVVdRt7tCxxVUhNuw18hcnFbmNb/CjiXBWklN
CdxNe5LptA4qpO5KRdClyilsSmBKW+paX1OOKgfJyKnuJpU0ZUjQcoTu3ZE2Iv1FJSiG4qNx
Q7XYrpoKCF9w8cu2ayUqtTZscKkVLfx/6irhjbcibs9B5XVIKlRfUjcSWhDoVdySbseQsptY
l0fUooYtzJ5OFdMSxaljbWrYqpzRkL5jrHqPipc3PHjk03k4+EVo5HC5JWoWhvSCFi37EcXP
pqL8icdR8VqIklUZUcxDJTgTft8GQ/jP0LSTlTY66GwuhLuyVUl2klHLWCuqqSrG7Y9Op+5H
Q/5Z+pDVXqNNSiJ9thToYwpUVOUv0+FFUTmrN2/hx31OmpGjG5sdFqLJUyxutzZrQiY2IdHu
cp5OzGrIiZTIydNSMVEKheFKhGMuHHwl+5VKomvcbSJfxpclldxpUSOhL0ZWxM+xWg1oyRu0
Dh3qJOpC1N8kxR7/AA4t3IXsWFpTQhy3B6CZBDs2Usj2/clXdxPVmMXH8oE24yKusjQ1eokl
aom9bHVFfhGmTJ2KkZKg3h25/Q4vWwuWLisexClM5bWKfUjI4p9unoLG7bSRitcUJ7nVEO7t
A0tD9UWr8eS1QoruPQfISRBCp6iWquToxpIfK2hKszqJj0yJSlpCyhRqNNyhbXHk6oTX2ugo
JR/mZUe7Iy9ipZfbP1G2csqpWQnioRX/AMP4OaQxu6O3Ulv2MYpiicXQi4knUlFaydtMUQ3K
Y4szZoVE2jtXFq7LTjoyJ5UI401IiDm32Kq9RPcppoW6HVExR3IfqUpub9SV8IxtF+oo9yLM
xhVmpW5Ucsm5cls7bbFXWWQ1YsOdS5MRyuVVIIEsIgSd1copZDF1L1JSliWSL6T9Rp6u42qv
9jYhuzFWpktWx4/xRKFZMadkcdCBNrclEqzKTKE9dTk7HRDdG9BpqPQc2WgmlG/qVbpY1pUj
GkEKsDNkTs/gnpYbm9kQxKknoQSjktROR1n/AMyWoketi/qQxxUm1KirZji2pCbFO10PlVPc
WONcUcUqiT+QlkhRUcKGtySIqtClxqxLlxqf8n/UOhCUbsVLlimhK1OVzhesjTXoJRYiJFlp
oepD9joOhTceMNkfxVylIE0m2qM6bEPWwop1IvOpEDT1sTErUaijsiILycXVaFbicU1Jsjl9
CqpoepOgos9CFWULknWwv7YG2iGp2ZL0E4uNbCyVdB0loxb0RSuoso5dBNKIFSo3koSpBEMh
qh2o5JVsLFX3GtxppwW/j+5//9k=</binary>
 <binary id="i_036.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RZcRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMTk6NTU6NTEAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfagAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAVIgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO4y3VVb3OiTJAJmdfzQqFfVmGwV
vbAPBBg6fySq/V+oUMtcx9jfVlzdg1dz+6FijOwn3ttdu3Vw1pLTrP7oG5JT2VbgWgjggH71
Mwq2FfVkUMspeLGQBubxpojuP5ElKkTEypSqeO8uvfroCVaCSlWGK3HvHKrAgTrpEko9/wBB
UcwWihxqabC0FxraAXO2+5rWtc+rc7+Rv96SkN2R1H1i3Dw2ZVYaHa5DarTP/A2Vu9n9Z6lg
X5F9G7Kw7cG1pIdXZDgdfzHt/wDILLxuttsqts6VRdl5eQ0RkXNbRQ1zjth9lr/o1/6Pe9Xu
n9Q6o7K+y2Nxsl1cDJuotJ9Mlu9vqMdX/OO/0TbPUSU6IcBx9wTyZ0EpnZra7mU31lr7Z9IQ
Hb9o3u2bf5P7yZtwuyCxjS1tbZefMkBjP+rSUuX6SQZ8EwMkDg90RzOygRrHdJT/AP/Q1+o9
KxWY1xx2F95LnC1/ufuDvU012t/spY1n2g1vAEWtBiOD+c3b+8tA42eXPhtTpJI/SR3/AKjl
Ub0rOZTZRTtx/UJPte0wD/W9ySmo+3OtyLT0xoazF4dMNe6PfVU1vtfu/lrR6V1d3UMTfI3t
llrCNWvj/vyBjV2YzBWyloaP3bAXT+c9zXbNyHRjU4ubkZ4tZVi2M/WC52xrXEzXua787d/1
aSnRZuqduB1HY+a0KLPUZuIgrAb1/o24tfltaAAQ57XNaQfcNjtq1MfJZbU27GtbZS4mHs1E
/P6KSm3kTtbHjqfJVbay9paRLCIcjl+9su4broNU1cueW2N2tJhon3f1klOCxmPjdSNTqK8h
zwTg3WQyHv3faceq1+6tn+lbX9P+c9JaONk3ZGXd6bAKqP0Ydu9u8j1LA9obufaxvpb/APRq
w7DAc9r2sNZgMYBAaG/Qd7vz1HBwa8XD9GlpDKgXDUu3O9zrPpe52+UlNCrqIsIfS0uvsadj
jEifp2vd+ZX/AKP/AEis4+Q2ivYXaky4xJJPdUumgtxGC2A6AXk+MeP7tLPZ/X9RHOd08+1l
1RLYAJBj/vqSmw7Oa7QF0zr7RP5VFuUTAFT3g/nGB80A2FwJZkM05gNEJ215JickRwdobyUl
P//R7S3Fx5O2oMMzy4KO2yI+kBoJh39zlmWdWxXNO99rGA9wWkn+TtUftvTsklrC9xESHSZB
H7pckp0Xmtzg18Dv2/6ncVyf1oyLcrqI6dU0vOO31rYETLd5e/XZtoq/eWsza55Zh0E29wA0
Fvb3l30GoGV0Rt+U6zLear8yqqiz3NjYx4L/AEj7f017Gekkp5KqvHueH2vLa28BkE6/n+72
/wBb/CLV6Z1Q4PU2uod6mNYG0WMMwQDtY9n9r3/RWvj/AFSrYTXZkA41bT6Hptl5J1a+8vD9
r2O/0f8AOs/MYqeH0+mjrLHW2F7cZosLjSWsdbH6PbU1rf0VP+l21+vd/Ns/R2pKejyHlnUK
aWk/zVlkDx3V1Dd/01Xp6x63Vn9Pra93oe22/bLWvP0WuH0vTd/pv9InoyGWZl18h1dO1hcN
AQ1vrP8ApH6P6RL6uYuPbTX1J4JyybG2vk+7c83j2fQ+i9iSnec1ruRMJbQQWjSRH3pT3+9K
dZmANSfgkpwrse1+1lZLGN+lDAdW+0mf6yCcDLdILS7wIAHwXRVtDWDaIBE/f7v4pTHikp5c
9Pva9znsOnGgj46IteGd4MRESD5fBdETpA58DwgWi8iK21yeXOJI/wAxo/78kp//0rtrCdDd
c/8ArAwPlucmx+n/AGg+jTvdY9w9zjowD6T9Gsf7VoV5/Tn3Nr+0VmxztoaNSSToBotqikVN
gc94EJKYY2Nj4NBqoE/nPJjc93d9j/3v6yycywuz6hlsF1GTS5tzXAemGtf6tcNd9H3N9Wr8
9bb2h06cwCquXjMv3tfpuJO4cgwGNd/WbCSmhn34+JUL7LctrKmAirHsNYe1rfo2sd72eo78
9vvVnF6f63TRZb7MrJP2lzhMh7h+jr3fTc2mn06fcqd3TGWdRqxmuFlhDXWQ2Gsqb+fZHs9S
z/BsauhOrjokp5XLpuxOjW1H22F0WHmGvI9Q/wDbavfV5t1OENw9thD2sP0mg/nf1HfmLSzs
JuTW4cFw2n4f+SVQYzqrHem8sdJgOG5jm6bZ/dekp0mvmPFPkQKHknSBJHYEhriqtL7AIeA4
jkt48uUW4G/HdXPtcACkpZ+WGuLXXskGPowhuzByLWEcxIH5WoLun2ucXgNJdrJOqG7p+RqR
WD8CCUlNkdQMztDm+Lefxd7lP7XUTtMAjnUf3rPdj2VgusrhogSfP4KW6AJrDGjkOHu/zB/5
JJT/AP/T1Og9P3XN6jlFgYHPOOwavJa4sbY5kbvzfaujsyaq2F5cBtjcNd2vHs+n7lU6dl4l
XT8Zr8hle5riGzBgE7m/vexVPrVez9g33sbvfDBW4HcCHuayant/e3bUlOjj5TLcezKYQ9o3
2AgyIbuDGSP+LVG3PFLcfIsG+t1JeY43EB4UMqp3Sfqm+lrgy6rHG938qW+r/wB+rWD1C+44
L8Wsh7q3fob/AOS54+iw/Q3JKev6fjMZjC2C3IyYuveT7i9w8f3GN9lbP9Grmh4+SiGhoDP3
QB9wQxaBa5h5aAGN7mdXOSU2OFn5LWtsYxuoFrTHhIc3af8APV08a8rMtLDvtB+la18j4tCS
mw1jZjWPCfBFfpQ/byBoogQZ4RHAGmPFJShcNu4tI1jifyJV5NDx9MDWJOgn+s6E7BoJ8ULJ
rF2PbURu4LW6Tub72fS/lJKXyrq2tqh24utYA1pBnVTfDiWjUj8qja2poNoY32S4ACBI4dtH
5zUNjyBHcGHHz5ckp//U0+k1UM6m5z2B1haTLoJbJnRv5nqe5a1mJj5Dm4IZ+hc9t7mgw1ux
zbCY/wCEsYxntWHQ9zctlrnyQ7aSY+iey2X5Lse42hpJtrLWnSA4H/zJJSH615bKenON2jci
xjP7Jdvf/Z2M/wCmsuln2jqtNFbR6VlwLgNQGsd6/s/N92xYl+Xd1J1gYA2psvrY7WBu27rb
NdzrHH/ra3/qN6tldosHsw/0VRJJcC/3vrd+a9tbW+x6SnrNS4+ZVPDd9qysjIb9FlnoBxji
sD9HX/xlj3WXP/4utWXOit7hoQCZPCjgsYzEqZWA1obMDxOrjr7vc5JSHrWczp3TMjMsabBU
0QwGC5ziKmNn+s9c/wDV7qjs/GsxHB5yaSHy4aGsvbt9w/Oa78xaf1sxr8vpf2ehzWl9rHPL
yQNrJ42h3+E9Ncn+zszpeLfl2bW2N2irY7dtMn9Ju9u3a7Ykp9A2uJkJb2ulrXtO0w4AyQez
VyGJfldRu233WuNjA64F7toED2tqn0vft/dQes9Zy+lZmNjYL/SbY0ue2A7U6f4QO/d3pKe3
AduA0Ij5ysvM+sXR+nZn2TOv9K1wa4nY5zWh30PVsra5rNy5qj669YrI9RtNzTI2uBZ9zq1j
Z+bdnZt2XlQLHlocW+1vtaGNa3+y1JT6QzO6T1Ch3oZFOXUyHPFbw6I97faw7/pKdbXFjXOE
Od73A8gu90LzvoOM/K61Q+jU47vUe+JhurXdv5WxeiNdktA31bo7scP+/JKf/9Xp8/o3Tqqj
Y9jorJeXA+4n93+V/IVL1cr9lsuzK3Me1jnbomWtbve63nb7P3vprV6rl0WMuww9v2hjG2hr
tGiXbat7v3XOb7v3Fhvyeo2fWM0m8nDvqOzDbt9It9H2Mv8AU91dt+S/YyxJTzOG847KrQfa
4urePgwOr/6Tl2H1Mxhj9GbkEQ/Nsdc4dgAfSrA/sMXHYbfSpsqyW/pMa2sPrcC1zHO31vc5
sb/0Tq1NnW+r9PtLsXJeWSf0TzvrIEu1rs3N2/1UlPd3v+059WGbi2quo2X1tds3OedtI3/z
n7/0FoU1ei0MY1jGjgNBH3mVyPQer9X6t1XebTXjNr330t+gBxWykO91e9/5+7/hFtdT6q/p
NDX1tORba9tdOKSfe4/Ta1w91e1v56Sm71IfqxcTBGgA5k9mrlurVl/TLq2CC51e1o1Musa3
hbnU8ltprjaGtYXGfeNxO11Xs9u6vasWzKa7qGJhBgG877W7fTGz8z3e5384xJTaxsZmG5jG
sPvrLQ/zHu27fpfRXLfWJ/q9eIadwqrDRGokD3Lsciv7RQ0VWim4B/puP5rix9Xb9z1Fw/p+
pY6wNLWmGtB8G+ydfc7f/OJKRRtawP7GONFq/V/D6ffbbZ1Jpe0EGmG72/nes91X59n7m9qp
jHpNZ3OLI+k4wG/ySp30tedlBLnF01WA7SPzdv6P4JKexpdXTWacPKqqpBkV+g7HM/y7cJ1T
nf21aZlZwAgi4HvTdXYf+285jLf/AAZcrZ6uDccdnWn02MAP2fMYLGkET/OP92381WcbK6u4
tNdWFmayHVuDSSPd7Wykp//Wt/W6jqOF1BnVqCWsnaLmiQ3gejb+b7tv0Hex6z6+pdPusFuQ
w49zm7bHsna4RDfc3c5v8hmz9GvQbm12MdVc1r63gtexwkEH81wXK5v1Iacj1Om3CupwINNu
obIj2WQ5z2/10lOi7BxevdHxrMlwryrqG7rgBuJA5f8AR9Ru5u9q5Tqf1c6niPawtGQx5DRZ
UZBMfRc36TNy7fpPT7cbpuLi3kepTWGO2wRMn8/5qF9T3P3tL/s+0ubaIPun81hHt9v76SnO
6fTjfV/pjvVg2wLMl2gEx9F7vza6vo/v2f6Ncpn9Uyeo5nr2uIbq2lnG1pPl7muetPJpzut5
l+NWHeliWBorAH043b7A4/S9357v5aBkfVnq+EarrmNsZy91J3bI+j6gcG/S/kJKY9Kr+2YO
RjusLMvDsDanEy11TxudVfW/9G+r1Gu/4RisP9XEz8G5zLK7HU2UhlLA7cWt/wC09Za72O3+
3cofVwWv6xbSLGVPsrE12NLhYQTLfa6tzNv8lanWMD0qmZ9ZflfZHur9CkupaGv9lrWZLbG2
7v3/APM+gkpj1AXjpjzBF9zGscHvEsaXD1Wt9L9G1+z6axb217QxgBLREkceZbP5y6XpvU6O
p0WNxqPQvx2hr8W2LHuaRAt12uyK/wCt+j3/AM4sbq/TbMEC40Or3mHySNHHkT+akpz2Bwqa
1vbknQ/2Qd6fHZvy8djhobGyJBJA9/8AZQm5FeyWmZkHxMaSrHRhZfmMdXWX7D7o1gEHv/ZS
Un+tTXm7B2tJb+mcTzqW1M/6lYbW1ja5oAeCAC06/wCcuo6rb1dmafsXrtpa0EOrYS0u13F0
Nc3+Qs+3Nydza8/FotYf9JV6bgD+7ZV6ViSn/9f0AieyYs8lIcnTupQPBJTANHfjxQKZawut
/RusfG2dBG2trGf1tqsc6cLPtxm5eQ19rnCqtzm1VgxO36b/AN53re//AK2kpJubiSPQeW2O
3vsqbLRPt3Pj4KRyRy1ljhP7kD+0530VYI+XhGiaAdElPKfWKqgdR9R7GOurYx7GzsNgkh4N
jPo7lKnqGDdinZe2utgh+Na7Y+tvO3Y4/pK/+Gp3+ot7qHSsLqDWi5pbY3RlrIDxP5vdrmfy
HLm+pdHy+klmQ97bsYPAFgaWuBP0WWt+i3e72sfvSU08ivFvuI9OWtja4+1/uPt2ub7mqtkU
UNre5xe8tBDd73vA0j2Nc9ym126S12pnd5a/nf2lSue5rnte7Qy0mfjp+KSnQxem42PS1mRW
2zI27nCwyxu6IYKmna5+v+E/62itvpBGNXY0ucdaaAOfBzcdqrU4fUr8GjKxrS8vYRZVaQWv
Ic9m5r3/AMlv+EVW2/qeI1jPs32cVwfawObuBj6Z+ikp23Py6QAWWukfm1ueZ8/SDtievNG3
0shlldMfpDdVYGx5mxm1rViD60Z9bS02umZPsBHYbd/uUD1rLa1waS7f2MncSe/uc7+pW1zE
lP8A/9D0Ec88JE/epOGpCi6YSUjf6hdtbo0jV/f4NZ/5JMGtG2BJZoydSJ0Khdkub7a6X2u4
P5jR/bs+l/1pliG6y0Ni99VZeNGNa6x0fPbu/wC2klJrbq6WF1z21NHJe4D8qz7PrD01riyl
z8p4ExU0kCNPe930f8xV7Mat5b9nwTmPboy7LcGNb5MZG/b/ANarU6el2u92W9rmyHem1np0
tI7V0/4T+vYkpE7qHUeotIrZ9mxwQTsLd5jXbZc97NjP5NdClTh5rm2Br3H1eQXl7R5ejXXT
Q5v8i31Vp111NaAxu/bwTwiw86btv9VJTiZP1YbdV6leyjLAAc9oiuyO7qm/zH/W1xfV8PJ6
fYa72muwDQctdP51bvovYvTzU08y7xkqtndMws/HONlVCylxkjiD+81302O/qJKcHApNOHQ2
h+wNpaDTZ72Hd+ke7/SVP3Pd9H/tpHdWDtmt1Z/4OHt+Dp/Nd/xSvnp7K2xU0MDRoBxtGntQ
3Ma0/HT70lNB9WA8xeK7CZ/nKjP/AIIxGxsXHxzux2NY12oLAGjX+SFbbS8EBp050TPZBk9y
kp//2f/tHm5QaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA4QklN
BDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAA
SW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3By
aW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQw
BDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAA
AABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAA
ABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xi
cmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNi
b29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2Jq
YwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/g
AAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABC
bGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JE
YXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAA
AAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAA
AAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAA
DGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9w
UmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAA
AA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPz
AAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2Zm
AAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAA
AAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAA
AAD/////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPo
AAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAE4QklNBAIAAAAA
AAQAAAAAOEJJTQQwAAAAAAACAQE4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAAB
AAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAA
AtAAAAH2AAAACwQRBDUENwAgBDgEPAQ1BD0EOAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAEAAAAAAAAAAAAAAfYAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
EAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAA
AFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRs
b25nAAAB9gAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3Ns
aWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xp
Y2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAA
AEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAA
AAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfYAAAADdXJs
VEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRU
YWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAA
AQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJ
dmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9y
VHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25n
AAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAL
cmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAA
AAQAAAACOEJJTQQMAAAAABU+AAAAAQAAAHAAAACgAAABUAAA0gAAABUiABgAAf/Y/+0ADEFk
b2JlX0NNAAH/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMV
ExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4O
FBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAAR
CACgAHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoL
AQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCES
MQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfS
VeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEA
AgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVj
czTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaG
lqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDuMt1VW9zokyQCZnX80KhX1ZhsFb2w
DwQYOn8kqv1fqFDLXMfY31Zc3YNXc/uhYozsJ97bXbt1cNaS06z+6BuSU9lW4FoI4IB+9TMK
thX1ZFDLKXixkAbm8aaI7j+RJSpExMqUqnjvLr366AlWgkpVhitx7xyqwIE66RJKPf8AQVHM
FoocammwtBca2gFztvua1rXPq3O/kb/ekpDdkdR9Ytw8NmVWGh2uQ2q0z/wNlbvZ/WepYF+R
fRuysO3BtaSHV2Q4HX8x7f8AyCy8brbbKrbOlUXZeXkNEZFzW0UNc47YfZa/6Nf+j3vV7p/U
OqOyvstjcbJdXAybqLSfTJbvb6jHV/zjv9E2z1ElOiHAcfcE8mdBKZ2a2u5lN9Za+2fSEB2/
aN7tm3+T+8mbcLsgsY0tbW2XnzJAYz/q0lLl+kkGfBMDJA4PdEczsoEax3SU/wD/0NfqPSsV
mNccdhfeS5wtf7n7g71NNdrf7KWNZ9oNbwBFrQYjg/nN2/vLQONnlz4bU6SSP0kd/wCo5VG9
KzmU2UU7cf1CT7XtMA/1vckpqPtzrci09MaGsxeHTDXuj31VNb7X7v5a0eldXd1DE3yN7ZZa
wjVr4/78gY1dmMwVspaGj92wF0/nPc12zch0Y1OLm5GeLWVYtjP1gudsa1xM17mu/O3f9Wkp
0WbqnbgdR2PmtCiz1GbiIKwG9f6NuLX5bWgAEOe1zWkH3DY7atTHyWW1NuxrW2UuJh7NRPz+
ikpt5E7Wx46nyVW2svaWkSwiHI5fvbLuG66DVNXLnltjdrSYaJ939ZJTgsZj43UjU6ivIc8E
4N1kMh7932nHqtfurZ/pW1/T/nPSWjjZN2Rl3emwCqj9GHbvbvI9SwPaG7n2sb6W/wD0asOw
wHPa9rDWYDGAQGhv0He789RwcGvFw/RpaQyoFw1Ltzvc6z6XudvlJTQq6iLCH0tLr7GnY4xI
n6dr3fmV/wCj/wBIrOPkNor2F2pMuMSST3VLpoLcRgtgOgF5PjHj+7Sz2f1/URzndPPtZdUS
2ACQY/76kpsOzmu0BdM6+0T+VRblEwBU94P5xgfNANhcCWZDNOYDRCdteSYnJEcHaG8lJT//
0e0txceTtqDDM8uCjtsiPpAaCYd/c5ZlnVsVzTvfaxgPcFpJ/k7VH7b07JJawvcREh0mQR+6
XJKdF5rc4NfA79v+p3Fcn9aMi3K6iOnVNLzjt9a2BEy3eXv12baKv3lrM2ueWYdBNvcANBb2
95d9BqBldEbflOsy3mq/Mqqos9zY2MeC/wBI+39NexnpJKeSqrx7nh9ry2tvAZBOv5/u9v8A
W/wi1emdUOD1NrqHepjWBtFjDMEA7WPZ/a9/0Vr4/wBUq2E12ZAONW0+h6bZeSdWvvLw/a9j
v9H/ADrPzGKnh9Ppo6yx1the3GaLC40lrHWx+j21Na39FT/pdtfr3fzbP0dqSno8h5Z1Cmlp
P81ZZA8d1dQ3f9NV6eset1Z/T62vd6Httv2y1rz9Frh9L03f6b/SJ6MhlmZdfIdXTtYXDQEN
b6z/AKR+j+kS+rmLj2019SeCcsmxtr5Pu3PN49n0PovYkp3nNa7kTCW0EFo0kR96U9/vSnWZ
gDUn4JKcK7HtftZWSxjfpQwHVvtJn+sgnAy3SC0u8CAB8F0VbQ1g2iARP3+7+KUx4pKeXPT7
2vc57DpxoI+OiLXhneDEREg+XwXRE6QOfA8IFovIittcnlziSP8AMaP+/JKf/9K7awnQ3XP/
AKwMD5bnJsfp/wBoPo073WPcPc46MA+k/RrH+1aFef059za/tFZsc7aGjUkk6AaLaopFTYHP
eBCSmGNjY+DQaqBP5zyY3Pd3fY/97+ssnMsLs+oZbBdRk0ubc1wHphrX+rXDXfR9zfVq/PW2
9odOnMAqrl4zL97X6biTuHIMBjXf1mwkpoZ9+PiVC+y3LaypgIqx7DWHta36NrHe9nqO/Pb7
1Zxen+t00WW+zKyT9pc4TIe4fo69303Npp9On3Knd0xlnUasZrhZYQ11kNhrKm/n2R7PUs/w
bGroTq46JKeVy6bsTo1tR9thdFh5hryPUP8A22r31ebdThDcPbYQ9rD9JoP539R35i0s7Cbk
1uHBcNp+H/klUGM6qx3pvLHSYDhuY5um2f3XpKdJr5jxT5ECh5J0gSR2BIa4qrS+wCHgOI5L
ePLlFuBvx3Vz7XAApKWflhri117JBj6MIbswci1hHMSB+VqC7p9rnF4DSXayTqhu6fkakVg/
AglJTZHUDM7Q5vi3n8Xe5T+11E7TAI51H96z3Y9lYLrK4aIEnz+ClugCawxo5Dh7v8wf+SSU
/wD/09ToPT91zeo5RYGBzzjsGryWuLG2OZG7832ro7MmqtheXAbY3DXdrx7Pp+5VOnZeJV0/
Ga/IZXua4hswYBO5v73sVT61Xs/YN97G73wwVuB3Ah7msmp7f3t21JTo4+Uy3HsymEPaN9gI
MiG7gxkj/i1RtzxS3HyLBvrdSXmONxAeFDKqd0n6pvpa4Muqxxvd/Klvq/8Afq1g9QvuOC/F
rIe6t36G/wDkuePosP0NySnr+n4zGYwtgtyMmLr3k+4vcPH9xjfZWz/Rq5oePkohoaAz90Af
cEMWgWuYeWgBje5nVzklNjhZ+S1rbGMbqBa0x4SHN2n/AD1dPGvKzLSw77QfpWtfI+LQkpsN
Y2Y1jwnwRX6UP28gaKIEGeERwBpjxSUoXDbuLSNY4n8iVeTQ8fTA1iToJ/rOhOwaCfFCyaxd
j21EbuC1uk7m+9n0v5SSl8q6traoduLrWANaQZ1U3w4lo1I/Ko2tqaDaGN9kuAAgSOHbR+c1
DY8gR3Bhx8+XJKf/1NPpNVDOpuc9gdYWky6CWyZ0b+Z6nuWtZiY+Q5uCGfoXPbe5oMNbsc2w
mP8AhLGMZ7Vh0Pc3LZa58kO2kmPonstl+S7HuNoaSbay1p0gOB/8ySUh+teWynpzjdo3IsYz
+yXb3/2djP8AprLpZ9o6rTRW0elZcC4DUBrHev7PzfdsWJfl3dSdYGANqbL62O1gbtu62zXc
6xx/62t/6jerZXaLB7MP9FUSSXAv9763fmvbW1vsekp6zUuPmVTw3fasrIyG/RZZ6AcY4rA/
R1/8ZY91lz/+LrVlzore4aEAmTwo4LGMxKmVgNaGzA8Tq46+73OSUh61nM6d0zIzLGmwVNEM
Bguc4ipjZ/rPXP8A1e6o7PxrMRwecmkh8uGhrL27fcPzmu/MWn9bMa/L6X9noc1pfaxzy8kD
ayeNod/hPTXJ/s7M6Xi35dm1tjdoq2O3bTJ/Sbvbt2u2JKfQNriZCW9rpa17TtMOAMkHs1ch
iX5XUbtt91rjYwOuBe7aBA9rap9L37f3UHrPWcvpWZjY2C/0m2NLntgO1On+EDv3d6SntwHb
gNCI+crLzPrF0fp2Z9kzr/StcGuJ2Oc1od9D1bK2uazcuao+uvWKyPUbTc0yNrgWfc6tY2fm
3Z2bdl5UCx5aHFvtb7WhjWt/stSU+kMzuk9Qod6GRTl1MhzxW8OiPe32sO/6SnW1xY1zhDne
9wPILvdC876DjPyutUPo1OO71HviYbq13b+VsXojXZLQN9W6O7HD/vySn//V6fP6N06qo2PY
6KyXlwPuJ/d/lfyFS9XK/ZbLsytzHtY526JlrW73ut52+z976a1eq5dFjLsMPb9oYxtoa7Ro
l22re791zm+79xYb8nqNn1jNJvJw76jsw27fSLfR9jL/AFPdXbfkv2MsSU8zhvOOyq0H2uLq
3j4MDq/+k5dh9TMYY/Rm5BEPzbHXOHYAH0qwP7DFx2G30qbKslv6TGtrD63Atcxzt9b3ObG/
9E6tTZ1vq/T7S7FyXlkn9E876yBLta7Nzdv9VJT3d7/tOfVhm4tqrqNl9bXbNznnbSN/85+/
9BaFNXotDGNYxo4DQR95lcj0Hq/V+rdV3m014za999LfoAcVspDvdXvf+fu/4RbXU+qv6TQ1
9bTkW2vbXTikn3uP02tcPdXtb+ekpu9SH6sXEwRoAOZPZq5bq1Zf0y6tggudXtaNTLrGt4W5
1PJbaa42hrWFxn3jcTtdV7Pbur2rFsymu6hiYQYBvO+1u30xs/M93ud/OMSU2sbGZhuYxrD7
6y0P8x7tu36X0Vy31if6vXiGncKqw0RqJA9y7HIr+0UNFVopuAf6bj+a4sfV2/c9RcP6fqWO
sDS1phrQfBvsnX3O3/ziSkUbWsD+xjjRav1fw+n3222dSaXtBBphu9v53rPdV+fZ+5vaqYx6
TWdziyPpOMBv8kqd9LXnZQS5xdNVgO0j83b+j+CSnsaXV01mnDyqqqQZFfoOxzP8u3CdU539
tWmZWcAIIuB703V2H/tvOYy3/wAGXK2erg3HHZ1p9NjAD9nzGCxpBE/zj/dt/NVnGyuruLTX
VhZmsh1bg0kj3e1spKf/1rf1uo6jhdQZ1aglrJ2i5okN4Ho2/m+7b9B3ses+vqXT7rBbkMOP
c5u2x7J2uEQ33N3Ob/IZs/Rr0G5tdjHVXNa+t4LXscJBB/NcFyub9SGnI9TptwrqcCDTbqGy
I9lkOc9v9dJTouwcXr3R8azJcK8q6hu64AbiQOX/AEfUbubvauU6n9XOp4j2sLRkMeQ0WVGQ
TH0XN+kzcu36T0+3G6bi4t5HqU1hjtsETJ/P+ahfU9z97S/7PtLm2iD7p/NYR7fb++kpzun0
431f6Y71YNsCzJdoBMfRe782ur6P79n+jXKZ/VMnqOZ69riG6tpZxtaT5e5rnrTyac7reZfj
Vh3pYlgaKwB9ON2+wOP0vd+e7+WgZH1Z6vhGq65jbGcvdSd2yPo+oHBv0v5CSmPSq/tmDkY7
rCzLw7A2pxMtdU8bnVX1v/Rvq9Rrv+EYrD/VxM/Bucyyux1NlIZSwO3Frf8AtPWWu9jt/t3K
H1cFr+sW0ixlT7KxNdjS4WEEy32urczb/JWp1jA9KpmfWX5X2R7q/QpLqWhr/Za1mS2xtu79
/wDzPoJKY9QF46Y8wRfcxrHB7xLGlw9VrfS/Rtfs+msW9te0MYAS0RJHHmWz+cul6b1OjqdF
jcaj0L8doa/Ftix7mkQLddrsiv8Arfo9/wDOLG6v02zBAuNDq95h8kjRx5E/mpKc9gcKmtb2
5J0P9kHenx2b8vHY4aGxsiQSQPf/AGUJuRXslpmZB8TGkqx0YWX5jHV1l+w+6NYBB7/2UlJ/
rU15uwdrSW/pnE86ltTP+pWG1tY2uaAHggAtOv8AnLqOq29XZmn7F67aWtBDq2EtLtdxdDXN
/kLPtzcnc2vPxaLWH/SVem4A/u2VelYkp//X9AInsmLPJSHJ07qUDwSUwDR348UCmWsLrf0b
rHxtnQRtraxn9barHOnCz7cZuXkNfa5wqrc5tVYMTt+m/wDed63v/wCtpKSbm4kj0Hltjt77
Kmy0T7dz4+CkckctZY4T+5A/tOd9FWCPl4RomgHRJTyn1iqoHUfUexjrq2Mexs7DYJIeDYz6
O5Sp6hg3Yp2XtrrYIfjWu2Prbzt2OP6Sv/hqd/qLe6h0rC6g1ouaW2N0ZayA8T+b3a5n8hy5
vqXR8vpJZkPe27GDwBYGlrgT9Flrfot3u9rH70lNPIrxb7iPTlrY2uPtf7j7drm+5qrZFFDa
3ucXvLQQ3e97wNI9jXPcptduktdqZ3eWv539pUrnua57Xu0MtJn46fikp0MXpuNj0tZkVtsy
Nu5wsMsbuiGCpp2ufr/hP+torb6QRjV2NLnHWmgDnwc3Haq1OH1K/Boysa0vL2EWVWkFryHP
Zua9/wDJb/hFVtv6niNYz7N9nFcH2sDm7gY+mfopKdtz8ukAFlrpH5tbnmfP0g7YnrzRt9LI
ZZXTH6Q3VWBseZsZta1Yg+tGfW0tNrpmT7AR2G3f7lA9ay2tcGku39jJ3Env7nO/qVtcxJT/
AP/Q9BHPPCRP3qThqQoumElI3+oXbW6NI1f3+DWf+STBrRtgSWaMnUidCoXZLm+2ul9ruD+Y
0f27Ppf9aZYhustDYvfVWXjRjWusdHz27v8AtpJSa26ulhdc9tTRyXuA/Ks+z6w9Na4spc/K
eBMVNJAjT3vd9H/MVezGreW/Z8E5j26Muy3BjW+TGRv2/wDWq1Onpdrvdlva5sh3ptZ6dLSO
1dP+E/r2JKRO6h1HqLSK2fZscEE7C3eY122XPezYz+TXQpU4ea5tga9x9XkF5e0eXo1100Ob
/It9VadddTWgMbv28E8IsPOm7b/VSU4mT9WG3VepXsoywAHPaIrsju6pv8x/1tcX1fDyen2G
u9prsA0HLXT+dW76L2L081NPMu8ZKrZ3TMLPxzjZVQspcZI4g/vNd9Njv6iSnBwKTTh0Nofs
DaWg02e9h3fpHu/0lT9z3fR/7aR3Vg7ZrdWf+Dh7fg6fzXf8Ur56eytsVNDA0aAcbRp7UNzG
tPx0+9JTQfVgPMXiuwmf5yoz/wCCMRsbFx8c7sdjWNdqCwBo1/khW20vBAadOdEz2QZPcpKf
/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAA
AAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEA
OEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8
P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8
eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAg
Q29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+
IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYt
c3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0i
aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5h
ZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9y
Zy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBD
QyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6NTU6NTEr
MDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6NTU6NTErMDM6MDAiIHht
cDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjU1OjUxKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmY1ODc5ZGMzLWFmZjMtNjY0Yy1iMzZmLTcyZWIxMzY2YmIyNyIgeG1w
TU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjQwZThlMjk4LWVkYWUtMTFl
OC1iNzQxLWRiMjYyNjYxZjFkYyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlk
OjhkZmVlN2VhLTlkNzItNjI0MC04ODRkLTQxYjZhOGEzZmExOCIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9y
TW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpm
b3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjhkZmVl
N2VhLTlkNzItNjI0MC04ODRkLTQxYjZhOGEzZmExOCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0y
MVQxOTo1NTo1MSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9w
IENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RF
dnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpmNTg3OWRjMy1hZmYzLTY2NGMtYjM2Zi03MmViMTM2
NmJiMjciIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6NTU6NTErMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNv
ZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6
Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpE
b2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDo4OUFDODQ1MEFB
MEYxMUU1OEE1QUI5MUM3RUJEMzYxMzwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9w
OkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6
eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAA
bW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAA
AAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAA
AgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABw
ZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAA
BAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgM
dGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRl
c2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0y
LjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZ
WiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1
AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAA
ABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMu
Y2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAA
AAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAA
AAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdC
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENv
bmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBD
b25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3
AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521l
YXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAA
AAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3
AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEB
AQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5
AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKs
ArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPg
A+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVY
BWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZ
BysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAkl
CToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuA
C5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4u
DkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExEx
EU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSL
FK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhA
GGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxS
HHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDE
IPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWX
Jccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrP
KwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBs
MKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZy
Nq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzj
PSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPA
RANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsM
S1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLH
UxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1
W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OX
Y+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yv
bQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+
dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBH
gKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrK
izCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJ
ljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFH
obaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1E
rbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnC
uju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbD
x0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ
1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT
4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl
8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf//
/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExET
HiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMT
FhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDP/CABEIAtAB9gMBIgACEQEDEQH/xAClAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAABAgADBAUG
BwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAgIDAQACAgMAAQIAAxEEIRIQBTETICJBFDAy
IxUzBqBCQyQlEQABBAEDAwMDAwIFAgUFAQABABEhAjFBURIQYQMgcSIwgTKRoRNAQrHBUiME
YjPw0XKSU1DhorLCFBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA9TVorKZcgjrB
4ISSBZSGSEkgJCAiEkJJISAkkgIYLW1YDIOjAWQBKwAJJDANCQqwYICSBIgQIEEABIJANJDW
ltQiNnFqrQtuyE6TY9BcVYJUhEhIIEQBgJJIGQEIIQILU9Y0AGIUPA7MPO2ehqPP9Kuo7lmH
YGSEkASpCpIIQQrBhFCVgYGJJDXU9BnRqisSGVWBs34NxeVg5UhBBAQKgqL7c94YIGAkkJAV
K0ZSQqNnMGwX0G3ZRYOmZi9q7ACwlEvJTLlKxbUEoxAYAEEBgrQghhZRbQVVWYxjTUaJmvNO
zmdE0sjDFSGCEBUqpsqLb6LwyQMBIYRQQVAwCWoYq9fHN27lUnoOZzMwd9t4unnVnfetC84L
Dac6mjKch0HBBCABoITAQEWNBeWuMZGQaro3nJnTc5lm+s3acFR1zz9haFYCNUVJAX35Ly0q
SGEkkIpUQEEBUPP34Dze67UVbOV2h+Z1WOX1UsLStYeJ1Ky17c5XF3DyQgIJAAhQErB5XDBo
20lPN6eAp2cvqCWVWFlghlpryl+vBSeks5200VQFRaCXKpqbLaaCrAkIEsqKTHBXYgKroc3P
2uEd2zlOdBc1A2/kdEuplZelGgbGthfdRYWxCGAAWQWxQWNmhplEL6zWTPpQ4nQqpNlksGzX
8oq6VHSF4ffyHH7/AJzedsiAhBFYBdHNDIw0EDXZWVwMAMRFdBeZshyOznoOhhbGdHeYU8nq
c40Zm1i2iEZVGVbBBYAB2KJeSlNcK5dBahUaRUSvHtzmgqhlB1lltDlsUnJxdrGdG/JrIVBZ
FYaBwtUDQ2ewtqkFaQBrUuS5ijPbkNIuY4Oy/SANYZOX0uMdO5GCwYdWApSstWkjiqDnM5Y+
WwaSGpNQMw1uc9OmDnndDFT0spmXUTHptpLcr2Avq4h3M3ErPTX+RJ68+T6h1xCNFg7IQ1vD
PoZBrqbQJchTHhWSRbwxzMHX5499Tj2Z8h015JOqOZYbxjJqNILxWxZFg8ECnVQ5p3VlGiqF
q1kYQipchVYjlVV3POVnBDIhSxsG3UMWei8h2DsyEGXVzTptQS5aYX247zSDCtbYVsxBITNj
11FYOMtFJLFRgRqwqaxnjikkrcsGPDrVsoEeFYtAhZQFYFShbFBT5zs+aLGGkyQMW68oN9VW
YjAHoOnwe+LxuxxTrFHKuXmoPQ7vP+gNEBIDCQEkkKs23ngo0IJLoZWvhmN5Mte1SmXKLGYq
axhJbDatILkrzG0Y3LxQhbSyihmLHprK/Oel8wdnF1eGVaaemZEuczDYpnUudbr12FGG9y5l
pOJT0azsbMPSGBAZISSEEhMW2oBtJVLIVliLGAgshUmiGddIMzXqUS6FaZAa5TDScYNtWdi1
UpLpQhdQlhdk3gqp16TiZPV5DkdnQ551e5kOHvx9otaxTn68HRLOb0OSaeryO2C1WJJCSQIk
BIwAVHkgJAGKQwAJWBUwQmFdFsMc3Q4Y0Apq0VFUZBtWVzWmZi28dYovYlfO6XFLNLck7L5b
C8ZoLz+jzynVuzFa2ZBunm1B4nS45t7/AJ7vFxUjQQIhJIQGAqto0EhBJAQEAhgIYAyAkgCA
GSHnF6KmKa6ihb3KLL6zP0Ke0K8gBMIcHS5xfv4vXBXpqOdOogvPzdo006QcPN1+ebLFY5FM
Bd2eZ0DeaLCw1sNBAsCQFDLcYSADRSAQEesFzZlNkyk0GolgQjQQ4yaVM4vJSNKCPfrDaYCB
Q030C8/q5Tl9DOxtlCAw30FHquR2RpIV5N9ZiLocavbWa+hmc0RWHiwZ1hYyMSQGS3G5acYN
Zxk2TEDcmUGhaiOAS40gufK5pmWBEgGjBhYa4EMBFhgojFStDNi6aFOfblMdmig7GhHJJCQw
oo20GKnVcYRdeV35FNzYdZaUYZq2HpdDGzgoZgCMBQ6kVoAlQsCMyuFUUviQrfk5zut5+49C
6WhgIIYKQwjBiklSEQeqzmFO3H3BgQSQkkhAYZ3sQxvbWOFYAaAZgSyqwYGFa2MUjSTKm0GK
bYYU6AMC7gZJqxBFxKnKkiQ5dT1g3Z+6aTCAwBU1gtovAr5ixTQPZTeZuZr6RGsrHIYAaAMh
JISm4GchjHoo0ix1JI4jkhjArsovDDCAwBkJJCAwTNpzGtWAqWQpjw8sW7pj64Qumdy1LKgU
1VHQau4bj9nz518urIV25s50Onz+gEGEgJIQEiBkgJAJVbQUac2gdZAsrgII0IM1tUNBQFgz
k0NktLpXYGQC47sZ05EGAIIYeb7vL7BXa6DwkxZ9+c5WFbD0O2i8r4fR45125uww16uWem1U
XkghCpGCOMVJJASCGM12Fd1LlsMI9bkZWGDKZ7a7AkgVbYUWkmFNeYezSpkF1oaWg5Uhiw5H
W5PaFYwhSovw6sB5rpcr1J0TEORz+lkKehjrG52+g9XajkkhFaoW+m0MSwhEIjVGe1HKXALy
IEgkdHGR0Ehg8BIRAFWDl05DZJAK1RVdXB5AGSHC6vKoN9nK7JV0c2c6eHdhPO+w876YlL1H
K5nSzDo8FL3HckgYCRHUx3YOkWlXBJBct/ONDZ9AqsDSZARoB1YZGUUwjQAaCCFSOJAmQGe/
lm6m+stEhI0OFTqrLunyemXqwKlfMHoqSuuyo4uzm7Sup0D0OJ6Y1qyjSQmPZyi64XjkwAKi
cDdwTodfy3oy0EGqQgkgxBIjAhDCsqlggFZQWFWCRAAgplWkUNCSQ4y6MoOpyuia4oKL8u8u
rbIacLc443V49h0w1hl9NyuwMJAyQr4XV5x1tIgSIBSp5Xl66BNNTHq353QNMkDK6TUOdUde
ZrC1q2GEJEsrMvmup582dXzins7/AA9p7hfLdYv3V2CmQkMOCkhXvy2HTKMZehg2h5G3nkw4
7RKbkNXX890ju7KrgCEMinP2ZNxZIQGASu3AeUBgrroNynmHf5rWiWLoBfaCpeZgPU2+Xh61
/Jk9jTwchq5MhIzFcZBO5xOwd+7DaalRwyQ4dNiDPW5uuz6DKurEDg97zxaVtHydKgydXkei
Oy6OKVYKtWZteDWXwEIIBj25jh1dInL06mOZy+zxzVfSxd1MPQArVHn8WjIbkkCYCMlpQGYI
UFlUYv72HtDC+0xLuBhm2HFTpscavt4xd/M1GrJpoM3A7vEJqoU6Wa7MY/Uee9WbCIBqmEx8
zplG26wL1uGQEzaaTJm0UFOitjFyevyDZpOoTbTcJm0YjgUtC+LC1HAtqgrYajJ0OsTH08jH
QTPcaLsRN4xIdCc6HSS5Siu/IcytdRpe3nCcXq8k0VuxKDUbvVcLuhIgoOAydrndQSXQqshF
LQFdqGLLdQKSTPzOljOnYSZtWTQHB0eIca2u0cPAyVjFLCjtc3Uej08Njs58NpdTY5iTp3HJ
1as5ZM8OyrAr5vS5om6kl1fmegLxvT+UNNtGw5+ow6vW8Y57Iee65pzaOAdPXx+gbWyw2HNe
NJAYtnNEo1AzDTWZxNBe4YwX1Ap5oBhuSwcSBAArroEvqsH18es9K3mdR3xytZoksFlhLJId
ISofDYDHi3qed0MTseW9R5sXpc/qmeZdhiptURqQdI4nJ6PjeoGhgme/lmrp+L9SaOXuxlQ0
5xSMBX3fPd4uam8z5uip53Nv5gzq4rMC4KRbhaZ3FYEa41U9Kk5Of0ynnb+lUZrgC6ZYey5H
W8+HX53rmsrlMGjBtO5xrO4eK6HZ55y49JFdSiXUjWrrOl2qbiI9AnmdmE6XQ4BPR5K8B0q8
9Z0OD3eKaezzusU2qhHprOdnN5QXUUQhsjmY2AUsBd3P6Ju4PfpOBbkvNGjlQ71vnWPTzgw9
fwfQcc4CX5zpdHz2o6ednBtzIehya4ed4/t+QcGbcJU0cPoMnZHIzFnB0cYjLB6rKzq6+H6g
81q1YTp8jqZCrbk6It1O0PF6nDG0iCI9ZUGYtWICSDKpE7PI7RfXZUeWvzaCMhHR1DBD3dV4
PMcr3PnzisAG6gmu/m7z1D1KaRRCc/oIeY09Rh7a6hsV3CFQMIQSxLoYvU+Y7xpSyspo62E4
+hO6JpRivmdSo5ytUFa7itbAFq7AKQQRQ9jldYuquh5VutacYbUMq21kkh74SER1OLxfaYjy
DdDIS6nQeoKsLLIZqteIIsAuecYme+FIIFhYuYAzdTmXnpqceonN2k4mtt5q0oSp1zlXL6SH
MOzEAEhIg1LoSKTT1OZ0y7Dt5AtmKHVv4EPR08S41Qw9OGUgECARMm4mCjrQBMJJSHndCwxz
RnOXx+1yDddu1nF1deHnuX7LIcCjrYzndbnk9dZi0li4thweN63jnN6uOk9jlp2mGvpMcbmd
7mGMCg2GghrZAaadZOouonB7VZxT1Acs74ctr0HlUPcKwFDgWMBSYK0hDCKlqFNuXUPXZWY6
t7EYwgKhAgtd6HD5HosJl1p1AW5LSzn6gYattRgGwFDOpRXshz6tVI817zlXdCgp2ZyaKq2L
zluLxTB3otLpVDLN8OxJAQwEMBDAQwBkJm0oZdmfQQKSsXVAOFDrLjJsXIprajScau/EUXjG
egTi90qj5hskzllkQcNWMhUysnVGSAiWQRpnLWyaCxboUnMhqswqdB+dcdSY4ekBBCCCGEBg
IYQGABAkPOJfz9R0GkIjArLwhkKbGhzOL6vmHIjASrQ4pTYU0MC4VEtqSstFQG6vEY6Dc+Gv
NcDLbqsM/S5tx0xzrjaKKzUnOqOnMJK48PVxVHIg0BAZASAkBIGBmzTYU6EtDJCAwkkJASSQ
KNCjmdmHlE9VzTkaKlDIwqsSqu/OKyEVgDoc3uKcSbcRfTKhoFND5SaBSpqmeD25wPKIfRRI
GAhggYISCEkAUakr0CFV+fSGCBEhBIQiBBgIQCYYbxzWMfP72c45380uAI+R6B6gA2U3noAt
5VXoqMmXpqcmnuA4FXpKDgp3ajl27WME7Wo85PUQ6hIAYSQEEIBIQRM5ejWAMhJAGQBBgCIG
KhbOZlOtz8WgoutUz61Y0YbbAXpccfL6jmnFp01mVLkK+1xPQlmboOVW5VNlS2mV9IM72QUl
ioXQqtBGkh01YEMBJIAyAMgFcAkhJASSssOaGlONmOtRgg1WmwzS+wrvsvEZ4LLLTO98EZlC
jKU8PvVHlc/ouEUd/hd01PU40hJRfDLZeDMdEKWIHZHJDCSQ6oZQggBBIpBCjBBAAc5fMJN1
KKYj0SY204zRkwwul+gVrLBLLIK6gaJAoxEFxKWeCLbCrF0VPNdTdWZjorKmjiraCI4K2MII
wVdQQgkMOqGAsMFMIoYABrDiucwXanK7ZQaFyAfK95yX61hg1WQqstBJWpaA4pYghAZISSEk
gIQAOAVXKVxlKxdUKrIEBho0ELsVhwIrISGH/9oACAECAAEFAP8A8aD/2gAIAQMAAQUA/wDx
oP/aAAgBAQABBQC3/YtFzGDQA5HHjMzAfw58n8D5zM/hnwx4MPyPB85gOIYvyYMQwCCfHj+P
w484hECzEPE/h1Ut0WcRjC2IGE7DyP8AFn/G5wM+TMQ/MxyRMQDHkeeRM+P4MBmfHx4MzB8f
ySZ/D/JOAvMsPUMchm6xbXBTZOe4MU+TB4P5/EHx+VmMDExCIPDEY39+55/6W0oX3O0Ff2e1
YfXeye11uqcweOIfw58g5OfBaZzM+P5j4jfHYKLbRh3YnGJ8Cuw5DAClsiD88iEgQH/FZAYT
MwGWP1UM7EilIKdZhb63TtGz6M5p9PtJbqaf0uG4yIPiYgzmGBTjHBXM648c4JmeMzOIDnw5
ALPxYzMCcBmnwL3dBRe8rcGa3x/OfA8fzDCYWEUmDzn8SeG5A+TOISFBb7G5Rbr3tfS7dMCc
Q4igQqpP1CfW0NdgIDYxMGYM5mROPGJjjAmBMTAg4EuPLHhjy2epYkECWqM1qO1QANGRDBMz
P4EywkAExDyDx+ZjHwTxL/3rrqymw14aqx3alAgZ4dlFcbKGK6kLiZmZkGCYEwIVjcAEwDHj
mGHwBMTHGJecOW4bJLHIYEz4BUEgAFMiUQePmD8CY7cBhFIMX48DzjwcYYT+D8EEhBZWH177
Xq1NpQlKVhcEey9jVWte5dWavdc1e21WaneotYWZnYCcQZgMOBDYM7No61jCATHJHGIR4AMx
4zNg/vkCP1j2KXOwixtwEJtAn7VC17VJellJBAOYPPxMwyzGBjKiL8eB+LRvniYEYQpes2vY
7lN9HuqmS329zT/09oqNfZus1/U/WlvrtZUt0KOur63a+5qgY9T4Nlqyu8NBaCPujWELaXd1
VVWcw+McAeMiZGMTbZVa3dbNmzc0GWjIizFeQnQu3aV1npVdYppvNihhM/hmOeH5g4KGCZ8j
8DiHGYfAM9hRTbWqO1i+vsdaNPQolW7oK7bC/Zu+4uB9fR9tdY458W/X13H6Pr19qPpRQTk6
yGx8TEPjEPgwiAePY3E7HYRNa+02VFDq11tX9aIMZcJmCrtP6YYVAV1/23DU7ikB4HB8cSzi
MSSIrxTBBMQeTOZx4MPzHQNbtVrVfZWLk/8ANvW/V0glFCgIdem+X2qkrI6CW29YAXi6o+zA
UXP2AwzIoVfmZEJHj4JM7gQNzmczmX6b27aatNYc4m8BjTcgmEhih4TkkCWhgz4UJcAat0xb
AQrkTvxYxwAcDgARXAiODMiD8MRjiduczOATCWEsrJl6i9Naxa7EdcdsrQpwAyqoN14UCWOF
A5PZVWtGc2thTYQaECr3BIaF+Q2Z3jPMmcmAcD5xMS4qGODHUTZQFKji0YaEnKgELkjIA2dk
q/RrTbS6QWlZq2rFGYgUAqMATAirD/sMxOQPxtOFQHHEJ4PBxmcxlBG7Vka15KXew+o0X2ul
7bFaauzatSszLYpIqtyxs73NYqB7S5qqAAAMXAHE/UTKzKRioilcdlWGxcfcZ/YJn2nFp/6H
4aNW2LE6PrOSn65qC45xu2fUgqy2pR0SxEsTYpNVuvcaX1rA9SwjMAh4gaY5/hCRFJwPwsmM
TExx0nXEPBZwBt0sy6ty1PVXS6uuxPY2fXTo6iLQMY2srSrMrV9UX7C711dZidsE2HBsIhZy
WEDEjGZyC4nTtGQ9a6GQBTL/AP5AY2TACJtKA1VgWIA0+rBssWtXZnbVXN0/ncoNiWIRPWbP
RgZnBBzD8CHiAfqgi/GYPNkOTB8Y5jE5fhau9jMCDuaIvTVr29dtncdU167bmQYqQjG6f+NC
BYy22utQqC/BJA6kwqSSrE9TgoZ9eYKzAmB0gE6iDicZtb/qCJ2hcZuQOi6wU1nAfZKi7YNj
VUvaKaUrQDEGYVLDapwf2RtW02VdTMzIghGYBwoIPfEFgMDiAg+HJJIghMEKkQozRawAeoZV
BllLY36brZoa9yV0H9XHVtvt9Ws6IuqBYpOSFAIWDqR1TP1qDhBO1c+xRBeIb1B/sIQL0wdl
GI2BBe2L7CLjdif2BP7Fc/sI0Yh3FbkWVL0WlJW1YH3IsruVyz9T3ImwnNtYxo2KykzAJA8A
TJmeGgzAOQMDscmAT+WcCKzNEcMCJsXMgBussSroOwjtypJWvEdQybdjCjXQ7N7vEEDZggwI
MGMz5KEgoykqSG7KApYdTno4Q0uoFDNBQ3W3VR7P6Yn9PJPrsj/zsT+jaIdGzC6bxtIw6ViH
+hZl9a2sfY6hLF6MoZbaPsenX+udcCy6hR/6FIKbNLHCgAKJjiZ5BEDQQERmChnLDp+44n+r
RlyWBnSwkJ1BQGEYWoZmJ7BgtWoFVKixDPwmJgRioisDMrAR4GIQIRFEK8gTmZOGdexcYFiz
uszMmd8Tus7qQ4Yn/ooFzQNWY1feH7KxS5Zbr1qru9pfbKbKexKmw2vkbtzGrZYTS3XWtHSx
SPGZmdlUNgxUAnVRMwcxD+phHk5ijMUY8blavEx2rBUk8fYAtluwSbL2ZbdiGx62TZZl/tfW
q7eQL1JbZrBS9cfemBchBuUQOvWwXCwm+dniWuWW1s5E6jBQQoQSphEZVMCJEQKbUDrYPrr2
tp7H+JjMJKB27lVywDEg11Vau7YllVgsr+R42dkpYTyHEyDCQIjAlP8AaERhMQLAuPO0wVFo
TqFGbR1UAAMgMK1YPVYyrgBVjDIIrCI8XkKuC7tFaHBI/wBWAyQsKrCimfUM4JP7zs4n3FQL
iY1nGQYFwWLCFsT2GxipOATkNjDhuxVZ/XtMqoIXYDhFdifV7Z7K3YQgz/5d4EmMITifZFsb
ujZt84mJjzur3px+ltqrDc4f7XYixhFtxA4EYO0K4YMDOoyFBUQBs9QZwpADQf62H9jmYJjK
QcnBYzviBlMJWArCAILKzFCmPgTZ6/VtXB7TkwYAZzno9k/rlYuytharqrODHQZofrZoWubA
Iwwug4N4xnBl1tdcv9jhtGwXVLWe/jH5XDNYPZOmIURiqKosQFXADBAYgIBUGWfWCQ2FVMDJ
iMFmBMchSJ9fDK05x2MLTIh6zqs6idCYUaMpwigKMgZ7H2zAa/b96Uu2Ds6j6yFgSC2a26gn
9U2SlbOCSQAMz1ljFhgS1sV6Tf8AUDMY9V9je73Uols0F29ZqDkTP5kZDqy2MrCBct0M6OSa
cn6ORrKYNZMPrZH1ERajj6sQUhgK1WBFyFnUYa3nvmFhjupnZIxXP2gg7CiW7fQ/3CY20TPv
eVveQrT2qd9Xtl/U9Uq3Nhrgq92qoayWVlCo5KMAFgQGAT1VGUJm25FGjSFRfl/1W8G6wA1W
JYtq0pwR/hcdtopyKuTVmCrE+tZ9azos6CfXPqE+kZann6p9GJ9JyE4x+zWHstrRnJjqxZab
I1VhjUlp9FfY69ZB1kg16wQtaw3ISNkLN4/bqopN6hdbUeprUopd7DWlVaPWGckRNlA17q4/
ZZRWbbaaxXWRNsgmoBUQZnsbxVr+uossS3Q2Wt1abFi8CY/HPlK8XY8Y/HEx+GJiYhExGA7c
CcmZgEM/hwDAnDoDPqECsAwCQsMparK3rR/Y2l+yn1ekfr2dO2llNoZfXtsEaVf03aYeyv1u
x22VRX9RQcD7pm6XEvYnCoSB7dgavT5CEiIOfwHg+B4GM/4CfBhbENggcRr1EfYeDY2S7brh
htZf7QY14Qf3cFtwxNp2n3uY1y4FgENwzYzMcswFBxXS4HcoVrsauljOoJs9drua0qqXIl+r
Q7bm0mvTpUm6/VvqYllEdwBQ5t2CMEEz2R/XRsKWBVJAA/wgRvhBx+OfOZnxidFjICDqqYda
uCisK1LkpQRLMKCGZeQPsGKbGZu8X92sqZSb6lWikXCvXWsczBm5YK7Ni+7XevcFqpbmdiYF
EKZF2tY02tBhSyZA1xXErZWa5gNCsmwHlmwLLfs2aTm9TkQGcec+ceL3IiDC/jjxiYmJjwZm
Z8YjbJUHcURthWLWK0LLDYoAFZnCyuyxWe19iafr+UrVAYIzKs9hYr7V1KbOqNX2VI1rLmWz
ZrrYey0ln/q6cX2SWn2Ruttp0krWxSjfYnSx8LpLiqbNnQVHmlgWrbI/DPnHgxT2t/PExCPz
z4Y/thZ0yGrYT6bWhoulKNnCYahCdPTxEXA8NYqBme07SgXal7qrF+tBJfarrvbY9LWVq9Xs
ObTVr1+vU7G1ibFCPLE6k9u2sP8AiQQfYXEvgYQBRq2AjMzmZ8DEz+DYwjP2+14LSR9rGFzO
zYLWA5tx3tyLTPtWfYk7LMiZ8Hz1pBY0ywVNClcKGDZZIm0ALriRra5vdVAHx4JxLT98ZwJ7
P/kaNlra6nJUIEFQVY1yI1u0laX7rW3aFAqpAjLxsVdjWMtT+qkHFgLWt8IodNfXetRZMwGA
+ODB5uyK6iLKzQuTSs+kT6QIa2A62LC1ohdwPuxAUePWhgOAlpENggsn2AzuJ2ELWh/+hh7E
KWWfa0FmXLVkVVBhTX0X48dgY+SHKVjWrIm7my7VqCx3U1U2XBHr/bZzndytejWx2qxgCGOu
Y2soCAiH4sTq6r2OpTiBwwKgxV6ifHgQecZmn1RXtGfsENyz7wILwZ9mZ9ohcQ2pGYToDCiY
NQlfTBZZ0yFrxOyx6lyKlgrUT6sz6gJ9LEjWXNVYAA4MbgKOc4iVl3uYoi1BkZPqctslattT
LryG+7khyPWaZWKOPB+CowVwT/ruVv116M2CypWrYLYDAfwEHliAKrMbFh/Z35DEwHB6sYM5
ywObJ+8GBCwEDtDY8+x89O06OJi6drY3LfxjIHwBwo5C5IGB4fmKOGQEVtiXqrFkBVVOXe7W
ardW1LqngGQ6BU1U60/jYnLKJsjC66F3CZsBb7K7+xyDASJnkGfzMzMvIn/87nIK8IIRMEzo
onVRMTnIHPUzrmdcQKIBOQS3aYbq3zjwBOpwFJiDAz5YDAGAzftiN/uRx1MspLEtcqvS9jNS
qRV721L1r/EjMsq7HZQMqoOowttlC2BtexJ2adiZlQAfGfHbl1ycEEjMxgYJBXweJ+2P5/nM
zyjDAcQMIPh7UWC/sP8ArluuVwYYzqirjqo/HE/jAJjL+2IBAYMEP0rV71J0dYiD4P5Y4erL
deLVIc2hApDFlXJRYVgDTJEXOfkACMIVENYM+gkDXODrtDQwjUsZ9TAFMw1Pgo/UVuJ1IIXM
a2tYBbYF10BHE7c27dn2NsFyb2VNa6wtXyo8YmJiH4GMY58HnwnPje2strahLIoVPxPgzEPW
MgzZUHhHWdgRBBiHBh4ggjHjiAETMzM+cAwosNS5NQhq5NWIRa9q6wUFCJgxgwgR8Oct0BH1
gnQ1+16jj8CYHBeCWN1XEsbqtDF0Reo3tj6adTWtsbp1VbBM+MeB4x4xLl/UHsBnFjMLiMjJ
EyJkAdoGBgIMAjYwOT4H+GxiqV4d+IQIVGCgmBLnUFbA61Vsx1agifjcwC0cwwCbFgwCMbDZ
Gow6s6qv0nav16RWksQMEGF/AfgRmEdHWXYF4GRiFTOsCiAAQT+CJWeRiY/Afldn69Yft5Im
OdnImtrbDLq0M0AwPBjTImw6iUf6ZLOI1rtfNlsTXvCzcsynrnII8Y/EflYARnqdgj7VJK8Y
gPgeBDEH/T7BkNmZmZ2gOfytOK6rVF58ZEPi4drPX0BNduiA7NQC7KsV2EzwRbYEWzcJL3JR
AwFVY/T4n2EbQ5XZz3V1zYzk6NREHnP+JziE5mzy1X+mDBgwfPkQzOGCExQQD2wLGhvAAv4+
4YSztAfO0+F1wDsRn58YEWsPedcFBqpFprWYEKKwNFtZv2Mm7bFRqsL209nIl3+rNk69ndb3
CI1/Wd2sbTUimZghPjIEUk+TMzMzNmw/YpyL24pP6tjMHz8T5mIBDK/AhnUGPSrA66dK6wq7
3eoUWWlAbBFe3NyWGaa5sYgSvJb5gPitf2oPaskCA5I8Gtg2wP0u/wB9Je+1roAs9jeaZXsB
ppuBbYvaWAVVUbDNdrrivzjmMQ0HA/K/JvC4mwMij/U+B8zmCCMZWMLAODBMQYwvxtr2TTP/
AGj9uqnZLKiKXbATIUQkTMVz9lIxXjMCgQsoMM33Ca1tn7enq7sgwpOJ7skrRVY9FTGh69gW
V7bNYlSg3UL1q/AnqNfJ8ZxM5g8ky0f/ANjMvH608AceAMk/Ig8MYowoghgEMJAi+KiBseWb
A5ZpmZB8axAuHx4dAygW0iu1LB7Q41mAY+s1/q1xHM9ujPT61A9T47lVAIC1a1RbZrwF/C8/
rQcqTgKC0xjy3wc4cftwZcAUqJyOQcwGZmYp8N8+BDBDD8r4QY3JjxYwApJI7f8ATPjnAJW+
jZHSz2FpKX9ouyyWVbKOHqwfY86mrSb7q06qTgMcz21h6+vYixTgnsGdR19cnfdUTP4OvZab
ggRjYQAB5Jl9vIOUHMuJCUHnwBP5g8NnOIBB+DExScQlFmfN7Lmoda6sm2Zn8bIILWMUorss
mrp1qLdVOw+2m0Wd13Vzr+qp7XRiIxwPZsqzS1iVAxCVMZT9fp6iLBn8bCAif9raqwijyfhh
xdZhte9LEHE2P/i1+sHEMWfziDwTDB+BhJi/EKqfLZlp3FvJIWnkczE4jr2i64U6WA6cnHDA
CKMS5M0+roVEb4Es4Ptnw+uvWlqyoB6lrAavUIQkHz59hZ0p9fr9Esf7LFGB4Pw2Mbz2fbqO
VZTmX5ZKOCIYJ/I8E4VTkQRrFSceCYcAIR1wJjyZzhzgIuF8v+rZDGiwLbUcmMJnBsvW6+sB
VcwywqFtsS3Yodn1Xb9X/wDjw+NRelR+B4xDwNywW22NmumoIsPg/PtfYnUV90Wmi1Ut1r67
Ut5Sjg+OZg+XUkKMLBGUMFVlgjRiMIeMwN4zCRCZe+YBx5ah2ZsCIoZqiDAeXbnazNeqtEHw
eWOJvMy0MzdtJwxXlmHNaM9lShVPxjzeT0ssCXa1CqkHgwz3dzWbC57HlqLLaXyPqpUn8jbW
IHBEHjExMQqM79wo19j2mxaKvcbtM1f/ALDQ6p7f1zCnd07myI7dV1wbLD5xMMFtouMqYKaG
MXmNwbgTbSAFLfrZtpUw3cja2HdXUym412IBdDQFr0tfLKOCYPO1YQdWg23D8CY3A9g/2bWe
oByEbq49m81Niu9BiErDbWDdupUB7BmC2NcyuEQNFaFszMzMw8n39jhFwCyMZ9SGCoCVWvU1
HudqhdXbO1VWcjPgeGuclrO0CMja9oZkPLf7PxbTyt9q1q9XdrL6aVZxaxzm0Fx6y/BsqDLq
0lVEaDzsVG23VpSlPP8AHJNxxVY3YleCADUGe4OQy7P0NZut9Y+9mq1W7H5ooySOivsLVRr+
3Rwvs9Ut/epUjdqxXs1vOww1irPdXq9+JgGDOT1YtwG/29TaPrqPAhHA4mYw/fqsb/WjixGE
aWjD1WLjasBfZ2VrQlmZPqCsCCHWBQZobeZUP1EMHhyAD2D1/wCvk5x/HtbPr0wCIOJgFtNG
sutMtPZ6bCa626kOZTT2g6qHA6+xtYsHAgYY+yyDYtjb2wpX3K4u9j972uWKMcYIgIh5LYwf
j1SZCECC1li3qQGUzIjYAHyxzKiRFOQPjZZ1VbCyF+svsZiuOuspe0VgvZQUZGCz09Ae1cYE
J5z4sOI4/wCqEH8Mw8jeqW6setpy/qjF9YpGrppQ2+xUHldclq+2Io7NUnRI549iR9qu5IbM
AJZTgsOK06gn9GLCITkLyOTkLP5ppLzS1/prGupBocDowBDwF8Nwe2I3IS5AdchlUx1BUcCw
f85+3XSq/a6ks9j91YYb0ij6gPH848Wt0Vsm2nAHYfjactcGLq2Bj98c74X6zmV/qLSSNdDB
yJc2E22BdG/YcHtmYGGBSLhiBlWOWUZDviB8li2RWSfXarh69dolQXxgQiYGLFxE1bnFqOkS
tc6tqIa+Yy4jABthS1CYJf8AaUstNatxsIAMT0gH9MT+B8y3YrrjbadEa22U6z4VFX8DLR+z
BSHXIrZ1bPPsOKgDilZ9Z6a6kn4XJm4etV7gsvDMMSvIAzCQ06FZnqBgN3xERnZPS7TJV/8A
X75resFce7X1YPZ6kXd1TFdHmJjw+orFNbpLddLImky2bKiq3UvHVm7SxDNhnFYOGqX9r262
IQa72OaK/uv0Kfp14TwG5duqWPa99GoCEqRB2QQ2KsBBnHm0CWLyAwn/AO3Zp7Bf+Kf71Lg/
WClAAjfH8+xY/Xbya1MZsxGOcwjBQEQk5Zis09f+wKqE16TXeR3sSf39lAvsEsH3evZVr9Y4
GjrQ624sLezWDa3cMuJiGWHj2JGdYfrU1lgsHZL7OlAXijJfbUi2g5W5uz+npL3j4h+AObiq
1qym7DYNRYihAQlecZHQwZ8WrmW8AtyDz8neVf6+rWGtrrUi22qium9TazDOJ7FuocnshzOR
OkXhf9ouAGAKhSZ6TCoDmLwrVVuG0Ncw+sqw3rHEOlsJOtlZTasrKezeD2VBUwiMsuIVbKnv
2KtRtgX0n6i7A+2Y1APk6wb7t5AbaGWtn5no0rwDOZmA8+wt59d9ZUeMTAP4t8XuXPUkgYg4
PswRr6CHNa4D1rYLFFdin9VIA3XLGwYatiZhizDEVgFsMUlWY5WpO41x0tS44Xbft/bsg2GI
GwwC7UG0ILq2j1a1kPrKiR6p8mERvi85NaFiOqgkwqnb3lTFsrKCRZuA/YjKrjVVrPWGquK6
GGfwPnY0/tOvprWi1YJfqqOGH4E4F95BdlWG1oHsI/6g7I+yjWGCmSD8bxCyvqatzZCLsOzo
FzMDJII+wgdgScQghkDZUtWzXhAm8qGvY03ihWiI+esK84YT7GyHcl77Ugs2PozMx+RsiawA
r2bUqrX220j6nuDdbvor6/AesqW2ADBrKQ4sC93ETZuran3twNO9r3BnRF2vbbD2a/tGBq21
tQq4mWArtYRXDDwRmbBzewQHqMEhQ9xAez7F1q8KARCZ7Fc6/c16bu1zb+FWuAEwgYnXqSSY
w4RQKzcS5pYx1Yg/ZFvvQp7bcQVe8yafZ69hW6kwGokLWZ9SGcQmZhm6pWvSvy3/ANgNkp1h
a1OkH2vY/wDDRQkAAzhqDbXLSxqLGFW7C0BUtAZt1rm2NoXKScevoYJPmFBNm+zVXW93Racy
x+quztYSRGe54RdL3KU6r9HptDVggnE3A307VTPq6zYa9nsKKqr1OehytfWdFliojPUhFep+
poCkWBJYR011Y2t65GD+rsMf1dyxtdkg7qUd0g9gyhPZiD2H6ky25Kq12FvW3Ni165R9/Xr2
KbGoNXq7FG57aux6SEznE1kU+vDKLLD2RhwQChLEsoxVaFOctqUG6ytAiDwMsfY74Upd2bSD
iraOK9crlzXl7UBN5m3tB5q/tYECV1scj5I5ZR19mqUyvGAcvFXJdYnBBBJZWKO6xsZJxADj
Wpwysqolygm6sq7UsLNTXeNokw6FkGjYp/pvGzPa2uR6rYCBzsqWs+wWsKda/ZWzX1K6qhRc
Lq/Zer+mGsg6b41nrCuHJXBhnQs1vBQAvn9vU65xgYxmOZs3fVVazW2aFNSrZtkS1y9CgqmF
wo1iHA+l899NezJa3RmyQSw+20szkz2Gb7hS2AAszyMgdBByQjqttzQbFjBA3TgqvUNqIjR6
lK3pakXf2AB7CxYvskzXvUMf7dIFF1bsDHPG6zWWDKvq74ta6ml12lRqDTYJrsHBtNdtNi3V
7Pq9e0mj+u+3WyODlc8DHY8wqzGtRNXW72UUipYeAzhJv7JLIejHasaV7Lqz33WalW5Ykt6W
haGeMoTXtwH9QFd2RRD1Q3XlJX2sbcvWlKnclFbDryAVXqQKzz2XHVmTCgkM0/YquDOqiaJI
TsSErWwbQRLa1AqGASoyyuBUzlRtbPW0kI7kLbwwbrNXf7AEMLTY4GuSza4C+pt7eNrX+wbN
DopPSfIAANigt1laM1nr9XC5yc8bF61Db2g7HuYG4PwOyz1Fv/fd9eL4Rdrum2jAo3Tar626
H2JaVuygsMWjvEQVj2Fva8FQSGCgmFsBtgEKUccKGJMGMjs0PUKTlO3OsnWkD9VBVLmLXHAr
AUzIxjjgsAI4yNrSZVvqKMByCJVu2rBZRaqkGWOy0+ocrcPD1VvNr1IJu0m6srVsFPbDGeu0
1aIoReJsbaVJsXuK3d7Dxn4IxHUK2i7LtklRfVTYx1GFq3AJuqSnrnC3PtVJKdzvYXjlyNgH
760UgEZbACtwyK0FaKP1ln2Cf9wrt1CW5h7GEL2oYfWGGH7Ch2H2A5hYsUVieCCWEA4aXUi1
N7RtpW1cBSYQcDMq2LKz/esaevYtsq07CDE4l9SPXd6yvYa3WtSyjUL2UVKisVWXXfr1WhNn
ZsvuCzqDOJXh2tAD1kiyu7vUUUl6sKlBJ9j/AMVrtCMtd+w+ppilMARmyLq1+09lDOCMWY6q
pbHUEqRVwpyMP36juyr2wM1A2PTjoB+llTNrtSO4UzHPOV4hyWBHQ+GCkew9bYkZGUklYScA
HLhlnrD/ANyOMQZhjRkyLFEprCG27pGBSWXJUu3t27FgHIyDjE4lKgLeBl6/20w1lTo5gypW
xSvtGXr66pbruyoQGaMFQJXtWHa1LFXDYscEKzIq/shDEuUwp5AzCiAuTh8EvwNNFZ0zluAi
9kf1bFz66orb651sXQvY2VWJBXkgnyQIyqRv+q7GzXZJ26lGMufuNAhNgMmP1nHhyxLWMQFY
xr1AH6JdsqJtbL3NwBwI7dp14ERv+ROQ65OjZWqrlw1L5/Sub5F5ooudl0PZA6dF30CipZdf
Y5Snqu2mu7f1byz1AO3YMysIM4zCSs6r0aHkgHGrgmkRyAN3ZNYO5sRPaOoTfoYDb1iSabA2
jqtB6rBPjPnb9fRsTZ9Y9R/ruA9bKukcbfQtPrgqE+sT6lB2XUPWoZW1aFFzE1X3fYyB2C6x
ZrKnrcng/sUCl/rWKhLOT219S65VO9QPu2ih1r7ms0XEZbdS/V9orxNulpcxdcNXXb9jQFqw
gEvWti7fW7klU6q7MCSXwWOfuSZzM9V1ziUEMHrUzfZWZSDCvWDPQgmA4le7sVweyu+snyfG
I6K6t66ok+tpxreu6XgcAeDgBwzo1brK+BY5UbtrtqLlmVWDIp6Veva5k9LUo9j62qqtKrDY
weBMNYRn1x6a9TZXAjOqz+xXPYjYVs/srYHrtqwnqWSzsgySP1c205F1bShiymzFgVoIDGZe
xY5rdTNcEtRkEthb2xaAmAwZTXCrKHVlKjIB/UwiHMOZ2EzmDzj8Nkn66f8AQorT6cS2tgPY
65bX10L26lFqrVrhT1ExHqVhs6a2RtV0l2tZLguNa1q7NfapdrrFqVcXOqIq7iE1vUSH1kJw
9L6Hsq7ayA0WpcmpALanE2/p7g9IOwcHKt2Mw0IEUqF0aXZ69crb0AFlVji/R+2f+SBD6tAF
0CJZoWdTVbWbB1gYBT5zMCACYwf4GfxdA82HWmupu9cBBF9ORoalawIAcecTENaEvQrDb0UR
2psrNLWEBrLjS1aFrWYtanQpmFAsehHX+uykbHsEZfabyQ+83QLfabl47WNXYrTGGUfqzHK6
m1Yq+sET12qCopRbLshbGY9m6qbSe10LOAz2A9yEHRzZrU2L/UfufBmPOBMeMQeMRiBL1F9V
S9a5WIx/dFAHjEMy0HbwHJbebs31o6ayuX+qtVDFiMhe0OGDLgtkRTmfXyaipcKyitcJ1xsc
sijOrp2XSvW1NePtExnYwl4FLA1ggYxgvC5Rha8NjYD5BeC7Kh/27MYZn8Mf4NtulNLhgPiK
MTH7BwobYAKbCE9hjImRCyiC0E4E28mxQAt3ZTpewUk1qwNTgYxAcTYJ+26wZrH7ZxA4JbAC
uGJPU2IivqU9nNg6qA8bBJ6hsEQ2LFOGPEBOGOSFZQSevYqS4gfIQknHHnHnH5GOodaqgsfC
r3AFbBjgZvpLrZr7bTpsVxbruvbZMI2DPo28UVODiexXotWygNjZa6kZ1/YX67UbunsV/WgF
99KguMt/upUKDlmFYGeBxGZYQ9jU0dKWAIR1DO6xQrM11KltzVB/uhin9lgKiI9f6H/0gS3s
8/Z7FT9u8YuzsZr3QIPYaf1mZ/wD8awSzuudrcLMtooqrJ6zMdUcCpARWgOBDnBVyRnHsarH
rBxMdYVYTopVtfEAswdYBWdVNh7FeYSAWYNAWncMcEwMld1jgUsCSo6hiEluxaSlKmGjTUIU
raov1KggIDFQToMsFy5pirXm4Itf9fX7mYg/DEx+B8NnBIRL9nutSfUNKr7X8GYnWATHn+Cm
Zu+uFjHvWVJAVsgjnuYihls/ZhwEZSWLKGIcZJCHrGLFr+3bXZi1mwyGvccFNit1emmx+law
bAVbNgwbNao2zSV19ytUberA/udjtPTalWpqkqfWVRbVsbH7H8sw+OJn8Nk5VNeJUrKiKi/4
jCBm3XrtGx6ky3Wu11RmwMh0OFIKxGOCcx+xLZMAJhPWzIsNgImmQNrd0Q7WVWVTLEJeyt/Z
PRy+OrxRidXZaq2WFD1Fi9WsQeFCiy22oL9tuHJAVjlsgDOB4A8GczH4O7Pb0610Agecf4M+
TLKkddj1dYAAhLYqcEAjEB/VlUo9aoxyCEKywECokWt2EfXW2W6FgJ1rFdwpjZhLFVawxXAJ
uAn35n2AsLWJJeArkmB27Tgf5LDwlOLCRipx2xB+efxyfLCe00jWFPdXDdlbIQqxJALYEFpK
mzAy2SxM1hnZZQSVYTiOgZf69ZFuhWWt0mSNVaA65hoRoKVBaoApwSMAKpjI6ldS3pMzPnMJ
8AtD4+DLHAKYxZjpr1kNn/ISJf7FUb7d1lfb3Ei+ys6n2Oswt0Kb5ZoXKXqb7K1yCCJerY7D
qzYgK+NIMdo7FIdOQwBhrIOGhwJ1EWoZatGB0aHh9XXl/Vc/+TaCuhZ2Ssda61E6DxiYn8+M
eM+TGsi1Ez4H4A/iMTMzMyzb16xs+2JCV7GC17VrrbrzW1thTZTQy3KtLamxZYt2nVbNjTup
hywYKCyiN/vgiM2Joa9fXY1a7pTbt6rJs0WjjGBg1qZdRa4xYIcgqS0GDMCExQYtfIwPz+PB
8Ylt61APdZK6+o8Yhg/HPgR7qkl3t6kL7e5cSnZq6qlLW6lZO+YuxvWH6t2w/wDnwaNKlddE
IYgsgddj1ikW1tW3UkOD3fILGabEa+YqgizSqLdtmqJsK0yGgyJ1MI5+vE6iATC4YcKTjIgx
D4B8kzOfwIBGMQfgfGPLOqiz2mtWW9pY8u2Nt2zUoG0zhKdm0rpKVX19TBdeiqFp2yCGgrYx
aeRWs6LMRhLqa7k3NF9YMAG2QgJTI1ADrDGFaEnIzODLNVGK699czsqp3WUn2FMG7rNBfUYt
lZh+cTrAOCIBMQ/H8YmPxx+Vl9dU/uVmPfYBd7K4t3NkAYomtuNE9Zczf/52s333XOurazVa
yq3wfkBHIWowIBMCcTM7CdhGsE7ZjMDN31iWDZpsW1QDNVgdYHIUiHkAHxjBxnwc5IUw69LE
autn+rrA8Dzngwfnn8czPnYata22WE+vY2HX19QQaNU+mhJt730xH2b1GtqrKkdQihSEYn6x
AgEzOJkTtC5nZjMMZ0zPrE6CGpckYF+tVbKvSFLV1UrUVgDqMQQiYhXEImOQs+BzDDicTmY4
P5niA5g88CWbVCT/ANEuVfcLEbbxNUgiutJ1TJsxL/YVVi3ce2a+rZYatJVIGIqkxasHxmEw
ZmCZ0E6iDB8HxjxgQoCWrwMQrwwIGMwLwRCMzJxjIYGczGYBCMgrwMeP4Pg+Mfk1qKLtnZYn
W2bJXq1iJWq+SZbt0Vy3escHW37oPWDFWmK4WUAIzRKsTAELATuJzDzAsx/iM5mIyTE6gwqM
4jfODCIIF5Yc4EA4hAMIxDBnGDMTBmDMGYMwZgzBltJuUaVaHocCt8BMTBEttuU9t9wdewxd
Qdq6cT68xUwDWTBUpmBCTGYwFmgBnWcCA/4cTmY8ETEZeFzGGISBCQYWhZovwDgHmYEA4I8O
SJzAT1//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8APQ9JUf8A0Mt0hd+k/wBA
/R1j05/r26z/AFJ79GTclmEAR/WSidAq18dTRicar88bqSLbQgTb2AhfxeVg1XBTVs5H9Bt6
nTnoVvv0nChb/wBU+SpHEJ71E6sE/wDHUg/9ITnxgE7Qgf8Ajn7EocyOLSQVa5PI/wBvspz/
AEM9T0IJZuhhTqvjLoAxv0J9TejP13JxlAg/DRRKZviuNj9voRIUhvS/WPoHoU/QHPTHRtP6
h01dTLIMeLYC40a8I1tTiQgenEy+y1TjX6O3f6hRT4TaKApUSVIn6Z+uRumIJ/wRtS3End0e
fkFiTnsnM9+lvDSbkSdEbUOTK/3fGezMmsLUJ1OFw8dnPT3WVn0MMlD29cp+hVkyd2TE/ELK
LQmFXOqnVcXndfEwm+hmU30w3o+NnP8ApOFapYAHAEL5g1uP3XxLVRrzLnUIVFTa1tSrDygG
9tNlUDwixOvdGoi50Oil6UqcgsoXxM6BNcMUZZlmUxR4hyqVtA2QH07OQFAB2KYYUliV8iSE
1QSSuWOWYRZ2GE+vdAfiXlAszf0j+hyrmoA8owSuBDF0QCARun/5Hl5H/SC8qtfE5bBIXKoc
bo08NONf9RBdf/6fJy5mSbegi0ocHCqbwSNE743Ru+MBHyW0x9Ty0OORH6JhlHiGA1Ka0tlS
HO6gCUxGE7Ad0XYHdPY+zDCJB5EIxCmOjf0jZV6Wc1fCpZoBEDVcfHbgLGdVw8Qca2Kbygfy
S5CvUYCra1ZqYXABqjRR04jPTlZiThMYAXEY3QoIFcpusdM+vy2/t5kyvxBtuohC4gugHYFO
cLbZThRhNhcanKNLWYiSnBcblSXC5Axosp0eh+nHohcqTcabo1tXhYZC/jtg6lBsolWLflgF
EEtOiJBJFYTBZkpzhP8AouVoZe2F8Zthk9vyM/Rf0WHdZTGVYM8wgXh8IRBxsmAW6wzIko8C
6rYubWMqa8e5wjyltEAS9CIbS3RtU2pTddmWVPqdT1YdOyJZy0L+SseSv5DCo8xnuv4/HU28
hxsv93yGttqhWNLfE55BAeMD+QnJlP5D8u0LkcIyOACFAXoNlxcBM/sE5ycr2TlBZWQpKgrK
krKPZMCsyrPuuymUdQVx7rjthFix1TDKZAVknKNmkz7lC1x8ncBNYQiGcaI1tFDpsUC/qfpH
0W9DI3qTy1G6/j8hjSx7/wDShZnsm8QrV87oUNuRsWJVPKdnCcI6BWo/xsco2OQHCduRyuf9
x0WenYIF3WG7rkcpyE6jBXyJZMjXQwhxsT2KJ1Vvc9IUo/sgQ6doXIY1U/kRCckn3QsR8R07
I/qCi+VXxWcmxZR6n+k/Uk6I2Zh3TBA1avkDShS3ypWRYGUeJIOrqvkv8q6DRkKjAHQv9mX8
lz8dBq6DxUlgDlMB8tUyjPSMJrfsm6xhTlTKjozZ6XB3PTsmaEQ0r5ltgsrYLP2R4QdXQrrr
1b9FyH6IEPVy4OjoWJlP6pj6b57BdtlhgiVP6J6oDx1Lh37o18lWpx13XF3ZA6FfHIR8nlL8
ZAR/5HlDGx+FToP9S3UJ9FhYY9Ms+VnChbL5ItonH3R4yAsxqiSfY/dXDZJlNxdYTrRPM6aJ
jYAdkRychcrZCYQwysuo6QgQHdHlHGSEajATdGdMMJ+nfo2ihZ9JdOBA0TjpjKAZq6kJ3fob
Cr9lOy9kR90bDOGVaW+PjrNm1ZAVD0AgrkCm6l0VlRKZoTgO2EbESmbKwD2TgONgnPx7Ij9F
azsSVFmX5pnBThnWQsh0xKi2UwsGX5Av2UgFsMjD9kOYZtl/guLEPk6L4yFMJ+dQdnlfj+6k
8DsdU7iVkPsn9bqE56Cwxbo6iFJAHSR0fpapHdGPyl1XUPKYQEE6dYThYT+nbqURhdlj1l9U
C5Cn5e6+fjHuF/t4Gic4CFn+JwjfWug1RrQmo1Rv52I1jVPSanGi+RIIwuNvLZhACaxLkFrv
r/arDy2NpDJ6Fx6XOqbf0MVORH0a8g4DujSsVEIgov8Aqizchkpq2h8qSS2iJIII75XI2Iqd
EWPLZPaHQI6QZ2Rcp9FCyiXRarh4KbjC/Eo14kNqUAcLPWJWOmEXJG0qMFGpJY7Jq4qIXF4E
RhbpmnvhfLbQLJ7FAkwgBKY/K5wgL2auCAhYS/o8XiH99g/YInbpnqe8/RBMOWRtiXQNoOE1
ZReN0Njsn1GqfO2qawg/qhUQNEQQCmdEASMFORK/xTAQpB6Hboy2TJ3ULbp+LlTVlNehZivd
Torb2DBYzJTP3CJJYoSwIlNgPlV41Lb6KSxGULAPVe2qHiKcR0cLmDFQzKOkJhJTAIV7fR/9
JdVt2kKA+/ZEmRohqBlGxEDREGr9/dYbspjuiSXIRfVAEYUZ2TN91hMIKmU4yjuj1cLHplZh
QnW6JdkWJ4DCcHMLEpgHfQoUAY5KqXBKFSOLR+i/lFnojS0VIhMIIyqHDGWRGaEPO/Qk4ZXA
/wBRzt0ynuWAR/jDBvyVbAuRl0LDTP0SEGRBYuiLsGwgBUMg1UInQI/5KS/Zcgz907S32QDO
BqnH5IiEQT7J0XACgIyj646R079eNXBJCZiFx8VT3Iwq2vZ7EyOyj7ItCIJRsCC+gyF/HJ8Z
yCixcaOnMbpxhAEvOvSx2CJs3ZlMpxlWq5AGhVhaL6J+FuGLQgS8zP0WK/jBgnGqwU5q5Cwy
YyhYQESCyJDgp2LqU39vQupEKOrbpgFhOR0ysr2TZKYBwRlYUBbd1FQR3RhGztxIdMaxoQr+
aWELlcu8AbLjQfLdZYjVDUbo1wDqif8AwyDD7r5Z2WzaL+S0MY6WAm1oAXMl7EqUScBWsBBO
VVnNlXjB1C9vpDaoWE+OkKfRno7rKysv1bdEMsLBCcOCdlkIfIBTYwmLk7nClx2dbfdaH7qQ
yatsbKXKIAI1KFGc2LBE1kavujw1koUpFxroWQM/yCX0XKzgHPZPUHgN9UKWr99E/jIjKbJz
KrQZsVXxjTo7tWkH3sgwYJ0SfZHyUawOQnFOPd01y5ZgQgPpWu7vp/RHpKZY+/XjZxsV8vk2
CUBUgLvuERYu6j4hOxXG1fdDzeJgKkHijVmJDsvJ/LWSGY4Rt46wMEaJrvamx0QPh+VB+X3X
DgC1QB9kRT8xnx4K/wC2K01LphnCt5bD5AR02RraSThNt04gy4cJiG/wTH6kff6mOrar4hEa
D9ExqG3XEiOyhcmQBYD2R440Tgh18gCNVxEL5OGwy5VBt7qfifdcTP7qKlTVEs7aIchrgIgh
k/6p2NTqBhAeOoATL+W1jW/YpqySreXz/wDbrL7/APSuNBxqTCZwSnJ0hfITV5QBUYRfUgMv
HQfiWCf6k5P1tj2UkrU+6NAItlGzFlLgpgCSpcKXI3TOo0XfdRquJLd0KgO0FCzN7yojqH1I
dC9A/jsJdfCbDTVNYMViN+kQmBzgrjzHInKr/wAPxyBJOjoUJ/GCyepKtyDwy57dHUiKuvHZ
2LofTFRJKH9ExrLofH905q26iAm5BtkzBtCygsdWhAixD6Il+8pghfyf+1NUMOrlVFZ37LgD
OhQrxDD+8GWQHk8bWGTqU1zx1Zl+f7L+79F/t1tOCy8fhpFidComxEk5dWFsvKIkPgojJVbM
zjplW8mSSyodjKDYb6fb+jLmSndysyviQUSACvwRbxkgbr5+KwKwz6JyPiMJur2LKfxUQRg9
1xMgnKhHkZ2X8dqvVpIz/wClD+ANYblVHmuB4xkCD/7lw8YAYfoFfyXEUipTI2A+W6IIY6Kw
rkZOVQHZdkKiRqhUlg2EC7AIEn6RXMVbo606xhQpCkLKyFlR6nNA6bgEPiPjqiMHLr42II1Q
DOe6PKoB2C5APsEPLf4sWZN6DXFQUKUDlfyM5rK/kA4h2AVTgHVG2SZUn5WlMSuRzoiBqWT5
N5PV2YjVeSo0yUB2R9lYZZT7Mq+MiTqiLFzogLQU/wBAkaShYYKdyslfkVBUWTg5WHXyr1iz
MgHdk1skqPSWI9iiSwUsFLbhYdTVxsoCFawBqUB+/VgmGU2p2RuQrn+2Ar10dfxWehGLaKtL
U5sIsDlc7HidkAJtbC4O/kJHsFwy5DptvQTXJym1CKsWhEvlVuZAlOFKj6NqguAUyymKyo6u
8LErRO6ZyoJCYOmdQU7pkfhL5X4wpqvw+6xKgEJ2lYn1G9saKM7Ll5GnIR/02X+yB5GzXdDx
+Tw38PkGTo6HK/J9CrXd2/ZW8j8rZr90fNYMTj1FMgAMoAxXVDxVLAQjV4OPpOVeuAzh1iE3
GN03D2TEh1JYIgWgKC/ZZTFMQ6gJ/wBkFsnZfF1FiPdcWL6FEJtR1f6Blkx0QDOVxwjWwBGh
RNBy2dfKhrfuIRuSBU5RHjHwH7r4jLPKq8k59T6dKfdEnACsR+QEIWxxypEaEKDn6AB1VrNF
hBPZMmlPqEbDK7J5dE7lO7dXdZQZ+myfTp3RPohbepkKjXp36RCHHIXA1fuMIm8g4C/jM3sI
P+lcKyxYlAbetxCrTV1xGGVROWU5Tg/omIkaoAHOUANPSynTVd+jKD0bpuCpROF/mmaOndSn
TE4ympQ2G+E8eyJNtU7haLkTAhBsn6AJz0f0NlEmNkeNjexQ8tv/AA/0RbboSBsQhzglFpCk
JwPRJ6x0w3pZoTMnUQExyENkwATmvum/QBO7VXL8j3TY9uluVXqDEJnIXyJnDIVJNhbIKENH
rn6HCsvCADip/IoVGB9JjC3ToB/kpz6R1dDv9DHXsnRqSwOGhYcrClfFG2qI/wBKdFlVsAOU
3qbTq/QlOcuyL6qwqfnaAudy5JQFdExg/SfZP0Y6eh+sdGVPqEoEj0Y6GxgBPXBjoG1Hq90e
3U1O6dMrI2OAj5QXpsmYP0bBQH0iNFKCHVumPRUbD6hb1iowUfJQE0GQnIbcFNt6MrKABe2y
fCj8R0tUieTRsgEd9kYNfdCtbCZKt4zpj6E+qVCB1Qf6NuyZ/pkoV39TahVmTKezVCcF18QS
mMHut07OmrXOqBvNrR3QIyQg+elh+Jn7yhujrXVMB8iICPJfyEAEjT674Kr3Q7KF7euxHt0b
phYcp2TptfQKjVP36cfRsFUAkEASF8iSnA6MQ6fw2cHIKHj8lDyw4wjWn57piXsTD4CrXYB+
rhixM6oB3IyiTJOEfj9wnA/VV5Fy3rfT1sNEHVW+6B+iT39LGO4XHXdMPugaEg22TEkrXoSc
/uidQOhv9vQzfdA6+nlyLbK51Agrk7nKqWcCShbU9Kl2DFE1/E/4osSKlFxy2VrOABuvnAdg
FVi4I9XESdU3rYDKCHuh9EHf6AOWKtVQvhNkBatW1KJqGJyVHpj9ENyp6MS3W9tU7ur2LjDF
AbdK7S6YM+h7I1tJEh0Tb42AgaFNp2wqSQ5CoHdhn0klGx9fZVOnQHV02vV/SQgNvodl5QN/
SAIAym9AcyDjX0MddV/8ldtV8T7heRPrhVBznoyBBAbeVYc+NgxlWf5DZNqcbAI0Bz/d3Va2
kAugBDfQc+oHbo3dEf0V+7eiYT5CI9HJ8FWnlxDglD5MNWXxsbNkuotbOChudkL+IcT/AHAQ
68pO3+arUFpEoDDJ06rSuS7q0lmkaMj+yPIMTg7KMJxIA9RfQK3LGiffT1camUCZ6P8A0eGJ
19HHKGis59HIYBlE1P2CYVcJyC7N2Tt90IJoMEJwV5AZBGiEFgmTBd0CYcM2qJZideyKA1KN
jHZWuckT+vqLxCNK4EoHA9MIlwCCyb+7p94Xf656h9OvxzohypyqSJAwmROpPSeh22TiOyI6
T041wrA6hGwySerlULPB+yDYIyntrKdn2RJ/tRuf7t/VGSj5LZsP0VfFX8bZ9kwx6S2AUCdT
KBTDcJm+/rJ2T79QDrhP9M6lD0G5wTAT4CnB1Xb0V8NHYH5WGCyYBkyhEnZWro2DlHx4NFMn
Cb+5cQXOr4Va9p9L6BVAxhlWlCxLAoP+Rz6OyFaUc3xY4TeTkD2QPIivdfCwJEFH6BrugOrF
MDClN0b18ambFDsPQSQ9dFt2XJ4GiDbdQK2YnZCtR8hk9/R5CMtC5u1u6NBYEGv46urVOi5A
4yoDk6IAbek1dgRKBfkNPdVtYfIyfUKAxSP1TVkj8mQYMDompaMNumCBMerM+ucdLXxCFR5D
QDQaqbm1R/aWKH89eJ3Cc+UV7WXDxeat7bBR+qtMtAXK9eJrIf0kAl0S8f5Lg86qdEOgD6dW
OqcVDBWsfxOiI5dwgRBGCVyEWOU5PyMMuRDN6rVEBsoWblWpn13sMEz9l8QAdTqU376qp/Jj
AKI/iDDIT1+Nta9Mj9UxsH918RyKL1A2RcsFUZJUdNvTSg/E5WMp7fEdlFjCcF2w6FqniRDo
1IF6jBOUPNaoclmW3pGgXE2n/JG+WZkxgkO3R0CUE6FzaNk1iSD/AKdF5LVL+IDBymB/QKMq
1PIeMQSULAw2d07509TO1RnuuNNZPp2AV7PipP7I6u/7oE4OndZ9ggG9k32KIoZC4MbE1fkO
6hxvKc37rjl0YgZULleSMV3TeSv8dgY7hM5dAyxTpwWfQp09iAO6rWhBqAC6MO+qlbhRVk26
Y4XB3Y+qY9k4nc6oOZ0T9srv0BKZ5TO6JeRgLkZcujnkcrb2XEZGiNgJCp/x2N7Ex2CEN6S/
7Lf130NoXYZKfL4dOWB02T1njJRIDd0S+uUHlodEnXCYw+U+gTbp0Kg/HZ5TSUGg76puRzEo
AXMaKCCAdVya0QWMImz8X+L6KJXEhjutCnEHoGKJOXRLfdSVuFKcHodf8ViF7KMIF0xQtXeU
CfyRLOrPvGq5EMQEQ7ghHx3g6FEGrOi1vdfyZ4mD6gqgbyi3q/ivgyuBf3dfC5RF7E+yerlG
tRGp2TjRCGLoAfdADVMnXujYaYQLsStmwpxqiNNCt3lEuGyQojsoLbhZzlSUQehB1QAHI7Jr
ZMlPUyU2VIWoCMFgiWzqmZ18QVwgvKjRMiEdVY9imAzqo9pTuQyF6l7VwSje35CCBupAnVCw
H5O50j1csnQJyZ2TPKz6oLMgCfuux6WdM2uVUVlQJVT26kiSBhWrgoOHIMOplbEIgShJI1Oq
Z/dGXYwUcW3eFoGW5XfUKfsQgQCJysTb+5fM/ooJPpNSGnK5VIZN5HfRk7MdCmOqfQqVaIV2
yxZTgaqCW7IOIeBquXZC4y7OiX+3ZUvu7bZ9MmdkbkuQviIOCnuZ7KB6T0bZThPKLw5RJMDR
ACdUDbVDqSNYVh+qYJxGyOuoKc/st2lkzFs7lRCcv7J5lMPkdGQseI5YcynN6j2X+41imsCP
YL+4d2UX/VfGwPoPdDiUOQdkSZoDCJMVH4qSDKjCfdH+MOWY+yOC+ikSMMpL1hOJqyFcapuL
ljCp4yGbH3+XoJ1ZBygb15A/ogwZNyDqSE4wfQ6dHfZPqmMFO2qG7qQyDyEf0Ht1AGXRbOqc
Q+qIOAgMdgvfdBg3ZF7M+EQdNU1QHOd0TxJ4livhR7HMOuRBZRYg7KLP2IQHm8YPdTUDsyb4
j7p/FfiexT+LzQMAqPl9gjU+M8jgso6sFSgySibFgCyfFK47oqwEOP3UhhuhXQhGugErjWzB
/wBEXyTDImxbdtkBoPRYnZVaruUBUsF8iYT/AOKLgQtvZQVPV1KjpO6BmCvuja5YBOJpYOCm
36MEfdAD9Siwd90LGLaJjnshOEW3+6LwTqnDMBJ1XkD/AJEFk2iC+VQU4JD7KLn9l8LOsO6e
wITgmMuvlUH2Moli409Bco3H4jdAfhWpkboVpAquMiWVfDB5DkSgAc6IB9zOEScsJ0KsCHAE
MveUSMsSR6RR2ADlGzyd/ontKcdZXLR8KtmkyQtkRYAjYqoZqswQZEnCsTDQHTu+qBMLDe6Z
nGqlR90RkZTsgTAKNq4A0ThcddCmsX6z0n90XqHOqetiNkTzH7+ghnlAANXJIXxClCA+6p5K
4AYqAHOEHYOgcjiJCdzUahfKxNWfuia+QfxszYXxsD6LW1IZCpk9kPkQNZXxLp8b+riMn/BT
J2XxrKxKcgqguHD4Q4hmRdMq2t+IhVIwy40s1rYTmBunsHDygwUQ2SmksjE7HpE+6nXAQcPX
WqA8dWJyuNwAn5tbYgwvia2HZGI0U1lRCcn7JmQYkdk1bFH5fNvRwEA5K46hG1i0J+YOzoeP
zVA5RyCLzEKNMshURqSVV9som8g4ZE40HsmDgdkLCxjRcbgXruzKLgHYlkb2IFQHcpvH8PGM
d0R5WxkIWAzonr7yjDHsmM10Tgv6BtCmVAUqA6AgtsiekJ+4QeCAUAzjRCrrEJh9ymH3TApx
IEug2uE7OuX6Icm2hPWXz2UAFijONlyrY1I0TliNHCH8tR9lJFexX5CcSFkEdk4Mpym9BuCz
IVOSqAfi2E1iwGSdEPD47ggmLBcRJA4gp3ELkfsyp5CIBx7IgRsE+imNl/Jpsi9YJZ1U3kPA
CrS3ypXHj7IeOlR4xRMDJhUvbSoA65ZHy1ryrqNlw8leFsDbo6JGFhymqWU6JyJRsQ8SAqkC
Ci3QkB5EI8TICtyzXCsTrAVanIXxDArDP91Pu264u9odvxCAEvqmOSdEbAsES63bXC15HTsm
Eg/ogXY9kwuCO4ZcgHA1CnL6oBwQcBAOwEwmJPxyvlY9tkZ/8+h8l/xrlDyeGxNdkakZQsYA
LrkSXpIZH+MGoB+VivGRLnKJAegyjxh9NEHY+ycaOQuVpQFYcP8AZOTCYA9imgDZBsnK4gTu
sScIAyBkoAYA6zAR8VJA/ILkKw7HdPclzunVipgomuUwf3XEFwMouWBhAU0DIC35bpj0MINF
ruzJy4QIEL5ODom/UpskbJ7u/ZOQnZhp7piPjsiDrgpgI/VAHVEmzjRZZhqpL+yAbKbi/unq
AD2RNSFNanu6NeA903E8inX8QswZ7BeTx2sHJHCqNqkWH+lCtj/HYK9j8lUVqK2J+QCp5KiT
KNPKQeWmHCHk/wCPU2qT8q54r5VwGQpWAXBCMgthM8qRCLQGUx3QIkqtdhJTO6PIe56sPuiQ
QCVa7+y5easuvieIGFU5JCOj6r52YblObjLSrMQQ2VYVlinr/bJQJHunCc5TM4Gq/wAUBUGw
pEIhoCBBawwvlIK+Jyn5Svl+qJGv+CIFWH+a/Eu2U1mBEzlMSx0G6A8ghQIR+LxhcvGTTsUx
uCBuEHo43C+dSDomJZ03MNuj8gdpRce3S9hpAXIRYIUuGuB+qPM8SRkL+EWtdsFv/wBlFSzo
V1rGyDH8WXL9UbSDsFwrX4nBWIMunIAnIW6IGRkp/sg4YCSVB+6cgEA5Xc5TdC6exyWqE4Dl
TGi4vyGroV8cGuuq/j8ssZ3lC9CS2gQAwcgo0H9uVYCHlWc6JiU4ry7oNgpzARDyyNnIFkQc
lGudXT/l2RyAcLjkpiPunrZhguj/AHEbrDIhtGJTYI1UF/dB8kwirDyB6sr0rFRYsECdUeQf
ZAMA8okCQPsnxb9Ea85ZkfYqwId8otCcWY6FCvlJ5YB3QIRr42FhuhazDyakfiUbEgnLK9Di
COh7rgZrbVNJPdNr2RTuzIHVcNf2QscDrMk4CJsYGiNjbOENtFEIksK6boUIiwMn2Rv4ouIP
dFyA6rW8ENIRJLgiEDpYQjwL2IedkbmxJ1Cez9gvlgKEw0aFUmBqEGwiwwsQjyEYCFQ9S8HR
B5VRUTbQItjEpgXGyLOCpcdwhVs4XjiEWlXsdArHD2XfYIWONk4xhEaIEfGuqPtlEI8A9rH9
lxOdXUyUGzoUKk8gE7ipGoQ+TjREAOTAKtW5+WOs1BXLxVDu/wBkSA3YrjYEd905xsoyha4l
pK41x0Ir8vJoAufkI5NjV04ILZdB53X3hB9VJc7KkkTDIzlfLI1Cd/jkIVJlCwyMq1mGMr5M
5wEQKfDAR0UL/qdSJ3R21UEucBPosMN1vbT2QGSgQGCa9c4ZchpDJhqmd+yB2KqHjQItIXks
JLSiTh5CFpbZQPdfL9EzzspCPQ1xYiCha/yJeQgwnVCMId1qAnGggFGA3+acbymOfQxCFrEj
iIZWpQc6gzbZRLBCv6pnTAscI+a5cjdOYf8AwTVDblWAflug+mqA0GuqJyN9UL0ccSqm0OFG
mqLBygWZ9EPHXNw5KdjYaBORxfAAT2Py1RRACNsFDXYLHEoWgjULEbImR2CqTLhC5LkGESSz
4CY2+O6LGNXTgBq/qnqMpzgIC2QiDCvWhltUbFdt0AY2Up9N0751KsXn/wC/UiwcHRG3jY1J
f2RB0QcuFqX0CA302TFw+QhMOI6P0z9ukll/FQMDJZBgzfuuNQ9kL2zll/N5c2wFZ3rXQdkD
kpyWZO7h8pwGTndCwDjZc34h3VLO4EfovjA1XyQ1ZDDtqvl+IXGgwtXXy/LZfEcablE/lGdk
1oIwUage6fZT+RkI6HUhBhOp0QBnZGp+ycFnQBKAEHQriSe65BwdkBvlFTgo8bNUl5QBLEKL
BrfiyIrXG+qFPJU1bVk1fk3dEN2A9DEONireTwgAZNUYZt0XynBchVIEkSUOTuSGQdR0woLL
jtkp6fclEUtIyv5fIY390fJ5D/6apyfiMVTunI+6E5TOmyU3f90RYvoFxJxoq0rfiQXb3UM4
yylG1ywCajllx8BawGmU7En3Qr5ouD+ydg+5X8XhDE/3dl8ySdXTeJn/ALmUfKr76LiQ3ZcB
Bb3TgsUzvZOQyZnfVB5JkIi1vZDifizH3RJ+TKYIQKlU/jua7svj5CfdNYCycghAC7HvCk1s
+7FPwFTuIRDvQy+onl6nsGt2RLE03yhpXshYORgKjyBvoh1yn0RNJDyynVEtlWNo8dfx7rkS
wrgeysSPy7JgNMndGtiDuyBcP7KDhDkYXxMO7nCPJg2ESII0VfJQ4LM+ywT9kDxd+yBs4rro
h/GD3R8tAxEE9k1/IAe6jy0J9wvgfdPX8zqn8l3H+kQvjVuX6p72YqZtoVybsvfLIWAgaL3w
h/dOi5OGMI1b7oVBYP7I1bkELWM/5KMKTCrwtFdFxsW22XxIL9keRwVo36ocSQ2yY35DvKMD
G3f18bBwsltul/JcTgKOrlEAt3RBwMoBciHXko0UIPuCUB3TAaQyOORxumuGfUqbP2Zc/FBf
GiqTWHwmEAaI2GuZwiW1QYvLuO6AyFhSWWUTxcHZTBTg6rhyJOygsUa5O6cr4sSiD+RwiLRx
RLQMIVEvnsgdAiH4iyImEUC0bhYkIv7qJBRhWBqxOqzxG5CNQRGqZ3fTZMaxh0TWWwmichEE
F2YH63EZsgpCjBymEuj5KZrFgECNIZFmD7pyAfsoHRrBwiQGGwhNWR3RLfE5ZCJAZV/+N3KF
AWJkBcrniMBOT8dO6cCVzrJGQjY1Hy7Ifsy+JbuCq+Kx/wB0Bp1WUeUqKh0TctRfH5OJOxVq
2kHDJ810Cw26YCNEx0UmEajCZhxOq+QgYKJGqehwg5FbbocrODlZCmwfRPQufdAXq5GXT8GK
JcsdPv6ZH0QEDgAyhcYPW9W+Np+6Jt4w51Kx6sKAyfi4LuURahYn8gmLi9PxOoVR5/Kb1Gal
AVxXRNWK6ogDk8EK1SG2XdPxlE+MtauF+Z4r839woAP2TX/HsEWqSSdEBrqmAWpC4iTsEPga
13T3sz6L5EwgKsAIhB7QFn7umFmXyLps7LM6oKcvjsvmAar4MExqH0P1pLDdMdwyqNh0KI29
UKejabriPuUaknDv3TeYBgGcarlWsgIwzJwfcBHQKROhTHKIGNls0JiiCHCAIAFU/EMZTOU4
kp82CcnjUZPunA5W3KaohSmCk4WX7L2XsolMVjpIkLbo+31jZnlAjAQ62OqAOUxEpm9Dumbo
TgP+qdmKNjLLjd+P7rn45T2ILpslAEZQIIgSE22yOx0RTOy5bFfEHidFEdkScHRG5D1eAmA4
gaBOYHdfEYhMYK3Q06HUKBC2Cd3dNqg89GEGynKM6fWNTLoUROyHLUIop6FrDCGp1T2GEwEq
EwJdCfdPc/bobs84XGwg/sviQanVc/FFtQgCSaj8qnZRYA6gok3qm5vbsnLvoU9i4GixKbO6
wx0TKPuja2NPdCtSCSgTDCW3T6p8qIKHLLJiQGyndxsybw0NkP8AbYW3IU5VjUOdAo8Qb3Cj
x/4Im3hJJxhPbxTsgT4p2X+9S1BoQHRP8k7MX+ubH7IA4yV/H4vZ0B+V7aIE5M9WsoTjPTv0
lG1JI03TENbUJiI3RFZJl+ya0nVPQkISWOULhydnU6p640QDhtVAwpx3RBI7Fe2O6mBsqCrg
EyuNS41lQY3CcFyiS51TeMcXwTC5X8o2IElOB5fI+S0L/b8Nif8AqKD0Fd5dZDp02iwnsQAN
SnF6/qF8SCdUXA9lz4/b60I2OiNKVzBKN7Fy8I+a+Bj6exR8lC1wP1X8flDHvqiRBXG2V7YQ
hiJI7J6wMst9ETthkzEE6ouX4/upgBFmEZQf9V8o0QqC7YOyNAUwE6hE0GPyqf8A+E7sXkFC
3kkbaLhWoZcWgITJz7L8naGUWndEGwLaqCHCmzKS/d0P5C1W3XwJ5V1C+JcPhGDGv1xTaT9l
/JpaQEQQ8oCoYD6rXoLbOEbeGzf9JwifLVu4lODPdPkY7okFgcIvrsiWgJ90DkDKBH6IuQxw
svxyFJI2TO7YXjB1f/BcqH5NjuvmGIQdgDrqmB5DbMpnHPRObFzljCzG7qTj9ELACVNQT2KJ
sGIKAdiCyDVcVz3TmAZAXyw6bx/C5wybkf1lQmUKfpSrPixYIAf2hWeJ/oONg42KNvACD/pd
0x/IZCIIgI7akogQD+6fUYRfKcQTogLGOyYD4lcxlDdUOxgoDLr5BNVHkDGykMBpqnBhMDK4
kQNU0hlFnPuyFeR5HKAce6PGzgJzICOj4TgBxDFE/wBwx+v1oTmQJ+6LlGonX+iP/J8ZLktY
Jz9ynqWqBgJsbIAgQsQnBAADoA1bXki2uU1iwTO47rxg4fHQMnKeEQagvqgXNewXwty7IfF9
2U1jV1EAZWx09k7k7MgzspgbpqhxoVNc6q1yIZwPv9GfS5wP8ehJDtoMo24sDh8/VfZcfHU2
KeoAfdAkVYZZcreIkDJCAvW1QdxC5+GwDywTgCwGycOOOilgmsZ0KHEu4yg51lEiB+6PLVdg
vG/4uY+y/jJIuYDo7hMU9SpwpXLXZfysxCPKoP2Xyqx7QpJ7L42YFRYEd0LXINRp3VQagNsp
APdYDfV+Ke+Dom+rKJtcBka+AO8Gy/ksRU6Ayf8A8V/3LWtsNFyLt7p7n461Ka7N3Qt4Lsdg
UBY8iSx3UhrDFgjbi9dwmx3UWLjRPgBECsHJW6DCNSqeZvkAnxYfidXRHlB8lDjVfCw5a1OR
0Yhf5oVpY0YvyGyYF6hOVEKYWHTJiE5+rIdOIGynJ+q9rALj4q8z+ylvFXsntO5KY3DGS6er
2I20X+34X90BSlag9l8/JxHZfPy2shk+65UgvhbpiHByjbxkgn+3RfOpBC0ZkzQMoAQ+HQ3V
HyQmXylG1XrbcJv+5XvlfMGp2Kgghbhdim09GE6Zuh+mxn6b2IHuiA9yNl/teNvdGtvJx3Ce
1+Vhkbrj4/Ax/wBS+TAd4XK/mAlmCclzuhxr7pwGTN1clYWOjhcL15IWfn4ycDIRs+dEHgbo
NYwvGNWHofZSH2Tj4k6hfDzO+lgpAuRsmv4L+4ZfKtqtuFFwPdPzH6qL17B+hK2RH9F8y32T
UcokB4dNS3EakIm9rW7lHx08YvY4KYE1ZC3kLbklcSP5LhN/xvHxGHAZf7/kJt/pqXXIy2AU
2iZYU/RYjkNij5PEONskBNxJYYKcmBheNtKh+keiejLLqQCiT46l9wp8Vf0Cf+Ko7sohZ6E/
0RNg/ZEeHxgkLl5bcAzGoiEQQyHIktgLkKh90K+FrWOWlH+fyjxVONEDwt5r7gwm/Cp0CPHX
PSc+pumFPV0wR51+TQQvlZ6nLbLjUQMLHSejqfVP1XTs3omFJc7BN4vGSdyuQoJ7ogkeP2Dp
/JbmV8agJyA6/wDNEflYaIiWP9oUg+MbsnueWzphATBOfoOyb6DhP65UdCOrfWdSQ6bxgAbp
r+U/qg8nVQAPQQbORoJRHh8ZfAJ3X+75ODd0ACTY/wBxwhbyNGAAgwYHpM9JTdZ+s46x1jr2
+gfo4XFzVtQuU2PdRVlhYWE1PGT3UfD7J/Jct+icVLGXT1BCkfqmZThfIO2FCwpWFj+gjp3U
rCkLHTEdceluhX//2Q==</binary>
 <binary id="i_037.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Rn1RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzM6NTYAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAf+gAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAYuwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ALFvWenU6er6tnG2tu6SNPpfRQH9
ZFp9mM0kCA6yCf8AorJqY6xrQyox+a76LT/3539ZX8fCeCC9wZOkNSUkfmZlm5osNdLTtaxv
sB1dwB7lBzHuZuL2tbGsukzx/KcrLOnsB3PDnQe5gBWmY1FTNzWBwdqA1rnk+OjPakppNYXa
WOc7tA9sjtFlnu2/1WKQpbo5o2eEDcY8N1getCuov+hV20LiBHxDd7lIYjzJc48mA32/9T73
f9uJKaLWVi3X6fBjVxjsXuRGNutfLajpo173bdf5LP8AvzFYxq2VEhzBBJPq1iNR9Jz/AKVj
f6ytD0oIADg7hx1MpKabca8uLn2sjwAcT4d3f99SfjOqLMlryTVAe1rYO0khx0ndtVosdXDp
mszBP5p8D/J/cRqg1wOhg6QdJCSmrZWDm15FbgAWFrwNSf3HKyS31Bu4AaJ44Cp7X44AA3Fm
4VAmNwnc3cWhzvolGNh2sL4BOpA4+RcPckpz7/6eLOwe8zx9HcoudZW11thlj/e4xqGj/qtr
VO+oG9pLpZJcWjkn+r+6g5fqXNbSwRW4j1HcaA/RhJTP7db/AOyPr8O/m/v+n/JSVzZX+7/2
k2fJJJT/AP/Qtjp2whlTS8kEvse4mT8vcpuwH7TFrqxxDRoPg76SNWzqsAtspudJ5aWfk3pr
LuqMbusxmPZoYrf7oGnHtSUypwXtJmwPcNB6rdw+f5yttaRX7wARztkhU6c1zntY/HtYXyXE
iWgAfve1WRlUNYS521rRqXCIA080lJqxW7QQfLvCiWFpc0agae7X/pBDdnYVTDYba3BonQ7j
HwbueqL+ouyNaGlrD3JP/UTsSU23F7XgtEAkajUFRFtIc9rnitw1g6GR+dDlUqdddIL32wI9
snX+xtaiNwrnEOa3ZPcw12n0v3nJKTV5dZbtsIO392SHApmZJqDiGOsadWNgz/ZMfRTfs187
3Wlo/kuJMorMdlbXN3FwdyCTPh47nJKadb3Zb3OuYdrCQ2trzs42lrhX9J373verVOOXsBrY
41MAB26hsgOH/RV6jAa0VVvAaHbiWjQhoENgs+j737kelttFZrx63bW8Ej3OP7zklNHG6ey4
VWPILKrxJA1dDXSyf3N+xaOZ03Hy3Cw+21uoeOfP+tuTZF1ddNRyZZsLXODRIDtf3VYdaBQ+
xjg4BpII17JKcT7KP3x/R9n/AJl/VSRNzfH/ALTwkkp//9HoK/Ta32uENPE6+HZK0yAGET2h
QrHcNgcBJxAdta10xoY0180lJ6gXD8veU7qWmQ5jXDSQQPxUWAhnu0AHOg07olQbY72O3R3b
qkpy8vpuP9ppLSW1SfXxmu21u9p2WP0c72/u/QR2tpqG8Na0N1GkxHgiZeKG27nGQ54ceRw3
ZBTASIA1B0B0SUwfflOt2U0B7idpNjtjYaN3DVZpqNm0PuqZcfpVs1gjXaCA9ztqjigbyON0
gEj+S7/vzVp4znijBL5D/TAdPM+n3/zUlNCzBNhNfq2EkQ7awmJ767Nv9pD/AGS2WembJaf5
u0NP0fz/AG/yvorXaR9ot82sP/VNWbnWdSqzH10Y776riHCyrXboGbbZ/dj/ADElNqyq1uOH
B2+5o1cdCf8AvqX7Qw20my65lYZAsLnBoB/tIWDl2W22VuE+jAfIhwd+7CF1D6v9P6k8WZTS
0MkgM9oM/nO2/nJKczq3UKcqh2ViWb2l4rY4TBid0f8AklmVZZqk0vfWQJOwxPdzXN+i/ctT
6x4FGB0/Gx8VuyoPgM18HayfisEtdPskzoJ0BjhuqSne+2Xf6Vv9G3/Q7/eksz1qv3Xf0XZ3
/wA1JJT/AP/S2K73NZt2yZGo7hHrcAd8bRrqfGVXdWPSc5wjYZIjaYB/8igjIZWyd/tYNxLi
IAb+cZ/NSU1et9bHT8w0mkPua3dV6sisBw9r9P5x2/cqtnXuqY9bMrJxnUOe0ursdo0tEbn+
k0NtrY7d+c/9L+49XcsX9QyWZlFwa+lp+zMfRXYWk+5xc+9zfp/+BpunM6hmdZc7qT6S3HZ6
rKg0APeQKWP9C33/AKuzc/1f0npv/wAIkp1t7r8XGteNr7oc4GZBLC4bZhc9m9b6m/OuxunV
sFeI4tttsAIJb7XOsfY5rKmbv7a3uoXWNxvUqY6x7XDbHuMmWm7b+ftZu9iwbqnPqvdezbRY
82UAAl1jiWe23FeKvWzH7nv2bvSSU3sDrkivblY12VSJtZUJDoH6R1ZefzW7vdUrdn1sqFYd
XXt59NhDe0/ylz+EMPG6o+6povpqqDy4ANBYdlNlzqmjayvbf6uz/g10mP07AfS0X4tRefpE
DiJ4/q/vpKaf/PC4uaHs9Jj3bfUBbp+K6LH6hTZjMta7e0tDg8GJB/PXK9T6FRvDsYBrvphg
P9iP5HKz3szad1QdaxgPLSQJGjklPQ24HWbOpXZ/SbW1skN22mWviC/aB/35bGAcqylpySHP
cZftPBB+iFXHW8RmMHNfW2B2OgA/das3G+sjKGvDgCHWFwIBJhxLoaJSUy+tdzbKWVjV9WRA
BHA2bv8AqVzgkuPAce8Hg/vI+Z1C+1jcmxrXOtufLXHb7tv5o930WKh9vB2l/pMAkaOd/ckp
vzX++f5jw7fckq/2x371f8xHblJJT//T2crpfUcXEste6wlugBc0uM/Sgtc5jW7Vzua19r2Y
4n02gOtce5J3MD5+kxjWb/8AjPTRst+Lh0OexvusPpHY8l20idwduc6tAzXWVPx66LN9TQTq
4PLnN4ba737/AGP/AD0lNyqxwLGteSDrMyNR3H0kTMt3GlzXNN1L91by0WbY0d/Z/wBJt96p
4eV+kZj2xW1wIda06t/NbZW8+5/0vao4WPd6NbwTpZaGmT7/ANI529+36Dvakp6OrIbZjY+S
8ikP2u2zOpa5vpsd/K/MTXmq7Dvex4uvcw+jU8aBwa91bGNH+Es2v9+5ZmEfT+rDMjJHqYvp
u3tLwZbue2r0qnNOx3qen6bt6xOm9TvGRVWbSIafTB+iHjc5jf6jt9jElOlRdgdOORdlZOOK
cqp7HYuP+myHMf7a/Vv093pu+h6dFKl0PrTc2kYGTaWZNe00PPtLw0ex276Dr2R/N/4VcxbW
xtlgrEVlztg59s+0KBmQTEiOP9iSnsbOqta4i1x9evWx+1/ph49+31K2u2bWe7YoPuxWV22W
5FbjYT6bd7XSD7m+xn0N/wC5+Yxc+3qebZU6h7zY14DA088bG8fScgurFTW763ND5ADgWk/2
j/KSU6fS35/VeoU4HqAUu1NboFYDBP5o/wA1dXX9UXSPVyPaQdwAkg/yfofRXOfVF1f/ADhx
666drbWPbYHu9SYYXabvgvRwP9iSnh/rR0zHwmYVWHW6x7LHWPDtXPH0Bu/NaubPTs8AMdW0
iXuAL2x7gJjVdr9ai1uVUXna0VHUmBq7xWLdj1ZDPWFjGtgMbYAJEQ5wre76KSnI+w2/6Sj+
iz9Mc/6/npLe+yM/er/mNnDOP3vo/TSSU//U5y30nP8A1Zjg1xMBxDiSf6ja/pOWjRjU2dPy
TjVejmY7muMP37mxucxrvb/mbf5xW836tdZwmPyHAZAj3Pqa17gP5bCzd/mrMGTZTItEtDgb
GV+wloG11XDf30lJXG4/pK2PYwjc0tGrT+9P8r3LdwMqt+HVYS03Vve1zIgl2/f9Gd3uWt/z
cYKGGg+g6BvpfLwPzvS3/wA57Nyzh0e3E6g+29wNVodZXSw7v0ob6TgS/b7dnvSUtlhmZ0h3
TGfoASPbWwkMaH+oxr2RtY3T99Y3SunVYeYbsp9Nm2W1VFwiToXvk+13+jUuqszfQpdfNLQ4
VOG4j2n377PT/M9T81QyOk4peK62uFkNI9w2kHn+cDklJ8jpfSb8h9xurq9Qz6TLWta0n3Hb
uZZt3TuSZ0z6vVkOde554+m0j7mtqc5Ab03F70vJJ/0g0/zCEVuFis1NDgSIGoPh3c5JTbp6
Z0asna4NJMgvAfBaJbta/wDlK1bRiX+pZmdQ+1h5B9MM2NaR9J7GOst9N35v6H06/wDg1Sx+
n4TnOD8a5x/r6afC1qJ9gwHkAYxJndDrNs+H7ySnX6D0vAZ1BuVQ1rrGsOyzTdtPtnn87+qu
nAMrmPq9S2vNstazY4+zhslo43OZ9Jq6cOISU839bK8Wce7JA27XMbu+jM7h/wB/VWjM+rd3
SDhZGZVjWPL7GFxLdmvth0e1E+vdV1uHhvqBf6d7g5oBke13uWf9VaKq+puvygz0m0Fjq7Gh
8uJBa4bhsSUm3dO/8uOn/wA34O+h+99H6CS6r1Ol/wCjp+j/AKJn+bwkkp//1e8DdZBg+X+1
UuodMwsmt1mVRXeWe9rnMEgj+UFaquZfW22mwOY7UOAkH8ik9jrGOY4tc1wgiCND8HpKcinq
7r+odRwHNDfsYpLDrLvUYHWT/bKqdbyMTHbTdlvIc14di1sE2Ot+g17WN9z62Mc5j/66rdco
u6fnZGZgE15eTW3e8++twaQ1xbW/d+nayr2IOP0e+vIGXnXPycuwAsdZqamuk7Z+i1//ABf8
0kpD1XqwzarW41RbViMD8i61rmudaHBlFFLHhjv0T7PUs9qz8O3qGe9/2Sj7Q/Hr9R7fztg0
dsaPc93/AAbP0ir9aueOoXUttLoefVPAJMezb7v5hoZWtf6huf8Aa8o1tabRUN29xb7XObqz
a1+73N9+9JSMfabWCyqob3aenc19ZaP3Pdt+i7+SrDa7662te2oWSCGhx0I/cfDl1dtRud+n
xg4gTva8E/50McsTrXT6abqjW149XdudAIH0f5Tf3klOcH2staRU15LTID4AM/S9zfcnN+Qb
C40jtoLGnj83hHHR8s0jJqabyJG0O92h/dchWONLwdkNOjiDIGnfhJTpdOc+is5TgfboWNYX
vk/ya/zWtVn9tdUsB9HBAgxutdsHl7Xljln2dSPTxScipzK7CQXO9oYY9vqvd7Gbvzdyhb9a
em1vcbm2gEwLA0OY4j92yqx/tSU373dSy6mm0Ywe06N3OAE+L272v/qJ24+QzYR6IHNjW6jz
2e3c5VMf60dBIPrZ7Ge4kNeXNME+1vB/NTs+tXQGVNa7qDXWNbDiPUMkadq/zklOjsb+83w4
7/upLJ/51dF/7nn+Y2/Rd/O/6bj6CSSn/9YmF1G7Dtc/FyG7HEl7CdCf5THf98XS9M67j5jY
fDbG6P7Qfo+7cuXty6PdNzTHPujX5/RUMewG2t7HSN0ucxwPikp67q+Ac1jG1kaS2zaQHbZG
8B0+zasrquZ+zsWamuvuJFOMxxL3PsOlTP37NrWq90Z17aLTa31ZAI2gB53d7SS31Nzfz1mX
2XC822ljdp9j3Q5zGk+5lDB7G23fzfqb/U/kJKePzqrqMqyq/wDn6z+lcTJc8+97v+kuo+qW
LZ0ZuTn9VLcSuyuNtp2vABDt3pO9+1ywM0WP6scm6Iffv8dB+Yf6uxdZnswLsm5t9lRe06V3
WmdrmttY73O/O3pKTt+unRH7yHXAtDnMBqd7w0btzf3f3fesPq31posY2zFrsuY1zmstvisS
Q1zmVs9z7FfZ0jHtBLMeo7gGk1ZFoJB5b+jZ9H+Qkejg0il9FYr3EBm9zgP6vq0JKRYH1sZb
RRj0vZTlMhrqsgQHjT3U2tdt9v8Ao/prSHXi3b9qpZhueXMZbbqyWnbusja9tLv9IqD+k2W1
iixxtc3QMc4BjQDLTXZTQy5v9RWRjZtr2V220RWW7qRQHwP3d9zv3UlOmGOsNj5B3iTH0TI7
fyXKmzo3TiGB+HS51cAEsE/5w+ClldTxunMHqeo1h9rK663PJjXa10bGKnk9ewWMpy6sgXY9
7/SZWxw0fz6tns9Vv7qSm9gY+O3DpFdVfp+mCIY0jUmeQ5QLsSqy1tz8drgWuDHBksBa1jfa
fo7no1LS39BXY0GtgApqgCs/y9v5nu/cWazJxLc2zHfkU33VuLXUvY0WF7fafc9vua3/AAbP
ekp1vs2N/oq/o7foN48OEllel1j/ALnV/S/7jj6H7n0v55JJT//XsZzQLHNLS6v03B7TqTul
pH9VUqcbEZYxzKmMf9FzwAP5MafD8xbNOBl5Tw4WMrZqHN5MD6O5quu6ThY1XrZdwZWwgWWO
hrYJ/O0/eKSnKbldWp6jfVi45y8fKbXFZBPId7vVnZV/1xbJ6Pve1wZtFbYqbo1jCR7nCPdv
/lrSopoxKnbIrpA3nX2hse539X85Sba2x5qc5oJG6sNfLnM/0m2G7f8AwRJTkWfV3EZcMnaw
v3boMvAPk13taoX5e230rfcRw7Y8MPws9Oyv/pqWXl7XOsbkenitkhrWOsdawe1+1zf5pu5/
5n6REow8phFtU2UXtZ7Hzva0N8XfpN7v5SSmq77DbJtxaXhse+azH9aWsc1Vrep9Ax3em95p
O6ZaXhpH8l1L/d/ZWrZj44c9uX6TKiJALpcdNd1cIF2Xg2kV41P2xpby5oLAP5XqNSU556p0
W7HtoqzQ42SGF73tdr9FvqXBjtm7+Wqf1bbVuyzYd49VgrDtdpPqCNxn3PbX+8g5HSrrOssp
oxhj4tsOvLNWMA8d25rHuj6H8tW3dAGBkC/HynBtltVbmtbtkWPDXb/ef3voJKeppxcNzQ9g
DXESS0kT/Znaq+T9XemZe9xraLXtDHWsDQ4tH0W7mBvtULenvsxcd+K+2tzrGOu9N0jbHud6
bva3+wrH7Py2a05TX+Vte2f+uUFrv+gkpq/82ceHvssssyNDXlbiy9m0bGNZdX9L2/6Vtijb
0Oih4zasRmb1I7S67IcJc5o2+vu2+m23+rQrrR1ZlYltbrASNjXu2Fv5pDntc/duUXdQza3g
X4Nhj86stcPulqSnM+0fWj/yux/ox9M/S/0n0/5tJaX/ADhxf9DkfR/0Tuf3EklP/9DtXYlb
4BaJbwRogvxshhmm4sPEO1V5x0IEjzCgQ4EOb7vFpP8A35JTGljnVM9YAvb35E6t3N/sodzK
cat+S4kihhc0uO702tb7/SJHqe9v0vcrPukREdx3ULKxfVZU9pa14dWfMEfTb96SnMf1DKNb
LKGgvtAOpjaI368blUczNtE3ZdpknQE8H832bWLQfhOxqQWMflGpoa1jQ3c782fe6tn8r6aq
WdTwMRzG55swnu4bfU5o4/0zRZj/AOZakpA6jGoBdbo9whsmXOMfRagZ9uTidOd9nr9N7RGy
mC9u4b5dZZt9PZ9LfsU39Jpzqn2YPXHGx5L62bmGkOOrNHepkVt/qWfo2KvR9WcxmVVZZa4v
uaa8q3cLg4ka7mvbuvo/425iSnKx+p9Ze4NyriPtEamp/qaD2Mpsa2uv9JH096uszOth24Vv
kyduQ5hFZadtTvSY31d3+juf/mf4RaOP9XMzDtL7C7LraD6dbXvc2Y2Nd6VltdlHPv8AS9VS
GBl5T2/aWOrY0EmytsFpb/g2XW7bbPc7/D1JKWxepdQNQZmYt2M1ohj8ayt1T/3vU9V3sWjT
n5YE+je+qBFgNNo+6h7X/wDVqlRjX0vfY13rtcLBYQ3YNI2P2/4Oxv8Axf6RHowrK7xFQZW/
V1rHmsiQDPpD2fS/M2JKbdfVa5cLnBobwXVWsj+vvaGf9NWKs2i9jbKnNtrdw+twLT8Pzf8A
pIHp5DWwHizyeNp/zq/b/wBBV3PFAAcyytpMAtG9sk/yPo/5iSnV9Uf6N3H8n/ySSrend4H+
b8Qkkp//2f/tIiRQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4
QklNBCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IAdI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtw
cmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1n
IAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAP
cHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4E
PwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblBy
b29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0
T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAA
Q3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVt
bERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAA
UmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAA
AAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAA
UnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAA
AFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQA
AAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9v
bAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAA
AA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0A
AAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0A
AAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAA
AAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZ
mgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAA
AABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////////
/wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////
////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0E
LQAAAAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQA
AAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAf8AAAAFAGkAXwAwADEANgAAAAEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB/wAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAAB
AAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9t
bG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH/AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAA
AAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZv
cmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVt
AAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAE
AAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJn
aHRsb25nAAAB/wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VU
RVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAA
AAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxp
Z24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdk
ZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25l
AAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21P
dXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/
8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAY1wAAAAEA
AAByAAAAoAAAAVgAANcAAAAYuwAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAA
Af/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoAByAwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/E
AT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQF
BgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIz
NHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSl
tcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITES
BEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2
dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwD
AQACEQMRAD8AsW9Z6dTp6vq2cba27pI0+l9FAf1kWn2YzSQIDrIJ/wCismpjrGtDKjH5rvot
P/fnf1lfx8J4IL3Bk6Q1JSR+ZmWbmiw10tO1rG+wHV3AHuUHMe5m4va1say6TPH8pyss6ewH
c8OdB7mAFaZjUVM3NYHB2oDWueT46M9qSmk1hdpY5zu0D2yO0WWe7b/VYpClujmjZ4QNxjw3
WB60K6i/6FXbQuIEfEN3uUhiPMlzjyYDfb/1Pvd/24kpotZWLdfp8GNXGOxe5EY2618tqOmj
Xvdt1/ks/wC/MVjGrZUSHMEEk+rWI1H0nP8ApWN/rK0PSggAODuHHUykpptxry4ufayPABxP
h3d/31J+M6osyWvJNUB7Wtg7SSHHSd21Wix1cOmazME/mnwP8n9xGqDXA6GDpB0kJKatlYOb
XkVuABYWvA1J/ccrJLfUG7gBonjgKntfjgADcWbhUCY3CdzdxaHO+iUY2HawvgE6kDj5Fw9y
SnPv/p4s7B7zPH0dyi51lbXW2GWP97jGoaP+q2tU76gb2kulklxaOSf6v7qDl+pc1tLBFbiP
UdxoD9GElM/t1v8A7I+vw7+b+/6f8lJXNlf7v/aTZ8kklP8A/9C2OnbCGVNLyQS+x7iZPy9y
m7AftMWurHENGg+DvpI1bOqwC2ym50nlpZ+Temsu6oxu6zGY9mhit/ugace1JTKnBe0mbA9w
0Hqt3D5/nK21pFfvABHO2SFTpzXOe1j8e1hfJcSJaAB+97VZGVQ1hLnbWtGpcIgDTzSUmrFb
tBB8u8KJYWlzRqBp7tf+kEN2dhVMNhtrcGidDuMfBu56ov6i7I1oaWsPck/9ROxJTbcXteC0
QCRqNQVEW0hz2ueK3DWDoZH50OVSp110gvfbAj2ydf7G1qI3CucQ5rdk9zDXafS/eckpNXl1
lu2wg7f3ZIcCmZkmoOIY6xp1Y2DP9kx9FN+zXzvdaWj+S4kyisx2Vtc3cXB3IJM+Hjuckpp1
vdlvc65h2sJDa2vOzjaWuFf0nfve96tU45ewGtjjUwAHbqGyA4f9FXqMBrRVW8BoduJaNCGg
Q2Cz6PvfuR6W20VmvHrdtbwSPc4/vOSU0cbp7LhVY8gsqvEkDV0NdLJ/c37Fo5nTcfLcLD7b
W6h458/625NkXV101HJlmwtc4NEgO1/dVh1oFD7GODgGkgjXskpxPso/fH9H2f8AmX9VJE3N
8f8AtPCSSn//0egr9Nrfa4Q08Tr4dkrTIAYRPaFCsdw2BwEnEB21rXTGhjTXzSUnqBcPy95T
upaZDmNcNJBA/FRYCGe7QAc6DTuiVBtjvY7dHduqSnLy+m4/2mktJbVJ9fGa7bW72nZY/Rzv
b+79BHa2mobw1rQ3UaTEeCJl4obbucZDnhx5HDdkFMBIgDUHQHRJTB9+U63ZTQHuJ2k2O2Nh
o3cNVmmo2bQ+6plx+lWzWCNdoID3O2qOKBvI43SASP5Lv+/NWnjOeKMEvkP9MB08z6ff/NSU
0LME2E1+rYSRDtrCYnvrs2/2kP8AZLZZ6Zslp/m7Q0/R/P8Ab/K+itdpH2i3zaw/9U1ZudZ1
KrMfXRjvvquIcLKtdugZttn92P8AMSU2rKrW44cHb7mjVx0J/wC+pftDDbSbLrmVhkCwucGg
H+0hYOXZbbZW4T6MB8iHB37sIXUPq/0/qTxZlNLQySAz2gz+c7b+ckpzOrdQpyqHZWJZvaXi
tjhMGJ3R/wCSWZVlmqTS99ZAk7DE93Nc36L9y1PrHgUYHT8bHxW7Kg+AzXwdrJ+KwS10+yTO
gnQGOG6pKd77Zd/pW/0bf9Dv96SzPWq/dd/Rdnf/ADUklP8A/9LYrvc1m3bJkajuEetwB3xt
Gup8ZVd1Y9JznCNhkiNpgH/yKCMhlbJ3+1g3EuIgBv5xn81JTV631sdPzDSaQ+5rd1XqyKwH
D2v0/nHb9yq2de6pj1sysnGdQ57S6ux2jS0Ruf6TQ22tjt35z/0v7j1dyxf1DJZmUXBr6Wn7
Mx9FdhaT7nFz73N+n/4Gm6czqGZ1lzupPpLcdnqsqDQA95ApY/0Lff8Aq7Nz/V/Sem//AAiS
nW3uvxca142vuhzgZkEsLhtmFz2b1vqb867G6dWwV4ji222wAglvtc6x9jmsqZu/tre6hdY3
G9SpjrHtcNse4yZabtv5+1m72LBuqc+q917NtFjzZQACXWOJZ7bcV4q9bMfue/Zu9JJTewOu
SK9uVjXZVIm1lQkOgfpHVl5/Nbu91St2fWyoVh1de3n02EN7T/KXP4Qw8bqj7qmi+mqoPLgA
0Fh2U2XOqaNrK9t/q7P+DXSY/TsB9LRfi1F5+kQOInj+r++kpp/88Li5oez0mPdt9QFun4ro
sfqFNmMy1rt7S0ODwYkH89cr1PoVG8OxgGu+mGA/2I/kcrPezNp3VB1rGA8tJAkaOSU9Dbgd
Zs6ldn9JtbWyQ3baZa+IL9oH/flsYByrKWnJIc9xl+08EH6IVcdbxGYwc19bYHY6AD91qzcb
6yMoa8OAIdYXAgEmHEuholJTL613NspZWNX1ZEAEcDZu/wCpXOCS48Bx7weD+8j5nUL7WNyb
Gtc6258tcdvu2/mj3fRYqH28HaX+kwCRo539ySm/Nf75/mPDt9ySr/bHfvV/zEduUklP/9PZ
yul9RxcSy17rCW6AFzS4z9KC1zmNbtXO5rX2vZjifTaA61x7kncwPn6TGNZv/wCM9NGy34uH
Q57G+6w+kdjyXbSJ3B25zq0DNdZU/Hros31NBOrg8uc3htrvfv8AY/8APSU3KrHAsa15IOsz
I1HcfSRMy3caXNc03Uv3VvLRZtjR39n/AEm33qnh5X6RmPbFbXAh1rTq381tlbz7n/S9qjhY
93o1vBOlloaZPv8A0jnb37foO9qSno6shtmNj5LyKQ/a7bM6lrm+mx38r8xNearsO97Hi69z
D6NTxoHBr3VsY0f4Sza/37lmYR9P6sMyMkepi+m7e0vBlu57avSqc07Hep6fpu3rE6b1O8ZF
VZtIhp9MH6IeNzmN/qO32MSU6VF2B045F2Vk44pyqnsdi4/6bIcx/tr9W/T3em76Hp0UqXQ+
tNzaRgZNpZk17TQ8+0vDR7HbvoOvZH83/hVzFtbG2WCsRWXO2Dn2z7QoGZBMSI4/2JKexs6q
1riLXH169bH7X+mHj37fUra7ZtZ7tig+7FZXbZbkVuNhPpt3tdIPub7GfQ3/ALn5jFz7ep5t
lTqHvNjXgMDTzxsbx9JyC6sVNbvrc0PkAOBaT/aP8pJTp9Lfn9V6hTgeoBS7U1ugVgME/mj/
ADV1df1RdI9XI9pB3ACSD/J+h9Fc59UXV/8AOHHrrp2ttY9tge71Jhhdpu+C9HA/2JKeH+tH
TMfCZhVYdbrHssdY8O1c8fQG781q5s9OzwAx1bSJe4AvbHuAmNV2v1qLW5VRedrRUdSYGrvF
Yt2PVkM9YWMa2AxtgAkRDnCt7vopKcj7Db/pKP6LP0xz/r+ekt77Iz96v+Y2cM4/e+j9NJJT
/9TnLfSc/wDVmODXEwHEOJJ/qNr+k5aNGNTZ0/JONV6OZjua4w/fubG5zGu9v+Zt/nFbzfq1
1nCY/IcBkCPc+prXuA/lsLN3+aswZNlMi0S0OBsZX7CWgbXVcN/fSUlcbj+krY9jCNzS0atP
70/yvct3Ayq34dVhLTdW97XMiCXb9/0Z3e5a3/NxgoYaD6DoG+l8vA/O9Lf/ADns3LOHR7cT
qD7b3A1Wh1ldLDu/ShvpOBL9vt2e9JS2WGZnSHdMZ+gBI9tbCQxof6jGvZG1jdP31jdK6dVh
5huyn02bZbVUXCJOhe+T7Xf6NS6qzN9Cl180tDhU4biPaffvs9P8z1PzVDI6Til4rra4WQ0j
3DaQef5wOSUnyOl9JvyH3G6ur1DPpMta1rSfcdu5lm3dO5JnTPq9WQ517nnj6bSPua2pzkBv
TcXvS8kn/SDT/MIRW4WKzU0OBIgag+HdzklNunpnRqydrg0kyC8B8Folu1r/AOUrVtGJf6lm
Z1D7WHkH0wzY1pH0nsY6y303fm/ofTr/AODVLH6fhOc4PxrnH+vpp8LWon2DAeQBjEmd0Os2
z4fvJKdfoPS8BnUG5VDWusaw7LNN20+2efzv6q6cAyuY+r1La82y1rNjj7OGyWjjc5n0mrpw
4hJTzf1srxZx7skDbtcxu76MzuH/AH9VaMz6t3dIOFkZlWNY8vsYXEt2a+2HR7UT691XW4eG
+oF/p3uDmgGR7Xe5Z/1Voqr6m6/KDPSbQWOrsaHy4kFrhuGxJSbd07/y46f/ADfg76H730fo
JLqvU6X/AKOn6P8Aomf5vCSSn//V7wN1kGD5f7VS6h0zCya3WZVFd5Z72ucwSCP5QVqq5l9b
babA5jtQ4CQfyKT2OsY5ji1zXCCII0PwekpyKeruv6h1HAc0N+xiksOsu9RgdZP9sqp1vIxM
dtN2W8hzXh2LWwTY636DXtY33PrYxzmP/rqt1yi7p+dkZmATXl5Nbd7z763BpDXFtb936drK
vYg4/R768gZedc/Jy7ACx1mpqa6Ttn6LX/8AF/zSSkPVerDNqtbjVFtWIwPyLrWua51ocGUU
UseGO/RPs9Sz2rPw7eoZ73/ZKPtD8ev1Ht/O2DR2xo9z3f8ABs/SKv1q546hdS20uh59U8Ak
x7Nvu/mGhla1/qG5/wBryjW1ptFQ3b3Fvtc5urNrX7vc3370lIx9ptYLKqhvdp6dzX1lo/c9
236Lv5KsNrvrra17ahZIIaHHQj9x8OXV21G536fGDiBO9rwT/nQxyxOtdPppuqNbXj1d250A
gfR/lN/eSU5wfay1pFTXktMgPgAz9L3N9yc35BsLjSO2gsaePzeEcdHyzSMmppvIkbQ73aH9
1yFY40vB2Q06OIMgad+ElOl05z6KzlOB9uhY1he+T/Jr/Na1Wf211SwH0cECDG612weXteWO
WfZ1I9PFJyKnMrsJBc72hhj2+q93sZu/N3KFv1p6bW9xubaATAsDQ5jiP3bKrH+1JTfvd1LL
qabRjB7To3c4AT4vbva/+onbj5DNhHogc2NbqPPZ7dzlUx/rR0Eg+tnsZ7iQ15c0wT7W8H81
Oz61dAZU1ruoNdY1sOI9QyRp2r/OSU6Oxv7zfDjv+6ksn/nV0X/uef5jb9F387/puPoJJKf/
1iYXUbsO1z8XIbscSXsJ0J/lMd/3xdL0zruPmNh8Nsbo/tB+j7ty5e3Lo903NMc+6Nfn9FQx
7Aba3sdI3S5zHA+KSnrur4BzWMbWRpLbNpAdtkbwHT7Nqyuq5n7OxZqa6+4kU4zHEvc+w6VM
/fs2tar3RnXtotNrfVkAjaAHnd3tJLfU3N/PWZfZcLzbaWN2n2PdDnMaT7mUMHsbbd/N+pv9
T+Qkp4/OquoyrKr/AOfrP6VxMlzz73u/6S6j6pYtnRm5Of1UtxK7K422na8AEO3ek737XLAz
RY/qxyboh9+/x0H5h/q7F1mezAuybm32VF7TpXdaZ2ua21jvc787ekpO366dEfvIdcC0OcwG
p3vDRu3N/d/d96w+rfWmixjbMWuy5jXOay2+KxJDXOZWz3PsV9nSMe0Esx6juAaTVkWgkHlv
6Nn0f5CR6ODSKX0VivcQGb3OA/q+rQkpFgfWxltFGPS9lOUyGuqyBAeNPdTa1232/wCj+mtI
deLdv2qlmG55cxlturJadu6yNr20u/0ioP6TZbWKLHG1zdAxzgGNAMtNdlNDLm/1FZGNm2vZ
XbbRFZbupFAfA/d33O/dSU6YY6w2PkHeJMfRMjt/JcqbOjdOIYH4dLnVwASwT/nD4KWV1PG6
cwep6jWH2srrrc8mNdrXRsYqeT17BYynLqyBdj3v9JlbHDR/Pq2ez1W/upKb2Bj47cOkV1V+
n6YIhjSNSZ5DlAuxKrLW3Px2uBa4McGSwFrWN9p+juejUtLf0FdjQa2ACmqAKz/L2/me79xZ
rMnEtzbMd+RTfdW4tdS9jRYXt9p9z2+5rf8ABs96SnW+zY3+ir+jt+g3jw4SWV6XWP8AudX9
L/uOPofufS/nkklP/9exnNAsc0tLq/TcHtOpO6Wkf1VSpxsRljHMqYx/0XPAA/kxp8PzFs04
GXlPDhYytmoc3kwPo7mq67pOFjVetl3BlbCBZY6Gtgn87T94pKcpuV1anqN9WLjnLx8ptcVk
E8h3u9WdlX/XFsno+97XBm0VtipujWMJHucI92/+WtKimjEqdsiukDedfaGx7nf1fzlJtrbH
mpzmgkbqw18ucz/SbYbt/wDBElORZ9XcRlwydrC/dugy8A+TXe1qhfl7bfSt9xHDtjww/Cz0
7K/+mpZeXtc6xuR6eK2SGtY6x1rB7X7XN/mm7n/mfpESjDymEW1TZRe1nsfO9rQ3xd+k3u/l
JKarvsNsm3FpeGx75rMf1paxzVWt6n0DHd6b3mk7plpeGkfyXUv939latmPjhz25fpMqIkAu
lx013VwgXZeDaRXjU/bGlvLmgsA/leo1JTnnqnRbse2irNDjZIYXve12v0W+pcGO2bv5ap/V
ttW7LNh3j1WCsO12k+oI3Gfc9tf7yDkdKus6yymjGGPi2w68s1YwDx3bmse6Pofy1bd0AYGQ
L8fKcG2W1Vua1u2RY8Ndv95/e+gkp6mnFw3ND2ANcRJLSRP9mdqr5P1d6Zl73Gtote0MdawN
Di0fRbuYG+1Qt6e+zFx34r7a3OsY6703SNse53pu9rf7Csfs/LZrTlNf5W17Z/65QWu/6CSm
r/zZx4e+yyyzI0NeVuLL2bRsY1l1f0vb/pW2KNvQ6KHjNqxGZvUjtLrshwlzmjb6+7b6bbf6
tCutHVmViW1usBI2Ne7YW/mkOe1z925Rd1DNreBfg2GPzqy1w+6WpKcz7R9aP/K7H+jH0z9L
/SfT/m0lpf8AOHF/0OR9H/RO5/cSSU//0O1diVvgFolvBGiC/GyGGabiw8Q7VXnHQgSPMKBD
gQ5vu8Wk/wDfklMaWOdUz1gC9vfkTq3c3+yh3Mpxq35LiSKGFzS47vTa1vv9Ikep72/S9ys+
6RER3HdQsrF9VlT2lrXh1Z8wR9Nv3pKcx/UMo1ssoaC+0A6mNojfrxuVRzM20Tdl2mSdATwf
zfZtYtB+E7GpBYx+UamhrWNDdzvzZ97q2fyvpqpZ1PAxHMbnmzCe7ht9Tmjj/TNFmP8A5lqS
kDqMagF1uj3CGyZc4x9FqBn25OJ0532ev03tEbKYL27hvl1lm309n0t+xTf0mnOqfZg9ccbH
kvrZuYaQ46s0d6mRW3+pZ+jYq9H1ZzGZVVllri+5pryrdwuDiRrua9u6+j/jbmJKcrH6n1l7
g3KuI+0Rqan+poPYymxra6/0kfT3q6zM62HbhW+TJ25DmEVlp21O9JjfV3f6O5/+Z/hFo4/1
czMO0vsLsutoPp1te9zZjY13pWW12Uc+/wBL1VIYGXlPb9pY6tjQSbK2wWlv+DZdbtts9zv8
PUkpbF6l1A1BmZi3YzWiGPxrK3VP/e9T1XexaNOflgT6N76oEWA02j7qHtf/ANWqVGNfS99j
Xeu1wsFhDdg0jY/b/g7G/wDF/pEejCsrvEVBlb9XWseayJAM+kPZ9L8zYkpt19VrlwucGhvB
dVayP6+9oZ/01YqzaL2Nsqc22t3D63AtPw/N/wCkgenkNbAeLPJ42n/Or9v/AEFXc8UABzLK
2kwC0b2yT/I+j/mJKdX1R/o3cfyf/JJKt6d3gf5vxCSSn//ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEB
AAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABo
AG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEB
AP/hEHdodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/
IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0i
YWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1
ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRm
PSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpE
ZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5h
ZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVu
dHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hv
cC8xLjAvIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6NDcyODUx
YzEtZWRjNC0xMWU4LWE1N2MtYjgxOWEyNmQ0MTYzIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAu
aWlkOjNjYjlhNzA5LTVkYWMtZDU0MS1hNmQwLTRhNjU3MzMxNjFhMyIgeG1wTU06T3JpZ2lu
YWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkNENzc1NUZCQUEwRjExRTU4RkVEQUVFNTIyNDk5MTlF
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
eG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6Mjc6NDkrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlE
YXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjMzOjU2KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4
LTExLTIxVDIyOjMzOjU2KzAzOjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hv
cDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDphNDNhZWU4MS05MmFjLTYxNGUtYmU4ZC0zNDM3ODQ1NzhmZWUiIHN0UmVmOmRv
Y3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6Q0Q3NzU1RkJBQTBGMTFFNThGRURBRUU1MjI0OTkxOUUiIHN0
UmVmOm9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpDRDc3NTVGQkFBMEYxMUU1OEZFREFF
RTUyMjQ5OTE5RSIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6
YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo2ZjBkYjk0Ny1iZjI1
LTUwNDUtOTQ2YS1jNWJiYjNlZWQ5ZmMiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6
NDIrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1
IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0i
c2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YTQzYWVlODEtOTJhYy02MTRlLWJl
OGQtMzQzNzg0NTc4ZmVlIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjMzOjU2KzAzOjAw
IiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNvbnZlcnRl
ZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8
cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iZGVyaXZlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iY29udmVy
dGVkIGZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rp
b249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjNjYjlhNzA5LTVkYWMtZDU0
MS1hNmQwLTRhNjU3MzMxNjFhMyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozMzo1Nisw
MzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdp
bmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5
PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5k
PSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQ
EBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB/wMBIgACEQEDEQH/xAClAAACAwEBAAAAAAAAAAAAAAAC
AwEEBQAGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgICAgMAAgMAAAABAgADEQQhEhMFMSIQ
FEEyICMVoDNCJDQRAAEEAQMCBAIFCgYCAgMAAAEAESECMUFREmEiEHGBA5EyIKGx0hPwwUJS
YnKCssLiMNGSovIj4TPxBGOjFBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAvREk
HEkMAhItgUULLy81RoV67AphYa4gtSgwgFgvrPFZjFDhVYEdYAIxIJLJEPkRioEMlMJJRlco
A1Sr2jOVezjVlRjksAguMr0rdYrvU4sIOoWTUYL0SNOsg0AyaxrDmkWJSRLlcR0uFwyCQeZW
i2oBkCWBBgEFJEyIXCwEoAfCoJXDxZWWFWLcldjoEtEjql0BdnOvHUNKuG1ZBqYARqIRXaoQ
5NkEecIhokqTJn8xpXIoJmZOaoxkRAyFycctKzycIi2RXJhFeXSK5sATwDFSRUfYYJbPAzzy
ublEQBk9BkdxEMAyqq3SLImksGpgQ9wEjIgDWDyGBWVsBEqpVuVdIxiVBYFTCJN4ljjFk3hZ
yQJg06GGLhiBnJksrW4Wu0ADD4VWvLE264F7lMI6JDXMkIsEVzWYUhIwwMGndQKiSOXIjzHj
pCRarKijbAyZgQaLxCv1rJ56yyDjYR0iQUHJxoaSxXBQySZIymVnhBskgo46O4KJ4FLYAniB
B8AEszjjiWKYRXeIs1yPJZhBIApbSH9XE0gAhZRxIyRXkgCjXEyBt1RjIIzrrYKxhxPGZTjQ
gzZvsKbHNEslRa6tbIAxCmJJnoBVaSCUcTAiRw8ESzJHpJBwi3VJLJRAKLCArFRhZTXqDyrX
B0DAQlxHGRXd0gxcIsTMlappgZQ6VQWLeKzSYL5nC5PhRiZ0xIcDwcjJy2AQa+H8hoxRiBM8
QPcCp0CW8sA1INIKTBqpAeIkSJ8BFjil1mmFaFwEOUE5N4qzpLKRTaJW2sW5GSZiRdS3RKxY
zzTPM41ZzJNCKDC1yTCKJJkTOKOCAoILpOIeCVAELhA4FQMmJIlgEiayRORYWRK8uYVpt8cU
MK5NglnQRW0yK9tQD5rwWprWAK9gBxDJMxwiq5ImYIWFozPHSgyg1wMVl4StFtQdmIDKvJZ5
FQ0+zWF9dNA9VJ42eYDJrJMGnBYkrlZMpseQqWyK4wOkOGBEEmF45NmqWJ6CtL5ELvQV3Gog
OoGseZaLUDxVWShbIMnukmC4ECWSSWhTMEwXCxdAqtekzFa9Uq1a2qItWoEE4jiiCO4iOmSI
GBspkbC4DV0Fdq3AhMFjQoGXVOEFtUyz3cd0wRTuUBKXZo0RIfYoias5VkuxBEiYhRHHLMQC
mQiEyJniAbAHFxHEBSh/BR3E90nQogK7ZKhaFgRYIhcmQHSsI65jYhQ+tYEW4iDA+KQ2kFoq
Lx8LrFinTaMytLMOckRxoIOzRujTPgS4wOmDoLiR6RndIXBAcdARBJNK3SC6AGNAghMATjgT
F5MNplqbnFG7XtEUr9IeyJOS6mMZXgeVVg/lsBTZgxw1skzqdmStv19Iq5mllEzEnGkw3V3G
nwESYETHCFKCJkGEmJndDAYnieIhVTQEqLesOJAZHcR0SA5Th1HQzzXICK1upbOp264+RI7N
0kGadFBqMo2hraVouyuQAcRXKxInmiY2Xq5IfTBAlxFuk81GJaHEwSBqIhnBSUHcNMvKW8Bg
LLp59wYErARYrDI4jo7gwmCZ4hsMMb0SVbSnApdALIk6IIqxc4r09OkZWxiPNuUtClZkgUDF
sWY+Xq5AfSsZAGHAmaD60lsAAfyyClTiZHisKqxq08msb/YhmweUs9I/J1QENUcRZQ/Nowal
jEum6kWB6WLYNJdCS5FKsao48GwOS80L9C0WJWIyq5Z5yrpKBv5TzWu0bY41uIQyuU8bZxA4
kA5Hji5pe4ZCAhGxBhzwjOVaPN53qPMnQe0ZdnapmD10TQ1kPAU2qO8x6fy4q5YsiWZNc17f
nGnoab6xDVAEC+CNREFXA2tTzWoa80WDgrOA0ZYLqX1CbFG8FPcJoXcojNv0xZTwMSRPRJqS
JEJsCIMuC4ZGuqPF47kFu/iUz0efmCaHocbZIKOBrWKRNOxll2s+wU455kNaZqMGRkjcKqtD
jIpb1UxV6VUAo4YIEH6ny/oC4a4CUFcTp4tw0oz5F0q7CIRA+KwlkFSNZVk2TmBimAJlMhyo
gl1iLnJaTVv8ZlHXrmyyrYBiDIwt2mVVtYU9GagjQz0AxDSxdEDRYpgRBJwEsqotwUFadMol
dWBs5DjZihxbqVkDW0yLq6UAWq9oTTt1wCFJa5Ky5NNxuxUcPJKiQWwhLcw7Rp2izKYLc1nF
hE8ZmvnEaxDISmVx8wklbXmRVv1zL2asG/5/b8+egbi6QJTTNGuhpIxw2m6kPldkrdNA1OxB
LjV2QegwBsGVG3tA8xUv0gq1qkXarFHNiT03aEFOtsZZRZEmeMMJsiRPSBNhTSZ5IAdA/Tyt
Y5bEFiKjS3C+MarqsMu5eol/Gr547b88Z6wK1szLgZpojm2S1XZaOmawnMt0iI4jT036Jndp
EULLoAA0nncvUpFdejJnRpQZrrrzUjNE1BpSROTogyecXO4RhGwAiygrdCyMOq0Hf8vsl3Jv
yZlrM41V5zjW83tYQuO46Jk4TWM1Mdhu16xmhW5JRYqRg9wMhJz0Xj0VxdomY47ukCraqGFB
QQcMKK7MiAG+PjgDQ3MNHq9szq9ysEQkPmuBr1WmZN6jplYnAZvpPN+kDU2kUKgiFezrJarX
aBVieIFggzPETEkxxDeXwRLYRBAPsZ/F1CZPYaObpndPHd3AVbdMxO6CTEir1uSk82FeMqDS
zo4s2skjTqIsDJWRETw40WhOhXtlWWmYnqsPdJwd/wAuUBjiSF5epatMpAayYnjhOAZOQILi
SscMnZSZFTepFAmsKks49Xo0rpPdx3dwNS3UMOq2sFYVcHV9jPKdincMyrbSV4KBtvOcbdKy
RiXs+0D0LGlEmlcydgSxYDLmZYLfmN+oefjSoidqnql0KwGcOqJnToMMstiTNbekz16UFaLb
TIjWkwdG/wAZ/X+KViWl6wpp3dx0xIKHAefl6AjXaNVFjjzU69U8vDVgTLCHckuaeNolBF5Q
C7zjKLRUVtvC0C3XTbE2QAkJklVeuaXZazdnDI2+wCNzsGTZjJg1JyzNfs6DSPL41CyeNpeU
JptxrJp2cPRNlgGR08d08LBkGDTtYZes5RG47y1s9D2A0oDMBtTA8EcXAXw6zOuZ8ayCgUkZ
XXcwuaSrJSmvxVqvWSbbpkhroM5lqwZs6cmdGjBVi5AgbvFENMjOPUYZUacFFWqBnvtrE3Kd
81G13hcMk9HED0Hm8fXxR7kWip6vyvpjWnuMVG0J5qn6/OPOzerFfjEj0/mPajemRCbglGls
ViqEPMadWDOztvENRlS6U4kwItCIhxCJdwknQKhhFcrPCmsYViZAuCIV1sBGnTuFuyhxMxxP
RBEhxiYHqMcpNscFv4ekaR5xl2Cg6O4ivZUZuZ6bjzHp1NDKjaOWSyVEgxNeALyzYU8PXzQ3
55jeGCwS2C+6ToMQ2AYszWcJwA9Vk4ZAW1RBxwjLCGmi6q0fy4GchZaipAitbrkSySTRI/oI
v93E93ExMAiwSsQQeZ9D5T0RoB3EpcB1Onmnogx6gy5xmdKpD4PQmJa6kaIsYZfarSk98FUL
UlRjeKLWGI6zBTY4hLoYOeu2ciqoMVWRCtBxl27jTPq7kGNoWpM9enBXd0lyJ47u4nug7ugp
lInjNrOM9IVSia+DRgDW60DmaOcXKVcQl9BY9d5P1hYq25MpG4oyitCUU264li+HCmCW13jA
OQSEgmAwbYQYZgwXBgTBQSSSGjHEzWsB9HEjyTQkCBhvCodwrm8JXZAzqV7OMwbYCbukQmSM
z6WzgCAODuiTR3/N+nGkHDZrQW4SZFS9nlERsCTbbM4b2eNbXaQK1FxtaS1BZRtMxLRodiwb
wZLC5YzbpYNRla3XMbCuOTKxOp58j0pZ9wbwyT3ccBiVsjczCmyFmzUeAs5gp+f0KAE9IJxA
72Pj/Xlqe44SgnuWFWNBmsEw71PRCA5M5GuJjBsyYejdEqZ+iZ5093LKgX0mSGkZmsubB5vv
SSeaX6hZ5qfTiean03GcL1HXKLDasef0DWmlZGdHHZepSMi1NoUZqOp2POiylJw9x0TJa9d5
r0hZkQGRVeGhtcSJ5oxWbXPQavltsPlUDfPBk3eyrg3qjgSKSK9uuccGRxAVL9S0dMEBTu1h
pjJxiw86UiNhJHCyualzDvms/JsF9VG2dD6otTEGbm2NgrYnp/MkQMjNK7pim0KhZxVySxYG
jn380Gx2kYymgcdt4N3Ik26Nm8U6mlmGxY85sllgsOU4BJ8RwcJVv4u0RPSBBUx04zjSdiax
mBMEgcComDhOC0UKNa1h65ZrWqhVpzxbXTYF5/VyCTAz0nEZSi6BUixwgLTDKLSgpNYZXrX5
KMttFBOks7Qy1mwjNg2Tp6BBrgbEELr2qA8gMklLHwRikjA8aFweqcUvrrqLcVoGlTIsDxFk
1Wg7lbREVNOoZs2UAzCBNLQrFNsiehOtYLEZTS6FZxx88rS4ym+TK5EYjnqBhjSubFB8iwHJ
AQAZ5YLHUeo7A0CnZxrZ6FqqZemtaBqXPKHpJ8zomlPEURsKKrFOMhlthmWLgB3qlorbfl7h
t5loyuu1TKt1slGjv1zFfpGNsJgNZQBzTKSdFhjM0SMxtszP62RSfIjatysZVa1mmvaobIBt
eUC0hKQ3QM7J9MJhVPR0Q6DmlJ29RG4rNc8pd9GQh8KEIakpu4ASWw7ogsW6lgxJuVjtOjuD
Qfwld0yoVvimNpIkLFUgaZFqYMUyeJYnhrMmqb0YUm6GMZrhRYU83Uzy/rZOgWbNV5Y4TOgu
BmJBFslfrECRsiVHMkXl6gHmU+oriVGAvgMVziKxtkS17xdnrYLJ47u44eUFyhHhXEYqsY2a
2gVV3IKTHSUF6XFWpswedres48f3ocYADImroVSxqYTjeLP0SwzPEvzh3S+dRhbmtBcmrJah
BhzEgxMHTJHnFnYM915xSsXCK02uFP4hTu47okUddg2RIXmaOcVD1EnJm0Zb7iBxgZTtCYZk
ISezy8rPIfk3qZmWaW0WU7YHnT26YrTq2y5VtpMbSr6hQVr8YZbKTMsmYoXpCOoo0zw5N+cZ
gt1iQG1xLhVTLCYMxd0SGdAh51pJcpWVBOpXjLdcEyY1TMPcgB4Vkl7s5ZoIzzLNKzUCM7Ql
5KGUL1YRdgR5UrIVOws6zwl8k8HICWOiA+7juiQe7jgbxUC3xQp7XAF3Ai3hCbglEbqytYDi
/wAJnRMlcLcACaCRQY1deuMpPaKi1xVbY4XLJBhtEtTXMTmaGSQCWmiNG6OquUHdzlmnd8+B
6lWHtAsaAZIgukkhh11GjFVwwq5DZTw2Qk6C4GZ4EWCB08RB8SXcd3cdHcRk62MHZq2hMEYE
zJwnAJFAMTXJGroBDUpjM/dzjPdcsmQ60IrtYygBtFyZlcL7ijYOsW1pulYNOTOHSErMYAbc
WwafBIfCY7u44ZgWRcLMVljhMjoWNkZOieOy9RRk3JIS6YI6JOiSOyteiYobkGIvSyQ42EFX
QrWzNTcYK062gBNYS1RlpWt2c8J/INauYCZLjiOyIaAFiESEtsgH0HGBlqJg7ug4o44ZkU3i
I7uI6ZKdyJI6eAg4F5WyJ525q1wex8s9izx1k9TOLbL2dZYUI04MjVRaAqafGR2sJj9oKM+1
fkrzNYZWtNKpWUkV9KChoQREzwK28VV3OKJWKpZOjqn/2gAIAQIAAQUA/wDGg//aAAgBAwAB
BQD/AMaD/9oACAEBAAEFAAR1IzOYAcAYnAD66sRRcsFNsFNgYsEU7FQFm2hh2D181jDq7KMm
EqIlqIbLC61hUjsBGZQBkhksYpQ/VKBPNWhsW20VUBYrGLkxmGDYIqeSB+q9lC+bsclgGJBz
PHw6lTXauVfK9FI2Kyr1sSa2HQEdrB9QDn7YwcXkCk56g9l1OIHUi1uy1gZJGO2Grc9gecMI
DmEknuMknrlVhtrjbSZs2AJdczhbLCqhTB0ljsBluqkFmyJnKK2FDO0/XZ4NcLC1SQ2Nh22b
IlDxVRYzEkZZkRp0IgUlsK0yywgZLpgWKsGwkVwQCpIdjH7WStSrVpmcibSB6wR2q5RDCWwu
STMDG3/6Dnx4YDTJCsGwXyUsUTuIGErsTyDg5BgXl2VZ+yuTt2ENtEyu4sAWZrwqAOxADELW
IOIpLLiCvqGGQtTRKwpAWfsKCbrmgVCeZ1yMYA7OAonxEOAbBh7ioN7ACxmTq7hdd+o1fIF1
K0IoABrQFKVENaB9lCr0PwHGGw62UBXQBawojAiVls8GDmbWTQ4KoSQaG6ozsQKwQ9WCSRFK
iU4bYbYRA245D7lhLXMzKWiIuVAUoPuv9rGInXAq6itmUN4z2XAhrUT6AG6tSbHMBsBWomCs
LCoyuCCZkz/5Fgp7BJ5mYgPCggLk16gJGuilVIhHI5iiH6zORgiZ5tHZUJUqw6OVAYdoBmL8
t/XIgIA4m2c1vyrLzUAtfJIBB+IwwNhzVNNuGd3cB3gqBI6B8kWcGAAMqxFBluSS9QAcQM/Z
iAq2WT7GBCQteJgRgpULYYEsMNeYqqI2YiEgIRLrQordCVDEU1uAKhkAT5jKwgfAGWChjAAJ
1h6gAYiYLOB1uUKyO3c9uuYozBAcjAw2ZyJsc1gki5cRWiDJ7TPYNwLwLLdZU61k9wqLPs56
HKDnxqGXBCOwVWwr9iAthAqclajlasQVsStJgqGeiEhPsVWZ4w06EEgCeaoQveT4rGA1qBAF
EGI2RCthCIpZUVYQYykF1dWSxbJ8tgGArgYwD9jmXJkLlLCwZCOQRnmEr1yMEzJAuDdXXEud
pUCSoGc4mcTasJFa/ahR1DCKzEjrWQerLYpADsRVbiurkVgL0JC1nPQxQOwGYBgIzEAwF89Z
hVII6ts1rC9rltdnZFrrGcyxGwKbFNdqsyrOAMcdQAWIIZmBBJ5w9RV0dXOMRUXJ4gXBHxmb
FRlSr4gFJstrqi+xoMQiwn8cMLFLB1YAhnlKlVwASTLrPGjszHWU4pA7fALZg7mBBgUgEoQV
RphVg6zDTqBMKSCRFRsAKSEWfVY+3TXF2DYGTZYCg4FFYHU4Jy3jACqIVIZ1xLKVYA30ym1b
QDglsHGQjEEkZJGSAZYnVh9lH1HLFSZxiXIWSscfWXrWYlNAVRgFhPkDiNH5Hj6xXAmQSXln
3i15Skqq1DDeO1mTWAnVVIQGAL1wJgZJAikwqxgrAKhQGdAfLZkBzHRmQ6geDUprnUwBooUj
GJ/PXLfBbmFSQQ0TOCo7GqsxXsB7hiSwLgziYBIxLEBBBQgknrAJxk9eojcG09SexEwIc4ck
FjyTmfDeUmxEgoeFTCohrBbGJWqgvYgCF2bCTMIclSgHBnasAXUhVtYwhjPHwKXwtI7AEHqe
oBE+YvEAnXEzCcRWzGHOMhvnHaMrABlgaMv16CISYw5VgQDF4BJhUtCuDVcLSMg9S0J7QBgW
PU7W3UjDZtuUfsAg4hb6r9lVocZWskXVCs67Oz0qTTbQGF9DAIWUkgir+1Wm2fAOhQrAqAB6
gzozxhYQK2niBP69cFJAT9hCNoLFuqsIImB+eMAgFTycZavsOpB5B7QkGAhociOcCsgqPkkQ
5MKkrnoQVYqcQ8BDgPw9tfc03MGIAhZRGuQR1N7ClAEwAM5IyGUxFcKytB9iv1m+p8PrqG7I
MDE8bLNijsfGyykZcLGwA7WFxUxKUkkJFrQEqrFawAaa8JTz4Uja/YHXwKhcHxmfE4JyIBAM
zBh4n1znkrklWBPYBy2OwKqpB5mcRT2gURxhTVzXbsKxyRlTGdJ3MHkB8rx78K2wrSuy5SCx
gJBDfY5BLEkMAFBK+PECszXU96tesVoB+MRqwxehTK6wLMnBXuBQiQJ9QDjDZLNOcKcjqCAc
fgCfIOFAyQSYWUEEEAzPOMz+GAM6TkTGIxMK9gR1mIe0a5lK3I0GFDPGtUx7GBFoCmwki5hF
LklnDNmMmS1Nakf7CgKKV7AghjkBKS6mohxlZYwVNQdjbjrWYDxB8x4rckY/HOFh5hUwAZb5
ACnsMZEBgJndewzAMTnHUmKn2KwC4AM0LjJ+wwRGOYSSVXnnu+MsVA89eLLgI7OxqDgGo4CL
g9sBSDj7FQGPVAOjqqxyixle1lqKqVIAEtWWA+PURkrxHpDA69hairxLccLVaCR8fMwYJacL
WB2/YAIuTs1qRLBO6GdgZxHzgA5OIpOQxBGTOo7EnGSZ/BJExMTmfII+rKYVsmHBd0Ypsoka
9ySbGPRieomFUdlwHAheyZt685bsCA4Xr2AQmIU6dWManJQKsH2WxRWniZleu4GmskhgJ5OT
YAFcEZlx+tdeSPyPjYcCV4n69ogNwLW2Cfs2YG2ep24u31P7WRXs9lGzSxWxGnkwU4gGTMfk
cTAnxO2C1oMNqw7IEe52IFrKKahMjClhMZBTEZMqAMmtAwVRD8MDArORQhgr6go8ROjEjJUG
FRhK2DbwcjXGK3qVoWIheBuGJEoIJ+A6lglbKRn8AfjZ/vX8kExFEt1qXP6leG0uf0GY/o5j
0NXAz5DYIuZZ+0calljKLTgXHKuCPmZmJjhs4YkS7ZqrDbFjjxCeTAAcqlamACDqSWwPMDO5
JGvkrSe3iwFpHUULBWqwqAQBkORPkYGSeKwGsRMG3BsRQA7dYzcKOSOLcma6lY7YFt4ULtqw
R+yiZmZtMRYhGVYZBycjK8giBVy6KAVBV9cMf1UEOqpU6XdkqKL145BIUlchS2+rLubgb/oo
J+290tawQL1YCxiEOVUCCMbiFWwlaS0FByaaYlaLG6iKVEOSf4UiEcHmBwYPkviF0IXqYigA
8DIa0RlyfEpgrECKB40JIAFxAa5kK2Hmq8IE26zA4ILGXg+RMzABTlmBgIzzjGI2MEwMIPgE
4C8YnQZatTBUkasYbS48e8CleDZt69SrY+wU1up8REFZMWg9lr4FSCWYIBxCxxgkhQYK2JKE
T6iFlJLVidhg2AFWbsO+WFQDqhGqjiK6kgMFr6qAxMBGMQ5zj8N8bLlTYxILLg2FgvYQbNiS
v2ICtathQLBVgKCCTiADEzmMTDmZGVMBMaZ/H8DiH8fM29Y217OpZSdPSKp41yfkZmcTvwCQ
DhoFUQW1EtsIAdhiCzk9CZ0AARjHqbBSoRnBiaz2M2nYgNLZPed2xWCrq4MsAjkAVuTB+RxG
PFo7F1Cp2GR1JC4hUMz05Fb2gV7JMMAhWZIHzMYjRswquFzgfAAP4xP4+CRM5mAIcY3ErZdc
2ocnPJnOPmEcu2B5sC7YeDyMVrv7U0ZHiE8Dz9VjBrAE0ID+vUYtNQH+pJ5qnZlrKtWuQq4R
Ez1EsQOLFwtbMQrZGJmEgSyzCE5FzAVspErPLviBsRXyDcqmqsBSesUiB1jsMizg4wSSMZme
T8xRx/ODD8Y5IM6iYIhOJtY6Vhc9gxHByJkAG5vJYrFa6cyykY19Wpk/WoE7VKBdTF2KS3mU
TzPPJaZi1oqXEGjjXrzZZgFRmCsCKuPzdX2UDqqXYKXdo1gEs3qALfZoRr3F12GArL5YgQsZ
2OAwEbHaphhmLwKwCkzGSRiD4JIAUn8DsCJk5Y4gcwkmZOQ2Zxn4lrk3X46K6ghgTyITxjMC
cs3AByATEJWsJmw6AY/o1ga+vV5BWgEfPahAF4/Fx8a1r2mAsLcqczPOTMMZchlnBa1qxtb1
1zvdZKw7HVq66+yP9fYAHmOoC/K5C1qcyhuSICRAD2xCACEALjn4hIiuC2QJgGE8AwzJzMmH
JnXN21kFUMFYA+uO2ZggnJgHaAjuMRDgWPjcU5Df1o/9v4tA7DGAuBNphkHCtbkLYILVIVwY
CDMjJjopnsKA6tQxK6W2Zq+ssEWvx17rYqYKIATMAxQwgdRMgmgMBngdWg4JJnMIMIE6r1PU
wKAexJEI5xifMwxgBx0BjAqGrdWtHZaSueZgEkYhBz2GcARc+R+KqQel/Gyh+jfFP/un8bAI
i/1BM+Ju9ga9oELerQMhOWhsOKriwUDHxPsztqVsw1us8BE8eI6Ar7HIQ4wpYDoMnIJDGJYq
ysjBfMB4H4BMLEBrThbeMjKxeIpBJgA68TsMKRgcAqCGRSH4ioFHUkeVFOcjJICKSxyFP2JP
iqOU3MLsUkNUfivi/MzNiVt9CZmbNC3JsI1bl7M6thsC2YXyMxorOBxMmYOQCIBCcGP8eyIw
VOVIKtlYcEA4UKMVO2FxkAQAEDExiOuVFazrggCcTGISqx7KkH7E85wLEIUDAAwYeQykkNmD
kdCA3x2AGRg5z15syKqSTVYv+xT9T8KP98zLwSac9cQRm4t00uZdChYNSlTtVIJWvV6n7Ac/
jGJmZicnEYZHsesOOxH0UETxqp7APlYiYsU/fqSyggcZPwe2SV61nIhAjswS5jFqZgEwD8sx
xVa1cqurtUuszmHMoVggIEJAmefmAcD5jIXr106V2V+SIMLDUO84hGYDOwndcqAPwYTxtY62
OtZ1Nvq1VyOOwhtAiHsrYAT4jT2ykrnMVQFHcsQREUCEoRXgEMSVbj4BI79mmMzKgKowDwRh
WcksBG2a61b2YJbZusjC9SNtVIu12NV3dUl2EgINS5wSFGz7CisN7W8uvuHCa3sxY/7CAPuX
qavZOAlqMpuWHYh2TDs4J2xDuYjbhx5yxpGGQ5AhnBm1X2r3EeVuENXsWSJ7AWCt+5RgI2GA
XhiQqFuvsssvYAk5VG6AsGbKAfIWs5YEBHnf69+Q4YK4AcjFZ+nINmSrv47NrcKPbs7NpGA4
2bllXsNnLb5cGljPXbFtpQYm0paugA0lePYbjJO5JJAP1M0dNu1apG+oYsrVbaLF3qCRt1NL
NpBG2R2O/UAm8CX30zVss5pPaVv9u8NuIr9pY46WnLtphy2mQUpYDVqYEJggwfF7hKqP6+wy
A3Df7FTo1kXpOtbN4x2RcQ8T6z7klSIpICnscCAwtklSJ7RXrcOVlbEHHY1aOxbNnSTT1qls
di1gb1bo8XiXH/XTjxux67ZY2qoaUaOQutRXDt69Sj2q5TdotUqCbj1lJfLM2A79rA5jdQQj
Oba1DI1avVvBLqrAYDkmFsSwr49bVFli1IsNVZlmvWsp6mBROo/F3bFdp8ntmIQKepJnVgFx
0VioB4Rzk5zwIAQAxz5FyjLMiFsFOxZhxvatd9NtbJZVRZc2t61a5Yxqr2VGy+8xqfX9fsXG
jWqpAPFmSuoT0bHSyt2u1tOuPZVUt1uxYSthJERDjW4oZGDKCofvG86k+ZYwywcA3MxgBYgd
mp21ld3cedceVGKKbDXWqjExLuUofDqT+DNl+tSti72RJYhyuWIXJXriBhk5MRTOM9BG7dSB
2cLFOQvB7/aqwAO4luxVStv6LWau96+padmi07u4lYv2RTR6+wPskKoXkkcnImvWa1fYTPhX
LWWNPGTaaa0gNNstHV1QLPWI3hsqrLjUpg0lUvpO0OmVNuoRGp+16laquVQlSvVQL2rnlZ7K
S73VKFQfgtiWMrDXP2rPGZ2E9hdlEYd9li8UkA8lAQbj3CJyuJWwLOACqYC5AbAZ8MteIMIS
4DduS+Bu6dmxYnqb2L+q2Fho2Kne13V7fIPW6DmswELGZSM87l47Vhgm7uH9it63Us5rGjc8
p0f1xtsSyWV2XJs10tsbK1jVp6gMZ2hXIdWxYmBfrAK1JUdOCCYMBgWzrLi2q/EVgQ1gEsu4
dwBRaqnX27Cjbbki2yO5ezyZbYtVANterbgyNvlttmVNnguGFb/7GJJpIIFYzaJ2IAYZBckk
mZwRfZYyICM2KWGz1JIaz19LSrTby6tXh142cDOMgKzuzrtqku9bVe9uq/TWpWvX/bbVvc5W
zu1mCuzvlq7rESymo/QdvwMkHtHrBhRla3XV4KSsdQqq2X7YNQbvUVZUsYBnhORbYWiuA9dt
kNtmbNuxkdiJTgnepyWRwesREz0qEC1mAKRWFnhECAQACX58bH6h1w1xwHJG5s4aj6ytGsdF
GV+WCtLtNCDsbGq+tt17CE4GSScYHwdSty/rGDLqFTZUFTavauoai2Va57WbNubNZBdvex1g
9Xr7vLVSoWDk4Bh4mcR7Oqq7MWqzD1CHXqLPSyA0Bx/UVXthL7FJ2WJt2nLG+xmJy4erDFew
rJhA7arYb2VrJKnVlNhMW0dns6FrWY+R+y3HzHYVW/apYeZMF647hSSHD9ZfseNK6yzLcpFe
ArXoAj8K+GZkabVXkoOmBNVetSr9iIGxNXHUEZM81fa7VV5fTUXK2llVrX9ZpWUjHZPX2eK5
WDBSJtWgzWtDCxsFrVsJ4gIEtPkHZS3YdigUvWbDTUqFtnXJbZ1UBVnsCKFIWd1x1Ds5Cxie
lKszezVksq/2G+oBVyTsMH16wSzoBE7TrslgLQA7sLTgGlUCjA2LhWuHtsySwAJVWAccjChS
Mr8FijbJ++tsmuIwZQCDnM0T9cfe42WDW1vFGbA23pa7Y0qkWz2Gug093YOwjMRv0GnY1t4d
ksDQgZuR6WFndeMK4JIBLXkINdkKVMbACJbha2uwruQz2OTQWMKMo8NzM9bKq18PrOAPXWKw
1q0X3OTdrMEfawYp5OfAnDW9WiNx2qhFRbwKJu5pqFgepACN2zsUbxpUoEToCXIPcsysXBXE
XiP26Wcg0Bxp32dhkgfOrUEnyyVqpEZMr7Lsm7uvsbDVenbFHqqa3+qr7S6q1VtYT12wLQcN
HXyLUlley1gwCxNzWqKkC0G6yyytSF6h5sqyoSA1hJbDGamu9gGraANFiG9YDE0KwP16sOB0
cgV+wr8j9ijvYXIxlrOy4UjBBpRyTo6sXR11d6lxua4tfGCWKrrp9ynWxVIWp+zPxOpiLyhH
dsAtYwlqkxWFVequLlBgIg3MB6wrVM5FOwtg/YAf2VfZNZ1YNbUgu9jSh2/YW2MWgBlOwa30
t9bg65BKCW7FtjG/YriezPWjY8laoqwMOt99dZvsDVNjsBgVD7+vQKmBBiYmJiWD63nFW21j
WW0P3q016trVlW1qzBp0lVoqQVr9T7nTEb3epB7fWsNuwuC65wTXXUwlhVZZjtWrY/2CBG6V
q5juK0ovsa23rFBwqo9WlaC4+CARf5dctt+SnUsNuvpWJSL3ZrdlkOmdm8K9haD5cxMGEmDg
hyh1t+YF5q1vHsXU0htjw10hsAX7BHluI+xnbCgTtk64qaygFaabhZAB/g/9dzPjsB7BSpy/
kblL7gorvtj2M61LZlNJOp0wRVVXSl/bw9dovq12g2Wqj32u19VtXSmv/b3weykWKwVr3Fem
Cb9oNK3fouRWrrXdXZcVrucS8U31N2C0bTVLXeWNdrW3rZ2FyFLQQJ2AOcwABiQYQQwinA19
npLtpbmsv7y7DUkPhRP55jVuGWu0wV2k64CtqFeoAH+L/wBdvPjfJd+xFYVQcgFa2L+CuobF
qyq1uv8AWDAa4YD7tdIrbyp1E3QUtABBZcLeondiqWEPQ/Ybemy1ajhWs+4FTBVsDCpC11N1
ZrL1MNVq7G9jsVNdWuQ/cDU+1TE17HsQGuIOMFj1aYJIAgBxkiKePhRK7GQNb2QZExhQBkiv
L2nvTsoBfsLYyWEN6zmoTH+DcDbJ8Yw9jDDF0xZ1C+EAPRhE1wIlYBIOR3V9lgEbYZxq3s0K
5G8O61pkWITHqZFVyUDMW1gVG25Otr1BnVMT6g2UjIyHq1MV/qS5jol3Nj9zCzkaNwqtvTLb
R+x+TicmBW7FTOuAQTMmdgYoAgdIRwXxAewJGGwJkkgHtkgr9m9T/wDnX/Fpuk+MFVjKzRFU
wjkDMCrgqAVQTzqqtt6/bYvqesBZq3LXDv0ibFyFVDeQApSD2rwiwFVK2WGOzMnrU7OVLBqi
WAPXXBO4h+pP19xY4djwM4zEJBVvJVYzNCBjAMzmDMPM4ywxMNn4g4hJIUnI0kIT11ku0rEB
yInJ+ucARMlvUjGsP8TjO7jxAqFfYwEvuZq3stuKlVsurUi8dltJN4dnyMscQt9epyCVKoWe
4+FTYppYt2AUB+liVOEFFwddBAt9iFD1PVV7JTouu6mMYntX73FTmGadJvsOmKV9hpWVRuQA
cAEGFcwqM4IJRQCvABMXWdp+nf31dZVXZ9jroV2aL67tSvPiUQUdkfXcSnWuLevQrSP8T/be
BNNy5BSwrXS5mmvjY1ORuUBG7rlKm8Z9ffGotRmJz2Eor7kaOWUADfrMU4mQUfLKp+lic1MF
XVuRrr/qqcCqwS69elZBUuJ7Kt/2BkRiMAEn1SGgVAKtyBxsaNqt+hsAD1u2R/ztuL67ayfV
7JNfreq/rphtVCRpqoZHWdbWRN+5C+5Raqa1d9gqNdK6hMWmwP17GgdpSMQf4Yh/tsIWRqSH
dSsX416yLQONqnyLdrOlotJJ39nDbdrFnDkj6qXEXb2FmrsJem1SLK8MrV3BiwORgMzZlaLN
Bqzdbhl6tgOFjYKa7X9GBltdF0u1KUjVL21NXDqEjdmYoxIpyQtgAF4KDZUhsAWrDZVB4cKU
MXqZhwURcLp67MfV6JNWjq0l66sgDDBckVykoprwR/jkd7v6WLixzkg8afZ7OMEZGzpCw/8A
LsVmaBcgqYACaqrC23WKz6sHv2xNrXBs6Ht1YoyMAlasaQ3bVs62CwEuxMLNEDEnZsEa9zBb
2L+DrnUy1lbDtWoAGAxwrKxa2pSLVj3UoP2UJ/Ypw+xQYNisFn6ytyYbnDi1si/MGy/YbGC9
pMNxES3tEIJ1wrMvH+An8Y+9+eu0zhjsLDsBRr7PQN7cIuv7mt0b29AI9vUSda0FhYsU8BWE
ey0zxOZUmbhYqrtshXW6xwAKUyliLkUItl9bJZX3Izm9GKF2ZhdR/q19lRLNypY++uG2mJbY
MNziLfaV810LnJavCugneC0gNc5IewwWJ2F4x58QPlVvAi2t2a3AW9urbSgeYk67FBZvjv6+
9miHI/GPyR97BhfcWBSGLP1zF4RFyaNSyxf+btmJ63bEbZyWtreLbRWDtVlf2KWre1MVWJLL
wzJTdfP+fbXBX/rB6KoDAVzdQia1zLKg1uxYErFR+zO2LrC1linKU2EHXsEallGIASSlgHVj
BTZF1bYNa4Eas/WxErZIEUx6rSBTa0r1NkwaWxhdSzH6rkfqWAHUsMr1GRcHsy12NR8VHj8f
xn8Nw1v9Pc4IVsEEgpljWWWz1BBowIAJ+uc9DkVfZ6EJKKrntmq7BbDvqW15pNVwOqOtun2B
otrPldBsIlq1BxZqaPGwqBVs6WebnZRqiGONd2ZmVUArraXa9JFdNKzopiokUDOBj6gFFnXJ
6iBEAwIqrlXYzLQ4x25bp1ArwhrItrQQVntqgyv5H+GY5xLOU9sWWZJK8lWLQhi/qEs8EGY3
q6mj+mrBv1Hqe2vFnTLPSayFDL9sVWOreuqwQIygzwrLNNHA0lU7PrlU02OKtkt1UNmrVZn3
0zShSVLWEYAp5cB0dgNa11CbCRK9lWI2BFFwLI5Ba/LPap8toCPcS11oI2LVibNpP7N5Auue
L5SR5WP67GHWcS4bGdVrA1fBQ/cfH+D4wf6+8rWdD2UZgPWV0Vd9RhXV5oLhCOMRqkYbfqks
V/V2oz1WJbgLWMgVB7bKK1rWcQ/gkGXZKV2gWqDnw158YWNV5mUKp1nObEUg8MriAAgHJNlo
B/qmGBwYU4YLMEysOSf6gsIoKlcR1GQAFxgBiYCGLRCoFZlYBAP+NqlkXIX2lZsU6g6iqkQ1
1YordWqZ+q2uJ5G/GIFhWFFIfUqMs9YnS71mx31dHYrdJkZyIxmSS0Iyu87puatjWVYEuTiu
uMEs2ERBMjFi/cKZ9oB0jMHCryckt3JQHIUsGrYFOvVv7PwOxLJ2Ey0cjqAYCQAML3OUErJl
XCj8fx+M8seNpmD/AN5+uoI18sKgCKhk1mYM+BGViQHEPYQ22LFbMYCOAAh4s3K1uRgyseQe
STi6zx11U95X2pcf2xibvsE1WXC11tm7uZZcphvKqtweOFwGrBNlEGxQJ+xT1ywCviWMpiqc
E5NoIWoANkdRaY+MhoQWCthe0UsJW5LJaMC5DPKmTcgjbVaz96kz96rJ3qsttVWl3q7LYAe7
GF7It5EFhhbMxmY/GfwQpnURgDLQoFZwuzsO2766w2athMBJBxhk7HhRZdW7V3Fm3vYJRW9l
t9u2gpQEo3lwisDLS/YeRSiNZBTUJfStcZMFK+xpTYYfruQ6XIQdoMG2eztYVG43VfYkj9tl
P7bsBtNkbTADaWVvXZArEU6zqxVMW2FINpyX22WNskxrzA/2Sp2j69qL49uxlo3AwosxarCG
qwytCqhZ/ME4xx+SJeBkE9LWI2PTWZ13IgzDyGIRfYewbuNi3NnsdwNZbZa/rKBj2+S5YhiF
615Y6/q6LqN/UtotR7VZe7oO2QKzFopK9MEkKO+CFBOQC2eq+Nia6yWVCPEhUVrllALVIxrr
VTTnsWOLjvls7rDw2gV6Ndi/86hSmrqqoqoJBUTKw9YcQFZiuAoSWGc4/GOcczj8mbB+zkCq
37W+nfrDwwPLMAPZb3eD7Nq6q11369V1dSoNvVt7X7lgttK5RuZWCV9eP/qFFIt0dd42syAV
qQaxGQhGZhLbGMV3IVwAQrDscK2GLRmIVxkZyiKOpH2QHNX9mInVWbx4DdhFbtOAAqQ1jK1Y
nQw1EwI06QIJ0niGSgLZ/GZx+ARPmYl+uzsa36bWjfS+i7JZdu0VzY9wnWzYttiVljqa4QfU
tt2hNehGFRsCqGGM8gYmsjWroArq/wA4hEelXD6pBNTgWJmWIQT1y4zCIVfBQhhgABjLEwcl
ZXgnkFBmIQTkmLjCmOwZal6VEGdRiwitUbsgDwB5sW21H/YYRZgd4e0S3NWJjMarMFRE62iM
L8DzQm6E3GMbsbIQo9aKd13aymhnB1iW0tB0Y5UBMLu0WPTYvhqIUHjPAKnnXZKE09ys0Dar
JGxXPPWYLEMyDCoM8CTdq6VmskCpzOjBghACiZXKvViywMGbjsYpJZXGVM/ZGa7VMzwxEBme
O4B3Cf16wVrWDg7y/QMCvYZlh/11Lj13eA8/nP8Ag3x7Cv8A1pecbGvWW12Zmo1a61OBGBM6
8MCV2rXe0g5CxhkZxNIrZZTp0Cv9OsE6oj0MoWmyAOJSzE2OEm/sHxte8ps7gqMjVQx9TqLa
ujVVowNABtUz7gk9ZW5LHCpZtd3o2Xefs3LH9verL7q0ke3sMHs8m7bV6/2VMQ5meb1NlKkB
e6Am1ALb6cDc1xXTtWdqre0DQHgGZz+cxjxsrmlqgBYpNenrqzY46AN0ycDG/Z4qXbM5gnHU
j6av/u0jnWHxDzAJiGZm5gU5yRAnddcELgR6kYW661x+xXxkx6ysrrsYjUrUdRNz17vBs7es
B7QhCda8W01hWSwHJWB2M89kbZvWft3EnafHZp8zsQo+wFhJsK4p2bK319yuwLYuAeSfziES
1co6AO7ADV20rc2qyheMCNPZ7SWTphec5wSVgKkaQ7XaOf1xD+P5jMFHkOdtu1KqeqYE1BEx
gcTmMA08SQ015FSRa6xLR9PggmMiNNvW7bf/AC6jLfU3Yb1W2Inr75q6LtePW66qPW6TT/l6
cPrNQG7U1Kqx67UMb1WuSPW6qhPW1KxRe+BAQDRtdQm4CqXBoGBghMzGGRsgC68d5X6rWAr1
66msOYDNrcWiL/sew8YyeDM4GWmkPvpHOuBOJmZmZcrmYYFnyjfQnYUDUuHmVpf7NEZPYWIF
vpceSsQukLrP2qMvYjLg5Ag4LDOwvzjmA5mqR+7YYg/BJzvtjXTGP45yowrqpZkbs6gRAAUd
1aq04ruOVsB/H8n4vo8jYpDV1FARHbAawom1c91laL1dyYMwQrwqAzVpwdPijsI1iqKtyq14
TgVbaXPdt1I+17GsCzfvaC61X195RZRv0uL66axat72t2rWrcXsdp1SpxbX+icrT41ZcFRxi
KM2KOf5+BznVVfIwiGYh+dyk20KBgTHMbZo7rfWxJXACrWX+te0yyu0xHfrS/wBcnPzGZQ9m
vW5KhVLGEZPs72Eq1b7ptawr1CBj6if2FdVjtr6Tg0LUF7ETe9oKo/sb3gv2UZ/Zbjx/Z7B1
xtbALXXsU19i0WLXWxyZ0fFdjqafadle7UsWyp/16dYvZsVWBO+ws1duoVZB/CACH4KDtjBX
5YDJxNEnysBhAZjB/kgzzVLPLXhba2PEOrr9hp68bWrA/WoChKlqKEugHevY+tT5OxfetVO3
s9sqxMdnLH4vcVUvVdtW6tC01bBxVYSHY4PBPp6eqM9Yl1u5my/2OXrt7LXGLdUqYmzVoq1D
WVNVRLbFTjUem9T1E1tK2xH9UQDo7AFKlJr3vhECjYS6xbKb1ZaHJ0mPjxABhuY3yABFjsAS
yqNB9htogELgQCHg7w2jXXRuVyw75q1fMrBzlgpYgghuXAgP0TsYvVR3INTkLRsMrU3AleYw
4s4l16VgO9r1VhFF1Rs37FFBJjfY0DLaaWGlqLyzpaHOtsNDp3xtO8x9C0quhb0PrduV6OzX
Omwh7bah775ZbSCu9WoHslSJuB22a7LbNCu+usQOoLX65srFLAVKrDMFoEawQuDGKCPuVAVW
+VW+EPQG7IFhgsOWYwbikLsAhn7bDOAf2aO6r0dshge0YARm+gLMexJz2ZDlLA2aleaefGfj
YAKtUcpZXSbrrdg6dLVJv2lq84JDONZSJ6xmarZuNZLWIP2LMncUFN+ifvaxI3tbqNzXlm/q
oB7Cgwb9WP3qiX3aSP2NfK102KUqoDb9YLbuwxP7dpOjsOzaFijS1GoOTCczszFRweqx3TB1
KTZ5KUDXVoK7DatlewTRWBGFaRtf/bYgRRXfYKUZUbLB9C5LWHJ5gVssWBJUhUIi5z1fuhOF
6khBkd61e6yWNazW1bLudNVKIMWOaxcOyPUsIYLrdQPWMfHtplQQV/l60MWimDVoyuprlTqa
4jaeqVGtSrGioKaagRTWS2tSYECKUSxRq0w61eRSqhUUFlWDOGPUeRVj7SIL/aKqau01oCdj
ZXivY2ur67C1qlAUgYDfZglgZRh7qS/VVOIcqcKyMdutmt3Mm+4x77Oo22ATcywuqeDoxTkU
LOFNQBRgsu+saxiGBy9opVO9gv4rcDFpGKQQPWdw/siy61Hs2FY9mkPsqpXu0dRdS0ByIy4G
MzrhWyWGRGA6kGKq9gBg47bDStvucQZwy4NlQYbula4TUIj+Wp9XbsV29ilmtc3Z9K9g7WdK
j7Agpal9mOGBKXPZW6beyW1PZGI62J0ADD7uvH3Jde9Y1re1mtcANe0Lr69gYHJewql14N2v
YDVaFYvr7BdKHUX2eNVrZ3KLWl1RNbFRPA1s1tRrW19cVOYwUw11xqajBrUPH0KDG9Wxh0Nt
YNX2CnrviLftqr7jif8ARrEPstaK9dgQTZ2whs3dgR7iDpWC+tNVxFqtWGuwgi0QM2FTMt1B
c2363y0n1O3musa9VZND6+5rNRtajA3UbK063s+kq3tawe41/wDYlNjNr+r27G1dI61fTBes
lmXoPkoZhhcMsWAwVYROmHQ9dy8K+j7EIi7tDhCplhZYaXdqaSq2VBjZSHr/AEqAXpXshVIL
SiJazJnnqTOhyq4nOeuUIjA4OIB9GHIRCLdappRStQAMtqAJrBB5np1wyZArMq+CoMapSBSB
DSYKHnhtEtpdpZpHs+hY009QoyKnXb9atk/494ejSC1pr1VEsRHuVVXf1WUsQ2znquVC2c98
shWE4isrla8H+x3sG6sfRWNR9fc1rlQYCghJMNZYismfr5h1xnwJGpRg6EEhgS7TvbPPcAdp
5VtEg3gkWAwEE9hgkRTGPAEDx2BVsGwVobPWhE2SQInzXAJzMQiAfgjk1IT4EwNZBPAI1TCd
CXBGGGR7HatoNmzfYFdlJQd71zFwpsyoRcKMZwoK1KIjYlRLtua9fkFZCUaLXNraK0k15A11
AFKCAAD8N8kmEibL2hf3d5JX7RjK9mm0d0M60kNWMeMAFawuwTj9ixQu/akT21yw+7sJX3Pa
L7Ohom1Q77agMOy26N5fcuvWu0cNW5BDAzM/iGD8Y/IjCATxgxq4ayY9CtDo1+VnBNuSi1tL
QCrJlRW2VQxqnMAsAqewEULetGpWla1IAAJ1mPxkCd+SxhcRusYrmzChADPGk/X1zDQuBU4i
BllxvZkptuJ9bV1u9baZZ63aUPrWAdCs5wlXArsEHYHuO/r9mqu5lo23y3aqxojqYCxgvUw2
zyNlbTBaILFgYH8CGATEf4HxiBBn4sufANrABwVLAFWUTozHLqErOU1FzTUwsAP55/DZywOX
4hJEa2DYrc26tjWsudbTeouGWMgJ8ZnQwqTDWTEq6nqwjfCfFlVVgv8AXVNLta1LkdliuWnR
41LA1qAUfq2u75rQXJ+pfWbLb6pRtWixN3Crs65ivS0BMHaAkTyEEXGC0GBhMiHmAQQS1z27
llZeFpYxdNzF1eoWnh6QBSg6hYAVsH5a+lCliOIVEdMy/cVC2vs7U1dGzVAM2aTbXTrGuebl
DhRgx9z7ixAoUmLWBD8NiM9axrky+xg3OS/dS2vWtjP6yzNuhaVX115D6Jqr9YhdNQfYCexp
FlNOvm4aKsD6zMPrbEHh2qyN21IPY2MNa79g2utZG5VhdmslblEF6mCzgWcBp1LW162IdRDK
9dVi1rOq5CgQqDFAH4x+f5u067DRStKg8y9iK6EqV+oIusrqA2aS4rzDTDqt3CGKpMq06lav
XGciGwR71xtbbd/JY8CkFszco8JYYPrdQPWmVjrmdZ7AEV+rGKdXORNxSaqevZPiYhRY+pQ8
b19YFGqaZZSlkbSqJ/TILa+wGH7CQ7WzVF3rOqey5asB1ZshjFYQEH8ZE2WsWpN/eSUWeSv8
McLTv2M4wY+61dlO3VbGyQbLXdV7K6bBu2tW9219J2NdfRYVE8YnYCWbCrH3Dg7RMtsuLJZm
Kq2GvWoA6VzHGyvmNfr9YvWldShmMf4Xmey4r9b3/W1DFM+R4KgVgn8z4mBD8Y5KqSUWNUDH
pGDrIwfUqJ/Rsz4wWNYjp1KsQwswRaQPIsVwRhTFP4ft116WQW2oliWo6OuvsirUau3MIUwg
YStFJM7AA7Fax/Y0LD7EGWbhYm0uSzPFSwqiOwsQZopbPjBGOos2aaQLa7Rd4kNagC2yus17
yMLbVULfUZsVVbQRBXXQMHuFA2K2jWEivIORjMEMI4EIgGIJiETjHWdRBjscQiFBDVmGpxHV
iMgHuwNVuYpOMZ/HVTNmhrUo1XrfGIxOe3PYQOqiy8CXXF6xQO5AZenAqyUQqQlkFeQ1SFRg
xeGewLLLwrbSWBm2n8NNorP/AEaJZem0yByniwU17yarqsWba5o3KerW1Ot2oXYaBEGs+RTa
sU2pFubAuJn7SiLfWwDKYXQQWIfxgfgCCY5wIYFBmABgRq1MahSWoMVWDJnAzAJj8cRjiWOV
ldpckLNmx0nkLkFJ4Qx8LGGiudFInJiiYAlt5FtabLQ1jG29NQ27+7juzfrWk/rnFGiel1/6
607NOL969QLDYp8/Zdm9JT7O3tqb1dsO1QpO9rAv7LXUJ7Ogsuxr2TqpjVEjwW4oRq5hWnQC
ZshezAugtTHkrMOPxiY46zEwJgQgZ4yJ/HMBP4ImJ7O1lbTJZixIsXvE16kUKBPiZhZpgiBI
E4LqsstfNVbBiLevgBG+lLu+pgit1c7liH9sO1V2xbDpWZ1NHtfs+vri6YCBAGbSpZn9NSR/
zPFE0R1r0acNo6zA+rqM/wCYFPi3KodvbQL7SwEeySLv04G5TkOSe5nYZ6I08XMAhEH4P4xM
TryBwBAMfg5/Bns6i92qBkxyIPggmAfXAx1BOAJ2GAwM2qGIrFgNYInsdo1rV7XrKbNbZX2B
/wBuo2n41q9badirTK6esOtXlxdWXrHlrse1DAxIfsES8NOwKvQ5FtWxXK9tga9mpgjhgTyQ
MlMw1pHpqIu0LM6mtbUeITwpGFbgiCHEJAmSSAYHwRgwTGPyPzjmewQm3SPYPiY5wCDgTAwA
Jnk/Hsa9kxdpqgPZ2gt7Gxme7eI7OFa1SKLNcknXYPr7HZq7S2vQHWnSPhGvtVrXYvaxqrH2
avHYttiv+xrPHRprP2NykKtvYNVk/rB54LqwttlZXYQhHRwATGEcKQlbA/YANkBsQND+DCoM
GBOQXQNO7VlXVhnhiQDcylWBGZkQ/i6oOtWqKlNIM6YgJjE5yeqKZ4uXU4bS27SvpKMWej1e
t/qVQU+RWrR2S5NVympqEv6y8l02NewVrbE9a7Sv9qmqz2r938uwFpKCmq2wnRq7bGiRNagC
uuvq62la2rQxrOW2CFo2gyNWlg/VUE69gitcg/ZeB62H0hTgLMHKgBT85mYYD+D8sgaLWVPP
4wJgTEvvtqsx+PmFYQJ1GN7b2KrV9ntA0e0rda9itwu3WzK2Z2EBmIURw/pdfstNtTX6ddkq
9caDQD47dWi2P6mska21UX276XNWtbP1HpB2XzpYKd8F+pRU6qzgOaxYtNLdb6A6GgiurRZo
owo+cGEcNUhngxOrg/s2LDudZW4dUGQYR+OJx+AZxBicfgZ/GJ1Uk/j+ODMCACMqmGmoy71u
pamz6e5Y1e5r2Ju7qzX9pZmr2isF9hUZXtI4GwphdGBFfX9VGdKwg4nEAjU1sbdKlimpdkUJ
1WtVBHNldhalWECIzWowWqrYz1M6zBgmDCOJyIYRmNVWRfqh5RrOhVR1/9oACAECAgY/ADQf
/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AGIwn2TVU6rrupT1YFNWwZOSH3cqbgBDkcBnUuT0UQiX
JKIYlcnxhMbgEJyeRByE5qyGgRLOFOuFDTsuTFDiMrunZElo3TgucMJKBFeLb6rvDtK/+FBZ
NqUWGjIkyRoqhi7SnELDkJ1l+iIwjImVyMmsqXAOirqEWUtIcJst5IHVmWfRRlRthHdbqz4A
T6AYRYsAVbXR/NMRO/kuqmUwypRmeNo/hssJ9FAnZMzJmlbJyQvm+CYMPPKYEwo+JeFxf1dH
kflyEzOGgocQAEQcO60bCIPxKYBzqgSH6CUSKuEANEHHbg4TOBsAJXbQn4Jo9qo1BL/7UOVz
eZf+5EVoAfIAoVMawn01/KyZlJQOgXJg/VQ1QdVu+qYMyPVcR3FSWfSUQSSdI+8j2x1IRGEQ
TIw8QmF2Gi3RNchyEHg9MoEFy0piGKI0TJjCGI1V/T7Vh0zSVaNSidN0XwMELL22Rdh0Ts6I
B7uNn8msp1UYRITkmE9QSd8IlwAOiJJMKBiULWLHogQ9iYTM2+qBozgkK2pO+6kkf5IgB+O/
VNnzTnOYwpEmeiyz7IPPmu2ufRNUT0hNAD5yUCe6x1WEzOTKO4TjIyULSSFhgcL/ACXluiwn
ZQPNPpo6dyD0ZOWRezDomGUCD5QnLg9F3S6LVHRcqgHzTN5Lex3wiGZwgUDXXK5aq2+yJOU5
0UY1Vho4+1AYdmZMSSURq5RCgMdeqAdrGQdEBadyEFZhilnPopkjqoEbuuNrR/pXF2qdRKIf
jCLnk/omZkbPAlBguqD6ojrhBxDIPLpjCJZ4hNYAeaYDn1TgIuSHxCPOR1TVMDVlyw0r86OS
6geqcoMMpzA3XYOT6qbN+yvlf1XEBh0yu453TV0yU6fTZQmKM+iDfUgg3xXlqtpj0Qt8VBdA
FAYXTwD66+DoghwWf4oQnJ9Uw1WcFbui4dlhwdNlDWBHkvdtr+F7kP8AsoMS/RNYn4ymJJGu
XTERo3RGWB/yXION9kwd9wrM5LKQ/ktBV8oMXGsJq1gyCVbmwRmxLdV2weuVknoSjyDk6bJt
dV5KHcI/Yt+pX50xGF2eqmF0UMGySjJ9wjdyF2Bj8AiPckkxqiSHTQEw+K1TWkalcgXpoi8A
4WShLlNrsF3H0Q30QbKkBihUSdlZsPhCZQLn4+E4Q6eDjCJHT7UKsg4ZEYA2Q3K8l0Cc/KNU
TWa/BXDNb8O/8tkxgeSdngmFEAYeEd99EHD9U1iG6lHphFo3c/eRAcg6hAAN5oh/gAn441dH
H2oPPRY4pzPge0nqiTA0WUwWCpwnswr1hR3HQVn+VdlDUHcfeR5+4x2QIa27kn+ay7aipOqx
KlZhMTIyozopQtWOi/E9uBD13/W7VFvlyExkaJ8Mok7qQ6DIHKhciEeJbRboA4UJxlN9awp0
wiMOR9qHQZ8kC/xT5qRkboYfw2K4ctkzuVcsOXC/2LDEo9rBmLndcuQJxxCNs5jCMwdEHr5S
pI6QibHMMjWuE2VP1r5mGyMIfYjCJsADoAsMnHxQBROycwEwe3kopxBkEp72zkALtBZ04CZn
dcqkfulNcH2raOzFbthB11RKBAgLCclm08B7nt51qV25Giyz5TgodfCYR6ozG6sHdp8ASQIT
Amx6BOHRDY1WV1THSfgifV031oDYMn8ATk4CNzJ2TkSTurb8bR6ImxhNQltXLfyoAN/MmLmx
y5YIOABlcqgF1LLuz0UBHRSSVG3hyMBN4dzJj9TfeT+3U8v2oH+3kmJrUdH+6gLXtbyLBQHU
YGi4qZWITu42KB32QeTuIT8uVBvlOAQ0SiB9alSjsnZOh+ZcqdujCEC6fRZZpCzKnPgW9EQI
iUAMyg9XOq5CgDdA6ArB1RlOCX1R8GC66sm+sKCiwZlJJAVjDaPlMc7q0zxt/KiGJqTCewnc
pqjzZAt/4Wr7L7AvJQHtsQst8FPwRADruaqDEELtDh86IF3RY8bbsh+Je1/qH+xdtW/L9rks
Y2U6/V4N4B6+qgeGfJHl6JiWK3HxXIiRjT+Vd013QaXUTugRD5QGixhR8F1XbnUKDKHLCDKV
v4Nl0OOrr5V+ZADRMUOuqiTuui6alGhHayIyBhc6g+TLuHH863/Mgg8It+rZ/ghUZGqHM9uG
yiBAWPJHtjJTGD1CcHBRJsEZBIKj0csi9vhK+U384TVIp5SibdxK8/DpkfQ3TKQoKD+G6PVB
A/pKRJ8HEFSU75TbQmB8HdE7I2GdlwZiJnKAGSuqZHZAmEHk7BN7dCAME/8AFTUvunROdkzS
7otoi6Oy5Au6t7dRgcnVeQYthYDhE1Eo1tnZDdWj9G0+i52IBtKkh0wCmwG4UC1iIgQnqOPU
wmcH91ynt7b9S39SLg16MpJB3ZDhcfYmi4HVNelqn4pxadj4Nr4Tnb6JaCdU2TumyeqD/Un+
rwchP4sm3QBOE5BI1Tiz9E26Zd2vgNLZQ9n3Kl/1tP4lByneAnQsLdlcpgMZLIDELooE6hYU
MyJbtXRCv62qqWwV+KWAIb66pvCO4ahbHquJHqrbitvsQgMVlzoExIoBjUoEDk+pP9KP6J6J
rkkef3VFQOqI22Uh+qwsR5rUHzW/mm48f2gVxFuQGQdk4zhSn+C/N9CRC6hdU4EqZC7YQLuF
JlQvJTCiR4PouftnjY4H5diawF/gFInZZYjKw5T8fJci3RYU2zlGgJc4KFflBMovlSdEdk+m
6hMcqV5qtQIBymvuhQafQkOnRDQa2H1LyTY3Iynb1K+wLZT4EsoWUV5+GfRQJW3g2HUZ8Ong
xUJhjwd/B7BmwolQSE+fJOaxuuLsTomEqRhSGXaXHVQSSpH/AJXFgFxeFlBy6G2q5bYK2ZRJ
Kcu7pxhPohbVS7IcZGqJ2U4z9N0+rEt6KF1TIasoTp06fXw6LdThcH7tAmKjxJKgt5JgX8/7
U9s6stll3+gTuhPoiD6pgWXEmd0eJKkPGVEDYp9TIlTJTMg2EMoOmDLlkBRjqgTGzpqa4KDy
cugyLicJwmAcuAgDnwgSm01Tbz4EbfRKt+6fsXRTr4A4UEeDhA1QUJkU65MH0Ovi+vg/gwU6
eDADzUEjq6e9nGgITtjLFvuogXLbF0OJ9YClydnRcs2iwyllGVIc4Thh8Ee4r5id8rJA9U/I
/WnJsTvKA4ktklClGcaL/wAqdFhmQ46llMnZPWE1sIEiOvhC6+MInX6LakKwb9E/Yp9v3K+g
P9KBAuG1tX7iD2r15OCgeOcGpBQBBHQ1KLkBsFinFqkGFofIpyGbeFFg/mshOCD4P4/b4uoR
aUxIW5COj7rtq76prRU5UFjrKjKciE8utvNZ80A4CDl32R1L7osICbAWPqRd+jwm+CDAl8wh
2wpU6rzQADiCqN6oPt4NgbphPg5IWrqU30geiP7p+xEOUxnzR5VB8oQqHqwghOPdOzEA/wBS
L+5X/Smap8nr/KuPEjUEE/dTcyP2Sn41HlCcVf1Kcg1Lok2JfCxO6YiF/ms/RyoHKw6hDjUV
B1T2tzTVriEzio1Gq1s2pXUplKAITN6pzbHRF3OxTkB/rUln6LLpk+VOPB9031+AcIl8oDom
28HO6dOgCnOmqw6B4v6pyGI0dA4+g2jI+R+xMCo9V1TELCcgKAE4cFTWtj1AT/hAeS+VvIpq
2sGyEwiFGTop1UGEW0GXRPtnnTTB/qTe57Saw4n1+6v+skfuuu4mYG6JvjYyuwNXfVS9j10R
1OWCNhVNXtB2XdiuqHaw3Uh0GA6FctE4AlSgdPCU+SnTPKkuswpKiRugWRQLmB4MfDCwnIUf
BBB1l5ygLWx5piQNlBfw1Rb9U/YgRqcKBCCZdfGMeEZTEF/JMI3X2oLCkJqiF/1vR5yWf/Un
NxY9W+6jb36udDonDDoE4cjRv7VIY+qfVbqA25RfCcAINCAdAVLnopCYqT5LIQkBfMAEe4J3
CJE+SJFSOpT8wHXK1p9UDUOdCv8AslsaBM6JJfZGxg6p/pFbOEJdsoufRAVgaruLrtu/RN7j
uhasghHyP2IB8YK6a+DlP4MyO2q80/wQhbFbv4St1nw3RFSxKAtIMunFmfYJ8lYld2QtkRst
3TOnJYbogWAX6xGyirctXTEtC1PoprjdRVk0Bd9n6LjQQNgv0h6QnMgLEZdlxqHbVAAEjdA5
WymAoQj6JTkondWB0JTAzsjEwssyIJYboA4Gzo+VvsTKFPjCY5XRQJ0K6BDbxnwZR9fjKa4f
ZcCYGpL+BYeRU5TbKMBbKJ6lTYjoE4Jbzb+VDvcGMlB3MalYD7kKLN0Cm5K+a3xUknzJU1Hn
lfKPgsN6LgxJ6hFgI0ZPUAbrCwHTsE2nmvqQNYKG/jKJOFy02TEeSJ3KZ3O6f6xCc6phPmmL
h9kf3bS37NvDKyoKYp1GV3ZTAfQYrp9CVC7oCDTKJZuq3Pgft8ONQ9dSiG8uq752CyntXkfN
DtAbqmBA9VNh8UQCI6qGUV+pMxXaX8lJKcueiJtWGTLCn6DjOU50WfRSWKkhk/IHyL/yogSf
X7qJJDIHqiBATv3JjhBg/wDknw/mgWdEv+jaPRM6fZP9CAnOUwT6IHwhMfCcJtvFnw8eqBxK
IcnyTVCcZ1fw8k7f5JhOyjOqItrqhwErje7WOgKd/r/tRJJ/L+FXh8ZUBQiTCjxhg6BKZfb9
E6psIe4TA31TAgCsMHTEsBog+DBdMRLv9VEHXTCPGW1QLqP8kN1ytCtEcLH/AGoNCbVE7+Hm
oQTb+HXwceAGvhJhPoh1UI+bfWuM77rZAkuNUIx4dCnbOqlCJKd4QQOxC80fIq/i5TeIHVOM
eEri7HRSVCnxepAA0KArU2bLYRarIH3GDSSiMvqgMF8rcmXXLU5Ueq4jJlHlpogzk7qx1NLD
/bZbDRONNU2/jmD4OspxlNogp0XJvB1hPlOj7jPV3PqUeOSyNrZLeD5K/MpTfUtlOSPzokfl
Kq+USd1XyCKv+Wvj0+gG0MH0RpaLDT/cixkaI8D3DLp/0k5yEWUl/AvgYTkfWU1cIR5+NW1K
DGdU4DjUrkA26f4J1xeSiD+raf4bLiR+QWG8MptPEBliPB9FClSoWfDZNoiCIOUwyt1kogrk
F11XIifB8wn3OEDhEmQqHcD7EVbxD/QbBBcEKC1t/RPUsdW1VjYBxloT/UUwh0QcpvGS/g3j
SHyn0TCOiDF30TSUakQMbrQF9g6Iz22/lsm0lOnZNoV08Ou6fKj1TALzTmzEqSCdkwEaFB6E
/l+6g44vDqC408IR8CanEFdd1n6ljCBKguPB3dEvhAj1UhDy8LPqvLwAAdSG8YlC1oI1C1Kc
VVgqklmLqA6ceE+JPjR+qOswEW+bouLaSU4jdYBCcsUSDmpceiCjCwgDnwZo3RICdQoRbOhQ
5FynZYjZR8ExwiZNdtlypZx8P5kyLLqi+pypCE+fjhThQjSsE/5riZKiEAS7eHLX6TP9Gyax
ZxlEGxIKgv0WVunx4P40I0JTOD5hCxyicjQOg5IdPl8woEh5RDfo2HrxsmhMW9FmE4IcfQca
rqiUzwnMvqnz5KLU8hblb/TRAUrOZeqFgOXQSiPcpahhyQwT19yrnqHUhjqThbpzhVNdVOES
cbrsPO2wRgVrpJ+8m4ufNCpAnqu2T0Q4e243ll/2ezZ/2ZXIGFHjJWR4bfFYPmuVjOn0SgGc
IsTyTQ4hnZ2/eQOHyEwh9UKkptEEWRJIPkg2dkxRYGw0LFP9q6blMLAnZMSA/wCdMCXYvn9W
y5I9codUe2d1hjv4AjfxLFV5HtthCtByDZMf7U3LiBLVjKwxy/8AxT/iWcdTC7bktuhX3Wsd
Y1XP2rMNsEI1uBFcv18MPjVlUYIGFlX9qnkT6J3fdPZvJl2w+AudrcW0EumqGHxXHRA19Uak
QHRABLJ2OyYVPmpBNd3UUJeAXZEWpjEoOGGhymoY1cJyiPE6IvMYQDRsuwMdcLDkGfNMIG6k
u4hAku2ix4E50+KsxcPgqpARcB9CgIHkoOMrBYZcokFiMwmJ5fUs6EP6WWPNdo9VE9MJmlAG
AmAdYXRNojqEACeNnPE4yupUlj9q7XJJwnHtlt4R9wze54jkx/a7UeAJ1gMju8qIYS3muiPo
g2iMsrkkkEmUwOeiFrB30hcrAACQpuOg/wCKwBXeUBWwNtQumUS7SmFR5uEa1+1EGfVd0V1Z
CtJEScpuQB0ZgpwEAbECMf2oVfsPmtlnwksERUOThc7iBgZXbUfBEGonJZENCjKnxJHcNanC
417Q+AqAGdUI5HM/3If/AAnGeiIJRgNqU4x5IzHEl/RSmEpxCBfzUydE5hQYRnKbKhF6v7lR
2lWoQxBIL5hNR7HXVUNvm1Yo8RPlsqA15e3WSdHQ9r2Iq3cB1/aQuKkU1Jh01KsGZNqERqj0
KsNZRJmpOkrlarthymDAgMjyJNduicAqSupwcKo5cnipEq1iHTy5Qz8F2wD0XIy8/lVPd3ym
BDlchMsfgnElAmSFNoAQIJA1OE34gcbkIWJ5VKAqO3dMB4kJgdPoEksHCqdDZx8UOiqfs2UB
MQnLjouOpwuJ12KP7p+xfFPWG1RBwS4Q6aJwmqfCwGymDqnQ/Gvw5/Kr2t7j8y+C386YRo7I
GtwXwEaZPRcauTY6LleTZhPnVMAyb6/BmclHl+kXCsBLQVycCokBEVqQPqR5g3ORXQfxI2ue
/IpqqAHjbUItInAVbD5rPGEeWDaFxNmNui48gT5f3J62Y+X9yf8AE+pOSLDWEbACw0OEJYnc
LukOI0T0HEarPxRAEnJ9UK1fjqAiRUzuVWj6481UDQeLlGZZYYt9C1f0QQHVS0AhOCg3xQLO
iQI64QhgJXInOE1g7YKIYAitp3ha6qEzvK5W0XbAKY+qEfkVIymaNlIXMXrUDD9SiRen1/dT
k1PUE/dXIh+OyIsJWjbL2/fNhwd611grotgn18PwqZzZ+qDI1GKmUL3LVDyYT/8A1mu8EkxU
KL1sSe5la5s9jgKtcS6/Cu4fBP8Aq7uKHsDSoL+ZRBE2gHzQuTkQNnXRME+6xA1W/LZdhlwh
yI5HGyY5GE2FuQpycIA7whWwxDpwuqBbojbZWuakEDG6NvwyAcBMasjYBgNSjytAJMYdAYKB
vk/mQAqSycVaMosCd0AHHpomIn4Oi9SyJ142nT5bLojUmfAgj1QGifBRNvSEPtTujUFojVd1
pGCU1bhvJML1tadMJve9uNbMQE9LgPsXyq0NSBY5b7yp7elR9veungUSYXO36Wq45A8kfeFx
XlLeir7XtGJNupP7qpU9paZOf4kfbFc2ySXlVIl5bKez6sDt+yhbcY9LL2vcrAtUAjyKF4tY
dVXAcBdPFtEGCIuxqdxCDFtta/7kR7gZsWMBkLkt1RAwdU3zdVyLuChYl4wowsqTAlECKhH9
VEV9zhUbsy/9lLdWCIN26QOSjeUIexb/AIqrsc9FmNguP5MvPZO7Ebn+VOSzYcpwXHm6JA0t
Gvy2TuUyklvNWYoHXVStpTt6oe3TUSyFmYtnVWtoHbZkxUGAi86FO5qdGVT7vdQ4Nhg/woNY
ONEybRFlIhX/AA7Wpx0DMT/pXOty+zBA2JcZXOsNlAuHse1/JH3/AHr2Nmcs0N+1xuu02AGe
4fdQrUPxLlVh4Lt5IWwfbdvggLAbFkxOMeLAeB1RB+Chw2ya0k7yssHgaI2g13ZC1SS+WVpT
VZ9l3Y6KB8URYgbIgAcdyg0jZM3E6qLIHOybUHo6DwfNtFUV11HRd3zBo1Rlq6BMQOjp61qC
V3N6f8kKt26pmAqx824omxJEwotndM6mUdKlMA3VAiA/xRALEgsPRC53l0zEdULFNIO6ytUx
EDKNcyERzHt9ZQ7uY0P/ACTp3WPRXOjlAeBoO4nRCxD1EgbLlavKwwCnueIqewaB09K9x/Oj
7lg1sK1TqG+pcLQJGde1Z9FC4gEEZKHtk92KxlAEjSEeOBCmUC2qjCIFnsMhcbFycBcqhw3c
Bl/1lyrjqudrCOqYkToEzEE9Fy00XK0jqnCZnOy2LeSwfNCw7iPrQNgxhlV8EQjUaCfNA8tM
LuLjRVFYY/mXB2PVHeqdoYl42sv/AF1I80CKUDbQmvUBtpRBoehDIWJcnU6OnLdNUXHkyNp4
neWQFHYfBEMHZCum6AAjcIDTdGZTCScprfKyLBwcLiYnDoEM26JdwolWByDhPhGntZMGzsUT
abbmUF+Ge33LCCyF/e941p/qf+GqA/8Ar+2OQhyPuIC1zxIPY544/V5J7Q6Nh8pkFVBkgSPR
AjBhEX1PacoWAPbIIXMW7tkC31LLDZV+tGtGPWQnse45Q7QwkrZWY/BTkYBlAgcdmQ5MepdB
9QAjDvhOQyBIZkLM7hVBE22VbGo4Q5hAgAkFxAVZYAfdR5HRcgYLQixZGxiWHw+ZA2OcOuwu
+dEaa8bF/SyKFBkpt1awAJH+fFVsS76HdOzMhQaSUAPmtuiM2JglEF31K3A+KAADM6HEOxlC
xzsnBMJy1rOg4zlcwWsIjB/2o0M1AwdFmE2FaxLm/wCZMfJZ8JXt2GCB91cP0aHDoG9mJyyF
xa9rDqAP5UHhk1B31IPLy5dqBqO7dcbfPUx6prRxR9u3kDqjQnsqdZTZWAE1WqGm2v8ACvxf
cJIZzuia1epO7f6U4yMovYhtleoTEORHRCJEsFKArkAFB+LJ+edgpsT5oAyAg4dsOm8kSgc9
UQQDOqkMg7Qmc8AZfdQXIxotla5wKWl9q2RegK/ErVrYdRlC1j20g13RrUNQYThG1vJcqlwU
CC/RF64nKDByU4sQdR6IhEFw2Va2gTAdSEbCARIRORlkPcB+bRO2E5KkMLfIc8kPcwKBz5/l
ZD3LEgkOao8ZIyjQ19X/ALVX3Af/AFyfjWyOsBPe4qNyV2WFm6t/Su0Mw3JdTn4rkzAaoWrB
BBBdcfcatgM7phLq3IBw/drCFRZgNQu67jdB/b5nUv8A2rkR0b8qompZ9U74TkjkdEGPIElz
61QbPnCL7ZU+iqRrUYTMmH0Dqi5Z0ALMNwEBV3MmEeZc6QrdrEDKHIRjCJAgI8e3VENHGwf+
Gy/9oztZR7v+233U1buelbIl0S+dFh31RDSqVIHIlFnICPKLW2UPj60TJOSjyEaQrXhgMqwN
ouQz/wBKZ2O6/WhgrUsBz0CFQZroUH9VuThH28VqXq89v7Ku5+bAbrRXqDmpA+K90GD2sqtY
gk8yOjr3P2qW+LIVrc8RsSFJJ/L9lEmQnUfWmAUynrDqr2eo+Z3OiJBelgQCN0K3+W3XLIA1
A6K3ACpLyB0XZYg7AsuPOwAxKAtezbOiS58+5ABwFKmK6jdPWpYBVNBIAj0QGLeX0SmCA1Xf
jRkD+gok9UK+2e7Vgg8jVwiG/wBIRABbjZ5/ZsgIL6pgB5JiGsdZVuAJOhAdP3P1DJ73caBM
ckZCcE8aszomwY6OgXdhIQG+iYmTojxyFf2rORLfFOSLDQIZDF3ZFixGH1RjuKNgWJjCFntU
Nkhdx5dcLurysHZW9viwqZqfmcf71aoBFWgtCPuXMajCNgO0VYHTKPtkwAzeatUwxI2XRF5+
pZhTI2TCCv8AwpP5fup9NkGJAVSCQamENeob+lWOWdh6KDGzJgXO6mWTiHTN8URUEkYYOEAa
mMuGQFoJdnQbHEJwPpHoChON0OIdMQ53TkM6BIDdUbCrkmGRYsNgyscdli0Oe1ADqCNUAQcI
EnyCNWsSOkIXI4gyyCrLx5In6kCcVGUP0WgnKBIgfLPzftJzV7HTSoRrnqr2NnqJb1ViCHGF
YGCPVdNEAQQTE9FxJ1QB2H2JpCuA/wD16K1aUIvUsbvEfN2J+QB2Q5Bx0TVg10QOtiH/AJUD
ufzVUwyj61t5qTlfq9VBlMyY6qdNUSC6NQQRnyTOZQOQENB1R+tCfQIlg/mgBGpT1DuGQOfO
ED0+mW2KsWZmDKMaphl3QsS5OiYuak56oAGN1l0bFnYjPRPqPtQFy74KBJ9U3Gh62CFGAG+m
VBZtQq3ZiIjKqOsk5VjT5cMha1ascAf1I8jjAwwRazAdZKJJYmVettRkeaDEDVFw/UrifgOv
cmdtiEagtYlneVQP+iHPoosQVcvPuSG6K1zqXJTDA1AH8yZ3aV3OakM2jvVA6iXQdyzqT8U4
LOo+1ECfMKddNE7p3+GU7QNWXQ9FLHyCY1NV2+iZnKnA2TMoGmEJnVO56AYTEtscKD8VUmY+
mW2KJIzt0Tg9YWMbpjI0RxEprMnrhGBgn6kDa4BDOCosCD1XEWB6OjyAAUgNMrtz6/dQ4kXJ
MgFy38C7RxqZ/Lkjaw1JH+1F87FC2d1+IwAMAFdoblnX+ZWoS4AYN0XuO5NRErKPSR5p822V
aWw8hCGYJs9FSpDsEQ+uFB9EXT1Qtaz2Zj6fsoOG/On/APKfJGn9qbXfZTosv1X5yondagJs
AKBJTl/igP0ShagLnZS9Ruye013gf1I1Af8AyT6JnDqSH9EA7Knl9O2kGV+co1ES4fVPyjoA
q0qY/SUhhuUcE9JUDtPmiQO1i6sSdTHqh+iFEvghRLoFoWrKoqCCdVSpHIgTp+0qklumdUMN
iEXhplOGADBzurOHJ0UV3V3EHTdEaEOjZ8Z1QYO+q/F5A1d2bxzxZ21dPjdZQ5T0XAdr+uqH
/wBcW53OS2HVSJEyNPlWymRqmC7hCcMRs6DR0UCU5MnATPK2ddofzhV7QziHQNyHGiNK1xk7
I1gg4/4rnUu+n5WTAuFxrXH6W6OkYUVJVQcioBH0yAgGdYwfigGKsLCSwBXcIdPwgppHRGdD
9iJPHl5qaH8v1UOT1I0TYWQH3U2hAbdELw2HWluplcbBzUQ6Z2OVxJEF5/K6qKmclEEy/wCd
AAMyB6rnl0QWnQI2DuMsq3GCAU7ouw2ZYgKHbqozoyt7tzNgwGv6y5XI5E8imFgxyu0AgwGM
oW4kjzCioHqn4/WpAU8fOU1rT0QG0IhnO7Bl8rl4gFCzA6METWsiWKNDSBocrjehBy4bP8Sq
PZsQRnkGH/6+SFCBYjULlAfAKJwdk9tBCJCP0H8SArVsQ0YQmGDAphldwMeDCHwjaI0TcZDn
osAHfKIdzu1fup7gPrDfyp8DyC5VLDonF+W7p8F2R2Y+hb5kaOzZYJjsjPaVOBqnZtAdUQSd
36qzE6MiM9EzsB+ijDI1bKD4YAYZPyT+5TuH6W6Icg7BEVsC+AxyuXvVYDY5VRWsBGpJDdT/
AEqL2A80Q5w4LoAe4fL/AJot7lpxhTdwMgsnt6pjKkOpqu0OvlYpmBHVSGfZOfbBJ1lOfb+s
/eRtSrepP8yw3xXXRORCcB1IZOPplijDkgJi8awoyjz9PE2qZOmECC4OfVGfRZ+KhZnQICrs
8RCoA3Kz8gA2OKtTIZx6I1IHdCtd2NdtQmdgNkQJPwKA4udV/wBhNWws7pn11UyVERKerIku
CNFxAxpuye9TU6M6mh8/yoiTFhuE/by0KIFhOiFa2GBCJJkpiWbEqbJhYGwwnLOnqQd5TmAe
qfkAAg1gVUCzgp6+aJkLELdTDdUdkY0TspOEzzonICMAt9N1AeE7MmONSP8AioIfqnFvNO4s
dpyuVzWp2lQal/P7qaME66D91Y7t3TWHdmf7V3TsyFxXj5r8I/pDRYDaboBmbc/dQq7EaLiX
NiIOyaxckYWG66IESTqgd91yJ+tMDDwxXbplk1ydGnVNYhtUa0jcnZG1YvDHqvwfef8AEku0
N+8iDYW2GWRapB3b+5RjQFYD9Q4T9tfRNWwA6Qj3Wb0ZB7WJXIkka7Jye1PQIMzjJATvO6fk
3VcuRcJvxC+6n3Sfj91R7hCf8Q/nTj3c6flVMPckbf8AFT7hO6bmfrRAJO7IchYkyHQ5CMY/
uRLEDqh/ge2Bq/8AQnBbz81A/wAlaPPwcBySwZ4/fTihT8C7GX3Fl01lBvIlNg+SZy6a1Z0K
rxvjIYo2ZyNhK7QQRumMk76IEF66og1cQ4X6oEMgfmO6ww1C5O/E/BEE9upTguHCbVk7urB8
hOLNYDOEC6Fn7SUQWYZLhdNwt0GDBMBlAS6wfNOwIU66Lu9U1Q53R5Vc7bIs3I4DKGPQrtoy
a1CPRcjWG6f12RcMNob/AGoAAO+yw1UwYjqhHcPmKB2yh2AsmrVm2CHkPpnyVD1KYN0Ulw8h
WGAxcKr4RG5fwwnxZd2sMgB2iZKHc5GiYFwNkTop7R1IRsMAoBywK4Cz6wUwTF12hx8URcfU
jWgL5wUHEmGQ9wuOUj4p7ZAw67axumhjmUHDC2qIZh1Q9q1ew5sx/nUCdS6JODlQ4A6oCXO5
Q4uwgtMJsjKYBqDCgudgtFyJxgIGQAZUFR6r97Kcl9mTDt80QznUlRJTENuoJlE8tE3ME9Cj
ycJ6GBgZLomwL7L0+k6PUFVDN5+AxGqLbZ0QeSNBlVsflkNqGPh0W3VkCLFxjzRrY+Rb/inj
7EwIDln80xPLorWNYrLAJwDVwoMPI3XMBjYY8/oM7FO7+iPue2eJqRJGiqAX4wSmDWNg7lEG
TrP9qknjsquz1LOeqa8vqCyDDSCi5YkQuLEdU49wAHRn/qXP8QAjRmXHmJ6KbglsN/T2oV5i
dGTcg/VMSG3YpiBGDICAIBfY/wBq+R/j91fKz6T91MKY8/uof9bep+4uXDGjn7qfg3qfuogV
FfU/dR7h8H/qXE3bJx0/eX/ssfJPT3DU+S+fm3RDmHBLPsVGSh5fSnw9vcui2i29F2651VTW
baqtRVt1hEdFjw7qi3mEbe2ONtAPNAmhYNP5WTB7VDyTyRFYuSB1ZNb9GWKAAdygKhob6dvb
JyftXEh5ysBzmAjYBFx2tpujW2Rozsq8y50GQydmt0TM4bKaoQJXb6oMJK5ETunuOJ3UiPzo
Fm3YLZkOJ+CLjXKOB6LSw6qAwTWAR4hOT6rkMeSfDbJw3VEnyTaup9EC0/SIGSyYqrfNX86l
wScpgSbDSWKLAA+TIEEnzQBKbTddW+ixUUCYVHJ3eVc1rGjJ7+3L5XT6MZTZRPtO9Wcjoq+5
aCchYyhxEjKkSV7h4g0J7ScIcGBCf63XdLiJTuwwgBqnMHbdNtKYYGhWC+ExD9VlxspUBjqn
edJT7wtgow2MpjK182TfFdE4DhZBJXHZAkPMlFB9vp9UIKYiBoU9QuRAdDYqB4dfFwVLFfK/
qg9PgUxDFbDdOJQQoS5dm/2rkNfoOMksAj7hAe8mEamQS4br4iorzudHaEOUR5o20AMO2irY
Fqk4QYjl5oRqgXAOyHIjdTYN5od49F84KAFhlnTgPsyBMaMgX9EbAOHeUYQYyjY6wqlcR8VJ
UpwWGygKZCdoR4jRB4bKysrKyn08NVIMarJzsmqxG6YAPupYKcbusP1H08J2TEJtF6K5BI42
LN+9ZVJLnE9PD0TIGzEDAUQAu0FwoEhQ59wwB1XK55WxOwVamSQi2S86SuJGNV3ODoUDUnHR
lWxsHtgIc7mdBCAIJfV1XjQEHJ2/dR06JiSGmEKi8dSXTC0jclCsHq5+6uJOdNFIrxxlFxhO
akHYMm4JuBfzT8M4Oqbg9t3TGnwK4kEboCrviVxGeuFyJCz5smr+TohzB3XFyXQyizgBAAkk
4fCZpOqejHdEBq/BB22zCyAeiDawuOHnKAOn+FK9F7hf9Iz62RB0P5lCA6eDks2XRp7dhxEF
vJA0JPlomqeBGwE/7U97cyXyNf4Va16tYGPJUbMwidRqnM2OcR/tXcHbBdUvapmoPxCFfb9u
x9sD52JFVCHISNF3fL1R5VBbDBOKz0UQNfCdd/7k4DsjXHRd3xXyj6kCKh0eQc6FB9EDxAIU
f5oGwDlAAMN0+q/MrGoaoioYFNalvNkxFgPJDlaym1m80Wr6kr5R56phjX6EFS0aI9Fhfm/w
n6Kztk/auIwylYlSW3Q9uh7Mlt1Ac2+1A3BNzIUiRJIgoCoHGhP1cle0cYxjC5ZAJYLuGcKP
gvUMF7QP6o+xT8FNJ6ItVvJHlJC7YCauUXKAABLLugDBC23RbJGVxv6ei5N0ZC2+iauNVBEY
U5W6DyBAUromEptvBzhQpyslQVB8ITFbJ0+vg0xr/g8gWZcbTGVe1q9hsW+K4kHdvRNaxdGv
tiws3zQyBNyXMumt8xwAhYgA56oMNESIJgea933rkYYb9yNRaCXJ1TNPRYcIkmNkRSsiSSvb
ByKh/oSAeq7cbKQoDEIFiykSohRqpPIGGQBmqY5QbCHXUrdEGDonCBXl4dVKI6IV1nwcK1jg
B0CIhZRlUYljaoLdSsrMqThEko+6D2MS/QDxyQvmdMCobxx9i+XCH4mdv+K5gE7Nsu7tIEYQ
s7HVN7VDY6n8rI3sXtgDom1MFPqq1qMFfhmLWZwpf1/tRePrTv0wmlnwjZyeRkdFV9lqsr5v
tUWWUywgRrCBwnb1TWggSsynMhO8aIdyAB1W46ocWRIQGyNhBZMSoIWFD+IrurtksB62qqgj
QfYuvgLfq2qfgUCsosrbgFWDSfbt/LbwH+D+ID8uQhUhxpuuZe3qh7dQK1JZ9WRLbZXawRfT
Ck/BDWXVv3iw9V3Z2K6IjVAt/mhS00JDg9VXiCAQNVBKcFZdM8LJTWUyh2eRKAbKIZmhVtaX
IBUE+aYGFatnICDOR9adyW6osbMdHUHzdQTKAVrWwA5ZEUpxA1JkphU1bVNWz9DKINKhtWK+
Svn+Vl8lfy/iQPCeiY1NXNftqhUBisysq1QZ0QDyAHWfrWR8UamzOJYhfgj5ePHIdj2rleP8
KwOoUIWwBsq+4cmVOicfBbN4WsPIJ3m0lAmPKEZ+KbPRDA6DKqAOPUlUnAb/AALPhkAJCFWz
qmIzC4nRSpCcCF2hNYOmqOrIBizrkxdQUL+1Yi2CG/uquNqkgQX6furu9oEnVyFJ4l3mf6UW
a5GNEwcA6BF4IQPInq6cWkYT80HuS4fVMXmHc/ypyT5Om6aI1ZxutmTNAdEgh0C5I2dSWtqC
sus/RwiG0wi4jZGuAVSnPsAkaJ6nkDsnMIpl+FUvxs5+Ceoc/H+Zdxnb/ipPkuQDAar9r1Tt
AVYaPpyGVqjVADIcEhDdEW+YEv4SuiYiEWAXyh1IDqKgeiPjNQd4VaigFCBLRmyaH6AhN7bE
ebOgW6M6/wCyn1Aq1OIcEuChz9uj/upvwq/Bdvt1B8l/6qPvxRvb26MNqqfbp8F8teOzJh7d
T6I241kEM0Si5zovLCexNVLkDVBmI+mRozpg7GHVbC9iWb9Fv5UTUnZiy6IMrP8AOzgZTXYD
JKaoAU/VlOS+xWzbmFDB9SUSTlsKnl9KBHRS/qi+qJGqLFymMP8A2qF+HQcrfUv+6oAMjj/d
ZCwuJ0cOm5CeqyspuYXaQR0+hn5QsJvB9l7rfrW8CVsm2R8xn6BHmidU4MDRB18x/dUFqvjx
nP0DbBELuq+iBFzahxXzU+Fr6AR8OSNt9NkbnOycxOFu/VM0engNZEKAGVQQzDHg9oC4Vd84
8HRpUY36Ljeu8jom9qhMQSWRbtB9UCbOdkL2q3HLJ3LnRkPc9uo9y9iz22RrezYgYCHGxIrm
2JVvxX7RBG6r7gY1OBr+qhYhiQos77oVd26LfwfornV15LCwgr+5ra9vAp/C1Bk4UaeAOngX
sM9V8wfQIyHTkvYy6JBnRGoJPm6DF3wVKYmfEhOaptkU+V+HWzM5I9E9auNZDP8A6kKirHUj
P6SIOXlQfqZMTI6shxpyHRVtb29cEIg+0K2GIWGCt7ftEG4HWCmvcltHLIXrZjuFxPuFtSCy
qx5M4sXYomtzU6cTP+1AmxJ3JK5kmlBkuPvJhfmdU4chciDxOoMJ62x0QqQKme4Klxfl7pi+
Ua+wedTNt/2lxINRbHVD2qUisvr+smqbADMsgPduBcboWEgyD9BwMropUeHu0cML30kSn8N/
ALusPJwnFgyYWe23gTagZ5yooxyJP3k7HlrJQYEFtz95ADfzRcQMaJySwxJXEGBqh3J/Z7rv
jMJvepYjUiv3ULgEOJcMfAvjwtYdpAhWtWps5+bAxxVaEB9US8I8cOXdY8wmIfYIWsABP9KL
EPou33AR6fcRDiwxACPKpclNb27fAq1AS2QDun021Tgtcu/cdv1UGBbyKqDQk7MuPs+0akkv
E/7ua7qXqfIqB5kqjAGpkgmP9KMAuN3ZOak+ia4NTuhwe9dWD/yqMJq2kIgvunu5PmVWtiGA
+hOE6dRlG1tArGo/6r2sSW0Pd+l4dUT4D/8AnMn5myuVKHluQD/NVNcEHoB91H8SlgxyxTvD
I9yEdSU6J10TF/PKLSjDaQmAZOco8nHqoT+PcXfRS5GywuNbAkRCIeHlQdU4HEJifihrESne
PNACyBrYh1umGNU3q6LhydVFnDu2ycl2wGXIVD/D+lA8DYPof7V3e1b0n+lE39lmzH9qatSA
0HzTGtrOmqCU/ArjYMHfP7qddy4m1QcSj+Ga2GrJxVuqfZTCwU5BR2C7Ty8iuQBGkpsgoNVg
AyZk4hdCnJR4uSMhAmF7YGKgk/DiiGXHkHViS4OgQc//AAohSXI2Tu0ZQ6bwnbGq2IUwno3r
t4T8fCwdiYRewI6I2uX0AElGtO2rM56piXYyWRAEOiRkYT2DlFo3Va6AEfBMKuSUCPafyIKc
+zf0A+8iD7fuAjoPvKRcfwpuR3wmNpOiPcpt8AVAtbyCfjf/AE/3KK3H8P8AcmNbv5f3Lurc
en9ycSPVOcf5rspaxTCjDdDbyRsbAea7iC+zo2Jd2ZvFmMKYWZTWwubk1OnkhTkxGB0Tu50A
yuyrfvJ7MQNBsjMbapyW0Dq3uAwQiQjXDy7KoORlEYcMquzWIAsMSrKcqCAjyDjcJnnZfYQm
Rlgmd1+ZVADPogK7eBBJIJQr7faHksSifcv+JsuNQzLjUw0pidUOIbdcQ46ou66ShcfoySg2
q6IkhHsBfon/AAxthOfbDr/1icoPSvqooAEGrUudAFFQ+sKaDzZEcAR5Jq46JvcYjZOKDzUB
kwfzTbrCYBh4S3moZ/Rdk3JZnCB9z3ASdIhd1n6IisRlGpI5VLOU1yeUNsgAG6KUa1gruDkf
asIe24JMEOEBjwlOWLSD5K5r3Sc/8kLH23TH2/VEmhLfl+qm4ivWU9hHqsirIGpeZKJOhTmA
gdSQB6oPspCJ0UR/5TCU0cyE+XygzEvp/EqknOVlEAfVlCp+VirGoMaDV1Wt/bmcv91YYnqf
uoO06ufuqbMfVRcEea89lC6eEaeARUBZ8QAZdMSg0ph4dVU0ckaef8S7geWo2Tey7bdU9y1a
hyVYgipI7ZlczJOVABLjP9KHuMMBAgg0JYoEFjUFiMSvtVqh8FkTWx5ORaWT83YYK4e63L1Q
uMfFRjHoi8h05jZGQwR3ZvVZBI1dCzQASVoOqFyxAn4FNhC2ftXtgODq6p5J8HdE84fqpkri
D3WgMnLE9URb5zIZAs0ogZXEMSJcouQwZAjAC6bKQFNR8E/EfBB6COi+UeielxV/Ndl6/E/d
XI+4D0c/dTu4Gj/2ru9uxD9F3e3Z01vbu46JiSBsf+SepcJmR9uvI2Gow5RHK3ou4l9lahGE
1DCz9fhghk6dwNU5FfMk6Lj7JqLgu5cJy3m6t7N6k3JfkzrkX8gEPbsSHDEEIX9u1bUO3zKp
oSWJdkKe87gMgRZjsUPepV63JffFUKirnYZXy8QdS4QqS+qdEDdHk5ViC4JwgOMstwJndOdZ
ZAMChxgdEX+ZQfJAMHE/AoD3MHEpq2BOyy5UCCnEtqg4lOSxQryZi/midfIfdQIDADAR41Af
YMje2AMOgT28pZZcp3WijwhZ8G8ZqD6Iv7dcZYOmrgqVazDu1acIiHzhE7r3KvkOAmRcZwgG
TMmAAUSVBTOt+iD0coROxCJdkPxC46rjlPRpMggMm5AB9EPb9z/sG9pZG1KAHDgBSZRNrMBq
USLYBODoj5lP0lPupleeqMyE50l12mRDKQgNEQB8pI+tVLaMynOiq5iVKYVTAME5sW8NlJ8D
UuxgoCuBAC2RnCyhojAXcG8GePBtSt0fB9vAgjdkJ0lvNCvKCZZWpUkhsny8PsXX/AdpTNlC
MKCQoL+aFjnZT4VrQCdTK/7LmdBhZ7SCFZ9ygNE1ZfpsrP8ABCzQV2xuUe0B9UbCr2OZQYIa
IkQZJPqhxmS6e/aA2iBGmEwh1n6lh1HiyY+B/CEr/so+0fdRHuUAb8v1ULdvk6Paw6FZlFu5
OYUlvNWNLAjYL5i/mpceZRJqNwTqm4AjzU+18Lf2JiwHn/YmFgPVHiAQNQU47QC4TGk2E2Jf
AQoRkP8AX4AfWsrP+LBUysLmzF3ZoVgMuftQfOhCBBz1XEmdUKjLhWIDeaa0yuVQwbRQEOf1
I1uAScLhalfgmFQPozlZT+LOH2T2gblds7hHlQOegRPAP5BdgA+pHiT8UeZP1rtfjoxQrckj
Jclk9X5ea7Q5bLoPU+hCIsDU7HBC4mgI/WIn/UsZxCx6aI4HXVcg56lHufzQt7hasy2/7qrf
27g1qGIxP8VURU/LkKfioMqEQLORn0WVlSpWUz/4GFhWNsElQgRL7NCnKj4J61ynZMgbB6nV
YjeV5YU/RjwjKz6J7FvMhcfbuLEZNe5H3QfJcfeOA5fRkeBcaiV0ThQmwoWF2gtspC6qURao
L5dEe2BU+rIj5eOJ6ruuLeqZ3f60B+ii4caFPaW+CgsOhVrV6PqmpFjl0DVy0uED7gNQdTC9
yhOpIEYf91d1SesKSx6rt9yvxTCwPr4OssVJUlZWfokDDlEERhNUtvqgBJZC1jOoQlyFheaE
YUIbHX6DWsAU9CLDp9A19ofiXw2An9wcK4CIFxYnMMmKNQW3XKvaa5Bl0KkEnfwJVa0kHJQL
5wnCfwdByy7ZTkeqta8BjGdV2QNkHLOQB/KnrZw0oh8I1w+6F7yR6YHJXthjjKdmy6lCcGFz
dwftT8jPRRZvREguU4DruAf4L/1xqUWqakZdByHUlMDKy6ghYdSj5K4eHLfFS0qB8EIkeGPC
VHhKhdVK5G1h6o1q5GZL+NmgnC76dx1I1/jTBA3LOY/KyZ8+X3lomXIn4LMbJkSwJ6yFy9xi
3y1/RH8CheSLPCFPbBch3P8AamvYAjdTeDpkrjkmJwg55cgSU4jyCBtkfKTumJ8PNVA1M7YX
uFhJ0T+cJkw3QACHjICmlfgERSHRw52XdUONWRhk4sUe+NMog2PmHU2cbaoE/Wi9YYt+8ysQ
NT9qDfFZ+hlWPt/Mxb4IAg2L9yrchiRjxJdCt2INiFKa4auhK+YA7OoRp7j8a4eEOVWqRk6L
j7NiatLT/Uu8G9a/LGP9KANbDqyFXdtfF9lLBQQsgIOc6uiHI6oPZd1Ds8r5AT1JKioBGECQ
g45CrqauGzKFaQNFPx8JQac/YrP6EKTMx4SuQqxXT6M+E+GEIWFNXKD0hCCzmPRGNVELzTaL
K3Wx8HYOmGPBq5KPIuToi3tgmusI2wBumcEjdE0txq4eowR4YTaJwJPjNgmc2PRRQgbksgK2
Z9BKcHi2XKg2JnRMaidytKkeqA5ORlcoYp8kLEld9ha2eAyuVYFhh0KggEnTootyT2LfnTVq
TV/mQLsgXEoAXZvX+pGoxovN09oG6YWEdV2mfPREk5OPD83+CfHqj9CGTjRSgJhBsIbrbxkB
/JVrUsxcuja5qYYcf7vF0xx4MVatXL4ZPYs0yYTT/CG/mWRXz+b/AGrudOK+qbtHxRrY51CA
GiYBvCSZ2TgFuuqv7v6F+5jlfhM3X8rJ7FwEOL03GCgx4gYdCle5sGuVy58vih7oD1qZMrj7
nYX+KNau2CT/AEqoAL6CFxtAJ4+qBoQKt6p+T9AoMDRQfiU3zDzUhk4DprVI6pwfioKkssj/
AAZ+hAXaHWG2/wAByWCIHmsoD268j6f1Im5FfiUDWxtu3appO5KggDoFL2Pm38qBAT6bJ9Ex
ypMI1oWHkuX5whzJd8Kv4hZ3bP8ASmrZ64rXAZMmZvgudiOsfdVb1tB10Rr7YazOCTomPfYx
xZuP7XNfh1PCuwAQtYkkauyPDuH6LtC+YuN2QHuMQ7ogwR5lfP8AUfur5/qKfkTozFAWBqN2
T1P1Fdr+ik/FfNrpCPImdy6kOohQfCcpzCd/qK8vpv8A4QpUsDV/rRJw0LZdxI8oUVE75TAM
gyjwYYU4XkpLHV01WZchUfvESskOpsS05Qrd4cAuUOON3/uWjiXQfiQ7EtKZgvw6wMOP9Kez
l/Iqw9wWFQPLVQCG1UBzkrvBB1If+5ZettYBQ4WLnyKc2sH6J7Gyc8vim4kdQjNg3kga2MeS
7SS/kmNQWySCu6gYeakZ8/uIFwH80wuHTvHhITr83+E/0Y8RuKfeQ8vDuXa6haP4uphRbOGK
5hiNf7VgEHHLZDlQz+r/AMkBS2sjVAWNgHlmx/qXMEv+0ytT2wwCH4wBvOM/7kQRxFdLR/pX
/XYhjqVa1SN3/KqYmrDd1EWQe0ahBiHwUOJIO4+Vc7S01IwgBk5cQu4lgnrI0DoGWGjlAF8Y
Kckg9dE4LhT6eGHU1B9ExoPgiaMdgTKf3LegMfxeMo7MVHi5UY8O6AnH+FWzOOJCcBmGvjEI
OtlkEJgp9VXg/APyIMfo/MuRJNcfM6m1uP6rumq4Ox/4qfcuanDFv5ULW9u1tzaf5uSANRUA
vj+1d54sYLJhTiTj3Dr+0jep5bEa/o/Mpjdyu64Hm6A9vicyNZRIONMo8wGGTj7iFK2EyxH9
aBAyJ2ymq7E/KmrZrN8hBCF/b+UZZAVsCS/Jy38yHAsvw7fPsU4EDRPQ8fzpg56gsiLux3Uh
juu2wKy6nC2O6s9nBx4NhZTjEv8AQkqFCZMzhR4OJK7qE9RITj6MqCZTnRRKZoRDOUxyi6fR
EUI5ND4Xf7gA6ALvva3lARFOQJxP/NTa1Wdo5fyoVbu+LLvfiJEIV93lUZjtOP8A8nNf9Bte
e7lDIWoxDdo81wIIY7OJ7l8zE55dqifJcRQNXzRqamrQ7QmYWrk8M/1pxyDfrBTNd0CCYxKt
YaGHVpJJ09EeNSTq8IfiMNEL1MmQXT2HGw1MArtqHR/EYWBgdEHTgkJwX88o76Q67qv5R/tT
4WR8foEbg/4EqDHjhY8KgBx7hYD6fD26sN90Sai2dF/2gVsMyP6kSGjyRqGLdQnH0GsAR1Rv
7ZNbfELiS9cT8q/7KipMC9cIn8avG2HH96BJ8kTaoc6rsuak+qj3S3qvw7t7ld/lM/6kbWr+
GTuhb2vcg58kfbtTmW+YQyLAyZRDKQD01RNZ1/tRFqSdXYomTU6PquDwDBUOCDouUmwgjdyu
d7kPgMm28Oix9Swi1j5FT6aKcdV3V+BQsMHRE7A+M/Q6fT6JzJGPoz4SAfNTSp9AiD7VanSw
ABBT+xaxI8q/1Kz8gQWM/wAX6NkCLWs2ZKsffsYA4guZT86ls6L5gW2KJBxnKyPVSx80QPgj
azbNCAEj6HdUH0R4vU6Mgb3LD9HRF6hz0TAMpEfBEuW0lOfVNYC3mv8Arg7BPYkBN9LfxwFN
U9cqXZ4Yoxuv/9k=</binary>
 <binary id="i_038.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RmLRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6MzgAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfegAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAYUQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AN77bnOsdFGFXJI4e4mDt3fzfuRD
l9Ra0gOxS/sDSQ2P876SF6Li6xoc5jiXDe2J/r7Xy1YOf1izEzMrFPUQ11ZAG6sSNGufuayv
2v8Ad/g3JKekByjYbLLaywiPTbW0N/rbnbrP+miVw17n2ubawgBlZY1oaR/La3c7csno9rs+
v7W/Jsva0gMAaK2l0aus2htr3a/zb/0f9tbAY0ACOdJSUgymGwsOOGUbSS9zaw8uEfyvof1m
JY1IgE+6NZ8/krT2N28DzKjW2NOR4JKVaCK3ED3AGFyosJaTJl73QWkgH3HmF1jg30nzqACf
uXLUY79lQsIZa4bnB0NcSR7/AGFJTWoc85djd7g73TJMy0h3j/LUM9zxmzuO0YznQT3af+kl
0drr83KDQYcz1ADBOp/MRepUe42H/CV2Vgcn6PqfwSUh+qtL7MxpduIaSZJP7h/7+uyayGhs
QSey5j6nhoutG7SfZxJENXXNDGmQIJ8UlNXFDsDPvttO3FyGBz7HHRrm/Rc6f6yq/WjJtGTj
49byAG73Bp1B/Nd/ali0n2EsLXBr2mZadZBERCyrejV22VvpfYxoADWuO4N1+g3dttaz+0kp
/9DRxuru+2MxM3FfjOyLHMx7A4PreZPtlu36X76zepB7erZ+zJGJa66oh+xlpc0VVtdWWPd7
Nzv+oWKOn5l/U66fTsDX5GkCQAX7XPEbtm389dlVjdEorcDZgOa4ela9/o7jH6Oxlj/pb/zX
7klNfoBcb+oHaRWX1vYdNvuD22Rs/Rtc1zfotW4wxpPHKzML9CysY1eI3H9V7CzCdvZs2767
bbfd+nsf9NPV1jLILv2VkgNBJc5zWwGkhx/Sbfa3akp19ug7pBsafM+KG2xxY07YJG7nv4To
j1anT/akphZWH1OrDjXvBG9v0mzpuZu9u5q53K+pmG6oNpsPrucXOybSXPPj7p2/9FdMXCJ/
KgmLHEH5eSSni+m4d+F1Cuq3bXspZ6jnPaJ1cYH738v/AAau3nFzcrFw3e/da71GscC4NDLJ
c/bu2s/lLYysLDsynOtorscfolzA4/8ASU6qBVY5tVYqrAaAxgDR9zUlNXE6Xi4dxvpLu8Nd
wJG383b4fnLQ9Qhog8BRcHbnaxHh96BZe4vDWk66ePn/ANSkpsgtcGzwDInxAT7hO4O1A5PC
otyTBMF20SIIAT02biJkAjQeXdJT/9Hp/s+PVabKqmsInUQw68+5qi3EwpLziY5LjLia2TPO
53s9zllZH1s6I0kA3P8AdsJbX9EfnOO53vZ/U96fL+s3TiAzDyBa0Pb6z62klrJY32te36b/
AFP/AANJTu10VbTWyoV1zLgxu0E/9b2qdeLhh8emz1i3QkS8sGn53u2Lkh1LpVjnWWWdUJJM
WscKqwBwfSD7P+mg1ZmOM24XZvUXYxYHUhj2McHHd62930fc6v8AwaSntjQGtHt1YZHbT/Up
MLCJkOBJAjiQdrguVoyMHMDMSr7fmeuWtdXfYNoB3Fz/AFP5MfQTUu+w/VIZ1lttt7KXXl5s
eJstcGM3bHfpPT9v00lN/rv1mwOkuNEHIzQJ9BhENJ+j9of/AIJY2L9dsp7nDIxq7Guguqxy
fVrbMfQe79O//MWT0zp7s2qgjFecm15sD6A511g4fffbe70MWh73ez2epbb/ADatdc64zDLu
mdFaKK6XEZGWGt9R9oG2zZd+kez03ezfS/8AnP5tJT02B1HEzItrtLXGZouHp3EiPd6L/d6T
f32K59oYLHGCQQJd2n5Llvqri/Zande6o19lJc2yuxp32MDhZj2ZWW136T7G+t//AEK7/wCb
XZ+lSS4AwTDtIILTq0s+ikpzsu4enYHHaXaCfkUCyxu9prcYElzGxB/Nl24bvb/XT5dFN+Rb
jUkuvY2bQ2Tsn6Lb3bXVVvd/oHO9X89VKqsmlp9U7h9EaRpP50+71ElJA+GOLAQ6OB8fFPVa
5pbOgIiew/1lC2ODiDqAQR8CUVj4foNAdwnzSU//0hPxN73D7Po53ukBvflZ49CrqtFVVYaw
7IaBHuFm5zlvWhw3lvnEHz0WPfQ5vWsXUCWOsMydWn3flSU7b9pqcGjkE+HKz6WB14JbuBqA
kiRIfZA1Wlj4mVkmKaHvgQTw0LUo+rlsMbY4MrDASJl3qSd+3b+YkpH0mquvHo9NrW7nbS5o
An3bW7lmZHT/ALX9TzQ5zq3NpF0sabCfTc6xtfpM9zvU/wDUi6rE6bTjVemHOeBMCYEE7tvt
/dlTZ03CYAxtfsaA1jCTtaPBjfzUlPNfUfLz8ip+RcNlD6q2tp27A19f6L1Kne39Xtqa3/ri
u5XRvq1l5DSyil99W59gqMt2u3NeMj05q+nv2e76aFkWVO6n6rqhbjtc6u2q1gdAPts/nJ9u
1rXV1/zexS63n11dNscWPpocR6oZtradW1NbkvZ+k90t37P8F9NJTZw8bGqpfRWA6hzBSGE7
vaGensdP/BLKxeojG+q9Wa5wstoxf0O5upd/Rqfd+c3f6X0lTqy68fHxgwOZczI9LI3uc0ND
g637Q3b7PTyGt31Wb1Dr92ez6vPFtjbaLHUzYK9hbW61tjB+jd6W1u3azfXvSU9D0XDZh4dd
DbDZa6bLLXOJc+1wHq32fve72omXVRfX/o7Dpv8Azd7THpuVIZljsq62p5cxjmY1VtmhrLv0
u/bG51ls17divU1baRVU1wa0yPGT9N39r6SSnJurcHlrmbSeY7fP85JjdsGJMjVQGTYc11Ng
llpcweLXV/R0H5ttbLEayqqx4a/UgjafEJKf/9O1dZucWBpEgyI1051QenVsu+tWD6zSa2Y9
59wj3D6P+Y5bvVcK5jXZOPX9qc2JxpFZcPz/AErI2et+6x/84ucyMmt3U8V+Mbca8419Tq3N
ItoscAyv1I/m/Vn6aSnv8Yh9DNo2NAA2jUBFgrH+rXU29T6ZVc5pZkVD072uEEPHteY/ce5u
5jlschJStUO6wsrcQJdBDQBJlTLgASZgLO6gX2ODXNc2uPa4PLQXfS2+z3+3/ppKcbPyLtoZ
sIdEl1wisv8AznVe5zm+3d7FLL6bazDfZkVh+PfWRexwcH1seId7K/V9Rzf3P/BP0aax2Djv
Zbke3HFjX3PeHbQIJMN93qb/AKLbP5xdDTk4mXUbMa6vJrPLqnB418dqSnhMTKbQG9J6lZUX
s2Npttc5rLaz7KrqHbd3qf4G+n2fpf0quOozbKMrFonHyCz0/WALCAP6N6jnOO71P5v1di0+
v9Jxqen35VDHi6hjrKRXyHaas+k5v9hc1jZOR1K2jFa4PyWML7sm0Whsfn+rVv8Ae5v9f+d9
/ppKdXoJGScXNtY8ZGMPRyKCDpl1j0n2WNJ9no1+5nt/wi6FrC5x3Ekx9Bro+cQPc5U8XEpx
GSxzHWXne+2CQ+yAwu2s37XbG/nuRt7rLGsDi50gbXaERz6b0lPOZWQcXPuybbTVVTIu2kFx
aw7a6n7fbvd+bU3+2tTAc/LwMe65u11gFsGA4btWNMfntr2b1zGVjdSGdk598uxrbXvYNzAH
Hd6LXvr9/wBH00h9ZbsLMP6sGtsPvG4kuPG9xcHb/wCukp//1O5uxXuB2ltZdpu1fB/e93tV
DqPSWW2tvbu9UQxzgGmW8aOf/NO2/uLYtYCdCWnxCHNjQZHqeBAj7wkp5Y4vWelZzcnAYMzG
MNsoYALmj84+m4sZk1v/AODfvqf+kW9X1jptzWubca2u1ZvBYfD3td7mf1LWpPfuDpcBr9GB
+CqX41OUwtyaxfOm8/SHeA9JToPyKXw2u1tmm47SCYP0He396FjXsddnxeA51rnek6XAsaP5
r0/Tj6SL07Foxcu+wOcRYxm1zxAYGk+oxzvofnbkHNc0FtZsFV9bhbj3H6RMkbPb+b+akpbO
6Tl5ODkNxg20ua5m50hzzP6QRr6lbP67N/8AglxVFuViNZbi320EtdV6rCa3V2td+lpeWD9J
7nbv0n+Bu/4Ndd9U/rCbvU6dmuG+sF+LYJmxu5/qsb+96T2v9ysZHSOndSzH5BY6uvKIdfSI
222N9rbnx9CzZ7bPS/nv8JYkpxel5X1gyaHNuyLMymxu1r+Q3cTW/wBbIdtfVdj/APAer6iv
dJwum9K9Q4nuzHkNs9ZwY52v5rrmt/RO+mzYtZjcOnM+wY7mg+mDZjMMenBArc2v/hK3/mrF
zOu9NZ1WrBrD8rIJdVY2tzfRBB0a9zt25+nu9NJTuYbTeXP9P02xodzXkg/yqyfoJ8z7NU6s
2usLidrSHO0/lQ0t2/8AGIOG4epYWBu2qKSGCGgt1cwD83bu+ihdRZfktrfWJfXL2D98gxZi
2D9y+r+ad+ZcxJSOzpVNjgWnc3Qy5rbAWg/Q9zd7WrlPrT0Y41teXQQKGkNNfBad27/M1aug
s6uzBvrcLhbi3tDm0Afpat3uBLG/S+ltesrr+fVnVNpx3uFEhxJBBcfzdwd7mt0SU//V7W3O
zNxeaq6qh+c9x/8AMGKlf1bG1bbkb55bUJH3j/ySwrsnIynn0Kb8+wO1svBrqB5/Rsaf/Rqd
3SOsXw27LbjVkDdXjsa0kT9F1jPd/wBNJTfv6zRSDtx3NGkWXPbU3XSfcqmb9ZxjgssyqaXA
asxmm+wT5v20/wCa9DxOndPrfkMbX6j8extfrWne4uIDnO939ZO76u9Jy8b0TjjEsa5xrupH
ubDnNE+puba3YP5qz2f20lNdtNvWq7TuqeHN2k3X77Gz7fWdXSP0Wz82p356udZzH4gGVWZG
00beWgu9tNv9n3KnX9WsjA9XJxbqm5FVdj6r62OY90Df9myqH2WY1uNkfRf/AISn/AoLest6
1hHEtpbS/KcysFhcWnUWu9r27mP2VuSU3/qti42LhOusaYrezHcXQXj1Cfp7Tt99mzetrOzv
sGM65jBbkTsrZrtDpa33/wDblfs+nZvXP1tvxrTZj3ek4aAxIIP77HA127f5TFU6u/KNlDsj
Jdb6jnPrYSNrXNbP820D9/8ARpKaVeVmZBtttc5t9jnstfxvDvZb7v5X829C6NTj1dUbZWIG
FZvE67oa4OY795WbDbsZwGNl7YAH9b8ij9XmNsqvsNYc4udYXO4AH0/Uf+bXVKSnsOjVOZ0u
t7x+ktDrnEjUmwl+538pLrOO53R72VOLcius3VFph7XgEssYf66N03MwM/DZb0+4X44ioO1B
BaANljHw9j9qq/WW+ymmtuOYvyd1JOhLaT77bdv8n+bb/wAakp4vAyajTsIFbgXsbX3lnu5H
+E2+/wDlo7RY9sOc7cSDtHtgE6E/nOas6kBj7iOMe71PPbLqn66/mvWrVWdmnuBcNroA0ndu
1SU//9brbL8UEAvBIJB2y7X+wHNWX1D6wdLwTtvc+QJJYA8ATt/SbHO9N/7jHqDcLGbW0OA2
SRtbua0eI977UHqlOKekWY+5mJRW5loc1ksDq3B7d1LB+k9R36NJSXAtblMvyGMLK8jID69+
hc11bdr3M/N3/uq1RvtYLWtG0zAOmg/3LE6fm3WNNbeo9P8ATlgljbX2bR7fZU54r9R27Z7/
AM9dDk5mL0/AFmSXPMbG+0eo4n92qv2+1JTV6rmHF6dkXeqaXsafTsADju7Ma0/vLlb+n/sz
Gxs8NtGW0/aBUSHBrAQbd0fvVvVuu+3qPW2ZWbW5uBhMN8n2tYGw6bPd/hX/AL/6TYqr6et/
Wa2zIoZazBJIoDRDHQPad9hZW2tv+k/63Ukp1LrWu2Prn07Q1zSNTEaFU+pMsy21toabH03s
9rYnaQ71Pcfa3b/WXTYvS6cXBqxnBtprY1ri8bvdtDX+m535jtqycjEfi9SdDIxrDLSNAPbG
3v8A5qSnKDc65pb6BY36O+x44dp9Focnd0qzG6NmYjbN5u9LZOmotrL2z7W7Nn5i1riG2Hc7
Ukad552qj1HKZfdV0+l36zZZWdh09gM/ScNvud/0ElNz6qZTulX2dDy27W2udfg2xG8x+nqe
/wDOsaxm/wD8DQur5mRb1N11dL7MYbWssa5p0bO/ZS7a/wCkpZHpHKGJSWuOI129xhxaX+x7
ayPobm/9BBJJr0EwToRGo0SU1PsIGfkXMLHY9wA2kGd20eqNn5qhi3MrPpOkGogNnT2nRjnF
WnMtbkWPqa19by0uaX7Hbw1rH9nV/mpqbsVrg2x7KrIBLHkB0Tp/WSU//9fsr+iUhn6HUySd
5Mn+0sPPrfQ6ypzTDmOa6vidw2/o9s+/93YugyupaH0dgLeS4+4f2NFzvXBm53R8yxnqE11m
wWTtDW1uD3u3ez6Oza9JTyuFifWCoCxmNeWsc1j3GkC/aT/gj9O1v5j3tXf2YH7Qox82jIsq
muWOoLQCxx3DeyxljHrz/Gzepl1bzmWMoY0kPZDZa3VznH95y9J6Nj30dIw6rS5r2UtmsbRt
n3Bklv5spKcv9h4Bc/1mvyDY8WvFroa57Rta91dLaanf22q+3cT7tYEDyA4DYU8l1vqa1sYT
4OJP9r2taq1t4rIBeTZp+iYN7tfztrPcz+s/Ykplc5wBhwEeOp/zWqvb6djNthLmnkTAjx9q
Ja17iKX1NrpsBFhLnb9Rps9Lbtdu/O9ZAOEyHe5726fTdvIH8kkbv85JTTzRhNoe+mra6lwL
nbSJBO07Xv8Ap7VTZiY1l2PdmUDdawODjJexrZcyPzfQdX7rPb/waH9ZOrUV2U4NlVgwmjdk
PYC33AxW1lkbPY7+cd/YQW9Ux68DIuZa2wNrim4mLXvPsfjuYwV1s3N9tfs/7cf+kSU3+mXY
1nUcpjKmVO2B9NLBAZWH7dW/mve53+Yr1+BTdaXPJaX8hum4x46/mhVfq90O7p1LsrMeX5uU
xosrH0a2j3tqb+89v+EetR/bawkzxIhJTVHS8Jm0tBDKwG7QYDgNPd/KVJ+FY5zvRZ6rayS4
ESQCY3bStU2H1hQxu/KOvos7D96x5htTP+N+n/g1axelmkl5fFthl0GQD+4wnb7dySn/0O8t
w8Un1qq2lx4I1BT7a7qXU2NBqsaa3sPBa4Fj2kfNZ32rMwrC3ZuYeWyfvQbs7IseXNtLGmC4
MO0jwb/a/fSU+efY7aOuWdGYYZXkGsid0N3N38/S3VMXrNOVRkg24z9zZ+j30/NLD9Febimp
310cDIY5wscdTLnV+r7v6711jMi6u511PscQWkmDun89wP7qSndtprvYPUbEayDBHwcs6xpq
ea63+rIkhp47Q781VX23X+6x7nR2cSoioMJDTHcHiCfBJTY3yYcIjiU4aGOkHSAChNbsMuf2
1J1JRH2e2QRMahJTkX4/1ibZbRU/DycW0u2vva5jmtcf5l9Ff6O1uqbA+r7aX1W5dld5x/5m
mioVVA/vXbjbblPZ/g/Wt9i0LLh4zMeZU/V9st58/D4JKZ2WV11l9rwxjfpPdoPm4oFWU3ID
vTrmjVpsfLQ7T3NrYRue3/hPoKL6ce21l11bH2ViGFw3Bv8ALYx25jX/AMv6aIXOMh2vcz4J
KR4mKcC0v6e70q7SDbRZL2ujTcxx/SVua36Pv2LXpzcd1ldbnhljzDGu/OPMN/NWYSTqNNFO
vduH5PMJKf/Z/+0hulBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAq4A
ADhCSU0EJQAAAAAAEPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAA
C3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJ
bWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAA
AA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIE
PgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGlu
UHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRw
dXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAA
AABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAA
RW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAA
AABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AA
AAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAA
AABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0A
AAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1Js
dAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdi
b29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAA
AAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D
7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0E
DQAAAAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0n
EAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEA
oZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gA
AAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////
////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////
//////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJ
TQQtAAAAAAAGAAEAAAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAA
BAAAAAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB9wAAAAUAaQBfADAAMQA3AAAA
AQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH3AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAA
AAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0
b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfcAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAA
AAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAA
Bm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVu
dW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAA
AAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAA
UmdodGxvbmcAAAH3AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNn
ZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wB
AAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpB
bGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAA
B2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5v
bmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRv
bU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAA
Aj/wAAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAADOEJJTQQMAAAAABhtAAAA
AQAAAHAAAACgAAABUAAA0gAAABhRABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAA
AAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH
/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAID
BAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLB
YjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk
9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMh
MRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RF
VTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oA
DAMBAAIRAxEAPwDe+25zrHRRhVySOHuJg7d3837kQ5fUWtIDsUv7A0kNj/O+khei4usaHOY4
lw3tif6+18tWDn9YsxMzKxT1ENdWQBurEjRrn7msr9r/AHf4NySnpAco2Gyy2ssIj021tDf6
2526z/polcNe59rm2sIAZWWNaGkfy2t3O3LJ6Pa7Pr+1vybL2tIDAGitpdGrrNoba92v82/9
H/bWwGNAAjnSUlIMphsLDjhlG0kvc2sPLhH8r6H9ZiWNSIBPujWfP5K09jdvA8yo1tjTkeCS
lWgitxA9wBhcqLCWkyZe90FpIB9x5hdY4N9J86gAn7ly1GO/ZULCGWuG5wdDXEke/wBhSU1q
HPOXY3e4O90yTMtId4/y1DPc8Zs7jtGM50E92n/pJdHa6/Nyg0GHM9QAwTqfzEXqVHuNh/wl
dlYHJ+j6n8ElIfqrS+zMaXbiGkmST+4f+/rsmshobEEnsuY+p4aLrRu0n2cSRDV1zQxpkCCf
FJTVxQ7Az77bTtxchgc+xx0a5v0XOn+sqv1oybRk4+PW8gBu9wadQfzXf2pYtJ9hLC1wa9pm
WnWQREQsq3o1dtlb6X2MaAA1rjuDdfoN3bbWs/tJKf/Q0cbq7vtjMTNxX4zsixzMewOD63mT
7Zbt+l++s3qQe3q2fsyRiWuuqIfsZaXNFVbXVlj3ezc7/qFijp+Zf1Oun07A1+RpAkAF+1zx
G7Zt/PXZVY3RKK3A2YDmuHpWvf6O4x+jsZY/6W/81+5JTX6AXG/qB2kVl9b2HTb7g9tkbP0b
XNc36LVuMMaTxyszC/QsrGNXiNx/Vewswnb2bNu+u2233fp7H/TT1dYyyC79lZIDQSXOc1sB
pIcf0m32t2pKdfboO6QbGnzPihtscWNO2CRu57+E6I9Wp0/2pKYWVh9Tqw417wRvb9Js6bmb
vbuaudyvqZhuqDabD67nFzsm0lzz4+6dv/RXTFwifyoJixxB+Xkkp4vpuHfhdQrqt217KWeo
5z2idXGB+9/L/wAGrt5xc3KxcN3v3Wu9RrHAuDQyyXP27trP5S2MrCw7MpzraK7HH6JcwOP/
AElOqgVWObVWKqwGgMYA0fc1JTVxOl4uHcb6S7vDXcCRt/N2+H5y0PUIaIPAUXB252sR4feg
WXuLw1pOunj5/wDUpKbILXBs8AyJ8QE+4TuDtQOTwqLckwTBdtEiCAE9Nm4iZAI0Hl3SU//R
6f7Pj1WmyqprCJ1EMOvPuaotxMKS84mOS4y4mtkzzud7Pc5ZWR9bOiNJANz/AHbCW1/RH5zj
ud72f1Peny/rN04gMw8gWtD2+s+tpJayWN9rXt+m/wBT/wADSU7tdFW01sqFdcy4MbtBP/W9
qnXi4YfHps9Yt0JEvLBp+d7ti5IdS6VY51llnVCSTFrHCqsAcH0g+z/poNWZjjNuF2b1F2MW
B1IY9jHBx3etvd9H3Or/AMGkp7Y0BrR7dWGR20/1KTCwiZDgSQI4kHa4LlaMjBzAzEq+35nr
lrXV32DaAdxc/wBT+TH0E1LvsP1SGdZbbbeyl15ebHibLXBjN2x36T0/b9NJTf679ZsDpLjR
ByM0CfQYRDSfo/aH/wCCWNi/XbKe5wyMauxroLqscn1a2zH0Hu/Tv/zFk9M6e7NqoIxXnJte
bA+gOddYOH3323u9DFoe93s9nqW2/wA2rXXOuMwy7pnRWiiulxGRlhrfUfaBts2XfpHs9N3s
30v/AJz+bSU9NgdRxMyLa7S1xmaLh6dxIj3ei/3ek399iufaGCxxgkECXdp+S5b6q4v2Wp3X
uqNfZSXNsrsad9jA4WY9mVltd+k+xvrf/wBCu/8Am12fpUkuAMEw7SCC06tLPopKc7LuHp2B
x2l2gn5FAssbvaa3GBJcxsQfzZduG72/10+XRTfkW41JLr2Nm0Nk7J+i29211Vb3f6BzvV/P
VSqrJpafVO4fRGkaT+dPu9RJSQPhjiwEOjgfHxT1WuaWzoCInsP9ZQtjg4g6gEEfAlFY+H6D
QHcJ80lP/9IT8Te9w+z6Od7pAb35WePQq6rRVVWGsOyGgR7hZuc5b1ocN5b5xB89Fj30Ob1r
F1AljrDMnVp935UlO2/aanBo5BPhys+lgdeCW7gagJIkSH2QNVpY+JlZJimh74EE8NC1KPq5
bDG2ODKwwEiZd6knft2/mJKR9Jqrrx6PTa1u520uaAJ921u5ZmR0/wC1/U80Oc6tzaRdLGmw
n03OsbX6TPc71P8A1IuqxOm041XphzngTAmBBO7b7f3ZU2dNwmAMbX7GgNYwk7WjwY381JTz
X1Hy8/IqfkXDZQ+qtraduwNfX+i9Sp3t/V7amt/64ruV0b6tZeQ0sopffVufYKjLdrtzXjI9
Oavp79nu+mhZFlTup+q6oW47XOrtqtYHQD7bP5yfbta11df83sUut59dXTbHFj6aHEeqGba2
nVtTW5L2fpPdLd+z/BfTSU2cPGxqqX0VgOocwUhhO72hnp7HT/wSysXqIxvqvVmucLLaMX9D
ubqXf0an3fnN3+l9JU6suvHx8YMDmXMyPSyN7nNDQ4Ot+0N2+z08hrd9Vm9Q6/dns+rzxbY2
2ix1M2CvYW1utbYwfo3eltbt2s3170lPQ9Fw2YeHXQ2w2Wumyy1ziXPtcB6t9n73u9qJl1UX
1/6Ow6b/AM3e0x6blSGZY7KutqeXMY5mNVbZoay79Lv2xudZbNe3Yr1NW2kVVNcGtMjxk/Td
/a+kkpybq3B5a5m0nmO3z/OSY3bBiTI1UBk2HNdTYJZaXMHi11f0dB+bbWyxGsqqseGv1II2
nxCSn//TtXWbnFgaRIMiNdOdUHp1bLvrVg+s0mtmPefcI9w+j/mOW71XCuY12Tj1/anNicaR
WXD8/wBKyNnrfusf/OLnMjJrd1PFfjG3GvONfU6tzSLaLHAMr9SP5v1Z+mkp7/GIfQzaNjQA
No1ARYKx/q11NvU+mVXOaWZFQ9O9rhBDx7XmP3HubuY5bHISUrVDusLK3ECXQQ0ASZUy4AEm
YCzuoF9jg1zXNrj2uDy0F30tvs9/t/6aSnGz8i7aGbCHRJdcIrL/AM51Xuc5vt3exSy+m2sw
32ZFYfj31kXscHB9bHiHeyv1fUc39z/wT9Gmsdg472W5HtxxY19z3h20CCTDfd6m/wCi2z+c
XQ05OJl1GzGuryazy6pweNfHakp4TEym0BvSepWVF7NjabbXOay2s+yq6h23d6n+Bvp9n6X9
KrjqM2yjKxaJx8gs9P1gCwgD+jeo5zju9T+b9XYtPr/Scanp9+VQx4uoY6ykV8h2mrPpOb/Y
XNY2TkdStoxWuD8ljC+7JtFobH5/q1b/AHub/X/nff6aSnV6CRknFzbWPGRjD0cigg6ZdY9J
9ljSfZ6NfuZ7f8IuhawucdxJMfQa6PnED3OVPFxKcRkscx1l53vtgkPsgMLtrN+12xv57kbe
6yxrA4udIG12hEc+m9JTzmVkHFz7sm201VUyLtpBcWsO2up+3273fm1N/trUwHPy8DHuubtd
YBbBgOG7VjTH57a9m9cxlY3UhnZOffLsa2172DcwBx3ei176/f8AR9NIfWW7CzD+rBrbD7xu
JLjxvcXB2/8ArpKf/9TubsV7gdpbWXabtXwf3vd7VQ6j0lltrb27vVEMc4BplvGjn/zTtv7i
2LWAnQlp8QhzY0GR6ngQI+8JKeWOL1npWc3JwGDMxjDbKGAC5o/OPpuLGZNb/wDg376n/pFv
V9Y6bc1rm3GtrtWbwWHw97Xe5n9S1qT37g6XAa/Rgfgql+NTlMLcmsXzpvP0h3gPSU6D8il8
NrtbZpuO0gmD9B3t/ehY17HXZ8XgOda53pOlwLGj+a9P04+ki9OxaMXLvsDnEWMZtc8QGBpP
qMc76H525BzXNBbWbBVfW4W49x+kTJGz2/m/mpKWzuk5eTg5DcYNtLmuZudIc8z+kEa+pWz+
uzf/AIJcVRblYjWW4t9tBLXVeqwmt1drXfpaXlg/Se5279J/gbv+DXXfVP6wm71OnZrhvrBf
i2CZsbuf6rG/vek9r/crGR0jp3Usx+QWOrryiHX0iNttjfa258fQs2e2z0v57/CWJKcXpeV9
YMmhzbsizMpsbta/kN3E1v8AWyHbX1XY/wDwHq+or3ScLpvSvUOJ7sx5DbPWcGOdr+a65rf0
Tvps2LWY3DpzPsGO5oPpg2YzDHpwQK3Nr/4St/5qxczrvTWdVqwaw/KyCXVWNrc30QQdGvc7
dufp7vTSU7mG03lz/T9NsaHc15IP8qsn6CfM+zVOrNrrC4na0hztP5UNLdv/ABiDhuHqWFgb
tqikhghoLdXMA/N27vooXUWX5La31iX1y9g/fIMWYtg/cvq/mnfmXMSUjs6VTY4Fp3N0Mua2
wFoP0Pc3e1q5T609GONbXl0EChpDTXwWndu/zNWroLOrswb63C4W4t7Q5tAH6Wrd7gSxv0vp
bXrK6/n1Z1Tacd7hRIcSQQXH83cHe5rdElP/1e1tzszcXmquqofnPcf/ADBipX9WxtW25G+e
W1CR94/8ksK7JyMp59Cm/PsDtbLwa6gef0bGn/0and0jrF8Nuy241ZA3V47GtJE/RdYz3f8A
TSU37+s0Ug7cdzRpFlz21N10n3Kpm/WcY4LLMqmlwGrMZpvsE+b9tP8AmvQ8Tp3T635DG1+o
/HsbX61p3uLiA5zvd/WTu+rvScvG9E44xLGuca7qR7mw5zRPqbm2t2D+as9n9tJTXbTb1qu0
7qnhzdpN1++xs+31nV0j9Fs/Nqd+ernWcx+IBlVmRtNG3loLvbTb/Z9yp1/VrIwPVycW6puR
VXY+q+tjmPdA3/Zsqh9lmNbjZH0X/wCEp/wKC3rLetYRxLaW0vynMrBYXFp1Frva9u5j9lbk
lN/6rYuNi4TrrGmK3sx3F0F49Qn6e07ffZs3razs77BjOuYwW5E7K2a7Q6Wt9/8A25X7Pp2b
1z9bb8a02Y93pOGgMSCD++xwNdu3+UxVOrvyjZQ7IyXW+o5z62Eja1zWz/NtA/f/AEaSmlXl
ZmQbbbXObfY57LX8bw72W+7+V/NvQujU49XVG2ViBhWbxOu6GuDmO/eVmw27GcBjZe2AB/W/
Io/V5jbKr7DWHOLnWFzuAB9P1H/m11Skp7Do1TmdLre8fpLQ65xI1JsJfud/KS6zjud0e9lT
i3IrrN1RaYe14BLLGH+ujdNzMDPw2W9PuF+OIqDtQQWgDZYx8PY/aqv1lvspprbjmL8ndSTo
S2k++23b/J/m2/8AGpKeLwMmo07CBW4F7G195Z7uR/hNvv8A5aO0WPbDnO3Eg7R7YBOhP5zm
rOpAY+4jjHu9Tz2y6p+uv5r1q1VnZp7gXDa6ANJ3btUlP//W62y/FBALwSCQdsu1/sBzVl9Q
+sHS8E7b3PkCSWAPAE7f0mxzvTf+4x6g3Cxm1tDgNkkbW7mtHiPe+1B6pTinpFmPuZiUVuZa
HNZLA6twe3dSwfpPUd+jSUlwLW5TL8hjCyvIyA+vfoXNdW3a9zPzd/7qtUb7WC1rRtMwDpoP
9yxOn5t1jTW3qPT/AE5YJY219m0e32VOeK/Udu2e/wDPXQ5OZi9PwBZklzzGxvtHqOJ/dqr9
vtSU1eq5hxenZF3qml7Gn07AA47uzGtP7y5W/p/7MxsbPDbRltP2gVEhwawEG3dH71b1brvt
6j1tmVm1ubgYTDfJ9rWBsOmz3f4V/wC/+k2Kq+nrf1mtsyKGWswSSKA0Qx0D2nfYWVtrb/pP
+t1JKdS61rtj659O0Nc0jUxGhVPqTLMttbaGmx9N7Pa2J2kO9T3H2t2/1l02L0unFwasZwba
a2Na4vG73bQ1/pud+Y7asnIxH4vUnQyMawy0jQD2xt7/AOakpyg3OuaW+gWN+jvseOHafRaH
J3dKsxujZmI2zebvS2TpqLay9s+1uzZ+Yta4hth3O1JGneedqo9RymX3VdPpd+s2WVnYdPYD
P0nDb7nf9BJTc+qmU7pV9nQ8tu1trnX4NsRvMfp6nv8AzrGsZv8A/A0Lq+ZkW9TddXS+zGG1
rLGuadGzv2Uu2v8ApKWR6RyhiUlrjiNdvcYcWl/se2sj6G5v/QQSSa9BME6ERqNElNT7CBn5
FzCx2PcANpBndtHqjZ+aoYtzKz6TpBqIDZ09p0Y5xVpzLW5Fj6mtfW8tLml+x28Nax/Z1f5q
am7Fa4NseyqyASx5AdE6f1klP//X7K/olIZ+h1MkneTJ/tLDz630Osqc0w5jmur4ncNv6PbP
v/d2LoMrqWh9HYC3kuPuH9jRc71wZud0fMsZ6hNdZsFk7Q1tbg97t3s+js2vSU8rhYn1gqAs
ZjXlrHNY9xpAv2k/4I/Ttb+Y97V39mB+0KMfNoyLKprljqC0Ascdw3ssZYx68/xs3qZdW85l
jKGNJD2Q2Wt1c5x/ecvSejY99HSMOq0ua9lLZrG0bZ9wZJb+bKSnL/YeAXP9Zr8g2PFrxa6G
ue0bWvdXS2mp39tqvt3E+7WBA8gOA2FPJdb6mtbGE+DiT/a9rWqtbeKyAXk2afomDe7X87az
3M/rP2JKZXOcAYcBHjqf81qr2+nYzbYS5p5EwI8faiWte4il9Ta6bARYS52/UabPS27Xbvzv
WQDhMh3ue9un03byB/JJG7/OSU080YTaHvpq2upcC520iQTtO17/AKe1U2YmNZdj3ZlA3WsD
g4yXsa2XMj830HV+6z2/8Gh/WTq1FdlODZVYMJo3ZD2At9wMVtZZGz2O/nHf2EFvVMevAyLm
WtsDa4puJi17z7H47mMFdbNzfbX7P+3H/pElN/pl2NZ1HKYyplTtgfTSwQGVh+3Vv5r3ud/m
K9fgU3WlzyWl/IbpuMeOv5oVX6vdDu6dS7KzHl+blMaLKx9Gto97am/vPb/hHrUf22sJM8SI
SU1R0vCZtLQQysBu0GA4DT3fylSfhWOc70Weq2skuBEkAmN20rVNh9YUMbvyjr6LOw/eseYb
Uz/jfp/4NWsXpZpJeXxbYZdBkA/uMJ2+3ckp/9DvLcPFJ9aqtpceCNQU+2u6l1NjQarGmt7D
wWuBY9pHzWd9qzMKwt2bmHlsn70G7OyLHlzbSxpguDDtI8G/2v30lPnn2O2jrlnRmGGV5BrI
ndDdzd/P0t1TF6zTlUZINuM/c2fo99PzSw/RXm4pqd9dHAyGOcLHHUy51fq+7+u9dYzIurud
dT7HEFpJg7p/PcD+6kp3baa72D1GxGsgwR8HLOsaanmut/qyJIaeO0O/NVV9t1/use50dnEq
IqDCQ0x3B4gnwSU2N8mHCI4lOGhjpB0gAoTW7DLn9tSdSUR9ntkETGoSU5F+P9Ym2W0VPw8n
FtLtr72uY5rXH+ZfRX+jtbqmwPq+2l9VuXZXecf+ZpoqFVQP7124225T2f4P1rfYtCy4eMzH
mVP1fbLefPw+CSmdllddZfa8MY36T3aD5uKBVlNyA7065o1abHy0O09za2Ebnt/4T6Ci+nHt
tZddWx9lYhhcNwb/AC2MduY1/wDL+miFzjIdr3M+CSkeJinAtL+nu9Ku0g20WS9ro03Mcf0l
bmt+j79i16c3HdZXW54ZY8wxrvzjzDfzVmEk6jTRTr3bh+TzCSn/2QA4QklNBCEAAAAAAF0A
AAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAg
AFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8B
AQABAQD/4RB3aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49
Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5z
Ong9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3
OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5z
OnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxy
ZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94
YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2Vs
ZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90
b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjlm
YWFjZTVjLWVkYzQtMTFlOC1hNTdjLWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDpjMTUyZGE5OS0yNjkyLTZjNGMtOWQ3Zi1iZjhhYWE0NzgyMjIiIHhtcE1NOk9y
aWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDoxMDJCMDhBMEFBMTAxMUU1ODU2N0ZDODIwRTMz
RjA0QiIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjQ5KzAzOjAwIiB4bXA6TW9k
aWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTozOCswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0i
MjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTozOCswMzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90
b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNl
SUQ9InhtcC5paWQ6NDIzMmVmZTctODcwZi1lZjRlLWIwN2QtYzM0YjVjMGUyYjg5IiBzdFJl
Zjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjEwMkIwOEEwQUExMDExRTU4NTY3RkM4MjBFMzNGMDRC
IiBzdFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MTAyQjA4QTBBQTEwMTFFNTg1
NjdGQzgyMEUzM0YwNEIiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0
RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NzBmYjcyYzQt
OWYzOS1lMzQ5LTg2MzctMWNlNDE4ODYwYTc1IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5
OjI1OjQ0KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0Mg
MjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rp
b249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjQyMzJlZmU3LTg3MGYtZWY0
ZS1iMDdkLWMzNGI1YzBlMmI4OSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTozOCsw
MzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdp
bmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252
ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWci
Lz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNv
bnZlcnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6
YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjMTUyZGE5OS0yNjky
LTZjNGMtOWQ3Zi1iZjhhYWE0NzgyMjIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6
MzgrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1
IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlz
dG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0
IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4O
EA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfcDASIAAhEBAxEB/8QArAAAAgMBAQEAAAAAAAAA
AAAAAgMBBAUABgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgICAQMFAQEAAAECAAMRBCES
EwUxIhAUQSMyICQVMKBCMwY0JREAAQQBAgUBBAULBAIBBAMAAQARIQIxQRIQUWEiA3GBkaEy
ILFCUhPwwWJygpKywtLiI9Gi8gQw8UDhM7MUU3OTEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMB
AQIRAxEAAAD0CbSwJCBpVQL80+LQ1uHxmrNYVEMGrVNPnsKY3eM4l0y+CXDBNhBzJwnANazn
lNiXkSIE1yWPdSsljlGUJrPDpWqA61RvF/Qq3DjhgMTArL1s42bOTrkFElfItZI/q3DV6wFE
rxFbrkFfnEZ1p5CDbwBxxPdw0IgNcwK5ggTPBHxHT0kT3Cs/SzCk5DzgBoCWoJu0NEEx4yzh
oFK7TI0qN81rCrIDI47oI6hoiZmzm2i7yjMnI1csb08aQGJJqkeFWC3FJ5ZnOkvzSSaY07xM
8YqWiDJyKlgCZkgiEjpjiZExNDQzTPsrYAS2CqViiXrtS8DEgZ7IYVq70DdbI2y+9DyImSGT
J3DJ1W3BkX15hKiAZw8aguSFPEVKG3TMhhOKL2ERoVtILoIKRI6IM4okgCgCZ4E4ImO4mY4j
F2cUAiIUR8UqjK5c0c3ZEDPFRd/NIRargbWRtGkxTQ46TujgRmSQkQoUwpov8Z/aXEBMHMGT
sHeyDCZavGKW2o7a85vjCiQiEgS6TpiThmAeLiC6SInjpggcrUyDl5HGlYwTHAl5Y28HVDFy
wcrXyCazjE6efbNh9Zw3gI6R47hk4SUSRyD0SH3cVewYPQlmaQWPsYxVq2rhia/MM30PmvSF
iYMghkLoIiZ4jiEjp4nugme47iEVg+jg87d0uPP5npqx5+8swNPI1S8MCHlaOYaE23GJY0oO
KODkeJjhJISJGZO6eFn0E93GPn2WGZfpKPXUBzzrGXaLHVVh7mbtB9ME9PEkMhEHBR3HcUES
JkQyCOmDonjokQeGChQ2M4r6WE41q9Fhbyrd8sEyCJngZ7iZkTokSZBhPDwXL4MlEFy+PN0r
dQDuIv7lS6FZrcHXdTNFee4vTUtnEkxkrMngMmOgmRIkhMjig7okjogiOgiGQDR0aglnMIg+
K71MDMeIHoCiDOAlBiIhksgi4hURxJKaF3ceZp7aTJZbumrZVlmxGeJpVKZFuVWyim7xgxrs
Mg9xRNpbgC7iGARJgZwsEiYg6OE7ogYa5JrWK4MgQUM4qv5gMzIqe4lZrOGIBNZgh0k9xCTF
hJrMbw8IXrKM26wxedqiZp6JmWejxVszJWC4JVRqGUWWoKzeIVFhQUMALuIEWrBgwI7lh9ms
NBfCSmYJNDh0RItqXETwkLngUMAIiQH1K4J45OkYOJXDWJMbwcaC5EDj4WUyRxwdMEdK2BdE
kmuRkRIMFBy3CDIESUQSMiQlHmTYwk8G0WB62RUPYM8ZuGo7oONYnHWMcIGRKuIEeHQIgHAH
GqRq+kUwDBOALHBxpAYAlABELDp4CDpKL5ecSepnyzD0QecWeos+UWew7yLT1FOhBbTicewG
pUNTLTjC133Gc9doq2NfbPM2LGCaWZVEuehy9MtRbWL4zEQ5IlTUgCKi3KGD46BZAIyYAZxL
GiyCOPi+ukk1IyKR6MqjR2Y3OL0VJNO55rj0dXMMPH1M09MzEM1W4TTUVRpjDRqGgMcefyG1
TTOvoA6OLqGtjN84SnuIKNY0N3PpG+ASMHiFi1ItFmmRTvrM2y6AujiAcoLugcMrDlZhcHGN
X0qwhd9RVKYJtUrB02rRQnRkzg0awqtoUw5bJUad4q3bTDOcvi/HUjyrA3A0X9co2L1Y8Wjb
qGcFmyVvUZd80szTYYHoPK+jOYCiyuMEm7W3AF2ZM+bdYQDlBAYkR0ncBHSJBcXFJTVEdwDu
4DMtU2mnco3Qu6AKtqsTWsVi01TAtDP0Qp7jOniL9G/B4XUbjGlt5WmbsrIgGiY1ywJU6ykc
wJMGyDDQ7jM7Fs3i85TwhkBoFBVqalQUuYB7pAPuC4SC4eKIXRKxOkqpvUTNkgNW7VeMkYJr
2EAostEugiNLL1iOespEDxzFieby/YVSjuAJqlQQa1PPeWmOzR85jjRisRlNYwtDIHmfReY9
UWo6oaIhIvqmkV5HhaLSSsTgB6SB7kjeXxKzA6OkVXdBmLYs17NZ5PFIImILb1E6LTjP0TcK
dYkoRoQZ77PFaLSjJU+mbT8vTCFXFPK2KBR0KeqUysZRozWqG8jPUZXrPKevFLr2y7Rng7ay
Fi0RNKxSLpZ98EpAhNiSr1rhSzAGHLEkfGSDVmqQuFTbuGazYaU4vSJM4BLuOieInuInuIoX
84rolom2gxscwz87W80XdKtWNLNv5xrOzNcr0dSoef8AWeQ9GLuZe4U7+ddCOZOW8TLVbpFP
XpMLwTwsxEb0cADAAiQAauTMAnG3bewk44nu4nu47u47u4mOgnu47u4Gk+mcJ1gOJYUCR2N6
KiUNHz2+Op3CMzQWBF+sRSsef0hj7mQaGzXcDxVxotEq5V+idex3mv1cC7WtrFczisMLJJJk
yqTOsVbx6hJgXJAye7joniJ6QeniOniO7jolYmo2qPqLSdLuLUX5PP2NDJM1W5hmwupeGVb9
Mdy3GXS9P5g9OFHTLPVbhHN4GTWZ+XsUSrcr8Ezz/pi1PGDx8ITo1CrBGIlkmYMSen7C0zTI
eGSMk90kd3Ex3HdHE90AqGoWKyeJhZlTWq6Y7u4XR0lmDGlVPO9s1zTLA0iLNegaYoeZPpKG
mS4RHpGTmLWB5zZ8ybFKvaGX0vLNjLtlrl8X6twDOrbPnjTPyuyVE3swutnHPdOytMPoknhI
ie47oEKeg6FwAqq4kWKFlCztfJ0x3RxMdAK3QVs3XyDz7UagVRDxWtdtiynhUuAlcyKKeMfA
3swRopguDUUWGZUHouwuPoIysJLIM7N9Go8pOgYmhtIB9Dg2zclTCe7ieWZ3dxwEomYUTWrI
Ly0uAmOM1GhgnoNLybj2Xeb0DV7MeWM+0o8sm3mjNrJ9SSb0jVdADpkT1hANmi4zraoBoXEl
VNtRnIs1Q+nj6UK5AU+CpaMjLo+grGWGkZ51l7APRbHkfQmlyyJBkAl3C47iMvRyxlmoJYTa
YVwaoo421jAToUSxQcYiyoS9rU+K53bYi2QDuzXlnqtwLmEKh4CoLikq+soo1JK9LUA8lV3c
kX0cfUB6CImCRLhSbXFSXiJVaWYAejApWF1TRZiAejLC42JzNEFLhKta1TNborli3BFbznrK
x4uyu+ZRvqFnRy90o2NcROfoiQ3NIvqq8XrSJLXdxAlVKbVQXpq2SOMxCnqE4XoMoxe7j6Ys
+K8OEE0gWeWwgZUdy5OUYgsUYvP1uMituZZc0EuF17NYtZGgopo7OPXWvH+nLUdxR836/LMy
dK6V06Eldla2JhiyjGggaS4JNLixIQGEVTL0Jpl0X5hpPwtQcpqxWJo5RQ6xx9FghBiYO7oB
FnCBegk0SGvoJjiAhnC45YVqk8dXnilbqJLOJpYgn0WQJ7avUacQsCeh5MTgFy3h7YdRvly7
kII39OlYCs52oQJCcszK9O4Ql2WYtSUG2GSY6uaiOjj6DErI5fDYQssrRBwnwsmcLKQGGhRb
jMpmxQrsFVbjSts5OsUmVhLPl93GLtoNYYbSF9JHNiqIw1yFqZQFateWIG2s9JXs5ppaCLBA
ms5q3GXS2PKgWkNGxDBciksgEg93Hqq9wSmyzIpkqGzRQai8tZopomMSdoplaplksWkbdONU
pRuEU3tUDmaOWVZS8ubeLvimZ94lq+B81o0DNZEFsZMBFmgFco6Zcpt42njJC3AGUiJ836nz
5iWaji/1V5C+McuSF8XHsFZtU1KKHABYkrsVQNAcjjTR18yZ2FGNW9BZPLdepkhbeD6TzLjb
7mCa10Ty+hR0CdjHg17ObZGlkVh6aNsRZkhanICzL+eP0U3gNCveLZRxwlIVG/UCzb2QY6WC
OOUlwwg5vEBw8aVkM80s+vBy7lwxWbLzJvWOKtjK1QCiBVylaHZWkZ5lHrgMM9Nh5jSyePS9
iPF3DMqxYIqjakqhoKMzgcTEmIhsCabVGnoZ2gFq5GgW5iSCgjgYBiZViCnVtVS7XsLLiSIl
wgRxcWI3eM2xZkWfSLkoBU5Rh7mTriTEhbhkM1GHEwQXQeYpa+OXkAs9NAMAiJBJZjR4TBuV
HFhwGLiZM5DVmroUdAq4PLPR+g836QgxI6m/EEMFplUtfKLLQtFG7SuDSGAuZx6AhIHugiCA
kCSMVCylqYe2KMICJTAiXIfdweXpIPPKLQKtffoC9Pz28CJKIYDSIDjKJii5NYC6FNgpOk0R
qVbp5QyuE+t8J6M3IgSthaWEXWZ98Zh+ixQdClcERZpFoxMPlcemXkNLcJUWooICoatczXUt
Yfr0rgpZ8LtrcCRrIWYE5RZoG7W1Snj6tEytfNtmmi0krtkCOUYmbjjIPTgqzYE45IS2FFO1
UvGbU9NgHonZDgUNYUF3eCBlMszwia19BVsIuEdHF+eaAq4wrWY4KheWed08sDdu+UsG/Pnt
Y0npsHIekTnziAur7xo0rXnSKESDoK1y1f4QUv4xlXc4tWKl8hLlBKmQyjhdezQF3qWwRWt5
xYT0hSBg9EDc7SoFiatkjmCTPcH0caJpYRBKGiPBdAiwxVG5f81ZN0sfRLjFyDjFRApaImd6
WnoFLAc8raetYMPcswTEcRHcVcrdqmToKMYDa4XKAfEATm0WmnqocV6iWFsXKEOUwEHAMQwQ
FW5KD3KHHksNPqPGxFxhRG8gSL1kcqSllbfmzQPNsGze8v6M1aNyuVLGYBo41+Tsz0LTO1h4
mRM6YgmB46AEbC+F09DjOnT4zF6eedPQY3bLzOZfeY7F6JLpgqJ0apWB5lF9xhnE0yuvRqig
aIPM49XBwV62gBmBo0ipXsrK2LsZAsW7Bjehxrh6VgWSqNtQmCEiYMCDgghM7ugEGwJnhD4C
IlcjIRTNLLu0hZIvldjapqUm0Cvr54G50yDDAJkDDHuO7oJo26goLTCj1jj0vTAHSJyRUIqW
ElJ3nbJ6Gciqeko5TT09/LvjhXxCrSiuUwdEiTwQOCOA5kiBPLNAaZFgDE5ptK+To4o3XwbZ
YlrBNBuYdby9w15LgYLhZiR3GB3dBFW1RGaNC6Hw8agJA6u1QoJUOV0HlhtqES0grayN7UrW
zu5ZyYgEZ4ExMEGiA2rI+uSw3iYsSkVDICgKRQdjPNeKzTtDK1DIyrdsj0DCBiRCgIChfDJi
SYisOnr4gnEV+s8Vk26oQQ4qdfcVLLZPKYfqfJl8VMLVjP3TdMJCgoAW6ClzEB8ElaLZFe2E
ErYIsuEKJgYpnFTO1OPN1fWqPJvtOCW+gK9VS0hg9IPdB3dIEMQNpUFF/YVbCnuO6YJ6eHra
IgXLOJTAujhHj/a+WMMliP8AWeT9wXImQCmAuU0FbYKir6SuUCFwSSSyJgoIBwETPGIjawjT
HzrTRrsumXo6TyBKTuiSOmDuCqXeqWAamhBkaUVjZZSeO6CJ6eDKhYGgzhEOUEQSTjbOMePG
ZNDcxt0s3cd5qgDQT6DpSssjRSWBUQYsgCR4MwImJ4GZAkSgCZEPhIieICSAnhplpGZaE3mt
OiQJKCIkeJnhGSqubXUuIMVFy1j2C+pCAxSAypbUeTXYUaW/kbJKmrLFjOEvKVJHDJK28CQk
CDOCghHSsg4mCOgAx4SY4QyCQ+4A4XBNHQEmY46R4Me4Lhkjo4mQI6RIZ0cOr6NcoDaWC1MB
dBgqNR5pTQN/QydUGDkHi4Eu4LpgkhkAokkgMiYgOF8PgIDXInSviYERpqYTESR0SdMCM4ZI
gwJnoJ7uIKOInpOmJJ4+P//aAAgBAgABBQD/ALaD/9oACAEDAAEFAP8AtoP/2gAIAQEAAQUA
fWJY6ALfp1w6dRi6dQg1aRBrUkfq64ja9AHiohppJ/Xqz4KwTq0mfr1z9erJ1gZ+pWC2pUxO
okOrXPCix1VgAqFSCWGQo5wMlRMGHIl/Rjl2v72iWXOALrjLrr/C23sdKrbiBsWgC65i1lhX
avvR6rbWNr2Ze/YgutI7PNEuSC2erkjtns8ZyDss0d37aLl9bJnP4u2Oku2LmdNq+sNbUC91
Qn7NIn7dOP8AkaxF9mjFd9YfZUif8prGH2FHXY27Xlb7OUsLDJljuCH2HsVeq4BGFEPWb+zZ
SU29hmFrsUBwgIKjMGDAOSYcQibDAWow/aJzAmAwytvFYBaqvLEsoKduxE2T96BgXHqozgDE
Yh39ev8AUgAnwwHDZyRkOOL0Ib1tnQ8D8fxsWKLbG7NgibVew1w1tkwauyYutskjRsx/x7Ky
auDZqdgNKwGvWCqalIWpZ0wQoECVkCmmBoWMzx2aWIHi11kMqAKBAIMwDBGYM55jg9bS2aiP
Mg+lhIQ9sWkeNTXADDkFSYxyu6OrU8LtFAmSF+4bC+PSUrVgxcwHBbmL8NhpfU+aXVZRatlY
MYgDaKiwMz2g/W4kWhvstgDFzgd8dnUM5AV1MBgZSCZzgZgPOcDtF+GbkNO/2YCANnJyBOsA
ggAwczBlh+t+c1nkqI5M5C2J/VX1WB+9mfqrCZIG6rdtZVzuEFSrEKrAitydRcV8zrMGfBAG
B8WJkLqoHNyVCq1bFY8bbSkDKlSdlT5cidFDdOAcjOScMSMk/wCQUBVcAlgYmRM9SDiA4HyQ
BgZEBnXELYHyFUwfGICM5xOZ/wCL4I3EytYCA8hcZHDXv/WjkEL5bjwFKgMMDe+4pyDuExeE
yFNX/tpHEJICtAMlQZjgjsGQYvrLrr7B1zdd5aLSe9TjKriXZNorjDBsuCom6MNvgGvdQxd5
AtnsFVq/a0ln3tMQblNz6OrfS2MHpkhfqMCBft/HUGFIwGWXJ+ITM5mCAsxyBLkPXfYJXUpK
dOCMh37DYdlrQnOpYpQ9VCnqGCzcCNXrnsN4c5CisA3VOPNVycEwqcLWcKAAcQHMTguMkYm1
qh2eq2hrbfJERcVdi1leL+xM6qIakdf+JpM9jrVasUUsdiupawbBKvMSKluup9frVTAEGTDB
nHAhGSBj8HOGBhBgg5IypzDgwACcRx9fbZK114UKev2A6K02rB0YmttQgr0bsoGXXtHrzXrZ
xuYay2tO1RUX6qqbkAyMT4gzAIQDPiAsC1gwHbBMZEcWadDN+gyAabibAXyKiiHtnEwDPYeJ
lVaEi7VJjXa+V3qey2E21s3UnMHEMByCeE4AxDmfaEfgGAckkwD8ZzCDHzj2v+Z7BQuE6Bp0
6TYb/d7DsG0ayaT3UYGbFwqqGlLFTuMAXLZpUfsavbyVkABuATjJgMzGGYuIUBJ+ezRGDB0f
t1YRUl5HlCjJbMXmYzPeC0WF2BR2MIYmoMlmi5svAAA5A4nYQjjrmCcTiYyPn8Z4UH85gn8u
frta3ms7Kps26a4NygxrqI7odi5P7NN2EwCtiLllYgEKeTbtAAE9mRkNlFx8lJ7oPgfDA4Hb
GcTsIpjGdgY6sYoCkdYcGA8bAJv7EBgBAcQfPvUytFVdxXW0gBq6BbY1qqbKLfHsUP3pXOPi
DmZGAQQBxMQT+cYnBOMTH4wMjn8OR13N1Ua3Z2HcJewK3rBYRFPe3YU+TUFmUtDRuB9iUXEs
LptWK7LXQGCJ9w4SzUGK+xgJILfUGE5n1wGAjgMtYIWfIypIxBwLyBZ9mDHhQMfUT3p/p1VT
vuWuL6LrCz+RqgOt2mo/WUz+ADBAMQHByScnGJxkzAgJP4wZ/AGCcS9WNVujtm2n1tYApqRN
lGVGqNi1j+3bUKddsSkLH7ADAhbm9AdtNAM9ukyBNSzNeqDZUAiErFInEB5YmKhMKATBIGcY
bAJwFw3AgfM3r7RtV+z2axre2S1lyZwD/wDQY8dCoss1dO8po6FRtetmd8bOgR+nkTIwG468
DME/kgT4EBBP8niCDMOJjggQKIyLPCuLKk6Wa3aNopWWy2zvWkGuwzVR4xbGVJZuXcW7NByo
7ZIIL1glQSeQRPknOCAQnWcAc4AJU9hOcmZySgm7pB7X13rS+uupvV7Nxu5x7fV81agLGdgK
yxZqudvXJnrVZdMAQZEJgbMXOM4gPP4xmYhBELReYxxAcTMB54gIB+SQZxGRYdavzewTvNPV
UointZW4BBDnrgsX2qQ3iye3XB5IGQBgQHM4wOIXIgxFwASJ/A5hOACcBsT5Ozu2V7H/ACgc
b+x5rtTZ8Nw9qgX2W7fcUt+tVZaXiygtdaa9HvYtP1rIzFyDgTAEHxgTkAGciA8n4zkYyRjO
JgTEPE+YRxgxjwc4zmWKEmyvkXuVK33gfsbIgr2bYvrtgNreuWmwACMGBCGAsxK5grxChB4J
wDG+AJkTK4HIfIgOQWICkFWBm9kbBJUvY7BGBars9i+MipKgw8RGzpaeyU9Pp5FNFNf+IRsr
k4BMAzOuJkzMGMkT4A5P4Imfxx+Pg/MJMPMxicCMgIs16uyUoB+vWAtdYFgYBWYsrRfggGOY
DgErMkEHMZirAkKWzAxBLkAkw8qxPbsRGYRM447bxxt5yXAAVSXppUxdevC14hU4CkzZ3P1r
Nfftv2NoMs0HD1s6JDfTkXVY81U7LAwJ4EzMmKcjHHxBkkYhnMAh/wAicRjBAAYFjD6v1gOY
xaDHaxnUKS0BOc4jEwkkEETqGi/UHmWKWBzhOWJbsRk/CjGMgklTAQWAxAAJvMG2iYPtKlUX
01hVInTM8ZhQmbfr/O2nqV6zbqgrogqd4LUV2A58rki1ita32Wa2vXksDFzMAxRg4yAMwNgn
MViR2mRP5Lc5IPyRgTkQjh8CAxnyQTHEq4n2wBMQjhWyW+WMYkqW6r3BULlWHWEFoqmMrsVD
dhkMowEbI+Js11LseKixTqYan1dqXO6V11++pcj3GoS3t6hF97V2X3lfar2lNt1qM8pqapn1
KrhR6sB/1dFGr1tSyblKItPFYHBOArdoOTzhMkDGMjBzPmEwkw4hGQATOJmEgh/nDZUExARH
UYT4wRAIcQwcxgADiMfqnyAe2PqGIOBlMkMxBPaJ8FsCvqRni3RdrToER9FQa/oHVLK39Hr9
h6ZY3pqSqek1gT6bTzR67XoY9iLS2T3mLio9ezFNR1llPkgR8nPQ5IQGATAE6wTmEwGEz5nx
DmDiAQM2WcCM57DvARlOuWByvJByBwzKI+IriXk9EzhhmAAKxEywjcE/CDE7/Y8xWAVQDFJA
4jqCSmD0BPUEdFEziDBIwJxMCDiHEAUQARRMfg8TkFQGGAJWpW44mIATPmE8TBhHJYCNeiG3
3OsGp9lVbKrEdSy5OGb6geQ9lTBJxGwVUNkCAc2HJBgAxefrRnLFc7Nb2ImvctjHhhxj6r/n
ZmZIAYCdWJU8krhjyxBnBhLKPIZlzORMmDJCwkCLyBz+AAIMYJhxMRQM5lgOSDgAzBBzDwDz
MEC7YSpfYezqFdu09oROxV7KXO8SdT2Wvctb0uTU2EqIK5yCexfh2BCtwSMnJnUCHlbcmVg9
jgknELzunUtyCoZembGTP8JjBzhTAoKMG74OSFP4JAinEBGTgnIMHwc9h8A8k8zuqwOpGZkG
D5xHXsvdURXVxmdhBCQJ7DdroTZ2jdYeSEyaetUbYLKta2Ia7FKWss9XsXvBbVGYZBEdh1+x
i5QBwT1iK4Yt9rbOK3GBZGflSpDBQWGYS04hXhUOSPsQVWvyFVdCHJz8AuZnhMzGRgCHAnwe
3HmqWfs04/ZoY+ekkblBfYStxpuEr8tc89cFq48y42PZLSKfZV2smzVVtrb2UssFlYPsvbGo
332XP2iKzsNU4almNXrNkj9LZrWnSpZWTSpY7ro9x2apov5tboZ0JVOuCk6EQmNYIXLmzERg
QmctklOQ55gaFhCyicEA4OCFAiV8kckQqCHdomZg4BljgB9vEdH67TViK15UG9Cm26S3bYAb
9zlNuwHzW5FlhibbYWwuHrZztq1Vmq2djbS8hdLZmwllAftddT6u5zs+qro163Ws6qF5XoFw
vjqr3fc1JZubwvdnLRSMCo7Xq/SgrQVIjqIKiIeYQYwwCpEsratTb3XIBVwoZ1lbBlYAztgc
hQOygfZQsye4b6fynBf5biA8NjCGM4EUhV2bGvmkRhvWeWzW0qaTgCAAy3SotnsPXutOtR5H
q0NdQdWgRKEVjTUVWiqsLta7v7tGCen1mUmKex9vt+R6thqrE9jax8V+4KvWsi6+mWU2jWq9
js1vLbUYlu0AzPqR6BW8KolcJUgLXnAy9RYCuwBgwjngMyy7o4sq+6N9krLH6oVIxZ9hnseT
GP3TIBGIQRA4i5zZ7apWPuUYW+3K11+32kt1fY6mwLNnVWbe1UNUWlNTT36Nem33LFV9vtCH
2+00r9leVO/bF9heSlrLs1+wvy/sdhQvtNgPZ7FzP+TL16q2vb7Kqzw+qAOkxgyo3LQ1/wDO
jq+azZ2KdWtbNjYOj+3UPbeyNS7F1tzEgggQBZo+nsvUVWayVe1tSyq6u1WUrFcNAYXKxmLl
6gFfa1IKUZWUpDULB43rGGIGYVXLqQyKxDYV+wzjk4LqRABNnPm/8n5BWJY9ZbcsYJs2NWzr
+nVUDWtPFeuMHWEaplVPIoqVy6qvmUYLvwuc+EmV66zR12rPugv6fqmH6B5OzYtVVpLPrUNZ
YldestWg23dres8K3GvWq2mtv2GRlLKDDNLWN+wreGUsWT2XrwU9XtnzEgqT0buMdkItsrpr
2vY7ey+p61UPhIV6QQa2rIHdWAUAcKAS+GCMcNy2B2xwMZAzOomxrK151ACdX6tUVFmvZmvV
d2sUVvZj9XRQeE1LhaxjxiMBGK+Wvhio/ZFSkmjIXWJuTTLRNdFCDE9xg6frAf1FyT7hyupj
sfT6w6G2iq/WqrVOTNzXN1bervDb2jsU2Gl+1vrnWv01SraT1ur5jAEbNLam9XZ5a3qLqgeE
FV3/AGZc+p18WEqpU5hAaPUYcq7KIMEkMZhYAclvsCTOfweAM9bclyvA5LIpUdWjALNrHlHQ
62iAaiB1UYhhEcL5KyGZ8LdXnriIMWU46HOMED23/wCL1n/5VAE9tV21snOhvE17H0PpNxrU
EOIVSW0VWi31Nfl8FLLToVUlaM20sGDcD3qYHr7XOul2Y3XPtttq9XT1GttporrVa8tgKA/Y
84KI0upInCsxAhYZwYVIGGU/IAGHxARLmHcu88gx2jZjFs7Ge6PWNbRYtSGHUYM4Jf5cfaoj
vc/91ZUpiEAGgYVgQR8+3H+y9UP9pnMspruX3HrKaFqd0sZDu0eo1114GmZjMPy+SQuBmPXa
xrHRWPHuUB1/UkHX8algFL+12Gu2fXUgIgsYk4isWj/VlbIfifK30KCrETCxz1mSwAgBALkh
hAxKvUyno/UI4A1kU3KATaxlxJZThdHIpE7cLglpaftW+HsH+6GFVcCO4YVriuzLQf5e2VTo
erUjSzk449tfa79cH1SMy6YWKBOsLKo2vYJUdax7EbmF4HIYmDme8L49ap8XlKhdjANhfc1W
UJWwEDEsMEWLlEsZRYrWLW3Rchw6KC3JKfYLiAT+SgzgiADFjfYYYKck4jjIIwdpWErBA1sC
lBiGA8g4L/Na/d6j5WGGPBYk2BcCtQ0NOG9q39OiANU8gWnG3Wl6Vel1Vd68pX7AoH3mWmvc
3tmXauxU+noWtd1Am5smtv3QialptB2hmu7M9pr+av1mo9GtbWGlygUaoU7dNAB8a4rtbzUt
mbFoqr17me/H1Kgt0ImRGIyARGUA/M64DOADa2FuMsH2BaLgl8gkhlNThtsEPWqiax+gxnPI
xCDGEqHYmw5K5PUg2KwlbBql8k6OZbqdy1dgiVXEjUXJ1Ko9QFVI/XUtTbfrrSteAICDGsVJ
u77IVoYh+vkWl1V1sUgtnyFKdT2VVpIbO4SuprsTsa1jdb9o9PXDtbY4SX2GxkQ1hC5RwyuX
xC/17kGs5VguQGmRHTMNZBVcq55/n4jGER8Ebee1HYtrf4qIADAFySMkEjXpCUsubaQrOmuQ
W1a3ldCqQPxgQgTqBMQgSyb1bWM9ZrOpYc4DK9yiGoO2xVSkuetV1GqLqoxc1AWve2LHv7Wa
lOhYyrdvJN/e2H1dJQ2z4a0q3GCLrHwU37B7UKGgwYHIh5jATYJDBcnU2elpOSFHVgBMmERa
0xsAG0ZjAkvkDoc9Z7EATSUFkTCj6wsxCA4VQRVTlkrswdFWsSitAUUwKonxM/k/kzevsrYu
bU+zmsdLDssa6XuztXtWinYcITs27tpFvr9sW1+016zXqlCx4Wp+y+Se3OdfScrfdsfW8F32
FcDVVSOFBsMVcwgAEGbpZSoDJs19bUYsgGQwGRdiAQIOvEBWdvs4OAB1+ontAQNAAOgNsWpI
lFjyrQBVNapAAAMTj8cTiGfxiYmPyZu0s7ItyW2VNFWtBV4nIwGwMbKXOK7DTaqfsk619N1i
M2vpK1Trs3WWUlTUGosPs9Ov9WtG71VF11Qy7RIQHYNuytZiqizoMhQQyYm0vaZK1upto9dV
alOMDgDxsYjMwHUggY64GJYD1UnH0A9oRn14Y20UBataoGKij8j/AE4mJgTE4zDiYjcC927J
aHlwD1ms9UTpCztA7qlRLT2uuabvXXWMFu7tYtnQ0YatgtzJaK6EsrdLVZbr/VizVJaXKSbt
3vR6uktaQOuDCwA8gy1oh5s3SPJTZVUEsTAYQDIAHV68WJ2mAGcnBbEfLDtzPaEk+kXO4tSC
IqgfjH+kZmZn/Tn8bNpREuVzZSpCswbYurUJsJ1e4oatgwGt13a0sqotfXvBSxaNrsCiZupo
ZU3lQDZR4bqlGwhru9JcPJbXWi+JTZqKEpYkzBx+mWcVADxgnZL1vaFVS5slCgRiwo0L3spB
wrsCwB7F82NnJAMyMKRjBWey4f0HG2xylVjI6nMEx+BP5/6AhwJeQ4qpWsveuGSy1r6GQ63j
B8QsazXIjrt6robNhdv11yDR2hU9j7QNJ2biK8RaxXY5VRhLa/Z0EV6Nwq2tnrcutrJjyYJJ
MAJBBEB4LT2GxVWxV7I4WqV1/Ta30QesZjWCckHIH2YFC7sQj9HC96yjifYPtIRPTAm9WBRC
A9fwP+gf9VjcPUSLda5pdp3Q6zg0pUihWveirpU69ldXAt3La2F6OvsqCt/r/YotdW4Fa1i9
d9ZxRlomqyG1Uvr2KX139XcLq2R0Wuti6L1HYCdgYI9ZabWuLJe6+Ouvudlwq2WPY+jWU1By
DyuAY9RLNV9Si5XiHqCU+3sivT01nXaAxFwLQCD5FEyCM/8AQ4/BjEAFgYbapdbUsS6qwbCg
U5Jmgv1AmIyZO1QzDCrHSi0XaN6WUaOzY2pVZXRaamHS2iw7aEV7FIf2FabOt6l+uy5Oazgj
BJQEMpWB+sRww3wxSi9u4atRejWvqalju+0tNtO3TYcgDIyzKTe69yMwD7FRkq5O+SR6xWW/
d2rF2tO8bFSHKlFYj4x+c/nP4+fxmXsSLbLXRNV65ZUqk069sNFtQoANlKdR+WTMu1VefqKj
2VnvbUypX7G9XRTbW1RxXTa1i69YnhWVahrYZYhMBjybCItpMYKZys9hs9Kq7WVrNhi9Dh0T
yWqKqGQVLUNfYWxVdTHrVjbqdo9VtYr30DC2qyMy9fa0tWvrsm32SlbPT7Ci+lsf6MzP4H+n
MJEJVouAbbSwTuy20jsLRNbjbX4/JGYwySgJNCGex1qytxL2am5brzZ9hXXNrbaxU/ZsmlqX
OoqCAvGstygJJrUgoQOzCd+49pXYx+DVQbSorRK9mlDZud2/c6CrfpAX2FDDriEQqOu/6i1Y
tl1baO6lp92QNbR2EW3Z8V+qt7UW6G6Lq1JIEIyB2H45/GZznMJAnbtGGFGs/bqAWA6KVSPs
IX2iLKtN6KVqurt/OZmZhEYGe3JWhX6N/wAnWNZtupjpIrPTQ3UKY1eAoXOEIerDFmitCOxS
orPao7H/AI/ZKDTtAdAh8ZKWZIfsCHwUsGHIBHMZZYcrd6rVsF3r7qF2b7766aNcyuhlGzqj
9jQFlB1bhZUPzn8/ycYB4ODAOTiMgMeyvBLuvXLX1IrWYFW01iLX7O7XNPvmMp9lr2Kjq6/j
iOcT2NAvps0blhajqK6y3qaqslbQa7rgfLWwuQxEtyEsltWwZ1sVa35yom9k3OKa0d9WybHg
NisjK1IK2gYwDEJy+DMnIYsxQZxL1zU2tQSnr6VZgAXqD2jIOre1MotW1Py1vUgg/jEJwGOA
MCW3Kgu2N0DO1K9y1S1uSVtsnWxRvstmuxGdRKHse3wvq+5tpVfe6kHu9QlfYa7jzh1vLqm1
tWO3HbX02ufV16qQUGORAitFrZSayIHxO8v2FWCxBP2aypCWWXKt6jUqw+lW0t1OkVHra/6s
DKyMmpCOlaAPWTc5Ca72vCnGzp/Xq1bKGuHjZDt7FtNmvseRdPeNTU2i1M8ZxCgMZCYCwgbM
sbEIzM4O9YWvRwsVu0eiuoY8gW9FU2Nadgmtr2V7uliQM8oRbl6MXLGs1bBZU3Lqylr3036+
Gr9MyinSTA8iRX7RxwvySylSTCmSKsg0CFFWGqpg+ojQ6bCNVesNtwcqtiXa5Bt7PYQcV4hV
8sjCeNhPDkLQonQAMoxYEiOgj1raN31puW+nY1LNXc7V+uuV6jaixWDDiZEP4f8AyPEJbNin
9q/JgF9jrrceFGmz4teLVtEbYsMuoap61Xb13VhZSXFltYdkpW0+C2o6IoupexGajXNcReAS
ov2K6619jXE9jSQ22gatu8CwD8NDYogK4ZcQ5AVg08KGdIUVpu6Lm62nxsvB4MMP5OTCpMas
xalAZZ2IF2trbSbPoSGH7frzrbbW1G5kVdlwU3KyBdWS1tagkNAeHJxagZ7D2WglYnIvfw1a
lGAJsalVo9hqsrUX2a9u1WrDJC02BlpcVs+zW9VOpc4X1q1uCRUNmxXp2VaE1kCqq0fr1qRq
0Ma0VfxmExmAm09iXVWMQtmZ1xOisSGWGMxV7kV03aQWHWHiZhMxMTH4PMKidYVhrgaWVVXq
vr6apYpRi1sGwwFFjLNnYZ19facKGw8yOuSQLfvQRNpg2+AMCGbWnVsrva3i2NQpsaWxS6MS
VKI9h1KK6gKlEfOCig2JXcLNepGGoBOFTXe+2wHnW2DbO0BhxNkFl78MQgV+KzkfBHIbGbSO
oGRenZVB8hEK5hyIGIi2ZnzD+WxCwB7iMxJZjA2JwQ+qjBdUguzYsDEerpBqQYlvYSm7+1gC
Nuk5r2GSNsdvZal/lWfxPYaVe1XXrtq7Fmw5lOjbZKNOqhd2g+Wh2dGyQV6l61sF9jItLsVR
u4JxNgha9cCutJmZ5dQwsLa21r4dSAk/Z6LRsraPiWcjrmWuK12ruzoDk/ggTqI9CmeJ1iOZ
kRjgOTjBadOMRlOMGKwEVowreHVrzsa9iv69euuMCWLLEXIsMvU2KUalrXezY0/YWVtp3rfT
/EYgTc1q7zr6KVqqEALGrVl1iyziWL9UbDWqrABK4+zSqI5L3t2Kdic4hJiE5vtdLvYa4tq0
7HUW1CxL6bFmvd0am4sMQnnasli5PgCueYYZ/H8TrGJE+0YkRWyBwGEOZgCFck8TPAeWsSmr
s9WOMuPo2OoIqtJAW+lLarq66j5DPSbBBaxEW7abGXsi4EXBirMRiBLkc7g+X/xsbxze9s6h
dnYZtdmew4ReoEQQ/LE4rPO5T5qtZ28W9SKX0tg3LYimbuquRtdFr30CPuuVJLRuZ1+5hh/I
/BAjqMHGS3JfgWBp2InJgBxgTGYUhHIrqDNciqm2twCjG1YK4969S+E23/3N1VZr1bnRdK5t
im11ygYwAAgnKfDNgb+9f5tbds8nYS/aqpr3PZWXWsZUrGzSLMdtzVTos1hwMRjxX8sWwQMu
Ftr1HVXu33IfZ2nLVFmfXYTxWJCHLWVvjq4XAEPxn8nMLCPcI1jGHMHzxOpwPhcQCYEYqI+3
Skt3HJZ7TLUsZPUn+7JztXLW46M2yVSmxu9qKxq0dPNyqFCp1mMT/JlWYwPYbSCsDA7NE2wa
Nm1nsOYtbEVsO2mi+H2Vn9mgjADMxGErHOON6t/GPYCnU++w6hVXCmMtijsDOxyy8u+It47G
O6iG2sTzV4bZWG0tMnPV8lcwLMc9QYy4hdFn7NCh99I+45DX2tAuYdewQvUDsCn9f1CkOT9N
ii1k1LfKnsrwNaijlBldesGtEAVsCZ5A5UdZsbCpH2lLeUsrMe7CwM+uWnjVTqsRZ+tYt2qy
mlibLtVQEEJ4MrBn8XBe/s62Gwn0rrcEZwzE5ZljsCyhiBV2i1hS+1awJteBLDKqmSdOeqwK
BOIXQRtipQ+6oLb74bascmxoosefq2EjVfqToVi32HQtdtXMmtYDZRs2jV12pq/lsZ1P6dtL
P2bmdCaguKk/oot/ssHK5yomxetcvusuZ2Pai3qbOvZgDMES9jKWTNYPk69Djs9NYrXEIGCI
gwJsLlfeH7WuJpkGtOrFi4lrGBVMwCpcqFVi3XAFcCYGBCyrH2aljb2QdhmLWnNjZADPBTaY
K61NSUxtuqo2e1ctfsWOxvsY66BlroXNYWLGOZ8E8Hc61Gr/ABXV6zUBzUAKmfpv1AxWAa6z
x12d7mssRhfSysiORjICjsQ2dliW1VAfWyHx2X16tZcBOct8dctjAZwobDD2lQN20gW7VJBt
uallvW2snMUgTyV5t5VcEERrK1j7lSizcLn7kHqSCSRQ7R0rqH7NFav7EsDtEnrdc7/0QX9w
/YEkmKSTY4LmxwNH2XhK/ZcMTiMmT7DX8usj9bFXtK/pNXcrZb9Zr7agyrsozqLF8GxtrrU6
NiUnZFl1tFbeJ1NbBTmzAqc4bXXIrGGJRk9atf4xD8Jyxl7eO6o5X2YIs3AfPWCG2FJXTcBP
ssFnBwbEc1sPnY3C8FmYPuF17Oo1kUnZ0lj+xqWXewsZmttdq6rnNWk0q01wNZFNnr6bynrK
Cy6Guibvqtip67FRn16bXq0EebHqdiuaftPE1NiWTE6FZYw8ZTtsVj65BmHVtX2JqX/kdZg3
s2rY7uw0dxbYGStS6tPIvfb6mwMFW0nxZJOtUOorQFaRWmhX0rAxPgH4QfjdRmSiwdPZbamy
8ObayO1ih6dVusbPZfkWISwUsrgsNa+x11K0D20ULdvM7WbFtgXXYQ6ztE0Wc6+gQw1VRewB
qIZHwZ/iNWzN+QYTLvRUu9vqNqgs+4r6nstsHZ9IhXV3rdaxPdL3Xd1rpa9Zr0U7W2VqWI6s
EZiy9hWgWNSphrCR1Hks5A4i8QgNOgl7qqBeddlwq5ZrC701+OsT5jcRP8Zb/jvbP661qznf
/wDYMGDDVooR2VLEQBYqiZERATZvlZbtmwl2KBMnX1LSadJwV1ErgrEVQY56Jq2PdtUBlrs5
Ygiai/2A8hgYGGcmFVJt1anhXNWwjU7C+IPQ9YdrRWlKqayvWPjOAQUQEqDFryNiphVRaWnB
JHDo7AqTCmGv/wAkYmayjGvYWfXQfsr7HVdvkczGWHEMZsD2Z7badgu2cE5lKo67OEtpKqpV
cp2EsBaBTk6uzZK/W3MV9bWqJrVAKqifEIOesAGNg/06QItqB8JOCuDKVCvgZAAGVxjk4nBm
BPZ1EWr8UFFlzs0oCitgS7js3IDEmAZnYgWuTUj9LSA0UMSVZ1+CwYHYC9k+aUZZp0Aze26d
aoWOj+n39q60NAec/jd2RUnUWuV6TdX65xNcETZrVzUzQLlUrbpgRRz41KrX1jLwF4IGcYjA
TnGBnZH9GkoFoOEAyVBijDZM5P4zxkTGAWVZ7WyghDgm1gpJms4akA5bt3JGMwEEKQFAyLUZ
LK3wQ8D4Vgrx+ub2Z2TAbXJM2Lv1tOx7LHzk+hoIY4IUCGWWdF2bzbZmA9ps0F0Imuey+PIe
t62rPZQSAp5BWfyBCJjEKARgIy4BBhzi3mrVUCwqfGQQQwJawCw/4jmKRPgg8mewe8DHki0S
vSyt+qUX12yYM9rCQ5YCdwTX2wWit2O4pW3XClRxKzkMCscqkvUtBUwmvb0PswB64E5enovr
PYNqvWwdR8NNxvp2ItLYKWHDcy5Cl1LKIJegMraKxMUAhRyTwDwx4zw2MZGARLdiqsjYrIu2
azR661n2f/BM4tYqhKtbgCLkQkgle0E78bSq1FlnTY1WptsZcLsvNK4pcrkq/JckxTiEjrY4
CoTPYp99W1FDbtfX91VU32XEWbNwp1rTBTZ1Whnlyf8A8+mvy23ahFbJ4z6PeDgnELZHsdnw
r/yJawb4JptVq08fXcpIvp1GiUAxsCN9bK2Uzscowwfg3VoG3kx+zZny2vGqM9moVF3FStt+
9003svTTpSpuo8aMVG0cLrEM4XtOnLKDDgADMJCzf2yVorNt1GrWk21ZagHujqardGxnR+sf
CsW6lCWDupNLkNvq1gr9air+tW0GtWCmuAhrQFUAnJjs/Wy1fDVrABNcGvZ1j0ptbXfS2v2a
LbOq2Yta3VqxZpVZOrcj13FAVWxm6gdQotDrLFcrXbYIzN1RlKHattlYpy92skN7y/etrYW7
+w6+qDH2Wnr69NFLWtp0Ij8C0N9F4ZiXTWoZK/sCOYxOX+FZuu57AVw2+U6uiKmZlWi1EtNj
pRNt1c+sb6VIXjo/fBjMxNwAlYIGcMxxGprIYJAzgWKpIChCv1EucCutzhdixiB9fY0eFvUd
qtey9nZW5OSGbqVbvOCNN/7P8oGwHzg5Za6mF7U8pRZl/WGH11RLa9FYTyWRdVBAFEPI9uQm
pohSlKKpuOSoIqz0IZVlF6WkDM6gS4YY4m5uFVYBzqax8iV1ol9wDbW25JtLwE9vXJabNUP3
CqYyLltatjuVCq5OYcFjYwLnMxllYkNkugBCt9Wx23LjXVpMvcgiBgBfVXYOwReO4Zewb7Oq
TBEQAkL021DdgDlxkKQIw7EAGcxqdkuKbGiUVrOxjEztiB17bC+WptCytxZt0t+/soy+232X
tu7DU+lpMp1aqIPjtibHCvZc53nzetrB/XVKG2L+qbmySO2ZVU9rW6RrT0lIwUGOrCYJgzN1
D3rlTr3LBoctGzkEk/EViQxAVSZ7EAtqjs9FarLAEOyzua8ivCkKB34EOVnfDU8LukU7K7tR
au1CH5UHnBAXlVz1P1sMYkfgg4+IAsU/a6zX8gorMq0EXZFFQHiqWdjFYmLzNi8VC32R6vtW
mHJiswfXssUewvzLH7Pr0Gyxb60lOhsbFurq166cYI4PAGJtocWIgasfYfHyMgwMYSpgzgn7
DYrBZTa2lQfM1eBs2nrrAFlyI5XAsDQcwgFiSYjlQ6K7eGjDadTE1bNZrZiJxkASwkMnMcjr
wILD1+zQ/NjeOvYawmvc2qivsdwSjc2LId0IutUxrT6h7Oq7TXWMNVmYaoVrGTOr6/7bOxp1
V7N19z0es2LX1/W69aVaWrWcKABMck4mcwcRwTLNUPYyFCCzEkKGsUNY3WAhj1AB7hLA4al7
TNN2QbFitLdhlfTRiwwyNWpiqa7D9V6wKxZiqxWYklQRgRsPMHA2dmspvHA3x1tyQGyCuQ2Q
FTyRg1J78jLT2arSi2a7w6Vdi06K5qT19M0bbr4qArvWLSardR0FetLtep1FKeSzd8NZYudL
1izGAOZ/OWnEyMniEiZMJ/FoRgcBj5MfrM6NrWNOhUsCICoApsvvGo9Uo177CfXXd79fUpGm
vIp5FagbinITsFJDMWJ169i5jSyW5HZm7KAvUHEBDqKK4aKSX0QF8ArBAEw2WBBz2lo6ikAn
frW6mxGDLa4le0iqbRYfWO701sRN3UXZNnp7ux9Xsg1+r2sL6Zg9epSg8NYMEGZkGYEZeM8f
wbFB8vYt3YCozr1hrRzOJYvYsAASQvUdKkqwauzU0NXtbT5G1YDNOvoDjA+WIzbWrH9clV1H
KUa71BqQQus2atc+S6kYXkuoEBBAGBgYIzLKQQ9LAHg8GO0IdTs2EVWGslxUxdAs12rU+vtr
JqTM8ZEw2cGH4GOuDnkDEzmcwBoSISojNkdGM6DIAhImY0UgQkT+cnNh6q7ELqZdt6sFdVNH
NAK1blrBaqzZNS4Ox/ymMwqJ8AQ/BgEOASROg7mtu2MRTzP5MIj0o0trNccAHgHZD2K+psAr
rbAarQFuvsaNtNmmr6qaLiyjAMKCMpEIMIxAxEPMAGeIoOQSZ/JUEmFhHcQMpnJJOI554xfY
yVM2/atTlKtpGBZS010K1d6bJeNrPdlS3u8Z66qvVXM2wfkfDLws7KWxC0+YI/XJyVHEAWHV
7AUv3/AZswy1Oy2a/aOjZqvqFqXoHF9bAWVdgyM3tm/r9W3bT/BGY64h4nBgyPwRyMQnH4Z+
SCSckHAAQEcqGOY1gENoMXuzGlmJqVV3by9lRLmrbrNTE3DRrI2NsFXe8LZtZA9Mh84HJzP4
/wASVUt/A4IyJkTrmFWCkkFOGrcFeqseIYTCQJZsKC2yWD3BpcpNXdu+tt+I271HjO+c1b1i
sHNtXqbaxqedBP2Fnmmch05ZSIBmd1mTDZ1gsUhhx44EGOs2tdNio+tvpc37Kyi4XMEyH5iD
AzgXW5suDNZTtGpxtLsH9WlG8BRtixmD2ogsfyN6euztj6gHBUgdTDwAuQM4OZicx8mWAhqE
ZgDiKeCQI1tax9kiPdY0zwMGA1FWPRLlKMqYDYMWsxKB4yldaenpzrCmuBEEwojXVLG21EOw
jHuchiIOQVIJU5y+UK4NtYOxu11yiy28CtVjkTxjIAgQGKQJaT493eIfRNMuWm+1qtamlN6y
6WszVbVhWturN6/1D2mulKgTwCJwYY3wHAnlrYjBPwOwj2VpFqFoWvC+KGo4axYQjAqMspy1
gEySwUZdbyNyqxdlzh/GTOgL0ozRv7bfX1eLWGYSY4cj9UZOugnRVISdQIFgxGatAdxWKm9z
+tmfp6/avqgJhzkCFec4naew3QiB/vXuWBat5iWeoxtZM1tWq+wbvb6v1oZwMA5jYH45yWsj
eRp0Ji1osXgu9ayzYcvT6/swQBQomIBGMNjBkuFpe5smpmmujWkaTZqr6J/9CDXfWx7VgOGU
qy2fr1epqWy9FAH5IjA5JMBgOY1oRW3bXj6mxcatSqkr06sBGQRcEsYQIODgYK4l+FXa0XtU
+usMt1bqgtrAU3hbU2KbRZtMkrzsbWtQta8Q5nQCDGORD8EGEYbtL94VMmvsbb6+ulaAAwTG
PwJZrtDU3ZKSjpUWi0nKVIn5/wDodU2VsGV9W5hZZY5tstTx+hrGAcTuJ/A/BGRbU0HYTsTO
wITqJnMOIphaOchQI2ck8AgRfgmWIuc5gWqWa2s67XrjU+r69Ll2dKvVFtouOn66uuCDJhBE
OTOMfwFyQDnbW8q1vsKZS/ks02paoYxkQEQmcQCERqkM8SQEqYD+DNmtLKfZa6I4bxstvaxn
Un0Ss2tiFASfIsR+w/BGY9KMGpZZxB2gwJnMHxMZGPs3yVypUYBwOTPabVqWa/s3UV+w1HL7
uuJd7PVeH2q1w2b23NP1SqwUBQTOYWn8DkH4E7Q8xtepwdBVlTbNDUb4IWxSBOIAYPyRGwQr
FTBz+HGV92gra0ElTETuPXeNaAfxwJgYLWK2ZkH8EZjVKYy9ZkCFxM8ZJikwNzwScTqDMnJE
2dSvYTY9V4oK2zVp7Fpp9GXZPQ6iSrWqrHXjOIDwDyMzgw8RnxG3Okqe+0qAik5gOI9SvH1+
r1qUVbMDtmAwRWDzHJjDMdchDAZ8w/Hualei1sMB2mlXl0bxynazEsDCOgYJ2/GPyzgC2wuV
XM8QJavBCAQnABwAQROZ8lTCczMZVz8woMA8FoeZ8HOIOYpyXs6m7ZAF20zNp0ALgCNifM6w
EiA84wSSIb/GtO9XYQcgF1NdxM+YQIRCuIrZgIy3A93ZWNZx2NQHbTZkFaF1ao1mq0kUv2Wf
yWxG2EEOycPstDfYYGJgt5DiDGGOICTAMKogHPMwCfmcxhMmHEJzMcZwOPweYzBBs7yVV/tb
G21Gg5Ka9NZHEMYgQcTMEHM/jtyQDLNPtK2sGvlwwblLXBDAjMtsVQ2z1lmw+PNY83KhauzW
EsVXx68ErTgL1JF6hRrXAodhY2w5httIZjCqmdcD7d15nABJALtkLwpIbsCFPOeSZnjImYWw
c8OeVI/HH4yJky+oXLRoJ2SqusE4hMUwzBziFoBDCZxP5UwHh7SIziJsN3F+IbuyMvYthDY3
aKnUXKOm+MbCH6+qQMBgR3Kx8OVUYbOVcAEkwKYVCwBjCqxRg5Bj8wAT4hiDnBnHUGE5JzFA
IY8mdswf4zPFj4hbE7OSMQ5BHxPiDMJgadiZjMJwzEkAw/AOYJyA6ZjpgPWQDglSQCcm2vsV
UKGbtHI674H7KAkeqceHyAR3ZoqmMpDL2z5DkQ4JIGVAhAA6tMDqygz4mOB8czJimfBPywzO
RM8EmEiBlEFjGZJOEmcHMA5JgAhmDAecQ4AUifz/ACeBg5EwMDOBzHQGOkZcw1jLAiMxEWzD
Mw69vocdfYj/AHVYIX1oIAwZ1gHBKkExQcfyCcEN1A+0IMzB8BhgsDGOJ2yQcnOQGjmNnPY5
7fUvmFbGCoogYCAwCfJZuYDkZOF5hIEOIPgg4HAzBj8YzADGBgmDj//aAAgBAgIGPwA0H//a
AAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwAkWM9f7U5J96Dkt6rDBHPvWMJiF8odfIG9FFR7liV8srDe
icvHVapg4U2J9Socfl+qtXWEzSnadE21xghbQGqE9cIZd0AfamEqMrJTglAWsY5K1Re20CGL
INe2OaHfb0cqPIQ2ZKN6+SxPN+qBHmsNPmKru8tybc7Jt5bmtx8lsMzqLl/Uuq/5bB31LfZV
e+z6uSrtazOwL9U5uW9VNzjmUCSanq6mxIKA3GOqyXHNSWTKSQgx0RYnPMqpJkOPoEPKs9iP
QqzXJFwalySwP2kRuAOMoPYD2p94YZKNvxBYCWCitiMOMJhW3sIP8ymtz7B/UnNbgeg/rTCt
/d/cnYhubBN4jtBmJ/lTnyWbUMskHqEZK+ewM5CFRchyPcgHxnhnht8ZLsCcKSfb/wAERHr+
VUAJ6qTHBh9BxARNgSBgLyAIjHVSYR1aV7A/vVjUfMIZA4AU5Bypl56KxJyI9VUSWeQhYkAN
plWIOrkokynE+nVVv9hjCLiOeijmvXTgycaJ0+hWwnJ+hcGUa5eeqku8BeQCpfcWQBqSepR7
HHJwtor6lwP4U1/rKcWj0RcuPajUNHsQAMaySi9QX6KACRh0zAH0UBHqmIBL8k+0OOiY8OR4
dwBJ5zCINQ46JmQb3cDon4TwKNQZdeQlndnhEWn1QiOSeuHR+of2KXHIShbNQTPRY7eaDYUq
u2rSXPP5UBYsRmERq+AtpEnTogC4Q2s5MkDqtpl3R+CIOUxM8IwmCIZ5cKYsCtwzgqE5VzkB
bqzV05nr1RbDyu7GjokosZT2M6LutuKyYyG0W545Ltn4piJGUGWcKCvROQ7r86d0NHTFYzqu
qL/WpwNE/NYUr6voWQJLCVewDi1jksjuIY9ZUGMlAYBxplW6Q+iqCW9AmqTWjxVCrsG1CjTK
cGT0VN0Vlj+6rHTJcZ/eRaruYQcu+gQ3EOFWtAeZIEMg+ZUTzQ+KbKY+1MPgoyhzGVusHmMr
uIqMnRPQupwvKB1n1Cx1BRgRKPrlAEt0W4nqnJjLpzposJxhCoGNQvYybDr4KCHWHKgO+U2e
HJoRGOqczw5lY4MmXLg6fHBuWqDZXdzIQaajXP8AtRhgonoUajBGdAql3AyTmFuoSRgthY6M
JQq2eQTgu2hVTIIJjREF+6vsVRPQutsEu76oAxu9qBlmYBRhMseiiTqE7Sn4BOmIlsouHGod
PTBYsrB3fRMY0mESTkQrAAOCs9UCDgo3IO2gc804qSDzIUVb2rB6glQAD1IT7h6AprwDAIBK
3G8NyWzwlycPGO5Wt5LDuJ7Q6cwCugQB0WHCP0I9qOnJbUAmXqpyo4GVXMKpBZw6d3D5QaG6
FA4I1CuJL4QBcy5bRANtAJ9qYyOib2qxs+HRNcUx7VUdIK2kgsZHtQByTp6IAeseq0IAdwnG
vBh9D0Uo9UycQSiSCSDkJyBUDKepBaFfltJ9yv5NQ67SC+NEGDt9aNbzW4YjmP2U1SaVEkO6
p2m5u7SdFHiqD1tb+tVPjq3kPzNusGWGOgI/uQkN90t/J3oeK/iDmTYG2P1NyBrTuGpNv6k2
qmWWW4cwnCDqcqQ6gt0QU+9c05C+pRlSoRKqBjkYQxWAxkpq4+tDmMgJzp+X2UfHU5If31Q8
dLPncG1QOj9x0RJy0wiSi4g4V6yOSrPIQi4IDmecqvSXPVDcX5CP5VHKT0UFxw9eGeLkweiP
PRCZKzCYjKOd3N0dlgR1RYiYKvzKI+CAYhzJIhOPco9qr+Lfa3y4D/vJ6+QOTqR/Yp2kth5/
isnO1+e4oATtwwOqFqjusHboUCctITpxwAQAz9Bob48M+i5dVEqeHoh0UJlSvNz/AAqrSQBo
cMh94uiT82GdQI5KsYMt/eiwYkkogVdzzWwSSttoqOXNDkJ6o7ZLYTNA1QqHa0xlVcuzR0/d
VbQNFbcztp+yoEMhx+vhHvU4WYTNOiZlBnkU9SGd2TnBRLHCuDzTj4lAF2HAsvHuLUIszdCm
JfkSnqKgnU/8kzu/JVeG1IUl9ogiEDz4TwhPhdE6dRwx7VCfHCUyfCdEoWtbbWrtDu6O7AgE
wu3vI5JyTW3LP8K7vIw0Rl5j0/VT5bAOqAEThA/aOpTCbIROqJoMM7K1WgFb3dmHvVSCS5lV
21Zjnqj2vHNCwxyR+pdE+FKlk3JNqyfDZQtpzTVcKc6rqpPsR9FcgjOECQz4he2U6+K8ds7X
z+whWwq4/RCFb7K3GQotQE4ZVNQLVsMmQr2qO2cYzVVt0C9FK0THKZR9Bn4Qp4uoUonRbKAv
ryRJJP6IMIGS+mqe1S46L/JY47QUCwE5dkzsBhkSALAZcz/tQBsX5Lc3tRnOAMpuf5dysHDP
ou4kh3T1aPYn27QCmZn5LcD2nA0CfCymUnK58PzosdMJj7k6Zh6r/Rc2R5qxyXVRG0SmRfhR
oyPZ2qrYV2MxI07aqpcmzw/NeI+cyXIbl+yvIPsnHv3Lx9RK5DhCD54ONePRPwhTxnh6q1aZ
IgokzmSQjbyl/QkJxQNXXVG9aggk5bl+kgaya/UgLDBloW8YNXARO5t2ANUCc80HdiojqolC
o1siCOwvqv8ACIaS+v6qmWkl0/m9jEraMKVC6ruEDVdqLmFliuScSU/uXVOMLHtRXl7jFioO
4cj0W29RUtkOeHVeENk2+G1C31rd5KncQZrGFW22+efX9Vba/LQMHVwflK8ZEhvz8I4OOEoM
m14Sm+Kj3odVC68M8eaYhxlGrRCADAYZYA9NUaeMAAWycqryduWQNRlDcg0+q68tECwZCwZt
3ohk9EGhBmmFuAkYXUKU4l+HTgx0U45pgXQ+CErTgA2eHlu72JJUj2Mi1TXdG0n9pV8Vrk0I
IY6MN3ChJ+QnT73/AAVdZZwmB9favmIeJRJLoeSuYDrxi2WP124ZUoge/wClKZQsfRKfTgwh
Z4YdWu3c5ZG2DUIWsRuf4IDcuwzyT4sgbXD2kdG/aRtWBugIEnQfVwEu8rl0XdwcyAuS5pgF
JcFNoE4glc+DsgmXQK4c7RY/WgBX5fmMSrWD5h+Srfa+0ynNLQHhlQ0308Y0Dh3/AFU1t783
KBG5uTlAFzuEZcINu6yZTbQG1MyqgsSBKcpkx4Txfgy9Pozwfi6KyssyJsxB1R24CInoQnrY
+8p9946lA7rd0l3dB7QeZt/SjcsSQvzIAa6pvipAB5JiWdAJoZNy04Q4ZNXPVMcrrwblw1iU
5wgx1Gq82o3FQcqZQBDDmVUA9oZ4hNYD0XyVI5sFNasgbhr1DC1SQu69mGjrZ4wGAZ9SiycH
hKnj1QRQOvE8eanj1TIplhimZxqiAPrQAq06/wByLUD+iiofLJxVx0T3DcnTEMWTGU+GTEtU
5TVUmeSHJfllZdPrqs+5Njqn5woDhZZFsLr0QcymKbQFeauO4rQINPNUDa4QqzA5boiyYe1M
HhZVaAbt02d4X4fj8YI1MwtxcYcaIvzwgLETzRBuPYpsFFgVlM4Tx6qEXxouqnPJMp+m7J8D
hhFF8jCkJ1mUXAYJ2dsFYIQfJUKS6fVCxk6Iw/Qp8Py4D6kF3BuaDGETwIKI+pNy5pj7kRzX
lLfaIdZdMIHNUAkvKBAyX9+1EpmHqyj3LIB9EL/iGlgNpIDuiAd97CbENwtUj2LcL91nJBRe
WUuxP7qIcyUKixAOTEj/AGrfJIMOvqRLIhNoOaBxwiV1XVcll06zwngyK66JzlNqgMo8mjVd
nwhYZRPDPDEKF+dPkow1jp7VyQOQUdsEZQmU5MBP+Z0SznmnbTKf4Hh5HoDJzKIHjFeRZkGA
e2GXj8u1iCCe4MrXJbYCfcE13J/V/uTVJNv1Sjn2D+5Nap93967g1f1f7kK0ruNoB2/3Kr17
T8zq0bQcL/JUEqxtUVqD24x+6gLFrD5g6enjcA5aP9yoPHUVBdyAB937SrtPopzqpgJgu4Qv
Rdwbl9CeOOAHCeBCcYQdYjD6ogEuOZRHwC6J1zTLqpKeMLMIk44M8uu4xpKd29VlwhUYR05K
XfmsuOsprH2J/wD2rWJyTqgzF33Shu+V+bJqVYdZ/isjSwDWBBHN0D4ht5939S+aPWf/AMaZ
yTo5/tT2BfVrFEih/eKF/HRrDUlSmAj3oEQ6ixBmQH/irZbrk7jn8tiyYwx/tQ3SyYMwX6Sw
6h+q9E44N9DkpXLh1KhEH2LKjB4AunRPBim0QROgCzKI1KHLVBpC7oTjTUJ8ghB5C6YlBmZH
ccYRbOiY5Tk9yjgQFJUpllThZZZ4ZZTwn6TIvgqMKwOLY9nDKngVnh6KSx5KbBGte4gz+W1M
AQ2qetnTYKLFuiYZGqHI5TmeicCPVPonwoXLhzTtKcrGVhkBSJd1W1rRy5wpPsQBytr9SVz/
ADI2wm4OMKYhfnR4MoBWHK9VMrBWFKPXjKn6UIW5H6+PPh68QbnXGqLO5wNQpOrjonsQfrW+
kVOiJqCLHkj+LbbarZQNL1I5OnrjMI2GsgKcokngxwmQOg0RIwVBD9FJ6qvJEnGigr9ILl+d
TV+qkom2MLdzRDZ15KfYnIgqMc1PvCJ6I8lyWOGACnKnHBgoT+xBRHGSnrI4NxI54W65YCCe
qetgRx9eDbu+2AMqxN7ZUl+q7fboibh92GMhMTubBKNiAOSw3N1mwbkSha1iaVMglfMHTOsu
mwhktlS7plCLlwvRTondHlomOuCt1q9vNRg6INBKALkdFCOCTgsgE2rovJ5Ibqms5LIjUBWR
OU5wnD+1OZRXNPogUdGTG9R7Qm/Er6uFHkr7wvnr7wjQFyOWECb7SMOWBRra1cxIXzj3pt1f
epI96Muu2r2dl+H5dtRbJMD7320T47g+Iwz/AMOxOAQNHTkonc7ShTwgWJEmf5LLdc+50Oi7
QSfcnvYA8nR2uQIlBqWO7EaI1vS4JwwKP49gCAAHYf8A5EaWO4DVgjXx7a0sW9P3LIWuXraa
2Dmp/wByrYTbUr/RMcfFME/NDVuD4OE/1JzpyTj0Wc5WMLaGb6lJwoDo5iI5pj8FB9HhM7N7
1q6ciUyJ6FFRk8GAj1TgPwwpWzx13WOJW/z32PiuqP4djf2Mg1XHOYW7afiERapJOJTgEWee
bIbgSdC5WD8SiMNq+VJPvQgltXVWI96IqHOSeaJIadV4htfvDdZVa+PX5mOEXJPqVvJZ+a7O
6zYH9y7yPGOqHkPlFj91gP5kRUFzkjRWsSWOpVeWS3oqgwwYBGoDkaBA0G1pMogHOSuZW8Fj
4nDf/wCdkAev8vAx3FTlY4MnKwfUJmj7y29XdCUC6xPDDk6JtDKdM7B9UJkoapy3ou1n9UZk
gwuqwg6gymUonlKfx4cAlWrWba30/VVvJ5LHuMaLtBNmySm5KZCl66wUB4RvrltRFkxPduG4
GE7OS2pUCfUqA59SjWwTgEATK2Vg9VSxa1XO1vRV/wCxbBHaNc7VKYLZ/wDxvUeoKF65Cc1c
j2I3DVHJC/luABCIpcEKoNSWABIR8l7dsNSRb+BOKtXTc6fQLMnhbx2cVseXRdoYKQnGeHbZ
isglMWXJPYgj3Ic+aNhIb4hECpcFbjkpnnRdFCYnCA5IBmKAKJTkhAJ9GKtGCcpoB0go7SNz
MI1/aXfYGv2g1Xb9lRdrDQwu7yVf1VreO4ILV968m3WH9TtVge7yWLuMMybxidITksOTD+lM
CPcP5qqSD7AgXb2BGc4gK9h8ws/tRmdYCD2zkbR/SgxB9ifLw/Vfhlp6aokCSHhC9hFTn/av
ETyL/vX4cgr7S3dbPqspmJAknCr4v+sX8mLu5ZAOTzYBk3jBY5cKvjrYb4JADrffAjCDlMXd
YdU8p7fHY5JllavggZrG51s8xg4LaobbO6ccI4MB7VuuRUDUoeM33PoHKfx+x0dw9CE9MsgS
OjreA/NMnAbooCDiPrWC2QnsiWcBfWiXYnCxor1JxYwsz6rDtq6ciU9DtI0C7m6Eutli4JBZ
EElic65Tj4hyiQ7l9G/iTkGeaciBhspqhgu6TyIwj+bC8j2Yg/l8yjWZWN3RlEWJgJp97BDt
O5G1gZDB35ow3cHZeJmwf4roK1iWYKx5kz7VUMSCZPRWPiF7EhsLcaXBdzoGQG0N1D2/eW5m
eIAV3NiQSxPIFbbA+hdAgMObLrzVKGakyRp9pD/r+ADZSCdXP3V/kE4C/F8I7qkdoGnd8qHi
uduff93uTWh0NPVOCpIVvIA5qMIeHxhuYrqt3lO+3LQKI6JrDOF24K22AfRZkmQMLqnMOoOI
QGgypCr8Vbk+AnbKBELV15CLfaK3G3qosPy/dRLiwGq3N7k1gw6hAVLeoTgy7NjVE27pzlOw
CxAwsLA9EYCLBeQgOAcZQOPgnBIJQkxyDIGxafqXOw5wmfCtr3D61UDEt778GGdwBnop+tHy
WhiQHQ8d7C4sMjRVv4xFg7+vBhocI2qC4JHsQNpFhlnW2T00Vbsz6SnsJyD+zdVrUubWlxOU
+ApX4lbODbcBj5lWxLEyvmIITEv8ETYBhlfh+LGCxyUfL5RuOmqxPRdVKiR1RLYhEk5UHRMN
FEW1hCH5pggjyQBGuUw/0W4iWhXYNJTrPXoyxGqZh0Wg9EPX86tAYEaPqo0JhM0pjKZRlEtK
Iwy8hqGc+6EDnqujwiBzQBnV1uCnVX9Q/vXjIMF/4rKfVONC/wAE7QDoj/1w4sXIPqhbyEk6
EGV+FZyKDtcvHHA6wmvQW9Qjetto5N/ShU1BA5yj5KzaW5Sje4AL9vsR9eA8giazr9pUsLEj
rlAGDzUI0qSPJeARp97uVXmQSTy+6sAPyTv75TptdFKLicunrhTXKFueQjYDOUCIdEtPNB5b
lC9UCcIPojyZWmX5LkE4CDu6DnMhRgZW4hv/AGrc9B1dOdCUWyED7fauqbCc+9EBeQAsHx7E
A7+xQMSUS88vVVJWIWXVujFvbVeMvkH+KyfktvkD15IeXwuPvV9T95VvWCChag7qkucQnM3t
B+jhPw7LMDCAHA3dwNo2+1UGgdh7UCMahRkoeMDtoSNMg2VvJjQCcqZ5JsJjjknAYfnUoEZU
ynIjQIqDJlMfYg4cpsrC2nVO2MqMDVWq0uWyi/uXc0wE75QkmITWHvRcMtgl/gp5psptBxiF
h2VoeR/KgAHdEjTDo47mQbkhyTLyc+3+Kq8T8i/vsmCP51tthzA9UIL9cK1XYVLsUxABB0Tj
g5j1W2g32OgK33DEnChMgG4MiKuANpVWcwST1UokjAJlG4Em1oGZKFK6SXzjg5ChHmA4Tapn
Y5dCufVdw9ijRSpleizCB0T80ZR+pWPVYbgNUfRMEHOeicnt5BBtSRwdOFzT4Unq6tc6n81U
H1RnCI0JlD0CYp9yHjH2j3fs9y8YwwP12UaIkhfh+WotWyFySwONE3/VamwuR977X2Fs89Nh
BYWByR//AGVovxPH495OJ/ordGta/gtrNv5aL8Ww/wD2L2guLAD938Rf/s+WwqbQKAMKhtqZ
ClGJ1OiJANrAz1/VR81gAbH5eQCYDPVOVcgsQAqG1ndyR6oER6LyFvslUFhG6WQlwuQRqPkb
HVYZ0bZOgRJ105cD0UGEx0RIDyyYyCuYT5dOmGeaw+oRcaQi3NSMJgJRIkDRQW5BAl5QBn1U
Em3uQfmUeqbhh1hFq4yei2mQSCPcpyMIsBOEX9qqTLhAVr7VOVuvVwNF217dMJiI5wpJbksM
2mVYVHcxb1ZG3kJF7YHov89RehkOMFCtABT7IUcJKA8ZdxmVu8lzYnmh46GRCZw3OFuFmqMl
k4JrfWFa9y7CXQpawDxXP7KgRzXkMyFQ8inMgI7c41VicAQFEW0CAPNkDWvdZwf5EHDFHkiH
Ks4D81Eg9WTOmde1TA5IsPYpJHIIkYAKPQqQ6cZ4Rnkg6BtnQoNg5TO3CcJtOEZVTt7rB7P1
/WR1Ysgds8/4k5hsOsnqyDDtGPoYUDhz4ADIx/Mq6ANPVVDvKDrZTvsDIGie3tTMG6ygfMRR
/lDs6I8gaxsWJ5fYTvAweiO4hwMPlGt6H8N2b+7arM4JZq+1Gwqa3q+3Q/xJjuG0aj+1Hx2J
BJAMT9pUcOCcqA3KUa0tn6+5AkNaxZdhBtzyvxL/ADu4T5RBTnXgQMEIi2i/AsWG5qv1Riea
c5ynrqvVSJRhlYiAeDaaLryTn4JggH5qo9UWGqn3KMKcp7QnDl01jGi3yMOB0TAKf/FWtcHK
Nm7qYbqjW3LCfBEsgCWKFabdpk2aX/fTDy7r8g38q3WBw72/KiNrW3bfcECKiRDdFWnkYaBb
6/MzR60QrWxJJn8tqn7IgIOZ5IuzBFgB3DHpZVPVBtA6pUyTIQtUlgGIygSI6oEKIT21UaJ2
dViZQLycsqXqGIIPuKrdpOUETywyYBOQRzUIuubItpzWM4U55INA6qr46IHLOvRAZY4Cbxw3
NA+UvY8j/amFR7UwH04+mLDkyAbOWwyfBOqOtn7rIhyW5qQ1Rqt1AE17bal2ZFy1ge5uiNQH
3/aOPvI1NSKuGtX5W/WRrd2ILlHbJnC2aWcka/eQ3DqSVtb3q1q1cggwoDkHVAWcw3wQpeQD
DaInXqh4h8pDgencg+ixKJ5ptVoyDZAKBtnVHZkgs6P4n3vzJxJK7g6LBwz9FORCIDxlF86L
msBTAOEfgnOYZUD4Q2jLwu+jXdx6Ik1DKA3/AMFxhk2UajOq/CaNer9620EDICNQHAMjkjQP
U6JvLYljDreQwu5fMoVrZ201wjQyXYghRWAMBGxHqttmDQP5UQNQ0Hmt190JiHrq67du4E7m
qf6Vv8VnryeFur8wMtCFandZ5K/FtWQD3acIQcrChF5RpXAMhVpb5icdEz+iAfHBxgrDcmVr
FsR6r2qNVB9VOFCDe1Acl4yZdxjpZFxBy6auOn/wSZ9VtGU9Q1hyTXLMZ6oOWJio1QybPpK3
1BJtmoEhbr1LHUwu0bubLaZIfb7kLAsaFV/7HiYm0li9t32u1Cnlet8BwyYyGyjYtuGJVaNu
IgkdyeW5EJiQAYBXkBb5jttozo+N/mx6o2LA6OUGEFoCDhs+uVEJncqxtYbSXAQB01XJal8L
fb5rF+s/orcI5qQXeHdWt9oAlA2JeV+ZSIKZoR1IPJFz6KI05ramaTrhTn3oPJnCoMs/1WRb
kmMg6J+f/wAA1RvYt7EW96O1vet1y7Qu89uXZC1DA+KNPsGXZE0rvpaQRH8qP4nj/C+7O5/4
FfyCsDPVVqYBIeUNvj3/AHbg/wBia71AyCUa7fUqGBBcjmFudwEa+O7nIGEPIfGQ0E+1eO+A
LB5aHQAwZTlneIW0D4qS3ohOOAGoUqoJ5wt23tOEHLn7vVA2b0R8YG6ObMqjawmdE3D2EIge
1ADXKLuUbDXnydMGDTCaxZwWC3nmzMhaoirkothczp0Tu/8A54RIttQ2+X2ShbeI5FC9y9DA
EwUbmQETUQMKoOWTIirErbss4d2ZC1qkBg4KN6MKHuHOfmQ8Xk3GwPaeia1nBMAELtBYssSB
JKFR8VusKkDllW8ZY7gzdV+H5GfNT/tVvGX3VIIfk39qj4IH4oPJKZm49sHVDc0c0a+JxtsQ
CP0fsrc3dqbcv0VBYNCdiz4VCzFkCOEQyJZgNSnIYjCBFQX9FavuBXMapzKBAaRj9pVDk7gX
GiYwTgIOnEg6LuLeqf8A8kwnOAshOLQMgJhYP1j+JO/bq0qu0k1ecpyJ4uE9AAR8UaeY7SdM
o0g6Akc/1kWq9RqGT0A9XAVK3LkAOrULAmEDtrepfUIwxPVAm0j7Ml1bbt317qvmO5M4DnRA
AKRKCKOoXRcigakhncAsrPaA8F/mdAm7WI+VjJKJNjUCAJZbg4qDJW3cTQQweEBW0n7OF+dO
CWXcGTVl3TVyg47fvJ2JHon29oglAE6sgRtcOJzIsgBAqAQ7j+ZCz91WBZDoGTnP/l9EaeME
ErdeSZhC1hYjXbKA3GlhgYKA3b/GYnQI+Ng2XC9fovaFuBITAtXVG1Ld2QAtvkBA6u6FwQQc
F0+7GAjvqRz7hX+NDcQCDncP6V2mtvaCn8NaknO4QP1U5DFTwz7FIhEgr86LkAyzuXhOA519
i3kA3zD6fKt1vneBp/uTDtqMNkoeO4IOCS38e1bHfbIsM/eohujQ+qMyAiea7SxC7QCUfF5O
0iCOoQILEI1MOq2HNC5BLQ469qp5BXtIYv03f1K/jwLgM/RNpl//ADEZUhmRFQmPag+RgoeH
yxD1vh1YVL1Jz7Pp4lSMp6k1sG6o1NgDWAW5KtLUJoDJbmVWxoTyCDUIl2KYVIq7wNyB3bWM
7qz9lBy6YDCwnMEqS67Z6LDEJjBTAboOoEftLkUCTtBMvohUDd1dEAzojXAKmu7mUxoRL5RI
0BJGrI8JXk81DuBJLDLFSIH5k3ksKkMBo68dtN+fZZMR23yR0RFTNSTV/wDcq4O0rxtB2h3Q
4sf/AANorNliy3XIC7hBEItA6p7Fk4wEDT5hJ9FTyeQtYunpYH6XVMjE7g3+5C5BEzhbRNuR
9UdwZ8ojxkmrPPqnFgCZCkuuqZ8aJvzp645LkVOVnKYFwu2c+5b2epMIV8gY80K2BB0R1264
THJhHkuXqiNWKMwOH1I1y+QUdo229SyN61PbrWf4UPF5iTQWd2GW2/YQr4yRc6l5Wyxg/nW2
k29yDnR25FAv3a/+OMKU5gBOC55JhrlbbntiENnynIQFRJDLaQQXep0XbczlAWIsW5Mhuttt
ylluqdw5j6JqH3QX6ogjdUcyyNGa2nqhW1gfvYDI9pxnTK3eM7W0z/Ev8lXHOFJ2+qelmP3g
UHux1K+Z+qG0iE9s/nXTmpMFVFRiD7UB5GFBh+f7KfcORLEokW3VGCxCY9otnmUdhewwERO7
UNA/aTu3SSjGhR5LskJp9dFu4GuQcwv8lSA+mi/F8Xl32r9gt+qntlDyhnAZNrzUF+hQsPbx
dMz+izxcLOU7oAkAmA6Ld3LaHCfY/sLIVPjBPOVuAxlE59EDaWwi1f8AJUQyY0ly8SiPJY0q
0EHX91WFCb1wCdVtuA2Z5KS3TVM+eoTiwHJynptt7QU9iG6K8Go6CEwDnmmDvq4bKFPG5ht1
teDMmK+Y3ryKcKcLp1WzabakgFk4rf0YoO46EMj5bWYDAxhNe0AvBZQbDnr/ACo7bWbTH9KA
ltD9lc/qlWGCeagRzVubH6kWTc1toC/uVgIOnvU6Fk1g6cF04LHmEYDtnC2lBhEfFbjFh7lt
Z6mTpKFwGB04eqdk9TtQBGNeDIBM3tWwfZI+qqY9HdbQG0R8l/svjVbq/wCPxjIzayatXVqA
T+ZEWHqUdsMnEPIXd3A/WrwHrE+iY2Z9UQZtUsmqS6YE16Ar8O1mtkj+9fhu9rGA38yFrWZi
51XZFxqu5vYpTqEGhMQoTYWh9i+UEJ/wwu0moGmVF89E5tA0TUqPUp7DCJqeoRF2Nq59ifTk
rEcj9S6HR0AAHTgVfmu5vThBKkLuqD7E9agD0ZAsAUdrbxgk8kQ4qR93C/yDuByEdpJlSCfR
bhj6PNOpRtfUoNDEpq32VzDunvY3P6Rf+JMR6BClaC3kth8LeGrumC0fsq1LHuMEmVucWF3b
2IeKgFfN42LmB9y3yo1tJP5k1SRznKNvH8uRorAF7cj/AFIWIYCXBRPmEgxcju/mX4fh/wAR
I+f7RTWAtbTyGbKS56rHuW6wNniE43ME1nJ9FUUqe74L05/RYrJUz1T5HB2D+i6apiFc12tb
34THLY0R6g/+BmWFBUyFt8tAX11hf4LNX0P8qNRba+HEH99C1yN+C38aFPHcG3LqhWxB+8UH
gnqE24F9HCkge0LdUgjpx3szSp7mH5fKqipckz6IE6hEg95ivqvxfJ3+QxuPLhYmv+QiLI+M
wx7SRCIBY4foq/8AZzvGBz+Sy0rGDCNbDaRFXTQb1MEfaW00F7kfKNT+ygAPwvH91m/iqnHd
1LpgA4GEdz0/RIYJrET6J62B5AEFNegJ9F8gbkyFjUBvYmb6Ellud/H00/aT7nqcFMc81CfB
UyOfDoj5AWsPzLeREBxh0wE//T/wsp4OI4bfLVwMI7DYA6O+ES5G0QmyMvKsMD4p8gZOqNiC
xDA9UKu4LlTjTgQzwgTAJkIVpAIYkygAXOq8dLfKKghuboNjiBeCMFWodLEY5IeK4HbEdCjt
ruAjCJYGwVbD5jydU8Zffbmy9FzHJEiC7kIizF9SgwYhbqEk/mRFbGp1KD3O2pk9E9j21CJY
ADDJuErtyMLAI1BW7xiDmqFm9ifmHThSoTkLoQytUlqg5GYKzEzqpUacH+CmPpY4OFlRK7gC
6JEdFIY8yFsoO2sFhJKOhyAcut9sgkYTGUW1RpaLD4rCrkh9IQrUY6oXI+WgDv8ArWReG4wg
LZqXBRsTAhmyv8eNU5BAOCgwe33lXzg/KzxyKBI29EyE4T/a0Qr5S89oMLc0nRNYe1MNcpgW
JTDKclFMiMK/jE1Mh+vcssSmTiX1WgPDKmESMshSZA1RcvBb14zwdPW9h8V3T9HHCEwymKlN
YBOAysBVyZfogFlOyFgO4aoSHaQtrSt21i+qekGMFWra5qYaTlVsLOWG71490Bb/ABHu6R/E
u+u+51Kw6wjW0uMK/jJmtiA/JevAAobgC2CndgMoHdnDPqp1wgBJxCAwOSYIoobi1C7LfUPe
rY1CIPzDqsJwNcHC/Ds1bvGmVtv235cbUHzCAhuDMMrkTDRL/QjT6DLohrzU8H4cl0UKVCs8
uFsuQa8yuaGiKDl62xy/VT8lYZJweSJdrs9fYtxEnMIeO5iw7f6U9rABf4w45lP5j6DAUfQl
VtQtQs5HPuTGEwW4wyNfHcPOGJRczbLKlC+0B/giRyQI1Lp8qOB1TMXdwyrW82DgvmF+N4nA
OeTlGpOGZNbCNq5AcIV/EAuPSEN9gbfWjsqA+Ct9jNk9h3BY/a4wn4smThSuQC5qfgm4spRU
pyMp7EMiAcMy6HK2kQeQdRax6B1Bs+qrJLgONEBXNn+CtVz/AIy4xp2qh8gBrUftQgKh2wE5
9y+tMMcH5K1KECtW9f4kCbOHl+SbPIo2sQCNFYAtQxH/ACUN7EABnCkdtBtqrWBzDeqNrZeB
0TDHAopwJRtiZW0hweavYFhVvT8uxEghnYfluTlhXRY7vggC86BPYmOqYsJxgosH66piCScO
2VH02HByumqhRw6qeGWRlyOSJp8uj5dE2sfROxZ8legP8yjC8dz8rkW9vyrtLnUK9mkCEDYl
Bok5VrWA2WAc9V+H4tWc6QmOUG+halS9zAA9US8+srDPkf0pqxYK1rl3KiQiwJ6BNIZUI+6P
qVfHrtJb1OxFxhuDcDwvt5grvJ3izAI2MVM8kACAvqA5odMNoqgu3IIB2YqNSpxlqo5bhJTm
wT7lCypmECIGvCfcsQsIELuuApLnmF2otY+9O9jzDr9IoWZq5JJAUkeyf4UBSzk5Mq19CDHt
RAy0FEE7o1TkNtEn2foq9A++0BvVG3kDth+aDVboqVb7IJTAYUrpxzzwvJa5m1it1RnVbmyF
Fzt+68fxIlmPNThGWCchgStoi1QAfUBCx7u4D2VO5HGi5J/jwK9F3YKIIapLgIGxZ8INg59V
luQXrlAtt5s8/uoyQDox/pUEt1ROWhE83GESCSDhgi+nNd2ExMHAU4UBuLmwHtT7l2++F2lv
cpsT9SIYn4pmKDgzy5rvIA6loU3FjyqSf4bI/geM1GhYf3p7XNQcgp7VJr7URWpbR4B/bQBD
X2gW9UOHkrYgVINvcV5PJaaUJ2vEPbaiKwMc0NuNVQjO0K1Lke1RgptOABLaqx3tXkdQjtuw
GKa/voVthaeqLewrL9OatDVZmTAO3sZA7XaTqvxK2atqyPYq1E7iBHX5kAPbwZD14u2F4/vM
gASYwMJgZE80d0nnKd4+KcYOEC06nKzIHotgBYy/VEvIB9EasuXFyQyy55Jqhuv5VTEl+SY4
wg2ie2NAmAaoTWuAcxKLkEhba0DhEUBHJp/kT+SxmXJ0/UQ2luiH4txSxw6YkXCYCPggAGRC
IUy6p5AIs9LEfpBfhUkk55rv+bRbSCJEqo6BWBqTvZm9NqIOMhGuqNhoje7sB6hfhVq1nz7F
YAyMhOKuAnIawElMdA6chwMKzlnhuSJsYKAJCuSYGFVy4B+r6AQUr1Qw7ao0qYGqk5TVJY8s
JwOhlY9ENXzX+5VqAxhG23VoTt3AE/BOVNgnq5Rf4Lce0O0nmpO70/uUUI+KcM2hOiI8lw50
HJdgJI1LMtjGrfd/5IwSeZRYt70xsTY6BFwz6lYYcwh+dc/QIwZA+CFQ7DVVBLgZkoEEMcIz
ATundXf7Pc3oqWZh0ypwncFsFCp+YBmX4tSBVg3OFUHNQzpqFi7ofiFsPqvwWJNySP1T2o38
g3EjtZmju+0reTAsXl1gOcouAfte9EklwHRNof7WUeXNdvvQIx1KNQZtylE0L6fRlPaa2DBM
NFUiRhkcGJZSga4ZyhUSTzTZC2gD3H+lOR3areALjkcp+h+r7qIBZ9HKksQmDl0NoL/ecVQt
5fJj2qDX1An+FdpPkPIuB/uW0QMsCRopDR7UWBsOZKBsznmsD1hPy9E9rEEdBqjStgDUSwaV
+GagkgguBr+yjbx13+IB3Gn7CBuFu/6/lrfdP4du0v8AcQHk8gpbWrSEb+Mb/GJBCHj83ygN
rC3VtuBDj2o8+SnVGOhRFWLEwExLobfat9TtucNCbzgt96bI2rYt1BVrEwTDvhE1J26Fz/Bu
T+e5fnJQAH5kACGHqhUFxqRhVNbfZaP2kz+1NkfBbdeSfGHaECzNGOat5bMT9kHmUTz/ANEV
HA8O3oXQtpgo7SDWpZ+qewZwmOg1T7hFTCnJMAqRHRCS2V3VAnOYUHqAzIlhAJXy7X5rvsAe
h/qXYRY4zuR2Biea2k+4LV8h2Tnu9JWD+dOxDxPJFnJQZnDuDmFuE+iIOqyvKeUOn1Tc8o2r
5LAHARNKm7SDVv4F3eKwu2tSFXw38YYnkQVby+K53ZY4ZbCNwEFhyVRtAqT3E6IgXEdVYAuQ
CUbmpDa6LKIAI6lOdEfHqdf9yNZKBtXnldoLHKgRzJ1QAcdYQ5j3IlpM+q3ctE5DWd2RAPcW
+KBd1tA5Oxf+HhXwxtBkjotrv/64xxdW8NW3Ew/L50bWDHkP4lT0z/Su4gMhWxBEiOSYwQdT
ou0mBotoOfRl+TLuzzREYKLVAZSX9EDYgDkmFTOuEWrtHPKcmR7U8kunKdW1aV52IcbmHpZD
dBnHqn1KK8vUn61C58GUhyFuLi3NbAXIDOrP94t7V9aLEgejq1yQd/aBjPcgQXLBNqUYlB4Y
IXnkgxZBzhWvWbBmHOa1Vt0l3Yc13naRABXaA3N3QwAzJqwRlGwzqEWOEwnmiWw2dUcONFZo
oHNyeYKrSvkBK58Pz8ZVhYxWH9iAEuqFnJB1Ts55YQJ0T1DuJfRdpg5HJdXRYRMuiK+5kajL
F+SOnqVJAQNu7oUCKj2pgGUfBAnC6KF5P1SxXlNYsSZ1+ZB8n/Xh/qvI3PTg4wMrEqVHCFez
ktcwuq3WwqgGHdn/AKkGaaj6lJwnEKJAQUn3KMJh8NZVmEEy2iDScl0AxbMwgQWA5J/cpwie
aDPJ0TnBGM/xI2MFuqt4ad3n8gIJEN9/uQtWxBE5ZW8fktuDBuidvoRl8I38k2toUGA6BVIG
CVzQvaKnFQnHzM4CYFhqU8ORBTv8Uw9rI2OGhQACnz0X5uETw/MoUYV2ztLIuMmWX1e9SHXR
GGJGU+iYYKiVM8XsRUcyrbGJJclE5GgWGGuv8KBJVCD9kP7kdSgD7W/tRq7LpqizxqE2epXr
orGsSXZkSC6DzGBlDbFeScOPq/2ouemf5URt2gYxog0M0qe58HRW8lQ1oAKN7k2J1UZ96t5D
mADwfg5LAKxBeoLMnxZMZbVYZnTNIW06HKJIcjBTERkToqge1MIAlEu55YC6Nwx9GVGViVcH
QH6kWLk2wVOeEe1Afo/nTpwmwsugEyizVeFel5I1TGDyCLu3qFa2oOIX4dg4aPYFnIQIhEkO
tuHCJZDkndgOSsK2IGcotNhl13BrHDIYZdrM8IxuJ5pxDIE6nQoVIjRWecKcDBQu/baCttu6
lmbmt1cKY4bdS6vTMzyQJxoiwcnnyTHCsBEkfFDRCYKdySEA7dAtv5MjoAWdFxDOODrKZOnW
V3GfQo55ryEEnbWQvJltPfww7aIEQCUK6irk+1EjVSc9ECcp9U5TIiw9PVEDAKA2k2yTyViT
21hk9BkMhq5ZsBP8EGhkQ7EHKAMvqg8dE51wn0H50LOzh2CItrhMB6OF8pLdWQNat7VsDBpQ
F7BjnWUAQDTDIgaZVqWLEVjVCtRPMoVFgdxkMmInmreEg7h3AngVazfKGZ8lGwpPr1/VRBox
OoLofalSH5K4rDl36FDceqd/QJjqtSHQb2raCzckR0Mp8LuL+jLtoT6ogVCasLuuW9SFvpc0
IMVBynIN7B5LEo9zM2F5fGSXIDFDxkHeS5sPT5VCOs4VXw+iv5Bp2h+Q4hMneVKOwlnhlVi7
ubauEbVDWALFB7tqZW1zQc1teQYK7i7HRAgJw/dDIliSGhO2dEaMe0tyRB+XmqmunSU/kkkQ
y+X5XBbVMKBoynADnmnwt3JbuUrttaupaFYANUDC3BgSxfGUT5C23DZ/3L8ShcuzGf0kPLR6
yxGCh5A4dwxnBRGrK1T8ZQGyr82Cq1WcSyP4fkIA0JKNfKJ5j+5FmLOxyhzUH0Zbp9Eb/KDP
JVFcdcokZRmdpPwXdfa+eSP4nkFujhf49pLfedA1wtlQ8OiKdobO1xP7K3f9jyG45YCB8VQD
IMk5/WX6GqG2rNkuZVDgMg2qI1TWnkuti/vXTgOizwNRJ9VmDoD8q/EZ7EPWwdj+kjYsCBjq
mvaGeTqgRYWeGBQs4J5DT91WADDT1TeqYj5SWDLdtZvmif0VHaOZUFycoaPr6IAsYQDRjmiW
n/RCrPotoDA9EMxlRnmnJRGOSsBXGVuEke1kKgD1yxP2k1qjyEwXGn7KAqXqeStYuA8DRWlm
Pv8A1V1KDkdUSDjCmXyExawOqtQ4qSBPIomHRAw6ku2iJZw2E7MH6pgZVniDzTkkDlGP3kDe
5YYZgn2vyfVGu3ZXQgIG3eeZTVDdAmRu26WHTd2K1bWwQQhbEgZVIEWA9jKpHJE80NxAHWFa
tCDtiOXB+B6K4oQ+At1pJ+Y8l3jaNP0v9yrWuKhg6NiXqMuu20TlfNjVc12gtqFIbOVKMZRL
ZUBwQ0piIP5k76MhtDuvrQfTC7hHNEgOAWXXkj8AiX9yJqz2hCoAs4nVoQADB3LJ8aLazlDw
iAJPMp8MphtT1R1roeaLZWgfomAXlHU/WmI9USQzaLc7Og7ejJ3ZtPRTnms6Id5sIdv+SztA
z+W5E/NZslMzcOq5LyeNshnRq5gZK21JiQWRJs9idea21j0CA8lzMgIW8vkN/wBFmR2DOPRd
EyBEkPCIIav5kaAhqtCrShdl+JyED1R3N1RqCweG1XL61tHzeiBtaXgN/crFdoZOF1UokBbz
2mYTA7hnkgdUSQyOoTY6J0Qfl0JTKIGqFAYBc+5AOHOAmJ/9p+arWpYHQLbtgOomxyy7tIAR
b3JwcmR7ETUbigefwQ8p+W4ZzzUmMGU7g8lyQf3osY5araSQSdUdCxUYTj2qE7ygdFKYJz7V
sJqDYMAtCDARtbxvUh5kSVFKz0CcVqD6BBrJgpTVYlNWzk5yiTY7dRyRsQSDO7ogaD2hV7WE
K2jHGFl59VIaoyf+SI/69Ra5DYZl/lBIMknDfvLbQMSXP0RYTLJ5d8SiW1jRTyh0CAAwlB2n
VlgPzRIIf3JnJGsp/shGpsARlX8lj2guChcVcaREoWPa3uQAIPVWtbLRqjawjmUblhyQ2/BQ
ZZPrqoHomPKAV31FgzgGU1qVBP6IR2k0AwyYWNh1/wCS7yQVjOUCG5phIYuudkHUGU8+vVSS
TospvirW5D1Rtd92h9E1fIQOWV/9wknWE9/KQBlmXz2tY4GVW3kO6xH5fLwyyNgSyfBC7wWt
Ll1+FStdmH1Qsanbzcsy/wAZe+I7kWl7RCqT47AHJLhGtquS2q3DxjdzlQG4Yb6HNbqwWW0j
Byn00WmMoAszYKLQE9SuZJVgMsWKO4l3QqC/RVFxBA7hOi2i9RB1GUwO+5icN/tViZ9qItAW
0SOisCCBo63iHW8ZOqaOjoG3sROeTckwDnUpmg6FB2bA0VgJIfaUR5AYf7MIE56DRYY5x/cj
YSycZQDFTphQ8LLg51U+xbTg5Q2gEkYM/uoVuNp1/LvQNTDOGI/pTHdt9V/lPUAq/kvUU8Tt
42DQmQFiwPNNuYPzTggv+X2UcQIZGoyHQ8NWxLjmhWlYeCRNlXzearlnAj+lMBHBipxwbhC6
cOi2n4JkWDDmjYO7F/YmMkj2OmNQ+qBAHqjaNzexEVAknBQvYmj4J5/upvFdxqeX6vYh+Nbb
49WtlA+Op3F3Jk/soio6FNaQoHogSOiqDgCArAwAzIWrPMFFw9KsytoCnyykMThHnoiU1gHO
mqw41w6+VmW4MXbmh254HUck9cDRSE9R6lCx0Vic0BIJXJsHogCd1R7Vru6LcTGGKJPywK+z
gCWevNHaAB7V23I9CVN4OXJ/qQsbiM5UgE+iFtofQrlxbXixWVOigEsmEKS/AEj5cLpw9kIl
u4nKk5RrXJBARHlsBWNucoh6Aasf7V+LZtgB2see5YgT6IfHqCjDOm14OdE4hy6YBzzKYsDm
UQSE8e1EAAEFdwwU9QwAwE2vVGNcpveVtdwUymVCJZd3sKIGUHErdXCtQuxEnomcMDoFUUga
lDaxHNf5AG9H/lRFD2HHJcw3B0/Drz4czouqbg9l14QFKdQgo1UmVKgJ1CJJyWTvjKrYwmrl
3tUcka1P+QjV6z+3ZCtx31ABGZARc+xd5B1AK2iQBlc+vDC5JtVKw/0GaEW6rp1RByjEt9Do
scID8lMA6K1RVyRCDeKz6w6nx2b0KFTUVswYn1+0hXx0tYtoCVY+elqYYHKpf7wfhhRw68Pz
8JUrl68H5KUHxzUKCmKd2TrCtaoNrj5QMoX/APtjkWB/hQF7PYe1HyO1ScrducDA9EL2Bcy/
X7K2l6eXD2LF0HA8xqXNqNj9iqcliRAIYj9pRacEsjuy2nRbTbc4nT6DZRqCDYaaqUeXF0fS
AssdV6px+dMRHGQw04+id2ZEo0uWLR7U+a1yVyGXKgiPcnBD8lU4Drxnp9A/R6LnxYKE2WwF
3R6rtOU5TuwCeCoDoEBmQJLNoibGMoAjaIYP+shY1Naj4smbaWYC0SrAePcxkiw1/YUXJtUE
WodE7kuG+KYgBwyDkySwOqNmYbT/AC8OnB0LH5qux9VKPF3RW0wgmOqflP0HMJqh1AbnK7l5
L0lgicjUoi1Tap5IWq+8xtOiLBOMe3+pDLkl1UPIytVAKmpPogo4s0jgYKZ2PXgDUouuiPjt
ZsFwifD5BboSQf8AagPJ4iQIcSj2mrIn60+AgNOXA3HyjCO1zyHMrvqXEEIeKlSTeO7RVqSf
GTghmsreWhexEv8A2omvt5I7ueAsY5ZViQwZnOeMLqVzUKeEL0RbVFVuQwJ9vA8m4SVA9qmO
ifTVE1OMo1OSrVyCCPejTT2oW5ph83Jd0EckSxMz9n+JVrWTm2clbrBgTErHxUBRCk4RAkLq
iwlOc6pxng/LkpkKUzumscwBkrcO3x/ZdnKczbmsIkZKLrmnKLcpRpQwzEwqkh783KNT4ya4
NwS4IW/wW/zVkEuXI+yhXzgNUjaRz/ZTUi2dJRJAkzVQJ5I2vXZQM85TUDcJ4unwEGP/ANV6
I80Xh09yKrcJBkaIBOF1RdQXKYonTmmX+in/AEQ20J9AmvU1JAMuAg32Q0Stx1OTCFekvj+R
bfm57ZYBWFZDlmBwFSk4Bniyck+xlLlMAW5pxqinUp7WQrQbjyEn/aortBjuhPe09FuLk9T/
AEoVr8o4N8VEp2R0UtHVXqCC9ThbzzdMAMvj+5N5AADm1TlA0tur937SB8ZIFvmBz+ynFnYc
0RDklh7UL+V6yCKgpgG4MCuagFRVTjomJWqLZTXuK9CQ6FfD4zYfeIOV+J5iT5MsICYafQL+
5dkc1PafgjUCEbiQMogBgPtJzYEeiYyeaqQABajP7bJiXJ1/KyFZJHJWGCID5W+pzBxlWfIA
LeqA5D6JXRQUxDdUbEEgclt8f/XJ6ksyH4vk2V5VQIm33ioyF9aJQZMeAZc1h0TXJW55bCf5
PVEvHRbSCQPYhcfuO6O0mnkGmietWALWDoFsmHH7SctuKng7uo4RniCVt8dd1tSTCHlvZnP1
foIAtYj7RCH0XAX+qd36IvWeZTO1dRzR21FX5BuNfIA5rlhovut7CmBJLPOFPzahCpILzKv5
CMsxI/W4B4fQ/QlOMckXDcnQf2razo9rcPq4QuS66L049OAJIAUAELuqH6hTUEFWuPkeK6Kt
qCoOr5W4WBNnYjP6tkBUbdxBIhlXyEA6gNzCjjC5FOcJxqplAeCwrzJymtbePejbyCxGrTLo
Ghx7/oN9B2lRlNbA1TifoWFg8FPWJIKepcj6lusc6su7OkK1jNSRtHQcHIdsJhL8040zwbhi
U+i681PBuEIIcl9XDqEyfRbX2+PmNJQF7uAZcS37Km7Hkx/pTbm1wUa3BtUHrotv/W8YoDgl
0SbPWsnAyt3l7hoP+KYBhwjg+qL5QBwo4QHR3B0fw4Jlwu2zUyWZv3V3l0/P6b8G0KjiR0RO
ZHxU+oTIEenVVrQMwDj6DOxQEGp9/CODaKMqU6HIpwuTcGTnRRjg2UwyjS4kw4yrDx2JIkAt
/EmAn1CaoE8ym8l2fLZQJtazax/ShWo7RoWn9ZPxngyhYc/BW3DBYAImKeM4ObIybHmU6JXL
0TD5SmfCng3B8dPosfoWtAsA4JRGSNccANosAD1W6rgW6pnkKeHXRNbTXhHH0TMzL0krOVlO
88AefHC5FFOVITkAkapluPuTccPw5KFAcobofRClJHIf1dy3moFrTMldef0G4stxkBN8p6kJ
+igxyTW+g/BuFnLP6IkYc5W3/wBItB9yYseq3AwdAnENofoStfYywAixdDcTPJO/qo9vFgvR
TxdOOE4To8GZaJlC9M8Hstwc6Lb4XoD66fpVQt577jqJ/mXbUDqyjRdVK9Vy+gyYzoxwjbxn
aeX/ABVq2PdsIB6snyFlln2LPDIT0lQWKmxI1bCI8jmgBjqiKiHLD22QLGeis4cVhmQA96mZ
+C3Vg6oEliE9SEWL+iclOg2fVTKx2jBReE49qJQ241Uqfcswm04FQZXNMTw+tdCm+hC5IVJI
9EfxgbAYcoClRUdF0ThdU5XRB18OHVRwZBGdEYDLqmsPQrIcaLPcmJygFUCV6qzQrMJyULO5
EAIgiDJQZQnK5NhNbRBmjC6lMXbgA0BZnkjkk811QGEAMdOEZTnChB4PF0XTZCgQNVlwn58J
zom65TgOg0cG49CsKPoMnKhPoNVPD1RUe5Aak5TahOyBUmBoEGC6aohoV25rDgaJiAC6YB0z
MjLIQ/VO3qjVu3VOAz6r0XROiy/Ou0eqBdNonAdCJRHCU3xUIc+iLqdVlgmIjnhAk9qgRzUl
00KE6fKbCdQspkeq5rCZQpzwZTwPoiywmAROvCNUARC6Igsi+oYK7cw3uUiDqEXkdZUBHIPR
OdNUzvyTP3aJzlZ9igBcip9yKGVGnAqECCnUphwBCjVMeDVnmpgcGHHqgMHg6fgyk/8ApQeD
FdF1U55p88PRZ4f/2Q==</binary>
 <binary id="i_039.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RrhRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6MzkAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfqgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAZpwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO2G4EyJUhz/AAUBZJ+i4fEQFIFx
7fNJTDMruuxbK8ez0b4mqzsHN1bv/kP+g9Vqur4tpDLntxcloi/GsIBB/OA3bfZu/m3sV2XH
TYdfgg3YeHkOD8nErteNA+ytrneH0iC5JSC3qWJU/wBLHJycizWuhmpM93WfRrqb+ej4tb2V
fpABbYS+wN43H83+y3Y1PVi0UA+hjtqnkMYGEj+t7USCAAK3NSU0+rW5VFDM3GHqfZXF99Ew
bKnDZYKvzfXq/nKv7bFX9XCz2tyaMlgrfBcHQD/Ya/a9n9Vy1Y2ndB15PZZ2X9X+k5Vwutxg
2z95ssn4hpakpDk5uNSwYmJ+kz8gRSJBJn2+rbG7bRV9LdZ/1tX6xTgYNbC31G0MYwFjTuO0
Bm9Cx8LDxCfs1DKiQGktbtJA+iHOjcjSY4E/1klM68gXVhzWuZJcA1wg+3xUwTvHwP8A31Ac
SGwZ/L2Ra3e6PKT8klM3Exog2PDeefCCUr67dpdQYtH0GuJ9MnweE7twJBIIPGkf5ySn/9DW
uw62gtb0y3Q87Xa69tp9ynVhh1LqrMW1tbhHojc0fE+5X+n49dV9npAgbYcS5zpgz+eXLQgx
3SU4lWJsrNbankfSILiIn6HJ9qKyjI0DaZAOurTH/VIPU6cRvUH2GiuyyxrfVNknWNrfotft
9qLiZHS+m12ZWU+jDYQGCzVsz7vTbu9z/wCwxJS7OnPAIazbrInXnn6Lk9XTrmOL3brWxtLS
ToZnc33/AElp4uRj5dDcjFtbfRZ9Cxhlpg7T/muQ7elYN9zrrqt9jtTLnAeH0Gu2pKcarouQ
7dL7bXkaWOcQY+apdZwsjFxnHe9r3T6Qe5xkD6X0f3V1WP0/FxXusoZsc4bSdzjpO7aA921q
r9coZkdJyaHkgWM2giJGod9Jxbtb7f3klPJ4d2RsFAycmt4rFpcweq90w0Nayxzf5T/YovD7
Lnl1+W4agbXPPB/NDXP/AOirmD0C55caXNdS5janvcWuLD9P1K/V+0bmtb/onrSr6A9p2vv3
VjaHEASSS0Obsbt9rq3fT3/ziSnNxMXqVlDnYuVe8hpcfUcWsAbq71LH/R/zVr42D1N+Ri5L
s5oprElraxL2u+kw7v39vuetBtNNNFmNS3ZW1hG2ZI3NPuO5Qxi3G6dU6+wNZTU02WudDQAN
Xue+P+kkpswJPn27KrmZVOM0OuJ98hrWtLiY/ksBWZkfWG7KivpLPTa7T7Ze3T+tjYzvdd/x
l3p1f8Ysl8HJsf6jr7CYddY7e9w00n/Bsa7/AAVf6JJT/9Hr8Pmwju75qyDuBIIIBgkGYPyW
J9ZKsurpWzDcXPvtYywbg0uad3sZuLN29w+g1P8AV7plOI5trZFttY9T6TC2C71K3VfQe1ry
z6f6X/CJKW6s5v28tcNGsaNI7judpcszN6MeosryMi2unp+OXQ8fzocYFm51jmY3p7Wfzn84
tS19uVZdlNqqfbTa+qvF2EWPZW703i7Jn2WO2ufj/mKDuoYmVnnoXTK2XEtfZk2WFxprNeno
tLNzn3eo79J6f6JJSvqzgHCyLq8fKttwBUC2h5DmCx7t5uY5rGe97WrU6p1vpvSW1uzrRU62
fTZrJA0c7+q3cuU6t9Y83pPXPQxCx1WIxteRQZNdtrgLLnuc79NuZ7a6v9EtmvMo6viDqzcq
7Hw2/o7sctp20vaA+w2PuZZ9pbb/ACP9IkpvZ3Usm7pQzeiPotkjc+w7gG/n+nt9nrf8ag4N
mdk9MyTnEPtNv6JrHBxYwbdlb7KmbX2N93v2LMxep4zPW6f0yaGZD/Usy6mMrdWfZN3oOH2f
Y1rP0vs2WVrHH1qutqyMLJqrOFkgtDaAWbHbg71av8J9mdt/mXfzdP8AhElPTDqL+nVO341t
rbLdLBtLQAxh/ea71He/YxbDSLGFzQQHbXbXaOAIa4B7PzHLhX9SyHOFVdTaW49Lhj1Vkva2
2sBzbnmzc6536P8AnLk+B1rIHUWjcWWdSdS23Ib7bC8e39I5we19dn+F/R7/AE0lPSZ3WqMe
7NrxgMrIYGi0MI21lrDpfZrts/4Jizsmq7IfW/JO4VAelXzXWY/Mr+jv/wCFfvWh1KnGnIbQ
xrC/cbHNbBc41zud96TqJaDIGjT4dklNNtbDYzQHYPaedD7iq91JY6XQC5smDOskfRK02MYz
zOiFX0/KbUbL7jkFzJsqFTG7bNw0bs3P+h/LSU//0rv1jxrOs5jqDkGrHxYFDI9vq6+tdb+c
7/RV7EX6t5WVg4mV9tecpzG2XkiC7ZS3n1CPUt9Z3sr3/wA2sn7Ybcq+q1xl1lvpGdZc53t/
rNSpybsDCyrGH1A+izGc0zp6pBbc2yfzfckpgz62dR33ZGSQ82a1sHDD/gmM2/4Nn8tZWHn5
uC51mLc+i2wFr3sJBLfpbP8AO9yDUx73Mqa4AvcGNLpiXHZuctF/TqMPq1WNl2mvGAFge9ku
I/Nrsrn9Hvd/X9D/AAnqJKaGNjZWflGvHYbr3y6AfcY9zi5zvatvpmFZTiuxs2q3cbPVbj7o
bO1jQ+9rf6n0NzE3V83pFfoZPSLK6uoY1gh1LHNa9vu37ztbRZ/ZVrHz+r5uM282Y+E26Zub
WXWE667bD6VTXJKb7cN763UOqbXVYw12QADtf9Iz7nfnLjSNpPY7XAtrBABBNT2P3/mbW7rd
nsXW0syWisZWSbamOD3P3eoHlurvTLHU24/6L/B/paFy+O5ud1GpuQ80Y990O2kRXXbZuf6f
qHYxvv3fuf4RJTaxXenULg57XWsNbtoMwTss/rKxj4LsjMw2UWCpzLA4OeDuOwts9lcbn7di
2m/Wb6qdGrbj9Nqfk7C6bAIJJ+k77RkD1bNzv3K9iA7/ABjUD/vP9h+kW3jcB+d/gfckp37q
qXttaywttsDoLmlomC1jdU9bsVkMsFhhrXQKidD+9Y/2u4TT6jzWxj3U2NDhkFwLPcA9myXO
sZtn/RpnAw50y4gA8xpuPCSkeTkMqsrdRW3uS7Kg6fvsb6tTK9v/ABSr5XVsxu31CGmxzWVM
Aguc47G1hrrG+7+19BA6tgZGVdU9jGua2ossDi2SDu9gbY0/vol9LrMtjy0OqZv3bxpuOz0n
Ma4fSb7vf+Ykp//Ty82ovuyfSdufVfYWgfna7ds/2lYwv13BOMzbV6nteW/mn6LNzPpObY79
HYo559Hq2VU+aw5+6sOEGDDy3+smxMWq29wLzQSxwFwdDWucIr9X96tzv0aSnIA5reIc0kOB
5BH0mq3lZmVlsbZk2m5zPawuAnb+c32t8vzkbrYa3Ix2N2eq3HrGR6RBaLANu3cz/g9qoTLY
00GgnkpKU86EeWngur6c41Y9OwAgVsADtWkBo3N/tPXJO1Zrwefv/NXSYz3WCsCSxvtkEAAN
HYt+l7W/npKbF2XV6bmkB28bbA0x32v3OH0Vm4uV0XEYDi4pzcpxDG/bG7muLvzK6WH7P/V/
nLP+EWpifV/qfU2l4f8AZcU/QstEud/KbS36X+et7B+r3SOl0PFFAyLDWRbkXS5ztWss2j6N
H7/6FJTy+fn9ZxcwdPHTunjJMOaynGZcYJ2/u/vMex3tXRDpXVX1srvowLtZh2Ixrf7Csvd9
iud6rPVDWenZeABc5s+wiPc5v9v6akaMXHqtDrcotymOc9xssLtrR6rm12MOymz02f19iSls
Wrqfq+nlN9Gmo7QzHqa1ha36P6d53V1Vx72ql13OZ0uivK9N99RcWuprLW9i71HX2n9GxrW/
m1fpFodJecrpdRJIbYHitmrNo3uFTd4PqbWtDVwf1h6vlZ+dbjlz68XGsLKquDNfsdba/wDn
H27/AN7+aSU9vU9j6K3uY872Nc1pjc0OAdtc4T7mqrfWd36L1Q6QRvHt58vcqP1c6rk9Qwiz
Kt/T0OFe8mDYHAmox++303Md++r1/r74c6KwAZB90k/RSU//1K3WKam5oFoGyxjZc0H2gFwd
x9H6CBjYVNBfk0WGxjG+4fee+33t27l0X1l6aQz7fQC4DbvHfb7669rW+7d6lv6RyxbfSABc
ZYLDuJ1MNazX/Mekpzn9N6h6za24z3usAfUGAO3Nd72vbtKFlYmRiZBxshnp2sAc5kg6OG5u
rZXU4Nm3I6XZYCHPxjSGnnh7qnn+sxiofWjEffdkZrNfsfpVWgDXbZ/NWF35vp2e3/riSnBY
0uIgTGpHkPc5dl9VPq/uLc7KYRQ0D0KncPdEvusb/o2u+h++uc6BjZOX1XHxcdxr3bhbY0A7
auch/vDmfRHs/lr09ttDGSCG1s08gkpmZPOqDY8VWAPE12EAj4+3/pJfbsMmN5H8va4N/wA9
w2p8xgsx3tPIAc09tDKSnmOu9awMXJtwM+u+vPxWn7Hm1tDhaxw3V72A/nfzdjPSf+l+gqXW
L7seh+Oza+57RvyIcyxzXfpH1vqLnVt+jsWn17Fu6n1LE9f3dMxA6+yrQB930WVmz6Wz6Hq/
8H6iwupubfn1stcS66wPsqGhAc4enW2PpN2pKev6c62nGxRsArYyskzJA2hz/obvcvOs2l/2
+8aue6+2AOT+kevTq3s3tAY9gGjC5sAxwAvO+pNZkdazai4tqpdluqafFnq2tYHfuvs9ySm5
9W6cltuV6VfqehTXaQDpPqtc73fnbWNuXQZVxc4NAEBzQXSOR+btWf8AVrqVbejU4pqL7LLG
47HFmga9zjY4Xbdrnera/wDR+opuysa/MpxnU7rGEOaNsgggF0WOPv8AYkp//9XswHWVw6HO
mAeGuLh/56ym/wDbd654dNrx8wvuqH2egl1V7gA12/2UtLnfRfX7/UZ/wK2rMnGxcd+Rm2sq
orad1lhIbLj/ADcD+c3/AE2sZ+lZZ+kWS/q1/WTs6Tjj0WOl+dmBsDlnrU4j4du/wfr2f9tp
KW+y4bModWfZsc1gqbbcS2oAF3uqxvbZZdstfVvQss0uoy7cPFGUbGOsyXXS1pAbu9lYLPds
arLOhMru9XJfZ1C2dLbSXATztZ/g2rTf08XYtuPYXU1WtNc1kNfDtHhjo21bm+399JTz31Mx
33ZOX1p4ZUy1pprpY0taINbrHtn2+m3Zs/rroqMpgyHVN9xADhBEkH6Xf81RdgV4+DXiY7aq
MetgDGtZLhEl2tjv5X5y53O6wcbPxsimm8Y2O/0rnW1iphFg27peGu/qv+gkp66w5VpIDGiv
sXuOv9Zjfpf1Vltza6sx2E06mXWMbOxm2dwY1382x7diu0+tcdHAVt5e7XU/mbf3lB+DgPy3
ZbGGzJez0LbiSPaJ+gwe1z0lPPN6jkdSySzGa7Y8RQzTVhM25dwd9BmQ5racff8A4D1LP8Ij
joj/ANudOy2xa3HNoveTMgNLqNf5Fp+giZfSLsOhjMLc+h39LLZF1zz/AITJvaHWtq2t27KG
/wDBrSxMLaPWe8MaQNra6xU0R7mba2l1nt/4Syz/AIRJTddJaQDyIHzXE9Xxaqc7Pya8HKLX
05Lb7yWOqc+33faKhu3101u3rrqc7GttNFN1dlzeaw9pd8djXOcuWy7+inqV9NvXM6m71n+s
zUVVkH3VM9v0WfzbElNbonT3+riZTKrKcmtnqNuvdvoeY9lleMz0bmv22fTfZ9NG6Xi05rDl
1BvpVZVby4MFl5eAyuzddR/gn+99dH/XvUU8XKxBl1VYvXLs9u7acVzdwc0+3Y/natilwZkC
ljTj2hoFdTGs2WMDme83Ma39I7bZ+rb/AFvT/SJKf//W6TJxsTIsqtvqZa7G1qdYJDNw2vfD
vb9H99Uh1Hp2dlnFq9TIsY478qppDaiBt2Py6iyzfZt2b/f/AMLVas/rb35mXXTdkHGwWs9S
4MJkN3Eepa72e+7+Yx6W/wDCWq0y27IqGPisPTunNgNaxm217f5O4u9Fj/8ATf0l6SnTrszq
iGVW05jvzay4NyA0a/R/Q13bf+ErqVnGy7by7afTdXAtqurLLWk/R9vuZtf+/wCoszH9HGmr
HpFbY1g6u03HdPuf/nq7hvc+kOcC2dWg+SSkltFNlhe8B1gjV0u+4H2Kn1PEGd0+/CDDY6xu
kHUEQRt/zVc22B4e2zQmdrhI/spsdrvtPlsJP3pKZYeJbj9OqxfV3ZDmbrLH6gvI2t3M/dbt
/wCgqvU8+3p9AtcHWZDi2nHpaZFtj/oVsn3spZ9N71pOY5znBvJIbqeBG7f+KAekVuz6c6+5
9ho/o9Ra0MaSNs7vpu/f9ySmxsZi1+vkfpLhDTH0Q4+3ZQ381m78/wDnEDrOBk9QwXYVFzaW
XjbZZrIZLXOawN+l6jW+n9L6CzfrT1XHwcrp7Mjf6IdZa7ZyXBvpV7pLWuZ+kcrfTus42XUX
Y9wIB2+m72n/AME2N3fyNySkPTPq1T0nJ9WjJc2pzAx2O1jGNc4autss9z7Pcf0X+jWg59wf
ZUTWayHWU3wC6uIO27czZ9M+yzf70LPxsvJcyyuxjGtbtAcN4Jcf5DlzjOuYzMl7X9PyMx2P
uZ7K5Agw52z1DXs2/wCkp3pKZW5WQciW9T6cRMPbUxge4Ezta5p/nE37SyjntpNHqYosrZrV
YH1WS0Pury6RZ/grK/8ARex/pKvku6BsNj/q7bWW+4lzdjZ+n/g37G/5q3mMc2vGyTuZYHmt
7CT9C17trXMHt3NsdT79n/gaSn//172P0q6q85GU5lmRYQ4vdq1kDawU1D9xv+Eer37Pl8+u
7eRMgCJPxRhsedCOBEEKfqbXjST/AASUgdgXkzXY2RpqNIKvY9Xo0NbEloj4mFD1WgAzoNTo
dUU51LWbrYbW0QbOQB+8+PzUlITdboDUdOTuEferNGpc4RIbr+CYOqsrbYxzXsdqxzSC0/Bw
TfaqcZ1YtJi53pj+s7j/AKlJTeqEieSYXLdQ611Tpf1hNFpszMaxptZW0tDfS1a5tbfa31Md
7P8AjN66GjMxXU+p6rTVB3OmCPJw+k1657qBPULPtj6xQylrsbGqI/Ms99tj3T7n+1JTPp99
vWeuN6v6HpYdFHpY4eZfLiXOe7b7N/8A1C6JlTC2C0EdxHdZX1dLW9Oa1vDXuA8/o6lbO4Bh
KSmpd+ir21MBMPLKwdoJEua3+Tvcuer679YXXOrf0awgaODHOkR/LJ9N39Zaf1gv6jVhGzpj
TZkB+1rGgOdBaQXNb/IeWWLLq6t9Zg+GdPtc0QC+1rGz/L27m/S/dZ/NpKbJ6r1mZPSLR7dG
Egkfu/n7VdafUqrZcG7iZewEkcjTd/JWe7qH1qc9rhhVtaYaWu2k6/yhd+9/IR+l3ZGRVXfl
hrLrHOcK2jbDN2xu73P9zo3/ANtJT//Q3msrfBcxrj4lo/uTGimS70xI1EAA8R7SERgBaIMa
JniN5nd5eSSkDy1r41EhpGpHHKlUfUc9rnm1p0LXayD2UMgSQZ1Ig/EfFSxyN/Gh5KSnOyel
ZuNc53Rsh2IXnd9n3Qwu8WOPsbu/l/TQsi76x1ZHTndXewV/aBtbWWbyWfT3+kP3PatzLZTY
Gsudsa+QLBo5ro+mGj83d9NVc7Hqtpx6+qWenkY72miwOAbYQC32ane5+7/jElNjpWNh14Vt
tsPrqL3NPG7YG7/8+0PUG1PyWei95LmUttc7wc5z3Pfr9Jm1CcLR0mytoH0Wt3gggtLmh0/m
sc1n03q6yvGLcgZTmeiKWi/1CAwgGZsk7fT/AOgkpF0/qPTcXEZU22W0iXbQ57iXe6fZ9Nzt
35qvu6thClr3OfXUAHF9lbmtAd9And+8i4H2IsH2M1bOB6O0D/wJWMkw0l8bY13aiJ1+kkpy
s/qtdOEcuoMyWkgUhr9u4u9mu73fS/0e9Y1X1k6zdZsHStgAMhwuPH8rYxi2M9uKKH2YHpm4
em5ray2CW2sLGFgO3a5/7nverrOq2g7bsS1gM6sZa8SP3vTp9P3f10lOI/rfUGNAf0yXEwSx
7vCfzqSidMtr6jXj9SOP9ntDn1MaTJa3ePUmGsbsudXv9zFsu6pjFpPp5E+BxrwZH/WVXGRR
e8OY17Hu1cHsLCILW/pNwG1/7m//AAaSn//Z/+0jEFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAA
AAAPHAFaAAMbJUccAgAAAq4AADhCSU0EJQAAAAAAEPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoA
AAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50
ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50
ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwE
NQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABC
bHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAA
AAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJv
b2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29s
AAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAA
AAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAA
AAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQg
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRh
Ym9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAA
EGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNy
b3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVj
dFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4A
AAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAA
AAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEA
bGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEA
LQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/
////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAA
AP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIA
ADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAA
AAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB
+gAAAAUAaQBfADAAMQA4AAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH6AAAC
0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAA
AAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAA
TGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfoAAAAGc2xpY2Vz
VmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAH
Z3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9H
ZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09i
amMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAA
AABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH6AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVs
bFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5j
ZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25l
bnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAP
RVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGlj
ZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAA
AAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQA
AAADOEJJTQQMAAAAABnDAAAAAQAAAHAAAACfAAABUAAA0LAAABmnABgAAf/Y/+0ADEFkb2Jl
X0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMY
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQO
Dg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACf
AHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQAB
BQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVB
UWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl
8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIB
AgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTx
JQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2
xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDthuBMiVIc/wAFAWSfouHxEBSBce3zSUwz
K7rsWyvHs9G+Jqs7BzdW7/5D/oPVarq+LaQy57cXJaIvxrCAQfzgN232bv5t7Fdlx02HX4IN
2Hh5Dg/JxK7XjQPsra53h9IguSUgt6liVP8ASxycnIs1roZqTPd1n0a6m/no+LW9lX6QAW2E
vsDeNx/N/st2NT1YtFAPoY7ap5DGBhI/re1EggACtzUlNPq1uVRQzNxh6n2VxffRMGypw2WC
r8316v5yr+2xV/Vws9rcmjJYK3wXB0A/2Gv2vZ/VctWNp3QdeT2Wdl/V/pOVcLrcYNs/ebLJ
+IaWpKQ5ObjUsGJifpM/IEUiQSZ9vq2xu20VfS3Wf9bV+sU4GDWwt9RtDGMBY07jtAZvQsfC
w8Qn7NQyokBpLW7SQPohzo3I0mOBP9ZJTOvIF1Yc1rmSXANcIPt8VME7x8D/AN9QHEhsGfy9
kWt3ujyk/JJTNxMaINjw3nnwglK+u3aXUGLR9BrifTJ8HhO7cCQSCDxpH+ckp//Q1rsOtoLW
9Mt0PO12uvbafcp1YYdS6qzFtbW4R6I3NHxPuV/p+PXVfZ6QIG2HEuc6YM/nly0IMd0lOJVi
bKzW2p5H0iC4iJ+hyfaisoyNA2mQDrq0x/1SD1OnEb1B9horsssa31TZJ1ja36LX7fai4mR0
vptdmVlPow2EBgs1bM+7027vc/8AsMSUuzpzwCGs26yJ155+i5PV065ji9261sbS0k6GZ3N9
/wBJaeLkY+XQ3IxbW30WfQsYZaYO0/5rkO3pWDfc666rfY7Uy5wHh9BrtqSnGq6LkO3S+215
GljnEGPmqXWcLIxcZx3va90+kHucZA+l9H91dVj9PxcV7rKGbHOG0nc46Tu2gPdtaq/XKGZH
Scmh5IFjNoIiRqHfScW7W+395JTyeHdkbBQMnJreKxaXMHqvdMNDWssc3+U/2KLw+y55dflu
GoG1zzwfzQ1z/wDoq5g9AueXGlzXUuY2p73Friw/T9Sv1ftG5rW/6J60q+gPadr791Y2hxAE
kktDm7G7fa6t309/84kpzcTF6lZQ52LlXvIaXH1HFrAG6u9Sx/0f81a+Ng9TfkYuS7OaKaxJ
a2sS9rvpMO79/b7nrQbTTTRZjUt2VtYRtmSNzT7juUMYtxunVOvsDWU1NNlrnQ0ADV7nvj/p
JKbMCT59uyq5mVTjNDriffIa1rS4mP5LAVmZH1huyor6Sz02u0+2Xt0/rY2M73Xf8Zd6dX/G
LJfBybH+o6+wmHXWO3vcNNJ/wbGu/wAFX+iSU//R6/D5sI7u+asg7gSCCAYJBmD8lifWSrLq
6Vsw3Fz77WMsG4NLmnd7GbizdvcPoNT/AFe6ZTiOba2RbbWPU+kwtgu9St1X0Hta8s+n+l/w
iSlurOb9vLXDRrGjSO47naXLMzejHqLK8jItrp6fjl0PH86HGBZudY5mN6e1n85/OLUtfblW
XZTaqn202vqrxdhFj2Vu9N4uyZ9ljtrn4/5ig7qGJlZ56F0ytlxLX2ZNlhcaazXp6LSzc593
qO/Sen+iSUr6s4Bwsi6vHyrbcAVAtoeQ5gse7ebmOaxnve1q1Oqdb6b0ltbs60VOtn02ayQN
HO/qt3LlOrfWPN6T1z0MQsdViMbXkUGTXba4Cy57nO/Tbme2ur/RLZrzKOr4g6s3Kux8Nv6O
7HLadtL2gPsNj7mWfaW2/wAj/SJKb2d1LJu6UM3oj6LZI3PsO4Bv5/p7fZ63/GoODZnZPTMk
5xD7Tb+iaxwcWMG3ZW+ypm19jfd79izMXqeMz1un9MmhmQ/1LMupjK3Vn2Td6Dh9n2Naz9L7
Nllaxx9arrasjCyaqzhZILQ2gFmx24O9Wr/CfZnbf5l383T/AIRJT0w6i/p1Tt+Nba2y3Swb
S0AMYf3mu9R3v2MWw0ixhc0EB21212jgCGuAez8xy4V/UshzhVXU2luPS4Y9VZL2ttrAc255
s3Oud+j/AJy5PgdayB1Fo3FlnUnUttyG+2wvHt/SOcHtfXZ/hf0e/wBNJT0md1qjHuza8YDK
yGBotDCNtZaw6X2a7bP+CYs7JquyH1vyTuFQHpV811mPzK/o7/8AhX71odSpxpyG0Mawv3Gx
zWwXONc7nfek6iWgyBo0+HZJTTbWw2M0B2D2nnQ+4qvdSWOl0AubJgzrJH0StNjGM8zohV9P
ym1Gy+45BcybKhUxu2zcNG7Nz/ofy0lP/9K79Y8azrOY6g5Bqx8WBQyPb6uvrXW/nO/0VexF
+reVlYOJlfbXnKcxtl5Igu2Ut59Qj1LfWd7K9/8ANrJ+2G3KvqtcZdZb6RnWXOd7f6zUqcm7
Awsqxh9QPosxnNM6eqQW3Nsn833JKYM+tnUd92RkkPNmtbBww/4JjNv+DZ/LWVh5+bgudZi3
PotsBa97CQS36Wz/ADvcg1Me9zKmuAL3BjS6Ylx2bnLRf06jD6tVjZdprxgBYHvZLiPza7K5
/R73f1/Q/wAJ6iSmhjY2Vn5Rrx2G698ugH3GPc4uc72rb6ZhWU4rsbNqt3Gz1W4+6GztY0Pv
a3+p9DcxN1fN6RX6GT0iyurqGNYIdSxzWvb7t+87W0Wf2Vax8/q+bjNvNmPhNumbm1l1hOuu
2w+lU1ySm+3De+t1Dqm11WMNdkAA7X/SM+535y40jaT2O1wLawQAQTU9j9/5m1u63Z7F1tLM
lorGVkm2pjg9z93qB5bq70yx1NuP+i/wf6WhcvjubndRqbkPNGPfdDtpEV122bn+n6h2Mb79
37n+ESU2sV3p1C4Oe11rDW7aDME7LP6ysY+C7IzMNlFgqcywODng7jsLbPZXG5+3Ytpv1m+q
nRq24/Tan5OwumwCCSfpO+0ZA9Wzc79yvYgO/wAY1A/7z/YfpFt43Afnf4H3JKd+6ql7bWss
LbbA6C5paJgtY3VPW7FZDLBYYa10ConQ/vWP9ruE0+o81sY91NjQ4ZBcCz3APZslzrGbZ/0a
ZwMOdMuIAPMabjwkpHk5DKrK3UVt7kuyoOn77G+rUyvb/wAUq+V1bMbt9Qhpsc1lTAILnOOx
tYa6xvu/tfQQOrYGRlXVPYxrmtqLLA4tkg7vYG2NP76JfS6zLY8tDqmb928abjs9JzGuH0m+
73/mJKf/08vNqL7sn0nbn1X2FoH52u3bP9pWML9dwTjM21ep7Xlv5p+izcz6Tm2O/R2KOefR
6tlVPmsOfurDhBgw8t/rJsTFqtvcC80EscBcHQ1rnCK/V/erc79GkpyAOa3iHNJDgeQR9Jqt
5WZlZbG2ZNpucz2sLgJ2/nN9rfL85G62GtyMdjdnqtx6xkekQWiwDbt3M/4PaqEy2NNBoJ5K
SlPOhHlp4Lq+nONWPTsAIFbAA7VpAaNzf7T1yTtWa8Hn7/zV0mM91grAksb7ZBAADR2Lfpe1
v56Smxdl1em5pAdvG2wNMd9r9zh9FZuLldFxGA4uKc3KcQxv2xu5ri78yulh+z/1f5yz/hFq
Yn1f6n1NpeH/AGXFP0LLRLnfym0t+l/nrewfq90jpdDxRQMiw1kW5F0uc7VrLNo+jR+/+hSU
8vn5/WcXMHTx07p4yTDmspxmXGCdv7v7zHsd7V0Q6V1V9bK76MC7WYdiMa3+wrL3fYrneqz1
Q1np2XgAXObPsIj3Ob/b+mpGjFx6rQ63KLcpjnPcbLC7a0eq5tdjDsps9Nn9fYkpbFq6n6vp
5TfRpqO0Mx6mtYWt+j+ned1dVce9qpddzmdLoryvTffUXFrqay1vYu9R19p/Rsa1v5tX6RaH
SXnK6XUSSG2B4rZqzaN7hU3eD6m1rQ1cH9Yer5WfnW45c+vFxrCyqrgzX7HW2v8A5x9u/wDe
/mklPb1PY+it7mPO9jXNaY3NDgHbXOE+5qq31nd+i9UOkEbx7efL3Kj9XOq5PUMIsyrf09Dh
XvJg2BwJqMfvt9NzHfvq9f6++HOisAGQfdJP0UlP/9St1impuaBaBssY2XNB9oBcHcfR+ggY
2FTQX5NFhsYxvuH3nvt97du5dF9ZemkM+30AuA27x32++uva1vu3epb+kcsW30gAXGWCw7id
TDWs1/zHpKc5/Teoes2tuM97rAH1BgDtzXe9r27ShZWJkYmQcbIZ6drAHOZIOjhubq2V1ODZ
tyOl2WAhz8Y0hp54e6p5/rMYqH1oxH33ZGazX7H6VVoA122fzVhd+b6dnt/64kpwWNLiIExq
R5D3OXZfVT6v7i3OymEUNA9Cp3D3RL7rG/6NrvofvrnOgY2Tl9Vx8XHca924W2NAO2rnIf7w
5n0R7P5a9PbbQxkghtbNPIJKZmTzqg2PFVgDxNdhAI+Pt/6SX27DJjeR/L2uDf8APcNqfMYL
Md7TyAHNPbQykp5jrvWsDFybcDPrvrz8Vp+x5tbQ4WscN1e9gP5383Yz0n/pfoKl1i+7Hofj
s2vue0b8iHMsc136R9b6i51bfo7Fp9exbup9SxPX93TMQOvsq0Afd9FlZs+ls+h6v/B+osLq
bm359bLXEuusD7KhoQHOHp1tj6TdqSnr+nOtpxsUbAK2MrJMyQNoc/6G73LzrNpf9vvGrnuv
tgDk/pHr06t7N7QGPYBowubAMcALzvqTWZHWs2ouLaqXZbqmnxZ6trWB37r7PckpufVunJbb
lelX6noU12kA6T6rXO93521jbl0GVcXODQBAc0F0jkfm7Vn/AFa6lW3o1OKai+yyxuOxxZoG
vc42OF23a53q2v8A0fqKbsrGvzKcZ1O6xhDmjbIIIBdFjj7/AGJKf//V7MB1lcOhzpgHhri4
f+espv8A23eueHTa8fML7qh9noJdVe4ANdv9lLS530X1+/1Gf8CtqzJxsXHfkZtrKqK2ndZY
SGy4/wA3A/nN/wBNrGfpWWfpFkv6tf1k7Ok449FjpfnZgbA5Z61OI+Hbv8H69n/baSlvsuGz
KHVn2bHNYKm23EtqABd7qsb22WXbLX1b0LLNLqMu3DxRlGxjrMl10taQG7vZWCz3bGqyzoTK
7vVyX2dQtnS20lwE87Wf4Nq039PF2Lbj2F1NVrTXNZDXw7R4Y6NtW5vt/fSU899TMd92Tl9a
eGVMtaaa6WNLWiDW6x7Z9vpt2bP666KjKYMh1TfcQA4QRJB+l3/NUXYFePg14mO2qjHrYAxr
WS4RJdrY7+V+cudzusHGz8bIppvGNjv9K51tYqYRYNu6Xhrv6r/oJKeusOVaSAxor7F7jr/W
Y36X9VZbc2urMdhNOpl1jGzsZtncGNd/Nse3YrtPrXHRwFbeXu11P5m395Qfg4D8t2WxhsyX
s9C24kj2ifoMHtc9JTzzeo5HUsksxmu2PEUM01YTNuXcHfQZkOa2nH3/AOA9Sz/CI46I/wDb
nTstsWtxzaL3kzIDS6jX+RafoImX0i7DoYzC3Pod/Sy2Rdc8/wCEyb2h1ratrduyhv8Awa0s
TC2j1nvDGkDa2usVNEe5m2tpdZ7f+Ess/wCESU3XSWkA8iB81xPV8WqnOz8mvByi19OS2+8l
jqnPt932iobt9dNbt666nOxrbTRTdXZc3msPaXfHY1znLlsu/op6lfTb1zOpu9Z/rM1FVZB9
1TPb9Fn82xJTW6J09/q4mUyqynJrZ6jbr3b6HmPZZXjM9G5r9tn032fTRul4tOaw5dQb6VWV
W8uDBZeXgMrs3XUf4J/vfXR/171FPFysQZdVWL1y7Pbu2nFc3cHNPt2P52rYpcGZApY049oa
BXUxrNljA5nvNzGt/SO22fq2/wBb0/0iSn//1ukycbEyLKrb6mWuxtanWCQzcNr3w72/R/fV
IdR6dnZZxavUyLGOO/KqaQ2ogbdj8uoss32bdm/3/wDC1WrP629+Zl103ZBxsFrPUuDCZDdx
HqWu9nvu/mMelv8AwlqtMtuyKhj4rD07pzYDWsZtte3+TuLvRY//AE39Jekp067M6ohlVtOY
782suDcgNGv0f0Nd23/hK6lZxsu28u2n03VwLarqyy1pP0fb7mbX/v8AqLMx/Rxpqx6RW2NY
OrtNx3T7n/56u4b3PpDnAtnVoPkkpJbRTZYXvAdYI1dLvuB9ip9TxBndPvwgw2OsbpB1BEEb
f81XNtgeHts0Jna4SP7KbHa77T5bCT96SmWHiW4/TqsX1d2Q5m6yx+oLyNrdzP3W7f8AoKr1
PPt6fQLXB1mQ4tpx6WmRbY/6FbJ97KWfTe9aTmOc5wbySG6ngRu3/igHpFbs+nOvufYaP6PU
WtDGkjbO76bv3/ckpsbGYtfr5H6S4Q0x9EOPt2UN/NZu/P8A5xA6zgZPUMF2FRc2ll422Way
GS1zmsDfpeo1vp/S+gs3609Vx8HK6ezI3+iHWWu2clwb6Ve6S1rmfpHK307rONl1F2PcCAdv
pu9p/wDBNjd38jckpD0z6tU9JyfVoyXNqcwMdjtYxjXOGrrbLPc+z3H9F/o1oOfcH2VE1msh
1lN8AuriDtu3M2fTPss3+9Cz8bLyXMsrsYxrW7QHDeCXH+Q5c4zrmMzJe1/T8jMdj7meyuQI
MOds9Q17Nv8ApKd6SmVuVkHIlvU+nETD21MYHuBM7Wuaf5xN+0so57aTR6mKLK2a1WB9VktD
7q8ukWf4Kyv/AEXsf6Sr5LugbDY/6u21lvuJc3Y2fp/4N+xv+at5jHNrxsk7mWB5rewk/Qte
7a1zB7dzbHU+/Z/4Gkp//9e9j9KuqvORlOZZkWEOL3atZA2sFNQ/cb/hHq9+z5fPru3kTIAi
T8UYbHnQjgRBCn6m140k/wAElIHYF5M12NkaajSCr2PV6NDWxJaI+JhQ9VoAM6DU6HVFOdS1
m62G1tEGzkAfvPj81JSE3W6A1HTk7hH3qzRqXOESG6/gmDqrK22Mc17Hasc0gtPwcE32qnGd
WLSYud6Y/rO4/wCpSU3qhInkmFy3UOtdU6X9YTRabMzGsabWVtLQ30tWubW32t9THez/AIze
uhozMV1Pqeq01QdzpgjycPpNeue6gT1Cz7Y+sUMpa7GxqiPzLPfbY90+5/tSUz6ffb1nrjer
+h6WHRR6WOHmXy4lznu2+zf/ANQuiZUwtgtBHcR3WV9XS1vTmtbw17gPP6OpWzuAYSkpqXfo
q9tTATDyysHaCRLmt/k73Lnq+u/WF1zq39GsIGjgxzpEfyyfTd/WWn9YL+o1YRs6Y02ZAfta
xoDnQWkFzW/yHlliy6urfWYPhnT7XNEAvtaxs/y9u5v0v3WfzaSmyeq9ZmT0i0e3RhIJH7v5
+1XWn1Kq2XBu4mXsBJHI03fyVnu6h9anPa4YVbWmGlrtpOv8oXfvfyEfpd2RkVV35Yay6xzn
Cto2wzdsbu9z/c6N/wDbSU//0N5rK3wXMa4+JaP7kxopku9MSNRAAPEe0hEYAWiDGiZ4jeZ3
eXkkpA8ta+NRIaRqRxypVH1HPa55tadC12sg9lDIEkGdSIPxHxUscjfxoeSkpzsnpWbjXOd0
bIdiF53fZ90MLvFjj7G7v5f00LIu+sdWR053V3sFf2gbW1lm8ln09/pD9z2rcy2U2BrLnbGv
kCwaOa6Ppho/N3fTVXOx6racevqlnp5GO9posDgG2EAt9mp3ufu/4xJTY6VjYdeFbbbD66i9
zTxu2Bu//PtD1BtT8lnoveS5lLbXO8HOc9z36/SZtQnC0dJsraB9Frd4IILS5odP5rHNZ9N6
usrxi3IGU5noilov9QgMIBmbJO30/wDoJKRdP6j03FxGVNtltIl20Oe4l3un2fTc7d+ar7ur
YQpa9zn11ABxfZW5rQHfQJ3fvIuB9iLB9jNWzgejtA/8CVjJMNJfG2Nd2oidfpJKcrP6rXTh
HLqDMlpIFIa/buLvZru930v9HvWNV9ZOs3WbB0rYADIcLjx/K2MYtjPbiih9mB6ZuHpua2st
gltrCxhYDt2uf+573q6zqtoO27EtYDOrGWvEj9706fT939dJTiP631BjQH9MlxMEse7wn86k
onTLa+o14/Ujj/Z7Q59TGkyWt3j1JhrG7LnV7/cxbLuqYxaT6eRPgca8GR/1lVxkUXvDmNex
7tXB7CwiC1v6TcBtf+5v/wAGkp//2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBl
ACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBw
ACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4RB3aHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENl
aGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEv
IiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkv
MTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53
My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRm
OmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0v
IiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291
cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlw
ZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5z
OnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wTU06
RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmEwMTEyOThhLWVkYzQtMTFlOC1h
NTdjLWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1ZWJiZWEyZC1k
ZGU5LWQzNDUtYmZlMi1kM2IzNjVhOWFiZDYiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0i
eG1wLmRpZDo1MTdEMDAwN0FBMTAxMUU1ODcyNEIzQkJBMjQxNEE3QSIgeG1wOkNyZWF0b3JU
b29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRl
PSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjUwKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0y
MVQyMjozNTozOSswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNToz
OSswMzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIz
Ij4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZjNkOTI5
MDgtZjZlZS0wNDRhLWEwMjQtYTkwZjhjNDhhYTgwIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjUxN0QwMDA3QUExMDExRTU4NzI0QjNCQkEyNDE0QTdBIiBzdFJlZjpvcmlnaW5hbERv
Y3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NTE3RDAwMDdBQTEwMTFFNTg3MjRCM0JCQTI0MTRBN0EiLz4g
PHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQi
IHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OGExZTkwMjUtMWFkOS02MDRmLTk1MDEtMDVm
MTExZjEwMjY2IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjQ0KzAzOjAwIiBzdEV2
dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0
RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmYzZDkyOTA4LWY2ZWUtMDQ0YS1hMDI0LWE5MGY4YzQ4YWE4
MCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTozOSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFu
Z2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFt
ZXRlcnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDph
Y3Rpb249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9tIGltYWdl
L3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RF
dnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1ZWJiZWEyZC1kZGU5LWQzNDUtYmZlMi1kM2IzNjVh
OWFiZDYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6MzkrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNv
ZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6
Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3Jp
cHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9i
ZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMi
FxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsU
Dg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/
wgARCALQAfoDASIAAhEBAxEB/8QAqAAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAgMBBAUABgEBAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAgIDAAIDAQAAAQIAAxEEEgUhExAxIhRBMiAjFTMGoEI0JBEA
AQMCBAQDAwgKAgEFAQAAAQARAiExQVESAxBhcSKBkTIgoRMwsUKCwtLiI/DBUmJykqKyMwTR
8vHhQ4PTFEASAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPRzEBTBEdPETEnT3HdP
FR2eJriSwxQ8XDVDCGSKFyqWXAR0xxNazQLLcfUARbonDEhzNgWbkmc/O2xnMICZ47u4Ho4O
Ogg1sOieI7hOgoIiYO6OCgoOnpO6JOmOJmJI7oB896SmMdhXTQ5BD+QBZRSpj7Y3zpiSY7jh
Ljymu7z56ksrQAJkB9XgdURQH7irBJAJHZ0GkynZCiJJnuFtW0iO44SEie44YELgQaAkJPRI
Q9x3dJ3Rx0xJHTBTw/UceRs78mEWzJja1kTo4iYKCRniJHiMrYk8v2/nFJijOKzbMHastOKI
DGJEkQhEJEwMDeGSZ7iJ5YfVeLUTxAmIINAdyuGSogo6ApHiZgRnK4bAQMlch8Ekx3HdwjJr
kNgIGwDDu4SZCSYjgRbwvjEjpgnh4Pg4IRkkhkGY4Oe4k1MO7oOS8SlYVbEMISRngIx5Nicd
ZuzgtNvsxhfjz7DenIeaHZkGnNAi5FOS32URplmyaPZvGlGYZo9nKNccZZuRkcbPZHGrGIBu
xhtNeKTC3FNJpdi8bM4ZmzOYwu9VkuQEhNzNImeEmCg7u4ESgiJUL4IGLBJYiuQbhaKRaWC3
oCjgDJcDZTJ0MEmGAKXZkpXe4PF20GZZsSV1XYKcXAKdPTxiL6LQVS3fMdmpSKDLBFRekJSb
bYUGPqFwLUGTqRrDhKCJ6SI6AemCI4ClU2BModszBbtcZZ6EmaWgJR5UD5VA465jSe0qdZkR
LuEjZrBQqAwHiT6QptcUhvqMbO2MkTZr2StfztArzYARNgiqVoBhsvlYr2aW217R0jJ0xIM9
JAks6j2eNRY4A9ARWjUtkT0nQUA9MmLOhTC4oB4mFw54ju47pkiragx52OMvtSTFfp8dBQdH
cB5L12CYznuEaeXpFVgsImWiWnrCLAkTk6uaFo5947u4nu4kUYxq4S9ApWOAZMAbKmrHPRZI
6eOieIieKuddpkNUY9iXF2cTJPYz5H0hamOJieO7pO7pI6eIiYO7oIx9XPKxzwHbMiZbxSew
xLlNFmowq1muS9TToiiWM3MaLsNMct1MUxZBxzDTU0SyYkT3QT3QSM8UqN/PJFsgTIHm4sgK
3skD27vGeyJmCB6eJ7uInoJGtnGzHntYtZetnCJITW7pIgxBMTFNUwqOU0bUs0xsVcsNVggb
IMKrG8cmyoqnJA90moMyOMSOieJ6YO7pM+s6qO5RE42xpGDqtUQh6QNzO0ju7iRHGNc/N3ja
qNaeHsb+cZm+jTLOdoUQaz6xq0KdU9G/zHohswQBjJVOtmGhlsAfLpElPEwfEdBE17PFYbKQ
Y5hoBPFoRxDQrZRm1o+W2DSnuMyns0RPOIr6tC0Tib+aIadksN85uljogpYG3UMQPS8UfS+d
9AKz7iStfpaA/N0PLGm3I3gsgCL9iiI3V8vuFytS0jx2tdaVa1uuWxYsgTEEpkBvGDBoAFjC
oTYLxP4qeV9V5QbpZ3oytpoktLZklZjNMxtnOSbHdij5xfRCQv8AmzMvZ5Hrrvh/QC7WrQEz
dSVrefRNbHddM+nXg9KPnLhqKowTqYt8oX86yK0c0Df1cL0QhRgV61yuWgcIsXCLIuOMeK2V
uSZVjWSI40Gv0wLwLPmz0FnJumjZp3ycrVAyrPcF0UzPzY42vRZV4PxetghRBHMXx7G5hyHn
KcJO0QaNDzgrukGZaXFKkl9fXMoWgDWuVTV9D5j0ZXIWCl2axcHuJGYBhvCo6QzY4rm0SoFo
CzSt+dMhW6JiG0Td3MTRLWZc8eWdDDeb+X2aAxLgpRwajUF3GD3SaRFpFZgcWUxwePrVihVn
iJZxDE3BVkSK7HcBn6VAb6jA9KIN/FWpp0Cw2YO6wZUG4AoqVE2xyxNBdEy1NOTSxNKgG1Ej
M62guPo6xmYXofPndBADEhSJA9Eg8UE26nozIn0lYz+c0r2DeI6zApFusYYC4rwZib9S6Sqy
wpne4qtsJNG0BkRIjlLI5NyqQbBAhklZaZLIVrwkH5wFirsFRHVCxItKEkJY2vP6JHn9bIJk
eCHpOY6qReo6xbi1YPKzueaPYq8xoGuWVQNyrktNK9VpjblLQPPBAE8N8q7+lbKzj4GZg7lk
Ql4FR5rCRYQNrPEMSWFIyYxTXH6FK6Lq288uthhj0btQfZzbQa3KLS54yBICZgiNvD3ReR6j
zozf8vZPQFhVD0/lhEFq7o224By4eUXWuCotzTNKYJ3sLQPWq85mHpM7LEuJRwY8I313ivSl
ytoCQ3pBGYOEoAZBGL2vxm3TEXQvGQYsMSldpAcdYtki+NKIMyuaw+giNXIaeox60CRIQTji
IngdXK3Bra9gkLCRTZAnH1s0owekZ1rbtnnZ3xMTtlJnNuEVKm9J5nU02nSlZbXTuCpMCIrP
DbXM7mGVwNIYLgcdR5mZ+tkjKtsSnZquNIekRn+gwSJAziGBnA0hTQImQJkeI3cTbCISIhiw
4hIzqyzXHCI1M+K41W9UMoD4PSjdMsdiTF7bEx7UtLrKdwWtsGaFDIPYO876EMkgWBSA9KZF
Ohpj5+tmBELBFa2sLQy4NigVsxh1M8CegJiyOXMEyJASQBbWNtDIFQ9BQLguBqmoSQ3Sno7T
yc+xYPIa+ncEWs+kb8YGyPjGA3ZUYVeaZbAUFHHZTN/WxNgZAwHAQEPLCZTaV8D0fmiwQMOg
lnWq7hLtHOLmD6DzhMxIUDwwSWcQMAmOH3qdkaxYFpLVi0FZKUei0TP0yA4SrlS3Zok2ct5f
rG4U0hF0b+KX7QWQkOrlfyGjlkxMkbOMR67lvAFgCgggbK3FPF2M0z7CeLM1OLFvNumi3MrF
nMYsmOkiYk7o4goIgSgZbpmaB1zLlezrlDVMiImAegiEWgDpvgrKqGTqUCLdDuHYejRN23Xc
GEyeIrW6p0zxxCw3LuNeNCRMRPQJdXsFfL0aJUg+KwagGZaaYdK5UFR0E9HExMETEkTxAwUD
HKsirSvTjXxJ09B3TAK3Vx8paUbqqBbytxZgWEuLyqNcr3czVNw6hljqdo8UuwkHukhosGbe
B6AssoWzliIuzWtCEWaZkGxRcbnyWmLaVOOyZIeizCg3cvnnKPqvKkzHAzEhd1wrXFbwWpBH
dMkdMHdPELaJVYKC/wCM9pkHmrlSsam5h7JQrOrlbSqapowwhcNQeU6wordDyJJ5X9JmeiMW
0SQRNZNmjdG52xQMhV2kcc8GtwCrK5NXG2Mg2npcB5n0OOZoFxDlEdr5JnodfL1yZ6TungYK
QJIA4ghFLRol0OSUPK2XF+xeyRCH1APTYnpRkTJHTJ5ZVzGBILpT9P5jaNx0AVBODsy+oVoV
7pZTxmVlenwRQSBYU+sGmDNnM0s8u3cfXKtK9nisv0/myOmDrdX0xrmsCxwSHNRZejN405ov
GwQk1bKAVMWea2JeVUWkis9tcuej8zulvq5FrkMPM5t7PD1MrWMbTy7J63JrCbCH1CYzINTT
ztAexcAquVTGVr5gmtpqBt2wKmfbyTY1FtMyvd4s+d9PXPPV/TeaGe18d7IhbACNbCCkwYMR
NaywrWqiTRVKyAJZA5lg41JM2tt4R6HcpXgujiINB5rO2aIi/WvGPYqXCyuhqG5h7GMVZ0SB
28DdBtQsesiE4m3UKLKukNXMkwsxTmgMGqg7Ov0CqrrRd9IppA8Aq1nWi2VQyFskALXFUGUy
y3LvkZLM00hGB9k3lPzHrso27SmEx3EJdAupSwzTs4vC/QYFg26CNkz7LcEdfLQM3bzdE4wY
NQt4SSMqqtVSkdmoXBxwLIHdFOsNBzdXFMTcz/VHGVUgBYVXRSNtqSHwAjhUZQxvS+WLmnRv
HnmmsnaAS2rN0wurvLfVrAXdx0TxTropGrQWJW3sqyWH03i8H0cmft1mAW1tFkLQ4VZIV1Uu
5uVTLIX9QxL9ggTgziGQs7aErWBITVtwULLVGdm6GQeodgbocqEbLXiQtCKFTTF1nKMJWjVL
yB0inac0UbgI4YDHoPPI9Rx5aPSMPKr9hXPLM9FWHvRVLCmXCpo0boHdIdXPyB9LWsFbWrEa
B1XBJdJVc4wGdB3CRBQkYqsBGFvtPNj6SsYXo/LegNJ1LSJgEkHIhyBncMgZugRl6TDIOUEL
p4B6VnkNI9ISbB5rN9EkwtJ5FYX0yeHSHWVkUou0zRfQ0BfdBTY8QSkCQdBllfUOs4pGz2Rd
LUoSXopuDQ7hBMEDi4lbIPLNtrNXSHha2ZpeE5EvXTNKrW2RFqOOGYJQ3MPOlY0zOq7qh90n
FS3XoGxXgRas2oapYQG9YouG2fLma+ti7IsZAIZAZWq4pqV16poHXWXgpwdU2pMzSpLNdZCc
JAFw8QJgQPMKFm3w9LUDQkhFe4oT5q7BvXRI5Ls0s2aVsJD4AIuB4lEknhyJATcqGcnMpm3G
LJqVJMoxZMV6PE2hcTUFZNeCd6bgU1skuUj1yjdYI0BkliGjJ6CVkgsTUMsKNYLUNLBQQEdA
S2KDpMyCr6TN3QijhOBoUjUcgy0VYixySDz7eQWgqkWFC4pX3PMDP9YZ4sParPPalqqNq6ma
XrFW0UM+7Bk2aOmXKlLiNCHDoCSBEwhJYdupbGcJEdEkA2AYMBLluHF0iHKaV3EYJdJEgRMS
owOq556mfM2z0hZmicfGRUvwUa+kkyQzkG2eDJuHiMNQcyS7cxd4uosgVL+VrGVnWMotw3RK
1iUDSrSWuruJDhHBIFiyiyCcELOOOEgCEuAaLQiCSOkyemDuy6B6IcrWCS2seVZW9EVJ2ZKD
rZFHrwEGPHLKCirSWATIF8+BNe2ZnXDEIWLKWpTuHjtC2wTDXFdtkipLpKs25Ka7pGZ2gRz1
md0qIKvxYGtxaJTAmLaRPcGUEcJwefzvTeRLO/4+ye0wMzgPTZe2NMTOmCIExIAlnUrWEMVl
Qbd3y0nqg81YNlmKJsnj7ZZBizrCLBWiIBEoCatgsxIOCgiZ4mBYTLIAFgixbwoXAAcyc8CJ
AwGEBhRySPPehzjzmhU0DM06esXLMGQcEcQkcBCCpygCiCkrTEp2bBlTrYlBrjKw2UHDIjLN
d5WjuBmGAHHBRAFiFkHHQcayHFWkfy2ER3HQQkRMkkAllRiSQkHEATh8JXfZrFbUo2DWMSJI
ZCKOBiOAWUGPnFWNks9Jtt82w9EGDxqNxlG8rNA3HA0J6WlMq/Fiaklvq3DYSJakCDJUk8Ej
IGTgPONZnltI14VIc9xFC7kF8VVzcLEuF+iAlSwdkr13IK9yjoGnIyGQyH0gQPSL7uMKh6jj
zHeo4wD3BMk9XjMXrCZdbcpFuF0TWfWslGQIme4kZgGD4VLRF8QgyRCZmB4c0zcz09AyiCsb
N/ysnqcWjxsgTzrlLXK0aNAQwFDKmjXM7bpaI2UmNkZGLICeGCZrtA4aRodkrNmcJhtdkuNA
a4FiE8FR0JItVrBnsWZxxxIlB3dIqSgFbEhMVwfBxYkTORZWV0WoMbvSyYND1vli7fzLQ/Wz
rw7Kv5JcrPpmiLeKj8sTZLJk0ixNEuxSYXJweN1aSMnM1VGSekJTfatmbOoBlq26xk19zPPQ
sgyHqcZ7BI6Yk4ZAkh46e4BTkE9HBT0hmJjAKBFa+BX0cHRH+b9PklO4thesJYdm2aRp1rKi
3mahGPbvmV7HGQfSLExK1bQIzQ1ElG5ReaJTJHFwMHAAs4UqyBTYwAXKMpkJEzBkAYnRPARB
E17CgRKAujhjlMGiJCHRXCr6aTmVXi6doQbMQVltYPWwC3MmAUSEXSd08AJiLappyLCCrm62
YXCpmaDsBxuz56T0EYgmz3nzN0EILhrYf//aAAgBAgABBQD/AONB/9oACAEDAAEFAP8A40H/
2gAIAQEAAQUA+jnMxMGYmD/gJ5h+2vpSUsHrjffiFTHZgA2IEUzwI3gbYs9dFZSvxD4+MibV
4Ra25KMGXNxjgQL5GeQYLBWHiU8IeDTsxxr69D+utbCNWSFUifln+MzPwJkRDkTxPOczMP1M
+PjEJ+AZmAzPzmeJn47Kolus3BPJFiZAutUo4ZSAYtIyTiAeLmUKXD7Kwz7+BO0RhV126LCG
82ILEdXqBdgv5tPWAaq3zxGLEE3iLL9NRXrBwT85z8DzM+fin+mZnPwSPjIE+x8ZmWh+8Ymc
zMB+BiY+PoTMuqFiuP1b9faFtQsEJDRVA+PuYl23XVF2nsfS12SfUz4ziAn4sTmmxRdovpdg
mwqtiOA6vrKZXrlB4nMCNbmbmwKk1Nc32CkABQJkQ3iNsALVcLAT4XyCPyMEpP4/UP1kzGZn
zAfg+RMiEQ4gExAJnz4+PqH/AA2tSu2JY+vZX2FLlLVJFk9uI+yEDdi7Bfds3LpqTgKPsAfA
+DOypptpBs07dbsVsWq0NM4hfMLMDljL+wrpCvft30VV0IDM4jk8HfZAU7RGoX5OSRWDCRyx
n4qAhhg+MQCYjvxAtWGwT2mGYHyMY/nEyZmH5J+N7XU13JesXY2Ff9nc4ps2EWWM7Jr2udfW
roTKiBp/Hn4IEzBLa0sXb68QpZSX3bq4Owvafu25s3bcbfYXevV17bX1dOuuKJkTxDiHXqhp
TiiKjN9L4GfyMzmKuJ5hJz4h+yRP5JPwVUniomIfs/Q8n6PwIYTMmfc+vjHn7jKrD9PXydep
p+rTDq0YChVIBIrECATHwZiccwAiY8lQRdq12S/rayW6vkU68xOs1+J1qWVKkSBRD9QgTh4I
EAgn8A+cYYnEz4zP5KwgiNdYsrvct5wDDDDOIhMz8HHzmH4E/iGGeZmePgn4wZjEA+MD5x8f
U/n+TCI9eZ6jAmBieIDC0DAwH48Y4kwLCRAfy8hjP5B5QYxPuECbI/1almy7lDASH+p4PwLV
nsWc1Mypn3PMzMzzCzCBmwC0y0LGewT2CBxOQhYGZEzDznJxA5nMzkTMmDzPqF/PITkMchDM
j/DExOBgQ54mcWgVsgMCSc5nIZJBb7Jlf9P48zzP5YAirRqquxCBPr5NaAitYEQEFQeaCcwZ
nEyDPYsLDGRMiDzPEKgwqMcRCizgJ6hkLgwCBRConGYEHGZWEKYQswJxEIGC6ic0IyCTmEtj
JgY49oBNqie1cexTOYzyXPLM85P3yn1KHBUgwGETHyYfgzmJnYJ47Ins2sF788rsVXbAle3Y
Hu22SW7WwpXa2SKdy8kXWsGvvB/ZtyHsdQtmP9kYWk3WbFbq9+DbsQXXkjZuUft2CfvMHF1r
gbFuP31Bt3myNixyLQQu1WB+5P3WMO0QzblqwdmeNXaLZKt0WT9thD2MfuErNncVmL2asv8A
00Wf9SrI7KvCdhS0/dpE/bqiwlUGtxXZVgw4wkLAwMPn5M+pnM4metROCw1rGqrnpXBVEhUM
UpUiyirFtagVJ4+p65gAFWMDOIXacnxYrPEHEEicq4TWYBkug56bIVX14tVi6VMQNc4bXBRd
QkNQwnrKx0zLXwlSszVLg23mtP2tphTsXs9tHMmmrNescfqlj6ST63EpquyWt5obDBvMBdui
xDdZWeq2LHGfBAIVcDEM8w5+D4mJZcggtXBvyPdktZ55ghPXgWABrQIGQHlkh1gs8BiT+RnJ
xC9gK2uXLZJAEUJhkBY0LFpUE1IIEQBGUS1VY8FrCEY+yBmOpE8yxWK2p/s18hckMGX2emqP
qaxVlr5GtIqiYDThXE16yTXxltVSLXzfYbWWqWaNjivr0eyjWpqWY+P4+CJ5hM5rLaSEWu0w
V2g202ZCWALSxi1ATxjhmAeOJgQ54tP1vB1xPQDP1hF1wIdcZOupK0oJwwApMWvJ9GSaJ+vi
ZmFMVUgqUw0LDSI1YUPtMC2CtQLLYRyo5Wbdt14r1q9kFwQ5/YgbbAbY2AKtqstWy3FjY7U6
FWLRWtus7OCoYYEHiH48weZgTPl2IG1uWVB+y2J/0duHYpEO1QJVZVbConFccBOCmFVnFccF
E2t9VfX7OtVPZqx/6a4HYCDdIFFguQrOJwFM4+eMxL3VINnWQtv6wg39XH7mqSNinFO1S1gP
jxnEtUsDonOwVqmsQFuCqdVmW1d/YSHa96kHPFjArcyeMHFjr1KTVVxg+tjl+7ojKYn8w/BE
BhxGOJub9GvXq7j3FWwcz9a+DWtI0KrK4Icn4ExB4hwRtabPsV6VUGrSV/Trg1En/PR5VUtS
f5b1TvW2nsMU66+Dr7o+lYB+neRp6llQHiEEiEZhUTfrd9paXVXrsQ6LoCb6ArvysGMI/lw4
PqlWpdYyUipRmGb9pTa6x7GrP15+APj+MgS/sdapdre2Nga+ueKYg8TikYeD9V55D7Mx8sCR
ibIynqMSyyc2z7rZVYxYfGT8/wAYjLkD6z8fxmefkzEZZv6n+xFwHBK61BN36iFToFrKuvVg
2nWDVrPYupr7DXqoAecpkmbhrW7qyRrZzPr4zC0u2qaptds5ajXust9KUhWyCPKs0zGHhzK1
BgExmCfcwYfAE2wWX9bkRqUAjU1wVo1wK66AQcjM5Cffx/JIAGCPqeZiYmJj4z8u4UbdqG9L
UllylG6q1hTo7JdddFHoULboredfWWgVjFuZYThfC5MvrVm1ahVSTgD6ZsS3bqrG13Sq1n7O
3NXUFK1nzZglRlsAEAg8I3gYBlIOfqD/AAIzMCbdikmtSDWkCrkJXita1bc7oUrZ3G6xo7ra
rmltrt0COuRgYAx8D6x/nmXglLbaKQNrXJL84o/HA+HOFrI4RB/tImwwRK25JiXnD65zUcQt
N3sK9Zdi+/bejRYQEAqGLAhVa5Mo6tAeRwZyWPjgMysACD/AzzNrWrsZkqSBqBA9XLlRh7a6
qbCzsB4AJHRbSU01bNFvwP8ADz8+fg+J5itmWAFH2FIWyvB2WazHjExmMPxrH4fwo/3Tfz6q
ATVibJ804Fd2zVSmz2ezaU1zaVprrlK5FistlfNgEAmFJP8AbiFjJkcGln0FBifAOJnlM+Zm
YE2nKp7XaK2xC2xk32g3X17Gs/pAUglde2w3U21zq2tTaB8D5x8fziEmbe7VrVDft26drsr9
a3rbvfU31bdZW37V+BdabFJ4zAj/ANa/6/znFuZvEcKP/ATLyC9+0UQ0G0qqoOUrTIBBhAMU
ZjZ4lWEZAGKgQniPY0swRgxJ4njIMyPj+D9blloIt2CqvtMf/wCuM208v67ZR9PqwRVXr0B9
rXxt8CmhrhLhj/BmAn7FeUurb42abXOxRcDqbPopN72P01diUn6s2blsW7bcZvG1bs00h9yq
59Ytxb+qf08zH5zcyQh417PY01E7F9tqoRGRgAqmBcRfJPkqDkA87RlUNoa7kDXyYcSTxsj/
AEMGKPjx8AD5xNs7XMNstMbOc3BVG1mpSBdWhCVJUhs1yu26Y1SHYYn8iX2pVVtdtqkjtE5U
7dNoqsBB8C2mnl/z67b9ejTrfWGCI11xGd8x9fYW/c09k2VUuwV7qinL0J/WN/Yzf2Kapffs
7QroVFC52zXxBUkEYnjKkACHlFByxOcYNwJGCJZyzlY65gg8myxUWzs6VJ7ls09vUzKyuuMQ
/W3bsCBrmIrLxqMMlLB1+tkYG497vqU2vVZWrmhUWsGZmRO1S27WfrdpS2rtpF5Keu7GxrgQ
RdQGrtFlRTnNMPjxLdpKkTesc27LPNx1/Wsbi+jrJZXubSa1dPbs7I4ZWPndsdda8XWWdcLj
UVXlgftnzDyMdVwBmBcQ5wM4UGfYc8Vd2Yk2ZP3xWcsxAQeaoN7d53Cvm6mek2Pqrs6zZ+La
ltWzS1kcatWP0VIXTYCnkssTktilLj7bTTrrrovdmvY19iu9IzBVv7WhSe1rBTsdVzZr6Foo
680bS/13to6uvrbVHY1XtTqbIupWfY3aXN2ppbvO0pVVvbjXliC3/RTWG1cdyldXFxcadNXc
C6yxC6WaP+yxOAwMhR+3wI+GGYqgQ+TyPFVwOLQYAstrDC6lRXdW5sReXrSKgyaptYTWawtZ
VYwOnpGwa1lAtyrACX3JTWexve9ab9pq9mzWeorZXgTAzf2Y9l3aaynW7Glz3VzV1H+2rv2U
TT7SrZl6Gyp+qvM1+rrFCdPSjP1zcaQKHO8k3FO7TfTsdbfs9hXtUvuX2p1fbJcmzxrt1ezQ
V7W7ZeDZynsDagub2By1KWOlq7j3omrQGoDFdg4e9vOAZjG0JgGFRj6gEABAHkk52zYKNTS3
dov1W0tfXa1ldZWcIAACPG+uda9SHoGVowazr01haXNufHbWHGhTWYAFnY0C0aF9qWthZ2fb
NWeqB2NsdbpiV6uvVO42Gstz4GSUtdH6/tne3wy7F1tWwjsEbaw2xfWrW3WE13tz2vVs6h8T
7gYpK96xmurVbHDcWB5Uu50nBVq7GCXnDhmE61mtdcAbB/3uMn6LY/YUYHEQoIB588iMQHAJ
GD9aBMtGU10Kiw4ntb4MtKqhfUv2BoVNNXKq52RKmJQzuKy1GlcVpdmsCIi11101173a33MQ
TOhqIuEus4Js2NbfkCDyciK55dSzNpvgTe3wGstseNnKZaJq1GdntKiMAIrCMwyoJFrCxbD+
FmGGqrCzaT/eoKi8DLEzpWYXc2mxzN7ZBTPN8/sLBkHOYcL8MwmWhU4RC8rVal5M5C+LaMn9
dfjM7zZT9cOQ2l2HrV9pXOtXsFQAIcmHBFv62VsJrtuBTsbeHXeM/i06m3V427dFJ3ex5XkD
I8T7hxD4nT7Ar1tvdFgBJPFTE1OSV6hQlUFd/s9wzBgzJztPSzI+EJICfhZRYjDbI/YBGLV/
AFcdOMbQ+9gYYflFUgscXq/kK5JRzDSciswgCNtVgql9kTWYT1gDwISIzqJyE+p2O6mrQxay
EHPlTXY6TruwtIByMzs90VVrtObNTcWFCp7PYRicZVQYLCpNzsbGJK+Qq4nEwgxgZp+z9Ua9
jGrRFZCa4ssuBCtBYpG7UEs3LdW4wCKDEb88AitCWHLNisXU+SvKv6Om4XaVwVKhjhYSAWYt
sKhANqRmEUOY1ewSmnM6lc/YqntBJYx7JzhtSe2qMfHchrrKNZa1u00uXY0baoKTnrKVSqrb
Bfc2U1qrLubDiTXYeKWmoXP7LMHPIKv5ciWD+zJbOQZyaHzByaaAHrG1XWHa2x+BEyCPKxPB
7KstRhmYrg0GgtsGg3KxDGogBQJcAXxOI4scR1Y2amlb7BTlVqxCphR4VZdz1F1TVRSqKvwW
jXIJs06txXVpWeigRq9ZhXTXUzgWQ0cp6DNi3hW/JnAAKiOVMSs025WivSrLHvbSSV8DGATL
LiSPyAAEOSAxEYkmZwR9a+mbDf199br195NdaIpaAWRKrA3o4kVcj6hndT/Rp7Qos2HN1v0M
QgiVOGV7Dh2IK2PPcTAEcrTU1tFwVjsYn7bQbLMyXFnu4i1b3Bs7C1G/c2DP2byPZe0ItaWV
sYKDGqUKBGXIwEih9u79Kyb7YCrklvXFtOLLcLSyWrc5adeM6veplGMH5woQrLmKBB5PkTic
gFi6HHHwPxnWGlqDVW8tAMNRJSkAcSBWPGPIGCW5G9g0rQ2XbWvbqmsAnYRUsWrNWqqshoLQ
dfZZF6m2DrnVv0HwOp3i9VRVSIVBAUyxvWzfnBxQWqnt4LCPIgUZfdf9yrbZ9jX3LLryqrCF
zt32izqQBb+M7S5hdXYCtjFo3Li73K1LYLkKeuJ/U71yFLkzLQliMkQhzFZhOBwfI1NKy1qu
rpxZ1FRS2g1TV2notquR1sUArWSxRFl29r1l+1ANfY2Owu9iMm1UyKzJtL67n2LLByAUDI9Z
c9Z1bIV1NdStaKOMIEwJgRo/JVS7Ydq3DR1UjJ5k+LiRZkw5EQzMPpXsNY0HY069cWv4DEgU
3G3Y/WpI9aztCTsVviVMWYklbDwtVfOwHB6jZPHttpLWJxCQJjMyBEDvZs6V1MLtnADaOpZa
KakohtZRvIt9Dfi1V9kr7a5jZ3Fyi3cvvZqmUUV0ll16Xqso2Kim9eA1hTVtsa2xj4wTOu0H
221NDX1VwP8AAuonvo5G2qclaNkQExiqWGFMStiYyBy2ACcBcGH6tq112tOsrtadRRmyRjIp
RhuLmeZ2JJ235TWswRnLYLkKWQq1ZIqdifjByFMAE62irX1mr2NkOrE9WyLtZVwQACAA4HDY
/wDN4xVWXarQLCrVWuLWnGzTqIOtag1diwvZYCe1tC0gjOTPyx0FyiCXbevSuz3dQDdvuNLt
y9z7GhcTmTKNiyh9OwW07W0tDDsK3lFguT0+EUA/ZIEIURVyT4F+va21r6+xW+gLBLB48EVa
dybYAHx2AJ2CykNmoa9wJOOXEEUYl6+HGC34nHnIMyAEo91WAFvQq6HDVbPC23tHy+ztNPfZ
yPIt5I66v81AItJnvURNisgOjF+AiE8uyccxPET76q+mi/f7K43MzmOxMzkYYT8jMeFJwocH
pbeVdlVVk/WonrQBmgOIpyWEYZWsQzIh8wgZsQsq66Z4ifz4m+udhcM1oIWpypayyyVFw2uD
nYLAbowwaciQciZBPV7J9pwT2lHrgQzBUAZngQ4M8YAGevUrSp4RazarUcidetSF4upBLDxu
2c7PqccytC0Trtxieq3ML1O40PT7pi9JvGDod0xf/X9gg/8Ar9uLek2kg6reY9VqX0XlCYK2
EKERlIUeYCBCwnLwp84yGGDxMzgMTgEQt+Q+52PJb0yG2eRVWytQ5RGUpU5Mty9TNkkZi+CV
5TCmVXPURubAjbVlqPAcqDmH6B8fQPEmpAmumMJcqLSwEZwbThQrYjseGxqkVVpZa2v0l9i0
amnqqNyrH71Yn/Sry3cayxu/1llfe0OR3lEXtKyp7KkBd6kk7aEHsKgG7LIGxdslKrEX1ZLL
gttUAqrMi1spVsTJmBxZGy1bRkYHiSAwVuc7NcW1HkzJzN6ehluYSux8K3rprs5nZ0lVQCZ9
kiKsA8DyQcG0NjkDF+ziYmPH45DDjUyiMGYmxwBaohcFA4Ae4Fa+NlNFenq1tfa5tuVRbt2l
22buXsuyXaFy016rLZR1rCfqMDbqso/Xtw1d6BEclNJ7lo1q6EcwHMupNqHW1NNR3mgDRs1b
EHGBgJzTBZDCq4KKY6AG1cNwnZceNJX2H8X2ay8ZSrVNgoA8ZPW4PKuxGV/5XjAuYOMGCeOJ
YwMx4XxDkTBxgGKMlSMBSrAsQ4CxRhvBlzGWeBbn0Js31j97YAO3yBBL6vT63o7Dq/QhIMCk
HqUDWikCCifrZP6wj6tZU1OhqfYwV23dgMAjLHA7dL+QrPLqq7DfjELjJJhzhuZW0WELyC+J
+M7MH3+sqwOXOC1tSsAOJrudBXYLaaX4TbPvY1sjECLk/CEhicFwMnKkkzAMwc/jyGQUVVPg
jkFHPItdiD7QqglrAynZLB8MYuMuDNekLe9aOm7+OlRQbbaOmQNra1NQVQBiY8/y3HAAmBAB
LyfZx4xmwOzp5q11zV9LTcqBJ6xDVBWCfWIyYhTMNag8BOxU8lcc6ieTY9jJyYqGUoyCm6xL
H2Cx0KVJ7Gj/AHOQGPJVOTF5COWcNkwAQjIJUwccEYNQJcMihyCi2lSloE9oz7FZ7bcHOTdw
awr41Ot2thdDrFpTb0xYmrYyVcFaValFdxUNNzaGsd7dsUJs9lXXqW22Vdj2WxWada6qUOro
QZd7cPsWKyO7za2KqE391r4ljKer7Js8jC4mcjPnzD9MTlnIb3JOwrJqBw1Zyx/8gP4gfiw8
0alVg2anQaLt7OxUepv7YIB/qrKFbJiiEANn8sATHnImqv8AsQFwpauB62CICpXzYVBQENar
kU611z9d1aVIEVQmSXtQPdXZXby/EWgMhBj11vH0ka70qIhEbXpsfsbPGkL/AEcNiD6sP5bm
1XRVZZdazKRAMQtidRthY7DI8zyC3IBrCArM84tz4pNg1stilXodVZfIb8g39Q2ZqH17GzrJ
emhTYt/ZkjXbPMgEccQYwTkopjLg54xSDPskEDXwStwE9gYsWzXzwbQAebHW6+1mp6pRKqa6
xLWKrSco6K26yjHMsGruWym51I2UJSwMCRF4xmFabNwZNJgaATn+bhizuLxZs8sknIAxPBKl
lOo3uoVYw8lcy9PzqRlJOGzH0qkbYrw6EIyWAjkQcsQq5fhxlG2gVdivG9vG1GTM/j6nkTMV
irOBDiYKz+SSRSzrB6mC1gz04nE8RSbG1uubKVBBj45fnYMioEJeGS/+LaxWeeJsDklFRU1h
QttbvD+zVZte1NfBsTrxxoBgPm4ZTeRq9oL5AmACcmVB+XU2gU/sp+w8xLclh4UnJj7LE7AO
fWbCFastYRDc5i3MGqtdq1VY9zw5mZk4cETwQEaYMPhsciJhjPxwpZVrJzXeBXUtjrStuwKd
OmtFUCY+WHEgggeJcoaqluVVyF0u2ijVWM61grG2WSDY3gFstvPZbIK6w52UALWDMx8cNxue
yCICQQSR5JpyH0LOOxs4r2STnHhxGOAJ5mQZteCiVgPWtheooxRjCCJr/kH8C3IYnwCCPuci
QA2CYYD+OJgwZyc8mUgV1jAxnVqtuNGtXSgH+GI48IeJzBPd+vt/xs6VN6Pq7Goy7litSGcn
XqcNVTrg3F7NIZsQYX7mZYSK7m/2nzPqZ8AchVmsazH9rfQ+vlPPE/T/AFnK+YARNtCGLjCA
EmoFPXyhVWnoCmw4S7MIOSMz6n8n6IJC4EHETl5OJgRQeRIaYHDXrFl+jrpTUB85Py39XzgW
eFbI29dL6tLtFscMCLlDIdcXbD9dbXX+3tItuze1bcVPWBTY/s5LZYqpsXi1jyTYXhZ5IAig
5wOVnEV6+fd2FjCjUvL1ciQ1qobLVIGGX1ieQNtAaw6oKXUxbEKIUYYIs4/k5Kkal1620PU3
1BzEpossa/rb6VK4XA5Mq8hmYIHnFaZcciTSzHrNIUoB4AmBn/F8iM2JQcgzs6Wrtp3NqoU9
xeqa/Y3Nfbb+Fj4ssJJcEr1VLe71ZhqtWc2QGwGbqKNnYJy3IQnJqpZjsKFmmHe/bodpqoyn
PmylHselIFGMCOhxvtx12UGr1IdYa5FNlN1S0Jiy6/8A3X2i09XlhuVqKnCNNXWoZFRAu4ha
iwYKtPBP/wBh9/Q16WNVdD89PWAZVCiD4x8ePllzHXxS35TsuvOyu1pXUMBxPV0KzWFcXv8A
7b8zkvHrBgKSWziY82oyv2Sf791CtjMMUNWC1xEWjnodX6a3WxGgVRfaxD8sB70ybVU5MweP
aIVV8/qkf/x2MRr7pyzfg7//ALa1xOsYc9kD9fOG1FxVnEux69yopecTAyFyaQhhb8te7X/X
1E1r7a0Cz+RAJiYIhBgJEBBmIZYMTiBep8N995sUrqgmdPpFE2HRGdg8ts8rlm0K2VfE+piE
ZG/yTc3r672J8kYGWnT8F0dWmjjZSHOxXy2OLEFARs0ZvGqjn1rLF4vta1lg3KfVoqx/UVfZ
bsDL7A/FiBua/IzTwl145UN4OqwNWSZskCvcBsrHEEgmAkQZB8EridToGoAfI/xKYIJ+GBIt
GLEfA2WPr3bXsu6fS/Y2WIDbebbSCtbFWmrUTbUDxAxMAwTGZ3vjZYspySLtcU6oGSrBev11
FdOztLSL8ra7KJ7lJLrY9YAmJ4srdQ83aXvquoamvUybG/Km/wA6zeNmmxVaqwCwHlRamH6+
9bEXGdxsIgQnttNNc+QFyZgTBxo0G/ZUBR8AzJghxAwgPwRmAkQy5AWVszaOKbqVeaFQ1tRr
LAEyTfxFSAZ1nJtUhVFiQWIYB4+p3b53rGJlIDXdsgSlSM6wZ7AX47+y3v3LAa7iFIv1+K2V
AV2/7MiVkrbagAsRGHaUuLNcFKn/APzuQ2mr8rlYBtKoXWv/AK6WYk9SeVijJ3QBTV4PbUe3
U/tGHgeJjI6XUFeuTicjFbILYB2GBbasMNt5nO0Rb3Bru5HxGE8Yt+1PhhyleiimzyLuIjDC
nZex0OJrrmxKSYNTJOtxFZhDCdsee8ScVLht+xbNHCzWpuvZV30v3ldtjbVf19nNlV9OyGVL
lc1Bl4iXJgg81YettmhHXapKm1MrllqqbDVaZsbXorrfs9j0VV7HOrpk/wBYE7MtihQss3FN
O1ruhTWY1jBlILWooCnwAfKmf2AoWDWqEFSYNaCWVVNHWxDTtMwrs5jJU2Ew4CrmX2CtFYhS
OVikzeUJsAknrNYF1UAwxkDBCQO3HHcY4XVTnd2g9dYA41s1VK9nb6A91zWgNXZsWCqs32y5
NhbNXdYtkSt/bXUeBsTmtJCzdpUmmvB4IQKy9hrOGIz2tD26upo7NsppFdealmygvNGg2UpR
Ds6tb2s2vSjBg+jltpRiP5A+EOApn8GMMxaK1KsoGzSrzX51tYw4K2Vc/jyADbDbW7tWKrm1
Cn5A72uLdYN562rhTgfBMziO3G/uda59rZ0dnXTrRne7pDPqbFNhT1WgdRqgl7FC1Vu1XSWM
s7Iiy/VQe3BgV6brVDolgYbCiYW6uytqXZh69Ks8nbwUOVrJUNTWXF1j108QAcOxA2NqwC3Y
sxZdY0wzHpdWxrvqH6IylDYIIMAMJAFmx5N1ghtLTDmKWU3lQ1lq+tFwjsBOx2xx65BVWc32
VKhgVBNioPrrWyvqgCsTExDLa2axmVRtPrvVpVY2+3ZW1/AGpuaq6bbGm4/W3CDrbMI10qq5
2362rcq6VVhswZYq306j+LU4RSrqw9bdhqtcuLCtWUpTkxN1Nca17omuogUiWbevWp3i9Y/J
l1XLdjqGmZxOrrR76lrSGMRMkis42AhMHMBCxjUExdfytKgtWMWslbbd6g128mW3NW7uJUut
Q99lz8aNdbuGpqmsNWM8Shu6/wBm4gAAmZjM8zE7ezY5tVaQi7NcuN0UBzdRapXTs4aqtXr7
Y5VIrvZ1qehQ5sU7VdJ5xCarbkKwMGCH12WIHFJCT9FBftPXVBsWEJqksECC/broTZ7CyyIn
gBiKtUmAGdxWDq4GOo0w1SfiWsXi14y134scWa2x5BxB9eJkTliMwI7ColH2A80wCODeoa9m
zfZs00Va2s9ttdIrhvrrB2qyQ9RiIFtXxPr4zBCThmdmOsDPSJ2Otyq09JrbDqASykg1Ky1b
mx+vTW9nPrGf2sgMfSRn4iHDClyYxtoYqLq0Z0DorRHJl2gbLBRXVL+zoqV+0utBrusletE1
cEVosUZgGJ3exxXU0bNmUai10ioBbK7FIRRAlYGzxSui4GxfI5HHs8M4nkwYAsVbKtuplu0K
XWu7kKrr/WdPr2ttWpKm2d2ulaDsbTLqBUetgUNnroutJzmCeMwjxv8AaHXtHdbAY9zY0Hbm
L2iBh3KgDt9dpX2GtauxShWrS1wLNMAUGxEFyF4GJjZQLwuVVWqNwYVq6M1aE7O/XQLux3Lo
mo1hq1EDVaqhFFYABJ4wELOJYN1Ivvrro1Q9q1w7akWX2saqrXYVqg2f2bIHaq7VtLVnJghO
B7MQCx4lOA2jrMRTUi2IGT/nCzaPClNvZsDa2tbeyWa+ii7u7sMKd1prLcqYi4BmZyxC07Dr
di7aHUbBLdXsCJ1l+H0blI1SwOtZjUqsDMAU+q7F2Gq0da9JV7BbMeRkiqjg/wBj1lX3Oyr1
xsdptWkKXfX1gwXTrQEKCFOcKIuITiIjPFQKLP61VKssqSyDXSuHAOTLblqXa7FlGze1z6G2
8R+QZyD+bmuhVIAAjOBLag7IAq8VjpyW3TSqWX3MNHTUzCgBBFWcRhlXHITJmCYYDiAnNjea
wAG8w1V8norz6gHJHDa7BtZdDebZTkBLzl8CE+W5RFxNzsqdcbXaX2tXWbX1NVQ66hSVtS45
iF63Vq6oKwCiZCqMYcAgzwICc+Iz4LDM2fcEsr2hKdWx5saN1S6zVI6EGZVlpq4zwIXAD3hn
ChphVgPgchPMtrDizT2Ec623zrXwiwkKGs5RkYg2U1xNumK6scGdptWJYdm/Fd7h17cKG7kQ
dzlf+hmJtWFddD61H49jsXKdBr7E9f5eYMTHntOydAiX7LanUMXu6w0GzXsFdG+1Z561pBuB
Z6lK20QPUT+IIZZzGeLMFVVBluxXWH21M/aZ5/tJIPEVLjZ17CCpSzSsD69DYuEtDFeZytaE
NxrKgkzliAMY99SyvlYDVxKJxmMRlLHs99deu7d3XB9rnrdN3ZKysBJG71B2tg/+veB/6/ap
HREHZ6ZwD0u1kdTeLa9L11qQFVsLVlxvJuZ0zbTTF+nYibOlXtNradOsllXsA2FYIbKZZrat
xt0tqpqN/araneptgSpxipZyoA50QWVAm1AOf4ljLKQ8XVQBUrWMeRIJiL4tqZz2FPrv0dn1
No67F2OAbRMo85sswQ37YJDggWVqPbftTX1K6jjyRAcQkAe0TbtN+wtRZlC01JuWK3X7dlyf
7c33PSysrAjxdcELblQDb1MO9QCNzXaJarisxtzXTYV6rBfp3XX4ETAjHJH3kEgy2pLlR/Wt
mulsV76DsfrXp+oyyu2yqJsVPE1w6nWAlgprNdlrxVdQDmfcA8MuQV8eJnA5eNmpbX19P2W0
1+qqwjD15RudFtRV1IKTitk3dwUzrrDaFRVmJmcwSUj543bFYrq0diavXuj7vUfsNr9CqSqp
a1m3V7qqOy4GvYWx9uoOm1VY0emxQ1NmFpsU61frUt7F3NWyizU3btRNbsxY8/hoSRABD5Fu
3XUdjtGI1Ox2fatw4qKHnpqJs06nW7rXU+3YqOvuEysa9y4VQfvAhIEDDGRCMRhgZzDky7WK
nR1wox4YEsVJBpQy6v8ACtbKhsXjVqstt2djR1V16APi+31ihiTCAR+prgitBMCYEOAP5mBH
1aGmtYPe+DHrry9NUNNWWpqE4sC9ppcbJtsG3Qyaduot2YZbyh8yy9Klv33xZs32HW0L7xT1
mvTM4Beusnd4Fuwuc0e2WU69kv66rNFexXc5wAQYTMweB9w5EY+PGUUGBVIqr9cPhUPKBsQt
4jYz2l52LOt1FZwPAhPjZs5W0txCtkfx5z9TEIltgQ+1YbVgfwbiZTVWt196Vptd0eR7jcY/
9bZwvb3TT3BsM9C2TQ00dq+qpe6vqStvGEiEnG3umsX7tvIM970dVr1D6HjGzuqpAstGtqDh
XUlaB2YH7Bya1VISTAMRziB8TOQMRzgHyG8Ck5VfrMLZVAADgj2/ijEru2DLI3t0NeuusAAz
bs9VGne1uxUIj4geAzPwxAGxZytCo0ZIg4jZsalKbdq9q9PNWz0hDN12yoOlstDqbCzp9YjY
pwNrbt/Xo0dh7G/+0ab1oppFj2N6n5dXrimhrFEt26Kxs7TbDaWu7GutUBIxgYLRnWArnPKe
MD7fEKOJyYSuwZZ1MbxHPikmAeJcn4hiISMEnlttatS6+xZZraOwb0QqoE8TtbkFXWIvJQYJ
/IOIHnMZZvF96/s/ua4YWK0DgMb6KZRt13wxswD8SIfsgSsY3iBOw/BkIYYEta0nar2bVNNW
tX12uXYrTNja1UC0Pa9GrWpBAAaO9k9loC2ZllwBS5CawDAYZ4zgklQZ6V5FFhIMbEoE+oPI
sYl+IK8H5JXOCwKBBiY+CZ27MLdPcoSunbrdS1zmtGCNhFW2rgbKwCuVTXY3WaikfoIrW7Wp
Wx7HQMXt9ZF/7VGP+xTk9xXj/r1mN2KtF37Fsqz+2BNysPXQS1eJyJlloRFV9vYeyvXrt23s
lOnY4poWsY8zEIwxOAD4syWrrDytFQKcE4M+55hEJEJ8YBjDzrjBb6H0xxY5GEU5mJiMcQH4
sP49ra5tR8BLiJVuFEo32UDYosUrS9YSsAjwq4ln3YB678CCmwQVWODrXoKdK6yHRtEXT2cj
Ts4JQ7OtTi4ESwCatxXaxMnG7sljrWV66gPfbVqBYSAWckh/GYMiOAQx8K2A5lJJXwRiEYBU
mDI+B94yOOIy+KFwviAR0BYAk4xMTMzDghRj4twF3rVsv1uu/Zi9IFj9Pk1dcgV9VWnpKhnZ
BUxZS0Y5h+7esosKdVQjpqUoGpQhak4vrVYNSsp0lIp69KbADlR5tOXsdaNrxNjaSgWW2XtR
rchXVTWpbEJhJAD+EfMGQ1j4HLwHADeZSp4qsxifwZnwfpQZjEOMYyKgACJnywi/UY4Xe7T0
T/o7uydTfvdgfjbfFQUW7HXUrXXiBQZxECicBGrWBcBsiHMMP0Zg4IJIUR4JjwR48giOR7bK
EubKwo9xr1aqwzgrUXZeDz9fwNdSRr1x9Yg+okepSDSVABEHs51qQgEzmMRg2Tl4LjCsuCwE
Bn2a4YvmYGR8OuV7TV5WfsegV2vy0t1bAzKB2nZcxrjF2nn1xR8CERh4XGLDiBgy7O/VQ57g
mf8AZuBXuLHb93izbWB+1YV/c2OX7d/E77yrZZ3U5j//AKAfylesiKKFaLrryVFEABn0CRF8
wTiMGtZ6wYaEECjA+iD8WKCWo8/lgeSKeUSvE5YP3KxgMPKwAYHwfrdqD1ba8Lw7FxZckfe2
bSKS6aOgeNKcQIB8DxCY3kAYlmcIfHaa7LccqSSVXwM8owYqtdnrFNiqp2RKTZZdVUqEffg3
L/eIQA5gOR5EU5APg/YBwMwYnieZiYMUePOGxMeW8FkM4DA/EAGFhFiRsifyDB8HADWgv/7F
rBbNZW9ltRK8WNi1rsDXo9aL4+B9D7hjfQ+rAcLGE2evS+z/AJdcq6ytZ+mma9SpHs06XC6d
Cz9WuJQEJyHzmDzcP7YgzlvsLMGL9Yn8r9rB5I8zHnJJAMA8YmIUMwZiMs4kwAQ4MGIhjfQx
AR8fYJZhXURO9QHX062ezaW0NVy9mgFNwgwfj+APgwiY8WEYGCRdUWbEGSVHn+YfA/n6mBHA
zmKP9i/2g+m8xD5KwDByZgYDQHx/IhP5KfPLMV8DIMGYfs/YMI8/GIB4rmMwjBHwDOADW3JW
vYbXvmrR6lts/DXTkdBFUQA4+/8AAnJ8yzwLM8attv313rENNzIn7toK79oib9hn/QGLuyrW
HuqAy9tU4btqsN2tfHXvGzWFiDzgTP4k+E+ycgGH6ziEn4HiZMxmIDA3j2AHkTFtBJMzmZ8j
6I+AAYWi2hSHGWwSBiZ8KZfcKq9i5r2pprtmxUK6ipxx9I0C3tEzgL8D4/nOA+M2Agbbeje1
WH7F+2EYbjuF2kQpajV1bKo9zLZbZ+veVYK6l+PsOzbRUtVZ8RPuDyCYPABEOY0JOc5gJytq
tCxED+S0DeWHkGPnjXvYC3I0UzlCczEEb73XKnS2C1CbbJYtoYEzmEm3d7VKMF16Ci7rEoY7
+yzRJ9inzkmA4gMU+CYfBh8vZOw0rLb/APmbYh6vaMXrb2sHSuFq6ixHHU8m/wCXhf8Ak0xu
srEbrlROv0WNo8CtuUrPmAXhWa4Bdi0RdpsttCPs+P2Mz9lgeSwsmeYilS2fPAGBFzyOQ3Kb
auLrb7qX1e2DKtyMoJJORMRs47Cxi2mBw2bMWa9rhve4Z7LGCIWZqsNaAtV5LJyJrb8auvQZ
H0vkmCDGGIhMxAv52iBRnAgAyVAhAmJjAxgY8ETAxRXZVbeeGv1+77BX/eKSQTCPI+/5fzAi
GFEMNa5Wpc2V1gpUkarCh7VB2LMU3sRyMtrF42NFQ11LUtTtXIqdlsoKu6fC9nrNLN+gTc2V
us66xibuT7VAQWBMEopLgVVUWGw32YlqN61yUtQ2W61YRceAsxFGZiNBP4AyXGZiYMGYJiYE
x4CzwIcYOIRLa/ZXR1661lPloZkEH6zieCHByBDkE+Z9tdjjWRxBOMDjxE41mV1ohyBMhlvo
V5dqupIxM4mcz+Oc6MDKVF70XO0K/IUY7Fh69VCqbpHJV5VX63IJTXW3sOOTEryEzmATGAfs
eYcgGxkKWCwPfVSLO500Ld7RH79J/wBxsL3Qwvc1gL3GqWXs9VgOy02h3NQH9rWzleP4stYA
bEXE8T6IAhWGfwQCCcRcCWGK4ByCyssb75DlB9jKtktGVSbevFgfr7yV6zZaL014S6r1P1re
qqpgmvpKWs+zn8ds89qv72yrWcc1KpABqZxdSCLq4dipV/6OuYu9UYdqshb0JF1ZnsUjiGAU
1zeutI2OJs8BgaytT64sOMmtbB6qkLVVWMFoDWpmAqG1EA1i1VcrQh4OQi5yVyQCs/kw5yPM
ZRkKJYCB5yOIb+HbAXOF+P4ZSCw81syleDjGDsMDTu592nZmqxiRpkIvLEewBORfZVf9Vqlb
qCCmw1aVLuII9jF62wLfZcDq2gU6Ni1/p3Bv1rQH23V13HY1W+Bs8T2O1ZbWurTfWepGU6Zm
idPxn/MQBdRQv6P5PrsQnXMht1Lpr6dzbFVlJj1qxrJzMeBnBOJywF/KMcQHJHgMCfh2MH5M
cQYMYYgAwoyfKxRkLkS1H5vY1ZrvKxSrDYbE7MYv02KrVxeysFFD+NnC06+eRlni+sYXepu2
bqOofFfVVLE161CoBOOT5EaccyzTpcnqgs/XapKQ5bsEVtfSSttb1CcQIBicQTgTgIUzDWIa
lw1CkV6yUGJ/aDAgzMeTjA8SzxACB5Mxj4sXKglSymAnJUkKIPBGSFJEbILEE2VJaLH9D038
CUFjdh1pa7XoICg1Mh5L9DdtIpozFIJtQG2nzPWqhQAoEC+QIMZMPxyPMwqGArrDb9Ow009q
uupfI/xz8GHGDgwiAHlFME8klfIXyyZmDCBGJgGI30w85UQffLwG8jlEOQMRhln5KayCN3VR
1oethRZg2hWJRQbRl1tKQHlOwA9OugICgBiS1SgBsmAYAgHwB8EecElQfbgTAEP/AJd4gUaW
cjb3jDs70r2rSBcWgecvBIgeezz7FJOI2Mr/AGi/YIBJMBgbyW8/cbGP5BzAQQ/llEbCwjyI
PtW8k+OIMuXwHZGqcMLtGkkIEKMuHs/I1JzOutkRGU9gGaa9H5MeIQZav6OPgZyIPk5gi+LB
5g+n8WbdK2U6+rqFGNVcbfvQDs9/I7fZEfur1I720Q94IO8LB+5sL6/YWm2y2xdbQ2LLqq3V
jP/aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwDhb5KW2fUOSEol+Aq2fBwmXcfN
OmCdYvMgN1UYEMz/AD+w2KMAWkQW8E5xVENXpNH58HIDYFVLBVJ99lkgWCIsoxiakqPNXorq
qyCrVUVeOXCvybcaLn7bIbkXxQ2ZsCbeXCl8F+ZFgcVThqka5KnBn8FCAroGqXUdnCnsDcgH
MHcdV8ObAgULs/8ANwMc1pmCYixCGioQYXWogyOSebdBwoUIg6hAYZrbiSx0i6pX2n41Q9l8
PZqvFvk34M6lIRMpRk4qyjMBnuMkUypwtwIvIYKUgAwxUtyZ7tzDL6fCnsShKxUZTDh6HNM2
mWXBiuyWk9HQeTt4KnCgUo3nMM3VEm13QBNAG8lTgwBKfST4o00tg7ni/FsqexdN7GSb5Dn7
ToyADkVTRJ0j6D0WkvE9PupomvC6cmiMdtxzKEAfUWMiUIRGmEPW15Kze2I7gqT2lnYpwXAu
2LruBd1TgzqhPAgAym7DqoaywkRFkIgVxLcS1Cu0xHT/AKpiQyIkqezL+I+xlxdVxyVQnAXp
xz+XMoQefJ1WJ/lTxjJ+TlAycDFwy7iTyCOIwQjEFpOHALIRAqLnF1T2m4aZWRI7hRkwwrZA
CRFOSruN5INO+NED8R+QZNtBiTcVotUwSTWoOK1H1CyqmV0xVm8UwPvTjJU43TI8+AHt1Aoq
BYX/AP4GIdPoAOYVnbBNpCZkALAUCd/bfjVHAszhYk4FEkEICQPVAzcyQizAZLtDcX43V24s
uasnQbhUokHwRdAGx9gIrx9hvYfi/H5+NODcH4PwPynP2G9i6oq8QFROuXsmTWxRMpxnBqCJ
VQ75LS5AOB4OPZuqH2bKxWKq6xVTwrxoqcMSmVfZb5KqcVCosuNPYDJhwHQew6MTUG4Nlrg0
WwFH9q/zK6umcK4VE54M4Tv7DexdXV1y9q6d1dXV1fizhXCoQ+T8LWVlZMyqrhXV1TDiDxYE
Ei4x+Qrx8WV3J5L5qJiOdkX+ZUevJMB7kITDjEptsA808aajWjrAqoYZokkMqBh5qgdk4kxy
IVT8yvbNlSQQANw9QE4mHxoF64uOirOI8E7gtyuqt0CELPiUTfoFQamFUQXBTxZkdUxF7Bgn
MmA5hM5JGTVTtL3KlB5/ZRJYv4IaQNK1GhtZwnMSGDlHRfmqtmyLbb+P4URLb6VT/DJfmv8A
GW6oAwPRAsaLUyZi+KaoKDk1tRO6MpSoFrjuAgknzVC4zHCtE4r7f1lYeSzZe5Vv0VPOyrfo
rMc1VegFDRFinYdFahyWa9I8k4IiMgrgqovyCcRA5ruY5FqqwPVVgH5KsbZKgI5cNdKYKo8F
MiPuU8KqJoQ9Xqvo+SLUQrTlRMDTGrrqqC10SScaeOlMS8Xx+6g0BkaBmRlHbjFqdtC6JApz
K0TYUdwnJQiXBOKIEmCcyp71Q0F+aYmmCJfojpY5utcjUWAtRdxIwojEykBn+kkJCdMLrWSZ
RMhFieFQ6Ye34pnquY5q3vWQQufFekIHHrRMPNVVMfFGjc0xqyOmid74L1BFz0X7QVaRyTEk
DomFVcFFg4OIX61U+Se6cU5KtEaU5BdodOcbBWR5WCcKoREQa4gL4Yehqep1I4B8VDmW9yEJ
F3Nkxj2nFahfqjF2Y4lOQ+TIxFhmmIYJmDKtBmmgWGJzQJkAfeVACLQMgCars2jOWfcQu5mu
wH4UIzgfh3lcLTtx0xd258KfIeKMg55KgIWKBYyK9JC7nTB0wVVRfqTHg9U7OVYugYkuqu6e
pQoUzJhQcalUqnZ0HonJKYBWVkHCoGCkIgMLKcrEklazUOoDI/qTuxBkwH1lLaiH1A92NUde
rQah804D5okU5MrB+n4l3QB813BvFPE0jcBadr6NyzoS3HnI1LqO2IgWZF8CQFWjF6fIk5KO
gCZk9DyTRgHyqv8ADHPG/wDMvWFWS7C4Csq8LKwVk7WujGBYYUR+KSa0YLtsOSvXohUV5Ilw
5WoUXNc1X2HnSOfNOZFM5PQJzqryTh6ZhUNEYxNRfhy4MMc1Uh+qntkGhNRaqGb3UZDE/qUp
RDy88U25Gl6BOAQxq4XNW7RdBmbJXrZWfquwBjdlUdEyAwo/kp/xn7PyN0dUnkQWEalTlUAn
GiJNSvH3r0llWLeKkZOHzWapTgx4kZ0K1ANt0A8l3MeTLtA8l9FuiYgU5JgQM7rTAU9uIgHY
uQv8dOoXpAPgUe2LYWoqQFLkMqR8KKcpwaUmY0f6XClKj2N1jR6DwQNq5lAyHYLN0VQxpdNQ
nouwsMl3M5CEHL5J40GaEpWJso00w+cICIq6rwGmLypUIuDp1Hup+6qezdckXk8sAMUYbcpR
1WY4fVWrdAMhYnuKIDMi6vi6uneqGXsU4FqHB+DOyeO4AcRL/sm1wHX/ALKsoeapobP9JIPK
DZA1P9XGnst8k3CcnY1Qga80ICOKMZFutF3ztVGUJ9An3JSpktbyBFnIH2UWcDB028BojUdf
rLqgeadWQJBMgMEcjIn2jrkAcnRhstIGgZ/syQM9QBTRDnHNEgedEM8hwsbvwYcOnHL2GEtP
Mh0ZT3eQoEX3HJVZE8k7+9PAuevCvsu9rqmPybqXaTbHkv8AH71SBBFqutcZAk1ZmNUI7p0w
BBNHdAB2RqhMzMaWZM5k9crqWfAdUMeBB+kKoRjUcXZAzOkGzrRtR1gYgrUwjE0VT3OnFQjJ
8LK7AKmKdw5FeBVVW3CntGDMcCvXIckO+S/ySfBB5S8ymFz1WnZi885WT/EIGQKeZMghuxBG
BB4EAmJOITX6pvk6Fl+ZticjV6Lt2QHQjCEYlxXhz4FDhLhqOYUSLEcC9wFHM1VaqmCaTykR
2gJ3aMbC1/4VrmQXwvRaA0RkAgFQBs8VIVRIcMmBsrq30VzKCce3VaiSD1RFZEHNegnxX+M9
XKrCXmp7m3EiURQmt0xfqmZx86YBhzU470xEONIJEf71+XOMicAQf7fk7p3RBuOBjPbEiHAf
JAjaiD4qEIwDGQcx41RQ4HnwDYyCg+XCQ5X8FAZBGUiKYOEY7A0g3YOboT/2CZmzHJGMI0OS
aQIAsqAkY5ou9MArHndHSAAmaicFicEGK+rlwvbjX2jK7YImMKHqvQB4fiXpByp+JMdsUuWW
5CkSBRk76jkiwZ8LqkZNyXdE1stsxoXt4S+RYeKM9QJFg61waLEUHXu9SG3tsRIBxJ8V8SVJ
WIHDTGAlHEkOnEYt/CoCG3EF3ty/iQ1erH2BwpwD50UOnBjktO2xIF1r3JSnixNF2hgmGSBN
E2SJTGmSKHNVurINV8F4Lnw5ew/sNCLjNl/j934kaI2R2zH1BicExi5JLEOjPfYjAOvy4gAY
hnTm7s7ISbMhQkQHkH8xJc/YqWTMaKkhweBrk5UjKoBuMERAjUS5JqSsSTQdSpGf0ihkpRhH
telFQEeChHckxdfmSanigIyIjauaIcGIZuAXJAjhEDNRHJaQdUxcCrf1ImZZ8DkQmkXKABbh
VkQ1F20bNO6qaYJwaoarLtiXbFdyovHgK1+QzRMY9mBcKhY5OEwlXqiNVc3QZ/MICfqxTMK1
8UagDFGDitahRrXALbEbbYaXIt6fYluTOmMQ5KAEjPo4WIBz/FFMJtUMKhAE1wKfBGWkNIEM
1/pIyGmMQLNyQB0zmbUdlIYPQcDoiTU18ZKgkPEBbe5OxkBUupSkCQ5MZPzUnI7asaIDbMrV
Y0UDK5iH6shwHAGcwOSEdgyjtjF2dDV6/pHFdtASPmVqlUCAITrmifchknTHwQHmgRUWRosg
r/RRQavAykWAxWkSDrtgJAZOhHc7HuTYISiRIHEKnD0xiDZ0+qAHI/iQefkU7nzQIkWfmqoE
JgRCAZrmX9KecgwLChB/rUX+jggI+PX2PhbcX1GvQLt2weqrsyHMRJ/tTnUJCzlgoQkAQS2K
6ogUOCJYarAGxWsiMJWGkEj+lS1VOefAd8YmtCf3v4l+XISbIk/2yUBKFRIFhdEk6SWIBveK
IFRIAAha59GookgkWHkm0gAlmxQkLGqiVuSgO4Bh5oSk7jCqI3ItAekn8SqqYN8yD+CawQBR
RJT2Qe66LNar8kJAGmC1afcUXoSr4IhVo6MiXAxRjH0gU8lqLnkFpEW5oQiCTLFR2pAS2hj1
4mMiwK79wDk61Rm4OIDr/If5VTctZ4piTLmzJsboPEt+1gtO1HUMSjPck5Z8rdyk8HgZHHBC
UDfDgZGwutIBlzsjLRTnL8CaozxTmdTapQ3ISE9t6NeqDo7wAJcBiWumJ07g+j91Q2pPKM2L
5En4ajAyAMg8XyVFuRbVpe38yjOEdMea+LuDSR86BZgDQdSoCUJRibzuBVfB24/Ea5JZRgQI
VEnfMKO2JxJcCi1F5GIsowO3oc5v9lMMVAmlRRCIssiEcjp+ZUquSHzqiqqijsrumTCyEDJy
fcqyHVdhEuifMq+CtQq6nLIWR1eopnJyR3Nw9p9I5fVRhDbiZRJDkVohSp4GcvDqhKJaI+jh
b6SO4+k9aI7chqAuD3D/AONRmKCQBHirKlFHbg4Y1PJ9K0fC1nmAyMRt/DP7oChGJYyd2yZE
45qLSk0TZ6IAgxl0opQBYyDOpQExqADSKEN8Cc8SpGMjXAotJsmQjuSMpC9XC7Y+ajsmQg8h
IlsAgdvcp9EjGn/uRT7sTDfh6ZxtTuiovMvtBhIEgsUNnc1DdgANVxL6GpbstLl3r0R1g9uG
CBJIga6UQ1kZnCMiDeo1IykdQJPJRYkOLogyJk9JYrRMkgUzf+ZR3YRbTVsE5LuzLb6qtgnX
iPmRVEyoic0xqqKlEfhlpWUpHdYDMnFSPxQepKlqIMibqua8FS3CYbwVq0ZDWQGwNCosGDWR
3YQA3DV+qG5qaLDt4QibE25oS01fFMAwQ3Nogyi+pq09Shtgk7ZLGJ+yiSWAxNl8P/WIJJIl
INKgTTBkKu6/xv4y+8uyAH6fvIAuwduSuCFiGzQahGOC0bxGk0BLCqcEF8QtO1snccOZdxH8
Pan3WEsrJpSbKL1UtLEnHqsxg34VE7hcDwU3h2wBMTzCpbJWIQlHwbBRhu95kWM+X7yaIYBe
pADF3KnAlyZEDoUYyBooh6YIWD3KpIvghESdx3YoCzKA5P70UWVbkhVVKp/crexzVPNT6qQz
ClqxLo9VfDjIzbSBV0YTA+G1JPy/hX5bxD9pu4RBfogYHVDIh0CbnDhHcxhJQAA1yJplVET7
TFi45qn0s0N1mIDnJS2wQNslmCOB+dTmRaLeZjw1eCkXo/BzRZ80NAqoGVw/90k5svy2LUeq
u2aqcEMcih8WRGeC/wDy7JaBrJr/ALScJ5F28Ffone2K293S0jAP1GpA2qLIAdUI1a4fNTf1
YIdEDeiD2KADM12V1A4Uc+PA0pmh1TcWPDmmamafDFZBEC+SDhlmtTlzgrYcYwjMOZPTpJMa
k4r4cy8cEBsyeRo4xWjdAZ6qnBjUYhGG2ANyLEgfzKlCCxcVRDdEYO0pRA8jBADyTZZo7e2w
3KPzojCZ7gHZUfQAwpz/AIkRIO6HJasSi6FACpj9gk+aub2VS55Kj6iiZhjzWrDIlSMS+4xY
4KWtjuU7vBVui91dD4AaAiBXP6aECaCw5IYhVFDknAYgNXqpGlcuSDiiLYCqYu6BJoQeqooS
aoIQJoq1GCMccvBCjMsfFZIZJrIOWWgOTyDrtDA/tUUTIu16qvtGUj3FxEBE1Pv+smN1RAvV
REzKYscTZOrrRtS/NJoy1TJ1ZvX+ZEbhJHWv8yfWDE2eqEBJ9NG8UMDmnugYdpzFCnnKUpZk
krEo45J0C7LNVocFMCVZG3RWY5rVukaShuAiMYm2K7LZoG+aIGKEms2o8lGWxH4ZiGkALpsV
UuFmMExWkUOaGqwKlGJYFqLtd8X/ABJyMK9VI4MaKqBs2SEsCHQerF+FFIDk3kg+FyqF1RMA
Su0MM3CJ3TrJwLsP6l9CJHRUkD0ZUKv70zqpqmJXg6JUdPcATQdIIxdyUQe04EBMxMcJYKoJ
a7VUZxl3GtbIQkKuzxqEZyIH7IzKMpmuLVQLuPJGMR+td0sLOpSOZYA1WfigAOqoCD4rVjkn
tmn5pk1+iOByVfDNDUWFboADWcgnJER1TxAkEwLLuYdOB3RSUSKJhEyOQDldzxIvE0TburS3
0Wd/6kfgP8MMz3p/CgWxTu6BFQoscrdUKOuQQa2SIFBzuoS092TUQiicVZMwqmHL5kxp0WPi
ybhgmJRJBten3V6p8qj7q9UvMfdRGuYPUfdTic5NVinBMSh3MQGXqHpZSpgnJunNTlwO1IUP
cK89KaJEozx5LSLyqAhM4F1GOmgJr1EEzuMUGwT2qqp6frVL5KtVbxWZwVTbBNmmatnQjE1O
OCAlUGxCeY0xCZ681TzTe9DI38lmnIZPULcgKkh/LvRmYayAwrpv9VS3YjTqLsarmntyQueY
CZsFEabYoUrgqhMIvmHQNRkEIymBq+dadBOmjotEleg0XoI5laGsHdahdMIoD4bvb9NKH5V+
abQAeqqAG5qrJtTeCDy9yqXRDq6MpGgW58LcEdOBD0X+YejT6f6lpzZA4ru7qpwPEr4mMaHx
QuDF2JUTfSGUZYl381tsMZOf5FkmjRr8HaiCoPF0xV/emsVVfrWonwUDENOuokfaXdEFrOtI
omLUVQCTXwQ7QUEXVVpF0Rix+ZCEbyIAezqMd5u8PHTUfZVbAOc1KO2dUAzEitRqR3BJgC2k
u/8A9aaILtVM4zQ0t4mqckDxRoCcap6DJCY3IljQuX/tTSYyapa6sjRMhK2FFXFm8UzA0uol
nrbwVL8KJnR2YxBi4DnBfCMRix6KW1NtLEhrhlzPCUNPYbMarelbD3q2DrSGABi6JpRURDsv
hgkxJc0TNiGT4HAqFRi3moYCJP2F+tUN0xoqU6KvghS2AWp65IUc8k5BriQe1ET75PgiRE6s
LoiYbTQghioGFIP3DMH1IEEVFnVarlmu406smcS6EImAp4IAMxxV+5lqEjJ6WWqY7iCD/aiA
GoCCFGG5LUNsNGzh/wB5ODfBO/ghpiZHkHXxN3UAR6CCE4hXzVAyqrewZCrWCb4egCpJBRe4
oVWqpgycBRwGr9SDeazR4EOSTJ3pkiIk663ZHc25GU2qHGK5pzgtyEmMYNpBVmq9Dpr9VY+h
rqYuKU8F1RJyRB9QTGxDl0UL6SLobJNA7ZrQCO0my5G6YFk5NVUs6jCEXJpROxIABNEBhicl
QrXuSnCOQo607dSaykayV2UgRVvVjeMkRiE+ojT7kRuCFMgR9pdkY9aoynI1wFkDIMTZ1H4j
3t+kVp2iAfetQ1dR+FMWk+YUpzDEAkjx7UZGquyGIWMYAtIjIrTthzfUay/m9iquFp1xfqvW
PMLtLqiqq0Ex7wuSkQa3C5quBdUVuHJEy3PzCaR6+lOQ0qt5J5BnirIv4Bbhw4XUi+I+ZBjS
7BEvehT3+dEyonzDhAYgBbkhR4n3xRbwVv8AlVt71SyAAoVL/b3QA9Ym50+j7alvCXZMFo2p
/CiJXB6ImRAAiWf9p1f/AITK4CIjIWzU+Rvw0jFapFzk/wCFOQC9OjIahTBaoDTJGRDkVcOy
0GsfpPggAxUoA+pvn1LkmHuV7qW3jIhv606fcmA2C/IcnEkU/uRfcAByoh+aS/P7qeZMnzRJ
qOSxQlCRGaErux8wtNjc0dETrE2ohEUMRezhOa8KJ+BItw1iBNQdSO5oLVyxRE4kFqP1QwzR
AuxZS3pkGJex7q/V4fVW57kNdg4BurXFDRaSSX9OC7rHOqFHMUGuFKJFSCE1g9kHo9lqfkyo
mIX+vGJbbjCLxwtr9KMQGAFFIUoSr0KEiTOI+h4fvL8t4P0+6hqnLzVZnnUrUKg3QYs10ZSH
pFCVmgY9ozQq+aYJn8EWAiTdgz/yrnkhF6+5Z8DcoHdLVofCSkNvckNtmYFvrJ5E+Lqn/lWV
2fgWumsV+tSg9YgU6IGcIyOZAKptxboENIAZXV0cUwWZRVVUqiBxTHFO1Qm4fVW4Xa3zJjhk
gCfJOBUIE4Kgyd0SaVwQLWbqgWvZ1grWwsqBAFR2CO1mB5ATTITAJBf7KYgh1UjxurtzVfNO
K8K4+KmZWkQAR0Rq61e5BgGxQqRyTirJybeKcf8ACJZ2t5KyyTAEtkHQI2pCJxsAnEdSYxI5
kFNpdkzAC9SqmI8VWcX5L1glHTHU3JAfCkCeTBSE4EAipOYTNxLCiqin93sWsn4dFkVdOvqq
eVD7k+ayIVRVZMLIF8GVKAeKkAasV3F2sP8Aqv11ReyuyJFM08Q2SoQ3QLRMggHJllzQJq2K
pVXqtIN1pwTe9RiS5oT5KofkgGYHzUsQssAnB9yFLqtA9FLdegZ/7UIQiZE4BPvS+CMAe4lA
CRlIXLokeSYCvVcuqYj3qkSXReOnx/Cj2lA6WBweqdx5/hTmgXJrpwHVIgeK7RTlVdxfwV6o
yyum1VJaicWKJe6YKof2HN8F3BEGhX1EZEuCBRUFMimOKY1TwZAD6WBVL4psDdHchhcLFNYF
MDVPL3LMFABEkBjkhZMxA/T9lMKJrHzQVFzdM1FQea1Bhg2C7T5oSLkq66JsqqW3ulhOj+Op
E7UNc/2yBT+ZE6iMgKLuJK/LloAwKrMviyrORfmnf3l0w81pFJRqStW5J6WCaMn6lVk3Reot
1TjcOk4GRTG/VM4haoKAAD4lro1TowEjEnEL4m8+42Yeq0iMwD+6Gr9ZE7VQM3CZlaitwqyp
wcYq/wBBlI4hqIEFueCDLViMLlMbINJ+a0yrFNEduaNHcVZaSCGzTMxVaFUojm6sXsgSq1Ti
nJUZ1+tO7BXQ61Tu+CpbJEEMqIP6ciqBqpsOSZuRRNmIZNCdDhf+5MWPNk0ogcwU0ak2HVCW
+XmakOy+JAvB2q6bHNZjNSEg4IZ+iYBWTm3A6g4ysjojoAtc/wB6uejKIBMYhiSyrU48HC16
jKJJobBynkCOoZHSZCAFSLV9OpOm80yuqGqGgscVWpVQvqupZkCnggJBgfFA3TIEkgjEJpUa
yBB1DEIVu45hBzQ3GScRDDEXRiQfNMTXmnKYt5K3Qpis04FMk4xuyZ7oDAIZqgqV3ULY1TYl
M5KIQEb8kSTQYIE2QpV0AL4xwdVDEYLuLZK3itmUsNJ6rwuEY1IpdCGeSEtzUADyX5Y8ceFO
LH2Itir8PiCRiAC+Ad9S+GGm5o4r9SamdwGILMCsuD+xkq4r6q19E4LV+dPIJ36+Sc1GCrVq
LVE+CEqtY5kfSQfwRka0WsAaaLSKsvmReQETgF20TSqyc+CLCi5r9P6kxubL5kG9RsE71KJd
2yTCzIOHOKdmydWpimgX/UhJagKGjHoreSeEWAxlRH4ojOXmP7UTFhKILYLRPAsjShuhuRiB
IVBXNQi0u520ilFHbkSJkuNN2/fQk4lEVzLOhLcDErTsgh5aQ4/Eh/sf7B1E1FSfV6kDGyoa
oNbFkI6JT04s/wBpPOJh1YfaRnuFhZsUAH0An8KE4PGQ8/3VLb351LGJNu31rUC4NePJcuF+
H1HUmqwT4OgZVDo6axa3gu2hxFlU3Qp1CIp8RiQGwUWiwFDYJom9WBWoi2CNHrZBvHBG6vXN
CvVVLjAKgpki3kEXDurUF34amtmEcclWmfNWDokgHJVFMMUREdyIlddtQKlCO3FyfBE7+3GW
4TRwJME0QIjIBkcnovgn1SXaO0oEhiq0QXcAWzC+IajI1+0rARyZUshKcQTEuHGKjAHkg1nO
KfU3JDVfFSjmzKUpFi1M0TOcpdSSyD/9lWnILkpbW9uEA/43cj9nQmxVn8eF0dVCs0XDhen6
LKXeHkGAcXITZEqhfmnwOKZnbKqBIosFFzUGz/RRAvcFOYSGBojpGIcqtEBVYkKzBViQ2IxR
Y9U5vyquWdkT83B1dqLpVGhXaHTGwupRaoxRYEk5IEg1X5hcZAfeQ0hm6cHF8HQOYqoycvFq
YWRo6MTdCcYmTLviY9U2I4EJgiZYBGcyB3UyugYl6niJZhEA9sQBfLUns1lnwJsRydOGd1Cb
uWY9QqKyqgKl1ajJgvqujMElqgdES1yVVAWyTggOEzgjBULtgh/sAOwqExIZqEIyjfnRHaAZ
8f6k5wXzLGqvVHH3Jw5fwVVyCYK65ZotUFOe3kKrUCBq/Un1AvinZhzKpjhdRkTR7KnFgqVZ
RGIFVHdAeNBL+zhqH0iyYotUrUa8rIGyJ25AFsQ6G3qEibUR+JIOaUCO0cSGOSbIniWu1FOE
iCxrKyumDl1Yj5kz1TAUupQJYxl86G1bUHTcA3AnmvqpjE15hSLB+aaNDmtMsMkwtkVk2SAN
DmEA/bzVKab/AKRWkSLcqIvXmrlkDQJz1TjzRq7Zq5CAqed01uSzfNfOuSNmKaualGQrgcRV
ahMs7MVpizRoSaXQGkGTVPNU9hwrcJDFixQkehVMKqoIDs6JBoaB7umkamrpgHWo6IxqcSgd
cRIG4jWn8a0OboRTc+MulFuFtRc0Nk7VxXM1DJ7sbKlEXrRkIH0zIDD+Vbe43bQUveSa6dZc
HOJX1EfJEAOSU4cHF1dimuGTB2XLmoxk7P0Cl7igyOaY06qodrFY0w4f8lYdEIijXKu/MKhr
wYWQBIDp3LAOU5PiVpi+ipcDFCMQ3tkHhVfBkw251BJo5/i/h4GMgxOKlGEtUGcUxREyCeS1
awHzXdUNWqM4BiK3UpzlqOFkCCHOCbjI5A/MjLmV+tA+pWL9FWici9ltS/fi+V0Ji4IUZNf2
KXBX/wAbqiEjYufLSqeKfAoGNgnxZytDXQYnDxQBZB/BfrWbIOSnVAmxyTiyJxK5I1ond1yV
bogPXzUdrza7IaR5/IOMEOEnHcA8ZC9F8HfMYSAu5uE480XyK3I/smhCGiRk2BZGDMRgtJdy
cEAPURVRAqRfqyxAbBCj9UROI04URaxCnA2BNcUbtgnLvgCsU/uUQMFCYNNQp4ogB9bDzUQS
O0Jl3FuSDG9VdXP+NlpROTui4NUCSAMcEQHNUAasnF0zHVipCo62QAIJyK+HMWFB/Uqo54Mg
CLm5RmTExbP8CY16KjvgiWtZF6ZOqX4ObqlghGAdapDvN+FU/tOj7kOEqMNSaO4RFm+ypR3S
ZuCBQH7SuREvRkCbkD5k7UxWqNM81QEVucvqKJNgP1K6/Lk3VNuBzmEwsclNqhzRRDgaf+Fq
wfwTt0ayOSGkrb0h+6LjxQMQ+kgspR9ypQ45oSlXBMBbBMKABl/8bISbqVdnRLPpC1tV2961
6mGCBOLEMVtRkfUCW8NShEGzU5rcAHpupcgy1EB44qw8k8tsHJwmjEBsAFIZhML5KpfNPYZI
tgseSr/4WsWqUGFzgn0936kw+SNKoA3fgdABk71RE4Ec8LppUUtyTF/SLlCP0slyTA1KJd3o
AtWl6CvgrMODs/Nao+nFPENEju6vJSBwKATE1Z3REQTzUdxtUtZBLYMo6g8tV9Kc9vULcDgE
Jm6ld18KKsmIzQeTOaArD0Otf0TSQy+jqUQO4En7K3HZqCihzlh1UIAEk1bFCL+kAc3WzIvY
e9ChIcNRf7BL2DAVU42opVRxQ6cCicCXCZ7p81T3oglsa1H1UwtmyYyETaQLamX5Un0NSjrq
m9i/CvsWuol7lXdZKW3Q7k6AY0PcqByfFH/Y3HiZemJy/aRmTUkrV4FHlQAJwH5GyGqOlwPm
4Z8DzQeJEYs79Zdy1AdzuW9NlY0TEXxTCwT7pAjU1svibYpIuKD7qfFSDs4P2ExvZMUwds1q
JLL6jIxA7ZUJ6obTgafSf2gjEipkMeS24u/cX81txFoxc9SpSIbuYeC2zegP9q50Yc9K3npR
B66h91SMckX9T2QNmoiioyF44LI2Wq/iqY+KrindN/y6+PIsZgMPkXF1XiCmPVGWVWUpSzLe
JQMiYw2yJS8EYj0wDBGIFBc81IM+lNaZqy28gQq4+xRB7GI+eaZkxF1CTvKUpJiWC2NiMqzJ
kTdv/b0qG2fohNiVtzN5Ej3Jya4Jq0qjSoTL6qfP501BMWK+HFgQXrZQiSxBcgWutVwzAISJ
9RkVA5RjX+VRka2PuW8DVwosS6IzdSBwsVKDNKDP48CFESqJFmUZwAEZuG5+pZDJO1FXGy1E
UwIW1DAyDvl9JCIDAUA+TIPB8kAymAHLIEUJupSprLuQKstYL6jZSnOlbBSYd0w6Dh5WQEcP
BRc4DhQoc+BBciMQ1f4l/wCigD6XYrbEbAn3r9CtvbNoRB8zFUKjAk0b55KEh9GYKO5N9McA
c0SAQ9HTxLk8l3Ujgvqujt/RwC1xvmnFTyWoAkACtUZGhJetFtgUIdMb6Y/ZQetP1KWkNqFX
Wkm1UQMLIk1JW9I3Gn7Sc3zRLhwol3YiiJAcw7xfAKoTVigPemUN6YbcLmr0/Z4X4OnoAu0h
uSoTVMS+SrQK44OgjksskQbFGU6h7f2qMBYmrIQBA0p43bFGBDNRdxt5oCDgppSJ6JzIjk6B
jU5FMXiVdwpSHIcAdQugZM4kycVT7ZMSMa2UY65aQQ5q39qiZHVJxVFsK+SjoLlge2qEay6A
4qMZSMXc/pqUcwy/+NfEFwQfJAtdAG0sSnNf1IwiSMVEH6NlpIpnyQMS7clqk4GCeAYnFAFn
kfmRnFtTs11uyNNRHiui0jFk5ozLTEAykGPktUI9py/lWuTi1EasyhExoZAe9ACgA9hisSOa
orKoQANboyiKxsc0TJgQsEck66V4Oc280ScrqUzYUHNM1FJg3/hMhIg+l1biAUYEu1PBSalm
Ce7qMagEiyhtx9JqxTi+KdiJSqDWzKsY6gCNRd1skHVqA1DIvJEXcVCkIFq6QR+yEGJJBURJ
6gkUQgWoALZdq+o6Y3sQjCXgjFfBlcf9kDIsGoUTgSjICqjADEOgMAqYBa41MSpCA8TQKMIB
hEMyrIE4gXTRgQbBwy72bJ1QMhuzkALVK0xIEZY80xZwVtxZzqvwpwv7IyxRPB4epGMiwwQq
uiOSvQKOzE/lxJfD0lR2ySI3ZCMfFFq1XxG7oxN+SAplRQJA1GIsqceRUS/q/wCq+JGJlEgW
r+0hubnpBa71WyWsS/lJDcFIsB4pyzLbkImUZQjpIy0xVYl+iH+wXGkkAE49v0USSAALrekQ
CJOYkYP3dy3NvIiRUQ7GINP5UQam/vX1E5cRfwYp4MTcEKt0NwXGSZnORzTSDPgu04L4pqKt
JUxTi6OoU5pj5RCJg4GTsmkHOJVmVKnqERGZEsACu+RMzZy7JpSJGHL6quSo7ul4xNZUyl9H
jJrstBNeavwfBdrqvzphQp3otMkJOwAQBLVRbJMT1Xw9uREnq1KKU5RbEy8Ed00As/JGmo4U
VmPRbkY+oxLU5LuoxYuo/wAPswkLRNfNOSwzKlEygcgSEJxaMYOSzY9qABF81UPzWzGc+4RA
NCcP4UdJDkEChCJ2qxuJAgI/EkBE3cgrRGUWiO4dP3FL/wDLEgMH09of970rcn/sBiW0k9xp
6lPcZ4klnydfVRIvcdQjCVGs61Qwv0XIqljZCW3U1dkdsBy7EAVdRgQxiKp8E5k6aIaBxxT3
VaBEaxKQ+iDVERjU4L8w6AMRVGUcaKEiTW6/5Q12cXD4rTDtHKg4kYoxP6UVODEJhZPI04gE
hzghjRFi4Dn3oFqtZGveRZ/6kZSDRuT+JHbjIElgAP0/dQ2yHMj7kTK5wRalbrOOJC7X0SqS
FQVA9l18OEJGJiCSAf3k7FzmnjGXMsfsofEBAwJQjXFRhAaqA0CBdjkgJVIyUpRDkVAWkg1N
SFufDIkSXk/RESDNdDbjEnAK30VfslQeKE4B8Tw0/ROKd/FGBNY4r4wkQSXIRxK0xF/FPMps
ECak4OhGDRHmo7hLG5i2aaAv4p50bBUutZuDbqqA/rR3JnEMnZ2xTps0WC+JndGJoMCq+yyE
wfSCfJMR3RDEI0cSqpEWYt4BF6NfwR2tvuNnwUJy7WwxTu5zQ1GqYUdMSxOC1DzXX2Sj20sr
eNUxFENL0qwWkvtxGJCAerAOm8lpkGClKI1GwHVawKu7cytMqai5DYBaY41QkXDLwTY/RPNa
J1PmgZnVF2otUaHArTuVbG61Roc0YzpJ8FKctw6TVk4AVIyd0duHaTYoGczKldRcfVVgZZkD
+lAybmE4HCijtYSqUNJABrVR2w0WuyqXRq8VUucFmnb9HR5WX6/YqVVSDYH5lIBgxNRkgSzy
FPFGALOG81Lb2xpkKGQFSUDLuizsc1GLd2PgFpqZyBZsERt1IqTM0+rpQ1trxICoQSMSmoJp
pgUx9inD4W1ByLko6oxIyZlSAGaae2JBU29JL2A+yhqi3hdPKBcYsEIjUDIsKJp1GV1Tbi9K
sFq2fy5ZhATOuQpqWmrheCZa4jvCaQdqs6aNnxssD/ypRPdHArUaHNSjAiUxi4KaMdIxLL8w
uBXJPCLywuy/MZ8rIMFmnPkuqYIT3jqiOuSG3tQqb4lDVRwjpCYBHVTwRIRBidOQdGMwYhsa
H+pPLw4BVVKlMqlEygCTUoRiABEURa7UKMt0GUXyTgAAKXw6yJLNWiEt1wXxewVCDKVw6OiG
mOBINk8t5uQiPtRX5x1ycsQNNE3GqquSlPbfSeRP9qerj90/dTkH+UqkCebSdE/DmD0Lf2pp
wkSDcOi0JMMwVrAPbZ3ugJVtVSMfU1FImZgWpRT3JTM9bNdd1s25rwT8NUJGtwUxC7T2mrc0
zx1F6FMCIxOTsycPMk0yQB9VKBOXPJNCgxCbBNgg3APRMmzRNycSu4Oy7Q+Tq1VktRLrtYHx
dapXZnWklxg6D0JumCATmp43qjKRPR6JhbgYmxQnAEyFappkRJoIxx/vUtzcck4FARoE903G
hWadW41ThVVr1XJSvpGKohoiJSbF/somcBEg82/qVFtg2deCYKieVkQCTL6LBxVSEZ6QfCyr
3HFREgDM+RotcgGjUiOQQO0zi/4lUFEEav3VbTyT+rzToFq5qnvXcqI5cGRzRjChNitMomua
YROs4rVIX51TzfDzUJs4IDHkypQlOQnRdAKpcZcKY8GVaofBmBAs7n8CD7jAYP8AgWZx4VTB
ObJpSqcEz1H6dqYGvAxDv+ruVJ36oEyJAP6elUEvL8aq/u++mLu9KD7ykZXyaqMhUXoECcQq
AUFlGG32lrtRS+OxY0PJRIwDLxVvFUXw4gxc9H9X7qAAMibjJEb4jEEOAUJRYg3IfBCcYUA9
QxQhuOYihT7O4I7mP0SmnB45hlWLc2T08k0R5BYV4ULnII6qApmoLKiqfJYsE0Aeq7nZVr1T
gASOQZVsUYlhWxDfZQALEMxCAd4ksBwYXWmVJYBd0QU22AOQTm+Sos+XAgy1S/ZFSv8AERE4
llbtwT4GyoreK07UvzAWJF7Lu3JiJ/eKdybM5qvib0tMR6QSS7/uoG4NR0VKBHdEoxBAemK9
cT4H7yfVEoaxEqJ2YgZsW+2vSBi9PvKMZAAOHktI0u7lMESKkCiInFy9HZCP+sDUnUxEf4VE
f7U3mTif6dS96ZMgZExbEJoXNyW+zFM7NYow3wIH3H+HWmbXtZipZGQkIyNhS61iOoYaXR+J
EN+8/wB5ATGk+5dpBByZVID9FWQ5VCbUPMIAEPgrg8hVUTqqcFzkWWXkmAYDFd3uVLIh2imA
d8SobedyaobrFiSQCibIEq9eV1puM0Z3fxTTBiBYhPGozWoy8BUrRGPw4XJrqZCVzzbhXgSs
gA5KkYhy7tghKstzCP0VKW7TdY6Y/wBs0SKjk6bSRzLr/wAoTIBjR7pxXg1uqrKIKpOJfmnM
4g5OvWKmjFNEuRdPbqhEziNQzonhIS/hIKEtTQizBe7gF4KlhwAlhY2uhGXpFH6dq1xLHA3T
Sj8SJsRRV1RL3un2562wZkxujq7Dzr91AxmG80CdwBuX4kNycjKtAE23taB+1Iv/AErvIMuS
qiVRVCAuFkmCqhI3DoAhgTdRg7smXSyEmeOP9qeycL01BzUtuNaIFjqJ6U7VRPwbJXRya6lG
MtUiGAUvy2MhUv8AZUNQaIq/gtcdxpMxon3NzUcgGQgKADgYgscFp3NsxYMSC6iI1jIeX0lq
tIWQiKt4LNVxwb7qdjQ2ZOfVIMQpbUSIykGBOC0E/EJjqcUb6KIAcSzCAMXJZ2+7pXgnZdeF
OAjUkqUNuJYYnNAGcmydx/KhqDnFNGA6MqBjyotIGku+rH+ZPtkEYvdadRAFwCgNwynF6uaq
kQRdpBUAHRVq6y9sgIMXEsVqJcvwajK6rESHNGO2dEjZrI/EnrewuB/MtZHroG6alf1Fiogs
Z4y46cZI8GT/AA4k5kOvSPIK1PZdf44h+QUtsRERFwGAwX/KrEeS9A8l6B5Ik7cfJE4YKUzU
Co8TpW5ubwcDbIA/mUAdkSEH1Gz/ALCMtEg7MzUqvB/BMSoiJYYngTIh8A61RIjGzUKJJYl8
EJSBjEmpY1QJBMhiTTg5lpJsxYpxPWf2aOgNulKhnKM5lnbtXeIl74f2oy2pacWugBJw9THh
zHC3B8eB4UpzTEOEQPSTQJ3RK7lSy5p5WC0CYEYFgAfqrbJDkyr0iUw4sC9AqJ+GY9gA1dXb
yVwvUGTCnNfFdpF3rSqMyaC9UY7IBEfpOCvUw6BFyCRyC0yIPNgtG4RmAMVuxZzpo+Yktwbk
agUvEh1ux1SGkhhyOpAncBgCDpat17vDhVARIBNyEJROom74I3JvSwTzB3Jlr4fwoRAYCgZP
KwujHZIxrf8AlWrccHAAV/m7l3AxB8ygIDxN1U8GIoU8QBmq8As39lwq8ShwYBpZIk4KMXoa
lPYE36lCQFbvxnMYBGruKrLgOaZ34uh0VSU0Zck5qRYL4hOqrN1WmMdMf2gCpbe9IzEnGAZP
skmJwYH7irtny/Eu3bkw5Ku3LyU5yiQRGj9UY3eJ+dTntgGZFH/Cte4wlMYUfSubr3KiMiei
qXJwKEccsVrnScjTon1DmnlMBEwJEDZ6WWoDrIqznPiE2KLJlZcuD3CqhVXToZ+wTH1IaqKu
HA6CxxRNS9UTIMBbzQGOPHQX7jZTkAxt7kU/slESBAHJEaiOqcScJweoQnuSpg1S6Oh6ZhuA
4NxvRj9pclt7gppJHgQok4sV4r8stHNaNWoHBGUmO4aDS7o/7G7WP0Xu47Fy5utMQJHNkC2o
GrlkNYjIirMqU6LIZuhpsqxfm4RJiR4LEPyVCwGJogRXmm4WVFbqnADKzcG9jSOSYgK7hOVY
KlPZhJ3EXJHipGVCTQMT9lPEF+ioNI5kLu7jmtU6BayWGaiSaTpE5uipyIBDBnqqwj5BamEW
wFB/SiCNRF2BTNqbAph2jCjfYV/Ef9VcsgI3/T91YumjuaScG/AmmTMGlFGTXBI4MznBQbCn
lwHPBGUmAFnQABYF3yqm1W+jiqUj4uu8GIwWmOGJ48mQquSFGROCYjtKYJynumsqBPxcJ2RP
CiD4smCc+xyPEojCRPzyTAlEAkPzQjKT1xd0B64v4stJLPgaf3L4ZYROTIAWjayIVeE+h+ZF
ncL0kE8itIjI9F6Jh84lkSxAFybIkkWoxTGB6sbfxIkuCEGA1SNlszyBEurcAp/6+k0eT4M/
4l4p0dsxZiz9USO6ZwsnZyWfky1T7jgMFdUsmQTlOmVrIoIe2U6dVTcBJP7LJsFREonCJL+a
BidMQfV6vuqm456N9pPrdReRePANcJ8jktTtyWapwMyS5uAhLUTgmDog2TNRWPmmqEWmWPRH
c1GQIIZmv9ZDIIclEWZ/sobkrTGkdXir4+5EF9QsMFqIAD4XWqbCPv8A6V2RD5tVVxsyzz4M
UxJBCqaNZDEJ81ZEDwQPBvkGTcG9h1phGt3KfaOkDmy0bjPGhPNDgTZGN9RNEwzPC3sVAKpb
L2qcW4WC5IcBlpPzxUdYfSXVk8iZSN0CRXIqoAcWXLAKo9yoqpiPFOFUkpkbtgiW6KoNaiiD
3x4WXT2KkeazVOJQ9ghRMiWA6IwgW6LWNwaia2Q25Ea3YVCeRbrRHb2yGe7vghuM4Yu2bKJI
Z3PvVvbe7IFGFJEDMJgAPFMQPBCIDPiWQhKcK4uF/kiMiSKoTiYyfKq9IZU23813R09UIsHK
DoN+yfn4e5DSKp2LhajRkAMFWipxtwfFMg+CcBAcblOHTFZK5VSqK1T8gTkCpPVUHkhIgvGr
rum4KoS7WK1yFKFmHcmp4cKe0UQFIxBIkHdMBX3ruqnPgnqeaDmgQ0SmRRsrfwo/EmYyjUB0
0CZDEoR0mhvVWeWaqpHKIA/q48+FECbrnwZNwrdMqLmm4VQZfPw5cKJzis+Iy5ezyUQC4NCo
bgHbN3ZZhsOq1EOQFlHEFDa09xrRAFqABh0TcK+1y4OyMy3mgD8/4UxDA3Yq1Bh95ExiO6/g
mlEEO7FAQixBf3p2ryzWq5VbIKXKI+eaHB8MlyPByv1cLexbgWVfYdVVOD4cKezThS6McU8h
UWUZH6J/u0omFf1VXZUNUWsgJR6uicREuPFVVFT2enAc1daBIGQuPkn4E5gDyQ9jBNnwfi/G
qqqcHHGqr7Lo8D7DoykQOpWmLaYmpu6M5EtKyLhy2F0ZScFy/REu5IXP5Dqgy34zIGmMgATz
ityAFZm9XQkdxycKyH1u5Fjt0xLj7SfsIbCX3pJzGIA+lqDJ+w/wycpiwIwev9K9JfJk4iW6
L0ypiy1ShKIHKi+IAYh2r7DKqsyZMgEyZNdOnTqi5rTigbJiGKfJOnz9iqYKt1SuaobocTM1
awzVmi1fBaAWxKgMLe5AYJncyq/VaTl8h1QCAFVuy/ad/E6v3VGUjpjqcnkEYbUgYXdqoxlI
Nk33V2xJNbn7sUTIGUwbRBsqQIFXeq1mJrUYYozlSYDAVqwWoRIDMK/hRjq1FmYMHUP9YUEi
0rUZCADC+acVXXg4dB7J+FKOgnXNUujHFBfqWXCmGOKdEgtIVBTboLks4VFyTJ1mqrkUACY8
wnJJlmU0qxepxQbFNmnKOmgFgmepp5oSJqXcqLYHHog2AqrWQo5I4v7QQzCJhpc1qqEc6otp
pck1WmgGbpxMEnNCR3A1iFLVJhhpoUAJPzKFS4vzTOSiYEuBdR3yQwJ61Hai+ClyLVQ4eoHk
yDVzou6B8lXbJCf4ch4IdhTMm0UQLgPmnBDq46J6PZZhPKvuThw2DrkmK02jLHB12SLCiaYc
+C1AivNUNPYYGzBGEWDMSeqMKMojV9VdVU1yTS/9FEEUcKOkOeSAy/4Ui7FFqyOeS1n1MnVf
bqgE+KYhGlFRc1RDjVEFS2wPypEyF6fsrcliIyPuR2yGIeufsVwQqqcArB0S1UxCsrMnBNea
pIhBiaZ1TUJRMgAcE+KD0JyQFS4xTRdM/QFUIIBdivzBFj1Q7xWybVE+KLWBwUwbMKr92zoN
6sAgceEpgOef8qBk1DZAWfmgRXFSEqKG3FyAA/8AUgOSbjXjkiU/B1yTD5EFS2z6ZggnqjOM
i2R5oHlw68AMeHzoALMKhpknTqycZpjd0UckHApdOBdGlkKKnqxRIFMUxvgF1uqe9VTDBbpO
ICkzMZFCPMBOVUOtAvIhl3CpPuQbwUXyHzIaAxlc+Kc+rNMmV1z9kp048UZbhYGyZpF8gPvr
tjPxiP8A7EwjL+Uf/YrEZU/Gu4Ek5R/Eu4How++mOoZ0/EvUfcqTXrA6pviRPQrWD2jEISFQ
avw9yBNTnwc0HG7K65piU5qi1ckX8kSFzKyCfA8KovY2RIzVWPIonbEbWC9BpitIgx5qUpMG
FPtLQatipSN5WZHdNJN41Udw2DlUV0IgvyRcuyiHzURG4AfyXciL5URBuFTzTksAmBdkz4Pw
dXZUKIIBRIHgFplEsJUJ/wCq1sxLWCqAeSqKnFrIAsY2JI+wgYRGjJgA/wBZemMZUpRD4gBp
WlyiduJ08gWRGoCQ+ixdPqdw45IRgHJyQjIXdwowpF30jonzXi6pVciq8OfABOECU6pUqyL4
qhXNYdOAQRaLxKszWKEsMU4KcB1NrtZWIpjRMRZRiKhmYIRauPjwJwClMekD9WlEZlChLhRO
YDqWqQBYtmjYkWAqhIEAnNajL50BtgtiWLJyJPyBUSHJkAfNFwerpnZEAE1wd0AAx50VJCSk
GMiGshHQYNK7EYKMjKUZM36dqpKTYFvwp9UujH7qpquHcfgQMjM6asB9nQvy4ljfVGv2ExlM
eFF8MSkAzAsf6pJ4mLjMVKMmHldRnOOmDuTj9VfDhJ1GRvB28eNONlTg2aurroqBF+DJigRU
q7oA8NJwXw4VerlaZhmuUCKxWqJdacZC+CY1oq1fBCrMf1IIOpVoaKpocEAE8sqJgpDbpGDR
9y7txvBAmRk3gmDqlFWvHJOxBNXBRMZu9gQiw5o4WUXwP6pLbIy9hym4V4MmKJi9ePh7IAo/
B/enTGqunFAmAcnNDldMMVW+ZVEwvmnlVOE7LVGkgi4GoiyAJOl2IQesSnwNByWuJBpiiGDj
FEmoJohSqqmBdzRQlzTmiBwA4SYVNSU/yGnIP/bwYhwiGAQjAgQBe629kgncN29N0Dn8r7l1
Rx4ugm43TKlCFUXVD4JimAonxTUdZ8kQDZEg2NkCMU8w74oxeowQey1CoK1Cma0tTNCNmxQd
RH7wUIm1VRMLG/h7FFl7RfL7qquSIzVTV6eUlHcMgTGVYvWi7Ylv4X+yvQc/T+FR17cg9yQg
QDdVenCnAh0zh8k3Arx9ll0T4KnCpVCmTp0+VVTw4cs0+CEhciqfkmHpeq0u4K1AMRiKLSHa
9aoDBRic0ZAvWyubJsBYqEQHqg70RFkSfBDp8lI8QOqLi1QfBPPclEh8af2I/C3jI4Ou0CUj
Z3+8tUhGIHLH+ZDVGJfFkxjFsCHCPZFnpdemJPiqbYc4dy7IRD4lygAIvM16/s+pT3CGnEEg
eClLcuCwRYuxIPhw/9k=</binary>
 <binary id="i_040.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Rs8RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDAAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAaAgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO+JA8EzY8kMbpOqcHXmUlJd2hUd
zQmJ9v5VzvW+p9Qt6hV0HpLTXnXs9R+W4eyqk7vUsrje/wBTazZv2+z/AAf6VJT0JuYHBrnt
DiQA0kAyfothSB1XmPXm9Qw7/sTntcDrNTg5hcT7rP8AuXXc9+39JnPfZ/o32fzi6z6mdayO
p9PsqzSXZWE8VPtcZc9jhuqfY399kelZ++kp6MGRBT6ayogdwpPkVkhJTzudeLLXVE62kAEa
EBpnd+CrWZQbuYwy5waS7iARENC0cnE9UOMQ8agn+9ZV1FbrHNbHta0uI9pmPpe76Lnf9Qkp
lg5jmtESQZa1swf3jyrL+oW3j0qxJbALhwZ+if8AOaqOEWMPpuGodLXAcAfR1/rfmLXxasc2
MOyN7XCOx2Fmv/TckpJjevtY2wEGZI+a1WaQnFbNoIAjt8E1TSH3Enl4j4BrGpKf/9Dty/x0
+SRcANxIaBqXHgfFc9fn9Xq6kXljvsotbXsG01+kS1u5zWvss9f3b/V/74pdd6bk9VudiW5D
sTDrqaanNbvbbcXPN3rfR2Nox6mMZ/4Y9RJTvCxrxoQ4R2Onkuf+s7cSm6jKyWPdRYx+Haay
GkueWXYjXWEO2fpGX+m/b9NLoAyOl9M6gzKeb2dPtL6TuJLaXMZY+r3z6Xp+9zqX/wA2j9as
wuo0Ho1zMis9QDBi5foudQXwMmh7bWH3bNv6VJTm9YzcTp2FZXhV4db7HM3UtZMSG1esa3lz
cp7dv85dj+sxc70HqWVgdcx3VO37y2iysDmpzgxzY/4P/Bv/ADP+LW6zpXQMOyvGyrMnrOXj
6Cipjtje+000/mfvPuuWozqFuIwjA6BfRXrtc2qurU/nQwXWNSU79VodMSWgwHHgj95qOZHI
MFcxjdYyxY+zPwc6hjWmXibWBv0i97Gtrd7f6iudByvtVNltOQLca+sPpJI3seS9rmWMb9HZ
t9qSm3k5uGLH4ouZ6+0nZxx+YH/QdZ/we71FzXVrBjMsycg+nU0w0Rq57vzR+/Yrr87C6VRT
+oWZ/UrWyWMBeBBm2x972vbTWz/SbFew8/pHXKb6jXW/0XbHsfssZJG6q6i1vtsrf/grElPK
YWXYaGZF2NZTj23sZXkB8gF/0HW1EB/pud/2o+guwLGVilpMP2vkjmQGO/74uSvzLXY37Jsv
pDabmsy8u1/tqFT2vbW4j32uc9vpfR9i2M3qOdaQ/AoN732fqwkT+6+638yrG/M97v8ACJKe
oZbWKmmx7Wg6AuIaCf7SVWrN0aPc50/2i0f9FqwG1ZedQ7CzS3G6hQxuRUaD61RqJdW6nbYP
zHt2vT/Vh2VZc5101MDBuqkhgsJc11ddbvb+b63s/wBIkp//0RftrqTeoY99ueLvVs2W4ldb
mtDR+Y0u+m/+yt7Iyqb8tuHa7cyyttwsxyd1LQP57NuefTqr9YuZ6Vfq+tX/AD/p/wCE5nIq
yDcKdlWO1wcx91X5wMv2U7/0jPU/0PsVejqeDj10tOM7JtZuNj7bJrdvDvY3HhzfovZue92/
10lOj1LNysjDv6bgB32W1/q3WM22Pyi9zfVstuDq9lDv9FjUf8b+jW/hZD8XBoyerzb1HHqL
XPDWl7GPcK2U1trPpuud7KvVZ77P5tYnROrsyeoU45rc0tY73uDdGMb6jvfU2p3t+h7vU/7c
V3Gzcu++5+NW0jVrGv8AolrHFzy7d/Nv/fSU6bOt9PLTbW8RMXEgAsMTFxn95vp2f8ItMPYa
PVaPUG3c0N1mRoGwubxuotdfjm3Hqpx9xrD6+NrmivJbssZW/Z6z2U1+n/PqvhXtxOn205Rt
bb0/KOGLGuJe1jtzm+myHf4B+z2f98SU9OMmqC9jpcx2x+w7tr2/Tqdt/Pr/ADmrl/rJfZ0q
qmzpQbjevbYLrKgAC8/pW7tv/gbH/oq/9GtDH6jjtLKTjejUwN0qe0sYHGPznN+lZ7f9K+yx
Rwqauqfb8XLm+j7SfTDR2rax7dobt+kyxJSHDyeo5mIzqPTBDBWarXOsFJptZ/Ou32O9B2Pa
36Xq1X/8WqWP1DpnTsPOs6W9l2bbYC5+vobyfbVTcK6Knur3WW+ymlln/B1KwfqewvNnTbvs
4JB2Xs9Uh37rmgW7dkfnqqz6u52Td+tZ9LsasksdaXMDw4wx7a3Ma70rvzLf5tJTn9E6OeoW
2ZF7Hmmh7Q4QfUseSdzGbxt/Q/z2T/mLoMQXODGOY0ZND7G2ggbXVvH09491NjNjLK//AANV
cjNvrxLmVVuFmHe5vpuMmWBtDttn7noensReiZrK241DtPVaa6/Tk6++0udWT9JrvU938hJT
t0P6Rdk24WN1Rjeo2ho2sePUDY3iqllh3O3T6lnpPWe7G6j0+11F7DY10kWyS3T3TW50e535
9f8AOKvk01twsmh9BNb7fVNDw3aHNLmV5FWS+t+31KvS97P01X7iXTuoWXUsx87JOU3f6jcc
ONtlbIGxluXu2fT3P+lb+j/fSU//0si31GMdkTtbt9pHYkQwf1Hf+BrMc0C0iNDEfBaWY/dj
NAEgvaSRxugjbuVbGxH5edVhMguve1vuMCJ927+y1JTtfVrGbj4l/VLGlz3OZVjzoIe4Nst0
/edtatjp1r341l7jHqvtc3+qXemz/otUOvAMwjiY4ANz66cdo0O4kbHNn6Pp7d6sBleOHVt+
hS0VtP8AJYIlJSel1GdgXMyC0+mXN3gSWbfc1w/lM2IHodRbY7qLLqmZNoaXVhhDfo7K/Vkv
duZV7NzG/TQek0XXU5LYIxrLmucCYL4E+k791mv6f/SfzauuFvqeo+zc4T7W+1uvj+8kpys0
es6qnIqYMwv3UXSGCXbh6jC1rt3pv/wb23f1E3Tsmn9cqssGT6+W/c9rdrXNIqY67YPoNtta
qf1k6sBtxMf6W71HWdxI27WfnN3rLezqNFbBW4N9AbC1kaNneN3727ekp6B31ldU1mPlOtNJ
3V+8CyGsc6uw+pHq7mtb+l/4KxaWF1/pdWE+nItDaWDdW46ttH5zGen+/wDm7PoLkHdU6jY9
trtrLB32DV3G8NP5yq1tdkWta/UPeA7aAIBPuLQ32pKeoxq2/YHW5LZ+2vtyH94ZZ72wD9L9
HsSFRx7X5jHQfTdjYtQaPZbdWXera0bmfpm01f8AbqZuU97RRaz0xjM2GXAjYCRU9wHu9S6v
atGtv2jEa1m2A4h7dZlsCt0t2uZs9mx6SnJrzftVALSLHemx1lTNNXD1Pov/AHvepMzaWuFb
9zDI2sIg8f2mKg8/Z8q6kQw75oLtPpe99Fr3Fu7dZu/P3/6NF+3+ls9Wi2ovgNmHNPk1zfb/
AJySn//TyBivsx9gfoSZBPDmT75/N4Vj6u3YjuqV5NoZj04lLrH2OcTL/wCZbY7eX+53qqWG
WlmQDw6s2wDAlzSHf9QsXCMWVtI9jSHEaT7Ru0a76X738tJT1L+o1dU+sWDRjj9DjOda5x4f
A9rwCGuatJ7x+k5/Ok9h3QcJ+P1Kz7Q/KqryKXhtHosDQ2GtbkMv3t9W2vJsc+v2/oqP0Xp/
pFKrIwrcp2Hfvrsb7i0sd6b2RvJZkQ6i2l7f5XvSU3Md7cHBDshrmus33FrQXaRIA2/n7Nvs
VHJ9TPbZsyfTwLGsJcGctP8AOVOf/wCfVZyHYmHWLaqnCoNL2mg/ofL1K2O9Lb+f6v8AglzO
bkDPy7cTp9rqsLb6t2mh+ibYYPp+93srSU5rrPtGXZfbBa+w6xDYmGta1o9rWsW1mta3PyG1
n2llT3A6QXN9rZ/4rYll9Jb+x6WYbQ99P6SywGC4H+fI/e2/o3sVWs+pfkXHU+rPOh2gcR+Y
kpBlSWNcR3JGv8U7SPUx7zt3k1mGGXOE7Xe3b+b+ejt2usDHQNpgn4D3Qh0U1W+q/wCjSxxe
GAGXBkV+o5jA97tr3fuf6RJTcPTbXZYsF59MWCw1uLjq129zRrt/qLd6Pb6V1pmBaJ10EtmX
fyfb/wCe1z7MoPcIuZA1LHP2GW+7d7217PU/8CVlzH5GI/HyrX1MudW14b9IA2Nn+pW+v8/6
CSmzmV9J6r1f1On5df2osjIa0eox+0/SfW72Wtb/AME5TZ9WX6etNxr1DXuArc795tTd73N/
kXPWlUHmmljWU49NftGO2uHNYNG7bd279J9N376Nj51GQ2w1yH1u22Vu0c06hu5v8vbur/fS
U//UzKdwaaWtLnWVXUsaOSWnfH9bas/Hx7W30V21urdvbq9pbrI8v5K1/rRSzoWVjMxLHu3i
zJc62HkEn0oENZ7NoWznYZxej4dWQ7flXOa7JfrB2tdcWMa32tZW59bPb+4kpzW5NGRQX+ka
bbf0briwNl7dd+5kOd+k+h/5NW8Bz+rN/Z/UOoZNPUMV2/EILAJaIdfDa635e76P6Z/rekh4
/TG511FFYazcfbqdoLf0ztNd29zf3FYzvq39ksJx7H2Z1j3W05Lzo17QHNFe4u9+7/Cv9RJT
SyWdYyXN6I27Gr9J27Isx7QdzHO3F3ot2v8Ab9J+H++jt6PiYjHsxqyLHNDTa4kuO0jcNZ2s
t+ntWfidP6he+ttbNteI57Lch01Pa/8AOxnW1++5lTzv2Vfpf8H6lK3simyyzGNT3ljTttLR
Dxu2zkemd+7Zss9n/CJKa/RL2hlFbgWtbYWPriBDXQdP3fTeqOZi14nWMvErcDSXb6DpqyAH
uj87ba1TFduNUbSDDn2AEtdAn21tss3O9NrGjba5/wDhFb6Li1O66MfIbI+zOFDm9y2wN3bX
j89tf7iSnGsvxKK3B7nNusd7XNBLWtH03mFE4zGYn2xzrK6a3MLH1HdY1jzGkxv97t/uWt9a
emY2F6WRmvbYyyx7KCyWPO79LttYz2+z99iXTunVX/V7qF9TngWNecYbdzi2lgfWfe7d+ku3
pKcvBxrraLcrEfZe3GsqrsZa4N3NyHOY1m2Xb/Usa31dzlZf1cdS29MwsVxuyIY0OLWAuad7
mu+lt/m9u9WfqPR6/wC0Kr6htLMZzq7a5Bk22Na6qwfu+9iB9SMBjutX25VL4qps9Fr2uDXF
7vSs2u+j+jqPt/rpKZ3/AFjfjUPwsqk19QxGtq2fm7mgbd9nu2s2/wA4xUKuo9VbbXmGyqXN
OrWAbmfSLLAG7f8AyC0frR0zDxsjE+03Os9VrgH7wLQxp/PY5j2Wt3/o2e5V8Doj7OgZubZk
MYzCdYAwNLt21rXe1/t9r3WfupKf/9Xf6x0TH6mWWPrqORUCxttoeYYfd7W1WVe7f+8rGXiY
1uEGZgNzaWfSZ7XktH+CDfz7NvsrVxzNfOVEwGwWl48AJCSnj/qv9vzeobr2ubTW5zwXHbYz
YfaC1rW72epsZ6n6L/ri6/q2Zg4/TrMvNA2Uw5gPJtHuoZV/wjrW+xTrO4fRLewDtDouX+ve
C404+c1rj6RNZPYb+C4f1klPK0dR6kCdl72veS4hpiXucbH9vdue9bHTPrCK4rz2vbtdItbM
AEbS25mrv5z9IsPAxhkZX2dxg2Aw6SIcPdPtC1cTAsrD25d7GOaYbWPc9wA9h7MrZ/xiSnXr
6z0W2u3GGQwV5D3F5tlrGsOjmbntc33fzm966fpeDjVY2Pc1tb7xQxhyGHfuG1o3Mt/P37fp
/nrk/ql0vpnUDkDPorzNxLhuBD2kO9rfZs/R2sbuXcNewnaNCPzQIAA8B9FJTldewsjM9Otu
G3KYASHGxrNridQ6u6uxjq9rf8H+lV3ExfRw6cezburra12ydsge7Z+dsVlxIM9j3lRkccJK
atVOFgucWxX67t1r3vkuI03Pfc/e5PjihuQ4NyW2uAPo0tLQWMJ3cMP6T93erO0Egkagz8Ck
1jQSQInlJTQ6r09+Wa3VspftkOFstcJ4squYy3/tl7PTRMfp2Ozp37PLGCgtLXMaDtlx9Rzm
iwv/AMJ+kVt2qk1ukfekp//W2mfW/oFwJ+1Gsk/RsrsB+J2sc1W8brPSMl4bRm0Pcddu8Md/
mW+m5eZ8Hz8I1lIgE8B2nB/2pKfWwCWmQSD35BQsrDx8vFtw7WTTc0tcBpBI0e3+Ux3vXmWP
1DqONsbi5N9Xp+2ttb3QJ/MZV9Ha79z011PT+o/WKt1Q6ln/AGZ5iaTjMveN382cxtL6raf3
0lPG1WPrcHtMO1AI00Mtd/nNWhhZubQ17mtrssIAD7wbHAN/0f8A6kW7/wA1MW6l+Vm2vw8i
26x5sYWCktL/AGOZVd+lr9Vvv9N9n6NXOi9L6FVQyxhdl2Mnbk3AgaE7XVU/zW1v5jklNX6p
+q3q5ybjNlwLHvIgkvBc1g/db7F22vJWMD0ml+4tr9QHcCxu58nT/AjcnsOOB6+HZ9ld3cxj
tjwTxfWz2u/r/wA8kptdU6vgdMx33ZTwC0S2lpBsdJ2tFdf9b8/6CxsX6325BcTiNoAOm60P
cAfcx1jG7dvt+n+5+4gZ+C3Lzjdl1W3ODdvq12tJb97MOzbsP5nqLLvwmYu7qWCPfUTVk4zj
un2uuFjbTtc+u6v31e2vf/N+n6jElPZ05l5NbbW1u36k1u3CD9DZYPY7+0rriQAWtL5IGkaA
/na7forzIdZ6lk0M6aywhz7hWHAw4iw7WNMe39GvUGt2gNmdoAnxgbUlK2KQEJcJ5SU//9fB
z8ezCybqn1XVMa8tr9dokgfv2N/Q3bfo/oXe9VpZoA4EciD/AHL1LJy6Kj6T5stIllLGeq7X
6LvT+j9L99ZT+l576g/MuwywfRGXi1h08EF+O/8Ad/cSU4P1dqpxrW9R3C2z3MYwmNmuze53
+ke36H7i1r+tlmz1mPZTb7nWdtwj9X3Nb7PU9m+5/wDxayz0s4psFT72AQWegQ+p0+yzdvc1
2z/hbKv5v+cWdszcp122u0MaQy2/d+jrB9v6R1LfSexJT0TLrervGRmDdRQ4sprn2vsaYttc
36TmVP8AZ/wi0dobWYGjvbt7fu8LA6ZfmsFTaMzCfTXtY6l7HMdtH7tmvv8Az3fy1vlzbI26
N0LXAyIP52gSUlprEENaB4wIlX2vLR7faB4KtS0AbhqO/wAFJ73Ew3jskpI+/QFx0H5FkZ+H
Xl2E0vNF1rW1vc0AsLWu9Rrntljv0Uu/m3f4RWbA/wBfZrt2DbHdxcR/W+i1IY7mE+m4Ou5A
H0ZP77x9H+w1JTxmTjZv1d6swloNtJ9Wh72763gj+caD7Pb/AOAraxP8YGc0zl41drBqXMJq
d+V7Fo9VYczoeZTmVkeg0WUWVE2O9VrvZ9NrH1/6O3/g1xmDhX597GNhtTzDnvO1hj3WNa53
5ySn0np3WndQBIxX4pDWud63I3gOZ7Ghv5pWhTZY4H1G7TPYyI8XR7fcuWwsfqGJR69N7jQ4
l1z/AFDcxv5vqP32Wb9jf5z+a2MVHrX1wD2fZMXHa4tdF78gB7DH+jqn3e73+q56Sn//0Ohz
eoGoFmIP0r9XPI0H/knKlUxxJsucXWfvWGTqf+j/AGUO+x4tcXaMGoA5Jn/vqIyl9kTDNZcd
dD5/vbWpKY34zn+3c4NH5o0/IhtoNfsktY4cN0n97hFsir3h52NlrWnQFx0DTy787c//ADEL
0OpO2NrpFbG6l9zvcSe5Yzdtd+5X+YkpsOrw21my5rHisFznOaC4COeN/wBFWcH7PfjCyh7X
Y4EMdWQ5unZrh+6qYqqpB9Zxc4az9EEj/p/SQ/sIk5DZ6dc4n08muAxx/M+00fQc39/fX/bS
U7IDBLQYA5HhOqQfVIaHtLuzdwn8qossyrXRZW51e0Mfu/Rw4D3u3b92z932MQbKqCSBdVS1
vdhL3RyN7o+gkpuW9R6Y0GMms2skET7v82P3kat5ltbfa57Q4geP5zf3vzlzIozeovtf0vAO
SGj0xlbRRXuB9zqQ+1zHfus9q1cazquM2tnUOnOqfWf0JqcLA5rva6vdLvRezd+8kp1Gg16z
LnSI1iD/ANUqZrfi5rrmRFjJZihrRW8tDm2cN3Nt+g7fX+/+kVuvIZY0Oc17YMSQeeNjtvua
/wDsp8qit4qte9tdFDjdZY50fQG6P6n76SkTban3Y+ZiVta559PNqb3bDQ9z2/Qf6Fj21+ou
D6wwM6pltAb9OSGSGtJDXPqH/F/QRret5bWPrxHuqoduBLRtJa92/a1w91VX/gioNa9zva0k
yDOvj/35JT//2f/tI2pQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKu
AAA4QklNBCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IAdI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAA
AAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAA
SW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAA
AAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRC
BD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRp
blByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0
cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAA
AAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAA
AEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMA
AAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/g
AAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAA
AAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVt
AAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5n
Ym9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAA
AAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklN
A+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklN
BA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklN
JxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgAB
AKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4
AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhC
SU0ELQAAAAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAA
AAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfgAAAAFAGkAXwAwADEAOQAA
AAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMA
AAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABC
dG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH4AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEA
AAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAA
AAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVl
bnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEA
AAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAA
AFJnaHRsb25nAAAB+AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1z
Z2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29s
AQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6
QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAA
AAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABO
b25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0
b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAA
AAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAaHgAA
AAEAAABwAAAAoAAAAVAAANIAAAAaAgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSA
AAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABwAwEiAAIRAQMRAf/dAAQA
B//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQAC
AwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVS
wWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU
5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhED
ITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdk
RVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//a
AAwDAQACEQMRAD8A74kDwTNjyQxuk6pwdeZSUl3aFR3NCYn2/lXO9b6n1C3qFXQektNedez1
H5bh7KqTu9SyuN7/AFNrNm/b7P8AB/pUlPQm5gcGue0OJADSQDJ+i2FIHVeY9eb1DDv+xOe1
wOs1ODmFxPus/wC5ddz37f0mc99n+jfZ/OLrPqZ1rI6n0+yrNJdlYTxU+1xlz2OG6p9jf32R
6Vn76SnowZEFPprKiB3Ck+RWSElPO514stdUTraQARoQGmd34KtZlBu5jDLnBpLuIBEQ0LRy
cT1Q4xDxqCf71lXUVusc1se1rS4j2mY+l7voud/1CSmWDmOa0RJBlrWzB/ePKsv6hbePSrEl
sAuHBn6J/wA5qo4RYw+m4ah0tcBwB9HX+t+YtfFqxzYw7I3tcI7HYWa/9NySkmN6+1jbAQZk
j5rVZpCcVs2ggCO3wTVNIfcSeXiPgGsakp//0O3L/HT5JFwA3EhoGpceB8Vz1+f1erqReWO+
yi1tewbTX6RLW7nNa+yz1/dv9X/vil13puT1W52JbkOxMOuppqc1u9ttxc83et9HY2jHqYxn
/hj1ElO8LGvGhDhHY6eS5/6ztxKbqMrJY91FjH4dprIaS55ZdiNdYQ7Z+kZf6b9v00ugDI6X
0zqDMp5vZ0+0vpO4ktpcxlj6vfPpen73Opf/ADaP1qzC6jQejXMyKz1AMGLl+i51BfAyaHtt
Yfds2/pUlOb1jNxOnYVleFXh1vsczdS1kxIbV6xreXNynt2/zl2P6zFzvQepZWB1zHdU7fvL
aLKwOanODHNj/g/8G/8AM/4tbrOldAw7K8bKsyes5ePoKKmO2N77TTT+Z+8+65ajOoW4jCMD
oF9Feu1zaq6tT+dDBdY1JTv1Wh0xJaDAceCP3mo5kcgwVzGN1jLFj7M/BzqGNaZeJtYG/SL3
sa2t3t/qK50HK+1U2W05Atxr6w+kkjex5L2uZYxv0dm32pKbeTm4Ysfii5nr7SdnHH5gf9B1
n/B7vUXNdWsGMyzJyD6dTTDRGrnu/NH79iuvzsLpVFP6hZn9StbJYwF4EGbbH3va9tNbP9Js
V7Dz+kdcpvqNdb/Rdsex+yxkkbqrqLW+2yt/+CsSU8phZdhoZkXY1lOPbexleQHyAX/QdbUQ
H+m53/aj6C7AsZWKWkw/a+SOZAY7/vi5K/Mtdjfsmy+kNpuazLy7X+2oVPa9tbiPfa5z2+l9
H2LYzeo51pD8Cg3vfZ+rCRP7r7rfzKsb8z3u/wAIkp6hltYqabHtaDoC4hoJ/tJVas3Ro9zn
T/aLR/0WrAbVl51DsLNLcbqFDG5FRoPrVGol1bqdtg/Me3a9P9WHZVlznXTUwMG6qSGCwlzX
V11u9v5vrez/AEiSn//RF+2upN6hj3254u9WzZbiV1ua0NH5jS76b/7K3sjKpvy24drtzLK2
3CzHJ3UtA/ns2559Oqv1i5npV+r61f8AP+n/AITmcirINwp2VY7XBzH3VfnAy/ZTv/SM9T/Q
+xV6Op4OPXS04zsm1m42Ptsmt28O9jceHN+i9m573b/XSU6PUs3KyMO/puAHfZbX+rdYzbY/
KL3N9Wy24Or2UO/0WNR/xv6Nb+FkPxcGjJ6vNvUceotc8NaXsY9wrZTW2s+m653sq9Vnvs/m
1idE6uzJ6hTjmtzS1jve4N0YxvqO99Tane36Hu9T/txXcbNy777n41bSNWsa/wCiWscXPLt3
82/99JTps6308tNtbxExcSACwxMXGf3m+nZ/wi0w9ho9Vo9QbdzQ3WZGgbC5vG6i11+Obceq
nH3GsPr42uaK8luyxlb9nrPZTX6f8+q+Fe3E6fbTlG1tvT8o4Ysa4l7WO3Ob6bId/gH7PZ/3
xJT04yaoL2OlzHbH7Du2vb9Op238+v8AOauX+sl9nSqqbOlBuN69tgusqAALz+lbu2/+Bsf+
ir/0a0MfqOO0spON6NTA3Sp7SxgcY/Oc36Vnt/0r7LFHCpq6p9vxcub6PtJ9MNHatrHt2hu3
6TLElIcPJ6jmYjOo9MEMFZqtc6wUmm1n867fY70HY9rfperVf/xapY/UOmdOw86zpb2XZttg
Ln6+hvJ9tVNwroqe6vdZb7KaWWf8HUrB+p7C82dNu+zgkHZez1SHfuuaBbt2R+eqrPq7nZN3
61n0uxqySx1pcwPDjDHtrcxrvSu/Mt/m0lOf0To56hbZkXseaaHtDhB9Sx5J3MZvG39D/PZP
+YugxBc4MY5jRk0PsbaCBtdW8fT3j3U2M2Msr/8AA1VyM2+vEuZVW4WYd7m+m4yZYG0O22fu
eh6exF6JmsrbjUO09Vprr9OTr77S51ZP0mu9T3fyElO3Q/pF2TbhY3VGN6jaGjax49QNjeKq
WWHc7dPqWek9Z7sbqPT7XUXsNjXSRbJLdPdNbnR7nfn1/wA4q+TTW3CyaH0E1vt9U0PDdoc0
uZXkVZL637fUq9L3s/TVfuJdO6hZdSzHzsk5Td/qNxw422VsgbGW5e7Z9Pc/6Vv6P99JT//S
yLfUYx2RO1u32kdiRDB/Ud/4GsxzQLSI0MR8FpZj92M0ASC9pJHG6CNu5VsbEfl51WEyC697
W+4wIn3bv7LUlO19WsZuPiX9UsaXPc5lWPOgh7g2y3T9521q2OnWvfjWXuMeq+1zf6pd6bP+
i1Q68AzCOJjgA3Prpx2jQ7iRsc2fo+nt3qwGV44dW36FLRW0/wAlgiUlJ6XUZ2BczILT6Zc3
eBJZt9zXD+UzYgeh1FtjuosuqZk2hpdWGEN+jsr9WS925lXs3Mb9NB6TRddTktgjGsua5wJg
vgT6Tv3Wa/p/9J/Nq64W+p6j7NzhPtb7W6+P7ySnKzR6zqqcipgzC/dRdIYJduHqMLWu3em/
/Bvbd/UTdOyaf1yqywZPr5b9z2t2tc0ipjrtg+g221qp/WTqwG3Ex/pbvUdZ3EjbtZ+c3est
7Oo0VsFbg30BsLWRo2d43fvbt6SnoHfWV1TWY+U600ndX7wLIaxzq7D6kerua1v6X/grFpYX
X+l1YT6ci0NpYN1bjq20fnMZ6f7/AObs+guQd1TqNj22u2ssHfYNXcbw0/nKrW12Ra1r9Q94
DtoAgE+4tDfakp6jGrb9gdbktn7a+3If3hlnvbAP0v0exIVHHtfmMdB9N2Ni1Bo9lt1Zd6tr
RuZ+mbTV/wBupm5T3tFFrPTGMzYZcCNgJFT3Ae71Lq9q0a2/aMRrWbYDiHt1mWwK3S3a5mz2
bHpKcmvN+1UAtIsd6bHWVM01cPU+i/8Ae96kzNpa4Vv3MMjawiDx/aYqDz9nyrqRDDvmgu0+
l730WvcW7t1m78/f/o0X7f6Wz1aLai+A2Yc0+TXN9v8AnJKf/9PIGK+zH2B+hJkE8OZPvn83
hWPq7diO6pXk2hmPTiUusfY5xMv/AJltjt5f7neqpYZaWZAPDqzbAMCXNId/1CxcIxZW0j2N
IcRpPtG7Rrvpfvfy0lPUv6jV1T6xYNGOP0OM51rnHh8D2vAIa5q0nvH6Tn86T2HdBwn4/UrP
tD8qqvIpeG0eiwNDYa1uQy/e31ba8mxz6/b+io/Ren+kUqsjCtynYd++uxvuLSx3pvZG8lmR
DqLaXt/le9JTcx3twcEOyGua6zfcWtBdpEgDb+fs2+xUcn1M9tmzJ9PAsawlwZy0/wA5U5//
AJ9VnIdiYdYtqqcKg0vaaD+h8vUrY70tv5/q/wCCXM5uQM/LtxOn2uqwtvq3aaH6Jthg+n73
eytJTmus+0Zdl9sFr7DrENiYa1rWj2taxbWa1rc/IbWfaWVPcDpBc32tn/itiWX0lv7HpZht
D30/pLLAYLgf58j97b+jexVaz6l+RcdT6s86HaBxH5iSkGVJY1xHcka/xTtI9THvO3eTWYYZ
c4Ttd7dv5v56O3a6wMdA2mCfgPdCHRTVb6r/AKNLHF4YAZcGRX6jmMD3u2vd+5/pElNw9Ntd
liwXn0xYLDW4uOrXb3NGu3+ot3o9vpXWmYFonXQS2Zd/J9v/AJ7XPsyg9wi5kDUsc/YZb7t3
vbXs9T/wJWXMfkYj8fKtfUy51bXhv0gDY2f6lb6/z/oJKbOZX0nqvV/U6fl1/aiyMhrR6jH7
T9J9bvZa1v8AwTlNn1Zfp603GvUNe4Ctzv3m1N3vc3+Rc9aVQeaaWNZTj01+0Y7a4c1g0btt
3bv0n03fvo2PnUZDbDXIfW7bZW7RzTqG7m/y9u6v99JT/9TMp3Bppa0udZVdSxo5Jad8f1tq
z8fHtbfRXbW6t29ur2lusjy/krX+tFLOhZWMzEse7eLMlzrYeQSfSgQ1ns2hbOdhnF6Ph1ZD
t+Vc5rsl+sHa11xYxrfa1lbn1s9v7iSnNbk0ZFBf6Rptt/RuuLA2Xt137mQ536T6H/k1bwHP
6s39n9Q6hk09QxXb8QgsAloh18Nrrfl7vo/pn+t6SHj9MbnXUUVhrNx9up2gt/TO013b3N/c
VjO+rf2SwnHsfZnWPdbTkvOjXtAc0V7i737v8K/1ElNLJZ1jJc3ojbsav0nbsizHtB3Mc7cX
ei3a/wBv0n4f76O3o+JiMezGrIsc0NNriS47SNw1nay36e1Z+J0/qF7621s214jnstyHTU9r
/wA7GdbX77mVPO/ZV+l/wfqUreyKbLLMY1PeWNO20tEPG7bOR6Z37tmyz2f8Ikpr9EvaGUVu
Ba1thY+uIENdB0/d9N6o5mLXidYy8StwNJdvoOmrIAe6PzttrVMV241RtIMOfYAS10CfbW2y
zc702saNtrn/AOEVvouLU7rox8hsj7M4UOb3LbA3dtePz21/uJKcay/EorcHuc26x3tc0Eta
0fTeYUTjMZifbHOsrprcwsfUd1jWPMaTG/3u3+5a31p6ZjYXpZGa9tjLLHsoLJY87v0u21jP
b7P32JdO6dVf9XuoX1OeBY15xht3OLaWB9Z97t36S7ekpy8HGutotysR9l7cayquxlrg3c3I
c5jWbZdv9SxrfV3OVl/Vx1Lb0zCxXG7IhjQ4tYC5p3ua76W3+b271Z+o9Hr/ALQqvqG0sxnO
rtrkGTbY1rqrB+772IH1IwGO61fblUviqmz0Wva4NcXu9Kza76P6Oo+3+ukpnf8AWN+NQ/Cy
qTX1DEa2rZ+buaBt32e7azb/ADjFQq6j1VtteYbKpc06tYBuZ9IssAbt/wDILR+tHTMPGyMT
7Tc6z1WuAfvAtDGn89jmPZa3f+jZ7lXwOiPs6Bm5tmQxjMJ1gDA0u3bWtd7X+32vdZ+6kp//
1d/rHRMfqZZY+uo5FQLG22h5hh93tbVZV7t/7ysZeJjW4QZmA3NpZ9JnteS0f4IN/Ps2+ytX
HM185UTAbBaXjwAkJKeP+q/2/N6huva5tNbnPBcdtjNh9oLWtbvZ6mxnqfov+uLr+rZmDj9O
sy80DZTDmA8m0e6hlX/COtb7FOs7h9Et7AO0Oi5f694LjTj5zWuPpE1k9hv4Lh/WSU8rR1Hq
QJ2Xva95LiGmJe5xsf292571sdM+sIrivPa9u10i1swARtLbmau/nP0iw8DGGRlfZ3GDYDDp
Ihw90+0LVxMCysPbl3sY5phtY9z3AD2Hsytn/GJKdevrPRba7cYZDBXkPcXm2Wsaw6OZue1z
fd/Ob3rp+l4ONVjY9zW1vvFDGHIYd+4bWjcy38/ft+n+euT+qXS+mdQOQM+ivM3EuG4EPaQ7
2t9mz9Haxu5dw17Cdo0I/NAgADwH0UlOV17CyMz0624bcpgBIcbGs2uJ1Dq7q7GOr2t/wf6V
XcTF9HDpx7Nu6utrXbJ2yB7tn52xWXEgz2PeVGRxwkpq1U4WC5xbFfru3Wve+S4jTc99z97k
+OKG5Dg3Jba4A+jS0tBYwndww/pP3d6s7QSCRqDPwKTWNBJAieUlNDqvT35ZrdWyl+2Q4Wy1
wniyq5jLf+2Xs9NEx+nY7Onfs8sYKC0tcxoO2XH1HOaLC/8Awn6RW3aqTW6R96Sn/9baZ9b+
gXAn7UayT9GyuwH4naxzVbxus9IyXhtGbQ9x127wx3+Zb6bl5nwfPwjWUiATwHacH/akp9bA
JaZBIPfkFCysPHy8W3DtZNNzS1wGkEjR7f5THe9eZY/UOo42xuLk31en7a21vdAn8xlX0drv
3PTXU9P6j9Yq3VDqWf8AZnmJpOMy943fzZzG0vqtp/fSU8bVY+twe0w7UAjTQy13+c1aGFm5
tDXua2uywgAPvBscA3/R/wDqRbv/ADUxbqX5Wba/DyLbrHmxhYKS0v8AY5lV36Wv1W+/032f
o1c6L0voVVDLGF2XYyduTcCBoTtdVT/NbW/mOSU1fqn6rernJuM2XAse8iCS8FzWD91vsXba
8lYwPSaX7i2v1AdwLG7nydP8CNyew44Hr4dn2V3dzGO2PBPF9bPa7+v/ADySm11Tq+B0zHfd
lPALRLaWkGx0na0V1/1vz/oLGxfrfbkFxOI2gA6brQ9wB9zHWMbt2+36f7n7iBn4LcvON2XV
bc4N2+rXa0lv3sw7Nuw/meosu/CZi7upYI99RNWTjOO6fa64WNtO1z67q/fV7a9/836fqMSU
9nTmXk1ttbW7fqTW7cIP0Nlg9jv7SuuJABa0vkgaRoD+drt+ivMh1nqWTQzprLCHPuFYcDDi
LDtY0x7f0a9Qa3aA2Z2gCfGBtSUrYpAQlwnlJT//18HPx7MLJuqfVdUxry2v12iSB+/Y39Dd
t+j+hd71WlmgDgRyIP8AcvUsnLoqPpPmy0iWUsZ6rtfou9P6P0v31lP6XnvqD8y7DLB9EZeL
WHTwQX47/wB39xJTg/V2qnGtb1HcLbPcxjCY2a7N7nf6R7fofuLWv62WbPWY9lNvudZ23CP1
fc1vs9T2b7n/APFrLPSzimwVPvYBBZ6BD6nT7LN29zXbP+Fsq/m/5xZ2zNynXba7QxpDLb93
6OsH2/pHUt9J7ElPRMut6u8ZGYN1FDiymufa+xpi21zfpOZU/wBn/CLR2htZgaO9u3t+7wsD
pl+awVNozMJ9Ne1jqXscx20fu2a+/wDPd/LW+XNsjbo3QtcDIg/naBJSWmsQQ1oHjAiVfa8t
Ht9oHgq1LQBuGo7/AAUnvcTDeOySkj79AXHQfkWRn4deXYTS80XWtbW9zQCwta71Gue2WO/R
S7+bd/hFZsD/AF9mu3YNsd3FxH9b6LUhjuYT6bg67kAfRk/vvH0f7DUlPGZONm/V3qzCWg20
n1aHvbvreCP5xoPs9v8A4CtrE/xgZzTOXjV2sGpcwmp35XsWj1VhzOh5lOZWR6DRZRZUTY71
Wu9n02sfX/o7f+DXGYOFfn3sY2G1PMOe87WGPdY1rnfnJKfSendad1AEjFfikNa53rcjeA5n
saG/mlaFNljgfUbtM9jIjxdHt9y5bCx+oYlHr03uNDiXXP8AUNzG/m+o/fZZv2N/nP5rYxUe
tfXAPZ9kxcdri10XvyAHsMf6Oqfd7vf6rnpKf//Q6HN6gagWYg/Sv1c8jQf+ScqVTHEmy5xd
Z+9YZOp/6P8AZQ77Hi1xdowagDkmf++ojKX2RMM1lx10Pn+9takpjfjOf7dzg0fmjT8iG2g1
+yS1jhw3Sf3uEWyKveHnY2WtadAXHQNPLvztz/8AMQvQ6k7Y2ukVsbqX3O9xJ7ljN2137lf5
iSmw6vDbWbLmseKwXOc5oLgI543/AEVZwfs9+MLKHtdjgQx1ZDm6dmuH7qpiqqkH1nFzhrP0
QSP+n9JD+wiTkNnp1zifTya4DHH8z7TR9Bzf399f9tJTsgMEtBgDkeE6pB9Uhoe0u7N3Cfyq
iyzKtdFlbnV7Qx+79HDgPe7dv3bP3fYxBsqoJIF1VLW92EvdHI3uj6CSm5b1HpjQYyazayQR
Pu/zY/eRq3mW1t9rntDiB4/nN/e/OXMijN6i+1/S8A5IaPTGVtFFe4H3OpD7XMd+6z2rVxrO
q4za2dQ6c6p9Z/QmpwsDmu9rq90u9F7N37ySnUaDXrMudIjWIP8A1Spmt+LmuuZEWMlmKGtF
by0ObZw3c236Dt9f7/6RW68hljQ5zXtgxJB542O2+5r/AOynyqK3iq17210UON1ljnR9Abo/
qfvpKRNtqfdj5mJW1rnn082pvdsND3Pb9B/oWPbX6i4PrDAzqmW0Bv05IZIa0kNc+of8X9BG
t63ltY+vEe6qh24EtG0lr3b9rXD3VVf+CKg1r3O9rSTIM6+P/fklP//ZOEJJTQQhAAAAAABd
AAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUA
IABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///
AQEAAQEA/+EQd2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2lu
PSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxu
czp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEg
NzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxu
czpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8
cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
eGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9l
bGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhv
dG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDph
MDhmNTI3YS1lZGM0LTExZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6YjZkZTQ4ZmUtZjk3NS00NjQ2LTk2MDAtYzA5NzM4MzJlNGY1IiB4bXBNTTpP
cmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QUEwNzdENUNBQTEwMTFFNUI2NThBRTRENzhC
Q0Y3NzgiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MCswMzowMCIgeG1wOk1v
ZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDArMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9
IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDArMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhv
dG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmNlNzlkZWZlLTBlNGUtYTM0Yy05ZDE2LWEwM2QyZWQyOTk1YSIgc3RS
ZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpBQTA3N0Q1Q0FBMTAxMUU1QjY1OEFFNEQ3OEJDRjc3
OCIgc3RSZWY6b3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkFBMDc3RDVDQUExMDExRTVC
NjU4QUU0RDc4QkNGNzc4Ii8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBz
dEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjY0YzFhYzcy
LTk1NTYtNWY0NC04YWUzLWNiNjcyZGI5ODAzOCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQx
OToyNTo0NSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIEND
IDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0
aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjZTc5ZGVmZS0wZTRlLWEz
NGMtOWQxNi1hMDNkMmVkMjk5NWEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDAr
MDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29u
dmVydGVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVn
Ii8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJj
b252ZXJ0ZWQgZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0
OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YjZkZTQ4ZmUtZjk3
NS00NjQ2LTk2MDAtYzA5NzM4MzJlNGY1IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1
OjQwKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhp
c3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tl
dCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4O
DhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH4AwEiAAIRAQMRAf/EAK8AAAIDAQEBAAAAAAAA
AAAAAAMEAQIFAAYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgICAgMAAgMBAQABAgMEABES
BSETEDEiFCBBMiMVMwYwQiSgFhEAAQMCBAMEBQoFAwIFBQAAAQARAiExQVESA2FxIhCBMhMg
kaFCUjCxYnKCkqKy0uLwwcIjBNHh8kDxM0OjsxRQc4PD4xIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/a
AAwDAQECEQMRAAAA9TFuOieKxPHT3HTEnT3ERaCInie6C1egnu46JgmayTHcWjuOrbiOnjom
oNQ6xwDLEkCQtavEAig5da4/AeGuFBwaCGjJnGK1gYIMp1o4t0cd3Qd3Qd08dNZJjuOmOJjo
LREFojjppxfq8W6OJ6JJiYJ6JJ7uO7oJiaiqxVyB1gKQfFRiIcORBjBIFkJCeCIP3FBtVKdb
rhiCKdPcW6OIr1SZrYnq8Xjql+6CemCImp3dBS1MA1kkZNNHOqerc8H6s0erYnukju4mYk7u
kil6iYGQCNmBA4kgp17AhW4LcboAlSi8OBCEuY4lrALl4rNhF7hMd08BreCJmSOmDuiSe7i0
TxWJqQPvKhsmfUHnz+h80AVJBRxSD6AXz++X7uJ6YOmJJ6eKDMABW9SqztBExBinTcoBgRDS
hhm4CB+EYuZVkY6LHVvBCzS4QkWI6eBVnjpjjomDpji3RJ0xxFeqR4j3HmCfR4gDbzQyZYfW
LmCtoDGfU+F9MbFqWJtSxPdxM1kkBqgRngDxhiYWkwDIwDAaCC2CYMZNsIwM4q4qcOYRjoni
BFXGJiC3RwLq8TEwT3cT0cdMQW6IJiYIzNRUx2lGjVXHYLmXwjlDUKNpWPcNee3wkiuE6sk9
ME9WStbQQO4hdY6wvEyCpbNNNnCdGW1HxskXFb1MEOA5PdJC5wB+7ie7haJ46O461ZLVhMdj
zhjdkNgvRJWhKHkSaXnj1cZFjQwKiDgvIC7zR3oVWyjESWtSoaVykxahKQUxh/BZGxNyZ4dP
EMoRdMW0WjnkvWYOwafVgXOm2GMo2WnPSNtbOcH+Hcv1eFkb+fNDUxqnoZHYV84TQPOdoBH/
AEvi/bFZpYtWeFvE+/8AMmUwXaPNvelsJNX4vwoLgqEKvdkOq0uJuKBPQrmWMk9NgWbkYSF2
CKk4zMP1HmjXYxjGfs+b3zQiigUyuYehv5vXDZfpsQqNFsJp424OdPGNjejVMTtkBpSM55r0
Y1xxBkZh+r8/6ATExgm5na+eV1PJ+lGgiwzWTTcAg1yHnqepEedr6GTzbWxwCrGCejrla5pw
K5mOAgWwGmxa1kj1bnlvQhcPXxxdATgfY84ccJBTLX1nzNvrBLsYu6YIdFIj0GXpDPU4XRy8
o9Gx5HSPREDYqo1QSnhFt5XICIZlj3eZk+mM3ViCFmeBliSbRxat+KdaCkEgqq3U8xpPAOL5
0B6OwKFNZAYz5XXAR6RVgr5vUwik9cFqiZGDraIk3maxAm1C2h2WXVHQfPnuFuHx59ylgA+g
3y5+yZDSKh6dBhEzLjgEBw4zuo2GuWxj0U4LBo2REaTKDpfo4FUJQ3B4vAeLrHEeSi1TV1vK
bwkTdEYumxjm8rgumPJ1jn0PUgbWgy9nOOXqRwZMuka8JOiGT6ZYwuNQJ08Y/aAjLYaVGSY5
hl1SAg9hMoLQgs0IxRcyJpZ+hJhsavGU0SxjbuQI9AIFTRxiNg26VLR3AD5zBm5Hq8kynKhP
QCzCEhMEbU5YJorPl9BNggawBkw5HpiTOydpUoH0Oaa7njTnqMwwgHTxiHYzQU1fFXFxm9nZ
cG4PGsbE49z0Z1DCYl7jPEGGHRU07IGGcP0PmT1F1KBCojNS2RJtRlaBhaOdqGkPrgs50p55
f1djyA/ZZBhk2nTHc0sQZvnOiAZAaDihzQLk6YGoLh12UCidHgjBxml2dwmIAw9FzAl7gOit
i1h2Ompz0YDkMN6jxxYkyW22DGFr55oYWzUUstpmJpagBEbmaMHxN4x9XG3Bo6yQ+RbQIEUI
AQWTjuQZy7KBnvp6IonpKEHiBX0ONtEAjikSIBQhhJhjgvU4yQ3kpFGRMZBlL0sdBIO28v1R
C4qimpi7QShQkMosD4C8ZlCiFpf4BKsj9s9sXSI0ZWxl64xArixE7hyqXDHDxqWQ0gXntrzY
xprkOWYuK5WyqMQ0gGnPcI6IL9SwTh3LdPGRepSFXM46syC7rlbV0Au2u0ZFhDCaixg4b0AF
Vob0SEUeTaL0rwOhqCqunnF3csQHRzijpA3E7NBM2rXBio8Ov4gDVDnaxojZWKAOuMMhMZss
BEDLWNCVGhXmYF7TUJ1+FerJfMeTKxfinRct6TD9MDmBmak5xp0JQv1xiQGlDfy2ChJEsEoQ
heK3BdOaJqVkfEtwQ+fB6MWMYaLmQaaIOLzXjtrPdNVIgy9IuGZVODVtczKv4RpTIhmVWiJt
BPRxnWCYGo+iWtMAuqQ3NcBgFbqGTsYvpQHRJ3SuAWaMO2NIKLiIieKxVUpjOZ5BhOFSHqIj
01RWxbg4tUrBKFqzcZtzomUbAXqVGnsnSK1PUz8nayyCLWIo9cRswgNcHgRB2Gs89QVo1zIs
Rg9F0yAydjzQT0OFvC01kuEwQd6NjcTxSl1QsZoipk4FKdJLqusUXczRsZKlK3oCEcQQgGRO
WVh+aWF7r1Ca+LtgmAwbvDuU8z6pE806tAx0VCKnYE+1uMU4mgQ2aiXEWL6uTuGwFZEjKKE2
NZF4DFOL0mgDUWeOhTg48TVFDVcAYm3gAbVIW1cjTHsfYwRrjUAdawAZhAzidFoaAFcz9EAN
3hRyYItUg+RNotCqAfgvC06QhOXCmZ2jx5ebiHLUIZADiLvIXDPA9AYef6hEaNkaoC08Qua4
u/IQwAMCa+vmj05igTOtYuTUXM1/PdDpTAfqkBWngdD1FZYqUtZcYfQZDSvYKRQgzZI41nlx
QmjqPnmtdtUNeliZrY7u48nS/DZ1jmQucBaKlNB7M0xD0STwnOiuL2QKOlGU7pqdXPkcEmER
BDIFxlgYAcJ55qbgrLsl+txTuoWnrlk20ApuORQlCwGKgzETD9DJdVuRgQtIzrv0LysIfmvE
8Pjyh1nTmkWzKAQZaegciNQz9RMg+XMMFyPUcee1cR0eZytEoho44ov1CNfM1ilqhNa4jlcr
YUMRsRAkXqVAahxJgoqxUMyhQKBkBBLiG72sTLFxQbuQbLCrpSOEWy9MAPTwXh3u48s0swDd
RaMqO4vWtxt/PYNIY7EZWmkUcU3hHJ9ouYGpjBHsm8Ftk5Be/cIVMqaZKWCsqbB5EWpjj1an
A0sUuJvPB1YEdRghmU3AmYdk5n7OE4bFVFh/KskbGn5fQNcFUSqqkjNaVNTkeLG6ou4uyJA3
+MHtgJRRoZVswjioaBn2Iqeke8h6EdxhJjb/AJ/YHQmgDBQEZeumDcTMN6uTUPga+WGMu4LV
OISpSQruZoDccyeaJYQT1nkvUmSs8qZvRxf0eD6sy8P2HmxWkcWfzWhkZBleHxM+oCYNAANq
+J6YIvs4IC83Krt0M90hTENqvGJR7LBamfYOmPRD6GZsi2bpIhVX0wTQRjgirBUm0zWbI6Y8
M5pmU16GUy2qM6dHDywHs4v6by/px7K08g89aYNj0auiebtpKnmY2xGVdlM0qkKZ3X49euwq
eNpag77DzXpzsHe84ErHBh3uN6SWkLo6qhmAbZPO3aXFNHUgqUFic3S4GnpKApYqKFXMUQ18
82NnB3yFmqmLkafnDRGppnoS0uYGH6bHEfUeb9YO4u3mHk7aFz0TKGgVpeTzC0BHUjQeobAy
eX5bj1a54PDX9YmKei8/vHYu5Q84w7ijc5WkNb2Lrh6X4zldlM89CAjcJgSb3Yrpr0rAyo5w
s5n6gll6qY8rsHENHuOiYMTN9BnmZ6FDVCwSRXO2gnnfRTcsq1wpVfh1qlyBlqYa2iUw2H2x
iek812zwat6A0dSBRvuJi0AfIbvnipS6poujIFkJCcp7yIjE1L9BCl4oPaWDx6i2FJt2w+NT
h6gc/Sd08VAzQ8zfaGYnouMdPQTE1OiRhLBMUnuLd3Hd0GZn+jqZOiXjrRY7p4Xi9SOmDu7i
a3gUX1Kmaw3xM9ByTuCIodIOOqEmpA/LFCTBhcbYRexNw8+5q6YwXuJiJJ7oOiYO7uO7oJiY
IWZgRu3YTX0OBNdx3TBETxXukm0SV6eKDJBXpgju46a1LyCozIyE93EZ+ioeUWfRKdNSz+fr
mcLbzziaDRmZ+xmE7+domz0ST0cTNZJjoOkRDu6CeiTomDp7iJ7ju6SJ7jo6Du7iJnie6SOt
wOk0JjoJ6IJjpOi0lbRJPVGG4BzEwPZeUE63gjTzXjRrnlL8F0GhtBM3dwGz1swQBB4K3iTp
jiK2gjp4jpkiegmY4mO4nu46Jg7ukr08dPcTMSd3cLVrxaO4nqyTaklo7jrVsRMwT3Qdk6wT
xNDBLTXi00kc0MWxoKrlLPLtHoWUnCYnju7jujiayMvXHxz2HeWcNqmXJrXSoacpuHd3HdTi
/dJHTJHWqdPcd08eAPn8bNsS5vG83J6prxNz28+SeN+RQH6sk93HCNQ8SJxMiOuReDEEixS7
JRZ9Vk0dHIfGozTjnRxHdmDvn0aAGZoNnyNMb1cQ5qr3klnPYHO7gcG47p47ukjukjp47u4+
dV6x0RJMdJHRxevcWmvDTuRU9Ox5Ip6dvy5w2I7qnnI9hmGFfYcM3Q1uAVPIAs2BkmSE3aGW
/RIaz9AZi9qmMKdeTzLjKJrqCWN2+NwRvG3T0Nq2OnuOmOO7uJmsnd0E9HHzqZqTHQWmnE9W
xEzxXp47iaohruIh3cchcxnBe8ojYsyDaukYZhfhmUBmlGdxpSmQYqEJdV8Bkn0bCibi5p4r
tTBh9AqZYwP1/lvaDMxxbu47u4mIk6YgtHcT0cfO+MI6ayUmLHVtB0xJW8OmtohKVstcsKOH
uSAUzSaYBm1ypK2B1JxUk2I6SEk7i3U4v1OOjoIWZqec0pTBZzShSZ41PWeN0j0PYrZoSAgS
O46egnh8XmJO6ePLYWxjhKVktXig4sMsYVx1wdw0UqMq2AFYxmgitrjrU0L3rxfrDK2rcm1C
kX6SZnjpiDurxMRUmK0CCrUEpssHiqaeWTYdRqopG3siT0DHnNA2TqaBVZrglxSF6vCgGYMd
P0nHmY3hnnl/WjPLU9V5wtpY8mwNEo3CIh1QEBtzK0RggyF4tJIriLXHctely9q2J6OOp0HR
WSvDgtSalu7hg6vDGHukPCS4idfhhIiT0Q8lk9ROI+PcEhekrivF4aiYJiFRVJ05id6Ng8qb
0CJlMrSU4iZ0KwOrQ+Z/a7B51vbENML2CRSTi1sTeLHXrx1JqR3ScMoRZtc5SpyC9iwIy0Ms
zmuFPKeu8kSLuJcprASkbEClCG0c7NPQ+ZVEE4fHuVGAiBX5BFqoPr59gw5grQ4xcRgmedpk
5PQAZltPhYtqhGs/QOtawO8cEvWS1O4nukrM8QIsC9rXL06pUs3KBPQocVhXA9ekeV0X4FtE
5hFq6Bqrq6RhZPo/Pik9JXo491EwQtRM6skLXi5FScLiboLWNAKDUJm1yhZsdMwdHcTfigr3
4r01O60kRMkdNTrxJWhRlbqslbUuV60FS9JYc8LZO4iC3EgGvOe4ZTPJGr5bfxzNmkkdHHsB
XCAglgRLQWICQsgud08dW8Fa2kpIyF7CGN0GME3lLHqCZToaRkKXHYmRgG5zRGtGcwXrnqG4
LEMaT+TolC0EOT1iKEGRbpOVboL0A2BYzHRxOrhTHf8APgemSvW49SEipeBGLdXggbSVmSlB
EGXqdYhmqoSyVxiwzlLHsCiQi6e5Ao/lsjnKwNAYsL2gZQZOCrdUCcAhpzFMegCEozIyFq9Y
pMydF6GSzDBl1GAeXzoLDmDu7i3U49MBigOOgg0XLRe5NLUIrFga8siPbHGYw5UGM1CsiqWC
RsUYZVGEuOK1aZEmCBJsAY3dMBfH54zD+qaPE39rB4/R00hRy9QpKFCSoUYpBha85ZlKRxEX
oTXrFbSUDzPH/9oACAECAAEFAP8A+aD/2gAIAQMAAQUA/wD5oP/aAAgBAQABBQDiN6zWEDCM
1nHNZrPHxrNfB/gDr48fGzm9YDhzeD4/s60AM1mhmsIGPoLKdtoET6Upt8fguIVJOtSsCu+E
iP8AiumIcgK4ODzjkAyEaU7clSY3GgwOeNrxwKBgAwAZpc3m/g4T/Heb+D9f1mv4j53/AA35
Bzf8POecP05OO4LRMOVrbFDxjdAcg+5ZFKsQSdKVPJU2MVxhKook1kr/AJmTY9m8STZjB0P8
lVS6aB+83r4GH40QPnfxrNaw+MBw4D585/e82cJOD438b+N/BwH+IYEYfAkJ2R59o5KQW0Xd
9AKwjLkkjWiWYgDYBGCVSoZSzMExZQcZyVJIUMNIAVHgLsFNkDNZ4/hv42M8fG/k59YTm8DZ
yzectDlvN5vN5yHx/Y+Pv48fw8DNjHPiVxhbQMi8oQWlkcAu24y49h4qARw5ycq+2Zm4mJfA
4qTykyF2wr+KxqVWKM4qaUKdqNsuwdZ5/hyz+81mh8b+N5r4Of0Dh0MWTk7HLd6OqkfZWpWl
nkKtftVXp3EsgH+APwP4aGax/wDFlGSAFSAwr7WV+RlmJ2iFnZ12dcORc+FjQFxAzcZFIEak
FECTy6GL4VAuGMNiqAVQDFHhjxSFmdNZrwT4J8DP63m9nfje/gfes8YcOa3hI1I6xp2HamZo
aNWONu3MS/tRWXkkaJoLEsUnX9itpR8jNYB/EjGOlkUcW1qRdArrPILQLIJWC5xAU7Y7IyE/
mFQmMblILMYt5PF5RNFYlBRABrzxzWDWWm4w19+gYM38aOfXxrz4wZ5wE/x2cdtDtuxEiRMy
qkwOWY4YxOIeO23yyhb/AFbcM6TIM/ofwGefgt5bHwgbcbEi5x0xV9ecYg4ACrjjkJHOMncQ
Bdd8ydrIqtFBpoo9DB9a+P785c/8cA1FmvJ1vXkDPHxv5GEYPrD8SPwW12ticohleh1sMME1
Os8d2nNWdtk8c8AaOf8ArkrGEYD8/wBjBn9eMIxwccZo4g2JU2ojVQzgheJkCtuUszOoIj/A
hjqA/lsllJxiRDVfcSk6TehmvgDLQBEYAT+G/gnPOb+fvN/BOsJGMNrOpjk6WozTlgMmliYT
dtUQTLJYlMRTGijeLY49JZ9UykED4HxrPOD5KnfHGTeBdA/iZl5tK3FEZiAy69qLj+c0MVS0
ikiRVbaA7ZdxUCPUD5XZ/h95N5ceMBzfxoZryfvP7zXwDhObwnCPjuqxjkgmsCnYftYhX62z
aiq9RJBOZ7+S9W1iW/ShgKiCepHJwPS2klj5DAfgfwGs3hBzWFRvWSY7EZNG8jS8EJHk/iGY
PkX37PyR/wDajeOH4ldR1NCJJN4rYPr5k3+wPOa85vN4T8jPGHxm85Z94M8ZrZIIzuYRJT6l
p5ap66xK8MaRp79S/sxNHY7TWSWXYklQrLlW1NXenZWxAN6B+B/E/RzYwnHGww8zuVLPvOLE
sra8AQL7G9C4UKyxa2gBDD/XVX/WU8qQCPrfj4BDWPAwjNYM+8Os/v6w5/Q85x86GHwAfgHG
OXFD1eosCNG7CQvXjuOydVXja3A9cSzu8hTeGNQSAMR86GVgxYAJIrjAcGDCc85vNZrP7f7c
ncqF3P5AqqLOQuS25HxJp1MXZTha9kStFGAUUafXCqRplHJQNj5P1Dr2n5I+CTmznnAM8YfI
54WwZ4OeMGhhGMoZbafpWoHE11JLU5eKRB+yQL35WDIZGJ8knYU50i7kZ42xInRgcGD41n18
EgC1fWIV+zd5NqyuGLSJtlQMLM8cKzSGdwVyj1zzmxSijro5heuB618K77SuwWWVtEMdg+Br
PGN/jT3v5J87wnN5s4SACfFvsIauN29znXvo1gKGwPxJ8/BGAZ31cPWrT+kpflkQRTvHMGBk
JOaAjRWdo+ruy5B0dnKnWxwqK9dSNDPGbxpVTFtwnFdWw4ToW5zokEkF2rLYVlVs9TMzJodp
XsSBYJSaFMBhHZB4Dj2kaRTdWd1z9D6UlbDDYgYlBk1ospewGW1OuVLsTj2pm9gYAdXLRRYe
xnR4LMNhAcJ8XrQrwrbOmLOdkN0dyUWGjWTAQPjzmsuwiWrInBq80kRfsLThYJ2Wv1NmUQ9P
SQJTrIdqoD48oGNO+2d2yGSZZQ21l9YJsNyrWAx3vLTFYSjyMKhIr0YoiEXNDCBhUHDEjC/T
RYUknieKZpY9kDtiDY6wj9RjsciTY/I151bFVkwyzg3A8Ki5+UU8TGcANW85UlkJy9O0KRGY
liNVpfXaRuSk7zt5DY7BukD1RRtVns8zB1MvC6vkSkKd5vNjX9dvQkWxD1FlzV6eKFOEarsA
cs5YWAwSIcknrIXu0gReqFopkkI8ZOitLNV1leTUyABbxIgrsGZECjesmnihWO9VlIIOefiz
/wCNtB68qJkl1FWeV55eq3+rIwRWsDZsRrjXFr3P+lM71L5QAq6W+rZDNygMEgkjVijVlbPB
y01sgNeBb9kqS/vg16mTxVosO0EsZLygZPLHajhpSV7y+R2a7r0bQbLdoVk//wBAgyLv6pMM
0dhDoB5UAfsKkRfu4Ti9rIiy9rckHOdixVyVhK8VIVmGDsrHGLtkJs9lWlWrOZqz1AZgfDeV
hrLHcaYkXO3FbJ7D2JaFV5Ve3NUt1LyzgeclQFLVMaW8Ils++xJ19GrsN6QZXsNBWEY7GWJ2
hr2LIr9FKRbpfrr1lhZom069khePrgOMScrVZOKbxyFwjz6gcsVWllrK6xE4asJl9cnKR0jE
rVaqJJ+zbQaW+N16VrdyavDMr9JSGCrH+1RrNWr2ZGQWZpzKIRO0XSptOorrg6qlv9Ctxbqq
Wf8AMqcl6yqM/wCZW0erg1J1cYWzBJA3VXvQ1ezDJIrEEt+O/DH/AF/o3LUkHQy7s2ZKMlqU
TSdRZczLKde4k91Z9IitOGisVZBPe00F+eUVSAXdfRFRqWMrxVYhzfLbK8HRM6uVXLUDNFHC
I1q1wjJYhULIrY2gZraJi3mOJPHNgJjw/QJaez7KjRWleXsyssPTReyTfjuuxZB04rib+u2m
dIqPVqko/ENpsFWPmteJSBg85rNYVzjnHWEZo55y7RhtqaAWwnXpCD2PrCXG5I7GQy8JDZmr
2K1hZY+x66KyHV1k6cA2/wCuRUdhO807E6QeD5NKELDCG9pi9dPr4VaF9wsbMqxPbjki6yv6
8kmWJJ70jhJzHkEvsxQpzmwae/EhluPJiWJEahKXdHHEuqIJE5bN0T0pK6xdfJPJH6a6dl3T
hmZnk0Ndf2E1fGgjcghQfOH4LhcLawHwDi7z+zrD9/eawjWNvUcCCW7NPzNkRYbMjZRlZoey
VhHXvxPFagrTRLQnUT1pi1KlHWjkPFOxuiOIjQOEgCpRknLq0ZrsQXUPBVn9dgrySNuMaQC8
7KwFiJ1dw+wAMhJVjIjoWHEUZXMXXQKbdJFNBWWzCxY36zWK1LrZ4shvUkZpAy2L5hFovaet
FSQWPQ0nHWdLXjMfLY5eTIgIYE+MncepJEZI3/MDQGayeQqsbFlH1vCcPnN6N2SRYpHZ2AIH
XWkQuFliSMxzO3Jatq+orVpnwDL3JKjc/YxAw/XXU2sSIGrPbaKY1zNDNBOpFuvFutxZoolZ
VREGFFYXaHJSsiOyAiOXwCxAtSQYt4BZbEmVmbdXYMbx+vs+yLPHSmkRWSKO1bgkElZ8r1Qx
sUJUFags0deuleJpmDBRxnNqxJSNiKSO472JH9qQsteCGUSKrbHjCckRjIiiMJYjlxtgEuAs
jDHI5TIGjmR45ShUhijdU07GWks2R9TGrSz06i2e2lJjtWeTTTQwyKswUlcAZ266P9atcSTl
+sJFPJJI1iBjErPtIkW3CsUvdQK8Pa05CrqwJy3WSaOanOqV6zOWBV5XZQ8SpC3KV463DP2I
uX7TuXiRjWvxxRT3FkytA2NFLqNBK4gMkYQIivkxRieRihpyw5PDYtPX6+f1+01ytNLMEhli
NaYuklgIBeG3kRRduvO9GoaqMykbBLHlkmwIW5J2VJ/eRs/3RvNUePvNiTuZpDLDZsN/zHLQ
xx1ssKCxaQPFUF4U6cUdmwdJBZDR3LYRYp2s4lZUwKclUPGZNLHTsWpbPRTQRUuymqzVOzr2
hvJF2LKnmk4kEkMchNdQDLBDFPaJUroxKwkWnZneOoElmC+pbc0GRXUkhheJnggWIEMEReCe
wSTpIvEMjYyAkDQkdVNEgr26Et1kzF0SWaaaCQTWpzO1er60YHXE4E0TxAsWwk1Owsi3a8sp
bruZehPGVhkDCSIMl5UL35GxbswEt1mSOM868ZLV4/XH1aqmWnByNuL2kLvSXxPFIJoXJWUc
VsQFnVpIpl7EcLMlOzhggXK3Y24JUuc0nklkIglJXsHBNtijTbaMIweu4zqArzPbrQPNapGU
X+bQ+iRlmruzcY2qSSOZORyxdCOpSMyyMsAsrCIuw9rN2g9omjmSmwDdpFyjqSrBagnRxMY+
FWBAUuEubEZKyI2DRySMcbWxa6/QRSGWOoiGWiriakFw0lYzVGUirOAytgjYGOGSRoozG8kq
w4jqV/ySSZlkkmkkEMhTIrEhMJVzNtltywIsldfRXaFInlr7e1SOXcpfs/rxfsnE4oJq8BUR
zREDkasABsyuJHeeuh5SgEg8zsStyDyRulmUHqmMiTyhWdQzh/wl/wDFJSCxVYY4YnocpLMU
kKddI6rZ/wBteXcc3Xus0PYe/hFKTAsbKsryx5JNJWi6+1ZISdZV7FQs1ED9SFsaZXCzTK/5
HIq0TA06mGtTXL1WusrdQxWt1VdVfra7L2KekUbJcDLgKTJxDja4F4rFORJDMxzswS1K4TBI
BxksMTMwjkp9c0pMiRK07RhJ5XVm5qz7LkBYbWnupt5ZDJi71rZ2cP1xGaGdehjozRvJkeiX
j/CKMFrO1SaCSbKMDQxmKd7M06BqqD19jCQ3TM3r7AtJOlOWSVJSs0kxkyl+uXt3GMruzLdY
c6SqaMJ0JK6SAxOhE7YyCSL9RCl2URrX6wNEs1qMyWZGjiuWAe2Ikq9aNzlRysqfWU01Zy7b
bkCWsBAse1IetE+JWaM2Gi01wIDc8e2aZoISMBKhWdCW5YkpbIHVWnb8pPAJfAVxeW22VUkm
OIyFWYQNx04XnEgAhP5OQcjVRiqNPXYzXaKR5SZivaQhq3XtJHLA6SWAIwZ41McVZSksEkOV
nnMlRFMN1UFqku6cRyRrYkr39lZInDqJFaNlV4ZTJBLYkKBdSKoWba52jotfrj/u0dzLIViq
zYYGiieaIV+jj3NNrGLqXdiomc4+iwVNqiA7bZJOKHYu/IymRcDJNGBIifZlBABO/AwjY0cV
Tvpqxw8Uwy/6mmIkU/jHvHIGGQarvsf1bjLw1nEby9kDGJzHFXkmUpdcSGwz5E8rZIBtljMS
C3E1uVXfqkY1OSqvEMqV/W7F0EM8kTmdpZJfYDBuOOMRtk6jgnodO6ZRN1UTAkZ/YjkVrMpM
MuxnWxqidpPLEtWdJIH1i6DkDkEGNo4uPot/sJcsCE5koFeZkFbkdOznNgljvOba/HKsQlsQ
RqkVmQq3PjFCPdb5aCnYcDHQkV9B1OhvL0SLDB1YBkoxmSzF5ngmXP1yitbYkziSMW3RqtOS
yt+GOGeo3DrJX44rh1tzHBOsMP7Ufqr2o5l5nXtYGGTiEdXSdI4EmYmapGVhdyojIABULMFf
D13/AOqSaKObul5V6MaOjeCNbldUWOWMhvJRgCZNnnkR4qUYYyBo5n4orAZIoK4NEjeKCxpV
XKxJ6oux58ZTxq9ajDDrfIBS35zMQK0qjAcOSk2Ji2bUiRdqW1jwBlsJLGhdCiTRBZrfqa4f
fd9yGGVi7QOeV5Ty4e2qs8kZJKmLsFZJi0gjLLkPZpEtvsUlyrysSIgXJTtiC2IFlkEKo0Dq
57VX5zuXo05VVTc9DckfGj2hqtyZJ4s/ZBw2ojiyo2IqqqONeGSVgzAHTgcQFziNKRuhSeZ6
8aAg6zsXb2WZWOUoikXIFiV066NoschYhkAKTSBFpFZWOhmzhfeELtgwyQu8XY1BHHGqm3du
7sVkaRm3HIsisFfTW4GkSFRFHZrLqGEyLPVeLIJmQGxIGaV82DnVowGhxcryHhY1ZbVpGMNW
MxQ34DItUCSOWP0TzxGY05QwVs5BiQxwwQgiqhKonL/IKFyYn0cdnyMHEgMdAsBBAryQV+MZ
VY8Hk9kMhdppR+KDyQBp8seSuxJGxEVieWWVEVMYgZLO2oWlMg84xPEOxyQRMfe6EneUWYO0
5dxamXIZ2BisKyytHntCAWYlR7KENPyLkkEbCg8ur8tKxVFIYa8qm34gsfGMOTWKjE2K5ZKb
rweMAoxZ+J0S3HjtQ3hWGozrOJOOGK61gxvA2AP8coK0lkLwDHeM5Btvxi6yuCHbWLokjSt4
ycBch0ru7OsEMUQlc8fSzuIAGOxnlcP5KToXrJjjb7/ywEkvyUHRCbZlclmbQ2WxQQSCMVSc
A0w8ZTjDzTSCtZMyyxaABPkeQkgMjs2vW6EE6seU2yzJKMmh00NoFuKbBAYkAgHFX8WeMBml
KDyyAbY7zzijz1FIIW0McEMd6uOS/XQslaQfmvjNtjlVRm5hlLZWgEcTRbJjXTAa/sjyThdU
yWxK2TOWzYJii5uYNNMkoDoObB0Yb2p0QAcHHZYbODkSQxNAFZLSSyZHFKse7eReE8ZG6+5h
vGABI2snHjOFEitGyn3qJ1cMk8oK232LDaFlsZgAjrJjwgAgq2todYfOLy3T4iAjYJ1lqVVW
svssJ4jk3zA8aOWVZwI1XOtXbg7zXhm8bIzef1K8aCZRI9y3yLtsjRymPNlijcgRwjKNFoGD
BAum2rAKWZSMOBfIQNlZdPoMJnmV6zTcZZFAj3pmKlJdrrmBG4yxEQZ+HJ4V5RW5o39sTsqQ
Nk1aPhJC65AEQGTkkbxPjuTE5/JZgF5csEahUUu0SBFKk440OyYZQjJn0QhO23mwccjZVTnX
lgwwnG1hzwCzgZZn/YnMaxU2flg8Yoykh3f5eutsIWTHc7JLYxAMwBA2cjO8aJdOjghRqqQV
szso/Z2TdkCmYsyjSspOU5VOIQVP3LGXHYIfbBL6mFcSY0MUJLwLjNGiyOHMFQytEGE5hAPL
YnXFWNTG0H6s5iMvXpzsgEZ4OS6EVyXcnVeZiTwP2QTigZKAS+tUUXj/AF94TlqVo0Fkk2ZW
fI0cN2Vh2kAOeSR5FVQFtxgxxE8xrj/9mOHZE55YPODwS3NCpLmMKailltIHR42jCnyCOf8A
9R9wDjYVvyY7wZerK6S1GQxiSMyWIZVSkxBoSHI+vXBxQGNllPEBo1AKMUbgqpKwD82PTRhs
Gzk7vFHL2UwWZld+pi/F96GsYjA4252ZWflWXjEWGBt57FJmUPGtV8SqCDXjjy/y9+2GKDtF
JeidY6K4/ETLtsK6OwMDBjKOJJGez8ozKoUyuzK4ynJ54hsmi5pHTbIaSggjQ8EAbjbku+Wc
tZIQY/WvL9VHybq64CQJAAynOE22isNk6/mChEnhU0y2xvA284trrXWKhYvLGslyywtTySGI
Fm62LhFJ5DNpRps14c8VqQqwAAyWdhK80nGK3Lz5l4lilRg2ojY4ZbkLzqPA0h226kpJsP6q
qMZJAoOfeFNEKMfD9aTlF/sRHihM0wdag/3naYpJBJxR4KkqoU4BxytJyKkAzXIoi/dkGC4t
hk2HGiJKcLiGtHENaEkPLJ/Iqs74FBwgDLRf2ocAxLTxU41ed1605L14KvCyGp+NeRtgcSPC
5veXZuGQdmpEVlJAyo2MvHLVfQgkQNBIupHBNu4Wdj5rQiR5VIwjWUt77KZvTXZVPMkEclVd
A+FYkD1o+SJ+SStHhHukkjSJa0rghgFQAKRrA6qSvhV8BRjaQXOwaRlSR5E6V9DqrCtESkcb
eWY7BJJ1inJNAQfhPqQMEOWlb3jwFLHH2RSkWJ0ZWWeetDlpq1lKFkwysVJZSM4+SSq1o+Tt
BC+PRiyWvcU1faY2XQmiKNJY9UU115AGBMahmpwLDl6Arnk512iLTMZq+wz/AFGn+sNyxgNF
BxUDGjIMiIqQ8YowCXjjVArRnHlAwSLoqzHarjyZFIwFiVfQAzv1lRY65CgcgURxIsY8ts4M
P1sDA4cSr62QrmlVbh3MNYraZvviP0aEkgqxe+7Zrw10W11m3HgAnF84EU4qADzgJ2GUl9Aq
4Y2EVo535OyktHWkYU6p5yKPXdIkrsTyrEqs55NXBzTMUIVQRydtMWJYKCwVQ1k7kRPa5Tch
SLUbgBzGyo4GOARKyNHBxfAupJIVMPV1z+6bEhsolm0Vjt1nqO5dWIzY2CMYjZIyIDJwTlaQ
ceP4WQRKdnNEsIuYiZoY6iIlXrY1gzRjKSAC1XLZJcERTtaxMcsUmAjDjHipnMc8txcgsNHJ
cvNJCCTlSs0jLxgFdRoeRFGSJqEkcsAAWd9vW/GIBiGVRhXStIJG2MhPl3ADlmkrgxQRqnEQ
ooki9oiq+szVy5RGVTG0bRqwZoHkLtoU5QZObCOJPXGfr/FZ5niiqXlsFWGidnZxVUPOCxrv
tfJSdgZWAxSdK675GSawB7KbJuG+jYLYTJLUkRuddFaz/nWt06wjsSTSxrFfSQ8gQYQ2WKUj
pLbeRJHZ84k51h4VrHnIZgcUlS/JTNGGUj0TTEmWPkqBXw7yRxwVd4SSFJCy8iY0Ltbm4iOU
NFNRk20MqZH7gY57PKOeVsitpPIYBEOb6etNIOrkSG3WjjsQorpiurhuJx+ISWH0NSufn9EO
COX+1vIqtzaVwsMqnnvOI4hfHXAtZevFKZOtC5BAsQk5mSrehCKtaZXaCNZrQ/Zr3InEyNEY
D7IZJUiy52nNpH5AA4kLvkEUlesdSZFG/JGJBZWSIh1vQgCeHjMNYjMSADjgZ9BVXiGydwMq
eoYyPODYcLHbcRy25XEVkBIpfXKlmAGvTCP6i2BAA2/XGSs3UtuqCMEYXPYodkdseEMs0Lxv
VuEhlyVFQyEAQgLYm0yTfjIh3mt4MpBUkh00spLAIoyXgkbRxukNmzVaCtettN0JWLTwNTvS
bil9YuWxzd9vFH7ZR1tYLFDDEZ9cSxLK/reLRSM7MAIlt11eLtAVaJSwUNjcRI/FsjQHFg2Z
41ixITMbGkaMqMsRKCUdcJ44qSvghZUgiR8RywU6DN+MjEJH5frLEceB0OCVnySDk896WOVb
00Ze9IQLbDK3YzlbKgsh2S3FpXKrI233+IOAZWiYxV5I4GSzE+OVxgMnqEJH2DrXp2ZZFVst
VY5o7tGSFxYkQSuXZEEjxVIo4j5xiNhwwkZi1jZmhdXTXAxNp1H4d9GhEOiQSCUAxgNxryxX
4pIxszuUjVQESJGWK2rAQzgxTvyElhFD8ViQKJopTG/7ddVbsxybsmdHZ+SSMrRX5OCynhdn
b1/2V0Uik0BiuwSdfEXF45tg1xzglrSqdZok5WY+qbfsROT2Y3V4252EZ2kliE0kNqzGa1tJ
lLDX4sOyg69WrGkFjq1VBJOFJAzrvANBxoTGQ51xZoywyLZlrSby+wlsPqGdNSLx8N5wBzli
dwElcBbClo1V1UAN2CcoRyXPvAq662ONqHZxKLl+p+swC62u/JaDr0n66frxBWdhsTzKecjH
mCYnWSMkgbByRionUcaRJewumoEerYKqkLYakLtPQVYIxwSwUMsQiYPLzsPJwmrBTVsyQwxl
VOQzzQyVLiWK9q7K81qvYUxSPG0EyMpOwfyDaCqyHPoTHZqsYyW1kZCtJdljnkm5vfVefXwl
oxFZZpq86loZgrBQ2/xjVeSSoAkgfLaM9Ywlc8nN51UxNHtT/wDpu25Zau85byovKYzLDUsS
LNHcoPG4JOFsJO6khKt+SkAZISMtOSajrE85VsqzLG37MfGk/wC48NSVM7VQQkC8xCuzFwcQ
vC0oZIXUvXdGiMcbyGOn+K2DWjEn5VbHOO1WEWRSlcqR2IZNcTZkCRxyGaFrEUUTGThVBbJI
xteKLN/5JGUi6dS0a7rCjTK1uYuZBzSzUkRzBPnokORxOkXWruOdNpYYJK2lz+umZP0pRWY9
3FElcn8hsH/1+qJZ564eL2PGmnWH1lWJJP48Yn4sCdFfMg4h6kLmSnAq23LSeTgzo6bww52w
D2R9pJGS5LkjjiryCV5pBJ1EjSJHHElmNnNmFYmSEyKrPDk8rSvTkrU4akdiewwOWd/r1Jo4
qtaqrDs0nZ6InjW0kriQ+uBW90BkJNiX/d1af/naJWF6ifWrWEedP9zMFz2IRcDcuvqMazV2
YdxUaGVN6J1nTqGqPE3LuEZYm5aDEnpomjrnyLFD2PeheNp7VcKlajJl2rFEp5FYK08kbdfa
424pFJGstDUEjAsW80YBYljURxk+LTq9rYOKCpC+JCQKtSGSGOGNFlTYtE+uMs7WKnsw842l
ljkRavPK3WeA0SD2KwcKy9lEkNatKgrS85gJfXDOVjj90cgpIksAjHvtLqfqJyK32NbE1OFh
fhWvkllSY7cKiWQ2ZK34xbz/ANgk/NfIcazod/psBndt/qLEZEAJaRHp2c85JCrDtK8YNdCr
+hp5Gj4zdbHGanrQZ3Tp7zl4kVWHnXnoCP2/O31xBZnI4qN8Y97OweukBA8AqCJoleMLwYgN
nbRLCvX0/e6wRoHYYw1g8Dfl0WUGKPjJHLGaiAw2KgsZLBDXNeRXlihCT9idWKDfgB41hG87
+YqOTEgeKEBIUBVA8dxVE0cXUyFp4jDP1MXrpDO0r80HWs7f8d0PWQSQoVwjHfhFPNI7FjtH
kRmUe+kpSqPK9mTJa0N2ozJBJCfYK7hesijDK3iReUcsbxqGKueOlkOg7M0cjRGNua68MuW6
gkiploT3cwkngKxRrckCm+NG2pKWPzLLpZkUhjl1izxuBKuxlqJZMVWr3pKzShqofOupepd/
N6KKaV+tRzHQRWpxj18RmhkvHdi4wWGBZpIFCw5PVhdlSDc/qVK4AwHD9yxiRLnVRJGKcBWS
qPX08Wp81sWKJS0dbyxHXUNa64rFbXnGSU2MaNGyx1sUguRSV8jtSoYGNpKaEtCSoz+2A1aV
UjsuHsMxOKWOcmyOdkJtxlKLLNB6Vex424AXrgzEj8Xbb26k5tVU/wBHrTAAM/snGIAnr+wy
1pkYx6WonGH+9YVUhq8LYsESDzg1jLsPYeGcE2rSRhc+sOE6Ed0ex6qPi1SmV3ruBrB93oTI
jDyMmhWRD1qkwUokAAA85/diURR2p/ZMp3kUkit1rmSuBohvg53VhY6jAnPvB4H5cQx3sZRu
mu0FqMukykF1dYFjjUWE3GCZ7MM7y1VZYfk+ctFxAt63CX7R5AILV1q0IhhGeNH48ZyQFWU/
Dxo4jjRB5+DmvF7rmmxKnYBk66wxhiSJRmsGHPPLPrN5vPBBGdx7GimTQoVDMYhFG0K8U1i/
ieXmxYSCLsLbWpmU6Hlt6bRbGGgAOXk5+cZj7Bo1fsZnEHamONOwdGg7Wsz154ZiD4z+j8Mp
IaH2gdbCDFXEeazes3m8PwYYyyRKp8YxGhImBlOEbzWDxhz+/PwPgY2b1myM3vDr4GShihFl
o5OvMxHWFFpUv1TvN4fqx2UMGX+yNsgeG0cLeNnXI8vejBlXSxjDGjD0bySu2hvQYaO866pN
PJXiaKHWbzefWbw7zWEfOvk5NWDEU1kAocMNezo9aztXqRw5/WvGvgnPvCMA1mvGzth5K4c1
rNYPoeMOaGcc1gGaGawA52MCsmtMSBjMMBXEGy0bDFB17GAUk4NDARk8gyuqM1Xqqc8b/wDr
q5Q66CmnnPPyfj7zzmznk4T8bwecIwrvFRVzyQYQc9BDfX8D8HWeDg+NDZzfxvCcHz53vN4D
8aBwjxaiDtPCY5WJ0o3hIGJ5clcki0V/yQ6xUZjLAVSWPzXi4v1km5M/r+t+M+vn6O/gb+Pv
418awYcP0POawa+N4cOazQzXwR5I86w5rNazeFgMM4z36xrPEI4cAZrNAYRs3EYx9kCkzAHH
46I8BSchhjlimrK6NX/KpTWNS6Jktgu1mVmamkQrU0WKUHwM2NnAfGa2CNqYvOvGbOec18jC
fA+v71g859fG/jz8a+POa+DrN5v5Os4qc4JnBMMa4qgYPjxg1jqCvcQ867rrCfGDWUQ/q22P
wRRZkkJYDGmQLMjmYkpleSOVYx+JXeNG++EmowwGDWf15w7zfjRz8t71gOeMHxvN+fg7w4Pg
5rB8D4/tjm959ZsYDhwEjN4NYTm88Yfr1PoRSZ5AtxNLBejkSUg4dHPoUpwgFl42e0kiKoYx
1VMcdZMtGFMn5s1UyLJGfxw54+D8b8bw738+M0M85r4I/gc3hz+s1ms18Dfw2bzfwDm/nWEa
zWDeawYTm95953VNpY33vXkfSsckYEaGq0iIz9miCXtA+SycsjTbQleVSTlHn9bP8POEHN7O
HN5yXZsR79r5HKc9i/H9fJ+T/AfJkQsjKw3hOec34xc5DN4Dm94QMH3vDojeWNNBYULN5wec
BO28jkMUsx9M5wBgViPPWU0Z2okGL+88/BzfjCckkRFs97Euf9GUul244hs12cSjE/YbIjJq
avFI8czx4Dv5eVYwjrIB8a+NeN/Iz963uLubUWD/ANgmwd/Jv/vLxi7uuwHa0Dkc0Ui6Hxrz
5zzgzz8a8Tj/AET+ZidZrWeCVUnFj2VUKqSSFTxVlEjEqBlcCOPrnIYHNjN5vPv43hnjztL8
vt8M4qIBV840cIyvJAjqsUgaIIrMAy8TiclPnNZLCkohhEWDP70fjzmvjzm8Ohh+ww3vZ8jN
EYSTizOBF2l2I1e8neZZw2G1EGBUj+9/A85MhaPsK5gsfeEHlx1gPEiNeOvIHmCJpS8bRswH
IzKqde7OXsKi/wDVG4r0cgGDCdDsbUqQyWLAAVrDJXCvZdi0czA12WTHQeys06lWLq5UCWZo
cr2fa2tZ/ev/AIDg18a8qRhIIH0QTmsG8VGzyBy3gPkkEx9lZiyPvZUyv3UL4e2rDIu4rSP7
Y3HewhiEOEkKFOMcrFi8VCxK0PURqViWMEllWLy8KOn68ZxY0XCAcsUEkMdqaqVn9glvyply
0ZpnSabFryvHHTkXP+ewLrxaGXYH0LTNNWtBzbnaNHsyZ0jl5x9DB/Heaw/G/j8sO9LskjyN
55OfkM3s70VI34wEnNYT+etmOvYkEfVXmw9dfjMk1iN+sq1Jo36um+WejQu3Rnl13WLWICjO
Q3xG9eNkYN62MIwkYwJySqGz1ywyG3TOSS0pEhTyyPxlkqxqsEUqTU5Hwx+t47bI1hub1LRi
yW07IGBPQJ+WD/4D/Aka/IYSCCBinNABl3nELhVhmlK78HYUaOEMWqU5Jc//AEqsVuSDK92G
bO2hM0lCJ6sCoxyMYzgYL8JKSq42dchmySPGcgMaRBgsRECVSOWxyzYOPUhYzUEONXtRMti6
me2OxHDNLUdOEqWIopDKXzbb5AMGVkUnfUQhINfw38f15+Afg/BiDkneHWgpIPgfWbJGiV8H
CQAD+JI0kby5S6YuJ5YKqfu2J8kpWWyvVkjMVVyVXiJHG5+xjja1f5rWjO0XRGxhkC4LMal7
qlfa7N6XkAgKLGzHPWxwQaxYbAbjLxNeTl/ng4KJfUrWYPdnV3N5aVoLfYqZXf8Ax8EqZeNZ
C0tMj0j+P3/Dfnfwc9hJ8YAMOttH+Wio3rDwOKBrY2SCVXOvqr69sTKsTKXRQI1Chg0yyqRM
6qlq0Cqq7OlNixXEPj7yRBnrfXoXAoDAAYqHSLgBwYNDNjCRhK7PE4yg41fiHjENi1IstSeS
NondlKn8mYserptKB4GD6DDAQcPwPj6wn4+/izUmrODrASSGIYt5Gjm8IOBdNxbYVeXX1Hnd
JY0iZ9K/IGJOT2bK8K0XHDYjSWzZeRynukhqxom9nQIChQNg7BYsMOfWDRxFwADOQzl8b8ne
zxPwTrNki9S9iD9hIS2lKE4OOfQqdjNVKd87Fe9UmPtqrZFZhlCsu955zXgsAPemezB5GtYM
s36tuDRLBgpYhmAXk32xIbYGArthtaVUTRRpwxWIV7Dhop2Y2bbIsADyTWGURkF5bMjSVIQk
bti4BmgrE4NbUeP6BOtDEJA5neawYTvN+CcVjuRiDy0CRk4RkHWVJsu1hVMvIHjtV8AM+mc8
FsvkN6aNou6lUQ90WH/XfDZZpfWHLssY/ZsSyIGC+cGdl1SwEhg6jeCLWKSMQbDAYGwO3EaX
KUnGp+ZwAGScD274pPCfXDYlrslhXNpyq9bW2TxA1vFG1QHD9MwGLn9axVzQxRgzxn3gPnfk
nxs6J1hYEsdYQwPq2YARjQI+dtTaOUcsGyvHyBofiSeQw74145XZ43MtVQZNnCA4MaHADpeY
zeSJG+CpX4TdSj4/STgt01sD/k2lVuvshTFIHeFwNHKRstINRlUJYu4Z5V5SXq5D8Xxx6pZi
0zRosUKjliAYPBAOyV48hi7weQDi62NZvzg1mxh8YGGchpm2zHYOtclUgnUYIxQQysBk0Mc6
XeokQ644kbFSNj6J3snKZrQUI0eaRQoz+xrCcB1k1mOJT3B5EZ5zWay1YEWDsIAqXajZLDQl
w0ackckMkbPGeQ/YVY7lgYtkAyWkLGUKCZ9vJIR1gj01iDaTVmwMhI0TxAw7zzyJOL5zh484
M/vZzes3m/APk60sqNjBjhZAZFVmCkADQ9hOR+3E/JV0V7SqYbPk4fABOuZ0PIWC44jTsYli
v2NRXFfFcnB5zWSvGxmj69YzvYHkjwcudObMv/HsRslG2XWCc4UnrtFZSyDSYunXTcZKmiYq
4DjRWVELXFkLHztidHeiTVstA9ebkGIA5LpmC5x5HRGAHQGsU59YcJ2SPJObw/404ymcjhAJ
J3nBzixKoN+BHHa1iK3Y1XMZXfaUROHDq5YlT+WeRlE+tjNYdY/+imG3KzMknpqB4sVwTZtQ
wR2uxaSUNIjYTjSBRLeiTGszT5XSRcFZOfEaNZMt1XKT158hs2awsdiCJ68sisX0PriAalYM
FespjMGfpwyMvWoJFropKkYI/wAiQ2J4HjfkYTvF0M3rCfOzg8YB51rLQ3BSV0jYjEUsREQC
8aYZpCCrEuEAkqpKagWHOwutFn2X0cGya1bk0XXkL+rOpC20DQWWeMrFPZ5COx2zNjzM7Eti
HCcszMibtTFevJMVeOMBVwlVD3olLWrOjI8mFBx9a6krVnx5ZY1eIs1WlFJJN1EMcUi3IQZH
DRzwkRWDgsWNftyqI2LxKHzhxzztWIIODWHjrzmhsgZveAZ4yXiUUfiFfNquPKxzwQqqcC+Z
goIGxGikdlWmeSzWZH4AmOiVKEK4ndYkulcjsxTBAMs1g8b2plWzxEn455I5KDJ9egHFRQdk
Y8gUPfdWeWWd1UAA+VAB/wDtIwJeVsZebCNNqoJFiQiSdmdPWy/qV3x+tg2nXEBoZWeNQsa5
x3g/E+sMVPjzptjDvAdYSN6GA+QcIJCroKusbZwDQRBgZQS2Md4T4Eh3y5LLRgkM3UxRrXbZ
SpByMP4tVjfLFN42q2pFYEMtujHnYcRM32COIIz6wkYTk9oRmQvMQuiAFVV/EcTjrovzA9ZY
CupHALmiSzM2BiQBshQhGmwDRGtMdlSC+/Kg4nlwACdHANEg5rP61vPGHWa8r4yUEE+F56YD
WI7MSTgO8OwRvFBAOE5YZxAtV5DSWSvJG/IA5rYtIIsqScxMypFf/wDL4wp+O9g6GeMsWC2S
n8k8qoGAYAdcRojG45x8BTnHyU1mmJ3gIBGsI1h+iTssul3gA2ANeFzYOa8D7AGMB8D71rNH
4BBx9EE45b9kMcZxGNkrrOBOKugx1n5b1rOAYQIY7EwASeR/16NhnhBJy3FvKLP77vJs7CHV
fySwOLyALk5LK5w/YBzicVdYNYxxcPka039+M4g5rwU8edAnkpO+Ws5KS7qiR34Xk9iSFM8Y
xzwBzQMSMDDFPjx8a87bRuwLn/QhGfvQnJLtdTHLHK445YHKOP8Aw02hsYd6besGay0rLOWD
LYjZoK2463WyyTQySRTYkLLJJx49tOpj/wAsIAwga87354nbAb8ANIEWPkS7+V4M3s8hgcJG
AAgk7DquMSc0ysvIjkBjScsiYhWkCmahyyKSWCWLshkc8MgQhwMmj5pyGCQNjyy79kqmWUkx
sxwS2VyZwxcID+QZOL5XmKIhDLJyEdeV+avgG8YY/wBgHezpjliP2QsiosUiyVnmBh6YhKvX
tuzO4K2b1eOOeYysMI8DzjYX0C4QD6B8MoYgKEKOynUS+tizSeBI6iuSElJXII2LSkBOQbGI
XNFyHAwc+KwkgD8GUMkvXHHSeuY+xTjDIkiOXLCRcaHkv6krMFnRmklJleM5F6ZJD6UEtYSL
H17SLZhjSvUMEsNNHCHA6pMQMBw6OE6wKQP6+wF45bWNmrRoKthYoYKs6iBLsVWOftZZIn3j
EHF2cfyYtgO5ySREyMGRlBOMWTAX5fkTyKIihzxICxFzJE0kvFUVy7yu6IjWQx97bE7uY45i
YoFGBFAKqAzbAkHJWUh4I5ctUvVnXqDVkSypgkk5Ix0WAyWbjivO6xRvI00Eihal7lKLQyJi
i2bMvEWEjyLtHjeHsK8xZArpLG+bGBhnjN+dKcAyeURoYPZJFCkUdwlmaZIUZ2Y8/BYlRrAw
XCfCuwYtksCtiEDJGMaFiFjUDOIGIvIrolpCTJtFiARZOTGST9ZQkk+PACU6/wAJViiP46Ya
CSEqWJLeAa+miSYCOchjxZff6m/ald2aYgJI+JARhgQYlaNh6Y8f1pluyUje/NIoBJFCxIP0
ZBjUJNokkLrYs8BLPE0czPnslTEtg4Cpz+8eJZVjrIhnA9d2wyurSNgcgMSSvHZHFt4EY4Pp
xrGPkcVZt7i3t2PGNQo/yyT62OMagtO/EyvxMFZSoUAcQMK/jx3hGaAHtOGUARqzmKMB2XxM
NNHIsTNBEQiiOQqDmgBJOExrbDPfYdi075LIyNK5c0+sdsr1YIwF1nEaIXVipEVkpBUiqyhZ
a7QZCAV9YIMRDIjpgc70AGY5218wRli5blixgAroDzgTWBWJED6SJ8//2gAIAQICBj8ANB//
2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8A/kqdtPSb0X+QzWXo19C3aVEM+KpR7oNXNGUqRFggZRcq
4z4lGR6RmUNMgTmqyEzmKoF+qvqQL0QZP2Ad64omTMnWA7LhUr/9JK5BUsM0atWqABMsPWgZ
nCgRLMM11BxHDNACgOCEmoDVPYYIPYBAOq0D0PNCJtmqV6fnVfWi1hihkbJ0wqqlMP8ApuIV
fkqeg+CcW7Sq2TVZqAVRxYmmKBlQPZWwoXTDwokkDgtQsMTmq0Asg1ZEWTnG6lIGgLJo3IZz
ZE45InDFOBRCQDAs75pm6s0DK+CAHcUA1kfTquHylPRr8q3aa1TysiY1pZFsnPeiIh2sUA9h
imJcGwR1nqPeyMo1gB6ynkGew5IkhiH6qIiReJoFMe69k4LhSywqjGVKueKEQWxYIa30/wA0
WqT4U0xXNZhWdMzP6NfRf5GnYzU7BKQ1ElgAQ6idIhGZ6I1fSfempbfmMcChHWd3GtqosGIq
aq/yro8KIfOiMCPmUtNQKpnowsnFkY6a4yzT4PQIS3KMWpZCQNywA4IkCrUdSAxlX8KFTU0U
jgoMXepdUqSoki4ZlZN2P2GQuA4Wo0Jf0H+VomRnIsI5r/4+wzToZA/F91eb/k7muZ9y2n7s
poQ2dqGgUA4LVMCEuBKERWOlwV5kCxFskIkjWACQOXytT4kY5ugAKCqBNyr9yMjHmSmjUAoy
dq4oG7VKGkcSMl1B3r+1NYitFJqHVQIxwzVbVW2cQwVeoccE8cclx7H7ZcVA5jt49le3gm7a
9luyvY9kdnamThK+BWqPUXvdR8yEdNdRIP5kJxjGW1KsDdAwcTarOye7K/8AotvcciPvXNCN
KE4Fx8k3ZSpTjvRzAQkeSFHBIZWpiEaBzhwTUAD1vb76eI6WrxKAoBcol7CjLI4lTcVEr9yJ
Nzgr1ROWKJNQFT0hxUGyCr2VVfRfsrb0jI2FSpQ1EbZNBQfi0oRj1EmmK07kAZkklwbLRLbj
pFhkjoiTtE9JAcKhbgn1VyZM/cnFSt3blJyJOBwaPyZZOBXNPZOU0e5Azuy0gMM0asMJYMn0
vDEYlaNoGMGBJwui0QABU4IsnPiOKkYuQblGTNkgG/3UuSk2abEKvoxB+IKI4Dtr6OXa/a3a
QccVJhR2XnuDGGHEhVotMpaBGrnijCMfNMcbA/hUt6G0YQlVslpqTyWrbmDvDxQZqe9/c99X
ofWjrBMZtHVkSfeQINDX5Ju2nUtRyaid2TGgapOSqKZoRdnWlqGxVmDY0TkvYU5IEF4ghSiD
0vcIyehzUeSk+R+ZHgUG9Sr6O2Mz/wBH51SJS7rLa2/8Udc2eR8IaMU26I1sQyO7OYjKRoGF
gjPdHmRHhETV31avcXRsRhDEzP6dSjvbhjCJA1xBJc/QWvan5kXsLhTieiYAIc0LeJAe7UFv
hl4kdsO0GYFgW+UdP2acU57k0nthdfS9gWpwRjm6BZiAWAqi9DgEbvk2KkRQHNOzYKHBSfI/
MptZ0KIY+jA3YH5JsfRr2spUrA6nW7CDCcG8uRApSMVCX+RvHdYhwOkaR9TStEQwCkC2gPWr
0TioY4I7cIkHBShKoxKIjQKhc4hGWzJnAcKO4LkdX1vf7G9DNZeiydak4yon8RajoDEu5XUb
O3NGTUzRanzok1IWk3Ne5aanFAM7KXI/MpBsUAKYoAdvDsI+AfP6FO3gqehdH0twYGJU9uIA
JLnM0QgGiXH4jpip+bu9BbSwt9WSlN5ylOktRz6vhUpbReADiJrb4dK1gNSmSAk0e5leRCf2
FZclOBbSzjO6c4J4l+Sr8kbovRkHoMSjgDTinFTKjBasQHQiAzXZAibFrIDciNOdQ6MwASc6
p3wqyBUuRUw2SBe4XL0Z9w9LPsr2sgqpx2cOx0YmxonDmJJLE4OtqYHSGfmCpQ2z5MIFhJtR
l/7a6/8AMLjgP1J5b8ZjIiv51SkQ1MD9JOaAWZFwRVcE8VOTVYfOtJIOBD1T7ZaGV/kHK6Gn
LmtO/EQBsVqiXByTCwWLZLvUpEBweoOxktRYRGAQABZGcidvbwk34fEmh1MC5NygQW0l2s6o
amp70FIcCi1XQKBGPoHkVuvUPFvV8m0ydcg8YgGRrq+H6qDjTF+qgB/OojdmDCfPpK1bcnHA
pp0yVPQ80RGqGPAlF3EjY8UIDcMiL3XhEial/F+JEG4QEa80KtJMImRNLLo22GdAj5kGyqFV
3IqHo6fRFxiwVKBUVV1EAKkn7iqHtLSxsq0JwGaadWsLr+24jkTT7skCY1xROCNOSIhHpBuK
OtIjVS1RE5iwLFvvIDQIwAoQ36kIzAdssUWAiSouXIF0zouHNgmlR2ZObIF3r/NZIjaLh2cB
E62fIomU5SHrWlwJZMy8QdOLdlbrTszAmTU0t9pPvEy286LXtSEmLEY9lVKQk02Om1/qr/5G
6fM/yC+g/APc6PAnMiZE1OK1WK8kyPlyq30lW4Wl7ehu7dzIU7upESBcVdGW2RWjMD+bWtOv
uAA+z0xQkNuUicWLIGXSOToa9sSOZMv1p4wAZNGg7GvyVKdyuU7F0HxCJJcfl+sjGEunuQJP
UPE9FQokX4JnfUSyEI1OMsgnZ5Z1Vh6u1mREgCCidmLSAJogQWc9X7lERNQA5JxQjuhwRcIA
FwI43v8ASUGIxdOS4wCrSLISgWlHG6G3KQMwKjkmgQA7t/yWmIMif4+FatuBAxIFEBatXVG/
7oT2wzXAujKRIkbB2P8AStEi7WP0eygc5LzJ42BQ03aoIZRYNqoYj8yBzQGK8kUAMYBuOhR2
hNphi7YoGeyZAUpVaRtmMQayav5VtEhxKQj60OIUTmW7H7M3QlCLw3AA7UBXwhAzOqRvQXQi
1BgukUTYZ9lVSQ4rr3AEx3B/3WmMxI+z7y6L5Yps0xLagHHIyRMQXGQuD7yEbSJAY41TIkZh
RA8RTDsEtyTApozDgtWipXtlyKkJXkAx5JpO6oTRHdZhYYoPRyZPwTiqFQeD2TT6ZS8IUt7T
qcEXYVWoMASHDmiaQ1El7rhIWUpxLgkkBs1A6WJLFEN1CjJgK6jXuQJxbseERIXBx+4n0ghr
MVWNMWutiUoGJ1UlhdAjFFrlE7tDtzBFb01IRBJ44OjEVapwUv8AH26ykKsTRlsayAdUZNem
r9qfNA30yctk015ZBDFovx6lrlEy4BMNovzCacJxPdL+tCe2+lyK8OzqkB3oiU6jBNCEy9HY
fqQG3CjU1Ef0og6YjktZJIAuwFlqLvzCB6tWNKJxKhwaqA0gtQXUXDaTUtdAaJajgwR8QkKR
IAp9bqUTMaoigMfFT44Lb3BKmsSB5HwpjdEYKe+/SCWHPpT2C0bY1TPJgpbhPVIvaicjSRVz
zRiK6SHsgG0yZ+wxwIZGRLaPajtxhrMaPyWuY0DALVuyck0qY0REmGyBSQqpR24nThI5Jyau
5fBlqqAzA5oR2IOLglat2URLKqpUAOWqo5t8yntm/wDoifhHzKZPCymfdquDdjEOERHaAGbh
eDnZbYg0BHqFrutM7jsO9pOu5L5D4Vr2twmHwkBh+HzEJzIAJ0mhLuvO0CBl7wF3W0T4gQ2H
TEoBSA4/NJQiDSUwH/CtO5HUOKM6xjmCV5cJFjIiJ/5owMtUiSeAUSSa4Rb+pSDSDksDL9El
5ehty1ST+LUhqlbAKzm1asq7YJzJP5Vo0BsuBVNvTyJ/UqRcMzElk2lAaADm5/UqQDZYIy2Q
24B0l7LTuGpqP4ijHdL7JFMWkpw1PEF9uhx/eql8ux87qQFyD8yJiAWapIQO8YgNhn9lS/x4
BhG0rliEN4UkQBLiQhAvSJquKANlEQPVMVBtREziC9X5r+4WIwYoeQNG2AxJv9ZeTORkDRyA
hAAAAM+NFuTiX0uDwHvrVuSMtqPhFQX99GP+ONOmj1/rTvTFTExXTRaCekA0+4pSjchHVQGh
70Yw6SW/jqWudXFTzQGruYqhdOmA1MjIxDDBN4SacUxLg2KdGtA3zIy26xNS4pVSjt7QnG5M
iSL/AGkAZClTEYI7xfopF+PZ5O2wL1J5aUJ7paerpsz9XxqhfiFCG3ecmKj/AJEpkyZyMHkE
w9SY4WUpSq5xXTGufyL9jTeMsJBHaEiwJqeCE49RFXrh1JpxcrqAzDKUT4asVGGEqOjtFqsY
mzoVBkPEMXR3HI3GocDRaJEhqIEOzGht9ZOjIe6CU8sBgqVfFOb+1PmhuPWTsFGtD/ot4anM
hJ34hCMiYkEl4llEQ6yxvl9PQhuGAMa6oh8FqZhIWLOjI4ux+6ibtgtAjERvV0SWJl7GRJwT
2CADg54LU+qWT/tWnwxwQDugDLqcFAO9FqlJo8V50ZCW3iRYMiP/ACHYke8R91Dy4Dci9AQF
q3pGMfgAYD3viTagAK1K8r/HAYHqkCVKciSZVOCp60NsDXEnwml9KBPemFh6AdP2MmVfSZSn
ibrydsERashxRjOOsk+JzFkA504B6IAjANVR3IXgXWuba4u0Tf8AKvOjFtyRFQWw6vhQ0HUL
sR+9CO5DSTjSyBFZEV7/APitUQ8skdumuYZnzXP+SYoUaRQIqHqWdvxLQ3gNJWt7qEr0Uhdw
fmXlyLDA8V0FyavRESvEVXmzJEInTpFqdSAAYIkuz3TGpRBucU4kGZCgBOSJLuMUBpYlNuB1
/YAIcuAaoBqiq0k2UYQ8QL3bCSJ/yCRtAuYaug/F5m176MduemDszERdAxqMCiGL2shuR6I2
Puuy1f5HUbMepHyQ0MMEeC82YEpaiz1+DsOSAJAdULqqmfhDhBpPJnbFGJccPQ6bugTfHtqr
osVKULsX9SJNkzMLqMJSYMxUoiokKc1IbwIiw6h+1aY7pnCNosS3/pry9p5h+kEOz/XQ3f8A
LH917O7BUZbk9pzPAi4coeYeo31XTRDHBAlwUCQZQBDl6XQG0NMYnqAUjCxD5VTkdNUXPUcC
vMjEas11CTAMwfBCTUKaIAGQ7GIB5rVshpAWstO7Fv5o6GjL1FATv/uqLTuvIYEInVqlkAzf
aRlHoe9QSXRkD/dcABat0sTgaIFwzZo7GySxDEghi6EoxMo5KI3JANSqO1EiUpWTiVMqqWtn
wr+5CYiTEnBObnmhGIY4nihHWGx+iFIy6he6PlxMRABo/iRlvzO3TpEhf4lKUq7cRpja7/8A
iKU4HpIIPNS3pS1bgLA4xiVEaqgd6/l2Usji911UR8s6gCxIt2X5JpHvTjH1KcbuD7QiDRu5
UxyQIHNNEGeyWdmLFOwjIUBRO4QeTj+pGEQNQsx/Um25vyb9KaEzKZFWKEjuaiR1QBchGTDU
LB6uuqJGaYChURIMw1U56kd2AMoyD0rVPHpLY5rTuRIja39SJjKjcSVWXSfiWoRY0BIxTvXJ
aBLnYrT5gfmEDEgg1BFR2W6x4SyPxCTU+FATpIXfp/CmkDEYuEdqcRKUTSRyR0hyQH/MhER0
nNDc1dQOSiNwgSAwR/xxEsBq1A3Hh/qWvU2OhsvpobYAMgal0SIkE5H9qMwC+B4omTn/AERj
B9Ubhv6lCJkwjfGqERRkcWxUTAh9TtyR0+IinMqU5y6pYDIIiFBtkgE4oxkdBr1Zof4UY65y
pOeA1JjLSxq1bBDcNBIsM1ExrQP6k0gxFUwgTwBWo0e4Xk/48XB6TJ2utMpuTUhmqVf1Kh7G
sLuhLOh7kSDeoRcgEYqqJgH1XiaJjFpDAlHbhsu2OorVIacWd0HkI1qE83dmJZGW3NxqcCzo
S0sRkg0tEgeokOpbPj8uLmVLnpT4MQmsbALRANZy9kf8eYYEeK60Rlq03ehTmi0v3qcSHMQf
YiduLgnkvMhMbhFwzf1IRlEkRoQ5XTQgsQeyi1AEGKc0Iouqks0WJD0zRgHJeudPorSB4qCO
KeYYrUIuSAcTT7KJDB7k0QO7uR0xuzv+VaoReUiNDuEfNAMraRgjukaYgtxW5PbHjbU9LIte
RJ9aLC4uq95RiA2mrqsgwuukvx7GGFFKi7yi3xP6gjtPcOERuRaAjdR8toxiKk1dDaiHa/5E
CR1XRfs5r5yviuKKUS7u4QnBumLI6CYyOdQi4drIGQq66iSTiEBEO2aJiA3FEGIvdESFTkEC
Gc4I6heilFiRKzVqt0zoTM8FpAJYfOq0lhipTcXQk4YCyjOAoceLpiGKBK83DFlq2DUGoIyT
mBJFDpv+JHbltz2yT4iRf7yI2JSO4KuWan1dajtbpAjLMMgLuHcJtuIL01EsvLlHq4WX9zq9
n5U5gYhnBcImIqah6o+YT5nusoyMnBe/4VMSaTRDA81ISkItdgf6YrpjMvXh+JRBjo24VGJ+
FTn/AJEiXJ0u9vF/5aH+NtQ/tyLkuXB+LqXl7ZIFyauiJFwA4OKERJmuEdsSeQpai1By5q+S
IgevcIYIapGLl2FURA6tN6MjEDpBa115tgbgh7IgEmpZRkBeTH1IG1wU4PN1qetrKU7yk9Tz
R2wH0liUzEcVQ37CpA2DsokxZ6vcsJIgd61SqGutQq6PTUVwTigXTTmq2uLJs7hVsMDddAsc
wEHBIOJKoHx0rVAadRcj80lImVWLLlZsV0MxNxT8yGkkS+HBaZhwKk5I6e9RiIuBcuyO2CRu
PUVyUd2AYmLyP0kZ78Wfv/IpHc2wYgvqAb/2+taf8XaEZSoZFz/7upR1n+57pr/SoybgC6oW
rZA7h1T+JkQwdEjwi4LsVqAYk4WDrUWJAopRYdNnUTA6fMANKH8qM5kk8bqj81coCq6CRS/P
pRD6j9JSmRUBqIixzyX0ZFyTUpmajk8PhWzCIeW4zY6Q2pT3Z3AoLdXurzJk+ZvYZCPwomMn
ep4BR2dokw03N7/RQG5VzfFOMKharVcetayKgkFkBty0xe2KECSJij/hU9wlzH1yQ1SbWzHA
OtMayJbUb+9JSO4WhEODIUR9hdHIkl1tFwTUjj1K1CUYGnFGILi1USThZEzjTiqxBReArVNs
4h2cG6cyY8kCTIyYOXZ/wogAg3B4rS8j86O2Q2mxPNEijppVo4P9PUgAe8MoxkXibFUPHMIv
RmqKFPcMGeq81mlctwC0lpRerp49zVR25EsC1QEPLGqRse/6KG7/AJBND0xZvzobYoI0FsEJ
NfBdZN6AWZWBqq1zdEQpI1A+JaJx0nAoSjLXKVWH6l1YUrVF/wDZBzRMQ5Q9qcGgwWohbZF5
DV61KRoWwRd31MovVyFAkOwDI6S3tWt61DNRTBrKVdK1F4hw6Iyo6D2MbIlmFWPB0RZjXMuo
bcXOkEsFIyBiAalrn7ylHRE6WBOJp4ENrQNMph82+JGEoOZChkXev1VHY24CUImow6fjWmG2
APe+iEIu5GC23LE6m9aA+dOOmWYTgO2K0yDv61olQHO6YHlyQ2YhyzPjULzJzMZmy/uR8yIo
7N+XWv7UWkV1xJ72/pR3CGNAKvVSDA9NSeaYURYYVKIGGL+L6CaRYxox+6tArEip+EqG1Ekh
we9beJEQCbYKQpyTmhzWoExMbAImUNRetWddG2IA0LH8Sfb9jqsSwGVVEWJzuKoguZG1WRJd
aX68EY7rAxsWaqI34uCDppqqpeXmWHBAgVKvdMS4RYuy4qrLSBq4YLbhG8AIkcGRByREY04Z
qzvZckQS+aozJwA9nQk5IJDh0ZiLufnVXsiQH0l6ZLRAHReb4BT6QdNNTZ/WRYDjRbkhHrYs
RmygZ/8AiNd6upTZ5e6ckYkkg1kSpTEhJnBLqRBdyXI/iK2zcMWzug9zgnE5BjVjRkI7knYV
BWqLFuCYGotVNqaRsxYozk8mI6iXsoxqIgsSKBYckSw5rqxfvC2xFmmT+HSpG9MEZMzVTQD8
MVIzAcu1l5jAMKsynoLSIx4rcluMTEDSb3QITD7Q4LpFrIOXGKfPBMQH/knjENyXSNJ4URc9
SBNQEIXGJFkZPpkLSXWQJhqlH3omxFvvqiu9UG9apZMAxzuuA4qinu7kaCkXRk16lPjJyFpH
iK4siSn7NOQcdkgAjrOl4mpoHRAk5HTYF0YgaZFyTjL3dvbTlxrrWlkXJIFIin2pqe6JgbYI
ERSvh1/+oi9nyQJDjFbgjEHcl4QCHNdXhR1yMInxRLAy+wgBRgH5ozJpF2PJasVpJqpylMAG
xIsiBISBGFEZOWpYOv7oloZwWP8AQh5WoQlwK01u5KFfarOMUYhuR5LbhEuAD7VKcsbclY0T
MjKRcYJmyQBtgBiVQjUSXDNZREZaQS7/APJR1zGs3BIeq6S3epCQYZcU0b4ZLqFrlDQG4OmF
Diboe3khpPSgCRRVFM1Woeq0xxNGVcKOg1QEAyYxWDM102YutuAxLk5BCArpC3Mmb8yi9gE4
NHXSLomWAV2QRBNQO0u5MyAGw95QmZUGBF6LbnqpGthUqBDUBAXmQGrX0ADDxdS2doyDx6pn
IP5n5F5O2D1lx9X4/wAKMmMY2EjipCG3qPuy70d3e6HLAGpp9ZGANRdQBpKYIDcdajE1o6eO
K05moQM6uAwXmxBYO8RdHSag1ibhMaDAKooUJguAgRYh1LcMqsTEYug4cnvQL1NWGDqoZ7Lq
oMzdCtFoiQTZgoQ1NANMkjj4FDaIAMnY2UZfTb2SUZHxAs3emZmxTmuZWp6HAXXRLmDdF6Ig
EnNHIYoNROLoSjjdSpfF0Ilj8yJOOAQGS5YLUmu6044FEkgGZ0n6qEI1YMpcZgfhkmOMT8yc
VqaoD19lcRREOzoA4h34p06hAU0SEi+QQZVumNs02AxU9JaW54jwI0dP/wCNS0BwRpBxUpbp
aIFALgfSUJgOaCIetdKhtmkpmpwACmcA9eXStkO4gMOaEjkyawIRewKcXiP5IuwFiM15wtLG
91EbgaWeCEtsiozWoO/cv7lS1ALp2rhZGXwNbigCGYIg2ATxqy0O0hX1IykQwqTy6l5gF6A/
iUJu7ftUOAj7BpUoHxSNx91aZhzgeC1A3qAqkESs108CAbscU5YjggCKhNUV9qq+o4BHVSqO
ruyRAwumtk6AoSP495and/nVP91WhuyzK17lNqNSXrbw9KeI0xFhfsMA7CWooQiaaQAOaHFV
QCBQZQBOA/pQbJO+FkZY59/7FS47NJvkmK6DXJGEW1HE4Lb29kky3JCJcmob6S29ohhtAmQw
6P8Aiico6YjifeUp3Js6G21ItqD2fqQDVFygQfYtQbv4owkSRKh5stURf+PeQ2jEGIqV0jow
NE0qxwkjlgAiTfNfSNluFmLhk5rmpMXDfx4lQsW9aEgKGhPNTEB1EMC+ajGVTT5lQ9QqAj/j
7lCDQ/VRDUia/mXmRZhRaZYAgJsrqgIK0yLhO1eZWpscyhogG9qrazoEXN3UiBzZOcMCqFuC
Y4LThwVXbjl91ac8lHZc6CA4zYe8mjQdmsXEiD3LbwcjUqDsBxXFAFRajFA4NdaYMYuGFbfZ
TRwRJXSO/inn6w64hE4jBA2XmSGqe28ojIrd3ff3CW4AnUnuTiqYRN7Xijq8ZxwPuoxu+S1A
4HpKD5VBTg9wTNqjkUCwiThQFOS9LURIiwwT5nvTAshE1ByUonmE7ClFqsSWYIN7UDiTZYly
gHwQIw/mvM2TpkTX+rwo70pdbdX2QjDUxd0DGhfBNaQyThqKrDkmqBdN61xKcOUGlSWGAUhK
rBsgumgRBTN3pjfJeLuUGo+ATiqexTs+Cm/SZTIBfhJCZLl75plw7PYgc7qUzY4laB4WbmhI
tq4rpuL8kCZGT1ZmAQkb9moYp1p9qbbLyJY8FUuTwR1XFkAC3fkqR1cahOacMUwJ5oA2GKpL
qwHD4lUvyoi3rZMOrF05VmCZ6KINahRMS4NxZCQN2cXZMnAdA4qELkn+SkBZiE4V7rO6BifC
aLSW1ErVtnqe4WiY0nN0NNRngqDCpQJPiHqRBqEHJjuPQWBTEmMnY3UtMhOPdZZcE8h04rpq
DYJgA5uf06VX2rzpRIJjStKlceyjUUo3AkWHFQ1UNSfX2VRdEk2e6JBcPRaY1r7VGMvEBVA+
1DHmrMAuCoqrVItHipnbrDCXBEkk1xQ1OiLxFroMCEAGlFmuUNLcXTjpjxQexxWkgVsSqlz3
J36ceaIiWTEOhjRUsiRhVCXia7ISiTGWIeio0gc2Q8wh2wTl2zW1zIccpKlRinwRcDgjnVF6
Ap4nrb2oaavgnlEiWDD9KbVIAXwTEnTVdIPef3p3tdaZ0J8JCEZhpHHNSeIA9Sb1lCntVAQR
cFUFleiiI0IAV0XTE6XsmBq7u/H4UzUVK9joAGmK02GNXqpnTVyx71X1djK9OyqeZAGDlkJG
Q8sN0uvK2unbywKYYFUfijJ6YOtuTaXixld1Uu9lwxLJqOvDU4rqFcDdfwF1WT3HAKyuI0QB
D5VZypUbBkzcnRjE2pRdYIIq5Ck8uo2ZO70ogQeoF6YIZuqhjg6zCLi6aTaRdCWz7EBNzCNC
G/anEgXFQmlEEroIBexP6k2sVTblzZNkQgH0EYtimZ6MSE9kzamN1Ud11qNXNsFGMc0IjAK6
qoi5D0T2cO/fBZn0GzqipxIAZ/nTZ4qmKb5u2pYKUIdI23BkbfDqQnObljpOdUavwVPUmstL
cVtgikUwxPzogsDhRBwzm6bAKx5ISA0M9WWbrTchOengyNDzCBeqO4DYs3LqQLNwwVnIFwU2
BpcrVQcEzNSqIBZskIj4hftI4IguGGSxINCtcZNrwQ1EucWQjGZkTiECZGRwCMrJzKgxugJe
EpwXi/eiB7LoA1BoV1PRCUcekh+oU+GSIgC3uiV3UZPSLjvTlZok5F0Yx8IJqpHKIHtRByVl
UMmerL1IMETiapuxj3psDizp3BywQDMGr/EVpAYOC9wVoMdIiGTPTJWoECcGZCVy5oF00kC/
cUQLK/dinp60QGuhWgLnuQFgms2fBRPwl0MAUX8IDPxRI7kdWB/khHIoAhgbFWPFBnuzJxUm
6OYsoziKEhz3p+0yAwqtUQ8ShJiOJstO6CJCxFlq25RI705l6kCS8hfkgCLWQkS7WWlmOJut
UemXzoki1hQrVKj0TRPSQ7cVqyPiUpkUBI9kEylKI1EYUUoTFJC+QP1U8TzdSkBU40wTGlE5
HeruyB7k66Q4xKjmQCU2K0i6I9akAztR1XSWyomkG59ScBxZuKl5g0ywF/q+FO1BcoZJiOnB
ESqMCiwdTEBf50TEs1CjIFxhdF6NdNE3wTkcsU7UNrJi49RTkPEYFMDxRtRGBo9eaI0gnKq0
mLSFqrVM1NTHgjKfUQaF2TO0RjVF8VqiWbBakw7JA5JiHjIUBQEo0NkHjoJsQSaIxlSIq1V0
ihs6EojpNyFqkABcANZCrAM7IORLgFwyyRLWUAWFyE1iKAp3FMDj9VT3SHaZf1QUdDa54mrU
1fEtQ3I8rP8AiQkbsyc3QN9VSy4LLggGRIw7JTlXVZACjKUcRZH3ZNQoSL8XsmiQ0vYnMnH0
XZaiHWo9RNonD6SnqLkm6sqXOC1fCbhCb1qCLOEd2IuRQZlajcG3eq2OCIq9k7hO3U1Fgeaz
4J2qKjmndnoQjLSC1s0QzElCIpTuXEYrUU7PgiRVaqLqPcmz9i3IE0DEHNNwujEkEitwmjAE
ZqII0THu+79n30xvgmId0RJ3NHQjEUAvirWQkDYWTnCjIxBYshR2vTFEYsWTGvcmNFkFLYj7
5cnn/wAFEF5nIURJi38fWUtJIlEOBd0xBBW2xfpFe5HkmIfiqCyvf2ICMNTVZaJQ0MOP6EA4
GVXRsRmtB8JxRnAVFwBSQWqVBK/BU8Oa1EWs9lIaXDlqphR8ENuxOICMfh9arSi06iRL51HY
GBcnkpWJGdU5ARJqCqjSAqNknAsnNzVEEWsVpbUDcIgHpvRRMTqliFpiGjKhoiCsgaoh8Exx
xyRETqF0PiZAvU0ZR3BaJryK8rbIi2LutIcykQ55qu4xy0//ANE5fTwYf1qMZV0gCt/hXTkm
ZZKqpV04DA5ur3cAZLmVKz8ERXFVDcUKgx73V64LbkX0uA5+0gQXz9S1bpETywQ3dk6xYkUU
tvcpHAHAuqFPGye6MiKBHcIeLMCc11QieYCB2xoPCiOhyOdUTvO5NBLAdK4YhUDRlV0alyQz
1QAkcsrIv6kMzZDzY9Uqg3v9JaojxGp7Jk4W5okOwoixpS6cUOX6k+GCIIPBNG+CqGfJMAAj
QGlSqVPFapUkRQcVVySgScXuqkk8VpJYYJnd7IEPTjReLqydUk0udF1Bxd1PSaEY5o6S5rRQ
1wGu5xudSYBEioYqMhc3Raip3plWibNRBuGHH7kU/iBNhRlExDOz43WoUMUZfNW6Y14WWWSc
U4pwHIIl+dbspGkaxPcoeY8tsEastI8fhRhGAiKWR3dsXuz3QBFVW3FW5piKG6aNMgi90eCL
GxqtTsAqF1IEU5oCNgzqmGF05FME0mNWJCaPuig5J49TVb8KYrUKVIZO7n5luGVqafUpE24r
S9QLcUNQLY4IUT3yCYhsWxT4IDK6GkOBX1IABgP9E9NQo6aZ5FaX5FNO4NMEDHvuuhjIIRLa
gMUIkgEm2alFuoqZnF47YNTxOiKIBaMADIfjUtyUjHa1EAGlPsIyEjPbfwitPi6lPpIhKsCe
epMsldAXTjuQcdTghk+GSFaABEAu9Si1Q5RbC6D0PCqYHqyUoTcgx0xPF9SnCU4kbjWNQ4U9
gkHVWJ7lWxTEI7m2atQZke6gNyJDX4FdTx5oGEwaYFfzTiqdnWtiYyNRl7iltzDB2cVXUG0h
pKY24tGVH4OmchGVS1FLVUyNByRkBV6oEqW1IUIoUSCGqiMY1AzdEyDB8E4rrwKoOniU7v3I
Sel0+Ao2a+AiyJJd8UAwsQpTemS1SLYrUSxlc80SZsLoDbkGNySuqWqiEgWAumZwe5ElyCgY
Y2UZzGkgj1eJXDLdhAapMC/epU6t4mP1f/KUYfCFXFAAUFApTjHUwqpCQ0yGF1QI9gLuCzhG
IeRdGEhSLXpZGQHSFItYp8SnNsc04wzQIBMpF9KJgCBc6hi61SkI6aseCO0AZYuKWQEhlHmg
Yw17Z8RGXvIbg3PLdiYyRMAC+JcKGqWmYehs7LUwlEXIIWnSQ11zUm96n9K1kiMoDTwI6v1q
G2RpELSa7IEkOLMiSUTd5FkCTV3bkgJG+CArm6Exd68iiVqAeMgwd1KQYOgC1QnNDZkxLmNX
CALMU9yDgukVGKcjmeKJFmWkUJKG2LRbq+8oxlSJFFqEhLFPIEcVQGouyIiNQFwyeW0zYIbU
oGJzKMncWZBokjOy6jGMRVb+ouIxIp9aChuu4EpEYe8mcEJ4lwqnuRFgRV0NyJeMqOPdI+JH
a3Cz1ieSNe9EMckKNEIyj4rqT0zPFGINwQi57KBu9VQe8A7og0fJOJEC5ZagXegJUIghh1Ny
Qh/kyoSbgmhP0IoTj1Rw8QCPSHHBOHYEuRTTVaZS1RlQODf6SG7sCknEh/zUJWJAdFy2Jojt
7Zp8VXKEYiysumpJ095UYzAEnJbmi1TFCRof95KJNKVCqKog1ahUS1E0h0yDxxQFsuSrUYE/
tTk+KhRBAaJIBTikcWzRIq/8kxDAYKhNRZa5yq9CpS1NEV9SjGLR0Ue6JnISItRm/AgJMR6k
AYs2NFqj4CRqetHWmVdVi37V5kz1F2QEg7qo4KTmjFb5iC5p65alptpJp39nRSvcjGVMAeKZ
3DcEYSsgQWHuyy+h0o7e8esMAc/uoN0oGL0wKeNXowUSBWqNMD3Ih1agVTzTGoUpitGKEwUx
saFaQe5GfvVDrVqOuOBN0DAsR7sn0oynLQDX3n/EpTjuapYghMAQMbgLyyxic6oxgxc/OjGV
SRfIp2ohtvdRJBLU9iEYwo+p+KdnRiKAoAhySzFF6AWRicEY+6StQuDRQcWDPVRBb/ugzMM1
pqiDhgE2BTO4WoGjozJaP+iEBZsEYxFqOUSAamqsdJ4I3Qo0SHBqpSvpuO7UpE1lGo9S1AUb
vVSicBgpBrgrcNXfC11LbN3u93V2OTo6BaxKBlIuC75FeXtHpIIJxfwqXU5NzJOQJvgUHiOB
yTSY5E5In2rzC4iRYlw6jMHqJ9T+6iGeh6kSKlVvdMc0xUpiVWoPiQMpO9xkjKgDsATdZA1u
tJoDjmpbgkWAJ0tZlP8Ax5DVrdpk191R1bZhFvE6zRoNTfMtQiTGWOAUWiCY09S1aWewFEAC
xyUZCOmYDuyf1Kgtiq1a6AiGxzxUZtkXyYoMHcVLrUT4qMo5u3ZHVn6kC9ir0OKc5INVk+RW
s1AupRJaIdmXlRDtj3ImQ1Y6lF4uZGyLUx400qjEjB+CGoAHJ1CFD01RBjr8wGtrj6qBlYXd
CMp6tvMlMJgnN0wD8X/amERW/wDGlajGhsVqZxLEry5Glri33UDtkAXDIh3Jo68Tg3TQcg4q
gJKYxJITCDg2KfvZAA1ayY05XRBq73qidB0vRlkRdamTYG6pbjl1KT0LlvWtoScRMm9qgNkl
iC5fJSjNjoiKGtQpkn+yKNyHWpT2Y9IuRQUQA3C1KPRk21J90YNf41kmkBKORDoSiIwkT1AB
vyxRhNpl+kkOR+FAwhEYuy0ysi/hwZOAys2ZRIRmxZqEoB+pyouCGLugwcEkuiCb5qW3LwRs
pRLiBNMaIGFQbXVKFUu9QjgBcry4TpiF00OJQMyHT3iotUApxSQeooi/cVd+ZXFbOuINDcPj
JTiIgAsaLUInyyzHCoRNdWWCD44IRFsgtsTj1FiDZPLxReUgDSgT2JyVJmPAFkTI6nzQFpCo
CJYahwZPZwLLigLBkdMr2GKLly1fWnkXqbZKVag2QDOTimMYls0dMBpzDt+FS3Aw08wUBrBJ
oAaKAkKgtIshISEjByGWgByA63JC7kOEBM9U31SqblHb/wAaQL3I/cj9EOau/wBBAweBwGLI
zkdMokuD95eV/jz8NyCGQnPqJqZXqhhEF5IESEgTnZaTQpsQiZAmmCIZhxVLFTiKj5kIyBMh
8yL3dmQlE/8AdCILClaImeTgqLXNypEBiJU9XiReBlE8FEyjpdHSOmpIf9Src2qmF0MK4h6J
gDxawTRLnMWUgGenNSJDEWd1geN1XuW3gzj1SkhOIIeI9fUobUz4SMjYS+iseKpZ6qMTV8lt
0I0CILck8SBGQqSzSBHhiiduLwZ2FVfjZVPJBwD8/wBVbg8IDFlHTUtXBceC6i/FAMXAah+s
gSDwOJUg4qXdSEvesXoEQC7VdTgA2kO9yUACBAVbFDaNDJj+daiX5hSmal/uuixbVFgFPdbW
ZUZRjKLGctT5P7qGi5izfhXXGosgBEgDqc2opneLSl4aP9JS2o9RkC5szhagKl0IboAGBf7K
lITGk1AXS5JozqB/yDpG4NIBL1PUi9iVKRuIlS0ePVUXQjIvIAdIqbI7hjpjepaX3UdyTs+P
2UXoJ0QjK7ADuUZ3cMyhS4b1KMTentVKkG/FOORd1FwzFSApqBHrQi+p7GyAY2QBDEZqRNXe
vcgfiLflUgMUxxjpfvXivjmnZxhRQjUEE/OgJsS2QK6L6gaN9JUqiWeinuSlTbAYcTqRjyQ2
QH8t7lsVpqZkFgUxGlrrSB3pskzsChQGicWGHFXfmnI9RKJr01ujwJA9abFMcEd2V9zwjgnU
YtVh8805vkFpAIP+iGQRrdNJqVcphHFnwQnKYEchdCJDtRFh0l29aAe4xQFmdjWqMSKZp5Dg
4Qmf7m/cN4Q6G7Ow6nZhdOFuyN9MvmWvcoxZ15zv5nUML9SMINoA+dGE40JoW+qhGMXAk61G
pAFkN4AjTJiDZQi1AD7U19JAWp7myY4rXtuSDZREo9NAXUGqWLokgsKd60gGRpXAFDWWcWCh
I9L1qmJDKJuJA/PJOVzUe/51qQlcEgN99UsgGc4MjqHiPzJrITiWIu6hKNSIinetM4yMTl/y
QMZEGVgTVdEuoVIOQQbA3UJRiaihZa2zJGNEBKJiW7JnFii5eqd2Qi2BJqoQiGjEABFSmzt0
hdIY4lEsATYqzFEsCRmo7knJkASLVQEQypRZF7oRJrLDl1ImQBDUORWlqRcBAaRrFSz1Qakj
g6fePTkLptuLAUATChxRhIPGVCK1dRjCOmL2utuWpoiIwyClLZJnGRpI0r9Sa6nkY0yeSE5j
SCbX/KjHxC7ZqUDHy4u4A5eLpRgKgO3cjpFvE+aiJScE/wAfTTpk4ixwbNR3aiJdzkyqSYkv
TFdMOLqOmgNBzUY3ACqFtxHwv7Uxw/j3UNVAbFDEOWPemWhmiCC+PvJhjmo1o4dDSXAf+Ors
+dPPqblRadtxKhIeg8XxKJJDgUuiN4sSKN9JDbZhcjNbVBQNZM1Ci1BpYNzTrcIyRIrwTYox
kBWJZMETwUiQLmy1h60ZXu1EI54oxNWxzUttqRVMOwjvQOOByQoCCWUZgsSWUpTJ0gUZdMRw
VbKlQnzWfJCMw4WhukWCnuQno2wKQApb30JGpOaBmSYguIjFeYxBt60NjbPQQ8i/6UTkZMUG
DCTVCEQ9TdDsuox4YKhNc07h+CjMjGlE3ZFh1WfgmlIjKhR2h1Mtt6GQ1Na57DNxS8fvICMi
AQ7shKMnld2KInPU5QVFKZ90Opaj1E3Qi8j8ydwxuFEh5FsaraGcQfWE+SNbUonU4C5CMK6g
SCGyVYkB8bLph1NVl3KWZFFJg8ss/pIRJcnBUYpwBdPKjCxUdyGN+SEhiH7HZSGYt36lLYnU
eIE/lUNsMRtg+sqGiYeQcjIof3ATi4TyiB33XTFxe7/hVRpzcGv4VT5lpeuSriobQdjh3obc
axgGPNE+xRiai5UIQLCbOUJGfqWg4YtVGRLnU4LcPQIewFUWL9zf1J5GoOIy+0hK7ntch6UR
jtxEZYm6nPcrM4txUBkB2apkug8WYMjpN+n19KPHtMDY0Kjpc1AMj9peFmxdGUSSBgi41WJJ
D21dKpZEIyJcO9v3dusxjSpoEasKvERk35U3+K0Q5ejOPcUSbkOUyrEHmumIEs3ZaRM8n1FA
eIPWiPlgmcW1CzLTuDUALHN0AA0fQnu2EYkv3KcybnFUpyV6HimEjSwugTjcoiU5RyvRExlr
AJc4/iRo4iGJOaAF0SRWIoVLcNS5r93s0i5Ud3SNAAcki/0VBw9BfkqRCp2uVq2mObJ5R0g4
qJkGfEsojC/bUOuqIPcumAHcFRVTFEbg/tuQ7KHlV2YVlh1ehVT2v8qkS7OKfRWraNDUAFa9
xhGPichmRlsgCNiQNL9pIi5btMSLrAjKqrEJhTtMyQOJUpGoc1704oM8ETGRB+IftQJHWKSJ
DP8ASTiyz7ZQdpTDAKp42VwmxwDpkwFPWmd+CMXaEsFKUOrWXIt+ZOQRl/EUQxOpw7FaY0TO
/AVRL6gSe5begnSLxURIMQB83ozMQZERLAVLrq1R4EN+aCEZAyaoAH7FEkGMAaA0p73hUdse
6Of5vSZwO9UIPY0og800AIjh6JlAgSwBzQjHVEWaqHmz6feDmq0RDBZ+hUMOx+3LsAAOnVfu
TC+KJl0gZ8ENrbj58mc6QKfhUQ2mlRl20UtyRpGq1kaQABEOv9UTQnJAkOU4BTNzVKFMzvR0
wHtQ6dVGZ0TGGiLYE/tXlyhq+k9U4AMSfCSXUROPlkepaomxYekWLHBNuxAIxvf6yf8AkFQu
OXpuRW9gniwx7Hdk2oetUL9jf9AYxLSNiUIbsYyIxiSFHWQIvURclGG1uACWYU5GWqU2cjgu
A7KXQnMHkGTAaYRJpiUTHvWXNB6gJ3qm/kmZjiUJZqhpitNXujpwRk4oKphXgsiFmStEDR6y
NgobcjqMQA6r8sJgsbkIPPk2S6ZH2FaRuhuICBkQwN43/EizknE/tTfI0HyNlxwVbqva6m56
gXiEUQ7dyr1DA2VfUgDinDKl/nQiT7E9g6EiiRZaYPUXTS8R+ZR1QaTOZAn9SOjcuaPh/EEY
7dZSLmRJJ/F2V+WrZUHY+uT80CJyAxD3XD5J03y5ieY9SkKUJbkCnVVxxQpY3QiQnBIXF1pI
d0AXOQCpQYosolqkXyUgHYAVPH4fkW7KdrenX5Fwn9K/bVM3ZQOqH0RIe7IHmjIxIEiSH4lc
qoYKgcJwLKJN8SM01quhEEu61S6icDkmDRGa06XGH6lpk9KMmJBEjU807XDAnDtbtomKZAgq
/pV7Ccg6dv8Aoq9tQrBeELwhW9EhCQi8oG+X0UxDcFmyqmsnFQ6DWCMqPd2WgSZxey0yk4Gd
a/dXQKnFE4llGJPSMFFpPIeIC6HZT51f2rqNfkqqnyFPkr/I3Vexl4l4ldShG5t3dS/usJgA
MwjqHxaV00OKrdVDg4LQZMKtErUS74LTI6SeKDVqydmJwLhOQOVl0MJioIqxUZmWo2JUZ4Fn
wohyHbx+Ub0K+jTtz/6S3b5sb7Yc8RHqWWaN1Q9yZqjFPiSgKKJMg4LsgSNWDAqkdIGWKFbo
F6LSDgyA+EAez0Lejyp2u6umEgSiQ3IFdVEKqgpn8iPSZw6cFx8g3yG4M4yHsUwKh02VXCfF
B8FzQu44JgE4jRMPFkhKR6rsg3rRwDO5tREDh83yOqZYKW3tiopqK1P1PRwGUREAD4qaUPMB
8yIaliW0I+QK4uuodIuSG+6gKcFrrHcGPuqMd3qfwyiqdryLJ4Fx8lq82T5uUXOoZMvACBdV
2h61Xa6jxX92Jhl7y/8AE/DL9CEoSd7UPo19Hc+rL5lOtpFMOy5fJUDoiVu5EjDNBjT+PiTs
5zT6aDHgqVbBSIo4AzujF6KvpVoi5tjXFS24zeL0jagTyL2dapTcXAqgSAds+GNlr2/EC5vi
mkKnDBNG11qdhZc6IA1yVbYdvULWqmiOk8X+Soe5M1ssewhEXTgtyTiuSoWzYsgfMJGUur9C
jDdERGRYnwt+JPFiMwUASAeJCcH0ZR+KJHrCMSfFVY4Jr8VU2xQOPzLXE3uE7VQe6IADC5ZC
JxyQABJNkYyj1DHBGTM3+iMiQTzCbyzTFAmhOBIVOx1LSGoVpMmYuxeqGuQBbDgtERqMSHJq
pD4bD/iiIDgoiTmQFvdQAYyZ392K6D0C8j/TpQBk5v8Ax1JncnJAMCSHBK0RZwHe64/KvIVx
Dogh0zPinjTuVK8UB7Uzas6qzJzdcrUXEY2VSRyWnW8WtJASg4GIk39M0BIiJOZP6EOsH1/p
WgEDi5/QqEF8ituYfEU+yiY3HixTD1p/5qhLoRjB5GyGt4x5U/MusmXcy0xDACgVmCcuVpNk
NTkDAphEAJiKLXA6JcF5UjriDl/zWrblXJaPL6nGOC2wY6IQ6iLuV5gibtmjFzQ+EBNLVHBE
mRBOB/5IicbFmsmkekAARI8X0UZRAcRcRAo6B36CI6Q6JiAGo96e6tMbydymJciiLmhBp3wQ
HyrFuKAADi9KosMVSowFLqtFkq97sqVJqVUlk1wU4ui/soqVQEbZFFl0wlIZrUNote8f1oGM
JRHCQ/Wjt705uMJEyXmaNUyGmTmh/bAGQom2Sz1Z/wBqOjwMWeVHWuYBk1Dcg/d7XPd217KW
VFiESPEtWkhsrMgZFjjSqPVGtAcV/bkCGpXF08YdViaO/wBbUh5xMZmhua/jWva6xi//ABRe
LjNEm0cP1KpDGpZCcC4spB3oAQy6pOagJ5ElGTYGvfD5Z2f50NRfgyADuEDcYpqsr4uy1OCc
Tmhgh8y44ZJva9FRMg1OCcgmHIheXDZlHbFk0tuX8lIDp05qEtmOqTESI/CtDPMkkgVqvMm4
4FPLFapnoFhZGNsk4pk9O2na70yTiQbmndXV1WqJMb/x8SaDAZBNAmORFUHcgCth/SpRkGkQ
aHNaI0D9UX/WtWgjUO77KmBAnciS0STcH6yOoMcKBUPNFhz4qorW6YUyi6jLSBIhi32flqFi
FWjKhVaHBM7p7psEwscSgWTFUA4LqoUdA1MKsobs5tF3ZqlaRGuFGWjaFTkSv7k2OQc/1Klj
QJ5SEfamxzVWAK0gOy0wDyJqMgtQqczgruVd11Yq6LAhlTBEykz2CpWRQBYMMKp3KJqTxQIZ
uaqEJVAFUYkO2SY7ZbkhIEgO9l50JPpFRmyGxLwl2L49KO6KxMiR6lGYaI0sw56kzF8wmsUT
GOqIoSnLARu/2lERDMPlmIfiqVTDFNEX+dccVgqepGRcHigLqmF04IIsriL85ITlF4kDSC+r
/wC4mAZrrTI81p26FsckZE0ueaEiR04C5QWolsHUi9QOlCRYzNgFr3TbAJxYIUuVkgQCZLqY
cFxN0wHZw7Sn7Xzp2Hium9wnBxoDgobg8cWcfgQAB11Ddy4HKq1N3FF7cAUJHwg8R8vpnEcC
/wC5PSl1b1InJEir3WIbvVuaZgRigyNg10YgYOiSRGEBiHqo6bRAiKIt4iKI6r5rVOXSBZkY
wpVhxR3JnVLBaO8oQFNu7LUSQ5pEWKeQGvNM7ph3qmdExV1dindk6zdNh20TYdnDHs49nBCW
1EeZqBf7y3IbkWZmqM/rKZLE4IF2CZurNOaCSEItKJL1CbQB3ppQIGYVyH4FHQXbgf6lke10
5oEzuVUJ8D2zjKBifdLjBN7cF4ajFBwwNKIiIsqphZMDXNPiM1RrOSpbsz4SzDFupNCmqwGC
Z6j+SBJrf1IyJ7kAKOWUSeqNScnZSYs9GUpSLponS9KZfCozlWV+zUcUAcUxq6L9yJZasVxQ
pROL9jJ1y7OWPoUqnHZKMqiV+KpKQiLxcVZaNmJlGdC9W+6tMgIjPFMC+NUS7kVY4p7Ngne4
QMQGZmRIo2SAkBIZ4oRMGOFbpjt9SaJIYPpwUTIlo4ZoGMQTYc0Iben6RY/0oai8sVXs1wkS
CRQjPUpOH00KoWdUtjL+lcM0Q9MFk2GSNK5rTYZoEd5RLOJSOGQihKwLkNRkxLUZ+JRjGwYO
tLeKrcE4HVjxTgs9DEjBBy1yMahar68V5kg9KetUufYndsHQoxzTk2NFVOLYp76lpbkVpCd3
4egy4JjZW71S6qnNlwKoKlXRcnBNLA0KOJXm16pMAAykWchOzYmqIjUjL9Sc43wQrXBMaE2o
gPEeBZGcIk6KkqM5ULApz4iHbgmyWmVnQAGlqsEwLNjddRf2djSAIerpjtxJxoKo6IiLl6MP
6V0MRj1ftQMB3agn0Eku7EImW0X4MmaqAa901KWWkT/te9EnP6CABDF3AWoOca2UgRQmhHFP
IsBTuXRLURVmKYwIMj9X6SiSNIFuPxKOlmxyW3GwiATxKJlQ4KgeOPPsqi9TgjRhyTyXBZKv
bVVFFw7WVKJnZcMOS0SLE2Wn2p5FzzXtVTVaNyoNR3Ke5tQ/txFwRgENQPIoyDabM9fuoAjm
mvEWfNA3TCpd+K24TIG/IEyGbmfl60dPUHqSf1IM2XZW+Cp2PI9zOj0kRz0ntonQIkOMXr+J
PIN3grxgNgUdzo1nF/3KR2RGW41Kn8mpEbkTExNyDnpQMJa+IR0kgg3FT9pNMkhmsP0oaomh
oiCDJ+5NDbMHoSaj8SMpO70PFMSZNZ6spnfkBbTqOkoAzi1zUJxOJB+kECJAjIFUT4q1FSws
g3rVb5djLinPZVV9XZWycXVCDpv3qgoVpNxgtQo1iqCvBAmgxJoiIuTYL+5fD+IpskYEitCO
akGYe7eyFua/0XHAIvQ4BOAX5IGMZSErNE1/CqQmDiAPzICcJu/ib8PTFMJtLIhAk6uSouKO
y4M8Rk6ltxMTNvCCSX+96J3PO0k4Nh95GMSJhrml/cRFRppWzIvEyDs/7Ed13OTkMvL3wQZD
pkaj8S07cw57kBuB9ON3RqL2xCY7hhL6uP1taaNYi0yGdCRaWapDgCaqrjmmFUSbZKhZA1LU
IchAyiBTN05oqG6c0QODqhoE5Tv3Jhiqql1WnFZplXBGrE4lTMi7kewIgC2KciuaIAJ44Ksm
5X/MqglqkkIvqBFLJy45hGIkx40RxDvE3d152MYszXqiAaAsKoD10qshmq3zR3GckMHoPvoR
iDkCCSpDSTX3if1Iw3IASFGfTX8a8s7RAIFQQ/xfCmcEPaR6gnBfNCW5Jnspy2YkRmW1Pw0r
WDXn2vIsmHUeC6InSOCaeNWC1OeylzdGMJCGIJqv7kozawjf8qEYxE4l6fD9pCO5t9WQdf8A
yBAiMrDl0JjQCjKnqQYhyju7jxgAWzLIiJN8XTxmK5lOD1HitTkt3KjlOahazhZNcDsrftfP
t4Jux7up6aEggOiNwVBoeaBViCc1UgLNNgnZ6Koq9lq0kHMmijtyfWWY+6V5EB1Si5OAdMTz
dGtcggwf53Q8wERGXH6yfbiwNXka/gTQ01OGr9CtAPgSf0Iy3NuO4MoyLrUBLbkCfEHivOuY
kEGLkfU0poR0nF8kZGVTVhg6c41KIDqqeFyWC06iTlQBDWWr1B00QwxTtwRJpGN1pi8jfh+J
XAfJDqJpVVqcEHAHFOQ+476ihBoyjGwPNOQRiRRCOsvLMJ9qL7rAhzT8S0mDAVNQzFEyg2L0
xTEtxb9KGiRpi5/qVJsMXET+9OWIOI/ehIF3Aqc2TTLvZqLjkiAWZMa8e2zZJnRxTZ4Liq0X
BSBFGKDHNuPYM1WgVanBBlVRpihVggZeKNihuwLgBpCgsUaMHs6vRRlpej3FlpMait1E6uQY
WTkCQxpVOKYWT2dSMYjUaxPF0djcA0yNSfuQ8CelRg7JxXArgEA5D2ZUNV1klqhUFeyqaIDD
NPKTD4RZVpxVTcXxXNMAwFSVmM1Qd6A1AjEgo4+1BgHHvckWaliarqFOFkTp9arC6Ji8fq2+
yjOO9KLYFiPyqMJ+Eu8gCEBE0YAAcOziM0SbFagSCq37KJlVAY4djDsINXDIAj1J1yVQK17G
a2KsychwqIN60wWjcqDiLrXDqb4v2owLabufF8P9uSMokkt4nEkBEsPb9pVAJNyn2pEYsM15
c6g4YgpxYozDmQDtgRHr+FAiJESMVamCP81xwPY1+zTEaiUTKvsZGlkau4onWaEhjgugXuU2
7VrLS7ALw0GKqHbBMAzXOaY0TEUzXTUHBFDBVTYZI8KJr9hFuKYp0/Yz9/oMq2wKzQlbAoG7
rSqiuKY3Rp3pkz96z4quKyWamQanDg6IjM6gHH1fvLWX0lhKqBzDhckQTQ3QlEtOLAgZdXUi
OFCjrNDT1oGBOkjL6qHC6d63ss2xFux1piSADVPCjD2pz4sQU5u1eaxYoBUQJsF0sUbuu+6r
V0TYIki6AIomwRNwbJxinZFrIgXVeyq4+jw9G1uwYpnsgR4SK+tGnJapGjoEJyrXxVQuK6rr
NEUqKhaZioJIP0PDoTw8XBRLyiQWOCAJeQOOSoUZAVIuhFyHB9gUYu4AchbU4hqyc8OlMbcL
psON0QDTsaJpiQiB60RLqdWVm4IEVdcUxNE2CyTuq1RPsTMnArivnQoa44JpdyfFUNUZyoBg
1UdZbiojaIrdi4VR6Fcey6zXFU7WMmIunJ+ZXbuT6qZ2qozIJDtE1b8KqmtzQGLDs4pzVWZc
MlVXrktvd93wy5Khq9sVU1ovMJDsQ/L/AIqUpnURMgGlmj8KOyDqkKsOC8w0AJpb6KcX+K7f
eUNvbk4BJJFnXUaJguYVbKmOCGWLLpLhDFOblCzCp/MhVhcKhsgM1/MrgcVxTNUpnBJRAPJV
qCtRDAJxYoabi4TFgDaRuiCdQxKfal1CpCBk8SC2P1Vp3ItnIGgTxkCOC6ZOq0KZ63HctWCo
y0x2yQzkgp/LnJ8AnOvbI92q6d6p+Jx/+xeETHNS17emuY/SgBKhoS1nQjGZlHNitNXFwy0m
0TRCQxFkaOtJibY9lVkgmZBDjipR76cFrgT0VlxC12ah7kY3BJb8S3JO41E+yKL30k+1GIAc
m/I6lMCQlLSRdeExjGwVk+Kdu5WZOCmHilZNbFVD5MtORRBqa+1aIi+JKG3GpsWWuXhyxARH
BNPwHwtdGlySOSe+NAvMlQmw4IZYLh7VYscU92CMQHNiEdIZrvdaiW4LqelUQa6r5Iy25AHI
uUBuVfEBATBEmA1BiEJxkJApokHJMxZHSSHtR1q8xjxCaRjJrM4Tjb1RahBr91aZbcndiVpB
lQOxDKhEj8Ll/wAMUZGJZixdkZbe5EQB6tR/YoncppYCQLg/SUoyEjOINbD6K0+89BwQzTSx
JAQ59lFzsqFPmm7NDEG/BEAuCzteiiAOoyOPBS27aiTXlFXJnOgGT/F9xHaiGhKmojBCtBU0
QaqYswyRa3zIhqnNNRMaNfFa3cDw8HVrXKo1bOmvIpwXAuicfWhL3jiiwcYnNElgBght7eAq
cvvICpb50KNti4WosAOaAdxhSieIAD1K01kXvZO+kcES5MjiUaM+Oaoi1RktGrqPhjXD6Sry
ddYExg4WrbHSS2l7LSencBIo/wBldJ6swW/Cv7kXBxBZFj61UsTYKgEiMU8emOBDN+JdU9Re
wAD/AGpRRltAQ3LPT9KczEjkAKfeijtmZOkOagBvBp6YowMmBuAZMUI7pfbHhDYe6nhqi4am
KE3Jc1DBmQMZEHkUN2Q1Re6eJtzus0wFVW65KnZqxsO9DVAkEdUiWb6miSkIuxNAS6EcIkoA
DVMh/wCNSeRMiMTT8qZ6i1P1Jj/A+ynNBwRIrzROBwT3rSy45okhCAsB+1GYYkkAITl4pYIF
uqdZICxJwRkT0jDNlQNSq0xWiJuHJQOMryCYSotI6pHO7leZKRLe4LJou4KGqZILEhPEEniq
imSe4yQDAcEQPC7LTYGjlaxdOKh7F0YbgAIsytxUhGJNXdFxEZXQbxUsEAZF8QuqRknqea1E
Ed66Q0hjimI1E5qXl9MwtEqCVHFwmi5NuNU+HESQfA8cECRQ4gFUAYZhaNAkCGZpJpQaLuWd
GUSxDBk5AINcUxDOn7TE2KoZFsCaLKy6amrpxfNAV5XWaY3Iug/+yoG4lVLsXT6R7UzIuKoU
xqUGFqoyLEhc7KpDoMW9q0g0zR0huOa1EuRgh06gUwaFUJSqTwXDJO3enur2sqlOalEEgDJa
QLVd0HfTmshgqIHS5FHRBoZFDeI1E5rSBQ1BX+iZkzIaYuUC5ByAWJIUnuAi3VKZtcoHeJjF
3ZvFT4tS/tx/j7XazUR1Cl1qgdUcmsCmluylE4HALVty1RNw37kJWk1Qqh6JmobqktXMJpBn
TqguhtxAlIkYoyoCboAUjkvD1DjVk49S8JyTMScDVaW72TgHKyHSxyZf/9k=</binary>
 <binary id="i_041.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RvRRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDEAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfmgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAalwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AIsw8v1f0riQ4j27p0+SrZOF1bcf
TLvT+i0bgJAPt7tWzdVWxznCdwjWT/EquHlp2se4Ecy7Qzwkph9W8XqNfWKbMqQxldoaCQSJ
bEaFyf620513U3HHDn1MqqaY4BifFqsdHud+1Kw5xdurs2zzxKr9cI/ad7nzrAnX6IbDY/zU
lNXpFGYX2G9ri0EATJduEt9xb7fo/vK9aH1Bhfo5zoY093RMM093sWWCwak6SIJJOp7FbPSe
k9Sd063qdVhZmi14aR7yaa/YzGx9/wCjr3O3P/7bSUj+0tLmsY6LCSdjgQeP3Y+iq+baXUOc
ASNXbYiSA50f1Uur39bwunU29UqJfeS2m99h3VkDd+lrb9K3b7/egtIyMBpvbuc6tu9rtC4x
px+99NJSHpTYe3IbXVJspaXB0uaHOfqxjWf9StvKtnPuI0bpWT/ZG4n+qsn6u4OXb1Cml+IB
XU5r7MhwnaK/dXBHtda76C0ct+7IucZP6Ug9wYhh3bfckpr5lu+/9HLgA6XA6Ek99F1T3tqs
xRa4BldDA97jDQSQ4Oc76X+DXIsBdkAH6RBGnjLV0H1iu20VVslj3Fm98wS1rLLPTP8AVSUj
6xl1PwNldzbLDebXsEhwYTb6T4/OqdFexYDi5rASC4kkx5/2tqNYHWMssduOxtbX+MbtrW6/
uoBe41gt2lrrHEgk9zDf85JT/9C5cbQLJLTESdeJVRzrSHH2ifaDxyPNXX49loe6P0bSN9ji
GMH/AFy0sZv/AJCB6VFhewZTCRMNaHPJ/rfR/wCgkpr4G/7dU8HVocNvw0UsjGzc7qGytpNr
4EuENDQNvu/c/eROnY1/7QbWxgLy1xEHcwgw31Q5m5u1rvzP311mLhVYlBqaTZa8EucdXOKS
nnL+kY2NfViOBybiWbiZDXl35rNvt/Rt/f8A5xafQc1oxLXPZGRi35GPY5hLgSHmxvqN+jta
yz2PsVeu8XdSyckPbtr9UCHER6Y2MJH83/UsVS70qrsFuLY/EznY92Tm5VDiAcap5Yx9lJa6
q6+x/qelZ/6USU2esZlF3UMfCdabslh+07rKwPs7WhzW+xk15Ft2/wDc9iy8rFdS81lwfW0A
tfw17OGu/qJ8h+L0+w5Nb3C94Frsi1++52/T9I3b9J1e3Zj1+z1bfU/wS08boOXn477s39WY
WudjYJ972SJb69jjtqe53v8As7Gfo/5tJS31fIL7/bxtjSNJ8FTe6MnJFe30jZY1o1GhLm+H
7yu/V5sGy3UmGt1EA6lzVWx8Wq65/q2GqHvc0aNJcXudubYf3UlMcHCZfkn1twZU2SGxDzPt
r3fm79v01fyr8LqIbXU4VZdZaLcLLcanwG+n7T/a/nmb67VWycDqBsZ+zuoMxqto3McJJM62
O2763o1eN9aJrda/CyGs0IsYTp+c9r9jPb/Iakpzc0Oa3Lp2Bjai1jiwQC1u99e938rZvWaL
N+O0c+9xgeesrU6xd1H0vsuZcy0TFVdVlbhIa7b+hq/StZt3Nr9RY1e5zPbBEHWUlP8A/9Ho
PsNbnermD7RaNGB382wH83Hpb7av/PqFZgYzyXGlrRyCyWn5FWcis7Wt1Y0H6Rcfu3Sp1Vte
CRqNBJcYSUn6Risx67bdzptcHOD3SAY26FGfl0bX21vaLKGudukEj0xvLSx/p2/9FV2l1dVj
aiQ/a40nsHbdu7+t+6sbJzsz1a625FdGIam2OxXVOe6/1C+u+t9uO3dS2h36P17X/ob0lOn9
XMB+Ljepka2ZB3Gs6tY135vu/wAK/d+nVzL6L0/Iu9Y1htvptpDwSP0bXG1teydmxr3u2t2q
VDiaGlxc4uABsMe4kay5vtRG22MaS0b2gSe0JKeQsuOV9bMTGtaPTbduDHVxtfWH7fSyG/zt
Vj2+72/8Gu1rgATJPJJ7rnR0fqVn1hHUWuYMCmw20UvJH6RzHsdtrYwu/R2WP973LeBtbQ42
lu5rSSawew7b0lOH0uKvWre6PTsFY7z9Lw935yo5uRAvyH6sZveTH7vtjaPpI+M8vtyKxuaz
1GucS7V24bnN/wA76Sw+rZBqxG41byNzbRkBh03Oj7Myz+t73sSU3W5vRsvEpfnUOxca33A0
7S4XN9m2ai99frfS9G6iqp9n82s+7q3Sg++ymu5tdVbasXHc+fUuAM5WZTrj+jX/AMV6l1iz
undYr6dLLMHGy2ElwffW0vaCfoi4+/0v+oXWF3TLRjnrHS8XDOSdmKLCxxfOvsfjhj6me5uz
1X+9JTz+BlWZ7/S9Fz8kD3PY3c0jRjN7v+037vv/AESVmO7DsNZDm8g+o2CNPbwuvfi9PbjO
6Z6DaMZ4D3Us0gtcCzJZ+8+q70nf8HYsnMu+39Cecm1r+qdNe6nKkDc81uDXW7P3bWOZk1P/
AOMSU//S6mZcZ1HMHhUr7M+vqWJVRjNsxHS2+4yPTJPu/ODdrq1HFbZhb6RY63GaZoa5kurb
/ot0+9v7jfzFHqd7WYLjhtdvLgXlrCHtaPpu93/SSU23dT6eyx7DeKrAYdoRqPPbtTXOxBQy
66BXZc19L4cCbG/4fc36Ht3bFzNT7bLTR7m7+QQdZMc/varuq8dltFlGrGggMgkFuz21bXN/
c2pKadnVWYz2gNa+okta+rfwPd9Gxvv9hVyo15O6AK7ayJ2/9B2n0mrGzsXqFmVFhYG1ghpL
nvcd/wCftcT7tPZ/Nq3iuyMKq2x7/VEAvsc0NDWs+k6K/wB5JTqNO5uyIgat5GhhVs/MZj47
y50vLTtb3MhYHT+v2dVtybGu+yUVPihlkNmog2Ntdu/wjtjnP/cV+3J6fkYrKr7G3GwtbBMb
Xke3Y/2vr3/RSU4zsluFTl55aXOAaA0wA54nYPd/Kd+kXJ33W3WOusO59pL3xxu/8x/NWh1y
6xvUbMM2A4+PFdUxEODLS97p+nvd73q70r6uMucft1tF2JdFNeThZDbX1XucBVsY0Flm/wDm
7a3/AJiSnO+rtmK3OdZmUV301VuOy4SwPPtodr+ic/1PZ+l9i6TO6Jh/WV9WZgZAZQxpxXZD
2kh5rbuqDKfZ6dFLnOZb/wCBrmsvDyek5eZ0ZwNttxYC5kk2Vt/TUubX9L0/ob/3LGLrsKvH
xem43S7brX3VMNjTTW91bX2A/SazZXc/H3f4T/DpKQYeRdndEqyaItzulPLHVnl+welez+rm
4n6Wv/h60DqlT7C6/HrrNT2bLMprIfsI/RU+p+57lVoxLvq5l1ZWI99+NaPTvot9Ot7mD+b2
1eo+111X0voV1M/0v6RbL+o4mXj2Ct4NXpucQdoIBEOY+ufZYxJT/9PSu+rvTg8AuvI7k3O7
rH610vHxDSKLLWstDg+bHEabQPpO93teqNnW+tTH2yyZkbtp0/tNVW/qfU8naMjIc+J2zAGv
MNa0JKdX6s4+VZ1NxNpfRjvpa5rjAmx7dv8AJ+gHr0LFcCwmSfMryvByc/FcMmp5r9M7hLRD
ntBc31G/4Xb+ZvXXdH+u3TbQ2nqDfsN52j1JLqXn6M7/AKWP7nfRt9n/AAqSnqLQ1wA8S3j4
qv1HOq6fgvy7iWtZtaYAkueRUzT6P0noVmXk2XW1Vba6Kw1rrYJeXOG79HrtbtVbq1FOdg24
eTc+vHubBYyC8lpFjHVu2uex+5qSngeptZi5t1OP6lePYQ6gE6ljhvhjvz69xf70Xpua2zOx
fUcXONj2udt9Xd6jdu11DXN9R+76C6PJzeq4jq2YOO3ZU0V11vaN4qYNjD6tvqN7f4L0t9qy
M3qduQ14sxG1dYNZrquYA1z67fbbs9Pe2zJ9Lexm39J6XqejYkpyvt9p6gOo7Glwsbb6boLX
Bsexw2Fnvrb7vYuqd1/omQ2s49WywWVvrwTVsc6xu70mtsxhts93+G9/s/nWLmcLo3VMywV4
uLY4iPcR6bAOznWW7WbV1/1e+rjOmtbk3+/PcHBz2OJYxh/Mp0bufs+nYkpE5/1pZjW5uTj0
nHHufVjOcL2Vg7nO93vyG1M+n70F92NkY4Bd9rx7Pcx07xxo7af3vz1vlt+Hc24ZLrK50bYG
7YHhe1rXbv5Fn01yv23CoF7KqiW/aXurprI2hjyXejubGzY536P+ukpjk0Y7qTVXTUWOI5ra
HNH7zHMG7cql1LWVtdv3sZ+iOkQ7lvv/AJX/AFau5GZi1va0F76Z9wf7S2B6nteP3fzljjIf
bQGDQ33+sBEQ0z7nR+8/akp//9TWt+onTHEv9a2qTOjgR/0gps+rvTOm17K37m5LgN1oD/c0
F2m30nM3M3LRd9YemtEustaAJlzQ3j5KD+u9FuAbcTYQQRXZWXQ5p9jm7WfSakpo/wDNrpt9
jsjItfW0u3lrTtqaGhrH73vDq/0mz3e9c+OkMwhfn9NubmjDaH0vID9zmHdkF1dR/V2bN7av
XXW5WQ7Ja3HxW1PxXa2m1hdJJ9T9Gxmyv6XuesvqmH06poy31NoLdbL6Sylz2cPpdHpvvZY3
/BMSU1cfNrzLX20bqjU4MbaNbHS0Of8A12M3bfTs9RHx+p5FNhZ1Au+02PcMW8tLaiznDqdc
1noNc6z+cY9/84qfS8RtVbLaP6Pa99lcjadrj+jZs+l9H2LbZWw4z6natuG11ermO7t3VfQc
5qSkmIwNNNFsWWhrMkNc0AgNbs2V7/8ARufu/wCMsTMwsLKechrAb73eoQ5u3QBtTce3Z+Z+
i3fyFVy8PqWyk9PuY23EJNTHAke4bXVMs+lUx27/AIpVKPrFjUUsb1DEuxbmGfVrG+rcDv8A
UqcDua1zvd6aSnpMdpkbjLWODQ1zvUdH5v6b8/8At+9Ay85mI4+rReGtMNtDB6Z127dzrGLA
z/rnhe5nT6nXbwdpLdjWn95u73Pbu/cqWe3M+secx+RUxlAYNzrNg9WNfoW3+rdu/wCL9NJT
v9Y+sWHX02yzHe4ZVs1VVvY9kH6Nr9tjGs/R/wAhy4/FrtvfJnY0yXDl7vzpcEbqGH1stZbl
mzKYyppNgLn+m13u2P3bnsf/AKVVXOdbWSyuytvtG1rjtLjowtZ/K2JKZdQvL5pZ9Fkbzr2/
N/8AJrQq6PdiY9d+Sx/2jJYbDSRAazdsp3T+ftY+x/8A1lF6Z9Xosqyc6WhrmEUujYZM1Nua
Nz2ttdt/nPSWxl/WnEozcgiLSX7CXkgDYP5prNrvzklP/9XHzb85tprtvyHlgkGx+4fFrp+i
5an1Zo9TJbffc97nsc1gc8w6dbGO3O3P2VbnJOsp9SwEBxDYJ0kgk6f9JUs6yzFsa+qBcHQ2
z6UCPzZSU9rbl9PwGA5L2Ugg7K5hz9o4qZ9Jy4DqGRbmZllr7Tc4uLa7NQGt4a1gs9zVZzup
9Wimu/Ie8t/SbnbT75/N9p+h7fZZ/mIOFjDLyaMVsufZYHPaT+aDusl38qtJT0WGf0bYaT6T
RW5o4a+sCt49v5vtWvXq1xP0uSPDRUKaWsc5pafafc2NNPa06f1VcD2sZuI2gmAwCDP7u1JS
32wVtJOsGZmY0+l/aRq6m344qyGMfU8Ampw3NEHcJ/qqrefULam/TLgXE+A93H0fpKw61tFY
Y9xdptPbd4lJSLKZh0v9ZtDHWDQbA1p/znbdizXZ/rD0cSr7RfO4Y1R3NB59XLyY/mf5P89Y
qfWM+zIdZTU8srrIDLGEhpke8Fo+l/Ueses5LCTj2OYCQ4bPbJH8ge3/AKKSns8dgx6DXY8u
ybgX5FgEEkj3/S2srqa32Vbv5utVKraepXY94axsMe1zmAg2Vy30mjX6Lsltt1f/AAaxrup9
Yto+zX4wfXZG4VtgvAIdFmyf+oUz1DrGUTViY/2YuH6S2SbTtH0Wus2+hXV/gGVpKdDqt7MT
Nw8euwVl29+U0H/B7S2Mid+7dd76t3+EWbmvptoDmMa5zy1r3HVwky9xefdu/rLIfDGGse6w
2Oc+yezPou3H6XqWlz1IXPHsMn1Pf/5Hj+Ukp//WNmbQ47oFdbBAPbUn+0suzFsy8N+S0OJl
76ageGsEbdn+k+l/57WlnVPtdaGENc5oDXAHTR39n3LG6bmnGc9jiaw4bmk/mkfSckpPlVOz
cltFDG2WW7LW27wWMrcIcHekbdvrP/657P5tbuJ0qvDw/btZd6Zbbc3V2537rnR/MuVvBZhV
5F9GFQzHmmm520AF7rA/1Hn+R7fzf9IjNLbKXt1G4FsQCRp2n2uSU0oyK7YMPfYAYBgGBFu3
+r9JRqe9gM6WEQx1hAadfokw73f2EJ+Xj12/YMqx1Foh1N7hFbnATuptn2u/frepm7Jrd+lq
ZcCfY4O2gyf3vdUkphlZLmQ91jWEjVjJc4z9Ktu/2qjm9WqbWHh0lkHdyAfpNxmO93qXO/wj
v8Ep5eLTll2ZWz1K2ncWOJZpw/a53u9v8hiw7jdkdRZjCssIeK6scAt2gH9yN/u/nLElPSYn
SDldNEn0M115YbHgvA3Bz3VWNP8AOVvcfzlWq6Q+q/082m7Dyo3NyqibKbAI+i5jHNa535rX
LoOl9Xq6lbfSWhuRQ/8AS1hwd7T76Mln7+PdX/N3N/wn6NaTBsmHENOobOg+A/NSU8xX0/Ox
rN2RksdS0md7Wt1I4Nnt+gptzumY9YAyq2vcCSWOFhk/nO/nP3v8ItrPq6dc0NzQwgSGl+hE
/u7fduWBnNw8imzF6NjuycnJ/RMtcG+nWD7bLK7LRu+j+cz+b+mkp5W40HKsbjuPpbjtcdSf
F39pMxupcRO3iNeD7f8ApORM3ByumWjGymtY8tDwWHc2CSyQ7+sxBb9LggE+fCSn/9cmc61t
dzmbHTq0Ae6SWbWT/nLnbA0EGsaH80wQP6rvzdq2c/qFVDKtuy0udJDTqNvfc385YmhDtYHI
B8PDRJT0/TMm1mLi9QsAv+z7sd8Ogiq4t9N90fRdj3s2+799aVmVQAfSG0z7mnQjv/mLnOg9
TqxmPquI9G4mq3eD6bg8HQv09PdHp7107OmYmdUX4nqUemNrWgh7AI4rsSUisobnY5quobcw
8g9j4hVavqxdjHdj5t2L3DBFjR/J961en4/UcdvpZAbYASQ9sCf3YE/9Wrdtd/p/oQN2m4WT
H4JKeXsw86qvJfl9TvbTV7WFgDN9hPsrZx9L279ns2KhidUsw+pi7Ktay2hj2tIGgteG1Pdu
/Pf6bPS9dy2+r9J61l2AVbTVtaAwuhocD9KHD2fS9/pv/SKqMKzpuXbReW2W2gXvsaBBZ/Ns
axh+i3ex30klNrHzOndZfR6jGDLDory8Zxovr3bt3uq/nGbh/N2fo1tYmAaavfl3ZIdzZdEz
5Oa1u1cZlU1HKYGVs3m3eWhsGGD6W5n0fc5q2+v49rX1Mba8h4MhziWj6P5u4fRSU3b8joXT
5ZlZdZedS1xFj9P5Ld6F0/reF1HKOJ0uvba1jn+rcza0D6PsA9/530Vz7OlMeT+hptcXaOO6
tx0/OfXK1vqz0bIw+ovyn1ek0sLC3eH7ZP0WlqSnkc+3Jycq2zMebb2vcwzwC0lu2tv0a62/
mVoDT7w10yD8oWn9Y8cYvW8usaNfZ6rfhYPUn/OKLV0cXVNsaTMyGCCdf5bv6v56Sn//0I/W
esV1YW1og7iWiBrtZPA/OWNY1oDHNEANg+Mj/et7q7PtnUcTEOoAddbETt4a39381VuodLY3
AD8SsnY4ucPpOj87/N+l/USU1emGMfMcYLCzVp+iXAPdW3X+UrP1exL34HUM6jOuwxgNFm2o
mHna5+x7HHZ2axCw67+n9OqzIa577CBTZw+t3+a5r/bX6exdPuwnfV2/Ic1uPj5Po7xHi76D
m1/Tdu9qSnmx9Zuvhof9pd4yQw/KAE4+tfXzBOWdBBbsZE/vfR9yuO6f9VQNrsvIJbMhtR5n
6O3b6ija36r10w228kaBvoun/pvaxJS3TerfWLOyfSbn2Bxkw5jCNBucG+zb9H6CLjfb8i52
Y7KORcWtr3XtEekNzg17ajX+e/8AMV7pw6ELKrcO5xsAAbWa3MBJHu9z5939tBxobVcBIIkN
A1dydP5aSkuPf0/Y45NbWuY6tonVpe8h9FX0f8I5u/6a0usvwwKDl3NoG1z9x1MR7tsg+P7q
5vLaRVQXNfW6/qLJa8bTtqHp1uiPznMR/rljX5vU+m4tQlz6HbXH6Mhzt3/UJKXu+s3Q8dzD
j135pZoXOOxsz/K2f+eUKn64ZmZ1LFpbWzGxbLq2uglz5nT9J+jZsd/xSDi/U7INe7Lsax5H
sYJdB/lx/wBQs3qHS7+jZ9Ndr2vY5zH12tkAgEcg/n1pKdP6+0+n1imwf4WhuvA9jnD/AL8r
XRG2nFY6xmyYdtOkiA5xj81F+v1Yf+z8lo3EF7NO+7Y5GxqnV1hjxDmmSCeJhJT/AP/Z/+0k
AFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAq4AADhCSU0EJQAAAAAA
EPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0
AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50
U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29m
U2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsA
AAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJv
b2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAA
FwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAA
AAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAA
AEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRU
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQ
eGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQ
Z1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9w
UmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0
UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAA
AQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44
QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAA
AAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEA
MgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJ
TQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEA
AAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoA
AAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB+QAAAAUAaQBfADAAMgAwAAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH5AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3Qx
AAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAA
AABSZ2h0bG9uZwAAAfkAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAA
EgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0A
AAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNl
VHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxv
bmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH5
AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAA
AAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0
VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAL
YmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcA
AAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJ
TQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAADOEJJTQQMAAAAABqzAAAAAQAAAHAAAACgAAAB
UAAA0gAAABqXABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgI
CQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEE
AQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw
4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKB
kRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj
80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwCL
MPL9X9K4kOI9u6dPkq2ThdW3H0y70/otG4CQD7e7Vs3VVsc5wncI1k/xKrh5adrHuBHMu0M8
JKYfVvF6jX1imzKkMZXaGgkEiWxGhcn+ttOdd1Nxxw59TKqmmOAYnxarHR7nftSsOcXbq7Ns
88Sq/XCP2ne586wJ1+iGw2P81JTV6RRmF9hva4tBAEyXbhLfcW+36P7yvWh9QYX6Oc6GNPd0
TDNPd7FlgsGpOkiCSTqexWz0npPUndOt6nVYWZoteGke8mmv2Mxsff8Ao69ztz/+20lI/tLS
5rGOiwknY4EHj92Poqvm2l1DnAEjV22IkgOdH9VLq9/W8Lp1NvVKiX3ktpvfYd1ZA3fpa2/S
t2+/3oLSMjAab27nOrbva7QuMacfvfTSUh6U2HtyG11SbKWlwdLmhzn6sY1n/UrbyrZz7iNG
6Vk/2RuJ/qrJ+ruDl29QppfiAV1Oa+zIcJ2iv3VwR7XWu+gtHLfuyLnGT+lIPcGIYd233JKa
+Zbvv/Ry4AOlwOhJPfRdU97arMUWuAZXQwPe4w0EkODnO+l/g1yLAXZAB+kQRp4y1dB9Yrtt
FVbJY9xZvfMEtayyz0z/AFUlI+sZdT8DZXc2yw3m17BIcGE2+k+PzqnRXsWA4uawEguJJMef
9rajWB1jLLHbjsbW1/jG7a1uv7qAXuNYLdpa6xxIJPcw3/OSU//QuXG0CyS0xEnXiVUc60hx
9on2g8cjzV1+PZaHuj9G0jfY4hjB/wBctLGb/wCQgelRYXsGUwkTDWhzyf630f8AoJKa+Bv+
3VPB1aHDb8NFLIxs3O6hsraTa+BLhDQ0Db7v3P3kTp2Nf+0G1sYC8tcRB3MIMN9UOZubta78
z99dZi4VWJQamk2WvBLnHVzikp5y/pGNjX1Yjgcm4lm4mQ15d+azb7f0bf3/AOcWn0HNaMS1
z2RkYt+Rj2OYS4Eh5sb6jfo7Wss9j7FXrvF3UsnJD27a/VAhxEemNjCR/N/1LFUu9Kq7Bbi2
PxM52Pdk5uVQ4gHGqeWMfZSWuquvsf6npWf+lElNnrGZRd1DHwnWm7JYftO6ysD7O1oc1vsZ
NeRbdv8A3PYsvKxXUvNZcH1tALX8Nezhrv6ifIfi9PsOTW9wveBa7Itfvudv0/SN2/SdXt2Y
9fs9W31P8EtPG6Dl5+O+7N/VmFrnY2Cfe9kiW+vY47anud7/ALOxn6P+bSUt9XyC+/28bY0j
SfBU3ujJyRXt9I2WNaNRoS5vh+8rv1ebBst1JhrdRAOpc1VsfFquuf6thqh73NGjSXF7nbm2
H91JTHBwmX5J9bcGVNkhsQ8z7a935u/b9NX8q/C6iG11OFWXWWi3Cy3Gp8Bvp+0/2v55m+u1
VsnA6gbGfs7qDMaraNzHCSTOtjtu+t6NXjfWia3WvwshrNCLGE6fnPa/Yz2/yGpKc3NDmty6
dgY2otY4sEAtbvfXvd/K2b1mizfjtHPvcYHnrK1OsXdR9L7LmXMtExVXVZW4SGu2/oav0rWb
dza/UWNXucz2wRB1lJT/AP/R6D7DW53q5g+0WjRgd/NsB/Nx6W+2r/z6hWYGM8lxpa0cgslp
+RVnIrO1rdWNB+kXH7t0qdVbXgkajQSXGElJ+kYrMeu23c6bXBzg90gGNuhRn5dG19tb2iyh
rnbpBI9Mby0sf6dv/RVdpdXVY2okP2uNJ7B23bu/rfurGyc7M9WutuRXRiGptjsV1Tnuv9Qv
rvrfbjt3Utod+j9e1/6G9JTp/VzAfi43qZGtmQdxrOrWNd+b7v8ACv3fp1cy+i9PyLvWNYbb
6baQ8Ej9G1xtbXsnZsa97trdqlQ4mhpcXOLgAbDHuJGsub7URttjGktG9oEntCSnkLLjlfWz
ExrWj023bgx1cbX1h+30shv87VY9vu9v/Brta4AEyTySe650dH6lZ9YR1FrmDApsNtFLyR+k
cx7Hba2MLv0dlj/e9y3gbW0ONpbua0kmsHsO29JTh9Lir1q3uj07BWO8/S8Pd+cqObkQL8h+
rGb3kx+77Y2j6SPjPL7cisbms9RrnEu1duG5zf8AO+ksPq2QasRuNW8jc20ZAYdNzo+zMs/r
e97ElN1ub0bLxKX51DsXGt9wNO0uFzfZtmovfX630vRuoqqfZ/NrPu6t0oPvsprubXVW2rFx
3Pn1LgDOVmU64/o1/wDFepdYs7p3WK+nSyzBxsthJcH31tL2gn6IuPv9L/qF1hd0y0Y56x0v
FwzknZiiwscXzr7H44Y+pnubs9V/vSU8/gZVme/0vRc/JA9z2N3NI0Yze7/tN+77/wBElZju
w7DWQ5vIPqNgjT28Lr34vT24zumeg2jGeA91LNILXAsyWfvPqu9J3/B2LJzLvt/QnnJta/qn
TXupypA3PNbg11uz921jmZNT/wDjElP/0upmXGdRzB4VK+zPr6liVUYzbMR0tvuMj0yT7vzg
3a6tRxW2YW+kWOtxmmaGuZLq2/6LdPvb+438xR6ne1mC44bXby4F5awh7Wj6bvd/0klNt3U+
nssew3iqwGHaEajz27U1zsQUMuugV2XNfS+HAmxv+H3N+h7d2xczU+2y00e5u/kEHWTHP72q
7qvHZbRZRqxoIDIJBbs9tW1zf3NqSmnZ1VmM9oDWvqJLWvq38D3fRsb7/YVcqNeTugCu2sid
v/Qdp9Jqxs7F6hZlRYWBtYIaS573Hf8An7XE+7T2fzat4rsjCqtse/1RAL7HNDQ1rPpOiv8A
eSU6jTubsiIGreRoYVbPzGY+O8udLy07W9zIWB0/r9nVbcmxrvslFT4oZZDZqINjbXbv8I7Y
5z/3Fftyen5GKyq+xtxsLWwTG15Ht2P9r69/0UlOM7JbhU5eeWlzgGgNMAOeJ2D3fynfpFyd
91t1jrrDufaS98cbv/MfzVodcusb1GzDNgOPjxXVMRDgy0ve6fp73e96u9K+rjLnH7dbRdiX
RTXk4WQ219V7nAVbGNBZZv8A5u2t/wCYkpzvq7ZitznWZlFd9NVbjsuEsDz7aHa/onP9T2fp
fYukzuiYf1lfVmYGQGUMacV2Q9pIea27qgyn2enRS5zmW/8Aga5rLw8npOXmdGcDbbcWAuZJ
Nlbf01Lm1/S9P6G/9yxi67Crx8XpuN0u26191TDY001vdW19gP0ms2V3Px93+E/w6SkGHkXZ
3RKsmiLc7pTyx1Z5fsHpXs/q5uJ+lr/4etA6pU+wuvx66zU9myzKayH7CP0VPqfue5VaMS76
uZdWViPffjWj076LfTre5g/m9tXqPtddV9L6FdTP9L+kWy/qOJl49greDV6bnEHaCARDmPrn
2WMSU//T0rvq704PALryO5Nzu6x+tdLx8Q0iiy1rLQ4PmxxGm0D6Tvd7XqjZ1vrUx9ssmZG7
adP7TVVv6n1PJ2jIyHPidswBrzDWtCSnV+rOPlWdTcTaX0Y76Wua4wJse3b/ACfoB69CxXAs
JknzK8rwcnPxXDJqea/TO4S0Q57QXN9Rv+F2/mb113R/rt020Np6g37Dedo9SS6l5+jO/wCl
j+530bfZ/wAKkp6i0NcAPEt4+Kr9Rzqun4L8u4lrWbWmAJLnkVM0+j9J6FZl5Nl1tVW2uisN
a62CXlzhu/R67W7VW6tRTnYNuHk3Prx7mwWMgvJaRYx1btrnsfuakp4HqbWYubdTj+pXj2EO
oBOpY4b4Y78+vcX+9F6bmtszsX1HFzjY9rnbfV3eo3btdQ1zfUfu+gujyc3quI6tmDjt2VNF
ddb2jeKmDYw+rb6je3+C9LfasjN6nbkNeLMRtXWDWa6rmANc+u3227PT3tsyfS3sZt/Sel6n
o2JKcr7faeoDqOxpcLG2+m6C1wbHscNhZ762+72Lqndf6JkNrOPVssFlb68E1bHOsbu9JrbM
YbbPd/hvf7P51i5nC6N1TMsFeLi2OIj3EemwDs51lu1m1df9Xvq4zprW5N/vz3Bwc9jiWMYf
zKdG7n7Pp2JKROf9aWY1ubk49Jxx7n1YznC9lYO5zvd78htTPp+9BfdjZGOAXfa8ez3MdO8c
aO2n9789b5bfh3NuGS6yudG2Bu2B4Xta127+RZ9Ncr9twqBeyqolv2l7q6ayNoY8l3o7mxs2
Od+j/rpKY5NGO6k1V01FjiOa2hzR+8xzBu3KpdS1lbXb97GfojpEO5b7/wCV/wBWruRmYtb2
tBe+mfcH+0tgep7Xj9385Y4yH20Bg0N9/rARENM+50fvP2pKf//U1rfqJ0xxL/Wtqkzo4Ef9
IKbPq70zpteyt+5uS4DdaA/3NBdpt9JzNzNy0XfWHprRLrLWgCZc0N4+Sg/rvRbgG3E2EEEV
2Vl0OafY5u1n0mpKaP8Aza6bfY7IyLX1tLt5a07amhoax+97w6v9Js93vXPjpDMIX5/Tbm5o
w2h9LyA/c5h3ZBdXUf1dmze2r111uVkOyWtx8VtT8V2tptYXSSfU/RsZsr+l7nrL6ph9OqaM
t9TaC3Wy+kspc9nD6XR6b72WN/wTElNXHza8y19tG6o1ODG2jWx0tDn/ANdjN2307PUR8fqe
RTYWdQLvtNj3DFvLS2os5w6nXNZ6DXOs/nGPf/OKn0vEbVWy2j+j2vfZXI2na4/o2bPpfR9i
22VsOM+p2rbhtdXq5ju7d1X0HOakpJiMDTTRbFloazJDXNAIDW7Nle//AEbn7v8AjLEzMLCy
nnIawG+93qEObt0AbU3Ht2fmfot38hVcvD6lspPT7mNtxCTUxwJHuG11TLPpVMdu/wCKVSj6
xY1FLG9QxLsW5hn1axvq3A7/AFKnA7mtc73emkp6THaZG4y1jg0Nc71HR+b+m/P/ALfvQMvO
ZiOPq0XhrTDbQwemddu3c6xiwM/654XuZ0+p128HaS3Y1p/ebu9z27v3KlntzPrHnMfkVMZQ
GDc6zYPVjX6Ft/q3bv8Ai/TSU7/WPrFh19Nssx3uGVbNVVb2PZB+ja/bYxrP0f8AIcuPxa7b
3yZ2NMlw5e786XBG6hh9bLWW5ZsymMqaTYC5/ptd7tj9257H/wClVVznW1ksrsrb7Rta47S4
6MLWfytiSmXULy+aWfRZG869vzf/ACa0Kuj3YmPXfksf9oyWGw0kQGs3bKd0/n7WPsf/ANZR
emfV6LKsnOloa5hFLo2GTNTbmjc9rbXbf5z0lsZf1pxKM3IIi0l+wl5IA2D+aaza785JT//V
x82/Obaa7b8h5YJBsfuHxa6fouWp9WaPUyW333Pe57HNYHPMOnWxjtztz9lW5yTrKfUsBAcQ
2CdJIJOn/SVLOssxbGvqgXB0Ns+lAj82UlPa25fT8BgOS9lIIOyuYc/aOKmfScuA6hkW5mZZ
a+03OLi2uzUBreGtYLPc1Wc7qfVoprvyHvLf0m520++fzfafoe32Wf5iDhYwy8mjFbLn2WBz
2k/mg7rJd/KrSU9Fhn9G2Gk+k0VuaOGvrArePb+b7Vr16tcT9Lkjw0VCmlrHOaWn2n3NjTT2
tOn9VXA9rGbiNoJgMAgz+7tSUt9sFbSTrBmZmNPpf2kaupt+OKshjH1PAJqcNzRB3Cf6qq3n
1C2pv0y4FxPgPdx9H6SsOtbRWGPcXabT23eJSUiymYdL/WbQx1g0GwNaf8523Ys12f6w9HEq
+0XzuGNUdzQefVy8mP5n+T/PWKn1jPsyHWU1PLK6yAyxhIaZHvBaPpf1HrHrOSwk49jmAkOG
z2yR/IHt/wCikp7PHYMeg12PLsm4F+RYBBJI9/0trK6mt9lW7+brVSq2nqV2PeGsbDHtc5gI
Nlct9Jo1+i7JbbdX/wAGsa7qfWLaPs1+MH12RuFbYLwCHRZsn/qFM9Q6xlE1YmP9mLh+ktkm
07R9FrrNvoV1f4BlaSnQ6rezEzcPHrsFZdvflNB/we0tjInfu3Xe+rd/hFm5r6baA5jGuc8t
a9x1cJMvcXn3bv6yyHwxhrHusNjnPsnsz6Ltx+l6lpc9SFzx7DJ9T3/+R4/lJKf/1jZm0OO6
BXWwQD21J/tLLsxbMvDfktDiZe+moHhrBG3Z/pPpf+e1pZ1T7XWhhDXOaA1wB00d/Z9yxum5
pxnPY4msOG5pP5pH0nJKT5VTs3JbRQxtlluy1tu8FjK3CHB3pG3b6z/+uez+bW7idKrw8P27
WXemW23N1dud+650fzLlbwWYVeRfRhUMx5ppudtABe6wP9R5/ke383/SIzS2yl7dRuBbEAka
dp9rklNKMiu2DD32AGAYBgRbt/q/SUanvYDOlhEMdYQGnX6JMO939hCfl49dv2DKsdRaIdTe
4RW5wE7qbZ9rv363qZuya3fpamXAn2ODtoMn973VJKYZWS5kPdY1hI1YyXOM/Srbv9qo5vVq
m1h4dJZB3cgH6TcZjvd6lzv8I7/BKeXi05ZdmVs9Stp3FjiWacP2ud7vb/IYsO43ZHUWYwrL
CHiurHALdoB/cjf7v5yxJT0mJ0g5XTRJ9DNdeWGx4LwNwc91VjT/ADlb3H85VqukPqv9PNpu
w8qNzcqomymwCPouYxzWud+a1y6DpfV6upW30lobkUP/AEtYcHe0++jJZ+/j3V/zdzf8J+jW
kwbJhxDTqGzoPgPzUlPMV9PzsazdkZLHUtJne1rdSODZ7foKbc7pmPWAMqtr3AkljhYZP5zv
5z97/CLaz6unXNDc0MIEhpfoRP7u33blgZzcPIpsxejY7snJyf0TLXBvp1g+2yyuy0bvo/nM
/m/ppKeVuNByrG47j6W47XHUnxd/aTMbqXETt4jXg+3/AKTkTNwcrploxsprWPLQ8Fh3Ngks
kO/rMQW/S4IBPnwkp//XJnOtbXc5mx06tAHuklm1k/5y52wNBBrGh/NMED+q783atnP6hVQy
rbstLnSQ06jb33N/OWJoQ7WByAfDw0SU9P0zJtZi4vULAL/s+7HfDoIquLfTfdH0XY97Nvu/
fWlZlUAH0htM+5p0I7/5i5zoPU6sZj6riPRuJqt3g+m4PB0L9PT3R6e9dOzpmJnVF+J6lHpj
a1oIewCOK7ElIrKG52OarqG3MPIPY+IVWr6sXYx3Y+bdi9wwRY0fyfetXp+P1HHb6WQG2AEk
PbAn92BP/Vq3bXf6f6EDdpuFkx+CSnl7MPOqryX5fU7201e1hYAzfYT7K2cfS9u/Z7NioYnV
LMPqYuyrWstoY9rSBoLXhtT3bvz3+mz0vXctvq/SetZdgFW01bWgMLoaHA/Shw9n0vf6b/0i
qjCs6bl20XltltoF77GgQWfzbGsYfot3sd9JJTax8zp3WX0eoxgyw6K8vGcaL6927d7qv5xm
4fzdn6NbWJgGmr35d2SHc2XRM+TmtbtXGZVNRymBlbN5t3lobBhg+luZ9H3Oatvr+Pa19TG2
vIeDIc4lo+j+buH0UlN2/I6F0+WZWXWXnUtcRY/T+S3ehdP63hdRyjidLr22tY5/q3M2tA+j
7APf+d9Fc+zpTHk/oabXF2jjurcdPzn1ytb6s9GyMPqL8p9XpNLCwt3h+2T9Fpakp5HPtycn
KtszHm29r3MM8AtJbtrb9Gutv5laA0+8NdMg/KFp/WPHGL1vLrGjX2eq34WD1J/zii1dHF1T
bGkzMhggnX+W7+r+ekp//9CP1nrFdWFtaIO4loga7WTwPzljWNaAxzRADYPjI/3re6uz7Z1H
ExDqAHXWxE7eGt/d/NVbqHS2NwA/ErJ2OLnD6To/O/zfpf1ElNXphjHzHGCws1afolwD3Vt1
/lKz9XsS9+B1DOozrsMYDRZtqJh52ufsexx2dmsQsOu/p/TqsyGue+wgU2cPrd/mua/21+ns
XT7sJ31dvyHNbj4+T6O8R4u+g5tf03bvakp5sfWbr4aH/aXeMkMPygBOPrX18wTlnQQW7GRP
730fcrjun/VUDa7LyCWzIbUeZ+jt2+oo2t+q9dMNtvJGgb6Lp/6b2sSUt03q31izsn0m59gc
ZMOYwjQbnBvs2/R+gi432/IudmOyjkXFra917RHpDc4Ne2o1/nv/ADFe6cOhCyq3DucbAAG1
mtzASR7vc+fd/bQcaG1XASCJDQNXcnT+WkpLj39P2OOTW1rmOraJ1aXvIfRV9H/CObv+mtLr
L8MCg5dzaBtc/cdTEe7bIPj+6uby2kVUFzX1uv6iyWvG07ah6dboj85zEf65Y1+b1PpuLUJc
+h21x+jIc7d/1CSl7vrN0PHcw49d+aWaFzjsbM/ytn/nlCp+uGZmdSxaW1sxsWy6troJc+Z0
/Sfo2bHf8Ug4v1OyDXuy7GseR7GCXQf5cf8AULN6h0u/o2fTXa9r2Ocx9drZAIBHIP59aSnT
+vtPp9YpsH+FobrwPY5w/wC/K10RtpxWOsZsmHbTpIgOcY/NRfr9WH/s/JaNxBezTvu2ORsa
p1dYY8Q5pkgniYSU/wD/2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABo
AG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBD
ACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4RB3aHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJl
U3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4Onht
cHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6
MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcv
MTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0
PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxu
czpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVm
IyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNv
dXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4
bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rv
c2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9jdW1l
bnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmExMzg1NDJmLWVkYzQtMTFlOC1hNTdjLWI4
MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpmODY0NTg3ZS0zYTc5LWM5
NGQtYTgwYi1mNDcyMTYwYWQ4NTYiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRp
ZDpGMTcxOEYxNUFBMTAxMUU1ODlCQUQ4MEIwMDFFNTFGRSIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJB
ZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDE2OjI3OjUwKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjoz
NTo0MSswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo0MSswMzow
MCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHht
cE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NDI3ODNjNGMtN2Zj
NS0xMTRiLWJiNDUtNjk2MjhhZTBiOGU0IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkYx
NzE4RjE1QUExMDExRTU4OUJBRDgwQjAwMUU1MUZFIiBzdFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3VtZW50
SUQ9InhtcC5kaWQ6RjE3MThGMTVBQTEwMTFFNTg5QkFEODBCMDAxRTUxRkUiLz4gPHhtcE1N
Okhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0
Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MGMxYjQ5ZjQtZGUzYi01ODQ2LWJiZTMtMDA4ZTQzOWQ5
NDhjIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjQ2KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0
d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNo
YW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOjQyNzgzYzRjLTdmYzUtMTE0Yi1iYjQ1LTY5NjI4YWUwYjhlNCIgc3RF
dnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo0MSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2Vu
dD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIv
Ii8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9
ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0
byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpmODY0NTg3ZS0zYTc5LWM5NGQtYTgwYi1mNDcyMTYwYWQ4NTYi
IHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDErMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJl
QWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdl
ZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+
IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAA
AAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxci
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQO
Dg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQ
AfkDASIAAhEBAxEB/8QAqQAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAwQBAgUABgEBAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAABAAAgICAgICAQUBAAMBAQAAAQIAAxEEEgUhEzEiFBBBMiMVMyAkBqBCEQABBAEDAgQC
BQsEAQIGAwABABEhAjFBURJhAxBxgSKRMqGxQtITIPDBUmJygpKy4iPRosLy4TMEMPFD4xQk
U5PTEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAACRUAMyEpxKLBrI0HOTk0VA2PUO
oPFvM+i8mXCKg7CtjTsBwieguLuCXAUm1JOKvYmvUOUOEWCzwNy1zSIMhmFDcPYfAwtJliBs
eimki5AOF1SrjmFu+eOBcYSswVtW4GuhUVseSufqBM2mrQy50uMwmlQ2HAmK+S9X58za6Aha
rRCugI51C2KjIIodeBugZJkdglKyVWOsJkswcLVTNaa1E70sEKKxRI4AhBsm6MyoFlVkmQVG
/O7eMDjoLwRYnq8aYiCOsOwWo6DPAgYkFQ4aQbZwkB4erhDYxQFoORzlaj5kFDRCvpjJFVhx
F0YuUSw3EwVQ0FBA4nC9DkNQDS4rHQTW0Ax3GMMqNG6k4IFns5Q0VOQdwEK9WoeJoUtHGmM4
itLQDmKl6VsRFxlKkGbx1GTPzdLMImsnUnjrV45DSWN5PZOeVBr5IR6EA+XEmkwi4SI65nzA
xtjN3TTT0cgrESVpeCgi0DtKtmzWyQqiwuTIiFem4IVhhwtLlbRJqhIMsIlQdbcBvFjh3CXX
KE3Gsx0Fka2OdSbFZtxwTUDG45tlQYOG7wPL1Mk8xzOmJmmpI7iChLcJrovlsXWxgkTcBDAA
YzCDPonNxJzPEhMrERJTrVkSFeBmpAFGFLGmMgQtOGTFKBZBcrW1DgsVHmFTAUmQgZghV505
nWuuNLEyD2ogNkpmIYzj2UIjnQM6GVwJJoHisGi8i8Tk62OBKC4dclTgkuV1jBHVikMri5Y8
KyQyuUQvWwhwc0I6smuIoSa3CUi0nVtQkNhlq9A+WDCC+jwhtXYC5mhnilS2GfN+r8yegvjb
YOSUFfOtJm06tcPnO8I15YPFpH3s/RK421gBbVgLNLgiS4FXNYwdF3NNacNwbxtepnh2sgTp
3B6xJSCQagiVIGWhTjhOr1wMWGVggzU6lwerDR1CjOx38crrIaIvNZFc72flSyrjphaLyZx0
zFeGoM00TGUShi+sg+Tgb2IWra4Ar3As57DHmsSD0hvNwenZ8a4bgsuw9mmGKRNQ0dBNLcbA
TQDh6gKy6xpTllHkS2M0ra41qUbLzAwgeuIIGTHHs/REShOX88expg4YwmxnBVIYI9LJS4GI
PNxPGg0uwDyNnKO0ULjnBkPWBnWi4CzfCMaEiaOssZy7meRQwAnSQpUtT0IgDAF0DGZXUqZH
aXGYyagrtZmwFtPECLAEsLmMORmxoKvCcuQeQa3aGRpUIJ58qi/rvPenLEi51bQYF+oPGCYl
ZhEpS3FLQwLGZGYNtcQJfYzDohooBNoHN6A121STDIXiBG6wTiItQilpBcSStL2CtqtFqXET
AGCypVzC1A65e1LBbU4rW/Ac/VzRDEKua/o/M+pJtWS1J4yU9HONQg6hEGkCa34GlfLPRwAR
uz58Rr+eGQ9FkrKkEFY0jY7gzc4hYRwBKzB6iAGIpKwzYEhZHYjpkMyicmbIlL3uXSA4GIs0
E6snXBYN1CFM/SXMbOYRG/VeZ9OTNbHVsEVzWkjUrAC6LCo2QWcVzmFRu1PSnmDenseUF7GD
xM+uAeYY3mhE7oBZ3D1hVD0eKZkGqeoiaAxFki/cTatiLTJQwuGMjSyxvz+/kGfp7SYZ5NgP
WtiI6xHRQPC8nmU9wovpGMLsE4mhFxXOZQNGomCiT6Y35/ZwQqpwlTrVNtzzBz1hfJ6RtEVK
GkVS1qVFEdrzB65UxTyYnUz10dUgRqAptJe4gjlYsdA7l1GuFUHTGNdmwy8uwWGWwLjDKGXg
vS0l7W4pPQWnuOAYJmIP5xoGRcORexioV5IHapFb2BNW1DZi/mRdrMg9tOJtme2JQdyNehka
uQwci6gerpbiLUudWeFey849cVFwnugiLwV7oCBYXHJAuP8AZhTRlXhqtuFz8INHSR01OnuO
WPniqxoIaDcDh9Qr1qnV6pewSnsrZjQ9n6aJ5TtfRPPep81sD/n/AECAaMzUAqFzSwWRHpxp
PnTEk04YqjtyU7kyCJXHb5vGloBYMmzKo6IsCgTBDsKsBnM3RLDII7uoHrSC9JGBQuqWFcob
OPli0dBahKlKkqUMF01KRlGrr+X9kRei5lIwqe1jJ1jEeLQELSqYw3ES7jOUeg5JgvW1ytCo
CY6wWsKBg6umPGCc7L2ACfcoCKtcMZQwbWx9ANRe5CuPqDMqWG71MUzNQZiGZ88UsvY6J4l1
HdMEXs/NmfpJNBUGAjvqPOejMpp1U8lXeSEfUecOeqGOxYU0BZG1nmsHqEEHAVjPg08ksGbB
qgbdQd1MnaLshKGieFEdhUzTnoVklgcGIJ4et5kF6nzuuadlAGsXGkfnNsO+W9J5wXmOHH0W
ySvlLznbB4kG9hEMdpG0MaJo2y2A1IOYye9kHbOLxrkQOM5580tXRgzYf4zp06mZY6JfhCHS
5Jjc2sXbCXEUL3cdW3AwsgL2rc6Jgr4v12cedKtcZsjI/OfoCmxh7gbA1McqUMnpLMNiNWAi
eqOC48wg8OlQl1uJR0xGcU9SimhUyGOsXHIyalEetGUQLp46pKCuNsZJw7wJsr7ZbezNIkq5
gvRxPdBIiBL3rJNbBFh+f0DHCYJatZLmXkJt+dfKolod1oHPR+Qsevp51wPiN6JiE9M4eO1W
cE2oHYgq4xkYrEKN0B26AijQQfV49UPDobtMkZs2xoNTGquGqKoP0eJBt7Xl94OUZA0VsdE8
dE0L8kYOtHHjXs7ZNHH3uMQ2rx51H2Cx5T0IlRCO4mOgv3QTeNoaelMetmlNDF0znh9hF8tW
eBEpBYd5BpuIDRQ1FChuUrahwi8D60HR0levQ63FLddc9RpeDbPazlaAQBMo5jmCC04hdmRI
hc8VWcEK2WoOaOAU2/P6GYR1uIt1wdtPRGGZg7rkEA6NBJ0QTPKnBoDWTNwaxAVagHchlEZJ
UJF4YF4sIpfoOiYJhzRMO2vYyzRIJZkYOvcQ+puGqrIh+chkfsApC9DAr3WCKaBDMguiYeV6
PMM5xkwhbXdMfWmxapKnd1QkdcgRKCy+hkmbQdyYpI2OCg1mlAfUIEGNoqzSxor+hg8zT1cH
lzej4wnnaCRCwYhtZk87X0tDxlPVYRftDAPRcssPCJIsrreePSlVKHUIMrqjqQyAgoUpBKzI
QoosXJ3BhFCTXrFSAsEiYA+Y1/PnWHUlqjBNooUTmp3dYIzrJFR2EeymLFemhM04nM1MYblJ
wLx7FQAxh6+HxtZGnQzA0Ka9hHKweDIrvwDvj6Y8npYpsq2uLMqnCMKHCgiRilYDpMQY4dVM
VhlgUMbGAgrxNobIJwyyhAle6SNlf1BmpadDIjWEbVp4pF+K9fgc24HUvETGGaY8xwMuxx5+
NsJjQ6IMURw09JYtpAgPQmspFNPzdj0RUdQoM9Rle4i/KDCDyFz0AvOwaqIIH06cEr1xlRuB
cZuBxJBcug4OPrWEdJOw5fOgNOXY0LZNTVnF437edk3yYTQ4DjEXmCBEgQGXKGzZO8LmvQuU
ZAsxQtcZCK9cWxvRhPKsPjJNnLHoA4Vg6s3K1ZOKNt6JhRrUAZHpBnnZ3ckX4/ECeAVeO+LM
XXHQdkBKJ1NAaEGzGPA+JLh/kqjLiOmPWOQCa0lalXFsOoCZrBoaKLIWwzBbDIQWtiO6gS4S
Ex1ShgkIx92TMpq0MVjQqAG7Qp1BEHpnBtMDZKbC4VLTkwTB1Ba7Ei1q4ptpMyIjc4yoLckT
2cdA7gml2gu3laA2SLHWpwbOrmCoLUItUo68mUOQclzhKEtUgMZRHWrUsOkBz1KTNLnDvUoG
ypFJqGlRMlm7weRwEBWoI2VogdRJwpfrGXlMUNGAQGBcQo2s0MLMjEbuyZpzDLUmptu+e49D
i1oL8CwqShSvQQ0INYY6hCL3scQdiKWkF14ASO40UJAlYoRW4iFx5YyjepfUxrnobee1RuL0
Ox2hDI7slGA5xo5SEkkIoMyDhoyRQZwLm5S4AthWIEYZVJpMrPMB0DrE2pcvcRwLiuoGtNS5
KyEislrzxFaXCDpUDaWiLzQvFAhUWcgYQJwpY9Beb3BTapa4IGWM2TZWz4CUsyKw2qOIGCTc
dy00qFpxx8DpTMsapPRUEk8mc8lqgM/QRKdElqGYA+kSOFXMAIQRilhcMBCYgscDoQIwZeoz
QdTqB4oowMoM1hSrIyvAMFLY4MTJDOu7cyWbsirpLmGm4gReJIIPjqzxLSjhsiMIWtQhVNhI
LV6pm6+Toi7qVRUq7Q5pjOCXcGBGSxxBVCBIIYKEhFlIGgWGDL1QkRYotUZY+frGp5v1OYYx
yZ5rB7QMce+sZJHYIaGUvapgQ2KmOju4YGYsRxBHEpctasHoBGAU6lRIoqmxSCCB2sM0sztQ
jS4hbq3JWYVD1oUUtNS4mhgDWAM0FIQAVRgCxBxKGCEeqaLT/DyD6Y5nu3PLz6kJnsmIJc0q
dGasbVcXh6EaBEI44teLxIws0sV61z0Cp1DhHAJU7hjRyNEK0htCjNLhKXGRati6rIhMoGS6
rNQRFwj1kzho6xlrvBFD2IRmFVJuFk9UTOcGOrc4RuBkix3TBATcJKa0GRTaqJo6/lBfq2Ld
EFu6COtBNouehUZAdE8Zi7yhU61jS08DZIYWg1V2QgihKEHaAOTsog9DAsbqo2hWGIE2uVHK
1aM9fYzjMo4kVZW3SquhjHqGMLdC9Ekx0Fq9UmB0DwgAeWzyC6utpGIv6ZQ8r0wW6hCszxMw
Q9AuwmGDcIsq4uDiOCaOZY9Ni6KZs2ggnctDokZfq2BZG8M8zfYzyzGZxvRhQbs4MmyJCDQo
sE72HmNYeAJkwa+qRBXyaG+TNfLLNKFCXOLc1wmVmRZmoScUWYcIklLxxMTBJRnNkJ6ilWlB
O1bFBzBRgRB1+HDL0MjQHapGLCiCxBlJqaRezBRSzFRdfQGYzHOBcPSzhcLKo+5kHG2chg1I
XIa9hWL9PHdEkdRQerjpHoA+Xoejsh6E8inuYZMTBWLSRYNy5gkNmnFBqOLAU3kS1ekrekD+
zg6g7jejziBMLkSGRk6Tg1fuLdHE1ngdDDB1DnlLBsDWauVjT4xhbyQqcyR6NrGdNBfMTNVR
SoJTRuZktwK1KM1/R+f9AZPmvX+RJi1SeixSrQDrxc1ui4BayI6j3HdawKCVDv4+kP6OSyaw
kGiimyA88y+Is0q0EuAxyzVDPsxAhl+gQM4Wm4Yrunkh7hKQuwqQq6saWjnbQjlbGSKyzcRK
xcWsYQMJjhdzO0gXkvY+WM6tql2l3CIdIZ9jUO5q5iA0ESJ4gK0cdQ4yri2kZ+hfNNp3yjx6
3sV0cinFpHITouVnoI6YOrS5Mxx3n93zQ3PMAF2pMs7Ng+ojoCeZs5QG1yAbsAOaWfKWPBew
aDGFu5p5aJqFfRZNAoWCLQQHfrmIi+gFMswBpep3TQl5J8YzdXEIINwD3rskyJFw1Rfhg2fY
NIZG16QdeCE1aYMqXSAXIEOERMO2G0SZNwjL00xXnri1zID98MB6BDFUN0nm983U3lzxdWFg
j2c2aTCjpcwClCVqY6D6JBRWCiKIrHVCaCTwzh6oRDVU0T0XnvReTELUudQoysTcrfpBzNgT
MMGhQpDMOIgzeYFgnRNKjGAei0cjXKZpvNG5moCGgjki1ak2pJOvltnsRzJ4tXRQJdBohmog
JaskjkRmomsRGtYUQ18sXFeg0cT40TB1R4tSjflvS4xlTsHPOR6Pjzp9rjIjZoZBXridNaAJ
CVMpgVxkZgg8/RUH/P8ApPNnoNfK0zM8z6PzhXp4ibtCk6iYpBRnMrHPYmWaPL5PoMAY0ENE
ampCCDuDoRIyNHP2zrRxdHSGefrpAGXZGY8Eg3ncvXCZbvlT004QTftg0NzsOh6IOFQ1W/O2
PWT5lk2wIumcwuUcWvAnVzg/mt7BPSaeXpGL5/0+AOdqNmc4fgfW4p5v1WYecMKT2bWe+Zfm
PV+YCaiWuVJSxBxQf//aAAgBAgABBQD/APNB/9oACAEDAAEFAP8A80H/2gAIAQEAAQUAa51D
7DxNjy1mW5Eoliiv3KpbaT1nbfimy2PeAllhNnWA/jnyWPFLtjNpvczm2atmyWWMzCzCobWg
ZuHmD4dUyB9cHhXnmztMiYJhGH/fYeWNYXbXfJraauqbbKaDXZrnAJyOLKK2XFkDqKSp42WK
CHfihwdY5r2s+nXGaaPqxYFNb+bFzN2zldnAfJZX8N4g8HBjt5JMGMKnixB63yI74PM5yZkz
2TJJ6wkav73/APG1uNxZs5AXPgMZq2Aqq+GOZxeD2ZIQCtvrl81c2LOxiMGCvxnIcuf2vMJY
BmDHGT164tVwNnXPlyPXnJTGT5OD6s/XYXkKlPFQc6v/AB2/+GnkUUjxssVo0OS15VheQ19j
KJ5LjyuRP39iRgS3AmcQYqklkApJbLVgsyETiYAccCYAZ1wK6/73n+rY/wChWDGSxxgkaNWY
BwjHz5EYFpx8BiGGQxsIL44rjAMBXDeGsyBsWoER7OOdgjU/LnssZ9VGVNrxUpAAOIhEJPBi
StjnABEqB5UjFe2xCUtx16+ZmymKNeuv1GpUjH+2wk2A/wBigmcsMXWeyqGgFrKUMKJhcTiQ
W11ZjpVlTpAj8FMDrhPxEA/GCNQMULNk4p9Hsb8J5+EYdNgqaoUUZUL5jDJKEQAkWMiIjWMC
1xHuKBr1dK3BFhDAE8Vzi48juLlBicuKaKkDZ4q2q/to3GxSiHLAyrIFl9fA2x8ZC+NY4ZPj
dOS1Z9C7aJNrcqso1t2qulOwpuNwAcnymeXgSxFYtSpP44mUBYqCHXKNXyJrxzUDlkFMqAQM
nLeBY31oLenImycUi+utjsVk+yox7KXVG10dNyhINynn+apYOhVt3XrFevtbt1WoTDo05s0a
xH0nDfat7CWnDC8mMZvrbeOIJzZZaFou2a0Oxi2lB696sCtfA8g2EZOBB4axs2fRzrDNi/G2
fvcmBeQbD4ffOUowbbccUILs3G2teUsGD/8A1zENIIaps+mFEEYLEVeXkQW3hudkNtoBdmBY
8asekeRusTSlJxxBLosCHCohPGsRl4wOgW+9idTTsvsvuGs69qyovZ3FztXtHayyPRaGs2cW
I6vQVOHxm7XWKpSzYBc1r4fXqwgVatvDVo4UtYGYqWawkRgeNmC2PGvyNieRbSHs7O1q4LW5
BmZrrC4qQV23YULxlgw6Z42eYnxxrnECH+Q8yxZjyiKC3CGFo2MZbJYiauTqqPruZCr9askD
ipGARniSA0OMFsV8iW6ykpRsa9l16axW12As1rrEs/0tdX2+2a2HJOs3/rhvBVSbCCL8MybN
qqNxxKbbdi3gTXtYC18WBUFg7CMzMcky0kNkiafI2V54swD9uSbMeeUPxx5WPFVeNr/YZw1z
gi5SeVMHkvgNkCOfABYNmFiDiMoLEhSzYBdcarZ1FYEbjZUkRzkEsFU4J4E1KYXE9XIJpsbd
YNwGvXx39c1tVTk0ddb6tqlawQQTyM1WIUfY4EvH0evzyInzOq12ywzNlmLVWIkL4CuCbF+z
B44OFPjXfBQ5Fzk7XZO52CMQYyzZFZJs2lClXHrfywxDgwIvHhVLP5OvA/JfyfILTILMxwGB
grblYeIc8hokHUXwL1Uq3hmwY/mBjxAgAILCUBmeip33a14/pfQLRV19KKFAHd0V/hY8r5aq
nhr12ABiyxj9igZvx6rH19CktVVVWrYxs2gXA1kcC04ATiYeQa7PNcA6gQhP4sy+/siBuMwA
CErx+ukP790ATxx5cpyKlmrWAnOBCSWsIJX+VmAc4IAmFyCBLPgfNrAFmyuszirm6psE8HZi
wJMYcQoBdlBYY4lVB0qiBqW53Wr2KZr7AtUCEywlV7B7LdTX1mtt2tHUriH+ryDyQr5JQMIi
sW0y2QTiwtxvTNpUKEbJ2QFHxCFlrAADkurYViHKMMbHYIrbDkYqWxi1Nqpqcl2ewblFP2ZQ
bECtHwSxzOZhdcllBV1j2qYrZjP4XBAIEtsXlyDSwkwhQdUDg1zKNiwtUuMu4U8mcqjPZRqI
4emipV168ZAXr7l/KxBrVLaxbF1u8ss7LZWUWC2q6zjfbkRQ3FCwezKhFADEgU2GaYXn4yRg
bw431licsDawKZIP1MaskqrTX1xwRAot1SX2qyNha0eNawazbciv+13UsxwCLF51KQjD6+Jx
EdBnDZw4Lkw+VKkKmWnmHInsBn7ugaa6nhxDNZjD+GwIlRdtTR4C9RVWFF4sDVFQbdbVt4XC
7YZVBMs+zgq0VcTuNpqa9FLLBXr1hdikUsTFwCcmCuvircG1COZn7dn4cLYIBaCzWMAxnyUA
d9da667d41SuxXXlNrrhc1q2VG9SNT4muQLyAXc8XBxZUSUKrOIz5jDzyBNZy12MsTMNiv4c
YOFY2jBUExzWTWmEdbCcWYZP7a6i76mstZBAPZlixexBW62WVoVr2wE2NAu2qt94Pq3Hb0W1
Nsb9i0222W2adhqpqvy2yvtrcOkOVhCizLZRXxpDMIhzjbdrL/aC/gHILFVMZfOujNYpwNnW
tuXlt6r6nbVlVursBKY2qleqw4bS83Kv1sIBXJtSwBbCQqj+vJjAZyoKtiXOcjEYHJzhgTM8
RkGIxIfHsrwYCcWKMLQtj06tawZAU5m26m+tOU1qQBYyrXs691t2huvSy21ux19ewMDr07+y
LRWjNZrKrC6plmuQq7GuLQLOIssBlbckGQNLGcRv42Y/JBUFmJSgmxXyIn2FFQVIPl6q7Jf1
QzXqW1mkW1mh2d7utDDV1K6WufjY4LWIPspIDYMywGbI5GGAz54t8jIgOCW8ciQwOWX6hWyw
4ykf1WEKtdLu9NOBjEfwXIFN6Fhb7a01VzXfZhuuTkN7qGQUbOxRYO3IOxu3bIp1LrbLa1rr
1f6mGwt7XVOjM7BAKskAEEAA+OuU5zmOcJ/LYsAh4lUUiKx5WJ6qm3rq2/1nBr7RTBvpj8te
IuqJUS/bXXc9tkWdhaQzfewZdfkBZgwuzLyjH7HzOJUBcwa7+vnxmS7HXsK2VOkVCIftGVg1
T8a1qa400lYExBLTgbLEarMxsN4cUn67FPI6D+t2P13d2vYvo0qrbH0q9JXvBrrdbLtxwbKG
rRdzcqVdenZ2Wp6q9Zu1f1cOMoUl9JCsHgFvC/a1tQMtGq4X8dGQa9aru1OK7GuYkuzOjKad
itFa0uy2PyTYaqHba+5m8gKC6gRmxYv2JPlbFUl8n2pGCmNgEseJ1tpiuvsAPTQsT8cAvWA7
1uLNS9jmwPgzWq9kprClRgfpYcptsF1NU+xTShepR6bqnbYorRtnudsU6/VVtZvWFad9rTs3
bdatSzCilFKVW2cRodbftPr6yUVgTZTkjERXCtrfxGAbOSw55oGJTPD98kHlkNXS0Gpqk/i6
5X/N1RB1+vH6qkinrBVZdohq7uuuUvqbVaK4xkF8eQpIVBji2fMP8V1rrGq16KBf2CKH3b7A
b7hDfYDXaSOBYLddVLq670o17bbaNfwqETLAG2uJyRmrnZXEHWdgF5EqP/W/Ifl11Rdv/ob+
W50VJ/J7M8tnVrbG5azE3YfZ2zdOu62y+zXpTXpUE/ow8WqwcUg16o/rMsGUeoo3DzW9tbLt
jJ29VYdnWKfla2fdRkWVZHEgq0LGEgBtqhJZ2lCi3tjatRDPZXhayeXITPljg8zBQqzY7JVj
222ldO0KutbG1bcNQ4ArMRyrm1WCuFtQBkUcQYCDLqlsiq3FCePYMW2NaytZr18glYC26KM9
Oax3mvY/Y61ja6Ct2topCAIM366stNfK3TrFdQPIqMCNNvxseDXrjFYMIBGzWHAJxyMXJA1K
9mIpSWaeuKrXoFh9PJNe4I3abVFg7bYsStdnama9Z72rdjSogrKrb/zXwAp5AmOJxrmztu5p
0bLDXr1JBCQDa4AHk+qsk6tYe3VLGvTdnoq4oB+nGYGbEYq2xmh7YlZ2bdOg0IJicAZfr1WM
dWghqC0AetNzbvQL2DBdFa9jYAwEA/TEM36//ZZvFIIryJn63O5illOVDewKNN15bQBB2ajL
+rrtT/DZ11dIa9e7+Es0+sa9b6W16l3MlClws8LlibK3aMjq3kBGHEt9cPKdZVC2VKfBjeFz
4YElgIiPlnVTXajGtVwBgZMY2Cc7RPfVAwYbiolBBcdXqetcCK3mH6wiET1ATcttrO0uvbLq
Qh6RVygJgmZkQzsEPtLZiD6AR2xXcRDnK+TcQqp2RDae5VYVt1jfW7Ktu0gW7uNesWXPsWaN
tOpp9lvvsKcyjYsqKbVVs4oYr4sY0EjjMeSBOAmFI4KszyJMYzAMwYAY6jkqLmsYK+RLL1Qf
nZZSHWqo1N2XinQoDMgHHMAzAcTOf0MM7JcJsG9Waz2TpLMXj/wab+eVygSofRrwpa4PW7nk
+CqV5XsbXQL4Opp1Xrsdfsaj0dnfTPzbHrbmZqcfyN/ca+4k4BMwCfGKbruKaxalqAwwZwwQ
2JlZmMThsCA+c5IE5AMcADyEYCVHMJwMvabAqVn2uU1bmFetYk3rGYUVcaFHEgzHjniAwzEx
47NSdewB6NrSSurqypvEH6CPN/GGTkAuVKoBZsVqnMM4bmAv17EKGZ1Brut9Y7DYAd2tanka
01LGD12oeXkgAAEjX1mtOp0Vat2+2dGjqty7aoehbRdqGtr6lWA8W9YhosEGcWq3Ei3Ko3FU
yQnlq2wEAgUCKxS2xjK14qbTdal9KNsbldSN2wY7S+7X1thmC5yRxhOYWwwMDzP6bNYejY2g
ldu8z09BXysg/W9io2y7WEOsVDi2wSxD66uJOMC7cuG3vuWucHHXPUt1SaPH10GepBAqiMlV
it1ug5PQ6uV6WoGrUqrClpuate1Q9tnW2aW1+TQ6o67FZrsc0k81niZMuYwlmifWDBgAzjBO
CSBAMzAMuYJXQ4WtVUpuvzuNLmdVfdWdVBzXHL5PwxUGcfGchbMT2DHLK7Gvm8Csv0zrWH2r
StGxYyVWFoPMsAIcryssStlKGpUlzAV0KjLYVNaWBtzsAPe3wp8Vbl1Qp7C4CrtyAu9SwFtb
Et5WwmByI5DDkwnLz22uLNfprnSxMKd+gOhCzFsImcRhklZgQRcCD4C5BxnyCLDycGxrlIXW
OdXQ1/bsc9TXXYs1dldcYBJBW1eJw4zg5hYQoxnkFWAnYaI2Jq9IlYp0aaYKKhAqgcQJ4mzY
a0ssPPaA92mo9WDl0Pqp4Zv5iqrC27LFnPwWKxg7RXcBELT1WFqOs2gVBpVRgnM5EEFWiNxa
wB12+etuUWrfT4YblYS7FkInER+KqXWGxYpVSjKYWAgsQAss5KIQrLWXrS+ouNTZrzuVWVbF
WrsXHVoWp9d+SoDj1qYa2rJZSPgBcwDAs+xZDhagJgzjMQA/rs4FbHE2F5Wa7ApyALlgrEIK
9uy47NHpUnMI+zZ4gNCPGrayPTX9X2Frr2rzdsdd2Bretw4ZAwvtbWuZkKhp29Jazq986wTc
Q39qpN/iGZMOTOBj1xQZazLXTZtc8BoUUj1ryGBC2QzoRfTygVXTtqNg06NldaVqhYZABgYG
MqMDVkFLEhf61OrKoYwTIjDIUkQfpmbGCtrLy2CyWaDNg45MCK+wuEJObLGsijiuDn7BhKdG
3YlXRWBdbA1+0a5905z5z1eyWcELOzo92t1lvNWGIaw82eruFlGtsBd+1DMtGxj4A+ATGJx+
2zurrivfq9Wvb7VBEIGRgBlMHg/YBWrMAyairWlkEWytoQMAYgac1mRDxYBACFx+mCIDMAwn
jAQYTNk4DsWl4LHRH9ZIC7G2a63ta45IHM5LYGQ0DCBhnrzT+LdeSalATb61HJGIQ6HTPHYV
xZWp5B1fQ2qb1uptsKH8qbW/hW/jxaHE/bEaHJg8TuFc212sToAij5hEyMTjLLFSIhI4FTQV
9ltT2IKHWPZZRYm1YCWJCWoYpBAUCMgYBmQlp+0ORPkDxGIA27xxGWAJrmv4Fl6Vrs3i28MD
D8AjJwRkxSVYETpG9VGleGJ8C177WHTulm51a3nd1F1X6u2t6sEHt6uet1lpLvWSLyFhRfcM
lPXGPgfox8A+DNrUe8DqbmbVpaqm2z1g71gI7HEHZJkb9BlQe+xcrXsbVPOndpDHstYB92m5
twslauzLquUNqJy1riD+loGK84TPLlC4hYYaxVFz+yX2ZYZAGTK1Ar7En08WwoBL+RxIhJyw
ySfGtZwtq2VpdthKDsdu1k62nGvtKGqY5nesrv1l607Surqyhks1m1t9nJUklDoHgTMCam8r
rjwJjMLKgbYrMSwFWd+PtYDcuMRVIWpcmtVNeOdVfBFbI3NOiwa+nqs66mqg9FGd1klX2lHE
M7BmUEumcSwqFT4UnmbUUmwGBgVdA0uL0s9i49gApQEXbHEbdr2A5gwCQIfEzmHDE4Wdetb3
dxUKr2sbGtSbrdWsV0bAXFW1Xbbu7LWbCsQ/V74sOJuUNdUtNorWpVDzardT7DLqrKn1ex5w
MuBGVWgprEQATYfgjbDcyS7EAn2lSzZmjQLNlnKivyt1QtVtd6GFdzoKGRdkYtrHFRYlVnvq
lFuXBPHkSbELC7cqpi7bs5urDe8ljYSEsMsppsmzqET1nk+zXRW97u9rgqR5IEJlXXPbpWI6
M5KMQS3Woit2V723kedFgjVWO2rtr2FxFYo1jyLmU3PTZ1+7+SngBm8kkBjmWryq4NL9bwdc
86PeEDsYs+YPE37iEAJBcrM8lB5FcgdX5NgBZP02K0ZGd1SzY2MsGZ3vJUaFl609ejLRrGtn
2OIGwcbGyKaRveyxckBFzbZwekJYnqWeMscNbQc7tzNsODOJyy5gxCAJ0u3Vjb6zV2F7Drzp
sFE17lAtPssOSdPULMgNKDzNui25X6VkA60s+z19msev2zTZTabEcZCWZH7v8cI9iwsiHk4I
uaJu08vyKsl1dewf7G6ezkPZwNdiFiFA0AQVPJ1Y/oRkX6yFX0XYJoViLRUkQTgMheI4kziE
nadibijFW1nW2kVHLoFKMiw2ZF2wlROGBOZvhl2vMyca2nZskf8Az9oj9BZxq6a6lta72DY1
a7026vRs8fALCVBWOrTVVTZv69dn+vpqP9TXh7Ohns3AFur3t1207prb1mqaNxL0tZkNTrfW
7BZ+TD8khoMCDyOFbDiIQEFlaWpbRUjlKwrVEhaDzrpXOkuK1X7KBn9CoMtTiVDYPLPrMAAI
r5T1KB2IuFbVcWaoIevvFGvTuNxfcutX3KFXbfhsWi6nQ22Zfcti79hfYOcgETU7O3WA/wDo
NhZT2Few19vrq6YhxkY7zV8kkGjU2LxRp8D+ReVt1g7VUawI1+rDGvp1Iv0FOz29FUd9d3Fm
qqpe9RTsQVp2auW1sLx9qwdjcZ+bcCdy5gu5eoO3eYdy6fn3gjstjNu07lLrHVdl+NO4sqb6
0jhSpBWv/wAHQNOAxcoBQfUoDPE8x1zXu5WwWlBQyrPyyp1thjc13N0YiVblgY0mtGoCJskD
YwZSostbpNQD/D1SE0qaNjsVL63VFgpscR1FyV6mmoe9Kid63I3Lmle1cTsq1jPU9gGgCF6+
hy3XU42NHiACsQqFs4PWgxGcke2qf59fIdZWYerTI6yrJ6qgRutoE2NStIaQYal5HJGMGvyw
Y8Sv9SKMJ4GT+vmZjj7t4I8jEM2CRN/S9zDMwVDYMUcSrFWVhZV4le6atNbi4YZIzhcidZzf
UsNwj2bDC63jbqrUJt7VNCf7CWNRtUWu7BAzkghgQGQNWCG8HGRwKhL7VllxeW1I7VslcsLV
MG9gCEp4hAjjEb48ceOQABOwSs0GVhZZWoNiGaes1tl4AtP/ACX+KY/8mZcsMwfGYZsbNC2G
3jfstUb/ALmZVVJLAsuKNlkQetrNLWRE7O4/ksWMHLLTQ37NeynsdO6OjB7lQjbvsrqt99zD
RvsX8LaWLtWoNa5LltDGDlx9pDm0EE1AHClwVF1Ts9da8ClcsqrBdRXY58+YCI+c4MGZyBjk
TfBOt4A8YYDL8TZ1SniyL+ZbjCH6rkkfp+xmYwzYR9R4HibFoqpF4t7J0Nm3sIa7SGwcGYAA
xjJEOAdO67DqRYRPE+uV5CLK+x26zf2Smum/YvajW81a4i1V8ew6mu6U3W6z12q6s+Y/1PIi
ZhJBZBZHbAX6hn5LU4dNjHrVga/ZVPiHBhYCHkD8lcGbak0Ok4KIXxCMt1d9C1OwfZbyleIh
Gf0OZ5/RlJPxMifE3EV9fwrdeWst3NKq6p+svd6umuBbpFI2ep2KVZGQkF5r0po6BZnbJBzm
KfJH25zIzVS9tuj15oVUCTPgOMhsnu+ueyapf2FmwwIZiAQDkrkFCsU4OF5bFwV9JgK7rAoR
eNnEQdrasbtbY3auF/2CIvcEQ9s0t7BnQ7RMa3K+5A1d9KJ7lzo7Ciyq+vYgqOEBBP65mRLG
AVLAzZ+1u7XS1t1b17Ksmx0Vdlb269rweikV7tFhstqJV1z2GsuzVpdf6b+221vs45LKCFMO
c/tjzXTba3XaNtAJf1/kbNJPZoDXt61gRwQMEb9L6+3rObte0uSahbHqsrC2EKt/m6tXCVlB
tPm7XsVa90j1FlZsiMMkHBbBhzDkwHz9cnz+gPgp5CkCtWAquspfV7nVsCWI4nifvtXitRtb
QZfa4qpIJdRHC2CvUw92nrZudaVst2LA6sAtmuC3rtWu67XNW4rpsWJWtr1l8eVnIQYMwIiF
31dUUoOMwSWSW6dN0fq1ApUUStwV7B6rLtO2sC6spYLUVnTkL6k4sv0170R7rVZHIa2lWduw
ZYonOuNnljEyYRCDn5OMgAT4h5CICWUERcY5HA5Y1Oxt1m1u317VSwPGdRN6ym2ymgKOA4lz
jGTgQAS51AtuZpyDC6kPW2m7M+teBwcCvYsqC+vbqNTI6rgDGW+K6dmyU9JsOur1WvrOWzAu
SoAPEEMuCWxLK2sewtVTehaVP65fvM8LMZp7TlHuTNtvtCHg+zdhQeU1+SDYf2vSnKfipCMH
4g8DlxjeSAhmBgq3HjYVapjEqxLE41V4ACiFjCcRMk9dvXa11VzGt31Lbq2rVcwETPln8NfY
0OtYysvIHTqRVRbXFFKvZU9bW6/JbacWL7a2XXbbA624u/S28qeopLUUV1BxkAQAQEciIH8/
yl2uHBFyNfsuj7V7ko7lX4kheTcFRmHJ+IWJkvsWcjUoMucAogMqA4+po6tksSRiZIPEmATR
ore5tBQppuAFL2Bz6ti+2xiHUG+tq4MFm+VrfOjRrie0hrq1sNle6h1Nz8gCwCAFpc7W2AJU
tJLyxnfZ2XUtXQqLTqN+X+MhnYUGujW0LWFVVSqK2SUbNdbtWpgUABWyeXEYh+p/ceTwELBY
zliE8bloI2XLFK3SE+FbyrlyQohbLW2BTnLEgAN5rwK/WQeNks60GHqTD1V8PW2iJ1jtE6hh
NXRs19h2VFTYoYqaWL649/8Al3MG6m7l2mtZXr161titXwahCtenvlHKlmZsL7ipsqqsi/kq
btzZS3UAOuQXZ8U16d1bNq+87DOjJVkNycDfZjTpVr+NdpK51uMu1aLSPZWOYwhBJHj4PhoR
gqcHkTCuZwxL7Ai7uw1twDgvbORIqpwQQp8WByK0cmL5hLEU69tkqRWH2xxeeoz0CGpSPQkF
KKPWpDVjHBSiatKEqBZTrIyitQPWstorsTcNerrLUru2ijVODU+tefx7d6xrUA4cMQoDXep9
2vcy69N7Ftmxmq69Fev0KiJ5C8q7bNhA4K2MUWpM5F9QcJtuFRuZFQMUAH9n+QQJyrZfo8AK
wFjFLk9rslHAYzmSMcpUEwtfkgOLC1acy0xlsZKISy016WnUgRGbEwZjMxDCBCQIMR1ytnJd
mq0sX82G8gtsXLEYst+0K1PG+78epT+Qxbsdd6rKXZNeo8rkI4k4QeZZr12LZfs0svZWhqLk
2tfQras2M3Gu/wDuRSRu1qq6jr7bGcstuInFlws9CIy/JP2XyL67C2x19mU67Y4LqbIllmxq
DW7e3FndYXZtN7+xst8LWGNbGEBR5AusYsMQYgXLdVohrO1BJsXDtrqZhooIhmIagZ6as+ms
Fl8btVqbGtbbbZsE02qigTsb7K447GxXTsK2q7HbrfX7LVvnbgGhnImoCbW5Zo+WGYHQAHTs
F3Wadlda26uzTufd0Vl26WRtDYW9L8ga7A3MtgK2jNFtTmzmHCuYr4NjgRLhLLQJbvUoLN7b
sFevv2N+Hqz8bWRew2FL48YwOAlaDgWE/JxLby0bBgMYpOpoFmylaIu963KaalG03E/Bvi3I
R7UnurnurgsSe2uewElEcJrUVs7UPFIxNitHIIEYZlmprsNjWoK0132jboWk6QBsAyUCz11Y
HAD7hajeW2a6vYahK7npmxbrtKbzr3/kraV1l9ih0jVqwpX02MFZckQAmP6wo2FI9LWH19bS
LO4orF/cXWKNi57Ltq/155RmJKqWZ6BxxapLWmecgnBOIc5rTLdVSq02WLWtKNdb4g44yJgQ
gQeIJ4M8ZyISBCwMzGabXZOtybO471fkFseBkS/XqvlSWV2dqn10agUYsDSjGLkqjcYvE/o4
5AYEweW7q+2N76mO3YH67f8Aco44yDHVTKvqltqKeezYLNmmil+xzH2rbCSTGOYpJGWWFzjJ
AVsAMyyu9eLOAPDi5OCjAldNlkq6zK62maG1r357TqBWaqgdqgRt6oD8yuf6KZPY14HYIZ+a
MndSV7ykLtVmNcgjbdKBblcX21sRXW5A4kLgHHK5bHWzW2SHufXRd+uyVYsRqyCtbkhPKVqs
CqQGUFn8ioAGsTgRLaRYl/XWKXSytqN3YqVO3IFfbauf9XQC2d3QZsb1txOcsfqqMIldlkr0
bDLdb1zWoN1u/pqKChgGJiEsQCwCsXXh5AVFoW95VrWY1xrvC4E2d6mqNdWzNxjEFfasFb8u
DZa9QbbwVrssaN7ic7MUbTBEuApuMrQMVHGKoEYN+jNWi2dlqKNrdfZNC8rKgqV8lJDfcARV
ghIJVZhlgyYuTGUZ2Eb1trm2huubhZo3IWGIT59bYbIgrIA1NlhTpWBq9ce5VCrcoaalPrZ2
RmXVqdtnq0sLauwhq1rbCaxr3X1CwVI1k0tNEeyxaoj85tVelathbady1jcti5sdSPYxnJp/
ra4A7WiPt67H36yxd8VE9jsPH27idDauc2scU1WcRURFEEssRJfvHhs7bWNymQB1tOXZxyZo
AcVs3Hk0T4MHiclYCY8LyEsOVoACcFJsqJU9W9tlfWVqr9bxn+cTYmktZYLWCl9xSlEluAnh
2bilaltm6pfWgwZYqPsGisWdpohl0XsStObBbHZEVwCw1Vr26NmchrRylrWatUOrVLl4N67o
tTFWRkALZ5DMUkTjzXrdNg1agQEwZwIFm01aVbe0bYiEqxJGDjrSChrxFAihQy2Axy0rGFIj
E4xxnzEhJmQISQ4sCxWmTCfJzkwqM4XHkRrgIwdwlaUJtbH5Fmlr+mv4DuELE0KLV4fSyttt
UvrrwErALtxm4GfW0SRfZy5LjizfcYZruLXesznxN15dfaoXNYmCYlHlQUOvhdSvCr5gPgZM
BAG6y3rdrpUfmclMCjOi4rLYwoChbMzkwOQQgwPsAWJjFs8iWBMazLu5SUBgGr5DAmIV8Y8l
gotuVEbfHGvasiAlrLqqF2txttuu1ijLmZ4zCk7Fymt7uNGsvCiqlXvHiKv2dQU7GwJq6nM3
OWrprbEVhnZx60GTzEausx6rFPquJ9DiYINHgVVMx17E9gwSq+B8vsU1C3ttdSd51ltzWMPE
whFQ5WXUitNd/ahUYw5Fa2GYCkN4zCQIWUwNgu6lawwUYsetcT4AzAcQvGIljI0dUMNNKQNS
0/0UQ2Ptbb09cypVWa1DmNeoiva4vFVda2+7YvdwtCrWCfABEsZVr7LbS5tMGs338gl2JyTF
v2rQYeN4a+smtaLGB1GIXWLRKeIOy9Sa9135FWyzxfggY3tTYZzXXS9lWKSDitcBiCamIYc9
ivXVq7VNeWtrA9jAiwmeSRGIz6zk1ThXi4uopqYBOYIzOPh2AHMklQSxUTC4vutE9zlddKrG
paimV7SGLfXye0GLV5tY1S+6/at19Cqqqxy2wiZikBt/eGul3Z7F9fkk2tUoyy2sBBZxDkEK
eVvseM+TcrFFrAUlzCoBZfqiYKgqRuKk/wBS0rXvvwv7ayyV21V2bO9ZtKD5CmWcRNZPa9dY
VSqA4qCqThA6g8zFDCZgwS7hZhzBXxlzH25EqJ4k+PZiFOUCqsZ2L7t7BbFtCLaMuxeHAnsc
CrbKPrb1RWt1sVrzW27YztqIQrq5lGqANnfppfb2goJywzNdACzcyjAS18yknDHmoGBzaMmZ
Y+awVMLDBIyWHFnCy5znOYM4esV0uxgxBgxCjKoEtKkdYpaeMKgdQqqAQAucGxwDcBM5hwpw
wn2MdwsBBsFbOa68BsCLjBbMcsZfe6Cm0evYJttFTmcGCnMwc4BgJAW+5J+TcZ+QDK9gqKd+
msbHb2OzW2GKCSVijzc4qpHEwHBBBiFVAbwGHr5CMSJZywpXL4Aqf2B1VDZ5W5hyHGVVq0va
4zHkjEEQAE2DjWVJ6/XZLLV4RSxC8RAyz3BWRi0U5jE4Z7Cy+zJBUFxxry5RBCwELZj2DAcZ
d/691wHA8OFgYgE/pxwDXkCpjClgORhsxQAMZgqBKpDSVjVKtVHl9x+UReIGRFzHyoDELg44
rLHKx+RSlm5WNiIQDY2YxwHwzquBUFSuwuwesB8nkORn8Rkka1Ls1aBBZwMYHFKMIUfArLQg
CKVlrZdRkHITDAFnC1KVVSqlvMdgAbcH2ErdZYS7F2NShWGC3yqggYyoJKV8xVr4JrOLNVHi
6SkN164fU4ha66q6KQQtYZdtn4qMQ8TD5n71gYuOWUcpwHPi0qTBdVCEKSVYjieTZYm6pBa6
s6h2sPki0qbA7NhQR4grYhNVydXWFM9iCHlxZlDI5wtj4dsQOjH+vKDIwISDHZVjsPYGGOYW
JajSwjkQ0DqDvXt7KVDpZS1UreuxXpatr0AAbDVOnOixBFYEgHkygKgbi31htZ7UoBOBAoM7
HIbyYuIGBGPFfhrjl/hUIL4hyq2kla+LCxTy8CbAZV16BxNQdmV0dDkWKOVVdK6hYCJS5XR1
25MQTSzA76j061jW0AEOMCC0S5LGmMIMsFVlZriCrqwwALLkrnstsNajLOkBDK7rUKCXsdaS
mvWxRKU9F4NTLecUVvYBqhhZoGHXcNctiFLrFg3Lg+paS3JWlQXkU+ihsbBeWa7E31PWVYZ+
YARGyQcZJDTCBvaYxOLsBKwQGzGdVRjZaaCVqsAJsJFlXGxLl4tfs2QhmZNTZJ1aGqq4woZY
Fcis1X7FZymDGOILSFCDPuqB9+Vsbbim202V2hRrgNYn29grCc3jv6krtvus2OankbLNfGG8
VprLZNvrXpKPbW2puZZbA5NYEehXjaeANVc00iqWJmIuJmCEgnYepRsWexhjC4hAxYSAgZ4u
MscDBh8y3IQAcWbil1gsfTYs6ouKVBs7GgJdp0V217mkaaApY6WotUyLrOQEUCYmOLqTixeQ
8oy1/awEBVLR6SxSzCl0KDiHaxTGtxGfkAjMTclFFljbDchQLbTa2vUDVrAA/IUOLTgza6xL
htaFtSaG01TnfqMQFlfiYK148AY48Jx4tfUjHsyGO8xTZ2anrNgEzPMBjKTFGAmBCpz5g8S5
hxX6q4yLGbnVaVsW1CiY48TYhVqoXaydfq2IK9LM5YgUAr8EES8sIj5VTkbFTtKL0YkLFCCE
MFKsSFbJ8BrFUX3nj7bGL2HjUjMxCVra3sYLlqNZPRVqBAvw9Vq2OCy12iyMAR+PUD+LVzes
mCphL9ixGtucsUtc/iWA/jOoQOqvWQrPkLgzgYFwfBBxlcCI6w4JwJ9QuzhUWslnY1x2RxjM
1WAesEj2cYujXsgdbVVZUWALNkg5yYPkjxtOqIjZKsQQwMvrHOq4AB0YsrmYMVMLYmQyuTYj
QVF3XVIZ+FVexcLHBJlSn20E+rBM84gHm6t4t0+f1PiW0iwto0kf596FqdhVUnlTWgndWIKg
QSAMj5JAmczEIJhzgHI4NHPm8kKbGVbEZ1Pgnya2KPXcCikqdErx7a56aqW5o3ic4WJUDE8G
bFSXIlTUvgEgcTZXzDVcTYrFk2bkP5SGC5Sq2chaHJZLGCCuotbSZt7LOxmcyrgZVvVpTr3J
ciujTEE8wDlMAfp4hBMxifM/c+R4BttrrXZsFrKCp8kqxmSYuY/yPAYxR45CYBNw/rYrhRmb
ScHGSACJVYREty2qWM7O5rdbRdjq8cy1WAWwxWgxHJEsQEbe1s0bGv2tdgDI4dAY1NgJTBav
kPxnMR2QNYCo9tkt0bMsnqluCxBEXM1aBfZt6zpT1vY/js1dlb1WraszAsExCczJBLGAjBIl
m5Wps7FUW3ZvubW1bL3bpLZb1ttaK4Yg4OcRjmeAcZAM8xcGXkesqDMcU3AuRWSGEqJybeLa
FqlexrPDrNn6583eQVAiEGD5IJhwZta62C/XFc1tq1JTulwuxW8ZFJKeEzi+rYsfXoFUUZlh
wg17LW2tGxDxbIZcaPXWtXzap+x1vxLOt7UxGrJ8EzmJyEZvHIR7AC96qH27TLryilrbSumw
VFoRdTVoqS742KmNXr4k4wpZoqkzj44xQM+IwwHXIKEG3kqbnMsGwAA8FTgqMnUuCB1FtHIa
+yjMyuuVTJKAhckQmYJAAAt1lIv0WVmFiFdq9YOwcRN6nNdmuRZhZ+VrpBs6rC3sdJEr3ldS
LNirUWrXOrUttycQttFN0bq9a1Nzp79Ya3Z30yvttZlHYazlLK3mRlmwrbLNGa0wV+wHTOF0
qVA1gCtCEjRqDS4Kq7nbcwfJ4sWAwUh4wjEAycCOOAr2eUTZSxtu3wzswspIjriK78QREsZB
o3tYNzWUb2q6W1NjBrGX+rsAVysDBSXLHMYEm7VRpZq1hjq2qWSwTnaAzWhijYrLgnUBVOVZ
/MuVdi2y2rqq1UDYsIq33Ep2w7ZDC/qdO2bPUmk16VjSjV2aGq9rBlLLZrukqrOE8A84EM4D
HEAs4U27PFd/sLrgwMHiY8nzMCBDnwIuc4MP/IKwLVcm3U4VK4IQniSGLqoi/wAkP10i6W76
F69fafFW0HPMZsyylvoM4UrnJJLYD2YJMRQwShFC01mHUSWdfUFXSCrp61byuhKh2JBuWpvX
djhp1/0swDIZUQtFdrVpTcx2ceYJiYhhwZgGYAhYBTsBTZuVqOfug13YbusanGDOM5Aqvy4I
i5IBOFGJxitmrkeQbB2Fbk9ZBUqFbycZCjBoc12KarBWA9WzU9FyKlqJayn2NLRkchxAyEgX
M9cWvIWsAFPGCIRLFDBTcRrUlZvbaoFp5NuOUsdmYC6yqLtkn3jNWwDWdjnKLEGx7ki2AzM8
wGEgBra1l3YVoX7WvOx217Rr9hyzEzpy3PE7pfoPnLAmYhXkDyCjOQCJlYD9U5k1GzLkO+6M
EZMyBPILMYMgabkjVZcbesLVSx0bkroUNaoSS+BFzikFoBAongTM/YifvjJFQ5bNpWqzm81m
sUbAHIJzdetYw9dcofVtEBZRVfuUyrsWSzW3aLlHFZ7KwLdysCzeRZf2b8bt3YaOxaLjB5YP
x+/UkcfmdzX/AOuQcljD8j5OQeDFQuYSSciAkjxDha3rb07bZRiQVYmFiDkxfijIGtcOQKlf
8osz6xhsLjj5d8lLAko2ASuDAoyw8jMyZyGDiEgzsL76aU3iy22mya4Pr3GJmhUSvJgFZgzK
CLEBsGcrUtl+lqU8QbEDFmqGcGlMYCw1IxOnQVGlmHSbBrw5+epTFODx3qg1TDByDCDkA5GQ
UAI4Fip4z2RCQMmbDKtTbaoLybaCPALCH5/fModVXk6ikuRTuVFuaPHoJl2v4s1iBZRcra6c
F54lb5XGYBn9H2Vz7HZsss2NwVrY4eWWYUcnK6b4pAqr5eEACsCSz/2MhRaP+nW4i0sZtVha
XXENVjE65VUBqtF3GDaEO5SZayufQ4fU45Xyt6j17lYrtwBCfsrAMWNiLrXOtusyAUca/Qn6
FDw3CFViCSxwuCEIz9SGI5NiZjXYo076ynJ8h8CjZKzIcPWSLtQ2L+JcgWm0FQwGX5BwILEl
lVTKdUYFWDfqo6Wai5u03ZtbQUNsaKcNmt6mRC4Jwo+6L87DBatdOQ61cFRhbv8AnYCbEU4K
YXjgKi8fUjx9BSKtGwQa14fV1uLAjDjK9tSUtPiEgmnDGsBGVCAycldWE42QXtx/ItI2Gdj+
4zgZ458AkA+Y3kKsGqxrLOrUdkQvtrsNKmwJywwnHExMTAnETiIEGQoAI88BCimGqvOBCIRk
d1Zx2aFPrPPAIWHw22XIopI1esQ+sTYDes+IAQSoaENxGOKIyitVJcQKXCDEAEZiJ3dWEYgz
HirJahiGrOZxOFxjFcTUQ1rRwO+qlwOJOQyVmxCpBIOMRhgACaTsEv167DahRVsKzW7HYqNf
eVGU9hr3EWAz2ie4ELak5AwkQuiz21Gc0nJRDt689tUFtbQuqg3ADtrRbuUFQlgKqyMT6Uef
i8muouenrq7K6RLweFlQz6cRRkZRF9yRL1BpqPHgJlQXtZF1dg3lxkdwofT8CZMowTWmLKsF
QcBTOE16/o48bwYWr/L1gCgkNb4s8Tj4YqYPjVJ4gZN7Bn8Fq6+ZbXsBWpwVcgLYoZthCq3q
TZuEkb5yLlUrcOT7q4NzsAzCK7BVvsljXmBnErSy2xbvS1W/qhK3SxVpDRaWAy4lfkCWY47B
YM1V1q16FmKtGsA00qeRAD+C4At7TWrZu+r49a+ZWxYb651XHEnyK3VDrsWmuR615AKxM4yh
mItUgdkGW0QOc5Umzww8QOQcQATXr410qZnJPg9dUX2BpUTuKaNenIA5iHzD4hK5U+CFnnJ4
mDzCFEpRTF1wWFaVFkqea9a1m5Q5/EpaKnqKWWLK9m0sQCUZxauY/wDEryIQCeADZUi29hrK
be5rWP3N5jdltku7PAyzq3EUATdTNW2qizlmA+NZ+K6rZTH1XxOTSkfVsMex+1wAwuQfsWYc
hgw+D8sTg6quUqbixAyzYHUj+z5He2c7eOYKxj1kBkInE4OVJ8FgeI+MHH2MT40UD17yFQnh
FI4+uBUEbw99jUDXZmr2+xapaWLRPi91rr/LGbOwdFu7bYJfd2bIWLHJyTicjyHmFROnflep
yNlQad8D3FMHGV06eVdFPBVBYA4HMSv6Kz4O8csfByclxkKCrfQscwE5pXk1NnE21FjZqf0/
hvOs1+Np8L2NjWv8ReWCXEJJhAipkmsiBfJGCB4KHKIoTQIC76h0QYC5WADDeFVAJ2BJsqKr
Vts/5ek2UT47Sxk1m23MsuZpnkMeS3GF1Jn7qfJ8TrW47FB5V2DNfbKy2gFjr15esBEX+OeJ
ZyRxEaxeBfkOxI9i/wAuA41UZZ9dOFtfFm8BiJrrmF+NtNlexUtBwKq8a1Sh7B9fx+Vb6zKQ
uAwJf15K65YrqNj8Ozj+O2GoBVNJsNrqIEWaygJtDNVYwayM8Tl3HEFcX/faYlBexOzpEGpP
492xFLkYGDAQIFJKkRa1c2V8P0Pg5moSLNRgamxx7pFFgE1gGiLgV545JBmBAAVbKrv2B7tS
sNb6wCwUg+V2+QtbPLwJqSygMi321NqbxuCESg/bZbjV68z8AEVdbSFPXUMToVLD1yCDSIn4
jT8WwRtSznVr3KbddnUaeJ6Qhvx61xmnkrIBLgCSoEpVW2djiqNg3aSqFr+O9P8AWcZ4+MYC
IGNFGY1ASNqtlqXUkmA4FJHPTBWs/Hc1KV8Y1iC6ERMYXEOJyMA+tnip/J1EIXJErziwfTdB
NJ8HipOpQoS8Aarp9lJ5aL+ymhfteoZPdSti71ADdjSB/p1CDsdef6tef9amf6lMft6wD3Oy
Jr9obINyrI26ibGVjZnghYOAcgAC1sPffinrCWXeKmhMmzTAKpO+J4+c62iLKK9Ec6esrwKU
QKi44CW6dFqbGsqXeZrkizUblV+3aqDWwyuqpzTWMV5UAcoV+3ETkzTsW4U1h3bXX1o4zEHh
WBrYAHa0wralX2pr4TbsUPffkgZXrfrKfLdi39JsNl1lF0UXpFOxgpaWGvbgU2sPVcC6wchF
FpNdNpZVYCklLHwVYAvXnAcxqWvDaGa9TVNVGyjBPi7TP0rIE7uv+pUUPrVFq0rRQDiHzMGB
fIYTsqeRdCr1uBZoW80BE7XArKYHX08XsUYDAgE5LecGf//aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIG
PwA0H//aAAgBAQEGPwB3TEghORlEo1BYurAlyiS+Fkum1GPJcSSeqY2nRRgoEyCT9VfAk4GV
c1ycOvcZ0XJ8YJTG3qgXecqpA5WaWRJgaDVAF4QLe1OROijLpx6J8OhsEchB5JMLiciUf0ok
IGEBXUP8UeVg/miAuJLhvz+ymBwSEK6InDZdBzlB5KcQNUWyU51lBymGqD/SqHoPqVtmUSAS
iTqii0rqq8sBOIGiFgZOoRKnBkeGURoy6D6V7QpCBAaWQDvuv0KYdQVD9WT5Ww80K+ayreSs
cDYQnPyqJlcsdPBnTgz8U22VtXKPIltESh9CzAwMosC7IvDJzBGEZYlcsmUbYGGQOQnAYfn7
lyyui6AGFapGpC6Kx6INP+iDTKnbCIAaU2oZOgCVJjRUHQfUrAZZTAc+FiIhE3MmXd9FBdZ0
QqgBthNupGPVA7aLCdoWnxTR1IQqJVgZIcgKQn1U530TZ8gvqBWG9FgmzwqOGJ/SuisWcMrF
pOF7hKnATAQozqibCBglQW/0QmPtdU4djhSGXEj2qtQMImwZ9U1LMTsuRdxlcgjzDbIAGNU4
EIAmU2uCEQI2RJJcRhG1XIII0dcCDW76/eQFskZVg7vhlhk+ycokS+EYLjKAc9RsgzkNKAOp
hVGrLZe4hySZ8LcsFnTABv8AwiQGDIaHQrLmHReYCkfSjIG7rMaB1/5QOBso0ywWW6IAFz0+
8t3hO8DRk/Ni7GMJxf1TDufQvmfyCmx8mQIneFWdPC3UI6EB4lM4T8wNAgTaPpTu+qIrXC66
jb9lAGDquI01WyIsWXKlXpoSWwi4jT8+SAIJ80XB6apwVGRqp+KcF1UDIyh56IVFvVcfpQO7
hG8kg4CpfBI/tRBjqoKnKc4TajEIxqgYDrpuqk4fKCI6IVG2SjUw26tUWaxw8IC7gj/SqNag
iyFt06LBH9CBLgu6yT6L5voXEmQpOsLIJXzZyvmTVMpk41gpizfSiGwnPosKp6DKgK/kiT8x
LME5BGy1YSiSSDug9iYhkcjcsudRax2ZQDiXT1L1aXhe57W0FUO5fjTt9eny/KuD8m2X+QWO
wBCNu1c8tiH/AKUJHIy8sqix8vMo8obZcniFDMnk+QdcauLP7icIETb6F7qs6FhxIxndNerT
6KrbOnfJRFcHKB0VQPMrEFEj6VS355XK3oyqDH6UAiNYCqdBUOEWwCq2Z+iAwGdAA5QsJIhY
YojLh2CJDspT6BYHxXIEOpkaJyCH11WC+6YSg5RIYh91DCvxRtb4stguLs+qAdzugdhKhdyg
MmAuWm6zhQYTYCzOy42Dk7Fe0t5rqBmUK1MbMgSDxBC4VIYNC49sBukyf3l/kYv0ZBrV7gOA
f/tprDkR9kw38qFrVPEa7JrEGqG1jHog2ExKJduRx1QLYId1W1QWZCl8ZReSS7ThU4jiGwgD
un/1TYBQNQwC+gp8B1X7I3K9shVYuBhkE5fRADYR/MnILp7uGnH3Vxr8vUMq210QAOsrqhcT
DJhZhon+lkeQfqtVq+y2Q16Ivpp6oOGCJPojooXF1Bc9EIDarEfShYy7oKx6l9kzzsiSGOjr
lLdEWXXdBs6spcn4f1ImHyxUy5+Cc1PLVwrFiz/NLQpsRWp9FYAi4D9EDWptTrogbUawd9ih
Xt1ABDEhS581WuWQaPNEyUx+yXIKtatmfTVcQAajBsC6BtUearStCOSAIYhByiwdk7YwAiJG
y9z+S4seiqGj4r2jSQnAYBs/xeEnKAeIjX7SdwhqRC9yqNXRcYXPXZAAL25G691YWoHkvmKx
O6lOEeqzhAaoA6obJxCACYD1Vhruqsei2ZWfAKJGdECdU2hRDPuUQHciOiI21RqU4MEbI1tY
A1OAIKrURAcojfKuKFtVbBYT1TCzBlIciCg4bo6YR1XEyx+LrEJsFEj5iZKfeUyZ1Xu8g1Xj
VZyuJwCUWBYpwIKmdJUFBjKBMscp17Q8yggNBYIuHAYBP9CL4JUaKp6qwxhAPhVL7siW80Tp
sU5Cx9CLFiQymfpX6ERXLmSmT6Jy8INjZMMrR9VIDBEsyA6qVZ8FGY8kzl9EPOFxbEkrk/oj
Z5R/SqgHaNMq4YNyl0fAgAOdSvdUPqQmAACvcVAIIJPqgTKlDufrWhPtCEyplzsmYQh7WKaw
EZhAUqKtsiVjL/WvaGPkuPqjAdbk9VOiqDGsIM4CsRBeUPJP+0FxmQDmFIwiXaVGqrqyNjIL
BGwXqQiMusZTaLAWYQCz6pwoRJ0Ttkpk9S1lPxcpjIQbVAA9WTySubgNp5q0tUY6rIDIWIcv
DqWB6JiIAlMCwWCRouVwRYmHDa+1XIDDkAT6WRtS5uMsQhpfUeLhdzt8SQc+hVKEe0kAlce2
PdUciX/lQ7WBkI1dwnP1qIT2yhvqUZfK6okJrH83QaVhjuq2qXeCE4xsneSgcnZ0CD6LoTK9
E37QRJEgABfLKNC7l2hOaGNgVU2HGpiYlVAkZZFwgzAZRBlkYDjVTnwLFlE+ak4TJ3wpTlOE
Gk7JzCDYQbzQJsyPHHVEPlv+KZ2eFXV0ASSz5QL42RNuT6ymyeqBAct9atAPEFvREQOVgW9F
+hfi1et+hhHiWR4gMNW/vTEAg5cLka5E/Bf4AK1LAth/1lwr7gZtbVAHTCIsIGEAMGWVSQz5
80WY+eUx1MJsFim0RVNSQS3kUS7AoN6OgMkIECdU59p1QAwPigACSNE1qsVxGFzq+QUY01TX
sGHkrEVAYxYjRAG2dkzknQI7AYCLwyDRmUSnBymy6wnrV+ro+0QmNQWXuqi1UTxwvldYZEEO
6awBTYGhQJ+KABRBDlkSJmQrPO4TVrlcAXt5aIE5HTCNjJ0C5XDNhObFjAHRXIPy1szawq90
xPy+SFqhmz1QJ2XSpz5L22kbKWJ6BkK1HzFjMq9Q4ofmIRoQ75UfKZDpwM6pt+i44ZZkqoGH
ym1YrfqnXbaXB+uiBNvJCwsA2n52XI/RCkNsUY9VV9SB9K40xqV76Ru/9qFqnIfwPcrYi2zO
iL1xGyrYGSKidk4yqs8ol2RAMEIEjRM2NUz+YT4AwsFE4A0RmFh0wDg43QGNevg2pKYwEfrQ
4/QnJcA4OE2qrxcFEVJFuiNSHIyiCEBUJ+IfdNqqVBIeG9UO3qMq2rBm6oEBhqAr1rgGFQVP
I6o1pNnMHT+lN3LgVPzVBaF/jPKmzz/wV7Wsa1xU6un7lzaSQ5Kasci6bO75RrSbjAQ7Zi3o
gfrQL5EhW4mNkCTGoQJzKbwq4+V2+KgBmmFONN0AUITAS6w/EiEzpqBx5pnsOOQ8Kte7adSy
ft3Debf1IfiAEbkcgjxkaJhGi3szqxKJBl2C5HQMm3QIGcpyPdJDLVGY6pjhOIXt9VyLPhB8
dEGKcid0TqpK4vD4KHmqtplG1iwOGVSIJypGU/HCJTol5pSP3kb3YuuZDGxKYI27dDYasvw7
3AoCIDH/AHKRyGlq/wBqJck2/aIVvdOjl1XtUL0qXJ3hAAEga6MonQIipkiQgLWAtqCZTk+7
S24XuMtgJxk6IAeqGhBQ8lCKg7v8UbaaJwJ8l7sgpsALixJEo6EpzlQU16u+uFY9sRpK43qS
Bggl0zXNRoQSrdsuAZAbCNh8wESjY194GfNXpXYEN5LLZjVGXsNkOXwU/BeayPoTeA0X6EQd
Qt04ymx1dM4haHyQDodELPCNQHeEPsjZVgeDKxC5PJsQmll2wT9kE/BHmWBdlZj7bH9CftTB
dh/cgLE14uGMIE1JOc/2pi/HUO/83tQBrAkvhka1qASwLQuRMCWOIRNJI1Qvk2MjZCtrEDIC
49w8SBBlbtD7j9ZdNlGD1ZSXLGP5UAtyrWEdPVZALpnlezGqAsW6Idyo52uwasED5ka8rdsb
EApn5trA/wCCbiH8/wCxPxL7AunI4g9QVBBtot0WryLYxqnFPp/tTAN6j7qNjBZmTtKLRuiP
pKOGUO3xWfCQF5rLFW7sGgj1WF/qoq40IXvBCLWdddU7OH0QsdMhPgFDVvF1c9R9aHcyAhUw
iRhgAuNjIDAei/DtEsiTplX7IB4uwPkV+DgvBIH7y5Ai1jgKtrP2wDr9r9lOC4Dyq9iuSxsd
ghUA5OmUe3V+Wwwie1WBqq2JqT9oIcRNI9GUyApDB3TjBeUF9KuIcHP8y0B3QGQNVxvP5/tJ
qhn8lXhTkxlsp5DJ7ZTmpHUprvGgXORU6BOz1G6Bqc6AlNYEEYKA01ZEiXhRlODLmFaxLeDC
dSjOMhap9dk5gLfqoqwOpKIvg5Dwha2OgCcVfqQuQBbpomB/mXtrjLEI1sGYyENQMoH7IhCo
E+XjKIVnPp6qxzMIcoE4QaHMHojaoerh/RfM7EI0rZr3BZn/AGf1F2o9rkz5I3swAYx5Iufa
C5QF8aDKHGbFgGyie43O8AnKNa3JudQUO5YN29bkguh26tGSA3gYfp6JsMU5L6qrBllPorNk
7eaD2IATu4Oo8J9EEeVKk9QE5qAfIfdXE1Fm3A+6oAnoPuriAJjFfurDdAKo2J5wwqRCH4da
1v8AaIACAANguVgSOkoyCizfpRAy6e2figjAWAt7HRAGvGu5XK13HUgJu2xIgOmAAHkpDqRn
ZNaAVE+S4gC241RvRx3x9lwxKANTQOOThBn41+lZ+Kn6FxseJMTH9S42mtprZQrdnQAOfNca
iDOE9sDpuqkByGhFqsRl0e6d0KD7A+tdvuHAcx5KxrJiPRFn5FnQ7YEVLwha4ijqoqGT9x60
CHbq7DdP4eavEglGxhggRMJ0VysCCcBe3Xdcasa5IKa1SPKU9r8Sd0D+ICCm/ErPVf8AqV+I
XtvUjzCBcJ9lunJCm9SdhKLAkjEMiOPEBPUEAjBRvgiESt/JAEFhqESNd1ohZ8SmqJC4tBXI
1J2UVzoiTQhCCOrLPuCkRuEDbJ1H3UD1yqt9rVR4+7KNLGNDspDMu6dPaH9KoOfcSwGIRYwZ
3XHK51JByyIsG6qAWuK8Sh2wPcAzlDu2EFoRtur9w6ruWGjsPMqowxGU+X/JuAWnXqhUwWQG
FCZDcYTkY2RcMSFMlEWcED6Uez3qPShatgZYfL7V+MDYgh/gE3uHVgv/AFG6ELnS4sBMMuJ4
2A0bdOONejOn7txSmcMhWv8AkFhkwzfuoBiX2TAGcoy4RAKnKDlm1Z07sgTP0L/yjXs6wE/c
t1ZPxDtML9lQgDqtxoEXqHXPozJ6EVGxQeK62Q8XC6o8fm0V7MaXqHIOyNrAWFpc5j2oDtDi
zBxhAXtyPjgIWNK2tXUj+lcjQc2ksjxIYHGsK3ORUQuHyAGSNVatwLA/FkDQMAR7SEKgfk2I
GWP0IaIKAjuyqAZLqZB0TmToiCPd0RNofVA1FZMlpX/41akkBjhvcgOIpcfaAY/xJu5atSMW
qSX/AJ6rhaxuepLK4vRrg5h1zpYcX+H8qt3LWArWGESie4/7PkufbsCajCPImp0ZCox1QqGD
6ogufJEZIUxohUS/2tV86Frh7CXdfN9BUY3UJ9UOUr2kghOST1XuwiAXI0ZNv4QvbV/Vk9qR
uCpg+SesruXAkhiq1r9pwAja4l108PNR4k1DEqtHcXLH0XvOshipwXZtlzaXZ/yubw0hboDH
hY7AqhxlZxsn+Ktc6D6kwr7Qie9csAGqxYfyq/4VzfuFoFSGP2fd3OCFe/nIt/0TiWVsmwGx
yrXMm59Agb2Y5IYnKFKlqGz8WZeWqgs8EDBTd0MdE4cN1XE4Gqc1n1RerFQnJbZfN9aYhPUf
QmXlkIJ9lOFGF5LE7oJ/B8riKj4pzrkIgF62lVqYBtPoEe4S4qWqFCbwGqc/kVtq6sbfK8QU
CY4xCHaOCX9fyQqga5+KGyDpgHZXDN7TKo4+VZZ9k4hlxBcNPqgTD6KvL2vUFwgezY2qZdj/
AMEa9z3uZFtAuNPbVp3UyDJKoLiOQdE1Jr26jjWtcFvtW/mTlQvdonEBceHIPli6r3AJIkIi
0EFEFG1Zs+uFOTkLB8AcsgV5JxKc/BNoU48Ch5olM7VTnIR4AV8kH7hC93c5bQh2T8zgg+ar
VmZ/rTeE+n5JXqi40R7tbYZw2/8AEqUFZ5Am35I80A/5vVAiUzsnJVqCrsGB81HtHmtQ2inU
4QfyXGv0L2XII+pAcrE11dG1qubCT1V61oz5sZ/lTB56FGhcAdGWPit1lgmEOW1XPv2N2MVZ
gq/hVHK9mDeVrf8AFWv3B8pZTB3QeQdU5LklvJGmhwV8/wCf8ycXt5O6AOQhs6Ekr5jU6sU5
tYjqSsk7FQStlId1UaF03RBlYGa100hF7Bxoy5GwA2XtswfM4/lXPtta9SDWwzCHb7hbuTB+
ZN4MmOFCnxvVncQgBb3CFft2YizMTOCrXAgeM+APVWZyEB2yWOfNPeyagBbUp2yJRDDoeq5V
DHZcAfaCHbyVTow/5J03ebgQch0D2+3Q10LD7qilfgE3ED0TABN3KVs+QQCn/CqPL2qHUvZt
2XtDEJnJK4d0Oxcbgodulm7R+yd0O4C9gWICkchoiDhyzzCO4wvl+r7qlbptENiMKE+y9foR
adgmOPCQ7GFQKxwQIVjY+47/AMK9wcN8VbjIBhA0oTuzlX7fdBqCPaLRK/EtNzqV1TFEaeDj
I0T6+GZRCuDZqAkklv8AkiKnmyu9eNiX1he1m1KLyRhe6D4SrA6P9SFSA5D/ANSFgXcbrkRC
sK6DKsbCRIRsCzIEsXz8FVhoPrssOgXYrjS7A5dAfiAk5dk17VP5/soHlX4oNYT1TvC/T4PX
KcwvNWvUcu5RiGkq1LHiDkHcIgxsnAch8eSLwQs/QPDzTHCAlPsvNF8pxqnTZUKrwE32cKwY
Aj+lVBeKsjzmoM/FSK1eMIjtl7UIPVkJ11Tj1T2KjCb6VGV1ThMsoUo7kuWQNg0DWf6UeLnl
l/8AqoqEwAAUeHIT5q2x08wgCXYQgBIC5aBWjILriNd+isSAAxXJvcgdgoDvuuuyfCYaar2D
kyrVmNsAIXe1Z0shXuWBG5MptDgplscMollKIOLCQrmvtcuPIqvcBdxKYruVxMeqyfj4lpOy
YmUy9uufBtFlQVkIjUwExwiQJ18lX/29gXAapaGH9iv3KQHkJ+9YVoMOWEqx7ZltDCG6DqE4
x0UwVlOPAr2QVifyZ8C/5woxqnhlUVbyUH0VphijYgb1/uVu33C1bfK6BbXOU4wnyoTwyDlk
CC1SQ/ohbIIcHoVe14FAY1LK16xQnByhXu2J7ZDDonBcHBRCqbRSw+KBE9fCndAeGLK1DNbN
G3+5c5AsG/pRsDBAwsleXgzqQoUr2A8jhkOdLWrLuyxOy+UJyBCgQt17fghftVa4LhodVFwO
Ry+6qOyIBewB0Rren0f2p6BgejeLKQD1TBbhagp3dP4Qoymt+QAd0AAj1kIAvqiwlHrCFR1d
PgCURyJqWYOmCmXwnb2rpqUbU7ZvXD9f4lz7tqhp45/pXbG1W+AXeYn8OAB5CtViU4hkO0bl
yIqegTEyiQHvSQUaG3LUA6LC9wcbFf4QDUzEf1IDu14tqSD/AEoVrmtWPgW8fLCZdUK5ufoQ
vew5F4dcxAPhnwPXZPqnCDxbwcj3DbZcjA1K9tgfXxnxlcRDpvyehTjw8loDsgQ77J3bKiSm
swIlkSYW5T7rIlSmEsg7gEqn4JBrqYz/AAoV7Y5ZBLoDDBdzvixFjUvUtxwjqMPlOQR0Ygrt
35CramE4IsekohkHA/DtIPVVuPVBm9U1m8wgKMZZiZTkTbVaKfDZDwlC4wIXFnZBBSmTeAqT
JgBCxGVJyiQDhsL2BuhTWapOoQHLlUiCf+yAPbepnkColNrsnHhsplOJTqU+ni5WMqGJKa09
VyZgrE6S6tYYOA76KAsLkA/RcttFEFO0nK3V63jkXqDGiNTBBf8Am8O52AAK3BqLudQh3O9b
jQWGnVOLcPRVHI2cmSGwjWtuVnnpFUNEO4KuaGR0PJfhYd/T7SYaJme2wwrF3cP0RAx8V8v5
/wAvi2ufBl0RbDv9CarVrXJL6oUsQSNQoGU0L5XZTU+igEr8Sa1Hyv19iw7L3niQ7FkCbOBp
qtSOgQrV9phUNSzv1TNIaV+Haa2wzZKksVxuGP5Eo7eEronMBAjC4hoyn0ZEhPb6CrEYLI6j
HVbkJiUwllhCxDMmBlVIDsQ/oUa2s9O4xrvP2VTu5NYtUdP+6YACrMAqdw/NZz9KIJZp+BQa
XKrUfZJVeWLFk4RodVW7ezuE8T1AQAOV+H2/dpyMLiW51nMJmxnwr2+6WvhdFhSnsWGiz9BX
tBsnNI6lS1dg6qHDzhE3MnRZKkriMmFWcDw94dpEkL5eXqUfbHmU9QG8z95Dti2PVEFyGz/1
R1ITaKurZQfwlSiDhMTJ0XtD/QvdCcFQ/E9ELESdVxFnGMI7HZfhiWyET/8ATeEUEN15J7FG
rphJCpW4cWIf1Nart/gBhWszq9v/AOREFrcvRV7Yq5OgP8X2lSmwZkD3LCtMl0fwz/jrUnkx
b7NVesNWxkazZCw0R7Vg1shOFXh/6nbsLV/5/wCxBwBfVfLPmnGUb0HsyeiwufbctL/eXDvt
Qw3VOJWwTGQpqPgmqEbM4DQFLlPbARYsg0jVRO65WcAOfggEExJHkvb3LVr1bKP+UtaHhMe6
ScovZynwCMovYS2SFn4Ssho80CuiDLjkmITcSKnVkDY+7QZURu6CY4XuwhWgNq1OGlD2mMoj
XIfKe1mfZfhhmDepR/1TjKdW79CbdwH/ANMDIBQrerPkGE4Dv8E8yML8S8cJA6g80LG0GsAY
ZYIbRDufLYGD/tXKk3Ys+697im1R9xWNagWFZVrEZJJKeUL0sxGqPIAEbeE6+N6nUFmWCrcT
B0RabaIciH2TEN9KYeDo1H2/0J/pWE4jwbVNYSxn+VN1QGngTcOAh+ExGxRBYaOuVy640DtE
9F+LfucejPhEju2Leim7+i4hNurXOgjVAdz3EmFyEDDIXM2eFR6vydC2H08G2R3Vu5U8RkhE
Zq0BOECVt4Nyz0X/AONYHlLW3+2i9eNyGFhohU251s5BIkfsoE4TWiuurhG9JrUMHiEAcnVU
q+WeUO1WQMleaFO3fhudwpuLg5DMhV4ML3lxpKFXZ0CZcOEIwmMkLzRDaeDGei5CgnVlLF17
g9dlxNSPgv8A5KPNADIWI2XtDbunkhCMlEDJRJ/VLH+VdXTeDHCPD2WOGR59w+iLk26lfKPg
v2Rovb7X2WXO6nKc4Elfh9skVqSD1/lsn22QIyw+pAaoGwj4oEYOEwhDk86oXEgpsA6K4DBi
m03TEkoVqQH1Log92r9HXIdwEjQgqvdHcq9ZADpiXI2RpcA9SMfuru9rStizfqv7FM7JgSNH
0Va3MvDYVQAOZALnyRrcyM4+8vlt/t++nAJf937yAYl9I+8ie3R7B2Q5BgBAazf0rIcef3UO
3YmwGZ/p5IWwfRPVzU7IEOCrAzxDr5ETCYMVMkdUTnyRNxIxovbA2QIck7IVLi2+q4guw1VS
2dEYYeqADs+ZQLvMkkond04jr+QxTjHhIQI1RDeECVYUBYhiw0QJhz8B+1yVhWeoRvawtYs1
Y2V7XL7Y/lUSBoyrZyLVE1fdWJOCGxgp3HKpdvRWpaeAJHkrGrAgROftI2OSAC3RNkJxHmgK
0qYZynt2xbyQFMtIcFXP6oV7ke4n0jwHeoDyMWZ5TMjYUsw1ILf7ap705kYgoA9okMwg4Vrf
hGrzPJN3aT5kJiCP42/5oH2vkPf/AO4nF+2LfvV+8hWjXFs8bCP5ETzNQ2pC4cR3DbFnlP2Q
4OaifvLh3e2xGuEQPbD5hHieRIkhlg/FGSTv+dU3Jn1Razp+Xm26+ZQcZUH4oCOpZPYg7ohw
AMLjZmGqIIAfCAGsqoOSiX/KZBBY8TuQUfMq3EzYNup1yuA+U69U7w0q4iXATDBGu4KNT7pY
qnc7INiWFh+z8yqa/Z93nPPgu4MAmHUS0qtbxUlkDU201H3UG5A7uhaleIIIdXrUObNA2eqI
7ccbSPNCJQF9C6PKokvKNe0zDRMwDbJhCAsQ6fL7IiQd0OdiwRlyNHygWYjyXIOwzhNoN0Lh
n20QuRJ2TAkBsJiwqFopjo39ygt6f3KLGcrJIEMgJLZTMT6os4ACmAUzsBhe2QdEVUvJMfFD
eAVTo31J90B+VunXXxoRpevwdXtUHeN/aiCMJ9disScIh2LYXLNtFRwxcwiT6Lt2pXkQwIfY
K/fJcEEir7BEjWVIbquui7Ztc2La+dkOLE9f+ya/bZjBCawjQqxqACf0LlcgE4BKtWKgGJz/
ALERYgF8u7osIOFj1CAAYlByW281yBYtjJRhuqy2izLwoAIOXXuqBsjbM+5M7VXEe8GQcMms
WFdW+ZG7k1GF830KPCIKbVF4TWRIEugAZCNrMdEOIHkVEDVUNZAId8IdsBiJYQh6KPRT8yn8
ljlP+QOwbj8UmrV1n5UeV2pXI0+yrntkMSWZdUxyibQdEBsJ80atylwWXuHGttolC1C7+0yr
V7TDt1iBn9dQg/wT5VAbn8Gp91ZIZ/1E3b7ofUFx/Uq2pYsch/ajy0ZlYdo8bHUfeQtcnuCu
XPKUDXtls6BBu0SBsR95cLm3IfK+iFn6WC9vpuhGN07tugxfeEYZ1sCnJjVPU+1sk6oe3leX
OiA7gHkAi1fJlIiw9EOEjXKwPDpsoCkMsgnZeaPEZIdkxLHrGqyPJQXZHz0VGEcs7pxoJUY0
ZHdD8seN+47cQq921/mvUl/4aok3ehLif7lckPV4TnGgIXthsqJ3lDP5/tJzA+KH1lWp23PK
S05VqyGKZYL7rqiDATiG8wqv3CajIhcgSToNl+GPlt8wj7qYhyvcGTcQVz7VQL6j9ZGpBpPu
rqhYWcjA1lMPihxBZp81qPQp7F9inM9UCWLZCausbrrqEwy8ryh1FSbAy0LkdBr4PlOnz0T7
pxlddlZoUzsp9F7ZGqYAucFU7drgd3AGrq1gdWZBHVBobT8pwVPjehgESfXkjuCW3QA9UKxW
wLksjWo9oipR5kMfqUWA6Mfvo2qPxK7CCP4U16kHYugACeiHd7oHO9fXHP3I3/WLrzWw0UY8
07x9C3HqoQ7fbEle4i1jqy6nxhfj9nIB5AfwqtavyBQqxAOUA7iGT6GAF0TCCdES79E+CVY5
J18kwDEySib7wnIgxvlMS8+i+aqb6yfvKR9JU0g9URw8pXyItVuv52RBJD+f3lIJ6pi4LuiD
hEEFziFyEEYKFrAniTYn/snrce7ATA/lQssvcCzw6HCGQrcEC32tFanIe4QrU2KvbiS4Df7l
7rio1AdcuQ9oY4TCwqdim5D0QY+0rgLCtnBBKtX/ANwxtUAuJ1/bqhSsUpj09qchbJyX0ZT4
BtcrjxPQ6IOQ79URVuUyURft/iAy9T99f5O3anm33l7bAHrCj4pirWoQzmw+KrdvexcHohao
ZhIKelp6pyfrTEZTEZTAyjylRpBCDlnM9EHmXHwsnDklln6R95SmTaDVODAQOBs6wB5pznRk
8+Slwmz18GZyUJK5VljuqUvbhdmILs/7yBrYEbj8hsG0PsiKf5B1JT9wkPoHXImNl1XuAPQy
ieUF4VRagNyQ54j+rihXtAV9G/oRHI+hKe1iAMunN8dF/j73E6uWQHL8Wo/a/uQNgQf1TIQu
/uLhEUPI6kxP8SdynM9SoldfJS8oUpk4TETGyZnK6eH+QP6D/kv8TN6BGpBRsC4GULDOxCrU
H0TiAnDAHLIWEjdRnKLluqe3uDI2EBnTkwd1HyhVqPm1CcRxz4aeinVcSGdBpbZB48/DYDKz
ATlYZOgSM6qDB0RbVYVWY1GQ39KJt3K0IaLHjn95PU1sOhdSWbRUFL/5BYDi2ZTk+8qTAQAE
fkQHOiNbjjsiMJnhPSW2TWoehTEEaE/3LiALVXC54WrI8yrVuC4J+taupI8sLr+f6yA7dDYn
DBA908BrXVC45XtXDmP9ng/jCZ2CeugyiNb4GqBJAAyHkIWqzVkHRSACyJEPkFcLgcBg+X6y
cxsERWG9Vx1RGTgBOYbARIDDqgILbIyzxuFkIjVMM7p3f6FGvhupxooD1fKYVKDgoNJP2UKE
EEAu64iSyLnouJgJsjdOzr2AdwGCMZR7l6Gtv1Hcr3vTuDAtCapd0Sp8HwBqiO0HO5whY2bu
ZxDhDmHO+FydvNHttYCxPugiF+GO4PxDiu7ocpEwESYqfoRp2y4ElEgeuir3KECwAFkKMWeS
ycW5VOS2P4UASS2ZQFRjV1HiyfHj8zdVxpYGu5C99RYiRorWZhYk/EoVAjVchJU+gQIJBaXw
UC/onq8rkYjKFcgaqfaNyuNPd5InB6LiCxfK+ZG/0IAADdMQpAjVEuwCfCbue4EGNF7KgAkw
WXEDthv2aoCwqDo1QEQHPC2U9yJ2AQLMuTAAhw3VNqm0XtZiia0q41IdGYMMhYRYQ+q59u4N
RADkFfhkN3afMN2+ZNbOFtujSh49unzacuSw7J3yhStmrUz1+VV7YDjlIw4ZEkBzIIGEbWLh
gxOQvdJ6yrnt52OJ9qt3LkOS2f4kaXD2qWs45R+yv/1WoLGHCHY74/zvJZw5/bXt9vlhOzHV
l7SsJvB1mE/h+hOUTYe4j2sgMVrBDLLjKL7u4Xt+lAEoWwyHGRrouNIJ6JjK6I9ECA5sWle0
APlfMjxl1osAg4lNAfq6YkfFe67DWEbOL9shhoZT2qW0QDF02o6J39vcJ9CnBC9tQfX7yoeL
GpAJd49/2VyFY1MLjYe4dVbuWq5A9oP9qFLhwfrRsAmEEQU30LnR6dw5sE3M2AxYs/8AuXs7
pfZdvua2+ZMrXqWNQSrd3uZkk7yvxO5blXJRYzooM6rdWJw4ceqBGpdc/ludRr+8vw7Bu5XI
XLuUBsMWwR/KvbYmvWVjKBGPCVOUxwmTBSoTHJCJFmFYgIHNckbqHA11TApyZTkaOApDRCer
pzndOmEjZE0D/BcPlNM/vKPIkr56/AplM+EhQPBxCIMqBmUGyX/4qwsHa1mPqmHhxuHBRHbq
xLAIWObHOqsCS7QU+SMFcyfdr8UO3UAVeTqq2tJK5PDwFa2rEgq26oAHYIFhMruOGg/UrVNQ
AAE1IdRlTNbNK4anEhcLAEFcaBg6lAuakFwQuPdEiOQgf7lx3wt023gAnMKSzauvbaNwUwuS
oM9UeQZsMmqAWDOswcoyRxgApyhY/BQuohFjp4eSw26YFOJvYHPkhYZvNj5qxDgHbCz+Q6ym
dGVYVtomIaMqpH5zVca15ERn+1T2n8if/wDNA2DJ615Psn7lTqwXOgciQE1qto6HIuDgsrDL
ZQtj3Y9UAdELVzhlEQmsHsdQrVFuKHICMlMPabgg4Kt27ElmAK2bVNUfNmURaUDx5vrghMHg
YOkKMbKQuTLD+aesAy3gybVAC0F3Kevc5E6cWb/ddFrj4FM2C7tZFzFtA4Zv3kAav1JTjsli
45P/AGp7Fun58UYBZeaYwBqpDAL2B0SNVxeFMBQwUSUO5bBrAIXaALBz/wAUQ77ugXkafnZY
+tSX8ZJPqsP5uU4cdHTAI93tmwDNCALkAGREqsPW8eSgAE5I8BTtvIBh/wBpZudmLI2POrZn
+5DlbkBkWXHucanSD/yqq32syIqWBVd3dZ0U6ap2G+QiLEA6Jritj+6//FE17YBI0DI9sCAY
Jz+svcROCol1+JUkAFz8VFnILHP/ACXuwF3A2zH0RtQnyJdN3GBVqUtNcgKHTklTCd/AO3qn
5B+n9tV/+tRx+tr/AL1/l7l60OZ0/mTX99v2i5T27dQBgsvw+0WoIYQJUe4jJUn3IEkgHVAg
wPpUhn0RFmAGOq9sDdOc6feWH3U4VCak0LtsgAGbEKtHaw/SmuXOjqBOmF8p+P8AcssvmC+Y
eQUfUfCCmAPwKawdG1as6a2mMoNhZXK0kR5BMI6LDoi3bBfOhT9qp7d6v7ST7v8A+zij2u6S
avyAOh/WQaeX1okniwLJ3chaz1Xuq5GrlNWoP0p6VFbeSHM+3UMFzYHr1UAMgAedTDHIRBsO
Vp4kqor8liCTomFhbcK3dAIcABsLcIEBzqnBatsg+a5DLLKwibaaJqZ080/f7rV0AbVcyamw
1NkR2q1fp/1RFWr1GUSby8FAG8ME5klFofKYV9UCHMMUwJYapyS2hyv9U6bKx6qobkHkCYXM
V4vgeS5WxsuV5ObfFMuqz9P5M/lOYVuBcAxCeoDeq94q24XVeSHMGHYjqpa1CIv9r+JC1avs
iSGLLiSB1dM+NQiCHbVAAMPpTarV+iNTRhv9pCtYbKcBhujenz1PxQFgcvMoXDAjYR/Eh27k
cj6LdZX1JrFRPQSp9lTtCINnvXIyV/jABfLf3IPc+icwoDlF2BOyj1QksoyVlQQEAT7/AKFO
B9aJwAWCAzOi81AJePVH8UmtjgA/2p+xaptqLF/+KPa7oFe40cflP7qAc8joEwsJyTlTcNkJ
hbk+wXy/R/cvPyWrlYsxw4Uux8kfm9E4dtist0TkwVJzsnDtuU1jAXIAdCyZdF5oipAfdAUs
KtmUedbXAyQmIILaomoyWBUjGSoLDZAfmVLE6lBNlNgnCcydUykQiGD6IGhAbImURaCNUQLn
j5pmJOpDL/MS/ULka2jDjP8AuX+Oto8lmzHdOXTCHhvBhnDoAMbjOycgRMIQ4/aVTUAMQCBr
CIDQvJOZRaHwuqLvAUa7oEfPEJ6uDqSuXctAy6fskWsNBlDmJqdVVwSDqE+miEsHTi3EDLr5
z8U7FlILI1Afz/qQ4kdZCPu9BKHB21aERL+azaNXTWkHU4XGtSajQLkRDwCmbw/SpRtY8ajJ
KixttB/5ICagSzqlcjUqoDMBhe4wrcXbQ4hdThAkMVMBROyDn3KS6d0yDK7CWhcSHu5IP8Sq
GlpWI3XHJGVX/ROR5KIJxovcJOqBFWB3ZC1qjjq8IAVZnOwWA+qP2owrXLAFEWPkNFzFQ2sZ
T9sVpGOqNLVIt0/tXARu8IDugGoIcdFz/wDb0Aq2QwlcdR9aFu41jo4kfzIEhqa2GB+8uVZr
0VO92AO2a294r7fb+1xXOp5WAn0ViYAwFMVGy9sh1LtsslSC52ResI2Nc/n+onFQ5zhv6V/i
pWwOSRDpxWtW8/vJyWG8/eQGQHdn+8gwdxKmrFvJCcaILyXuKJpX2jNijV3f4KfoR4nkvxDF
K77qNE4ychOGfZe5gVIPmF7X6umZPss+EGU1iCeiOsJjoT9adQHKtYg1D+S4yfMD7qer+SHK
vr+dVLnzZez3EZGqrzqO3Wr+ZdQXOJWWGqFazUSWMp8DqQjWgYUf3boVzupQL4Z2RIBnVlbv
Vd2DrgaC3bLzi3+5c6dv3CVx4gvksYXFuddQZhfi9pjT/wCpXDD9avyrgC5tCvUj2mQyNiLZ
iF7SZ0hRadcIUr7l8pUSDpqmIbZOx3ZSi0jphOFV2Qu7AA46otJOrJtVifE3vIdh5o0Hto+H
RsMCX3QLYQLaq9HfYInCDy6iWGFxadkwhMndMNUGkJ/q8I1TH4KBB2WDKdT4FOndfpZHX1WJ
+Kw480bWIGsodnthw8kFAnJAhYdAEOTgL8awcZIXPIYH4oh3BBB2RBpFBwAHmgRsiRrkIFoM
LuGrYkKvHycdU9jAqAP2kCGVmGCiYCgxEhZPxRqRh0AQw+lAVBdEgF23XR5T1II1QA9T0QuS
5MBvNNqZT+D6DwPaG7v5KxsXALcQZTiBpUogQU2EaGTofNO+UCZGiYBxomIYJgVosEr5eiDs
mGU1iJXCjEASdJRqJFoBQ66ocimCj8g30GWXKlZONSjyr82phe0GcvhG181DgBAVBFB01XMg
uU2IUz5LlqrB5IXAgG5AjCFrxYuW81cnDkptESiDELhXPcJrO3zIDtlzicIDuTc7LqrNBOXT
vr+hBy5DOywUWHuILL3jLsycAfEBEkhh+0Cv05UWd4KchwYCr/7cmKCK9T77LGNVJTFEXsK+
a49s8+uit7g+kYT2YTK1LZKdiCFUW3X4nbDEGZ0XE/MJlS77PH+1QOICkfn/ABL3Qfz/AFUG
DpkXkryyuUA6FGZ6KHBOSQgxPGudMoMfb5JjMqcpjhdFlcQS+7LgbE11dHgX6EYb9qy91hVt
X+6mo9h5MoqTUw0BTX3eaFdQseqOpTgEBf5LA2mShWeGp3A/ZXHt4hjsP4lyvZ7WmOvg6te5
9tQ58lQdoca0f1NlzAayqHe7r3R1XIZOqa2/kvUL5VxbIyuWtZUHPVObH4oh2ZACG1TBiRhD
vBjYv9SdmiU+6O6sR3CajLlcLHl3D09spyATYsPz/hXI40QtoYbomAQOyIqWrqhU7MSFMxqu
IMjRk+mi+UWfUocQAF1RRYO6EkgJh8yYYaMZTUl9SuNiHG2FOF+lOoHqnJL6DREiSFzJPuyN
JRNT/j0IyyLSCuJNnGVxqGbUyUQA+rouC5XGo4h8hEM53KYlhsAjSoAFYzl1W/cJN2ckJqE8
AGZAZjJTXM7ICoFu5bAILfxI9o8RU/MQCD+78ynSVxJk4KpY51QpL5dMfQJjkymD5WD8QgCi
Wbqq8TOSUanBTaM6gsUXl6uPNHuEwCxA8lBLBSMYZC1pfVcaV4sG0XPuPcgvxEAlcLAVqTgZ
hca+UrifQqBjIKkQFwAYHEoC7oMFFAyhuoZQnsXHhOVAU1FRu7p8k4VKWl5bAUBm9UDaU4he
2U9o6BONJdRhHt9usnXouV7RbTzWHJ1MqWAVSCX2R9yEOfhC99W2K5UDJi5dAvxhgFEOZO64
j7WCqm8tsh2hUkn0CPGoHcP2k9i9jqVmEbGWDhOgcNhO+d1azOMIPphE8pGjLP0LkCiNSyYP
GmE6cCCpkk6ynOCGhEUJFX1TWLnzTOz7KoLOA+d1GvVOchaIioxqgSCx36LlUTghWJAIbaXT
4I1ATyT1TFMMokEk+abB6JjW3wQ0JTanVDUb6oBdRhGxBsWABOUznrohUaZdMtlBYDK9p9o3
RAMtJXO4BJGqIwOmFHxlO84DoEQseoUJlFiPIlOb28nT3flh3+8m7ZDGNAQgO4DYjy+8jXte
yuMyiXcnUyUdX3TFBpnVBod0+myfKJYFHlroiQWHRElgdzlYPwCOj6KTDwU4L2XIZ1Cawh/J
Fh5Og8gMwT7ALZ9U7SEQXI8tFLDomAjdTKcfQmJcaLjV2JnorO57ZGeqBqIKd4OgTipJ3T2+
lcWLHCf5VstuqhyPL7qLlTyt0CY+4nDafvJ6DixklGXOpTKQoDo8qkBQQOi45gEzJdB7gkpg
X6JjnRNknZBvVSW6brGNVAJU1PSC6DiXxqs/FM+PispgJKZjmUIJ6o2AAsz7v/Mqvu6Fa/L+
lSUSfgoGc9FJYnQwocvkqpdgdFgog6IW2RlynO8oAa6JyG0VraYdErDLJcygwhtEQcvhM0eG
ZZMSx0CGRuyFRgKdNE1NVOeqYVHmyHICNcf8l7QG1UEMUQMb6pw7bkqLOdk8ctQiw1yuJOrq
PBnZaAbo2LGrwUGIFbfn+sjc+QPQL2/MuRLbo6iWKl4lMzQtwES8jREuak5Wp6hYka6pza2Y
ws2PwRtVydl7gzZVbEM6YZKtVjBZ53RLswUY6Jtkw0TOHOU4DghMCY0ZVczthZP0KR7GlUww
RszEo/WgekprSPqXuyCzBWNQwthwyFRsmIaIAynEkZHkuZBPJOfoUkIAS+y4ANYCSUQR7rNi
U1jxfD7rogfzdQI3CAOOuV7h8E9hCIpXi2rL3OfNRhAMfoRcgvDZVBUQMnRRjVOYH0qHc4TG
SnAjqq+5nZvNDtVLcQ1m/nQh5VrseCFd8OmLtgSq8XJ6ZTWBcaIgYP5+5cYfQhOUWEFAM58H
tCPbrVg7SgS5aTOqdkRVpXEF7B3AWIwtgFyEA7pxJKcjzwiQ7HDJ8Hqh9a0Rb8ws4wg2DkoT
7dAjyQAJe2Z2RvevIs+6IFQCflHlxReDUsQicAgSiwcSiTV4JJMwjbGzI2g131VbEPXJcq0B
mg6pjgqtvtC0fBGlj7xlGpkYYr2gDfRZlOPigHnUrA805x1RAYnRPBI2XLlKcmUDQgB5GCjb
uGOso8DAEFHWybuFzsJ/pXc7nc+UA8HwP3VyFn7hd3QDe3VoTWqC4l5VgB7XcWCPKzwnAcDO
ExANwvbWdZYoCwZpB/uQax+K+az+boAWfzBVueXde6eimo89UwHu6KcoVoeI1bLMnsH6/fQc
BjMEIvhMEQcL2lmQOX3lPWf9Fqsr5sqzYQbQYwU4+GUXg6aOgSHAOP8AqgAGIDMj3BV7BnCI
PtJmQibS2Jwhah9p2lfhiz0IkCMpgY2XymoIyY/2IOQ5AEIxhAjOypQyHJKHEQdRjCF3Yahe
2v0I8YLzKYu+wXIjj01U+qatLW2hcqeweQ+6gDpjzTCJT3DvqUGwE1IfaZRL8QdwncWVhUcw
Nm1R4xYFrMhDgZCqGIKIyFWlqjhd3H7Pu4+1XNKE1GLBzoosakpu6eJaLFOLC9T9oJ2eEXq7
4QIqy9wBKIbJQYQgxxonJ9EYU6YCJsWGow5T4bRlhYyuuiEph9lSW30UYPxWQhx+CZsrZ9Ue
WGd0NgIH8yNWYbOrEtyAwiDL5Cirgh/JE1uBbBqVaxtyw0darLPDIWsRYiWZciCKjdRjRCPV
HdGpg5BUo7lNtquQ1ynZluECDA0QcM0JoK9oYDVSYRhx5pgW9UQQYwdl7i521QY8atuUKkEP
rhMPaH+KgMQg+6IVM+2zfRxRqZ6L/G1DrCFuHFslPaptRMKGdMqt+LAy2FxdpcoT6qUzsUxI
HVHlYONE1aHj5/2qKMTkv/auFQTcySmEkojdOcJhIXtgqfd8UeUjQLylZTtCymw2F9TKcEIW
yAUbVMWZ+hT76q1ARoXRcSmck4ZDuGsnH+5c75Oi45XJZTgoFSi6FqHGiPbv7bjQ9P1UX12U
OUwGcpzoonzwpRGmqAZggwZddwhbL6rl3CI01RsQBLoAKr54o8i8x4WuJp5ygRkSB1WGIghN
lFgPdmAhZmNZwFBZSxRqKYTGCgPpleaLltUwk9ETc+TA5/iTB4ynEDY58HddVHl4FwSyNmha
fn/CuLyVAey90jcq/IkjT4qCxGiGm6NQXBGOoKAXtk6oWcAjMIFgSOgQGylFgp9fEG54glgo
kaL6wnGFy3wdU1p66omhHlhM7eSY/FSZWHRHFkRNgS+6Ar7dwp9tUSIAwd15Qmyo/P8AZVfI
J/HohbtfMNMcv3176mmk/wBqfxlE4K90nyCJoReuxU9sjrB/pQrali0YynHZLHUiqrWrD3S3
km0ChB8qcqM9ExJTiEGj1TZ6rJWCga6lFxPRWcNGFhmQ6pxhBi1tHwjqTMSiNYXKjSzn+Kir
cagHwJ1UCdk4C6o9u/y5cLhntj5baodUwTY1T61lfiSDsEHqO4D+rB/lXuPA7Whchap9VoNk
zOAvcOI03/3LPU+i5VPI6hfhwKDCxG69pQNrAMqVyWzoFyoQWLFt01SCRkPK6+LH/wCAfAg2
APX7qLSHhPjyTr/VRI0GrpzHTwDN1T6p/BiYTgYLry3QJlxhMBBA1TCW1TFbsMdEHDK3G2J8
0RaGzr9qi7e7MfipXtLF0aWLWGqyidl9ScmRoql/8YkDcBH8QcDoScoWBhGACQmJ9qBqWfCP
NrfWm7fdtSuxn/kuPcM/rD7SejWPRMaCn7SflmEajUSUB8SvbKgM+i42PAA58ijbtkcaVOFw
Pupezk7RxR7/AGALuPdR2ev2uKFg4OoOQfyGTpvDp4OiBNk4rytoHRvq0AaI1qIzyTi4I8la
5sPYCd8L6yum65ZG6fTyT7rMjwwuRMbIAeqbfKJ8gE+XCJEDVsqSdguIM4P9SAcxquQcLuNi
wB+lfgmWMEpkWyJVe78fgozomXki4RtYA1HSQELUmp+hGpJsNnwgTLxOQpD6KCzI9NU+ielm
rthlNjYkMcoNgInOg80XON0buOLOQDK9pKOS3ohcgVFg4L7+5Hsd8cqmD9oMf3kLUnt3D1aN
eKFe6SQQwKeoZ/yOvhqpdOQvawC5G9m2dNQMD9omULdy/I7I14ixtHJt0OFQIk6lRpsrmOJq
Y9EXZtWhPgbLiD6YRA0yEH8Ay/8ACPkqhEkMyx81h9aBrgZCcTumI8mRIEbwscvIsmHopORJ
XExxIYqp1IdHfCPaI+XCj5hkoaqICZ40RFpBhewRqEbdreavj+ZT7W8l7S53ICAuH3wvdD6S
o/SuVGJKkzuQT/Smr3HOoAI/4JgTe4moY5R7lqscADJXdsKsAGo53Vv/AMmn+S0i2fb/AAoD
7JYn4oVGKgADyXK9XO+Ea2BIMSTCN+37u2DBcAhCvcmo1QJJqfIph3PoP3U9S/gbaBNROc+i
BMnRoWWJTEEvlyoArUaBAN8SgaiBo6Zke5Y+2klcezNWYlm/qRK6J8MiX9UAJXVQsKzyw9MI
CwkIge1suVUVli6MCcp8+X/Ve2CmJWr7ocVWlpdwfgq2J9tyC3l7ECAwEfBNhcsWXnkKfRH6
k4kagoEAAbJ91HtO6It9C40cdVEjcutXEPKA5GYXHkfigS8pq1Z4eVzM1HzBVJBFS/Hp+t8y
uO3ixDN0Qt3CeT8QRsPcu53LaMKj/chIlMQCHWGllMq1mNTaXqvbYmrwmoWPUIWHHGosyfuA
P0BRq0FNTB80/c2XtAA28HMlSn1WFAcq/aH/AKbz6FdEQIfKcY8JhtEybKb6VlbwcoFn6Mud
nbQCELARUyN/sosJ80SQmtD4KYZ3U/BH2uq1OLS3ovxTBoHAHQo2rgSQhDOFGiIxsmsQNlJd
OcofWhrumIfqsLCO6ZmdRjqiST9SN+QMYAn+fkpHkCjtsuQAYBqhtVYkwQq9sSJLkaoM4cyE
0jjX6VOqtYGSgAZO6kv7iPE//AYolxHULlS0fn+qjo4WXyuqYrEYRAThZ4onR8oAGCsJtGlG
YHg1n42dnKn29EZ5eaJ6wEzqA4QORgv5oWqA+hQBAJtBeURUcRllyrFtwjW0EarLoGs7oboE
6pvgpDLDrELDJ1jwEOUa1eMnonlfhCTYdcn7KoLVa0mJ/wBy/CrkAOFWpLAaJqWgo8yTDPLr
5/ivI6H91ACQNghYnJ2WfrULHjJTmyAFwGUXf4pu3AbKPLuWfzRJLnzQcQSf+KbRCzYMn1UB
QH9fDCwX81Ml4UmU1pZY+lB//CJMbKRjUDROSZsWVScEMoXHP+q/QmDqSuLyDhAEy6Nmewwf
JNWxDHGiDj3EfSnJnRA2tHRBh/EokdFiQZfxbwjw3CgKQER2z7tOiJt7bFjUHornkOrf8V+L
YPydyUBTGxlTIOJ/tTgh/P8AtRBry8pXG1WOkLlQ2qN2f+qq5WIcasgBYciMJyuRsEeNg/ov
/UD7OvZb6F7rkD4KST1TEjyBUnRPonXIlrcjn+FeasRo31oN6rVOp10WjdU5q7JgJQZ4z4V2
YLLBGYZAgbEoGIgKJdB4ymCJ1WUbswj1VScEyowuViwd4P8AaoDGoz5BGlmbGy9pjVcQJCgl
xkFAb7LfwjCldE2vhBQt2psSx6BWNyOQA06o92TDAdU9oYrhVjWCTq7I3AkFpTAYyidDuo9Q
hWokaFcciZR7Y64RYnnUPnVACVYORCNSWH6yfPVM/kFIeJRAjo6Bq58ypdumy4pm8kTYN7jn
yogreSjQspWwKLSpHEIv8FiHh17SS2i+WvwQBgIjDLzLJuJ5aGE4Mg4OyYLLFAk+qjClC1t0
CPlMhcqnjK42cHc4UEF17WbVCA2jI2pOkL3yDCBtqXAQIhCJZDp4modwixIJ0QeX2Rg20hcq
tUO/xRqxcy6FQJKc2AO0ugHD/BQc7J9VyeHBZQ5BRsThctGJb0VjqR+lThFokBNk4ZMDGoQL
LlYcq7JzUh8J58imBMIGrF9NUbiAC7dAgXc7IKzyjVsz9NkGDJsIPIGVxoOsr2kPuqi5FgfP
K0L+AAKPJVnX9CdmfRGSnJwjtosOsIoNHVVY8oQqD7tQUXq40wUG9p6Qmu5bVQEzJh6IAAWC
a9WHxQYMsN6qR4EhnOrJ4Nt1IdNxDkyhXiB/4VBWj11Pqie5UdIT9phdo0Qr3WDhxqn00XQQ
iwnREWgvqjbIwrXLAMUWwGHxK2R1lECCUQfmQGpQJTkP6J+AI9ETUBxphPcariQRV8rkagBN
oiNGVLaEfeWw2XLCbBscovMaBAKrriKuN/BwHUBydA6HMMRoiw+KwtB0WyGy1Qf6PAXrIIQ0
ZD8VgNw7qtxYNkj0QtVtwFLP4R+ROfB0yhdVKBafTxZV7dQ54gknT5lUVlcbBmOUA8hF8krj
YQ7wudgQ+PVPv+g28DCD/MgTlS/RkzEgYQGHRAkE5Xv0T0DpjBTanwxCFtKyn+pPkKtR8UXI
cap901ZZMclf/JPUwU4+YYKAMudfL9hEGXQGmSrBwGl0QJIUp9MJvClWgn9Ksx4vgpstoozq
gRUWA0IXvoatsUQLivmnBBG6IcFYjonQIKcwpsB5qLArKym5h9k/IN5r22BfqpITgciNijaw
48QK6FAO65PBwnaNSFJZNpuvw6VwzDyQr3A1v/N/AkeScuNiuQLj4IcdMvCexZ1xGN0aitrD
cBOQ3QqTjwNqV5HRGOJAc6+FtGyvaXATfQhU53dEb9YQYhBs5Q32XylC08k2AVBA/OqbO6Eu
zkNuiSQ7M5hGcyjqdE2yeAuqzjIQJJbEIy4CYapgZropofREMwG6/wBE9njYIEQ2+U/F7DV0
JkfKELH5m0Zly9xPUD7y5Gq41ozau6bfdF8HBRILpmg4TmsdE4g9UwD2yQuPcpapGrZTGxGz
hl7TlQZU5WPEpq1fYqWGmUxsG6I8iT9CAqC46psLbZFyiLFyNBlNSpfqjeQCNfNGq7lTBAdE
GMMsN1QJdE1ycPssThRlAa7rKACHREmQ8Nn7KOm6ArOzoC0NluqbRQPIqZUwvqRJQBkZXXUo
nbVVOhI9XKc0E6Kv4Y42taT0AUfFEZdRAC26pxJw6x5LP6U2iJUaZUmEQRnR0BUQ8urC1Xq0
PP8AWjYVAnRcq1ax1QPEW80faxQoARMkEomlyZ1lAWq9dSG8OIs1XwpLooFRhQvdYD1R/wAg
ceaAo9+qIowCY3M6BG1i5OqfKrUlwR8qDK/WpTHDQyZ/amI8inEWGuYQIl8oblYnQrCBU6Ih
zB/R+0j1Q+K6pjkKPguqYpkORg4XEj26IkQCUxwu2dH/AE+FO2J4h0zeS2dEu40RJ9AhYMxQ
1Hg4jonMeSPGHymIdAiCvePcLZ6L24IlCf3kDUOt2WMyiWedU9Q4MlVsMnK/DHzR7tVW41ZS
ja2EOIjZH241deyzbBl7rluiIfqXTJj9CfzTMB1WyY/ZH6U+yu+xQAORKBPooRNsYXEF9lnC
lf8AhcTndCXdTqVxlbD4ofa84QA1lGcJ3T7oB9VwHzEsCVydiyNq/Nug7B1Ry7YPr4G4DMwn
yT7qBnGyH6CslCZKcBwMoOM4Ta6bJiZOiYnzXTVT0XnZkYndN6Jt5TiN06cYdCrYD/E/2qtX
dlY68iyoSJYfR4E9URofRMS+qiAPBiE5nool9Smad0KqE+A36ULdArDoVU4cEf0ptUHLEQmm
Tle1bumMP4OyJADJti/9KBPyo1qAeoDnCYk7uQnEMGjUrd0xz0Q0QOFW9XgzXK42DXdnh2Ut
B80xoH8lAaUXOi42LzkJwfaokhFizZTM+6IGm+P4VBfd0Zqdsum13TYtumgn4v8A7UHARADI
OGYq3ki59VhymGRlENqmwUKmS4A8kwA6q5gjkWVGDRp4AGQStvJPOyI0UE4dMdPUpxCE8ict
p4OFOU+yHp9SIXb6gt/tT6DbK+rdAFNnimZBYTFRDYKJjOn8KryDgqBGpT1CawgaLDV0Pool
FOzj/wAJxX3NlBoIwhXuWFbj0wnJ6oRlWOrQhXBOV7q2ttlOanls5R5dr617KN5KKl0zFasO
i+UkaQoBHooBHo6+X4BCGRbZEHDK1RjRHkNYRLuUBjVPhEhixE5n3KQ352R09yHEuAM+FP3v
vI/qpxUgboap2YoPQkk9d0zEV2RIrar4hcuJYKYK3XmMKnWo+rwqbZDsU9o80NA2d1l/A6Jl
hEah0TtoieqrbUh/oXL6CiWzlcml2AQ/WiG8JjyVWEGXV2LWILJjlk4DRLJocVCHRF8J7kCG
GybkI6okEGPz+ygXHXP3U3IPn8/aiGEef3FIA9T91DDnSfuqzAchjP3U7UYdD95e8VB6Om5B
/NMSOkpgYZECYKI3JjaUNT1WycsWEK1gzkFW7hj3T6BE5P8A2WJJQZwB4UH7X3vDnckOTEaI
1PIjRPfl5ICogIw46oRCNeLG2oRo5cQXRHVlUmAqHYD6vAg7QmE6lAiW0TnVONVK6HdaLMKC
z+aFRk4iEK2ywfbCfIARJfoogiJTWklc9LZD6rkK8nytGBTHARA8pVv1j9SeG4jCdccOq10e
EeNXYOCE1ql84RJqSDoyHssC2VY8DO6ihBEQiCGbITAEEa6Jp9MLHk6cwiDhVyrHMZ1RIxt4
NkJm9VxtIHXRcDBNiVblKI2sVU7geFbDUqpM7ocQ1QXIOcolmJTeHVQt1a+7T1VuTw4VZcPH
muOtWf4LdB8FwiMhVvo+AgWhMNN05TLIX//Z</binary>
 <binary id="i_042.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RrKRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDIAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfCgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAZkAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANN2ZkPcS3OyXAmAd5EolV1ro35O
Q6Dz6jv/ACSK7odXqGLf0Y+i0ySPD84NRT0+mpu+y5zWsEucS0NEfnO0SU13ZuI/KOFVlXNy
wdWvD3N0G/bu3orsTPP0cw7SNQQ8a+WxyBQ3pjcmy77cx1VsNGx7Whp/rlu6x73t/MctJnTG
xP2jIjkfpP8AzFJTRdj5jRrlucR/KcP/AEYoelkSQ7IcCP5T/wAvqLS/ZwJJ+03fAuafx2IV
uC1lZ22vc4ceo4R89rUlOa/H6gHE+sBQPovc+wvPj+ja5rf+mnrqc+QciwuHYB4/D1FIs9Mt
AZsLrGucXTII54ca3ep/J9n+ETZtf6dj6HWC6xuz0qJDrDq9n7rPZ7/55/pMrSUwfj5m5sWS
0cmXT8p/eU/TvjUvHmDJ/FqPjdMzR+kysstLtTRX7gNPzrzt3O/4pnpqeRjvqrc9jy8sBJDi
RoB2+mkpqhlpMF72x2LuR/mqbcav8590HUDdp+CrPtuBpLLd7LbAzVse094b+9HsVlteW1zi
2ysM7McxziPue1JTJmJQ6drrWkDku/8AJI9bK9lmmnpwD3+nUP8AOQm15hALn1A/8W6B8IsR
a25Hp2EWMDg07jsO0++rb+fvbt/rJKf/0OyJE8+WvmoOdXrMEd5Eg/JTeWS6J+J/3ob9hAMH
wmf9iSmjjYAr6i/IOTY8FxcygyWiQdzXb9zfb/g9i1AT9w+CA1jPXkc6+EJr/Rysa2iq7YXC
TY0lpABG6xjo9zWfvsSU22ua9pc2HDuWkEf9FQIeZ81zf1f6vj1Z92JZZtrdOy12oLgfouP8
pb+UTe8Y7Bo8El7D7ms43s/l2O/R1/ue9JTWzoYz3ODRuEbiGyTppu+kmxARa4QJLddDrBVL
qPRMDK2YxsdRlNE459QvcPpHd6Njv0jd309v6RX8Gu9jQ2+Dc1oa4jVpMAWbeHfSb6n/AFxJ
TagxwEHL2jGs3AGGu4B8EKvqfrXvqoqdZXS4styTpWHD6bGubu+iiW3U5OA/IqeHUOrcfUOg
AHtl2/8AlJKcdtTPs1Vdg3bSC2CRBA8WR9FFc3Hra5z3uYGiXOda9oA7OcS7aqJ6z0hhYBc9
3pEHcGO2mfY783c72+72ovVcOzMxKoe6umwmzfEiYmh1zHFjmV/9/SUzo6r0t2U2qpz3PJDW
2OLi2T7dPUf/ANLYtettkWiNdnP9utZZoofhuwMRjDYxrHUfo/TtbqC55us/pHu+m9vpraZS
+H16/QPu7/Sr9ySn/9He6l1S3Dz6KPSb9nucGvJncS4x7ZPt2oednW1dQqrrIfjFsN2Ekepu
2H+a/O1a79IsFvV73ucABvdIrteA94BHIc/6Kr/a6GsabXvrewkNLTq4j9xrfo7UlPZZl2Qy
nIuoAstrY81teNCRp72D3ub/ACP8IsC7IuDWh2Y8WZI2ttsdDpj0rt9Q9mOzX9F6X5iHkdXf
l4dFLjYGQXtsvI32tb7dz3N+n6blnXg2houtgzuaAZ1H0SkpEcbKpcH2s2iBq3jXg+3+SF0O
V1nJy8vB6N0ova6xjPtNrBDzWG7rKqnmPTZsbvutb/xaxa8oB/qOc5sjUk6zyd39Za3Thjsx
xm5dNwNYdU3Lrc5hNdxaPRx9m1+/859tX+DSU33fUzpT6w71XUXO926lghrj9H022fpdzP8A
jEbouXm5V+fTkBz24Npx23O0c/b/AKRrQPfsHqbv5aap2FZRbh0Z+U4Ah5c24uvIjRjbnh+y
m7+R7N/7iB1/9sPxmM6ZJx6mepl1UOnI1A2Pt93r3Ven/hP5yxJTDqnU8LGsLH3k1uAfQaXt
bXIJ9SllrGvc66x386z6apdayM3MOFi4Aa6jJq9RjGOGxr53Wi0u/m3VsdX/ADqxaL8gh1OM
/ZXc/btdo0OPt/PHs2/vroqMbJFL67a68kkNa5z3Moriv3N9PRjnc/zv6P1ElObgdNeHuc/J
toZVY6g241b7bnkDdayltY/QU/8AD/zj02V0wdK6jW/BtN+O9m657juifp15DX7v0lu76Lve
tlrbvtd1tWZVWy8tL2+ox5iPota123+09UesvzrKqq21i69xNOM9rS0XPJDfWdu2/wA0xnue
5JTZq6wKKXUOe1rXMezGse9rDW4t9sl/vZslQo6Y9uLkXDKpOQ+ncYsdI/SU2es9/wBPZ7d3
rfQ/wiBk/Uyz7PUcHIbkXBpbd6h2hzz/AKB/7v8AxiBi9Uts6TmdNc79JU1uOy8ATtN1GO5j
rvpOZ79v9RJT/9LFx7Q26XnQaEzOnwU3bfXvvuqFox9rKqz9DX9K6yxv527c1CssaW+8bLGe
3SNU+U2tzGXMl7doZZBiXcjd/Y/f/wBGkpP+nuwbc/IeDdc5uPjVlvsYBDnuoYz+b9P6FTGf
y1Lo+ILrMrAyGvbkOqdZXdBOw1fpHiyp23bXaz85VG5IYWEMBZVBDNxEke6P+Md9J3767zCp
6eMhkFxufiV1vZZJZbQ79I3T+be5tjrW3fnpKecxQOnGt78OvNrtG17nvg1uMQ5tH0bts+/e
j/WrLvazFdZa8hhcw2CAWhwrsZurb7W+5v8AUVHIIGRk0PBbW2yxjSD7mgOkND/9I1aTepPs
orZl41GVblBrMa2zQWAD/DMcfZY1v09j6/VSUt03Ov6w8UOrZh4zQHZuTRINu36OPXv9tbsh
306mf13/AKJWsfrWDgZ2VlZz62C2BVRikXWDZFddftc3+brr/wCL/nFnHFryWOpY0YvTKnTV
U2R6oP079s+1v+i9RF6Yeh0srDcCu71GWW73MBPscdrBuDvpbUlJHUZXWMl/VaOm2MNzm/SO
8tPDsqtuxjPUsa33f6JVs1uFS/Zdq6qWlryTB5cPTbuWu3qL897bsvJZXhiwNqJsFFQe0btu
PW39YubT+dvZ+ltWb1nAqtyn5ONZXleq0APqIkOaA1wsYYcxz49j0lNvpLun0Y784NaXVEEF
o2ENI26g+3Z9Ja+MH5dXr6ObO5jva5pPH85Qdrf8z/PXJWX4T8gYx9S+nGiK2kA3WkbrLbZD
q2U0v9m39I9WP2hcLA7e+rK59pLJj6LHuH0vb7ElOz1HKqxQ5t7hXY/c3DbUSbWAth9vpNA2
1s/fd+g9VYNHT6R07IxA0iceXEHUu9Wh+4u/rtWZk9W6lk5hycq2MlrfSJIAa1vehzR/g93u
/rrUxMvIdiZthrDb2UtAduOxxNlHuA/k7t21JT//08hwqyqC6BVksd74+i9n7wn/AAjHfTah
VvsrpcRBaSJPbT80p2gN2lwLmuJgjg/mhHxce7Ke4sds2OaNACdxd6TWVVf4S573exqSmdWJ
019Rda1zHv8AoOrIaX/nHc279H7W/utW7l9exbsMjHrsw8ulrW4ljg1wgFrXeja3851f8hNm
9K6cacex+d9moqHpCvb6rrhPqtdWK/03qPnYnxul1WWjIw+nVNsY6G5Wc/1Hgjlzsapzqq9n
t2VPdfckpwX0vNUkgv3uJeJdqQXH+17lpYpZ6FIc0EsB2SAYgT6jf3XrRs6BnOcbrMii97tX
100ij3d9nu9N7P7CzL67sRllYod+rWD9CdHGT7yxzvpN2+9JS/ULzXh3u3SSz2x4u/R/xVHM
34lVRk1khtTY7hjf0v8A0nvROoW1ZeJUKwbHuuY2DNZBhztrh/ZWr0npFOZaw5bPVprrh9Vn
uIJMu9zvzn/R/kMSUz6BufiNvfjw6yGVOAA3MYfzYa32sc/6f85b/wBbVrPva9hw+pV7CXMe
3aDtLt21jrrm+59Dq3u/N/Ro/UvrB07DbfjlzZxGhhpaYh/+Bxq2A+3/AIR+zZUsLC+sN9td
320i0EsubtAHv+g6jQbPS0ZYytJTlZGM3Fyn2mXBhAsfVoGE+5lm38+jX+eVqkNua3w1nTSO
Z/lb1ayLx1ChuRj0PDscmt3ogbgwl36L922r2+32rPuuZi1jJwHbgTFzLGkFhEdvb9N1iSkP
VcOyq43uYfSuG6QCQCRDg7+spYmRY/pedU76FVTdp7+6+j2f1UU9cybHluUwWVEbXsboCBrs
2fR2O/cV+nGwW411uysYz6PUjX0yQ+lsx9P+x/pUlP8A/9SjU2izGaxu4WkkmBLS2Of6y0ei
Yj8bJDdrbDUPXqG4fTHta78//SKo+lrHAVh28F3tHh34Wnj3MZVdSC0WOG9jx7SHDtY/9zZ/
N/6L9J/pElJsXCw7sp5uYHvsL2uxm3DY07pftpc2t+xzner6fq+n/IV11+JUWNFrqrHmHH3M
ECdzmB/6L+T+jWZj5tdlb/pACXM9Yh7ZjZbsfYzd7f6yOy29vptbtLRLAWe5oETJSU6AyLHW
+nU7cC4y5kbiwAbfe2GV17v5y5C6hiWZFItoh4YC19YkmBr7N36R39pcxZ12+rqdt2HZvx2t
DNjx7XuGry2tu1m3d7We1bvSvrHidRJNzRjZDSGiuSQ/9xjZH0t35j0lNHHqf6grAHpsO2rW
XEQBO78z3LcxB9gLtxbDoda1wLXd49Kw/o7OUS5tUEvqi0md+0bif+/N935ywfrF1BuNXThM
PqXAizJaDDW7TFbgwfQdY79Lsakpxc7peSzIFtAdlCxxiGHc0zJdt9300h03qR2MGJaCDJMT
qf3tdrf85dDudj2OdaCAA5xMFpIEu8PpK9iNc51rTrLQ9s66O45SUh6b0dmDguxrLB697ZeR
q1pj9Hsd7fofnuVLIx7LMLKryA9jdhFhAJaHNG5p/wA9rF0bm1muhwMw0Ad9P+/KNOPU2y5u
yW3a2/yklPmjAXbNxMnTTzha+E57uidQqfVux62tdVaTAa912P6lLf8ASbtrX/8ABP8A+MWd
1Cg4XVcih50qsc0OjkctPK6lmZju+qLqR6XqMxzS6uNJ9Wur1tu3bv3P9X/jklP/1dazoubZ
B02tnZYCC6DqCjV9IP6M2V7S3+dBdLTH5znO9zPb7nrbfM8a/d/1KodSfW2lrbXba3uHq86t
Hu2n+R7f0n8hJTg045qflvr+jc+WucS0Q0ekNza2udsenpx8yquasSl9jiTu9UBgJ/N3E737
v3Nq1an2WV+oHMcCw2OewTz/ADf5zm7kn0lhh9xFW0us3VtLdBt3bvpfTckp4rIw8t5N9TW6
l3qMpG9hc3V3pOq3+x/7zfYqm4EB7pYeA7j3DTb/AOdLsujX7MEMe1opss2Uke2bJ72NG7/y
C5/r/TD07Ndkxvotd+mqghsxO9hP+u9JSPH611TFbDMhzmAaNdDv+rD9qqOc7Ivc+0k2Wu1c
7uSf9fao11FzmO3BzSfZJku/6lEcS4/aBIrFgYANOO8/yElPQ53XumjJtayi2+hrdtt7RtEk
en+j3fm7v0fqP2JY31u6XisbXVRkXgV7S4FgJjT3uM/9FBzulYLqL3YbX+tk0vdWwuJZIIe3
aI3fzv0Vz3T8inHyWnKqZZQ/W1rhMA+4+n+6kp7TB+t3TL3enYL6hr7XtDo77vb77fd/mJsz
62YFLHHGD7nNO0SPTE6cu9z/APoofp9JtNLagxltZJrZS5o8/fs3LG+sGRjXtrZhubsqLg9z
QS1zj/Ld9N7NqSmn1DKd1LNuzCAw3uBIAMcNbt9/v/NWr05rv+bnVqjArApeG95NtbHd9/5r
WLBExBIkDg9/uWhhWWsw+oVlxHqYzY4125GMNxEpKf/W7U+qT7iBPAa0n/qnLI6vYCH49uQ2
p1gLGOdDWsEj1N9zvZ6ltbtjGLYscWNfZY+QwEkAAD+r+c5ZD34mRVbTlUi1riyWuH74J/P/
AHUlM3Gg3bravRc4t2PsLWg7Q6xu33e72DepOkzdVaWtdUYIHtMgv3N9QD6e7d+jsVGro/Sr
2V22OuuYS6utj7NGNcdr/TEfo3ba/wCogdOxHY/V+oYlD3NproBrYDLCHOPotfVZur/wXuSU
2L8VtXS31MaT6BGQInUtPqyFR6vm19VLOmYbv09hYbnn2tbuHqfZ95H6S7/z2i59WZl04V1m
SxtDQ31GtL6y7dt/nq/oXen7mMa1HsoFPUmX41AFWQ1zfWePoPaBtexn02etU3Z7klPJ2YWW
y2tteO4Poa71oaQQR+a5oH+btROndPtzHU4xmsPdY55c33DbtAgHb7kf6zYgZ1UPZa+z12y4
ixwhzAGOY/Yf6rl0P1Z6Zifsam6toZlEubZc6XPID923c8u+m3YkpFTV6J9PXZWfSY46lw3u
K43Lq2W2s/OpvsHM6BxEL0tuFi0Nttua57Wg2mudAGjeQz+tC82xmZ2dbfkMbIda59rhHufY
XP2N3e32t9ySnYx68o41NNhe+hoYTSza1p/4Oxtj2+p/1r6aH1Zz3YzS5u1rXBlZlvtcZn21
+1n6Nmzaq9L307cVzaXtYdwLqg4h0T3e32oXUOoOyW149bW11VGSGDaC48e3/RsSU12bt0AC
dNZiY/OdP8lWsZoDcpu0QaDp2j18X85Vdx9p8GwD3Gp5PzVjGB2ZMn/tOYd/17ESU//X6zqb
z6ZaDpIgeOv/AH1ZdYL3Bs6mLHyeAA5o/sNUupZE33vMbapax08bR9F39aw/nIj62iprva/9
C1u89gRu7/1klMMJ5GJVZq0byA48Fp3alv0tyHi+r+2b7WNkk+m/a0gloE1f9Iqy1lOzHc12
1j3eoHAwDAMfyUzaXU5GZkuJi3Z6QaSD7Rtfx9L3pKRZ2/HxvVDGt+yP9VjBqPYHOa3+1vT0
jKbhFmQQX11B1pDiXO9nqPa13t+lY17fppdW2+ixoa4Vuuq9Q2EgFjXF9v0j/omoj3PL63v1
a8AOYxpd7T7mBzobT7vopKcfqTG9S6RgXYTPTNjg9lLRuIBa4XAbPpOqd/nroMU/ZcavGx27
aqmhrZEE/vPfP573e96w+i1PoZm4TGk30Wk0l2m1o/f59Kv1Gf8AXVqVvpAdc5rRW1ocbDwd
N1jhP0WMSUv1W7IOBfQy0MfkMdU1zgYAcNtj/b/wa5a+qvCorw6MljLMcANa72h7nn9J+n3G
p3qfT9N3/FrVycs9Qw7bMe5rabA4tewTsazil9btv/GWbP8Az2suijpdWW6rJbTi1+m17CXF
nrSZfXRO6mj89nqPSU5mVVkEuvbQ8VFxbLGk1jaPdteN3+EVdrS8n0xudBcPGAC53+a1q77F
6njW4VmR04sfVVWXNqbADYDnVssr/M9w/OXPdDw2XZvo5LTY3Iqs9VrnbNxn1CWPr97W/QSU
1ul9DyeqY7baCymqsFj7Xk+50ja1rWzu5WzjfVUMw8pr7w7MsrAreJFTWerS9272+pZY/wBP
+wtptTq6W0Utqpqq2trY3cYaP62xTrbbNo3gnZI9ug99fmkp/9A/W3vFL3GBNlbGv7GT+6tT
NsNWFYXNAcyva1wOsxsbos7rHpWYjA124faKiGnXgmBuVnrNjDh1Nbq7Ic1pAHuO0bncJKbN
f2f0qWEFjQ2LGPBAjbs1n2fnIkBj/SFhY2Gtra4bgCSbIDj+bsYottD2sa5zNrWy0j3SPoMb
Y0/SUq9gDgYaHEFoB3N9sbXbXe5iSlr5tqaxp3h9rIiBEH83duQ8a62zCY3b7mtLTJMgsMN9
u387YllOimplQBtD2uYWjbDhPuc76O1qr5lr8ammpj3NbUQRY1jnffYHfS3fyElL35NOLmCw
ksOUf0u1pMD6Ptbpv+h+d/LR2yzIr3jYC2wNpdB9pLH7n/y3uUxZS9n2xz6y5rSA6uHFodzp
LkO+ql1bbzaXPOsnSdwhjQPzfckpoZHQhjermdLdZ6rgDbhmCx7Af0grcfe279xVL8bpl1s9
RDnel7WNFgYWj6Wx37y3brr9DjGtgG1xfZLtCf0tfpNLPzP5ak9mPYd1gpe79/0mEyfD1RYk
pr4PS+nY1W3FoNbbGwdznF5B/Ncd38pGw8HFw3WPpn1bAGue9xc7a3VtUvPtraiObU7l5cD4
uP8A32FEMoBB2tPm7U/ikpM65sRvbJOuo7Jq3DZadwjZzP8ALrQt7ANC3Q8KddlcW6iNn/f6
klP/2f/tIvhQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4QklN
BCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IAdI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmlu
dE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAA
AA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJp
bnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRA
BD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29m
AAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0
aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3Ju
Q2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERi
b29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQg
IGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAA
AAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNs
dFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBn
UHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAA
AAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAA
AAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1j
cm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAA
ABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAA
AAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAA
AAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAG
AAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABw
AAD/////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPo
AAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////
A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAA
AAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAA
OEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfAAAAAFAGkAXwAwADIAMQAAAAEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB8AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAA
AAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9u
ZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHwAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVz
bGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmln
aW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAA
CkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAA
AFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRs
b25nAAAB8AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhU
AAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhj
ZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24A
AAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAA
CXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRz
ZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAA
AAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAZrAAAAAEAAABu
AAAAoAAAAUwAAM+AAAAZkAAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABuAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A03ZmQ9xLc7JcCYB3kSiVXWujfk5DoPPqO/8AJIruh1eoYt/Rj6LTJI8Pzg1FPT6a
m77LnNawS5xLQ0R+c7RJTXdm4j8o4VWVc3LB1a8Pc3Qb9u7eiuxM8/RzDtI1BDxr5bHIFDem
NybLvtzHVWw0bHtaGn+uW7rHve38xy0mdMbE/aMiOR+k/wDMUlNF2PmNGuW5xH8pw/8ARih6
WRJDshwI/lP/AC+otL9nAkn7Td8C5p/HYhW4LWVnba9zhx6jhHz2tSU5r8fqAcT6wFA+i9z7
C8+P6Nrmt/6aeupz5ByLC4dgHj8PUUiz0y0Bmwusa5xdMgjnhxrd6n8n2f4RNm1/p2PodYLr
G7PSokOsOr2fus9nv/nn+kytJTB+PmbmxZLRyZdPyn95T9O+NS8eYMn8Wo+N0zNH6TKyy0u1
NFfuA0/OvO3c7/imemp5GO+qtz2PLywEkOJGgHb6aSmqGWkwXvbHYu5H+aptxq/zn3QdQN2n
4Ks+24Gkst3stsDNWx7T3hv70exWW15bXOLbKwzsxzHOI+57UlMmYlDp2utaQOS7/wAkj1sr
2WaaenAPf6dQ/wA5CbXmEAufUD/xboHwixFrbkenYRYwODTuOw7T76tv5+9u3+skp//Q7IkT
z5a+ag51eswR3kSD8lN5ZLon4n/ehv2EAwfCZ/2JKaONgCvqL8g5NjwXFzKDJaJB3Ndv3N9v
+D2LUBP3D4IDWM9eRzr4Qmv9HKxraKrthcJNjSWkAEbrGOj3NZ++xJTba5r2lzYcO5aQR/0V
Ah5nzXN/V/q+PVn3Yllm2t07LXaguB+i4/ylv5RN7xjsGjwSXsPuazjez+XY79HX+570lNbO
hjPc4NG4RuIbJOmm76SbEBFrhAkt10OsFUuo9EwMrZjGx1GU0Tjn1C9w+kd3o2O/SN3fT2/p
Ffwa72NDb4NzWhriNWkwBZt4d9Jvqf8AXElNqDHAQcvaMazcAYa7gHwQq+p+te+qip1ldLiy
3JOlYcPpsa5u76KJbdTk4D8ip4dQ6tx9Q6AAe2Xb/wCUkpx21M+zVV2DdtILYJEEDxZH0UVz
cetrnPe5gaJc51r2gDs5xLtqonrPSGFgFz3ekQdwY7aZ9jvzdzvb7vai9Vw7MzEqh7q6bCbN
8SJiaHXMcWOZX/39JTOjqvS3ZTaqnPc8kNbY4uLZPt09R/8A0ti1622RaI12c/261lmih+G7
AxGMNjGsdR+j9O1uoLnm6z+ke76b2+mtplL4fXr9A+7v9Kv3JKf/0d7qXVLcPPoo9Jv2e5wa
8mdxLjHtk+3ah52dbV1Cqush+MWw3YSR6m7Yf5r87Vrv0iwW9Xve5wAG90iu14D3gEchz/oq
v9roaxpte+t7CQ0tOriP3Gt+jtSU9lmXZDKci6gCy2tjzW140JGnvYPe5v8AI/wiwLsi4NaH
ZjxZkja22x0OmPSu31D2Y7Nf0XpfmIeR1d+Xh0UuNgZBe2y8jfa1vt3Pc36fpuWdeDaGi62D
O5oBnUfRKSkRxsqlwfazaIGreNeD7f5IXQ5XWcnLy8Ho3Si9rrGM+02sEPNYbusqqeY9Nmxu
+61v/FrFrygH+o5zmyNSTrPJ3f1lrdOGOzHGbl03A1h1TcutzmE13Fo9HH2bX7/zn21f4NJT
fd9TOlPrDvVdRc73bqWCGuP0fTbZ+l3M/wCMRui5eblX59OQHPbg2nHbc7Rz9v8ApGtA9+we
pu/lpqnYVlFuHRn5TgCHlzbi68iNGNueH7Kbv5Hs3/uIHX/2w/GYzpknHqZ6mXVQ6cjUDY+3
3evdV6f+E/nLElMOqdTwsawsfeTW4B9Bpe1tcgn1KWWsa9zrrHfzrPpql1rIzcw4WLgBrqMm
r1GMY4bGvndaLS7+bdWx1f8AOrFovyCHU4z9ldz9u12jQ4+388ezb++uioxskUvrtrrySQ1r
nPcyiuK/c309GOdz/O/o/USU5uB014e5z8m2hlVjqDbjVvtueQN1rKW1j9BT/wAP/OPTZXTB
0rqNb8G03472brnuO6J+nXkNfu/SW7vou962Wtu+13W1ZlVbLy0vb6jHmI+i1rXbf7T1R6y/
OsqqrbWLr3E04z2tLRc8kN9Z27b/ADTGe57klNmrrAopdQ57Wtcx7Max72sNbi32yX+9myVC
jpj24uRcMqk5D6dxix0j9JTZ6z3/AE9nt3et9D/CIGT9TLPs9RwchuRcGlt3qHaHPP8AoH/u
/wDGIGL1S2zpOZ01zv0lTW47LwBO03UY7mOu+k5nv2/1ElP/0sXHtDbpedBoTM6fBTdt9e++
6oWjH2sqrP0Nf0rrLG/nbtzUKyxpb7xssZ7dI1T5Ta3MZcyXt2hlkGJdyN39j9//AEaSk/6e
7Btz8h4N1zm4+NWW+xgEOe6hjP5v0/oVMZ/LUuj4gusysDIa9uQ6p1ld0E7DV+keLKnbdtdr
PzlUbkhhYQwFlUEM3ESR7o/4x30nfvrvMKnp4yGQXG5+JXW9lklltDv0jdP5t7m2Otbd+ekp
5zFA6ca3vw682u0bXue+DW4xDm0fRu2z796P9asu9rMV1lryGFzDYIBaHCuxm6tvtb7m/wBR
UcggZGTQ8FtbbLGNIPuaA6Q0P/0jVpN6k+yitmXjUZVuUGsxrbNBYAP8Mxx9ljW/T2Pr9VJS
3Tc6/rDxQ6tmHjNAdm5NEg27fo49e/21uyHfTqZ/Xf8Aolax+tYOBnZWVnPrYLYFVGKRdYNk
V11+1zf5uuv/AIv+cWccWvJY6ljRi9MqdNVTZHqg/Tv2z7W/6L1EXph6HSysNwK7vUZZbvcw
E+xx2sG4O+ltSUkdRldYyX9Vo6bYw3Ob9I7y08Oyq27GM9Sxrfd/olWzW4VL9l2rqpaWvJMH
lw9Nu5a7eovz3tuy8lleGLA2omwUVB7Ru249bf1i5tP529n6W1ZvWcCq3Kfk41leV6rQA+oi
Q5oDXCxhhzHPj2PSU2+ku6fRjvzg1pdUQQWjYQ0jbqD7dn0lr4wfl1evo5s7mO9rmk8fzlB2
t/zP89clZfhPyBjH1L6caIraQDdaRusttkOrZTS/2bf0j1Y/aFwsDt76srn2ksmPose4fS9v
sSU7PUcqrFDm3uFdj9zcNtRJtYC2H2+k0DbWz9936D1Vg0dPpHTsjEDSJx5cQdS71aH7i7+u
1ZmT1bqWTmHJyrYyWt9IkgBrW96HNH+D3e7+utTEy8h2Jm2GsNvZS0B247HE2Ue4D+Tu3bUl
P//TyHCrKoLoFWSx3vj6L2fvCf8ACMd9NqFW+yulxEFpIk9tPzSnaA3aXAua4mCOD+aEfFx7
sp7ix2zY5o0AJ3F3pNZVV/hLnvd7GpKZ1YnTX1F1rXMe/wCg6shpf+cdzbv0ftb+61buX17F
uwyMeuzDy6WtbiWODXCAWtd6NrfznV/yE2b0rpxpx7H532aioekK9vquuE+q11Yr/Teo+dif
G6XVZaMjD6dU2xjoblZz/UeCOXOxqnOqr2e3ZU919ySnBfS81SSC/e4l4l2pBcf7XuWlilno
UhzQSwHZIBiBPqN/detGzoGc5xusyKL3u1fXTSKPd32e703s/sLMvruxGWVih36tYP0J0cZP
vLHO+k3b70lL9QvNeHe7dJLPbHi79H/FUczfiVVGTWSG1NjuGN/S/wDSe9E6hbVl4lQrBse6
5jYM1kGHO2uH9lavSekU5lrDls9WmuuH1We4gky73O/Of9H+QxJTPoG5+I29+PDrIZU4ADcx
h/Nhrfaxz/p/zlv/AFtWs+9r2HD6lXsJcx7doO0u3bWOuub7n0Ore7839Gj9S+sHTsNt+OXN
nEaGGlpiH/4HGrYD7f8AhH7NlSwsL6w3213fbSLQSy5u0Ae/6DqNBs9LRljK0lOVkYzcXKfa
ZcGECx9WgYT7mWbfz6Nf55WqQ25rfDWdNI5n+VvVrIvHUKG5GPQ8Oxya3eiBuDCXfov3bavb
7fas+65mLWMnAduBMXMsaQWER29v03WJKQ9Vw7Krje5h9K4bpAJAJEODv6yliZFj+l51TvoV
VN2nv7r6PZ/VRT1zJseW5TBZURtexugIGuzZ9HY79xX6cbBbjXW7KxjPo9SNfTJD6WzH0/7H
+lSU/wD/1KNTaLMZrG7haSSYEtLY5/rLR6JiPxskN2tsNQ9eobh9Me1rvz/9Iqj6WscBWHbw
Xe0eHfhaePcxlV1ILRY4b2PHtIcO1j/3Nn83/ov0n+kSUmxcLDuynm5ge+wva7GbcNjTul+2
lza37HOd6vp+r6f8hXXX4lRY0WuqseYcfcwQJ3OYH/ov5P6NZmPm12Vv+kAJcz1iHtmNlux9
jN3t/rI7Lb2+m1u0tEsBZ7mgRMlJToDIsdb6dTtwLjLmRuLABt97YZXXu/nLkLqGJZkUi2iH
hgLX1iSYGvs3fpHf2lzFnXb6up23Ydm/Ha0M2PHte4avLa27Wbd3tZ7Vu9K+seJ1Ek3NGNkN
IaK5JD/3GNkfS3fmPSU0cep/qCsAemw7atZcRAE7vzPctzEH2Au3FsOh1rXAtd3j0rD+js5R
Lm1QS+qLSZ37RuJ/7833fnLB+sXUG41dOEw+pcCLMloMNbtMVuDB9B1jv0uxqSnFzul5LMgW
0B2ULHGIYdzTMl233fTSHTepHYwYloIMkxOp/e12t/zl0O52PY51oIADnEwWkgS7w+kr2I1z
nWtOstD2zro7jlJSHpvR2YOC7GssHr3tl5GrWmP0ex3t+h+e5UsjHsswsqvID2N2EWEAloc0
bmn/AD2sXRubWa6HAzDQB30/78o049TbLm7Jbdrb/KSU+aMBds3EydNPOFr4Tnu6J1Cp9W7H
ra11VpMBr3XY/qUt/wBJu2tf/wAE/wD4xZ3UKDhdVyKHnSqxzQ6ORy08rqWZmO76oupHpeoz
HNLq40n1a6vW27du/c/1f+OSU//V1rOi5tkHTa2dlgILoOoKNX0g/ozZXtLf50F0tMfnOc73
M9vuett8zxr93/Uqh1J9baWttdtre4erzq0e7af5Ht/SfyElODTjmp+W+v6Nz5a5xLRDR6Q3
Nra52x6enHzKq5qxKX2OJO71QGAn83cTvfu/c2rVqfZZX6gcxwLDY57BPP8AN/nObuSfSWGH
3EVbS6zdW0t0G3du+l9NySnisjDy3k31NbqXeoykb2FzdXek6rf7H/vN9iqbgQHulh4DuPcN
Nv8A50uy6NfswQx7WimyzZSR7ZsnvY0bv/ILn+v9MPTs12TG+i136aqCGzE72E/670lI8frX
VMVsMyHOYBo10O/6sP2qo5zsi9z7STZa7Vzu5J/19qjXUXOY7cHNJ9kmS7/qURxLj9oEisWB
gA047z/ISU9Dnde6aMm1rKLb6Gt223tG0SR6f6Pd+bu/R+o/YljfW7peKxtdVGReBXtLgWAm
NPe4z/0UHO6Vguovdhtf62TS91bC4lkgh7dojd/O/RXPdPyKcfJacqpllD9bWuEwD7j6f7qS
ntMH63dMvd6dgvqGvte0Ojvu9vvt93+YmzPrZgUsccYPuc07RI9MTpy73P8A+ih+n0m00tqD
GW1kmtlLmjz9+zcsb6wZGNe2tmG5uyouD3NBLXOP8t303s2pKafUMp3Us27MIDDe4EgAxw1u
33+/81avTmu/5udWqMCsCl4b3k21sd33/mtYsETEEiQOD3+5aGFZazD6hWXEepjNjjXbkYw3
ESkp/9btT6pPuIE8BrSf+qcsjq9gIfj25DanWAsY50NawSPU33O9nqW1u2MYtixxY19lj5DA
SQAAP6v5zlkPfiZFVtOVSLWuLJa4fvgn8/8AdSUzcaDdutq9Fzi3Y+wtaDtDrG7fd7vYN6k6
TN1Vpa11Rgge0yC/c31APp7t36OxUauj9KvZXbY665hLq62Ps0Y1x2v9MR+jdtr/AKiB07Ed
j9X6hiUPc2mugGtgMsIc4+i19Vm6v/Be5JTYvxW1dLfUxpPoEZAidS0+rIVHq+bX1Us6Zhu/
T2Fhuefa1u4ep9n3kfpLv/PaLn1ZmXThXWZLG0NDfUa0vrLt23+er+hd6fuYxrUeygU9SZfj
UAVZDXN9Z4+g9oG17GfTZ61TdnuSU8nZhZbLa2147g+hrvWhpBBH5rmgf5u1E6d0+3MdTjGa
w91jnlzfcNu0CAdvuR/rNiBnVQ9lr7PXbLiLHCHMAY5j9h/quXQ/VnpmJ+xqbq2hmUS5tlzp
c8gP3bdzy76bdiSkVNXon09dlZ9JjjqXDe4rjcurZbaz86m+wczoHEQvS24WLQ2225rntaDa
a50AaN5DP60LzbGZnZ1t+Qxsh1rn2uEe59hc/Y3d7fa33JKdjHryjjU02F76GhhNLNrWn/g7
G2Pb6n/WvpofVnPdjNLm7WtcGVmW+1xmfbX7Wfo2bNqr0vfTtxXNpe1h3AuqDiHRPd7fahdQ
6g7JbXj1tbXVUZIYNoLjx7f9GxJTXZu3QAJ01mJj850/yVaxmgNym7RBoOnaPXxfzlV3H2nw
bAPcank/NWMYHZkyf+05h3/XsRJT/9frOpvPploOkiB46/8AfVl1gvcGzqYsfJ4ADmj+w1S6
lkTfe8xtqlrHTxtH0Xf1rD+ciPraKmu9r/0LW7z2BG7v/WSUwwnkYlVmrRvIDjwWndqW/S3I
eL6v7ZvtY2ST6b9rSCWgTV/0irLWU7MdzXbWPd6gcDAMAx/JTNpdTkZmS4mLdnpBpIPtG1/H
0vekpFnb8fG9UMa37I/1WMGo9gc5rf7W9PSMpuEWZBBfXUHWkOJc72eo9rXe36VjXt+ml1bb
6LGhrhW66r1DYSAWNcX2/SP+iaiPc8vre/VrwA5jGl3tPuYHOhtPu+ikpx+pMb1LpGBdhM9M
2OD2UtG4gFrhcBs+k6p3+eugxT9lxq8bHbtqqaGtkQT+898/nvd73rD6LU+hmbhMaTfRaTSX
abWj9/n0q/UZ/wBdWpW+kB1zmtFbWhxsPB03WOE/RYxJS/Vbsg4F9DLQx+Qx1TXOBgBw22P9
v/Brlr6q8KivDoyWMsxwA1rvaHuef0n6fcanep9P03f8WtXJyz1DDtsx7mtpsDi17BOxrOKX
1u2/8ZZs/wDPay6KOl1ZbqsltOLX6bXsJcWetJl9dE7qaPz2eo9JTmZVWQS69tDxUXFssaTW
No92143f4RV2tLyfTG50Fw8YALnf5rWrvsXqeNbhWZHTix9VVZc2psANgOdWyyv8z3D85c90
PDZdm+jktNjciqz1Wuds3GfUJY+v3tb9BJTW6X0PJ6pjttoLKaqwWPteT7nSNrWtbO7lbON9
VQzDymvvDsyysCt4kVNZ6tL3bvb6llj/AE/7C2m1OrpbRS2qmqra2tjdxho/rbFOtts2jeCd
kj26D31+aSn/0D9be8UvcYE2Vsa/sZP7q1M2w1YVhc0BzK9rXA6zGxuizuselZiMDXbh9oqI
adeCYG5Wes2MOHU1urshzWkAe47Rudwkps1/Z/SpYQWNDYsY8ECNuzWfZ+ciQGP9IWFjYa2t
rhuAJJsgOP5uxii20PaxrnM2tbLSPdI+gxtjT9JSr2AOBhocQWgHc32xtdtd7mJKWvm2prGn
eH2siIEQfzd25DxrrbMJjdvua0tMkyCww327fztiWU6KamVAG0Pa5haNsOE+5zvo7WqvmWvx
qaamPc1tRBFjWOd99gd9Ld/ISUvfk04uYLCSw5R/S7WkwPo+1um/6H538tHbLMiveNgLbA2l
0H2ksfuf/Le5TFlL2fbHPrLmtIDq4cWh3OkuQ76qXVtvNpc86ydJ3CGNA/N9ySmhkdCGN6uZ
0t1nquANuGYLHsB/SCtx97bv3FUvxumXWz1EOd6XtY0WBhaPpbHfvLduuv0OMa2AbXF9ku0J
/S1+k0s/M/lqT2Y9h3WCl7v3/SYTJ8PVFiSmvg9L6djVbcWg1tsbB3OcXkH81x3fykbDwcXD
dY+mfVsAa573FztrdW1S8+2tqI5tTuXlwPi4/wDfYUQygEHa0+btT+KSkzrmxG9sk66jsmrc
Nlp3CNnM/wAutC3sA0LdDwp12VxbqI2f9/qSU//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEA
ZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8A
cwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQd2h0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJX
NU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpu
czptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAy
MDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6
Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlw
ZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEv
IiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8i
IHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDphMjIzZmM2MS1lZGM0
LTExZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MGYz
MmU1MTUtOGU4Yi02NjRkLWIwMjMtZWFiMGQzN2JkMzYxIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3Vt
ZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MTEzNkRDQkVBQTYzMTFFNUJDQ0NBMzcwODc5RjMyQkUiIHhtcDpD
cmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3Jl
YXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MCswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIw
MTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDIrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFU
MjI6MzU6NDIrMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9y
TW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlk
OjczNzM3N2IzLTQzZjgtMTA0My1iZmM1LTM2MmQzZTFiNzA0MiIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJ
RD0ieG1wLmRpZDoxMTM2RENCRUFBNjMxMUU1QkNDQ0EzNzA4NzlGMzJCRSIgc3RSZWY6b3Jp
Z2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjExMzZEQ0JFQUE2MzExRTVCQ0NDQTM3MDg3OUYz
MkJFIi8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmI2OTk1NDY1LTc3ZWItOWE0NC1i
ZWVjLTlkZDRiZWY0ZmRmOCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTo0NyswMzow
MCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIg
c3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo3MzczNzdiMy00M2Y4LTEwNDMtYmZjNS0zNjJk
M2UxYjcwNDIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDIrMDM6MDAiIHN0RXZ0
OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RF
dnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29udmVydGVkIiBzdEV2
dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJv
bSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2
ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MGYzMmU1MTUtOGU4Yi02NjRkLWIwMjMt
ZWFiMGQzN2JkMzYxIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQyKzAzOjAwIiBz
dEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyki
IHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRm
OkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/
7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMe
IxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMW
GRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwM/8IAEQgC0AHwAwEiAAIRAQMRAf/EAKoAAAIDAQEAAAAAAAAAAAAAAAMEAQIFAAYB
AQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgEDAwQDAQAAAAECAAMRBCESEwUiFDEQQSMyJBUz
NCUGoEI1QxEAAQQBAwIEAgcFBwQDAAMBAQARIQIxQVESYQMQcYEikTIgobFCsuITwVKCktLw
YnKiwiMzMNHh8vGzBHOT8xQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPQCy6mp
bH41ZybmlVSRzlil+pxeU6j0IQaNEeH+zrD3IwOwtA1y0DNVqjkAgYheBqq9g0DgNIeLyGg3
IbBeHUNAbBuBUYoOx00gtxOBcS4CxOIuFwEcbQoENA/UgNFJC3BYYMnYcnztTagLZAG5EOe4
UlmAFGYFeZoDt1ik3gyY2OEDHCWuvcPFeBUa4zrPQA4tgU34rW0g7Tcjr8TNICyGxeQyFmly
aTU5tVowSjgJWLFyDuTalQ/RxkXIUbZVGaFsrjW7LsaFUuG+UsMcpIxweL9WCxUXgBAOCy2j
nj1scpp1SGacIlGZWsGgPB4HULUdQ4+sSQHBp6SvTx0TxNZ45tVsDna9TLK9IkViAMl4DB4M
lpwIzAzFJvJTicDqbhex4ASWAUFqISdMvNxAW12S4GAiRWcwkbmsY7b0C0NQLhcoJ0vwCGhm
fp52oLL6NzNvoQZ92iiHaPGdZ+CozNHVJUpMyV60ERPGeprKiZ17lnuaCdHFoixEXqd0wRFo
K0LAvB6iUtQZ7FbFgEgS0yXLRMlenisW4pUwhRNxIambGVr5DY5KvDcL8M2U4b5JovBIIbUb
I61CLRx0Tx0dxVN8Z5w+mwKvxYmO4no4tNZLd0EVtU7qyRW/AqlGLxMF6zUcsOxfqyW6sE9H
F6TAqg8kMEEQHahCLdYitoLWji0gIXrPEtqMkxNC9ZoXpNSZrB00sUishr1ud3SdPLjPZNzV
4ZSkX4p1hF60EFrGWOxhag1BahiDKdPcd3cRFoIregkE64aOgqURyKWgmK4JqJLtFWRcbl1m
irIjkUMMit+KT1wVTcBvNhXj1JJEkTMg8D0OYZxpXN1vH1y/dBwpAJg1LGfn7/HkG9jDN8oC
hjDkt1eLwIYz3cRHQKpuCI68izQSlYtBkJvCCehTAa+U2IV0s7TLGCYkdhl69BMRJcZBnEpY
p3QFtSgbs/jQDYJm5h0hr1HkNA9MJF4okZgiphFJHnmlAWxS54CTWxXHYRLaBbEmyuNas2Ew
RhmuHIsarODY9DehTLasEZMhI8mLSFnZkqQZwdTDO5Ixe16nLJEHjrkOgcB6xhmhREwzVVQo
G0ElWOP7/nPRkWp501cSdQw7a4TM1llz1osfQG+qQUubLGxcuMTY4TKrnEqxAWLXHF0GhWzq
Y6/haIxp59jRss6Z+X1SNbM1h7PfTMQ9AnpuEQwSEUNDTyHy8WkUyd7CNJK7QBcbZj9o0Ebm
GO7vm3wWPFjW06vB+jiKWEeVMs6bxJgos0mDjIYGHvP+jMJHZxirejJlMC2grXnmDU8/6XJM
F8JxwQjFnEYFzPGF3yGF1UZBB0rgQhGNCGA1tXy7RtdZMqstAWBDAyLjVoDgtlSkMCkUu2Y3
aYKp6yvnvQnT52oxosXLLY+eGsuE1cxgos6rog4rrGecbJmamQwalBULg0AmaoYZAVinViSf
ReZ1BvTlk80uIY9QNihqgNCgSkt5lDdVSsdS8ALyQBxeOoK4Qqxiwbyegpi6ZoRmPnGXKVJK
I5k66x5chVQw+46tuIZZZOIoQOxnNiN2bGed+xmkumRm6OWM75Wjyi/rETzxXc41tzyW+eem
slrgZLrHqVSIEKS2gWzmUh4VAjlEShbcMmwbhII2JPO6AmM+EWaS1RFwTRflxGupOSenyXyH
jxe08oD6pjTInBpxnJm+DKk0rZxDRtR8zysUPPaTJCxAHLQqML5LZxRjezdU85XuLnVZDCIi
L6mfpl1QBOZH6Ezck9AT6Vz0eHujMVghhnW8S0bkDZB4G358ttZIj16fn6jO+u2JrLXN1oBi
cddYKQAwxSXAUIMtXpJ1ENAvNAnGCQgxAhFS5ppXXgwCNQS/n6J5sZKnXAQYH0lDLsidJkf0
EoFI7TMqm7kDG1HCRgcUUZGNvqPAfM7qJmkgYdyuyOAzUzYHgVNbMqUh3R1zLDuqCQNbJAhU
qHsuce0sl04C65vGQOPyMoMZ1SuArrADUKV0M3UPO3XKB4lSrarggJwJQsXL1pBZ5LVNLA9L
cTZqY8+LQwxuvXAekwKG2znMEoWYBJ2VK8y2ZusNsJepxnOVEMpmdB0OIw4PcSNR4uhpZoLV
MIsNcxS9Rmvk5lSxl5NMmK+Mambqnk5OAMKKhW88gwBlcXJEFq1ISwq2eoETFN+qrJkZG3jk
GrUuZPSBSzjDrPAM3fHIRU+cN2RKXcQYDpgcDO0zz0dcOxfP0lxN0Swq5ncNdLAO/Lh+AYzI
eRIMOA3QcH6XE2TEWYYMuHEzprwyUNyoS8JX1oM9umibIWaGa1PnBhehCBsrEvZumGUbsUJW
CZFY7K0so0AsrF7riGHkXC7JrHEpJZJmDAprZogNioVtaQ09xSZsRna+YBmeBtrybOhi7B5o
wZNbLYkUoapHEgE0vcYdz2B6ilTRZ89x6bzLIxcpalaGEQwswOV4YWIsRMVBZjYR8ZoEaVoX
dT0jSKLigdEINvKGNJMGM1FoguXPYDMKlJOIpQTJDDkoCa9xf0fnPTHm4mC9hEKSWpbhQWLV
gOpr4hPDaKrtmMtzQ1Dz9d3MAVKMCWwxwJ1w8UIQM65msolNWU7iEarQj6aCAhsDIsFAONiD
P52xno+gyTs0hgJaBNAwjBTUAWULBjxtCE9nPeMO8WKnX4JFaF7w8KbiWoWxdd081p6OWPK5
DIVDQdPMG9SQ8m7tpCgm88m3SVJj6A5YdDLOm0aK5zE7KTxMQoGqiQRSWsE3/O6g6PNGatUz
CxUpHhGKYcXAMWFUYbyymnZDSKOqOHnDCKChoRUFqjmipIyVtIeAkEGyJoI8tI9wSFuiC1qE
KZrvGRdoAgu+uBcLBl6fGKHEwaNugF5Z7JNFEFjiTBZgNQlYGM6+RtgkddQxmXLiOb6bzx1J
sRwyEaWZc3mRGPOsqPFA6SQpLNC72fomkFQBUprDw+IVm1gAClB8ZQYXoyGgLAkrq5YMZoBw
o2ELUhVgkjBEDHnkPQoGXfhBiisGB0E2scJtWIRkbOaUHxjs3WXMG0XKxaxMzU0vReN9IebM
IpNhtEnBcroZ74YBxk8rJockQjiVBNoEH1gQHrLxUfXDDEczBayhn3mxzYGS1b2ODRIvW1RR
HbKYbG1Qxa7pDG3BnLUKuXpaxmcewJfbyjAkgiOqQv03J9SFw8rB5FbkoEIMho8hqmdSTi7Q
mSwOXHKgkMRK4XPeyiNny7h6q3n3R6t4L9NS0dIpYyQcZrmclQZpxWApVmCaGCXaTdI6CjKb
YQRIsJyxAYBrHls/bxCpQlCek83rm4QRTzVS0B04xVgUhjIFCKsJlnUyDlIGFtUgozS5XAMs
FIKwO3DNjc8g8b8JaBSbCJ6pQa18AD16m5BoAGHxx0NMC4noFLSIdpNClqEIEWpYlbiHlPZe
UFrUgY0clk9cbE0DNsOwvBRl+ppiHNLnU0UzH2snXOWaEJscyCKUZloaiQPgcGmlikEqGbzY
PRseZuenpgyShaCZmT0Qmqi83uZWgBs54BS4iiC2WkNW3ER0FpHAbyHqPLi/dQkkENvb816Y
yF9fjJnVgzZeuBGxIIL2WJHucXS1OM071DOV3OPNtvpiVdEAgegw1q0CTWSOnia9QtNJCFCc
9KBDGNNjGoegP5rj0Hedoek7znHqD+RbPVG83c3B4IjXzFwDS47nT3EXnhn1/l/VC171Iial
qTBE8ABUbQAlrAeYXBnipcBamI6PQLD0BmVienwhaVjlSFWCRSSSiZKiOA4q5Q4nEQsjYMyt
xhb10hG2oyZIvRIiTQXxCdKphgKI69SE1oQky1xn1vjPTGhXqlo6pHTJVF5Euq0ItVgJYTVC
omxihyXMIlbGk0nchDVEeWX9FgjQgHKVKQEatiouOAYFB6Xlzg1ySeWvbiChsejawtId6nHS
O5Kxc4yqshK3rJ1psBvMF/R+c9AbVLQV6YIi0AUNBUSvTQIkEjNVXSa0qET0AmG8s4NZWzhm
9QTBmZm+ieehgYaOCEKK4B5J0EG1DV0MjVE2RnMvP2cUoNhcvr5LJrCMQHKtAM6MGUE4joip
a3QSUMhtbF1j0Y6cTBJA0aUFTEgxN3NdJKGxMxYsg8IBDdDPfGQLl6SRdzJ1DsjSwBOzIhhF
3ODSOTnEnRa9doVdIAm9CgMD0fnAy5qAyhYG4vcW0RFKVgR2c+kVKOAnDkPSJO2MnTPSdepS
L8QIqYJNtI0hef2iTlxzX7FAehhM4zUioWtrgxlXMp9QQi6Axr5myQ84uzwJXUEIvhIE2M7V
AAYqSIwQnm/UeVCjqUC2uUfkZDqAMF4bZmqPZ5el5K3GQJWJK6uXpHqagkJHWBBsIJ0GM3P9
AAwKeiIY4N8p5pTQTNlkcBGcIwiueR8pGzA1FONFaGTzCO9lC8NSX3UfSCg3ViiulQCRq4h4
71nkQ0UoNxFTRcxbGkxj2NWyFBUNZLsAk6aEIiLF9HK2D0sWGT3AFZHYqZI5MQsa8BIVOocS
8/6Tzh6fi8IaGTpAUdBA0xAZEUfQ543cNinlvQ4wG/XGvU+Y9GErMFLzBExJ5vB18kroy+Zb
Li4tXqjEj45Sak2jiSDuU7rFoix2pmah6XpocicAPqiLWuAKuwsP3pJxVzC2HsJmqfN0RBzo
K5mplmlOY6M9NBYLDAPP00TEuJg1NwFwvAgLK8DHLrnmaV1BlQiw2qNsSFMHTWCK3kpfqnGE
8JW6CZrYtpo+lHxkECUaWAGpcpW0llncwccWOAMExnDJUvoqNgYbCRn6KxjayW2LWk4BFjDP
UCtQ81tKsmj0Sd1uO6YJzHlBJkoyglimeRsQrUnCpI4IO1S1CEAOKNgdDUbMKN6AehnunDIk
Dp1CWFHBFiDAlm6ktA4C0m2KquImwZaowOsBsvQxw+mucCcEg/Oen88bHZPoALQCERPHXtYp
ayhK588AqxAtBWjPatti7JJEs/fQPOTFwpT8Zu9bQOoQZ3TU5pZgnL0cwv1ZBaGdriszQqQd
gtTCKHEQUT0wDw7rDcCgnz23kG3UDAEegoFyNRMy/Seb3BjPPYZHAhklRkZpWAKp7mNoXAAY
zfTEMpiHpHIXA2/OkdWw3u4e2QFipQLtBeGoF3QMi6bSxUNkhjXydcp1YAiuI1Vu4641jQsA
hAWKFpjjsvWzDtJB4FRqAFbkPPvCYNJVigE4CF0zXPMaAET0V8jWEGKHMgDmcPJ1Ga2z5zVN
bC1c0FUqRobgDHdapNb1OiIOaVZM8JlAuTp5Q9s5GgG4MipVmRoRxFS0IAWfCXE1QrBKls/Q
zizIKGjy9S5lbi12kw1l9ACtJwDirALK3Lnkyeo84OiGcpN2ARDEKGipYRZM5wlie6Ceji47
VOiOJaUaEVzwBxt3zptaOe+TWkGcdXTIscRYi9RkBalTr2L2WKEVYTDJ6Kw11hnQSRdDUygT
nOnQdMo2gyGtWx1LEMM+mgAigBs+dsl7dxPU4vYQhmVLDMAgYqHg8BkK2m0ZnMjO856DDNd/
M1CijeeKauXpDogyXvwDouQmCgJMuQJkaSRx1mRpAiYXSxnRpWWSIkBWjJTNuXg1pqTAMw3o
zmRmBWIoS4vB4AyeBct+K2rYr3cWr0Fo7iWVmBGVSBcXUxzT0s10PkamAF00GRwUjG4DxxK8
XuGS9wQTnOVLniBcLChZnNMa1k2TqDTNWQWODdYZ4dwdiQEurcNwoDcGBiBwFgfF+pJMj4vF
OC1pwSBQFcQaP//aAAgBAgABBQD/AMXP/9oACAEDAAEFAP8Axc//2gAIAQEAAQUAb2lIh9qM
n22T/lUn+WEHtcg+1Ih9swi+0sMPsL5/kNmDe2ifu7cG3t4O3tCfevA+9fj7+0T9/Yg39jJ9
jsiD2GwSd/az9/an39rH39qff2sH2G3B7Dan3tvP3tzB3t0w7u4Id/en397H3t2fe259vdMO
1uA/a3Sfs7c82yYLLobHnncT7DzzEg3kTzNDbybRlbzDcCfKJ5UybVgtrgsSAoYFeEEz1ykb
ppcFaszxkDwtnxjK1rPEmfEGC04AoJAp4bhDcBDsNg33GeZgwsxO0Vp3rC9qwe9YnkoJ8lWR
dV2L1E96sllz3QTy1g/Yox9mmeZGHkrx3TJMDYjWNBb8PsswBtK/LI8pnW2dHZzUc9Hx4rDB
S5niMNBwKWwNXMGqJ9QGfUWfUXJ1Z4G7kHAxjRA+03EISEzsBO+QWBiMgAOCpGVMBWMqkHXr
z9dZ4gFfSqLD16Z+igJ1EyutWC1S46CGtcitc+JIKlECCdFMu87vXp25TRJC6SADVr6ilAPE
oHjUR6myanw9Th66Wz2tJ7PP5IC2O3LORBaSc2GdmBVjkv2UEGcCcwNg8xZ+J2yMmHmaI/uT
axIc9u7E9gSFIOASOZgwdhGscLdZtBjt2g6m35QGbt2ImROxhZpyAYSpGFxhclROMgwgmZxO
omBGwBlyS1mFZ4HnOSZnIIUnrg4fPInXgrk/IEKchTkdhAIZgYwYO2f2GYVOKhiEZjfgdZia
JH2lBJUIAxEWwAgs4CAALiNjPOLXbxfX2WKa9tgoq8IzzmDrkmCMBOYV5Kw8EjM6mEEBgwgd
etOxXYvaswH+XpCoBN2dhFTqeonE+Mxx1nUTCzjPxA4wCph5nU55ALOsFhhIMws4mJ1GfwQ5
xjMKgPgTRH9yK1ANYBWpWi0pkEgg8doHJitiAAy7Z2K31t0hi9pht2MC++ebZgtvyL7gftWz
7VwH2rINm3DbTz7NsF9s7XMct1Fa2RtWuufT13RK1r2q+R0AO6prsW3aMNuykNxYsxETawK7
bLlPbPzB+ZgLZLFp5EUCzh726q87vg2NFd+oAM/ELAQnjAM6CdTkrmAdRpHOzcnZDr2iNVah
qosJ+q/f69fYa9QUU1iGmvNlM+vdsW61SCnp8WqVoK1wFWdVniTPRQTSpH1VEFCTwpPGoPRc
MMIHXsVAgdhEsNLHtbtVtxkGbNQasX9GahjLDVVOmze9XqbMVaBrH1nE8NgnislrhLHsRwuq
OpoIa2o+MsxgDTYstA/up22oft4VtksF3IRuTO1jtt5B280hwPW6fh9uQIVzAJgTBnWYhmIQ
pgUKpoD0a3lCZ5zOD+mJg/o2DOIcT9yIRxZQtiq91BwGVv6a6+pUjK4juphatFu2rbbNX1TF
lrrQcYmYTOTDWjTbrREd/wCJCDLVPjrw1ZC9QpgHGOSewNcXgZzB+TM4AmmEO1zk/n9sgTLY
hmBjY3XQ2ey24u17J1TY3kh9htM2vsu4HXHE4nEJmRBj9DzM89jGYwu0PyBpCB6mjriwDAOA
tn5trttv1tSile2TCRPxOSODDDibmDSG7uPhLMmpCFiqM85/P6dfkJ+x4h/JhzkTTA+wZxnG
JjiYmZxLdeuybbpQv+RuJ+681q1dVUIMiH9OJgGdRMDGPiBgHH6cQ4mBMBZmEAnMYHAqBKoq
gLOs6zrOs6jHUZI4ZCTtf6dQXyhQQ+Oo+KjfGfuJBupF26yPuVz7iZ+6YNt81GxwFEGM9Zpj
GwQf0/fjJHP7zM5m7QLKzXiLqWWppUsAJmcz9wIDB+MYnEM/MxCRjsP0P5zMYgJyCMO2GVhg
YEzM/rkTIgIwxGdk/BMi5DktytXxpUL1whnhTHirMNNQIWuZEGCAR+mCZ+JpsDsEQ/nEx+mf
0xCBGrV5Z6+smrXprUACZ4/bMzCTB+MwHK4hxP3xMAQgQARgJgYaYZhjItQitQMBDjqZgz5T
mYzOsAEIAm1/Qi5cA5JwoIFKH45EziO2DxlQMM6JPsqCpVv0ME0v9yW5JEGMBoWwO2YxxA2Y
bDGY4DNA1krJIM4/QAYxBiYMA4xwQZgzExkkDJhmObOoK8RlbLg+NDlecjP6fvxnMzMwsDLy
WNSjqoEu4r//ABGQcKSb6lYN2LW0oLd8x77mZGdorFHRgydRMGaY/uCowRyPwFGcDAGI8zxx
lz8YPyn4zxBgz8Cy1i1ttqtVtuFqu7wYmDMD9LLAp86YbarWNbX49j2FgDbNtj61xarHDg9K
P9KY4xmcTidROuBgYKzY4ZDmtfxecUqQauuWPA8aBrrvGjWWWsMgpruwOrYp6uDpN/EDD+NT
/cEGEQDiYg/JBEwJ+7gFZ+ZWOMDGJiNnF9jC35Y17iLKHAKnnk/pYQFFYA2rrLXXT2Gl2reU
t0droxKtq2mu2xvHGPaqn+iZz+pEzxz+hmwwEoYEDPfY4qp/027QZMHE9hYXfPGprtc6dUGA
Z7LOdVxkHniag/uWUg9TACIywIchVAJEPjEwhPVYUrnRcDGBmczHBXMerXe24BC1io1bhiBg
A8FwoViTsbCSulQhYiE5nbjb0ab6rNe7WKHz6+vhl4BmZkLLNhFFe2jQcjBmJ+2yuUVEVOoE
6goyopJMyZYQK0oax9nTvqfWrK6xr3g2tZb09gtdlGjWptH6af8AuS7YNrQMSMtMmA4ZwIQD
AOSeMQ/lfxmFgACGhBiVKH3Xxa7ntrWullFwuQSzObG6V1UBzyFxOf0Gc2UVXDXoOuwBrvgh
YKLdy17K9lu1QqsBCa6h1YZBBEvPJtqrSzfoWJ7Ksy3bqLDZochWJKfFbnpYkslbYa/apVaW
ptpfXWmrQqKpgznOiT9locxIZ+wEb8D8jGWz+mYucXXCtOmxfCbKGqvFk2mes7dljsxPZTmU
XmuUbmQD2m5YAaUAQAZZ60Oxs00p/ledfdougBw4OOnatGBXieyuZadeiy169Wha1qprm+bS
vrrGa7iHrjf3VrD3WOSrGAcMDivXuY6xZaTegF1NNo7dSlRsNur45WWFnwssHVZiF1mmwOwS
cnJgEImCIucvdXXPtEmpwx/YopnQTOIakDbPswsq33Ipu8dm9thk6ZZxljYAiMeuvYS1ZBWx
FcDqibXtKRHO5a3itUtr2dK1OPX+w6TAgypR0dSMzZ1/KFwiWWRrRiuyu6aFZrqLdU2dvsLQ
OrcnuOqBmFLaFK7HtuxN1zsLrM0bAMeo2VVO9ZSyu5LaFaupOqX+xqrezYvsKAieo2LG3zjB
YAXexqR6NpLSYZZY3lS+pmtROnPTmY4Vwo3t977K6bAnRGF7OGuZiwsbOczqcjHXVyWrBCEh
R7D2TWWaSM9t9pBXUNy/4/aR7Na9TVr3G37l3fV2TbKcdDCMzZs2Qdaq/pd63yNr61FBLIV9
lewte0KCxMP5qTJssVV6s5Gk5VtIrWydSAVmne6ucEVOvkod4SCt3XyAggBsenVPtE87ZbLc
Gi4q6t2DNhdpm8utUrrrkw4wZxN8udbVpUPt2K4sW2tr7EsrfXL64HAyoTsYOxfUHyrclPY7
7kMFnrFQLr6CWBUVBgGMiNGStJs22C7QvsN2tnwfs4JW1mrX7hlm6M1Xu81Fym8W+2WJgEop
XDsDZr6T3tT6/WQMiMH1q2Xfoeqzs01x1UFHqDsJXsOkXeC1uAzUa1rFdK3PrNcptGbK5N6d
XQc63NJetZu1Kzrf421XVrLrSIuSnVZsJ3qUnyUkTefFPfK69h6mhWsv12rjUlF/elyH+41K
2OzvWjNZp6aLRXYFGZmMwwTmbnU3+s18kDqk8lc9jhtWq04G8Ov2GD6ZRtb3GuMKpY63rakO
6yGrSpDX7Gwuqib+3edff3VtBGPb19lr1eDnNZwVw0etUlFtXkS7SMr2H8nYEamTsPZUkvuV
lvbsK9S15bY1dddiBbbiK+6gaTBXHVgwgEv3urC/u4Kq12bDf2rGozCxGCQ2Ka0sR0SlWJr6
uwDru6wrp9GobfNqwmlj/VM8lOeyLPbaL226Go1NRIl19CrdfltXYcPsaPlrOhsACrq2tTsA
UubK69bwO20RU1C7FOvX4bKWFirSiS0lpvU2OgqtCs6wY7PsIhF5EtsLxRlgT3oTy6317wfV
1MuyrcpYDYDqCW7Va1WXJhWZgVbA7dssg1Ny9HSxLRu3YU8ucABsQ2OWcMZX3Qs5eYxKycDs
od2MFqhtn117Ppaq0HZp9i1nXe7UHfruZwlGx7Hbc6tezsGtQivYlabfse5axrC4Bi2FTVtW
IDu2FF2mFg9kvXKs2FemrVchia9e1iXpvsIfYZo+wymi5bU2iGqzmWYRD3LIpKlTCDk5Devv
cSq2txqY8zWKtflAJuMsJwqsprbBLJgrmInY165ES4VTYfgdjHb4ZJKgToSTWQKigFpJKgZ/
McfHoSKrK3qUKCrAjxUgnyOzBGg1KIqU0LWHLe2vcEkZGMdsgryGMJ4RctWmTr0KtbW0rBtr
2DF12KnV1wDXr7LhtBFr1ti2sX2kIijG1aWs0tS24r6uoU7NNlVmBgCVOUfUtcnQ/wBzY5ec
hyVJDmWHjsQyEsocYfcZWG3sFlGw4qeqwAr2dSYFbLKFAcpHIz3OSfiSVWtwU7ExG4+YFfdN
Sv2K9xsr1S0XV9erllKl3ttyc7Wquwl+rbSxJaB1MH5wAoXM1/WFpYyay/O1V0rWU+utETWu
VTXcYumjga/ULXSZtJQDgsdixakqqeyzQ1xr09zLtWm+bHqVKD19lZsYrZrXurepvsffQAwY
E7CV4JLAjqM9ug7s5JxKa7LmTRvprscljs0dBbXPIO1lpM8jNCw64ALjLszRiRF7NKNG21af
Xoh3LgURT5k3U177wq2aeyzNXWyWNYqpe4FP+WUspDrv+lFpv0tikVozFx0g4VNgsCFMDhVG
xXLPaVCL7UCH2oBX2fYruWGfYZhVqrbZZrKo2te5rvX6wrj2kMhcngEWYm6/Wi0l7desT0v+
/wDIgBbLZ5HTp1/jCAzbcd1BlOlfaKNQ0Da3yTVi2y7VrrV3phtPdbXsLVsq2CDluvKrkVaT
Wrq+vNRDoo37j9enZZkouDFdSi5DraKtq6uoDtbyJZQWtu3W66uvUfEhPRS0uSuyt16WWlma
jRtYFgAjspv2XKqXLFHeDXOTrZIp+Oma50UGwdSbSTfrmxq0ZQdamx8gHbqsdqb6XPt9z4Kr
MVpK1eoXG+GHbjKiIcww2lEPzarVVaRs+AbHsLroeTqIxfdtTqW5GTNRCzW0ErYpV1VolRY6
Saptwldd91sDt1vP8an+TDo3rNylk61tN7eSmtFtsPr9UrV7O8PXTsoi6NlzUnM/f2mkSdPV
ZjdYQwBhTMNQz1AbGISuVOHWmlQvVTY9gJs3FlWyGDlqnUo0KiMmba2fDKgXdVm2tagCEAz1
X/0OA3bMVmzUxMI/jvZllS5m5eXV7j1H4TDStKaZsAtYNe4pjqQ7qfWbTXLvaVWUpVioKl7X
LUewvzr7KM12M7DdarGXuD5A9TA/YuCo3PrtXum7tLTUS97qirbTbr4e6hF2/e2eRNvZtLJs
GJY7MgChigFjMYFPVwREQGVVdmVcBrUWHdYxN1ywai0itQrUdY38lbUWKaGtat38h3rFL19f
Hmeo53jjsQOw/JYLEcsNxAF0whNzWszoewXn1tJbauuWsvaDP5SHDYDcesLLfugrVQCCVLvZ
r0mNrLXNYHNuQz1LdTsI9bqeVMJXOjrNdc99NA8QZwUMexQbfZIkttssKVlpRrsrV6Njq3rt
jsmg9YvAqPkRlbY6t9l8i9jKbWlTqy7HTyV20s6UUMfrrMATMIgAztbWvSg378LjFeBDgt6n
A3QoZinPzzySn52smupzXR5l8DOxmTjVepab9mt68L21xUlKabbE2K1rv9bopWvtrbAtjECp
nU+YGNkTS6NLUygXm7Xd3t17EKv1OprlioVK7d2utrPa2YOze5bykCpjKkDTT9a7GvWoQMVU
NuayGy1Hr9iOqeV8h8sVDSuvqFHYU2V66XbpJpW66xqbdcU+yQBNrWcEjGMzaY1JZZbbYlQq
qVcu2BDPV4+2GMKw5B7jKs0StbKmyJ1aGuU0+R70AIcLFrYv0LVaYKatutf5fXm/F1Fd9e/V
4mR1NdTIDcPINTYNbo6vWKT2NdLB/X67xvVUlqKw53NtifFkVagMGmrWJ6vUUJo6PSrU1VII
A2fZojNs32INd3KDoNzmqxMSilMcidmK0KKqrrWLJWxNTtUptsjnvHHWam1eCm+lY2fcWvdd
hbabykFqGAGck+qGN8ErFsZoUDF0QKqsZQqrZuVqlwYvEcd2cq3cgPb2NOx0XUKXV646VsOw
q8xn4ntR2SpgsDYVD2VtdGrXY3NeUe2qdTtU9bt21pQxTVv2jVTWqSuq12GuqDUrDO9rJK9h
XHdUXa37b1SiuuupTZZW9Kx+1h2A3i/qfx4ULmaembW9hbVUwY7B1dKitNi6rsLSWJOFBwz+
J3tZrDwFBccRcg07xRa7K7D6wg7zKc8CAq0LYiPhyoIuBZe3WY+QKQ/hMzAmgemztuBXrblF
i9wwzmey5KhijHtOOjEYuQ2VNWwY7LXrSlj37dygpWbbqEqrrfk3FgupdWt196BNVwX3C7qn
VFu23ZqtXZuo1/V1pAMRkUnd0L/Icg2szTX2gmrsN2t0mrrre+yw8iVusOwsFuTYBhlwxMBI
gyxCgg1sFoJnqV/ur1Ic5h7Y/BOYtjY1WRjbS3bAE4yW5wRFYgaYJvULbVva4TZp2GV/zPZ9
VroYFerLA6k2t89NkFdysK7bK++nsI2qFZrUSpUBKksTNy1hZpA+faYNNcKpvQsAbgPXrpVG
/wBohrT2O6D9zcsP3dtSu95Eap0P8IfatqDMSSDk0qCq1qS1deWRsrkFXRps0qK/zCI5+NVh
aGU1Lj1LH7tidmethBiH8YJnxxRklzGRGllLgdXz3Zj1TroLm6tetWxT5UShwfsVovsdg2tW
rdHIAQMCxHl1gwLuCraFZiUitAArK5ycwtiXN5LdcdELu1pcd7djijXWyWaurRr6NHdPBWpX
AgRGFerXWfalVJ7u1tOTYCkRjK7CkDgohPYkGDqD14Kl6Mjs/ECggIQ2vYvkKBT6n/6FV9TQ
Vhl3KBWDmYYDJlJyO8rf5nIZfFYjatRrOnd4/Va5DHOOJtk+K5u9nGFfM2EpFfbMDAPXYI9f
KHguxPdzDkQ9iLMCo/1EKKQhYsRhWIZWCHVWy+2lVRWAjYADABt/pZuaqWV10ok2yxZhhaq8
kUdmAZCrZGVJZVJyQVyhsGGGGmT+mRNe/M9Uf+Rb8atwre5BYnT5MpU4IIXEfliIgLIh6TXb
oLd9FWn2ToE9uzSn2NFpvVbKiG85Q96lID15gQhiqC/sA/ZoQMnoYQxjrhU7TaJWtR2a5h46
FBFvxZcAq/ZqNh1r1uy65fm/ykqgBZKbK9SxLNVuotartZZQAS5Ep2clsCISWUKF7AEVkMcZ
2KxnABByT+MjIPPp1I9jjkAma+wazfWFZzFbgIejKFU4EqYwpzcwAWt2jUuoam7IFyyjbvR2
sBsHUBexa3tlA5chheFywMQnsTyCAHK5JOd1+NNGadexWpkrvYErwVAzpawdrmIL0Kq11v0u
10VDkBy2NDbY2bPjLNZmx66rKWVkdbAAgfKF8L+GGAoyzqhF1FiWEMGGSeM1rlvU8ewbmLgQ
9SA9hBYEKpBK4a/xl0qLslQVlqbDrbY71lQtRILeINusZ57mOrU1kspdSpZS5yUXBcODU/YF
VKfhlIaLW/Z8kvhG2rFezSetaitYbZsPhdSzEOBoaJ2Gq16a1t16XjIwXy3mG6sVml7W+oFC
VOr0GxrdnUTAscNfWu1DQ6xX6yp1wgDMF+SJhrawYyq82tRfEQyxQc6yE2eudvvZy6jLNkBU
JTt1Lt2JbtCYLlRdOux7dkuuouw6lrldk17mUarMR6gstPofnXp69C27WkFt8Fht4XBEZGeU
0hDUVEsI7VoMscDtxdX5EtQq6JhdZLVt2mDPp66l09fqtZTrpUpbnoCb1YAbZrG5vraNDZSy
vdBL65NdjZAC1lNzVIsSy1GFrMRUoAJW1lrsWsEsLFWWbDCLfazOXjaWu9VnrwNeqrxp6/nd
IOawAzYJQiFmBLZVVObWUV62nbZFp6KqJbTZ6jYQ1aGwGp0req1V1C73WvU129dZXYKwF17L
Hf1m4soTaWytCHVQJ3XHde7gBKrshuwYZDM69DcPN50azt2l2tY9lSnFNYrQt+jP8g1onttw
uKyrDXvNdtz9zivDbNFgLMtd7K9ZqUwa4QHX7JbSwV3YkY7Cx8teVi7d+aNmq0Mw8QJZShJ9
QuPYP1mAGbhlZ89jP3+cp0RaPIVZWr8emTjiN4VG37elDj2G4df16672aVl9lehQqrVSh7yy
pHFunax8NwLuQ6/M7FTNQosU6+0AO1bS/qaghLBQgrUCDhtWvMJn77W0FAuulvsqaaHfMqrZ
i4XtrWoutY3Ytb1ro2u2uoZlt7h1vtD1bNZlpApevDHKsUwODGJEDACm5exCA/IT1AYb3MVV
aW1QhlIVAAfnUpltxp0/Va+QNhhs+b+bZ9nUqM25e+tq6qBrdk2VDqmSJzCQJ+Z2AgMFQ7be
h2euquuOOLaKypqeKtgNuBVSubDX2OAoQdhSnWvE2rlpos27nbX9ldSuztPsXdotjiVktYWx
AZYxBpGBrVhqLKE7bGjgGp1lXfxHXdk7Mz/Lq0OAvOOoB0bw5ethPVE/fGMqrKWxghmZ2bKD
5U8nZRra9WsV0ewqcFds+CgVIrXNaNHTKqxupFe2xK7CGNZDWhD4QV1BY5VRZtc12u8urCP0
EbBWoEN1yGr4Spa1DtnDE0KC5/T2VzNa0Y5i1w9OoOSoUQ5Yq3Zj2ZkHGkv8V/YMrM0bACP1
TICXVslwdhOM2O5YkBuxlbFWRhsa3qxjf8fUqpK2J1mSCVyy/mo4aqj7BQhBeyWi71ex2r9K
xldSVVstnerkFVMaqsCqru3juSUWnvdd1XsbGRFRWdHm18VJOSVMTXGXYRrEAQjCgAdeamFb
psVtCMTYKvLFzEwoZ8lSMoDjgKOZkBakGdbWe966wikdg2FPYMnWwQDM9lWQwfnGIQYqwdRD
iet2VSzSSv7CglqnOb7aGPjSGshSmQ3ZRpW9Zbe5ZjZ3D2mLs2K32EJZgyVD4HE2XXrSOtZY
4pBN1vd2q6U1AvacqgetbVsV0dgepwEqbLrWIF4AEpqXLalQI1rBK7Ss2qKy12ohF1ZQiErA
4x3JYkwBVmvr2XPr1CmogEYGd2sLYC0rYGdWB9gqNrsCCv4Y5ZBk4AGSQhGfR7hs2QckMwcM
S6EmUj+R6qPH4uNRqzU39WyyBadinpb0aeKsxlCVnZ2Ub7vBuR7UuRozAhD1YuFWuqy12IrV
LQZiWIti3a9tZyMLr0Aj+pFErrybGsWJfZnyAi01struyrjrtV2dVpdgune0XQZC+s2Tp7DG
r113bWrStbCJ3IIszLkDhqmL+N4oYTcvZlBzK1OT2jEiKgKKQop17rm9XXWl3Uqy8k5DoVEQ
nJPCI+09YFFYIxcqutGsrizXtrWm+1Y+yGlNma7K0eLqh3Os4IFyl2YPTU3mZ+ifualwtzoy
nKliz26gIYOoVW7BRlbegF6EtXWwvzWlV7WHnA5inuK1SZGGHxrGHcAgnoKSA1iCWYxkkKpM
2bDNWwglAZ7DXEtqKsWGCxaCPwmpr+e5NVaRpVkbHjGOpBuUs1IbtUTnC9tYrXqpRYC5rtbp
ehqtetjsAqlqFGqrZqh1qDKEqbqpbBtvCjZtbGtfebddkWL1IYGPhiQyFcCqw4DqrMaq54k7
m5ULouB3Rt58ilSrC4tWimI2GVgwXMs7FqCc/s3UjWVhccYPYRM9jmXU95r66rAvFtXddtcR
8RckKDMqB6sVHWYZmp/rlWBCZDJgpYua+T15S017FwNxuZVtrvQix0Y9KmgrQL1UMrkENmBS
QVaBC09sVR0NiFHZjrb3iZPcVxCrDAZwBleSgIBZcWIjV30O665DVMQBt7ANyXlkAbwguQDW
JWQrdw0Y814BVch/6B0KBcJYFKkcnsYRFySjZmBPba7dnBJBIiK4BBnqbiAxGNTHnsDeTkFm
BBABoYZIxCtLTX2WQ2VAxCFC2IFobstlTCClSG11BFeF8jhkPFtxrS2x7bF5NoIBaVtNXa8c
Q1OttmCzMY1jEYAV7AUpJxSpUex2DXRywQHuRWw6KAFXspEVh9p1BilvJXnqwwKlWE5DYIIY
TsWD5hUh0yAcT2C9qHBUkDKsQMgzWC0bJWvtqY+xYDlgymxW7rWpC19Y34BYysctfmWHL169
FhdfFLPOKl2GBa9GCuWhABfqle49jsBkhsQsSxQZxyjgPZs3Impc5rXp1AUm1iWtHRUXqm1d
1S/Ye65cEf8AslC9XqXqU+NRlR67IUdSreWvPQqRF7CwHh2Yr8iFIz+J2GeRCONle1d+PLgY
xEI7iwhxsK59YWO13Ug5ItQqQVWdgWyIo+XVgRXiMhJsZl2KwhAtVQwBhTErqbCG/t0BXa1n
6AMoHUnsMAqYR8SvOW7V3usG+UlXsaHFb1zgtZcBN67uWDEJxOspx47EbsVyyoEYv0sq+QNc
qwUcDD2Lis5VioDr2BAAGMAYgJwjgFnUrsD+fxmWEdeQ1YIno2E1FUbNisCf9JgWBXIrBNla
UGWUFS1d7hUVkvRmLgNciFqzSghNAGUJRqwD1AeypFs2la3YrwFPKEqwIIBYKOIy5JBEAjMv
VXcSrZtNlmzaCynJBiLlWyW1v6bVYFVxOuZtaxLUVEIQMUglfESDRWp7dYofB/BPH4OeSxI4
Ea+lU2W/nZsCJ1Y4GNOxa9vVH8+1WS4rOAhMVFaNXhda1snGFHUJyLz1prUBktuAdLXWyq9Z
WbAO0t22jm0ghM+PXapqVM8DND2V1KmEoICTOSWCkMiwAif0gMQ7OTAqk5ANQU3aoxNzd1ax
/kLi1G3lh7StrW3teNvKsT3VKxveiH3KNK/Yazx9+lTTtU2nFZljoq+eoq28gFu5tOcMyuCp
6jt8TBWFhXihQzavU2hUcnWrMGumDrpg6/yNYM8GSKgIAFG7YTYg6wECPZYs8lLQa1TQ6SsE
9ZqrLNPWebWvoU11AWW7VJqtdXanB6qSzWVMpW3qO+VVoVwTgksSF+RZhOFPbK1MO13sHr17
S5atLLWPeooxBr2GSWva5wcEHOTksc1bLArt7FDH2Fkfddx52ZHYzuSRY/YnkkGcZ8eSHZq9
Sk9dVOti1lWhgM/Ezz+/5O5sZhpK0BOPEkNIY/XCxlUMC5FqHp5OtJrc2ayu0GkoRq1D7eop
Dgh67h2uVSwDBj+cqoDYhOTWElKMp/cgY1x8tsVi1iANWzGxv5F/JIwGwC6lhCbAApK1aruG
13V6qyWapM3agITVK13Z7sTlQIIWwG5VGBNL9HpI8nrSWUmZEMOZmYmJsWiuvVq57cVjsuMT
HDsO7XVqftmHZqabTIdWxQbdK6qnWVwwur7C9HD7+vZ2BOa3zG1x0UnPb5EgBASa1CyzKJyB
ksyqO1+oSDXbmhWV9qi56aj2bHNZmoNc11alVhTS1hDqgDa1z3rqueBQWp1nY7KCtHcsxc9Q
1ef/AFYclhhs4D4Fbkj0djG3rMfoTCRkHP6bQZyF6pY2yCpvUX2WEJUTFpQ3mgkNquAdZi1t
WaHHRwwK0sVJIAt2UK2ZM2dR6SDiV3ZW0qHZhgj4qDhHPexs2DOeZSK5TYvVUQx6qBNokVKx
UgEgMAVufOvcgQmogMxnUZ8NKRGAcWMTt4as/GODgL1A/oPYN+7ZYjMUAn0H+6JeBWhUklJ1
WAAA/wBNzdIpyBh78ZNXzuYkLUMqzBQNlSanWyWnFVq526wvgI5W0OVprWXqubqRYLKurhus
ADDxLlKlBHBXIXOBrANbsti2ojNTrkMpFzZJVWS6oLYAMZi4MpsFQRiVWwmWWFQezlcKzkYu
vybfGT16zJz+y8x1VR8gGLZWsif9dsP2zCDMTEImI+QN0g13q1NOtssqC6sjXQdLD/HUD1VZ
c3WuutVF/wBhAz3ef1yhktXAW/FispFtNdkfWTG1U/a1WWytwIrBBYVxQzBrPkVK51kQV2so
bJDVMTeMdX+W0VyfY0qKzyCpwPyr9Ho9lSKz7EGDbYyi2xjsXBVsvttavWueWnowUEgLgE5/
LjBIySjiuy1x3/6+QPZQkT98j9CY5AhoV7N6zJStRVtIvRVsVG8pgUdcvW2y3acTZbFd6AX6
AHRx2W1D9nUcNrj82VkTY6dLQgbxMC6WFLVdJUQZa6kkhlpY9CrBh+VsJILGtFQ3E5bbTtWr
dTntGHUgDFC1mxLdEAbWstd+07EatlgarWrRinjvrKsevUMMMnPXEUgswigmDOPQZ/yZ4hsQ
Q3JDcsNwANzYOwLHYFUHkfbH4tUEfsw+eR2KKwvpP2Q+4s2rga2qNrVKqIs2U67ekcU54J49
geta1vY69+5wF2D2anJlqgspImWStXsLBTiuh0A7haVJBIJ2EJqZQHqKqHTJrzKSUs+wjNb+
K6nLeV0AruL3HBZUhDBkADFq+qN2ZwZWVIyomHx/15m/yJoZourQCFTJxMjD2tYw16UGTjXr
sOw1lasLqzBaSe6meNHgrIhJVq7Ox2h2pNfRAxIB43FZrKryuzLrEoXaus2bFpdRlldgwS1z
2q5PyB/LXMAmvWr2UaiIN0fwh2NdDEJ1Uy3mpyfKrQ4i5DVLl21EWB1RTugA2axnkBeywl9h
18QZsc9f/VAvUu+B2hYgz/r/AP8AUwZ+xGIRk44scKL7nC6diA5qIOsc2UsqrrKq03iyX3Gp
RdcsN9Ji9TNhD4qv9I/kYm2T9bgWbXsPCGsextdRXKalenYoapyeTrkuusVjZVlPVmxZXoV/
yqGzshvER3SusorA91yZtY+z2BUmPkTWrdS3msb6rk/RE+mFApq7rUCd3qNgEB2de5UFUUCJ
WIFGemGKvn/r/wD9UjnEPEGIWUCw5L0mxN2oBw7126W58GNbj2O+zHV2rK6Ldq7zVez7UVbu
u2stVDo5s8muCanQxSMX7er1IL6/sa3zXT1nW1jSnSohCtjCqxNnWUDc1MWbOoRXbqM72a61
6KMQnxN7lFTOCrFurh0RXXaZftVkE9RlvzXtWVkX2NLLrVrfct7PvOZU91jorg7vR2X8gqVZ
CFySEwUxYApABYz/AK/j/LmE4hdRC6GWL1XAxSOwKS/VUF60Mqa5IKnusfVsRBq7BNg6TrYs
09nrUm5QzVWItn5G9sbR2KhYW1K2bW9jUxrAwdWlEqLKAXdptq7WsrzxuS1bg6OgbrR6rUUt
UldFT5lyZUO0rDMGqJjKaKbCC6DANsNsHVmoeutiEceLXSKlJAwpdgKr7exXOcEN2HhwMZ4L
EBiSF7eP/ro/5Vk2CRrwatM8day98wlhNWwMjYhVSLaVC0U1GtNWisg/zWZ8e73W57M2aNdf
1/YUqdesWFb/AGN9J271stHCaAzr9Qw30qrfU2iE7EslYI3KCjAjCuogPaeoydjrgskSspMZ
g1lLhVUDE95d10+ezPgLkldcuFrfAWwEW7Ai23tEssDeR7JtbfRRiMTkHK8FFLAZBBLZOOoI
noUYe2OZ+wyY34ewduw8Wmx73OQoLdXsYxMdWcgoc2g8biAuT/Lr4CbIzRpOtYK09t3X8qnT
amqtlFT7E2tex6NRGW9UCz99ikW12KUsQYQBwPWnps/tiMoMKjI4GZkz29/exs9gOzLqtUpp
eJUPG/Ykl8VbNiI9juLNjCD8MMwcTIWZBUcOCSQBGXnq2PQH/ljic5PJ2HARhkWVgVaiWFtk
L1wFFhfyVWL4+4IrLFu02fw4/uUA6uO1da9LSMlmKrdaWCLc1dVCoDgy3SfuucNfWoa9nm1T
YlyLmBSzafUGsk1wziGYMbPX2hQ7BHy9fqMzPXcbOk+LkllYnlSGLuMWD4LwSMqvABh/pwcn
M+WAThsz/r4/5Y5nEJwHYu/YeRiCNP8AovYFieXP8y4ZT1xUPiZtr8W13OxRYhhOQ9TjZJMY
ZTVwdm+5aaarg6nP6XW/IU2u6VVofYrlRjpkE+r1i7ATAmBjInZYGUxiOu5YXu1KRbcw8apt
ETsHliWgsykrwSQZkAuzYEGRMcBfkFOcMp7KQOv6cmegJHtyZmWMSxwAK1KVVknVAVX7NYCO
1hPnp/oaoqtVgCh+N1/ks1LfmOubfxk4YcUArse0vjKETIhZZmoNjnE9iP4UbAoTyNWUpr8p
M7HJmZ2hIm7teKixcnU10pqG63VrFJRsGu9SlzE3BckZYY+TdgRnBGISTEHNfjNbDk4ICwrx
Rr23H1Xq69faOI7YAGBsAiWWHxoFWunKwD+TiXDFlDkMWyKie5qVpu1lbgCRSjB+AHsJWpbC
vUgkny7ZDewfoBV2ZBQ5Nzpr0+v32tsJEvr8lTUOlnrNYCduf0xMTqpgxPYJZbK/XHA4DVVZ
t00dG8gCuawzF3sIicAE9mIJHbJjnisTXfiyspYPT7JUeo28L6rZDa1FevXqMDcTy0diTYMu
/U2jAnZRbUghIUPmy+hFKEEKGC2CwEbbFnr7ZUHCC4khcISHYR1RatKtbGIHWjKsZ7Jc6mqU
V1m2wWquu2wa9W0j4JA4OBMET95c4Ve7iI/YbCWVF95Q6btBBGvZL0r6pU9j7FNiuBhTmKTj
gk5zfWBrpia1bPbRqVENxOIDw3Y2afGw2cueqrdls5sYjotahbw6Xo5C3v8AwUpiqhwoyOtf
zuWpBPYKgSthFRfGDwfy2FcpNtx4NBSur1OGytnGNrs1KATQvBoPa01KqscA+WtSL6p5lz5A
Z5FhPxPWwuprbY3b0sbf2bJ9itoy0sqVWI3Q2nX1VrrGvS0t9fSxv9WgHjIKpNfVa1t4jFdL
O+l681Kq9Qx55gJEwZpn+5b87NkaodEYhXrAspbsNjPmbGLgDUACiVqwcOi0M2VW1hvIoqoH
ZjW4gW3sEsIspYhEYLsEdNZUr0xcmLu7IQPEMNW9bK+k58tVapLvyh7KaVJCJlQpC4AIUC+4
GL0qq2HrYJ1uC6euxs0GVq9HXVFBveqiumvtmduFPHtLums0Xiev+bWessY6XrBRYfyTHJ7K
OGdc5BmkP7lzgWntZ51UcOEB+yVALOCSRm3lkUhBlZcfhV+TnHsF7a+lWDYTzY/AHBPxpYEb
FhOyVHg8nVXZSK0sYV0hBv6zC7Vt8VyMrLcF6VuTaUyBahYZBPM2LfHXW/UvajnZ1w0qrvqc
qAtm+2UpN66YQhuW/BMGJ7Gw2X0U97b6vHf60qLjYgB2axDvU9vsOys1rQd8dLGb65nr06bF
rYUoS465wsoT+5PQCxUDFHz1bsCQ5A7WsoFYEP4tTumpUUJIjOBc16TzpKnPkXWazdYXE16y
hQallltaWmxmm/2lQdrda0LW3e0rStZsfMqUm0kQnq1lqlxWgrZeTZ4lJRztqzUrgzSVfDt0
2JKN/wAqgWQByCHxalgKraIxeaiBn8VZi1UhfFSCAgVhBDOZo5+ztueotUjrmXHotFnyVgR2
BJKiXFgNW0luDNlSyLZ46ksV0HMIACNkdFN3jpMKIIV6mh18tdjl8llOv2L6tXSqqspt0Vmg
5rp0Ku4VVQbDOpBTqwCoGBm9cUD2WltPbLkBljN2Cn+WoktsgV7H2riy+03RDs2eev2V/j1r
RdSZsElzWQGCdfX+drDMcZOAYwwAZ+wHOkMbN3ystrrE+QN9zM2so7BUK9MA95tNivUTgMRL
bM1oFsr6PW1V4YXEdFGEXHk/B7Exh2XYRUlwwtbfDiYzE+NjqGC0kvq2BISQCPjQp8mycUaz
lqLaEuF9PyLMram3YSeqzqoWuxlPsKyLmEAODkmtStenVYq+a4TZdK3a+oqe9tmlT4KCZk9e
ciHmGAzOBolvsMym2zAfCxzxpWgsCAo/L8jbIA0wSpUGXABNVetfUEGnm3IbyMItp7i0Ed4j
dl2V5uVgdRgaMcRyfMY6GvY6KtotzFVrGsIrjhrRodgmQRdri47nrbUC0X1kXukKgG9SF6+W
pfTqQvp6llfralZdWlWMxLaKbAfXUs9NNdQySe0B5PJ/btD+MZAYTSP9zZUAWZuyECPydGpD
AXK98APmbTdrNR8LL8FK89DnAJh52AqTxqHIGMCcKCXNu27MmlZ8msuAFlpD+TIS0lkTDh+2
uVFjPWiuxYqmKNdesz+iEAuoZd7VNdmnsFlZlyMSu4xbyILUb9CDk/gwgTicYMHE/M/b8QAk
4MxNIH7LtGrDQVlRa2X0B/EEAX9m6xz/AC0KxrS21TbeSUIE4nAWlh5Lr2UAsVZ+rcRhlVqH
e+oldVnV/J2nbEtJKd26liK7Xd4thEqZ7EShVVzivVZSx6ggcseFJIuoS1K9RkvsrwEcCFip
b5Sit+wzmZE5xmYyoxjHHGFxGIgIMLDHE4mkR9jDmMoEsJ8bE9/W4C5OC7E2nAUntq4avxKI
a/nYhYJZak8iMlKgLsVDqvc1fPv2PbLCLbnY2DiihMxaqxC6dk6vUVCy8Fq7c4p0wVooWokj
rY5MoHW4ECzOYPwMhjGUGbGtskvVtAdtlylO6X16RWkELqp8qMC6w22ieYgh2MwxAR8+JhPE
Z43ioRMCaJzsuGRls7FiCrAi/TDKfyAOo2n61gTWyFxxYwQVghWUMLKPjV5UVbA0Ssqx5th5
Co/n2LO76ikVnkO2LKHK3HBjcLZUFb9iwQO5YpyxUi/o3YiKCAy5VbBAMgjkkCBgI+zWhN+Z
3afyZNdrTxPPC+RWABWoArQjqhCjEJJK4mDj9yczS/3JcQohLVFR1Hl1yfJjmzGdr8JnPZkW
vYeO4sYjAD3IX2KyFGVPEYWAp27dxA/FuBUrIbvI4hG0ZYl3bx2QNaYfMXIBhXIajlagW8aZ
elfNepVwQQ7hANpWXau2hfUNwxUfPRoKp4wYcYMLDC5wW/QniDOD+TCTATMxpwJon+6LgBSM
O/GR5NdgLA4y4+G1Z2srJJrCmzxpmofyFhMqZZSHZawgBsEB+NcyBGtWPYzmisrC4EO2Ua21
WZbRhELOqYmDgswHmXKgYMsUYuYstLZXYXulOsRL6UBQgE4mYDM85nAjDMHE4yIc4h/BJgMJ
h5gxPxMkzR/3JsBK2GM5IdiLa1yisTHb43ZL16+Ilp7eT41PwX5BEVznvmFzO+FVviSGUhVS
kIILMgsJZVU8t1sQoylNp6yN5QVtDC5jOrKUY9O2Ja/wqZ2pTIQWDIbgsCquSos47zviFjC5
B7jHeB8wvx2xO3BcTsJ3gYQ2Azvx5OC2YXE9c2dv/9oACAECAgY/AC5//9oACAEDAgY/AC5/
/9oACAEBAQY/AP7f1qGb+399aN6f1rT+38a0/t/GtH8vzL/x+ZY+r8yxHl+ZYHw/MiY+COI6
BCQ3kFNh8Avmjdh/SvmnyCcWHwC+YN5BfOPgExv9QXzZ6BN+oH8h/Sv+T6h/Sv8Ak+of0r/k
+of0r/k+qv8ASv8Aknyr/Sv+T6h/SvnPwH9KP+6fgP6FPdPwr/Qo7n1D+hR3fqr/AEL/AJPq
r/Qv+Q/Cv9CnulvKv9Cjun6v6V/yH6lHcsy/5LIP3LJjcr3Ws2sr5j8V85Hqp7h+Km/1phf6
057h+K+Z/VfN9a+cgea+b618zokpwpWVmfNZLdCpJ+KoT/e/DdGcf2/dU5UqTCZCVusFMPHo
mErbdACX6Jif/lfMHysjCc2hfNL40UF/NAktuhJcqThM5Uv6KHdQ/kgGIZSmc+SjBWrIAqAW
TgL5QjACBHFQB5oEhiVOUxwm+xEHzWFhYhOwU52XXZBg6c58P/KDfb4YQDEB8oAYHhQ+f4be
HVMn1wgEybXfw8loyZMoCwxTAIls9USXbGVI+tD2xqi1c+HEgfsRiEAAsSnaU7YTtKIrh0CQ
6kAKWQgOmZYUgJwn1RgynKaQEQxdasMpy4Ty+rpncrWFD7qZKe0qEA61U58M+DlPoiiFT1+y
yANvNCdVEAa+DkxsgdkyY52XXZHhNmjzR/VuQRpy/MuVb2AbLlCpPI+S6LKcrElENKnKhArP
hOVsuiKZbeGUWMKCQFJJfCCYrfp4ORK2BWYTaoPnVQIUB07KQiDITpwITt6rywpM7ID4ptN1
J+tNnwNV118vCjdfw2TjK9xEdUwMJg0KdUzp0TXK/vbo1q/JtAiRUl8uF+nwL+SrUUZhJTYQ
1XRRlD60fGMrZR8VHgSVJAPVDlYC2sgJuQPqrUyBP4UzQpxsqUqcw3pZB8rRPquqhfYpWQpO
VmFMI8VGqcptVAcKan4eD6pgmCwuvg+qcliFEhU9fw2QJ5A6pzYkFM5K5BwfBznC6eEyuRgo
1GNWXEh3wWlG0+Upy4AWSmlihNpCYmyZz6ss/UmjfC+78CmAB9CorX4H+pOw+tcuI4nZdE1h
6odwCRkdELAZAMK9BtHwqvcZTn60O52x7g3H/MpfOy9wd99kQTB2XIEuFNmdcwQGiYQDiJyn
cFPDlfLIKYhmyoLFQUbPjdciQzJ90QcqQC0+Lp1EpmhRopUKnr+GysKiSFV9ThMzjovcGDIO
RxBRJDumZYhYXIMKjL9F+p2wOAhzGFzuKgOWJQIA8wpEKAmbCwoCEBYTlYCdgsBYCNRC/R7h
buDXQ/upmlN8USPlckBW7tflb7AmOAvNOMghfosWw4G6cFvP/wBV7jW1thJTduvGpwcJ7lye
v5UwI/t/CoZZCaF75jRe1wShZxIf1KYotBwmeBovJGtAX3ZDLuo5LVNMrBZasmIKAnyUuV/u
SdFTu9ux4XFnqS4mt/u/4/CVP0ITeDGXgpqhgNAq0Mt7vVf72rsNv3E2ihOmXX/okETodQuH
fB4j73zR/iUNOqbVAgsXkOungAC8o2swIklEdknjgEQVz71Y2JQFQHHjHhC91QfMLlSC4wq1
GXQBRKBGSUw3Uz0WJT6KCxTt6rp4ls7+NCw5B2OuLfQn6JFRA1Zf7fo1XU8p/uhvwp7k4waj
+lbHbigbAncgfQf6UhY8WuHByn7Tu+7wsQhxDmE4wnfzVQDDoUqCe2WDoe0ct3dM8fQnwbwP
SVUaf+EToE/TVA4CcqUCgnx4Y8IXXwcKnr9llOP+h7sbaL2VHIMzhaD+3+JPZiOn/sh3Ti0j
1QFYA0+nCZb+LeE+DaLkFCjVV5Jh9GfoYVowg+QP2IDRNqAvdgID9n5vD/wnX/hQoH1fmUjP
T8y91WWfDKp6/Zbxf6MeFrPIwFH1o8cCS5Vbl+NQwfy+k3/UKY+FdnH02P0CiRhAor0XywEz
BOQGT8R8F8gfdRUeaYKfCE+icKo8/s/6TWDunA+tMAHOUwwNPB/pdfGPpdUX0XtXUI9GP1/Q
bx6/QjdWPU+BddWQfQKBPi4MKFJnZMYfovaXTKPCnr+GybRZnwynf6LrKyp8APDqp8Z+lH0L
OQPNNvhPX1VvJA9FH0J+hCAaHRJ3KZWI0HhMBOEa2sH21UAkbsiDYONEa0sAiRYp7W+KFu3a
RlCw1ldV0VPX8NkWyv2qPRPon1+h1/6EI1qcaJjaE7/FTn6O3VSY3Rlzoy/UBDKxBAA/7om1
ncwharWaCDlOFbyVfL6M/RhRqc+BbVDzTqE7B90fKE7wfRHZ9UGBLpgCPNOQQyqCYPjT1/DZ
N9AJk5UJ1GfF9PoMrsWkpyhXdOWZvoHdcrZyj26Y2UCFxqA4VjxK44bdVs8Ez6oE/Lgo9Qqg
7fTnxHmj6oKyqNy6doTHwIqSwZMFQN7c2KFKw2F7g6A0cf6kO3rogfCnr+GyhN4Rnw6qU6f6
lss+DVGMJvoSGJMsFagGDB6IEx1VQLZIQ6eBfwNAZwhY1D5dbDxsaUH6pEHEprjic7qPc4z1
VdwGsOo+ZRjxexYImpde4sfJOPoRlAsJA+KfVMZdVALAMoTq1hkgssONVy4tU4YqlahrcZbd
k/EhsFx/Un75kZK50LkEY/iQsBofs8HVfX7E58XfzWcoB4UJj4lOPE8i3moIPl4NuXVw4AEN
6IPthU4nGXx/mQLh/D9qNsWXKwkl33UePXwbuVfqjURTTXKFsUtn18XMAalWHL2uWLRC9x9u
pZBmsDsVFmlpL5T1IJzHiQ2iryIBYR6I+4HpqmJz0TfqAVZx5pq9yrPuowsSrAe0EnTdB5Gi
o5Ya+SsBYEtouNCHIMHdWGp0dcyGd2TLoqg9fsRTeLDwdOoynTapl0ROugXIxUriQQAMoOZz
CNxhoPVG5YEsSnttlDjCcWwq8jrIQOmVwfYqvkPimTWsHXM3GwRJNWfY4/mQHICx0ThOMprL
y8GrAJAP+ZCoEFCtqudV7AAuQMOP9SAMhj9nhKNe23LdEnCdQuvRe2pdUFyxbVM8pn952QoY
oNUSSeLtCeTWJQtWAIRhxuhQRGE5Uqu8/YpwmU+IOiex9E8t5Ic0yZ1GFxC/Ut8Sj2+zJxya
EK3PmuGhMHzV+wDsPgUbPGyY4QqIQILOhV9ZQZPYAsuVjxqFbt0JJwIRFQTU/BMWDLk4IzBT
gepyh2u4SQ7CP8PgXwHT1TaIcvlrLeSDQFCclm3RpUixYlkbXDSR9aNjAVq0Lk66LqE/1Jjo
vYnufePVEdlwOo/MjaxJeUHthM7eaFgX1QbQyENLdUasDZtEBbIyjSrmwjCPuIFtsLJ+K7dC
XqRb8NreDksuNTy6smwfLwhWBLh0JADsnozws6Lr4crFgMlW7XaseENkYVLEQcle2baJi4Il
G5eU2hW86qcaIAZCB6oI2sWCv2qdz2YaRhduOQ5B1wqeNNQIT0oTbfRkCatU9d0QaMBhAAF3
wiedgNg643ksZXqfBlavbBbAZVPdkl4K5CxbZ/yoWoGOp6IVqX5F1+kLYZwiHlGX80GUiN0R
T4qQ6/4yD5MFAHJsJiGsgchAkk0OarkwAdwnseJ/dGETyJL/AFLlpkqxOCSfrQaQ6ZvIrtkj
3jl8ONvCweGwgWlAgshbcInZWIJBeEeRmTlAWsTs5jPiFYV1ZVv3N5lCvaD1DMygEagtDIkT
ffojYByPsTN7kQ0KZCAf2qo6ptRCt2q2YA4ROTq/mq9zzK53DuXyhWoYBSITWqCF7QARhWAL
ShV4mfRVfM/b4e3KJdiJdA8vaMomlg2kQrG15YshY5bK7hsWbD+SmfDn3QeDa4Tdoxo2y9wP
H4IE1kHdNYOEQAzoloDSvNe6C2EA8gYRONinBYo8pPki2pQalvgWQeuMqtrBixb4J0SdQnG3
9SAeFToE1ijeg9pZyiRJMY0VDplew5Q5evhYDLQjWwZndAA5P1Ojx0DKdUKQ2qNBDlMA41XL
RPjZVDo2fG6Nix5Gd0AA7qtpdsIVx0U+HVF1cn95VtrZxKFdgpWWZXtQvcAN5L3SOq4CtQBi
PzLi7qpedke7XVpQAz0Qv3HZsP8AlV+yIbAGwVa9Z8kwGmzqLCvQQh2+6Hru0oaOi2S3+pPZ
wnj0XIo8yw2QILgbp7EAZZe0V/U0CaOKhV9fsUmRoEeIMD1TDZV41cZdGtLYYFNebMZXDdM7
IXNnAeNVyr6eEoihx0T2AIOYRb0KauzIh2s+iHkUbnKNndcW9zZWjahcT8oML9NnH7EO727e
yxAAeR8391dvlivI/AJnTuHUEFSnWQCuXZrFiMb+5U5gcqhPYsEQbAItZw6Z37cwj3exqIDy
uVh7dUwzusHgQZ9Ef/zXMWcB917xIxqEG0KrchiQ+yNrFrAle6Qcr2DjXYIVGSVXi8M7K36v
y1BIdNhRKNc230dOSxKjXVR6uhUbocS1wCDomYsqmwIg/YnLk7ocjBLFPb5tHlCvbIHkGRIm
3xlTFlumt8pCepIQFrE1eXQNcnRcaFplkZXVThEAsAEXJJQsCxCGZ0X93UoELk5fdOWOHOqD
FpCNeP8At5yGVRUNcgz5j95W4mxp0K4gX2z+ZBzYDYlHuW+6HJzKJrYimjQnJsSTugHewDbo
3sWqJKsKXzAAwvcSQnGNAixYhceZHQIgWcnQhcrFx5OgKkfBG7sSXCDsSRqrUvSZIdCuLVAB
RtlClS1jAARFCww+EK9o1NhndAnLSrNIGvkp1RePJOHJ20T2EshCYYXlrqqg29N07yFWZn7L
JnAQIL7ITGqIedk5fzQf5kwYJxshUhAirjVGtBO7KCCUT9S26J9E8OiAmPwQTVMFNUvuuiJD
lDQjKrYWDHJdGw0MFThchUct01qx5LhbBhlNAvYBUf8Adcrq3bFiAVMoMJ/Yi2VyaP2pnDbd
V/eGqc/ahxDyie81AXixZMLiBoUwseJ6KfcCEWqRUfBVPbIBAifvL3kndFrjkB+8v0rYLjCP
bBghORhEC3tGFVqkgoPV7tvqiOJDasnITndAuycnCp6/hshVo3Q2GE6Ze7ZcgUSfinMBkR2y
GGDqnNyEbFyNSiLFrAR1K81CFWgIgDqvaAx3XKX2UY2XUqfm6Kcoi0dFKahI6BA3iJVak6zC
cYyFysW8olC1jA/7I2qXQH3QfsQ6wFahEnXyRrajNgsmPqJTYG6I030RJkr3QELXcVPVj+Fc
O0PcNTK5F7EpyGK9pL6z+VCS7Ji7Jy4PRMHKa4Q4GasnMhHSxEIAB3VI9zeD2ydkR2w+0hE2
qWq5KclqpwfVdqti4934Lp7O2wTLKmAiBgeDHKkkh/qT6lClAHKezBpA/tVctSUKWOGZM7tq
nGFstgm0TlcgYQTbqBA2TnGj/wDqge4xNZ/t7Vag+VVqMPDr9PvF97AOF+p2C4OyfvX3apM/
uq3cB9sshT75l05zWVUVw7WhTNbaLn/+YCh2Jb97+6nvXiN9F9a4j1RtZkDS3tbVCXvuEA+E
/MOmqZHRNn0/MjMeSd40hZcprB/Rco4zGqdnIwiTWTqhYj3FcTcVA3ypmu66rfyV77BG25Tl
dn+L8HcU/BdIwpyhuUZlAgeaIqYChCwq9dSv1O5XhWhm76e1Gnb7htTTP+pCv3jvuuV4sCmq
PcnqWGyY5QFgxUKcJsBNRBqm1yFU90BhJELZirCmSj272liz9EKkjkDn1QNq1tY5OqI5Wq33
XsP9KFhXlaSLWn8SPaofcNAEHmZPRXsY8ke6QSa4PrX3KvkECUa2qLPuEe2PaQT9q4iSnsON
dXK4UwEDIGqIr8u63CxKl/inAcbqKz+xClqixfLJxUN5LlSjdQEzH4Ll2xog4ZtFy7gd0KUg
DRA1JAAkgt+8gK/Lh2IR7FLHR/JcRqYQDe5dn+L8HcUBCD56J9VxUHGqJJ3ROSV+reHLByrM
W2B39v3Vapt7TowC6qtuBLF3CsDx5bQ/jXjUnQnqiLDkN+qsCJBZl01QA+GqPbsQ1RrbJ9qa
rVAC419VKOxC4+acAghCn/6LCt3LP7YTnjOsYVq9mw/Ux7WP+JOQbXtk6oWsGtuVwB9rgsj2
wROmUP1MzLN/h8bd/t0PKCTV1z7tcOXMSF+nUwcoDU7JiXZO3t6pxFU41R3QGhbCBAD7qAAU
BTJhSS3l+Vce7k6syDOe3uJUH4eBuDPmv9yf+ygAAYhdwgE1JLFVNh7h4dr+L8HcWwRPg5Hq
iRko1gPDeaBZV7WBVnDbI1YTqcqc9Ex1wrduoLVD+7+FXjJOPNcxQ8Bm2ng9SR5KvbuQYJ6q
/cYvugACWT1DMjZ5dVpe70eUAc4QbUJ3xojYZeE5MkfWuVTjPmuJsdmTmZVO5arZcjzXAFvt
TtnXRCtgweVUC0I2NwANSjT/APNxFR94gv8AiXvuSbdU9b247Ov90Q7cghb7ECDnO6jDar3Z
OifI0dFxJQAUh/sTkgNKivqR+ZGtm6QvdFjtCbLLl23BRoSQ4loR/wD+cu0gEyULd0cbDOyF
Ky5RrUBqEB/JPqn1XbOvu/DdF58lEDZQvJBsnC5NMOUH0LurPglE7qRG67YrAEkruHuV5MCB
Dnl9xMBJ+1PmicCEScIAmGOE9vvAT5qDhDkYadkwqx3RLjyVKnBIUYVqAjkcOjS0WqWJ6p3g
eGMKgAgn6kO1WSIYblHudxnOnROGFSYBR5WHERCPboTy0OiNrEnQlAIOAfLK2B0JlMQDUYYp
4fWUeUkp2b/wnq7bo3JhDifchLHUoA2C40q+/mgO4SAcofpkFZHl/aqjxxI1RPcLWbAyjXtg
ix1bT+ZDl8+pQ2RAXa/i/DdMJUZGVCkzsnGRhMJOpRqzWJzGE/L37dEZ8kx+CFzZrP8AKHEf
wpvvG02bIRgM6HINBXtHsJnRGgwCyre1RyQrQa1DJvlt00R52PqiQcr3DKrrZFhKLn617q+0
5JRYe0beANq+1pJTdqorHzY/zojlI1Z0a9uzDdpXzkjzWSfVCzIgh5hC16x1KDUDjVkVxtcA
+pXKls4IXOecJtNVlHTVcyABuVUVydAj+o3NydyoLkoCgJQvQFwzl90B3s6ll7bj7FHh3LiG
qSPNlysTY6uVV615EO4Y5U4dMAnC7P7zn8N0GI9ETqUXMKMtnwJIljjoEa/BcrCNU9fRDlI1
Q/TYVG26Y41UfKgMaLiPugs26PctQyYLFP3ARByGRpcZ1xIROAG1RuTOAoEMjxyMFV5kggpx
YFxug9XCawjCLQ/VEkAt1QoS1AJILBW7Hat7AWYasmsHcSpDBDj9qHKpMZcr/jx1P9ScdsfW
tgj2+1YWtgN7k1iwIlCwqSHYlCogAJ2fAJVjXVcrDyXTZCg+VczF29pKPI+7ROXMoCrVOCwl
e6xI2Tkeq5M43QqLz1/MuXeuANcOjwI/RJAYgO33kSMGX801j7fsQYg+DHGi7X8X4O4gRphZ
dNaN17TOqEQgDjVNVuLPOUxxsgDgHCs0BR5oGHTWygAfcdEKHVcSITdyANl0VxkAJjAUGdkx
hG5yJC4ge3yfKFe4RU6wQuQtG6NaH2HXVG9tXlGlSxJzqyBzbKirVK5WOmCUBgiW0XllcXBt
0QNjG6Pb7JYHJZoQsQ9wg5auvkjWljxByUD29VapH9ggeMYRAw6azgPhAl+Gvomq3KreQTmS
7IX7oa2rlce1URr/AGsgDrlNomONU4GMI2OpclEpoZaqEKXZsYlkCCOK7W/u/DddFhPp4A2M
DLrlWNk9siHXEwiS2VmU++ibATrtkbo2EQ7ods2HPABTjwuZYB46BG2RsnAXKuW1Ve3LOHQN
XgsuVAP1Kieq42P8PkqitfYDlDtVwAPJECQhWlfeBOM/eXI/FE2tDsy4yS2QrEu7x8UGOqLF
qhh5lB5CNKmMAeSqKNWp/egoHutaw6x+FNp4X7vbY0ywPuTSD1w64VYGqI1xhG2XKN7MGcj/
ACo2DzqVOV1RCfdGzSzI7JwtQpR32KK/auzbWR/kujDeHtToriD7dAuPcs9ZzujHtGFIUYRB
MJmUKpGZQ2ZiFW3brxAbELh3Irb5Cevy18LksCRCOxdECWlcZ6pqwITecJxl8hWZ63ByHCrU
BrgF4ZEkcgcOmrQA+WU7TqiGC4k4AhO2AXdcdSwYKtsF58lysRwcNOiJN2Gzod7/APR3Ba4c
8Zsf5eCtXsE8sVhk9rEgKlaCzgvZ9v5keVLB4EfnQ7Xa5cmnLv8Ae93JGvdkmXJde6X3Vq0j
oAnfzWrahQnvhHjB0Hg5xumf9i51A6lADw2QqTGqZsqY8l2g8e78F05l5ITtAwpx4Plf3k+m
OqJH9giQMqJHRMxcJjKdUITbIkB7tCHc75Lgx0P3U97AeZR4e6sAHRRCMy0LlbVBhMKYDyiH
YrkBJnJ1QGygRumGf2J8BBs7qxfXC5jJjdE2y5lUrbRnC49v5ugXPunOA7F1YkP3fuhycp7h
wCV7asAnOqBDIWrQCzuTrK9vzADG3vTB0XDPuj0Wx3QY5ygRJK5fFF9dEB9SJbSFagGjt5e5
M0qBC6pzhVrcw6ajEdJXa2934boVvFt0RMlOBBDyoT6hQuWyJwdExLA5T7IWInDqxoHOiFgH
gQgbVYz5pl1RXEk+SAJkHC4mBqUL5s4dcYhDOc/hVa9RndOzPogXxoi8BNXBXKeik+iscEBA
HVDZkLPARbL5OUN2ZCxnjLFDudwe2SmG5QaVht1lghQkGhLcm3X6gewgu6lgRCsB8rsmyVIh
AgFguo0UhmQZcq56qPJcgJRfeU7rqnJXIZQC7Pnb8Hd8ONtY+K45DQogoww8PdhR8EwQxxw6
4iBstiX+tECpesM35kSB1kfmXuA6x+dMSQXbCesjdWbcqHcp3dkAcFAfdwUABghOS4Jwp3wr
Eal1HzFQY1XXwsNTCD7hRNloMwmcIle6QMBcOUMWVCYLT6pnXGjsSpIFgco1tb3H7V+nYzX2
l0RPtymMjLdFawAER8FsNuqFH4k7pxOyYrqmL8DnzTwalauE+pHhlt10RZBiu0T/AHvwXUrR
ce4fbocsjesPr1ROgyUxGdUSTOydpfVF2caJiYQInRNUtt5oMQSdymsQ/mvaPVwnJY9CgL3P
BpBLhG2jn1QJE9UY9pwgQ5bKcTXVAnQh17i42TlA6OseqcMss6IqYG2VkvDrkzlyybRG5+bd
EvJ+KfRk5gFD2ljr0QpUloEYXKeQwvcEbASpyuVbEWGGKa03Y8nGi5dvJkgBkQTJT1D9wRhN
YN9TFMCja2qbRMUwc9VAz8UaGs7siOI4o7LoiNTsqhnsu0/978N0+q2KDIi9iapmQcME2mXT
dv5A0pyPa6e0bDdcuHAaAxCsKu2hXz+4RlB7+7zRc40MpwzaQt/QIC4IHwXHiXHmuRjofzIA
w++UaowwVaOMfWgBkaLOqB+K3pmFx0CfA1KMuOiIJ4kn+lNUhvNWqLM7ABAAOeibTdkHqSDL
4QpSrMnPzDE7LdRWPJE3HE9YlfqGntP2KxsAAMElWNaE5c1l0BYHgCXJEKx7dZyCgQWsNFzY
GGJ8lhcchcRl8ap7YGRgpxNTquWgPquQgjdNYe5OKtfomIxlB4Q2C7MxyATGEBKPRchgoBvJ
GG6JzB28OOo0Ve4ZL+0HDhdyxnuG0J4TjzVbUDvg6I17hJsdB/6oQz6P+VPcnj5/kQOtdSVZ
71JGnVcgROnVAM5dOROiidk5i2QF7sovqgNMumDjonaUXglGu2iDOCdEDYEVCYGAAh3TIlcr
AknR0GDNDJgnOU9dEeQYDVkeJYP9ipS2RCFB8pZ/8yJtAGiw3liUxUAgaFMC3/ZGtoBELmM9
ULaugQfcNcIVBjqtH3TOCyBNQ2/9rJ7ghHugkWOj6/yrnUuSWz/D+6gDB1XY35hH7UNUd0Bs
MI2Hoi+SmTjdDukf7bu5wVXtgAEB7+vuXDt4Ab1TsD6/lXJm0XG55DZ/yoHuGKo0oDHysAz/
AM6ItbgNhFv9a9xsYkEyUBSskwNVND5BChB6vspkahEseqILicriZbKscAJhhPU+hQBwzBt0
xgjI8kbCZ2QPXVMGbMq1qhwTuq9qsWdcddfFqn0RevkV+iC1qkE+nJSWcKoGh/aq9zVo/wAy
5E+co1o/Lquf1oQZCdw/mgd4CIb/ALIwGAz1WY+pQWI2XzFtiV7R8Qs+jIjvkgtGzp64OGQA
KjAXa/i/B3FDphjCcY6JvSFJUKA+65ESMV3K/SoS1C1aDD1+b/Oq1uCL2y43/vK4MCtiB/lT
FE2YMjXs2ew2BR4mxrbAfiELf/pEAuQPef8AJyTintLF3YMgDUHcmSnrSoI1YeDgB90eIbqC
xRqRNRIRr1lMAHeGZWqPnATFwR1QHc+LJxZHfRbBY9UCYTjGirbzL+Jp27e4IE1cHJZF7f7z
e2pBXIubWLklPDbOvbDMhzm4Osol4Xti26/StM/UnEgRKs8DdDiX6aIc7Nb6la5ANGLFPoV0
/YnaEznyThSYQFrPRDjgszJmyu0/978N0xwhHqnronOU9ndNosv0RNCxPtdDv2kyy9/ygyCN
FD8OnysuPb7gPc6MVJIFtT7YVbXNTYvJLj7yHa7II7RYOKgBj83u4ridDkyohMmfwYkP4WuR
7rR6e1G4HoCnoGbXVOTnITkSv9sE1+KA4kPnOESZGiqLCHCZvadUI80JQDN4WsSxaN0RyYH0
VRa4NRkEA/5lbuXs+2kL1QIYQpxum5NuEOqACJJAMoR7tSE9qg9vBfKNu18rxKLgjzTEkuC1
ZKY1Ls8ryKcHzBUSpAdkxXRV7NjOKvH8KMY3Xb/i/DdAaofWNESc7aKY1dGv3XTlDyUH2DA6
rt1w1Q6t3QG7cOdUaakQVz4g33OysQCSQwYQj3O6PcAWGnu//wBFgFhGqa4D9P8A2QALLiDJ
WHTVsRY6Jz8ycmERSTove1TsiWyidcoh3MoOWZOcHCAOP/CBAlMcaricDToq0Hqm0UKzmMAI
knGiYKVAwowoeMIk5TE6Jt0IxqgdNE7ey0HzXF4GPNMQ53XGoDLexCsCG1+K3AXXopWrEQmO
EL1+YFw3RDvA+5pA0Xa/i/BdcrN6dUwl9tka2hMZRcQiBA0QHqg/yj3EeSFdoX6JM2hcaGvH
z/KvfYHyJ/oQpUBqhlzdm00RsdXTsjYhgEbVgSzqCIwj+t8+icYXGS6ezLiKxsj27SXErDDd
EjK5tLvKEsHZkzyFy+Cc/FRlcxlAHJUIvoXRYpyfc6f7Vyhyn0TxquhRiVyVWmjvY9B8yFTg
YRBGdFMMfVca64TaaoRKN8OQgH0krcwY2U+m63fKkZx5KUO3b5bP5Su3aobLfy2QN5q0h0DS
A43ZAWAN2DwnDk+adnY+q5NKj7VZtAdP8KLWI+pCwJyJXJyqv9ilEgwh1wnTDUsyqGaPBzKa
eJwEBZuXxK9shAN7lIlEXB4g64TnKO7OveYOHXJnQZkxEFSESAQ7yDuuVS9fOU1i46o8a14u
4gD/AEontiQURYSn8IlZhOD8VJQFauH8oQrxFSMp9U500XOogshoWQByd0xZAtqJI/xIsPVC
PN0OIdkGEMtD9alj8EAIKp2bF7AWLt0/eTAsyAqfapKBHqhy9w1CerC2ye0UxKBqJEEstGU5
DIPYPgqpqxkYTMEWgLB4btDJrR6J+QbZD3A9EQNoQA1RfOAgSC26avzDQJiWt1UKwsHGESB7
N8otKJb3dXTVjqhrOUAzjdNUMgLFEj5uiHKLa6KDIRrbWSiOJNY0lfIT5Aph27fArlehAbKi
ucAZ/lqv+K3qGQNgW1/txQqAza6rK90VKlSHRBDAa6KAW0IQd/VWq/s0RqTunbdEiS6h3aU5
I5eaD5dDhQ2q+QFTjTjZiCW6Lk+Mr/sm031TJx90wnPmpjtVwBrxQo+cDzWZRBCIcghchgFD
kY2KNX9EOTNiFACLBqtle30Uu4wgXhwC6NbhwMKM6BOfnK6rjbA+KHWSuJmrSrXpHTREkShE
ZQGpXCumqYpwjYFgJCNr6llyGUSWfK92XwiK+0KPmCL6p6Aea9pwgQSuOSZ+KYGRLJiI0T4X
K2qNdRjyVanBU6pxqRGn3liNStgVhbpi7xKrVnqTJGyqKaaLt2c6v/LdORlVQADbrq0I1K6I
3Mlyj3u6wszuUeEWOHhHyyMJ7DzZaugCQYRI+oo1aZZHAPVCRKkz0TASdWRJPHdspqXPkcLl
3bDm51T0PInUeHEyBJRtUw2EI99v2odtcNBJ8Ii+i4974r2HyQf5VxqZYQuRwJIQeCVhzuvd
AfCaolcSEQH6uhQ6podOIiELE+1sdfBt10Gi5MYRIgnKe82XVGpZyr0JL1LF/NNKYfWpPksZ
2VLVEyD8U7YVPX7LLo6xKPJk2LNJCFh6pxlCx+UaafyKtRNHB6FWqBxNTB6LOmE9GNR8yLDO
GRliHXzMfNfNOkrj3JfVBsPqoJBUzZtV+nUjkwJA/iQvUkEYlA9wmwOXXGlyK4AKa5c4dkLA
gg6pzplcz6I3t8o1TnJRWGscFcvmaD6IEzZEnAVyDAMKfm1QgOix9EATKbEymf3ftRYuV6p9
dCgFWoi1h6prSyI1Xt+UDPVSPbum08HyFI8la9REOixhMM/sXLQ7rEaOv0haJhQVX1+yydlm
E2qcIKTCnSHKa1nrgeaPM152mDv7l7j7g7+SbkDbVMC5z6LloWdSHKBI+ta9FxP2JyfVGzgC
ocOjfuFycoDRBi4YI5fwD2euOKBBBcA5XAdFxr8uvmm3wgDG6PHyBRrbcok4llYVLEsw3dOc
lAWw8lNthDdAOGdOPirAYTpoFUA3/wAIsgTkarMrqowgQX8PbhefhYNJwmI80WyNUHJZAgv0
XaNbCr2ryqT+8nJdtHlUPn9lk411TLEEaL3JxphOcqc7eBDCOmy5ZfQYRri4PtY6IHtl3LLU
wM4XvgDZRZ9kAMpz8pynBjYqxt8ui9E/wC+xP6rUIEGUKuzAMyr+rPIfN6qMIaAYXAa5TBAl
OYY4RtY+3Ty+6myFGirZyYcI2c8iYlFpKYHBZE6OXR2KAGHDryQOia33jhEbBOPimIjdEDAw
nTHwcIg4E/BX84THKYojDj8yFj8kOULdoPWwyXf8SpJ4sS3ouq0ZQpjyTBcVOU2QcJzlcoRY
sE5EYHmuLh05lOIXIZXuwQuJmFaxlk9vJOYqozoV1U5Q31ZMgeUBAVMBDmSCdf7WXKtgSdVy
1CL56LgDIk7Ih0TCB3VQIICcepTa6Jz6og4BdCz+i5HRALzTAjkF11Xmuiw3jlFyt13CcuWA
RIhACF1rqnkAhn0Vq2kuW+HbVWDZ+yyNSGZOTDsN04wEQMoPhfKCd2RIqGMoW7TkA7thDlVr
ESjw9tBkuwQ4+8jXOFXgIZySnsJ3KIsZ6L2NCYsHK2qnJZGgmp9ojdGoZxo6NSXZMcIEIjVP
lk4gdEwwtwhxiJQPIzsU36luOnmiLGei67rouqrXWGCDsYRLe1O06L3JxXLIPEL7CvVe6fVE
kBMMMgTsgPqT+ikQV0TDB1XVHlYDcFW4zV9MFWAdzoniNU1i0ZT/AHRAGn+JUsC1Dh+qodJ+
yyJkPqs4RJUiUTUSmv7Xw4ZdU1cbJmLqwIYy4QYM+UwdtgFq6JLkaLBfyTkGNSm7QJ9IXIkj
XouXIk5JlG1QbWAzK9ofdAWhhlM6D5XRMMFOfJRogAHGcoALqFOqYT9iYphCrylYYAZVqG4N
thMp6kCnkMIC9/a64j/jE4XsuHOAnvYP1U2fdgoI+H5kBY6zCHK4BO8QgKHlGcpqSVggtlcr
Fq7o25PUAknRE1Kc3g5ZgjPmF5ZXKI0Rb5tF7mFsuCpjaVSPlLBVY4f7LIC0+a+UMm4wsMhE
DKwn8OqI0heeqixUgHzXHuarkHfomsSx0f8AKnknZ/yo9suK9P8A1RrSr2wORcz/AIVXt0DU
EMP9SIZu2MH7yLA8jhY9w6ICeTogy2qbBCz6LjoowoMI7JiWAQFYG+qZi6BwgfvYQrU++0H4
Lll8k7pqjMBGtv8Ayi5bMJ6tyHyuja5d90Ynopdt0xxv95QfQoVdf7bAav1VveXIZk1rk12T
Vt7dtEbEzhtE0umeESZH1IMB5CFyGmVysCzJgbc3xHHirC9vdWQX1aiDausf9A9jtH/cLBcB
kZQFhhRhdBhO6YWJOw3/AJUwofM7/wAyJJ49VxBwGB6q9rH200fb3f6k3ZrJLvop91suZRar
EYVrUA5M4AXJi4yvdg5UYOEHMbL60xd060YpjVzuj3SIlnViB8xJ+Ke2EHI4p6OIGU4DjRUY
ZsE5Gk/5kYkoKMIAabKZBTR03T2ZmjzTRyCq+8uiWdlyGrFnQLT5ptlZoQJEoJun1LptquEu
2NFyEjch5ZSG9F27O4Yx9Dp9A2djgL9e+S5BK6I2I8lKdCrotkIIixhsFG1IwXEao0EDuM58
wmJmpIQYzlch8w1Ru3s6K3c7dSO2BJG6jZNaXhG9WcB/gpEbrqj0US+CmMEZXAan6itkzeaA
wFzALHBWDx0QsK+6ped0e7YF2dSdC3n4AH4ojuD3EllqxwhXixj4p2A2TgOQM7pquZy64M4T
9we3RWNA3EO4RL66piJOUGlkCNU4Q0XLG5Tv6LJ5OhU4Yt8FKj6EeAAwWQrsGXHkGJZo1/hQ
q0BClAQSv9wkvkOiwgeeylQPJfLGCjRoZmXaq5F6kOOj2RD6liqkwCMp7RVkaVmIAXE0tws3
IMiWahMHInwr2gfac+RRAEBaSolAj601saphIEJjhddFUn/kfTDIgl2BhcWHHRG5qOepVgNR
hZQOm6jRMCyozSJZciRyGF7sH4IcpG6OkyV7APNoTOzHK7hdyQQ6YGcxhMFKGlnwhEasv7q4
iRsmcdVGiGo42IP8qjKlZTuVr4dVbuegQtoRK6DHgbGWT7J93ROW0Ugj0TggnZWGqoTlxCL5
5lNsFWhY1tCis7olke3ZzXI2dWoRqUzBOfVkACmAE6lECW00RdO8hBxoS/oiwDQmOXTPkJnT
S0Onz5q1WImNkxdgmYBOMhAvyJw85VbaHKwOO7KJ2XFiQddFLjRf9tka9uavJKjITjVPo0J3
nwDHOQjxZ9HQAEalCxMeaFDg1s30z+xcRlwv1KWYsPrQ5gknJbdODon3VvggOidWJ2QDSAys
aAs+OioSGPIK/ICbWbz9qfZF/u3P2oWCciU1QYwjHtwLIg6LUlOZcsjeroaBGwGAx/tZcrO2
i5nJVmc7IE/+E5ipEDVAtooxEJjlOB7hYOdG9y6AIll1T1VRap5iMR+NGGDbfmTSRsyIIsAX
R5lcZFDgFCoLTOyIrp7U2uwhMQXGqdGHCfL6ItgIklwzMDP8qJr7QcVOi7Z/erYD+W1/9H05
gL9QzU/KEe27hwGVQwwvaADGAgEKyXK4mFx5ONASq0ebM4TrzIH1oH+8FdtLH/Sjqu40O5ZU
LyQnRtgHZWrYOEa5JQYQh0KHLG35UDhGrphLFClmAOv3keikYVS0whsR9aJeceqAh9VYfvfY
iEQfVQuq9ykAQ3yqAOjVXtsaxgQuRdupQAD3AE5/xIl8YRI0WJ3WXK6R5roBJQIaMujoCYQN
vqXtD7krsHQ83/8A6+4pLKbD4rKwT6L5T8ETwIG7LiSz4rquPbyE1pHIpj4hsZQlSHQ/TBPE
blBweI6OmYguHcKrB6kgkhMA2/hy+6f2iyFRoT9vgxlWLy+E9nY6riBhOC/knyVUfFFtUzoP
kV+tkxl07e5A2B6OidGXLUOuqfaCiDAcqzByQW9U/gLEuBkJmDeUr/bLjZDuXr7UK0BXIhnX
6Q9UbIm+6cxUaFOATbcSpPtMkI6HogO45L5bRHoECxbouzUhvnj+C699z1Y/lTs56lQB4OUR
UE9vAK5Cvu3R3RtYe0ElSVle0OOiDx5p29QmFi3mrWdy7Ar3YVtcfahenmQgfAFvZDlClT/t
2s3xTbI3sejIgx2yf7fvIOHH3XU5eSobp5IjRMMkZTS43Qqi7wGQZyThOQ9tyhYDXT+JDZsl
M0TKJ1RqJ16qwI1KnZalMMqo0OfNE2gr5QQNWXGrGuXIlcq2nohZ3AXLAMBAVOc/5kwncWys
AdEGDbhPb5tNl5/FSzbIhnj0TF26YXYJyef/ANfc8Y8eIhEvouXdsxtvhe2wL4Ypwn/+UJZt
0a1c8XD6OF7PnJDQnvQtqQPzIgggk6he0ureSr5Lr4WI0b7ULMXqQSdE1Xc1dm3WTax3lCxs
MSJ5Jm+YGeqJYkDULiWYKJmA6JaRlGk/WoyFaXgOP5UAOsIFQJEoBpLF1KMOFtGquKj7xn1X
XdQWU5Ve4aEgYTAAcl7mYZDpqkG2hf8AKnIYjRV5O+WRuWn7FEAAIA6om25caJ8kY2TXB5dE
BYsmG+uyghtBL+HYDj7+P/4+79Bz4EjVGpyUaip/S0jVMCagFhlCncLiZUWBCtSliK9IQ7dS
QTr+ZB72txbV0RczxMshYmtu4ILiUL0AD6iF+nUkiXfCAOQ/2qAnONVbtm3IkYALI2qHn9qo
7/LUH/MnZihSgexZmygLFmCewBB3RF8fFciRy0cFMbhz0KflV221/lTm7bOC34UbUs9jsq20
3QdPkWKY40C6bpi7Ldssu6AY5FvigjxdOA/VkPcQNkDXXVlyrK9pPHouNQ4PTVPYEAvKHIe0
ZT1MjX+ZPZMQCdVyqI3TWfzTHI1Qj27o6v8ABNj7F2GP7/8A9fd8ZITCwJ2dFNqi2QSEXCN6
0BGSN0bUB7ewkBciSwPoykShUUOBhP8Ap2478T/SjQ1L6wU9AQCUKCzgTK42LE5LN/mRq/te
E4wr9vkRTQAMgLOR/b7yNQMWcD1qgaiQA6lp1Ve4z2OvmjyMtARB1w2ysS/EGEYPRANJXEiV
St/ktlihx7RfqSf9SalWZOcI/UgCDCFgFyFS67ndt7fafirWMkmT5py4GvkmrhB4ATPlCpLj
4qR7DjRMa+4eaarRgBltXUqxqYYlMD5pjhdEaviU5kJnnqnB9Fyck7J3DnRdiMc3/k7qLlgv
dcn1/KpBPmnAEYTbJwrDVyfCVYgQBhAGoXKonqvJFiuZy4BTu7qh4vbVWI9rMYg5VePuO26F
RRmAhj/Wv1A4sWhkCH5EOuWpJTEO+VDAGAP5l+kcyaun+9qf6U5AHkrkBqHCkwE+XwjZn6qt
XgE+B6ogiHTJ5CYaeBoCxsR/q8OLumZ3WcB2J2TN8E4B6LXyXMhPgoUeCzq3Y7bGrM+srqow
E+q6lcSuqw4Qf4Jt12CzBr/g7njHgXVrPoUz5BRVSMMFxJ8wg3xXRH18LW3E/BWA+V4VQP3c
KwVe3t+0pyA6cNC/VNgBBAeZ/hVSIqzhQuWrhhqqvl2t5ofb4GrZEOrdu2ASPgm9QnMBVf8A
t8v0IUeJqdCGH8yJGHTIGwd5cdU4jquRI5Bch6EJySTuEXckHVC5hiiAZwn+tB/VQuqnKwSF
AYIblMJKP1rsfx//AF93xcOOgRYyn3RDzx3VLS1YJUmSUA/xR1CkstwifNMcpmfkQEXwLMwQ
IGAyNdSFUHIt+1SiVdi7DCFaOzAPhSHtqTK6K3c7bMS4D9VOVlymBJJ0R5hgZjqg+FHy6oW1
KqTlh9Mh5hRhDuWrAeTuE1fkAmYdEW0yjUdWGAhTB+pH4Osw+qIBgbeDHGqcYU/BNrouiDY8
1H1oMuu6Zdj+P8Hc8XKmQhUlgFYasYRLalAZLjCkR9aAGHEKMKGTqVEYRORkoUrgCPAlvYC4
K6ouu6LYe3+lGwLMzIcjNpA6JlOEa0xugSIQNRO6tZnI1QznPqmZgc6IGwPCS+jrp45CyshE
vhWsS5JjyVa2+U64EKw7eANJR5DzIC9tnfR5RaAExHu6ovhMBKHHyRTs76pkDgv4MNiU5I9V
L+a1XmpELsjT3/g7niwwEUbkmUbg5dim6l1IjRDyTHcJiial02CEDlNUyuRjQpvNOoQsdlCs
+trR0Q7Ab3Gr7yqWGagBOEzv0QFoOicSPCxGYUepXqyr26DHhlZ+hatS1iFkvsh37Auz/FFq
1APTT+ZEkJ3x8UxYnRe7KdEidFC8kNFAd8piZQdEfeYoC3wWPROMBRJQrSrrt94km4B1ia8f
3UyKL5T1LOjW0FgEw2RBjVOgCHO6fqF0Tao10crC6QmlBtE5cFEAOnJgHCIBhE1ObEH4q3mG
boKoNU42Q41ncp72cbAq9zoC3mjXuGLEt/lTK9BmwhcWkFDuHNev+FdPpRoiKSf/AGQPcA6g
FcD8ohvJH2hzojagYjEolCxXLq6ZjKc/FDZEyt07SsLY7rjl4+K46nHqnevRyf6FBo3mf6FW
tqjMl4ZcawRkqu8/Yn8GCA0QB+UZ9EOJ9pb4KwJjbVFhKcw0o3DsfgpHktSdUZYB1HxXuOy6
L25QPcA4+iLDKNd5UaoWtBBJJH8SPdsHtyLWO71RRqesILuasHQtYsxdAiQVYAtbojq7sSdU
CBxpr4SoCnxIB9yDGdkK/e1Rs0LVh0KmzPoxRPbsHORIj+VAD5oQFZBTEFmhkWdn1RIynthP
ouiFwMn+pQZZBpCFjQEj7xZ0wwugUIBvZqVV8z9iLKx2wp1RKtL2JYfFCo0widP2IZB8lYmY
XIpicrKIZ6uV02QIGGQfJUB/JAbBMULPqnCtT+8x+KqW+axI+P5EN9ULb6ouu7Ws1NCw6svc
4IyE1i5qCiBLlChgD7VKmwB8wvmBWreXi5xlGXJTmwBRPaDAasv9ywPRk3d7YPVvzp6x0dOz
EfYhWtSdHCANXLJ7UlEDtuNwjekN10RqWJ0TMgGYakwv0qn2gwEKUD2MBC3cr/uHJfdMEyYJ
l01VPX7LIq1U+LASmsIKrxxlOczCDZhM6Nd2XEYaPNF4YtCI0Ayg0k6KQyP2oAyo3RynbKyn
dyf2q/7/ADIboCqaCtSfV7IFxhEisDUoWuXgQMIgQCCFaomoJlAPmG0ZOM6omuUCcpyB5rCj
0UgKEaAzhcrQ0lHvDuOMEafhRl31TAmp89V7Zq/9vur9TuFqjIfVAVEFVAEgZTDHg6IDPct8
eSGQg/1Kp2JCJqLOdSYQ7tpsMTv7f3fDZMFMMmf0TBU9fssidkRq6bVNohVwy5jA2TphlCrP
5eSAI6rrlHqWUeilW6Mq8fNSuIMoOimMkHCvX++fLKZ44t9Sao9ThNYm52rhcRGYKH2q3cDc
RJRLZgqthggIkwBK4VMHATFfpP7kEwTiSv1LuQ7kariJqcA5R41g6IGoBA+xfqWYVyyavy+S
HcAJBGDunGQMInTw6pkaj5a/D7yrUsxRroEHw5TkhQYTByfJE1Hl4YdGGTGx9CqAYD58rIo3
GPNNrlQW6uuVj7QWdMykM+y9sjqmOEKvC6JjqowuqNdwhDMSnCDmHWVlFskK5Ij9S2uyuAWF
QwZD9Qm1updYAXMH4dVBau+EBQvWzVLn/EuVQ4IymuZEMvbLw2iBaRlcQW3ZC5G8qE5MBD9S
zOU4Z17BJj1T97Fcw/4V7ZGQE1Rs4CFW974ZVAgs3E5XPsDiR8zFo+8uJPv8mWnVTvCyyIOX
QYoC0nUlVYQpqCOqbiPgooH8kwA+CcBThP4U9Y9LIgL9OAdQoxoURghVcwTKcnTC6bqTCteu
Aq88vlRIRAyGITnQIWBBO2vg+E6ch5lSBGE9QHXJmA+xdy39+xdSYsZ9U26mxI80Wflu6HIP
vKswAIkea4iLVtpshe+LPqmqGCaocFAAAn4oHydOMJhBYF1ysSSq9u9m0DrMOuB9zri0gMuJ
q4loVxQMQY80CLlwuI7p9QD/AKUb4ckmGEoAXY6OAq2+9g+awjUSHy3+pQC6L5Va0P8AsjMf
6uKiF18YypwnXRU9fssiNNUS3uUaJju6o4dw5805DFlBQhGvkhYhjMpwW6aIgwVuWZk4htEA
WBWchAL4+JFsGEaUVG2B/EhqN111TK1EQZqcohvbYN6odks4hddkSi/yjA6qxGf/ACq+v2rj
fUM6NT8whbEKlDIJk6z/ABImsjLqS97Z9UKsB1OVaw1Z/gtPLwmUARKF6uD9SYhEHDo+70TV
eSwCrU/Mfm9fBvHzTJlu6o+Jb4WVg+sIg/HwLk5VQZhm9EHK6KEB0DrkMSohEtogcEz8V7hB
WAaoARsFIfyXy/V4RkqEYcmwZvNX7hEcW+pBuq6qFU+SjKNyYBwMo9wjBf4p39EOUV2XLAVi
8EIuXrMLogQA+qNq15V6SULilhOSEKXMEyg2ETXIbzQrZ3MOh7g3mf6F7p6P+VOahcxVeSle
6gPVci4rsCgKAADB1TqU6fwhPqnQdU9fssjcCXcFMcaLouOiq4mXK3EsmMeS6I10EBCrt08C
NSh08RDgJm+pG1Qyx5pmCasLkR7al3XAYIe3kuA+UPCkH0QcFAkHMFDkW8insHhHQHDocpAM
lZHRE2kHARjRMMJvCcYRqRmEbVEaoduxkfFF17cCUAShzMIMV1XRdPGE4UeEKc+HmmZB8qh0
n8NkZRhyibDAKIGE2pj8KDaeHVXnUshciSgCY6ptTB3TOuifaXVi6alp6IHcBAaOPDrqjQTM
9WVrVEsVONSshk6JeRKeSjYweqk+qgqZtonNZVgIhN5rK6Jgg+dURYOUTYEVGFCa0HDrKgus
R4Qm8MeDeE+MlMPDqqAdfw2WnHRPqicOidUCXeT0cpjhe0OjHqiSNShET4cs9UToDplAZA3R
Yzsi+SUbASq8ZgIA11TNG6ERqrbksPirNlsqtRWGexKwyNRnRB84IUYRFfQI1GMIEiUQPRfa
rNqgmOqZNqunhhHgfbkIvUFBqTjEIMGVTYk3aXR8HsoKyshH3JnTvlZKmFlZXukplT1+yy5a
OnP1onRMd9F26aEOfgvNdFY6YQI+CAGksuqJPogd/wBqxO6OCmEjYrixB6okfKdENgoRJRsY
qC7qvbBkM+yNjixPgTqCVUvJMqcoshZtft8GJHotqhPoidAXQJ0Kjx4nPgy6KExBPooBIPRR
U/BPomhjumDAeEqQsJiFGidNrr4OdFGFT1/DdYcCEYYbotgdV1dUscYXRMmtFXQq2q9uYle5
CondEA+Sma/FM7E+iDSsJx6IkiVqmLuyz7nB9HXK+Wx6IClWr5Lz6oufrQOG6oTpumkB8Opl
NonrlSJTsOiBO7FQgiSWCPHIf6kDQlmDgYQNiZ6p7E/Ff+U7qS64gY8MSuilTonUp9Cumqj6
DBdVTafw2WQSdFIY7IgJ3AIyqnFW+tkx83T6KTAVQTrKIM10/wAqcQQnUlSowU1Sx817i4Tp
906L6hAVkwGAXuDHdHVtkxsESLCZTE+iBrFU+vg2GQBPqpUYRtqA/wAELDUIDZED4BBxB3Qs
A4AYpoYYP0Oiz5+HTwf6LIP4xldVKpO/4bLROU4RlUuMsIQdMiDl1W5yJQ6p9fB07rp4Z8TV
8oz0VbASEDv4e4SV7JTHRCoLsgDnyQlW6p3cIeFgNQvIsgMHVDqnRCDZHhnx6fSdZU+Dn6D+
Hb9fw2X/2Q==</binary>
 <binary id="i_043.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RKMRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDMAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfSgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAARUgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOtaxo7QFLX/AGEBQ3N10/uSkD5J
KXnWABKgdT7hB7JFw+aYAk6iUlKLROgiUmsntoiNrJ1On4Im1rQZ9oGpPwSUibS0niR5Kexo
0AVLKzZaxjLasSqwbn32vYHBswxlLLj6T7n/AJ+7+ZQsbKvxssYV+Sc5t4dZj2w3cAyBbRf6
ft9rXeo16SnRdA4Gvghu92hCPEH+9DOztr+RJSB1Tf3UMtaOWhWXa/BCcJP5UlIob2iUVphp
B0kcdyokgDawQO54UePKUlP/0Ooco7+xGqRsB7f3Jt4k6R+KSl93hxxoiMdppqhbhwNVJjxu
1MDzSUmAJ7keJQc9zben5FVTgXvqd6YB1dp+ajWS+ixlLgLHNIa4iQ1xGjtFyud1SzpXUBjZ
bGOwbdAGh/qMMBpdY2zb6m93v/RpKRW5dVdwoycZmZYa2jFa+trnVvl257TYWepWz+cfR/hF
axcyinqO5+Pj42ZbW5+ZaxpDnucS2vax7rPT3Mb/ADf07ELqJ6L1KzEx2Xlznl7a7Mf3Pa8b
XN9Rr27ms2qXTOgMozRd9qNlYMWmxpFhc0g+m4S9v0Qkp6ZzySCdPAFMXJOE+4GQfDhQ1J8U
lMpUSBE91InTWAPF2n5VCR2II8ikpYt7hR26cIkt2kgSVDWElP8A/9HoyAD591Ak6ATrp805
G53l/FLbpxCSmLS52s6jQ+HyRa2ueQGwQBJ8kJztlb7CR7Gk+7QCPH+TuWB1brDn31YdQIwm
2fp9NbSPbY613+i3fQYkp083q1GNlNfY9xxQw1AVDc0W7puc5zfp7a2/2Fk9S6lV1O191U2Y
1RrqxrTIcT9G4VtI/wAJZZ/4CsRuTe2huO1nqbHOFAB03PO50D85aBtyWWUUsAtc1wdYHuDG
DYN21m39135/7/0ElMM/1sHqNlr4YNnpYJDh9Ee1zrnN/P2+p/wj1udLdknEdfe8vdYNxsDT
6dQg/pLbHBrXIlILhr7jHJaDof8AvywLxYM3LdU54qx7HCqqZraBDN/pz/g3OSU9bhZFu2uL
KrRYNS0gEyPY6tv8r87crHrUuxxfSRY0mGxwXT6e3/PXBdPbmDIbRWw2vs1bDSdezpjzXQZm
RR0/Do6XY8sutBc53LSJlzXEfze/83+okps5vXcTGq9Rm2xxJ3XPB2QPzavznfyFWwfrJVkX
elY5kkbgGMc0wRu3Nn6W389YdDsay5n2yuuyxzyxzslzq6626u9X2n09rWja1ljP0iudNpqz
eqsyHMFLLK/osBaHBobq2Qx36Tbs/qJKer3aeRSDzBCGDMjgDhKQkp//0uhJAJMwkHTE6+KG
4h5Di7bP0QeSptY8H4666JKVkUMyce3HeYF9ZYT4EjQrlsjovXHE0to9QNBEhzQ0giOTDXbl
1UPgw1xPYDX/AMxSc6xtTnBpLgDDIJcXfmtDf6ySniW4dnT8o/a9otYzeWzOyfobf5ditdDx
DfkOzLiSGmGHsSQWf5rG/RUnYreo5ll254qYG1vuMctG39DO7f8ARctfFqZXX7QdjeJ5j+U7
85zklJ8PHDDug7WyyBxB/d/rLEGE4dTtpe7Z9pfbaDzNRax7mFu7d7nsZ6f7639zqsho4baw
tDufcPoaKkMGuzPZdZu9fHltZnaC0jdu2j6Wx38pJTUzPrblhlmHRjlldbfTcZJdp7Xbo+j9
HaudNguJc87g7zmPmtnq1jcGyG1D9Z/SEt9sgS139vcsE7w0AbSTz4QUlJhkWBuwiWt0ZvAk
fP8Akx+cnry768qvI9Qudubu15AdMOTV1PutZRUJdYQ1rZ8VF7BVkOr/ANG+PiWn/vySnvBb
LyD2nUmB9yTbJnXTnT8qrl73A7vdugkNBGv/AElJtVDmkFlweBuAHGni76SSn//T6R2RnAv9
OmjHa0NcPVcSXNf9GzdV7Pa72WV+/wB6i+/qNdkWWY5OgaxtVrtxP0ocNm30f5a5fL63nZLW
iuW1kBlMj9IG/Rayv/Q7tv8Ag/e//SLW6JiuwjazOsDrnwH0AkhkdrLvdvvb/wAH+jq/4W1J
TssflPPpuc1uhi1rAa5HY7wyyv8AzFDNdkVYWS4W+u9lLi1m0bST7WgOb+97ll9Yd0zKptw2
G2jJra6wVNc+sWhjXO2uDvbd7f7ay+jddzbPR6YxlTMQNOxrGlpEDTa/c5zvpfnJKbbMU+n6
dB9Gse0NDZDW/usb9H/ORXY49T0iDfbGvqEljQddzqxt9v8Ao61YYyJc36I5nnhKl3quLt0g
9x5cBJSS6tv2YAEktPtcfH/X2+xUm5Lg6tzdSDFvBMeJV3Jh7DW123XV4+kBz7ZVWuptQcYD
d3bl0nukpofWutrsTDua33b3tLu5GhXLyR5Lt+q0VX9IsYT+korORWAY49rnbf3Nr1xB1mOD
qPh8UlPR/UnEryOovttG4MbtYD+8T7jr/IWDlPD8u+3811r3AeW46Lo/qBc4dTvb+azH3H4m
xix+uYLsDqVtNgO02O2bTBc153VFn9h6SnvsOx9mLVZtadzGmSYPHeQjAvgn047zuHKq9Lc1
uDUCSCGw4ASAf3VeaW7S6dImUlP/1KVdVl+TXXXq59gAjwHucf8ANatduZTh1ZuUWeu3EI9K
lro9SyzbG57N233W7UG7F6bjW1No6oLbX3NqfXsLQxpM3WOdu9u3b7fT/nLE2ThtwAx0l9ld
p9U1A7yyXWtZdS32W+j6mz/SM/wSSnQuzRj4+Pmsqsrps9M1Y1NbnX+o73WVucfZVTVtf+ne
ucZbjdOzcrJtc9zK/UbjNYAS57rPZP0Wsb6e/wB66mvq+O9rLMdtldmZS6yqxnZjA71bAPp+
yPZX6aw39G6k9vqfYnuZY4S2AXEuMt3VT6iSk+H11l+OHDHcytxLZteA46+0srqa7c33KtT1
vOGRZViYNdgY7b7rHAz+61u1v9lSrpsqy/srq9j8aNzOAI/m9v8A1Sl0DHZ+27G2Ehge6/d4
sa5r2/yve8+mkpp3/WTrznOFGzGNZLHuaGuM+G6xr0en6wj0QzKwrbbi0tuvY9vun8/0i1uz
/i96FmNFPUuo1tHsGS5wBEe14FrRr/WQqWPsc1lbN5sd6bawdXF3+DCSnRHXum5PTcrBr9Vt
gqeALGADjg2te5cwWgCG8eHZdZn9Bp6f02hpMWuftJOgkjfZ7Pztmza1YF+Bd6zRQQ5hcZDo
Y6O0uSU7f+L+t7s7NedIpY2D5v0/IhfWTMof1WzJZRXYanejVc8lxmva17mM+j9JaP1TwMnp
xyX5v6u6wMFYaQZA3O3e3d+8rfUujdLzspt7jYYAAqa4NYO7tNu79J9J6SnQ6awtwaCWhlj6
2ueB+8RLlZlrRBmXcEDRBNl4gNqaABAAd2U2XZG0zXHPDgkp/9Xr3Y7Knm2rHrbYZl4aC7/P
aPas/GbfR1UvyNhdlOtNW0HRoh1bXb/z/wB9ar2vL9wdDRw2DP8AnSndtMb9unBdEif6ySnI
wa3nrubcXEUYzRTQ0ANawna6xrNjW/uuV52PjWWnJdVXubqckj3afner/IU2YtbH2uqsLTc7
e8BwI3RtlU+t2Mw+n2ZNtkRGo+P0tv5/9RJThB7snOyMva4Vl8ta76R02j6X0ntqZ7v+MRPq
5H7azX2e2MeoMkGNXbnkQP7KjlXUY7Dbe70g0AAGSXbvez04/nN8rRwH+hg25bmhgcP0LHR6
jgyX2/2GbklOJ1ao5GffeIcLLCN5Hg0MYf63tT/VzH9bqpL2SMObANY9SQ2sHbP8p6DjOrtu
vDXCymwtyanyT+jt9+0f1LmuareR1C/ovTjkYzGsyM55qY92paxrdz7tn5z/AKLK/wBxJSf6
x5bsjIZjtEDF3OcAZPqHQ7v3djfzEDpHTxk3jMuG2mtw0P57m6tb/wAWxVOlY93VpGLYRkP2
Oy3Or3VhzZY63d9HfbVs37Xrs8fExsShlO1u1o5dAHm5JSI3OM6tPhIH9yi66wmDoP5Onz0V
r0ccAu9u3xJmJQXU47rQGu3NcJ2gH8qSkbbHt+i4z4EyERuRYGH2tJhBsdTUTudsae3JCj9o
xtsttD2kakNIIA/OIKSn/9buC1NsYdYB8yFKT3+aX4JKWFbRqAAfEBcx9eM1lVOPhPburuDr
HHuC321uH/Fu9y6ncQP7ly/15w3X0YuSCB6Rcx0kAnd72iufpfRSU4uDkW3U4OMzKBtYfSFW
rw5j3exgpbt/7csei9dy6afrTmY1rtuP6FNFLxxW+prcmh3/AG//ADj0T6mdKe7qAz7GEVY7
CandjYZZ/wBD6Sj17pOdldazqa2F999rXVtPtBY8fo3MeRs+i3akpJ036u5j/RsdQ0Ven/Oe
ttYHkl1npU1bbrW/1311K79YPq9ndSqxm4dew4u5jWvsbtLXbfe4/vt2Lo6aTRjVUkhxra0E
jgkDX/pKe08pKcvF6fk4eDTjBzaxS0NkOLS4/nu2N/fcjss3ew2ucW8N3VmP+3Perg2vBEhw
7jmE32apzYLAkppOpyHPJi2ys9mFpj+s0JnY/qe0uurBHuDq9JH8pktVtmHRU82MDnuA1Ywi
fm3c1DdmuY7a+lzI7HSP635qSmoemWNALQ2zxYXHX/yKX2TIOjsdrQAS3ae8fQd/WV1udQ8c
GPFHZdjlp90AA8j/AF9ySn//1+7IBTaDnjxTBzHfRdKRjxSUvAiBp4LkvrriZ+Tl47KaX2UV
0Egt1bvc/wB7Y/f2MYurJH3apjtd7TBE8ESPxSU8r9T2ZmJlZOLax4osrbaC4EbXg7dv8lz2
Lqw5xGvwSIPjp4cJSQElMdx10OkiD3/lBIGBypH46KJgkapKUdpMkSRw7g/5yiRZDQCSAfpD
Q/22gt9v9RRbaHPLfA+PH8lw/McijgJKa78Wqd2w7hrDHck8n9IokuMN9UEf6KzR4P8AJ3qy
QZ+kfko2NZY3bY0PA4BE/wCakpouYN0OHpkcAggAf1UWqgGpznPBMHa5p9o+Orv7TVMhzWbW
j1WjhrzLh/Vc5Bpx8cOfZXvEg+pXqCf5JDfz/wCukp//0O4AElPAKbc3xCW4Dukpmdv3KOg7
cJ9zY5UQWg86pKYlwD9vBPDU5HCTg2ZJ4S3fBJSj3j56pte3PgnJaOITEjxSUw2+7cRJjR3e
P3dym2NEwjySDxwkpede3kouOh8PFSBamcRxoElIjxM6d0mjQmfmp+yOwPmnYG7Tr2KSn//Z
/+0aulBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAq4AADhCSU0EJQAA
AAAAEPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0
cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3By
aW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFBy
b29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQx
BEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJ
cHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25z
AAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9v
bAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wA
AAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91
YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABC
cmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50
RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAA
AABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAA
AAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5j
cm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BS
ZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABI
AAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAA
AB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgAB
AAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAA
AAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//
//////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA
/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAA
OEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAG
AAEAAAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklN
BBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB9AAAAAUAaQBfADAAMgAyAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH0AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABS
Y3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC
0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfQAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNl
AAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVu
dW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNs
aWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9w
IGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcA
AAH0AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAAB
AAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxU
ZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdk
ZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQA
AAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9w
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxv
bmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAA
OEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAADOEJJTQQMAAAAABFuAAAAAQAAAG8AAACg
AAABUAAA0gAAABFSABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAM
CAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAG8DASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUB
AQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQ
AAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwcl
klPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSIT
BTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD
03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEA
PwDrWsaO0BS1/wBhAUNzddP7kpA+SSl51gASoHU+4QeyRcPmmAJOolJSi0ToIlJrJ7aIjayd
Tp+CJta0GfaBqT8ElIm0tJ4keSnsaNAFSys2WsYy2rEqsG599r2BwbMMZSy4+k+5/wCfu/mU
LGyr8bLGFfknObeHWY9sN3AMgW0X+n7fa13qNekp0XQOBr4IbvdoQjxB/vQzs7a/kSUgdU39
1DLWjloVl2vwQnCT+VJSKG9olFaYaQdJHHcqJIA2sEDueFHjylJT/9DqHKO/sRqkbAe39ybe
JOkfikpfd4ccaIjHaaaoW4cDVSY8btTA80lJgCe5HiUHPc23p+RVU4F76nemAdXafmo1kvos
ZS4CxzSGuIkNcRo7RcrndUs6V1AY2WxjsG3QBof6jDAaXWNs2+pvd7/0aSkVuXVXcKMnGZmW
GtoxWvra51b5due02FnqVs/nH0f4RWsXMop6jufj4+NmW1ufmWsaQ57nEtr2se6z09zG/wA3
9OxC6iei9SsxMdl5c55e2uzH9z2vG1zfUa9u5rNql0zoDKM0XfajZWDFpsaRYXNIPpuEvb9E
JKemc8kgnTwBTFyThPuBkHw4UNSfFJTKVEgRPdSJ01gDxdp+VQkdiCPIpKWLe4UdunCJLdpI
ElQ1hJT/AP/R6MgA+fdQJOgE66fNORud5fxS26cQkpi0udrOo0Ph8kWtrnkBsEASfJCc7ZW+
wkexpPu0Ajx/k7lgdW6w599WHUCMJtn6fTW0j22Otd/ot30GJKdPN6tRjZTX2PccUMNQFQ3N
Fu6bnOc36e2tv9hZPUupVdTtfdVNmNUa6sa0yHE/RuFbSP8ACWWf+ArEbk3tobjtZ6mxzhQA
dNzzudA/OWgbclllFLALXNcHWB7gxg2DdtZt/dd+f+/9BJTDP9bB6jZa+GDZ6WCQ4fRHtc65
zfz9vqf8I9bnS3ZJxHX3vL3WDcbA0+nUIP6S2xwa1yJSC4a+4xyWg6H/AL8sC8WDNy3VOeKs
exwqqma2gQzf6c/4NzklPW4WRbtriyq0WDUtIBMj2Orb/K/O3Kx61LscX0kWNJhscF0+nt/z
1wXT25gyG0VsNr7NWw0nXs6Y810GZkUdPw6Ol2PLLrQXOdy0iZc1xH83v/N/qJKbOb13Exqv
UZtscSd1zwdkD82r8538hVsH6yVZF3pWOZJG4BjHNMEbtzZ+lt/PWHQ7GsuZ9srrssc8sc7J
c6uuturvV9p9Pa1o2tZYz9IrnTaas3qrMhzBSyyv6LAWhwaG6tkMd+k27P6iSnq92nkUg8wQ
hgzI4A4SkJKf/9LoSQCTMJB0xOvihuIeQ4u2z9EHkqbWPB+OuuiSlZFDMnHtx3mBfWWE+BI0
K5bI6L1xxNLaPUDQRIc0NIIjkw125dVD4MNcT2A1/wDMUnOsbU5waS4AwyCXF35rQ3+skp4l
uHZ0/KP2vaLWM3lszsn6G3+XYrXQ8Q35Dsy4khphh7EkFn+axv0VJ2K3qOZZdueKmBtb7jHL
Rt/Qzu3/AEXLXxamV1+0HY3ieY/lO/Oc5JSfDxww7oO1ssgcQf3f6yxBhOHU7aXu2faX22g8
zUWse5hbu3e57Gen++t/c6rIaOG2sLQ7n3D6GipDBrsz2XWbvXx5bWZ2gtI3bto+lsd/KSU1
Mz625YZZh0Y5ZXW303GSXae126Po/R2rnTYLiXPO4O85j5rZ6tY3BshtQ/Wf0hLfbIEtd/b3
LBO8NAG0k8+EFJSYZFgbsIlrdGbwJHz/AJMfnJ68u+vKryPULnbm7teQHTDk1dT7rWUVCXWE
Na2fFRewVZDq/wDRvj4lp/78kp7wWy8g9p1Jgfck2yZ1050/Kq5e9wO73boJDQRr/wBJSbVQ
5pBZcHgbgBxp4u+kkp//0+kdkZwL/Tpox2tDXD1XElzX/Rs3Vez2u9llfv8Aeovv6jXZFlmO
ToGsbVa7cT9KHDZt9H+WuXy+t52S1orltZAZTI/SBv0Wsr/0O7b/AIP3v/0i1uiYrsI2szrA
658B9AJIZHay73b72/8AB/o6v+FtSU7LH5Tz6bnNboYtawGuR2O8Msr/AMxQzXZFWFkuFvrv
ZS4tZtG0k+1oDm/ve5ZfWHdMyqbcNhtoya2usFTXPrFoY1ztrg723e3+2svo3Xc2z0emMZUz
EDTsaxpaRA02v3Oc76X5ySm2zFPp+nQfRrHtDQ2Q1v7rG/R/zkV2OPU9Ig32xr6hJY0HXc6s
bfb/AKOtWGMiXN+iOZ54Spd6ri7dIPceXASUkurb9mABJLT7XHx/19vsVJuS4Orc3UgxbwTH
iVdyYew1tdt11ePpAc+2VVrqbUHGA3d25dJ7pKaH1rra7Ew7mt9297S7uRoVy8keS7fqtFV/
SLGE/pKKzkVgGOPa5239za9cQdZjg6j4fFJT0f1JxK8jqL7bRuDG7WA/vE+46/yFg5Tw/Lvt
/Nda9wHluOi6P6gXOHU72/msx9x+JsYsfrmC7A6lbTYDtNjtm0wXNed1RZ/Yekp77DsfZi1W
bWncxpkmDx3kIwL4J9OO87hyqvS3Nbg1AkghsOAEgH91Xmlu0unSJlJT/9SlXVZfk1116ufY
AI8B7nH/ADWrXbmU4dWblFnrtxCPSpa6PUss2xuezdt91u1Buxem41tTaOqC219zan17C0Ma
TN1jnbvbt2+30/5yxNk4bcAMdJfZXafVNQO8sl1rWXUt9lvo+ps/0jP8Ekp0Ls0Y+Pj5rKrK
6bPTNWNTW51/qO91lbnH2VU1bX/p3rnGW43Ts3KybXPcyv1G4zWAEue6z2T9FrG+nv8Aeupr
6vjvayzHbZXZmUusqsZ2YwO9WwD6fsj2V+msN/RupPb6n2J7mWOEtgFxLjLd1U+okpPh9dZf
jhwx3MrcS2bXgOOvtLK6mu3N9yrU9bzhkWVYmDXYGO2+6xwM/utbtb/ZUq6bKsv7K6vY/Gjc
zgCP5vb/ANUpdAx2ftuxthIYHuv3eLGua9v8r3vPppKad/1k685zhRsxjWSx7mhrjPhusa9H
p+sI9EMysK224tLbr2Pb7p/P9Itbs/4vehZjRT1LqNbR7BkucARHteBa0a/1kKlj7HNZWzeb
Hem2sHVxd/gwkp0R17puT03Kwa/VbYKngCxgA44NrXuXMFoAhvHh2XWZ/Qaen9NoaTFrn7ST
oJI32ez87Zs2tWBfgXes0UEOYXGQ6GOjtLklO3/i/re7OzXnSKWNg+b9PyIX1kzKH9VsyWUV
2Gp3o1XPJcZr2te5jPo/SWj9U8DJ6ccl+b+rusDBWGkGQNzt3t3fvK31Lo3S87Kbe42GAAKm
uDWDu7Tbu/SfSekp0OmsLcGgloZY+trngfvES5WZa0QZl3BA0QTZeIDamgAQAHdlNl2RtM1x
zw4JKf/V692Oyp5tqx622GZeGgu/z2j2rPxm30dVL8jYXZTrTVtB0aIdW12/8/8AfWq9ry/c
HQ0cNgz/AJ0p3bTG/bpwXRIn+skpyMGt567m3FxFGM0U0NADWsJ2usazY1v7rledj41lpyXV
V7m6nJI92n53q/yFNmLWx9rqrC03O3vAcCN0bZVPrdjMPp9mTbZERqPj9Lb+f/USU4Qe7Jzs
jL2uFZfLWu+kdNo+l9J7ame7/jET6uR+2s19ntjHqDJBjV255ED+yo5V1GOw23u9INAABkl2
73s9OP5zfK0cB/oYNuW5oYHD9Cx0eo4Ml9v9hm5JTidWqORn33iHCywjeR4NDGH+t7U/1cx/
W6qS9kjDmwDWPUkNrB2z/Keg4zq7brw1wspsLcmp8k/o7fftH9S5rmq3kdQv6L045GMxrMjO
eamPdqWsa3c+7Z+c/wCiyv8AcSUn+seW7IyGY7RAxdznAGT6h0O793Y38xA6R08ZN4zLhtpr
cND+e5urW/8AFsVTpWPd1aRi2EZD9jstzq91Yc2WOt3fR321bN+167PHxMbEoZTtbtaOXQB5
uSUiNzjOrT4SB/couusJg6D+Tp89Fa9HHALvbt8SZiUF1OO60BrtzXCdoB/KkpG2x7fouM+B
MhEbkWBh9rSYQbHU1E7nbGntyQo/aMbbLbQ9pGpDSCAPziCkp//W7gtTbGHWAfMhSk9/ml+C
SlhW0agAHxAXMfXjNZVTj4T27q7g6xx7gt9tbh/xbvcup3ED+5cv9ecN19GLkggekXMdJAJ3
e9orn6X0UlOLg5Ft1ODjMygbWH0hVq8OY93sYKW7f+3LHovXcumn605mNa7bj+hTRS8cVvqa
3Jod/wBv/wA49E+pnSnu6gM+xhFWOwmp3Y2GWf8AQ+ko9e6TnZXWs6mthfffa11bT7QWPH6N
zHkbPot2pKSdN+ruY/0bHUNFXp/znrbWB5JdZ6VNW261v9d9dSu/WD6vZ3UqsZuHXsOLuY1r
7G7S1233uP77di6Omk0Y1VJIca2tBI4JA1/6SntPKSnLxen5OHg04wc2sUtDZDi0uP57tjf3
3I7LN3sNrnFvDd1Zj/tz3q4NrwRIcO45hN9mqc2CwJKaTqchzyYtsrPZhaY/rNCZ2P6ntLrq
wR7g6vSR/KZLVbZh0VPNjA57gNWMIn5t3NQ3ZrmO2vpcyOx0j+t+akpqHpljQC0Ns8WFx1/8
il9kyDo7Ha0AEt2nvH0Hf1ldbnUPHBjxR2XY5afdAAPI/wBfckp//9fuyAU2g548Uwcx30XS
kY8UlLwIgaeC5L664mfk5eOyml9lFdBILdW73P8Ae2P39jGLqyR92qY7Xe0wRPBEj8UlPK/U
9mZiZWTi2seKLK22guBG14O3b/Jc9i6sOcRr8EiD46eHCUkBJTHcddDpIg9/5QSBgcqR+Oii
YJGqSlHaTJEkcO4P+cokWQ0AkgH6Q0P9toLfb/UUW2hzy3wPjx/JcPzHIo4CSmu/FqndsO4a
wx3JPJ/SKJLjDfVBH+is0eD/ACd6skGfpH5KNjWWN22NDwOARP8AmpKaLmDdDh6ZHAIIAH9V
FqoBqc5zwTB2uafaPjq7+01TIc1m1o9Vo4a8y4f1XOQacfHDn2V7xIPqV6gn+SQ38/8ArpKf
/9DuABJTwCm3N8QluA7pKZnb9yjoO3Cfc2OVEFoPOqSmJcA/bwTw1ORwk4NmSeEt3wSUo94+
eqbXtz4JyWjiExI8UlMNvu3ESY0d3j93cptjRMI8kg8cJKXnXt5KLjofDxUgWpnEcaBJSI8T
OndJo0Jn5qfsjsD5p2Bu069ikp//2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUA
IABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAA
IABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hEHdodHRwOi8vbnMu
YWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2Vo
aUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8i
IHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8x
MC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3Lncz
Lm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6
YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8i
IHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3Vy
Y2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBl
L1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1sbnM6
cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bXBNTTpE
b2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6YTJhMjI1NTItZWRjNC0xMWU4LWE1
N2MtYjgxOWEyNmQ0MTYzIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjI1ZmI4MjIwLWMz
N2EtMmU0Mi1iOGIyLWY1ZmY2OWZkYjJiYyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4
bXAuZGlkOjVFNThDNDg5QUE2MzExRTU4OTU1OTc4MTI1RDUzQjc2IiB4bXA6Q3JlYXRvclRv
b2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9
IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6Mjc6NTArMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIx
VDIyOjM1OjQzKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQz
KzAzOjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMi
PiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpmNmI0ODg4
MC0zM2I4LWE1NGItODI5Zi0xYzUxYjE3YjBmZTUiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5k
aWQ6NUU1OEM0ODlBQTYzMTFFNTg5NTU5NzgxMjVENTNCNzYiIHN0UmVmOm9yaWdpbmFsRG9j
dW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo1RTU4QzQ4OUFBNjMxMUU1ODk1NTk3ODEyNUQ1M0I3NiIvPiA8
eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIg
c3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo3ZTg5MmZkMC1hM2I1LTg0NGYtODBiYy1hZDU4
NTY2OGZkMTkiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6NDgrMDM6MDAiIHN0RXZ0
OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RF
dnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omlu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZjZiNDg4ODAtMzNiOC1hNTRiLTgyOWYtMWM1MWIxN2IwZmU1
IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQzKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2Fy
ZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5n
ZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNvbnZlcnRlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1l
dGVycz0iZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFj
dGlvbj0iZGVyaXZlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iY29udmVydGVkIGZyb20gaW1hZ2Uv
cG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2
dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjI1ZmI4MjIwLWMzN2EtMmU0Mi1iOGIyLWY1ZmY2OWZk
YjJiYyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo0MyswMzowMCIgc3RFdnQ6c29m
dHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpj
aGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlw
dGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2Jl
AGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIX
FxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/C
ABEIAtAB9AMBIgACEQEDEQH/xACnAAACAwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAQIDBAUGAQEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAEAACAwACAgIDAAICAgIDAAABAgARAyEEEBIxE0EiBSAUMiMzFaAkQjQGEQAC
AQMCBAUCBAIHBwQDAAAAAREhMQIQQSBRYRIwcYEiA5EyobHBE0BC8NFSssLiI+HxcoKSovJi
0jMEUOMUEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADsuYJsG4skogwBEgSGKE4k
WwjG2JFtESQCkESbKnMISnIqlMIEwgWIiNkQCI0VxtRWrQpcwgpsgrEQVgQckA5BOLJCCaaB
qQOASTZEECaHFhCQiRFghiGhDQNyItsi2EhAwBAxJgk4iUojTBDBRkEVJEVJAAAA4sEyQpgS
IBYNAADSJIATQhgODJRIjAGNADE2xNglIFJMI1c47C43TNMYyCLQmMipxEmyLGEJoimEVJCT
REnIhKdYCQwBgFziiaSJIYCYhA0AkwQ0NxkMGKTYhgAxDxl+a/mleu644N3Z5B1Z8veaE0AM
E4gJDcQE0CaCLQCY2oE4JgCGmCGF0QGkDcWMQAkSjNCYhtMJANxCZEJkGSTgV5KaTp5ngL7+
V0i7LkyG7t4OiWiYKMSUJA0IYgZEGIIjiSQCTiSQA0Di0MQXJhElEHFFhAGJjiAxBKUQk0iQ
AJgWQkOIzhV35hbccTuc/NUdo5IdDRyeoalFgAMTEIBDBoGhAAEZxExDTQkwalEQwtTCI4ji
wQAMiTiwTAbiyQMGMjMQjNUbLMsCvHsgYMHW4xZpxdUeSzmHY2cvadWaYCRJACaGJgmCYgaY
k0MENMIjQDBEgmog04jBAxDBAADiwEE5wkSCRKudJz1HObbPNdI6ddkyHK7XOOFD0eQ49uys
s6fP7RpjJERgBEYmNpjQhxATQNAMYNMICBghiBxIkxAKSCUQcoImohJMBDJyqZfKgLoxZVj3
5jh8zrcs63Y8hoPT8rNmOvt4nZJRzaizVkkao1WjjKIosBMG0CGDUYFhCQOLBwZOLQkwBsiA
JSCLABAyKJOtklFkiEiTQDUhWxoFbyemTtpZz+RqmZLVpMmC2s62nHQdSfL1HSaqLp4dBtll
vCMkIkhEqSLnMgRpLzJI1KEwaCSATSLCIMiDGiLATihpwJRnEbhMTYMAja5FdFuIo3cjMenx
8eguuheU7ud1jy+zpcwnmstLOxkvNNVV5TojcZ7phZZnia04FDzwN+XHnJxozG67BQdvfxdZ
0iEhoBpxJOEhkQnBoBIabEpAQkA4sYBC6u4jgxwKtvF3FuOyJXMuNEIIlvy3kse4OVHt1mTX
ych6LHzNZG7myOnbhuNdee07kFSUYXSWZYhmfS1HKyeg4xPp4d5vtUgQAJg0DAJIRCSmIAFJ
CUohIYUW0Grh2YijocvWZSVJrjRWXbcfSHzbcx0NmDok5V2hImcTPOJdVbWY3ogGjJqLOtj6
Jq5s+cWc7o801PPcXGXeU4rgs7XN6wRAkiQgQ3BjEElKJIjIGgaAUZSIhMq5+viFlVzMUp0k
YiGQ2mmuzMEaLToWkDUQDQWUnBspmbsmiBWdnoHkuj3aymPPxFvMtgXmWwmtdRCLuBrKdTqc
DoHQAGIHFgwAAJRsiEXISTGCJkZBGaK/Pen5BgUYEBRCuy4jry6iOLRSGyjsk4WwIzdhNTge
a0zgQ01dI0a+RzjvZuIGvDECcGCkEbaA1UwAhIDoc689G4MslTYCIDlCRIQTJQJKKJkQmkyQ
gkCJEWYc3XZyrOkjnZerxjLbmROEtBd0abCYwWii8jG+kxZ+jxSXW4fZObh6nNIG5nPbrLBS
CAyuxghAyEiN1dh6EYOyMSyFQWypkWEA1RdYkpiEyRFk0MEwAiTcQnFVGXmdPCYbLbDN0bkT
nGZKSmQUqDoZrcxHm7pnF7MplWLfkCqWYrotylwoEynQIEOLsK1Osd9Nh6NZbC+smUu2Znjv
kcs6gUTjYDqCUmyBNkI2hVKaKTQFM3IWHdmOdiuiPfJhCNpKUZhbn0kMXRzFssusxl1RZbTo
M9GhnAosrIzjIK5hCxMEMN9fSOHXbUSsptO7bRcCkFbsmVWRsJEgtlbATqC55ompY2a3SjQZ
0aVmrNxhDZjvyHG23Zy4rqL5ZLiSstM2pBojbEx2wrL65Ilbj0E2tB5nH1uUJMAQNxB21bDp
6NKPK0XUjnXcel14egJyZCNjIOaEMMOTo0lEOrE5lnRDl6LIFFr1mW95TbG2RBWZy3g9/hjn
FjjcA5hVEgLoVTJygyrLpzDlTMo0Vs23ZNZyeL3eKViAQDBEutyu2dmjRkPLQkhTizvdDldo
i7QpLURlIAYUasFRJRxG+vjo7V3L6xJWIrvjyjXi5Nx6DXz+kLDpylKkyTjMkKJn0wkTcLBg
Get5yE3cKVkQ2ZdBk4Xo+CZoWViGEWmaOryegejxdHGePjooBxZ2uzxeuaHGQmAMAGHFxZWE
XEE+yZu5nsNLzhoObcZeR3fPEXXE39Xi9gshNlcpAVSiSnCwlIZFOoqlOBFOQyUB6aLyXM6W
U87VbURkAgCzfzOgetjKR4urq8wo00RO12uL2i0jMAByTGAeJ0ygQjNHaM0DRZELlPOZcnaR
Di96o882jT2OR1CxwtJqUTLFovtzXlgBW7ERhrrM5GBOM6S6/BuKL7Mx5qKiSGEQkR6XO6p6
dqRj836nyRksj0TbtybDVC2RRa0TAAA8vTOIoWVnSdtQ9vP6xevN9A15nAjK6J5yGiBv1XYD
Vq5Fp1lxbzo5c2E7Vvk2eto81I72Hm1mpZpno9vlth26OdcW6sug0576TzddtZAlEHFEuryO
2ejkpFHD3cM2V4Udvr+f75MATUhjAAPJwdhXbVtNeO3nHQ1cfecHdZ0jVTdWeV63XznEiwjg
35CrdV0S6EET53W5JHXXsKqO3zzlXw1mUviUq6ZmWyJjrtCXUxyKa5QE1Irc0He4neO4KB52
q+Bzokjtdnn9ITTAAVWgKC0PK19GJhvvxGrNvyF+HrYzR1eR1CE5TFyOpyDIpwEnMLISB13k
+N2+OWbsfQNdPWxHmuhz9ZOCCEkE4lhk3rrnHp7nJM1OygqrKS6REn3uB6Q6EpyMfnvWYTzG
jvsuuqCUqQtlQy90yLSAJ8TKd7z8Ud+tQJcnfQZtFOY7ubZwzo1dDKYI9+Z52PoInJp9B50N
mfWLl9PMZuny+ydjI4nk9uXSRhZEbheQceuW67WY+N2OKW0WRK8e0M0t3UOB6MZqMoaa6gYp
iLQpWgMxpCidsiktDLk7MTlbb0LndHiEtuTcaMm6sx8zPeehsiyjD1Q5OzTEr893uCWXZtQU
aM5zPTeV9iXBnPOl1JAtrI3VyI+g5PoC1SRy+PpoLEIotJGnt5by0qZIgFhWicYsbrC952Xu
mRbKuYxhCN6KI21EOJ3ZHPssynVTgec6WHsGwQKLgSJxObzLKi66YU0XUnN9n431ppzWYjmQ
0RM5ZIxKUTt9DNrI5NXOMSJFEyJZ0lvJKEhADiwiOITiDYhoZBtgxiGGxCBVhYAU4euiivRS
cjucTql0apjkqi/BblM5YEZVMIzZi71OohzenxBWc/cU2KRlno0HS0V5A87uwmsIkdEeiXu+
wyGuopLJlBogVKdYBIi5QJMQmSAGIYbM96Ms9ERMAABjIwsCuF7KHejNyulxTWQAdlQrcMzV
06NRjwW0nH6mDUXWRBa8nRMnBuylvV43VFj6egzdx2DCJJDEAA2Qo0wM+iEhVMIScQJSK3ZQ
WFAdJNAmyMkhJMQwHFkm0OE4HO833OAd5cr0Jg5nRkYurDpksPnesHH2YDoVmc60Mug6F08x
52loLLfSGHs1TLp5bSULKhSTHKgJ1JFlc4jtpoNdWZk6ZIgTsIuUBjDqNoSkhEgQ0AMQwQwU
LeWc/nCM/Y5PTKFogdWydZ5Hv+d6JdR0OWaS7Kde3D0jThuR5aHQzGr0GDUW57QU2yE7JFC0
IwuwBztM9e8Oet6MM7UZ7lAveUNMc1xIvDWmCAEDBMBoGACYLidvinnoSgX6ubI60Od1Dv4e
twzzMrYnQ2cTumrTomUSsCqNzM5qCiyYKLoCDiWFLLnQy6uFxQb0YI9BmO2+Ippirmyh3MzG
pECYSExpMAAGgaRITBAHJ62M8jVorK5DD0nG9SaPOei8yc52wMvpOB6I6skyDAEwGIYIlEZB
WBCNzMsNiMK2spvkgKolrSJkWNMIyYDJCGFbABMQMARJAAAgB0XwPN87r8wokdQl382wOJ3c
55ec9ZzvULQEZBFMESZElEHUi5JgxiYxMAVciGXoROeaqCEiJcZZl86GankkarMkjYZguUkR
UkJgCbEmxMBABzul5w5dFkCV+eJ7PRyOuSIgmMaABIkmgcWMQSimVSsCMq4l8HWTz22GSG2o
ouEWTzIvqUyidlZVKUQYi1K4iAawQxMBIYIkRkJgJMF5L1/nTk1dCsqr1TJel836MmIJAApQ
B03AnEbABBJIJJMBMrLqxwlMrcgUSktjG4zPXWUIBokKNsxWwkWkAkRkDiEkgaQKQxAhSQSi
BiW9GWreim5MHFjYhxbEJghiHEABiRITFJIbESQAoskVzFVcHPluqJrJcFeoMmfZnLdXMuNp
WGkENNDExDQpIAEMEDEAMSnEQwQwBoHGQhglJBGSE0xJQLSm0kADECkEVMIsBADjKA4NlMp0
FxntAlMRMK5yQ5RkNJiABpibiCYJSBMYCBpMAAQhuMxOEhKSCMgTAhRpiQnVcNxY2gYmCAE2
RAEOIhhFtEKr0QtjIkILYyQMAGhNgmMEA0AJoHFjrkhMAYBGSBoAAEAAyI0IGDiyRFjaBggE
DBCYhxcQCRAYRUkEiQiQTTAExoAaBuLGgASGIAGKM0VTqsJgAmCYhkQlFgNAACEyMhkWADYI
QADSYJsIuANAxAgByjMBhOIwABOJJxBgxiATiAMTAIyRAkBKLBxBgAAJoAaENA0DEwEDaYCA
GgGgBDQEWwQwimwkpASBEUTIxLFFjIscq2TEhkQkRCRCQxIYokhAwAcQkhDIhNRYyISQhgDU
UScGTIomRCaTEAAkNxRMiiaiE5QkSEH/2gAIAQIAAQUA/wDjQf/aAAgBAwABBQD/AONB/9oA
CAEBAAEFAPSevAWepMCyuSs9RPWFeKgHj80IfmoBCOT4sQ8wCLxK5q568es9ZUC8BYBPWpUo
iC5RgEqMtSvDXCtz1lVPWcyuPWes9Z6ivWeplcjwPhalckQATkQcSyIeQC0oy7lzgziWZcJB
hFz1lVKE4lQgTj/ACVwf+VXABPUShKlcCfMNX8eLFgjx+KlCVKhqficTicf5CqHEFy4SaMFQ
CyVE4hqVOPB4l+DAJcvwSPF+DBU58cyjBB5PzLggMMuyagqXOIIahlzmc+bg58V4ux+PxZ8c
yhR5AEE+AOZXAE4EqGfgceCLhWCxLlmVK8VKhHIW/N3AAZ+RKJnzD81K8Ay5VyiBKleKlSoR
COKlCV4uXCTA0q4F4qoWAnvPzOTCZ7VLlwyzPifMMF37AwmFoPi6g5nMHyfiuBAJUqVBAIzq
s+z2jWQt2RxdC5UNQCHjxUqfHj8kGcVQhEqGUJcFkBGM9AITPYzgSpUC0SBACJUIn5nzPwYA
Z+bNm6/HnmG5UowLPXwQZ+AplUfU1tthhNf6x9l/rsDh2Bsgfn58cwc+DzCJU4EqV4MPyfBn
MIM9ROJcJMvz7c+0JM4E+ZcEqzBLh5g4hvwSTOZcFeBCIB5BPip6mM6qnuWPc/oLkM+vt2W/
9XjXY/n7Yt0dXwcOmiZvCBDUE5vmcShLEJlyzLl+DDBxBUAucCFxLuADxcqVxcJJIafMFw8Q
GcT8QmWPIn5+YLg8AShKlePxdQu27M4RM+s2754Mo/YFgug/oZDAdDsg5o3INj48G/BMsmcy
oD4rkioeJ8iAcioWoFmMqVPiEcwmXwYDBLoe3Fm7MDQXLghPMo+AIBAIqkyh/iDD8drX68cd
Qi6E1/7DrYR//wCgyDYf1E3j9/JW/o74bYfzwH1+v0iCo3wPj2qFrgJupYlyxAfHBh+PF3D4
4gMufJqj8w3f4smUBDzKE+Jdyj59bJPi+OZ8wWZdePaBoGntPaD4hJn9Ha9M9P321BDfyPaZ
/wAjYt0+mcG/o9Ls/dh1O4D0OqUNEsDUYwsILhg814r/ACoz5lwg3UEMvgfFETmfAHwfH5BA
Ny4eILonizKM5guCpyZ8Sx4o2RAsFQ1Pmd/nsqeexsyv0+6uqN6qmX9frK/W7PX3O2q4549l
XPuw19iIST45hM+YTLFXDzLg8XOZUNznyRDK8fnicS58C5zLnM58fJhsm6ntPYwcD2nxAbPz
LMuBTQNS4CT4/of+cX6d6guARTp/UHs3Uw2nQwPXbu7vpp1wVCklA1wknyJYhAM4lQXKgh88
y5xZnM/NE+B4PgiGUbJn4Ihhg+L5/FSoIIeZ8SuauURB83xYEDhp9tRXVp3c/bQf8eyxbJdR
6f6aNMssxM+qwG2qjfqtYfX2Gf8Axhn4/E+JZMN+Ln4HxBAYIZwIKr5hhE5nPj8CVCRCL8Gc
wLCPFQ8wVKuACfBAqAziH4/E7Ln1z7BUn9owYDXcBUIUnBlnYzKaYbfWcu5iBv21IVgz5Atn
1UYRB+plXPiD5InzK8ESr8mCcT5lGEVPiAw8+D8WIfm4RUJE4h8VyZUHwSJ+SYalwmoDAeBU
oRfmhTETTQt2NUOQ+1St2HRCqioMHUd9FvRfVvYiEs0zQAdMsJ0QWfiGxCTOJYhIl+BOJxOI
YanxLhMN+AsoQ1548cQkxQJ+sNSxZPIaAkyuORDP1ljwOTcABAigeKub8ZZB/t/q7NmB3OyJ
1O+GikGVU9yw0TP7tf5vWcN/JYhv5uqNtkcj18mKdTA55yjKqETjwIOIZ+TLlz8eBXjmCcw1
CYL8Gfg/PuQxNweDfgGXLoEwgGVU5gYwReILgugahMIDB+tig16/WJ/odTHFFYhul3+PkfI7
zKj9PvBl+3jPf7I2COcsc0Y8DiWbPAIs1OIJzF8XALPqKqEQ8mvIMJqHmVxBzKE/JlcjxVAk
wWRxCPWWSDLM+YTUNwcT2gcz2MBgJMoUcEJ267X2s2Q6f8kBITTbKJ3tvbs9h9X/AJuZL+lN
t65vmVKcxCwC7G/cUADKIhM+J8QePW58T2URt0h7GcXVGN8m7YkzmC5+PiE8z8EcVDPmXwDU
PMFnwSBLuCMQJYM4nMAJ8AC65rlFE07h+77LAdgTo07xGwbJbPqq9Zc9j3EzyT5nTYYdbLtE
zR00ZNkEDWLMsGAmAWtimAlGV4AhPqCzaRcgZ9aCeiQohgAAnMuC5cI8g+KgBlc0QaE4gBEM
MFCe09vaD49oCauXBzBFAM7urZ59Q/Z2q4WozhE6Wrv2uznmWXFtYuIyTsbto2eZ00dXQHtF
WXdp0mRtQJsxAy3YQOYu31kMr+ObvkgwCho4Y5oolVNN80jd3NYO/bf7gJTZHlicV4uXPaWY
SZzCKM+CahEDGj8k8kcCxFoBhcC+APA4KixZnZX3x6KhXHYUurKR/U7Bx6/U0YHJmZs3Zu32
dKDEE9FwrdnQu40InU6+msx6yIPtCxlG0XBlZR6zsZu8xDIq3f48bvb5oqqugrtdo06u7MBC
rKM8mKo5UqwYD44/xHjmE8QAQGieZzDyHNSiITyBcA8CXBzEQGEEDV/Qaa/Ymh0RPt1Qr39l
Xbtv2GxyIUsFTq/t23QaJp1evmmpZCjJE0UsmxIDu5OeruHHXzz7K7EAA1c4BdxkmHc+1rmj
FUx9mbtdke+u7aBywmnZCF+zoxfsv9GfZ1Rse2rBXIKta+L83PmVD8WbqBhLleCLBNSiSFrw
Ifn2HsBZ00TFOx/SIHY72zT+cLz722RPPq2JYY9Mg5p6jsoQOioD8xk9l06YeD+bpTdY4zr6
ZKmPa6wj/wBTqqNtm7Cru2bf7+p0TtbmY9tgez2/dOnp6aBxWz/9R7AwAsltkQa9r2jt7TPJ
nO2LJkTc6SkuDTZE1c4lyzQgoS5UN38Q+wIA8firjfBAMFRm5/A+XPqmONhnyzHd7520Gf29
dgSepu31uCNCFi6AE9g2+m7HZ2vrj0VdbIux6ewKANjjqe57ZaNpqDkbLMFxOhLLqsz2UhZq
4YdNC+hLibs6Izvo+uqpAuuxXo7u2f8AKCzLqdfM9vHI47IijprQ6ubMyqAPFifM5lSuZUNU
CSSABLFXG+ORBCIBxwIjHXXfRMB2O2+r0J1GvrMQGXUrE1Sa9hPXP9mzze1CodNw2nW7aFK/
RLnotsBFW5/UP/2M0TWJgmZ7BYj1IlcpxE1chFZj1MQrHTETusdXNzWi+Cil7O/VP/txoX7K
qdO3kyPkrtkjVlmEXgQm4CZXixODLoSjKInrz8wrAK8HmfEvkSiS/wCq5t6ntdo6aOwMNGdX
ULNcwrkVPUFShvDB2f2XJPbXcJix0y6X1vjZQNyHscT2YD+iT/sKCocll9bjZCHOoL9szY6+
LKRiROxvljlj/TBJAU68sjey6dhTh0+t9u3e6yJlpqhGeZzXpC3uX7SoBU+PBhAv4Fmq54E+
YIQROJ+PxUYQCC77jhcl7itlYLaICTlxYQFiStW1AIPsbNPpRyXZnRFwUZv9p0Kstlrgq2Uk
F6XuH/uckY5oNOvqnqcMNdY2LGL09WfD+boGXNMo7rO+4YBfQp2AQ+R0n/iY+rnDs9nonsdt
u02HVZZsVznXNRSGH55vmDxcX5Nk/ggXxc9gJcu4Tc4hgr1qVY/o8dVGPt6QshGZptb9rNWB
OXbrZesdiBtqACCSG99Ag+lUYSwIlmJ6+rkk9sk6KPbp9PWuvqPs06SKpVM4RmJo4Vde0CT3
HAY2SLJuZOVmarrNMlzLrYxbJEfVydGBbPsAN09fZwRLUT2g8gwmfgk2eIPaXPwLlEAgEVwA
LPMUETsZ/Zg2bKy6+oDeyjkueW/aGzOotOPYnZvVWAMThut12Ln4FtKLDMVEAE1HHdsa9Vlf
rZEKMVs9YAE64qB2j7dnskjXXF1ucEr8VCCCC6lXoHTP0bSyS1n5Vqn8x/8AuJJgHAHBIhMv
gGoCJzPmFbN1P1IIrx8wihLAJAnAJqu7iFLKCrB81siE2QjkY5ey2VbEfpqQS6gHIAnIUFEd
abOvaiAlVszTt5Bn6ZKvmobtpgqIe2cw++qud9LOxILkwN+3AgMui7C7IgnEFX6m24NGdNyu
3MOtFXN3DUJNqTYntzBUABn/AORgJly6FyiITLgIMbNWGvTVSej7DP8Akq0P8pRP9IqO165L
kS2mjqq/YAM7duqns4/WLdMAQqiwvAHD+03wZzvgM+v/ADEP37H2XuLpjD8gGwCZ8SmA/HxL
ALCepigACoZYBJ4qpgCrhrzAEoQcRvHEHzCIw4JIFEiuCeB8VxREBgqfkfAaGjODDwAZ9jMf
6LG0ZgWZ2KYgjPFUma+pu5QiqYTQR1IIUHe7Y2O19gbqaeu+frpP6LMzEC8euhVss52cqb0b
2BEBuMRd+yiiDcIHj8nmGjMQS2VehHIWNcJIisa9qiuqn7c7JqE2LInEsmWYKhurMPPi4RUs
GAwGoCJoQFRtBO2xbVSfYs6zJmdskGea+pPqSQAIl3qSZi9Q0V1a57+o766NOrm76YIyLogK
fSgJAAb1vcKFQki6l0PVTFWiPnmcVzPUiChOa6/66AfrQhKiNUAYz1aeomisBTUTTEmUxnqA
PQk+pA4Eu5Zv8X4+ZVEXUI43crjkaTXEs5Rc3TH/AGGz6uSKxBCrRPEFT8aE0r/9iEEaKw1b
O1QfqFzRv2jWQSbdwgO40PY9Qou/YUzkAOxi8Brhuoo4JsCC5kB7ZM5hU3mah1QRdkMVEYjr
ID/q5z6Ur3p7Uwnj1okiwBRE9QRRh9oLgox39Z71FJYiBQJ29x9j9gK23Y1ZsMG1iKEVntUN
EN7EAmWQQPYHMkaKwbN7zY2e04C9e/Uj2n7fVxO3n9Y3f2EIEYDw1kqtEC4AYwIKi5hh656G
ngMUEzrqv1ky1licX7VBs4C76Gfc9WC/qojEmD3EVbAyhSAVPUw0Z9ZMCKJ9ecOSMDmyn0M9
Z/roU7Wufth1i0yQBGJB5ZlWgp/Zp7qrKwMrjVSDn+rcTbIOAQIha2/4kG98w+G1BgZYliia
NGBhYMLgT5PTx9ncKM9697n4ybnJG9KMGRr6TB12M+ogHEmJ13n+s8+hBBjBkonokCi64KGF
YEMCT1E9FhQetAS1q1joGX+gCME6TEghZ78uwK5iods1j9kV7bMBi7RLzRWJDqGF0RqQFZnl
EOOIpBB9QzAkd3EpqeCZ+TUBly6h9TMlLHp9b9NsPXPsgDUypn/z6RDZfWs+uek9QIVJISp6
mehhOYh1URu3ksPbxAPdzEPdj/0SpT+jjZ72Jg7LEjfUg77RtdSDrrAzkW5OWjmdrsKruQs9
SZfqNdwAh7TQdNrOGYAzWm0zRUR9ZS0yTVAGa5mSgJpftN5f8QLigV/UUhjVnicwz4nMB8fz
8mffDCh2wBh2OdDBMfrB6bqACpgMsTiUJ+SpK0/pt38lYdrsat/pdpg2PYYDpdrQf+u2CYdM
bHH+Sinr9Ndh/q9rKDs/XMdcNicVM/1lgyQQ5IIiAT+k1d5m9gAFU5hwvWyVxn7TlZ8nTsLm
uXXZnoGAD2Pxp+0+Ji72zUGJ+zrvYHyh4/rGkNEtdfPixPmfgfP8pK0Qmf0GC9fQ3pUoEKab
pH2AUwFxLaFjA7UNDF0M9xXU62Qy73WZdcNRrmyfW/3ZsT2KKkps39HUPgdF2G28bb3XfqZ5
BGsAwmbMzuzeq99WO5oleURQpBiVNA002CDLrm/WhYgMYEzhRqvswufoVbMGIShJJbMcf1AC
riFSRzObo2DP2Eztj019ExJ+v+u1dQ17fqYKEVjf81jeZteJQM9RAk+u56CeonTa8mVTn9w6
0Z99SOz08C/fwvLtYawqllqA0MO/7+3X2Xud/rej/wBnQDo9xtcMs/UaEBdc0aUt1UB4F0s0
HsqYkMA0VuKBPyC0PszaUQzkHEEQLyQYDyjT+lkDk6wgSzQBv8/ngTrAe3QYvsmfqP7C302D
XyYapVPt0moZEFAJRnJgsSzBUqY7Z9cv2exsVXrZzudwaMbM9Qwx+nqjqk7o+AaL1tI/V9l7
2PaTOv1x6eurdXr4YuN+uTu6HTfgJdetEm5+3rbRtCSlXfI5NWCLhCmb6ehD2TmxK8KguEm1
HKKFXtKdMHzZYwjA0BzcNQWYh9B/La+4t1/UW+o1wrQAqW/t1FYZ48IrcCp+fyIQJQrYplpr
2tGh9mnuJ7EkkKP5nSLkOoC0Izm/uqe6POx0ssct9CJ7kj7Ch6/ZcsxLMs9eQaIJMsAUaVYt
WotmHCg0+gEbN2i5gKOYD+63bLUHsIGoDmf0MwqkcuRFNkiVUFwuCP5bD/bX43X3w0Vl21sA
XefqJ1mts0/ULAs9TOaEq5UbsLo0oiFbiqzN1P5wyB7GbMrqwVeddUzB/oYgr2ctR2MgV1J9
vgmyemL0AsgwNRKgwgTRoCVg9hM69rAl3Ob0CgqbGpLH6TaIwNUWIEVhCxMHB/oAHHQizPYV
+CtQCEWP44vtpwpM/p4MnYdTGDCZn2bqTNgFDiDRTPkg3OIJQiYc0vqwg4P8pMUx7O50dOBm
zEq7MdMM9F36jgk7Kenq+i9zJ8+wQSTQnQA+zKgBAKgqGaEhmJJ9gQAAPU0Pj1cQt+tmgjEE
w6C6cnhDkysxDXj2Gbsdv1PX1P7WCKlcfMF21ifxVH+0OBP6GQbHsAoNNg56+f2PkPQYsSSg
J+tp+6xDY4E+ZU5Eb1gJMNVg7DrUXf0UwvbV6oF0aLnS+lgPmD/STr6dZTcJBnRAYoZZsECA
ExmAGqEgDlDyPaBiRCqkDMEgIJo2IjlSxQmZXN7Z82PsjAt6AN3T/wBGqn2AYT2MviWI1T+I
AdV+Pidq/wDW7oYjLqavOt1/rKAk5ZvSggXDzPyJcuMWh+TwCDMUA64H/d7OzdfJECZKQ6oI
2ioH7AloZ2euD1DwSJ/OT/p9iAfZoo9h6+oYAr6r9ZydDmEDDcBjqpQ9hY/c9Rp/T3J07nYc
59ncT+cjdnJsiAqsBrEBWZPAWI7dHrvzD8+sriVUBJP8T/8AaWpc7S/9DDMQugB7IB6egdxx
B4/P4AE+JxGFAGoQSPmYp/8AW7Ggwz/ng6KhCT+h/Q00f+Nv9vX7fXZ51+iWbs7dforj2f8A
Yx0H7lan8hUTrdjvY59g/wBfIHL+p9gfvae679nRNRoydjfbLMO4JbRgtrCzQ6M0JJnq1IOM
e3tgc/7XYUf+7f2T+vloR3+q8Ts9dnD4kd31HVYkmjbkVXF3CTFtj/DQnRVqVR/q9g3q5MI4
9mYfyxWyz4HrBAIJYM4hIAFEv+s6WQ9iovuoumfVZVz1f/6rqWP8/PZNP2C9vsNj1n011P8A
PLZYlf2KlZ2exoQbr/keniDM2XMau3vpozrszO2eYYr1wSeog07fX+pgtn6P0+uehn1iihv6
TPrIDqaBMz1e/cjJyDLIDGfirhWygBn8NfVgY7AJ3dA+v1r9LVMyPb+XlTCWJYleG5lesswi
JnkVCidYpiNtj6W+nX6PZCnsMv1dfqH7MsFWfaEHqmi5/wA7pAdrBM83Y2tsOxj7j0M6qBtF
zVCVawLb1C5ubbrXeIZm6aZtr/VQ57op9lX9dU9SVAHrmQFoZoC24Clv2iY+5HXGLMTRhHPw
TU4hIJHqZ/E4g5nYv6D1dH07dInNooJ/noVT/IopP1rbUTVRWqPo28cuE6T12u3/AD89GLdj
Fuu32OqKubY2EzAj6FU32fSNmqsQACIMM2GeKgkyz7DMe7MfrPBysDrBif52ZZv7qVMz/wBj
QsJpmhFKYABAaJRtmGH7dNAZpiTo4qMhqgDYjuAVLQATifyrXFdXlu47eYzw7LvoxyYnHH9u
vmEzPxRg+AaIgMsz8f8Ard5/6zYw/wAnsMNM/q0bov8A62GGq9l2529dH64CzBlZXq1UgaMg
GylATwWsAiCqViEW6ZgDnxndr2ARpktjEemfWy+rH+xkH6+d+xsqTCROK/Aiuyjr9Q7aLkFG
qL9eoFZ9UvHy0BbOixPsjivYiIpJ/lZeuAApeC6o4fo9T2/18FGaZIRuIdhPvn3T7xBusGim
Ai7nsqj7MwN+7lkvVVuzt2CCr5JkgzX6+wrK+XezzfLfM6e2j5j+hu86rvvr291ZijkDDV42
GihAxfTAqpdlOQJ0A/VVIHbQnXM+g/nJ9+xIE7jI+SMQwceqsoje1moqkwggZoxPTy+tPW52
h69f6/YfYFDfs2maerdUll6nYIXp6kY9d1bpZemIZYdFEOsdrlG/Qz6zPrMOZr63E+t59bRc
2M9WE/au5r2Boex2gH7GrjBtcz1Bq69p2OumzAa5P6djp2vTTT/ZIGeWpbPTo4Vhh/M3Gv8A
rdfJUb+fW3X626YfzOqBp0gx2FN10NoKmrMRtnc3BC/zf0xAczTE+pzC7Wqq5zDE0C1TICtH
Bf8Am9bHTP60EoCf03rrhv15hCgFgYBznoFOCKE+jCwalmAmWbtiBcH2QXKhErxVkAShKE26
XuW/l2U/jZkZdLDFQtTtkDtMpL9bMaQ9fJh/67HLftPyCujZ0qhyJ2MF2jfztAf9TsoOsGxz
fstWiD7GYJlnZVxc0Rgujl50c/8A64E0AGeyr/sFQU9TASFAIAYLPl/5SFcOPH9diM19vYtZ
dgZ+0DGv5+J1ITMD0Qz6VEOSmDJQPqWvVBCwn2GfZBtyNBQIMPwOIvyJRquAgBLLCwnuL73c
Q9sOZ1GWrmq+6at2A/8AOzOmoUGeolXDRhqMgM7SqiaKzug99lq9AFDM4UC9OmhXrM9TsO3q
1e7AqS9KLMcn2BVp0+ur6dfP0zAjAIO7s+2nBCGoQLYcpmznrY/TkLE9p7+xJqfZPsMZrN8k
WPwBc9TPYrPtg1Ww4gIliNqRBZhyuHLSer32enoO3rkUHTcexYQ/8dR/2fzMv3X5JFsGs5G/
rahm1/09P2+Z10IzUgTV7mxPpkla4f8Ai9SJ269AtndPYIG9WAAYiWtfy8mOXo4gLCdrsFsy
bBY0Pm+ApY9XrMs+YYeYBUJn5Pj2qXYgMuFbh4gPPzLsfgophCx0BhV5/wBgloZ2/X167eui
MCOy3pk6Et1EOeYcQuhjOlIpEFzRwi7lzu6sUxQZ4eqk6A+3Y/8AFgrLrlr65/7E7WvtPWiy
EjP4OdnWrRS7dANnhb1odPXtMPRQYVNQKzHp9WpZE9iIGhaWDL5sAsIoIFXPiE8cAQXLlAwc
QyuCR49lBDAylM9UnYztMevorK7V2yT18UZ9gKBCwIpnqiQbZ02qAbsztsuatnmEHv7AFQG9
S3orw9dn7GS0nrc7zomqtA9xgRoSZtkK/noRp1l/SgB2+0Tnju/3Nmyz3sH1vBGLICEs0IBc
oTgSuDL4nNgz2nzKlQ3dkBbl8+0qEgLxPVzK4/Ihoy6mvuZ7Mr/aFB7EVrFI49sVjjJgNfSK
pjX6qCTRv1JTP9T1wjaVmpf6jP6iB51NGZlSg+YdvVTHzDDDMKOsD9f9DvKhy7Xu3cxOenX2
9822wGiIrTq5BmLAH0EOaGNlDkYuSglFr6rLoVg9qomDKi+ZAHBAqWfFwz4lwmaoTFGkCOYv
6z8moPmcRrLD7oyuQUcSlI/QzTRUUksyM3qukZeSSqqzNCoQdZmbQqKLfv27JzJVg1IDcrgg
+3UX2f8Aqf0jmr7M0wcppvl75Z9dVV+rp7dLqaqMcwgpfFzmEyoBObYEgoQaIIoQtUZbP5Ck
j6yYc2gUiD5hPix55lEyoFlSufHFCqJM7TFo3aROyfYjPbNzR9dtM88271nNWLdPCpqyhOzo
VHWddU7mYx1wYPmipTcBAdGTJlx/oGuzfCiyO3kERkcZYhzlmqCGUfNG6uVKlqS5VYNFMLKI
zBiYQKGrrB2MxF7GLR6MZj6Xv6V4rxUFAfYsOgn3mDW59oEGgaXLgmjcd3Y5pq5bXoONMtcW
RtNmzz7GumzdXM3hkC79nDIf7T6t3nvr9XtPm/fUPj0WIBMA0EwzzI2ZEw3f33IgJiZaO3Q6
AvLFEFVABHJA+6ffBrY+0RXM00YMzuYtgP7sUUpB6EM+aR9aHtPdQW2uK7T20LZhGaz7SzLg
hhFj6lgxWHJRPqWHFIuXqZx4c1P6qgoR7Tp7aIV2V8te8n2DRNkxzUHJRllr2dNtN1Vv5vWZ
vTbEJoGdVDvmy9pyU7GpGKUv9TUp1CwLA89bIO+GK4gaj2O6iDtLBspAYOvpc+tRBUOgUtua
ZyYoBhBoMAWcQFr92M+2p7lp+AggyEGTWSC3osME+ZUqDzfgXCfFEyjGdUX7xpv28vTVNGzP
WB06/Y65yOPbRB/OrUf1uwcukF56P169bsY+oQDd98XyHX6Z0idLHFccU31KUf6+F9VsGuvU
/wApfbdGJBUtDnha/uP+6KN4uepX6XMORAOfK42FwevVoVYls/UmzPr4VUJGaKCGEzVCODA6
mDRSWzAf0b7PFSoBKlea4qUJUAh+P6rkI+jIX1Oi/WSeu5Geub7TLoZq381FXL+0a6J+f5vZ
Ob9/P2x6+Grt2uz9aL2uy0w6nb2mKnHNt47rpl2cGGv+to79PqNgFTX2GWhgz0UhnWffkGG+
EGmJha4+iISQW9iIurKBplFObRskY/66w9egc+ShhyM+txCdBD7kMZkSTZ9/xzOZzLqWfIhl
wGGXLn9tiG0JYhmEy0qZdjIA97P0TfXTTqoc8v7zn6KBiMVbDuWuSZeq/wA3HZU/ndPOf6+N
nDMw9fMw9UQ9DB4P52II6pgypv1EZjBo8OiwP1SPr60+nMgZAA5ExutYPW0h6rT/AF9lhTtK
cz2FPtpFqqUwqk+nluuDB1wFbrKYMSjev6/EHx8yz/gPFQQASoBCJ/aHLcMwBgLJAxpCb/l4
/d2/UT+8T7DIexyAYEg9BCyZKApEIEE5ly+L4BM+Yy/qRR/7rbPQz62lMIH5+159+sy39oHz
MLCUTKBnqJ6ASh4Ia+RAa8VPWVLlz48k+B44lwQyzC0/ri10FkHgcw/Cexb+N1ymYM/tah97
ouAFBAb+WffFBSnxdePmASpUEvgqpjZrPrMKGijQqJ6Z0yLPrImWUCgD4ly5c+JY8GpUAEqf
j8A3/j+KnrKleBLucz8f0M/fr6JTFTFMIAnQwbXbrJ6ZD4/pofuTKm0YeqfH8rNvpHEefjnw
KHi+SagnN/j4gPngw53BiKGQEC1Gb1h1NL2EM9lMsT2F2CLEEqwKg5leAAvivP4uC4blGGpc
MuWZupZe30nGmiep4pc3I/k5ldFBCi5/YyVdMh+/Y68w/n7u3VwGWNePmC/FSoRK5qESoZRn
xKMCyjDcJqPsyzTfYkb6KXcEgvLNhwJ7XLIn2GLrA4J+1BFIIrg34Evxfg8S5dwjwbIqjKE7
vcDOXQMoVm6/1MvT6i4AfAnc6v8As5t1n9j13GfTxGWS/BMqVOJx44lG2Viw2YFWBnN3Ll+B
xPdRG7CqV2zafqwOSx8qj5Ew5mwXgVfYqQSTLBIU3dT7LgJzH+yvofPz4EMqfE5uCX4+B/U7
YwydqHNixOpsqN1X9+vPiXy+KM4ySyKjGgOBDKgMufPgQqpjYkT2KgMDF8Nr6n71m+ikIzIG
osliLq6gbqTavHxEKmfUvvwY2lAUYQwH2oCDRRjfuvtxOIYLnx4qcT8z8wjxfH9kltjyFH6k
NVUf42t5jn/Cx4uXBd/IMrwPFT8wzRCVTWobYMTY0US0YPkrA9ciDBxCnoSSIXEVuQwEZgRD
zHVodCgGyGBBbZfYP9U+TOfBqfgT8mfA4MIlQif19WHcCkggh1Q+uiBT/IcrunwfmXOJx4BU
j8Xx/h+eIa8HwQphVhBuolZsBmVn7ghjC4ALiD69C/XBP1FSlEMvANTgxlMOdhc+VRRBwfxf
nmHzzAZcoTiX5/p9K+0OhoIeo8TFwexiCOji325j1SUZx4sRxY66sucMAryfgX4Nz4lSoPD5
KxRCgPj5jZK0bPRCuziDVDPYUyZNGz09lIplaK5gcQBWnAAJu/8AIy6lkyjf4FmGWZ7S4c0e
aZMrBIuOYH+llqcerghqpXgCpUI48VCIRPXwYPF8z5hFHxdS4IYPFw5o0064pvsEx1ZSrgx0
Dz6jCTGBWHsb5vl2vYAqRf7AEGGCcjyJyD+OPPz4+Zcu4QJ7XPg1wODKlePxVQG5zK8EcD4v
weJUriX5HwahcA+0Z2DA8XAY/A0wRgyaZnPaxYMoR8YzOIc82ZUKNz9dXKuesoeKuVKgh81P
xOPHF/nifnmcQ/4m5U/HkEyoZ7CzL5+YBK5uEmMpM9AJ6/tQsjyfjmXGS570fYgAhgVUlsEY
5hklC7EuAifEvwTBQnEMvgFrlz4l1L44nEqV4NQUfI/wuWPHEsQRnHu6MyZbW3F8QS/8LnEv
wfn5hhJEvwQjRstUg0iOWBuCvCllJc2rXBzKP+H5qG5+T458CCVcAqHiVPiXDL4rmp+SIfNc
j5jpcTtEuSrH2uAwVZ8CWYLnMvwYbnMrxcuXHzRy95nPkiX+rCwFFVOTCTLlwQ/NeCJ6z14E
InrAvFGcz2vyJzKnsQRyAoDXcvgV44EsSxCYVBK4KmvxLuC5cEFQji4STB4u4ZcMPgT8kTgz
1BlziHwPHz4qfE/PivNceB409rHEEMENGXLBNeBD8yjKufHgigL8VOJY8VAPB8V449vicGHz
zZnPgCUZXErmvH5+Zx44uc+DPzcM+fBNT2EsX8wfHxBdkeOYDPzz5qHwTCDY+SYIP8Dc5Pjm
c+D/AIVD548/icQSvH5/Ilcy58+OPFQQz1hNQsIpuVCZwPAJI4rirnEoTiD5PnmKCD+TAB4q
WIfAMJ8gSgJa+AYZYl8yh5uVAK8/EuCX5+JU+IZcuVPiNzAo9l4MqcEVDOZ+PjxUqwBUJn4/
JJgnxDAPFcUIblSqHgA+OYRzUBlmVcqAQfHH+F8gw/NmA8ePzDKMJ8cz4M5hMK8VfgQHmHxR
r1MAMJ5lz8n4HxcBlT48XPwJfi/P58XKlSvBnx4CyjU+BOPBuD4/IEFeSeCITKg8CGEX4uXL
5vmx5sy/8CIR4FTi/F+K8V4/Pkn/AC5E/IEIMErjmceDLhnHizdziyZc4nHi68EcS5cJi1Df
iueJUPJ8XL/wAuV4rxfNmA35HgznxzOfFw+QZcsiXwTPY37XPaA2ZfIMsS+b8XLnF3ARARVi
e0LCFhAQR7AT2FBhL5sUGlgQMJcuXPYWCLuE8/ksAS0uWLHEJhaAiX4BhMJEJqBp+LHgnwPm
5cvj/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/ANOhT+BnSnFC8WnFGseJPXWN
eq0qy/8ACSW8CnC9afwME+FTj68XLig58NeC+s+NXg6cNtII1nhr4UFSPFoT48eBGlDpq9Kk
cFdOnDGvTgjggoiLEPbwK8db6+WrOutCOCSNOnA9aFeJTvr18Gjgf7k5ZIj4sYx/EjKWxZJX
UkcXLwq8NuOSNJ0vwdNInggh+J3ZUKWHh8dfkS/E/c+Vx3Ed1WKcZxe6IzcfG7bi+TFyRpS3
8D0P1LldeXDXSpQqUKE6V8dvZVZFsJokNpS0rD+T5E+7JzAlVRpHyJOLHdi/bNF5iwb+ulNK
aVOfi0OXgT4tzlwTPFOj55KF6iX8xG7qyMn7lsiMfjeXrH+EcfG011IyoLLDJOGqGOMxIlfj
n+Brw0qufFXRPlwUK8UPhqdr/lf6GFLo7dzLNuuVYG3kscepEzLkyeC7sZqJ44OHcx+TOmVZ
TJ21g6eJTgnwOukaVOhfjjhqU48k7p/oYuCiqxfH8lMrDydkpGvkbxacJQ3Q+X9vNfIk1aUS
qeYubZjFnsQ9fK60qdODpo9OnBXjrpD+usj0RUk6cVdalUdSeZE8GWWzf6C6P1McrOUn5e4X
yZZe0eGMdtpbpBOHy4d12u7EzeGXucJp8kft0XbsYNXMfkdIuSTo9Z4Y8OvHPBJOtNJJ0hFj
lpUekvYpsVRRmUec+hfrA/qdv+8Wf7kT/LH+YeL+CWv5pg/cWUK3a1YyhzSGLoYYYuiuef8A
A0LcEeJOxK4o30lkc+GcbI3jdFCh2Q1k6N+ZGamdyLrYypdtyKZgrb0G8XTzJ3IxcPfoY4ur
I8Cnj0OvBfw6cFTz0rYqN7GPx4v2tW6k5UKOp0ZVVIyrykc/RsmE1v8AUfaqEYv0ImiJ5oyb
sx93OV5awV8KmtOGnDcuTuVcPSCUyvB+pUkl8VCplBjk15MxWGX3TO5Pd+AsfkyUuBNOUWXq
e78Ttya7Zqm0ThjXo2exRzr/AJRTg4dzs7XXcxUNtktQ3xV15sfDUqV1nSunU5eBMaRpGlTp
pHBOrTqmVyeLZ7l+55iy+NVbqUujHDNqbT6kzKPIyfap/tMxwcN8/UoZLKIRLcoxjawmvVFN
ZORBy0rwTwxojnw00oX1nfVrSvDS3BfSpDZO+wu1Op75fRmTTj9CUhRk07pC726Dl0JdpVfU
50EpiRRFhv6ElVGl6HTXnwdCW4LouQmc/En8ONEbkbldY1oUOhOyP28UoTiSv1FU3Fgku9Vn
oiqTclFB2tQ+Ylg285q/+oqJtd2WctLkOZkWTxWUbEJQuVBNW0R05CaoRvpWuvUqOMoWxWvn
UjtU+RXFfQ+1fQpQkuR4M6UK01kRzKExY5aSV4Ki7XEjlzCcLV5vZDydb3Ms8KOZgSi+8iyS
jLG41krCxxXudqmPdTHEeOEVIwp1IzrklJQhXdJO1uXsy4n8lMWTg6OxzfB7qELSSMnUlOX5
FqFqEayvBjWTodBa9GyFpBOkEvYoZbw0P5HeGdsV0SV85X0MmkrXHnlYxx2TVh93Ilnd/vtk
N5ZOlkOB5OiFk/uiJO3kNptIq5IEk6cjFLYkktpRvyHlkyYozs+Ok7snLKp2py92UZ3TU/Mp
4cHMlolH6aKdIamS0aUqdSpUrpRwNfG5x3Y9pcUqdyq3zGslPqLu2siMUNdtUd3KpGTo7ncs
Fk7VPtSXM90p3PsmLCbbXJIphL8ztiGtiPko7we1QldskpfTviYIja+jaWzG2pZ2YWwEkoSV
hTYjGrj6EyJq+W4vdTlzHSGJpifBTwIvpOlfxKlPSSvBD07snC6Hss6IS731qZPOuNNzs+NO
lyXbqTNzuyafJEJ35jq5f0HKUxVohTB2N1IbsNynBDu90LurlFZ/wmWVJxo7D7Mf9T+1SB5t
whQ2uaW5TJxyG5ci/cnLmQl24ibfQTMlu0yInJjyyctku9iFcc0e57XIu6ITPyHNUriUyJdC
uvLWhMkazuV4Ob0jVtfdsTn93M9zSY8McowxbhWFk74S5OZl8ayhuK+Q0787kOwldTVGKwx9
olgu1+lhpux3Kraq2VsSqlbsfXcqrbiwxbW9hw/uuJZVbGph8hOZ+hMwRaStiMdhTa5GKptI
++FKlIbyccj7pIVU67DUJTZyf6rbnZFMUtpbHCmKieN3sZ5RyO7NeRG/DTgqeRP4HnpAiOek
FCtCRJ0xTp6Hc3OStiPJwpshtuK1kyxW6ZElKndkyMb7sVSIbg78slCuzN4ujbFhPuJundks
msoWkYtOELFuGS3DVm7HaoaIKqGOtdiHYjmS9ke7JKOp34pvHElVWl+2lz3Yd2Ctl5ixyxgW
WSfa7M7U/wAGJ/G5SOyLwU2J8CRkklp1trO5MeejbfQ7olY1J7dooTBuRuPeayQhVghVXMlN
UdRtuuyHg/akpm9jtxrIsnlXkNdakbCSIs9G1ufHkqtiTVSGVcI7pnY5wJRAm1chuBpKWkft
5Y+3NxPn7R4t+RewuSP22q7VFS7MMe6qanpQ/awxnJ7yObksggjWOGCJ1kkkek8tJ2J2TMvj
aabH1sPGbCSddxSTHkNk/iJHurMiy2x2Hhi/dl9Duc1E+1pKtSlZ5kwTzJdmJJDbufE53O78
T8RvHGUizXoRimYvJQicmkfqPFfX1FWYI3Fli6FR49yxyf2+Y6d+GXVwKMYnbqdzuxYzL6HO
xPgTtrzOXBQlM/QjW+6ITJmeo9+pk3RDezsUuVEsa9BdyhkR3Ldihw+goqJJOmwlFYJ2R+mk
NVRyQ3k39Sd1lKGntt6iSs4IURvB9qfoUST8hvpYiXNfaxxk2nsd03rB+hQuRTJna8Vly6EJ
NdD24/6m7ImF5kz+Yopj/N1I7pUU06lPAoT+BRRp0OnBz0yxuOHDQ1nueV2eZ1RKOfUbisU8
x86VkaTuKslPIWcERYaISqQ7lvM5DpRmeDUxsZYKlbeonlzsQle5dStk6j7rbWG59KHv+7Z/
+JDckq5DdTmzkicX6onJy2Tvue2mnMpuQ3/K4I8H9dIKrSdtio40klWKFDLNJ836jW5Cd9jr
uMmHBG3M7Fs72G87bEIhb3FKbTYktkV3KbDViYKicUsVuZYRSHJklv8AnB+5lfGo38LTbo5J
TvuVzcnOBRXzKrTkVKP6nPnpGlSi0TVDvdmQV1laVIJ4Y2IRDuUK6V0nJHcoqKVUnJUfX/KJ
YpQuf/iQ47On/idmFK1gadrnbHoOF7uZDJShIj8S5N4E4KkLYg5LcyiO7mPOft2O1XypJisq
tqUcylipEnugqIrc8ytSYgbfodOBMxfRHc9IZQl6RcgppR6Ry06ldK3K6UZDsVU6Tpm19qcC
ORXcq2tiMZfdzISiharElfco6chr8TFczk2KORSs7mSybvZvYTn27oTxrFTHvxokz21knLGX
yLJPyE8bb7FZjzP9p5aKLovVHM5a0L+YoqYp7JUIWly5Dr5lSrL+unnpV8DLcdWVMmtk/wAh
Y4uZrkNN0ViLxYl402oQlEvYeXyc6SSr8xNfU6nI5Jnamdz2KVFA82vbzgxWMrm4Gsqvnb+6
NOs7EpQj23ZDVh7t2IdyII/A914KMclDrpOxFjoY5KnUXVaXLQUqi8FxQ05vYnt9SNihL20l
OEXJK2RBz4JQ9JQ43T/I/cd24O63IlX3ewpcYrluPodkU66K5NyUhwrEUSdxpkK0EzvYWOSl
PYSxUSShojbcbixDhSz2qvN/+RciHOkEaeekk0JITFsKtIIKqSuLZCxRHb66WO2CIoTy0ga/
HWnDKJijOiOWn7SolfrJVTyRW/PzO7Jyri7VYjmdSBObHTkTYhbo5w78qmOWNVzJVNiEiZ2E
1tuRdqqG39DuTo6G/wBT9dEtIOp+Z5lit2PK8qwyShK2MHvCk6EaynB9xRkkaQqMj8S1SdtI
R5Fjke6pVSiighFRuXQfzZpNuXPkexWud/y1TtuKKKyIITiFrCpJDqUKDaiomlCd0qIoqCSh
cx4q2NBJWd0LboLkNZLqhxSDeFcoTfTuPMqip52JyXclWCEoprKNzF80tJiusNLzKI2qXRKV
diqLFEW0sUVSpEaW05F0VaITidz9vBxR1XkT8knbZCj7VWnMbRNh9zvaBduJV+iO6s85Pe4g
lqEM7W4ZWrRKY/MoQxDSQ5s2/wAy5TTqXnSSWKFItm6tDyb2ohpf0ppAjBXpwU1vpevI3Ksm
panM/ljzEpx/qIyyTfQ9uSnzKQSvyLIiYIboirZdkPax+3k5zdIe0ljcqqczt+P3ZPYWOS7E
6Wgl5N8pKqSiguu5bHf8rjH+yQmSrE1E5vdD7Yb+o3E5boh05omaksb5iyh7/npShX8df00o
jFLzgma/gZSN+X5aqasxiiguims0Oh7WlltNiJXfF/5ZGvix72qJyPFLteVIK/iJJS1yImBt
5S1sNZZNZLoZPOv9mBxl25Y9CcWvkS9D/V+J49T23RyJbPIeXIlb1Hle0f8AaLaSHVkOiZSr
vLJbtsiHTlpCXdlZIXyfJu57SLEaNfQaanzMlFkjvmNoJ58yLweRzKK/9Z5lfQlzoibC2KXF
m+tBUhGTfMfp+RfzZawoxqYtbJE6TpfWYMc92pddz/8ApwqsYeS/4RZbk7ZVITlkJGfyY/a1
P/MNPAy+THBxkoSP/jP28sXj3UaZ+5jn2zZOom6c5KaL48NvvYuViboUqIRLpyJvCG4LVE0d
uNcmd2e+xQTdyuw2h913yO5EspYlPqKbCSs7lSw2V2OunUqpOrIuY8xPc9f0JZ5Fa+QhLZKg
uCSdLmGD+5Kw8MvtyUMfx904zKionku3FWGo927ls73lCWyTFji7stco46Ep2E/lqlYrVKu6
Evj+ROvuhOx2/EkkqJ3Hn80TLiP+Ul/flVlbuyO7NWHS/wCh2pD+jJX0Jah6TlV7EoqypBF2
htqEe2o03XYiLqh278iHsKNiTvVt/UlVktVEbHUluDpp6C+N+gkOk1Q6RB0IQllYxpSEJokl
XWttcpc5JuEOMe3B0lyT8vyruu6oj48varVgmaiW76iy7lnm7YJrKv8A6u0788Xh/ZS3R7XL
5FY6j/Bj7U+zd4zYhSxS1hi75ZOEhL9/HLDG77lcjH5cH5ZISWSdNnJCdWdRtORRuJIrc6bk
p1IV0ddImhv5jwViq+liigSo3iPOK8iX5QV9CWZ4qWVURzIPURDjzZBsKnQxaqkn+WmW9mPE
jSImLGLzo4QunDOlzKX35J15T/xjh05DbqTBEwUrzYv/ALHyUxxdMXvB24qDkylt2RFx4tUZ
XJZ5N0URH/cdqdEbrmUdzHFNqN/UXTccEKpHD1uctIZ2pTkPJ77mz6kzRkJepA3+JzE49BzY
yp/SB006n5nMpQUXVzBf0sIzx3eLgad/9h5iKuTFcxaUJLawPFuhCsJSI7YeXJC+b54a2xrN
SEnCKDJycI7avqe11Hkqz/UNPmS9J/pfEnZnQoSKCEmTl6FX1JJJ2Og269BOGJKi3KtD25FR
pkLchepBk2hrRrS8lSn1MFNa/kRpllFGl+RJItzFcrikmeHppOSc7k2kTHvzQ/lyxXc3EtSO
MvaiW6MfaNYOXv0F3vufNuhPxqVF0z2p4tbix+SW2qyfImo9zj6kbijcymyX66PYSZPPRGMu
pQruVVHuQc2Ka5dVJSq2G2U3ImsfiSnJOd2N8hvEeDnfYznZEbCsOacjeCh05FDHJxvHnGry
iqHlslYqUVL8jFKlBcihRcXNDf0HFI5nUWM2djDHJUctnTGxj8Xx7/fA1goHKcHTkSlVEzEX
MvlS/wBSkP11ylFKRYX4lDpshyo8ySLtEHM3gix15ktkuI5s9rUDh02jRp7WOiKW3En9CcVH
Mzh3Q002VoUtr+RWopVawIoZzyIUtbjfa0utCY2gSFCjWOFin10oYPmUr2r8x4zSzJ3ZLoj2
uUysEIlqruZZS6KYIWmbSrN/Qp6kJxuJbol2sSqmWLuyUnLoLudbGScUsd6yS6EvL0KRQfal
S1xt5DjJ9RZOvkRFnBCQ07tQQle5LvsKTN3hDcOSFUrYoSTNSp5T+WuTbpFSyUilpEKDGqb5
C1kngoQyLESfHLskZ/JNXCQvke7k7nsdvdRbJmXxt+5OUyrrzghv8P8AMLtjP5Jiv8plNW06
jRYeebWKfMyxw9+CdXP+UnH4dqPu/wD1j9qxe9Z/wkY4d7T5ieTeE/yDctZbVOxy3lu2Xf4k
OX5l2osXIdj9BNyS/Qf7bibnvSy82S8FHR/5RN4rHnX/ACHuaT2ckLPFUmZKZJt7maVaH5Hu
VCotpIEr6Tspl6SftqyH5bFXPKRYuIEuS4IT4epE1IxMsmpmIRG3IeSftlL6CWO1D5HMNI67
k45duLpClC7qjy+FRm92Tnk8m6ttjybcQ49e0bfqVcyY/Hi3jilbTqNzeyLe50oTvdHdy2Pf
LixWJ5orvaiFgokhbxYrfmd9ytEUiEXIVjZcj8yhR2+okm11keGWTylbuSEh9eZ105QVpBCp
1H+ejy5Inn/UZZv0JuVquQsunBTWJuRJECaU5q7G8qch5Z/zRH9MR5YXcGXx3bcr69wvg+Xn
Cf8A4n7acrMazi1xJKnMqpasNZKVkQ/iUvzMlgmsFapUjYTVee2kPFZdJH2+3y/zEzIpvYyp
WBtjhRS5im24tI88lPdRf3CHSic/9RWp277C25o6Eko9xRbVKMjG7F3Ocv7JJM+h02KFaN7V
KWZaSo+S0zXNNIUiwVtJiphCulxdSXpO439RbwY4uF22hQPHdQmdsXmnoP5PhfbneNiPkdFb
cxm0jSsTNJgjYcKqMlk6OglelRJU6l6CkcKwlc7NidkNc0xnthMezSuJ5WVV9RZLkvzzFIoK
oTr1qUP0JSjoQuQ5dh/t4rFrd3G223WWyjoeZDuRZCWMi61JKV6DyV2zYhwP5MfvW/qKbotY
RjF4XBXhsNNV8iitQ7LvHfqYfK3RxTzR+5/KpRKQ8WthLe8lWm+QlYljTygeadHZeY3dsrpS
27G8bSW7vQaxu7im7/rHCIKwyE/dkkl6mOO8VMsv7KX+IRMTHpokuR3EwTsNY3yoLu+3G+5C
UIbiXFyLEz2jWTkbVCGyGpfMg5iT3c6SPHJUJiGexQ3cntLFiIKIsVLl9Pc0TTzG1LbmIMpq
05ynqzD4sbJelBLJe53M07xKJxk/1ccoajyHl8PyZdt+1+Q/kTlrn/1H7a9vbdnubeKUuTL4
8I7U46lE6XPbiyqgWLdG0Rj9slLEus1ISqht0XIUbjmiMcn9mNYLwkfJhecXAotNiLMayVdj
eBX6lPSSuwndOw3kvc3+BahnlHQlueZREscKu8o9sRzY4WOQ28H0aqNZKWtmY1hFy8lEWjSm
l+C1dfu/M+SM2l3OEf8AyOD3ZTHkZZfFR5XhSLP5l7kt+p2dJIV2ogWbVcjueMC+NTDv9BJ0
W/Uy7aLJ3PbjGTxo2d3zYzLbih3fKliuR7YX1EviySaddhZ5e9q0NkYr2jWLszuu4Ja9RpCc
S0cqiij7VLKtwxxujJchZOsobiZt5nOStUSdonkpacoiCxHOBL+bciPqc2R9WLoNRP5CpM8x
5dtXcjGUlZFy5cvrXioWLDyx3ImPIl5M7cZc7tkCnlQ7uWx7rLkQ9+pj82LdLy6WMoaahtCT
q52EuhY9za8j2ZL1IUcmztdYIUIyWRj2/dk+1L/EJZebKFL7kPnsYUj2quj2M3WrITsLmrFq
i6nN2gmL2gqobclNFirsT25lNrk3Jt6EjyytIksrFGXg+4vOtCxYiKFYJ4oJZGvbEPGk+hMU
Y2ruKEjScPYeMpzOxGVHpJ0KaUYs24ig3KT5CxuvjX4l7lLmTyUiR8a/9KIS9R8oKr6DiiE5
kuSrIjfkYxdNsjSXZVG8lCTcR5kRDW495ImpCO1WsLG7dXpJ5kcimkkaU0jSpXW41HqS2Ssq
m1DqPPL+asegnt2ofSNGyesmWXTWn2kpqvMhsmTH41WFLMsmd80zrJPIUcxtboxlzJguWK/L
TKeRNvMtsTfn6E8yrZKkWa3kk6EKRp7nalYcOok0UuLLKlU9YK8K4upXWCWlBEeh7VEcqFE/
qQ7+cHuSnm6kL6wUd6IqjJoodzUdyWnIq/6f8o/dP1Nxy4oNtt0FjhXLKvoY45qcoUjt0RCH
jjRtMTyURaTHyWna9zmMSdIJ25EY33gWOK8zHHoXZFSNxt1j8CV69R0PbYxyyS9SFYvpOtSh
XwJK6ddatfUoyWqljJJXTHlli0lbTJNGOLs3UjZW0aTue78EUxbJJViWq8t2d7Xvy/BIiStz
pzIdiMVSrbjqKa0REQS3SFP/AHEqs8iBz6F7k4qruzuapZCoNukDx+O7WxHyZOHSvMmJTsdi
q9yNlfqS1HIVLLgvpOtNK6TrTidYOc71Jpw0G+hLUNOgqyW/Mnfa57mp5EZD7dvMa6H7ma97
t5FB82U2Hsyq+pEKCsHtiTLLlEQdkyood0e653Z3V0RjbodqmhjirrmJ5bD+LBpwvcPGF0oL
LHe5GTlqB4p+5lRMWMULFj26VKW0cE8jqSTBD06cbeNSijm6Etv6kcNdrFEqJ/UrEaTNNyVh
L8j7PwG1g1snH+Yb32IyLQTapW73O2SSFuV2VWVqhq6aE952FPK6FIoJe5WyUj/+v8TjZuB1
masTGnZkc7jivKCclRwci3DL0oQyNehJDJKHUrrGkLSng9dYVkx/G70W9yinmdqcZLap1Y3k
4aMccEsXlSdyc83m1s7Hc1WKMfNmeWLiCc3Lkbxom6eoqyyGUsRNEPtu1WImDNbp/oUsckLH
u7vMpvyFCLVLELS3FS5UpXT2kblx+1NeZ712v1/9peH6ieLkfbXJ2LVjinSmkyXXDS53TVs7
nebjTalMnFV8juyddhdmMPnH/uO7NPJzEvYSSpuVyxSXNmeWeSx+K+Lso/4jJ4NNQ6quwpft
3O/CW5UpVEnTkRvzKJteRLxqZ5LGMkqOpnk3d1OhQjFN+SFnnM8n1QouidG1pYsWKqF1IToX
JVxXckbPmVJUDiG+RYt53IrE0K2IX2lcYfOWjtl9s/09xPDBNeDqSnwSiU6p29MjtyZON8ae
gs3vUeDwTxVUUxWIkt2ZZxVKT3txf8T2ZXWM/U/azXtynFMap5sXZZqKk4w1yJhV5GyTpRCb
uZdXA+pCFi3EvY9qT80JQkysG0PkyUmyWitCpGnMkkiYk7ZqQ2QmoHJZGyI/taT9C45VXQja
P4B55bVMls239WZL+XZjacMiY7nI8riwaqfuJ2cI+RpXUG0H7eUw8SV/K/yF33tPQiZxVKiy
eUJ2Qss6t2Q8sUsVjCguSnXuT/vFyGq8x5v+RE4qhGWUJX3PbLyVeQ4+NTv7v8o8Ulj215kr
O9UoPdn7iuTZ0fUisl2UZDdi7R9zIRY7YhbjWLclHEku5SSPqRAmt0W6+FPFjji4lOfriNzD
O7KscykHbuty9FzO75KxsZdqjF5UXoZJ70KCx2dDL5E6OsegssXbqLFruypVojDJY8ood+fy
TvXJsi+Tu0yGnPmP4806qm9Rx6CW7aRDWLyy/Qq4XJUISmbyxNYx0TJjzqOcWyUoXkSqeVCm
TRWXNxvGqdkRXu6i7nKfIdKliVsUJRQsS2e1wXJUITWxisudy1LT01r4uEOKP8zqVcE4uHvJ
72f6TquaMVfu9BYtVlsxw3ybhHUUOqP2/m92LUM/01RiXyKVc9uFVzLNeTLF6k4uDuzlvcnG
nIluWrE5Oj0cLuatDhnuWS6NJnuxT50IeJSz8yjj1FCT5yQkkPfLzZaxup6kLJou2Luqnue1
z5lUu7fSxclEMiIR7bfkdYv1/gMHE0f5jbKSWkjmRsYT9uNWUPjxTiE2ySSjE2LgkrwXHf0J
xzc9SuSfmiUkz7SzXQrJKyUFIlcz3wmtyJTKVJKoiCi0oUppUoddOmkfic/FxcUhr+6R+JKq
0f7BP8i17H7uSjLKxIuURBN30Ju9keVxcpYvy4b8MFUUlepCyaKMtKK4k2O2Ya3KOZ3JZC38
W3jRpl5P/CPzOjIVj3WEl9uNfoJfQaITj/cTzHi0QvoJtRV+L58MEPSEWbXQlYyvxIaeL6lH
rJV6wU1hUXg9NI4GomB54qcHMrkRy3Ly+dhbjSVWqiR0MWlSCMvbJOFU9xNYzLUWMcd1c6a1
0rpXxabnbFCHbcltLqUr5FdL0Ll9JdCG48yU58KeNzbdmXx4VxxbUoc1Q3ZCxS93oPKZyy1h
UyxmDsSaytUxwu6Ix3aX6+DJJDVOZR8cSp8yMk112KNeRtpT8jkJ4uYVSMsYKZOeRKkrJclF
4gjJStmjuw9y3V/7pM+7+zv/ANOt+Ppxft4/dmn/AITu3ZR7m31gc1mxhl0XAs2lJMEIngnj
nFwyqITOukQVQu5PeGhRl3p7On/uG2u19CmVCtUVUFNZg5QWOqKEZUZ3Y1XQlOH/AGWT2+/n
48EKiSI3udRT6EDw3RT+D9tGRkmoJxsVRVVKEUKMrGUkvbkTJD3KM91j2lUMhU5nMeOWLkTX
4EN1VyJ9vLgoV4aFeF4ra5K3GrdCuwpXkQ3CaOfH7XPg106aVRONERnfyJSTKG5DKuhZNPoQ
8a+RKRLVCrqe257rk6TsQyi8bpwPJY/erlcXHQnsbclcX+IoVUY0dRLlwwQJNQ+XTWvhVIJg
haVOmjeNtiMvyL16l0W+g+37T3qvUnByuRGVCpO/BHjp5KqsN1qyu5VRA200k9j2KHjSda6z
pP8ACwVVeY3jMm5GRQruUmhGVScKp7FF7ep74RRnaVt/BwU8CdevjXg7dxLc7Up6lb60Utlr
lJgSyRTScXHQ7XdbMn7JJwcrHod/dW8fw9eKPBr4ChwS78xObE78c40ZDozmfoS1JKouRGMR
ud0V5ax4D3I1jgnTrxLSpXi6CxRG6cnZlR7dfCjfh6a+5HtcrqRk4yRW52rep0Og8bkQOhXw
aePPgpr7lYh4w2d0VwqJ8+Pr4ktV5iSd7Esggn66Qv4CmlNuJJqJto8t34FCWjvxcTMrWut+
COPz4KlOCP4JdvqNcVVbwqEPWi8GpHL+Ct/ATr0K6UsV4Z4o4L8VSpTSvDHL+ItpS2vXSqgj
i6E6WK3K8M+FeukHTijWuskeM27C5Pigjwa6T4c6zwPgpwT4tOHzF01oddZ/jp8WviUI3/8A
wr4J8HodeDqVv43PxaHUrpXxKlOCeC4660LkzpXSmt9J2L6X1vw0uX1rxflpcvx18b//
2Q==</binary>
 <binary id="i_044.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RV5RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDQAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAgagAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAUPwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOsrIgbm+3sQERxrNZiPglSNgEyd
EQurII008R/ckpqOaA3sgvbLuwHcQrdlUmWvaT/D5oDsew/nAfHX8iSmGzTyHgotc2YkT5qy
zGI/OLj8E1zHtYW1hgsnQ2NJbHf6KSmLGjYWuJg86aIP2R9klgDwDzxP+ci1G8VMdkVgOJIu
bU4GB/g3ta53u3fuMeijKrEe1wZ24/6lJTnuqvqJL6oa3iR/FBlwdqY5hoPIHJ/srWvtZZQd
p0kDw1lY+Qx3qNeyYa47i3mDp3SUyFtP0HODXdgeY80TazTufEIDntNfs9xII8dCpU32ekAa
jLWgQSBMJKShvH+pTbRPGpURe8nSuD+7M6fFiRtc125zDGhJA0+9JTY9Fu36I+jHHnwkm9f2
Ttf/ADe/6B43beNqSSn/0O3aK3S0cjtwZ+CG6s6T8YV++il8b2BxHB7j/NVU0BkmpxbPZ5Lm
6JKajqSdO34FUL+oFr7mUP2VY39JyXe4AcvZSP8ASN+jvsV/Ptux2j0Gi2x8w6x22pgGvqXO
PsaxcznZOVRRYxzT6lbmZV5btPqVNu/WLGx+ivY2tv8AUSU0LPrTmZWSKrC77KXFtVQe5pAn
+dvfRstvc1n0/f6Sl036yDDsO6wuw3PIta6XAAcPq3nc2z89n8hHo6X0Zm31q77hl3HbbTU7
ZsJ/R0fot/ob3O3e5ZfWqcWz30WtNDS5rQ1ljawAN5YHPqZXZZ+Z+ekp7nY5wEEa6j4HVRe3
bqQC4/REnn5KtgZ7cbEoptqcLG1tnc/94bv+juRTlsue4PbsEHZrE7f3X/R+kkpa02trLd0Q
NxkSON3/AFKqV3tNQsJad7dwY17Wujv7XJZIyDWaWtO586EgDaNXf5ywzS2i97L2hrWMJJjW
AN2iSnYOSyqx7shorrMekdzSSIG5z/dtZ7/oJq+tYtdhrNAsBbua4OgafvafnLJYanjezbsd
AaRqI/6SFZLmu2ywDQ+XYcSkp32dexhr9lZrwQ+fLj+slZ13FafZisEcbnAgz9Jc+1stMD3D
WDzKb03AFzgDGp++ElPRf86n7f6LXEfvH6M/D/1GksKTsie276XbdKSSn//R9GshBdHf7yjW
FU8n+YtDjLdpmdBH7qSnNyr95a5u4AjcWggH3fRc/wBrt36PYsPq1WPbQ7IlrbMUOFdlf0Hi
wenbjWNYW+61v8n3rUudfvkBkkguJPBgSNrVXuprtk3BjgdLNupcD+aWu/Nf/wCpElPPdO6s
3Gfvxn10XNawPZkBxY7Z7dn6Is2cf11l5ubdm2tuucX6DZWSdrWDV3pscXek1/09qBdsba46
vaJ1doTHYo2LgZmWCKWOc6xwYXu0YwE7Rud/31JT6fitouw6CQ29hrYa3uAI2lo2xKd7cbHY
5trGtoidG6D976Pu7rIyMvO6XVRVVU6/HZWxgsqBcRsaA7dpZX+b/IV3A65RmNBrI1G4NMsd
HjtO+t3/AG6kpsHp+La3R79rtRBH4SFk9U6e2u5rKYue0fpA+A7af+q9v7q3Wmq2YHuGrhwR
Pi1Vb8TIdc5zA073SHnXaI/OCSnGNddbWBjGN2CNAB/1O1Qfi473B2w7nauIMSVoWdPsc6Ky
w2NOoqlo/lbx/wBUqtnT+rscdzjE+xrWsf8AwYkprWYFVgI3bRBjTj/ySC7p5DCBtJgeI1Vo
Y/UK3j7Qf0ZHAEH/AKJ2p7De0FzSNjeRGqSnN/ZD9se76O3ntulJXvt/s5HEfRd+8kkp/9L0
RxnlZPU87ZW6qhhe92hsABaPFXM+70q9APfpucYa0Dkuj6f9RZL7GueIiDG09ikpo4uU22wG
Z9T2kDWC385x/eVqxrbWlgdJGj2nu06Ob/aaufZnYNHVg+ua8W95hrhBba0+la1zdf0f5y3X
vDCRXOurnNAJ1/Pe4/m/1fekp4XqXTr+nZJxr2w15JpfIIeyfY9p/e2/zjF0PRcG2r0q3Wuq
YGEvLHe1597osp/m7du5v01oZvT/ALZRXRc6CLBY0AH09w/4z9L/AF/Yq+AHV3VU2DY1thqe
HaT7XM2a/wAtJTuUQGejYdY0drwQhWYFNlhc9kWSXNtrhr937/t9v/mf/GKNca0OJ3sEsPeC
p03eo2HGbGckeH70JKRfreO4W2NGVTV9GxnttYDzDm+7b/pK3+pU9aFOfj2VCxlge3SXBsFp
P5trBu9P/jP5pMyxrj7x7x+dwgZGC0vORjn0b+RazQE/8KB/1TUlOk0MPugSeSI1+aWk+0ar
NZmsxaKTllrbrpbbaxh2BzT+fs27fpKxRkMyHk419NjohwaSfntSU5nW8ywWfo/a1oiHCQT+
dwq2DmWNreH1Ah2m+txDh/n+otq3p/rhzrHbbHEyWE7SP6h/ORK8OhoYDUwmsDa+ByP3fzv8
5JTU/Ztu3+eP0f8ARsnn6PP89/wiS1YGzn83/vySSn//0+p+tFjqxSG8PfskQdoGr/7b1z9+
a+rDdXIAMtqcT7p+lH9hhXT/AFqx67ek2FrRvY4Wy3QkjTdP7682dlZF2ZRTba/3WhrbSdxa
HODSGho+ikphnNsDa7ADq5z2mdfcdf8ApLd6D1f7VXXiZzmsdXoywmPUj+b59rLav+mxB+sG
G3BzjjWMb9nDt1FterQ12np2/wAtrmrPfjNPEObEzE6fyUlPX52XRg1B79xd9FlIMBzo/wAL
YPftaq9dtl14ZkGqnLuaHV1s3uIMb6z6jvU3fo/c/wD0ay8fqVduDhDMcftGFY65rnM1exrH
1Vscf9Kzfv8Aez/BofQcrIyM1zclhstdjmusB2yxzXe3bXb+bdsSU2+pdZd0/qDcffa59UFz
twdta/8A40O8PoKtX9a91rX3GxtgJLbPRYY/eaGstb9L/hFT66yr7QyzGstvoILBZdJe1zT7
8d9jv9F+Z6n6TYswztOmkJKeif8AXK8x6bHe0xG2sf8AkkQfXWyNz/U3eHp1gGP5TDuXNtr3
hsCZ8PFQNcO2GS4fhPZJT0rvrU+xrwLPUY/lj6mlhjsQ87/d++pdPvGS7fiZDBlaPbjfQLh+
d6Ln/S/qLmbmek4MdDXAHc08j+st/GwW2YVbHQCGyWv12uPu3VlvvrSU9Pg9cFg9HL/R3t5c
RH+e1aQce2oXEM6g9m3G6gXPqboy462MJ0h/+mZ/nrWxrcohr6LjmUOiaw8tcI/Pq/N3a/1E
lPS7vb2+j/35JD9b2x32eX0pnZ/X2pJKf//U6n6x55xenvaxu67Iaa2TwJHve7+q1cVTgOye
o49VIm17xvs4ADffYWxO1dn1zGsurZtpdkNGj2MO17T+a9s/m/vqn0Xpl1WWci/H+zhjS1gc
S5zidPH6LG/n/wCEekpsZfRftNNgJD32cT5a7NTta1crlYGT0zJZVexwqf8AzThqHD85vb9I
3cvQNnGirdQwKczH9G6o2iQW7XBjgf3mPMpKeGvod7msAc4iK/A+W781Um6PrbaBIbseGmdD
pC7N31axG7bPXtZYNTWdryR+6A0M/wCguT63jCvquXXUNjBaSxonQH390lOpjMZ1P6tZGOxz
n202A7XEAhsgst3bd9jLKx/hfz6f5xcuarA7ZDmuB9w4IWv0TrFeBnB+TpRaBW+waloP0XBo
/csP/ba2+qdBx2WPvx6ttnD2MPtP8qvd7WN/4NqSnn+m4BybtuS9wLB7WDTSFoM6O3Eb6rm+
o52gdERp9Ibvo/2lbx+n497Wlu6qxh1GvHlPua7+o5aL6zDdurgIMgH+1t+j/X/kJKeXxujF
2Wz1nbgDucTy7utR9V9X0W7m8TExJnT97+otG2muvHBDZAPun3Oa7lrQ76e1yY125VDHsewN
d9x1+lokpyz6WQNlzGuPcHt/35qrVMvwXmzFLn1NcCayeTP/AElpX4lNEU1udbkOB+jw0amb
HfRa1v7qr11XF3p7Cdn5x4n4u/k/QSU7P247d3pN3eh6+6RO+fS8Ppen+j3JKl6Q2R/wcxBj
6W7b9H/wP99JJT//1e9ua0mQgkQdFZcN2iH6epSUwmRA1IGnilvG0O4BE6+aFdjknc3R3hoh
tsfWNloka86GP+pSU2HNbbWWOEsPI4XG/WbEczqDnbi42ta7cYBMDYQ6P6i6g52JS70i9zTo
Gn6X3j91qzPrNQ67HGQWbDST82HQ7on85JTwOVIIbERJj4rs/qv1D9o9N+zWGMvDgBw5fX+Y
7+U5v82uPz2gZR2nUAR5SidH6jd03PryqzoDDwdAWH6cpKe5Lqy8loa6NHvb4jT/AKKmS9g+
judxEgf9JyndTjuot6hiAGu5s219tPpe0bvc3c5yz+nVAt3hxaGO2ikgmA4Nfx+Z6jve3/Bp
KbP2ZzzL21Q4bYcHP0/d7JWUWhorqLWSIaIDYaPpOa3/AMiqfUeuV4xNOOWlzBFl59wrP7jG
fRfd/WWCzMyciw31vl07n3WFwM/uNtaW+z/raSnodjKWllbp7ufySUzWOMS4iDOgiY+Kx/23
l12xkVPDSJHo2NeB/YuZ7tv/ABit19ewWtay43C13G+rbPk3adr9qSnV3+3g/R/CUln/ALXx
tv8ANv8A5vdEGY3f9Ukkp//W7/y8U1hcGEsbud+aCYk/1inJh0KJdokprtyJt9OwGuwidp8P
I/Qs/wCtuUL8rFZYKbHA2GIaAXEB30d2395GscQw6wOeYGiBXWy9rLrqqzd+82dP5O9u31Po
/nJKY5GBVc0OaNr26td2+ayMzPurbZgX0e4gj1HEQ5pG3eyN3itPqLnF7WlxDIkAd/HVZubh
/a6iC8h7BNbhoGn87f8AvbklPG9VrLchro+k2Pm0qlEnxaeB+VbX1gwX4tgDjvY6Cx0RLo/S
/wDVLGaN3bQGPjCSnrfqV1wF46VkH3kE1EnkN90D+Wxv/ga0OuYmQA5uLY2l5btpIMGNT6Yf
7dj9f0a4FrnV2MsYS17HBzCOQWmQZXf9A6zhdYbtya2tzwIJd+eAOap+j/UYkp4d9Xpba8h5
NbDw0Haz+u36W56uVza2GObXUdGjUbv5O5q2frF0HKxch/UMRoNb/wCdBEtj9y3/ANKfnrFx
wwhxrE1AgPofyw/vMd+4kpI7p1uVW2/Ec4Bjtr6y4na785g3ncx6mM/MxqzjX1Nsqk7RAiSd
NHe7/NSpdfRccnGcfVcNjmASHj4fv/uLXpwaxULpLrHfSFnOv7zfzUlOZ9qs2z9jdPpxMund
u+l/x23/AAv87/wiSv8A2ZkRtdxHfid0c/SSSU//1+9PPkomJhSe7mUC1xEEd9CkpnDYgmTx
HZCnY4gfncTxKmJgIWSyWbjpBElJS2Xaz0JeDPDWdpGv/RWez1XEljR4kADT71fzGOfUNsmI
JHj5oePS1zdZhw+H+u1JTi9dw7uoYZaBuvr1rPn+7ouK1BBOk8jx8l6a7HDHHdp4EHkLjPrL
0j7FlfaKxGPkngcNs5c3/rn00lOE4a6D7k9F92Pa22lxa8QeY441/kpR+aR/r8FEtdqB34SU
9/8AV76xDqGOacoB+Q0EObpD2Efnsjb/ACLNqy+t9DbiPfndPBNf59Ltdm7/AAdn/BO/wV/0
FytVltFjbanOqe3gtJBHf2uau06J19vU6hjZhnNAitzfpW93t26N+0e3dZV/NZP+D/TJKc+l
zMnGjBccWwfz9RPvg6b22/SdV/xSNR01o9znvcfznbjE8nc2f0jdFp5PRKbQzLwh6bmzrUSB
HP6Hd9Fv/dexQsrYKtt5BcBrGk+aSkXoYf7w+js/8xSRPVxfTnaP5nd/09vq/wDqRJJT/9Du
3GSUN4Bb8USN3uAlp7oYq2MDAS6O7jJPm5ySmNb/AM0jUfelJM6J3VzB4I7pNg/HwSUsG9o0
KjSyxo2vgkfRM9kYNamuYSGlh1B1Hkkpq5h0aO/iqmVVTl41mPd7m2CJOsH817d37rlp249d
gG4nwEIIw3gnaQB95/FJT5p1LCtwsh1NnDdWu/eBVUeYntou6+s3RLM3G9TGaTmY8lreA9nN
jG/y/wBxcOGkamedQZBB/dKSliyOBMJtRwdvEOBgjvKn7d0j5d4TaTBkfHX/AFakp6n6v/Wh
nqNq6g7bYRAyZgPJ/OuaPZ6n8tdR9gwMki11bXz7padD+dugHa7cvK9ngIaOSt/6v/WW/A24
2QTZiBwA0lzB/J/eSU+gfZqNsbG/Qj6P8qf81JVv2t07ZPrCPS39/o7tqSSn/9n/7R2oUGhv
dG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAAOEJJTQQlAAAAAAAQ+yzB
AgraHIxgH1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAF
AAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0
ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1
cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAA
CnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNN
WUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAA
AENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABD
bnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50
cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAA
AAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBS
AAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMA
AAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2Ns
IFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0
Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdo
dGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIA
SAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0E
GQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAA
AjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAA
AQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAA
AAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAM4
QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAAD
PwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAIGAAAABQBpAF8AMAAyADMAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAgYAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAE
AAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJn
aHRsb25nAAACBgAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAA
B3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxF
U2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBl
AAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAA
AAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAgYAAAAD
dXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZh
bHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhU
AAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQA
AAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0Nv
bG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAA
AAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEA
AAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4QklNBAwAAAAAFFsAAAABAAAAcwAAAKAAAAFcAADZ
gAAAFD8AGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJ
CQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAA
AAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIE
AgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNz
NRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW
5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGx
QiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSk
hbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOsrIgbm
+3sQERxrNZiPglSNgEydEQurII008R/ckpqOaA3sgvbLuwHcQrdlUmWvaT/D5oDsew/nAfHX
8iSmGzTyHgotc2YkT5qyzGI/OLj8E1zHtYW1hgsnQ2NJbHf6KSmLGjYWuJg86aIP2R9klgDw
DzxP+ci1G8VMdkVgOJIubU4GB/g3ta53u3fuMeijKrEe1wZ24/6lJTnuqvqJL6oa3iR/FBlw
dqY5hoPIHJ/srWvtZZQdp0kDw1lY+Qx3qNeyYa47i3mDp3SUyFtP0HODXdgeY80TazTufEID
ntNfs9xII8dCpU32ekAajLWgQSBMJKShvH+pTbRPGpURe8nSuD+7M6fFiRtc125zDGhJA0+9
JTY9Fu36I+jHHnwkm9f2Ttf/ADe/6B43beNqSSn/0O3aK3S0cjtwZ+CG6s6T8YV++il8b2Bx
HB7j/NVU0BkmpxbPZ5Lm6JKajqSdO34FUL+oFr7mUP2VY39JyXe4AcvZSP8ASN+jvsV/Ptux
2j0Gi2x8w6x22pgGvqXOPsaxcznZOVRRYxzT6lbmZV5btPqVNu/WLGx+ivY2tv8AUSU0LPrT
mZWSKrC77KXFtVQe5pAn+dvfRstvc1n0/f6Sl036yDDsO6wuw3PIta6XAAcPq3nc2z89n8hH
o6X0Zm31q77hl3HbbTU7ZsJ/R0fot/ob3O3e5ZfWqcWz30WtNDS5rQ1ljawAN5YHPqZXZZ+Z
+ekp7nY5wEEa6j4HVRe3bqQC4/REnn5KtgZ7cbEoptqcLG1tnc/94bv+juRTlsue4PbsEHZr
E7f3X/R+kkpa02trLd0QNxkSON3/AFKqV3tNQsJad7dwY17Wujv7XJZIyDWaWtO586EgDaNX
f5ywzS2i97L2hrWMJJjWAN2iSnYOSyqx7shorrMekdzSSIG5z/dtZ7/oJq+tYtdhrNAsBbua
4OgafvafnLJYanjezbsdAaRqI/6SFZLmu2ywDQ+XYcSkp32dexhr9lZrwQ+fLj+slZ13FafZ
isEcbnAgz9Jc+1stMD3DWDzKb03AFzgDGp++ElPRf86n7f6LXEfvH6M/D/1GksKTsie276Xb
dKSSn//R9GshBdHf7yjWFU8n+YtDjLdpmdBH7qSnNyr95a5u4AjcWggH3fRc/wBrt36PYsPq
1WPbQ7IlrbMUOFdlf0HiwenbjWNYW+61v8n3rUudfvkBkkguJPBgSNrVXuprtk3BjgdLNupc
D+aWu/Nf/wCpElPPdO6s3Gfvxn10XNawPZkBxY7Z7dn6Is2cf11l5ubdm2tuucX6DZWSdrWD
V3pscXek1/09qBdsba46vaJ1doTHYo2LgZmWCKWOc6xwYXu0YwE7Rud/31JT6fitouw6CQ29
hrYa3uAI2lo2xKd7cbHY5trGtoidG6D976Pu7rIyMvO6XVRVVU6/HZWxgsqBcRsaA7dpZX+b
/IV3A65RmNBrI1G4NMsdHjtO+t3/AG6kpsHp+La3R79rtRBH4SFk9U6e2u5rKYue0fpA+A7a
f+q9v7q3Wmq2YHuGrhwRPi1Vb8TIdc5zA073SHnXaI/OCSnGNddbWBjGN2CNAB/1O1Qfi473
B2w7nauIMSVoWdPsc6Kyw2NOoqlo/lbx/wBUqtnT+rscdzjE+xrWsf8AwYkprWYFVgI3bRBj
Tj/ySC7p5DCBtJgeI1VoY/UK3j7Qf0ZHAEH/AKJ2p7De0FzSNjeRGqSnN/ZD9se76O3ntulJ
Xvt/s5HEfRd+8kkp/9L0RxnlZPU87ZW6qhhe92hsABaPFXM+70q9APfpucYa0Dkuj6f9RZL7
GueIiDG09ikpo4uU22wGZ9T2kDWC385x/eVqxrbWlgdJGj2nu06Ob/aaufZnYNHVg+ua8W95
hrhBba0+la1zdf0f5y3XvDCRXOurnNAJ1/Pe4/m/1fekp4XqXTr+nZJxr2w15JpfIIeyfY9p
/e2/zjF0PRcG2r0q3WuqYGEvLHe1597osp/m7du5v01oZvT/ALZRXRc6CLBY0AH09w/4z9L/
AF/Yq+AHV3VU2DY1thqeHaT7XM2a/wAtJTuUQGejYdY0drwQhWYFNlhc9kWSXNtrhr937/t9
v/mf/GKNca0OJ3sEsPeCp03eo2HGbGckeH70JKRfreO4W2NGVTV9GxnttYDzDm+7b/pK3+pU
9aFOfj2VCxlge3SXBsFpP5trBu9P/jP5pMyxrj7x7x+dwgZGC0vORjn0b+RazQE/8KB/1TUl
Ok0MPugSeSI1+aWk+0arNZmsxaKTllrbrpbbaxh2BzT+fs27fpKxRkMyHk419NjohwaSfntS
U5nW8ywWfo/a1oiHCQT+dwq2DmWNreH1Ah2m+txDh/n+otq3p/rhzrHbbHEyWE7SP6h/ORK8
OhoYDUwmsDa+ByP3fzv85JTU/Ztu3+eP0f8ARsnn6PP89/wiS1YGzn83/vySSn//0+p+tFjq
xSG8PfskQdoGr/7b1z9+a+rDdXIAMtqcT7p+lH9hhXT/AFqx67ek2FrRvY4Wy3QkjTdP7682
dlZF2ZRTba/3WhrbSdxaHODSGho+ikphnNsDa7ADq5z2mdfcdf8ApLd6D1f7VXXiZzmsdXoy
wmPUj+b59rLav+mxB+sGG3BzjjWMb9nDt1FterQ12np2/wAtrmrPfjNPEObEzE6fyUlPX52X
Rg1B79xd9FlIMBzo/wALYPftaq9dtl14ZkGqnLuaHV1s3uIMb6z6jvU3fo/c/wD0ay8fqVdu
DhDMcftGFY65rnM1exrH1Vscf9Kzfv8Aez/BofQcrIyM1zclhstdjmusB2yxzXe3bXb+bdsS
U2+pdZd0/qDcffa59UFztwdta/8A40O8PoKtX9a91rX3GxtgJLbPRYY/eaGstb9L/hFT66yr
7QyzGstvoILBZdJe1zT78d9jv9F+Z6n6TYswztOmkJKeif8AXK8x6bHe0xG2sf8AkkQfXWyN
z/U3eHp1gGP5TDuXNtr3hsCZ8PFQNcO2GS4fhPZJT0rvrU+xrwLPUY/lj6mlhjsQ87/d++pd
PvGS7fiZDBlaPbjfQLh+d6Ln/S/qLmbmek4MdDXAHc08j+st/GwW2YVbHQCGyWv12uPu3Vlv
vrSU9Pg9cFg9HL/R3t5cRH+e1aQce2oXEM6g9m3G6gXPqboy462MJ0h/+mZ/nrWxrcohr6Lj
mUOiaw8tcI/Pq/N3a/1ElPS7vb2+j/35JD9b2x32eX0pnZ/X2pJKf//U6n6x55xenvaxu67I
aa2TwJHve7+q1cVTgOyeo49VIm17xvs4ADffYWxO1dn1zGsurZtpdkNGj2MO17T+a9s/m/vq
n0Xpl1WWci/H+zhjS1gcS5zidPH6LG/n/wCEekpsZfRftNNgJD32cT5a7NTta1crlYGT0zJZ
Vexwqf8AzThqHD85vb9I3cvQNnGirdQwKczH9G6o2iQW7XBjgf3mPMpKeGvod7msAc4iK/A+
W781Um6PrbaBIbseGmdDpC7N31axG7bPXtZYNTWdryR+6A0M/wCguT63jCvquXXUNjBaSxon
QH390lOpjMZ1P6tZGOxzn202A7XEAhsgst3bd9jLKx/hfz6f5xcuarA7ZDmuB9w4IWv0TrFe
BnB+TpRaBW+waloP0XBo/csP/ba2+qdBx2WPvx6ttnD2MPtP8qvd7WN/4NqSnn+m4BybtuS9
wLB7WDTSFoM6O3Eb6rm+o52gdERp9Ibvo/2lbx+n497Wlu6qxh1GvHlPua7+o5aL6zDdurgI
MgH+1t+j/X/kJKeXxujF2Wz1nbgDucTy7utR9V9X0W7m8TExJnT97+otG2muvHBDZAPun3Oa
7lrQ76e1yY125VDHsewNd9x1+lokpyz6WQNlzGuPcHt/35qrVMvwXmzFLn1NcCayeTP/AElp
X4lNEU1udbkOB+jw0ambHfRa1v7qr11XF3p7Cdn5x4n4u/k/QSU7P247d3pN3eh6+6RO+fS8
Ppen+j3JKl6Q2R/wcxBj6W7b9H/wP99JJT//1e9ua0mQgkQdFZcN2iH6epSUwmRA1IGnilvG
0O4BE6+aFdjknc3R3hohtsfWNloka86GP+pSU2HNbbWWOEsPI4XG/WbEczqDnbi42ta7cYBM
DYQ6P6i6g52JS70i9zToGn6X3j91qzPrNQ67HGQWbDST82HQ7on85JTwOVIIbERJj4rs/qv1
D9o9N+zWGMvDgBw5fX+Y7+U5v82uPz2gZR2nUAR5SidH6jd03PryqzoDDwdAWH6cpKe5Lqy8
loa6NHvb4jT/AKKmS9g+judxEgf9JyndTjuot6hiAGu5s219tPpe0bvc3c5yz+nVAt3hxaGO
2ikgmA4Nfx+Z6jve3/BpKbP2ZzzL21Q4bYcHP0/d7JWUWhorqLWSIaIDYaPpOa3/AMiqfUeu
V4xNOOWlzBFl59wrP7jGfRfd/WWCzMyciw31vl07n3WFwM/uNtaW+z/raSnodjKWllbp7ufy
SUzWOMS4iDOgiY+Kx/23l12xkVPDSJHo2NeB/YuZ7tv/ABit19ewWtay43C13G+rbPk3adr9
qSnV3+3g/R/CUln/ALXxtv8ANv8A5vdEGY3f9Ukkp//W7/y8U1hcGEsbud+aCYk/1inJh0KJ
dokprtyJt9OwGuwidp8PI/Qs/wCtuUL8rFZYKbHA2GIaAXEB30d2395GscQw6wOeYGiBXWy9
rLrqqzd+82dP5O9u31Po/nJKY5GBVc0OaNr26td2+ayMzPurbZgX0e4gj1HEQ5pG3eyN3itP
qLnF7WlxDIkAd/HVZubh/a6iC8h7BNbhoGn87f8AvbklPG9VrLchro+k2Pm0qlEnxaeB+VbX
1gwX4tgDjvY6Cx0RLo/S/wDVLGaN3bQGPjCSnrfqV1wF46VkH3kE1EnkN90D+Wxv/ga0OuYm
QA5uLY2l5btpIMGNT6Yf7dj9f0a4FrnV2MsYS17HBzCOQWmQZXf9A6zhdYbtya2tzwIJd+eA
Oap+j/UYkp4d9Xpba8h5NbDw0Haz+u36W56uVza2GObXUdGjUbv5O5q2frF0HKxch/UMRoNb
/wCdBEtj9y3/ANKfnrFxwwhxrE1AgPofyw/vMd+4kpI7p1uVW2/Ec4Bjtr6y4na785g3ncx6
mM/MxqzjX1Nsqk7RAiSdNHe7/NSpdfRccnGcfVcNjmASHj4fv/uLXpwaxULpLrHfSFnOv7zf
zUlOZ9qs2z9jdPpxMundu+l/x23/AAv87/wiSv8A2ZkRtdxHfid0c/SSSU//1+9PPkomJhSe
7mUC1xEEd9CkpnDYgmTxHZCnY4gfncTxKmJgIWSyWbjpBElJS2Xaz0JeDPDWdpGv/RWez1XE
ljR4kADT71fzGOfUNsmIJHj5oePS1zdZhw+H+u1JTi9dw7uoYZaBuvr1rPn+7ouK1BBOk8jx
8l6a7HDHHdp4EHkLjPrL0j7FlfaKxGPkngcNs5c3/rn00lOE4a6D7k9F92Pa22lxa8QeY441
/kpR+aR/r8FEtdqB34SU9/8AV76xDqGOacoB+Q0EObpD2Efnsjb/ACLNqy+t9DbiPfndPBNf
59Ltdm7/AAdn/BO/wV/0FytVltFjbanOqe3gtJBHf2uau06J19vU6hjZhnNAitzfpW93t26N
+0e3dZV/NZP+D/TJKc+lzMnGjBccWwfz9RPvg6b22/SdV/xSNR01o9znvcfznbjE8nc2f0jd
Fp5PRKbQzLwh6bmzrUSBHP6Hd9Fv/dexQsrYKtt5BcBrGk+aSkXoYf7w+js/8xSRPVxfTnaP
5nd/09vq/wDqRJJT/9Du3GSUN4Bb8USN3uAlp7oYq2MDAS6O7jJPm5ySmNb/AM0jUfelJM6J
3VzB4I7pNg/HwSUsG9o0KjSyxo2vgkfRM9kYNamuYSGlh1B1Hkkpq5h0aO/iqmVVTl41mPd7
m2CJOsH817d37rlp249dgG4nwEIIw3gnaQB95/FJT5p1LCtwsh1NnDdWu/eBVUeYntou6+s3
RLM3G9TGaTmY8lreA9nNjG/y/wBxcOGkamedQZBB/dKSliyOBMJtRwdvEOBgjvKn7d0j5d4T
aTBkfHX/AFakp6n6v/WhnqNq6g7bYRAyZgPJ/OuaPZ6n8tdR9gwMki11bXz7padD+dugHa7c
vK9ngIaOSt/6v/WW/A242QTZiBwA0lzB/J/eSU+gfZqNsbG/Qj6P8qf81JVv2t07ZPrCPS39
/o7tqSSn/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBz
AGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAx
ADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQd2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFw
LzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtj
OWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRv
YmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAg
ICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIv
MjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxu
czp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5z
OnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVu
dCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9
Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFk
b2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDphMzNhN2Q2NS1lZGM0LTExZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQx
NjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NGY4MmU4MTktMmQ3My00MDQxLTk3MjMt
NTFkNTFjYTliNTk2IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QTcxRTE3
RjNBQTYzMTFFNUFFNzE5MDlGNUMzQTJFMzMiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhv
dG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQx
NjoyNzo1MCswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDQrMDM6
MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDQrMDM6MDAiIGRjOmZv
cm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJp
dmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjJmN2YwZjhiLTkzYTItZWU0OC1i
YjAyLTA3NjgwM2Q4ZGUxNiIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpBNzFFMTdGM0FB
NjMxMUU1QUU3MTkwOUY1QzNBMkUzMyIgc3RSZWY6b3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOkE3MUUxN0YzQUE2MzExRTVBRTcxOTA5RjVDM0EyRTMzIi8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5
PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmM0NjkwYTBjLTZiZjktYzU0Yy04YmQxLTNlZTU4ODAwMWZlMyIgc3RF
dnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTo0OSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2Vu
dD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIv
Ii8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1w
LmlpZDoyZjdmMGY4Yi05M2EyLWVlNDgtYmIwMi0wNzY4MDNkOGRlMTYiIHN0RXZ0OndoZW49
IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDQrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2Jl
IFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRm
OmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29udmVydGVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGlt
YWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVk
IiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2Uv
anBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6NGY4MmU4MTktMmQ3My00MDQxLTk3MjMtNTFkNTFjYTliNTk2IiBzdEV2dDp3
aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQ0KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJB
ZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4g
PC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpS
REY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwID
BgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwM
DAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AIGAwEiAAIR
AQMRAf/EAKEAAAIDAQEAAAAAAAAAAAAAAAECAAMEBQYBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAID
AAIBBAIDAQADAQAAAAECABEDEgQhEDETBUEiIDIUI0IzFaARAAIBAwMCBQMCAwUHBAMAAAAB
ESExAhBBUWESIHGBIgMwkTKhscFCE/BSYuIjQNHhcqKy0oKSwvLxM8MSAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAO26MGRgFoKHhSrgWOBA0FDKLK7hSSAMCCEhBIGUaym4Wi+s
rV4VrYStiAMtgisg0rhYISEwQMCRoIWAGUgJhFMEYwAZwxoWQMG6mF0qJZAxTJCQwQMBAwBD
CRoKSoIAPKyOYRmQjAAqW1yhdamNNlRRYYVrYBHkBIA3UguCWBEAQIQqwrSEEAYCR1caGDsl
g0jiCwlUuhQXUVGAoYCwqSCDFIOQRVtJSuomaywCsAFHYFkgSIMARc+nMUpZSCq/GbBW4tei
FSashrMIIYCMAMpCrARhBnRyyCBsDhdGGlbBEYrFhM8vQzy4FS3QzrqJmsvggsAotUOa+HJn
Rxm6KC98F5fMwNZyuXGpg03UFddlZXk25ixqrhgVEqtzmyznObZVSbUxWGgKCwKSNWpobO5p
iw0tGAGAAwATWNAo8rhYKoWxCEmEiXCynmnXHBh25l2iEKWGsD0kEZQEI5LK2L892YNbIEGF
KXgUGEDkrsjiywlAvhQ9rFMuQqGhTM2u8rmiDGQkDlStBVcErsUCuoseCFueX5adgvPq55u6
Xn3Oxisyl3Q5ynphi1kMAIYAyBBqA4IiWIIKyW2UsPKoBuT1S2SoufDUdycoHWnHU7k4rHXP
KJ015THTbgg9FPNQ9G1tRZM5LQCFTBQ4EFqiRlOdkmkvydHhHOrIAV0l2I2AluY1ej8d6c6M
JATBCVKpAWKCKr1mLTzYdeciHQmImutM5pGRDXREGvpBa2WGkUqbBQpaKlNNVVhdJD2IYFKX
gx17wc/TbUFa7iqWqCmvmD68NwlFuMGLo3mVe9Uc09njnPx9DKUdjl9g7VgcaKpZniD0XMZS
AGm/EU12UkspsLJYpUQ4pBEDArrsUhLBRoKABpGAYwZIe2DARWAoIICASAPP3ZDl3b6TmU9f
jmjl9nmHUmLoFFleQ7FVHLOjzbsodvO9AEtWWPntAwJeKbCoaVMlWi851fSoOZcpLEppNbK5
ACUNCRLagWADgkrFoK7CxnYMWQw9orKKGUEIFjAUMhUlmQspgJzugx5nWVAr2GjoconTyzmi
YxBvT+d9EdKm5zEnRBg0vBM+6GCaayqrSDJLAYU6GMrXS5KtlRWzEyVdKsxjSxmbRQUy4Gcm
8odmMtOvOPHh7QECq6gkBAQDNowl2eyoWLCpnoLuL1uSUa+Yx06qdJkovzhrsQs9X5T0Z1XR
wGEVLKxnz0m+UXBEJK7azFy+nWc/UxDXYgpkLFKkIJAYLGYzS5jLLyYhsBRLoenVgKCAQAKk
GeswzkECsTCdVRXyerWcfPfSAqwLBQWNXcTscXuHfOdjQctxZARM+uGe1wLCo9T5zIbWFz6o
YzfnDKrBzQRzS4zUgvmdxypCQoWRyyGHbkgoIBVaoBIZ82mgSqyoQtYVS5SuOhw8mvIK6EiB
i0lRfRc30Jlp18s6F3BtO8/M2mt8rGmUXBkBM2qsyLfSVLvY577KjENIOZNoMk2VmMbAZNgs
CGBnmhBIpLpVD1EEApUKMBSIZFNIVptIYRJaouXVjONQVBCBbatRp25tpbux2mvHqhysPoFO
LZrQu1cnSdJKdBZbzLDfEYMEJXaDFazBYgldgM7XsZZorMddtQFCljTSc/N1qjBOpDsLIQGA
VgCmZClaqy5kJoNdpAxMteqo83V0+UEQi7svRGh1E1aah9Ge4lOlCmEAzbicxteI1a+RadFk
uGldhCsHkhJCAEBgA1D5jCrZS58UOtr4Wg15rtRim+G+SAgAcppKM+xDJRv5ZpmLSatOXSA0
MaACV8btA8iOxyDX0ud0R9NTGt81oxKFz57Bq7ECQwrQCY95OTtmI61fO2l+jPDSctw8EJIo
8hM+HoYzHTuoMzO4HYE6WTeWQwuDKCq3IGutgLATJrJ5zYlB09eXYV2RB6hCSm0r4Xo8Bk0q
TSFrOgt9Zaarytbc5pbNeSFC6zO462QRLUMFPVpMu7l0HfIhZKkL6DC2zIDVhNxhnSzmLo59
gEugjwlkMLBFMufRnLqKLSSVlvP2cYv5unGdPqeZ7J0AqFVjgsKsVx0KsPZ5QY6nTFWgzXJS
ba3Qo0UqaijAaKWPUxdK2ES+FOTahdmtyFu3gMdw8O86jU3iRiAwgBBTcYQgFsMHWygw5dXK
G0ZgdCsQzc3RkDj1UlO/mserfi9oRJcCxiKlWgFOugyh7RXzMac6VHT0cFzq18q8t6HNQ6r8
yHRXmE7J4pOvOQTqjAh0G4jHS5wcoi1G3fxdB334/RLxFCBBoAMVJbJC2jUhxeV0uYaqxAWS
kyo9ZMvQxmaGC9bm2HoNvJ6Q7qpdjTmAlnUM2nIxe90ObjPKN+rkA6Z5IO/b5q469fLh0a8I
Ohp44O63CU7FnEJ2ZyidLNmJ0dnI0mvL1azHpzA7Ojh7DoSm0MECQS2SFuPoA5fA9R5ksOCo
6vIuzmupeiV4OjkMq3Eqcwr1Uw9E/A9Gc3mdrlG7TiUoerpm1cXNLOdtxgBBGkELIFGcQMAx
COhQMJAbEICxbdVsMnSTId2jkdcpbRkNW/iudycTYbn5vRLpIaJIU+c9HxDj5dGUlaqdDt4P
QnkrdPKNKJpKV0VFRsBm7nE3nW5tzGLn6Mpf2eD2zqHmaTByu5xCsqQiEEKhdHFkYVLCJAQM
WFr05wMGOnfn2mVNhOclyl+7g7jallpgs3Yzfr4nWNkkNCoAc/dSeXy9DEZa7QdH0/me4JxO
tUcJuhgNARxksYxaHBU4hmtW4z7sZPR8rPaPT1rTyp04h2rhZW0BbLCsoxZUVKrZcV6XzlVF
iEvp6JosSwsUQTLuUw5ulkK93Oh37+NuN2jDsGmSHWAguTT50yqLzMl+Q19zn9gzXOxx83cw
HKGjMNpz3EW+giW1lFuG8dSDQjg6HV53TPO83u8cphAkYikkOu7Wc5Okhj12Qq5XWzmMagV9
NNRmFqDrSxcc7lhBKMXTQ57uh093n+mdiUw2wA5fJ63MK1ZRFs0nZ0pYGSC1XwwcX1Gc8pdY
pqqkKizlKasAAAXVRi70nmeqauP3+WcKaspHdxGvgelydxoZdJVl20GaXQynQhbbn0iVaXMN
W7OUNEGtqsDUYKzoZOlnsOtKodFHBg52tzlvrzibcfSN5hAHAIYCGGDi+oqPOp3yeds7OcXl
el4BzgYLfQxdu5eo9Icms5PO9NmOKdaCs+k556OYG+u0qazMWZrrinQ1JUxrNNawSs1lNl1x
jOusyCOWVhhrKrCyWw64ZDFyPR5zhzuw5HbYDkMQMAGEWMCnPuhj1GERIDidrkHIWxRBZUAm
s3+k8V3zqpdWZef2c5z9dRNbUaCQwVWhXLYWZ5pMdTUmjRl1ih4GDKNhOoz17KzK9l5TbYpf
BDspahUHAsIAYBiIOpgCINAAyAjLBsuiGPJtxHGW2oWmxRa3rF0ZmPX28X0JkNlA2e9jPY0A
wgQSSq1Sui+CZtwFsVR1SkCzUBhUOKyMVrL3o0FkEOypAisAAggMAQQwQKPSXiQggGKEYGC5
9NR53PuxlNOvMV03UgBhd6jyfTPUUOTOHoA4UcmBR0K0vsMr6lKbGJWHhlXUxWj1ikAkWDEw
JUF0kOyDBFYChgQGEVgVEIWSomg0XArtAGzXFsrI1doONze5xSuqxTLm05wyEF1DHpur5X0p
kydrll70aDHYmQ6Iy2Gkhh4QLYuA1ZOdaaN3HJ1BQhqGS0ueglkMAGUtkh2QYKDBQ0FMIAQK
loM63IU2glj52L1Ss1DKDQspDyOxhOUHUw0aaBQYCGD9zgbT2KY+iYE34TNVFLm1MI4hZRVx
jQgqDXEEstcjZqjp6fPsdw8nWdWc1zauSo6kxw9NICGAIhBJCQQAkJJBK70M8tUTPprMcdDZ
qxXFuXTWcGrdjMFOvIFWBIYBlh3ez5XuHWouhwX6SGa7OS/NTxjUaqxqEYGyWFiSkvGdisqp
ZYuoyVehpORfdAx4epMhICGSEBQgzA0GqFskJJABgLCSnH0qjDYuY6dfPUt52igzYehgIIQJ
ahGBB2uJceu28DsF2TZmOfm10nGo2ZjPZZBdCXBrAA7A053uOUvTxktSo6VnKtOkOfDszmw9
kYCQEIkCpAlOiGB9VJYyMHFo5Zdfk1mohwLKR+b0KjivpxF1LKVc/fjKZAQgitIBTC/1XjOq
esOe0zZnzE5vWynOytYZ7bMpovzaxmzgG3NQdYS8xU9PEYV1qZX0XGea4erDAUyBEUYrCCAg
IFEpNVebWZntJCcxVVYoGCC8/oOcV7XMFd1BmDqCSAMIkdSCQ9D1vI9s6VjuZ8XTqPK5O3zi
NivK7NOI3LTeCi6GXsc2HQzNqMl+pRKNCCx4emDKAqSCQIkAGAAQLl15xrqbRpCSqxTIrKQr
AgsVWRjmc7u8g56GFNiWghgkIIJB7aCd/t+O6x31S4y8b0VR5TL6DkFOrFYXrdUNARq7YU9b
JpNKiFSWISND0MKgKkgMIpIoZQggldoKmilsAHZSVZtClCW1keoltuWF3I6Wc86uvGKSAmuw
VWUEIIwBN2CHoez5HaenmXSHhd2HjKezgK9GW8j7LSqZs5fXVaGxdAjjQLLId9TASAIIJASA
whWDIYLXYgRCCyth875BQQSM5WLlEWwHJ5XpeKYxYgCIFGAFaAKMFCSX0w63e8n2jtV57i/i
9C083i7HPD1uDcdLJtJkvaCWMwXrhdK4d0FSQqSQCOgGCkLQEkhK7EKWCGqCC5NFAsLAuSwW
t1EJAefvQ8uu/nBDKAwEhgsihIIAYWWZoej63jdp6eh2E5nSqOCe5gOb18VJ1Dn1AFlQhW0q
nSh0YVJICQQFVtI5RxgYAwgEhSLay10Ypz68otld5LargU6UM7GCh4YfP+r5BxwwK4QMsIA6
AkJWxAQSB0h0PR+S1nphKB7YTnUdjIYbbHCHAqqpvlUOspBFIAYA1uBGRh5CBgCSAGfSoShG
rcFBLhaQJhEqupEath6LYeZyeo8+ZVtQUwEhgBCECEkgA0JfTDZ6TyGg9Dsxk3zLrMtXR55Q
rVErt3Fc3Q0KykDAEIAHUrjIO9TjQAkWDCQkgCVJUl1BoeqwMEJXZSVSQaQg5nUqPL09fllU
ZSSQjKSBoCQEkhAQMrAt9D5q09Tq4nUNJUgFhEd4GWQqVlCJCSVFqsBUeFdiAsKsCGAkgZIS
SBBIjRRxACi/OKJCSQkMM/F9BlPPV2oIYAqYRyASAEcADqQhQmpi3qcdz1uzx3eOq1FhYUYs
kggZSSAytoUkIJIQJYCtpBpCCGEhgIwITBKdFAz03go0AyDWhnLqEqwK7SeZw+r8uUhoAghM
sKWBBCBGZSRgIWQKkB15Sem6Pj+qd58+gthgoqvELgQOBQYLGgIYBWArrBoGIwhCAMRA1PCm
5SMIQKthXHghsBVXopKuV2IeJPZ45AykKkIBCIRYQR6yRWAC4ApA1tTnY7XjuuelnMh//9oA
CAECAAEFAP8A85v/2gAIAQMAAQUA/wDzm//aAAgBAQABBQBRAJUCwr54iEAwrCDKgFwrKFcT
CtSgZUqVKlfw8+pqIbgqaKCtUSghWFRArUi0SvlkBnCMoskTlQV1M5i/JJUzjUIqAel0KgAh
8Q+0oCUIRKNiwWowZqrAHiPe4PMqAefQ+x9BD6t5B9jtTmr8UJ59RLlieKPuoNgGjduDCTD5
jCfliROcDCgaB/b0LVFIqkoKABLNm7qBQJx8lbhBE8GAGXcIM83RuvJ8ziIKoH9R735VpYnK
XATDDAP4UahB9BVD0B8mHxPMAEKz8AWAQIDPEKcoUYEwDwfAYkjzdXCxsmxZoKDCvGAG7gJg
Fkjya5AeLv0smVCbleQTDULVCRDVULHsB+oHkAwqRPMDQPUGimEqQfe/UkQkQ1CwMNQegFyq
JlmEy6iuLBEuAelmFqjP4yAKnLkTgTGwMbJgeBsrcFQw0gDhgRBOSKToCQ4lzkohIniWYwIg
9ADPJNGUAagMEH9R7iGoEuFPIQzhKnEziISBLJhEFyvQmAmeYDAfNXCDOM4Ewo1rcBl+RRnG
HzM85xA9LqeKNQhK1C2VqMaOpNZNTEGe0bFXIzN/CQQzc6MMC0D7keWBgEqEXD7+LMWeIB+o
qLUqD+BVYVMNw+YfYHySJzuXAfJoTzAfPEQVPMWpQMAFcVnCFTLoe8XOp4EuD0NwExpqCZ5j
AiMVqyD82bQXQ92W4rAjz8imE+T6ED0ryJdRvI/IuLPEB8KtkLAPIFSrhBlNCGq2EJMK1LuF
PIU0VqUIfE8khWMXIz4zOBEFziOVTtaFQGeh2NkOLl8mERfFSpUHqIW87EknwGH6kCvymaCE
XAaBPEkkM39k8q3kA+CRLFc6POoNQIdZ8nkeYSAVMryCOIggJMugGIPODQXzhPmhOIhE4gQp
Pjnxi+AgWpcJnmVAIxEDRuLBuviw06O5frYvmnb6r9gZv2uuv+jmpdjPMVjBtBopgYemnljC
bHhS60UYMEqvFM3iwQ5EUaQZ62BxDZ6z4dmCJogWyvE35EDVDsrDncV+UGiCKf0rzRqpQleC
TBLhl+OZnKclrkDLnmeZ5MoyjPxUpoVJLKRB7VAYWIPONophFlfBJHp4n5R/PmmcWWBFeaBZ
kscIfkDgmAkwjyUQwKKAEvwaIBEMCsZ8bEfGAOAIOIBGYEOcz6gZhl/z4kwKZxMoiXD70IZZ
jEy4ahNwUJyE+SoP2jsqz/Qggor2O3hgmn3Ogj/Z9hov2HYU9Tu/IKVgQfS/BNzjUowrLMOt
PZnIQARtQF8RgYPckCAgCwZxqGrupwhQwZwZi/jE4muLSiYubT4zGyJAz0BIafFpb4EhMggH
9RB4gjLKIn5PtXmMfIEZagAoLcK0eNzXu55hd9NnesE7P2eukx/7aHrdfJNd8uLEQN46f2Hx
j5AQW9PwTQBPHyYBPEcgA+YDQvkX04T5SQWAAYEFbHCyyiO+eZWnAsgy4pFhQQFIl1LQHiKo
UOMIqErPlSc1vmpgZa9ATD5jAwDxVyjCDKl1CtygB4osFXT7AaBc7OdYr9p3Ds7acoNAB11Z
9SjKfkvYOAgJ0P1/YRlrzVgqZU4kTiZTXdDyYBKoA1CnKbAI4DGBiD86AHs5kDRQvY3G3eSc
gI2pEbQz/UcmXvK8furf+qyOyKbuWo7BEHaqN9gsPcURthQ30tt3efLvfKiriwQZU4wCvSxC
J+OMAMAhIA73YRh18jzyK33OwgOpBY+YSBMy7O+5zwRrIb/llrwCdin6r/J16oA2BCPHmeI5
siKtlv7eJc3v5OsR8ZZELNkY+SrFzUz4ckLLAKJcrDqSNmFY6AMXWHRCSM6AUksvJKolDLz5
PxLEoSRQDA5MhYtiROTLBsQflQzkhgIgAlQgShDRhEPtolv18/3cZ55djN9Xf3/IVtGoYI3N
j/mchMAgfgdA5DfWbocR5HERVBhEozTxKMVoNSs94CkLeN9v3z3ete3pab6T5nMXtaAv2dFL
660V0M4Pa8yWQuR4Ut4F8QWEVtLZnLF3CuzKo1sAlojEmipAHxw+R8CmN1hG6ziFGBDFTYoG
Ey9DEBE8zs9hMV8aEUq9tzn1/r+z/wAPss83KYczn0tFzbBmnX6RIcjE7sdIBxi38nWDcsQf
jH9lFTjUqMbYiM3GE8p8hIB8av8AtogpQAOKEqqiNlnYzE1tmzDEftfEGEmgKjENGYxf2VWM
95xIbkCWNkjiCgJqo4aBv+dS4bhPpcKKY6AwFweBIP6ywZv30RSx1bJlDbs3P7Fz/g+p/bLf
qaZ9b6vq5gtq5TDrlX3K/HqOb6DkHHFgPP15Rjnpmq/KsOwWHfOPutJohgcGalKdhfGLxmn9
tA7gqVJPEZEU6HhZA52w8DkCK4hzG9gDxIAgtFJNAkQ2Y1mANyqypW0ZhHJoOeFXKhhh9Dc8
TxPMIFd7XgmeOusf67dAoo6aAP3VLdbq6t1dtOzjsq9z/Lnp9znyx+y6jQ646DXPqhfj6SRv
h37WqJk314djdT5DFdmNa2Xe0JmPk6KSzIYC0cPZx1MOU2Vrq5mFVtNVg0DQDzYBAS2FQM5Y
sTCv6gIYTZULf9izCwtyoVa1z8KYFPIA8CYZ7wiEelQzx6PTTfrB5a9fNfsWLEdfVvscji2O
2XZz+yyOb4MjrjrjqvY+sXUn64jsd3ra4YDrdrUJ9ZoMyq5O5LT6zKutojXYEq4rsIoVy2DA
YtorNqRAgIbNo+bCZmlbME9jMsNFdRmROwSsy7J5FgAAoCqzPw0MZaIFqyeOAAOXgq7EEqAA
ZxAipR9yaAKgRdSWCj44bhhPqfQjwIqMrvqGnNDHwyct1dFndJ2x62xw2+w0XbDpI2Ys5npb
s5GfGds+dOyvXXu/Yv2CPbJCX+rYDMqrR+nkxP15h6mizHqsD/nnwGbY8G8icwI1OGFTlRZS
V0RmhxURusrZ5fX5AnopR6y0qKo4+NsTAvk2BRacBfBljDyczFTyiaMTZZlYrVKvGww4zzD4
9K/gY3hXPHNs2ZRg4hzZYHIm4Tsp2unBqhTEMNGwo5bY4jqfbLnt2/uerfcfPSf+V+esP+v1
wIC+YB6uJk1tCgYHrm267E/5ngw1jdXVWGRvXMKGJpfKoPPkD8XR5XAPHwiHCyMjDmIOZcqS
zIa+MrEBUKbZwKeyTgSwA4T8mX/E2Z2Nqm3kEmi+kI0aOr5xdFSaYJom6L8vzFddt0LJlnqm
3T3cNguYZy0A8H3wbjr0AnwJLI9KhqrCkMpgqeZQ9PN8QY2aE75kFway+QhfE/YwVPz+F9ma
pY4g+KucFsooJyDTTCDI0uTCFDxKsCVYkYjjD7mUIfT2lwmginXsaPZJhU2HqM+bgZHSZ66Y
DuODuwKT5GA6/bIn+pTO5qpZQDCxE8kovE/U7q+YFivHoRYZaAItu26tlvzFiePXRuCtvyJx
zJ+HiaN2JQh42binw4BA8DjPJM9zYo2RS0LlAAojQ4z42qoRCJ5leYfMM7WoXPBSmPIux8ej
JyU46KTrpkdSuuewZW1CkHkDfnlU/sPCoT5VTbnz9ECdASID6X6UCDkph6dsuJzIhbzzqB7n
YYcSrtBzBIJXRnUqYxqMtwL4C0ONwe3uPEAlea8lhL88fJECiVRAFQmEw3CSJdS5fnXPm+jj
gniH0uceQ+NQdAMH7GSb5aDiSLnEwKTDQDM15hmYgrALn0q8YSwI0cAdpLTVH9BDfrxBnATi
ZRE7B/ZAaAVpagkIY2SmEsYraQ6Uv+pCP9mQg7WdDs4z5crbsLBq05tLnICc0ouLDgQNAf1v
0oz2hFwo0Ar01LKoazoQI2sO738j38ugjszqQNVTIIvYw4u1A3FYAM0I5TNQqsyxRc+qxK4b
7aiL3dUn+vq6RPkBGzrE7QJ+fOWpHpfoRN1ooy8WJn/Qlvki/JxrjGBEvPhxzg64Y/59bbr6
xsdQKIIfQMoYwgRgAp5QkiW05sINTxr0NyvEMJlzs+UyVSpTkPj5H4VsZIIcwYqRgUbXYLnr
q3JxcAEYhQGuJ5b/AMPjJP1/QG79fD4l7eQnZIWDmZj3+xk2P2aPE/z6gYqSy6ZzPfkAbHrp
iNI+AUBSsXFSPgSHro0dQAyKYespD9K0TqaLGH7EvAmrEZ1DmAV8CrgAMbNZ8AYFuLc1YB8+
MuH0PtD7fjZ2JWkwTXkJ+f2n7T5bjsrr+vHsNbFYRxB9kFsgt8eqNW/x/GvWCk56mzxZex0E
2h+q1Sb4aZNlTBSEOG6cU00Vaz2V3fKJurT2lwnzKEM0fgLTRuemZ+NGlCeADmpj9ZWg6+dD
IJChEdKZgBKBg8RathY0zaPmQFA+H0Jh9fN+ZpyzZtHcan44sqChPFELGAE7isc3NQAzyY6k
BffrIXfPtHr6J9r8hBTVEfkqEFWj2y5cGO3TXPTTq6KoSY9nXKZ6Z6MXAG3U7GbdbuEhTyF/
wIBDdbMxM3AA8VCD6cRKhWOaGmgWN+0Z6gaZpcVFrU55jirkdSwT6fkyvXR2Ubdh3KMizdua
ZkwC5VSoV8aFwP8A2YdnL42J8XUIucPH17FCc107A63/AEQdjrFDmZgSHPmUBHzLEHnEJzfT
rZvNeu6Qip8+kx+xZJ8PW2BTXKZ7q8sQGAy5+J5lehHoCIRNjSOxZj2gp+fIxdsDM3QkL41x
3ENrF224mAir8ky4Zprwna7P6sS0DBpmAwBCLm/KXBcEcWMs/P3WFEG4SLskKLOPX4wtx7PV
Rj2CBS4ohU1FaVyjEiaAiNbBW8cvGnWDHTJlNMBltokx7PMtihlpmQsa1iG1v0ufie88Q+3y
gDtseIQE6Bb8mBDFBWZ66xO1oCBnpP8AJjRlevtNtSTrkrA4NAFE5FWV6GimZ/qfwWIg0s2K
0QaFsg6dz6wZBgBPFdVbi5K4GCI3XI+QXyH7Kwoq0RyAKMKwUsCiMKgaoKIfrZsdsTmxNTDu
sFQpuew7g5dkuPcC4f4CC4UuOOR0VgX8+gJMQAuB4UWPzklKB+kv0uaauxPtQnKEKR2VYHDU
mMTMTag2NGYlCTByJFgciCyrqPsfrSk4nlkeEyPjwRkCNtGZTm/lgDPaBvINz9oSDAYKIOcp
oGIJKPNencdWRk1KTPtLQwDD9kLbsoR+YJ9CYuisR6bIDPBjZoY/WWziVmeDmcCIGBOWXNlH
gKeEJ9GFRgaYeKqe8CLO311tl+HQnlOqbngIqgzjC1RtiCLMbks0djmFY6soVsyCqgX8hXsA
ls08MhosJUTU81YiMA0BqAxXNDiRxBnGewbLPSb9MqQzTPZ8zl2cdF+NTMwaMuGEjkpcEmNU
0xZYw0lHimZLZ5KgKqY3VyMXNE9B/Q+hIUbdriFZ9GdoZcBjryT7HFQnW2LDBRxUePYcyYub
GacM1/1OZkTrNetY06gyalsEiIx45m+wgHHRBFNKrBwVE0Q6TDTkqmEAgiosBqKbB8SxG8EE
zTq56R7DAFnzAVDoQS+l/JoJ8mkZnM+TS+ekZ2mOhaFFYPh+xzIiCxL8gT2g/oYanaYiJkWZ
qA9/S4fbsd98X1f5lz/57dXsW2bWvIiAi9OzoDjrzYJkpZwB8ulU7t28FqwTnUPjdBYYAjwj
Z0GaoQWLWpRuawNcIIKm4CZdwSrhWiA1uA4TqIrCq37fB8u8pPhhxuECcBfEQ5JBki+tD0ZG
OniVB5g/rCJ2KEfscR8rghrUw+4fjPsVAfr6WnYY312YP1Oz+zMQXVjFRArFXiYgAKihyTFT
ViU0YP1yN0SpuQidbUaZnxNVsZBqU810Q0zEQaBIp5iqAogrR8krctoCZ7wi4QOTqQ2bAzt9
Zi5sRezsh/2di8/sNQ2XZz0gIh8+lQQygDBPb0H9KjXXYdo44BmMwckeb0FTbUid52ZsKVda
mbEHHQA5ONUzM38zIuqozsQrGOUQJsTF3e+w6OSs+PkMGTKf7En+rEjZ1V8uEAStVCR0Upi2
6hCrrwqBbUqRATE8grYAIntLzjPnLgJmvTRxpk6FgAVYGZvUx7DxSrAASz6MZfm4JcqD+n42
YhOPKa6szWSubMrlwkc817OgvbznkWm4AC2Yr8T9f3RnpsOI5gnj4AqNarwZ2zQCO+SLp2eo
UR8+XsHQfM3Xz5nr402PlfmWHZ8x/t0Jx1YAbmk7fxsfsmWf/R3IPe7RI7u8/wBnYAHf7Njv
dm/9WhK7CN2Mwza2U31E/wB3Z5Hu6ujAscx5DUUcgL2HU4bjSGGXBKn59B/RjSt+6dzQjJDy
0JAhPE2zEtS6DwSCqeZqWaA+SbIPn6/Z2fFSNSbgswUCoBnb7oUOxrq4HbQ/XecsX+LXH5k4
fHl2DQfYZDHvPy13wZR3Oqq/7Om0CdR3rqZq/f66n/6aKW+yN/7lEXvAwfZZZxe/i6/7sIdl
1c5jiQrT5RCqCE3quamYZAnfrlQOQgbzjoFZN2U+CPSzPMMEA/QgEFRXdWnzv5CxLEi0AI11
AJYMaLFMqDKCCpB41AFMUMh6nc5BGBgl2e3swDPRyRdXbJE6q9grMu2w0XXNxqhZfsts+Isx
RNFLBc6jIYLWA3DQgZTCLhUEBDVQVdi7UT5SArEjhrBnrZdhMuwnHD7II2PYy1G/VVy2bZkP
MtmDJ2Im4aXPNeaEEH9NiwQablu9kL+Tiy8TAAW10+LFG0dhmsVSCKrUUT5HGyM4CFhY3l2t
UPW3GqWL+y/XLInVhjpnN35dbVzx+uz+bdz1ME55nP7TNGPFoLvzyN26gqiiAmyfCgxbEJNl
oDYshRVe8FWKBv8AYs1k2evmrjTqrEOuTdb7JiAV0j9URs/jitMNyGVwWBELKoXRXiwXw95x
AHbF5dnFYdtcwfstSQW0Vns9bQ/L/nX4shQ7CgMFucY0AqDOMv69Htvhonxuv2yAdT6nMHsd
7saDZO3bahW7HRyWfY9dw+v+zqE7jfrGhCJYMoTl5IEaxKjUDVwD0B8gQ+9eOBM4w2JYYgLe
WSGLs3EojJsimY774Nj2wx2yDqUYAaFYNXV8uxr8oLbxOeLI1gf0v00AI7YBLmgWIJ2WLxB+
tRtO12UZcF0YE656LxnEzjKqNyIVH+NhR6LMzfYKX6v1wCa95qPPiVYOegyrllrl2U+Cx3uq
vU1chm9pYlgwwQkQexK0LgqGBTADKE/HmruNRg5chd9ZB8bZ2DjRYhoUCwngOr2vkYOrR+sC
WzdY6WU7LI2PZXSCAn44fZj5+xSppZJAJcAQEg/TNmCyK6fZ9P4YGBKaMp5qQADCLgTzpXHk
pPX1+GZfYt8hbBNO7oXcITE/VumP+W/LJsu9eHd0Z+vqbJBnivafkVGggolqMAhq/wDx5mXF
oHyQico9cgKgQk4EqCrcBQj55sL0zYUwPNWw7RWBmYJpnGxR1fqsIo+MdYNwH/r5Cy0Yzuik
3UByBHnkn6lOO53UDtaBxp1GKsr5srC1bwAb8mOlj/OOV1GP7ZueFHlxAUpR6WvE46YsvdVU
26o12nb6LoxBWGqsEACVZPsCwgHghVCAsSq058V4UCJnbHHxpobswGx1lJYIpXPU0OJBFBxy
D4lVBU53bLppk+fba11pV0DKueTkAw7DlCYZ2FX49U5FxNB4Rf26mnHQ6KF10LzjybfMW+XF
lsEuREay3MBVLCxRzBhAjWHQcl0SnwYB9dNEnX7K7jo4Nm/bQX3go1FzwApMugD5RQ0Z1Ed7
iFBDq1BLgQTPFieAC676VcIMA5TBaRDxOigRALJJhhWw3WVi+DAkFYlg9fWguy8cNS0UkT4N
vmhhne2XPF9ySRcbIKNHUDoo7bMLg6zGLlkh1/8Abvkzgr4zYGA04oxxR/Uxrj/qHYWGHF5m
QuigMzZoNOtn3lVA3x97rOmrKbgmi3FVq8iVFza8uuGGytkaDTLrAEFZsv8Az4PGUGNm14qx
Zc6Tw05shNMPlIgYELPyADNUDQ4ukUVF5K3X2yco5gc/EDPMZ1UdzZ9DnnbHxGaHyfrcdovX
8DrsYeuijfJfjYMJ2etqo/pDTLkwKcbAE4kTauLJoWzDhS3m15Fhx1P6/Vbh8h4n2Omp02FE
G5+DYCk1VxcmZsSqzDMAbZciOvUXMg6hVJM+BebZAEIxnXxKg2R7R05AsyFRcsAh2EPKgale
eILtmCSSjBkB6u+hgZvjEM+xdxm4YLn4jmyQQuOJbXroAvEXQhAIKlpp10E36vLPsdPRFW1Z
bDBwYyC7YH3GmKhCEGDEcfcZFhnyM+u1GPZz1XVOyOJ7fWLRgVPIVwJIS58U4zJkBz8gFhFV
idMiV0HI/GCzeS+fGZqFmYoUIyEwo8OZYnNlnG1ydWg5CIykggxAxbLNi2uIcDEhuoqhgv6A
wmdr9lI4xR5KnkwBnSW9UFCGEy5UAncy+THbCjm3EqZdEsIpFNnebXP2MEzYhkStHUT6zsVm
CrL3M2wfYKQQAcvI4UE8gZ3PKTPUMFZTFKkK3FivF9Myr8KPAmPkwgbhF/YUTFSo4AhajzKv
qhQoLh4sG0oFSmYJ4E/qB+qsVI1PxRyQHUuuubLAps9fUKOrqZ1cwNQtSoRKJgEr0E73UOqH
F1a2MsGf+SC263WbRu1jw7B9yIGAYNQDKw6LDNRRE7f12jO3VfNhnSqIuNj/ADaCF1SDEaDD
QpEFLqhMIGqZaKVZNsXVg0/XixAmZCqONaWYXEao9VkGZRmaA8C9HzLPqWFtYNxKpS3GowtX
c5v8mTx+xhnDtrodNzOjjxg8+h9auVXpyEbPBg/UyLnqYmafXYsq/WOswybJPswV7RYc2swi
opUi+L47cJ9duuuTAiXOzlzBy4kqqlXmXkNhmYevojLkpVAQCCZXxvpmbzJK8PDe93LNh4xI
jCiP2Y9d2meVQZEHfhxdfClDORJtjPF0FICfGZYnc67GcXUlDBYnV6T6OgCgSpUoy/TzKmmZ
IOOgiZuSq0KqMygfKhP2y3uVpiBQUCURGW5mxU9Lur1tMNU2xZagFHs5+WV2ZXAK6ZxGBAWo
QYviG4QpGfmUUcEMNlPLl55EnMWxQGHJOKYZqfj8sUB7HYQKXgxADUYQzRG5hEaZ8WnxJVSi
PR+tk5HUyEPVysKABcA9SZ4ntD59KniFQY3IA6ssJGi/CAPtgQ5H7MAC3t5BJBDMBHPKfR7j
gSCCBbcRHzJjZUVFLkTQM9p4MNehS5YYIxzLMnFwL0b416jBgDCwliF6m+zcf8zNMsQoYUz4
2c8P2OcYgjPNqAf46hhB9AY0HvRuC57wgz2lweniX6CECboRMtOM+2Tlm4Fk8Qx5RgbHvof2
/HW2Gc6rDfIqVLhYhFFVaNi3JFKtUsCBhCgb0uMWthzmYdl0wb4z09mCYIiwAmaMFDaOxRrZ
UKyxCAYAAeKqQyxSARcvwRDCPMq4RDL8Cebv0owDzPceIB4ly5VjbIidtXbApc1U3wjUIPfQ
ftdhSs+r7aoysHTZPFeEJANw1dT8D0q4Qa4w6KjZ/FmfmSHYGfJc+W4zNTtYCNpFyXOMwl+S
4EDqYTY0JIxzZB7S/EMJ9TXoaMEuXBDPlUEEGWJYgMu54leh9uwgbLZeGjxxYYGXxVqLeJ7z
F+LfW9j5MTTDgFnEiMQAORityhgFQR9Qhbd2H7tBixHwmDrkRcACVAnxoDqSxTF3gQKD4hMI
gUTgtk1FoQm57yzx5QmH3PofQelzxLnvNUgI/hyqD1Img8d1K7DL+zkEMPLj9ajeZUomfW9g
5tm3JWFzXQJOS6qn6x0KMP2BuxGz5EZKIoSrhJBDG28wCp+FUJ6FvBa4fJLTmaVCTVGvFT2N
njUIlCH0P8CYzwaVBvcduSqRRMMJKlGVp7BTYPpoPHfzj+Z+HNzX+tqICGhBgYXm3xt9d2Q2
c7aMGLFJjWmf4PaTN8+1lrHfgM9OYJN3K8EgwA2RNN885p3hoMey2ZGqMtXOBE4mqgWGe8Ih
9gfIP6iH0qVCLMqUYRHWobE5efkFZupg9GUMCrZkFyByEDARSpjDx3kvPSwSBGArY/sfJH6j
kJZJvx0+wAMNl1XbAaL28GV8eSLyXUa55U2PBl0OgwIUgXAs80AYxTMb/ZC9+w7tngqxlIGZ
YT/qif6NBP8AY0TsoZ/ozi9hGYQeSRAtwIeJ/gfYz29PMNQqIVuMlQgzjPkcRdQSCCWUEkgQ
BTGQNFQK223xhn+Re7lx1NAv5GyyqnmgpJ80sU+Oh2riMHXTJXjIULacA7h0ZyvW62N4HJ1i
XQFyqGnczzGva07D0UgCNNTsp+XQwdhlg+yeL9ikz36TMM+s4bqZQdVuVWvlQSZ8lAbDjD7C
GVKgWp+KMqVCPDZWSrCXPwFBgBWfIIzix2GWDunk2v6j5NHcMB3VBzYCV47B/b/yoTlUsmCL
ynUbiep2VE9wUDTt4XOyw4uS2iL+vICFgTdHt6inc6lCqDbX5CNURBodSijj/nsN0nE06zrO
FFNHzP8Aq0YJ9oywfbDl/wDUUk/YqFXuJY3XhPeV6XL9PyRPFXLlwiFLjKKomAss+QzRmttm
EV7PWIQRxyXVBw3Flqrf3rwAYVDCqFGgfKNxPW15p1dw+c3R3mnXI7O/W1YdTsgo/kgADfu5
ZTTf5YQFmuwDNo3FV5FMgZVA6kiyC4IhuwqtFzHL/GrHTqa5izaKzTLFmcOlX6m4Jc95VQeY
fEPpY9Stjh5KmMpEdWE1zIiKTM24hXYwAlXX9u9mM3Kgzs5CgAohhAqxPEN309+Jw0UjN00U
gg9rrc4l8dcAuhbab98ommuj6o+SjbscyfMTItFzVAo8nXgdNmYttxh7AM015FHIKacyjU3g
rr18XDdZ8znq2hXp6EXLlz3lephPEFhxsH1EupcPmVOIMKCPkCHzKEnzk4JG2ajXRDO7xfM+
J2uXDzOVQiE0LJlGCBip6PYVs+tqqw+QVsaDi24t9dyBs5LfKVFkniCBmbRRR+NIdaBaKqif
FjounUQR82EDMJkWQr2Ki9g8E10IO6Aj4wQRxhg9LEsS4xIm3ZZGXs85wdANhPcelQFCeM/F
QiPmGV8SkfZcj/tDK3Z10GjuUIM28qR594tAsIFonxP1hojr7nJsO0hXDYsrcq7Gb6KEYDfr
o436r8365Ur1nYh1CrWkpAGYAhC7DDycmQZ0wKzTrqwfFlZc9AGzcEaFZn23WHUtF0ax2NOM
uWLr0/AEMbNGmnWBmmnZyI7XXYiqhFB+81nsIZ19dGAN+nv6MgI7fSstk2TLVIVVnH7uKGop
54EJFsP1EIF0JdTDsnM9PsprmrWCBXYXMw65E748w1Iz6UzZuhV2QncMVHIqvldRfNHRw2Z6
5XWL1nh6yNGw4F8jT4+OFA5mDNwVP/OeIQLvxL9CDPMuOqsG6mDQIElGandQU2QJxZc164AU
iVH0VF03VQdV4s/MdvIlQ3GFwZo1qWBG6/tZHpXi7hqEwwzjPrvsPhmGwdH8q+uJY83ZE2J7
OWd6sxZH5R+usbNlObXM6ENCI7COPkC6bYNj200AVjHVAujLbXPiLKvW4QcDAuHD0q4B/Ezx
6Ew+yt55LNOvnop6OfHPrqoUMI7hV30YTR11iilBCzYsZvm8VjCbU3eqAijCtyoaArxRpp4h
gHn67vUlfMq9LGh1s1L4gzbBBOzgAysVOWysNMU0BD5nPsU3FTOFQ1WimZuV0w7Vjsbkkmzw
clVqMoK/FBn+npc9pcv1J9LhqEzTZM2wLaMWM5S4JtZhHIcRONTRSyojkNkDlt1gmmPWJXt5
6ZzNH4MCGIlz3B/qDRIAniVLqYbMjdP7AcVZSLBledshoOzj8T9jr8SbVst/2fJHLYmZ66rO
dwkW4LlsLluJkPkOWOazjNMgCxUQih44GfkEH1/P595XpYMPsR4263yvjmuYqVCIJr4hNQkw
EmA1CxEIZo+asVQKncz5voeM1vkSQC3kXCPA8ljUF3yAhBBDTPUg9P7FgqOGA8yje/Xz1G2D
ZHbBVhTiU7JVqUxgCVBAqwoskWNMzWejIUqKtzQCyqiAlp+tfgwAXPH8PEsSp4jex2UxLEW/
UGaLyVkZYZxqXUFGDjNPACEq+XE9/IrqahEAPJbnvPJBInuD4gNwERQTMHBnT+wbOJoCPcTb
DPadvpsg1RQXABx1YHwQTLNp71Fz2aZ9NLQqGTWzo6z8BKlCiTL9DD62fS4TB6HNAfYqYT6C
VCVZtch8hUgV5qcDApgPFduLr9hkJpYnKoTbS6C+7AqxHhaIlmuRpXKnHZNF6n2D5nPaXcMZ
VdO90Bk2uAoi5loRDmxhtZn+zLiOLbZ5A99mL7uxOrqE7VH5NHOSvyqV5MIM/MqD3h9vya9K
EMYRTUEJAN2I+IjsHUuYzVPkN8mM8iBzOZnZxGp7qFT4stYJInJgQOQ8GGgT5lX6Gp7wMLx7
BYYd98h19g+d2PeOodO90fi006ZCEFZnvFwQwJU7GrMQbirFzqDJmi9VAmN5uiljxE8y5+R7
3Lly/Q3YniGERvb2Iao3kqxsGGbaKsLEyiZ4AFy/S/DGx3sGZWUrKJH4C3FNwyzZIghIg8zj
G8wHwmw49DfbKL2AUXVWzTsqS6JovZ6z5Pt1wA5ZW6/c0yAZdFfICOgDfCSEyS3KqUJgXkaA
NAi5QM8+pliVfpYq4SJd+hhqgbAqiKizXQqCeRNT8gAwZw5gTiJQspcfOd3rfHpUYQORAbhM
N2bM8UwMHkGEGASvGW7IOr2uS5sVlZaTnpmWGXYXs9bXKaZgz4zfV7L5tnsmofMQC57Ff2hy
qD9IWqfMJUqeJ4nizCbn4uXAJ+Pb0qGhCSpV/wBiBFmqqQ3iVAsVTYNKTCbJgJjKDO9kNM2Y
gjzCvIeISQQBf5JqAz2NXB72Zyo8iVx3ZW6/d4xM0afqwfM5MXGq9jqKAUM1wVc83dZloXTh
R4LFHENoQX1ZhVgD9DPz+KNwyxOUv0BntD5A9vwwsN5APlPIImpNGAT8AVEFjRDOPgr4ozjN
M59h1vjZmNrc9oVBCkQjyZQMIl3LokwAEG4CsXVgvV7+vVbJ17OS6edMuIVQH36OeoOJydur
ZT5FOXdpgASVpWHJWSZoOQzTgSQblw3D6MKhbyDc/Pn1r0YeGFTj5QAQgVoBXiD3Aii4oAhU
GPn5HiUKNRvI7WA2z0yCOQQSKhUgg0bBC3KsX4Mow+CpseAfAnvAxA6/b1xOHYx7aDRkmmMR
nQkpqN+u2TLmjr8NFGeL+w4qC5BCnzX6n0MPmWYLjCHxFJMHuJUqVCDADHXwpiiGMoI0Wj7R
f6/lR4jrc4Tj5FQi4UAn2fWWMKjGEmiDRuX5uh4IqEqs48oB6Fp4rxMyoPX3bDbLbHZW31y3
dUYK0YXNOqtqrTiVgoA1TspLMQQ5+MzzDLMuX4uPADdwG5fpYh8we7+RVFPaVHQEugJzVoFg
lS43mE0T4I8ki5qgZe91RjrXjiKqWCAbniWIZVk+DXmhACYfBqXRXXkMOxpjrmydrFNHyOT5
s5RZxFNmFLEWxN/IY7msyzkIPhI9L9b9CLAMEAuVCIZU/B8wrcujZPo0aIfS4vn0M0BBJiPU
+QQ0w7PXTZNsfjY1PBniXKMA8HwQPHkTz6GjKn5qG54rDtaY6ZdgdvMLF7bIysrAgEP1jyYE
+mebaxOuFAxHAmXPzPxUqH2In4Vpcu4fcmoD61fpYngzQVEJDLABBUM/DEQwVQ4meZ/U/YYB
jtmVlAFoaEuX4AgE/BHmeIfEKkz8SjV1MuxrmcuzjqoYMECqo8we7Yo0GGUTFUIWAfqYT/AH
0PpdGAwGEwmA+bMM8zz6UJoLBRhEviPMMswmOfNGAQNU/JYVoiuOxj4cENXn2lm78jxAwJNT
xGgn4HIQ+Z4sEmcRf4TZ8z1e6XmepEBEBM/A9Aov8H3PpZln0EMIjC4PWpX8KlGEQCp4hFyq
gEqGN5DKYTU9pc95xBH52Ucu5jw1YRqEBniUTCPNmeKJNkSvF+TKFlKFCrEJMzcqep33Ex7A
oUfQAQiC4L4+tzxFdvkuoYDDCIDAfJ9hCPHoLhMBlz3lRrgMsiExh4cksZ5rzKnCwUIDISNM
+ebgg0ZXGGA0PE/XifIuczPEIMoAEGUYQQo/ryMoABpj2mQ9XslojhpZsG4pg/qfYCUL8Ts/
Op651KWYYPT3jJUFwEwXD4/hUoQCxUoxh+vsc2DSowFMYVqUTOJimjyAnMSxNMwZ9hiM9WPo
TB5hgDEMhguDjfufeEGe0JgEZfI8wgwGp5vr9l8263dTUJopUGitWD+p9hcue0IlRf4mEURP
E8TxKlD+Fj0IjiZij+PwUUw5iFAIfBIgUmcbhScRW+KaDsZnLTkK4z8jzAxq1piQxqqEvyQP
QBSAJ4MPJZyPEeYKs+R19uBy7hMxbkog/qSLqEH08GV6ETzBfpUoQipZEAuEeQZ5ME/PoIY6
kxRRHn0EvwYyAz4hPiF8AIy1OQEPEz7H65dGdeDC4bM8iUCCP1F1REHg+KFyoCohoiAFoF8A
EL4l+RQGRPLp9xg+O6sATwI5RRS1Ks1UM8yjCP4mewDQ3B4ln0MHmV6XCfUeiZldIYJ+IQDG
z88eMqfZdBrYMsBsMIqkTlQ5rRuxB4JU0fbzLJgFRbEA8FGABFhSIpN8S4zz89fVgo3Ix//a
AAgBAgIGPwA5v//aAAgBAwIGPwA5v//aAAgBAQEGPwAn6NvH10p9ClyNOpBbTg6lSltFp+2n
kdCXuUKlPCjqdSvg/gVIJwSndj8FPqrFp1pZn7a9PF10oQ9LCWi0q9K30vpXS1dXOlKCodCh
C2OpLotOUVtt4ZH9F/Vr4qlPA9KljnwU2OukK250KErWvijWlSNOp++j51kvrBTSOPBTWmsf
RnS5XSpQlaWoUsckLSWe310ghsvYvQTuRpJG5GrHpJOxXR+GhYsXKklfo9S/gsTHrr08FUUU
eCCxCoUETsOkI6aSQTtwKG0pqSrE6RvpQ6jFr01Z11oQ9ba30RKKeBkaU0qQiMimk61+guhR
id61HwXsdiyTz2U1K30pdET5lbSdCHp18VNLjOo/7b/Strc58FERBL+3g9dHhzjKZTNroL3N
1gxyd2VI/X6EC/UjSGRszuSXct4OGRHqTc7kSUfimPItUt5lqFaE/bS8D8r/AEVX6K8cEZKU
USTG8YeMyqiWa9xj2NJ47M7M8Hnw8XP/AHFE8Wrp6TJchnGlPBA6CVeCCCnrrR0JeXtImR7+
pVx6lWmKb6XkkgTQ0irgyy2X+/wz4blNJZTwTr1KadS2ldeChJX08MFCedJJ+5YhepT8Vpyc
EHREEb6ddIWlyEWRZeR/dJbWUbcDW1tKlCvgksVKeKT3OOhu5O50RKyWWXEkY4416N//ACFt
093/AJE3T8//ACF/UaxT5Jxcp1TRQh00gvrB2Q5iZ0hkyKL6UHsXK+mjc0elCb6JnmSWPxf2
KItpvQ/FlnJanUTTqi8tmQtJ8FdvDcoXOTgeK92Sp9iMca2P6nyuHZY7sWKXaltLEsnH6i9y
bvVKRpYKSUp3LOgvhzXtbplPIssKplq6VKClLu3gpp1OdZLEwKldPImfQgjNxuLJUkhIkkUk
6VKvxQXLjU1I0jR6x4L6vJuiuPDFNTuylWx5uE3RIxxvH8SuxC+5jinVtE8cmS23HlwL5cf5
HDH8bdWta6SU0l6+elRKSliqdCWmiERJhgq4qEyJoRJEaLuxb2lFFkjehKpPJ5Hak5ZMMR5E
8k7sahOeouxNdpLulSrK6UrpUq9KEzTwXJdhY4OlZO5qUthqIlXGk+6FQkkoxf001G6oZYT3
vL+aaoybdx1p/wARrl2JlowymaKpTWxQjcg58FBzTgh+hDdbkKG3sVSljopJWGPdu4Q1u7jc
smZG2r7kujYuRtqTyKR9itijcE5Lykh/sVMWnRMkjF1HX3JRuP2lCxJUuX0jYgqX0fkXhycY
xdjayTbRll8WLySxqyGmnw9Ih13IxU5NiUVewklVqT/VcYrYy7KJdUWqY/HbLtUp61IRU6sk
qRySy5wOtmKHfqbOP7f3jupP9v8AES4+5DW91I5SjqSqyfk1K6nd3OFyL3KD3NQdsJRSURIy
j+5tBs/I8tjuaKqqLwhqy5OEx1vfnTzLlGUckNR4KXLFdIvnkqIbt/xIVf0Ms4or+plmlXDK
cv8AlMfn+PejV7EJwyzeONWz+rku2KY48sfzfJ7VZLk7lWaJGbdJqOKsWTUVTMPlm6gxb3RH
rOlydZO5EcaNRRUJSuN8HmKlGOjp1KOOh2tbQRsiqKHalbcl7DeLsckq5XEpRsb2IIbPMVTi
Tkyxjx1PbfqQ10E7Eso6K7GvjrlZcHf8jqrQNcilqEjLBRGXbPp2ny/ErZ0+6M09mmZfNmm0
lEK9x4fHg8OuR35vuy6WJytjsZZ2Ww1s2du3JGP3djH48r416CU2PbVsSyIUtkQzeSFU7SFZ
UPMluIG1yUaRBS4ldolUkj7l/wBCGNCUyytWT0PdboNc/wAToU3K7EDROxLpo1tsKKOzH0+h
B1IPdYWPxqruuUJLG+xMShp0O1uG7GOMSoUwKjVVQq4mjKYty+CM8Wp6ELLtbdEdkyTlmlPU
yzfyrtvFR44uMFZ+Q4rNvQeUUSg4KFdrEqv2GmS7DbdChJ5E7HdhjMlVGW4nsVK0kiSWoHlc
nKzsRuxtbE5WKLyQ5o9xVlojYl7FRr9BuzQ0riKOsHXaCdhxbd/QnTodk1aFLruTipinUhpR
xZjbnBvqYfI6pM7U4cKhjk70ldBtKx2ZNEpytmmYfHim7PLLiou2rydCHhlN1Sn/AEjz+d9m
P2/7zJYOUqJ6SqvtkbhroRkmvI9pWpxye2qHjli11YlipYpvuOKibTR5EzBOPG5Ybyod2KlE
PG7IrURTGVyRFOtxqKCao+p+4rsTr5Ibhn7nUfXSDruUXmTSDJzesaz9B55NRFBUIZTLtb9S
V7kuD+nku1pzInl+KpH/AEk43sQ/5hvFHY1yTjXJtIxxe38RP1g7MVGKGubiSdiN4RVF2j25
/dFVK6DbpJepcTm51Imok9j2kbjm5LIr7rkS63JWTh7CayZ+VztRO48kX8zysWITFDTQ7j2b
KslpRyU2HQeMehRQZOOn66QT423wV3ITRceTtuexzymLFzhmvxex3KuWLqP4/kTxb/F9Wdj8
xzQ90t9Dt+THJfHlu1VGGGCeV+5n9SfY1KW5Ks7FfIhNf/ka6eGSeNZToMoWJiZexDud26qK
XYkT0klbE7EbDfmXKEbkNQjy0cu5edIkhE2GvT/t+kvjxu3DMT23I7kvSSO+U70JWROblbNH
9T467tcpna/bZyJ45TyxRn5kp+/abC9mKjfFpDfyKu1ZO3+RWWk7ITe+4sl+TVfDUlWexfxV
UkwpGlVMad0JNQmJaQxkacdSlSFcjcsSdCcavqVLQyYK/YUVHWv0W+DLN/iqr00oSrjbokRK
Hi9lKgfd7sIqjvwxicYg2ZMJsimJ+f60Ell3Il25IW1iOWLu9Dsn3JfsUcMrcr4IY8cUnHJV
Q/C8iclA5UzcovaWKMX6lSllrBJM6KbESQRc4X6kcC5KMdPovFfk6Cye9SeNXFGXqJ/lyPsd
WpaJy/Um+l4HWZPLkibnaVdBLZGTmyt9B5LK/QmZJ0rpA2rFajIS9StBQJlX6EbcnoOVbfS5
wX050vpKJ2G/BQqvA8tk9xpOKQkeekaPnkSzUzuzuS9r2H8+ChY0yRGx/vJuTbSdlYkgr6yZ
Nb0J7/Rm2RDxeL4KP08Nda1LUOkaeWm1eSVA0sZaK2G2rcHJRTSpXFwzf7EyyjKOVpYqtL0E
o0dPDU9uULi5V6PF0TmH/wBRyticadDqcMo9KKqsdua9yPk+JP2Z4uP+Yhe5HQkrWToQiXRl
blDuqsmpqdqpG+5GXu/cnN9r5dP+0WXxvvTs04ZLbS6qf+0hqeq/8Srj0ZKfieRO0nsKlNir
aEu29zkfcqw7Hdi4XrQ9jmTbykov2OGiiYsVKc+hVUOC5Be9inqbqBudvo+W5KmilE8FdOSx
UT9BtKqOjJ8HAlzuXkvHbDYlslB3Le5Jc7U00qJOSPkwE8W8W+KEdznr/wDU/wBN9+O6yPK6
4JVvBV06EYqhUTd2cnAnwTElth9luBVhLgiz5REqu5FGNPFEpKSOdIZKI3VUQxwPHf8AtjrP
iyi09pMQxqI1oS9titB47sz+LJTSU/QhFDocaV8hLdCzhZdtzu+P2ZK62Z25KqGmqO57c3h0
iSmSa+x7qxscNIqpR2qm9anc13YvqJqjW6E8vcv7+/8A7RJ3e+seCYk9uT+PLj8kJfIlkn/M
LKLaUHJRwQ1bcjG3AqKehE+fhpc5Pa45RnL91I++P0W74zZnanThGL5pTwqiJVB/L8dIUM9z
bbOp57F2UKfyqX6CyWM9pXBdu5/U+NdjV3EP/pFu8bvcnSJaVLH9H5sVnklTJ1lIbwfbjk7c
E0yx5RCoPFvvT2dSfjb+Nu+O0/4e0fx/JR2bVqnd8bTxe09sDxzr277iat4YdUSva+hGTWSI
8E6yNxNSULRNlVQXcr2g9sfYeUKnhnVtL1IdEnQ7m68HlWROaMr4IMsHvIkXK2KW0cqjpI1/
K1P6Hb8dHMH+op+PLysLPCmOV11Y8XXG69Sli0HdjTJWZ/T+RS1U/p/yXSJXty3E8lTmRNFX
VWkjNSjvxVXuqHsffjwyXR8fWfQhVhnbHme6nBf9GJJlC/djw4OPIyx7/b/CfHAsVaR5K9yG
h4v0Pc5Oi1qQZYvbgwzx3lPSChH7GOU0yRjjjWFX1RWm5GSnapl20TckaTos8br9hZK6sdSM
lJ3YOOmxGRChj7XHTYWOSq90PreBYOXNimk/RqRyxw6jn8kUekySsoPdVFcZJh/fxPHG25Sj
5HWRyq8jxmUN41mlRSxUvuQtKkteQmva1SR/F8nuT3O748/SCt9FO7McW4jgTV+TJcwZYzX8
sTqnDOvhaihJOsr2sj9dEsl3Lnc/qYNp7o9jjtuhJqu7L/Qnch0ZMyuCR2fLLUQ2nscwXI0f
g8hpUWsDTUGXa4g7HWSMnJWsFDy0h+hUjk7cvQ/q4RC/JCUfoKm+wnzo1/hTFnj/AC1fVfzG
Of8AL8i+2R56dHY6EpyuCUq6VJWvvXd5ndg1DrHA1FiU2o4I+XHub/mUSd+DhOsEJv8AgKVX
klSvPWSFRnTTuThrSxKZS25SxVSkdqUPk6K+j8ErfWjJ3Je481v/ALhZbZOw5URVM7f5WpHH
g8ySjqZp1oKVNhdtNxNoTsJqntg7neo8G/ZnVf4ch4Ny1byZItuB4ZUiz5JRKoyHfSNLaUG/
kUvlUZPxy8fKStCVlCWwu7JY5WiUTBD28EZKv95UEm5x50huBvGr8izXoVZFkyEVUk4rtyvJ
RRN9H4ISlyTlZ1IWnlpGxLcPGxGVYsTZuI0lIqPKfIeX5ZIhJLodRpZXHnLbE9z1oSYp1ToQ
rI4Tf6izf5fHR9cRPZ6djo1VZbkP8saP00l3KV0XXwUuy5Nsug8ctrMxT3amPMSTcLk6shQb
FYIcaWX6lbnblHmQyFsNqZQp0gro9YQnk/0IXl4KHZirOH6loIe6O1+SrpWpDsQrSduWMTuS
rkpSSsYXmxSzH5EoaHi9mRFj48tu5U0fQ7tk+3JPdP8AEeK/HL3L10hON0z+rj+S9uS5/wAQ
slSdtaFb69dPPRqFL5FNYczp2YJTjdsWOWMTuhNWZwRrDUkop4E5onpTRkaxuy7J0pQrUyy3
b/gPpBO4nsjtdZsdCZjFbInJLqRgoHNZ5LSRhRl4HjlDxZmny4XQheosr9uSZjkqSWHxFUZY
pucHT/lyFktycXDO/Gu2SO/H/wDXltwzzrOlS8QUKae7WNxbjibj+TCz/JF/QjHN02mhLzy8
pPd7kJKjf1H5aOLjm5OT8h5TVkOpQkUOIaHkrPf0Mk9zfRPFqVDLpxwQ7kYV5LR1LyVJ3Q2s
aolqEJu+57V7XuduS9ruZYyoxh4pkU61KtLrIvk+FpyqpPko125VvY2Z3fHWaZK53YKcMvyx
2kyyWMY9zSx6EqpQtUpK1ghIuTK+5dPmp7Wii8x5YJrJ7Lkayxa6imvUuhVqhJvuxJTldNOn
0HplB3ZcFxSKNxVq+SfWhBLYmoJUD2KM7XEZQnIs0xYre4k1Qhb3JVycm4ElSSrVCHDb/t/d
MsFlGDrimyleDB5vtWcplG4HLc+Z7BrGY2JdORxb1O9ZRlvjsd2GaWX8y2H2ZSnUU1TsTjCS
Pa055RZfY/KCU7n5VJd2VhMrCkjHJpdBx8jpYa7qI7c2mnyij2J0TT3E8aPhWIdH9FjfA6RQ
eKuLF7b6PJKpL3ITiCWOeCERlSNaVH8TdMuSctqIm5VlWTk4xQ/j+K7X5TY7nV8k5ZPDF2oJ
/H8jbSpT/MdudM8LdTtyo8XKYlNUkiriTuWSb4H3uU6wTk0nwz3RnDiLR/0ihLHLmf8AILt+
RJRL6srDl3ka7FkphV/yjS+NRzP+QcJRsKcf1/ylorydqSfLn/KVa+43Tyn/ACkN0fU7+6i2
8hOaoWMKo5iXYSmURix45KkXG1VXFxpFk6SLH8sdsij8bIY0ZbIoQ9nUgbVUrjmEnYdnGxBL
KqOWVtyTWDzJTcqwsPka2qyjlFVp/TVmS36E5Y9yX2JxVaR0Gu6Mj3Zb1Ymmp/cfbVKtB/Gs
o+VXR7n5E/sf3mVRLsOW0yss/sytyRbvY4gqvMqOLkzHkJLN/dn5ufMXucvr/mK5OVtJUrl2
voLH5MlCE8clkmhvCk7IhpnTkTxdFYUP3tnblTJeCujG8biTb60HlGw06CdupO7HDgn5J6bH
djV8EulSjLQMqo5KMrUnETeUKbE9yb6FRZKyuyFVi7cX2/zUFF0lTyMtsltuJfJPbuxJtLit
zv8AjdejmUL5VjGbcZModClOSTqNtVGtkcH7jFBzo7DmEccENC3JTO7SN5sVUQJ4NxjsLH5I
nl0JcOSzgUE/qNZVT3GsXTzL1JbhdSjT8tHq+ThtjpRUk7cccV1hk55PKdtjtmiGpmjg72nX
kcqJsRtycli8ChQMr/LYiF25XklXHtLFKbip2YZPHCK+ph8KahY+59R1rK9RLZmKUvFzB3KV
8eVm1Qy7478a08ym9yVU5ZeC/lpSunVlKFaEkIuW9SSbwTd8iVIImhd1JbyTXD/yiWanHqTh
7m7IeK/NXElLW8kJpncm5uVEd2LiLCeWXL6HuccJEk8j1afBEO5koodOg0pmxG/rcVKVbM6R
7XH2Jm1ziCteCdiXo1i6kZ3c1FWTuT6QNRuN+lCjcvYq6ie6udzl9tZQ8J9ytI/i+XHuxf2Z
lnjjHx5fjivIdIn0K3JVCp+61qRSSHQpV7nGnDKL7xpOlU0yJ0SiXySqS6nd8dztylZktS9i
jfcuBYJxmuhGX5E5WXApxlcotEVkx6MazqttH5eDuSpNRp2HLKUJbJn3tet/cNZKU0Y5/FjG
LmYK2JmVsTjXYl7HQTSOv6CWQ+13t5ix+R92Duoky+T44Xx9s0/vGLxryS1BE7mOeLpbJf5R
fLhKxzo2tshYZ5++kPoV96xcp3oTivMlKpW/C05HN+Ci0rUo550qNx6nQoVh+Y4Qh9pLJxVB
dzhnXZdCHVkNJjxePdjtSRtOR9tMpo1R/wDuMcPndd8mJ4ucX1O39zzHC9qsRuz3z0kfl4KK
ZdfIccjaOmmOTokUsRknDtQqv1IacIUUITqQzyLTJP8AEkmVCMuMqEP+JX9Sbixf4t7mWGcP
BmXZTB1xex/Trli5nqezHzXUh0ZS+tBc7lpKKJ+5apcqqkfoUVdx0oVXkJxCrBGPFWPYqJte
2p+N6+pDpki6l6Q0T8ahlV79/MazdGY/08n2770F3tPB7r/KJpyhJieSmNFhPSP+nWB9xl52
HyJJ+Zb7mK2Yr9BNlXQfapU7ipDFImtrnmPlKR9xVWJVEyFYkjK1yltjte4+x03P6PyrakKp
7fwc0dxZOq3KSuqHPN9OhU5RwUui42256DSvtPA27sr+haMd2ZLgfxy4VPuVKihMWCtv6kOh
K+5P83BVE/sQrcktepVUTJdGN4/kl6CrKf5I7p9q3NjmbnfHt7pb9e7wObug0iWpf6FhrFV5
MOFuUVWe6CFFRprdwTipgh0Gm5FjNXYS3HBU5Wwn9xRQUepLsjuhsrZ1jcSTjgx/pNP48t2L
H5K5bwdrV6oc/lubCnfcpPqRc4RBRSQ1XcSz/HYSxpPIu5S7jpew3ipcHRXFDpuUQlBVOVcs
Rl+J7bkZaWIKHuVrE+gpdOhjlfGa80Ixpxo/LVtuiHLbU0JdClh0HC8uSXhCimVCcn7vMrT1
KS2PJY+7H+PtIwlTdHclCE4a5O5XVmS79SdyqSc0K7EJeZNY2limlblbIW1nQWS9WLP9TseV
VbHRYxTHeBNOcncrHqQL9StyqJxVOpCuVUSQ1K6kR5EMjH7HbN9hyvIiIXQf6CyaqdSouZPe
oSosv/qVquS5UlW0qWVE5PanVjxj7oTWXu/Yj5aTZj8tcscHE7l56Es6lBKKGOKUJJE76xsT
il3DxdW7HuweK5ckWVhcO5QoQ0yBNXmp3U7llAiHTYzxuNNSrR1MXlTGsyLPGq6C+SO5Wy//
AJnfgo4fKKqpMVZK33OPMsQi0D5RLqTFGLLGrx4O5ryO7fgrctDLS2VILDcUK/qPtsrFVXke
LvFSE6LYc7bOhNvOhllNIdDutFmTKRHO52ZVlbjW1lp/EZUc16aT90Y0gXhkrUaV1UljTtpL
2I3QxqO5jxWzseVBzUamZKukj7XWkMfxt1xZRpp7obdfiy/HjFkqzIIdIE3XqUsSlD3G8lP8
BZJ+aE0iB4vk7XVEpzjyNxM2Zz0FwjmRZKxRkscDQllZn9TCzdUuB5LesEKmS3Gsl6nc96JC
xVHuQ7jfbTkWUDy2S0Y0rlSEqibVydtxNP0+i8sEk1U9xQ4aHlKE06zUeTjtSg+RTSXT1Hj9
iNyNxNjUHdtVNIooghru6Dy+JJYusEfIvMlehH6FVS5Kszt+RPoycPudmcyqSI7t0UurSf08
qu1Sca/E3ZCcEbna029hImKlLEDI3/iNNzSiGndWO10y5Z2N25HP442bImpWsFS1TNbSo++O
jGuGTKY2lXoiVKX7HamzvyV19GrKrHzoLthLdCnBXrQyWOOKbs4IxgeLu3czdqjbJRJUVYky
q2nsXlq5K0nFSzaSYoVVNhJlcU/Q/wBNe3hCbUP9SNHWmVoP6mPqXOpNh7kkKzIZKITrJMUH
Ybg7Upy5O3B92bO1UyV0dSthdypsTtuPLZLV5YqV0LNHJ1JyUY3rKIXhgpr7blm4K0/QjSXS
BQOFeBpnE0HuOPsLncqZd345WSMc8HR6dCUqdB0f2FKfAryMknV0mTte1GuUUpjT1RKuUUI/
dk7EKpVDTVyYUnCIWw1g5y6QQvd8j45Jj38ndivcTjdXQsZh7ol4uFyPHOztNiEoW658E77i
cKgsu1FF4p8MC6FLkNMadCTHLlQdGbE9CTudyYLRA/ib8iG7EIhk40G5K+hGnmStFwSl7lZn
E2XUeDtI1l6ELcr6DyT8kQV0iTtwV9xZd3mhNkt0JwoxZTL3RMWI5oPHN90jXonO3iXi6fS7
lZXK1TMc9p0R5o8i/rsc6eZi04yhSQ1M7onIlWJFwNPwS3r3K26FF4ErxuN4/lsLva6lPBSi
IVWTlrdDzTJtJKclfGihX61RPBeY09nJaoo2uTJNzoUPIuLFtw1ySqp7ko9uvXwdPB27Pcfu
/KsEKpCRYoTsSUsTd6VKIppCTljboxOSY+tGVGvDHha5Mlwyd+CdiNuR9SW9ZbMVSiqQQQVY
2qnkdNYVWcaWfqVT+xQq4ZG3JO5GKmux7l2rchE/vpU6lXBRTPgf1ZG+fDyT4W+aiZEUGkQW
ODkpfgU2Uyp5E1vpLuTMQdvJKsybFNG5iTktBCVCReClXrBGntuS2ftpUpUn9PqTBZjihXWX
Yp4X1Fn6FTocj2N3BZnUjgkh00nZuhH6nDRGSGocckJw+NJtyKPDBDujtwp+4u6qKZKq5ITO
WeYyWWII0gfgqdPFQqcoatJVl9GiYK0KVPdQo9MovRkOhex5D0oyq+2lX6kZNJqzOolwUVOS
FcqnO4sXWH1Rln8ahKuW45stxqaM8vB3ZuEhr47bOC1MtzubXe7k908CaidkUVbuxR14aJyU
QJ8cl1U7ZJZOx5kjX05KlGWko9KlCJIelbEKqEok7rTRyTdOpReZCIIRKTb3OnJaTjoXqSom
koTX6DmvEFo6ndZvkeb3FP5ZyS6ZOsFE3wVoyjqVPa1l1dEe6ztCoN50S2ZWUthukEQKVYSw
xTXU92EdZZXKHleWRhmm+ZFOUeo8rR+JDuQVRQdK6xrHjv8AoRdFtLlKwVJVWRAsWlDuN4VJ
aiCtju4PMp56MabqQUHWo9x+6G4O3K8Erc9xim6Ix+LG/wDbEx+N0ShCSVkJMgpsVySUW3ZF
sMb+osuLIbbiaQRdna1BCHO53K3UrSBErySiRTfErD6FcV9z8P1PxbksxvxW+nCeliUhHu3p
J23nfRpmWL2Q0tiHsQ/NFK6OaEJ1RJP7kiiJSkSdMldEiixl3Ozp9xfIvX0OzKmSo9H1MsG2
8krUG2r0nYSnzKEfyk4+pOTuTstiIJmnBLr3cHuVF9xQjoj/AE8q8MdBSoaJv03Jypih49Yn
69CNITFBSh3bEEY0fDLlHD3O17qomt5OpP6nJ+2kq+5evBLPMjhC+TF+7deR3Y15Ogs8aZK7
Iyo0d+Ht3yUl1liv5qIeMRkh5bu5OTl3KFd7ia/HkoXKehEVIdxNUK0F+hC2udyryhPYrjV7
yycHUeE1ZlColLr1xxJJ8cqr4JdCVX6FdU6xyStitGisnfVK0uhjlMtTbqUKVK0Keh+0C3P4
bklyUY/3sXMep/hy/R6Qxp0WzO7F/wAR4xCd5HLtaENUqS1UW3BWglZK7KOUUUbVPbfkWXdO
Qu51fU9rbY4EovQ7kp8iykXuVTZ48kZL1O/F14kbmjX/AI/QUepTGUnXqLHLH25UlbH+m+7/
AAsjPF4686Qmm/C0ydhvfgjsh7CxdMVY7VY8xrgauWUIm/mfwJdDkq4Ooo6EOzrK2ZGajJfq
UuN4usEZqH1KTOzJX2OSwljj3ReSlnchvpBFy8dCN+SYlEpwuCj8yZhkOeheUyXUh/qQlTgc
3KOBqtr/AEZeKfoT8ftyVUl+Jj3LzaqjtyXa+qKOhGn+mu5bpjyxWeGW7TG18iyjbIqvtbwN
OqG1Z2gh2ej7qpjaVG6Dmo2tyx/vJJ/TThFLkfqRk21sLKK2oJnBPck+BR+w+yjdhY/LLzW+
xH4yOsoTThcHAq+ruSlU8ryON9j2v2l4cTA3lkmtke78uRT7ltA3sTElEl1Jxy+5VGXMcdcf
8Ws7l9aeCMkmS8a9JFDccFL7EpSnMxsd7XaN50W7j/xEsLt3Tesv7Cr2y90TKI2G0paIZwJ2
ig03UTTo+hJW+lP1JKsnRMeHyZQqQLJVxdvUczTZDSwmN22f6Xxxyqf/ACO5vtW+Lig3ljOe
xLf40gjJSuSUpQ3shJ06kK47plJ8i0I7sXG3Ise6M2rCceZWiIxszoOFPQbzUotdGTivguR4
6aw3fY7XQeKyam4sb/4iJlck0kWaXdF8RLLGFt0Z2t9y209sQ15jyhxylQjgiKo/c6qx0+5X
bSUJkqqOmn9kKLi+PP8AlSjeRZY/Jkp2TRVvJ+Z3YqGNq/A88k28VMbDaX5VghEN14JTh8EK
xGX33JumTFuD2uCGn5smq4Ylm4mzEsWnyKjkXtcbcE26GxTYdbL60ZOHDf2O55yrqNvDGxDs
RcoNKnkLFr1Hg4uRi6P+A92ZKO0nNzWh56ULXOnI1sc/qdSazwUJ6Cxys7MTxc6vGzyTX3Oz
5FMK/QWWFn+hNn0FjluU4JVxdyoqQPgmINhtOHxsJJ/jsRZ8l+5rkSSSXAuBLkdCNafQpqsm
4i/kezfw2kfhvx+gm0ilPI5I/GHBO2xLIWkSWKblPU66UN6WO3KXDv0JxtpI+7FNxc7PkjLq
OEodjqtzHF77lh0P3JS0o7kqjJVyUr7EvYc1JaktTc7Y1p9OnMMjwtq4u46E2IIZH6EKkvTu
/vMfDqvUUkbD2431YuUTPmf8CSbwdyVi8ORY5OmQmrPX3rpI1Ht/lVLSOLo6kZW2Hlpyt9KP
yOj3oTkpy8yVk6bF6blyroSn6Fvd9Cnibi5Pi7XWfx9BNOJVtiHrQ5JflQjcxi5D2uQSid+C
w+o0l6k/odznXglHulPoY/F8tcH+OW/b/iImU7atZKUzLPGuPU7sa+YnuLF7lym57fUT3G3V
opjYlRi+h78pT4oJY4r/AJnVkJk5Mma/TWk/Q9tIqiqhouTrTTkSZ3wq3OhTY6kQeRHBB5cF
BdCp5nDQsMrOgvja7sE46ndhXHrq8XZqBtOcXVbHfNXsKltzHFqj3E7/AKFoHinROw1YcXf6
HJFOpy9kNRM7DbSoRzpX6tTppK1oQrtfQ6ia2/iPoUI/U/jpK0jSbEpEqkFdiFRENe50ko28
ZrjPQ78VOKvyd+KmaohppkZJNPkq08Nh5p02RC2EnXGbFHeo3EtkNFkptBDrBGKu4mmnPUjb
c8tK+Kng6+CmxXTgqUJuU16adCltIdVshuPbk6FCLFKFbkfoUPI5LStjrp0KP0PLYTTjE4yy
pljsxdj7f8GxaPk3O1v0O3JVv/mMo/FOlVYqqFLEzK4FFCb9RJ7EFUilGUJImm/ikX0aeo/B
L1k6aVI1kjdOV/8AI7YqqH+86FyVU3J30vG55nXWCr9CJa4MV8i9r/mP6mHnJGSJT3uh/Hmq
tXMni3TYr9hZ4O/Ini4gxecVWxOw2SkTKRCuQ55Hx9adfIjWNtJIJ2GJydfB52Z/Uxf5OtNx
E86VutxJldipsT+mjKlfQoKT+nk5xMfjT78E6VvIvkx9s+sQPDKw8l+J3Nzjvid2FJR25Ywr
TH/kd2MeqEnLxW3AsMsZVpJVBvca3FSKFbXHTbxyRv8AST1b40S20/hrShDqWKKpDRFJT3Hi
9iNi1y/ppXaxXYnVV+3gsylCHVfqYvHJ+joLt9uUdKNCwzqnSScXTgibHbninPJlFcVZFKZ9
RNJLPZxQhpSrs9t+pMQUS9SH/NQjwx9SeB6vVC1tKLRrfT+pioe5BQrUTsIt6lyxVSUqL9iL
LS5BDsJZVxE8XE0Te0ix7llk0m4av/6R4OuEpV4Z3418qibryc48H9TChEepcnfSMa8w7Ccj
rdfQn6Uc+KHZW8dNXi7Mfa3DqiToyuxaOh/Al6UK3ZBJ10rpT7M7ckvPcSTqnfcWbpnH/adu
NrwxvG7uiVcjYlfYS0as0SqMjKo+Ejp/sFDqU8c8E608EkP7na1XmxG6KjVKCrJIuOSkM6HP
TWvppcl+hP6l5yMWrJn9TFJZWavb/wBhMw9mdnyKioshNEOx3Y2GifuOJUCaVh5dPpU8VfGj
ppXwVKFTkhKhWwskualqPT+JT1KHbBU5HSuwtlrTStyPsupET5nUTwyeMcCfcp3g7c6/G93s
KFTnWuK8yO1PmhRROjX06eGvjoTAp8HTTgqUoS3BDZHA1Do2NRYdPuV++jmk6V2L30pUqtJ2
KlxJ0W7OpSj4E8XXcWOeSiL9RKZTKPwyh/7dJzrUgoJ80Y+ye16Xgla0I0UFCeCDlEE1gmdZ
TgxwyaatO6FEPklV8L8Twaps/wDY6eCS3guSSfsZ45XSf7DW5/DS9yJPM68iZuzrwRdrRq65
sf2ekpnUrXqTPocPZkKllMiWLqcPjS+j8LfxttPZbCfyX6+KV4afQcXKj6awqaU0rbSGtG1R
kxR2ZPhorlFa5F1yOacHJQu/2KXJTknYdS5VUI2LFXEWYk8ks0r7mKbjJ6v6FdaaTHh6eNyM
8/BbToSipXSXsRkpHg9mV0qxvgjgmYy4JX6F440hUW5Sq04y2PLYi5Qp+RLJKCeThq0CWbbm
z4KudGNf7ZHikoSQ9F8mMy714/8ASPF0aYiSFYpclO5YgqTvp0IVjyKXGn6ENi2aG+SUTuLu
sPDOmOzKsb2iR8yJO5b6FPBXRfW+TKZWcQuI8diCo88VKbktBOnQZQ6bFyZpxp/HToRJNzYT
SodSpGwu2/BfzODJd10f/9k=</binary>
 <binary id="i_045.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Rf+RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDUAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfagAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWxAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AKUQ8wANY3CSkHke3t5D/vykWtcH
S6HA6Adx/qFE0uJ1b7T3KSmziMfkWNqpaX2u/MHbxLv3W/yvzEfI+x1j08dxycqYJYR6Qd+4
1wl2RZ/Jo/7dsVOrHssotechuDTWdluU9xA2n+ep2N/TZO9v0qqloYN2Rdj2D6tsbQA/07eo
ZQBudp/gKPd9mb+5+ekpFdh5GPQMjqFRxm2iW1B03vP/AAWPtc7+3d6TGJGuqob2VwY5dqdR
I1/eRaOhZOJVZl9QudkZjnw9weXTT+eXuf7m+9K4udAA+mAHADQOPaElNnrO0Mo01cQSPgxr
VQYAGuECd3Cv9aAdk0ViNHWBnPYNVNrYAgQQdfCYH0klMgwQBEHnt9yuNpxBta5wL3Ha4ae0
kbg9zf8ARqAq9zfbrwQeJ5TZGFW9znsea9wYx0CZ9MlzH/vbmy//AK2kpsU4FoIL3tsDdHGJ
7+3bG3a57fpIeW2qsOq9M7nNJDgPZr+/cfaz+UpdPbF73VepZSGTLtZefzmD/q/31YY64S+1
8QSGtsa0EO/s7WOY9v0Pz0lOfVZScesMbuYBBeB7SRA+krVb2gGpzJkgbolByMtmU4fpGhwD
muZuAiD9Fv0VYx2vDay4tIMObtB/d1ku+l/ISU//0J/Zqgz2NPcbjr/a/tINoY32N00MhbDm
NLYe2dIJmPPssrqYZT7nNMGNvgSfNJTVuortg3Ob6VbdA+fotPqFg+l/OfvrXwqKKMp7ul1s
DMwtsrbY91WjRtupDWhzXfZ3u/m2fpFWw+lW5FL32Hda9hIcQQGkj2VtapZN9mDilhosvdeK
7McUwXB7m+le3Y4e783e1n6b89JTq5FjxR6tzwbGH0vSbrXv3OY924/pHv2j09v+C3vWR093
qyBLi2wMnTmQR/0Vc6r9t/ZePbl1jHyDlYuxpsFha4uO5rtrWtbs/wA9N06lmN1HJrBBqba6
wiPzvb3+b0lLdddBrdW4tJL3D4lwa7lUsdzvUDWE6fSJ5Jj6O130Ve6uGWUU7myQwO17S5/9
6p0vFZDg3Vo9o8PDd+c7lySm62qy+8NrcWDkmJgx+7/ZVrF6a0tFuT6mQ9xLgy4bQ3w/QM/7
8sIvvpyrc22XVthz3klo2j8xu3bu3t9jdv0FpdOz8TMxfXNoxyx+wt2veJgODXvc93u1SU6T
8VzmlrXPrZt2isfzYbG3axjQNn+cgnFaKnUvY6yv6ID4I2g87W7Wt/rfTQftGF3yWuPiKnGP
uUzZiuMOcdPcYosP5UlIKelY7D7WFoABaJ00Orf7SvPJ9RnuAa33EEamfo6oArwXOkOe0nWG
0P4/tIjBi7g1vqknTSjXw3f9JJT/AP/R29o8NVnPa7qGXkNsZ6+JhOFbamHbZ6unrW7foW+3
8z9xatbHAHdoB9xWXjNN3UsyylprsbZtryB9Fz2AbqMgf2v0diSnTdaywUGp/wCje4bANBtD
SdobptVHrbnN6VmelaRdiOqyB6ftsrO4OaHPZ/Ie91e33+mh2Xvr6pi+0M9d1jXB2uy3b9H/
AIt/0ke+qp3R8ujVzXU3Gx7tXGyHOtst/wCE9Vv+taSnneq/WDI6lj4VL27XY7hbc8aG20e1
jtv5m1h/7eW0572ZbaXbRY4CyyOBvLrPT/7be1cbjNNuyTrY5oHlMBdYx5vyH5T4Y121m7WZ
rHpv/k/zjXpKbvUXA1MYyCRUwie3vKqQ1tZe0EmJB8/6oV/qLf0YDme5zGk/BpkaKgx3vcGy
7bBd5fCJSU182m79n3lwL3vOjfj/ACf81E+q9+GzBfTkXGgWWF0bi3eAxrHMftCt23enBElw
1Bcsi2j08um11mxgsD3t7HXlqSnr/TZ6hO0SRBEnbB/kfQTgVhse2GmQdxJn+Ud3/QVJ9t7w
5mTSbK3Q1sNADv5ThY/87/i0LNtxMYMaMamHna0kDaXd2Nhv5qSm/DXP2ltb2PO60OeXGfzf
YT/0foIjmlz3OLG7yWh24aFoP0dFjN6g0fRxaQRp9DXlMzOxXOh2NUCdODOn8qUlP//S1P2g
xos3uFgY6CWAN0A3n6Jd4pdDrP7OZaRD8pz8hwBn+cduH/RWGy2TaGzD2xxwNNY/qsW5hfq/
TsSnKLHPFTTLSXECImn0GmxzUlND6x3u/aODTDmOoPrG7ke4+nXDf5Pu3qxlX7Ol9TD5Iqpf
YDPa4bWt/wA5yqfWaw1X4lkNdZTU8vDTIFe4Oqkuax+7+QmznOHTPsLpOT1Fpu2T9BrdrqGE
fSd7R+k/4VJTy+PuZYw87YI+Wq6TBL3Y4tdMXWF4k6NDnOdtY0fvveqGF9Xsy7dv2U7SAQ/h
2vvcws3fRb9Bbj9tWQ6oOAaNhA59v5vO53vZtSUmaytjq7B9ItlzSYA3JXWEVPDWAkCY4Pmk
AXWFwHuI2iBEd2/9FVc3IxSNhtY5wdLGtO4l8+122tJSC/NZ6h3Nd3Hbw7bkG2xlprftLdj2
B0gEfSn82UrXWPYx7iHN3c/LwQwSGkE8Obqfjqkp7E0vLQCWkAAAbROh/eef3v5KGLmWvsxL
Whzq2vcWkc7RG5jG/wA07crrK3uAhsggET9/uVV7QMy4tkEVOBiAJJk8Dduckp5Jhc5ggkkg
mfn9JEqJDz+cBEeSFSNsCYjsjY7ZeT27g8lJT//Tz63lr5/NkT8D4q59XcxlOSRc7a8tdULX
T7BWNzGwfa5ljPZ7lTa0tcNwnd4/9FSj0sqi1jm+o5xY5jtZ26ts9NJTf6z0v1czGymveca4
tqzLLCT7Q71pdv8Ads9Nuz6KHXuznv6o4R9se+vHHBbj0j0m7f6znLW+y25+JbjXbr7LAW3W
EtDann3MZW10M3s9j9n/AIIhYmI6vcLWiKNlFUCG+yfXfXPu99jklMcNllb30l20vaS0n3CB
DZY4/H6Fv83/AMIqWTbsc7ILyW3CKgdSNhc2s7vzt/vetDqNgx6K2tJ3PftDm6ESC2yz/Ncs
Xq2RY7K9MaMqZHz8klNh9Wd1TFONgw17tpv920ua8bT73fm+z6Cv41fS8JxwsfGF+VVDb7XA
hjXCXRW36Vn9ZUegPyKab86r9LjU7HZlJBLocXs9fGs+iz0fpWVP9ljFvU14ljxmY59T1tS4
EFpdxv1/OSUzdjNdjmm+mn07YL2sBa4922N/qT7dv0Fz3UMc4VtmOxwuLHVkWaNJYSHN3f8A
UrarGVdTW52TvrY9w9Xa5rniR6TWt+l6nq76lmdVfiYHV/Tz95rtDbNzCPa0mNu33e2uPobU
lPY45jHYP5LfPsFm+37dkEalwI/BXse5j62urc11bhLHt4IP0dqzpsd1G5ghxIdAbqQIH/SS
U8swEOaCJEkT5/8AmSs41RkwNJ18EK7E6y3J2jEtbtlwAEyB/K+j3Sp6d1vLsj0LKQHhoB9o
GvP9X+Wkp//U5xmTax+7QEaaACUrLnm5l9p3PY4EEiBI/m2qH50T5GUStwDTXIcHEHXXVs7Y
MpKe9rzBT0iq2oNdYQGN36N3n3PfZr/KUrW2GxrywMreGy6x4b7nD+bDXe7fuXFs6pY0Cp8O
O7QyYA/O/RkLQ+2Yt2Hf0TqdltRtsbZiZbwCystO/Gtsbu/SVV++q/Z/gv8Ai0lOtm0fpnOs
c5jcWrVpHuDyXuc3b7f9Ht9q5QZtbmAOad8Q6CCCf++7l0WDmnqBu6V1Mmi4ltVZY+Yshzn4
TLmeo6yi1v6XDtt/M/Uv8FUqWd9VHUWl+NY/0tCA9of8t7Nv/UpKaGNkN9JglzYPIMa/mytH
D6k6ir0MZlYNpl5fMA+1gdtHt90epY9V29IyawC30rXaEMBc0j5uGz/pIn7OzKCbcik1NZJL
wQ4RG7RJTtZfXum9Oc2ql7eodTIgNYSamGPe6yxp21Nb/wBu/wBRcr1HJszMl2Ra/wBV7vpu
gAE/yf3WaKb80/YWYLWNqffabrS1oD3NP8xRa785jf57/riAKTte/wBRobX/AIQ66xp7fakp
6P6pdVLHfs214aHmcYv/ADXn8yNPbZ/1a7AUhz/UG0PjaTt90Tu2bgfo7l5YR7A5hLS7VpJ1
nvwu76BmP6h05lxaDkVRXZDg3dp7bLGlv0klOs9lg03NnzB/8kmbW57QLNjgBpH/AJks/Lza
KHe5rjdy1jXzP8vQ7Wbf+EVfDvzM0Fl1ldtczstbtJcOzH1Fj/6r0lP/1ef+y25OR6eHQ908
AAumOXfne1a+H9UM60g5lrMZh1LR73/1Tt/Rt/z12AxXNBa0MrboA0aAAfyWqT6KmD3v1J03
RtJ8C0pKcvp/1e6Xikvx8f7Te0z6txDnCOGidtbFeu6JTk+nZe1tbmatY1oJbu7P3fRd/wAW
iP3WtB9IWvaQCwOb6YPj79+2v+qz1EdjXRL9riPohm5sf1d5fuSU5931dwHvbdW442bW3bTm
0+1zCNarHVzsu9N3+k/wf6NFx3Z9tbPtdH2fIJcL3UvaajsP8/XbO+ujI+n6Tv07FcDLi0Ok
OB/NcNjh+CVtrMeo2WAwCGhoEuJP0a2x+8kpz2XYu/JrNfriuNlgeb3Wlx/Mp+js9v0ti5v6
0UZ5+z2WYzKaKtznGkl7WklvtyHNY3Y/b/Nf211jbqvbua2rfP6NpAA/6LVV+sGMXdJyxSyb
hUXNbJAc0e9+3817ms96Snz7ex1rn3lzQ90vI5+An2qxY6t9bK6/bQCT6Yl1hcf8I+Q1Crd6
fuAD9NAdWz/VTiy1xBLi3d9KNNP7KSmTnF7A1xgjQ9g0D6H8pdH9VMsY9WS1wIDavbr9JxPt
grmY1JA/2rT6O8+sGAkh3P8Ar+ckp1bA6y51p5eQX9pj6On/AFDVf6VVddkb2EtrbpY/wH+j
r/4b97/RqpXjuyLWUtkCwy53JgeC6LFZRS011HbVT7ZHG4/mbvzn/vpKf//W6i228Nc8te/X
aK6GgO/rB9+32pnuyDVLW+lbr7bH79D/AMI0bNyISWkEt2hx1J7f1uf+iotqYRNT4A0hpkan
d9H+Ukpq4tEvFuSwV3kkNBIJDf5NrIa5Xxa5ocWNL3DXaJkhVMqjeWi2whrTuNNYEujVs82b
kWjGusILwWtbqxzne7XwrZ7KNn9tJTc9astbrDHcEgg/+dLE67fZT1TprLNMW6wsc+QPc6JY
7d/wa2mC6rcXML9Pps1Lo72V/wCk/wCEasX62YIzcEVuZutpPr0akNJYR67XbfpObT7mf9cS
UnLqn1utxn+q0O1jkGY27fpNUqsuWupLgHgE7NstIAk+p9JrVzFX1gpqe+69jqslrnCtzBM8
bPbYd25zf31tYOL1bNqdbXaKqsuRZXc0kVtePe6st/nrd/8AmJKeS6li24mYW2srBvHr7az7
WixzttbZj6EIAEtGmh7/AO9XusMyrOoO+0M9KxkY5a3iaRt7f4Vzdtj0A4d5aK9jiSSA0c6D
ef8ANakpAD3mNe61Pq/WH5tpd9Gtkgk6akLL1LdB7TEOPHyK3fq80Gu1gkWWuBg6DYPbu3R9
Hc5JT0XS8doFuQSWgwDYOQD/AIKr/hLP3laOo0G1jPoVjhoP/VPd+c5O0tLGVs0Y0QxvmfpP
d/KQ7rm1uZUCDOsnTv8A9Ukp/9fsXgOPECeOVn5WU+nc0VbrLdGsq1e6NJP539v/AAauPdu5
Oo7jwVepno3OcysOFsl1pMv8fTeT7nV/6NJTHHyxW1rbK9v7zmGdf5X5yO/INm00OADdXOcS
I1+i1ntdu/4RVcq9xeAaw3TQke8/2h9FViWuiCQ1ur39vhvP539VJTdyet/ZyKQGOtdrue7a
0N/fP0XbWoF/VMO8fZ8qLKnBrhZWHD+U21n53s/koOXi2ZlbBRa2lxDgTY0EurI9uxz2P9Nu
/wCnvYs/IYzp1FOP9nNzZJrx22i222wjc46tZ6OM1/8AOv8AoJKT9Vb0+i+t1xAxLnH2tB2v
2+/c91bDY53uRM36xspqZXjzXURDY0ucI9tddP8AgP7X6RZVtfWc6ysdSD+n0Mcdn2djSxgc
IPqW7n7d30NytY/TMTGJbS7ZYZJdH6Q959d29JTSpGQbBfkgVNa4irGH0gT7t73A7n3On9I9
b3Tm2Pr9V1ZbBBZvdu4+P5qHjY+MH77GAudp6jjuI/tFaTGBsM27Rw1o/wBfakpzsyzHdf6N
3SaLKnmKHm4VueY3O2M2NTsyMPptRqtw7en0u1Fji2+vc7819rD6tTNPz/Ysb67YRpuw8xn0
bQ6t2nBZD27nH+uoYrus04nuyW2+oD+rZHvbsOuz9/c5JT0TLyLNpYIdEEQe/wDJ/kqlXYcj
qVlheSGu/RgEwGD2VaH27tvutQ+nZn+S31W014z6muDK6pDSSefd/hN7/d71PpVY99gMy4AF
3bb93ikp/9DqnOA0+9CdZtbMaDwEnREsB3aH5Kvk1ufWWse5p7lph2mo2kJKa92Tc5pLmtpD
tKw/d6jZGllzAH+n/mKtj5lbrfs9g/SVt0sboHEcxvVPJozaWNeQ3KL3CsPMtc0k7avV3Oe7
0Nz3er7lDLcyqz7Pgn9cp91ua/cWNI/nKK6mfo3N2+zb/o/9Jakp2Jcfa4CZBBHefzlzd37P
yusZFudkuZXW4V0s4cQ3+r9Bm5XG/WfQssx5yZgbDFe/hs7tz21u+mhYWFj01WO9Nr8+xxIt
taHVt1nbXTLXvd/Lckpv45bXRGCfWrI9lO6IaP8AhbR7nf13ozLHOI2mSIcwERpo5u1OyrHo
rGRm2Bz2+4veYazyrrb7Kmt/kqieqYeQWtZc5rKpHqNrcXvaSXbKg0exvu+kkp0txLQDEHSO
YR2ucWS7hp2kzqf6yqse5wHpUWOafoEgMH9r1Dub/mI9G4t91rXlvZn0Q4fyz7rUlNL6w4zs
1mI58HHxbC+4kwfdArbH8raqbr5tbDQ5jjAIdDp+j39q0uoZ+Pi4tjXE2OkOeT2k7dXO/Os+
hTUue9TFyLS+i9lZ/wBDc0tjy9UfnpKdCnGc7G3sk7XbJMbQ0Hc8aO+k5y0ul1hlIbMkO1/D
4rHrblsaG0Qa/wA5heDPwcP5X760emkUN9MuL3F3uLhGn8kN3t9v9ZJT/9n/7SAsUGhvdG9z
aG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAAOEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgra
HIxgH1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAA
AFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVu
Qml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9i
amMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnBy
b29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsA
OEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENw
dG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRD
Ym9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJv
b2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAA
AAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1Js
dAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAA
AAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAA
TGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVu
dEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90
dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxv
bmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAA
AAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAA
AAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhC
SU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBa
AAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////////
/////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////
////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAA
AAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklN
BAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAA
AAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH2AAAABQBpAF8AMAAyADQAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAEAAAAAAAAAAAAAAfYAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
EAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAA
AFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRs
b25nAAAB9gAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3Ns
aWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xp
Y2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAA
AEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAA
AAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfYAAAADdXJs
VEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRU
YWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAA
AQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJ
dmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9y
VHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25n
AAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAL
cmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAA
AAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4QklNBAwAAAAAFuAAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAA
FsQAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwR
CwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwB
DQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAA
AAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUH
BggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRai
soMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3
R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPB
UtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSV
xNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AKUQ8wANY3CS
kHke3t5D/vykWtcHS6HA6Adx/qFE0uJ1b7T3KSmziMfkWNqpaX2u/MHbxLv3W/yvzEfI+x1j
08dxycqYJYR6Qd+41wl2RZ/Jo/7dsVOrHssotechuDTWdluU9xA2n+ep2N/TZO9v0qqloYN2
Rdj2D6tsbQA/07eoZQBudp/gKPd9mb+5+ekpFdh5GPQMjqFRxm2iW1B03vP/AAWPtc7+3d6T
GJGuqob2VwY5dqdRI1/eRaOhZOJVZl9QudkZjnw9weXTT+eXuf7m+9K4udAA+mAHADQOPaEl
NnrO0Mo01cQSPgxrVQYAGuECd3Cv9aAdk0ViNHWBnPYNVNrYAgQQdfCYH0klMgwQBEHnt9yu
NpxBta5wL3Ha4ae0kbg9zf8ARqAq9zfbrwQeJ5TZGFW9znsea9wYx0CZ9MlzH/vbmy//AK2k
psU4FoIL3tsDdHGJ7+3bG3a57fpIeW2qsOq9M7nNJDgPZr+/cfaz+UpdPbF73VepZSGTLtZe
fzmD/q/31YY64S+18QSGtsa0EO/s7WOY9v0Pz0lOfVZScesMbuYBBeB7SRA+krVb2gGpzJkg
bolByMtmU4fpGhwDmuZuAiD9Fv0VYx2vDay4tIMObtB/d1ku+l/ISU//0J/Zqgz2NPcbjr/a
/tINoY32N00MhbDmNLYe2dIJmPPssrqYZT7nNMGNvgSfNJTVuortg3Ob6VbdA+fotPqFg+l/
OfvrXwqKKMp7ul1sDMwtsrbY91WjRtupDWhzXfZ3u/m2fpFWw+lW5FL32Hda9hIcQQGkj2Vt
apZN9mDilhosvdeK7McUwXB7m+le3Y4e783e1n6b89JTq5FjxR6tzwbGH0vSbrXv3OY924/p
Hv2j09v+C3vWR093qyBLi2wMnTmQR/0Vc6r9t/ZePbl1jHyDlYuxpsFha4uO5rtrWtbs/wA9
N06lmN1HJrBBqba6wiPzvb3+b0lLdddBrdW4tJL3D4lwa7lUsdzvUDWE6fSJ5Jj6O130Ve6u
GWUU7myQwO17S5/96p0vFZDg3Vo9o8PDd+c7lySm62qy+8NrcWDkmJgx+7/ZVrF6a0tFuT6m
Q9xLgy4bQ3w/QM/78sIvvpyrc22XVthz3klo2j8xu3bu3t9jdv0FpdOz8TMxfXNoxyx+wt2v
eJgODXvc93u1SU6T8VzmlrXPrZt2isfzYbG3axjQNn+cgnFaKnUvY6yv6ID4I2g87W7Wt/rf
TQftGF3yWuPiKnGPuUzZiuMOcdPcYosP5UlIKelY7D7WFoABaJ00Orf7SvPJ9RnuAa33EEam
fo6oArwXOkOe0nWG0P4/tIjBi7g1vqknTSjXw3f9JJT/AP/R29o8NVnPa7qGXkNsZ6+JhOFb
amHbZ6unrW7foW+38z9xatbHAHdoB9xWXjNN3UsyylprsbZtryB9Fz2AbqMgf2v0diSnTday
wUGp/wCje4bANBtDSdobptVHrbnN6VmelaRdiOqyB6ftsrO4OaHPZ/Ie91e33+mh2Xvr6pi+
0M9d1jXB2uy3b9H/AIt/0ke+qp3R8ujVzXU3Gx7tXGyHOtst/wCE9Vv+taSnneq/WDI6lj4V
L27XY7hbc8aG20e1jtv5m1h/7eW0572ZbaXbRY4CyyOBvLrPT/7be1cbjNNuyTrY5oHlMBdY
x5vyH5T4Y121m7WZrHpv/k/zjXpKbvUXA1MYyCRUwie3vKqQ1tZe0EmJB8/6oV/qLf0YDme5
zGk/BpkaKgx3vcGy7bBd5fCJSU182m79n3lwL3vOjfj/ACf81E+q9+GzBfTkXGgWWF0bi3eA
xrHMftCt23enBElw1Bcsi2j08um11mxgsD3t7HXlqSnr/TZ6hO0SRBEnbB/kfQTgVhse2GmQ
dxJn+Ud3/QVJ9t7w5mTSbK3Q1sNADv5ThY/87/i0LNtxMYMaMamHna0kDaXd2Nhv5qSm/DXP
2ltb2PO60OeXGfzfYT/0foIjmlz3OLG7yWh24aFoP0dFjN6g0fRxaQRp9DXlMzOxXOh2NUCd
ODOn8qUlP//S1P2gxos3uFgY6CWAN0A3n6Jd4pdDrP7OZaRD8pz8hwBn+cduH/RWGy2TaGzD
2xxwNNY/qsW5hfq/TsSnKLHPFTTLSXECImn0GmxzUlND6x3u/aODTDmOoPrG7ke4+nXDf5Pu
3qxlX7Ol9TD5IqpfYDPa4bWt/wA5yqfWaw1X4lkNdZTU8vDTIFe4Oqkuax+7+QmznOHTPsLp
OT1Fpu2T9BrdrqGEfSd7R+k/4VJTy+PuZYw87YI+Wq6TBL3Y4tdMXWF4k6NDnOdtY0fvveqG
F9Xsy7dv2U7SAQ/h2vvcws3fRb9Bbj9tWQ6oOAaNhA59v5vO53vZtSUmaytjq7B9ItlzSYA3
JXWEVPDWAkCY4PmkAXWFwHuI2iBEd2/9FVc3IxSNhtY5wdLGtO4l8+122tJSC/NZ6h3Nd3Hb
w7bkG2xlprftLdj2B0gEfSn82UrXWPYx7iHN3c/LwQwSGkE8Obqfjqkp7E0vLQCWkAAAbROh
/eef3v5KGLmWvsxLWhzq2vcWkc7RG5jG/wA07crrK3uAhsggET9/uVV7QMy4tkEVOBiAJJk8
Dduckp5Jhc5ggkkgmfn9JEqJDz+cBEeSFSNsCYjsjY7ZeT27g8lJT//Tz63lr5/NkT8D4q59
XcxlOSRc7a8tdULXT7BWNzGwfa5ljPZ7lTa0tcNwnd4/9FSj0sqi1jm+o5xY5jtZ26ts9NJT
f6z0v1czGymveca4tqzLLCT7Q71pdv8Ads9Nuz6KHXuznv6o4R9se+vHHBbj0j0m7f6znLW+
y25+JbjXbr7LAW3WEtDann3MZW10M3s9j9n/AIIhYmI6vcLWiKNlFUCG+yfXfXPu99jklMcN
llb30l20vaS0n3CBDZY4/H6Fv83/AMIqWTbsc7ILyW3CKgdSNhc2s7vzt/vetDqNgx6K2tJ3
PftDm6ESC2yz/NcsXq2RY7K9MaMqZHz8klNh9Wd1TFONgw17tpv920ua8bT73fm+z6Cv41fS
8JxwsfGF+VVDb7XAhjXCXRW36Vn9ZUegPyKab86r9LjU7HZlJBLocXs9fGs+iz0fpWVP9ljF
vU14ljxmY59T1tS4EFpdxv1/OSUzdjNdjmm+mn07YL2sBa4922N/qT7dv0Fz3UMc4VtmOxwu
LHVkWaNJYSHN3f8AUrarGVdTW52TvrY9w9Xa5rniR6TWt+l6nq76lmdVfiYHV/Tz95rtDbNz
CPa0mNu33e2uPobUlPY45jHYP5LfPsFm+37dkEalwI/BXse5j62urc11bhLHt4IP0dqzpsd1
G5ghxIdAbqQIH/SSU8swEOaCJEkT5/8AmSs41RkwNJ18EK7E6y3J2jEtbtlwAEyB/K+j3Sp6
d1vLsj0LKQHhoB9oGvP9X+Wkp//U5xmTax+7QEaaACUrLnm5l9p3PY4EEiBI/m2qH50T5GUS
twDTXIcHEHXXVs7YMpKe9rzBT0iq2oNdYQGN36N3n3PfZr/KUrW2GxrywMreGy6x4b7nD+bD
Xe7fuXFs6pY0Cp8OO7QyYA/O/RkLQ+2Yt2Hf0TqdltRtsbZiZbwCystO/Gtsbu/SVV++q/Z/
gv8Ai0lOtm0fpnOsc5jcWrVpHuDyXuc3b7f9Ht9q5QZtbmAOad8Q6CCCf++7l0WDmnqBu6V1
Mmi4ltVZY+Yshzn4TLmeo6yi1v6XDtt/M/Uv8FUqWd9VHUWl+NY/0tCA9of8t7Nv/UpKaGNk
N9JglzYPIMa/mytHD6k6ir0MZlYNpl5fMA+1gdtHt90epY9V29IyawC30rXaEMBc0j5uGz/p
In7OzKCbcik1NZJLwQ4RG7RJTtZfXum9Oc2ql7eodTIgNYSamGPe6yxp21Nb/wBu/wBRcr1H
JszMl2Ra/wBV7vpugAE/yf3WaKb80/YWYLWNqffabrS1oD3NP8xRa785jf57/riAKTte/wBR
obX/AIQ66xp7fakp6P6pdVLHfs214aHmcYv/ADXn8yNPbZ/1a7AUhz/UG0PjaTt90Tu2bgfo
7l5YR7A5hLS7VpJ1nvwu76BmP6h05lxaDkVRXZDg3dp7bLGlv0klOs9lg03NnzB/8kmbW57Q
LNjgBpH/AJks/LzaKHe5rjdy1jXzP8vQ7Wbf+EVfDvzM0Fl1ldtczstbtJcOzH1Fj/6r0lP/
1ef+y25OR6eHQ908AAumOXfne1a+H9UM60g5lrMZh1LR73/1Tt/Rt/z12AxXNBa0MrboA0aA
AfyWqT6KmD3v1J03RtJ8C0pKcvp/1e6Xikvx8f7Te0z6txDnCOGidtbFeu6JTk+nZe1tbmat
Y1oJbu7P3fRd/wAWiP3WtB9IWvaQCwOb6YPj79+2v+qz1EdjXRL9riPohm5sf1d5fuSU5931
dwHvbdW442bW3bTm0+1zCNarHVzsu9N3+k/wf6NFx3Z9tbPtdH2fIJcL3UvaajsP8/XbO+uj
I+n6Tv07FcDLi0OkOB/NcNjh+CVtrMeo2WAwCGhoEuJP0a2x+8kpz2XYu/JrNfriuNlgeb3W
lx/Mp+js9v0ti5v60UZ5+z2WYzKaKtznGkl7WklvtyHNY3Y/b/Nf211jbqvbua2rfP6NpAA/
6LVV+sGMXdJyxSybhUXNbJAc0e9+3817ms96Snz7ex1rn3lzQ90vI5+An2qxY6t9bK6/bQCT
6Yl1hcf8I+Q1Crd6fuAD9NAdWz/VTiy1xBLi3d9KNNP7KSmTnF7A1xgjQ9g0D6H8pdH9VMsY
9WS1wIDavbr9JxPtgrmY1JA/2rT6O8+sGAkh3P8Ar+ckp1bA6y51p5eQX9pj6On/AFDVf6VV
ddkb2EtrbpY/wH+jr/4b97/RqpXjuyLWUtkCwy53JgeC6LFZRS011HbVT7ZHG4/mbvzn/vpK
f//W6i228Nc8te/XaK6GgO/rB9+32pnuyDVLW+lbr7bH79D/AMI0bNyISWkEt2hx1J7f1uf+
iotqYRNT4A0hpkand9H+Ukpq4tEvFuSwV3kkNBIJDf5NrIa5Xxa5ocWNL3DXaJkhVMqjeWi2
whrTuNNYEujVs82bkWjGusILwWtbqxzne7XwrZ7KNn9tJTc9astbrDHcEgg/+dLE67fZT1Tp
rLNMW6wsc+QPc6JY7d/wa2mC6rcXML9Pps1Lo72V/wCk/wCEasX62YIzcEVuZutpPr0akNJY
R67XbfpObT7mf9cSUnLqn1utxn+q0O1jkGY27fpNUqsuWupLgHgE7NstIAk+p9JrVzFX1gpq
e+69jqslrnCtzBM8bPbYd25zf31tYOL1bNqdbXaKqsuRZXc0kVtePe6st/nrd/8AmJKeS6li
24mYW2srBvHr7az7WixzttbZj6EIAEtGmh7/AO9XusMyrOoO+0M9KxkY5a3iaRt7f4Vzdtj0
A4d5aK9jiSSA0c6Def8ANakpAD3mNe61Pq/WH5tpd9Gtkgk6akLL1LdB7TEOPHyK3fq80Gu1
gkWWuBg6DYPbu3R9Hc5JT0XS8doFuQSWgwDYOQD/AIKr/hLP3laOo0G1jPoVjhoP/VPd+c5O
0tLGVs0Y0QxvmfpPd/KQ7rm1uZUCDOsnTv8A9Ukp/9fsXgOPECeOVn5WU+nc0VbrLdGsq1e6
NJP539v/AAauPdu5Oo7jwVepno3OcysOFsl1pMv8fTeT7nV/6NJTHHyxW1rbK9v7zmGdf5X5
yO/INm00OADdXOcSI1+i1ntdu/4RVcq9xeAaw3TQke8/2h9FViWuiCQ1ur39vhvP539VJTdy
et/ZyKQGOtdrue7a0N/fP0XbWoF/VMO8fZ8qLKnBrhZWHD+U21n53s/koOXi2ZlbBRa2lxDg
TY0EurI9uxz2P9Nu/wCnvYs/IYzp1FOP9nNzZJrx22i222wjc46tZ6OM1/8AOv8AoJKT9Vb0
+i+t1xAxLnH2tB2v2+/c91bDY53uRM36xspqZXjzXURDY0ucI9tddP8AgP7X6RZVtfWc6ysd
SD+n0Mcdn2djSxgcIPqW7n7d30NytY/TMTGJbS7ZYZJdH6Q959d29JTSpGQbBfkgVNa4irGH
0gT7t73A7n3On9I9b3Tm2Pr9V1ZbBBZvdu4+P5qHjY+MH77GAudp6jjuI/tFaTGBsM27Rw1o
/wBfakpzsyzHdf6N3SaLKnmKHm4VueY3O2M2NTsyMPptRqtw7en0u1Fji2+vc7819rD6tTNP
z/Ysb67YRpuw8xn0bQ6t2nBZD27nH+uoYrus04nuyW2+oD+rZHvbsOuz9/c5JT0TLyLNpYId
EEQe/wDJ/kqlXYcjqVlheSGu/RgEwGD2VaH27tvutQ+nZn+S31W014z6muDK6pDSSefd/hN7
/d71PpVY99gMy4AF3bb93ikp/9DqnOA0+9CdZtbMaDwEnREsB3aH5Kvk1ufWWse5p7lph2mo
2kJKa92Tc5pLmtpDtKw/d6jZGllzAH+n/mKtj5lbrfs9g/SVt0sboHEcxvVPJozaWNeQ3KL3
CsPMtc0k7avV3Oe70Nz3er7lDLcyqz7Pgn9cp91ua/cWNI/nKK6mfo3N2+zb/o/9Jakp2Jcf
a4CZBBHefzlzd37PyusZFudkuZXW4V0s4cQ3+r9Bm5XG/WfQssx5yZgbDFe/hs7tz21u+mhY
WFj01WO9Nr8+xxIttaHVt1nbXTLXvd/Lckpv45bXRGCfWrI9lO6IaP8AhbR7nf13ozLHOI2m
SIcwERpo5u1OyrHorGRm2Bz2+4veYazyrrb7Kmt/kqieqYeQWtZc5rKpHqNrcXvaSXbKg0ex
vu+kkp0txLQDEHSOYR2ucWS7hp2kzqf6yqse5wHpUWOafoEgMH9r1Dub/mI9G4t91rXlvZn0
Q4fyz7rUlNL6w4zs1mI58HHxbC+4kwfdArbH8raqbr5tbDQ5jjAIdDp+j39q0uoZ+Pi4tjXE
2OkOeT2k7dXO/Os+hTUue9TFyLS+i9lZ/wBDc0tjy9UfnpKdCnGc7G3sk7XbJMbQ0Hc8aO+k
5y0ul1hlIbMkO1/D4rHrblsaG0Qa/wA5heDPwcP5X760emkUN9MuL3F3uLhGn8kN3t9v9ZJT
/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAA
AAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEA
OEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4RB3aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8
P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8
eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAg
Q29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+
IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYt
c3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1N
PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1s
bnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDov
L3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9j
aWQ6cGhvdG9zaG9wOmEzYTdmY2I0LWVkYzQtMTFlOC1hNTdjLWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1w
TU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDozNjgwOGNhMi01ZjZhLTYwNDctYjg3NC1lNzk2Mzg5
YWI5NTYiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpGMEJGQTA2M0FBNjMx
MUU1QUM4RkU5NUJENTlCNzU4MiIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3Ag
Q0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjUw
KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo0NSswMzowMCIgeG1w
Ok1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo0NSswMzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJp
bWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9t
IHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ODE5NGE1ZjQtZGI3Zi05NzQ4LWFhMzMtNTcx
OTgzNGU4YjdmIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkYwQkZBMDYzQUE2MzExRTVB
QzhGRTk1QkQ1OUI3NTgyIiBzdFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6RjBC
RkEwNjNBQTYzMTFFNUFDOEZFOTVCRDU5Qjc1ODIiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6
U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9Inht
cC5paWQ6MTE5YjExZWItNzFiMi0xODQwLWJhZDItYTNiYWE1ZmQyMjBlIiBzdEV2dDp3aGVu
PSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjUwKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJk
ZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjgx
OTRhNWY0LWRiN2YtOTc0OC1hYTMzLTU3MTk4MzRlOGI3ZiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0x
MS0yMVQyMjozNTo0NSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9z
aG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RF
dnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5n
IHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0
OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+
IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlp
ZDozNjgwOGNhMi01ZjZhLTYwNDctYjg3NC1lNzk2Mzg5YWI5NTYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIw
MTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDUrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBo
b3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpT
ZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94
OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAA
AAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfYDASIAAhEBAxEB/8QA
ogAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAgMAAQQFBgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgIDAAICAgMB
AQACAwAAAQIAAxESBCETIgUxFBBBMiNCoDMgJBURAAIBAwMCBAMFBAkFAQEAAAABESExAkFR
EmFxEIEiA5GhMiCxwUIT8FJi4tHhcoKissLSIzCS8jMEFPESAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/
2gAMAwEBAhEDEQAAAMouAW2US6gyLIuCRd3ZLoxdtMzGwAVtEqigqntMjWkV0cPRM2fdhMhF
Qt4mDRwC7YBDAKiYKt5GUyymkQaFCaZppARl6GQmgdAkGwA6IMjARHQ4q3rKISIBiXBoOwg8
l2G8OoKZl5xoxaAEPd1Dja+hwTevJtIpgldTl9QvBu5wggaA5RkEoFchJRB6UGOWzEbMe0xK
NhCo2hNnyDo4ZoI3IYdrg6rEYxFGqBDjUYlgSxoSi5VglULh0d/jYGkfXZMHUbyDr83grNuv
HrLadA1IL63M6gHL6nIAYLAGSwbphLISpbAQdZibj2DG84zou5O01yqLADFp1uObqdnEBKGG
p4a3KHQocISEYt6xdGJVUwgmBHI0nP6W8h+biPMmXt6TzfR6Ti8vU5A2LaIuhG9Pm9ITzOry
iUygiAiUJjrEgZDDhCZw20Y9VgCKNZvyMSRd6ik6FEFLRF2QkmPEsasOXDiBDKuGAVQYs6BA
qD6WHCaOY0zP6Lz+49CWdo6DBSWLMZUAdQw9mZ4HL63OIxYlmohlxgdQA7WQ4KAatShwM0id
o0GC8prNcKAuaQs7B7szBm5bQQckbJDkNIhQnBdywKJZVyxQtWB2cG8xadfNNz+LZ2FYOsYn
a+eZkMUPcpo3Xl1C+X1+SZrthGAsPQp4xL1CgbqMCOuRm33QayoyVtsxq2MMOkDCQyjMvVQu
tYhlKFqZY2SHMhmLBwixNYFQA4DQTWs24yo6SVdImri9EZUIrn7eGaMXQ5J1Wi0cZUFyetyR
BLcUQmMarSALcZq049hm1lQyBYVVRdhBgjCpdA1FhEsR557HWiwyzkOioDYNFUyzMOgTGtwC
rHOMfNZnrZhGdDLB4b+QdOs+gPzXqPLHY5HXxmjVzukalOSHzepgOfbLCi2BvWsvma8g/bjM
6DEAawMS7ARkAy2IgyxhLAgaZQg3QU24CVEDDhmplAQxBEyMSdfNA05uiPhaSc/p5BnK7OQ5
GLptM3Y3mD5D1fkz0eLdhK6PO2j03BuHZjMkKFwhClQrPrAzP088Rs5ZnrG8wDpjzKOrXKo6
tcxh0KxUb7xgbrxw2zGRpFQGikkaIEF0dAEVEsRL4TekcvuJ2FjQlFn1AMxbDmw+IewnG7Rz
fN7+eehpTQXLoc1WgLLqzGO7EhWQJEotayNHN6XPMDVPPRmNC9JmYpqsBWgjO1kMrmUIXror
JqcKpomZxgDHwxyWSroLDu4QjrD0AH81xrG1gPU4GWkPyvrPJD93KhUuzodDH1Dmmlxp053B
ZdGYz3cGVVh52oKYTQeX1+YYHoed/bx9huBbQblFy4DZUXUgC3wx6rIoGLDWTBMZDNYkFUsr
idznGTrc0zr42NFZSSdJmdQrSrcX5H1nmjLQ0MsSO3pxaTnak6B+nLtM4aFGOFAoFjKhB1RA
pdZz8vUwBKFR2+rx+qXKEQnSZlN9mUdNmattmNmghIMgi3QCFBVlQRUwXzejxx27idkz6ryh
8vs8E7YL1hkFjeB2+QcSU0hXDoas1F6aYM1Z9ASW5RMlFjYDTUQ+qEsLSUphGBW0TaxbhezH
ZuLBoHqvIMHPRprNZpFNGmZIbbyWbJmhvkoOhErgdrgnZYbglMIwc7u8QLrcDuCNmPYXxO1w
TlGNjLU46Qtzm8Rgzo8wzbmWsenTRkmlgoHKGASwKqyyWwzKNRp6nO6xF6BMz1uEr22eb09D
GJJBDaXAwEiENjpUNV2s1UKgOa2zrFRFXcL892PPE63P6YroYXmvz3oPNmCXQTEtN6Bcbrix
rkuBrblGEkgrXQxMQaUxZcUwI87BSXrNXS5vULEiExkIeVhoxacxyDBgMkKoxLYlwcGG3ICT
oAsjn9fjdw1QVjiAjmcf0fnS+nz+gOS+joeP9Z48ljYLhsPfk6YYlCNW8JYiMkMXJCszVi07
VGSMAuHQQNg3scftBS4BcI562IOpi2ZTk2phZSwasS2LaVLhSTWOZnYYe5we0dALWUwkjvL+
o82Hqwag9/O7AjzXofPAXTAWCRv1WQJoMN64VUgyQQhsDPT8oyl0QahdSDKkH9vh9wOqIuxg
rn9HKasPQxHGMbIwDKExI1TQpcMohYyxcL6nN7IFpUdAcO4nmO7xAI2zsjp4ooJ0Dk31jLjm
F52gZmZWD4DSUDSyFIwcizbmytDJWkzzRmJLEspQ/t8L0BI6C46jJj0qNWPbjOPdgMIIQDgb
VNJLhgqwHGggNuRA/sczuB5iSczF2eCaOjxfTlee2gNZcI5aTpOzwtV5xT8msK82gjZjB5c1
laehuOY7pKMTNDCuL2hPPm3OGRLG93g940GBlCQHOU5ZsybMhx7Gy5DFRghtUwuXDAo7LGyB
z6MJ0t3OM78QI3z3oMZyO5gWYe3yu8c9lMEPYsLTj2i8WlIuHnBPOw0KvecHqdB43Ny1Gw06
A2aLM96UjOR2MJz87aK9HwPQGgwsgkBhC6NOd6Ti1ZCdCiGDdB3GFwocwJYQ2wFTrMzsuk3d
LE01hi1HIwdnmG/ReULQyAnTDLprKRyGmfE/OEIgP7fm/QGw12ca9IDdS2Gic3cLvOk15tfI
F2UC73J7A0hssDWYAYo0rao5azEhZmDrpRorEJ0JggJSAOGwrlis3U5pqcOk2MDKa+J2CMI2
8eJ0CZUKw6+SdGogxCMLIaNWd/fMu7hdM2puyhkOTu0LML9LxOHpAcjZxyPTM5vSGEsggYBy
o9BpWQHKzPykNZDVAs0Ux5mnShgLLB8z6BwwC8YoO10eN0ydUSJdQ5eyAWJUXa7MOc2BZrSK
uWKE6NHovPOOhySo6O7z3ZNNRJj6S4OQO4JLuIctDEjfQeb1HrDx6wqhnOz9XEaGnZlydSjj
a9tHNDqGYWaVBxcPGRcGGkhqqgSzE3dLh9860AwUYiNyG5BrMegoHpMBP0HHi0GgRhQwDZQ2
Qiofu5onVTzGnU028lr88buYBmMWiXQmbvR+T7J1WAZVsoCmWKh0DVgRiYPoGgwoeAFolS4S
6IC2gTrcjqHZZjoU7Kw6areLvl5jrZunjIluc4qHZxgVZdFBxAQdqYHAo0bea87+DioIexRe
eCWJgS7sLRkM9Tt8r3zYWQzRa7CChCtRBWMDg5jXMUPHVcAKoXRUPPMYb8tHRLFpGChpfX83
6IRw/aeSOj0OGJ6Hg+gWeVV6vAcItSiiqhhJcWwRLuEUwTE9XibzZwNeUEiAISouh0iSuAdP
lNPZoydIS0qAVosxmwQAyLOyHG0GuBDycsCzXYViI21WNqqKuljN2LcZS3cs39ny20yn1uId
Xv8AmNp1U6hOUPTQc5j6AW6HNvqNOE3tLOXW3mmTcpJVoaaBihrSApC2B2SixlnR9D5j0A5e
uGMH4h/PBgBCRq3YtIcZDwodHKIuUFIJdyi7bsOZp7XSOJ0dJmLL1EnB1aGicPZ0Hj+l1sh2
F8Tvi7iQ1HDMzcZzw3rMuLpcg5ZIYaMLll2Qlk7UTnsQVpSwauoLG7NnW5HQO+l2URytSixE
xhhAt/Pcb4mHnMjFA01xnvrdA4PS6ZimmBdrMENIAaHUBRwGihUqHn53+cawIRoa0nH6fO6Y
3juM5WP1XKOHGLKGQZpxWb0pMG9OQfnuD0FC6uB7cGw9LgdhKWVi7aJIJDGj1ApIeT1doTmb
zslSixISmMYJMVkaLRgjQVhQyqIGEJVwiiuhHP7AnL0aAJZiLpqjN5z0nnhBCIYN1GU2qKai
Dk0QpwQKVY3Vi0HTrPoINQNRqD0h0BrAIZBhlBsBF8Em2wIVCI5A+lQYnNtEaW0S6AoGuM1v
WXBIKrotWUTXdCNtLiQYZfKew8iLKWXYUShYUJ0HRiVKIq6sJyjNunHtJVQWY9Ae24C1GkqX
BcsSVdF2uy0NguySW7Cg6pZdJCqy4VimSyUYkGxLwu5o7QloSiMHRnI2IjBfB9FiPLi/MHV0
UUhLISSrJCgNMAtqiN23NpAOKGdLNvBzFqLClhwYMSBEjIAzJZqUxAKwzGvQnUFLIhIYGS1G
q4IQ1Za2rObzG4T0J1oM0csUQgaTyaSA7EcjDqQDaDCIYHViSEJdQgSEwDAjsvBgsWONQFqA
SawGFQMqFg6iud0rMWqQlyFZtBCSMBsw6BtXQSD0CmjC7sBlEJzPPet8aemvh9I6R8jWFTyM
sqwmllD5XV5BzbkIYNBpgFCUJdQuwsjk7TrVYBuX0A1mgoqsuEIMkDEwLuqKBtmUnUCYCMxa
UmbXbRJXZcjSzQY1g2QYIjy3rOacPtcXSdCJ1BnnWLdms62HIR1fPa8IiXCFcLFgCGHRRhZR
ARXV5vZHjZmrSAFXICyrIEUNi4RjaEU1Y8UwdKIqrsGosLO0hJayIUIBOmGU9ACyKGEdWE42
brc8Tpy0bEZd50tyt5h2th5TP3eUYmUZQ7KM696TMHU54m3QVcgXY5uk36UPGmogrWwaAiIi
oaYMNlMAAGAQWQU1dFBVjG3CXREqxKZmo2XnYOqhLmcg8Gyzhn0rOTHYzPub0BzEkMyZVGYq
541uXpBMlhETikbXHJy+hh5VXrknn+wRlrMCSwGyUFn08gjEuNsXDpjIVJAMe5QmFiCiNxGA
BsbzmG1AEJa0QZSAsV2aGpEN/Ms7Qc7eZsu/jm3bwhO1glAzLmBa3ULaaBlr1DtIsFg5ZxT2
AUbGC2ryHcz8LcaAMQ2ZyNHD6eIZpxbhskN9SA3SwkMwA6nsBF1GYNizPTFEurCiaNCjI4zd
eUx7ec43K2ZwNVaguN0uCGeKjQJ7zDuJJqym0yO1uMey3ElECJqMnF6fDN/X80w9XXm9xt4/
Xhj6aNpnJiDKi1mnVm1DZIarqEAoRTIZ3oA2EpIzMVBUNDJFEapwdqs5yu4BzOlnWWqZzbxs
0JpDQFtNxntpiDYJBpg1iNBJdFkNhVDOb5j3HjjOa3gbn6Djl0shOtw+gdjO3IZxuGtwMJGQ
fJCVdFWNhDISSC82xQiyEWd2GgmC9KrBekDQK0gchFHZ18Nx1hrQYNDVlBoAU4WAMBwuXRpP
MwKhg+Z3jfKen8wc/fz+0Nq6KWdCnIeOUuEJTza1bApIaJVgyoVdUFVQu1oNAc3WO5mhZsPB
ZsE6BNYDgKiuN2+IYNZdcxv1LMekhGVjeFdWWQiOoTIQQmhajSNWWQEN8x6PzgvqJ0FCvKbZ
neZ3VpKy68wOgHGopYUuDaKgauiVLKEoZc3SoFaVBtQAtD1GzVztwwWCQCsRw+xwja3kuOo3
m7DcNKHoOyVryjaW0hqMupApLHAVAlVlLYZyYzIPBVBtyuJrwbwx0ZiiQRvYhockHgYgXBLE
rAW3Oc+tnOHaMNjiHMFq2w57cnLPXq43SNIWsycjVCuppQEjnaytT2C6cBQCAAK3BFKLhUCe
aGxQ6gcziCMDMWV9nPS1Ad52hPsBxc9w0aebWpIdJDUBCVUsqSi1lBAaFAc/pw892MnUB4rk
DmQTHd5R9qhtZCDYNBaFvGWCjQnFyzo3ynHarlMOksdhim1gjSvObKAi7FY3CNmTOlZ0z45H
cTi0FW0xC9pCGmoexDDRFw//2gAIAQIAAQUA/wDjQf/aAAgBAwABBQD/AONB/9oACAEBAAEF
APxCIn4PkEZgAAVMhxggnO0BzCwMAEGYciDBnjKeC/mEElWLR/A2wAu8NJAqqACgKaQPRplu
sEQBskZOmTodGQEaKYqBhPwpXJ9ZMwchDCkFaghVh1zo2QhAPiCryazChAtBJorMrQZetASC
SqkxQ2y15llQCGogkLCQZhcHGYcYDNATB4i+ZiKCqr5JwAlLPBQkbmuqmUyWAgJmuY1LNFoY
QKmCuIGAmyE1KoqwM9xGR+SHnxArJELfIAEkeRjDATBM8mLWQPJYVsTfhVQts9TBkZgqurwp
kYGCPJBnQqhqMxsfx4hRhFHkGOfjkaMhn/oZAABJIUf+sAmAxGi4Md1xgtKqgDVWbC9nJzJ0
997g7PK7CJu2qe5WUW1w9VTBSGNpAhyZhpz5/XnX/wDZlsANgZMUHV4pOARP7UieIgBlYDK2
iQ2jJpUy2lw5UmparfSlSqpTAIYEkEOwUPZs1ZxN8BXLOWwc5I/K2agOhmBqxEx5+UBMwBP6
wQQwyuYfBDgADZqEexxx01L2faKybWXMK1WON5zcVljL9fWJc3NyV9PZb1tzV4ZxsqoShICo
SDSf+DYx1nN+Mn/yfiUYgYn4GhwQSVGsCnFZxAdSb6sOC9itmAgzxkCEGf2/hWZttnI1qrT3
pNgwRdSB4/KgYPnLAgfLR8tP728sDnOYSQxIBVgCpOWxnBI2KlraaKr+p7mIIZFLijgtuajl
Fct6KaV6Pua9fcLYaRWKlwzMCE/BUz8tWc0kCdjEdC4xtrG8xT8dYmBPIOIFMycBsDrOaOR9
1s+JW0ObLVA5zsBahb+DHUYFYMs4rrFX6+1VWoU84Pxf/CMGBAYKhAxtMR2KkDAwYzMDmeNj
+RjOBjU5UiWrsrdtrhDkLU1jcvCUlvRRQvb9urJZ0sxQM7LQaix9grr0qOMsSWLeKxmzXFZA
nQCekAgeDCIwOvyJz4AILqSBEQCFSWsq2qpPpv6mSyyliEVHcbMso0FVaNpZbWkbqrgZWWka
oCI7mWsTSkcsQmYFBI/ymTZ/6O0Q/IrPWc/2wxMzEBGSZWQAGEtrIbg4ncpXXzjo+yDjruuc
5YjHnh52uts40ZOdFBf/AEPxZnOPHOpPTbkIvsnQ3/cK0OcsAI2NcjXLCfHGdZr5HmIASc7P
ypY7UsqU8zF0qRTZShnNtuc4blUk83iouX0GGZqjuHjkir8hN2VG+dhdW5/aYMhsGWDABBgI
wx8HzCBHBDEAzQklSQB5rqdjRwBX6vtOahen7C3pnPxXPSn1IDLwqI/1iNOPial3YAA62HBc
tqtvkggDkBPRYIfMuyvRWcRqwC3zYka7AkiKAFAIBLE1rgKAoJ+XyzYBMkn3Ai21rX5F1hcy
5WKc9rb6KpxHGVKmtrG2rAODmV0HfIMJGEGTkbMQIx8BwVU5i16sPz4Iw0ZSRZt6+TneyDv5
ede77F7BnaD8/XurVHxEUk4AJbwVJbqrwB8nZhsGQl1yeMa32mAGdeVtrwVbzCcH8kgGZOGX
EWMQIAoBOwBE8liPYWBrFa7r61rldTKvrJgpYEqlbYMtvFbe6phdZg/st606ovR8a9ntxgfk
Dw3nJYmKoBCtkgKNSx1OxOWUEx85QEtd0euvyw6Ki0p4L7VKMs+tZ0dbViuQdwYxzL+gKAul
do1sJDRF84OeQH2XkCKcr1ebQ4UNbkswArOYCFJAjhiAcBiMq4MU4htqEPWDNXeDmtdeTmNA
NtKkW5PRbYKlfodq0Wsm/a3ppLy2tkiVMDjxWqQAtK/wPywAHjb+0pYH1DArEtQFQIE+OcKv
kEbHUA2OGOqoNSDy1kc3bzgrwU1Cs8yltKwAyg9PQ1S8fPd7LnVbOs5lRJgyCSdePItdFZjV
rLxtY+0U+AjPHfAy7Mu0IODtjbU6lTb0F5TU9jVcOZXVXWNyI6h1bjBP61yQvvX6mWJRY5qr
WqMQZaoZTQoBoGV5dhVUEsUYmQBdcK1qZi2Yx8j/AAcRvwPEDZJ8FM5/9FQA9YKqrk+qwzht
9b9qF6alKvYShqptvdKDR0sBs5Bl2Ga0gUBgVQkxv88v+z+X/wAksbGGXqTIawrGfY1qRNsw
Yw5jocJQrr+rSsrrpB/H8YnkDOIMy6gWglQotIC5aMMkjwpEsABrIKaiD/IXEtpDwCY8WgsE
AEONR4GCYWGSCIviELspMUAQsqxegKEuY313h4zNy21vT0AAAXFFUN8dt0B/62bYJwvKAKfx
OaM+Hc+HJLPgj5BcgwAAopLADOSDgEopK0hgnRXZZdRV60H848akTzD5GAQATMYgRoRqdTqV
JStSIR4VxknABE8kANEpdV0jASzABzhlEdSIcAkiIPDMohcy7YrSgCqWS7qRLqqFehku9bdV
LXBUNakhKuO4v0X1MGyfZzrgMp25wBWRmy0DFoCzPhWEKlioOK9gUVYyqDd0YarpTCW0491W
RdVPbVBdTBdVj3VY99WR0Uie+vAurJW2oFrkBPQmDchA6FCP0iC6Nf8AP9hcm8wWuYWtEBsw
DtMw1qS9JM0KqU+WCSUxFwS9oCINilJY3VsErA1s1K8Lh6ekrQ3UUwLXWrf2S5T6edvXfaWb
mep0spdFNRy4AMHi/oHxtVfSKgQtQzUcAYUqMwlRLug4/LV1s0pQEDjefrNg06gV1RRWB/xE
/wCJZVpK61xVqwUVWCVmOA5rSqNzqQazCN3GTK8htQInxikw2HcIVYWMpGZ5wSCWAhDA+CWY
VqFZjzcxByC1tZauslXu19fHcK77kqsr6UXnXkvpurBo5lDi5CQb6qzbx9VZrPkCjdomFrXD
X9GAh/8ArLfFCiRm1iqNUwK2sUG5QQcKKmAFPtFvR2Mxrvux6bXB4WyOa0D9Wyfr2rNL9TRc
0FdqTFxmOgL6rhPVbg03Efr2gCm0T9RzByuIeRjP0zF5QJ+qMocgp4+UXAg8R43kPYBFIzQq
beAtdZB08PWF6WQNUq6n7B3cqWzw/V39MT6hUmoSrnUHoqQCjsythOyVHWl2wlWWtvYa4yik
lhgQMDHJZR/lcGWoGD/KCp4iLTWto2osQ3JcFXcGZWbpPcmPchnurE9tQn7FOP26RB10Q91A
n7dRg7KZ+5TD2U4PZVP3Koe2tIfsKoOus1/EAfk5zjziMoIsocS8FD+ZzUAxaLS614hnRWMq
yleuglrVpZeP6e1mrqSmvYTosFdHM4F9NtZr6Dv1Vg4TAFrDWnG/TjSseCRsEGPGPMAxAhBE
XnVGAAPa7FsxbTnlR7eNxeIXtWE2xhbharIa2AWhiP1bYOWzI5sz9axoOWwg8tmRzvP02noL
Q0EFqS8/TDqOQCrwRgGAtnEAhHm20JXYXsautrDz1etdzD5iW7hl3VARAPP3CKJw/bMCGVwc
z7e4VclC/PnIapFDXBTAwjZApJ9nQMqi+CFFgXMx5P5Ix/DvrKrdpsZeCVJzFrXPFqnD+1TH
Y22vQrn2BIt1jvZzrZDd0CVv1PY9bsz33I1LXMLr7ENV3RabAdPX0sKedax0VsUq5SzWq2o5
n0OID5+OCcwsZbb60t7FvbnoraurlNbnwACI5K184Uk4IZm5rVtV59zXtzhiF+r7ghcgL9v1
fsWV5nM4Ti42UopOzPqa291dIIPT5lRbDsQ6jYivBRFxqVDWYllhaIgA0+F/hFDZQfOmv/8A
TTj+VNXqmYUWKMQDzmZOQ2IdWm3nwZ4UGxRNvBMZpjC7rSPaugAhUAADBAmAB33KKKeZmNfv
oSnqqung/wAWZKc1YA/EdK7Qla1jsVbObfAosANn2dg5TuYMhuSxzVz84Sp7tHrbaUjUVAk9
WcIWAdT7K1JiMuSRsRtGCFmQiAEBhqnQxCqxlZ88Vu3OB8zPM8zOBiYMcWEIGC+IRkf9ZZ7l
VnZhSHCsTBpsSZepZVqsFJyWEJxAM/x2W5t4kQoyI6vyvSebr3Jltmq84UAgRmREq7Kr7LUJ
qbOVODlmOcRfJ+tqJt6WVKt62rpAifig/PsfUVMcOpL+UCjwFhysIculZIUKSwBSytCmjKas
7JetSVfYUhR2UOxE8zIMAnnP9+c/xjx8Zqo/jBhVhMtGJA1t12mGMwIwxBO2lhZxdBRhcCRh
4aVqdbRjtuYyoIFyMdvQ1x4+ROZc5nQNbRibZLfhC2frScdp/wCFRD1plZVtmpPl14Y1IAtj
f9AMhNRM5hMVQG1AOMT8QcylurlyyIFscCewLKFVzjwR58SzsZIO24kdFmB0sA/UwH7Nk/Yu
huvEW/oJXotLHqAjdjiDttn7ls/cfAyZkzyJ5/jsGIvIdfY5NVwJurS1EOotK5oPw7eo1VcP
J6hkmDOftKxV1ZAAcGDBn4n1dmB2kiiqta0UGIfNRyLKsuPEsRQ+yiMPCnaFjFOSpLQeQRmD
CHocEPW0NhEByeRwEWzYbHGWy61tP1acCmgFq+cg1cxnp54K6wStZhVBNUjc9bH9asD9asT9
ZCP1BkON9skbZxCfPYcTj6lDPzVsDmpq7Fdb6jWtvSSvPYrBaq3ugxBifcoBd+YAAQCIoM42
Nbd1w9NTq0AYlVZZWTLD52Ux2G/gHU5OBC6gJqQKySPwxGDYojEaitjGpaJUQ/Kq+pbLK413
U0q9/qsQvC/ga4bopEPUon7QM/YyP2DB0+B07T3ie7JS0wWefa8ZQRjEWfHU4E7rCTTW+3J0
C0W86uFVqrM+6vrUI3A6mWALFK2LjEUnP3WuuRFXycGJkw/Cq0m2LTUoQfJCCUlvgkkFlzB8
i5IAywVFatCAA+CxCwklcZBQ4ZZj411KzcBUSyxYLGn7N4K3W5qSxlfbRiyxzmFSIGgJaZJH
gHbJDATZTMgTfxkkBRM+SfBJI6bC1vLUDRXyipwTLasqjFD9moJ4LMO+DXzMyWDzAoB+7MA8
qwhxlfLMB+jyMLHevNhOrK4L1BNegoGZoy5AwI7EypW3KjDppAvwIBjk5IzFhBw51AsInE2r
V0Iy+uoRnQEet2diqIpI66Qod3DVBnjAhhlQGAgxlvABmdIjknfwUM1mcA2CO2FCmzoo8CAz
bMsw6/aDC8Tf9A+aanG5IwCAfuGywOCT48kAFSSH+s4nFYrvFpsYgoFcAspdnMDkOuWX1oYF
GdIy4hJJJwWYmediSsAIIyQ65LAA/XrOcDRhkLWhA5yhFGYMKW+QfjUm0eqFssScBsQtgs2T
kT/Uxg/03WQV61MU7BgJ1kJVx1BulV1X+tfC/kgY+0bJr2WczmysArYlgYYn24w8GTAYmci0
ngRCBy06pZqwQagAksr5NS7IVC7BThTMjBYTwo/MYYIwZg6hsAeFIzHGT9ZjHOcL70ivg7O0
3sU1MGc1hXV1ad6qECnJ8KCNrNViwkA15yBkhfi614Q1Fi+oF5J+xuYr9d/oeFOIDAJd0imu
+43WcuGekhTb4eq3QoxM+zs3t/H8oxJFjaUfJg2oZmMGdafNloryzAPsJ4E/MU5j2YDMudta
/aJ7FIF9YHuQRL6jNlJtXz9cDmhcA0VFmrqEHpEArzZdh1tLrVUK17yRX8s/+cAFhk6zUQZB
BgsnsQojZe5jq3hOt9n4KlWnEwIFmBPtlbSmrZqMpbQ2X6l+NOGvAnS213mYGImIMbc6KAFA
lmEAO1dI82MBHxkDwxJYnyAFZwGlqAG7aD8MMtgQKMYXKr4cnP1rEW1t5I/jVSbFDJ4LNaCy
Psn2ORWrZjZmvjBA2zPAgWACA+C7sEJBY7W34zcvz4xrS4JUXQOuEYPO9Nuepm9qL8qgEjMD
OGnZrXKVWZ2BONiYIGGaKTa9dQqUZyybhE+FbMotOSC2QuVQGZ8Bfi1wRt9wUWetVliBZ5yF
1gXypIFg88OBcPNh8kCfhycK2zWvW6vQgWr7EfBGIbIMTEJJBMMrhgzjOADEbZr3G97YfmuI
qrsDhkJHqYFPib2BqzraMbj8XthOHPp7cvTYmBjEGAEYZABPFQ5NiMErfIdlxU4ispFoya1A
jEAKW1VMmw4F9AtCKEAYkAljcQCvmGAnKk4ZZx59i4LfiAgzUZIjuK5bcbLEOE+wBKKwEGMI
TlfEzk/0vgqcnXw2MYUSvzZZk2dXxbjAeretQ3VGs+H7dQAZWXqGHS3UUWMRy56OoYpQH2Le
hWLnYgZCEgfnkQDjCh5QhVn1lRUK7ATTIr8A6suvxUkRlGdthYSWXOyN5tPyUsYQDGGBWfBI
M41Y2J4XMAWE4g8gjJeqv2KBr24K48DIA8xPxMAAZErEx4Zsr/5r/O5Bfl/YnPz6c/qBnpUx
VUSzlptGiUU9LlmcEVo7FeTnSintuZKVayXc6q9lHrsSv2PyU11K31vOGWtVqurKFtgwVSoY
KA24V/AIz+QiAgDIVNnd9E8MuvitfN6klThCCwb/ADWRh1yeRyj1jKlBMYIGZrrLDkNmL/nt
X46mD8LmLjGYPMGCDiA+AnnBIT/SJk1X+q1bAV6uk1nTpvH6AzUDWv2Fw1ADv0DFfDWHuYAD
v6gbEdnLqpLBSaErqKYcjzCfl1H/APXrs2ryAqHwPIIIjgYAGt/ZXUW78hut3X2sxro3CBxF
sRjco1GTFHjHmv8AznE5WLvT4r1BmsAEcYlrARQIv47AcHAOPIYkg5jEEKMgHM/M8YwSwLz8
BH+d50te5DzqxJ4y+pUYftRZ9hb5ptYN1WFh9XTgdlvqpXZ7KqtbbLCHWxSiHJRhlh8GbRbr
lNFIU2uBlSBHbUUlmLnUdncAi72slLmVcrkjjYxOYsX57AV42JNCvX08702Aia5WtcB8rOfG
Ocg0rMTEb8XN8lLZXM7MhcEzxqRrFzCGAUeE/jHgED+CTgMFboIIrYF+Zf8AutlbgM5Z+NXb
s461orX/AKDZn5lWuv7LoZ24atj4FpC59NNiVqyPQUIe4aohsnWRtU2bfOtzEznINVTKB23H
ZiWbmrPr5qRijmCxgghtAK9JaDoSM7xhVaOnmNLq0QDFxwOFAwoGEUTzCTG/HQMMgAIzO3Gg
JWEEkfkHMIwADgZBUeMeCqiKQIpyFcmdXipQNgGx9a+5IAAHm4Ka76RUeMZv6X9VOxsu56vX
UoHtQZNlbVmp0srrpPMzImj4CAe2+6iqtR4rufxS7KmxJ7K9KFXacnKXVKlpV/sAHPTZYyKC
EqRYlGyaWICy2x60sXp5hVYmcdLMW5WZDz//AFiZxPzG8C8AuDmKZ1AkMsOwVX2CkGMMwE4G
AVBM+WFDNP7UQeZ4xudkfFPJZpY3Tqf2C0XZj2cBnCgF32PUXHAm/TditKwDFGIACLKQs5rC
twIK9ThRzDK9BzY9mssZjKzlS5ScwzWnDU0WoU1dd11cpbY1hshiZUQ6gept9oUV2Rg0+xYY
zmdFIU8QCNz59a/jzP6fxOg+dVimdX+TkHzrqQ1eDMecAFPkR+MDK+VOdlOq+SVwWuSuIV2H
h6xfYVrRQB4Zsi25q5Z8z9ZSEPbapFHxgUKcTGS9SVWrqwtQWXomjdBBssXNtgGAwWH/AKtU
AqVt48mdqZuoqihc0qtiI1eHGQdgVPlmKN2Oroqglt3nMo2oJ0WZ/hhLFCswYsuROrGoCw52
f8BfL5EUAxXQB7fPtXVfyPkwByVWHM1DCxMHmKE8toBftUROm2wisqftKV9Vaqx1Val1s6Gr
SajCgMVTWWKGUPZVVQ5axm83WCbmMfL5eVm2mclyXUrCSJ0czWEKFlaKxs1Ur2M9jkFPazTa
5rELFb2se4AAAEjjCbqAAD4OJ/Rl5wdjK5fgzyGLLhrslLcs3mPeFXdsF2I3OgMXALH5+BCC
RWWD3JlFfVkJzUmzpTUgawkNWrqeZ6Om2zI4KSbXUZHkKpBbMfIVrPbbV8RY+K7nw24YOyyo
4L1q4Bvof677AW1szZXUh+VQypWquCwah1nA5IuLJbXs6a+L00cLsaCjRUpZAMAGZhjfi9su
rZlT5HQBl3wTZsWGYpbLOyxopLTAA0GDgjxn+qgYoIgPzcEK1Y3qsRWpQPZZYiTa/oI4rdTR
YU6AFXiBFbiKoBzgkCdB1Tnf5AkjptUJaCX1xG/yjYYsJQiWc19Z5u3m6RapfAZ8gDLeRCa7
ZzkBnoWxlSsLSwduyrat7Hru/Ybbg662H9gmDP8ADS2pM+AtSMy9xJS2t8hCsCETVgTnKHa5
KXBWkGDhc0AqA3rEOoZc5AOWOpt6dVNh2oC6lkq5+Suy+wKAM4jEFf1m9+FVWIAzB5gBA7Dm
zTDo4VerRrmwXEsEUYYISOZc0fZUgKlwqPH2CyBgQZsDBS79FaJWv9MLLnChV6nCU9Lk2bSt
3WcXaCgEBEz5MvfB28c6Yq9KGNy1mP8AWITV9Wwazhqdf/59YVPrkQLx1kfpV7etPWVsmlmB
tkFSqt5tdQpGSW+XAzlw3sZK1qSFYR4t/JIJY4gBgzmxgiWAvcFUvdZqPLEYY4xLASV12r8K
OvqVT0Wiy71tNGpPOxaojK7YOa1OxmbrWSpK1/r7Do3tuIZiFi5lFxRuPoV0GIAMlchqK3F3
LaegDUGHAB/GsImIFxGUGGlp631L2Z9zgZJC22LGsYAWl4QAAozy24t4y37ZOYMR7VpSnoF5
dSFI1gYYK+FRg3WSKufLspO3U4BTBrQLCWEs8ioeUAy2xfBxoTLXS6qrSuk9dar+6jkOGiUB
woVFLqo7/sCWcnVs5U5ggJzy3tW1Vi2I9oRa7FdWd1c3IrexM+1Z7EwLEM3AhdYLUJ3XGQZ/
eDBkQxTMgweQFILYgaIBtwhTYpUH8DpuFj8R1t6GsUN1oQLJvA2Z1gmrhp1orCtV26+/36k9
eZ7VYmwBg+XrcQ2DIcElvND5nQ96qjYiqbG5Oda0JANl6VL19xtsqEsZNGGJmIQx8gVk54Ok
LGrDhVVZ5nrUwVqJrCBNFy1YaGgT9cCekwUtkDxiMuQoYQAZHiD8nIhzGIVUYGc7EDnww62I
rY11u1FilQzVDlpYBOdB6ywdCk622qrXFFuV5rwxbwrOytM+SASvkrtD+FIhYZVmQblop2HF
fSit0UqvV9xzpOjtuuaitnVnUBmzB5jfllKxQwCHUU2gNxXiwQGAzzBiEDBxCR/H9/zjz/X9
GEQHyxBiKHa+o5pGGqYK3Nciy7pBZyHHN0MprvyKSCfuLxU/B9hr1JbR0C6kCBbNepXSnqcs
SCQoxDmeSBnK/wCWYxR8tTCcjOJU4CidNthYVu55/qnsV9aWOc+c/iZBKoTGwIPMQqp5+hqn
r7FsAvg6EgsTIsSGxYbK4SkVgx1xPM8kv11gjrOAIYCQB+GwTOY/9OiphK0+efIcgAYUOFNp
1nN1O13G5Vvu+YOnEyL1dCNx3DqTsrKMU6PcqucgjB/sEiBgVC5C4WaiKmSyggjM1Ai4wpjY
DfVU0vPtukqDZsGJzuDNcqBN8AeQq6lh5LeODqNNilHrJcEWKZqphU5evMFYnrWuN1BB++xP
uGbOeuwfotsRg+MA4hgByvhhtAfOMlXIZbqwz9lRX3UmVLY1YV6rechkVQyfZ/XWctn13XX6
wr8PXU63VOI1NLr28NBVuBzDy2qRRaBuyw2Ayu0KRYudwTnyRsAomhjuNvrrNJ2Xi27TC6+F
ZYIxgrZWVVCD4kEEODml/nw9YWC1Gh9c+MA84MJGdkE6TWxXntZQuHBsQ/ttp/Wf4GBNYMAb
tkHzsTHKmAYLMpiEBksATodwOfusQr331lzV9hx9PPZzWt0Nen1d5+vudEwUMtTIZVyag0an
xVQoDc/OZbyc7LZxvk8lmG5rQFqcKEadDlEGWN7CugkCAmVquba68pU5ARQekrsDmDJhwDjJ
ACnlJlaLZWedoOa3PpvEz0K9t9ah7rLIFCQO9hpqURFOP1682YKnM1MBJbLA7AkYU7GA+Gxg
tgNmLjHMuZbQLUs57KXSw1znus5req6mxN9Lr3Xqq+n7L2YjEIjVVtH52y1FmQrAuHB1sgOB
WqkGmgw0VQrzIb8W2U1AGxyzFmLVnJssBJLyliVssCwuXKDMAYBvEziYyec4n19gNQIMYgBn
Mv6gIA7kAKpOZWMRLEiXDO3hiTPAODACYB8dQB/RxCZnK6ZnPwX3Gj6xgw4lz+sFl9AatODY
rzqkr5yR9j9bYspDIPqu4VWqy21tnOpEwBDfUsuv58LfTmpnLPyszfpasOUkfY789RJYoWnT
YdcnOBMnBPmpWLkCulySFlYxGJaMAV8gK3mgBpxvpB4WyzI6MrVh3fbC/In/ACFIM9srGV9y
Txm1CQwCzzP9ACZmpYpU7On1XQ05vq1QlQB/mZXAIBvKktVa7LTpEiMWh+vRH+24m9X0/eK7
WZWjHQWqbAlRwOANYnOiwYLWLg7CBsP9xZs5zmpsG07NrknxNcheUiIiqem0FtsqPwLQBsWh
yqlTFUmc4ZX5zsVOVbFIZs2O3k1qQoGfwGPxrVp7AIEb1M6x3IDNkgEwVMpWvMq4uhjT9Y2t
XItcZRD5hOQWwFs3n6t7Ec9awgGFA09aia4mQQQDPufr7Ef6r7VUV2raLegdbLLW6E6VF3Q9
T87M4sPjr6bFcftGXtaHf8oCFOID4UMZU1NSnpJLmwn1kkINrmRmYZNRUJadmwxGrZRiJysT
ZWcLe7WO+ANcsVJgGIbAAimWOEnJzvtqdLQddGI9GIlDs1X1FrtRwUVqAFAxMgglQA4MVSxW
j42cNbwDCkQief4/EwP4dVsSr6fnq6eitzKeP5rqo67F9Q5a1dGrRei7psPPyNgqBPuOTesV
2hQ5aFWByM7GCz4+1sLaQpuRa3dngDCAENtNQRt52gGTy5FrWeLWLTB1IMAEPgf2znPNzbMq
gTJlHI7qeBgq/VjFSpWigwnBJhOAWICIWAoUFm0h7q819AaZyNiALgxUggQzyP485EJP8dKM
y+m82ty2u1fOQiqFhMOTAyzpXau1SjkxVGQgBdCSKyI6AQJ4RVSKqqCQISdvwIFXAIxRgA2b
nYQgAHEJwqtksyGc3OTAoH8Y+OFEY+dcwgErieSYXANRRiySxbGjV1LFZTNVaCrAxYsClwGK
QXISHrM8fwPEBEE/sDy4EJnsySAZoDNMyygmW1NpeRuTiHBCAmVqojMMF1YlhqWJrCnUjxjz
4yMZOTFPmshVRizeQD82wCznEZsjnodiowc5iklsmeBD+cnBMCAwVjIRYUWMrIarXZyYQph9
aA9amZ7HatrFJtEbUg1kz1YYM0FgyNSMYM852CA31scBpvWSMGYn9YzOxzUltmz486jKMVjW
kQuZg5I8f0AYTiZUn8QYmRgLFbWUGLsSCCTmWMCtde0rQAKpEKsTqFH9FZ6jPUBAiiACAeZn
wQCGq1gtYmxnA9XVeaudEGZgEsgjqBEYZAUw1ZhqGfWVYeYc4LKgu6ve6piVhUVlqLLnKiM4
AGcdFYuotrap/MJJmGAJBnyWZBUviEgT8TzrrPOPEx4ycJgitswEiYOxU4CbSlASo8MQJXYX
byRlZgAk4HieMg5hzD4jXsILTj3JP2EB2QwEGeYPEGck+GUOBSoKoFADYEOMYMz47Liw56dY
mFO/lycVWMFpsZyQrD0uhFhz9xza3Zm4MLDGAQARAuBqAAMxcmZhzsYcYJOMbFRqtILEglgM
lm+NKHausiO5VXey5q6hSjW5EOc4zAISABYhItTY+QMCMcwtWTZWrha3U1BqwhzDmD85x/BB
MUYmfGMDPlmJPTaUrqfNmAzeNFYTAwNVBPhS03Cq3rsF/O5PZzNS+uJgzGJ4Ax5IOMDK7AmD
M/JB8nCwsAV8znHxVWMZVxuWblqJYsFDl7ZXUKhZZsApWBfBdZZ0akXuxau2yJziLTWsMZyh
a3aNWAqg7VI2To0VSJ/cJ1AII84Dw5n5mMBp39IUVN7G40BrtBErrIGWmCXFpDC5SFOw8gm9
0n2dtd12PAJU5DAgGDXGcHJJGYcgeQGJERvA/BErBzzU5rJ8PjWqkypPUupuKVrUtlrMVUkF
YPw9V2yVjH/NYeikR/sqhF7bHiksj02k2k1h+ixn50fJU4VVE8RmtDBjG1ac9jLARhlImxEH
mZEcePsWZn5rtJwMp52QMXXClCFJ1hGVUqqV4INZJ6/aoPP0W3dFdlDqzTOAfwPwfIBEHiZg
M1mhhzGBMpBL1ZFePiVGasLNjbFrStXt3IABXAj+VH4sNixWujLsj8NxNXBWgSpEhYkgx60s
D8NDSuu2kfsAEYIP4DQXISwJj12MabHYAsJsM7gEeY0+x5sqpC3cLKvMnZrYt1dhZWMcFTgs
1jIjtfrOe2950Ekc49d33AA6sCYySSYniYmnjELCCFsjYiK2QwzOdNmr8K7LqMgJjaqkVy23
aKq5/sQqRP7z42UT8n8xnwK7UtjFFgWYOceTGVY1xSLcTAVaOtWR00iIUaPUQUuBJqUz9f54
AU5nSm1PVlb+DrtllRLh3Rl7TitlsVqpWEstr5y7VIqjvsdTkiz7V1s6sYBxn8RcmHGDtgsJ
qCckQjE84UETxjjpLQDBcYiIRKedVllsAn4gAMAxLGyADg+QVBmMAYAYZUVlQ6sxDusFsysJ
VRZ1gwEu1ZK1q9jQV2MRTTG2Q0O7CypHKB1EJEzOz2fr9XH0qeOtjcCBWU8V17BLRTG6WsFn
Q1Br7rGbmvVq+u1Xt5HravvYftg5h2xgkAkQ/EYzNWiq+R+WGR/YyFnCNUJDEHzTXk2OVRc4
IxBjKrkuxJIGfGDgT2ec5Awf48TUZKAz1RwQMMyDjqATnQSytbKwgqX31NFS4QKuSjVyvoUz
8kwmE+FsyftMtTRa1VlnXaKuK4211MjtYMkdCAdKe2xKLax+zZWTV0urdVlC9BW1sYGsxiAZ
LAEAEgAYBMwJt4LGZijzz1olWEJqCW2AhQxYwCZ8CsQ/GOSs2JIPxFr7axmJFKMkwJ+ZiY8k
GYE/EIzMaj9nLGmy018SVuBrNRDWCLORHn/aoNf5rdnBHjoY02Xqr0nn1tvYym62qV9dqNZ9
hY1a3FzyFa61PtVfq6WsPPX6+qkpZdUazgGBPJEKMCVOMkTE8khiZjJwsOAa2ErcFB+KajUq
wQE5ALHwBjMvtIIBMC+CsAhAhIMO4h6CoSxbFMAngRrFWe1mnrdhXzrWdZ+JiLgQEZxAstor
sAUIn5nRULF5j/07abDdby2A1YEt9gIOTyUK05qRaqVKoA/j7augjnRbHvXS2uuyxRzuVPK4
jq4Va1st76EpISNzNGQiEedSZTTkqGV6qbkUWMBv4DeCSxR1jHMZtEae7Ey4/j8QwoM5GLKQ
y0VtWvmPaVgstsIpioongTEGYzqDYzqUtV4JkwGZhIn9HM7qG1rts9lvNta/HUpenlNbrzs3
FxuoQBVzNsTo7ErlrXdDkV0C1xZZSxRTa6z3mL82KNXG5quhW+q5iG431t4bsvyXqTU6tzVk
2DjpLakR0BgTycibagrqfM7Oj1ovULZSwLb5BWERh8UJMGJlce0ke1hGK5rtOwwTjzrABB+X
qDSy/wBQrdLQC4CMxgIjsEV+lVC3gr7lhwwbmVnZVrTqW0KvOzNz01ApUAEJEawKOjvO4rYm
y8c7XdLO1JOKyGXVWigCAKSSMUuAAFJ9SZ9SxqVMbkqYDirRwCoLERnEYsBnJrYGxWLOBk2u
L7lUItK+QV1LnJPnMPiWDZSGwj+tR0ESy9SKrLGUWYiWkRbgZkzxOm71hKjZFpAOpWG0rLuz
wS7yirCsNYL/AJrYViPuL1JVyQLVKmsnFbErf2V1x7regIVrF/Wa5fY1jc/P7AlOkOBHvdDX
cwlLkKp8AEHp6+ghurpD19fUJ/8A1OpQv3N4C/enFX3FFjD1WiwKsZ3Bax812qhXBbobWirn
9TDzKvA8QjzjH8YMOCGVVD4xfaqCnkudgusKhpowCsYruD7zEVTMATMayXWEK1iPKaWSHrRJ
d0ZUPN7DKOt0It3QqCezosS9O5lD/Y9VoTVEY+buhVcqzFOXAprCFkZQzlmCkyqjcV0hQRia
gSwl66+JHPRyJWVoR4OBWlvBWFfgIgsupantW9vW4LYYgEldieixith0lVmx8QAaY8sPG4gx
gtmW26A3WWmnkXDKDDUDHr1OzQAQqIcCK5B9zQu+QMi+vepUsNltd9SGxwaL0tWygqg3WbKx
oZ8LsR9mqG5KQQr11xu5yfZfZKuYk08ylbEUxm9ZxZYa0UDU5rXKkYg8KckbMD2dyUGy9nZe
69JX2VuiX7g+Ddx03Q+yp077hFT4GuEqi2Nl2zmnDOP9+ME5/hgDHQgHdq6K2e6uiqoZzBif
2VBjKoDoFmSIFJh8QHYVOSfGcRrKqXt73Eu6De3HxMzq7VLcyvKOZANAqt1hV6+new9djBVa
yUcXhKkANgU/sWkissUoVSnKrL6UUCtTCNQM4AyCIyT7KisB2wUYs25Er+w6ajT9mWYXI6uq
XpRw1V2MPIYsb69Qf9FiZzVxFOAPgTiZhOQiBJmXKGVbXQLaGAaZ8W9GkLPedvAOYrfJ9p6z
K1ExABj7Kr/pRQpr5Urrvd60F/QrTk/69HX2V8wv77bp5aV8psFP1oETnNY9dlk/XKhKkEOo
IfBU7mtwg13AP8eTBnOdS4OOzmZxaALAME7YrQtYedMFnqP7RA5/sbKTy9gvYFSes/A+Qa1n
OmF2doB8cfwYYZ4JtqOUZ1nlQzu0IxCTAxmfI8B7tZWLGi4lgVhUxWOtTQ8tDh/rPNnDqq/W
uG7Ok0LY9lrfrW4qWxIOl0PJaHrbImxSB9owDFsGD4TIyNStRDiYn4gaMCYJYuV7ayvR+Soy
vLzr6zT4NCObeVVlVG9vOVrtqYbdrFQWBABMqxMGBfBYwzHiZmJ+YAIRkBVAdAQUcQeYcKA1
lpWqtCY9jmVU5LYI3ZGyEnsMLAzr+x9agHpuop5UCjnVTRQY3BS89N1BqtLghyLCdamKgkhv
kSrQeIHKlCGGMQkGDGQcgDA/0n21ATpUazkr9hzglyJVZtGQAt8ZVXhaLGy9mzOCZSDsviBs
AOcH+T+cQf8A4mOSTokswwyca5PxJwonmednPhBgEmdVorottLsHeLdYqctq2sijCWFw+QPM
DEk/lq1MqChAcRlwjDYsoldghYmDwf7RsANNiJ9w23UmTKq1WghdRnUDz0eAF+T2mUs6k/63
YmosGrJIGDBiEwwmZ8H+NptMwGO4WC5WDIqgPYHqtRgWUQqGHqNcW3Zi0GBGjDNfZsYQSOfj
cyngUM3JSEKlYnyG7Y2JDnM8FSTis5gwRsScmFisrA2D5Bbx5iYxkZzhfsDno4kzbouWwpJR
j/doUQbhgDYdNVW5TD/ukkw5ClcwKdMjB/H5niHEBBmDPEJxLrVCeu12FQ0NXTHp6BPVXWKr
yGRp7DtaNhWxVRjH9gqB9k+buOoPKdGVlABRolRaOCks6rFFLrZVkGDAZhk5YHYl/iD+Auxh
XE8hl8ktATk6gsf+XQnzqr9SZ8s7FWDKVvyDYHUuAKgFS7DV11qp0DMgVDkELBnBhMyYTDP7
zD5nQ7qlVTu+qCdRCLVeZ77NbcvFLI1LsA2IApjaxCgKjz0swrv82UXpWo7sRe32CnpafsMI
bQ8/WRlSuui1sibEqNdShMGoZiWGMAbKQC0UgNqJYMTbI/MLBhZy06Mxj2fFXAVm8kJsqDBA
zTWDGq8+pcDUuhGQMBcGLnBGIR4wJiYmBgzECqS1lajptFddfV0hbHQz2FiQNWwZyOu9QOf8
wBWhGCfI7rGRLrGLr5iocVVEinjtYtSiqLErZbrbDfWGDVrYG+LVEGWMEYHMABBHlQpgyYUz
FJwTAohAVUwwI+NlAn5gZlJtabnC2hQSA9LAI1iMhYgGzyHOEJIySQ5wcGETOTn+MnJJlu+g
VSFQiy9vZbaWsgUCGtNVay6wfX2AW89tU4+2y9sDG2GbAgwzfYsCCF25eYWtVwVIM89Z6esy
pbLWr4wQlNaSwALQQa7F2se0Ia2sYgRVImcwECbYOMQOMAvcR8VsZnNY9SN5BPhgdn0AIUkJ
kOoYBdZ77TFtIm2BY2DXaWdQywfIBofxMYgMAmJZ4BLS6lLFbn6UKPesXr+Vj1otC2dV61rW
LLUqXs+wFgVrUbn7bSauiowOjr02rz1dVyWrxcptampUnYXKlL2s5+dcVJqpGSciWgsvOoSq
60EFGsaqoqpgbB1OSADb0VKyCyyJzNt4UYYxEUQBi7eA1gMaxDLKd2s5LAUPRVFuUz/noW+L
2sDXYuHputNHMyEMILBBpr/R/JExiA/wYy5jLiHEwDO/kKkMbG5KHqFtyovTe971JQQUVTdq
r+19f2GwbrLSlCqu6rPffquzroolCAgKABgHJzddWgs7BKHreC+isN21Z/aph6dp+zcQFueU
8tYgQKGOYFJhA2YjJtCi3rewurJF6yCvVSSLa3PqUg89bAVMCqOI1KNDzARGsrWqzMLQYAVh
pk4Jz/P4hImczxCsYEQHwxllAW0WYTs6PYy0fGhE2t3YW66+QQtaikMWp2K6jcMayLNmrXaJ
8YXGXuQHp6XUWWu7eSFU6ipmi8pLVctQi11KNa9l1EtvKRrLLJWQF2mwjy+3SV1rXVZdbe2j
YyQVsKxOpgE6QYt6QWgwmvJZZuBNEgyAsUz/2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAI
AQEBBj8AkoKbzcjVign5E7i+RdR08aL4eFapFTqU0IZTQnYaRf4eDd3YVlJW7F0KbMe/UR0J
Wl/BdC1PDRPqRFvCX4QiEQyxQ0lEqxVQiUizqXoVIR94k7DghXEdhz4LqfNnXYTxqtRJMoTq
y+8Cm+pWwoVCNR7m4qlE2tWyPqzdEkTlhCdiGUN9+x6FcX6f1aifuY9yMVDYkxRuYrrco6Ne
GMEkRerO56raFLE7DfUrdkG40iWKlSqK0mRVocna6ZL0K3ZRFofh8iVuJslFSqruToJ/Hxnp
QbbIKKEKaCaO7OisynmPWSLEvTUlRCuWoeq3VkJPH2mvU3Qf6aXK8r1VEuVOiHkqNHHMjH5I
omvI5+56VaWoHgnLVTlYxadrk/AlCnbwU7UN27eD5aWE1WCveheg0RpBuyVcpcrcrdEWehOS
kfDFw6qDi1Lj5jlPk3RCUV1IUol1KOo9GTcX3eDhzsTMoWzIT8kVK7VJ0gfYbWp0Kn4CceZ0
sNKrOiHIkcnRLQ4LXUWfu5LJY7/+R+n7SaSo4exSWeppvQj21ye+wuaSS0vJp8P5jlkk27EV
SVkN5XFx0R6tCPgdBUuvBLZeET5eFH2G5noVKshF+7JT6Mo+5LetRT6p1KOJId1Qgj7DfQaq
mQ3MimG9SL7DSr1HD7l5I13JtGu5tuSX0JxTRW2pOmxK1IQ0VVX94pQlY3KGOLd2kcvpSpQd
XGk+EKVWxLSeK00JzjJq3QnLJJLTUyx9tZcmr0Gs3yf3HFwm9TJqypJGo8WhvZwhTWDGNhDj
sLJ6yd/BLca6jWdakNTOxNhxoKL6ldjL9tcRJ3scdTF1SGsbnNvsQvMmfDsTCZOKVRPCE3uQ
0m9WZYv62q/4iF9SuNWjUS1I16DiiGiOkEJdht3JSoRMdC1xTvYpVlaxoLRol22FoOFVanDP
LJ92WuY44YuWLL3cUo/LuTm1iun8o8faeSe6ocs2850bkxxWtD1LsUT5OyFi6ZOr3N4/AmyH
WTFRLbMVEWK2MtUha7otLEnR/eUHShQllpEoaHNa61FxVNTLG7aoY86LFpvsPL23OLVB4z6l
YmZm5CbXQmJybuRlch5R0Ii442KvUhESZNazUlvuQJQLoMjSSCrL00RCpJ6l5lGQ/gNa+EE6
i1ljjU9KldBZe7i7UmVdH6mUYLHV0Gvaba/eR68nTRssxUoY8FCTnLsNNepWModdxVr9426w
Xpt4YzbT4CSvoety9DKFWv3ih1dyrgX4ihT0RyiO5CoeqpRUZaIsJq3QpbU9NIHlkqsUqqOT
pjI01cydFsKHKm3hyzyU6snBpxoccbK5EyLJTE1OUkaRQadR8sY2ZxY4ojJ5N8VZCig9yYts
S9SuhMSdCbihQJQS6a1GnZCRGKbOfuQktGPHH1ZKiS0g4y+LdpIT48nfyxPXks3vH8xEKX0E
1CetDLNukQkkcdxyolCczNhblbs4amPSRSUoZO918z8StRTSLHWbERGxWhDqKHoX7iW+pP7x
uhU9Inoyjpoh0qqFKJUJ2YyjnUWEU3PTrV+CxbucpnHYfRWEpuRpoLN9y09RaC7+EYk7EEEy
mS9DlESVYlNRpXJsleTipyy/hWxdxNjqzpqLjZRPwxO5WxPhQXuKsUcCexDVtRlCXovwF1t4
Nuwlqi1h67wQhUqiHVkTBDqx/Eh/IpZFFG5M0VyrtSo1KqPHCvIXtrGc3sVJLkUq7K5CoLFp
vcoZPF1bokcXNTi8WQhJucbwQreCjwsWkiFWw6eYmcm4x1G1RKw9ZI1Fi7n6ftUlep7/AJOP
pHFIuKB5e3jTFS9CGqq5SYbqqxBDKeCP08Fy9zKyWhwb5PWSlERMsiLGxlKmglZ7C6E2kXRV
IWuhFiqjqXJTqyiEk+5N41Q/uNpHOS7DWKjqTL8pFGLbi43nC1G5XJlHKJxb+MCSyb8/5jn7
jrcWPt1xbqxvG+w3VdB5NU0J+Im5IxVxYpRF2b+CaoiSWr6DJmq0PVZVoJ3ZuM7Eakze4koh
XaGk0+RWx+p7bnPGPTpbE/VSh3yXVjfJPN9rQJ80scb1Wp6cvuIWSeT0k4448vcyUYwZe57y
iij9shzsLJWi5Gt0Kb6lNRp7VE3pYo7mS2I+JF2VUJCS8iwlELdiqRGpxmuT1G2nHQSxURqN
xqLlN6kL5+HFuhdnp9Q8M/Tlsyiba2E83CKVKjUEqW9i9WJTCRNS3hLr0KriuvgyHfdFGVqT
A9E7DyunoPqSb7jywcUPpt1J4ynsPDJR/Uemo8bOCPceWXKyVP8AOcUssMd5n/aLFZcni05a
Mfc/dE0ZTsTErF/iL3EvpaUCyi9SYubFBHuLrfzGpjYl6UIVyGo6kPuRt1NjYTd05kTdJruV
faYEk5exS3hXwkkSni05Y7dymLyS8pOTp0IsMbJ3F8xN6kECTcR4qLM72GiCXQhlH4NzToNa
bla6lrldB5Lds/ShzmqbC/Uxo9UStN4KHrpLoyVVInHTQy9uYhJ1Pdx8zNbtLzEsvkUqNwJJ
XYpoZwoq2cZruLZaoTfWTloctGUJY2LYSyvJRWFjrqV+zHg4VSLsjwqTEiUodq7eEbEjmvg3
JGfqEkdibExQtVkN0KOm5CdbyKalHXYTiuiGVuzDN0xxYsqOKpwOMqO4udVkY8HZyNZR1Zk0
5nUjJy2olyZ5pzjxr8BYb5/ORYukIoqaFbiiLlRuybiSEraka6ocN10GtdCGyXfRFVOwl7cN
/mVoIyiD61GklMkTyJ5Dqi/yZ9VujL17Mia9ia9ikz2J/DUsyspjal7kuyuUxhbi5KHsOjhC
fGo1xfYnjUSidX2G4psVOKUsmtSHZ2IJWmo9SVUhHFXJdEcmo2NxdLoh0Y8HdOsbQLkpwyu+
xg8cvTPzMXhx6vK1yM/cxy/hwqZJJ2dBN0jceeLUZL+UwydsnM+YofqhC5K+qKaEabeDUSpJ
qm9CikiYHFVuLJqwuTp0NBuzdSjT+84vJYtaN1OvUSvCg4zCV2fWp1qQvUPFt1qPL1ONh5cc
mk/Ml45LzIScsji+8jfF0sfRZbkPFqdZH/E6EcaWPpcY2PpcayLLiPJY1jehLivUeTitLixU
cdX4csa6fInV6FdCw1qWpubIhVdhrcnJ2rAkkxzoNNX1OaTdKilU9z0vuR7mXFOzI5L3MXor
o/TeSTWkk0et6jzVFVVKUkXtzDys+zMMG54wYZKnF1nqLZqhk5nJXFk6PYqN6ScbRqXq6kPU
VSO5EN9RPyZKpLgWXKHexzxaie4l7cSribabekEt3J5eUH1ImUyE7nGhVomVsaUOKagifMjf
oRNhqbjUqpc+qg/Ve59XahXL5H1fLwaIiiIJdkTodNCZmByXmNDoS/IaephNnP8AqHhZNDwz
pkvUusGLbnHoQjmmscP3n0FGevq7DxVkmJTEmONXklR9z21dtyZrVQe2lVtL7iWJqiTkrYaS
mtB8qLYpWo21cUUQktCZqJbHFWTJSoTk/U60JdmzGdLHqpJMkSXLwUyRXJH1Inki5DbLv4E8
r9CJNWXIr0oRGVehDWVexKxy+X+4edaKpKQ+pDQ2WvoRqUUpEfS2VfcUK6oRkqbldBC9xL1Y
u4k7sWeCnLFTH8P5z9JSnlbHK8nL3VGGlRe3hZf0+GeTskYtuHIq1jQSmVji2jOXSUYJOHC+
AlMi6oUmU70HiqNkPQSjzISK63PTZlavYenKq1OMeY+LpjQ22FutTH3HlLczTZk4J9KHqVWb
eQuvQs0Tmr2E0nUpjR6lcablnJXEt2LU0Gmu5VR5lWnxtH/aTFNyriCmUOdTLCV6tZIyoUl+
FaTudSdUZZSpSsPLJOJlUEoddTG9F4tbDxeoldrYrqe37io1M/4Re37ySwbpkqVOWDWWO6t4
PH83uUS7CeVUnIngoS3Pceygyxdm6GKWig6u4lE9RTQahuWNbTB3Oglj5kXn5CxiiNJ0G8qM
5Kq1fQb3/oIYli66tmFaYptvzIaZ6cW40Jbaa0Rxyx5ZY6ixx9umrqJTGKZGPtziqTUWOWKx
w1cCS+hQ51oNLFJK0piyzSSeiuPjjRboShLHVwNYVbI4uurQqvlFZEsd6on3JSVkhL27zXsN
vKuiJZJJ2FBlm1RHGOKbr2FDo0KvpIRG5k0p6GUOXFiELLP6ZplAni5W4mn9L+8SizmRezn/
AOt2y2Y85nFKZXQx4qmKp5kDeNcko+Z7jn15S4HOjJxq9itGriWgpY9NmPUluBy5jYq4eh03
GkriUeYqjT0Q+mvkf00NpmphhM0ie7H67dDJzyeXkPqTBTUgjx9RsiIkaRf4Hfwh5ROmo1i7
lXynyOeiVSX8CVYgv4ZYXdqCiZyou4tViqyemjvXxcDhpt6+EZKe5CsZp7DREw9zL2JbzymM
tkyrl9SbDwS5PLSB+5l6codDKLTcT3HomKGY+Y9a2MocdGdB8phHQXqcbDTlQJqGpFyV7QOt
Is+wknKZRyQ1LdZMcG643+JKsyPsT4elwyM3OW68aNDhpvWBJYNZK7Qnm5KFXOXxKihS5MsW
65JQjoyNCEvM2Y9TPHSWYZ0lV85IaiTn7cxNUjjlexQS1y0HHwmSw88nCV2cPb9W+Rljq0NW
OpOT8FNzFv6UnI+NITMm1LeRtT7iLiWgqwl+I3ux1uUyoy8zWgl8yieTWo6T1Jy0KqUtTKFL
h1HjNYoRljAqqOpyTx6jeTr0Eld3v9qnhHj1LHTwlYzlvoVUs9KljfL16eGyFPhDM8kpqY+3
FNZIdNitZ0MmoWtSVlON2z2+HX/SUc7s7C/+f2KvL6mujHSc3dldbjVlTwhKEbllKsLKKx6v
iZuln9wkrzc62Ku4nMfiJPTQrKM+jQuU9i9T1OmjRCVN2dSN7kW6j2Y267CdqWEpY8U5W5xv
N2LNUsVJkgpjXcrQn1SVTkonJdmpMMqnToJPF1Iio+OKK4Lykph8ZPor5laMjTwr4PqL3sH6
sfU1v/CYzRkDbpSrIdcXSTFtNLHbUVKq5GKnLKiP1vcc55VU6SUNzjNMkmOCLMixS5waq7My
x0dJ7mMOW/US7MT2E7HJvsNOssy1bci+EC0Z20JiiHlqVldSL9S8Yo3kWvU5LvI0PJ1rRE76
ChNofpco+liWXt+clcYKqxoQaSWUFkUxJiq1JmGVcmp9UE8/kVUIceRXwoZVs4F7WSlOk6D4
pSPk6aNHCa5IlPqu5jNIdeo4d9Dj7tWnKWRCfkXKGOTUyoXfwVJJ2JZg6wzHZuWtaCdYdMUY
4qhWpjtsKg6Q0PV0sepKu4pajQXXXchqSjsNtqNIJxdPBrXRixdWhzlP8JlEOTjNrjd60Gk3
0qTi/g2L97Vu4oyiKt+HLKw0sG+sH0V7InjHwNfifm+JXktqkTkuskS/iUzdepGeT/7mTy+b
HWnciK3OpU7E3extOTkXuYu1YOqiS3Ub0xsV0ZxijmPiQn6kqn60Vwu/4WLLHXw3kx3TIEfg
Kmp7OSWj+89vB3br2MVENVXcnY9TsKtHVCHJKpOp2WopLSlbsPJvRwbMirWpSxyS6kx3E57n
pvA91dlaNs9zHKqVk/7xK9tdKk0XkiFl9xHJycm76DVirgdSZ8hqarQlUSHrBsxrXQjXfwlu
nQ6Meh+JYqPzHjszGLNDy9u7vPg4uQ9bmLxtUTu3Rj21H7czjlLx8vCTFMkl0JTsVsYZRDxd
BZO6hIVdKEPQxX5dRO82kU2jQhK5BFSHWSIhJCS8yZcH9o47Vk442VxVFrBOjHGpS+5lrX/c
S5uUxVOhHBCeKhnyE9x5LQiSHkx9GTqyXSdiU7W8IIddSupHhchiSG1sPF05ZMWyViSPC1UY
Puv8pWuKrB3SFSMk7+OLdOnh3EutRPYb1UfeNut2ZNKGqCbsdxY4uEkKdNTlyraSW5bJsTYp
ci7ErwZNWOyLVfUlVREy3U4r4Dl207CM3+35h9yVcl1yJdUrEt0egljY4uz8IOop8ji6kyVE
V8KO1yGizoTuUuTWostav5EL4+HYWW+gzHDaRNOBqsEzYVK+GLmZ8alarYftpRDj4vkYy3Wg
29ayV0cC+QuuxskOVLQsUqFbEsnQtocouUbQ6ShyYqerHq3SSjrBM1Ise5PT/WZXdRpUZe5H
KficXkmiJqNttu5SpMVm5M3sKfKDsUrOng5+R38HuSsZepVFByKHSRbwKbu/jHwMsnfTuc31
OLrQ4KhTUhrsV1FjdLwk6DHhPpcNmKdlYjTQpZMTbrYw5VScMUUKKp30EnZjS1ucX8Oxb6qI
u0ldCrDY3MlSHY3Wg5cdIY2rN0Opko2/1GSJeNSxT7jm0ehQtIHjk4bohpKqdzz/AAKWJdzk
vCCt9xFHUdaj3gTXY6iW9zjpJjklWFUXjImvp1HLiRNsTy+QvvMEnSa+Qxvt93g/sLJfmFqc
tJE1rZCeqFvqT0JJS0grYca6m3Gxe9WdNixKcQKXMiG4qyfgV0RH7zS/zDX7U8K2IaoPGyHN
Y/A46rUT3QnNJr8Cglq7lHJOjIG1fYjUkZsTPmV3RglqObTYw7I5bVR9NrklKMzUflYlJOxy
1PVZmXuTROiM8tYoT4KR0RYhWVxYp3ozjch0geF+NZI0gqhYzSCtZOMURA26Sx4tUSJU9CHX
c+ZyWptudifgRsJmL2djJ9SfCfkSOFEvQnJynoJLWota/gQvMiPPwoNaFKHfwaHWysX8hPrU
Wy/lE+phu0iw0qbkTQ6oyUNzi47wREOpMaaC1IeuxRQl86GeCcNJOCtTuVQ1oUocllC1VVNB
5T9D+4WW1xMpRO44FUnUUOGjq9ScUoe44Jc8ir0Gm6rWTdaScXpsWZUeyNiotaoy3k7ErXxe
cWoPK06C7DcxUiO40QvIo50GvHqSN3E0KtG7D6MnSTBu3FMpoUXxOUTukLKIyV1KHljVQyd5
+8TXyHk2JZVxxkfHZv5GbyyjJqETNStiCccW0rwVRjkqNsywbl5JwjPB2xZS530IX5hM67ku
uTdyZcEbDcnbUiYQ5r1OzJW50EmqFLDrTQcuBRuhvWTubeLTsPKBDQ4ufiKFVFLlx69ShLJn
yHFNC9THLVO5y3YovdmGGySKaDlWI02IeMTqjLjKUO/YqqSUvNR4XeUJHJL1ZJS32I1Ym8tT
FJt8iNIkSirMsFXleRZJuNVQWGP0qyZj7iieSqPOaZOvmR5kRYe6oRsNbCUQh1G7SzJPQaop
lGLfYqrFVeqJcJFLCyGxL9qj6eE7lyPFzRlxDjVkJnHUjYpchk6i0IVhl5RRsTipFhJVSMcr
TUjBqW4jYh5vFdETzeL3FL5IpsdVYh7mKi1RLoLFVjXzyMcXZsxcWZxzUmXFX1JiIJFFDNRW
JXkJZdoElRUK1KUbFvLqJxV/0Cysxe3NYl1QsMMeKx6zJCvMj517jrGKNUj14txRQJOiuh6m
w1pubj1hmWT1/mEvDt45eYodX4T1G9jsbwRsWlkkxYSgglP0uhFlMSNzcSmiuUom6FMoyhQk
Jv653k/5cnWITZGMDwo4pDkXClKwVr3EsauanJ1bivkZ5WenmyYmtUYSq1cFaQiU5c3ImrHr
sem48s6RWSZ+qiGvNIhaCWT1HxrS5LUJEt01OPtPuyW22+pClMqnawvRG5ERguxOWNHawmsY
xjoLHPFN2VLHGKOs9Coz72USh3Y2vMxf2Opkl8RQKTkiU23qit2WiSu1CUKb7FoFqxshU1KV
Q3sJpV1E9f6hKK/MwzzXonUjGHx2HxoneDk6N1bG0pcX8hJqEhK8sxSURipXkLCaVp5kwNqk
Khyi9HqN4NcuguU4pfAbxqtY6E42WpzzU49bGOKXpVYQ8tLJEoWLp1HNYTGsqWhHFOjIuibJ
C4p8mpeo8sr6disUKcRpw4LpMnByuhHuJJ9SK8XZsauSKbvQyTyu1C3+oS0VvstzAvDzHO9C
ttBN2GvkT4VLDoX0GttyOjguSlWRN31E1ZWMsMqU/wB3jkneHEDamu4oUseTpCJbmX942tvv
Q3FWqF4Flj+W+1Th7septT5EYN5e3neallEjii0RmnZLiY8Zbq2KGdzudTH3UpbcMiIk4ueN
yMfNsywxh8TOdSc1G2g6vHJ1FmnV3OWLnoS6ZLYSzUwPjPF1RSyEpolQXHcx7V+0t7HkPYmC
UvI2aLwKSP2r4bHTcTyZCXmJpQ9SdFYcqsEbWRi3EuhLXY4tRA4VdytELLFt+RMw0rnBZWcN
GGMUdWZbQxw56kRUhlLZUa6H6SfLF+FL7DyiuWRH7qRGT8hbaFXBfzFk1dW0HlP1aQcMO5xx
y7oeW6qSvyjzyvoiYT6ji2VfMmxKoyNji9qfEhOm25i5upZaZYl41t4ZRVE28GmOF4TfoVXh
TQrpYiIc36CU0E0hwpOoumg+S0JSXRwKXCsloelzFmetNb6iUeZaiGsXy6Fljl8BuKyfqZpJ
bixxdzqyZmaFuxWqgw93GidMlohNWOLdLCxX0qpm+qE72EpuJTMiStjMmCSosUVJHlk6krUo
4xRyzSpY9NCHYfY8hxaBOzgkSc0Gm4UqRJ2Vu32IHFEnYpMUlED3HqUsKEJqxKsNjiDTr2J2
VGdNyi8uoq3dSE5jwh1mg006WYlqlWonm1KW9Cca5HF5S24pSgj9RKqdezFCqQqKELF6Ki8z
GKQWEtvBrJdhvK9lJzaq6syy2TQ3NybOyYm7/wBBOP1RxhENQ9ZMYa54xKkSdEQqoTh9Tji6
2YsXpElVTTY9cJK1YgWWLmayOXVbDeVIXaSclUz5UUuFoS/gL5C52nUpb7LaYt3c3GNrzRUo
oS2ZD+nQUMaTrsdzsNTpREakpw0XoKPkJ6jTHklVai43d5I0FhlRCySqRjfSR4vVQ0L9yX95
Gw/dysqJiI1FQjUb2OCrjipHvBlOtykQJPcgUbyS7u0f4jklGnkL282n7i6eEMeS1Jn1akq8
WE85SdDLB2xVDKHFY7iWas9TyoZUpdSSlKRjjCS+Z6MVCpJC0F9hil2VRNkaGTHI1i5khwQm
KfmdEPqT0KUerKaFCt1Yqzqxp2ixRajcVihLq3U9bj7x44KMVrYrkm+/8px91TFmZcbzFCGn
VzXsKLeEblDrUl3kl2dUcNWyU4MWvq1FNxRqY7nt45JZLinUaxtdeaGsn6ky3hUcUeg8Zrj9
SMsUrajyyVWKljLKPTbHyG4mg8ZhTRaEyJTCpRk6fZbi50JWpjjjea/AmKO5li0+hR1LQN1o
ccG6lVUqtDL3PyJb1giaasTToToyI7FNSbbiU8snfUvVkqrs5KU9yPM5+6uSxf5iMUse1PBo
bf0y3BCpNkVJXx8IMVdLQ4pXFjk62XxMdkk/McW0OsHUVRPVHtr+FWFmlLVJ1KNre41nlO0+
O42m0ns41I138Iwb/TxplWKiSoZOYbUIcqH0KCayagxwzynSX2OnhQqNWZDuItI/SjJxf6an
/JioVqpkcVOg8eNRZL20slrqNPFLuVxXGLH6celqIImsFXLiwuUwULmWWo29SNDi3RKV3Fg6
vXucUoKFCX8RNFKtFbEPy8HPl5mKTlGT2Qlojm9E2/Ica7FPMQld9B76GOHPisVGg5y5TfUT
xVXcUuG7GLd4KHGzJsydDjgvTv0Fjiv/AOkjxxynDGlBzbcoVsKtNRJudvCdfD1KWejH/jp8
PzCxWi8Jf2ZKkYtofqc9y7kq7XL+kjF0OT+BDffwkSUKlxNrdk6+DzyvoPlpoiVXH8yKaq4o
8J0GoroZNXQ007XRxV9mT/DUcXY5unQprcc0qU8x0oPcTVT21kvVhKZisnRqhKdUS18v5iaM
nOi0SoRgoROTgxw9twq8mhtVb3OxD8PuMa0bUiaZOomrnFL07nFv1ETXwuX8LkSRNvsbku3Q
lzQhX6lXY6HVD3E8bzUxb1X4EobdEibrGRZKzp8T00asPCeOX4lSlvxFN0ZcXR4szerHy0qZ
ZY0Qkq4wpRjChJWgslK1JdtNiaQ7Ii0H9JKZLZDqhYOuCdCckz0KpWOTv4PPJpLTyHksnsPJ
u40rirJXTQk6CegsW9StT00OhLSJWKr428Z8JVCGQSl4spqf0DfzElfUpcxbbtUmZUkY3Ynk
1xf3nPBcsXWF1JcxFGyXiuX7wk8U2x444qb6DlV1PRSvYfnQy4zydDLl8WKRUiBKKFLI7Pw6
Cr5Fbmsol3V0T8RrJQ26MWTzWI8fbfLJXjt/EerLJraSXXuQU8yNTirkpXJyoLXcTxbnoQ8p
e3/WkuVt4SqR4QvgLHwS1VzHrdDlwXmjRGVdj9N5Rj+KP05rfoUdlUwxTcPYjHJ8Wobf8w8V
kn7i01HhEN1Xc4NS2ep1R6dDqOXcpU6vQ2hfMq6kK5BXyIGpoanJUIWVEelS9WPPPGMUpeTl
I4+3b9v3idbjcUK/ElWJ1KXR1KLuxZLL4E4OkUQrnqcH1KC5eD6lLPqTIlQSn4QRi66j9X3E
/Ieg51LT1KXHSpDUUhNkusidJXhSpLsyfqMcsVDu4OLn1SkJ5V0FmraeRj+o+OLo2Yf/AFez
lz9l7U/gy/fF7mHpyxurug8k4cUZGUvVlr38KogVK1qTYrUo6+EarXwkhfEiBqJZlKSaUtH6
eFMUrJ3oKnzF95Be2nhcvMirQmYRCuJtNrUXuKqaka40vZCn26v9v3SihlawSqdBrJ3sJrKx
Wr2EkrtK/wDIJas9KRE3cyXN2QTJLJJcyytvBLJviiicai9Lgyupt+3IzTdHRCyhri69SlHl
VHF1WxyyS4ZRDW5l/wDL7s8c7TZMwcz7dG+No/N9Qsvb+mWmbrYrgvgJ4pYvzJwajqUab6E5
WIabSFSBPOqaHpJexuQtLm5OxQbalf1meWP0ui/y+HqUjx1PxKzDK0TEtEjoxz5eEyY4tuGq
dz1LwuUZX4lPiUrGo3jlLb0OURjuy8pXgXGe5xrLUSS6lFBUnQlGi6kTK/AamUIpcrREIqUm
f6iXbVsSebWPQ5YZ5PB6pmXtyss05x5boXPGIF7Kmro31H7f/wBeTww92OM+rGf7vIlVKLuO
VYpRK4+KUkfnIzxWTu5R/wCvFvshLHFYvsemyLeo2ZPz8ErN7eHt+3g4zdcmuxF3qQnKJycL
zJVCIuJNJEJRSjITEopuQvNkOvhg5sY5LVFGTPzH6oa6lcpW0kZOP4UJKexyy+Ak3TVEuJGs
lKdj6VM0cCUFHCFXufiRMojwcana42ruxWr3E8XLLQyqntUeOXwIzXpeuhDrg7oT9uX7eVHF
Yf8AiG45ZRZielOgm2nnhZ9/7I/Y91vLXGSvh6kf8dvwHOMxqLkmnMQ9ica9CV8PD1ZKtisf
H+YhNd5Mln7mEqsSN4v0qiHllRKB5Jjdup6nCRHt+lEzKK02HX1KxDcz8hLWwlZ6jV51JWo3
NBVSgWLc5KX4XuOo8U/VadFJN9ytKH3kP6iItsLFvsTsRfWhSrG/kUIdPF/gT4IfBUV3Bjk3
K1UEp8Vqh1qxrK7sQ8qdiMcqvSB4v1OI+YvcwUpL1UsNY1buLD3MVWqyF7mNUyDuVIbFWWOE
+Q1jhMktrHdQTynyKZCczycLQ67iTqYqIbXhLVSEvCIvqTNk4WpJKRL7+F67E6Diwlq0KdaC
KKug3q4oQVK6kwcmobMuKuJuJUHHyk44qqV7Cy2SVBK73Jka0O5CVTqQlNLCbSSYnk6pyiNt
iFboXk7iyycdBccWkrtktSNxBxanr3OaraVAve9pVwulsf8A5/clct9/UQnVqfIkWTpWiREU
63Ob10IV9iFpcbnxxwUqKn3icHYroid9PBfqOO2pSqVhtWWhY7HGKjlFbnKabG3UxavsKjVa
fES6HLPWiH7jdKuCU+tTlN7o5VrQhVTIWng8cavLQyyjSYJpC3KVrMDfy2IVT107saxUsSWL
7kZQmKEk1rC/0mzFFYNictBrCHk7KSc8uK2xkTaTa1aRFuxBaYJS8IalbMy/+z2V6VDaVOP5
fyi9r3sXl7kwnVtY/wB4x97k+MP0/wApzyoojFa/2iMMfT+87jayjFXabQsn7jqodWL3K1R6
rDXt1xeqcHLF5vzf+4/5ZWXVycl+YbdBvcpUtL3Z62pbm3IjFT3NeyZWail0Vz0W7QSrlbl/
gJJW1IZOqoYpO4m7JDTok5qOK9ST06XI+84xXc5JS3poehy+hOVv3tTjpECapi/idT1OG7ox
44tvQeXuzhNaihPlENuI/wAosVpoSWhbjrPQgVGkOamLxbxarKgibUkobE+EeFTLDK2Shn/6
MM8pTni4j/KYv24pp3P1M36nocaJaGXt45Llmouc/dy5N2Sh/wBoSwc0OCw9O6k5e5HYoL3v
bl5ppNKt0Png0lVNpkJLzKWQ9y76CRRQhSJqG4KfIhkt0/AmaIv1K0J2JuYN1SaIT8mTFegm
5IKO9xpquwrS9BrG7oNtQt2Qi1NyMlR27kxJyzzrqosL9NRGsRJWvQU6aHzkrqRBWzQnNUTK
+JHFss1O5QbegqRMlPsV8VQW56X6tBcla01JiI8hpvzRu934QNO+w0kqJoes7FaEqpLfVI27
C6iTigkp79ynqHq3eTJO+hGh3Kbl1eeotjmnVOxM0gajzK1FWdyHQt5ixxVdWY5uz/AvK18I
3FF0Jtx0JImxHTw7FU50EtYoUuepqOiJcs9PzK3HDh9SaPsOVDKpwjUo7FH9iSSdCVYoRiq7
s7l/F47JnGI43HFUxbEKxXahVrqUuQJFxfMbdtSdERN/BPcUXFFEerQekCdkiXRELQTytsLH
90UK1zoRHmUVZJfkTBRVOqNhbi1JVlYfOEtPHlk46sa9n15do/zCl8fJE518OpKG+liVSCGU
fj1JbhK5xxc9SlYFi7xUpX7Dysoc66DzumyhbQtTcjH4jmj+JOm5KsRp4SympBaCgoVji7sS
d9xvQe+p6bETLK22EsdFcqQtb9ilPCFc6EPxk6+PLGvQhqh6FyZx96McL0FpB2t4fcJzQuux
Rz4yjbw55OElVsy9rCOCuzhjVP6iJhdTlNbEY1Wo7ruRlQ9NUZe23xbTXxWWJl7eSa4uKlrF
SIlH4G5OuxGjISoykMbauLp3KkaIsTMdBN/ES1OEeY0qSdNGQnMClQiCcnCQ3gpW5XQiSpBL
8IsMbvsUxKorQUq9EyjRRnc7+EiTsKHaRpDr8ivh08P0sFVsbd9TKXV3IuhuybKK+4+S4wRd
Mb9tytMX/uHzxhn6uPqWdRwUHLihR0KVIGTsTZaeG7Yk/giTsU1ImqYm6jauS0JNUX4krXQn
WCWqCwSuQ3I1jTv9joNu3hclalStCJ7DSr1mgp8j1a+Pc7+MEFPBDi7Hk9KnOttCk13GoqtS
SMn1JxVXqRoKURMSQoyx3FyahzFSiKX2F8vGdNSXQdSNyioVoNCI+InPkUKWKOq0ElvAnNES
zjjaanPJ1jwqNzco5IxXJ9CFiJOmM1XQ9TlaEpfMexX1J2SOLhGLyy4tvu2RguTVtEcvev8A
lS/lIKMqUPUSqnUh/YqPH4EWV2SqpUISroS7scWPVXZDSpiqT/5FHJPh9NLnoshJEqJ1JKmz
OpWqIihDs9RLQpUqoFI6ChwtiXRFPgU+piEmoIxVNWSxw6djfoVGt0T7eSXcnJerVktR1P8A
2YvpJ/xrkyMfbcvzE8lD1R6cpXUTzxcp3X0yeqGp00JScblXLJ+/wUYqNyw06IeHuOt8Xv4e
mpUlfAjUb6DlNJTcy1cxXZsx4u8vz8KOwsVd1ZKutyrhuuwuOv4GxdQWq9UPHDB5PVwPDNOU
N5SUldzuJxME6lu9TqVqboluEXNIViZhiWkkQ42Qm4RRTFC1iF8qlHG5xToRZlhbyNRXc9OM
kZJdhp6o9DSW7qz1NZNdCUo6lCCM1Kuen0PdDSz57TQjPHh8yVXt4PU4uj6jgnCccsLHF/Vs
NvU0IROp3HmtnKHjo3AodcZ+bGs3KydCjtclMWP1O7ZIselEj0wNvLWiFyXQSSnLNVfnj/vH
2qUsXEvC/kQ5Rch6kIh06lSI8xirHQSYlrsclVvQXtxOb1RSrZxXxLyyXcpUlu4ypYnQknjK
6EJNRoyG4bp4X8fUkycG7xGgk1O8FPM9UStURL+8nGDl7VM18Dh7i45uy0Zs+gsuWUbSQtPD
KbQzPi6LJw/M/Rbb50qzBprHjip7/UOHchzCpS5yhV3uSox7HuP6ni9RvKmLbaR6UqOTFY3V
We37mNVko+eBkrcaMhFChCuQkOsMU17EK+klIqVVytSnhjlJDrQi/USVW7HJ1z3OOF9WVr2P
TSNxOSfgUuOxQt4VsQiVTcluYfhXEkeTtqej1RQmyxq0PP3LaftiRguPapLcY66lFL3Yn7eU
bo9WXLqcrZK2RGWXJ6aFfHNe2pyahGWfuYxLlz1MeLhqXToN5Vy+mfIxfTQStlk2yvqx1G8F
xxWrIS45ZVye/wC6LHBJJY1b3PVfpqOKp2FSeFD3ct8n95RdxQU0uUoz7zZFPiLLTVj+RJBs
1cpqYtrexSkIrfWRZPyRGP1WJz+p3KETchWVRcaIrYnz8Gkp6jkjwgsVVSpSsDTUJ0a6Duug
5czeB4TCoVyOGOSl6JlKnqU9R5+zlXXF/SLH3GsM26J6lHPjQyxy0sjJpa8Y6DeKnJSlsYyo
eTlmbycvBqF3IwcZYqvf8xVRjvoP206OPVpQ/wCJPNKlKk8GqVyg4Y20P1eL49v7wsfbyT5f
Ucnd37jgS/rO94FotyliZsbEWK3Ik0krqL4GLm1xtOhxiEtSmmhJ/SNuZW5yu2ccb6sS3Kuo
1Oh6ko2E8fgNJw2N5ZvJvp4fiQT9juNuxxwU3q9BLPOE9Eck5ZUg2QsrZY2exRrJbu5EepKx
6seK3mSDHNVWVGiWpWa+Dg9xtUxc+RS35Uen899LGXuJRJjg1CWq7nG1R5xVxE1Fi1eo/cyd
Jpj2P0saYjwe8CrM1NtxKexHkJSNKyIhE/Icaimj1HiTf5H4f6RbIWMWRRHJursS3J0ItNir
oTtYb8ytdiZlof2LlHJOSoicafZ9JDcp9Sb+NSv2KqOqoxYqy8OLPc/+bOWlLx2SP08IWztJ
nk2uWCquw5o3rJEylpp/aNZ2OVoLQsbSUXji8lGdYaQ1lL4qncy40U0ROK+cCTSnoNtypsJ8
cYxRimljLvBjjilVSSn5HLTQhfErQ6RQWKu9Re2XTmtakZuS3YuKNKs6nLRWMsm9PmxS66HF
UnUvdeNbEorc9N2V+B3KXIVFuetyUX2Em6snG2o4o19i/h18H7ntPh7l5Rj/APpScSnnr/D/
AOsWftOfb92j8/7R6sZi1f8AaLl6WqzDsNexi8sk/qscsnCenU9KjxSvlsTm5S0pQXF+t3G2
pjQ9Ko6wKEqC9CckPFE44ptWFnljNNxxOL0qLDksscVCToRjiojR/wC4rjHVtEJUMYvofqNe
pRAmnPcoQ7H3HVlHVnE46KuT/wARCqsam6VSdkR4diGSydhqKCoPJ/AUqMESvsp6qxGdZ0JX
pdqEYu25OUJ9CCXoLJVbcE+CTsx4pJrWTgkqKV3FnhDbdZsT7zlvTQ4pR2IRUk4YXmCc65Mc
L1ZPUfc5Za6CnGhOxuJ6lTjYh3+xDxT8jnioatDoLGW+5BBQUvyHi1aw29LHU9zF/TMf6Bpq
LQ0WMv218Y8OI0vISvI6SRaNRZWRDUPobkE+CWNWzl7lW7EyXodCFR7iSycvUluctxdTjaGJ
wWJVIFuJpSthP8yE32GnLaG544aIWMPLJaz/AHhRd3JdkRNbkT5wLFVbqcbjxV3qzhlV7nQ5
LQyw9j27XybV/wCyNPNprqJr3H8SHlInlgmer2V8f5RLLB4zTclG8FbG82IyxruNz5GUXiF5
jyTlu5GxR3Px+x0I0OxVeQpV7Qc/ca4usTUhKi0KXLlRPk4IfxJy9Wx2KNkE3OMV3P1Fl0Fj
knybrCPSopMnJ3PTk6aNixysToyw8E4WNi3KBYYP9NXoJ+5jz9x/U3UmPTtYyxxvpQnJtyVj
rJGNHB6mutJZ6HGO+pGMPdu4rFBDT0HgnlhP5k1P+YTx9t5J/mzyUt/3OZ6csMbSmssq/wDY
TzxyW3BI+nH9v7o/Sl1Rlli5V4k9HuZLpNDg55DmGiUrC5OSro9jgmRWdluUu9RYqjZktf6y
pJDoSmU+I38x4pXomrifurk1aZ8aFfGSnfwSuyvzHH1Yy0JOXvAv0s31Vx5e5Mp3Fi2tcdBZ
JTO0k/ITiomm0k4gmwpplqycqY/ePjCjeP8AURi69alW4nyOTT+BOwmmkSnybOWUvlboQ1y6
kGMLiQmNt1J1IWUSfp4p5ZpX5a/2Sc3yFDUdUicIWUVrX/MJTxb3f+4lpVdckNr056ZJ0ZVP
FrpX/ELH6tIOTo2qoTVGKPgObyxZtak0gpoeXhA0/ielyQnDihlj7uUNz+3qPQqr7NVElCH4
NqhW521KkbibU5Mb4Y8fP/cPFYpTsLNtrocXVdRJUbegsnLZOiU1NO8mTVXPkLF6WSKqpzyU
t6MqrUgeK+BGOPH4k5NtldpTE02iIl6k2ncpoVtv4UOWuxl7mP1fm/wiSVyHQlUe6Ma8ktGJ
5Yq9pHli+L/d0ZwyjJrXX/Cc8atfvV8Hi6Lc5N0Mmr6EZTDpA4srkvVmS/a/hIxx+bcknUVe
XQpR6+NpJy9KRB28PwLtdhpUInwxyycSoQ8cspF6U1VNk6XoUokZO3BOCVjy9xaTA26Y5WSZ
1RHKG+gspl63FinM1sNcoxWkESyql7ixeI0kcXQWLq8aEvyPIjc4r4kOsa+HJGXurKJUZKP7
pGqd/wCU2L3MU/iPFOpEuhLU+YvzJ6M+jjSZmV4Uo3eRUqVvuOdBr4GW7/p+1UbVz1JPrqVs
UsVr3IsVKEspV6DybjoSvmXhqqaIyrOrFzxWbVqSRwWPZQN4e5xT0Fy93PaE3Vn6vOcEpayl
s4e36W36mrsmW31rcWUQorc9MQ97jlJCcS9SFQSdZPVZE4ui0LVRuLOI0ocorudUPYllCNfB
QNNJpoyULwra9BZ/mdVOxKSbWpxahvUolcWLcYixUwmkPfqKzbcC3I2ZCIHTT7dS0EeFjXwU
tI4p8cd4E1XLdkkYUb1Fl7mUtaHFUIvju/CW4Ssc3Xip+BGMS+w3m4WTmegsJx6y6sXGHupk
nHFTlVnHLGO26H+k2sex66NHJqNqCVZIbuem2ps9SIruVa6Ioq9Cdy9C9iXVjsSPQdaNL/Uf
gepQvgJKmKoOKk5UehTzJs3bQ5N1ZMVQ07oSVFuJOzd2equxCY60jwnX/pRpqTJxSkS0NexG
VNtCTbw4qqdy7fcrRIya1TG3ZWE8X5IeTh9z1PjXQo+SVmyG4ZSpLUMSfzK0l07DrUh1Goid
Rcak2JddB7HYmLk36FLEuh0H2X+oSVRYq7+Ikuw5poJt6E4q9xcpae5xVEjlq7jitTi1Q4x6
dGS0VGv2v4T9uF4S6QXhDaucsnRO2hSPCqk5L4M45riQh7kpXGndIabohJVkq2k1sRk+S1km
LWR6G0tRPK6UdT0qBcnUvEFRJPsNxEeZKUEbDSpoLHSBogjwhkFTKRJKyIRtBeExQ4Q9h5KY
xtIp1u0ZN6I9Pq6Eu02ITtYh0mLDge8HX/ouMoekCbbyx3bOM12PS8o7/wAw+WLgTeTWWWhx
ycqbvwjIcXViM6NlKlLIlkYtcYHllSLCxhUo32IVnsfNDbVTaNhtWFnM/wBJ01HsJPyHLpNB
xbYtVnUXQlUYmvPwo+4tUS7mXZjydcr1MYUN3etSdWh4xKdz0zMnro15HCFU4pVV2btrzGnq
iIQkkLfsS7lBrp+P/R9Fcm6i5pxewk1AoUz+35SHk10HLorFRJ1T3G5oylepR1K1glWJ+I+L
iCcriXJTrJOOS6oayapqqESsthNvvQhfVuTljV3H7a+l1ruem5sxO7ZNkSxRUTmG9DY9WhUl
WPSu7KFR4dIOfHlktZZWrPS5ZYt5HqSJsJLW9RbvUc4tLcVLOp0RstBVK0Mv21/6NX5F1Oxz
vm/pTJzSae6FCSd5InuNzqaS6D9rK2Q8XQhfErchC6kKw5obk/IlKthZZN449IsJcm4G0lJM
wuhjlPqQnFY0Gv3aC7/iJTR3JdtBVqfiQ6kCjw7lDlNh5ry8HxmfwIkjQh3JWr1Ks5JX17mO
6VTjNWSNLUSx0r4vt+P24HxuRnOL3k9LlIwyj6I+8XQlD9zJwlU/T9rGMdXf/aKfdtpx/nOe
OSaVbfznHOHFUydSFqVp1IR+nqlLZWuz6j/BCeb6wLil3OOMJWoepNoazdNiMMYnUquwntQb
dFuPFfEq4UjUwmTMlreEbn3MmaasfCmFp3O1jj+9oY436+MxUcvjkOsj0QuKrrAnjM/EXLDz
KovKdkWjqJRWYE05qUUDXT8Rr5/ZtUpc1IzVdO4+E0tUbyTncjJx8Tlk4xIf/qu1an5RcUkr
UOWb4nH2q460E02ktVQWMtt7/wDkevL1aXGuSOUxNJuN45N5O5jlmpxTmrIxSSS0Hw0oNTa9
T1rlletUWSWhG9SlzqJZTS5GDqrlJYuSUoUDmxSxcSTl9jlLh2Jzbj92af8AaUpskTkTFXWS
YlSObDWLUaCgyeV27PuPiu1SqpqmQ/Tl8CVeLkKrFyoKHLJxqnapPuaWrJSkXKNmTW0v4j+3
QoWIiUzHP2sZSmYqLB/TqiUqZfcNukLUjJziv6RNYznpMjfu4+nRdTlgoJV0fU5Fhlk2thNq
W9BLF/pteX+YSwzeU9v9p/yN9rFBkZWKXJdirSkhZU6EzTWT0wXROLn4nJfcJT8ilR5ZYy3u
KkJFCtRLTU46EL4jxwypGg2213Izcw6Ez59SmSfmVShktVQ1g4TsccsZjVCWuzPSmntUShwu
g5fYp4Z9l9+JPjBXw6eFLlfHHNJ30FO1DjNpn4l9SMvS15HGKXHjEPcSbox5ZT0PR8ycnW1B
Sk+5SILzew5IKuhu7EJ10G83bwUOW7oTapN0VnjFGb9y1Cy4lCEdBJsofeU0HhN0csu5LTfZ
FEJWXzOu59TXTQq1BfsVLzuKo0UufdPhl2/E/9k=</binary>
 <binary id="i_046.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RXTRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDYAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAf2gAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAUmQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ABvI4PiYKi21zI3g/AaqvZc57gJm
PEKLnOpksJ1JAMeHxSU2w973ODXS3s7t8FNlO95YJDh9ITOnKp1uskDQAnUlXnXCmtrseywP
cNtrXAagfRdub+6kpG91bfYx24DVziNpB7t/qqeDmQ7Y+sEn6NrSRz9Hf+83+orNFdeTbW5r
HGw/SYAC3wNv8hqKzo1wsLnOZsfuDg4wRP0dv7ySm3g03OEXEgSf0cjWOHQ381aDS0e0du3f
7ln1dL9MAWe58CHjdoR9FzNRt/lq8xtgHviSOBJb/W93uSUlafdwp99dQhtEyYUo01EhJSnB
Mf8AcpQZ/KkQQNPkkpjMfxUm8GdQQUxDu/CUHUnw5SU6OvgkoSPJJJT/AP/QqtqDn7Npc98x
BADf5Zn81DuJbA09vPxP0/yKzTU52QQAQa2OePAkNk/9FVqwyHzPBePa10gdmuSUzrYXTMCO
41j+T29yLYDvBraSIAjgExqoY7azj22hxeWwS1wAJjgMH/CIVjgS3WA0zLu39VJTeqtLHte9
tlbgJDqySBHG5o/6TVqtynuDW3P9UOM7C2NI77Pc5YGPY9gjfJ1LXTBI/wC/I1ebY15DrCNR
qG+3/pJKeqquAZsLfSFbQ4hx0AP5rnO/Ob/LRDPB1HZYONlZBtNbagXWguZABaSP3w9zGOW3
fZYyg2Y7PXsaAWU7gzcR+bvd7WJKaGT1/puNaabbpe0w/wBMF4aQYc17m/nLQxrmX0V31ndV
aNzHjggri7OlZeTl5D3M+zW+oXvqINj2+o6dtdVX877nfTXQ/V/AdhvvFlr7dsV1gmGNYIf7
avotf6m5JTs9pAjxS07DVPp8ku8gT2SUtAiO6QAiApdtfioksGjnNB8CQCkptR5JKHqM8WpJ
Kf/RBh3XRlAvO00uLtf7I/s6rPscdzSDtjvxK0cdu3Gy7O5rLQfIuas4snz8gkps+pkWNY1j
Wfo4JDGxP8t6Vrw9o5e8/SHPPgidKxGZWZ6VryyljS+6JlzRHsb/AF1u35tjaPS6bTWxtzxS
0Obu3Od7Q1zB9Nv76SnBx8c2D0d/v5a0kBwPxRXMqa11dg2uYfcC7z+k3b7lG4ZtHUG0WOx7
qxZsvrqra1vtAfYHfnt9m57HblZubi7mW11N2tOoBIeQfoh0/o3JKa9th3NbS0w0wx30iSRu
aa9d61OlX9QtvGOwl2xvuDjLG/yX/SWXkbWPBrBYHu1dEGSef7a6HBub0+iqogbbGl7ngal4
91lNjv8ASN/waSkV+Wft2XU9zKq8b0mNcZBfYRufsb+dzt2IuPmNrz/sj7P0dtYtxzsLTuki
6tzLQyz831K0PJfZg9THU6Gl9FumW0GSJ+lY39zb7X/56jXY/Iysnq5JZQQ4UA6F7W/o/Vd/
I9iSnVNzvsTslrGlzWOdtcdrdzZ09R+32LlLc/LtudY7IslxiWPLWgGPoVs/NU88NyMs17nV
3CsPoqsJ2va0e9m76NVjPpfuKrkMaywe8W1w0eoBpugF4H53t/fSUnxuoZ9JL6LnkNk7HEuB
8fa7cmqy7rAQxktbrAJnX4lAcCGwOJgGfcB3UtzQydu0gc8DQdx+ckp7Hc7wP3n/AMkkhbn/
ALv4FJJT/9KDKnvx3VsEvufAAI4bL3SqTq2N9xBDiNO33LWsqe4EBh3s3CWamX+Ab+4xBsqc
QA+pwYDBJaRA77nH6KSknRsenZbe+xrKgHMNOu5xj1fpD9121X8PJFjn7aKiGua55du3gaua
+rXbXscs1orqqbbO6uwnQfnR7f5PuaqTer5GHlWDH2uxrHD9G8Ecd9/857UlO713Md9nJD2A
OLQayf0jtsw9zfzmV/8AQXOV33OdLnmAZjw7iFMX19SuvyLx6EPABbDm7Yho2/S3/wApvsRh
iWOLGsr3eoS2trBO8j3+3b/WSUtkXvc4PfDnE7tOx/Bu1y6HI3uwWWNANnp7tCNRAne0/nbP
3FzrscWPaxjHuJ9sNaSQfo8fyF0d+ViYlDHZVjamBrWbDq4mNvtrHuSUiqya7qHVO22S3aGG
XbgR9F0N3/8AQUM/Lc2loqYRUwt9YbdGVj27Xc/5qp25QtbXiYGM+0ATtDgXBvA3Pd7WN/qo
dVXVaHDKzKfQx6Dvs9/v2w727i4/Qds/RtYkpjnWn9ovFrfUbQ01+m1wG4t9zx6nubutd7/+
LW3h24OexuI2t7AxghzgNp099fqRt/6C5yvrOb6znMsYxwMs2VsDHk81O2t3t3/6XfvT43U7
7Ml27ItaGhz7aXvHY/4Ex7mP+gkptfZM5htL8b0TJBbIDWAH2+k97vdub7kF+I5jXWOfWHxq
0O3Ej987Bt9q134tPUq2W0EMzRLq6nbQxw1c6mpo93s/Mes4WtFREAvaSHcaET7fb/o0lO96
7f3vw/2pIP2ryH3FJJT/AP/Tul1ldu6ppscTG1o5P53j+ao29TycfHuc+C6tp26ENDvzWu/e
V2hvpvmQGFu3040kd1X+sBZ+ybnjRxLWgfm8/S/BJTzx6ndZkn1zva87X6Rroo5dFT9wb7nh
ocw+LT/5FVCHNYDxJEyifaHNbWYJAMNJ8+WpKS4LRTjPNvLgS5gjSPofRT21Z/psvcyxlO1r
WW7TBgn6L2+1Bb+lLK92z1HMaXx9GTH0ZXaU1V0UsoY53p1t2jTn+skp5OjqmdSAyu1zayTo
2BExMN+j+arvTsB3ULnvyrIorG+4PPvcHfR97v8Aq/8AMU+o3tdlsqoY1jWOAO1gBe+fzvzv
7C6H6w41eT09uW53o30D2EfnB2nofm/nfzf+iSU4mRnMxcV9HSiK7d4YbXfSiC57j9L9KyP0
f8hUiXOxX14tt1ldkHJ9XV0NPqNt2Dds938pa/T7cPMpOJdS1zKNaqIgNbo11nqMIfZfY7+k
WO/4NUeqYlePk+pitsxm6ho3F3A+lXeB/Zsx7/0rP+EqSU47S1tziRLdhBPafktrAx6bum0N
DSc4uNkAFxDAY9zWn9BXt/OWPk3ue19j4LyI3ABpcf33bYXX4df2bDroqMDa02OA2lzoEl/7
ySmjb0t1m2x7dz6Xfq9gftkPnfuaPduSPTGVU+mx4btH0IgLV9d5Ee14PZ4PJ/le1RcMfQlp
b+83kf5ySmHojwP3D/yKStzjfuf9IpJKf//U262uAg/iqH1lkdJ2jh1rN3lG4t/6S12YdNQ2
MLmjn3S7U/ylHL6c3JxrcV5DhYNexBP0XpKeGxWfacfIGm+uv1KzxLm/4OT+bax23/poDmvA
3bXbHDuD/wBLRaPUcHKwi3HyG+mCC6uHBzQwH6bf/M1Wdkw36XqFxl7nEkkJKQElrg8ctcHc
R9HVdvTabmV5dTx6L2ep6cSZifpf9H6Kw624fVcXdWDTa0iW6bh/5JivYGRTh4l9FrvUZS0u
qjTeHl1ZrBb7d7bP51JTn4zW1dRY+2LHNe6GE6l5mI/f2vdv2K31zIyH0UY7nE1FznOZwNBG
2PpfTcsrOn7LTY1wbY10Od3DgPa6R8G+9EruyculuRk3PyC0fSsJc4D6LK5Pud7klLi23HsY
8fSe39G/x/NO/wDkomT1G61zKbXBtLnh4PcPHHquH85/m/10EV+vuxiSC6S0D6QP8lQzK3Np
ra8je9uhjn9yw/1klIbaq/XrY0y0v1J00Gu3+0uq6afteKMk2hoLiAwieO4cz6K5Jz9K3nlh
kHwI/wBy6T6sNd+zSQTJtcQBroY1SU64oa7Wm0CP9J/f7VWewcAAvH0nCf8Avsol1bNNzns7
+yNf6yCXWyNlhfXBlrmw6fiElNv3eX3lJC9U/vtSSU//1epc9jiXC2AONdB2Q7L2Y9brrX/o
mNL3ObrIb+a0/nKmK9x1E66gDkql1rJ9ah3T8V4L3EHIaDDGhv0Q7+Xu/dSU87nZD8vLsycl
w32mXeAA+hW3+Qz6KANrXNMyTzHxRrcTKpeWurLiIJaNTr9FuisdOx3V5Ivyq3sqo/TOBEe1
nvO/hJSf7NiYeOX5FtzM+xu9uPWAA2t+4Nrt/ObbY39J/wAEol4qbtY+aTq5lnIcdoe937vq
bfft+m9U/XuysuzIs1ttJsLZgay7aI/6KF6hIDXzDZ+cfRCSnUzbcO3EqxsIj7RuJsbaR7/D
0n+1v9ixCxS6jGbVZJguDR2mdJQGYzRiB1o2GxxGOByS2Db7j7tnuRsXdlY7qW6XVuDNxk7h
I9P6PuSUtkV2MtFoaSHTuI7Ks/PIbteBvAjQaf1oWnW6x1zcb22OJHBBB3Hb7XfnJsXomJlX
BtD3ODKja9rgAWP1azHeWndv9T8x/p+xJTjCX+wQ7cRDdBIXadAa6rGZRjN20NaTbeZE2E9m
j6TfzVyzMZtJre073F2oiCPdwu1bS1p9n6NvfaAB56BJTasorLNTweSNCT5fylUvxLWjdjub
ZGhB0IHDkRhsLXsti6l0bR4ETu0+l/0vYoW4xurY3Dt9GxhEOiQQPzH6JKV6Nn+j/J/ekpR1
fwx/8xqSSn//1tDqmY7DxNzDtstOxruC0RL3tWH0+rc9ltdgNtbzvY6IcCP/AES0Kx9Y8g/b
W0nSupg1/lOG46f1VS6WyBa9hIDvbI5DfpWP/wCikp2axT7XvIZWwepda4xAJjn9+xyzusZD
3hrXTLgHFsn2t+kxv/UonUbN7aMFoBD7WvyI0BLY2VCPzKmbFlZeRZflW2x9IkAeAHt2pKXo
H6QagGCAeOB/35QGrt2oBG7w08FAOc3a8aTxPeFbpxMjLyGNxGb2vAc1o7DmHfucO/zElN7F
wW3ehkZFuxlAcBX7dQXT7n2EMrb+k/lvSfi5HTcbMvq23ZDyGttrduFVbjsN7XN/R+p7/S93
8zvVjF6K2zNb9qYXMaWgCt0Vny9Wr3P/AM5aufgfZGAdLtdjX07bPe51lb2k7LK8iu02bqtn
/giSnn8TGDOqYlDjGyoscYkE17vb/wB9XXy3c4vhkmY4khc1Q0DqlNLgd5c47XaDaR/rtXQj
cIAaHg9zMpKead6P/OU4gALRkbmRqC1wbd/1QXUuurbH0nbe48VyPUr62fWF1rB+kbk1tAOm
gDGfR/tLqeJjgGJ/2JKSeqd07A34mXfc3/yana9rWEh0E+Crg6na4Enkd0N94I2lpa4+IPHx
/lJKXh37w/FJBn4/9FJJT//Xr9dD35DrbKzXoJB+EKHSK2+ibXuiphgRzoFrdexnWVer2aIc
fnp/aXPjK9LGfQ3QWiJHbT3bY/kpKSOy3DIb6YcXMa7b47nfzj/85Ujoz1HAgO3e0cqVT2te
HDTQjXsCNvZPa5jyNPNw0KSkAOpYOOQStDpT7C44jbvsnqSGX6wwg+prt93pWPY1tjVQ2idN
NdB8VOuz07BY4bmM1I8Y7JKe46Le1+Rcwlm5wDiK527wIuc1rv3ne5F6heGvZY2oXvE+mw6F
7mCdk/8AT/4NY/1VaLs62ysxSWgvmQY2xz+/ZuaiUPOb1J9X0m47gxwMmGn9Nbu/dc9/p1JK
aPTcjI6l1azPta1voN2tYz81p/Rsa0furd3Fg3uc8Nbr8hqqXQcKnFtyS1zjZaGug9tTv/6Z
UOu5VwD6sVhLqHtGQR9Pa9u5u1g/lJKa/Tul2ZXUbs7LeHs372s7ucdWb/5Nf/gi6Nwa7U6O
P3H+yszpWM6nBZuL2vsPqEF0uBOkE6/mq76b2n1HeoDEEbpHlt2/+RSUwfXePoNa46yY4+5A
Yb+LHNPiADII8yrrWW1zZ7hPDm6j+0oWEPfuI92hPnCSml6o8R9ySH6Tv3Xfd/tSSU//0NLr
jnMwnH8ydR3n6P8A35cgQfSc86uc+IB4gTo1df1xjX4xDjAnXxK47mzaDJ3ESP5SSlp1OkaT
xpCfbJBBGnDdVrZnRi8NfhgPlo3VzqdPpMLlm+n+kexw9MtO1wdoQfApKRwSOddeEWuoW1ul
w3hzGho5IcYsd/YTei8gwC4CeE+ISM1gd7Wktk+R0ckp7LpHRGPZYbnmtjQ0Y7Md20tMf0m+
yP0+R+5V/MUs/wBI/wDSI1OIcOzIsO03X2Fz7B+eR7WPd/X+nZ+5YqWP9Yn4dThl1trbj2Op
bTT+eQW1scx0+/1d3t9vsWiLvViywBjiS41uMwPpQkpy8LIrZltZEPf6jdswZEv+j/YV5+Iy
3Ibfq2zbsJbGo+lrI3LAqy7W5ddzDux3XfaDVAlh3fQc7bu/O/fXQ22uosHpj1gXRpoQDPuO
791JSYNaARwOAAiD6I7x38UMZFeg0d/D+0iMurgQQNQkpMxsN14KpXAbtzRqBH3Kz69YZH4H
t8VXvfUOXDUET4JKaHoD/WP70kf1qvP7ikkp/9n/7R4CUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQA
AAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAAOEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxgH1/yAHSNjzhCSU0E
OgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJ
bnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJp
bnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAE
PAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAA
AEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAA
EAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJy
Ym9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jv
b2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpj
AAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AA
AAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJs
ZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRh
dGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAA
AAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAM
Y3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BS
ZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAA
DgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MA
AAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYA
AQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAA
AQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAA
AP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gA
AAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAA
AgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAAC
QAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAA
AAH9AAAABQBpAF8AMAAyADUAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAf0A
AALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxs
AAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAA
AABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB/QAAAAZzbGlj
ZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAA
AAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0
b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRz
T2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAA
AAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAf0AAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABu
dWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAA
DmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGln
bmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAA
AA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNs
aWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25n
AAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAA
BAAAAAM4QklNBAwAAAAAFLUAAAABAAAAcQAAAKAAAAFUAADUgAAAFJkAGAAB/9j/7QAMQWRv
YmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUT
ExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4U
FA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEI
AKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsB
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIx
BUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV
4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQAC
AgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNz
NPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ABvI4PiYKi21zI3g/AaqvZc57gJmPEKL
nOpksJ1JAMeHxSU2w973ODXS3s7t8FNlO95YJDh9ITOnKp1uskDQAnUlXnXCmtrseywPcNtr
XAagfRdub+6kpG91bfYx24DVziNpB7t/qqeDmQ7Y+sEn6NrSRz9Hf+83+orNFdeTbW5rHGw/
SYAC3wNv8hqKzo1wsLnOZsfuDg4wRP0dv7ySm3g03OEXEgSf0cjWOHQ381aDS0e0du3f7ln1
dL9MAWe58CHjdoR9FzNRt/lq8xtgHviSOBJb/W93uSUlafdwp99dQhtEyYUo01EhJSnBMf8A
cpQZ/KkQQNPkkpjMfxUm8GdQQUxDu/CUHUnw5SU6OvgkoSPJJJT/AP/QqtqDn7Npc98xBADf
5Zn81DuJbA09vPxP0/yKzTU52QQAQa2OePAkNk/9FVqwyHzPBePa10gdmuSUzrYXTMCO41j+
T29yLYDvBraSIAjgExqoY7azj22hxeWwS1wAJjgMH/CIVjgS3WA0zLu39VJTeqtLHte9tlbg
JDqySBHG5o/6TVqtynuDW3P9UOM7C2NI77Pc5YGPY9gjfJ1LXTBI/wC/I1ebY15DrCNRqG+3
/pJKeqquAZsLfSFbQ4hx0AP5rnO/Ob/LRDPB1HZYONlZBtNbagXWguZABaSP3w9zGOW3fZYy
g2Y7PXsaAWU7gzcR+bvd7WJKaGT1/puNaabbpe0w/wBMF4aQYc17m/nLQxrmX0V31ndVaNzH
jggri7OlZeTl5D3M+zW+oXvqINj2+o6dtdVX877nfTXQ/V/AdhvvFlr7dsV1gmGNYIf7avot
f6m5JTs9pAjxS07DVPp8ku8gT2SUtAiO6QAiApdtfioksGjnNB8CQCkptR5JKHqM8WpJKf/R
Bh3XRlAvO00uLtf7I/s6rPscdzSDtjvxK0cdu3Gy7O5rLQfIuas4snz8gkps+pkWNY1jWfo4
JDGxP8t6Vrw9o5e8/SHPPgidKxGZWZ6VryyljS+6JlzRHsb/AF1u35tjaPS6bTWxtzxS0Obu
3Od7Q1zB9Nv76SnBx8c2D0d/v5a0kBwPxRXMqa11dg2uYfcC7z+k3b7lG4ZtHUG0WOx7qxZs
vrqra1vtAfYHfnt9m57HblZubi7mW11N2tOoBIeQfoh0/o3JKa9th3NbS0w0wx30iSRuaa9d
61OlX9QtvGOwl2xvuDjLG/yX/SWXkbWPBrBYHu1dEGSef7a6HBub0+iqogbbGl7ngal491lN
jv8ASN/waSkV+Wft2XU9zKq8b0mNcZBfYRufsb+dzt2IuPmNrz/sj7P0dtYtxzsLTuki6tzL
Qyz831K0PJfZg9THU6Gl9FumW0GSJ+lY39zb7X/56jXY/Iysnq5JZQQ4UA6F7W/o/Vd/I9iS
nVNzvsTslrGlzWOdtcdrdzZ09R+32LlLc/LtudY7IslxiWPLWgGPoVs/NU88NyMs17nV3CsP
oqsJ2va0e9m76NVjPpfuKrkMaywe8W1w0eoBpugF4H53t/fSUnxuoZ9JL6LnkNk7HEuB8fa7
cmqy7rAQxktbrAJnX4lAcCGwOJgGfcB3UtzQydu0gc8DQdx+ckp7Hc7wP3n/AMkkhbn/ALv4
FJJT/9KDKnvx3VsEvufAAI4bL3SqTq2N9xBDiNO33LWsqe4EBh3s3CWamX+Ab+4xBsqcQA+p
wYDBJaRA77nH6KSknRsenZbe+xrKgHMNOu5xj1fpD9121X8PJFjn7aKiGua55du3gaua+rXb
Xscs1orqqbbO6uwnQfnR7f5PuaqTer5GHlWDH2uxrHD9G8Ecd9/857UlO713Md9nJD2AOLQa
yf0jtsw9zfzmV/8AQXOV33OdLnmAZjw7iFMX19SuvyLx6EPABbDm7Yho2/S3/wApvsRhiWOL
Gsr3eoS2trBO8j3+3b/WSUtkXvc4PfDnE7tOx/Bu1y6HI3uwWWNANnp7tCNRAne0/nbP3Fzr
scWPaxjHuJ9sNaSQfo8fyF0d+ViYlDHZVjamBrWbDq4mNvtrHuSUiqya7qHVO22S3aGGXbgR
9F0N3/8AQUM/Lc2loqYRUwt9YbdGVj27Xc/5qp25QtbXiYGM+0ATtDgXBvA3Pd7WN/qodVXV
aHDKzKfQx6Dvs9/v2w727i4/Qds/RtYkpjnWn9ovFrfUbQ01+m1wG4t9zx6nubutd7/+LW3h
24OexuI2t7AxghzgNp099fqRt/6C5yvrOb6znMsYxwMs2VsDHk81O2t3t3/6XfvT43U77Ml2
7ItaGhz7aXvHY/4Ex7mP+gkptfZM5htL8b0TJBbIDWAH2+k97vdub7kF+I5jXWOfWHxq0O3E
j987Bt9q134tPUq2W0EMzRLq6nbQxw1c6mpo93s/Mes4WtFREAvaSHcaET7fb/o0lO967f3v
w/2pIP2ryH3FJJT/AP/Tul1ldu6ppscTG1o5P53j+ao29TycfHuc+C6tp26ENDvzWu/eV2hv
pvmQGFu3040kd1X+sBZ+ybnjRxLWgfm8/S/BJTzx6ndZkn1zva87X6Rroo5dFT9wb7nhocw+
LT/5FVCHNYDxJEyifaHNbWYJAMNJ8+WpKS4LRTjPNvLgS5gjSPofRT21Z/psvcyxlO1rWW7T
Bgn6L2+1Bb+lLK92z1HMaXx9GTH0ZXaU1V0UsoY53p1t2jTn+skp5OjqmdSAyu1zayTo2BEx
MN+j+arvTsB3ULnvyrIorG+4PPvcHfR97v8Aq/8AMU+o3tdlsqoY1jWOAO1gBe+fzvzv7C6H
6w41eT09uW53o30D2EfnB2nofm/nfzf+iSU4mRnMxcV9HSiK7d4YbXfSiC57j9L9KyP0f8hU
iXOxX14tt1ldkHJ9XV0NPqNt2Dds938pa/T7cPMpOJdS1zKNaqIgNbo11nqMIfZfY7+kWO/4
NUeqYlePk+pitsxm6ho3F3A+lXeB/Zsx7/0rP+EqSU47S1tziRLdhBPafktrAx6bum0NDSc4
uNkAFxDAY9zWn9BXt/OWPk3ue19j4LyI3ABpcf33bYXX4df2bDroqMDa02OA2lzoEl/7ySmj
b0t1m2x7dz6Xfq9gftkPnfuaPduSPTGVU+mx4btH0IgLV9d5Ee14PZ4PJ/le1RcMfQlpb+83
kf5ySmHojwP3D/yKStzjfuf9IpJKf//U262uAg/iqH1lkdJ2jh1rN3lG4t/6S12YdNQ2MLmj
n3S7U/ylHL6c3JxrcV5DhYNexBP0XpKeGxWfacfIGm+uv1KzxLm/4OT+bax23/poDmvA3bXb
HDuD/wBLRaPUcHKwi3HyG+mCC6uHBzQwH6bf/M1Wdkw36XqFxl7nEkkJKQElrg8ctcHcR9HV
dvTabmV5dTx6L2ep6cSZifpf9H6Kw624fVcXdWDTa0iW6bh/5JivYGRTh4l9FrvUZS0uqjTe
Hl1ZrBb7d7bP51JTn4zW1dRY+2LHNe6GE6l5mI/f2vdv2K31zIyH0UY7nE1FznOZwNBG2Ppf
TcsrOn7LTY1wbY10Od3DgPa6R8G+9EruyculuRk3PyC0fSsJc4D6LK5Pud7klLi23HsY8fSe
39G/x/NO/wDkomT1G61zKbXBtLnh4PcPHHquH85/m/10EV+vuxiSC6S0D6QP8lQzK3Npra8j
e9uhjn9yw/1klIbaq/XrY0y0v1J00Gu3+0uq6afteKMk2hoLiAwieO4cz6K5Jz9K3nlhkHwI
/wBy6T6sNd+zSQTJtcQBroY1SU64oa7Wm0CP9J/f7VWewcAAvH0nCf8Avsol1bNNzns7+yNf
6yCXWyNlhfXBlrmw6fiElNv3eX3lJC9U/vtSSU//1epc9jiXC2AONdB2Q7L2Y9brrX/omNL3
ObrIb+a0/nKmK9x1E66gDkql1rJ9ah3T8V4L3EHIaDDGhv0Q7+Xu/dSU87nZD8vLsyclw32m
XeAA+hW3+Qz6KANrXNMyTzHxRrcTKpeWurLiIJaNTr9FuisdOx3V5Ivyq3sqo/TOBEe1nvO/
hJSf7NiYeOX5FtzM+xu9uPWAA2t+4Nrt/ObbY39J/wAEol4qbtY+aTq5lnIcdoe937vqbfft
+m9U/XuysuzIs1ttJsLZgay7aI/6KF6hIDXzDZ+cfRCSnUzbcO3EqxsIj7RuJsbaR7/D0n+1
v9ixCxS6jGbVZJguDR2mdJQGYzRiB1o2GxxGOByS2Db7j7tnuRsXdlY7qW6XVuDNxk7hI9P6
PuSUtkV2MtFoaSHTuI7Ks/PIbteBvAjQaf1oWnW6x1zcb22OJHBBB3Hb7XfnJsXomJlXBtD3
ODKja9rgAWP1azHeWndv9T8x/p+xJTjCX+wQ7cRDdBIXadAa6rGZRjN20NaTbeZE2E9mj6Tf
zVyzMZtJre073F2oiCPdwu1bS1p9n6NvfaAB56BJTasorLNTweSNCT5fylUvxLWjdjubZGhB
0IHDkRhsLXsti6l0bR4ETu0+l/0vYoW4xurY3Dt9GxhEOiQQPzH6JKV6Nn+j/J/ekpR1fwx/
8xqSSn//1tDqmY7DxNzDtstOxruC0RL3tWH0+rc9ltdgNtbzvY6IcCP/AES0Kx9Y8g/bW0nS
upg1/lOG46f1VS6WyBa9hIDvbI5DfpWP/wCikp2axT7XvIZWwepda4xAJjn9+xyzusZD3hrX
TLgHFsn2t+kxv/UonUbN7aMFoBD7WvyI0BLY2VCPzKmbFlZeRZflW2x9IkAeAHt2pKXoH6Qa
gGCAeOB/35QGrt2oBG7w08FAOc3a8aTxPeFbpxMjLyGNxGb2vAc1o7DmHfucO/zElN7FwW3e
hkZFuxlAcBX7dQXT7n2EMrb+k/lvSfi5HTcbMvq23ZDyGttrduFVbjsN7XN/R+p7/S938zvV
jF6K2zNb9qYXMaWgCt0Vny9Wr3P/AM5aufgfZGAdLtdjX07bPe51lb2k7LK8iu02bqtn/giS
nn8TGDOqYlDjGyoscYkE17vb/wB9XXy3c4vhkmY4khc1Q0DqlNLgd5c47XaDaR/rtXQjcIAa
Hg9zMpKead6P/OU4gALRkbmRqC1wbd/1QXUuurbH0nbe48VyPUr62fWF1rB+kbk1tAOmgDGf
R/tLqeJjgGJ/2JKSeqd07A34mXfc3/yana9rWEh0E+Crg6na4Enkd0N94I2lpa4+IPHx/lJK
Xh37w/FJBn4/9FJJT//Xr9dD35DrbKzXoJB+EKHSK2+ibXuiphgRzoFrdexnWVer2aIcfnp/
aXPjK9LGfQ3QWiJHbT3bY/kpKSOy3DIb6YcXMa7b47nfzj/85Ujoz1HAgO3e0cqVT2teHDTQ
jXsCNvZPa5jyNPNw0KSkAOpYOOQStDpT7C44jbvsnqSGX6wwg+prt93pWPY1tjVQ2idNNdB8
VOuz07BY4bmM1I8Y7JKe46Le1+Rcwlm5wDiK527wIuc1rv3ne5F6heGvZY2oXvE+mw6F7mCd
k/8AT/4NY/1VaLs62ysxSWgvmQY2xz+/ZuaiUPOb1J9X0m47gxwMmGn9Nbu/dc9/p1JKaPTc
jI6l1azPta1voN2tYz81p/Rsa0furd3Fg3uc8Nbr8hqqXQcKnFtyS1zjZaGug9tTv/6ZUOu5
VwD6sVhLqHtGQR9Pa9u5u1g/lJKa/Tul2ZXUbs7LeHs372s7ucdWb/5Nf/gi6Nwa7U6OP3H+
yszpWM6nBZuL2vsPqEF0uBOkE6/mq76b2n1HeoDEEbpHlt2/+RSUwfXePoNa46yY4+5AYb+L
HNPiADII8yrrWW1zZ7hPDm6j+0oWEPfuI92hPnCSml6o8R9ySH6Tv3Xfd/tSSU//0NLrjnMw
nH8ydR3n6P8A35cgQfSc86uc+IB4gTo1df1xjX4xDjAnXxK47mzaDJ3ESP5SSlp1OkaTxpCf
bJBBGnDdVrZnRi8NfhgPlo3VzqdPpMLlm+n+kexw9MtO1wdoQfApKRwSOddeEWuoW1ulw3hz
Gho5IcYsd/YTei8gwC4CeE+ISM1gd7Wktk+R0ckp7LpHRGPZYbnmtjQ0Y7Md20tMf0m+yP0+
R+5V/MUs/wBI/wDSI1OIcOzIsO03X2Fz7B+eR7WPd/X+nZ+5YqWP9Yn4dThl1trbj2OpbTT+
eQW1scx0+/1d3t9vsWiLvViywBjiS41uMwPpQkpy8LIrZltZEPf6jdswZEv+j/YV5+Iy3Ibf
q2zbsJbGo+lrI3LAqy7W5ddzDux3XfaDVAlh3fQc7bu/O/fXQ22uosHpj1gXRpoQDPuO791J
SYNaARwOAAiD6I7x38UMZFeg0d/D+0iMurgQQNQkpMxsN14KpXAbtzRqBH3Kz69YZH4Ht8VX
vfUOXDUET4JKaHoD/WP70kf1qvP7ikkp/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABv
AGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBo
AG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQd2h0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0w
TXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczpt
ZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1
LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93
d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9u
IHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
L21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9S
ZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
c1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94
YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4
bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHht
cE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDphNDlhYzkxMS1lZGM0LTEx
ZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NDk0YWNk
ZmYtNWJhMy0yNzQwLTk5NWQtN2I4NDI3ODZhMzBhIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50
SUQ9InhtcC5kaWQ6M0FBQ0U0NDRBQTY0MTFFNUExRkJGRTMwMjQ5NDI1NUQiIHhtcDpDcmVh
dG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRl
RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MCswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgt
MTEtMjFUMjI6MzU6NDYrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6
MzU6NDYrMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9k
ZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmQ2
MDg5YjZjLTFhNTQtMTg0Ni04ZWMwLWQ4Njg4N2Y4ZmY3NCIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0i
eG1wLmRpZDozQUFDRTQ0NEFBNjQxMUU1QTFGQkZFMzAyNDk0MjU1RCIgc3RSZWY6b3JpZ2lu
YWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjNBQUNFNDQ0QUE2NDExRTVBMUZCRkUzMDI0OTQyNTVE
Ii8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNh
dmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmYwOGNkMmU3LTNiYTctMDE0Zi1hNDI5
LTRiMjQyYTUwOTQzMyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTo1MCswMzowMCIg
c3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3Mp
IiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RF
dnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkNjA4OWI2Yy0xYTU0LTE4NDYtOGVjMC1kODY4ODdm
OGZmNzQiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDYrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNv
ZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6
Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29udmVydGVkIiBzdEV2dDpw
YXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RF
dnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJvbSBp
bWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQi
IHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NDk0YWNkZmYtNWJhMy0yNzQwLTk5NWQtN2I4
NDI3ODZhMzBhIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQ2KzAzOjAwIiBzdEV2
dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0
RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRl
c2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAh
QWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoV
FRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYb
FxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwM/8IAEQgC0AH9AwEiAAIRAQMRAf/EAKQAAAIDAQEAAAAAAAAAAAAAAAIDAAEEBQYBAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAIDAAMAAgICAgICAwEBAAECABEDIRIEMRMiBRBBMhRCIyQVIKBD
MzQRAAIBAwMCBQIEAwUIAwEBAAABESExAkFRYRAScYGRIgOhsSDBMhMw0ULwUnLS4kDh8WKS
svIjgsIEMxQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAKohIB0UQQbaiDsRCtBB
jVFRgljdlXLCA1kYuDHm0Cok0PxsG3bSykLsbLq4VdEXJRcGyrsSrqyquySUSSySrIQwklBW
JF1Znm6ICxqEA7KsKHXnaBcssrsWdUEdmQQUSDZSXLK24mm1JOK0xoRjYVCRcqFyoQwIu6hd
SBVKJRUVV0S7EkuiXISrourou5ArEzzlhQFSFwAHRTA12ATVmXYUaElZtmYgUbUCwNxmmzGC
5WgHUkTSWZ43VhYaasBt1ZJIS5CXIXVwohsq6sg3CrkJLouSEG6LlWSxsI1meXqqBqjLFogw
lEsSJJZenO82CjQYqNRr0YNARRQ/J0aOdOosUroGZGuoFWiAGVkuQq6su6IqSEuUXJRLkKui
Kl0SrolXCVdEuQklkMbPKC0AClhVCLRpSLMrBKQswIK4JVWZTgsvoc1504BlgagjxmawbBdn
AZcBliXdQKxhdhYVjZLqF1LJJCWNlSQuxhYlRJVB1IQpDzAlZTFkJZTAFXRdhAzS4oiMbk1Z
wGLo03lYPtWghWQVHRrZhYa4gw6qEkou5RKGBiNhWFjIJl2MCG4DdESSEq6JchdEIJSEkhCE
jzQ2ILVvCQzMEFwpqWBEjSSpQY3AaBpCuhJtMXrS0JdwNguDBOg0RKDbRUDCADCPGNAZ7N/W
8z1zs2loV1ZclgwqBu4VdEVLokuiVcJUgcEjzImIp6thnzaVFlUKByxWsHi6MRJGAFrMBybN
NgYyZ6NJ43mh2IjQ7nvNmjEJ0auFDaDJwuxzBNtzjCjRfosHZDuoS6hJLJIJd1ZKuEq4Srok
uFFIebVoSD0MXSOYlwi9CDIs0mnXzugVz9aC6lAmIjItpZKMKhojFWaLzaQR0JG6h1Gi0mTg
d+jyhel5IGmnC70iBvy6wiGBVIS6hJUJJC7CwoNksYFE0PvPZwaUJ0dHM2nPGCUNqNDM2gfd
4xjMrQ6ohS2iA/K0cpkKsXlA6jK8mkUxITs0OqzlMOsXN1GnO0AVLaMCAbb5m40RbSS6IJZQ
sWRB0D54mw8InY0efadjnwR9Io0uyaTi0VBdLBtMC4INFRCoy5cFGcG2qAVYDLhhGLxFa8wR
KMFucyJFgNC4s4s0aldcXxPQeYNmxLiPxsOZ2+TZ28jUnQESA4nd5RiA1lkEDXdBiZCCGgjp
hezLpOYJ0M3Y9pyRICwISmrMs1w2oDoGV/WYc/P1lnFV1cpnaLS06qMF7MhRaKMxNAjspBa1
9sjAMHzfpPPDtPN74JPznGGMOmtyDRnyYjpYFEFViVJCjEyGIkGnidAUP05NJzIUNLBEwUYg
wxKujKqmmvtLWPzqUDg3JOen0uA5DWUd2s5Ez6s4+srikOQA1Oo2PYo0licaszIcHVMR6nmD
zyukjpCqHOLALEV1sBMvZ5BdgwITWSjWEQwdaoG9GgwtCGoWZjNRiVAIKQSODQdfI1YnYghO
hthcX02U4tdvmiGLoZFiGQbTMpixG7JtNzBhhdKNJZ3kx7AONonTDlUZ1xhn4/f4xsYggW7N
Jw19ZJju6LlOM1tUXaGBas+ky1DNWHbjFQ6AZLFMGy7rpj6fiGu5tHYnJ2GoKSDztOAiLWW0
LGuTBlUBb87TtMzOM+bXhNDcbzVFmWWR5eZ/LNDcmsTznLH7+eZ2mIEYnVDDy6IaSYVIJYsI
HTm1mVosIItEq0CZ6ckAqId2uF0DVgPMW1JHRhgXAxHT4FLJVEUwTI1JDFGojVGegJZA4taz
KzJpH0uyFQgiTDndfPZhQ9gC9bTMvYwPoYdBm53YUYjpQ480NVZqIwWEJTTMdGZ2jYaiWDbq
FMKy5bDDa8J6W/PbDr8hmEutyRTCoGiohWYtehQt9NOwJCVdEczTrSTESilllN6MlHW1K5p0
E8zQdBnHIMWqHu53QOpmmw4wd3ilxdj7sS25yIGvMQNNmOagM466EFFGxbFihAQcrVgEMKEg
N+pQmlC9QmbMARbcoIFYnaG4YYLNCeZgOpM1g5dfTOEXohODr6pHJzMxlSWbMkcZXgg36sbR
2/m7TcfP0HPX2OEaKGEYFmrO6FuxtNFqWa5mcGvPgH1ko1pKxKdImGtSBZCZ0LXoMmvMJdJh
oPGZ0tPFI7g8gTStYhKvoGTTo3C3q5ps5uRxr6fFsz1IADVGgWgE/N3jjnsyjHoYc9XVSAnV
CjGwGrcOA1ES5JIyimIMxLiyKkNWvm6hyX5BmXYgx7FagjXQugcZTfQoToGrIjUOBbbRvVKi
YgznQ871Mpe7mWdDn6YZ6YApTQNKZQ30XA7AzDbCZ+hYpOsTHrKA0dma2QQbBK1Z9QtOyjIr
Qk4YmopgGCxZmtS2gGlwurgYRQzp8rtm5BiYMvao4U7uEwas3bLxegUclWWFsvrnOwdpZx76
OYy6swnSy59ZiHflKXazbpLqAMABtgZStJGQdCRcOgDszPRNMuwCDJcGZtGQ4KmLChULsTDI
KDiYNgsKAqN3WVqAlwoSUK5b0FdTm9A7lrYc/jeo4RakWdluN5oFOQTh3IEqeoqAZS7I7riA
kuF1LAIhI9BBrYATs9ibBgNwiiEgsO7CcWhIOQzNRiRq4VRiXLEZVUdzXi2lFVg5dvMMwEsv
sczsm1uPSJ4WzjmgCg3q8PoG5a7B53XwmNDgAkEF+fadc1GGIwuQixKFiSyxqgyWYllWWVWX
KIvm9PjHNolDteDSKHqcgITAKCQVSFCVHX6PF7ZmtkGcjrcszU0TfrwaRlUBzBBhREAZ5nGo
cjR6c4jg02YhfnE9PBtNhZuoJc4Aa1UZh0gJsoWJKIQEVayDMbLuoHxuvjOElyya6abOPqER
eoTDe5AutVGenqB9F57oHZlWJybMRmqgNbuT3yl7MJzIVBPRoMUcgcSzBy60D7yNCU5BNOLW
F3vMehNQhZcGjSeWjVmqgbuAEUMGjdRns7AoiKE7PNq7fMFgZCl3ZT1tJSbOmQvMnP7eQ52y
1naZj2iuX2OIOz6sxktYG9mLUAdGUJCMzuM5nTzGWLkiDUQ0ZBbRoHu8Humu5C5KM69wCCaJ
UQo2EAm67EhBQ2CYIRgjmdoTzWb03nQLih1KgYiJfT5bTuAnSCMQB3OFtE5ChpWDDnDFmnXh
3ErRkKhqDdi2g2xgnI/KEswDGWLkEL0PC7ZsE7AhwWEEKLEaMohQTo1aS4FhxcDJcGhXMMGM
xAu7Al2Q6ssHKD3qAiSeagxGFDYLfrznJS9JfU5HSGpOFZdKRL1GNLOQ1diRDUENRFLNhPRc
vsj7TYdRgvPqWItiygsggAzeIWXYQC2QXJRfm+hzhQkIUqwSqgWLId1+f0zViwINDefoIDlF
7MJHZzYIYx6AGXYl4Qqg4DIwjqQUJLG0oRtKIo6hT16zo1m1F9Jby7lFgwQZLFZegBydLoKq
xGBBLcLRigznKQSyhhgQiFXcL1Z+oa+V0eGWaXBmihkiSrqg1teZtOajba3ilvzGs87S1uEx
o3YhQ6gApwAUZF7cvUF9BoDyRDSWSzbi0WZoLQWTCbpz95jK4CV2ESzC423mGYdQGanLKIQC
umGjpYNBjyXC2g4WogDoTDCAM1J3GfNoQD0+PrNGPeJnYxZINmiw1mJOtovnd/jih1qEdTmb
zqwhJdkJTsEDRnsdYGXi2Q4t9hQmrsu4QPPHAHpxGbmUIgXUZj0OMyunkJlLEVLhNOXQUlyw
apgDQYdDLp5I+weY2iB1WJ2GVOTWZ9fO3m/F0XnG7EYTi9nAYKoCdLn9k0lRFSWBZUFVWLF9
AnRBxaAJLCw6uKLz6aDz9EB0S4etiiaBsSokiM5LIUhGrcAtgASyLMbH4ug0wbdwHEZe06XA
1cwbtzazl78XXN70sLujKS8TzTM5Du7xO8GUEq6gdAsfSCHQTKooIWxZcuGTkbsAQgo6Onm7
TSo1jlTaDkzLOhh2c0ESAhBZejKwsbsWUsjVONrsEOm3ikdnInQK5HqOcAnQkwdTDtOmanFk
sB9JA88jXlN/f816EMaIEWUUyAHAMs1EMEFljIWpuM5yagKnLL6WDeDqymPaXMMPT5vSA57E
B2NBQbIQQ0hcFxdjtOTUDm0aTFt29A47euo8/vLz52EMoRqS06JiYdqgyVZ5zPqoV6DzfeNV
VYUgljcJYwK6oKVQAXB3H7HEMVkkMBI0uW8Jq2lc5yRepbjCu4SisGweLuAXrxaQbZqEbOgJ
yn6CC25dYzJrwDOdvQZU78Rm187pHTKrKBkFkxR58ViV3OF3jYQGVdiWSoMEGAKessBoaF2N
4/X5ZgW0BDahrajQGDM4zHpyGyqQIkslQhRVQclAy7Ohr5fQGP4XaF9HBuNJSyY9mcyMt4HP
18Ez9bl9c22EDtUHqDEc0VmN7eXqF0ygaugRkKKrIK1jzzmXIIrLpzmRb0irWw16gcNxXlKW
ImhBCA5egTVLGruiGsiXKC1ZXHVTtATtxOOtYELXazPm0Zjloeod2cm8ZAMu4AzmasZzdzeg
MKEUYWGMoVbKM6tVGStMFRkLAwNOPWo5uTVmMxwzczNqMmWCUJWaRlCTIRazgspQJyB0JkYk
jW1UA6HM3naNEALPmFbFEcrJtynU63L6xQnBVNwkzLym/p8TsjCz2aaTmNp5WDAqhjszBqW0
ZCMAaYA2jA52Pp4zHCEYecQhgBjKGkuxlAIJjRYFRKKi6ISDZmp3OcFpz7jpaqUYcGjMadmT
pHJTuE1ac+kqRBfD15RTcbTr7FsJdCHAIhVAaZQVrIlhZKqyKNRplwXzetyTCtuYYhlgiUJJ
RZCI5RCXBIlFAYUIJQksAbjydjHtOovk9M4S9FHR10Zz1NWF0Ob0S8+gTibc7DLr02OkIEro
OXYKm2A0bLW6jPTqEVdFgajQJiJ5+7AY0MSNOgKtZEgkS6hYHQJ1RcqyrugTGwrvWYejh6RI
v0Qnmd+jimraFIBmXKC3c7UaaCxCN4idMsq6IqGJGDCS6LsSCujFiQigMQQJZpowFcnqcoyr
Yk15zSSygumUSpA4NByrKlWXVWS6obqwtL7PO3m/Tn2F1dGdbABCwMNOxh68gnUIqJV0MhUV
colURCEypCIa2FywKUYgCQlKco0CQmbmdTnGJWjKMUwQ3p6hzl9XnCZZgidEE4BdwG4QNXRR
KcbutyGnoa4mo6TMbQRAwSCGPndLkm5GbQd5UoIk0aoBBEELlWXY2XJCjkCqCWEoAWACp6h4
EArFqxGbHozFhVmjrcreakOhzM/dA4YsEYxcLA7AppmWm0ZXiRvJPROZ08TB+XD0TbsVBsXD
jaMhiTszo7eZtCx6VmXoKs0CmhpLMYWex0VBhqobS4MtBBqtBoSuj//aAAgBAgABBQD/AOtB
/9oACAEDAAEFAP8A60H/2gAIAQEAAQUAIMFRhcB5sz4gNyzdkywJ2FcQstmhLEo2TP7AFopt
s+sAqAQfCK4mbEyxQqDRkK7LTMGf63i3/wDGv4/ocTi7ErioalyhLgHMqESqhhuD+OZ/dQcQ
ix1/6Gg5B4nEsSpcWzB8vwbM7VCRATcKkzowlWIpM+wEHtCeE1QFN/O06irEbvaBgALiZWBm
w/iuP7nEqUZUIlfwDBGU3yZf8Cv4owfJ+YOZ8Tn+LnNKP4v8GswNyWBNWW4i94CK7CBhGuMW
gowiByICwINyySMyQmSCbqkaoHEJPWjSEiZ+rQl2bTMMDMz3iZ2uYoc3Y/gQcQmczmAj+PmU
P4EJgAr+P7/nn+KhgEIP8icSz9ZNgnggSwZySVNAG7JgJB+yx/lOhikV0DBh1ikGZiy68MxW
NseqsCOKLr1XgKeQkx7K+2X+wMMBmiiATmXUBBn9EwiGD4H8fP8AA+fiVcPP8j5uv4FS7nxC
YYPnifJqf3OPrH+IsqxFhiR9lT7eO5IUWSKmnys+wABhO1TVewyBZ8/Pw6qG0Q9jmJQAQWf9
cswAWBU7EDqjdRnspn2KJ961l60MR1cGjBnACADOYWghap8AGHmXU7cXwTLucUYIROtADkwS
r/gDigJYggMsfWrBQdRHZRAwIMNiKSIGqHWdiYKADLVqT25ydmP2dTn6Kn2qXsMdciSx4VUK
lazvmiZkAZrn+GQEZNO2eAdT5ysxGlkAjs6EN2FCcfwJU4lcDgcSjK44nx/BEAhE/q/4BhnM
FiEgwwcQz/8AMqTDxHa4LWKGaP2tSSBd0Q3aciFzEYzLNdJl58kbfzZkNmcyCSctFsr2Q+dT
FyW2B6tnOpATujkNovQqcwXBVkCEsrHTNhq3VacAdRAf4Bg4nzP6qCXLgEN/xzCK/g1Pn+Af
4/qVP6+ZU/4dzRYEEckCZN1jUWHMLHt2qKp/jrFTkEKE0bNn9CMu57RRUtYmjgDSoXbsEYoE
zj+ZXUeIEjAAnBLbNTFyomln46BclWAAESpUriuT8Uf4AMoiUZU+JU/s3/FQ/wADj+OaqV/B
EEuf8CLJqXzZtQYPmvx6js1WASFAB/5WQQSYPjmHmEUQvaciKrucfPkJxCikDifaoP3IZmSR
Qhz7QIFgoQfwIeJdfz/VwkfzzBxDB/HEFTgQyoIAIYf44J4P8XLXpoAIIABBxEFv1/JwQgH5
f2FlGVc6mhcZCIGInyP6QRn6sNnmft0UJorDsl/jNWzJcupwfYsBKAFyoOJXJAB5ly6naFrg
gMBnzLMEIgAnEIlwm/4rk0YDxX8Hgj5glCf8CbnMGdjTFkQXYAB1cmFiIjNDwAxM/q6ZTG/J
SOaa1HGZqMikrikGApSxY6uJjvqyords3DQUJZh5gMPyPm5Z/jj+SZcAFgcf3BDUMupdwATm
H+RCJZEo3VQziXz/AMeSVCmO5EHoYxuC4/E/LVABCCSLBUADqoACQ8A/LMxlsIXelJAGsy0/
EJcWrOCsHsBQzM2ro536BNO68y4YPm4Yfm5YhIM/pYDUuXAeIfi7gly/4vkQUf4+f4qUf4+J
/RBoACXbefAu+magFpQ7PwVojMgA0QgqGjDCWI6tfR4M2IVOSpMYOILAz00v+gwoOzEabEYp
t9m759fNos/odZUqEQx2VR6P2OQVvVqxO+yxP2GqnybDbIHgSv5PxL5Mr+KgnzL4hEuEy+Z/
xJNsSYBUwIvR2BLntZLGqFW3QqLAU2pMBPb/ACnID6gHNwys60GiFQQmbRUCwMJwSq0QxWHf
qi7IxzcTVmZMvtEEP8UZ+4dxirNX2EmgZ/f6jUgt6vOsRg4EHxP64riVOZzf8f3KhhHBuf1f
Pb+AtBgZ5iC2rGMbOX1mf9YJqKy32IKA9CCZ9Zg7RuVPWEAD7QJmwaFTA0XQCFwYNgpbReuX
qBZmyaFMwUKiAgsrIRLhP8ftx/45/wASpMCVO6z7SApueJGXELKlX/8AD+zBVVxxLEuEz+hU
NfweZR6rYmjWxBYhUrkAhWP0mzg1nAADG5/rRBSEESx1AsFgAx7Mgbq+Z7IxvsFhFgkzsBAG
cqKKqFbsqjuFOOgYsr9PMmnYDgiVU19OGZ9nry9GY89R+ua1tocPHrenmdD+rxVgsEqcxalg
mv5MB/j+6Nczif3/ADfFCmK2jG2yH16Bq5B+xu2O5m+oL/evXDU0EBGtKmWpMorHsjMUITAv
ICmKkoEt1UfZRGgYh1LOpM6ghdOrDX0NPO7qA38NyPV4fV9ow1ETz6NMvCTDljmM98Gb1qr4
eZPqRQTBP7+IJVnmvkSuZfM5lzm6hE5guVxwYc6YYmYqT59mp77g9VmbqDugJAuABTnooTTX
tOgMYMSRUvqC4M7wf49uozfg0Wb/ACOcdeoDERHaBFEfPMP5tcFUNm0z0VxZlGEcthmV08uu
Z8h9az0efPaZeXHGaUxyQ9lbi+L5J5FVcvgmXPiDmEmXwCZ2liF0AHpUz/bQwevMz7m6faId
AT59VMOynN77NcJE7wafjnmWX/WLHXqMlNRVCwsSXH4/MZVu6iaEhl7SwCrBgpauxM0X8VYC
Z6vYYkMOUHVx7GWebZFQevMqm6Mo5/jbMgJyjaKqgllCguoHUVKEqVK4ozm/R6UxVv2hK5/t
Ht/2hjfsNrT9lrE/ZLM98nHqdFzzdjPs6qdDF2dQNm/1nIgNnLWm0T68muAt1JhJtCZnv1Zv
UoV9HZg5M+wECzKNGOCwp7SxFeHMtEzKsFsvkygqQPryJGKqAojN+ZcWhUt9tRDM+9pt0i6q
x9moyww2+2OyrEdmmjn68PaYRqIujUjKwqWITx6PWmI2001HVrVaBUAChGNTsQU2ZIfQND9u
Sn7s6GykioCv+uOZ8TOu2xP1tXYmgfgKYKoKwPIhUkUwl1ALJIpzyHFWpC5xMi0IhBEGvVho
zl/hLjB0B1UFyrBQtEAHMLRZgMGdh9Tuc8ug/Y+jRtvCjMtr1RQ0OIGOy/Xr49htl2WM75ej
5lc6sUzd21bRiYGNdmoCy5AhIgWN1ndpy0D0Qxiswgf/AMVj+VCsFXv6DeTv+IJI5s8wEAoR
RIoC4ENnNQLIhefMZSImVgOBE+FzDjoKdFEVqh6lW1KxdCyFaYZDpX5LgCHUIxJY+XEsM81Q
Nwu5bTf9WoWen04q/wD7Do2fv+xvaQdvHtpjp2M2JmTdkMYdh6vNliXPAFkrwhNsbNCXx1/E
/wCXMQWfrgyIgT/w2+WFjzhTp6SPqY/l2BlmiIAoZWqdrmb9SXCgs2hOQBz8LaH/ANUta4ae
c6EzoQUyYxdWyK+qjoykhiCoJP5Mzr9YXVSWJYZCgrgT/I+fz93yzCLNP8DX2ec22X6sF08O
CTRccM/SV31w8mhdVKhiex1XNf8A2mdP+0LK1u31kgEgMzqQxtvlFNdgYHYrp1IqgqnsuhUI
/Zg3/jP8LPOCNPSQuB+KMJEqULXtBYING2aePysSuGSwAR9FUtuhDDyaTTTxZg+3ETPfLctg
qk4K018IAbHVWC87IrEZDOE8u5ADGebEMyKqhXBlGaWUdambtnrhsmq/17WA87oCfNtsHik9
vZ9v3OaYQGp3JjNZHMCmVUQiBY1qexBXNOpzo04CHkdv9R77KoJ8iAt7iWQ0FWyGFwVDQnAB
qgTPH5u7KirGZFDb6Gaehlm+vpYjLVo2bLBZOdq2Ld8Gc0fQwClnOZWyASy8mgWIirQyycLn
6XVSBomOpdS89a5/S/8Al+v9Jy0BsfsdPzYtPF5zkmhIGajrtoSTh3D59Gq4MGbHkxQDAtnq
oHwB8sWBCrSnlWYRnWu1AO/+k1Uld/Nfb1X0agTwSalgwAV1oUKxAL45rnnpvwC0t9DoBmvn
yG+o8KKNVK6erBM9KMV6wRyA2eYj5UfzVm1ZTbGPwy13Uh55x1z9LdZ5tCBoxzYGwQrj1+Y5
M1ieX1kY7avpr4vMHFGbse32MdPbazy+o5n0ebDTPLzkPuT5MmXhDwr0W6kD8h0IJvtxF0IJ
Nk8SxAR/qtMOD5SJ7K6kkQEGc2PlRD82Zgv/AGO9ZuwVejk4lFnsZdJ+s8wWe1dSNPR6l09e
b6J5UKRrJ7UifiXcGCBEMdZoo6kAHzoGA0YTRQ+bqVdj2zyP4XD+Q284aFqPi8x00IURTR9W
lHBB9foQuu66AeJ+ub6pO5IRii6KDAKIUAAsI2gqyw/IEoSKURRw3YwL/wCE4ihhPOtLu/Zi
BbgAHtXNAjq0yS185QPpfbLMs32akor7Pv4gyeNXxAIM9HmTRlbz55+nNUbmfagP2rDohGb0
euDJYJ17WvW/OKBTtOVgIDuF7Yah/wCKmmZ0RfHoNch0WwI+i5qy/YAoEalVj9u3ZYmVzz45
CLmhOmQVtcE0H0aLBEVmL50poRyxAsEPB8j/APxsTFHOSjroBCKULcbMmfC0bCggEKFB75Ku
mAP1qWJC+jNY3pxUWmhCkRmqP9GkdudNeSFLMzNO4YLzCxWB3C46Xo6qdMnMx1/F0VhqrWND
2RVDLpz25BqKAP4LgH2bEjJ2YZo1+7frMewmOB2Y+TQTHOl/ETbMOq+VzN/qzmgDPkSiu6uS
pMCmFQYqgHtBof8ATPMzBBZuqN80CaFmWLDG1cw5d2x/XOEy85yRyfs0a5kDpHwbJ8D+J0oa
AureE5q5FsQJ8laEVagHQdjASBooVUZeuBVdMsiCbptgDsc3dGcEOSyNc+Jgui6swgpZ6dPs
fBjChzOzfboXufa+Wae7Xtl7PsRd1UoQ00tk/ZnTtkOuLXLKw8j5KqYyMAn5EIn+t8RFnoUG
YYh9PRmy69TVclqjAtKsedkOz6La+kXqbcnqPO9MSHVU6SwsDLP9nH69GBJa4ARAWLVzYJrg
tRc9mImQsYnqr1BV+rzqIN1IDC03AjbkAnfUZ/8AUNtjsz+bRlVus1z7eXlV+toq9s1wTMtt
o2ah78bGxyPd4G3K+XcFfD6GH/rdoPKqwL5Fh384h9ljlSHP0lHIRTHY15WptWDuoWPmZ1MN
2UMzJXQOSBoFVib7qZ5wTqbVT+UJm/qKnTZ2hepRMomKpB4EBNqbZ2Fk8g1MrJyFJ/R4O6ls
saLDzsZ9W6EaaCf7JaE5NC+Kn/YzjebzbHU+jHyrhuScNCuXk9DD/wBfrQ8vUJj5RFHkDffQ
+/aNr6Ar+z0AnfV4e4g5hBYlaJBeDM/Q/UHFOy6K1qrZqpLO2aKAqkMqhugu505DsoVSyNkp
V7SYe0Zsvrz2ChiaWelQNBdVFWwqgBge0AMVQJoOCpgUk4KpYLQZqA/KEXF8+g0XPUu6hRo7
sOpAN2mBZdWyzbJEIO/mp/d5o37AAZftVcab7BdvXtY9rqU9AZc/RqzqifUfQs2XYMpoBrg0
UkKSdEFUFgr6SAzZMAnLHVj1VQCQYrUD2DJ1ZWRTMgBNFDHIuoXqB6mOiXcTbTI5/sNAPR7i
M8d/s9Bwxdfp6n6jnA0a2gFQACKOwZYTEAmeRXTtYNOB8AEwgAf7WajXQsQ6NH0VY3rPb/Y0
csCJ5Wy082zN3UlWAzZNfJS5e50Xrk018ysuFrpmo7Nr/sNhhlku2Kaj0YNjp2EXIMA4UFqD
MTBo30nIqoush+Wmgd+3JPadQs0Yk50VAFLlw3EOgEXdUbfcaKAYwBma02pPYMJ5w/0pqHDa
B46MJ9ZUVYajFaoxJJYCd7ODHohscCFamnrzzg9OupZ+s9L94e1tntWfmZgMWU7+Nmy/LDyk
jq/a0ambTsjKrFdXyYa9xhkS+oOa4uUTN3YZakzTJNJ6PKciGIit2LM0s2K+kgVwHvqreXOv
9Lg+RwR5HYN42UFWSU1+YFhswLEm2HDIHLCv4U2zMWZP88mK56sbDNHa8nzwTAksMfDm6bYr
hFR2Awdpn42Mx8y5IHqH2Krev3bOV0I0R1DEmJm2zZeTID6cSWywBX6WjEKPfqToWlwVSu6z
8abMND9iN5fQzh3cz/8AEEAH0Lmvk9q+gehciH1RdUNsQS7dQAB9LEwgk0C62ZzA3HfgPCFY
vngob0MxBAmigr1osBTgkVU+JTQAzO+pFm6Pn6lNNm0YMBE9Wynr1nk1J109LBz6D9X+z0Tb
06akvasbLZ9WyW5li2rpln5xwZ6fWmQ/3dXZPXUOmb56verJZaZL+QB69WrL5TNI+C5tkVKh
VbBVoe0sdvPs2b+zXRznjQRaAYiAKYF/6GJEdgc82AGfYNpr1A9JMz1DRaI9W/SaaKw+1hE1
spzHW4BQZRGEcUbmXZtaKllE2oP3sMejBiYpos7ELpO/IcgXo5/xhckAkth4/sj+LNXVkzxB
oev1kgsdDli+g/0wQduiAFolEv8AImbCtW6shDtl5EyX2fic3yZ2zTQ4dxD5fsb/AFlT0HMs
yransY1FlWBT9PyNR+PUCFnhtp9TtAAkzYk+t2bUWBZBsqc9AIjqRqoARxeo7TQiM1TyqBnT
Eq346EnQOArIWb6+OoEHy1iEsQjED7OsUFicxfn8TmKoUAKDs3TV9lPm1XXRvFkiEelFfZVY
7K6lc1IAUR4OHRrXUm8KLq1rsVKPiFfVM1z1zZWwYHInQvTueihRmlHJbbLqAG+ktwzEjXhQ
mhC5NbkgUSB2mzf9rXXYxyQVKxHFnqVY9WDB0fJSwwJfOkQ9lnHVSYnn0Ltg6FgQKJjVFHYd
SYFawk5I861oip1fpnNtHadhEYBVIJ0UrEc1k5E1wLj/ABhq9J1AKMY/+XkzJbvnkh17zLPV
yz5hm86sM/Lkh1VLXMCc18HuLJnHX7RKXoc/sgVVhZWLYElPOomq1NQA5exyCVJCrBpyhBXV
OMCQXAYnt2btEckO/K8L+vJ+wvmRrjjqNP15Efy6CDJ1n06MThoJ5vC2ip+r6r6fK3n0/wBs
pkdGp9WI8vh23f3eP6MltQfyZgOoZ55vUUmmWeq6ebRA3WlClmMKkuulHHzb7th40yDtZOai
dWoq1EG7odgYT+XMokj/ABVV77cHBrgqgRTIjjT68zqbXUnsIGJgKkD55iMa7XGFOOUXgtRg
+GBmbdR48xkrUQBDdCFFE9XpQHv2n6w3gJ6cxrlvlpnoW48XnOu23qXFMwNlb9b+R/U7z0eX
bANTTkRNHU4+00xweKFBdTLHfx5qyowVGfgPFYxXgdTOsbGHNrKmjcC8/SYvB2TRznm6xTwC
LtTAOfcax1Y91FSgYaWEnuoIEDWdGoDT8B2YlSDbVomhXw+F2ASh1MVIUNU09egVXHYhaH67
Y55qysKN+/ytoHR0OW6BPOG29Cr0hYRNlmunnYe3yhNAVjAV9ZjFSB2jGyid9PNiyZNwP6/u
GzG7WNGUJq4I0JBIMAEUgHutV+X9Dj+eInE/YOeuoPYCoFILIsI5LMIDcPx3BXMwMATyOQSx
I87g4q9TsASxEOlzTQKuzFp/XxPD1KZil+YxAHv0DaDsDnrrkcPQNoWMJns8zar5/QwmueXd
xaWK62QQQzNPOpOqsCpoyhAFnVbNVxRFkqwi6OCdYdRBoZ34rmVUAMswQfH7CxNG7MqC+SXr
ryASaWlgPDKyxLulJLc8EdqnjIOA5BUfxRE9RAVjYPAUzyZhcs/j4Ho2CI+o7MZZvz6DPVaM
ABjsczt5M/Uv0shLimP5EAQuGBd78gLbChPk0ABKLErAsuzTGEyiSRLAHb8Li8zm6M5sQfP7
X8cjL/Egz6y2QAKg2WEU0TzDwVArrZDUOQfAR9JNAERbMq579D9lkgkzz5nXRV6TPUpDoOvt
9Sy3MzewyGgDfm9JaZ+hezq4OBDD9jpn2zq9wBsY34gmeBAG7ATtxTzsQe9EEMQDFqyTGBrr
uB12UKwJtfr7crQhMJn9CdZ+0clXPUhlgqvKQT6Mz5tiOaoEwGEfkCQOSSponj9bRyIM12Cl
N7ZTz6W+zSnMufrMltn/AC+yNo5X2aXva0rWWeJdsHSZ7L6S+vp8Tt+xxUaaN6AgClwWYjlg
DLLP5vwisxPbW12awbVcC4OZUA6CfdydliOHhNAspgC3X4BbgAgqXxFFSwJ+zJOhnBJJJ87U
/swz18megJawbM7dSTcCGBbH9f349ejKSY3lzYr581bRuubIOnS4VmG7Yp2gApmqG9NeoiqI
apNGJfQkBanc9NF5+7SxmpSkVQqEXQRezq4V89lZ8clYHy5EHzFCp6hmnQGHEWchAAI3AJsd
KlHrUCkwCGoBzOwr9ipGpuM/C95jqi6OWfPbLqyFmhujxFYTmv75EIBOZZT4n74D+N2/6dlp
VoDvbBk1zQ9QjAj0CsKE6y7L4gZuCkU8hYBSuAQ3zjsRNbLEkTQisgvZmVWxrtgQE7tQ0aHQ
xdIrBoI/Sm6idlh6mdiJ9jfX/sZxdEcsOABB88dgBP2GYfJwVGaEn/X0LIueUf0uZjm2h1VM
1zMKKwKC0xdlOHLZrKUlV58OhGtfx6aGLP8Aao7g7dlXJyG8f+vrl/q5gexioLCvgA1E07Lo
hEb8CpUyjCONAQy9opslTWtCAxl7YZNTYaA4/lfWVUVhC0LMSCTOtzoLIUTgTsKOWpOOZQAn
+AYVQsDNM+89OX/YcioG7AL30Z36FdXgtoOwXkqszBVAik6ZKGZQIhoecikYlaE3Ttjm5XQA
T0AFbUJ9jUP2HrUfc2oP+QENUhPbuXOysZnoQ+ZD56WrNThuDmRLPbQcKvJduikTxGs+0Dyy
YFWa6Ord2tNbA1Bg2IH3K0LzsvUKKZAJ1MqoQbCyhYYz14qS5oKQJ26joCRmKVT2Yqs11Knz
a2+Wg0A4BCzbyra+VaOJxfybAwfOzrnkzA6sWK+khc+YCLOZaKOuYBJukZaReQvEItW84Ey7
IdgSoJWbWroQZ2Ee4h7MTzQ7eBSMgIQaUXAtHoDGyzh8+ZH+sgmmTA9WB7MB2aqJlUSwvstc
GVCoMZLjYlh6P1+pJyXM6VapyOsHUkgCO9F+zBdejeTYGcRu11RNCY7rls1T26h2CmsWDL60
rNTGAmTgQ0c1zPVyDKE4lm069SDS5gwqoRyA2hBXmwaHwARdrQBLeJh0M4/jkhnqDXk7oJ9y
wqDOtD++evUiFWM6kSiYoILcAMSfkD4/v1P5cVcqzsyhS5MDcdiQOQA86kNkxzOPpRgCDGcC
D1ZNp6fOzBvWD5zV1cQsjbW2bKQzhiuYqV2n+K0WYqFHM7OGxKF9lVZgqHLYgM6uZzTFAyle
pI6Hidh2xZC+F2ENBTCOeIy88RqM6kzqe3Ug9KlmwCIXhZjOzQu19rgBB71LBBPWe70HfUAg
sbIVQBxCLiwHjr+IEVlvPdCG9RL+lQrf7Q1yCho6gEDnPL7H0z6jVP8AscdRiRNOgjPaEcsI
4YTkMpIhdmIJIZup6hoy0CoY2Vgvo4EAbrghJ8idB3WfZGLGciMoooRGzqfII55JdgZQog00
sj+LBg4/g8wWJ+09YBcESwAR2hUAWDCDAKXMGMxCgdpj+s30yTzlW082rkJWK6dCjMTaiL5X
0mXkGOfrP1ppsrM5VipALgOFFoSBGohgDOtFWqFvrKaCHUMeQWJICmCmnLG6ZfjwZdtdAgi6
JPsqBi0KkqUMKVDGRuvYQcBdVY2OtmECAwgkFSIIRAJrquOWrFi10QAAGqIxj8qTUyYA32P6
7BVUejJp6G8/fP1XoxAmoYEDWkWpiwSJ6sq/Yg6ZupzZVLRQ6sKrJgQzhn5hW5o3UZmy4Uqg
6TsDDqKJDHilBrmUJiC2mTjFdXLjxl/s6d4q9R8Qi4cgYEMKGPgDNsiRkjpLHU7LfcGAwPRD
5mEKQQ1jQA/svUzOSSGFAzsQCwpSBGY32WxzPH5dNW9Wi+fzD0dZrto4QNYdwC+dM+jxXVI2
rWdhR9zCJr5tjp5Rnr1tgKiOyaCzrXAQia5K8GRSEMoPMLgSyZ2NKew4AuBQZhkBFOrsiO4w
wCLYEsmXKhcAjRp9q3YMbMdTkGn0CaEWNWEGrCNqWgayjOrAFpogWb6l9rNgWaJLJcVROSeC
4RRPJ5w7dThj69301/KD54SE2DTRtGIDExtGJuw4IZLi7khAhLMLdQGDdXokKSUZRbJc0JUd
xHUmWRFQkABQttBbMikHHNmGC6I/n+vOJr2hitFKn+N9NPsPpcEaqSNhaaEzsK7GcCLQLEmB
exRKlEgs+Z/Yethm45NdVNE1P8oV6i1olQEIM/X5Gv2G/wBeRY2AWOSdzpwwZiTxGawAWJwq
Z9UBQOjoyt2oefQkNkI6gJbWp4RgCSGJaehQUXMW1WUiY3HXow+ODAhWeNLajXWj2IlkzmHf
6xlr9qEC9PMAQXCsFZfRsqnH0fW/+1l9YNtcHMUURwbFEgr6tB3fsWdYKoE12ZYSDCKKkMcs
vw8oKZ+/VtNzzB8ByI54BNsbg/ImlncmJ2Y4r2O+PVmAn2Nm1o2LC1J6PmZypD2A1CmaH9Wz
Bv1uyHLz/Y3q86ZZbYMJjhanMhr48MAMCAzqJ9bEMugjljPM4VSSQG/jgj1+ez0YG260ACFg
qzATQAA9Xp6xkOz/AOoQBkwhUqPmGqFFlFwLUyYomupy8pJLt1tCJmn2N1MB/LsYp/Jj2ABm
Kwk+fBtGcHg68HzaMwXpQxyJbzdRp8I5LMhLbOyTBtHx9224XwpbetP+t2ZtAABpQUXX60kk
WZTQXYZRGNk5qQmAss6EURxC1QEMTkhn+sn2ECDmBQIFBhYIPT7GafazNmYWNBAo9PVQMlVf
oQkeEGHxoqnzFUwx7T9jr20UkHQAxKWYuyl8yISexoDt2FEBEF+HNH1/YaltMySriP8AicNO
pUKwyz7Nt62Z/VQXItY5b0YDZEfXy7bbP6NPPimGZ/IerLo6ua1YEBBPAvCkGAQCo3yxIg5l
icGFYGdSOSFEWf3zKJAHJIE9npLtq/CKVGGjB80IXTTrMs2lLaoLzPZW0QLq4dtNXU/YW0B7
O4tqEQqEc9gywmEgQFSM/nJwvj0PaedbUqwXQknIgaZdjNdE83nxJ7+rnFQwHmDEeVS40yRl
TPJAalCfsEJiUJqtGp5MwuagCEiE8qRV8dSYBRnBhDAAUSYW47mXQ5tQb929rq1BQzaaKwTI
MmmWn4KodjQVV5B7OvUB3z66L1G70vCqhNs3IBEQGGMWlWTdqBYJAzLDHUkN4y5fXPRQwF+b
Nftyzwzz9voPo2x5f0KDmeynzqSnkI+pmTsAKoidQZ6EvPsFPoAV8gWmS1mqihd0RB2B5olr
PMJqCG4IbEIYyjAROb2Y55s9xiYjDtmARrjz5uxJvsSANXITz5EJ6H4wAaatb6G27C2IojkA
1kGaMArMDYAv4BPJKk+dO8x8YHob/WQ79tA+LhvNjSe/bVEuYZlZq3/U1g/r0BTGlXm1u1Fw
xuc9uNG0L5+ZlK58KKhcA9ufsUD70AbdyF+5wuZAVQYP4Y0GJBpu1C+Qfa9ZsAsJtQyrPKwJ
fQOaARIJ50L7aN1G+oeZqc01bg8wwgMALX5HnYqPV2+wH8TzMwCWonJLOJXOB7P0u0zzF+jH
ztHdO/pyO2X0kF0GeenKaVP1mlJiD0owCoGAnYGMR19lDZNTXiP55taFiYexBZgKLBcxSqAC
esJJiS4TCbmjL1s9QI3x7nUwks10WYl10HXzC11KmJbzcltMVCL7/SDt41JPpZgmj8giMsWw
FPJPNUutmKPwJqDmEEnIt2O6of8AdDM+umhUKCFWAYlfOuYT1frNgfQAhmyVMBSed1KlgYfg
jnrClD0grp04/WP09AYEC7A4+RRgoBmFVyqmv8jLIHPYrO/J5mp6jd1dzYjk0Va0u8gANXtk
ZMsvLm4X06qmTkvp5cgJ69QVZu0WxGIMUgQ9Z2E5YKv2Z0wBZRLFqSWROq6Nnmp7vMfHvqf/
AFXoofqvVP8AS3QenT0Y6+D9oCPQ16WC24E8YLKqVFFBfgLCougB+wBPoRCs83475EVdwGiL
MJnzCBYnfsACYBcBBhoAi5xQE9moXNXDFQWLZiMZivZh1RcUVmI+xkoD1bkxGps3CJ6NC4BN
9qFgDgygIOQKE87EM/4s9q3ImZbuh7l/OujYZKswHVk5Xq02cT2eHPXKtV11UjQhSGWeTTro
tmcFQ5UDQNA4MbhfUV+/RhAfy8b/AGZiwQSZfHM5nS4bEuopInYGBmAZxOQOi0CJ+wYlgCIh
ZIdIG7N5l515NBFxTjf0lRvwMs700AUNyAKlXGBpTUXk1xQEtkZx9mbIWGOau2fnPZfG6go6
nJamQuZqaJj13Yj6v9LK9eD/AFpqRPGil0ULLFUDAtRE5dm6bMDqxFWb/XV9FiAEiv4/sDjr
ZYAFixPbqRoDCwUsysLljr7Py1agOxIJEQc+YdWyVTq3JOgyzALv6CDpkpvZD9QNQgiKvWEy
z3UUGBB5aEEzybCWMdMvEPsTHFFb0AEKmzJ5XBRD2zBArjdupRS+RIIXIajbM5h2Bbwk97BA
FygCSTAoM2FZbmtGNwEX+vH/AEEc/wBkQ/FkTuZ9hgNxlsFbBQlgj3U4sgV6h+egAnUKXFMl
TL/FXKTMgjXVi2XVV0ovgoY+nTsW7CH4URozVFY2SDOos2Tmeui9Nl8mi5nL9iW0ZRplkehx
cvFUAcAEkz0YEjU655Y+cHMefqf2TZhWW38ACt2g1Fdxf2gRXUz06IMdlDMvUlEWeDMjMjrL
Nm4QWhAgTkq0AJltdtGokKK5lCwQR6VBbRbhTllN2BMCCckDEr+LEvps7ISLmenVGIhAMI5U
giiwCgsHqKey3LAgKg4aHv2BGR+v0+X0KU2P/Z5RwIQJ/T6MS7CB1Cen2Kg9HpOjZnsfEhBs
2VWKQpIBgJB/YamNZIJY+HxjQoQIQDOgMYT4D2DZAGlT7Bf2kAassHpMTXtBVd4dXVtn7Fvh
hLBI5OOQZQtR+qZJqEOrszK69u9l3qEhp1/H4UsKsS+QaL1VcXE+c9Lb0frsvTj5fK/mbXMh
/HoWVTYmhNEqsLFtPb6ira7Ejm8UCtivWDicT4B/GdrHoUaNrm6N5PCdIq/Wo5KqBA38FSYU
JlUClymSaYglcdAxwMVRZCziHzsY+boWFRyIXo5kX5RaMSJq5669yxYzmANNFIgFnQ/9bdqJ
aD4NmdQQrWoW16kEDnIgNj6wufo9P2QaAvhoF1zNgnjsLf4LKg087aH05BCgXt+vRdNHSotg
ACgvDBhNiQCv5KvObHqEIAHBskfLMASxqqAsFkBfoIU4LEQMf4NAWO3UCelajBSG5hH5KCGw
b8DZnpYLG0diWsGxMAGz6ozr2+x2LFitsTLaUpUcHM0FJBINk3AZnpOy9U1Cv5yKwNoxl2+2
iZYjs+um5v1KQWYkfrB+TL2AUCGoTRLBpq/YlgGydWOa/gOYPheS5i1KFEwsRFcXS0cwZrmt
EEGloWZz9nM2BKvNgbKkxaAwZbJpfS5bVFYx6Y9RMlJT/lYJYAAg2OtOagFAkyls2CDL5IBm
aDoq1NUCaefkYMPrcnOZkk+ti7YKFywQuPahDKoJ/WZvfEsygYVm7LmddWUM+hby52zHju6q
uzNO/wCH1aBsy5nZ1gYRuIBA7ALoGhsxgOzAmdFEofdzGHYa5kMwMI4WgAaD7Vm4BLrOprtU
RiAvUEkTRQo+IKA7IsJhUmBSIBx/jLqJZbLZQHub0889hPCCBsR0DBQhO2+5/PyoerZ/YX8Q
r9enTGqlGyOH9Gec92vbRXWK0xRgtGzRHFdUYlGpLh/GN+RMAFdZUD1G5LHiqHU/b/TA1ohE
3z6zQc/0rc6MJdANA7S4h5ZridrfuWPUQfBrqvBj/IU1/Z/GZ0C7qZlrcpX1wUX5krL2NS+x
6x8hAcL2OSBc34c3XmeoW4up6deuWZLN78mDgUce7Piv/WthvmPmzBc3WdjQPJ6lugMKNBYl
z7ZVn4Nginq/zqUI+dz1EldCQA8A5Abuy3BQgugBLNzsK7kxaMPMowLz/jPmEkT8geLsRj+P
n7Ei138WfZxuiTdPuPuchfI1zz4WOpmwrQ/GLEblRfXn3KBhntWjAOH8LFsPKFgAA5guD4EK
i2WgcgTkpUgfkc1ePl1g4h5J+VIgFCl7seRUcCtBHA7aEBhp+LLahiFKEwITAQIaEBAAl1D8
iMAYo5ZeTQIAMPWEcCiSOc827DyH7H0y82OfvOj+b0fh+wyt/B5F7KoUV1no/wD6RWrQHjvH
VXX2ebrrg2lH/HJOIDCLgi2x6w/JugeRAOXuMnBUU6kRSYeDf/YRCvOuq9W+NDw3MxS4xUQ0
F+ASIRL57WCwtjQWA0CwE/49eStywIKv5hoHoXby5men2J51/X/rtPU+v6/LTB/Lt5m16aDy
ZjMGoXqa/AA60AMz2BYGWJ6MS5RPSs+nd4F6ixAJVE3Foj/j8SzUWoJXDEVQJer/AK+Dz9xh
BmihZqyqunwLmYIGtqbsngsICzTi7EqBA0bMgmxDZiyiSLnUQDjJWc+xPOc8Aft0fZDn+t2b
bz5pnjGTNzpg6enqqrxNDY9DFQrfg5/Dy7l8rBA+CAYKsDj8jApaL88XxFWoDzxVqTAOAIAI
8JEb5EI47GGVc9Cz08K1dRcwXsfRzoVN/wBvdCDiCzOQLKwuWNGj8UYDRJuCr4Ax2GR9BrLA
H7URWfY/nlZSuJombQKpDdQKFegMx4K7Fhj4mVkACn+gKgU3RpgbViIBx2N/EDWetD+gouhC
OBUJqOTRMPMJErij0b57VNXuevmEAqxa0fRV4sAUoEfr2IFduABATdklQSDCQFrsv9hql3Kn
cxSQyrTeZmds82LAUCYfh44/EwfPtPRMV1aP5dCvlP1aMouxd88xRY+R1jAg8knheL+ZXIWz
XVlNw/BJh5hBsmoDZZrHU9D8kTUdZuOxI6gn82bgX2vjLEuuvn+tmAqooJJUkAAQG5/ZadjZ
YCE2Pkkc1+QJJx/KedEQZuihtSZk5af1p/k5NxQt/sR+Gfp6sP2OZRNlbRxP7siVLFD5XkcT
qYQa6ABRUNRTYIJgWGcURYPw1EgGOOqX/wBR5hmlBXSaqaPLEVOIAGmHGe2fYaYsstrAqcTi
KTZDE0RODCBKE5hFgNwLryErD7XXRPfvqcdtxomoUt6VALh5/RJsHn3vmVbNlYdTMOofE6Oj
oVnZ4dis7UAaHAhWByYSolxTYIEQtB8mXCB/HXhhAeX/ACSv+smH51E9DdY7dsioU3cs9shM
h+BWxpkGXXykAgpHZYqwGzRAAPZh+QQXQv8AqqXrcQTx2X/Y+RUT9doV3O2rHX1DLPP1bbNi
1xVtTdHgNofsZUZdM1VgnH67Vuhde2hW9mCp5Tu5SgA5ha5fAbhGEVrjMLRjDrRVhRadjAxE
5sgmH5LUO84jETcitHE2Ls+zdWQkxpj/AIecuw7JA3PUEaefIjXEoyMAbqBxZIMUKZ9YJ+qw
yGvxpwCRajAkHZ++Hjy6xvRb+vQ6beDFvqWln2Lfcks5KuoBR2ooGLoCPERdidheio5CqFZw
YG/EE32qd7W+QYGNhubUzsBOwlgjubLQsCLay0oz/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf
/9oACAEBAQY/AOOlPoUL9KaXJToSVr1qUNySBSVEpkrFSrsMhakrQkqe2hDsKdSFTknE938K
v45/H4fhr07Ne78u4a03EusSSnPShE9Kl+m/RtqxN0TjfUWr1KojKr0Zao4oTk7OpGDXoSoH
NyMXHme+pOgmi8dHXpP8KZoPX+BX+BQ/+X5fherepU51IsKHYsUpuckwUo3obH3PbYluKWPE
lXFFCGNXkqqEqg024dqD/brmhd/ty2dGQpcEZELpTo/w0uV61OSPwc9eSv4I679X/iX2I2Ip
4klCNRjheJHWF5lHUqStCb8GxwKClSGiTwHGqGnVV6J7DeNW9BT7csbNDXdL3K/gn+JJsb/w
p/E/FV8iThWJKqDkZaxt0hepUSEtbniKNBQoase5kTUcFejW44O28UNpuSqHeydiSdF6kbEp
kM9rKv8ADP4Y/jV/DHJUg8Tkk8S1D+Y1SSpeRN3J30HQad2WqqENyXpuUYstCFcT1Q8h0JV0
QzZbnarsSue6j/IoqFKI5OCVbrb8FP4q6U/DYoPxX2JZWCOlPQtMdKuhMorrscMhGklclgSs
u/wdhvBxk6wKpRohqIXqUsXrwQ3YiJp5DhULMT+h2xAnFUS12tb0KOZ2O1kWLdIVihx/Dr/A
56a/ifivscEk3LyWJXoUVdRlVJYgqbITg7k5nQpjGT1NhampRytiXqKBPWCqPYoaJzy9BObC
bUkKhV02JSqhNrpCt0gS/DyXj/YYf4G+V9shzp0qpK2OGVqd30PqLmxWjIdXoQVhtnCuS6lC
/kLYhkJlPqxOCNCxCHKIV2Pu6TLJdXyURXpHXx/Bz1v+Gd/4PPSmnV+K+2RQqio6VE5h7kT5
iVzYa24LxwXsWE58jkqOBPkoqliEUpGwu5Kom6N6F16lCIqe1ONyGoxnWfwVLlzn+DXrQ5IL
m3WhX+BQfj+RJOpc7oEmibcCW2xT69J6XFFl0q6H2IJH3WKXZVtMWV4JmIG5knKFA87kU/2C
5H+xU6cz+Q1BOux7aHblVO7JSkWrK0Pz6Sbi2ZOuxavBVlq6ER9CNyIqLfUUqRqZWqJdNjtd
icXQWKVBKKLUSS7qClQ9juX4adYLmxW/Sv8ABp0g5K0/Ft0fivsOpOpWqG8l7UhtWRFxzYpX
gTepOQ4qmVsTrsSjdksbb+o5fgytUP7EWZSU2RN7Jko8CE2Ri3Is8rK5GSTbtQeKUeCK/inN
pLdjXxP3bpFc8vVia+TL1Z+t5LYWWuvWn46EMp+Orp1fihxEdIdhrG8Dr0v5nKFNERi6LkUO
gtyVfkXdbUp6j0S3L+BKdVdCWLrqS2N5Kdh6Mm7IsiEqMqLtX0H3NJuxOUN8EpLig+1xloPv
T6U6pYt1y/ITb8UX8fAlumhKU5GWObjGNSH8mK4lE4tNPXr9/wANTj8dCOr2lfbIhDkvQcXg
crxKq2pW+w8lD0aG1jR2NHuRFBPQ2kheZERyTNCbieNN4KkK/WGpqJWckCmrQk8YZWFuLtfj
BSpLdFoafgkWUTGX5ERD2NuOkkJxN2OFL3EsqP8Ahb/wn4inQ7tCFQcXg3NZ56SiuVbjrQma
CwIPAd1BBC8mVvJOvBERyJOpKYklJT9WyIiIuWgi8jxhOSUVd9icbDeVF+CMsoauh/H8cuSc
skp82SmnOiJxUIr9RN67GbejK/xI62J/B59LwVod2Ndyn+8l3Jkhqu4+LrY9tyMq+NSUqmVK
xQhyvEh5fzLKmpQqzwJRU1pqVKXQ3vcoRclKFqUqyFcSxmNpY1mmmWJ0GlqPKHni9ZljeODS
V9KHdSHZ6kuq9Sc4wXKRGM5ONF/mF2qJave5ilfKr/Bv1f8ACn8HmfYnUl67D7qeHgNYudj3
UjY9tfElnerZVk/MtUU0Grp7FNCWnJwa9d+kPUoRM2sb1JRONyM1fgo6O5KbYk5las71VWJx
drrrwZJK6gfZVcnvxXbOzMXlPkPPGrdKsg4SK9Nv4E9OetXB+pepEOV6H6cp8CYyXMDzhdsq
vlkV0H9DtyWqM8V/SpkkmJ3G7Rc4O1VXJRQycqM7U/ctyo3J+YyXdaEtUKKRJ6dExw7abldd
BLYoVVqOSilFUkkcv6Dbc0oft4wtZZllm0th5LTQTTvoT0bWrljx1Hi6vRISatU2Jnrv1qUO
7Kr0R7MJe/8ApF3YT9CMcVzUpD4Pck4ue7GJ5PayrrsTpJF9yg1uOle5L6ZDgkXBlDl5ImZJ
01HsyEOaEaJ6CeKlDejPtBDk2K1glQj+Rsumx7aeJeBQlUkQlFXuTic61HLhLUpZakOrZ2zP
gdsE6EZNyWfjA8nVux3KkOIO54YrljylU0SMngvctdD9vOU97lLEPElF+n5jV89Fye9x4ntl
fQqU3mpXUpuXbPa41P8A2VQ6whOrbEmmkSnI6f1r7ZnbMvVj2FyOSlitEcEqq5NiVbUSfoPR
bkLQTeoluOhSxwRFbklLIoTruJD90rwPsc7kt+3Ul0RTK7lISmupzwTEtjao9xe53qSqsrVj
+PJ+zHJ0Mng6LQ7fmxnb+2J2/EoTv/bIaa0qZRStCv6saMdOCE4wyacFOmWWyoPLOruyliVq
LRbn3KIgXgSQt78nOxCrA9WXHv3qvlmOCYrqKlxtFNNyS1CLLkav0X5kakQN2f3JTqRfciEu
ndF9CErbndPbwTadjtiYJipEV1JY6SjKY8CIdeH/AJiX6ERbXUnJupUaVmxJWbKXGzNzE5My
TcuTHHLHuW5Hx4KORYZ4pd2qGkqQhpOmUSvMlaiyehLv0h1THljk4/u06clH5DWq2JaNuRK8
aoaSvcpSChDSnkclzJf86+2ZGhxsYwvQyUWKW4KerKMrQiZPqixLVLEr6iVi8+AnZXrJ+uvg
RM4vgU1kpqSU90H6ZHSJJvNygsWoTdyPMbi1yFPgOUQlBWwnbnyEkumXgNtzV0O1U76eo38m
fdFqFpHmsFQeafayZ+jEnsJKqK1Z+hz4jWOPa95O55S3uNt2vJsXuVpJTQmSZrj0cUJpTTU8
CYkkb/51/wBuYz8hRfQc3Y6VKKCpv9BvVlo4Hr4dGlUTyxpSZJxxXp0luCqWS5G84xbeg0vk
lqyqyMK4+ar/ANIscYTdNv8AuLWF243uycK7iht+YlnjRK+oke1TO5tFyjoUK7iSSSImqJMo
2MqV1MJ3TG8XMX6ZbuFAm/PU7MX3LWaxUknRshqEldEQVpsTbpFtiHVj+w5LwkNY15IIVXqy
bt2KLwFNyiHT+tU8sxba9G8r42IupKLyJag2ZBQ9toqUFuzHLLFxJCsiaT4n91bjSU0oyHKW
isNtvxJyT8yUJ1bVv7YmGedXFWycX7VorG6eg4oxS53Hk6qyFsN5WZCtoiFQWXxpvc99Hyfu
YfrVo1Y+51L0M8liu7fzPKg8cmuzK7ZQXxp2/MhDya92e9ClBkt1t6CyyT7X/VoQrEGWWCb7
YmESSbLUi5S+/BR+A9yS88Euw+SjrFDJz7u9fbMiCFUySRHJT16JlfUghKhCkSdRJbVGsLob
zghfpVju/q0mw1lXLQhqIHhlguxWbQsvjUY5KRRcXxu0aXEr46oxas9CVRvYTVZ3EkqP7ku5
k5/4k5U3ZRWFN2NpJvkTxypNjvxs7+ZRzqduVnc9q9r1ODNt2VHyZZty2/8ASP5cpeiWhQSO
1OihC8Ki+PN92D0Y3i63VTGZq4+o1hT9y81sPJJkWYlvcmYaL/hikHOgpRk/+df9vyFLjbvD
MsjHx06b1NCprJCqitRCxT0Jx/UT8tcdEUUU1O3G6tI/kzrk/wBMC7FMaH7bonpBg1WEd2aT
eg/ESRL9DtG3ZWE71IVxTRvU0cFog1G9TvRM1E+jWhWjO1x5C+TJf+tOoscaJdHHgTrcmKol
uXoYv5dUhvHyGu6a2uPF4t4ZaRqUUeJDvo+DxF2ui3FpJuVEl5yQnXUl1PbQyc1719vkKI8R
rcWy0OD26EyWruLd3L2HMaQJUTG+CcrI9+DyS3EmoRPxxKuNfJ5dO6E34Hb8natKiywaeLtA
opuQyjghKHuJ5fpVzvwpCJTki6Iu19Dx1JSIHjkpqQrcHbbjpCoZYr9WjF3Yp+YsYtsSd2Vh
ZTdz5CVhu2o4VDtdFZeRV0KJT4Edqg7csU14HsSWSURYa1IIixEw9yt9HuOJK0ZGrKIyp/Wq
eWfTlaDn8CiolElj+REXvwSlfUxyd7PyG0pboJ0pcxWcLnQTWSabgmTg43JyzVLKg22q2Imn
BNThbSVRCqUpSqG1ED74hJ+p3TR7DSckM7kPJKxMpbpncqPkhqGcdHr0rUWLoLBWVivmduOw
51EnpUWXbKnQqofSn6lYnL2rWRfuZJY6ZDywc46NWZ3XJbroj+0ncN+hLTJiIHlr3r7ZkFpW
5ERPTaLyRJEU3KyoG46JTf8AMx96mCO6Y1MkqwOHM1odr1pIsG5VGmeBB2pxOp3LJuauhvBS
rPAfPl07r8DnU9tZo5E24eTmNiHrZkZOg2nKZBGSjnQo66Ha1ezZLuiupRjeVMYIVZJyG2mt
kdtmR3SZZ2WNCCcb2kST21Z3PHti5EymdyGhYRNWzBbJFCpTfokpFKodsmWOnevtmWpoKdSB
Ma0p1jQq6Cf3McdG0ftpS9PIgbWo1uU0ZWj0GtHr0nUjJxBKsrD0npLrInqQpkSbElU/mQtS
Dt2oUI0Z3pwkJO+OuhdSQ16D7MG43PdisUicjsxU4q7KU4Z2RDTqz9xO2FvIWCd107cv0teY
4cpVR240jc930IyyUbHAssHEXOyK42jYmCW0vFlc8fKom3k2trEJNxZkJIeSUaVMsv8AnX/b
8g3FEJrSpLdRt0SQ36aaEN3G8WclfBiE1+rFyfuT7rQc1qJkMpjcUqCmghrDS7JZSpLISqVm
X4FLjaFtrBKUNWJdybFGR6m6KVMsVe6EsraeI+1qtkKqH3KcX+oeOXtx8iW6Lkfa66kd30Jx
yjN3lsy+HJKGmk1sxZKkWse1VIywaTuyqorOUe7PHFPkjLOdaSezJuKiWKpuOEoQ88Wkn4DT
y+i/ykS3PCJdhtqSIhFjwHv3L7Znbi5Wsj8L6EGW7R2u/wBRVbfBV00GsaqdRuCMlBODvc7X
SNyXVMltzokJ5LtV5Ym0mhNZKn9Oo4jyIyccmXbVSQyimfUfFkju12E7Epeh99z8xTdWFKr0
jpAsrdK4tY76C7W4G/kyqrJMaxoirnwEkd2WWOO05JHaslk+HIsss3jK0EvkyWax3v8A3vcR
himlsTjgvGolm8cJ2oNrKcdIFFVqRmr62F+3TLkxxytMUJzy7Z1sP4/iwfyY40tJ/wCz43in
ahyRlYikEqz1F2uTYbrHcvtmN7tmSV0qFaMjeh3R7tzgesFvQqoOWOko+526PceTfc0qITc0
IWlxNiarJg497qT8jfZXuXl7Tv8AidOUJNw3YmaFqM2KXJ9R7IlqYGTdvQT0ZJJBQc0SIxx9
2mw8ssiE/oTd6DUVIl05Fk9THuxrgoncyaVGQ6ydqod2OUan7XyLuxtM1Jg7phrQS01Rj8lk
mqC+HH2rFTk9/wC6Uq3dsjK+h2t8kydyfIsbLcouj/xr7Zic6JjqLi8myWhwfyJ33LH6XJ3O
vjcmYny6U0KTLvOo1XctQhDXme5zsbbEy70PfjLR2YrtdjZCbs7EsUfQ4RfpReY6Tzc9ygoj
udCnuy4iBrLKhLshRSFWCk1L05mTubSexC/3GDxdayJTXKlPA/NDaoy8qRJaKo1EPSSrlO6P
bdifNxYpzTuod93m6zwUbT4O3Kr3PfistK1G9NukCdfAr9B/4l9sx7CUamUKrsKKPcnuITKu
I4JmZ0RBV1dx9zjFaHZhHiQybi21ka1T6TtuOygqJY2EsSZlmOMVcJmPc5ydL2KU2QnjlLyV
UtyFl3N6LQmGxynD0ghpxvDIu2Pvahb0KJdq1kyScY2hCUyUotxuZm0CSmrq7nuxTa1P0oql
QhJUpNCqUHarI7cnY32EtTglXN2LtVuB4tQ0NVizMdEKKUudzaTWjd/6hrKE5hVPe0uZGsaq
SVSbDS01ElvWDL/Eq+WY3sdzozFTRVZGVCr8enHRykyc0kRjRKlCJqU8irpoLtblkO5GnBGJ
drwE9dxSPfQb2uP5PkcPFNrxHL9D8xrBwsqNndmnUWKaWLm52pJxqYunc9PMTyrk6nutsi9V
ZFrkpVEhfGk41aFjjVt63K0gfZDcXZ7o7W2RSOTulW/Iyb3EyEOrKqUlcmKDm27Kqmkn7mLj
JXRnlk4bVCrShmPgoHi1RWElvc7W6PQWV6HceJXQyf8AzKn/AFjIgb1bJ7vIlocqkFaQTodq
fLZPd3ZaEFS8oSsndlicb6lH4kqqdxzQWOKlf7i1djHgpVO4vj028S8o2FDKueCqJetIJVXs
S5Pc5ZtyU9TUWGOTbdzswVVR8wP5MtEVpwTn5EJNYLUpn3NXUCwdEjuTIt9T22NxNqnI4sxJ
lVPiUwXZqxLJdqV2NfHlKVhzlayHm841iDuSlUb8R55KHsKfQS0RGxI3p3L7ZkNFBPRXNRS5
X0PbELWR9zl+pD/SrIcUS0LSvqVboawKt7FRNeY0d2KgW+pf7j+T0ZLqKfMb0ljX9X1FSmsl
J6VoUUCpXRnuKNpFZZFJ21Fk8aTWou2ES4nk706N1SsZ5J1h08iL7ajy+eEloRhC+K1FQWfx
07lLigllBOnTwJVNit9iUqK8m+onoPC0icSnduphl8eKlUzoL5MFGOVmiXVw5G1XEmHLfgKl
l9SYUstAqDUKe5eFsh0mBKZqKNSEm3cUrchU4KE7DTKSQ5N0bvYWhV0YnoNaPQrRqwzsddxN
PyH9EdrV3ccJuVpUXta8i0cketC1it0XGvRi7nKP/Un5IxeSn+9J7LOyRLcPYltjTZk3aHQf
tiCU6sisO4kmoak96b2kSiNBv6kR7XqRPkQ/I4G/qe5jar/dRjlkn2YuWtzti+mxCcY7VFCj
zf8AmO1KJKkEuqK2K2HtKp5ZDW5h4irYlELQ/M92SIxcodar1KKoteCIEXhIh+J4jTE7cn6r
EyKXLQqHBvRkZYohYpDeDXhBMDTV+CEiql7D7mlXUpmq8f6iZnG41inLV5sTk5yZCpwJz243
loSWSb3iCt3qLjUa8CFYeGS7lpLJXtZN8b0LFbEJVQm2oV0UUPQl23ZOTTZ2Y0WuR7VL1fSd
SWiXqQvUjQiCB0/qX2yE4F4mU+RPSGQsHlvCQ81g0uTJ6TYbSryUVBqfI14KKXyVsR9xL6+I
8aTdEXKOhRUExYxMibr3L7kEEIqS7DwwVdWNPUc1h09OmWCo3Yfx5b9IdMUpckKrVENZ61Jx
zUbM9rx9f9J71K3Ql09skZVTvUnKU1wh9t9yZFx6jzyosUQqzuOThlCNjY4KV6qDkfivsSSl
Qc69aPoktzJRJF9yJg52JXpNBvJ/mSogpYi+zF3FKLRl6q6IhEqlDH5c7UaT1IiFsUL16VFj
NdYG99Slx4uqkk4HnglKROWNVuU9ucV0JbbU2bkoJlTs+RpTuLP4/dhkrqD+ZMUO5WLwN/0q
xDomKN1YaesEIq67CIWly3mUbgiSrLFisxoS+kl+l+lOmKV5HHmRobbk6/QlKhDUopUlTTQh
yp3oPFeNSMnC/Moyik/I+NL+6o9DgoUREDeug3Mrc4E0pG3RzYh3RQrZXGvjVqFTuwcvahLh
ZLTpJ+7h+taH7H/6l244/pysPsynHncSmi2HsVqhyoI00MW91QStBQkoOp9ihJU0HQVCxMVL
2K9eeqZzYn8/9JBGpRiNoKVkleg27EvQSmem8WMOEulOkqonkqlrkX4IiEYtlKlBp3aG7yyV
0U17oJIRVThq9hZYZQ9hrJwQqixmug9FdntUTQhqDF7tECixTo3qtCvoQibkPxKepJuULak6
9N+k9GYvmCS9eSbeA89juf0NkjchunBBC8YPd5FNCHd9MekwT0xx0i3mV00Q4cGOL5+wsVZI
i4srUkymaKhM8kNJpkkp21Hg/wBSsztyTWT1Hm33/FlfF3X+E/8AVSLp0/7TFLGGp7mWmbCV
nSIHNfqKCtxP0Jd2UJTKlr9YJ1HoyU0TlDHS1xvSUQ0UKdE9euGK3khK5FmNuh2uuOUpzyPH
+mV6MlOhCrHkcIW83Jm92Tpozkial66CVnqiSMcrXlEd6naP9I2PKbU/7iJI11MvlyVqJkqh
I602Ox2UEbiVxqSGqMWScNWP2/lUZ/05q6IeX7nwO03qL5cMf/a6OdjHJ1cOYoe5+COZiBwq
EXQsZpYUK1R919D3VW9CJrt/4ndlQlWNmUq9T9JWhSs26VqSh+K/+xGnWxHSWJaInYtA0tLc
iUD+WIzxU+g0SnKLQn0pqVcIlevRyjGPOSbpnc2+YJSl8mWXB3a8k6lRfGoeOfrQqfkPYeb1
ZUnUybVUS6aEaHcpXgPu9yVpFlF0VhIxyiruOTJqVHI26CqqsjFUVxaefS3nqJ4ZN4q+LqWj
hDUdKEshKB7ER4FZGtJX2y6bQVrHSNukHduP1IiSF5GOLU5blHCaqicb1lFbFVJQ2K1nbpSh
Sm8kJyYuIaTT8ukP1GvBFH/TJLViqoq8nbbttuqiWVYszczZ4F0zt+omoW5Cs6kOo1tt0l30
FR0FNZJekDi2pXExcxxqSkbVKGxepaSYqc9KobsQ1KKOxeRuKyirRGLrrBTrBuKlU7j8yu4/
6cNLEwpSux44qkUY38kQtXA4dXoS1TlSPJ4r0glKmxPZK3JiOD8xOyd2NzO0mK7nDutDjo34
fcbWlIRVU1RKpNhZTG6Kxk+f9ROKjaDsn/EjkjcpdHblWUNehRVKuxMU0LV16OGS2Nm71LSL
NrzNhLFzUh2KdNmcn6mQmQ6+Jam5RQS0ieT9NP8ACVv1gWSUta9GoHhDuUIf0Pc2sWdqdRrF
3KuWUdVRIYluxK5xsNteEEWgqjHt/Vwbx0yR2p3uhvKnTdrTzE1l28Ip8j9Duzct3KWK0HSh
Noscqxa0icQncpWihEJCbqXhFdTjU3Rc7JhLQrTYdomnRwitDkhOPI0Jah+JFVyNdyjlorH3
IfqRz0sVRYoukMtYeSXuiWfzOOSUqjeUyzZlfoVuU2kbzVqkq+NIKXK1ZOF+T3KrKJpK7Gsr
Rfo8svAWeNhPRk+o2tT3ai2R9hMfdV6RsaEIpSDxue24kY5xO5WzJThMVNalJjko7HC3G3oU
rsOVWbadKeJ7hlUmWqUmBtNjQlDqUQ3rKp5ZFGT+GpSkEUKJRFkNZXd4qLtf0JdXuWlMhqqs
2XSFirHtaSV0Q21pQvIncVbka7DTE/kri2ToyFapWFBC0uNq4sXXcboQ67C5sIh3RL9Cqrub
yMSNpO1tXoTaRVryReCqvrY7tGe62xS5UtHiQUIEtivSzRsiZqybkIfiqf8AV+CiIfSjLdNx
P5MU204UXHkqS2QtD2uPAqzgfdV6aDh0RL1KPzsQ3UrrYmx2t+4fNcRfGp7ohnj0lOmo9ZMo
o0QriyfpcTVMdFY3eiHrUtHJFUKsoXcqM0l6IbcKLNj7fdtAhR5jTuVX5kK3r0mKC764kaaF
qlUU6NvyKKSYLHBSrJ+g1yvsVKV61jpPWXRK7Y8phWUE3+pt0/IoTpqOK7dG/oxOYZuxrKmL
Z+9hLiGYdqUpS9ScqFJaPAjGaVZfSB4txyQnPKJnxRg09E4KWi4nYuN3kXJKq1oVWgk9NCIU
Mo4Ls8TdolwuLFLka8ivBOTpyTUovPpXpSxKsRYmfIpYiljzv0sW/FB+zjt7nOskXnUgm0F7
kR5wLYc7EJTrBBRVfrQ/ctWzuPLFrlDim8i+Nqd2NYqUVkhe5vQlND93dk70Fkye2m5SnI8b
RFjFp1WKoLFeEiwdTnU/kNkKk6lXMiIiwz8htO3JwiUvIorH5nhDdBS4O2ar6ltSwuPwNwRq
yHQaH4/l+COsO5KMssrw4XMDzZSxGqFaEJvQa0Ic0PsS6M8T93KViv8AxJWS7VRbj+RTN2Q7
N3GsailV4GnZEKuTsTkVmpj2VWvmVTkcOJrUmlSt0rE80J2Y2tSUckq63IkvY35Rx0fGo9Z1
IoLiJFtNBrXIjYWaXtVzu3I6TuQ+kE6oaVUPuotCeRpXWhTXp7nexDdT23RN9yp+1jbH9Xmh
q6+5epcuoQli6vQikkPXQhKS0SW9qV2Y/Fg0s3ePEiYS+5Etii+h7r6s7s67Se1RIm3XUVab
kp+glLy4ZHy4JZbj7X7WpxfD6JO48IlSJKzubE6EJQ7rxHq9alUSyFRlLE2L+JP5k3ke7E+5
KK1IxnN7Cw7Us3dJ6FrEFa9YdHofpqr+BsTpuURDRGkyPLG+pGxSrFFyJhiTdHQa1G3oZZat
/Re3EdbaFawcF/ITmGrHtuJO6u9SEvM93khP48VNm2S3XbQifMaXnJOqHk6yVdFoThC5K11R
UhXVv7dwtDZnvq1Q7lZk6b6izWtxV0K2VYIEbblajodysqFzWHUlWKVWp2JU9C5T6j7NLtkw
3nu6m3Srous4pRjSp+lVoLfVaHbWNCNica9ZdTgo+kIhqdjH42quHI+CltSJodyuIdoHeSt+
n7mXghYK7aG3d3Nh1sRtRGyOWUIVNye6m0FfdOlhPFdrZFHF2OmpwS7Mb2ThCyVhubm6V0V9
BvQcqhRTGosVRjWN9WVO1KVuORSu1EmLdUUhG5MFaEomJFlEcFV4izT8hSk0VQscVah3JTo0
d8a2FycbFURHmVJ2Jeg261Z7bN9JdCPqITm91JM+REEwpm54seM0xE6FLkRfU/MR4EJKgoVx
8EOhjgrz5DmKbFEKNdPAxzxblpSuSFsLF1T0IHNUOlPqUXqdvyOZ9Dv+PNKdGd2Wa8VP+USt
uYY4Y11fkTN0S/qNuIKSnQVelWQpklOxVymQvqdruUZDIFS4ssIUsoNcr/7E6ksoQjc7nRHb
hEasrPbEytyjn6DXa34I9yh+A1puLcpRohpuSImLHa1VuhM1Y8slM69KNcEOo9EnVFLDT8iG
o5sQr9JvyLNL/wBvyWnTD+92ndk5b0JSE15iVtxJ3epF2yUQ6RYSSgxh1F+Zjn8eXu1xuL48
nzsZRdRLiTev5EWVo3glI7tNhOKQS07a+JexI5oQyhLUMeUwyKtE+pPSqJgmFG3Stukq70G8
qJEKmMWRCtqQnK1OzFSld6iW9yEpYtXFUWhvYqmj2ttk5eSO7OixqY4Yx243jpKdSJ5KaHen
CdeCROg8tTWSviTkvbiu5+Rm1/S+3FbY4ic6WFHmRE+IotsSqsUKp2Yx2TCa1GtVfgbWUwY6
NbCxxVcapq5Ko1Rp2Z3ZJJqlBLFy8q5NjV0ZZR4T/wBPRfYuQ9F+ZU5K3IFBXpLHFKG6FK8G
NlTgjq26JVZ7HQia5UJMkp9xN3+ZV+g/ky0qS1OT2Hk7aDaokduM8kOyG8W0kqmWWVZ1JUDI
JabIrQnQjHyJ02K6i4PneP6oUvj3E6zUeSrDglqFJS62E3LEsaSPv/8A7ZfpjZ/+JQWrcDJT
qh5O1kRkk3yQsVz0keTtBXQTFGom9V14Go6tdOShoV6XIIKnZ8bpNX0x2kUaXfiPOydhObXH
lkp2fB9kNpUFj/SrktJYaD7XVmO7Fjq61G4Usb9GV1NhJ6XQ610RGquOEbkxZGxnjZZL1Iao
j2r2sjNRNUhvcWzep+9kkscavyMs+6VZeCEkeBFkPJTocyR6kop0ylTQ7XabjeVtDCXRQ2Y0
OevHTgoUN+SUVsOlCh21IdxDyKsTVlVk32OHccqErEOmKITPsdqddELv1uxx+nH9NByvCdx7
K5Ogk/5CSt4n2OCFWYGndPzHFz3Km1jdeHRKB4ppeZPzYz8fnDFh8OCxS1/8hOHm7ERHidzU
ZaC+PuhdtibNXFkP7HiZStPyKW6xkQjNaw19DJN0mxWTDFKHQxT6bnBR2ubntKuD3M9tCPr0
Z5H9tilCFoQ/QbbvSCNOj7sqaHYlRalKQhuYUndlZH7z/TU7v7xjgnvI829LDpE1mSlYIalk
RVPpMxFIJVZaHFHMyW85LV2L20JWhXVlFL3JbmbYnfFHqe/JYoUZKZl3cl4jgbVYTIajxMU6
syE0rGTfH2Ie5CddyHXcuUZk+DOF6F6CbVlQTHDsbdKj3KaHBI9zxIOSiqduvSdhJVmRI3aE
1pcqjudtibIjFUm4vhwmbZPRCX9OC+xm8b6eg23s6lW6kRT6jpEngWgmP5DFdTWgstyYqKnq
fkyotpHTawuzCqUEN9vEkvLQT7r7DTmd1B2LKcncyyURM0Iu1Qc+hGhSqJ2Gk6ksmpyZTWUO
fqNXMcWntIisx0eWx4kCTKF4J6SohkuhMqm5JUyf9Io0kmKtEWepLIdZEltUWGLrNT3Udx5N
Tlk5bdxpXgddRN3SsJzDNUxdxQr9D7ksUa34O1Xx03Jn22cH5MT9SCqq3CIzh5PQf7aa12oT
pyJpzxMC081/mKufM1UQ6P8Ayiw+Z1biXLMqp1k8DeaD0iKlF0g+3Rkx7YHrQxbbSTdBZOq0
KFhNU4LV36cjydCVYhdI1FNZHuRJON9jOaRI+SYrA6kHkXryP5MnXSOBJ24O5UWNzONXQS5G
5Xc1YUtEL62IT8V02OdHoVP5iwVnb0HhVy6PxEvGSfscE27bIWTbIXg9xJKgunbqZfLL78U4
WhS5Lc7x0T2ZljjVO5yjkhLxPAuN7ojah7UL8xdzUrbxPsS0OsC4ZuS6kC3IepCdBRYpXLVF
bMiaFvMeOjZCXmNvpEQOUduNxYxa53Ja1H8eP9V2Ju9BS4rYnQaXqS3+ZyfcnbQ4IRGVdhPV
WqL5MYlV9Du11O2foJY1G2obVEJNeZNmxbm/RtjU/qRlk6t24O6KWKXIXmN76oclC40vM/UN
XUMb3fSbwY5au/rkKLkSXp0hFCpaSYJv9C9NESrsiYOLT0dXf8jnQ4KW3FD8RvP9OkGWV9pH
udn9WVVFiZpJEW/IU3GyH0l1Ra9iLMlqCPMo7ajb8JP2nWZS8xrNzi3a4mnCZOOClavcWLx4
kax2pJLhohaF+j3E9RxZU8zLHijG27aq4r8iSs1WTkjcgp59MmtnBPqXZCZirNXXnkeIoNiU
6ly7J9Sp7XC6QnEaFWmkWRfy0GjLZMiYQlFBKKbE2K+RGLrqzvydFfk7nWdNkN+Y8uRMeKVF
Q0gtElRP6Ek2RvzYl0ehwxbpkRXcn5G5WMLxMvjapWPIeS/Uq+QnqyHsWr1eWiEscoWq8ycq
SdydjJY0c8ipL3HGwyG4epc8ShktYe53TQtYVK6ibtovPIlqGbEs4IuTEkWQouihOmxS+pQq
6dJ+hmKSn16V3IlpIbO1K1aCSUKw1jRLQ7ryRjT7jcxNy5uNqRS7V5HOmo0idZ6KkFNeCEkh
uNKCzzdKzpcaxu6eTMUjy6yNU7fqLCFXc8CMd9zKbSKKKTJlht34LShIcI2poSJHfl+lKY3O
1KFwVII0LiqXkgiYfJejoSqlfMbsSWHKTWNCYqSVKKvJuLFeLI/tQm+WSfkS8e4nTYSVIuPE
ohSn4sbehLsKlWUuPSS4nxoTpybDdo13F20Z+5j7c4TopmfcRN6uh3NwRso6wvM3dyeTsx23
JyVyHVMS1yaIbuVc8l6/Yr7pFz0a3pJF0tUYvOivECxVlREWHFOkSPghOwl9SPqQ6kpxwLGZ
XgR6kP1IS6OMm50GsqkXkuXmSfShOr6Na6mLqlGjNCVUW25SpbyIsU02K3RKK06W9DnbpVRj
oz3fyMcXEJJT4C7YSV4IblckL9ImrdIbl6jy3t4F/c9B5ZYxi9SE58SqsS1+my8CqJVeDnoq
sTTuTP8AuNzahM1E30h0RQpZ3JmrIdh16VKFRpKCtGc7EWG1UqVt0T2JVySdTflLpSpOWSUa
DTrieBWy8inmSqorRegqwyCsIafkf2gjYvLI03HD4IeonNHViIHDoZZOj/p8BZXcnZi6JWO7
kUUqfX6FYbLQWOOC9jtTUI+5V1mlRNjIIZeo5FFtUcD2FOtylio3jfQjKZK6j+h/zQSPYgSQ
5XmWpqNJ0EPixLfkJGhxDPaP8EXRVJkKEKkvpcl0EkJJVY01EmLMdmLBVauU1ItFzKX7caLw
/pP3He6Hm61ZPJVn7ke2YnyKa9KkKp7qOxOF2Ju7JzbWU1TZCY2vIrRj7qbNCz78sl4/6S0r
R8kOnBDVTgnRlLGxWxvH5jRCPIqxpjV5HNyHqJO7KXO13kT30IX5lat9O2fI2epSkiejuJzR
0g8RzebjjyNjwKalUNuwpTg7XR0E06WZjumJRUqqbksyy0IvLodi0hFWilK6kprm520b48MT
npXzO1OcuCr1JQlyUom56eHStIIxaHi/Jioc6kC3Q9iBSU8irLUInQqQhyvMTauyFY/Mfuf1
Iuypc1qfl0jUnuuOtFoRqT6G/HR7k4UTsVVSHVDmzsdzVIG9UVcrUSVMUm2txYq2iFKgSTqY
pUbmRZbandqxKK3HG/R46lbkyZbuzG7sWSxmTYSUutXItYJdtOntcFakRUUoUOBRoQlLIyFD
sT2tpO5KvscEMl2OYPy6TYhb3I/4kb7j23G26EpkOjK/Ylm3JQqktoNip7dCruNSRbxE9VdG
62KE2f0KOg1eStEJ2kWTsqsWOwssKpXFi4mXcp57GOWVig03fok7ZKCjK2G5mIsNJMqp8pJU
wY4zRXYliWLW6UJuSiR7cklSlSoyYqVuNXRdySfmXGeBK8yUhLVXRDuSRYhepuxNoloagoib
kefSHVXoSicfE8dDeNjtSsJbix0yYspnFUmBPuvdFMO1aZN3O3Jaihb18ROatyxJVg52E+R0
MHFml6i4IjossHdWIyxmLaE2kT0RNul+lSCNiNjwPM43Ia6LfpYqTFOkyNY1ZVkop9R8XHrI
rpsbFNBbWKumxDsQrlyhF5t1nUlCr7uSpC/3HgLgdOD9uO7PKyWh/wD6fncfG64pUYvixbXb
Zn7bXenVPEhtStBNrWUUJaKsknaon17sXDtUjtQpeKSElZFacFPQ5KlDka1/FUQ9uiNLdKVK
0bHqU9Oj0bu9yvqVfqRXzEm/UVoRDXmOko2dpOZsfcT9OkMopLU0JarwTMkYqWY/s4+5ur4/
+QsVdsXxfBiu/OifL9on/wDpq/ExwxUY4qOnuScWMsWpx/3mLxdlQr5lDzFsZOISTO6IiPsU
JZK6QQWGyo63K3L0JfmyFYqfmTMvpLsIY6EomKklBPaSFqxo0uVqOlnEFVYl1FkbSbxqQvEt
6iyhKPzKUkc6UJozu1dhuxsNGxlklLiFJhljZ/yMctT48/6lkvuJpVQp690KdxT5DTuQRpJC
drjOxKGon0ITI36UOTxOBtV/BcgkqLYoXK26SUHFSYrsOekb2FFkx1qfYUOruObt1ksSQnP0
6cFKbjTqjgkRKWsFoXiULUehFiJshLVilzjomL5LbLxKWTLiX4I+pH16J6t3G00u7QeWedtE
J3boTJ4FUbElDc4IE3WRR05IInz6clibHcPbQcoaSiC/9pL9K1fRrUTdj20grrWRCzsnpBSx
VHCG4SXJJzoc8nursRio4I0JX8xQjQmSdjg7YoRi73Jue2g03PXgVPEkU7ixVHiZY54uXYwh
XepwyMSHc3IQ4Lkfct5iS1EVG9UPcoJ26UJFHVs/tv1erLMbFBRVOS8CghqR0cTYjTU8SnoU
pwVqOLbFitG9CEUKacDbLWOCbLcn42sUtef/AJCwo3xB25p9rVG0Tvco1JdShPYp0WKjJzRa
jan0Jd1yJtxsPLOukCeP/Aq4XgJ4uU7wctSiJqXl6MmSHRE36ckaj4ZMm5GhLdSNGayV06OV
JH9rkadaKTLT/iUdeRNs436LSLF6jhXKSz3Y05KXFlPiaegqX6QkXJsiFU8SFVorXgWMe3UW
eCcXZK2G5hKyKtPJjdktiIiNUXI0KXJd0yut2UYpuPHNlSVsTgq6jeWblKk7SLuc5akEHJah
Uk5G9CPQ+pR9KonQbEVZGm5Lt0v0pSCEolS+kLQU6VJ0kp9SpWr5PcrkN+B2y5Lna6rQj6Hu
shtURGKrq2NPSxDFE036SZrR4tfQfyOyIxVMeBqvgS9xpdK1HBWUyJpt0U0ga2qVsULeR7vK
BxPibM4KEdKFaot146cEDnrMM//Z</binary>
 <binary id="i_047.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RmMRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDcAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfygAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAYUgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANvI+r2Vt9UQ530fS5Mc7/8ARqlb
0bKrMnHsgGZDD/etd+ZmMyLGetqHGa/aR8vpKbeqWAGpzmvtH0tIOurPa32/RSU876bW2Bpr
I3AkOiBpHtH73PvVTIA9J5Ikg6gCSCulutocXEVDZa7dawkkE/vDd9H6KAOl9M6hY6nFYGXV
gG1gs/SAcbnbi/2fvfo0lPLVhh1LoZHB4/8AMU7jXGumkwRHPELq8T6s14brbfW25b2RS5wZ
ZsJID7xVH/W6/wBxXupDCtw/s+a1jgGGCGl9hIbtFlO/9LS9tjt3ve//AEaSnh2vAbBiOeBK
bdWYjk8j49pUup9N6j09o+00vYwx+nAOwk8e9vtVOt0ghxjTQ+MJKb1bqy5u9wqDoBcBMD97
anuFrCALq7Q4H21ndGsQ7T/NVF5O3QyW6ealS4taSNSI0SU2XtNRbY5ocHnkaiP6+n0kws3O
BrIbucQ5rhIaI7Ib7LTWGkAt/dHIE6o1DWUAetO+CWMj3QRua5sj6O1JSXEwMo2v3Nc0NcWt
IIc0uA7tP5jGu9r1r9KxOotd9rcWjFYR9rvs1b7SA6v0qx9JYYz74itzq9pDmzBLSAWtLLBt
f7vzmLS6ezMubSKN0vftGQy1zHMI/wAGWtLWbP8ACep9NJT1v2/oXn9zklR+w3f9zX/h/wCQ
SSU//9Ds/snRrHl/p45sEkubDXA93S3ai2dNw7qw30/b9Jj2Hg9nsOqw/wBq01tOOw7BtO8u
ra8EkAbmDc2z2/nKD8004BvoyKriTDmCs7mnX855b/1CSnSPRbqxtZcLBumLBtMfyi2WrLye
hZFee3qeHvxM6qXkgA1Oge/1HbvoWs9lq1umZm/GZbk2+jubPpEyGD951jvobp9qr9e6107F
xLcfIsIdc11P2euHWkWNc31PT/N2N93uSUvS/G+sNDg7fjZeK51dgEESPpOra73W47nf22Kt
+wesOe5r8pjqzo27c7d8mbfU/wDBVl9Pur6ljY+MHGm7G1bnstNVjDtgfovd9oqux2td7P0i
h1X6y9X6fe7Co6iMww3be2usxIB3+t797tfYxJTvfWLLp6Z0B2G9/q33UiihjwHOfEMde9n7
lTf8J++vPGvc0EGW/FdB0/FZ1zN2Z2U5mS3cyt8epu2DcWmXM93ud7lo2fVC8VkUWNyXAjbX
a303Ed4futZu/wCMSU8mbGloAidDJOq0MGhz9r925jP52kn2mQY9v8j2/SQsvHbgENvY5rvz
6TG4Qf8AqVZqpi021aGxg3idBqHaf2m+xJTG/F9G4WNDn1uHukgNa4oLGvf6e+tz3Maa3OdJ
AAJ2a/yPoMU3XZDbH07HOLm7PUI3NA+l7P3UdhtaxpyIDzJBaIaY78/RSUirqFFv6fa4OB+/
93VaePd6L2uqaxmwwdp2gtJ8P+/qkA18hx3mOT4eIVnGDWvABhjoAcYcefzmuCSm56vUf9Ja
kp+qP3h/mMSSU//RBkFzXtdJMTtE90Cl1917GlznOtMN1Pcy4bVevxC4hwALo01I/wCkpdKw
bb+oU1OYWsmXOnhrfc9zHj+qkp2r72YzXYrtaWiv1p5dU/8ARZH/AEH1t/6yuW6jnS+tjgHH
Gura60iHONL9XOdG/wBzPTYuh6z1Pp1B9O7ZcK/cHvtPqyRu/VWNaXOr2/Q9d1dOQuUxsTO6
gD6VVlrjJftY9wJc7f7nNDvzgxv0klN/qmFbXktysGWMI3kwC1jZnY7d9Kv3/wA3tVBtG01s
eHNtc8vO4QdoG1j9sf6Ry67Ewbcc2Dqn6PIsa30qtnqlpE+/0GOb6znu/mqf5tip5fVsbAzT
lVDHF7K9gL4stcSd3pPdiPqowWtd/wBxvX2f4f1UlNP6v1ZDc5r6WOstYQ7QtENE+va99n6P
b+b71b6t1Drttt1Jv/QVvLRdSAKrGD6D2uqcf3v0vvUWfWHHc5nq0tD8t+240Q01taC9j2TN
d/re7d6nv9T3rYwK7MZ7LsTqHq9Ie02Cu1oD2yP5LW+Gzekp5zE6d1C+9tox33kAubLS1p02
N3Os9vpsf+8ijpvUG3Gq5mx5/ObDmg6k6N/NXTZdWfkXmuu44uMA0WuIlznHd/Mn+r7bP0iE
/pO8Nx2ZFraAP5sQCSddzrI+j/I+gxJTzT2W0OFbvpn3NBO0OH7zHWKb67HNa57HNAnXaTyf
GF0T8ZtVTAGgQNrHkbiI/dc5Fx3WmwS+Wn6Ugn/opKeaoxLXVudj1ut2akNbp4/S0a1aT+i9
QrYbn1ENgEbSHOPntq3fRXSWNxshjsNzvzQ4sa7a7aSW7ht/M3DYhU4n2QluNud6hE7zIH9W
NrUlOF+y+of6J/8AmlJdT6dn7zfxSSU//9LWbgtsrFlb5I5Y6ZJ8f6qrV5p6XmFl7G37masc
BBYQfotd/wAK3/oK5V9qaSWta1s6bp8fAKGXj42RV6uYHGykOIcw7SAPe9u0bt/0fb/LSU16
crp+OxluI6wuyHluU/Rtz3NIs9P17zdZTXZ7PWfX7LP5pZ/VOuX5FGVjPtcy11jHVhjnbWlh
d7f6u327v/JoXWMpwyrMfHeSWj3GpgHYbma7/o/+fkF/S7xX6r/UMxpofb/La1iSmp9uzQ3+
e9xG125oMR7Wj9Jv+j++r31fyqMfqtdmZQc1thbXWwloY1znN/SFlg22bFVfjB1oYxoa5xhj
pBk9/pfQ/tq1V0x9VzLGttfksIeLCWFrA33EP3u9N25/5qSnXz/qfkPybMrCuZkPdY5/o7fS
Ddzuz2u9L2N/qK1h4OYy0C1npUgTe4OP6V5G1xqphvoM0/m7W/8ACoX2p2aPtuSLcZlEMtto
a52p+g6gCz06mu/e/SJ6eqNycyuvHvyXtIhgc1nugF3ptBdv/SbUlO9XZ6pJeSA3WT3n9130
U4DWl7gJ09o4OpWLl9de6uz7ORTZQ330PZvcXkxtFkjZt/c9NUarur5FTrzc5rK4LgJadsfS
if8A1Ikp6TIysOh7GZFgYANJBJJJ49u5Czs6nDrbY5pFenH0jIc/UfS3bWLHw+s5uRfXTS02
Wudsre8Alxcdu5u73M+j7vctTOqqvuwmGDaH2W11vBIeR+jq9TZt/R7a3P8A/A0lNrpNRood
mZgbVk5ZD3N49Nn+Bxm7vd+jYrovp72NEHuY5+KzWdS3t/WavVv1a+2lluzQn2+qz/ySiH4b
6XEdPyN8e1jw4t3j3M3O9T2N3e5JTtb2fvD70lz+z6w/vN+8JJKf/9O71VuNViugA2kwCXOJ
AP0nN9yh+1W0Px7Kq32Bo22NJMBg/lHc31N35z09+LQR6l+/c8+2pzSXvMS3a0SoY1baTkYm
Ww02B5212O2kiwbvoj6exn6RJS2LidNxr2X32sfVdbLGH+dsefc532f3u2/8b+iXSZFlFuMW
MYGS0EEace73N/12LiLLbem5xc1oqe9grc5w32QP0j2Uz7K3v+hv/wDUiuv+smUykl7GBnpn
a2NSSOJ/d9zUlMQ7peRkt9Q+nduNdrg4tduA9ouqftZ7Y+m76a0K8UMt3UMrquc0tO9vDe/7
7P7S5x1Nt2C51psfkuc19RlpYGR722td7vduW30TOFtba7NotY01ltvFR+ky0b/pYzm/4J3+
FSU637Odd09+PU9hY526prGCGuB9R3ub9L1XrlnWkPh4Ic2S4Hkdtu3T37l22M5vpV2VO3sd
JNjnQ5x+i0xHt3f1Vg/WzGDRRl044Zda5zL7K+HvI3V7v5T/AHfmpKa2RnXemPtT/da1vtj3
QdWn+SqzTbkWvpY8iuPcK9ARtHt/FSFJqxzdkD9M/vzACu9ExPtL7LLCWUt9+RZI0YP/ACX0
GpKbGBinBw9zZOZn/q2E0kS1jhstyD/nbWKeflAdZubjPcG4YZj1OaYLfSbs9rv+N3I+HYy3
qburXt20YtFl9NI4bVWP0TR/WjesTpleVm3ZGRIDne+yZ5eS7j85JTpDqHUHsdT9of6M7nNL
v3jtMn+0rDM3Kw5qDt47SZjQP36fvIGL07c39LO8H83wHKsHGxgHCHmYk7tf5MpKW/a+f/p3
fcP/ACKSj9mq/l/5oSSU/wD/1Ovw75vcBtj4a6/y/pLH+snSrb33ZtF7JpY12yxwa5oaZ2V7
v+3Pf/xatUOd6xABfLToCQY/k7fck9+PVU8uDamjaXy2ZLTNf7zt276CSnjeoX35j7Dcd9zi
LnvbrLtoreWn99/5zG/4RBFwuyarC0ODAN7O0D27XafnLpX4GJl5DrfQI9cndbug7p3aVA/R
Ts6fh4+RU+jFL8luorsA2OP71rXfR2t9zUlOf6F1wbbgUuOP+Z6hLgSPa/3N+j/01JtN+Flt
ybcf032zWRY4OFmkuqp2/wAj37nexdFd1B9VArNDMd5nY6h7WAkDc8MrfU780LiM/q+ZnXOs
vufZW1wfS121u2BtHtrG3fs+mkp7PAeyx/s97C3exwG2Y9r64/eYl16n1eh5tocXvFRdJjms
i1o0/OYsPoXUm47vstzhukOqe784fnM/zfb7l2LsWu6i6h7IquYWOg6kOG3d7UlPm7OrZe5r
3kO2kbQWtI8F0mfl19OxsXpj6g3JywMrqAMnYHCKKLdpa7/jGKlV0MdKvZkZ7g51LnjGx4Jd
a9oHo3t27v0bXO9Xb/wfpprOnZtltmRc8ZFuT7nvJ10ENZr7vZGxJTZvynM+reTkEnf1G/7L
jkgNLq2+663b/Y2IXSnMoNhda+t5cxgDda3Bo43NDnf9FP111berdL6KCDj9PrY2+dGufZFl
24/yoWkxnTqGhjcf2SHS15d/K7u/N/NSU2cemrLYx8Pba2fUa4EQD9E7fzU92CxoDMauxr3O
94cNrY4HdVHZgueG34Z2sOyu6i4tI/ddtOz26rUqzm0AMEvEa7jyfznSkpb7Bf4pLR+0Uef+
aUklP//V3MW/0rg/6AH7vh+6rF9BuLmXSWPMnsRGvdApZ+l3tHzPJ+CMX3TMtBGoLpPPxckp
qlrGvb9lqdaxoEPd7Kx/aPu/zGouXfRj0OdkZTW2PIsIrBDZB9jL7jvu2fmfv/8ABq7jPlzT
9Pd7T5hef9XuyrM6wXvJ2u9gHAb+Z7f39v00lN3qHV23F1jP0RfADGuc5pYNdrw//vuxYjzu
duPDpP8AHspvr2AAkOnXvooeImeIHASU6PTX12iuqx4x/TcCbD2YPp9vdvb7Nq6mnOyLd1zS
aWbwMesn3uYf8Na38zj2NXE02uoe20GC10iO8HVdjmU6Vu6ew3/ai11rGketLm7t7Ge71mWf
yf5pJTn51wstZYCXekHNBEkhrXe1+7+S97lc6ZbVhPoFzS5+Q5t9rnHhh9zd35z7PTb6izcl
mf0zGfblNbTkZVjGjEJl7KBvte7IFf8ANfaLvT217/U9NHqswdtBsva+11f8wSGObujbZus9
trfzPTSUoUvz/V6nSA67Mue4Psc6GV+4e70vbubCtvN1THEY8lu3c1kNkn6dldX7rf8AwRWm
1UY+O31MzHqprEA2Wsa4QPzqZH6R/wDwaou6x0p1tdWO8XN/wuTZuY0a+2vHq+nZY5359jPS
r/4RJTb6fY3I+i17QwzDhHP/AFSstcPVaz3TrAII1+kYd9H6KFW7Fc/1GO3TrJEc/wAphdv2
o7dwf93l/FJTa/17pIm8+I/H+9JJT//W3qmbQJ+APio2PcXuFpdjFstrcHNhwP5+33bH/wBZ
Gr1YHTHfXhDyMXGtcxz27nife1xGvySUimtuIcau/wBLYwj1pM6y7TZ+kfv/AJCwerdMxvUF
mGyyunm71Tu90t1pP0vzv8IujqxcfHqNdNbdZgO9wJIH0nHd7XR7tqxuoWtOPbVbNdrmkN3S
QdPzXfufmpKeevcwuPpN2t4+Ov0oQnSRPPcfH4SkzbJAn3GOdJPx/MRrMS6uwMtGzdo1x4+J
d+6kpAGlzdrhqRJ8ltszcn9n0VVuDXtrA/Ty4u2yN2LZ7fSbs2N9NZ+DTOQK7GHbMOmY/qyu
i6VmY3TqBTaHPxTYGtvZBFZe7a0XNd/g/d/OsSU4uVVlOfj/AGsBnqSRUBtgt26un6djvU+k
5aTKWtZWHMa80iG7huiOzXOXQZvT8LMpGLkVlwa4OBYRua4wd28/vfn7vYsTIqfXe+qyYrcW
gxyAf3fzUlIXHAqsDrwyu4N9rnNBdHaHRtVaml+Y42WPO2vWnc1pcdQd1j2fzjkd7Bul5PtB
EAnaQf32qP2LH+k0FjjqYg/5pKSmxTT1IvFb722VHXcwenYG927tq0sABr3bX2QDtcx5Ljpr
ua5x/OVKqWkN9Rznc7nQTr8NivY772va11Ye1xje12rf7DvzUlOrvSUvTf4n7gkkp//X1fUc
G7ZjWVN17W6vMADtyfHa0KtZbtG6DOsf6/JLBDsq82gSwAhzudxH0WNP8lJTosc0M3M1aTAJ
7n5rP65h25OE4UEtgl79sCQBuc18/m/1VowAxrSIJCiNSY4ESUlPIYXTqMnFfVvDHlwhzhqJ
HefzVewbtuHXReQ8vJrrdG7v7Hbj+cidWxvSbTj1tax9zxL2e3SYh39tGZi0V34xFgaQ5zaq
3jQuhx4H07HO/OSU1aa/tEtafTyWuLclm0BodX73NLv3XtH84rtb8XIqfW6oO9Ru0hp2b2/S
9Spv0mvap34L7HZH2iltZEV1XMMuj87X87+qqGHkXeqKstprym6E7QCHM+i6ph9vub9BJTvH
qWVi1Ma6kZjxoXF4pkfvvkOY/wDsKha+zILrLADdZq8N+iNdBP8AJVs2DKZvFFhYAGitoIeX
z+4/91V7PpbWtLY9umsR+9qkppOrADhGvcn/AGJ2MO0aAA9jyrBqI1fBd2aI7fcmcSHbg3sQ
QElIvQtL3XVudXZ3aP0jXbePZP8A1C0Om5HqN9+1rmmIa6fvb9Nn9VypVPlwdWYJ1c2Z+9qt
4wrFhs2ND3AS4gSY/lfnJKdncPA/ikqnq/ykklP/0L1mP6jNh0BjUGCrOK4VMNbAA0cAcc6l
GZhOeJbyew/j+6htxrG2uIBMQyBxoTuSU2LLRYWEiS1nvmf9foBNWXGgBuh3STxoCpfZ7msd
7TuiJIJ+Kgxtm4tE+LjwAP8AzpJTn5vTbMi67Jsskssa6kNAMMYfOPpN/MUW5Vzs2uina1mL
azJZfE2R7mWVbnfSb+k+gr19oqbtknlvhMqtkYuXXjNvpNbrWw1wa5o3An6Ttv5zUlJsmzHa
1jrJB/O3O3Akn2hrXfRVPKfZi/rDQb62n3MIbLG/nWtePf7f5SmXsf8AT9400cJ15b9IfvfR
VmrJFcF1YfEiY5DvpNf+81JTLdW6yrJrsO0gOrLXO2OH/RduY4fuq9k42LltfbilozbBucyC
A4/nbfzdz1iYxx8FtrLLSyk2N+yA8if8G/8Aq+xv9haNdj2OAY9pcYInQyfiUlNCyq+t7m3s
ILDDwex/spOYQPaII1DR3V77RNjnuMuc73F0EGfcZQf0XZwaDwY4/dakpq1Mrs/SD9G9sGBz
8/5KlWy3cZjYNd41n7lP0mvuc4EFvHt7/wApsfvIpY6A0NkNBHgBJlJTDdb/AKQfeUkvQxv9
J/r/AJqSSn//2f/tIbpQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKu
AAA4QklNBCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IAdI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAA
AAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAA
SW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAA
AAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRC
BD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRp
blByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0
cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAA
AAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAA
AEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMA
AAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/g
AAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAA
AAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVt
AAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5n
Ym9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAA
AAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklN
A+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklN
BA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklN
JxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgAB
AKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4
AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhC
SU0ELQAAAAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAA
AAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfwAAAAFAGkAXwAwADIANgAA
AAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB/AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMA
AAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABC
dG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH8AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEA
AAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAA
AAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVl
bnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEA
AAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAA
AFJnaHRsb25nAAAB/AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1z
Z2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29s
AQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6
QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAA
AAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABO
b25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0
b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAA
AAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAYbgAA
AAEAAABxAAAAoAAAAVQAANSAAAAYUgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSA
AAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABxAwEiAAIRAQMRAf/dAAQA
CP/EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQAC
AwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVS
wWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU
5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhED
ITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdk
RVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//a
AAwDAQACEQMRAD8A28j6vZW31RDnfR9Lkxzv/wBGqVvRsqsyceyAZkMP96135mYzIsZ62ocZ
r9pHy+kpt6pYAanOa+0fS0g66s9rfb9FJTzvptbYGmsjcCQ6IGke0fvc+9VMgD0nkiSDqAJI
K6W62hxcRUNlrt1rCSQT+8N30fooA6X0zqFjqcVgZdWAbWCz9IBxuduL/Z+9+jSU8tWGHUuh
kcHj/wAxTuNca6aTBEc8QurxPqzXhutt9bblvZFLnBlmwkgPvFUf9br/AHFe6kMK3D+z5rWO
AYYIaX2Ehu0WU7/0tL22O3e97/8ARpKeHa8BsGI54Ept1ZiOTyPj2lS6n03qPT2j7TS9jDH6
cA7CTx72+1U63SCHGNND4wkpvVurLm73CoOgFwEwP3tqe4WsIAurtDgfbWd0axDtP81UXk7d
DJbp5qVLi1pI1IjRJTZe01FtjmhweeRqI/r6fSTCzc4Gshu5xDmuEhojshvstNYaQC390cgT
qjUNZQB6074JYyPdBG5rmyPo7UlJcTAyja/c1zQ1xa0ghzS4Du0/mMa72vWv0rE6i132txaM
VhH2u+zVvtIDq/SrH0lhjPviK3Or2kObMEtIBa0ssG1/u/OYtLp7My5tIo3S9+0ZDLXMcwj/
AAZa0tZs/wAJ6n00lPW/b+hef3OSVH7Dd/3Nf+H/AJBJJT//0Oz+ydGseX+njmwSS5sNcD3d
LdqLZ03DurDfT9v0mPYeD2ew6rD/AGrTW047DsG07y6trwSQBuYNzbPb+coPzTTgG+jIquJM
OYKzuadfznlv/UJKdI9FurG1lwsG6YsG0x/KLZasvJ6FkV57ep4e/EzqpeSADU6B7/Udu+ha
z2WrW6Zmb8ZluTb6O5s+kTIYP3nWO+hun2qv17rXTsXEtx8iwh1zXU/Z64daRY1zfU9P83Y3
3e5JS9L8b6w0ODt+Nl4rnV2AQRI+k6trvdbjud/bYq37B6w57mvymOrOjbtzt3yZt9T/AMFW
X0+6vqWNj4wcabsbVuey01WMO2B+i932iq7Ha13s/SKHVfrL1fp97sKjqIzDDdt7a6zEgHf6
3v3u19jElO99YsunpnQHYb3+rfdSKKGPAc58Qx172fuVN/wn7688a9zQQZb8V0HT8VnXM3Zn
ZTmZLdzK3x6m7YNxaZcz3e53uWjZ9ULxWRRY3JcCNtdrfTcR3h+61m7/AIxJTyZsaWgCJ0Mk
6rQwaHP2v3bmM/naSfaZBj2/yPb9JCy8duAQ29jmu/PpMbhB/wCpVmqmLTbVobGDeJ0Godp/
ab7ElMb8X0bhY0OfW4e6SA1rigsa9/p763Pcxprc50kAAnZr/I+gxTddkNsfTsc4ubs9Qjc0
D6Xs/dR2G1rGnIgPMkFohpjvz9FJSKuoUW/p9rg4H7/3dVp493ova6prGbDB2naC0nw/7+qQ
DXyHHeY5Ph4hWcYNa8AGGOgBxhx5/Oa4JKbnq9R/0lqSn6o/eH+YxJJT/9EGQXNe10kxO0T3
QKXX3XsaXOc60w3U9zLhtV6/ELiHAAujTUj/AKSl0rBtv6hTU5hayZc6eGt9z3MeP6qSnavv
ZjNdiu1paK/Wnl1T/wBFkf8AQfW3/rK5bqOdL62OAcca6trrSIc40v1c50b/AHM9Ni6HrPU+
nUH07tlwr9we+0+rJG79VY1pc6vb9D13V05C5TGxM7qAPpVWWuMl+1j3Alzt/uc0O/ODG/SS
U3+qYVteS3KwZYwjeTALWNmdjt30q/f/ADe1UG0bTWx4c21zy87hB2gbWP2x/pHLrsTBtxzY
Oqfo8ixrfSq2eqWkT7/QY5vrOe7+ap/m2Knl9WxsDNOVUMcXsr2Aviy1xJ3ek92I+qjBa13/
AHG9fZ/h/VSU0/q/VkNzmvpY6y1hDtC0Q0T69r32fo9v5vvVvq3UOu223Um/9BW8tF1IAqsY
PoPa6px/e/S+9RZ9YcdzmerS0Py37bjRDTW1oL2PZM13+t7t3qe/1PetjArsxnsuxOoer0h7
TYK7WgPbI/ktb4bN6SnnMTp3UL722jHfeQC5stLWnTY3c6z2+mx/7yKOm9QbcarmbHn85sOa
DqTo381dNl1Z+Rea67ji4wDRa4iXOcd38yf6vts/SIT+k7w3HZkWtoA/mxAJJ13Osj6P8j6D
ElPNPZbQ4Vu+mfc0E7Q4fvMdYpvrsc1rnsc0CddpPJ8YXRPxm1VMAaBA2seRuIj91zkXHdab
BL5afpSCf+ikp5qjEtdW52PW63ZqQ1unj9LRrVpP6L1CthufUQ2ARtIc4+e2rd9FdJY3GyGO
w3O/NDixrtrtpJbuG38zcNiFTifZCW4253qETvMgf1Y2tSU4X7L6h/on/wCaUl1Pp2fvN/FJ
JT//0tZuC2ysWVvkjljpknx/qqtXmnpeYWXsbfuZqxwEFhB+i13/AArf+grlX2ppJa1rWzpu
nx8AoZePjZFXq5gcbKQ4hzDtIA9727Ru3/R9v8tJTXpyun47GW4jrC7IeW5T9G3Pc0iz0/Xv
N1lNdns9Z9fss/mln9U65fkUZWM+1zLXWMdWGOdtaWF3t/q7fbu/8mhdYynDKsx8d5JaPcam
AdhuZrv+j/5+QX9LvFfqv9QzGmh9v8trWJKan27NDf573EbXbmgxHtaP0m/6P76vfV/Kox+q
12ZlBzW2FtdbCWhjXOc39IWWDbZsVV+MHWhjGhrnGGOkGT3+l9D+2rVXTH1XMsa21+Swh4sJ
YWsDfcQ/e703bn/mpKdfP+p+Q/JsysK5mQ91jn+jt9IN3O7Pa70vY3+orWHg5jLQLWelSBN7
g4/pXkbXGqmG+gzT+btb/wAKhfanZo+25ItxmUQy22hrnan6DqALPTqa7979Inp6o3JzK68e
/Je0iGBzWe6AXem0F2/9JtSU71dnqkl5IDdZPef3XfRTgNaXuAnT2jg6lYuX117q7Ps5FNlD
ffQ9m9xeTG0WSNm39z01Rqu6vkVOvNzmsrguAlp2x9KJ/wDUiSnpMjKw6HsZkWBgA0kEkknj
27kLOzqcOttjmkV6cfSMhz9R9LdtYsfD6zm5F9dNLTZa52yt7wCXFx27m7vcz6Pu9y1M6qq+
7CYYNofZbXW8Eh5H6Or1Nm39Htrc/wD8DSU2uk1Gih2ZmBtWTlkPc3j02f4HGbu936Niui+n
vY0Qe5jn4rNZ1Le39Zq9W/Vr7aWW7NCfb6rP/JKIfhvpcR0/I3x7WPDi3ePczc71PY3d7klO
1vZ+8PvSXP7PrD+837wkkp//07vVW41WK6ADaTAJc4kA/Sc33KH7VbQ/HsqrfYGjbY0kwGD+
UdzfU3fnPT34tBHqX79zz7anNJe8xLdrRKhjVtpORiZbDTYHnbXY7aSLBu+iPp7GfpElLYuJ
03GvZffax9V1ssYf52x59znfZ/e7b/xv6JdJkWUW4xYxgZLQQRpx7vc3/XYuIstt6bnFzWip
72CtznDfZA/SPZTPsre/6G//ANSK6/6yZTKSXsYGemdrY1JI4n933NSUxDul5GS31D6d2412
uDi124D2i6p+1ntj6bvprQrxQy3dQyuq5zS0728N7/vs/tLnHU23YLnWmx+S5zX1GWlgZHvb
a13u925bfRM4W1trs2i1jTWW28VH6TLRv+ljOb/gnf4VJTrfs513T349T2FjnbqmsYIa4H1H
e5v0vVeuWdaQ+HghzZLgeR227dPfuXbYzm+lXZU7ex0k2OdDnH6LTEe3d/VWD9bMYNFGXTjh
l1rnMvsr4e8jdXu/lP8Ad+akprZGdd6Y+1P91rW+2PdB1af5KrNNuRa+ljyK49wr0BG0e38V
IUmrHN2QP0z+/MAK70TE+0vsssJZS335FkjRg/8AJfQakpsYGKcHD3Nk5mf+rYTSRLWOGy3I
P+dtYp5+UB1m5uM9wbhhmPU5pgt9Juz2u/43cj4djLepu6te3bRi0WX00jhtVY/RNH9aN6xO
mV5WbdkZEgOd77Jnl5LuPzklOkOodQex1P2h/ozuc0u/eO0yf7SsMzcrDmoO3jtJmNA/fp+8
gYvTtzf0s7wfzfAcqwcbGAcIeZiTu1/kykpb9r5/+nd9w/8AIpKP2ar+X/mhJJT/AP/U6/Dv
m9wG2Phrr/L+ksf6ydKtvfdm0XsmljXbLHBrmhpnZXu/7c9//Fq1Q53rEAF8tOgJBj+Tt9yT
349VTy4NqaNpfLZktM1/vO3bvoJKeN6hffmPsNx33OIue9usu2it5af33/nMb/hEEXC7JqsL
Q4MA3s7QPbtdp+culfgYmXkOt9Aj1yd1u6DundpUD9FOzp+Hj5FT6MUvyW6iuwDY4/vWtd9H
a33NSU5/oXXBtuBS44/5nqEuBI9r/c36P/TUm034WW3Jtx/TfbNZFjg4WaS6qnb/ACPfud7F
0V3UH1UCs0Mx3mdjqHtYCQNzwyt9TvzQuIz+r5mdc6y+59lbXB9LXbW7YG0e2sbd+z6aSns8
B7LH+z3sLd7HAbZj2vrj95iXXqfV6Hm2hxe8VF0mOayLWjT85iw+hdSbju+y3OG6Q6p7vzh+
cz/N9vuXYuxa7qLqHsiq5hY6DqQ4bd3tSU+bs6tl7mveQ7aRtBa0jwXSZ+XX07GxemPqDcnL
AyuoAydgcIoot2lrv+MYqVXQx0q9mRnuDnUueMbHgl1r2geje3bu/Rtc71dv/B+mms6dm2W2
ZFzxkW5Pue8nXQQ1mvu9kbElNm/Kcz6t5OQSd/Ub/suOSA0urb7rrdv9jYhdKcyg2F1r63lz
GAN1rcGjjc0Od/0U/XXVt6t0vooIOP0+tjb50a59kWXbj/KhaTGdOoaGNx/ZIdLXl38ru783
81JTZx6astjHw9trZ9RrgRAP0Tt/NT3YLGgMxq7Gvc73hw2tjgd1UdmC54bfhnaw7K7qLi0j
91207PbqtSrObQAwS8RruPJ/OdKSlvsF/iktH7RR5/5pSSU//9Xcxb/SuD/oAfu+H7qsX0G4
uZdJY8yexEa90Cln6Xe0fM8n4IxfdMy0Eaguk8/FySmqWsa9v2Wp1rGgQ93srH9o+7/Mai5d
9GPQ52RlNbY8iwisENkH2MvuO+7Z+Z+//wAGruM+XNP093tPmF5/1e7KszrBe8na72AcBv5n
t/f2/TSU3eodXbcXWM/RF8AMa5zmlg12vD/++7FiPO5248Ok/wAeym+vYACQ6de+ih4iZ4gc
BJTo9NfXaK6rHjH9NwJsPZg+n2929vs2rqac7It3XNJpZvAx6yfe5h/w1rfzOPY1cTTa6h7b
QYLXSI7wdV2OZTpW7p7Df9qLXWsaR60ubu3sZ7vWZZ/J/mklOfnXCy1lgJd6Qc0ESSGtd7X7
v5L3uVzpltWE+gXNLn5Dm32uceGH3N3fnPs9NvqLNyWZ/TMZ9uU1tORlWMaMQmXsoG+17sgV
/wA19ou9PbXv9T00eqzB20Gy9r7XV/zBIY5u6Ntm6z22t/M9NJShS/P9XqdIDrsy57g+xzoZ
X7h7vS9u5sK283VMcRjyW7dzWQ2Sfp2V1fut/wDBFabVRj47fUzMeqmsQDZaxrhA/OpkfpH/
APBqi7rHSnW11Y7xc3/C5Nm5jRr7a8er6dljnfn2M9Kv/hElNvp9jcj6LXtDDMOEc/8AVKy1
w9VrPdOsAgjX6Rh30fooVbsVz/UY7dOskRz/ACmF2/ajt3B/3eX8UlNr/Xukibz4j8f70klP
/9beqZtAn4A+KjY9xe4Wl2MWy2twc2HA/n7fdsf/AFkavVgdMd9eEPIxca1zHPbueJ97XEa/
JJSKa24hxq7/AEtjCPWkzrLtNn6R+/8AkLB6t0zG9QWYbLK6ebvVO73S3Wk/S/O/wi6OrFx8
eo101t1mA73AkgfScd3tdHu2rG6ha049tVs12uaQ3dJB0/Nd+5+akp569zC4+k3a3j46/ShC
dJE89x8fhKTNskCfcY50k/H8xGsxLq7Ay0bN2jXHj4l37qSkAaXN2uGpEnyW2zNyf2fRVW4N
e2sD9PLi7bI3Ytnt9JuzY301n4NM5ArsYdsw6Zj+rK6LpWZjdOoFNoc/FNga29kEVl7trRc1
3+D9386xJTi5VWU5+P8AawGepJFQG2C3bq6fp2O9T6TlpMpa1lYcxrzSIbuG6I7Nc5dBm9Pw
sykYuRWXBrg4FhG5rjB3bz+9+fu9ixMip9d76rJitxaDHIB/d/NSUhccCqwOvDK7g32uc0F0
dodG1VqaX5jjZY87a9adzWlx1B3WPZ/OOR3sG6Xk+0EQCdpB/fao/Ysf6TQWOOpiD/mkpKbF
NPUi8VvvbZUddzB6dgb3bu2rSwAGvdtfZAO1zHkuOmu5rnH85UqpaQ31HOdzudBOvw2K9jvv
a9rXVh7XGN7Xat/sO/NSU6u9JS9N/ifuCSSn/9fV9RwbtmNZU3Xtbq8wAO3J8drQq1lu0boM
6x/r8ksEOyrzaBLACHO53EfRY0/yUlOixzQzczVpMAnufms/rmHbk4ThQS2CXv2wJAG5zXz+
b/VWjADGtIgkKI1JjgRJSU8hhdOoycV9W8MeXCHOGokd5/NV7Bu24ddF5Dy8mut0bu/sduP5
yJ1bG9JtOPW1rH3PEvZ7dJiHf20ZmLRXfjEWBpDnNqreNC6HHgfTsc785JTVpr+0S1p9PJa4
tyWbQGh1fvc0u/de0fziu1vxcip9bqg71G7SGnZvb9L1Km/Sa9qnfgvsdkfaKW1kRXVcwy6P
ztfzv6qoYeRd6oqy2mvKboTtAIcz6LqmH2+5v0ElO8epZWLUxrqRmPGhcXimR+++Q5j/AOwq
Fr7MgussAN1mrw36I10E/wAlWzYMpm8UWFgAaK2gh5fP7j/3VXs+lta0tj26axH72qSmk6sA
OEa9yf8AYnYw7RoAD2PKsGojV8F3Zojt9yZxIduDexBASUi9C0vddW51dndo/SNdt49k/wDU
LQ6bkeo337WuaYhrp+9v02f1XKlU+XB1ZgnVzZn72q3jCsWGzY0PcBLiBJj+V+ckp2dw8D+K
Sqer/KSSU//QvWY/qM2HQGNQYKs4rhUw1sADRwBxzqUZmE54lvJ7D+P7qG3Gsba4gExDIHGh
O5JTYstFhYSJLWe+Z/1+gE1ZcaAG6HdJPGgKl9nuax3tO6Ikgn4qDG2bi0T4uPAA/wDOklOf
m9NsyLrsmyySyxrqQ0Awxh84+k38xRblXOza6KdrWYtrMll8TZHuZZVud9Jv6T6CvX2ipu2S
eW+Eyq2Ri5deM2+k1utbDXBrmjcCfpO2/nNSUmybMdrWOskH87c7cCSfaGtd9FU8p9mL+sNB
vrafcwhssb+da149/t/lKZex/wBP3jTRwnXlv0h+99FWaskVwXVh8SJjkO+k1/7zUlMt1brK
smuw7SA6stc7Y4f9F25jh+6r2TjYuW19uKWjNsG5zIIDj+dt/N3PWJjHHwW2sstLKTY37IDy
J/wb/wCr7G/2Fo12PY4Bj2lxgidDJ+JSU0LKr63ubewgsMPB7H+yk5hA9ogjUNHdXvtE2Oe4
y5zvcXQQZ9xlB/RdnBoPBjj91qSmrUyuz9IP0b2wYHPz/kqVbLdxmNg13jWfuU/Sa+5zgQW8
e3v/ACmx+8iljoDQ2Q0EeAEmUlMN1v8ApB95SS9DG/0n+v8AmpJKf//ZOEJJTQQhAAAAAABd
AAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUA
IABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///
AQEAAQEA/+EQd2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2lu
PSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxu
czp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEg
NzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxu
czpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8
cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
eGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9l
bGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhv
dG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDph
NTMwYmZjNC1lZGM0LTExZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6ZjU4OGNlZWYtNTJhZC03ZjQyLWIxYzUtNjBhNTdlNmQxMTIzIiB4bXBNTTpP
cmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NzVDODJGN0ZBQTY0MTFFNTk5ODFFRjlBRDg1
RERCQUQiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MCswMzowMCIgeG1wOk1v
ZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDcrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9
IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDcrMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhv
dG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmViMTRkOTIxLTZlNDAtNzE0OC1hZDFkLWY2YThhYzNhNWViYiIgc3RS
ZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo3NUM4MkY3RkFBNjQxMUU1OTk4MUVGOUFEODVEREJB
RCIgc3RSZWY6b3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjc1QzgyRjdGQUE2NDExRTU5
OTgxRUY5QUQ4NUREQkFEIi8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBz
dEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmNlMGIyZjk4
LTI0OTAtZjU0MC04MmM4LWMyZjE0NTc3ODM4NiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQx
OToyNTo1MSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIEND
IDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0
aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDplYjE0ZDkyMS02ZTQwLTcx
NDgtYWQxZC1mNmE4YWMzYTVlYmIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NDcr
MDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29u
dmVydGVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVn
Ii8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJj
b252ZXJ0ZWQgZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0
OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZjU4OGNlZWYtNTJh
ZC03ZjQyLWIxYzUtNjBhNTdlNmQxMTIzIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1
OjQ3KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhp
c3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tl
dCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4O
DhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH8AwEiAAIRAQMRAf/EAKEAAAIDAQEAAAAAAAAA
AAAAAAIDAQQFAAYBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAwACAgICAwACAwAAAAECAAMREgQh
EyIFMRQQQTIjFSBCMKAzEQACAQMDAgQDBAYKAwEAAAAAAREhMQJBURJhcRCBIgORoTKxwUIT
IPBScsLS0eFigpKisuIjBDDx8jMSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAALEM
EqGfCxbwmHwBJSL5hi4YIqYkUqzWAKQD5bgJYJAnwsp4KekGJ4GD4Hp4kWcCY8S1Sx8V5GiJ
C4IielxXMAGykwAKB0peWooOLGnktNc1aRkdeeZVfaqmcN9ZUCyAqDEFZJLK54XIkDXdVGCD
AyWwGYEMY46IkmY4KIEbKxDgTBMSCYni5UtvMebtQGZsCRs0yTSYwkMEuCwVl6NYK0XFc7EF
Q9K8K0c0TS5FU0epkWhVI2JgVS0FGafPKC9BZljqKKK7CBQsAKxG4UXlpmHnewQePO7RO6Vh
gEDeAiZGBhJMEggKVyNNDBvRBaTHCFsAIgYRYgxh1wLphRNNNMzcfipNgMm4XkWK4DY4mJks
Qng3VeLKBAZYoEaFZbhS7UmdN5gob3GPs8osUWmVvNegzzNFtcgDgkhkYJ8D0wQDFnEDDnBx
HCR3NUDIMIcNkhq0D1VSGcJEPU8eK4LVuL52bdqgNSRYS2Sm21VGBEBEJi+PipW7OPZWvG+t
HDIlQ6CTUnNYORAkaeTdG529x4dPrfKgzBHHHHRxHDIHGLDjIhMs4EI4LjAu0ruecwZBFgk8
TRD+sF0a9k0eTBpd3ExPAFPAizjOz/QwYbrqiq8BCxNwzy9+/SPQt85ti83fg8wvfyiu5ThN
9mkMjuM/ym5gE8sg+GQ2gI1PCGabIorAl2q5hnBo55YUShvLcCaTF8fB2adsYauHAIl2tMHo
hzZNbqJFucuyWuRI6UGMiYOEuKIaHGbGlkmem5JuNwdIudEkd3HdwhZ/eYBU0itL5EcawiAi
e6TnqMtPztIGQkFVlZVhpFQnsKlhoBiwBBCsuclo1ldx3DYLDlWwjzYCGsZffkgX5ybZoMq2
R3SRHcAGLq0jN2MDWOw/RoKOlmibseYI2amQ8t0XWyh2qJntsCJAmFHrXCYMyUvaZ19JDFmo
JiCLdeug0ppWiDkSOgiCmSsx8HNQ8axJDa/JHtoGX7mHB6TK5RUiLhqWaMmgNEhpV8ovY1KC
zazpL2rSumlQrVilRmCbKLB2nk2D1sUrwqT4Rj+g48ozWzSjXMRl2lbBKHALeBnRaEBxNEsc
IuVkGIEM4GEEBkMGSzASVh4AJXJbSpRY6u0boZuoWHrIPFsqH0X1imcGcrZxxF2kg184CCG1
VG9IBuTbNbVwbZq18qmbFHKEvVREFo3DlGkMlmEKyDJZhEoxgxwmZ4S3iJkSDKJFn0kkMiVN
ARxALgpFtHi5t5WsVpSRWt15KCFmKbXI31cZiLvCVobJYouAbDBFXq1kPVraZ5WdCkImxwiG
NEv62ZRbaTKsOElOgspSSwZbxMTwJRxMwZy3mVm2NAx2aqTPInmYtoFeCgEukgCeXdTGvjMz
SIyudUM41Eco4NpiRHrfcMpmkg89b07ZUq7sHn7T7IWZaoh6mFeLiLFoo2GqONFEurosLPDR
LUU7YefsGZVp8E9BghaaZr77BCbmcBZoibB518gxk81ByVuaJXmVksW817MmRRQI/KdlAGto
PPIbzbxaLnFSxUUVgbwE1VGq2nWNq55bbIyfVVzH3EWSa7KRnO0rBTstEzDuyV5sLBBoCwbw
MHx1hdkYUCH0EADeEiayWDYPN90ASUECzhVpOkW6Dsg6pGoYYesg8zZ3YKbuzD1FXFA0AptL
lKuglM2SmzdqGeuFj31tE0LeHfL9ceNBToOCeO7hINTg0mIxFhRWh/CuawWwZGIHMNS9TuHd
MAizgpjjzhNcUetLKyrSgb+dB6LIKwQvQyxGrTrBdTkt4WzjByppw9BwlJHpvN6h6bz9+yeR
X6mkZFgZNRa1D79XSJkOGTDQVuAByHAyDDlNUHJQErkBzWEhNH0RYKOO7oCjuJIZMCxXMup6
QAeJhydYaJGWCriS5ECk8oMO4AjA6OEOeMWxUG9t4WwMhYBLa4z+vrBguBBzAHLEPgI5iJBe
lwuq6kOJF0alqTOrSwt648MGtw8a8FyaIGkWRfMyBAsNqSXQpNIzdppg6nIErGqSmGCwewqG
8CQeIiHLF85xRZoSN3fL3S/SvZgxh2habdIZYp2i4SwGLyANJOVBoLqkWrWe00ppSaXZd0c4
YPPbVFpsdhag5ZwIG4wz2XIKIMzTusEJZIkxMhSEi20oK1GACllghtuTPXoVhKLElYxYS61B
Ur3bJn9p1ROpU2SmNSkaNJZFq5mbJQZ1A16qQEdNkZzLxkqsUDnA0PYp6pXN2aPLM2yi1AjW
I4XzSBdxFErzjEi3JQVqUhGlnXxNhIF3D3cQoXJeL1B0QZs8UaenQKefpMMRlwhM2GmXpQY2
i1pasZd4yltrEwBg2KzDYTSIsJ5YLFgOZRAMC4bZr7JczL1M1vO7GIP08uS9axhN+nmyPbRc
ah5lsslnoGzAk5OhnB3sxxcymINC5kWiStPBt4N00xVw2lYQUYpGPt57C+IcEl8CrbZFWZ4r
ZG/kFGCSGaxLBjZAEapaXwAtXZJIjO3FVSppY/ojPy2VywwJOCeIk5Gc3iuLkhSPDkQgivZA
VLqxfmZKkWKYdSXlq8uC7ISHXNRn55AGplU1NXBul2RsizdXH2EPDCGHmanq8gzpHi/XFZE2
eAU9IVxFgZYr7ArCs0y/t0HHnBgTQlRkRBEkMjSXJB9AE8RwwYubQCc21VNOxl6YunbplWu9
J1+oo00pguAqoA0LBseft1xWrlMNbRpAWbYGPSwBoyIyqxB55ZLGW0Xhld1cCOgsuC4Wws4g
o3ma2Ts+QFzDh82yKL+cMBxE8MhcqQl9wJWiMtO08zV6qDz/AEKNF2ftGFSsEUGpsDhfTISV
g6wp5ETAlGigVpY2uWgZJdOk0dIMDA6xhq2/Pl96TArOIpusrLG3SaVKkWAyr6A/yHovPBWV
MNqAYKMlhlVId1YSxKmHcDi0qVFizTsjMzTE8yjWqmVep8GSpKx9BbqyIGrmWzQQ+qDKll4a
rQXq414ztUVaquHlEijaZT8x6/x4UV5LLKwmxaxvSF/Dv+aNatMB7mH6A89mMEYY6Qqy5QVm
nolI7Ai5skVK+lngNXYIGQH2adgcK6pf7MsmbTtJM5b4JrWxEx3EuG0BaVsGaWtxmq1iMmtt
eYNCxSk0yRYLyigl9WwB5f1nmjK6SOGSLnr87jEqhYDVJG5Ys4Bk26jhpqvgOWQu6RjG1mDK
9oioN/iu4yMwZEK1TsCzLiCGAAODHnVrFINdRTXtQZPoc8Da7KuDKlyuV6rMEtUhYTIGaOpg
65ZfR0SeIQ8LernjpsCI06foRGRaok2AIG9W1zT8b6bx43WzfQlC3YMqk4juqcFVu2zK0IaE
6qZYlTTIHuIaq4J5yAjUAVasYYWDBYLRS7FcUDrxVi3BT4lFGlYpgNHibNS0BeqpPRWsPXLb
J4KCgxk7iBNWvVG3a9krDc4q+gzdIwcK5VL2xi6ZYUcAkIkVLZFOboFlyCCgIH3M+wUeIBl2
i0uVm1wkkRmHakWL1hWEvFykx9YZJqaNIrwqoMp2KxEdILQMuATQNTF2S8SK5fOhJPL4zO4x
1UuLlwGjwsZRhE++VHiQxs8dEwC1ZkzBhwQkiLAzEzPLuOs1nFgBYLhnBEFYfUAQTsuBs9WL
WTyRCR4bUgDg7iOmDhKCxbzbZY2c9RFqvpgrMQVcsR0CG+rsA10cbGPayS+05Ml95gpJtK4W
aBcbmkaxpsEdyA5QweYMKgMWcyHDjTAUTASmiTPcGi7TEUeyizWURPBwSy4A4kmIkGek5gcX
LudrEdzSI5JXYFctWQQDpZ7AQYAdLRgtsEBgdAaT4gWwJiyJzkNGRHECUjmIcVR4CWC0iJ4C
DMQ6CGQJDKr0nmFWK4PcZHNIREwcJ8RIydHEQUEds4mqbuffExmUyAqFsBY+750uXs3ZKtt9
EsQi+VmWpKk3Vi2V8cu2cy+WlcYJxJAtEAhMNi3FKVmMYlhMjJHBAaToGtMCNqnlC85qxfFw
zugCC4GCgAiAKO4MYkG1TYepGu4GzUUa6cwROfZqDNHO0yg16C1cpyXjyFF7NtsMo9BIhtey
XHKcSS+HlRkuMrWjmQwzmiRJiR09QLKjeUoucHwiVwuAV8v0OaZIMaTE1wImCO4jo7gZGAyH
jomTWJJnIGuXa6rRUKGDbSLAUTIQCQccRNK6goiZEhoLKB2q4+a9kY05E2+MaxbCrMGR0wHW
srK7VVjQimstuouLNVigFXBKtO/nCgiAh6QZ7iYiQC7go6SeYksPm8VVW2mfdtkeccyoaLEv
BKRIIDAUdYs14SMfVaXursHmBgOSwOpbgloGG4GFQwMnugNcsKtXVUZ46UlS3MnIdRInuFZu
tlFQHQRPSR3QdHEDxQcxbRoWLBS38XTLvMIrvgivh+kWYb7med3cRBidRuEKh0lXrnFKbPAO
5hxrIM68ls67hrVmVTS4OREOVyEpiwpiSeiDq1kDNY6qNpQorD3E9PDhtPMzrlUdXfxWI2D7
VVwa4sFXXz6x6OeUEJERj7mWUzmCRngOmCYjhkxwQ9IcwAw0sGjJiFX5CsqeZhrIcvljTUZM
DJPQRxjIUdwkHiZ2VZpi2c85GjUFauTbNOBsFGGpFNMAX0dEmLMEZW5WLtjF1xkwwChbzRRd
IkWABLOFi0SGAZ0SRNK6oCzSg0mVLI4lsGNU0zOmCeGQjWRBgQw6FgdwmRHcGpkmbm7meZ7U
vLsEZnK0Elg01y7n3K5oLpPD6woGzRcWO4RskImneSVrJSEPCBD1gx0gg5QUywVMyKbPEwUl
QScWbFdw5iWFEJ4iRIKQAW1ZBskw57hckJxRxNawsxI1IKsWMoswF0mjYSXzeJit0lnVJEtK
OAbyTLPGRVS5QMk0UQwSHcBBQRJmK5yjukwIlY8q7jqlzilehwb1EUuGAogCeVwRLujeIRsS
sIZ4gZEOJkolZUVsu3VLzuYJXoIOmyoztGhcByNvPE2M60XW1LJc6owOxWAepRnDywgZwthc
B0gMXPHdADZQ0iJkM1EG1ZjCAinIECslC46wWbS2BjzhaX1iZ6DulpANAhb80qJbWNfoaRm7
uMab2oI4VEcElBWqBRty8q2XKLC67yxR2cwR0mDPQcPcdASTMEQJcVyYsJtdoc8Aw1EMYgxP
TBNaxAt8SMfWYE2uZbqPrDA7jrFawLGYIyNWgDV265EsUXMqtYLlpJlmrZQLkuKlXTEW/Jea
6Z4qWTAvWKN4qI1aplKYsmJgYSjOmJFzKx8JaCNiStJpGSlwUFAXdxMSISzEltewSQGdESGh
wEPQ0KDWEqTBW7iiDVGdq1LY0xkNJpFtz7w3uEqU9qmWXYuwR0gWWI4tOosG1NEDGN0lM3rO
EwJU2SsciWYQYYgwBpiRwgOFnC5ZAo5gq2lOC7uOOGEL4CTAzugiCGQZgBL65ixs0h5UboUQ
R09IVimY1ypMJ17JNgbHC5Axh1iLQ1iO7pGrAhUxJwlxNWwkEwcCyeB4oIU2RjIM6GMEVtCk
LJ0iGsaVpfIhVtYkWLJaYnJNYK+UOauyRV0FmJcYoMQIPlkFEyd3CMqu4sjToG3YzrRPKMKG
JBYuQiWA+FSMOtw5UCMMCJ6eFw0hTRUf/9oACAECAAEFAP8A60H/2gAIAQMAAQUA/wDrQf/a
AAgBAQABBQBgNnIVVs3crkFGjVYCqAo2JVDCjglGxhsgBZrqHGRgAWoRHDKq6zKg/AzAwFOd
fJXxqc48hYFQz1IIyqTqIEGSuQFUAiKjRsYVfGYG85qjMBNwY3rAYIQVJmgwExAjkkIAQoXU
ZfAG5UhmZx0EpXkhMLL1Uyp1rat6rAtM0TCkCOhgABIWeBD4m6YCiAAnKzyWVUliOhYkg5M+
WLARLCxDAFSDgKcqwM/EPlmJEBBJC5AiMwhfyczHkZICzPlQMDzMwZABMVsDOZt5D+GORqqq
Ac5xEYA6+LVBjKRGtM3VjYuQFUEVMTSCo9rBlraw1hYGUH67pVpgRgoRKHtL8FssoKsK/LVg
QqjKUIiKgP5PgF2JinIsyBtCDs5VQSSQcTYxADMKIfyh82AllxhisEwCVHgHALtEYkNhSR5z
iDzAMsBiIqs/Xymp1qcghoB4wM4bK4y/5Hgi3BQsS+GXTDioR1wSXJ5MAYBjoMhSEb2Cc1Nj
PxUeltlh5F1GJbWLEbiOf0rgTy3RuW7HotMPNeJ+Q6hxXqto2EZjD/kfMsU6EMoBxAQQpwVB
jk4BJGWEbYTYmLgnwriFxCy5YtjbMLzyYM5+KsWyqt8a7i61XU13dPYlgIGcfM2o5VQscEkN
iNqAWwS3xbAZW+HRyn9ailna3kKKlT1iyrQKsT61zK6K60b7GpG/f598gAMDMfwP4BhBMsTJ
toRTSyLbbwVG2xXrJdZehMRwIW2DDxoQARAclOe64VfVdJH/ACbCLfqOkS+q6slSJ5Co0xC3
x8CEgFcRgISYpJhMBAbORt4VvALEeZuAFYK2ch3XQ+tU3EHyLfGLliozNnZas1m0uWpcXr0G
qtKhbvV30BR3ctgPFW7+jjl1oVf2MlesRetcnrqEXoqaCEgAkMbaVsVOSymyvQApX0yzjDr/
AM9yp+vMupauaGO2yaGclRttNtPHXTd09b01uqDInRTRfPsOX9dxnIVjCSA5fI2yCuoGYcs3
nO2CxLEgagHGVEUjCZDEkw2KFX/IuSWKqNi0YZCOCQVJCDJYEJY+q9JrY9FF1COyg2Bil9qS
rk6OpbuayoqzKfdz/r3bM+BkpiKFhAxXWymyzZB0BlDshFwIe34tZBcsXSbDF5fIAYNRy4X6
4bPwDb6/lWkdvPvbzL081tTbrmPV0G77Kr28xUA+MFiY7YGTlCcr5GBGGQoGpbM+QHmAZgJK
qWBJxNskMRNvjucFhl9SEzkeDWuzMqAm6sTVSSjLGBZKz8kAlPa9SGxHKuunoq/VurZQAQfy
hUkDIgImQBgGZMOVOQIVmEMDHK2vKnJhri8+wPI6lOZttQkyhI0Etq3ZeUgGxKl6LwxNJCWI
YwyCVAAGuSYqHKnEd8EeRWFAbJhMUMIMgKTGDTUwKzFUOMaswyV2wiDK4abpWrWlY35DMApE
VSsRgZzIGa2kuFrKDkpawarp0W0opsXC3KSMsNji5tUrtuaEjKkzznXBKkxPwo2N3dVSafsW
W/k6qehB/DnVa+oPdY1RYVLkhROhjlSJ6XssoXNNvDXab/pbCtlbI/8AYxCDEyJsAzA58g7D
BMZWhXAXLEq2B+CrAbYHnJSAEi7j9S+wIao6QoYV8hWMyQV8SkjNOjIK8vUQtfnPRwG13+t6
BH+v6FSqi1FRXMStjDWyjo53LL4jM0UknM8AhTn7DnZCfE+u7P1uii5bklgynQAHZyZT1PUz
9lVhLBoMKW7Qs+t6Nx4/jv4KrlYFWUxWmfOVgCxoAQFGsyTATDdVWPetgFRIKEKPid8xVAFg
IC9QuodcMqEllcQaqB+VrOz1OD+q2KeUhcujUuGilRP2K95n+NRgVoJosatWjVKy38bqrV9N
a1WZAAxrkqAVdEdOrkZLGqYL9b2frtVelo/M6eQmW1XJHsAJbaI5UKuYyifWc9gsEM+06DRz
swYsogySVxAWMBEABLlVUkkkeFJctUQ1FSixcFbai5u5ii1oTFQGXFQOVcGysg0hENjbx/kq
YEr+RXyqEArZqzf7Az6REqZNT75iYmJj/wAWUMqcaIbeIktTagYAMoBg0Ktz1WG/gao83RZy
Hm6quisHwyqwv4EsHTxWc8Cs8p57rZV9WxNNXrSEz7zpSwkgEvmZBhmPKOACcMRmD8ec1BVn
h2NLLaMaqBL1HryUK25NglbavY6kIxyh1b14Y1s0q+JrYggEAERrGCgkypRYdDt7a8C9TB+J
sv8A8NlYsVuNwGqsya216OZxR9gpHJ9baarqnWxJj+AB/I/j7D7GvlFzszMrFfIi4MBOdjlf
z/SsAowQD4RlApU+x1YnABKgK/yDUZK0qhZCSmQ5GW9bbJ+Vwsc+CMQOolJwP7Q+Ns1ohY+s
+zOxRLbAaeoDN4QF819a6jrrI/aqwOmqLdW3/hmZzNRkgLPurylbhOpaOZkV+l+S3m7qblDA
j/waxFnT9hUqvaWKspmoI0zBQY1bElWgE1bFaQ14NaAl8YrtKmsg17bxXUs5VJ7EaXVhyPIC
KGXUkssRRizBVlGHUtAGiHEGCuGEAdhSLVv2f21LiVOayOhMtZWVaxQF1DVFCzvUoa2t2KZZ
eh1iXliGzACYB4m4YfeplOKzVq6zbZ9p9aXQX9NE5Ps+mmU/cBwv2vEy2fa8ol33eIe9mu67
fY4rKRVIBzlV8qNo9DCKBqRgsCCGGMeVQAXKQvnHPhaAwDFiCzkzm0V+ixbGq9YhNbw4xqYD
mvbI8kqBlgTBkLWcxCQEYLKbFFm9ftRbNVqOtlDF25OgQo2SjtPRaYdlBsZZR1klDtKqySFG
T4BIhM1WpPsK/bRWXrK9Hppq+1qsF1XKzPxuzdXPbRzpwO0NldEOTAcJSTbByt0n/jdAjfUd
eX+s6wV4bxG2pciqyKGE9IBK5la+QwLMF9TKuUYgA+ACYpJAsCH2sqsXWUbFkBDA5NmYq4ib
ZgyQoQAsoiMuThlrpDn0jNVmivdYpW0mfslI16Wij1AbKB12HNthzTkWcqEKbUABBjuAGOWG
Z9h21cy/9a4LZaLBX0h6BRluPlIg1Zfs3THb0+s5OawNmTVOInPP1AGt1srZyJmxilbCdHIn
RW/096lV6AyK2jYUPYVNR9kTKhgSVDPGrbZ1IDFjFbytik+reKhzqRFYkgibATYZB+IJEUqJ
qTDWJWQBU2Jsdsth94LXyTkeSKrbA1fawa99y2rNy1glbmL17K91l3MtXXXeLuiulbftby3X
e99i0PYKM2FWNVlHcqU0/Yl63+wTmt7vsq71ciwmsk1Y3vYheRyirYWb627KFQZriYJmTk4E
6OVi1zBFZ2w9ZK8+yhTA7ErgQ/KFo/PknlYRedRFGClSk34CAqCzQsJ4EGYuDPJKk4JyBnFZ
IG3n2ah3Me1so+QrIqi5VZuiL1MApDTlZVPMpDMu7W+u6up/XZbrdU3Em3bRWk+rGzXUtVb0
hbErs1HNYtk6lIRnDxFxLdQ1ZCh33NaD10g4+sZSwAxD00hun7FKTZ9lew9z2B23hZllVZvn
oRVU6wHJDDJOCXyq2MYzEwDIULgDzcMjURhtNSCmcf5QHyoABX44Ii4whIOfLJCTnJJCnDeB
4yFAngCvZnSsGW2equpy1dF5Fn2POK3ps2p6LSX+wwq/UFVboX2JfWaWfVkDukLG0LXiVUF1
dc2WY0ZNg7apz1gLQrLZZ120IfuLCqW21q3U7MLTPblUYAu2TzKEWy/MDlwhw+MlidsQZjMC
AuIMiAKC5yMHJAM1MAaK2YXE/IA2AGAilhjAyNQvnxkjEzgEwZM8FvOOVGVqERK+l9jRa22T
Vd2AW8ldzVILGazoY2N9cStxOwupV6ra9HKMzBAoIi7JzVrllRXNQAZR7DWyoqdDKa1Xq5LR
6WFpwavkKVytSgaDPryyXaIxcthkChsrrhuQkNW9cBMYZPs8razSttoR4UGAAwKYFzNVAIAn
NatiNArMfRYkK4nr8FmgGJaApzmNgEaw1hYuTOevZl/PQxWxLa2buVVLXl+e21w2f9b4xzuq
2c7+bMsH47Gs/WNYKsQlNjS20qtKuZXupasoRWQKvmOb65rBTVXRX9nwLbaOS1CawTgEHBJ5
rgtNF1hT624xfrqRLeZDDxqIvM3t1MZS8apkm43WnnJFKgrW+SGJYuIpabkwHwtVrxOWzPFw
1gD6/ng460S/ntZNLA/61vqORLD8SxZs+XGZ8cEHVFcHjZcVqstoSxcPW9jm8pgI4AufAVUD
VUnDVjSM+IgLS9C5r5yAtDAdqk9HHyvalf1TkdHFfWxr1Xh5wV/ZIHRb2GzToJr5VFa8VAI+
qWLwc6xa00SmpISMWdVaRXqsJqclkCLZdWDUyNLq81Hms2XmslXGSBzUKf16CW5azDwgOn11
sr+tIb9dEW3RUr6FUr3CJdW4yDDXWThfXjy6Az1glRg6MCRmHICL8aEsef7QKTaW6KFsa7jt
rPWClaDd785VxXXUg29y6swJ5hZYE4Qsz9eptsWy0/RozcScxoUdgjHzeazaKMq1jrLrrmC9
ltL1/cFhT11uudgAFltorT92g12dljEYacqf7be8LLLrLDt8+ekizBICIqk4gs2it5zgI4ii
Afwy5HXTdha7K4clqK/ngA/mf0WGDkAqVHwxtksBMjXYmfX1jGfYzvVStnfUhq+zoY/ZE1yk
lZYWZlVYWYSkgBw9tn1vPZRR08vX0Sr6hwT+jxL0/YdHTaa/sucD7f7CiH7Gx5Qr31j7Qc5r
fm6G/T52Xq+p+XrKLyJbirZa8ZnboKSpQ1UW2mvg1jVIEPBZqnHWo9FIgAgBjBhDklVIbBEL
RZWLcAeP7mAYa6zGopM0SuNYYGOMtoUAZ18lY1QMahgTuAv+NVQJ56wqaBR02WWsPryq3cyI
nT0W2kFYuu3rrjVoRVz2kc/OqFDY5F6Ujp+yussbg6rkNPPWR1vVOi5upsFU5upqE+ztS0/W
W2F+P7IK3sjcnJYKuZKnLKDY7Ad7AkcXMVRFSMRg4hMAQKay0WvVtgS+ARieIMsSoEQCVsuA
cxnAinI/giMfLLKqyTqMEbwDYFRn8EjEKKxPN45Kg7PYlKNbf1h+5Oe27p6b4XsM9YiUMwp+
ustav6UBafruV3FKBek11K1jmJq5zy8gv+z6LWfqcM1jmKfkjeWtJN2ccWyt5DcdpsX3AlbN
y1zN148Wc1V0OFBbWZJLAZmomcDIMRFAsxkDM1ECgQ52AMC6x7MDqsHNVx9/vT+SkFWSoAEJ
An94Jhxk4EzqMgjhr8Nws7dvfYyqpnD9WbD2tyc61HnAvtSsJ1+qv7bqsSn/AKFwWj7O8Jb0
M9q2LYTSwFlgy1uD7TtzUnpPP9JWZ9jwV86agC1hKvCUKrCz/U/PZ7q+bsD21anpLAzYRpgk
nzCig/k15wfMLDLDCvXmeCSsVPIHnczaf/kttj9dnJzLWoEImZ/Q8QeZ5zplmrJDKywINrcL
GZgtIZmq6DXbZdqlVVT2ChStnXeq00XdbesUpZaL7edlt6PtAGTYKzdBE9zMGutUG65lVnMY
HI/H1PMtXOoAH3LE3kDCpsdVEWxgKedOpK2/WXkdUeisg5MGcswAUNggYMXGQAQ0GAfyWYly
uQE8qqA3NMhVB2n2PSCnBUHsVcD+M/xkCDH8AIYqB5+rYGapgTUTHUKK7QtYtY2P2l1NaOma
66b3qdx2CgdHR0Xgn1tzXa222VtXchYoEaaDXAwQDFTxpghgJV910Vrw/Z/sm7no6Ub6jlK9
H1VKNZUyNXz2uXvs4Q9ltx5+UlgSFLKsBzApIAAHxMdYFLNgrGcbJiO2FrUmEHDMYxKLkBuq
0Ib+j9epFsts5uZKEH8Gf3n+B/Ckk15VvfCCzYGbVQozorIY4Yze6ocvTbZZ2YreoB2/MNis
63Yd7XYlvLKQ2xWbBiUAIxNviEDQDDfT15s8AGwCKdhZxUXPZS3Mh4q74OKrIAAzhgNjl65Q
xcFxGByGzMatnARQ5I8WfEftuoP2NmV7GZwhMtUOe5yLr7GefW83zAmBGdRPaCPb5FgMDiBw
ZsMEAkH4jOAcHGQ076fWyIDEV3hqIWhNSQXe6vUPc6oVJmMHT4kCMPAI2Y+QMxUzAoC2WlZW
RPrWaLkglVjd9CGvrrsJcYCgxiqRTkQJmKgEJCx85xgZyNixZyYHxMRkNhuqw1fE7GuhKo5K
rgzosNvRVR77kRVDsUVHNqnnUQj1n2EwkSxz6uS1i+fiIvgrYdtlBbGPZWBfX7q7OZ0JrsUU
IDEwbLrUUv1BJ+0TGuM3JiWeECsXpIJqMNZBJCQ2kwltRW1kC6n6rpRbQQR1VG5/060JK1Sq
y0QdVrKb/KdaLKLvYTApwbK1LWLtfe5Z+lEQ3tD02rFuvMS/oldzBqbqrLf2VdxYpYnZ7/jT
WCX+v5hWMCYGBzUiPyK0bheHhui/X2CHkcheMof2B7mbB9jg+1obGIDsSiFouFjis1BajLqn
2trauFAxasA11VgepAyU0EtVQJqsUam1xtnYFAIte0POoSmhUF6Vz1yjpetm6Faoiwmjidwe
BlNvGxX/AJWYfrgso5zUlViOvVZb62qtJcskZ33OWADY9ZiprF/1slxINiItVhqHGsR63buy
OSnmatbOq4hb71NPRYV98/YOFuzAQRBPsLzWm0sPkIzT0gQ1LgjQKx2/E8mdFic8R0I7Op3Z
rDhsSobsKMwUMgcSvybk0T4gLqxCgRUZTnxZcRBaC/7DxriGSwsqdNgg+21j/bXYfrvsjX3O
1Njrf022WSvcAdFqGrp2n2bhwrqF/qqkWVtQIABL7mYB2MQAkiUVmmrg/wAuz5z3ruakafp1
iNfWg/crxXfW0vvt9idfQIO69GP2WBc73N+s367KCR5H9sYpBAIg/Icg/YKWTrtCUOWYpXu9
dCLOfmXK1qodDYbuWzNnLgkPVD0VstoGedsst1TFra8vXRY1CUotnQlKvZV0WV8qfs/ro06e
f12ugDohIA812sWWqq9euh63LkNzoxF2WIp8ImK6jhiTr1kGzAgrir44aA9vSyJXRXovXfq1
QIKBWnSWd1+uteD6l5/zbEK8TGfpMsXhrweCssObVseH6H3F92Wt7GjP1g19loaoAi/pVTSV
avUNPsLWJpUs5rUCqhrX5+TEXnGDUiywpoRqSlds6KjW6WMkR9itDENT4sp88nOgrehSLuVg
3LTWlXoUL0pYLThpsyM2MggPW7pYH9kt/XYV6aXqFYq5BV1Wu3SfuHF9rlqipYAGVICaKVqQ
XG/sscIlj72KcGru5gL+qt5z9SOtnTUiP3WMgtZTTc5ZLEeK4JVvl7a8suGAEadNmJzIhcFV
WxFBBKFSrKyl7WTUrWuKKypRWUr+CVnSilLdWGQrLoT1ctPubmQJUgrDFSWCRbigPXYx9j4P
Tasr/wBlfSGLufkzMYVBTYAFjBcUbfaC7WO7WxSyi52MQgqynY1MVWlsoi78HOJ2XMlf1dSv
b9m2vKnmHUQooBOoDkF7GeFmwNgCStaWFVrtFaNfmb/LLEBchzqtrFnpYB0sXFlqFGdy3J2k
F+UWmxP9iUETmJSCzJFhM2Im+Z0oATGs0DXlpSyuLPUgVEeMirHQMKqL1gTwnKjMV9ct5gxu
Hrs2LE2EKqjBOErBIAAmpAJAY5BvAFaZxUvnHnyJyUiy9mFNPVe9h+tq0X7l/guYuQbHjHMB
gBMGQVA9FxO2DGtabZHnBKwuM2OMXa7L+EJeX2PrqRNLAKbrFXk5Vc9XVz0KftC7Vl0OSV/q
Wksttr1MnXWx6Oip5y2LZGpUhatGdgCHJKqSuUQo7NCCT5n2VTraxCzIJUjB2A56nsW3Ki20
amxi6OSL3WKx0qWxlKvhKNjz1oi9/Rheaol6a/Wn2F7PYj5ZQUhWZEJ+PL+WALqqE9NejnAH
5dsTaOwAa/EZ2aOxEq/FdjK4rJUU1a3rrBdhbOq1ajYbDzcQQKupQ5/gfjpJB6BXcr87I2Kl
QMwPL2WBqiliWKAaHUR26GKUsInguQIvkXVJZVajKcK0DEwE5WxlS60uoVmhrYwVkm1F3qUG
IMBiBORMtdalVb2NbbwrvZYwSu/YmtsE/hiRPGSRKnZSxBNZO/XYTYCWKrgscn/1fyCrZYNg
U5JqUDyGTZkFdhfqqYKWYSyuwr9Zzo9/X2VSm3LK6hvbXPcs6jmq5yQOm4A7vUDqedleU22U
GvS4JWNSyVqLrLHrBywxPY2A0v4qb51/WLQux29tmfb4JMpqypyoDxgDKUUQECJWbHCLXX2X
7tWvngp1He4Wmw7MCQa2+LHwCcgZnrxFBMAaEOxVLQCtxhUrPGgVbJpqSuSozCqiFtTyMhrD
ERrSTUEJ6LWMa9xK1ZG29UXpLKOlkdLizd3QRXnM51DXLy12cvTS1NtdgU8dvtS1X5jxXLcn
Rm+2moVooAD3kmplCvYM1WFp3E+t8CMRkOpnOVhB1YnAMIAFQUKq5HFRgd3SNaxua6wbKECp
91cYxGVyYM6n8rglFOUT410KYFUTxAQG2AlmrD1Jl+hiabFy91Bl3RSELgQnzyOC71slarig
KQLFAXCgVHCbs7GAEQOFPQzOKgXFVb1n2vLfYxZCJTYENLJfTWDYOes1ozRFZk9LZ9Pg05hU
pO1ia2wrlcmlPFdQEtMJYRttsZKZzTRY0tsFSdLl29ZFdBXcYVei03XL5lKBnTkwDUoY0oJW
pAAfAyQT4/A2AZmzAWnsOq8i40RWutqxXRfZOX6/B+y5VKVOKQeqyxt0YWVYodUlw0KbMFUk
suEfAVncq6ORyhh/GqkakBlDm2sKOW8LKgSr9ZauhmZ6bAq+1SWZopeYOFCOvdQUsrQCDXAA
0sYhmIKor5TbbmQ2OirVV2dGF56yWcrpzIS3Xb6+YGBZxjPT5hQkMqwDUBjjAYWaqWauVssO
M5XOhjKuVAAXg5MisAHKm2wAdAVrCGnE1ZuvtRudLFL99SgqCjc+Gd1xLXJI2yaW1rIAVgQ7
KAuSMAC8kjGW4WAFtBzXUUiqdixgY4R47qZlw3bSHqDMpqP+ssQ1uzBKAIURVdfP1/OUnXeF
jZsfcCtFOeVct9xZ/qXTP4XjZVsXppaK2QwxGtBDs6lDYQ+zRls1pBCBjAzB/wCgowLTFtbK
NkT7ItoyfGxvjkg8nUqRxWDY4aknzQCXu3lgUABi/HkKOWhjfzmo7KFS3B3VjahI9LBdwQLT
6veVFb5ikYRFJZchRhmQ4JJF41tW2wD3NPcwC9NglVrOvLV7LFAVe22qy7elKjcspc2HnQpV
9rdu9f5ceOepiRUwHMCgVlcjmDK9WGFfxREy1exbnKBwdgdphtPImYng1kfw6q466Aj2/XdC
o6hYB42WbpGUqcrEYyw/JPlKbMP+5zql/Q1p9QYNQYjGsLeFl3YHCUF0531NXyrsXQ0/IeBC
yxVWFlMfVp3oydYzg5EUjUnz7p9bWyr9n1JVQt4axKUZul6ak+ty/RaQtXTYHdA7ndUPFZQy
OrZ+QO6lqchHMFUCJhNFj2qRbWQyglvX8dlM2GUJBQxm8EkQBTLkD19/MnMKzTULiWYZzajp
XkxLRhmBiL58LA6GVc7uP1LARS+U4laW8DbL9eWHvVGKhjR0EGxGZaDgkBl187KW9YKnAP2y
kd2uYVJhDEACcnO97jVF+y6fb0KCZVZaoYszfUc2s+1vWrkAZmqQqtijFOEhvsVm6rClW4NX
RYi1OLAo82JuCpUsGyanY08+J6zkYAYeUODW2S91aB+nMR72s6fdWno6uhujjemMGwm5J9oj
qGXTwiknOClTkDlt24qn9T06kUMQKWyylQwUiwmuyu0NWGVxz2uUTwanOG/OWyjxgCPua8X4
JgQsD+K1y31lCc/P9v1irnXZyqEL881o5NCaU/c3b3MGArJxpKxW1dlfqHGGETR5dTSB+xRU
E66mgsTAtVoEqM9fkJqcHB/JJiDJCfEcesFYwlYVntJVXIbq+aPxWug4XSPQwlfMuByR+MgU
cp3qrrRAPDDw9oAs72U/9VBOr7pAlf2VwazwQ2a63NbVOQdQZUwJx51BCrgAT7ihiQrGAQgk
/WcTWvffvd39JvtryFHmMus+tr9nSzBE7Oje+hmaxvrWAr4Al78JLNzfEUMTqqyznrslnAGD
cd9cpscOikspIIPj+DsSYuMq+AXJi+VxGBIJjHx/61Wqp2V4KNmUKoemq4Dm0C3UKydtamr7
HnMPZQZbdS0v9ZF4YXZDDC4XUHRmHO+gouFZsOLK2VkJAG4MBnZSba7uZ639TtBzWNOdl5+T
osIf9ZsIhUf2Vn1NJWfa3rXyMctwqT0JYhPiAjJyYQTP+jQh/wCpUTX3c5KWIVJJIQ6lwsrt
xBejH/1JxPEAJcfjPnMBiuke1AXsZi7B56LRKS5Ls+yWDNl1gjl3VOcNFppQ2CpiaiV9BI6r
HSWOSCTnUEA/JTlX3E5b9lV8jnb4+tmIVQMCMMj7HkZp9agsLCutuu5CyNvDTXP1ni87FhQV
aisV1fbXhmHzP16/7fADDI9bCbMCLGnRUhUUWieu0BXsU1Fwu5xsAC4K1/Gbr6SVJc4CgkrX
kPSRCCCM5s/1h3e0gVkVsKwXWVgsxp2jVikONyKkDAKoZwQCk6LiDzXM57dTczeMAnIgJyhU
q/gZYTm6Cq8dqlD+crkjxiOqtNKap19Nhdc2RaWqAsBhYYCExKixscInc7Nai+OVnrYdaGe6
vBdjCuC2QT5lfkgCKuGU5AJJcZCDWDy+Ph6vBOFWVWDUvmM4njNwYjDytCGxHZtkDGVuA1/+
16uYI3QypF6N3YlX6u1g1XSHlt41sX4H8kgAEAjzKTh61Bj15FDoqcSKENrMXsUQXmN1Yj3N
7e61jWynZARP3LdTsZyKcA+OZPl33AJYxd6wMJbWBSld0eh0iWbJjEADQCLjBzFAYkAKp1jM
SR4IIxsup/EBBKY2ZgI5OBH+SDndAtQjVELWuAv5LVqp6Kxb7rLJfzWFOev1x8A9F1JNtMsU
g2OGr/Bzg5g8Rc5RxAuQVZ34wFpylQNwtbDYW3KuAY7boxBKt4ZS0AAlK61f1zEev7Y4qpp2
OlaT9rnrHPbWFGxBUZxgEkwoDAIMEompsGQB5ZiWrJiqM/2diVEBIZCJ+Sc5YRWwRgxgGDa6
tfVXG6WeV03WCjjVAFVRsuOtbKGe+4hGy2+Vfy5YCFvJyTjwQCMkNSzYH+KVnYGrnr7Lntt4
q2ZbQVRCDLM7UAOxUq265yMc1ez2WV0izpcn68k8vf1LdZz1tjoqd6VpdpVyWbexa1pv9r9P
RpE6mgvqYqRkMswGlhAHxhOpX4xfkf4xgITnbEqYsdczHy1mQAekiWG15XxsWroURTrA6lbu
oA23Zn/Qrrn7G7vbUI1thZm+TEZGIcQZx+YVAC5Ercmc3VXRXZe1p5+Z3NTqhvcWWLlZbZh6
39dfkzTDeSeehVFpFlzMCLrdaEJJoUYtLrXTSUQgYakvK61VbqA6tz2VzzmtmDUtsAoAcEx3
vVmutBruDlQRMnXGD+IpOQhJpTUDGWaKfLruEoCswErAaNQTGXBtfAstwL+pSA2YXCksCXyw
ODMnI8wnzgTGZkZyRFIzh2FXLtW/RonMx1HiPbg3nzuoTkra6/qor31w1vQrUkFVBO1rjSvn
seymoqhGsHmKSk9hM/BYnUEMfTgZxEuAWt1aM20bBi4xWii04aarods65ioFiFQCrmKrqx8T
wWBxDYJmKMFSBOnCnq6K8W32vNvJbKsPIHggmEGYOf638ZJgztkZHgnGabFlNoPPbyMpCqqM
xSFxvcQzdFxJ+uRdGtFlrqyvW2BawEqR3jqFnHYzP+BsJ4w2mqgkekmfrthUKxsTTwFlSAHV
VnwyCYF8oGzg4GWh8KuTFGA9rAG0ge6zG12Wa0EKoOwwJWcH7GzNFzDJyQRBkQhp/QbBLMSc
4P4VRgYAEO0ySYrYP16I6X8xuTOhs6RuNQtr5LFrHB9H16WFCL7bLKqsm7m6StBpSg1blaPU
obMDeArsRS2RWuHKVJd9kxPMA62c7MoRxNdQCIcZIJYBiPkFRmmThSRCMxUxADGbMIYwD5EZ
AXzr4GMA5gBz22BKrqCpwJkZTyalJZ0rEb8YzMwz8QZmJjwBmKcFiJ9be0XpxOvnr6J08bJ0
NYxUh7G4PpCy/ZvV6AvxRlAosTFj87VPWQ67MVLiDhjcrkrztg/r1no+y5KF6+/p65ycyKSQ
DX0PU1nRsxfcRtYw+IbwpJVPz/6gmJrspxNg0MA8DAORgu89jbAAAHMQgTuqGe60XEgZJWAT
JJOFUjBJ/gmfiMwwjAQt8gojE5JE5LtLGAYHpVZZZXfK/r+YrXxUVTp+xRDb8oVGVyDWGWm3
pt2q7rFlXbUz1X1B/wDrFbLfvqEFv39lkuvtti5J3YQ3GUXNEv2mNgmAPkIpELAnVVbxhSAM
/AHyfx5yCMYMAOLbERFesq7V1hrHusU5T/EP0oi399tot/OAC2xmCs9bgYLQYVmOSMEYGS+s
yc+IMT+/MdfFbFGTtrFBNV4akrDa1U9llkdErFt2UUQD5VFdbqVdhxkmvlCha0zbzkheOwiv
hrh9NJFNdgv560Byw56nSBKmJ8zzgdNaBeyoEdeQnSCVYEIAGwuADnI/gDztM4j0V2Q0PLqG
Iqr+ZLgEzrUOvLz894u+qRp1cz1MfMRCCqs0tVVTBBbGc4hyJnMJxM4mRAMgDMYeADn66n3I
1i0WW/YsZ+2jlexEW+97jglwBFRYgwvhZsA5cEAETJYYIinw/Nkm6xTZc9krrXSs2TYqU7rA
zdLWQVl4vGqkc6CBcOtqAKdhk6484ijyRg6S/pbdOgMv9EAwIBAxCsxYmgOK6fRY/Qin7J1d
PTZK0EsYJHsdhkwkZCjaZhIjagA5mMAE4zNTOHuNFJQdAu53SGuaxeTMbIavOPBi+CRmFckn
E3xMzMwALr1SWaNKeZWdaERVrAV+NWVvr7Kz67tq1cAMQEdWYKpgFYCsAMnUYKhZ5EDeckxe
GkT9c0t7QQHELqI16AV4Ia8KH6LrXtQspqYgLhRlXscuxAAz48GeM4JgTIKqYVBiqBPE8TWZ
Mqqcrs1Te8WC2qvWvkfWqt5YuLayolSIZjBJi/h0gpJj+xFHYdv2llpSx/TYBXTaIudSSYph
bwo2IpBR0JTDIaXLIMCLmZGmAICM4zCPI8C1iA1hwbgSFbA6K1at1uYi9mZG0rAhUAFkJc5F
pas7Ymyk+MnAh8hc4Bn95zMrG8xVBJ8geDwuDDxo5/5r5XgZWautF56WM6+R6r9irczhlVDG
KBS3gNYSHKh1L1+g5bnsANbAiywEdDgL1xL0JxgtqQuTA3hgwnrytahQBABjA0wYCMz8kkQp
k381hUcTw89hC8ZJp53SzVFI1MsWsLs+cAAj1t1D/ZcIgZZ/c8iDAYgGYbGJ4yAZqxlahpZQ
QeYmqyvGxXJIIi0F4iKg6KKbR0cViPSmhZ/H4AIyxGSCZnCg3+xfYQ1Bj12AKhh1ER02fpyK
nLAEKVxFcmbHKLgeBFbxsvrXM1zGGIDDFAIsIA8TAyRiKSYYMCHpZyCMA5NupXqQo+wyxBIA
h8EiH8HImCZgiYwT4CkykARkRlWqxHo6a2KqGXUGA6nVjClSyyqmydHCigsZkGFRERcHCzOI
dc5Bm8wphrCxqth6Ug56YFVQRmEEJtYqpaIt4ylqMR5mg9akzJhII9YigZI1jAkZ8gmEERcg
k5OCZfzqYztVKrVY2OM9gDxwUCsSxZorFilJaWVEFKySpAKUNbCmr/AhSJUPAzGdQ1nOzOfs
+io8nWbudMGMXaAYnvBmW1dfKjyD5HgsuwwVn9YBGu02xDsJsDACDjAJwB4iucA5X1I4PKTC
ttdlBbXY6KcEYmPBczbzvsGb4gZn4IcCZn4/iwbK1YZLatFsV5a+Fc7EDBBGTgGhlsrCK1dl
JANLCVswlyexjQcrUqrUCIzEAPEw06+dGo+ttZXqbCG7NiqWn4gAIvqFZZRDjP8AeSQxxMZD
HAAbBIIwcrqIASRtHOCred9gAqgEQZA1DGoYbAmThTC3jY7Dz/BY5zGbA2JilsgQLmFYVwzp
56XpqWywuBkytdmfnwhHii012c9gcNWrM3LsfVUGspUqa3RqlUxsFkTdBzKVVcBU9grAp7Kr
cA16wBcYBgE6wjNp4wdQBs+2R5OpyymD8T8gKBD4hIAt6WD1dCMR5gbyvmLkwH5I0yNAfAJy
x+Ks2VYwNmbHOfJEVckfnM2M28WDKuM19lbMSpAIAlCYjeJ0IAQpxxP8gzIQwM6Dqwu2jKWO
rgNZYrpb66639ospwyoqno5UsPN121sL1ZVCkAZnR0Cld22bAgxPhPLEqMhBCTBgzBByQMnI
UGMMq9Cur1muLe6yu8ZUqQmcL4C+JhdfEzCwgIBEB1AYmeSEOYDmMBAYCRFbMH4KhT04Mtq1
VUCMg/2ooZHoRhfyFBSjbVscNYrR9SlDiu1KwysIybolRx7xWU6XYMxz7mUulbhRoLe26k/9
ljB2W2SioVsSNi3j8FhkZ8f24MPgA5PyBKsDqRHYgAhgB4apLI1Rri2hW57SyLBNviRPEyRB
AMFjkAeDYqx73Yi5lStSZjE+M8D+GXZDyhp2cwRRlJzvFY6oczsYBKQqqbPDXuJzkWHsoNdn
P0WNCzJOfSxLn9YwudipzW6hSGAhLGf5RuWgsUVVXzCVxgsNBh0AjACZhIh8wCEZU421DRqo
qhYcTV8CuypkVLFr8hSYv5y2MeD5J/HghRHwC/Q+Qq6BVaKgZlIBdsnUg/mHIgY4ycX0+1XR
VUIxlJyjOFa1zZKs7W6ovjfmUa3VLbW/MaGXqdYt1K1jNj6MkUDKl0NTCxE/x+MZMgnEAgHn
AzP7OxJBEzgHExkH4gZMAUwjUjED6ldWGcCxVIurtrlFvRlGtYofOfhkwYxt8sCbYFrMoRRW
K9rIRB4OBCIfA1InjAM8Q5zZVWX9YxYpFbMxatg0oStBcPa/MN7sKimtSbEUwUJOjnSuU3BI
1oyoJhqQxOoKR5llGQc4KkwIxgrAU4MAOG/IYmFRkHYlQYEAGI2AV8zJjLgYMHwldnl2zGyI
FXKjEUAHMP58ZwDDkHJLZG7KbHpD2PjUJgsRgfgsQZjEJ8kkkeAfM1KEO2OizWr5KeVF0POt
k/WAXXWwfmy7VX6Wc0OWS0EnrqKWcp2rDnKkatWrFbwosXAqGCwQRmEPxJeEllCeMqCFAbTJ
FRyo1XJIJ8L8YTtNvJxggxckh8kEGD8qcDBmWhIzk4ziMxJBKnU5QvY3OpUMJWfJPgEmeITM
iGAeBDWA1q+OliCiFnqGiq2G/AQK/RbWHnRzgUmjMpUgMFE6lNpoLAkhVpLGMxrVOhQGC2si
NLLikrdmjMGmRqOgBswrmLXD4JySrGLgRsANmFjlG86ZAJmDlhiZiwf5BmEycH/LIKk4VUE3
wVLO1NKiKJoWKIwLL5Od8+CcDBMVfOsGSXzi11FV7IXqcC9cEKo2Laz3uL+ZXsa0fLCzAEYq
W1Vxfw6ME8Vu5K1JbG4PNPPoG1RRxi0nnCINcKDNQ0CzwIWYQk4BGuRPBnjXPgqJnU+zArcN
PlMEADCggENkhjnZoSc4+OuI9xJVS556yYhE2UQsREbZ2OWIySMKRkLkBMRmwEOYwUDst2a1
AtdeBYp1ro+ZXiSxuqtK+vjNZ5nsGTaIXaesPMGsBNpopP6tSsuIMCNbqx6lLU9ZD1KGXpo9
dihzAh1bJjHwc5b8AEDzAhUYBh8z8gAuWRlgzlbSS/kMcOqkzxhX8+yL+ZkkNQdq01gxFbyM
RH+VWN2P+vOSxBligLXgsmdrSMVkY6XK03KStFTWV2KyvR/+R8NR9ilc+yct0/XWN6fUtipw
qa2r0ZV8upzdXbuLXEpsAgPkVgB1ltGJScrTfqD8gaDm5VyzHOxJLEEYitg+cl9oBmEHY/k/
jEcBoqGtmYgFiFV9pk5DYm5yDMQq+BmazDAqDASQMAplZb5qKxgY+xCeAhOCDAp171J56aDY
y0ha3pTKa47PCl236Fdl5SBUhYFLSsy0JXBYMCFywp0ufDc/QWiK+obzhCANBVgSnBhUEXVK
qujqScTIwBk5YwbZJEHmMpAd3AUklcEovjVTHXAJgGTWo0AEw+4CldQB5AMwIMEhis/CgnKn
Md8FfIABU7YTzAPBXIQAFiPXjB+TGysap8TaQ64bFCgpBiMfAYENcFNbEhfICAzooVzWVQ8X
cStlYWMYDEsGtF+p/cIK2q6dNHsN3KKlFaz1qs+Qi5MUZKkg+SLEi+YpKlCCM4I1j1oWNQ2V
dQfMz4BxAchPwASTmL+bTP8A11MH4wJiEgoBmAnbY5BGnxMHiAGN/nYkI+TYQVVAipcIAJqM
Ochc4sJW2kZUeW/pEQ2fY8pMqYlKOg2IFWa6gIorAwuMhCdUsOOwj1OBkLklGJx62CnGQSqm
BQYygDXYodWZiZ+ZUvnBUZMPxOx2GMYyAcEnMwYFzHP+xczOYi5YjMRcRzgFgZtqEPyDbQZM
z8h4jBsHAV2w9FqLOhSrh2YbmZMJZ5s2PDTbzVqJYisFQKXUMl1b8vRTaEIAKg/Jj4GYpMHg
o7LOi42DUxAQ2RtdWhgKE6CDAQOCV8yxSpQBoFYxQQK/EfJKggHM8+3xAuDoc6nJ8wZiVjYh
sgDKhiTieCLMgAwKSQcQHMyRNWyPMsIyMS0bGoYjjMtJrZbzuvldvAAEwJlcKcBbIcAlyZ3U
pciDxyYPOyLnBJOwA2EAdixYQlTNTgAFV2zjYlY3hVDNGBEMfOqI2FRiCgwgILACAnGQT61x
iKi+tQFrB2AqAjHwu2WHkEkrhZiZwbVGD+WOSQcgAQBZYBrnDM3lmMrpZhVzuW/XYTu5Salp
Ies6rlSfBgMGv8YzCzlt3ENuY1Iayu5FBvUsrAHaoxihdgQQNk2OiBt9iAGBjZWKAQAMr+CM
y1YcGKBkqAQAYuASGg22C5OB61GIrfEDYarCPBAJFRA0yEqhqAJQMWqGdAx9a5YAMyFmSoBT
4LjIBMsbE8mVuUlfQ6wdDGXXHViCAnkEggZmWmYBtMADHiEYGRLXCqrNtQ+6e0kbENv4W1Ch
bADthsgBjCxIPkY+RLZFjKBdayjfIBB1BgUYKYCKYRiPgrlp/9oACAECAgY/ADQf/9oACAED
AgY/ADQf/9oACAEBAQY/AHkS5r8B8VRNpF67MiCWq9CXdCTfkXmXuLdrQqK6RXUl0E/mJKZe
om3L6EtQnqz0+ZLTnRobdy19URuQ6LqJEur3Lrsde5GdY2PVLS1x/iIxemp1K+RSfI1kiasp
bVoSV96kupaj3PT5diihwS4gpTFXIepT5XLqOpau5Ws2IyiOp1e5Dh0sKFDZCutyZqjk9R+3
k5G7/MhxVirxxd6xIuDmvcxlxlrNCaNOxboPHSSqTRSg6V0HJ02K4rq4OW9itOxSvcqqOxDc
N/AVnOw+hehDVdx7JTUrEaJijzFxPUyCi+JW+2hU2K1Jd9IHDjoQrEW7D+RL01JbIp8DQdaS
NLWw9Wiqp0GycXUUtyU+JCr3qSq5PrIuVjtcmW0Tybfcp8iml2Y6QJZSluem5SrgnGq1G8qR
tYWXIfuZOcdnYrRKy0JTtaD8rN1/D4ZNKakcX9hMU7lVbqKlypCUPcUVe421JCVCoknTVETM
CjeotG3Yc/TqU184J5Sty8wW6lSUqjb18NypCnubkDa1E2+upOhSie6IklqnhW7PvR06CX4W
1Lcoj264NJ0fIdGsqyWtSYFNkWjctHUm+R67aEYkSS6bjigk/C9Li4z30GsiMYh3E2lsmNLS
xG5G43mq/hZE1vBksdaqn+4i0DwmOpKyXmaMbeMkw6kYpnJ4uEUdiNGNJy7z/CdetCGicinw
G2JPKU7igrHYhURKY5LirUvUq4gUfEq5obISvufYUsupWpVx0KPzIVamk7IyQtGiHWLM/wCS
GoqujMvZ9r2+OE0zpo/3Sk0PvIajqLLGtB55OupVwnuKI8i/khy6bCS11Gnejk545rJyqK6o
LBL+8LJRWkdSMlDboJr6PvO9BN5SplprQnFQ8fxQPDLDJrF36o/Nh7R5EuxR/p0o9ycml1Iz
XPF0knBJPJfOf3iM/lXwTRF2aTt0LQ0S5h7k7UF20E/bxbSdVqJvFKdyvE9HFraWRmoZuyYa
ktep0P7NvMhKxME/aOH2gqVdNz7BzUtQonA42E35C2HdvoKWiqsQn3RMer9f2+I5IUx1KVXh
a3Q14o5XOWTokPk+XD6eXUSxctvQ/OfqWLrByzepHNKaVMs8ssM8MqpTEH5U48rdP2iL9CMR
JpyVTqXqUdySXYlWIalktcsKy/8AYZP261mi/mPQo4/VSLnoo9yJVNSMUnu7CTxprDNcptW3
+LITTd6ola+RjilqpOOGP/JHqilh/l5vFK9bEe5k831L0OOSxeS3QoxhPbUacxoUTpqQlPVH
QezIe9Ctz00RDb7lHEEpxGkEqrepXKq0qzYa13gr8NCXZHGIbsT/AFiVetVUfJWsS32lI9Tv
0k9NCI82LOiS03JShmXGRNt5PVP9eBm8qZRRdiV6Y6kzLZxwzaxd1NB+4n6cacsunqEsoybs
05sVbS1RH5frj6v4x5TRFKMluWTFXqQnXUmZMVi6q5wy+rUlPitiU66lHO6IxcdCHkk9yZTR
RHpXmevWjTIWKnW5yyh4xEJv+YxeMJRu6DyaTybuclSVSdx5LFw9lRr94xzahtVkuZZKUtGY
qJzTQ1ERoVt3ghOUtYPTVzUrToyHDW6qit0S3XSDXvA5uhRErqfTO7HR97E/1kJ12IipyfwK
0/oLeZepd+Y0nVeYvuPVWP1/CJqi1vA5cqKCmujRCaroicVXcmJKv4wiisjk2k9mZYPPj7eV
06XPRY4tTPQ/M4ViYHPwN2VQkqFUWGiVcqhOelB0uctiYsbJDxTlHF1Y9C0CaetkKaIhEPzT
IUdEUz4Lb9cj/wDRt/r/AGhJvkxy42RlmseTycz5kRK22IsvhJG+rJo31JdBpOeok69CIifM
em7IipeEyMS5WqWlhOw4JmtyP6iKNxcbjyG1KZGLo7kW+ZljSnREYq931Iy1sSonWGXhOpvJ
WI0HjruRNOpF1rSSIiLUMXnjGOKlPc4xQj3MqpF2TOgmmVqTjPc4xJ6nHQ3HE1PUp2G9kOJc
EqiV0PFTy6CzbyjucvbdnVa+Lexl7bo1ZPU45NJ9RNVVzRCeLpqS9R1hVaZjGlCWlJ6csXHc
aaeMUjsdBzHQ9LgpchnpcLYTWliL5Pbwo6alFYhKouS+4hf0i3JuxUq9dyiqrpVFi6aHPkmu
kmTvM/Ml70Kd2WjqymXki1CHUac0rUWw1io/pPVWNRJWhQiR5Y5RKsUjLzj/AFE8fJHLJNbI
m5DVOooS8iZjci+hRak6DiqdJJXmPZ6iyj0v8RR+Ysr4u6qc8XTwcXJt7iqsv9wud1reSs5Y
7ToVcZbMhORN26jxwVUcMr3g7+DzUY5VbcKpkrpalp6kZYqSYUPRDW5DcsiY+/8AeGkll9xL
utCaxqWuJ3ZGmVEQrLVFXD2Hlk5+ZConqOq8H7autX2Im/yKaFZSZEtt2IV3QS33Ppt21N2P
LK+iQoPVSHWSW0tSOX6NPCWPF2Y/yq9Bt4uLaktWoOaJVFD9LGsmqWODUz5j44virON0akZT
li9NT0OYv4PPCu6K4v7D1p4Na6HpyTQtf3aDl8e+pxjzPzGmsd9PHkkm8nx+WRLlN2RWUz+g
l5eRSsalE66lXCpMUHxck3J+QqUY8Y5bxUx6OY1Gtya+VTkq9Gep1gS+ZxoxtX6jvxbqx1e4
poo0oQ3Dm/8AuPTWKOf4ClX8SHSNilS0ktR94sdHQ5cobUVg4T6Jvp/4mmqMmZW0E+2/IjJO
N0dTHKd5RF3scW+NNhZYZStaRY/N9zGcM3xlPUWeDrrj4Q1I1jdubKg28Xli9UimLUdD6H3F
nnlDiIgWF418NjH/AK+P1YOcvgQyrppJ2IvsS5S+RRVW5X1EzbQZuxZusEJVyJadNdCJIeo6
10KO9BYuyJVsiTvUdb7kOpEdbGxGONeo5aSyUN/rkdqyL9rqV0+Bydn5jSulQ4aySspEmmU8
Lr/wvF6iWLTSc1IiGJKrY3k0oHhovcxy+WR7eWSjHcWWLp/4VjM55TCHk39Tn4+oTRUoNqrR
WjZMugmlK3Y9Wx7v4kOheehj7qXpWmorbmsl6nFXKPQnPKi8xxb5CaSceQlZ7C73LW2/3FXc
fXRk6HfYayd7NEqy1Yxe35tnFXOOticaIjH7RNN2tP8AuIadrycrQQ6tIs5Whr8C7IWVf0aE
kwe2k4TblTeDLDFw8rPqhe01yyX4jBOYek/ylHD1TJTlfo1cQRg53dSXOXmVVfiQqLQhYy12
JZRQlqR89S9UVfHo5/hHDlfMdn1dysQPjGOWjQk8qK6lnNOcUm35EpxBHyOTapoSrv4C/C1e
CkU2JaoUUbMapO+pLFjiiZqUb7DlQOKrdChlBpKsHJy9IRy4128joUVBcmlOsjSyVnqVaKuo
paJlT3F9zE8HL+4WLSaWpVfDwr4tpqLHt5KrTfz4mOWziXRGOcr1XS/hPzPbbbxrGlP7o8eK
fWNhZNY10a/lJ93Dj1R/+iT2kjBvN6wR7eKX7zHnnreBY4fQ1PUqon9fxHpl70K6WsTKkhu2
44qtIIiYGnjcjKfL/wCSMdd7FKvcrdiehKVR5clMNRqS6IcKm5T+oW76iWNVj9T2JxdZ3HL0
olchV0HBDo06dSp0LDm6sQlTcvMkNquw29egnlRbnOaTcsRqiJjJ6MpGUbHHJQcbdymM9hyS
tSqrBJyen6DREzWRqzVUY4NeluTD3NjhnjE0bkeeLeXK62Hxpi3SROdqwTlksE6t3OMvPJ6x
H8Q8smksnN5OKqlYnGuWNIFjXDNaXR6Wn8v5iW0fTPUaSj4HHJ1TJxfF643r++Qk8ceplXl/
aWo0nfcWLpvk3QeCapqOXLVfIVGleSMYhjm9iHSLEPQb1SoZY0XO9ZG8VUt3mng9C8yOajsl
uPiVpvqOkHpdd9DqJPyImNj8rlXcqvgTOuyJfxEJ5el46vqUy5KxCpsZNqrYm1CPShZZNRH3
C2mJ8U0X8jjk5za9KG4+Isvphz/CL2Ytr/mE8Lz9pz9yiQlhVKgvactupxw0VtRt3ZEV1P7J
m0qzqepVUTAssXRoiCKJDbq2PDK8UY4hpWcseLUQ9RrJwXlKlCE6LQl3GlWVBNkhRTWpemKG
7xoRaNqibUxUlqH0KKCl9xZPQc6aD21KLUrqPjbqN3bLwyXUmqOw3FWqFqzJGLhXIdhKIS1O
U3Gelw+wuTkvKvBxbtZE3aQvZx1v5H5XuWyE8fpmrJs0c8rdB/lpY4bO7/xCyz6JEYw3dGXt
x6olI4ZqqdRcEnknRMf5uHLT0tCftrLhl9eGS1f7OYskuLV0znkpdkitFsQqQLGJzj5Ddpdm
TjRb3Hg3LRPh0IR1HnjFatTH+oa/E13IVsiXtYvTYocZ8hNx4WlErUvGOomvtPUS6LSS0VG7
tiTUJqpCcCjU9QtCisTNNjfqUfxGr0I1IinU6o36FaQNvKJWrRdMbp0iTdtORNxy0Msug/dd
39K7iao069jL2ssvNbnG2/f6RYt+lu5XOEtRPDJtR0df7pG12LPFNxelYF7qfqVGiXocOSwi
qbOXue5jCouMWOKc4qzguVkWdYdpPzFd0/XiPLKVUlDVJjxhPlvFR44rllHkN+lL9f2h5Z5J
fAbxflQbZOmhrJW/yJWpBSlCF8WJJKUNtPqbbM3ixVroKbDO1iXVk2IckFNRxUqfeNrsTqN2
gsViO9TlWNiXl8j7xJuZuIjFQ3QWOOtxQvV9OP8AMZZXcfcOmtTH3cX6cpnv9Zx0MfZx3q/8
xjLq7GavCKfUht/TndbFKcdZHCmdRYvSsFXTZDb01PRWJMU3PnqLHa7McVXoetztGgslt95L
V7UHOKelDJ4UW9xrJcm/xWK22KUWpC1vIllrZDcOLyOFUpR2ErtEs1S7HCy3IjzErt3KVIaj
qyjl9BYtUJmiRKr5Fasbap3NY3KXJ0I0H03KUgj4sj5jbbf2DG3aSNFv/KQ3fcrQiX0EvmNt
pdx5JTlYxxiI07HBqFlQl2n7zqmmmZYtzxszL3X0gluUtyN9il+g8ckuWjY8U04fkUohqK7m
rZMxOUInGe5ETvQyyyhpUhjysk4RZscqnQa4ptJ8W10HjlSt9JOLtT9fqHaCtNqsay3FC7ST
qvMfttNtqC1CEuOssm73MVk+lOouOSruS1PW5XW0FFUp5m/TUhJJ7lftHNtimnhDLQiUpR/S
UocVVvUnKiK1TZOhCX/orqVdNh0uWkhz5nL5Cjz1EnZwcF5jezcPzMeNMvm2LL9quv6/iGo2
+w43naCtG7mv9QssZUDmo4psxu81nqZPO6JxTg5LGq1Fhk6qt4P2f1/skYRLu3X/AFnF/iq2
Qq4+Qml3HlkuOLtJ+XKW5PsZKHV4t6jx9xOdNTWew5vpQpV7Qzllg4RGGLncWWcE8fiyqsSs
oWzIf0J3IiyGmvTueq246wtWUzcieNetiUvmKijqWo9kNP7CY+Q3X4SUxb+X+oj3MeOP6/sn
DJW26lm2urHxxnKaC44uZqm5Hjli/Nan5kU2Gy9UeqGnqQrLUxeNSXVk5W0RMUZW63ObdXp3
MkvqdZFlDxeLlJoWOTiNjLHNwmRNoj4FX/QZZTLVLm6J3Ku5yVehCV/gcckou4OOGLh6nHFT
CsTi23rGgpXFxVkZY8sVbKCEnOqgb92fb9ukTSTh7OEpKjY3k8sJslTH/MJ/U90xfmrllq3c
cJt1vZHqzc7KIIWMtakZKZ0Jxx4wTbEoyE05LEtpd3A0m27Qhqa7EcZ2ZTFtPZCpB63x7ES3
PUopKYk4VpWdxcog9Tp8jsPJ6WHwxXL7hc1HYnHJPTwlpNnGFG2g5sPYfFyl5EX0KqE/pJtB
LbfQl9xrBV1giq6iSfm1IlbK9P4jlj6uw81lFYeheZ1Fira/rxHjClsb0QmlKdhPOidkcfZw
la5Wg5/9jNRsqD9cxRquRjh/1Z6uKUPzfe93g3dJfxciP+rGDTjJv1ZEehrR2Hh7uKcRLT3G
scFCvAlnl6VZWOPtpKKLLoRm03ox15VqrwerCi1kXuK2VfiTjZ6lat6jy4kzV/h1IVMLQVqX
fFaoa9vGdFk2Pk6CSTb3HllRRQiKMblcoN2bPYrcmzN+n6DW5Cba2RLUtixdjHFOEnLXbw6E
RQ43brJxf2ExCethwq6PqRlKjzKUXQpJilT9f7I8o2RCShXocsklHQ5S8nsiMk69OQ8PqWVv
Jibr9pstBZNppuOOo+ChOlVIuU5LRKlRY4JzZJ6DfuNcsqpbUFx9xY47Juo37vuStYOWUSu3
Kp/x5/l+0rK3+kn/AK+TeGX7L5T+8cfexblaqB55PJZZbDzwyfKYc3Z+V/2/bbyVmtifayeM
qYcQfSn5I5+0k07qSHR6CSyfGkKaQxYu6JY1k+La9JduL7C44uHroJ+4+6Q17eKxyaiYIeSP
U3k/kSsEvIhX8KaERDZDvuTAqDaXxG3bT9CqT7lcV8D/APPHvFScMYe5RFyYLTBJxdj0uI0G
9+p0IXmYt7nps7jf07sft+3m81MVpqPL/sZcV0r/AKB+77WXpW8yY8nPUrIll5IXHTuUEkp3
mKHNpPNVTIrHfQazymNKi9n/AK3o3y/+zn/2M5xd6/4foFjjXchZU0TUkOJx1SWP8JSW/sON
ncw9zCVnDWUmSxydF95+V7zlt+l9/wB0i6PV7faG9Tg8PQn6XNY/CQimt2e1jk3Fa9+ByeMz
Vy3qcfbxSxWxUvBElRQoWw3lZHpUl6vwna5sifCG/C5P6ETSBNSkrnJ/ScdCJfYrZWG5d7HQ
texDVCX5GEfTNfJnJ2VzhTDBVcbEf9fHlnjKeWVk/p+kbzyraFRFG2tmawRjEMTVc+tB5e9l
DX7OyH7cOMVKc3GlZnDH6ijgfPJrRu4/ewb9z3Goh/SNJ8cdERynV0OTh9ibOLjd0qQzZLRF
UnBk8aUFlrocc8qqtilSun3HCyTSKmPKfTsJaC6lfLwkXQ5eLehY9Otyh0N0cvgiLN0Fldyo
nUl4w5j9CVdE5PyRCt4Q7lKFLFbi6jyVDdsTtQ5e5nKVh+1hj+XhMSnXL8JCF7nuZRjP03n8
Ris/bWTdFCgXue37dXvpQ58MXk6KhjRN5uOxGFOV4E8XDhpi5Nuu5+bm3xeglir6snklFdSL
5dhzQcKh6YTSmqJ93Lk4sqEpvHZXOSqY37CSlSY4qi0+I+OTla2Jxpkrn5aVqT25Dzd+SNkW
p4ToRY3I0FrI3+zoLFIkVb3OGiFivMhFoS8JiyMvfzcwpgWLcJuh2c/oVKeMvQoyJJE0Ouhi
3DxytuLFL0ylA8oE8sU0quUZe+sMYT9OOlf2zJTHYvPG7ye48vcS4Y6YjzrwSoupj7dYxrL/
AMQ+OmjPUvmaJaJIT+TPS47Fc3S8uS8ktt9BTSdjnFc9fB4uYURU2Ru1qJPTYx40h36D9xYq
VSvYzxaXLK3GYJicspa8x5uiboQJFL+PQpQhUg44qr1G4sS3TYyS8hQoKO5CVWQrvUnLSokl
TWdhe17dKzl2Qnr1I/8AAlFJIajYnKvwKXR6oY21KWhK+p2RKolDkxTfHF0tchPinExqv2RJ
qkJCVkvw7ke1isOWt/8AUcZfHuLAnF9mZZe4/VoJ42Iyq/Mm0CjykeLdSF/QVVrkNdkLDhis
cVRDxyx48Vof8mCye5HBJd3/ADCXsp1ucWp+AlgtdWtz8n23HuOuTjcTyab+BjnkoXcWMKBM
pRk7ElSioRZEYjqXnccX3OTE9SMFUlucnQXJwxLVqF5+kTTnLJUFjNctxRXJpS/07+Gwm7HV
HJut2kRA6VOOSom1YtRkbWUlMnXqY+1nlyek2oUfdLuN5Oit3ZKUQpY8tNCcV6upDhdEKaoX
GCcrEY06lXL3KuEiV8SFV3lkN1+Q8moUNU7+FSYmdzlkodqUH+ThjnilMZP1Sl+0L3clGeS9
Wpr/AFHEqQx8VNrnJ2RBSxcieo30HN0RNWXoehUT11K4rshYpSnfclnDSb6mGKbok61szFZW
Pzs9qLv6jp4VKIsWLeMv4FSNx7E2FFB53TbcdzksqqqRFnuVrqc9VZKkFaidGvsHOMzZk2bG
r9RN1WhKp08Iu9iLaimxuvsgeT00IxXHqPfUS/slbEt06kKsapocU+BSsmxHIp8RoTZKKLwh
2JdkTYeOhCOQ/VCY8cXKdES/sG16mrEvyJaFlZL0/MxxVFrqQojoZZ34qYOTyeKtRlM8m31K
Jsai1/14jvTSRtSm6DxydlSSf/Xh6paEnYsKt7Dmr+I8cfqdVJNYdqUE1lG8D5Rk0ph1Gm4x
rO4lj6eV5p/hOONW9bjRVeUUNvId/ieqZdiKJMhXWpWrPVXaSMVx3ZLcr5G/Q+mj3GvcVIaT
oel00Fg2+KUxuQ8r3kXHKfJQPLk+iIy01K5eUn1KFtAnjVO8lDuRKlUuirl96HDFpKK6iSyh
6udP8Q2vcyiKfryEnk3O1f8AMTjm15nHnL2ZOahK8IyXG1U2cMF3ZF0riT+BlldxQbdZfzMs
2quI8GnVMa4wncXHPLGOp6fcvox+tLtMk/mtufKDjyUdimSi+T1Pyfw2nqUcF128IbKEOj1F
xdUOVLixLxSZ6G8epLnJu7ZDvpNP9JXyJpXS/wDqJvTQX5iUY6TxZ/xKFqpkovOT15LLEXCm
OrGm4f3FWmtBUnoiXjHcWWLqxTD7HpTaMceTeKVVqerGdnI5xbacO4uWNL1TEscr3mpxWVel
D1ZrHvJTKctjlk2ouelr4o/4nWKxU5ZJrejqytO9CUx5tJLsUTSWsUFldvoS2pJSq6Sh47qG
PjHJqH2Y+ELLLXYluWzjiqq57kOHZPuxZ8ZWtGJY5cEtFBKzc7nrVYvv/a8LFVBOniscXXJ1
7HLXYkVKEyT8hNQ5pQg0k8zHkuXP5HKLKR4pKJ+8pf5il/ApK+Rxxb5bEuuTGnCUXRDdBR6k
3YnLHy1IWMdBpY1E62mDG7da6CxdosOZppqKMUsVRXE+Kl3YknEN0HHFLWg1lhO0dD044pPS
snJ5wv7IpzfeTGXMfiOFsWicXVUlEcm5+BGeOO0oWOKSxhzuOksUVFLa7WPQm/1/slXZjWPx
J+1ktw3qJJROw4dXCqZvW5j7UwsnXyF7SqneB0MWm4TrJL00oOF9nhKy4paIplfcSyayV2fQ
PPJdUtIPzvP5javuRpsV+J0IskQvB7K5jmlZtLeoou4ROhEwP/0THxOSwjQ44LiVc01Epv0F
DpXSDjnjOT1JSpEiyqliKU5hS5Q4duqJyyj4fzFMVnOonwTVoJ4/l4+T/lMV7bfBp5OLSckq
u7Hjymu1hpa6m47GKouNE+xjm/TmqfAplyUTt4N6TqNtx0OU06UE5MIc9hJDdFFhVnkXKKhO
TlKp6orRInVmVPU20ulRZPdCaPy8U/Iq47pn1/Jl+S8yOSroOqnQSyb5CXKm0HGFkreR+Txp
H+49KoUx+RTCERV9CPcUCerHjhVpw1UWUy4mCxGPUq6ak41rVEKUka/EUr4lElu0hz9dkcvc
VNEzg7XQ0k+K1gcKVsxz6E7pUkTwc4x5/wCIhp9TWBtVmCHVdRPFTi+xim6urf8ACT+bkvMf
NurbWT1qQlVXIxSJy9Owq0yvcWSycJ1roLJVxauLJrFdlA8cdyZilupN0KDknDTZ6n6oqx6p
1RV+ZcSSrk0vmWilTjlVYtwh5Nwkh5OtXBLstyG+Pk/5RL2oTVXkqMSyyXJJUHlyVCcaJ2aJ
TruPPPJqGtSZpuNYVgq4epEqdy1CxGg8MaN3Zkslyi8npOSUayOtKRGpPQ450u6ihUfwJv0E
ljV2Q5t4yrqpDsVhTYWPuQ8XcT9vH0uLOhi8U9mroTSq7lVHQo04OmhTJfr+8KeOXw/mISxR
i89qawNTyxxdFshy5jyLRoLlVRXucbY2ElZX6nDHKMNpJd9ETrsyW67Iq3TQ9No0H1KKVuS1
X4HpUCi+uovcyXVfEamDL3Xej+PIb1bgWxCFWZuOFXoSrxXoJTRVnqLFqCUJXyyuhYyY5J1y
kzc1bJ8xcmSiTLJnory+pjeUJHJaHLUjJUOac7W1OGLmL/Emq41G8tdy9iCStkcsFR3PVQSe
lUugqKBKnUuck6dCasUKuxKxmezFy9qG75HJYv5fyiWNB518jKCYXWRKHEHK70R6oUjokt6E
KhzvOmhFFIyd6Q7CaUUiC3zKKklLaGOMUdZQ4X0qhF5Y42X8Rhhvlb/EfedNWKCBp21IxqKf
IX7wtoKCTosRT8S5WjIQ8Y8xrFTFn5CUwtRQPBY2JtkJuk1Q8Vd/iPzMso3ZCamKV/2nHFKX
rJi25ydGixBucZiRbXMXklyRjk1Dx1X/AMj4tIUuurE5lFiMUKXxIb5PqUUG8ENRsxZJTi7s
tQbbuNKFNi1Voco4uaIWSmFoJJ1v2E71HNtjlMu0MqJpUISgSbnoKFVIyxnsNt8nl0EtRNaS
vmJTbXY3nU3R28MtoElYxwTu7iryXwHWNSIkSV9UQepxuPjQctpsaZMy3oRyJalZK41m4biI
KPWCq0rBxWT45RNxYpzLjzOeeKhaupN6VJmmxKOosop0OLhZLUqoxf05LUaeb53xW5MvHLdP
+UWHuOVuylZsWG1VnpROTbyKuGKL6i5Iyx4pynHwOES1uT8rkLFRpUsm92SlGWpdz3JlnY9T
okNLu4FFhKILnKKJDbcMeWTpMiiqMsnSExTe7RGguuxf4nQhVIThO5GNjHuRjYr/AOx5RCRO
51OTdSl9kUUM9aoPjTYnFcnuJN6VQ/S+NIcGLhubrqQl/wChvKXiJ50xxrMiw9tpxoi9HcdY
xWpKaaEk1LY23CVWTMTsLHlRUScGWeSlKzj+I21GslX7T0L0fFHJvk9UJNE0xXUSVqyyxYSx
Usl0eo8ojN6oWfty255DcWmhtOpxmu4+KlPzLdjvc5avQ9TvpYUE62VRKO5Sm5liohMluJOU
PSGLGfqcPscpTk9PhuQ7bjgTv3KmzJim5TH5DxhpakNE67Ev0r4UJShbjaVDjCIY3jRk6wvi
VqmvsHklOKT7D5fVFuh+W1GCso2OHt0xyUPcV3O422k2ZYN0PR9PyObdvgY1vJVRsYrKuxl7
bSqnEdjLFKEiXMiwzoqwc/b180TldDwxrji38iLb9xtVKKh1ipN2VcDi9fsJ/FsVoSqpEYtO
blFDgdBKKbobyoxRdrwWbQ/bw8xpruYq6kSVqGGGD3mP7gkqjyatsKPgxTfUqTZXG3VpNfEl
3WhMQ/CGTE7Cbo50J1OjVEerYS0pREYJpug3lfQqojc4YY+t2Hnk6w1HVjcRkmZReIHKcbob
xmhlm6ZKzE3dukDVex0OT0VI3G8mm9NxpL4Dy+BVvsclRO5MJayI4PuppQft4tLPG/YrXLVo
jUUDlroVKE6CcUc/YZYzRPXYhQQ10LqVqJdCNNZ2Fp3KpQtSVQxSWtT8vH6mqHHHcWKpT1GK
S1RtCMsm3xbcDhCVJdFuTlDh7kxGPTc9LnLvoc1p8SUoWskrz8JdUTpYpfce+5H4j1Ks6HJR
xSrqZPC7tQhYtp2J97FNLR1Hl7WKTTql2F7ijml6e79Jjybb1mTFJy5qjLlhZX6jX1V7lKKL
HHRi436OSs3otRPXqNasWi6DbKS31JaqNxYai7IryOObppuc8H68aZEe3PNfVQ9eU5EMbuXK
OSo8fcVrDaVK66fhJSQliq9h76GMu6lscXJmvUjKmJikpJdIUsyh+t2cWQsmhpOr0FKiGoZn
k6UozdiapvoY63g4u7OguKqdCu/yKeSE7J3RV0Y1oKPp1JVdEctSiIi5y/Lr1bISSOg3koW7
G1aXGx0I9xwlaaHucGsoU0qRlZOonhZruTZMVKrQmIehE2ITUvU5Nco2PTSbojYe7sJOewnE
aCiU9y05dRP3KcrzSxOCSluq2Jii1G5KFWpKsifgel0+Jk+M5QcbVqtCFfc6K44X1W7EaK5G
KGkm9zFvGFox4zbQlucSlJ3JYstEYYJ0bcroj0jmyFk96ETXqUqyRJXsxQ4JmpF2iYY9Mp1K
0HG5y1L1/RiIxTqyXXocWqEqjVjLH3HCy+qEZZJxLorI4pKfuguVoJZOncpUWnejGs/pe5GD
+Lp/pKql6VItIrP+oU/1i4X0klqcutjF6u6MUobSRGSidl4UVUS7lKEXkpI8XXFqDKjmajxT
joTMyKG5VloUfcrDT1Qm0RZIfFzpKIn1MisdSEKdhp6TH+UmKdhwJqzr5wcmnQyyypMRsXkn
W6qQ9KkKpRVQsUqEpFSNUyCroRodCd/DjkpQ8cF9TaQsljN57HHcfK15QpcJbjhuvYlKNiVQ
S0RKVepOXwR6k+K+8/48fXOq/wBw02q7UHr2IxfxNXnadIOWV9xYy50dB+5jqcM77sq/hco3
XqNN1Ic0K66ExQlVKXPcTh1uVsem25q2ivwErdhZ5Wap/lM8JjJx8GKkYt0fmSvUiEquhgtK
/Iybsk2/IbVpcHbVkRT4nGiysmeh0dIIzxfdEJOdjyIep9kEysX1G8mp3kaTmVB3OL8KfAhX
FNheKeSUqzY8E45UkXHFN5z+vqG3j+Y2rRYlLir0LOtBTWdClUQ4WxS70R16ogjFa1Y8l9L3
ZSOpWkDmF1i5GCT8ifchRSBLGmNZWg8kqOqODZyQ3InrqVIxmBQhpX+Rk7Sk/kSitkemiSrJ
X6jFYqVNWVhJIz4ttTTsmbNCSyab0mD1Pl8z814pelQzJTDzTxUdSlY3HP2j40kUd5Pqy8ji
peT1JqnvY9WTyTvLOV1aClERiKVIoUIS1IcTqcdLGxKOmxRlclO0npfwEspabsT7Veu3+I5e
45a+mf8AaJOEnsNqiIxepOX9JOKjcbfkhN0IWv2kZYtvSjJft5PSiYsc8Hjs2hNKW9US0W8N
ytlMCT+m9yMcv+REZOUvtHBGxWp6aLsRch06kqzVz0upLImmqFCmtELL3YxzyrDvXj/KPFZR
llC+PI3kvXY9T01FC9WR7eKURik/gPBOVi6ryxIw12qRMktyloLGzpLG5poPLNaUlQRmpQlj
njjujji5XSxeH3JnyIaoSilCVcn8RUgVR8X6moknL1Moc1VognQhqdhtKE3RFHVrYU1PqvWx
M07WFxab3MVnDTd9iFGRsS9CmLfZDx/LdNZ/2kPFyuskY4vlN5sN1c2U/wC0l5XOK3OSsfmK
qahoWWDhNDUwb9ToRYrYeemKsSqIvyIimxj7rphjlMR+yT+GyRk3aaKRaI7jbcmKdeKmGtjL
LZGTWr7kauiFxyWb/ZSgxwefKjbpt/eEsXCdXQj6kJukHpUPcqqvUaxy8o/3FU4ewscpy6Dd
kjoT43hEPwi2xudf0JROTUGTydHbUhKNbC5YrjcmOKgc4pvfUblYpVkh+4sp2k+sSeVSmRMo
yhJvQyb10uTZ/Aqqv4jSRKscLMlpvHJI54q2nT6hZLUqU8M0kqpwNZnJJxrAlgm51F7eVM0n
bdjxVH+v4iaGhCJTqPN3eP3mWMw3RD26ilTLutCiK/Vv0KOWUqVoWeVdD6Ml5L+Y4y03q0Pi
1k+hBdSQ79CXZHHGfBy4HSNvBF/GHoKk7IjLJYYz+v0HD2k8mhNqFsLFS90Ux4462Z6nPT6i
3FK3U9WUp3UlFO5OXt07CWGKxavQURRyfSn2H7abxyTnyJfqyep6n5C+8hfEUX2E8qdbjweV
VuxNusQcLtP7ScqFF4Nbi9xKeKrHcaysoTn+8PFJYt2gaxpxVIIalspiqrYquxEJNHR/aJJR
QzWmLZRv5ja01R1WoneBtMo38SuT+J6UllM7DhTNiuLIxbxfQlurGhtkLVil3L+fmRK6eHXY
VKkpeCnWxlmkp3E25a8ymPSWdd0rE4qNm7ia9LV3JDdG6ohJLdkSoQk8W5d6pFFB9hLuZcfT
klROPV+6ZP3aQu37X7pm09dTjottStdbwWlDh8U6oiZFF9S8IhujVDHJtJujXmdCLeLTjZob
WKxSqZP2m0rSS65OlbsWTweL8xVhEqvYtofYir6Iz25PUnJV3keWLixEOupHJZPbUhJ1KMTy
8htuSIpoPfRo5ZV+0tC6j23Kbk5Vh0kTX03aL02KEdSRUqOhB2HxtqPio6s5ZONCjeWwoVdi
bR4LCqy6VROTFN3RLdnCLXe0nqVjhjjEazcy54y1+IjFVq15HLK+cvqkPYgncjKxSi3HNSJo
cXRrUXuNzNhR8CW4RKqtC3zORilZzNf3SrcVpYTVtzhp1bK5OugpdSLaIXQymyn7DJ2l2OOu
5DmnQcNp47oTST6oeNnp5ETOpeEyo2lJWhQvRiaqKkDT+IiCmhWBKx08OvhC+q1Tkmsm/kbt
7jrEjTU1uJFWkkPJN5KKIoqMXut/Q6roPN+rH5nfR3Hivq+luLErKkQu7FLrjeLCU1iDoSiF
R6zQrqYtuw7smRxRCxvJOThsoqLclaEM6DSccUNTENzAlep02YlMtmKsV0G3fYj9rKP4hWh1
Y8n9LWyGsU+lERySycSaPqJ5MeSqkKkFNKiiIRvSBw0xUoNii45UuzJouhGhRt7EFytChUpc
Si56vgenQcxUvU9FPijVzuz1VfkUViMqLKnxFn7b9Do1j/tIymd5Mk5l2fU4ZyoGk21puV7M
bSRWxR31IFt0ITZFkLjVOwuUc4pjsUbaXceWVERq606iSRCfkNt9kxzFGxRM7QdTlY9bnPRL
qTjKxpr/AJR55uuTbvoPHCuKbSfX+8S0rDWG1CMcZeNz/koiX2Q8RYY3dZseqS/HrDOUp46k
0SklVW4ovNjbK9iGqO5Kl6irHTQj5n9BSpYZFtjqiYJG7dyMFLISbbvcnN0VipBMnHCrZPuZ
JLox8f8Ake10c8sfJVOWH1PekHK61ZLfYlvQp9hSX23/ALpOnQh0W5UmpXTyG8knnoPLVkui
dZOKjLelhvHsRvqNtwlqZOG21QU63G24exFPvE88oSUsyzmkuF0IRjhi6JVjf1ENQnqYpO6q
ZY4qeUpb1IdKaXKXQuSaISUqxWmSsTli4e1SRcZaV7wJZKCjoiLHHHHljuVwtqLGIcamh0L0
J02FBXwdPMZ0ONkydTqS6Moyrh7DU03E3SNTily/tJ2kuUYnqbJaCSuiXpSBN0SsUoJzPREW
h7ka6FVJMwTpoLNvy7CxSqqDa1uxPVjSvuRlRifyMU/pltvy5Dayq9I/dNx44r1OjQ/hYT0T
VzilMnDFOlTHVxDL+Xg3eS33kulZKOVJGVyimeh9FFeNT6Y8yV5oXEbdGh0ndnOLaMq4WpH4
d/CCWylyW4RLaaZ95sy5Gpbt48nRbso52gamjvQqyvyJRPwFPwRTRHUnKqIS9O5SzHQS02KE
3I6GPt41ylx5iy96+SokLFdzluR5slMxXyOTmFfa2Q8fbqpjEqoaVUTceRy0Fk9DLJqkU+In
5wcqyKXW5CmWbbMrfco4Gm1QqXnVDrQbc9CtajmRqyIbvYjQjwkq/Im7PSiViWhk0a3EpUN9
yd9S/hI+KmGXjod/B1r2K/r/AIROKEu+hSKlb9SL7jldqkFCZN38ChsLJ3Tp8TF4OMsR/m+n
LREZWm2o82lOlSXZCypSxn7mV2qP/L/GLPFw05mDl7mSfK7gphyV7jy4RhvK3F7WT9f4u41m
1+W1eakYzGg57ENQiMVEUnoeqxDVDnm+MWk4+y11of8APlVxEIf5bWfQSyVdiruXJK+cET8T
ruJ/Et5k6EY1aOWpUopkrY7eCNilyGUHhTnnaSctRqqFNhx8z1URlxdFfr+6RgqLcqnPQWnc
+8t4NKhuVuhpKO7JStQSiaqnmWhbO4s8X6kqqRzNHK0OMUSrqenBubQL3PebW2K/iMv+vj+F
RStniKv07tCmrQq6VMsE2m61iP2jni9ZIyp1EsWs+mpyVG6tSRFtR8qJEvKvdE+1l+b7llir
CxzWOOOiS/mOWbtapRpzesnJKVsLNQmaUOh6RtM3KqiIihEMhmxahsUsQ35D38FCSjVk5OV0
J3LEGPut1VkzGnHjdDaPvO5YaeulyZ8inxJSmCtFsTipFr0sbMcKWybPuS3AnFEYtVlpfMWl
JWpEVVyMnxdpWxTKZJT71OHtRlOuxllllXKXRbn1WZxSlOpyx9TiisPljDQuWKhENPGdSccp
ixDjjqx8MXntWCF7SXnP8I26C6VK1SKUew0cciLJanXTzHy8iHbc446ik6FNDloSS9Cltzbw
2R6n3gTTozk2J5KEnRChUihOxOXkcVitz1X1KX6FX8SHHkclSB5NqlESzpuOO0kMj4HppvqR
M5K5DsUVdDZIWwtIqYqG5E1KexFB4p+Re5ObnLK0DWLhJRBy1W1i0ihVJTgo1HnIq2pUdXLs
hqJbsROKXep63TzEuUq1DqTNdh4kuIoL1KVW4sptoS7FJb6DeOqqh+liTldxRUc2OlypYp47
jlQ95KWQvnIpot+pSxD1F6o4zA65c8bonFvltuKVGP3lCI6wRk+xwX951oRMrQ+04rXcopZW
j2KKPmdRp3ZKrGpYUH9A5+nGg1i6u6Iio3lVuhHtqY3FzcRaEJpSWPVfRkJwmhJ2FknW8FXc
ouwppB6fOfB5pNM2YllXa38Jk4nJVWlRvJXOUw+sCU0tEJ/6BJxilpuXSaGspLudEKV6VViS
kVJRaloOn6MYZKjshQvXSUSbmi2HJ/QQzmqLKmRXJCiHjurnJJxuPLJzlsti8PSGOXR/E1vd
nV6kz8fChdG5JR06W8IKDxWKeTcuexymM1ceuSvCIri1pqQnM9B6kWSZMSmJrXY43joVaJSU
zBWKiqiU76CV9ymlyLvVDyhzoLLPJpdx1mRpqDaaqDlj6lf9cBLi+riCXRjeVdCrqrEtdIJW
Mij4M+43N/CpA25bep+YnyS8n/hE9Mr1sImZ6E1cnJ+kfFS+4sHTF1pUeM1eollXHZjw402G
1jRRNf5h0poVuVsKENa/cUoUN+iRWi7HKy7/AMJFI+RVwLbc44vzJhqtaHpc7jlRk9RPHN5Z
vpZnLJ63geKo3oZ4zLWVPicWrvsUxhDd+oqU+Z1FKciSUt2Zy4qlEpv+HlyK+35z/tPVKnzG
8M1OzKOZJyfY9TovM435a7CxasNNQbJFGh40ndI++Su5epLqSdPGPn4UfwHybaHhjO3Qr7nH
arK5ZZLVHHDGNpg/LwaSVWyIrvqQrrWzJdanGKGXCW1eaQNZ/U+pVwU9T30EmnvRkzCHxq9y
Hcjl9xKTg36EfBQUodFuRaLIdR4TLnuOHxZTKOopaaTqWlLQeT8tzPLRttRerKyQ2+hNl1N2
tUTilCrW5VxNajyWVlSpTJpNbkLP4sbbTWkNkuz2JrC7lHJ68Y6FFElfifbBSxFUUczuepVH
BL1Pt8On6FLHQ9DjexeMuhduNLH0x3E0oWrJSvd+EpQ9GiMnOOjSIdHoxu+OShvqJzyb0fQt
JVRNpLqSHV6IpCOWpJsnY9Ju+xDJxt+v7JZ5dCUvS9CVjSn2ksbahLU6aEfhdxpN9B256DbX
p0E7dxw7n9JDKeQkqrUaSlqyIaaexGVlv4U9W6hH0R0PVhL0uS1xSNu5XVEW1JbmStlqNbkM
VKE6aF6GxOpHj12I+Phbwgqf0nHJLE3gl6aENXMa0e9zfvUvL2VCxRLuS6zohJU7lKiivQlr
iilVvqVZCp9pK8xKHOkDTU49Tjm1i1EE8k10GtFqUZX+gma9yMk60Zy9uuKtuQyprXUiZa1Y
3JKqcorvBWi6FV28JV+pLVFsKi8yvcou/hSpER0grR6tkysuqIlPchKmhEMqVKa6nUqrHJHJ
u+hHh38O1/DkqPoS6zSZIVyHcxi6sTGu5PGpb5kRYq4S1uOHyS1sKDroyG1KsNOkbFW0VuKh
PwR6tTl7efHpA/a2pK6GObu7ktFMuK7HJ1WOrIxxkh6j6eEXR6ddyUKaplbbEIvEECbrNSE9
K6EWnwpXp4REQTlHwLUfkJe3k8Y0H7c1pXuY4ty0qsg+8gkVaGxBG3hQiB/I6+EKjK/Utf5j
k1VWeLg5TMX3FlXsyCml5Fi9diVYWON0vVI8LZdERgo6u5OXyKOIoUo1fch33JmrOLfUjYU3
dnB22MslilnH1RU/L0nUlqWrGWLx5PTZFf6joNQU+ZJC1OxC81YrpY6PwcxHzFTw3ZV1Z9gl
uXqTFVcrJCotDuKVXchHUqTqitiLrQr4X7lCtxUg7a+HQ6FVRnF1HKhtTBCpsv8A6HLhCV5O
WpDPTbUWaqnMrqJ6dSsU2Hj7ib4/r+EnF+rREZKHG5LVhwoOTqicVDvBC8x+3ozg1EZKpF02
TjfK5LuW7HUaxpkr9iZKK2pSoy5NG9iVjXWpTzuJTciJNxaiyb1LKFYU0bHHhEF6Dn4komfU
VJ0JV/0GoK6FNSWxog6Hc6or9W4vcbcWSZPzO5i3ZiS+ljzWtzlo1Q4fIm86EqzG9DljpRE5
/UUdWPGLamM61gTVFYhWaqUdYMvcS9V56o/KySa3ErQSnJQawXLJbj5Vyzv0I1Q8TjENFaEK
nUq5y3Js14chPqVcp6lrEO2hDo1Zlk/uIWt5sepXJWupCK3JijuTp4K0ioR4THh0OxGnhHz8
KaFbEq2Q01NLshWEplvpT/UREshqOhDRzTlfD+6SrrSxXTUSS7saV5Gst2kctCvkNdYZG2os
VXfSpGSXQ28yG5RyyVdzirMawxtrI+byWjSI9vCMX+LJ1ObbyyerHuRFNyjIkS+Y4FypsJxc
jzJdU7F6MlVRbUodCYiNi/Jak4ZPsyclDdiWIj5kFblC1dypBLsitloemi1Jd9B5ZOehQ6kb
nQhE5OxKrNq2G8nKISrlqzi3VK6KuWLGbuKDd2tX1OKVRQ4eskNy4qfm/hehxxydNz/k8oqP
Zn5ao4rBS7PVdbCimTSK2EkjehU5PBN9kLikuiHBX6yHqObnUl2WgutkObkMoJbiWRCpJE1I
uJauw3hTJjyyylxYxzzxXNTLJx0oQyLkEj6Fy9SSZOCrP4Ucs7vTb94nFccVfqVslMfoRY38
XjNVY4qVlMtb/wCI5qZSiIGstFqKH6StcVZMoqCbUt3KVnYlKMh45221PRPc4+9hziziBZYt
Kfwp1JdXkyMWluxvLLU/Mmzov8vpJyo+p2K30GRKJdidxlUVajYh1GnYUqJ1IjvOv7pUp9RL
ob1PT8itOpam5K3GmripU5YNvpBFUpmGiWr6l6rUj8W/hGolqS/gS1Qm+WiObXqeulTlk6Xj
c6eCZSqKa+HUc0I08OcTlEE27D40o6mSbcK7FjVKLi5OZkl2sh8tJSIXSUTMMh/1kZVWhOCi
dBe3lR/0lPIh5S50OTdcbL/UY+0sU09RcRZKjG01S5DVyq6aib1L/AmqROqOruSW7E0TVzqV
syNGU3Ohee5x8kRI403FKJu9ROKiJJ0IXx8IHokJOuxyzig824wbp0OMen9ogsIrr49zp4vJ
TXRjT7jSvko+I4q3VibXqyuyJdNULGaakpT0Ja8u5L+nchen5kpfeUSndjbUzrBxdkx44uK1
ZGUtXFkvpocUkLP3MpyddkjGXM6FP6jddBpkJeYqjc0Y00JpFKKRrmRV49SUxt6Fa6if2EUc
CkT6jqeoeqenYiKXFrsUIIK28HVRsPJuUt1Jy9yiulqNZfTohbLwb8jsVoKCnh0JfkQxN2Hk
qRQ4ZVUTGlRJWb0MVeg1psNxJGyIVGtRS5WVUl3FEwRZFajWK4rFOrGm2SoFyri9GXtWlh5Z
KX2RyeTdoSdEZQzi6smIRGu49z8vJPaTyI13K1KSNkOzKqESJqV2uQqdjWupVyyVVWKImCXS
CrvsQiUcjft4TQ/MdHdDnSyE253kWUROgo10EWcdjudCpQrrodChDFLkrSNWTHKdVsNJRjZC
S1rI5ujjNDJpxNxPKWmpRx0xoiYr4OftIaoN4ZTrAsmmJXSusT1LLHaRvDOmw1k5U2sJK5zy
ctWQ1NlJMVJ0KqXuRoyrgoqaEkKWyvkXovCvw8KTWg3jVkOjNV1HaRNtMl+RRlLkQbFStYdh
+2kl9pCXmJtTS2giE/IS8xIycRxbUlytX4VFuNaDKo/KS9Luyilv7DF43mosneBN23OTbjSI
PcoomxjljdJeQ29zSCbSctTvoVcMhqxySd61EkqaFClepWG5sLHjCbvU5OrY+KcENUOVihM3
pB0GlcnXYqTfuPQnyOpDVNynkS1Yj4i73OKrI3todyNjyuWJkgbSrubt3KKehDpoS7ohujH0
RLUQTotDsUZQjSskLuSxtauEPKsjbcQmQrzHkYKLpScHZ1SF7eSmLOf9plliomsEtdzLjTIS
eVdR4xMF46E7k4ZOIsTBjlk5yegl1Jbq7IfXQ5p2uhK8EfIagmym418yLJFqETQnUaiCqKXF
N2WIiFqdRPYopZKVyqJ1NuhU6bERQhFxtW3LlLjToJsqyrJkXqvobNWFVksmajcxNByUqJ41
fL5QVX7xxxoVxTb+4WOyt2Fli4e4mm6qvc9vNLk6y9RJpJwj965eEcsn9Qn8SJoXohzim+xN
u1BYty1qcm241G8lQtc4qwn9pJBk4q1QnJXtJYhHY6aEV61Op1gl0YqRJeUirl7DpQcQylVs
xUpsRMFfqJ10J/DtoTFTdEXWxRQSrlXU2SN51KUF0KVgl1G5sLXoVoj7GN67jr6YI6iywUdi
q+4Y6USuZS5WyHRutHshJ2ISorE2ZESQ3axCrlsKabocuOheg8YtZHBvjkt9Be17rSmk+Q4s
tBQytepDaL0sRRi5wxLFUhVRMWFS9yY8x0gtLO2p2HNTcvVG5OuqLRJV+R01E0oRQ6oiPGSd
OpTwhOjEtCDY6l7D08IihGiHLhaj0FOtBbSYpO403RjxVjJRrYyWcw3Jew/tJVWUcNeGU1c0
7CbpJ2NxY5LzMvexlSqpaR6RZYQ8ldbmXturwpLuxp0ZRyctWSrpnJqovsFIptKJijZWyscY
poPoSPqclZFV2JWpxdtyBPXQitSPhJDp0IVES9aok2RVwhU8K2KXI6nRkM9TgcU2Yl1O5FhO
7ZLvBGVkUIbuRfYlXMa1d0Omp6sZ6/ric/bUzoJNQ7kMUMjXcU22JaGmkREinSwktXcyxdsl
DHip4qqdqEY73m5y31Fq3qVIdIEtx1tocU9bkbEz5F5m7K23L6jWiKqaUOn9R2Gm67Mbmmx1
Q3sSxtaWYoGnj1FShIloU1HCqWGthxfREtV17loRKsbwRoiVoQ7u3hLqRFdCfiU1J10FyvqR
ZQepyj02nQ4qjIXmJuYdF5F4SJ10Oha50IiWitGRNTHco6EpetKEzZp10ME6yqjUIgr2Kk6b
lHUxyq27ySyFciaIXUaWlyNS00oKKbkob1LFaLoUIZKuU+ojKv8ASco8Ia9R/aIdIuPLJE2Y
mScSlyollRt0JajaSfiem3U2ISllqnpcn2m61Nk7Dy4tpKnc+lqOg5xdRNKz33JiOpWjKFLI
l17FXDKnUqyjsKfiJqzq0JJwOHWbaksay1uQvp0IToXiDdIzbrjpBKdSVV6kQPk7j/aHoem/
QVI62LdxJ6ihr4lLl6rQlU3Jimg01UgqLcte5EQNsipQqW8I0LVVu4uQ9SNix1ZBKIY0tStU
hJNpETfUrDEklXc6j3vUiBqyQ2tDfwXQbmvi2rjeq3OSu3Mku61HDoSVsQ3EDWI0XqeqFBOT
FWY2KnSCU6ojLQh2K0G1c2bJRN1rJsnsQ9LPU4z6ZP/Z</binary>
 <binary id="i_048.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RRIRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDgAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfmgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAATDgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AM24kOdMjXvwEIXubrIdPM+CNdEk
B0GTodVWl7naifE+HZJTOtlrhMhrQZkjw+Kma4IbO4+R4UKXukgE6TCssZOjfpHQOgz+7DUl
I/QEgHk8jnREDGToIgd/FX8bo3Ust4azHsawcvtaWNEeZhzv7CMPqr11zyBUwCYDjayI/ejd
u2pKcsNbH0ZHgQouLDAkbomFO6q+i+yi5pbZU4ssaezm8+785V7tXDtI1CSkuxke0jy90/xU
NoJiQPJDaW7gXGIgHunJaJHPgElJQxjSTI8/iVZxgPVbAloiWxP5VTDdwB7+ErQrdFYn6JOp
B0SUlc8sgNGms6dh+aiF2jWt0kAkcIDzrPHnMIzZEDmACkp//9DLuJ3FyFJ1I8NFYyWuMkdp
/FVo+kZlv5wPb4JKS0NlxJEE6fD4Lq/q3iY9FjL3Q7ItH6FvOwH87X/CbP8ACLkGvLfcAJBm
fgtrJ6m/pmELGP2X27aqR+60D/zr+wkp7DKzQ2q4UWMfkVabXGQHfuPhUbOo5ebgXOqofRZW
/wBC2vk+o0t9Xa9n062Kj0HIH2LFyMlpDrqzaWVsc4l0vcAxjA57nvrbvWq/LudgfaMbp7yQ
8llFzhU6He/7Ra1nqv22uf8Azf8APJKeR6g6l+R6cn7QNzbd3Jc0w5+7/vio3AkSe2k+c9lf
zcd9fWc222A4vPtbo3WHTH/RVTJkBxA1HzhJTVefadYnTRJrtBPt8PJIDcPAdj2CgGkaRoOJ
SU2G7pHY9/gjh8gACN2o7KuwcbRrHxH3orXwQRqQOfHzckptNn2biD2B5Plr+arVbTuAn6PB
PBCptMQTGngrNLh7SOP9qSn/0c6/dvcD8o+9BIMlp13QQR5Irhq6TAlO1pkNAkzwPP8AdSU1
3NgQ7SJEjVa3Ta6c4sx3AMLmvEEAhzmNB2M9Tcz3s3/8IrXTfqwXv9fq7jj1A+3Haf0r/L2/
zDf+mtLqlmTQcLFx6Dh9J3hznsYC3cDLWP8A9H+9v/wiSkPSurW41RxBWXMqHpbSPowdN/8A
I2rWyM9uM6p+RfRjVPa0urIebxA2udUyn2/S9vuWTd1IY+W/J9FraSWvc6JZ4SA36Ktt6v0T
7QMhxFl5PqVucNwaex3f4L6XtSUxf0AdTdbfRkFrxtA3NOx8Db6ktPqe9YXVOl5nTLhTkj2u
1rtbJrf/AFHRu3M/0b/euvrxKn77r7RQ+0hwYHAR4HYXe3cntx6X12Y2Tb9sx31PeGkztLI9
/Ltr/wDRvSU+cPrcCNv0Of8AYnFcjXTxlbz+mfZo3AuqsBLH9i0aOb/XZuVW3Dbtlsg8ER+C
SnPY32we3PwCIBqS4CJkCUUUOrnTkDTie6i8bS7g6Rr3/kpKSVkjU6u4H3KxS4kCPDj/AF9q
rBoAgguHj5f+SR6HNcIDpIMkREapKf/SpXAOe54AaCfotEAfyWt/dXR9E6dVj1jIyHNa4jc5
55DT9FlYVXC6Ubptf9BpABjQNn3Pd/KW36NdlQh7ceSPSL+HR+62fotSU2MZ7XN30+nUDMOf
q4gd/cU199NDTffles9n0GNPLvzR7JWXnZTm5tTcixr3UuaLWj6IHMs2D89VB1Ca7nYlbXN3
wyx07Wn/AIPT3JKQ3/o7Huxq3+8l32duoDj9J1Jdt2sf+fVYgHBzsy2trKzh428W2B4G55b9
H1G/Rf8A8Gxn/XFqDJvJHp1a9zqZ+P0URreoO00YDyYBSUoYlZBc90k94AKl6lbBa3HaDfcP
QbOpG4y76P8AwbN6rZdXo1kveXWOIa0jsT+dud+4sd2S85NmCzJGPU9wqyMkkzSyGWX3F3+m
y97MZn7n9tJT0mW2mzpgppcLHVfpW293O+hY1p+j7vo/9bWPZbZXW6sgtJjn+E/vLTxzRU1p
DH04oaG41Q1tcWiK92/21Mc1v5/6TYiZtQz72NvsrxrQ2WgH2saB/NPd9J7klPPkzM8zpKr2
scHmInTQrQsxH1OcHDQGDYOO+3/VypWtJcNdePiP3klIm8S2XCY1gRHbWFbogxrpp4obGNEb
e3Y68o9DdQJ4kmUlP//T6u7KxaqXhwcaBA2sbvfY78xlTP3nO+gsjMyOrWWHGx2DHeIeceoN
uuED/C3O/RU/y1abmjFeL/TFr26VTpBI27mlZN3VLsVjsek++0yaGgS6eNfzKm/8I5JSSvpm
U5gY64G5xmyTMb9GMmsNZvb/AMErrOn5VTmVVU+pVj6AVuaWl/0tz3M/O/OQXZoxukHKvcRk
VuFYpqAFbDYQPVc538/a9v59jv8Aiq60DH+t2S+1mFh4jKq2e3c55Lnee6Ntb7P+Eakpv2U9
T0e9vpDiIJj79yian7S7JvAaNdZ0H/RVrD6vT1Bz2NPp5Nf0qXHUGP7P0vzH/QRs3ErtoDci
w0cRaS1pBH8p36JySnlr7biy3OyJYwH0sap55cTt+h+a3Z+k/qKphY2I7pLH5DSci57rBY0l
r/c76c/utrYz2K3m4rchod64yqtzqmWQWkmNtjXVv93q7Po/4NQcWitrg0w32hrROoDm/mpK
Z19Rda7bnWHZht9Wx7ATvYPa2W/v7v51i2ui1m71eoZrfSreAaMcD9K5jjuZdkWf4N1n5lP+
jXOX1erW24VHfW6WgiCWQPVZp9LdWPoLa6b1irLNWI7dZa977HtqIl39b/CUsbUxn02JKdjL
Y3JxH0OwTXXZDmvb9MEfzdjdrfcudzem5mE8faKiA8ex8e0jtrrtf/IV3rn1mtx9lHT3BmVa
4tdez3soaB+kaz/uRmub9FtnsrVvpmH0PPwwMW+97xtfbZZa57y4T77d3s/k7GsYkp5wENBj
UcFXKQ2GnXd5aouRhirJezeHPrg6cOE/S1Sa4CvUH3Qfj4R/ZSU//9QN19+8OZYWkaNafc2P
GCqjcrIqc6wuYSTq6DMD/pK1cwAj7gT4rPeQ4WuaNJgE+SSm96l/V7GdNlldd97DaWyCB2Pu
+ku2dg9FxMX9nenVVXYNoYdHun2te63+c3bv8I5cD0S70+osgbnFjywHguA3NauowacbNxrL
cux1t1kbifP2ua7+V+7+Ykpyup4LsJ7q8hpsYBFF8EOA/OZ6jfc17Hfmf9cVC6zIyt2+x1tb
K9gLy4uMtrrbz7PV3V2f1/31v3s6nbjWUWtFrGg1HdqQWfzdn730W+165ll7ntDRV3EkDmJ0
2/NJTexLmtf9nDZrDjYSdIcGu+j/ACdpV57CGs7tJDgWzqBM/RWDkPuttY50UhvgYkxDRuXS
YFtP2X7XY708drJsc/QMjRzXOSU0sq5mK3cZstfJqbw0Hw3fNZV+LOW0tcasqwb7H0+wSZds
a1v5u1qL1POGdlNdQCMdgApDhtP8uzZ+bvf/AOe0C20vte5ph5AraeYLvpuH8mulqSlnMffl
Ndl2OFe0Nx62Da5zSfpO2fvv/wAIuu+rONTjYVtlTNjrbIaSSTtr7+76O6wrmMHIGTkAPBGw
Q0xJLWx+d+ZuWjT1LLxcet7Hj1PtYbbS73O9Fw2tEfyHH+cSU38raLvUbMkEunuPaz/q1FpE
NDoIEe0J+o3PGU/Ga0Bvq7GgDgAVlz3fvWPf7UJte0CZBBkjvJ0SU//VBkaNcfpFoc+O+iqU
1xiu9oLnD3nkDxKs5m41vjw0I5gH3N/zUC9hGLWwGNwD3xyS73N/zWpKa+KS3NrePaQNwjmN
Xblu9Fyciy52PU4VCz+ctPgdP5Sxi0V0G9n88wfQdqCzg7v3f7KNgusZmVVvaWGz9Ge4g6/9
JJTvvfk1272ZbXljgy1hMyJ/le3+2udyPUovsrbDa2uLTIg6HjVa92V0UXfZvtjG5RPplpJg
O+htf7djFj9UrublPpJ2ua8gujXe07HO/tQkpz8i43WMB9rKpc6TOnLlabn5D+n/AGc/0d1m
9jTrq7Te796z/wA9qtdQQK2NP84SX9z/AFSrLw1tTWBvJkQeCPzv5SSmJaK3VtPEDk9moLPU
sBZWC4iTYRrq76UT/wAHtYjZH0m2DUAaHkaf6/RRDTlYrTlkenVYJbA+gG/6TT2vckpJU+8s
b9kaajUNpqdBLtE+VnAvreKzXaPa506OAIMcfvoWAzLYPWjeHu3lvJk/c5Fzb3WvZvZtDC0g
DWTvB27tElPRMwntcbLnG68mQO1e4CdnDnO9v03fmKWwmWlpDuDPKs0j3Fzu518Uayh1tlcR
qdXd4HtSU//Wpk7nGSYOmhQqX+p6jTy6I/s/o0oeHGBoD25UC7KxnMymA7Q4E+HzSU2SwW1j
TVsgg+B9r27lFj/SdW22TbU5rqnHUOaCHNDv5TP+oTVvrybgayaX2GdsSC7+t/KR68Zz2uFj
azoQQ7kGPBJTl9ZxBZ1PJFYG293rNI8HiXsifzHolmZbkCo5Wt1TGscSNXFoDfU/lvezbuWp
gYlbc9pvIua9oBJgjcR+jDgP6qP1fptIJyawWPe4k7eCIg/1XsSU860F19mm13ZvwVhzHWNa
0HTuTpok+l9lxuYWw0CSZAnuo1Pt9R26C1vMnVw5iv8A0e7+Ukp0MDp4vc264wGFpayNHOHj
+a7+SxWPrC6w9MbUwGDYwP8Ah+7t/lOWNW+5pYyqyyoOIaYskAu9vtZ+atC/Az21u9XKD6tA
0EvOoOh2vSU1sa99J2mXNnVp5/8AJblbwmtzOoNMBtNDBYSY1JO1g1+iq7W+s805DvRyWGCW
x7vv/OctTpnT6avVsc3cbCBL9dG/+ZJKdahwslocC4ETtg8/5yv1EtfUNpfrG4RIn85zVnV1
1hrgysOjhohv/SVzCte/V7SxzTG06nT87ckp/9cIr95A0nurOMxpsY14lgDtD3+khvFAJ22B
7h4A+Pb/AMknIyYmusnbruHh4pKRtBxWA0+/QGDEA/S5Vc5Ga19tjq9XHcQCJJPeT+8pHJkm
rlwIkNBJnsrnTcO31vtF+NbZWDt4OkD6ev0tqSmqC+D6bWs2EPAL4LzLd8PIbutWnmdRwndO
sa82Nv3QxvpuDt7vou9w9LY137r1dy8FluO+quthc8AtBETqD/1Kzg66uj0Li5kbQ8AxqD7d
39ZJTnGsN212nZZAJa3gz4K0MTH9P2sboJh2uvflVcq+xl/pV1faLgxtjyIY1hcfa7c76DXt
V7FbluoY69jQ8nUDTT83ukpt0Y1LamwxrSNdGjWFldVuyMfqdZIddiiuH1M1LXEn9LDo/qra
YxwawRIPf4rKzCH9Qu3Q1jWt1cdAPpe5JTPAZiZd5L6w47Q5peBM/R+itX0iBAiD+VZPT7cM
WtyKNfRe6t7IhwrsPts9N36TZr+6tvYNwSUvj1kbtOfmr1IHMHnhArqY5o9Qd5BBLSD/AFmw
rbGgGAOUlP8A/9DpqunYdP8AN0MGnMSfvfuR/TDWw0QO8DtwVPQBSMRB7JKadePRUf0VTa51
lrYMp2Nc4ayQDzCP6lQmTP4pF7Z9v0fA6JKRuq0H5Vm5+M66RpvbqDxPjWtM2e0iB3iVUe2d
J1PJnlJTitx6bMu3fDfVdue1xAOn5pn4InU+o4WC3bc4WXPH6PFZ7nvP5rPTb9Fm7856v2U1
WNAsYywcQ8Bw/wCko19NxKiTTRXU4nduAG6eJ3fSSU1cK3P+xsObtF7zvewfmA8V/wBhVbqW
3X3BwDtz2vA8doG0rUdT7YdMqtZRbV+kxA11katsG4T2e33Vu3f9cSUth49tduoJa5vuLgNA
NfBabQ2Bs47eELKpv66+wtvFTap0AYWfOfVsWjSHNaGEyWgCYifNJTdrI+JKLu26u4VRrncz
KmbdIOknhJT/AP/Z/+0cdlBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAA
Aq4AADhCSU0EJQAAAAAAEPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAA
AAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAA
AABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEA
AAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1
BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWls
dGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRP
dXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29s
AAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAA
AAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAA
AwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJA
b+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2Vu
dW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRp
bmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcA
AAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhC
SU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhC
SU0EDQAAAAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhC
SU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2Zm
AAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklN
A/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////
//////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEA
OEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAA
AAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB+QAAAAUAaQBfADAAMgA3
AAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH5AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2Jq
YwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAA
AEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfkAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAA
AQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAA
AAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlw
ZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0
MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAA
AAAAUmdodGxvbmcAAAH5AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAA
TXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJv
b2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhv
cnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWdu
AAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAA
AE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJv
dHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAM
AAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAADOEJJTQQMAAAAABMq
AAAAAQAAAHAAAACgAAABUAAA0gAAABMOABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUA
ZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB/90A
BAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAAB
AAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMk
FVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSV
xNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQAC
EQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1Sj
F2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH
/9oADAMBAAIRAxEAPwDNuJDnTI178BCF7m6yHTzPgjXRJAdBk6HVVpe52onxPh2SUzrZa4TI
a0GZI8PipmuCGzuPkeFCl7pIBOkwrLGTo36R0DoM/uw1JSP0BIB5PI50RAxk6CIHfxV/G6N1
LLeGsx7GsHL7WljRHmYc7+wjD6q9dc8gVMAmA42siP3o3btqSnLDWx9GR4EKLiwwJG6JhTuq
vovsouaW2VOLLGns5vPu/OVe7Vw7SNQkpLsZHtI8vdP8VDaCYkDyQ2lu4FxiIB7pyWiRz4BJ
SUMY0kyPP4lWcYD1WwJaIlsT+VUw3cAe/hK0K3RWJ+iTqQdElJXPLIDRprOnYfmohdo1rdJA
JHCA86zx5zCM2RA5gApKf//Qy7idxchSdSPDRWMlrjJHafxVaPpGZb+cD2+CSktDZcSRBOnw
+C6v6t4mPRYy90OyLR+hbzsB/O1/wmz/AAi5Bry33ACQZn4Layepv6ZhCxj9l9u2qkfutA/8
6/sJKewys0NquFFjH5FWm1xkB37j4VGzqOXm4FzqqH0WVv8AQtr5PqNLfV2vZ9Otio9ByB9i
xcjJaQ66s2llbHOJdL3AMYwOe576271qvy7nYH2jG6e8kPJZRc4VOh3v+0WtZ6r9trn/AM3/
ADySnkeoOpfkenJ+0Dc23dyXNMOfu/74qNwJEntpPnPZX83HfX1nNttgOLz7W6N1h0x/0VUy
ZAcQNR84SU1Xn2nWJ00Sa7QT7fDySA3DwHY9goBpGkaDiUlNhu6R2Pf4I4fIAAjdqOyrsHG0
ax8R96K18EEakDnx83JKbTZ9m4g9geT5a/mq1W07gJ+jwTwQqbTEExp4KzS4e0jj/akp/9HO
v3b3A/KPvQSDJadd0EEeSK4aukwJTtaZDQJM8Dz/AHUlNdzYEO0iRI1Wt02unOLMdwDC5rxB
AIc5jQdjPU3M97N//CK1036sF7/X6u449QPtx2n9K/y9v8w3/prS6pZk0HCxceg4fSd4c57G
At3Ay1j/APR/vb/8IkpD0rq1uNUcQVlzKh6W0j6MHTf/ACNq1sjPbjOqfkX0Y1T2tLqyHm8Q
NrnVMp9v0vb7lk3dSGPlvyfRa2klr3OiWeEgN+irber9E+0DIcRZeT6lbnDcGnsd3+C+l7Ul
MX9AHU3W30ZBa8bQNzTsfA2+pLT6nvWF1TpeZ0y4U5I9rta7Wya3/wBR0btzP9G/3rr68Sp+
+6+0UPtIcGBwEeB2F3t3J7cel9dmNk2/bMd9T3hpM7SyPfy7a/8A0b0lPnD63Ajb9Dn/AGJx
XI108ZW8/pn2aNwLqrASx/YtGjm/12blVtw27ZbIPBEfgkpz2N9sHtz8AiAakuAiZAlFFDq5
05A04nuovG0u4Oka9/5KSklZI1OruB9ysUuJAjw4/wBfaqwaAIILh4+X/kkehzXCA6SDJERG
qSn/0qVwDnueAGgn6LRAH8lrf3V0fROnVY9YyMhzWuI3OeeQ0/RZWFVwulG6bX/QaQAY0DZ9
z3fylt+jXZUIe3Hkj0i/h0futn6LUlNjGe1zd9Pp1AzDn6uIHf3FNffTQ0335XrPZ9BjTy78
0eyVl52U5ubU3Isa91Lmi1o+iBzLNg/PVQdQmu52JW1zd8MsdO1p/wCD09ySkN/6Ox7sat/v
Jd9nbqA4/SdSXbdrH/n1WIBwc7Mtrays4eNvFtgeBueW/R9Rv0X/APBsZ/1xagybyR6dWvc6
mfj9FEa3qDtNGA8mAUlKGJWQXPdJPeACpepWwWtx2g33D0GzqRuMu+j/AMGzeq2XV6NZL3l1
jiGtI7E/nbnfuLHdkvOTZgsyRj1PcKsjJJM0shll9xd/psvezGZ+5/bSU9Jltps6YKaXCx1X
6VtvdzvoWNafo+76P/W1j2W2V1urILSY5/hP7y08c0VNaQx9OKGhuNUNbXFoivdv9tTHNb+f
+k2ImbUM+9jb7K8a0NloB9rGgfzT3fSe5JTz5MzPM6Sq9rHB5iJ00K0LMR9TnBw0Bg2Djvt/
1cqVrSXDXXj4j95JSJvEtlwmNYER21hW6IMa6aeKGxjRG3t2OvKPQ3UCeJJlJT//0+ruysWq
l4cHGgQNrG732O/MZUz95zvoLIzMjq1lhxsdgx3iHnHqDbrhA/wtzv0VP8tWm5oxXi/0xa9u
lU6QSNu5pWTd1S7FY7HpPvtMmhoEunjX8ypv/COSUkr6ZlOYGOuBucZskzG/RjJrDWb2/wDB
K6zp+VU5lVVPqVY+gFbmlpf9Lc9zPzvzkF2aMbpByr3EZFbhWKagBWw2ED1XOd/P2vb+fY7/
AIqutAx/rdkvtZhYeIyqtnt3OeS53nujbW+z/hGpKb9lPU9Hvb6Q4iCY+/comp+0uybwGjXW
dB/0Vaw+r09Qc9jT6eTX9Klx1Bj+z9L8x/0EbNxK7aA3IsNHEWktaQR/Kd+ickp5a+24stzs
iWMB9LGqeeXE7fofmt2fpP6iqYWNiO6Sx+Q0nIue6wWNJa/3O+nP7ra2M9it5uK3IaHeuMqr
c6plkFpJjbY11b/d6uz6P+DUHFora4NMN9oa0TqA5v5qSmdfUXWu251h2YbfVsewE72D2tlv
7+7+dYtrotZu9XqGa30q3gGjHA/SuY47mXZFn+DdZ+ZT/o1zl9Xq1tuFR31uloIglkD1WafS
3Vj6C2um9YqyzViO3WWve+x7aiJd/W/wlLG1MZ9NiSnYy2NycR9DsE112Q5r2/TBH83Y3a33
Lnc3puZhPH2iogPHsfHtI7a67X/yFd659ZrcfZR09wZlWuLXXs97KGgfpGs/7kZrm/RbZ7K1
b6Zh9Dz8MDFvve8bX22WWue8uE++3d7P5OxrGJKecBDQY1HBVykNhp13eWqLkYYqyXs3hz64
OnDhP0tUmuAr1B90H4+Ef2UlP//UDdffvDmWFpGjWn3Njxgqo3KyKnOsLmEk6ugzA/6StXMA
I+4E+Kz3kOFrmjSYBPkkpvepf1exnTZZXXfew2lsggdj7vpLtnYPRcTF/Z3p1VV2DaGHR7p9
rXut/nN27/COXA9Eu9PqLIG5xY8sB4LgNzWrqMGnGzcay3LsdbdZG4nz9rmu/lfu/mJKcrqe
C7Ce6vIabGARRfBDgPzmeo33Nex35n/XFQusyMrdvsdbWyvYC8uLjLa628+z1d1dn9f99b97
Op241lFrRaxoNR3akFn83Z+99FvteuZZe57Q0VdxJA5idNvzSU3sS5rX/Zw2aw42EnSHBrvo
/wAnaVeewhrO7SQ4Fs6gTP0Vg5D7rbWOdFIb4GJMQ0bl0mBbT9l+12O9PHaybHP0DI0c1zkl
NLKuZit3GbLXyam8NB8N3zWVfizltLXGrKsG+x9PsEmXbGtb+btai9TzhnZTXUAjHYAKQ4bT
/Ls2fm73/wDntAttL7XuaYeQK2nmC76bh/JrpakpZzH35TXZdjhXtDcetg2uc0n6Ttn77/8A
CLrvqzjU42FbZUzY62yGkkk7a+/u+jusK5jByBk5ADwRsENMSS1sfnfmblo09Sy8XHrex49T
7WG20u9zvRcNrRH8hx/nElN/K2i71GzJBLp7j2s/6tRaRDQ6CBHtCfqNzxlPxmtAb6uxoA4A
FZc9371j3+1CbXtAmQQZI7ydElP/1QZGjXH6RaHPjvoqlNcYrvaC5w955A8SrOZuNb48NCOY
B9zf81AvYRi1sBjcA98cku9zf81qSmviktza3j2kDcI5jV25bvRcnIsudj1OFQs/nLT4HT+U
sYtFdBvZ/PMH0Hags4O793+yjYLrGZlVb2lhs/RnuIOv/SSU7735Ndu9mW15Y4MtYTMif5Xt
/trncj1KL7K2w2tri0yIOh41WvdldFF32b7YxuUT6ZaSYDvobX+3YxY/VK7m5T6SdrmvILo1
3tOxzv7UJKc/IuN1jAfayqXOkzpy5Wm5+Q/p/wBnP9HdZvY066u03u/es/8AParXUECtjT/O
El/c/wBUqy8NbU1gbyZEHgj87+UkpiWit1bTxA5PZqCz1LAWVguIk2Ea6u+lE/8AB7WI2R9J
tg1AGh5Gn+v0UQ05WK05ZHp1WCWwPoBv+k09r3JKSVPvLG/ZGmo1DaanQS7RPlZwL63is12j
2udOjgCDHH76FgMy2D1o3h7t5byZP3ORc291r2b2bQwtIA1k7wdu7RJT0TMJ7XGy5xuvJkDt
XuAnZw5zvb9N35ilsJlpaQ7gzyrNI9xc7udfFGsodbZXEanV3eB7UlP/1qZO5xkmDpoUKl/q
eo08uiP7P6NKHhxgaA9uVAuysZzMpgO0OBPh80lNksFtY01bIIPgfa9u5RY/0nVttk21Oa6p
x1DmghzQ7+Uz/qE1b68m4Gsml9hnbEgu/rfykevGc9rhY2s6EEO5BjwSU5fWcQWdTyRWBtvd
6zSPB4l7In8x6JZmW5AqOVrdUxrHEjVxaA31P5b3s27lqYGJW3PabyLmvaASYI3Efow4D+qj
9X6bSCcmsFj3uJO3giIP9V7ElPOtBdfZptd2b8FYcx1jWtB07k6aJPpfZcbmFsNAkmQJ7qNT
7fUdugtbzJ1cOYr/ANHu/lJKdDA6eL3NuuMBhaWsjRzh4/mu/ksVj6wusPTG1MBg2MD/AIfu
7f5TljVvuaWMqssqDiGmLJALvb7WfmrQvwM9tbvVyg+rQNBLzqDodr0lNbGvfSdplzZ1aef/
ACW5W8JrczqDTAbTQwWEmNSTtYNfoqu1vrPNOQ70clhglse77/znLU6Z0+mr1bHN3GwgS/XR
v/mSSnWocLJaHAuBE7YPP+cr9RLX1DaX6xuESJ/Oc1Z1ddYa4MrDo4aIb/0lcwrXv1e0sc0x
tOp0/O3JKf/XCK/eQNJ7qzjMabGNeJYA7Q9/pIbxQCdtge4eAPj2/wDJJyMmJrrJ267h4eKS
kbQcVgNPv0BgxAP0uVXORmtfbY6vVx3EAiST3k/vKRyZJq5cCJDQSZ7K503Dt9b7RfjW2Vg7
eDpA+nr9Lakpqgvg+m1rNhDwC+C8y3fDyG7rVp5nUcJ3TrGvNjb90Mb6bg7e76LvcPS2Nd+6
9XcvBZbjvqrrYXPALQRE6g/9Ss4Ouro9C4uZG0PAMag+3d/WSU5xrDdtdp2WQCWt4M+CtDEx
/T9rG6CYdrr35VXKvsZf6VdX2i4MbY8iGNYXH2u3O+g17VexW5bqGOvY0PJ1A00/N7pKbdGN
S2psMa0jXRo1hZXVbsjH6nWSHXYorh9TNS1xJ/Sw6P6q2mMcGsESD3+Kyswh/ULt0NY1rdXH
QD6XuSUzwGYmXeS+sOO0OaXgTP0forV9IgQIg/lWT0+3DFrcijX0XureyIcK7D7bPTd+k2a/
urb2DcElL49ZG7Tn5q9SBzB54QK6mOaPUHeQQS0g/wBZsK2xoBgDlJT/AP/Q6arp2HT/ADdD
BpzEn737kf0w1sNEDvA7cFT0AUjEQeySmnXj0VH9FU2udZa2DKdjXOGskA8wj+pUJkz+KRe2
fb9HwOiSkbqtB+VZufjOukab26g8T41rTNntIgd4lVHtnSdTyZ5SU4rcemzLt3w31XbntcQD
p+aZ+CJ1PqOFgt23OFlzx+jxWe57z+az02/RZu/Oer9lNVjQLGMsHEPAcP8ApKNfTcSok00V
1OJ3bgBunid30klNXCtz/sbDm7Re873sH5gPFf8AYVW6lt19wcA7c9rwPHaBtK1HU+2HTKrW
UW1fpMQNdZGrbBuE9nt91bt3/XElLYePbXbqCWub7i4DQDXwWm0NgbOO3hCyqb+uvsLbxU2q
dAGFnzn1bFo0hzWhhMloAmInzSU3ayPiSi7turuFUa53Mypm3SDpJ4SU/wD/2ThCSU0EIQAA
AAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8A
YgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAA
AAf//wEBAAEBAP/hEHdodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBi
ZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEg
eG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1j
MTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYg
eG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMj
Ij4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9u
cy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczp4bXA9Imh0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcv
ZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3No
b3A6YTViZjkyNTQtZWRjNC0xMWU4LWE1N2MtYjgxOWEyNmQ0MTYzIiB4bXBNTTpJbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmY1NDlhOTZmLWY3N2ItMGY0NC1hOTg0LWQzNjY5N2Y4N2QwYiIgeG1w
TU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjYxM0RCMUM4QjNFMTExRTU4MTQwQ0Y3
MEY3RTQxRkZCIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6Mjc6NTArMDM6MDAiIHht
cDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQ4KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFE
YXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQ4KzAzOjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWci
IHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkNTdkNjM0Mi01MDIxLWNkNDgtODcyNC01YTNmMmUzODE0NDki
IHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NjEzREIxQzhCM0UxMTFFNTgxNDBDRjcwRjdF
NDFGRkIiIHN0UmVmOm9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo2MTNEQjFDOEIzRTEx
MUU1ODE0MENGNzBGN0U0MUZGQiIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6
bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1MTNm
NjhkNS04OWY5LWQzNGYtOGI0NS04YjkwZDM0N2FmYTIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEt
MjFUMTk6MjU6NTIrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hv
cCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0
OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZDU3ZDYzNDItNTAy
MS1jZDQ4LTg3MjQtNWEzZjJlMzgxNDQ5IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1
OjQ4KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
ImNvbnZlcnRlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2Uv
anBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iZGVyaXZlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVy
cz0iY29udmVydGVkIGZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBz
dEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmY1NDlhOTZm
LWY3N2ItMGY0NC1hOTg0LWQzNjY5N2Y4N2QwYiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQy
MjozNTo0OCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIEND
IDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBN
TTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4g
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hw
YWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCE
ABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+QMBIgACEQEDEQH/xACgAAACAwEBAAAA
AAAAAAAAAAACAwABBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAwADAAICAwEBAAMBAQABAgAR
AyESBDETIgUQQRQyIyBCFaAzEQACAgEDAwMDAwIDBQgDAQAAAREhMUFRAhBhEnGBIpGhA7HB
MiAT0UJi8OFSstIwcpKiwuLyI/GCMwQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAA
AEKagKpQVCIxqLGJagI1iGaCGQYVZQGmUVR0CZEKJlAiZAXCAjKKhCCJ0BGWBR0DCgMsSXIA
RUFLso7AY7NpAbdEMFjpRlEIBQaMgMUVUoqXRKuiVcKONF22ARigTBgNsgIlArCBVRFjYhQS
KlwkGgxqwxhFUUF0YFFISFZBuF2MDqCMcoxtSgQuhjc7g1QgYUMqiAsCEGXAKKiFVDTXBojZ
azsFkAbazBohCqUXBgVjApUKuECpygbGFmFksLDEhJLhLqypYBEpow4YVjQdSwYNBMAiXLLs
TMSyoBbhE01RIMDl0XYENqWWVWQG2QbgNzYZV9rAYy0sOffTzmUCoKVQ1JCKOrKKoSiIYq6K
uoEMAdUhRSDHrsODQypRKlFnTACoyrCzKpqgZUIN2LYBlLZQDAIYUhDW0tzu6cdvWsyPZCiq
yXQhZUoOHb0klUWDBFyCEJQglRdqMlyi5CCsIMkgbUkGNUNi2EGoE1Rl3YB3CMCjAC7EkqEs
SKgiGcsMqMj66hseog7qFpbjGafNbzpoWBjVCGc/dkEiYEogBAxLq6LG6AOqDurKl2XBIFq2
DKEixkI1cDqjLKESoZDqznLcImjEG6shDYMhFFRDDU06WnNRs2c/oDM2XIdYU2I5PpOWadGl
Zyh6uQ4oKUbDAhdMEBTRKqQlWBV1YUgjIJksbCksshsBomESzLCQdazKaFjRhGASEUJCUJwA
wskuiMCy9GV50KXoNOceSdLT570Q92fWNplkSyC845ThJcZou7FA1RFsSXVQkKgJDBlWQhMK
iouVQ0ghTVkHazJdEXdWMlWW1ZmATAXTVirJYdiwVUskllmtpt1oozctiwfXeY9SBsxgM5+v
eHzuoZ5ro6DPK6HKLEhKogFreoXcsq7oJZUVRwsZZZVCFdF1IS5AzqBSUXYGHdEWYEZAJRBu
waqEuiF3LIJ0VdEayhiF6RE+i4nROmzFpKaloBIYHlZmOcnZjABog2ECCQRCAKqEK6IlXACu
FlRlSWVdQuiIsghZ0RLEg7BhZrhkTpSDV0DLIUYwIGWBRQg1DRr52k1bcXUOTCym/Rjs27ed
0zAns4zSPL1BacPSMnP9DDyuf1nnjGJiUo4Ih2LOWXR0QWCCwDKKxKo7Ko6BZIHYwoxgy5C7
szGqCXUoq5ZYMolFQurhV31Dn9/aZxdC1Duf6LlEZeks34zFz+w852vpCYNfOabmc+jqjzTM
fK9Tzjh22iqYwyXoARG0KhiCyQMDsESoqEQBqaVJZLqxtiRcphhWYlWVA2VFXBDWyhOl/eMv
TpAzl6+QYepzusa814hp4XnXPmazS3BDchED1VpEhpswL6aiizuOFm6uczyQtbRFr1qM1PAV
G0CUoGmKJZCXLsKqEaEMI6hCojEDlg1dFkJAsnRMvXsxg0wQWshBsUcYOmw5lTMaM2iHN1OS
CD6K7XnOwdOuZR0r5hHTHEs3szGZ9WN5mR1+ODJZVmZlpgAiVAyrBA1liVBEoy5VkAiBdRly
iLwOACQgSm0fqB4bzQMmcwgZZlvUZle3GVxdwmNsUNLLBvG1UTqjsEG4zMxtgVdmrC/nDOrm
1DOH0s5zyChjE0BJQLAhKISlMEGQQltMC4IbFMIYmFdNMAnRQnQzp4uoHozUNQt43SvGdG+b
Dojy7NvOugFbFmRW9hyD61nN1aYVCoskgaBTC5mMbQaRk4/RNFqEyB0WHIHVlAshBKoUUhAY
kqSAicCohKYJFtCDDW0zFAB0ssbsAwkaFAbOaRox6MgW3mdQxmujapeA6VpIZSlmwM0NF5hN
ChIEiITl35RdM552eNozG7pOSS8vVK15sxfN20c8dCxdlAKOgRliCqyjKwTqg1lAjgjGBZVl
rJNNgLFxexOY25qaY86wL2c6DQx9ABetAcYQqnMM96mGI9UFGUBWSjLFsELHEV6jhEdZYdEE
15A9YNKWmjq4HAc0dhGGzWAJCUNGUVQOqIsbgRAQxqjN7iaXnMTMxtEDFzzrZeVDbamkQYjd
4oLajcSRIZZaNtY6NQJYRi6LwCA8HYTJqw+hOTXa5x0dPC6Q3GeU6RWoXpw7xrtTDDofZ53L
6XzwCzEl0YqFZZDCEJl3cCYozu5qWOfmxDuYXROUejOAOrYYz0UY26thy19bKZa0kYC2kYpt
WZ5pIQw7B523kiNlbzPyNGcDu8jqjcdpBz60D9nI6po4qegM9Li0DMwrLhWAtgHMru8wx0UB
q6LlgExLh0CDYsjcS7KB20TzehzCdXMBoyjC3liNTAzjugtxcpI+hWEsgKqMEZ92MxszQ0pm
MzI3KNLyAXYmADrOftrCae9zNRtYzKE/H0CxagfM/EO0vz3SGZNKAE6hM93Am3ZR0wUVUbKg
jXZMw/PVBKJJYYtp0epi2GPPgWdzLwlHY08bYdxvnt51AVoFmthBZDFh7aDhX0sJmJwh0too
okcCrH49iA34jPQJ5zzr3z3DX5/OgO5/RPTP5HQG59FnGR2+WZaaQkqg2wIokkPLLQ5K7GhW
cUs9BelTit3N3HCUCxt7O0cLd1OSDg1sL6XBI9M3y/XN2bl4zscvNRt38romQ1tFMKxC9IiW
OAlQjCrp84l8556tfE0F4+hxRhphp6vB6J6duVhMGnnidGdpUhFUYgFTTKmxExqS1kgezPDZ
q5Rm0+cArrc/1o5tWTLqWeaDu8IdS4ZtIUUgTLOmlbMqTcaHEsgKqQJLiAIkFY1ahOXckyam
EYs7HlankBvwdQ6iiATl0qMouUFYEFKgxqSOcNiVUEtTUjF1YBrIHTlcbvS+e7ZoEOSdE+SJ
1smmHAV2uUZrqiaUuEQjM5XRqbiadChMzE6wJdmDO7IaNWXQYgIDZn1KKXu5oehOsDvcvomi
DZmW5BnYagDGhkXYRgRhh0JsgKWxRRrMUF0WYWdvTlAI1dAQvs5jnbudZ0EYjMdqEdQCNbls
fjPMTXm1G84Q4waCl/LMSpQ92dgsY0qZXmtaGDXK0mfbyumP08KHoAZyjQssoQkRdHRFPIyA
dCqNZM2jGNKWKA1hAQHbWGgbu5G86aKoyI6OcQvqpOHk6vKKOyBp0Eg+iRLTdt5XYLO+OaOQ
twFwyyoBehFEI0AaFMOjBaYepjsbz9WY9Ly+nziZNCxxNgMkBISMwyAqaArM8QnC4yLcAtTl
G7dz3hasWs6tc+GteaGl3Is08rpc4jM8G0uw8ujEL1ZNQ7vef0G7ka8QGhLALsQ0aM5oUaxi
ZpGGzEdAuXrNObVDGxEOwlWY1RmoCDZKbQq7hjkgupZhIXjJYiVvSCDBND0mUS4a+hl6pjHd
iF5+nkK5vX5RlpokBiCZ2gVpBITlvIBrHXCE1dBoeklrcLeIGm0ajJNqiyRCUqHS3zQRRgDD
Au6sqFZgAgAMUCyBo0zyAgBkU9RpEoAVCdHZy9Q3O8ASGwsjAEpZnINQURMAQRB6VtFrYI6x
EQVUWOihGvFtHpvOBs5+0e5DxQ6BOavSk9CQEW0SDkMyDoWUazOatgA53CJfn3AZtKBR0I9q
3HOjUD4pg7Zy+uPeBg53UY0dXlGIHqEMbClbMYjQDxhCZeaoPkgiQQpTTJp05gUac5Gk8HTn
o1oiSwuHbYh4w6g2pYKNKSmHsPMQQCC6Eb8hlrsxBRgMdnCQ9Brz6gMvTw6x3E7PngmJE9Vl
5XoTk5d2IOxsJAWR62DKohF2AZ1YFEkPozYBj6uU4UhmpufUVTKEr0rEJbqOiy4HLoIwMYtq
hmhLzygSiQWACSBr82gUwINqyEUUE7MbyNqjf5r0nBFKbBPd47TWuUXdAKgmHd0GQ2KorIYG
C9+opokHz93MORoW8tiiNbMWkbmPIX0cnXCsCHDcAadjKFZqah55NdWXUsrO9JNCXBr0LBJT
i6lEzaVFEkzoYn5jG4dBnDoAY2iJcawwsgGiURcKFEDAH59Ro0pWPlWTDsWcNt6zPCAl3C0m
o627HZsDKRtPOZoNZBpdBe5Ljx0gBxZBLMALijrTDrEU5JTVQbAhoUcMwOoV1cHWCz7lnGT2
ueZXVQrPoQG5FjKETVWbSZxewynYhGuhl52lacoHRTWgxjqsyzYw0shgEdFlCFPChrEOGGFn
lRMSLdBVsMz5utnMRyDmZzNcVtMjKMo7ooagno5rOlVELzbsBip2UtZOF0YCF6KDq7M8ZYm3
qOi5ekTblGXNqYczUgTpVm1AaQ1BWMDGUMlkYg6Ky9Od4ZVDzQNEE5ZRAYYlAcfY5xT1GM1Z
aFEKTXaISmGUEWdJ2TSPzbs5zM78wcKhcpoluqGStlGV7dBnmoQbMROXFDoHIIXoaZNWohLY
RVEJJdhtU0oqIhiZGVZ5sWLIVGSXRDAzVl0ZwkNAzqfRkmoSLckbTRIrVpM3S5azvnx6D5w7
CioBtqMddGRLhLcDQoVAidHCw9nnG1/H0m60MOpYmDREKhEBTLIwTIQ2GS2lyiPOiQkkIl0Z
KsDQiwClEKgiMTYjCPeYb6VnMT2Mpi1Y9gyrhkdm0iEsIzawscQmUJwJyWl3VF0azmjTBatN
gBpSb9ebUDJASEi7uEs0j4p5CoiFCPPVqAQLgAkENY0XUIqDQdDRcDQaujx9Rtq4Vi3KOZbA
G2sysmqwcujjnSz42jejj6AtlwJkIqDY1Ds5zm53F6Kos8u8Vv5e8bVwG5ZDEwjGy7kLurJL
h5wGEJPXpOczcZgZ0LOTk7/NOOzp6DkaeqRy9ryEi+C2QhUKFY9wHNmnKLaGg5iS1FWTBrbg
MtYxyTDBqyZ9GY5mpTAcpazn9IWjLeI+UQJSBXdly7IQmVY2GSyMxlCrlg3cBlwGXRJVFgyh
R1AqOFXLKBggraArK+zFoURkOyLeLwbKhcvEDXH7Z0V0sdl0IEGt4mmkJt1GlufSFCgF3Qd1
YTAsKpCENkeiypcBu7BuWDZULo4LhQoWCKMjAtgEuiBExIs0gSELybQMlMQbGcyHTXzcRs5T
OkL6twgGJF2sWYMCJjRIajENgDbS4qxIOVZZVQyCRclFDYjbkLkhRVCS4DRUDZQgnAaIA6qE
lUMoaAUwQaIQKKEE6BqyMj20AD1gyyBB1GcXGYNZYzonwkHow8y09AHO0GtijDkgUGwiCxkG
BWMJUE1VIWMsuSElWSosZFUMi7GUMLkoglQQyiBdAwgJRAS5YN0QJHQNlZntlASQG5ZSWwwq
6dnHb0bMugiJCEO6Ikqy5LKkhdWsMlMP/9oACAECAAEFAP8A+aD/2gAIAQMAAQUA/wD5oP/a
AAgBAQABBQBiRLEJMYwGp/Qoxet6Cg1RQoCr+LLZbmdqBZCe1TuIbhUmckAcILiqQKo9bgQV
0o/jAGn1lgFYTqYF4KGAEQEWGaFjLEJlWQCCRbEVCRXMCkyowNigbWlWwmdjrREB7EhTKBma
litKboFh/DAQ8QAkX1hYVdAWR3hdSCQG7UbteQATdEwKYQb+IbM5I69YIARAjWRSotQ/LnhQ
ZRv/AOxKCLYnUksjCVOgMCVPwBajAFBqpcBhUggG+pBIMWgKpgIwi9lmJJjgEg8sSsGhsWQp
5YcsalTs0ZpxZYiE2etypRE4MsXVxhUVbXqGlCAcNQBaVASIAbIJCoAb6ksRHNBQab/laJIu
A2COT1rkKDP7IJHwLbr1AAqEAEiwQFgFimMANkVDVkfipEH5R/8AkAVjcN31FMzGAxWa1IKt
ahiCVY1azVKjCUKJWGorGFqguyTfMAuBVsAQvcDFY72QIFHULw0DEEXRJgNE2WBjUADLa6Jh
VlnwCxAbRqRrBAvggAAMAwYWCOaoAqYKna52BBM/EC+CagPGItV6lmXtNbim4SSxJU9ypWyr
sRFNhQWn5xyIalAAqCetzqBKlAmvyHWLQF3CA0A6ggz8ooF9Vv8Av+goBJAJdab4UjqCTOAT
1AtTOCT27H8j/wAhv+lPJYKF5JPU9msEyxQJMqj8Ttz2FfMvm7K/NCIhMVISBGK0S0JBVetm
rBHU3SrwvxQjoJVQm5YhYGM1wTqLJEFXaiKYDRZww+QABCtBvhWsEi7FsiGMhq6hZln5QGyT
UuAzgm58xhOxhgEIWKagFyoRU4/j4JAlcH4HYFFPYDleyz5hUCA9RCpWUQbYDiibBLCLdcxg
AAvYutEgQkwt/ANkCPzFFiwTRWBZyJwAxNcsUVKNEdeStgnj5ALGGyCvA+GBEAoV+JNBgQG4
BaiLgAM4MoGBbYrUaiTYAJIJWXcosvUQ3FYwOIWJHFyvyYkQk0SZ1JigAManfsF7V2MYADtU
4sgWQCKEYNFsQAxvgG4LqxSiEiyUMpaHWEgFn5B7N5/E7EeHJkb9f6gV/Xewsf1frBT9T6CP
X4m8+hY2anNEMYoIh5FAn5gXmChB1sEtAVnzOxEaiEDKVJjGiIByq3M+9NQKmjfPMogkEwCD
mH8ZZMsA9jGogkV+Muox7Ldiqigda/FlsAClYADrQAuwT1FLxMPO+zt+qZov6dRE8OeYXFFg
AH/wNT25Jr5+naELQ4nFgGOSJZaWRLuLwv5ED5BIAPUntAYoiCAmXOL7UEuCo1CWBMz2LCpY
E7IIrGDqFcQdTOKsx2hEPM/6h5hMbkhisY9h/wAiwSqiwAICRCvYgc+LxHd88kyUf/AfxdRn
AG3qJbT1dVdDHVjLCxRQLNNATD8diDzCogNSxAQTP7q4CAB1aELO1AE2ADOoqiA5MsRHCk3V
c9FskiL/ANN8qwEBM6iMCAzccAD+CDOpoAwVbcjqBElUFFn8VmHmbQ+fNUF//DXdczn61drm
jDqz3nq/5gF31xADAuCtTqZ+Rjg9V61U/oPyDOaW7BIlkkclgBFoSgY/UTuwZLupZugBYYgE
HsIzmKxMCkwWoAnUAAjtcYgwg2Vh5ZeoZqtgaUjq3yOQBYUCAEwXXm850OagQcKrE/zc9quV
19GmBw/Zd0DNodAyZ6ElzSFde03yVT+RHUz4LfkACIeV/qjZM/AKSYGo3Zs0KM5sH8iTL57G
wRd1CWs0BRMTuSfkFRFJMoX2nBgVb6iEAn4NksT1n9lTDzD1EBBJUxfkfKVFBA8nOQYCDQqc
v+Zp681caWujg5t5xqPRj9Tfrk0GW6FkbNw/rVlVn6ltyYhBBH4nk9SIbqwStCXGYiGzDyBZ
gsQHkk0WoAgjjqPg3FYiAETNuxA4UGL/AMlqAftFE7EwpR5ICTrGWECOYeYeSfkgGWqqG6wn
sewUhiozZQ19Zgbw7AzFPyDqo9nrsorWpKr1LTHOht5m39yIERmonqR7l7Yd6AAY5KAnU04B
Y9QDV0CTENBiYeT+ICsrC+e1GI/WNoe3AHN0pPxO1GrZQa61LND8QPyJgeD4WiqqtcxjCI3J
NiA86nrASVFGVyQAQtkjheoI5mbdMkNkN1XT1MSzWUrqpDTMWVHGWCIamiMWGM9fRM91Exs6
JwGBpiZwZS0bEKrORCSZQjBZZoGzUHJ+vmgAwFgcniZr2BRTCzCZ9iFh5UgEVUNiDkD4UClA
B6RhYb4I5b4HLFeWFHmxd/kCDz2M7zE3G/5wVeu+pVPTo6xdnD52yZjqcuYP4+y2d80Hp/b+
fOb7ab4NcxzRH/GlIIcgwMt8MdQewAna5VgX1NXxAFuzbMsFGHhetz+/krakkwWJ2tR2EYzi
AC75/txFC2G57CMYQKayW4ABv/mcGHiWZyYQSLsgVMDbgFj2VF9PqRUBLNkA2uZ/EMDsNssx
6f3GGTt7/Vo3jVhj7/Lrpv8A/m+gegecrjpnouiDOyORbQDh6qjHuj2pfgcG2th+NcAVFuz8
BexqoxHarI4BIC812qL2MUERVYMy83YB4B5a2gHWAgntCqw1OnYECyQIQ0X4HWmJuhQuuwhn
mK/YrAR37T1PT0QnixLsxbp9Lonm8euum36nzf6E8nm6IwtwGGnl10fXMJn6dO7gEEn8gSI5
qcUUJD8yzFHaBBCAAGlAygJagWLQkEi4EBNUGoC4CeqnsbAIIlkG7lfkxMUmW5IUk/E6mNUb
gEmEUfkOIgJh4H/UokAWHpWJ6xLVwdKJ/HXyZbD0eHE4+LNUC1WZ7DqK/wAuZPQdAgU6Gdyo
00Z29YX7XdVAcNCxDACcEn5oNHABHx2o9hByAxJ63AtQk2KtjFXizFAJ0EDgAgCBbC0Sfhev
YAliQxXiE8gkSuY4qM3FkRiIoN8hUaMLFNQoywYfljQzIDqytOg6ov2pljug6EMuhC+fVbOg
EOwnYdTtlF2yKnQaKjf+n7LPnpBSwlQvXnmAExiphAhIhoQMD/FcC4RZEHWxyF4BApBU5EUJ
C0CAgfZfwa5UVHuAEwfIsA9q/KaGEExOxl2buMsUFSagAokxbuwCephoLlsgQEMnjH/rqtzQ
U1toqbUf9PeLsRM37I/6t301/T7d/NiMsdMlAToxTHDRd/1SPH/U+onXyb4k9e5LE9aagI6i
uAAoMqLOLIEA4+QOAeF/u4biggggtfLWZRMoiChP/srANTWBO0sR1tWJnZRFHac0WsMBAQSF
NmjB1lWbIK/NRCyr+v06+jfIdfQhDJqc2ChpmrI6Ds2acaaDMbfsc0B/dUyes6Llavgb/n0e
dN8/f4G8zAih2hFsRGz7EFTCFlBQlkDmEFYBKshiwUWbIarldYGKqSCETqQwZigackkG0WKR
aMQT/BaD8i3WAgSgCCDOpI60aoXcarsz8hClHHA6sn6rH6tv1r5TLXQ4Mh0AzUvjiBAPywxW
aP1PpPo3DLjkfH5H3UeQ5zsO2W6on+tIu6NLUzREdf2P67oQsApqNIivPqBJFN0sVyoJjgz/
AJF8rZhWg3DAVGgsq5KxaMs0rGAECyWH/QAnNAmfY0a6BJHJnyVAuwCi/lz2LCdgsbluIEJP
h/V6u+PnywV9EQev9hm6eLYh2AbPXLMPmqCYKikVNbtM9XOfkQRFAXTqRvmxCLQqxREDGxq4
mLMw9/goNlUAqLUFdWz5KLbKQUoFhZUMJ1NLD/wQKYXCoArg8EsWC0ADyFsoAH7IGA4okKTK
WMTKodQRQ7WSeP4BQAflNIJl49tD4v1a5T4mmqrPZ6lzCqC3hxAn3ETV1J7KSuzFsdyVI/IE
Be3B1ChtCVALnLBSD5UJPjBh8jiFNUPmJKa119Pm4XMNAPxYcFbHSyUNHO2KgEqe3IgzLGgs
U2GBJ+D25LtVmAfl8Qm4y2ALi2BXC8TsscECoguE1KNdek5MIUMvKnJmPn8LaTy+QYozBQ2/
YGfsfs7ZagTym8mahsrFs2/MaU2W5EX0AhfUoi/sc2f7g7B0rzYlBwJf8XNwOnmcM/pNZGjP
RgUAa5RMZgFV1nbsb/IgLENkjlBUCWwUrCDf42q9Q/MQiipCgkqLdexBDAFKoGyosdVl89Rd
sByAt2QCAGECcY+XRmx8XlyCvlmG10I/IxUdomFBsMmX1fq/rmaejNF2sFRZyQz0ZMoXTYEe
gqjelnGeeyxPRbeUecZt68Fn+/ziH3Jf+2D2LNvTk2XiKlfaf/MHnAo49nnXLWlA6kkgED4Z
GK/W1KoJKmwqiWTFDAEC/wC2+CSYCbJUzqDLFUKZdjF+2s7n9W0bLVYRwO0JqLL5VWY4+YAK
gAgQ2mbEjNBAKnZRH3AjMzTNRX7TBxpjusdjV3Gxzaaee5j5wre/ZQvlUvpXWEkzqDLoqSxq
MrMf16aA+5j1RxXmDM/uyLoSbJFqVim40Yw/HEUG+LK2KoktOCqxQbs0AbNFf6BsJUtQqi52
nq9rboYRybWBjSKzvhgqZr1pVLFcgsDoGOwn+iPq7QkwAtEzYkr1RuZ6fE6NjuCesQFmKm/R
uuaOHdvN2UoWaC4guHMgpma+qhQSebSsfVrMVbv5l6oNAR6BWliuCBxGcFbJN8dQzActVmyW
DCEElv8AkNQFsL0sO3QGgLEFA9gYOYo6iGyWtoB1NcqvY+bExMGrPKyB1XbQGCoAJ9bQZGDC
LmFnAnr0Nd2Bz9Dg6pmSdfqVPZkpb23P8+wZMzqfL5AkCKJ1WChCagYT7OxZZo1Ak664rzqa
nYCevChZtW6xm7wMCCKJYygy8U4AFR07R1AIWMFsKSA469yB3SkZXg+FBgswCdTCTBd/jD8+
cEt50gmZRE19MDm8ehijOcSxO6w6oJr6lUabu7lrgYAsxj5/bG8gEz8rB/8AMzvl5s0hoACo
KgoQ/NkAEBjoW031KDDMgfYmahy8DrbkMjJ1d0qAcmhOSSIwaWQLqcMOsYDsDUXrZdopJhFh
ESuq0tCBpYAU2vaPxFQ1SMFWZZm1YUDcY8AFonlaLkvTR2XRfTqS76KBo7GxNR+OWNwZpbIs
TAWuKCfWsVVE+YFlQDl9FUHZhPueBiw22seYR0Ommmi5ZLu3o3R1BqEloMUoeNSnoyOTcEdW
IAIj/Cr2gowUDSmMFKrRlCExVa+1EdyCoIVTK4HEoTosFKdNFYLmWPSebC3YBiF4e1bPRUYe
jIz07BoW/JfybTEka50c/wAp9Yj6IIKacwg0DDU+xRBss+9RDvDobVTfJjAqH2JKIGGvoVZ5
7XD1+07TxeTRR1NfIsZjzEbBmXNdtLfZHDKwlEEkkpnSFGo32JjnqSQILAC8KAJ+V52xJhBt
ByWMCswqOBSjtMPKKObXmoVBF5OuepJQ3mSp1QMjhgM3PZ9R0dixx3zSa+1QrehmfHVQh9Aj
bvQ1cz7WM7T+j3nVqA/FVgzuadQDkpGpTLPNWfbb3ME8Xj09OyoiJ6t885jpq74ee423m880
9L6zlo2RIfAqWAtQsulF24om4wDzpA1gJCtw2B+SjkhRcNCAVATVGMomWfVs7YZL2YgUWImB
YmdFJ186iGljkFkA7aGkfULMerhsbYoFdGJjA3ZEEA7SqgXkZsIuVwYoIQFhbjZmLqSE9QU5
Ia8+ildfJhlhl6fUc1wzb0kKqxvW6oxZjnggVvwmR00YeXMTfLAs6ldK5AAhFhgO1m2vrmBK
aksi1JajFUNAD35MoWAZSwj8scjEzNaoFBcmYZIS2qpP9R7L6hbenIJ6S7aAkhiL20IUMWbL
zP1dKiWznJ7+rSDEkrioARQAEgq5XMYqRsaUqWcuiz9pqGxwZ/o8mCOuf7LQL5fMQeArN1AD
HTILb6Z5rrt3Oeq5t/s2c7M2gPxn5F1h4BIhEJNKGsHkcQ3KEqzxdANyRn1YEkyhFyChFJKr
Q9CFj0N9TM1IOy5pBpiRrojN9gDdxHIrRg6+XzWXf647/j51NHiMaFiAigQJ9uVnZezvoIDq
YjlRr6cljehmbPuZoono1+w5ePUec/7M4umN+PZCna5owJPoAbzBuurHQurzHPLoDBlqw/ya
McfMuM9eGuTCjPkEcBfxqoaEA4WiT0gHQiz/AAhAVfixETvCFzU7NPyaDOzt9eSafsGSej36
aEb6Rn3M8mRY7qAFYdAn5ZJ0zfS2zH2MoCgkGabICuzFjq9hmM7EFDZAuciOxK6AmZoewJUe
j0FZ50L75qBDmpG3hS8t287j02NGasMw2v8A6ZszKja+wLPCr7qmGSQUsv8Aj1Yrtlqn1MTx
2HbnsTcJFBbgqWDP+iOB14NCDlaMIGaM5MQlouYr2fsVRW2Z4Mw5/wAqKNNkVV9Omkw8m2g0
yZW/zABMWzL6kR9rKvUZ3YslkJHUhQgnUifW8TzMJ9PIxUT16Lk3LzyZHv6aRX66jwC9suG2
NEOTptkNJgxzbtYxWl02VF9fpbdv1fgGkzQIj6BA/rYw+jQwavf26gaj7l3xOb0oFm7JnzG4
i8KvwSYDB1ikAckWYdOwuyjhJ7fVsx8vj20108eOa6bZrPz0b/8AM2ZPP58POuujtM8joXGY
OQVk1xxoeQOB5Hn+SDyUf87CNi4BBB4oHjsZc13RR6Fd3wyoZgov7HcNr6iiJ4kYas3Wa7Fi
LQlj29SEjz6Fm11+vDT0a6H9f4X1bsuGakpi35AZsxHl1M/zaCOKVV7HPyKRv4tMYy0AQZdA
WSAbsgICCPnsLb4WwKeLP+Zrt0GHlO52ZfNnrs+0z87aHLz5Yrr6C0LgBVfWHMYhVFvsAo76
tmnRP5JEYwqGnSHMUVmzFByxGSQjLMev19cs17HVi+mKlCxt9GNleCgmiMp0fTDQenPbLDAN
uD/my8eJZ9H7aM1nzKFLa6W3cBFzmjZore/zLP8A9HF5snnnTk5zqQwFu6kkZkgLAA0KVAaF
QNx2iYrsMsxknrpwWQN5vRkiv7w501AGGY1J9GPmR9N/ToD9al+582QTKEgA+lbV+wYkFjYD
cvqUK0Y6hh6cdAG9DoyehmNAt6CdiFVQuaq5IELEu9M0AjfmfTgukQjv5Aub6atrpmenn01A
Kl3bLHrGZUBLal+3mT3fudNR58fX6CP1fp843xZss82Q3UZLBJsMoKGwCIAO3YEPzKacgdhE
YiD1ALvs2hWo1AuSJ9lT/WVbyeTTeLjmo9zoJhqoZv2eKDT9vcH7Pcny+5SyevEw7CdYSICK
CiiDCrkP5A508Thk+xHXHqjWszRQqlSWH52VaqFihVMBPS3Rs9D08+33Oxb6VRRM/qQN6kjM
ztaYZ+79lv6W/W+Iav5ssc842aMreZBPRiUJW16qYMwIDFUd2I7L1hb+LhhapozFgGDHhrLH
fTNU7a6th5hm3j16TXUKvv8ARoNDra6Elgut5Vf1cWEmXpDjPXqbTVSrqVLCEAgMrSnDbb+Y
R889R9bozZjvYEzBLV1Li209AJOrlUd4WE3X7h5mUQJW76+nMr6yZnqGnUNEJQ/tP2G22iJ2
Pn3TOYeshc/Tm8DAy5qiGb5hSvUTSmDKQJ8wFYx5+wQMDLjkCE2Y/wCK6+ymXLR3yz6wCd6K
p+HsPf0KyvLSdXYJgyjLQVqgLudvPp5vbnrMvQLz2BBoxiFm/r84Lfs0A9OpceTQoPT+eSNb
MFCqLfNCW1Qlv85A+kFxjQZACnD+jzEas6Zk/sLXzEb6Ypmqb+tMJr7X0f04pkMjUdFK4ets
QvqCNg+eg7EzV7G56xXpuy1oVvOiCGthYIBX6VgfrG9a0dy0BmmvVH1ZlXBWKgKEZSzKKUWw
b8fU97ZAk+b9e2sy/U5Krfr8evpzXPVdCpCpqh8bZuT6kXH9vrmf9Z6L+x2K47P6H3fqxJKq
5QOe3myQSlIUKGzNTT5BYwgdhpcaiVAAOX2P7fL9CFSJk/QZfs9Gg2TYnz5pnts2ug0RQdC8
PYTA/Y3lQp50YrNWttGZ9TwykGOBaUBzGIoLZucVqFMIdZ97z7hDqtrpF1qL6R2OufUejO9N
gMSoY/qf16aaZYZ5LKnr82e2e2TZOrUUKtGAD+nMltnZMVZF8flcCelSWoMmK2U9BKZchgtp
+RQqH1HZsl/PW7C8KgoDqrb9CNNN9HyRppiewzcTIlZ6PVqSF7DLAxPJnFwzE8mGI1dgBCAz
Mg+7ZabMnq5YBepUSwIqzpnCSZdkx0Dw5KA2NEJQCsIobuVeLmS2zEnz5B28eP1r/Olib4jU
aZNk1hBoxed6npJfJQTnliyqXYgKACVUDRphoKr8lXoP/s55yzZiEM6qAxAL7hVZjtphmAPS
EWDpXQRhxqt64YMZXHIDEhf1uVqxF0aH/bH/ANtCCxuMYBx1gtSGufYsJFAUWLGEiNQj0zOQ
BC3AoZqxU57alfHmBqldY+uecb9hlWXpz2GgKn1+f7FZHzZrEOmtfa9Dk5Nog0D6OPsEYflQ
vzISq6Uy0Y2YL6du9aBcqWMePa57O7anNQDU9A76fDBGh7Erky5rrmFOpY5X1cMT5VGefa4e
Ax6PV7asf9en4myYBwGWNyQaMFdmsgVVmHlWIDO5Jbt1rjvQmJqeVT9mGljbdcl02fY3yPQ2
O2Gq+nOrG2COPRi2ZYaCKYpAbXQgF2igsrZkEmlx3ZSGJOTRjznmphQElTfRWHrCDQEhsqJL
AI/LKe+19QgBb0EDJlo5ZdoqjquaGJqtCoaI1W3ya/Vtkp11syuXYiLySSpXmUYeG6mMtNQj
DhrABDEioxPY9jACBloRp5vnTX60Ltoyrc+skb4kL59GWa7ggt+O6Loj2jj46C9DRrjIWNKA
3YBFcied2pQvVCWdTQCghVE2cIhb7mXk5k9tgaIaYXfo06pg/J0JPcWAOqj8NNXQeb/nXfoc
NFZQvZtPrBfYs3oNr+JnNqBHPIZittOnLLKBnTmpr0ijsWPDE2ahMQgN52HTXU6sqMZ5MGK6
IAmid89QctDyEJBfVgN9GL94NQJq6uVjbMI2lxreZf8APmbNVUBgfxOfwsqj+01Wjwigd8wE
Z37H0EJn5x1xYs7husOw7BeFz0uqXcA6frz/AOH7YMX8GhRkJA9un/qwCYaadp0pVBEUGBTA
Z/5Q8ByQOZ2ok0dW7MhIDCywAAqNQGbMW8ro2LficGXrnqRBqrp8T2ZgnDN3D+Z1CqGf2KM9
S4EDaWbJDEQqTCBAGrNAIUo+TRmhsjPhQZv+zxQ6av6HaL2vMGdipcnTTYhMcrabOVRPyKPz
noGGy9s/rKz9fzj+0yRs/NpRQgr6AD6/Vp1xQfgQxQMJc/olL7GP8GmjCp/9tCIDT5qGHxGs
yqlWvPbwtc2zFZsQcn5UGrs6oHQL9MoMpwz7/scgdDmOypAhtcxCgAKgKVAB3ZGBZx5yyvlm
zRk6H3/sdVKjswA6dexWcqC1jBOzbMWZVXMEtpDaD6+xzUgVzqnbTD2fSdtPsXLMArQycXv6
ACV5zQWv1rAvIYuOovrHinl1sr1mgICKxio4Azsar1Y2AwJCAX5dAju9obJyJmOhDeh0TT/U
s19AK4+rMm7P7FSV60aIiAqTdnqJmwE9Dki7OTOJkxGnjb/y/Y+k66Pkmcz/AO2oRQt0BDNX
uefqmfLO9FMlMzQMPwEzY33FsrE+vENn53L55ll0x3/EkH0+tw+meT2TCy3RIUEBp2jBrAMb
5F1sRF+aIBJC6MST1MbgJ/3gV7MahcCY6Kqn0kkkGAmEyirZ6ODu41yefYFP2wdnPUwUp0cE
1yqkqCEi+vviuiZqWUkKezKQQAACKZQECW2ilclbqvYvMMXugF2+U0dZl6EMVrGiqwbNlmZt
vsUZjPe/P437tRLX2XsSeJRplFxuQVtTdnte1M2IKksS2rgRrIbmEfigpsOC7UGIKro3TIlp
l5n0Q+UgnzEhvKXQZujIAUYWGUGKolRiBC9RooN9uqM76nCs45JgJaIaLksSbg5jg9MkKzZi
zOw6oqgL6HA/0QgMpz6xeGX0Msb16NG3dwOqjy5M8Xzkknqg5hIU9qgayGFdQT0ENSxTfL2y
qv5qOQB2+vvNT1VfyjgKV5Pnsljc/vMGedanl0oenqrD1KGR0M2P1egKgmn/APoyiwoEKEAg
sdB1A5CKFXTUsUFhVqOeEI7qAY1KGoTMWzNcdyoT82XzqxK9IVAiLMwApCvHyosDZudW7MQD
5swMy4CgEx0KkZzqL6UeoJCyjODGAr5hKhVAJ+DkCQ7BAzgzMU2vzklTAgMxPYAwEDXzaAtp
t1h0ZwbgJELF0x06z0/9gWupqHs006g9QCqm2YBQjsUAUoCZoKOSjsnWaFeupMs04Pd1WIjC
Zf8ACgU/TNPttkGnVLB6hlOAabZKJ9XNdtMVpHItexAi1HzDKyaUCRAROsYkSjOonobqqcjJ
OzMVVXJJo2sbNiB+Mz6lNKgU1qSJjdqRSkAFNIV0sECMwB2IacVpyDo9WSUUmaUAztWaMRmh
v4jmyARAKDn8CWpSxP4lNlATvZVwANRe+lxHKuuoi9TEHH5Xsx+smwq/mtz5KVYFECcBSomy
raCp9hjcF24BDD0cmeVQJ6GBjCUOyiKO0fFWTQaeZ/8ASHKmw57DPRumJuDMGFaDdTNsqhxB
AbsH7KSzsozYnr1UJSaduoIMQEQCgDYT0DMKtxDUbic0aATt39DkDJQWqdu0dlaIBAKigArs
VB9KE7a/YApaBSNFPETiKbnUtCeCaV/jMEz/ADNHjBStVN0LAm1xXqji31W2Iik2g6jtPVyq
p3Ay1WZt2mTBdPK469wFVgwfRFmeuesXEKzL9eui/lYgIETMmIi1sAGSKHMVpVI4JgBEUEBq
pzUXsR2ImWA1bfwqMmYBT16hOzJgCPoamVpyQqmtCAFcg6Eh/OG+tai8xYpuAR1JUAzHNbto
5MY8NGDMeo+2wqm2Zu1kGwohU9VaMAV84Hc5inT82Uq3kZWb3aHJX/YemzvuTl6tkf8AXeg7
Y+pHXXVYerReC3DHRQH5ioYAygVCLHIPVROzAj50FwkKmOPY5Yus+h2GnnVX9A6zzq15xSGY
Zgw5i2Wxqhoj8c0vTNfxAorUuC4ADCB1WpmBKEJjaTvHYwkXo/4ecgl8/wAiBaBSEC9nDBkH
ULSaJopXUAHiv1y2f2WfZCCYLurnh9LYPoBvjqxChCpCXChjryhsD5AJisbsFnPVjcUdoykn
soigu/nwACCoDPSF67kkoxUI1xWWdWEYkwgU6/lpZOeBWAdQKJFAEElQeoWN8ATIVLhMJJgU
GECOAJs9rhawtcPBCVFFHau5a5soIRzmwzLKVKt5WKer2MpWiGIFMSYCb8fsVfPs5LKeAQD2
HVuzRFs3U7GVwKmjqSPhTccdQM+4y87oV4iCAgT9k5GOZAiqDOaQtWegMNLAQZuRM+xbyIyz
tZ7LATXU0qPWNgs3AoxOBcaxCYCRALmvXobaZfjFa1LGZkgBmrrYZIACGRb8+1K9g5mtc+ui
+rMJqCpUrZZBPOyqW5hAritGHZiZmIFsULIWEUGFxUIC8EqHPl84cdaNQfJafsnMA5FgdmEU
kBSC2en4nQzd2vwZ99fgioCLAnMTmD57GhsbzdWnELEgE23Erh1HVWimZG0/KmBtCaDsGZhC
o7NmlapRXc6Li3c5afXP2GS2oIiqpDZ1GRlCMaFRms9SVporC1AM6miTOSSAYF4Ki8jUy2eh
0YUQRcM9mCsBYZRUABJIM5BthECtHW54UVU4MIWM4WZsrLyJZAFUADNcyZ58yGhazZhMJaiL
XrTVRQUM8bHoBBD1A5pdQSx6gaApwR1YMdATkUKbNyuXZwhIzydl3RkRVBXpQVOGSFVEsCZs
QhW5xD1EAsvRiuAcXzLJqiFCBsXQMCrQkTZe2ZXrq6dg+bCABpxDdX1DN2bDTrgNdBPs1JrQ
jK1VdJnorQtzc5iWBD1nBP8ARhIp6naDUiY7dl0UOroqj7GEVxYaxZnXjooOuIDDVci63MVH
fDzq8zwRB6MlZX8xVeI3akPZdI1TOjKqPpcUlpmpvsGbXIq9MAC6Rd2oPqxDehANtyb0eEtn
omg0hAA1QKR2UBwxcHrl5yTlkvXoBBksCiKAIUWfX1KQGcmJ8XGogip24X8yR1jC4wAhsTDQ
qM9w40QMSkXEA0VgaBiYrmbNOgefSGbNU+zBQqijNVBH1qyejzfWQiwWBsLBvt8MXcwt1DOQ
o3eedMkNhtXyTs4EXNbXOgS5lNacFgdCO2Uy0LqVWn80XzIobBa86Asp5Fghexa4glQuoA1W
KSZRAUfjcIIhBgUQ2IYq/iyMQ4qAKJ3NZ7sANVMQ/ZNcWErhMuwXFlLZkhcwp1yZG6FW8jgA
EGFey6KQN2Ok604PVtj2meJn0Zw4KBv1AzxLHMIs0SgqwopIQKT3UeJE+psEef5cZ9GSL1F6
59lz/EZPUN18jUWuKVK5oA2LJEFU6dlObqxbQTHTsBVL8dhHucmLSxqMZT0RSZ9fWb4XPqYR
QTArEANMRbHLWmpGTZAvYGOSYXF7+lXYcpgerrRAjKeuiMjapZYRVYwKbYxgaIWCxAAYephQ
GDiA1GBJ8wIQBpXG+nLgmAKF1Ch8yoGeqKUZSo5KgQGXz2HWrKxQJ+NnMEhOsX4HM6x1/Lmc
0Vom6XhtPknsWxAH10w61lkjN9SFkJC+klnyIompfaav0OGNwuQS7q3n07qTTdiRvmxjgCMg
JAYS2BLG2W4M1IXO1PnJLeYWPOCV8YBHjzWN5siyZrmASV29QxA3Or9TfzNkVj/mQhfArNj5
jkAvPM+ACLFVYvPrAtEg2RADO9ReZ1jACGxBKECzNeX5ZByKKshEZfwyLgHkaa0rG1XULD6G
dR3i5Q0AW7DQhXwJSAgn/wCmuYM9udTFu0PMIJAJDJm5gxQRgJyIQYnLgEMw5W7qcT9k5+7x
7G0HaAx67ZqFCLPgsO07VFPLEXQMu4kAEXklRFFEAUonMbiUSaKyqAPCNZPLZj8jXRVALqtG
hGYgFzHPI70G6r97gjfdgWYFS1+lNu/k2tKBGXYh1AHtfN4MmUijPy7fjFawKAsGUKKsCgtl
5PE4sgxxx7sm7o3Q4epCEYMXdOyafkvUwiUI4EAMK3CKggi8zmCrg+QeOY/M6ETmlow8xByV
tloFiOilSdCKP5BVqfSrT6gCc+W84IOFOnUKw7nMIr7HF0GC9fu9ec8/7DZJ6/fq6KWZs17z
XILBpz35u5ZlL1U3D8KtRLnE4nMJ59FHTTz9ovne8k0yl3MiTpYAB4/rrBORKFACoo4IacmK
KnxABOIRY5gMFic2BUFEgjuSCv8AzDRCgmMfyF9m+AVjMtZorkYqJ0NjHS9Q2cw0LH+18+Ok
9HjRkHlTOJQVwWLozLkw7DMCAWFBB+Dza/KcBrJBNAm2PPps7BQAwF0QcvyzXXqfN3c3UBEN
ztyCYBcEZggDqQTFIgNkcn4MPahSqOYqmweQoDELOZ9nHMJsdwoZrLFgSNDAqiZZEsuABGYE
+tBCFr0KgfRej5spAYAvrp9eP2NqQCO7IyVpCqghnWDrFsLwRx2B5z6hZcUCNN6OqixSk749
Tgg66ZBdPLZY0IRYFkkc0DP6FQqCNPMGmGWqwDgLOYACaEK0BlpCqg/lCGgcwOsZ1saCw07c
l2BsXQMalKIxnmcIwbMgizP69o5Yhp5244sEw0C/3/fqqBU0IfTVL19X5JtsWVtAraEzm1+B
/wA/0AbTg+hqzY9mUgTns1nLJZrmC3mcqxgh+K5oy+RK5B5qAT+qnzOZr17HUHNQK0dSVJEZ
SYFofXaKpjoKJAi6LDrYtmBsDF2UfJx2KlGVlK1Km6d108uilEcFhcANj5r8tdTkH3diRrpM
/NoB58irJfV8uwCsYqzqaMUmy03r63QF81NdSx9GuYXLcQBvrP4ti66JCeQAGABlcgH+aMuf
1UFzrG1Z4CwgLGFCIEMCz6gxTCxr5yi6oY6vaZkRfM5i+XUweAmZePJV/wA2UPmQzHIoHH8A
XGzDDTzv2+I4YKjNaAl/2etL5MC7HPNYpBmeKLOvJXkUAit361OoMCjswobgdWI+zNAo09QM
bHTU9NsDh+wRl3zIXzIykcyiZRtRUoxSYYeIGJlcUTLqC5U+tiUw0JTxdgvjWv8AKqxcFsIo
lKDqi6Lr4mtPHF8aCDBFhVIK/hvmAQwih8QfDXNMkIJYNxAvXHQDRs1VA4sebOwFAhJ/g59o
h6rnorQgTiyZ6qXHBSzb5/8AnmrABajohGOHlZRmjKMyqoCEAJlc1BBFoyhPgyyZUE5i4ok4
EPxU6yjKjUJVyuK4+ZUY0BcuEcAG4ROtwrLqf1wJ6VNqoc6EjMIpZVECzNegZZ8gnkcT0+sA
eLcsV0HUEWWE9TfhmoALEhEIJUkjNuuA66Bg0QNQVhPmVAfy4BrmCf3cBgHAP5cSrgFSrg+P
6riVYBNnkkQfJBjDioOIaoDgCVDBGS5UM4rVGQjRSjrYRKmYBIiqJ8Q8T2+xM0QnTXxYlEII
F0aqekAqmVzqIxJlVOYbMzWwOBYr+i1hQZ/QPN8f1wZxXE5EvnsIP4qEcAGCEc1wSRAagM4l
kxjC3IW4VNKIBUYQjiqhumJEZeQBTojjROjAq4BMyReo4gua6Jmvp/aKrM+uzeP9f1YKFFkg
gdrN+heyKQAGs9CIqAt9dgZzLMgk0QwMuiCJc/qxCagsgUJc/owsBOxgnE4nEEqEA/wQKoQ0
JVyqDUZQpQBOIRySBKEPMIoXw0+YQP4IsP5gSc3SHf2IF/YarNf2Wtat6PQx8jA+Xwoq9alX
AOTQY2SS3XklQxZVsqoE6kkZqo/trmZM4u4CJUA/gGpfAMBhjKLsz4gEM+ZRpeB/dfxXPM/u
FZVCVxUIuKJ/RFzQ1CP4b45A4q/4A5bJCf8AFmWywVA6gGuLMHEJuMvBWgudxn+l0I0CqBLE
LiHUGMwMfRQuBtTd8fwDx2EDck3AeG+Z2EuzAIAQT88TmD/4cS4ILgjDk/JIgMMBN9zC8e74
hIjG4Krgw8wniDmWIYCCOv8AAHFEyiYFIgWOisCuyTbb2GPt7odfVee3rWYb+glw2jZKyoCW
hH8CcQjkcQEQkCXYY8f1zLlz5nMBhMB/mxLE7gQ68DQ0dCYSbIuWKJgsQ/B4LCwQaHMoE0FJ
4guEAAgUq0K7HrKABXggXXFsJ8EtZliNiW0dNs2OhIvFjagLmGGeQEMAoicT5lcjmUT/AB8A
WZdwNOZYqoeADwKnAhMsUdAIX7S1gInaoPgECd+OwgIlxWhPAowkA2YSK7ASwVvkgAEywYpu
E1C3NiBowBnxDyT8kUKsfMNQqDCiiFFEoQqBLEA4UckgAWZyYAYJyZU4EvhuzAXU/9oACAEC
AgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/ALKZWenyKLEVjpMSNslukQmJbZNUW3G2RR9C
VZtAqkv2MyOp7kvHT/EolovSx8umI7lqe5SdlPA3qfcVe53FvJdlGIkte5dsbVITVPuW4RTp
F2en0JSjYqj9emBUNLI0tiNzY3MDvpgsiTP3OxmiJ9hOfYmPoPMsgmIMe6MSOkk9RJJMxHoR
BL+hW5KQ8wYldy2X9SoQ5edydDKjUTlkO1ubLVErk/qKVB/uJmiVfqhwo+xmWj1KIazqJJyi
lBanUmM6lqfUq1uzB+zJmZwjYeh23JLU9yVTH3XT13Jwkf7+kvUqxznrWNiLW66TGBEzHY9D
BWC9SHjcTRa1JWO5f2Mm/qURfcUP2E4s3kcW0QRpuXYrtncifYyKNemlkPLG9uuOka7li2Kd
ovOhdQJ9zxS9y4kggh6FIaFuxPLZjBevTvJE+pbIfSHT0N2zsOFgwQ67k5Q1MCm3ub9ukxW5
m3p02HxSnuY9i+NRRKLpER47MiJe5OOxmG8FuCnI0KvfYkluzZblv9TMQTqLfYemkmfJbkSR
MohMiY7njNLU/YvUhYLcIx7kCuGvcRbHNdyFe7PXUxW58bjTpKprpb1PUwhUfsW7Mz6adcWX
qKNCaojEmckrCydis7G5GWsstlvNChRuVTLtvUjlglWsEsxWhE0s0VgnUl47kpUOZ9COTl6o
/l8WU5M2SyX7G6PWunxRMEtwX7SS8HYxJPFwtiWr3OwvJyf6dBRlDaUyQ1RmBKClZjpWRX0z
MYMWXfpodjNjWpb9y72Kr1yQtdy9Nj/T0hW1vgunqVhF/WT1pshZmbEnhYsdZKRMZ3PlXchW
iddifqTjYmiYZUUbMh+mNDKgb1PUTn2JWuSMepPSasp5zJslU/8AyO26MUxEGKRM29D/AAFx
0LwSsbE8Wo+5O5Mil19CcsgyV0/3DeuqNkyqFoRFrUkpRubQdzJ3EiWpehedyHgiCVxFpIuR
Ge+TMPuZFLJt7M/1ErJEt9ifsblP6lndn79J0RifsJJ4FY07P2PUsk2ImumtF2JF5Idz0ajA
k1kv/AiYg8c9xKJISvcUYMFNyZ9yXyoxWg21EYHp6FaYMT3JiCZhrsbLc2WhWdSW/YV6FUYv
U27m6kVkJSifyqOOzGlx9GNL8ba0df8AUf8A82k/T/qIX469eP8A1i8lHvxf/rL40/8ANR2X
eSuUzqXL9bJX0Q28xRLzqf7irjUfcZaXYlU/QvTLMyinOpdF66jeOwm16krjRLoUXx7lK/oL
zXi9UNyT0ifQlW9xeNRmBEPWhdiVgzfTYh2UqLp/uNMh59C3KJ1Jw/U33IeCEQs6mKRcRoKX
I39BLxcasXgkkvUXlD+v/UJcUl9zEsr+n8iaXLl4uPX+R44a0IVCj3N12FohwsEvJgtMaVPY
p2atkTP2Ho2Zj2LcjUSj/hZd9zEnyVDr0Oxbojch2h6Eq2tiYtkI2JiXudzBSswREl0iNFgs
jbUjQTNvuXTReGQVcETJvOhSa+4p00J51xV+p48VS/7CdCEqGk1aPJVPvJZ47r9SNSdES9D/
AALWCdy3kjjcZZ8dTY+V7Gr9jJMluhJbmdTAk8PUiWl2UiUikxZVmYJ6JPQnQzOw2etmSf3L
XqS27K03GyE0aEvB+pIu+prH6kovXUamxcuT+MnxUV/TDUyPjERH36clqkeg4F5PUjjEa6lO
GhSpe5KepGnYbmVruUWzJDtbkpKGSoPXdG8E4T6XhmvSI9+5vJGiITZEku4J40e5DwiI94ov
PZG/qW0WzsQnjpVMUskcPEF16m+zFBsxxRCdyQ7jpXuRn0J5L4JnilWgn/T5ccJWP8nfacHF
/wBxWlKofJOZWnRzrsJr2P1PLhSY1kWxmCIbepsbs3MUiiWpZOC5J0NyGq0KwY92WKBQ6JY7
mDKaehKULc7nyx7ij+O5JSPkvcr2IKXSdtTlFl0tsmKepGUSLRl9J+xFyXUG8k6CaMx2IblP
r4pz6HktR8XqjxSxhni65ca+4nyVNfuNJEPj7k/5WsiacvZCU0u5My+rbRuU4exOpEx3Eokn
CP0HMIxKJ+xDrYlqBDU0yinCGs9xvLP9V0RyR6als+NmBfcjSdSz9mT0o7kMrTBMCk/Qh6i2
FsfJwsGKHdshnF9n08nqWxcOPuysHiWxj48P48XbFx2XT5HPilXi4aIdLf0JQjaBvRih9KR6
FLIqkykXZiiFgSNi2TGSZvpb9iOGO56nZ6laEikvBLwiUpYk9cCLwK5ujJ23JehRn6EaaaC1
E0Kq7kLBCrvJo/uXcaE4ZEHFaG84E1W5fKiW59RNP1ESUPnHy5OW/XolFbl4Oaa/yuLHGBJa
ni16MUTGpdI2IeREqysbGCzE7FKO0HeNTT1MksnOgqmekolr2JtCStDmhqUyHbIbsq0IUZW4
pqUPjKRE/RmS/YhP2JMENL1IYkvoYgjJRs9SzF7i8nLkS0SJajYa1dIUvIuL5TgShIhWln+j
xWdSefJcfVnj+N+XJdpR/caynND4ukKF69KdCyu7KZZWO5ilqj44WpLyQ8CSPl9hta9Mwdj9
S3Z2IuNivuUpbyStDP0OyJVmLeg4s/0kJyhRMbjlyKMdKY2yE4Ww1PsjPsQ3LyJsmPoT/leh
VeotI1IS9RvGyMQKM1ZnA27nA+TwiqvX1FpBx4r3ZbsXBLk+XaB1ySb1g4vl/JqzjNp4exhc
eCi5OSbTcMafHLolL1RKrsThEtUbrYeiHvoQ89j/ABKckTTJbXYiZnA6vQll2yUsaF0T9jUm
SXb7CYq+RCHrOpOhDyOD5KIpCaxsVKncluzM9a90TiCXfIbdbExRJbLULY+R2/YlNktkTKJf
0Psf21ox6NjbwmLilLaPLiv/ALGjz/K6Wlf+k/u8ubTel6CceSzMsjj/AB0IfsXy+GguKwkO
r4uiU/YunoRyv0ISwSnDZuTqQs7EwSidiH0h2QTxHuSydT4kz6ktO9UYrchsniepOiFuyY9S
6uiIsvQ/cjv0fSnE6EZ9BJooqht5Lo3jYp9oFx++iPlL9BPiJ1Ymsn9zn8XP+X/3H93jyajT
3EuMuXr1axOxPJvl2Z44UQQnSE+5+h4tUOFCT0E0eRunZM5yJKCOjZWpH6GL3PLrozYnUglX
GT9kbToJLC1PHQlP2JVF+hElTZkajGSTuTtp/TO5A1Mep8reg3yXoTJuiYhoWW+xGpem4noa
RA4d6D48P5Reg+HNJ8YspwKciWuvSiexL5JLuP5qFlyPwfkuLdmts4/k4qm3P/lJcDm9kTF+
g6UjmxxR30MHbZ/+klfc0nbpeOxX0K+g/JUXHsQsIjE9IzO40qLuboiujhwnoXkukToTicGj
jYtZwW7FDMo/fpGx+pSrc09i79TMGvTaR6krUhWxceVNY7nlMPY+KvX0H3GllWLknD45hi0e
sEqXoeopwPl5fBuYF/b5/D/MlRx/HqlfqTsPi/ku5D4cZ9EPl+N+L2hQfxxrKg/+zg0u2BQr
2HoSrRDKPlWxMisdk5/QnCJiiFRbJSJ5YPivQfkQlQ4WCVjBmH+opX1JZjO41m9T1oTgydsG
C8aDTwRY3OOno7RKoiWQ9C+kzY1y+o0QaKSHjkmjyRKyzx/ytk7njNdOK7El17HjwXl6qCYh
umi/4sbXXw5zD1R5TP46h6m5OhM6l5WGJ5S1PF+hWCMplY0O+xaHVLp6FngkWTqJq9iOTiSX
7EC5NvsQV7Mma1FfoXC6YX3MmxGxuiqIjApG8kRS1NiH9SMH+yHLkS4q50Xcjm/k9VQuXHnM
PMEK2sr3I5cY1kiIguyM4JamRtXA78OHvMEJP8jf0G+KX4lp8SJmNYFx5YZgx0yPjzSaeT+5
+GuLV8Usf+Eh9LuNS9MEcRpmSsrPSOVI15FKBTkyJSSssa4uHgUuSM+hLqRq+zIjTIk3k9KF
3GsovQb2MG5+rEkxvgLymTGcl2tNR9tKHDjsXUl/x0k3RUvseX5+EcF3PH8fFI+Tg8Px8p5N
6IjVsT3Jwfysh229enLxtnyU8RvlwUMjioSHOxLwmS87FdKf0K5M+d+p/d/DwqbS0R5b7QRl
jmi67j+MqoYtCYlEvGxWuC8uhyogTIQoRdPSSddZIiBeKuCNURrr6jjP2Pnkcv0myJ9DtoVR
216R90yi9NumFHbPSqM2NOluJIiBJLL0PPnfLaum7I5fy5Kh8k23sf3eWcJELBlehPFy1omJ
6ohnLuJok7lakK1qRyKbRPkykn6EcuLS3IeUOfR+hyfDE++SZxqQeK1Jf0PljQWxOhKl76mH
6EHlLKV7sjbEENQkZUI3a7ENR7CpFJ/sUTP+Anr2LUeuT9Oj27mTGTI5vY9SJp0TOT9C7HGC
U4gp2KXPLLJZCUEsfNf5VBjQnXbp5cfcfJf/ALIlLJgdQ4Iapangk4Wo9sIfFfymETydv+mX
oc2qUx9Ce5DPLjfF/qRqulk5OxHsNP3PL2G/qbdh9yickvOw39hSOPoSNM+OhDqM6il3tAo6
O+lfQmXLK+ohLJdMiJQn9kJNPjxZPJeb/wBRHDiuPooKwW2Uj5D4vimn2J/HxedIMNLZkc65
IkxHdEptwp9yG4WTybka44e2R82nW7I5OPeDjy58/Lnm7Z/L7P8A6T+Uez/6D42vf/pP437m
F9Rqb0Vja3IWZTJOXDmk1y0ZHBQuVncU2hzqVpXqTEMu9mdl+o9iM9x79jcttN6I+VIq1oxQ
aRqhbblPy3I4zHuiPrrY3DXFeg0lcWfJEzHR+XBr2J1M2Q5bNluZTQ4TfcUqXoKdD9DBDRjp
bgjiW5Z8lKYuf4uPxi4I5cvQrOgpxqNxnUf/AArBx5NQhcOHJd4N9fubdLLdLB5TRPHJ4xcM
a5Kk6HGZSQ9Ti1o7OPJKXxm0UoWoxznRihFIpl50ZH1HNmxVM+Ut/UlkxepMUOFMj4yq3GXH
l2J1ZQysk7dFx8fFpy4eSMC0MSNC44F5cskCWmrG2zOKMFLpZsRHuNED5cbTsX4eVclSfoeT
cIni5S0Jf0HxzziI9inaKtrJL4x7jIdE5kgfyyTqkPk9XQv9v+InQfNjTOa7uELiz4qTZuhk
RRLdEqXsZx2Iqj12FDKU9iF7raC/oTxhRoyXwI8YcQRFsiMFZ2MRBEUR1adRoSVg7sltdi2m
QiBJadIXWWyiDxVMcnytMfJK3eRrkp2HMr2GuC+TxJy/JzajLPHj8VqTy2jo6JWeviRuceC0
Q0lSc/Q49xcFhWeo/wAulSPkmeTNtTx0ZZCLrkfqK5UlYQpdD20RCLyN8f47Hih+SohzB48Z
aW5WB9ixb9P9keuRyV/+ReWCXjQotpbj48WoNz5uOxUdMmUfyR8Wm9CeVIt0ZIVkcq9BeM3/
ALf5hQsEcvJr7FISS/qkSTonUUpqSXySapSyfKXufNXoPjyfxeg+K4wtGVe45rborPjfcnUh
6lutiE7PTJVrccZLSnuVW4tTHsPyUbalOCDbclvBPJx3P5/cpQS6WrPTBQmKrgkYlHoSvuLy
UNDXHQ8XZgykW22LxXueXK0NNYMLscp1MGCl6kI/w6TtgzLKJcEt42Ek/cl4KvjxPPlCFxbp
t+iR/a4Y1jv/AKiFbPGfUvI2lex5JZol0y01JBbhn7j4sr3GvsSnexE3oQ8EVBXsNalsjVMl
Y0Z6kPBCRgSY+K+pTUCjTAubdKxPbpj2PJ/xFDmTxWDshRuTyeBX0l4NkSjBBBsiJkm5MdJf
sNp9Jehgluxf/wCfi5/JyzsS0qtyPj3F+R6pNe54tR2PFaHk5fpYmqWzyXg5eKlcrPOF4l36
H7MjTU3vUSTlox6iQ5VaD7kpSi4fcxe41BI6wyZa/Qc3sSoKxq+kkRklkJ2hbxfSENpfoPjy
LcoXLi7O9iWGiRua0PnmR+Mp+grlLL6fFGKJTghsrJMlWhblo+NmxDwPx4z3JSt4F+bllW/Y
/t8HX+Zi4tfHL/7qFwShcUkvYnCY3xXwcXIuXNTx2Y/CuWIUwW4S0PTBd8XuSkmtNCMvuOpZ
OiFGWTqjubktYwJL3IawSisiacdl0SdpD8aJxuNLrNyLsN8lhkoonfpaRPFepE+w92bGRqVJ
PK22JLfI4vGTYRLxsdtiSS1kwfKjcpdGtFgjlknl8VOR8OFt1PqyJzEzuxc+C+TV+5V8m6R5
/ltLC9DxShIfBRVLcSWXkvO58XMi4blyzEPcenHQxTtslCfLB8bQ9yxkqxN6Fuy2RhbkLTUX
kjsyV79ISJfsQvc7shHlz0EuKn0HbhPYl8q1HymTlz46uUWm28wXoSm1NKSW252E3D1JiIsU
K2KE+8GhZgxRjpRfRp6YGlnJOhDcxqcePFyly/Y5eLc7HLl+Ti/LQ/sy1paFz5NNO2u7I1ZA
+T/h0t+h2OPKbWmp8K9SeStbER6k8HD20/5R8eWmYKkuyn7ic4yQW6EvoXko8U/VE5Y0nPYn
EFL1ZkxL7ijpP0NkYP1G+X5PCdP/AIkL8nHlGZTMJJf8J8X5dhN/F7FRL2FxUuHLPLSdTxyP
JMY16IyZLdH8vYa45Mx6My17nyxuTMvYob5Gx4LenJPH+a29SGm16slqOS3QmrpEnZZPHi5F
+RutisLQSSxkXL+T9D4r6EriLy4wnnBTk5PmmuE1yJylqN2hpT7EYZ8lZPLGhn6iki/XUesk
tR2JwQkQ8ffpDwV7FFvo+XJt7InjSH5a+p8SE0mxvnlbDcRCo8ncCSeRMl/QulmCFjpcspQt
2bLsSnJME5e5bKeByyu/SFhZZ5LDFwfqQmPyUkr4+hx4x8HU6jSucMhuJUsSzZ4tL+3pGSnT
GtZiEcVHjw+5ET6kKl1fHkp2Hxi19DbsUNtx6G4lH1JRG2p3RB9hTZPH6EtwzPSTBLZy/H+O
PJVPofJlLyJ5OGtCOPFToxcUo7olt8U7l/8AyHxXKUtTediXcdi0JRKIUJehmIMtiarsWd2Y
nYVHlMTpBb+xbd+xy4zNYK9TH1G3osexy/M8KkvQiIcZEsJdOSSnucvxtfytOMNfIf4XK1TZ
GROSedpJ0xLivDitnk824fpmxcVhFlKDJXJk+TZHL+W+pDfls4gmbGvuemglEbjyKPqbnlnZ
E8qnQ2kkrC6W6KwSzx4NrsmcX+Tjm3JP5PGuxH4Ul3VGG5E+XFe7Q3yXHlz0hTBKccdEi8C4
8FMZZaXuhvkkp7E8Eo3I2O5a/UxZaI5cfEpG41oWRN9h8ony+xpOo2/qLhxc3cdxfj48YbU1
3E4gTdGaSgnUt60ecS+NvSipeJQ3xylRD5NvuyeXCliTj+H8S/8At1gjm/nr7k/qQlLP4/cx
9yIvsJKnu6J5xy+5yb4TwmuSPTBDVnyJVoV+xdydnZjpRHTYRiWzycwnknjbxfTF9kJvKzMD
48cbjuyOPF+ok+UuMdPFerKlr7C4/wBHfrCKLKuckNNTcnjl6kTPamzlCioU9x/kermyGpeF
Bx+Lb1bWBSiIUk9yVkS05UL4q8OBfj50uSvktH/+wuHBeXFOuWpFLnzpLZI5fl5zeP8AmHOD
sPk3WCOHGVuyeTrUnjB5c4hashOV2PFLyOVvi9JgleLRo5G3R5OiVpsJpW0LEq7Gn7rYoup0
fSejTcNC4o8Wq39COCrVnJ8lDQ6cYPirPk+5CTbVMXLj8eCe5LsSShvJxnLtvpLwiEpKJZKI
1LUp6krU2e5NP0o8YmDyxOR8szgX49E5bPBLGSYlrUW5vqUJO5OyOL2ZbjxWgvxxCxQnqLyu
MHCMtL9DxizxSgl8vL2g/Y8U4R5vnKXYf4fx8Uk4nlI1w5QpPPzXJr2Fzbt+9nyclk6s8Y9z
MoUYO5OHrBSMe/XNkpwfJyxxht9O5dP9S2L+1ynnshfl/O3yTSa4zVkceKXoceC7z/5Ty5tJ
Lchc+MrQfhy+kkcubfH3GuSUaNkJqdiGpJ4uiHXI+SlaSKKKZGg/Lj5D8J4pHLj+SYWo20ny
byyEolk8rZDplewxPBEi3nIpdNUfxS2ZxequTjx4v5zen/MceLccuOVJLU8t2eXNqWRxct+p
l+h582lFtsfF/kf9uaUwv/CLn+T+C13EvxJJax08eXFNH8U16FYZqOVYy3HuQ7KZE2JfU/3l
Fm52LwSkWOWm9hLjPi8rsNrhDeqFx5OEOMtOBcU55TeP9JH5H8k54jatku0JJz2J1JaPi53F
edD/AFaFpvaC1RMT21ImzPxG+XJJrI3xabeqs8ear/i0G0vJRkqi3LMyy8dyEny4/YhKJ1oh
qb0OJy/HxUt/xfoLhyaXJU5YvFrs0xW3trQnyfjvLSJS8luiYhjeis5cPP4Klxovi43dC4ce
SSWkkp12giYfcpz0lob442ROZJVkup9ydTbuTlE8aWp/JE4gl4KPQ7j5bCSUs83roKcmTsL8
nPlcSuI4cQ2PycQpQ1r2EknAm/0g8eUQz4cpWp58eMrVTGDPyavi9CCOXt0nYSf8jxSlLDbP
7mPLT3PLjacUeWI9x74Jdk7nYzihLjbPTQh1YriiUpe5/enLl9hc1y8uR4xeVLF/c5x5PH/y
Fx4OfEj+TZy8ZXlUSzy5cp/K78F/1mjrRk4g8VPJTq4FySrlmxc+L0mD4Mj7nqNbPJuTObgq
1uLuQvsLjN6mpuYaKo2JSnuNKEtZPKVP1K0ESqR2LcwtTlDeXqQnJxaWdXO4vNy+xH2PDjKX
+4a+41yUsf5OHJq8LJ5Lm+XaxcPy8Xy7n9xT4xMHPk23xUtI5cm3SwR5a4OEtw8J4EksjzQ3
OGfKV2JSReB6EIcU+OZLLvYm5HxeGsewsNcph55L/vC1FyxyV0JeT498SNc5rUf505SU+kHm
3/8AgrPaCp8ROJIzxalLMMT3S9ekKtR/j1yOsZMQu5ayI/QhV3J26Z9RwieMkNwfykvkuxC5
Qt0NLn5R6CTSXHcjzUPNj4rknByc21RP1PPnxaX+AuPBQuvJPj8lhrJyTTSmpQ9BS5byPi6U
ShRKd/QiYXipZzbalrE/94fjrAnBxTVpX2GuapYOXHsOVqJN0U5gh6FdHFt5Mw28F1+/Tly5
NceSx6k/kvjxwNJeMPTUp+xiEfLA+C5f/Xt6nfYnlxbQny4tfUhKUsSz8b45d8jxWCXgbnEQ
PlrI4VcqHWpR3gd4wTnsS6T3ML6lr3MQimTEM0TFfuUsayYz3M+K7mfsPxcv6EQ/jQktcsmI
0/okcnjy01E9UJo8Wog5Lis9zxdVgnivcSehUS9RS/clJoj/ADPInJ5eOTyagT3JmFkb2OKi
Icnk8aE8rSwNvDwNt16C1TFSbJiF3GnCQ4LdCWqMks48tc9KcHL2PHc5fjw1glVuhbi7l4Hy
Zan3MGTy0G06FKJWhxl2cbgnB21HE2Np+xcQ6OKeuYK6fJwUnyghSn3PXBPYa5caxJ8PoyGl
9zw8ZP436jnhUD5LjGgsJL/b/hPJ0/sTSe48DT0FHuTJ4cYe5Eol3CYn3n6HHxdai/Gohavs
JTfR4fjWdhPukN6nh9xuXCnQhJz3IxxJ4wlpJx47ieyjr/3iexf+1cStS/Y7MSWT0HyjPR8X
WzM0thohy1ufuKnWBKJIqD9iNWNtfQSiVORQyGyZU3Fnly5UsIjCE+GNiXXJEcsni16M8Z9H
BLlrsv8A2k2vUlNP6HG1c4IX1Lm8sjMnk4jYprxY9ZZDz9hxSg8nl6k6FKthynEM48VhKylZ
PKmhtOfQlai4KlVjm+8i5U7g48EolTWsnfaIJahQJJQtxcm8YEk57SZ6cdIHw5Krg8tZE8EV
iSF9Bv6ED6XcF0Qh6tdJZOpI40MEt0ziliUNofL6C5cnkjcpS9jyaho+ImonUTVsaiXFHjhL
pKoSml+4mhyJrL/kZsSTyYTsTTvYjSCCHg9DnyeUm19Dnz5UV6HFPE2xcU4Tuh9tT+47ciaz
y0I5YyTChUjCkiXZ4IfBJOLvJ55kS5OJ0HLRLwsEumtT4pZVibRLxuTtgrJPDI60eOkqIJwh
ozRmRRTJnBH7luUSs6l0J1Ts8m8Ini6WhJLKWBoh16HqQ2NpuEjy32LticOCbbOxEOd6J5P7
Hk3jRodTsQ1ckoRO5I5Fwbt6ChQiYiVYuU+5T+movJS+WDy1h2OeWNxbdiOM92U1OhLfofN+
48ckji0SnEP/AKS22n0fFOHKoT1SkVinGhCVPI5zoS2RHqzBKQtNzc9TMEr6ouyMp5IUpIvH
qToWpUnLi6cJL/zE8fiu4nycti8WRrBDFyjJSr1Jao8dyLUEP2KUcT/cQlIm6jYT4+6O+LN5
LpezHxbwii8kzC3OS4vz5KVXY/uOtEvQ4rXuQ8blY1R+x4vHH7Hx2qy2nGx8VLJdPLJ5v9CI
rYq+w0+Me5EQ+MypHzXKW3hdjscW2WqmU/8AxEb5PKJcnHRo8dUXkh0iW5enWYpEmPQhqyDk
08Zk9NRpOjCgz6JEpxvA96/9RKwJLcSHGSxI4xrkSdysC5JQ1seTeUPWNSL7ENy4Mj2W58Fe
5C0PGK3JFGtFsSzI/wAX40kpvlqS3M2VTWC7aEtB/qOX7nKXfYXBYocL1NPRCXjbyJQJ/Znj
H+BExWmDxi+St+o+Nxkji2KtCxp4WhKUXg4zlJHlDH2MGDHSia7j/UcD3ZhPcUwOFgmPUpwf
K2sly0QlqJ6iFJM5MMmGJY2HFo4Rm8l0Zkb3G1vqO8ZNe5LbYr7nYU0hcm44p/uL8f4eUrio
5RufK3styXJOZOUa7n+rtgTm2eNTuS7cSPkkkpIWdYPLk5Z2Z4JwzK8dENPAnxiIH+T8dPZi
4qPNL7kfkpxhEPCE1E5Hx4/y5NJdyeSjx27lohLp8l9CNukGxdmBKNRLj9hZbEtiMC3WC7R2
ehuRgU/UdnwbSPLPIlkSTsSuTViTfy44edC3LM3sU3JMwti4gcwOMGBLDG+dJb2L8P4phu4p
F1y9SWrfuas7DlZ9j1JeNWV8l/t/xCXGnMR7EQ09aKtLWURycruNLTUb4L3K5QvWTim7v3KH
oyUvG75Ki+fm/cXje5/chxNMX5fyQ4vcwfERD9yzv076ma3ITnuWo3PGanRHuRO2kEcf5LfB
5cl7nZFEyySackak1Ba+hMQiJiD4abkp/JZRDRynKwjyiH36UzKGp9iFn3X/ADCP8D9iOXxR
8XK7mK3Ek6+5Z5bdIeg0ptZZLFpGGW5brKKTRcNfQpfyyV9huH6QzEf7f6hKF6tMwo3SY+Li
CU0n3Y21T1J5P4rCR48YgcuCrJUP06Q+mSB8SE41J1j0JlmRzcImc6j4JUssiaZE+hvPsYpH
jgaHxmpLUni1TJTiVI1EyUvUSanhySmdDyWOQ+OibI+40jymxpuG9dhLy8mR44JZ2FUvca2I
VbwfFQy8jqsCe5tJ4zZMdi5PLTZk5O22SZ9EyvqOmuW5LzuQtNynC9CV9Dx5Q5sUakJdi6ki
Zk9FsRGCtScHkn0iJ9Rwq6XaR5TnQ2G3gqkPWdD5KNikOW6M0fGj5OWdmKyOD+RP5G29LGkK
G51g+dtbj48v4vBy0RLwLwFNs8cRkb00RarWBpKCsEqe6JimXKeh5cr710aQowKHoKVb1PlJ
PHDxeglFvsNNDpSRxtt7EaEyPk1M7lKCYj2PKO8idKsCXZFCL6NpKdxQJPIule5GEzJCdvsQ
8RjB7nFRCgbiieSs/QrMZI5ymtyZV9ykS6kXLjUZM0ZL9jDZ8k1xWg5Q41MaZIn2KUQLisLQ
cKIyX9ydCJbWkCq9hQOSlOhEz7k6jbz9BRO7LpCSzoKU6yRFLAuK+hfseNp/QUuYeZN5J4P2
Lw9CIhDTMwowTyqFXTsdjBLIRMSJrUnEGSTyZnBxhSQ9B8kcVyrYazsNpfLUqoImB8H6T6lP
yX0IwxToQ6nU4qBUKTch4eTyT+MWPksqzZqjlKGlQ/lD9Bzc6i5zXIluV1kxQ+K4+Te7ghlo
aiaHKrQgh1OuTxz3HsTsTGCEQxKSWrEmpg8WmyONNZNj2OP9FH7lMUqUNb9KPkkVSPi4gW+t
/wDtPuWpWhOPQj7ENHlTW2xKcLYpT7Wd19Smmu5DUsjK7io8n9j1HLQ+Kxqh68eWNYOfF2k3
gZScbDb4ymjyTjjsPZaFKtoonxrsS2oMKfQquT3wXndDhv2Yr+5Kov7FJRo8sSRLs48uNb/Q
8W8bQdtCq9RRXJO2iVFb5Pi/qRqKDdbC2YlxhpqWJO2WP9SjZohD0LsmXnpWBIrBePoKMTQ5
2H4kOiNDt6nxzsQxz7EOGmhd9EQuLSeUeWklOVoLwqc0OObSWDybb7k8W1ujlc8lFDfJQnqT
Fb6Hyv0sSTofi7e5DanSBxjQic5IWDDnaBztZWNj45LqdT9y/YhZWBeS+TdnwJ5X2ka5cY4/
ueMXoWulYLUMf6EJQUu5f8VnBMVoKr6dii/Zm6HPTHTfsRGBOGxTIktHgbix+XsS3nQp1sYh
LLG09MDTyfJzP2F+olq9TfvBGo0srU47qTAv0O47ccoFy3Sa/wCYfBrdSVgvI23WxUN7bEaH
7l/Uu0OMvQ7l0txX7EybRk/0kvbp9jlOiyKaWmskZQm1Qkl3knLLRYknCFxVpvAqt67ExJKd
7HqRNETSF0v+j0Nl2I2E9ULjh6Df1JayRpoXe5P0J1IFywsM8W54uI3JRKUNanHnPxdP6Cmp
VDT9jZ7s7FCm2qhHLnjyFsN8aeo3mcjl+hDyrIasr2I451k+RClii2eOrIeSBJxXSV7lnPZq
PqJblO0eOxK0wzx7WSieS+hgSnOB+T9i/Yx7nfUpxJmdi/c7snXqpU9bY501Kc/oWS8DhShx
R2ew3ncmKQ1psNYjDPHk7WETKsSX1GuSlrU2mzHqQoa1EljUjDWNiWzRoQkqW5Bf1Gi3a2FX
qSTklfSDyixPkrWMk81O2TCqkehZGxFRVChV0xk/VFfYabwU6KfktkLk1hSYO5ENI7OmfE9i
UN6ojkvE3MCZgwfqN2lHYcwaUXECahJn+BVvZkNVqJpTpBhqSWTx0RGOSLfyN5zsceXqVDnR
jrtRScPY8olaHytbHxajVEYSwOpRart0nD7E2iVfqLEdNZ2F4+5cNLfcqEsIv+Rmuvm5mpGi
rexLyVkdV2KG5ckzFnlNtInB6EtxAnxcvr36V9CXWOm0Gh3FENIzD2LIeNDKsmYeVAuTMDSw
yGr7EzI8yPviTz8fVIX5FxhKnuLlxudzc8lC1k+43xvRo5StLNuxHJRsxYgcXuN4NSImScNa
GzZGYKR8aZCprMifJw3UaDhySn/KfuOWSnjpFeo/G7swiIUK6KqCdTxwb9yUjivFz45IS/Um
f1LwxKJoclfQgg/xMQ9euyKwJYL+hMFe4lyElhGDubdingtSfGi16MpHlxpP+SHxmnY51Enj
QcuhrjqNcqR5JTw0c9K5azBOIyX7MhqyNiInopV6GMEcKboc4ehVEuk/QnjyvSirTyOGkvYh
8l9EQnLeKI5qH2Ibn2HOMCfFUyf8ux46kLIvHjKesnFapEPUcXueOgqvpPG+wpUPUp+pn+hP
bQ/Ya1RMzuLbo2tBcqGoguRpWluKJgUIvIirfcT3J5KYMuhccwSsN6nY7D/FpoLcv2Y1os+5
ClG6FBEkt+XYXJUeK92eTfyjUnk54yfF40k+PvLKzseSzsXSInOpLl+g23K0jImnKYpx6i0e
5BLtky1rCF45y/QS2Idj0jp3L6akr79JmO3R9i8diUQq3LP2Y0vsRr3JSXkrkmq2FMNE4nJE
kIXF5WSVgtyyHEEKjxXueSzJGb6VkXNf5ckv+KWBzXHQV/HWRNYsXlhjhDtIqyXhniyZr7l3
xe2T4qCGr33PJ0nuJtXH7kOyIRPhizyUuTy4KIyhynWcENfFnxwjFoSiHFi+5Kx3KVjbGSQn
Bq/QTQtHqSi8LpkSVkcvvZP3MYIFMDcK9SUpSKXsUKUzZvEl37j84nQiHOkYJRsinMC5cf3J
aWBVC1/24kpxPSdHRDVMrI08l4W5HJtr6kLC1ImD5FWhN12Mx2K0Ij3J8Xyn0NX2OMJruize
zwTzFFew/JK9jlla9jdbsvmmvclQ5LUlI9Mklk/YsghqSlXsKo9OldI16KbUiijxQpd6C8tM
QeLwxtYgT4/cSdci5oStDjQbgSWWV7nY8Vlk8nR4r2FOrHNQL7njoxb8cDnJOtEclRKiBkvY
vQpCepLfshWRNaicsuTx2RW4vJS+w+URscdJLV9ieWuCLnJl2NJyiSTB2Ks7jvGSsGOm/Sek
pFrJKK9ypSNaFYnGDlxezscKRVZZbghUQ3W5mYElw95F/ctPCPKMlVGh3OPF/JuLfqTmYoXf
Q9SiVo8EVIy6HxiVuSpgThUJaFKUdlqcUsi7tdZ3LruPjMpHHi7SG9j1FOY+ol7kpR2LKMD+
xONIQp0IiyfsSbGcE5MEpdYdpm23RyQtNC4UCmjlNqGUSqY5KbaPk2h+NvuTgt6UU22sTIpb
S2wRNij9xc4+G/cSbXxrB5LG5eCXSR48Gqdi5LCeUbHbvcDhS/QnDJf+JmhQV9BbolG+4/0J
IOT70TODK7m5EWhcVZsX07Hch/0WUYoX7f0STqtuncadHqPQW4/QQh67EJZymd1Zba/QyrP5
fQl8sERPdieI2Fz5WPjxcKJWMj8c/U8VxxSVnjz4fWSEkk8xI2/sYhPdCa5Y0ZKQnPsirRX3
MyyHPsbs4ub6XROrwJZNoOSfc8kZgnjymaOLedSMCS0GYGR9zfv07mC2itTAu3XJOF2KfqNx
0nLZvFz03GnsSrE2irgxD3K1LNylBcmtHx4pTiRpv2JmVqOHg8mk5yTEMXgo3kfm5vYXgp2b
HJCpq61PDmnK7iXG09zuQP8AxKFPTOMC2R+/R3EiTtbkJZ9iNhzpLJSxqLnycqMDhF0WylBZ
syC8bnxsWlEa9L6YLJiytTNlnYlZJmyN9TIqljmn2M+pKwbImBVXoUkvZGETBEeouMSmj40m
LfUpnKM6Qcv7ktd/UjhXoPyvi/8Ab/KfFuPdf8xo2tWSrTZTsbdsn69I0HPsV7lHcr6nKdGy
lJs9Rcn/ABaEv8rY1xwjxwl36SjsbEz1iJRPD4P/AE0Nfkb5LST/AHdKL6UoZPPi4JgyfH36
XyjYcckxQOclkfsTFPchykOMabnyF/cajCbJV91ZKIJOPOMal+xeNS/YrXJWdSpXFtX2JSl/
uJ8nHF5E5+O58P0JXtUCbTe+58f5bMWlfcuZKM2Y6Nqi8ohZMEu7wSk6eDyS9RLnC0Ox22M3
0gX9EkvpKK9+jcwPg7WsGiTxJKqOlUy87kqxzUiiGS4gfJQ0tSkWo79I8ZW5LVi+NPLJRBBG
JwcWrkc6PBRtBy9cCh2cvJZwyEmQ1jUTk1bIxHYU/YjVFZMGI7kDcZHoO7OLknHcXHySavJC
zNMl5PJoTw+kMmfUyYKP2Jz/AEUOukDuEZcbEv36WkYRC4olpfKkJKmQnetkP6FPPcjlC2gS
blEclLL4jSp6DTc9bs9MHLlxj0If8huYa2/9x3ZnOBcU7nJLhpD+KrWCEl9DyyUoIO+5M/F9
byMvBy8dMnnyfxSwLj+PP0RM+4n5SluJc00/sYVsmfi68TsehBBPTNkMh6dH2JOz6PxU9iHx
f0J5Jlyb9j+Jt08X7Ci92Xxbe5LRSKyRr0rpOvTHV7kx8iG49T3G8U3Im1N2fDUx6k8uMXge
/Rs1T3LeNTMslaneRp2xwNvA+KVENN9iMITfyEoUnjyc7LUhYIR2V9bZ+5iy0V7o7HYjpgwp
ev8ARHTfpJZg7rpRMe53J1J69xbkNTI9ei5rjWGJP46j4p6EqFBEQXexEnlHSGjtscksSNte
xZK1ZJG+onPoisDSK5TRCsSagrO5albnbo2iMG5t2F+pbJ6Uz9xL+if6PTp2JX9G/WCdOt9J
6bQzseScpuSHmMdLwOCOnqTqx8U7P+8y9XXS+luJoUcsFZ30IYiSdSMOMiTvv0rJERHSuk6f
0dxE7/8AYY/plFf0UNOi/wChEIxkhohrBjBCVkSJ6lD7HnzqM6nj+K+7Q/Lk+U+wufKGokhK
CGQQytLO549WkVX3PkW60PiWhvJRRDyQ/bpdIjpJ36T/AET1jrjpK6Y/rnPT9+jkohqRPjKH
4tz9SElyXp/7iOaXF+4/7aU75EvycuTnRVguTjy5cXPcW3S8aEpyMtuRV2Ij4rUtnxVl0TqO
Scsx0jRalFFiGpL6X0vPWv6p61/XuS+k9FF6dMEkrUvJ2I0LtDT4p92TCSKgmJPUhlnxREZ1
IWBz7IfLnwb4uji+NcXoenRtspyuktwmNpz0jf8AonQ3IRK6uHRn+q/6O/TH/YZMT1tUSrMV
0wRHSS+lHclq9DuWUiBpmII5KfU8eDjisO5/8olxfJ7tN/8AUWuX1f8A1EPynZtiS4Pu5F/c
pRvIktCMMSbgq+vc/YyXSKvbrVmP6K/r79KJgx/X3L6wR1z1ekdMEkwd+iGvF+vRTqO4WxKf
Hlw2fGyXxvsTy4tNbRklcJ9SVxSa0J1ZBRJt0ov6l6EPBvGOlkLpBk3LUMgt9JldMoyRJjr6
kFWbf0RMHY7FWKu5GIN56RBgk7f0YMH7ksmOmPcwUpkl8UxaEq2fJRJR+xX0N30k2ZJjpaI8
oFNvfp//2Q==</binary>
 <binary id="i_049.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RP1RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NDkAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfSgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAASuwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOqeQHEDQjSU9UFsluolRMl7tPgV
Kvg9teElJgBz9yRniB8dFEHvPZUupdZwOntjJt2vPFTRueR/UH0f7SSm2dZJPeEMcsHi4HT4
qh03r2B1J9leK55sr9zmWN2nb4t53/ylpNYS5nhISU369AfNzjPzKkDNsAT7Rr8ygsqsIDha
5rS6Q0QIBOvujcnNFZe5the5gZuc57zES7duO5rdiSmR3tptJbBLrInTv7dXKNuTjsb7r6hB
HL2jv81g5f1l+reLubTUc6xpIOwSwcxtvv3b/wDrTVuYRZbi1ZDKGUeqBY1rNr9CJb+ka1qS
nPz31OzWWshwNIO7xBPtWfZmQ6OfEd1e6qSOoOHf0Wka+ZXP5cbz94SU6FmUWvAaAAYKsstY
+p1kaN/ulZG5wDWzPY+KuY9k1Wt7bT+QpKf/0OrdoCImSlXtDe+plK0tA58iPJM36IHPgkpB
1TJvxsC27GYbMhsNqa0bjudpv2fnbJ3LlsHottznZHUTNk7n0Pd+kcHe3e6Dv9r1f+snXXVO
d07BfDm/0m1p1B/0LHf+fH/2Fh4h3hriBrqDwf6ySnpMLpb+m9SoOPV6uPfT+sWOj1KiRurc
17dnqVW/Q9zd636IFlc/vD8qzeiW25GKDcd76vY2x2p2xIZu/kLTYQLq58RH3pKbLHNZj1ue
Q0SJLiAAJ8ysX601OzMIxn043T2MDrm7iXW2E/oavb/g9ofs9/vWti0YppZeKay+zVzy0biS
eXEhcb9c8t1vVzjuJFeMxra2cNkje523+VKSmjiWdHqfs3Oe4aB9jYEfyWf+SXeYdmTbi1WY
7qLKnwWvl3tECKhXU1rfb/XXmD6xOg17ELU6B1+7pmSzfLsd387X5H2z/WSU9V1X1BnO9Qtc
70WklgIHJ7PL1z19h9QjsNCfNb/Vciu6/wBaqXVWUMLHgczu/s/yVztrjv45MR+KSkrpgGPk
rOM4enb/AFXH8FVdqBHeNfJWccTVZpMNcNO2iSn/0erfWXtg+IgcfFUeudYr6PhB0g5LxGNW
fH861w/crVjqvUKOnYhyrjIHtYyfc5x+iz/X8xef5uVl9SyLc+4epEAx9FoJ211j92tJTVLn
P3Pe4lzzudPJJO46/wBZa+LXtaxri2IEDv8ANZvoPFT7CIgAg/DVXsR9dxrcGCRtlw5B/lJK
e06WGswKYMeoC86eKuSQ9mmvmqHSnE4Fep/OHwIcZb/VZ+YrbrIgykpuh9tW2mrFe+thDW2O
exrTr+buLnub/L2rh/rdsHX7SRBLKjYBqA4sEtLl1nVOqvw6qW1Na+18O9xkgAS79C33bf5b
1wvVs05PUrr7XA2Wwfbo3gBJTnlzm7pgeHh9yE55gyNQI07p7yPU1EacDlRkEaDcJ7apKek6
LnmzprsZ7ta9WDwA+lCC525xJg889pOizej3+nklrtG2NIE8T2Wg8RYQeQZlJTaLiY8Pu+St
Y8+hZp+Y78iogwwDx4hXKPbQ8RALD/FJT//Sj9e8jfmUYocdtVe8jtucT/31qHQ6rD+rcbQb
uoPgTr7G/Sf/AGfo/wDXET6w9NtyepW5HqMa2WMa1xI1jbW2f65UOuY7sX7LjRDaKGtPhuk7
/wDpOSU5uwO0J3AiPHsqfqW0OfVqIOmsK4cikaB24ke4D+9D6n0/Jrdi5Hpu/XG6Dzk+n7R+
8xJT13QMj1ulsmdzS7f8ZnutIa8ngaLB6Q+/pRowb6wci0tsdW7UVep7avU2/S+i6x9a2eqd
ZtZRc9rWuFYG17mgkf8ACf2klNrL6ZRlCnLdY5hNddbm6bSJ3Nc/87a3d7mrz7rzW/tjIFbz
Yw2HbZAaXT7t2xu1jF22X10X4lRx2gVusqZkP/NDn/Spr/q7lx+dhXHPNTgRL3Na7t7Hek7/
AKlJTmX0ZGK2l19Ri1u+pzuHtk8ID7X2MI4YNA0aALtcrFxcrp72ZrxXjVtBa/vXsbs9Rv8A
K/kfnrhwJMc6wO0+e1JSal5bc1w/NIOq2qj6hL+T3jv/AKwsQCI3Q3tJ7QtnAa5sOI0/hpwk
p1GsHpjSZETwrFbB6DwD+bH4Jqme0A6ePifBFrafcODqElP/073UNzMu5jmua57oY4t3MeIE
tDfo2e3/AAazPrXg9Rf6eUWtdj1UtFrWulzCCfpz7ns9y7GwM3EkAj+Kq5WPXksvoeZbaw1u
/tAt/wCqKSngeiYgzOoVVubNLHB10/R27gDP8l663PyGPr9WIb6jTB9xrsrf7ns/sOrc3+Qs
X6nnKbnZGBVtDnCbXvEkekTXH+fYtD6wOtGJmiphquqLG5QY2WPYD7bG/wCj+ntftSU1c8XH
PLa2lxyAHGJ3Sz9E9n72125atOXTgEMvi61w97bRIY2Ntu9k7fT/ANGz/CLksPqWRvrxr7D6
b4Zvd9JrX+3dJ+lWtm/KzqMdvR2EGut5srsb9IeLHPIduq3e9v8ALSU3PUtzsTI2Vtpm0tBE
7GkBjm8/ynbFa6C71epuoyg22u6pziHay94ay7X+V6X0lCiqvGwaPtJL9x3+n3e9x9R73/nJ
OtFdLb2fob63PNTGyXATvLnfut3NSUz6rgel0TqOPpYamvdPGlRFlA/k7a/+3F58x7uQe88T
C9ExssZGLfj5YNpu9Rtjt0OLHj/qmsK4TqOC7BzLcfVzWH2PcNpc0/QsSUhYC5w1kkjzXRUN
AgcHSPksTpm914YI2/SfpqY+jr/WW9U0gQND8ufD+0kp06ogEGT4colYPuk9jCA3cGTUN0R5
BO1924+3WOElP//U6lzB2meddUJ7X7p5HhHgjOsHwCG58mPPhJThdFoafrpnQz062MP0dNT6
Tnf5z1ay+oYzjmYeWxw9V1jS4QQd36NvHub9FVuhWOHW+sXFx3ttDN/YN3P/ADf7DETqOGMn
NssqtqHui4OeGRYAHe7/AIxu1JTw72OY9zXDVukfBdfimu8NzWncBQymuf3z7rnf2HFc71at
lfULWsc15EbnNMt3/nQY9y6zpeH6WNj1PYTd6YLWnsXe6yx/9X6CSkltldT2Sx1mXY32VMiW
tjbu93803aotw89mNdY0MkVn9E4O+j+c4XR7rP8AoK3jYzM622xrzBcWyNNzWezt7vT0ci1Z
dGJmGjIv0Gmzc5x8/wBHqkpxOndQ6cTay6z0neo0Nc4xofZvj87Y7+cVH64V0MdVNY9Wxn6N
wd7mlr/1j1Gtlj63/wCBe1V/rBhsx8591MDHuO6tw01P02kLPx2etaxrjDAIA8h+Y1JTa6Vi
mqoZFhg2Dv4D6K0KjucdxmPaQe/w1/NVezJcBDWtaGiNvIgf5qH9oc95JEkcEdklOlAJkXbf
HX/cpsa2SfX0MmJ8FQpyKQRuY0+RmVZbkCNK2jmdBqkp/9Xo7bHNktGgErEH1hyh/g65kSSC
e/8AWWq51rp3Ma1rge5J1+S5+7pWeCXBjSD5ifypKaPTuqOxOqZRt+jkW77C0cau1b+97Xqz
n5tdtttlIkPc173jTcQwMd/Yc5ZfUce7Gy5e303OaHfI+3/qmottbq+l1ZNjmlt8sa0TPtPv
ckpoPduf6jtSdXcrp8jqtlPT8fpuIR9ruoZ9pyD/AINrhoxg/wBL6bv7H/GLmdA4NGpOjAtF
9V1N+5rS91zQ0WeBADdpd/Z9iSnRwb7DSKKnvBoG1wa4tLmk7dhtZ7qWbvpu/wCtU/pFpY9N
7CRjwDy8MaABP72/dY7+va/1FjY7LCyrGxd7n2mSG6F5H8r/AD1tYdbcRobc4Uu5Ppu3u3R/
hCB9NJTnfWhtwwscWVtBbY47+5JHl9Jc3o1mnP8AFdx1TFOX0m8Y1/2gNbvdTZ9Jrh/ha1xF
haWte3Vr9fh4pKbzNltLbG/1XTrBASa0mTHPMpumVZFofXVU60uiWNiRH53uVm+h2O4sfo7z
5CSmsTAjiIMDzKsVuO1x/OgmO2uv0kEtJLTGmvzRmABr/aIjtPgkp//WuDBzCPflHz5/8kou
xcsNOy8g9pn+9ab2AiPEx5qBq8xp58+CSnmuuY7qvsvqu9R5a4OcZIMHdt/s71OvC+2dMpyG
Y++yprmO9VxA2N9/qY1W33ep/r6i2MrBoymNZkt3NadzRMfiFOdlLW1NDGt9oAHAHG1JTzvT
MLGFxbawPgtfjvd4k61n/qmKzmWgXOD3em1pO8d/j2b/AG3K0+k+uRiNDbSIe7cQ1oP0g0fQ
3/8AUKv1LpFQr2/avUsBBNbGxX8HX7t9z/5SSkWFaciwOq9wc5tLCTHu1stcwfS2VUt3vW5i
NraN+PU64N/Psax2n5sB/wD3xYuC+rCfW67aw47HGloM7rLTD3P27v8ABexq6DZk5gY3Era2
lpID9gYAGneQ6x29+xspKc/q2c9mNl5FQFeXi1MexwBHts/Q2e3/AIF3v/8AA1gdMxGZGKWO
JAY4EEwTr9y6HreDkZtVYusrdbZ+jbVQA2x0EWM9SqGPsbuH7iy68W7pw+zZFbqnu98vbBj8
3+ykp0OhV2115D6w0MfeWiRJLWH83b+4qOSHOyLXPMuNjteeDt5/krVwLK6umu2uAdWXkA9y
8l7Pb/aWWTrqPc7v8UlIXVGCS0hoUQ0g8QXd/wDzFWo3N84mCouYSW6eMFJT/9fec4SBuAJn
SfBMD7fHz81BzGVOAa0Aa8AKYdz5DUpKW2tLh5pr6Zr2iPmphjHRubO0y34op1+P+uiSnEyn
WUvY8A7Y2ubAg/yZ/ecrNNWNfS291ZsaX7KcVroDn/y9v0ka/HBGrdzfA8R4Qq2O92Hab6Wh
zmNd6dbhIDn6b2gbfopKanV+hCthtfZVRkt2ubQ2ZLZDT9Dds5+m560zm+pSzDrJFLmgWFmk
ifftcs7qFW+t2U6z0H1AOudYfUY8jX9Iz/1KsjprOt9Qe+3FJrre4+xvtr93YT7GV7ElPUWX
dLpqJxqaa3z7CSbLHfyz+4xIW4Fm1tkZt1jYbQGFsH/jbB6jdqp7h0zGZZ1Cum9urRdi7pBc
HH3N/wAL6e38xCzeqY+L0yvH6c5mTmZjZsdWZ2tJH6I7fd/1v/txJSbOwPs7GOoc07gS7Ha7
1DWfLTe+r+s1ZxBBjgzx2T1dazMNwqzMVjA3vUNhE93Ru37vzkDKtzMnINtVm+zcAGU1kgu/
d5/Sv2/zv84kpNWHl0MPb4cKTWvLo/O118wtDpvRupWYjb8+mvHNn821rjvI53WVjd6f+ejH
pDwRAOpjd/uSU//Q3bmhz/6oBhMPw8f7ka2s7padDz5IZEEGUlMmnThTBkeSGDB0MgqQfGp1
CSlfSOvflVMmj03SBofH+5Ww5p7/AHpPay0bXEa9wkpo4/Q6stwyupOL6P8AtPiAwwgcX5B+
la57v8H+4rmda2hjaagPUcIYwiGMZ+/6bPos/wBGi1sfWzay0DSAQNY/rf8AkUB2KwvJe4uL
jqZ18klOead9Dcd8XVjXaR7Z19zWf2kHG6fjYj3uqaWuf+cdY/ktP5q2m11gDQGOCo2Y7XAl
rdfHhJTjZeNbn2twqQC97dC76LB/hLnf1Jb/ANcWxV0/G6TjgsY61zWFktHuPhXXu+hvd9P/
AMEUMD08XItueNz37Wj+TH0grV1hzC1g0Y0y7/yKSmt053UHVVjINdYrYA4MktB/Oc66z6f+
atZ23YDoR2OhCG1lTG+mAC0/SaeCm9JoHsa0MJ9zYAHmkp//2f/tHCRQaG90b3Nob3AgMy4w
ADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4QklNBCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IA
dI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jv
b2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29s
AAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUE
HwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1
cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsA
AAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wA
AAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAA
AABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAA
QmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4g
ZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAA
AAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAK
dmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50
RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNA
WQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25n
AAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAA
AAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJ
TQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAA
HjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAA
AABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAA
AAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////
////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////
//////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJ
TQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAA
EAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAA
AAAAAAAC0AAAAfQAAAAFAGkAXwAwADIAOAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAB9AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAA
AAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxv
bmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH0
AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxv
bmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdp
bgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAA
AAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0
bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9AAAAAN1cmxURVhUAAAA
AQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQA
AAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJ
aG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxp
Z25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51
bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAA
CmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91
dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJ
TQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAS1wAAAAEAAABvAAAAoAAAAVAAANIAAAASuwAYAAH/
2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8M
DA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0Q
Dg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwM/8AAEQgAoABvAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIE
BQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMB
AAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1Rk
RcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5en
t8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLh
coKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF
1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A6p5AcQNCNJT1QWyW6iVE
yXu0+BUq+D214SUmAHP3JGeIHx0UQe89lS6l1nA6e2Mm3a88VNG55H9QfR/tJKbZ1kk94Qxy
weLgdPiqHTevYHUn2V4rnmyv3OZY3advi3nf/KWk1hLmeEhJTfr0B83OM/MqQM2wBPtGvzKC
yqwgOFrmtLpDRAgE6+6Nyc0Vl7m2F7mBm5znvMRLt247mt2JKZHe2m0lsEusidO/t1co25OO
xvuvqEEcvaO/zWDl/WX6t4u5tNRzrGkg7BLBzG2+/dv/AOtNW5hFluLVkMoZR6oFjWs2v0Il
v6RrWpKc/PfU7NZayHA0g7vEE+1Z9mZDo58R3V7qpI6g4d/RaRr5lc/lxvP3hJToWZRa8BoA
Bgqyy1j6nWRo3+6VkbnANbM9j4q5j2TVa3ttP5Ckp//Q6t2gIiZKVe0N76mUrS0DnyI8kzfo
gc+CSkHVMm/GwLbsZhsyGw2prRuO52m/Z+dsncuWwei23OdkdRM2TufQ936Rwd7d7oO/2vV/
6ydddU53TsF8Ob/SbWnUH/Qsd/58f/YWHiHeGuIGuoPB/rJKekwulv6b1Kg49Xq499P6xY6P
UqJG6tzXt2epVb9D3N3rfogWVz+8PyrN6JbbkYoNx3vq9jbHanbEhm7+QtNhAurnxEfekpss
c1mPW55DRIkuIAAnzKxfrTU7MwjGfTjdPYwOubuJdbYT+hq9v+D2h+z3+9a2LRimll4prL7N
XPLRuJJ5cSFxv1zy3W9XOO4kV4zGtrZw2SN7nbf5UpKaOJZ0ep+zc57hoH2NgR/JZ/5Jd5h2
ZNuLVZjuosqfBa+Xe0QIqFdTWt9v9deYPrE6DXsQtToHX7umZLN8ux3fztfkfbP9ZJT1XVfU
Gc71C1zvRaSWAgcns8vXPX2H1COw0J81v9VyK7r/AFqpdVZQwseBzO7+z/JXO2uO/jkxH4pK
SumAY+Ss4zh6dv8AVcfwVV2oEd418lZxxNVmkw1w07aJKf/R6t9Ze2D4iBx8VR651ivo+EHS
DkvEY1Z8fzrXD9ytWOq9Qo6diHKuMge1jJ9znH6LP9fzF5/m5WX1LItz7h6kQDH0WgnbXWP3
a0lNUuc/c97iXPO508kk7jr/AFlr4te1rGuLYgQO/wA1m+g8VPsIiACD8NVexH13GtwYJG2X
DkH+Ukp7TpYazApgx6gLzp4q5JD2aa+aodKcTgV6n84fAhxlv9Vn5itusiDKSm6H21baasV7
62ENbY57GtOv5u4ue5v8vauH+t2wdftJEEsqNgGoDiwS0uXWdU6q/DqpbU1r7Xw73GSABLv0
Lfdt/lvXC9WzTk9SuvtcDZbB9ujeAElOeXObumB4eH3ITnmDI1AjTunvI9TURpwOVGQRoNwn
tqkp6TouebOmuxnu1r1YPAD6UILnbnEmDzz2k6LN6Pf6eSWu0bY0gTxPZaDxFhB5BmUlNouJ
jw+75K1jz6Fmn5jvyKiDDAPHiFco9tDxEAsP8UlP/9KP17yN+ZRihx21V7yO25xP/fWodDqs
P6txtBu6g+BOvsb9J/8AZ+j/ANcRPrD023J6lbkeoxrZYxrXEjWNtbZ/rlQ65juxfsuNENoo
a0+G6Tv/AOk5JTm7A7QncCI8eyp+pbQ59Wog6awrhyKRoHbiR7gP70PqfT8mt2Lkem79cboP
OT6ftH7zElPXdAyPW6WyZ3NLt/xme60hryeBosHpD7+lGjBvrByLS2x1btRV6ntq9Tb9L6Lr
H1rZ6p1m1lFz2ta4VgbXuaCR/wAJ/aSU2svplGUKct1jmE111ubptInc1z/ztrd3uavPuvNb
+2MgVvNjDYdtkBpdPu3bG7WMXbZfXRfiVHHaBW6ypmQ/80Of9Kmv+ruXH52Fcc81OBEvc1ru
3sd6Tv8AqUlOZfRkYraXX1GLW76nO4e2TwgPtfYwjhg0DRoAu1ysXFyunvZmvFeNW0Fr+9ex
uz1G/wAr+R+euHAkxzrA7T57UlJqXltzXD80g6raqPqEv5PeO/8ArCxAIjdDe0ntC2cBrmw4
jT+GnCSnUawemNJkRPCsVsHoPAP5sfgmqZ7QDp4+J8EWtp9w4OoSU//TvdQ3My7mOa5rnuhj
i3cx4gS0N+jZ7f8ABrM+teD1F/p5Ra12PVS0Wta6XMIJ+nPuez3LsbAzcSQCP4qrlY9eSy+h
5ltrDW7+0C3/AKopKeB6JiDM6hVW5s0scHXT9HbuAM/yXrrc/IY+v1YhvqNMH3Guyt/uez+w
6tzf5CxfqecpudkYFW0OcJte8SR6RNcf59i0PrA60YmaKmGq6osblBjZY9gPtsb/AKP6e1+1
JTVzxcc8traXHIAcYndLP0T2fvbXblq05dOAQy+LrXD3ttEhjY2272Tt9P8A0bP8IuSw+pZG
+vGvsPpvhm930mtf7d0n6Va2b8rOox29HYQa63myuxv0h4sc8h26rd72/wAtJTc9S3OxMjZW
2mbS0ETsaQGObz/KdsVroLvV6m6jKDba7qnOIdrL3hrLtf5XpfSUKKq8bBo+0kv3Hf6fd73H
1Hvf+ck60V0tvZ+hvrc81MbJcBO8ud+63c1JTPquB6XROo4+lhqa908aVEWUD+Ttr/7cXnzH
u5B7zxML0TGyxkYt+Plg2m71G2O3Q4seP+qawrhOo4LsHMtx9XNYfY9w2lzT9CxJSFgLnDWS
SPNdFQ0CBwdI+SxOmb3Xhgjb9J+mpj6Ov9Zb1TSBA0Py58P7SSnTqiAQZPhyiVg+6T2MIDdw
ZNQ3RHkE7X3bj7dY4SU//9TqXMHaZ511QntfunkeEeCM6wfAIbnyY8+ElOF0Whp+umdDPTrY
w/R01PpOd/nPVrL6hjOOZh5bHD1XWNLhBB3fo28e5v0VW6FY4db6xcXHe20M39g3c/8AN/sM
ROo4Yyc2yyq2oe6Lg54ZFgAd7v8AjG7UlPDvY5j3NcNW6R8F1+Ka7w3NadwFDKa5/fPuud/Y
cVzvVq2V9QtaxzXkRuc0y3f+dBj3LrOl4fpY2PU9hN3pgtaexd7rLH/1foJKSW2V1PZLHWZd
jfZUyJa2Nu73fzTdqi3Dz2Y11jQyRWf0Tg76P5zhdHus/wCgreNjMzrbbGvMFxbI03NZ7O3u
9PRyLVl0YmYaMi/QabNznHz/AEeqSnE6d1DpxNrLrPSd6jQ1zjGh9m+Pztjv5xUfrhXQx1U1
j1bGfo3B3uaWv/WPUa2WPrf/AIF7VX+sGGzHzn3UwMe47q3DTU/TaQs/HZ61rGuMMAgDyH5j
UlNrpWKaqhkWGDYO/gPorQqO5x3GY9pB7/DX81V7MlwENa1oaI28iB/mof2hz3kkSRwR2SU6
UAmRdt8df9ymxrZJ9fQyYnwVCnIpBG5jT5GZVluQI0raOZ0GqSn/1ejtsc2S0aASsQfWHKH+
DrmRJIJ7/wBZarnWuncxrWuB7knX5Ln7ulZ4JcGNIPmJ/Kkpo9O6o7E6plG36ORbvsLRxq7V
v73terOfm12222UiQ9zXveNNxDAx39hzll9Rx7sbLl7fTc5od8j7f+qai21ur6XVk2OaW3yx
rRM+0+9ySmg925/qO1J1dyunyOq2U9Px+m4hH2u6hn2nIP8Ag2uGjGD/AEvpu/sf8YuZ0Dg0
ak6MC0X1XU37mtL3XNDRZ4EAN2l39n2JKdHBvsNIoqe8GgbXBri0uaTt2G1nupZu+m7/AK1T
+kWlj03sJGPAPLwxoAE/vb91jv69r/UWNjssLKsbF3ufaZIboXkfyv8APW1h1txGhtzhS7k+
m7e7dH+EIH00lOd9aG3DCxxZW0Ftjjv7kkeX0lzejWac/wAV3HVMU5fSbxjX/aA1u91Nn0mu
H+FrXEWFpa17dWv1+HikpvM2W0tsb/VdOsEBJrSZMc8ym6ZVkWh9dVTrS6JY2JEfne5Wb6HY
7ix+jvPkJKaxMCOIgwPMqxW47XH86CY7a6/SQS0ktMaa/NGYAGv9oiO0+CSn/9a4MHMI9+Uf
Pn/ySi7Fyw07LyD2mf71pvYCI8THmoGrzGnnz4JKea65juq+y+q71Hlrg5xkgwd23+zvU68L
7Z0ynIZj77KmuY71XEDY33+pjVbfd6n+vqLYysGjKY1mS3c1p3NEx+IU52UtbU0Ma32gAcAc
bUlPO9MwsYXFtrA+C1+O93iTrWf+qYrOZaBc4Pd6bWk7x3+PZv8AbcrT6T65GI0NtIh7txDW
g/SDR9Df/wBQq/UukVCvb9q9SwEE1sbFfwdfu33P/lJKRYVpyLA6r3Bzm0sJMe7Wy1zB9LZV
S3e9bmI2to349Trg38+xrHafmwH/APfFi4L6sJ9brtrDjscaWgzustMPc/bu/wAF7GroNmTm
BjcStraWkgP2BgAad5DrHb37Gykpz+rZz2Y2XkVAV5eLUx7HAEe2z9DZ7f8AgXe//wADWB0z
EZkYpY4kBjgQTBOv3Loet4ORm1Vi6yt1tn6NtVADbHQRYz1KoY+xu4fuLLrxbunD7NkVuqe7
3y9sGPzf7KSnQ6FXbXXkPrDQx95aJEktYfzdv7io5Ic7Itc8y42O154O3n+StXAsrq6a7a4B
1ZeQD3LyXs9v9pZZOuo9zu/xSUhdUYJLSGhRDSDxBd3/APMVajc3ziYKi5hJbp4wUlP/195z
hIG4AmdJ8EwPt8fPzUHMZU4BrQBrwAph3PkNSkpba0uHmmvpmvaI+amGMdG5s7TLfiinX4/6
6JKcTKdZS9jwDtja5sCD/Jn95ys01Y19Lb3VmxpfspxWugOf/L2/SRr8cEat3N8DxHhCrY73
YdpvpaHOY13p1uEgOfpvaBt+ikpqdX6EK2G19lVGS3a5tDZktkNP0N2zn6bnrTOb6lLMOskU
uaBYWaSJ9+1yzuoVb63ZTrPQfUA651h9RjyNf0jP/UqyOms631B77cUmut7j7G+2v3dhPsZX
sSU9RZd0umonGpprfPsJJssd/LP7jEhbgWbW2Rm3WNhtAYWwf+NsHqN2qnuHTMZlnUK6b26t
F2LukFwcfc3/AAvp7fzELN6pj4vTK8fpzmZOZmNmx1Zna0kfojt93/W/+3ElJs7A+zsY6hzT
uBLsdrvUNZ8tN76v6zVnEEGODPHZPV1rMw3CrMxWMDe9Q2ET3dG7fu/OQMq3Mycg21Wb7NwA
ZTWSC793n9K/b/O/ziSk1YeXQw9vhwpNa8uj87XXzC0Om9G6lZiNvz6a8c2fzbWuO8jndZWN
3p/56MekPBEA6mN3+5JT/9DduaHP/qgGEw/Dx/uRrazulp0PPkhkQQZSUyadOFMGR5IYMHQy
CpB8anUJKV9I69+VUyaPTdIGh8f7lbDmnv8Aek9rLRtcRr3CSmjj9Dqy3DK6k4vo/wC0+IDD
CBxfkH6Vrnu/wf7iuZ1raGNpqA9RwhjCIYxn7/ps+iz/AEaLWx9bNrLQNIBA1j+t/wCRQHYr
C8l7i4uOpnXySU55p30Nx3xdWNdpHtnX3NZ/aQcbp+NiPe6ppa5/5x1j+S0/mrabXWANAY4K
jZjtcCWt18eElONl41ufa3CpAL3t0LvosH+Eud/Ulv8A1xbFXT8bpOOCxjrXNYWS0e4+Fde7
6G930/8AwRQwPTxci2543PftaP5MfSCtXWHMLWDRjTLv/IpKa3TndQdVWMg11itgDgyS0H85
zrrPp/5q1nbdgOhHY6EIbWVMb6YALT9Jp4Kb0mgexrQwn3NgAeaSn//ZADhCSU0EIQAAAAAA
XQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBl
ACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf/
/wEBAAEBAP/hEHdodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdp
bj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1s
bnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTEx
IDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1s
bnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4g
PHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5h
ZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMv
ZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bo
b3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6
YTY1Y2FkMjYtZWRjNC0xMWU4LWE1N2MtYjgxOWEyNmQ0MTYzIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlE
PSJ4bXAuaWlkOjBmZGUwZTFlLTk3MjctNzU0Ny05YmU1LTcwOWVjZTJhZTE5MCIgeG1wTU06
T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkEyMEY0MjA2QjNFMTExRTU4Q0NCRkM5QjQx
NUY1NjVCIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5k
b3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6Mjc6NTArMDM6MDAiIHhtcDpN
b2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQ5KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRl
PSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQ5KzAzOjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBo
b3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFu
Y2VJRD0ieG1wLmlpZDplYTllZTNjZi00YWYxLWNkNDAtOTcxNy02MjU1OTdmZmYwNjEiIHN0
UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QTIwRjQyMDZCM0UxMTFFNThDQ0JGQzlCNDE1RjU2
NUIiIHN0UmVmOm9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpBMjBGNDIwNkIzRTExMUU1
OENDQkZDOUI0MTVGNTY1QiIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkMDZkZTZi
Yy05ZDFlLTkyNDAtYjYxMy03MzhjYThmYmFkNmIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFU
MTk6MjU6NTMrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBD
QyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFj
dGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZWE5ZWUzY2YtNGFmMS1j
ZDQwLTk3MTctNjI1NTk3ZmZmMDYxIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjQ5
KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAo
V2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNv
bnZlcnRlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBl
ZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iZGVyaXZlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0i
Y29udmVydGVkIGZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2
dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjBmZGUwZTFlLTk3
MjctNzU0Ny05YmU1LTcwOWVjZTJhZTE5MCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjoz
NTo0OSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIw
MTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpI
aXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNr
ZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIO
Dg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB9AMBIgACEQEDEQH/xACiAAACAwEBAAAAAAAA
AAAAAAABAgADBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAwADAAEEAgICAgMBAAABAgARAyES
BDEQIhMFQTIjFEIzICSgQxU0EQACAgEDAwIEBAQDCAMBAQAAAREhMUFRAhBhEnGBkaEiAyCx
wTLw0UJSwtIT4WJygpKisuLx8iNTBBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA
7oJK3AJIAyyCkkAcAaQEMJIoRECGgqsAgqNoouGsSwBUhquqLCCLU6FwIEeq0ggIVYyc3r8w
0QEgQDhSQPWPKgWsrEDwSNDSj1gKkEKlxVgMpCZCAwAYEBIokCrqKrEVXUbRTcM6MRlJKrKS
8iFYMLBIUaEcisCqysE5nQ5xerVAAqGasGhCosWF1mdjU9VgIYaK3QVxABlLGQhYAaSDCAII
CpQMWDAqBoCKyljpYWmiFzY2NKZ2NKUQsFLD0anOevRY506iHPv1Ex4N2AuR6iqm2sWKppbP
cQMoWRzRbRcSGGmpkCysBSB2VyQQMMCBCFQRaeedUcdjtLnvHCsFLFLGVyuyxzPerkz35zSA
whrym+cDlnrX8j3DqqYQyGHDu55opsrKqbqhEYDWgihlLCjFujJoLoIXq4JGUClC4qxICGRQ
wZx+TkyDVwlQ0E1ej856IliMMIR4yl5BFetyUXIPkq8ubMCuSHSL6vid8sBAYQYuZ0cJbVZU
V02ViQwZlJFkLFUl2jLoLoIagwGRkIIRyIGQBEJT5nocgVpuKOnLjBV23OR2/Kds6LGBIBej
1mkyFb1Wk5/Q4hw07uc5V+8C3IS/Vl1m+YqToDNYVYN/PLqbaiql6yQQsZGFDoPAS26i8uhh
qViIDBISOJCFYEiHn8no8pi3Yazu5MOg6Ulxx9b6BbAxIsL63qNk5zGq3nodIU5zXws/OLKh
WX6+Yx2O/wCP3Hq1xbB5IYef0MI1GjMZ6rVK2ILHQkVgQglmjPeWyQ3SQVWUVgQmQgjEVuIT
n1oX2ZrC4pYaOrw+idBgwHUimEsqsrLnYgIIPM97ypmFqCQwrFqBsqY6PW81rPXnFsMnP384
tzX5iqt1FIJbARQ9QziFl9VxZDDbIpFijSuwaQEdcpn4RrCrVlt1VwbUcbVn1nTsVwQEWQF1
NmY6RBFIJzfNej82Ia2GQkSNCosCPVYdL0HjusdbDsygzX1GcOhW0Ycq4EckkQ02VaCRobZF
JXZUS+uwdZAeb6nmxSkDIxotrcdlsLd+LpmmCBKMBXQtz6GLypAyk5fmvW+TKzGK1ZCyAEik
UlA6cth6K/j9UqotoKVAISSxkJJIBgxdZVaWRoagWJVaBXhFz2+aKskUdlISlpbZYQW12F3Y
4/YGikLLCCAfRnvEzrcVs2kz+S9X5IV6WFS1RTFFjADpAMhN/V4u82Z7sxSQCMYWFSCEEdXH
vo0DyQ6AkABAwcUz8tkFaxRGjAsrsLxcpVqptNPY4vWLZCMa2IJB9GTQXQEqspsOb5vtcMeu
MItlQoUhEgYyiMVLdnO1nUpcFCmCupLHRgggjV2lt1NxdK4dIglanmFXHNICSKBYK8sKZbmO
hKiX25NZZ1eR1y0gkkgVKj35bzTTOcV56mKMWzEMsgEZBCpCIQgAZQCaM7nZRLygMhDCGxSM
FIzVuW3UWlkEOpIhl81v44yi0s22dM8w2mojoA4duQsvzaTS+Um3qcjqmmCEatgowJpzaCcf
o8olV95yufv55GrhfWjCQEkNxXHrItVgxRjXt5XQHqNY71uNalggci2V2FliWAjQ6mfRhPOY
9FIunPvO5bMBzqiRYYCrRUZXUGhEhv7Xnu6bljAhgJGBoouJxvSVnDfo2HlOf3OEJCxVchIU
BqppgTABlcVoCzZh1Gla7BmDDXJYFHBXalgbkcWGHU5HU4ZxQyB63M7J0eB1OSK9bkgYBMMl
WrIM1bF3W5HUOw1bhltxlL1hdLjTATKp55zeZ0MRRYHH1v1DylfX5QsgGMUjKSEQsvzuarM9
xdFuGsrtItgAYC56nGhhs873/OmEWEHoeJ6M5GPVkIQw0ZCNAJg6WcyWVuW9DB0Ds34LjpXc
+8vnMYs3ed6pui4hMVN5zMmjOVvLDp6aQX8bsw8rN/ODJAkQdTCWKS+yq0vto0DXVWjIxAHU
Z0cMMNPN6XPKqteE0dSq88/n3YhLKUNlOcF8r0GmnuUHlLrtZV2NWEyPToO3QsFqsY5e7nWH
Xz5Oscfoc7pnGy9FTBrr1l1tOgsK5jPwLqwEQaMQQqNZTYXaK7RrFYvYMMwgUsQZlYsiw0c7
fhA4pLujz9ZxudoxABgSpH7fI9UJLMJTN3PN/H6nMLCuc2asGg03prKs3SzmHTm0GC6rKaNe
QHQN3QPPWpoNPC7vOPOJZQWFCWBCQpA6KdBpeMMwhoZXCVsIhAz1WDR4W83rcUuWm4m3L0jy
mT1vOOHGQjJpNnd5+8bNRuMiTMbs1yHLtqvLuni1DGrAdDHdmB0OZ1TNk6SlOLdlOz1ON2TD
R0sA+HfUeOquoLIIEFiQEOnNrNDKw7K5bbWwxgCpgbEYaPDZn1VmOnexVYyFMJPNYe3ww93i
elNC22nMs2c0t5nR4h1beFqH3UIan5ek31dnjGaUKbennJWjajCum0z9vhXnY5tVporsB4un
bkEMJBANal4NdOkliMM0g7hwusHEhChLpXDqo9YRIFGhSwYxeZ9f5Uz9Ln3Hbuu0GVsZMXK7
vCFKEu28zQbl6WcpFVQbxrNdrMI2aktuw9Qy5teImrKx15khV531HFOUGgFZQkMa9KWDkEYw
lzrBllY0WBgcMkOwgUsSAetgKyML5/v888/opsPY259JzMfQcq8x6zgHOEUDAncs5vYOWHtG
2S00ZBSJbdWB6bCuvbUUCKa7awWZtVR5tOjzhRCB10mu1LAmIOygsuphqGVjQlaF5oY1TNDr
F4KjwVHBU0gREPMSrQettkOdp5lxt5u2k8xXfmI8Br73nfQnL6GfeJblsHa2C5mzlmd9AUfn
l4FR1o6i3Sw5OQUHPDAfWNQ0dSKYNYjgS0lBtJSbyZ2tYrl0OqGJWYRCYCu0FK3UnlNlG89I
y2HBza8YTWTFm6HPFMA/X5O46VyVh0JpJz7couy4i23uLz+tlPPUacJ15x2PUpwtxb5zfgFY
6TRYwIsJW8BdKWLjmhpOaGg5yaTnJqlEO5CgYIAgEBUOPVzThdjkeiOhZQTPy+zyCqMROd1M
BmDQbp8zsmhzpK7KnMrS4y26IUOyGq+nScbg+q84ZAyhesBAYfoZ7y2tazQuYly1QcwDsjFr
0uWlENKVqaJRDugQIEGUQIEJz+hzTheg876I3vUQ56SJepBxejxBYIW+g5HeIFJat3LNG7Fr
L2IM2dsB1NHC0G/j6yeeTfzyBWDbVaagILICK1YYIOSAtUxdKSXRCWFYWxYd4EAiwZa0NBzw
0cjZyzl9/wA/1TrW47jJn35iukILksUqkcu9B53vmi+ZyjlZ3OycxNuOjoGS6smx8LGk0ajm
cXv8MrkgxkJfn0hWwCB1BGUYMAEMFYpaQpaUctiQ9AjKIGUwZtOMcIRs2igw3Uw6/Q4Ow3c+
VhreopEgJIXei816MfztiBvasvtxay2p7hwwFlzmay9Dlc7t8UqZWDAAW0sbxXcUhgSQkDgW
GABULCwZ6XLIId8FRYQc/DvwiwgAYHPFtJpNTF7LB8urIJDCAsN0MDmfVTqLKGoLOjmvLGwq
a7qNZrbIxos55LPPeh5hy1cADKKYSzbg2ES2sDKwyMpEYiSEjQksSwMkO3UrCvGMWLp5DDNt
JRYxMFG3KAEl1p6JzKNWIZGAWrJZpr1GG6usttq0l1ZrBbTaab1vGtptCRqOTk9DyTgEErFl
RIAWaaLTTM9owvqEVgASCsCRowt9FhZK4dxscNS5lNUyw1LRCwJWJyO1xiuFzT1sFJmovQWJ
aVMzG261SrLvqEquYlVoNHT5bm3PXB5dcZLNdBceZoONi6PNLqdtBQ7Wibc3cBbYDFj0ZSsP
CuwQAZSMCF6nHiwdryZpthjbXWULqUxTQw3J7vFKoCdS3B1zn0IpSuzKdVqNQQ2crqsUDWVE
Nbmk5uoZtLwF1ENFVVZp5/Q4xzYlprYaTDdpqM/Z43ZLhTYcuSAjAgKgDgAdCMsHkh2gwCAC
AwAMFZSTh93kmNAwe/RsBz+lWcgWkr25by/Jswi1lQ0Uws6/N0k3VXlb2WAS4FGXp5Sc96jk
WpabN2HYHPdmLevj2iMazmCQUMQCwla3oVRyViysaGHZFqgrsURiALYosYAo0A4+nc4HUhpg
Ey7VMGsZAsYUYuvQc57wdDBpU6O3MTYcVZdTWDqvxwU8rqqcp7lNt1FhKLlN+inQLn0cwSGE
ggZGApAGADXbWGLDuwqMjIGMAQgCWKKSBQygsrsKRYgFbMI7aibM1ZdlVDPVpJmuFR0l5Ws6
Na9M5urW5isRivm7s5jXvE8+bqC2VubdnN2lnLvzgBUV0YjqQlXK44FW2skaHZEJEkDEYaBh
QYIGgAWFYMUV3VihkK78VhfLYV5dFhhPbxHIzdTKZd+DonW25yaOTZWZp2dBxLepiI1CkqfS
cqv0WM57CsdGQBACASEAayojhAMQSQQ7JUgKkUkBkgCISEBetyBoUV3qUh0M1dlRddivN9xo
K6rdxzLuhmOI+ms6NC0lujJebc1VhZXZgLNvO0G8c+k1U2bAcvtZjkJaBGiDKHFBgri8oFyC
mEskhrLuUWSwAJAQQEANV0KdFdg6OBEtUpSxSvLrBhbZkOhnp2m9m5RMduAvROiY9HMqO2/F
uNTL0Dn23XmFL1F06XKc1Ngw0gSQmOjfyS5sWgcWMI5YCOBGMLIkOmHUqKkZkIWQkkAzKQkQ
MICjqIlqlddqiKQVXK4jZnN2I2nHo7nIMirpK7Nthz9vUcTXzsJ0Xydcv5OnzpUEsH24EO8n
H2FVXQzmQa85TrzdUtu3AwWaVMy6VM8vhpR6xVilhVgOIAhiGEhEDIQGAEZRUtUzrfSKQRXA
IVxFnGv3GDrdRjJqFYH5+oPC9BxjD0cdZponSM+5mMGXs5Tl2WZS+83lGrboM3W5O4toYBDs
VJoUol0KFdCqMAyQjIxDIRlYMEGEgQYASCkgFWmszyykKxDHVs7hi3OhWLQJlmMq1BwAQTPs
hm0xhHEBmvoKc1vTF3aGKWWoybfN9I06Kby65GDDBIIZ0sQSFhJIAmEhhCCGFSNISECxoKZB
pCVZ9VJTDYbXVSwAlaPziu6EglhXHgkuUoLQEIKaLkNvTrvFS4GLndTMI8uBoYDNz7TYqMLD
Ciu+sQQDCEUkBgYVgByhIywcqRZCCEDQQKODMb1Hehi2mEzixyg3MV2BxY8FWwFIuQojqY92
bomp64Oq1FNbWkuLimEisAAAkWDRQJHQkgAGUYoBgQNJAGEAKhKwc1keJB4sLSkHKgYQEUqQ
ghiMRkIQYCNClb6xGrYdqiWorDXBiyBRohGggyWQpl0P/9oACAECAAEFAP8A40H/2gAIAQMA
AQUA/wDjQf/aAAgBAQABBQAi4VuAUR8Fees6wLRoQSrgEAAPFVOgnW4VlccQD6FeQLhAo1Mi
e+jFZl8AGDg/xU1B7/RuF83/AE1yREJ/ITKj11X+s9qkoinsoocCD44nE4voZVwg1YrrBPk9
aPM6kSuOsqpYl0fpUoCAiAQz+bMsTmv5JgqVCRCZyZfBBMxrvtZGXCmD66C2Euan7PL/ANNy
4nOv0b+qD7eJ6a6dR3BMLQm52Fg2RcsUxAhe5+WKwZbFihKv6WQCxP0+YeD/AD/EsiXOosDi
G5cMHaW1tzAOP4NRhxwYBwSaxH3acDM2IPn6atRH02NZ+YVhYh+MCGIHEcEoh3odp6TSAkty
IzS6jkFUZln5DO1x24ugDbI1S1BFz4nMbifMAqWBDyKqA3LqNF/8BzCsqczin4IIENT7baoA
DLqE3MhZ0/qo+1RQUwn6bC3AhmwJTzgjGhKmSBBU+IT9o2zVV9CufS3+NKs3C0LcM5gaDhhx
HAMMFQEghpm1xpZowwGVYHwaAUccCGAQ8QfT4gBhHJs/QnmrnNVG+JyYQBMvnQmKbW+V+gBj
i9OyiNvipb05V/t4KG9ufVvZq0Gnph09M6elwfL6Ingcjz+X8R9QpVABJJj8RzU7EAPF1Fox
hPYGc38zisSQSV+jQ8ShfAH8EGCwFuXATDxAfpzOYfkkS4x4Dcg3LhIoVPifMzBml2PTkAfS
hn+w4J20nb1tGz2J/wBfQu/jV4fAnVPFkIvnxWfjSDJCfxos4j8KP6z3EhVqyAIxYx/l6JKw
RGBN8uaPb6ARCJx2/lrjEmCFbHAhMA4r6L8/JHz/AD/N/UXGohYCB9OJYl/TP5c/cvnBK4os
A/zg/TYkPZM+I5pQOAISon+z5w66ZuKj8qBxPfyqEWSTL5fkNAahq1HBP2n4BqLRF8p/YHnm
m+COEBA5og2Ys+YeIJRABB+lXLokgTX14ZzT9vmD/wDtAlP3K3lum6A2BRhFTqRK5Tgk24+g
H3xuxGv/AGXBPQ6qu37Xx4n0fuzoG3ZpgDo/m/WOqqKBH219P2I+xKJYVGFxrjkwVObSqYCP
zF+Ln8qaK/QnkizxPkmEixYFsJ8wSzAQJZMJAmu2eI9H7F2OmztCbBUSmA/Xep8mH9QKNiE3
BzM15PGtcVP/ALLqczRSdeAPV78fOPX+019DsxJU0DZnnYjTxOzeehGH21wZ+wK9EP3ArTmE
kx+TYQXZHA+I0Bo2avlTcXn6GAAyqjLxZqz2HMswm4BwSQLi8T1+n8Gfp9baOzFp8N04VbLe
YX5PNboGCgSqnNWQMof+4fS/8lyzD/f9n+w/1s/T6ddXHzFBaZ4Bm8fiRtsclySMft/g0B7+
VS+xEagCTKuEASrihgDVtQK0zC7rlBEsTtwzGAXL5I5MrkAGVPiD4Jn8baLnn6Nn0hBMSYYD
QjzYup/XPemXo848f7ABw1/QcQD7rqZA03Gw+OJf+WCfsfUcsdHZp1pRncyxcTPFQSQBg1N6
C3fM2jsqr/sYgf7WE9eyaqnDHsY3wfhjwD9tEFaC8QkmA1ATOREIMSr68BgZfNgwnntPtocz
ixQlwGE0P2e3Dk2ikjy+cPNPM3mJSh5gxb2Vtl6cnV/1m/bOooqcmG7zvqSPzD6A/wCfj6fs
PNvpp5v1DMNfEMtRmqz8mdnVaVkvP5fLVp6MvYW/1PUVH68RfDiJ7MVyyzuywjNG4L8wchSo
VORZnbhqtSercReszIu+StCjfFtcqKDARL5+YYCCXIC+9HOn+trMPA1DDjavVgrsU8YD47f4
h6f17bv5PMMFAJgAligRWTWOfzfQBvzkiBlM/LmW33zyX3fsPOX19TOfy1F2MT2CYesd/Lvm
+Ij/ABKn7D+iX20+WqaUTRIAIgMTgXKUSraVA3KGx1F1Z+IQLPA7WAKhF/Q1O1QCy4s6hFmv
oxwR/e7Q+jUtl7vQhz9a9/17IR6Aa8r6KQYJRjXBxMRxrr+Nj+zMHt9DQt69SfP6mOfl65Ou
PlPv9w3ayYxaEkH7YNOUcA+b19Jh71I7A/X9h/XMEAsLNwgGGhAAQoYkE9V60TcuG6AsheM2
Mv7QOWMAuEw8FQYDzKlWammiovs950Hd4CkF0KIDG8PS2b5bnVeolUKuXG5IXjIcMvbUefEQ
ZIIAAYfj3+ln0ciCzKnWUoBCrFImehEw9JE8vrJ0HxPcB1S7aoxNkckiAiqIKAMCAB1YAkQE
mLZi3aLU/iqBAj3VWGHAJoGoTyYtxm6j3+9mlmuIG4Sq4v8A4p8+TTrFJrkz+b4NkgGZEwG9
5cvm563K57NZHUxgsJa2qyeTxLFjmDQzz7lT5fWHAM95+zNo9xxUN0CSGJUAmgGgMNUSCRwF
FRRznP5skcwwkwEzi/4+ZQue/wBZ6tbSjCCkVriIAAoLKTSj7sz1mRJXmgPpzYNnMxW/zj6G
u3E/aP1ycwHgiyRK4QnsQbPyqkAlRA1nzbkTx+g6r73+1V6g6GmcWxlEx+GWA8NVEkzm654L
KKinm5YlmiLjfHMAuURCCYtie31DFd9XZgWJNAMKGAUKDAxujF4OK9iF+0fH8jiOwoHjOL//
AEj6f8qn7Zf8D8S2J5nzD8dRQIBKwcRgbHYDJmDeL0gNtmNs/wAVRgFZ6EYmMQIxDBV+1bAJ
CQfIcWp4phEDAgAzobliMI5Nj5zBh4hqWBP2XpXbUuCQaOnYz+xzoJVj5iqQUWeJLnzLnBPy
WHAMHBQr/scfSvun7Uf4tByLEK2SKPYWaMaiGIlimFnsO1kHByG8e95gTVbYsISezkNAoM6s
IooUCDV9lAs2BEimjLBjUYKIcBm6iDgcEGhP2HtXEbMCSAYp562VU3nxO4EWiczMyTPKoXMG
dpxAah5AFFSLGC94J/zn7FQfM9lr7H4BYzt2nALVRYdu4pjxzf8AGehJ8+ppHBR7JoAFrZhc
QWGIEU2twkUAK/haEB5zlz+OoJoU1BgJVQT2bjHH1bnbRe7SmIHK0VCGBLC5iKKIu8gO+QAW
uaF1RIv6c2nLWAH9OSQ/sk7H30/++a9nPmYkGxfDB1qCwFtiRwQb/qCWlgL3MXieZwpxfjQg
liSP5bgIWrghOAQAGu7IFmJ80Zmb+hYwAQj6Vf010TPP3e1t3YkkAwHi6jGplwUUhftlkRWs
+bn00almXcFw3KJmYptFL5r+vZoP1+Mz82Sej8Wc/YP08z9uxMWHqIanCwsRAbZvgdhCSZZE
5I85FZ6RqKsbnzFn8ijFuuIRQFmVAKK/K1ObPxUJh4EZwo/Y+9toxJg7QWYeJyYQZmCCH0UD
VhDoxmdlcB19AuVKEUckgQ3QBiHlSblwf99z9voR5yOW610r6WJfJNwH7TzCIaAFkAUUNHA2
Fohof7VOzWPkFgQeYQISbRjFaylSxLhv6Cx9P2XutmYV/IE5M46olRuTkaKKGQ5qSyTIG2PV
vPouiWforCGc0Dwpps/mx9Af/YY1P22gObsRFsyhQAjDjqZZMAIF2eQOwsmUKUm/LooN8EBQ
TLsDgIDY4l3OaFyovyooqRdmEQxzLHX3e4W+iliYKJZlUEAwVar1miABNfuVwANBLspfZF/L
tmaHzCDKhEPABizHk8Tf1ZYDX2M+n5HM9WrMoHYsKnbgtNGIHdYeFqgfg/HZYSZfHzMz1mb/
AGMsa4DYIsANADYawX54BWI1Gxay2otOpIap7/Z+KPp2nIBWMpVTRKr3nTlFcjYN17KIjL+M
IZ2YHOyc3OWmIVk5E5nzCYW4ujZmBN+hNnHqwdQz/dfGw+wsEg17Q8xuGftZVRD2IumrtLYx
iIr8fyTUDzA9k+2m4JoEAmDmAVAAYbDFuBbRfmm7CxLhW4SVnt9BRPTuX0Z4pInnyDHXyKMC
oU5qLGdylA2VeoFxGNJoRCqxD1LC8/FR8/0JlXKIAa4ZjG3bNPR6n3Zc1M0/tu3+MmwGBZW+
77THJI+6D7iGCkkRYUMKAQKCegBBWefVgUa4/JN32JAI6oItQgAAxfhOQOYgsS5oeP2m5LPZ
gFjPifrsQDsinP0L96t1h7EGyHQEEUbNo1IHIi6Uy6BsvC3/AK/zGgsfRiaqfAwAB/Zgfhzp
TqwC+Txj0D2FRowhNEGodKh+5VoxV6woImQ6tsEL6EwsO1iqBBPGBoq5A2YlVNheYsT+oABU
AMwEumBPUUYPjim+PQeuXpcs5sstzNST586XZlzy20Vt6Fky6UX10W4FMVjT9aBAnnIB8Lf4
B8chuZZhJpfjmY/292D64DLXsnk0bbV9Tr6kZdXlzmhFoBonWOyIrPc7ET5BJBH2iKWMSwVI
MVwQaJBFBbGYHb7ZSQj7uiiKOABBVfzVT9np18+jdY3S1Ug+VC2udEftdgU6gBQVPIJCylKs
KjgwN1gYkhvuyNN4mHUm5Yq7+gBAFwkiedraHNC5Ab3Z+fPKfuAi6MBFl2OhhagSLtoDCLg5
F1Dd/wABgoPyE5SgRwwnUGLQKiwFFk1LUj+VIijmzOYxFfttAuOlswLQcHwZ3GcZZejU7bVR
DFjfPY2D2jWZstmuFoAUTmCp8rn8QFiuOPpzP4sAeYEPcuWB7d/V0Huc6K4sD+yIpiZ2fT+t
0/F1qEXCRdkgXGUWRzQYFRQAB685vcu5kIRx0FIWoWJ1JhXtLoAwGWDPthIn7lvuPxdxVefr
k7L7dbXWhOeqqYvyBbMFWcTfrQJlElT9yk9vDRGZrIEAZ4M8bzAw46KGsSgR589EYmfM2o6e
rWp6GtHWgVopU/X5K2jNc93g6RlKn7bF2AYWBn3UKlGfBFmKaKkgqTAxaAChwftEVbFUQogE
Fxfjqa0FD9m17sTQiAE+DMLh7G/yMfuINcQCAiNVAgTQFo1hq5BqZtx4SFgH2YZdid1WAw6L
CwobZDX+BCaGmp/J6j2Po/o3KlYgs+EVmWAJp19vjGSn7S3x/NG6ijmyDQsC5n/b7QU+6IOB
zBUVBB8N1lcUIOIPjsZox6+v/tZSSEAOQDNitZenhxZJciKeOSPhiQIatKLe3MK9mKBaVPJi
WI1H5h7HI87Ozba9R2B0bfoX3Bbwb982YKPT6WCfnY6b598n5Un7egIzWp5gPxtbap8NmpH7
DyLmf4BYk9Y1zgEEk/dS1ELX9hCAiKCQKAUDt8SjYoQkmEgS4LuaEEbKG0by5ENhn183jInI
Ho+ApMPUReIetNolM0GvPky10nsyLEWCijt5vM2mnV/LnZbTJ+2ia9EPEUkTZqfbjTwHpv6f
UvYlir8Mqk+crZ0AVkqYp2ZftOSFg/VQyEj9rvkuLQQg0vMA6ijVRSIAsK8oPtzFTO+4NxUa
fJEJE+IvAW5x1cADbjSw030KaeVg+RqegqCQQp06ltOGcwEkKyzFOz+XP8Kenz/f6MSNfD5W
20wxywn7nbkAjPBANvyKY1mU00Csu6lXz0ZZjm513VVz2ZvyeRlfz9em3q8zVnkZkPxrQJOk
RQk/YeoLho3Y0SBVXzmCzOhVloEsLGlNk2hZFuIpEBn85rxARQ5iqaK2R8iVxrfXRv8AJ+QL
DkuiYHTFyZ7GP5ddWJJaFRQLICB2QC/1fm/HCxvMjWe3yBl/XL0Omhr2P+T0KnVM9RMH0bQ+
kCIe8zAU+j9cmp18iYwAjUuZuB38m3RfWVsMp8/j8i6D3+ZFGKEnsM28+JWft8yujdgx5lpf
WgnBZ7PYkBgYGImaxIpsgGJ9zKWBFWT1I5JaiGNhopqd/t2+NFAZ883OiHFfPqNMQ3+P2ept
HLMxZRRHYE9ZZE86XMVATRQYp67a0Jg4Gh5Ht+xzoChLHR2ObFGry51kroh/MlerdLz0VmKi
/YxQpoTHts8/Rfn/AFt/jYAj3K2Hp8mQrRqH7lA3ncGjd9qPairElyynsYtEAc5cmz1SiFoF
G+8CwtQUIpMLVLBgiijfO6/YrhtOw7ahnUgrhipPm9OGmbEEEiEoD3BIJJ8qE6asyJj6Eeeh
a09bn8eIUj4nrTvmNesa+2QXsqo4W1bTZMhixdWZn08LltXJvRewbMppQKr2D/rLgn7DAaDB
SqtyP2qk+LR2Eq4Vs8QgwAiECUSVozAHsDF69iyggAn4AqrBnAlCULBii51NajjbF0fNiuqd
nnhGj5qKXbNNB6v12X43QozMCR8+XNtN8FC7v1MW8ttwrox7ZYORoGYF7KaIPy9XY45Fwlht
vRjkoA9I09FJnov4/wBapLtlpHRlXREOaMGGqAaeJuminjZbTMiUTPegbx7ABiSYKAoWbE4M
qAzkTCzACIKpVVgvwvIqoTYqoLgUUBcFA8U3IZSJt5l2CeTXI5IQpmghUFf2Oap6Sqyvt/Ue
UgfhFlTN8mM8m3YHPo7aKm67B5xT5H8gKAf/AKWKzDY+ln/VsI/mKQZuzenomH63NgpJm7/d
Vp5R2m/nK5eV7xwfvlp/XIWTdetSfLsp7HkcQmX9x+0g2FTsozoIoEVrPQmBYoYMtBlNmiID
Ln8E8LUs0fggCFQ06ACo0WyxFn9v5yGPDKCT+vPXygiKVaaZAx/M+T+33IM9djpM9iky9hEO
+bjXSxpTDzejXLXz6jTL9j6wdv8Aa0LaMdNMqxzd/wAkGTFvxBUyzAdktcEOc8/obB9fbqx8
jd0HxshfP15nLZgD9CJYoXEPWLqs7lz/AMVFAD7uzLFcMVomzOwgY3DAwsOstaIuHmKAY13Y
jCDggT9iivi6WQyieb0PWJ1dVGyzP0zVV0T2owx+6fcYGIK6GZOr5jCg9oMP2G2a/kwJLpof
LkTrw8zxAgoO2oWDbqwJ0V8yJqzflduPBsBl+VaGtz9h4svQuuRy0INlrPZCBZb7wTd+Zey8
EgAQcQ/cAApVRBQgCgM6qVckgtLE7XOwhPHBFVCeQojf15Jmy9h6kC6jqD5lBfy4BFbzrXqU
5t5PUzL7NVTJ6lrQ6gACeckaJmume4KpqOqqVaLkgnnX7kyAhJAbYhjoWdDZXNUXRyJoxsgF
fOeq5uTAWE70P2manVvkqRABdCwLiqDPOv2AAENyoqACUSEP2EgxrMYdZ1FEAKOwNTmMwgMY
mcxTwxNqRX/E8j9uhXYKzDw8ehPkf196Wyec22SPn6MRm6KNG1T8ZU3FK9vFsWyYFhqJki2q
AjyIFNz0bEgW0TLhFCzT0MRRY7JUH9UbrrfU3cYWfT5xqhSp9tXSi6MyX7lBIUARm5XrL6lX
NdvtC0RXU1fAH8nrFXmoX5smEmhcAPY1dUSYQxP7DzaahwQ/nJHoV6l/b7uTnmvTrU/Z5FNT
DUHAFTwuAclJHr+3byJa9QiZAqursYylh581VdtAGUkz8ZMVEC+kUoNgH/JQIHzYKsrg+/Mr
oyuWsWKhnnUxSDB1DHRaDgt2E+7sW4/KoA2IA3FDYGfl5/KljUTu8ZbCrUJ5/mrhJEJPZjwh
JVzxuR+Ty/8AamdroKXd7dTQaftcrw0CkWtUCPiYOeyDonoVn3wz6pqV7X9ozLj8XUBCF0yJ
LMmcLvo2e6KfS4IH2rkCXTOg+JUryRlxqMdR6fKuPkIorRiKWmQKhCwBb7UoigIlAfM68Ohh
BDXACSQL6cCV9sbmdYV4AJLDllNVYAo6EBdr/L4UvbHmbWE13UegfsEpPRmw9TI+GtiNyQDC
ZgxD6H7MlDbLwCvfRV5QGaEVv6lSP6e5TzaNE8nOvifo6a5OXJRN2XVGsZ+j8jagJMnV09fm
bLT0e1tMiLFVPLkxFUVtlIAgpSCHihUAK0rGczrBmCAOs6T8dEZz8f05AVjDZguMDZFqQZRn
oFJopOv6/I/7OP8AXTldcVOlAEaaiflJG60zJRN3QpGIOPoLp5sxHYRbAxQgllQer0lgmLaB
MERehERiCvZx7Mfv0dlH5aPj9qia+lc2zcejz5A5N+zbPNGbs5PWZr3fPMovSA1ASwZvuSWp
gH3BhbPyW57CdhPyDt3UwaKJ+Reoh5lfQgQ3d/Q2J6f+tzz+pz7ejKqYWPaCmrKbYcKOPUnD
drIqc2oE8qjup65sxYqlkLS+0kDz4sxyVMxkyuwbMkLlYqvVirD2Iyt2+7uJ3ImHv9GBT9iN
F9/rbd6oBSB5s+xUkCrDKAUXllEJoDRhFNC7PY2ruJ3aD4BMsmKalcCGcQy+TxLhMFGe9+mT
lu/6ZWDrqVP+wk9uf5FULOeqq1aDsm2ZBW59oPfnxJHDdfPna/jKtYCsobV35+4smRACsIod
jkHoqGX3+cOuqdXaoCQB2KgkLxBfVQS2C0GIEX7p0E+4EswPbsWSVQpiAjNPxLYx+0KsCLZV
a7KJ2Wr4YktVS/oTP4+Jzf7dQU7G/wBaAPN8wJcexNcGLXUAqGp7PvIZZwDlPMpCoobRaWMx
hFZqez55CfjYkqwFgHue2TUVqexbHsQnWuookAUKDT5APGKdVOnUM4ZWFQmwpJhMZwBmWAJN
ljYbjtyjFIdiWDmduA3PZ+xYQmcwwmp/IIEJgM/aFfxEDt+uP/rKeQwJ0qtcOwTxu0/0DG8i
onr6d+BAPuQW2fCYgLH1VmzzuevULl5qKqKCqIVBmqCKoDJqgb/Yxp90ae/z2WWiSYQVA+AA
RmSzE8EdhwCDyxqEGPwBZlkBTYDAksBAROxM7zvzTWpIlmrhPPyT8gknkE8irAqv25+zjv8A
rx287CKZ7/Q2J8fsL5r6gg/33r1e13ycgEXQJnhzD6LmtaHnDERj1Hs3Bfzp0TN+0TgEzfcX
r7KC7aNELdeygH709YzCMSBasbJA+0I8Riy81dsT1LfcQeSTOIoNVAOSSB3JZWIitLUTuIP7
cWJwPpU7GUTAOeohUT9xcAIfwuy+bPQsF5X9gDfjBB0cgF7m2n2sVBu4pJORKzNyyZIGKqAP
2G3UJq3bN+yrqyuff0Gv7LXVz59dWTz4ZRKEK5uGTJYvnzv9rjmA3EIEAAigtKEV+q5uNA55
MvgGH5H9vgvAhii4f7duUFhSLXiJKE+YSASxE7zTZRB6QIvoWN7MgB7Vv9lv+Vh37eHdDlm9
OzFPR7s0ZPK2ebasWbnrqxLUIaU9qCvU/WraUBPR6s8Rr6Nd286TEkTTQqM8tPRoo82Kv6dX
NOwoiBmgZjF0Ur+yZSj2IbLCfEABhuYr9oUCEGcdQDZqckqajE32ACjkWC3ykUfdfIliiY1X
fN8+pj+XvUVxfaAkj1jipixVvPqL06s/r1Q5duGc07lVJuGzDcokr0M8KdMvZ6kxy9Gum2me
ak11mTiEHZ/RXmRMttYFRY3M6pAFsCJYHt7oXEAF3OKJAnYk5MQyjhrsD7iepDKYekFT7oAa
F9RZBFw3aEQT7ZQotz1ocxvn1AlwIJyAKE9RDAkAoxtXuZ+giO/eA0vJmpsHgsSYWuHmJdnU
5YerQ7vkppQwOkJoYbL5kXMswcmdaCjsV8zCDz0fwrGy6T3oCmgnAIoyxG+a5UgHFwYSaoWQ
CLi3AOe1ACow5VqLfdAAx/4qGgNyvt4jfFmGejlyKJlrPmaEkNyynnIETi/7TgQXRe3JJNWA
YJkqg+7S8VYGZC4OJs5YAHU+NOh0dW0/Kqg+leuD6dxos5aEgQBevt8f5MdlAXrQ+6LQhKzk
SrObhCB2Vu/YfAFEnnkgcDmgGMBYEgX9sDGlNxSZS0QIfniGegVoQwPFyyYy2roAaNhmM7XE
B6n5NrGAEUEwmoAaqoqktvp3i5qJn1VW04ss+SBA2vVG2tv8jDLzigai2YdXWHRnJ0cRfQ8/
YY5jNQZTA2FnF/2KkCLROL8ErDcJNfMIIjUAsB5ahEIIGRJKABRyJQo6LTehRDuIuvaeoffy
YzUexoFhFPDjk3AbBJIx4l3Hb7ewJdQB8jqa+JkW/JvkHCErM9CA7FjillULN6TyiqoUAxd1
MX7lXMCHEEL58w2nnBOqaZn2sfwAEscg0+J2gsk3ODMLBIslBCoBpSOCCbYrUuwW5H3SxO5E
R/uNA9VoYCHLMRR1gNzbOyfOwL+TQA4ag/halyNbZ9DYI6wq08OSPofJ0PtZQBwWsgBp2IPY
E+VRYBm6lYjgxEsIwULqgXmG2K+bdpl4CYfH1VGyUt6vOwT0IBmQyunZfV5yE1QrqlJGVbIM
tq68pVdSD1dpitsyUCoCnlbAAPPNsVMFLP4oUir2IUH/AIgQ1RqUJVg0IbIMoWUBntzX8Ash
+ILE8SM2vo1CDUuT90BUCuXJtZivVfgvidI/l6uidVYEkpSETxYdmK5JNPUKLsSWUQAEGjFd
wMfahnpAfP8AZ5NmyHhsmIYGVU6ElBRwwfSZeYIDjlWydZpTH7rIoEEyjTcQcwjmgABBUsRv
XP8Acax62MPpef7LW3pM/wBggf7LGfnFj1C93TTD+KMRCp8jHMez0Po5w0IGLgMACqghsDMc
GL459Q6CV0ha2LXAFKu5pQSc9HUs/IcRc9NTn+vJC+HFYuGaTXL7mUls92M/baqzqLiEtnrn
yFuNmUXMdj48+mR4JAr1aXCoA6wAA0IeYAKIqCowsKagNTsIzCy3aBiJ254BLidxRa4+pEHY
hEvJxTggxzY82H5cX8SPHQICRNs2VkPQ5qm2SZJm1AhyFj2zM1RQSaqPZmDiMFRUzbUZq3fq
wi6sIvpqf7CvG3yXT05dRpsqLro+uqrcw/o6WEBbX0IAuHzjoFQ7KYdPt0LHQEzsAeK4E+0E
rYo9T8Xc6LCAD1n+oDE86KD51BOCw4oCUEGIhxsv5wZlgQAAqbj/ACLLBnj9bZM/Zs2f16Mq
6FioYaoVng1tTQb5DMXOhqZ4s87ZrF5L6UvkXsdWJfzBVx/Jmkb1rQ9IMOmMrn2gK/j0O+f7
UfhVCazJvzkV0SlTMH18r5wey49sxg4LIehu0BMZepuwxliX9CFuoCJZJrjqJQEpZwI1WJS0
TKBKxuV9RKbc2W5QMz+dWXIqrz2YnOckMgK4qUK6I0qakoAeG20Y/b103JiEvBnl5/P5U/N6
NSVZYF7MPKSH82glFJ6ToT+qcGfthoICWOYE86kgDggA+ily8GQYjgHsYAJpX5NBTBrlIDSk
BeSAAw+3kxQexUA8Xb0alCjxGNgXLghuGWZfH7BbausAJngQLgLgPGqd06FHbMgIr2mRsuqr
rsSeWOjZorFianizB09zET9UKXdP8mOPfRj+Nxv6GgfYk56kejM9fMpD/tfQGAVrSYMQxPFk
H1nsP1qgYnj6aOVUi2Y8CyPgcdR8kmE3FEFAMoqyZzK5rlgI/M6mBYRRPEXmEiybm2fdR4tC
fN4h3VRSip3UF3svmGXTyuCvl9HY6fiRi+rH8eY19CkOzsyrRGdzw5hcdS2r+LPpnmgc5ZdD
oc1O/q7jNgpHqxr82TDsuHoc9iAOyqGOX9CwhZb9FGeNAuEsTdwY33MFFcCEXFlVCVMIhPHE
PMLc00bgk3GBEIhFAXR+ApjcQ/J5H8/j5oWDBdMZyTYjcx9gAXJdWNDybOc/1novfxOr9CpC
kltz+Dw5lnDDNfNr2IGrl7pxx2AhbkW00zYP6ckZW87UqOCCFl9h/O2alfGR+HrGBEdmJU/S
7hgM/jkwj7gRSjkkCECcWTODG5l3BRFcAAgCMsK3BzCIQxhsKtmcxhPgKJqwQL90TBScPKpP
+Hzq/uWtNPzs+QsZ8nNlHldcW30DL5dkRB6tBCSYq9zj4g8PmwVk8eKn35Z5Zt/VlayGUtyE
0qLzAbHkcE2Jq/RWEC2OQGJE4IB5BNfwR9ooCzZAgUVQhgsFwSFJlmiYLhJu+ALLCobnyT8h
IPhpQIJ6hg2jKtLkBSenpNNQRVxi0VmsaUddVjelGUs7Dy31zUsc8FRcvMqTVug6Wx9Jzm37
VAMlPp1H6/OH9dgRpj1cCWaTmIxBy3DDfTu7MASQYwlkFargsABATYMI+4CywHUC51EsX8MS
JYs/AqhZlfdxZBEPMoyqlWFAhWOBHsKOQUCgOoYMQGUxUjOmYfVS4QmDBptmwjWQgKzxuCPL
mQQY2gVPV6tG0J9Ji4btB5SImTg04nJD+ZWZ/A4D4OqKGWIZ2uKeWFEWITwDARfN2KUyxRYV
1EFzrPulTiG4CBDZajAIKo/2oGEGEQA3Rguzcb+pohbrXvTlhM9CwQAnQ2WzDnLxFouXmxXX
05sXPcaZmMv3eHp1zc0dQs11Z4mdtl5s6VMwH1zUP6FBbRWJ1UQl55mcF0Qz0+JWD4vmSSCa
uyWdhBZhswUQOJ2FrdgUABL54oSj1NmVCRY+CpsfJPF0B8niEy4CLuVG7CEGFagjAGEjsAAU
9BMzcE5qBGcgbegUqdkXIA/62mo93hfFvJmUCtU1YvoGo+bVVJ9MO7u/VmOwKhMixx8xVRmg
mnqzzmvtZh599bfMbZ+hDk5NziyRAQYaM4DfJbiE8gxlAg4J+QD26CjyQKjQGWICpigVfHAg
5liNBc+YBxxKjClZTZutcSACSQGDYtziA+fq2QHHzvoV82aykEf35Kfb6vzriyBRr2hYkpRi
kCPoCMvxAN78lB1JI9GizP8AYMq6+7TSL6EcpmpKMglmen8ThlPYdoVMAI+gqAi+BKBKZjp1
PYgg1ASDZp9j2/JqT/mte4hFgKKB4HI4tSBKs6topy1LRTZogcmUbYEQ2YQY9dWzKrbGZ32X
dkxY2ccxmmmiZr6fY7OvW31Rp3bsNykDq6Z0s10RF/IxhbQnrymdgoqKGUwJc8/hQtpp5cI3
t17DT2az8TXmuTA+dCNUZIRYAAgAhFEg0ByCVgIohrg6g0tfiWwACxpl+4WZXAayDyfkgEgU
ODAgEWhC1CHiEWGBBIhnUGFFEoKW2M8OC7s7hV07bt6VOef59KRwxy/EV335/wBnZQvs1Ur7
O8ToZn58imvn4Pi+zXJQ3ULMPLmq76FM9V6nzrmwDBQ3VwBY7Gbvl021DMW0Ey2sgAwJPxsC
crJyPYiEVCgux9KBjAQCpdG+O0uEG7qAwVZAvmfM+IbMqEGGxGBo8w2A6qVXoB5mbI7et9Wy
25bRBPSmWo18u4hfTIBi0YxQ5gFAXPP6HzmXrR5jvoT6CTr5c+zV1Hq9a5Z6bMzts4mXp1SZ
e+Jvm039BIdjGDsx8+5Jz6hddFOfucTHdHgS51Jn4YFW9EtuphAAAoNcW4Lo0IILhuzQl3AD
YoQcxeIZYqpXLCEGMorqBOZS9iFpmIKnQz8TwIqzQgH3aguEYnHBmg8ygY+F9J5/1qJNfHiA
+LZrn6NMmz9C7P5FAT3+kKu7sz9XLBHKhAJ1IK6Mkz6vOmah/SgLHUgvyuTO3i/UavB4cs1C
Cfj5fMmfj4ICSxbcwmHmdiIDCIDyRG5liD4qwIKE/k8iGq6yhG4jKDGUwi5QJFV1UHgS7INz
1+lcg7Pppn5Xeefw6iL41DIFyT/b5JBnpzY4OtqrNk+X7jVE29LaBQXOXkbsccptgyM2TAus
w1CHTTTU4+f8asranL9UoTx+TIRSompFVzVSjOkbJSfwrXMa6Yix8qvBalE5nBhTsZX2gQQg
CBuRVVZuEAwiH5ZOTdkiwBKudj1chV09ojFtH8v6zXVc8MsFu5RI0B6kUfyqI+ylD5HmuR7u
htFdjh5RmQeQbPAOiqWfC2JIbzZjMAPs/m8oyVyRn5tCrKaLtU4r5AHJFwpOnPNOaHMpZ/AN
iyAORVA3DdC5VmrNWIJzLnzD88QrY6ETobFz+ALnt9FzzeR928n6vLIcKCpJ6iqCjb05ifk7
OAIbgsRkTSN4wWTygTkwDlaJcGXc3tBhiddccOzLgmZHw6gLloBu/qzzVPQ+zgmZkkAV9Oaj
VGqAAjrKgpQCfoD/AOAu+BO0BgEuGoBD9BUPw0qDmbMyp4/F+bTPLPMEiuTCFENT2bMAuLaF
cEUkS2BUEyhCOLgjHkTViFFVqWfTy+HlckQMAFDBW9m6pll/s67r5FMRUWZjlBQu4KhlT5L0
AlkHiUbIuUROBKMqdTQHH8/P0FVz9BQPCwT5lcfwyAxuGYAgZ/kmWa5grR+1Z3M/nRgiAnQr
VQnk9ZVQLwahufEsQEXpy27VPB41GQ5PCwgkPwdcT6tkzzzWuEzFqoAowDiNUrji2WJDVlSZ
RokwcyoR9B9OpIlciEWaokSoIpEJhjiAVPLS6HVCLsqhn4+dN81Gl6OJ8zqxgSdYvBKEwgiG
oQDCOB8OR2wxOnoUFoFAgAtuJrXYODAppFNqAJrYQPuIvo0BTZXjGcW0Ji2CxFi6NQGCgLMu
5XN8z4EB4jA0QPoRwKoCfE+S68spEzJUqMiVfNY/oNM2hHN9TKJhzcADigQMyYEAnUyuTkIy
ADqepqnBJ8nnPRKUdTC4EJueliXRKCoTAoEFypUIWqWN9K5fPqeTCtwkiUGAAlC6udZRv+ea
FkHg0RBdqSSbBEPIhPAM5hM6Bo2YAVSqopaOtEA9QhnWdQIRYYQAAX9Ls1yajrxXFiarR8n/
AFdwsLs0JEfWgR96otqtDqDDBP562CahJ+hNGgwMUVPkfzBQN8VUuxzCTA1QfH9oDU7Cuwgb
tKhE6w8T+AIOoAAM6iVCLnxK4oSpfAIh4nxCPpcPz1sdKhWpQgPUBzO9Q6GuWirUUQUBcM4h
MBhWwU4/AJ/JMABhligeeDCJ/AbiwYeYymUPpcapYlrdid6hcCfkM7AksJcDT8nIYUGN2Jax
mAlwtwG47QGxD8AcAfT4BqaVLqXYgJna4nMVTKlwkidjA0uA8w/Haf/aAAgBAgIGPwA0H//a
AAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwCvwTp1lmOtdY6bfgoXT0JZOh79G9/w8P8Ai6sTff8APpRz
Xp+XVi6I29S7f4KGT026PpBXSZkszkr3IL/C46Kuk9KJNh9O/SCzMfgoc568PXq/c4v+M9eb
nb8ursWvSDun0xJnGh2PpydyynCMkEognM6Fdb6xv0XSCSdfwRp1xX4O5npSMCeo2X0fXj69
X/Ghx/jXo2cuS1/l1aXsKFxj1Z9V+h7lb9KPUfcr59IiyHp0khGRI79fUzIifgZK6T0rrHW+
nr1nXpS9+qPgepEyP168FOX+nVo4p6Lp6jW/Vlv5EcVJ9ShTQmjuNEsrBZmtjJLwVaP1KP16
ydidOlKWRqXk26dtzBR+pnpZXSrLwUWdz0K6Pcs7SV0fr14PRO37F8iOXNJlckQ+SnYnjDfu
fSoHbP3cviJzyn1G/JxH8f1E8uTtdh27Iz0ozZ+hagnpLddMexMx0xRdKCsvpWSCNCiusv8A
BHSvwfl+CF+FFmYPpclS29kUnPoRDXsJ+UEv4n1X7n+0UqZ7ja429z9qHWSkujjYXRepeNul
+xEUREohHcTeOkyepHSNWLrPyKswRBgncro30ze3SiCOr6X+DuyJFsQNt/IkcKvHrwh69WLp
LcIfF80nRPDkuXp0YunHSx30fyM3sVRdyN74Qljt0nkbonou58ukakfggrBHWdB9yOtkvkNJ
NvvX+IX0Ne4/LjC3k8+Dp/Ho+rI60N9ukI4bz1UuJZD5eXJacTx+3xie9jfJ+0i4rPKhc3yV
w4RGw+vF9zvsJKp6UQ17knqRli6RFFIv4dFPxIL6JL2LK+JB3ZZP4m+bvaCqrEEt3vQ5ufYh
Z0REQyMeWZi74i6SVn8UduvDs/0HJ9UtvCIdcE6UIfchtexSgUZk4vlbiOj6ryxPSNdBwZpd
E3l4JjGRItUKvYuux2LyLcVyQXoUV0jBiSS+s9LPJKW3EHkx6vsRmCX8BJymyXexLb9BTgnp
JG42LrHb9eqew+PCHz5LO39J5cvqZP5ntk8dtfUycePKpm12F9tOY36PpLwcdmV6FkxY2fqX
cYIxJM0fmUsE0W66TuVv0iKWDubk7koWhZBC6YojQ5cpwRyruROCGk/USShdkPhCTiPLuPw+
qqir/wCohrkk8yLh9ziksJ+/EpStxdyFZfXi+sf7v69eb4v6sL3H5alV/tKEolEu29GUvgcW
syfb5T/SvzE3kbeC+SP3oS4uYeRPuOKHNkrI7jsKOibcXgbb9DsUR7STNi7IpGCFkvJfSFjp
fS31sXHyaVyitNz6/YS5KZeoub4+KdN/x/wi5cVm5R5tVwyyEk3NEKad3FHH7XlMLpPSsFi9
er/4f168o4Plxbob+9x8f7b1gfHljQwoHaUFHbL6fb5cVPFJSL/Tb8dIcE827zPIv3stIS4K
LJ7mzPzG8Lcoh6F6FqYJfufyPzKFAt9TsQK5JEOF12fS2l69IIyzDSvR7kvjzvSHJP3J4RhP
P/MJ8eX1LCZ4w+PPbWUPi65caa9PpOS1b09BNKYyj/V4fs5/V6T/AEim2akX1YvXq3FPjXx6
U8dzwXJeWydk83EE8J5cnllulopkfcluDC9hPk0l2Zxjkn2np79V6krf2PU/kbRg7j7jVwyf
kbEt3syeLn8jv0XYhYNTYh6lMnQmCT0LIZBZCI5S/kfS/O8LuTxS9Wxc5iOxTT9h8ufGHyt+
5y8eWXjXA0svBz4clWZxf7T162T087a46H0/afuyvtR7mnGFtJn5C4cnerQ/uvlLVR6lRS/X
kWVS3LTnfA+XKfgJrOukErkmiPmJfcV6NHFrDtPqvUWyKKG9dh/MrDITmdSPjqPUmIHWxDLE
eLwdunoURghGa6X036Pm8cVIuPBPit9SJm9bIeSsZPpzmei8eTT7YFybspJPV/iaPHkk+Ldo
/YvgftS9ikuv3OMuFyaglI2gufQhz21HNrud+w5URsVZDlr8jhw5Nvi8fDqvU7SNkRBA1qVp
klUhtIiLLs2f6EsmoIn2LI0J6VYpMY1/BjpL9zl9vg5WHEMc/BktVsUvVj/UqjBleo5aZJg/
MpdIGJd/wtrlEHLll8nNep+gxJYP2u9SHjc+mO4mol7Ex7le4lN7nHjydtdui9RLd2VqSyWp
IVC3LKTSGm4Pq0MH5G06ko7kTfS+lFkOiF07l5Of204inRPw7E8polwtoFfk5t06Gnq62G18
iHSFOChOMrJWDPWWNMW89fbo0v4/cSzuJ7EX+g5v0IdFNy8QXbY3gUOtVsxNR3TON4GnfJHF
dyU8E5gsa0KmNSOOdS8nYh20XRC1IVxuJv26fSvXpXREdaK6RN8pHycxlYwNv9rwiFGCFyTe
6PLlLbwN4RGNpRMWKdzMij8FdGJ9319uj7v/ADD1vBPKWiccdExXHsRHyol0ZzuNKlXTPkxS
n41WkFt1BKbpnH7qczFPJYtnZKWCEsuS89MxJC+BfuYlbF10rXBkRn8F10mCWUSfT+3jRE+w
uLeNP8pWm1EceK9y4bM/A8fzNfibjbWDbr2HFIjp3nr7dHOE/wDMN47kabkS2tGdiZld2U47
FJst40KvuxQftpK2siluNPcltofBvui7M3odlRNJL4myKs2TE8jb1Jz3gdV0qyCI6ehO2nS9
OiRnouCafJ/lJTlZpf8AqS01u9ETxmtcl4V4gtehHKE2b9+lprv0nV5KLKMHjp2Iss89evt0
5t/IaSpOyNdhdtrNvUzfoTn8xyu6aIahdrFEuCG/0/8AInc7qyXk9BPU9SIY09T9BaC+ZVrc
aIGtC/Qpl9NDuZKokvJZJy55aH9zk3Ol6H8YM/ThoXHivF8ZnktfL+4nJcsTTberImzGCHhn
FaNpfFiSWn4KfRuSNSS380JLjK3klcJrEkr7ee5ybWksehMKdyqxZ/c8QYG3UbUXc7DSdP4l
ZE2pzpuSVSE0Kbo7C9Ch7rcbmXiCdtC8sfHjCPq6NufRUU49emcdcYPUyYkno+fJwkZ+jTjN
EYRm2S4W6yOHpfsRoyce43Edun5CmuxwjBTM+xYulGTHucknDaonmrnsfUh8UpXhN+p+xfA5
6uIH8Ts8szRunoRPtNjbr9S38iMTsd9JyQjFbohfCRb6pG/qK6JVvQf5F+xfx6RrqYIhOdCd
SMl5JWC8FdLJ6VnpbhH+n9vkvGf0HN7MuD6mlsR/TrgnjaIiJ1YqXH+ZFuctKSE87lKeQk1e
p9tOpcESenWSs/ib18f16NJ5aX/kTyxJEr0E3jpu/QtTGCOTi/kQnMZbFa9zs9DbfInx1zuT
UMcVPcjROzsRotUP5bmSFglNTuZ/Illjgd5FsRlbdO/4eyH9vhMa2fS4e4tPaaM1p3KvsXoO
L9i/YlvySLU7ClRy+BHim1qJfM+3zenJfmLkumOsromvwcltx6R/vL/ESvYu3ORvlexJfGGO
onHYjfchK+NnpoUoIz7DUQ9xqWmRbnUS738RQ/gXY2vzHufVaXeCYrT0JZOIwXksjU9BP8PY
mTlw44iJKltk6dyW/wCY7z+ht3gaVvuJP3MscxekOCUpQyRN4OL4/t4w2JbCj8Uk9F523hKz
ly4LxXL4j+p33PqyesyRELsQla3I5V7SQlk8Wkt2JfM7/Iv8/wD1F41R3/7RpRHYp38TKs48
drncTqCfgX7EUR8BNFukQsEJa4G37j/mSz16adJRDPDg4e59TlnkiEk17/4iYTLUkZaz2K1w
y0mtNy0f2xrkTzMkzHY1j2LVNCr6Xli5J0yhn5i2O5fTsL/S5eMC5f8A+nm3tGR+L+ma3MVu
PclO9jePkSlnJZOUieSoui/gyUq/j+4VUOcLb/6lY36XvoK18yyJcl162ZozCRTobdwPxK+Y
6lk/ItF42/C+WsD5Obeo3laEXD2LbcnJufIi/l/iJdbIlqowJKE9PYU2VD2I+KLitClYht6X
JwfY7fg/IsoW8HLlyiheX7VhIbcmsbF5YxQr3OU4+BvOjsqnqW73eC3C/X/mHC+PcVfApeXc
bbe7LbYtCF7kVPojxmmy1ZcQicxgZ30J1IGUbNHclk4jpRkXFOYQ59ROMb5MrimJtaHJtDXG
nI4rvdmZ4kcnHTHxHUobw3hEukTMrQcbwcawbfhRAtzGXk/UWrnEi586UnNcf2p4kqkQoU65
N5yir7InDWhEJbnilTU+v+8RjcvBHGEnljUVvI1juKWmNptxsSl9O/cUrXL0JeNilZLpjbcR
2JnpmDEo/tKs+nJtGvTQlKjk5hJOTypj8Ve2DFilfQ8s4pJY0Hy5OElbZy5eX0vDOTmv6RNr
x+QojvOw8SWiYlLVwQlL0I8pexTdbjWjwu5GIZbO3SykKc5LENcFPJOSHxvZHjzVR5W9P6T/
AEvsNrgoXFKl/vHPjyVrEl74waeiKSl6YLplu9TZEKZds76sbTcDeuhD9SN/VF50ZMz2NEuw
nOMsj5EcnLRUeKUz/wCR9NrX+OIskXJvBJLwb7FkK2ehhR056+SgS5UeSbl/meUqs7nF5SNj
/STUuJIbgmJn5EZXd6/8JLTjRH5wTbe0l/MSz8ydGeuWJpqmnk/4rI6XRk26pbLp5pfUNP8A
/n+vEcb9tTl93jbcLT/eHfxHU77CqVopJhJER7kzjaiXp3Iqe+D+R3/j+ovD3x/0lr4f5CGq
KIZbweq2FM+JCxJG24rxvgTWDy1G4v4kuvUr4k9H0ZG4m/ZiS+JNv2oTQ+T0HzaiY/Il0iE8
ZISkzeqNoFVncv8AIqkiI77kCcfsqF3Fy3vpV9PTpZPr1bePD9eI4VaEv4f9XSGs+xrXsJK/
SzznHGeSgh40Jy80S1LPlBGdyZnsXl6F0tyJI4v1ehfwFKhbiSeNBrkVZ5SK66TjsQytOkkE
69OPHsXgjjpqy/ghcp1/yi+2pzZSz/H9RNxtkxHoxpW5JSV/EehLbZONmZ9UQK4IeTlx97OM
7ClnlMI+mmty0o3RLTj2J3H5RDx1bVNKG9yN0TOpeuMl26hzg1SWXkb5YSmPcaani6vY8uH7
XpiBS6ZCTfcqo9zlDwRhQTpvNkTL/j+4l4PpxqiV6kNzOFsJ7ElaCk08dirkvO53LQrgaTM3
gjUnfJ6fz5Eyo2RP/wAlpy2LfI53gjKFC98o/Ul43odPvJORTf5DStbDWPUlLBKyiW7G5mRa
C58v2ojip9OkSvkUkxJpJPvqSsadGzlDTU4FNUVvkvD1yT+5rG//AEk8l6ofLehIfHla2Fy+
3jaCL9TEk5aG3U5Jn2LdvVJGVE0Nty3gXk0T+RKuSZrBHGo3P5DUr0LL9yVkVfhe43d/zEor
uZgSduYUHHSjk1mdR0Q/gj6XJEURlillOezwQ9YwY0yRhE5emxsz0Wg+PNrx4rD3RC/bokVx
vuQrOyyeKY1NnHi3a/Qls9TldS2eVzGhy1nBeTWCpFuenRp4dOR8+P7aEpPp1JyyxOVGrRHG
N5HKlkPlD2/jiXS31KtrBjFwTvod3gnY9SkS8npoiI+ItyzCIOPkk0N+KXYiE3scebhLMdOX
902zNrFH1OXubEyo1InyZDcJkceMvc5PiqyylaR4uoEmpb3OPHjmUT9y9KOX3LiXPxOMas8d
YG5PJibKdi5N05n3Qm524j5udh9xNao7JnJZh4IjUjVjT0olK28il3sJJePqf6Kvm7b/AO4l
TBmngzA08wOeSYnUDgUpt+gtXh5E9BrcaRIzsURFkRK6dy+jOLzH8zsOU4nJx5cenJPKwNPX
X3Gl9W8itVsTkht8Y0TJUM8ft8fN7URyS4t6DaVOx1qceLxEzmikp3hTZ9vgnVtr/pOKS/cJ
uYWoknLYy8CaSeh9SvuJccxGsY8RceUtNp3eouPG8twclsxKbQ06TF9xKU9hwm/YnVnHjmbb
PD7etKKJ53y2yOH48+WPQltt7slYMud5LiXlFVx3wJablwNYISTntZao9ES67DaV6i/uehdk
JncadbMrHRTgZHzGKtH8Txep9WDjwUeKfykZySzMkNR3Ia9ys6i4rGjFZCyP7vL0SL9SHlUh
8lox68o/UnYjlosoWo+LqJIWdCGvU+nHcfHIuSbTFbfJQJ7x+fTk3udpHz47nGf2tI8pa4p2
cVxwtyXlUjx4qeffc/1Pu2+WEji13j4jmmTBO+CUp9xcuSvbQloqKI1O+gmrJWSeiew10R5E
LBOnSTByOM5bFxY+X236pnnzWdux5rED8eMQ9bLhN6jfJzsbEbaFXuKE032Fx9T0Nr1OTeuh
MZkbmBcmpE89vYjC7HDxzMHJ7KDg3m5XuNRLyShKNE8i4rElakr0Exvc/wBPVJJew5/iiGpR
y8Mc7+IubtyQln9Dhyj+pL4rkNaIpQXrBGLImxS5k9S5one/QXGbjP8AHIyTr3H3K0ZPvA3i
CBQY/DyEnFY9SP6+x4z6njw0TFx1iBr7i8e+52ZC92Xe8keNboS477nFP0PLi9SOTUkrGZFy
4vVSTqNPORPLTPDk8Osnk3D+Bx5c7i7G+ONT8hPnyhxSPNqnjQ5tOVxn5D2mGQRE7njEJkDW
ksdz04uLVCWwj0afyGklG5M/AjjZDcL5njpuRMrdih2LH6l50Je3oS/hodjcaEkTsWdukiIR
GoxcuPGB+eqy6wc+SXlCqMHl9zjcuUREHjz4rktDly48fFpYTPHCuUUsZkWjdN6HHjx4vlLE
odabQU6Gpj6lXY8lbOSdrseCcTMLUt3DLyOcN0RBHJftwJJ1rJPkn9zZOR/d+8paccdBcftw
klBy1mZZyfjfl8jEC0Z/qOPKMki5LV/mcZcJtLr6CcH3FGkk6mIEsT2j/wAia8vmJZRCgz8B
RWxp6iTdQQv26mxLs9NDYjXUhfI769J16Ik79Jw9GfRy8p/px/mIah56QnckNR3OXHOqrc/c
l/uig/1nqqW18v6xvjnU/t+Z5J6WeDXYa0Jf9Ldiip3GlDJ1mRfc5YSlrsjx48G127Hhx4eN
TJLjk3gjEaQU4nM/V/28h8eDiKo5cu9FshHcfD1OXJZV/M83b48l/hOPJKaH2Q2nr05p6obW
kRR3EnyghV2Idv4D74RDWBPCjLJeNeRWVkouuxCruKXY+WGNpuDU9CiSJz+DudxSdumCDj93
RqH6yYU/ETbbeOxw4SoUqNfqfLyLZEp+g41PJPWYJSfqNtyvQaTni7ckRncW4qniLw+lq2cW
4fFqIJmP/k/0/tpvwWf96SXDfYXD+pvTIk/UqiNCMsfJZY03k5/abnytPv8AtHxamNB4jKQ+
WHPTlx3TOXHkvHBd2Y9IPL+oi5WuhPHJMfU9Xglr5i0TIwJr3E05MCSkpCaXqSTk7G/SCNOl
+x3OxCKKZMENYaJURuZFxTdREf8A1OTbvjhSSmRyyTxvuS8J6/8AMOIgxRCcvRXROvqRNxg8
moXLWTyahep+9+L9P8o+fNcnNzNjX2uLn+P7hcua+r17EN3hFjovUlGbFz454tT6HkqlEunG
RS7nry58eMfc0foP7fJWnuS8aYIgrLohUXgXr3FyzDo/Qh+5K0FGdRVjU8pyWjFH6FVxJ8s0
NkpmX1qiCRvUlkl41OXG2k/4/pHGpxTbiSZbfKJRPF0PlxbT20ojlGbHxfHy8t8WOJXvRrHc
qHOZPpmxesMajCyUrdM8k70JayxclU7HH5E5fRxA5uBISWw0v4XSdRcXf6HjtgZ3R/qR+5XG
45tslVGup6WyUX8y6fczU9IXxEsy5ljuJFIlNWLNkWiMmpKyepBP6DrGpC1s2JRKyROekSRN
i5vjbUolv10n/qPtJKnz4rGk/wBx6dE8anHnx+ntucvtvDRyW3JrH9rFd4wW/JbYPFrvL2K9
h8XlKP8AyHNwqFox/mOM6dhawi6RHClq8m5DlEohUS5fYTyJkJU2LuJsbz3Gphq8dhzUaMwk
yU4M/qZjehePJlKDE/8AyYkZV9iMyR3yeUv0E3luCyY6bSK5W5E9PpLyX7E6FFPpLOPPjx8n
xlckPgqcnFzqmhP4lnESgwcn4pJt7KSX7bEciyosaXOW9lgaawPi3iKXoOp49yMN6lkSRxzq
Y+rVlEbkt1uTKehxcVuUK579YTspz3K4ynMNDbpDTsuI7D+mtBvR4In+QlMXeTHxJVp0z6fc
lKPcpVuVk2ZDTk9NDsKSp7E+R3I6S8Epwl1nVaEv6e0ktwj7mIfJ/V/Vk4cVP7kk36jMnHiy
Onms8X8n9Bkica4JV9jD/ITgfJ3ImrbyleglyTlbCU4EtI0Nnod2dxp/EzL2RGmiTOPDmlxW
4+P235cZnInrAlBG4mrPGLJY+PkvlJyl/VNTWWT+lE596IIar5kRTMX3Pq+CsawvgToTnYi4
7GCceo5KWew0rbJehgw+kr0ZRDydiMkvGhDwRoYOTnVn27lefGP+ofRzoQuLfubepz4p5Va4
+oqty7EtCG57C8tGoI9zyWn8jy3JmhJMvQWx4py9T6eP/MW4F4uz6XN7HJNT8ji4whOK8lI/
FqYlCTUPUXPY7MnjadzsL7XPj+2E36FzBqlrROVFaGLRVJZPqxoTxr1GnrRGiPHBEVuRpody
3kq1uQnLIkiZNTv09OnZmCOlkp7nJd3qfa4r6Y5JxM4fl/cMg5N5kqrNC2++w1xuhVeWlBmC
YrTlFmje7HL8qob2GlWhpLJcToNvY8ftt8WtiW5m3LFUnYUItJeguSzco8Zaae9ETbdEcm34
xhC58H9MzShnrhvsPi3m0iYtpx/2j4rNyWhKc7i4pxWUS9D6aFMEa9FVjkj5GISN+4o9yZjd
E6k4KTJlyTv0ujE9JkjTq/f8jk8w63Fyaf08ZkcEMqk9Rvi6M5F3KtbnfT0I/duUvpKcrtoL
xcqLRSt5EQQiOF8mhvnwbdZ0G1nYnlmaRoVB2Ex6WRvqU8e0jk//ADc8Vo+4uX3WuPPcjylL
9sHf4EzehPJYIVwoLcdiON7WbdiVb0PUab0rB5TZD5XlFuu4uNRuRpqXklKRLTqkU+iIPTrZ
TzP5F6ZOXN4az6+R26efC/GZ9B8eX7niCMxgtUtiEpLTv4kdE21A4zqUq1Ji2ZwNzZxtxlkc
HWrHDE23LMshuEZldMWmNJWtY/xGi5LMf4y3empDX1F/Imc/Iho8X7Mrp5aaF/Mn/wCTZl2U
pncufQlK9D85JttHn409SsToT8mSqZeSf6hWQV+CFqR04N6T+Q0nHFu0ceTy5le/PpK+Z65H
zUNLJ2KwTEJZFEqCOX1MfFfAej0E48VUsjKQ9ES/Y8mTiKIhNkYg7mYO3SSlrk5NQbPtuawV
XYvQjE7HjH1bxqTNvoop7noVJEMmL/MhLx3E8p4kXGZeyPQUEKmbv4Hlyv6Yj35Gq3Z3FruT
pt1vrZY9izjO7/InTRHDe5fvzL6XRPHDVmVWBPys5PlyxeD6eWNiVHJ6yiXhnFLO2C1SQ+fJ
9pKs8uXtqcqnFE8d7JiCS0UWLycFOSFgf3OOl0Q77nbElwbdyXnsKVC2Iw0WjFHqThbyZhab
lXtJv7n1T2JvuUydBvTT1E17GJNnsiZd6GPK9f8A2P06IshfhhnCO/5EtYuT7beXP58iuiXG
/IXHmoc6DhVMF8VCo5KElDTLubolY0kXElvCn4EO9zwX7Ty6P7KxTF8R9iSSFY0rciS42z6s
k7nJL9sQJcb5J2zZIlakaCfHUXIunp7Et4IW1yJ6sTeVhEfMaYuKcstkzglrJ6bnsSqWpuyc
TmbFU9zcnQkrrsMrr9tTVlZVH2t7n48jknTRIuU40KuyMKTsQqku2XST/j+0pOCeMp7oT3SP
QgXFOmpYnKaWhLWOkNT7kcOMJ0R9zlC7JlKXuyZox7keIm8i+5xcctf+0nfZEKXO5eSH8f8A
2MweSt7k4fHUkifczkctv1LdCv3JySeU+x6Gw0r3HNM2olYehHfp3/A5cENkyU037j/q7WKM
KSnnAuLhNY93yE1ckaPjjQ8m4z+Qpx3HF3Jn+ZCcrXQx6tryJa8vWilexedRtua1KH5ckm8H
Jvn2/uMuCOxdvQcyuKsScKNYsa+3S7FtyK4R+5m5eUcYtuf8JMwOMLE/+xLdirJl+hGxynNE
5F2yfS7exmXuXnb/ANi67EbEf7CNSZr9CXfYcUZJfzKXuS9Cbgr3KZubDRTKfsNtz6H0yhRq
YFyWNzO0i5cXNaM48VyU3JevwMYyTtqJq5d6luI3KtEuZRPJFqHU/AcckuTiJPLk52b2E1xc
TbPKqJOPD7d/3NbHHjxa83ErLPPlLT9jFEqkYmDB2OzEnL4OYn/l/abopET47zRT+I4t6ERC
6TqxKJ/uL+RRLpH0+0j7bFpOdy8jgxjbpPGkbm/Y+REkf3DS6t9jJCyQzNCW2pCytTMpXGRc
lpoeMR3HWNRopwiNyXp8BTfbBaVEq+wpUx7k5dRfYfJt6ZfYq4etm0aE1dkTkj7aXLnz9oH9
z7jvlaWXZSrCLd7HgssyXqR8xNOUceT9zBO2C+WSdqJ2yyYnuTLhmLX5FL3E3NfAmBz8GQ0l
3KtD9WLWcmaJ0+A3hPEM8iNtWSsFe/4ua7Z9jyWhy2FGFglKDyeSWTOYRetkKv4/3hLk/q1S
2LVmJ9Bubsl6GyRDwatJ4Qrjc4/0r9IFLrV9h8U73FPK9BqklrrRKVo8udtYgbfoRNFSzg1x
8U9X6EN2QiG4FZy8fUU4xDHC+nY+n5WVk75gVwtiUrO+vqLllO4FtoTHxE8yXewyqk7dh17m
vvCJeGQtDNni7fYvCI+ZX4Oekr9CIkifkSrNkWOc9xYjQiZehMwX+7Eku9h6cdCaln5kaH1Y
0NpwhOIewuP3H7ENfEnXHuStCFqydSlG5HF2NPk0xPKEtiUzJmdTL7ENynlM8uHGpsa02rYj
+Ri9DdkXXoOWOvjBGUii4j+P7SK9RJWx/MU3Kr0M/ToO8FZfqQ9MkqDvuSnfoZrVGCZojclK
fQiB2sY1wf2kx2O2zHUjaY7ommuxehOBxRUxhxuQxJ66mJ1opex2KItxsSqatMSfLMwetGii
oE4xk2SFx4uU8k5nbsS+SS0TdkJNM8tBIU6m43xx2FqnhjeVNjbUbQd9y0oWIHFTZmY2PXci
dMihqFqSmoH3G3oTjsXELAs9mSU7Roi1HfQSghewvKIZmtiS7JiyoRBOo0lHp0iJLTNvUfKL
LyilDyXDb3GuesLilghJQeHEzWpcvaSn7mV5Kmx4zgb0WhOVsOE0qI5OW8yWKWNWp0E1SnU8
b3oUKOLIencT5NR6ibcw9CJZCfoTqNcrkaeuvc/03l5Ib11Imdr+kuPYhQVCep4rNyfSvWSl
J442O5LysGZO/clWycbiXLDqhRj5kmqRLKwTHWzPSumJRKVEpI5PxSe5KrGCOTt+xd8kJ8bh
p/MluKwNuWnoR89i2/QzC1oqkqsxYqzokToTmdCqnQVTHsa+qJXGH0lqnLI5NLsePCu59XJv
16SQqPp5NQeH3XHJ0m9zxRxnO5fzJiKz0/2US7JiNNiUuxhSfsUrWEeQxrJLyhOIepbFG/xL
M1sITRL+HSYXpNkeKSfqPxSgpKTT2Joxj1ML0LpkLjRy8XLjBH6kY3Lf8jdv2I8cbHlrtA5k
1uCNe+D6k0tJUiXHDxP7iOTwhRe55N+g+UkLGs5Fxk8VECbWNiVtCPqmWd9iFU6s/wD05x6M
jy5P0/8AqTx4t9+Uf5RvjnYtevYa5VsLinOIszfqKfSh7dyIvSMHFtXsUhPfpk8EQ3M7FUST
foQ8l/Kzy45Jv3J3IUz3wdyY6S8kJEx2JhkeLFRMQ9JMXuVUZ1IahtDTqNDMk4OPPi+zX/Ce
Tb8iBo3TyVxrWzhOIS9yFlDW5fsYhIhaGxnA42yRqxck5b0PJ+xsblowJOvSxcVMvVi+5vkf
JukjyilsNJxrECb3JWTxWJlsUvUcM4y9OkxA+02TKJd+xPTeSWYcaENX3IJmyjJmvQh23qYJ
ijBMVsfzMKDY5TbFOhy9dMjiK1hHrtZ4348orRD5fbzEofkoXo0TycfIsrVn+nFq5Jgo9CPi
xy73ZEXo+428WRozk9Fg8Fp3g4tw2T4p+yk+n7fH4Ijl9vj7ItPj6E8WceXGnHzOXH7n1JRE
3nyPBOm9/wDiGtXsNVO5DVMxe5SU9kjEeo0cYrlFl8h8U9Mjm2mLHwLUyKkvQ9ChpqfQS/ai
xpPBm0LJNEr4dN+5ZCHsL59dmOpbOVRH5wbLUlY7C8U+UtCTd7MaeB8+N8ZxoXtkSVt5wSsi
mn6lEuvUfJqXoVgnk16DXHHZHi5lvYrPKTm2pSmDw40kbsjBKZhtMtNPvJ5O4WWc/Jqkv8R5
xM1P/UNPJ9WlWRsWONsl57ku62ZCWDBg5aOWvmLxxvghy9oIWfcl52KVan0r1Z6/x/UYlr2J
iiTFxRi9oK6LbXopz2GnqJaaGOlibofLSf0JRarsJx9WWV0fHlh4H9t62vcUEqNrE3XoU8EV
CMePESw38S24Q06WywJQ5TkXFM5PfUncXF4ew0kp41LI/JDlyyWh/S1Q1qceHFzc/wCE+r3j
I6pb5IVSLerJRxSreSslZL1G5G1lyQ23+RWOxMWVnpj2JSv5EzD/AEEl7jlUSor49I1Qp06d
iqSN5Ox3Lx0n5DUU1glQku7Hy5tNREWRtgl2SNb4RHJSJ8OULaxuVfcS5XyWYHFTuS8sa4zH
9p9M12O7waNuJg+59znS4qF8BLjqcU9FLHftBLg8+bVaHjxbSehOBJvQrkr3Puc33wXMifNe
w2lWi2FGxaklUhRW5xc5syRqeKmJwVSLs9zOC7JxJmYO+xCeo4srQ1bIi+qUZP06wviSbFlK
yNOmI6M2P5dKRHG3qfUp9hPjx9ZGuHF8myefH4tNDqiIjdkqP1Y+CmH/ACJemJsflsjyTaWw
2pf5DTcl0bnqbeguSXkheCXFzcKOkJSRb6ZyUcOLykRglXGB6nbElY1IWhhWbn8i/lg8m8Ff
KiG6Iiz3sjQ3gR6DjQ9RrXp2XSdulaEomZ6dukrJLwSNwKSHg8o/mfRxn1JccdIQ3lLUjEO3
3MymfUpTwKNkyeSbI4pcUTPqQ72PqcI8XL7mvpQnx422WrIitykitRJ4HDwfUrGlouj9KHds
ha5HGgniTcaioIRTMSV6k0Nu4LxkmOkdGppGK6foStNCfkQlEGST0IG56Q7IwSti7S0EbHil
L3LckzJkdz2IcShPl9SWh4rhWbZsljSif9ou4kstWeWsijLJbyQ35QR/o+T9f/Uj7v0cc0oE
+PL6dok+qX8jkk5SZ5Ta0JdvuKoJVMumtS8KkYsjD3EiNtiW8n5kCcUXgbiCEN/ISenSJLtd
H+D8+lFuzt0npQyr5aSQ1nJXRbMr4E8lGw1yiXgrBrJLmNyVjUh50gUqOI0o8dGT0fJvBHFw
uxl33F5TklcJ9SYj3RThesF8n8ZJn1Z5JfTuoIh1uUoX5l5HpsNTEjlegmycIcXO5SVak56Q
xo7kyfmVkw/WS+t10T+RfSiyysG/oUhijpSNxR8inciXJ2fVgotFcX6k1PxGlwSU5j/2OxiE
RptgSf5njsW4gt1ojEsT5KyuKPqajY+jj8V/mPrvif8A5qEXrnQXHkn4ucojkpJ+0o5aqRyn
5dy8k4LcQKPmPVIuIRBA287F5OU70dzPohTc6D8WdzsiCq6PktRG6J0JRZaKP5FHr0gencjQ
zHcamYqckrORr4ELLyTBsiEs6kznQVWNeONWLlyh+T0EpTcyencbbpM+ZycNsrjHqy3TxYlx
sh5I39y/mXY9WqgbS9snnDuoZxmpsfGJWhMQS6JzuiekEr4Ex7kol3BbjooJS7Mkul1iBkad
IZ2OxB6dO/R7jNyXkwee+iOyJ3wK8CbpIXFYRPzE7lGzImWsQcUlDTkv93yNnA01E4PQp5IW
UeX3G52RHBW9+x9KmSlECXLjLepC4ritT/Tn6lnYUutlkjjwfuS4SH9a8knUlkLC1fSyU85O
6Gl02JTXoOFKNzEN56dzxWhEzsRP5Fu+kvJXSNCtCdCrWg06a2Kt9KRB2LyWQPlPsRGLgS4k
LL/mTy+pvIlq8j5c3C9/8JP2qTUDf3LI4LDKVaki8V9W5Decia4y3glUfu6VUDfLlPaDc7sX
Plxhbz/lGl+5aWf/AJ/Sn2TL5V7I+ty3gtS1VlOGXpr07dIj3JwYlmy2RKeSsEPrNzqfyJSN
uldH8jHW0SvcrrPSJnrgxDJw9CGh8m3HGHBLwjywnofSvdjXLjMITSvVal8bGkkthQ2lgn90
kc62ROmwuSck8BPybWx4xRCRPK2zx4K4hHl9zlLfxG2UlBs1gmI5E0yeVvYjhUi+qYPF666G
5uKSXJLd6dNzeulHpqQiZLyPrJepC/DDId9I0IXSnBTUktSPjmMHJzCn5CnC2Qkk/V4I5pct
osX+nx8WtcDw1oZhDjlBlStXuQojWDZ7mr7izTVDmazOn/CW01GRveDEwNs5ri//ANHr6kty
9S240ZPm40gXm5kXKXOjH/ptcW8+h9TfK/YXindQOK3ktYViXF0txefKUNZJWCNSXCUG4qrT
pfsOSMG5DVkYO+/VasTO3XbrOemDGTv0ySr3KRSIVJn7oWxiZFXsPilWw1ECqVqzC9B+PFQv
gfXx4v2PoXHi/Q5N4jQnk2+LUCXFzy/tIajk7aPDi3LTmBt8plzDNk8Tg+pT6kxFaDbl7CRM
yTySS7nj9v6m9Uv/AFPJypGilLeCefFLjTsnjx4prWDC9CeKopGLPqJ8a6XQ59iojpOS5RJD
MnqTP4K6z0o1npLO252JyysEs9CnPOcdh8uVTvYlwTa7FrxRL5UOMM8ag3OcFs8uM+WmYFx5
8V5LDtKP97y5De/zIVs4t0pmzGeyG+Kp4Ln9ByvdaEuBcUnZ58pnRHjx4vvR/qcm5VxRx5O2
vQhEb/hu2ZLL6MkjfUR2IMxAkuiIZL6yRp1gZHVMhj5aI8eK8Z1zkbmY9hc5XjyFx4y4ofSC
e4lEj4rVDbIeEQhpRe4uTc81gvpY7yTMlKHqzze0i4qpG58m8jW6PHXom/xZLwODuYs9DB7F
lGSzsQUWT1fS+nfpWoxl4F9rjXdHpl3/AJRcuaXLk1iNzx4qEsQT0c4ISx6DSq5FJA7o8Wl6
lNIURXSSkNnuPbLFNcRcXfGYK4pehA3y2LJmX7Gq4rpZf4nB+nTuZM10otnqX07dYeCr649+
mC6exGB7nLxUvQ8/u8W1xZHBJGetHhxcTkc5O5WUXZZVdKWSCrKPc2PFS0xfS1uxLgvq1LyN
5OXJtJxSZ/qKXxb/AHRUE85ZHFQdjBH4IZmh9idX0x2IyiF1knp26SQQ2QsPJO5PXYfRxKOP
FZcSePFRJBZK6Pk9MD5ctCiypFOUbyLpXv07mw7weK2F9zlxltzLIWCsjZdf7B+U+M6C4cFH
FadJwJfgiSJHJbnp+hKwR0onpGCHoSjuWY63grHVlH6m5dnk9JPpK6S2iFb7Dl1OCtOiO5Zv
0wRsd4J06MXJ/t4tN/HifTS/A9YH8D9Tv0qymz6k2iqez64KHNLrJ2JRPRb9LLzuXZ2JFqd+
k9c2foUNMU42JhkqWyONMmSxuCsEoVYO5drUroyWjv0o5J1Zx8c5bIRPKkV8RsS4e4xbHpnp
fXv0yQSmOH8TJDFZXSFXRP8ABG5BRG3SzsV1npY/HOg03LZnrMdKx0Ue5u+ldb1G+lkrDOPc
hKSCx8VrqS7EQX+C+lY6RkZCULpenVrfJSKNmdjJJLdk4PGR6tEkdF0k9elkFYKLI/F69LJK
60Qy1JEmejYlJG/V9ZIIZBkohEMjYrJfTuVkyXQhV+CSmWUxEqySiCr6d+mxmBy/QzPSUOcl
9dzsOT0yWYQmtOnc/Tpt0mKPz6bfirp//9k=</binary>
 <binary id="i_050.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Rc4RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTAAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAV/gAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AKbs9p3trIDvzS48k/vKqXZwMxuH
iIKrOMAk88fJMy3UwY8I48klN1ublscZa5viIcBPb+SrFHVLHO2vbJIkk/8AfvoqhXmZDXEN
cdOATPKvYfU6Wk/aG9tC0c+RSUkysht1YqcI3OaBB08XO7fmK/W+hwDWu+jwDp/WUqcBuRSL
KqIrDT+k4AA+k7f7Vmi/Ha417i0iYP0mx/W9qSnXqsDG7TLv3dx8VS6hd61Yord/PvFbo0Ib
9K7/AKCixz4Ia+HRo2Z+YahY9ZbdWSNzKWHbrq5zj73/AOaUlOpWQXhoEAfRHbwAXV9NaG4N
Q7QSPmVyGH+lgs1DhIPhOi7TGj0agBADBA+SSksSFEjzUt0IdjzHtiPNJTz/ANdcr0OivqDo
fe9rPl9N/wD0Wrgqy4gHgTJXW/Xiu61uNW0bgwvsfHYe0f8AUrlxW6t4Y9paRr7hBj83/opK
f//Q5+x2p0jyCGdePuGkeCIWxLT34UOCAOZ7JKZ7SdCJ7a8yr/SOmHqGYKSXCpo3W2N7N/k/
ynu9jVntInngc+C63pWOMbpdbRLLswy941Ovh/xdKSm7bdQaLLb4Z07H9rWHh+07G2O/eZ/o
q/8ACfziyOqYOLmdOZ1bpzfTa0EvrMguYDt36k++r/z2odcvqvzqekfRx6GG14aYO4Nitv8A
YWh0bpzqsW7CNhfVeyTWR9E2Ncx+x37rnJKeULq90W1iwdjJDv8Aoq7Tl0ANa2QGiNtkk6fn
b/zlRDHN/Ru0cyWkeBBhWsPAysp2zFpfcXQJYCQDMau+g3/OSU9R9VbOmGllRsaLKvoVuPiT
3d9Laus1+a5U/VLEqxKX2OspygYsur97R3YPSb+//Nsd/wBuLe6dj2YmIym6w22DVxk6T+Y2
f3UlNw/BNEaoN2TXTXueYHms13X6nWbGuazxmSfm4bmtSU6OTh4uQJtqa48buDA/NLh+b/JX
K/Wjo9rssZ1Uu3w1zfgOW/ctV3WcgGWgPaZ17x+82FC/rO3GL4FdjiWsc7u6J3MZ/J/cSU//
0cCyC4xooQRz8o/78j3Y9rC7ewtJMQR38NqjZi31ta6yp7GuALS4QCD3G781JS/TsYZWZXS7
h8z8F2h2h5dENpZoRwJ/8xauY6Rg2uzGmQPRc15LXchustdHvXUOjZaXSRZJdHMbdvt/zklP
N0iu/reDc0iynKFgLjw7c52n+bYulwg2sMcCTa9vpuHgGueWn/OWD0bEspLse6qWY1zLMO8j
WHGLWj93d7fpLfaHsLXBo2taXXOPO4Pd6NYH7rt9j3/9bSU5D+mVP6y69/pvxqskfaK3ObAr
LWvksne/3b/Z9NdXSabhS2lmzFx3lzfb6YLgDt9Or2+3c76W1Y2R1HPpNpZRj20NIbDjFnAf
7h9F/O+til/zgsdgvyxALWkMaR+f9Fmv7u5JTfz/AKy4uHluxgHWFk+q5hHtI+kzX6TlcZa2
1jbGuBa8At+BXCdMr+0WuFjnbrWWVseTqbA0nfv/AJVvvW10Dqt7umml1TTlY9hrsa47RP7w
EJKbnVw+2+tn5jfpeQP0v++qkcasV7WuIjgnUR/UEI2Tb6ljvUfLmwSNGgD6I4Qy/wA9PAj8
iSmq+t9dlRBI95G4HXaQGn+zuVfKyDZlYlTiP0TbbHeZlrdv4KzbvsJJcQxuoAgfMyqDgz7Z
ukaUfSnuXapKf//Sp242Y0OfbcA1gDnak8nT6I/eVT0iK2vsDgLBNbjqCGna922US68Fvosc
fQc4O2gRBGhZXv8AzGqDbwciXt3tHsbWTw0Daxm7+Skp2MFuL0ylt15sdfke2utjC8OYQH7q
m1b3ObrXvfZ6avXWOyMdhqbc0uft0b6TmyDq9tn0vT/8+emqfQ78gOdhXF7PSYdjXE/Qc6t/
t/N9n/oxW8rItqrvLJst9cVUVAhpJLa7A2tzvb9H1PpJKX6dktcLK8t4dlY1ja7HBu3cXDfU
7b9He9v88rdlYF+68ktYGuYNQ0uc7aN5/P2fmV/+YLHybr78THfkB1VpyXAVvADmhu1oY7Z/
OOf+a9U6/rL1jKyfRxai6wktDGS72A+8Gfh77HfQSU6ecPU6hZW90UHY9zBMl20Mh2381U+t
3hlNVbG7d7yNnAiseH9ZzUcOtbUz9sCMyN1mkwCTs/mw9n0Fmdatqtuo9M72lpgwRAcY4SU2
arvRxqCz6bHWBw8d9b9pd+d+arHSmOo6rk44kktqefm2HrNv9YltDpBLWOrd/ImRr/wO65i0
se/0etX5ja3PYKC8sbo9zCfzWz7n7fftSU7NtVoDizbvA0+J/lfmoNdVx0tpHqwPd6stAP0n
enXUHb/636NZt+c7rPUxh4932bFqaXCxwINjjG5zmO+jsrc7061o5n1dwHNyLsN9vr21l2HD
4Yx4h25nH868fpN9n6NJSrMUFpLfcQDp3/srJz6HMymXDh7NoPmCe39pPkW/WfBtLbScprWt
D3+n6rG2ODXbHPYB7m/5iu9apGI/CbcJfYC3TiYbv9v9ZJT/AP/To3OsbnUOhpOzfWN42cPc
PSfXv9n/AE/9Iq+ERssZsruDw0Gp+7e467fs/p7n70XMd6eRTYT6b+LXtiD+d9pY0+39NRZ6
n9fenwcPJfmW4FDzXc6axt00af0lllv06qK6v0r/AE/57+bSU2ekvFfUqqiSwBtgFTnbtjiB
+j3+3b9D+bW1ljcHNYdjnQ5rh2JGyefpexc7jigZjLMc7a68hlOP33SHNttd/wAa2v8A8GW/
l2049XrXnaxzCNNTLTv/AO/JKcXqmGaspuQ1u6pprx53EODzufu2f4V+n5iN05+NjYx6q6sG
zILG+nZWHfpXg31W1Pd/R/cLVqBmGW49Vpbda6cmkdydut2z872O2qnb097rZqzXtw2D+ihr
Sw7Rsra0t/clJSNuXV1TIZ67LKzt2ix76w0EagsaGv8AUf8A5iz8vDur6j6e07WEFrwIDmT6
gc38395amHj2OAL4bQz88jU9oG5aGd1jE6XjMFzzZZYJpoBh7h+a93+jq/4R3/W0lPOZ2JnV
1NddY57NRQCDA72Na50O/rq90fp9z8rC3PDDbXZc0mT7a3bHe381EtuPVMBmZe4es6vJe9sw
Gentx8Wlu537+RZf/wAIjU3CjrBtrAeyuqwNYTo0veGPb/J/SV2pKbHUW4+Jb6jjtyKoeLK2
gn1GB19bfdt9jmN9F6V3VhexuBRW8ZeXcwsayXA1Wu9T1y/2/wDCV+z+b/wyBlXHLvIyadN3
qY9jZMgfo7IPt/SVO+kyxnvrROj9b6L0+pjMv1acvGr2eqa3FjoHpuFL/d9PYkptZWa3Dx+o
Xse6sWdRPrvaJPoVlmN6df727btWJn59XUs/FFG/bSHuIeZADjO1jfzVVuuzcxmSMYvuwRY6
xwAIAD3eq11rfpbkHpTCc8dg1hJ+Hkkp/9Sj9hzbsO252NIa1opc8bfTrYXP9Knf6fqb9/u/
nHvVJljmvbYCTa2Z3az290rTtL59Z59SydXPO4/+S/6SEzErsLn2NJJIG6dp58G/H89JSBjq
2NPptH6Ju9h1HvHpe+P39zLFsdUy6sjEAbDq4DqrDrO5sX1bf5DXrLswq2uEuPw85U3AOtbS
DLQz9CDxvYXbm/8AXGWPSU1cPJsANtZLbMej0JGh3PJqP/QVzJ6xmP6s2jDNePTW5tAbsn1C
NtfqZEn3+79z01HB6cXZoqcS2knfZHJaw740+jZv9jFn9RuD+pZN1cNBvc8R5H2u/BJT1uGL
L6K7cjPoZXe5vp247NroLnM932s2bLNzdvsrWD151OPYaxQHW2na660l9zm1k7nW2/Rc+9z9
/wCj/m61HGzMStlVn2Zz3WS98n2iQd5brvY5/wDpG7P0ao3vdnZLW0V7Gt/R1VtJc4y47Q0v
9273pKb+BZTbV6Jp9J1obXXZILDDg928u91brVrtpY2y2sk133vBY08FgLtsO/N3blZwPqZS
MetubmP9cGX1UFoY2fzN3u9Sz9+1Fy8M4t7sUE2Mra30bLDus9OPoOeAxztj9ySmpv8ATc9z
CLG0VwZHcufZYP8AySoYX1qtxC6naMjDscbLqq43hx+jZUXe1zH+z1Eut9QOJjejW+L75DAB
sDa/znhsD6X82zcubrpsusZj1t3WPcGsb3l3t0SU9JmdbxXE5uHbY2+xprG0VsmDuY29kOc7
00YHFvw8XqFNba7bbX0X7RA3lpsP9lc7n4NuHkPxsgA3CDYd27Ujd9PTf7VtdPeT9XqmROzN
D908lzdn/RSU/wD/1btP1a9RrnXvFdxM6e8BsfFvuVqnoOCGmLn2gae0gAEdtrUe3p1lzt19
rnMA0qZoD/Wcq73V05IZgtcbGAixrZIiPbv3e3ckpH1PotIwrbMRpFtcPO4ky1s+rH8rYqXT
emZGSwXlrWU1y42WENZppva8/m17v++InUc7Pqt9D1TWLADc6QSW6zWOWsY/8789V+lvNLnH
Ke7IxKn1mkafo32F1bPb+9+f/ov8J/OpKb+RX9ipoZg7b8/OJbitIMbW+63Je6za9tNf0m+x
Z+d0HOzGWvrx22PD9ldjC1pOnrZeRs09T7VkWOrr936Cqn6CWTn5lfV+r9TltjqHDEoNhJaX
bg1lLdfb/LU3dcyMbIY2m517NBZlWscKHWR7qmCtn6LGrsdsq9Nn/CX2vSU5XU6sfBwaqvTL
c5tfpZT5O0GYZ7fo7n1fntV/6kdJvyLnZ21uymWM9SZDiN3qBjf3WuWzkdM6f1dtdtzTW64g
WPqcHD9ze31G/vf21d6P0n9n4fo1WOsIc5wDoBdrG46/T9qSnQY3Gwmfpbq/VIEueQ2fANYP
zVQ6vXVdnY+O64VX5FbvSj87YRua2f6y0ReGB1l7GgMG6x5DWuaAD736ubs0+nW5ea/WPrln
VOptyGmKsTTGjggO3+pr+e5ySmln3XZGU+y0u9QOLNr+Q1pjb/5ytPoWRT0vPrutpffkEfQr
ALmAiI/rv/wln7inn4jQ37VjOcK3gF5AaSA7+sGud9L81Cxsa9rfUxrNJO+i4Q3QbtHf1du1
JSL6x3tyurW3N3sFgbta8bSIABrLf7P0le6ZmYrelX4tssJe19JAJBd7fa57Nza/oIGVlY+U
0Vmt7nVEBjpDYmJ9zvzVa6O/LYfstddbce0w8gndry7+W7RJT//W6qwtaYHPigPMyBp5jsUN
j7nHh1e0kFtmsjsa7Aoste+SGFpa6C10D+006tckpl9mqO31WtuLSSS8Az/WH0XKrf09rw9m
O1lbLoF1fAdtJcHK261rSGnQkxoJP4Kp1K/IpxXfZmF+TYRXQ1v7ztN39j6SSnMvxqRj25hs
O2uyK2nVr7T/ADt20/Ssrq9ldipX09Rx6qsjIO05A3NxnNmG/uud/wAX9OtbQx6nWYuE0i2r
DAdY93uBI/P/AOMtf7lYz6bMqrYx7QQ7dDhoT2/zUlNH6tdF6i3LZl3g4+NXIa3863X2+z8y
r+W/6a17Mlx6tjsxAS1jXMLzwSN1lrf5X5m5Um4vULawMrOsbGnp1EjQf8KCxzlbqpZQ1ran
PaWt2hwOvxSUz+sXV/2dSH7d9t1b6xUdWncPa6z+ovPaen5tpYWUv2uOj9uh1hzv3dq78YWP
bkDIvDrrAIb6p3gTz7SiW41NjSAPTJ4LREfBv0UlPOFjaa/s0khjSDJ7KqC8sqEbnNEvI8IW
v1TpTjS99ALpIlh9x2mBu1/6lY1mDkOs2X3EEQHVNG0QP+qSU1LNm/8ASOHuf6lkGRoIrZ7f
85X8KysvH0tsc68j4wo1Y1dTYDdQdHH85WKmv1DgAwDTtokp/9fp3aID3Fp0EkmArFgEn8ir
OZtt9Zzg2uOHdiPApKZtr9u8/S/1lURj2HqVuS+DWGMroDTroN1m9v8AXf7VoMtZYxr26tf9
E/6/BNZsaNztJOgSU08bGFDC0xueZsd4/uo/tBEHUjQKvk236PY7ZW/RvY/1i+Htbu/M9qg7
IFrdgdq0e89yB9L6P0mf1PppKZ5T7ww/ZCH2CPUPOwHhzGaNc7+Smxs+t5a2/wDQWHQB2gce
PbP/AFCIK6Q2Gie5IOpJ/O/8iq9tN9dxyaWep7YAc7j97Tb7d7fppKb3rhujya9dHcgfH/zJ
J2UGv2WR2G4TEnVvPt9yq4d7csOY9jgWHVrj3H7p9rlebQ19ZaQCwiC3skpjXYbHljwNeI7h
YfVsjBdlurod6lhawMLPc0ODnep7/wDiz7lunGHpmk+2oiNoPA8j+aswfV/9ZMWNOP8AS9WC
bZ13Nd+Z7nfnNSU5zYnWB2Km3a5xa4akfR7fNX7OhEADHtLiAdzbO/8AUfA/q/pFWpxbHO/m
3SDGvj4f1klP/9DoMsZj7A2ktaw6F/JUK8IMrIuc7Ikid+sQeVac4eISBB8D5JKRkDe10RAI
HhBTuDH/AEgD8fBP7XSWEEsdtcPOAYTHQk/R8ElOf1B124ANIrHJb3POsfm6Km1gL5c30y0a
ES3k+3+qtxwG2e4Ews6nHsybnX2gsYAWtZxJP/kNySl8dwLH2OdMuEl0dxDG9t3tUq7a2uBL
y31A1zQSSTPDUYYVQq9M8TuOsaxs/wCpRDTRvJO3dA79h7RASUwNbTtscJa07pEyONrhCMQL
GCLCNuvs4nt/ZUS9uoPB5CGwbSHT7gIMaj/VySm2CIjsP4JOqFtbmOJa1wiWmD8QhFwPcg6/
74TssIBa9wJ/NI7pKXZVaxm2Ra8CNz9J1/P2o9YtcWOcWga+pWBuB/dc1xhzXIXrMBGuvn2R
a7a9TKSn/9n/7R9mUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAA
OEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxgH1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAAL
cHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAElt
ZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAA
D3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+
BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Q
cm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1
dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAA
AENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABF
bWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAA
AFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAA
AAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAA
AABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jv
b2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAA
AAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPt
AAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQN
AAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQ
AAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQCh
mZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAA
AAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////////
//8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklN
BC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAE
AAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH4AAAABQBpAF8AMAAyADkAAAAB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfgAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAA
AQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRv
bWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+AAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAA
AAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAG
b3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51
bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAA
BAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABS
Z2h0bG9uZwAAAfgAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dl
VEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEA
AAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFs
aWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAH
ZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9u
ZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9t
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAAC
P/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4QklNBAwAAAAAFhoAAAAB
AAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAFf4AGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAA
AAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/
xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgME
BQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFi
MzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0
pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyEx
EgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVV
NnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAM
AwEAAhEDEQA/AKbs9p3trIDvzS48k/vKqXZwMxuHiIKrOMAk88fJMy3UwY8I48klN1ublscZ
a5viIcBPb+SrFHVLHO2vbJIkk/8AfvoqhXmZDXENcdOATPKvYfU6Wk/aG9tC0c+RSUkysht1
YqcI3OaBB08XO7fmK/W+hwDWu+jwDp/WUqcBuRSLKqIrDT+k4AA+k7f7Vmi/Ha417i0iYP0m
x/W9qSnXqsDG7TLv3dx8VS6hd61Yord/PvFbo0Ib9K7/AKCixz4Ia+HRo2Z+YahY9ZbdWSNz
KWHbrq5zj73/AOaUlOpWQXhoEAfRHbwAXV9NaG4NQ7QSPmVyGH+lgs1DhIPhOi7TGj0agBAD
BA+SSksSFEjzUt0IdjzHtiPNJTz/ANdcr0OivqDofe9rPl9N/wD0Wrgqy4gHgTJXW/Xiu61u
NW0bgwvsfHYe0f8AUrlxW6t4Y9paRr7hBj83/opKf//Q5+x2p0jyCGdePuGkeCIWxLT34UOC
AOZ7JKZ7SdCJ7a8yr/SOmHqGYKSXCpo3W2N7N/k/ynu9jVntInngc+C63pWOMbpdbRLLswy9
41Ovh/xdKSm7bdQaLLb4Z07H9rWHh+07G2O/eZ/oq/8ACfziyOqYOLmdOZ1bpzfTa0EvrMgu
YDt36k++r/z2odcvqvzqekfRx6GG14aYO4Nitv8AYWh0bpzqsW7CNhfVeyTWR9E2Ncx+x37r
nJKeULq90W1iwdjJDv8Aoq7Tl0ANa2QGiNtkk6fnb/zlRDHN/Ru0cyWkeBBhWsPAysp2zFpf
cXQJYCQDMau+g3/OSU9R9VbOmGllRsaLKvoVuPiT3d9Laus1+a5U/VLEqxKX2OspygYsur97
R3YPSb+//Nsd/wBuLe6dj2YmIym6w22DVxk6T+Y2f3UlNw/BNEaoN2TXTXueYHms13X6nWbG
uazxmSfm4bmtSU6OTh4uQJtqa48buDA/NLh+b/JXK/Wjo9rssZ1Uu3w1zfgOW/ctV3WcgGWg
PaZ17x+82FC/rO3GL4FdjiWsc7u6J3MZ/J/cSU//0cCyC4xooQRz8o/78j3Y9rC7ewtJMQR3
8NqjZi31ta6yp7GuALS4QCD3G781JS/TsYZWZXS7h8z8F2h2h5dENpZoRwJ/8xauY6Rg2uzG
mQPRc15LXchustdHvXUOjZaXSRZJdHMbdvt/zklPN0iu/reDc0iynKFgLjw7c52n+bYulwg2
sMcCTa9vpuHgGueWn/OWD0bEspLse6qWY1zLMO8jWHGLWj93d7fpLfaHsLXBo2taXXOPO4Pd
6NYH7rt9j3/9bSU5D+mVP6y69/pvxqskfaK3ObArLWvksne/3b/Z9NdXSabhS2lmzFx3lzfb
6YLgDt9Or2+3c76W1Y2R1HPpNpZRj20NIbDjFnAf7h9F/O+til/zgsdgvyxALWkMaR+f9Fmv
7u5JTfz/AKy4uHluxgHWFk+q5hHtI+kzX6TlcZa21jbGuBa8At+BXCdMr+0WuFjnbrWWVseT
qbA0nfv/AJVvvW10Dqt7umml1TTlY9hrsa47RP7wEJKbnVw+2+tn5jfpeQP0v++qkcasV7Wu
IjgnUR/UEI2Tb6ljvUfLmwSNGgD6I4Qy/wA9PAj8iSmq+t9dlRBI95G4HXaQGn+zuVfKyDZl
YlTiP0TbbHeZlrdv4KzbvsJJcQxuoAgfMyqDgz7ZukaUfSnuXapKf//Sp242Y0OfbcA1gDna
k8nT6I/eVT0iK2vsDgLBNbjqCGna922US68FvoscfQc4O2gRBGhZXv8AzGqDbwciXt3tHsbW
Tw0Daxm7+Skp2MFuL0ylt15sdfke2utjC8OYQH7qm1b3ObrXvfZ6avXWOyMdhqbc0uft0b6T
myDq9tn0vT/8+emqfQ78gOdhXF7PSYdjXE/Qc6t/t/N9n/oxW8rItqrvLJst9cVUVAhpJLa7
A2tzvb9H1PpJKX6dktcLK8t4dlY1ja7HBu3cXDfU7b9He9v88rdlYF+68ktYGuYNQ0uc7aN5
/P2fmV/+YLHybr78THfkB1VpyXAVvADmhu1oY7Z/OOf+a9U6/rL1jKyfRxai6wktDGS72A+8
Gfh77HfQSU6ecPU6hZW90UHY9zBMl20Mh2381U+t3hlNVbG7d7yNnAiseH9ZzUcOtbUz9sCM
yN1mkwCTs/mw9n0Fmdatqtuo9M72lpgwRAcY4SU2arvRxqCz6bHWBw8d9b9pd+d+arHSmOo6
rk44kktqefm2HrNv9YltDpBLWOrd/ImRr/wO65i0se/0etX5ja3PYKC8sbo9zCfzWz7n7fft
SU7NtVoDizbvA0+J/lfmoNdVx0tpHqwPd6stAP0nenXUHb/636NZt+c7rPUxh4932bFqaXCx
wINjjG5zmO+jsrc7061o5n1dwHNyLsN9vr21l2HD4Yx4h25nH868fpN9n6NJSrMUFpLfcQDp
3/srJz6HMymXDh7NoPmCe39pPkW/WfBtLbScprWtD3+n6rG2ODXbHPYB7m/5iu9apGI/CbcJ
fYC3TiYbv9v9ZJT/AP/To3OsbnUOhpOzfWN42cPcPSfXv9n/AE/9Iq+ERssZsruDw0Gp+7e4
67fs/p7n70XMd6eRTYT6b+LXtiD+d9pY0+39NRZ6n9fenwcPJfmW4FDzXc6axt00af0lllv0
6qK6v0r/AE/57+bSU2ekvFfUqqiSwBtgFTnbtjiB+j3+3b9D+bW1ljcHNYdjnQ5rh2JGyefp
exc7jigZjLMc7a68hlOP33SHNttd/wAa2v8A8GW/l2049XrXnaxzCNNTLTv/AO/JKcXqmGas
puQ1u6pprx53EODzufu2f4V+n5iN05+NjYx6q6sGzILG+nZWHfpXg31W1Pd/R/cLVqBmGW49
Vpbda6cmkdydut2z872O2qnb097rZqzXtw2D+ihrSw7Rsra0t/clJSNuXV1TIZ67LKzt2ix7
6w0EagsaGv8AUf8A5iz8vDur6j6e07WEFrwIDmT6gc38395amHj2OAL4bQz88jU9oG5aGd1j
E6XjMFzzZZYJpoBh7h+a93+jq/4R3/W0lPOZ2JnV1NddY57NRQCDA72Na50O/rq90fp9z8rC
3PDDbXZc0mT7a3bHe381EtuPVMBmZe4es6vJe9swGentx8Wlu537+RZf/wAIjU3CjrBtrAey
uqwNYTo0veGPb/J/SV2pKbHUW4+Jb6jjtyKoeLK2gn1GB19bfdt9jmN9F6V3VhexuBRW8ZeX
cwsayXA1Wu9T1y/2/wDCV+z+b/wyBlXHLvIyadN3qY9jZMgfo7IPt/SVO+kyxnvrROj9b6L0
+pjMv1acvGr2eqa3FjoHpuFL/d9PYkptZWa3Dx+oXse6sWdRPrvaJPoVlmN6df727btWJn59
XUs/FFG/bSHuIeZADjO1jfzVVuuzcxmSMYvuwRY6xwAIAD3eq11rfpbkHpTCc8dg1hJ+Hkkp
/9Sj9hzbsO252NIa1opc8bfTrYXP9Knf6fqb9/u/nHvVJljmvbYCTa2Z3az290rTtL59Z59S
ydXPO4/+S/6SEzErsLn2NJJIG6dp58G/H89JSBjq2NPptH6Ju9h1HvHpe+P39zLFsdUy6sjE
AbDq4DqrDrO5sX1bf5DXrLswq2uEuPw85U3AOtbSDLQz9CDxvYXbm/8AXGWPSU1cPJsANtZL
bMej0JGh3PJqP/QVzJ6xmP6s2jDNePTW5tAbsn1CNtfqZEn3+79z01HB6cXZoqcS2knfZHJa
w740+jZv9jFn9RuD+pZN1cNBvc8R5H2u/BJT1uGLL6K7cjPoZXe5vp247NroLnM932s2bLNz
dvsrWD151OPYaxQHW2na660l9zm1k7nW2/Rc+9z9/wCj/m61HGzMStlVn2Zz3WS98n2iQd5b
rvY5/wDpG7P0ao3vdnZLW0V7Gt/R1VtJc4y47Q0v9273pKb+BZTbV6Jp9J1obXXZILDDg928
u91brVrtpY2y2sk133vBY08FgLtsO/N3blZwPqZSMetubmP9cGX1UFoY2fzN3u9Sz9+1Fy8M
4t7sUE2Mra30bLDus9OPoOeAxztj9ySmpv8ATc9zCLG0VwZHcufZYP8AySoYX1qtxC6naMjD
scbLqq43hx+jZUXe1zH+z1Eut9QOJjejW+L75DABsDa/znhsD6X82zcubrpsusZj1t3WPcGs
b3l3t0SU9JmdbxXE5uHbY2+xprG0VsmDuY29kOc700YHFvw8XqFNba7bbX0X7RA3lpsP9lc7
n4NuHkPxsgA3CDYd27Ujd9PTf7VtdPeT9XqmROzND908lzdn/RSU/wD/1btP1a9RrnXvFdxM
6e8BsfFvuVqnoOCGmLn2gae0gAEdtrUe3p1lzt19rnMA0qZoD/Wcq73V05IZgtcbGAixrZIi
Pbv3e3ckpH1PotIwrbMRpFtcPO4ky1s+rH8rYqXTemZGSwXlrWU1y42WENZppva8/m17v++I
nUc7Pqt9D1TWLADc6QSW6zWOWsY/8789V+lvNLnHKe7IxKn1mkafo32F1bPb+9+f/ov8J/Op
Kb+RX9ipoZg7b8/OJbitIMbW+63Je6za9tNf0m+xZ+d0HOzGWvrx22PD9ldjC1pOnrZeRs09
T7VkWOrr936Cqn6CWTn5lfV+r9TltjqHDEoNhJaXbg1lLdfb/LU3dcyMbIY2m517NBZlWscK
HWR7qmCtn6LGrsdsq9Nn/CX2vSU5XU6sfBwaqvTLc5tfpZT5O0GYZ7fo7n1fntV/6kdJvyLn
Z21uymWM9SZDiN3qBjf3WuWzkdM6f1dtdtzTW64gWPqcHD9ze31G/vf21d6P0n9n4fo1WOsI
c5wDoBdrG46/T9qSnQY3Gwmfpbq/VIEueQ2fANYPzVQ6vXVdnY+O64VX5FbvSj87YRua2f6y
0ReGB1l7GgMG6x5DWuaAD736ubs0+nW5ea/WPrlnVOptyGmKsTTGjggO3+pr+e5ySmln3XZG
U+y0u9QOLNr+Q1pjb/5ytPoWRT0vPrutpffkEfQrALmAiI/rv/wln7inn4jQ37VjOcK3gF5A
aSA7+sGud9L81Cxsa9rfUxrNJO+i4Q3QbtHf1du1JSL6x3tyurW3N3sFgbta8bSIABrLf7P0
le6ZmYrelX4tssJe19JAJBd7fa57Nza/oIGVlY+U0Vmt7nVEBjpDYmJ9zvzVa6O/LYfstddb
ce0w8gndry7+W7RJT//W6qwtaYHPigPMyBp5jsUNj7nHh1e0kFtmsjsa7Aoste+SGFpa6C10
D+006tckpl9mqO31WtuLSSS8Az/WH0XKrf09rw9mO1lbLoF1fAdtJcHK261rSGnQkxoJP4Kp
1K/IpxXfZmF+TYRXQ1v7ztN39j6SSnMvxqRj25hsO2uyK2nVr7T/ADt20/Ssrq9ldipX09Rx
6qsjIO05A3NxnNmG/uud/wAX9OtbQx6nWYuE0i2rDAdY93uBI/P/AOMtf7lYz6bMqrYx7QQ7
dDhoT2/zUlNH6tdF6i3LZl3g4+NXIa3863X2+z8yr+W/6a17Mlx6tjsxAS1jXMLzwSN1lrf5
X5m5Um4vULawMrOsbGnp1EjQf8KCxzlbqpZQ1ranPaWt2hwOvxSUz+sXV/2dSH7d9t1b6xUd
WncPa6z+ovPaen5tpYWUv2uOj9uh1hzv3dq78YWPbkDIvDrrAIb6p3gTz7SiW41NjSAPTJ4L
REfBv0UlPOFjaa/s0khjSDJ7KqC8sqEbnNEvI8IWv1TpTjS99ALpIlh9x2mBu1/6lY1mDkOs
2X3EEQHVNG0QP+qSU1LNm/8ASOHuf6lkGRoIrZ7f85X8KysvH0tsc68j4wo1Y1dTYDdQdHH8
5WKmv1DgAwDTtokp/9fp3aID3Fp0EkmArFgEn8irOZtt9Zzg2uOHdiPApKZtr9u8/S/1lURj
2HqVuS+DWGMroDTroN1m9v8AXf7VoMtZYxr26tf9E/6/BNZsaNztJOgSU08bGFDC0xueZsd4
/uo/tBEHUjQKvk236PY7ZW/RvY/1i+Htbu/M9qg7IFrdgdq0e89yB9L6P0mf1PppKZ5T7ww/
ZCH2CPUPOwHhzGaNc7+Smxs+t5a2/wDQWHQB2gcePbP/AFCIK6Q2Gie5IOpJ/O/8iq9tN9dx
yaWep7YAc7j97Tb7d7fppKb3rhujya9dHcgfH/zJJ2UGv2WR2G4TEnVvPt9yq4d7csOY9jgW
HVrj3H7p9rlebQ19ZaQCwiC3skpjXYbHljwNeI7hYfVsjBdlurod6lhawMLPc0ODnep7/wDi
z7lunGHpmk+2oiNoPA8j+aswfV/9ZMWNOP8AS9WCbZ13Nd+Z7nfnNSU5zYnWB2Km3a5xa4ak
fR7fNX7OhEADHtLiAdzbO/8AUfA/q/pFWpxbHO/m3SDGvj4f1klP/9DoMsZj7A2ktaw6F/JU
K8IMrIuc7Ikid+sQeVac4eISBB8D5JKRkDe10RAIHhBTuDH/AEgD8fBP7XSWEEsdtcPOAYTH
Qk/R8ElOf1B124ANIrHJb3POsfm6Km1gL5c30y0aES3k+3+qtxwG2e4Ews6nHsybnX2gsYAW
tZxJP/kNySl8dwLH2OdMuEl0dxDG9t3tUq7a2uBLy31A1zQSSTPDUYYVQq9M8TuOsaxs/wCp
RDTRvJO3dA79h7RASUwNbTtscJa07pEyONrhCMQLGCLCNuvs4nt/ZUS9uoPB5CGwbSHT7gIM
aj/VySm2CIjsP4JOqFtbmOJa1wiWmD8QhFwPcg6/74TssIBa9wJ/NI7pKXZVaxm2Ra8CNz9J
1/P2o9YtcWOcWga+pWBuB/dc1xhzXIXrMBGuvn2Ra7a9TKSn/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAAB
AQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAA
aABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQAB
AQD/4RB3aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7
vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9
ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4x
NTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJk
Zj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6
RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMu
YWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1l
bnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3No
b3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmE2ZjUw
NTM3LWVkYzQtMTFlOC1hNTdjLWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1w
LmlpZDozYjExZjA3YS02ZDI5LWJkNGUtYmM5Mi01OGNiNDcwZGVkMjUiIHhtcE1NOk9yaWdp
bmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpFOEFCRDg1MUIzRTExMUU1OTI3RUJFRkEyQUUwNzkx
RCIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyki
IHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjUwKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5
RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1MCswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAx
OC0xMS0yMVQyMjozNTo1MCswMzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3No
b3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6YmQ0MzQ4MGItZDFkNS0zMzQ3LTg5ZGQtM2I0NWVlYmRmNzRhIiBzdFJlZjpk
b2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkU4QUJEODUxQjNFMTExRTU5MjdFQkVGQTJBRTA3OTFEIiBz
dFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6RThBQkQ4NTFCM0UxMTFFNTkyN0VC
RUZBMkFFMDc5MUQiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0
OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MWMxZGQzOWUtMTEz
MS03ZTQ3LTg2ODctNzM5ZTYzMGY1N2E0IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1
OjU0KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmJkNDM0ODBiLWQxZDUtMzM0Ny04
OWRkLTNiNDVlZWJkZjc0YSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1MCswMzow
MCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0
ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4g
PHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZl
cnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0
aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDozYjExZjA3YS02ZDI5LWJk
NGUtYmM5Mi01OGNiNDcwZGVkMjUiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTAr
MDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9y
eT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVu
ZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4V
EBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfgDASIAAhEBAxEB/8QAoQAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAA
AQIAAwQFBgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgIDAQACAwEAAwEAAQIAAxEEIRITBRAx
IkEjFCAyM0IwoBUkEQACAQMDAgUCAwUHBQEBAQAAAREhMQJBURIQYXGBkSIDIKGxMhMwwdFC
0vBSkrLC4iNA4WJy8qKCBBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAikDhVAlC
l7ZCabcdhdZkJstxqbRmsL1SwJUE5+3KTdl1jI8FhQ0tRcEMBBFJy9vPOlepDAw+zLsN5BAZ
CSQEIJICSQEkE4fa8wc9JCyKCySG6hajSKnMw1Ayy9SssCBWGisM1MNT57iwqhdmeo36MVho
bO5YBBmrI4VQismRqdhfChY9Vpbsx7zZJCSQIMIDASQEgBDWVeR9L5UqisNDAwwAZQGQd6Ia
Dlcvsyk0zNaWAkRdDlJ0uc9tFpzzsUoZYNYkLTWDScjlyTKS5AUdDHuAQQvHLOpzOuPJAyQM
BDJBYQAQEqao5Pn+zxAOlhGhBGhXCCAoEFQvWw0AI1bhdIXaMROvbz2Nkz3EhJXTowF8pchY
BksEy7FFyaaTRpqA8S0a6i40dXmdAtKkMgGEgYpChUVGgld9R5vl9TCLGBJCNDCmEAVlFDwU
kBKWCWKBwsGhUZksNvTq3iWHmlOLWpzmNZfoxMahlpOqnOJ0RVaWhAJr5PaDfLx962EKkYQB
EgIQAiEDMVZ9eY4lHWoORd2Kjz621DxoJWICKSEQWEEIckkIQSQkbTX6IMPODtDDBCc/keq4
hz2Uhuyw1zNaaVhGNLE6fN6ho3paMykhhJBAiQkkAZCEQkkFquBTl3UnmMvoOOVwwzKQQMoj
qSSEhhARAvXYCTUb+mimc07h8l/nibuNuPRLGPNV7+aQOopDCXVwvaolmvnk9Jv8f0T0rcfo
l8BJJAEgkkJJCCEkEIDBUdTJze3lOFO1DyRgDJCuMAhkGKwJkGhA/e5vbJi15C645zJxrrzC
egTZ0eR0zDxfRedCrAkMAWAwaFl7988wPU8gzbKdZ1rASAgJgJApYKKTYuFzSMiHQblObhju
LllA85sOClqEUEBikBgGEHVSWMlx1N9F5nty6izk9PgGPrcbrjdDHuBqwdAXzHquAYoIGEkL
6jJZ1OiZ+hYTLZfzi3VVaECEIAyyoOaqguGWo6T8uw2V1OBWgJCWg800TNDnJbWJJCAMSCBE
BAylm6jqmtXqE0AGTnbKDldjj9gs31uZeth2DczpZzzyWqTp0+jKNZhz9dG4cQDBAOoAQpJC
AczbzxKGtK3jlSuAFYJoqqNxzuXcXp8k6EkOZWyggIA8EYoQEBhBt7XO6ZKb85oV85mqo1nC
63O6R0y6GqoIaFhOC9nSOT6bmWnQow7xdtLjUPwzTZw7zvtwe8NJCAqZ8OzOZ9NbDCEFdild
WgFFd9JbGqK8limySHLquqCIRTAQGAkgXBN/X876IUKS/BtxHn+zx9xVf0ch16bAV3I5bW7H
M26HMFuuAtSDhKzHx1AdOfUDp8PqHXkJFaspoakMRh1kChYRlQCCk0UwmFl0FsEOctiAV4VP
CLCoY1pRamwbrY9orq4EKHCzdbjno6qtRewJKGtLZWTmM4LTgU7B5+8sw6+OUqGLutyeqcDX
MJ64YrCxaLxIVApJBIAlQVvWAsopkOfpy6SyNBKbEKadKC7cYL86wXRnJbpy6TrAqOYAZ2Up
mxSl3YtjoCyigvsrvOfrwXleNiDesJy9WIW6vaV7c+gbhdPCbulxOuWwgzi9RE0AqLKRQxWx
gCoKTYDBbmtLpIY1sAktYojoEywpLsL0rtRWUgXVjDm2IYetzdJ0AxDReplcayStzlVWUF2y
tx6oTmVCs0b+fuELZwo9ph7HE7RrCORCRKbMJtbHcdCnOBzbDObEKyYcuNB4sNaU2hrvxFBX
omWm6sHR5+k0tv5xzR2bDn7zYYLryZOV3+cdGuvKdl8uowaWJU6Oc6u2kufPaSPlOY9bmm5H
LsejMaXhOT3OJ3DXaCKGrIKENa5KjoNztZdCArAUxoZ8XQwBjQrqsrNWEqDU2QjV2mjLrynR
u5u03SMZrcugfPbjNVuGFvO6fMOpo5uI7D8Wk7tPJznoq00FNjQXDtwmIq5drzIXZbkNzCHM
63L6J2ZADj6eGatWbtHIyesoOPi9l5Qsu5anb2eXuO+eN3zFi6WEaGGalILFgyX5xpAPLNhz
unjJ2ra3MOzNcU8HpajhdxXBj0YBsHS5Qwm4zP39Zzy+A2HDUdTmvlKLUY2UanMQS82JVqOd
0MHSM+/LiM19Nx3t/K0m2uEXnb2OZh9JyDh2d7CTuZOgc/i9zzxtlcIWzFFlekmTRnH2ZOgc
4dTMSuqHetouKywMhtwj59ec5l63l/N3MYO3z+wPoopLOXtzmWzTmEyas4t1Fxp0c2o0VpB7
sl49iE6r06DBOlmM3d4XTF10ayrBp5p1uF3eSehzX+eOoVUy8Xr8Y3RoVDbmMDpsMkesYnoH
OZiNTfmO9dj1D025iyi5B+d0sZzKu9xCzXzNp1imQaqmo6NWDUdG6q842TrcsXQLxF3Ax59u
Up01dMzWagdAbIYqTnNuGrIbOpgwnSz87rm7PdjOrwupxTr18Ow0YBaa40Mx05TNdRYSm2oO
rPrNWCmwqL1m7p8frFue/OWLZSMi6BOF38xh3WUGrNgrNK2gZnImum025rNJhOwFbzCZsm6k
r1V2DHJtOuyoY8myk5lemg6mTXoMHos2k5KVZjscF85Q6wGrHrOhJDBuqrMQIL6elzBduTcU
dA5zDqydEw9nldUvqugKhSHWLSBELMO6s49PcsMFPQylZlxNkcZ1YleTiG3o+f8ATnN05eic
++uww7MOw6KZSZ9HP0lmTWhs6fmdR6BMiHP5PTwFaPABlE05txuhhRQmgxU2Ibs6sVbcNh6X
zeznD681pR3uH2TQWU5WPVnN27gaROr570IFq2FZrYSnbCq4MItiGjlJhM82ZCzs8bYadXNs
NFMQq6GLoCoAbOb1MI40qcmvZ3zy1fscR5qek5xeMvUOHR3+ac7o02G2JDDnjHU51lJU9bDJ
Ypc2fUBFhtux2HUZMA2Doc4o18/UV9DHcX9jjUgxITp3Y9BpajpnKnZtMWVcpZgqQ6OnkWnU
SONXdQPdaDNHvFz3VlyjENdipPQ6fKdc157QcxtWUnU892TRyu5xi2SHN0dRCqBDmTZjAUcL
KQwQvSsnWqquKscYxxqjoRqjTg6vIEYQ6V2So9TONDpX8DWLj2c4xAuS+nUJsrrOuibznFQb
1rqFuS8q5/T4YFRC6mOWbefWdDIilurHYer4nb4xZFhSjWFbSotpKFNuiwwTfSZZrpKmvYsz
aMJol+YoTTnHcXnQ5nd84VKUL78W4mmxyVGwz4b8Iolg11PYOU3pSed6XawiqkA9ajCMZePf
lI6QNbQhscrR1F002nruN1eaVRYK0Aa7KgoLSWwimERLKgtU4+a1BrMu4pp1qZeth6I3nO3x
BAQRkJvzWoB5SVgOO46pr7NBL5S5Zm1VnCuMELVBwaeEKsYiso11fcM+P0/nDDGIt1Nx3adV
BjkhKdCmd9lZnsawRrdBhOy45U6wOMAR3QiaqdZQbNBVqSFvB0ajl4t2k411V4V9FzzJi2YQ
vVcavR4ukLKtQ15IVIOVRsxEFOMTm21hgISNBr9LyusL5n0vkzLIo19Wo7gl5xo8Dp3sKtzl
TkBIIIIESHBzeg4hLk3FGjoWnPuGkr810MQmrrYDNR6HMefbtVm7iXYCiiKWa8npgdK+4quh
BW9YGjGBRjNXnvUeTM8EK3LD7VoN3S8xeen8+aDMQQ3UXHU6vm9JbKYegldJamGGhFvDrwQ6
MqqNJ515s85oymvq+Y3HTz0dEuo0eVJ6Dg98cLzjsWcxjpZ7Seeo6+A483ZC703nvQHRbLcW
59JOcvUBmuKHG8/u5J6LHj2nPGhAMEHNJNenLrLKnY4qdPEVs15q1DSc6bIW1dAnP06FIIou
HTjNAovBg0YxLo5hO2g7OvmsX+Z9H5k3a1Uweh5m8yUYyb+xzLzqVV2FFejWcXqTQUm/OOK9
BY+aDcLo+YKaIxZ3vPd0XH0sphYORH3HG06kNEy1nQoz0mmkkXVnuN8th04AGKwuHapydWqC
vEMmDq1nOGuwx2QmrF1OObeL1Mx0+HuyllWslOfXDLuozno38/YdzXztxLK8pvfndElGlAIt
p5Xl9XlCRlD08Gk6TAGbL0MgNMhGoczZt+EuLZTW1VpdbQ50Zkh24wFWQEAIpBXRsgIYBlJM
O2oyV3qVropMV/UwmbJbUVvtzj55C2pNp0Out5OZ0uOHocXrG4VWHP1Z+YYsDVgBI+7L1COF
Jl05h7amKbc9xXnscSp3HsRyX57y2NDt1ECggINYZIEqxBIEECkQYCGKureaORu5JR3Kekc7
nd3kmO9+2YeqxDFxgw32mPtYekENjOdxt1JinQ1HIPfU521wZlZB81lJorZQS7ONVWoTGFZr
RLHcaCHVJhDRC6ABkUdq2GgARASCExa+GP28moxVOxvZYHn7MAlmaG+inQZTr0FV2hSsXAoz
9FTldC5wo8M66gc5dlhyV2UGINnNGQwSW3mS97BWYEYIWWUONHhe2ysZpCnJ0M5aI5XbCACs
d894AyGPk9LQaKplF359Y4WBAYz162EtWBggwgDFJCYMykIhIphFMEWyHEHVpMDX5RoHEruA
VZAhyV3o5IIdmEAhAFIIRArABXYEYC8fqcU37KbjHTZoLXkFdWARBoFCUIxyVG+KxGViMoHg
UulLhKkkAGAIKdEMeDtcYqfTiLIxEYMBoRGVhJbDsgqQSAR1FDVhIcdgwiuhl5XcUhIM+gwB
jEIIIFGgYbFeDlX35x9fOc6jY9ApILDnhoraFVlANVcIr1saIpDyNvCOtzatA5gC6MQGBapi
yCHZWxRAYKGQVFsLGjAMgAwKS8EjQEZCGkFxy6RI1Ya0JVtUgWAXNfjDvrvLJSw+XVWC1bBU
tJibQCwRhct/MMqXuZdZUcUWjSu0D1kDRh4YdlHUCspFIMd16hIUtggYpBISCVjZLQZjdWNb
msLawRdFdoQQQqCYttIgFJrt5rHUai4JhAWYrFiiRyIlzHKwejxGDbo0GB9aHIr7dRzYyjxX
DGh1kdRYFCKUNddUEqOotgoLrFJIUKgyiXyFObVmDWQS7NDVZn0BbLqAVIzZyXUXMcwdFSvT
nU2FbAstJfKXHEIBIAyBDYTWquR0YrxdMGJtpMs1QCHMJQGKTstM+owhEDTaAsjgkgVMFU5i
quEaCstFd4hIF2V2kBUUxR3MBCRHquCVcWnSTLoMGiEMkIISZNoOZuaEZEL2wXBmisvkhSrE
zm4AhgVaFcMIrAhBJIAlWFz6IYaOkhhbWhlsBGSQbbg3lVKQ016cZY1FxcwcFdyCWUkuNFo0
kIZAgEjAjRYEQBgYkkHisGSFQkICoSpIZABwIHApDEUqNIAyMVixQUWYisrqIupBLWYyWXMJ
TphWXhAYQglILFTOC402BrsgFaktsy3FkgGgJCINBAsrkkhSABgAFlg8QjAoFsewQOSsmEAg
WUhEBio2VA2QgIYkIIRCFajQKyEADhQMhAxWDxGGgA5SBiwslTDtUCwJC40MXNQ5ZK4f/9oA
CAECAAEFAP8A9aD/2gAIAQMAAQUA/wD1oP/aAAgBAQABBQAnlScn7LiPYFHdiGJgn9BaeVgw
vAIuUlWSMMxTPsFTkDEAwLXARh+9Yd1pwATwM4GYHMrdCMGYEwIQIcTsoXZtLtrIFrDcnmA5
i5B1BlxPr/jiY+RBD8OZ7e0dS3AOIITkrkQDEBWHiOQgstYnytC7CeVp52BF5ANkFteQyssV
3UC0mK6QOIpJH2Coc7J51qwK1rIH3MQLCuSiNK16kfZ5LGD7vIVak8lg6iAZIIyMAianDCY/
5/z5zzLGns7g1uefuYyeIOwjWKZ2OcnFzEpiHmf3gTIBzkzAyFE7YguMFxyluQACQzKTZPIC
LcM9awtyOTxlTyeYrDC2sAbCIHAj4xwRtue2kMtySTidjMysYmsn6+OJj468mfYx8Y+McmWn
qu2e1p4isDCxMUYPUg9iJ5YlgE7hhgTxqAakydcw0uCa2n3EyVyQTjH0O0QcID1JGW+7GVFr
AYqzAV2nK25itkserAknGJkCAgxzy1yAdgVtbs9VZrQ4AzFOSDiKTjUBIn8z/wAszMzMzMZp
u3dK7GPb7i9c46wqxi4wTCBFJgZgQ7Ai2eUTsMIxz2wFSowpWGOuhjUAAVDr4D2SnIallA7g
kc2KzStMDLKwaYImcOzt2SwE8QkGDgPbiI3kssbqi5a4DnJEDEgE5UklTka69U/n84/4f04+
MTHwTw5ntbOqvnthcJyDxBgwL+ex7EkxRCWE/oCg5n9UkTuc+VsiwGITlXYxWaA9oOR0wiVr
2apMtRy9JAIdRmZMBzGzgDjLZDOIthM2Xy2spCXviayFnwDCYIDgKADSO1qLj54n8+MTGPnM
OIfpp7hx5HB7YHYEYUckc8wnkA5P19jrieT9dT1zDnOYTyCMHAgfhLipWxTEAIM7Azs2DifQ
LYBZDAFMYRlJC5gzCMxmBBpLMrr1utBag4QGNkwHqVKmf3V/9hMwfORP78GE/HaZOWzn2Rze
QwZVPUAFmMXiVlcnkgEQYhZgQcADrYSYGxARgjk8ReRwZkCA5KsFiXjLbHcg5iuGgVoEJlyE
DBMFmItygs/cntFIMAE/MBgBj1iAHrg5V8uCMdCSMyvKiolhB84+B84hE6wjh+JtDtY1Zzgm
FOoJBAUQfWeAAIcmFzO3LcgKc9iTAchojkBcZwcnIAJWcCKRmkc06vZV16xCoVdnZcO+VgAI
U4iWshSxnBtUkbKqwdXLkqewUFQYjEjoJWW8i/8AVA2AASgzEzj+j/jmczMB4OM5JMvcINnX
YsdbrKtfvbfpMiupBDQDBZRn6JKiBhkL2UoQMjHXBVisQlh/MKSQFC4mRjOJ9hDz6+pWhPJO
Babdix9VVllfkFlZqPYxTznBbsISc5OFuKyq0vMcHJiqBKSxv11LqicU1FzXWqAfH8+MfOJi
Zg5mBMc7GsbS+gyC3t49SlVX2I/Fx/YImQoP0wMBmICcZXKqYAYcwAgYbAxg8ggiAETEVDjU
1WstRFrV3VFJt2ra6lRcLnrWZ7HUAQ/AyIr4KvUYaaiTqgxUCjJyrJGwxNS96D/jqpsaIqqo
+Mf/AIvr5xMDL01tOoE3Kwa9yvrZgxYcCET+ZgmFz1WDMJAZWXBxMQcQKYQMYGKqy7U1JXW7
dVa1th6UCqSRC6iVurRkDr7DSNRHEHWH/t/VYgjYYRb0aMgM6WdsYKs2dToRV2KwT7ghnP8A
zPwDM/H9P0RmWqCmzqrYttTVvggjk4wS36IMHbIadlyVE4IVSACIVhGYOIV7QLmev1vxmbrk
jWqKBRNm1Ul+53b1thLqcy5PJVdX0tOMDAmCT1zMwZyLDBa2BcREs6tVs1sNbZZFXZrMBB/4
/cwfgD/gRMfJGYRDOsfWcPs65eyykrGZcgYC/qD8k9ux5gGIMQKYWxBCwIUhYe0APbTostfO
I7qi1jzWqObrVqTb2mtfBK6WyqOjAj++1Q13dzCOCAQAZnEbEAJKjA5MAMyYlpQ1bjiUbYzV
sV2QGZgmfnPzmZn9+MwzEJxDzH11eLpoCxGcwZEOAIzYhDBR2neAQnEA5AgLRVd209fwVcEb
Nvc0VBFzz7W8hGBJVGMC9W0NsuP77WvuDiAnJ4mYMkdTkDHxwSicLoPYjarCDuorsOKLXV6e
3Sc/AzD9TE/kLKIbVhuAnmBitmdxjyrliTOMEc2OFVsYGROc9QR9QnBxiHEU8fZK4gHPBC/9
vX1g3EgQnC69fYgYW+7xLsXPbbrKBVsqnkbVUynTauyksw3E7VPkP/FJAPEwDFGT2E7TIJ1q
FL6tSiqzVoxsaLKbtPwPq1O1i8DMzM/BPBOIXMa/Be1zOzGdiYWAJtwTsWK3+wxmTK7YzgBr
+ds2OzBTMYgIBP2obqv5hAwTFJAYxiOv9GICCfXoQuZs2FFqJKMJ7C0mE5aoAafTvWFBp1mL
IBmWqCmwmLuMY5/gBwoyOpEUHNasxp1CBShVN1WK0WixLetl44+D8ZhaFo1gEsuhs5LEkFIO
ssIgYGOcTiBzGbmgnGx92OephhVjAOcclpg5/gHDYLckqBj7lGHs1hivMLC21BLHCptvlVP6
o51NYZooA60uBaomJv1kWnIgzAIcRBK9DasKepdE1dWlEUAAfZAMfUvVqaBUuYT8ZE4hxHsV
RbcWL2LDsJgm95WmALHULaS3lQlyobAMIMVSQpCB9s+XJdiMHHGMhiVGfzj8gCcTkDsJkAYy
2MzRrL2qvVbLCq69ZUAgTds6psJ2qBOdId9ahGqGseO/+fgTPG9Xmxx+jyaq2d9f1drjV9dR
QCDNlms2NTsU+MwmE8ZhmZ9n6jMBLz2sZmMZK4ihYTP7loM57d2v71tXeOhYRfvYHjoU5epR
1bEziErnGYV/RfgcjBjZySZnkAZSskaSdZ2OLcQDhsAbeTLgf9LBE0exS/71gSE1/wDKrBg2
RNpc0gFnesrPWMRuAGLxMgRwLLkUIuYTC07ZmeTMkQcknEzzb/1ZjK1Lu1SMErHY6/FgxGYT
+VjFm0CGpXnAEV8HftIqqLF6uFaHmFZ/CRMDAGJmYJnGQMTHNKkoiBAZYCzDiWDC3A97udc5
zoMemwJq5i14YHrOSlv/AIUoDbu65pOirDYWdgBc7M1S52TCcS/YSpW9gc0+yRhXclgycgTE
xGEtPDn865BbpgkKJ5CYUE8KCFAIQTbssSaciy0FRXkjfsHXVAx9Q/cxiAiYGPuEdR1GfqE8
9RgHJ1kUquMnEHbvjAut6LXsuz4Brbqr6IXreo6a3ENjk/bJnq36qNNYtv1qrgmrrawXdYmz
Z8yUIxprRaxmWuqJt7LWWO5yPH01bLa7lIM/pIzmHMtyIyhlSquuZOBkwYAZiYzEw4KmsS8j
t1/T8oGYLukkaa5FhGGJh+xDnPYztCRnOZnJH1kCKv507SLFBMsyBTyHz13gTqrhTptk7SY2
NE8PylA5V83kYZSSHQvXZ61hKNZwlmu1R1qWMroqQ/0mdp7TYARs4BLRE7Co9btS0izHyTza
THyCWzCMnGYQc5Ih+yBkcCziHIDZ8YOBtEE6y4BAMbHUDE5n0CSZ2AP6JIOFx1wxK5g4FRcM
hOL+7HXJKORnfz4WBB9dby+styIgqtf/AMtYEtQh/wBm1gDUcgfS/UxBwS4nlUTsDL7VqqV2
ey58ReFdbGrS9Q1TjyDkYyOBGurBuvVgWzPuKMD+dwDxCwyWGWdQbdhSBYQCPzjsuyMvrDCv
yWBMIhMPEBBi5gwT2APHUEYDEhcmUCtooIDCUgdP/q8Apt0shWwpZqW5pdM2NkprDE238VGv
Y1yBlUBhi/ZYWV+xtEPtWYV7gIFqkdnaK1gns7iUraD92riUDFGygS/R2QDTaCj7dazzh4RO
vJ5J6mEZgzl+IoGASI4OHwR1QgLXH4PEvI8+uPwcxhkYgOYygDAwMYGIPsAsf9X89AHoqVhV
p1IRySMRFATmOS1e1V5K3DKfXuTWeTwU1p7HLimkVVk5gyyU6aWKdAEvruhVusquyycKLiov
sZgx6LTCeq0MGp36FF1bdbNS/tW9aMBQAT/15jHkgqTiZHZmXPAVWjljAuQFwG7ANideLji6
lvwwEt1UWYGbE7L1MXXZhr+uWxGpVZaowGAIunUeTX7eRRkBsnBwDlFbsLaVctUa28a96qVD
sMsg/CDoob92cgZgJwtvjuICpa7WC3GNdeKshNhsUOxYOSVpQdNodJrtivarW2p1Kv69z0Vg
4EY4Fxd0obixwCOxnjOMjBf8tzOpz1IikRmPRiWnYrHIN1VmEss6s9yZayqeesTy8m9wE2L6
x5HJLMYFzOuIh/WqT5wcgCAGH/q99SN/sKGOHXGQobNYywwAWjkA7O0wsrDFSBGx/sW2KK7L
FMr1xYwqCrnE3LcQf9lCltesEbeAdVgar3fy7Q6voNzUQV4EOACAJ4l7dVEImBGwACJ/2GMQ
gMSCAMwEiOAJaV89eAv2BkwnJyTMZJMAhEavj6OYqdhTq9Av1kYNyBmAxZrB7dqgMupt2JYG
UlcGFD2YjBIB2G/Grpp0UQzZYLe7WM1dQlfRVbOGH62nH+yv3XjtrnI3ctNAnx2MzbG4MzRb
/IpMUhhlpleoaNjBMUOQdEsatWpVekqCGDdeSACSMY5OJeM3ooDE84IHiYga1jAazKHTov0e
Q1jAqlQYeIBtc69Is/SqYACfEpLEAX7K1FT3OzpeVvXCyogT6n3DUGgoYXmxeqYzmbiZeqlm
IXlfpbwWc4F7g2LlZUCF1iAds8arEJSO23uAGvVIF1ZGFJEAJJUzxCWoAGtsRk270Kez2M2P
sXSnXvSAYAC9Wqj/AJH3PqbgxcDgY7TGI4EUkm9+pchjTW11l2v4YvMywOn0Ndemws2vZJrE
71tjKNl5q27aLQjV1buobnFBwyMq9rKr67R4WuDsn0cYKNXsjCKroTxNxlZ0s5FhBDswLMx2
H60Z/SD8rkqr+ObXKan5fUGdvdU9E/8ASgflAWmMAtOIcZwDPoEAwYEziHJnEyI69lClTgmb
FYIJIYAmV7JySHCAIu1Z3eaS1JLr2ucAmNmaV61uiVkf6NF20mnqVlK0BZcWNjqcYXEtQOH9
ba1t+adZbudawlOCHWss9S2hKEqJGJtIe7ELPKxlVoK8E7bYqyMAkGtQbNtCo7eTWoYeTRAO
zutlhkPpdXGFB/hAljKittVgDadj/vSzetWD2NDSvYrsOJiHM7ECwnK5mxwuRFEuoCLU3Vrr
R42OSo7Pbewi8xf+1lCeNTg6l9jJQ7HcP2JtXtSS3ZWIg2Sr/wC4CVvR33cmHKyhiK/KQt1o
eUu9VS7flS32PRrX7gouOvUKeMHtuf8ATqApAyrMIX82vrt1XsQ/r8eXbXNliFX9YzYIhjAK
N/aLLTceuqgvbe1fCy222NVqs4QvTYntdlVr9nawr9mGLsnVrKzWp/O0v4UKSuIS7m2vrCcA
oTK06JaezjIlZIc2pmwANrWtW1RI3iORwN1QSiM1ZcEV3IrW7FTLoa9qvuEGFT5fN4a323tZ
buz7F2XWweIMzPqA+LKmdlM8YIZBNsgAtgoP0wytLEWt2Ftir39dU2NwkPaf3qkCtCGVuDvb
1VaKHssNZUet1glWxrrbXX62hSSpHs9bxPSSGtQllPPe1V1WZrCpE2kIQ5EUqxOxVi23uB1U
Aw+SHmckDOFVzH+/s6pVyDiYnsD1TWIaixlQEWd3fn1RzXusA/UY3ADX/wBYC0/XYJ5JXRaW
Ws1J2UHy1ieeuF0M3GyzkeSsnOucPsoy2q3ZTlprXLVUMsbQTbr1sUbYtodvYUtQ/djogf7F
FKMU6qDkQuCcET2dFl66PrmVfYoiW9GhIx6+vta9bMN1fHRY5BpcGtgREqdlJOMM0HdE5MHB
Awa2XNKVNDrsbaWNOz/8gzcXvXqnrRv22i7XQNXfra2dXxVLt2oYlmBs1g1Z5AAbS1KbGp0d
dFSutRuAs4QgtVCzg1YA2XUxRkaysbKFzZtUFq0GHRQCHXq/Tw2EltW5fHt65scUWiFGU05V
tXZyA7mym4NWykrSuwB2AjH8sdR7m9PS4f099TeupCTE9n/4WP8A5KR+Fr72bF4VSuJrD/Lu
M3bPFI7W3ahKMtlZWxlavY7Pdnz0kFQ0vTKUkCtqkdjb0Bcdtq22tPJA3FID1GvDVV97V9SO
uprHXHYZ21w3db38IVjR+azcZYvWLmaz5Nd/V/8AcXrs4Z/IwisSy3NC5lbtKSWHSW6avBpj
rpuarkx01gWrrPDvwNl22HZhRV2s2yOLbigVwZVtsX9ptd1BJavhb7wQ9eKZpJm/af8AzBpQ
wR02qiXrrtFmoexR0YOSaOYCM3f+dZ4I5fPaioY9j08evrNbOgrndkHhV4dWyltPb71vcWHd
gbUttQevbDaTkeI1MWcNcrQDjVXm7JJsKrXa7Rm5Gc1LlnVQUyDQTCQC+sCi5m5SVs0rltoo
1mrtZABZ2E0rDbtbpA1fUqtmza2F2Nh3uVOtdq5XfQLrJ/3q4WqxEbZ2FuQAkobwx7EryFQl
vFZkdxBdYIt1zQnNlH0uMtgqDiyxR5RShcABdqlma5WWVWkNtu3mVyK6KlaoU00HZvsrZPYI
S29UI3suppvdyyqZ7BQLmAM5AowI9GWOqxYU1BrBiADNKnter41qQ6V6iLWmvmXjoLCtYZq/
FVapsvdvNqPSa/Z7YRPWVIux7LH+p6WtANixSoVRtnYVak2RN/Z8pRBmsfmujVcbqqqArn1/
Nt3NpIlBIstvWsPZbew1X7X2KoyZp2B1A4xxcCLbwSepmMK5aHWrGuihb9pma2lWsp0Sxr9p
cUKlnp8dTk6i5prrQ03IYWAHsNcOCvCdXC19ZWyhWFjnYpFZKknrhvX1EW+4+/UY7ZgzNhyz
3fqiiwnXoKjY2Kcr/wD0L5eCq+koYN7Y41vVlhSAc+wdq7vK7E2uQ5AbXGSoENVmu99qWVEZ
mmr+XZUrscY5zTqOWY10V3bBslYJewEN698wHkFpccWXgFfqWNkUjvbvHrr6iO1+8MWay419
Ec+yoNljVuqhOxWkiGrArwJTgsBx/oKWfQTK6ilxrVdWNevVd3uCfpNatbW0W6H2rBm9PgWk
zPDLl72Fc12xZZ+bwes2tQ2HW0rbooCL7awMPXsv+uGw3sWB2Mtk5IcZmo2B/Kba7a9nVasA
gGi0JZdYbHOMo3V7d1cE2OaNe66EFJ0Nh0rQlqHMGc7HFlgytmRGsAWisIuxUba9fTNbX69V
jPsLTSvsrKgN2x7O/eKMRSDOqCLgEYBSxi+eOSOuIz9FtZtt98Lr6+tQBqeuH+a8NRftO7n1
CsG/jsFXt+tnXFlbappu3FBepHNdetcxqpWhnP49kSH19rw0D2Gx2vcvYRBjGATr/wDVQGiO
abtgh9cgAjqTZQi1nGM5mvo9lYeS1QNPW7MRpVKRTl7kbkcnZXMHKMoMWktaIq4B4IAYbGgH
Ox6wqtOhY1jUBFJKkWsBmxpUuStQAVAJ2MBM2L0qru9jdfPW1Er7lj5Wr8eh64YG/wBe+4es
9bbZWv8AtmPsK6UbhYtbsLPKbJ7BQq6NgbXrOQVDC78p7YsoFrBAQIxM7Ag8wnmjtEAm1RlN
azuj5DEmV5t0eROAbtktr+t1AtftWKv1BKhK/X6T42UGXHAZAy13L4226865UqBiWVloruFz
GPWdgDiWMolj/rozjXqQEALFaKcjHGz7FahbsWWkXHt61u+nusLN3dH+DQ/NWV2aNrJfXGKy
TCRjZ1jVNLbstjPaHtINdfsPEtHuzmv2tTTa9jSq7PsK7VqUuy5hXkjEIYTrmaKiL+Zp2B1v
QU37Do7qQDov+9lDVfxPXVpZsWt0TZtNlyliNn81VEB+A6/TfWVMvbqfWWZW21VVtm/z6uXo
bKEWiyCfYdCZ4WDJVmKqCMQCWYyuvoN72sNhZgxMUc+r2QlVL1Pubm1U1frnXxa9jB7MvdWC
qBpcxA6Bk/10FtdRjVDsaFYto3g+HZWMtuAjkYZbNfXptr2NJSr1hVIzMDOqeg4EoUrsb/gr
SrXstBypR3rl2w97vnFNjI1jOa2XLBer7T93asotTh60wVsHYWJ1u26QJpsRLS3UsBZp21jX
D+W6zVxP2kS2szHHJh7CAEw1oJZta1Av2dvYazUcXHTsVLKyjIr5pZkXTpydrCDVVvHkq1CB
r24gZc2tkZPTXDM8KYjq67Oq6XU2V0hBr1Q69OdvUPfR2Gpax1llNT1rqMzW6tlbUZ7Hk7fQ
XDJOl4davb6C9myUXsSYDk+cePWUNaW7bmwe9+8R00WD1IxWut0sXbUq+w4Neq372CAKl725
CpoZNt96UV7/ALQ7AruZGq9s6qPbVAr7PXM/3meONm9m9RexSpdVKWS272Ww6XZRhqqHZlHT
Vq6puLhKE/wsgL6uq1dl2RMRl52G61a7dVDZNthYeduut7Fdd6t4bAGcbFtiM+1aymm5nsqv
J1tllsSoWPbXxSMNkGEnKVc9AQ/UgGLkFjkfwFQaAoFb9bVbL7GcaD/5rWIQ39bNqsuv/wAr
+bL2DJrLlrThfXMoPsbEdguYomvq+VW9Pa0q9Jcq6dYpqpUM9rdRsbBvN9XjS5ssOG7uRTd4
2q3KMbQFlVSstGSbdY4lqjsFMCBm3D/jqXCWcLZ3zW3Y7GCdfaah6vdVMR7Cgg71Mt30J2dw
OqNz6/YDRxiXnx7PUGBctXW7FNK5jsetVaXTofqFsDJmFiuygDITPa4sUotNTrsefXWk2U13
tajFg9ikFrR01Ebx35zpkI2w3ZhnAIxo81a/sGFoYlVU9Ra9dluWVaDXN20moAE5GQpaJVwa
snVdWIVqwKFLG11KWMSviIZwhuszXUD0sBK2XKrWWdW86EtUXXsyNVuurV3o4vcCd8wHqaNg
LZX/AJaN8nzoVK/6mlWG3K0B9jeSdh7I4BlqqpzkL1yAGhGJk4DMCbHI6kHS/QSzxPk122D9
XAZwRKj/AILuZqU1tRaSLRljjjStKixer1ewdq7Nrb11112b3/2rELXG07lvOT2UcgSjOLOq
kKM03v0CKabe4KVFonhrFha1/DkACWYI3ABaTlQCYHYQWq7W01AK7iMcnJiElawofT51/Zfj
aQ4Uk4BOFfisEy1gCGUjqWY67rArQ19ge8BJAAwqZNIKKLf8u3UWmFNL5YckVW9Gu7FtOnpT
7EYuHAYEmhiC1TOVoKV0JZ0/1xYbPXWSui9W22UXEt2LAys8mxQotdpWbyFa0jT2SoLZD4I8
SAkogN1YnZmGzc1FNlr2NgiK2R1GSrEgFYVbODjDRR1NCk2a2F1PajtfUT064I6gOwhtbOSR
4zhSizvwMFXT9BVI8ZD+Fcooz+lF35dV7qOytanDZVvExGnRYz443nD7LHI/mCRRYCU7Cy3w
kU5Vm20VrNtg7v2fnKgRa2aet9UzgesrUV+tQRdTXA9hVXSKrFKMeOrklOFqQRmVF27/ACvk
EZADfX0FJEUIQ2UmRDjHXmhlE17FbT3whNLDwkc9VxkhcnCtgO+WUOA1agKgwMCNzMcEAhSp
BIEvHY6t34spMKR0JmSk1KulRtEtJ7ck8dgRKuH89iy24vEsbBdgjtyFJi1DqiM09b63rFAU
Y+MZm3WGoRAg/wDk8QhAFKdvYbS9CcHOWAzMYbkynXOw6+oZBcGVmmORwa+s1cmnfUdtYAqS
RAxMscz6gVcsOT2IIzKwQWHGSYWGRzM8DlnXArbxMP0MEKPuqoXXduq3Ao3bJ/6ztmNgihee
wBYAgKqR2JgSDiDmet1ezi5VHmgtJgLQfVqZW4MrDkMoK+ES9xRXZYXcPlUyRhcBcFWLD1mm
1RZOi7inzs2IHbrk5pYzUz4d5exoQKLOC1jGZaImSKz5COp7zsFOS0KsZ1ZSU7BWEQEwYz1y
GoVjUoxwGH7FOquBUiqFVhVqtds+w1q6WKEGzAmsAxuV6nyZaxWksSUGYM51qTZdVQlQEJzK
6jgCDMfkbeAc4GRO6gbu2LRkZwIT1jI0Cnr63T8tlaIBYPz7Bv8A/QWHYtgD9RVCzU5p3F7J
QcRgCBWsbXbqe0VWJFT4r07Cf9GJpkqmoqhtNSF11FTsQAcIMEA4laF2sFSrVQrEKiwA4e1a
1/3rC6HwqmdjZ9pr1U14wNP/ANm1qbUu0Kam3bCxPWJnIGX9bSgjeNQLXZqaiSBxxMiEZmyi
ksBjwfrZykJQk5LDsIC0JE1aXsesrVK1AW4kLsOxthBVq+SvJ03BpvGVxhvGxGpSXCVo1f8A
o09l1qlhrUnrMYmPjPBUkbur4XwcIMD+prkxa8slFhKay5sWqqvdtW7Y19a5n9u6rXo0WVU3
XW2ua1NlKlLUPau/YY3bDNYwBmGB1abHs1td+yauTXrohAhUxkMFZzgibY/fjRhZRibth82H
JYIq/ZUECtO07tVXqbCI1XsldjsK09inS8ngjMryAMz194Vmx0uOLKqfGlahVXAgM7DJurBy
J9/GTD9D62dfzIADPHiauo5RKAVPjqR/YoSh7J7baVpo6j7DrWKzs+tF9iVg12+sLF/Ut0fT
ZabLvGlha4sQAQSa6sz1VZ6IgEEHx5EEbYpUrdW0yJ7a7pVo7q2z/sm9Uy3ktGYwA4VHcr/h
S67vYcmVU3O3S+s3O1kwwIdQSO5HBFhQn2bqi3+YljMx7q0jbgAfact2AlOwFiujQHMIEZlw
GGDzLB0bR8LWX3IVs9jVSta37bUadFM9puLTWe2zbo1LRTZkmqpuwdO2YDkW15FyFXcMBYAQ
iLhAGnr0xT3QBbFaZYC03Gf6+wYNK1jVrpXDPeuooXZeltP2j2U7ri6xlsMWu3C05it4xbZ3
leu7BaaK4lgAViRZqJabKmEQHJXETsW0qZ/parq+r0IsUy2wxnZp9hNctDqAy6k1iixhDaFD
bWYbXeJeErs9zaWtdADe89dt2NEoXavAFZtsK1bt1tzevBFqMoWy6utbPb2WzVS1J/v/ALqf
ujjsL9Ul7KmQ21oJg51F7mt3UJWxCIFikGFRMcYh+3cLPcbPkuyWOrc6G2yzLuoXzKAdkEEF
oxxE2XU1XpYFAEH2WIl+sCXXDY5qqQyoKqAArcPzYzZeuwpRp9yuulUVozFiz/kdgzYwCJaR
XXZsdlrRTHrWwXqa2oU5VjTXUqqvsXK61n3685uvutpJtt2LV16tVLti2+LctUT2lgfX2VuX
viXJU8X1uu8v9RWRrevYCrX/AA1KCDXrM/1cTLVmt8jMvs6V7+5YktYO2OaWwykMLqFMNVJL
a36Sq2ueEWQ64EetqzVeSVIKczvHr/bOqFrysGw5le5ZKw1y9BkqMn7fOB9MyqLbl6qHZsr3
VLSbq2LOMvWMQ5i1h3ZGs2HdlbSvd29mCdUhy/rqSE9g6KvqqFJ3dtBVdsmwUXVCzpqWivUq
UVF8MAw1hZXbYMrUgdaw2GUGPruCr31FHS1XqOKTZ12rFUbdxtP6EHWA86tnej7F1ZZet1b+
UmV2BHK1lWqVmt1WA7OlX+y5bz2NCbnYVRa54AWXXPbWXx15AHEOCSIQBLbPyK7XlOoARWiz
kS9lKnDDIh7iI80erNvgePQb/L7V3GvrL5rVVa6tx++wLGSoU22w6FfV9MCa/epqb/G6WpgW
1sXbDZytAIDWqsrsV1wYwBFqMsrbslz9BvbV5Zv0SBOAAcTTx1GcnrNoElawS9IApytAdOtr
sUsDtGUeQjENmHU5ilcpgwHAQ9lM5IGRCeCMzosC88z+GxAfCGD0DpVqG5n9ayA6z99NPG9p
QqKjXbfYbatRPFZfvIRrUFzkEmxcVsXCqFa2sGJkN3aV3lTr7AsJP4oz123mrZ0iniWfVNgE
cZX2euyvgQ4AHE4xQ3UZHTIItwy8gr1IFYUdlELBpYqkgYsAAU82JmdhF5ilwUY5KmdcRRgH
7JmRPsy5SQx2CVJKuoIQAKSYQDHpVbHb9EMxYEKKwqUab2XlsKWGLLGnYiK/YLeAjY7du1Vb
ET1lbmw1Fgo6jY5uFih6LMQGE5F4K2C4Cv2Wx5LV4h7diesTsRVT+VrIjBRDkraMGsiPhj9t
gmW9QKk7W3A5or6tyXFWGYLE5ipwcgEkAsZkH4P1zBzMckZgHLReIfiyvsz1HIraNVg25zr1
KiblSLbsOEGtW11j6SEXUrVMHsysVDGaenZa9NFdUBjNiX2jzoSXQZiuRMibBXtt7zit2JPb
AyCQCTSmTXWApyIzKDls3gEqrCM46nk9mw5JNACB3JNahVwcqWgGYh6xWwMmMfjM4wSMEn4B
zGxP4fvGZzD9iHJmFAst7nTBsuZuq3v3stpL262pXXXsA+Nz3i4Vmp7rp+qqIRFUZhIEv2WL
NWxFK5tFYgGRYQqbLnuMFWC4SrsRQ6t4sjV1uTkDsIBy31acvyI5wteWK4B6hi7osyATbgG5
siwmAkBMs2SZ2zGyYSYITx8ZPx/J9GfU4zzMmP8A+dxKjUpFVe6+K3bB0qAFyMXVCxdnW8TV
rSw1K60ryASygGxBNjZUHHeOR01qcWAzIA2rBNyw2Wf66uK9VjNagIWWBAIwGBwH+wvWGxVV
XDMqt16ox7pWDfWS7sWOcBMjxFgtPWJUBFQCdeszgEOrC0GCxTA3JMz8ZgMzyRP5n4P2TO2B
uX/jQV7dhmAFwDSukF1AAhbAvsLPmvstxDvvIFbZsYM2y8VXldDiMOFZwDtWA2X3FbTY6pqu
7VaqLAiAOgIFRy1LGMerGm9oFZTyZZ1i4UNsVhWtJZmMUoYwYmunIIAmOQq4XALEBgeDgEsg
JAKtVELrOwxmZGOwEUgidjMiGH4EsZUXc2Aw0KPDUSCL2/WsHZswxwWWyu0RgcDOFostn/8A
Ps6ppP2GqmVAAI5AnUQERkVgiBFE5mIIY1BawrgBe7PUyl1GWFmfFYYKLINVotIJesAqwhXt
MYOQQeyStznnI64u7yi9lC4I6gy1TgbTgqQwdAQlbJBzB9kgTyrljx/OJuWYmqBfvYxNiwqp
LNKECJmfU/rorhtRDP8AQEqrWtfgQmZhbnMBnMEEJmTPuZExxFrClxkX1MlngJAGJ9wif9Y4
DLgZC4JUYAwuMhEOUU5IKkoGg10BVQJyIY1dZiKq/wDAsezE5WrJAwCISBLiGmpq11I1oDX2
h31kyfqZzP7mE5ggxMz6+BD8f3EA+MzJExmD5/n9mRi+kPFoKy+kk5wQQSOpXqIEyAMQZMwC
QpyRFBwzc4GMCfUH2ZidZiCM0H0BlgMEmZ42LNhdlB3nAFvLCoA0KFrMEPMMHx/CwzkGZHxz
BmfZ4EE4nEzzkfH0fqH7mIRGUNCrgu5AIR7nRkgIMPM+oMQKpXGIQc85zktUphMziYEOBCYe
ITBG5gwIQchV+b7RVXSXtbXrwjA9Sf1QqleAAZg5wMZMEM5y1YY4Ci69VFG4zFWBGeIISVgb
Pw3YQOYGUgkQn4LqCGBmZiAQopFi9b7kIqCNhRgDE/pYYGSOBD1aLxG+8ZmOCcz6JMMAIjHg
HhBzMQ/G8jGjUrvMzDLKXZ1AUf3E+pjgDEyIRmAZJIE2qmdEUEMo6pf0iWBgMZMa0VkWoYOQ
BGHYFTD2lbrj+ueTgytjn+/Dse9tyHXRSWAAf7nU5ziNB9BgJnMb7xzwJwIczM5hJAziKpMA
xBiZhA+LBERVGDggwATGTiDEzMwtA0GTC6qbLUWJlpZqLmyu8RamYZsrle1UQHVoSpjdOuHl
ewwgsUywtjzMx7hH7Bgv7AGGBGVbMZgou3aAllz+QPYwqD5YZi5E7MCMZ7Ew5aErELBQpnOT
iH65n9zOxmezIDjExM8wiMMnBhHwBxiZGZgz6jEwAYewIC+AxLurIql+0IjIFlgAFNbXNXS1
Z4zgEkAQ/op+QG7AVooepHljNSaLiSUBIrWPYK1vey2vIJIHYfhwCsw0AdovXA4iZycxkyVb
BOexByw+MQyzPXviLzF+s/J4+Mc4EIxBCYSI2wFLbOAmy7EHM+zY3UjksQrV09AUMNZh7CXF
gELm2qwgh1sgzPIRMZD0BitUIgEIniUFqQxRjktiWqLU2FsSCpytdCsLqvyVDocoe2R+pkYH
2Q2fqdewA5P0YAACAJkRwrSyhllA45gMBE4+SMt/eJgZPEue0nvYIXRoEDqhfNjcYzORK0wD
mDOTxB9MRi0pXYbqSBsICuxXA1TTGBg/AHGOBnHU4/uTAvPWWULZNmq6lRbYIlbuy6Yrg16X
ss1KmF1NlRA5C4AbJwk/v/x9w4hjfWYPoiKnUkjAsQH4DcnMX/sRzC2TY4IRDi3gda3HisWN
sAgMDC2ZSQD/AHMP3nMBJjISGoLA1MC+taT2CFbJS3dMmD6AnXkCHMwZ15AxPsgARlR1bRqD
U0hDkEYXDTqpB1KyXRkfBgBg74A4jfcPxxMx7Qoe4MiAmV5CEcIOCsC/onEsYvCwCqvdjLa+
0OQwsIJIeeZetNiYuQxCWV3CqGyBmdYOIAcYyTQytfRlaK+NYEIOZnhTmDicCEzPwITz8YhW
EGYPwIXCrsUixTWwleuWHiKgVArzCYWEJj7CVz/ZUxdhiXq7KlTZRFWZ4sx3UkQQmOOw8fWN
X3YIFBWWNLH/AGQGgQgEBYjGJeAAQwYh3x1APOAJ5QZW5DM+DnhgGC1qsNfNZsqYEED7yI9y
gq/da37DjOMTiYmAYDDwBsPmu1bJiKZh2AXAZQ0AwOmQK8QmOwEs2MR77GjLmBWMrpJITrMK
YABDGQ9h8mcYAA+HYKGs/XBbuAS5aOqxVXqlAJKGsVV/5DkzGITGrBVa1lgyR9/wQkA4GDwA
eyvlUVO8KtVYi9Zx8ECDE4+b6OE7qVyQq8kgQtPyZeWDJsuCCCDmbIeEHIqyK6RhK1BAh4hx
D9Z+PqCY/wCBmw+ACCexx1JChg3ZmCAhWZo5YqR+F7EfUZuqknLZ7gGfc/igZuyHAEdSQIQC
MKBMnGYDD84gEIhQdv4MkW1lx1cDXVwWVXVdZAQcA/RltXYVrhQCYoMxGH5AgEIxP7kTiZMH
1zCYwBDV4W1fwtRh7OpQla89lbtD+oSDYyguMSwjtcV8oZQr2ZJtVV8jFUYOMifcsJASwzsC
AT8cQQfH8+5/cT6+eIAJicYBzAP+Bhn8gBmY2cHM5mfj+8gA4hzOTP5zMRlzDXFpCqwbxfgE
spABVUwFVi15IAXsWcd2bqqlamj1/msBCqhQOvw+cHBmeOzAo/aHExAIfoMCB8ZnI+P5zM4n
HwJzBnE/s5HxiDOMc4zCOcQLziYE+x/DB9ZPwczEIzMRiAHclqwxe6slAnFCtmzJTxfimvBd
AwGoBOh6dYIZn4dP04aZLBfyVKkDmcmB3VhgQ2AkWEEMDMzImZmYmDkAYx8CcTMJwM5h++YD
wPsGZEOPg8wH4JmTP4wxB9LzMc/2y0IXZixCmUVHLqCOgFaLhSoIIUhVwMQDMImITM4JMGJd
nFVhdWQZxxiKMAQgT7DVsCLT26kAcgjkfXAhMz8cwQfGPg/GTM5mBMfPYEn6wRBmZggHBxBB
xOcmXnFrnMoqVj1AGBOoxiFZ1xApxgwCdZkAzmfzIhwZ0IYnEBzO0zAxhMzAY6q4TKr2hbMB
MLCZmTnJEzAZ2gY4JnY4DGEzMyZ2JgaZGHbqmq1jOTyYcEYE4mTCeQZxO0JllfZ/AC6KqrmE
gwT+QtO0LxnJCOSvYzIznnMzAee0HMBGSq/AIEJPxmEztAxzxMidp2Oe8DHOYDO0JzP/2gAI
AQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8AgqURDIV4Kyy/ghzSSE6EJ2uJJvuQ1JLc
eJeSSnW1PHpM1Hn8jtWo8/5ZcCSiBly8IpUUuvff6Uk/EfaSMdD7n49KnYUaf9Blim9CFRbm
73VBU0KMrpZlX6kSpbJu+xzalsmIRuJalG350ElXvUrSStvuLfQukRi5IutFUtxjYiYfchNN
jU3HLIdEtRqn9kS3DeiFX0IsPuR6kKURotRuZnfoxKhH3MoYlepsSvIa16U1/Zz9NDPHvfwK
OhWIWxGm9iFNyug1dq6EnRzQmZrsJKpY3K+pt4lGRYgpVFU12uUQkocdyYkbglXZG1SfwGnS
amPGqsJp0VBx0cFLkWHuWuUqVoJjymIGlXuPN3UQSybEpeJBBy+qZKfsH2Rnl/5Ml0ISkWNk
tS3a5q9xtx4xUh1eh7m6kIiF3KpfvIaj+JGLma1IcTrBaY7wXaesErXua0uREeAoXmyEl3uS
36UJT8Cq0FitRTclu1ijHqPRiluT+A5sSS2UIdiHpYhK9ZHW7hLQSpLVWUmStR/gVJ0G/wBv
k61Q3MyxzbTcizexaWzTGB1cK9a9P4kRTeRwKvmVde9SrXie3KrsyG/FlKplk2UVO2hKpJRJ
vy/0iTxr4sUYtLUaiF4DeMwrEZJwTjQtOtCMqRoLVbDpD7HiJz5kzR7kFLEHgL7kaIaTqYrS
U2zSCYqiYuVFOmvSP2+OM3T/ANJSpLp2J9DdkxA/KERFPAiKMadEikPYTiiO/cjbV7kb7jVv
ApcbstWunZDUxsOz76lR9yGTVoSgpRD4sqhPXZEwilEQtak0R2LmnkJKy1ZKd3UpYWUStyS9
yJoVuS3f0Mcf+gwTiEmNLeg1D8Sra7aC2iSb7G7Jir1E3XuVqiETNjjVUouwuK4v+8yn5txN
3/E2G7rY8SS8bFZaFdeJCK0oTsfv6Qyqcbl1Oooddiihor0tPcpSClGiW5nxItFhr0RgJxRE
bEvzPGwxPSsfsa9Z6T0b2JsTENXFX0HB7nIoVJpsW8ajQ1L8CEoWjki871E3MRA5obm7Ll6o
gaUzoRlWPM7dijnuTy4pfchZU0QntoQNqjLTOpDoy8O7koraiTyc7ChW2LUNu5Fzw7G5SzIj
3N38xJXQ03Bxmt/I1KWEhQiWoa/b5Ru5G3uQlQbFoTE7Mp6aFz7+fRrYlWZx3JdlZ7iVkrmz
uQop4jb0JhOfHpRVdSNcvxQsZElEveSl9diE5m5NiJbY+NGcXGTtaB4vG93I0rDS0LKpVJDU
OgqVZE1fY4qsHuVXsc9VZFI7ktsrEQVcRp0TuhQiv7WGV1G8a8hp1nXuQrmNfzSvMeOqp6Cx
egt2T3oPwJdScaeNRtPwG1E9zkqSUalj17jaou5F4I12Ku55+HSU3WgtIsKPOp+o6xb0NyWx
445ccbUOLl5b2NnozKawWvfwKfYlaFKpn4ly9dyqqfidnQalqFbcVyMtjwHDpuJL1/bqHEHt
ykabnscoq0Ya1MptNixEV32ITl9P7f5il77lVGxDZW2haSycFfQ/BEu+5Lfgb7SVuR5lqmM4
xjqzjiliu1B5OiQ1Lx+LGYS1EsaJFYZHFeh+r8ePux/MyrhwKH5ombFaanuSKJQz2qm8VFF9
Rw6I/ND2qUZjljeRLU/LQhfsa/sZeK9CIhCjQ5LG5MQQ3QqSOKEK+5WuxN33sW/iNWREnub7
QUuTlfVF4ks33RWeWk0KXEsVKmpikocDyycJKSGvYv5bSJJRQjQltEppnHKuLvIsvixfCK6w
yvoVqyr8tRteUEyXndFGqFNaiSU40LNPV1Oy3FlKWWzJf7Lv+zc2F+kpyV0mPHPFrahaF9y8
Fz+3+U/Ar6EKnYUKeyJ+2hC19ekakzFaCb0OzPwRR1Qs8t5RQx+Jfz3JbJgc6EYqncraOmeE
w8k0jLBuWn0rcoo8ClSIk28WRMT3Elk1HjUWskwJP2tCSjLHxK+17Epz/wBBt0oQPP48uLd1
/wDJ7suTWqIvBLuecjiw4rUl2ehFUl2JgcK4pI/CpLI0xJIb8jZjSVE6v/CJLQeWX5VVn6mi
t/mIOT8BzRaFKIjLWzXiTjrUg5L+dDTuSipDVEWoLl5FGvDUUqpFvElROhGRTKngVXkLQo/X
/oJ6yOsNkty0SToijUMmxKsrlNWJv8pFPIhVJ9S8SPUiJ/cSyMat2Pd+fKrJH8CUzEuYLQUM
cE9ak32t/rIVOxKcJCwy0hJ+R+8wy1UoruQreL6MTIyVFYTmqO+xEyzuc8Ve8siBcrir5CSb
TbK3/ZSy5Xp4dI1J6StRt7DUEP7FLIiY1c2KxDJVl5k/YmPIt9iGqCa0sQ7oqQqTRyWlrXy6
PLY/Vyvk2159G0pehk8nZ2HnFYnsYtKOeKdLHuTcVTMcsHRjWTnJbHg7mSizZeN0TjqT9zl6
EN6EQ4Wp2NfHQXISimw8slAnDfK0J0FEuz9ROJVKtHh+wgvBd0Km5FhJOjImrJ1IyJFatiec
LZWK1np4jeglruRFGNSJJlXKE1RFHXUnXTYr5Chw2J7TL8SpCfuymDFbJT0fF2X4jmo07rF/
gfHnokp8uQ1dpEaqDuPF1sZLuRsP7E2Z2IgnQrMEKxKQk7oTWlxVqqOTHDGsOX5fsY06RqS3
bpGxFZIO4l6lxzYSXjI61Q8VVzRlUUcdxJ7XKVSJ+4qqNRyqLUp+aSMtNhrQTkS9WYpVi5Wk
9Gkp4UQkqbmWTpCcC3Y6cmR2a/zCmy0Go0Fg1Ccrrm4s36FddRqS1dxJ0IVWJL43D1cHL5Wk
lLgT4Yy1eCLdIaHws7ORNpPN3fWfoluCVYXLLiPhOWz0Jl4yNuW9bl3Im3NCE4fchursUuyL
NDm+hOVjOrab+xNkfvKHuddkKk7G06alnfUbisHfYta2paupF2zZETYdKCWw6TShOV3VkmOO
NeTqfqbOGj238BYujcofx5qHL9B+AnFFm69fGp2XTjgnk3ZInP2J7lJyneP6RcVQy+NPjisY
c6U5E5WhR+w8OtbErv4HFtIc5Nt2Esa7kuhe5X/uTB4Cu4sY8a0qS7PchE3eWVhpqk+Yo9CG
dmQUU+JX8SONrl47kqW9KEZJzohUhEb7Cx02IsmPJXggSdBEvQx4qqqZTRyNrVmM0SaJ7HkZ
S6fm+/V5RXFEXkcuK7GLi+MCnpLsh443zuxY7ftHFictNjWhtpJDcinQiZFFiLSkJaxQpetD
YXcwG/NjevRIlwUZpL1KPzkq6bdJmX4iTmdkTvbdHLRXgUN1FilV9I1XSbibdtj5MZtDGluY
zuqCZ5Dy3UdEzObQYrfL8WJ5Q1k3C8DGLlblTH48acrvQyyVsaeix6zlPke23cfNPs1BOL60
KlCNjLTuNTLZfuSiPuS6+J7lXxKWE17YSp5mLu3uKabji+hLroY4Oadx5Os6aEqnZjnyIepe
fIqTEsmkbMlOZ0H3K77DSIYsdBR26NksqZZbKaiWWSeOTr2n+YzwSmUZYxZtGNazbzPCDKHo
RNGeJBli9RJfJDlGCzyhYp69j9Tlyy0U/wBI4VF4krKGrYow5tzxUnHG1/Xo824gdZxshrFw
hRTdIxyxftm3iSq/S2Q6p3Q3ioeo4If5bEKiQpdDfH95WmyE8dEKFRKjE1c7kTW4vuRZKsCi
w58iqoQqjhIa11QqyOjpqS1XRFUrUFKiNiEprdk6sWOVrKEychpaDbvJepm/D8SkrsTM6Oe5
8lqtx68jGaQ1TzHQyjYww3lvyQp0HBlinE6o5/C23R1f+0X6racaMn4sOXd1G/l10JxRPVfE
nVuWuxM0ITpIjj4pD+N6/S0JrQU0KHgdtBpxDQkrC13ZCsJWuKnmJUk91+w8a7mMW1QiIhlC
fU8Sj8j3X0Kw1pH/AMji53KjpCKKu5NXAmijqObzUSgzxXb8RxbUyVrNSLKFOrHSrcKBVPI+
TJ6Sl65Ea9UUNyW4LkMkebdEh5PbU1nZHjc540xxuYtzMmGa3RQ7lSCFaTtsQ+iuluQ6l6PQ
9tEr9JVlcWgsXqJq7PA47C8KCc2K69LHJ+hWj7EqGtZ6NqsEt+3cVY77jmysJ8ZWrHjjlXIS
2GydekNSnBKxp2McqqTF3lInvIkeRlkqZdqCyzUVi8iTsS7GXHPKNEmyr5eLf+oiI7yycnPq
XaKOm8ihS9hfFNa8omkDc20G9Mdh/ZHx4tTymTPGbZOxxd9JJY6w1TUplL2kkrpU28OlHCIG
n6C7G5LUETCRZPvFBN4ptboooRW4xxW5EKxJsQkePoVVS0TohojjCfmRCh0WPcXKxxVqirRn
JTPiT6j2FHSvl5DhtZKp7rLUWPahPcTat0x+LG+VSNavo8bSqDyy/Mm16MaTiCtiFY4s7bjy
dlUz+TNS83GL8SdWcn/MJvU+NqnFGWf96vqJ40Uj2scmo3E8cmjuQ0QthFKFSqqW6NaG5C00
K0qdz+JlSexSk6D0dEYtOrr9iqOSpHmdhZO77CyeVdhxZWFCiSVdO24uSjsxxQxxdm5Niw9C
NujVV3RXJtbMWbU6VJVKU8x6JCmxQWTqxxsX6Z/GtZqc25sVoloe2j2G9RSZzShjil+Uiy8B
Q5b1McZmk0MZUrQl0tUUVixly0aFWxBQjH2tDWVGqSUrJCjE/NU9zmBrR2Emy/mXO61G7wJw
btmcpUJTu4EmpnVEvKlYufmh7bkY1fmN2ZCq2e3Jp+JXJsh+hShVsUa6iTcpTEluu3YWDy9w
8ZUp2Ju1Y7onaw+Wp4EOxjGpj8fxu/3MXlKbVV0ymikSVtUKFCG0nljo2RFTiL45vA225RCr
AtxbQIeMuNhRjoZdyItqaF6lXCJddSy8SdhuR/YSa8UdytybLY3fcacx+JHFQJ1MlMIjQWka
Dkp5F0/IrYSRDTk9txN/iU8irFCl9jDNqsS/HotxYtwyTm0/bEGWeC9y2Fh8jjFvVWE8HyT1
VSonita9Lkp+90W8sWfy4z8mLcMfayOxlvKgSyahbFaiWNyKyJsbydoKuEyXXoppG422qEY6
ibVhpONhVrqXmEQdyroy6LwbzYnJOPFohqfMnFakZak7FSkz9juVvoZRc7C0e7G4oUUQR9yr
kq0TNBNWRu2Jtw7JQJS8m9kJKuTrFJE8VQaRE1Fk9BmKcvlsTo6iz+PKGv5Y78jLDOruulXB
JeDHPJzhhJ4jZ4D3cQfiU0IHjD5Y0Y29DKpya495PcV1QvMy1c6CXf8AcPtcTJ7FqOxKPEq5
JTdrI/I2mLj8c7VYsc/jie7EkuMbNjn5JnuyMqtajVpE05INhRU5PUcUTFltuVVDsJoUjctb
CwX5naaInJ1sNu6KebHx/M/zScnknWY1H8aUtKj8Ue1V2gpi2/CD9PhXfQy/Uvk26d0YNOLy
LFOyhDWV9EK0yoMM8tcVPjBEOgui/u5tkZU7j4ufAktVDoyqY4RDUNXMto/ePLs6FL/iQ3Ux
kWWLujLdtUL2mmtjJimWYOY9pHWpQqQrFUJL79KWKvo2rj7ECe1BrS8Cbtocc1KWp2G2uyIW
l2fuOeajOsZbIr+W6WxRV6NfJ+XKIFkq0ufIvmnNqt2lbH+6Th8anzf+YftUeBjxxSVZ9BzX
RCm6FvuQqZRRiyeSj+8YYTLUIlLzPd0xbvjYeOW3gcVPnU/eSrUklWZ+UsctDJTC/wC5+8UK
4kUWxi9cZX2J1Y8533GlaH6iexhP5eJQr0eWboiUuQ+KRxj3bVJhRsLlOL1uxLBy/DpXpJKt
lqVXRzfcrbRDyVUtBTuNp2svEly5FCmWjglHc2RikvMbVHjUbmxjGULYzm7Tr5Y9JZjlihN0
mtOkPGVuJPGKnHFy/IStUopFFmTTsQnGW5l8mecpS0mZZQkk/EWOKxtVsWSj3JUJaktc4qPE
gy31jxLVm3SU7VPdR4/xM/jmUqz4i4sb8RKb/wARRZmM2Ux1luTinFf3mXKsWixlLaj+6csG
/EXx5tNZ071Ml8q/KqOKk4ZOTi+LiksdMab/AP0LF4quqHL9vZoSxjtU1EOldy1CW5xVkJ6O
4q+BNXNRVreRtEsWTtsRaaDizMZs9WJuPevxGWEzGHZD3HzcVaGsXVqB/LSLXMU7lKocuCs8
VYXF2uQm2omD3UlzFilpMU9NPM8CCONhT5GSaoKEmlqNteEDeKhq/gJN0Y+Kbm4pMstJceHt
FjZwLlUxemnoJrVdIwrk6E7uUY4a5Oo8mq5DxheYs4qnNzjsLKIq49SXVbHsXtdaCSutxxlR
3MF3X4iTE92JzTcWpC0IThbwJOcnq4gfE9zceJWjIiO5c5XNV9xQfHnk/etNaHcqN7NGDVmj
Ld2gyeSd3QxxSabdO5knVp2HNIOXnPgJzeKkrXRGzFP4lrUOKTrRGGGcLJKq/wD0VdHYltKD
8woaY0nSRJXpUaiXoPF2ascqrHSpXQxaqlfsNTVqjXc5usbikSW0kY5ZJJ2Ry5Q2o7yNzJim
qVv4HJ4rtQ4rQl26SYrDGYdzn8mKW6dTh8eKSiXEKrHMy7FVEX/tiYtKbMST4s9zeVRq2yFW
o99R5ZY5JLsQq+OgsUm3sjJNRe5LJvsSlUjJtVuv6TJrPk3oQrNmKejht9yVFTuZJ7oxx2Fj
gk0tWJtKWqruLJzy2Uf0jj2q8snDLHJu+pxrCpCG8a0ERds/5fkWGytP+InF81uo/pPakjyR
xayrqUy5ERByc7obUzLO45VBJyvIbUtq0HF08UNzPgcdWTjdPsJw6WMZo4ucsHdDxWL3qisp
k69hYtXbqNYJ+LTgfJrli+LjdD4tctJH+s03pEx/+sshK4jNfKslk3pH9JKzyW0x/SN1zwW1
4OT/ADNQ8dVXopp7h07IVUNrvyH8aU8kKBNrfUeKUJI3FNVsPLDLyKPxE1cXJQ5uh5ack4KX
SXR5aOCCcplWHjiq6Nl5euhSIyJdG3LJ/vWGsvArRoxU1bj1IXyeqHOXObUiBdznokmOZUEZ
ZNbOJF+nnL1lDwxS7sj+ZHK0obakqqFFQ54qhDJITK3ZAo8x1q7k8uNdpGlnbsfpOqcT5krR
Hy56PNv79PAWGOO+o88lEfxMuO6/Eh6Dd8UL5MFXQ4fIoy0aOCxosrk/YQ/h+JQ6pvw/9R5Z
zybheAkn9/6RN6JmbdU3RSOnkLN2ImNKtGklBp3Vjk5dRxSidej8vxIuZaeBlit7ksSq4LrG
ZjlYeMpxRNCxSiay6HuTr6C+VNQnRL/5Hznmn9j2+0mZa3HOUJijOGNzOkSxuJbXoe3Lg8rj
cp77kwPtYpRlZpsSrEsmfuQ6diEUF+7xHojlPkPEw+fGixplHZivs0N4fJ/xZOXg+44G3ZCb
hvGpWzj8T5Mto/Ef2P0lk4bqpMUhcaPfUX97kpZF5KiyeM5KayxQrM9uUPeh/wAc5ZRWDJ5f
m1m8nuXmQj8jexNcWtJKZsTzXLF6tExSRa06OTirNIc2cD8yEjFepxltY2S0/wAIsb1UISc/
lQpe1T3e5NL8Bua5UUsfCI0EvkaxfoUyUbyJYJZMh+1XIalnlRFdVUjTctHcTxTbtCPdi8V/
edirnzgi3RRVuI1Fzx4t70E/5pimxZ8oJyTnZl3cxzUXSfmZPKGkm48Bv4XG+JxyzyWLulP+
nEWST8cnl/rOPx5JPJ1gTmW8ZanWR7U/E+TLGzaXoQobOTUVb+2RVp57ajebS2OGOUYKr8T8
BS6iaUzUUKLkzbVGbrCUS/Ezb3oRMvUxTbhbktqdEiMVR2gSyrqz9P47FXBg3sdyDHyFH3Oz
J03Ju8qDeWNXDck7NR6jebJctJTUeiVvQxS2MXqrnF/mdiKx4icVW5Da7Gr8DHPFNuHMFUzH
GHKPEcP/AJNJPfbsJ5fmap4HJyl2K2mrMW/yyjBGSvTpUeOhnjqjPFvf8By9f3j+XCmaqoP0
m+1qiyyq3abmXyZK6pI1ZU/Eyizyf4YkXMuKu5nxOTdSHCnYaRVa+YlsfqNTgm5a1Qmt6yU0
1LxRmVaXhajaUf2/8h0afahi84h+ZNomiIxpAsZqOsQcW64/7utTFi0RCJeg33RKjz8cRtrR
JxuX/lMnuY5YxRRBindFKQS2TjSSl7kZOuxDqPJxDdhPGFFZg5ZOVqqiWN1qcsqLVmfzYUxm
K9kOfM4K7Tj0Hi7rL+kw7SZ0inVz4jWmcmWGuSpsQ3WRPSB/N8cJuvcxWUccdHW5G2xx01HF
Gsn0zWqFFkLkxVp3IVpI+4viyrlEPyHnj+TUso7M5RKiIQ8ko7inUWWVFuxY/DVxceWVWqUH
FVjfSDKHROJHCmSHZ0dLP+U7rpi90LUuJTV0G16sa7obal6FU5j7jxmcmoUVHDWOVrSY88pc
7Cd99P8AMOFO9YK4z/5VR2JxULdnLFS3qUVNRs7dOWThH6CftvPgYfDjWZfnBn8jUUo+6Flo
pr5DSos1MXu8jFZGTdFELo22N46jpVGGeKibsWWtzDJKZSFyUY+RLomODxuPjdt1LpJutEZt
urdyt9yPUcqiIxUL9wtYsStG0zJLVWIdPAhUgWSb5NT2FNXuRdbMfyfI4wjS/wDeF8fwe3HK
FLu//YcVzyu/IfJUybbMs8rY45NLwQuOr/eSUE9hTqumLdcVU4lSTT0JWUanJZLKXZi5USeg
scXO41HmRCghNRocW5QuxTq8svKBYpLDG9Jqfq5XMcdEvMj/AMZ9Rz3/ANB8eTu6enuMWnVj
yhNNFEPFqsDW1iuCeL7nHPGItUwyWsz5HxuNEIhopqJoiKSRceT/AC7q4mqruSqIhXuJTqpR
R1P1FlV1gz+PLROPQhxvAhpv8qajwEkXlsx+JXaSY/lznlk2se0GPxzKVfUVBuIeSf48f9Bj
3pXwGIl0gU6bkRHeR8ddS5OOTT2RGSlLUpqjuKRyREk4r0Gmr7jlSU6eBLsjPHFTklSqOWeU
zWNhOLanx5a1n1yODVKfiZLtqZRdJ+H8pk8lX46rUwxtAkiqNz9XF62F8aaxyijvZEZJNPYh
qb0FhjgvbSZFjl8apry/2lcY80Ur5o48POTJYvith0bK0e40vIXujuy99RvbcjQ45uYVmY5r
8t/ucvjtH9vzEtU/efp/3tI/9h4W1g/cYrKuONamT/upv7GWTd3STtuYfGnZKV48hPVOkias
ySLJmWLcOaIoxzlrbyG05aM4yyUzClxcWTfuZDoRrqVPAo3JaBOOn5vCSiOWbvuZ/D8UOJXJ
TNGOXKZCpskb7mXx5OEq4meeeSdUl6jxTmj3MnlT8x8uKospf3EmpdBLZKhEiWoscksuzMuF
Im2lScm3tLsNzKZko96dBt4tbbnuWSKp01ZSfElTNxZpJdlQbx2+5L/MrorYt5Iiy6LHL2y2
smxYL3ZusqtDJ4YysVMDxdGjni/cqzrQ551pGn+kh12h/wBImm8d2NvJ5YxDZRSkcUvdjFCq
eLhNoxdllaZU/wCIWW0fgLVLQpRDpQ5qqoNcqKsSXheI4q/EwXJYtXTIblvIbwUMb+Si3ZTJ
PzJgqiipsUJyp3ZEp+FThhKw2Ua/+uJx42uxPjC1Zxu+1Sw200slfzMs8lrCLXG/5W3C7GWS
tDFldyhxRqhLuxQyU7Izyuk6+pD10JVEc0nDrOhjMNxVeA28UVwTTPyJIeWGPtOGTcZOxEwP
F4puKDxon3Py03xqUsrkvQyywfJ8nQerdL7mSzznLO6i0cjLLFzjk258SVZnFMjUufpvxQno
ob9TL5Er5NofdpHxpU4pr/KZY1laeRRWLw9ijkc6aEJUdHSC9CF3GtkY56I552Q8cVxxT3vU
5p2dqkZfHyXjH+bkS8WntMlZT2OPxfG8mxfG5TdbuwuWTfZL+rIfJzll9oK0eTcPaDP4kpwh
VndGKVFq9h7wPH+1x1u5FtX/AEmEapDxm4s+UqbD1nKxLFSUxwNx+Zpk2Rwxdrj+OOWKosp0
Iyx9u87nFKIreelPieaWqZC+Fw93/tFlwhrQ5ZOr0qLB7xU5zGkHEyTdU49GblazNCcpjsS0
QqQyCZqrE69iqqdh5JzKrJym01FSjZXS3mQlpqco1qhfIlTJfgx5qquvMadmJq6cryE/UlWg
rdpi+PdyOXq6FbMaar2kXu4rRvQ9mePeZHOWMV1f9JxvCVSYqrFRrBflo5MHMctfMeLayS/m
RDsUcYvdC5S0ttSap7MTwqte1cTGKwlBYasS6zoiIaUyLLRUqPjoJu7GSnI1ZobV1+4Wa1um
Rli14R/UTGVexRZQJw0h8V4SclVzQ45/mciy0MtsmnPiSii3ckJeUkcIWstf1EppfJNdqkMV
Crheop0t3RKt3GlKkf4QYrvI9Y1OapG2w2n7qfiZNKuLfpBwboqMaaoqHJOn8SLnKIm2pF4F
lqphEvcmPA3e58ib/K015n6edYcJkKsocri3oQtSup8mWdJqtTFNxtTviRNdRS5aKumwm7aF
D9LNxpG5xa9iR+oqJXHxonqe5+ZVy/AjRiWmTEotqyHqPDKkHsyhOqoccku7qTi5StP9sSUu
LXmRnDWlCMUp1EmiNdEbIxeFldmD1hNndU9CZpsS0vbuxr4cMZ0FbHyJyyY5S/eOHKdpKKfE
X3R7nST2vku3YtcUPz2I3oSmZJ3VmZYTMqRpWkbep7avVH5TCKUJdy3u0Hi6NMirWr0Q402o
ZJpaXqc1Tk5kWE3USriXx5/qYvXJTA8/meULag8HVK09yMqUODtjZXJpa7/pG2qlFegk35Cj
z7D430Yscoehk1sJLGFuTlRbl5jdntXt3RGTbQlMJDRkriUzTtQ8CMYUCXyYpd0c8HfS57ad
z3VaKWt3PcvUT1mx8dIXFGUKV/FC407Ceg9XdD1yG7J6lI8Wqnvab2IRRS3aBzjTcUViyZqu
wq9tScqntpWs7EqGnWTJujsYtVhVLafcey9SzbVyGm1FkJpUdpQuX5nUaSs6z4YkNfwJsRk6
abmOLiqpP+IxeDh285I+X5McfF/7RLH5p7LJ/wBJOOSnu3/Sf8uKc7D4zSlew3bG8EzQmGlu
yjr2PavsNpIlpwZLKWoE8aClS9xOPEi2pW6KX0Hk8lyypjBOTlsv6Hv0o9iGlXYjcik7om5+
JbSoq1XoJ8pqfH/6r8DJrW3oYkfYbdBcV40IrGg1ESqE6k44qFrBskqsjKEtdT2KUNtXuKzw
2/2ktUGpnuQ6rQ93iKknF2TsdxbCzw1VkJ5VSaq/EpbccOnLxFSIuaxqjxszBZVySSnwJSnB
/iRnHmicWkt6IjPJ+MNmVXlP5ew3rtIlxHONrakVbdlU5/NiuGiZGKxXke5JvwEn8eL8hZ/H
iscbZLFRQlVR9yeXj4EejLJ7sbysiZcJURRRH3K4rxKeuhvJDrBSjLTJWxdSJeug2qHxVl8V
PoZLWP3F7fYiPFl62Ru9UNx/Eq0o7iWMlbasvMocVpsfiRjXZMa18CruOaJepCcicTCihDvN
DmnWZLzJFfQWLuJu7qx47VN3OhsTWPxGlTuxNXRRSlaK/wCU1lXIxlvZyJNifKXWxamrgTns
hY4KXNZP1PkmVZf/AFiJLT6Mk7NHHGa7wQRoTKm1yEx/Fi1WjfgUnxhmpDU+FP8AMOPJX/yi
cetDhgnW7E1lpUeEqhMy7IqqbiV3WsEaeBhj2Q52/cRIzkWhsmbjbfuTsLTL1IKKqoOtWQ/G
SlI6OES1I1ETqxpIUqgmPVOhO1h8qcZcnHHaBfJdRDRTTVj0klvySL+As1bF2epT0IaidBuZ
asbCirV/Ma3YkrXkTyytECSRYt1ddIgSVRdLseWNWtxtq7bb2Jm3YnGsm/clKgsYtYyrXJFa
vUyherFiX8BvVWf+03tJg9OKJbhQSqwzLZHthHubZDompTdDjorwT+Ik1MbWOUU28RNUUl/C
BJ1klKIrFTbcWU0/eRCb3G4UdjHJuJFjjpSW9hrKv4EJQS203VtEpTG9SMleo/jVMaixwbbU
yfalhfeosaXgacvv4iT1sN8YrElXXtVDUNixhGOKu2k/AhVLEL6GtxNrsStbF6jbcQccVGKe
47rdkOuwtE9kRYS9T3wo7HtGNJ2ozjWZ0HN1ZI8bpFVQ+Nr+6vwJjRjxW+p3ZRTqc1j7fAUq
UqJJE1XYhpy7yiqcE1HyxvQVxwnOhlyxjJYuvkNTXuV3EsZ7up7XNSLKfUaxXus3UnKyGlcu
Pk/AlZQkzL5WuNPa3q2Lk3m8srLu/dxMccMeMqYJSWXYxpFSM8axcxabq4abFg37Ee1lHEdy
zamlRZP8zlkzXaSMVQ5NOet+kZV2OMUn0HeB4zGsMqQp7ER66lHHaBbmLa12uLH4fzP8xA40
sZPJXbKWd6ll3PCw5UeP+4wStioHrT9w9HJMSPLJQoj7DwdVsSkUVrEtfU1o0KZjJsh2ewlc
9qVNYQspmBRjIpUIbfqzllTGiMmq4qOCVjHli1jlcw+JOPdZdkZ//wCnBf8AIl7J/wDL/wCx
L5/ctY2Gkox00cGLrEymJ6wcct2lj/bIhOXJWPBjozFYqZtGoubay2ROSgtXrTp2MGKScbGS
m1CsFX3g9tdXJ7avuLJqq9CcXGUHL5Gt/M42nWP9xEuGNK2Sn1K+ViVV6v8AzlvMmZnc45fl
408R6yigsdYjsNFDsdtzjKlkor5fRM3K/wAtTFTHZjbV9j9TP2p2TuTozk2lG4sfjXJulDk1
x8T9HG6daxYWScY4tN+pFx5PKHMwL4nZJL0FxzT8RrljLhzBjg2uWKiTi5yap4jfFriWhyT9
0ht07GPyNWhL04iev0XK5QUc9FklU/TajNKU3qjyMk5q/M/8SLJkqr7luxDimhPFqaSyFHkU
PdLS1T7CeuNLlafi/wD9CpXdialcXK2EtexMJ92Y48bbMeUQ04r0qVyUsjH3L0IlYrRXJn3P
VkZWKOetWUH3Gps3LP8AkcLeuwsfifJbo4Yuc0qrYT+Vx8efZI5Yqu7bFimm8r9hrH3TVixS
q7uZJxo/Un5HT0ITT3JIdjJNVdmNkqXyvQ4y2/AvVaQyb9ogwmk1ZHIaWhuRjbyJj8BcvMpd
dMcJ9zqkLPB+9KBcseWSvFB5P4mqFbaFKpDeSsu9CMXH9v8AyL1ej/2ifJKboTde9SME2ji6
ToS3DRCo6yJTfwL1mhLUN0keWa9u/f8A/klqu8sTm1UjZlH6C5Ke5CuLJupXJqNjk3QlWe5L
uyisTPgiW5aHhhikrN6nJy9/Fn/H7Z7jwzhw5T/wmWaophmGOFFi4XkjPO3FN+gm2/U1s0Jb
fiPLPS5w+HFKtcnsP5fmymkpaVFgoad6MmDwHClM4zOhOOKWW0Gz7FWm1t/uF8apRJehyboO
rqQT9FdhbYqg8hJRDgrjj4omPUTiE7oaSq6E1G7wLFVIywhohU1Fu7FPATTjIolQrdaCbdZt
oLFVTSZR0QqWQ1E7EzHaCc3HaCjnxJhSRSRyvIcUqTk5exTGB5tTxrGpGSb3nuNpCxspkiJV
lQ5VT8RYK7VWJtS4MolcqXNvGhS/Ez4w1/2Pe3WkXRyxxqlA03xxT8ZJS5taEceK2Fkmpekl
PQ9ygmWSn9hpZNRsLHNzGpeCmVSVkyG5jrlnEwRMZZL7Ccyx1uYw7NUtqKV5ktUbsUXF7Mo6
n5jkrq5EV3gq9fMhzCFBEzQoq6M5cqOo4qJkoiEmVcJk2FFfEmInpUbyoOL90N5PjinuJJtu
VbVHtXHHTQXJtpTybdCsRpt/hKwu6Oz3Es4ePc4/H+XGJSookaboiM24bcLsZcKxcXJ+g8nT
lZ6wRPvhwvIXz/J+XGYc6jjJROxCdEzHnVTXwE8McYi8Cywca0Yk3PeSGRm/a1TUoSqZa6EZ
aakNInB+jPdMepW4+LjzHzuZZ5t8Me9Dks50RVoq4Pbf7ibvaBzXYcY+7RkOZ2ZGUN2a2Jbh
O6OS8R0UdycMRKfcrlcqIb0XkKreL0Ja+6PcqFkprYhanF0lzB3Nn1e48U66oiG+9Sfk9yvD
kXDFYsqZLlVtlVVakSXpuVq1sZvJV0OSxrFzGXFWccZq5cbCwiicuTFJRCQ9awhY4q239JGc
8buSJU6OqGk1N43Gsk42kXF+zVCcpIo5gwfckZLshZKs9IaOeF1sJ66jaWh8nxN+xuYhb/8A
qN8l2VjQuLaTgnWr5f6TdKxMnJWtJ7lM1TsN+pj+o1k4qxq70ReCdEVa8mLbYhOhM1epVS/A
mOwoXWDcrQnQmKlCDuNN9hu62Hk6awOvFY6xuT8eXJu6aH8b9r8P/wCjNXiknFtKkMnGqToZ
YNQ2oTucs6LceKlwx/K7TKHklEUg7nFOJ+xHLl3OVywk3bSpOhxiGq9K6nHV2F8br3+h42qN
GfyTNfykOBr8D+JVV0JdRNalPFkWnU4uKakabkSPB73E8nSYJWUDj3PuNZXfmaSqJGOOWhZw
iiddCYo6X0FWEVt0h69EtPoUXTF7basXKmWo0yluuTxd6kk2kha09RxczzahVj1OK03JuWJa
haspaRfHEv7kxDRSg1koWg21oRMEDTsmRHZMh9IJ3E3aDNY1Umj7mhON+4t3c3m5uLKbaDUQ
ncVUJQNuxONiu0QcfRFdP4lL6CyvDNpoVcxYrWugsUqLo9elzcf02KliOspxBZvyJhw7C5Ol
4FhjfJ2Qm1Vqp7aSpaIxflqe+uNx0fHUx4rWtWTy4ktwPDGUtGTni+K7Op7VHS41qKZvYXYq
SNsWGD0cwN71l2ISdb7ChNMqpEqvwNijvsXkmfa9BaOWYu9NCIIUpal4ix7o7MeTUtu/Ymbl
m2d0OXoXjuJTXfQ3GeJUgRU8Oks36Wpv9XgOFY55XxJ2Hk/In8yfbUlKrQ6HF+MnGJMYlqDH
5M5m8EJQl0qU0sZfK53kw1qkLcqN7DbdIoVcspEojCvgOVdbChudlclqzQ0tBpk4qmpSxiri
eOw07laQTBOTg4qqWpJP82xLo/sUr3J1JbhaQLXrfo9n9MfRX6HoouL4lDyzp6mzYknVshKX
qxZ5r3TTwKEasWUeY+cS7GKUdKsucVlUTvsPBKHECbSla9JZDdBLG2KKqHoJYqd/E9yFxt3K
27EJUQ1A0qvYbs3uPtUeUPsPJvukTFWKbaIbwp4jcz4EtU0JqyEnO+h3IyqyNDs7EDaY5lFz
t02P3fTD+l7mUOEhfI6rF0kkbbu6CpNUbdNoEr4xUVoXYnk40XY/O5FxbfmNcn6i/Udd3Uma
aVO5ROSKjSWSEnNLjjGncXNJvwPakvIiCCg06aI9lO8lavUqcXSS8IhX3ITby2Pcyir4CSUI
lpMhqG7Cp2ktXcUspXcbVmdmirUj18Kk432GslCL9a0JTp0j6dB5D+LFS8mrEv8AM/4FaIcL
2qiYstE10oNanuUShRX7kukEYq+uhDyp9yMmkirb9Pono09SEeHWpQ5Uig4GorqOcaWsPdbj
pfxLWK4x3H30JaotkJqaEkusEtqNiEqblK+JVFFfQ7mWlbnHLUlFajapCK1E1WSCZlLTr4EQ
W68ZpFRYuilv0EiFqKglq7lih3Iep7XB+d+YsUqrX6KE9ZJkggjpDKEkjerOLSa3L0cQJyOi
NyVqJE6kTC7ETRjcdjtsULm0dPckydtCEusvFHtovo4q+5GpVsh1IPAtPLViyWK5uvLWpDmw
sU4SG3VafsZn6Z69v2UCijRTzJUJkOmSI1JanxuUsS9LaDLEJRB2KXO+vV9O3SI+ihOpEFOu
XFuHRpIx13IR3OVZdpFu10r0p6nfptuyJgoX6X+nt9FfrrfQrLWjQ+STjcySpt6Cdu8H7iI9
pRSNuj0kb127FoY2kSxQxuqY4PEpUp9MaakFOlejz2j7viZ/LP8ANH+sl61HBam5LUiO3SvX
t0mJZcnFy+xGUV60t0qV6UKouXOxTzKl/ocoz2mE/wDCJ33QlZzXwOyKngRNUd0XP3ii7vJX
7F+i6R1hEfcfSeuUdvxHC9s3qeB4iasR9Eajk7lRdGk63Ku24t90Q6sU3F0jJOGTX0KdKFit
tyNVckkpch9e58ynd/5TB7qpJjv/ANjRMl67FFV2k5OZehWonpsToSh9/qpcqTFelSNOsMjF
RNfp7dL9Z6Q3XY9zrsObaEq57beRLUNCSySiyFycZa0cHtcnuR3eh7HHoRmoe5SpK0QoUrUb
dsvsJ4srcqUv0nJwh8c1z0Rlkv5rsWLcpWR2K3VjsQ3YT20L2JVtRp0ZDqiTZfVWxBL8jx+i
nRIvH0R9MaCS1ObrlotCMn7qONDdlGVgtfuPN6WLxi9EKcnBuW6PSLwdlqxp10KEOndCxvjo
y9JJd+nKPA5TwxVaa0P4kfcXcg3Q4ilzLJ1b3J1G2j2+ZN3qLF7nYlvpsXOwyUJ/RSi6SVKd
I6xDZMaWYnCXbrCvvsNttvVluWRKfuv6lXcvJYpcfKtSYnsiFRrRl4gh12ZWpyThla/RJKfH
c4teZGo8XSbMXxt8sVYbilxZunYWWNGhp6EYumxVXJ2I0FEV7EM0gmyFPWvShDE41FuV6V6T
9Tmx/wAalH/Jj5wUv3LqSMlBGL8yltSMFL1JyXu3IK9aoXyYu9RUjPVQNTEkZOVuTi6FPopc
i7+ib9E8lMDeCn43ocW4kWMOpOWPiflhCWKiCePt3uRFGSqxqVRL1KflbH21+nsPpPSEyejW
nTuV6Rj5s4pkuq06WqTgqCVnqdiEhp0ffpXpSh+8oQ/LsRkq/wB7QdU5syH5aCc0J0XSRdaf
TUeOVmTilO9WcmQzv0h1HCja48LR9yi8+lVLRVUd19VekscKhKEncaI2+iMaJakeQkqJOWQX
IaEPGLix/u0lf4Srq7HPGsifqWrsJx0n7dJ2O2o+Lo9BNUyTs1cymmWOm8jbV3b66fTX6vA5
OiPbdVIaglW3JYstHoT1ncad1sSk/MhqBtX0OLpDklnYhq/SOi2FlotDs6shW6cdTi9NSVZn
u+xKu9yUiMl6Ep0KeAhpEu5tJxe5XpDMo1HFzRpk79JRF2TiraFVDTj6KfQndWghUepXo8Wl
xesiW3SCp49L03PYperIfoqHJXfqQr7FaM3JivVOfot0p0kyeugpvqOFbUhqEVSgaVO423KK
THYTb1mGOdOlEKlROfd4lU2R1qQ6lKxobSPjc5NRN+57Py5tJofdz0n6uWC8UUmdhTfXpVwJ
qGpXp0TThENziSi1BQqQQJxIp00KIsLv9e/Wekq5Lt+8bpW0ot4obzokqCcCm+xFkhP+VWF/
eK17lTvsUE2r3Z2PDpXUx4ujIRSljuQJfsJ6zFetJnYacyOaIjJF20rLpCIJ1VhTfpXo46z1
UE/T4ExSyE6UuOFY317G2K2P/FVoXq7CXKUrk7wJIxUy5LoU+JEwieUiyV9USrFCpQSf01J/
YV/Z0qV63+m/W0/T2LU6NJVIa47shPyqNYquiHk7ktVyc2EkqKJQ2PNuxKUt/uPdQfGr0clV
DMU7ZUKdZiVqe1+RfU7PrGvWhUp0n9v+HSn0/v6V+nv9L5O2gskojcxlakK34ic2SiR5NXfk
OpL1uPJp9kQTi2Q7CpbpCUlSGSn7tES1VVlFaPuT2JkoQcWpT1RNiFdFcfQoR9V+tCvSRUI+
rYb3KfsKlOkXeg59BzfscnZFaeAtWkQQR1pTrB2KlR5K6IZKIIRBsT05YPxTFi8Yb7nNOq0E
/wBmzbpM9IXWvSPpjpbrTpCjluyjrqKV9iFbp+P0d+niX69usQJ4uFqiSfphdIdHurnFuWtf
pje301HQuXL+fSpQ7dIdxtXOWc1v03Klvr7k6jpC3IR3K2KHf6LiyxZOpWn0LrVkElPrjT6K
kF+s9P/Z</binary>
 <binary id="i_051.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RMXRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTEAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfSgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAR3QAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOqBGqkWTH8E0AchTbxoPkkpZrIE
QNVIMAnTlN31BTbiXSRoElMnEBBugsLTppqO6I506BKtntqfMuJ5iODqkptY7nMa1jyNwEBg
507lHHKFTEukagwipKR2SLWGdDpHjKq2jZcW+MEfBXLGh4MRvA08fH+CHcz1Nrxo7z0+SSkD
HiY8dVYa4IOxzZLhBCkxxBEpKSu4OiYN14+cKDrO3ZSa4QT5fwSU/wD/0Ot2nwH5U5Ia3U68
p3l0cc/6ymFW4wT2SUjDi4nuERtHqNcZMiNu1FOJVt3QfbrBPgjUNaKxHckn70lNKBvdoYBg
ItDHurGwDRx795Rb6pskOjdyD3UKHFmSaiB7mbvmCkpIyxjbHgyNe6MCDwVXtaC9xPPM909J
97h25SUle4bi13EAyo+rJgNkeMhRvJ3jwIKgCkpI47pB7+SDOkFpng9/mjjkeKTGBxJPISU1
joWg9+6K2dfgdfkiOxmO1JPy0TekGuADj7pHKSn/0e5+yVR7pd8VF1LWfRB151KtFQISUw2y
I8U9bdjQ2ZjvCfWUKu8B53ugcCUlKyH7Xs0mSGx5uO1AeNuQy4QS32uB00J7aI15qdfRL26F
z+Rw1u1v/TsVbMex7qwx4LQ5znwQdGMOh/tvrSU3CxrhJA3Huo1sLHAnuI0RfJM8GWkaajnw
7pKYXtmCgsY5x+fKs2CWqNYEJKU1kansnbo8iTDtQFKFF41B8ElMw7UhQc1xta72lo8RqD8V
KYIcnnhJT//S9BcolSLWjt80NzokASR24+/91JSjABJ4AknyWa7LqeSarK/TGjrS4RPhX/pP
/PavPG9pDgdp/NA5/wDMVQtwsQl1goZ6nbSPd+b7fo/SSUgqzaD1F5FjTXXVtkvb7rLHeo8n
cfdtZTUifag7KG4AtDGsZ7mmTY4uft/e9lKp41dFrMp11dd9ORa4OrtDYIrP2djveNvu9D6S
n0fFwgbH0V1sDr3Q1kkBjP0TY3H2bnMs+ikp326iR8k8AjVBx3TU08e0BPffVj1OuucGVsEu
J/I395ySkqE4WbztdtGhiFzuR9esOqyG4lllZ5dva0/5jh7lpdM67gdXY5+DZL2aWUv9tjfM
s/cd++kp1AYAk6pn6tIH4IYGRzI+amN0aiCkpi+2GNKdr5lw7Ak6qDXOa47tWzoE7HgBwjTX
VJT/AP/T71l7ba2WscDVYJYR3n/pf2UgDALwBEnaOB/5JyA6MOwv2D0Xzuc2JaSZc7+q/wCn
Y1qsOIcwkGWkSD2jySUxFrTzoeyo59/o1WZABe2lrrSAQPojn3fylYcfzQYc/QHy/Od/ZVDr
OmB6TfpZd1OO0fyX2NH/AJ5D0lMOnYz8bHoxDIfXWxlhMcj6bv7Tt9ifELvRocyN1wLgP64e
9v8A1aNkXNaMm8akNeWafyT6cH/X+cTikVupoaSG0AAkDs1jWa7klNvH/mgO40WB1g9Vzc+z
DuxzR02n31XSCLDo1r53N/ef7P8ABroaXSGgNhr27hrx5IHVMIZmG+to3WDVgmJPdn8prv3E
lPl9/wBmIBvAc9wJIYNu3t4uWj9SvsdX1iYSHmyyp7aCCIBjfZ6v73sb7FYyOm9W6ZYfWDRZ
mO/QA7bIAPuNrv32+p9H8/8A4tFfbg9JxzY9hc06PeI9W9/Lmudp+h/kfzaSnuqrarATU9rw
0w4tcCARyHQpMeywE1ubYB3Y4O1/srzet2d1t3r5b/s2AySzHZ7RtPtEM/Oc76O+xT/ZNYc+
zpuYKn1gb2AkObP5rnVbXe/+UxJT6MR4tOvkh8O1Bg8aLG+qRYMJ7rbX3Zm6Mg2WeoQB/N+k
3c7ZTt/8EW4XGRBj4JKf/9TvrGNsaWPG5rhBHkVgHPswbn4oLdjCQWPnafzt1bvzHf8AQW69
8CdAB3J0XMdaludYYguh3lMJKdXH6tgWfTtbXaTBreQDtH7n729B6llY1z6LWObcMV7rNrHj
6ZaaPzdzd9fqOcsAmfpQdAhgM3FzSWPboHNO0x8v3v5SSnZt6i97CTUKw6wPI3Aw1pHsO72t
Zsbtd7kerqePkZDmip7Lmuj81wggbXbg7dtWG3Iya4Dj6sHlwAdA77m/o3/+BqFlV+TZSyhw
x31vDrLmu2u2H/R7g1zv+K3JKe2r9tdHaAAR8R3Rt06DXxPYIAa801Na7c5rR73cEgfSdt/e
Rg4ncDy3+PCSnB+sDHm6qwv97yWVVEAgVgD1bP5LrXLierZf2zLZjt0pqefcfzgD7v8AqV6R
1Tp7c3HdtA+0MafRd8fpV/21531B+K4tGzbcwkPdxMe3bp+6kpazqoOP6VLTVoS1up2j9xrv
3tNqHZ6NWIzHAe+zIc17mVkA8aMfod3/ABarWQSAz3EwBA57Qr7eidaxWDP9BwawEaQbGgD+
cso+kxJTY6QMfpeVXnY9rq7NWOrncLPzbK9rB6ljPau7p6ljX4T82l7bK62k2NaQS1zRucx8
fR4XmH2m4NLR7QQBpoYGm1zv3U+LnZOKbRRY5nr1upuA4cxwLYcD8UlP/9Xu3gCPYXEcuPAW
D19jwKryCNSxx0Pm3VbBsa6dz5EcSZVbqbKLsKysv2vP806CQ14+jv0+gkp5WYG6eFARJ0/v
UyQ8ANBIOkgGAR9LsherU2dznCNPouI/6AckpIWODt7TDhoZ4P8AW/8AJLV6LgOzXmxzw1lL
hLeXO13a/wBZZJsgCAHE/mB0O1/kbV0f1crdU27eNhJGh0OnkkpN17rtHRaGF1fq3Wz6dIO0
AD/CPcA7azcuYZ9furNvHqY9NlfdgBZIPG2z3I/15L7+o4NNLS59jNjQfziXluiz6fqpl3MN
jsmtpB2vqrY+1wP7oLWMq/8ABUlPedN6hj9QxKs2gxVb+9y0jSxjv6jl5d1Ij9oZTmn/AAth
HwLnLYq6xd03pmb0Vjv0jbZpubpAn9P/ANJvsWBfY5z3PcS57gS5x7z+ckpu/Vqx1HUmXtY2
xzA76WkFwLdzHfmuau2xOo15LCKyBksA9WuffXu+i87vc5ln/TXIfVaq02Xl9ZNAqd6pOgkf
zbd7g7bY9ztqRZb9XPrFS9wsZRcBurtO6w1PPpvrs+lv9N3uqckp6PL6Z0y6w1PxgbXfSuY7
YWce+utoLf8ArS5S7por6sMMuJHqMbvjXa+PdH9pdCx7qvrHlYolwGx9YnQexvis3If63V2Z
dcPa2xjnvB+iGH6Z/ke31ElP/9bsn5FbXF1VEu/lPP8A1IVDKz8h7tWDaNAGiB+V6t3HGYWj
dYS46AbWj+1u9yq2NpDzqJOoM6/JJTlWsuuPtq9v5wsL2un+S+s+9v8AJUqunnbtc0EnXy+9
7rHLSbZihu14PqAxo6NCpV34YltrQfLedP8AqdySnHfTmMsLcdorYNNxgNOn7rfc5azMpjAH
PqaXt1dGk+ZgI1lNBJfWB6JO1uhJJ/dY36b3KvdbQ1z8d1d1J2y+5zfYA47IZcz1qvX/AOB3
b0lOF1Fmbn9eqzXQzErLG1WbwQ0DVrHRtcy6y5yLd17qTJxTaGvxzEurc+x75DnMex23az3+
z/SIudgVYTfs+37TVY2AyYIB02Wsr2t935ionKuZDGMdSKxBe4l7mCPo1ep9D+0kpoNsxm3U
l9JLyfSDZAAjd611+jvUc69+yv8A4OtGq+r4zbm31PFWMT+kn3GT9IUfyf5L0zSw1HY5z3Wu
j3kbif39wWtiZDJOHU+LsVoF7HDVwLZbbTH+D3pKcvr3UD0x9HTMRjq8RtYe5oeWkku/nXOZ
7HXu9Nu921VRfTkdVHUM1xfVXWz0GuLWy4D/AA5P823c6z1PSb73/QV76wdIuzcjEyWODaBX
6eS8kDY1p3h7d3859JY/UjS6ycZsUM0YSI0E+52rklNjP6tXZfdbW4vyLhtde0kM2AbNlbTD
nf2lQpc4boOu1wn4tLVXBLnCNeZ7fFaeDRa7Fvua0Fra3jeTqPa7dASU/wD/1+wzcjBxQ02N
jd9GA4tP9ZUbepYO5/6E769IJ9p8H71Yy78cj0iHWNPtcewVIPxqoYbXB4GgdEwfAJKaJzH2
5O91NXp7tQyXNP8Axhrmyp38tXWPr3t9Cgl7jBcDuDTP735ymMOuyw2QXA6kwRof5PtVzGxy
xxLB6bYLRv58nNhJTy3WOu5vT/rBdTjuaRVSxjgddSC/cP3Ppe5qlZ9aK7aH03UmwOBkbpns
uZ6liZuDnWVZ7SLXOLi8AhrpP02/1lBj6mSHvMnyJ8YSU7F3VvXyqssguNQFVkRucPzXu/fs
RHnJLrHttll0Eu4BBH57f+iszAx8rNubTht9Sxp3bohjf5T32Q32/ufnre/ZeVjVD1WPdS0f
z23Qnkl37vuSU0K2Pdcyuva2wkbXDQNHd+1y1svG6dkfpCLLL8doAuxp9UN8e3qsasyuaMpz
3AvduArHII/M1/Nrct0Ndj0tc2prXuPvA7SOySnE6vkB4FVj7Kw0A1OfPvA0G5jtvp2IePjY
+T6bdSxo1PMmfzlZ+sdL7ME32OYHVuBa2BwdHBv/AFSxemdSysQOFNLchrjoCSD8toSU7P7I
wXHc5p3O78RH52ntVnHwBThW0tgGxpDjHMgiFk2/WDNaIbisreB/hN2hPfa/00SjMy3U23WZ
nqWhh20skVNIEtc47W1O/qJKf//Q6y/AZMtcRrqDr+KGyra6NrnFnc6NlXrN07iSNOJ0+KE4
6wJPkElOZ1TrI6flYlFjCW5MzY36Ighu33f1lDH6rlVi52X6LWB59K0WD03Nn2u9+1zf3Xs/
fTZlmJ1C41xXaMJwMzJDnCZb+b9H2qtm4FGYG+ptd6ZlgIBj+qf5SSmPUGU9VAbfnVvDAXNr
qdUGhp0cXOG+z/wVZr+h9DxW+pdmU1t0E22bif6rayVbPQsI1muyqt4Org/Xj5Ktj4OBVk7b
unNpdvAqtDGua4x7drq92z+pYkpJVkdOpqDcPEtzmn6Ng/QVT/14bnf5qJV1rq9h+z4nT3YT
2n3ZB2OZt7/T/nP7Ka63JwnOsyGNvpcTtsqhr2tPDbKrXe/b/wAG5V7OvtZIrqa6sD2biQ4H
941xt2f20lNu3E2lr6WF5LmuIBGjh+dt+jtc4/m/QWkaheA4ugCZHBJ8/wB3aufb9YWhgJcH
vIhzNh2jX95O76xXOsAYzcx7RLSCBI+n3SU6HUc3pWFjhmeG3epqyvbL3Eaezd9D+usKvBLq
PtNePZRWSfT9Qa7Z9v0fo/11o2YjLOvt6l9oZbj2VjY15AdSNjTXWd3texu97t7Xfzq6B5ob
QRS8t3aMfWQXTyNp1Y7+37ElPIPxZBOntiC73T/nJm1kAk2TI0AHtn4LVvwbb73XMDWU2ulz
YLSJ0f6df5vv+gkejODwwPDmEwXcEA+M+13tSU//2f/tG0ZQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0E
BAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4QklNBCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IAdI2POEJJ
TQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAA
AEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtw
cmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAE
MAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEA
AAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0A
AAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENs
YnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxz
Ym9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09i
amMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAA
QmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9y
RGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQA
AAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAA
AAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAA
AAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3Jv
cFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAA
AAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D
8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9m
ZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUA
AAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gA
AAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D
6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAA
AAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEA
AAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC
0AAAAfQAAAAFAGkAXwAwADMAMAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB
9AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51
bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAA
AAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH0AAAABnNs
aWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAA
AAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1h
dXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3Vu
ZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAA
AAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAA
AG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAA
AAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFs
aWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVt
AAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFF
U2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRP
dXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxv
bmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAA
AAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAR+QAAAAEAAABvAAAAoAAAAVAAANIAAAAR3QAYAAH/2P/tAAxB
ZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMT
FRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4O
DhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AA
EQgAoABvAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkK
CwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQh
EjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX
0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cR
AAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MV
Y3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2
hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A6oEaqRZMfwTQByFNvGg+SSlmsgRA
1UgwCdOU3fUFNuJdJGgSUycQEG6CwtOmmo7ojnToEq2e2p8y4nmI4OqSm1jucxrWPI3AQGDn
TuUccoVMS6RqDCKkpHZItYZ0OkeMqraNlxb4wR8FcsaHgxG8DTx8f4IdzPU2vGjvPT5JKQMe
Jjx1Vhrgg7HNkuEEKTHEESkpK7g6Jg3Xj5woOs7dlJrhBPl/BJT/AP/Q63afAflTkhrdTryn
eXRxz/rKYVbjBPZJSMOLie4RG0eo1xkyI27UU4lW3dB9usE+CNQ1orEdySfvSU0oG92hgGAi
0Me6sbANHHv3lFvqmyQ6N3IPdQocWZJqIHuZu+YKSkjLGNseDI17owIPBVe1oL3E88z3T0n3
uHblJSV7huLXcQDKj6smA2R4yFG8nePAgqAKSkjjukHv5IM6QWmeD3+aOOR4pMYHEk8hJTWO
haD37orZ1+B1+SI7GY7Uk/LRN6Qa4AOPukcpKf/R7n7JVHul3xUXUtZ9EHXnUq0VAhJTDbIj
xT1t2NDZmO8J9ZQq7wHne6BwJSUrIftezSZIbHm47UB425DLhBLfa4HTQntojXmp19EvboXP
5HDW7W/9OxVsx7HurDHgtDnOfBB0Yw6H+2+tJTcLGuEkDce6jWwscCe4jRF8kzwZaRpqOfDu
kphe2YKCxjnH58qzYJao1gQkpTWRqeydujyJMO1AUoUXjUHwSUzDtSFBzXG1rvaWjxGoPxUp
ghyeeElP/9L0FyiVItaO3zQ3OiQBJHbj7/3UlKMAEngCSfJZrsup5Jqsr9MaOtLhE+Ff+k/8
9q88b2kOB2n80Dn/AMxVC3CxCXWChnqdtI935vt+j9JJSCrNoPUXkWNNddW2S9vussd6jydx
921lNSJ9qDsobgC0MaxnuaZNji5+3972UqnjV0WsynXV1305Frg6u0Ngis/Z2O942+70PpKf
R8XCBsfRXWwOvdDWSQGM/RNjcfZucyz6KSnfbqJHyTwCNUHHdNTTx7QE999WPU665wZWwS4n
8jf3nJKSoThZvO120aGIXO5H16w6rIbiWWVnl29rT/mOHuWl0zruB1djn4NkvZpZS/22N8yz
9x376SnUBgCTqmfq0gfghgZHMj5qY3RqIKSmL7YY0p2vmXDsCTqoNc5rju1bOgTseAHCNNdU
lP8A/9PvWXttrZaxwNVglhHef+l/ZSAMAvAESdo4H/knIDow7C/YPRfO5zYlpJlzv6r/AKdj
Wqw4hzCQZaRIPaPJJTEWtPOh7Kjn3+jVZkAF7aWutIBA+iOfd/KVhx/NBhz9AfL8539lUOs6
YHpN+ll3U47R/JfY0f8AnkPSUw6djPxsejEMh9dbGWExyPpu/tO32J8Qu9GhzI3XAuA/rh72
/wDVo2Rc1oybxqQ15Zp/JPpwf9f5xOKRW6mhpIbQACQOzWNZruSU28f+aA7jRYHWD1XNz7MO
7HNHTaffVdIIsOjWvnc395/s/wAGuhpdIaA2GvbuGvHkgdUwhmYb62jdYNWCYk92fymu/cSU
+X3/AGYgG8Bz3Akhg27e3i5aP1K+x1fWJhIebLKntoIIgGN9nq/vexvsVjI6b1bplh9YNFmY
79ADtsgA+42u/fb6n0fz/wDi0V9uD0nHNj2FzTo94j1b38ua52n6H+R/NpKe6qtqsBNT2vDT
Di1wIBHIdCkx7LATW5tgHdjg7X+yvN63Z3W3evlv+zYDJLMdntG0+0Qz85zvo77FP9k1hz7O
m5gqfWBvYCQ5s/mudVtd7/5TElPoxHi06+SHw7UGDxosb6pFgwnuttfdmboyDZZ6hAH836Td
ztlO3/wRbhcZEGPgkp//1O+sY2xpY8bmuEEeRWAc+zBufigt2MJBY+dp/O3Vu/Md/wBBbr3w
J0AHcnRcx1qW51hiC6HeUwkp1cfq2BZ9O1tdpMGt5AO0fufvb0HqWVjXPotY5twxXus2sePp
lpo/N3N31+o5ywCZ+lB0CGAzcXNJY9ugc07THy/e/lJKdm3qL3sJNQrDrA8jcDDWkew7va1m
xu13uR6up4+RkOaKnsua6PzXCCBtduDt21YbcjJrgOPqweXAB0Dvub+jf/4GoWVX5NlLKHDH
fW8Osua7a7Yf9HuDXO/4rckp7av210doABHxHdG3ToNfE9ggBrzTU1rtzmtHvdwSB9J2395G
DidwPLf48JKcH6wMebqrC/3vJZVUQCBWAPVs/kutcuJ6tl/bMtmO3Smp59x/OAPu/wCpXpHV
Ontzcd20D7Qxp9F3x+lX/bXnfUH4ri0bNtzCQ93Ex7dun7qSlrOqg4/pUtNWhLW6naP3Gu/e
02odno1YjMcB77MhzXuZWQDxox+h3f8AFqtZBIDPcTAEDntCvt6J1rFYM/0HBrARpBsaAP5y
yj6TElNjpAx+l5Vedj2urs1Y6udws/Nsr2sHqWM9q7unqWNfhPzaXtsrraTY1pBLXNG5zHx9
HheYfabg0tHtBAGmhgabXO/dT4udk4ptFFjmevW6m4DhzHAthwPxSU//1e7eAI9hcRy48BYP
X2PAqvII1LHHQ+bdVsGxrp3PkRxJlVupsouwrKy/a8/zToJDXj6O/T6CSnlZgbp4UBEnT+9T
JDwA0Eg6SAYBH0uyF6tTZ3OcI0+i4j/oBySkhY4O3tMOGhng/wBb/wAktXouA7NebHPDWUuE
t5c7Xdr/AFlkmyAIAcT+YHQ7X+RtXR/Vyt1Tbt42EkaHQ6eSSk3Xuu0dFoYXV+rdbPp0g7QA
P8I9wDtrNy5hn1+6s28epj02V92AFkg8bbPcj/Xkvv6jg00tLn2M2NB/OJeW6LPp+qmXcw2O
ya2kHa+qtj7XA/ugtYyr/wAFSU9503qGP1DEqzaDFVv73LSNLGO/qOXl3UiP2hlOaf8AC2Ef
AuctirrF3TemZvRWO/SNtmm5ukCf0/8A0m+xYF9jnPc9xLnuBLnHvP5ySm79WrHUdSZe1jbH
MDvpaQXAt3Md+a5q7bE6jXksIrIGSwD1a599e76Lzu9zmWf9Nch9VqrTZeX1k0Cp3qk6CR/N
t3uDttj3O2pFlv1c+sVL3CxlFwG6u07rDU8+m+uz6W/03e6pySno8vpnTLrDU/GBtd9K5jth
Zx7662gt/wCtLlLumivqwwy4keoxu+Ndr490f2l0LHuq+seViiXAbH1idB7G+Kzch/rdXZl1
w9rbGOe8H6IYfpn+R7fUSU//1uyfkVtcXVUS7+U8/wDUhUMrPyHu1YNo0AaIH5Xq3ccZhaN1
hLjoBtaP7W73KrY2kPOok6gzr8klOVay64+2r2/nCwva6f5L6z72/wAlSq6edu1zQSdfL73u
sctJtmKG7Xg+oDGjo0KlXfhiW2tB8t50/wCp3JKcd9OYywtx2itg03GA06fut9zlrMymMAc+
ppe3V0aT5mAjWU0El9YHok7W6Ekn91jfpvcq91tDXPx3V3UnbL7nN9gDjshlzPWq9f8A4Hdv
SU4XUWZuf16rNdDMSssbVZvBDQNWsdG1zLrLnIt3XupMnFNoa/HMS6tz7HvkOcx7HbdrPf7P
9Ii52BVhN+z7ftNVjYDJggHTZayva33fmKicq5kMYx1IrEF7iXuYI+jV6n0P7SSmg2zGbdSX
0kvJ9INkACN3rXX6O9Rzr37K/wDg60ar6vjNubfU8VYxP6SfcZP0hR/J/kvTNLDUdjnPda6P
eRuJ/f3Ba2JkMk4dT4uxWgXscNXAtlttMf4Pekpy+vdQPTH0dMxGOrxG1h7mh5aSS7+dc5ns
de70273bVVF9OR1UdQzXF9VdbPQa4tbLgP8ADk/zbdzrPU9Jvvf9BXvrB0i7NyMTJY4NoFfp
5LyQNjWneHt3fzn0lj9SNLrJxmxQzRhIjQT7nauSU2M/q1dl91tbi/IuG117SQzYBs2VtMOd
/aVClzhug67XCfi0tVcEucI15nt8Vp4NFrsW+5rQWtreN5Oo9rt0BJT/AP/X7DNyMHFDTY2N
30YDi0/1lRt6lg7n/oTvr0gn2nwfvVjLvxyPSIdY0+1x7BUg/GqhhtcHgaB0TB8AkponMfbk
73U1enu1DJc0/wDGGubKnfy1dY+ve30KCXuMFwO4NM/vfnKYw67LDZBcDqTBGh/k+1XMbHLH
EsHptgtG/nyc2ElPLdY67m9P+sF1OO5pFVLGOB11IL9w/c+l7mqVn1ortofTdSbA4GRumey5
nqWJm4OdZVntItc4uLwCGuk/Tb/WUGPqZIe8yfInxhJTsXdW9fKqyyC41AVWRG5w/Ne79+xE
eckuse22WXQS7gEEfnt/6KzMDHys25tOG31LGnduiGN/lPfZDfb+5+et79l5WNUPVY91LR/P
bdCeSXfu+5JTQrY91zK69rbCRtcNA0d37XLWy8bp2R+kIssvx2gC7Gn1Q3x7eqxqzK5oynPc
C924Cscgj8zX82ty3Q12PS1zamte4+8DtI7JKcTq+QHgVWPsrDQDU58+8DQbmO2+nYh4+Nj5
Ppt1LGjU8yZ/OVn6x0vswTfY5gdW4FrYHB0cG/8AVLF6Z1LKxA4U0tyGuOgJIPy2hJTs/sjB
cdzmnc7vxEfnae1WcfAFOFbS2AbGkOMcyCIWTb9YM1ohuKyt4H+E3aE99r/TRKMzLdTbdZme
paGHbSyRU0gS1zjtbU7+okp//9DrL8Bky1xGuoOv4obKtro2ucWdzo2Ves3TuJI04nT4oTjr
Ak+QSU5nVOsjp+ViUWMJbkzNjfoiCG7fd/WUMfquVWLnZfotYHn0rRYPTc2fa737XN/dez99
NmWYnULjXFdownAzMkOcJlv5v0faq2bgUZgb6m13pmWAgGP6p/lJKY9QZT1UBt+dW8MBc2up
1QaGnRxc4b7P/BVmv6H0PFb6l2ZTW3QTbZuJ/qtrJVs9CwjWa7Kq3g6uD9ePkq2Pg4FWTtu6
c2l28Cq0Ma5rjHt2ur3bP6liSklWR06moNw8S3Oafo2D9BVP/Xhud/molXWur2H7PidPdhPa
fdkHY5m3v9P+c/sprrcnCc6zIY2+lxO2yqGva08Nsqtd79v/AAblXs6+1kiuprqwPZuJDgf3
jXG3Z/bSU27cTaWvpYXkua4gEaOH5236O1zj+b9BaRqF4Di6AJkcEnz/AHdq59v1haGAlwe8
iHM2HaNf3k7vrFc6wBjNzHtEtIIEj6fdJTodRzelYWOGZ4bd6mrK9svcRp7N30P66wq8Euo+
0149lFZJ9P1Brtn2/R+j/XWjZiMs6+3qX2hluPZWNjXkB1I2NNdZ3e17G73u3td/OroHmhtB
FLy3dox9ZBdPI2nVjv7fsSU8g/FkE6e2ILvdP+cmbWQCTZMjQAe2fgtW/BtvvdcwNZTa6XNg
tInR/p1/m+/6CR6M4PDA8OYTBdwQD4z7Xe1JT//ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBB
AGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABv
AHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hEHdo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0i
VzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6
bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwg
MjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRw
Oi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlw
dGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFw
LzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5
cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4x
LyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAv
IiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6YTc4M2Q3YzgtZWRj
NC0xMWU4LWE1N2MtYjgxOWEyNmQ0MTYzIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmM0
NmE3OTJiLWNhNWItZjY0OS1hZmRjLTNlMzc4OGJjNTVlYiIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1
bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjM0NkNENEFFQjNFMjExRTU5QTY3OTZEQzRDQzQzMzdCIiB4bXA6
Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNy
ZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6Mjc6NTArMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIy
MDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjUxKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTIx
VDIyOjM1OjUxKzAzOjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xv
ck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlp
ZDowM2M1YzA0Yi0xODkwLWUyNGYtODdiMi0yMzkxOTgxZDk4OTAiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50
SUQ9InhtcC5kaWQ6MzQ2Q0Q0QUVCM0UyMTFFNTlBNjc5NkRDNENDNDMzN0IiIHN0UmVmOm9y
aWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDozNDZDRDRBRUIzRTIxMUU1OUE2Nzk2REM0Q0M0
MzM3QiIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9u
PSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoyNTA1Y2ZiNi1hMmQ0LWE4NDIt
YTdkMy0wZTBhMzFiMmFhMzMiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6NTUrMDM6
MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5k
b3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQi
IHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MDNjNWMwNGItMTg5MC1lMjRmLTg3YjItMjM5
MTk4MWQ5ODkwIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjUxKzAzOjAwIiBzdEV2
dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0
RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNvbnZlcnRlZCIgc3RF
dnQ6cGFyYW1ldGVycz0iZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxp
IHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iZGVyaXZlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iY29udmVydGVkIGZy
b20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNh
dmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmM0NmE3OTJiLWNhNWItZjY0OS1hZmRj
LTNlMzc4OGJjNTVlYiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1MSswMzowMCIg
c3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3Mp
IiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3Jk
ZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+
/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExET
HiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMT
FhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDP/CABEIAtAB9AMBIgACEQEDEQH/xACiAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAABAgADBAUG
BwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgMAAgICAwEAAgMAAwEAAQIAEQMhBBASMRNBIgUgMhRC
IxUwoDMkEQACAQMCBAQEBAQEBwEBAAAAAREhMQJBURBhEiIgcYEDMJGhMkCxwULwUrLS0WJy
glDh8ZLC4hMz8hIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA7ZKkMIGUgBBFaEcE
WOBC0CGgCVICRYQRSpRpotNhqceAkkgZIRHUrelw130FbK5CIFlYhkHggwhAGBFZQSEVoRpI
YoCMIQGMLGUkaClgSQkBAYCSQBABJICSFbDQS9IPK7QMAEyEV1KYyF1dgMjIwxUkIg7Iw4gH
ikMkBCpCCAiDyQwlgCNAMCGAkkhAQEhgoVCVJA0ArKQCCi5RrqrRa7bQNIQGEIJJIZxco8DG
ZL6QmEUMQNINBBirEIgywBgAwjBkhkkhCAFkI0gDBCEQaAABAzIQwAIkKnjhW2sNiOC6m4Mk
JASSQMkIjgrtptFqthnLgBDAWysJkGZGCAAlYEqQtW40kMkkIIRWhISAwQIijAAMgGCQeQAI
YEimqq1AsGK7qbgmAJEDBCAwBCkIYKOAEMIGAqOgYIErBgoCRBipGKksghmKwhBAYQgwAigg
g4hBJYLXrrES6gZpCKyGmsgNtVpVbXYPJCAwkkICoQlgCIGVwsCkVoCJZWGKxEYCmEWGBIIW
UjwwzhlASCEQgiBUgDgkIhY1Vo62Ez1aqARwKGQ1NVcBLAZ3Qj2Z2L5UxZASK6FboSQAMkGk
IAykDgoZ1FjsJGBUWUsKsQwjSQpiwhWAikkJENlhnmiGa5wU66bwEQmfShnZYGMgdOLSWggp
DQqeEkELmRyKylLKQyQkhIyEYGEkBBGEZ4VraTMusGc3wz2Oo8EKIYKlqDQMBlcJDkYEWu2o
N1F4DIQEFYkItqGTTmuNUkKYyhBUKspa6OFTDOSAwQhhIysEEBkIjqR5CSSEDAEMFrsrHghS
rOVi4mc3wotZQWVuMQQVW1htovIQSCQpkgyOhmLKbisKxdCpbqwSQsdHICCpXUiMoxUhZSNI
SMGK2SFpQjRYOJAqQLUxBGg8MICCAgCOotiOEiEkIGAGggVZSlHzGsOomfTBbabxpISq4FZc
C2VWBkhWltYoZSEsBmgGDCtIKHQeKxFZRijkkJQuhBZbAwwWMAAgitBGBJISSAMrhYysBHBR
nvoNqOoiPhNOnNqGkhBCQGFbo4ZIKliCq8C0hDIQwBEgUdRXrcYGCujBBhAYSGBBgJIAEEkh
JIAiBUgqgheykIMMxFoysonO6OE06cuoaCEIJAQVxmCRCI6AkgxVwQgMBJJCAgQkDEEWEDSQ
IKDwQsVgCSAkgCIAyEEgUdCqMorwDxKRNXO6YldsEz3VD7M+gMMIRAyAEgGkIFaFcdQsjEIJ
JCCQggIFZByGFDKEgkigshgYQCQEkhIISSEkhEdCsNQW1U3kj4jP2OR1AhVKNXM3Gi7JqCQS
SAaCEDQEkJJCKwKI0BYGGkhJISQER0C9bkWIWGthopLIINBAQQMkJJAQgkkBU/LL1wWHUXnI
dDn2c86+nn4zsjgaTXp5t5t15Ly8iDCQhEDICSQkkIJBWRySQIgCVJICFGArKQVXIQqRnrce
SALgAYADAkECAAoQILkKaNamVtFJXyOtgOnbm0mTndnmj7hYMSC8iDQQMgJJAgVlwzOWxGBA
BogLJWC40OWxWICBAay802krsQdkYeCDiQgMFkUKwlbMBHYC12AQEApvpMTZOgWKyi4NuA7Q
z6S2m6kvdXJJCSAOecYbFTSSuIbuj51T3jeU9CamLCS0CRyVs0BJBEtQgMIpAWVgwQvkUYIQ
CxArCRpCSQgkKleoQQHC7PI7BYyQGTTUW2qhprZDSyuSQBVeSLzL1MlFyGevZDANVRT2+N6Y
7zo4ZCSSEgIIQRXgsaCB0JAxJIOMe0DQCK7kkgFasZqoWxISoqU5d/JDvVyQOVqmgai+gsa1
S167SAg4HG9LxhtlhOBehEFKlqVwPo/M6z2r57SyIwSsDASEQMCjysjKQKyqWSuHO6Zymiwu
QEBAIiOoAWArUj12KNxO3wjuUaKAWi05m3D0SurTlNcS0NiuCGC03g52DbzjFlvqBdotOfm3
qYup0KjZRNIl/M456DFybDZo5aHp9fjWPaTx1x663JsICCCKNEg1eiszbMCnSiMSSFYYCxgV
slpVYHM3F6WE7eayEurc53R5/QK8+io0uqFpOc1QwEkK+H3+UcXndqGJdGUPay2ENcNfKyYi
wnplPRshVh6hOFV6Gg5PqfP9Q70VgiQAYBghaCCrNspMm/lMdaVOJBA0WoWB4RLFOJbz+yWJ
fmLktzB0oRIFNKkGmuystKsCGCwwVbKzzmbaSCMHi9PjFDDcatKOGiYy8c/YdfNRzTqTjKe2
3eG9ea5CCEBkg8gICDJn3c0mjIp1Dy9RffTaLbUwVlJx+xgh08/PJ0+aQdSYYbUBGNdpprsU
rvouDIAiAnO6GM5lXX45ZXdhJx76C7r8yw3ShQZrKSzdVeZaNFIRdqOf0had27jdYeQDSQcE
EBAOX1Occ90Q011sX6uSh3jwrDtZ+LadHMrldwhKbVLMdkEuxajo6cu0vUgrvotIrEViCuWA
5OQgXjdPEYS6mii1SI6j1xzfVXnFYdISzNaaaqLC7q8Og9ufL+iLpIPICAqHn68xzksqDK4O
BAggAJMz3AXTkU3jJYX1qS3ldPjl3oeH3zcrKV20wvaqwIkICDDg7vOOO0BnxdfnlDGCowFU
wap1H34WLhUpsoQEAg3R5pPVzzMPdAgAKBy6Kzk1XUgIgRAGACukLVgItgBW5IrMIh2DdXnd
A0V2AUtBTELQQMIA12A87j73mR6VQdqlLa4AWDqnP2dfSeSX1XJOObkK4wIrKSKR5Ie/UsVC
5QIazBk6HMGQqGAhUgCPCQwNbgrupJea2C9dho6mLohIhIMxqHHB2py+iWCQMMMnkPYeOKJI
RDWSwWna62PUWSEEakw4ezDztPrcx5qvoYSmWKSGH0IhAoQCu4GXl9nkFSyDCQAgIIxCIGGA
DASWKX9KrpiuYSqzzwOXUpEiFmnHYet6Hi/VmuCFPjfW+SKAGER1JbTqN19N5t18baaQSRbM
oBXcHj9jnHIRmEjQ+gSoFq1gYqQczq5DkK0AYgJFGkUcqRoIOsgISa+zyOsWQEz+V9V5IyrY
CVOowBG9L5rtHoqLuUHzttBTJAI1ZZu5/RNi7OWDn1g9fo8v6oTn6uIdTTztJrxbMRw5ZWSL
D3QaC2KwAGAYhwk6nMAJWWIHEIITISLYA11mkU6DX1uX0xyFE8d6jyxmZdxlHa6R5G31Wc4E
6fJPWcFKTOCCIABHQs2Y9R6B0yGTj+k4Qnp/L9M9B5z0vmy/pcPrl+TTgMVd+YaCHspZQOyW
iroJnz66THzexmMc0IVLFK1t0GJNyCO7mc6biuy2wm3ITWtVpn8l6fyhZ6LgehKNF+kyS6s5
XH1gxut5nGzGVwgV5cDsXXDTBadHzfY84ZtWbrnd8/3uEUdri9Av51FJrv5tp0IkPYCus0TH
UbqsYLqqgXV1qGLkNaZ7QWS0rZwLTpyiytjT0uXtNi0Q2LlqOVzLai/qYt4dfNxHQqagllNR
ZrTGdHFdYcdOnWUdptYvG3ecOkOZvNfD6vMNPdzQvwOC3GcgkBDZW5piw9arqRLAV1X1lCXg
oq2Ax33wqFxK5YwhYFebWDO9sFaEisSqq7mGrHquKb8ZM83Ziqq/Sc19GUpGhS8roNGpHCBD
n+f9J5wV0c2CAsu56HRxVEV0IZCS1bCyXQ9QugGUbFM1eukqlgEDgg0WmMaQUOzCzSTKu3IV
hiI1jmdr6TBg7NZicwrz7FKyyl2fLYZX0AKupR0uf1RmmI2BXM/m/V+VK707AuPoc0phrHQE
isByHLNObWaZVD1YrUFBUvEUErA4kBbmU0rTYGzMprfITp56biWDOSnchzNWTSabeV0gcjp8
4z1X2mNNNQr2UAszWGnMyGlraS+7zvcNCwF/E7SHD6TcwmW2GYXVCFQRhaAiwt1tqM82w6o2
AxTUhQNRMC7FM410mNLcg9p1mAbSUXGBou5hfv8AL9M7FfL1GpIpz91WYfkdXjnQ0YrxK6gd
DPQAtII8Bv0c/pHEz+kzmDo8/Sac1uEoqELpaTIui0y09FTnHpw576AX9Ci4MSHoVChrx5Dp
1UUHTr5txZiuUw6LqB7su8tNCFhp0F/nfS+WMGjNeaNPPc328qG+vDDXXReLv5bmqvbSUy4m
caKiVveadlYHbK5fTytAoGYvqRDaKyaL6bxXWDIYIbYSxbBIYdiISjD0qjnWwEdiUJrU597g
K2WFVxYa8AweX380NlJLjSC2yi0isAaKoTTmtL78141TgVHzDbM2ktTWpn3ByV2wz8bs4zkB
6i7fy95vsS0RgxWY4GrynQbhaDpzDD1CmkdMgLgsLIkIQxULIC0MSsXFc0w8HT6DjFTIRwzg
YOCqyCmALHrGZ9FIWDFGfZiLdNKGvRh6Jdm0ZgqjlS64ecp34iu2sm+3lg6p5ZN1WUBsXeU7
rlHlMO7S6gRgQhzJNalN11pRZbBQ0A1bjwEp4XoqzxVHo+YYYyiq9pS1tpl3Xajbdz7TXZRa
VYusTiU6s5SNec3bK7SZ7qAMrDVuTic7t4DI7MFxaLVoUzrpUrNrCaqmLZXD09esGFdtZna2
CEwslZLaLeGdSzmXgv8AOdM7QyoNj0k5NPerOK3VY5L9IGB97ma+UG0cjMeibzLHVxZrTYt7
mem1DXfk1i0agVJpQltUHyacBzmFpQbqwxgKlwKhYxS9jiSyHrFdRFsUXPqUzWWERiBPJev8
+YO5wuqaVMLl4uY9OfMOegPnnO/PLseor8zQeiyczola9BjC26HGr77nL6FhCUcTPrJRfCWF
WDTAHn2+cNVDdIwdXVecuvs0GFLqhgAIyEkJDBD1yyGe4gEEIJCQQmLTiM2lrCuq+swU71MF
upiivYDIb1KmvtKpdgNLcfoGsRgNTlOiM9BtPMtNl3Oh0DzdBY/HvOk3N6h5nLqznY30bgXt
BcHQpBxulzxIsFO2kVLYLHh6eMBZAKQCRYSHniX8PsjBkHAgyMBS0FhhRxu5Di77ch0TRoKO
f2KTjaZmL66YOgQv18sHRTGxofGwwiGjs8jSdPk3wu388nSbLcNnWFVZ0mM60C4JVn1sY5th
/9oACAECAAEFAP8A9aD/2gAIAQMAAQUA/wD1oP/aAAgBAQABBQC4Dzz7ULrn8Ectcs0QSQpn
AnqZREokA3PUShKqGvFEzmyDKEaoZ1zUBgvwZV/5YQnhTYYRqpahoGEcKCDRlQAypXIrwBKl
QgyhPWBYFlfrcoQXZnEoz4hFn1M5E5nMMuc2AbrixB4AlgTm7MNxgYVJGR/Y6ARG9oL8m58e
DDD8ZH9SARoOE4Fifk8y4DcEo/7/AA1+sHi6l/rdm/BuAQmVcoT4g9vFz8VyeZYPjiCH44A4
M/MJPhuIoMTOAATgQTmfifiH49TWU/LjkHgnlbEJuEwGCCXLPgGc+BDVCvBlSv1/Joz8HiCf
n5hoQC56ypXAFz149eKlc1Xi5c/MFgn54E0dQ3pwIWAgJYjjxyT5Ih5i8MIwuMpV6s8eLgqw
YPB4gMAnHiqh4ghlQXOfUfJgnzDcB8fJ/JM5IuAivmAz2hPF3KInIJENy6nzHBvmJmLPxRpU
0LKK8gcVB5Jp/hx8ETZDBBVUIRK5W4IIPkSpXgw1L8GXL/T5hEHxQ8D4AavFmr8BbnxCfHMH
gQwwmgphFggVndtBAPB8DwPFRkBLrE5E0XioAb5hFxQfF1Ab8LcHi4T4E5i+PwJZ8fioIeP8
1PUQ3GMEEBhE4hh5j3WKEhlqFZnwXPAuCDwf88wRxwhqcRxYK1LuXcBAIHJ8CGoGMB8EiX4+
IeYtCXP/ABFwT82Y1wE18yzDPmEjxfFmEweLqFrhl8/MYTE8MYSZmI4oAweLnzLl/wCBCOPg
gwwqDPr5K1PrgWN8cz4HmzD83c9ublwQT8C7MM/IN+BKNmoKs1fqZ8ShKnErxcJhMWNzMLth
x8xAI/wIIJQ80JU+IWIIaCFQSBUIhsAMDColVKhghnE5EEJ4JEriueYIBOL/APG+fmG7qBan
yPFziGXx4sX+SwEXRWhnFQDgzOwx/wCImcafBB4h8XLl+DKEoiCDz6gwCoSPDT4PzLlXPie0
uzOYDB4Evj8mqBhM9oPkmcT8DgEmAyjd8saigsTksGYDFOFsyhdcVwg/Y/EX5ZbAi/H+QB4J
qAgwyqgrzcLGBrlw1D81RIE4h+AZ+DYgokSvAlfqVg5Fci5+BVcQiH5NWfm/AFz5GIqERh+z
cD25AlwkxeSxoXBYJP6+0Q3Pz5ry/wAZ8j4hMJ4GsOvCtYnEoXYmosBuOKJlwjgcgkgg8/mA
3BP/ABABPrzBKAn4LCEkiXOTBUE+IlGZiiyhhorUxFECwDKMMX5AsBRAKj2R6mAkQOZ7Ay5x
4qfEf4Xgky5cIgUQcf4EIuMCpPM/ewXghHJg+RUoShAJX60BOZUs3xAY0Fzm6h4nAnsItmIS
DmOQPD5qwoXCJU9TaOfFxxwbsGXBc9iIrEwQeGBMvzXPNwQQ+BUINsJzBPwBUvkifBAl8A3O
DP8AxM+ZYtuJU5oQjkqYiEz0ECgz6ltUAGYLaAf40HqwNn5lGACzQZfiEcEc+sPBBhMUxYIY
YCJfA8GGAmC/H5hhuVUFiVy3BaEkwgwGgCDLoqZf63yQTOYzTmVyBFon1shRCogSeoAH/DMc
8yjK8OLDZcrmVhErnVucn9lh+Cebh+ABG+Eg8tPiDyYfi6AnMvwZcFwDirnoDPWes9YFqevJ
lSh6/EuckAMBQErnmIteB8CcRhwLC4z8eCYfg+CpgWpsoD9b/hRhhEEMBEYcD5XxxDGux5sz
mC4B/giWAQf814qEQz8/+NGGq49TVfMufMUcRfjw3wD+uR5P+D8E+L4M35brtQPHg/IMPx8Q
wfKVDcHxGFHiuZZn5vm4LhInHmuQJXiv9MRQZZ7JV3A1nkn1MClYzCB4DPyo48GEUcxz4qVC
OCOah+DNkPtkKA+CIyMT6tCWnzKnzE8mP4qWbsQwGA+R4JimA/7MZRQzE+sUubX6GDNgTnPr
qFIVhg4I+PFRvnK/AMvwxoMZcI44vZCSh9YpHr7C5z4PwDD8p4rw48GpfkXOIJxBXjQVFBMq
VCPAhlxppsij2EsV+J+B4/J+DxBBPyTOJ6gwAD/HEf4PzoaXn1qMCQyazHRyPlh5YGKIViGo
PL+CLn5HhRPWASoFqfEcewXgDzcufPnbDPUIrAeplCfnxzOYfgwCC/HHgy5cuV4Yxvna27HJ
B48XFPI/wQJQhEA5Hx4bwYagWBeRxB/g+BLrzUHz5NSufxVeKleTCIBPxABK8fj/AA8J5zp+
1GU1U1b0TN+Vu68UZUM/H5XywlT8Vyo4nH+vwwoioKhhg+ZXijKn4r/deT5JhcxWMB8sLG36
59FbEa4fnvaspApl+PFz58n5B48HxUqCvA/2fCnwRxBL8XOZXBIE58HzcH+fwTCeR8iX57l/
T10C5UY0Pz2EGncY06jj8+L8XNCwmX2Hxfgy6lCCVABK8cXOPBhHI4gIMMMHn58fg+T/ALFn
ywhgMXwPHb5VB65mGEwH27j/APMfHmvLxb/wRKlQeTR8CH/BHgeCPA8kz/xMvwfH4/x8eXh4
8f8AtDB9aGrWdSJvro3YGrCHciPtqCND6dNvcaMTqp4vzUrwRAZ+B4b4rkkwefmD/HAFXD4H
gj/F0OCK/WhXg/4Pmr8VHnEI8AG9HCBELlXv+iPVgUzEHrfYKrn0s/TBsg7AUJXjmfiG6Xz+
TAsYRaHjj/R8EiE1B4PgV4siJqjn8f7PkcQwRoYTPbltiSuYB0b1z6H/ALO6LAPJneaZgLmn
yJ+f9VRl+DOYwhuW0DtEa/8AZhAgPMJ8fkT4gNGHyfH5uX/pqMaq21GSKNdYma5gz+ht69X+
ay54ptmQ2iAnRJtsr9k74quOlwQf7Px/jmG568hZ6wCoIPNTnwYDzcZhLgPPtwbIE/Hjn/H4
nPnmE0GdTNe0AccG9j8FgI+o9f6HziAuAKkEKSVWZKG7ej5iZIGVeAJx4qpxPnwf9H48jwT/
AKYTiD4YT1548DmKPBMJlweD8w34vy7oo7COxVWQ/bz9rUPZm06zCL9+nbHV3K9nXsdYp/RJ
nX7uQPV7HWI3XcnMFcsmsDzx4H+OP8/kV5ufPnnyfAjAmHMz0auRKNqD45gE9ROR/k+CQISx
jL7H0VY+OTw9LOf9JABkmSZzEvp2MGJRlVg/Q6jTu9DLPLqfz81zYXEA+vLgzn/Ah/yZ8Cz4
uh7z3nuIGEDAT3EB8tCTQYX7CCN8ARfiVx5MMMuXCRPeBeaLz1qG7PiptNz9eHQSgD9eikMN
Pj+g96oHZXEzB9M7DD4H+yRG2QH/ALmMXsZme/IMMvxfi5cX4Uy/BjQ8xZYo/FwMIG5vj8T5
n5uHwWAhzLkkIBbH2WFxC3I+OLJmnL/1HrHrrWCqWy+kvFw5UK/dH6qSTF/4r/z/ACB4Hj8m
dnspiu3eZ217HudXd2DMJh/S1yGH9zElNFdblXPSehnoZ6T1gUwCV4YGgKgE+J7XCYtQGjf+
mIE/YxVqEiwlkKJ63DncOYhEAjACKfZv6zDTZV9ER2Cs2oOuuqp0zp/2V01csbl0ii2EEuce
ex2BinZ3Op0YtDUd1sspJZQff0PR/rvmev2cdoBcH+j5YcVzz4/FcgT81/gwkmBCSTQ9i0VQ
PPHg/DVdgRz+oHrnkTv/AEOPXICmBZmVS/SUF8V/Q0C5ATMiLB/hjQ/o7kuzEgpoA66EsrGU
0/eEyzP4uun35kkX4ufPi/8ABE9ZU9ePUSpQ8fiFgs+xifUmcCM6qCCwUKB/phGEb9m7B9cf
5KHTsBf1U+oDfqBWXQUfVn/xY/vqeFoBPip8QGaarmva/pFg2gaMVVX7YMO7XaGHGNisONT1
Jb+R0vQJxBB4r/8AEYYLlSoalLPZQSTNLCopY+LhJiky5+IeJzV+g7XdVsv54XEFl9LBLjnt
H0w6K1hmLV799i5if8c/geKn9Xuapo22hn89Dsq/Uy6hRv8AWtO6ifeAG1WN6lVpB/P/AKXX
0ZTB/wDmNyyITUudPtfbKBlARnCgIWnx5JoEgzmWRA8JMJJOzEL6Ap/TVFfPr/8ArLJ6oPd1
BL/0zWXWWuuh/Q8kcqREPHg8z+h/NXsB/wCVurdfqjDI4qE0UffppQZ/WFxCTPwSwPTYrvmf
196gdWgMuewnsJY/wS0P2T94Q1ENCj1zV8aZt19s9QUGxdxkAfFCfEfkfEPEEIqM1BBQ/wCe
k7xD94VW5AzU+qZj9f6R/bEVilFKEQ/p8xF4qVKn42ChQ6sex2XVtsyAU5Tr+8PSpW6bUwZY
uRY/z/54bTTuDKfZ2dp101zOvcGCaf2wo0/t9liP6vYBz/u7rMP62egTvYtB2czD2shM9k0/
yVBnotELrAipohBB8E8Ak+GH7GVfgm4AX0c0ET1D8BfXT+lxTvbt+zVO2vv2UFIv/wDN9QHy
0WvSoPgeK8EXO9m/sQwftaMH+5gvT2CoX937XdIOGOmxx6uWI0Z9W66qkPx2f6AzHY7O27qC
Qq2SPWElp70RpcDuJ18zrp1OnnivioTPep9vLAmaAFctSpUgjxcJhuzxBP2mhIVFIQ2zzst6
Y/zP/Z2moLkKhK/YLIzvTuNwFp8vT9AiAIwpuAmgb/Ljjf2fbu+ogsnDNjn2NSowyJGSrmj7
FygNsyZL2+87A6OxX2J63XdyvWyVdOpiy6dHQF8XUhTEUk9Dq5Jipg+fBM4lCMIwE1Q2mumT
IwYX5b5MqExAzOxCqi0vE/qaFOt/FSxu36kqAa9LHr/OFux/VVT6/wB/pPwv/OrBRl0H+CLH
axYbDpa7af8Ax2Z+wTgFTjrZgLq5MVLmmv1r2u9s8Lkzr5Po2PVRYieqn0MA59Z6Anfr4gNk
Fn8zs7+w8XL8UPBhAMdFMf2Ay7C5srhhx4ZhAYZqSSBQYW1Qif2ND6/yc/TIN9mhGZjhAmzg
ZdBQuT/8R6+iIrddrK58tzCf2H+PiEAyoRU72f8A/pCF9SahUmG1XtauSwJmeQLZ5DMdcVNd
jbEk6dw5TLvas7UAzfudc7y7q56dXu/ab/z/AOPgia5khlIOOv1vnsmgMMEYhZmhUUAEH6wm
x3tPs7WKDHrZIETNw+un/Dst/wCvFfXHTlRnpSr2Ah/4dcfsYxUFWBnPmvOjok7AftahQqV6
gUBq9ruRYBJ66sJiXcaMYxRRvsWlMT1cWd+12AraMXJNxbvHfTN+p3MuwoljxxKl/wCOwoWB
VAYsjZdxfVdEeWZ6M+gqMwJ+IYSKXrqe4VJ02dUTLEBNKCdzRkfJkOehARUUqgdYSSnWBlTR
AZlQb/Blz+h+zUUJc2nKshvfYKjub64t29M883CqHFdjQNCSYqkzrj0z36zuwxek6tg9PSDr
azo++Jx2VxLl/wCLhmy2mgZT72GBgIyK6kjDX7FsAZgUTCTN3K5shWHs6Vpv7Kh0A93g0Zou
+qxu9nWe+ZRNc2nHpgfDTP8A5VKh8sQo9C7dz0XMqbWvXtbgPpo7BhZ66kFuwxZdFUPojBh+
oYg4pafqo37DI2e7iYnR2D5kgT0E67gOjhhAKn4/w3x22KH2YEdgV9oplQzHufQF7eO0fsek
TsZOX3RB2NkfN2T6nCkDFKCj1aqfC29Co7HWyaZZahVX2XGzlggHhjB/yvguBCS0RSBUdC8V
Qo/pMPZAWjuqK7Wzn2KgrFtc/wA6P7T2FK59FFnKim+tD/kUyLEkZZ9YUvCxu4pmPZJbo9zF
iCKn4/MPhvjvVHBYUQOSKuNdnEsEGiE7Wq5lCe4A+eiOOLJuGxCCy0HUZsgclhWubZdkOOvr
k8yPhvj4IFwoIOP8NxOwD9wsHdiQ2RUMrRVoswIAuPVevAFMpAI1/UuA4VXOGRVdLbR3KJ6P
oBl6Rt0AJF9L+icDjuuy+SOBUPx3R+7DkmAqsDC2InsTDc9aFCintPodIN9VGXcDMNVaAqYP
RS7ewA3E9Z2ND9vV2cH+fvpoIxNMbikUGF/4YAztdFdIfZCa9gAwfqoBohDUYBUIWEgi4bBL
AgkA4EW3aATNl99GD6s6KjaO0b1n6wEg9L+lrg//ANbD/rXxDLAjaMJ2jY0NMTHJiFgGlGXx
dkkghRCSRdh+tm0GfYzg3KldAY2hAy7CNDqt60+nS6f2r0cfqT5j/DkhcnZoGpuaFw/IJhPJ
Fzu4G9APb14citKLCiORCIQK+IoUwihZi/qOBLl8q1khRCTBxGFEOTPsb0nMIMoShXaH67H9
iCYSIGsGiQSSKEqoxtv2nAH5ZGEGjLCyap9JBzZvbXFQQi6w/wA3Vj0eu2K4+HBMVYqARxEa
xPk14qap7L28Wzc7NTbsQTPYg3RLAKWhFxAQEwbQr/F1OWmWiRoQTKlC6JnFGFrBIl/rYlwm
g2gEViT2cyUfkU1kwMALFKQJYssBKJibKxugDcsmGpQgDCV7N6sSQ/tloyqmrGYujAj9VXij
4b4yvzcvwZ30X6W9rY1Ll8WRByPUiJmWnT/lPoMutjlOQNOt19J2v5ZyjYhSc6noYbIPwQZx
S8zijUJhRyBnQFLND7Ts5Kh4lC/ySbYBSGjXfJi5opMBqXzp7kZ7AtZoMKB9j+sF111DlMkE
HEvxcNQECXf+KPjuAfTrwzWIABCwjn1gMVSx/l9TFMw4E9RRFwpZvPQb/wA4At10Jfq6CMgU
FaBBqxP2uxQ5npPiNHBMbMzuKRGJs2BQlRgTAeDLIgqEjwfkjlslZs2qUCc2AItm9QZ0kMA4
8Gpv2U66n+0PZ/7IDYf1c9CjhlHxXntV9O6gaEAn4hbhmigUnz/N0R+sfRopikGe1nQepTU6
N/00MTros7H87HVNuoUhSh6rDYn/AIgAS6hcUH9ozsIdSTuLz1FMfkyuYeD8Tm7EHBPBFGcA
fsY2YeZoVH/lnmJj009URVHjbUZp2f6+jZtq7BnIn3XFYk9bu7ZH+d3v+xmIDDO0Lw3N6AQi
EesIgAMQWemxzBZjOq/2Z+tB3HtyZ6gFtI+zpF20B1DNn38VQ1KA8VwVM9DPSiRwVBmyA57L
TGfhRcrhoORzQMPMWyxBg4JBuUYoE6XowUcVKjcD+n3PdtWPqGEazCTBxFAM6uxz06W52xvx
3dfXLSrJFijCbJi3OuLbNAW0CgK75zrd7LSegM9ahLAEerMWLKoWMbn9BP8A1iNVfjwWUQkU
CDPw5od5AQwucUAKYGjfqOFrmqg+B6iexocsa8UZ8zokgp8Dx2mK4b+sP7QAyxTBRABRJEtv
b+I95fM11ZB2GZ03AGh4KwijQtRz1svYZIVD7Yq2/ZyC5uyv0dxvgC4LOaOw+xS4ZGRp6gju
UUayb4sUGMJMPMo0FhNQUw7WRCk1AqmcUpBL3PmWIPYwHj5H4UmFRBPx8DqLynxx47X/APDb
k/rBU9gJ7AT2W+AV+P43YGcBuf0uy+YftasXcszfIJYuvIUxS1/z9fTU6B1/odT2hFShXQ7X
0H2DrplOwxG+B9kwr2LUvaJ+sjlkVZx4owQCWJQM9BCAR3cvo3WmFCUCSQB8SuaMoz8BgQGF
ALARKMAJnU+E+J+NzWW4/YFiQrCeoI9KH1Gs+vq0OLrM3dJh3Mmz/o9hNNCVMsTm7qGjObS5
1yA3VfN8HRs5/Q6ubwgzMgT+Xt746D9eyD/2enpn7IEDaMxnbJ9HBzhYT2HpUrgZxrAFS1ss
ADqs7ITWcZOxUG1gP7GgPdZ9yA/bmQSoB5ITjTqKYOs4OQ0UpxOqpCpwLhadt7x15noS2XR7
Gk6v8hvZOj0lhx6KRu31g/cCtg5F4dxkGhDEmozAQtcJWMWA5MUNeKsT18L6AXu56CtJ2uu+
Wy3X8vcZu3K98/8A+nBojpZU+r6+zdm2HqQeZzOYPYEhjAIRTOGM1y0Mf3zHYGumgVirZAkY
glzio/8AS09cyv0MYOrvaYuk+3UgN2Wgy7jTDruQMPU5ggrotF1h5HZ9Rht6s3XX22GLqmmX
eMx6r5nbr522CFf6RVYwNljLuFWghFQBTCOVzEyyfV8P57I/YP1r1UTaP1sVX+wc10F11VLP
mbx/oKf+zjzOstzudhVT7YNrI+rRv+qLf9R9iEgpF5gSFY7kR2jKJowVy5M009IeyZ/2mobs
zemxhz2r6dTF6xr6igv0GeisOuCScXYrg3qFVYtkz+lqqde+caU49pGXHdGd6I1LKjH7M+3q
Tvr09EzBImKexfrso+xljLYVQIFBOeTseh1f+pNe+v2dz+gC/V7VjTV1XubjTdUJnTw9VQkZ
943rjUz3VM99fYlzFYRSS33N/wBX1EOaz0AlgQ65CP2shH7KuBoCS0ZfYswWfehnuBH3RYO1
nYYk+mllWAKmm1UlmBP3ATrdm3TY2xZoiKICpjUs/p7rprVzrX76EherqEO3f9M9+7u6HvDO
KV7G/wDV1or0tHXLAILpd+ornUMsUAzPJyP5/QfI76gjTsoGbXLaDHS+x2XHWPL9fra7N1sQ
mW+4KlVaf9dETRwockNftABSm2sfWewI27RtXMZnorYIVQWEDgFtXsaGMAwPVcEJ2wyo5i5A
QDkk1XsFHGmyLDp7MBqZhnopXTWDTQg6aT7Cg7G2jY7HX7Ob6ODl98iJtWeCZ9nRv+sozfDH
OY6ga6s2/Y7Pa+gdftMdj7e6stP111KfzdPfq9RMhrt7DvaemOmpYq7g9fuFR3mL4Aex/nv1
utlr220YpqwL55HXuK0bS4aMa5+VY3/4kXOCahWEGMlw5tCrAhXMbr6FvTsiDPQwrAjQZgT6
hQVYEWmQFT1QxHUzAGQEC0QAB7kFnN6E+qHnfrY6E/zTMTnmdlJTfdvc6EZrpalmd2X0XrcD
Ryz4Cm96CfsM8RZzVITZoT+oSmTczmAtAwdBmogKGLtig3/oqyvozTkH5A4nNiwQTLH03Rrm
uCY1kEQ3bekCigjQIRPUV6rPUQijQEIAJIlXKMqevCiNxAqkegM7IAzG7NM3Ab7EA7a+6df+
iGOuPX7I/wCk+aY4OzL1s827mWfvf6J1gxOPpoQJ18bmZHsbJBgPtP6gU9d6JqzmGJRRG9rb
Tm5U+YfkAxfkX7VzmgJ/6/8A6+YTUbSoHYnmFbgxuHLO2WhREGbkfW4BzNfXoYFNrmSR19DP
+q8HV0EKAT0QkrU+uek9anqBO1snt7ZBlCMTkZ9JMbo8rj6rkuqywJt2kQ6bvqygUGNuCYCQ
2AJRDTLqrz2Iik3/AEgP+q/6tzOsn2EdcAbfrowF0tkigYeZ7Ez8LzFWZJ6m/wD1fWb+nk4Z
w5oIxzEYCfgHgmWJjpwTnC2Yn2ZifYhiutjbOe4hPDip+eLGZM+sT0Sab4KQnX3jdDrGa5Ln
MzSnscN2FE+3ONsgV+xpoy9RipwxSegnqwjECcFsFAyoRBpl2CTFaz2MhpjuvppmnuOl1Rnl
2c9FDg+zcQsVgNyjbXQ9BAC0W4hAKbCv/ZG2AB14PZYAbu7CoY04hIriexWfYCPYWR7RUVB7
CE8ZP7FnABNxcw8+pBH7foX7HcEb+oyvntk4Ur7ijNuumg2Vs2ZyQxMbkenKIA3u0d2iOSCL
DE3hmCe13teu3V7Y7CsFIb1pOGIIH9Hp2/U6egc7/VNuw+rNduOSADxdwmwlT14UXM0V4vTZ
Z/139fXhjStosXRQPuFfYvqXn3AQP7Q1R1YwatQ0Uw8gtx9hEXYEK7NFNTJbbTRM1KP2Bnku
a6u16fwk11z656yoUL4hgu/YAHuHH1hScFrXNUiD3JzpWtQG5RuHc+uRJOQCjuZ/Znjo+b49
kbKeQLaKKj+oXbb9NnYwcxrEZajqY68gCGgRV0LxJL9YXFQ3f6+rA8iGifUT1EKqYQL9T7KC
Trm0bFzPVp6cj3ENGBYmZpBQFztanNOroXZNKjOqhtKCsSGJadnJs26/YGuXcxIUaahkJaK0
7LW+eiqw3zA2I0JyNhQAxaZggI4ChQV7PSfMo2uZw7xmGyPNN6XbsK66OXhNzNbZwbPMXL2P
1CnyN/XRCEz6+UQg4YEAATi+JQjZZmIpViUJKqQ2a0iBSSBNd/WfYrhttFnW1y0HohhRYFAJ
MsCBgZ/WYqvU7hyfr90ajLd9dBp7BCvpZrVrmLNnr2diUYH36z3NCwmrElQDPiBiD7n1PMA4
ZvVerbxQb+Zr0MHjfz3RuvkucI9h2c/rD3S8jFfUNRb6/aZo0Odk4fpn1kYa9ZI+IUIrE5/B
+LPrUPADCfZ7T3+uN2ir/cGQ7Ca9kg6s5gBU56houCgr2dc4u1q+lB9yQgOgKhB/W0Y7IKOb
+ow1ZGHc0n/YZgncJLduHYmfYDNvVh19PTRTnrNks+gshlHoWC5vRSF6i27YZgKVVYOBaqK5
7BYq2zKE7H2nfFAmZ9VXRo4Ez9QqVRchgOGUCLy+4BVEUKnzVj1WvsBmrWunZ+uHsAnHQuew
pU56lANOVJ92QA/ViY+IBz10zbPVHFZhtFOhXBlOWZZmXj+oVGuTWQLK1QZbZrb2YMxsllMD
c+oIb2mZIJP2ZAGEQkhWZIW5pSMEUFfVY/aWDs8b4L2Mmx7GDY6dhprmUDMATuPRT6xXoUDE
owWIy2eaLmkBB/WgOAKhHFrQIhmmfsdOuBELBjkWn0sJnmxGnVcs/T0jdf1K/XCUolbXIhuB
EzsKAidzvhF20ZylBfdaVlJV0JB4fg+wlG0UlgxUfLetL1nJ1JM/Wj7ewBmvqTUyDR/tq1MX
MzLhdFjIZqgZd0IZiQwYg5Pzk36oD6gcFYCaoexILc2teq0TVy87t4zEqeZolx1ZSmh9/ZjF
NkswLMSACY2TX9Zr6KigrEAsATdvXHu6qwb5JNKVocKjERLEf1ojiqgJt9BS/wDLTal65Hot
SiCGNn5Y+xyEQmygYf8AXmaBZREuM6gF0vti82qWoizqutKeDYPBjVCGgAB02RZr3sUB7uxO
PY7DrWlCp6wjiqj53PrqUK9TPTn1MfMGcwJFzBhRAXAMRmWbEtj2OH9pwCLKn9c1sDm6NsrA
EsYGYQe7Rj6jLF2cIc1QgBAWhE1BKoDEuIrBRuYjtf6+o2DM2nsQwBouds2GfYQ+11AQpTcB
j/Sh/spB/VFH+kPX/wCjqI/e3YF2YhVEzyJOICj9fUmN2EAd3LFzZe57VF0qe1wNzYhQwKRB
QntwpMRCYFUQqDP6fSLNrmQCf3pSFPAb1C6BSOwhdtA0sAErPuWYdfZz1+uuS6Jx6VA4EBub
KRkt2HCg6lzln+2QKwgGa5tnF9ouc9DZUle9mV0F37CwpI9PWVARC09uWBJTN2OHR9YmnXxG
uy6m47PVrZow/PqwjA+ra7iDXsGBey8zwafWwi5migoZwZrYIEuXN8E2He/mlJt1mQtmwCkG
EQ2IbtTpCNbXLQzr9C5ieugJ6jRMuoZ/1uuRr/PBmuWmR9lZdFCkBiAoB6yAp6/qKj0xoWAR
CbmjBF7up0LewIWwoN+ikLgkPSBj9cIf0h0sK7iXs8TJ4vEoU5E9QI11Qlky+ARXrZRKCgCU
DLAlgy6h05UqRQqhKWOqkd/rdb32zwRWCA0Loxc3IXLQjPByUwqKHUBSYmdFMYFqBmUaBNE7
OCo9kFAPVFP2Y0ASYbCWKBBIMUXH64dN+hoG26uqkKRApJCEAtUGrLGAZihoZAxcQIeCNCJ9
nHsfVsLj56CEOJXrKgBn1khMwsoCWs/DOBBr+2jhcx2kc5aEOrAx9lQaf0VA17fd1D9XsbMe
kwY/z1M/6KrD08w30oo+tYMzWeQIXr3D11A+gLFZEJdDO5/Q1wLf1O1pOsuu6Pj6tigACH2w
akBE1NKOT9dQICcwiGzGAcdjrkqigP8AUAKINC/qBDChzGZhPdq9iYbJCn29WojkrcbMGHIC
HIQ0o+wADS57Fj6MYxZV376q3X7g1XYPtlp9uL9bsNoF2JHsSaQlVEKgKc1JGKxs1I+gGf8A
Usf9MxetG3xzLf1sUm39jYh/6Ozz/uUf/q+sb+sNB139pk1oQTNGVG+xROswqcMPqqEXPrqU
L/aPqM89v62Aj9nB9E0FMqklDYUiMpB9eHRfX0uDMevqFNC4YSIblkxuQ9iKCQuZnqogNTWi
vZHprhr9b47Ko7GXS3mOC5j1agcxAcBGbML7IZYoKDCtxBU272OZ/wDsoJp/W1aDs9jRW6uz
ROkoj/zs63/nFZn0mY9f+YoKYogUCUY+aGN1ja5uqq4oQmXG0o3Z7Pf+sbdvbUsfaYdbTQ5d
L60bEgoKlCNYiqKerNLASV4gYCWIashQKBhEIAhCmeqiVCBcIE/p4KuiC2xHtllmM52NNchp
3+609tWIOsL7VidU03/r9gMP6Hcn/wBPtrD/AEe2wO27nPB3OXRRQqBQGs/WohDAqisPTOWI
WIABsV4ogKSQQAVIr4L6H29QR/Q7Ldfrvo+j44HQ49DNTjkqgiycVM16Qj5HOXShrjURxACs
HMIEqC7b9QNHZzLvxcvkgk/AHx2sBtB11zZUBDEAPoXG6IQmQEfNmg66k/SiKeqjxepmAccw
w6+YL9PLRxmiKaCp6NCAs4C3cqpcPqD8xtKisGC6KJ8gX7EWRsrEas0AsAeq9/tv2NENH+dZ
zRbOeZIVaAEz7emO3bRHzPJVgCyVGABALQpFBujQbkw0IfjkzkCx/jXdEAZ9ZSiBf1YWoxAj
ILCAQ+oIIhsCzHsRnzRVIMoUKneTs+nX7OyHHtq5DKZ8l3GQPdIbLv4aDbtaew21bRlLHMN7
Nuc3bbcxewNs/soruwmXZYa7KdMu50nwbIj7etf09danE+JdTfBNVyL/AFaXlo5BmVgJ1gU+
l1IuwvHErg3CIAICRAZfHsIxMN07LpsP1BQCBmriv+UCqIy3FzBgShQJ+sE65gjtp2l06+zg
ZbtQZTDzNOpg8262uZ+7XNl7rlm300KZgRsksMyhHRmy7GQGvbtm7QefcAV3BGmhJR2MBIH8
7Vnz2yy2fs9IL2uspGeXC+xhPDFRNNXJ01Ch811P/XWHr5rM7KsoBfHN4MDPq/UQgTm25nxD
VUTKAh+O123TTXR898tRojaIV98p7qSNFligRbWAansRPYTgtoQY3Vw0mvW0zPXUsoIBPBfb
JJ2Gy0jcKAQDq5hJnwbYQ2YFIhUwVQWENSABvVq6m2mbba+urdjdWz7JOaf0GEz7eLL9i+rs
WNgHbAtqAKIhVbU1DzFsT9hKHp//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8A
OQ+NRNcFFyeFdSVY5cI4Rx5FPDQjwz4vIRQqSvDXx0+DHB6k2LleElCInnwoQuNCvGhL18Ur
S4jmU8C8L4taksnxX8VfHJf0PzKFfFRm/GvC3grwrUfgobMl1KcK/Ag5cIuU0KoXI5G3hp4I
+B5cJ4eRc3NinGC5cuSXJN+FaLwrGPUTIL18Cjwx4GJl7FOE/An4PmcvBPDy4xueRPirx34J
6cJ4UJdvgw9fBPMnwT4H8CfBahahy4V4V0JRUpwp4JXjbZKrPG/xJ18MFSpThHx/0LU8EEaF
Pi04QQ7EcK/GjhBKKlShPgp4I+nioczmQPhR1JyhvlQroURe/GtihTwIovBWviXgktHw6cJk
vxqX8H6mxEzw5eGeNOEO/C3HkLZ8Z4eXCvGg0yfAvj0Id/hSaovT4HIpwlcKl+NeF+NLcKXJ
4QWIHxj8FX4NS3CPHt4KnLwPhHz404VISNSH4J/AQU/DzPpwoqleFPDWpYkkiDnwT4WuT4IO
X4GxaxMcZRUpoInjyKFRMdPFOhyKVORJzKXK8NuFeNyJa5pnaRk4ehPhXhoVfw2p408NpRKs
JqnC1PBXxSctOFuNCdSvBcImvBk68aqSCONCG/wFSdfg2Py4Ufw/IjgytzmTqcyo2VOrXhDt
4a2414J+COD/ACKfFr8KhKuQX4Sa+Fp6FONhz4YIKeGvhXITXjoV/FT4XHB9S9eMDnwv4Uor
w9eL8FOEFfg18UfFvQg2Nyj4T44b+J68X46Fb/ibr5ly/pwjjBZlvwNCOMosW/HV48i1yeFf
gt/D6lsL8TJOnwJF1OJ/EUYpvrxopIy8VbeKnwK8a8I+BUjJSvX/AMSMrnL4MfFw9tWSeT/p
/HP4+3Hf4+eX8qWP/l4MsomEKhPxY1+PP4Lb4WWeyM/cf78m14F7Svkv1KIXGP8AgNfjSvE1
/M0vqYpbeDBP9qX/AJCn0F46I7ojb8HTx1+I50fGPHit8kYxtwnhk4+2F/UKfgLwv48fiZWS
6dmiyfzIeMSVX1PaSXa26eRHT9f/AFPtXzKYJ+r/ALTqyUcj3MrTm4+QktOFv+BwvHT4Upxu
iuV7In3ZjRSLBPtwVF/tKn2rhk7UcfIXNyJ2a2+JT4FPCvgw6yNY6Xo/wfT7bl6tVgnLuejZ
llaEz3c3pMMoV4Y4zR6CSsl+AnhcuV/AUJ/ASVpg6vRnao4ZRROiOvJw82y5RkyYJtRK/M+4
lWfGn/DpdCjnmdOEvL6HX7rWT4Q2Nye1g/3PQwx2j8xEwiiR7mUUxhEUljnekCW3/EIy+Rk/
bTjRKh3t+RTNz5sjrf1IebyWVHcS9mr1/jMXt5zMUlkTHqLF45tOzToV616jyz9x+smeeWbn
LJuzmDHL2J6Gv4+4q66sj8JT4NClxcJXip46uDtotyF65EInLFNnbR+v9xz9f7huKqo8noPP
G+KoxTdUZ3JNcyehL5/3HViobyjFVt3f5jF5qcr6iimKp8Sni5+G/jqU4P40JSS7lKIjbhXi
kZN67Dy5idenP9CUJas9v21+2omu3H6iWkC+HDyRXKPUpkn6+K3GPw1SXRbFSXbjHgxXr8hY
rU9Rbl+nJUaG88m0jLpiF/jiKaQTo/hVvNia4482SnVHdKKOfNiV8VpL/uEssX6Cyxcp1RG/
4OfFUpRbnMhVZ1ZVfgnbjzHk9KI9n2leXKIx3ISbhuqOpYRvIk/baeXke7ksKqj+Ym8V07H6
HInTxzq7eg8m4rc3g7r/AMfylHK1Igi25SqFhk5wWkCft5TKn4nPwUXjrQ7bnVlc5Hb8/gt/
Ic+ZLspt55Ec0NbM6dFViTcrBX8z3st8nHzFy/x4R8DpUOCqG0qMt9GbFrcIXDFftjb8LLZ2
qeZOTNirO6i2IS+BQxw3/QzassX+Rnnov16hzuhvkh5TDY83V5RJk5u2IvIl4m8nCR0+32rX
JnVk+qbs6umUPHHChTCCWvkTpsOteZdTsQ1EmPuPXFNfga043cFa+ZCRYluPIWTqlo6+OnGR
+7kpRnhimnkmtB5NQnFURuxe3/ND+QvbSh7jjdIxe9T5/mOLCELwP204UIiZ5GbzhrBKEPDL
BduqRksVROiE2lUSxSLWJivkh5QJ5JZIw9rHF4uIVF00/AU8Cx9y5bhXWxPuW0RHhpx5HSQr
uh0tTQ9vDFQ8ml9SMnKWiISith5WSUJjbcxRGKWrMFr0pnz/AD4S+C8Dzx++gpqm1NUdON2p
yHF25bMvO4uRWhSzuRoUZEx6GGjTuLhRkfCrwoXKsudr7dH5ib2qdOC/3EtvJ8/DHCOLfyJ3
If7akHs4u0r+rgovKF5fUnep7eOlX/SYRpivyI8yH8CYGl6mXt4pUZ16u8FWyrfIlumx1bEU
I1Fnm2sVVix9vue7/wC39o5y6Uth9WUnVlWsD6cFbVnbGK8v/Yl5VEmll/H+onJdPqh1Sjmv
7hdyrzR9y+aO1zHPww+DwzVRSphsUeDbxQdTdFZeXCdWN8jB/wAv92QzHDapgufBLZCWyE2K
l+E+KthP21ELQ77tDUSuGUqWJuy0OjBUsLqfVPKgnCbWpHVGC0IiZJfattyMcZelScn6Hdci
xuTEQViSiL3McZdXBKq4v4oglLuQ2l3K4v5dfX4Ti+gk6ix014Z5WhDzdax9eob2E8/ub12J
WlOHua9PCj0Zi8kpWpPSk0RJKIs/DbyMpVccmvSRRcbyo9C1x+3i40ZjKltihdLRCstjZase
Uy9JEscpdaFaFpKppMSaTfMooc3R2y16f3EPFyXYpsz230rriZ8didSUu4fTrdCTnod5JTny
+A88qqaDfyJd3fhlGtDLJ1c/oLD+ehi5VJE9Zlknu57sZNso0ZWpXXjOMuX4soT6XVUG8sMo
3gqnjj5C9t9rVx53d0LJqpEkQOGoV5Ik5lZgUKcnuKKQdzUm6N0VR9ql6HarGPsucvbt5eKn
gqoejIzVV9vM2xbhoWWLleCdyosMXe4lsLHRVKknQt/7Rt0l/piN3WNF6mGOShzJTdFNRvdj
O/GHyG03QTJ1n4FS3Br3lS6ZRdidI2ElsVOpXW45h1JuhJzOhSjG8vQjH7dSjkjBzkqOTHqy
o2k1pcnTcbyKu1xf/NxUjKPT4PJlFK2ZLUqzJxfZqicX6FOMsl3ZLpB58c8ax1NaRc6Vdqnm
1jiVFloqfMfSYp3uYoYunKFFmxrqUVoV241KePucDyX242mhGPzJdUVarYe2iHOrOQ2d0StR
4r1JewljKSG5gWyifmdGDqkJza8j3+hImnRbC6W+qJafi5eDq0dGTCjRoWftyo2I91vF7uv9
J2ueHUvsVOCw3ucuLeTTWWbaXr1GKS7MaseUxArNzLGkjFtPo6dP9wotAxUhtDV8RRtxqvDQ
/LgljcnLtWkjSsyt9StvMdeSHDrIpVSEq5DSdXoPKZRR2L+gqF6s6sVNKkYqpXFS9dSkQtCV
iKXDtIlNY+C0UVCLm51KVi9FoLLH3VGqcSToqSS7I6tcqlyg2L3cKN1m9yev9CMs/qfc/Iux
pumzLytDpyfd5oT6lVbjSzUzaRaQLx04S7DyQk41j5DyshQonU6MXMK6ZDfbsUWtyWrV+Qqt
wSNKi8x/yrYpVbbEvUtUS9pwtXGpObn0OqYxk6VVknUtBbbl5+C8VrBL0qVR2qeRNVsdLwlN
3F05dKWjJ6G8F+5CayVdHcbbnkJLVyLBXodPCj9CtNBZY5RyFWSW4fkJ45J4qyZGa6ct0dLy
mNRNOeCJ4wiHrwiyIRjjNpcHTZGWM/amPK/CtUOsSJp2F+ZH1HjyZtBjskdCVFqUbghMS/dF
BN6yXoNYKfUWOShas6OqtvD5eBLVEWoKa+RvyNoIJdCMW4On3MZTpN2TjlKbmGN+5jlit9Dt
ynUksVJIdGqSVykSSbJVpsRkoaG8Hr6lvhSZZNSsrChVimw8JqOVPO/BuYTLWJcF58uCGouL
GLbDrfRkz8jqa+ROgsFWC0LmdWbSQ+lV1dinmVlp6OTqSjz8eLJNyXRjbfqTFxS78LCoNTKZ
1YX0/jInNOlZhQdzgrYSmcRw7kWZHVK2oQ0PpcRT+Ooc5Q26WFjlDUX8EkeGGJ4vpeMjwelG
hzcg2yIdyClUUIIvBRChQyCcjpxd7Cb3qjlImrkOuPob+pCVfMQ0/td6HXPfaK+H7TF8yCpR
Exc+gnqR8z1IJrJ5ENUYulw/mdkZLYj3MXg947SZWXkTipeqI+17My7lK0ZlLhjc2EqzrxlK
WQ1QjhXhXj/9MV5jdmJr5lXRamVZKzOhSs31IK/QcO90yKyTtQ8yCkkEpD2Ku3Mqqboo/MTO
Z08KeBRoelz/AAK0j1IskTwprrwV+EzPLh2uo5RGWKrY7Mo/ykZrpe+4s8LkumesMn22sl9R
rKmVKCXCjIdShO3ja3JSlasixEyiF8xNnbWdRxDP0JpJb1IxTe6Ot5Q0pWEEZYxAos9CZOR2
0nU7lC3L0JWh+hP5UNf141KFjJp2RJT0Kq441Kk7mz+hDuTsQtCeEFkyLMlNPSoputjktCcK
LUu15MTyruzpUy9eE6leDOXjzhV6XwU32Rd8ypEuppJp5kKG26HV7mUJ2SqRjip3iopiDu9t
OeSJxaeLkiakfqXgq6EL6l/PhTQjnwhI5ncbEKskKiiS5F0iLEL1kU3NyhtyKKDkzkQrsnG6
0Hhn960JVUS6PkUqimgkRsJwR4YXjz/0sdTuddyU7kbkFbchKZTFn7mPVk3KexCpirIl6ihd
upsPDJSrQPJKcV+Q0mNxRaogooZMU14VoRPr4bkyJusoehuTqTMkvQhL1IlEX5kChEiRQ6sa
ZLVHRmvJnIcUSG7Lg2+Xh6snOylFcKPWRdOKjWp0tdL80Jqqfhzn+VjatzPOh07FpfMrWSiE
7RWBf5bmyRA09DYlHS7PRCzUpzVDarJEdGV5Q05bRsVZ+hapTjYsdLVyNtSL8Y3Ersg8zkRa
CpQrQkjTmdLXyGnlOxGh5k5XIWnF5PTQyxxUNu8ndXnMlPtRRIfTdEYuGqXFjl/+ivavg9zl
ixtUqQ7bGpvPCokrGST+5CbcRY6X9wpqyqsKsLUTx/aNaslOSnyOtv08zFppzuNTwjwU4TBk
o0ErXL0JTJkoTpqSvlwlrhyFOpYpdlbrU5jZVJwW4tnRjlGKbmJ/yk8ypRQWSYnPmSJ45dLr
YWbq7Pjmk/2sc3JmhfyKcKiasjGtJqQqrRnVMaIa6l1IqUsQrPQjn6nTipO65DUJHUsbFaN6
E2P14xKl2rwo5ZUtTUWWK9Cj0Pz4Ucj31J+hWg3MoglMn8xJuhRlx6kCT/ivgza/lZLanmMq
iIgpX1E9dmaeRaTPBWTk3HGg27NVZ22gcfItUrQi6NmUTndEZKN52Gnksdk2dmSbbiJOpZdL
mRZPJPJUcM7lKGsHVjlp5p3keU3udWvmOlBpKqTNvIlv5kyo9CvCvg5E4Kmo95JdyXQn8v8A
yJg6iEc+HLi2ybrY/IU3Pl4Pc/0sjZjUV1KkFokSyc7yiVTEm/MyWTh5OCo1jHn6lcm9yXHm
WXmQo9Sjr9DmVUiTcJyRlXFamOft13g6XRo5nbrEyiVVDa84kya3HlllCpqWGZPlBUomRp4K
34QTsQx5ftb/ADJ+RciyI1VmTck1NuHPQiW5HJRlKlWJr+Ki45vbF/kZVipd+h/EnNER6lJ5
naoXMfVTyIbpNBVhxqZrFu8fUdaldS0o1KC6nOxDMW9H6jTpWMWzqSWeL2qP3vbSTb7k7o3S
ucjpyvjCHFDJ1vU7iXlLO06V6oqrlVDIms8acJIKlJIa+Y8MqLQrBPUkVsVajcVlsXRdV1KZ
J8yjpqQ1KHmqN/x/MUyp5shy15k3E93+ouHI9zprRkalIlkJLzkWXvRGqPtwfoT0YKP8qOj2
/b6nySxsP3OlYy+U36SjjUjLJtMeSu6yVUvdHa6eoqNfqX7uEkioRlEtyjJe3l1YP9vVb/vM
sc105K7/AP4MptNIKKxGWVG0SrGcXp+RUfSqvkPJuIGpFK+ZMU0Zd/U5lxd1NitSomtOHZl0
7nVll1V0OpJteQnku7nQnpmSmEDweLleZLVrUKe229KM7fbeLFSK1b2JkhJpHSpjyIsucI7o
kbXyFFEi6L8Mk6KHJROki5jXt9uQljlO6Qssnd1uLPpl8pMXCS+Rj7WDjFVaXMoVFuSrak/Q
7qHIXS6Dm4sMMW8uVT21ljWamOClJKxk8lMb0G8UlJ0qr/5cJWjVDH/SjOLSvyG0pE7UHiny
oySM6r0OnCEyy8y0nMVynGI4VqQkS8YZGdGPpTa00J6JkhYrF7O4rIfcp9SXlHzJebLimslL
q6HuODucG/MpQgzTq4sbToJ4qqO6jSKV4JqsaGzpKMlaGY+6325KZsciWo5oeWPchrLG+pV0
L0epFpISruZe7m5bolAsotdGHbZbjyV/5R55KccnRGbjWny4dT1gWkIyyxrMDpDKS8rQP6i6
a7labE2eh0/utOvHy4VySKOShQoTrBW46Nj7RLpI6G3aiKY/MsVK25FE2lyoTHofa4RRM+02
RV2JQ826IzatRQUdhKb0IyiUL6jx9vHqyvcU4rHnJi/uyShwzqiOr/A9v2MK9GKkTtyI6lKo
0PB6HVi67EZLzKMjFTLH7nu0tQlaGWWdGoErE+25Esk5UIbJx0HjnQ6FZKJL1ZdTzIVdiVvU
e8FaMnTU5FF6lC/0Ksrwop+hEQy1uFYlnY4msDnKm0I7nUpcv6krL6F5gc23IhslKuiPtJiC
KMf5EMuZLHuydlQfXfY7sWLLJNKBZehOP3t/x9xRrHB3bhix93OU9oRKc7IpSLL0G0q2Fhg1
llryE3q+5nVjZ3RW5ESf5Sc1aqQlio3OY1oSqx+RVGLwd3JDR35dzdoY+hSiXRET9p2V3Jk3
E1bhFUfqT9PBWkE7n/Mhq1mN0JRSGdzRTQqy9TciCYIsRlbka+ZC+ZSpOper04VE20vMdavZ
nbk2hYZOMlSo+mrVVIsPdw6UjshpO63Hk1LQ2lbSDqdHlZajzeg2qdVxK1TmJO4krsmZasiu
xUpU58EoUIS2uSmd7g+6eS5HTgoUajerJj0It6kfoQhzfQ0fCwzYoRoULlWkNp0ZR0HUqzmf
oJMpwrQpwv6cKvhOpWhLcNJ+opoxS5m52uYFl7eSXuYuTp91dP8AmklRP8yMsVkstUuZ/wDP
LF4r+Ym/MTbiLIaxcKanf27ank7m4snoUH+ZN4Hp5Dyeh2qi1KaDmxShCImpM/MlVehNnsS3
BuOpUrXmiEazsVKkXIi56mvoyZcEVYkiCSuhJM0JdSPqKYLouuF3JElznwqPFpuESkKkFH6H
PUlMjHLLF+Y+rN5rmTbmOJbm2g8uZX5Iqjmdz13JViuhKtqOLFKSZTuh7EzS44boLyGloS6y
QlJCUM3JZCuWgqUJWh1a24VLVEdtyTyOZy4Q6wVLl/QoVIn8+NeEcIbsWOluu0DnGHZMj93q
NJRj8yU5F215Facj9RtOyvB0+2502OrO7q0NJQt7nbY0rwSQpuUGk5wbdDZamKRni6yjLHaP
yIxdZsTkq5E9XY7IcuTYmb2ZL+ZT0JKON3Uo5SKTzsao6Ur7kz27FFUnUb1Fu/kRqMqIh8JX
F1g38ySRVsQTcvBGp04Y9T+hMKHW2R0+40mtFC/qFmsZ6nceKSTV2QN2bREkOkFUXuKraG7P
kUbXIS05Fk1wacGL1k6MMU1zLLHKBUqqyJcK1Q/cxxamNP8AYJumN7M6cUm0OdH6FvkKZb5M
acwU14Q2W+ZtOpMQjZ6SXT/MiacJiSuFSYjhL4NRECUDb9ClILTzJahnVoy9iqLepCRCRV6D
aq1odTfRhaEdOJ043H7z91purUbf7joWTyV9h4JtS6CWX7aSZYq6X6DTRLfUloXk3Y4XmUrs
N3exOr0NDchqU+QpHlqhZJw0KkOKqRw5hC0KuSWNL7eWpNktEQ/MjQmPRlHBOxC+Zb1LIpSd
BRdD6ok6nY6dB0OfDchL6FVXYtBaUQlLIS5kqj1sVRUU/bsO6KaicENQcxNPpb1nQeTfUubk
j0guqnN3J2Kk4/8AQxwbnOIe5llg3axVteom3PISiqIdMS9NRQQvNlLKzKkKgq/8xLUr8h5L
FtaWE1Ka5kZuVqxvFpwTirbjfVpRE5OYdKlfrUopUD0SK/M7lYpiSsVGxaG9CqjnBDTZCleo
m20ybluFSxSwhkL5kspBdcxtNcqktEyp8zdFFbh+hVwUaEk6bDqo2G3C6RuaKy4TKXqUIunc
lUSmsDjKZuhwoR06pEk5UbKOmrG1ZFXfcvJP0KXHF0LPJypFH2kNUG4hvVChNpsyo8Xu5Hi7
Mbxmgm66spRbEpQ2Oabk9MpajjCCOl02J1Gm5ag7E6bCvXdiprc3jUhEcGyTtaPO5Ch4s6lW
OEJxsZTX/odrapMcx45upOErU6cqRuVfqiZhHZlUnJzFxQJTFBuvmXvoPJVIVBTlYdaKw8Zu
TNC7K6bHdY7MpyV8VFiGvMixRuEVd60/9ikQJZUJj5kPeyElQipNCsLzJE/mc1sdGap5Dzwl
cicl5CjUVavQ9fQoQkQU0tA4Gmv4kaXnXhDOn68IQ8HOxrygabcNakKzudLd3QjNynYeOVrj
Tfa3KJlT5kJpsrZbEZ1nUjQhWJdkJ4+pWg1M004drjc0T5iRJTWsEqhH7txJuiuPprsXkT1O
r96/KSSWJEOZJcQUFMQYuyVRxU5onBvro9iXMLao8XVPciI1OY8IqyVqS6tilPqLU1Lk6lL8
iHcrEEFam2xUg58H1KcScVKKYwX7tEOYbGsl5HbRkZOi1k7aohKH5ERVaQdKoyW5XmWJ30LR
qauRuZJ11FSWPqfoOHbQvewr2UpFe2dCJmbIoXcl66snbUmaQ5+XHkS3KEsabiWPrAp0Kvt8
yLMqiWrlLai6aDpUrMDipW+xeCbt2g5jpYluoqElCo5K6cOiO79SdCl1wlKomlOOsCaT84Ja
9RJJpq5E13Iac7kOhVV0YjdEOp3ehQyfJiU7lHBV0ZLqybyNL6EOj53K7Fak25QUXrMQRf6E
x+pGLqVcsr6MmStjqiCWilYElcVpKrhehUq0UfqZNKWoHNPoVoXoJPQWiKWIiu5Gm5R1FRIn
LJYrdsaxy627JFG8f4/0lcnPOCf3X6iChBcnFkv5kIlXK8JIa9SlZL8GJRJmmo7X+Rvw9LDh
otLbJi4mk2UVeEkEJHSnLEm6kQvOBtqXoNwkcxuyHqUpPM63TmJRC3N09SriCErblXEUP5iE
oQ4rzL2IdeZKUi6l9RQqLmQsH8xr/wCbrrJCwrsPsn1LQnzZL15m7ENdMI/Tg1VsnQRCpzNx
zrsSkVoVZS3CpC1GtSupQkWaSSrPzFkqpOxtoVaReZOmn6nqT0/oS5XJEn+BGKfObE440d2x
zVsnGqNtSHVlbFNf8SHfmR8xQ6KgnLvbhEGWVIdouPeNSfz4NDepsxrXcj6lWkXFUnQVCUnX
QWKVzq93NJIlZdXIooZH1Jbp6HMdIbK304N4qctEQsIIWNURCXM73MbEJwV048/B05VWxOCc
O5LXqTDgf0K/mUUfUlIhakRKRCUJlVSkoWGm1SKv5lMn6yQ39Tq9py9md+LTOnJxBuSlKd0U
pyJ/ctCvqchzZELU3RyQ85toSlFCpaSpUu5JxylvSw1k5yWiKr8yNdyVlHoUc/Qq4ZW3M/Ut
cmHO5XURYgj6k3knfjoX4VJ34t6ug07M/wD0WOWuLY8cc5fKOko73ZMP1KryP+R9seci6le7
IrA0lTyKpoq68iltyrqQJZ28xpPtdiFVDSE6+YmtbnTwaK3NIOnFy3ceLmWP+XcTdcR6FKzc
hWEr7iailjqyTkdL7E/QlW+p5W4QfoUdeYtjeB8yCxBWvCDkRIpVGPO0DWOSZ05OhRlXL2Jw
wyy5EYY9C21HllKy1eTIy/ITTkq5b5SJbXoUbjyKI5CSVfIhuChXIrko8yUyF7TyUUyToduH
ST7kvLmR9v1HWfMaT1I1RuyxYmw3LxKVb4VJSlbQZY5pkqs6lPkXuTtZDUTzO2vIpBaHrzLa
ihVJS+fGBxcTaT8ipyLCpwlcGu5uXGx3Yw1SUZLDJqVax0rKMrymdyjJKZR2qKX1JdYdZKYr
mUUMqiWpKJCSSKwjSDQ7og6YquRHS2/oNqMVuqixfuZr6f0in3M2+bZTLJ7zb+ojLDqXkdSw
STqpSE8O2bwRklk9+QkpSLVeqFNZJRWxKgiCpYlOiuh5Z2VaCxxWTY8li8W7iSVDaSthbF6b
Ep3E0rFfodUUKKp06qpGm/GSZ4Q+EyUuQPmiHpcxcuBN/wAIc4zm9aosuRZbne4rapM/Rkp+
ZRzoRMHmQ1QrpqdMy42Y4VdBzl04vRIprrQ7mQ2W9G/7ScEktp/uIdGTlZ1OnpTSIVE9CjmS
Windj+QmqQQ3Vk68PQSVZuQu0ft4Pv3gj3M+pL0/pIVURikyM3OSrGxUhsVKHIlkIvLGiXcq
5kjS5HgqWJ4+ZFzqWqqKkI6clRWeomnPmdftw1s5Y5aSmkJkvJ1F3QNLKrodTydKteh0YJJJ
X1J676H3MfcS251IliblvmLFUIa+RMlawS77EvFSJJExLJK/ThIttiRVrrw6cVTVks6sfuyc
InJ1YlN3BP3Za7EJQRfQhr1JxvrQpLFIypQq5Kn+Jy34N3I38FCHqXoTwl0g613NCydW9CWv
QtCPtq7jhv1FoKly0t6nU1BW75EJeonBL02EsVCHNilHvJvOxLXmUUG4lo7lpRskcilPMu67
lKkFXHMix025lajeVUJumKshNVY26VGlSCWU4Ze37ncm6Ox1JRKmT1oVoyU7srqUsLfcizIn
1KFdfDTh+fCG0XaRCqTqRcrMFFUl4pLyO1XvQha6kQKVTWRQLqyiR5YuUxNfISs9jLoxbqqz
Y6c1ab3Em43R25ENw9BvP7dyfbrgquBvqSauqr+o7HTRaNE5OmuPodWGTt9smTw71SmWn/eT
jR6rmL3McupK60HWM9irqTMU3kxeWTyx2dhrCs7CbTh6UErGKWupLVynFtLvSozozo1SDLD5
SQ/nuVmI8zqv1KajhWqkdygm6I+njqX4NzRDlppQiFYmCxETJVQUuyteRyJUUO5ENEY0fzJW
La8jpc4Pav8A5C6nK/j+Uma6G4+yMn+5FE8lpQlOfoTlSB4PJPDLyHjZboad1qPBvqwTojuc
xzqdzSasxdOmqO6GdrojqTWOSp5nU2XmTfkNZftinoYrOMorGo+jFrGE09LCV4ZWnCdyrO2y
KuHcWbVdxyjqwl5LSSGqCaK0a2HEtot3G/HyORS5W7PLgvaw9V5mWVU5Mc073Hj1LmQs0Xgq
0KCl+ZNiG4k6adK1JRJEJinFzurjftqUt7nU6tFJI0Gs2TiprsQ0uSe5SaClsiZWu44JtOqO
RuWUEJVKqFzIdUKr8iV9SMoSdH5CzxvodWSXS1HIyeCXWtIpAl7yS2hf+xclV8iXbQS3FlVp
6MSgh1kpZkKq4bMjQnmf/9k=</binary>
 <binary id="i_052.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4ReARXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTIAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfagAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWRgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMm++xjDFjgXHX3Hj71SbfkbifUe
WmY9zvyyrWRWS4ntrHgqrQBJiTMBJSn5NhrdNj401D3f3qBvv/0thGh1e7+9PYGtaZ4d4eKH
JAmdCY1/6pJS5ttLv515Pf3ugD/OUq7bXHS2yZh0Pd/5JQaJJLSdNTCnQ0eoOIJB08vNJTqM
NgDfe/U6y53h8Upu49SziZ3Hx+KmAdrT3Mn8FIVchsDt5JKaFj7GGPVcIH77v71VdbaJabXx
+dD3c/er92OQ17tSQJB+SzXSCTpJjUyZlJSWu28ERa+T33u/vTtyrQ3Vz2PP8t3/AJJDrkOh
0HbqT4AeCewhr9dDwkpu9PZk2ZFdbHWPcXCGB5E6jTcSu3Av9eS3Y+NGlxI2+Oi5v6p0i3NF
nLqnF09oDR/35y7ANH2vTUbJ0SU//9DGvuIdtAgTqeSqbrCRxzrx3VnIbJJcJZ3j4oTGVu3O
0gaNa7kST+ckpE+xxE2AlumjdCUJz4ECAOwA4/6lHFW4CNAdNNNVG1paRuiAPcdP4JKRtE6H
WeCeyJUC6wAS4ggAeaj7dpgADnjRGwyDm0gx7ngH70lO02o7GgjUcn5JxUQdATrJCtel3Omv
KYsIERMHlJTTtrgk8h0Qsi/HcLCGdtSt2xurREa8cSh4Aqu6l9nc1ja2D1LH2CGuB0bXQ58b
rN3uekpwi4MbqC7QAOGkDXxSorusez9G2/cSQzkE/vTK6Xq2H0nGwRjZWT6973FzSysuyWMP
81Y1mIx9VjWu/wC5Oz16v5n01ndO+q2Xl7XelZQwlu661pY2NC/aLPfY/wDsJKeh+quL6DG5
Dy1rnF1QDTpsYPdYf69q27HVHJgEAFo9wPf5KtjdOxsdtOPU57amgtaJGjWjcPohHGPV9qbT
Li0tLpJ1JH8tJT//0cm1gBIdADpDdO+iA2thd7zzMNA5I/eVqxjDq/XyOuqDVS11gBn6Tj56
jT/pJKYWuqx2ssvHqOEEU9nE/R9R2ns3fS2qyzLxhUKzmNYLDuqotx2247fzn762bX+pu/Oq
/wC20KzpHUOo2GvHr3PrDWOk7Npl2/1N/wBD/q103T/qpjU4tfTsxpv9Gz1XObLS5527bq3f
T9LZvr2JKePu+yue44twtNRAc3a8AB359Vzwx1tDnfzfqbLf30untLs7HJBP6RpPHYqx1h4P
U8iio1iikjHq9DVhqq/mXbtz97vd7/f/ADiBgaZtOkjePJJT1UToeNR5KNjA1un3lONT4iSp
26tAGkiDCSnOzcinHa2zIeGtcSByZjV0QHINGe+kV5lWM3IosltXqhsl1Zd76mve1zK/c/03
7f0tlVjEzulZPXeqOYwGrp+C70Lr9Ad8etaytjvc+135vt/R/wA4tnNyKH9e6L0PDAbV09rj
lMbW1zgGycelljmO2udV+f8AzVXr+p/OpKbXT2X4ranVYjaaHGsWF7/SLWkOs9UU/nen9H0N
7P8AglmZGD9YBTfZcHV5TXutxq8awP311lrt2xztjH/uf8X+lYi09ewX9eb06lr9jWvqNjd1
r7bS7e6iv1PWsdXo79K/9JbYpZP1ix87p+XVi2NdkjHu20scP0VbWljrMhz9nuZu/o9X6bf/
AMF70lO9Q597ca0hpe/3uFRDmguZudscwn2aojg0dQqjuwiP85eT4D7MUtyKHupsYP0dtRLH
A+Tmrtvqf1PMzd9VtpvyqAXsfa4vJrf9Ju8+79G//q0lP//SxX3WbzDtAdCRwT3XSfVTo2VZ
6fUrHV7Z3UVuBIBHt9c7f/A/89ZOFhHKzq6RINh2kxIAjc53+avRen4bMTHrpZMVt2tnwSU0
6LqsjLfhZDTR1THHqbXncLqidrcii72/aKd3s/02M/8AnVg/WTO6zgH7ZjituKN2HY9/876h
Dv0g2vbsre3+Z/c/wiufWvI9Pp+F1rYPU6bnVtLiOarN1OSz/i3y1W/rRgNs6RdVYQa/UBFh
Puaf8De/957XbKn/APBpKfM/ZtaG6gD5R5ouI4faqiZjcDA/2KEEiYie2n9pTxw4ZFce2SPw
SU9K20WNAkbgeFcwbAMmqy1peK5eWgbp2j9z87Zu3rFFvp8QIALdP4JusV05PTnXPkuxmufU
4Ej3H2+795uqSnpKs/M6nfVn9NrZZjWA1uflvc0FgdscaGVNudvtc3f/AMVsUsE4bepWi2l9
GfaP0m4hwfXUdGV2V/TbW135yr/VSp37IwnQ5rvSbBDi0EGfo1e6v3fS9T6f8hN16zCx+qYf
U8rIdU3EeGANG8PJFn6LbX72bP8ACv2JKeLyGPxet2vvbDqckm1kx7d+6wTWR7XV/ur0D6z4
ODjfV3OsxqKqjXj+lS9jGtLanOZ+jre0bvT2rz7rBqHWMs1v31W2F9b+zg4DVi7L6rtyszoF
VeafXxd7/s7LQCPTZ7Wbt8+qzdu9D9xJTwjQ0M2yNZkk8mPJdd9Tuj9ax8urNOMWY1jDLi5o
JY7T+aJ9X836K0uo09NoNNFOBi2X22MB/Qs/R1u3NdkOAH8nYzct3BynUuFVhNrnk+qZMh4A
3env9u32/pa930/0laSn/9PW+qWEHXXZbvzP0bB8fc93/UrqMiwU477Jghp2+Mx+auc+pz3e
plUkQAGvHx+iVe+tmezp3TWZdjTY1tzGBjYBkhx3F7g7a32pKX6lj4l31bvZltBxbA1xBJaN
HNI9zfgifWwt/wCbOe4QQKmuYZ00cx1Z0XO431pZ9qv6llbcrFrxaTViVlpc2w2+n+mn6N9T
P57d9BEw+r9N630/E6BcLaX5bLfs9gHsY5hc+rcS79JXQ32fn7/oJKeHE6FuonTxKtYjH+u1
zgZncJ7/APklO/EuqybMa32X0PNdjQdA4GHbT/L/ADFrdC6nViWtry2VikCK7TU02B3A3Xtb
67qklMs7AdRTVlNDjiX1tdXYRqHn6dNn7j9w9n77Fn51n+ScljuXMDQW6kyWrq8v6wVOqNWL
T9pte3Sp8emXc+n+kG1+7+ouV+ufTasPqjL8Mtbj5rDZ9na4forGx6teyt3trdu3f199aSm3
0rrl19tWJS5+FiYtDrLWNcXPLahusFDW7fU21+/0v0Xq/pP0iqfWXq1ma3BfWIwYtFTjq972
P9C2+xzfZ+b+irZ/g/8ACvRfqfg1ZOc26q62rqGK17zQ+n9EWua6lhdlB26rd6v+Eo/qJdU6
LndL+rmHi5oaL8bItFd1bt1Xp3bXiuxwDXUbrWP9Jzq0lOVj274x3MY9kai0Agk/ScJ927+p
713HQss/ZqqHYzseulvp0ugil4aI9j7PoW/11w+Ngbgb3XhtFY3PsDXE6a+nU12zdf8AuVrf
6b9cntqOJ1Wmu3A2Fra522gj+abPu3f8a7Ykp6DIba65uZVYLA2GV0DaGgkztdbH0/8Arb7L
P8Gn6XkPt6zttAm0ve5ocYY6trWt9n77m+165Sr609YZY/IZVjV7ztDgwPe0Rpttc4u37fz3
LR+p3Wep39WGFl3m6gstfVuhz2v009Vv+C2bv5CSn//U1ejZ/RMfJBw8kF1gDLBY5wcdfbDL
Nrfa791W/rha5/TsWgtP6XJB36bfYx7ocP5e5efPre9ziwS4d/hqvRh6fU+m1nMY3LHpiymg
ktBta39GAay13uSU5l+Njfs7ptjKa2231zZYGND3SP8ACPaN1jf66yussdg4z8/CcKLayze0
AFpaT9IN/Mduf+Z9NaHTci+zpeHTeDvx2EF37wfFjI3e79E39Es36wvBwsxkyNjAB/K3hySn
XZl9I6u/1rsSp+U8MF8ksBgbd+5zf0120+p6fsVz/m10aAG0eej3kj/pLz+jrHVsaoMxMqzH
ra1oc1pgOLRta5zfd7tmxn9hFb9ZvrFUBGc5x8XMaT+RJT3o+rPS491b477XvH/flUyvqp0V
z/bjGNJOriY/ed+cuUH12+srGgevU/xmppOnwctDpn1p+snUasitox91Ia51ha5sBxd9D03t
b7dqSnoXs6jjMH2MsbVXDfSIsgtH+kftfbZtb7W7rNjFQ6sbcjFyqMvLbRRl1ei1paCWjey7
1f0j2+rZuq/cWYyzrGbrdnWWMP8AomBjfk9+96Fl9FNjS70rnWkw11m526B9FrnJKcLqlIqs
ZRiZP2rGYN+8Dad7id/6IOchY/S87Kn02iN0eo4xJ/6T1pPwqqA0XWhpA1AguH9kJ6+o42OY
rY97f3TpJ/6SSnGc27He6l8tLDDwOCuh+pdrq+u1OYS5ra7d4Elxbt+i1rfpu3/mLO6wa73U
ZDQA++sOsqBkCCWt/wCiEPptVj8vHqYDussa32kggT+8kp//1czFY01veeeI5IC1um9RspY6
pwD2MgMcXQWke8Dj+2ufx3Ft7tpmfpD4rRxRYcoVH6Nh9U6ciBX/ANVWkp3KrN4steGsNjnP
2sMj3HdyVh5osy+nZmQJ9N5MNB5DC2XN/wAxad9noVehVHquAn+SO7kLH9JnSqG7Q+uxoBPi
HTuSU8i2pj3e0lg28TyT/JRmUC2GHXw3AH+DUvQcy11WpbW4sl3kVPGeWWtA4B+OnmkpFlYl
uIxj7K63h52ge4EmJ8Vp/Vr1nNyfsmKHyWNt32FrYh7g321ve5Tz6TlVtbOxzCXAkSDpx2VH
pHXMvArurx6W2WXlpgix0bdw+hV6f73+lSU7uT12rCe/GtoDMqnQ11NLq5cG+nN1trHu27v9
CsG3Ky8sxkWF0ngaCP5TvpKxmY9ljG5tjmvttILgyWgabWkVuc+z/prPsv8Af6dZ4+mRz/VD
klNhtAA3EODQe41/zVt1YPQcBzMfP2XZNrWv9WxxZU3c3d6UMfW5mz+bdZd9Oz/g1X6B9WMn
qFjM/Mf9m6dW4P3WO91oHu/Rj/Q/8M7/AK2qP1j6w3qnV7L2H9XYPTpETLW/nf8AXPpJKd5/
Sfq5mP3NZ+ld9I4986eGwve3b/VRcD6vdMxMxmXjG/dXJZVYNzASC2d21n0Z/eXEQCSWiBMj
boT9y6b6sdPOTiepa975tO1pJILQBuj3fvJKf//W511WSXl1YMayePktzo9djf0lztzwNjXa
QGg9v7arYtYcxpcDAdJI8NNyt9NvYzBbYYE6ie0yQkpj9YbWYXTnNrk3ZB2CzvB1ss/zfai4
3twsOoiQ0AACOPcszrt22iuh+ttzm2OeeQwfQb/I9RWsAi3phbXq/HeHgeLZ9ySnHzrqhn3E
H9GLHdo+5DpvoFu7fDRrp/35qiQ15cXt3HcdzROskqQxanWViPa6Ggg6+fuSU2szqLmNbZWN
zCYeWH3Afyf/ADJafSvrB9WcGra6rNaPztrnMBP525lN2xUz0nCLP6RYxgHvMNdpGvgqOBRi
W5JD2Gulpkh7yRH8l4rc5276SSm51TqVVrHnDqNWK+GMdZo506+xnv2e3/hLHqr0XomX1O0+
lWXY9Th9ptOjGj6ezf8AnXOZ+YqmdlNvyXOrltLSW1MmYb5/1l2n1fzcT9h49e4sawlrW0tB
cHk7rH2N+m7d/pNqSmt1vN6hndMdjVMfUKbNtjLWivfXDtnpe7b7fzmrl3YeZtG6lwI1n+7b
/wB9XobXbR/OttB/NtYNxH9V/wD5FUr6umn3XYzfU/0lD3Vz/YafT/6KSnhjRcWklh/eIIif
gu46W5vT+m2VbdrsOhosf422j1Hf5u5rVQzRg3OYGerU59jQKnQ4RP6RvqM9/wBDcl1S99VL
K6wH25dwutDZ2gE7Gtg+72sYkp//16F1jK8O0t9pDdoPPOn8VbZ6eMB6xaGtADANew9zFQvo
sFbq4Ie/gHmQVDBuzL7Ti11OdbQDLXloDR9L3OeUlOf1ey27Mbc5rgy0vNbT+607GtWr0DLp
ryA21zWsIIduMDVVszHy84VuqxLCanODywBzdx2zq0/u7UEYfV63foaL2OB0NVY36fuWe7a7
+qkptZnTvs3U7mbZpLvUAjTY8T/1Sa7ZY5rniHNiAYCJS3qLnV0Y2LktcSPVfk1O9MgHcfe5
ouZZ+e619+xb13TqLq+AXASC/tPLd7fpJKedvY51LyIa0NnmGtHxVFuTY3pbWFpY57nbrSPp
MBlrdy3cvoeRte1v0LTDqwSSB/JGv/SUul9FOM5tmdabaCDFEAAn57/7X0ElPHOLmFzbAJ1J
8+67rAfh9I6KM3Kl4xKNtbNC02PPqNc2t3sfdbaWe+38xctk9J6lflW7MYlznHcGRtb/ACef
axq6UC3I6Xf0fPr9PJfQx7CCC1zqi1zLGED6P+Ds/cekp5K/N6jnWOysm99lxJJcSZk/ufms
b/JaiY+V1SsObVY9zAN7w6XNaB3fu3bdqtu6QWGTYZB5A0/KFaYG0VPx6jG9pDv5U/6T95JT
NjLn4f29zd+QwOezadC0Ha+6ykl7fa3d/NqzhZOP1DqY+07gHMLYaBBc0T/00HBu+zV1MdD4
bAA4M+4/1lWwgMfqLaW6llwiPBw9rXJKf//QuvormNSDzGgWfl9C6fk5Lr3mxjnxLGbeQNk/
pWvWjeQDpyTr4obbWT5+A/iUlJemYOJgVuqxpIdq97yNXce1rG1q5vcPcT5A8/8ASVE3CZJk
8Ildpj3fiUlJX2ud9/0jKYbjqO/J7KJe10mR4TwIUTe2YadPHxnzckpsMGkk6AypEAiHDgd1
TGU2RB1n6XH+Y1E+0CId7nH8wHUFJSPKw6bH7nSHgRodQqGPT1Zmc1lza7sRriKrNxGxrhtc
/YPpXO/OWk552gkgNMz4fP8A8yQbsuto2sEnvBEJKamdguDx6IJadAOTKoXYeRW6XggR4f8A
VLQdku3AF4A5JnhDybWOYAYfIlrewPikpzqoPvE7R+fwPkELcR1RrtYa9rHHwc1su/tK+x7D
DyQY0Hw/kKmcJ5vNtdrQ1798GdCfpQkp/9n/7R+uUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAA
AA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAAOEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxgH1/yAHSNjzhCSU0EOgAA
AAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRl
ZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRl
ck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1
BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJs
dG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAA
AAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9v
bAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wA
AAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAA
AQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAA
AAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBV
bnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFi
b29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAA
AAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQ
Y3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3Jv
cFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0
VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAA
AAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAA
AAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBs
ZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAt
AAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//
//////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA
/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAA
OEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAA
AkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH2
AAAABQBpAF8AMAAzADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfYAAALQ
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAA
AgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABM
ZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9gAAAAZzbGljZXNW
bExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdn
cm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dl
bmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2Jq
YwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAA
AEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfYAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxs
VEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNl
bGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVu
dW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9F
U2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNl
QkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0
bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAA
AAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAA
AAM4QklNBAwAAAAAFmIAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAFkYAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVf
Q00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgR
DAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4O
Dg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAA
cAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEF
AQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFR
YRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXy
s4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgEC
BAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPEl
BhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG
1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMm++xjDFjgXHX3Hj71SbfkbifUeWmY9zvyy
rWRWS4ntrHgqrQBJiTMBJSn5NhrdNj401D3f3qBvv/0thGh1e7+9PYGtaZ4d4eKHJAmdCY1/
6pJS5ttLv515Pf3ugD/OUq7bXHS2yZh0Pd/5JQaJJLSdNTCnQ0eoOIJB08vNJTqMNgDfe/U6
y53h8Upu49SziZ3Hx+KmAdrT3Mn8FIVchsDt5JKaFj7GGPVcIH77v71VdbaJabXx+dD3c/er
92OQ17tSQJB+SzXSCTpJjUyZlJSWu28ERa+T33u/vTtyrQ3Vz2PP8t3/AJJDrkOh0HbqT4Ae
Cewhr9dDwkpu9PZk2ZFdbHWPcXCGB5E6jTcSu3Av9eS3Y+NGlxI2+Oi5v6p0i3NFnLqnF09o
DR/35y7ANH2vTUbJ0SU//9DGvuIdtAgTqeSqbrCRxzrx3VnIbJJcJZ3j4oTGVu3O0gaNa7kS
T+ckpE+xxE2AlumjdCUJz4ECAOwA4/6lHFW4CNAdNNNVG1paRuiAPcdP4JKRtE6HWeCeyJUC
6wAS4ggAeaj7dpgADnjRGwyDm0gx7ngH70lO02o7GgjUcn5JxUQdATrJCtel3OmvKYsIERMH
lJTTtrgk8h0Qsi/HcLCGdtSt2xurREa8cSh4Aqu6l9nc1ja2D1LH2CGuB0bXQ58brN3uekpw
i4MbqC7QAOGkDXxSorusez9G2/cSQzkE/vTK6Xq2H0nGwRjZWT6973FzSysuyWMP81Y1mIx9
VjWu/wC5Oz16v5n01ndO+q2Xl7XelZQwlu661pY2NC/aLPfY/wDsJKeh+quL6DG5Dy1rnF1Q
DTpsYPdYf69q27HVHJgEAFo9wPf5KtjdOxsdtOPU57amgtaJGjWjcPohHGPV9qbTLi0tLpJ1
JH8tJT//0cm1gBIdADpDdO+iA2thd7zzMNA5I/eVqxjDq/XyOuqDVS11gBn6Tj56jT/pJKYW
uqx2ssvHqOEEU9nE/R9R2ns3fS2qyzLxhUKzmNYLDuqotx2247fzn762bX+pu/Oq/wC20Kzp
HUOo2GvHr3PrDWOk7Npl2/1N/wBD/q103T/qpjU4tfTsxpv9Gz1XObLS5527bq3fT9LZvr2J
KePu+yue44twtNRAc3a8AB359Vzwx1tDnfzfqbLf30untLs7HJBP6RpPHYqx1h4PU8iio1ii
kjHq9DVhqq/mXbtz97vd7/f/ADiBgaZtOkjePJJT1UToeNR5KNjA1un3lONT4iSp26tAGkiD
CSnOzcinHa2zIeGtcSByZjV0QHINGe+kV5lWM3IosltXqhsl1Zd76mve1zK/c/037f0tlVjE
zulZPXeqOYwGrp+C70Lr9Ad8etaytjvc+135vt/R/wA4tnNyKH9e6L0PDAbV09rjlMbW1zgG
ycelljmO2udV+f8AzVXr+p/OpKbXT2X4ranVYjaaHGsWF7/SLWkOs9UU/nen9H0N7P8AglmZ
GD9YBTfZcHV5TXutxq8awP311lrt2xztjH/uf8X+lYi09ewX9eb06lr9jWvqNjd1r7bS7e6i
v1PWsdXo79K/9JbYpZP1ix87p+XVi2NdkjHu20scP0VbWljrMhz9nuZu/o9X6bf/AMF70lO9
Q597ca0hpe/3uFRDmguZudscwn2aojg0dQqjuwiP85eT4D7MUtyKHupsYP0dtRLHA+Tmrtvq
f1PMzd9VtpvyqAXsfa4vJrf9Ju8+79G//q0lP//SxX3WbzDtAdCRwT3XSfVTo2VZ6fUrHV7Z
3UVuBIBHt9c7f/A/89ZOFhHKzq6RINh2kxIAjc53+avRen4bMTHrpZMVt2tnwSU06LqsjLfh
ZDTR1THHqbXncLqidrcii72/aKd3s/02M/8AnVg/WTO6zgH7ZjituKN2HY9/876hDv0g2vbs
re3+Z/c/wiufWvI9Pp+F1rYPU6bnVtLiOarN1OSz/i3y1W/rRgNs6RdVYQa/UBFhPuaf8De/
957XbKn/APBpKfM/ZtaG6gD5R5ouI4faqiZjcDA/2KEEiYie2n9pTxw4ZFce2SPwSU9K20WN
AkbgeFcwbAMmqy1peK5eWgbp2j9z87Zu3rFFvp8QIALdP4JusV05PTnXPkuxmufU4Ej3H2+7
95uqSnpKs/M6nfVn9NrZZjWA1uflvc0FgdscaGVNudvtc3f/AMVsUsE4bepWi2l9GfaP0m4h
wfXUdGV2V/TbW135yr/VSp37IwnQ5rvSbBDi0EGfo1e6v3fS9T6f8hN16zCx+qYfU8rIdU3E
eGANG8PJFn6LbX72bP8ACv2JKeLyGPxet2vvbDqckm1kx7d+6wTWR7XV/ur0D6z4ODjfV3Os
xqKqjXj+lS9jGtLanOZ+jre0bvT2rz7rBqHWMs1v31W2F9b+zg4DVi7L6rtyszoFVeafXxd7
/s7LQCPTZ7Wbt8+qzdu9D9xJTwjQ0M2yNZkk8mPJdd9Tuj9ax8urNOMWY1jDLi5oJY7T+aJ9
X836K0uo09NoNNFOBi2X22MB/Qs/R1u3NdkOAH8nYzct3BynUuFVhNrnk+qZMh4A3env9u32
/pa930/0laSn/9PW+qWEHXXZbvzP0bB8fc93/UrqMiwU477Jghp2+Mx+auc+pz3eplUkQAGv
Hx+iVe+tmezp3TWZdjTY1tzGBjYBkhx3F7g7a32pKX6lj4l31bvZltBxbA1xBJaNHNI9zfgi
fWwt/wCbOe4QQKmuYZ00cx1Z0XO431pZ9qv6llbcrFrxaTViVlpc2w2+n+mn6N9TP57d9BEw
+r9N630/E6BcLaX5bLfs9gHsY5hc+rcS79JXQ32fn7/oJKeHE6FuonTxKtYjH+u1zgZncJ7/
APklO/EuqybMa32X0PNdjQdA4GHbT/L/ADFrdC6nViWtry2VikCK7TU02B3A3Xtb67qklMs7
AdRTVlNDjiX1tdXYRqHn6dNn7j9w9n77Fn51n+ScljuXMDQW6kyWrq8v6wVOqNWLT9pte3Sp
8emXc+n+kG1+7+ouV+ufTasPqjL8Mtbj5rDZ9na4forGx6teyt3trdu3f199aSm30rrl19tW
JS5+FiYtDrLWNcXPLahusFDW7fU21+/0v0Xq/pP0iqfWXq1ma3BfWIwYtFTjq972P9C2+xzf
Z+b+irZ/g/8ACvRfqfg1ZOc26q62rqGK17zQ+n9EWua6lhdlB26rd6v+Eo/qJdU6LndL+rmH
i5oaL8bItFd1bt1Xp3bXiuxwDXUbrWP9Jzq0lOVj274x3MY9kai0Agk/ScJ927+p713HQss/
ZqqHYzseulvp0ugil4aI9j7PoW/11w+Ngbgb3XhtFY3PsDXE6a+nU12zdf8AuVrf6b9cntqO
J1Wmu3A2Fra522gj+abPu3f8a7Ykp6DIba65uZVYLA2GV0DaGgkztdbH0/8Arb7LP8Gn6XkP
t6zttAm0ve5ocYY6trWt9n77m+165Sr609YZY/IZVjV7ztDgwPe0Rpttc4u37fz3LR+p3Wep
39WGFl3m6gstfVuhz2v009Vv+C2bv5CSn//U1ejZ/RMfJBw8kF1gDLBY5wcdfbDLNrfa791W
/rha5/TsWgtP6XJB36bfYx7ocP5e5efPre9ziwS4d/hqvRh6fU+m1nMY3LHpiymgktBta39G
Aay13uSU5l+Njfs7ptjKa2231zZYGND3SP8ACPaN1jf66yussdg4z8/CcKLayze0AFpaT9IN
/Mduf+Z9NaHTci+zpeHTeDvx2EF37wfFjI3e79E39Es36wvBwsxkyNjAB/K3hySnXZl9I6u/
1rsSp+U8MF8ksBgbd+5zf0120+p6fsVz/m10aAG0eej3kj/pLz+jrHVsaoMxMqzHra1oc1pg
OLRta5zfd7tmxn9hFb9ZvrFUBGc5x8XMaT+RJT3o+rPS491b477XvH/flUyvqp0Vz/bjGNJO
riY/ed+cuUH12+srGgevU/xmppOnwctDpn1p+snUasitox91Ia51ha5sBxd9D03tb7dqSnoX
s6jjMH2MsbVXDfSIsgtH+kftfbZtb7W7rNjFQ6sbcjFyqMvLbRRl1ei1paCWjey71f0j2+rZ
uq/cWYyzrGbrdnWWMP8AomBjfk9+96Fl9FNjS70rnWkw11m526B9FrnJKcLqlIqsZRiZP2rG
YN+8Dad7id/6IOchY/S87Kn02iN0eo4xJ/6T1pPwqqA0XWhpA1AguH9kJ6+o42OYrY97f3Tp
J/6SSnGc27He6l8tLDDwOCuh+pdrq+u1OYS5ra7d4Elxbt+i1rfpu3/mLO6wa73UZDQA++sO
sqBkCCWt/wCiEPptVj8vHqYDussa32kggT+8kp//1czFY01veeeI5IC1um9RspY6pwD2MgMc
XQWke8Dj+2ufx3Ft7tpmfpD4rRxRYcoVH6Nh9U6ciBX/ANVWkp3KrN4steGsNjnP2sMj3Hdy
Vh5osy+nZmQJ9N5MNB5DC2XN/wAxad9noVehVHquAn+SO7kLH9JnSqG7Q+uxoBPiHTuSU8i2
pj3e0lg28TyT/JRmUC2GHXw3AH+DUvQcy11WpbW4sl3kVPGeWWtA4B+OnmkpFlYluIxj7K63
h52ge4EmJ8Vp/Vr1nNyfsmKHyWNt32FrYh7g321ve5Tz6TlVtbOxzCXAkSDpx2VHpHXMvAru
rx6W2WXlpgix0bdw+hV6f73+lSU7uT12rCe/GtoDMqnQ11NLq5cG+nN1trHu27v9CsG3Ky8s
xkWF0ngaCP5TvpKxmY9ljG5tjmvttILgyWgabWkVuc+z/prPsv8Af6dZ4+mRz/VDklNhtAA3
EODQe41/zVt1YPQcBzMfP2XZNrWv9WxxZU3c3d6UMfW5mz+bdZd9Oz/g1X6B9WMnqFjM/Mf9
m6dW4P3WO91oHu/Rj/Q/8M7/AK2qP1j6w3qnV7L2H9XYPTpETLW/nf8AXPpJKd5/Sfq5mP3N
Z+ld9I4986eGwve3b/VRcD6vdMxMxmXjG/dXJZVYNzASC2d21n0Z/eXEQCSWiBMjboT9y6b6
sdPOTiepa975tO1pJILQBuj3fvJKf//W511WSXl1YMayePktzo9djf0lztzwNjXaQGg9v7ar
YtYcxpcDAdJI8NNyt9NvYzBbYYE6ie0yQkpj9YbWYXTnNrk3ZB2CzvB1ss/zfai43twsOoiQ
0AACOPcszrt22iuh+ttzm2OeeQwfQb/I9RWsAi3phbXq/HeHgeLZ9ySnHzrqhn3EH9GLHdo+
5DpvoFu7fDRrp/35qiQ15cXt3HcdzROskqQxanWViPa6Ggg6+fuSU2szqLmNbZWNzCYeWH3A
fyf/ADJafSvrB9WcGra6rNaPztrnMBP525lN2xUz0nCLP6RYxgHvMNdpGvgqOBRiW5JD2Gul
pkh7yRH8l4rc5276SSm51TqVVrHnDqNWK+GMdZo506+xnv2e3/hLHqr0XomX1O0+lWXY9Th9
ptOjGj6ezf8AnXOZ+YqmdlNvyXOrltLSW1MmYb5/1l2n1fzcT9h49e4sawlrW0tBcHk7rH2N
+m7d/pNqSmt1vN6hndMdjVMfUKbNtjLWivfXDtnpe7b7fzmrl3YeZtG6lwI1n+7b/wB9XobX
bR/OttB/NtYNxH9V/wD5FUr6umn3XYzfU/0lD3Vz/YafT/6KSnhjRcWklh/eIIifgu46W5vT
+m2VbdrsOhosf422j1Hf5u5rVQzRg3OYGerU59jQKnQ4RP6RvqM9/wBDcl1S99VLK6wH25dw
utDZ2gE7Gtg+72sYkp//16F1jK8O0t9pDdoPPOn8VbZ6eMB6xaGtADANew9zFQvosFbq4Ie/
gHmQVDBuzL7Ti11OdbQDLXloDR9L3OeUlOf1ey27Mbc5rgy0vNbT+607GtWr0DLpryA21zWs
IIduMDVVszHy84VuqxLCanODywBzdx2zq0/u7UEYfV63foaL2OB0NVY36fuWe7a7+qkptZnT
vs3U7mbZpLvUAjTY8T/1Sa7ZY5rniHNiAYCJS3qLnV0Y2LktcSPVfk1O9MgHcfe5ouZZ+e61
9+xb13TqLq+AXASC/tPLd7fpJKedvY51LyIa0NnmGtHxVFuTY3pbWFpY57nbrSPpMBlrdy3c
voeRte1v0LTDqwSSB/JGv/SUul9FOM5tmdabaCDFEAAn57/7X0ElPHOLmFzbAJ1J8+67rAfh
9I6KM3Kl4xKNtbNC02PPqNc2t3sfdbaWe+38xctk9J6lflW7MYlznHcGRtb/ACefaxq6UC3I
6Xf0fPr9PJfQx7CCC1zqi1zLGED6P+Ds/cekp5K/N6jnWOysm99lxJJcSZk/ufmsb/JaiY+V
1SsObVY9zAN7w6XNaB3fu3bdqtu6QWGTYZB5A0/KFaYG0VPx6jG9pDv5U/6T95JTNjLn4f29
zd+QwOezadC0Ha+6ykl7fa3d/NqzhZOP1DqY+07gHMLYaBBc0T/00HBu+zV1MdD4bAA4M+4/
1lWwgMfqLaW6llwiPBw9rXJKf//QuvormNSDzGgWfl9C6fk5Lr3mxjnxLGbeQNk/pWvWjeQD
pyTr4obbWT5+A/iUlJemYOJgVuqxpIdq97yNXce1rG1q5vcPcT5A8/8ASVE3CZJk8Ildpj3f
iUlJX2ud9/0jKYbjqO/J7KJe10mR4TwIUTe2YadPHxnzckpsMGkk6AypEAiHDgd1TGU2RB1n
6XH+Y1E+0CId7nH8wHUFJSPKw6bH7nSHgRodQqGPT1Zmc1lza7sRriKrNxGxrhtc/YPpXO/O
Wk552gkgNMz4fP8A8yQbsuto2sEnvBEJKamdguDx6IJadAOTKoXYeRW6XggR4f8AVLQdku3A
F4A5JnhDybWOYAYfIlrewPikpzqoPvE7R+fwPkELcR1RrtYa9rHHwc1su/tK+x7DDyQY0Hw/
kKmcJ5vNtdrQ1798GdCfpQkp/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAA
UABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAA
QwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4RB3aHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlI
enJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4
OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAt
MDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5v
cmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFi
b3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4
bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNl
UmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9S
ZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
IiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBo
b3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9j
dW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmE4MTUwYmI4LWVkYzQtMTFlOC1hNTdj
LWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpiM2Y0ODY4Yy1jOGZk
LTM1NDYtODZhOC04NTIyNjZjMTBhNWYiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1w
LmRpZDoxOUFFOEQ0MEI3NkYxMUU1OEY1MzgwOTc3NkVBN0FFOSIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29s
PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIy
MDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjUwKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQy
MjozNTo1MiswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1Misw
MzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4g
PHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OGY1NTE3MGIt
YjBmMy00NzRjLTlkODYtYjBlZmFhMWZlNWI3IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlk
OjE5QUU4RDQwQjc2RjExRTU4RjUzODA5Nzc2RUE3QUU5IiBzdFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3Vt
ZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MTlBRThENDBCNzZGMTFFNThGNTM4MDk3NzZFQTdBRTkiLz4gPHht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0
RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NWIzY2M0MWEtMzYyYy05OTQ3LWEzYmYtMjI0ODk3
NzM3YjcwIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjU1KzAzOjAwIiBzdEV2dDpz
b2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0
OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0
YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjhmNTUxNzBiLWIwZjMtNDc0Yy05ZDg2LWIwZWZhYTFmZTViNyIg
c3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1MiswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVB
Z2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2Vk
PSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRl
cnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rp
b249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3Bu
ZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6
aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpiM2Y0ODY4Yy1jOGZkLTM1NDYtODZhOC04NTIyNjZjMTBh
NWYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTIrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3
YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hh
bmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRp
b24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBk
gAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcX
FxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4O
FBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgAR
CALQAfYDASIAAhEBAxEB/8QAqgAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAgMBBAUABgcBAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAQAAICAgICAgICAgIDAQAAAAECAAMRBCESEwUxIhAUQTIjFSQGoEIzNBEAAgED
AgQEAgQNAwQBBQEAAAERITECQVFhcRIDEIGRIqGxwTLSEyDw0UJSYnKCkrLC4gThoiPyMxQ0
g/FTY3OTJBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAARCxHwuuPWpZb6mRcivI4
qrToQJbKnBaisRZBAFgq0ljkQPKvxbZSsjiVw7lAPhPDwWIzkiP6vw5aeLHVxHHW4slWkuDW
4fKpHwlQ1lUy02k49CYEKehw3g4810wTWasFZiCcSd0icQkdC+DGYO6eImRO6JO7hGj3DnV7
AcGJ3dIMGAQlAsXKFzIgC1YPTBPRwYzAQMA41kGEEccEE5dwvG+RcE4Vz+PMixAIFwnjEmeI
EGwLMTE8UE90E9MAwUHGEBLaJxCwbYr2CemCRLgJ6SRngEmIHMWckoALiBnhD7jBKCAEhOMY
HSBFjXzdgtw1ZXelwXFx5ZLgEwRCQcoZ3QR0EAUgSEwQMsBGDOjoJLuIieIOCHNS4OCgiZkG
ZkFbSEA4CFvUVomCB4xUnwJjwwhIgJgghMiwpxe18zZGA0CrZr2Bndx5MCgETEWt6QhMCZFg
ImJXkhJMSFwwQZmSZDjpgwTES05FkMDkCe4gwMKI4gTWStgFUHJBExIYJCzKApGQR4hJcYVg
LRoa2XsAQxYh6jG8HHmIFQQDB3cJI9BxBJPBJJiJ0DJIzBEzIURxMFBBcQ2xWtDukQeKRcnw
tnccmwsESgTXtqKwNEEuIhy+OSxIXCRYdSYXXU9YtadO2GJAINTTuLjyK3KFgwCI6SIIDu7g
+6BfHwPEIEkJJDIXdBMGsIgYWbKrJE9x09xAs4CDkEZ4WLBARZSIh0iIfJWG0BVmIHwkxlqs
8s7fn94ZapGWwSJxqktcnjzCzWLEjFRYQcS3gCaghMQOYI1RrIIDO7oOmRJjpIMJNJ62kTMi
5LgSiTo7iJiRMHxCmrCalRoUtigWBcs8+j0uGIlzSq1t8ZdssKsteU5viVh6wVu0OPHLYAqH
oB7hGtQwhZCFBSBPMAVYWJI0hcBk9HEdIhRBGs9FoHjEiRIGDgEWQBM8K6JIrvrlT0GFsmgd
VxbTl5ZdqLtFZulomXrFJJCQi1UtBrISrZqWSz0ceNgwA6TK8MEiOIFkiEJLIsTZEX8gDUqQ
wolZpgz3BrmCOgzXtVrAQzBAsEjikDogIeEGJgEu4Vaq3RufrgVrouCW6oIGk4ZewpPUGlgi
wlofHBn2a1ks93HkFtEUxfEAwSWLgYphEHCBkUjNO1nLNStSsjOrUC9VsoFl3HTxGu5Ngieg
Ke46CAETAiCgXC6RoDmmE+/mDdLI1jl3rJlBqNPD+hvcUcvfyTYvocKchw7o4pNS4t93HkgH
gFMkEGJGAQDmqYDUs0xUwotamf6M8uzSkor9FlFZZAcPSSYEaz61gLogkhMnpEEDSTMoMhPE
R6/D9iYOP6jz5oaNcC2oq5ZkbA2rYUdjanmzrOIRvbvh2nuJ8VoGrZr2iz3ceOkSAKJAS1Q5
JyNW4CsDyM6be8UNLrZJrcYuD6fy50xJEGJxrYaza9ojukkgMISEX3cFiaeERd70Y29X4xMK
289UiKwWZlNPVzVqFmxQuD/FbOWUiPg2LkGxXaelsZW2K53HmhISAKDgMDmSwM9yweT0tRJN
gGg1blAtkhJm4bRBMYCEpAPpNN1e2dMiFK2EwQgkOsedr+wpDoq3gMLZzjzmuj0gXl/T+WKE
cJvKRZKC/W0S35r0/khLlENHoIYphc9d471BocPHixYo6QkEhM7aRqFiQom2tN0pTZSDh6Xn
y0rN4nokCe47okgok0rNZo7okEhgbIEFs5OgOzX1QrPnCPSUFPHP4wfH+w8eUpLiz7bwfugz
mSl4b3HiBbhIIOIA1GWd3B0z0nRx45bBB4pB0aO8X7AMDU6Tx+9Y8ce7Vn6JkX1WzyNDZxSJ
iQZ7gZgwShhbsIIsEgh/LYTMrLCKElf0HnPUB2FuFZG9WMLaxZN/z3oMQwpHhnrfI6x6ogIp
eL9Z5QAuMDuk7dbrmfdttK/WePDAfCLAWDttGmG2DJHq5Z89uVjz/oPFe3DJLTM8v63AKMEJ
0yJ3dIBgRcfXeHKjDZXMsJMjzo+hwC/s+f8AUirZSFDUnmqXoMs9Fgb2UeacEhSJG36DxXph
sskiC4ACyjSivpls6F0Z3ceGFqyb1TWNCyDiZ7gaV7OHOXYPnnrvK+gNwi4xKe15szhODlnI
PFwJRBdaswSgQmo4tklxHnvQeeLvosT0Ixq3BJdUKov8senreevGbzEDeXJo+ny9oWZQQBUi
rUssL9tVctrAyzxceSA+D9HkbY04I7u4ChZWMsoeeNvX2GjMSVPGe58MVuiAo7hocIRCwtHz
hIMEjuEeamkef38Q19zOYX4wrBrMoaRn+X0soYQEWYHhadJxsWVcOkWAV3ZIy3nXDRy7+eWm
UtEt8fHjZ55s3F2CSiTokCqCSLrwIz2K40u7hPhPdeGERBgwYkcRnMW8sbOJfEp9DggKOAHr
YFh6uMaU0ZH7+JulvIouKFfQzhpLMklMGWQaM2cRxvdWtCwYQijoCUhtKE6uXpmn3ceNtV2H
orFS4SUSDn380izUuDRzUhhs1y4zM0zN8f6jzZXlggHEBuraZVdvMM65akMOkwqPqoPIQzNL
dZcjIgifVeU9Qeb0aNguYnp/NASMBcBFjTyNE9Faq2ilX180Wu0kYxvA1stJtXKl0t8PHkpG
Tf0cnWC6eEUdTzJaHzdwi4Dj0VDConpdXyjj0mEO8eIi3VBBpEdIDPQed0TbbTA0E06JeuYF
kv8AjPoPlTEKeC1MnTHaTNE8MfoqpseP9Fimb1l5Ri+wqW7WMOs0DPXN86kUgCGEkhlcxJ9l
4z1xqd3HlhmDX2cLbDmOO8r6rzR5yxYtFazYUZ1XbAo9ZrHey87pHeZ9v5gp9bWJE+OE4CsV
jGSvi1o4sG9ipqlWW8SG5oGf6FJjIBZ3l99p42FGXn16xZqIId1SSx1eC27PYXVrEeCpHei8
16k2ODjEfagTo0XFw1EN8x6Lyom9Vum1naWWVGrcTn35MIm5h7zsDUHyqkXhsMKkWoKcX4KX
XZKXXpKNbUSZrLnC0tWVnpqmxXTBU01NPGl6qTzdTQzTp5gBBJws4Eh44okMu4Pf8/tHpeHj
zTssD0LvLvPYsy9cV5L2nkwbNO4b+TqZZWsCRwkgVgb/AJw1rFNxq3EMLDq5DgAgjEieiQeI
CEukr87hEO4SpqAOFY5WXVNhGSBdpSIuXEJur0BTpMyqG3lCeYsZK2B+i87qmpxcefWYgGMG
16HyPoS5RsvMTO3/ACp7bMdVD6CF1bVEd5r0nmyzZosLs5MmqeLB6M/Nweof5GD2peJ49sXh
yPcM8NcPWU8Csb1bGaaCIcVx0uM5WtVKMOgXz4EsawWyZGOrmMyNNJjyYEMWQwwIs9Y4rgYH
Q4wvRee3S8aOKGN6fDDspsE93C6disM89tYpBQR3EBPCYMSJHTwQGIMFBD03DTXqVCvyrJBO
MQu7xVC7XM87qQFwgsLrgPUEDAGS1bqwVEskWyJJiXGl2hxhdxBN6QdHOYbLM+8FWdxTYLCR
ICovljcHbyBXOgWayJakg1nAvmiBzxExb4q3U3zWrG4rutQVyExSalI06FeApggYOCROQOdu
nnHel489Q9cB5IvRVjDndqmdeDTNLi48wxTx8EBwFwVqq8dXYZNgJDqPplWzR1ivj72EDASS
5bRcTAzoIlVsygrWplCZgbaz9QmdYjI0G+dPQVscRySkLokKSUGXEQ9GmXgPINWMnVCYrhxV
oLU1CLXVHDOHjzPCBdZRuEpcktSMDDgxrAYDmaGaHo1bwjI26Bj8JkxBnSEhuVJbel4Ofo0j
PIuB2MrVNqAgV5vcxQOmTukwZiQiqiWurCW9/wA77Aqed9L5UXBwca4LtjJE3j86Z6fs1xe6
vxlLYBLktHKMxcraXmwZPTXEV2iXLFdwKoWZS7NU6eYdBLJIZLb6zxlc5M1Wtlg3aDDSohwd
plkz1WqpPRwCDgZwyC0/TFPbKiZGK6sEwJOWYEnEAsF5tsaZHN48ypqg3V2Fh9G8VbNXRHMh
BCWSDRuZBvOrvK6mcUamhnh8siQISDAyxYS84ZE7N0aZUKxpGW/Z4zbUQLp3qpWryBJQQehS
9aMsxVO80zOFgyRfTJBdBMEsLSzts0LC7R3Rx5BbAAkODcppZ0EPGKsSQDEmVShhsWa7RLUu
K2VrZYswMIGLOIWDrCJDXNAtMz9YuXqlktmnirSt4g6kKhcTJxzJpadcjRx7VEzFEodwwCXC
ScSBMwM9R530A65mXiv1bjFhkiWO4BoEWbCmhmsgsu7nGTbSw2TrWhDUmU863VOjlhErhpV2
D3UWFpMGUOsKIIWgxPDjOyV6hqJILZ3orTCrh+hUYGs7jIqa9czx0AKS9IjJLTgoxaAtvbVL
9lSSjyuEtU0MHCBJgXWqYchiDmCoxzU8uaeVqlUWVymvuAkiK7HQV+YQg7lkzR0wM4dEjJOy
IFmb5VpaGOCQyM9P5nfNZXPKcPSE6txdCuAVe20yR2eMtOvVMpGtnmvnWuH0LuMWOq8c5bwp
kisSHF2QEIV2CMjQySG1mlvRybxeztWiZHSA5ZQc0DAFoFq1VYPlJjcy1QKzOMvWqAiERBHd
we7gaB6QUpL7M6yWOqgWQWIxcQEiYANayzWrtL9qk8pZV+sD1ngXC0jjQV7dS4HAWgClZn5t
qmS5Lh9upYNIl3jzSNXJGGLgndAivaAlgtIEZFV31CzZqaonPZTB4ZCjpB3sT0RL0bYmoPmD
QpIAuzRk0beCw3xxHmlXG0Z94eNRKuKh19AT2lxncEjq7ax1gLIDYAdnlUApauUMNbB7q7DS
0sfTI8/6TGKzeMmQk6O4goMgWCV6epmkaWbYAS5QjrFckgIt7uRsF19dJnYBCSUsFCzgOYBB
NIm9W1xeZqUCG1QLmvgaJtdV4x+Hg0PQToZNgtomQReQnK18wSwGESZBaWbWPQ1KFocMkdDm
FBGsgpy8AH1SF07lQtW8xgadG8YFXUywZmDT2sHfLWXopPHtMSZCQ5AzrPXCziaVI7TzL40k
2DFXbqjrKZNnl8Z3FICXgVTWovHRaWCCuaObKwDAwYmRbYWaF3LWW6PWjVt1boCrHFFV0TMH
UUZiNPjMbptOuLUYFW7UFwRHegynGxexNI86rXUZxXBKVhsglIDKjxE2xIa2rJ2fp54/kEa/
DxA2BKUXRK+fr0ihsYsnoqFGC7dzd0rTeIyY1xMydXjGDbgx71kQeLiDWRxrkkGQV4sSCRcU
5fBSralYQ1BF7qlgy9GUD61yuIg1AyQgrcBElxBDBDBYMz79UQQsNXh4ti6BPHxynwYgbhGE
7XMp3+AcE8RIET0iTAiMARD6OJ7uJ6JJnpJieJ7hCEoBU3iqu1Bm1tXAL2j595vCZGeq3XEg
7hSnQARSLLpO6DOU6uVXr41ejjTXMAFHEx3HQBnNWYLQ4dKuDkZB7uBg4B4uOiJJniOHuJMO
CjpO6YO6BDCRJWUHBxlM7cBjEEV3iVZsGV699ZSW9IkmsFFIhUdHJGRYSXuDjYExBGQJnoJi
ZOKICjuJ6OCNXDeiQg6ATkSCEiRHgpGApiA5VIZL4Lpg6VERIcM6CIAlnByRwgIw1SGtgALd
XJjpJISF5mrQANfD+Dj0QyBCigieAZyTDIOC4eCGDOMZCkOGiuRkRwQAIyBkLgUNlfDZW0OU
iMCDCNbAJhYcCoNXcCQSEuOHSjiwILOCRJlbBohIQgR3TwXdx//aAAgBAgABBQD/AMaD/9oA
CAEDAAEFAP8AxoP/2gAIAQEAAQUAbb3INzcIXc2yLd3bh3twQ7+4R+5vYG9uCNu7gA3t3B9h
vZG7vR9/eET2O9j/AGO6Su/uCHe3sn2G9B7Dcw3sN4z/AGXsFi7++QN/2An7+/B7Dez+/vRf
YbmRvbmK9zdEO5uT9vcM/c3BBubcG9t9229zs2/thBubxh3N5Qu7uQ724Gff3cH2G/n/AGO6
Cd7fLf7D2GTv70/2G9F9hukje3BDv7gh3d8xd7e7He28fv7mP3t8Fd7eCJu7nRN3cMoutZbb
LQptu6pbZO1kMAyMlR35JzDkQWRSDASBkEt8nhGVmgGCfn7EtFIMYkAYwcZ5wCBOSOvBbJqD
ZAbKoRGxkAYbMQGGEGNnqy4A+AQZ8Rg2cLOBCGJYNjAMHXBwsDQFRMDP1wxABYmYYgf0wemu
hBpXqjnggEDqJ5I5i/UOQQ0J+pExkIcD5J4gaE5Tsc9yZ2x+CzYHI6iEZj4BVYSDARFP1AIl
eYATMcN8KODkAEzPIjkYK5U/GTD2hbJwcfbAAnY4AM6sIFbMJUQWMQGwGsnwcGBcLWILiHSx
yqnMxiAdpgxgDDgBjw2J2AIGTjgExuZkAFpgFSxyuMnDE8EnAABYkgdmnBgMIhYCKchcAIAY
gM+QRgKAQSSAOCv2AGcExiSDwuRCwE4mRB1nGFJMLEzEwQUxl6+QpAJGFIyCCSpEUGUgm3X1
Ray6qYOuiBomQmI2QxIj/DY6kEgACB0EAZpg5PyCIoGHXLKOftCJ1mBGHOcxeuODGDLCOayx
gdcoJjAXgk5IjE9gST/P2wxKj5UsDCpWFVMAUQ/3BGT1mMRFELEHMB5Oc8k8k8MQOpUExMma
wM9cmaxHP1YcIB0xGC5YwnnHBUTGCvUgLFHP8kwDAOMkkTsQBblixhhJwvIBIAOWIJDExQQD
81qcr8r8vnK4nWYgwDjEbOMmYOWXMYYU5JAg5AUxhkmzEQ9jxhTiHhmJ7MsUGBj2BJFOSak6
16AxSRw4PX+K/wCuDLDk9RAOTnHIX5gxjgQfP8kZnaGvKhTjgTqMscEZMALTkE8jpgdsQ8wE
khThOAM5TIjfYjiA4gPIWEGDODwGxABHGY3JJE4EzkAvB845z9VJhGJ8AjkAgjAmXxqDNh4X
XUrXkmPjpK/68R8GFYUMY8E8MogxhsQfIAhOIQchjCcscgqRDzFAKgGcicCHJmIBP6znNYJC
5g+CIAMDBmBkEEkDJAAdcJ14HEJOVXLNAOCAAvUQrhTjC/1TGM5BXnOISYvXLdZqswejLX1c
/i3+mAQn9fwck9RCMq2ADkzGRlsD4OcnJDHKgcZ4/kvgvjPxBkz+R1JKiMcQHkpFGAmYAYoj
dYFBVOIRyPjnrgYAEK4AChXXsOuGPXJEbAinCH7oVinKs2K6wVRgxZhgEic56magKvo5NyDA
zHb68SsHrCRn8MODjDEiD+pUGBYFGDGYkORnGYBgkctyCAAOIShXnA4AxCQYGUAcyrkgcKhy
6xRgDAAz2BE4J/j4jDIX4+DZnJXM5wcsAoErHNvM+ATmMwEAJc4hrZoK7QKlcsqdF9fxWo4K
Zli4XqIrfXMbAhZYWWFkMJxCywkZML4VHIhfnKhQpadesJIPbkkEF59gV+cz5OeRjIBECNhB
g19cphg8GcBMnrMYggGJgEAEEDgLmOAZ1OX+cHHAACmYbPADIWhAE8i4L8Uunjeys10PVWqK
1t1dZSVj68yzlf4XBXAjNwSACwIRgC5HY9STgEnBOWAAE5MGSfLgM7tOrZInE6rPkYAI7ZHI
5jfUhhMkyrsz1qQQRg8xcicwfhgQe8JzGXIHAzOoy4XBUGEFVCzqQSQC1g6rcwjFooGOoBEX
s0FTA+spLW2KRYn9eZacLnivlehwRG+CAIpGWDErgThpgmDGcHAVgcKrOcFXOCwMZ4MmLzBj
AIMwyhBiMSAMNPkhsnXTkCBeMTAnUEYGOvJznpMQjAwBB8kRhl8THYlOkD94cdmUk9kn1wtQ
w68pVk1arRqys0q1qptJ7rgKHQS5lKxLAD5FhzhvknBPEJyQFzkiBss3DBlyWyRDjOFjLzys
68MBO2IGnTJLYK8grlgcFczWwYPgQkEDJnEIzAMjsZnIHycmYMwAWjAsQhDYnTsRQQPExjp1
DluxHCPgmxiwuIKbrY0DZZbz1UTMOIx4GZyJ2HUwk4JBlggrPVFGCMzoI9axQvUgGdgSxGFP
1r6sjdS+SYV4KqCVGCID2IwWYBWPAThtYDrjE4EKgTnJHA+QcQgZzkAiEcuSIAc9VYdRlFXF
dIaOK60TeZ2qei5dn1naq2pqn5Y+M48RmCAijrp1DXQOYCSD3Ey+fsWOIOZi3s3wxyc/ZorK
FKjJBBCdFORAzKznnHITkoMrgRsAjkgJC0/kAY+YMNABASSrjOuv1xBjByQMCMOZkTnOeSeM
xvleohaHmWN1r0ha9i0oZf6kB9XTWqvZ2Ltdno196lUKnGStbEWJieu1O5FFORXVLFHZEUqE
QQquDxNdQPwflwMH4sDCHlVPIwscEF14fGeogQCDLEqQMN1KlQVGQcDGYD1HDTkQfOCYQBAT
jWz4hmAZmAB9YRMEQCH4KwkmcmEAQQATZtWtP2bCNbXWuhRgq2IgBXb/AFjUm1q6tt+7rWN+
xX0pvYivQOaKlqrHMGI5wyH6cmEcEia5JXmMYOQoKR1bJUwKVKHix8ksGAXBBDHryuMjPawk
joIVKglgVBMKYAGISRMHByIGBAeaZ7VYnXAxySBOMD4wIQCwXEKHLf1YACthljmXU+UU6pV6
fYarOu3WwqtSxdv23WNRt7JX1GwzanqixT0+G/T1w3YKocMAROwlgJavhe2JgmE4mqeO0cZC
hiwH+Qq6jBhBJAMLEsEPfIycCOxjDqRqXmvXq8LG7UZbtOt4/rdhVJxGXI6YgMOCvJAxjH20
wRVxgHE/llJgzjMxk4MXiEx8Q/I5hE5EpTtc3rq2sbTQV69V2ne2sjXqxgE2SQz7Bqd98C+3
braeu2Krq8QYlv8Aaonx9SZjAOJqjiNnCswNZUPYeM4nYiEuSExAFCgKYFOCAo1KPEbbDZHu
uMr17nIu2NWVe1Ym/VVwSe3BP1Uk5OMAJmFWmp/8uIcGEEjH169oABCMQt9szJh4hwQoMYYg
yTRsVV2VbtIdtqgihuzWZN1OGhatD7HYSpf3K2n61rVMPEvq7badhbFcAxxlqgenyGHBBB1i
M/ywigEquHbBh6zGZ05CqYwAAVjApEsrqVNnbVxTbkCmgrR4UW4aV8s9ICKtbb1S2lVa2zqW
UFgQW4gIIJIncEapymCJkzOIASAJiZxCozjkg5bqZiAMCeT56UloxadmitdXY7NU/wBhtF7t
jY3aU9dfZdPdByW7s2n5qtPZpR9c7KhfWktrL8OBmrhFhwQRzrjDxx2ITnsA3ctDiACE4lTt
knJRcBiwV7ndHbJqYgV3Dx3bbiNuOps9lcqbPsnu1k2tikpbfdSC0bOVXggTqAuoPoczExyC
RFJyQYcEtPsIzQrNm8Uq3sLYdu4nVpbYv3NGspXRW0OrZXNSoxNWobd1NdiU6tNIs1abQvpt
JW26QVNJbWHp7EZKlqVY5IaofTOJ/DH7a2TZGPIck2E5ViYrEnP+TlkQjIYEiXE+JiwViCQ/
0ptIlegLqjWEKohXU1Fvt3dJaW0q1Wl8CMT1BaE8gnGs2UOICITFgPHBBYRhwRgZwXPVL7Xs
tJYlVwfT+vWvXsptp2wrG3U0za7WatEsdBYt/wCwTUxGqzEdZbUztWnRPebRWa3udqsJ/wBg
2Q1fve7al9d1JM+YxxZrDJxwSTGBxn7cZJAB5OCEXPZuInM2T/j5AJE+xOqmIq162v7L147V
+tuNen66us+0IN9drqCCQpBg+ciJydYHr8BTwSDBABjA6mHiEt2UGbrhaC32JGPXavdqMeL2
m8mqq7lQ2A37euvq0qjUhq9ew1A7fUoqgluC/COzH3FpOzxBAARXdZUTu7pPrfYX+YgdtbIm
ZgZwIcBiohVTGVc1/wBa1+zIvQAibBJQEFGX7JUWfT1yqewYhgqhcc+12dqpWbvOAf4AwOQQ
ymKwms2UMXmHOBnAxAY2YfnAgAm5ebXQTT0nveuhK9fWYeP/ALG6/s1L3empNakZZtvcTXq0
9qzauqRVW21Kx5+5ry4Y1a9e85svzmDMq/tYIrtiplUazq9ILrO7zGCDiEEuw5OYcEqD1rXk
4wZapc10EyvRvc+v9dXVXso1bK9dqsD2U4nulD6IIEPTCHBLLkiCfB12HXjCxhBxAIOI2ck5
IBm1aa6csx19HZdtfVTWpHNdd1dVftNn9rZ9LVT+y1ptO7trr1bW0+w+jsJTdXs1su01rWU1
2GW7etq1137O9ftoUsXlhgwDMZ8TrmAYHqrx1SsuvgaMMTsGnYmN2ZurzqwHUlVBMq17b2v0
b6ATkJqqoRMCoEGxBAAGCzGDu+3DDBMAwcYJ5hh+U7Ftf4wYFbDHhTkj5yQWJMHyqMZ7Si8p
6vVa3busRZglVI6+5tZV5I9dolx1CJ7Ow+TP1U4b1GuuwvsdW3Xcbt+Gu726G4mxrbZYsv2Z
RMELhgFMFk026bOrzXxGcYUlYzM0RclwIRiJYOq1lppaya9TWVtLNKtyaupXJgIVS2VsznXc
49nuJr05JZhOwEH2gQmHIPAinnVJ6gQcBhxEOJlfwoZn1tfxBicW2a9K6jNcxVYQyH2lS30+
v0SzI3VSGYexqxa/wmM+u2LKbKPUbe0y+r1RRZ/17La+n+lpWvhusX6jOVbgAGKOKuF9bd2o
4yxIhsJIc5LETs4JtyquDNShldrqmipUxVcC6nvFLIbD9QMV7PtVrsr9xVPZb9e3XkGLgRlE
AInGScwDgYLa4AUNAwj5MIikQFSF/rro5t7AQzarViuzXTK9iqwP1K/rva1ep1HQCHgbxZrW
4KgCabBbVII6jJXjfAGrYR2rQZUYBODjsVKw4JABX1zGs8Rs4YTnB5jAyus2TT9YHVNSzH6l
nW3Yu1G0ttLxLKlYNVxs7dVZ3tHYrsCzMIE/g4IGTPiDBPYCDg65yitFxGyZnkQGLNZur+VG
l25VSj3Fq9j9vZs19b2wJv2dWU7+tK7q3BOY2ANo/wCUgEKFxWwVtZg1PUGYwPYY/VsH2UBT
nJIbJXCgZiK2a+3bT2MWRiRPkgAjtMMZ67XDtUiIqgQczZ1qtivdqv8AWbfrvYnaA5jrgvr1
ruPRW49rqjWvKhYH5JMw2MEQjngRhgAnNBIHxCSszmAAkiADAGBWv+EbAy91j3igOlFFdKri
X0V3JZq0BWsahta02U/M9xq1UqD9cEAYA9Rf5dT5A+PY4/Vb5ICzE7EQseq1rij0ddlVXoqV
Yeu1clOWHLrFGCKwwFYY+tq60IowBk4mBN7WTYoxdpX6PshsKrh12EAdVPX36/5SsXgoAwGc
ENCSRnAAAhGRVkRXYnBinCq0AnyLrAlev7e+iew9t+xT65Ufb1yhIPYosxLqKyNpx19ZtMjH
ie7tJryGVeJlSfT760sHBX+PaWhanrsJ6WNBXYAykFEcj1WjS1VKVCKkUY/Bx1IJCfKriIv2
0UZacRVx+CQYRx7/AFx4vR2p+wVdInWxbcqvtdby1hSH/wDY5MUEQ9if5IzMExc5pLGLgTlo
MCAgTJIQki+svW9NtbMcD09aXbNusA669qXq3UK/VbifHu1MXqcLbUD4vbBuqg5XJmGMU9T6
j2TVxrgEFYadEz4qhDVRBra7RqdSoVWKpspsouqdXrH4/nAigd60Zn1dVVla8Kv4JwA2H7kn
2dXfT02KbGg4t1WBS+4FpuXLVdv67JbzGGZkzoIQonGMmKRmsETrkdopAjHIRjBkRjMBhsEB
/VqTsa+utJa6sheuAww1ZztaPmNfr7qtqz6r7evGuygFTwrHqBxrjs+stgqGJgCMCBnM2LvB
rUbTbI5zWCJbuHXdLEdczE/9v50a+1tSDCrzj8H4tOJr/aXr2q4rs9Fb30nr7HrPcVnp7Pq+
mwJCgiAkDBmMjGAFioAyAsARjntyI5ERlMDDGAYG+tmO3rnY211PZXVrqiKIOJs2FFrpsc3e
w1teyvd1rn9sSdZzkocRiRCePWVtZdgqtdbNCIcEMTj2ew3i9SMJWgAtwKcrbTU19MGypUqD
FXqfGZ62kqta8L+MR/63ZJ1lADjI3kNV/wD1qztRAZ7JAde+3trE8KRAy5GYCSQuI2DFGGQ/
RT2likBXOH+0U4gPIYYf6paMn0qhrxVllDrFIhIAOwY7E132eS5CVazaaym2hkXtgg9iTz6j
UC1lYp6z5PwPYbXQYW+qjXFLdS9auxuNbK9FtiOwPc/PVs1ZsausAKAAPzawVAjFqRj8e5oZ
Nj/rSuv4E3lJod4XBJMDc9gWBELZi4yP7Iv1IOM4GCDAwEGSApzbxXYTn1aOsXaUKNqvr+/Q
sG0rj6kexsFWu3M4EBBlQVY2qlst9dcgpoZ2oTx1+TAQ9iQRAMzcNSU1lCKEUqn1m25rtq20
tXXLh8mFYeB67XD2VrAIB+DNpj0XsK6gPx7KqrPralRBAZeB122UWlSIvMJilYeZzFXBSslk
JYCmxlcAQchgYcAofqBkXdyi197KKxWLnStDstadek5QloKxTV7b2XlsViQRmVHLFysFrAps
sq61uqr121OgBzUcEnJuc012tddVrfSuouD26C812PXUlRoKvX9cMR2Clm1qlQKvIH5YzZbK
rgrUs/jfu6TQtayvH4u5XZP/ACSRgYwDyPgdc45yMVtKgC2mUto2qTr2BTluoJAy3YRMhbWP
j79Wp9haBtbrXLQrGz1tFqPYNbWa/c2t3Y26wloJAHMVsQuTKwDMt26FVq3HrNG2tyKCD5gC
GOyTXWyrq1UJduMLO1tgFQzda4r9Y3fX/hjkaydrkGCIB+XfAubs9HJQYBM3rCh9bste0/i/
gbuBsBjhU+uAJgiBRBnAzkDBOVnrrWXY2tdb67teyh7CJwTkiAkjYtIqAdiMiDGfX3Km77fP
6lhpOr6Ts237WrpuPwVJnImOalDEIqxbDlaWulOvZUmpbZepKiJdWD2USyn9hulVZdHM+Dd0
Y+sCivMJmtgWocxZj8HibdzLYCtopocNZfXVE2qnNqW7N1a36V1FgsrnsbwgvGbfHFQBOpEU
AzPI6qvWxpVVaxTSdhTprWwwZdWLK9jSep3DAm8CHYrj2oyjrM5/Ck59aP2vW7dZov8A+vKT
te8obzhFEVOoBUn6xQJW5zrIvbW1qJZX2W+t0TXu8kavAXY8TtsLbXTrCX5cLo3ND68KNKpE
XPBU4pJFmswZBAfw5E2rFSIQJTaCPZ7evUnqtxdh6aFqX2dJt1/VWf4icTYofZZ0at8HGcwf
Y5i5zo7OtUarvXtGZA48pbGJgzkRigj002J7PUs1rjkwnDBWE/kgYHz6F18HsXVtv0dvTf8A
dazOfqGOYMgDLBQQVJzp2NirZ1gEvqeEArdplHesBUs0e9L6bC/bp1hue0td9b221W/+z1dl
NYADIhwYnDeuZTWvEEMsyTtKgcX1CW7SiveclPQMPObUA9nshdb1rns+xX46q+tfutF8KRCD
lQQQrdgVEwhgM0S1tYuLWC2sl+I1oWbeyijSuW6j2mi2zTYChGZ2IIAJp9NsWKfR7gnqaH1U
2+rbGgy17Wygu19uiyi4MJkQLkJXZmrUutL/APEQWHtVvmp9D2VOwmzva1a7HsL7otrE93BF
1ubm7Bg+EfDer/8AzQgkqDn1I+qjAGPwcY99aBZ3eaLi632tNaUehwtu/vO9jbD40/ZNXRt+
xFb6furHsdVsTf1H17AcqAc9Tkg5wIh5o3raq12KnSqxEa3fj7LM19T2r6R3S5y/k95olNhS
0ZMxXM0vbbFJ0/cV3RkrtW70Oq7J6G9Lt2vcrW61LXGtXgfr9fGGNGuGZ1r9dXbYXYPwlTNN
a3w17WwLVatiFqeGtlK8Fw5GDhKvv6i1fBngsYMk+qUqFPA4hMxPf1v+xkiUbJodvZ07K+q2
6qW2arEtY86atYu4vhmgQNmq1Hb29ffXyYFAiEtHBwlfBIELsZWXB7uQB9iQZQ6LKbdKsN7H
UA9t7Cq4AYmAwX1+49ZrtU+p9c9jKvVeITwSC3tNB9WzzFlQgNSjWs1aar7V3nJoLA24A2B1
N3C34nlUyuzJsGWPEW3gE5TJHpK2K4gxg8T1t33Uwfgz3jjzrXWxo1Na42f9a1+9vrF13eoO
f0KWh17NVj1se9det0tVZZQltO567rYdUoDqW4srtSKtkKiMhJBKlWZjllZnHYWZhsyXoZ42
o4ZtZsLr2k6d92F00LK9da+UOps6w2HNuyFfdrq2dMMVOciu81U7OwxPkYzy2de7GYYRiRMw
ExLTkXHLWZmSkBMDkH0tqeDtB6/n/Wa6xK6qZUxhYgqePme9x+xWQG0kLXhSqb5BfOWUQqCN
nTybXcpRuN5dO/vVaaXsNAMNNQDatTT9SsT9agD9enB1aYNesQ6qE/o0weu1jB6vVjev1xH0
KMtpK019V6XFmnS1+xa6ithK96muM5cX7S0izbLm28L65iwmWlp61u5aCKTFIyCISABidxBx
D8gBj15AcTJno/7QhI6YHj7Lrv2mRgOIXGPY7P7G0BkerPbbZQy7eBYgyRwPkIBPZUgGsdW1
dnYAQipLNqwLTv2Pd5gRjjrmETAgAMCgwAQY/DCNWpnjUToJZVZ2bXuaX6lkNGwDSluG0Vss
/Q1gLKww/U1c/rac9rUE2MDCgmeLhsCKMzozFq7YBgDmD56wZAzg5wvpM+bMX2d3Wv2drSvf
Qyu5fLW3cdMiyvshTq6/HrUZtpRztcPTzFGSfx7Af4QfvVc7VLuFm09tMgaUpevtmZMIJPQ5
wQMcYMIMwY3aFTCCZgzuRC7EsWAdznLE9WhRsvwW2Klh2nM2rvKDSvVkVYsroLyvRqVUqCw1
5GzUoTBzyIO0UnHcEJwfUMgqFrxp8QMRK9ixX9debEVchgAPY1GnYV1J9Yeu44Yrsqe6oF/G
eGbneOaTiabeSr1tVL2V6WqAupqVleizsMdhA5gbM7TMzGZZnk8nAhnBnVTGNYD7Gqqvua+D
svLNtq1v9h2IuUk3Qd2JRsheVWCIuWUjAhJl9alGUg4GWzkHIwMKBnQ9h4CvtKCpMIP457em
ci47SVnzs82vWtshvSOqUvZrewqYmXMpvE/lox+2yP8ACw++k5rt2thq7T7S+tR7iN7ggV+6
Uj/c15Ht68j3FMT2tZCexrI/2NRn79UO9Xld2pgtxaP5yGa8S3ZrQv7PVEPs6jLN2xibNmwt
RY8FHD1NGUAjBAzjGDnn5iIcgkRWyQI6/XZQq7YMWskfwgSACK5yig0tMw/JPPryRbSCVwcI
D19ltDX1q+z2aO2tlJHa4AiYBDYw3LWDFb8tWOpvdnUYMK8ENFQidWI+6nJIYvnvYAXtEFl0
/YvEXbvBo9rtJLPYbbkvfZBRbldawmvTOU1VBWtVnjBgQYtpbsyZi0tno+ejFhrjFaAEgwg4
S1BDt0gVbNdh3K+wcAHqJnBwSynBUqTUo/WYfg5njBmmpWzWOUURDke3qZtfVq/xa1vhs+Tz
OTLT9VUdtlsVNkMrHLsSSOysBMZPOTxGJgOBkwEsGwVH1H9owxNEB9m7SURaJhVGSGBJIBx1
IPZgVMZCx8YylZnQgdK1JtRQ+wsfaODcWgtYDtk6fOxuNlbQO3UsQMQYBPXFa9XroI0WU5xz
wYFAlTFX1LMItoMNnjW5F2damkVlakhIgy0PBvfAQkzbJFdgzBxFi5MJxAWJCsI+Cc4I4JcA
8EcgkL1+2cs09ai/tkHO0QiL2JSotEpGAizx9p+qMtqgQVE2Pr1Vg2qqvtHD35BcsGIAbrjJ
AIOVGJpHpdtbJsmexHYAHMTGOjE01jyCoeAtyBmVgGFcKvE1LysGWnYzXytm/WEdIBGIEzNl
jnsBNtgKWwW+wItwBapLENEAz1BJqzHqOAjzBMxyRzg56zpz65T+yz/ewAxEGVUR2KRTYws2
fHHvvJf9gyy/qTdfO9jTkTtmBTGU5Kgqq/VK3wlNlpuXqthzFyYSRChMGQA09dSX2AvDECIA
JUISMEYCPga1pSKVjZxeyXa1JDqM5IyGwBssCyKetoHjKAxCY3UwVoCyLBVAhWYZYRZk2EBb
Rk2gE2VkjxdQKXAoTOlrorq9GQ9BgenH7Ousbd72PslV2fYWFm2b4xZyFw3XM+AACOpyVwpB
WU69tz6/r9epBXrKAutDVqmNoaDS71Oo8b0igN6WuW+lvUn19yN66g1nsIS0rUEhVweRj6sS
FWwkDatw9z9LBcaNNStIxGP1uZo1va6sEixfocg+TMZgYg7ToOuWU9jFIIChh4wI1BENLLLE
ZSe5i2P2NpmrvPVP399ybPZNE1tlzptp1QX6Kvs7dTNbYzMaxlVQBW7MIeBkAZyqDJrpNhFN
Glr13B60ZLV+wK2HPkWeVZ3QwlM4IicGwKZhM4INTEkYhMVsDgmkAqjAHOYmIpmIxwNp8DWB
a2pAFZQV2ayr5InJKdVP1hxkxCCEwpUElUGek3VUHPOVEHz6ytHiqBOsvUil2BZTkAfbriEA
jswAUAtjBBBrRWhIQtZPWWlLN7x7C2m6ujV2DVFvrdewgadlzhZwJ2tBFl+QbDMLHxkPg12A
nPA5O1kDXUrQPsSMxGIK8z+X+N0jGmD0XsADibqnsOQynP8ABJhIMHWHEUYlY5CmHib/ADFB
WEGBQR6dVwABCVm0ynXsGWwAFQmBVgz2w2QYMdnsQQXICdgTzqToa+F2NSuX1WIxJyC081iw
XvlN1kFftK1g9jUxT2FDH9uhVG7SSd9SzkCDEqY9lb6gmbP2VXAq7Yig9VBiiKJe3WbbM51R
9QMwYB26uyc5yABhp8BwwUExTyrYNJDQHEOCdzluM8rMc+oOR5SSabmF2tUksDBumQEwATgA
CEyzYXqpyWBWZyPtnVqax9ZOlXsbQtd13e0OBOxLP9oFADEELnGSZW2G162KiskrrnxtzDjA
OJWcgElbk7Vq46jsxVcATkz+suu7NYGNmsAEDYj2AMepl9QS7EACzks3wCMZACys4CkZyDNm
pWU0XAM71lb2xob1eu1nvNwmzf8AY2yuq9jVSM3VqrEkBSYBGsnGVIE+oJAMrqstPrPWtUCA
o9nueRj8hMgBIwGASYEJgwqgZNS/avXI10pwBWAhzHzhRypikgYDVhR2qH2WKsJwHuLQLl7i
A1H9cYNjfbtgbuA3GQoMVeHHHUzssU5lfMBnflsNFAxsZN2RkKmGdQVdiakUKKx12K/qBwMR
yVQnnqBPkkrNPVfYu0/UVURakUey2TSt1hY9iChAAcZOcgCcgNiACa4Bsq/oq9p1Xq2SO2ZS
VMA5X4pUGWjrZrDhFn9RbcDFOCAAdqzFum3aogSzBOATuqO4BB6kTsRLCWUZn2Ldcmr+wxkn
EwSV5OzWSwRzFqtaJoXtE0b0XXUgG0ANYHDqMsWUWN2KxVIijn1+oNh9XXr16y5VbtvrN7b8
lj57NkE9hMYALCZxMZgDBgOs0FBZSVFQyGUdnLGHMV8EWYCWEnXZRWxJlCBVHAtsLQITBXib
DeOlmLvogGkgSwcheNtCABgFpiEdh1IChMhhKgIp5ZQPwCALbCxqyjVbypB7Oky7btataszq
BMCbQAj28gGIJ/OtX5bdetaxkLNqzI39gsxDGErgjIIOUYMGAExyR9CSJWs9dVleolQ4az/I
5xCMR+JkKBY0rdzKq8xAMNygQGYAAQT2l2RQVmi48RMJ7MqnG2B0JJ/FZGM4BgUGIvaKWByI
zcM6qCS5pq6tRqoUr1Ks/oUsX16wtyViWoaw94K3WZLhQF5AGCCc+srDPXsWG1nJPs9kpGZc
nOVAIPImBMtByCDkKQU5OpWtdC8sDhLHP7LzHBUmBSYiwKFFJwlYOcIZgATYs6JsurHXKkao
UJmH6sjdpvACtxiDICFZkRuDiDoVGIbOXaXswNd7pNPd1YNnTMGwkGxYB+xUy7Gz66sbPsLb
xlwjuYwEXIigYRSToa/iS5kravaR57apGB7ZIfIxn+SAwCNMDIhUTqAdNC9llvSjUsewMcKz
52XHIQ4FLieLiqodkRWIAMAwE+SePkexY9ScTUBZ6EMJwbOSi4m/bwHZp2AJZZ5cTyYAdCA0
NuYtqYHUy+shTzMYAWcgmyyGzBHchVJN5VR2AYLliVWa2jZsHS9eKBdS+LdDbQ00bVdrqGS/
TrcvpOCdZgv6zmGsqGQklTAjmVpHTB9XScb7zQB8VhwotHc5xUD2cwjIyypqDFKDIGMgHqDh
XuGLka1nBJqPWalvYMMxz1KvlNmwsc5hXh1wcclMtnrFOIw5GTBxO2VsWZGAQGGep7wV869Z
WALTLrSzfYQsMaelbtNrUjXqNy5daXjUgg6+wJZRayvr2zx2AsYG4VYUQt4cB68qKsLZWs1e
F2XzfrDx07loFQX/ABEZlQmMkZxbX/xtbHirAC4wCQA1mSOSFrrSwr3qWaoxByNgYNAU2bBD
XMhadTgUkjwnKowVkM6GdDhcmDIBXEZ4KrXHWxSrBoAZXquI9b9LrCU7ZXIEAdp6sV00tYjR
iQDcmBapiEZWw4F6qGsoaHQqsj+osBb1u0sp19hnsW6tS6k3gABXzSqpSKfJs8dNpmawfAMq
4YgGAAzaKpray5qQ4Hfixhg8RBNq6tUAbNecUkiUkMu0MN26yxwLQ5nUiK/WApmwJ+AFzVTW
5XUoMOnTH0lIT1yk+JNdrnpd0GuDigRGosm/s1it37KuDCATUedYk10pkNWrKdWqfqzw2CBb
VimzLMwNd+FF6mG7JFlaxzQytq0vLNFBK8PZs3mtdepilrCtNm9u6Wf4CRKj2JJyo53GBTWY
hE5DHBY5mO5tHRdux2JHCBgEyRqXAV31FwwIluO4UCHsR8xQTCgIZQIfikkMr5gbMZsRbFUb
zlyGErwWq0kZWC1JsWlmGBCcwPg1soOhb3lbuoO+M139p5BAVMYKYTghchgJ8EllFl1oA2rR
BtWAHbYjXao2MKLYAirs2F5cclRjWxymPx1Am1zZrgeOvIDN2OTNev7blp7XAEhmyrmISTru
eoIZbkObvq39m6kQr2mMBFYl05I5ox1DcK+ZzHOZZYxPiJFFXFZdTc5xYRAzY7djnE7c6TuG
G9YylKHNerrgil1LO6QbqzyqwN7CNZwzCMxznk4yxDC9vrpKOgBENpFTuWj19iKwEVefgqGw
5wrDtYo6gNFVnVUUDsVF9rE2OAw5Na4imVZEoLEXoSu3UcKpEUdiUbFFeSQQbO3Zl4qTKhSs
xiNYY7DBYK1ANhSjm0VorNmOczqDCsfOATj1WuFr2tmwtWpuqo0alnsd3WpW/wBpfYrX3Ka9
y0FN20MnsXzXuqQzhwj5NtxUNsFRZYXfXUlKkwuyWmeRXkeNgRXEAmAJc2Eo5uJWA4KsBAMz
aITXGXDf2TIitKwCUYCa55AE31LVKCZkCUA4wyhslmUEsrZRSCx6h4euLepVw4Ok+LPqJsXF
rGZcZBbsDAV6grhFDNpjFNWnY9qLVVXv3XV1vYceQzsZ9gRnAIz2IPkYT9l5VtqSyalyV6Fv
dmNTa9zkXEmAkvVQ5B0yBnEDNnHOxg16ynJByq5AJM7Ks3L/ACBjhGJ7A4CExBla/sKHi/Gy
gItQ12lcynOc898k5JsIDEsZ8zBjE5urIF3Yygsr2WsK2xCoyVIbiAHOCBpqWahcCsHC9nb3
XsVuGTnBwEyCGwMCFMknBDHtWvIRRNatFXsuLSy2Usyw2LFKIfX2o9ZP2J4UDJYZ2X6rpDsr
IuRgA3BQXYm5SxFQellKskUDCnKrjFN1earxiwd03UPfDZXCRsOcdQJxO/YACZXrglm+pvCl
q1ZWsZyGKmZ7R0+oQZHWEnr6/BFX1VP6ew2xr0WHu6gEJwQQA+WPWdhDXmJQ7TmU1B7OiopQ
uN3VZCDmA/bODoW9bCzFmPCscqSTsjmhikWwOj/UhSSaszqwinMuTrYjN2zmAGKCYj4NerYU
O1TTVc4uFFakFVytIwaO0srZYUw2GAX6gWKIpGNywsQAwpKohVLEND5al1mD43MAyP49WD5E
XBrHYe+rNb9cwIAVHVhkwAGYxAPpRSbG8SIllZD65UWsWYpkNcBan/zPDEDJ1mXyAjpzkcHH
N7fbMouKtZZkhvqrqB9WBqCnbVS4yYqr1Xr1S1az+6uG2brWp1jYx2K6zXsa+Mo0rHUAAQ1+
QNqdYanMsrsUdusQ87C5isc91wLQTSy4r1frvsIcYIacTRuVGSwNVrsonuqe9bIykquQuT1I
IyZ14qowC2IWJGxnGt1W3yLE+V7kbyBGHEbstdDHuKj48TAmeb14BCnuQQMgtiGwRbOSSy3p
9iMQA46uT0yPEQaql7KhU1a+oV2qtYBbb65pMl2v4cwVBS4JH2WW9jDUjRlCqg8hspfsmney
polZq0UCbLCuq6zyMwMy2DwKrDW2vej112qrbCpfrXVEN4SWFRjUWNPC6yujEyZnBOJcTmk/
5CYjBR5WM2QLEzMlkRgCHfxleev4cApZ2WPYRFsYinz2m3UvRf8AIYHsCL2AJOc/XJn8kgwM
wZNgKhvcitiWr/UWylB2DcE/YqCr0KB4yYNZSbNZBPAqkVkstLGCrlU6jay1dtUYMIFJPjy1
WgGjo+tKbi669hdNjXU3GtQCFVSGwCBFUZPUQkwsI6ByqATP1L4CPECmWqBaLCAhJbnxGlTD
XgHOepjUhk3KghSapQo9lCLdbU80qxZb/r6WYaNYg06wToKWb1qz/WVk/wCoqh9CkHoKwf8A
Ra4NOjra4zzg4UGdhjsGYAZyMsAR4Mk04idQGJC5sMBmxX9URQBr69kTVqSVqqyxVebNZ1b6
X7VuFIZVadVEPK8wcxsiFmMHwfhCZ8BjiLgFfjayLqjlioFgA8RUiHBOACcQKTPZVYA+oBdp
47yfFYs1ara7axwBkhecgDBigzsAS2QoM6kw8zqCCRAQZgCFxjsSBzCVEGSTiD5bBnjIJC4I
BltaCL3EDYi24FbFTs3VWVagbxX8Kys0YoAck9cAFTGUdjw38EFoQEBIzkkpPibZ+46LEXLh
v8ZnSdZ0BgRRNyjzUjW2ELafsTP9f7FpV6rbJq9e6lFxCVWdgWI58izvmcYBAgcYaMwnY4wT
Mmc9QVhIMCmfERkBABIMPyMYwIyEl0GDUpBoUlh0a/e+uvfX4KDribANktVujqFBJEJDTkxj
wS0XPUZI5z0yQuAoaZbO0GwoOFx2GOhCzAh6iZzD8ZH57ZCDJZlADNnqSSFWZJIQwYAOIRmK
3UkkwAzEBbE7ZPU4CnMAyQoBJxAZnmHqBkmFTCg7FRLKa2W3XuSxe8rGyxqQhW6kXKIVfHUA
BYyHJQTjGJj7ZwAcheonIG0TFOZXny5+nYCO2Z0h6mYAHGMgBmJCrk+SdgYikQHMyBDyVOIx
5hJhMAJgKg9uOxwFgABaBuMYPMxiZgraEAE8jAh4BOCcGNmADDYIOqhKazK38fXqyAy0YITM
FWD42MZfs1ZjgKvkBIBJVPr8AZl9mX6ZWoHuGHTBmcTt9TxOwEyoB5PUCDkdYOoJPPbJ+SrT
sRCQCBMYOTkkmHACrkg8niBiYMKRnOeS/IHI+sPIwAS2IOpLM0JzPH1LEidjkYwqgQ8nsYSM
ZzG65BGTYsLKQ4VY7ZL5ISgzr0BcmGsNGKovbLlk/WQLAT0cidTPmHMGYAGhZRORAMQOJ8QT
tmDOQwiDsM4IByI7rkZhOACTABkgQMRCwELTBx147FQr5GeQckgzqcAcsQF+5mZlZ0BnxC2I
SDC3Hfhm4zwvWNiFwxatQVXvO2AcswRRAqyz7LwGAyAo6qx8J+SIcZGTAVC5yQqz+MwHmDJC
4hyYCAAWzwIrrklpjkkEwNwPguxgn1z/ACuI9uIv2hiiAnII6s5ELZmAAWJKgkBVxkdScx2B
geoRSTDwexM5gGIwAUNmHqAbCSOomMnIEUZjtiW6/PVuoVyEZvESAPs0aAgklhAWE7AANFJJ
ziHicmdgACxKgQHEH2IAByQBgsTmBTPiFgSrztysJABtJmMhTgEuZWB1BOG/r2PUYnQBS2CS
QOYTiWWNktyFyF5NowVXIXAGAYP6t9YxJIJmcFG7MyL1NhAKgkhROnHjEFa9DnHxC3J5PYCF
+exB+YDCYDC2AhMHxwDxO4BJzMmKAJkYaxRDYMBTknJLKB5BggkgYHbkMSVICmzEa05Hy3TA
srUZBj9IbAAbQAXEzmKVxxOyxmMBBnfpBYCzWAh7CISYxXAbJBAUOCA6KO8VuO4nYTuJ/9oA
CAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AG/v+5H7eX2iX/kdzh78vtE/f9xx+vl9
o9vf7i/fy+0f+x3P48vtFP8AI7yc/wD3Mvtkf+T3efXl9or/AJHd/jy+0T/5Hd/jy+0f+x3f
48vtEff9xc88p/mJ/wDI7kft5/aJX+R3f48/tEv/ACO6/wB/L7Z/3+7/AB5faPd/kd2Iu88v
tij/ACe7H7eX2in+T3Z/by+0Kf8AI7v8eX2yn+T3f/6ZfbEsv8nuuf18/tDj/J7r/wDky+2O
f8ju/wAeX2j/ANnu/wAef2iv+T3X/wDJl9o/9juz+3l9shf5Hdtrnl9o/wC/3f48/tDT7/ca
368vtFO93P4svtC/5+5PDPL7R/3u5/Hl9o/7/cp+vl9oh9/uXouvL7R7e/3I19+X2j/v92df
fl9o/wDY7sft5faK/wCR3XP6+X2iv+R3efXn9op/kd1p/r5faKf5HdVf08vtC/8A9Pdj9vL7
R/7Hd/jy+0U/ye7Efp5/aI/8jvR+3n9on/ye7wX3mf2hJ/5Hdn/9mf2yP/J7v8ef2iv+R3W/
28o/mP8A2O75Z5faI+/71bRnl9sU/wCR3Y19+X2h/wDP3p09+X2x/wDP3f48vtFf8nu/x5/a
G8v8juuNVnl9o6n/AJHdj9vL7Q4/yM3t78vtEvPJ+bKZ5LzZTPPn1MU55PzZ9bL1Y5uWJiET
M8CivoS/QvTYrLHWa/VZTQTkoSnK2Ni/kiE44CaypsSn5Dp5lSJroRZ+FFzORCpuTFyHbmcD
ZEohFashUJg2KE2a+Jw30N+JRxwIdxVkcOEf6kJwNP8AiuUajcVYSJWVJL0ZCOGgo1+B7pRl
iriTsXKlygi4ytUaHEj5HDjUpMEKpDoNwaUGczppTXwnUsiHEvYk5CSqyX4dKKllCOrQkqRE
+ERI4REHTfmVKqmhMWIVVsWUjxGoSRCh8RPKSijzIS4ERbcqok3fGxDvtcsoOZCXkUvxFot7
jrK1YlMzoLFKwjc4kw/QscD4CS85Jk5GyNyqZSvErZFF5l7VuJJynvQ0nmaytClheFuRWPmc
U55eMalfQisDdfCvpqbLYmvAjYgZqVsiHYc14FKcJFNDqWvEiYavJz0RtFIgixyIuQvQrKa0
KFLkuZJahveSYqUuzalhOJSmo8q+QqsbrJItkfItzGTPwIuUobm5TTRkT5EQQ16+Er0OKPmS
l4J2To4HVtKxHqOJe5CKuVsTFyh0uU15nHY5+DVqF6kRxkpocSaFqbk3SITc+CeVilRv4CcH
VNdtCE6jfr4dSvYb1Y9yIjiXoRfQopjyJbsZPgZPQeXGPBsl2ESPcoW9dTgWv6kvQncu55nm
RsLXncZSjL84JVZ0KUWqJOOpA3VD+kpRF6L1I+ZeC34/tCcyV8Klajg4iTKWW/g4RVKDXysL
YhSkOY+Q4ieJSPQUXY1Yq6KsDR0/MpocfgcyJSSKETPEamU1YcKrYuLb8HWmxqLwe25edh8B
rKi3JVvDYrQ3ehDqmNxbWSthshkJU4GxEzt4RHJl5g3WpYaVOJUqoOOiFo9iGOShaSZhm8kj
kgjwpbwvTgNDa8tS5uVUyU10JV0ycrvY3gfxqUfkPqgastSdT6BJGKiKG46wcBNVXhK1HwL3
KV4HzRMQI5FvM2OfhC9Bpl6EX4l4InyFotyNHuQlPESVFqS6kWnzKQ45H4/yldPwKkPyR9A9
CX4dSVStOI15yVqjKu8Fkm/CJnUUK9yddIEk+ZLUwS0e1SS77EMoVfkJY0k6fjwMU1Khv4Ff
LwdComvCPCjJjzK/A6m6ElLnuuNu2o27plDWTUT0knE/IWqhv80VZYuqkk6MjGpKoVnhsU1E
lp4L4lH4NE2LVPpEWiNxt2Yyilqw1Z6oaflBRU02gheRLubbwVtoe2vzEohu5XUl2VmSq8yv
1hx6igjV2Q219VR5kxD8HxOIm/CBuRalyLs5aC3L0L0ZW7OlUYtlcv4LRaopbY2aFD90VfA+
gcUe5JQlplvMh3JXkVLWuXKeY0Q7k6FEcipeeA2vBkXG4tcpQlTK2K+puuB+jxKeooQk9Njq
mcdkfjYlW2K2yFG0OBvUfUqyxT4MkS8J12FvqXgjFtk3XhE1HfkRj6ieu5Lo3REK7EQ6NF6E
Oo2nU2hkuuLLUIV9rHErMboj4ooyPUumfWrsvC9TWo7klZIkrYnVDkYyNUx1hTbQiajj2kKr
JTgx1W58ClIvBUaXqRoVunUjG2pLct6GCVsn8jpFO3gyfwKa3ZuSjYvKJnkJzcl2JbrwJvAn
qtCbMor6lYRVFbLiTFXuxSe1QVsTMoiS97EPU3T4FLeMk6eGxBQq7WN9xwcyLEuxkt7H6yLx
JS6E4qQqMpdWG8nV8D/QvBKrxdKDgSSFtqLu6YJpPmSxeDrQuV18JLRPhQv4S9CJVB1oidyG
r68CtSleZ9CE4roisSPRHBFTjoS6zca0uUsKSEpW5Ksn8SV4V8IPmcCUVJEczZFKkLQheSMt
1cixKc7yOLo4sbTspjgKZkm8ie9YOn4aELkaUOLcCSu5+YhFxliIt4w7lqstQUUIdiVSRTfS
SqmayWrsJ/DwkTj0FC5MasbLgRqtRUlOxwmxpxHTaGflKuzOqGuAuPEaiqmpYnYoheE7E3Nu
HhyJPdVDKEJw9ytZuiN9SPkPL4NSVo+KIdXuUceRW3ocdGKz4icKVoNpKVoVrrIlNC8lCCCR
MmKogc2XhRwrE6fMdZjcuRpuiZZx+ImqQaKOJDXoVcInVEKm7LtC1ROPoflKOEcx466yRd76
Cq3yK22JUSKXzOZxOLFH4MRcnRCjUrTZIadifSB6vRkuOnXmPKzxrGJVJLY6c8VOVnShll28
lOKcUrJHcrkyjlcTpdnqXjyOlpTvYiz1ZCUt/kLGwoFIvDdkw42qUJaXp/USjYhu9iZpygl0
ZXWpxJ9BTd2KscvQ34DxbgcVJyZKdfCGXngTsQ6cblGToiXqKLPUrY+gjQjbQ4b+FLks4DSK
W8H8PBRppBkleBNt/d435jnGU9xZdmY4RT+IeUTnrJj0r2u8iy6Vl3FXJKUNZLpa0J20FKoT
HVCE8sZxo8imJYohSh0HFxkvwqPZcSMbijzIsyHaxxdpLSSiEqCTUUHCh6EKm5RS9xzRs93w
Pb5yQ6PwpqUTQ4Q3rsU9DloQ1cxbvBUl3RRCZ8hwV8EQOfCliroQmlnp6nS2suqi8zGFDdWm
cEX8Mse9ljjRxLSZm8M5mkzK/pPvHjOTdYn7RGGHS9ZT/qyFhmp6qJxuL73Buap6EKjKkDrQ
Xg/wG9zpR00beuxvJBxLyTU6YS/WklrzKOyJPmyU/bYVHTU6k7nM3SKviS3M6eFNSaqdSNtT
24+ZWk6il+L2K+RRzwHKF8yJkrobSVrwKcyYlbWIVCt9NxZZWxyWT3jH3CyyyiNGNpUXE6lV
L8g+x2cWn+knv7v0TrxTyi2Q3n7eakyWaWMREq5i1GSuJLBLLHgQ1PTV+R1Kz8JQ3uLwbHJy
GWKUI1Y3QmhfyGogSSornUmuRMfkFFvBKZbdFqLPJrFZfVx/O/aPdlKVfiJyvgJ9vKHy+yT7
ctmn/aQ7rQqUr4LQdvMYsvmJKIOPhJoKdBR4ci/gkp8GbkGTe8M+9WUJ6QjLHFr3IT7aea7n
taMe7lj05O+NNPqij4eCekCzVdWY5/m5NSzPoby4kYOuMTP73i1cx8XsOPxr4OCdRvK6sRqR
bgUqyImblVTLQtCVCX6kMnKvwPv/APIX7Ct7v3ScabWsNJbotCgX3lMXa2g9VW9KH33YUvP3
R+lPuKaXkqiivsUvrJLuyWiv0GLiEUdRNX1IXqJfnKZZ0rmVuSjgch7Et+Rx3Gkfo8S9nczx
z1yvDFjDeO509t9WXInJVViYolUdSHkpMer6zmENd3KHnZL/AGixS6sYpkmqyZL6r/RY8sV/
xv6ypL/ZOrFyig3sKvg6j5kalhychlranElW1FEp8yrsPbYhIrRwYvuJ+6yFjj9RfMSWmkkp
w7tPcnJJcSM1Ok1pJPYzhO3IT/yM1j2MaVaa/R/bOvsZ45rdUqYvKGstUxUmTVPVl5YtEbCW
kFfGl9SYrucSCqJSq/DiUVDbY91iHlHlLOqGlk5U7HtrkuDY0305bs9rlrRD7CUd/KvS9kur
9gb7eHTCrnQyfexyzf6TcIweKbxaZCl7XMMu63MUnn7DLv8AQvvMVLm1Bfd49OSu19knNy6V
tpiQPQ4FPB7Hl4QUpI5ckWI13GqtMpNNylVxH8vB5XgxyzrolsUuXhim61I9IISXmY4p9LpV
D7eaWSpDrMyRhk1rGhl98+ppp4/1CbSJauPJX24FanVCF4Tr+BLOPhJIibvYSWKjQozFN0bS
dTqwn2KP4Scna4ni0+Op1a7GHfj/AJGnL/2HRliul3Gu2mpuJdzGYsdSxd5rB91h7bJcDLs3
yaeMiy7mSWCfmxY4KEtCR8xFPBrj4M3ZDGr8h0fIiIgneR05Cj0HOPu3E99DJcBYXKUZDcCS
VG4geWWURZQXsby6szTfSsbNChtr/U7mdZVMVzISS5ClTOgtBK8s6YnihcFvPjFxkvwtUbkp
DI2HlFlJLrTQ6bFq2qdvvP6+STtah3O2k3hlXqr+cjLt4uHNxdbjFKYgltOaRKMc+EQLBYdK
dFnMwx9vJ1URkNN1TjwlZQmdMzxMO3ju/wCgeKXV+0Q8cct1Y9/ajin/AGiywrupX9IjgZcx
+K+I4qVUeFbMcW0YqStZoS6cBQ7DimgupuHvQfTVERJOSvYx+9xnPLR6KP1THPDGMck3KMXj
i1g9aCyhylc6NEnbnkPGjxHl8j6Suliomqomsk+FNCYOJau5W5uOkbFRqzcfM9ti0PmLLPGV
CctTriYwoSSsNKHm8W0mLuxjGX1oX9o8f8dPHJRVUle79P7s6+43nn+bi7f1HTkq76nT01mW
qinCU7uv2R5aZVJHlbgL4jV0m/6D2k7Di72Z7M8sY2bJ+8zjfqZhh3e48sMnD6m3oPbca+Jc
iPCtGblUKKDkU13HH1tziQ9B0dD2ee5aXqY9WMN5KphhjjLam0/qiwaXSlRMoqbDWLfbwmE1
Q6m3k9WynmQpqWHLibC23JlwtmVvUgoVucPDeThqSLU3geOLlJv5kNIftnFcjDFJJpfQJKyM
VtgJYqXk4VNzFJR0qvMl+UjzeS6tFcazzaThJL2yRV86lXGxPVM2IuZZZNJpSZZ6NspUi3yP
dHSUUFWLJu140Mck5lXJxbLuSWb/AECczuUY6lqfSNzXwhE3LVpHAyxSTbo2QsHO8OBZdzBP
uNVycntxbxTlQY52cVm5zEZ5KrxafxI+BKoTkp4WJS8i7WxahRURRUFWp5mxwZR+FbFCpk04
boke6re2/wC6Y4vt5LHJpNw4gWOGMZQupoRllm+nHGrbMs+r22xUfmiy7jXtl4y9uki6HlMv
RHW22qUMHk4xm+wssO4mn5fzH/Iml+ahU6cdW6Ic5rqSpjNZJWOT7bcPKPbil+t0j6N3+PuK
/A4FPkVdReoslSlN/wCEXZbqphf7htOF4NnMouBaCsDUXqxp7kIXbxu9Sc1OK/OQscVXKnqL
8hG2xOkEnTxmTkS7XZ3exh25Tbx6p4/slqoqN3nclfkIVWuIk3cUQ/MghECnw2INy8EYp0FO
DWN5Rhi/qY1ypsjHtr6zdI8Imw+2qYu788RN623Me830pWRwWok7OfmRbiKknewy9r9rUVF1
91ZtzCrKX8QsZbxxolL+0feZTdSuQ/u+2sMMcXMPZfs4DaqpZMkJ0WrGk5kVhw9RaGGeiu+a
FtdPwjFxsUKwe2a7kRLW3hEV3ElVmM/War5jxbpqdaulTYghaCkZaSGZJy8sqJcxuLm9S1CV
SNGPTwmoqQJfMllD4rxqvBYY3e5MzQqqGXcx+srrmfe5qHMJcF4UsZVjNL2rzxyMcu5pkpVd
DpxVOJwJ1r8yGoLehku2qtfIyyzjBJ60kXYynqiuSZ7O4ljpJ3cW0305ZNrl/aPiyi5lqabk
MhscqppL4irRGOLul9OXh/oz3X0L/Ao6nVZsrPMjews39WUyGmmUcrYhWJV0Rmr6nyK7MeGG
PVF2xdeGS4qDHDDFpJpy+HURdrRjVibFLEkKYW5VNxYqp/H9U4EFBJ+XhLLeGLxvJsToJYqj
dTpdG7CjJTeGUqS4OHAqpKanTar+Z7rLYnGqFnuhMnXw7tb4NeqHFCFVkU5Mv5G4+qokq7CU
VMErOhxIpwJ8J1JddinodeS4TJCy6UrJFH1M/wCbHpxmOpOf9g+nLqfKCp9IsZsP/HTf3uVF
S3V7cRu83coq7CiyJTgjXc4FHzHFyHcanyJxcvbw5E+hOxfxpqTsKaNj6speih6H3jook6uw
vbjS6Vf3yVbjliR302suKdf3RJuHrRk4uZ5+EseUav5lpTuUUcCb7IwyvKXjnNoqOnyJHCK6
7/2mz3KryFkkTkoRgotkq834UtwKF7GjFsLFvdv0OnFU8Xh3FR66mGXYyfS61n9IyWaSyxi3
HwnQfcicm1V/unuRjj217crSJzzgaa8G5tuJJwXrwOZ7dRN15F3GpQVvCJ8OROiH38VLVEPr
lNWh0/3ET1LJ09THBumSU+h04WmZdyND3qUrDyxeSraj1F0ZN4rcWWtpGY9ztz7nGRE3HLQn
N9DGb4UoUoyp3Etitt9T8hSj4EupS/ESUzqYZ9bTzSa4Cy6nlF09R5Y4Q7ix0glchLUvzZNV
HxI13Hz+gr+Bn28tU4fE6sKZJ8tSYSadpK0ZSojtuNHX+EnqG5+A26RYlVfI25UIi2pRwnof
GSVVlWQlEakkEG3hk7xixY4NPFfmsWGOC7bn3NX/AJTDFuJmX5DfV1OxR2HPhln0w9x4zXFO
OJjg3RvwxxWjkrTgRoaL4mWGbUZRV8xNWij8Mu2lLav/ABDaxbTeh9V04EtNolKXsS8W50G+
4py1TOjttdOFIL+LXpzLIheZYmLiTUOW6lPFrXww7uOKnFvqfBmXaycdeNF+tJS257q5ayKK
CaU5Yp/0lbKjkcehCVNXYpUcpWoaJsmKLUnTcrVD1JtuTi6E6akrxzSVWmkQ00xb6ieSUYqY
MF2nGWbsnAllk1jEx1XHGsVYuqYhQzJ41cUOpUaVRQ68TBdz60VklqjtJ+Qp5ji45lPSBdnv
Zt4t0n3RQbwq2qMT7vuyd26kYpRyK4p+SPqY+iK9rB/uoh9vFN6QQ4SdklQXf7UrCZzxTpX/
APH++LPFzP4DceRRQmJRc6ssU8nbgWjxZM3ITO4omkmOSydOJ28m5pWeDItMQJLmztvP6uUr
8f4jJpRi3K5Mqqalo2IiSE+Jxgl2WxEUOnTYaWjOYkqx4QiHobFH5FUm+I0koboKKRKbVND7
3KHS+xEJt0TPdjJahOLhbGVcU2hYvFZTVcjjYTms1LjT2K+pWTFYqc27mKybZUp459xXTUeb
xHm5lOK1FGjG89dWY4vB/dq+SVKiyxcp2fhoiL+CV4qJfgMb2G9jLF6plbLyEtm49RPY8jHJ
fmT8+2dvK2UY/LIiKMrNBxdlvQsy/lctfXw6kfMUERGonSpE0HWxxKImoliqavWx0ZZdK21O
lNusz4tJTS6FnlOKb+CHllXJUVrCeOaTvGTG4hSr/vFYhlm3OlhU8ir5ieOjhemQsYt4Rt4S
6JamWK+pSvmZcXJ1Ow42UHS3RqosYWXZVmpsZZKYxiabjll5L3qZZvWiJ8ZGdOrZfUjgO9l8
jPGtHPjnOzMMP0Yr5ZH0GxCY2qkQN7lvgK7RC9SPCHcnYvVCb18G+BzYsLxWeSJlqCjla+Es
yxeOplm6JJuOQ8nq6Ily09R9nKYyczcWWD61yNnsUmdyIfoY95uOEG5A3oSQ8YxepsmSnKyK
UMU7R0v06R9qsRRmPbeHUm46psYdMdMvrXl7C5wFirugsVZC3I8WzrfkU8Jx1S46Hc6rNSn5
+Oa4MyTpFBSdOgoJxpBxZdfEbImBR8SPibs6k/Ib1Ylt4XVBifGT7yfrpU8uojUeTfTG5RyS
kympnjrnix+lCVdkLUhTW8nty6XxsTj7k9qiwScnbw/RxU84IIWpBBks3NqLmJ4WgrcpUbW8
15mKbjuarQSWr1G4qilzeR5xTEr+C1yFJTz8Mc8u3jlNJc/y4jyxxxxxy28WnWVB3MOmIza8
pyE4psStC3oVQoJlLQo+ZKZoNr81VZShS5WvIkcM6pHFtTHF2bFilEKEuSHl8iE2sbRao8s6
rRSdPavsz7zuuWlLgyx7ajtpRW5NpJsU0J+JwIdcdnUfcx7aWVJTtQlSsvBRY+Rl3NrczPLN
yoVCrbJmMXZE5O5Wrdj7zbzMO4t5fr4NIxS1aXqe1Q3E/hNcvn+Bilj15X3H1Y9MaW8Wdzhk
38Sat3LR4Sxwxe2m57sZOElaRuPtQpiHuxYw2sufgpTgcPUpcSarqZQ4oSok91VpNCPzVt/1
GKwpLjiZY99dfbySablQxZrLHCd8vtmXYwyntZNpRaMff9bD9kywTmPiR8yo5TfI6fmLeRqJ
2KXdxdVlrsKqWT0lEzRFurkNZKMMaxxMsEoedKHVm5e7Pbj1JWgnuZPhSDrbbaOnIxT0/Ll4
4LbJEfgyzKbCRt4dWKnPBU5P9UyxzhZKtPH1O4/1nXzHCqN6alLbmsDSFNtCFUjpLCTtkhyv
dDgXWmlo2TMvYt4X9DKsENUN43FK4o7fXioyaWqV+kwy7baTalr/AGmOeWby70w8W/zYMEnS
sr93M7iS81TQjYtKPauY29NBJ0U1aPbUeo0l7tBZNNZYawLLOmKpC1gaSQ8VCZKROc9K0ViO
2lOrOt0TtxIi48W1AktPy+CnzKCi34OvShZKjdpFm4hHvcTZHSqPQeOFckqti6qPJU1Mc07r
weGrVTK8NjcDi86lHBV8ooQtKCTUyThi4IxTbkS6YFnClXZRmWDhyoJSTTtqTDVdRpuFZFW5
30Gm+p6QUqcNi1UTZ/Ex7bdcaV5nc7eV8cmo8xdUSrL93Mz7ijphStbYmsTYl0ZVHA/KRorQ
TlVuBNJdTrUhWMmlCVSuhOoll9XUjBOG7E5qNkJYYunA91nxPcpW8ntvr6+FVTgJp0VyU5sS
vGpGX51hUodMjbfX3IjHgP2RklCdCElLuxPGOrHJRpQ6MnVaPn4dzuJ0tjJljnXJNyMvYqxx
oSlzX9RH+Rh1TEUTgnHpxT3SR04JLioNFj+P6pU2KsTyjzIeKadbGSdcXXFp6H40IxvsS/Ii
XIqiZ3ODXxO7v1Or5mGLdMn/AE9w61EdNfIj4EqyHW1SltZLyRUSxU5UmBKYzX1uZ7cr2GnW
TqwjFN6HVk+lLUnN+q/uI7TxT+Iuv3ZOyxqT28s8NFin0/ymL7ncyySdV1SJLJ4N78P2chQ5
T1WpwIjwaWkT6fg9XcaWOkn1uQ+jJ9WkCrNasyStB7skhLt5xk8lVPSB5umMKXxG8XOnwFjq
h97tpJSpa/eEmuZ06NFalfQp8CXcUL0oY9zJRWsnSpWKOlOctiSXlAm8qi6XPSZPFJ5YJtb2
HhljGapD3K35FbCcwoFli08clKh7jyaWSSok/wC47q7y6Z6YT4Hchv6z+Zjk3DT24ZHUqrp+
Y8O4unWLymJQa8oKIqnvQfSpjdi7eLS7mX12v5eoWTyca1Ysl1QhJN9eqaen6w3lknF1cp3c
4Wku4k8nO7bPrNrmyerJrZuROz3Jmi1ElXcwXC/n4MUqmhnzX4OPbmITfr0inL1Zj2+5Kxac
tGGODeUudnQzpokQvqqLPgWlI+7iiq7mD7ctZYqVes/qmOGXbnqcTLOnJUaqZJpvDqfS+Bsy
EvMom1vcqoNtyBYLFdK3k+8WS6nfFOx19Sb2kdV8SfSaCycV2qjPCKQ5uJJLooZ93BPoyUzx
9ok6sbleb/pNOEiwSxyxVIc6Lp/TFjlj0tuCtVwHlhnkm3LmNf3DHJZJ4J31gx6K9vBVam36
w8u431Kkup7sojyRSuflYv6HSs0uqlXv7TqWX3mfcdtoOrKje5ZvihZJQnq/qjxn3NuWuP6J
0YebmpVQiPQlkrXQVoVmRvsLOY+RhhPuj6cvCNDlUy/Wh+n4Ky06bkNPmPuNyoouZhj3JweN
FGtDuLN+7KFj/uG7qktKUU1rEGfbxxq9eZ28csk2sfdwc/VO3LhLJDxxujNrRnS6atkqpGNF
uyrqiWqnLiJRrcbnyghuE9i8lh49xe26jcnDLpbu2Oc7an3fafUmob8ydfx/NIQ+4u2+jHUh
4tO1hd7OcVi7EbU8cu3l9XOi9Btt5dt1WUb/AJv+06H9XgiX5ixwUPKzFlnlOar0oxcqk0sT
lRc4IStQ6en4lVPIiKc/BJqRQob3ZWjKKg2vMhKULN0SVPXI4eD2Hi9qP8FJ2gU4qNaC7WeC
fW0pipPbzeK2MFjlOrm9CrpqbPeB5YOcXqoToJ5vqW+VTt5dvBYzsoqjt97B0ySxyX9Q8YTx
zWv8Qul9P/1McVE1n8ek9jSfEXVD5MnplcyuL+BKxprVeFE5KqSYsMhWKZROhVjyTtR1ZisY
Uai7WanGlFw/VFl3e3h03iFJ7V0Y7JfZJVjdvwUq1oMm8U28ZTarQSdmUuY5YqM3MPap1ZNt
2qSp9SJccSE6ibiTgTMbHEaquKPdWNdSfma8j6CMVDZjh+dH9Wfgnlnzgrk35k4q9JIZQr4Y
UrAlkrGPTR1jgTk5i7MMsbQ5J0Nhq64nV2qRfHQVWnjNxYt8DFO6SFi8FlklMwmfUxXLEjpX
0lcV6EJfArgm+R9X4DfQp5FMUnyK4Y+hXFEdKJWJClci7Z7YS2gbyx7eeDUR+OBOPajPgkJd
uVOrOvvd15RpLOjHFtbtiywek/j0jm/xG1Pus2dFevLCjXEhyxKWY4uyn5l55lB68Ti/IhuU
xqsmtCPkafSTpsyE4K30IcfkKW+JOy345EkKHPERaqsNN1VmVqQbITVcMadSJvAk9E/kPF/V
dGY442S5k6E3JdOBVpSJ44+1qsbnUnEVFjjlHUlDp/USnOV226nsq9YqJOuK0MelTk1WCdfw
LFVYt4XHJOpcuJ4V3oj3TwsJrFvihr7tuN0xdbeCtCoPLNvKd2RsLF5+1KEqHvxWXF0P+1j6
sfQoxhRFrE/nEkzQUOY0J0KYt7ZFcXPIc0nSCZg46FTdbFKtkp12Ri43r55fWLqmgpjq5MfU
lyKwp5iyw5MlehUeK2dRq8uwh9NHF/BvnTzJfoWLE3J1h/Mej1FNFhEC2H1wicVjI8cItLjw
5+HAp4U8IH4TFEWKJCRE2NxvxnJkLKSy8x4uJ4XHNOJCqmNRbUVIWWpVudqFitVoN43k0e5b
zKXLxuiq8yuuruJpe6G3lrfMf6LdWcfMi73XgssW0YuZy1K+DiiuRNdTFfpJr4DWNMopzIyv
r6+Fai21JTHSaajenxMu3M5RRcjPtd7F9d8Rp4TzqTj20me1JFWSInxnxlFvGxWh9aeVT245
Py/uPbj0p2lf3Dy7maS4XHGTeFiUvX/qIrOx7vKSUlBUmY3IdGJxRavUSVJ3In0KmS1uWXmV
hPwqpKI6noLDN/8AG4TSWhnl+ZjE0W/7RzUChvifSKLCUyq/Ihy3sicU8VxE+tdUVbk9mWLy
XMwxeUvHJqnITyo2NPT8uRwNij5kWMleUNKrMXMaQY97BvFpXVNRPLPJ9cxD29pXPLzJWWT4
C6uqdZgiq9C75yiJaZ9b5H1p80Xn0FMlE2vIoe3FtFMY5s93cWK36oHll/kTitE3k/5h0zz5
x9sjDBrhQXTOK4JErPJ8JPd5yWmCxEeZMcih7r8CEo5lrCbft2ExRJMSUqNRBWkajhzxFfyH
KrvYlWEoO5Coon1x8YjzKCymITJddihU7jTfVELm2dabm7y1OrJw8KO+2Jlk3SfpKikcvQpV
oynYcVqJxL3FMRqirlLeaG2xHxLySl5l3xqUf5CU2f6lG15lcnPNkY5OdasXuy5ps6Vnk/3s
p/nK9zPk8so/nKvLLg2xwubZVODb0KuSFivgNzXQ5jbghOu5aa6lElyLzNJuXqP8YK+mhenE
jqnhWC79GQrkx56jSLwhbE1jYevASmHsjvPVdMfxFyCqa8F+OhvFCS53KWafoxPVTK5vIi+O
VGPZkOhCgZNjKHVodrkJ1V6E+RVRWwq2KOnEpch39P5jchX2LDmjIdiFYi0awadKsdvBqjyS
oRim8d2zZIjGsnMhVUFLlWOEcdi9TV8PCYcFHetyrsStSJpw/uISb8jpto5ImNBfMeMeZKfB
mqW5DThaiyTp+cUJVXZxU7z1axj/AG5H0kvQnXQmBtFuJA3EmSVOpJp/7h4ZOsv55ZCZRRAp
9fFjrCPpJ+JKrx2N2UrwZShJXwqfIm06qg8W5ngUsWIalHbrVZKBYuskY06nEnInYlWHCKLm
RuOHDImu5OTryY3C9BpKUWhkNWPc6K1CL8bFL7onKrZLqdT0Vhx7UfSNabFPiPWXUhUMaXaT
MsNIqUoMdLE/DwjKqZ1Yjxrljl8Dpn2uXGh1pQ8ntw8Km0eCRz2HyLQpomRHoRFHclKmsl7b
FSEbvi2SlzJiV5m60RwPk2Q6sqzqlmDV5XMjahEShRik94KTOwoxl8SyU+R0pS5rqTjKmyVB
vPuLHm3P+8a6m3+kmS8m+bIyZXIUolOFoJNp60J14mk8DqcPn/0nDS5RQ1dkTBR21ZRy9yjS
GqcDgtDFv6qhjIcySMip1OxG9ircbHtlbHVtUbdHiuqeTOrGy8J8IV2iNtBrSB8HqRFFRSRF
WVXNEqj4UJVW6wXIbKvzYoVNnqNpNcBN44umopxR1LHgtT2p47yVbgXcWTo5adxdSzb1sv6i
mLjjBM4pc0NpTFdBdGKXM6mofAcRitIiWNvNrHaWS28t5IdmWJt8yvxKW1FROdB0XkLHGFOr
kU4rJ6tqSF2sF5I+pHIh4Nle0miOyn2/kR9454I9ufqh9LxyS5z/ACnS0m3sn9k9yhxFiNz6
CIcalFBYgbSiBNeosel5RRRJGLjKKq/+3IeODblVxIzx6Xt5Y+E2ZsPB/mwSNxpYaejYlNNU
UsNw6DTF03tJWrFSNz2pt+p7a0I3ua1oVZuuRDZF42G1j95k90PLHCHt0i63lin+qkTnnklv
QyXdz6oX5zHDxauqlMksVZJjczWFyKe6NCXR8zpdGqorbYoKsr4k4+5i6sSMMXlaymBZOPvG
pc7j7ncaSUubKh1YNZYzdMsREIuUaLr1FDXqSiWq7m3hKuKbjnQ23Rch6k8Ry7E7+FfU4H0e
GTeruV+A0noZRucRP1Pa3xZLdrHPU3Y5o9iliXZqyJc10JFGxCnloObP5kKkDeSTadP9xQ1b
2MslRpDq76F/W8D2J3Jj3bkQo+JOu6uUvryIfnyE4F071JxruQl7XDbfMyWGSeSolPEy7OSp
oxYPLpU1ROGSZCdblbsco2KXKTQoTlEF2Tt4VsTsNkpmLvOxK0ucxfLwhFKFXFSTcc1HlpNj
lAmnTVFHEE1gUOiujcTbVdB1j8pKK3ZegkrQUcntoVqS1Z+F0ZqRqYT3Gm5bsRMiSVYqxJzy
HloRFRzMIqystbG2OxSgu5lD6oM+5PSqttf9Q8uqcHZTUfS3UTb5kyxPqZVtnuTG1MISlp8R
PLIonzE+lwr2OCHGvkVRW51PQTUeZjpQrcnRkeDqV8jBKjFOhsPiZJP3XIemxco3Q+gTcJab
iqoVRO62Je9iBpk3E1RQRrqRF9WKdTLg6+h7cWysYJ6tmXV3Vlk5aUjhUZyK08OOkFo4ixwm
Iq934Sq7olQnsyHCY8cVLEnWB4unUvk8RuOR0vUSmYsUrwKjx0NytRKa6HUy8yZV2LiikEyc
SNtDkxYp2QloxY6CUQi3ArYppoLKaNWFuQiha5ns2ylttSlNjihN1exLXKpS4vkVdNiptsUd
diMcZT1Iyv5CmscBvPHqmsKf1jp7OKwxdpSf8xGTpyx+ydWb+Q+qq+n90orr4lBU5jyaga0K
oUudi0FpegsMFVu488/rPUWiRn06UXqSPKJF0X1kpQhuY0ofqkKjW3943FN5FSs0MY9D3PyH
jo7mg27PYh2PaiXqP5DScC1r4ycEczHH1OGnht4Kr6nf0E1MEqsaMlWfqLcqyxwRF18S1VqQ
S/h4ZNJQnqQ0ludURAiKLYSdW6lNRubeEKZF+spOD8Ig4mPbxu7slt5PdkKiQscfzk5fAbmm
x8i7XDSSSHRaQOLvw1Rqhc4FiqwS6JVY3WJI0GlRLUfQ/U6W5I+JDuOKwVsynhCoQNkKsE6a
eHusrCihTf6ChLddBVci33ImqVxJ6lrHDQfi07mTspoKsp7jWClasmiHn9aFwROTnY9taDjV
RUh6WgWsrqOrKJG16EtVOOo07JVkWHbSmtT3EL1IxmE7vUfEl+RXa5K+Jp0+E/Ei7gcUTEnr
WfIUsxSs6GK0h/ItTS50so6ayVT9R0hcSXVrWRtu7EidhpULXG3DMslexLct1Fw0LETAhz7v
LwofkGttSttVqflif5SHSsUJdeB+UmxRjyf5CFVS6RI6LJrRr+kU/wCPj5KP6SvYSfl9kaxw
WPVS2hLXS0QtLloFlXkQ9Dqig1HmUFjrxqj24pPWES7sa4S2Lt4NpY3aYpqcdbI2Ieo4URuX
mTmNrSkXJn8o5dNxZenoaeGC3lfAacSatehGj3P9T8WNOi4Fpi5tBQoQkMWM0VYKxzHFalbj
4FUPcoq7o9yjzK0KLzK0elB0b84Kqs8xJKXsTFfC9SK1sOlX6ktRlluLqxTXI6kklskiFii/
Sx5x7fgbTqkfpcWiXdkJy49CrnmbIWURFRJUIdxdpZVyVeRtNylnrREuFxk+hEujRKs9ZNH8
CPiRBDXqJJTtQweSjJJfIk2Z2lNG8vkbDe+39xDVCvqRoUq9DZMl6kfA2NkNuj0JnqYpVlYi
IZUVKO4ofkcW9D2y9BJo9tN5ImGRqRdlLmz1ImmooE06vY+spW8H/K4yi7MXj3sFW3UhdHdx
a/aTP+5ivPEjud/CNfdih5JrLLRzP9Q8Xk3gn7UklT80lyisuSs1IrDsVuNJMU4vHJqs/wBw
ssck2tnJ0vJPNaamPcwXuV3OhX4ntF+Ql2JSXIduHAl12IVF6HHmcSVjMRMcyZhpQkJvfwxe
mM/Eoxt62K+R03KXJj6raIWhXw5jFinaWxNM0dLjkpUVROYHRtJl3BxJXhLV9ZHWu5aDVMiL
ojHNTsbDnQ8/CPqrYh5PYvPASdZtqR6iwiKSxxXgS/lJaWvgJY1eTvtJGWKzeuUHtab3OrFP
JcBZvt5RN7E54w3SClH+P6xRotLFNVsaTtBKuRVvlA6ef9p05VmpChMbtMQLDRflE26VoN7D
eif0kTyRUXDQ4mTs/wDUc3ybZSKHIkqQkPpuRkrXg9vozlRnI5iY+DkhKJr4XoSodIckx+Qe
kkUniUdeBXQQ6yhOjOn5jly9kKSySZMkwpdE2PLN1ihLq3bUl/Alfj/uEsXGM1f+4xwo+nUr
JMw+RCzSGlkmtKslxPAtBVDm3AcGjIyoVryG9yrh7EtrqZSzio1PkjBZOuq5mS3ULzMlq4J1
HvsRYjcynVr5i2Tjw5q5yRCKmTeo6TyJstidxNWLSyMnEqpljj+a4RKVNRjeI3d6l1Gu4srp
EqklvUql5F5E9eJs+JRcR6Ncv6hO7+P8IlB19xrp0g6munBKu7IiFuzZMXwIpDMMJuvc+MHt
q0NtURqUcEpkKGe5PyLPjUbxyeM2kfRni07ExKV9xxi/OgurCJ4ydLlNkye2I1MVamplm6Y4
uEyJodH5uNX6DcqhV1IepOJGo03WnzMdJqbojUgl0Z7ijvMI6m6sl+hilMTUpVCZ1L62vIbr
V1ITuNOZfAjRm+5MtScHoVkayTi43012llFH4/rHtbkjOrPdlS0Mt6U/lE0oi5OWUcpZjjim
8VWo+3hcis7C6lTSNyklfJSYtUcITPcqMpSCUymhsRElqCnGGJTUo5Wo/avIfUpXmSlyaoPL
Nt4rTn+yNYqEqegmk60S5HVm/c6xzG3VqyMnN9DuOtI33H+QVCFQnXgLHIjTTw5EvexAkhLW
sC+HEr6HVMIrucUhyPi6FLk5OIsylkSr/AjLQkm7LzCsUuvCnqS7jymFNC81IrJi823iTguC
G3CcsU1bsXhF5nXwxwVH/oQrI6Vo9vCCvgtD3FGXZR+HTl8SKTsdOXoZZRGguqfboUtoZOeC
XIbaM63jYmjeiLGxIyUoKj2RQTdbs5L7QphyQW9BN0I1k6oMoornVxF8z6SltRJWG2hJ2E1V
jdOS/mPxkhepeYNktuI43hDeWlRS6ciOqEviKMpnQejWslXRHDxWWN8WdT7UKKjeWHTk9Scc
nXiUyfnUl4St0Q8WuMiyVE9yLySbPcTjgbkqy3LStuREQN3bd/B7kKi1Ymoh0sPDTK5JSnkV
8PmJR4OjXLUVKja0H1CsymM8C0CWpKUkKyKIba1Kw40HCXJFKTryJd4JUDUHHwW25MyrlLcz
3O96jceZq90VcLkWqlTcl2HqKs8HoUoiIXMqLNuZrD5HTj7cUouYvJLqaiwnnRcRY9qMsndp
tD7eM4Y7puSFm8lxYsZhc3Q+s/UjKMo31Pckm9JJmnMgjpr6E9NSXbbQUOnCxa41EJXgj4ia
1EpuS0V8I4nU7anDQrcUalTJ24jehS+kGqkqUsQ3BV3sVtBmljavxKblBrKsi6UbQazzIdn5
nDwr6EabiSlxqUmPQUOJan1KjSbaRdij4EurGJRO5EOgsVtQWXdxlTvoKipahlnk3inRFd7v
YhV5lKtlV6DbS8ziKCmT9RLDKMmf8vuXKSMI63ZMlY4vHi8R4YQt4PdlRGWU+1nTdTYSxx9r
sKlXx4DWnIS8I+JwOVpOItiTpWVE7SPp+ZxLFbaMVamzInUTvOgtnR+g8Gom3qUrwHsVaW0n
yJmhuuAtCrK1OlVToLpXoiHMrn/KJ8m0Np6WKqONitUOn0ESfQPR6akw7RbiKCbQTPtV/I+5
xy9uOU6OyKuVsQqvY/RehFZV2OU3JONy3J8SWoH1K9uBv8BZvH3EVxkautx1hEPKWyW1yIvk
lX1MfMqJplXXY5kp+RUghajc0nUnqpyMk1DjTkQ3yGm0uDOJ0rTWxViciTs1RjW1THPR+34k
q6oc7nS7Xki68Ly3oREJMlso67CdtiWxw25ZONd0KcXEXJzvomWtqS7bl5exGpdwtEyjrFn9
oh3+B9J0r85TNr9WP9I9HMkS0UVHrsOVL0J8Olaq4vITimtvtENNxxkS6hantoJpzi/mWgcX
m4nlbcpVZCdKaaGwq1RW4t2dUxysTtQg+hirbwaeqgidypVt+HLcS15CymJWp0PNZZJJQtyU
oiu48m67QR8Sj4jq6eH1pRbz8OZOrsxYrTUc24oxb1Lw4HLhLUux1dIuO/MlN00OOw3amvPE
nR1EpuLVLBfPuDh3Lyxu72JbngSqcCZq9BptLjqYOXdPgPHqSo6QNtvJPzFfaRQiXRHSqcR4
5aXKKgulNQo/qMVPSxrcdaM3NuBOjUCsxdK5ybCWhGu5wFkmSS6rQnVnTSSHfhUovUcujdqC
yyzUKrSudNWrSql6HtyTK62KHEbxc8yMUTlZaEzc6phCeDqO/EScwJzSyIWp15VW1hrWWSpk
U/AfzGlw8MRdzRJJ+ueRLJTrsOaTclpqDcSabgWWThbC6bKDiL4vwiqZKqSxZV90kUUwQ1TR
mKiB1uR4WqKBITxvsTm9CLkxHEjQlsqj2+j/ALTZ/AbmIJmd2VUCTV9SMXCsz34S3rLI/wAe
cWtZdf4ireL9UYPJTlFXapKVBwONCStVqRYo5io50Mvu1fUl/NCbrrApx6svMmyV+Rm71ccm
xx6GklfgLKIVD/QS/Rdh7NDxyUspBXQsRSpObk6UqCqXIvwE4jiJ6FOZCcCeT3g0o9RJuUYu
zQ2SbkJeEr4itPwJbZ04KFSsM+8eSy4VPdTkNLJwN5VncqrkQLY25DpD3JrQaz5UZTuckRk4
WrX9woxy7rejaj/aY5YYdGPTaoio51JUslFa7HAlK5pFxPQ4bHVSB4ttpmXSo6fjUrQTY1qK
bih0W4snHPU6NGPJ8RtJIkmSqniVrI4JFMzNCWqkvY3JgejGs9TLFNJS7nShb6katFGSiIN+
JXgJqq1FsytlxG6PiUfTPoPt5Ol6Fm0j6spn1Bqq5Co2xJ4to/RKZtJ6x/cR9641p/cL/kb3
oT28a7kxwJsUpxKVZEG3hBrXQ5aEDa0VyW50IYoVh9STknoSjY6kqlpk6csaM6cfqOGjHOws
m9Rt22Kep/oUUEJz4LbgR8TdL4EIc3Zw0FL0uUcocUTqxJ8fIVk16sb1ixagiYI0FF9BZR5o
qtSidLlcZUUIajhcwzmE3XkJ7kDI1Iep9BxGldjnQ08iErEwNaklfCtiHYhEOxEC2+BEV0ix
W2ojQeWNHoVmOBUhCyZ3O3Ewmk9nBinDaMW7SNkfnakrkbC2FS5PyKMucz6dDeNRqRU5nStV
cjVXE05qNax4VRY4CodKXupA0+z17VRGPbePGcSap/tCeeSX70ieWfU051KpKC0HAlW1ILVJ
vuPjYUX8PbRal6FFUiPBUkojZimtbsevhU5D1ZDOA01QsToOLIfbxmdGY4ZfWdMm9akppbIS
xsnJaeRaGUVNRRdaliEoZw5+KUSOidLEumkIdb6lHKI1i5x3ZinE4tNjZLKUL8iEJTQ4icks
nax1OiH8CklfcfQPTYqQyLFq6EMgS1K6FLakzG4k6InTRkm7IGUHPmQl5j14ibIXqVqfQVGs
lM2gynFxNKOwn0tOaClwhTVR4UQ5tqe1D+Buy0Mqq2k3JiBtOWTkRpoxL0G/hqQ6J7i1qNbk
bFNdhTobDqTroV1NkJydPhUmxLqSb+FWcEcx6QSq+FNSNHqJfEmyISjiS77E2gbmZIgkq6n0
lX4LUksSy0xQm3kKso4EJRx8PgOp+QtC3Nxsm5+UjTgPHRlGJxJknSHQ6pvsLKtRqSCtYKLU
4CHLr4S3yIsV9fCditC5GxU3L+RQoS/QUVGyNipRUJuNpQ5JZaCdyilicqtSp8iU6lUlwOmL
6ihk41glq5uTqi2pVwvBa+ErzgopIZTTfwtT8pDc8RJ6aFKDbvuTefoModG3SBV91oJdHcfC
CE/VEuxCVyNSXUkiKkNyNt2Ibk3JZShcdz8paSZJZCUT4WIRU3aJ0JaqUJk3ZUpRl7F5mw09
BQkicnK2HSNt/CvmRCG1TwfMjwleRLuNzHIljapzIiXxK02SGsfqq8kK5V11ZETJBG3oNuyd
oJf1dhvSKGVdpZRflN14Sbs2K1Ip4UXmSXOJGpDq2QreFvOS8LgLgJY+bK02HvMFayQqidns
yt9/DkQtNScmUp4WohvXdl1Cskc9iX9bQ8iXqS2UcF4VhpQxzV8GS2nsV0L62GtOJShaeRGK
qN5P92RwoRWsIl+ehGh7rEKEh5461ZX0sWaXmdxdG3zIVzgii8ISoWKFUbSSlJLrwKnE2T1K
+O7JgXVTcjGiW3j8ixHg2ilrG/h7awSRAxaiWMzFTqrOhEUYkiv4scWRRKN9SHaSemGJJJcR
1kl2KVKDTpA+nyHNynmU1JiZJiuwlibrc+gVCddRrp8iNBEJE2FElCpMQcD6CupxK+RcuTNC
rhbEz6kL1JyqUohlGxza5Qp9bSdi9Bty0zZaye2iKnGSF6kY2JFWFqJJwLYlCPlYmSU7Eu+h
TzOBS5E1KtSe6ytBOOvqXqVsQrEu2xNI2I1dVtBWjEOGlPhOh5UP/9k=</binary>
 <binary id="i_053.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RPURXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTMAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfygAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAASmgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOi6niAZ+RI+nY533lVX4sSTqNNO
66TJrpde/cA73Hn4oD8ek8safikp5m6vQgAx3hVMoAmqRJAILl17q6m/mNJPDto/uXPdcaBa
wiGiSDGn7qSnEeW8Rw78qxOqlv2sDts5+JW/dVLx/BYXV6gMusnhzYb8iUlNjovQuodUYbcY
M9Fr9j3WPDSDAf8AQPvdyu4x+lXemxljq2loAJD5HHkNy4TpPUMvBBY2011OeHWMGvtH0v7e
xdrU3fFg3bXBrhHtMOG4GHbvd7klLmq5p02ENJad0kyPBCgsJc46HXiO3xcjWssJ9rNxnXe/
n/NahHGawS9rXNImJdGvzSU851mqxtQewb62Ekkalo4ktWn0O9x6dj7Tu2jbMdp4VVlrdxAA
qDCQAdAPg783+0tDo9lZoFrdaHT6LQNJBhzg3Tb7tySm65haDxDjE/BZXUyWmstHAc1x/H/v
y13PZsDS0/MhZvUW/o5addx/IkpDvd4f6/ekn2v/AHfyJJKf/9Dvclv6eyCZ3k/7FB3yRcmf
Xf8A1j+VAOo8SElLGNviud+sQG9j/OD8YkLeduEjsXCP4rF+sjGtZW5ztrXHtrqAAkpxHOJf
McNB+KxetCcqs/RArn7zrtlaeTkipx3HaK2iZ1MH88tbuds/lLN6tss9B4O72mHAyCJn+0kp
psDWH3Sa3yAIkwNZXo2MA7Cxb2EObZSwEj95o2O/6lecVmSA4SJ76r0P6qxZ0Cr1JOyx4+Gv
/mSSkxB58/yoOV7Md79JrBIlaLsSqZ1jwCDn49I6dc0aEtIB17pKeE64Qa4EAeo0kdjK0/q9
eG9PbW4E7XO1Og1doPd+6qHXKWmjkiHNIW503quXn4rchpl7SGWiGwHR2c7c76KSk7rq9IbE
8kGR/wBFVs59jqY2mG9gDz8vzlcYMoOJLQCTOh1/zY2tT3WWVY7jYyQBzu7/AHJKc/ZZ+477
ikj/AGrH/wBCf8//AMxSSU//0fQMgD1XnxcfyoJaEbII9SwEcuKrl3Hlwkpi4S4xrxJ+K5Xr
HWdvVH42M9wGCARtG42Xu/ec72sxsFnuv/0z/wBGurDmt5me/kvL+sszH5t7fRsLb7bH1gNP
ua9wc7T93+bSUmy+t13RTkOsy2sBd67bCHB7jO5hP6NvsGz2fo1n25GDc4MLzUwvIZcQG+3b
LfXx69zW2bva62hWf2Dk10WnIPp5EiuvDYA55e8F1XqOnZWxzG7lm5OB9lY1l+l7oc5gBIYw
j2+/8+x7vzWJKVU8uInkzMeBXov1QMdEIBlrLNCPEhn/AH5eeaBzGkAae0eS9A+p9jj0i7c3
aBYNjfAbW8/yvakp3iJ+Cr51c4Nw77JCKLQYP3qOVuONaGug7TOk6Qkp4fq9c12NIge2fvWn
9Uqaz07LFTdoqtY8ydSHNc1x/wCiqnV6i/HscDBc0Ek8yFc+pljrH59Vv+ir3N8gXNSU6Z2z
59lV6k8fYbHN1iAfKTtlbgqqAA2Axx8lW6swHAu0AB2yIH7zUlPN/pf3v9fuSRdjP3fwSSU/
/9LvMqTfZ4Bx/KqV+fg4/wDO3CSNGsO533N/78sv679c+wbsarcbby4DbxP8v+TtXHYnWLmV
2i4B7iJr7CZ2uaYSU9F/zo3Z3rWEsopdtNRIIfWTstssj/C+m7dUtTqr34WQw2Q/GIJqu5Jc
RLa+/p+p7fd/hF59ZZ7r+A120gz3Pub/AGF0nR8v9r9KGJZ6hfigV5Aa8slrC12Ja0/mb/dW
/wDf9FJSPJysM/pnAOtrJc+zuRB9jgP3fzFzefe7IvFz/aQNoBMwJ9rVZ6pdjVdSswqqHY5r
JY9rnAt3T6jHVuH+BsYWbFV6gwADaA0zB7xokpACDdtcCSeF3/1NJPRrpMn1dPHQNGq4Gju9
/hAXe/UqP2TdPBeHac+5oSU7TXEHTnwU3ndj2+bHT9yQYDt8I8VItit4Gkgz9ySnk+qmem3n
u2skR/5JC6J9owMCzqbLNhyWRdY73BtTCfTFftduv3/u+orWXR61LsSf57bXr+6XCVfvryDj
kNxm2inSnGrIY0Mn2MrAd/n7/wCdSUr6tdcyuoOtxM6n076WC0WQQXMJAb6rS0fpfd/6jWvn
NDsO4RPt/IQVjue/D6bl2UV2VkH1n+lIsaQQ38/2/Q/nN6j0HN6nm4OVblgnFLB6NhPu3g/p
GtZr7P3/APhElMfs58v9fmkjxb/rKSSn/9N/rl1Us6plCvYLnWPqkiS1rP0e5m76K5QO2mSf
gde62frKBZ1rPaYGzJta3xEOdCxXDaYIgjUSUlMqn123Mbc4tYdB8R9Fjv6y0uiZVVHXWVsO
2u9rsYySNT76pH/HsWPYwkOBaNdDCTLLKXC1s+rS4WMPclh3yf8ANSU7n1zoazNw8yAPWr22
ebqnN2/+B2NVLqrG7RE6nUcdlr/XkMuwcLKYYHqHb4Raxtu7/wACWb1djfRa86wWk/d4JKcl
pH0RoPw+K7/6hEjpuSwkSHtP3tj+C4SqrUMcAJMEnw8l3f1GAdiZgaTMs/78UlPRNIkCNfBS
PcHgjlIBjWlztAByoyxo3MMngDXukp57IdAFjR9CSflws7P+sm2v0qTutfo0iGgAH9I7vu/c
YtHMEY94EgxZ+Ry4Yg7RP7oHgdUlPRdDu6l1jq267dkYxDq7q3H2MZG9m2vcz6D2s/4xdnjY
+Pi4f2OittDGVktp3BzoJ/nHbXP+k53+kevN+kday+meo2mHMfrBA17bnuaPV9v+i9T016B0
fOfldMab/TD3jcK6zOwFrfzvzHe/+bekpFB8D+CSL9hf+9/0XJJKf//UyvrHc0de6kB7oyrv
LXe5ZD3OG7XSFofWN5H1h6p/4bu4/rkTos5pcJHcameDKSlNlrI/OPHkUN+gD+/c/iVJsxBj
dJkR4+at9J6f+0Oo0Yn0mOO67tFbPfbH9ZrdqSnW+s7iz6v9LpIPquFZJPPtp1/8+NVbP2v6
fVY388NIPyVn67ZFZuw6WH31GwvaOGy2jY3/ADHrPtc8dDoB0B1HkNzth1SU0GyHDwOm3SAu
4+oDi5mc3tDCB4EbmlcMDuE7IJ4PZdx/i/P9L1mWNn5Od4/1klPVFoIgwQdCmLS0t9NrY8D4
pj72Egx5f3qLG/RJMpKcLKbpdvggl8+HBlcGxh2DSQR+PEr0DKaPUsHi4j5FcHBbWNPl4R4/
ckps4Rwtl1eY2wizaG3VEbqyCf0rfU/Nc39GvQel9FwOn9N9PHrJc+bvVe4OcXFvt/S17G+m
vNa3HcWg62NcNT3+kP8ApLvvqjnnJ6IaXO3WYhNYHhW4b6P+juZ/1tJTD1Lf9M773JJe7/WE
klP/1cb6xMH7c6oQP+1l8/5zllFvs0Gh1aNeD2Wx9YzPXeqf+G7myOR7nLLFeQ/HfkMY59FB
ay64Algc47WtfaPopKY7vu7ujRLe5j/Xa5zH1/Qewlrgf3mub7mqLrQNY3NBjw141Tl2hkA+
QKSlsy67Jttvusddc9u51jtZdDW7jt/kVrZ6iC3pjGsGtbGiPDRrVldMM59U6AEyBqPouWzl
1l+De4CTsJaPMFrklOC1rRBJnWPgu1+oTybcwBv0aQWnx9y5CtzXQwzLIkDXX4LsPqJsbm5I
a5xBpBgxGrhwkp62pmxhMFpJ1B1IKTaqwQYBM891JpkEHxlSBEj4pKefymn7RZ4b1wVgPqPb
wdztJnuV6FltLci3TXeF53dP2m1hETY/UeEpKXoBdeyAJBkE6CB9JdX9TLDX1G/G/NuokD/i
zI/6Nj1yuM4/aGAiZkTPkul+qR3dfEHSuiw/fDf4pKd/0v8AXRJTkeCSSn//1rP1l+rVY6vb
n+n9rrych5fiB4pl3usdFnusdva33+k3+brsULq25GCaMqlmPhVtn7NQS1jWt/P9T27nV7Fr
/W7MtwXY+VS1rrKs/QP1bD67qX72jb+Y9Y/VMit/qYjXMa3J6fZktbU4FgsYTvoY/wDPr/4P
+cSU8fdR6N9tL5cATBOhLTrW92395iBY4sa2fpAfS5DgVYue++713ENdZ7i0aCSNYQLmtBhh
gaiD95SU2ejtBzN37jdPi5bbD6gfWeDoZ/lRzwsfowcBbZOm5gPhEuJ/6lbDWtdVkB2jSw7i
NTB/chJTVvxnC0tfQGNZ7Q6sQCJP77/zl031Rxhj59rnbhY+mA0lvEg/muc72rBw+iYtle5j
bKyTuJvbtdA/6hdN9W6cKjN20uY6x1RDtpk6GZ5c5JTth0D5/LlFaddPFQJa3dujQ8d07XA6
hJTl9SH6zaeJLfwAXAHGdZn51bBAb6jpOkDc1u7X+t+au76lIy7CT4R9y5jpWC3O6/1HHMb3
1PbXu4a57mMD/wDpJKcGgkZFToj3EO8AeHSuq+pTZ63lOJ4xvYOdPUZ9Fcxb/P2b9HuO4z2J
+l/mu3LX+rNrmfWHEePb6oewRpM1v2t/7cSU9t6fkkifrHh/0mpJKf/X2fr7UT059gGleW15
85Lq+f8Ari4Ky+yvIBY8s9EOa1v7u8Rdtn/Sfnr0r61V+t0/qVYILg1z2jzrd6v/AHxeX3Oa
973EwC4h2sJKRB0u9uvn3HZPBcx7SNpJ7+PioEw5haNXHTzCI2yTDjEaGPFJTd6bU/8AZ73x
q+zdPk32LVx5cdjfpOkKhg5JfhvqA1qJB+Z9RrvxVvGu2XMe7UB3uHPOhSU6Tuo4sRY/1N40
DAX7p/qrX6C3GdkNuqobU41uE7dpjSdwH8lc3T9WqnNm1xa4GIYQ5pHZ2rd66P6v9OZh2b6n
PNbQ7eHHSXDaydGt/NSU69bK3EubxOiKGAcaIJuazQgwpts3AOIOveNPvKSnM6zRse2xuu8g
GTrDRyuZ6bacX63B0aPtLHgdw9mgj+uGOXVdbcdlbvzQTtcNe3535q5DqDNn1ixHk7W5NrCJ
O0e0hrjKSkf1hoqq6team7aribaxpoHnf/0XuexD6UWV5+BdYdoGRXucTAAJ9yu/WV/TXWMr
x7JsrEWuDg4QT9Hn6TP8xU8Wzp7asR9sPc2+bqyRt2tsZs3fvb2u/wDA0lPou8fuj/PH9ySx
v2r0D/uTT/mN/wDIpJKf/9Dss3GrffeXAlr3PDh4g+1y8/8A+blmOc3Lzq91OG+xtFElptLQ
bG3z/oNm3/jP7C9Azhacm4AwC90CfNc39bcj0OjPbvAtue2pgmTB913/AIG1JT58XOc1p429
x5/99UYGp4IjxRGCSe5IOh8BqnY0Ez2mBCSm1055ZbtJ/nwWntryxadRMA87XEx+RYmO4DKq
Djp6jfhErfAABHcOj70lPQVGx7GOjbvA+OolbeC39Vc13uAfGomdAsTDNhxKSIaNgkz7oGn9
VWGusI277Aw6kMeWyfF20sSU6/oMJ4j4D/YpOJZqZ28SOyypPc2Q3gl7u/xepkveQXAkD955
/wCo+i7+2kpL1xzGYjLLbdtZP5xAEgHu73e5cbl9ZwrnBr8NmQGiK32kyOfohm1daaK3Mixl
bgNQHe4DxI3AoD8PEB3GAf5IE/2dElPKYuRjiyG9Lrt8QQ8ifkr/ANusDYr6RQwt+jNJ/wC/
LoWFzGRWPTaOzQN3/kWojXHYQ1pE8lxGv9bVySnmPtOf/wCVtX/bA/8AIpLovTf4f9L/AMxS
SU//2f/tHAJQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4QklN
BCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IAdI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmlu
dE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAA
AA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJp
bnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRA
BD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29m
AAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0
aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3Ju
Q2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERi
b29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQg
IGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAA
AAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNs
dFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBn
UHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAA
AAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAA
AAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1j
cm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAA
ABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAA
AAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAA
AAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAG
AAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABw
AAD/////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPo
AAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////
A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAA
AAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAA
OEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfwAAAAFAGkAXwAwADMAMgAAAAEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB/AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAA
AAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9u
ZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH8AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVz
bGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmln
aW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAA
CkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAA
AFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRs
b25nAAAB/AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhU
AAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhj
ZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24A
AAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAA
CXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRz
ZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAA
AAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAStgAAAAEAAABx
AAAAoAAAAVQAANSAAAASmgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABxAwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A6LqeIBn5Ej6djnfeVVfixJOo007rpMmul179wDvcefigPx6Tyxp+KSnmbq9CADHe
FUygCapEkAguXXurqb+Y0k8O2j+5c91xoFrCIaJIMafupKcR5bxHDvyrE6qW/awO2zn4lb91
UvH8FhdXqAy6yeHNhvyJSU2Oi9C6h1Rhtxgz0Wv2PdY8NIMB/wBA+93K7jH6Vd6bGWOraWgA
kPkceQ3LhOk9Qy8EFjbTXU54dYwa+0fS/t7F2tTd8WDdtcGuEe0w4bgYdu93uSUuarmnTYQ0
lp3STI8EKCwlzjodeI7fFyNaywn2s3Gdd7+f81qEcZrBL2tc0iYl0a/NJTznWarG1B7BvrYS
SRqWjiS1afQ73Hp2PtO7aNsx2nhVWWt3EACoMJAB0A+Dvzf7S0Oj2VmgWt1odPotA0kGHODd
Nvu3JKbrmFoPEOMT8FldTJaay0cBzXH8f+/LXc9mwNLT8yFm9Rb+jlp13H8iSkO93h/r96Sf
a/8Ad/Ikkp//0O9yW/p7IJneT/sUHfJFyZ9d/wDWP5UA6jxISUsY2+K536xAb2P84PxiQt52
4SOxcI/isX6yMa1lbnO2tce2uoACSnEc4l8xw0H4rF60Jyqz9ECufvOu2Vp5OSKnHcdoraJn
Uwfzy1u52z+Us3q2yz0Hg7vaYcDIImf7SSmmwNYfdJrfIAiTA1lejYwDsLFvYQ5tlLASP3mj
Y7/qV5xWZIDhInvqvQ/qrFnQKvUk7LHj4a/+ZJKTEHnz/Kg5Xsx3v0msEiVouxKpnWPAIOfj
0jp1zRoS0gHXukp4TrhBrgQB6jSR2MrT+r14b09tbgTtc7U6DV2g937qodcpaaOSIc0hbnTe
q5efityGmXtIZaIbAdHZztzvopKTuur0hsTyQZH/AEVWzn2OpjaYb2APPy/OVxgyg4ktAJM6
HX/Nja1PdZZVjuNjJAHO7v8Ackpz9ln7jvuKSP8Aasf/AEJ/z/8AzFJJT//R9AyAPVefFx/K
gloRsgj1LARy4quXceXCSmLhLjGvEn4rlesdZ29UfjYz3AYIBG0bjZe795zvazGwWe6//TP/
AEa6sOa3mZ7+S8v6yzMfm3t9GwtvtsfWA0+5r3BztP3f5tJSbL63XdFOQ6zLawF3rtsIcHuM
7mE/o2+wbPZ+jWfbkYNzgwvNTC8hlxAb7dst9fHr3NbZu9rraFZ/YOTXRacg+nkSK68NgDnl
7wXVeo6dlbHMbuWbk4H2VjWX6XuhzmAEhjCPb7/z7Hu/NYkpVTy4ieTMx4Fei/VAx0QgGWss
0I8SGf8Afl55oHMaQBp7R5L0D6n2OPSLtzdoFg2N8Btbz/K9qSneIn4KvnVzg3DvskIotBg/
eo5W441oa6DtM6TpCSnh+r1zXY0iB7Z+9af1SprPTssVN2iq1jzJ1Ic1zXH/AKKqdXqL8exw
MFzQSTzIVz6mWOsfn1W/6Kvc3yBc1JTpnbPn2VXqTx9hsc3WIB8pO2VuCqoADYDHHyVbqzAc
C7QAHbIgfvNSU83+l/e/1+5JF2M/d/BJJT//0u8ypN9ngHH8qpX5+Dj/AM7cJI0aw7nfc3/v
yy/rv1z7BuxqtxtvLgNvE/y/5O1cdidYuZXaLgHuImvsJna5phJT0X/OjdnetYSyil201Egh
9ZOy2yyP8L6bt1S1OqvfhZDDZD8Ygmq7klxEtr7+n6nt93+EXn1lnuv4DXbSDPc+5v8AYXSd
Hy/2v0oYlnqF+KBXkBryyWsLXYlrT+Zv91b/AN/0UlI8nKwz+mcA62slz7O5EH2OA/d/MXN5
97si8XP9pA2gEzAn2tVnql2NV1KzCqodjmslj2ucC3dPqMdW4f4GxhZsVXqDAANoDTMHvGiS
kAIN21wJJ4Xf/U0k9GukyfV08dA0argaO73+EBd79So/ZN08F4dpz7mhJTtNcQdOfBTed2Pb
5sdP3JBgO3wjxUi2K3gaSDP3JKeT6qZ6bee7ayRH/kkLon2jAwLOpss2HJZF1jvcG1MJ9MV+
126/f+76itZdHrUuxJ/nttev7pcJV++vIOOQ3GbaKdKcashjQyfYysB3+fv/AJ1JSvq11zK6
g63EzqfTvpYLRZBBcwkBvqtLR+l93/qNa+c0Ow7hE+38hBWO578PpuXZRXZWQfWf6UixpBDf
z/b9D+c3qPQc3qebg5VuWCcUsHo2E+7eD+ka1mvs/f8A+ESUx+zny/1+aSPFv+spJKf/03+u
XVSzqmUK9gudY+qSJLWs/R7mbvorlA7aZJ+B17rZ+soFnWs9pgbMm1rfEQ50LFcNpgiCNRJS
UyqfXbcxtzi1h0HxH0WO/rLS6JlVUddZWw7a72uxjJI1Pvqkf8exY9jCQ4Fo10MJMsspcLWz
6tLhYw9yWHfJ/wA1JTufXOhrM3DzIA9avbZ5uqc3b/4HY1UuqsbtETqdRx2Wv9eQy7Bwsphg
eodvhFrG27v/AAJZvV2N9FrzrBaT93gkpyWkfRGg/D4rv/qESOm5LCRIe0/e2P4LhKqtQxwA
kwSfDyXd/UYB2JmBpMyz/vxSU9E0iQI18FI9weCOUgGNaXO0AHKjLGjcwyeANe6Snnsh0AWN
H0JJ+XCzs/6yba/SpO61+jSIaAAf0ju+79xi0cwRj3gSDFn5HLhiDtE/ugeB1SU9F0O7qXWO
rbrt2RjEOrurcfYxkb2ba9zPoPaz/jF2eNj4+Lh/Y6K20MZWS2ncHOgn+cdtc/6Tnf6R6836
R1rL6Z6jaYcx+sEDXtue5o9X2/6L1PTXoHR85+V0xpv9MPeNwrrM7AWt/O/Md7/5t6SkUHwP
4JIv2F/73/Rckkp//9TK+sdzR17qQHujKu8td7lkPc4btdIWh9Y3kfWHqn/hu7j+uROizmlw
kdxqZ4MpKU2Wsj848eRQ36AP79z+JUmzEGN0mRHj5q30np/7Q6jRifSY47ru0Vs99sf1mt2p
Kdb6zuLPq/0ukg+q4Vkk8+2nX/z41Vs/a/p9Vjfzw0g/JWfrtkVm7DpYffUbC9o4bLaNjf8A
Mes+1zx0OgHQHUeQ3O2HVJTQbIcPA6bdIC7j6gOLmZze0MIHgRuaVwwO4Tsgng9l3H+L8/0v
WZY2fk53j/WSU9UWgiDBB0KYtLS302tjwPimPvYSDHl/eosb9Ekykpwspul2+CCXz4cGVwbG
HYNJBH48SvQMpo9SweLiPkVwcFtY0+XhHj9ySmzhHC2XV5jbCLNobdURurIJ/St9T81zf0a9
B6X0XA6f0308eslz5u9V7g5xcW+39LXsb6a81rcdxaDrY1w1Pf6Q/wCku++qOecnohpc7dZi
E1geFbhvo/6O5n/W0lMPUt/0zvvckl7v9YSSU//VxvrEwftzqhA/7WXz/nOWUW+zQaHVo14P
ZbH1jM9d6p/4bubI5HucssV5D8d+Qxjn0UFrLrgCWBzjta19o+ikpju+7u6NEt7mP9drnMfX
9B7CWuB/ea5vuaoutA1jc0GPDXjVOXaGQD5ApKWzLrsm22+6x11z27nWO1l0NbuO3+RWtnqI
LemMawa1saI8NGtWV0wzn1ToATIGo+i5bOXWX4N7gJOwlo8wWuSU4LWtEEmdY+C7X6hPJtzA
G/RpBafH3LkK3NdDDMsiQNdfguw+omxubkhrnEGkGDEauHCSnrambGEwWknUHUgpNqrBBgEz
z3UmmQQfGVIESPikp5/KaftFnhvXBWA+o9vB3O0me5XoWW0tyLdNd4Xnd0/abWERNj9R4Skp
egF17IAkGQToIH0l1f1MsNfUb8b826iQP+LMj/o2PXK4zj9oYCJmRM+S6X6pHd18QdK6LD98
N/ikp3/S/wBdElOR4JJKf//Ws/WX6tVjq9uf6f2uvJyHl+IHimXe6x0We6x29rff6Tf5uuxQ
urbkYJoyqWY+FW2fs1BLWNa38/1PbudXsWv9bsy3Bdj5VLWusqz9A/VsPrupfvaNv5j1j9Uy
K3+piNcxrcnp9mS1tTgWCxhO+hj/AM+v/g/5xJTx91Ho320vlwBME6EtOtb3bf3mIFjixrZ+
kB9LkOBVi5777vXcQ11nuLRoJI1hAua0GGGBqIP3lJTZ6O0HM3fuN0+LltsPqB9Z4Ohn+VHP
Cx+jBwFtk6bmA+ES4n/qVsNa11WQHaNLDuI1MH9yElNW/GcLS19AY1ntDqxAIk/vv/OXTfVH
GGPn2uduFj6YDSW8SD+a5zvasHD6Ji2V7mNsrJO4m9u10D/qF031bpwqM3bS5jrHVEO2mToZ
nlzklO2HQPn8uUVp108VAlrd26NDx3TtcDqElOX1IfrNp4kt/ABcAcZ1mfnVsEBvqOk6QNzW
7tf635q7vqUjLsJPhH3LmOlYLc7r/UccxvfU9te7hrnuYwP/AOkkpwaCRkVOiPcQ7wB4dK6r
6lNnreU4njG9g509Rn0VzFv8/Zv0e47jPYn6X+a7ctf6s2uZ9YcR49vqh7BGkzW/a3/txJT2
3p+SSJ+seH/Sakkp/9fZ+vtRPTn2AaV5bXnzkur5/wCuLgrL7K8gFjyz0Q5rW/u7xF22f9J+
evSvrVX63T+pVgguDXPaPOt3q/8AfF5fc5r3vcTALiHawkpEHS726+fcdk8FzHtI2knv4+Kg
TDmFo1cdPMIjbJMOMRoY8UlN3ptT/wBnvfGr7N0+TfYtXHlx2N+k6QqGDkl+G+oDWokH5n1G
u/FW8a7Zcx7tQHe4c86FJTpO6jixFj/U3jQMBfun+qtfoLcZ2Q26qhtTjW4Tt2mNJ3AfyVzd
P1aqc2bXFrgYhhDmkdnat3ro/q/05mHZvqc81tDt4cdJcNrJ0a381JTr1srcS5vE6IoYBxog
m5rNCDCm2zcA4g6940+8pKczrNGx7bG67yAZOsNHK5nptpxfrcHRo+0seB3D2aCP64Y5dV1t
x2Vu/NBO1w17fnfmrkOoM2fWLEeTtbk2sIk7R7SGuMpKR/WGiqrq15qbtquJtrGmged//Re5
7EPpRZXn4F1h2gZFe5xMAAn3K79ZX9NdYyvHsmysRa4ODhBP0efpM/zFTxbOntqxH2w9zb5u
rJG3a2xmzd+9va7/AMDSU+i7x+6P88f3JLG/avQP+5NP+Y3/AMikkp//0Oyzcat995cCWvc8
OHiD7XLz/wD5uWY5zcvOr3U4b7G0USWm0tBsbfP+g2bf+M/sL0DOFpybgDAL3QJ81zf1tyPQ
6M9u8C257amCZMH3Xf8AgbUlPnxc5zWnjb3Hn/31RgangiPFEYJJ7kg6HwGqdjQTPaYEJKbX
Tnllu0n+fBae2vLFp1EwDztcTH5FiY7gMqoOOnqN+ESt8AAEdw6PvSU9BUbHsY6Nu8D46iVt
4Lf1VzXe4B8aiZ0CxMM2HEpIho2CTPugaf1VYa6wjbvsDDqQx5bJ8XbSxJTr+gwniPgP9ik4
lmpnbxI7LKk9zZDeCXu7/F6mS95BcCQP3nn/AKj6Lv7aSkvXHMZiMstt21k/nEASAe7vd7lx
uX1nCucGvw2ZAaIrfaTI5+iGbV1porcyLGVuA1Ad7gPEjcCgPw8QHcYB/kgT/Z0SU8pi5GOL
Ib0uu3xBDyJ+Sv8A26wNivpFDC36M0n/AL8uhYXMZFY9No7NA3f+RaiNcdhDWkTyXEa/1tXJ
KeY+05//AJW1f9sD/wAikui9N/h/0v8AzFJJT//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEA
ZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8A
cwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQd2h0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJX
NU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpu
czptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAy
MDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6
Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlw
ZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEv
IiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8i
IHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDphOGFiMDI2OS1lZGM0
LTExZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OWRi
NzQ5ZDYtMGM1NC02ZTQwLWIzNzgtYWI1ODk4NGY1YjIxIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3Vt
ZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NTU0NjZCMDlCNzcwMTFFNUI1NUZDNDRBRjlBNTg1RTgiIHhtcDpD
cmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3Jl
YXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MCswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIw
MTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTMrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFU
MjI6MzU6NTMrMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9y
TW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlk
OjFmMzM1YjY5LTk2NjEtNmE0OS05NDNkLWU4NjcxMjdlMjRlZSIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJ
RD0ieG1wLmRpZDo1NTQ2NkIwOUI3NzAxMUU1QjU1RkM0NEFGOUE1ODVFOCIgc3RSZWY6b3Jp
Z2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjU1NDY2QjA5Qjc3MDExRTVCNTVGQzQ0QUY5QTU4
NUU4Ii8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjQ4NDY1ZTZkLTAxYjQtODU0Ny04
Yjk2LWNkNmMyZTcwMzZmMSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNTo1NiswMzow
MCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIg
c3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxZjMzNWI2OS05NjYxLTZhNDktOTQzZC1lODY3
MTI3ZTI0ZWUiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTMrMDM6MDAiIHN0RXZ0
OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RF
dnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29udmVydGVkIiBzdEV2
dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJv
bSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2
ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OWRiNzQ5ZDYtMGM1NC02ZTQwLWIzNzgt
YWI1ODk4NGY1YjIxIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjUzKzAzOjAwIiBz
dEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyki
IHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRm
OkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/
7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMe
IxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMW
GRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwM/8IAEQgC0AH8AwEiAAIRAQMRAf/EAKkAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAECAAMEBQYH
AQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAQQCAgICAQQDAAABAgARIQMSBDEQIhMFQTIzFCMG
QhUkIEM0RKAlNREAAgEDAwIDBgMFBgcBAQAAAAERITECEEFRYXGBEgMgkaGxwSIycrIw0WLC
E+FCUoJTc/CSotLiI2PxBBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA9Rw+9xSt
bQIxAoaFZsAkYFYeouovQxuSVEwCWVkruqObXdUGAhetx9uLedSxXELEBUhgYWuykdqiPi24
hcmrKZZKzu6+Z0S16LBVdR1dBDCZKdWQe3Pees4vc5RnjAEclIuBUCBa7EFVwRWrM7giqaxl
astpsqOfUyjgAse/0h5vd3bzmXbiYm3E5aa6jKdSlLFCGKNRbQZ8PUznMBQ6fR5XUGZXLFsJ
UHUUNUV4N2QltVp7PndLGY11wyteTIuqGJtkMI3sc5ekpzs/SxmIEC13KVKyjVWqcut6hmgN
/qPHdc7k5Wk1Cqs1tlhorUFlYgFlZahhRn35SKILg6RM3Vw6C95YK6OIlqCVXVC5NeUS2q49
ll1ZRZIRXAoYABYWRQ1kmfJrzHPDAi2Vla2ESq9DlVaKQ12oG+q8nd4fTN5JDbS46rWPW1ZB
dYZ3MEx6+aWLTeGRR7c+w1lAO9BLkQDU21i492QouqsPZ49mMEkCQwoMACAqxKSYZ8u3nmNC
CwMoghAlqHOx68haQo5Viy/PqPQLfWMGhFMFIItiEFdlRXg6OIzPKx8eaHS63F7IxkGgUMAC
CwmPfjKrqbT1+PdkES0AZWAJCCEBEAComHdjOYIpYIoCrDJCcrLqpAzMViWFmrNpPT0X1ikQ
EIJGQhIDVYpRnakpovznOdHNPe4PYNL0kulRGVINEAc1tRXdRcexybMYAQMQAgAKkBKEikFe
XTQcuq2kdWYqYMKGBylvxjRbB0srBsyXnrL+R2zGLFFgJAQMJAgqc1ChRXdQc96umZ+ndeVu
5EUwSXQql8M9PQrOXo0w9Tm05CCAkEGVlArQVq2FZHEy68hzKdFITFEauDxGMeHp4RCIGypx
rKnOl6byvqypb1KK9YMhuYztexWmms4KaaijNrpOR2OXoPRtz7zScsNFSEuNJLDW5ZBCmFz0
eXVlFEhIUHWEAMKbIBHVyZ76DkoaA16soqyg0tz9guHZjIjQBkLGrsNvrPJerGDVFgkBCoSj
DI1RzsumgqpuqOapU3dXz3fI2mGeaoUy6FMvhnmnOYzIexya8osIAGAJCCSCQkFdildd/PKN
fB2G+nkdAq5vRhgDKLR0MAhUDiQeJabvV+V9MXqVGhUkBFMgEtU5WfRUZ0es59GpTP6fkdwt
jgAMEJhCCSi+gxPQ57TNozihkCCCQqGCCiEV1JT5Hr8M73PrBYi4htfPh2MWNTYKaDp8zdkA
QR7a3Oh6PznojStlJZIAyAkJAGByaNWcy12qYYay3tcLtHUp34hRFGEA0WDZtGYwPXeexzac
wFdRHBIpBFMFdSRbKTylKsGqugEYDqYUiQNdsK7E0gW1CWJeavTed9AbKrUCRCQEMEJIDDm0
ZzLXapgrsrNG3FoPU4dmcz2WWGUa1KBshkTZScKwsevzacoYFIBAiQEkGKqPluzHlc+nINVA
SXdE52vs8c5Qu2FFHR5otyOBgBr87Gv0vmPSnQRqS2VOMFg5gDVYTmVashXRpqObn6GIbXi1
HrQQSQkKgYAiU6aTkwg9bl1ZCIVIRCSEBEAFzGrFrQ5GL0SHltXVuKud0cQ/PewtBU4qtWC5
SNRZWWW0XG30PnPSGyq2oDLBoHDIAmEw5NmUWnRUY8unCOwqPbwAYKwYQQyCpYDiixD1mPXj
FhARCQqRaruKaOZn3G7b5305jq18Y1vmsM9tQDRZSNjOMqrtQhkFKwsZXNHpvL+oNtN1JICQ
iDlGGMBlx68Qyshi5nU5Q+2jtD56iHseOtPanm9MEhFhByq7qz02TXkIJUWDlUnWyYIWc/Ti
EsyWG7qec1Hr+fprOOurmlq4SbEzqUQwSt6wyuwVGBZarl3p/LenN9N1QJCKQSMpLCrGXDuw
EDKY+T1eadbam8zcjp88wDrZzT6HBtGgJIYcwWA9Bk14yjmXc0rz4VOzdyOmHA9Zmuz2ED0H
ql5PoDDyOzccjL3cRy1BC0JTRqyCmtguthZGQv8AUeY9GdOm1SpiRJGBHgGEM/P6WAWQGSzP
0Do58ewpjKIt7m3na8hVZz856Hd5f0phD1HouZ0+CcvkacYjNWWbMNhLKbSlktJVAD0nmegd
maicTkeq8gLsxWGuyQTHszCAga1HHRCb+/wO6dNLKiOjiNCAPCSEpwb8BVGpF3ZN5mtuJm4/
o6zFqij83rYzgEax/SraYa7FO/5n03lTKTjKcoASHGaqDoFA50lFOzMej0crqj+e9BjPLrCd
FxaZ8uvKUh2IVhGANXpfM+jOwrIKZCSEMgIwhVi24yunTmJsx3Gg5wXV1c07eHDgOpo4vozh
9PobiMQZKr6Tped7/mDNgvyhBIrKRkCDsqHSfJeLkKmj03kvTlxDnjU1ZToacWsrxbcZUYg0
EGhJo9DwO4dpbFK2WDRWCZBGBBz9/NDRaClLMpqrxVF2JHFVbBu3k7RrEsBYjmanRnLvM+l8
yc9NecgVgo6BDQrMJVqzoWqWB3eF0T0BMPMc7p8w3bMe4z492IqDIEiwV45Z3OL2DvLZSSRx
GYiFYEoxOZ1OaVmEq5HX4IEKAMQa2jUd/qcbUbLsdo9lsMtF2c2eQ9b5ESuwFKupIIAMBTII
CRXUjvWp7M0WnE4vpfNGvo4eiZsm/EZ0YgZXF0Ixb2uJ2ju12gWQkYQgjCEgqxa8ghWFfB7v
DKq7VAGUQlDbq5pOh0eF2zs2gAy6ITx/sPIiKQRRCuGCsqjwOVkkRWrLDXad/fyesc/zXpvO
Groc7eLl15TDaANJBnQGjscbsnoJACSBrsQqZXCHAmToYCiSCcHu8MqVXArARrFEfVQHu+ft
PUaMVxpNALvIew8cLFUNZArKQKQPYhJU6DBgIVY7Hb4vaMPmPQ+eNPU5HYFx7shhhUWOB7Kn
LOny+meokgpkJAQOpFU1FuHVkKGBF4nb4hjjAYAkIJ2KZrOfv2dEuDAyYtuQ2eL9l4oAYEkA
pMKrJBlihBgVkFIY7vTz6Di8XrcwbscXql+HfiMiMCRYM9do3V5PTPVlWEkAZFHlbDIVGx68
ZRAxXxO5wjMwYQsCKwLYGO12/I+tLQwKMO3CbPEe28OEAiyQaLCyqVlxrYZRCQwmjP3TqK6H
nOfvwDdHn6jo5NOIyPURxGBADR0ub0D1hVhAQBXUQqRoGDl15TKCSrjdjmGEo4BAQFgvnvB3
/Paj2QMKcWzEafE+28WIJCAwDo4qOSRSQggZQXep4XogJZwzmZyA7sPVL+fvxmJSAlgRwS3o
8zonrIGKmQjggR1g0gJn0ZzJIBOX1Oec1gSqOoCCLoy6BbqbD12ng90px7chf4r23jSsW1lR
ZR1dSu1GCDCEANdtQ3Y5EPVeXQCiWC9vjdsmPZlMFTKEFgOthdtx6z1VlbFAtBaRBK7QVm2A
z6cpjkAuDfjOOwBAQSAlV6sWO9Jt9T4/1xMmzIW+O9j40CWqVQMAwlbKwQsGIYQwkU1lqMhC
lg3a5HUDk1UHLMIysA2VMPqzaD2QhEsrtCCCCEgYEy6spkViVYd+M4pkAGAoMIRqDHUHp/Md
86eTXnLPGez8aICpXZU5AykBIGiix4KSCV2qIGUsux7y3QVGrJOUHASylVosDswaD2V2bUIR
BkcAkJA0Bl15jCQ5Vi3YjhgkkVSyAA15tBYwhX3OJ1jvZNeUfxnsvGkAQRioAwBZU5IFHahh
ypCDUELB92DebUkDYrHGWystlNhZZTYWX0Wnq9GbSICB5IESBEg2XTQc9gSvFsxnBcKFqrhG
AJrw6y8EFHd4foTrZtOUfxft/ED0xBls9Cc7V1eceajwBVym1VLAyDKLCpTBuhzuoWsVLosO
fn20mR9VJGjhsEPW6cm0qkgxCjSQIMDXapzCIV49mM4SwEe2oUiA05dJcjqU+n8t6035NmU2
eO9zxjyXSvwHpa+Babklpk4npeScx1cNVikspcrIBIVH63O6IwZCxqrRDKCyitxbLCV2X3nZ
2ZdBUQQwqWAQJEGgBzwQVZtNJ52u2o1UaaiqKxXootNdV2cq9l4/2hfRoznUw7sBk53QxlR2
UiOzmHGScpbFJBA1WAqVwMphq2Z9JYllQbqryLSgghDox6TVZnQ9Hrw7ioNCAqOQB4CGEHPR
6gUXUnn6tGc61NlZzzdUVWwmutXKvaeJ9IdijRWb8G/CYcu3yx7Hn5OoY0w9E4tyYylGUYSw
rTRSKAAkQ36K4aq3UOmi0wY+rDm6dhMFt1wtmljpa8msrBUaSEhBCCFSpzkIBVdScPJtxndp
6GU5+PXlGhBY1bCdLm7T1iQHU53QwGHynrfKnT7nA6ZyNeFh+R1uYQNUOQ4KwRQIKyXHRWwF
gBGvo0meh3LLxaMwqNUxIdzZzekIGrLFCDNWS2KQq0OdW6iU2VnGy6sZ6q+jpHj8vQwkAIz1
3Fd9ZPXSXm7n9HCYvJeu8kPYkHy1OdbktWKZAskBYjAq0ZwPXedOnTkLmruGsqcbbg1DspFz
6mMa9JydPJsM6XVkMYAsIJIGtwYKtWYqCscbNszHZ7nl/VHA5PqPOGcxhWrsCHU9Luw9E3Yd
2IzeQ9n5ErBrKwCESsKso0JK7EYatyZ9eXomnPpqFsUlxrce5SWNmpOiOWp17MG436MmwVFY
cyEhhAwIZCnB0sRzrDDlY92Et9f4/wBGbvK+h45zCCLbXYW0XVnpNvL6Z1MO7ng8x6biHJov
oK4AKC5SzoWPVYAgDhSL1eb1Q1WKIVhYA5p5HZ45AKy3TlJv6XF3Ha2cvqmctAmQJEJBAspB
zelzzPFY5vP6nJG73ne0bMuhDi13UAtr0D59ec0djP0js8/oYBOV1sZ5aq3OFXUKxRkKkNdg
WUDsIHbz7ToAKK1bjwQ24NblFtugxW6GKrmsLN+PSCKg5qJZKXLGrhYa2K8e3EZikKuJ3OSU
dzz/AKM6LLkOdztmYS6uHaxbOadbocXrHc5nR5I6QHlMXW5pAagrag1OioFlRIUUsauFqlTq
tn0lUkHDKW78W8YhwQsS5do9b0hCggaAsFoCGFJYXHtznLDAbk9jEcDvcxzr8uusIvJmm68x
p0gYLdoPX8zp4zPLVOLwPX+PE1N2TPwunyCyogBBCJCRlCy2j7eftIYC1XqNPQ5e01KjkZbQ
9HDuDCoocFZsgIwFIgWhKs2/OcuWUFkxZDu0chTpzlw7Wnzjnol4SnfTig69fIh9CxbcJEdS
vzHp0M6a8RwuZ1+UI4IhZQEgZWAzqwb84OgrgZ0JN2PcXMxFsjE3YNwwKhggGWDxSCuxCPmh
ux24irkspkTbWZH0XGAdO8479y04J9Ahw37LHCnbJ6HndDmgEBAIHHr55wMdqABckkApASSK
CpLa3OktijgwmnLqN7VqWSuwLIBatbGd7YVG0isCIlsIGAWRxarQUJqUzDSxXdFHWpiWEhIA
tbqdzndLCVCyFBsrDxet5UyI9Y0WDi+gVlcDQi12IE1udcCDlQG2rQdBoRY1YSYBmgosgsZQ
qXK3cCtCRwBliDgKPWkCWgUsBWWcrZ4ViyH/2gAIAQIAAQUA/wDxoP/aAAgBAwABBQD/APGg
/9oACAEBAAEFAPuAT1uIvErIEeiRmMIFMK4AEqGIwsZm8YAM4gh1NKptg09xhFAjO9SHGSbB
GZmC6AJPTGUBKBalTMDGciTQgU2RloKgzNhpT5LZ7BwsJo/XkHQata9DKqKoogTAi4m5SGBN
scX/AOH9qL6/EwpCsoziaCiETjCLhWpYhFiqiVW1blUYwBVbINwkiMMMJvC81IBIYygsu4ha
A56r0df6ZI41OJrjRLKB8mqldIXWNsW1Y3yeyCy7FpmFTeaBwATPrthGu8cohFPd1A1KckjK
nPZXIIucl/o98XpI4w5lCAVOM4GEETzDgsbhxLqHIBIm58BjYxGzOVQkmeIZsYcdxHIcQRcN
mKKKqTNWh3idfYkTkFWyBqcz4NxGxHV213D1VMHXCga6hTXSqolgRmNbNfyR0YHshoxEFX0j
7QRKESMso2wNn9SIKB7RvXkFWxj+n3a+LcgEI9AplCHyy4oCMBZEIJDISCMDztq6AgjZgIvw
eUa1GxSRtDFwLnIgKTf12vW/ZT67p2nT6yEa9ag69ZioggEvHZB5jMIqUTDyICkgKwAB5bGy
xYCzw26RsXZqKQEidJ6VCGGLS7LSpswQbhFxmo7geBAMxVf+F2xep1DA66PFeQGClChbCBQC
2qHUaGtq+NiD13A+JpuXiCMZhu/BYi/+TXH/AF7FBwWCivToGt67LnykT5SY3YcH52g7DE/I
0cXLAJYUHIhc3zhaFhexxZ3WwNwtU2ate0bus+s9LULVBAIgmDF8bKu5+GOGopQnEsLP9Ptf
xlbnxgwa1BOoXwnxrZ1IYNSA+JxFqoAPhsjYMdpQFMBMsUT7SAQfJjZXfZerlGhYmpyuzV3m
EPeFayxXFcmvM5OIGYgrc4gwItPqBnwAn4qA1PG66MNmoKVNQ0SlQtcCgONr2gBAFeiiMIwA
hA4nMJhObpuX/i9gWjYlSvTMxLhMr0vLVD42eOytpWFAo1XkFcgEFgKcY2LTAAERriExTUU5
1/Jw4vQRiFRbVNUrVDwtzrE+VRPmBAJJBAiu1vsIDPn2tCGUgqYcEwcmGsHgbgikQ1CBDmeC
ygF+QJq6P9Pf+hMuAy/Q1MQUfQ3KhIszZN/6NiKYVBlGEGXDUeiN1BlJpTALZFIN5Sg2j7Gm
2Bmiqa4NQVoyMCdbWdHKf1FpdaglFIOq1CgBqE3EFwGAR7IVbYqsSmbWhED0CwnKKSYWmQRg
GZm1feRQ4t/V7J/xmeYJeTPwZ+IfBUwKRD42DG/9HNENgDkWJhqlFhgaUEHtrWw2CAYAQQ2A
SDyM6lPuYUFBEGJWSZUAIgFwiiptWxGNwzsLewKYwBX+zr1zsbhsH1hPJ/Pj0BUBqEuBqnLL
DMcNzq5Q/q9n+O7niWYAIBCJUqpiCfg+am1QBvsxhFijDXZswQ+CLnbJLLdM1DmxANDX7iRU
6II2MLUC4sNQ16iHyDNgNUYVm5TzqptYKHYuVB4/XOyFLpqM9wlZJIgl1BZlEy1rZXKyJf8A
4/Z/j4mNYVSYviXLhMEqUahutgxvUAG7PtKEmNcswSoxAHab3EmEMZwIhuIxBHEzq0rqvLXl
TM1mAxoIYBDRDCbdnEOQUZs786wTyJteg9ORBDUwTwFMAJxEJE+Qxz7XKwkX/wCzv/QivQ0I
J4lmGET8Ay4YZsqtwHxkUWOVsRzUGTkAnPkdo+8AQNDVBbJVUOsrNAt9N/E60fxfpZv8Q0fQ
GOaG825umNHafawpk89YBdi77gecsB8nYZznK4TUJNsTGA4z/wCrv/Rrh8VcqEQ1ZPoTMehM
NzZ42WV2imNAr52CmS+TTEYkL2LL0tVUzaio92LI6mJ0NnPr7VuN5oeuZ7rqVKjEAbXvYSY5
920gIxUENjrPbICYEPEK1FYYSonKciSczi1kxg5aj/U3/owMzAD6XCfQw+fQ+ScbMqarsA8q
uAgRwAq1GMNCWOXd48z5JuDMBS2BJsLNBM+s202CGAr8XRuEkwmcsAwKYRNprZHAJehCAX+u
6SdhU+oVYOtsA+DbX9XdG1bQeNw6wQukGLrCz4ltdS22lRPjRTafD2P0Yy6n5uvUYhr0Bl2L
lTYPa5xuY2bYJUeoKEsGG6GT3V5OLvCgnC+XNnWoisQPrX/zVHScajoCaN1jiTOBtdbTg0bW
QN6n5BYDXNgpTat9Vv4n55/YAn9qh/aJjb7lmACBlUl7IJnKMHIZWA+M/wBbsfoRDgXcMuVc
I9D4/wCV4HmNkbVPF0uFaChQNph4zkICCRgdqzCosCoag4kscayRCxvpfzL4oCFA0VAIyixr
gQAcRAIBNhInaRvlrD3z2Ja7NdbdG1tL9bcd+v4zCFB5Ccqh2gEOsUrCbg2QbRPnBJ3IT8un
4ex+hAh9PxXoYRD4IyAOOLMIFdgD4noMQpjvwD6u3xK0vya7AyCJ2LIMo2QYoofkHGSOmwGx
TgmBpYMxPEsen5m0it+XHh6jRj7sh+nvZJpZ9qFDapDr5QdfI1qJwyNZnxCNqgAVdl3n+t2P
0Pj0NQmZgzDDKFkwLZ8AtN+de08Rr079xA2Fdq9tCu4tN+pXbX2H1Nr2817AbiGhB9LNkG1u
GzOrrPyp4eLADcFSrmQRmfjaTW794/kCyf3BN62PL6sH4SuaE4gCEXABKHpxBm40Hsj/AOn2
P0IMow+TMQZmfU36ARmN8o+R2DqTZ1zo3atveXVNfdDztL1xsLoprTuQatiLs37eNcoGIJNg
XVsSQONzqH36GvW0Fen5PpZLDwBNgsbsORGGRV71/wAjAgojM31ak6fzVSrFSoty/TM2Cw9z
2f19/wCg9DKhEA9KhhAn4FCMmSlj7Lsp19Ogtv2dhhoQNsJ16eo/WXToOztdPQy7et2OvB3X
aNoV0fWyMbhKmWCLigmKKOggTqteknAABPiECx4MEAmzx2P5DHNnwd4BZNakadaIPqSDq2gh
qBh9KqYvHpmt2F2EGf8A1t/6kQ+MmVfp+BUqDwaEuEWxm7aNOt9z9rs9brr1NJ2DtdrCv2EK
BWA2P2+sRo+11Ed/XrLau4U1p29TTf171vyDJj0XEReR1rwTqNek1Xgz8/8AoEcEjsfyGzHl
R6+RW4wOWn059m5DQqr9Lv0GYB6byAn7Cj8G/wDS4TPE8yvT8yxGyVGCMkz7nuq+nrAps7G5
95TWyL/Y1JN+8M4qiaDMYDUTYAh2BYfs+WvlzlUQbiiAi9bhk6IrQwwMm4VsVj80LGIahFjs
LWwjG4WwzNoIa5ryPpa5kXrarsQ8p59DARC07KXrBzR/r9j9L9GgaC5cBEEsyrigRrtzS735
E6nXV12xv7hckmWSeIANRiRLEL4wJmagSeFygoDAKDjrqa6f8DXSg3DQUelCAyobnZH+RhU2
gFhc28gVWyEUJ9OVXeDY24cTjk62ECsYdTmfCQfiIm9P8RBvPwb/ANMejCCoDDCYPVY02AFd
xX5djt8HyFdZ8hQJgm7jm4wnCAco2tZQiIqgsAOGaAOsAzV/H0DfXPjAmCWqqliEyyJcdwB2
Ht2JplPI8ROyTepzbbCB9Y4/sKcbdXJlSoEEKghdYUjENTkJ2W/w4LcfZ2P0ufg1x/AlT8C6
GSAIBDO0/Hr7l4znyGwLxHKixMoVp6+3YG+u46rAHKz1etyO2/l48m5QMOTNRmogAbjz+rJb
rHIIEFRvGIK9LwI4N7wQwzNgzOyDF9h5Fh9ea2p4bJqfmUDMCN4Im8f42Wj/AO32P0qHAMq5
+PQmA3OQtjLqdxtQ0bjcJMLEwWxGjaT0uqoACovd2Dex0lm09UBX7mlUABJMzTCXEUEtznXS
fVgjSZZgeBgQcwQGHzLsdvEF0RGUzsL7WSKCJ1WHyaj7WOfX80fSgJ2QDpNTkvDsfpmMZj1/
E8yhGgIhFzt6/mG7oNXb6ThNfTdm0fXE7F060TfvGrc+zn0erqADatajYl6Dr4k4hBgJpxYL
GIRNYs6lM+uP+M4hzLEseniL5zY9O4MAV6POxhVBmzB6rL86eCPcblifiiZR9d9/EPPEcOx+
l4Yz8y/W6hcUzR+0gOlvl1/qCTW5VfWnWRAqKBucCbOud52/NpTWpog22wVuouDkVCcc7lXF
mtjNLifXghGFjwQBLgYCYIAlwencEHirjrjs0ETZ7tpDDQ/+bXXFnRTzVpxsCgLlC/EozYpZ
ONGvZ2P0OPW55lZqbAYxCzs9gstO5+u7GvWNiwm47gHnyNhF2e5tVAbhZUBY7Eg7Us0QKBGG
fIXIXEAFDE1YPRcvqPj8irPnyAaAaVcqhc7hFeJyjEGd0Xr4gGyD1PrlZf8AsNgmx9u19fZ+
Db1+5o3QUZ4F+hjH2uKelnZ/RjU8Q+ubJqO4C9/vmm7WwsmwFNznXt11sTdomzaRs65JfsPj
xPl4x9nIAkzs721s20uTlVJIIyVxywhsLkCpqsv9epXURiiTK9MegJoGwfPbBMswiUJ3x/i5
VOonzbKscb2bNe/UHZ9jaN+7r7On3n3OPEqVgjG0e/ivDs/pVysSwPTZv1a5s7/KPv2sOw1w
VPkYF9qFPpu22zUZ3uprdPnbU+zczkbGt9hE+QBTsNBmaWRCTGJEUlhkRgRLImski5p/fqH/
AB3YFehuDM43KyIpg89siAYPgHH2AHxKAB9SFTUvyuT1tgPa7bhk17HZl2qfpd5fdcFy4Dcb
A2D30vDs/oYTjZsVJt7m7k/a3kFjLmwtx2EW7AFPDuL+v7R6/YTerBnDH7DXrOosoXb2HJva
oXdsrZsACkgZs3bmyCQQXogwCa1AUZOs0/SLHX+D4qAQgCCfmKIaA7g9ouiIgE+yPsVCX+s6
xOnazorP3yD1dLdi9GrXq1lz0uhp60HoOJFZPjZ5rHY/Q1N+z4037mJftKGftNzTbyCmbCBN
88HWaXbhwTfUcdnqptdTv+XZ1dWrsbDv6jonx7QmSWBtBGUUVoGpagqymMIgBglWNSmdMhtB
qnuluzfoJUqL4/HZ/UTzAaH2IU6Pp+mrln1JNmzfb692zXq6WpA/U1gJy+faCqb33qR3+UG1
knT7ezcWwNl3Z4bzSORN+wts7m4Kx22eVHrdgJs+QU3at9rhi7U2tyZuW5yN/U91evv28SNJ
9pCkMzc/sXUaTaFmDjUy2zKYSKYw3YMFiJmVi2J04H1hvRiiIIfHmBcQgQCETsD2kSs/jvAf
HqYp09enY2wctR+XYHfsjltaaCNUTeyt3tR37e1rCQOzjpdo692pxs17hTcvZ2f4+3sCp3u5
8Qfds2NxBi5I8pv/AMWIvLg3nWKLuCSpQB6PV7ab+n00J0to2vs+1623ie3tK8iG0OGGpKJs
AEqhFnEAUsFihZ8gEJN9cUv1h/8AHNgEmL5OZxMUSqmZj03ilcYMvPEMw1+3+tu5Jr7CDcm7
4+O/VvU/K9ABNfE/Z9lld97Bqpep9f2Nr614JtNtXt7X8faez9iA21UJB1uoBo2TFf2i5rPK
PYdXAVj7uRJAz9Z2Cm7RqXVrfM7CJt1btba9gqa2KzWQ0c0bMcAOSDAKiZC4GLJz1yOP1f8A
AY3gHIMszEvJqeYareRxayCAIGs66+QES8LyhyDq1NG6ygBN6xFJn2WjqjW6KW6ehdr69YUV
jaPfWOz/AB90ksdCbIOqiDs7KY2IcFa5CgdZ4s/tdmnNiVHu12x+Tht+t7Wzb1AzAkKZ9x1l
TsfGsuafDDLGNROLotEwASYfIq9DGvqR/wCOapgKrJFCrgEoQ49D42j2m4RAtFAA2s3CanKo
dpo7Wi7sdr7P4p1+/ubb3WbcezrbW/1PWJIAE/G4e6sdmvj3H5djbVWdjtPdiWBFYGDjy5AH
3W5JGIqcj8QIZQqcRPpnzgFcj7TWNnTJN1c05Vh7WAB2qAeIg5WwguivtBodawPpzemEwE0b
gE/JxCfS5tvixolRxIPIWIu2lG2z8vI7G4odpZ+72m4nI1NwfpbS/TGvSSikqVqXN+TRr7ok
dR749rCs5JUSqgC2LlwmYMBXnqUBbm0kA1PrXOvuMRaGm3Lz1bFPIXOr+n4erc+5jFAE8zFK
OU4C9YFfUEfGTcYCYnKhYgPp+LgIj1xciwTxIAZjQVvaWUDlxPd7yuV2GMzQ1AnGfUEMPl6+
kJ2vlgXYWIm4Zn3t/wBTZtna221nkXMILQGWAOZMHITkCGqaOwAjE8G2M0ua2KP1Nq7euq5F
Gd3WqdpiJ07otSsRy2qS7QEmUbXA1we46Tn6tqaGp+TXovp+KgFTYQQx9wyGzNgsMwA2bGJ7
G1wq0ZQAIYnUh2Np+v7LHo9Rk1DqaIOr19cfdqWWCu0Y4mvunLadwPF1cGjKFWxF4ZsgUCAI
KBNtDYmrdyDcoVnEAfSvy0gVFGPtrXvG76FktiPxJ3EK5YkeZm6Fi61HOsHl9UTzqhYlwiVB
4JwISTBVOtB8MoBjCP437ArlyTuPyMMwtUJmlHduifsGZXCjZutlfmH6Yaa7Qbjjka++Th1n
cmbVuMCJUGCRc4EEsZQIZQYLAaDDKVJPKqn1G1de8A1kT7cE9yyJ0Wt3CkEEnYOL8QJVGgZx
AhIpAQNbT60kbj4MrPHCiEVCIFoFcKMPZG4e9RUabTjeTyU4Y0SBGHuUmdbsfDtX7lmmns79
gBUxWBibVebEsb7Epp/sproMaFmnFwgWTcByTcugXuE2Pw+DQMFwODCpnX2BNutuWufc6G+R
hjoqeXD2eJ2B/l8CwCCI7e3UOZpaRRy+tU86JBwR5OIsq4AIRijMqG2G9mXWuLXNn6775+4C
wTiEWXVliG51Nx1O/wBnuea/sN6HV3mdeop+NdjibgHWzP8AZ6/oEgllaUKIF0YWgNqVEZKP
G5VTkJxEzBQnL2L56b8+oTn7gX1K5To8vkP6MonZB5WBGRgq+XBvWmGNBTbfWEFwYQIMQePy
TUuXPy9kBc7cbAbjR/G8g7ScqA044LESww4sChxZ5LROjUH62rjr1IwIyDeuf7P/APAeE2qk
k8VJxGObNXR4qFGQBKEowrcvINsQFn1Llurifb//ABQzA9A/5DVOSDvGSPcCKMI9wYgkgxf1
+p8rkN6Aw4m1mADXAxguWYAZ2B/kGAaj4XsBTtsAXRZjBkUQWJoKwPG5q4htf2XX1InZTfq1
t7eU4jh/s9/0PaIxJIwTk4EJWycNRAawhIgEOYzCCN+3GitMPpnFkT7Vf/F8zpsDsBJDA1vF
QAzIYGoSWigUuCGFfTmygw11KlTYLgQiBamIVgWh2AeYMIj+O2pG1uUAUqwzQBD4AUleu76C
WRea3qu/rOkfh4OpDqi/2DX+0f8A89iK8ke2GgfdPBNUzGlntAFU4NE2R7hc5UVu/pP5/Lfb
Ejp3c6RHyobBUgb1MOIS5A5WoqKcpRYEgfUsfkTww9LwMDBgqgBRoQOLZ7m82wjGHx9kK7Bo
w4IY0anLJE+tPFe90dj7tP1PYc6fo9wdAFTYquOzSif7P/8AA2ZFgBmwCWnCp5lYYRDAIKEJ
gxBPBYUdftb6RQdpIA+6211+RM6zcdqZDVN5Eep/yPk2IrEjk1Llfqxe1PDA0BioRc/AFT8P
yoLU4mbEMUUHGDdfY+/aE9plgGrnGoHadfuatQ1/Y6Hi7FI0vyF+nbFjj7P9pYL9c2x2F2Mw
EAEMYBcbAu4AfSxKBhAEzRVrYxaE+k1+1xj7tv8AJxIOs0+g3rbM7IIYi4QAcKTmIpBAi+fr
xx3awKOYZcM/FVBDmcLlVN0Aw4lgjv8AH5PdRCwqDAMuYAywKHXUAp+qOvaiIFlenYHs5Cf7
WL+uJNgGUb4lYzAwqKINMAAbEBM/GYahBrkYckZn12sJ1HE+5N9rWvI5E6bc9NCu17SYDcsC
E5siKbGsDl0iP7CYDUITCaEJxzMuFsXkHG7yDhvFAjugrssgccEUq1RFT8aTcccG629tO3Rt
Dp6bv1zX+0f/AM8kAEkmiwLGC6pQqmyVCuwEQCUARTQnicXiEkzpaPm3IgUP+325B7oAhBnR
8YA7PEksLoV/xVZWbaa507XeuAaqGFiITU/AoQ2fQCdgZzTXxFmfYCtp8MBAJ+DkW01sQdmV
QBl+n7JaA5vO79bM/wBrJH11NdG6oflWYCgIfLGoSTEI9AQBYMKEjjxAIr6XWAkJz9wynui6
8Ton/KwInYYksGnJQoIhIMJqKTaUW6ykbkvi3iHMKwpjjUC44wCETeMLD4YT7KwWtgQYQKlA
gXF435TSMdJ/jdcxjN11Rn+23/1p5EDlLo2pFVA5ujCuFWitXzKylaUALAOWGnUz79GsatJ8
fJrGzv7efbDihPrwRs2Zm67N1WSDFcUvIlFIOuuWkj5E8PdBwWEMqEZAhA9Dc3wCiYZ9ndoL
hnuMU5Fme6gTaAsAOOzUOJ6O4bOtN18aav8Abb/61q4gQ6wYuJ+QpseCwaYE8n3RRKMCiLYb
6hRs7HiAQdjn9v2CfnY+1cL0ErQ03DLGoFPIwhYKUC5rBJ64AOuuLmwbtWqCpRMNiBiQZdwG
jvORPAn2IBVSRBknEMuozmA2dbY2ci+Z9HvtvI2jGZ/tov60JU4FQVJJszlBdEm6N0TCogNy
jBiG7Y02rZs1v1PuisPd67aNe5x2XJOxgTNI5HQAml/GxbOwLLySAeIijIua0nXBaaf43wrO
IlEzEaoCb/yGAbCQrCb4MH8G59gKSza3Y/bFgLZFDjnUPds1kxKZPrXOvtr42g1xz/tn/wDO
qEWuLVQQaBBhFFSol4FwjHKjyMuoQCwArBCljGBBolnAUdYBtw/R/G4R3h8AZ41CDS3WtmI6
pnXH+PYcMimBQIIIRcVQDj0zNwxMkVO/Xx+G8QXCtkUCcTit6j7zYI9p1OV3aH5aXyv5/wBr
r/rjZY2ZmwSQUs2IboAg1ULKBcC3BxjeYKok2tUxqIPc9zpfzKfbsArdyvybWcRXJoHAisoP
NgdG0h9J9u4kRWuCvUTMI9LnYMqj+DRn2JrWSbJEPID3U3jlULitQYtxaOwBNhvrdnLS/jHL
/bB/+uF21hABGwRVGWKAYRXEIuBDAxBLYwSBkiFiCGFObieCLHTVm3E0G8bAeJGRgqVMaoKB
sGKLGpRy1A8NoJA1sCowaoiVBXoZZnYFzMqlIneUHSwAJWgGNtkgYq4MOgBBAo2ZyAn1RNMD
xocv9oXl9ey1PMYAQryntENGfn9SVBIAoXRFkQgWKEa4wAPugyB40ag69fSUgFAmgbqAEwIK
ZAQFINZ12Bq1qB1j/jcWWNxfENk0IMegErG4YZoAa/H2A/wE5qUtE44xVF0OSBQgLTyHJn0r
As2R/wAv9nNfX5MZYWCznUU2KqYJqwGhIEJEWzCVhWoPIzGAMAMOWP7dIhpXto1+KNEZUDkb
IoQCyDUYe7WQT0tinTDUE8wj/wBFj03DBq7wwx3v4Xu1oDAGQclcAEC9QJHEwYjmp9Kb2mqx
y/2iv+vwVBBnIiOkRiYyZPIFdgnEEeIpFWAS4ILCKRDGYEB/cQKHjpCxePzVxVE3tWzWfeTU
KC1S4ukcRquadYDdUVrjGDzMTHrRn43xhTZjEV3jWrYfcGWi2TlaMuzaLNbArdwiocz6a+bj
23n/AGq/+vaqAHEMGjCAVORtroKKLAQnkBQha4tXQrNEGHDFTPwKA6WFYkwAwD2i52df+YWA
WuJ7pz4wNgvxmnaS3WP+P8N5Bl+gJ9My8DxtEe+WDG8d7OravuJoA2xJCnwfBVjOvhPIYiHJ
+nQBWJK/8v8Aaj/+vsli/JaFnALXOj9UNo+w+r1NpDUScoDyyS+CrqJm2YCKSQwEuNdjI6YH
ACoLn/FarspW1sACISIUueAOTRL59WjrhMv0NS6hPoSYAZtFq5pqsFaner49oPJgs4ADFE3K
AgqdciiTTkyxy+o/jPj8/wCza/k+vNqXswnjNPX2bz1vq+vpArj3d+xtZ8uIPcSajKtqxWKo
JdQCj4IYghhCRxAUt1xQwDfuv2rOwW5DRyDaFVOJBqgvj8a+YPRYtqOAYMQZl5nk+JV+jC12
imUGNO4L07rDobGoWD+x5RRgHPW8NiMRxF8vrNY/rtdV7vvP/h9/rgJp1bXPW+rDxNKal279
Wube0NgVAB2ukOwNuvZpaxScrKXHVxNZo7gOHghsmCrQEvrE8w2C3hCQOaLs/sab37tewMQZ
RJCe3g3NUczogjSTYYwCCp+QcYghgIj/AKtdxvHZA+DdQfkANJJ07hTA2vKwoIOlip8nYLgu
/rlrqnx/y+wVW0P0NLztrr1zR2j1dh7Xf2nXpYzXrILCXj7ZQWAEFgWY6MS60vK1YZIzdHwO
sOT6sQw3amIYiKzbtaCKEUCrUpFZLVtVdfbqnUICkxv2BEMJyJWfEzAMv+rZI8tN/wDD2f5P
cB1+PwbEZ9QuUIWJOgkt4jXABfUx1jmf8+7/ABTt9TqlR0uo5HWymu4tg0Wbu7Br1bNXPruC
sUSwZyj6zRsQmx4AAMNA9UW2s5cC7IiNYU0NN/LvUO+7rhCNDUvXcnT13Yjr2dXX1o3UIr8N
5zPE8+g8/kkwE01EN5vLATsZ09j+Q3XQ6yNo8MbVlIhBB04LcWDipc6xX+tP/c7v8XmfbGuh
9R/k6m5eM04JC8z4+0a2LHXq2AmCxFKsXwUdxHJMVRTCgaA42OmLK+0kVHFnWIt0+4aWP2RK
/wDYbDB3NpUbnaatxAHYavmDbPrhSfhhZAMq4UzWAfdDFzGOHNTnkzb/AA9gD5DmdPYV1uWX
d2dQDA0STFNxbYFiIWJP1Pa5ipR+Tu/xLmfbZ6P0B/wuiPNoGp22f5NrFX7RJ39hlfSRULEF
bEA5HiRGg8WLJNg0eoaCkmEYI9wApQOPcFbmDM2vRyi6AF+OJpNaukSETWp6agLWCBygAnmU
aIxiDwI5xsPvrJmz+Pufv5HS6yHR9ivDd2jy1LmBAIxEQclujx931exm7gefJ7+7/FVH7Mj+
lr7GzU2r7PsIpRN+rv7HR9JGzT9soVl3OVYG+IEUGLZjChsAAp5mGKG5dUD4kJ5crEAuIfbs
1W46iRdCCPqPEI9opA13x4LfTqHw0Fypi/ySb9MU9AbL+Q+SKGw0vcW3Io9Na632aMC63rWV
UNRbEcgBfH1NDvz893+Kfa3/AETZPX1fL1empXrfaNT/AFm130fdAgIc/tBiAZBwaomhZthR
4qYozoX/AMdFCkeDYOuKpI3bVQ/3XJ07BtTWxacAYEFCobnTNnMNwDKgRmAPOopszx6OMbQO
ZBBN1tDce4D8hIJ6orq7tI2dJKpl4lTc5ZNRzYyD0G49p1Z58b13f4sGfYgHpGgdPZbTr6v2
ev4Ps+Ln6rsBF+2f5NQIslRCRyGZ+WxGA43UYhoTEONIrRiI2DkIBE/Xfo+TYn1oUppCBdZE
sKH7QUjukxu05P1235CIxAhdYdghowQGoDcIgjfrsJDsMExzY7oB2Cp0GXZ19f8AH2NZTduF
McKtUCbABLUo6rf5+q/LTc7v8QWfYezpnLcww1P8bd3sruXqPw3d92bQTi7NXFIUXhxcQQ68
thiTWrEWhru5rY0LM1iaxg42crGDPMeyD19zN/T2Ef1NiD6xCpf9WwBAIBkgziTAOIJEJoF7
O5bc/reWBvvqfln1O0FdY9v2+kpudfaFF0Yo4xRbbExrbi31hJ0WZ3P4iKn2FHqOF+SgI9Vb
WoLSsFswtQBUhWAGCACC36sQDZnWUtsA9pYKddRbiHjNdEE5DXB4gqxcBJBInUUXyBjrOMCm
cIBgAUCLOZxucKm/UxIFBf5P+X2I5bgs+v28Oxq/X7jQdvV2AjWAbayCACQbZLTYvEfVC+vx
Ndz+OwZ29fLr70KbgTHLVUzQJMPBowqMHIGQ1AA5BnuM2LPx01tlNhkxroQG4tQNOIgDQQD0
5ixsAgszqGlUGNknyBKniVAsImIRNqkjYCg1G3qd4H5ASJ1247tW1fi3vr2aDPEuODEusVuJ
v6u16/yPfc/jqbhafYKF7KrY2E0G95IjKTAxhquWSSsKw+2LXJngNg1fTRRrQAxlqawoANz8
6/AHsV+UfayQ9x4e1taDa96L4qMdWOwCsSBrPITMMrJsQZ9PEY57QAQKqwZHfxtFEowrqsT1
xwI7mpde3ySAJU15ijO1ST9Ru5Jidv8AjsCbBY+31he3rIC7iYASoBo+WuGuKYgq/wANkVGo
TzClNqQfCiitlUB6UIhzsJGlWKw9gW25jF7LoU7r0vd2Vpf5F6wHyNkFMqtRYcQZ9LqD0qMZ
2L5L4Hj7BfcABAQZ0tw/rXpne4MHHubEF3rY2SbIE+u2sm7+1svtfxmoDn7oEbVm397maazB
SiiSQOQqYlUSYASoqYM1n/EtkksIhoEixFaiKbWdbfIdYUD4yQqtBQYOb47Br+vYljVMLYEi
WITcEPm5Z/8AR3AbU1FZSvfzLqManR5Np+Fid3X4pusEmooaaQCWUg70afVdQaksV2/4iMeB
90vLSGqOeTN49oZgADmXHqgAISSFZiTQCm5xuGgOs96Fam2tlXYrYIJwMTS2fiPyaetp2H/r
9dN1FATra1C6dYAUFejqXXCcA1Cwl3AYzBYpuC5WAPTYxB3G4wBmtanb1qw26nUs6g/V+7VU
PEjvKpd1zTCdaju7+tV27lUr9XsvVWO3/E3jjPsNXLRQMZs8iVqiBGPIWadjFAE4kQE0vunL
iSxMa662xVe6L3Q8ChPMwTpa4ehqZev1jqPEmHWpnBYoUkMpbSlMxqMwosJzF/IonPIfPKc2
iljCTGTlN9wsto7GbkRz3FKlgDPrNXx6bBnf7L6kZxw2NR2bCTqYJs+z2odZL8PqdlP/AGFn
b/jbZOZE2e+MtFzTCwS0DwEFiMOcqpMJwTA0vKsGjm4oCtqIdHBpQJfuEE1YdP0FwC5xzxyq
CtGkEkKAWBDVPaIWS+S3ZiqTPjIgWElYGsAmdnUeJ1BICWgRa+wSpnl0OyR19n2QRD9g3Jtz
7X2MQ3yAwOvLbt5nZtBTq7XSf2Nl94Xp/H4/Hb1BOwQVmCSvt16uQVSIoLF1oq1ByCMEXRDR
TyP4UXOq/tY4Hui4bySoM0/snjMUQmXlSDNOFdSR8KmHUog1rQQTiIqiVQuAiruBqBYXvFqS
OS0Spqb+sd8fqMrjQ6hkcj4S0GjZF6W1yPq3M1/U0P8AqkIH1CAr9Uqz/q1vu/xfGbKTgK+z
1Vtc+7F9Tp/M23Tp0aWosDGOaJHtokcSLNQVZYmKGJ1Nx2OcUYCQ2BAREIvS1jlOeORIAsJc
1fp59PMKY4mUJxwfEFwxJsVidhbiqm6ormaeKMz6gdnYUAOCOdTXtS02aQPl0w7+uIe11hG7
eiHurP7jTufxmGEVO3qGxNgYP1Ojt7GxtC6B9rutRdAw3BBLzeSpIK1FWKAALmnYX1/kXzxe
bBBml2MAscRcRcYmm+BAqp4huAXKmIQIRUDTBgAhnYVODCbNoWbO2QG7Dlj2Gh3MZ8hBG1ou
2yHJIYwNsgYQsYHa+S12xesCHzsAlT7DpuN/Q1jX1dxW/s9RR2sQZnEwRgxC1FnKflQsAIlk
nq4LZIwwOaBgGOopM4TiBADSmhWdP6OaFy4bMBaw3oQbomfGQ/MWuxTPx3V9myl19neTC1xg
YJZAPgMDAGsKxB17AF1bSPh2A/GbOrPxmdv+Mkwm4TUDTYiPFoTbZb7ZrgQqDiI1xlFg5J5g
GoOJUVQoQGXU1PTMLI/aoTZWxOo1teaDBUAizlnQw4ORdrCVikEF0E+TWINmswtjnrvY68fl
QQdjVY7Gsjv9njqbV2TP6m943VNf1TD035L0Gg6r2nQ2GL0RxTpgA9aodSgp1yWbqKJ8KrKx
3DWsmcgIXBFgzl6bSEXs712ubMIIC4huVCxMJBniKxogwGcqiNblfb4lY8QEA9Q/5QDQqEgQ
NATBsNX2DF6zWOuwIR+L9dWi6ai8hMx9a7AvV1rCmoA6UaDXrWWDCgKvrwVNcM8ZxqakEzV1
G2gAszlE4ihLEcirnd/iNzzGEGCKlEz7U/F12wCFgIg4iHlDZl2FB9ONQmKaJCzUbfyouANC
MiiesQNnyrC7SrgAn4/INwCoZ5gugJj0YhZz5DiJzxTSgsJNZM4iHWDPjEGpIABC1Qs7xdcQ
S4KpjQMtb7ovUVNFamZxhWVPu9tqcjNk0ADASyqMkmIpoEwgCNQlZs1rKhy3twFUkxsFaDde
23rqVYVBhUAmcclQCGyNkLmy7wM8/wAkpqzfw858IUDUzQdcQ6hPjUj40nxrdKDYl2C9Tmxi
67gAAbYVPzNBsYi3M4tOBM4TufxtkcqnKyxjOBDtAHe3fN2SWorRKwgWhPAkwHK4nIkLiHlZ
FSsJg6yWV+QKMaJiBeWjG6wZgEmpgkDFQESxBmYgzGaoLJCqJyl55CcoHBgMZjAxvlOQBO0W
EuAAS5ZMJxYEBgbN+mJ//9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AMI/xr9P
qFvAi2s4rRsrXWhXWlypwUZLsUsdirqdGOsFtL96FKE3Z8yb/wD6KhZFFcv7EFToVKFdOR7l
4JFzJQrf2GRq6lSlyf4/oY/nXyzIt1OpSSx20g4IgpoySmnJREPvOjk4KVJKt1KUS5IVn7xN
OXubkxc5TPgdSH8Ne597hbFWSmveOqZEMopIihA09I3fJz0K0GnzcoRcTkpHsV0bKORyR/8A
T6CX8X0yJRO5XSlmWLe1FifZg+gipwctkshJLuRsUq2UxZEOnQhY5NdExKH4os2+IKYvrQoi
Mk0RdupWTcrMEyOLFKsncqyeBNrcpsUHpM14IEy3sMoQlCW45P8AP9BT/iXyyKa8nY6E+zQk
rpJJwRuMU10ljqlBFylXyVfgYYeopwydSmBTBSfhR+FFEtJsSSlXV8EDnSBtPkSanqRMDm0n
A29ibFNIW5clkbaQtyD5nif5/oJdfpkdToWlEFNIIvJJMT0LFqbkqwyXXoSrca2IFWhyTlU/
MtKT4kpKehg3eUU1jZ8G9CklWyW50sQrF6FyroXOx5drF6FLkNQ3uRMp9xLKw4oddvYRFtJG
UXiSro8tZ8/0F3+mRwQ7EJFByWLFi1GTEex4ko5Z2K3KE7kEjbHCnqTMob/ukpR1MWnZyxLz
prqKfUSE2/MsrbHUscaVcFci9rFScW44KshVKuOKIrfkpfkuWpycJEOqJVCteonHjrUrYppQ
jYcKpTxJh/j+gu+tNKa01h0RQYielRtkq5S+5U4QjmCtnsOKQWfWBwRIphFLdBUkxiUoVNKs
Sn4yS/mUKFNyrKKSqhFNaunUfl8CWmJEFCgtqadiSBlDuSh/DTr55+B4/s5L6IgcFyUcF/DW
By4gv4kX6kblaT4iW3PclCxyweSiJn/xFkqUmNJIIbLwOMoKufD/AMhQhlL6NDR9tOhDsTZu
xV0ZRyotpUmR6Qr+xA1O5XwP8/0F3+n7CnsNe20Nj2GVqOOJgrYUxJQcKthPg83OxWi/tFFo
XszrBBXVrknZcCbZOTPtsZUnsd7CnRIp7McGU2k5P89vAXf6EfsKexUmKED06uo5YypaSRtU
KlKsgrfxKlLCfMfM8Cg52Kez8hFCpYeSVClhvYbe406GSTq9xeZ6W0VL30g4JaGOtyFQ8v8A
H9Bd/prUrQp7E+1Sr9lo6E7adGVVOCtE7FPePd6KXAnPAn0Keymd7HbSGUFyObkIdSLjEnWZ
+QoOpLvoyiglsoQMTu0ST/F9Bd9O5T24Kexl7PchrSYIKuvUiKbEyTDJVZK+BOzMV0/Z+Oth
zQpQhblXyd9ERBXfSusEokn+P+UXf9l19iRrWhLJduCUdSjJynSFFCswdGUqUXcfmrwYzdUZ
PB31r7VRtVQ5HsPf4nVvYs0Nqe5s3pUq1oihQ66OpSxEV/qfyi7/ALKhwX0pQekO2ku4mmcE
3WiPqQLpyRcqqcEWJsLFurZX2ex1I1cmUElqaOFTcfmhdxxkse0/9x5fKsmv71CIa8Sr+JBc
5ISqNMuRCHRV3glqh+Gnn+gu5cjXr+yZahWx2KijYrRlSpTggnd7CSE+GSht1ZaGrGM0+5aJ
qvJUlERpKqdSunXgyT5O461HO5D5oRFa20htIcVLKSyqURUpfSxEFku41kdfPbwF39qv7Fp0
XJG2lKsnkTkrpImdeS1eCdzsUJgiDB/xLWOCpQZG3s5MVo3KVXJFylU3U82EeNR5ZXThxTS6
k5NxJbkqWTDksQ4g295ED89EqF6eb6C76R+1yjSp9ql2g8zWMd6ieRDbqXoci8rqlVCbboSN
okv4aJux6eKczkq+ItPgdta+zlpwOo+4lyZYrd2PMqQVuX+AocFXpQuXJTLV5Lk7ef6C7/t2
luNtS1RDy86wxXJ5fRxiL53bHOeXjIvT9WY3aJ9J2/4/uEZzkn4k40FO1SD7rH8Ikl8CkIq/
cXoYZUumJ8+1DHUkoQOurXQaUKG5O25TJoymrknYiBaRJHsMnc6+f6C7+1GlfYoNadBOjtCI
yhLGJih5PRWNKUPJ6/lad5hGS9KHSYTnYba8r4ItlsfbRqx5fUXROxPBReJLVdjh8CpQUUe5
eTDozF9NOfZhqmsD0ro43f1OUQsWZUsxp80OukMpRlbldXNytjp5voLv+wr7FydH5Wv6jsne
4m/ubaRj6WLhuufI/J8RZepmsfW3r1Hlj6mLyW3mVRPDNPJbeZCzxxaWzujyeok46Hmmr2Gs
qbJFVD9xVxBCqb6SvEWSRjrTSdJfsONKk/AlDSnq2NvKGPjTqQc6zpUbKHXz/QXf2uPaU7aZ
eplRYqSkvzN08fMZet6sLKsY70MmlzceGNck7Et+V8Cb/CnLPs9P79jyetjR2lyP1/SzXlz/
ALiVcTyvF5R/ekjPBttnmVnY8rtyOd9yE5RS5Mi3RjxBX9kxtbEK+7LnL4HSEq1KGamIhx3H
wzrpBX2XuUL/AN4Xf9lC9jL0cFXF1f8A0iytkrC8zr4kvLyzbk+281ZKr5hKJbKQQh+as7kR
1RVS7jxeLiDoT0sSydi0wdzGf2b0rTR+VTUlqsDPVSW2M/8AUOP2EIyZUnaRd/YianT2eur7
HqPJbv5/wj9V72XceedVhXxR8uxSzqcNbE7ktUVoLEtVIbiUVKUKWRMWL3uKNxQhcGBXWfYj
VjqdSo9q3IurEbme0pfMgy0XBOxKJ2LFjKVQg8u/m+gu+kaW/YtOxmsbvJ36DTdoSQ8Jiatl
HMlW6Db8CKJCSdCtWT8C3ZFJlE2G58OTypX95uQ5+BMiMZfT2I9m2sE9DkfE3FsKYK9KeOjZ
GkDZTT6GUEcnj9Bd9KlfZeldc2rwP1HSXKGnclP7rQWGdeBQm0+g8vUflyj7U4RVz3Iux5Nu
MRunQhWW4k7CS0nkUVPKrKwp2yfsX0kppA5tsTpQqN2X9on8ytOBPmPnpO/tSTuZEk/xfQXf
S19ae1KK3MvPVcDmysddiX7znsKD78a7SQlGONS8pTAoVBPJQtx+ng6pbInOrZ06CiUhNUXH
XR1+h5TFxa41/E/lhrXfSPYrUg7kHOnElPFlDGsOd++IpKaT7MmSRBEUn6C7+z01rrXRenhX
KU2+hPlpNexOOEJbn3QluNpLybMX2qY4PubSv0Rlli586aT/AOkfnU2iSmKXgNJXGm6yUWim
nDK0SI+J1Q2xND/N9MPY6FDmfZWldK3IKi7r54i7DftwZLoSiafi+gu/7GhWhCacXew8sbKl
CN9Hg7dCk1vJCsRJukz+hjg8sbJrrp9zoPDZDarJxpSskN+BWKGy67FK+BjWs2G8lDbn4Y6t
kPSnsrvpxpPHJ1FLU/QSiFKiO5i94Q28ku59rT8dYRuddGhojfzfQXfTp7c50R5cNnRvcs43
cH9DLKMm6T2JVeh9C5GJVjezsJD4KjfGxmssXi/8WxHiWng6kFhrngr7iVwJ9VQnhx+n2Ka9
CdIYtIJdCLTuRMkJN9EP1fVnBz9q5FgvLSnUeSj5CeWeM8DWOS83ElSnsOLjneTx+gu/0O/t
tuyF5V2Qm34Cik7GHq4uIqLJWakeWFMt0NPl0KkQcnUcDnax5IlOsjXI3EIt76kl6nA2N3fU
rYUWlHdv5Ync7CJn20R79IY9khbohX6CxxhLEjFV/wATMsvPZTEEzWRZY5S+Dy5YqHpSmrPA
nr9Bd/acuq4Y1gvFjeWThbCdSYkUCxzu10F6WTrjN+nlJPPgkvUVZQlkiZcHTllpJG5ilCre
T5ZaWfuIrJCpw2XHPxP3FPiRE9zHujxOxQ+Xs11RJwc6c9LmXqeVS8oU8E4KPebTzUy9OekH
lwv8v+Uabn3s/pxZNyiSRcatnSfoLvr9zS6D8rjHahGWT+RJYqRP2jh0E0Nu6sjFp0dH4ilp
PuOtB5tKVFRVlHlxcYp3PtybIyVN2NY1k6n3URRH9pVwNOnD5OCCtCLGL2TE8lFaa0KlNLEl
dE0JapckJOewv6kpS3Wgv6WMtl2v8qH/AFMpe/cz/pQsmoo5Y1knPJ5sVGT31uRbRniLvo2v
xbHmyuNN0E05RR+BUjkTSXZm1diGcJiarBik/vxxTcX/AMJlhmmos44PUSrRwt5P6eWGS8vK
gx/9bdNlOw88scsfKXcsoyhLuxotbckv7ytjtZlavqTuTaBZb2HpX2q6KfYTd1FD+p6mNMXf
ax5MGqH2Lu9h+b1Gpuk4X6SqllFBjhipTvBKuLOfLjw6DXqZpNUofZkpuk2eT1KZqrWjfUma
yLuN+8nZCbG34M772EnXZkq2x5du5RWJ8IOs8kt1WxRiWTo1FzLOKQ2n3J2kmi6mOEwkvM/+
kbT/ABfvxPNMo7DikHUdYiw+uxKoJ7ld9j6CdyFXoKaZcC7+zwX/AGEHMteFTHDB1eTsebLJ
x2GsZyxH5sWsOdheV+ZSqoS3Hk19z34Iz+5N0aPN5owSiOpHppNRVrkTWUOD7mzHNbpP3j+R
4i7/AEPLu/kPHBfe93ZHmblu9Nya0J4PqNbpXHSrGOfcRA8clMk7MlKw8VKzwxUyo2MslVzQ
83qQl/dSP6sryzZXosh4ZNNPw0eN5HtNhsbVblr6Moc/8fwkItRlBd2QV9qx10Q2ULCTtMsh
Ugb86h2oUeOS2mhkklLVhTg4TWwmqReSFUle4XppeJa4ueBZNQnWpjh/hSU9hp6Lv9MhtuiJ
mFCR9rIaiakfA4Wx5bNxJ1Q0/gNFb9CbrkadikSf086YZ0fuHji5TcnUeGVXWPd5TLDK+Lhk
yebGqVxZW6HTgaX4Xci3BC/d+klkj3G39f5S/gVF3fsV0nWfZ6C7kLSmkvFN7uCfT+1lYZUW
fqKMpo1JKsuRQvNDtt/1CSSUcEngQLueXq3+oh+8ojy4qSClWSqEW6kJqGNvclClQO1h8f8A
H5hZY0adDLzuclk1PSCbip1POrZpPp/hJb8EcLjSTgtEE3SK2I3HsVG18SGLo3/Lr00pp10j
VldJXOlSgy8D83AsfSSbd5r+kTeVODBtTjFhcbUH6jlJNPv+LXw0U0qNui6dxpEYuBuG5G0K
m1xvjTlMSukUurFXD4Le8cXg77meE9dc3H3YJNNfmxHCnqS1pBF5IVZ5FMIiKKzFFZOovM4k
uUsjvk/5CXpQ6ldJ9idG9PiUiDYiaIyy4sJzLbQ8cBVqUMcmqqnxPP6n3ZfIWTJdFonvpjG+
aT/5fUKkotI4R1VyXf4EKI2I3dyE4fUrcq+JRKsWkfSyHMt7SenWFk0mu4neRsyxtKY1SE6k
IfJLk7lLElr8lWuscFLaOjjqY8DSUVb/AEaU9q2tRjKkCxy5qUJ94/RwdFR03TIV2QyEoIdj
+jl+F1SPK2kP+k1BObnprHX6GEf6i/T6pSexFSjjscH223mhW3J8iopZy/cdVueXJudh5fFD
UvmSt+THPzfhafuZhnM0JKnq0/vW7nYcOj20jkcWKHl43JdRt72HQ7bi44Gu/wDLo/brY6EI
ZccISkrWNjGG8UlYX3NSNzLe/UlnTc8uNXwV9L5Eepisc+d4/wAp9yU9SUkuxM0JVmPnT1MX
bH1cI8cPWG57Hm5O/gVo0NR7joTdDbUvgkmb+J86E0PJk9uYI4KzUo5M/TdPI1Hjr6q/L+nA
360Guk8lRcopMkcEIj5FHNDr0G2mkJ8PwO8/ylf2eXsNzLPMpqKXMKhLpFzy7afYpyVkj/2J
Y4rd+b/vIct70oU2PLlQf3NCweyhMrpll/j9XD9HrkEVIdiv29zr1OrsOSULzOHwR9RKft3I
2JVDzWZ0I8TJN0yW/TX1G1R+X9OJQy4gXBQfJQcVYpoSlHcpdkuG3sJC4qdCEV0pr3KFPEgy
XBJB2VRzBHyIvBMnmKqJ3F6ihxcWPp+nLJ9TBYY+4lMT4JlNEruhKCN5MH/9cf0+tpyV3Ifg
RCJVyo3FPefUXzFwV3HsdiFcl3WyE+5i+Un8CD+rNHFDgyrsTwLlscE3HG5YrQptchXV2Ldk
9/5RIp+yb520Qx0WxPwHKKDwYpdrCSVzzwso2Z5MftXQhPzLeaHmShE8oaulQb3Rasnpz/rY
/o9YSKW3K1KqS1SFsdSOeBTRE7Ci3BVVP3lFPckc16j52PSy38qXwKDcS01UV6Dm0EX06MjJ
VHlRY/ESir3IKie1oE7Qe/8Al9h+1BWoxHQfZnh2Nx38bk7Injc5ZRvsOVCKWLC8sJ43Ensj
oySYr2R6a/8Atj+j1ijG8rnTk50aRY46s67EXfBVwi8LS4uCJoTjvc8sz5WVH4aOf8P10SVi
Zig1cl0FsuT6i+Ynd7orThErr/L7NBQVL6PcqMpo6kzsQp7k/IvQrbg4FG4p/CTzufc6SLHD
HFzd1/7TzTD2UinIi5Y9OP8AWx/T6xSjI/tJiUin26UgvBfxGti1feSS/qRZ+JeO5RkyQ9jP
BcaZPtQhxQfY6rbStXzUsy8vjgnc5W6RG3UnY/DPDI3r/LrGvb2KaPVwUvFjdP3CUR1KOUT8
D7lTqcDywUvF1R5cqNOxWsipPB5s1DyTif8AKeTKkUnmB7smPAw6+qv0evpG73OWOngTRFlH
J05LyOVE+JLbRKlzpw+RTt8TyxV7kRVlzP8AJ9cCDPw08CLEKs6XPLHiNR4nDKuCHsNRR78C
S3br/wAvtx7FB+wmnTyr5il1RS3WhDSXUmSF92x1MlkvxUHl6S82OVTbGORPLNRMixWwp2Fi
lcnqen/ur9Hrld7F7Ef4hxV8k7kvxRB2KonZ7EKpUpWBO/7zrpKM8un1xHJ5Vu1/MLgT8NIP
AhckaSlHJKrycEsUUvfWulCNaHXR8a12E5SpGkFaH0JtHJRXHKc/8fxF/eSrCdiuiI6mDf8A
q4/o9YoqIpfY+66KfuL0W+lfAruSqJl20V94+EdOgvLbYq6dNJbakzz2oiBen/CnH/OQnAmt
mLJ2glbCrSC0dTrsxO5aEOLPSNtzGHAivsTBLrqytR6TooWxKcLqUHNSlyxOw6fEa3Rlhnk2
06dmQqRpQ6osen/vY/o9cqikDlqo4yFDVSRUoTd8FaETRm8dCbkNFZS2FOxL2rQl2MI/vpZM
SGotivkNyVilRJjFvQc+4mKcnRkHBK7Eu81MJq+lhPSNOpwRx7LGIZC6OTmSdym+nLfIm3PY
eO24omCm8Cy5v7Hien/ur9Hrkm3QrKL1HWYE5ruhrJwjyrKVEySiWSV97JVWthih+BU8rmEn
YSWyheAmzONlj+kkooGvhpHQsT7kOaaXbkWO2xV14MIFpXTvpwT7D7EX21x2UFa9RJeLJenB
xpLJmq3Hg2opH/XpGnQ9Nr/Wx/R65VQi9DsXVhrkmHO5CFsQ2QRd7lWkWOBRcrToZeqlHmhI
kS3PUVZ+39OJWJKdiJrBVl4UbkxQlX4JdyGUJgUqpi9p0rpT2K+w30IZG53MWltpwS77lawX
OETUhb2kyxydZMXWjVRFDpp6cf62P6PXIn4QeX4kN+84aH5qzYvQbi5Vn3eKPoRFPA5IsVqi
jjqYYL7vM0viY+mksXiqwXFg8v8A2O2J6rxe8e77SxX5kxRXZ1GlXqRlVkNlLK40qvZj4H5n
TYUbNGPR6xrU6ey0RsX0xi0FFUtYrRFbdyUXkl7C4Mpc8D+hg05yiH4azuenH+tj+j1yFL+J
VwQz/iCkEU5a30vCJiWT/YQ0oLwQoa+I5+BLp3PM4Xkqq6tyoql4YZYnqfmZ9qPKq/M8zvk/
kVHCVrwRV5CqfVFGoKVklTJLo5L7ifOnYimkDEhTq+xJMXKi+hG3LKVe41c4fuFETyTclwi9
hNQvgSth+k9k2vfh7Hp/72P6PXOZJT95V16HEaSrkqrOWV8BJV5qQWlC27kpT2KVfuFnjdOe
UeX/APoxsqZL/tH6mHqYulm0nY/q9ZsZP/ExS7EPdmC3S+Z8h+alBUG0qvcSi59NKW5J+Nja
5j2JIL6vSqoiySK1H0udNZKKg4ZCJZcrvYVakM/cLZ8Cb3UQTr6f+9j+j1xDmhG6HNyGqnli
OskL3nVblX2J2ZTe5E0IiYO+jix5vAaTcbqYIW59dznLkxVmLseBPCIfIiGWqtyU676Ql3J2
mxj2EnyTBRawMotW9OhBA6Sj7f3EtQQiGvErUkpQjd7kbdBZJGGT3xQyD05/1sf0euKaLYma
LcqdSca9St+CiOgqSQcnQpQjfYhogodxSpfJ05HFuRQqiT8RPY8DmvMkP5nYrYn3lOCijkxQ
hMh6sn2acaSjqI+25T95KSbdhPJRk9i9SlZ3KfIlfuLlkJrdiTukh8aen/vY/o9ctfkukyW5
OjshrFdhqKjW5dQxslLxKNo6imjKeLKQVOjEUqVVSeKCeyVyi0fYflLRyycrnz7FHC6lfeSn
In/YLsKLi/YsrbVyUoJ7FFPgWqVa6ItAlbSbla8C4Glwhzpgv/qo/wCT1ipVF46Euj2JcMii
feCJqJRLKkOvUcbjivUv927hHXen8xQSSpvpRv5HJfwM0n5XHeo8srukD45IVV0Yx7EOvUvH
gXRMk48WElQhuWYvohd5Fqq63J0YoHO+jIS+pV+Bar34KFXYkq5Qou9zk+g4p8RbfbUfYuYf
7q/R6xN/kTMdCrQlRdNFYq44IIVeZNj9xTd1ko5Yn8NeiLlPEuZp8Io7nlFpHUv7jhFW0OK9
yIFLtclswjhadvZj2IGiWMauQqHLY02SqojZlGLcrQoQ/edSP4R6enNf/cv0eucdy50WyJYk
rbkLcXQm8ba1q+hWvwKX6k8lVfc6KwunvKbc0JWx5vkZu1tKC6Fdh7VoS1M8FpmxMonFw92y
XlDLzIkjGeF+zfsUHNJqW7EFu720qQJqpW4uSkJK0yJv/CPT04cf+7H9HrlbSeZfD/yPtdSr
G04exc68k/ApUr7i9Tkgovj/ANxK8LEyRNzl+4izI2M56QQitzqUMpVNh8oo3zUbmxDt0E/N
9pR9hbdRN8L2aEHTSdG9joXHwQqFawIt40K2KHJLFyS6FdtiHRSeZW8qgenp/wC9j+j1yw0U
FDKmPqeo2sXV4mWfpzjlgpjaEiF8SnvOsE//AIKCly93uUXhscE1lFdIs9zLrGkvSTzOzJsN
2gpuJtzPJyyYFFhdl+zfYoTuORjaghuWTJM2J2WxReLIejWNDbpJu6T0Fx5UODqYY8eqnT8v
rEb9S1dyEp6EY4vLsJtPPPd5bEWiyPU9P01dNNrsREck2a3WlatUIlwWFkk55If3b1Is3Zad
JJXgKeRqKFPEoytyeBzbk/DRjcV/unlyUcSfb4nJYWW82E2ohL2K+2yN9HyN7jTR+4orDSGv
/wAHJCdBk1HShajMcovioIjTH/cX6fUFnjCh1IWPm+R5s/Kuk1/SLD015cT7sl2IwomTAmoW
atseTNQ9/HRuacCbuXJbp0FFJEkxpuUS3KdkKncxxSpKg6nUqKK0ro+foQ8af8fxCWLOXYcq
iskTMVE07DaUxViT4Wkb6WOPay7auhkOEp6jvUfC32PNF4qUvyVurEb7EP3blSNtitVwj0op
OC+WkwJZKV5reGY1kpXDn/uM/wD+f02sJS5/OZKvqLhf+Q3581jspgn1H5n1qKbcDgvCV2Ye
rjGSaansTHwPkfUpbknF1Encl0RTwKV2gfJi+HUcO5Rl/DR9x0W9SiIdXsLZbn10r8h489Cu
tdZ29l9ihcZkPYjdbjbqy0whUjSl0VfgU34OhFz0vyY/InTH830y0y9f1m1T7oi34f72J/U9
HLLyum1x7JDT95HBLUI4WT2HipflqhpVhwzsQ7lfdIssVKJhrkcVRX3C7VkpbkbVaMrKJmBs
5KleqPJ5XV1at+kWOCyymrd/0kQ2+xWiIosVabjVabn4qvmBpO0a9NK+xYsNbwU0ozIrOmOW
T8DL0lZNjxykufUkUt+AlzcW1T0oc/Zjbtp4C/Mvlkdj1Yuo/ViOds2vhiUZXk6yNnp4RSpn
k91A3MS6HYiJJVyro9iGMqXmSth7OCbl50h3OhSp+C3UriiaJscur6EFvEV5Y32/m9t6KdHT
SYJW5n2G4lC5EtjJrdyedOZqxRdlRo7FdhKy2R/Ratio8CDwF+ZfLLT1doS/Viepi6/d9B0i
BJb6SrGLysn9T1MWoeMOTo3YaThcETB5Zp2OS5NoPuts7EJUIGt4ZDFo6EkxSh3JmidiG+yN
4FCjqTk/gWlyOOmsFvbcWgeO2lTLtpDXxgwzaq4qUVlj8hULW3E7E3ODsS6tnpY2iV8MtLC/
Mvllp6q3j64n2ZvDonAsn9/md2Y5xXoTi4WLSp0Mcsqpowa3kyxytkUoTvwLcqvKKPGhKWjU
+BR0FShMcj3IZ1HFGQfcpnkl49SfL9ScUQ0ykyKbk7jXbSl/Zg66wS6LchMkfawqxwTboenF
/Kh5xOLSr1G1WVYh0IdOpCrPgXg+pMtHp15+WWq/N9MtPVjhfPE6oTV02vgLFmWMqjtuLB2x
38cj06Spy/lII+ZFtG3RladnUuusFLbsuS7yUohRdt/Mr4FUbQOTsVf3LYq1HCg8ycxRscKi
P7SGKNMvDTjSur1oU0b0cXKnSx6eO3lXyPUxiX5W13Mk90T7pLjUigSY07GLmIdDFq0V0X5v
pkcnqqKx9StDy41xdeP5RTjOW9TL/wDoV2/w/wDkPFqiUpeOWR6bqkm79iFjJDrNYPNH29ym
5SklzzUk45SEtxKJi5aokM4IOC4q1ypYTbT5p/5Hlwoty+keVtlMYL2M4UW/m0hs46lNIOns
PtrA5IiY8CvhJ6fTFJ+4juZp0TbE74obn+wlrzcExCbofax2dBMTXb4Y6L8y+WWnq7/aOtXs
i0MTbiIHjimmt+xg90xJreVpFnyQ6vm53LopbkW/Qmaol/A78C2IvCJGviPhcjG26mPHsUJW
9bm0nJk8oUxb/NrXXoU9ixMk6QMnZi9Pmz8BJCzaplPywE4I3Eotuh9SbEyYuJHP+L6Y6L83
0y09T8v1HJ1V5JdHsNHBDfahWqKuhGxeI5GlvuXPNKHsKj7jSEuthjjxKDsl1H1H3Fu+mnBQ
qXIZ1H4Hl9mPa802GNd9Kbbsi8WPTfX6CZON/TqclWQtE9yBRueP0w0X5vpkQZ47wZYvlksp
7mSy4vN7ycV46LgtTct0ISloruKfcVoj5s83H7hk8jipBW4ydzhHTWJKskbJbn259hxcbMp0
a8Spi3szHJcGWD/vJoyxd06EsmfAoLqRuYy/Acc/TEuL830yLGSe5nvUU7EEbkbrckiqQtxd
C1zcfX3lVInD4qQ1K4RWkEpX5J+BCqqjjjTkqNs+2KEKKq5epuuxNZewm5ZA8PeUOpW5Qj24
F1dSm4yZ2K7EK80MHZQXG1WZfxIsQtvcN+JFY2Imot4Zlg9n9Cwu/wBMtHwU3xTInwFJKp0P
mipXxZV0VilhpW+ZDcH7kcckWEroT+Ipo2tK60dEWMov5SZ8CFtszYhR4yKVil0RZRtQWbu9
tidZ9iNY2OmkO0jrYoKnvG7Lc6bMxxdUkVXxMXhjF5Ft2KfEsQ6Ml2K2Jwtvuf2C7/TIppjn
s1HxKKulak5b6UueZ1kcqhSEmQ4oUdHybz0HSxWhR13kxd6EscNDcNSTyJlR40sZY7InIhUZ
zFz7VXqiqZi04XAleNJVvb6exPUqOBPgpQqm30MYV5LDhHHQ6slUR1IyQlFB5v8AFlZ+BE1F
3+mWqyX91nHQbbpsQlU56E8FHHUjfkoQ2S3FSIpyT4tl5XiLcm1RYzVTOrnLtJeWJIl3PAzy
eSWLbq31ITxye93+oTSxpehSMXyVSybKYr3Hle5WJ9jg+Y3fSunTSJjcqU20abQpccEdDHx+
YthrYnGIKXXGwvMjFdVJKSWMITTqzLBuWn8ILC7/AEy0geKumvmebfSFUoqbsc1XQghyeWKF
rnKkrY8tiFvuyPmTTsQ6Tto7adthbEjxmnB58cnOVajaq3ubFXXguIhV2K09nvpZ6WLGxPHA
1xuXnohz9q+IqzkjHFViSZ8DDLlP4kix9GM887q8JflPL6k4sjGv7hJKhi3s1QxSa81KP/MK
qMky+PaRd/pkUO5DsNLbWB+VFLksQnQl1S0mIJf7yeCJFk3VGOe7O+lfA5KbjrsJdiChW5ex
Mk9SxE+xYscFxw9LFEOHA8sqwf4fizryYuzckOxj53aaQZPFS0qHnc5ZLnYnKnQTtQnyz1Ox
98vxIsPLHfc/E+5HX6ZayZ4uzr7xyQveL5bj6DqeVON5GrxucdyVbg4KDbq+C1rI6FLqyFi1
L0iWoLT3JLi4YqWKol0goTpKJkuRvyVKIsTBT2YKUHqoceW44TaTdpZ+Ftc1F5le3I3DldCi
8YZx4Mrl8CuU+BCzafJLzl9j8fwPxv3C/N9Mi2kMxzSUPGPcZJuVsRtyLKPs3yHljio3diUV
Q4Wk3ZKvuKFQl3LfEh7FqCdq1R9tZKN+JG3cpcli4HSxUrVlLbkupTS5JEFNJZL9q1BpjnVp
uCVD8BpY4n4cfci2PuRGXljkuoI8yK5qSPMn7ykN+P8A2n2wbC/N9MimlS0tW9xkrNvcxXlf
kf4nZf8AMY44KMEY+li6VeSR1OSoqxpT46V8Ejh7lKdWNXQnMIae0KShW/HhqsTLFUXJVzpT
TqLkguVv7VDqVJ02T0oz7XXcnzy+SuUsUuUNJ0Ksq0o2L0L+Iy9R1qS7Eyxfm+mWk6cmWWCp
MxB6adG8U34jxaloxzblZzHSH/5lilGTwNz4EzB+K10TBNWN5e65PwFwQxqaM46k3fJWkljo
OtGrHic6Kkkk6SVKe08vN0gi4lGifDHlk6NDWKihUpQjch3JsyNx0qQlU6H1JmSeRfGhZwL8
30y9lLIhbDaVG6MwxTtLZXfSDtvBVU+B5V8CLHYuXuKXQnYV2mSvccHiRA6SPsPgi3UvOnQX
JWncui5KZXI/EiEzoQ8oZEoqKpRyRji8ssmeZ4utkfcvKiE7FWSp9xevUiEVhEOKdCE/gXXu
KNT2JbRKKX7Ebif8X0y0lkexm26YptiyUpKditBcPctJFlwdSFsdVwUKeOlCNxNo6FnC4O41
4jRC3WrTZTTyorBM1PxV7HlydJklOCE7ETQufceaoqExCKHXSfY+Y37tL6URXTsSWF+b6ZaW
9i5k98/tHPgVpJDqkURKqihG4liVUslEOxHPiTvwLcgrp8x/MTtf5FKsrTiCtVyU4IOvtODr
rGJUhH3OEzqQQ38C1SVpaSEVKWJyq+C2nU6lbHQX5vplr014MfSUXn4eYbV0VJp2PNTsfbRa
OiUHmRHJ8zkbs+CNhFV7ifcT1Oo21+4xxb+2vyKIsXK6SclUURMFjgqyJK5H4i5PmZdyVLa2
JekIbyZQoiiJg4IbKsgX5vplot9e5X8MGeU0bcLw8opolYo4ncp79PK1MjSUktwTfgrU+heE
c9NFHiy/ic9BzouTHlNklNLlymlEcQX05JdjgpsVXsU0rrC3KjhHOkFtIdh6/wD/2Q==</binary>
 <binary id="i_054.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RgxRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTQAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfmgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAW9wAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AKdRLbmkCfTOpPBIN6lidJ6pm0fq
+NZaGsZD4hpMFsNc72u9r1CobnwC1peXbS9wayItPu3O/wCEXfUZ3R8WqvEqzMdldVYDXeow
6DT2jd+d7nJKeR6jR1D7a7Hsoc1+RVXQ1vB2tcLXu936P8399AHRep4lbsi2h7W+mN7Y3OAa
XOdYWDd7P5S7TL6v0KylzLOoYwEGHeo0wfHRV6es9IsxGm3OxiWiHfpWGR9B7S2fzmpKeJxz
jWVHdH6Uv2vb4Bm3/qkDFaRlubGtbaQ6Y0h+5/5Ve663puL1z08B7H42XSbnis7hW8E72s/d
rs9Peq1eTR7iRttayDHJaHb6uUlIscA3MmNoewkjt+kdB/6CnV6bqSHH6LTE9ifWsd/nexBa
WVjaeG7DPiAXP9v+coOzqcSnZZuDnHc1se6I2+1n/k0lNpgrZRW0AAuLXEzPAnv/AFlRy+p1
UuLRNlo3e3zOnvd/5BVMrqORlDR3o16+1vJBH5zv/IKmQS2QCRHPmPgkpnbffe5rrDudrtbM
x48qIBkDnxnvp5Jmt2kEgjy8iix2EOA+iex/lSkpHAJ5jcNOwRKy5rpnQRqR2Udr2NB8onnQ
fFTrJc7cOePkkp//0Kl2GxtpbS5pZuhnvaZ/P/Od/JWh16votvSaW4YAy3XVm2sP3FrId6zm
vjY6v6PvVXOrwsXY1tl1tjmhxcC304402/BVWY9ORW54dY1uoJc4AfkSU9Zk5v1XNNjMZ9bn
uBDAfUFc9vUgfQ/srO6k/oQwsKrEIsc26v13e4F1Y3er6kEbvUWE3CxWWkhpeRoGvcSPuH0l
T6nh0Oyavs9MeqDLWg+4g+7x/NSU2eqsxcnqmRdhhtbWw2ippdGwD03bfVh27/z2gBwqLLHA
+q2GwJgNDf3j/KYhU4O1ldxse14DidsbWn6Lmlrvczb9FWzW2zGDLLHuaHbiZAkkbdf6n/TS
U5uRmXOe7YPe46uPDSPo7W/+TVQ17nPfY4ucTq4ySXc8rVuxseppsmQ0TB0mP6u3Yg/ZmGtt
jJmOHAxr+69JTRLeYH0uDzP/AJ0m28A6gTIB5Ksvoa1swY8Z078fuqq2wgxqSewPY+CSlmsM
gtn3az20+KId5DI0AMJ/bADjofl5qe1xI36ETAH3pKRlrQ0njv8A6uCeuvUH93uE+0gHX28B
O0lokO/gElP/0c/JyW0ZeR+grsgurrbZJDAD7Hta0je7/jPYqmE8jLGujmnc2QBp3VnLP2i5
1z6rA6x0uaxpif5HtVQCyvea6nu9QbSXVuPt8vzUlO103p7c7JFIcWFxBc6JOyfotH766rpD
MFr7asCtjqaD6b7ydzzYPpN3/ut3Lj+idRyvtOQwl1JyKHsbdt2Fjmlrva8tc1tj6vUZU/d/
OK/Z19vSsRnReihg6m57RY57d1NDSA47y723X2f9/SU9D1bA6flODcpgqyXtIosq0c7Ql+4R
tf6f0vevPLoYSCNpGjiAYJ5WtmN+uuDhZuXndRqvpIE1ufXYHbzD/sewtfjXVV/6JqwKSfpl
5ILY5J+l8f3UlMr7WvrI0mD2iQrmDminFbW3IGO4OcSDXv7KjZWCwvZq0DidRP8AJKmw7Mdj
4Bh5k6a/vCSkpbPvvvc591nqFrIa7aK9Ofa1v0eVmkCY5PbvytLM9tlxGoj2zA0hvw8FntAn
QmT+GqSmTGt2F0/PlEeQGNdBHB7/AOxEposLdGtcDw53cfvbW/uo7qLH/S9JgaI0YN3h+d9N
JTVJ/Njzg8qeO0Gxvx0b+KttpGgLg53YQwfkaXIttVTHVhrQCDrCSn//0rFudSPa1rnRoSNP
wTV5LXua0MJJOpkfBZloc4OYD5TrGneW+5Z19rsVhqaDUx4Ice7pPtd7du7b+akp2museYef
HSZPwWNa2zGzova3bY/25BYXNsAHs3e9u702ez6fsV3G6hjEVm+2AHA3+mWgkN5az1C3+dT9
c6l0/qtw2vdRjjWuoljnNefpOe9psa7az+aSUhyKMp2LR7hY/KPo10sq2Nrc5w2bbMj6DbWe
59zHf9cUreh3HHZbjEZBbvbeyr3ivZ9H9JXurt3e7+Zc/wBP89dB9Wul/VPJJbTuyssMPq15
uxzi0H+dYytra30+76f6RdNkV1VVV1BwoO79CAduv8loSU+TWbQHQPdBGnIB/wC+qLA30m+4
t3EAgSZ1iXN930Ve6uW2dSy3sADfWeBAMSHFriP6zwqTWnYIDgAA5zgNBBSUta07HNa4kERJ
/IqrGguJ13TIB5jx5VwtscHEWODWiSw9/iqzG7TAmTy7wSU36ciyul1THua14IsDTAewx7Xi
PL95PqBEkTrwqzTABJ8uePgrQ3cgjQf6n3JKVUGjX80dvgjsDTt0jc6D5hV95DXATJGkaAph
a8dwTIJIlJT/AP/Tr21kOBgkHWPKfpIbq5c0OG4EaaDSD89yvjCuDml40Ja2WkyNx27i2P5X
76fLx312MrbDWtGhE7tR+b/aSUx6LT0y/qdlT6aXuqoLRXYxh9R1sfpK63N/SOo2/TVTr/Tq
sXBecfHrrtr95exoBLWlu7/ouVXqlkZWPjtdAZLxBILHH27mn2uZ9D81b767uofVfBtsebcj
JOQHvIAcSW2hjfaB9H0K0lOV9SWVZX2msn0clmy3Gubo9urm2w//ALbXXUYxrzqn5FFdthgM
zbHeo/cI4fb7qN3+iqaypcJ9UerYPTMi3Jzm2em/HLQKm7n7t9ZAgua36IXTY310wc0txyDh
XFzRuygDS+fzHvpd+i/4xySnnRW7qXVbcfHAb6+TaWtfx9J/O387+QtrO+pQw+l35NeQ6/Jo
b6hqawNY5rfdcOXPc70970Xp+Bi4PW8jqTXtuobvc2qvXbY8gO22P27/AE3m6tntXT49zrKX
vrl727m+7SX1lzCHf1nJKfJI9jy10hwlszHltQASHE9+8+X7q0cmqv7Ze2mv0qxYSKv3Qffs
H9TcqEAiHN7w13iO2kpKULTEf5s6SEY3gt+ju8gUEtIcSSQXca8wpsDY7knxEnXj+skpcZDu
YkHkcaqTLHPeJOk6dvvQwwN5+kB38/NSr1eCNYiQNefakp//1Fb1PMAM+wREVtZyD7d+7f8A
mqnZ1PMfkM3hz9p0aYaI/On0Qz83+Ur9+IATwADLiZBho8NXe5Z+Tn03tBorsdXSHGp1TQKy
Po2v3OcX7Gf5iSnLZ+s5lxtI3OLa2u7Af2fpLvMJ1bPqxhii1odi2sbcQdKzus3es36TG7C1
3uXEYQrax+TfY1kv9u786fpuH8lv83/XR3HGsrsOMLrbrQA/0Wv2OidjH7PpsSUg63hY2N1N
xwrBfh5Y9bHezUAk/p6eG7fTv3/9afUrvRem9GHTz1PqlD8r9Iam0F3p1bhDK2ew/aM263/R
VfofT/nVa6R0PJrbTfl4uQ9rLDa+myixtTS0RWXWsbddcx3031+ns9i076X5OR9oLW142BUS
NhBqrY07m10jbXY71t3rWbmetX7MZJTWxRk04P7Rsx2nHxnPaMWtoBp2A2YNmxv02MsN66L6
u5TX9Hx7XGJY6yx/DdS59j3T9Fqzep100dDO5zmN9J+6wntthu7j3b3rkndQzL+lY/Tn2+nj
VNLW1M09QnX1Lf3tv+YxJS/WaqGdUyfs9oyMa1wtotaZa5lnvbr/ACHfo3KkWFrTDYEEiNB9
6tvpdVU1oGwBxLazDgJ+nDn/APgietgY39PS/Qkuc0ggD82a/wB7+2kpqNrDam6e4b4dGse2
EXEDXSXNLjA0PAH5y0qMWgsZA9dhc8te0aQ4N0t/0bmf9cRsXpdZcWUzbY1oL2NlxAgt3P2+
xrUlOfiZLt5x210isfmljSTGuv5zvfu+ktKm/LrDnVmlj3gb3NpY0nvrH7qni9AyqrbLDVZs
cXFjg2QBwWudKuDAtFRv9IuqGrrGQ4f1vaUlP//V0+r52H6wq6nkB1oJDcHprZIPHp5Ofs3/
ALzPSorXP59zs5teK3Fb03FxA7bVXWWlsja9tmQ/9Lb6u76D/Yu5pwesOYLDV9icPa2pjqnj
bz3DPT935qG7pzq97r8e+xzxte8OFhI8mV2f+i0lOX9T+g9HdgN6g6puXf6jmbrAHMr2aN9G
n+b97Pf6ln6Rb1lOdYHsqyPQZ/gyA2AJ+j6dTKfZt9u31PU/4VYON0vqOBZZldLzPUa2fXw8
isscY9+x+3a9l3+j/RrXzOrmjBGTiUjOsIDjSXioME7bPXvLHNbsd7GV7PVtSU1cvO6n0yi1
2WC5jdGXsDrQBHs7NvZ/1z19n+lVAfWNrq5zqrBbDXGsitxfBms17hQ7f/25sXO5vWPrHbeM
jqFuTilxGyna6vGYDuDK/R+hd/1732fnq/R9YamtaMqr7M2I9ZutZI/q7nta5JTkfWDKuycx
4fZcK7v0rca6QK2n6DWt+j23bmN/tvQsdvp1C9zQ5x9lTXcA/mP/AO/f11qdWx8DqdIyOn5F
b8kEkhrhuftbGzZO7f7fYsH7Q30mkmWkN2huukFiSkv6WywtstLXDSSdZ8dqu0ZAoxA+z3Gw
HY06l58/+/v/ADFn3ZTbGBlbt5ILN3hrpx+ci9M/S3ANkbQA/wCH7uqSnruh1UZBIdW17HMB
ya3Haxxj2PnT0shm39/9L/h/9IpdQ6hWbXDDNX2Np2V+iQWyPpb/AEvb6n8lY+dgV51GPj3W
+hR6oggjUw4NZ7/pfyETMZh9E6b6NFTnOD2e6TLy8OHu427W1e1JTYtz3WNZV/N1AahpOrnH
c9zv3lCmrHORbcQTfc1pJLnEBon/AAc7Gbtm5Bz8LOxqMe3IYxj726sYS4VuLmn0bXu+lZs9
3/QWxi9OyhULPTG0tBaeSRHtmtvuSU//1vTXxzpos3N6njUbWh7Wl8w8/RAH07Pd+Yzd9NVM
jN6pdO2kUMgxZkP4P/har3O/z1l2dM9F327Jc7KyX/QvyIDAW+9v2bFJ2v2bfZ6n6Bn84kp0
s62L3NaWm9rGOtInkA7GucPznb/orNss9a1oewNjV7hrqfztfovd+8qdWdl3OcMX0zWTLvbZ
Y506ue66WMsseo14XWXOLpqaH6vEQf5OvvSU6w27QCNw0JAEiAZn91YX1qxcRvTH31MDMh1l
ddN2O2dzrHem5jmVbWv/AEe//rqvVdPvda1udd6oEObXLmgkHbP0vez+StXJ6Xg34LsS2oeg
6C5rPYZb7mvDmfntSU8T03BZ1Pr7vSc0YGE6qx1gALn7RuZWHfSc+z6D/wC39NWPrZjYL+os
OOxrA3EIfS0Bjd5fGLsawbf0lr1o4PTqumVuxcYusL7HPte6WHSGVNYP5NftWFQ/I6h1XL6j
Ww314rgaqxqXurmvFr/64/8ATJKW661mJhY9FtYozbb6msqqhz7awDVdZd6Xu2fzPoMs+nd/
NrJrc+t7m1g1ue94ce4AftkT+76a6HovS7WW/tbqgFvU7X7i0kE1tBhrWMG/a/b9D/RLI6di
13dSfTZG+kuaWydSHPe6J9v9ZJTsYdeTdgjqORULceu1rKGahwOlb8hw/e93t/qWKecPtzba
Kz6ltjajS4aGdzTTx/o3fTXTdKw21dMpoIBr2Q5vEh/vd/1S5E1XdM6/jtd/N/aRjyYgte7f
S7+T6m9JTvfWG6hlePi3OJtyrCGNbq6P5vf/ACf0v0Vu01WVkMcRtbpPw9qp5HQsXI6s3qeQ
57307RTTAhpZ/Lje9u73+n++tOPH5JKf/9fpXfWHAYxzcXGO9g5s4b5vsdvWXV1bp2TlF/U+
o0utOjKi4hrBo7b9o/o7Wu/e3e9C+tODg1nFrxHDZYX/AGiHBxlu3093/T97ljUdKxs3JGKG
OaNjn/ohvtOxrrP0bXe1/qNSU91TiWBgc0tDYlmwy0gjlke1NbTfU6K6t4id24ACfpeL1zfS
/rB0nouM3ExzmOrYINeU5rGMJdJ2N2vez3fmfo1eZ9e8AWAW7ACddh3GJ/s/mpKdhlG8TaA1
4iNJ0/kucP8AvqNXjMYwslz5M+9xJ+Eo1T2X1B4HteJbuEESNyctO0bD8Qe6SnA69l4XTcS6
D+tZNbmY9DZLnug1gt/kV7vf7ln/AFe+rDqOlMsynbb75tfWNSJ/m2WWD85lXt9q6K7HrybC
26tthql1bnCdpMB23T27lYaSBBGsfNJTz1mNjV2bWtc0g7QS6A0/yhHucsHqnSa8LrFGW2Ws
zmudS7wtYP0tT/5N9fuZ/wBcXd2VMIMgS7SQBu10XL/WFoxsX1Mn9L9kyabGO4Ortvqe7dt3
fQckp2ukdQxH4FL3XANe1pra8bTtIbHd2/6SofW3pT7Ac2tm5uwNuA0LXVu30Xf9L03o/SMT
Czuk0PFerAWscdHFh/S1b/3v0VjFoN9Sqj7PmD16Xgtc8mRtIjY/85JTDonU29T6fXkO9t7I
ZkMPIsAG4/1LP5ytaDpI0PfRcT0v7R0H63fsu271cLqTHHGcQBJJdZT6rh/hGvZbV/bXas10
SU//0KPWr7bs61rzDazsa390D/Xep9A6gen5zb3VuyDU1xbRWQHQ4bXenv8AZu137Fp5vTac
kh4Ox/G8DnyesrJ6W2ptbHPLvWc5p2iDoN+7eD5JKeps+tXQslrXXvrBMRRl0kPBiA3dttqc
/wDtoB+tP1fptNP6rQ1o1d6fq6/uuZjVexzVgdOxL8rIdVv+0bmOFTLGNcd4b7Ppup3PZ+Zv
t2LIzcLIGfl11VOc1t9mx3DI3O1D/wB1rPppKfSMLreMMWt9nqE2N9TcWhuln6Rgcxrvb7HN
U/25hs0BeSfAcf8AfVg0uFNNdTtdjGskce1rW7tYUXyZDAWzoZ/180lPU42RTe0vqsD2n4yP
juRg2TAXI12WV2bwSHxo4HXRbfSuqX32toyGNDiDD29yOxSU6L2kaRGnfyWN9ZKq39Fyt7Q8
Fm1gILpJc3QDVy3iJ44KHZVJkEtlpa4DSQe/9ZsJKc36vnf0im7aKxkbrWM42scdtFe38308
dlTFpOrkGR5FSppYxjWsbtYwQAOwR7KRAcB9HWPikp5D61dHycmql+MwF1NosqsDda3Q4vk/
S9F21rl0mJecnGqyH1mp1rQ51bhq0nkf+RSkAz4lPuOhMTwUlP8A/9n/7SBgUGhvdG9zaG9w
IDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAAOEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxg
H1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBz
dFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0
Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMA
AAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29m
U2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJ
TQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5i
b29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9v
bAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wA
AAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAA
R3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAA
AAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAA
AAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVm
dFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYj
UHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9t
bG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcA
AAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEA
AjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAA
BAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D
9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAA
BgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////////////
/////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////
////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIA
ADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgA
AAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYA
AAAAAAAAAAAAAtAAAAH5AAAABQBpAF8AMAAzADMAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEA
AAAAAAAAAAAAAfkAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAA
AAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRv
cCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25n
AAAB+QAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNl
SURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VP
cmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAElt
ZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAA
TGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfkAAAADdXJsVEVY
VAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdU
RVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAA
AAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVy
dEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlw
ZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAA
AAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmln
aHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEB
ADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4QklNBAwAAAAAFxMAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAFvcA
GAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoL
ERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsL
DQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAAD
AAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggF
AwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMm
RJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dn
d4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHw
MyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk
9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AKdRLbmkCfTOpPBI
N6lidJ6pm0fq+NZaGsZD4hpMFsNc72u9r1CobnwC1peXbS9wayItPu3O/wCEXfUZ3R8WqvEq
zMdldVYDXeow6DT2jd+d7nJKeR6jR1D7a7Hsoc1+RVXQ1vB2tcLXu936P8399AHRep4lbsi2
h7W+mN7Y3OAaXOdYWDd7P5S7TL6v0KylzLOoYwEGHeo0wfHRV6es9IsxGm3OxiWiHfpWGR9B
7S2fzmpKeJxzjWVHdH6Uv2vb4Bm3/qkDFaRlubGtbaQ6Y0h+5/5Ve663puL1z08B7H42XSbn
is7hW8E72s/drs9Peq1eTR7iRttayDHJaHb6uUlIscA3MmNoewkjt+kdB/6CnV6bqSHH6LTE
9ifWsd/nexBaWVjaeG7DPiAXP9v+coOzqcSnZZuDnHc1se6I2+1n/k0lNpgrZRW0AAuLXEzP
Anv/AFlRy+p1UuLRNlo3e3zOnvd/5BVMrqORlDR3o16+1vJBH5zv/IKmQS2QCRHPmPgkpnbf
fe5rrDudrtbMx48qIBkDnxnvp5Jmt2kEgjy8iix2EOA+iex/lSkpHAJ5jcNOwRKy5rpnQRqR
2Udr2NB8onnQfFTrJc7cOePkkp//0Kl2GxtpbS5pZuhnvaZ/P/Od/JWh16votvSaW4YAy3XV
m2sP3FrId6zmvjY6v6PvVXOrwsXY1tl1tjmhxcC304402/BVWY9ORW54dY1uoJc4AfkSU9Zk
5v1XNNjMZ9bnuBDAfUFc9vUgfQ/srO6k/oQwsKrEIsc26v13e4F1Y3er6kEbvUWE3CxWWkhp
eRoGvcSPuH0lT6nh0Oyavs9MeqDLWg+4g+7x/NSU2eqsxcnqmRdhhtbWw2ippdGwD03bfVh2
7/z2gBwqLLHA+q2GwJgNDf3j/KYhU4O1ldxse14DidsbWn6Lmlrvczb9FWzW2zGDLLHuaHbi
ZAkkbdf6n/TSU5uRmXOe7YPe46uPDSPo7W/+TVQ17nPfY4ucTq4ySXc8rVuxseppsmQ0TB0m
P6u3Yg/ZmGttjJmOHAxr+69JTRLeYH0uDzP/AJ0m28A6gTIB5Ksvoa1swY8Z078fuqq2wgxq
SewPY+CSlmsMgtn3az20+KId5DI0AMJ/bADjofl5qe1xI36ETAH3pKRlrQ0njv8A6uCeuvUH
93uE+0gHX28BO0lokO/gElP/0c/JyW0ZeR+grsgurrbZJDAD7Hta0je7/jPYqmE8jLGujmnc
2QBp3VnLP2i51z6rA6x0uaxpif5HtVQCyvea6nu9QbSXVuPt8vzUlO103p7c7JFIcWFxBc6J
OyfotH766rpDMFr7asCtjqaD6b7ydzzYPpN3/ut3Lj+idRyvtOQwl1JyKHsbdt2Fjmlrva8t
c1tj6vUZU/d/OK/Z19vSsRnReihg6m57RY57d1NDSA47y723X2f9/SU9D1bA6flODcpgqyXt
Iosq0c7Ql+4Rtf6f0vevPLoYSCNpGjiAYJ5WtmN+uuDhZuXndRqvpIE1ufXYHbzD/sewtfjX
VV/6JqwKSfpl5ILY5J+l8f3UlMr7WvrI0mD2iQrmDminFbW3IGO4OcSDXv7KjZWCwvZq0Did
RP8AJKmw7Mdj4Bh5k6a/vCSkpbPvvvc591nqFrIa7aK9Ofa1v0eVmkCY5PbvytLM9tlxGoj2
zA0hvw8FntAnQmT+GqSmTGt2F0/PlEeQGNdBHB7/AOxEposLdGtcDw53cfvbW/uo7qLH/S9J
gaI0YN3h+d9NJTVJ/Njzg8qeO0Gxvx0b+KttpGgLg53YQwfkaXIttVTHVhrQCDrCSn//0rFu
dSPa1rnRoSNPwTV5LXua0MJJOpkfBZloc4OYD5TrGneW+5Z19rsVhqaDUx4Ice7pPtd7du7b
+akp2museYefHSZPwWNa2zGzova3bY/25BYXNsAHs3e9u702ez6fsV3G6hjEVm+2AHA3+mWg
kN5az1C3+dT9c6l0/qtw2vdRjjWuoljnNefpOe9psa7az+aSUhyKMp2LR7hY/KPo10sq2Nrc
5w2bbMj6DbWe59zHf9cUreh3HHZbjEZBbvbeyr3ivZ9H9JXurt3e7+Zc/wBP89dB9Wul/VPJ
JbTuyssMPq15uxzi0H+dYytra30+76f6RdNkV1VVV1BwoO79CAduv8loSU+TWbQHQPdBGnIB
/wC+qLA30m+4t3EAgSZ1iXN930Ve6uW2dSy3sADfWeBAMSHFriP6zwqTWnYIDgAA5zgNBBSU
ta07HNa4kERJ/IqrGguJ13TIB5jx5VwtscHEWODWiSw9/iqzG7TAmTy7wSU36ciyul1THua1
4IsDTAewx7XiPL95PqBEkTrwqzTABJ8uePgrQ3cgjQf6n3JKVUGjX80dvgjsDTt0jc6D5hV9
5DXATJGkaApha8dwTIJIlJT/AP/Tr21kOBgkHWPKfpIbq5c0OG4EaaDSD89yvjCuDml40Ja2
WkyNx27i2P5X76fLx312MrbDWtGhE7tR+b/aSUx6LT0y/qdlT6aXuqoLRXYxh9R1sfpK63N/
SOo2/TVTr/TqsXBecfHrrtr95exoBLWlu7/ouVXqlkZWPjtdAZLxBILHH27mn2uZ9D81b767
uofVfBtsebcjJOQHvIAcSW2hjfaB9H0K0lOV9SWVZX2msn0clmy3Gubo9urm2w//ALbXXUYx
rzqn5FFdthgMzbHeo/cI4fb7qN3+iqaypcJ9UerYPTMi3Jzm2em/HLQKm7n7t9ZAgua36IXT
Y310wc0txyDhXFzRuygDS+fzHvpd+i/4xySnnRW7qXVbcfHAb6+TaWtfx9J/O387+QtrO+pQ
w+l35NeQ6/Job6hqawNY5rfdcOXPc70970Xp+Bi4PW8jqTXtuobvc2qvXbY8gO22P27/AE3m
6tntXT49zrKXvrl727m+7SX1lzCHf1nJKfJI9jy10hwlszHltQASHE9+8+X7q0cmqv7Ze2mv
0qxYSKv3QffsH9TcqEAiHN7w13iO2kpKULTEf5s6SEY3gt+ju8gUEtIcSSQXca8wpsDY7knx
EnXj+skpcZDuYkHkcaqTLHPeJOk6dvvQwwN5+kB38/NSr1eCNYiQNefakp//1Fb1PMAM+wRE
VtZyD7d+7f8AmqnZ1PMfkM3hz9p0aYaI/On0Qz83+Ur9+IATwADLiZBho8NXe5Z+Tn03tBor
sdXSHGp1TQKyPo2v3OcX7Gf5iSnLZ+s5lxtI3OLa2u7Af2fpLvMJ1bPqxhii1odi2sbcQdKz
us3es36TG7C13uXEYQrax+TfY1kv9u786fpuH8lv83/XR3HGsrsOMLrbrQA/0Wv2OidjH7Pp
sSUg63hY2N1NxwrBfh5Y9bHezUAk/p6eG7fTv3/9afUrvRem9GHTz1PqlD8r9Iam0F3p1bhD
K2ew/aM263/RVfofT/nVa6R0PJrbTfl4uQ9rLDa+myixtTS0RWXWsbddcx3031+ns9i076X5
OR9oLW142BUSNhBqrY07m10jbXY71t3rWbmetX7MZJTWxRk04P7Rsx2nHxnPaMWtoBp2A2YN
mxv02MsN66L6u5TX9Hx7XGJY6yx/DdS59j3T9Fqzep100dDO5zmN9J+6wntthu7j3b3rkndQ
zL+lY/Tn2+njVNLW1M09QnX1Lf3tv+YxJS/WaqGdUyfs9oyMa1wtotaZa5lnvbr/ACHfo3Kk
WFrTDYEEiNB96tvpdVU1oGwBxLazDgJ+nDn/APgietgY39PS/Qkuc0ggD82a/wB7+2kpqNrD
am6e4b4dGse2EXEDXSXNLjA0PAH5y0qMWgsZA9dhc8te0aQ4N0t/0bmf9cRsXpdZcWUzbY1o
L2NlxAgt3P2+xrUlOfiZLt5x210isfmljSTGuv5zvfu+ktKm/LrDnVmlj3gb3NpY0nvrH7qn
i9AyqrbLDVZscXFjg2QBwWudKuDAtFRv9IuqGrrGQ4f1vaUlP//V0+r52H6wq6nkB1oJDcHp
rZIPHp5Ofs3/ALzPSorXP59zs5teK3Fb03FxA7bVXWWlsja9tmQ/9Lb6u76D/Yu5pwesOYLD
V9icPa2pjqnjbz3DPT935qG7pzq97r8e+xzxte8OFhI8mV2f+i0lOX9T+g9HdgN6g6puXf6j
mbrAHMr2aN9Gn+b97Pf6ln6Rb1lOdYHsqyPQZ/gyA2AJ+j6dTKfZt9u31PU/4VYON0vqOBZZ
ldLzPUa2fXw8isscY9+x+3a9l3+j/RrXzOrmjBGTiUjOsIDjSXioME7bPXvLHNbsd7GV7PVt
SU1cvO6n0yi12WC5jdGXsDrQBHs7NvZ/1z19n+lVAfWNrq5zqrBbDXGsitxfBms17hQ7f/25
sXO5vWPrHbeMjqFuTilxGyna6vGYDuDK/R+hd/1732fnq/R9YamtaMqr7M2I9ZutZI/q7nta
5JTkfWDKuycx4fZcK7v0rca6QK2n6DWt+j23bmN/tvQsdvp1C9zQ5x9lTXcA/mP/AO/f11qd
Wx8DqdIyOn5Fb8kEkhrhuftbGzZO7f7fYsH7Q30mkmWkN2huukFiSkv6WywtstLXDSSdZ8dq
u0ZAoxA+z3GwHY06l58/+/v/ADFn3ZTbGBlbt5ILN3hrpx+ci9M/S3ANkbQA/wCH7uqSnruh
1UZBIdW17HMBya3Haxxj2PnT0shm39/9L/h/9IpdQ6hWbXDDNX2Np2V+iQWyPpb/AEvb6n8l
Y+dgV51GPj3W+hR6oggjUw4NZ7/pfyETMZh9E6b6NFTnOD2e6TLy8OHu427W1e1JTYtz3WNZ
V/N1AahpOrnHc9zv3lCmrHORbcQTfc1pJLnEBon/AAc7Gbtm5Bz8LOxqMe3IYxj726sYS4Vu
Lmn0bXu+lZs93/QWxi9OyhULPTG0tBaeSRHtmtvuSU//1vTXxzpos3N6njUbWh7Wl8w8/RAH
07Pd+Yzd9NVMjN6pdO2kUMgxZkP4P/har3O/z1l2dM9F327Jc7KyX/QvyIDAW+9v2bFJ2v2b
fZ6n6Bn84kp0s62L3NaWm9rGOtInkA7GucPznb/orNss9a1oewNjV7hrqfztfovd+8qdWdl3
OcMX0zWTLvbZY506ue66WMsseo14XWXOLpqaH6vEQf5OvvSU6w27QCNw0JAEiAZn91YX1qxc
RvTH31MDMh1lddN2O2dzrHem5jmVbWv/AEe//rqvVdPvda1udd6oEObXLmgkHbP0vez+StXJ
6Xg34LsS2oeg6C5rPYZb7mvDmfntSU8T03BZ1Pr7vSc0YGE6qx1gALn7RuZWHfSc+z6D/wC3
9NWPrZjYL+osOOxrA3EIfS0Bjd5fGLsawbf0lr1o4PTqumVuxcYusL7HPte6WHSGVNYP5Nft
WFQ/I6h1XL6jWw314rgaqxqXurmvFr/64/8ATJKW661mJhY9FtYozbb6msqqhz7awDVdZd6X
u2fzPoMs+nd/NrJrc+t7m1g1ue94ce4AftkT+76a6HovS7WW/tbqgFvU7X7i0kE1tBhrWMG/
a/b9D/RLI6di13dSfTZG+kuaWydSHPe6J9v9ZJTsYdeTdgjqORULceu1rKGahwOlb8hw/e93
t/qWKecPtzbaKz6ltjajS4aGdzTTx/o3fTXTdKw21dMpoIBr2Q5vEh/vd/1S5E1XdM6/jtd/
N/aRjyYgte7fS7+T6m9JTvfWG6hlePi3OJtyrCGNbq6P5vf/ACf0v0Vu01WVkMcRtbpPw9qp
5HQsXI6s3qeQ57307RTTAhpZ/Lje9u73+n++tOPH5JKf/9fpXfWHAYxzcXGO9g5s4b5vsdvW
XV1bp2TlF/U+o0utOjKi4hrBo7b9o/o7Wu/e3e9C+tODg1nFrxHDZYX/AGiHBxlu3093/T97
ljUdKxs3JGKGOaNjn/ohvtOxrrP0bXe1/qNSU91TiWBgc0tDYlmwy0gjlke1NbTfU6K6t4id
24ACfpeL1zfS/rB0nouM3ExzmOrYINeU5rGMJdJ2N2vez3fmfo1eZ9e8AWAW7ACddh3GJ/s/
mpKdhlG8TaA14iNJ0/kucP8AvqNXjMYwslz5M+9xJ+Eo1T2X1B4HteJbuEESNyctO0bD8Qe6
SnA69l4XTcS6D+tZNbmY9DZLnug1gt/kV7vf7ln/AFe+rDqOlMsynbb75tfWNSJ/m2WWD85l
Xt9q6K7HrybC26tthql1bnCdpMB23T27lYaSBBGsfNJTz1mNjV2bWtc0g7QS6A0/yhHucsHq
nSa8LrFGW2WszmudS7wtYP0tT/5N9fuZ/wBcXd2VMIMgS7SQBu10XL/WFoxsX1Mn9L9kyabG
O4Ortvqe7dt3fQckp2ukdQxH4FL3XANe1pra8bTtIbHd2/6SofW3pT7Ac2tm5uwNuA0LXVu3
0Xf9L03o/SMTCzuk0PFerAWscdHFh/S1b/3v0VjFoN9Sqj7PmD16Xgtc8mRtIjY/85JTDonU
29T6fXkO9t7IZkMPIsAG4/1LP5ytaDpI0PfRcT0v7R0H63fsu271cLqTHHGcQBJJdZT6rh/h
GvZbV/bXas10SU//0KPWr7bs61rzDazsa390D/Xep9A6gen5zb3VuyDU1xbRWQHQ4bXenv8A
Zu137Fp5vTackh4Ox/G8DnyesrJ6W2ptbHPLvWc5p2iDoN+7eD5JKeps+tXQslrXXvrBMRRl
0kPBiA3dttqc/wDtoB+tP1fptNP6rQ1o1d6fq6/uuZjVexzVgdOxL8rIdVv+0bmOFTLGNcd4
b7Ppup3PZ+Zvt2LIzcLIGfl11VOc1t9mx3DI3O1D/wB1rPppKfSMLreMMWt9nqE2N9TcWhul
n6Rgcxrvb7HNU/25hs0BeSfAcf8AfVg0uFNNdTtdjGskce1rW7tYUXyZDAWzoZ/180lPU42R
Te0vqsD2n4yPjuRg2TAXI12WV2bwSHxo4HXRbfSuqX32toyGNDiDD29yOxSU6L2kaRGnfyWN
9ZKq39Fyt7Q8Fm1gILpJc3QDVy3iJ44KHZVJkEtlpa4DSQe/9ZsJKc36vnf0im7aKxkbrWM4
2scdtFe38308dlTFpOrkGR5FSppYxjWsbtYwQAOwR7KRAcB9HWPikp5D61dHycmql+MwF1No
sqsDda3Q4vk/S9F21rl0mJecnGqyH1mp1rQ51bhq0nkf+RSkAz4lPuOhMTwUlP8A/9kAOEJJ
TQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBB
AGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0E
BgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQd2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFj
a2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1w
bWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUg
NS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRm
OlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRh
eC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5h
ZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnht
cD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJs
Lm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBo
b3Rvc2hvcDphOTgxM2UzOS1lZGM0LTExZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOklu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MDNhYmUxNDktMjBmZi1hMjRkLWE5NWItYmY5MTJlZmM3Y2Yw
IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NEJBQjU0QjhCN0QwMTFFNThE
NEY4QzlBRTM3MDI0NzEiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIw
MTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MCswMzow
MCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTQrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRh
ZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTQrMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2Uv
anBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJl
ZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjBiYWEwNGVhLTljZDEtMjQ0ZC1hYjM0LTc4ZWQwYTMx
MjliYiIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo0QkFCNTRCOEI3RDAxMUU1OEQ0RjhD
OUFFMzcwMjQ3MSIgc3RSZWY6b3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjRCQUI1NEI4
QjdEMDExRTU4RDRGOEM5QUUzNzAyNDcxIi8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4g
PHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlk
OjdhNzBmYWJhLWU1YzItOGM0NS1hY2VkLTJjN2U1NDhjM2FiZCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAx
OC0xMS0yMVQxOToyNTo1NyswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhv
dG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDowYmFhMDRl
YS05Y2QxLTI0NGQtYWIzNC03OGVkMGEzMTI5YmIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFU
MjI6MzU6NTQrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBD
QyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFj
dGlvbj0iY29udmVydGVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBp
bWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJh
bWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRm
OmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MDNh
YmUxNDktMjBmZi1hMjRkLWE5NWItYmY5MTJlZmM3Y2YwIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEx
LTIxVDIyOjM1OjU0KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8
L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBt
ZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAA
AP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH5AwEiAAIRAQMRAf/EAKcAAAID
AQEAAAAAAAAAAAAAAAIDAQQFAAYBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgICAgMBAQEA
AAECAAMRBCESEwUxIhAUQTIjFUIzBqAkJREAAQQBAwEFBAYKAgICAgMBAQARIQIxQVESYRBx
gSIDkaEyQrHBUpLSEyDwYnKCorLC4vLRBOEj8TNzszBDkxQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/
2gAMAwEBAhEDEQAAAKhA0GJgPlwR3SRsY+sDQtVi1mXaQSbFY0OCRa2iGN1RQYDCpdz9ElTV
i+MAL1SwV7NcyOsKKrYshVrlUao1hrYgcuao6kMAkMBR0ndDAYISJ7iDHgiUY9lczSKVHH0i
+ghbu1TF0bTDGVp0hLG2ygjacZHXs4DhItFVYCtiSno52kCqwgET4G9SsCSXJYkSKlhTiUsW
GEJGLrVx9bpO5gHdMBiQEFBgkMnSMk8UAlEksDjWiYD4GC9nO9CE+TI7uE52wBjWm1y+uWiK
N+Txc+k8wNch5EQwztITIp2qgTAMWanCmoskwYEM4DkDSLlVJgx3ERPBBMBsUZ3cwVPEJcsg
DgjiGQSAiS6TSmVj5S8t+iy9QIFNOPuJGYIz9GoRZp2g1NUHibVQ8ZoZV8cPJL4oaRVaJxKI
ByxIs1GDwVVLlOvJ0M4UcQSMwdPAFPcFK3AwYkTMCymQeITpHg5EjnKMvtrmHYp8a1jIaXYr
0TW7z+2GDZKyL1EOwloSFLLyOoFG7n2xpV7JWsV5H80ytEcdwmTXVWGBIhH0BRBACcBzEAz3
HQBhDJHTJi5HgpEBo8JETAZBA7hM2q+hTK/N4vamL6EDE9L5wyfZ+Q9iFxwJy9CkXLPSYSiU
bvl9rzpWO2oRYrNDhwBiCAiGqWKkyBJwdzIB4gDCZAmCJWcBCQgwwCSGRkAQsu4kpgji4Du4
7oMhnGelqVxLQKgu2csTbyq4kbWIs3gxeNqcSTbLAAvjRg1s9HFg8+2FDOEqupEgaxcGIJzw
EEQMdJEgYMzBBcAUwQuGgcLOAZEEFJCS4joEzongDWQUi0ApkvDqPMTtWuUguQUo0RMztFhj
loEIfxCKOxnFGSkAStlF1iRZwZap2wKDLqykVtQqG8VpscV+LhYuMrS9QqDWSXQF0wTMcd08
FCzAnmARIBFEg9EhSJHNSZ6tSRKqhEMR4tMFgI9wMrgMoEZVeBnyy8Zt4XFeT4A0yOIDAlch
REEVW1iya3nJcsUL4EQ5QoCEjhk5okF0QcazIkuIkTBGZIKQIIJC6JINbDXVfyyDZrGLWegi
1ReXlMEVJNFFF0Ro2rJXsMITU0uPKD6fLMNdpIk5WcxRhLMBaHqGa2ToFo8wDVXmLBjoFAQk
dPHTEndMnTIhzxiumCeIQ1mJAnAUdwbYcaWdoZxyygHo4mQYXIMAmpaWtdLws9Ngs2oMUq0B
ApUUcjXxwIEQ+XA4VyQs1jtHMslrqTCa5LB6eECUgcJEEMknxHDwhkJEBIDJAjhmTu7iSiRr
AM18rcwxcFAMSINmvoiLKHg2atk2a1rzJPos7XLXRTLo+byD1q8nVKOcisWCqMGA1RITBAlA
RhdKZMMWFumCQkVxYo6OkMe45sGCL+IC7xQh8i4Ywr86RMWGlWLajmLYXAVBMcA2uQnQSiTV
wVqqJ6aparlnUzUjfIOtmXHpEmMPpqBmEmyCcMJiJBBsC1sWMsV7AuCUX6N2mDPQV+iSDiCZ
5gBraRDSEDYYU2WZK5M4np45oMJrWKwTUOHxoyZUacGcOnxmRqcZQbCjLPQEN1dROFo0R2nR
aejd5u2bGIhZl2BaAUQd3cExKx6X1g7VMhoGssqXJ0TxVgoBMJDMGDzG4KXp5RMCwkCg4kGT
IkOlcBLORTwk2i4AgWsfwgPhUDqlimHy5DW6DKalY23StkpDXMiblcruG2U43MUCZ4A44hLV
hMU0WL4FTYAUJcIgwOkiBapw00NO4ZJieI6ZA4oOLjCiIGCUEWEuLKuAIZg4kLLs17YSJ4iR
kaEtK2P6QDzlpIl69nkPx9ADYGq8uUdyTzVT1eIZcysEHARZqsOgxDghBhwCFtgE1MOcEhFE
Bx0kyQglxAd0DJgwO4gx6Bjqzgp4TgYgrmwiCUkO3RkvuXAvWzPSlOjr+ZKdbYSZtzf1jzO1
cMSxvHVbYlFNqkedUxJwmsORYCJQdxrBKIOQ4QHjxMxJBdJxRIyREM18Fw8FMwBKuHGmQiUR
fWxZ3TIFa1JRB9ch9RhoTRMvrrLLkUoLhZ5mpp+bM9szyXqB8TxHLzy5l3csxe7gVsE6OMWb
FnR0DZBhVieA6ZCmOJKJINZDujiYKDh7iCGQGDxExxPQZfFgAgXEH0ArNhXlxlZOrTLdT1Wa
YPbXGGjQyQmpYal10mlWytYoTpMF5m1mHnHK4EWcKMzFRYriluSO4TEx0EEBhdHBkqSZiRkj
JITJ0DIXLIIhAYseGGDDRguFLOAugxUGIbVSC7J2Dars4oRYQZ+L6DEENS49Nq+f9AJTo8ZT
rCS1kbHnTMIZC1Q3hFthFfx/t/OGJHcTE8V+MSYggWCBJjAXdwZLkIR4mQk4h4mRgJgcNaoz
UgJBICOLmil2a4apIGpeplnZ8tZN4qW4eezNTOMtq2l31XlPYHGl5ymrEYfoss840ZNf0edf
GQHDalsDwY7uGSMiQLFgC7hZjJw9AfRAUQ0ji4V3cdMyRPcRMSN6DNCbHCTNBYN8GfXuQAyJ
AydXFGsU0v8Ap/PejPO1NGuecYl5d9l4T0Bsq8tXPbVfM7RFp8nlY9Ao1SpCXTq2hqHKMrzm
nlEici0W6gcgREzAMiZE9xJAQXdIou4ieIWUcCU8GxJHpJPgE2hJkDKirFQZ0LK2c+sWDADY
9PgehMWbKzx0aWYGa5IIYCJXGpp+c0DSfCy1GXrFfZxdwKJ487gei88ESpJXEBC2BZSsYDIF
yyQIaJHMMTxWSnGtxlRqGY9i5omBY2uFLqkFEGAHKJlMGlRFRVsVbYwZsmtt4u2Z1S7TFeX9
55YzSEzughm5orLeSzIGNVbL9cKBp7eDtDYmTH8v7rxhXLoCHhCgoJSUhNWRC2qC7iHlwBct
JeLPslkQIbKuGL6QpNRCngKXZMoxfrEKuUipZS8Zcp2DS3vGvN+m7FNUPP2TLm0ogbugOszj
iubbO2s7QMDI9T5s1N7z3oQ5TimpjZN0qcYEHBAczhcHxBcYtL4Ag+GsiRKX1hlupcCOSBOO
O4wGLsgBXspGvVJOZeEr1LNIGyi0GwDFovGU0aVEr9FgcLtA0CriUE2kDuc4eLyMvz3pfOmh
teWYTTbwDGwMQxQ1YiOm0IgbihTl2yuu5xnzegQ4zKFbUzw7Y2RZyYEnwIugcqyoTDViqyq4
c2AKy7NU7bzTHzR4vhVMJFxpma1qyZ7tIAKTTM+0zSM5iDLy2IEYOjghvU0Na2nNYQpLlArs
OKcW+F3KYl8QsFdxyCwa5bB9oz06rDIfocZ/WoK/X2GYuxXN8DzyKANMvR12FTzOplkV3SQV
n1p57W04FHSktLr0jSsZgmtNWC2OW8adUhbDSUqeaoZWPiwEEE/niwrQHyuGupvLbksIKYE6
vVyzX2bJlnfyRg1+GORZORXAMekyNEb5XZ3A29rPHLwKxforUWBTbJBgnpLuPtETEFZV2SsN
3jEq+kqFExyhyals034lg0KuYstZdqiQUSdcRbOqOAULlHMkiI6SyXLCmhbNGzSsFy6ohOTp
1BAjJDFcQa5Hithzq7BkxBaRrJMp9h4FWwgp2esmVR9BjjvR+Rsnq4o2hvCR3TB0J84elzvK
sNOyq4UwvEVTOTKyt/OKXKMtPrwEESOCGleTkUym4tVxaNbDxllagK2TxY1M7dBVYrHdMihj
gn17QmxJnc8R/Z9wcF4CrYhZYmpJaznmY9H1wHlt2apudJAZ1fCOqC0csTC06KDfPzts2JrN
Dr2OPMJ38Y7oInhWWiVJyoEFq5GnXtFmypoa2iZt1l4RaioOy7WGaU1PUmBD6xN2roEyThIW
wPQEYgwUAwcALfBQTqQYegpgWdcIpN4RueySlGkw89S9Ys86zeqmZV1M8rGxhNqmJoVKW8YU
ejxSmuwAub7DPjUoi0vQFfp3C4VO0WCXxT1MfVLVK7QK+Vu4x6W/WeVcX0GWK2cbdGzBi1Wo
NLp4GCE7ug4IrkyoiIOoTAILi63Bcu2LZBHdIk8Szs+9x4rbzNwzKXCO9hl7hPmPTZR5ywpw
69lvL3mPX+TH17NMtECwrdOyWSz9gfNOySttUflalI1rle0dka2ORs1LpJjI0ukv9EExCwq4
LJz0oNi55vbJopuBIckhPAG8RHkkzo6sW25klzM1aR5XWqJA08z0xockgsTW80WVTxpm7MO8
4xg1HocMKJEZDCLu9T0TDTt5I6jKi8CdQuu6DLw4E39ijoAzMnGvi4tQBDVrFvF6yZ2hf4Kl
BjuzK5uLx2Frs0DXXn2B41WjIjUF2pact0HlKPtcUxvTVmndElbB0cks62Vpg4HWDtxjAPO+
i86AU2QnWZNW0h5ObogeXVZrkbnnNo38zWpnnS19ICx0EzEnd3GUGoZj3bQHBzimOlmAVLOc
WDqWyAuEUivyUW2+K8WhEsrvHuUwmO4WhyBKu4GH0zAldg1aO2g81uWWhAQicL0GAK0sm6a7
wcaDRMGGCYFD0WIZWpVk9iYkT3QcUSd3cR0yU32+KxuWcpGWWUJuiTtwAfSF3cARCSUQTE8I
JvAraI6ZMrLt8Zb7Ai/Pej8uZ2hnb42HyIm6sqm4hGPtpPLmdk0LmVqGydC8FPSJ876fEKFD
SrHpLeJtBRMBTHEx0HcMgxirNupQkHnCWLuPJrh1krtYwry8RdW/WKo3IK72cMmJOmJOmeA4
oAE6BPkb9Ib6tGkKVZWIAkErmBhiZgI9J482rFWseos5N4t9VcMQ/jyQ+gxCn63yV09R0STE
EdE8DPSefr6EFRM55K2OKQ3UlfRoCe/d5LZNPhI6C4iDgWU8KixAvokkh4kZEHz28B5fV0JG
tgiJmBVO/BRDREovWgteV9FSM6eeaadRJSsDBszm3ycbaSeUBlI9Vo+Q9SNIZJmJIMeJ4xPL
UbyBnQsEocPtRRNt2Cg9GGCw1ixZN13nLJv9Ruh90gFEnJdwnjETIwMhywo7g44SYLgeIBGf
r1CrDAMm7j3T0FvJ1hda6BQsNUWZpvKXj/f4R5j2/i909KQkF0ScXEU0hVK9MVFmaZB3K1s2
sD1cniR9rXPHT6SDzsekaeTf6jhGkBD5Ege4Q+EjhNYjmSEJwD0ECXSR0SQBcQshKI36h5Gz
Nw0NrH2CYmCY7hKrQCe5Z4w9zzx7xuJunTMnTyzMxdDLFCUAcQjdPMuHqiwdMdwgOmuBcmhT
NgKbSvoULxZ5MhgPDJTA8AIgokOJ46Og6ekHpgiCgAS4AT483doAbOpn6J0TwUdJAMgXSvrM
7zfockZ6vx3py9HSdMEedyNrIEwcAzwkW6jyFWTDs0FGrGDbNSnkwarMUzU18fVC7ljCRw1Q
8G6txqvxbJp9WcM4ZCICJA4FyUACUHKcB5ij6fONuyth0xJ0zxEdwPSIjG9AJhWrzxnRJ3RJ
iIsCZaNWuUofAAWK5WdbUA2ow1knBhcUgF3Gro518ZPcQs+EkSQpWZxDI59SDZbhXTRJDien
gemCJ7ha7FYldqSC6SC4jhbBWYUC4ITu6ApDg44Rg9xkcJggxRAtE7J1sgsLfXJNTjR5tw8b
W0llObzi20CCCCJWcgC2AYOQQYAY8YBSRZ08fWGSJAF3HdPAwXAT3EkJnFHBwXAg5QoZEIZg
mO4KOgnok//aAAgBAgABBQD/AOaD/9oACAEDAAEFAP8A5oP/2gAIAQEAAQUALBUJI1dRuy6Y
Jt3GINbAa1JHluz5n6zTVV1t8gU6JH7HsWHT+gUsyscvXxX0MZRgr/k6lFrB8dgXza7Ydh1a
tR+vSn3sHa+tUc0qGsuw1rEeCnh73Q1nqEKddcM4lYyNerMK4NYxW9ikLhqsHoy1rWdkkC1A
L7XLfYMcgg5nbBDTP2CAkgqVdRAwweSpUIozOpymcdzCPoxP62v8abYO6xJpI8VSDuylnY4f
XIVPYPkamRb7BwZ1+tAzWoOVOK7WbIPZ1bLWKGpqRvBchWypfoww2MUazHteQHq6hdcIxsHN
qn9ehPtsEl7lC12KfCiqzqi5TInU4XHjUFVDk1qpWd61Fl9IL3MzN9pkqWIIwSCQY31CdAnb
6sGEPMAHUDAA574gY9VJ65lg6o7Z1tUnrr5xsf8AbUR4gMHraTZ9nWsY3GZrKSanuYO9uDVr
EdFpsB6Hp2AgsIbW/vY4UIcC8djSeHP+QdjRrA99lcWKv+LXUi0H72sBra7f5HINl7MZaMUV
MxiF2jOygtmd3VQGjZENiKtuwMDmAz4hbIBingBRGAMwABmWFjAIcwZBYLhSM/bC1uB2aXkd
DgU0KPFrqBLE7MVxra+jZdUnrb1UenZnHrrUV67VNrtjV1hZaPUv0o9a6xNJcbOqQNhFqUWp
KGy1rlhUVzZ3eFcVhcsif4Kl6y/HkbIq1mw54svbNVQHdbB3uYkXOCmvjCnlSoZcA2MWFhwb
toZP2JmAxU8PAMgJg8mMmAWHVcmYYN8heIhAYgFuZgAgYmZkS88MR4KSDTTh4Qxb12uviFFY
IEwYBLKFsjesKyvVWhqf7S2osKzPZpU636r1Gq1ArMWAHQIVEKeVCtiNQG/XXANxxbgGjVJB
LqDYbPEgEoTs1oBloDSioKVWoM2BAABZtKpsdrJyYEQlMpC3AJ65BKjBZmIJJJBjHlWAA5Yg
KMCKrEEMZ14PXKMZ0CzoJsDqjBfEnYU6w7NRSHv1Nda0C8gATsoPbgQqCLaeoDYepwZxLB1Z
lrsG361HSyl6bU6uGyYFYio/e6nLVs3jGY4zaw61a4YEqS1gyAQsoJligB2ZCXQg9c7Gyih9
i1yGM7GZPZhgn6xlg7EsRlCTOYuAVYMWDY6p1PygOVOJ5OA2TnlvlRARMvNliWK4rQD9fWYq
/p0Nm0oAAMRvIvgBgACzMcBltrCvTjIxllDCsAA4nttKvqtjoUsDwY6VWkWN2JqXA6Eo3VWd
spQ3DkCOcoVOaBxbapJAePYqK+5Y5cFoEJJ6ghGhBE/5Ec8sB/b6RAs4nXBwwIJLO5B4gyZg
gADCZaFOVAgIg4GRLGBjEZD/AOHUpZ6/Ta5SvOJsOeqjqueMwfGZmbHzVwwghbF3OfYqraxU
o2m7ODapPzPJ2GvYA1jfXr/j2Dg1/aHt1e3tWHzOxAssrlm64JZnI+cMYw4OQAcliCcEHiLO
YWaYJNQZjYuDWOD8Bft4wSFE6tMEwlgc9Z/A4GOcwEZW6tZZcGlO8K11/buiL7d+r+4cWp7t
sH3bZHvLIffWAH2uz3f2+yFPuryU93arD3rAD31kf3Oz5R7bYebnsNlq3LO2qGUZ+5rGH7K9
drEciIGc2hu9TlYOzKo7Fa6wbr+hNhaY56kMQFI+QCDhoCABWWAUmBOQFyRDgQgBO2AOzQry
v1mQASYMENjJOAcziZAA5gxMN+AEIYIWfx9qkrKiuqCmjG3WEgbs1NOuK1SnCgdb1pZbqdat
qNTWeLq64bZtRLAz23UV+xWbd17Erma5IDEszmtFtXIpY9Kipcr2NjN2QnpgkrYta27LEjOS
g7KeRgjqIGxAFwRiZGQR1jMSSSJkmKFIGMjmDILfLgxeoj9YpwepzxOwnUkz7Ao34fVRFWte
3QCdMj1tSXNXorn9Kon3lKo9Fam2qlFQVIIKlBOtUW3Kks2dWkKnUGe3UfsemCHYbme3Wtdh
tfgcMegLlDTUuIe4NIJDnxoSVigMbbFVS7OSMMy9VTsTgMyqoBBiFOxIhZhE/sy8AnKqCWwT
wCQROYBmD6hiAGJAC5irk9SB2GQMwiKACw6hRwOBgxq/8ZHUtjrlpTY9Nurf5azmf+gLNbqW
Dy1n6QkAbnks19TUurK4A7Ce252fWKVu9hbck2gwcHKNTgliSpsZa5tOUdrFFb9iPNWFtsJi
gRQc9WEx9QpVXCzAQF1JL/VVJQgiHg5+ijMYmMIo+pPOeeCVZIrMQ68opMLwdDAMRhgEkzoT
B8hSBjEwsf7FqMs1dKrVXWVpprqPlRSvs6lHstqu+7XHWz/coI3uMj/ZAz/YMYd9sV7rCN7A
sd22x7aXYG7etMuvLmm+kGytwSgWdsA2CWlnOQhsLtCohC5VTMABjF+OxzmLgjIjZzgkBcn4
hH3JMMz9kUFShEVGaYCxesCkxxmKpgTlgevYxuIrAnMHUqMQgzBgS0w12CFOFQgMOMgQsRAV
EazkWtF2DBsWMRe+Wvsn7VqL+9dgblwn7l2Dssy1vzaV7UWs6hi0coQlYcbCANYVWdgw5E5x
gY+AVJK8DLGfKnKzI6n4Jye64AzOOqqTOoEwYmQ2CYciDJIQGAERiGY4znE+AeYw4AgHCfIU
GECdXnlbBZjAxyCYxJJJy5JIY9WJgjM8StytOsQU1pZpdhfreJinVgoZrAFCgmOSWptdYNiw
BdlxFdhXtOzOEg4DqVJqcgVMGZLADWwn8KpMORGGZ0IAXJx2hUhizCBuMlYxADMVik4HbDAk
ICZypJwc8czGGcwnJ4J4i4yTxnJzP2TKtJSF11DWai5sqOQuZ4kjJXjxoD1Qn7CO75DBQbD1
rII5zu4LECVr9STbYNZQDqEldYKPGYKGyhXLa9ZNih18CkMgFbVAQJYka5iExLNZgHVlIYkk
c5OBkHHNgAIYwMOrfKlYIoEIg+X+sBDNkrK0IJD/AIYcnOCCYVM6HCgg9QCxJ/AHVdjZFVT7
d1kNhBFiA+b7p/kVEKlkBZ/IGd8hgjFgYuMdx12gmcDIQmV1qD42aOSsXssIbsHYDlTZwFOD
wSwwMAFyDCx7Bgym1gGbsGqBHjABrcArxgg2f3IzMqZ8TjPfsCBiAtnnGDkQDBIMbBUcRVE4
AODBFKmFjkgKOsTeRl22reskQ8w/K9e1QHUOQDfyTwR1YMogLGFsAKyzYpLBaG7V6FjSzTu1
4pGGRGZkyO5itmAgzsCC5cgwOuWYGW2Kig5NQUEUdx4bSAlhZkatgGYFQASMvnPzD9YpJCgT
piFiCciDIZWJYjM4Ed8EhjCxEPIAOMmAEDJiqMFWJL4nSyBebmEAgqeX0tWWGCLWrgvFkfqA
wjkPAAISwBBxTWzSnRdzXo1oRUgDa6GX+rqsGxU+vaFIlqxgQCGSIzMCesQdoVIZywDLkAAF
ABK1OCmSVE6YmwfHUzGMGy1mZjMAEAnTE+AFAA5JXhRmATJELgTsIXigE9SF6884wMlsBCCE
CmdEmwwprLEmh6g923pKt+1ZcztwWJmuWyA0ZfsvEatRCGI1dF7DTpqpLIpUgw4ABBhAxbTV
Ytvqji5WVhjDJPgI2T2JZD2j9yxfIBlbYIuK12bdrA7dpjbdwH7Frgvg57F1BYck8HIEJxG4
AUY6Q/1UZIUgBSIwJCngoSOuIThccH5PH4UDNaAz6T2LksfkkzMyTBiN1xrkkh+ssZSRAK2G
pqC11CpGcKptLtrdzD8eOML1KFitrFU9wFKN9SWBIwY6qAFOUIUj5afzWZSqsrU1tYdKrD6a
S6tEVQkcBQWOWHP1wIOYBMYgzGCmEcgmHIhAnwwJweITmKeB+FmFYrwMrN8ZY5hPEGZj8UDs
QASCMkgrUWyn1QYUbm8c6dSMVUAfixQVS5q1o2Tcd8j9Kx2h/uwKwvwXbOVyLDCQw5JUmV32
IP27Y+w/VnZoykzHUPhgSCSAIfkGBQYfgYAKwjl8xXBU8jAMLEsoOecgQ8nMHMAGR8hTjoJu
BvGcmEfgAZxgsTNNGxY5DAELYW7aal76K27e12lpqrNuw2knULwMzMM3tVb11h4qd68Gix1K
BypwXj1jOcEBRDgz+BxMJkKSpWeN5WpEtP8AkwAXBhQxGxDAsXAPQk8gjkkHKo3YdY5EDFo2
AUBw3Ynx2ADtk5zzgIxHQ5qHH0l//W3JxGmQY0VHMXAU9Ay2VlWfJ0dhEs2NirW1nazat16V
rGqMDIEt9no1tv8A/oa+o9vvd9X/ANA3a/a1it5exwQCQZQGL3HsDXYQykfjDE8z/knXq+Mo
4lbqpsdTYYy8PktxnBBWcidjEAx1YsK2JWkk111hFOpGFZJerqj1ieeoDzLPKueyxFDKa2Us
OUOZ0SPtWsHNRXCRQmXqUhkYQdgGN4mTOr9QrddC6uu7fdL4yL5gMtUuB73f/X12dnj5gT6p
TaxfzK4sJHVhOxMpBJZfqpOGwsJ5OOpijkBhHBEq4vZUJsrrFmOXKxmUnqCSuCCBDkzxuIMi
B2nYzvYJhwCpDBC08TQUOJ4FBFNfXqnWsYB7ZLHLkGKnjHWEwMsa1CPMAC+IbIuyRCxgfENr
GKxIAVbdY17FbA/tVjrNv3tVS7Gw2zdqaXas+nFss9Pal3rNHYSe10nXaRhkHKqogYLA4IDA
RsszVnPQwLl+p7IuVdeG5IKrWSc/MbAH8g5jHMBgbnBEK8rrsQ1PATMFaiGsRKwFGQRiWDEI
AIQEhSGODH+oxiBQW7mNq2z9S4BtVxDpXR9C1YNGyNoWAf6+1Z+jbl9O0FdFlsXScDXIqqTZ
XPtrumuD2lCYbWdSa/Y0hf3aiH9hVXN/fW20r1KhxOwyTMYgIz26Su9JaMTjCNhlORcv1ZsL
Vgq3zkmdm6kkwDEOcgSvAOTlFInQArXZbCB2KLBkDsoJZCUKKVt4RyIDlwFyzI0JE5BAM7CF
ACQQpBJYZGCZ1xCo6nIhUkMVBJyS5YBgQ9hA37f2K6qmVgMFVvBBuWC2mlLGNpupeuOqlkUA
nIY5yYFHUhTGRicqas4CqMLY6RrVKdVZQ7IfIGIcLLMkNgM7ZnYlQpijMzmKATWdJC+/QNck
kk4ICMMx8AtksGAI5hIBAADh2hUmfVWKkfgYJbBAC4xDgT+eqkMFMIzHC9wzTADcg3dRUt7K
1liOTZiV74rVvaIwe82mvaes3bN95qAJVACVbBHH1wOvUgTqcEQ/2TpkqonU46nOSIOFVJa6
ifVmbAYdewKkqQAq9ZV97L6GqsLDBHWdFYDBDFcEHPUZJwVwB/c44LHLExlMT7TpXMrjzBY2
1x+x3Pl+q2HtZd9vOufKPHdYCUyFXIOMxq1cbdIpsHApKlq9ajuaqmt1PXMld1Y1b9vZFq08
milbLN31xXWKBgaiABiECNhYuSCvKAE4M6YSrmc4Yrg4wyEjqAXYAqpI7EABYqAQ/Itd0+4n
QiIAIGyQqkkTHPWYJPYhf5LBSp7BhKuT2WM2Q1jk/XDYYqMhVwzEJFC5VGzYn2+pLKvUAABg
p2aK7R4nmer0sWnnxNPe2Al9e08KvZfR6k9SPXUt/tKnF3rWDX67UhwDDnCsTOZg4H1hLKps
MqscN2mfqqjP8sDAhmTMZHQCBgR2WB5zMHK1sYTgktk5xnhQTMkR8AHBhMVcrkZHLfaE88ZB
wQ6mNf4wu1cTTb3HAC3gWM3J6xFInQyuoXA6lcvrrNezV47q3dRrbFVKL7S1Yu9dcVVVKX7e
wKfVWeRdOkI1QQW0VXL7LUSh3VQAHBJGDFB7DJBiA92UA45VEKv/AGfIGSIRkr2zhRBkAYEB
xMhlHxgEMQIcpAs68qrCIpLMs6nsCFiucnmJ1DZhP3Zjjsxly5BLAVdS1tdUWwpLuLKmDKWC
QEKHe0Waad7bl8bbliKtjC+0kqRYZXaXTV9a9hr9ZqAJq01xe/YoCNjy1qHJm2i21Wph8Bgc
CMxJHMzyWBVWOSzFvKRPI2fKQO2YrAhQQfgL9SBkFjlSZ/WA4KgxwMD7QsQMglsLAQHZ8hSx
hySrkBsRMk9ofgZMwQGsdYHJnVFjvyGLG0F0oLVQZZWDEada3bWvV412aHsGyu5sWV+v/wAS
+tax9T0Wspr1qK0ahWKIFXj8D4YZDrld0sNe49nBMIbLN9lVizErGAwqcBQI6ieLMWlla05b
p2gBAnVSVbEA5OBAeAMTLAMDCCGyCAuG4Ug4YmMxJB474nYYVueolgnHbknqpjrWYc9rBkg4
Acg1gMKmCAbDmV33Vyzb3crsbbxlsAxWSijI2NmianuaHiuGUQgTEAxDiYM9ufHTlYHrWBly
3Ar+LHwwsYjtyXVjgEVqSW4jg9sjBJgPKqWhEHbGMAlsKAYV4XkBXWfYwkYLYiEgEqQ3JwoA
xhmUzAmHljFiFIhA7DAPMKKyunQtnGDCxyL8TzmNtMZ+yRG2LDDdYR2fKu4PkLt5akfU9peb
q7VZROJdbWituaxNdlhnvHPRVUoK1aELkpFUQrmCpY1YB8ZIZQID9eIcZYT+RggrwTAy4wBF
HOGZvgYYEczsDMmNycAQcQmYZoAcgEQtg9RGOYBiMcz6557YJNhJc1hQNZXh0QZ/rOG1Qr1/
+eZ02fTX1FvW7Jn6F5DaNyKOsOIiAn/Xsi1bLUqNyopd7QVrYu37JU9K4TW12qT3qZrTmsOO
p4IQCdCXYGM5jA9WfEL89so+YSI2ZgwKwXJUMSJkEEAjBWZyAwVcNnOT/P1wBmLM4gGTiYxC
TkNle6wgFG+IPtGJnIByYA7DqzgJ9s8eHGxWeqbXfy5EsYCrfIagtBgwWlV9Yz3aFiujDRbt
TVXTX+zWGVwxBGPanNdQXJOIrDs5GFI61a95L6OwFrAEf5dSzKCsPELc2DM68BwYTkForAHs
oIZcA8jmOV6nIOJkCfILERW4I7EsRFZixxlchfrG7Yz9SBB8sqdugJsCgpc6EKGVAqrsX+Oa
YF1nAF1YcEBWvHXW3QW1bDA4EGMelv7UNWHHgYhq9vXU7CkU2AhCxnvNkUqnbOKya67bDres
DCn1mtWVoqWXa62JfX4rCikBQIBCvBBzkY4wAYoCxsAFsQFTCICICYHi29S1pBDORjAzA5Cr
Y5JMGcqwiliftMkzoCpUgPXwACAR1ZBnGWBIi8JdYzP6y/XByDOoltQ7bQJ12Tsm3V4rBxFy
Z6i8JFbMwMdVMv1kdaq1plbK0962djtyJoKgmvUFXHPGTie80+h7ZGBBxC2IeTmDg5GCB1Yn
GAYMrCQQMTtkKIcGEGdiCGnVTCB1HAGDF4IyIh47/hnJHMyJ9RK1GbK4MEFAwAJn6tNymp9F
tH2Lqy3K4vJrq3KMaoOE361LYxFYCaLgbAUoE5mIfi2rMJNb+5BY4ICAY9XWSyjEPEUwgTe1
xs6t1bVWdus5x/YtkHqTH6qB8ZOQuAcwgNOoM6mHgKeRhYc4GDCBGY4XJUhOvVcD5GYpwIcG
EqFAOUOVUDsBgWYKZCByxFfXouQb3ZreXGtt26z0b1e7a4BSx1XZ9kPsRyJoqWu6jAY1sCCe
TPIrHqpnt9ftUFKxMLPW0BNdyQtVnkqAw+ODPd6amzqOuDCAI44AGCuYyARUzORCSYoJhBMI
YBTyVWYABxHODhjCAIPgCYXAGSQQVIxkwP8AbuhiFItQMVebCoWy9MvfF7NWOEx9XJJRhgjA
9Lr97CMjZT/+n7RcIzcjPX1rD90cy2tBKLjYpYCbdRsFO5soXtq2Ktmk1P8AruJSAlTkEa31
T/lNmxq6tu9Layo7/JGDLOIciK2RnAOScZjcQLwQcgKp6mIvHDBsmcCA4GMAFSO5BAzDwR2i
YI+0Ckw0UwatGEXpf1GbFUo9YA65j9c4Qq/Vam4WrHZwvT0DkE8jcAXf3qzZrPkNWcpRbZVs
bHvUqGz7vd2axvbKSn2u9W2v7JbR467VTW10bZKtcqLYPK7JpXsderaJcgzmXoGqQOE7EFQh
bqSSqguxi8nIEDABssORBhowwMsIrAl3xPqITx1KnIwHJLT+0GBMAw8QNif5ooECLlRhra87
CgAsAUtE4ErC4dex2LfFXkF6z1VxmeiGL8zeV13mr7o9Z7KPqoJL9GgUgsOoXGeyk6HtTQze
zpuqosH61Lo1d2xVVTpr1qs6Hc4wBwwwNhFW4oe4KmAAixWiqGgKKXwSi5IZYqqY4OU6iMwB
wWA7CEHAR2LITHXACiEMDgCZJmR2Wl7EFbdvE8Ss5sDCDADEkgkwEdWOAWGfNrqCwYbLcVL9
2wZ9yfSKRaOZv9FlbLj3Gr49jK4GYOuMMpJJCqwU5JSq219bQ2yUrrr19LstS1WX7J6omt2f
aAimNnHtCiWOQpFjGO7kv3yteIqAAYCgpFZiUHcvWwiJGVBE6dexn2YtXa0au8GnRcrVplDZ
q2suv6+zr/rlaz/UuJVq1Kh16gfJVH3WrL+wLT920s1+2hGzuGNdexZ7DPComrbpo1jEG5z5
KVGPqorXDek+zCe0RDTS4FO5pnbodWRlKiHksD1ZiRr61t7aPpFBTW1qB7K8sx3CF2Wt1r0P
Wjb2a6n9c3ZhMfj29PfWOVYHlgIjAAiNjHBh4UZVNfHe4k2MYRz0AirhgjiMSYxINm3YpbZs
ETZtw+49YHsdjH795P7t6D9+0nuk7gAW4rS4o12/ZZP2iI9zMe2Z3zKnwbM9mUF6gBMd3XX6
n0S4AE9rxra9YNOqqie21Go2oCGVgQ1QVrdGrX09ez2+sS21fYdq4vdqUC0+3otSa+8CNte+
16wCsKSD2EEvQPTtVmrZBBmSD8rkTKwYy+SCMCgjyWnDjmWfKYKhgrdyFRwS5DmxwXb7REIX
jstakdDBWYygH9cRkxAmQyDtkBgGJdGz1cQZArR+txHXq3ao4ZXU2KST6z2FWu6nM9qB+trW
V101e60lb2FtPsdNl6kcjqxVSvkSp9tRXr6FT7Fmy66rAaFYSNUt1V+lbTCT5PW4J+IDC6qH
9pq+X3lWHrxMqT8EANOpJWsZtTtEH1qbm3t5euTYC0HEAw4yUxlWDKQAzLy1blSwIIxggsxH
YnAP1j93PzA2J9CcDqlJZbtVxADm3xlbVYRUBKZxQr9g5B2GE1fb7Ndl27p3a27dpMFs1lmp
upW1+r1YLmGpmr0PVJbC51xs3X7p1KBACDXQxTWtrVb3DWbbDz+qYBlGJddTSm/7cOnk6Shv
LVYnjsKjJAYBgQxyoAyVYxVYLSFay4N3UCWKcgJFCdkx1AwPt1UYioetNeCqjsB1ZclurA9Q
R1ErV8tWRFUMpXIpqreeAJNlv8ZLEtlFvsJiqAOvREAVQA0etTHrfyWoxniBli9TXwz3JbTp
6lt5r1Nc00162mPYbdmzc3+GvWQCVsTs1q0ZHqjcnabGx6rHbY3adZNnf2Ng2NmJQXC96idh
bB5KhaRSZ9COpwwYwVlI4ONTBt2K+zpUpF9bAKgKrQ5dqyIqEVms9AqypCy0q6qikzqWiqcA
HITE8cxk4Ymz6mvqQp4LP1OLCNZa42He5wXTk019nKYdyViVgmunJsTI2B0btma+o1zPTr67
au1p1V/vUtLdvVuVKkrCV/s3omTTXWDWAo2uoRgCN1ALaLWrFlz7EXJj1fdX6JWGaFcxqlyl
WZyjVLrPWyqrdS8fWcVazhLLkDBKxXLCrqlA6lTl1BhUlOn+JKiJVV9a6/oEICfUEjP8qpIx
OytCjktUViUVBcjtsbihhuWKw273jO7lEJZQcgUVavU4ZepS1FJ2wofaZjdZ3i5Wev8AZV69
b+0qssS/QcVaWhcG1b6X2XDH1Ws1JP0WlcSsZF7dnZ+p27A1wGWTplvoMm1hS5P9AQCpUlur
gYaNQ6rlwF2GUJseWHWBljipatsvCoigmJUAWrrhBMIUBUTNOUKvkDLzxssKlVyBBmeRo+s2
XVkbIMZcTbvZZrILbLaNdBTrI43KxWCTiitcttZL3WTtwiWWRNLbaf6rYKJ6bYMr9FkV+j1F
g9Xpif6rVJf1bqfJtLXRRX2pREHtGFz6dbpXWTi0djuXeFHctZWDhj1hZni8BB0nBlp+qnIR
ASTWFwHXxLGTJrZqxS7WF6jnxqpPyHGHt2idfTstRtShVNVYSlNZ4+jquF1K0rsArCX3MqWV
Y8WvYNmmtH8UOuBLNZWF+qlQd0rF4S+313rAZZ6rUZXsfS3Nq57WRARlhFDWDT9E9hp9DpVm
vVornRYeoll/Qa26Lp2MGcfIAEKggVgQgFadUVWNgGz3Phst9ta5vssYqWJUFVLZKouKqfGz
3sDZZw1paFyJ52UPa9sUdQPk0t1rqVhbRZrtqGvarupUynXtser1gAKrXPNYI9jGFj11l7G+
zpLNqwItrNNm561O9eX079uxSWc/aPsqJdv9RbfbtGj0dzGn1+vQLtqmive9qrvdabW6wKRN
P1127braevrCHPR09mzGraw9NjIm1brWMKL1R9yt13esu2Vj165NYv6t++C+yFCMXG4rNQwZ
T2IJOWCjJaKpU1rg3N1rLjLnIGYVyRnKKYCjnKLFs7Mlis1Ss0v1bNS/TtqvqC4ljdRZsL2W
04FkTqUV1qqZ+x4wuQS3eVaypaa0qrYjGBM715o9OS419TWFu/WG29/YZiXc9KjE+zWVATxo
F9UKzrcwQmW2W5Sq9yusADo1WHZ9XYhrvvpdNhSA1bS8bFJo9jeltfsw5/coYWey0azb7SrF
lRujsA3MHbsCxsRcHKoz5JYCdjPsVAGGqAKgsqBVSsEzYsAXTMQsYjsQiXYptzN68LGPYgkn
7QdgbrXZR8kkRcBewJYMCGyhnUwrVUu37KtF2d97HXZtELM4ZTkVsZqrcotXrDb3b0lnRCTM
QzGQAc8T+SuZdV3lmqMXWX1t3vtAW9YpvLHxCWNR2xa02TsIpK5U8g8U1lpVjF/AHMsE7ERT
X0DII7Gxddlx0IW28hAez6/ZIbiqav3lPUS1ay1u5oFyiLGY5LHBOSzZikmZOO+FpwZc/wBl
P1/jIlrbW41nrP8AGvq3Jq9Oqz9StZs6Qc/qFW/QvevY0yGu12rGleaBRs13Dtz+Acw5mcTs
JiOol9C3AVsgGWNuoXtX17NBpiuKoR/ZOGuatkK/P0zSoNa2oA5DN/VwysDUrB68QqgS2xZQ
5w2yGgre601gynrla8yuwVrf71a7Nn3DXAWdp6+5jLepboBBgzIaM2Gb4VhiknLVl7kr4A48
RjvgWXssG2Mnbrxbskh63uCaGZ+mANmplR7nRP2fvVuVi6jdRwlgwtqtAfwSM37NOuvsvfre
j7NjJrs4enZS6L1WcAuQYuFmVAv1jZbu0FKghgIY1KBXQ4Flg4JwtThVBBVeocgdSQSRkFQI
rkCtgGrrZYCcbjH9bBwBNbXdppaliran2asifbqo5tQlns+qERPhEIAVp1JnZIu/XP2qbZbr
hgdUELrJErVTgQA4IDC/16sbPW2yz1+3VKnv1z6/eFpKGDsDbdVTXb731qT2Hsbt61KiYErA
6KRVZYr1exDQ3jKv1OcIFJhUMu3ru1L1Njq6lWyMAPlct3MZAsUkmw9WLvj+pr+wBUAYErGT
mAyzLqvrwz0+tVTVrokquAmwuXXaBY7q5pu29hnObLioGvlpyEX474nkAnki6W0w1/U3K7Ub
IUUbhBp3hHTdA8uwkG1YJ+7XlNuhoqKytWHlnraSta+PYqsVw5RV9pcb6/0H6kFHDnqrsZWS
GZiSSywW2vNffCFLlytwwXDC08W6dTo6dSiwgZsIA84MLKYjc2MexyS3ERsAElquYFIjDhRk
GsgUrk1n/GAMXM6W793SpnYDS032bqNSqhduo0vdkmgHrXrm0Lo2iVpbWOwE8iTxKBgTImeD
OIQpj1Iwf19Fkf1FYg2L9ewT5lmqxto2LRZsW3PBVq69Ww9dp/1VQN/p6urentCvRZW9bEAI
HLKgV60aLbcs/Z2RK/bWIP8AZqy17i2v7Onq1AbNgKMx7qoXt2YKlpAK5Z1ZW6jpjAqJ7Vj7
ZOVPZkBzYQtS7fS2lw6hZcWL+zUmkFc+v1xVUGm9StiWr1FM1aytYAwVGXqVp+nXMCYhEwIZ
icQifEPM9hrqyhetQcE/2llIZ2JUlHsc1oCFJAUEAfa2ih2OlQ6WerXq2hfULLCr3OtS0FXT
Yp+36tfRW62V+vO5TX6hK29pT49ivDE1dbtShLHf1qk3aY1KLL6Xs+plqkysYFAcsLsPU/du
2DsOPDRr+RtcBYMiXKWtevy66LizVdrKgwMvUGu6oGqhv81QHRTifIA46TP4MzxOIcZZgoe4
yuw53S3isI64UAMQwORYsLAQJ2gJVTiLCFyQeuAQUGN3Sqsq7Ox1Keutu2msiw2BFDHUQprg
ZX3Kf5dcKbNikIPXYLc5dP2ddh4311DJYqEsqrVVayhmd5rdkU3EjVf9hhWixgMNY8UkgcLt
UrXb63I1RjNyg1KpZqqR+yv1CkZDHImIQJyYYRMctGbBtsxABlV52v8Aq2Qnc0Jg5MLsZbbY
IoyEwIoXBOGAxDy2ew5hc9ruEpprsuWvx62y+bEB6+t9WgUYELgD3ADUaadjt2MKtayyvWou
eyjQ1+1PsG67usT4VIy4BUFVWrOXKhFDMdbVNB2S9V9T90sQGNaK3IInsAC2onj105l5K1Nc
C1AV7ugyDiLkkfg/AMJhjMFFl2SSI942Lde0CIwxt3is1W2WMzAKwj5yfs3X7iHOB2A78HLR
HYFgcEMx9q7JRSWcaV6VUbGHu9VRWWQgDIy9nUe12bCmuqqL381tepU1dPr6+vtNn9Wkk51S
6oiYstDZwQlI4Qsx9Xrq11tfevfQuEPRa2zU5FjUsbEqrN+2BwPj3F5VFtbHpQSuDCmYB+OJ
z+CQI9qCWFmjmtF3vYDOrtV1Jq/s7OzZdXrVZtuPADESxhHtIlVg7B64GYKmBMkztiHf1gW2
rTK7dxXVmZvd0htXS8eujt5LSVaz11HipRjCyGP9Zt2efaW0KfXVvZtdgh9n7Hxyx3senWa1
qql1tSrJsuP3TOFGJ9SPW1jqJtawtXYQhabMG5xXZrPxq58nWWuldd911rLy/raylKgw/MwZ
gxrgCbiY7uzDAGzsJUu1tWXslDtKPWtZAaNKsB9i0EJAcwkxuojsjMv66E7OsI16RL7mnl2Y
ezivX2gVp6rUvHjEvQOmz66xRbU9U16LLGGVXDdxkTctFdanrLuwq0UZK/Y7bVVvYzHU1LLp
q6qVrskeDXD5dHJWkdaanJZEJ0lIpOMAHG9X42sVRbsf2osCpouGPM9paypedcjU1WsfXq8d
YME5mR+GdRHvRU/fp6NvswFd19lfrnMp0q0S3arqBD2O+yEj75aHfvAFuyRZ36drCGpYRSAo
ts6drgBS7LTU3cjlBwBiAHqVOHCldz1bWNoa60S23qWuBh+yeyuCqh7SpfPZbYaabrfJZo6x
ufXpFVTALNrr+pTsFI75NAzK1IIrXNKEL8wS+oW17NfjdqcRCUnrXy4abuo2wtPqapVUK0AO
CWg/GOZZsi12q2LTT6ywWV6oVsABrgsc3Wga4xsd3UwNWsS5ABLD3KUP2OtYzfodiNMA+EJA
vFagQgmIBOZg4IIjfNoCBLq+tvLeNsFnQbLCy9FAXR12VfY3hgKmdvW6jojVAwoig9J0FLAq
WVEylZIpPktUTGQRDkT2mqWekMa7c59O2XWD4OPwPnEInxDidYNeoHoqwtGZ8KpMq1xG8dYt
3E8l1iqhue1k17iV1bCU11wNfqSAfxhTAuIVzGTgOocO8UZgMGQXLGWK0sTIFLoOvBDBN4mq
lzhtRVshNCgUajv4KKW/YtINgwzASxFnsFbyL9XouDW1t9dLr3xyDgA5LjM26gwwqTfrxPUW
+PcGMBTMTGZ1xOcETImTmJdsu3jti0Wk/rKRlVFm0iDb3y5rrfC5tK6yAhUB4BDDqRkdMTqr
QLzgGKSYRBQpC0dYbOgO4oiWBiRYSXsYlXDbHmU11K6MqBPa2v5WII9bQSTknt9iOzCvABij
g9Zu0nIRjKwTbTYnXT6+RRFAwPnHFlQcbdYr2Lag609q9nSv8uuOZmcwHj5/BAmROJgA9sTM
azAuvONja+9ZWwVqbBXQJ9chczifEUEjrgDIIzjkwGYBOVhL4eh3B1UxWgUcRRmFQA6ZijqC
Aq+wIt2wiG2pFWuuogDWXsusqF6GZjqAqdVQEQNL9M2KM12pRkUI1VlZIencaVuHXH4xPa6z
G1MlHrCv6u//APSuZ8iCZx+DnH4/drwd6oyzdUS3dsYW22GVii2a+lkLX44zMYVYnqYteT0M
AyXXhtlFh2fsL7GI/ZiBsqi4IgXE6zMOJxDiYwcHO3sJXReSH9dptbYuqgUUqZZQrEr1jsgj
X4BttaBXUBRj2WmtMosLqBNCwEViliihIfmYM2KBcrh9Zb+pXXuei6i9ba/wDGYCfwczicQO
4j7HAe9zgoA1Baz2GtTB77qlfvUMp3dS9QAR0mBgqIq4JUYfXQka1c6BCOYeAv8AU8TJP4Hw
IQIQMfBt9nro1+1bt2ppvdZ63XrqqImTHyosJxhTHBLAgFjWFpBM3qEu10stqbWLMmnY37FR
auNtopbaRVptWxYVONjVUvsKKnsoKN67Zs1LwOTM4OcjP4xz9paD2OSyPYBftsq2WM8JBGWE
VsDs00Pc7OuabVev+OMYh4mMzrCgaBQIUWdcE5EUzEAzCMfgqIyhl91p0haqAV1tZcIgQfEU
HswGXUMHpKuq5H6xZ/EuS6VxrOw9nXjY9faXIp8e0eFd27Kwmna6uv2SMJ7WplXb7+LvZcPX
7dl0zxwYJ8/jnOTBqKI9JB2z4wxgViU1mYLUvfYqKMwYKqWGeuNyVam7Y7kmBswn8cfjMHzg
YKgzqYBCvWA8AxjySCbKaXY01gpUFYEZ5ExMCYxMCHEIBloIfkj7dd6kWa3rlE2lsWyqtSl2
tW08BrJQJKL2AqsDqfm+oW13q1L0bLdtT2F1T02+SsQQZhGfxgzxplq68e1sR9pa+AFAD9TZ
KgLJX6lsU+rqg9bRPBpVT9jRUtt68/bqZvK8V7ulFtjLAZ8DM47Z44IcFSrCMQR2GUYZcCD5
AGcMIOITkn5wM/ziX0dywdWX+2yVGvoKnjvWu7U0LC9HUEMimXKqgVmUOigWK0I49joLs13i
yp6WYN6u7yaak5xmDE4zyDzDCePbV9NusAhgZ1OOpxrHq27uvSy+xvrNntdshdsO/lOQ5Koy
4NrKwvsU07vibV3heVIMGSMRofj+MAwqBGAweCmOxAwVOVEOZkzLZyYe0PwTiBuNlHECLncc
jX13Iq9ddWD6i0kECYEZAQ1GZYvQnvK7CQeR7jUXqxxP/P7J7gQZ/A4g5mY25lbNxunsNjzl
EdSbQCyo1QzjUAe3b0l2a7/U7VLMjoErQI/EF0a5sPfb2L2E1eUN6xahXrqenxBGEEJx+OIw
MYEFF5wcBTjGAQYMZwJgwnMziE5gAAcAhqyjXOLKa+9Nvpw9m7qdadjPJHEBIVsYsqySnVUu
BW5c17FLIfW3eHZpdXQQCY5mRMDtt3oiOwMYmYlbtW3l8s0eLgfqBmPrVM1uhRZG9JQwPoqT
B6SiL6ikQespEX1dKnpVTXrk+EZEBj5IHwDMiExzMkisYP8AOJnkYmDnsAFMc8HkH4PE7SxQ
6PW1a+w1PDZ6vTfV2tVkfe+JnM/kQjMAyXQENVhKsh/ZaDdKU8Tf+fuUVLBMTqZ4mjuoGzd5
LGPLZmSCWJlVgWet/wC4Y6hgJbd1Z7giCxTO2SFaE4DXVCNsoJsbFhWgnxfM4EbmYIgn8MYc
EHEU4HyMDIA6jGRkEcE4zjIjTMGMn5zx7UnrZctGr6ZT45xjkzEwMkcEGGbIcSy9iNhQlvo7
lq2UOYcY/HM2bcVuOeYTmHGAmQmBKLejUe+ozTv6lwepbDt1lqmDxtvrdZ7CwRdm1wiZVKLM
2NR2FtSgbFU89ca6sTzLPIIdgAC9HYnjrx1zOQIeJ8wDIx+MzHPOMGEQjJ+B7atms2bzbX6x
SuuOJgQQkwgxQQMkzrLKg6tWyNsIq73gbX2dLZFyCDGcD8bNWamYE45IyfqYPqHMocE2adkr
81Zr9luVrX71sH3yFl9hS7Wb+ksv9nqlavd2Io/9BtAetey3YcgTkzyFZ5ewN2Cdq3qL2Yi1
gF3WRa9pbFDCdsiZyARBBCBOhmJiHMPzji44q9hb3ejNm1qoEp+ASIADDxMj8fBziES2jyC/
RsbbuoYn1+vd5BnH8gzmOzvVZUUbGRiYwWMALLQQkXZQnqpjVgEUsUNdiMgbre7lkSNhSOR6
ZujAHsAcFWhAAIBh5mFWMeAFK+QiUbfFe0jxXOM/hTAZkTIzgZwIw5K8AgBqw4b1lYNOkg2E
UheCMcAAQ/OOXbBxDxC0zGqBjaiu1aIgziZEyJmfMspRjdT0ODG+FUE9cQIGDoyGu64BNzlb
6zNfUp2KaqlsqdixBmMBR2HqQszkEEk/JXM6EQ8EngsTEaEmKOVYLK9pgyWq0BizIM/kjEJ/
B4nUEWKSmqxNe0T1/WAsAxMTmAcEYjCNWC2BG4hxMY/HH44MAx+SSoKfUqGj6v2OvYB4iCaW
dPG6t/ZTrghtcEjXdXfuvrvXVWaus+PKyBYP6o329WAtYsYN2OOZkw8Q4MbsSSOy9scgD47H
BtClLzld2xZXarwYgM4P4IM4hBMPx4MXMoaA5gMAzAIsxmMonxMRvgfUkETBBIOVLTOV7HOS
ZkTJMbiHrk/YugE5zkiNgP8AIBJLKCyKAyPbTp6d3sLG9gCuwpJLDhKu406xVQMdmfjzEQ2E
DsSykkEDowM6FR48Fl4ViEK9ioGMHOtYVdTn8YEZR2EMBn8nGSoxiD5xmcCEkAfBEIyCoI5m
eScTtCRM8fIMOcZhxOcFRMYLdcDJXA8b4NwTChbOtCgVrynrjgW/0vpF5/QChNWouwRErACf
yxGCFwp7Q9YOoUeIwHLEDI5/HHVMz/kVIFeGanOMnPzCpnMImBCMziHEAgxgCH4UEzGABicY
ZWhDCYGOTM8/E+Z2xOwmcnCz/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AAOr
QiXYw3tXqNDVL+xFsBVGAx+lWBOyIw6vYFw7xsqgiGCoIl/pRGpDBUGoyqg7+Kd9cK9hoyH0
oE4ZEjKHCNz1VhixMFEkPH1ItAaR1R5aGFYmfKcdyGr9xyqtBcxCJABYZCJLBsexHkHlO4bR
+9WIbylm7kMfCgCxcri2emUQAy5BuRb2qTlOce+VYGBkA7OiLBxLEID5W12Q4/8A1h4OUWiz
xoWQkgdShe8Df5keMDBJEo8QXrkkQUxOQwAQBBZPDsGdeZnREIPjRE6bJ2Y/yqcbJy5O66HH
ctkdD0wtx1XL2eCYkBjLdV8P6/eVTq6D9F6rCTQgBeoDo3RVDu2ivpj6UXEmVYjBxCYh8DxV
QDGgQA1b+5CzoAFyCXKBXqRgSg/tQA9pwoE9EG0yESWAfOqJAljCJtBdt/s+bkradXdWsC5I
xhbNbHigWl0RiwHuRcqxIGn0qcD4QiQMnPimYSBP3UC3mdNXI9iYhtYWHBMDomcs0CTKDAvU
TX4f4+XJWqC5IcV+zKPIs+jIsz6b4TbHJWOj6/fRq/Iz1RNrc7Dd4++j5n6McoZFRooMge5P
hwtuqeniVALhWcZw4QMGMHdbqfpdBsbLqOiKZnBQAyNV5jCDE9Qs+5VJy+EBgwvULNDOVcvD
y6kurnV4jquvVRQsNQCUZYgsyrapL1AhMA7D3rkak1RsC8u2qqYjQdy9Ri8Dv+ZfAS+rIVZv
cUTBnVEsXZA752XElhaAUaki1bFEAOXyzojYe1ZecunDkg4R5ASMjCtcMWhtFc0y4nREvEZV
hycE4XEF4Gf4UBAA1OVuxeMriS76oMwIDg/jRhz0CIZh83h9lNXGm/8AEmedigDUOdhCPI18
uo1RIge9MC3eJKag7yf7U2eqYTuuuj6rEj2KXTOAMzlYdF36SycSdsoHT3pondNAUqXD7IEF
201lbf8AKAEgnKcYEl3WEwxycn7yByr9WVjmf1qnMH/hfvGEbVEgtsmPqAP+v2lb1LWblo2P
5lZrPVsJuEj2sh5CB9p3f+VVBIGSA3RGos8vj+VW+UxKlxbuGESAWGUByzMhk9iJwGdYACrH
l7+qDS2O5MAzOzHMKx1hx4rfzI8T1Ql6l5RrodVYAwSBHTzIg67lHkMEshWCwA/pT2EsU7Po
g2hVYaGz0RJd/aIR4sSd+qItZrCS2jo2dtiQzoCtfMMuicHVymE2w4RJLndRICGgCIJYIbBe
Wdw6dvBMzMp70wedpUvPRN7ymFRCy/0oWyFsGTZATAZ1W7qSywq6gkY/iVZxorkKQAQcOmgA
qoseRtLDvTASQN9E/a6JBBqcjojapc7IPC6KDIXA5CAtWzjUCEfyyL0Oolm+2uO4lpwhXA6q
IA3Q5ZB3/eVgD5iBCFWYvgogjL4QqXkHKsMyictZm8EQAerogQ5MlVq9TXOxROGBZOIbdA6u
qgB9FMd6sfmfeGRLAOYLoE50RABNnbojY6y3egGwwjontnZFi5RcrBRcMdECH7lDv1H4UAC5
w7QmIIIR21Ue9Y8SgSROApnuUx01XRMZ7kHLNhFsFPWBq+eyoGhf+pUbaf5VY1gPPsUDvQoZ
QLeZo7lA7GcJxhMmRtlDQad6Yl+zmPFeYAgr/wBAFDLjSyvQ142qWITg4OExEapyQQgK1lpK
NiPNBB8VYAzpCBMtIsrn3oOzkzonJzsrF4csMqoHwkI1MWCJHR1XlHmXI4G2V5S74cMVL9TK
45YoMeIHcnsWPtdGPB0//lA6lNqVAZ90zxsoHY4J6hE6jQFS/euJAHLuQjzDeFCa5gbyvdKE
517GELAJ3Xdqsv3rAXHDKr7K3GQ4dEsAAFY3+Svv8qjsJcjZkXJKAGO0g4VWOrrOexijXLE9
l/XqGs09ZTAw6BIkhO6YCQNVadPxIvAUwdhsrZfCryUBwQiQWA0VC7OIRJl8qJw6qMsXRckA
5Zci4bHeiBA0XKxKYICyJEtutJ1CYzbRdRvKiWXVTlO7BQZ2Q/ayUQI2TWlsJtE4h8IjB1Tl
m3W7SnCd8rqiAidllOAyguSMP0X5bF3d16hG0HKtYgOYgdgrWOWUwED9IINPaQMEO/ZcEwQ3
tRBmWnP3UKDR1atQzGTv8q2A/wCU/wALBnP9qIBbEoWJLEsy5Yb2yq6wjyJDCCESWbdS0ABk
YauOiAAYH9fMgwYiXCPHJ1d2lGxs/uQlydHdN7AynzEZKiWTGH1U6fUnypONCmbKz3OnyRoE
CYfDo1Ij7Xcn39ihiRungeKcFuuiY+0ZVgRjVfEDqFq6awg6KAzywW6kZhd2Ase9eYOeiBFP
MVA4lEVq+7f1IhqsNlyIDd3+ScgM0R/knIZ5Zh+JRh9gsMe4LHfARoLOeiDuEM+Kn0weqcUy
WlHygIXYENgIECD0RAduojK5WPmJkqCO9fCZPzInXVCTDHo6J+HqFMnToiCTmBomPuVo/wCE
bVLAZf8ACgcg6oVMyJQrWS+n968xhRKFXf6FLP0Ulx3ogWbXvThhusF9GXIs3vUEeKLwSoEm
GKcfLl1DdycnuFQyyZQae9QnsA51yhY9+E+SfasknUZdQGK6v4J7ebulOI93ZmOiIEjdaLaV
3IfZQFcIm9WPV0PKC+Q5QHEGxdgXwP2eSqasxGgZeMIcgLH5idP3kYDbgOgRUgnTjP8A+tH0
7tMMY/AqA0HmLFyfg+2r24BqkCuZj95En0yGGxA/pXD0/SEsZBJx+0mrSeMioTGlqVH7IVhc
kF5BDa/cQLSfFaAOtfezIccnJcpwMaumtodYRtsMLkCy6nI1H3UHMbIHA1VgSAHx0RAYDQpz
qhxkNqmIbbKIOPr/AIUz/wDhMAIz1WxTZOkrDLbofxIW1hMZHVHuiE2N1MnosYxmE3w7xlAC
RrougwnIYBAuw70OJ2ygWkpzUjvhZboo+lSCmymGE0tqsImY3RBkMexxKvUh7Vkdyc1kfQnI
8269MVGh7lUM+M4ygOIYgOEwAEuoDI2NAbZ8V6VaAEUY29vw/wAiMBMyqQJAborXMFm6LcdV
fgJMmeqr6gBNd0AMb6oww3OSq/C7D9bo2PxYDYXJp3OESdQQd1YYB/5T1JnJRJLPIQAL2z/c
mJdzlNPV07OCNFNRUAQ2qb1DGhRAchOIC822iYe/KcTu6JACfXbRebCeodoHegBlPkrQfSt9
nT67BasfaFBc9UxcE6aLM6bJzI3TksH0UGPFb7FYdkSY9v8Acg+qjOiaw1ysBGcyO9DlvITt
3Mn9hVPU9MscMNlU2Pn1GqhUrlgXQBGNh1Ve7slXr6NmvYeUr/2Bnkl1GOy32WCc/CRHeqim
ru2Vyk7vqgAGjKctu/8AaiA7df7VBJ44BdvsIbuAR3IPg4CNS7nDYWwKC6LcbIjMwumyYaoi
5c6AIcS51Xmt3L600kZcqCAEXZxhNghctAZdQJJjZDEYb+5Mzjoi7PomhtgtYwvN73UyeiYC
OqYs6YsBumfH6+VEFyYlNh8dycaKRKcBgmOybJCcv1WqIqyJJFXeHTQSR3q1SeVtIT3IvbQ5
Vb1txIygL2JKJoSIiFysCH+bxXlqWH6/YT1c/r+6gHubapms46hMLGeq5ciQmBsDqei5cbWB
jk74XMUsDp5uK+FnwCQhyEgSQ2qIufLDA7MuBMWD6NKYeZ/1+dMRxZEkzgKru05KcuRgBmlO
Iqcf7J5B1yo18UT4J2nwCPXVTO2qc10YLZ1jx/xTHwUQFEAeKdsrqpLdGXlhurfy8l9OqiVA
8y6oOW2T50/Epy6LBwFIdkxDDdFydWBdOYLvoos/XYJnfdRO5wsZTfUmA/8AlB8jPZxeGcSg
Xk9XTEzu8IywCBeQe518THIlO796YlzuZTcwwjRfEABl2WS2UwJs2GH4VyqSLahAS+QQoP0K
Ld+PwonmZwAp9QuifUOcOgLfCw/aMK1qgg6boG3I17tVxMAS6aQ3QrkJbvDn91UDCr9wT8uT
aPumwO9QXGwR8zEbBNqdVv1/xRYxuuvsXQ6I19gQ44eU7ycwgxlTICyuRMhOZKzCckTgJ3+p
NYMGiVuyD4Rlhl1nCLabL4WbR04DWGq3t7VInZAVLEGdXURbfX7qd5R80+1bAe9RHXRM8lYT
YXeplMf1dM3YAUW8EAzElf8AhTLdUIIKexk9F8Xin5Ts0JiQSZhcgiTCATgyVmSuLFEAd8oQ
LbBAsQTio1KAvUVLalOR5TrlMBA+ZlxOcvlAEOQn1OFYMc7p3YIv7pRYysgjfVRHROM6pzDL
lUQnZ0PrQGu6cuyBgKfoUzC2QTYARJbH68U4xqMLlVd6+tHprhB+9DCZpTQmH0oOzid0Zzqv
gQOvUp4fSSuQZxKlgDmU9iH6Lln6coFsbolvenONSmrjKAgbFbhFoOohS75HinADgaoaQs47
CR0CAJax3W437lxk2PsZMZQtZ2GyaVD9yziVU5J2KGzwmDh9BKif1/hR8oqUxMke9A1Lvn9e
KY1NQPFMDndsIF5dMS5+pQQnOcuhYjOJRbVCPFOCEz51W6Y69UNhspT+5OS2y8uSmBbvUs2i
c66LyiUxZisuSp1UJzLr/hFyz5CwU9io+I6JrFhswTmV5queicQNtULa9U5wZLIioLZJO6BG
gy4ReRlCZ0Qh9Co0MhWBEwgRCJ3XlCjoqloA9q4nwKfUbrQDRtfvJsgoE5M+1AifciCGBUaJ
xjEqSwP0o2rbEGE5LMXC3s7qr4BDCEReAyA2GTsuNSG6f5JxKDr6k7Sn1GUw9pWIXl0wFJn2
IOJ6IDKIrnZTn2JxC37lA/X+JPhtF5fi2QcMV0yrblAnRQpWWCwS8rIQres79UHE6N24TEZQ
4nCdoKIrO8KQ7prdxCFtDEJzA0TV8UBYuSuQyBjRSI6LyZO5QN6gi2C40TAmcLc6FM8rzHyn
DaIaMjax82gXmUDCL+1cSXC8w1hWA8U2msIbHCLFgJlPdm0VqtIgT/CuLB9UQ2F+1scMi+dF
11dM+VCYKQxQ6rHRN70w+LUlMUNEFU4AWMpiI3TmG1TtjQLiYfCkp3YBcnzCfLZTM6/8pwHB
hlx4sQWJ7lC22QF/KTj9a9nlLP3rzCdUCMgAJzOrIEPOgj+pRBOiAy265MB0CfHTKe5YbIEy
gAGWvtRNCaXOLZlH0/UDkfMNYUAB9UxECYgrkJGh1ThsPn8ScsBrqjM7obnVAPpjKIaAi4TM
gTkFVDu+iGh7PrRJDwrFoJT67IkiSVIdQJTgwpnYrojbPVBp9ymJwmZFo3TET7U9wX3ddNkw
lbEpwPFRlT9KLJiIU/DgHVNbA6Ss+5E1DW0LbpzJdVFw4JD4wn9GjEdK/iXP1C5RLJ//AIRc
9zoOdNAmJDe9ENmIT/WgdE5I4ho3XKwHQAMP0YRreos4Z/wo/l2A2BdlxuJdnEBHljZ09S1S
MBOMDrugRHerGPK2IUGe9CpLNsiwEHJypQJkZQtlCTU9Fx5HwRAtogLWJbQolswylQCPctR3
rA8FPuT5HvTMPArr39jJp8FsRuuuYynLNog+OmVyxhSUMnxTjAQn/hPns26YXeVhcNILfe7I
7ZTaJiHqEwjx0WfFcTIMv/qi0ID1KngJeQhX0ww1ZEpxLJzgpioJCPGxPQsgbBraq1gHIkL0
7CubSfBA5Grrj8iYAkIcTlbg571xZjko8i1tOqMNuUw0wsZ+lVqQ7DBTcfK2j7p6wVycghDU
6nZOUGljusP1TYCyiX00XmgKFueiBO6cHwQALHdMQ7xP9Sgv3onO+iYeWu6bRRKPdstuiwt+
ixOyktbRADG6+L3hG+cB+2Y2WyymwiWdFwPKFxYEZXJuNhAG4QBDHCpUbLk+MrjVmOSnKbQd
pqdVapnhqVZ2Alm1C9MnS4DeHqIOGBUDkGZ0zQ+iBGhTvCezLylwMIkwTkKA6bG3eiQQ7Sui
EwpsX0CJMkaIP49ESi+AmbuX1KFsclA4Xeowg5Z4CYS2qAGkussQjMj3pm8UVj/yiLQE51yo
7ILlMZlNpvqsFWB7+zp2ZT9hJymqZ3/Cg7GxQJDSARogDoHZPbGi4vNhACFCAwIKYjH6JsB5
gPKcD+JGrHkJIGvwqlQQDyBL91vxqpFhGQncTkLDvt0Ulup3TEx0RdnOO5OTjCK82NlyIkoN
k4WxTmBuntIdgRomBhEussOqc64R16lTPVOWW40ZeVBu9TJ+pNoidEQAZUaLTo671Ed6IGXz
8qxCD/CNE1QW2XmdTjqgAmckvpha+1WLAtuj2hgtkbAON4XE5AkIGzWcQCVyP/wnJBCZnsYj
vR9S5ZhA3JX5nqgs7VFj15J2D9yc9hrf1QCMiShX/rGwZ3suf5/qTpyLfdVB65PH5jB/pqq/
9ilgawSI5Gv8StflBJIwnn3pxCyRvJUe1O8bJgWKZnX1LKcFeaRC3JTWLxhE2+FnHerEYOF3
p7QAoMaBHdT7Fuix/wDlMfa6+H6P6ljKzjqiC2XdFwO9l56+wOswMdgdMQ+wCefeseLJosVA
Y7Mvhd9EW8vTZR7l8XuXF3GohAM5WyciESCPBF1ATA51XnOMQ64hyiGKrMmF6fo5DgkbgBUp
xYAOAoDYdRhflendvWuRhia1B5eZOSZmUOOuVjxVRSpLlgQms4aGTAv0CcggddV0Rcht1JBJ
PcgBnZR8ScO2iLGUW8UN3U+KzrBwqkgtt0R5MR/4XjlQIHip+lOEzMN8JwmwiMPqpLjdkwK9
yOni7rJAQkkFP8IOjOg/0JuLjuZNaQhidHQcebVHDoaF5cJxYME2O9TL5Q4zXJZY7PMIGybj
CZs7rC96biC4ySp/5W8KEHyhYExhUuPjFYbWOCr+6xjV0STA1KNPRHMn5iWAV7mTYvklPYyZ
AOUOMNmAiTU29MAYAl0TegrV3D5VrlgLMUQDKYknvKbAXlnuU+9DcLmM7aIASAjomQdEOnxp
4oZhWfNhA1Xd0mUSe4BYyPYmZ9UOxiPFTqnMJhJTmyEu2wZMzlsCE7kbBB3UB9iURndfaOyl
oXxZDwhLHogQ8aDVMzbwgWfR0eqADx7OzRitGCnXVfFVlJEp3CdwVkE65TggnZ0SQPAocwQM
uiS3tQGpEpiGBaVUOPMY8PiTXyNAgWjqiPmPsYLiQXrlOJGiLli2CuVYqAzHPzIgDVB8Lq7s
iWTlAnAf3otrJRDkFF56hawg2AiS0NKBt4FAZGqcHdHcLy5CIYd+qYrKfRdETVgfap7kCSzQ
3enBcCQvLUlpKny2Dgv0QYyU2e5MxYaIiX1I3UurPUuYBCk6YCBz1CcmdFxs0I1HtK4v0Kds
arATEQPpTYGqiQmEPkrPl0TO+ohOSQciFJcHeEPsjCa0dFIeIUF9GTMxA3TL0qVg0NnDH5uH
Fcj5Xwq7nJT0oW9qmvxGTAdA3uRYziEb8uVtA39XFcrxawfRbPomB71nuP8AqhDjUyiclOZf
qwTHwZHYalcbSYEIgY1Ud368ll2hkwygCe7uQwwlEkOT4Jxl5D/iTtkfr8KYx1TCVx0XlLd7
I6tL7pkHLVOSgbeobHZjj+BXp6I4uAASLFFy4sXQAOFB6l0NioJZ4MIkwxELGFide5Sog5U5
KD+xYPgssTplfD70SUATByj0woGUAgA68xI0QOQEAMB0Xk6FODGxR2Cc/C3ijYfEBqiSBbvC
HlFWwAF3QN1xFOR1JTW9EE6M4hMBE8R0+JeWgsdH/wBkDcs8Qja0MO9FpBwiAOpKh+xjrgKI
KAEnVNXJRr7UBYndRIKJOOidy2idnygWDnHeiSzoS3ROzjr/ALJmD7JygMBMB0QOvWUKkkAl
lUHCcYEELkNcDvRu7WGU2FDvoiE7eJKJI6IkqWcoEzomAfjvq6DZA/2Uaz1TmLBmWVy0KnwR
AEJsMmdyFhAMxXw9y5a6ohs/7rDht0QZGiGgEJrSGYhVDxbHRGXCFd3dV5gkEOwRr6Qauj7f
KuYIOsr8wMWniQ6azVNvlGGTAF8ZVfTr8b5OEfWLc6DAhwu9YZ8F1GcOIUErKMpt9B+ynGro
B8qU7CwDQjuMlAO5RPVmTgSp0U2I6ZWMoBnGHRcQn+E7hMO91wFi2ZTO74TnJkjvXmmtoBwx
TtBwSZRbGoXEPsm2TPJwmGE3Jyp8FGjoaBfX0Qqz+LL4Ux00wgI9iw24UABlJ6oZnRTqmIDM
8pyzaIzOoUCE+0pzIaHyhyGcEQgLkOHIJTgNXUyyLTYahOSwxBT+l6QcZj8KtzpGgDq3q+sa
ilQSwcR91NgaN+JC5uBDl4Qk3vU/Jxd/vo+kfSuRbyyA0+XzIX9NuOzf4oG3meOgR4xbpCln
GpRdN71+rrPhqqksdkSA2jJh826IKIbOoyiSWAWfenMJ47lun1w6juLlM3iQpHsCjVTky/cn
d+/CJBDIYfpojYEhtGz+6n3Th1tup7k/sWoPRB6u2YynxsNUx8Ch9ayExwoTs4ViSB16LyEW
sOiLmWgMiLsCNyyaG+pW9JwGkInKIDA6IMX3KJv16KMjHghyHIo+mwqDsr0BjRMDB0ZW5AEn
CJp6dcwSm9WRaLDEL/1VeX5M7L8u17Go+UBv7VUn07DW1if8lxtV/cmqI2XD1K8q7YXL06kU
IHUBNWfanII3QAOU8g6FcjHVgictlRHVYzqmyi2N/wCxZnUIgT1Uh3W7rZA6IutPFbEyn1Q6
ZTjIhk5g7INnVSXKmAVEIguH7+x9tFPtRluqYY3UoWGi0XRBtkAymDhmWPahywqmpIQpYvXQ
nK5Vl9kCQxYOix5HQSuILth1UEwSfD7KqzniHJ6pmiFyJZtfBG9t47h5UQY71ovyq+jU2PzT
y/qVedDQgyw0/iWbE6p6VAO6YiN+x6DmNXygZHejW2C30o1HwhbNgIoMMIAltUQQz46qQ31l
SvMGA21TDCLQgNXRJICIdtpyg+O5eUxph/uJ9TlOVONCmKcFjqhZyIyEHzkleWe6P6lIZRLe
1PqWQIcufBeUudijMlTphOUWDyvrXQZWfcmGm6LZRHSNkxYOoxhOXByzomuOqczumGdHwq7E
yAhapcDVOdNspyJDu/3E0eCBoz1dcbAuGIqrD1CPTuWIcsuPKrB/M8f0In1WuCzB3/sqhSlK
1qMRKfCA/RjIRmXAUF2hM7nQhPUxqE4TxKz4hdQoLPlCp1yg0B2TVYHJJwviDOh0yy2Omicz
pCAEdTlDUjKLygyAZt0XkaFQMy5TjGpXKpyhxdzumse8Iv8ADhDiw6hcodGxwFHg666p6viV
M9U9T5SZ6rITkdF0TjGExlNUF+5cS4GyasBl5WO63CFiYaUxJjSUeIdsEokVFbETYALy+pZj
+0fxLjb17jusQnN7E968x5E5eUwMbIcfUs2o5fiQp6tmtgx/suVS9d0/bPaWhyEXMkwhru/9
qLa4fKz5kJheRi5wP8k4zglOfh1R5bQyiWx0TM+qNSGOjKGXUJ8ISvMZ6KA2unZKbQoaNlEV
gpo8VIDhElu6F9SYMHzCLvGELYKAGdHUiewAQCoWi4okIN4qZh05yUQctC8wjdQPELMawgQW
TP5kGLtoosP3QxKh+XVM5DoA2LaqDBQIJJZHlbxQIkatlUrWxFDYAVYfhUEPqNVOOzz3FepL
KPXo/wC8FnkN1SpmXQLa+ITs/e6YCAifYp+lOCAdigD3vhEi2NFGNUAdUwLdVOV+pUBl9brp
soKcDoRqmIIfdEGQdF5Q3REYGfFATtbZOCw0TumHlI3T2ITPOp0U4KZ+VeiYD3ruRDs2ol0H
0KI4s+FlcbQd1gtumChynaEL6bKA4ZVOjIaa4RNThMb9SWX5db8juA39yrevrgEh2Nf80PML
OYZaRo6I4I2vXjUSX+4hKDGFnoq2m4IetqshZi9c1OW+0hYFwRCJrTmdADP9K4mv5FQdXJKt
W3qjoWXC1ueroH7Le9HoUAACyJAjXxTu52CDR0TYIh8onPRTAMhNWa6nCD+GqHtwiSe5St0A
BlOyY67IHQZATvnAQ8UCJIT66oS5yuWeicBydMMjyKiRujUH2hccsgWZl1WW3QKcwy67rCnT
VAN4pxgJ9lhSDOqLA5UDlqWUlh7E4JaE2ruHVed4Jcs5T6MGC5PDMR49jnUs6AGHysfq6hyu
JyVWtixkT3pjhkz8K6sqmo5MBMOmZnT17LAiInxViXIB0ymfRpQaRqSm1KNa0NjuwTij6ok1
IYImScSh0lYzKyzgMs++Vh+pC23Cd4TlAajHVP7VCOZDICXT4TuXLQ6AOXTu+zJ38pmFlZTW
adQiIKfCZ3dThFnY6rgMnVarbYKc6og64U/CuoQYO+qZ2RY8QdGf+pZdv1+VAHXCPp5KDVs/
xE9EG2wU5zsuWugQLuDYNovKHIIWxTZCHXC/LOQcrzZRFsLl6B/MoMekWEf/AJF/7vTt6JyD
8dfvemn9M8h0TFflgea7T3FG2bWkhf8AyuNK+V2eFU2mxQIrI6n8S8onvRAgsr0s8Ew2x4qT
GhTVPejPijLkqMP2NWbbJyW6IHVOddV9aJcvp3pzlbKNMqZTM4OdF5RGx3UidSjqt06kx3Jy
XRaU0unJ7uxmJOgUlicpzIW6fwKrWsEP5u9PYuPrR5QjAr7nCkzWQP50b2gGJTizA1Z3Bafm
WXG6lRIGSqOABy8PmRBDiIwEa+PRYJfOCgWc6BD0yRV7bTP7SieqypTM4OXwuNQw2KjKBMik
N4JxEYJWhbZB5tYvxZAsx66dkdg/7HpgsSeezk8k1jJ0XUxC7vem9i/8JmTz3o4W2kppWCiH
j3/zISx6x2QGWncUNE5CxGy2f9fmUHTKcP4JyUz96I+hPupGqyn16JhB1KNTg6LiRGpR49xf
ZAO5MgNCkw/vUhzglF59yIaBgprV4kxH9aPC3Op8pB2Qr6rmpDCXQ4yTCLSbNUeKgcjUvssI
WOGZEjBUZXogh+Vh9KcYX0djIHZeUvDo2AkkElAkvDOsLmc2MdwQH6F/Sw4cHqjW0nooAcoW
IDbJmbqhEBORgZRnwTD2ogyEC+RrKiECd/oUSNXTexfUm1OqfIGQyNs1y2FJyhosBugZcRhZ
c6Bk7Md0dITaBDrqsKHCP2sArzSWcI6l0zOCMM8rmzDDDKxmQ6BNdYGAuQ0Oycj4oDD+FaO8
OrE9cp/h9yFvir9kyf3qKteBpw8xrbX7HFENovUoRIJb7KB0Oix4IFo96oH+YeE/KmM+9By4
MDv7GRqDIlYdPWHYH2o1Mse8om7nbvXplg5APtCNhkYVbkZdd6dbhfmUABFXI/d5J3YBNuzI
PlOxI0yoLd6BfxWSW6KC77qfYV3LMfWmBkB1Nm8UHLvDhYB6IajqmIdDiJKAxEKJCPGO5OR3
qAplo9igxq6kQDp2PcMfYg8P1RxjdBrAEywQEsJleYtXvZNUvWusFYNtuid/M2FIawGEbEeY
aMjYuemoTAaYXmkN71f1GmvEDx7LVI0z4IWALg5Cw4T4Xog/br3dnO3yzK5BmOG28y6rnQn0
/UrFbD8KI/7AZsXbjX+dAfE+WIhkaipAMsqFuXOwDN+v2lWogMI7ODMA5bZAv2WvXIY+D+ZG
3H5fUB+5yViAG2LqQ8LGuAtg26kE9yZmXl8VtOSgD7SmzChB4bJUyLSCvKIOrJ6liMjdbH2p
mjdYc7pwiSJHtXIMOjptGTgsVou9MxWi80jbqi9fF+qaQ5bKAtI0J0Q1DZQDODkFHjUQfFOa
BzoWQEcQNlaxM6Ojbk5DhuqhzvKmE1S757lf09Cazn7fZY/MQG9iMS4wp0wnefevTuB8JFuk
FD8uovdgTln+6uFgKB3aj1/m5LjW9q1EAAlvuoC1vzKu/mLwmgnZypAbZchUA6pmBr1Xp2sG
PpjlET5fwIkaAsyN/UPmBbrCNCAA4HtFED2WB1C9b05PD072+9RNh4ICktGf7VB8rohvKNUO
IcIOGWIwi0fr+yu7ZdQpPigBO5U4WwCauD3oMZO2UDnonAzqExGO9MY/X9lfsjCOjbf4qcKE
H0gEoaDpCwfYgNMkFFoJ/wBkNRqyrbi9Btj+JHiWAwNUbA+ZwnO89YUYOFyAIByCtwMI1t8R
OdpR4lB2gZGVl3CkdOytvktX6EzOYg4RBhkdumUBpqyMl9HTFEvB22QeQNlLjr/qiPUtY0ON
WKP5fqeYtBHVG+STJHfVDg5fI/d8qubGaiRr9lCxAHLzDoCq2Bc/mU93Bdex1/2Qcn0f8UWl
lJIIGuECATM7LPgmsQNlHxDVOz7rEN4pnnqi8dEAJqmv7l5S5CZjy30TZI8ULaprEDo66A4T
YOqcZ1XFi4z3I9JcrlqNVnCepfZkB8wgL4PchtkK0NMKQ1tEw2nvRJ9qPJh1TQZPcmJYlWk8
jpo6NqmGjq3xokmToET8rJxFBp/QgykYk9gvbOHU40XL0x5PUmNx8f8AUvL8Sduqn6EQA/VG
oDlOTOGrA+6v+EOFeR2ZG3qenxo3lMV+6mDNC5EayOnxeZepez/lm5y4DH/60A7k47ggBIFn
JZThb9lhb/8Asoz7t8qPGJ0TM496AqIrgbOsy24CGeoKe0jUJ47lOmco2sHDwUWD203QYMco
m472TDX2qSxGGdeU5QYQMLkAGOCMJinvD9VNQJgwjVvNkGHT3DE5/XijEAQRH9qjzA6PLD+F
VAqBaqfhVxqwWQuLFgYKMT4Ly1JOmPwqampthx/gslu4N/SuJcHUMjUEgvvCc3BOzuj+a1mE
DqvLbyOWHQlMS+xTs3ii8nATlowvVsMNUf1rZE2Ds0+KrIfvXkm/puR1cI19QNZ/3VJZ/oQG
QF8T+CAHhouNKm7xALD+OqN/+xQRirn+L5kT6dBTulcRbiNV+SbA0zG/3UDQtS7dHHlXp1z+
YOROZ+P0v516fpkuWLCMKtzmxzuOx4Uo2FXNfobiiG6Jj8LpxZ+iewYp3c9C6fVt/wCxA52K
PKQV0Q1370PZ4JvYoBBaTJT8vDuUFgE4o4yU9WrAggJzYE7BMLHMOAj59YP4lN3qdV5bHduq
exzh2H9iBB4xmPwotYknoEK2cnUsGH8qwmIkIvWDg6p2kMQEPIzauoqDVchBLzOqk416okxO
E7AxhSxGcsiWQBLb9EAC5OAyexxovWnWv93YYdyI8VUmGVuuF6psHrextUmPiK5NquQ3xC/8
qtbFqEtawkhEiz1+Ikhoav2Vx9EH1DsIXL1aj06gQHyUaV0/2RrZoh2f9pekQAa1HEWeSqem
YAqA+Zbyp3YW3VRyBAU9t6v8VSF6gPmY6Ilm1lGI3RaU7N0XmZu5eUOFGqLyGWzhA5fCPT60
fl6pjpIJ1Uh+5ByZwHTnXTVcgWIOEOmqABfcuhq2gTNJCx7VhOYJOERh9d18fuRLZhNYsCgR
ga4RAaVE2RBjqhLjoozhEgid9v2UZwuVWLyzrMlVqBI1bYJxBGh6q9PW8n5jcT8pZdEScuMd
6H5lmZEOesK9v+uSb1EVwc1vb+SiL6JmALQgDiuEGtgyqgeSjNO3l+Gqt6hl8lg6IoCx8IH8
SEObTYahA4cQ+ya3X3p2cV21VrEkuZXpkE/FPt+yoTFPoFX0RbzW10VfWBFhYRqnIDH2fdXu
YJzXVphcg8aaLoYfZEkl9DujM6o8mJEBANgwnMPDdEwIhcfeuOpCghHkGCqwiMqzD2Il2I0P
9ic6aJ+9ghhjK8vsWPhlAlo0UALB9yIhmcFcX1yicsGWDV9UwOsd6YxqPxKpcANlNaTWHVR6
b8gz2H+aIsGAUFxuoGj5XL/hio1QHxKtL+o9H+yPwoV9X1BWxYnMIVpbkBGqPltb3Lyg1fJ/
2XI18pkTotqjvQsQQD9HzWQvUj1KkeanwkfzI1ivAEgdB5U1fhqPMdP2flTO2+38ytWpIaA0
qrAQMf7LjY9xVhUOASxdXFQxBifxKrlyS3tTp/UsyPpeieJwbFmz+0vKeVjqq+n6lvPLD/VE
EOHMYWJGjoEnHRAsxGU1fBOQxbTDryjlY5Ce2uWQAyMOgds4RJGUGDAhTjDaohm7yiGDbuxT
AOwlEk5fZd/tRJ9iFjA9q6bqJTkQmA1kdF5YOyyEQSwIgmE1fiOf9UeQAIDxqoH15TS43Tu9
TuUA7VGpb+5QCT0z/EhIc4RFhJ6yoJXLJMMOqrUEcu/CdmI/X5UCCSdlU0q5EkIWJNQw5V2R
DxogBPcnGHwdULGDUEAb/wACip4mSq09egcD5Va3pktqSYQHo1NXHEkah7Jqg875AjC80EiT
p/CrUAJqH8w2b503vCkONCiXYq7iTY+bDKlnDPujY2Fv2QQ6ezsDAQFskyBlcquW9oQsBI01
QN/SD7lORB6/iR4WbpFl5ZOoKAA8UwD+Gq5Ae107Kvl3c40QI8oIZGrgkYKBAL4Q0sf1+Zan
rhCO4IuIZm+Yo5wcJ3LbpmMhaHxdA2bwRAGFIRd2GqcT2M7kLmYcwUeAz+vzI2wNdV5ID51K
4WMZr/UuFwTUdUbGxnZtFaePHfzIln6oNg7pvlEyVyADZQAgn60CYC/MqdGReSc6IVqMr/kK
oqfi3X5XrCxsPmqRx/8A80K0Ld4LqCTXub+1W9GtjWxh2JwVa/I2tkOGb7q4ixFQJKgNWodk
SAHImJzyXeqg6ujExK9Q9X3Q4n4fBAWszZLZQAC5WHsRAqxYrmdcAyybUEwnIzvKPEs+iPgh
5rD7ULynygwShygGUbF37+iD6OG8FVi2ne6fJ1Q0bEKt2DPhM86NCqQWIghEEs2UW2K8wcba
LJDiGKI1GqAdlOuqjCI0T6DsZp3YJjZ3wNAiHyCCy5cfDdDhFBlGoBPHWDlEjBJ0Qa5+l1YV
j5nI/qRJcvtjCZ4VeNfPYMbJz70z8odF+kJ52yogHXJT7QjDnR15vSFrA/F/suV/Rdt2QNvS
AJmRUhf+vyHMWb+mys9h6lHiDyZ/tIejUGtrtxOzn516huRc2gNLIvDsNsrluEBCaIiUQCYV
xqbR4H5lMdyNWcBBhqtmnZNYuXGJXH3pgJd3yiQwcwMJtSU3/K5CzPsSgecdSq7DPVcLzU9Z
CHHizvOUTmwkLhavmtAbQH7SFDqH7l+z70DYxsMo2qbdE7hjomeDlHiJOXnCPIOGwnqGBUBy
nsM6IFs9FjO6bE9g4Ahz1ITWDt0ytgYb8SFXyZdcK2ao2RNi/TdAPWtiHyyeo5cTpKAMmDH9
K41I4agISIlGoBA0fAU3BHROCx2XlFiegP8Aav8A67d/G34UDxPI6Nb8KeADoRZPe5f9kIGw
NzrJUemPEn8S5CpFu8q1vSvxuMEAoV9apiPzAD+7z86BqDYg/EUSQAq+l6VgQ7vWfN8vwID1
CbAaNKJAhHDAq3mBPyh9yiS+coAeBIQkdS6mzkaH/FAAvYwG0WM5R0QFWj6U+v6/CmckZ6ri
aMdDrCBJA6arEpmfi8o2DgHCbB0bKrrXuwVyABtrCBcAMjDaIj062sPtAP8A2qtrXtV9gzIC
9nLTKcMa9dU35YBKPEcbaEE/iU+YhPQPcbI861DYJDJvUaxMtELAY7FCtbMBo6yiHKaxPRFj
l+9eYgArkA2gbCre3Igy8L/2Ak97K/penZxUtUnLP5VazVzAbKFyGtqykdxGP7lxEloCrb1e
VKkOWAdORaxE+Yj8KIpQVfPY6cVdWBArauQu9BSt0xCxrBRB9qIcmjOHzyRlmZlb061rakNa
U1aioOWdHkYOFrx12TkOhAb3IDXCFiSTgVQo3EZI1QIPl3XEB2QqG2ZMAKndVFgPBAnDsiMA
CEbCScgpi5eGVb1BYHK5ktah0XlMjKsOJYQCnuT7lwoAAA7JwWR6pjgI5YbIcUQMnVbOZXL4
giXGrOufyjJbZG3xbnr2HiCfCFY3tGgCFPQLExMEp/UZup/xTmocbIvAGEALN6Y0AkrkAWrl
wnZgPpQB8zSWygatX0xBJcY+T4b/AG1/66sWYnsPHLQhxvUVHVPb1AN5/wAVPq9xf/FH0v8A
uHnU+alx5gB+95EC71yGMygPTsLelXAtJQHqUs+pAj+pPUuD7U4FqHS1SwQ4eqbHYn/FA2Nb
B+uEK3pYPq0I2wrD0/jLN7aomXeWTAwtXC1c4d1MndTLrlLheY6PCDu+pUAkblNjoiRpl1Pg
MKvE/vMgPTfkNTiPiQU6arywX9yFbHynQlU/7Hoz6Y/+wVmP3EL1BfV906PciLOT0ReSiSg+
qcRv1XK0k/WmKMjuXGwcaurGzMcAICrB5IWwKyE1eRBOBAZC3rBxkgl1yFK16sFUU8zu7BCt
fUYbDuRN7mxyxLoPXlu+FxpQBsxlPDPgaFFouPagabl+9k+nbEVGyBu/HUPogGcgkgnQFWHr
VBBLhkD/ANN6b1FmCFP+wDyBbD/cuvMX70WYjCJF3ppWxdAyzww/yTXFgdYQqLCDLwWXDm3T
jb8K4+iDc9x/xR9b1vTr6YgDi1X/AHuCIrqt0GBI1hAHeQiTk/CFoIY8f8USSSH9yJKPF4XX
VDyzqVBjcqI3OCm96AxTM5PzLylu5E2JJ0eQuT4TAv3oW9Py2GRgFcL/ABgSEKAsdR0UZOVG
iPLEqpBgIBzOEPcFv1CNtlHiuWh1QJLnqo7HioGuFbgZGLJ+RsESLGYK5EE23LhO3HqXTklt
5ZF6niWIn+5bNBlClbAcsksj6VrAnkSJ0an6EqP0PNXkEeFWDdUeBNBXVv6a8VJtexQqCHAg
Fv7k5IqR1Erlcjl3m39SJ4n1IgVfKB9L0zQHoqj1XkRUws+xNYwfejJnongsiSD5BhyqtlBh
pKG4yig8FDjYVLSgKghtdF5w50RYwdEQ4YYEKQSBLfhRfXCYSdkCxEyE2zIXMNkuyNfUtW1m
YF3/AKU/pxVCC4yuiEuFJwnee9cRndTbvROQmEastlEblfEEaVB9OuXsdB/Cixe2plj/ADLI
jYO6e9nORH+amofdk44gGADC4Egk6AOgK2ZtGVjaWOu6qa2DZlx+JVuKubaPp+tEOJlnZM3i
t/0nRLsrMw6d3mWx3QcY1QdnI36oy1Yf9eSEAbsgQHDZQsavDAIOP1Kc4TvOyFjpJ7grMeT6
IAGXdSWnVS3LfwTvjKAqerjb7Kr7kANPmR5HxXDH7S8pAq+SiGLa9fu2RL9OP9yFnRNizarh
SpsKwbP8X8qDAgbOG/pRsYfCLvZtFhmXRQjDbrrt1QL5Uj3qBxAwnyGReU3FaIVFSajbCmhA
DyShPXdSfNsHQFb1bo7okkk4DY/mXIu+NEHJPsT2c0yO9lWvqem7aicpyDVtOicWI2dAGQ0l
FnsPeo9iwnUrn6tuIOPDzK3o+kCKnXGDy+2gHJGzlCxMD5RlcakczkJy/LZTl8mESI23RFpJ
GU3y76rnUgBUNYyDGqcsG1QrbG6d5E96MZwmBl1wbKIOpRB1xujLn6kXOhlZQ4jCy52QrpoN
U7P9KJJnZAar1XGaFj1TGGUSmNc/WgYACIwmdyFI6OmOiJ9gVQzumHvXci2pfsCwUbCtmw+P
6kxrL6n8K8jggJ+T8cghkxqzaAugK42RDe9MgDgadVYvBVmHJsF2/lQJrBgEEKpZjoVx9QNY
/Cf9eycL8z1LcajU9U49Q27q2/CnccK/BVhDpzg/EV0bqnHggQWGgb8SFLRYfN1/dTWsK2Oh
1TmHQYgTCDyNUWGuCjWogOT7FIkhcmQ4mUAcBTMIWIcDXoveAqgZ0JRmdUzhjvDouc5UmBiF
xJdAjI1/uVTjYojBQDq1Hgg+9Fw7HdOBDYJhSHbrsjU5C5PAlWJLgO5Awntj/hN6NHqNYEfx
oVCcSQMSyc7wyAGShum1PRDPey19ibhYjOGQvxYjc4RIFTZFxUeB/EsV6sD+JfByA2DFeb0L
+AXn9K9doK83l74XEWAJ01XVcbCBgpzyPR1WlcV/X+1QibHiBqVf0fQ84cOw24/CuReT8PzB
v2UQztBICDFh1CNizoWcWGox/cuNA5OTmEwBgsC0R+0mtQkA5MFGl2oDg5Cc2qW2LhF24mXe
FDqPHqmnlkTj5latomQcqFGueiFn6FcRCcFwAgR4DKLEOSXTEjZOC3eHRbTLSpHimOGIhVFv
BBu5B8o26KctomTBRjdAOHsC3tTV1hVqxrTNrHb9lGtAWZpKNmLO3g6erEYbVSDl0CxYIkWg
6EIVNH6hTUjvBWQmAHa/ZhSFIxhOatLrl6duNhh1+XeQ+X37OKN6FrjfBRqQ1ho8KvpmAT5i
ha9XsZfWU3p0Hp9RlPfJ0RtS3FtGcIn07i1RrgrjYz7v6kJAOCWXF/h0GURU46SgaaZ5LjSx
AO5dChueHRCtq8tjhVLRqJdca0M9f8V+Y3FwCe9VGXOERuYKNeMDqpzoFZsahVIwdNlGbByT
OfMmIBKmW06ozIyNEKk+KqAGUyyZ527kZdWfQSiwesBlU4cOh1RA0wqXduL9daIakqg4g2Ic
2/m7Hg+CcYeEANTlAHVOg6MT1Wns/wAv0+v6H5jB6tKF98y6ACMBC9gAa4IRtlG17PXZOPBO
67/cuIkLzenXYEgFNalYkEAC33keJY6Fyi1qkn9fmRp6oD6N8KF6j4omSgb0BJkQmoGqPpQt
azPsnqTlnVLerbRC4Yms8jlWw1iTUbMFxgbwqgAMSZVgRDYQ4wDoq+v6rGliKgCTP7yf06mo
ZgdXU+KiDq2ELFAwwEp5IHxApxDBOcK46FC2i47ItoiQe/RWodvKg5gFC5iP8VCsB7U+yqGc
GPF0AmUo/wD8OewA6ogYKFBDJxkdh3TNC4mBuo8FWHdQET70zp/cmw6bIOqsePnr8J1QBIIf
WVzyRgd5Q4fEcqXqA5CqBJLRmV6Y+E8Q/sRliqGwJq5Yt/8AjQGWyhcCQVexDNAVj7EfRvID
Go7irUs4NCQB/sjYy5wyLGNkJYkAlWYnBUQ+QjZzsHXI2DVkBE2xhkBUgFPqE4PFEvLoNlFs
WkeKo2Dv33QZGVark00VGGxfx7HKjD9r9s9sJ7Qt3GqDLxAZCTJY+xPL6lZLjToiQ7DV0zlj
qUCTydAiIZB/YmABG68s7pyiPcnfGiFRrlHn8OCeiFSSK7oVpNatPeuNj4JquOgVPVuS+WjZ
AaL6kLCTV+uVjH0ohpge9eoQJOqIJcv9Kf1MZrYdV6lQzC2QiKs+T7EwPRkx1DexRlk9n6IV
rMuV+WBN9VWoJtzkui0PIdVsckB+9QSwXAY3OVGDhU6gf3r0wNlIZlYwIyU9S+5C5DQKXTLp
+gy6djumEKS6Nc1EQ6Ppkh6QNIWIUkEAO3Vcr4Eh1GSg09UIdRCYjl0WeIUSgpDMuWVJPRO7
jZlIbqNFxsX5HXom+hWrawBroepV71DAmBlHkBYQ0dUBgBT5tl5chVrjkT7kCMkaFlX0qj4T
Lasvs2mMqwNi75X/APz+lZ7E+acAIsZKIGTldXymeDsixxkZXJ2bdElwa4KFzNq4Pgiaxasj
wVbWDWpFtU4DQJTurWfEFQWZUBD0pk/uptNOyvpgsLZ8FnOFctrn9Dv7I7MpgXK8x8FysQKj
Lrh6NvKMsEXi2sKx0Mv0dcDYC7QMl1D2+0f9kGZh2Z6pgZTvGoRLnoj/AFLyktonBxCf1I1K
Na2fcAE/0pvSrbo4j+ayrzqSCZEfiQajVOpIf/8AYnZzX4SMhX9a4BBHGsAvY/sK1gAKku2A
i0VEPiUOVQCcES6IbXVFhKPykYCNa+atSe4feVrCWDCNV+YQbAuT4oA1A70aehdrYsQje9ja
x6/zJqh8Ii1PPMgPDfMgTh5KIHwmQCmyBoUI8uqqwcCbIWFdA58Fsga1BMvo4RoQxoWZWoTI
DrRrB4lZyYVeuvYbEtCH5tjYjd/7lWoedAsM9ip7euix2RhZhlhcrEOIG6IBJocVbZTr8rSm
FONRu/mQZhYwT/sj61naxgmIH7C4+PY2HKkgFOcaSvNatRuSwRrW4O3E8v6U49O152KPDyNh
/wDVTcsMwjJtbG7p6AVrs3+KkTqUzJzJGDsjW0gwgPyzwBcGYhAENQ66JqV5N0dCobGidHkW
VjyctDI3NgT8o1QYsSRGqqTBIE40RpX1AbXEgNj95HlLv1dOKw2S6HEAWGYVhY6H6EeMPkkK
xJzDpxJ070Bad2xCcBt9CVVw3lH0djHVfmjWD+tk+5d9woLnTuUqjHKwsGwnk2K/D8SB9MTq
FX/12Z8sWQrsSVPbPZJTnAROAMo19MEE/MSmkaue5SWM6ZXG7E6llwqCTsMo3uWqMP5h+7VN
WsUEMf4k4cujViXjP+Cza1dQjY2wIBhcQCSgbAn3ogRqIlOztGU58oJhEm7HWAVU1PwmUGiM
IPIOiIATKZRFpGPar39MgCxcVZHlBB26JgNe5CxLdFh0fTxgEoEhwNSq1BxqVez8qgMn10R5
W4tuhWofDl8wnBZ8BOBMu/dZEEO+eiZndVHzHRuqNiM4ZCubE6aISn7DUtkZXGwkEgLmPu5X
EiV6ZGr/AEJxhD8sgEZBxZP6gc7N/muNQwGnZCf9ABrEO4hEDyg4BXKzMMd/3U7vqnPuXlBO
zpgGDuRPJAkM3yrgBjdAF31KPIhWFKl8OYQJIAz1Qc8tIRPFiMOhACPK3dsnflonDB8Doj03
ViwBJwnZ/wBCR7F1R9Qz0TgF3lONViEQMI50z3IgzbRkSQJGNcI+lV/IWs/QoEDJZlzIYHA1
TMz5wmDxmAiKux3hWFg7GT3/ALyDDGm6qSwIAYIMGfTZOzAIBN2dFa9ZMFu4JzGjBHkG4QqB
gCHQKK6p+zv/AEQQIHVEgeLoPleXGp/2RFZGwT2HE97lR4ko1q564XImNgiKA8dHZfCJ1Jn+
VHnZwejIOE5GrhO66oAqMJtkYYBQGDrSwQOikroo9iArD6ognvhNkEnCmXwyz4K1gZI16lG1
o3TAydUBRyXdpVj6npnzl3BOp/eQ/Jq7ak6/xWQqDjpj7y8xcnMfhQAMYQaXDqrwLY8E4hsl
CWYgOrEHRz4IlmqEGW/a5zIbqUakMRonEE5CoLHylw/eEG9qlbrooUqFPaeXpWHgVFc7p7EA
9E1iSyYIzjRClA4Oq88ahcTQ19MYJ+I2/AtQmL96PuTs/ZErrqv2RCyywrOcoiQDuuJkDULz
QNFA8Z/tQ+oFOSC2ITGprUalOAbPMIGlT1h05cHUJslChbi3iEQD3OnMBsmAnOdAAuLONS+q
AAdpRsSQfoTE+JXcsYiVyAJ4B/b+6vKCS/6/Ag75mMItYEwwcf5Lix3QKO/aAcCUay2R3OnJ
dsLiAw5ZQJiwyPG1Uezv7W/R7u0kR3I0s7GTbVPQcjhzBhM4jdGXO5RHzA7LROZTMyY4TZW6
xCfRdCit9lAZ0OVgwkBkT0Q07GMrJCzlMFyIXqESKlvYhXc+C4UrhP7HlAEsbZOU9Z70ZYHR
CfBObERgIi2isQeMay6sJixDCELCCc6qlr+YXLLlQNBXnlch3Jk2eytqEAtJ7j/krB/Ffmg/
CXbdX9EkmAR/X/f2j9HLdmC4TAFyjBwqisGwyhzueLyKuCjUVJJDvbMffXIE1A0DKzkTsF5Y
G5Tg9/Z9KjATBONFgoEAsd0WqG0dYqxlkOeuWUAQunY/Y/sUKVKbKvazx/yreo82JIHeV6Xq
EQbASX1T2rVtCMpgAgRBCHKWWvcFxpWczstuiLkTJ1hT7F6nrjIIIbqVVygQxOgKIOQJdCoA
fuTAKVHYanLFnQsQ/wBrC5gFiAT4oeoC9qRYuZBQvU5D9nfj9OY+sLyF7RhSwBDaofMNdEfU
NgGiSJ/dRNKi9xAYhv5VPpycgFkTf0SHwxf+pBvUq+RU2ryH8yjCx1Q37GTBfDOmVNJ3lQMr
6T2R70NVjClQsMezKcl+9GouCB8z1b+pWN/U8jkUpHFkXLemDBlUrUPBIPUqGRAhMnyibOGl
kMs0AJmbd0wYP1Ukd69SlpiG6IYDFmOicFydUaCT/wCVW74z4oDfXZBjyJ2ITiDqOyCj5eVL
Ca6I+kakh2B0Z/Ki0ixkNhvgQp6ln9K8Tp81L+bis/oT+hnkBLjCHGsnZFwKSuPpir621XmL
7ptEWZuqPJujypDEYKHpEi9CR8T6oXqQRYd6hdf0Z0WFiVhkyZOOzKYp0a6L0h6deJcmzbN8
yqA5JVaafN7EANMLqVIZbrHsTyQVMSixIafFAWyJKLB7f8JwB1XqcBBax8QhSxgMqkQSSEHk
qrBx8ysMbK0eX6UD23tUOIuD+0D8Cp69c2Ylu5cSGNA9Nz9tGnqM4DjT9lQp/SYSjUVke9Cj
cLGW6fCpLtCwSnIgAk+xfYDZdeYdx0KH5YdzIGieSdkwuagma/dQ9Mhxrbqu5b9kpuyE/ayh
Zjs69khC16Cx0KeoZsAdfKnEOXJTEeK3UHK+lbdkaLqssQokdVxB9i9QzyrV2/dCsAdBH3l6
fqgfOPZ51V55VBPsQDN1C4u4OCuQb2LDgCJTusK1LYtC9T/qXJFWIB7xzr/WhW0mvVnQMWaA
P2ShcRyeO7slR25T8QF8IJ7keGKjj4i3qI8o2Q4iSrAWLkMRhQ/XWUXmxhC16sOpCD1qW7l/
9YTsKeK+IFtGJR4gjbI/uQAuRvKj1cblPT1Ba2xTetVrdGb+q/YyZZTntfRS56qFhwiCnGE+
iYKTPZHZGfrTe9TKeq4sQgLwNV6xqcUv34siRFgAxafmVzWTUidlQu7VAPsX0rELADp8MExL
DdMOwmtB+aATWwguB9pEWqa+pIsdXCeuh0VHyOT+2ynC3HZ3pu1wmqGcP/NdMA9tkdEYzqi4
BJQaTBKaxIraRG6J9O3lJcNJ+6gbepavgKribzq51R8wYfCIR5WnREuyABPcf8k4s26e1tMZ
Vjigbj+vmTgyM9/6cLcrRkQm0K6LZBdV0TIJgmQeUDQMD8RUr1qjB9O2nRXqCxj2edep6drA
g1w+q/LJ0EdG7JWHKCAFX65QLMU1iOz82lDaxckgYI4+ZRoZwvyTaLOa11hOogrqnT7dj1CM
F1VxxIBG7pwe5MawdUb1MnITHHVPWuWceKrQkVI1Z9OKIoOVftD/ACRrckdCCjb8wGx0RDAt
kgp+RGi5CzvEIPnQu6ckkoWYkahGobQhG29iR2v2DthOsN2Eapjns2PY6b39u6bdcrDy7L1K
ARahqPEcVb07aw8rhYTxJmVUO5cjuWY7IQBHYCDlcgMaIO6tDxhPfAgjqvT9SWqZ7j5VzBg9
r9rlWDyYcLOkJnd1HinTGrNqjiWeOqjWU+qNiJPcppUeA/CmNsYgfhUWx0H4Vn3D8Kf6h+FQ
Z7guTmx6gLy1EA6AKgw4B7G1U9n1dkp9FBb9JkQnXegm7OqNdSiMr8x3rYuGzHFfmn/67ggH
Z15BFbWNiYyLV8q6KO2CjKKYZEqwuWZeoKT+YCR3g/5prGTBB6r1PQJe4tyHcRT9KSzZVgPh
c+P2VhDRMUzeKxKtzO0HvQGITe9ACSdELWwSgQfiwjVpHY5gKbSF5fMi8csN3KnQAN2t2YUq
exlPgn7OqldN1h37e7twijDllUEMCTKcmSBnuVvUuA9mAbOOSn29gbtcLooXJsnK4nzB94Xq
UsOVi3Fp0qiLfPD9SnGEOzPYcOSxZ1Z8FSpRCjTaUBbXeFzZzq6Nb0sJyJQNfVrOhLFcxZ+7
CFayQXZenVi1Wc+C3YHRAsKgu8P/AHIU9QgOc4TO+xRbBQoLi1qnzAEFvuoB4XxBQQQoMqCC
pXmI8Ezseq3G47Mpk6Kwi4bvX1/oynTj2KY6qmDWxLdPgQ9ODxD9S3lVYM1rnur2d/YyC70y
d3XEmFxsIOqGWGTqIXp+pUkhwZ6fwoPFm+Hp+hlFhiXR37JgbphG6gh05LlF5iXXL0rfEcGF
DhjJcogeoSAfmCFfU9Pk2bC3+K4mprXUvhOxDw/RN6hLdyB9KpNgYRrxzh8j5lxqAP2nXqXL
kwT4lQT7V0XTZOT3KvGSOvRaez+5EWK5AkWMZQFvMAnBbon0T/o9EwUFSoUIaJwrHoQen7SB
qC1S0GS/FVABoMEHzKmsD6FuhHYyAysdjMoUZR5xUgNYasOXFV5VAafYj6tSeDMAY+6pz2d3
YasJRdmdeVSnYMj0TiVa1pbITAkAaFPl1k7zIRFYsdcIgydXYrTGmi80jR/8VjPgm19qfV16
2p8o/rQeXRb2oCxjomQDygB7EwE9UC2q5N4KvCLatARBcgIAP7EJntjtjtz2kaHKvewBFi4G
gT1aDsgBo3bL9oeF3plBX/C8wBZCxwMjouNQw6fowiD4unqI2CZmPvUYOU2hyiKovk7KQROd
EfMRWujBPapPsU+xwFa3qW4Bn5P1svWv6dnHogzl+I5fKhbj4J5f3J99ExB716pOYH9SBGe9
A6bBYJDJs+CJckqAuQEhOQzaLELuR4wE4MhAHzDUQnEHZd62TJm/QgoIgFnGiAuXvUkHeD5U
BocqpES5UBe9dFt2bIWk+JZO0KMKGULdQn9ynsx2QULGX0RjohxJDugHcAvCyXynB4kZITG2
QDCFWh9UbfCHwMIipEITyq/VesKvYsBqfmX/AGPUvSLVLVnzOPhR8vFm8tf8lv3LoMrjWAVa
5Dm7e5EMBupyNkC6gl0++USDhCGGqgR1RfHRPocBOBK+EJmax2QCY1caKNP0Jwox2Npp2fmV
sa8iOVdE2UyhdFHZKhQojsx2dU+qJMrDF+x+wDTRPnp2EMzCUOMoQ5CkZ0KuTBPggKGcaIg2
kQhUyUBP1K/qelXn6gbjXvtxRPr14+m2ob+5EkZA6aIPqhpJTFyq1y+qy+6JfGqNQcy6DmNU
RvhEFPh/qXmOV5S4GR3obkT0KmVOAuROZQhlugd4KfZYTrlk4Tdrpm7d+3dZY7LK2dEHO6yn
1PZOE671t+gDjuQDMdeqfXZcTD6qEXjZebLx3K/KRDBPg6NqyvkFi3sXnPmeZQfL5+8iAXYM
R18ysTAALoNPinJY4z/igDOXdNWOiqa+KMCU2yeCGhBpHsUFymt8SiSm0TM3UQiXgpn7kZZZ
T2wQg0EoCudUx0x3dkr6FhDsbt3/AEIU69pO+E7R2Sm7eqft/9k=</binary>
 <binary id="i_055.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RtlRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTUAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAaKwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AM8vDnvDhHmZkJ/UIHt0aJ1ieQoP
3Bztp1HLfHzCQ3E+4xOkjWElN/pTmF1znaMrxMt441cKnxP9qxUcdhNEkCfbMDt/VV1j8atm
Zj2Ob6z8C00MMSXvtprOz851jGMQqWO2lzh7ZG2DpBSUqxpJBaARHtHJHb+qsfreLc66l7ZI
e3YNSACDEf2t7Fdf1bHbY9tVVmQ2t219lTN7Z5cze791qqZ3WGvbTtYSxxLrNw2vDZ2bPd++
1JTt4P1R6Xf07HusuvZc/Q6Q5tjjspc6oN3117mf+ZrJ+1tOS2trz6lZsLnag7gPS2t/zn7l
b6F9YcLDZbc+v0i1sF9RO54L/UaLh/hMnYzay19vosp/m6lztVhdc+0zIJInWNx38pKZ5pfV
kPaGxBB7x7tVX9Z0kzI7eCPn3XGxtkj6IkjiR/1KqB5mPEgaf7ElNvGF9l9bKmOutucGsrHL
nE+1amTgvfmWU4J+1tocKjaxpDHWke+nH+l61jbPbW2v9Jaxnq/zaufVbCyaPrG2rOodQcWp
1VwsEFlln9HaP3/Va79Hs/MXVZPT68Dp1n2j7PjV0NeKrr7XtZNh32Bnpfrln2hrP1j0Xepk
1/q6SnzfMx7se57LG+mayQ0TMwdhsa789rnfnNU+j32V9Qpp3EMssaHNHYz9L+yidXyW5WUb
2XPyYa1rH2MFWjfY1lONWfTx8b/QY/8AgkD0Dh5mMXmSXsLo7O3NlJT/AP/Qz7Gh0xMTIgeC
sYtQLXH84Au8ePo/5rk4r3njnxH9yqdVsoptw6X3/ZanC8WW7S8NL2elj3vpb/O11uc9v79e
/wBT/BpKd/plmL1L6mnMve2nJdTtfbihguY/d7WF7vWfttd7rKnvZ+js/mWLn+oDb02xos9G
0tDWk6SY/m27v9K36K2Oh0W4/ROrYtlz8irBrqpxYAFW0OrsyLKWM+l+nf8Az/veq7+nM6lX
ZhWvDfUAdWZDf0lfvY3e87Gbvd73pKW+pwvwsPC9WprG51jW41ttzawW2O97cOmlluVdZVX+
mt9b0qP+EVT67YIZTgdTNLQ7IFtdxZb6zDDv1Wxtzdm5llX6Rm5n/BI+BecPq9+Dg5Bc3Gc+
uxouZTIFjrm2Oc7HyXXenv8ATsox2end9NQ+tfUOjPxsvDN5yMxpqfVY9ri91hNXrObdWyij
0vQ+0faPWpqt9b0vTZ9NJTzWHU/IsqqI/Rg6tHtB/fduP521G6RWyzq7aXhrmS87eQdgc7b/
ACtyAHUtwywe15P0txlxke1zQPoMV/oPQeq5dzM3GDMeql25l2TuDHOaY9NjKw+2zd/mfy0l
M87pr6LnVVN9Wlzd+wcgE/n7vgtLoX1Fdkv+09Tc/FoEOGNA9Qt/4Z7v6M32/n/pv+LWxSOl
tzX2nJqyXUtLmuDdoa4Hd77X2Obb6Hu/kVfT9liwPrB9af2k2zpuA6cUaXX/AETc3uylvt2U
2O+ndb+lsZ/waSnRPWcPBqzP2Xe3MPTwKum5FgNjmVP91jXvdt+1/Ysh3oYNn+hf/oli59+U
7ozs3Ltdk5ublelXfad7m0YzPVyPSe+fSrsy8utrvT9n6NZzaWkta0bHxLRJLNAS/wDqrWsx
G2Y+LS24OryWNJYQ0uY4kvc6o/zle5rf3/0iSnCaHWOaDIc4xqNDK18TobhkV+paAdzTDAT9
Ejx2qHUMerFYDQDurLX1l3uBaT6doLXfS9zmLbxXGw49pETt2x4kjdI/OSU//9GVpoxaX35D
tldTZc6PuA/lOlc301h6519ht9tUl7xAkU1jd6Y/N3bVc+umQfVxcFrhEOvsA7mfTq/zf0qy
MY5dFdjMcurfksDC4AteWv0a1rvzfVe7+2kp7HoHVbcjDz8Gqr1co9LdmuJcQDZY9tldH730
bW/4RZdd/wBY/SFj6sfFc5waxlwt3SDtAc3+X/g/Z+kWn0Dp2RgZfWX2s9M2YtlFQmfZjNoa
x278zc/d7Fcdk19Ww6/UO6q1gdVZGoc0+138h7f7D0lPL4nQerNy8bNZAtvufvyGiYdPqPdj
eoG+pZs317U1XRszNy37+nmi62yy6y/Ld7Njnh3tx6/z27voPfsWs7q/V8bLPRH24Ffo7Mmv
LzrRSXMshm39AK68ixm3+c9OvIetK2y6z08n09tuTtDx6nsqrJfZZbY4+z062/pLH/zmxJTW
t6RjOvx66sek41ZL77NkGz02horLgPoW22b3/wDB1rP6v1zFpaaH3sy7I2MxseRQ383bmWt+
l6f+hqWzkfV89WwRZfnPxqMlodgYbQWS4+/1cp/87Z6tP6RmL/gPU/SfpV55mVlmVbQ6gY/p
uc006+0t027j7nJKeg6ZnY1rnDqeDkdRuxwSMdjWsx2sbEu27qqmsY6yv+d9X/BonTOldIzu
omq+jI6Xb1F36jRXtArqa173ZFoyd3qeq/ZTVU3+cVXo/U3tZY82Gp3phhe5znNawESNgvoa
2veyu7+aufZ/NK1i/WVtRvvvfdkW5Dq32tAFdW6otFGTtZ9BzPSY+utj2b/8IkpfL+qnUunZ
gbYw5GG8bW5dYO33aBrme51eQ13/AFtYGeTf1Z7Kmu2i3ZVW0S4BnsbtZ+96bV6V0PrmN1Wp
2JZa2+0VzYB+dU72ttd7Ws3u/PZ++vOb634P1gsa8e+jKIIceRujU/ne1JTcyMrFOLZVZD3N
/m3Nbrr7dnv27Ha77Gf6Tf8A8Gr/AETLL6qq3amt7Ru8RIDCP6ifqWMMrDe4w59YO1xHu2g/
RLlS6e2xtlIpc1rifbuHtc0e4N9v0d236TElP//Szus9KsyuquzWvbs9NrGBwJ2uZ9L2t27m
bPo/pP51Qayqt9NdPvfk5mNTZYQARF1ROg+h9By0L3EguBPu507xCfo9DX/WPo1YaN5yHWEx
JAZVa7lJTfvfbYer3Yzpd6Gba0g87nenV/nQuY6W9+zGyqco0Y1pay+lxkPtMMY1jP3rF1GD
dWzDzXbf5y5mKTrEE2XXBsx7di5zoQyaPXxsemp11WU5lD7QS1gJcLXez3e1uxJT0LdocbrN
rLHA1Ne8dhJ2A6+785IWU2W0VQ26mx4baw6tLHjaXDb+d+6rGF0rKpdZfnWjIe6JsH0YM7fQ
Z9BjNP6/76q0YDsfqNdNbQzGsfvx9ntcCT6tlb/7f829JTtvzcWzPDzcLbRU4nb7omPazb7d
rdli4b6+4Bq64zIbDR1Ctj9DID2xTZx+9trsXcuDWXYlhZsDRdjzH0XEBwl38r7M9n9tc7/j
Gorf0vCzQQ51NuwEcgOa49v5bGJKeMppqY79IHOrJcGuH0SWGD2/NepkupHqVE7H+1206ED9
4KbnV19LZXkBzch1lltQaYMP/Osaf5tm7/PVWvJtrI9MhhiA2JA+/wDeSU6HT7c7HyHdTwa/
02Gzc4RDTWNrbA5jNu/2n3rX6niftjMx/rAKxXjZADcqnk131AM9O13/AA/6N9axcXquWx9N
d9jBjNdNtYYJIdz6vp+63bu3+m53011H1ex8Yv6j0Kt7sqnIYeoYOQ2Zc0MAq/R/Sbb+a9n9
hJSD2+m4ERo4OHbQH95ZfSGOvzWFoGymHkn+T9Fo/d9/7qvdSLh052QDo9oaS3UQ4w7a5N0K
gsqbbtO2wgbjyef+/OSU/wD/089uVkNfvyKxVTxBmSfBHr235Fb6bHUu9HI9HIrkOrf6f843
09lnt/kLnasu9wsqc5xbwZM/9UtPojrTmVVMJLS28BvIBdj5Dt0H87dWxJTujqNFnpYbLS40
7ybHM2b7iBue1jod9BrK2b9izPqja30q63Nmyx1jnEnkkne5x/N/krJr6hexjPQIrvuduF+0
Oe0Nbvdtb+c50K43Ez8aujIw6nRjt3utYPV97zLrXfS2f13s9NiSnt8PP9O3GwntJF7nBhgk
AtY5zvcPoez95V811nrN2GS3YAPukKozr9GPbUb3MrdYA/6QeASDy/8AM9yajL+25rPQrJqk
m6+4FjBWz6Xpt2+o97ax9OxlVf8AXSU72XVj30ubUW1OeQ5pDQXNc13fd/wjHssXLfXvqLqe
mdO6fDBkusfkvLNQ1rZppc0Ee3e5z3f9bXP2fWHruN1PKyasl9bxY5r6nBrm7WHZXS+lwLPY
1Pi4d3V845nUHk+qdxggFx/76z/0WkpxrLH2OL3EuJ5cZJlJjNzgB95XUZ3R6cjGrp6d6NbQ
4ue4T7hwz3ND3O2fpFn1dIuw6MrKzRAqrAq2ncdzy1rS7b9FJTQxsN91jW7NwHOscH/Naupy
sa7p2Lh9VwCWNxGWYlprkGPUL/0jgRsrs9V9ft/m7fTXMC2HS0TsGg7yV6Z0+gs6VTRks9/o
tbYCDqS39Ju/e3fnpKeU64bjhC3Fa52BftyS9o9rN5dX6dn51f61Vd9NdD9Vm4ObVVdW4bsd
oD6HD6MtLWPE/wA436exZeHf1XpfUB0LGsNQqssvfkNa1zhiPZve2LmWY7vUtaz2Pb/PLRwe
pdNxcgWMw/YHlnr1GS1zh+k3tPsvc7d+msY//rVSSn//1OPoJ3Oc53JgfJanS86vp9wzLo9N
rXf9Iej/ANTYqbMd+jQNBM/xSycGy9rGO/Rhp0dG4e+B/BJTCrbRlVmz6OMx9rwe4YGho/tP
2rbxLsvpnQmZYyH4+djNddivaddSH+i9v0LaXN/nGXLPqxW29W+yjVjPRx3ucS4ua0faLN5+
VVa2Psn7bxM6nHZvtbWx1G520DdcGy4n3fzNNr2MSU9T07D6fnV4nUcqqtmTkNZa+qoAM3Wt
Y+z2Oa/2/pN384s9nW3iuuy9goovsNddDRDG1272Vex07PXq/nn/AJ9lqJ0Rl2A2tuU0S14N
ja+AwNaBtd/ZXP2uuvbldKcCL8W1ttG6JNU72f8AbX0NySnE+sdF+H1V9FzR+gDGVv0l1dQ9
LGe4j6T3UV1b9/vXSCvDt9V11MjQt/NLi73Oc7YWu9io/XLHfmYtHVebKw3HyIGhbH6K18fR
9+6r/ttE6dY84uO5zg7dW0zMzA2u26JKehwKce2rZ6Ybs0GpJ2n6O5593+csv6+2mjpWLjUg
NbkX7rSNJ9Me1mn8qzerOPlWUXGyshzeCx2mib6z1t6v0WxlI25WI77RXWSdWsa43AbRt9T0
v3klPN/V/BF/Wseq+vc1jPtVjNI2Bu+n/wAEdV+jXfG61oAbULAe+6Cf5Ra4Lg8TLvyMvorM
ctbfjucMesEl7mueN9VjvoWeq11jK2L0E0W+rtDTtBI45ASUwcG5ljg5no5L6vRdbEhzJ3bL
Ggtf+jf/ADVjX+xUun/V/Pre1mW2j0cVxFIaAa7GH6L63N/WMTI3fzr3er6/5616cd4J3CC2
PiR/ZVg2WG30XVfo59tjXCY/lMJ3JKf/1aDsKoOgQNY48P5STcVtk2CQamkxJIMGNrWqeSLA
4gOJLTIESZb/ACXfSRsOt7y57mub7R9IRM6xt+l9JJTi473M6zlNOgB9YvGhaxzWNd9Gfzfb
7V1fQ8eqin7ZVuDcymr2n+T/AFformcPp1nUvrDe2onYwMa8xoIDR+k/qud9FdRhWY2LV6Js
bt3vc1olw2uMbto/ehJTpAuc4BjC5x0Abqs76wdCy3Yzes4YH2zBG99QkOfR/h6z/Laz3qZz
sdr3BrH7DIL9AIP7m5WquvWYTn3W7n0ViXepDY/leo4+1JTz5yMTqFbcIuDaOpTXXZOgeRvq
9oH0mOa32q39U+m5DqbsHM3V5HTrBW+tsFrq3zbVYH/ntf8Apme1c71POwrOo5ed0m0DGbYz
IrbxHuaLK2ae/wBL97/RL0XDxqj1A5u4+q+g1tA0YWFzHPa/TdupvZ+j/wCPtSUmf0fEtqc2
usUF0atGmn8hZuT067EfP85W8bQ/iZ0cxzV0AiICq9WlvTsm4D3UU2XV9zurY6xsfckp8/8A
q/htP19xmYrf1PDsuLdZADK3b/Td+622xrV6fsEcLjvqtRTQ0HDoNmVhVsF51O919YvtdRY4
7XNt/wAz8xdi3UayPLv+CSkTaA1ziDoTKIGt3agGfFSgp4SU/wD/1rbsXqNrS5rWOfa4AAVS
Kh+e9z/pW+z/AKaDjgMfkusJipvub4Bm5zp/srT22syP02RabGkNIrJAB5G3cWNWf1CtluVb
6dbqm5tZYZILnPgttsn+X9N6Sniabcy26xjXmp191eS54kul380z+p+k+iunrccOmpj91rz7
AGAEk8uM/wDk1h9Lptyn4uPQwuyXNdU+OIqI22fyfaPprogH1DbaHMsbqa36ET/J+kkp1Oj0
0ZGJ6z8dwub/AIGw7tI9o3M9r93+erPUumZOV0PNwzRXkXXhoZQXCkAhzX+66HfQj1P+F/m1
n4fVG0NNVzPWpc0NcwQCYG0c/wBZb3TPsrcWtmCIxagQ1sklvJ2O3Oe5JT559Y/qg7onRKM7
JyRkZt+Q1lrK2hlLGem97xX+e/a9jPf/ADf8hdV9RcvqGZjzkP3VY7DWXvO591jnNf8AaNzv
eyljW+iz/Tf9aWR9ebrOodYx+ksedrDtLBBAGwX5Fu3/AEj5ZR7/APRrrfq7hjGxbNZ9V4h5
1Jaxja4/qMf6jGJKddjRLW+JGi5/6rdZzepOyWZpabMeyyv2tDfoPIb7R/wW1dCNDqONVyH1
XnD671PCeZdXlWxOp2WOdZT/ANF9aSnq77sXEoOTkPbVTUAHWO0DQSGN/wCk5HY5rgHMIc06
tIMgjycuP/xi5m3H6X0sAOGdlNss14ZQW6bf3Hvu/wDA11mHT9nxqqP9GwNPdJSYTMEiPxT6
kiDAHI8UiPBSEJKf/9frqq6d9lpYDvMy7X/qkHObXfQ5mxtpaC6pgOocBptcPcxyLbkYdUOt
sYJ4H0nHya1ku+kqza8PIPq0sAdugkNLXSOElPF9CqGF1KzqBcy422WMx8Sp8ZHqucK349mM
f5tvtfvtv/QVs/TLuLKarHfpK2uIj6QDo8ty4fojjX1Hqdz9HXZNlTjpO0Q1rd/0du5dtger
ZjsMasGx+7WHM9rmlJSDqHRaMmn9BW1mQz+bLIYCe7XfmqhgY9uNnMGYz9NSSTTqG6/o97NQ
27bu9r9q6WveLGmDEjXsFS63gZmTi2WYIDs2sTjhxgGD7q5d+e5m/wBH/hv5z2JKeRxHUdQ+
uXVbWa/aLfs2LbGrdjPUybxP0dlNH/blta76hrGtaxmjGANb8AIXnv1IbX9vzPXNrM7AssLW
vADnG4iq37UCWv3foXU2fuPuXeY1zMzGbdQ5zWWAgnh7S0+nbWR+bZW9r63pKbE7NtdbZBkx
rA1Hj/WXKdcpswfrRi9TAaxmZX6N4Y4klzDuoue139T0v+21o5H1q6Vg5z+mPstuyqCBZDQI
kbmt9SxzN+xv09q53rv1ofkGuq7DxXS4Oo9RznPr2x+kljBc5v8AhPZSkpJ9dHsyfrV0FsSw
VCzcO+62QNy9BeQ0kvIaATJK8z6hdlZP1m+r4vdVbY0N1x2uqr2h7XV+l9oO92yv87/CLuGd
NyHbjk3byS4+wu1l26XTCSm67qOKywV7nPkaOY0ubP7rnKN2bYaxZjubWNwn1azYHN/ktqsY
/c7/AAaVeFWxu0Et82aaf2t6IMTH9F1JZNbgQ5skaO+l9DbtSU//0Otp6fj1NEVNDu7jJJ/z
lK1uwE+XA0/zdqtOcANSCPFC2teHEHnz/s8JKeSxvq1bi13Vw/NdbZY6lznDaw2Fz6nWj2v/
AJN3+DYt/ojM6vpmLX1AAZYZ+nAEe4e3X+yrha1gcSYAE7QJOnk1IRPqHv8Aj96SkgMmOfgp
i2tzzWHAvH0mgymNTLtszAM+0ka/2fzURtbWt9sAeAEfkSU8n1bG/Zv1gv6s4iqjPxmVPvcY
ay+l7PbdY79FW3Jx/wCb9T+csrWx0C/FuGVbh2MvofZudawmHWhrK3+13urd6bK/UY5XMrEx
8vHsxcmtt1F7dltb+HN5j+z+a5SxsenHZtqYGAAA+Lto2tdY/wClY7a3bvs96SnE6l9R+kdT
6s7qdtt1T7dpuqrIDXloDN5ef0jN7WfmI3V+gYVP1dzcbpeLXTa6rcwtA9RzmOZZD73fpfzf
31tzode3BhI1131voeJZc01v17PGwpKeB6ba7qf136aL3escHCZBH74r9V/8rdW52xehwF5h
9Tm5Nn1suzbmmGNyXPf+bLQ5g937vtcvSqLm20V2t4tY2wfB7Q9JSbSAnUZ80/kkp//Z/+0j
lFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAq4AADhCSU0EJQAAAAAA
EPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0
AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50
U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29m
U2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsA
AAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJv
b2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAA
FwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAA
AAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAA
AEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRU
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQ
eGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQ
Z1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9w
UmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0
UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAA
AQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44
QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAA
AAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEA
MgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJ
TQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEA
AAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoA
AAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB+AAAAAUAaQBfADAAMwA0AAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH4AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3Qx
AAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAA
AABSZ2h0bG9uZwAAAfgAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAA
EgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0A
AAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNl
VHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxv
bmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH4
AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAA
AAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0
VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAL
YmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcA
AAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJ
TQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAADOEJJTQQMAAAAABpHAAAAAQAAAHAAAACgAAAB
UAAA0gAAABorABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgI
CQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEE
AQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw
4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKB
kRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj
80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDP
Lw57w4R5mZCf1CB7dGidYnkKD9wc7adRy3x8wkNxPuMTpI1hJTf6U5hdc52jK8TLeONXCp8T
/asVHHYTRJAn2zA7f1VdY/GrZmY9jm+s/AtNDDEl77aazs/OdYxjEKljtpc4e2Rtg6QUlKsa
SQWgER7RyR2/qrH63i3Oupe2SHt2DUgAgxH9rexXX9Wx22PbVVZkNrdtfZUze2eXM3u/daqm
d1hr207WEscS6zcNrw2dmz3fvtSU7eD9Uel39Ox7rLr2XP0OkObY47KXOqDd9de5n/mayftb
Tktra8+pWbC52oO4D0trf85+5W+hfWHCw2W3Pr9ItbBfUTueC/1Gi4f4TJ2M2stfb6LKf5up
c7VYXXPtMyCSJ1jcd/KSmeaX1ZD2hsQQe8e7VV/WdJMyO3gj591xsbZI+iJI4kf9SqgeZjxI
Gn+xJTbxhfZfWypjrrbnBrKxy5xPtWpk4L35llOCftbaHCo2saQx1pHvpx/petY2z21tr/SW
sZ6v82rn1Wwsmj6xtqzqHUHFqdVcLBBZZZ/R2j9/1Wu/R7PzF1WT0+vA6dZ9o+z41dDXiq6+
17WTYd9gZ6X65Z9oaz9Y9F3qZNf6ukp83zMe7HueyxvpmskNEzMHYbGu/Pa535zVPo99lfUK
adxDLLGhzR2M/S/sonV8luVlG9lz8mGtax9jBVo32NZTjVn08fG/0GP/AIJA9A4eZjF5kl7C
6OztzZSU/wD/0M+xodMTEyIHgrGLUC1x/OALvHj6P+a5OK95458R/cqnVbKKbcOl9/2WpwvF
lu0vDS9npY976W/ztdbnPb+/Xv8AU/waSnf6ZZi9S+ppzL3tpyXU7X24oYLmP3e1he71n7bX
e6yp72fo7P5li5/qA29NsaLPRtLQ1pOkmP5tu7/St+itjodFuP0Tq2LZc/Iqwa6qcWABVtDq
7MiyljPpfp3/AM/73qu/pzOpV2YVrw31AHVmQ39JX72N3vOxm73e96SlvqcL8LDwvVqaxudY
1uNbbc2sFtjve3DppZblXWVV/prfW9Kj/hFU+u2CGU4HUzS0OyBbXcWW+sww79Vsbc3ZuZZV
+kZuZ/wSPgXnD6vfg4OQXNxnPrsaLmUyBY65tjnOx8l13p7/AE7KMdnp3fTUPrX1Doz8bLwz
ecjMaan1WPa4vdYTV6zm3Vsoo9L0PtH2j1qarfW9L02fTSU81h1PyLKqiP0YOrR7Qf33bj+d
tRukVss6u2l4a5kvO3kHYHO2/wArcgB1LcMsHteT9LcZcZHtc0D6DFf6D0HquXczNxgzHqpd
uZdk7gxzmmPTYysPts3f5n8tJTPO6a+i51VTfVpc3fsHIBP5+74LS6F9RXZL/tPU3PxaBDhj
QPULf+Ge7+jN9v5/6b/i1sUjpbc19pyasl1LS5rg3aGuB3e+19jm2+h7v5FX0/ZYsD6wfWn9
pNs6bgOnFGl1/wBE3N7spb7dlNjvp3W/pbGf8Gkp0T1nDwasz9l3tzD08CrpuRYDY5lT/dY1
73bftf2LId6GDZ/oX/6JYufflO6M7Ny7XZObm5XpV32ne5tGMz1cj0nvn0q7MvLra70/Z+jW
c2lpLWtGx8S0SSzQEv8A6q1rMRtmPi0tuDq8ljSWENLmOJL3OqP85Xua39/9Ikpwmh1jmgyH
OMajQytfE6G4ZFfqWgHc0wwE/RI8dqh1DHqxWA0A7qy19Zd7gWk+naC130vc5i28VxsOPaRE
7dseJI3SPzklP//RlaaMWl9+Q7ZXU2XOj7gP5TpXN9NYeudfYbfbVJe8QJFNY3emPzd21XPr
pkH1cXBa4RDr7AO5n06v839KsjGOXRXYzHLq35LAwuALXlr9Gta7831Xu/tpKex6B1W3Iw8/
Bqq9XKPS3ZriXEA2WPbZXR+99G1v+EWXXf8AWP0hY+rHxXOcGsZcLd0g7QHN/l/4P2fpFp9A
6dkYGX1l9rPTNmLZRUJn2YzaGsdu/M3P3exXHZNfVsOv1DuqtYHVWRqHNPtd/Ie3+w9JTy+J
0HqzcvGzWQLb7n78homHT6j3Y3qBvqWbN9e1NV0bMzct+/p5outssusvy3ezY54d7cev89u7
6D37FrO6v1fGyz0R9uBX6OzJry860UlzLIZt/QCuvIsZt/nPTryHrStsus9PJ9Pbbk7Q8ep7
KqyX2WW2OPs9Otv6Sx/85sSU1rekYzr8eurHpONWS++zZBs9NoaKy4D6Fttm9/8Awdaz+r9c
xaWmh97MuyNjMbHkUN/N25lrfpen/oals5H1fPVsEWX5z8ajJaHYGG0FkuPv9XKf/O2erT+k
Zi/4D1P0n6VeeZlZZlW0OoGP6bnNNOvtLdNu4+5ySnoOmZ2Na5w6ng5HUbscEjHY1rMdrGxL
tu6qprGOsr/nfV/waJ0zpXSM7qJqvoyOl29Rd+o0V7QK6mte92RaMnd6nqv2U1VN/nFV6P1N
7WWPNhqd6YYXuc5zWsBEjYL6Gtr3sru/mrn2fzStYv1lbUb7733ZFuQ6t9rQBXVuqLRRk7Wf
Qcz0mPrrY9m//CJKXy/qp1Lp2YG2MORhvG1uXWDt92ga5nudXkNd/wBbWBnk39Weyprtot2V
VtEuAZ7G7Wfvem1eldD65jdVqdiWWtvtFc2AfnVO9rbXe1rN7vz2fvrzm+t+D9YLGvHvoyiC
HHkbo1P53tSU3MjKxTi2VWQ9zf5tzW66+3Z79ux2u+xn+k3/APBq/wBEyy+qqt2pre0bvESA
wj+on6ljDKw3uMOfWDtcR7toP0S5UuntsbZSKXNa4n27h7XNHuDfb9Hdt+kxJT//0s7rPSrM
rqrs1r27PTaxgcCdrmfS9rdu5mz6P6T+dUGsqrfTXT735OZjU2WEAERdUToPofQctC9xILgT
7udO8Qn6PQ1/1j6NWGjech1hMSQGVWu5SU37322Hq92M6Xehm2tIPO53p1f50LmOlvfsxsqn
KNGNaWsvpcZD7TDGNYz96xdRg3Vsw8123+cuZik6xBNl1wbMe3Yuc6EMmj18bHpqddVlOZQ+
0EtYCXC13s93tbsSU9C3aHG6zayxwNTXvHYSdgOvu/OSFlNltFUNupseG2sOrSx42lw2/nfu
qxhdKyqXWX51oyHuibB9GDO30GfQYzT+v++qtGA7H6jXTW0MxrH78fZ7XAk+rZW/+3/NvSU7
b83Fszw83C20VOJ2+6Jj2s2+3a3ZYuG+vuAauuMyGw0dQrY/QyA9sU2cfvba7F3Lg1l2JYWb
A0XY8x9FxAcJd/K+zPZ/bXO/4xqK39Lws0EOdTbsBHIDmuPb+WxiSnjKaamO/SBzqyXBrh9E
lhg9vzXqZLqR6lROx/tdtOhA/eCm51dfS2V5Ac3IdZZbUGmDD/zrGn+bZu/z1VrybayPTIYY
gNiQPv8A3klOh0+3Ox8h3U8Gv9Nhs3OEQ01ja2wOYzbv9p961+p4n7YzMf6wCsV42QA3Kp5N
d9QDPTtd/wAP+jfWsXF6rlsfTXfYwYzXTbWGCSHc+r6fut27t/pud9NdR9XsfGL+o9Cre7Kp
yGHqGDkNmXNDAKv0f0m2/mvZ/YSUg9vpuBEaODh20B/eWX0hjr81haBsph5J/k/RaP3ff+6r
3Ui4dOdkA6PaGkt1EOMO2uTdCoLKm27TtsIG48nn/vzklP8A/9PPblZDX78isVU8QZknwR69
t+RW+mx1LvRyPRyK5Dq3+n/ON9PZZ7f5C52rLvcLKnOcW8GTP/VLT6I605lVTCS0tvAbyAXY
+Q7dB/O3VsSU7o6jRZ6WGy0uNO8mxzNm+4gbntY6HfQaytm/Ysz6o2t9KutzZssdY5xJ5JJ3
ucfzf5Kya+oXsYz0CK77nbhftDntDW73bW/nOdCuNxM/GroyMOp0Y7d7rWD1fe8y6130tn9d
7PTYkp7fDz/TtxsJ7SRe5wYYJALWOc73D6Hs/eVfNdZ6zdhkt2AD7pCqM6/Rj21G9zK3WAP+
kHgEg8v/ADPcmoy/tuaz0KyapJuvuBYwVs+l6bdvqPe2sfTsZVX/AF0lO9l1Y99Lm1FtTnkO
aQ0FzXNd33f8Ix7LFy3176i6npnTunwwZLrH5LyzUNa2aaXNBHt3uc93/W1z9n1h67jdTysm
rJfW8WOa+pwa5u1h2V0vpcCz2NT4uHd1fOOZ1B5PqncYIBcf++s/9FpKcayx9ji9xLieXGSZ
SYzc4AfeV1Gd0enIxq6enejW0OLnuE+4cM9zQ9ztn6RZ9XSLsOjKys0QKqwKtp3Hc8ta0u2/
RSU0MbDfdY1uzcBzrHB/zWrqcrGu6di4fVcAljcRlmJaa5Bj1C/9I4EbK7PVfX7f5u301zAt
h0tE7BoO8lemdPoLOlU0ZLPf6LW2Ag6kt/Sbv3t356SnlOuG44QtxWudgX7ckvaPazeXV+nZ
+dX+tVXfTXQ/VZuDm1VXVuG7HaA+hw+jLS1jxP8AON+nsWXh39V6X1AdCxrDUKrLL35DWtc4
Yj2b3ti5lmO71LWs9j2/zy0cHqXTcXIFjMP2B5Z69Rktc4fpN7T7L3O3fprGP/61Ukp//9Tj
6CdznOdyYHyWp0vOr6fcMy6PTa13/SHo/wDU2KmzHfo0DQTP8UsnBsvaxjv0YadHRuHvgfwS
Uwq20ZVZs+jjMfa8HuGBoaP7T9q28S7L6Z0JmWMh+PnYzXXYr2nXUh/ovb9C2lzf5xlyz6sV
tvVvso1Yz0cd7nEuLmtH2izeflVWtj7J+28TOpx2b7W1sdRudtA3XBsuJ938zTa9jElPU9Ow
+n51eJ1HKqrZk5DWWvqqADN1rWPs9jmv9v6Td/OLPZ1t4rrsvYKKL7DXXQ0Qxtdu9lXsdOz1
6v55/wCfZaidEZdgNrblNEteDY2vgMDWgbXf2Vz9rrr25XSnAi/FtbbRuiTVO9n/AG19Dckp
xPrHRfh9VfRc0foAxlb9JdXUPSxnuI+k91FdW/f710grw7fVddTI0LfzS4u9znO2FrvYqP1y
x35mLR1XmysNx8iBoWx+itfH0ffuq/7bROnWPOLjuc4O3VtMzMwNrtuiSnocCnHtq2emG7NB
qSdp+juefd/nLL+vtpo6Vi41IDW5F+60jSfTHtZp/Ks3qzj5VlFxsrIc3gsdpom+s9ber9Fs
ZSNuViO+0V1knVrGuNwG0bfU9L95JTzf1fwRf1rHqvr3NYz7VYzSNgbvp/8ABHVfo13xutaA
G1CwHvugn+UWuC4PEy78jL6KzHLW347nDHrBJe5rnjfVY76FnqtdYyti9BNFvq7Q07QSOOQE
lMHBuZY4OZ6OS+r0XWxIcyd2yxoLX/o3/wA1Y1/sVLp/1fz63tZlto9HFcRSGgGuxh+i+tzf
1jEyN38693q+v+etenHeCdwgtj4kf2VYNlht9F1X6OfbY1wmP5TCdySn/9Wg7CqDoEDWOPD+
Uk3FbZNgkGppMSSDBja1qnkiwOIDiS0yBEmW/wAl30kbDre8ue5rm+0fSETOsbfpfSSU4uO9
zOs5TToAfWLxoWsc1jXfRn832+1dX0PHqop+2Vbg3Mpq9p/k/wBX6K5nD6dZ1L6w3tqJ2MDG
vMaCA0fpP6rnfRXUYVmNi1eibG7d73NaJcNrjG7aP3oSU6QLnOAYwucdAG6rO+sHQst2M3rO
GB9swRvfUJDn0f4es/y2s96mc7Ha9wax+wyC/QCD+5uVqrr1mE591u59FYl3qQ2P5XqOPtSU
8+cjE6hW3CLg2jqU112ToHkb6vaB9Jjmt9qt/VPpuQ6m7BzN1eR06wVvrbBa6t821WB/57X/
AKZntXO9TzsKzqOXndJtAxm2MyK28R7miytmnv8AS/e/0S9Fw8ao9QObuPqvoNbQNGFhcxz2
v03bqb2fo/8Aj7UlJn9HxLanNrrFBdGrRpp/IWbk9OuxHz/OVvG0P4mdHMc1dAIiAqvVpb07
JuA91FNl1fc7q2OsbH3JKfP/AKv4bT9fcZmK39Tw7Li3WQAyt2/03futtsa1en7BHC476rUU
0NBw6DZlYVbBedTvdfWL7XUWOO1zbf8AM/MXYt1Gsjy7/gkpE2gNc4g6EyiBrd2oBnxUoKeE
lP8A/9a27F6ja0ua1jn2uAAFUiofnvc/6Vvs/wCmg44DH5LrCYqb7m+AZuc6f7K09trMj9Nk
WmxpDSKyQAeRt3FjVn9QrZblW+nW6pubWWGSC5z4LbbJ/l/Tekp4mm3MtusY15qdfdXkueJL
pd/NM/qfpPorp63HDpqY/da8+wBgBJPLjP8A5NYfS6bcp+Lj0MLslzXVPjiKiNtn8n2j6a6I
B9Q22hzLG6mt+hE/yfpJKdTo9NGRies/HcLm/wCBsO7SPaNzPa/d/nqz1LpmTldDzcM0V5F1
4aGUFwpAIc1/uuh30I9T/hf5tZ+H1RtDTVcz1qXNDXMEAmBtHP8AWW90z7K3FrZgiMWoENbJ
JbydjtznuSU+efWP6oO6J0SjOyckZGbfkNZaytoZSxnpve8V/nv2vYz3/wA3/IXVfUXL6hmY
85D91WOw1l7zufdY5zX/AGjc73spY1vos/03/WlkfXm6zqHWMfpLHnaw7SwQQBsF+Rbt/wBI
+WUe/wD0a636u4YxsWzWfVeIedSWsY2uP6jH+oxiSnXY0S1viRouf+q3Wc3qTslmaWmzHssr
9rQ36DyG+0f8FtXQjQ6jjVch9V5w+u9TwnmXV5VsTqdljnWU/wDRfWkp6u+7FxKDk5D21U1A
B1jtA0Ehjf8ApOR2Oa4BzCHNOrSDII8nLj/8YuZtx+l9LADhnZTbLNeGUFum39x77v8AwNdZ
h0/Z8aqj/RsDT3SUmEzBIj8U+pIgwByPFIjwUhCSn//X66qunfZaWA7zMu1/6pBzm130OZsb
aWguqYDqHAabXD3Mci25GHVDrbGCeB9Jx8mtZLvpKs2vDyD6tLAHboJDS10jhJTxfQqhhdSs
6gXMuNtljMfEqfGR6rnCt+PZjH+bb7X77b/0FbP0y7iymqx36StriI+kA6PLcuH6I419R6nc
/R12TZU46TtENa3f9HbuXbYHq2Y7DGrBsfu1hzPa5pSUg6h0WjJp/QVtZkM/myyGAnu135qo
YGPbjZzBmM/TUkk06huv6PezUNu27va/aulr3ixpgxI17BUut4GZk4tlmCA7NrE44cYBg+6u
XfnuZv8AR/4b+c9iSnkcR1HUPrl1W1mv2i37Ni2xq3Yz1Mm8T9HZTR/25bWu+oaxrWsZoxgD
W/ACF579SG1/b8z1zazOwLLC1rwA5xuIqt+1Alr936F1Nn7j7l3mNczMxm3UOc1lgIJ4e0tP
p21kfm2Vva+t6SmxOzbXW2QZMawNR4/1lynXKbMH60YvUwGsZmV+jeGOJJcw7qLntd/U9L/t
taOR9aulYOc/pj7LbsqggWQ0CJG5rfUsczfsb9Paud679aH5Brquw8V0uDqPUc5z69sfpJYw
XOb/AIT2UpKSfXR7Mn61dBbEsFQs3DvutkDcvQXkNJLyGgEySvM+oXZWT9Zvq+L3VW2NDdcd
rqq9oe11fpfaDvdsr/O/wi7hnTch245N28kuPsLtZdul0wkpuu6jissFe5z5GjmNLmz+65yj
dm2GsWY7m1jcJ9Ws2Bzf5LarGP3O/wAGlXhVsbtBLfNmmn9reiDEx/RdSWTW4EObJGjvpfQ2
7UlP/9Draen49TRFTQ7u4ySf85StbsBPlwNP83arTnADUgjxQtrXhxB58/7PCSnksb6tW4td
1cPzXW2WOpc5w2sNhc+p1o9r/wCTd/g2Lf6IzOr6Zi19QAGWGfpwBHuHt1/sq4WtYHEmABO0
CTp5NSET6h7/AI/ekpIDJjn4KYtrc81hwLx9JoMpjUy7bMwDPtJGv9n81EbW1rfbAHgBH5El
PJ9Wxv2b9YL+rOIqoz8ZlT73GGsvpez23WO/RVtycf8Am/U/nLK1sdAvxbhlW4djL6H2bnWs
Jh1oayt/td7q3emyv1GOVzKxMfLx7MXJrbdRe3ZbW/hzeY/s/muUsbHpx2bamBgAAPi7aNrX
WP8ApWO2t277PekpxOpfUfpHU+rO6nbbdU+3abqqyA15aAzeXn9Ize1n5iN1foGFT9Xc3G6X
i102uq3MLQPUc5jmWQ+936X8399bc6HXtwYSNdd9b6HiWXNNb9ezxsKSngem2u6n9d+mi93r
HBwmQR++K/Vf/K3VudsXocBeYfU5uTZ9bLs25phjclz3/my0OYPd+77XL0qi5ttFdreLWNsH
we0PSUm0gJ1GfNP5JKf/2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABo
AG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBD
ACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4RB3aHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJl
U3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4Onht
cHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6
MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcv
MTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0
PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxu
czpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVm
IyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNv
dXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4
bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rv
c2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9jdW1l
bnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmE5ZjExZWU4LWVkYzQtMTFlOC1hNTdjLWI4
MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxODJlNmVlYi1jNDlhLTY3
NGQtOTJkOC02MDY4ZDZhZGQ2NTIiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRp
ZDo4ODFDRTIzMkI3RDAxMUU1OTU2M0M5MDdEQTgyQjhCQiIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJB
ZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDE2OjI3OjUxKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjoz
NTo1NSswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1NSswMzow
MCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHht
cE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZDEwZWM3MzUtYmE4
ZS1lOTQ5LWE4NTYtZjc5MGFmOTNkMjg0IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjg4
MUNFMjMyQjdEMDExRTU5NTYzQzkwN0RBODJCOEJCIiBzdFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3VtZW50
SUQ9InhtcC5kaWQ6ODgxQ0UyMzJCN0QwMTFFNTk1NjNDOTA3REE4MkI4QkIiLz4gPHhtcE1N
Okhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0
Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MjIwMzQxNDYtNzIzZi0wYjQ0LWJmMjUtNDRlNWY1M2Vh
MjlkIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI1OjU4KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0
d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNo
YW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmQxMGVjNzM1LWJhOGUtZTk0OS1hODU2LWY3OTBhZjkzZDI4NCIgc3RF
dnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1NSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2Vu
dD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIv
Ii8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9
ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0
byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxODJlNmVlYi1jNDlhLTY3NGQtOTJkOC02MDY4ZDZhZGQ2NTIi
IHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTUrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJl
QWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdl
ZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+
IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAA
AAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxci
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQO
Dg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQ
AfgDASIAAhEBAxEB/8QArgAAAQUBAQAAAAAAAAAAAAAAAgABAwQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAQAAICAgICAQQBBAIDAQAAAAECAwQAERIFIRMxEEEiFAYgMiMVMySgQjQ1EQABBAEC
AwUDCAoCAQMDBQABABEhAjFBElFhAxBxgSIykUITIKGxUmKCkgQw8MHRcqKywtLi8iPh8aPT
Q1NzQGOD8xQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAIQOITkwDkg2ECWIkSpR
m5zvT8sE7TCA2JFJEA7oYwcyq80IiCUT6gmVpTVyw8UpWu59gr1rlQZmENAg1CYZRsKQESWI
ZxRTwgOJEamgASYIWYu3Me0a6BDV5YiQ45Ao0IYOghFByRudZxnZ8WFMEokcZKLmV3NAEiMu
psZpDt58x1SaUHIsCZYVYixNXsAUNPOIxOMIXYRiw7s4YmI+jn9OBh2qYy04CpW2s0haQCN3
YGaCQ6BRoaMgDUUozsgmAhhMxwsxGvz3T80SSxGGnYTphidwU6GoaFMhu1CLWvWqm1Qt5hhw
iiS7TlLlSzWIBQjwzCMQuNIEhJHPAbOjPCYW61gxtibOBr3OcIhdAjIAzsRsqsiyiABpQGcT
GJkFI0gaOA3OZ3cMUwGSpMIDzy4WUJsw0JSxmT0TRVAjV1ucuG1SbGK7M5JILEiICqJMJCgk
zBmJksUgnakF4y7YgS4nR1jnYbuSQxyxAzDfM5p6xpqJGjBNGCRQEqZwheQCyMxFldMBTqae
WTSwuSRhQFUi2yIde+couronNRz1hOzhXIEPCmGSROlYIkJEcNyIrJ2Ek5L1/IaRW1NbMLux
Rsk7YeIdNzlnKASjCEXLsua5YqOZKpUaUUgAhMILpyYmMGKTBO4t17hg4Xc8wCQmVcXosMg0
szdNnR5yM6KOvCVef67kQo2AnjRj2opSkLiWtjH3CjT2s4qGCFXssVZdXpDELpEczp4fRDcp
dywtHO6UzsS1SCICGY0JSSlY7kxXWqiuJoBpGBMCJJ4ow8LXxDvb/O7JSyNPOAc2IqMucHu4
/TE1avZNqCKIm4frucMx2ceYZiaevXIRZFzd5voSWCzVM9p5jP2b1oGeMiXIp86XdXCkLdOQ
Aup5naOajsQAvJKV5EZftVrACNiyiRXAmEkZHK0gPPb+OWaFqM1NLnO4KeTrZA6FgcHqqZma
M0YNjP2h1NOVM+7IcW0iJZncpDYrgomH3+fsnQk0I2jX0QZK7B0I+dAkYyJ7DkEgEWitUi5j
2iK02hXKg6WMbNnI0g43lJkkVXdxiRDiTEWFpZh1jctumZ2nMdIQZWvjhpjLSq6hWwNTmDWn
z9wulRzS7PykYTxyE8kCHiYyKa50JQ0ZoC9DlVTWnyLRcwK+aFNVsjEaGY4SyniN2MYyvaz9
AkqTorZ9qMDWytQkUoE6SISYgScwIZcYqxuxb1YBNbVzdAl5/oubJWrAXyoQg5FlEGvlzHT8
nq5xXWyBn3W1jOLZrGNoR7AlVrlihOZFLjkSDq6pydHvcI5u2+yZEdmuMnRONiYizreaKzVm
NCzXIavrZxU1Mu0arMxaTIA0hiaAgwjiHsVtc2sHoOeNMc6U6vgPR+LMme1sGFDtmc9qWpDC
LbIr4m7nDVrOwUN9OVsvYqhPaEpSnhGtgVyDvUoDq25e8aWZDIa+hi0zusnWI4SHtMIqaVUz
HrSxjWqtguGEZoV60A8leQ1ipXyyhRYCRiHnNPDHZ0HuY2sX8mjfM/VxejOnztDILtW3CY46
uOXNLE3RUtGkWq08ZSs59wMEiYIMo0MqhKVnt1gHZjWesxe3uf0A5q9cC1nbRav49k0gjkM7
N6Lnjnqs8I+7gbwde3MYcGzmFexFYJbVWQ0UCLzSwnL1iEc3IE3QGvm6pg9Jkbxv89vc0aTQ
uWadlzJobvNl+vHrgadSUlCTLL1im5n3t2yYGR2HOnP1zjHdiJbOdaNNopypNYzDV0sIDZgy
tE2LmNpFrPv1jhY7VYHVy7xpppiKjp1TNJ3JobCBV9GjnaOEYsscwN10QTjqFPocLfKaikN7
jer5Et6HO3TUlpSF3F1K5zuqeiVNGsRLDLEEEfQjVTolhrDnD0em5wEhYUsJl+xluOQIeavd
KhzAPeygPQXytU5DK63lSO3VtGnJGZNDIJlm4BiJmogRpcz0eaYFo5yGSzMRG9MPexdgpkmN
Ljey4Y06WgxmbdLUJxYwjTAGkCE2cbs9S2BVu0y8lGU+L77jCkBOMUoDzDORhLGRKSMMo3HA
pCx0vFWDseH63FMrYpaYZRGJzAowzVxpIbJqJIsQSQghKBFXs1ifPs1DU0VWJE1gu8H33FAb
HP7gSpaRKUrCULEypVzQBOXbtICxXlzjXJpCfl+lwjl5YTJXiuFOSWEkeByxWsMVincr3TuF
bL6TELfQ8l1pinpZY0hgM7Io1JYg9ShqkqSFBIw0bgAiIHN0807XH2sYDTzNkg5/YonOb/O7
Bqy59A186HRLFyGwV83cygmp3ie/XsljI1cw0wdiXO0qpwsV6iHezNEkobdMzZ4XDlqEXlnI
3QxWNlUt05zqOe2DZxugzyiKkIoLGeVJGmJr9K4TokQMJAxyxgkjI8zRpHc4PQc4QdBz3QGO
mc5i7W0w7UegSDZmI2s1gIzRkHeqGmpHDqWxIpqVgttDKcdj7uINfjtizXjBJIdMghIh0KLH
Q8rIdDibOKdZJR2TnZIbRDmbOIQT19AsnKg06KrKEmerZE5Igp3UaI49g11Pmj0ruMUdzH3C
a1BbAv0pC/AREKcCrEUZatUNgplOJl2IQNCzXtnHUp8suVRQLOhkxDM7idMOMiAlO0XqG7ni
2+T1SZWso0cO7mhbGbsgudgsq0jhRkcjuxgWypTBOgL81auaVKjKaOJrZZS1sjUL9vK2COUG
Faxbxowz1ypHMAO1k3C2DsDRtsVbR4xzcBgOyQJshOJjJ3HaUQFM4WhXvFmeDXOUjv5h0VWr
sGDV0c8ff5+0dUdDWDSRxyyjNOkyI5axmtFVkNOjoY5HMNweFqRDoQSh7nN6ZqEKIbTTjwS1
yumIOzBVLM3ImdmOLbC5mbPAdpyA9O2Y9fXywExDGN0haRhJmLdrOkNrXp3CHn+lqHM9RzWq
aKcDEh2zM/YhnLydHnAoCeSExzFwiFjew93niSeoJFJIZchmrlaQxN2fOtE02XOX67VyzUqT
F7H6DmTPScRiIYnZH1YrQByCZWd0EBiBsVypsVtMyq7xjiQkrxTHVWq85LXnjMGl0fMmhVg0
TWjjiL9rDrnWLGRyMc0YUoGMSIcwsm3y3WcmPEcJYngnNKfN0h6UnQGCtXPMl7lszS2bJmT6
sBXw+hxjn3s1B3i2CvaMh56kRZsVtEgKVEL2JCmOplHOuEhHILha+X1BcMCExILnenqHIdRT
0zLplMSw2q4yso5IJAJjExiZB3qFw2uX1ssjhngLZSUwt7H2yHM3ucOwPnunKktxD5dnmzYU
YlvC1qJkVJqw+tkapokAll5ICazQmLTohpEY3JdRxJDLDIEaRq7+XqEj1xLSpI0JKBjjORhR
afPl8prxYUSOFZGGhcUgGHJHVJDz9Qr1rdU1M+4Jo2hEfCv5R0HRcxrmkNaUo0r0Y2foZxcv
YPTHI53QYRFoZ9s1yTk0SRLLEZcmrWgnFEHGdxxhVt09Ajh2sY62ancDZ2BGVETWAI7cMxYg
lMqWyAdAjzqRnEkgiEh87QrEFuDWK9aYRa2TvEYphsPt+LNe7l3zUlrzlbK6DkDdpTxmf03L
7JLyfX88ZkkRG5NWmJThlJQlhLF7KlNQq5hcp1uKczaq3zo+Wu0SfquN6wss4iOOUYmRInRN
IEZOEZgqVHnbTohM5CFTSlN5hCtVbBjWKt4s36jkbMB02F0sZjWb0QmJyPA6HLM7V5/bILhC
Wa88hxytUzckhsDkBE4ixKJMFJG5dKjIc1X6DBNCqVA1ehwuwKo2HK0kshXa0InRDRzIzJLh
AqVHBtaAhaVAyORVViMIkJkXKV00InkI4tGsdGLIZOgCSGikc5qv0PNm6eZpjWK5mZj9PzRq
6WDtkpjbIR2hMyPWpFR3cjmEiLm+qomNRsVDpet5jqQHJAo2IYrERIkg2JgXIgFIjjQlAATc
FiEUsdspiQmHPEZpWQonQvHaJHjQSSHFIc1bIMbpQPP9upGXgeuaOZZ1zjOtxLpvG8g5CQQS
OVoL7GItGmRxTVTm600h03R5ukO6QzEgY5mI5EhJnGdnHSRyICIUbwlmMmHs07AoLERhO8Rr
QDoFjXwtcNmkI3UZJYrkW5cwzRkpWipy3cYpzp10S9PyXSkmLvZhvzZ2iIxIdIQmSGoX4DP5
3oOaDfVlNqzWsjuziZITOw6Zx2dDJ0JJHHw2oCIJwI5as5LPUvAwWKxhi9gu3C0TM1KF4RxG
E0VQ0CzCLwxAS2KJG23PmYYWQKm7j65sqeIsysQ7s47JCdMMBowM/QrGk+RuD388TVcSHSQy
dDJOMncZJCSRykOjAUSuiUJjIaxUtkedpZZk6+LvGsuZvmhFBMIncZhkEnlBeWUrPeY5jJMy
G1SMuXsLTOtPO0iaaKUdCQnTDuLBiLmLX6KI5HqLIkhOQknEmITJDs6GScTOhJI5qiVgBTZ5
K08RDo1bpFz+7zJFoZpkdtWyzMpRyiYnmzNcsPMANV3LFiITnufnvmVd7CM4EkRvaPP3TpNC
paHcSEnEpY+jyR1epz+6SpyBRsJ2cdkh3ZDO4EjRTDOmFBOwSZHOHYIpw6ZFCl0HPD28++Vs
HWyiuRkFrZuiTuxGYrFko6Y2S8TIino2C2mIqWScLM08A5GQhC6vOvm5IJCdIZJGdxvb8abG
/wA9ulx0h3ZimfKSHZKraHdnEkwnZDpnGdiGTo5+qZEMxyjRXzOau1LBm523z5frX6xPNTuk
7tMRyCiWxSM1izNMoTXgJHjROycg5De54zrdLcJdvP1y06cTpxk6KHDd/wACbu3g7JqOxDQy
45xe7g9Mbl2KUJCQmdwXZxOkJ0hJ0YY280lFIaGyJQa7RFz3Uc2Txsxenu6BjyWqg4kw7Mg1
CRd0cSwaxQzhOInM5N/JJ96hrB61HRCICHSQk6I+H7nlyDa5nojaOtYFxfZcAUux5HtTWISH
SQTshmJhJ0J2cSSM2hpVwJpjK0kgA5eoxh43U86ZktbROhv0tAGvaEoq85nhpuc623lDSQuT
xvYNJ5YjhGDTNGxIjTkYhOxFaykOkhsjYhPPugy5zpb+TqEfnXonnIXd8V3RddnEk47igkyH
SQ6hrF9VEQg7hkzijJgWcDNyd3nCpZ25A1ibpfFxHdIcnYGjoic2e/ljSQWy0EWac1u4Owa2
zibZI4OGQuJMRA8cxFDeE5XO6vljotXB2AfPO84I0u14rti4kh0zBtHXLR4s5px0kX6koEKB
EikEAiRBWvgUCnAPC2MQxdDL6Et3q8RrICCTSCdxCcTJYZYzKg0s4mwr/PDXY5jpb2bpjkJB
IaxbVK2ETMGCRmYPX5pjbVHWIuH7bhy33fCdkW3zCL1aBwzeUB5AI5EidpWKKdErugXTjRtE
ShKBFznS8uZO9jbJeUMhoyVLY7uYk7DnEZLHKJDVvAcRU2scLo+S641DCka7BICMqITPJNR+
fE3M6lWJRrUS7CW+Uua6/jzS6rku4Mu3bmKp2EQlMgCdCdIdxISZGYqLE0FiUqPeMikTgc30
PKlbUp3Ar+dMXNaleHTOJ04zsg0nEmcj5TrYDzfoc20dLFKinuc5tltOirwPoHnw9/ImNcs6
4R1OjuHJbWX0pR5buOGNrseT68N0wnZx0ziSYdJCdnEmRl2YzDFECMiIXMCLj+xzjn9mQg8T
b546DWxNoNxIdMgkJBODjuyFHIByce3zpvyBKKxCjUICG5vpRPP7nZuZejIQMM4nB6VC+FzW
vmHW7+RrhJMOmcdJCTIdkh0yHSRTM2HjNhk4DCYkKJgGlkMotKQpWijCJIJJwCFw1DETSV5w
2dEfMdOJgyZ9Q37nOdGaDs4zuwiZh3FBC6Oer6eWZNNyO50czTHcXHdmETMEzOOLuMkh0yIS
Zh0kDHIAyNgESAdME6EKOURpBMdnchq3jIZCQydDCYjM6IcPomIpXQ5M4kkIhQnZxEzmVg9b
wxmTQynbamfZLLs4nFxOzDpITs47M4kkALITIB0DEhgYDE4LsIcbRE6aQZCJMUUg7s4SFBsn
BEmGSQKdwXdDs7CdMEzITigiAgeC77hzKnmunSDNmG+7CSMzhMmHcXCFOMnYJCj/2gAIAQIA
AQUA/wDGg//aAAgBAwABBQD/AMaD/9oACAEBAAEFAGH47bAoOMAAFfiCd64qACSTtweSaA/E
L18QWZ9myQQTGBjhGHDaRaQSALjKNIhKk+dpwnmeQgnC5GKQcQ7Lqc0wNWYtESFxWclP/vaW
JjYG3JY4WKhSACzcdsATsliMBILMNAgYjjB5KhtedFgBrPyEbbOAMSx0VJAc7wE7ieFXDIUo
u37jcQ50QoByXjyHklSrM40OXNnOgjYW2kzl06tNRu5FgSbyMMcYBMQ6KgMngKfCjTActud5
PHxcggkeYIHkMPUSBbVB+TdRJ6ooWVOL4CiqreyyFDZNo4xC4fhW8l9EtsD5Vjg1jE4ACFVT
kY3kb6xvmRRyB878JECrHeISM+SflvlcrORJTUi4x3hRi4LaVdqyOMLg4zbBLFwAcBUSNoY7
DK+xXZy1kgnE5Ab1gI2XIMisCFkVmBAAUFFGriFHJBxQSaUa6hG42TTsAU7CFY8KgZMAIag/
OVNmVBIZD+YPkkMV3hAzeb45s714YhpGHHFY7owmxL2VOCGE6Z21n5amJTNbIXQABGgCoGHa
lGYHrnZrBR1wsMRiR+QwHRbYADaDsBI7YPJQAmcERgFax8zqVKoy4Ro/lkeuDscZ1OaY4FKP
8NdjZoSpAiAfIDIksBIjPxJcIt9nKrVJJDjO+q7EJtiGRnE66Kg6wkEfbzh84jAZo6IHHI1z
rq6VIeyuNanAY5XpKkYRWu9hSdWQDPhnUhgDvyCvHYCA9WXSzJ5HEnOA0UAcrnHebUYW1hBx
lYYiMctNxW5LPFCg0VXTEJnIMAFLKvhj4SRQ29hfKPxGOPwiVXKr6JhZrIT21lpKVr2xmGLl
2zEVT8ufMRYZXZWIJ4zoOT+cK4yrnkMPnxvQBjQsXXWLsjq6qFLiwyV4adiZo6FalBGl3sJS
1OjHClu9L3UVavICRn20ACdkjQQ6HWE/sHySDglcSNrYbWHkX1oxsygklhijDqS33QjFSE7w
jbEja8QyqOZUhlhVsPBjKUVmOsVmYsWZrAjR0VCI68MhrU6tev123uyvKD20xNQu23yAAhOK
yxyDLG+bONc94zlgToKy8yRgOwuwZCoGhxgjCQ3apmjpVZokcLIEj4w1erllludstdHdpJHR
tpkmwxAJG8Vhx6va3iTog60TisVCkgrywa2W8qh2QpMaZ1Q3f7dz6ISwYkloxrD4GtYGxGXZ
UDAFGHwF8maX1xvIN1ODrZkULR7AolSSnBEZ5bLd1JwhkYEprE+F1inRtHeff7/J35H5GRtE
eM8ZMA+RMu6AJgsNwZZ2Y+wcRaRR2fZTMa/VWZsv1oopxyGSE8tFsgidzIhVg+m6xgbpCnAT
viMcccXTDTb4nYGyhY4q+WDCPoZC/YdvIrRxRsTwc4g0HH4L5yQqBZtgKl5uP7k+DsJRHSs+
wWpdhiSUkdcLFmVlMfXGITWOyZXtWTLKzDSMdK2lP5YpQ46aDA7GaIwnWKRhU5tCDoAyj0QI
S1HTQ+pXV4DEWqu8i1kVZK9KFr3cLJI7AltnG+IlLN6wBYU4AOXWEfvsyaI0ujxLBjpc88QC
wKMAoUn8QkjSJBQuyUrE8s86/iuJ4CKihzsmRUyxcPCKOSV3oKU/1z8X6+zlevLDK5JXaa2d
g7xJCpUKYnk39GXxGGB47GmQ7XCdlkwjjgPknBrR+KsUUsz9fUu1Z6MteehVSGNZpC0Q4qyh
s9sKG53daBr3YWLRDKQSNK+gT5rLGFdk5SOuiNnrywvnYOvyIOciX8550oKkAERqQ3BAwpTT
ov8AHIgtyxHG7yB8H9v9uAEtdsAqNs9GOFUgrx7j9SZMYyZFWXLSFHJzRwA5BGoMs282Dnjb
DBoYpJArs0bjxEc0FeZeTGIqSpIXWJrcUe2o9kakliunY1awZmrQGNZrMVeM/wAjjDySy2p7
nXJSjZixJ0uzonQ2Bn3OAAZvedfv9wnRPkMSuFRigFtFmC4q5ZPrh629TLw9oszosxbuupns
LBHJHIEAEYK5YIEbknB5zra8zGpBKzLAqh6pZmrDfd1winjznaHcb6LyBhyORD2NLB6od6wf
MP5SRr/jsQttwBiEnCGOGNTjxsCAcjVjlLpZXW/0TInWdmkCvAGkudhDSWxcaeUkHOlhMtj+
Q2Va6XO+WH4bWAHCWzXjiNKGGUVP7jn8TvQA0xObGhrBrWmy0AIKjIlmrPFwiDkWJAkdlg7A
MFJAybRW1GI5FUl6duKpFF3E8hiXtRevm1BU6PsAx79AKTcVwsCTs4QwUcVWEqDPsRt4A0Mp
8WsaVVdBItitIh46JYghjhcHKPXNO8VKtDiKuNojtabRdjySGnYBYAbLrsfx2PVTsJfdZ0d+
MBG21gAGJExwVZ2yOm+LAu6ihZWP4gnid5+O9awcThKrispW2T+tTXlcrSxIA4Odo59ZGKG1
vzNMiLcMcyU4TNYfpmlZqvV9aI7n7duaWFBHXr8+zjDVrMTxyeAATobLBfMMQOSKixt87Odc
wFpyCVbSzsVUx83NaRwIJieu6gIsagYORxiqjsO2ggBnlmkjlecX/wAcXZwgvJGEpdaf7tje
jsBt7YYutQDlFywkjI+XKvy/Z4kDiTg3onWabEBUjTZLagiFyaQVogxlodbKojJB7NSGAJG9
hVLHsoyqxueVb3VpYb2op68/Z5U6Jaj2KEVtv2BFJaslk7RxJM3k+dIQBGvI+31ieYvhOEay
BykkEgkQDeXR/irhgiu7PWrrAN+UTTPOqt2naNGxYu4ChYpnQSzmcr8wrym7G5DarLoArvFX
WCN2DchkfECqzeoJxzgAIv7qx3bJ0eI2wOFCQYhkaHlMvCGAGWz2dyOXKjBJ5e7Z26YyyTdw
vHANYCQoUjLkbSwIpElkD2SH/rVO6SsKth2uWOz9JluQXhWjE0Pd9Y0SMGJG8rV2sPMrxFx+
fHeawecRtP1bbRuTFYdxiL8q1ZoEA0UZEEkjOb1yOqoSSZmg5Y8bKdaxVbS74o4iEl/LU9Kd
/W7FYZNLFKBNEUWCVVSN1YISRIrEQgiWs3+Yga4NoDecDxUMzAebxH6fU/8A2X6U8clSjLI7
qI7tSONU7rYR2BLE8YgytDG8zS1l9vb0oow0iSRUkpxNHN0TrGvQrliGu0NmWWnSsPLa6BgQ
VCnIpq8cSyhmscGb/wBjx2QNA6yGV48aN5Gap2O6lWSGRyxxtlmAAu9nDXWeSWzKqlcVzjMC
RErIQchLLlWBJIb8aLPIrLFHAPXGqpG6spAUxnfKqx2rhhyKsNca+hYJJAcgb/EaUANr4yZl
NdOUbwdhUuQujJGgMt+gzHO5P462NkYAM6t/80lax77aCOoxKNJXMwr9IS9KjQrnsbUUMVHs
oLC9p3NJKJO8U7CKDg2MlH5nwN5HXkkzrOmiaP8A1vX7WeOMWLMByGxzZ5CwQgDtuzdpBIXZ
eOiHJC6yX5WTQSNZCAsUlZ4mS0sTTTEc4iArEAT7BjYETAK8Otpx4FBmzuqAZAVJ4gKo8aPF
joMOWXphhbeQO8b/ALLvUoVQkXXqVbt4eaICB+RxZAchPB07BY17u3FLEGYtUvshisNKoLcr
tnULsThOb2ATiA4xOz5KQlspUGmkr1UrIzDj7VLT9mIysplaKyK7CfaXexMrH5BBwf2b8KdF
+OPkCbJIMlSaNo2szlklCvC4eM/kSA6jcM1ocpITowDjgIGb0aUYFlQDnAjFTQXyDthZJiil
bbAZCm8uzosceuNJdP2PmEudllKoUDBhtGUt20pkw/IUMaAkhAYSQzu0jlDnElYakkhj6+d8
PVz5J10wT9Zg1brZlyNCiySCMzWo1EzSzNBTUJK9eFXugZHBPYM3VzrkkEkQX5UMM+cYnGYL
hJDIu8VCxuO8Y9hUknIZNDRaNZFZJa7+p4i0Sb5RyIyqwA4kZS/5xrbD8hgUAOrsLdgyOfld
lutiZp5JY37BFGqh/wAvYlf15rNZZHu1xgv1BjdhVQf7OEZZnE7rCAY9+yednkqvIKkdTkz9
YgRYooQtlBLTDex5FY3LCxV+qj9kruFSS6BkkzztHUk5zzx10mvNI0VeWZqdWCNa1FFV4ojn
aCI2FgM9ifpLYSelchwAgHyR5MZ/CnA/v7Bw1hjt8j2DDIIm5+qeZwomUjD4yvZEZ5DQYnIC
f2OHkr+fxnDLtpIkc7wAHK8LO9eMRRVwJOztTmGLo7srXe4QNRlB2oLmKpI5frJQGp2QBFKW
rwaE8UsbU6zyyWvXBS/YYM/bSFf+zOaPXcDDGEWYbe9G8k1SA14ZUlkwU2cx1xC1y3HCk0kl
mSPUeVLqq6XKnrPZwQiXty4aZHfo44udjvK0FhgHF7pRMZYJa0p+a+mSJhlg7lOt/jupGrST
xNuMLNFBN7Q8ihiFLI+hXlVo0J5ViPeB44AyEBWsWjVWWXmTvF3vrolaSbSx9YOV/s5QZOgO
+xvRrJXm69kWhGUlkrLoiRQlg7/Zg1FXYCzQ5tFW4DsOusME6qR1PXGJKlf8EURiV/wi/JzC
37y/2lwuTXIK4udq0rOzuYm45MhU7OlZnP8Ap7RWenPFlbrrbkv+rFSrR2ZfnACc7Drkto3T
TwmJfTkkirXcjkAGDecSCQLBcaNZJNPGeLTOWK/AcZAwVvHrqNxskfiy7EzomW7Huk8kZGFZ
upjIPYzrDX6xTzuMGn/jilr9sAwR8GxoU4tW452hdVqOA7pETQctnYRewVkWu3r5rN+bXwsj
qQMY6HxkI0jFVyx2ECLZ7RWjbZbmMOziuVytxdVpwI6QD97soeccXXycZZUpV4qUlypP0Qho
dbYE9PxgIx12bVSQGzNFIbbf5mKnAAcq8fQ9OKbJKNmJdYw4k7Jj1stvA28rEiUjQ1+Pa2eC
jewSMUMMROTG0kMM8jMnXRAQz8vd0H+Ke7y9EUiKQ6kTSNuysdmvKHlr1u2qlqk1OWS4pWMk
HIi3rLaLQWpLADgbZi2wWmiiHYdp7CUldoazuZq7QgnWPohVYiBiFf2yGlX7KvI8/aO0XYlR
3VtJ41szwO/ZpbqV4jVp0ryyL7BinYbZztK4SecASEAgbypow8v8inGiXlIgEqqMBTiu9wzI
FgIMnHR3xa/KZbX00MUMuFjuUE4pEFSNi80Ccbdpj6YSPYH/ABkfQTYE9cwS2qUFxVtihYl/
k1uVD3Nhs67uHCI6HI3fUjgYpVsSRVjtQT2X6rpOL9p16sxcVzYkLuxOAnbHRhmCsrNG7dj2
bonZdvGk3708sVcl1hUtJYggie5zwOkWVrsEqhtZyG+yX8bBPsA8AZ18oGPxDLyONyLWUBcR
uQiKDyV2eMlqc0kdgpoSnjkhDMAM2AWk5k8RnEMVUtJdryNSoVG90mltWv8AiafjZV9hyNoU
VVOPSLHsEkE3U9a16WP+NN7blBa0VKEpG41nbOTD1ddmqzkWZq0JhhHgWYVmXvKgVZDxJ3pd
HHYABTtNlKvY2KaN3s8uWrHBIpmVv3eKSXmlFa0I8V11BPCmJYjcAeLsfOK7HxnHLYXRpcub
7JRCy62LMSsoZlVUJJeLK53N6I2nLee0k4VN+U5HBCWb1KkJQHDCVHUxNPeuR+sqoZ54yLU/
iPsDu119oKrKhPErgbeRk6/kCtxoW3pzR99ZEidjJanjmKh3BLxg5dtR1KnQ05IkOwL8xSKK
SWQWaoaK7WaGVhoKPGwc/uxCUEFhVybsIiWmLYCVIUu368yqzk5WstXazZV36azCJEYkNvXc
VmjsnxnI7q8VZwzONrictOu8c6lEbNh47VwGi5GQljncS8mAUGNA2RqWMiuTDGxkSrGmfx4h
+z7I6yMsGmIM80qGO3ODbLSI1bsYdCzE2LKWxW8XIo5I69CEMsELK8UfsOzjMNeS0tR/eiqi
2Z8kV2lROKnZHfwMGl3gK8FI2NnFfWREY3958ZwbFYrIlldOInC1yzWUIlifRoWywUkjvIC0
bKmKFIqxsWHIYeQKjwxfcsJ9nIrgPkRNqi2w50valv2IkLvwiiwTK4UWWWvAIckmKx/xkH/Y
9oSGjB1O2p59hORNkxc1mhZGikmDU55SqP5l0+aIwOeKgljHsNtgHVJIvXMZGd8C8Q45WhoA
HR7uPnRbauSMI0QCAkUjYsZxK5ySMAFQAVweWXEd48kYu3rIetdCClehsL2CCWs/yg/KtEAN
ICeKjwhP5Gxz5lwFD8cRubVQFx3UHsYHnhqRyRyv15naGtDDhcthI1ak/wAf8VUm9278WDHi
AXu3NpX5sk8LbWzDJIleq6GFdYdlIlCLx/Jo9ELxJKHHADXA+qRVa8fkOCrEFrXgK0o1JIDF
2ERjuN+RjjeQ+vaAOrIwCxy8EYMcOgG8FvxzkNFtYARm1cMCpq2jA1OyLMHYdd+tJXiDyBAC
QeQ0caReKHitssJJXDMGINaINMiFZC3gqSXOabQGkEoZ5PzS8NJ/FV42uxnWSZfxXrz7L9kE
x2U42YGLyKWId1hWCykzheJCk4wKLHYg9b2ASSumcDJByyjwESyRqLVuFUW4rBH5iGSMuTtO
9i1M4G6rqJbMpZ0iZkbkrqQo5tg+WjJyWNtktvyQgLNBDtuyqkhI+bddI0b2kM9b9Z6+cjtv
GKeQ875EZZJMrFCw2XppoIV9j74B9yN5J02EjTR8SskyC5LzXpqbQx2N80PjpUPssEAdlEec
DEPEQqTrYtHrqbQl0DN7FhEsjy4IXVLYkEFW20wcEHxxpAGBYGbDR5xlWjavGTEsaqdHj30b
GJzpq7aNlj7aA5JYjCzEjbtsxs21ZiOAYGuu2RVyCsQI4SWnmr6Cqk8krRzdfJ7K1/ic/wDZ
gCNMp5/kXKLIxZlHmNCWjOJ/cSuH+8vrOXgqTgG81lhA09FeMdlOUiEgdVF647hAj7SE/rQn
UlchlhgSE7TU9+OIGSxbyBPPrIEkCuscQiZmTFAJqF1FeFVPEZOmu0+wOjy8dlEssVmLjMg0
1hub9cuxeRtElcUvIR/jwyLsSjSzKM90ZyC3UEdrskjHX/5xej8ed9C7mtZricSR8ZhrjKdE
/k9qTQc6yFdiuh5xnRXywJDn5YNh5Aa1i62AVxR7r9RdRWJlZwVVaev17Mod74BqqQH6wsrW
73BWvSuVryySLCsSQx6ZV8lBrsoWVYZ2YleWVV4xx+AreLgAuoeUYziCtiM8e0jK2yNZ851z
hDMDNjRR6LEYZHIAzyc87PzryfOQySkR0ZZoLMDxTdXbSJU8ns4WGKVzhgXzOCZdDIFCCuTs
EbUfmG0NkjbY2tnRVBovJ4iHO9EuoryKk5ZeMXKOtyLSWAXg46aiJA88aSClSVnFABf1SuJX
GaKEvsOiyJNVk3ETxRTkjGN1YOvYEItGZZa6t5RvEmd2pFo5rWVIG1LZCrJIZM0MTa5yOlOh
vOIJAIBjGIVUdf2FbXb1FcxMYj1FgzDsm4xqOIHgEkLacK+wHTWQIFC/iwJ5Jxw6ON/aQcCj
TcSJD+NBVN+MaTsQxtQ15HtXHWOGMY2uMh5PUBCoh1XUQtHMrF4+SRqVQcuRUjOPEWB+Hr1J
A6yLaGR8AliOGWvSaGA+yPElTHYcO917DGzmCo7RyWUjhkctn34+PsSdDxiAADiuNIWO2GKD
tJCDUmFnrmB5dC68bsHugExidVbRXktsKJgj84ISSsYBKgZChGbJDP58bbetEgroTAFKCt/s
H75o1UxzL1sQaXsWEmL4y/Y9MMQLtCpYRqGYIoxPmKUkyA+uNDqVPyY7yXyv47iLIxjldVgk
KpXDRzxQRWhEmQogxlATuoudpAIca43BnOHlnnAc3vCPGsVQMC7OzhBwcxkcRkPRKQ12J4rH
UW0rZY7MKl6BHkgkLIxUCeTnIgUvAgjXj+RVpGWooTnpWnRT71ZkfCDrZCyLyHTRhr3YKDJD
JJ64f+rAXLyMxI7R/FJQ0iKAIGHIr+AbFYjPcVjjPsyf/lkB1vJRzFc6cLvD4IcKexg5yV5w
DAPLeI+3mDXXfeElSfIBGcyQVAPHYPjFbNYfJULnjfFXZEDHrYlWbuFC21IOQy8qnEHroBIJ
rVkBnO2rKhl9RzXIV4zzHyzbLoSY98kU7BOH4JJPSOq9lZ6d55YKFiGWxLDKVcYhGu28Guy6
rjeLKCVJKEk4JBppYzlZwry75Mf8a+RLGCsGvdEwIb+54lLSgES18pCWNuytCChYlLy/ObGt
HWhsLiro6O9EEDeIDgHFtOzEHIg65UVXNfklvsaRsLXZRHEwjlpshF6M1prcqMHYEQsEatKr
4tZNpBpgPAgfS19lo1QNKdCw/JJdqQTnUqv+2se+OSezfcc2J9xAWVXXtoxwqhSxdFSqznAm
lIjwHa3ZJ61fpnlkhkZtyb9Zb8RoGGNWsKxikd9IZQyk+TiAcv5BdQxuxOfY+c85ryQBgBz5
zW8YAYFVQYtFVBwJtkiblBGFaKRVtfa1RkgkOi9O04l7WuJo2oPJC6EYoVcrzuho3zPIpwHP
dDiyxZJxdZARnPIZcjKleqOuzsecnZiqsQzCRxEpzs4wYoOIdkCqlrTQMrrIqggR8rVVLEVR
GRpt7m/FealScj2sjcZklurGtV+UYXGPm12H6Yu2Gmk3g8jiRgjfisDLGygkgHNeNEFF5Hgw
wh2xQvFZCjpYdshlGq8DGdWByWNZFvUVgZCQeuk/cp9QnAXOhrTGXqbMZjCqKXujlp25ZZgT
vnivglcFp/HjkoKlZpVFGYwXu1YRL7fEXrZwPEtyOEW7jWFq09icMMrcDLBeiQlllIK75giA
qhmcM8sobNKMVRxTfK/eFVJbXtkg7OeBqn8hRjJ2lfjdstNLJvYUkwQMyxdbsJWhC3wFjYbP
wQxJ/I5SrhwQ+14g+NsNkN5EmsqRgQRqSpQ5YiSQSKEk6a2Ij2L+mSP+QQZN3Etw/wCqqwxo
tqZoaXpkGMRnPwrEYeJHEYCTiseTfjY7kbiIAxSdyWuMX5yvHEA1aSPhN7AqcwYUG4LKFWkU
H2qcgf8AAyLwJ2ZB/jk7CumUJmlHct/n352MBYYsrgMz4qM5rVg0kUMMeNvF4gdkzLK+8KnC
NZEpdqUDRx2gDOdbbetliGGkYnKbM1ZDoKNiVRvs63GVJxDL2XYs6UIP2ZoIq9ZWs245E7Sv
tZY3IGw39wPlTgHjl5XE0WlB93dg/qciSp1lgnVBVMkX5yfr6yVJ3P8AaFjdzUryKSjKf2Tu
G2jBpeIkuwRq1q/bFWgTi1ooY+zLe/WBQcP4hfLBGYwwsMrxsmICzAcs8K0sEMx/QhLWacSq
/XyjK1F1ePSrLKDLyAzYODWM2VULNAOESkbDaB4nLNYyxSRtG92xHK3T1nTHaRna0AJJEbPb
NHLSvzvIy4qnFJGNvNkNsjF+JlO+5UNQ3ogjVgk5V0kMQCJERIkPrfB1dacHrLkLwyNG1m0w
BLhY5XUq9qwYKYjkjp2mFStIXuE1h2ldXH5A/wBuSaIiRjkScVVX9ccsjYsygi1ZRyWKpvAj
sRH5I5ARsDcjdID/AHeMJOkGHRHUVQ7LGuBQMOyWGcW49zXKy160srRRLFDJMsbSSPM8UAaO
Q12KRMochc+6Hx5whThA0uuJ8r2QJoeAR8z7yIaS0PXH185LMOK0uySKSpditZ2FQNIaRQvW
YGv10ZC9YymvQCMLteXIo1STtIxJR6EC1Xv1mgssCMOwOvSM1jU5kxTpGfdvlLE8bBn9DkCI
KwQ8oogcFdTiVkB7yw8R3tlAGaU4BopGZHpwCCJfIB0NnAv5L8XKKWk6aGLJU0lgFzSpMRNL
E6v1kkawwgY7HY2SusbQOb1gOkhHKO8waiw/IHzP80029+QEVGYSR8+FijXkSv2FqhPS7ave
jjDTh+tllyHrUjP+KNZuwiuFNIokfGLEOklDsOwlkksM2x8jrCDEo4lSdpEORhhLGKsrxMDh
4E+tSFiAPEa+B29n2Wg3nfIaGhnT1uZIxVAU4fBGwVlG0kQiegCWtLllYkkj7B9utlI69xwY
4oHRwQAGJAzQOa1miSdrFC5ETzloyPzPzNotU4olh/Y9KL84m5LHGFTsAok/j5YZXQKIw+3G
j2Eqx1euVhisTjTIsiu5bvo2RrZbkS2gSB1jgKWHGnN7JCwUF+RLE5EzDE4kgNmjgGWn9cNn
kzIMX4QY3z0wVa40cLSDPZJjWJsWaQlJDy93ApOCGrwzZY6fmtmvNA9W1LFEeoqFo4biSH5Q
KSWQYGwsRiDJVHqZika2mRpASvnGYkzERV41LyVoFQctCS2RHcfkf44g9cE6uxn0xctJ3ryC
vUieKND5vt65Kln2terrag7KuVYgjBrOuI354V4hFjsTh0uLo4h1kTbwHyNEAkZf2atjbMnn
KVcTy2lEEsTlzDWSGNTgGwVU4YlbPUoxouJZCWHjF3gyxQrWs/10DKAAAfB2SqaLBdgAZoHA
TqXfqlsuw8nK/GWGUBTEpea9srTg5SHimPJo78Sv7G6aX9dqltZLETF2i4+7utmXmpJBzsdc
OukYTwryTuoihfiM8boSBZhrXnDyOcMj8HwMhddIFJ84PJkQulyMpYTfKpJwsWusWV5OMEtK
6tuIDySdHYOj9G2Tx3gXTDYwaOD5xs8555IGON4zYODxgIBn3+ufJbKnuD214ih/zSuztXgK
RNsMG5lonlrethJSblJ1z7MDKMg/5+3BEsFnRD8hfUGCswV6c653MQlgl0HJG4GKzLICEYMS
dEfkxBxnK5E4yN2IDbwEY3LO0ryxzqxUxK5xQJqtyIix1lswSIRxO+JO8D5rYXRw/CqNBSSo
8a1m8YYeQKAA6wnwBs/BDEGQ8kNdiEikkaOJFS7MCKqKqVeUs6AqjyKxMiogjjqUBstWYjOq
5FkRYo6jkt2evVZZYLMM6SC6xMQjZTTKhA/tHaVDDKfGKSDW4enkNhhiMMIUgLs7K4tp0Mc4
cCVAQN53yjX9rJLGYks2GjlJeVBxNB2kp7wEYqkqNkMumGfZQRig6ks8XFqNsDBjhHnQ3x2F
UggE4fxOgSAwEegPWCLR/wA4Oo6CITIzRxRlpGttxknR5qy9RMRH1jIKkbRqdlIjxS67Sp2C
vItCZ9uvOIRsxg2qJy12ycqjjRRCxhC+hE1iceS7XEJ0B54gDiuRsylH3kMpInrwWV7GmYJ4
9FqqgpYMa2Erbh63/wCMoCTvArHFHHPyYL+RUAEjWKTlhCRxYYGkXIZeYdeLIBsaLA7wcAeC
8eKEyREiHxj/AIqfysNo5UQLl9v+tWQLHVYTWS5csPAXwy6AUk8RmicvwIM09eWo5ZGVSEAV
kbwY/dDfriCZfDdc4aGQHSciiJo8d4g1i7IJGLrk2xmzkYOd/X5BRoySf4Zdg9a5nVYFWIx8
sEa6EarnrGADPAwEYy7AGhthhmGhIjYCM8s5jcYEZQFJIVcLhQ8gASVyU2DKTwi8zOAprH1x
2JPbFIGSrSLbVvxLg5vZYrtvhfAI1kkKSpcpEZSsukyNyPDwhbkJHA7aLb6IbqhxxeIYes4s
YLLSlOLAAY4wA8WKPAHj4yMkLejMsTxMjyMCH8t/GoY3k1nEYAMKZoYyNmzy0M0SQM2QSBnB
cMS6ZRsgYRocfKIBgRWJhTSoN+cnJMcLak2jt+QDR8cMB4VIeLKwCAazfhwuimx40cPEZYqB
8txGGSjZWQHlxXkr8hu3AJqsisrUpfXKEMmJBKorRMSBvPVGWaFSs8ToeKHCo0NDE1oDZv1U
ZLO1c75fxbROjmtZrPGax03gUAknQJODCMXx9Ps3nAg2yDGQY+9IQML8jHGSGXgZeLQlWQ13
OV2Mth5AssP5kw6k0AvLYLYGJLHjnLxokIjHBV2O469UWBnrzCXeNI6B5GJqyGQdtW4FBpuq
09QKAIgoC734J14aIMDWj3LV0pU7zQIsbWGzIZnAO/4vGFhHnNbwAZr6azhvAux9tfTQ+gxv
GbxicTZVgOCjWA+YdZP4IjIyzvnXbiYEEJmmd3pRKw9ZGF9lRgDaLjNMcWPngVwYwQoGTRLJ
F2lEVpq03sJAbJH9TdZb28kSTR3+t9Gfx+aQsqHFj1gTeBc1msO9jybFNXMkYUgA52coSuQC
WQoOohMFUDAfoR9NfX7/AAfoPnGB48dhyCC+gwbQBGFvETeDxOaPO4NTVW3JLY90nESSVLMg
J8qdciWwMdBiM5nIpFVUnSTN6KtvARnY0EtQyU3haGxwM7e2KhuOaHTpNXV8QnruyryCWL4w
HARhP9DDYlA56y/YZ2rRRATwsJqiKIR4wfTf08/1a+m8DNnPRdtnmvP2qw3+J0Mj5Z/7SeJL
xBngbjlTRaKNRioY7Qd9KACQoDpg+BhbwjcMNmXEsqDG6uNeO3rsisyvKJCCJSk/XSc47BCr
2sStX6d5HogeAPAH0O/6JYkY2H9CpDLamipEKtP25Wb8c2PqcJ1ms85vAc8bzXgDGUbLbIfW
eskqGVm0BFGRhTw2skQM11SJ4YXfI0BEaEGVfXaJzh+QOMu84eNgEBCCoOSAcQScrTvG8dhW
y2iyxW4ilkkFJgEHUykpYTaRQRWIIII66bz7ZvPnNDfjDrbqDndBooOmHghQUU8op2TEfmM3
9fH0GEeB8a+gzechgIYsysvlM96DGkEiRyM0oQgt5LnZnbnLW/JqsIZjGnAqrWGZWBZUxZRq
WVVV7ZOGV9qzJgtaDWEcJYdmEjhjKxb38c7CSN3qKmryLG3SuhgTRTYhlB2us3oDNHPg6zXg
jPnP5GeMPWVitP8A2re6MqRJG0SUJ2dgfoPr84PH0A2MJwfOTxjiUAwtGpVebehXHqRViCB9
eeIGWiyxqWMlGFQ4MSNbmWOCtInqMzkAtrRI2pzgiAxquNIFERV04DQQZKnqju9j4ksSyYrs
cr2eLWpQY+hI4122J02lf/h34+2/r8ZvD8Z30MkiUOUtJqUiCCKCeskQRVRR/RrNYQc1mvqR
4870ceFM9SnDWQhYBo+MOsQgOSGxtZ2EoWNCxkjIRT2MrvLOWjrkSqyImIEBIXA22I2eLswr
grFCUVInYiEbuVo2qSq7SiqAg/uYMFZ2bOpvJWFa3FOykPHAAIsB+g+NkHWbGct/QqrZDXih
DRRsv6lY/QHN4cHwDnnB9fv/AENYO5L77gsBxZm9eJI0iMRgJ9+vxIzsH5TIQGms8qoG8j2V
iX1LxcMF/MqcWLeQoWZoUVYosmlEYaxI+VHOpYxLF2PXmlGzs+Rxs7S0pY6e8BAzpuAXsbpr
wdTM81PWawDPj6dhYaCOh288oincuh5KBvAPPHefGDPGHx9B8fZm4gHx9sGawjDI5OeZhFTh
UFVTHhlnlEIjzwTDEA48rYdY45XMj6G2DhGiVUFbyoC4fOM+xJOqLH2Tl6jiTOIXJdFCNBYm
Jhi4Z2DtHTmkeRut6V7po9ZWpL3vH/Vn5RS6VpXjgpM9yWlGUgPjBn3w53G/VVZo7cDA5XIM
WAfX7/Tx9ft6lOek8v6Ai8sVUXPyyWLlFWqmISIxEi5C23B1nZn11ayKclUbgJOSAgwBeAQ7
JAEhm3HVdylMO9dWjMcvJWG1jh54qhcB2CodT11L2IoGAeO8/wDz5F4mu6gn2yydbDFWrx/2
6wDzhOvp3Ck1geM1HiyVNmP6FtYNZfnlgWtejnRSGH119N6zf9OsjjUxmNRm4AUeuzPBEySj
TRv+UbMR27gxUz+c66eIKA4ZcjbarstxAz0OrcABCi7QDIkULI/rWbtoIjWsxTqp+gGAawZ/
IZ/xsABakXsmiqRBuq3NbXN6P2z7nQzsNGsiIZuvGo6W+GvAGaxiBnc9gZZetfaVC3A/06+o
GaGa8ax7MoEjFwgGKBqN5ct0UMMaeVfQ7Ntx1h/kmjHABkecqIoWJRCQqO2ww3xYCuSrM4Ih
lUqje1bfVQzSUaCVn0M2cHx85dsfrVrcslhpX2aQPJyxHUQCKsPgZvyBnjZAOdinKtCSJev8
5VYg7+hyZwkcv5y10CxUVEcYODBmsI+gzWa1nyfoc4kFY2wVTgqKuPoxsQJU/uvRlkA4TR/2
S6EnLkIyNIOTa0AwBJLYgIxeWRTsjrKpVSGUKVG8U4MA3nbMZpLiLAiJ7JKldFQxiGpQGqv2
HjNfU5PGGT18bVB2AgYgjz9Dnddh+skTbekzKkD84/p9vpr+gD6mvHEOS7Mzk+2clw5zTHJI
tuHK48fNZ14yQSNq3oPUX2O0TRsoJPkA+F+66A3oht57iDWtyIYrCSAg4q6Y/Cn8bbyrdvvs
ddHyNaMA2Yw5gThGDgIw/QZ50+iL8Ii7Gm/5RONJ4HnCc/kzf96F+L9YG4qM8b+v2wfXY+mx
kygg8uXH8VCjGRSFQbnhb1gtyAAFtSJ4SOLKWl6ykoSStHIJafriLABz4OKPBIwFeXLyjjcE
5QwTewB4wWO8lYpDatAy2X9knXQgRV1CtU/yyr4A+Bn2OAeBrCCc/kEIAqS6NYh467Fl34bw
O5nM16mu36g84wM2N+PpvN4BmvocAwZrJiQiDbRxF8ECDBBGpCRAyBGS1TSNc7FBlcnmmzN1
03siAIxgGBpwuf0QuCipz9EgNQ45InqZCQUbAgfFtetYp3ksQowy0P8ABckb9itXMj14VhhU
8nijWOMeMBwYzyoUYshP0867mBWr8mhlpy6jqSnAcsgmGdi0tVmRupZf1F+CAfrvN4M1ms1r
N+cGSAsAihl84PjQOE6zZDMdi1Grx9jo14iA9OPc0CCB1GgfIG9BTrXhTvGGT1klWxWCYgUL
zIYNyymsayKdi2f8Fs/9npxzezpY6ELM44gDRwYBmwc+ww/JyWSMDuq8a2erflBXYgIeSWW4
15STJUA116haq/H11m/6PjDOuTdkYH/2NXhyOvJZPjkcJOvIz7nWdizIJ4+YWrJyqxzF+RMN
TsUnnB87Awg4BmtZ4GFcvIFywkzPEiEKiDCgDV5t52jhKU7Ay9IgRYW/ZsRRqi+MXRweMGeM
0cMknPZDORuVJGHcQucoOYpazArC207GThUY7agu46BJrDD87H0+xJASRXGbGNPEmDhlun+w
qdPVCkkEDyoGjoDeiWXDrD+JvRCSO20kJq/qzwn9OHLNma43X0IqqHwB5+gOAjDokgY0ccqi
kipJWEeKzclIKgEN3Ft2rcS0kh9PXfx6MGovjN4BmxreA4DkxJlCDWhhAJ7IKG7CEx3ISRlZ
hndEim481wRB16gVRnnDrDIowzquS2nBlNwZHNJJHyHBUVlCqMZmyRpCOOs8jA7HGLDHeQB5
pQBbkOLOVwnY7WNXjjsSRGpDNOa9SOAxT8nB2ABreed8d5xAwgkoMK6yWNZBPArLGxiKtqPu
yq5VUme6226qMJR0c1gwfHjPGHABveHQzYB7gBoexbUtSYOnXlmztgPRbAWSF3eKkgSs05Ep
seRKWDSliGOBeQWPbLGgaccVjm9ignHQlZTHGftrNLsBCSgxo1Zf11UNCuLHwbtJEVU00tVf
WySDfI+9TtV2ApIxSDh1gJ2TiHyw3nwJU5mcrztTgRWZ5HkojnbsxmbserLJCDoE4PgsAJpW
YRyshU8h9t4D5Py8cci36NZ0jgEeVFKr23mGwwaWlyDCVxDE4OO5LFWIHIlYdhIjpYgDJJwC
SSNixBZQCAYt5Z6uOxIoAGhsnymE4T5IzfggZ3Dx8a6EzocVthyqqpOgc2DinWL8nxikbBG/
sfI3luMLAGlmktxGJ+uY/sUOuUWJq7DInLDxhw+QIVJeBdqoXDvAcnsxQZc7asY1tmMP2b4/
aSNn7t2UxpYWrMQZKJ0Zk1TViGKMGSLPK5xmOJEdcEGBQM+/2wZ4z7EYdZyUA2IMjso7bGs1
odvyXKI5WQeOewlSpeKk/NSGOImFNYMbeedxgbBAB0cYY8YkTuOpNcz7eGKRkfqpnastg6ns
tBPFKsqeTmsGEZd7iKEt3MrJ/tbLCZvcPUimaEsvqcmhUqTNBUppl2SKPJt86kTs0Kq0S04g
5ijGaABJGaJw4c2d4c++HDZQk2ABJeYY8ssoESAcAMif8dg4VzuirLQQZGN4JBG0Mkcrg+q2
EwgjBvAM4g4VAxQN63nHeFQCQCHRWHe9UtfHUoejnYptRk8Yki6idoLK/Iw5b0IbLlpobHBI
ZeWM6vn5DLM4QF5JAK6FaUaPFPEVR9c+ocI0akRDD9PsD4OfP1Hyfk4B4O+QiJH65xa/4rBo
vEhG1UADU0ixp2dg5QZWi8tnEjICY5RHHLKD5z5zebOHebGK2/p8Z9mB3YjEkfawrFa6DX7G
8Lbzt0K518ntqDDrLAb1WUZZh4Ik4hJJXEHWWZjW/j0ZT/V060MLADqp0aDt9iJweXUIsZUH
QAw4MOAZr6HAM14zfj7RRRcljUAKowDefmSdAlRijxKiuvawSI8EEgSrVZkeCGNL1xgessCZ
Vbydkcc8YTnyOOsGsHjDng4dEMvj+R1tS9AUE1otHkbco3SORKhClfpxOd11heYdZZeWr1c5
er1cYWOFIwBrLBUCZVWXrZ2CdzOExRt+mjVlAA+hH01vB8Dxhzx9N+RrPG/GBDgUg6Y4qnCG
3oY2aOteOzrCatQjMVY2yVeVJnuIZJOliKLo4rbOa8neAkfUbGAnZz7NndQtNT67cXZW5GQV
ovbFJF6hCrM0WxHvySdaBzigxFUZrNeDjDeXkY2umjIbt5ZHlgC8urWMIM+xzWedfUYfnWa8
DPOAKc8ggbBBBIIwjwd7dgAfkDwVViK8RWjTmhnt9VDItOAxg+MUbOvAzewBgAxfIYqufsJs
MCB5xhhGdlBNH2cFoSYe0pVZU7KrNlJYlxThOeNnWeNDWNvQPj7ec7KnGJaDmB+0/wDsiGda
hWEfGDPvvBsneb1hOb8bOHea8fP08YQc+Dm9YfOcScOs84POKo2wOwBreE+RsA6wYFw885qA
8pAUO2JXk3HHxXB5xvl1WSPvaZrz9fXWYSdZcibrXLVh8A4c84M1gO/p5OaOdm4intwtFNYk
PtiBC9S5asGzfneePoBmvODD8/Y5vBhJ5/GbwgYoJLqrBRpRyGHlhH461m/Dg4MI8Ls4NkgY
BhyQMVWGcyKnHNjX0IwchhG8C6FiGOeNekZLMUbLGqgAYB58552DgYYPkA4Br6dzAJYuzdtN
zeTfF+rG4V1sAZtcOePpvDnn6ec8YMJ1nkZvzsYT4OgNYvwRh3micO9Dwd+TvFIIIxV8nW/O
znwRrNYBrAuHexs4R5+2eNnW/jPJxcJ1g19Pt8/TzgOE5OAyX5WL7POERvY6viK3sIt78DCS
M+3k4N4Nb84M3r+jewF8geSD9AQc1nHBvZB1i6xtACSMnXnQBxSS2vPjBsHeHxng5oYQNnwM
+c1n31s6Ixc35Y+Ad5s7+3nQHE+c+28dQw7iJ4rSBdVWDTdd+deaX1Xx8AeM8/TYGbzYwfGv
oBnjQYb3hIxmwkkK/wCQbySDisMGsLDXPHTkFgKlT5IAxmOgxGBicUjANZsYSBg2M5Yfk70d
Z8E4MJGD53s7AwsuBgcLDOQGcxnIE8hik7JAwsAO2DyTVIgV62FnWjxEVqQns1I0q8TsDNjP
ty1mzreA4SM345ZvP//aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwAbnOo4fyoE
EDT7X8y34PFEkuRxhPaAzobf/KcAudZf/wCNAP8AOqgiNXyEXBABg6IADuMq2/BHd/Ejaox0
pafMTX/BdQXybWOol0GDHXuTgHxdRbGNJ/CmNZhyiCWB1nH1UbVlxzRIDkjUSg7B9XUli2mG
XmO6wwvPZmw65Jhr7UdzngmLtwUAzxQLYW2xDAtUIGsfr9lGRZ8C3+y3XLAaaelM7snnb+v1
UxP7kwwMIvJ0PBB54ApzCdQe/CmFmPnRL9ych+a+iFD6KNEwk8V5pOjT+JO4cZEwsymID8dF
BdNb0nRN7OwEFrNNuacEEroAHyb6t7VM9/FEWcu7IVLji6cQBAym2sR86e8DQao1dAfhZbay
Rl1WxDDny+ogK1gexVAxzXVsZfguo7eq2Ro60IMCDleYQEbVIsCnsTyTM3NHaSBgknKIofYU
NLf+V5qvo6O1lhSEw9KAoCeJC32D2jaH0/CqMDuLb/qgIdSvprQ2JB94eb6q3Hiw70+GyXQu
X3DjIZWMEA/sREAAycStsuExytxnhwUo4K4lYXDuRAzqmdFwzBx3pj8yhy3BZjC2nP0rzARw
RYTqiBg5W+xgImEWA7yE5aOChMmwgBaBDFdAkkj4lf6k4Zj7U9XwzaKWLZPFGwjR9EDl/qt/
MmsYrodEHPNY1fCAazZOP5Vgh8BGMmOC6RtgnC3W94OW7l1jVpvZn4PZSe5uKfVodNtnWIUA
kvLJvbM7fxINq+ZCe7fD0bj9pODueAQ6YawWTE+xAgMCJTYKAMh/BPRia5bMqg5B07OOaY+k
wQeCrtAHTuTAfPuoAeXlMq0xqjw0KYFOwqOGP6kQMCEdeKGUXhQ/N03FMQEQPFaFE18o0GiY
/wDhThbK4En21qq2Fai+ngPdXmMHQIbY4utrSdRzQoRI1Cw7rR9XdGFDqZUnKBqcSF+XNpfq
VjxTudq2iHDk6/zoR44WY1GQvOI7k/umD/aiDnTigLQxQPE4Q4DITmeCGySeOi4NX9ivfQ2s
6YRbLCITADuKG7y1PJWOgKfUlOOCNYc8ls9qFWDnSP8Agoz+9bm9Ppwyc1kexeWocZ4obCdz
iF0ydah+9kSfBbSW6dQ20ibW/hVbVd3gTCmxJfmiDYgcE9CHdEkCwOnP7qJIcaEsUYkFDPee
ySXTHKiAoCO750+nBVAEZUh0xknAXx+u1CRJ/wDc93+FG1bE9MRTRAjTPFHqfm67K5DmW/go
qj8sDam7yhjj7yN7UYgOSEQRP7VIg5TAsPFYDKIUynC/LgyN9eebJz+5CYGAgXyfBRjiiauT
geKYsQi3sUSeYdD6vNFoqe9kIiENbAx3f/UQ+H1BsIY1sRhvt+dAy5nHFAmJklFgCcvyQysy
BI5o1J2kmOCjJ4LcJjKNhBRNhLqoYkF3KtUl3BDI06jNoUBWBBlbo3cWVa/l5DM210KdW4PX
ndTB/CtwqN2XOXTQA86J/Yo8UDivBFoPDGEwgDLonV4U4GA8qA4TV0yuK5HmiQWCiVPei0Nh
PhkerehltrhfDNgJJqCWGLVWylCQ7OMfVRt16g9UeafNC3We1BqzCoKArtBqJL7rbvsr4pcd
GxZiGev4bKnS6AAtte8v5if9VlhzXNSogc0WygYX5fBB6lJ+9VPbKJbudbbAbDqUZhADjATW
LAoguQ0FMfYVxBQAJIeQsjOEOkxbdtbv2owH59yM8BBQFpJMOvPIw4lMMAK2pJj2oi2Gz3o7
jjEobgK1eW4Jqnd0yzk5WpA+b+JNYuBhTGkLdUsTp/Kja5BsMAl7MjJfh+tVbrgH4gqXJ/tV
+rWXJDoitXIAkobg1nLwoDDiMqHls8VOQpLA8eKcY0bKBAkj2p5fVTI0Q0bgsB05k8GXzhZI
OqBEOwW13iCvnVR9kJumJBxjRbzY1IwDy+6rdPrEtbL5lEdEbQB5RgP9pW635up3bnAJ8qt+
X/Ks7EGzYP2fMt3UJJJyiDgJsFQVuZ+K7lt+ZflgQw+JX+pCVAhcuaa3mRcsMhGwOdEeJGUA
XMMhbhKakPlDiNVUlvNYkTw3IgSTWwT6ErynWeP8yO7JwicHiUCMjUokicEhOHE5wi8uGQIq
1tU5kom2IYc04h+5Ph0bWLbS7obYto3vI9Lq2O20DxVusbVexc8UT+WDdLXqWYD/APj9a6XT
sd3UzY6ME4IR11T1h8hmTAd/FSS1tBJVdpfiyLp8hO/gpxoOwAyB9KD40AWHCFqwGh8pm3FU
JOAjbQoNbKIsHHEMQhUknRxor/lumbV6fpM+pihY7aUOTYyy2dEi4ADkfW/EiMkpreI4qBAW
4CBkovrgoVOBovyzQPi0H81UAM6lQHDkAuESURo6+0JwpW4uBzUl0GsyrYNBLx/qrXHpYlCv
1QSjWhO5iMHiuIHJEnDYPJAkue9AVIJZieSAORg5TCzjU8PsrbQyMkIu5Oh4IHcW70audx95
5Vq9QkGsgpnJHNOPYm3EPzXmlveKADEjgn6xNgHbpzaf6Ft6L06dQXEV/tRvYmz5dEjJTNPg
UCfYnDBz4fiRFpKcW7gNEd0k4XlCJr4lQXU4OQnduCDQUNzhxkgoUGjoeD9yBONHRgEHitoq
BUmGhDbbbXgtu0NrCt1+qKUrWbHa5Rr+WenTIYHB/pRIOfnTjTUIDXSyAZy7Jn2sPnTj2LR+
a/LOZ+NT+uqdiEGO6+oH8y3E50TWKht2pRd051wExLA5UBwJAEoH3j7shdXc7Gphl8US8ER/
dWyAvQ0JkOmGeGrrgNQQnABeUK2wMZ/xWXEujSmvBQCBqWQrRjZ3fkoG63EOoqT4ELd1KkVA
l4dOYHNNnhyXEIl2CcSMFfFHlOiMueCnwTlcQcaIDV8KT5eUqSxOQclR4HKY5KYx3KD3riua
dAdQgUBcuduv3FWn5fZcdMDaAfNXy7fNaqt0r1e1WxKNurXdYyGlghTpW3DgGQnQP3qdFtN6
i3AkAoVqd51NWVtxI6egjDpjlQe9Mc8VHtQJI3u5JKYkXPeD9peoT3Jnhflpj4tP66oy76Lg
cJ2YcUBufmtvtQDErDjCJOnevN6eaAbuA8xVuns21uG3FA36gNtWqf8A5EK9QB6ggT91A1gG
HBdAVEvn/ktbeCAJ5zELZQ96AeIlXZr2YIb77QxwD/qmrU2bVBhtbimAc1wVtPsQCxKx4I36
harYbVbahqjCk/Mi0/sTGOSiPnVSDOmi3zudiG/2XDiuQTmrjvWNr6JiGQB0wsQOKIYck9oZ
HqUEWgh2h931bKv5vpBrsT3t9pHp2ttuNCvMBu4hbuqdo044VgOlYjFS4n+VGzm17mB/xVT1
7773BNageltvvb/trgBgFMzvyQAHem4qZThPk8k57Py42x8Wkv8AaouIHBGoGuU3FRpKcQsQ
+U2oTS+iNiJrlD49yGBIqQ4/qQp+Xpe7tLAVA/iRNiCNB+tV8XpCtjVztlytnVDSzHTanwDq
ial+BGn4kbASMoypRvUYaVY3DaSmJD6JwxDYQ21ao1VOsAAPRb+tDdIQHSBHFOZXcvoW3jDn
RSRyKOe9A5OirxBwhIbgnrKgcj3puC4HmiMjkmLHgygQmqCXOgR+Kw1ALodTpMQMgPw3Iflr
uLktVsSVXrEZGfFVNwTa77QOSPU6hJBLh0bPBVDDUsC6rSW6QICzCnVck4TCSV3JrFjo6wyc
SF0I/wDq0cfeqmHiUAXwnIfgiB5QmGU2qaH55CGAVcO4ZVPVD0BkZhD4A3AiBUbQvMrH9XRj
zEmTzKAbvCB9IwRlNUCYLaoio4x4oDVW+JZyW2gTojTo1sbWDVZv8V06da9zu903cY/iQa1j
eXNX/tV+h+avc9QkbN+4ow261WPduT5Kc+GqfAQ4HCy9j8y9L393vXnDWtivBTCcy+irVg5l
lWpasYUhwNU9BCmDxyU5JAGkryiDwhMGfVVtejdOZMi0IfD6NaxoBlSwZNDc0dgA3Gp6bc9v
4POukOvbb1Gwzlb+od5Ls50+8i08ljCv1ID3PzBdS4lySLOg3ZMckzTwXPRsJyHJwnwETeB7
U2yF0QBtbqVx/FVOgJc6LUFAkStGJyq4fREt5ePBA5Cs/gV06gOdxhVq20BoTjCpQ2g2f5rI
gSNFJheYwVuJax9Peq3pFgPP3qtQNwBchUvSo2g+YTqvjGoocVmxc/evdUt+UaDLmu5ve8lk
K9W1am2BYgf1L4lagW4iFavUO4WgDgWRofKA2e5QpMoFAjKrYerirnqEXu3lJRfGjLlwVTr/
AOECzkiWlT5fnT4BjvRNSw7kwDl01OnbXRHqfmKA7hFeDoVEUrgKCwTuHRrSwv1OAOP618Y3
Iu4LnMIW6lviWEbnVaiRJA4LzeGirSgiA3emA2WY28Tt+ui574XdooWHI4IEpzllS1Qw9qFX
AP7UZ3w8Le5bO1dJjBvUt96qMx7UHxXCkwmgvLoBn5JyMIjQwQh0a28xgHgr06lcBhZ9fwry
wdCFW/V6xsIO1j/mmYyumCXy6DlgExwiwcCVWzuHYwylyGZkOrUMBHtVTUFzJL8lXpizbZcy
GVesetNOFTWf4viIdQ23WpjXHm+uh0rwRMnLp2Nm0QsIJAdYYari+rIA1niiXQqDP9Te6tQM
mdUNVGSFQ6gqtgH4hEswVRVyXUu7nRfD6Yc8k9zuuclSHGkoEiEyHSqJLuAcfyIky/0pyQT3
yvIWGqFxVuK5oXkipBsByQr0rMRViDB91Yd8Eo6ngjADaOnB2VedUxDtwUh+SFRx/anedAn9
rLUnuXSscb6z49mm5kxgBeUhuKgSEHD/ADK98CtSqga2whTpuwMgxoq3MipcoU6Lt4f4q1rj
QGTM7l07DmOC+sNGRFgeTpr6otissdVWNVVj5RwmQULUHCfBEGtrG3vBsI/mbgnpkeU2Iasf
D+sqdWvoqQbbTVyB66o9fpEjZBFgxc/wqwOefeh+Z6YGzFmyC6cmQpK21YRJK+GT6Ij0lbid
HTuFlQUGckeKIPey2uzLQlbatbqWxQSYXnA3WL80GjUundicpqSOOia5BvYFgC6NjPMobQzB
iOaFTB4Dmo1TcU1MnVQXvBj/AGQd63BzlVvUMCPMGaUTUPUHKBFXOpT2YNAdf9gyIKNbSDwQ
NQwHNPoZCIfwTl9oGF0nD+es/eT2MMnCIE8HTAexZYdnU25ZVN4A4q1jQihJY8UDapFMyh06
kM9QQI0ohaoDkByF0yZY/MmkIjUwF5i5GiIby1m3cqH4YFXyBp91dO/QqBUhztGqND5SBjj+
BG/5gA1wAZn8SAvag5GpH9K3AdK7lgNu4/zIDo1HTBM7Q39Cp1Ojg32kj8XvVv8AVV72HnLm
W926YiSi8csobS3UwSBKez2ocp6FhwTGeeU30QneFGi3VcOh/wD536jjzAPVvxprg1Gg3f4I
XbzB3trP2luOVlvFT7SjXpkmwIxhG5JJPPAUlgVBdE3MtwdbwATqmCPAjXiq7qCzSSy29OoD
AQ2qrW9WM6hAgTaVt1OiA48ZVvied8Oi/FAWLVBnuX/WH0dbrWTvB0ZdIDG+v0prMgDgDITA
SUB7yM55MuasMFihYFiDC+DcAdSocPrb7O3agbwAytcSNz+Do1OAAyprOOSAZ3lBoRMRxVhc
ggjAZWrTp2NCSx02+ZCnWalt3lB4NWqiwPBihXpjbMvwQt1jXYNA/wDbaifZU2OCSbf13urG
sBmifV7yt+X/ADt6ilWvWxYBx7v/AF7Efy/5W4vawZqztD77LLd6IZ+eU0A5coUDO+iZ2GoR
2wOKlDZQ2fgCh1PzIAtJ2l3/AKqrzUBPEk/5pqDbVC1y3Bzr/CrGx20HpqYKGyzV4p7FiRkw
j0uhdqVLEhpIT9SzjmvKWCOzxKmSpE8EwBYytrgEa4C23ruAhhyQNWFWZjDJ+p0zaPUBH8iF
a1NgMTj+JAChJqBOB9pSwbuQNRplGXfBVqcSg4NpGEAa7eAwpk5dbQGn1LpF/NuDjV3TiUZB
P1eyfaufFDl7UaYIM+xHhwQtWeC23qYqTuVb3Pns0ETlWnIEKnNwmf0wE7EVhymZwUDWSMpy
HDLcC1wI/wCSd25piH8UGxZ2L8ENS0f5LbZtxsHnACZk2qnKwAEWD98KK400UjI00UGFswI8
xGEACLWwSzZQ0aUSTyW2ldx1JMI29RIeJZG9qm54frVfGuB06nFSeKA6bs+S6fs/bqmeU7HG
VMsEGUww+hG2eK2AbbDBOCrVv050LujaxHEB+KFqnvbiiOGUWEYlbLBg/cjYNOiYAO+XQ3PG
XCf6OKJ1JwumSfeB+dRK59hGqZmnJRuT3AInmtfYhWtWJYSqflx6gBUt9xUofU4EqxiQh/Ej
UBvMcolsABPlk4GFxYN7EABjTkgWUkgKvXv6XIFS4t9X3l1etUMNpk8KhSXf9ijigMNqvIHb
JTVDMg5AI708Ctcn9aoVDWtYtVkL3FQHEZKFWYCY1XmjvTiXW6oYJuoZEvDSqm2KjaMOftKw
6VSbE5P+i3gG3fhbiQ50XnDB2dBCzFiiW8ApxovLhPl8vhaB+K2Aawq9ERtDEjiQmEo80KjB
Q6lXceody3Bwzxq6Fn8wn9dyNiYhVJwDPghaoglOR4IlpPsXT3YNw6j2Lc5Z8aJmZcSVlj3q
1dx21LAEloWrcU1SStxqLCol5n3VJPlvIaAyF2y/sWABDMtAAQSUTvEu40TGwI5I+f5ivL1C
X0Yqfag0aP4qCT3KoI9J1QrWx2jDE7fwrq1NyAamSSECLgnTmqtY5e0aIuAeZCAdnjyunD7e
aNdRqrUs53Lqdaz7anyPlPio17kB07EkZMoAWNrd5j8SF+p6RgZd0wA3ICpJNYcOnuW1c6oV
tUG4zZgtzg8gyYgEjUhV6TC2wPYR6ijXphjoAqHpEW8sglmKA6nTtXun+hYPjCIwPnWpAKDe
YjJRsRo899VcgwD+xZZDVCzYXw7ktdiDn1LYfReR4oVAc4Lq1Z26kI6txQFooTPenHBTxllQ
jDiPFOm05oYXM6aq1KyTDrmUzlk1dEKFgYlWc5vf+9FiIBC22IbqcSXjd6VdyzSO9E5nCYO5
wERbycHXllT0rfhMoA0IBLYVncO0mE7M8PhAs9RqMKwsRa9iWQsGDaaI1rUTqX/yTVBPMOq2
6h3XeAMJ7a+C8oyVXp1YkkDnhCgBNjJ715oqMAJsBRJIaUQSHA0OT9lG0iggGURDhNYgBslb
h1BV8uQDlDZ1AXlnW0Fpd5H9yvexNr2JcDKF7xazs/BfBLXqwewLtYlcQcOj1Okdt5cFtp/l
Vq9WrW5qEASatnxRdxWtQH4q9gX8ycyVjPFA29IzI4LyAkAQmsQL1ir5+sjubdVoVhY7a8Vb
YRt0JUyX/Yg5lsIH6VRp8wnxqn0Wo71OiNm3E+nxWG8U4CCDnEkMjYF4RLOSbH+tHpgSP3VV
Ac6exWqcEK+224u4DNCczLe1bnf2OnPmDsxj+7qJjUtiC6t0yGNgQHGqkECPNohbqkUrxIdz
+JU6fTYuTgCqBGAHPDK3WsGHAL4vUswBAAaS6dpPKMpiA/HgmzzTDQOVbqtiB4heDHvQq0lG
3VtJwArV6IIDxYk/2omxc+Kcufshb8i2iwMoVAdC1mG4OAeCFS1hoy3VqW4mFYE+bpAVac2K
N+r1NjWDCCc+q29PhZws7bAHaWB0TWtWzoxnkibHbuJ7sWRZDAbsHU2k1bIRoz170bUgWnKZ
mu/FFzqoIHimAW2xjRkMuZwum+d1fpqgMol/3rdZ/KH9itZm4KcBckwVrDVm/mRl3hfEDAEH
GT61Y4I/cqnRiys8IOA2Dh1AaG0RYu+HVTIBs04fzI9HrxYTT7QHkTVAPMhWpEMgDD6tqvPb
cbPAxj7SF38o04snrQbCGIMSuh0atuN95Bxtp/zRAjmi2dFMlWJzcsByCJsWD4GSjV2yOaPS
6dSSY3FPc+1Y7oT4HFMZrlUJZw4Yo9S/U27iWDKpp5qWEAfw2VZZgO/+FDcQx9QB1+9VEl2e
HVr7hQ9a29zwCFqWfqVJubNny+n/ANtdO4LNB8E/Y6FunOTYYQdwwYg8VYO3d3Lmte9Umdof
2IkFrkRAZPVr1aSCmqMaJyZ5IbjAytw82jaIbW8uWf8AxQYmZC6Vj9er925ZnimZ7ceaPRB8
xbdPH3VCxHFEnCFsA8EK09ZDPhMSSYyUbVIBNRorPgmGXT3+U3qQCVYVygC5twUnSEBXxfCv
0jUDqW9EDP8AEq/Bq/5n8q1b/WO3ydXz+tCv5oHp2BbG4Juh1BawYkM2fuqtjAFgnJbDK3vD
jyRaRwVutYbPKK1mW9V08kV9ikADQoFigbXYu9n0Xwfyzn7QcE/wom7ucguU1QzZOChuLk8c
pwAWyv2LXlKO04wDP9K21Jtb6odDqDpmw+qbAGR9rqL4nT6W7psxobe99b17EK9ZqX4Ek/zL
pUoXD7rcMWVerRz0h7jkCRs9K29OpqSGIPFlSkggF2/1Xw7F+pUTzH/3PMmGQp7N9A4tkf3K
0l0+UWJZUruJIqH9m5HaGATWjkiQA5L4cK24MZgKSyYEcYEpgNr+P9C2Xapf1N/IqMH8wnxq
iZbmidF1Ls7n6FLAlcUG8dF36IO8aFVfBLKx8o20AHM+lCH3EQF+Vrhtz+ynZZzq78EwIIZD
mg7TCH5npObTvpxFvWj1vy5/7aTbplv4/dVepSr9SokEgj/29q2np0YFx6v/AJERtqH7/wDN
W6PV6b1vG+r7Q/1vUiQcBH4gYacUxLV44W4EWbDYVup1DtqNXV79Lp2PSsWBANtVTq3rYMC+
4NP2fKg3lYeUgMH+0rdO8WAgj3vvIl8mHXdwlAN4lOJ+hEweCHV6RqSXzCFfgOPr1re39N7L
YfyxFedepU/1IW6vSPT2gs1barzkbQHfmhUnyj9yqNodoPJAFuDiUOoAXma8PV5kNlxu4Ox/
D2ShYcwi3FY8F+9CjebRuChgULWjnxXlDfMjdw5eThM3l4kQnJx4Jg47kajzfSulQ4F6uD31
9xOTD9yuTIYu+MKxDOSVP0KRhVpoDjVM6BeRyXT6f2smU1PURUkfzqlzncHHivyp52fxFU3E
q9LBgbnHemGIDlaRgq28l/dAlO4jOq+L0jsuDwg+97u1ecMS/wBKtUWFBUOSQ/1V5rwOQVaV
sTYmABDn3rbUT1CCeAwnz3BUAiceK3uw3HIaAun+U6Mivm6h5H0KtHwAE/zoAlmmFW1A4D7i
jDolsoDJGiwAFgk8AFt4SwzK2ig6ldASRqhY/lzEQS39Ky9iZlE5cYQq3m4oPWsBsrbYuLYP
Bd+URZnGoytosCe9SmZ//RXGAD+xOEWDtqtwDy0RptW1hGqJf06FAYbgjZ/TBhGhDhBy3Iog
MDxwqgORKpY+rdXTgUeGhVw8lo7yjoUx04Ikln0QNvUwZtVt1Ec5Vaggk8FsLekye+npQ1aP
YFu4lfliOJHzVQbirPJFrP7bI0u/mLBv7kBhkGyShI3DQf3Jn9q6dtBudfEoXghpGf4U/wAP
eDwNlUXpsFoA4smNRXboMSn4wxQdmBV+mDuv1AQG5+VdTrdX1XZm4V3IICpG42AbxVajy1Ge
KuM76mviRtV+m2I8Ft5qcIVaPYm4aoBoX/YARrx/mQt0qEMNrFtP4UBbIW7LxyRYueCcx3ZU
CdUYNgYIT7S1gBPdtR3kgsAH706gKxOq/flMMFVLGDlO7cQcrjwUeKJ9imTBRcEAyjdg4OEC
Qxd3VDkOD86azMjRmwH5pzKdnlMJYdyJzTTkhWoe2v8AyTkuQHLhQ/psf6VzdZcL8rY43fsV
W0M6aK9ah/NbP8Vk9S3MQjTq3Js3ldymrbc2eSx4rMlbbF3w6FrUDaAgT/KgKdOu18sOKelW
2jIATfOmYTqUKDVdKlvObXDnIFAfMmADIU6Yl5OF0hZ5sSfAWQiQIR46BdPqgMCCDzI2ow3N
cbcVOEw11wiCHGh1TZPNOcNhCB3pw4/X7KBAcraQY8SvKwJzgLa7AHIyi3DCcZ5Qtt3dhr2C
4EMXxwTu54BGHJ1hADimZ31USFJTYRtugaA8k1Q4yvrE6/8AJCxYB4dVkuDPtRGfpVhYRDIA
VJJ4ZW3qWNQJIPqTBx86NdrVOI0W4nzESMK1jwIR5dM/TRNmf2Ksar8uBpdF8LqE43H6bIXB
bRCJ5SjUBycBltuwFYLd21CxwJfuT5nKGpCZ41RLM8ueScEOpMaoEkCXcwMKv5gEFoBGIW2o
jiUQS5OioHYUyNZQ1hd6swNiMAI7gQ0MVEA8YTg/uQJd9GC3bSeLBeWeIOU5qSVJcn5k5cPg
BPw01Tv7U7TyTuCeHBByATpP+KJY41WWIMry2G6uQYKvUSdtj/Km8IlYJ7kHhbd0nBQqJLZ0
UYM9y3eIRPu6FMY1lbgPa65kqowQsbuTosPNVm4+VA3oWLtpKN7EDiO5E1cnEugBhO7aoipg
5/Wyvb/9sx96iFWknPhVAAd66PSyxsSfCquc8kb67jCB0E8UDUbuQRs8sgDJw2FtIDTr/Cjh
iyB1OqO4Zh5T2w2AgQNs8U1WLtqtok2IqB3oVqGFSX1TlAjwQsZcye4J1x5I125DZXV3YJNg
/AlEs45JumNMIQSTkYZHafVp/sjSwniDz3LaMKcHUwomybLrjy1UlRJW8wCmduCZluqHeC5W
0GW2k96FjfcCHdm1VWBcESjY5lPkQ6YYCI0wSiAIOq25TGSWwiMDCr7vNVs780OB1/tUM3zo
000XBEif/VHa7nUiAgG3Hig8asuoSY+H/dRWrUTSxDn8Kc5RJ9wH+barVEEq4Mta30qoitas
SUDpr3I2vg4Wzp1IsM2JiFtIJt+xAVW65BfggACLPFlsJcZBUy2CoBB5sgTgfuQ2/WOUDewD
nVG1bPtOi+IKkAMHPH0py7M40hWrnaQnHch1dLBv7USOKG8HBwsNzW+pjHNcWlcimcA6un8F
vrk6H8KG5saLCBwAnrryQpUtbJfCpfg4h0xhkKh23Bwz6o1rmwLd6G6rFg+U75GENWlOjugB
CowcInI1TDVOcacUCcTGEGie9OLSECYcZT5laiY7lt+deWX0TARoUBYeZ0CPWaM/irg+rf8A
O/mTa8V17ku7fTdEq12YElj4oNIdWLt+v20K0AI8F5gziQ76IHFkb3Iq2qrWr2ph41QcSNFv
oWvVyRyCY1IJhk6DyJc4yiKQQSHzovPffYYqAAjufzS3MK3SFd1q3AFfGt0Deu2zMQnAZ0Qy
rYjBZFRkokwnIjlqiQGrw/2WAT3oZLIgwhUl25JzATyBz/1XltHDgUCcnHG33VuqNowXRr1L
OdAP9UXO0O49qNumYvr/AMlSzvYBuCq422DoDNuCFZmCiMJjiAidQrG2SuSAGkoUyGVeDsE+
vBN7M47GUiOKHhCNW8owdV0+mNbMUANKq1xB3E/Oi2o+hEk+tifA3RAmxgBcRUj6VUaA6ogw
bMAAXJRDx3phYRzQruFrl2A4oV6lRQVLhEYOhKmbcArbgQWIXwxAMgky6AqWs+CjW5Z9eTI0
6M1ObGf4kS/eVCBObbSPALGn7EGkdlgeDtzCvUwxwg7DvhbjrwZMC8YRB0bCcQOeUKjA1MJz
J1aVJzoEwgc4R45lNawq8qotdjUwPFDp9BiCHJKt1OqQMAAQgahxIcSgD7n/ACVtzRYkccJx
6g7heYEEZK480NSRgI4DN+vmVqVl1zT/ADJzg6IcHyqlsFSHHFEtnRMQ79jVOMhQnecsyqCG
8zoWy9UemBNbF0TyL+CpbjV1UMwrqJXVDuYhuaJdyiSXgMmFY+sUKdKs2xYob5voyANi57sh
brB+acFimdyclVvXzGWA5IE12nR+P86rcyeAwiAGcyi4ZcuK6fUGAc6YQsJjRc+wgZIyr+8Y
jCewI5IqJhNAeSrdPqXYZHEp6wNE2OaAEqdFwC4hRJ4LzIUoGaS4UQBPiQjSwIOq+HWruZLr
cNco9Ws119tVtGFCJVi7O8LinHNPZwg+CgM1cF0DwWk5deGVOuib2KNeKIA8VQj6zoAcFbbx
8yIqWNgR7VQODsr5lvPdCuNGL8UcwjGfoQeJyjUGRpyTVs1pbgvMfELcDOJWH5hSG4racMZQ
s4M5xK6dTl8IBmdVJQfGWVbCAC/zbU4liQTzCsmT8la4h1JzlOt+H0KeubfsRdcUSIfxTDHF
RKc4PBastADxUWkIHcPCUOk5EDzEMPqr49CCLZPcE9ZaVcEiG+fer1I8lpPHNUwDvqEwEZcr
vVhJPvf6otIQqDJ4oNhlIwU+nBEvKkOCE2qfUIWKhWDRxQFZZ0BwC6nvPaAuj0jVhvBsPsjz
2RltFiNEd5gZ5BFsOUbH1M1QjUz3YW8508V9ITCDoi4n2IuM4/Wq82Tog0A6apwX5KlmgFCz
a/OqtPEoNJaUfiSO9tV1OiSwJ3UHI/8AFFjGqg5TgPCZMKo2IbaRJ5odOmhymPpXAc0wUQUK
kwUwR1CfL6JiG4Jkdq4HL811OnYk9SlbEAd1kR9KvYmRtjj61YAOWb50ej1PLapYeKBfRO0o
7RPHmgT4Ibx5jPh91YYZRfuQOpWI4pmdk7zwXl+dMUC76I8VU9MYcnVW8tSRgGEPzG6LeZnE
blb8xZ5irYg7P7EKA4J3ItBPFW2MbXhlOpU4AymAavflGX+hMAWJyg+iJErmg/q0ZeYx2P3B
/FbKzuOsKQxCtuLNhGliWVKmxmGKM+XvTaKOCIFhGeS9QsW/X0qtQAG7yVA1RHHsjs4up+ZZ
Z+KZEEPo6mFjvTYjJhX6bZDH2q1bDJJ8HVh1IBIZ/vKp6Y3ULc9UevV2sAX0cITyITHA4FXY
jbYwT3/ZVQJc5BQ1PHRGxsMQVxB10VaglxLqSw0Tu7KA0iU4TnVORCYGNFcm3pqcIVqCPMz5
Vfy1a8n1hNYekY/mRJyS5ClANjE/6oOWL4RqcIOWYYbCk5QaZZkdCieC3AwchV+dA6hAHGV5
cqgPFn7+w1MumXxho0dy2XG0Wbb9pk4RPJdYniwPcEBlOJdApvpTM/YWOEygONUNV6l5vaiQ
CRxZNUFhgAuq1AbDmV1DUtAA4okl/KCnbx4K3Rsf19SBqPTQltfrKstWzHGiIFYw7ok+Cpus
zEMokLaI4KoJgH9idMTrgZdOTA0QDO8IEQpTqNMLqVv6rVOFS3S6gsHcv3fYVepfb8OsljP8
1Vax6oH2QHs49KgTqewPhy48VwDpz3BlurLaLkhweUGwiBHeUaufZLIEYAconREmCjbWHbgq
iuIM964pzhCyZ9EbVEkFwSiLjyaK98k+UDmVaxDGxJPinW04XJTop8FCdPxUqFMnIZOQw4IO
YUR3hOZu/gieLYnWq309das3cV1OjqWZbbDy2yyPSGHZ9ZCFRLh6rp1qX2hi/FEAM+FWxkAh
bumX6Ylj6x91bhg6ugQnT4scugDPivMMSixbgpx4IS4KzCsdACt/SsK2FuR/qRHWuLV7qj+1
fsGqYwmB5qtofvU6S84XlLDmE1wKu3z/AMSLF2z3px6v2pgZhwrdWHs1atKpfqBrF/puiLaj
KLHKZ4U6iVVy4IZDp9Q+r0n+1AmQP2J9MeCYYJTH3Sg08UPy9M1L2PcLV2/zow/MJ28E50UJ
mfuXmgdnNGcaJywPAlM0lEgIEgvxBDLyV1TXqYz+tU9RkByUKgOXr9K3Mj1On6RIBTkMQqfx
AHuQ6udtcjvQ6vTO5vVVpRoQ2hfMKJKfpliMhnQ6dMATT6v3kJngm1UkMnDAh5UGTkIhscE2
Cm4Y4JzJbwR2yLAokggu6On/AJT1LthOxQ+lDdDara8n3tGQt1LONKg5/lQDPbQCQps2HQbQ
uvKxOeGEKXFgK2BjVV6dABUPDT9ZAGCpcu7BN7zpyz8k7GMIWLi1DkepfBt1abjAJsI//N9T
qIv1K2mNpeFu4SieKJq1rkHaDKt1LFzYkkd/m7MHwQDEpzUtoviWDVODr95NlfuXNcAdUzi3
fKmTzWWt8zIVxxJTiQi+TrhEksSfBfF0ghEaI0sHcM6ejmuqehgcRJRr1AHJNI7q/WXV6H5i
oFqkAP7w83p3q3U6RNOoZAHpVnpau33iDtP4VJ2kZ4Ovi9HpW3MXLHaV8Pq1FbF2bu97zIPl
HVtEC8HROES2YU4757GGNTyVLgOCWPuoNBtbPgjv8zc0HDDLqMBBvMXwOCZ2A0W6xl4QBA1G
cJjJAdz5f81LEAyULDyxDYQieKks7lb3BRsMAIVZjMqM6FNZiRrzQLu5n2JqHz2OXwytawc2
JJKqKk7a+6S7rZ1+nteBYF/5Nq8nmJBaGRJ0wO9OS7phqjWRMRKG47S38SAIFtsMtkVAPpT+
ngi0ssOpRszsYCItB1dTnHguIQ4excIQqBjJyq2JJO1EtCcGEa2DuP8AZGhBBBXwrYNnD93+
qp16FrS4PvN/yQr1KGtuRdfA6PSYX8oJ83q95CvVfqdX1EDVbenWv5Xp8huP9i+JvN78xxTr
DW1TDwbK22zqmOBqnaUXOExaYC6ZdvNoqWP1sd4R55dAjTRcLFCock8VttOhKv0sWtNbHSyF
eswsfSRhEUEtNkLWtAZwtrF8DC/cyO0HGCmtlHU6BEgd2qcjY2q2AWv1Dw9IQPUgv4JncMss
neSo9qbeeXFO7vqvnQBkap61zkEA2dPg6MiGd5fCAYW41y4ZY8CpDBMITVDtl0XYF0RSGUeK
zPJRjBCloW6vjzXTJAESAmkBSyjI10VuqBFg7D8KqQ7BlUEO4O06+6gDYM8g5MW9KG3pjeJ3
EeZGxoOrQlwfeb6qa9LdLmRH8qBpcWBWfBcioTmVOODJtUeOqgTxK6fAW4qp13Ag+Fk3tZAD
J8EBZWveRUfOi4h47k4g8kPiVJFcW4fgRPUY10sG/m2pqwDqGTZu/FPc7jwGiJfAloQFbNuy
D/l5kQ4ccQyOw/EscVrK2gfDqJLMnuACfeJeyHwzIl0XksFjVD6ewlu5MxbggNpdCxDOnbCA
ZwMpzjgtzPY4fKJsChtBNjgZQtakHhlOasDzlefA1VrGzOv/AFXIqMcUHnuhGuQcKlQ0VA8U
OOoTHKIMKwZyakVJRpcY1KoOmPLUNjVHrWgg+UHWNqtYGBkIC5NRxRcA8HQ2dS1KjTIH4t6A
6lwafWaf6U/tHBbiO5AN7QmDtzWJ44TYfKBVCA8qpGhB+ZH9yHFB3yrkybR8yPUMA+GVuEEe
woi9dv7fxInpEkM5r5T/ACrfWtr0GQzEfwbU5FqkSR1IX/U1ycsD/svMTOg4J61dsABEOenX
X633Vu6htyGSWRPT6PwqESbgufuqpt1HZ/KhfPTcb30H10PzP5fz9MwbVO5iP4UxGsp4QMKK
mdUbF3r4r4gk6ZEKoMDhpH86IBB7n/yRFag15gynsGsZ1QI0RGplTJHFMcI7ZW4O5fAjCkP7
eyCHTP7ECWmOa3EPUDPN6rROGdTDpgzoIWrG6s+1AdNjxdCrSBPF1aQZDc020bRw5feW/rjZ
3+VGoIk5Q+GSZ0lvwogOdJUuAnJc/OnJbhqnf500PxUw+EHDsFWYOngic964qVWmtmLu+iHT
EggD2I9PQ6u7I2EGshHzGsQCYTbGLZ4oGnT3Ahi3l1RGw1CB6g2jDsnpaLcYwvKRa3sC+J+Z
a23010CNOkX4nQLcMLrAeoVJBHILr/k7mataj/a3bv6F1OmfdsQPamypQvYeYxKJpfY+mUOn
U7mzCHSFBu4/zIiwnUBNbymvCSgX3BH6ETU+CIs7jVOfKnCp0qYIc/0rh3L6yLgPoHXDkhUV
nkhQBiw3Hms5TZKkuQnXFFya2AYED7yvW1W6gPl5+tWLdyO2oDYJW8lyJIXw72Na8V8SoPU6
Rkl2MoX6VpAmhLhEfOZKclu/CGGPFBzjRYbvUCdU8FkWYxqqVFgSGf2Iw8+1NxQdB5FcOgJj
kganb4svOHfiv+tq2+tVPW2+tS20y49CtatSLVguBltys7IC/UcaiP7aqth1bjb7pMImGEv3
L4fRuaAeoiCX9PosjWldvNg5+8gAS/PCIuXqQxrxCp//AJ7bB1Qw4OP4Va3UL2eW1KiFA70a
SSJ5BZhHkviEerHJPatSe5G+0C0R/kjgjkiGniojuyjwKYJuCsxcV8odTLKIKcTzZOwfmr9S
0gM3Y6hlMIz4IjVYVep+XI6XUrPl8ot/+Tah0urXZbBfBb6l0S/kEwQxCt0ulUVNsEloT9Xo
E1PvAOq0p1TYYPS6nmqyBoBXdoAn1KckdyD+xOZZOZOoUYVi2OfNRDhCu4k4IRnBLp28VEq1
2c4HCUz6nP8Aqsbhx7v4lMAYyytuHMdyJA2uSfnXUFfQfUebJsPqiCY0VXLh8LqWEeUgd5Cs
cHdUhyThAE+z/ZbDYDgcn+VV3anHJdDrUDCpLHgfKtxL2uAfmr5ky5q5MGB/UicxCvWw9MAc
kRgNCesMiSXQY5EouJ1TYQChW6mtWbxO1GxLOTKx3ujx4piWHd/im0CJOpysuUzxwUxoyawg
JyYdSw8cphrKyA6/7Kgnjgj7yt8O5IaKn+ncjW4PTuMf/wBtUB+fO7o2O2rhzPo9Nf418boj
ZYyBLSqAbfhjJRBJP6/aTccrnoWTJzI5J5HBNxIca5QrQSYc4C9W7vW8HMnxWR3JuaaoaRJj
H8K4nKq04zGVgCWYDKIBGGEpzmV1HMO7Z0rtRqzMmEKod1Xp0zcp7jzk45BRpxVb1k6h4VcE
g/M62n3ZqOf3lXaADUCv4UQRK/YrgyzOxTCAeOUbj1W1Q0ceCbjKEOCFoAEMF05MLh2XaTEe
NVMH6uiZnK+ETtDO/jtVqB4w/chqSWYIdKr7ay+pP2kwhOR49hOWUIM5IxqgQgAhKk+CJ6lX
JjdgqlOp569Mg1BbI+t+JNo3ZPtQMDV1r3rzZXIoAaIHBBTEtwbsrUh2AcDkiGYjCAZ3OEK1
OcqvA68kGlh3IE59iNrDcA76KI4arZZ3vJ9i20qw1l/7UTbATAyP3Lo0EyCTydAAOB8/3lHl
HJA4PFVJ1hm4qw1yChkE2JjV0cvxPYRnfEIDUIDAymBxqg5nmo9hU4QDIw/YdUagfr6leuoJ
TDPJAgMYqec1R6nUuQMgAZhbenG0wf7luD1tVt6j6E2iDIkCCpEL6AsN3IcB7FHsQLKMdjLk
pbuaFIgrdDcFMvqpUa/r5U41J+btpUFq24KxzGfBEkOw9iYmSWbEJwwYAA6uvNnRbSAZ10Vv
g1BO5iYrpZTDGWXxABtoGsGDlle9RUTkZZFhkIkCG8VW5wKx3pjkswMrm88GTkDv8VWxPpOn
4kZd8Ar4ozQovjgoEKhEAEOhYPt5cUCSWwgBh1yTgspW4aIWAyu5OEwjmja5fdIb+5OGL6oW
qfM4JKqTF9pVhVmByVapmtmBA70DonyE48UF9CI1GqYaJ1nvXLt5piIXLmAy5qfSm1P0feRY
IOz6LacJ6h2yf+SagcjMqtWAuAHWwQR7Fe1vM4EcFBivFBtRqg5744Kz+9wV7CPK7+Ct1DMu
fEqSdhcjvZXceWzYRFSS8jKBOsLaavYiECYo2klPLjL/AOqaoBQN8jT/AIqBzIcq3Tt6LQQi
QAOnaapsoAxKrY4Ceuq4oafOjxrlMJdAV5uENwUwVJhAguCqW0YhHdV+E4VQD5gASG4faT0O
0Vyja53HLrgD+vuLp2IcsAfBMzEZReRoieCYZRI0ygPamqmX2QtoG7iVwbkgR4HsPzoAepOn
ORxRY5wgMjBQYOi3zry1AfLBODnMIzqy8o4IgQRlgyLCAHUhjxXT6UMTlW6Js24ZCtVxGD3I
gXcHJ1CJrYkhh3MnGS6DwVBbYH8VlzWXsz/yo7vHuVgJOZ5In3gExDWTkxwW/Wn70Dk8UCcO
q1mMNzTg+C/9dUSfMxgdh05pzhNX2KCjYu2jIAT3oDqiQjV8OjwZAfXxy91EVDjE8UOvuLEk
Go0XTEQIbgiQhtwUBWEx01RI0QfD6J3lP7VC3DxTaIMWqFmRlPadGUBuaB1dbQHHBNtlF6wv
KGaQVEqAC6J4IPrZAAenTipyrjiw+dHqYFQ5bLMtzu3zOUCIZElRESmJ8VnCGp4ozhC1WAME
IGrFAnV4GiIaESZUYKt0zghiVaj9x7+wgBtmfFbgSm4rmUwjiyM8lHioRfX9igPKBKcLpdUM
5BFubLwwq7Yg4WUOhXygF7HUudnmVOmBFAAPBEGAFhABORA0WIUBPpoiOyAvSmZMi895WQ3e
p01BKI14oFF5W4QPahLhGGPJHcSyMPMOuAGUTlvN4MmAyRBVqiYDo4rjEf0rEJh4qDyTszJx
r4IOPBGIIRBH/qrWJDgYC+C/qwjQnRynEMon96YRxKHU1sExyYCvUyS0aIjvhYLp6ydFuLcw
6sCJBUjKcMnhZc8VMpm8Uxlnb2IxnjKFQWAHpDpiupZvSB85/wBexljsj5074TiOSCfsbRYT
sFEIsIXdhMc8FuOE5EJmgogAeLpiPBRpKtwaEwM6qC/EIy7wAunWmfeHh9pGpk2HJWDbQ4eX
wmMDinOuFwQhw+F3HC56Ji8LvRIHhxW8eW1f3I2cjqYHD+lbSXseEIDA1ZEDU5VtbUBNU2oy
gb6whagyA5TgYyUbaLCJNZOUwEcV5cIgQclA6MrDiuJXmLrfUYPdoiDFhlcSV1nyNv8Ad2P2
T2uU58ECRlD5O4Q+ETwOE/tQD6Oi+EC7gIwpbkiVaoORwRmTCFWBfig1Zo5kx/EntG1/8UOE
Jqw5U47JTBZT+1OJ0lQyyj1cgsCFVvSSHW45C3FvMULeKNTIZih1KiDBQPBVOTgvy7C2qd+x
uKlQAvIfAogsGhSWZASjfv8AoVrwCdGTMutcakD8PZPySp0+W2eSlm0Rh3T6CGUoWdO3isIk
alO+UX4oEAl8SEb5szk80Xw8P3oEyw/YpLhMIbJWPFRjVQmMIAerQprS680plbp2DgqtXeN1
e9Gl5NWLcXQq8M4HBWr7Ea8DjRWrad4buV7Us4BEd6v0LYbdXvHlU9hddyntYpxDyUwOFmEA
JJLfNZAaugGc215IdMs41Hyn/Q7vBMRhOBBxp/cqzOgWU+nNRhQsSj38SrA8f2IDNRkFU6df
K2ToURX3DJ4sVsoIJDn9bLLoACSgXZF7EqU5kPCNiIGuqG0e0KE3ZaB8QA7LHirAN8QCWwx+
6jS5PlmZn7O1GwZuJyqkS5lPI4BN1ADUwRyT1HkJLAfUsqdQe+AQDzUp/lMiDlNoFbpiGsT/
AGo76va0PllU+6AG9qqRkgOe5T8h/wBE1jgI1AhYgoRgMmBngsZwg0nif8VEAZ4LzQDqEQMP
KsQNf2IkQCJR6lzLRyBR13aLp0p6bF7f4o7dIXn1wmAdRllOmUIcIjjoiddDwTghTlOMpkOv
06+YRYR5h95WcEXc6wC/pQpdzUKpqWonBduKBbWV0+vUecWAJ5FdPcMOAe4qfl8luIlWs8T9
CtsMuSX5lFxIzctLfZqgYO1iHARqMBN+gb5Gews5J4psEZTeDrLOhLvxWpZFy/JADWHCbVOT
7FYc/wBiiB3oiK24jgp45XSALlndzh0BpxTod6Z0QvNhlBJKdRojodFttPFMrUOoXU+zawfk
6FiXAhmlj9pAguCXXTGhZRlfB6o3V1CHT6QalcD9CxQIMF39itdsw/cuaOyLFSADqhYfL70/
yiQDOJRarFM0qRHBOBrnCHlYQQXQAGSyIJcBPw/Yjw/crW4lCuXYdyaxcAcOCxgKls7UBxT5
ChbjLaobZJX/AJQvoiCHBTUc/r/EmFWPenLbhwW4EghG/UsQBkCUdgLWYzlbbDL54OiKnyHT
mgBBEobphCwxfykfxIdnHsjsn5HSYO5tPgvjGzCbR+JVajgEbnMn6y343I3I3ist4bluFWF5
2loD1U/KZcuxu1k+vEFBtMojaQhtDDmpHcmIccNFUsxCmeaJ5MJXUIDPAIyqg8crdY+XRCA5
RGtmAZdRx5m8rpnbuRO7XintY8YJW0v4qBmfYs/OuNRwT1qzuGWJ7kCPHirdQ+kf8U3SBqGz
DuhvtazcSUBexYYTEwzBEWcm01JXUPvBm4Ii2QnOhCHJwPkP2z2QujtruY2fPCn1Vbo4NdzA
YVeran/W74OB91UBAbTQ1WzLanVYAbEN8tvkR2Strc3RIBHNHj8ynAyycJ9OaBAjggRDoaMr
VHqefFCdQqm01Z30CzB0KpuvuG3lllJeuF5as/em04pzZwhBWO9elq4YhYzkSsFcPBcQupQx
Vnbu8y2VD45q1r2FTUOHh/4U1ZZb8MhuL6BXrYO5GrYT1ZxwLqwJ01VQMT9PyJ7ZTA9jGUfh
12uST3lbbVBqQzKvkbbgAt/+gLAMiKAAZC80k8FmNQCnbaMrmq10B8ECGHFR866gGliPYn4T
yQbWC/YBaHYSq9Me9L+Cq5d1HinGnHCcnuZB54p9UCTCas68lnZ3Igl0aGBYNCv1adTT0n1T
5VJhCtQX0ZHq9QaAgMeP2uwc8rcMmJVTT12IjkqXvFi+Pkug2bHPcupS7WNLeU6t9pG5MaBC
3b3foHT/ACtuJZc18KhHOBhOQTYDw/CiQA4EQn3MBDlHb3I6FOcZZOIW4jdtlnV7HUk9gDwe
aqAdzmQO5Us/qwBzQGBqdVBQgnuRNrbjWNroVYCr6lk1nC79FwCNHHFYG4aoklyurevqAjxR
Fnxqja1j0qV1Yl/6UBQbrjNzkrquNA34qoqxDna2nFV0Yl3VrXn4Z8v9tVQHJn2/KoRxP9qv
HFbeTuqt3foXPZyXlO1PvPd8ndr2eSoqOQUDvdEHLZCBJ3W5vChcwmkMzo/MiQJsWdWvYO4R
FQwW20gYdV4OqhnJA8IRFi/J9EGBbCfcRXgF5rZmHTC3pkvyTbnfOifJHFF5fRbyByhFuxrS
DkFfF+DTeMQGj7KYAAcAG7OoOQ/qqpVgXFiInVDpOznC6XTYfEv5iQOXvIfIbsBroUX1GULa
nCjjj5Nb9Niz7qnUeryKtqw4eWj7KJH6UBtMpywU2q/eFtcE8XCIaGhlYTqufYAOOERoBPcj
tLh9EWzwVT9UvhCogGoPGUBaeaiWTW97DrynSVjuUh+5OBlEkeUSTgIVA3PliCn6ZEZDgqVH
yK9AWkzYBoH2lxPFVfQhbzUuNe5dS5B2dKopVcuzn2Y7D3j6USeeUAJMojE/J6ZrZixFgDzR
tuYg4fK3HBZgf0u0NWNE9rE8QgRHNRlOLY0V+s5FstpJQIbvKAGe9PruTPkFAgd6AGuVZiXD
cFQkNAbxCL50TFpQILkQHW954d63EjuXIItpojuEYbRU2f8AVxZWtW1i4we2VCt1AHIGOav+
YvUvcsDwA8q28EG+83BDpUhwST9kIEZs5J4kn5ZHMfSrDQEoMcvKI5/INuAPzBEh5LHVV6fw
3tYVL49QQoxG2JLv736WQ5fKM5ll34dA/vTkvyRroAi8zAQAweCLSDlRkEjggLfvQAhiUemB
tdiSVtYOGD/3IPBBRDuDqyf5imRLzwXJbtOCFonmnWX+Q+oVfyzsD5ieDK9RbeAWf/H1oVw5
Tdy6lxJuNq6XOlT7R8l+wgldWrYtYRmDtQAXHsbsHTEmwLzxCMeKpcUNmYAAlyPUhcg13aH9
K9pbQJxWFDMFbz+V5A/sU9S082Tb7e1E6pkQ5Cs2hKqq1PvHiiDLKQ3PuUNxWcSg4cmVjKbV
1LlcltB5jVB8aqAY0Kw6Yosua61rEmtrWqM6FNqjc6QB/Uq8Cuj+X0uXJ5BUoMVqAPAfLlda
2Ba1iG5ncho2Fw0QntY/VB/qX6ldMVqx2gmzc/0xLIsWDo5J1Q+lAZ5rGNVawDbeSY6J88lc
sw3GVwKDeYg96N+pk40OExGTlWu7kGAmMuvBZfkpDHmmMpmkKKsFxRNSAeGUNOKbcH4PKYF+
5E19Wi6o6ktazAMPMSmDmsMP+KqBGpGv8ycu1Z9iv1rCK+Xpnh/9xcVz+Ty7BeoaxIcjKYkk
nCB4LzF27CVex08vsUZh2VrGrMWFi81H6Dh8j6E6JynaP/CDljqm14rVQEaERYMyepLHiiOS
N3l14LLOmyQA+ulVzRB1yvMH4cl5SS/FAElTbVEgxzHFGpzDHvWZ5KXHIqK/uRAB3HG1Vsd+
7H6+VbrEnvVw7QZXUoDi1p8VXc/mMeCqAHIM8VTpAR1D5/4QhSkAY7O7sN3g6KtjkjsZOt4H
m3B/FEtGqA4pj2dRix22b2WViSxl1a1SzMV0yJeok5MfLPy2CZntx7ZTLkiCHB0XlYEFWGSD
+1ANyTEvujghUDaLBl3JzoipXd2TKY5yCnBMIWB9J0j+JcHRG3TVAgebTkpDFXaCxldUn69v
pVAOZIHJVID2GnE+6j1OpktH1R9RADHYylSo+Q1iGVr9KK20W15qZT8coHkupb7NvoRPF1Yu
fBdMfZr4R+jO0OQtvU6ZFfrOdf4aLeLg8p/xX0KB469jqMqeyEGzazBEWEHKsRWBqUBWhB1I
W+1p6ZBcr4dS4nj/AIptDlMMfJdbjFbR4p6vsDOR/qiL/SsBzDIWr5SMELbczor2diQwKsXd
yfnXxrRUVLe1WcvUHaBoAPVZCtRHbyXLtNcDipsURJTCrDiqwSUaXh2jxXAjTCC6pdvJafu3
RJKsa5sWZdM39W0P8tx4jh2ZTWsAeCeoCINi5aO5DeSTq5TdkxyUJyFGTlP2BpILoWsSz4MK
t4ciQ/3UbnbU97KvQ6UdMmdv+SBqDvsBuJPLsdcOx1lTC23G4cFYVetT7uXhEbSGkAoPlDXg
E5DNL8F8K5yXB8EBWXKrUW23sMa/Wuj1Ljz2uWJ+r5Vy+SewAY5LCwpldJ4DnOMLdQeUsSnB
gsmd4hX4EW/puuCoOk4Mmxx/Uuk0kUq+stX5GVkJumxW/pX2WkmoFZ/GgT1TuIkQGKa13vLF
/wDFBw/EoAVLcZVmoxBhPI5BA8ezOdFkFSAeSJAZNHeiOpI0JWhBXULSP9VtpYhHdY6TB/qQ
tV3W1mbVOdE6lDgnQ7OfYRYZTWDEYZbNNCURY5K6dRzXTGhOVXp6OA76LpAcP0BLT2uyoTA3
SeEKhBFgzQNHXmyICjgmMuDB7lEclV50DRC6ddK1A9gW0EEAheUBObYUFwp1QPA5ReeaJAky
e9DqUAFqOSGyyFqkHkE24lFyX4ck1rsRJBIQU4WOyZTEMi1j3IwS+UTujgVd8ksq8CQqkYOi
dmCoRO4+zsPNOZXLtdnbsdc0AFtsGNZBRtu2mohAkk2GCujvlw5Q6FcSQM4G5fAv6qFh3dg7
DY6MvKW7kwl05+Sa9QC1eBVRWortfHBP0xnLBbic6YVYdnLeCPeqADeHBbxQtfhA5eZbmxLL
MmU1dfmQYO0KROjIggytARqmqN/JA26ZA4LfWhG7IEB/rrV1OFutYjAPgpCKIU4WfkScK9B6
tyoQIBdDRtUHbaJVb0yLB1Gq8y5KAp9nyea5rq9QDzisFHp9SzBnmcKS4OChPu7X5qv5ok7w
8Rr5VXrdIeYZELzMLDI7Z9iNi/donrHFMOyUD1LbQdZW2lw7iZ/xW8dS9nw+5T4uT/cmrc1b
QEpviWqBgVJ/tsgLdS98kCxMKzxKBPAR4rpAPUR3+lCtRBhDy+xE3jl/xTV6YbuRna+ANF57
2J71AUBvlSgQOxiQBxKLXrHNMGAOD2SFzVqgQbTbv8yA0UaZT5IxVWByA47wiHc1Kz3JmUZ7
Y4KewNHd2Gt8WDFDrflxa1APMRO3+JVsbPYEgoEHBVLEgRp3ojRU6m7bWxY8MoXqQQQ7jHby
7DTpGpuCxfRk9bVZMLOOTfh9KbqF6mUdlGiOf4luoSCeJj+bYiOoWOhsR/dZbetcUNTk22u/
3k1bU2jVx/kiOnat8uxf+lHi+FTbuJJBIA0dCtq4aC/9y3TmFhRC4qO3l8t3CNa7e/JRqTBO
AtzligQcqbOyhd6tUxtOVuAL8fFELT7QOiG0gvoFStYHUyPH5WOxhhQuPYakOCMKvU/Lgml4
uIYEKcqnS6gG0vtOsIiuMo0IcEFdT8nf0Fj03z726qftLk1HEQcq8vJb2o10QBatWh3XEjRy
twJ7k1P+y3MlecAMgSTvyV5vdgcwrAVarEktyRYsoMlg582qrOmf00Z1QsBI5KRJWc6KQvSF
txoitxlsBWJAfc7d680EfvsvLonMuhdtfpVeoc0wFw7J7O5OV3dkKJ7OCNDIsJeVetTAsYRJ
yAWT5WdvJdL8xQkW6Z/xXS6hyah/Z2Ojtzy71cFwdxd+9OdFBJfggKV2tkyf6k/UtYAziP5b
qp6lyRL1Zv71ZqbyQS9p0RBDtKG0Bg0f8lewPumPuokLeHJsQw7iguax8iO0/Jw5HJMAKnkp
k80VIYBczhPqpytpmqtDA2IqqEAm2iez4C3WgDGiAp5ADpyKbdusG+hSmQfshN2c1zU4TaIn
sp1QNtbeogRuV6AOSIPcq2q7PPBCxyVtuBYZYr4YijQOHyPidOjVt6iGyjWnTtaoyUf+lwIL
gQfxInrjdu90gCtfuJqVFdI7GsPL8ysDAcs66fTrcjz+aNH+sr9Pe9rA551Xm1KsGYUFR973
v0bfI3E5QJJxhHLKFlDio8U5RVttTa9SDUDvT9WppaoJYxrdDaQLE6cEOnuFxJIqeCMSCX9q
sTFiY7mQ4dsdropuKb5+2FFDc0sCw7rV/uXTBqaAk1IOnlshX3SNUCDjICBNixMk+6npNRiw
4oPns4o7sIsFAZY7OSZdTiZbvW64zWA+C9URa3Fx/apAPegaxUscwSf0PD5TT44UMyc+KjsB
7IkhPx0TsvMMwVYCrEiEbdSobaQDzJojeoPxHdgee6/uo7gxwMJk+g+Qe2Sy8pccUDWXU4UY
XmVutSj1i1TybzoD8wwoIufq1+utv5Y/EpYeexe2PJT3qK9q93UAHun6nmRt0HNOp5i+hXJR
lMo7Ygpte29xUm1xJ4HzK46hAFQACHMnzrqbTuBAZ+5eYa6KWY47v0ELmp+TM9j6dkKVyX7l
Hj8iE57Ao+RBYJifMmrlOU5wmfsjsND6TlC/SBHTvViefvI0zcF6d/1bL42xg8gF1SprttWD
DP2OgoU/K6diHreMPjaupap8t5IHNXeX/cgCC+5/BA2DQwTjsj9IzQnbsnPZtXPinKchY7IU
INhc1KAf5DDKciAnPio7MLC4Lv7D071Fq2DMUb9IGlRYENZoCFLSwnVQG7JU+HyZ7aF2NCSC
I0XSuHG7phyNWCaskwBzQDiGHJ0I21Hp5pvFclz+RKz8iewkwB2cEeKlRlThZ7IdNoo0UBOi
XZSVCdBT2QOzi6ZlGeyVyX0djFMh2fSnwpTp+yOyew1LYLOrdO7H4ViAy3EiT+vpUkCjh3PN
ADIzxVa/YLj71O2PkuuabsfXsnKc6J+KMwh86IGUAUeCb503ZI7NryVyXDsZO8DtbXslRjtf
sf5Ep1jsL407OS7/AJDclfdXa5JHNCx9Xu8Fv6oDgh4jKFrgOTonfNQPaUfb2smU/oI4J1C4
ldywgpU4T+zsMe1MDKB3QtuVMFRlTjsZ3XLgmAY9japj8h+zmozr2Mp7IUKVyUlQp7Cr3JAe
5Dd34lYiCA7lpK6tqsC5e3u4ovKXCIGhHzHsJBgl27Ofa/Zy7JUdn//Z</binary>
 <binary id="i_056.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RsnRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTYAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfWgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAZ7QAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/APTnNjUiPNCc9g5c0fMf3phi4dUR
Uxp7SJ/LuSLKmAnY1oA1O0DT7klMdzXagggckIV5PpWbW7jtdDfHT6KmWm9gNbnM3D2w33eW
jlWxMqnIre7HyRlem812OgN2vH0q3NY1m1JT531P6s9SyL9tHUnfYXn2UWue5zBz6bdm71mf
u73JdP6V0/oUWWE5OdZLa2Qd3m79ymln+Eseuu6sym7JtptbtD2N3Bvtdtd9L3M/ec1657I6
LnMxm4+LYHUtsJmto9V1fLKXttIo2sd7vUSU0sTLvy7rNzv0ttbbmWAQGua6yrRsfze1aIsf
WKd30CQx09tPaZ/rLE6Vl02dbsxKW+qDU5tr5gMsqJdayr/SVbl1WPVXbdXXYS1p5IYXxtHq
b3Ctr/Z7fzklNG3Jsppfe0uBFh2hkAktOjy36Lvzls4HUDfji9tLddCZgT/33cqGT9X8u9xb
hmvIxHO3DIDw2va/9I5v0nv+n7diA3BzMYfYsmnbTkE7HNIcN4E7mWs9n6P91ySndZkH1gNr
RB1EmB81mfVrIc3pg2tBL78h411l1r1g34mViPjJqLanwWvGrHR+68LJogMfoHGsuLvEAOc7
6X7qSn0k3WBswCB2I/Lqo/bJGpaIPt1b4/FebPc6A8QR/r9JO0vBJ/EnT4pKf//Q9QdIEEtB
/wBfNZ3Us/Gw/TOU9rKrHQOSXFo3bNv9bb9FW3BobIra13eAPyrnfrXTY/HxshkBmO94tPEN
tAbuOn0fUY3ekpp5XUM36x9Q+w9PufjYGO5rsi2slrrCdW179Hf2EndEyehWDK6Zl2Cj1G+v
j2uBqsYT727Hhvp36+pXbv8Af/NpdD6lh9PN1Dw4vtO+x0gvkDbve2du2xnpu9iudX6rjZOL
6FJc71C0ucRtENO7b7klL5l+Nk3tspeLGOaGkD4u9rgf5Ky6L3VsspPONYGNM6OZuFbY/wCK
/m3f9bTYDnHIsLTLH1jXtvY97LWf2d7Ua3Db9qtttMte1pa4SC2H1V5E/m/6N6SnmuhfVrqN
VuNc+MfLozLn2bzIsx7A0O27N3uXWj0sJteQ/JOJc9nu9tbtrnF0bbbvV920/QZWgZuZ0/pb
Rbn3eljvdtYQC5znD3Opr2fn/wBZUR9ZcM5LsnpHRTdZZ7hdlWMrcQBt/RVD1rtv5ySnRs6n
iPvtuq6azMsdAe+t1Jc8dnbLXt3qi/q9OT0u21uI3EqefSttpG8Bu73l9DPTb6tez+XZX+Ys
5314xbLS3N6VVdbv2MrqJqsa7iHus9Rj/f8AQ/8ABFUt690PCfaa+lZeJm2OLoN4FQs/whY2
H1fyPZWkp6CrMx8qs2Y1TgHneRe2Gu2x+kc0HZsdu/zFh53SMpuFdnYrD9laS6xgH0Gn/C1T
/O4zX/T/ANGrXQfrBh32MozML0MVjQKxU7cx5B93ts9J38p/8tdPg2DLqDaLG5IvP61kk+k4
tb7fTZi+57K2t9npvSU+bW1EgOkQAOONdNFDbYGgE+Ma6x+8Fr9bwbMHNOPZUaWl73UCfY6s
k7PR/da36OxUfs+Q5hsFZ2jl0Eaf1T+7CSn/0fSnFx+k0N+Bn/vrVnZ+PTlUPoyG76nwHtBI
Jg7uWwrb77B9LHtAB5Gw/wDU2blVuyXa7ca4+H0B/wCjElPOZHRzUDXZaC2XBgukS2dzNmRW
135ntey1Bq6PlOtaaPTY0neXlz3GTP0dGt+jYuiOS8Exj3CTzDQD/wBNJj32Brn1urLuWPjc
DPDtpc3/AKSSnP8AstePfTj0A7aarH2EnT9I5mzZu927fS/f/YSe5rbvVsk1tsYLPD07m+hd
/wBGxHyq3MppyXhosocW3bCduy0trs+l7trX+jYq+a7Hpxbb7rA2rQPc46A/Rb7W+/t7GtSU
0OuZuJ0KqijqT/WZlFzI27gRXt/S2TP0tzd3s+msjO6/0HKtryXZzQ2pjWDFax4e73FzfTd+
hqdXu2fo7P3FW/xmPvszenPgnEdjTRd2e5x3W/5rfT+kuNceJ4ISU+j2YGOcbJya6g/JFRLs
ljC59TXN/R3OH85+d9D+c9JZhaK8RjrvTy/TaHn2zS8g/mM/c935isfUTqdVPR7cJj3HLpL7
jWAQ5rbIa19bo2/S2rPY2zL63mlryx7mMtfjP9u9zTW70ttcfpPUrsx9zf8AtQkp7DP6Z0tm
HXk5e3ABaxovqdsLSQ0bdrw6nZ/xjFmdNwrtwz+l2VZtWK9zWX4x3kFpjWt/6T/ja/oWM/mf
UqVy7puVmZwzPrE1lOBgVkUS9obc+Gi7JtY0+2n8yir/AD1o4D+huvZdgHGc923b6AG4saPZ
7WbfU2t+ikp4PrPUeo35j6b3vGM502ekCQ+Du9bc9r9rv+oRMU5F9duSzN2eg1znGys12u05
r27qrnfyfSWt9cs00dQpuwrHMOQ12/03Bkxs2+q19dj22u/qrCHVur+ns+1W7gJj1JAmR9F1
Pt9qSn//0vQgzqJ/nKqdp5bLif8AqtqjY3NGg9JvhpGn/STW5Dj/AITGg9yXEflVd+RYRpbh
xxMu5/7cSUu85+pDqj4Db+VQDupOgexviQ0f9+lQNzzzfjNI/dk/lsQTktLoOe2e7GVtd8vb
vckpsPblva5ltxh7SCGhswRH7q5+zodxzMgyxzmRZgOc4/SfLLMrMa4O3XVu9vs/6zUuiqNF
7PTPqPa7l5aWCRx+4qHX78hnTqnYYNebfc2ircA0hp9+Q/3fRayqvfuSU+ff4wb7HddqwnPN
jen41VQdAEuePVtfp7ff7Vz+Nh2Z2ZRg0625NjahzpvOrv7DPetX63VivrdjhabTdVVaXEyZ
Ldrh/U9nsWv/AIuukWZGRldYFldQwwKqjYxz27rQfUc2H1+5jP0f/XUlN7qPS6autdcxaAam
OZgGoMJ/mRX6fbbu/S1f8X/XVDpbcfP+sjsMudTdTvtovafc0Pra3I7e62t5ZbXu/PXW9UZv
flZsRFTG1uA1Lat79u10bt9tvtWd9SPq5lY1+Z1fOZ6Zy4bjh2rnUk+p6jv3PX9vsckp2v2T
jtDLGUstsrYKzdlPe+zYBt/nnb3M/qtVXJ65ZVd+zcLEL76a22WO3VlrC4t9Bj2v9/p3MLn3
fQyfQ/SUeqo/Wnr5wa39Owdn2tzdttlg/R0bwNjfzWvyrZ3V12O9Cv8A7Uf6NZmAyzGpaLyX
uk3iwvaCX2DfZfkut2OdfYyz/iqa/wBHWkpD9acYfasHqTnN9XJP2S2uvds3gb6LG+qQ5tnt
fV7v+DWL9kcH+i9n6V2jSXw4w3tX6n0WrXu6tXm2WYArryqbXN3tkxW5p/Rv9f6Drmv/AJv0
v0f/AA6q3V30W1Y7jtvto9tojcXkGqZ+j/OfnpKf/9P017ncSQq1zWnkA99QFZskOKrWa/xS
U1nNbuLtonxgSm1H0dDEiPNEIBJ8UxMGOySlB7iBM7vNc39c7rqsayGj0mYVlnqHRzS62ui7
0z+c70rGb1q9R670bpN2PV1LJGMcncanOa4sO36W6xjXtrWL1XrlvWMPJx8LolvU6Q59Lb2F
0Orsmv1cY7Wvqdsb+k9X6H/CJKfOutZlOZnWX07nUmG1ucIdtaNrfZ7tn9Rd19RMc0fVgONh
cM3IfeWTLWMr/RNbt/Nsscz1bv8ArSzOk/4vsy532nqGPZjYmNDzj3kC28N9zqQKD+irfs2W
Wb/U/wBGuzwc/wCruKwUMLKq6ANjWsLKg2f0W0O979/+D/fSU3aemMvpab93puO7ZJBI0c3U
fmu/OQPrP1hnQOlOzSyXiKsSkzsNhH6MO/4Kvbvesfq/1wbfkOxsK57KR7XXUS64uJLHNAa9
tTP5O/1LP+DXK53S8DKDX5PVs22+17rK6Mpp5J9zG2v9jLvofuJKTdFyr+o9J6zVkWEOyAXy
xlYrdY/c/bfkW7rPY/8AMrsQOm41ra3HKxcqy8WucxjKhYPTI9m19jnMq/qVVrb6dfiV0M6a
KnW0UNAcXNYWtLfcze6u1zvVsf8AR/R/ziu39Vw8bHa+uX0yW+pcy6suef5uuhrWt9Xc/wCn
/hElOX/zd+sXUGDKw2jEdXXZ6VT3OFuhDm+2Hs337PSZbV/NrQyelVWdW+3Nryqn0iq44mxn
vLgx22l/p+r9o376cqh7/tHq7La/0diJT0jq3VWCzqJb0/Ba9r6heXV3TH0q2VP/AEe7/hrf
7Cv0fV9tNb6G9TvupeCXWWWMhu4bP0LhN3s+n77ElP8A/9T015cTH4oD2GdI+as2LhuufXnq
HT7bcP8AZgozGmG77PUG0/Rt2Vhu/wD7c2JKerFVhBcBOsDT+KiWvb9NkdhOi8Yz83qnUsl1
+bk2X3HQFzoaB4NqAaxv+Yi4XUvrB0q3dRnXVmIFZdvaWjs+qzfX/wBBJT6h1zpbeqdOtprx
2ZGSwbsX1Bo142u+lLdvqNbs+lsQvqnf1LL6a7My7JsyLCK6oDKqK6z6Xp1UV7W77H+o7/0Y
vPGX9X69lMqzMmy6y+xrK2kw0E92VN21N2/8WvW8PDowsWrEx2BlVTQ0AeQ1c795znfnJKWy
cEZDdtlz+OwaB8YhZvUfq0Mqn0qsu2pgbBpDWljjH0iHD2uc76a2N0EhxA7jtopfBJTy/R/q
Z0eqkvzLbc2+xu17XH06W6Q5lONXDNrfo77P0n9RXP8AmV9W3T+ruAjadtr4I/tOcrGU52FZ
be6zbUGOtvfad1ZDR7nv0a1jmt/0KH0vPtyag/7I+llxLq2sJDdvDSQ/a5j7f530/wDBssqS
Uzx/qp9XschzMJjnDh1svI8hu9vtWo2qttbamtAY2NrewI45UGtsZ9GokmPzpP4pnZRYWh1b
mE6kvjaIPi0pKcrq2ZmXVZNPTGsvy2yzHquY4h1o9rf0jnU1s27vV93qMWY36pfWckuy/rA3
eBNVFOPXXX6sfoW3e3c/G9b+dZt/TVqp0/LyafrBl4+Y71X+vsptj3bHO3B7Z2N9L6FOxn+F
9NaTuk9RNwsbU81B4eZ2+pz9IfyklP8A/9X061zW6ntqV451rOc7OuyLHn7Q6x73OJ7En02N
/qMXo+Z1m5ztrKQOx3T8PFeW4uFZndZror97N7rrnmfoA/8AfklJfsWYyuq3IrNT8hu+gmAX
M/OfCH6Nt7HNo26GHS7aTP8AX2bnrU+t+c/JzsKt22cdjnbGDSHkCtkf2F0HQ2W4WJRjFrTc
Xb7dwDibbPpf5n80kpF9QejuD7OpXtj0v0NDSIIcR+mdBH7h2rs94NxoOk17x4nXYf8ANQMC
xt1LrG6tNjwLOz4O02s/4N23axEP9LY/vtLf+/JKRYxsvwmVZEDIALHnkEs03f22bHuQce+3
GHo5TXGsyGk67R+7/URn4lNVdvoAUvcfU3y6N4k7tS76W78xRZmVuJbbDWgTJ04+m537laSk
t7PtOK4Y7mWOAPp+pLmbwPbvLfcqlHTshtADq66rNxfYC91jHF5c+5w2+k/c57ldxaKanPdQ
6WWQS1pBaD+83b+9KjlZopOxjd9nedAElILen3XHZZa8VbQ01Vk1s++v9O7+3aj142PUQ1w3
lsQILj5eKzx1a99orpP2i4n+ZqEkful5+gyv+s5A6lk5eO2urLvdkZ9+lXTsZ2xga7/DX7Sy
670/+NqpSU5fUnPwvrnQ0WuFOU9rn1xxID/c6zd7t/vZUultzQMhjH5IaXPhsFtYkH6Lmu33
W7lzufU6nr2Fj14u/GquYA51jLBuLQxztu9t3q7/AKfs9P1FTY76ufb34WGLuo2NsAyMxr2i
iiXHe91zmV1u9D+R6iSn/9bS671EY1Ltulj2l39Vo9u//O/m1n9Npd0zpuRmbB9rtb6jmHTa
0D9DS7+T+dZ/LVnqtIyOp41REtMF450aXP8A4J+rv/UMwnVprdqR5JKc3o+E4vd1LLJtyr3b
2vd2n88f1voM/wCDW9gMF2U2r1DVY/cKi0S8uDXOfs+k3cyvd7/zFk4GQ2/EqeC3eAGvaDID
h7f/ADNqtszcnDGRdiMa7KsrFNNhP81ucPVvAn8xv6X/AK0kp7TGZTXRXVQGtqqHpsYz6LQz
9H6bf+L27FF0/aW+ABWF0TPrpuxsKoh1V1b7NnfHpqFdOHQ+fpWbd78h/wD3IsetnJZe67Ht
oaHta4+oJg7SI3D81ySlsx0OYCNOZ7qq0Wl59Icydv8A5JHutZfQbavcGOLXnwg6pM9LHYH5
Fm1zvE6kpKcLB6m7HynWlgsZb7TSDtLR29Gz+Q36NVj/APrlauWfYs1zG25eRXWdXUXNBOh9
u25m9vs/leqru/p7w97tjq7HQ5gAJLvP7lk57G0W7qraNlj/ANFVcx7HjT+b9amz0vb/AIP1
Kt6Sm1l9c6X0rFfVjWhobo5zdXlxHsaxpHvvd/g93sUPqt0a/Dac7qcuz81+9wsO60jTb69v
8hv6T02foqkLo/T8f1f2tltaa6SRQ8PNrX2OPu+ymxrX7GO/k/T/AJuzYt1he6LHCbbWlxZM
bWN93ptP0W70lPHZGVSce02NF91r7jW7c722PL9j3NaNnpsf7/5xUqq2YvW7MOdtGQzZtAGu
5o12/wBbf+ah59l+P9XH5Dwa3FgIZ7hJufv+kDs9s/me9c3Z1XqFzmZFmTa6yoexxd7gR7vp
NSU//9e/n1WXPbfRYK7agNpPjr9L6Xt96V7nCQQA4/SEaER9Ez+amsc9skgSYPJB/AKlnWWl
jgyHbzyXHj7klLNdTR7aWtGu7a3QBSptDTus9pM7iPJAxOjZ2UQ+ustDjq76LW/2n/nLdxvq
oA4uvuDjMw1uoKSnMbdjCwWOyWYrHOrFj3nYCxjxbzt/krr8XrHS+oOFeHl1XWxIbW+dI9y5
/qPQek4dbbG45tyrCdtzyCRsAPh7Vyt2J1fG6o3qFAabMV26pzyNpb+dW5v6P2ub7HpKfSj0
tpx7a6L31es71A4djH0DP+DXNX9Mz7rX4/6xYeHgWEAR9E8tWn9XfrPR1K04d7RTlAGwjdLH
S7bsp3e/az913+DWjkZdWJRkZd7oppsL7o9xFP8AN+oW+79G3+cSU5mHRS2s1Zl5oyanlpZa
4ucWwHtadqtXZHQaa3udGU4NM0gEggjafV3N2en+9uWb9b+tnofT6svEppfldQdLbbG+o32t
G+xkxu9vpen+YuEw/rX9YKrBazLcSDLmFrNrh/Lhnuakp9O6e3Iysqu/KG0Nb+ipb7WU1Aey
WfvbfzEHL69WW5DaGB7TLLD41wWmuuIc1zv31gZP156a/pDGttfj5lssyccNc8gT/PNe0bPe
3+Wq/R+r4Ode3Dw94eIsdZeIb7HD9H+jdv8Af7NntSUx+vPUMejpjelMBN+Q6t8N4bTVPf8A
O3WbFxQLHOlpgAEkd4A1K6+7Co+sf1ztxrgbMLptbmWhpI3PDvc3c3831HbP7C6Q/VP6tsaG
DptTWnQ6ukgjb9Lckp//0L7mHY0EmOCNDwql9ZJkEFokcd//ACStv3iuG+0HUz5IAofa5xAJ
n3EAyTKSmeD1XPx4b6psraTDXjeNdIH5y6bpmVblVGyyoVgcPadHfBp9zVl9P6PSxzbbzvce
GD6M+Dlt1BrRtaAG8ADgfBJTJzWPEOAcPAgH8qxeu1dDNBx78zG6fkOIezeQ10Agl7W7X/8A
ULb476KJax4LbA17eYeA4f8ASSU8fZV03Dk9EYOtZmQ0vLaNS4t+k/IuO3bW53+f/NrAt+qn
1zvdkdSyWNossDn2UC0B7hH802igvZt2fQre5elsbVUz06mtrb+4xoaP81qThtbMyB96Snyn
C6H1zqzqfWZf9mLAGX2zta2No2ttLHbP6i6Hp31MxqK3DNi8k+36TYb/ACms/wAI7+sustua
4akuIHO1x/76qr7pcGem4zrrAB/znJKeVyPqP6ucXnJDMGSQwNPqhp4r936P2/R370SzE6f0
bIyhgtNLcbFL8hwcHvOhsYLGWPLf9H/2k9JdHbaa2OseIrb7n6wQ0fTMR+6ud6rjXHpd7Ggj
L61dXRJ1aBa/T3n9JtbS7/0kkpP9Q+nX4fT787JI9Xqbm2NBMnY0OO93/G2Wb/6i6xr6wwu3
CSJiRKoV10Y7PRqaxrKw1kwAGtHtb7/krcsLA4bQzaSToGwP+l7mpKf/2f/tI1ZQaG90b3No
b3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4QklNBCUAAAAAABD7LMECCtoc
jGAfX/IAdI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAA
UHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5C
aXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2Jq
YwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJv
b2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4
QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0
bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENi
b29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9v
bAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAA
AAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABM
ZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50
RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0
b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9u
ZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAA
AQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAA
AAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJ
TQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoA
AAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////
////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////
//////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAA
AgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAzhCSU0E
CAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAA
BgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfUAAAAFAGkAXwAwADMANQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AQAAAAAAAAAAAAAB9QAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQ
AAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAA
VG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxv
bmcAAAH1AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xp
Y2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGlj
ZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAA
SW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAA
AABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9QAAAAN1cmxU
RVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRh
Z1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAAB
AAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2
ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JU
eXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcA
AAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAty
aWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAA
AQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAaCQAAAAEAAABvAAAAoAAAAVAAANIAAAAZ
7QAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBEL
CgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEN
CwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABvAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAA
AAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcG
CAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKy
gyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdH
V2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS
0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE
1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A9Oc2NSI80Jz2
DlzR8x/emGLh1RFTGntIn8u5IsqYCdjWgDU7QNPuSUx3NdqCCByQhXk+lZtbuO10N8dPoqZa
b2A1uczcPbDfd5aOVbEyqcit7sfJGV6bzXY6A3a8fSrc1jWbUlPnfU/qz1LIv20dSd9hefZR
a57nMHPpt2bvWZ+7vcl0/pXT+hRZYTk51ktrZB3ebv3KaWf4Sx667qzKbsm2m1u0PY3cG+12
130vcz95zXrnsjouczGbj4tgdS2wma2j1XV8spe20ijax3u9RJTSxMu/Lus3O/S21tuZYBAa
5rrKtGx/N7Voix9Yp3fQJDHT209pn+ssTpWXTZ1uzEpb6oNTm2vmAyyol1rKv9JVuXVY9Vdt
1ddhLWnkhhfG0epvcK2v9nt/OSU0bcmyml97S4EWHaGQCS06PLfou/OWzgdQN+OL20t10JmB
P/fdyoZP1fy73FuGa8jEc7cMgPDa9r/0jm/Se/6ft2IDcHMxh9iyadtOQTsc0hw3gTuZaz2f
o/3XJKd1mQfWA2tEHUSYHzWZ9WshzemDa0EvvyHjXWXWvWDfiZWI+MmotqfBa8asdH7rwsmi
Ax+gcay4u8QA5zvpfupKfSTdYGzAIHYj8uqj9skalog+3Vvj8V5s9zoDxBH+v0k7S8En8SdP
ikp//9D1B0gQS0H/AF81ndSz8bD9M5T2sqsdA5JcWjds2/1tv0VbcGhsitrXd4A/Kud+tdNj
8fGyGQGY73i08Q20Bu46fR9Rjd6SmnldQzfrH1D7D0+5+NgY7muyLayWusJ1bXv0d/YSd0TJ
6FYMrpmXYKPUb6+Pa4GqxhPvbseG+nfr6ldu/wB/82l0PqWH083UPDi+077HSC+QNu97Z27b
Gem72K51fquNk4voUlzvULS5xG0Q07tvuSUvmX42Te2yl4sY5oaQPi72uB/krLovdWyyk841
gY0zo5m4Vtj/AIr+bd/1tNgOcciwtMsfWNe29j3stZ/Z3tRrcNv2q220y17WlrhILYfVXkT+
b/o3pKea6F9Wuo1W41z4x8ujMufZvMizHsDQ7bs3e5daPSwm15D8k4lz2e721u2ucXRttu9X
3bT9BlaBm5nT+ltFufd6WO921hALnOcPc6mvZ+f/AFlRH1lwzkuyekdFN1lnuF2VYytxAG39
FUPWu2/nJKdGzqeI++26rprMyx0B763Ulzx2dste3eqL+r05PS7bW4jcSp59K22kbwG7veX0
M9Nvq17P5dlf5iznfXjFstLc3pVV1u/YyuomqxruIe6z1GP9/wBD/wAEVS3r3Q8J9pr6Vl4m
bY4ug3gVCz/CFjYfV/I9laSnoKszHyqzZjVOAed5F7Ya7bH6RzQdmx27/MWHndIym4V2disP
2VpLrGAfQaf8LVP87jNf9P8A0atdB+sGHfYyjMwvQxWNArFTtzHkH3e2z0nfyn/y10+DYMuo
Nosbki8/rWST6Ti1vt9NmL7nsra32em9JT5tbUSA6RAA44100UNtgaAT4xrrH7wWv1vBswc0
49lRpaXvdQJ9jqyTs9H91rfo7FR+z5DmGwVnaOXQRp/VP7sJKf/R9KcXH6TQ34Gf++tWdn49
OVQ+jIbvqfAe0EgmDu5bCtvvsH0se0AHkbD/ANTZuVW7Jdrtxrj4fQH/AKMSU85kdHNQNdlo
LZcGC6RLZ3M2ZFbXfme17LUGro+U61po9NjSd5eXPcZM/R0a36Ni6I5LwTGPcJPMNAP/AE0m
PfYGufW6su5Y+NwM8O2lzf8ApJKc/wCy1499OPQDtpqsfYSdP0jmbNm73bt9L9/9hJ7mtu9W
yTW2xgs8PTub6F3/AEbEfKrcymnJeGiyhxbdsJ27LS2uz6Xu2tf6Nir5rsenFtvusDatA9zj
oD9Fvtb7+3sa1JTQ65m4nQqqKOpP9ZmUXMjbuBFe39LZM/S3N3ez6ayM7r/Qcq2vJdnNDamN
YMVrHh7vcXN9N36Gp1e7Z+js/cVb/GY++zN6c+CcR2NNF3Z7nHdb/mt9P6S41x4nghJT6PZg
Y5xsnJrqD8kVEuyWMLn1Nc39Hc4fzn530P5z0lmForxGOu9PL9NoefbNLyD+Yz9z3fmKx9RO
p1U9HtwmPccukvuNYBDmtshrX1ujb9Las9jbMvreaWvLHuYy1+M/273NNbvS21x+k9SuzH3N
/wC1CSnsM/pnS2YdeTl7cAFrGi+p2wtJDRt2vDqdn/GMWZ03Cu3DP6XZVm1Yr3NZfjHeQWmN
a3/pP+Nr+hYz+Z9SpXLum5WZnDM+sTWU4GBWRRL2htz4aLsm1jT7afzKKv8APWjgP6G69l2A
cZz3bdvoAbixo9ntZt9Ta36KSng+s9R6jfmPpve8YznTZ6QJD4O71tz2v2u/6hExTkX125LM
3Z6DXOcbKzXa7Tmvbuqud/J9Ja31yzTR1Cm7Cscw5DXb/TcGTGzb6rX12Pba7+qsIdW6v6ez
7VbuAmPUkCZH0XU+32pKf//S9CDOon+cqp2nlsuJ/wCq2qNjc0aD0m+Gkaf9JNbkOP8AhMaD
3JcR+VV35FhGluHHEy7n/txJS7zn6kOqPgNv5VAO6k6B7G+JDR/36VA3PPN+M0j92T+WxBOS
0ug57Z7sZW13y9u9ySmw9uW9rmW3GHtIIaGzBEfurn7Oh3HMyDLHOZFmA5zj9J8ssysxrg7d
dW72+z/rNS6Ko0Xs9M+o9ruXlpYJHH7iodfvyGdOqdhg15t9zaKtwDSGn35D/d9FrKq9+5JT
59/jBvsd12rCc82N6fjVVB0AS549W1+nt9/tXP42HZnZlGDTrbk2NqHOm86u/sM961frdWK+
t2OFptN1VVpcTJkt2uH9T2exa/8Ai66RZkZGV1gWV1DDAqqNjHPbutB9RzYfX7mM/R/9dSU3
uo9Lpq611zFoBqY5mAagwn+ZFfp9tu79LV/xf9dUOltx8/6yOwy51N1O+2i9p9zQ+trcjt7r
a3llte789db1Rm9+VmxEVMbW4DUtq3v27XRu322+1Z31I+rmVjX5nV85npnLhuOHaudST6nq
O/c9f2+xySna/ZOO0MsZSy2ytgrN2U977NgG3+edvcz+q1VcnrllV37NwsQvvprbZY7dWWsL
i30GPa/3+ncwufd9DJ9D9JR6qj9aevnBrf07B2fa3N222WD9HRvA2N/Na/KtndXXY70K/wDt
R/o1mYDLMalovJe6TeLC9oJfYN9l+S63Y519jLP+Kpr/AEdaSkP1pxh9qwepOc31ck/ZLa69
2zeBvosb6pDm2e19Xu/4NYv2Rwf6L2fpXaNJfDjDe1fqfRate7q1ebZZgCuvKptc3e2TFbmn
9G/1/oOua/8Am/S/R/8ADqrdXfRbVjuO2+2j22iNxeQapn6P85+ekp//0/TXudxJCrXNaeQD
31AVmyQ4qtZr/FJTWc1u4u2ifGBKbUfR0MSI80QgEnxTEwY7JKUHuIEzu81zf1zuuqxrIaPS
ZhWWeodHNLra6LvTP5zvSsZvWr1HrvRuk3Y9XUskYxydxqc5riw7fpbrGNe2tYvVeuW9Yw8n
HwuiW9TpDn0tvYXQ6uya/Vxjta+p2xv6T1fof8Ikp8661mU5mdZfTudSYbW5wh21o2t9nu2f
1F3X1ExzR9WA42Fwzch95ZMtYyv9E1u382yxzPVu/wCtLM6T/i+zLnfaeoY9mNiY0POPeQLb
w33OpAoP6Kt+zZZZv9T/AEa7PBz/AKu4rBQwsqroA2NawsqDZ/RbQ73v3/4P99JTdp6Yy+lp
v3em47tkkEjRzdR+a785A+s/WGdA6U7NLJeIqxKTOw2Efow7/gq9u96x+r/XBt+Q7GwrnspH
tddRLri4ksc0Br21M/k7/Us/4NcrndLwMoNfk9Wzbb7Xusroymnkn3Mba/2Mu+h+4kpN0XKv
6j0nrNWRYQ7IBfLGVit1j9z9t+Rbus9j/wAyuxA6bjWtrccrFyrLxa5zGMqFg9Mj2bX2Ocyr
+pVWtvp1+JXQzpoqdbRQ0Bxc1ha0t9zN7q7XO9Wx/wBH9H/OK7f1XDxsdr65fTJb6lzLqy55
/m66Gta31dz/AKf+ESU5f/N36xdQYMrDaMR1ddnpVPc4W6EOb7Yezffs9JltX82tDJ6VVZ1b
7c2vKqfSKrjibGe8uDHbaX+n6v2jfvpyqHv+0erstr/R2IlPSOrdVYLOolvT8Fr2vqF5dXdM
fSrZU/8AR7v+Gt/sK/R9X201vob1O+6l4JdZZYyG7hs/QuE3ez6fvsSU/wD/1PTXlxMfigPY
Z0j5qzYuG659eeodPttw/wBmCjMaYbvs9QbT9G3ZWG7/APtzYkp6sVWEFwE6wNP4qJa9v02R
2E6LxjPzeqdSyXX5uTZfcdAXOhoHg2oBrG/5iLhdS+sHSrd1GddWYgVl29paOz6rN9f/AEEl
PqHXOlt6p062mvHZkZLBuxfUGjXja76Ut2+o1uz6WxC+qd/UsvprszLsmzIsIrqgMqorrPpe
nVRXtbvsf6jv/Ri88Zf1fr2UyrMybLrL7GsraTDQT3ZU3bU3b/xa9bw8OjCxasTHYGVVNDQB
5DVzv3nOd+ckpbJwRkN22XP47BoHxiFm9R+rQyqfSqy7amBsGkNaWOMfSIcPa5zvprY3QSHE
DuO2il8ElPL9H+pnR6qS/Mttzb7G7XtcfTpbpDmU41cM2t+jvs/Sf1Fc/wCZX1bdP6u4CNp2
2vgj+05ysZTnYVlt7rNtQY6299p3VkNHue/RrWOa3/QofS8+3JqD/sj6WXEurawkN28NJD9r
mPt/nfT/AMGyypJTPH+qn1exyHMwmOcOHWy8jyG72+1ajaq21tqa0BjY2t7AjjlQa2xn0aiS
Y/Ok/imdlFhaHVuYTqS+Nog+LSkpyurZmZdVk09May/LbLMeq5jiHWj2t/SOdTWzbu9X3eox
Zjfql9ZyS7L+sDd4E1UU49ddfqx+hbd7dz8b1v51m39NWqnT8vJp+sGXj5jvVf6+ym2Pdsc7
cHtnY30voU7Gf4X01pO6T1E3CxtTzUHh5nb6nP0h/KSU/wD/1fTrXNbqe2pXjnWs5zs67Ise
ftDrHvc4nsSfTY3+oxej5nWbnO2spA7HdPw8V5bi4Vmd1muiv3s3uuueZ+gD/wB+SUl+xZjK
6rcis1PyG76CYBcz858Ifo23sc2jboYdLtpM/wBfZuetT635z8nOwq3bZx2OdsYNIeQK2R/Y
XQdDZbhYlGMWtNxdvt3AOJts+l/mfzSSkX1B6O4Ps6le2PS/Q0NIghxH6Z0EfuHauz3g3Gg6
TXvHiddh/wA1AwLG3Uusbq02PAs7Pg7Taz/g3bdrEQ/0tj++0t/78kpFjGy/CZVkQMgAseeQ
SzTd/bZse5Bx77cYejlNcazIaTrtH7v9RGfiU1V2+gBS9x9TfLo3iTu1LvpbvzFFmZW4ltsN
aBMnTj6bnfuVpKS3s+04rhjuZY4A+n6kuZvA9u8t9yqUdOyG0AOrrqs3F9gL3WMcXlz7nDb6
T9znuV3Fopqc91DpZZBLWkFoP7zdv70qOVmik7GN32d50ASUgt6fdcdllrxVtDTVWTWz76/0
7v7dqPXjY9RDXDeWxAguPl4rPHVr32iuk/aLif5moSR+6Xn6DK/6zkDqWTl47a6su92Rn36V
dOxnbGBrv8NftLLrvT/42qlJTl9Sc/C+udDRa4U5T2ufXHEgP9zrN3u3+9lS6W3NAyGMfkhp
c+GwW1iQfoua7fdbuXO59TqevYWPXi78aq5gDnWMsG4tDHO2723erv8Ap+z0/UVNjvq59vfh
YYu6jY2wDIzGvaKKJcd73XOZXW70P5HqJKf/1tLrvURjUu26WPaXf1Wj27/87+bWf02l3TOm
5GZsH2u1vqOYdNrQP0NLv5P51n8tWeq0jI6njVES0wXjnRpc/wDgn6u/9QzCdWmt2pHkkpze
j4Ti93Ussm3Kvdva93afzx/W+gz/AINb2AwXZTavUNVj9wqLRLy4Nc5+z6TdzK93v/MWTgZD
b8Sp4Ld4Aa9oMgOHt/8AM2q2zNycMZF2IxrsqysU02E/zW5w9W8CfzG/pf8ArSSntMZlNdFd
VAa2qoemxjPotDP0fpt/4vbsUXT9pb4AFYXRM+um7GwqiHVXVvs2d8emoV04dD5+lZt3vyH/
APcix62cll7rse2hoe1rj6gmDtIjcPzXJKWzHQ5gI05nuqrRaXn0hzJ2/wDkke61l9Btq9wY
4tefCDqkz0sdgfkWbXO8TqSkpwsHqbsfKdaWCxlvtNIO0tHb0bP5Dfo1WP8A+uVq5Z9izXMb
bl5FdZ1dRc0E6H27bmb2+z+V6qu7+nvD3u2OrsdDmAAku8/uWTnsbRbuqto2WP8A0VVzHseN
P5v1qbPS9v8Ag/Uq3pKbWX1zpfSsV9WNaGhujnN1eXEexrGke+93+D3exQ+q3Rr8Npzupy7P
zX73Cw7rSNNvr2/yG/pPTZ+iqQuj9Px/V/a2W1prpJFDw82tfY4+77KbGtfsY7+T9P8Am7Ni
3WF7oscJttaXFkxtY33em0/RbvSU8dkZVJx7TY0X3WvuNbtzvbY8v2Pc1o2emx/v/nFSqrZi
9bsw520ZDNm0Aa7mjXb/AFt/5qHn2X4/1cfkPBrcWAhnuEm5+/6QOz2z+Z71zdnVeoXOZkWZ
NrrKh7HF3uBHu+k1JT//17+fVZc9t9FgrtqA2k+Ov0vpe33pXucJBADj9IRoRH0TP5qaxz2y
SBJg8kH8AqWdZaWODIdvPJcePuSUs11NHtpa0a7trdAFKm0NO6z2kzuI8kDE6NnZRD66y0OO
rvotb/af+ct3G+qgDi6+4OMzDW6gpKcxt2MLBY7JZisc6sWPedgLGPFvO3+SuvxesdL6g4V4
eXVdbEhtb50j3Ln+o9B6Th1tsbjm3KsJ23PIJGwA+HtXK3YnV8bqjeoUBpsxXbqnPI2lv51b
m/o/a5vsekp9KPS2nHtrovfV6zvUDh2MfQM/4Nc1f0zPutfj/rFh4eBYQBH0Ty1af1d+s9HU
rTh3tFOUAbCN0sdLtuynd79rP3Xf4NaORl1YlGRl3uimmwvuj3EU/wA36hb7v0bf5xJTmYdF
LazVmXmjJqeWllri5xbAe1p2q1dkdBpre50ZTg0zSASCCNp9Xc3Z6f725Zv1v62eh9Pqy8Sm
l+V1B0ttsb6jfa0b7GTG72+l6f5i4TD+tf1gqsFrMtxIMuYWs2uH8uGe5qSn07p7cjKyq78o
bQ1v6KlvtZTUB7JZ+9t/MQcvr1ZbkNoYHtMssPjXBaa64hzXO/fWBk/Xnpr+kMa21+PmWyzJ
xw1zyBP8817Rs97f5ar9H6vg517cPD3h4ix1l4hvscP0f6N2/wB/s2e1JTH689Qx6OmN6UwE
35Dq3w3htNU9/wA7dZsXFAsc6WmAASR3gDUrr7sKj6x/XO3GuBswum1uZaGkjc8O9zdzfzfU
ds/sLpD9U/q2xoYOm1NadDq6SCNv0tySn//QvuYdjQSY4I0PCqX1kmQQWiRx3/8AJK2/eK4b
7QdTPkgCh9rnEAmfcQDJMpKZ4PVc/HhvqmytpMNeN410gfnLpumZVuVUbLKhWBw9p0d8Gn3N
WX0/o9LHNtvO9x4YPoz4OW3UGtG1oAbwAOB8ElMnNY8Q4Bw8CAfyrF67V0M0HHvzMbp+Q4h7
N5DXQCCXtbtf/wBQtvjvoolrHgtsDXt5h4Dh/wBJJTx9lXTcOT0Rg61mZDS8to1Li36T8i47
dtbnf5/82sC36qfXO92R1LJY2iywOfZQLQHuEfzTaKC9m3Z9Ct7l6WxtVTPTqa2tv7jGho/z
WpOG1szIH3pKfKcLofXOrOp9Zl/2YsAZfbO1rY2ja20sds/qLoenfUzGorcM2LyT7fpNhv8A
Kaz/AAjv6y6y25rhqS4gc7XH/vqqvulwZ6bjOusAH/Ockp5XI+o/q5xeckMwZJDA0+qGniv3
fo/b9HfvRLMTp/RsjKGC00txsUvyHBwe86GxgsZY8t/0f/aT0l0dtprY6x4itvufrBDR9MxH
7q53quNcel3saCMvrV1dEnVoFr9Pef0m1tLv/SSSk/1D6dfh9Pvzskj1epubY0EydjQ473f8
bZZv/qLrGvrDC7cJImJEqhXXRjs9GprGsrDWTAAa0e1vv+StywsDhtDNpJOgbA/6Xuakp//Z
ADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAA
ABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4
QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hEHdodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/
eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4
OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBD
b3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4g
PHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1z
eW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wTU09
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0i
aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxu
czp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8v
cHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMu
YWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2Np
ZDpwaG90b3Nob3A6YWE4MjUyZGEtZWRjNC0xMWU4LWE1N2MtYjgxOWEyNmQ0MTYzIiB4bXBN
TTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjE4MDRlNzQ2LTExM2UtYWE0Yy1hNGMwLTU3Zjc5Mzg3
ZTRlYiIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkQyOENFMkZDQjdEMDEx
RTVCRkZDRUI3QzA2ODY0MzZCIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBD
QyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6Mjc6NTEr
MDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjU2KzAzOjAwIiB4bXA6
TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjU2KzAzOjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9Imlt
YWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20g
c3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkM2RhYzMzMS0zNzc1LWVmNDgtODQxMy1kMTM2
ZTY0NWRhMjIiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6RDI4Q0UyRkNCN0QwMTFFNUJG
RkNFQjdDMDY4NjQzNkIiIHN0UmVmOm9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpEMjhD
RTJGQ0I3RDAxMUU1QkZGQ0VCN0MwNjg2NDM2QiIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpT
ZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1w
LmlpZDo5Nzg4ZjU4Zi1mM2I5LTEzNDEtYjU0Yy03YTQ2NjA5NGRiYjMiIHN0RXZ0OndoZW49
IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjU6NTkrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2Jl
IFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRm
OmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZDNk
YWMzMzEtMzc3NS1lZjQ4LTg0MTMtZDEzNmU2NDVkYTIyIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEx
LTIxVDIyOjM1OjU2KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2
dDphY3Rpb249ImNvbnZlcnRlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iZnJvbSBpbWFnZS9wbmcg
dG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iZGVyaXZlZCIgc3RFdnQ6
cGFyYW1ldGVycz0iY29udmVydGVkIGZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4g
PHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlk
OjE4MDRlNzQ2LTExM2UtYWE0Yy1hNGMwLTU3Zjc5Mzg3ZTRlYiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAx
OC0xMS0yMVQyMjozNTo1NiswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhv
dG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNl
cT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6
eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAA
AAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwM
DAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB9QMBIgACEQEDEQH/xACu
AAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAACAwEEBQAGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAgEF
AAIDAQEAAQIAAxEEEgUhExAxIhRBIDIjFQYzJDCgQjQWEQABAwIEBAIFCgYCAQMEAwABABEC
ITFBURIDEGFxIoEyIJGhQhOxUnKCkrLC0uIEMPDBYqIj0TPy4fHTQEPjFJOjsxIBAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA9oJ8BxQR3cR0wd3ccM8RE8D3SDXsJPKmzzBs0KMB
gRi9Y9YNs54LM+4S0KxoEog+S4NUgPgFmkzN0zikzgbAnpgIDA8l6jzHqCySyOlcDZXAZL4Y
Iydy+Njpg6O46O47ug6I4mIk7u4iOg6ncrFHM0xPMT6VZj2LoEtDMLOY1JZS6mbNd5gsBpTs
pIekxHIs0TrOZdNSVuIEiBgJGKYs836PzfoxxBIcjAccJ0hwZqk7g41u5guHEV4s8Ves8V5f
AspEnkyNhDQhLjPrbFIz4fWKw1OLS7tICoTQU8w056QjkhKLclaXVhtZtcSziNOzQtFaF1S0
WcZfShZT1MW2aDs5RsLyiNTsiDVDOE1oyGGh1Hj6NMcdHSD0iR3cR3LDU7hVW9BXZJEAcHZ9
uoKjuF4voVmRQ9JRMo3wDQLOPWMz9EbAyTbr6pmUfTZZmIuiVe0UFZ6TLeXoCZkkoZIyZ1hD
wp4CQgxUkB0gRJhJHHx9K7uFC6AJKCBIRSTsEdyw6mXRA3PK3z1nVLIVC8gy2SQE1XjoiQfP
eg8sZbJcb9vJ2iInhWgvVMi1byzSnFtlwaMFnJvMK51njs9lgxB10GFDWHcSyuyCOCIOahgc
wJ3Tx9L4COjuOiADqkktytAzzbcsRpv2zz1f1FU8p6VVM9QkpM6JkXR0ss0oruB8j6bzorRo
+jPNes896MYixpGSGlxzqtY0py0G1GLQPVpxnCLlW0MiOB5dcr5+txmV3iLmDFrbAEGIXdBP
Bx9S5ED4QQcCAeNq+TNBCYKGlneoHWukGDgp5+njF52VxdFbg83SoCNGmRyG2TK1CkNqzCFV
MvKoWCzUakIIYZytXzxvspWTODRoDbsWjgYkr2LkBeY9rnHlzFwmGLFzJEDMA8XH0yBIgSWS
PCB5P1nkRwm0R6fG0y33QT0QJwtXOBAoCu514YhsGZZpbRn2osCD7iWDeKdfXWLfQpm0GFWP
RJo3xOTugeZu7xGHFiga4UXlm2UlVtPXJzXcUMX0eEITZrhRIBh0g9HH0Y54GCEHugHz/oKp
hSuycVKTWflwbac2Qlxxx1miNWndCKOK1jlgW6lg5bKZbzvOwamdYtGZOrYMFlnJL9MRCbor
KUlTHSpgFg3GvfwLRvBg6odwbRV8x7CkeUG3TOk5FdccZfaHHuYmAYmCAICEuA8q3ayAwBoo
LcFFjpK9xQEaIXSjbqWw4kCKjRLtO/klslSJraMnUb+SVZ64BS0SMS5qkY80HFpb4Kl8tUoU
vTLPOM0Ms50Cdu4tk28eKw2jmqLl/II0YrgafU+Pdc7hRSIIsAATECpakoLsrKidUDORtCY9
y68hkpM+1T0QeiRBLeQdHaKab3nCyfkbp6UMFhqtyc09KVK+GgxMqWOF90FbWyds0hsiI6rx
nKt6BjO1KRSyN3HKc8BpHngaZVd4y+2+PRRHHDIkCYgQUAdMACUlbrMC4ZwJdxAwwyr1Rg2Z
AW5JlPYzLo7xnsfBlCO4OOEjpg1NDzewertV3Gdj7maUbOBfHek816Yv5tjzgupY3Tz1r0oB
WK1kqZXpc888agLE1INY8cjX7M493FCDQihJeGoovDQ4uRnNLRZ0l7s8DTGnaD4SKGisyMvW
yi2YEDxqFW6twR4L23hxM9xIGJHdIO3i6h646jRefCTKsVdYToukRmdsmjaGThkiDDizRtVj
z+ddyh6hgtQrg+r8fUIiCVkAPSwRD4EhZ4q9Ygry/iubeK5tkTD+F09CDIYvNNlefmDdOvom
j4r2PgSlMSdw8CUSNjazRvq/NaRYzOIx9Sck9Ts4pm8vMoG1iXuKti5cM+8zimu5nGNnS8GH
JFsWZPBx9GGhJoHnGXFgIwVgHwSRHcFAqH8mQxEyBOQOY0yl7WQZV6h6IzgnUKniPUeUInuO
KOBIbB7PznsfKhsNhnOckrllbw5mjcOjgOOlxfbQgvZGc82RxtQ8kzf88NBoknWktcnj6ATA
IEgO7uI6BCCQCGJBguFS6BZzB0jB0EBE8RnvkRjV8eUwNfJInuOjoJ3cT3Rpec9JnGHoZ+oU
aWniGZq5W0erYDCWcQK20CfP6WUWDsvGWK/HeO9n5YeQ2SrBJH83j3QVgLY1QLvUBNCM8TQj
Pg0IowXupQXArcP5BjWLsixfxVsdwNe3RM9eTpnnam1ikTHExxGt7HzugbVRlIqNZxn4G3il
P2PmvbFlkGdBLJ84OGO9Bl2BtsoJUdI0Iy3lBrEBhyi93cewFBB8mB/VYLArAfCIHzW4sigS
wVADTjMYaEUGjnAYKbIDcjW86Zu2Kil5v0PnAgmAtHN9GeukqY6iwhMtSYmPt7Jm+i5hHRIP
mG0QElxoNaoW2JFRXzS0K7wbLDDKr6OUaPL4973QRHQQJcKW8RMnwkXQBzIFycAsGBsDJMxx
3RIOBooM4a1gz8nQoAQUHet8l6s9Rm2qocwZ1a6BR2uaCErCzLvlCt6Lyuqa3kvQ+eHFQ0Tn
w4mWQZ7awG1awfVHnqr6ha5XH0WCEiJg6JgESgESEju46OEKCE6J44lmFHQTMEYtHSWec1ci
gMrMWdHCO+ieK9sLiSJYq4SZwTHcAtuMYuCxYfp/Nah6jx+7QPP7tGDfTl8Xa86JlN9S08P7
GqZNfP1xHWOPQAYEd3ERIkR0Ed0A9MHCUkQXEdPA90kdPEnHC8L0dM8Xk+r8yB08LkvRlH1k
WhPPeC/oJivnmtW8xiHvPK5KiDB5pbJWCpT1ViGnZK5uWDZrAXKyMs9FPmFHpz89qF3q3Hpg
YAPdBHcJwzBHTBEjJ0TxEEJ0xJHTwJUWlyja8oeryvNNNTIzGjgP0hjent1BtqiZozQeOrIy
iK6+LNFtkqJ2SMG2xZabRSbLsy4WGgkq2ErBqAoY3Y1TEZuwZQ3JEda40RmAYmCAISO6COmA
Zjie6Du7gZ6SInjxOV7TzgNqx6QxdN1wy2aXFVx1hmTYrlWvosK1S9lhZ5qOau4AC+LObY4Z
apiWG1TNAkXSjd1bp5nJ93UMnascRXfVIJEFoqdc1uwOPWjwkjEkQcC4MDgmQOkwO4QxEgiG
CY6CKGhQMVFWDa9RScGkrJUXf4za+zBSzPQweMX7FR4c/RbZhalwijF+DPDSIyi04KFpvAyX
ET3HRPEIfUIVKzExV+kPKx7K8eH76TxaA4A6YO6IJHoOiQOmtnGzGDxuTmuLcgRHQobFKmKz
bonqGA0mRkno4nok6O44S4oNNBbJJDYQBaNTDo4QpCQuiTu6SO7hORrZA0qtonVWgtxncaHZ
PHoIkQe4TuCgX4o1DUwMvNHUuYB0CGaONXb8mR6nIzoLS+YM9di+qCnuOmOOlTAo7junjokS
tR1FFK9VE0U1JLDatwGGQAyeCkeC6JOiFFTz2t5Y39Hzu8W82+grQCw+Hj2AzBAlBkeY95kH
klOriiaJXlnCyOwVeuKECciSJgxg3Tc2EvJA4J7uB6VjeCA5iTu7gVPWUTLiph9pjzeZzZeK
h/FYLglQ7Cys9cEeO9f5046Wma9d9wyO2yPPdv8AFmJ4ESEDzW748QuzTLIJENZGCcCcRSAg
1hOS0d6TG9WOLpO4ZIS7KNYSkRWtVRlvJsl0DkU0ZIpWwKFDUEPjgAiIcFWmXKVpxxc8RNki
v5r1nnChoYOgeot0WFoKQlrqfG3EiQEgZ3lfS+dAqSIAxYBdoVSvzVgSLisGsJRYV42NdbSZ
iSrZqOG4W9RHup2Aq1sTMJ0BWs1hfKuwYl3HmX7vFB9iTNdc4Qu0ApjJAkhClYjcrRpHmlyJ
7I6bw1ysZyuNgZAFZpMvzHoPLEpYkd6PH9cN8d7DxgDqNsDVz/UmU7TcZxaHFgoknokqjPFu
pbqlO9VtkOqGPieELtgUCsVjSKpbJieI7uO7hChPDprsGCuuXF4NsuVK7DOztqmaar/my+hN
wq9Y49SqkselQFXB3sMr13wa+slxHm97zoFhZmvp12DGqcPtV65q9EnTHCRYktDJAxMC6Gmo
kE8WzSYa28KdEnTEBLXVGqDiYKSF14K927bFUCwT0yYzxNJCz2CTtiSxMs9T3j+PZKYkEGKK
GPpZxU2qPpTlPqFLFMyNWNEIhgY+pfKetjegC7uOieFAai10SRHLJrFAI9JByYt1FZsHk6A5
a+EAdYNVMw129Mz9E1h5Ofkl/TjSHZ1zDG07tY0vNXKhnbNPVLPM4uJIAarMoCk5xc0RgV5+
5SA1K+uTIkTESNGxcGuWwmJ46JgQJgWZiSFHWINbAA6CZCDstohbvnzN7POyZdP0azLuW2gF
FcPA0aJh6ef6Uff7jNy79Qu9S4rGm6YdhMm3yuNADQZtc64rZRfJGCMZLjLTwIklmd0QP18H
0Bx4eqWZAiYmBImotSBEVbVcVPcRxQSRGYi9CmLmyAAmwJleDQKhw5NKsW8zt4nZkCVreZVI
6w+jdWBfztEwgtUS/wBW49LWsJMqu+DSYQkSHGS9AGkUcFISEhyTdivhl93KN5mPolno4XQv
ZZqMrvJS4BASBx804ykivZUAUmVqmtSErzCL6kcVzvgN2VOIqE8JTFGGoSGL5JlsoEW6fCM5
fHuEPrGcxdstAQg8SzGr2a5tFm6JPQREdx2VrwBu4ForbPnvQGiVZ4WbpQUXvzy2WdplLrCB
zREcFKuaMUDNEEVy7CIHqDLLQpkHVDTJpgA+4qRRQ88VcZZAz9DIMGRIYQEFy+PdV2gZjRqG
yNWyCUpAztQCrZBpBr4GJIOYIFbgF2qize0svUOAwOz76TN1M7REVxpFtCVlik5Rbt59kcbk
BkVoohfYZ5aaBmagS1eXaJruSWAGqZV4oBw/Q+ZMOYeKiYD6OPcCPCU3BKNyeIX0A8Szo5QQ
FILFsDbWkcKZHgyTTuZZmr2VaLBEsPi4HM1VmEq5XKxvslFtusbK1ENbWEu9QrlzLCCdEgG3
kkVkVa5bVCi4a5D8VdyAjRI0e4Ln8erGQD6AHcoQhhZFeIIgOHNqNCKIOIzEotAUQ2Vmay3U
EuoJPoT8DbLfU7QXRIiq8iSFoOJt0SqWlxnof581LeERuPzNAY8ILeU/EC5NoaDVFxT6p5Oo
5REbOgeZP1YHne9Hw4C4jpAYk4AQ6uIFnAsaIp7tEy2bLTMdocVnHAOe/PE5WpWMpVsirvZD
z1lvx989MS2lJtS6KcOYaDa9gR5Pb8gJXAjTAh+95wz6BHn9Qp1ELNU8Tj0FKh6UTm7PkjI9
BievNF6jJEgB4+M4RIFb1A93EV3pBZFgZeG0QfGRMEd0yDBcUKeygzF6iTMHSqFKs+SkaNA3
NHEaaK8HDPoPmsuT0G54S8XfKW6YrikhpGBJELTYQQE8cXGaO7m6gXi9nAL3tfO+pOYuSY4h
PO4xShoiHCALliIYAANEixXM0rWURtniXDQkWER3EdPHCUAU9ADyTtW2ZLtOiAmr58ivBANc
IoxIBgaBRLeApa83SqnRYeMr+kpGVf09YzR1MoUUuPMoY09Du1LAzgYccERxcY0jJAvUQtqC
RKBYkJxjIRw4K+q+EUQd0STHcSMiCivmGzGCk9ListmMXqSMDTu8U83cA8BZ9LdPK39mREu4
gT4COIgTgHiELD0/OGrXu5xj+r836ovdXMaaZLM1uLPI4zZgjglQxB8L4oI5kCzfaFXmGCcS
HHSRHcT0SRBCQUEQDAOnuJCYOKOI6OIkeIAuIHoOEgOKIJiJB7uMdR3xvnfR+QNbfz9AYxUB
OSwmCEjo4zD6RfGIruYKZDxNiXDCmQiU4mOkmRIKI46CEmIkmQ4MJgiRgPgkKY44DUdyYGcn
glSRXGys6TkXDeK6bmQNtE4z8DaoHpGQsPh4adVxYUfB93H/2gAIAQIAAQUA/wDrQf/aAAgB
AwABBQD/AOtB/9oACAEBAAEFAMCY+cfBAmf6Dn5PztKzUt2Bqsbs9My7sqBNjsbmD22PMkkB
mOlqeUXCjBTZZbBQeWuC63XtxCnK5EU5mAAwUqqYWnYasuxVkcWKFgWKvjHhlJAgwAD4s8Je
R+3qBfQR4EP3kAEAggQAwANCvg4x/A+sQ/04/o+oBPMx82nE7LRret1cN+QmCYazKqGaa2l+
NVSrMATZ3AJsc1XTYeu6slgGZskAGLaAVIIJICvkf/l6QJRsGtxYrqpWBhOSTkkPEKOMVhLu
Irs4jd1ygqDqS7ARnE5oI1ogtntGPYVIsyVbM5Py+PE+p9/1nzB9f0bRJf6O51SbDX9Rs1in
qbnK9WElWmqhaRgKQNreXNicTZizX6+xg/LANDV2qTjIBf8AC2omWHjXSVZisu2FqCPXaKNv
1uMwWFgxIBYuCIR4VSpvP+PAbZrINeSIW5DIaEeAPJOCp8luRUkQfWTM/wDwCH7DKYPjOJ5+
dpOSAeSuC5nLyQIaxGvqqG12qOutUyJc+bCeVWnkX1kgMQ04DPki9BKmIl5Pr1kVY/LFw88X
pavia6lsZCpA4kzBIF2CWy4abGPTWOe3SxNa5M/uh8RASxywxg8SY2TAn4riYn7+rP3tUw7t
Jn7LtDdsz27k9m6Z/wC4xNezx9VhVK1QZx/Uy5lurYpZbFjcmnFRLux1qou6LJcnI/payxnB
JrDHniaQztqyKy4chcjEZA6VVuGu5qtJGHsUB/EdublmJout43XBFO5cJ/snEbsFMr3kw3Ye
X3rCos9d47NkCdpsxe1ZQe4g7e1SO3cE9wzBe0uaHsbgR2WwB/s9jP72zj9DXz+nrgCipYFU
THxj5xMRiAHvAgtAVt7XBrtSxfjGZtMFYAE7VVmLddS4IJNIsXaf0hbqROCMr2Cuvr6ixRAA
AViggHAnHARTnaqzXTyCtxaWMDEqYQL+NF2C2LE2F9RzlsklXJjKeLAMhZxecPHCVqv5w2YZ
j+LNCxEVjCRCzAo7tMtj4/k/J+DP4Inqcw0rwbraGZNPXWKiqMZmSrTbP+Q+Pi6hbl2NRq7q
uxWsbGs+zbV1tQHFeW7VUi07Jpupu5orcgmArIIFyFoLpZrWlWFmvZaqg8cxU/BgrFmCyi1i
1n51urVtaTKxgKolmArY5EjgjEEnCkkxj4IEPkFpx8BvAPjmOP8AQcCZAmQYfhrQrA5GDDiH
EDqwn8YBJLI+75Pjl5g4mcVJ9Fby/XCEsSAPRN3sP2FJM6r2PrecDzP7oGoBoaph+OO31meu
xfcKOpuIs6lPWdK8Vmt8DkJTljs6jPHrsCKcKviOPFhAsBQqFWHkIosIUfiRCBniWLhhByM4
cW/jE8xvbnjYYtazCw4hzL3KpTQcjxCYT43LTXU+zbWer2rL6R5mcQ4I3lIopLFQGnNFI+wG
KhfLKoHd2kVgnIxnrLFfUH1jCArl9Sm67/W0KtXYWpK93XeKUMJWFkBLpmzWRhfp7VdlZqI5
4L1UOuxo1M1tJqLk42D+anwqsJauEr5GL4Vh4biCG4jOYRlsZnjjj4x8Yh+zCQAiFnxiZltq
ou33nBr+ybYorexk1O4s1xr7tVyhs/G2M1D7GS25US9LpciZEbGBYjr3Df5NNOd+1UK7OksX
gD+MCyqokqqqrqCNzTssmpp9hUP0HaN1Gu0PUawA1tuma+297dmopKKGrdSBWxWqytXluk3p
dPKpWqllZnOSAxJzhgwnmZwA5Zg6mADPnHJZyWc1mR/RsHyuApMvuSte13/YqVsbKdN3rs6p
yD1F3FhdqP1+8lk+xf8A+IEYZMS3/wAaXLVYEMwc1sCOxJ9vWj/2+51nD6dpqtQqRQoazauu
17fd2JF7duV1WtankBA3kmM8DLMxnQHe2CN/XNjwIQzeZYVwNqtE3aRawOI9uYzRGyCpMK5E
8gqSCFBPJeX8ilBAiT1rkos4CNXmPTdOWbfYnG3ZXG7uExU5Hr9JlNFIAs1/LVOG29Nbk61/
VajAywZQgCfUdQy7CNy1dobFTcgKnIu7Ktjd1aMdjcqN2vXo3KUrYJ1pFylVMPpQ/tLltho9
78hussHd1x+0psrG41LVblqPddrPNZaGZtiqlTu67MSCCvIvURAs9FNgu1baGyWWusAMGIVT
CnGFTHLYViIyTP4fOYfhjgPt0h/9kM29ipmzZk9Zqtzpr8gYDEgNWHDLwLV64le6QX2l9ZAA
D5g/t2yKtlEOrcPpCPfs9euxZr9XZS4la/iyDhp66a1Fr3kj1oqbyc7Nj3R9LXZ69GjNvWar
SzqkUaz14oQqbVPFrH1LH2brTriyq9rzZsNXzV8BTktRq2k7Wkl9N+rbrtUo4sOQ8SxRMAzg
GgTgCQ54VwXuYb7YbLorPC1mS12byRVWPfYECmymthXQbbteljEQKDCMfGyhIyfYygy1i9VF
hsTCwZYb+v7Bcy206d/sqQAXglooGSoYrlQHJFu09ct7G8F3e4V9bc0PX7Cx9S1SBbWRssse
7nWzIlnW7gZrtpLC+vVaopWra1uV1jKkLBBwNrU6SIDaTaFxOz1K7amrZHRE4stYQgtFUgLy
jNFUccTAA8Q/BOJmbBzVS/G3JJS7/NVqFL6V4rn4Jn8bDha1yzN5jk+vr7AawSRmbAAlAXhr
afFkIa/iQE5FQMwAk11MTua2a9XVWwJrULMAQ/ZVGL61Zn6NRh1VA3urS61es3a3o0NgN5rN
dVVl9iKjFhkVmw16yVLZthpqUCMQou9ps7HVqKBXjqBG5A4wQRlV5RchvGVsBYmE5BMJn3HA
4sOF3gwVIWOGOtdyUfXjMzNy1SPCzIaOv+PrTgZOc5FlYZajYGpPFKFUnGY/gJkgKc1KADHe
usWdrp1k/wDQ0At3e3YbO93qjp97ValfZabR9zWWLZpOFspLWW1KuxfoJB29CBO+qtXV3Kdi
yipZuVWWa+lp2+wcKxfu1qtNi3r2H/grKO1yDJH5sAYfBR7OZJx+UNZ58oWImcz+TCuZv6wq
fjkbD2KtWVQMymvdtWV7uYNuozY2wosfkwPlUrQnynV5S4ZipMeNyvIoYtr6bYYqJYoJC4nu
ppW/vbaXu73dsNtmxc661pLapQ2NdrlNsvLtgYLqSWsBq2b64NvZAO9sOWdmCqCMTTN6X1bO
wRR2Ryu6HL1m1xqIZRrV0jdqV6dvXKEHkBjJ8A8YcCYwMeSPjEIjAkQgZ29Zb0NiV2VtkbFr
rY1xDo4ALM0yWOMnmA4ZjNh1FXXKfWihNwDwBGGTagsTROHdTTtGyIwadoG/Vtaw2esGU6Tv
Gu11FV1eGrVpuaxZWBBLAABnOiKQmzVVY1uhYoKsoUrEw0p1brG4tU+uXE5B66iyFOwqFdWz
rNFwYygy3X1lO5r+uwP4rRWiarAijICADiceYfEJPx/B8wnB2C3qs9bWrailVUsal5vhTrt5
17bmND3G28v7+Y4uUZtTM2vG8pHFDG+6LAyq7V72/X7Naq5bVVgCGBm1qa10p6qgFKkQdgaf
ZXtadMoveyyzwNrUFwTrrWmt161lmpZlVUhflNiil1r6xmmr1XrL6d/tvqeu5XrSWYCUloVG
K6sNo7U2rhTW1rWE7GjncesDVsr52FSoa3CbKk+3W4ZxCc/JhBx5wQDLtLWsG7prUXW0KtoY
cQYEUQVqBlRDZWJWwsI16rYlSgdh/j2lINaeFcma+DNtOKaz86Er9OwUbKsOOchMAB8nsGxt
DYpdgvAMAYFWIoWWFANnYanZ0b2vL4BKMZVcqWUbHNm5COquNnqqbS+ru65UUsucTOBXa1Zu
3/ebNqkG5+bhnYJrbDiptlYu5bWGuruf008PdbBddk2W5MYEw+IfMIwTibuubKtVkZLesDF9
fYSF7lmCwdrCydXa5p1g0qqFdaridjb7rqQ3rD4JAI1sZ2fyo65w1W7ql2TVZjtoKJ+zxPvz
K7Ri/UF7N11YhCcrKm5AAnAUM6mbvXfs26epXrM39xbK7OA+nkuVYAZEziH62uqvSyom6s1s
FyCLk5Jd7LWZGEQDFVz8f19Z1/11LseoCz/U2YJJAjCDIh+vAnmHxD4OAY2uVsfa9TLs0MH2
aARaGTLFeDWKqgTIxeWNPXVKVAwhxkfWusdM16VhquYghvI/6CysH9iysp21tYXt2i98yhv+
hqZbLdW6all6HKrDz2BuaOwiptA2BsTyGHEjcyW69SxHmWFVG1vVUyrsNNpZ32st4SjaRdJQ
lvX7FRLBU2aHax14kcsB2WFuUod5qbOuE/Y1YfqH5YGAYhEwDPGAcR6q3h0qC50tckUoItaq
AuIJyAgyRn9XZBJQjMzhdfwpbCn8bqjyV/C97Yz7bZMyYp8HyCTAXB0u2ao6mzb2F+tWlSqQ
Rt9Vq2vYm/qsN6m01lON2Tfo1qsZlQbu/XXNnbXbsbXJlfW3uuru9jpvXu67BWVxs6CWG7XK
OdbXYjQqw/XpkddRK+tpAbU9Q9XgkzxCYfv7B8QjMbOM+DiEAQiEeP4+ofsj4I8KPx7agsmr
aWoAxGbC6x5Ln8rKhnUfIuOF7Owvsn7GIuRCByOIM5zOiv8AXcnkcgBs7LV2dlsk1KFLaV1n
t/8ALv02rXbdYWHdbBD6WoXGv1VHEatCh9TWZhp04oqrrj+RvUq827Wocdq4X/Z3ZHZXkr2m
xn/Z3k/7a3BgzMTPxiGeY39p/tyMk4h+yYDkk/lkQfR3mF4IMsUMmqSmx/dFAwKwsYebLBnW
BnY28NfYYlgIRxgBMP2J9fHVV4elvBsGdn18twAVGpZ1tLWWarFt/RDbO/vb4pGrU+3tauol
VYAy2YFgU4qBDE5G1jPZioQtrLPfrAJsIpXYpE9tDTOtg3bU925P2dqfuWifvNg7t2TtX5bY
2J+zsBjs2cDt2Ejccr+3Zm3b2AuhsWWrg5EAM9FZIURlONxDTerIVP3gRlYEtWJQ6OO8DjTu
XDFcw+IPMxj4HkeCevvStqNiqxLCyL2DtYos92jUVL6hWttuipdbq9PhrVdftbGxp6FmvK68
Jy8lslVzLRYor2VgtraX55d0rpZSnM1VK9lVItt4UrbVWpHrGDiZhjqDPXXnis4rkoCSi4Na
melRDWgJUBggMWtEhXxwxFBBIig8jOwrL0a9n+AWGLaudnarqrtvuuPXPZ7bhyTvq6BdgmYA
gzCJifxRV7LCCh6uy47DFuNVdfBwNe29HrOluI5awX21oqRUVTZbq1vdv0za7LsFs1+w3gi7
+7YK97YDo+taLtYLbdsisdgz2mvPLSQ50wfZkcgvGoK/ryTPEzG5GetyAng1icYV8cROEKic
fHEzjOIhQTiJhSOCziACoIY01WbOyWb1tRXbdbsW6utVWuso9my/CjtbjbsgwHM8zJhHkKOX
/O63t2N9Al/R1Z2ez7A0PVfss2+Gdnp56oZqbusfK6PcVNZf2lrw9c+w+vpMi2V/lRRWpCLn
015FFMZiLO0qXi+1a766chrsi169laHnynMge5uL31ALs05O3riLfWwbYVT+15/ZzDsNP2Xy
doxt0LF3sj90g/ueBtEn9vy21YZ7rse6yfmSMgNXYwfWNgVtfXXm+1dTolF2cqnXGwt3dxr1
bm5PxMUGAHkTCfCZn/P6fo1P+gQpv9LWj1bqUVkVX7FvZ1g1UEmm3VV4Na23ruo6ys6iVVVx
mVYGE+4iMPhiQNXZdLK9yiwPZXaN/WbW2dMkVIlLVU1rjXrUNbVlvUmDW5I13JGqcJVYItbT
15Jqeeqwz12gFX4cXM4uCyExkYRUM4AxVGeHngMhFioYoGPwE7jQt2V1q9jKsK6r9XYvOlri
qn/obsoTygyp8khSCw8kmatDX3a9fqp/6St/3elYHRv168rk1bIaymm1q7Usr2adSvCABZkm
WVmxDr3LOFyBdoqLOz1FGl3Fy27Xc69tejp3h1pYN2eollGo+JWlPoGkioqVqQs88P1kz6xP
WohrBnqXHqUEqBMgwgYmBOIjIIawR6snhmCuBQIUBJAEzMTGRg4ZF1dhkDCqtK5Wf8f/AEFv
J/5gAwSYTmEDP/Pa7nZT6/6eolulcem5c1hD6rXVddSVbqLq/wB2v8IAQQnlR5dQY7hFZVev
sf8AWtZ12qAa+qSrYFj8q7xje/y0s707C6lT1NoJhNIoxTXFfqo9fKchC89k9sNkJzOQhbxk
zJEDeScjPjImcTlOREDNORgHhmCBXDLxJm3Qtleu5akHwLFB7h0a+H7Pifc44ARmPXalevUB
47nWW7R6epuVuYV/xbjgV5xOh01uvRDxqIIUZBGARmPbzs3+xrpXV6+y+WY16qfZYh/Ih1EH
Gxe20np2tK7nr2O3E/suE1wQKq+Hkzj5IzOE4QrChgrOCsxMCFZgiEqB7UE/aqg26TBtUktc
FiciAC0sp5rRUa1XGGAIISqW9kDZyZk2+TWGZOQrMT9DzOn0v2LaxieCOwK/qaNCoLf7tiwV
0bZIbic9RrLVrjBgRFhIEYggjxudnTrSsW7e1yr16zVZcOZgMZwChAG9Qjm7V9U0nFigCxgp
rTDQ7Tw7VkO08G1c0bbvB/c2MHc2Z+7sxtjYwNnZyNm4x2tLeu8w0WktpNkaHkaAz+oQBQFC
VoswJjMZQAo8cAZ2yINVbCx0q2E7rWSqwZyRg5IjExVLHS09mqo1boTXRlq7B8nTUivYq5jZ
Xgu8eN3W6w2dzXpAFaCeIYxVB2vdWLaldltldjIlNNTH1qVYeGYBb9pqjU21aRvqs2H9i9fW
0tPG/kJ6hyKLOKw1rkVpCi4KDARTPUohRTOCwIBPGfBjLFrBBGCJymfJsn7K86nLC601om5W
QDle6sI1+u12sepQJ3aka5+yMQ+JgEdRQH3UUEHw1pEuWgwCwRkIGw7WW7tLttdV1hpVK1AP
gkiMAo7rfus2U1a0Ti9YXTVo+qaq0bsOLDaZbEuLKlVM2d5uVOqjhK7RVqKPZuoq2Y4nK8/2
bM++4h7NvJt2gG2rQP3GibnKNvLP368ndUD92vH7S4/YYg33CNuXKF2thwG2WjU2sf07CE01
EGtUpUYjIrKtNSgkTtrUt2K1SilGLXdzYG1iczyJ/C5M6DTb2qMRr82FRZErqBwFfYdhXdpW
3WdVqtVQtWGM/kECdzujYNFBC207tKnaN2qB/gS6xVFthjbIWu7sQVZrHNdexgI7LrMpFdlD
t2KssfkHPP3eJgQ4EzCAYyKQEQH0V4FFYnrTD01NBTWB6lwa0MFSZ4KIAIMZ8fImRMgyxgip
rgbXY7LIddytfa2c0MI8+YgbP/PblXGxiqD8n/tZbBgkS9gCq3WmmsVozADkCCSZ2ezZWNYt
bb12lldzXY1rWzWtu7OsKd3ZtU17TmvWfj6qQeNSjZ2KLTqPb6Nfc1aV29Km9L69xUamwz12
8TD4B+DnMxMTHkwmLj4z5P0ADAMTJwC0BmYT4Bi4nZ2lArK69haC9X/i2l4z+WznwSuM/wDM
6Vk27PWVVgwUkDyeBjaq2CmmtEOIRkYxNjYr1qew7cXGndtqbV2+0vV6eytR1YbFrNNNq0oZ
9qLXuOP1zCaVm4tFlpez9fp9dNqzZ112KdvrOwVk1dtp/r9/jjz9wz7hh+vqGEYmIwmAZgCH
OMDGYIQIDF8gwk4MAndKCevNnG9+VxOrXrXWB2P3nznzUhdutqGr17Zd1dpzGaSTY9HIVoK0
mIxxHdVXu973MxiAA9NtIuu2yjVbIWnasblb1fEJbZWga8gXXMxXU2dhr9F6k09CzY1xTsdd
fsO9evp7tW5UuuKmz5PgnHxiH4OJiN5JAMyZiEZh++MP2FwDnIXEAIGcwLkwHI7up2TrTmrs
+A2jYQOZccfBJE+p0yqdwt7G/wD1lXNXGx66ir/GPgidttiui+0uyceTMOXUrZ7XUM21rUGP
oOwXTsCnS23QdbuyvqNnHXdbtVGmsVz0ox7Tr7tttL2rqbmjfr7GrY19XA8zDPHwfjx8eMn4
zmHMOfjj5wZjE8zyZ9BTg+ZgTYpFtWg5p2u5qZNskkKCGb7IJIXM6rWt99ft9dYLMFVpRrV1
D6mRCRDYglvY6VJft9Ep3HZJeC3IhcnS61nmvrLXXsuaxTXZaUQYGrXgU1ZFdUFdQlbKqi1F
n+71gV7fVYPv9ey1eixgFR8eTD9/Xwfow4z4+cZ+QJ4EzPsGEwCeICCQJnz5jdfrvd/0WiQ3
rOR4nAs3HDdf/wA7yq1dKrXQVYFakmrXqqMYgTYudEe/cM29/ZV9ncutsGxdxJ5RQJQAXQFY
mOLUh4tCpFAECWMpq4wpksgQNYqj9quybWjSH/W2qka6ys63cDK7YZfeeBh+c+YRiEefE+4T
CJjA+oxAH3AJktCPAyR4igZzgXdnRVe99dY2e8qQP3psp/SW0vTUruiF9HqrNmUXkVVJfYBQ
CoAniMTjYt9NTd5sWWNXsbpTrtVBf1Nb3DoUxtdRXXTX1iolWl4TWtBVbBMkEfnErEIFSDu7
nFnZWpUdjbvfaQ1wboQaxvvavTyrdP7Fp6mikPrUez9anBhh+czM8TwZiGYMBzMQiHMzBMmE
4W7tNKltbd1tkF0Ud49T7gu23baPoqa67Aa0ynWvsPUdTXxSsovXBKbhuVq42XBTdJhvr437
yqu1ffagteuN2Nqn99yNbf5KeyRCd2mwXlWKttID2O2kbt94PpbTXM+2tG1ZvVFP2qOBFSmy
0AX7pMqptubQ6mtRXqa6QKo+Ni5lKUhx+uufgiGGH7hxD4MyZk/JLZmRDmcsx8le5RlsS62t
6NrYulNDMKumt5N0ek4HQ6QJ6nSEXS1wihFVmGd/mLHFWwrjcWLe3pO+LZsb9CD9zZslYssb
FRYa2sQNMI1tZdMOra9rqfbyRt1yuvbVaGGqssWtkXQWwp0liC6m2paq93bbr+lTlVqVoMqs
s3RWR2KEp2FDT9rVafs64nvqxD4HwYQIcZOYYcQA5I+DMQjxjwQIFAJna6HvW/RNTdL1lOw+
vpauon+z12YZIniNgSywCWWuSWyaq0WA1IL7KCNj1vFpRTbeEsG+yzXRNtLa3rcW7eOeyLER
Sz1pNeu5Y1Vjz9bZKp1VroOuSgVawdVVUDqrLXoa9bAAAkCYVjdXljVXgU1zFIlt+jVP9p1P
PMJmZmfZ8xvEzCTg/ZIgmcfHnHOY8fx4wAsAzO4bjqa3bPrja7DYvfodVrbMgB7AALi4Zdog
1bIhruy9W2HC4Xb0LndqLgxp2OFrWZ1ep3Nt9H/nhSBoKq/rFINVmD9bUak6ilQ3T1tZZ1ak
U9bXWVpQEKvwPnEx4uX2H9zXqL9roBuz73F9/Y7Vk5WNPW5I6679UiFvBOYAflhmFTOJhHgC
ACOIQcDIJxAQYWmRg4ySBO0qe3WuV6rER7D1+v8AraptDSvW/PAHzgQoM8FhQZbWqLWUKF0O
rrS5ERYBiZngzMEHxn/4WOAzmetGTZ1NL0LRZsbFX/LsEq/5epX1ek1NduCYhAz9fGPg/Bh8
wCZxDiEZBU58YwJgAeCCRCwM4gjtOoRV6+q9r2JsKVqnxmZ+czPwfJZeQVeFi2Hn7JyBgMMH
3DMQwf05Hxs2iup97EXYZlFgevrOpq1kwJ4hPn+cQiYHwZmffwSMFpfuU6wf/otcA/8ATa8X
/pqSw7rUIXs9NiGVgfEGCXdVF3Z6lUs/6LXQbHdW7K9YtwuqXAHx4/o8Q/OZbTynP8lAIGQG
uKldhojBpkQsIXE9i5Dqf6cfGyU4WjVWz9zUVqmPFbq8Pv0KW7Ekt2DAfv3coYfjEIn1My65
Ka9z/okC7W/dfDY7QWhA92R+zYINm8nX7jbqlf8A01BN/wD0NLV3dpsWgWtYMjNCvZd1mmKd
cLgfGYDn+jHycCXbOBZXdaVuu1hXsJYpVTLalMqLrOTGf5DODT1sSiAf19rfVXULVd9ZNe08
FpLrSgf18xYBGsBGWxDDn4stSsHt9cOO11mG33tdY2+z2Ng2v5AJKhYTOIIZOICtFBUq+IWy
fJK8iQgadNrLzrXC/BzCIOSzMz/SRmeqpTZaFLj2FVn7N6Q9nQtOnd7dcOuOSzks5iBhMiZE
z8E+WsInc1pdrqKwdWy+pmBsVaAwspURlcEk59teD8H47Wl7Rs1FCpKm3jORyaxwUARRmccg
K2DUCeBByc8BkjErVmlf0qF36zWVawMATP5T6hGYuPjP9LKGBrSsOzM4rmxaK0sCl9r/ANXW
9xVFdgayzEpOBhRoQ8FjLDsOq17LO4Ck7tYbX3tR0s6+vZFS7G82x7MVsXaepiRRP1xzMOfj
EPg9rRQE2P7ipaCvw1TKSAhBy2MCqvmjYBsOZhgXDGIpiqvIZU9eltr6qFKRj+jxD9AnJcCC
5TB/RkR05i7Xchj43brdjc19arUSrWDuqFr1CNaHUnxMiZEPGHEcpMqsLebcPRt9drWGnW26
yi9suvo1u+umuiwKAcT1rkzzD9Ax2AHabQZnDO5CsymviSrH18YUWKQFLgo45PwIma8uQwRT
nALJWbJ1GtwrUH4HwxwutelojAxgMMSspvIIIPxaGKparfD+AVJWvXq102Rc20zirXV3GrSW
XX1fZx+w7okt36Ejdlaz1uzoQCCr8RW2dg1V07T9S7hdAtTfWy6CstB+HdVn7NOZiGeJvWcK
tlme66ogN4GfBb8lYkGr8mzjixgX1nwQwzHKmVhhCDx6/WZ216/XV8MwABzH/tovro2/izMb
JBB5a9pWAgj+WRTPMZ+J9tDG1lNqoCWrUra6rVVfVwN9HG99h1XW2HddGkqlNSwVnkFiqJ4y
48du9dVrbLK/WbG8761jqtm5Uha+1gKrXn6l2YYT4JwO1cejz7mvCw5aMMQAMUGFpKqWwxKP
wtVhFJCsPKrgKAxqrJPUUsFH0D4l9vAKQVM3a25a9vNMxhmXJgec8SJVfiBw0H38Xa9dy7PW
X0302b1Ap2q7XekOE65VleoEPAxkJIrbHqBIXAK4gGPgjM7PXyLVXFexxbXKmo1Zj2V0oewB
nut+SY5naZKXNwjn8jYBGKsdfVewr0+wldhrwiNizkre4kUsph1aWlmoYEdX0aWttpr9aAzE
/jaxNe0PXL6lYazBSTxYHMZA09DK71HHFotroV2Fi3K7TzGQMFRVBXyfgDxxE4DOJj4NiT3Z
nu8ix2nZFQm6yM2hclT6hu43XWggviyxFn7VfGMYTGM7SxVmxcPYXyWOTVWXfrtEQ8eO9xrt
W/8ABWWxWROWn1jvQ/XW5q6vcBPV1hNLU4Xfx87Ay2l4SbFtdRouCgkWVV24AIhAMKKY9Ij1
CWchKbeLVuHHxj+rE8fHiepDAqR7deuN2Oqo2r69mrd1NZKq1RbqLL0WzsbY+/cQ19rD3vg+
ISTGhPjus4tOXOOJB56KA3UIEQsBOxYHYoKsFPCrVT331qKkHHk74Fj8atZRgY+B8Xn89cYP
ibenXtB+sr50UrUl44NVaSPsKuARmcQZbUDHARtOzkP6mYKDeTBaxgtnswovUnY3WqA7Tce0
amzdF0iuzt0emXAXUa+uL7lQKj2MbKwzNXrsy/rT3Hi17EW7L5bZbHY2NZW2QGZgASzdbVxY
2EDPEbh5WVJhjkDqaioDZH5EqWDGtnisCc/GPhsk145wwj4tUMqO2VyEFwJQ5WEDDIGlaET7
n8Qx7VWNtFo1jNATHcquTi68KtuxfbNXrEtSvXqpG7vZOnUEr2uLHZUgVXlZr4FQ6/T5iinD
W0VL+7Xl7fxaw4BIjMANzPpbANzANq0tZNan114EtY112+YoColbPKFCV+IcLK8tL3Wujr7G
sYfGfj7Kf+X+Ifj7hFaF2JPDMRhxR+Xzj5JIj3YjsCfoE+FwY4QKbiGRLLpRpVKPxVd/cb1m
ywWaVdzp2mk7vZX2+KWsW/XJIPBF3ux167Luytc89/iUUBwMH6PEDtCfWwzLFZm67WnDEYGd
jeqooyVTM63UypIJGMErigEnfuNtutTXSn9GDK/Fghh+o78SctCMFmMQuwst9FdXZUvP2aMq
6sB8WDIaFBgELLdgCPsWAIl2w9PW1vK60rRmAm/2dVMbYbZOrpqCMrXbers99YrNtanX2KRR
2HbbOya0extTRrn66Q+I4xPxIfM3nLPauF1KDaaVWtS2Jt7Aroa1mdEIGlrhQjcYScj7bAKF
Kaur1bLNofA+SQIhbmvn4MfPEjEJMIiiBlE5Ahg+tLH19o69aKKwyy/YaqDZrKPbrsdm8LVm
5mC5NWsHaqta0wJZaEHY92ytr61m0dalKRRX53rPXq69wFbllrrO5YUsvFF2p60XCPp2eOR4
E5Xl+TfV94Stz+VpZ362hq6BnGxf612rWusRCZoazBsfljMyIXWIoY31WbDVIqKIRkAYBhjG
Vf3D5YiM4DRyM5Ag8wOBNi8eq6l5q7Ck1tlG8izr3Nl9F1Qr2V5/q32tVourKgUZAD3DPZ03
OiVV109YAUpQswXA7lh+vrpms18olSqncWH279QXX8KdK3FvL8fIZjiXW11rZYbDY+Jo67M6
gAZxOwc860bOvr5tBCwMYGwD5gyJr1MQlapKwc/0ERgJXjIz8MZZ+RENiiM+Yfo5w2CLXHIG
MitE2drWZO20mC31NCykPUjCsBRGYKLbchmydraoSqtLLbNHTICoqRnBPb5LVAs/s20J3LlN
pa/sNtS9LYRkK88j1EmWHjXfYLGt/wAaojW2a1QrrQgqck7a/wCVFLW1IUAGSGIngxsCID7P
3wlwGQzrUquGE8T+TH8SsfkPhh4fGQRk4gAy2DPsms4tRVsELPFYmeqt1XX9bfsX1hN6+JuL
DuVAWb6NH2S0s3xVMPtXaPUrXWihQ9gErU57V1NtDMI99wmxds2XUKxuPmXDFgwG9n+DIxsN
ipsrNhiZ1+t+LL4wwmfO+WW3WrzZ9nJmRFIwcQuUHWawvsH1tdgdjaeyvXrVuQE+4cR4jgOD
n4Y5DDMIAK+YwigQATM2NQlvSQw1LGD6xrOfIOASTB4isTLHqUWVVstlr0j0vsWaHVqgVQq2
WBYgLlyEXt2IsoF7a3p2Qv69uNZybczbrwRlSG/xkgLtZNLA8TxsagYqaA+R5HYAG3VA4gAl
jiKBgDEZcgh3mnrCine2V19bqddud+yb9/kAQfAhj4hLLchyP4wCHBEz4JMLGIpJGYBOIINS
IwcTijx9SonYWil/1uatrugWtsX1sVVLaoNdOWlqmKqqHcKByYoipLCWPdYU6i7H67a+3hmR
FDbNcr7bZU3dhdZDfaT7L8NNnHpdzjWr52ogAcTJEYnPYLhtK0K4GIfyhBBHLBOYrf5E23rr
392zZuvf9bQ6jWJO5utVZr2c64ZdkK12LKHBVT8OMiweSwIRcxVnAQARvAYZCqIAASk2+uTZ
K071Ufb7KsjsbyB2DtFu1ra61L2a1RStiArMXauoKLGOE8nuLOWzX7RGHKbSiuhr3ypDyyIQ
R/DAzawKrQM6I/IHCtkgMJyxN0O1wD1uh5qVDQgmKuB5BwMuW49eha0WHZ3SEqq7Ul7etZ/W
D8EeNjUQprK9cusKJVaXV88XT8iqsVWAfDNORMU8ioxGuCz9nMF7mewvHcEPXU8XQ1ydjRpr
PXVOKiQo2LiJrjM+gxJZ1YU76sd+oUYoqpJ7azivIrAx4qOQORMpyYYm3nhYCG1EURsiMCs+
wUwOyLBze7rrbChicTIA8FeWJyGTgq6lUqAUnaKrW4s3NZgqLZmwZh+gPBE27OU17F9gAItT
MQHkFxDdWJdsPgbFs9zkV3thL+U5uzLjiSOLWArct4enaVjZtordbpvWxIUbG0C1deZV9Wtg
VjLEjG1m7szUgi6tAu7Y5X8YoOEKgn6yISDNnzU4E1LAsyvFz4b75DF9ItU6rg065VgfAyYc
4aAMGQhZkGcBLlyuqAtm7smtdNywGME+BZks5AvY5qbDq5Wu7bQNZaqxtysBt+hWt7JTG7Cz
OvvKwRkYF2VuYnKzJQsQonFyX0F2K+u6ejTFttdK37RsfXAZa1HEDAbyVUAbLcKNRCSQYv8A
d/0L1q48AcpkkscH8sHwdjyl5wnGzGo5wX854l8icvDcuTglmAyBHfiP7guACfIAA8mWAkVK
9bbCPdudeMKp/HxGSH6epTEocWFSa9mlzY9TRqFx6E4+hAGoUka9fr0ajWbKeMAUGtC04thK
QGFOXC4mxsJUlt7WLVWbGpp/FFwLWACAFrthKlG0LnZUViQZUAW/6Bg29gkjmUP3ORxkS9Qy
mjFF6OZr0uHKzzxxiEjCsYFDA5ELcmfJnLiVbwGAH9qlsqxCkBiPUzNqr69dDlc+P4BPIKJi
YjLkX6xEPgHCx2IZiGAbDazn24DINYRa8NgTxjIE2dxVFl5YVVta9YXWrouLMfAvsy67Sobr
C8D4NT8w0tvFKdhe1mzWeT81IIXJUqfOD+ULZh4kviKMnh+TFss0OMK4EstzBZDjCsQApzk8
VJI9pAa5p7TyG0oK7esGTttBB/utLA7ahjVvUWHkMc8nI+BLF5C6hs+ouo1HIXr7SH658Lmq
5N2pR+9Vk7iQ9igjdpUq27rXKzkCmt7XRBSpQ2GivgttqotuyOXPlGPi/K1aq8abXCTst92f
LGYOfoAgIpEwIfBzxKkFrDkoFEsZQFxjKkWuATamPaTBYQqOSVYEFiILTx5uAMMgBzZtLWDu
WFfztP6VmE1bhHu2am1e1KPRtK9CFWmQQJnySJaqYq1/ySsCPlIfrZDe81sStNojo4DEYK8p
VQJbprY1dSVDBY01YHIKN7ajNmIMwgCWhnbiRLSCvYf/ANPMiGCBGi1spw/FiMDLQBsEvnnH
cmLyy3gWHJKYBwAmIS2Kw3HhkqmZ6gQlKqjCfp8nq6xWD6dYZwEWza82s0VVz1WyHS1lSrUa
4jMUzAmzmU+Euu9YJB+L9QG5a68EIJ2O/TrL/uLc/wC6Of8A/QXqdTu6nibIuijx73SX7JC3
Wu5VvNa8Yqgmr/JtHJFzDlvWB9qup7Go6G6wVf8AN0T/AEGmsfo9XP8Ap9bgxQwFQRauDcBF
sUyx1LGxeLX8ib1nuWCsMEpGAOTprqR+kJXrcWXWLRNKJp1rFqQRyoG01bS4KBsMFsxgN+Qo
suqs1+52LRqbwtZbB7P4HgbJ/OrPDZH4KQwD8bzjibcL2XZ32vZYxPIQfQZpRt20v1XYF21r
Ram0o47VuTWMlKlYHxGa5Eo2HQ1WNbV2F/rqYlm6XXRqaUwn4zIyxEwccRGVQGVSpRcKqmMq
AuqmFMT1jLK2fTUAUDtRrMzU6fhKKwVqRZwUDGZiD73n4qDPWS+zrgk61kGq+X1nBrqakamz
alfTbttm2DgAjG2ze6vwlgBUbgp2GObfBHa2+kbFhLYzP5VhkDMU8Qreen7Nqztdjp+vb7Op
SOyUqvbOGt7W6yae5tPetaIt2RR3FxZqlV262rhrflgrOOZx8ec5UG3EOSCcwsqqMYwCSWEC
sQlLsadOxomtSgUABQBAPgTHmfzvjkQqziM2qvJkUThkXMoFuLR7l56tpXb0tmzgLUZXv18j
erMrsFlfcq1U6ndOwhPj/oHCrYfJJEEzmcfHHCgeGZgvseZLQZEJOUOZ1vBdgNpPOyvVNO2x
rH0KedtCKK/4HEQ4hH482iEmEjOAZgg4QEqAHC5IYwgiV7dqLr7dVkBVgFxABgHz4gzB8tWj
R9RTDqDB02I/VZRfW6BEX9i96a0TUvdtXRCNzFESpjO12GrX9twa+32622ewu2m095aLbu92
2m3tX3QnI4kkAcuGIqs09BB9fFbDzDgCN4OCT6yIqMh6m2lDbr6t9fb2pWjE5/52oPYAAFJE
zmDM+xgcghmcghhPyzxYjngOWyDiOUYcTKrfJuKjX3ior3qCUsR/j7MMP2JiZMIMKZmzUTLd
W726ek6H1NEUBeIabe7VQNnaN1vgQnM5eEybH8RRyJRQAnlUbOprPc9OrWk/XqJ3dNhrOcBl
wUrbOtoX7Mq6pK12f9cCj61st0QJsM7WcG5dBSUpQghfvHgAiDkJ5wn9wzk+IOM/uJVuVgyf
WSCSCcgLxx/KwAYViJRslQp5AzM8g5mYQfgIWluvzr/116uukZbrZr2ONA2uwCJfsGxseVR3
NfXbTi3UtrmGBb68maa1uauuRIeuWaek9aGosVpAJXxudUxH+o2yNHqPWtaqisQJvbGk5rp0
bBdXXqa1rix9fWuufSp9Gv5yRghwYAuQComOMxmN9DzCQCGIfiWJY5I/Fx5YBoCRMkxQ/GtA
xp01gUKP4OPg4MyJnwWEG7qhf9vqcm7moT/b0sB2IM7Dcra6vrdveg/5i8mj/maUmv1enRBp
VCdp1peng3sTQ2LZV017zX6hamFChVqE8BQGJ+55Ix+OJwxCAIcBdh9XY2F0KQvasa9epeb9
VpV66hQJnEPmIfAABJOcnLMxCnyQrKfAADRmPsVvBJhKleJaBsTJUBeUVDjXoxF8QTzGxPJh
yYJjyZt9UL4/SbKO3Vb4I0tomrQ3Ma/T0qa6VrUeIcGYh+2XMXp9QXrr1oDUMkZCz6gXkOWB
kiD+0nxjJZS0P3uXKK7Qns1NZ0PeMueurL7NdjKC91ioblXNggGxxC3tAL88bYPMGTPyBscq
FYxgQ7jEcssKZGDAhcqhxr1ljXrKJxxB4gMH2YCRDmCE+cmfUzCoM9VInieBBiEjI+8zIhhO
D9gnywIhIEx5OVgIngk+DnIDDJJM4+exV3vq9bXKuF7eznZ0Ospir4QxvMH2F8OeKrYvDN0O
OHkRi2CeUHKH7GMAcmxkcRK6cynTVWRFQZh8zBn1PoYzMGEnIImBPqfcx4x4I+PGTOPnAHx5
hMMH0ZmMTDnJbK/yCMzJaAABuOHGEscvsnS1rHZSF225XdRQK9UBjB4jswI+uRJYBl4gLzmV
MyYcuTWsYYOMsiphUGOODTUHIQJFzkGY8TJExACAMGEQ5wB4J8HBgmYR4nifwYMfGMwiN9Cf
xg5YjDWII2xWI2zlvdYZyvIxZgV5BpEbWrYF+GnTrrxyxO9sWVU6tJu26a1rXiRGB4jLKo4j
jgnAi555M4wAZwAW+jkTKY5DKpWZ6qyUUJA2ScRD55CAiCcvyDCZAmRksJyGSwE5Qk55RmAh
IhPjlM5mMzwICIY+TClphpefrpk69c9aAgoAwXIP5A4jBScYAJx/GwjjZqo5RKmnYqXTplLb
zHAsy9dKMiWVEkbtWaOZhxAyhufn/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/
AP41OMtJaRsjHcDAEglq0TykdQtQ3X+piWrRAQlpHKieZJOJKuqOVGRBMr9EALMi3u3UjG0R
iokc/lR1PobFAgp8EWsFZjggSu32qsiJu4L1RjvW92Tavuobm0X25VcJwbromZBhVMiQi9mT
i2KfmpEl3zR5yFUALoNVANcJgmN0A7Ypk6a3sRBX9Vc/xaehdMcK/eU9zbj/ALXejklVHUqy
zKz6LIIExAFHUREMQqls1ohLS5qXwQ0UiTUpomhdqpxUtVAPQJgKcKmmT8CLJrldyfbOl6m9
UATSjjJO4IKBcJsFQjmqEFXHgmcDqrqZcO1MUTQgyZRBum1MyBTk3T3TEFG4yCzKc2RyKomx
z/it6NMv6oE15LUJ/DpZnqfooADV9FNuf6w1ynMiegVJdVQrpmjswrIuCxwKCkDRq0WjqyFa
rXHuBuMkBZk2JTAOLuv6KWQogXoMUauE5DoEy0yNl8GYatJYMqdeHJfMTF1RH2KQewVS3cgX
ZgjV0MCqFNd7snOFFzKKbgWxDL/1/hPgqF/T1CpFxyWqPiCnumsmKNKIElEzLDIKW3tuXoA1
0Z7gaUg7KIj7VLJlWoOXRMuSBjdc8U6JOVGVPFaRYnFNFqFNiackLHkP1ICRIUXZNliqWWS/
9Fqe9wmIqpPXpzKGAEnHgma9XTBWNFQMqVWnIo4J7kojldEEUKcU5K1HVZ+w/lVJ+w/lVHl0
BTQ2pH1Bduz6yF/0j1hf9cR4quiI9aLbtcO0IDc3JHNmj92KOl/Ek/e9O1CjLbrHGK7gz14A
yNUYkmUwWMQE+nSDZ6FkBJ63dCeh5CqLnoGWuRbTZGI8rVyQdtLH5F/JRIcAJxU4I4FEYqtm
uq1BIsnxdULOa/zJOe4m3ILoogFo2PVRjlg1kZMz/KqENzCYwcYptBBVYElPGLHNGMm0m7MF
rAd5UHVCGkCjkpwItmqxBe5R/wBYJwyTiEWRJiK1xXbtBxck0VBEAK7DkyB1gjoFpcB8Wiv+
wP8ARinMXTaAqRHqVA38Byu0OUDLtfC6ZyT0WqJp6AiwLi5TMOa1bUnrWMvwqUpgOTVRNABQ
JyWeq0mRq3VOZEk0qHRL0UheWBR3bYc0XD8yqVdPZkXqU6aQAVLpjTNM1BVEDwdYWqcaqgo9
M1TCi7q2KYFwQ6swCdlpADjFPdMQQcwUCO4A2KBOIdO5LYK9/wDyQDUxQMQ4KYsGyXzQbMmA
6l0zleY8k5pguf8ADpdd8n8EY5p5ElEiN812gBuAGfARfn7eFKIiVBnitMO4GxayEJbXefUj
KW42o+VvKv8AYdQHg6jtxDR9qcjU9FFvIDYHNCYo6NwRjmnNVqdMPandj0RGshuSjGctY3KV
oyfOqcG9XQkS59qFS4QkzGzK1wyMGqQwK0SJzVfkTxxumDF1KOf9EQersnPhVAXdamr/AMqt
A2AQF8iv+ExNqAJ2bIKhZC5/qgLC6JbH0rqnHS9VVZ8Lp4yB41Dpj5TYqMhbFdqtRNZ02HRE
mPQ4osO1aRGi+PuhhGz/AKUIhmBejqlSu42LAFdtc05TWCAlMAnMoCMgWyrw2pbUNXw5iUmb
yjzIR2tuWsNqBBDf/wAkIIy3ZTDmkRKjfVkpHacbgFBRiQO3zKJnHuarf+Sq8i6DU6rmhKpI
un3HfBEE1+ag1X9izOaMZYIC/JWblkiwfMhFwfWiZiuAVaSRNjemKJFQLWK5WTDDILEnB1YM
n4UNPBVkVWvXhTgRA95shOQeXNV4mTtZCW1u6S7EckTOWouatxZHSGOCJlfmjqrkoxJaZd3R
uqFAnxddoD5soQBpIkkdNKbAoNhiom8onSSbLkitIH/ChLcbQABIOxWr9u8JAdpEj+LUjt/u
oyi1BMxIBbt86aO7EnJw6elVRlcBUII9acCt6IyiDLbcvG9EGjpmBY0Kqe3F2VACBzRlANze
ifyiwJ/Cn90kEnxUmFM0KVVb2xRbHAo4FqsiSx9qDAjEkBWcNQn9SpTog/sVA2V0dVW/nV2r
S38A8lqOPEykWAUo7bEBqt+tGJLVFh/5ImhxqowltxEHqRH/APIhKEnB4nknyunwwUd2AaUP
69qEn7hQ+CcnqiX5pw/VQGT/ACoRzsOaMWZmp1GpS2ZHHUEHAsiDYoAOwQADhMMAsD1RG3tw
ZvNaQKkPiMDYEu3+Cfc3tzVjpI/+JPOW5I85JgdyL5SQOzuyk3uzIt9iKntbsWlGhIDBx9Zb
W9EsRIDqH7k+eaGjOoXfZUArYYIyiH5IvE9EK/ImsHuLpmqLKtk3qVK+KL3AVA73JTHCwwQB
obUTA1KZXCuEzhX9CMMSh04PI1wQ2w7k+xkGLPghRjmUwkKdUSJAetASJpVwgK6iHTqXRexP
gaou2CIdoTPhq8qfAog2KMcY3T8z8qgcAXXxo+WTD1J+RQOBDjBaW/lkNvb2TOo7g1j9JPCI
jyJH/wAaADjOoP4FE7tJML9FzT3z4Yq9V1RMi3VbcIx1kxcfakidyLNgnlgEXqMgqUGS0kP0
UtyAuiJCozTAMApHnQqpc2XldM11QVzKcnoFzyWT3XPJO1Mlb5F5R6lYepWHqWScTIQ0bnV3
/MjqNRdXRwV61aqode4aMcAhubgD1YM6cgeIRlG5wTENmiAA7XIQ29wMQKFvooMpDBkAEHD4
pqAFShGIMrgcihUxnGkgqdHUhcOHRo1/lkhR2H9VPbAqzxzp3J9GouRUfiQ1RZhUPkviguDI
/iRBZsXTan8HVIllSKBfwdGrtk5TSLEUNJIxE6kFqkF027GRjfUDqohKOucMBd/818WczB6m
JjJg/wBRHdjvRn7oYFx9pOSSDejqMIy1kubfmRLgE2CNWGaJzOF1epwRJYTyZapRaOaNKHEp
wdTfKgGbomYksqu/sQIZjmqAMLoOAMitTNW6uXfP0yclLVIAmt0Yxi4jTmhExYmhXaHco7kw
QQGANDdBsbpk4DlVyRjItHmgXMjkEzCIGZRlIxAb5eDHoEHooSu4Y+tGUQ8N09z4N/5qlj8i
myEpHTQ2QnCQJHumqyTDN3KkPnAj1obe0Xxrckoxx6LXvbgiMQ4H3kQAAA7Ek1QgZQiDz/Mn
lvA6bASj9JGW3uVNySD91VlInOLoyBlFnNa2UtvclpL0rghoauaIkACURtgETrV7uhGj8hdR
O7ExL4hACJMAKkgjBASLf2prUpVNAPktR7SjAg6hUMcVKJBAcs4RqzOa8kMRiyY+CByQIGdF
UEyNxyWonCiL+VM9M1TbLZr/AK/avJ4Lyt4ryj1ptI04l6/YUjYsfkTzvGgIT+DoyI7hVRhq
0vmmI0koN6BPJGIoxVXEkRYAfIgTf1p7KtGQILGKOk1ahdqoCXmiNMq4x7UbI0sg9FkcFmyp
gjEAA4Sy/wAUQYgyF5As/wBXQhKTkP5WotXlJGNlVpNZk5j6qJg8eSYhyPWpCcS5BHrR1eYY
IwkHnEEvn5fdQiGEnqQjqj3MwN2/vUYanAs9HWvcFACwNaqgA52Wol3sruTYDBAyIeNSF8Pa
FCb8JStMW9a0yxQ1ExHinBJOCoWbxdMSTV3yQNijHD+fKiY4liGTU9S5eiVIcj8nAj1I7Ug+
AKG7qpE2VanPg/Evkic1Q1CLc39SlyNFzuhHDFAYmyIBJtQqW7GXadRMcK/2o04OUSME2Kp4
oziA8RbNR3JwDSu7FMNuJbkFyXJWoqxHVkSA0s00gCVq2mgWqOaJhIiWYlgnnHNySCj3dUN6
Y1AUZDRHT/wgwc4jBdwAAFgjMgUREcaPihOVSbJynMqE+XBnRkIxhuAFiAiJElk3JMKYOg5L
YpghlnYo/NT1bqtOPpHoiwsaoc8MkJEDVmgBbE3TEvLhfidsFgU0EWwRbI08FOIwZx1WWXDm
1CjGUTEvj+pEcitTKyKrYphVOLqqJlKMAM2C/wCyJ6Sj+dNGBPiERtbQiP7nKaW2GpgV/vA2
yMyAJfbX/bDxlH86LzjyrGv+S1aox6kfmVJRPMEJyQRYVCJlEEs9JD8yPwtmLZOtO7tiJFjE
0/yR0BmejuSnN1KMJEUqBdA7moB3qCAqkDrRHQXngaFAP3C9rog3FRJT1SDuKlrItZ74KpWb
UdWL2ITe6PKEfD2q3itYJHCirT0DM2LkHxQIOS0wiDmU5xuniTHJNIxlkf5ku4ALzAFdpFlq
xQcsjJ2e6MYGhBqOi3oyNxG/1uGSoEDEdwq6qHLXzUhz/qqBURJoy1EgyNg6Z4h1pjIBxYUR
E5Sk/NADV4IEuASzp4EyHND4sQCcXKEYxiRzqifK+VFc0sjEgSBvqCcEgDJF5muDokl1S+aL
IS2zpLGoQlrLgMyiN5hzTbbEHFHVUZ4oRiNRxOK7Xc3JUnwC1QsU95Y4KvrC7ahAiozRlbJV
D/8AC/pw5cWVeBjKoqyO2fcOkHondRAqMWQANTggDQ3fBdpfmsLXQzWh2dMR67IxxNGTSBZ6
eqKnEBtcQ3ggq3wTgsiGotB5hEGgkaIF7YK7onbcSFmuv9xNLJ3B6ISApdfClMRLM1q/ZWkE
HndW6oyAqMOSANB7UyLUZNPSTkXdHREAnGy1BuZqmOCpTNdtc07ORmmkGIwRIxLoxNXOC7i4
BcHkoyJYWNkNE4uefBsCpGdNTU5hSlDyk0qqeJTyxsrg0u9EATUer6qMbYrV29eXB/RZS03Y
og0k60yLWHrVgTg61CNbIu4AFApH3XUqPD3SpODpfHoogObdFVaZEObA3TECi2iKOCsjmq+t
MiJGoQwiSfaEdyAeW33gi/ahIHJ1ku6sck524nmyJlHGiFGazIR0QJLO8Q58ylDd2tBJLEQO
Pl7oIgCWjB6UQwWuEe4XAoqxZatwODZfC26bmIZsdMU0x3dQmdzkV5RqVIjxWqcH5LV+3Hb7
wNPvL/fAgHEBxb+1EahZgi1wyAPiFYELUKA2YqO1ORkTQPWwRLtIvpRMy+To7f7k9uBYmv1N
SHwID4TUmQASf8Z//wBafd3CGNGJZatsjoE8ibYfpXcaYq4bp6RqrpsMVIHbBlLGyEgKDJ/7
UDEkdQm9qZnVaIi1VSgxTmQJTmQbAKLRcipkg1FsSY41UZZ4KnCTWJxR3RcNUdUAa6gpQLDX
WPgZJ8UH9qcLuNUwQBuw/EhtTFzigGQBCOBKGJNyFUeBopiLwNvX3o/Ek8nZjky7an1p5Ww5
KIMsaA3Tg0NG4NMOEJbbQkOv5kTIGe3d4h6JwQDk9UWXaozj54Vih8R4sLH9KI1CIFrKUgdV
cmXca+F0ZRiSBdqrzEDIpyXbCi7u0ZsPwJ/ixbrX7y/6T1dN8E+sIPtsOvFr+gW92q0Y4v0W
uEtB6UVBqZES20JChNwiI7ZkbLXuHTi10YwqaitEIk2ABVVtw2hqMS5I+qog0IAccCVNs1uR
bBRjjH/lRnFnD0Q+JJmyH6k7uDZAgOnI8FqAqo7oOmQbB3ZRnMhwRXT/AIoapAZFPZ6hU6IP
bNNj60Zxmz3oqHXI5hkSAx9iZ+1QMQ7MVQMCaKlVXFWTM6lv7Mnrq0M34k846J2IUaOHumZm
UpxqQDTotIppwdGrZsvG60Qj2+9W6eW/ok9YmNv7fMqb4PJv1ItuiXgn1hmy58G4V4dL8Cqq
qG5s1+dE/hTmMmNwRVPq8MU2q6eMS2ZotUaxOA7inj28pBOBVWdbmkd2klvBTl7xYHwQxqnT
eKkRiURyQibGnrKCdkI//dYVwZUIIQjICWTKsLdEAdug5oiW0ahqIR24SE5G8iNKj+33QJRA
7JxyA096c4XRjshmuTgobmwRKY80T/P9qlHd7N0UlE/gRYXNFqIYoNe6gxxAbxT2bg5ogJ0C
A+LEY1K0ReQcASwWqN5VfmmkXyPNGYaUMQC8vuqWp7MzVqjQtKsXometiF0QYMRjdVHjVREq
hqME0gZk5JtEm/n+70uqqVVVHCmK74gp9LdLJyOlUwtlgtIDDJf04f1RcXotBOmG8BpHOKDF
3qsys81J81yN1agIY5LM8NwvQCIHqiuSpVEmvJPblwcFmxTb3eAO0t3fR1LtJhtxbVEUf6y7
Q2dyq1CO4AYbhHmBKI3R8WAqJBnZNq08jRRYOCKkLag7vIfKjic05siJOQEHHaLCyfbkQcnK
dq+6XCG1uRMgDyKuQ+YK7TqzCM4jSQzgWp7yImHj7hRMoPJ+iHYK2qUNIYY/zJAHx6oaZC1F
SUXwanBuNPQJHoV4ZqirxOaZQ3YHu2iS6hI+Zml1CJsiVJ6OVpNkZI4WRIwUmNS1PqxTY8OS
rZZpjRMFpFRuFi6bBackwqESACdLVTkM6G2ZaoWqtqIoxFvpIbLdxDpjQBDaGOI+0nKEp1OQ
QjEMAtUoA80wcc1Rzm660PRRDsasWWgioJDhCOgU9aw9v5k/a17FAYjJ/wAyBLSwq/5lp0h7
8Ovp8wgsk/C7cGfgEdvSCHa6CMTYre2rCJJj60Q9UxCJwNgtWGSOBKqpnIFGrDLhWrpyaIsr
KvCMXrqMvAIAo44IRNz/AFUotm5+yiYytUDFSnKVALdUCQw2wZPyBkpbokw2oi1XdHbj5qVf
NSnMuC9+iADE404ueDk2w4MRRQO49ado+b2o/wCuRBGJXbtN4ok7eqOAPNCR2QSbRf8ASu7a
xLMbfNT6a5Oj/wAKgJbkvLZd0AqRr4ptKpGiaxPJeV2TkAHJUiu6KYRTxg5UhKpGKoE2PAkx
D3dg7rorqO7XucFAxq+PCqoK5LVNgMyuxiiIReRIHgu7tOSYFWT45cP6cGsomczEiTk1XbMS
NCCFqiKm5WrbrIVfGgUpatUg4ObjSnALj5EAaGeA+siLbsosCKEhvLrit2RiYzlkW8ur5qIE
ZGID6j+tCJixzog9DwZZISjfEJpsCmEgTkrOgBaVQCQpCeCAIpi2SEKs9a5Ih3AdlMydmfxR
NcKfaVBxqAQvKHVgwWCdgSLKysvLdAaQUGiGK8qOkM9VzTjhyVLcKCokGUSSHZi+YKz6KhqF
KZLEYFaneDuB+SKEtwmIAoDR/wA6LrVAATo7dE/B+NCowALlz6hqRBuPWmhI2LgdFpx/5TTY
TL05PJT2jFoT7gOupamIiW0nqtuMj3xxIpZbcANTkAj7/wBRaIBsWVIgdF/t3IQkfnEAr/XP
XT3O77i/1QkImx0VX+2MpTqfLX+3yIGMJRDse1k0jqi2SozkWNKqO5t001cHJAyk0zbmhKde
qLDwyUiRXD1IgPQEkAKeF2onxJbmiaXGT+8qqnCyr6DKip/ComK3YT7YAv602z5bOhuzkYm4
i/3kYyk4OA/UhJySzgGtUTcol+SJelG9SZPUPkqJlS3NMp7kw424HSDbuGlGLNQIyBppLoQ2
5B8T1QnqpcnC62d2Xm02FmdSBppsBYJxTQaFbn7nc/8AtxJHq1LdO7Kp06KfN8y0/t6vdhVH
e3TOW7M1q0QB9RNGgHr+v2oibgYsKn/FAwiOpd0xCrEIUZaWYEUQ33OuNAMKoidaktWimY0A
jVlN5AF6B62UgSQWLf4ov4IAgMHIbn2rTope1fvLzBXun1BExXlkf5+kvKQCrEIh64IUJHRW
bl/MVWJPRPokvJIo9hdMYkAYlMA/8/RVAfYn1fIqk9cFWRLJmqUCCylrHxGIz/FpTTDZU/Uj
IPIA0fmgwcipDIxfuyCJ81Q+CaTgkp1RWQqnJrxEyz7ojIHkYxVQ/bEqUpRaw+8hjN30j/yU
ZGkXFDko6RSES/rTAmpp/ijKVZO5P5FubW2WlLu+q0exSG5HuMqkiv3kdICfDJMMVyTcC1Tk
t0b5lUlsdIdEwk+m70RiMf6KesaoknScFI6qaSpV7hav6lNmsQCaW0o6u57NVkNFBGDkU+35
kBpqxL+MUQZMMkCKJpFz85EAsOqrInxTOUwK7iAMEwqyrAGS8oDKtuSqSAUbnxVaDmsir+A4
VFEWCxou50QEDtGoBcWwUNrZh5aTk7JjSQDHqidu1SS6FGNHI6KJzNPAS1JhU5qquwXNVZ8V
VR24CsiAoQj7sQPsjShKVDoDeuSoe8SIkpbhiJSOJZQoAxqRgFLSX0hjVvvKMwTQ2CIjIDck
xAxuoUZgAfUmjdk6Zf8AqnqWysu4dQjr3BtywBUxuPubbFi8iQH83cvhftoat2bAOG+kvi7r
wq2lam7TZOaEOQaXaS3ImJJYuVMlifBGXxA+QIR0bhMhdlq+IRyqn+Mern7KfjXhThX0GXRB
V4W4uFRMieBI/wCrdYknBv8AyVnBr4Is9lIFRjgLeIXLhUp1VZo7jHTCLj6TqvitvdFtOn26
lOFiC9aI6vZ0VO0RBvy+cpkkvJ7WThbY3GAwNmLS8yJiXErcyfmpxc+pPnwqq+papYVd8Avi
DXuboYDRIafuyUtyQIjKLOTmo74kRGLljzWoCgzXciBSp+SSlANpJYvktRJBPMMj3u2TK5Aq
1rfZUpa3PlYELzhuuL+lb0+fCysrJ2RTIrVMsLLtqDinR1YAsyjqDSAY+HBnA1UujfC/RClF
lwN+AFnUQA0tI1HMqi3JHzQDjwW49qVTUI50U2rQv80UQi7FrC10zL4u4HhtxfqZaoxWo2j5
R+JV9vF7LQKuWBU/2+2NUmYn6QWuZ+FEl9JFSgXpaMFq3YiMaN/cmAYYlaWdlpxRNSCAzB8I
qUZACQpW9kRtRBkBUvVPKWkYF0ZOSAW04E+97yI0Up+JclU+jROSrpuF1dVKqVe3JXL9EwJf
onAJdEkMVSgTSNMkxL8uDIkmmQR2oOHo+TqcRuS+I3bIk0Kcy1Gl02Sqr2RZO/go7sgDtwdw
c4p2oVQKcDfcGkeKkBgwPXu1I8kQ/dNxTy+8gJVp/VCtLraERWcRKfj/ALIffTN0TAVVFdFT
hEE7zliB5a+7JCTnuIJrgnmdRFmt91CW5J4u4F0Iny8sEznqvlKybEXUZyGrVG5AUzGTaakI
ye4NxX3e1aImoe9qI6mLyYCNL/SWjTRnvzR015IE/wBF5vYESCA3IK/sT19Sp8id/ACqrI9N
IVXbPSqCR8E1SixIAzdAavFUndX8Vd/Wq54OnLybB09a5ni4XXhKQpKLFx1RLgNUPd0ZSd2d
CUR2yFuYTZ8OfAAAlzQBAQiY6qmkhUrUJnpVRlIylKUQS5tRRD1YsESbyN1UkG1FDZHczuTz
QA+aFHbm/wAO8zyCBAYEU5D3E6tw1EgDmvh/tp9jVIaTyXxdxy5c81p246Rnj/ctW5IeJqgz
NgRwIdAbY1yN8gidwsD7rafwow1htsMA4/EjOh1RqAgZVdwRktILVIc0oyiAK6qSAsiNfcwq
w/uTsEzUVlQKofhZUFk5HBuFVRO5TYehUsFojVx8iJIZayKBOb+KdTjiQPlWqfkiHCIwwUJX
Otn6iSY8KJyXOS2S/vgt0KyWk2IWkyaJuowiBIk3xQhAUGKrUivipy3QQY+XAFCMInubS1U8
omLhjSp8n5UDlxd1/wDq7RHwwztd21qRbVI1c9FGdRtTqXwQJkWOSfaj8SQs9fxLuAiBhp//
ACId5Y4MEIykTE+boibHMlH4LSckFl8TdfXKwzUmjQYCyDHmY8kWNyoglqrTqoz+1F4k+H6k
NMC+ZH6kwiFWKBMTk7J9JbMj9SqD6v1J8v5+cvLL1D8yfTJun6l3PWyoCKpwGOBP/kq5YK3s
/UjQ15URJJT1T49UAQ7tdahEAhFlpNk0YhFkf28STNwGCbGI/UqycAOQgHc6h8kkcuFPFMob
/uuWTqUrAWdVq115a4FElEx962dkDAMAzkoiYGoyJcVo0U5VMFyxRKH7bZkTEVlkaf2oCNM6
4osX2pEkh/8AxUNrGNDgbxTQ82mnVl/sdxgE8XjPEny/VRl825OaOl6ggUxRMyZHAZfaVCNo
5mh+ig7PEVZB41oFICbEEkQer/RQk/d/6RUJEhwQ2IQlSsDlgYfmVuFeFlYI0CrAObUXlDqw
Q7RTkvKEO0MmbonaisFSy5ejXgTyopb5i5MiXPP6S7aHJvoqW5MsZUCiI0APtTMmtwfDFbf7
c1m5Ytz+cqXNgruMVi2KADuTZUHUIGbMbKI26xk2tkI2ZPxENpwWJIF0akyarLXIajg9URIV
qw8EYRd3LCyMNZaOBqu2R1VayPceVV3hxzTkAJ2HVkYEtKNmpVf7Q0R5SbshrmACXZqn/FCQ
Hw90sRIHRIn6SMP3IeMaRJIlUf5qMoeTOyBcamNeT/R9Gh9B8OFPRPDJV4VThMVZRGpgXf1w
TixFBd1GLub+yOlMzijOWYppDmAu63V1ThmVH93IdncB/itYqW8ov9WKzfkuYQOSdnzT6NWO
KDR08kE2CYqU5yAYUqiY3s9DRvop4lpG5p+KKfZ16RjpAB+h2IGeoNcEqcA4IJqL+8jEuTmf
yyTxgZTBrJiPmoGG3J8GD/hUTMmlxbBEzILc6LuIc4dEdDADwf6yETKkXar0TTYiMrSxpqRg
T3A0NRb6KPdLcg9Kk/eWJFsbq8mycon0mKp6Jb0MjxpwA47Ydix8fIpAu0RJg+SJmGBNsYsv
ix3BKMB3DFyPKjJzInPkjV3QBVKMgBY4ragS+iL+s/EUtw4uGumItVMLnJaGvV0z0KERgG9A
ylQBDbhFogXfnJMb5oSJfqtEiDoqBykU8SGxqxW4Z1JJ00w7ow7k7Ypp0qT91ARqUQBQ1JXa
CSzDIf3o8rm/4kGeZ97TGo95SO3EgAFtV5H7KjLcfbkS4jWz6fdUtzZAnIV0mi0sI7unugc/
e+4iRV3kyvhb+FjTg/GmK5jhRMiTwfwTJmUNyIcQd/XtoSFiX+6twgVEiwLquNFpyTAMcymP
DZEy+2ZOQL0ClL3BQHomAZ8UW9aMYVYl0JEUA9Gq3HsKAddKqGVadbqlQFrHkaoz+itRockW
B12fB0WrS4T3GRzQDDkQgWARlLcg5pf9KOuUZwOAor0OCErkWQlEANHSxsaqMd6BhuQpWxb6
KP739sdUtRlpFT3fST7kTCYFjkyZ8OB9I8acacH4OrePCtOAbhKEg7hlL9pLtAMhEHBvL91b
osRJ/WNSrceCzOQRLNyeqfBWdbc4w8pq3SSAn2n5lLJxbJHb2Q8/eyAQYDUR3Hn6FZANzTbm
9GJ8VqjugjC/5UYQkC5w+qqllQ6jmjLeiQMnqUBtx0tzqmiHmfFPum5qAtMIdpo+aaUGGeRW
mNhZnAQFa2qv6oAEMiZF8gmdsC/VC5HRGOtsqSumkXibXXae3SxWqts/Sbg2fDnwyXXgx9F1
Wq6eh8Ydu6a6hmj+4ftkWlgaRhD8KsGzQEQ0sSi/mQDu18kNz9xJtYeIi1vrIRjG3ve8frJz
cYutO2GDXN0TFzI3J4vBnfEPRHvaLO4oUWnKXi2C75Glv51LzERROKqEGrVNIU8ESDZgyci5
Z/5imBoD3ZoMaPQc01CHXbQ4lAN0wVXoc3WoWyTAF6qkpCUnLEvcomEniKlyi5dqstLVGOKe
7gYN5k709PN1e3odeOadO/B+AwRHtTo7O52kAEEkMX+knJYG1qqcdqshzB/Epbc9n4jgg10/
/Ip1O2IgyeX3Y90UImWuOYFPvpohmyq61QDMGcxP4UIRiSYhi5dM4hE4VNlESLtgqcGUtw10
gn9KlDb2gNOJJr/itW/Mj+0UC0yjqN3KfaeEejpxuu2Omv30dyJMpUuM+1OR3PW67QI8wKok
zMjlghHSa3LFdDZGMsFoama1CumrZoNsiPKVT91CQgJktTr9VEDTtAsLJ97cM62B0ICG2A9D
VyiKwHjZH2UVSGPIrVICZAp2qOkAFM3j/AY34PwcjiKcBwOaJwZymnuDusS9/sI/C3IyIuP/
ACTykB1KG5syE4mIdsCDJRhKcy1Ix1EhvtIs0dwN1dUMgTeTlVnI0vVVBt0H2l8XegJX0iTF
aYxEIi0YgAf4rf2SNIcGL/WUo62nEkabJ3ohrDOn1IiEnngLr/YWb3U8QBmTVEmQb1J9QOaY
iBLswTERgMQz0QA0nHJGW3HQ+RLH+5GUJGQwBs6eQsKOMUDqYEc2T7ktXMqIMf8ATczc0+yv
9co1F0/xBLk6eMYyfEpyBGIotO2WfJwXWqby9q1zgJOA2oA/WTiESc2CsODDNapXwKx9f8Gl
0fZ6JTp06ZNmFGIwwTxkxxahWiU5GHPFGMIncNqdy7dsxFKkt95AziTOjnUbryOHs5XZsCPr
/MhAx7XeiaIYCwTYKG7tuZ11EctMorWP+33modS7NUhEuKavwoT3O0gVcMhEzcYizJtqTzxN
0dRwo4R1O2ArVCE4swxcD7y7aHEAlPEsM3VQ5N2RiHD4f5IiZYCzoy25ORdlplJ+oC07sQYx
tT8qA2xGI5FMdwGlQ/6UNIIiSPeIQMRqBuxdSOmXbcMaBFgZbb1IFh9Ja94PWgf8qaMQALJs
kRpL9Cml29R+pVkItmq7kD4hMNyLm1QvOPXwr6DcKJ02KrVAJvQ6KniuXAShFyPM2SLxLE+9
dT+JqiYCgiWFfqyVPAyqWC0wk5tbFA8uLmyonBIHJAZqRiKk1TGXdiCV3MWFgiJCMWxFE/aw
scUIwjEjH+dSbSGFgBj9pHXSZqwAAP8AimiJAA+aXJERDxJum900IQlM6hhkCpCzijVqjLbo
OaPw4vLGlEIQidRFQAhr1euv3UDEGRoWNfyqIlERjdhSS0xFEYyDiVCE0HiHsPKR/eqeCcpx
bNPkqheUA80X0t4ISnKAAQ7wzHpdV9Ky6ejVOyYplVPhwoiFEG2sDPCaMdoNF7BvyISnIhww
Dv8Adip706x2yGcVcifAklkdET4hkwIBzf8AQiSx8f0ryjnX9KiaCGIB5/R4SnAAv60AaMnY
l7FadTzNwhGEdMDQylYI/G0zkaOHwURARiYhqBEsCWQMogclojGMZfOQeETIC7KM2iBHCqGl
gRjVOWJ8fzIFrYK3piLs11ISkwB0gdE0t0RJwNEdr9tq0gVmGv8A2o6py51ReWoYh1ShJoLo
73w6CQi9Xc6pfgXNNiqejQIq1VUKiohVF+HJPhxZaYhyJAgBaDeNweaYAlvGihCQAmzlmTQr
I2WvdLn5pqFT0bKyfSPUEQzAhg2CMt0jcIPvAS+8mgGGQp/9CTkFKWbMu6IONWW7uT2YTlGE
jWMSaD6CMduNyzBAz3AZHzRw+0tUp0GAAr/itba5C2qMfyrTpDZMG4VT/wANk78GzWaYq9l1
TKX7iBkSSNUafR+agNsFwz5M6YeXNU/hMbI4XYpyCDZV9n/0EpGtLBMIFjmhYclubbE64kOz
AP2L4kgTuyk9y39q6fxCqJ96Qi9gqQMjzLJ/hS04ScflVdoiOBev3UDVAGbE2BTxL9OBoqnT
1XdMdI1R0bZlzJZaIwjCBZ3L2+qng+AkW5/xdUaEIDcOkuu0+tWdVixTkUT29CtEWPp6ZWKD
n1o7cQZSwpgoyEGepGKAkQDkmd12B2TiKdsP4FEdyZaMbqcf28SDhKX4dOpAz3JHkSSvMV3P
8o+zJOCwOFvurtka81rEjSxdD/bMtg5Tbm3IDMMfxIx2YSjI+8WH3ZLzy8CVUuRmXTm1vFDa
het7WQBAMiXMrlN/Ddadu+aMnqLVZAbh1CVsUDYnNVD9V20Wk4calOSuqp6REpGMiKEP+FP8
QyHPUgA2vNq/aURKRLmqBmSXqGRkAWwBTgM+Ckwq1Am/9/ReREepZGMiGBZ3GX0k7v4j8y07
LSlm4P4kYz3KE8mYI3lkRVOaDI0KJLMRZMIEgeKcBnwxQOOWKDO2SZqYlPEvyur+tUomAY9P
Mm3A3sXxi71AJyZADD0KfwKrVpHVNAJ5xdrIkUayJftGDVRnNozFoEgFR3NwjUanBAvTjdXV
D6NFKe5DUYijCqkPgGXImVPsIHZ/bAOzyaUqfSnGahKbiRuHXebUHRFhTBEMWFiy6YdFeuT+
iAHIBsFIMRIXBVTdAu5yWn2omQr1qi+CY1e5TZWwWkilxJMzjMIONLYLSzPcrkUWJJGCchzG
yexwTVbE81AC0R8vpMf4DGyMvlVPLysqOpEsSH0g40Wvchr/AHBrGNdMR7vZH/5EPhBzIgAN
n7+n6q2RKkpt8mpMT3NQIiQYiypXhirLmnZMIgPcq6mBWht0QlEyjrd/BPH9xIcjpNvL5lLb
nDVCDadxr/5aEDcsmdgbMrl0C1QbHJatGHo1Ut2YBlJgB0K7O0LmMeaYAv7F3hs3ujQsnF+a
LivKydqAtVMA7cl21ayr6l3EURcHwTtUGicsRyUjHCwKjE3AqeFPR5hVVC6fjThVRG3S5khA
XiKqezsgliI9H7VH4sQZir3Lob24xkBnRay2kOyEwxMQyIeouPSqxVAwVDfBTjJ9LF0dO4Ik
XeX6VKGxvgXYajb7CrKMgBYX/wAtCiZ0OLqypwdq+iSbBS7qhgBgno3OiOkM+AoP8EIOXAtd
HUHayebkG2KYFjz/APFOIgnAp5EjpRZxwCchuScBgBkjLOyDCpTZUKEYB45BAzi1PRJyCkIl
zG/jwou5UotMjTNOC/B4ecWWk0kLi3B7qT0MifUtMYtIuSblDahWBAJfM6ve+qsi1FrJqYgu
eanOIYgE06L4m7SZoDimBXcaptVcgCyHw6xfJA5iqdkHuhTGqlLcDwAOqmqnzlKQIcnKUfwo
gxFS4YSNEIbUAREsO38yAldz6uPcQEBr+X0TVqhEAuyAixxLMmFQE8qHmixpyTEvzTX5BMzj
CNkIs2NKotQnFaiXJ9auOhugAiSbWOKGi8r9ShAwLvaoUYgNpHF8l1RHJCJ7YzccnHHNB6si
TQIRPlw4881mmMT1Z0xkARgaIlwRYVTuCgCHTYBg3J0xkKcwjp7k2yWIq1EZbpbk7p5DUc6/
mQAiIrt8qbDiRngh/relSAjOO2SCGBRAgRtRA90Yn5/w0ISpWxyWmpl0RZ62YIuKWYpmp6IG
JkFKRF7IsK40JTgOLBajgsnTAEB0cWxRIvyWp25YoDV1N0AAXzTkOc05dkDalU7s1kZywt6B
DPqP9UOG3pHlkQT1Tm4pxYGqqaYqhqmI9FpCubB0ZbW8dMqxhIH8G4v9uxrA96MsPo6ZLRpM
aPVEWBRaT42RKyRXb4p03o63veICcMA9iGwQjuSlGDioB7vd+colqMGe6ejZrUe4xwCEYwNc
X/Kn0+iAM0UTJwR0XI8x+lERe91qi1bOUdyR1UoAmDiWD2WrHAI0Ro+TKGoSvUgKk+daIkMX
xBVvL1QjZiCVp9BkGw/pwm4qKj1rT85MbcKov5TZalemaDsy7qJhxqmATn0X9BlQJmJXlUZG
hQBk4egH2UNYLu4AzdDURKJrRnTQiCSz9FYDMkptYEjTMLT8SOrgeIEqIgmiJJfmU4bkGQby
m4UCx0Crn3qrS1MkY+oBO7csVUOcyu0Fv5+chuTNZWwp9VNGTPZd06ZGyJIeRvVAgY1VPQIu
mJq54E7pEYSBqUCZClQtcC+R6FMcFRMQ6IwyVLZJxcZoOGZA2r7E8a/xa1VBZd8gF2HV0CBs
QbIT0F9RD1qfN85EGEjIEMaAf5oSgCQPdN/8U0ZOTZwPypjMvi1v8UTqPbm/2lqeudfRjXFG
U1dgu1qKMSA5JQAoAKcJCNSAL9EQfMPUtRrVqLRgf+YxUduPliMUCQ5VE7ZIyx9IMKX9fCMZ
ykAPm0dAx3JxiB5Qy0Akx5804twpR1d+vCoVbJgMHUqM3puqLDgCck2KLAU6ujtbYFcbfikv
9sreKht6niQ8nQ+H7VGIvqevSSnMkiMZCiYYhabAZJvai4vRNpCfgNJtwByLMjzw8eFSo0wd
/BYkrkiTQU+RAA0q5Q95rI7pvIMH6oyLjk6ZyHTEuoF+0VlTkgAKAcX4SGSZuT+jWrKg8ECU
cPQ+RVv6PNUDK/VP7UZVPJBixUtTyIF3p9lExmYwsALFCe7IyB91mC/1xEcKBHY2xV2MnyOl
EyLkm60RIfMVsjYRjKhIfU2r6CjF9JdqNmokyMpXJN1rMHlmUBpiAmpTAMvJ4umBxVB4ohlR
ciU3rTZqkXY3UQ1QjmxRIxuck5Oo5FAkdUNJLGoQDWQfGwTi2aGZupElg1SpEEmESwcu5+v6
J9NwAJFOSWyXPgOfp04U8UzLlki5ujEn4eQdyf7kTAGYdnf8yiZxeQwOCyC07JYksSEBAlya
yexT7hlpDs5uUJft325uQdNNXl+ijCWuUQT7z/iW2J7ZiXD3cl1WmYWqZYDEqZjPUHOJZNtE
AEVa6165tZ3KFLK10QbMqXsoiJubLu8QqKkSA4a6dlSgQiC5lcCqeVTmmDmWAWqYYnOiszJ8
rJjbLmog1Q/awLxMmkBy0oRhFhjjX0Sq+iwuq1VEWuq2dfEIJAyDru1RexMSAgPix6GQTxkD
09Av5lS+a7iuy7YhMS0jYsqgyiMui1b8dc8S5t9VCEI6RkOBiZjVl1WnbBIxAB/Cgd2LkMwK
JNGdSEbwPyq0nJLsCf8AJfEIn2lzQsIj6S+K/aauUYxkdBNgENTkE+CEhB+a06aZOiKvzTq6
zCYMdNgnN0Szl1pjh60+CkXqBTqjKRcp2Z87ITIqXZf0Xgg+FlyyR3H8ocuj+63KxJMo1+fq
930iuvoFrqpKtREV4c8kQQ4OC1x7tkmr10g+VPHDKibUY5MfzJnJHNAAO+LLVKQBTagZCrIx
cPI4XutQfSMUy0kdUIRDAcC9GxUobLF6O360d3cJIfxp9LUmgGBFQnIW4f7SB1IUpFzKRxCi
BEkkPQZqcoRiNsh+7zW7tS3ju7kmq0aaWb3e1QmXqzin939q7RUWNFKOVQncujV0H8pwRai7
iSTZGZtIuhGBL5LurKRckIVqi5tgpMa/+iIvZfEmARgOaGARINlW6b2BA+xQ2o6hEEEk+Vhq
QjGwDMOFPQKLehky5LN+JLJsUYjGhQnsmMTFqZ/4rRMGO5G5Nj9BRIyCIzWqBDHCoRmYaiMQ
mO1LViWohcxyTlgFRVTBTkJUvUnNGW5EGdWxIQkRiaHJckyEMZGi2tsipMj4IDDJGMhQn5VD
9tAXjbCpUKeWQp4TRkcfFlWoLAetWPTFE+7mq0CLmuARJuKAIxLr4ko9tWeqp2jlRVJKkQSQ
KaU86A2F0C/bimBValOw6FV8FzT4cHZh6R9G9Ezums2KpFMqUeytVHNFvUg4shKIO7t2Aew+
0hGcvhzPuyBH4VSQb1q67WB6LnwqiBRC5IotyEpvM+7cR/tQ0AmJIrh/dqQkYiIwAVAmC24+
v1ptssduIDW8xXkMhgxf8SAltkglCelhBqP9KXlUgH5Mg9cwUG5WVzdMETQ6UGT45KgNboRG
CZNgp4NK6EAK5JzfJE2TYIlB2pZE9ENjaYg3J+cgtcy0QtQx4P8AwH4vZlmq+xHmpCoqX9aP
KyqyZd4qebJ9qRiMjX8KJDHkQg8ImPI1VYSCo8W+dRNqiX5oaWD58lpDar1KIESdRJMgH/vU
SSeaAFgmxRkbYKFW0i32luTFRIgD6qeMNWbB1CHwZGDguBS/vqUpBi6MagENVEGwJYpxUq4f
Vwk1Ho6e/NBzVfEmGeoTCwXaaZMuvsUh7riviozFzc8lSqbj3IkMflR39y8SfWNP5+A/Z7cT
pEmkc9KiJHJgnNPQqgHXLjyTjhks1a3AzBcVp1VkDpoVXFNwbDNGtkHKfcqCgYkxIyuvOC1g
Rn/cgZnRqAIaouhKMvFrphYJhdXTYokVOhx/moMWdyTjVU3BVapbxYCo/wAv7FuES1R1M/gq
+tE2BLiibA+KMXFwXblJEta6JCfEVPRCls1GOAAZui5Jk5/4Une/ghKwIogxquaY3TD2qiMI
h5GgJs5QjTUayIxU51cUDfOX/wC5unUSCRiXlqWzsAFgxlWjakAPQstTdroEY8aJ5YZJ4lkx
utTsMuLGqMiAcgypZd0XTiiEZyIJD0Dha9uQY2dwi7VXJMfBd8iYyoHJJdDcmPiGXl2z5frL
VLbgS7AMGiAmAAGQRVS5KdckX8xiG9agIabA1Ty3BXAEqQnORIDkVIspT25tCRcB/wAKaZ1D
AIlgAcCgHqrjovlUg1RimbkiMKdEALAY9F/RACqYCnKqlJ2qhtEvE2t9JOA3NObq7p3V65Jx
Sqr3Mhs6u1xQN/cuy8YgMLqX7jccyejv9NbYFNZZRJq4HFxgiHDPZXwoOJVSqUZOqrMcKJyq
puGoSMJs1LKhkKsNQLfdTzMiHxjT7irASPII6oAISGkbkTQOCfsIyNTk2HzYIaqyufyolH2B
OalMCul1tAkHVKI8HTR3YQiBQFd+7q6FEh6gsfBMXbFBz/wmjQI8sVbgUGqpOnyor04ZKYka
PSihMuC9fBA2LWCDhjhgmzTBUCyRIsF8WYq5Y/ZW3sbhHwwSZNyHau0AcltAeZy3+CiJXEB8
kU3AozgKmqESME+JTlEYp5IDBdPQJOCc+rhVOKpyAFpIduSMZMRjHJMIADAhPJ3OCidh5TcP
G7D56AmKB2JFVU0RapwC1SFU6JfwUjEPIigW1HcBjpAPNnR1H1pgAQA4UoMGY/IiAArshds1
yXLoclVUzCflVGUcaOgXBdPQhUTmpRLZLTN9IqxC0gEgtdMFWpQoypZVrzRxGSBWr51SpAl4
tfJR1dzBx4IFmeyblwK5p1EB6Omfg6snNEQ4REAmJTknkExfmEREGjKQfGyyPNOSxVQGN1KU
O6JJoLt/ihAEwHvCQZHb2iJ7khhVkdzceoZiVVaYHxwWq5xQomF1XDhquIxiOSAZibkL4ofU
xFDz1LW/aSRzoEWCD+sXVX8UTJrp6sqqTIU6qUJFhQgp3fJc0DGlKgJsTQKXaC9nTNU3BdPN
qWFPwq7J7jPg1uaZ3HiuWYTYKmCyHsR7Q5YPRbe1EtI1pkyiSatxuqLFlzUZHx9aAO4BTmn+
IQ/Mp5bp9qLyPqxTR+RUs+SI3JNzsuyozTAtmsnucVQdqDOyq6oKE06IwlE1HmBYj66k8RKU
mYk6jT6UVqkWCOknRgFqlYmisz8HKGanI4BGcgQTIM96Bck+BW3CAAo8gB+VEm+ARNQOXAAH
qvYycetN7qcBytVkIzldUsMVSrhDTZMDW6GBf1IWZ0ya2SqVSTFAG+aLUiuWSeyrVxktShI+
WMTU2Woni4TJjUlDtLdExDf+6pEkZgJjVs038hNTmgQAI2IKNohMRfHmvhy7gS4bMp2umkHd
NatUw7RZVFU5bSLLIIl3lgyeZeQw5J7hADC6CKFaYoEkFzZHbmX25PRdnlGCBtmslIRqIjDo
nFUAS8XcC1VkHxRpXNO6b2JgWdX1SBBbkF5aEU8FXKnimxxXXBVojSq+V0XNjRP7UKmq04DF
OBq6IP1RIDutRoCg2KepYJ5RZOMUNV8fWhwZNwpxuiCEcUzJgGJYOg+CiGdyEAVfxZH18XKM
QKkKz5pgGWcsUetuEg7BMA7YutTMHQOXgicCUwT3Jp7FOZxowqgBRMC59Sqbuq5L2IZlN7Ex
th1QFRVUwRwbBCjvkmNgSiAUGNUwuqChonxwTGr1QAKIagxVT4pzSL4K3bmg/JOTZapTAPNN
Lc9SGkyPgmEZEi4AQESXOGPDJs/QpdSDIDwbFeV3TEhvaqSBbCqiDf2JpO4yQAErPgyoD7F5
SrF8kWDBEyPRPZsEauc04PVfIi6lFq3fBVvktIsF3e9ZkAbErU1qBGIjpILIludE6owXbdPi
tSv6k58U5sLcASWdEAVJ8+KcF05bqiX7ckdF41dUqcCrVdF7DFEiuCxMnwyTAVKcMAU2BWmR
pljREHulWwR7NKq4N+SrJl52AsjLb3GbzEtJyoky7sZdfoqM9TkjBOVS3oEm5xVqYKoQMQ+a
6qPUKgurJ2ZWaWCrFkMslHT5RUhWC03Hq4VopRBrgOBa6zK29rM/ImsBZMaqYd+4ph4qis7r
H+ichgnpfmiQPEoC6KrfBd3sQYO+a0j2LkqHwwUnFOSd7cmRpqCoWrUCiIdjzVA5uap8cFyu
s2QGOadhJapANkiANLUonvgXXaTREnGjIPTkobJu1/FEOQZUcIictQ93PgeDIIc2dV4Rk9AQ
fUhRWRiYvJiRlZP8OJ5V/Mv+scgn+HDTlV/vI64mJemKpbFExLkVyTEBaj6kZm0qhXqV7U/i
nJptg+tOms1Seq3ZC2osgIi6czAX/ZIkdPxJjKZl4N91BpT9Y/KjB5Zumx9qZEE+CrhzWToh
+hVkRgM6pkBa9XT6gAulUBgOXJE1qn1EFARHii5V65qtQnZVWmAbMjFF7DALtFGrzXS1FQsB
gozhIgxLhNKAkYtUL4coiMmJBBRjlin4f1QRBydBaMJA+sIqT0ESylEExgJEMD9JEivNObp5
HoiDbBPtmvsW7rIjIMdVBb3dK1D2r4mI9qDZKyfNAZYoygxAqylufCcyrR/yIzMTBnoi/mJD
etGtSaoyIrI0QBwXM3HAZ5p3RN5FCjnFDtD9FUBVAERY3VYhsM2+ggbHK6zOVlq01xsiPhgj
AshRABycYg3CeMCPkC7gXyVrKgVAuXBv5ZRF3d0c8EZEvywRkKUw+sh2n2IR09TR0wD2eyMy
SM1Lcn5h5TzRhvSOqYpEkmrcf7Sh0RfoU0psDTSbLbmLEmvUSXJTALCRiWR6qhKp/wAqvrdl
3WVaB7kLtL82ZSj+63CYHyykSWP0UJDeiRlX/wDzQ0ESkb0KBiBqF6lCoLYMQF2nSMghtmZl
HcppJUWAoAFMjI8lCINnRE7f1W2ALdM+DDzKqfEKyESKAWRa2SFWz6LusMVS1EDndVumkGId
VoPUmESwxFP8kfiRLYOn01VLLkuXBvQiqj1K3h4KocNRNptYJ29aFQDzQiQZCNSAMVpZojD+
ZKMxJqFibiirLUgRMetNKvPBaYSBajAv+JVPcQyhuRwLUrh+hCG5Lu2yNOFG0q62ycXDjkjz
smX/ACqCoQpcXRc+COfNFiyu5TmpTseDFCe47AV5Ks2djWRj+Jbh25DTpLVeqMrlANUsT0eK
Ao4DLmE6YI53CZu5BDndYUBVUTL2LVnbo6o/SizzTjDAWUSwbFwiDL1qjHouXCvCvoNIJg+a
o78+Ba/MqnsUhI2DspAUlJAxg4zKiZRGp/UgI0fFG7dUYQlhXO6fU3S6BjOgs6ebaXegRlt1
NmIWjbIiwqwYl/rIHdk5Fl3F2su3xQ1Jy/JMxbPBNdEsxTm6AsE0UzVTkVVaOiZSDyDV6oiU
AQcR9pDY23EWdjnJclIkWjR+sF28C2CrZUT4r/hacRmg2aJJ6I1A6piK4KtyXHRMaujEUJTO
4RyFHXYdJOSEZgk5qrvkyoQeFVZv4BIryUp7R8wI5h0TuRBlgVXFO1FzTmVa0UpVaRLPz41L
8gq25phWSq5ZY1VqFdtGTADOqGoDVnzQAAu5REACAXYIFwQaADNajiv7TYIDaDR+caBPuNKQ
uzqLR0Sizgj9ackAGwK+PszAEASwdVJlRq8JTIGT9Ec+FnV+LYiqcgKqdMAEQfBMRZCmq7Oh
GVBkn90Ig0etEGryTkNnmixYZqhryog9RkhIYpl0XLhyVLJk6lBzEn3gmZ45hOSwCaLO/IJ9
zte0bv8AYTAF35pzXkSiTZNGOrJk42/EsqgjBOcE7N1Txpmvh7lHF2epRM2Iwouw3wZOxBKa
2ZwTvZM18ED+3aTXiWC/6w5weKMv3DGRPloQEIxGkCgAYIld5Ik4FYn8qAiYknkFOQJ0Nizf
4pxY4LRtwJN8FtwkAJCI1AZ+8iwoUMFZFck7J2IBFyqJ8lY0qi1yHQdGV8kQ1CtTetPgeaBj
gnzRAoTd1gyAQJJpgqFUV1yVb8XQMt2IOVlpG7EnJMDH2rzwj1eq1R3YMLtGT/5SXxNsnc3W
YEsw+jt7aO4e0E3ZlXci2DH9KB3Nwviy7ASQ9SUXck/ItW2CZRLkcmTEYtzTwhIgciK/ZT7n
YRgtUpE2ZUNsE4dP7E7IjKqqEzMqKpuqLUaNVH4m5owagt9JatuRoKVBQ2nfVcn+1COZA9a+
I5M5gODgtQLPd1SoOVVXhfovC/BjbNBHOw5p6jkv6qQEXGYRETTIqnjzRGVOSBe3JYV8FVam
vdP7owTnquqtxpbhz4g7e58NsAH/ABLVAkkYs/4lqLnl/MlpJtyIWkjSDd1r3Rrn8i07YYZJ
i3Hmi+NEdwjU5J0m1U0ABHIZp2ZMBZaSPFMumC0ogJ1zK6q7H1pjgpgSAmBQeCfdGmR+bVE/
G+JtkeUi3+SiAMK+tRNxEgs2RXbtmwxQHwyByKA+HSweVVUClgS6c6QMk+sDwRjrdg7sv+w+
pCvrVgvahqq61NQii12jYhPDG6qnFOSYYKgtmi9TzshFgx9iLgHlgmFONLcWC548a8KhPoHq
Cb+A7KzBMycXQcM6bFEunZ3X9EzeCqLcL3shImylGMtLt8ijt722NYxuu0MMQMlpGBMX6Fbm
4amNB6lQUTNZZNVOQ/VVRIwWsWxWrtbL+Yq9Ag1UxxNzgiKOMqoCvqRcsBYJxTAqpbNN7Vnk
miGe5qu6qYWVE7Kno4p1yVBxf0f68bcDwuqqivwYURw4GhZAf+6vp6oydwECTSUgG5eVCZid
UcXIssVJySdR+VEgEGUiST9lMDRN4JohVKZ35pgmbVmAm0HoyYJx60A7YpwUERhRijmqWQFW
F0zUFVTHgw4twe/E8MvRcqno81VMr8CqpjIBUIKYRcK1cE2kB/5+cqyYnJVnJHvl60ZEyMhz
opyBs4bx0KEz5hX2ph7EQAz0BKgJV1S/UhEWVE4D1TgMhi9USMaINR0SfWndM1bsUXoFZxng
svkTj1p7E58l40TykPWgRJ+QKBhRkHTocOfDkuXB/RBw409FyeJVJMP5/tXdInxVXJPNOYuC
vKOiYBiiSmJpkrp1ROnDKMBYyJI5eZOKBvkXyomjAuxQItHUfYqCybVpOYoUBWWUjUlRm5iA
agZLsc4WdkTuXXIWQ1eBC5Mv/9k=</binary>
 <binary id="i_057.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RjdRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTcAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfSgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAXowAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AIX2mo79jnMDv0jhAbWwSXX3OP0a
WIPTeoDNuBFL68dznMpyLIAsc0A2Mj9/b7v5H+EUepY32nDeyy0VDcH2PbwRq7a2f3/btV2z
NDcY1sp/VsOn1BUS1tbA3/QVMLrr7vU9/qv/AOG/m0lNLIcHdNyHGeC0DvIeFk1WPZex3JDp
g+H3K9Rm1Z7LcVrvSdcDustIbWwyHbn2f6LcPp7VRsqsoc9lg2OY7Vp/2fmOb7t6SlV5F1GS
y+t3p21vbY108OncHrqsp2Y3BxcnMx77DnOL3AucyvYCy2my5mM+qhjHep+jptr9T2fza5La
QfDz8PNeqXZb7fqxZmBrbXnCN4a4bmuc2vf7mfne5qSnM+qDhaMzMLQS+77N60aEsDrrGMd/
o9z1Z6v9VcDP3WY8Yt57gSw+fp/mql0XC+r/AO2K7uj0gOqxGX5drLHmoWZAH2eplDnOq+0P
r9a23/R1rcuvNlvoVEh1bu/Djtlv+b9NJT5d9ZehdS6NfVbmNbZTdpVfW4ljnNHuqs3bXNs2
+9aP1TyKn4mROj6HGx5ZjVXPDA3dvddlv/Rt9jvzV3PX+mVdQ6Jl4doNoNLiyPpbmD1arK/+
Ea9n+Z+jXjuDltpFoLG2uvpdSHuAIZv2/pmf8LXt9iSkn2yyy92S4hz32F7jwJcd54A+kj+u
6vdW130uY8J4VGXeOjvyKyA3c1xjcTB8DH5ySnVxslzuk2Yu4b94DAT7jWSHWsa3+smY8Bpj
U+6fH/OVPGbtcIEAg7VcG0APDhMEeUlJT//QzPrA+8V1sj9ATue8fnP/AHT+7t+ki/VTqlLO
q315G52Nms9I1tabCSNGVba2usf6tfqU7GIrvVfUy2tu+u7a57XN3AGPD9zT6ay/szTki3CD
2ODpNTgQ5jp/Nd+d7h+ekpq2U2YOe+usOaabXNZujcIJ2+o33N3t/wAIxWannJ3iwuscAPcd
TDRGxGf0rKtaPQrL7WybKmEvIn3f+dM/waJj476q4fUWWM1fuBDv3m7/AN36SSmiQN0Eho8F
6v0qgHoOJTaY3YbWPjsHV7Z/zXLy9lTLM+qt8trfaxrneAcWtcf81euNhgdWB7azsYPBoA2p
KcT6pdBPQ+jsxbHNsyHuNl9rJhxdpXt3fuVBqvZtD2vqyahMPb6je8D89qu6DyUXOLXD2lzT
oSNSPi391JSLEustD7XOaWbiayP3fNcL9Y/qBc/qNud0yyijAvJsfXe70RW86uZS4t2uqc73
s/0a6zqrOo4uDb+ztxcbWPDRyK3n08hrZDtnpbvW3LP6m6zG+x5OEBkGtzqrar3Fznbx6leT
9oeLbav0rfS9Wv8A0qSnz7rX1e6j0YVW5TQarv5vIpcX1F0/zTrYGy3+QqNTjvHdsjzXcdX+
uYyOm3YjMc023OdUKrA24mP0bW2/SqZb6m9/sZ+j2V/pd71wlLdNoM8Ad9ElN6s1hw197dPb
5+CuMcIOoHtOvlws/GZY587SQ0FxPkNN34q62wTuEjQz5/IpKf/RF06+cOt1I3PohljHDTc0
/ReHfmPXXUdD6LmVV5ddLmeq0OgPcAD9E6Hc3cxy4LqRzcXKdmM/R/axPskVk/S13fT+j9JX
OnfW7ruHTsre2yvX063VMDQZlztzR6jklO/Xjt6F1H0he8Y7HMc1zwJeLp9fe8f6R/8A559R
D+tu1mCchwmyu9wc6ZJDjsbudG72bfYqLPrvfe1ozseux9Lha0BsN3MPtd+dt/dQuvdbvzun
PpNFbabQC9+pcXFwsr2THp7Nv7r0lOPQ5lzXOOvwiR25XpfR3234NWRkQbbGNBI0lrR7J/la
rzDpbRY59TvAAgc+P/SXq2DX6GHTVEbK27v80F0pKTaJwPLjlY+d9aui4bbCbvWfWCdlILtf
3XW/zdfKzsnqtvWKKrWvOB0wNbbk7yGWO/ObW+0/Qo3fQ2/0hJTrdcy6m9Myq63v9cVF9ZrL
muBZ+k3suZs2bfT/AH1y3U+pv9OgY/Ui1xpaHuvxqw17nE6etZTS9jm/4T0fz/8AhEDrH17w
Xub9lruybq/c+xrjRjvfOvqUs2ZGVVt+jXa/0f8AglcxGdC+smNVYMMY73ufRa2jduY/b61b
Qxpa2j1tv6LJe2yn/A2JKeSys+mzIyMwHY8FrcUNaGEtbLXO2j+a/k/nqlW2yG3OBl8mT3Mn
UuKtfWPp1PT82mqiw249tXqVF8h49zq3tvHtc1/s/dQ8a9ho9F74MHaPFp/NKSno/qn0I9Rr
yLnw2gg47vEk+6z09PzGrVr+oVLWEOznFxBG7045Ht/wn5q53pH1o6jgObi49rRjvsl3qVtc
Wz7dzXke1i6L/nH1YMl1lMlpgin3F0fne/Z7Z3bPTSU//9LKzbr8j1G7i5lbt7e43D9FH8n2
pY2BZVlUsve21rqnWBsTwWs927+uousrqvG0zXcCXRqNwc7/AMw9itYLrL8uphYXGqqxpc0F
0gvY5r/836SSmpnVNoyAGhobYHANbpAGv9pMXPu6UZM+mQ3xgA8/9JavVOh3Bn2j1P0dRB92
joeWt2Ngf6RS6f8AV7LyOlX/AGdu+wEkM7lwI9jGafupKan1bw3nPaSP511cd9N8H+ryuh/x
i9Quxel0Y1Tiz7Zc4WEEgmusbjXp/g7HP96qfVbEezJbZtf6WM7eXPqfXpLm7GuePfYx7/or
a+tuH9Xszp9busZX2Rlbpxshpl+50B4bVtf61f8ApfZ+j/frSU+WW32Xw19jnAaN7ACfL6K0
7sDO6oMi/BFtvTsKptlttg2Mb6bQ17Wf6fbtcyv/AAi6nH/xbdPGRVa7PfkYYAc5jWBrng+5
m29jnN9J/wC9t3/9Wt/rdbsb6sZ2PgUtYynEsZVS2Gtazbts27vb7afU/rpKfHC0w4jg6Aa/
lWv9VsiyrqRoa57G5dT6XekXAkfSbG33fSYsx4G0bdZgnsPwUqH2U3Cyl7q7GOlj63FjgePY
4Q/ckp1OvdI6hXaL7Gf8Z7w55k6WenPqemsloAG6fj5HstwXXuLsu6wvyLdXv13HQNa4/wCb
7FnOx/Wsc1sNcdR4JKQNZ6vt72DaQNDPZdp9lb9l2vJn04a0GHRt/en6a49tT63Cwgzwx3w0
/wCqXd4GWcv6t2dRsaz7ZUy6bWsAG+oO9N/pfzf0fT3/AJiSn//T0P2fV1D6vvYxrXEZF1uO
YBgttdtaH/S9N/5+1UOlWsx7Jsaayw/zhIaC0g+tX6Qb/Na/v/zlK623HpopbXSz02MmGt0i
Tudws3J6diX+o+6lrnCNRI1/lxt3JKQdVxj1Ppz2UWbC4ssbZrBa07g4bfcq3TMLrmK53p5t
ZLiJssa57iBw11e5rVrMB9N2sAgRGn+ai4xDXDmNNf70lN2x5e9gknU9/ALl/r7hVnDxcxrR
6lNjq3u77bBu/wDPla6WuwENAGpc4T8Fj/W7Jwm9Hupy3gW2icev891jYLdg/dr/AMIkp4ur
r/XcbHrxsfPvpopbtrrYQA1o4Y2G79v9pByeqdUzK3Nys3Ivrd9Kuy1xaR/Lrn03NVSyyocN
LifkP/JqIcbNzTBEAwNNPmkpFJ3EzE8a8j6KmGAOJIiNCB2A8Fq9A+rOf1ux5oiimsxZkWTt
BI/m2tHutsXV4n+LjpdcHLy77n9xXsqZHhtLLbP7W9JTyWL9syGHYA8F2jnOa33ER7d7mNUb
Q+hzjaw1vcw7BBHBDZa785d7b0roPSmWl9dddDXt9N1oNjW+1jtrnP3/AKR21z9703/Nno/V
MJzrg7ZbY62s1vINTjtZa2nTbXU/0/6P72f4T6aSngG3btzNsm6NoHuIJMEsbH09yJT1bKpx
n4VVjmYlhcX1hxgkjY/6JH0ls9U6O7ovUGt6bh5JOO1ljOolr7vc4PktFTPQrdX/AMSsBnTM
pwcG1WFjZDgKrJGk6t2pKf/U7LIBLT4eI8VUdBrfB5I0hXLCCXmZERIVRzQa3fvCJCSnFzus
vws22l4YyptdZrcAX2Oe7VzdktZs9v5qx87q3VrMnHyKtgNDnDY0Q0h+3R4dud9Bv762esdK
ZlbMinGbkZw21sL7HVANBL9x2/T9N/0Fyx9dt1rHul2O51Ttp3NNk7dHfR2+16SnrT1bOPUc
CjHob6d1hdkk6uFe38z/AMkuY+uPVRm9WsbWYrxR9nqPIMHdkWCP37P+oRcTqf2Ft+a97nOp
rdXjNJP87b+jq1/z8n+wucBDnkvJ+J4JOri5JS52tgcECdvPw4UgIJJniZ8/zlEOO3ae30NN
f7KbcBMEBo5+KSn0b6g2XM6E9wMtdkPLWv8AAMrZo7833BdLRlNeIc01v7td/eFzP1Ws9P6u
YIYBusc5zz391jv++sXQ7oaSIjkR3SUgzuidD6hkHIyGluSWhrrarXVPIb9EP9N4Vr7L6eO2
nDLaGM4aNQRxqfp/2lWyXgVutcAS0EgFoOvDULHqouoZa+trnkQdIJI8YSU3aMTKqJsN52TB
rAMfyjuMJrs6um+ukufZdZBFdYLi1pO31rePTp/lOVU41ANb20w6oywFzvHd3dt+ksXGszXY
lnUq81zMlxfdZVDSHNYTDrGfT+izbWkp/9XtLQ1rDs7g8KlsJY9xA1IBHmrBY52hMH74UDWD
W5vIEHwSU1LXmtjnj80F2nkJXnuM3ILNjG+tqS60aMJJJcN7v5z3H8xi7D6xZYo6bZXJN2SD
VVA8fpl38hrFzWMLQ1tZaXFoO5wP0fzQ1ySnX6d0bAyOnvxuqyDlEPGTW6PTdUHek6olgbs2
vf6zHqVn+LulvT3OGW9+WN9oe1o9J7Q3dXT6ZO5v0f571P7CPj3VZeGcWpoqup2uqB+idpNj
3T+a9ti6XpzwzAabjsDZbJMQyYr3T/Jckp8d9o2w466zAHPnKcbo3iYYNTGgnunyq3U5FmPY
0B9T3Vu+LSQpYTnNyKydQ4tYZ4gnv/JSU+i9OqNPRul1kBrm11FzR5gH/wBGLYNmkASDx8Vn
5GmNjPfMtLZHhI/8xV4Qe3HdJTDJc41NZyXuAPwH0kPEeBSQOQ9wlSe4+tSzsJdCjiCWPbof
eT5apKS2WkVucOzSfHgLIOKxuHXa8tFVTX+mRPqE3CPQLv8ARbvctgshsnWf4LKttLq6BpAt
dLu20TX/ANVaxJT/AP/W7NjAZOukiEm1+8mNDHP3pOtaH7ZAiZEp2k7vDzSU8z9d8O13TKba
B+kova4gQIaQ5rv+kuaZkX/anV2mWWVNfSWjRxDgd39f6a6/623lnSn1AfpcmxlNX9Ynfv8A
7LGrlrcC+zFZ9nsI33Nx8epsl9rmjfl31fnMx8Xb7/zElN/oLxZkmx+htB4PIO4Lbw8qq71e
n2PFQyWtbXvEN9QHio+3du2+/wD4VcgwZuFeL6wQ5mr2kQDH7od+8rx6s3JosdWGsteSdrz+
cPe4Nd7fT3/mf8KkpxfrTiWYvXsiq0bX7WPO3Vp3NB3N/rIP1frxruoNqyWFzbNWQSCHNPqN
d7f3m+1G69fk354uyXOsfe1r6nvMuNZ+i1u38yt2+tW+gfVXq919eZ6f2amosduulpcJ4pZG
539dJT1uRlsubXXZqGkOaWEtlwHePzPcis+snQze7Hsy2U31ktcHgsG6Yc1lpHpu2uVTJp+y
gXXw2uuS93LQ2JlzgvO3v9a59jvcXuJEc6nd9EJKfWGtdblU3VvYccN9zmva4OLidv0SU3TL
RbRY8jl5b93/AFK5r6odA6pS/wC22MdjVuG1jbJa5wlrz+hdDm1vXUt6fcyRVaxrCS7Ya/H+
XW5rv+ikpmXjT8izcettga0/m+uI+FjXBalePk+o1tux9ZJlzCQQf6jx7tyo4dTA6+wucZuN
LBGplznWO/s1Dekp/9ftAwMtMQO2g1Q8nKrxWB9k7SY01KLfo/idYnVY/wBZcv7JgGwVC973
enW17xW2XA/pNz/9H/00lOR17NZ1Pq+B0+sljWDe4yA7dZ7Q1uu1j21/vrMyG34uQzKub6BD
vsWHi7g41VaRucPZ+sf6Tf8ApbvWtROk/V7q2VfZ1HNb6FrnA0ssaRII2k7N2+tm3b6aLn04
tzbMFljH31kt2skODm/ne/Y39Ht/eSUscijIb9jtYXNAduB0ex0HVhj856yLOn7XWVufuJcH
VPI+k2fpR+8pW32i0OcWm+sHbczVr45bdWPfu9qEcpltld7Xhpbo+knvO7+01JT031JfVZlX
4uxrhUN1bnAFwE/4PcNzP7K6y1roLnOgAGXExA8S4rzfpvXDgdXryGNYQZDt3ABDmn3sPu+k
u/x7783FbdZW2kW67Q4WAtP7rx9JqSnjet9UPUn2YFdldHT5mzIeRD2sO7c+wTtp9vqV00tf
fcuj+rf1e6NgUsyMR9OXkPE/a2Fruf8AuONznUf+flRd9T+kVPPotua0mTS2yGAfuubt/m/7
SyuofV3pn/OHGwMSmvGFuM++zY54l0nYdznOc36H5qSn0B1bu8wNZSDD2+K816r9v6Bk1Y+J
nZLfUr9QxY4gS4sY1oM/u/urbHVPrVg34WOcujLbmlzGvuqLSHNG/wDSur2/Rakp7GCCB96x
MBzhi3Xu4pFrmkiJfcfVc3b+81npVrPu+svWmsvqvwD9opIGzHcXB4cJ3w0Of6f9v/raz6um
5z8R3Wer3Gp7CbsDABLWm8gmj1Kyd1l1tnp+nQz9Mkp//9Dt8hm6w+Eyq9ziLGgaiI08+xVq
0sLyZnvKrW1tkOgQ7TQpKQuLi6QdZB/1lZNv1I6Vmvflbra7Lnue7YRG4n+U1y2XsaS1o9xK
s1NFTdoMykp5HI+oDzH2bNIdM77huj/Max/ZWOk/VCvHbeOtV4+axzg6ggOLgTPqOc8hljd3
7i6hziP96FfY8VtLTy5oM8be4SU0cX6v9Exw91OBQJB5YHn/ADrd6NU1lLQ2oBrTLiPM/wDk
VaDm7XajVV3EECXCSBokpFucHDwHEd1y/VDdkdWzgxrnDG9Jm4NDxu2Cz0bW7mPZTbLvfX/h
V1T2VSS+wNb+c46DTusL6vuryMzq2bUf0d+Y40OI5bWBUxySnlOutrxes3YNLrbqqHMY1+Q7
e4SGPje3Z+jZvXT9R/bDcnpT7qKLb2ZTtlFD3NLia7WbfUuHpenbX+e/6FivX9A6RkZf227H
a+8kPc+SA5w9oL2ztd9FA6izJy+sY+FTYamHFsfkWmsW1iXt9JrWv2M+1ez2W+p7P3ElMa+s
0tybPs1Nr8nIbsrwnN2Wiyobbm3O3ejWyr/Sep/xahX0LqeTd+1+p2C7Ppa6zCw2n9HW9omq
tz5az6e32VP2f6a21HzWV4PVOjuBkFzsZz3akixtjJdG36VmxbrSDWSSSQNJ7DySU//Z/+0h
DFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAq4AADhCSU0EJQAAAAAA
EPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0
AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50
U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29m
U2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsA
AAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJv
b2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAA
FwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAA
AAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAA
AEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRU
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQ
eGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQ
Z1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9w
UmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0
UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAA
AQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44
QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAA
AAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEA
MgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJ
TQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEA
AAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoA
AAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB9AAAAAUAaQBfADAAMwA2AAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH0AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3Qx
AAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAA
AABSZ2h0bG9uZwAAAfQAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAA
EgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0A
AAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNl
VHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxv
bmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH0
AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAA
AAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0
VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAL
YmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcA
AAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJ
TQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAADOEJJTQQMAAAAABe/AAAAAQAAAG8AAACgAAAB
UAAA0gAAABejABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgI
CQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAG8DASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEE
AQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw
4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKB
kRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj
80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwCF
9pqO/Y5zA79I4QG1sEl19zj9GliD03qAzbgRS+vHc5zKciyALHNANjI/f2+7+R/hFHqWN9pw
3sstFQ3B9j28Eau2tn9/27VdszQ3GNbKf1bDp9QVEtbWwN/0FTC66+71Pf6r/wDhv5tJTSyH
B3TchxngtA7yHhZNVj2XsdyQ6YPh9yvUZtWey3Fa70nXA7rLSG1sMh259n+i3D6e1UbKrKHP
ZYNjmO1af9n5jm+7ekpVeRdRksvrd6dtb22NdPDp3B66rKdmNwcXJzMe+w5zi9wLnMr2Astp
suZjPqoYx3qfo6ba/U9n82uS2kHw8/DzXql2W+36sWZga215wjeGuG5rnNr3+5n53uakpzPq
g4WjMzC0Evu+zetGhLA66xjHf6Pc9Wer/VXAz91mPGLee4EsPn6f5qpdFwvq/wDtiu7o9IDq
sRl+Xayx5qFmQB9nqZQ5zqvtD6/Wtt/0da3LrzZb6FRIdW7vw47Zb/m/TSU+XfWXoXUujX1W
5jW2U3aVX1uJY5zR7qrN21zbNvvWj9U8ip+JkTo+hxseWY1VzwwN3b3XZb/0bfY781dz1/pl
XUOiZeHaDaDS4sj6W5g9Wqyv/hGvZ/mfo147g5baRaCxtrr6XUh7gCGb9v6Zn/C17fYkpJ9s
ssvdkuIc99he48CXHeeAPpI/rur3Vtd9LmPCeFRl3jo78isgN3NcY3EwfAx+ckp1cbJc7pNm
LuG/eAwE+41kh1rGt/rJmPAaY1Punx/zlTxm7XCBAIO1XBtADw4TBHlJSU//0Mz6wPvFdbI/
QE7nvH5z/wB0/u7fpIv1U6pSzqt9eRudjZrPSNbWmwkjRlW2trrH+rX6lOxiK71X1Mtrbvru
2ue1zdwBjw/c0+msv7M05Itwg9jg6TU4EOY6fzXfne4fnpKatlNmDnvrrDmmm1zWbo3CCdvq
N9zd7f8ACMVmp5yd4sLrHAD3HUw0RsRn9KyrWj0Ky+1smyphLyJ93/nTP8GiY+O+quH1FljN
X7gQ795u/wDd+kkpokDdBIaPBer9KoB6DiU2mN2G1j47B1e2f81y8vZUyzPqrfLa32sa53gH
FrXH/NXrjYYHVge2s7GDwaANqSnE+qXQT0Po7MWxzbMh7jZfayYcXaV7d37lQar2bQ9r6smo
TD2+o3vA/Parug8lFzi1w9pc06EjUj4t/dSUixLrLQ+1zmlm4msj93zXC/WP6gXP6jbndMso
owLybH13u9EVvOrmUuLdrqnO97P9Gus6qzqOLg2/s7cXG1jw0cit59PIa2Q7Z6W71tyz+pus
xvseThAZBrc6q2q9xc528epXk/aHi22r9K30vVr/ANKkp8+619Xuo9GFVuU0Gq7+byKXF9Rd
P8062Bst/kKjU47x3bI813HV/rmMjpt2IzHNNtznVCqwNuJj9G1tv0qmW+pvf7Gfo9lf6Xe9
cJS3TaDPAHfRJTerNYcNfe3T2+fgrjHCDqB7Tr5cLPxmWOfO0kNBcT5DTd+KutsE7hI0M+fy
KSn/0RdOvnDrdSNz6IZYxw03NP0Xh35j111HQ+i5lVeXXS5nqtDoD3AA/ROh3N3McuC6kc3F
ynZjP0f2sT7JFZP0td30/o/SVzp31u67h07K3tsr19Ot1TA0GZc7c0eo5JTv147ehdR9IXvG
OxzHNc8CXi6fX3vH+kf/AOefUQ/rbtZgnIcJsrvcHOmSQ47G7nRu9m32Kiz6733taM7HrsfS
4WtAbDdzD7Xfnbf3ULr3W787pz6TRW2m0AvfqXFxcLK9kx6ezb+69JTj0OZc1zjr8IkduV6X
0d9t+DVkZEG2xjQSNJa0eyf5Wq8w6W0WOfU7wAIHPj/0l6tg1+hh01RGytu7/NBdKSk2icDy
45WPnfWrouG2wm71n1gnZSC7X911v83Xys7J6rb1iiq1rzgdMDW25O8hljvzm1vtP0KN30Nv
9ISU63XMupvTMqut7/XFRfWay5rgWfpN7LmbNm30/wB9ct1Pqb/ToGP1ItcaWh7r8asNe5xO
nrWU0vY5v+E9H8//AIRA6x9e8F7m/Za7sm6v3Psa40Y73zr6lLNmRlVbfo12v9H/AIJXMRnQ
vrJjVWDDGO97n0Wto3bmP2+tW0MaWto9bb+iyXtsp/wNiSnksrPpsyMjMB2PBa3FDWhhLWy1
zto/mv5P56pVtshtzgZfJk9zJ1LirX1j6dT0/NpqosNuPbV6lRfIePc6t7bx7XNf7P3UPGvY
aPRe+DB2jxafzSkp6P6p9CPUa8i58NoIOO7xJPus9PT8xq1a/qFS1hDs5xcQRu9OOR7f8J+a
ud6R9aOo4Dm4uPa0Y77Jd6lbXFs+3c15HtYui/5x9WDJdZTJaYIp9xdH53v2e2d2z00lP//S
ys26/I9Ru4uZW7e3uNw/RR/J9qWNgWVZVLL3tta6p1gbE8FrPdu/rqLrK6rxtM13Al0ajcHO
/wDMPYrWC6y/LqYWFxqqsaXNBdIL2Oa//N+kkpqZ1TaMgBoaG2BwDW6QBr/aTFz7ulGTPpkN
8YAPP/SWr1TodwZ9o9T9HUQfdo6HlrdjYH+kUun/AFey8jpV/wBnbvsBJDO5cCPYxmn7qSmp
9W8N5z2kj+ddXHfTfB/q8rof8YvULsXpdGNU4s+2XOFhBIJrrG416f4Oxz/eqn1WxHsyW2bX
+ljO3lz6n16S5uxrnj32Me/6K2vrbh/V7M6fW7rGV9kZW6cbIaZfudAeG1bX+tX/AKX2fo/3
60lPllt9l8NfY5wGjewAny+itO7AzuqDIvwRbb07CqbZbbYNjG+m0Ne1n+n27XMr/wAIupx/
8W3TxkVWuz35GGAHOY1ga54PuZtvY5zfSf8Avbd//Vrf63W7G+rGdj4FLWMpxLGVUthrWs27
bNu72+2n1P66SnxwtMOI4OgGv5Vr/VbIsq6kaGuexuXU+l3pFwJH0mxt930mLMeBtG3WYJ7D
8FKh9lNwspe6uxjpY+txY4Hj2OEP3JKdTr3SOoV2i+xn/Ge8OeZOlnpz6nprJaABun4+R7Lc
F17i7LusL8i3V79dx0DWuP8Am+xZzsf1rHNbDXHUeCSkDWer7e9g2kDQz2XafZW/ZdryZ9OG
tBh0bf3p+muPbU+twsIM8Md8NP8Aql3eBlnL+rdnUbGs+2VMum1rABvqDvTf6X839H09/wCY
kp//09D9n1dQ+r72Ma1xGRdbjmAYLbXbWh/0vTf+ftVDpVrMeybGmssP84SGgtIPrV+kG/zW
v7/85Suttx6aKW10s9NjJhrdIk7ncLNyenYl/qPupa5wjUSNf5cbdySkHVcY9T6c9lFmwuLL
G2awWtO4OG33Kt0zC65iud6ebWS4ibLGue4gcNdXua1azAfTdrAIERp/mouMQ1w5jTX+9JTd
seXvYJJ1PfwC5f6+4VZw8XMa0epTY6t7u+2wbv8Az5WulrsBDQBqXOE/BY/1uycJvR7qct4F
tonHr/PdY2C3YP3a/wDCJKeLq6/13Gx68bHz76aKW7a62EANaOGNhu/b/aQcnqnVMytzcrNy
L63fSrstcWkfy659NzVUssqHDS4n5D/yaiHGzc0wRAMDTT5pKRSdxMxPGvI+iphgDiSIjQgd
gPBavQPqzn9bseaIoprMWZFk7QSP5trR7rbF1eJ/i46XXBy8u+5/cV7KmR4bSy2z+1vSU8li
/bMhh2APBdo5zmt9xEe3e5jVG0Poc42sNb3MOwQRwQ2Wu/OXe29K6D0plpfXXXQ17fTdaDY1
vtY7a5z9/wCkdtc/e9N/zZ6P1TCc64O2W2OtrNbyDU47WWtp0211P9P+j+9n+E+mkp4Bt27c
zbJujaB7iCTBLGx9PciU9WyqcZ+FVY5mJYXF9YcYJI2P+iR9JbPVOju6L1Brem4eSTjtZYzq
Ja+73OD5LRUz0K3V/wDErAZ0zKcHBtVhY2Q4CqyRpOrdqSn/1OyyAS0+HiPFVHQa3weSNIVy
wgl5mRESFUc0Gt37wiQkpxc7rL8LNtpeGMqbXWa3AF9jnu1c3ZLWbPb+asfO6t1azJx8irYD
Q5w2NENIft0eHbnfQb++tnrHSmZWzIpxm5GcNtbC+x1QDQS/cdv0/Tf9BcsfXbdax7pdjudU
7adzTZO3R30dvtekp609Wzj1HAox6G+ndYXZJOrhXt/M/wDJLmPrj1UZvVrG1mK8UfZ6jyDB
3ZFgj9+z/qEXE6n9hbfmve5zqa3V4zST/O2/o6tf8/J/sLnAQ55LyfieCTq4uSUudrYHBAnb
z8OFICCSZ4mfP85RDjt2nt9DTX+ym3ATBAaOfikp9G+oNlzOhPcDLXZDy1r/AADK2aO/N9wX
S0ZTXiHNNb+7Xf3hcz9VrPT+rmCGAbrHOc89/dY7/vrF0O6GkiI5Ed0lIM7onQ+oZByMhpbk
loa62q11TyG/RD/TeFa+y+njtpwy2hjOGjUEcan6f9pVsl4FbrXAEtBIBaDrw1Cx6qLqGWvr
a55EHSCSPGElN2jEyqibDedkwawDH8o7jCa7OrpvrpLn2XWQRXWC4taTt9a3j06f5TlVONQD
W9tMOqMsBc7x3d3bfpLFxrM12JZ1KvNczJcX3WVQ0hzWEw6xn0/os21pKf/V7S0Naw7O4PCp
bCWPcQNSAR5qwWOdoTB++FA1g1ubyBB8ElNS15rY54/NBdp5CV57jNyCzYxvrakutGjCSSXD
e7+c9x/MYuw+sWWKOm2VyTdkg1VQPH6Zd/Iaxc1jC0NbWWlxaDucD9H80Nckp1+ndGwMjp78
bqsg5RDxk1uj03VB3pOqJYG7Nr3+sx6lZ/i7pb09zhlvfljfaHtaPSe0N3V0+mTub9H+e9T+
wj491WXhnFqaKrqdrqgfonaTY90/mvbYul6c8MwGm47A2WyTEMmK90/yXJKfHfaNsOOuswBz
5ynG6N4mGDUxoJ7p8qt1ORZj2NAfU91bvi0kKWE5zcisnUOLWGeIJ7/yUlPovTqjT0bpdZAa
5tdRc0eYB/8ARi2DZpAEg8fFZ+RpjYz3zLS2R4SP/MVeEHtx3SUwyXONTWcl7gD8B9JDxHgU
kDkPcJUnuPrUs7CXQo4glj26H3k+WqSktlpFbnDs0nx4CyDisbh12vLRVU1/pkT6hNwj0C7/
AEW73LYLIbJ1n+CyrbS6ugaQLXS7ttE1/wDVWsSU/wD/1uzYwGTrpIhJtfvJjQxz96TrWh+2
QImRKdpO7w80lPM/XfDtd0ym2gfpKL2uIECGkOa7/pLmmZF/2p1dplllTX0lo0cQ4Hd/X+mu
v+tt5Z0p9QH6XJsZTV/WJ37/AOyxq5a3AvsxWfZ7CN9zcfHqbJfa5o35d9X5zMfF2+/8xJTf
6C8WZJsfobQeDyDuC28PKqu9Xp9jxUMlrW17xDfUB4qPt3btvv8A+FXIMGbhXi+sEOZq9pEA
x+6HfvK8erNyaLHVhrLXkna8/nD3uDXe309/5n/CpKcX604lmL17IqtG1+1jzt1adzQdzf6y
D9X68a7qDaslhc2zVkEghzT6jXe395vtRuvX5N+eLslzrH3ta+p7zLjWfotbt/MrdvrVvoH1
V6vdfXmen9mpqLHbrpaXCeKWRud/XSU9bkZbLm112ahpDmlhLZcB3j8z3IrPrJ0M3ux7MtlN
9ZLXB4LBumHNZaR6btrlUyafsoF18Nrrkvdy0NiZc4Lzt7/WufY73F7iRHOp3fRCSn1hrXW5
VN1b2HHDfc5r2uDi4nb9ElN0y0W0WPI5eW/d/wBSua+qHQOqUv8AttjHY1bhtY2yWucJa8/o
XQ5tb11Len3MkVWsawku2Gvx/l1ua7/opKZl40/Is3HrbYGtP5vriPhY1wWpXj5PqNbbsfWS
ZcwkEH+o8e7cqOHUwOvsLnGbjSwRqZc51jv7NQ3pKf/X7QMDLTEDtoNUPJyq8VgfZO0mNNSi
36P4nWJ1WP8AWXL+yYBsFQve93p1te8VtlwP6Tc//R/9NJTkdezWdT6vgdPrJY1g3uMgO3We
0NbrtY9tf76zMht+LkMyrm+gQ77Fh4u4ONVWkbnD2frH+k3/AKW71rUTpP1e6tlX2dRzW+ha
5wNLLGkSCNpOzdvrZt2+mi59OLc2zBZYx99ZLdrJDg5v53v2N/R7f3klLHIoyG/Y7WFzQHbg
dHsdB1YY/Oesizp+11lbn7iXB1TyPpNn6UfvKVt9otDnFpvrB23M1a+OW3Vj37vahHKZbZXe
14aW6PpJ7zu/tNSU9N9SX1WZV+Lsa4VDdW5wBcBP+D3Dcz+yusta6C5zoABlxMQPEuK836b1
w4HV68hjWEGQ7dwAQ5p97D7vpLv8e+/NxW3WVtpFuu0OFgLT+68fSakp43rfVD1J9mBXZXR0
+ZsyHkQ9rDu3PsE7afb6ldNLX33Lo/q39XujYFLMjEfTl5DxP2tha7n/ALjjc51H/n5UXfU/
pFTz6LbmtJk0tshgH7rm7f5v+0srqH1d6Z/zhxsDEprxhbjPvs2OeJdJ2Hc5znN+h+akp9Ad
W7vMDWUgw9vivNeq/b+gZNWPiZ2S31K/UMWOIEuLGNaDP7v7q2x1T61YN+FjnLoy25pcxr7q
i0hzRv8A0rq9v0WpKexgggfesTAc4Yt17uKRa5pIiX3H1XN2/vNZ6Vaz7vrL1prL6r8A/aKS
Bsx3FweHCd8NDn+n/b/62s+rpuc/Ed1nq9xqewm7AwAS1pvIJo9SsndZdbZ6fp0M/TJKf//Q
7fIZusPhMqvc4ixoGoiNPPsVatLC8mZ7yq1tbZDoEO00KSkLi4ukHWQf9ZWTb9SOlZr35W62
uy57nu2ERuJ/lNctl7GktaPcSrNTRU3aDMpKeRyPqA8x9mzSHTO+4bo/zGsf2VjpP1Qrx23j
rVePmsc4OoIDi4Ez6jnPIZY3d+4uoc4j/ehX2PFbS08uaDPG3uElNHF+r/RMcPdTgUCQeWB5
/wA63ejVNZS0NqAa0y4jzP8A5FWg5u12o1VdxBAlwkgaJKRbnBw8BxHdcv1Q3ZHVs4Ma5wxv
SZuDQ8btgs9G1u5j2U2y731/4VdU9lUkvsDW/nOOg07rC+r7q8jM6tm1H9HfmONDiOW1gVMc
kp5Trra8XrN2DS626qhzGNfkO3uEhj43t2fo2b10/Uf2w3J6U+6ii29mU7ZRQ9zS4mu1m31L
h6Xp21/nv+hYr1/QOkZGX9tux2vvJD3PkgOcPaC9s7XfRQOosycvrGPhU2GphxbH5FprFtYl
7fSa1r9jPtXs9lvqez9xJTGvrNLcmz7NTa/JyG7K8JzdlosqG25tzt3o1sq/0nqf8WoV9C6n
k3ftfqdguz6WuswsNp/R1vaJqrc+Ws+nt9lT9n+mttR81leD1To7gZBc7Gc92pIsbYyXRt+l
ZsW60g1kkkkDSew8klP/2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABo
AG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBD
ACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4RB0aHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJl
U3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4Onht
cHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6
MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcv
MTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0
PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxu
czpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVm
IyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNv
dXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4
bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rv
c2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9jdW1l
bnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmFhZjQ5NGU5LWVkYzQtMTFlOC1hNTdjLWI4
MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkYTU5ZTljYy02MTBmLTQx
NDQtOTcwMi1kMDYzN2ZjZTg3NmIiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRp
ZDowOTVGNTM1QkI3RDExMUU1QkE0N0VGMEE4OEFGN0JBRSIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJB
ZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDE2OjI3OjUxKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjoz
NTo1NyswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1NyswMzow
MCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHht
cE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NzkxNjc3OWItNTE1
OC0zZDQyLWIyNWEtMWVhNDgzMmU5ODNlIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjA5
NUY1MzVCQjdEMTExRTVCQTQ3RUYwQTg4QUY3QkFFIiBzdFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3VtZW50
SUQ9InhtcC5kaWQ6MDk1RjUzNUJCN0QxMTFFNUJBNDdFRjBBODhBRjdCQUUiLz4gPHhtcE1N
Okhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0
Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6Y2ZkZDY5YWItZjg1OC0wZDQ4LTkyMDctZTQ5OTMxNDcy
MTkwIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI2KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2Fy
ZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5n
ZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlE
PSJ4bXAuaWlkOjc5MTY3NzliLTUxNTgtM2Q0Mi1iMjVhLTFlYTQ4MzJlOTgzZSIgc3RFdnQ6
d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNTo1NyswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0i
QWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+
IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImZy
b20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImRl
cml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBp
bWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFu
Y2VJRD0ieG1wLmlpZDpkYTU5ZTljYy02MTBmLTQxNDQtOTcwMi1kMDYzN2ZjZTg3NmIiIHN0
RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTcrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdl
bnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0i
LyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwv
cmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAED
ABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwM
DAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4O
FBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfQD
ASIAAhEBAxEB/8QAqgAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAgMBBAUABgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAQAAICAgICAgICAgICAwEAAAECEQMABCESEwUxIhAUQTIjBjMVQiQgoDQWEQABBAEDAgQD
BAcHBAMAAwEBABEhAjFBURJhAxBxgSKRoTIgsUITwVJygqKy0vDRYpLC4iMw4fIE8TPTU5Oz
FBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAKCWFAyFEcTE8GixWGcBlanezg+WQ
V2hbArsA51eT29HHYW4fBl32VROpnegLtS5x5rP9jnHmQ088Cs6uV5mBjAM1r1NxczZyytCz
HNrPAbXYWlLAnYxLppot5IkhIMp4Pi4uASyajqRo0VUS9p5d4vUr2cPYp5Vz7tEGSAlizBEx
I6YLNyh6EsZGz5ctxHB+k8r68aaWnRMCsvaE8jlfQK58+i/nkmkj0+r5PUNjxW3ggdBEOS8n
uAOFmFIsNrJvVhRRw4I4Z3caCzA6u7EA1EekGYukoWi3VBchpXo6GcdImQYSSHSQBkanq/L+
pCo6EHlcj2WWY/oMmqeqvUrxPCRA1WjCQ8zvF/QME8kQ8N3vPbwrH080BypOKOGqcs6eMBqW
hPrPGLYJMTJPFw15iTibfFbQosLa820MrromkefJeztEjKmDBhighODpHi97DxnsC13cefvZ
t80se5589QyCOhCyC4hrJ4CrdrngKmnnHaGWRZQYgF0HELAzEgDAjugjrCHnGJkQyRfTxocY
nVLOMXrGW8taeF6o8tner8odYrMNaxlXQaehQBFihg9J08I72Hj/AGJd6IMHO2/Fmluec9oP
nuKqbdUK5QtD57jhnjxvn/oPhitJcT0SEEiEazGSHHGDDnIIJldo6OImOMDncXZ5JTpGssrg
DvWeT3jb8X7Tz5h9HDWIYE9MjRZIpZQCYMD9h5L1xd6eM3wf0nx5o79W2T3cRUuwZdmo4tpm
uaJAR3l/UrPmi/S4gmbMCV2AEFIkz0BsS4KJYAU8SccF0yF3caYSoza+1mFXmJDu0Wm1XtoM
gHgLZ3HEDR0yZWhgAmhpa9j5L2QfRIKHqDLuO7pInuK1bQUVnU7hYIeBHpFyOaaY51s7xfvl
nzntjIO4SJYMjlcIyQIcQyGSmDeVxoVniMhCh2dpwZcmsswDAF3qgqekZYTZInuFos1yOgzb
9Hn3R3RJETB3dJ0TxHcAccRSRpZ5ezr/AJUvWI0zPC55Y9Q7H0yzOYR3j9XCF9BklEEzBEkt
w7ukEpEfyuHXc/RKytBBVixSH1yeVztmKE7BlK9LXMezZWL5qhdewkW0ZPaPoaAcrM7u46Y4
6Y4kZkqPngltgR5n1dMo367C35jeomZQ26AJ0lDqMOKpRIRAwETMXZXfKvDwcjIXRw3SzdIk
l8PrbNo8sz0CzGp+jxw7WfaN4sXaKddzzziLNYFZLDkiNH0fjvRDLqXEdMHdMHdMEF3Hd0kR
PHZulQEWPNaJohi5p6KlnXjOqWeObXUJgoDYppBcYerR1jz83KoLHyK65xS18K6XYkCz6DzW
0XeggeKDzjm1x+phawlgMMfH2cAYaGFqQ4fqZO8aRiZExAUdx0TBPdx3TxHdTLdMKxn7HmdM
tU815XsFjC9POcHRJYTBcBMEc5Vk0td7hCb/ABUK1wjrHHkKHoME1G4Vw0L2RbPSzlWi5C5E
VdBZ5reVoFPiIy/M+y8aA0GFlqWhek8/6Qud0nDPEdPHdHBRAB0aFA9KsiKp5dYkN7jz+d6C
qYY2KpKbFU6RItvp3ga7ljNTLtnrG0mFkUtCkRGcvjzFDTQZ0yomY4ZfpQWoqwbVnztg22Yo
m5WqpOo2agsxItWat0f6HC9AHPQT0QTCq5dXk4R7PGrMM/YiwK0MzGPSZfmAPSa3h9Y9Znur
lqjq1jyuZ67yAUwYVitYHrMThEArdFhpFzyubSGdX4OwpRVoa+UCcEGJCEFhQnmrGiYGhy2i
qF2gQtqy7cp6Rf2aN0nupjcjIAsIimWqi5N+1SqHocnJqhp7iCkTmoM9Lb8n600cdtIt+Q0s
4jpkKOgNqSJBqyTGDSuYm6EiwAPM4XTdXCqv4qw55Ufzy1BgVK12iWE9A+zQvi6GhRBg+LWj
Svm48GkeX9N4MrcJER3A2K94Oj6LzhESYtTAOOIIkZGa2PoGvS0qBVzNPMBmZIhkkdPExBgz
DBmxnahBNMXzuMdBLDJkAX6dwqhJFrh4DO0cwIY47Ty9Iihp55z0XArtXRNvpkr+A934MV0g
FEwdZTIZavpTMyPaeZPNDIhixZwwR1iu09E59kylDXM9GxWM8pgkGAQcwESLBc2s/ROiBHcr
jJTaEBldxLkAOkGj0WTKFW6gplLito19ITR1c0VdRJfv5+ma3SQnxPulnzoPX1jzY7tUz969
tAujiPLen8WZgHwuGLCEhJnuHaWYY1gNCCQK4GIuHJO4oIesjU3vHaZ6EbHFXrfHlpr2Cg5c
FpPGBYTfHXFWCvFqTIr2hFalDZOxPULPMk0hukm8OOk8b1fzZ6VvgPVmqPSTBQd0QR4X3XnD
zkwJAlx3RxBwR1lFkcwIBAwFQYBlDCtDWFXmCTbqMPaSszujjzmrVuEeZ9lglF0EPsQRoMU0
XBCeeJVQ2XYegekf5txvcBgCQhLdxied9x4kC1Uk9x3iBPar8bJ61HmeNzFCAVsA4x4EpkUc
GTeomWnUrAMys5T0jZJYazSWAKSsQuPST5wzZ7K4vaOTsD6Ogg89NqkMv0nl2xnvLMgZl19l
BlzqMM2zcYWJGQeggiEgfHex82YsEJMTwPSAUwYMTwpThI6ZOgpOjiCgSJMdAqRf4oEahiZW
TwtJ5UjVEoKR4by+NP0PWhYGsr0tMTEK8oo6IXiTW05TEDOkzmiZM8YpvQFw8RiblA8lDVER
MERzRcxASmpOiROKJC6eIJbDiZpFK63RMS1sNMCQ0DzIbWOCcOK72uHY2jnnTEkcfH0HpEWp
qgQmQGRwgu45q2ECxZxDI1iGkNSYfLILug4CSeaoWK5MgkaAST0iNGOB6CCO36M8zc9YRj2r
xiHTJjaC5BB9ckhvAV7fGavT8wLpBICLolQrHCes8e5GYAU1IImJzBkrwfBEuQlsgjurlk8H
XHEPBmoxkdxT8vq4RyyUGMwRMGCJcNgSItV9g9Bb5gMFwPFIEkJRjOyC6NZxr7GVqEjyxlB0
GWj0Jnkl+wg8o/0nHnu9FxIGIAFAriggukR0iAvKA2IXWLFOsJS2cVp66c9o2tiNPXjGaYFY
lAEBkiUHdIBQYBTMHaedqnqWqAszSaWuAiY6SKtvjLdegiJ4pdbqgLeRWsPknu4HiEnl8MiQ
IW0REGAUjIvugyU2McsdXuEhxCCIy8aWGfZRslry275UEJAkgINbFkxMhDDAYmCPQYPpjaIC
ATY4BwGHwSHNQS9FEi5NMC/FIi1NRxYXVgtwFcPJ7RMft3iyo1HdxFeDgHjgTBQIw/SAefG7
nkjCw3LkmeWP3cTbMXJagGJM4TWMJJE9HHdIByPB+v8AHe1Li+QW5GQ+EjpDjo4SVMoluQcK
50lVrZKHWwDxbeYNZYUF1Hj1aeELuEXEwHyyFjMBKaJgztyeTkTHLas6YEuweEEEwQwOGgMg
tERgRIQxwXcA72nivZD0NSXSU0Lu4XPcT0iKp2qZat0LwSy4XJSCJcZlO9VNbqzjubwyWQD0
wKUcAnBCZngSjgaF7EMuxUtjFxIa4sF/znus88pFhYMbeWV+NYXRBJhxM8JzUkWvYeY9SBXs
VS8wTDgSB6IDiCK6DgG1UukyMBSPBRAFKtarFrP1s4v9HGpwyCpihYsE6SkT3SBxcKw9vHMy
eWGNh5U2IsDNTIth1tB4tVgTzmJ7DyAIQsMlyT3QcRQaHq/P+hE13pLjUMO6OJiDOglFZkGI
uUrhPRJ0xx0TBSJNorPsQT2XxtyIhdAEQXE93CpGAh6AfMbvnxj61kIlMD187UFUtDOLOzh6
Rd4TK3hfeeHKsMADigYMQXIVomvpU7YhTa5dYppHTx0dwSnIINbCnbq2zuKQJ6CROCoxih1W
1QC6eNGYMCDIVzIAKDEKesHprlDDuJJsKgcdWyXrWZB6DKtyVLaLBrTHCvD+48eZgTBw8RHT
Id2hfPQX6GgJq3KJeYhwXARIyIVazUGMEiparvGdMg9JEAYi6lzPLtC9njO7jZiJO6CIAwOY
lotNgBeRtY5j2Kd0XLwGiQEzKSzq4+uQ+qZqTWsmfk2knmBeg4hkLlkMuVrJ6a2hwNC/ll96
LJxRBMGs6pYrljoIrOW0dMicQEdHQIpXaRbrWEiOZxr9xC2TIImAtyzJA4E52tRPFW0sLdM6
xrjADYQwt6WdokzAnamPqGfX08885TvUwZISJAzbt5u0WbFUR6IIsOpXBg9JAkJOVp5ZdcBF
azn3yyPQTEQTHQDnaGcXVnB3P4sTMnTEgwQnFEkgyAazwPIr08ouZemoS8GCbdNpc0Mq+Wat
uqV76Eno4x9c8dk+iwQQasgugs+g85vF6FydA8Wcy5500dDzAntbPhbR7GPP2zXTIGfp5emP
4OJ7oIgxAztHPLsLcO7uLQkJMRJMdBPRIQyJCzAxsPUzhxtqEVbKCymWEX8wj0lKvaCJHAOz
bBSqtSKg4Fi2SdrG1zRLpEn0CvPbmABM8QU8Mt1b5s3c6+KsIWWppGXOqcW+VZE52xlA3a2g
B0cWhJITK5jIEiC6SVsgUptA85ap3xd2jtlLMnXMrrySjFwCowFGt1QRphBUr7mIAR2ynY29
Ao27wlMbiymq7nFLGfVCITOYzYM3evWhDDkHi4iZgiDkouscDi7WGX7SVFfr3DRcALVsI7pO
6OJjoOwdvy5VPtAblW8ota2c0dZqsJz9MTDCxVJkjEMW8vXM/aDtmYPSJw9AsCSF5+3ilabV
0z9vUvCXSR3TAMwQJRJ0xJ0xJ3dwrE2cM2qxtHdPBLeoEokIZggCpFsc3h/mNLINC9W1DzVt
mkZUVmFwqwj7FCyMy9ACm5bBLCUBs4WyeiODFwwRcMEpef0MoWS9cjaobBxxwXQQHFwJdB09
B09JEzwEHxToW6genRvB8PDVkAJRAXRANC6gzuZRKFZZmlp51oao5MkL+YatJ5lO5QMvDCgB
WsuRJlS2lx6i3maJHRxFC4g8WV7PLMV5E2NHhdjNqnpLPlYPav8ACOPdT4t560sC+aPV2hwP
BQhR2dZyTbo4VY1+rce4S9BAyAzpEGs/CBxCETqI9GZNjU4zyekTQ0KxntfVLdMLYi3nMCVd
USyvJA9XNvX8xoG83H1iObwpNiCtzUhTLDzlO0svRrQZGP6nyhJheK8emrGBdo7gqzSzz1Kc
6kW8ybQn0NtwPM4uIsIABixkgwVh7qjzl3XIrNOCIlZ5xC0mjcwjLawEglkCu2g7rqivJiKG
3eMrR0jLlzI0xkdBKZkAugE5QeXaTDbnFSa3l9GiJ1c3YNWWyeP9P5r1A3I1aIo7lswtgxGU
MzJNTqPH0ND0AAcBT0CwkQumCInhZxJlJ22nlw9YJ48fWgeSV6qkYR69MP02F6IgWQLPjOU9
IBGsmQkCYEnukmnboGRNbVKp9vHkU2aA/VxbR6Q8K2ZvoPM3j0lB6Rlulwzz0iV7urolbrvF
1TlAd0E9ygQOCZjiO4QoGQ7NWyFBcB0yBxwDxSKk4EzxEkBEosVyRKCO6CQKAYnjsnVwynZT
vGVsCZ4pbQI9Fg+gNbjSed0U3THt21FSK28I0zaDJCH3cWFOWBBcDBQKExO4pAhoi4IgXSQc
dBHTxHdx0jJwHVHHWeSY8Ss0hAYkRMHCzhUHIvzvqfJh+gxdsnu4xa3pFmFtugnN0aRXLFvl
jS5x57Tz2m0wJCPpB4uLKogjgM7gI5L1EkHBLkSLC2k93ETHBR0EQUEEMkpckCwgxvLMJRLJ
NYDIDhwjARKAb43WxDc2M3RCiYCAxImOJ8/v4BHos3SJmJMOrexz15JYOlRhcPH/2gAIAQIA
AQUA/wDrQf/aAAgBAwABBQD/AOtB/9oACAEBAAEFAG6hyBHHX+O3VTLY3wJkgkOSTJArH23S
UdGPYsZ4hRL1rI2WIdZJbqBr7HidBVdSXarG3kqa335KU37m1btZfJT0+ia0C8bOp5M2tS1c
sBUFC2QZaxidhnjtCIxOKzKUNrZqaO1ZUvqtohfVAZ7mrXqUGD1OVdO7hcViGHUtS4GWlWsP
cDWtWxCC7brstdZAwAkqBYyqqmW6vHf+FBhZLEg5PUAqwWBggLZ/ywWxZ7b47KojJMicRiDS
ebHUv8BBwpym1ilAvOxbTTWSdImaZtde0FTpyKZ4B4esNm1oKc2NYplq2diBN7L2KTigKS6A
V3EZo+yuroHsN5g2xvWHbstZgTABwES0dRimGc/VZwgzqt1tYrm9Z3vUHrBlCAVie643Dk8E
9Qm9X5PInXY9ioNW9YratguQLAuZlatn6qvG83+IPOMSSSZJJNDkEuAzMWI+Bw1UA17MZei2
0PsI4Duy9DivLVjprA/UZ8HLaFcN6ppu9Veo2da6pmZpY4GEq0N6emo6go1lFtmtTTe7WWGc
+owQTT2JHYMSSzNxHAJVZIxGJruE2luoiM4ZRIzsYs/5Pg7dD3Va2qUs39pbm6jNf197LrdK
cBUjZeLEJI5j2JhABgBBJjDLAdipHYMIwMTglSoJOl6pLNbeV9fTr1NhmopNR3bQa/WK9+64
imhwawfxx+OMIzZ1BfV7P176lrDgASp50e9oHr9vtuaVlOu7AEESRJXKzGNEsRkTk/WuQqGW
W6tRc/bAk4CDhcMVnI+lxIskHAUn2O9VYn2c+r9dbexpQa+zqNrvXZ2XYU5XMDnN9eo7AEsZ
EYoAxGADMBjHsU4HX7es1WusReoZOy7eiXr2K2rO3Yxb1fsV07P+/wBGyrRvSyrBkYzBR2DY
vyQI9nqLt6+1RZQ+cZW8HU9vtMnst+zYwhZ6nB8dDNYjDEElgJGKTBcSCcDdXEDDFmASzf2D
dh1GWkGwALlhVVsfs3r6PLahr1KrNomunzWuagjXsBiNJBgexJgREk4gUseyNCs0HDgwQD6i
/rsLH4Izd8Cj/patjNj/AF7aRk9Vum719Hh14xSYnNix2fstYSxmyfqR1s/2LRLI4KtPAnPQ
rSze5asbc88yrfYsTif2aSpAGCDigAlTIBgAkxCjxx15eWVFUDsseVxsc46Bk8Ss+iRTdZr7
W0xpora7cFL27LF+y3AAAqGJ20LVAAEgyv1zl8nnIJKiMBk6RZban7ICIz3e69Ters8uqFnN
/fSnZoB8YyMOQWstAJWsKMsSRshbtf2FCpdwMrknQ2hQ+1b5tjgYDOA9cWSV4YWGT1KgRg6g
FcJxZOc5HCf2YQQRPdZdQCRyw4Y9VW3zEbViUPsq41NOy0blrpsLa1bLutItscUK12bvrjrq
YOKoYnguASPhSwwc4sE0OA+nzRgz/YD0u9NYlmv7Lc/U1vUr+1vAAAZsP0NVj9q1+wTu8D8H
LlBX2gjcYGQ0Z5JxWBEmSRkk4vOLEEQV5FhjACcIE/VSTKhT0CnspAJLQCVE8q7OYPacu2Ou
a9nYralb13aiXUbHkff13q2nxeMqYgC4Coeze5N3VWrFHDEE/GAfQLyVgmBlTQ/q376mTn+y
IW1vS+xXWHtfYtu7HpNXw63wAc2/s1U+TykOOowYc/hgCP8AYNdq9tySeJESGWZk/wA/XOQE
ZgP/ADcgYQSFIUCCQKwG+a/gkDAynFJhgxM8P/ZZBssCV2uzZU0G9166Roa7XrRB7rURw4yc
BJGtY82vUhs2DdSoJwqAGBlQcMsTwexysifWADT5/Hv1H/WlymerpN19CBaxkDLQCTxa6wdd
+ySAJycInPZ6CblN9PhsgSoU52Pb4wl8Bk9ySWnDC5IOTgSQARnViD2GVd8JnG7HApOVqoHQ
4vbqD2O5f3YHNas9r2Dmsvnr1u2dSnVopG7UatiATLArhc2N8Gogl1zrn1VJMv2VlA61z29Y
xOrByOfdpPrmMv8A6/rBaUAwD8QDlqQVuk6jZbZ0Sq8s6sDnwSJz/YtCWcEYpGBZwjIPV4JI
GSYOLGR9UdoL5OdQByCFIJd4lVwfPZeqooF9xVTDFwZrs6LYSxTsc9PYxSvWBHvHra8k9yCA
p5WOpghGC4CWw8CDhBwgg8tiAz6wEamRlyiykeptbb0qDTQo/JjCJW+vx2argNsmcRJsQcRG
A5dX5F9p6PYFya9hw1WdfATjVMMnGnOCSMC4sDK+hXglepCAnCSpAJwl4JPVGOS0kiWWcuos
qDCQYhivWotOpsWU2NubuydnWsrZhDQcCmI4IwEk1AgMrHGGfxPPANS9n0x11/xZ/WsKwAwD
OJM4OfxsUo4VUUhw91ar2GRjW1qe7Ph15IqQBhUAPAc2tGq6nZ09nXYzkxhIIAyBKxggCRIM
YeQhKiO2KSMrMiVg9Zqs7GxVcXUOpepgnVhlcBvjPV7dFdfst1dq1gCWBOKABIJKGUEFJGEA
gqoE8uAG5zSqLXVrCj8WCUqXquCfx/IycKzhqACIwzXGDCeAFBNlYy3c16w/sL7WTTttK6tK
hAFy/WqvT2Xptih7AVznqnAUggsowQVjkEwJwAnOUwiDX2VeufwzFbGIrHYML9c2LZW1Tfwq
80OqnYoZT1Kox5AOHgU19yKwmdeYlGDQwhjiNz6mtnu7QRkH8RnXBxnz+OPzE5toUTVtfylo
U+yU2vt7F9uloOG3R1zS9jVtLPK4OcJgX+xrGe0t/Y2JbFwHP4LHD2wOQa0IKxBAK9ZCOQ/l
4pbsl1XbGt7r9sqs+t9QtS2hqsHOKIyuwAdJDrGESVgmohWJ7EGRJGMJVv7QJSA3q6lr13EY
pkEzhwfiOMjjCepVg2RhAII8dxhke+zW2fXlYQyNiryCh/09mn29Kmu+lq193rM+3s3JXtWm
um92dyB2AnCuADIggwJxC0jkhu7M6OoQE8xqkK5JbNioKFd5tsFeV7SthuD49SdlrgVatlpA
ZTbUhTxxhEZ0eAqwoXGPYv8AFjQSDiGDpf8A5rZKp8fOc5HEZ/HODj8MsiWrcWg4OctrVhWp
C+217f2NCgV0i0DEII9rT4tu7SSxbbd0LpO+mLPYve29utbjTjEnKyVDNi840YAcj7deuBiC
OpyYZCIgzq9jbxnRXH6wVbdVHXxMpAEmquKqqQY8OSbnrrrY/wDX6jNb6ists6TUAVyK6lAY
dcgsSmMinIVT6q4vrv8A0qcMBk58ZOE5Ij+efwyK2eIEjCBJjNzSpuKo1Zbkm3xjcSjaCI9e
exq6utzKjjqF5a6h0rLcA8KA2KM4JCrIRSbqAtJXBWQeGwSMn66r/eDCjriqHts1yuW1lMDJ
JqaQCubt5ss0q6wHWqs1MjV9jl/W03aCgOcJJwHCmPWRhWV9Vb1v/stYYX8jIM5P5IwZyRHE
ZwMn8ew27tQU7+vuJ4uuW6xsz9RUy1FrUa5ZN6lK8KiKqhFu1WqQIUFsEyAMK8mRmugeyynt
R8YCzGv7YpnJbtptFxBwnjuVzUZLV/WpYP63UbD6umbvWIa30bFbaHiNaB6dBjXaa6yFqXta
v+C8FWIIBOEN3B4gkaxevYo3VdkRQ/8A8Dk5Jw5GfxznUAxP49oqnXt0/wDJo1bhXcb2K3ne
9ipHs9ki3edqNu4k00BlcscsB8aEHGOIDhMHtyq5pVs2w1Z67Wsa8VTP6rdFoMeFPFUwW2Sx
+WYcevuNd6GRxhyOSAc34faSpUQdSAZFRPaxuqe0/wAb+SxgxOAiEgKCCqkZqTlUxk4I/B/B
kADPjCD+P5mcOeyCPq6RRrNcOKNparCdeqpbK07XvXVXZY9raa9htAIz2MTXkRnbj+fsSjSN
DVvNdeu5V9VLFHq9QKNDVgaVE/q09X7dtG8g9QcapDiJD6FhKnP4jDGexoUWJYez3LGo7PSo
LMxhfbdmDsBh4wOBgIYGcRYs1QxAw4c/jOMORkxkn8TkxluzbP7toVAb667n1thf9grOrfut
s5btvUh2CF2rmtsCzlew1Rdy7wcorLO1ZV1HZiEOAALrIWs10FdYGAYRnE5Ob2q6sH51b67c
dYCsQPWv1sHORgBwzm5Qbkv1Vr1hU7HUoelQsMyk1+0VW1ix7H+wiKOB8ZQXL0mDGD8Exkn8
TgOfxOTl2/WXsSybrjCVbLZZSMu1317U2vXK28+vcrsbq0LxxCY3YYWJKyDqkB7FaDSLVAjD
WGPq62qNcwMMfickZxN32osXoabmRxsOpTeQZT7DWXKvdaPWv2enZg2aTgurOG2vLTXbV4KS
5YAKTkHx7SJ+tehVkjG5yhWCN9s1kYWaafQHj+JMkA5xnGA4GycexK19l7VQNPyd32B0LhKt
/c29ka3q/YmyrVqCtp6jZtenVnp9UEOxqbdTiuwOwCq85BGCQKnlwVZQzVl/s1RQL6z2H65r
39Vk/e08/c1cFlZwQca6lT5asv3Jyytzi9QWaSGLZ0aUqvxLlq1zuNI3LQa9pSq7QGG/uD7Q
WVVb7INz2tjoXsi1h34yF667DFUsNdT5NdYrycnJzsD+DjXVKbL66l29xnFevZY2rroMqtZ7
iFdbG06129rVVtX2lyPT7Ot8e+sJaNlnt1RfVs6VCH2VTVAfPEDBlJIVxkED/wAQEGdgTqWB
jYoZSAC1m0M1xYRP1XW8S29Q1qkMSSEUqSxLh2KiRnJLHlW5S/pibDKamAfrww5uDBHEhQMX
jKVOVqJ1fteo6rhycJENbWmP7LVTNv3Va5dsEvR7hDX+uz5TURj9Qt27r0Ju+9e2s3s+O0mt
yp0d5O9Cf4NLfVLtpilA2aNmrfqV9QDmRg+uJE1vBru7Mz8tZIUyrHmh+rEgCAcdwmeYOvcR
TW1mWVqRtVFUCxh7nER8CDFWGZAcZZMdcQHs8ECeqt2AUAbMCrhmIWW4bXPFZOaNDO8T+dm+
upb/AGagHd2RY7KXsdayGJOtriuquypjdbXSmz7pOlruxgz1aWHbEBkMRnpfYVpr72kd3Kwo
176Fov3dykarL1xAJjkYzMSjFSbCcYSSQMgwFVRXb3SwsR2Yr2PXsPGHVUO0Q28D4F5xmUMH
aRLZWknw2sPDZWPEesAGz4L8a7zhYTsz4yXwwAzGdUA11KwzQT/FJnN7eTUr2vYW7NiXIC2y
ql737Pazmv7G+8BDtikbG7bYe/YHCTMxkzg7HAfrVYUz1e3XdXs+zVLNjcWxLG7LyB2gAjOx
C8YAJngHlwTiKsv1J1rmWyJxhIICDyHq55dzlt9tlYDI7ySrZ2edXs1gPXLGgWkwOGYr1bk0
WdW5bL5NL9gWBK9CRpj/ABq5A01Ao/meP9g2+7KRL2FSXLjnGUk66Qdyx1Zm7EqSFUHIGNIx
GEhQQpgg5XxnrL2qOxSjZYobLagoIwAz8GBHGKQcgjEMlokSc8fGpRNiMDgKs3VWPjSLp7Mz
TUezbAC4tHfF02ObFHiOjUIgjLYIbW7ZYYYEDHPKfV1hl2R1pIBWAQOwzTQlFSMoAFQ5xuBs
nsZnGAAZlGIC+GJ0iQm/s1GmwCQeDTCFMABPViWhcmT9pWRnrbglzN/6zIqOGkuoLQozrIUQ
XHAQgHnF+QJBMKnI04WzxquVjjqAfrm0wJYdsVYywArrqVZeV3wVXQMoARjREnLeoetZDDAS
rJ9hek1ySFrQqKQc1wAqIS9YAQfOy/Sqw9s7cdzAggM2BiTXcy49tlhpqaw+u9JRUnuavFsu
2KIJYA9u2fZMEkzB1bCtlDF8bXQt+jWr36NNmXaiLY/1eM/tjf0ESBzJwn6oM16Gcr16CM7D
J+t4It7MDSomzkIAuIVI3/6aBIqkjH7qCZy7mxAYYAZyWrH1JHiIEqxwEkUBY1F72iMGb7MN
Zgex4zk5/C4CMUEH1PqRsrR67UoJAj/ZVC4xECcboAYwjkcN/bK2CPpjXtpcUpm/7G3yd5e1
VfNjWqC9RhhccyIxRIIGdj2TtOorMzB8YSoBmHjbEXlYNdvI+2NIXWIdN/8AppR0BQZZe8i4
EXoVs5DMTMfbXAhlXqQPI4ANH/DUAU9akvHP821ixN7QfVYDAHGQGzrBUHPXekW9K6wigRhj
P9jsm0sGMAkE4UnOshlEjF+2VWWoF318CdXaChHZVebGZAgYSBIBmFnDJwKcTqB67cqpvD61
+froMbXQ5+qvTYj9v2HzCIUYEOMpv6Wb57LorFYQBmqkGoq+1WxHUnLFPWuslgoXLAWqsrbs
aoTX7MEhU9ccWIjiJyytLU2P9fobB/rlkXf6/tIn/V7ff1nploULGTkzjHPb2rZuQTjAAkgK
SZWMacrgCOR/SsgFeT1hnIbGYqhMqrCWBwoQYGEcgCIEhZz01nj3P4nIObIH7O3JrZuA0GO4
ZIa9+yaRHWhqyeJelWw6tbLtUU0KavrVX2NNBZRrlathPGUuqITZqqPrnmxErTKmBU8/gkYm
3rWuIOQM6iYAw5Oc4w49lrX0XqXYsxAJjAZwALn0Bmc64CZQLiABbOoT7KDJw8ZAGVqGHjXH
BDFWGcQDBUAHSZU2VYETknHazy+R7FupCmeUKgH7BqudHW8tY1FBSkBXVZHWfasGxFldaq2u
zU6wCJv1qLhs+qvS2j0lwGn6/wDXZhg71lLQRfs10r7H3T3hL7a39T7D9ukHBhyBh+J5Y5/s
lgZQRhBOEA4FAyASR9lOdiSiy9aS3KAhzjj6yYMHPlqjLCAbUYOvRl8bqf5jKQzPSB4znM71
KpsaIrNe16kW0uCrpWSQArLUS3rj4dggTzB7SYndsY307lZw7gjT2psrvXFbthHExjEjCe2T
OGs57xL3ob7YBA9bsHW2U3NYofYagxvbaIP/AHnrwbPf6K4/+x0Q/wDsthXZuu2GBADMWaRg
YDCvZiohhyBiHq1bL0rsXtY46LFmPGdT1IINIYHyKH2FYvWYAmzLKG6mIUlW0ttGou9prrn/
AG6T7UTteuB69ih36CLv2UGVi2xtXWYNta9y31lXTkZxhUxtx5uoyluuUbCKTupNft+rVOLK
seZr5GROXr3qcFSOAQMBIDE5JwmcacgwVAMAFoGdgWYhiOMUkE2AsPlOSFlgzDEKwL+BaOtb
A4WUAn7VywtIBUB6yADUJZ7H6qoGWVitq7aaz+xSLP2as9qR+769OqvBG9WHpNQR2s6DXusZ
1ua1NYkL2GAiYU5f68eRfXhRZ6xsT116lPWk5T6yqURK6yTNh5QAZyQMccb9TVXfUk9cn6kn
OsmIw8gK+GAAwxxOAAEcAQAPgRIiQASPiSc+MDCZz7ZCywWKm65Y7d/tjTKuQe/LFckZIkGT
Jj2J7ex0p6MOLa5XdoPa+q1jUgUI3UjY6Yl5sMnFAOWLxAOBS2Kn1AAI+T/UclyO1YlRxnwW
Iz3Nf2IGdR1xpI+MmcAJALEEBsYDCVwgk8AkriiQwAIk5/BmAeInF1EgaClrPWdQaLCLQyYl
nDsSZMsB1DQ0ksQwGEQATnc5bVa+/qKRUSMYBs2KQVtqKI+AjtZcGOjVagkQgM2fDIFAAGIp
J681pGMQMUHGH2VYHzhBggZ7pD4WABlRjMDhbJK5wcjgSBIGOzwwUDuMjnx4T1UsSTODgdSc
CRlFYOWrcwP74Nfn6IyhvYaymk8HsJEnAzRxlFZtt9vrpRWvyp5gHOpxtaliqBVKiWGCIdFI
OpWz3+vdzVo11EfUQYVhDGQWJwR+UPBGKMjAcBwnCvG9UtldyBLGXApwgYBJGu2F64L45BBW
cKnAvIiFgrAj5w8lRwtfbNP1OxaRrANZoVo1uuqh0Bf29DIdCsNqbfpbw5raevLalyqnrbym
t4taz2O620wXkcEfMYAMYR+IEmMZuByAo6vEwc5wEYVyAMPGKQxiMUDHDTWT1sIysznBYkjP
4YBs9pWtdogha+wXxVlmPYuxM4Jg9WRMdsSe0A4F7ZTo7Nh1vR3WtT6DQRV9R68ZXq01gg9W
ojYfnLx2DtDJ1xF8rBQBZqa1rf8AVev7bu2aFt3dpl4ixIBnBBwEz2aM/g8hjyCcMYEEuYWT
JcDGkYoHWz+oK4OSOMUkANAdpNc9XOVkwRyDx2nL+y17mzdc/kK4bHZWaCGMgSIkLxgkhlIC
iSBmlovtXanqtarFrVc4GRgH5uI7tehy7LSxzXUu4rRMnDjDP9hZq7luUVrchLEKCJwV1gdF
OdV6RBJjGHBAGCCXiQoh+FPyCDhKjAYBJhgTg+JAyVGI/JjKGgOyzX8EA4YA2thNerZ29jZJ
MBjODgTzAIAIyM5lG+sjOrzqalt9+np/rUooAIEDPnACPxOXWoLN1K7ab79lRq7Vth1rYtBJ
HOGckEb+gm4n/wDPa5V/9ccYf9f2gLfSbimj1OwE/wCn2Wz/AKTag4cIx5zgggYkA2SwIOAc
fOAEsYxhC85tP46dfZPZW7LLMqBhkZXGEQTnvrVIlhjkQAwMnBnIOEzkDF+oBk1t1f0lo/cQ
SF+PnI/AAwj8e2175W7crU7+woq2/MdTVeE7Q1iLjXcNdZi7Rxb6jkqcjCJwAjPjOc/iTLY0
woaDwFAJsPUMSxQQLb6KxXuUOW2+TuVqX9jUTv7L2UVuUOjuqo8nZEtJO3uV0JobwseZNjhE
2bTbcWAw/wBlBmOPgsOWk4VjBwQODzinPVk/ui0YtqxMnBn85zjKGD+v1Tlvp62zW9dr0H+D
MNdZPksIHnIs8uUsxalxMHDnOCcnmMZciMIEAkZH26E5Ypg852z3RY36Q6Zc1T5cKWwV+M3u
zVk81HinZ6642vrvl7LfUz5lYA+33Vqo7SXKDAIIfFnGXlgQp4H/AIgcgDsZBBE+lVn3iq50
5a4q1V5bA4OcZOAznz+J5IJIHAx07Y2m0/qOMXUjF1VAFKKZyJyM4GeWqSRJ5w8AmMYkEHAe
XIiCcHGezYm0WKlduyYrIGNAEEh65K0xmuo8RI67Ffkz1elYqhgB7Ozy7ZIJL5JhawAx4GAk
YvOHjCnC/Lc4F7N6FIuGDjLay+EMi13BAt4J8gwESXXO05OGMHyRg+P5M4Jxv6yJOFudrbr1
lue/dP6NmARhIwkHGHDfJXkHl4AJ44n3HVUNzOnecEASDkhR2kzGVXKF8tb1MSbNXt037vFr
vYSzlBkCSDiNhQEFTiyDwACM7TggMwAwBgfSoQobCSMGGcKgj4yTkEh1uwnbzzbBwXXrh2rF
z98yN4Z+7Vh3agV2Kob2FODepYqS2bW0mtWtT7FlFSVrxE4SJHy89SxzmRMv8GcGbesmxS3r
dip29fsBrQyhXabLCBUzd3cDFLnPOyqJI1Efxe03Ge1oOSvaGgRACrgbDzn1BwCMDGAZMgFS
CfV0hKCFGWWcr8DOMYxknO3BJnvBBE2XQK4ZDXXJqUn9ZCP0Vz9RSDoJNeoiO9wrU3HZc7TK
yezuU/8AZmCDBBlWnCccAH+ACcsBgiMAjGWCxCpsezAa7YFhBGWOGNA+rAkr9FVZesdn/YWn
VusLMTgAJVMK8lSMBjADJJAg4IkmGBkfbEI7aJjXdvq7jvW0qx4BMN+DGHkNWcEAM7BqGlFw
jCYE8LYQGwZ7G0ilFLOuhS626EDwHsx44xQDjQA4MLxitjxkfaeT83IXpPqLe6eltm5GpupX
uqwFY9sdyqpCpqmD7jYVmhhhKyvaZ64QwDGM7gFCSTxgbksBkA4BGFjiGX1uooYShkGv+pQt
iiAuMeRyOSBzlrdULca7dQB+G5zkYZw84RGb3FelzaqgLwM8FfZnOf2wY8svwWIwcY4E8ZAw
jCeAnNriuuyzy3UCXvrKYqlcMMxHGuQlPd2b7YZgAkFQAWPUGcDIoZsgyVVT2IZRLdpHdi9C
g267HwsT41JhSeiNIHOE58mDJnCYzZK+NlU5V9cV+CScAABQQFjCOYz2Y+uiItbdVWrsrsHE
FZAUgc45PUwcc8JjYVOKuQJMQec9rb11aOcVYLETDEgAFjJo0w+iw5BOMIxfhiCJ5IUFULMe
oKk4zFs6xjxHBJAUaCK2yigK5+qggVj6iRgJA+REERPGSTlwUiAFQ9gpIUSMnJyZw8gGM3uW
03++1qVvVSWqt8v+I8AgYRGOeGZez8lCZIEyDhjI+x5Egj3Lg1oxGIyhWJZwWhWParVusbWr
K1+w9Klos17abBU5ev0OzZTfrWUmD1CwYGQRgGFhk9s6SF7DBEeo6ftrlwhFEmqOkGSYwEHG
4IJzksPl2mwk9a2GLJBEj/xAMEZAgkTsnnp4bEtXoALb+v8AjgZAxpxySGGAfgqTkZyMkywJ
DEAe2VnK1swK9GfYEh7DlVF5Ol5FrL3Vuli2Lt6lWzXrem1qiRl1VNw9tp01pYihl8QVukkI
SwnPjI+oCrkCPSgnbAM3ggRD1HiSCexMnCTgJw4zfT7SP+OvK/6ckzwrGJwnCJy4jsK1cGi6
atdEM14SO08E8GcIPYxKATYRA7RxHyzAQ3Wdkw1lsYlF1wr1OoCBVpHFQbPK3fVt6rXalmQY
CznXPcUh9B05bsSesjqMYjD8BST43UcHPTLNwObHBaPIpgdpwgEnsMGQM4OXHqowr/jU81N9
J5BEyMEYeMJIy2e6HgHm4qieZvLwT2AwkDGbgkjBBKnm0iA4Gfwf7EYW+t9j3vTSoMnARhkK
jZqyKVVjYl3jde9VyPImcIzbQHXcBMfB1w/MyYWVMMhaGobt6vXFI+RsGCxmxP6iATMryec7
DF7dr56qJZwRgGU/0JyYPGLOH8XV8VAghs3HLjx/4o6ksc4OHtgM/hQJtX6gQGbJGfB32YVs
xlI7CcAIYoSaapKJ1rrTyNs1TZXLV6dhekJOHL58VwIZgc6g4ACZhu4wgDKlgUTbsawg9ozZ
BYBPsgJVRzxMThnqTOK05cexqALNACNlJ+nBPU4JGAjAOSv2cKorcFm/ruGLZ/8AW7SYwBoC
kZ4yAE4GEcMBLLgkKZz2jla+rSiw4KYOpaeKrQor2gSlKFLVPTVZxmvZ03gZyIF3U1bXL94x
mkiI6rgUHI+qSRqlhZqhvIBOXD/H1ZTUR1+TIwEjGCQPg/JLFqB9nxPnXkjrhnOc6nD8FoL8
5S+KSz7rl7ezfqdD35OARnbDGcQAZIEMBLxhJIvuWmrc3X2M6EYlXNoJevv3ElUYjCz99fc6
0tX2VKuuBSbxxkkhiM9vrfr7TSDAxeuQTgHMQexjUUu+n/yAkC7/AIy85SSUHxyCCcOczyAT
CoJDTgAmgwvzkRhGCIYcDCYZOFUla2HdePAfqTAzqI6mWkgyMnkxj8YwElZHsWcDqpxFDYQw
s6k2CoCpQHyzsAGHWhjlbDpALokYGLLyBZtgt7lRcp5JKwpGdmOKOwUqWcAtpEi3Wr6YCYsk
1MONYnpBxeMHIIGGAXYwwlUI6ueuCCKf6qBhOczwcb5+BaerVdny0xTWhNUnoxkgYScj6xII
M8lhPXr2JrHYqCPZoSgc9qWBBUNnZEckuiZbPWTGuPrSQQQTaFurXXvNoPxbHfYXvr2rBJwf
AJOBsRhJUzqyLaQcAOXn/El4LagLKPkqRizkiGy3+jsqrSQ2WDCFGUEFVrJHIMyR8EznOXAE
a/Uvf/wa4nPH/kIHYyMUNgBIjgxCiT/CxhA7Rnsq+2ufmq5lzzN1Z2ZqDNCkyz9SPsKF41xj
CCzMyalzJd2nL16u7Su+gS+Bk5yAAAYIbWoo2NTW1akFVxxrFCNYHQaSdaAiKIwERzhHH82D
6OzNZr8CwgJW301x9VLDJJw5M4QMLc2AFdYny380aqgN4x+y04pnBAzjCThwfPOD8FRm6k69
gKvrhCdhGRQ0jSg1EhWsb7KxUUs0VCM2BC1OQLf8mUmVs01bNipqs3GDFfsQCMIGT2asA569
xNZC2U1goZ6GIHxW/NZ+g5wHDnyzmFSSuug63mKa3Hj1Oa/jATjHBxhwnhpjXMXWgfr64E+M
d3iVjAMiRhGDAAMBBxhn8XAML9Xrao64qC6uxAtmq5UE9Mgu/wBVWt4FLBzapCszuKTetlG0
qMD2D1o2e8rVd0CDyuFeAIxZmhiHoYsocFf5sIGBxNZ7Zse02Vsp9vtVmr3tbLV7DVuAMhq+
610VoOBm4Z1qmhdTiofM5EEknC2AkiSSjMLrYFNOSYYTnXgkRxBjPggqc4wxh+DGEDNtSLbI
L0uBl9HcrUAqFciwMlh602pFTAKyl6wW7WKO9dDV5o7FlTyCP9iqXzkIGVTFggysA80sqtq2
h1QGJYsTyuFyuWsWs7k4r8Cw5r711LD22wTq+18j/IvBNFc9NUgVllzsMjmDhUZwcaZYEXWs
rLSAG5honmSQM7ZxgiBhJwHg4VkGZ9pCMJLBX6tcRXbb2UORkqyFSGSwLmtcIpvHV1byVVpj
MEx2sdtn2Foovttty1ZwyCwnORhXmsADSbtiqFUfDchAQdomqqxxJk4qjFUloY4kzpgG+q2c
KqQgoXE8YErMzgbAwOEqwAGOIBJNzns9IESfwcJGA/mcAwcY3xPHYT7axXsqUmwiEuPle6qy
pFAysGSpZikMhM0bKhE2K3QN/khuq3OLL4vRrKwWs+3cyzzkLnSMHaPXVkkLxWvYvX1IUo3t
CBRbxYvWAZJEYgAwLmiP8qUuMUEizSDgaFig0bSHz3IP2ScGxIS6qQol6uyitv2KKyb1pKr5
l8xBJPGQM6iIjCM68xwBjA4SItPjpuYtZTSRmxYM9RpFG/2CwBtVAwswAFejHGVgVJQiyLBb
5sS1XbZqZcoDzsV+O1mkgBj0EJWsa+ldbZR6VUWnQrqK6rArW4e0MGDAP7SwMriWCnAWOD55
I1NOy9qvVmtxUAAgwKcgjOZzqDhqRhdohs16nqViOvcC7WWMutVa/t2cquNYsdwSTacCkkKR
kMc5gcDk4R9vZXdKEUtYT0TXoe2176tDVstu3NmnRporsorZ7NbhQtWWdCXBZgcouKFLVRv2
Cza9gNvsaRZQ04tBYUetvsXX9IijW0q6LCJABBk42Wr3XaC66bN/lskggTigMa9PYuzV/wBf
Ymj1+vRnU4BBPzyPwACSM6nACMIByMs/qQhfXUxtMXs8K+Fq+2eIAKgGAD8cnP4+M5jCBntr
CTSvOxcrHTSrUq39xtm71qjs1wJdQ2Vwy2UI2W1umAhSeWAAyz7YJir6nWtZl1/Var5V6vVr
ZalUROECAYBIjGM4O2e5uL2EEkUOxq1bLM1P9fDLXr11Isz/ACTAE4MnkRnx+fnB8HLBOUgO
8rVRpqbH68EEYzDFacABw8YMBEyMmcLDHcKPabHaxQVzV0a2t9pts+EGddPFUrlhWrE/YAWC
BSrjYoNbtHavHpFaICxNZGa5VbPX2AlRORk4Qc5wic+ce1Uzc9sSpVnIVRmrqHYbS9bTrIAR
kTgEZ85GQVMGCCMHxyfwTnP4Jy5utesWL7TgV0KEHMHksvIWMXIz5JYLhsGC1YFyMu9tpXSz
G23Uq/y2+wqppsLMatG5EuuGVuoymxcZ+xtYg0WNBFdp2KgllKkkr2C1Q1wK4lqh9G0EV40j
PgAcRyec29hKE29zYuNagZ1UnU9TZcurqV66ADAOIAw8iD+f4GcTE5H4GGc/jdMa1CVwlnl2
UAAnkwCfmZI+DOHnGzaJ7eRhidSfZPWArEPQXVtv19VtdnrLq3ttQau8f82qRYtqMo/YKgHs
Knle7BrUV8hq27DOnXHZsB6n1rqBXEEYfwV5I49jeLcYEhZJ1E1KK9T3VT2oyOPjBMZIw5Aw
rgnBOMIwRgAyM5zjIGezbprWMEo1qgMB4nk4RBMzk5/DZs9TfP2DGNqwvZPPrrXS07dwxrrG
A7HNxCx1CUdoi2AyWEMrkiwr0rsBF1kYoAAP1sQY6EHVfx16tpen5wGMnknPYB21HvsDLcWI
VWNtIIPZHp39qgp/sG8An+x7PVP9gfqnukbF9hWcXZrOKytkkYGOAjI54zkZxhGNm2EfNhkN
tNqrXte48bf9ztd/nCJMlhg4wkw5MMod9pErbYsZKi/KDsdVAiBR2gHGqhr6x0dOrUW/RwWF
oZXWyQzKaWYxe0tW7MKgTjdlywxlYDJ6wzqg4eMLYxhX+67Pr7FTpOFYIU5R6prkf0EHc9dZ
rZWpOCtxhVwEZ4XYtUj2WxWKvdXK2t7xXxPY67CvYpfAwgtgfGvAxrrXxoGWlVN269iwxP6d
v6rAYxwt9Q3AMiMfpF1qVV+w9lXYtl1r4Es66evYyKty5VJycsYdeoZdmlyVFtLjZCkdLsdW
rNG11BI62oCAvUVv0x7Mv7lUtYJobtiV1eyAVNtLB2BX7EhWzo5xqKDngozwoFAC4SQPfWnt
qyrszQae+HRBWTkyERrAKbkx3tAqvsUru7MVe1uVa/bAhd3WcXbJA299jjuzHT1bNi7V9clW
eIeMxBg4ZIBBxQoDTjnj3PnZvBYMKg5ra72tr0LXWUlRr1KHGqqodTvtL4y3VgyLZW9QrMMC
LBbjqhNVnUv0bOhhcl1ZrA2O0nU6yFstXT1rUNKOAVjBhnDChmHVfI+LUssoj3n/AOn1q9rz
TWR40A2T0oMgyM9eAbFWt039OrwFZOpoVPRseqsBhlamlK6772azgnR0Wvt19amkKAM/8mnA
vLLIjn+IkWQB7J3BXY7DU9QoSrVrqAQDCOTKi/YVbjsp2ovTGvpC23ILDaWVpJVT1srsUHkV
uUzzE4rFWe6cZhABY09g2vsKtmqFsxQMnhoGEqMYnJnIgTBmB7Z++56whLhfScBDH2bFdfg5
Bn1lR71g5apat1Is1SRrqMvpUWV12OX9WLFPpbYp11oQcDb9tr64/wC6v8zYSJYmOZUZMmyI
SCDWCAYEsfwcvLLTtUMtigjDJKuQP2KyEDMCjAszME2OqhV8g0PNl3rNwD9PYXDrX5X67Yta
v0Oxh9EzJT6lFNVjHKUNdUiSxg4ecnJnGnre4SlkFroOqs1r4u/Wp2fYrsCWA6wfTxAUjBl4
6bWuCaORmwv+bTP05ABBy++qivf9mdgOhGdb/A/x9QGKwF6kZIGMexAAw/HOAnP4MnCAVv0S
7N6qzofU7Yw+r2sf1u1g1NoZYjJgdzgJJJz1t3jegWshrGGpAeqggTgBAcBilVaFiY4ljzM5
8Zy2LxknN1iusjgHYFzjX2KrEs9Facu1bddxayntJ9fdRVg3tc4uzrtm+n/uaLE6irm5xbrM
JkZsbdWuNm972SS2p625n/VX9VjjCc/kzgkgrxYQuK05HBGFVzgZAj+EQFvCAShXGrJz9Zps
13h6HJ/6YW43onRW9VtjPXadiWQQJ5Lc/OIIwY8d4jCDJUMSSQQcMEIIwNGSCPZ2BNWpyzaz
atyX6WvVsVlWr9hf32C57du2Ualz16ld73bPrdk5fS9Vuv7TY111/Y6dw3gvkpXrbt79VIu2
SzU62zsNq+nr1zVUqjpj/BjOoGSMAw8YwBICjIMck9hhiQBBECn+2RIjiYOQMRRjQSVzonZp
jtiwQBAEYVJx1IaThOQQeM/gxHJwc5HHu2ZaPXqrZZ69q28bQhjW2B2sU8gc+jk1LWuGRnsk
/wDcq9dRt625o2alle7502/Y2I1Wvbt5X6WgtXVXWOTi5PDgQYiScBEtjk4O2cEkgZzkZxAY
xJOIYKtxk5H4gZAyBIHECSoOdcAjJMjCeCGZipwg4QwwzhUweMJ5E4WjPe2NHqxLW9SV1kIt
BFNgYuZXK+M9KpUAwNh4S7VLvVuV1JsWpez6VdebaEbHrakGmoE+MZAgfMmGbCcg51wqMKgA
rGdAM6ggSM+cKwYOdeBOVzJPB+DOAnOc5zmAcnm2woAQR/AOAgYOcgScJOE40HDhAwAHDznU
573m71Nf0ZVOLwDyNj1Vfd/VApq+qfvTWKqwePcbFtVfrNqq5Nq3WVqth77tmtTV7JF6eoad
POzLi/bAIyThE4cnIMEkYTI5wSM/gAYo7Yw57YADnXAM+MBj8fGHJzjBx+NpiEoYxxgE4qxh
ONPYmBJw8431wLOMuFR2gQqkj3xP7/qayKvkEQoByJyMIjPkqJz2T1rRVr2XvR6a1hra666W
DsnsBOn6Wxii/P8AIWF4GdcJ4YzncZM5OdZLVxnUqVJGRGHkH8BRnOc5/M5EAx+DM8jAxjsI
2JK1LnIwDBGfy/zOECDACsCHMAERIlYGXWALvXG7a9cCNZSBnznOE8SSxHMYFz39gNnou37U
zn8EZuqf1/VWkbEjFgkHOM5kzJIP4aMBIIbjtjH7duA2FjnJZBzzk52GTgKjJGSJlZkZ2wYR
loeVLkyYHaAc8iE2MJ7Ag2McLHAygEg58ZI72WlR7Dbdggm/WSKpAzmOwntwCmdlwsBkkrs+
u3bNn1uo9ABgFsYxm0JbTsNe2snAOV4IbOc//9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oA
CAEBAQY/ALGZJHzURu6mQNkIPRbDJQsD1PkEDomEptt08P1RNiwGUDYynZhZ/X6VBgDRQVyf
0VQZKg/TBCauPki8vrumwRuq2rABDsql35VByrdp2IwibWI8kRRwWy3+9DlYmtS+wQALFiG8
1XttpJ0/hR7ncrN/pP8AhTL7kBYNtYJgCGkp2AfH6yAcchnqmcCNFxOdG2Rrl0QZ2TjKNqA9
ULcOTQStKvuf9q/5SGGx/wBiPb7Z94AJ2Aa1vwo/Ilcjg6aoOHjHmhw9uWdZcaouWAwFxfMg
FWbHRQYEItA7bOvYWlwTAVq8vaWBARcOBoMpvv8A9qAEb6BMD6alY9NWRBGpn1RbPVEPqgHc
DRMmAB3Xkmb1WYKn4Jssg+FW2lScqBOqOmyJZORqEXHX4qwEMSuJ9H6rPLyUIUrc1JGhKoe5
cmtrDUl3VTcVO7hB6V/y/wC1EhqjomeYAPQqNwy7ZJf2h15+AgEbFE0AqTpp/QiTTidP9PuQ
hnWG3dAVjdOITnCxHxR4a5ARpQGDMjb9lOSQdnH9Ka1rF+qtzJOBMlQYRB+KGgXtPlqpgugD
H6VByzFfVOpXttGqH4avIXEYCNAfbUDywtyeiYFhqvcGjYqfqEvsF6M7ao4JcrLnSUbWao3X
QwCj3LHgBvhcey1n/FkfwrlBcYlv51yLctQcJy3VaMNN05AD6hAnTZAGJhMwfWExboyeI0dD
8PkiCHO5RJkuoT5dMzdU5tnRVqz8S9beSHdySHAGEaEipGoymFnbZ/4lz7lsCMvH7SrX9Yji
Cu2D+qPuQ8ZRBkEayrMY0RJB82RtahbcDqgT6Jiv0KYBVrXybkMWENX9ZfhLfsq/cregNQYe
ufp/Crdx3NjhfS3oyh3OXRbKjRSATupl8gaJnbYeX73hBHXdAKse01BJ9Fe01fDwg8NEJiX6
5QDs3xwjy+GCUzFvV/5VZmZz96eR00RrQ+5wWXPvjj26e65z+7+/dCtKfl9sD6d/5V7c7LmQ
BWwcEo1Jex0ZAFe2cwgwhYZD7vRQBCwp1XUITjVRrKPIyNU5zuhp6qIf4lV52IscwN0Kdupu
wZ8cUWGkuuYPKwE1Qs/Ej8J1XbBhpBQGzBDxfw28DT6ScFCtybCwBFm/d4qThM7KTjdHtV30
O/tX0HojbuMCZb1qiMdFBdYRAyhW0HwbCYmBhM6JrIGUBuuHKWb4BMR5lFhJ0wtk+CN01iOh
KyG3eVc6cj963B2UZCr2u3Ujj9ZOpH6q9vzC5n2iuXX5B6OfJC4PKpwycBngunQfGvonBzCq
WeSgSmMI6uNF7cAaoh2Nmf0TbQmwt07eapZ2A/QhUIg4Kbt/UC8pu5S1T/Cf3kAKkMG+aN70
N4Zhn+hVflQnQj/cqmkgkz+8m8ZgJxjwdGlfrYmnmuHcB55wmG8oNhchphcatGYX5dqtDOPN
EEF90J+C4kY2RQ3RIDNumwQhrC+5MI3UkKtjgI3B9E5YEpzA0dBw1XJ9FvMtsnYsrPuX+KO2
0o2qGYaKX5PhAEQ4jzTMKA5K5dsi8w+JQH/s9sflzA/qVqgMHiUBlMI6IPCqdypkjRPaE2gy
0oNgmfL95EyG/t+FPkHqoarokZUqgNvaXBHUj7FT3qC9CWJ1Ct3Kn2lhSS0fUv8AhAvU9W//
ANLI9o0I4uS5hUq2P7/D3ZTo1BhwPigHT6eDHFvp81Tv9qvuDi7be3gi8HXzTKFf8wCTXiCH
07i7le2BUULBkUNFBJOqLGUAc6LCw26ZTjTzRdplwmIEYlNH9v2kxONChyd2hlHu450WX3TP
xLO648pbLK1TItYt6lN1lGrZGVmQZQqALPqntcU7NdBkj/Eq9lyRxeNwj2615cYBPkoEkAsP
9y5YIyg0OnI9XXI/gx1dOQoGTL4TBCxyPgoyv0Jjp8kWx1TdYVWZ3dVO4fxp2mBrZzOcoWZm
JHgO126+8ki5I/VCHxWfF/1rfd/4LiUAMJk4yJCvW4cEMVcAsORA8nUDwJG4b+Jdy1vqtYkf
FNkrJ9VyCLDK6haJyCumm6clgUCE+qfBwmIeJKGlWJCZmcYKqDHLATvyFfgvpD59EW3+9AfN
BtN0L0A5iQrXNRW9R8lYVHIGJOFw4H8zJLwAP1aIWJbtjAIdcaE141/TZAgs/XKch2KFyZ/u
Qe5qcH1QsbcgejaJ5G7p1s3on1QOpRAA80enRBnQhUOY8ezchwH+9E0AqORgbq1wHsXA0Xc7
t3c8rfH/AMk3gPJAPB0R6ElMT1P2CcAhiu5UaEs+yJ1CfVMZbEKdfqCOfNPtmFt1XQItjbKb
l6qTA1K3b4IA/JRomeU4QEaYQqSAH0W766IWMzhEgBmwU7T/ANkXqAQT4TojxggokxYw4XC/
4xIjiVflRidWB/xfisq9jsYybenL8CtWx931cuh/aUwR6BPlctsuvzO2A7SCFXsdyoLkSQ7f
4vcjbMvA/D+sn0TOT1RCcyphe0s/gIcP6qh2cfA+NL/q2b4q9Lj2k8v7crIVo4pVxUHr+yq3
IHO4+XjUdEH0XR5Tt4P4Mjdg18J48kHUwyLIhMRCgFzug0oSwH6UAfl4e7HRMH9VOFq5xhMz
lcYzkhYdMfgwUTsmBE6Lix5M3RFt0XhWs4fQbomx6sUC+s+S5VMsn/8AYryDQCSP4qqtf/W7
Y7fbb6/4vq7ir3KHn3qggsfw+630omSAmrpkLMrgfpOiehAILFv1Vxtcez6XbDInOxGFGUId
8oNHRerYQLoF85Crr0VGjP3+PcOSDUgdeVaosZIlcjQniypUBmqI8alk7Q6JG6nQKPBky/Lu
C9S4Iyrdq4Y1LTlHRblNonZin1UmFJTNnwCbTzTkJj8GUfciwIAXQ6IAQQsOB0ymbiiLMbaE
JkbHckfFRnVCoI4jZHkuUGtZ+CscEYGMJxkbKr3tUViCyPI8rWySXV+3T6QY8lI82TAQvb9X
REk+aDxs647px/3UmTlCxHxUoAMyBaZdCHVH6/f497oAf4qpvJW7hH1Mz9PCfBiiCPbuj2zg
a6ojQYTpifsf/wDRQEmzcv5UxE9EXHwU+iPyT20XtEjVY9SoxugnK6/oXlhCS/VN8UDvl0CJ
Xu/7JqkM6kvrqiTIGyeWU5nCtxcFtQm0TOPRES+hW7ariIX5QJFslfmd7GgQ/LZmlv3UdRon
16pjjRB86rZ9eqb8XyWY/Sv719yE52TOw81I8t0IVHzP3+N6WkEESmpU8A2f/FVoQARt9iUQ
cFEM2nxTanCFfkgE3izAvoUe5/64r+XaeL+7+VOKWIGwK+iw8x/Ki1bPsQVIkbpjk7J3Uksm
Jk4KmR0Rf6dk5EDdE1hF4RGhxum0CdkbHGygeX9aj1dOwzsuqItUEHDsmsOrhCJ1KkIcc6lf
/CrepPIPHn7U/O1AIYH/APPghbvD6pDo1ESmf5IbHCf75QJDgZCaoXu9FhwMosUIXuLDzQfK
qqV2HiTsuQ8l0XTwjw6ImwET8FyFW2ZO7QQsv4s87BMHC5WAses/zJhUVHQL3cfMsvwknWHV
qWpWxIgkS/7SNe5QgiHTEJtNlGNlGqw3n4MR9y9whap3lPonqXCmYZiidQdE7zu6MTIdcSXt
XdEZGqIFXroQnbKAR5a+icZ6I2uORdmZzCcRUQHTv8AmAYFM7nRMvPVGrO+qYlOoiXdNmcpv
m0J8vnRUbUwEBt4kboAQH+0ylFguRgonUJ/AxOpX1Be6wfYSiOxS4GOREfx1Qt3+5y6SP5OC
48XO7n+rw4d6vKugRt26G/bsS3F7cZt9f1fgTEcbDIOVBXXdMY1dQpTjXw6oAYC3Bwy6FEVM
HKx09U+Q+UbM7n4LkJRJDOvbB+9cbhjupIA3XIFydHXEks7unB51OCsLrsp1Tn4pgXPVOJK6
7LZMQ6+puiLZQGXwu3ZvbV59E2//AEG+wU4Dy0IBkSVYCriox5q9e09dcmF+be5JOhwgBpOy
PENxhnQPyT+N/b9DjzZfmCvFwI8gmZkxdY6eDIdFOGZk7+icCNURjXCcbMEBLLjxDv8AUhEj
JHRPq7ptk3VwjUgOZhAGCv1q6EJtE+2iAJYaKC8IgmURoVLkqAQNCugwiNFCfV9V+lRrshbR
ULzccvSy5fZP2XZR4EbqRglii2oIV4+sAT5L8xwbXDno6fCJzr6K9dCQSNSPdx4IVsCK4bVf
mi4FGJL6N9SHb7Fbd65LDiI/atZNY1FicDQfvI2sJsfmye0DoneE4Kc6ojfCwmT/ACC2dROq
cQyYE9Qt4yuGiAGN17saIXr+8EJcDELkfq0T3GMJiHpsia2AGgOQmBb5p6U5GuSD/p5IUvFh
BB/2okCdE2d04DIN8GRfJQI3RA/+GUyTLoAbZ0UmOjYTPnK7R0FAPko/6XVMCz6MmMHwO6IO
dFV4Byqly5A+CY/FOu3a01Dz0X5nbs1wPacr8iOP4sYXOtWsRJyESWmdgyrSOFcAf5ULPnRP
hO6f5p8r+x8A8BAtnVEuE1SH1WQRLaMsgHZdeTtozIbT96w50RqQ9TkIvb6YCcyuLDjgEr8s
Gckz/CgMnc5W5RtR6DVtVzBnZAXdiWLLJfWEBQ+19U4s4UY1VnJBAJA3KbUpsH+5ThnUkhkH
yf0KlMioYHyT9FHgfGVGFPp4ThOROhQJ0x9gXu/KuGKAMVAao6IFMS2qAsS5gHC4QQID7It7
cSibW51ZhmFBYHCYyq9wgcTAWIWAQmb4LEAIjGqZsIvlQS4APROD5rkGBQ3Ep2HVPLugOphC
PJRkmCuOOTpiXfCw+6c5wUD8F7salAANUQFUGTsh3LUeoIcAyhagYEQEXq3V0wkh3QtUs7x5
IzhctE+6G7qRK5GCNFSu4P3LzTO4lOvPwb7EpvFz4juxbt4I1QFnoQJLIMXDQgeRqFy5eita
1i5l0e6SWmXyqmpY2Jf1QIkoWsABb7vqR7V+1y7WleX0n/8Ak58UWk6KTIQCIYBNl8JoVakQ
VZoJBCY/JYhkToMpgcHyTP8A2ZVGhKDO2xTs+yFv1ZK9wBPxXuoD6KaBe32hHgTy6k7Im1Hf
DA/0qjA0tWokE6ocr2PIbwj2u5axqYqeRCw77yr2YQSzIhpDsdVapDlsoOc6J3wWTPHmh11W
MZ3VbAliNPJVoxllyafsx4wnXXwmVt4DlNXkFf8AFe1eXuGzfqpj3LcKfS5s8oineNamclEW
792H+K0prt3AIewf+JUrw4uAGH7ya4fz0+lc7YEsAnsY0HRC3636EWCgEHogS+PJZ9FDr7zo
qkBwHlun6yxBQsK/U+n8qGXOyricxqnaRnyXNpZVJDNYF3/0pxIzCbAAUmDkIUxWxTj7NqW3
IHogKuG9f4lI9wmq67ruAwHMrL7n1VjSXqP9SmzN5KSSUHZznyTP1le76rDVMCHygw9x/Eyk
z9uPF/s37diAWJA1hWrY8uEBzsha8E2PSH9qfkCREFNYfmUtkkfT+8jTt1JBLVADw/7KLsLV
rAJYu3tRN9TPRcThodQQ0wogfJSoEJjhPvhYRq3pMrnQcXwWB/V/WQ5WPkQP6VxvI6gIDiXG
uCgOOOpT8dGyuHAcfJcWYOuJMEN5IvnZS8dUCDjBRqfw4P2Tdsh3/mRr+Eh1samFV5LLuPuW
HqrAS2n8Se0ez7jZD7k9dZaEPcz5DJxaNITzGqcF2XbtYMYdlP2Jj7M+LmER2quRu/8AsR/M
pxtozruX7pL1ETOF3u4Pp5WAefxIPWptjhOn7q5UrXtkHFXc/wAS7YJ+oSh3O2xDOfNG1mlk
4ndDjDQESS5JJI81IY7KoZnMoissi+RnzQlisl0AH9xD6qlKiAB932B437lR7DhvJORjdGln
5APKaAvNEGHT/YarRl/NPYOe3r0Va2b3fSiLRCLFnKIfzRsJFXwjpsneSvcZ02QAxrhHroEB
oTCBGCQB/wBGVCmGkoU7VnILFVvSdwVwqCLHpqntaOp0QLOWIgrudyw5UtYniZMn2/VxXOva
NCcg1H9S9jAs4IhN+Lt/p/8ABEY+5OWJCz6JllMU7dGQsGkxuyDf/YAHCY5EeqBqwLS+6NwO
TkfTP9vqTn7dnrvMJj6HKd/ggeRI817i6FrHim5lx0KPG+NwQouCosF9QV6OCbAj4rsgcX7b
izj9n9b9lFWJB6I1Ald2hsAbUtxdps1uKNTkEh03wXsLbhGrS+VEIEyDgKptoE3gzRv9s2uW
qMlX7VCQ4aOqFmLZdAUe1zAAX5ncr9Ic6lcf/RFwDBsPYP4+CF//AGe+wGnM2P8ABZAWbukB
p938/NMezTc+0Ln26ilD+EOyvIPLQghi1ka2qayww2eP1Ii31DITmDso9Cpn+3+JHlB0QnXK
Z3bVEix+JqnJY+Tuf1l7jI6ZXHuEipPx+pA/mAONU35tQRmV/wDbWcSosD5FdExuAdk/MfFW
pSQYH/it2T43C2AkJndY5HRk4cbBAWPv1l9V7fai9y5wgK2lpDDKYW9US/urIQHbPHuNJLJ7
W5dIRHYJrviUL3s9xgk4VrW9xsdFHyX3o1tIOicnyCoCNA6A0/6HE3AtsTKBtZthqVZrPZ3r
Vc+4IJ1XKzANqcIAOBWQV7jHmv8Ak7lajTlbj/rXPtd7tkENxFgS6I5cq5Dcf5uKa4NSdULB
71sWDBD8u3Bs0YFVr3KuwDvv9SIt2x7gwv8Aq2I9t/3FT/jsAXBP4bfT9F0+Vss+qgOiNYQJ
mAg+NEHk6lE2MnAUQyawFjMIgUnRDjQ0A6smpew2kr/kPKzu5WYUSBmxThTUgblEHAQPyRLs
dkKyLDXLou7nKOwT7dU4hzuvcHOzrEHdCU7uETWQdE5CYCdWymwQExkYdAun+CqHkaIDb7Ml
kxtOFw7NeRI+p4q/7KJuSbGYP9aFO5TkTFS+P50O4CBqzTKBsMr3EAbImxbZslGnboaVP4jY
v/ChktuXXuDeSiBuUO33WFZ9+T+Jf8dhelg9bBHsf+zXh3iQASYMI9ys8GLbh1Bk6HQhdzt/
q/SfL9VNrum21RGXUFGHZdG9P8qAGAiAIROoWECwzJVSzm2gR3fBVbAAtnonZmTvDoW7lvMA
Qq8cj9KYPJTjXVNqvcGZdSmB9UTssOeicZQLsF56pzCqD7oZBoGqbYusJiHRH4dECdEzMVXu
H6RHWPsSQLHCNaHnciCB7UXnlkNhEk+8yV7c7FHU2KobfVYODsuIvMLn3LSBgZK41qR5s69x
clQECZOqkMAixT6hHtWi3In4oWqRU1wf8qr2iXtWoq/pxX5xLV7bE+X6qtJ/5A1QACX/AMSf
XVE7YU+roESiDhSfJAOiCpyn0GmqdwLbIVEGmdX/AGVV93TaAIx1JWD9K2sd1xODlA59wRr8
gmGdyhiV9Q8kwYkbf7k7BlNSWXIjjnKDB31dAfJN8EK54/oXlos526LPqUC86+admLpyGO7p
gMZVScl/n4i1w5sWhTYWAJ4hhVh+0msXOQBhEksUb113XK2UBldulD9NclFvdcT0RsT0Zhhl
JjRRhbDVZ6I5cfpR2U4USE9j7gwZWp24uCwLbH/ErfmuSdg0r3SK/Toi4Ze2N0d0y/QnHt6J
jJ2Ulymf3HRB86hctQgaBw4cJ/qqC8IVeCIwst0XLTDzhk2gKcF/NcLNKguUSYI2TyWXIQEG
1dMyLgQuPwTEO6DBD/soycuv0oftN6Ldk4k7FddUNQ6jOq7ZeeIPjTt00d9FkoNrqi6Hy8kd
tJRBEhVqIDZ1TOSSgRIXTom06Iz5KZlE1JlEaDKbRSIdEVH1EZ/eR7gqHMk6ugLaw3+5EffK
LmNEXlSPgvNRJG6nVFHonGfEAJn9EBgjCcyyb8P1N6IkayFMEofeuWy9uhTQOiDTbbZHuAzt
ouqY6p+Rhx/lUj+wRfReWqewYZdRJOSp3QLMCp9FAzqiXdihqqN+qPAtlEnJJ1dfJ1HubXCD
6jVOJ2dNqEQC05QNg3CuzyeKJbXdAMwtgLlvlP8ApUZUwAoEFOAmU5QcO5DfxK/nJ8yrOXID
gCFZ86o5PqgM9V5JtpTs5K3eU4TEIknC6boTqnDzCBxucp8hNoP/ACTyiBABAAQfA2wnGDJT
b4WodeW6pYB3VmDHopXXdEbq3TQf0okhycOp+UoMVh3hkQGesrfyT2czgIabIioaZKqCYKAy
w8L2mAWZEv8AHKeuAnynPwMJ6lvJS/mcpgYbDoC9i1YA0QoASTALKt+9Wvcv1Dj/AA/UrAAV
q5YVDBmopKHXU4Rr81DL+9bFNr0QI0IVq2wT9KciUAQGs4wvyxw7V65sYqR/WjwJIBMmNf8A
CuJyU+23h65Ry6yXWcbrQFOwDok2bCHJyDBfyTZfdRBTv6Kw0f8AQmdwY0RDeSPTydVs+qcn
KGwMKw1dNrlQHQtg7IyiH2he0wNWUf3oHd3V3gsVhEQhDsyciTmFXlgGB4245MIkwo0T/oTa
+S8sptdJUhn1Rv3a2rRw0NyCB7fbAIDCxk/xJguwRBJu9vIdtOhAIKj1CYH0Wyn0KZnA1QYO
x3VL1ItYgOAZBZPcioG5Qp2SBUEseh/aX/IRAkkoNJ6S65fi1GqyoQFRMJjKyzLZdEBoq8A5
aV7hGkIPLHPREZAkFO6tZzkMPRATPRaI7FE1lvuXuhlUM4dFplZY9VgEbuuJydFZkIZAGBvC
BGuoU6aouiHZE9WdF2gQmGskLlhiP9XiaHBTWBYuxKJGR0ypEZUmdvBiNUO73uQGgDCP3uSr
Sv01DDx7dX+nlPp2l7hGiOhGAidkLWGduiHtwnFYUFvJEjPRPWxrYbQgb+/vkM9iT/hRsTOZ
XK+uFy5GfuWTYb+i6lbkJ9WWEw+C6+AIT3sBUhnLpq3Fj0KhHquMtsoGtfuqqGoGr/Cqgs41
MLckIsMJjDxCox6oS5JXIjOPNNxco2IAXJohAs+zINKDNlcTLbIxumZnXIByMphumLuMsjLu
zIeJpevKp0KJ7PsJkAkt/JdF7VMRJz//AFJ68bn/AAn+qlEO2KcizkbftIdz/wBiot3Xca8W
Ps/DVT4ldwEn22IA2itU2ycfNbaht1559EW9fNOPgpy619U2vRPDJ4KdvNtUwg5fZcQXsuRM
j4p9E4aVMNon+Hgy1TIai4Nfj4dfB2YcgqgB21QBDEGP7VQc5UH0CBwq1BPIR6fur3FgCnsX
A3UMyJsA6AIyhxEnGqeoTjIyoD3Cu4cmpYGVYke4nB0/YXE5ADwiO2fdcaDVEWAtyMwHwnbi
+GQnxzCNO33K2uINQZUrCdg++v2Syvbu1YXseJy/+VFMEdiiBJ6r3fAKPVYUgv0QGiALH70C
Xc4CFgfMLk3ki+uqZ5KlMyYj3JgIWPRH717lqypYtUasP6UCPRTnwe3uL7BcSCK7Nqg2UH0y
owhqyBZ4TACM6ovXXCwydpQLOgB7uJ+H0pjtlPaKkM+HKJJkrom7lBZN2g9LEkM8D9WyJu3L
SVa3cIJdwz7LZOMJ1zuWqvy+0bUprhDuds8b1LgwibWfuVJBEO34be1T9vtdoDWxfyFEwbyd
AD5oQo+UrDNlOAnf0W23RAv5pyHG7J9T9PRHkI2KLBh8fCchf2KNSC2Seq/SmZnDsrch7tEX
BbQsmlFlVi0yWVWlgHPp4PoiB7WAg+S4cBYMHMQiK2DiRCNSJqTUn+FCwxhAZ5YjVCoq710/
dVv/AF7Qf7XTnPhiERqVYNrPouNhxXGocDVcSZ80HgqMeDboiZWGTJwWXbYcqVJ5KJCZU7ua
OK2losUL/mVHIOxKnu1+KI/NEJvzPgoNreQT17RJ0ct/pRA7Aq4YE2P9K5XsbS+uv7drIhlh
mwVuVLHoia66JtdVKlAhCZEsmt80QC4OuEzsBumEgJ/miUbaHdAGGOUCC7jw1jC/MAPHUqDK
BABbQIW7jUZnnovY9/kuXAthn/2p9WrCswaBj95Pnoj3NLElvMrhUElMPaDuURzHLZ1TvEhm
Y5y3BAgoNK6plaCZKJ06KcdVj26IEAwhQ1bMlV7gP1AFbot4eSLK1eiIIwS7o7ldV10dOTr9
6y6hfcVl0+y/Qp1Qww2XIOi0p8fciDPknErrsgdUxHqiN1xYeYTAdCUd1mTATk/FbbLjnqmJ
kauoKBdW7YMH4KT8UHIYzCBLsc4XJiRC58bcd4TAz7B8VY4gf6l80SMhvvUj3aIHFpVrGP1S
uHcDtgjVEGA7hByzJ8upKt3ATJwmtJKB7cA5dD3DiNYWWXvkMq1rFQAAgohFvVN4H1TGBYkj
qXspjdOAgApgQiNVIYhOWldE2DJdA4I10TCUQIUymEP6rdY9FhlAlOVGEC0qcKIDuE7gEIco
PyUaJyfRHV/iojzUfFfpRdDcIuHX6VK4/JGdajOwqi+n+5RO6I3w6r3K5wVUCsHJQqYLJnlN
/wDCYVcnUYQiEy3fZGMJtsBOTOoU/JDiEAhOFH/dScpvGpZ2Of8AMsNqS6cT0WGUqDG6Moz5
KD6ap3xqmaOhUFOFJyoII2XtHxK6rGNU/wBycH0WXKAHzQ5UIBQ90ebcf8yNqdwW9QSvpcjU
IAgh9wQmI8k+yh0OmWW5G6fU6IGwIBxspL9FhPAZPruja1nYglA4BTYdMUQMN8P8SqX5DqnJ
bZPtk+iapcD0lPazv4P4cmT749VxK+Sd2CYS6BELHr9jdVsCzGUBrsohT8kyYhwcKA0oMchO
PigHRaEwGUAX2Qadghip8kw0X6VBXn4O6ezHZA9u7NgEOo423Rr3KAWDyLP/AIkAYc5Vbhj/
AItUzOvdJ6KCwWfPwrXHIs67NKacnP8Ak/q8JnZZlM8ugTQOWc7riBAx5JlCxlMR7ZT1J8tE
1b8a6hyE31PrlV4hvkoLblOPAZ/QmsnDp9Qi6cDK8k58PLxFSH1RDNJATujsVAffzTAT/b6U
LchXocoiSQmDAfAqGHqg7kl/iv8AF8YRFR8Qp+ryRy41Tkuidt1lk2oUAkn4uq3t7e3Lgg6f
uoVr7SDogRIYvuu3aobDoxOPkqWpjZdqvdrz5AliHx+0r9ztN+UTyqBy5Dl+H20Wr9R4VtwP
G+IK5ihIzgv/ACqvd7vutXFIz+HlyVSQBweAYnh/Spyuvg8+DOpLrZ1sd0ViVIlaR6JhhSOS
wpGdUdQgT/8ACDapsrCcGMIElMpC6+D4W6Ork/ej8k2PNe4uehXKggnOf4/CMrlqEDb6uqfU
oAeq9oLyi4bqgxwnHbsQfptxLEf5E9yaA5g/6k3cqe5Y6kkD+BR2KlvM/wCpDhStWwwTIk4J
dTphV6HCOmPuXK0sidBA6BNlcr9qtiNSJXL8kA+ZH8PJAVAJILdER+aQNQAB/KnLSgQeXlKc
p9QnELJbx6o6thSm3TqPisOUACz4dBspznZQuqIUJkNfAdFKPg66BE9tuWi/5WJqSGAZe0Sp
PwTHCI0KmEQDAX963bAQIGNURbwFZb8TDAQ9vOwObIdAzaBQn+xEkFMCHGhVWyrFg7hcT9Ou
E1Y+x2q1DVaz/GqDgEnK0c6JwxWBPyQLeaZvJcYd8a+LokrdYys/3KfkuifK+5ZjwdSJUqSJ
woKLg+a3Xmi/ooyuoR7li4GAvfd65FRhSv71OqieiG41WZUyEwwm1Ka8DpCy74VO1Uh7Seje
5fl1YWJclMh9omxAT0D2Ewi1O4Do4gfxIfmglpciEGOSGCChQpQFxNX4nGeP9CYk8v2v9i9l
g2gsT/8AkiXqfKx/oTVFeJ2JB/lRFwORwxP9KHAANmT/AEp3q7Yc5/yLoo8PJR6psqcdUyZp
18JyswVsV/iQBKtbkzR8VWptyD5yyBoXhNqmAfqmMnfxK7faB9w5GwG7UTGHUSnONk6jKZMM
KJUwn+aHLq6csVWpM2BAHpy8J8J+za4BFS7EIC9rAbgn/Sv/ALL8dSeRhNWQ8hsqvcFWIOSg
DlSvaCfROKn4L3gjaEP7ion7L+MZR3RUZU/NR6IElOURe4qeplca25EbJiHPUgI8tNMoVrbk
fuRpaIzB1QJsS2GDJu5b25B2Qt2/cDhlg1IhiERa3G7FhDoh4cAOuhVrExUOfJX7hMEkjy8H
r8EXLndfeSuhQI1ymEqPit31T7rZk4EhdlgSxlh0TVOspn8ZUeG43TEBtXX/ANeOpH8tl7CA
CXYg/wBS5Cg5nJlMvapBbCPEzopPmXUGR1C92joUyd/sSsxlvGTlPlN8k680Oi2ZccuqgD8I
ZVuR7ncj1Q5BolmJlEizSoP1F3QDMP7fWmb4IgaoVNfp9rjontWGjzVu5Z5GNkIcOP8AUmbC
tQB72Df5lgF9HXtLkboHPRFohTqsIDCmEDonBcPhAhF2lM3wVTWa0e1k5grkPgsKR81Hhj7M
fYcWzuF9QKm2eik/JRnxbVT8U3MPs6jwCKdNut0yhNvhVPFxQIEwUGg/JSZKf70wndTqylpw
mxKbdEBnEdYRvZg7LkcBXuJAaPIJ3BbIGihWBGckLkJRJRGpTPOyw4QGHTymRr8WQFfJXsZL
NHhuvbnK4mCNkzEndYKwU7/9aE95scVGU9Q1AJDlPwjD+BU5XROMIFTkYTHKhQhfUD9NUKjG
8IA43UyCICYj/sol1x06IagKT6I2EM7o2BjRDEgK1gfdoOpTOzpt8p29UddkxMdGTnCgLzTA
rojpV059VAyhEjCtbQt9ybRZz4EaIQoypWJUMVAHqmFZEaKR8lNY8k3En0K94ZfemcpyWOyY
HogAZMRKwyNne34Qh3O9qSWxn3fhRrXB0TfJN80euU6Yapvipwn+Cn4rom2Vu3ZnIYHZMKm1
cAjqqtVztomtl4GqJbl0Q0+SidynGTp5IsfML8oaxb1QQeGwr9uv0ULeZqnEFSSWRdz0UuEy
Y4KauMrV/kpZSHXRThH5Ohqql/qFX+FVPkgE6fTwhSPHqnb1RAk6L3bqB8gpqEYZ1BMbojlZ
90SbH4oWBdjqUbEsBqjbun2VBIG8ocNDDuyY1r8E/EOnULCZPug+vg2pTIPqt05DsvYCCCnJ
z0ZS89VxRNcjDoxKdvcY8k5MghACCSzI3tmohWJ1s53dZg9EwzZZ6Op0WcISskDosNo6zB6J
j6IhfpRCAVP2R/LVSqn5IRKbdA4K2CAULLMpKMq0OIlHT7Hmj96Oydca5MFDtVMkynLxDg/x
I2pZw0uJhZRWqfwfI8Njv4SfJOWLJt1albcSRBR9z9SSgDYMdZj+FW7ZL8SQ/l7U+p9USzMg
Z8ggNMzlOfqOqDySVTt9qxAAPJmb8P6qBd0yg+SaCnLMmDqM9QgGzKL66LVAAZT6pn+ajGiD
tsqNpUfci2m6qSyB0bReSnw2KGU680TsgTL/APigDPIso8GKZBvB05DknCNjJwPMphDJj/Z1
yYMjjyQyPNMiGYjCAJ8wiNPDdOG8kVlQtnRsfwhXNnmxI0/W9qrXQ67IVqQ1srIJ1RMnogXV
u7+pLdWUy5ynJUEOsDplNUu+dVAZe4t5IxydAgRshPkEHktLLBKcs3VMAzarD9R/tQNjHzVA
D+EfcjuyqSxQIkpsFEYTv5pwfBgVPxKEZOiaYwqjUWdz9mWX6VuqgFpKfI1RqRAJDp62B3Dh
N0RJ8MR4+XhmdkTWdx4OT8E62CJ5TYgFE6bpxKJeWwnCA11ROd13LEkBvpHkgbFHDdE4lTBQ
f0Ta7phlMzFEGGj1XXZOWMIkSPin1KAOOiLTsq1IcHRAAe0BFP8AJB9kGTj18HGEy6hMQCgP
kjqur5QfLJ0x+x5KvmVboHRtQNbMa/tIMCCGXNhy8I8QgdFCcph4RlF0yzg49ECIHzT/AB+K
0EQ6BZ2wyx7skaoWFXBOShW4D7DCFv8A1qilwC8s/wCr+GyPb7ga1XBrug2dHXI8RYsQHb/Q
mvQ1M5BTjICf4hQGKznQIs/VRjqnkgZZPpotCBonIZV3DpjKJboVEVGUGUyEJ8JWwXulFR5/
NE4QfdBkRqM+Mp06q+OUqthiyfQCd1yr9IbKZo+wzqAmJlMNNVONUwR64R30TkrYpqBiLP8A
JCAD6IElBpOCAvaGB3C5CpNtSuJHuGqqXPBg65ULhWpag5HFsGP8arew5XqXzH8q9umXXG9R
f9oP/MqntdsUq7XITablEGSnwgxa33p0Wx0TfpWVhjqgW0WEK75TAyg8wnWVuuildE4XI40T
mUdBsoWw8J0Q8HCAOXUgM0DC41DVwTiECdEzLKZTKjVAmGXVPlFspzJ/QjGFiNfB2wjYnWEQ
zknSVAI9FIYoRj9KnGiJqPaTJTOWMDyXF5fOAmBc4I2Torqu7E1Yj41Tu5AhZAA3ZGZQJM6L
L7MUWLkrcah1yZ6rHk6510q0hpPH9ZNglUcwhtshoo0QfZefgN/CEAZiEVlkGUlh4bqU+iYY
RttZBFxCN8ALm5Z2T7JwtvCZCJ2WMeEhnQluifJ2Uwn0GqsKxV5OVyya6J3Y7BMC53XEkTJU
WD7dE4jVAZqd4AX5Np4njlV74t7DFvX8SB0UQsLuAlgalcQZ83Q1dSFEBMg7BsnIRHnO6YSD
HSVagDkfNlbqxwybHVU1D5QnCC3W6lMpgrYIDMoNpomOEWkR4foTBSfFlcnBYpujIFVrWZDp
tcuiThealFkQV0W6fQrKjVbp90QNSxUeSZsZQeXdb+SBfGX6o6k6ItoP0IXBYDZWLvOR0XAb
N6hU5QRBHUHj4334n7lGkrkcHboiTAfCJ0TFmXuyzAhcgxVby1SC/kn1z8VY6EJ2hVvoMoEF
3QGEWym1R08WXGXrqifTqiAiPGEd03hl0XmEfN0zTbCrXYOfiuWiIJdYzp4Qj1U4COynCZB4
K6qYARDj3FgSh01QNY31QbOyJGdkCMaug2TJPmhQmHRAwS8f7lcW1wVWr+1yj2Ti0jzIqo8L
AufaYHkj7WHmmrNXddQ7o6FTJ9QgRonESgCQzzlWNT7SwBI3RewY4qMpkQ86MgTog5UJgvvX
XwhWOqJ3RVpdF04z9nrqoWmmP9y6BDiYgf6lx1dk4wnOmFOfGDlFdVPxQKbdWuZNQgLAAAuG
XtncoWeUCjYA8dITmCo21QIZgmtNsBRhkBWzS8rtd0ZFqg+T8U+PPwI3goimDUEPr+H/AErq
VJbqnJX9+y16Js+qbrlAAs5BKsWYCFAwrFNpuvJbFYdOQnT7okhSY3QIjws+qOvg/gHQWEdd
gjGJRsdn+S/MbBXR8eGE51QOiYSuqbB38DK/QndgEQfoLfNYdBmZEPG3qgTPRGw0Ta6oO4GI
XkMreUx1QiAh0IPwTIlMBPw1Q7o9tqBt/wBa6MvxypnVFqg+aw2kJ/gXTnOyLYyyr8gickyo
V32XQpllb+ADpsooDXVAabp3cKx+CbHgY8G2THwFviiABH+1W3ZlYHSUzasm8JXmnEeDaBeS
co4hGICI0Ajz9y4u+6x5KQymB0Xt+lMCUBg7hGSxEdVyZMmMDpC9tzYCWKMMQzjwIEEEyrg5
Y/ciBjBBTY0U/Un4hMPnKzPkgdCzqrYdBgMeF/2SuLRqidH8IyUxTMJ1X96LIdclNoy6InRH
ohYS6IOR4b+HRHorM8uC6PRvvRA2K49X8CE+U3hKLZX3rYItpqirkQWz/mRyOqgcY1XJ5aNV
7y/oFZsh1v4AVnWJhNID5RDzqi2Xh0RUyQyNbwLbxj9VTphcjJ5GEY6N0KOgMhS56phLar2x
uvdlFvpVQQObGfxRyTgTuU0QuWyNWZwz+aB5NY5XGpkZKnVSohdVxRVgfpq7KIhElFFHiU5y
fCJCcZTMiiNJR9PvTZDLozqPVOfiolSmTFED08N0UV3AQ/tP3ItUdEQQyDB6n7lXQHRXfqia
ydlOEMgCAmZvJAESclPsRKaGOqAJ+guCPNb4VrAHlkKwLg8SQi5DjLogY3TN59FJYrlqnJPk
qyGx81lw6MqwM4HzXFVc4dWHUrfzUogaLyWysUbnX5rd5V7bJ8uWRWW8AoT6pyt1uifJOMb9
XXLVSFhvDKZ5W6/uW6iEUDlWr0RIJDkxtKPzKaxYgOPgi8H9X0Vq4f5pyM6qSwQGYyuqrMFE
ciBoP9SPaA8j1CtWwJH9yBBFiYI6froEar3ByNVcVDEsY6iqb8QRHqsOnygB8EBWA+ENIhEu
5Kq6AG7nyRLws+QV+3SwrSpYH/KiLW5TqiL1FW6n/wDNBr1BOicFxuuIKxiAn/sFfUgfpTGX
KOxT6LoUA6HiZVdR8NUZ2CZ0/p4BRlDddUDpr4x4QmOV3al3JhRKBcsPlC51HmU5zKa23VFh
GjOmJD4KJMnEINAGi5OQgzmXKAqYeUSbOdA6NO6SBb/6yZH7v6iEuu33Az2BB9EX02TiQcpn
bpleScsRqqmSQ3LZFjjDIzKBJdguWyDAPKO8Qja2S+PNOYGIW6aBuIQtXuW4jAlkDaxHohS9
jbl5fxohyPVWrqydsH5FSwOmiyPCVC6qMp9FVsDfGVUGHsi2AIXzTDwEKVjwx9jyTBciYs7f
wrGET9JzKYyTp6ozJ16IzCBE4cKS+uGWQB5rL7gsFwJ0g6K1n42J+p/9K5VI5HJGqnXqt2Pt
OEKOa9wv/wCX0oW7tvzDXD7f5V7a5mEXl/RTCznQIp8lRlkCMq1tUT/Z1iVa5DEkAepRJ+pR
hSOLp8AJxITO7YwFmGhAPHopwco0DAPLn+pQQdmlENPkonwyuoUCVhdf+6rXM4RORsFj0XVQ
gt28WBTv4ZWfRRlECRUn/St/kg86h1Wna9xOjLj3A1s+iLzsnBYI2HkykO3ROC3qgNQPuTWq
ORmZQGtdETawGwKBsDx0LwjeuO2Hs8R7l7YfQwidNEbHJ6IA5C67LbqEwMZhWLvAWG36ri3m
iGZMZdVBk2t8gLIt8UTr5LKiYX6E4LMjyGjqrRiEyLW4ndn/ANS9tn6yE4J2iU16l9SR/tX0
46/7V9BHqgL2boVyHoUZYrr/AN1f/CSAvVfla7oyg89FBTalMVun+SAZMyhMr3OlSVawDuZQ
sy/K7fu7liy5XPuGq7fbOz/OyNtBkJ4AwEE8HqFxZMzLkCHErlUNavz/ALcUQfaULCa9URpY
MQiC/uJIRqROjLVMJbVM2dSgKiSY2X/IQSQXAG/7VV7LY6BHDOi4jdGNkXaf0IdCydbsgynO
iLkB9EwIADObf+Ktepe1mhdR4Mz+EKRlMsAIsWOyFCRYboq1h+EtPmgXzLI2OzL85o5IuZQl
/Je0eqyF7i5ULDbFTPi3VWpuE5+kGQoM4TUHv1Kaxful+NdySqC/1WaoxquJs3ctnXCsHgYX
tDLjahJy7/0LnXWQiXyeiY6YXGtgyBOd1xszEHiRuqvEgk7oWoHvVzmZ+r2piGIygQC7yjxq
fNf8oNz5s3+VG1R5OdxVdUXTE+SBwi+oZcjaCIGpKJtIBLDYJ04DOpkjCevbJGhwFW3fsw1q
Cv8Ajp6kkqB4x4So8OqkTv4QrAZJf5oHYBlTs09wcOvy/wCzpyZTWThyuqdNogAuviTqrjQA
N8E3zX5dQTPxR73cepIBL4xyRuwAIAFQuZLHtlwOqFjnVQZXuIDaIgYKIz1yExDgbZROB5pg
XGjKGKZmbVGwLba/qogkG2J9sfiR7lzY2s5YEcfcuVeRPUphC8l1TeDum1TWwqUBqa0BIALl
7LGVMV3TUqbNsCULf+wSDkAMEO3UFqhvgoCGjfZlR9ryRJhguQlgMq3dtkQNNF1dTonKYQ66
pk3hhR4Eo1bUOtycIdyw5NLFfkVqK1qSI1b2qco2ObHP8KYH4pyYwoh8dV7h7t0dlbWcuybX
ZQBHRONU2Q8dVXiGDuR/uQBq8Oyt22huQ9fw+OFC6p8MmARteAMkI0/9erPBucz+rVcrWJJ1
PRBw5Gq/Kr7XnyTD3nUrp9icJ/gE+PFsKfHbwtc6ArgR9TDKr2hmzT5JqynTff8AYwpjwc6r
VcpAViCXAgTuiSSSTklFzybDojtg88OwXKxJNjnVyvzLsWnPXihTB1GiJaToU9iQDoECIDpq
mdXRn5o1sHCLAM8bovgMmeQH+CE+iEOAXPojargaKt55ASd0Dv8AZZC1gSHYAIh27c+3o6Yy
oDYC5WIrQhxqUK0EjNtT+99oeDnxz9qx6I2P4SH9ELH6auw/kT9UyhbplDQt10HhUA6YRAKa
zsOqFaQWn4oTkyhxm1vwgSm7deF3BdVBJNXiP9q/L+qwl/XmnrEP0RfI1QI+SZ8LkPqO6mOi
gMAibVfqiA4Bz1TjXKcoh41BTjXATlpGEPIeG/h0ULgCPacCf8KIOEAcPlW73dtXuGsipI/q
Vu3fj2+2B7S4GPw/UuVCLVOCC4+3BTfbZThEDUsHVWM3IcDLMgSMhyuq1ffwjVSpTBfeoQ5b
YVicYRLK+rFgtXVr2k6ErKHuc5KPzQOwb4o1MBpT1Lg5TkZ/t7VwIBB+KBA+nCNiJE+iYQGT
5yjbIKbJKDGc4dOTo+GTgOTPxVLHUD7BCvxJraocMhM7pr4w+qYH2tk7/wAKABdMIZ8r/juQ
Ohj/ACqTUtuEXpQn97+pPalAdg6H0gnqVJHovqCcH0HhKc+OVnx7dLbuqgAB/wC9G9jxrlGv
bFTGS65cqt+q0eGyYw3g6dOcJzXGqcD6keOrrLfpQGXRFTJZ8oh9E2S6kogk2caLjVwqgzG6
nH6EQPpQe0jRBssFMNvKJgNhQGHmnAkQ6kScD/xQeGQIM5VfX7/sOiLQLZR7la2YFiG/iRGG
6IcY6KXQu/FwDh/5rJ691304j/8ARC1i4MaafvXRAHqCjlh0RP6ETyZtGUyPNkNQpq3r0/ZT
XAfZz/SnuRTzP+1PWwMb+DhbI9EWDV3RmdyjexboSjUQDGrsgMuvzXhvpb/cn8CBlF/GRhHu
XPGldfNVr/65FjqSH/iRexbQOoAlVPEHLuiWbDEbfiW53QFZsi+dQUQPRNrpOi9wYF+v8qkm
cMhajG2Dof4kRcMDh5X5d4BxYhG0cd0bcc4UVZ9wgKsHbkVDC3RAkTlEAkEfJCg7hfbzTdy0
7suQu4UZypPoi2FOFPbqTr7Qo7dX/ZC+kH0CYMOihdqjtBLKQzmP4kKitJ3qFNROzBRRizup
YJyvYHI0U0IOQvcS+GU3I2Tju2+JXv7h9UPzLn4afur2dypOm6Pv9u4XHt2YjOhXuJJ6yhUA
mjzoFy4z1lceI8D810CI8CymEO3Uk9vPEbqamU4E6KoFSRrsq1I942TEeYR4VZ4RrcipMM8r
8sX9+Q5goHtWBqcsXYoG4JsEx+rR0KkE67ynpoYQPcIJGphEV0y6rPteVU0Lg5AyF/yA5h1Y
V+oH2h05kanKJt6f+K9s+Scgm269ksY6Ii1gxIwUH+lQEyYCPBxlS4HRSCYUBVqMVqPvuqio
cR/rQer7rkBjCvdiC0FEiEIWC/8AchyqC5mETTtjk4UHCrbuVL2GQSET2hyGzumtU9Qyr3DV
rs5KJB9scX0RNvQocqH8sZMhce3Vhjqtl1RZHbw6LZefgDwJAg2C1DBC/cY2Ms2P4kRUBzLs
sLCJAcgQFY299nLj1TGvE55O8L9aR5BvxIXsX0gLnTOvqmMucLjXCAEndcjhcnzpK/W/Qhxc
z8U59Uy26J6pwSGyN0RYQZ+f7KsfwkhlGPDrqnBWHW3RZlFOrEeQQNi0iT+8mFwXUfBNuceS
hSco22UhyjXqiHY+WF2wdh4WBggrizgw+mFDVt5KLVfZlxqG3K5WLBNU87kQAvzGLY4ch/R4
EsnPg6ZSmGqkBTnfwbwtxDnEom34iSAEGD9EWHmhGcprVkYR2ZQ25lEEeqFQCwDOVy5PV8IH
skEnIC91I2Y/0oew+ibiW1dAVrx6oE2qH83/AJUPdVxn+3FGvdL8cY/pV+z2w9rMH0VaHI1X
XVYhRohuE5zt4CEbHcLnbctqnAc1yiWArrMwna1bDZgqUtyar/P95ANjKcwCrB3nGvgy7oJ/
Hb71QtmoUequ2oBQfLrdS6N+6WqNUKdmp474c/4UCck41T8f+PeUd1KYLz8MZWyiSg8dUQJ8
OvhMgrAFX0T1AJOWZECrv1H9SFbVAZ5UUcPoQp7Zrpp/m9qawL7kIADGSpBbdMAH3RPF31C/
5QA+GlYCmo+AQYDwZN8U9QB6f0rC66oDPRYT6JwuqhWIExHqjV2Oqqe2C1R7mLI9nuWNbWgW
Gi5UuLnQWRHcAyRCy+4T76aBMCLE50KmzFH3h+sfzLuWYMS4ZpXaPRvgfCpMOMeS4jMnwHMz
pXUr/mJrUYqDyDoU7RtYnHT9lC/cq7HBYr8vj+7DI7r+5YTZ1RQlZT7LplOgjv4tlQSt07Ik
a6L2h20KP/GS+zo2a1eWg/3p6uTkA/7UW7VjxkQU3cpapjRdE6cp0+qlZWzrIZOF5LDjp4Nq
6KmEdZDa6okSNYR9/Cwg1sQH/ZVSLk4OfpQsMNlWIsGFinE7KYPVfmdsO2glDt9zt2AP4mIZ
D8ogjV0e3f6gZ+Cr27UBrXcEFnU9wUt+rY8VQ7ugdCMlGoIN8b5XIkXsPTP6lPYjWnbNa62I
LLk5NiJL6+GI8Nlutl1TGOqIbJyj08PLwdQVONESn8Wb18PvTLinTsH8WKZlHgdVOmiZsp9F
OqyoCiFlOUOOpwrC0RplAuQTgjC/5DytjkdUG0r+hHQkk/FM0jCy6uDOwTioB3AWfiu4RgkH
4hU7hJpc1Ykbj2KofkLYthUHcD3rD/rLhQcWb3P/AKUL2tFslpQNiQBpklcaVAfPj0U+EaeE
Qmcug+E26+SLIFt1lbJjjRP4Pj7T/NdPsQs+nh0RZOCuqd3bRTosrqtioZMfVUAgE4XcJIw2
FStgCgSARlj1VqiGqWbyR3dSJ6J7AFXP4SmaN0CNSvzrW5PocYQ7ZoQ2OLcVU2qwrgECyr3a
+3/Dp/b3KztOPJdsgSXn1XkidEV08On2JDqNfB10Tbpl9ynCbCjRB/Dr9nPhOUCNSyca+DeJ
hP4apmcBAqdVEINKkOq1duIweqtaHJQLFxhTqiCIIIXIVLkvDo2oLPsQSq84qZdj/qXEM+7K
ZC7f5XtFiXLYZW7feNRYS9iA7LjQ14jJBBlVp2+2B2wADZjM/rVX7IVbgTAf/MqVOQ/3rbwm
PBkfE+Gyk+SNtTop8DsfAapkA3233+wyD6/3KUW8B1RAwvNeSfU+A2T6INlYnRlrCIGAB9yc
DMlDylMtgvJMNUHZtEYRR/MqLuQwRrRscgJx+6hbuW4z9LF/4lwo8yScurAwWRJliI/eQoQw
Dyt33TMynXK6J/Bx4bLOE+ijVbrC8/DMr7lGd1nzWG8GdOh1U/Dx2TOmQTborqungzfBSnWE
wMouGZBhlPk6BcnZs6Lu3OScZ/woFuLlYRCwoGF1Torqu323+kEnzKseMCn9KgJ2UaLvAjDs
fXkqVbLuhq6IJbZf2lOnXRQpChMV18IULPhAjdDZR4N4T4uUfGF7ZTHAwoQ18GeRotlEJhjw
d5KDZ1Up6yEW+rouHJmy2698gkz6Ko9fD25KYlADOqyuvgeO0eavc0JFi4cgwrG9RWxwx08N
wo9V3aaF/wCpdty3uAPkSoW+yPj/AP/Z</binary>
 <binary id="i_058.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RkbRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTgAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfWgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAX4QAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOc2g6H6I8pH721SYN5IInc06/3J
2032sca2ue0SXlo009z+7dzmbvofzifFOy4Bx2nc1h36H6Xu0KSkb2h0kH29h3iUAtJILwYD
pkjUaeXtViXOAAaSXENho1JP0WBv7y62n6jYtuBXb+0W1ZZAss3Nb6I03bR7mW7WNd/P7tj/
AKaSnjK9pLwdT4+esBqJUX7RAdJmDwFY6pgPwcuyr1WXEhljbKSXMexw3se1/sd7f6qEAHN0
O7u8dz4ubz7f+oSUsbA1s7og6Rr5bQiG2WgyYInzhBL3OG2BMyXcwP3VJrmubtdwZAniUlJc
c1EWOvbv2kACZADoZ6jo+l6e5q1b7nvxjTaa7GBkVF7Glo7B30f3liG11DnE0m2uItZMAB0f
3exHuY+o12Am6p4nHv5kH3bOHNpvZ9CxjElNfaBWxwcWWNALxJ5Pfn/MRN9raARY4OngGTP0
nf1kUvpyrTjOrFeSW7se10+7Tf6bp9/9TeqzXWbDXYDIMOnxBPh+b7klNptl23Sx4Pk53fxc
mNlsD9I8gDQF7pH4pVGBA104+EqInYXH93QfJJT/AP/QL9W8Xp1uHTfbh1XZLbS5ltxENLD7
X+93sqe7b+g2P/SrI62zHq6pY+poDX2MtfU3VtbnAPspY72+3+ymrsswSWse31nwdJ2t49v/
AAj/AOop1YOR1LfZQd2U9znHHsHpWOJ0d6XqbWPd7f5v/ttJTWpbZTls9J7arGPMPd9EQXN3
cOXbYjsN3TaausV1X3WD18lt5Y928j1HWeid7tn/ABf6JcgcYZReKyQNsuJBEOjc3a0/nbvp
LW6H1mirpmL1DMsY0mz7M61/0xbT7ra92191rMit32mqln+Es9JJTnfWa7Ht63lXVQARUWgA
s0NbHbvTcGO93tWNEu15IEfHnj95TycqzK6pZbY5znW2Osh87ocXbWO3fuV+3Z+YpPaC4Ej3
aaDQD4JKYg726++NZ7lGYKt2oO08AHgn4t/NUWhmpOnh217re6f9VOpZzgbWDEqc0ObZby5u
kOrrrPqf9ubElOQ2Sw6+1wBc0/RhUG5T6sd1LQTWXh+3RxDh+f8A6/TXb9R+quBgdNc6/Jue
5wLQ1gY0F0F25u7f9FcVbRU3pDMgM/TABxsaeXHb9L/OSU3HYLrKquoPe2qhwJF7QdjLKzG5
0/Sc7d/gd6udO6T1DrzRfiY8ESLMh3tpfB12F3u3f8F6asfVvoZzuhV25Vlz8d+cK68QPIrs
r9nq+ow7tm1/6TdX/o16A004raMalgZWPZXWwbQ1o0G1o/NSU8Bm/V3qXShXc8Mub9KxjJLW
Ae0OcXbd1fu+n/gPz1kMa01uZEQ0gR8Nq9M67n4XTsP7XmOIDHAVVMG59rnfo/s7av8ACNt3
e9cfl9Dbi9Xrx7Kz9ittYag6AXNeWl2O2PpPr3Or9P8Ac/SJKf/RHU7pfT768mgvy8xoNjdx
3UsE7Bttd9O6rd+f+ei9Vzbsyh+Vc/ddVU7brqIJ9u/R3sc/6eytn/BrPNFTWVtkMYCABxJ8
Nyr2PZkXW10gtoe8ktaYLnfyvo+3+QkprMyrqamgOJa4bS0+X/klqfUjqHT+ndTsObTW94Za
/DyXx+jsa3e+uvd7f1tjNjX/AM5vZs/wyx8gNYX1scdtbhyY5Gv5FXEEQB9E6mElJcd73dQF
trt1lh3GdSX2Hc+P89WHvDTDgPGADp/VVRzXfzkEDQB3nC1sXofVs3p1fUMbGdkVWOdWG1+6
yWHZvdX9L0/+EakpXRMT7d1bDxyJrstabgdfY332bv8ArbV6kxu6x9pABPtH9ULzn6ptazqr
mvBDjU9pJ0LXAs37m/m+zcxei1vBrafIfkSU8t9b8u63JbTW5zMbDa5+Q8RBdt9tU/ynOYuK
pbdk9PbT6Zayu3dY5rXFuv8ANV2OHt/TWly636734VXTsqzHcftGRezGyRrAaAch7tn77/Sr
U/qhY/C6IGFp9a5zbPNxt2+lu/e/RfRSU6uFU3B6R03Ec3bZSGWvBBG1x91u9jvc1zXWKWbl
Pq6kzIeHOZS5wDWmOBzr/IFimHMvtabXCAXssB0JaRsa5V8umyvFDQ4XBhEXDSAXNG17A53q
O2fzliSm6em25prys6mi21rxdVuc72ButVbNrdrWt/P/AH3rJ6ziW19T6TaWbLX5TyWm3eCd
1b2Pa7/B7/6i18bJtorybn3PyBdYHY1LwP0RLf0lLLR77Kmv9/6T+a/mlzWT1jIzep1ZFjmj
Fxrw6raNIaW77Xu/Oc7Z9D8xiSn/0qeyfpDcB9GdSP5QVHDbc/Krxa6jblb9ra2iXOj+S1XW
31OlrXhxHg4SO/uCjj51OFkHqVT4u2HHsLQHEGxvp+oz6H6Tb9NJTlejkevkUvrd64c5r649
zXNdFo2N/d/kqq5xBIeCIMO7HX95q7vO6IM0u69021tOZVWbcqk6h4a1w+0Uc+66pn53seuF
yOoZeY2ci11paRtboBH9kNSU6VNbDjBpgjSSfAz/ANJWcfNzMRpx6rCcdxG+l5cWODZ2tO1z
XMb/AMU6tA6Jj3W1Ovr2tBOyLA5w9oGvscz872fSWs3Fyw33WNaQZAayOfjYkpymWZBtNzHF
loGlhkumNs7/AM/+0vQPq9nnP6XXaQ1t1ZNdzGcB4J4/k2M2WMXJnAv1DrydPbLB/Fy6DoL3
Vb6ZDW117gQA0aGd0N/rpKeV+tN9V3UcvDF4pxbLXE3uBcPUYwtf9Dc703Wn0WLdt6v0ql+H
ktD2VV11s2ABzLK2N2V21Pc6q1vp7v8ACVLNHQ+ns9J+VuvdJLWnQaDe47W/mtVp+FT1C5r3
/wA3UYBbwX6abY91bGpKYZvVOvZbBk4OP+zukte5tN1tYN120/zm60fovV/kf9uIDPrHZSLv
XaHt2H1dtjSXtB9+/GO3Y/af8D+k/lqn9bj1Ky5ufjPuGNe30X4wc47fSMeoK27qX47n+5lj
fz/5xc91PEysR/6w9lsgEPrJcPd9BjtwbY2z2/RSU97T0zDyOi15mNUw0/Z32VOf6jX7on3F
r/pMc1ZjdnolgdtG3kxr4wtn6u9NysLBw68x5bdj1hzcfsz1Sbxuj/CfpPoLUq6ZisL7Wut9
QglznWOcdRP5x2f1fb7ElP8A/9POdj4v2ymllbWCC90CJgaD93boq31gLa24tbYBcX2OBBA/
cb/V2q10zdlZ9m2Caq3FrR3DPbCD1PBysvMq9Bo2+mGVuLg0AlzvpE/ynJKS9C+sv7Px3Y99
brKoaGFnO0u/Tn3f8Dv2N/0iwLsY05HpSLGiCLGjR7e1rZ/0n0tv01Y6pgZXSMr7Nltay7aH
ENIc0h3G1yl07dnMZ08bW3OeBi2Ex7nn347i4t+n/OU/8P8Ao/8ADJKeg6PUa8CjT+cBsJ83
GRP5y02N3HjnnzWszpfQqbqOnXsZZmNp3Na7e31Gs9j7dm5te7c1WW9E6Y1wsrx2VnUbmz35
SU4orBM6COPj5KePfTU/KY5xDziOcCPEnY3/AKS1X9G6dvNjq3EOEGpx3MM/8G/6Kyer4eF0
/Dr+yUBrLbAy2ATLXFr7Of8AidqSnLyBkY87z+sv9GimQdu2wDd7f397bFr00tqqDPohkATp
AHmqvVm01dWxwxoZXS5j3RJEuc/3a7v31o14dLC4y+SSSC93ceEpKcXqWFda+plBGxoIA0G3
l52x9Le78z99YJyqy31WVHEEh91+Q9tj5rG1v2av9I2v2/n2/wDWq12bcZjsumprbLHOJcYJ
2sa3R9tpd7Nrfo1/4R9qzOu9N6PVZXfU2s5tFopymViHB1jfXrue18t3e3ez/jUlNbp3WL8b
p7nPL7Mn1X3Nqt1Jred7vWseXXepZ/O1/wDgi6yvMZ9iOTI2Gs2bu20N3Lzuy59djqbX+od0
tt7lp3F/9pjl02NRmP8Aq471KmPYzHs2PLyHAbXRDR9L2pKf/9Sr9UtetuBgMfjPJI1Ig19k
asE5VIOh9Zk+G1p3f5q3+n/Vqrp1pzsS82iytzG12ANfDufoH+SsT0bPt7WlskPFPaB7mtn+
V+6kpj/jDxYzsTLid9ZYIHdhDtf6zbfauf6Di5N3U668Sn1rwHPZX7Z9o9zx6nt3M/fXRfX/
ACt+bjYrpilhsmSBNjtrRA/dbUsj6qMqNuS+94Yx4FT3khjQ15/SN1/0vsrYkp1um9TdfYMr
ItL8mtxDbngkgkjh7t21vtb7F2GAyxzPtlpcHXtbtpP0a2gcMH52/wDnPf8AQWfhUC1tmKzH
rNQ5dY3X+T6UbfotV/EebN9e4l1JDC4SJ09vtduSU2iZMdhws3rVTrqK62se8+q02Bgk7fcH
ez2727tiuZV9eHWLr7C2ne1r3bN0A/1Po7voeosrr2ddZXiUY9eRj4l1hddkw5rntDfZUz0z
6jG2Od+ckpbO6b9oZXcyytmZTtncXDc1p97LGtG3dZUpYD7LH+mKbchtbiDfLWN2c1zbYd9t
n5m6ur/rixftWa5lGTZZdjsucbLRY10bY21Utd6Z3f6SxVxmV4zvXxbrKnAbWtr3a7fzWsj6
X9ZJSLqOd1C7KtsxPt+FcHGBXkUnHaGGG76j7vb/ANNVbcmy692blOa7Nua1j8hg2glo2b/8
xDz8a3qlrrr2CsElznua0WuMd9ntaq9eNvIrZusI+jMkCNI9n5z3e1n/AAiSkleM7MzqqKiQ
+6xtbPv/AJyf5Dfe9ejMxqfsRq/wfplpMfmxH/UrB6R9Xcnp9Dc+4Bmc97BXWXNAorJ3Oa95
O19ltnp+v+4ulqZ+gcyWEiRIcHV6ifpt/wAHr/mJKf/VodK6YMnPZXXcarXbnC7bLd4/M9uz
b7N3v/fWthj0+p101kObi5Hpl2sfS9MBa/SsPAbjVdQHNjGOY55kMka7Po/yvciZ+F0mzIbl
3WW1GRpQ4ta50zusrDdr3O/fSU8h9et4626T/gaywHiCHNd/02rOxDtpqxfTH6aw5BYdJZVr
uOv7+5/9hi3Prw/ByLsXJrBLy17LAQRLWuD6uPd9K2xZVHTutfaa+pY9IspIhlhcwsLC01W1
Ore/1PSbvfV9H/i0lPddLzsO2mqoTY5jdj4B5I3Ruj89v03qxgljMu6r2scdSwDwPZ38hrll
fV3Grwun2Zbmb2N1rrn6Th7v5138naz3pdJzMuy+zqPUbaWsfa4U7GuFpqfpUy/btqa2n85/
p+pYkp6ccfgR2hJvtGmgHAGnwUdY+CZtzC7aHgu8O6SmZkEamO68/wDrV1m7M61Zhse77Pg+
xkGf0o/nrdv52536L3/mMXeXZDaKX3Oj9Gxz4PfaDZ/31ePY1r73WZLjL7nbiT4uO86/1ikp
u2ZBG5ljg5zR7vbYde36P/zNdT9UsOi2pvUAA3ZLW1R7hZDXerZYPY921/6P2folyMv3wXby
Tx21/wC/LvvqtjfZuj0giDcXWxpMPPt/6LUlOvZXW+v03t3MIhwPBH9VKvFxWUGhlTW1OaQW
AQC0jaWu/e9qkWz2lSa07eOx+EJKf//W2PqzdTk9OdjSHihzq3CZ4O7/AKK0MrCqllbWyHO3
Bx1I49jYXIfVXqLMbqjcXJJa3JrcXQD/ADhPqUED6W5zPau1sfdDfRokgiHWu2a/1G+o9JTz
n1s6Tc7p7Mmlk/ZnF1rfBrgGusaz91jmM9T/AD1m9MyzT0i8bt4rLaxpOxj/AM3/AM+urXdu
Eth40d9Ic86OXJ9X6PX07peW3Ha1n2ixgaC47D7v0Z93tr9JrnpKQdHyMvI25GTY/Gw6jFeO
NPUHetoHsbW7/CJut2ZfTLSLIFL9t7WgabXH+b3fydq2+ndIYOmYzWAu31NdMxG4b3R/JduQ
/rBWcrpNlGS1rbscB9Nr2yCG/Tqd+d76v+oSU9FW/extkFu9oftPIkTtUw1n5rQD5ASg4t4y
MSjIEfpGNcQ0yAY9wa4fSbvUOo59XTsC/PuBLKG7tgMFx+gxg/4x5axJTzf196x6VDOj4+t+
WJud3ZTP5rvzH3Pb/wBtLin+nS3V0do4n/yKPblWZWVZm5PvuyHGP3fg392tn0WKjbY02gbt
wHL40J49v7rWpKeg+qvTXdWzw21m3Gxxvt19zv3Ge36G930v5C9FbQAA1hLA0Q3aBwNNFy/1
Jw3u6JdZS841+RdAta0HSsNLfa72vb73qpk9R60X2Ms6ndDHOY7ZDBLTt3NDNiSnuBVoPpGB
HcD7mwm3Ydb9psqa95iN7Q4k/wBrcvPt+XbIuzciwDkOe6Pn7kwxsZrXRMugjjnv/a2pKf/X
5Gm015LXglvpva5rgdRtd2K9fDhYN44P3rx+xxD3OEEmdO+ngvXsN7LcWmwEFj2te0zMhzWu
+kkpKSSZnRYfX8HM6pmY2CylwxGn1b8kHv8AR9MStuyyupu90kE8AFxn+q2URhrd7g0ieztC
PkkpepjW7WgBrWgBrQIAA7J8iivIqdW8HUEBwGokRp96a217K3Oqr9V4+jXO2f7X5qlW69zG
l21tkSWiS2fCT7klNPofS/2R02vp/qnIFTnuFjhGjjuj85cn/jA6q+7Jo6TUf0dJFt//ABhH
6Jv/AFup+7/rq7Cl2c3eMqyu0x7W01lhGv0tznv3e32Lzz61QPrNmb5Olcdo/R1mNElNejBt
y8vHwqRsuyYYzbrsZ/hLXN/qrIcIyHV1H2scWDX81p2z/aXX/VEsObdl3NDPs1BmyZIaf0jw
7+q2veuQpJuyS5rSDa8lre8uPs/Kkp9P+rV9WL9XcN136JgGrjx73n3fiufyfdkWOEEusscH
DWQXOe3Z+8za5dE3Ba/pVfTzYcc1sY0vrh3uYO27+Ws+/oONdpmWHLex5cHuZsIaY3VzU7y3
fRSU5QJBaSC2CCdP9f8ApKYrJdujjt2Wg76tdI2H0Lcih3OpdBj82Wu2p/8Am/mNr3UZ4dWT
stZbWC4NI9zqbG+7f/WSU//Q48Am0T4yD4Ben9Ac4dA6f6mh9FsCO0u2f9DavNNjvUmDo6YH
Bn/evQ/qxi0jpuLkOB9ZtZBLj3E1u0/qpKdZ1rw0GPdxpyf++pV22fSLYLuW8om1m2N4cBwO
wUbIgxZE66Rr5JKS17jJdx+ITiyYO4CTA8yqjnawXnb4IL3dpgDQ6pKb7mFgLmkb7CA5wAlx
+iNzl511jKxsr6y9QuaZYXhjHf8AFtZRu/z6l2joc2A4aCG94K8yxWPaS1wO5jiHg+IPdJTe
yMq2nDysZh0ynNbceJa07tg/4z85L6rYwt6tTIltTjc6ePYPbP8A1zYrtfR3ZvSi/HI9c2uc
wvOm0BrQxx+j9L3rX+r/AEj9nse6zaLbCANh02tH0QT+876SSnoKHB24Dk6z/c5ELWv8AO6r
0kB7p0njXwVhlrZgkRzHgkpTaQXEkfR8dAoNaA53Oo/h/wBUpWPbu3N48OY180NtrHS4E6ff
HdJT/9n/7SFKUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAAOEJJ
TQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxgH1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJp
bnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAA
AAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3By
aW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8E
QAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9v
ZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9w
dGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENy
bkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxE
Ym9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJk
ICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAA
AAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJz
bHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQ
Z1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wA
AAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAN
Y3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAA
AAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAA
AAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAA
AAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoA
BgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAA
cAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D
6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////////
/wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0A
AAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAA
ADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH1AAAABQBpAF8AMAAzADcAAAABAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfUAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAA
AAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxv
bmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9QAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAF
c2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3Jp
Z2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAA
AApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAA
AABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0
bG9uZwAAAfUAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVY
VAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAI
Y2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWdu
AAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVm
YXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAA
AAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AA
AAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4QklNBAwAAAAAF/0AAAABAAAA
bwAAAKAAAAFQAADSAAAAF+EAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/
2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/
AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYH
CAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRy
gtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF
1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRB
UWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl
4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEA
AhEDEQA/AOc2g6H6I8pH721SYN5IInc06/3J2032sca2ue0SXlo009z+7dzmbvofzifFOy4B
x2nc1h36H6Xu0KSkb2h0kH29h3iUAtJILwYDpkjUaeXtViXOAAaSXENho1JP0WBv7y62n6jY
tuBXb+0W1ZZAss3Nb6I03bR7mW7WNd/P7tj/AKaSnjK9pLwdT4+esBqJUX7RAdJmDwFY6pgP
wcuyr1WXEhljbKSXMexw3se1/sd7f6qEAHN0O7u8dz4ubz7f+oSUsbA1s7og6Rr5bQiG2Wgy
YInzhBL3OG2BMyXcwP3VJrmubtdwZAniUlJcc1EWOvbv2kACZADoZ6jo+l6e5q1b7nvxjTaa
7GBkVF7Glo7B30f3liG11DnE0m2uItZMAB0f3exHuY+o12Am6p4nHv5kH3bOHNpvZ9CxjElN
faBWxwcWWNALxJ5Pfn/MRN9raARY4OngGTP0nf1kUvpyrTjOrFeSW7se10+7Tf6bp9/9Teqz
XWbDXYDIMOnxBPh+b7klNptl23Sx4Pk53fxcmNlsD9I8gDQF7pH4pVGBA104+EqInYXH93Qf
JJT/AP/QL9W8Xp1uHTfbh1XZLbS5ltxENLD7X+93sqe7b+g2P/SrI62zHq6pY+poDX2MtfU3
VtbnAPspY72+3+ymrsswSWse31nwdJ2t49v/AAj/AOop1YOR1LfZQd2U9znHHsHpWOJ0d6Xq
bWPd7f5v/ttJTWpbZTls9J7arGPMPd9EQXN3cOXbYjsN3TaausV1X3WD18lt5Y928j1HWeid
7tn/ABf6JcgcYZReKyQNsuJBEOjc3a0/nbvpLW6H1mirpmL1DMsY0mz7M61/0xbT7ra92191
rMit32mqln+Es9JJTnfWa7Ht63lXVQARUWgAs0NbHbvTcGO93tWNEu15IEfHnj95TycqzK6p
ZbY5znW2Osh87ocXbWO3fuV+3Z+YpPaC4Ej3aaDQD4JKYg726++NZ7lGYKt2oO08AHgn4t/N
UWhmpOnh217re6f9VOpZzgbWDEqc0ObZby5ukOrrrPqf9ubElOQ2Sw6+1wBc0/RhUG5T6sd1
LQTWXh+3RxDh+f8A6/TXb9R+quBgdNc6/Jue5wLQ1gY0F0F25u7f9FcVbRU3pDMgM/TABxsa
eXHb9L/OSU3HYLrKquoPe2qhwJF7QdjLKzG50/Sc7d/gd6udO6T1DrzRfiY8ESLMh3tpfB12
F3u3f8F6asfVvoZzuhV25Vlz8d+cK68QPIrsr9nq+ow7tm1/6TdX/o16A004raMalgZWPZXW
wbQ1o0G1o/NSU8Bm/V3qXShXc8Mub9KxjJLWAe0OcXbd1fu+n/gPz1kMa01uZEQ0gR8Nq9M6
7n4XTsP7XmOIDHAVVMG59rnfo/s7av8ACNt3e9cfl9Dbi9Xrx7Kz9ittYag6AXNeWl2O2PpP
r3Or9P8Ac/SJKf/RHU7pfT768mgvy8xoNjdx3UsE7Bttd9O6rd+f+ei9Vzbsyh+Vc/ddVU7b
rqIJ9u/R3sc/6eytn/BrPNFTWVtkMYCABxJ8Nyr2PZkXW10gtoe8ktaYLnfyvo+3+QkprMyr
qamgOJa4bS0+X/klqfUjqHT+ndTsObTW94Za/DyXx+jsa3e+uvd7f1tjNjX/AM5vZs/wyx8g
NYX1scdtbhyY5Gv5FXEEQB9E6mElJcd73dQFtrt1lh3GdSX2Hc+P89WHvDTDgPGADp/VVRzX
fzkEDQB3nC1sXofVs3p1fUMbGdkVWOdWG1+6yWHZvdX9L0/+EakpXRMT7d1bDxyJrstabgdf
Y332bv8ArbV6kxu6x9pABPtH9ULzn6ptazqrmvBDjU9pJ0LXAs37m/m+zcxei1vBrafIfkSU
8t9b8u63JbTW5zMbDa5+Q8RBdt9tU/ynOYuKpbdk9PbT6Zayu3dY5rXFuv8ANV2OHt/TWly6
36734VXTsqzHcftGRezGyRrAaAch7tn77/SrU/qhY/C6IGFp9a5zbPNxt2+lu/e/RfRSU6uF
U3B6R03Ec3bZSGWvBBG1x91u9jvc1zXWKWblPq6kzIeHOZS5wDWmOBzr/IFimHMvtabXCAXs
sB0JaRsa5V8umyvFDQ4XBhEXDSAXNG17A53qO2fzliSm6em25prys6mi21rxdVuc72ButVbN
rdrWt/P/AH3rJ6ziW19T6TaWbLX5TyWm3eCd1b2Pa7/B7/6i18bJtorybn3PyBdYHY1LwP0R
Lf0lLLR77Kmv9/6T+a/mlzWT1jIzep1ZFjmjFxrw6raNIaW77Xu/Oc7Z9D8xiSn/0qeyfpDc
B9GdSP5QVHDbc/Krxa6jblb9ra2iXOj+S1XW31OlrXhxHg4SO/uCjj51OFkHqVT4u2HHsLQH
EGxvp+oz6H6Tb9NJTlejkevkUvrd64c5r649zXNdFo2N/d/kqq5xBIeCIMO7HX95q7vO6IM0
u69021tOZVWbcqk6h4a1w+0Uc+66pn53seuFyOoZeY2ci11paRtboBH9kNSU6VNbDjBpgjSS
fAz/ANJWcfNzMRpx6rCcdxG+l5cWODZ2tO1zXMb/AMU6tA6Jj3W1Ovr2tBOyLA5w9oGvscz8
72fSWs3Fyw33WNaQZAayOfjYkpymWZBtNzHFloGlhkumNs7/AM/+0vQPq9nnP6XXaQ1t1ZNd
zGcB4J4/k2M2WMXJnAv1DrydPbLB/Fy6DoL3Vb6ZDW117gQA0aGd0N/rpKeV+tN9V3UcvDF4
pxbLXE3uBcPUYwtf9Dc703Wn0WLdt6v0ql+HktD2VV11s2ABzLK2N2V21Pc6q1vp7v8ACVLN
HQ+ns9J+VuvdJLWnQaDe47W/mtVp+FT1C5r3/wA3UYBbwX6abY91bGpKYZvVOvZbBk4OP+zu
kte5tN1tYN120/zm60fovV/kf9uIDPrHZSLvXaHt2H1dtjSXtB9+/GO3Y/af8D+k/lqn9bj1
Ky5ufjPuGNe30X4wc47fSMeoK27qX47n+5ljfz/5xc91PEysR/6w9lsgEPrJcPd9BjtwbY2z
2/RSU97T0zDyOi15mNUw0/Z32VOf6jX7on3Fr/pMc1ZjdnolgdtG3kxr4wtn6u9NysLBw68x
5bdj1hzcfsz1Sbxuj/CfpPoLUq6ZisL7Wut9QglznWOcdRP5x2f1fb7ElP8A/9POdj4v2yml
lbWCC90CJgaD93boq31gLa24tbYBcX2OBBA/cb/V2q10zdlZ9m2Caq3FrR3DPbCD1PBysvMq
9Bo2+mGVuLg0AlzvpE/ynJKS9C+sv7Px3Y99brKoaGFnO0u/Tn3f8Dv2N/0iwLsY05HpSLGi
CLGjR7e1rZ/0n0tv01Y6pgZXSMr7Nltay7aHENIc0h3G1yl07dnMZ08bW3OeBi2Ex7nn347i
4t+n/OU/8P8Ao/8ADJKeg6PUa8CjT+cBsJ83GRP5y02N3HjnnzWszpfQqbqOnXsZZmNp3Na7
e31Gs9j7dm5te7c1WW9E6Y1wsrx2VnUbmz35SU4orBM6COPj5KePfTU/KY5xDziOcCPEnY3/
AKS1X9G6dvNjq3EOEGpx3MM/8G/6Kyer4eF0/Dr+yUBrLbAy2ATLXFr7Of8AidqSnLyBkY87
z+sv9GimQdu2wDd7f397bFr00tqqDPohkATpAHmqvVm01dWxwxoZXS5j3RJEuc/3a7v31o14
dLC4y+SSSC93ceEpKcXqWFda+plBGxoIA0G3l52x9Le78z99YJyqy31WVHEEh91+Q9tj5rG1
v2av9I2v2/n2/wDWq12bcZjsumprbLHOJcYJ2sa3R9tpd7Nrfo1/4R9qzOu9N6PVZXfU2s5t
FopymViHB1jfXrue18t3e3ez/jUlNbp3WL8bp7nPL7Mn1X3Nqt1Jred7vWseXXepZ/O1/wDg
i6yvMZ9iOTI2Gs2bu20N3Lzuy59djqbX+od0tt7lp3F/9pjl02NRmP8Aq471KmPYzHs2PLyH
AbXRDR9L2pKf/9Sr9UtetuBgMfjPJI1Ig19kasE5VIOh9Zk+G1p3f5q3+n/Vqrp1pzsS82iy
tzG12ANfDufoH+SsT0bPt7WlskPFPaB7mtn+V+6kpj/jDxYzsTLid9ZYIHdhDtf6zbfauf6D
i5N3U668Sn1rwHPZX7Z9o9zx6nt3M/fXRfX/ACt+bjYrpilhsmSBNjtrRA/dbUsj6qMqNuS+
94Yx4FT3khjQ15/SN1/0vsrYkp1um9TdfYMrItL8mtxDbngkgkjh7t21vtb7F2GAyxzPtlpc
HXtbtpP0a2gcMH52/wDnPf8AQWfhUC1tmKzHrNQ5dY3X+T6UbfotV/EebN9e4l1JDC4SJ09v
tduSU2iZMdhws3rVTrqK62se8+q02Bgk7fcHez2727tiuZV9eHWLr7C2ne1r3bN0A/1Po7vo
eosrr2ddZXiUY9eRj4l1hddkw5rntDfZUz0z6jG2Od+ckpbO6b9oZXcyytmZTtncXDc1p97L
GtG3dZUpYD7LH+mKbchtbiDfLWN2c1zbYd9tn5m6ur/rixftWa5lGTZZdjsucbLRY10bY21U
td6Z3f6SxVxmV4zvXxbrKnAbWtr3a7fzWsj6X9ZJSLqOd1C7KtsxPt+FcHGBXkUnHaGGG76j
7vb/ANNVbcmy692blOa7Nua1j8hg2glo2b/8xDz8a3qlrrr2CsElznua0WuMd9ntaq9eNvIr
ZusI+jMkCNI9n5z3e1n/AAiSkleM7MzqqKiQ+6xtbPv/AJyf5Dfe9ejMxqfsRq/wfplpMfmx
H/UrB6R9Xcnp9Dc+4Bmc97BXWXNAorJ3Oa95O19ltnp+v+4ulqZ+gcyWEiRIcHV6ifpt/wAH
r/mJKf/VodK6YMnPZXXcarXbnC7bLd4/M9uzb7N3v/fWthj0+p101kObi5Hpl2sfS9MBa/Ss
PAbjVdQHNjGOY55kMka7Po/yvciZ+F0mzIbl3WW1GRpQ4ta50zusrDdr3O/fSU8h9et4626T
/gaywHiCHNd/02rOxDtpqxfTH6aw5BYdJZVruOv7+5/9hi3Prw/ByLsXJrBLy17LAQRLWuD6
uPd9K2xZVHTutfaa+pY9IspIhlhcwsLC01W1Ore/1PSbvfV9H/i0lPddLzsO2mqoTY5jdj4B
5I3Ruj89v03qxgljMu6r2scdSwDwPZ38hrllfV3Grwun2Zbmb2N1rrn6Th7v5138naz3pdJz
Muy+zqPUbaWsfa4U7GuFpqfpUy/btqa2n85/p+pYkp6ccfgR2hJvtGmgHAGnwUdY+CZtzC7a
Hgu8O6SmZkEamO68/wDrV1m7M61Zhse77Pg+xkGf0o/nrdv52536L3/mMXeXZDaKX3Oj9Gxz
4PfaDZ/31ePY1r73WZLjL7nbiT4uO86/1ikpu2ZBG5ljg5zR7vbYde36P/zNdT9UsOi2pvUA
A3ZLW1R7hZDXerZYPY921/6P2folyMv3wXbyTx21/wC/LvvqtjfZuj0giDcXWxpMPPt/6LUl
OvZXW+v03t3MIhwPBH9VKvFxWUGhlTW1OaQWAQC0jaWu/e9qkWz2lSa07eOx+EJKf//W2Pqz
dTk9OdjSHihzq3CZ4O7/AKK0MrCqllbWyHO3Bx1I49jYXIfVXqLMbqjcXJJa3JrcXQD/ADhP
qUED6W5zPau1sfdDfRokgiHWu2a/1G+o9JTzn1s6Tc7p7Mmlk/ZnF1rfBrgGusaz91jmM9T/
AD1m9MyzT0i8bt4rLaxpOxj/AM3/AM+urXduEth40d9Ic86OXJ9X6PX07peW3Ha1n2ixgaC4
7D7v0Z93tr9JrnpKQdHyMvI25GTY/Gw6jFeONPUHetoHsbW7/CJut2ZfTLSLIFL9t7WgabXH
+b3fydq2+ndIYOmYzWAu31NdMxG4b3R/JduQ/rBWcrpNlGS1rbscB9Nr2yCG/Tqd+d76v+oS
U9FW/extkFu9oftPIkTtUw1n5rQD5ASg4t4yMSjIEfpGNcQ0yAY9wa4fSbvUOo59XTsC/PuB
LKG7tgMFx+gxg/4x5axJTzf196x6VDOj4+t+WJud3ZTP5rvzH3Pb/wBtLin+nS3V0do4n/yK
PblWZWVZm5PvuyHGP3fg392tn0WKjbY02gbtwHL40J49v7rWpKeg+qvTXdWzw21m3Gxxvt19
zv3Ge36G930v5C9FbQAA1hLA0Q3aBwNNFy/1Jw3u6JdZS841+RdAta0HSsNLfa72vb73qpk9
R60X2Ms6ndDHOY7ZDBLTt3NDNiSnuBVoPpGBHcD7mwm3Ydb9psqa95iN7Q4k/wBrcvPt+XbI
uzciwDkOe6Pn7kwxsZrXRMugjjnv/a2pKf/X5Gm015LXglvpva5rgdRtd2K9fDhYN44P3rx+
xxD3OEEmdO+ngvXsN7LcWmwEFj2te0zMhzWu+kkpKSSZnRYfX8HM6pmY2CylwxGn1b8kHv8A
R9MStuyyupu90kE8AFxn+q2URhrd7g0ieztCPkkpepjW7WgBrWgBrQIAA7J8iivIqdW8HUEB
wGokRp96a217K3Oqr9V4+jXO2f7X5qlW69zGl21tkSWiS2fCT7klNPofS/2R02vp/qnIFTnu
FjhGjjuj85cn/jA6q+7Jo6TUf0dJFt//ABhH6Jv/AFup+7/rq7Cl2c3eMqyu0x7W01lhGv0t
znv3e32Lzz61QPrNmb5Olcdo/R1mNElNejBty8vHwqRsuyYYzbrsZ/hLXN/qrIcIyHV1H2sc
WDX81p2z/aXX/VEsObdl3NDPs1BmyZIaf0jw7+q2veuQpJuyS5rSDa8lre8uPs/Kkp9P+rV9
WL9XcN136JgGrjx73n3fiufyfdkWOEEusscHDWQXOe3Z+8za5dE3Ba/pVfTzYcc1sY0vrh3u
YO27+Ws+/oONdpmWHLex5cHuZsIaY3VzU7y3fRSU5QJBaSC2CCdP9f8ApKYrJdujjt2Wg76t
dI2H0Lcih3OpdBj82Wu2p/8Am/mNr3UZ4dWTstZbWC4NI9zqbG+7f/WSU//Q48Am0T4yD4Be
n9Ac4dA6f6mh9FsCO0u2f9DavNNjvUmDo6YHBn/evQ/qxi0jpuLkOB9ZtZBLj3E1u0/qpKdZ
1rw0GPdxpyf++pV22fSLYLuW8om1m2N4cBwOwUbIgxZE66Rr5JKS17jJdx+ITiyYO4CTA8yq
jnawXnb4IL3dpgDQ6pKb7mFgLmkb7CA5wAlx+iNzl511jKxsr6y9QuaZYXhjHf8AFtZRu/z6
l2joc2A4aCG94K8yxWPaS1wO5jiHg+IPdJTeyMq2nDysZh0ynNbceJa07tg/4z85L6rYwt6t
TIltTjc6ePYPbP8A1zYrtfR3ZvSi/HI9c2ucwvOm0BrQxx+j9L3rX+r/AEj9nse6zaLbCANh
02tH0QT+876SSnoKHB24Dk6z/c5ELWv8AO6r0kB7p0njXwVhlrZgkRzHgkpTaQXEkfR8dAoN
aA53Oo/h/wBUpWPbu3N48OY180NtrHS4E6ffHdJT/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAP
AEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0
AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQ
d2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlk
PSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9i
ZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1
LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0
dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2Ny
aXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94
YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9z
VHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8x
LjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEu
MC8iIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDphYjhmNGU1ZC1l
ZGM0LTExZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
NzkwZjNlNWQtMDhiOC04ZTRhLTg3YzAtOTdhMTdiMTU5NGRlIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERv
Y3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NDI1MkU0OEVCN0QxMTFFNTk3RThDQjk2ODRFODA1ODMiIHht
cDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6
Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MSswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9
IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTgrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEt
MjFUMjI6MzU6NTgrMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNv
bG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAu
aWlkOjgzOWRkYzNhLWRjNmYtNWM0Ni1iOTgxLTlmNGNiN2Y3YTUxYyIgc3RSZWY6ZG9jdW1l
bnRJRD0ieG1wLmRpZDo0MjUyRTQ4RUI3RDExMUU1OTdFOENCOTY4NEU4MDU4MyIgc3RSZWY6
b3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjQyNTJFNDhFQjdEMTExRTU5N0U4Q0I5Njg0
RTgwNTgzIi8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rp
b249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmIyNTY2NjhhLTllYjktYmY0
MC1iYjFmLTkwYzQzNzk4NDFiZCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNjowMSsw
MzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdp
bmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZl
ZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo4MzlkZGMzYS1kYzZmLTVjNDYtYjk4MS05
ZjRjYjdmN2E1MWMiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTgrMDM6MDAiIHN0
RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
c3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29udmVydGVkIiBz
dEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6
bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQg
ZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0i
c2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NzkwZjNlNWQtMDhiOC04ZTRhLTg3
YzAtOTdhMTdiMTU5NGRlIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjU4KzAzOjAw
IiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwv
cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9Inci
Pz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4T
ERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEU
ExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH1AwEiAAIRAQMRAf/EAKgAAAIDAQEAAAAAAAAAAAAAAAIDAAEE
BQYBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgIDAAICAwEAAAECEQMABCESEwUxIhAUQTIj
QhWgBjMkNCURAAEEAQMBBgIFDAEEAgIDAAEAESECMUFREmEQcYGRIgOhMiCxwUIT8NFSYnKC
kqKywtLiI+HyMwQw8UPDk9M0EgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADinIVU
hZVCipgumQELEoqougIS24Ws4Xd2DKEdYwYNEQlmUaWDIECoRCCxGCzYY+xzjOtiSwwZulyy
E1YLs8HvyGaQSs1nms0lnEfM8NiVUOiYBUhZAQJARRSwqNRBsgISSpcBYBg3ag9OciqlB3UC
E6LIaLgAaYFklQAHAa7ADUebUCxUK5fUxB2uwKMCngwiHpLIWl1IAdqGCwAYUFy6DCxJFmWx
OkNGhQu5YI3CqOxd3Ck6kEKhHBING6JKsG40y2wRlrIoWiLshGaMmwy7MyjoZFmE1RgZOlDD
DWGSWkFyS2LYGQWDDWWEIkOGUjEoTWWViVozuGo05QoELMHmnubnnm+X7gTw+b23mDCrXnK0
IYWDhKCwLamAMoiGswoDABMSiQs62RfWOeMWPZnIc7mQ6fL62YxsSY0aIOxIKwIgVZCGw5UE
3ThmrNYGT0/nhJWI5RrLISF9vB6Ae/k9MNKOYbcfX88YJRAWQFsQQ1YtEkwSoJAHTAIcCW6g
B1Uc/flSdvnPaYTDQJya0DOjxeqZl9DIABkUYmUcsENOYOSAQ4D1uN2Dt0tJu4GuHnx14xow
ihMAjQw7vb43RNNZ2h+V9L5ow0aSVdA3VlS6CauiNXYYFAiogYJgHKBy6sw12Qg2ZWmnHsUL
msBxc/aZw0gDNOo5ZashpzwQ7W0kZDB2+PrOxq5eg245yjIt6gd2R4sTodr5m07WzHyzs1zt
4nieg80RaSBaNgXBDEqKYMLorLErKILLNbwSKjPlYoMKIVpVDt2HZOEjRyA95+rOX2GmIHSJ
yeL6hJ5jP1OYUVGFAguVDbozpOpyasi2iDpzvE09QKNnOO70uToOloSBj8/1+IS1MNBAQqmQ
ArgJUQDDAYBQoTYJfr6JxQ9AJ5EenjHZOoByRIRvQ5vsjzXQf2R2gSJBsKrgHM6qRHlfWc44
YwhUdAmzMVSWFNMToFj1nOd3fPEpWsLB0sBn9Z4n2Zi0cRYzG7KC7NpHidgBdglLKIbLYp5T
PS6Dm9UXgw4Dx+nwTmZ3ZzYDgOPLht9z5n1Jx9+TojSoRBZtJpkhWeeUNHc836o8pO/xwZng
KtVGTph1zYWBIrJpzgYnYjc3HDdz2LMfS5vRHerY08pxNuADXk2jltSWJQArAoqoPt8L2Zrz
6VBsoiSqOfxdPCNPO25DpKZkMOlWw9L1c+k5HU5+4dkdhM/T4/WNmYucL43rUmUuhmMnC9R5
cVDh0ujz0m/mYNQWjMweN2crPozjVtUVKISVQ9T1fFeoPKJcoTuyONS2CBKEKhoOWQft/L+q
FlGBSQmLZxDlqPScvnbchuQZE1K3no4eQXqyPCzPQZdOehpM6ZgnRhzc/aWI8p7LyxkjoYdK
dRlaWYeOnOM0ZEgLlDIBCxkKKiA0Ig1ZLBOobQzuBlwq5RTVOPQdXFoNZCRckA8/6DlGYIs8
+SrOt6TL0jkdehCy6cxamqHROow2zMdLbi5R6SZ9BBtQPm+zwQJICUsTbaGrvECS2DBIjHYm
JA7FsXZcughuElQjFWPnc5ZnArLMCPVPx6zYSjLuqKAs4zxvsfBC2p3Houlx+gXMeoIQ1GfW
pxy9WlIrBrzm7nbdBNqVgZJzTEd2DCgLFmVmcoLK4CNXDSlqTIxLCgcoWV2S6EMw0FI2KM71
6z148PriuJsynPZYnf2ef6Z12Y9YVVBfB7fnDq+S9H58zei4HtDFsyEN0LYARkVahHljSdPn
7c4DvP6D0GTl5zscW6HWVgwoZpdEMLMq9GM1xYmvC7MAYkMS1YBBQUFhepGgYDFFUwQoAnVy
ZYMXLGEoT1e7yvpxkuhPnPS+aFcxrRPufJ90nP62Y1t5+gbwOWke9Go2aOQs7jOW0ftwdEXd
Wc1VMIQGDLgmXCwKwOf0soilbhyPac08kQwavqtOCPXymGnoNOnEw2jRlUdmetVCa1CY2aRA
Fwleo8z2DswYJ8f1uYZapB1t/A7wKH84JM6hy+11M5zc+zmhTPlOnmxWN9f4j2RvsEnNz9bK
ZG2YqaIc0rEujgFg05fXz0egfxOgcbne388Y9OADTmyGQDAMqM078BHRDnkdFWZg1YwKBYV2
B0tGDQdYkOPM4+nRyr7ZmbSQCuT11GL0GbYcrzvp/MBUmDaXCSqGej833jboDeXxe2Zwndez
HN0PLBnA20kgoOc3qWBfY872Tvv5m0R5L3vhzm2FjENErQnadMysCnWBR2KOyF04CqOFHIdD
Vkec2QiZ7UPpShmkXF53rE5OlnPKO3rN3K7OI5Q7sRp9bh7BZoaES2hWpoUqHhq6VnMJ1h06
A8ntefGuRZ6TfwOubeB2eKcMHKKMGDNuHrGuCYUhAmMIdMAFggslEBgm4hhzbzADuzmCefeG
yQDPrWFzn5BF1QXP68M9aOYdweZZ6VmVJ02ZHjTU0uVDzS7AxbcPRDNZiOJ1eSWVEX0eYR2N
HAeIT0ucA5Zjezye4LMbDuUNoSCuWVIRBYBAPEdmstGPPvAdztXONPRRpCMSBoqFc/ooOUzd
mMswvM266JWXoHdwZ4B3vOd82kEGSQ8sBIFb8e0JlQ5mDXlLEoSroaME1Xk7JyDIDX08/aOa
O0zBOpRzC6Iiq1QyVSRieos5ZadZkXpymm3Uc7nbsx2rmM2HjYOWQEoRIS9R59Hp8p52P1gs
SAwpRXS5Ow9Am6Di4eezNSN6XP7RmgWcWnAKrfrOMGvKUNrGactnXwatZv7YGFEPJUsGjgBX
AaKwKISpYHMwa8J6EDznIWyjrmtxRXZaHAADFBt5HdEmxh5utnJAy9TEGpVjyF51HqaMgw8s
tyR/pfNeqOYrXjBqWauvxu4cHzXsPJCZbBTVmM9L5vunpUZ8hyPScHoHbi4OrDoHXISiAXDg
q2CcnndfnnWznDky6Nm7FrCILLo1g4GZjtv4uwd5r0XjD0HPRsKzOziQOhna5fdNzlGHKh4p
LAD9b432hj5/R5hAck19/idwweT9n5I55kANHRo6PM2DH43mvQlxpdg0GftQiXIQLolyirlH
PwbVDN2XQY+X38AKyI1sFJrLPgM3O2WcadTEdBCdA0LUWpyBVNg70nK7Y2ygMZDwdyE9b5T1
5i5vSxC0Mo6HZ4XdK8n67zZwgeAo6o39nn9081NBhNckdv53fCuoVLEq5ZLqxYtEx8/tJF6l
ZzYeEiYWZAdyeiO43bwnnkaEBMQk2FncBagNC5ZBDpHdbKNF0RJcPE16LMcz0/J6Jnx68RnK
mmjucHuE8r6Xy5zWEgElaDtsa4VpuHQVlYL15SNUhg2VEJZDAx9MS21nN4TXBoaI7IzGdFTK
MZuEa7FCY7yCF6HCSdQEeouzWN7GpZsHJuHGLCpIZ9XN2jM7AMHO7fHEC+D+zzOoc/y3ovOA
jFgbcew6/S56jqIbRe4dQvNqwDdnP6JCkKu4YG85B0sXQceS6Viczq5uiYidlHoWo1UvMPwm
0xv0ECp6xIiQOgNRj9IzaTmdRBm0rcE1DyoUPFZoYT8zDdayHLYg7erJqOLwOxxQAKCuth6Q
zCxp1OpyuuLdZGbN1cIno8/cMuQKrhSNFAlVlQoBdwGioGnLE+V1YQjyWahGFCxJb2OB7GLs
EYJgrdRyZ1bM+koXJDxRiJO1xe8Tn9/zgUXoNvRw7zzvI7vnwAMQ9+LSK0Y+idHr8Fp2Hc5x
ozacxWzm7jTJZRiRVXRJIS5ZV1CpdF4tfnzgrlmsBYANCMtaTo9XiegNzhIIgIqrhLGw5UCk
h4+9FiuivojOB6MDgMTkO30uB3zk+Y9r5EzXHmnC3MF2uH6IwGjYdTTm3Dc+vmmXUszpkowr
qF1IXKgVSEksEqsR5H1PhxOjPrCbnIqCI0CID0nnPUm65ArGyqKgSkDqQKSHF0c/sBUyi7Ex
UIBlpAf5T0PDOZKhM/S5xWlLzdqRuNnQARXi+zmK6bOkMZk1EKWDLEuSyrkJdUENgcjyfe86
G9LiS2CCYJCAjR6bz/phljA5IVJYMKg6lkhQ8j6Ly/pDTlekBiLHZNGUC7aK43a5hypcOr2u
B1B+fRmMvV5nQOnkxkZ16s5tiRJ2/Pd8bYkWpgigdBWgTKlwBDOccLkvAJyWFmELorBeG829
dTwSoyipgF1RcghxTgpIeL7fF6J1jU8WrXBKHZwDIhXK7eA84JUF2OZ0jbi1c0NeUDWy+wM5
XRzGNEE0+k8d6Y33UIYwKSEq4VViL8t1/IFPBpBOgZANEyONnpMXaJTKFhpsQwyF2UKu7Kl0
FBh4pmIz1WjnbgzWQCNCyERi4yjzPN9j5YRv52w6PI7fDM+oOuaLXQ3pc7rHmcXpOCYfSeY9
gb5cJVwu6hdSys58I4eeNCu4UAqCEXFdTm+gO1pAyoVg3VF2NB0tZpLl4j0NeaA9PPJQ57ce
s6fa8l7IBtECDEjCx6Q7oSsHRUeVf0Gi+D3vOjuxg7wpWwTL1sAnU5G0TzHqvJ+gOvVwohss
ZZUtJi8pswA6FuKQYAKdnH2MNPqPOevFZ9XJNGbnka057JVEQGmKjzMeg2mSaIcR1pB9Z5Dq
npxVpMo7qMmgzJRCVdQyVsAwed7nKN3c43cEx9mZO9Zg0XnMJrA9PaXA3VlFVg8DueLM4VpB
AljIKAZKG2tp0PXea9OWDBPPLNZUghVYBmFhWEGUFDIEOHVrDYsz1+7jdglyEYsyQYXYEUt2
Y4GLQs7vUS4hCZdyxeXaBy/L+u8oej7PB7xVyyhmc4/nX5Bj7IznLEKIhcqhjM+s9L2Od0Sx
ITz6GUKuUFdWWBAOC7AGQuFDhLYstizPSdvzneHS6LuqCqWVcgPD7nFON6BPWGHVlkBBSoXJ
RWHfZnfIVcsXwev5I55Awdd6BCWNNvD9X5QAZAtC3nqelzNw0ctHJpiQJLBYsiSqHDCKl2DH
Q86vRnKaDDr9/wA96I0AwCFVlWNkKiABlglZFXIS6slyF1YB1BCqUEBJMfkPV+RBaBmo0OOd
6bkejK8X7Lx4k6sZrz7z0mpRGHHo55qSDjlloAAgoczKs3O5bzaeLSMhw80tggFIdn0fkvXD
pREuCXJCEkTTSjGVUClUXUxhzH0gruCeT3AOJr3kEuLMPkvX+RDZnaHeZpv9D570Rm8d6jyQ
ViRo63J9AdY1MEYewJw39ETIOsRlQxebcw4o9WziY/WQ8XPTQ8iBgAxZGj2fivWHRlUFYGWM
EzXposhobKhcqEsbIVQKxgY1QIocMoqMHjvYeOCsnC45J1ezyHnL5BLCIXDvWcPuhmpgUkBB
oi4VAWVgCRAldDWZWBSQ8GBLDlEM9H530J2huyDKGiMKsVD6Q4NibGBdDLEypADqQgMoGyoU
ViYvJem8waWK1GYHrN/PLILAoWxek7vRz6C2qYHV0GEgMKxcYIBwgRMATqw5cPA0QgnVjPS+
b9EdYctmgpC6YIsGWLYUBhWCyoEQ0WAAaqBRoPNDTShLvPlOHggGluezZnMCkacoIkAe3N2D
rMXYRCQ+qskqy7ghA1ZGhC1FQNjBkqHhwKgLsgury+6PfpYGDQKlkBZCVRiCJiS5QMuypdFV
aghIyhugOX1eQeeatpbFOLp0NPL9JwjMxTw/Q87rEZLAIWBlVlyoMgEEtwCbhEC7BooVCh4Y
HCDRkTt8rpnb0JMI10NiiLqhHBVBgIhShLlUGshJUhIMGRRk5fSynkmVYy7g3Xg6R0c2qHKf
ugOkIMlGKZUGwLDgUNJMG2uFgUIFLGtQQyXD/9oACAECAAEFAP8AxoP/2gAIAQMAAQUA/wDG
g//aAAgBAQABBQAHkx1AUCxeEBXIGMOwAIywQ/Jxyi4CcckEScY5xjKeyLGMZwdjgBgAZySC
JExLKQxIJsGKwwyMDMSSMBME8kieM7CXk44nOrE1Ukvr1UVo6V9bdCh1fQvVQSMAaWsYFb9g
4Nlo89ndbLxh2LcO3eMO3sHP2b8Xa2wBu7kn2G6APYbkN7Db6/t7RP7e51PJEkAGQx7GRnBI
BBEstghnrgn4MjC6gEWE8huJbq2KsBpCKC2IQmOyKTGKzMxUKAgzsJ7Tny0/VSspII7AgRhb
koWYqwJBlaw2a9C1u7d2VwiLY+JbZOzu3qvkVylICuFJ+QRkLElVdXDtIwAOOQYPUgjDBKr1
xsB652+vwSzK8s2FVJZYaZw2QUDdHWGsjD0AAgELnYQcFS9WUQvUKa5wADFDEKO1ZIxbQB2W
TcSq4gHUckkwR1VVOdiSylhEjsQXLSQCaGgX2N3UdhBGBT27dVsV2SsdbFYHGVYuqUD/AI0v
DN9Ms7AdF7AEhV5UQWYhuTgaVP2xYA6/UEYR2aLEMkHsC4gtBGVhetip4/nFAGTIKzhqaShA
ClsJZcLELA6QetQJCNFjL1YBWPLYkgsozsiZ347tltpOEGFM4SMEjGgn+wbyhlYIl/bNd26i
zH+Sz4rmWrRbwzK5LFV69V658YkkWuMMnKgM+AoHUThJj7kngdVn7dnIUCVwDsSVQjqzAqGD
YFA1yqnUZT1PeFPbGBBBaOYXhbAk9VsJpbq0plMsHUBSivUFXOy4QZZ+q9Q2KGCsE69O2BWL
KOGAwyA7GBPUqQzCGvINFFjEUOgF1kD9sqVZ3LUlWekkU2u1hYyFaYfB9Q6SjMUUGM5hYIhS
SSuJIxhws52GMWA5hiYmCykjsRhDYawmuIbSLCPkSSpsKAAx1TqEGOASpU5bIBUMQDB+wrbo
WUKVUjI7YR9T9cVlzqCGUHBPUR1PBmcYlcmCyqDYRGv/AKV2qEwWThVmyqwKX2WUolpyuFfY
11YtSQvkVSrntaQGsJ6QcicmVrWc7dTaYULAlxidgPvhBY9ZEcAMSAwIUjGLHLg/iqUHVYnq
GALEzBgKc0fW2bNv/RacbXo2RH1dylWRQrqTjIwB7K/3JpkBlZTwcXoMJWZ+w69CSWUGAxJ5
KpGMZwkYVOKUBq2hWaDVsVNU9dgsg8k9lJF5YrsKltLAtsAtlobsvOOxB7dsHygEDsxUHtAJ
uOHtixCjtnRs6gElRncAB2lW5ViCE7ZYv+dCxSxjIIJBhQkalVmy+uqVVDnDjIjCz1ei+ey1
f19lnMvJxHAJYghlfHr8eBhkHCgU8EoFg8CeZgKc+chldiBjlwxRs1rDWzUruUGtkYcFxJrc
A7Ek03Oj1t5F2NdcgKU+wUkMvOKCChHYckERaICnP7MASfG+MxC0A3PbRq1Pc2jbrDR7p16Z
2yyx1GpazAxgZHYwuMBmtXZqVrXb1r2VCV7tFht9nQgr9i113vLe1skEdOxkN37EAYlqgWKj
YS0BZZUOBepnAAxKqokAoSxCnHTmsdzbrwqjqNDc8RfX8zbFAWwVhgKYe9PqwJXTuKliOt1Q
stiMjgVsW+oKyMMkiFy5Q2KpOAgEEEdx0P8AZPtlnqdlBq+ute1/Ut4NpHqs6FltRgddezuh
VvjFZs0662s17KGfZ3Hsv1w/Xb9b3xPSbTuuh1p9uLE23lXP9zyI5LTnJyHk3BiyN14BMSqn
CTgEKRAFYGBCV7ocR1mySrIQphjp7IQbSJ0EElbHFwbqpHRE6HUtAF1ZGW0hwjTgWR4ypBYl
D1JHY7Kf4KrMAIwArnVutLB7tfTqXFet1VKlfzg57uibQjLZYVZtUA22R3IkRCo3RzsWKdAC
zFAjjIxmIHvB5NuOw+4Vh9QWZrPtioqq/IeQR8GzhBLKoONU2MjjEqfDQ0SVx1XuEKnylcuJ
ZCvXFcDF2CK5Iym8hth+1ayc6OVrtepq72sy+oqGWsAAzGEHtAkMq5e5ehDwepyTn/Jlg+vv
N1LNXWibgsNm3bXbsKdpLqma1wvep2Sy8jyw2N9mYRlkeP14664uIUXk53MOHNftyU2AqgE9
iVIUTilWHbDJNoBJChBOPOBiMPY4zNIewBXZyzqXiWEYxWbjAsu7YIGFwR5IK1yKqLb1anw2
00gvs6bDA1tBp3EtSxECrXJr1LXNPqNi3N3Qt1D1nGYgDtCEkicj7fx69ErB1te7NWuqp9nx
TsbIRaKyyEGK/wC+2jMWECtgTq3Ciy0V7aa9QSha1ZGUI1mx4wu+99ntL3bdBDgwuMpOLOCG
P2hSzMWJz4eGDESB1kuIVgSXClIGKcKqGiMAHV3+pAU9TDLGENNTzmpf5Dt6XlZqBXlvsrFw
E2NVoPavr/WPVYtCQ1CEW0BlvrlNvSNDeEdYkgqMrkn7doAGlteMJewNllJYtr9fZXfYghPt
hEF/I1cjOpILEHSuZhXcrjb/AOwRkovFLaiW1Jr1a1O+KnuCxiksVUQZhguEkCqWHiJz6Mft
g5AmQgCMeCZyRBUggMQlXNn1y5iTIgGSWAwMpJJB9VZpizZTWcezFlWR2PrvWtsNRqVVKozj
8CM2qu1dSVPRv6ltDgckPIMZ3fvAkzKuwXvXI2EFd8WN2LrB7FmkEiuzt0XsosVRh2Nilksd
QLQ9N6r4K2Aq9zeyqzY/zSSMKpDqAOssQMiBAJ6KMCkkq4wExChWHPQMGR8C8dCETqS6Fjb9
WVBaV1UCbFYSyYwk5SSrOLDUbbbT6/1YsSiiupF+JwfgjG+CWqvdFsW6tqrB1Jf+0LglWrLl
gSMttL4qzhTubVK2AtnzlJmvg4zdcWsum0vW3120l2vX5Kn8VWzWoprz3dmMYxeChVmaQF+w
FZGdCMhc+cYSKl+pFfUEnJgFRisVFSs5q9bsWCr01fVvSauX+v1kT2+pTrrpypD5a6GzYPax
QxFc96dOrY0n9bqaj6NldlYGHC3XFIP4OQcsqUkHne0RY3IIIGQnbX12se5q68LSAhUuwQat
tZajZcmz1YvW3WuptosKGx+q0KSyJxuEBvW3nX376X8fjr2VpqooXduW++wqMDAGvjJnF4JM
BlJyAF+QJgBYfgL8tBymq2w6OhWFWpVHXIwxm5b2f21hdqA3jUQrPFuyv+qkx6+hrtpVAX2E
NZ61CNfmZyyyTSTI+Iz4zZ2qqEHtfLdYe9NlVlZUds8NneyxyHIwntg7uR6/YvSv1u0MIeg1
XjsLadqhqW17VrIepYAOb47BT9vWbtJ9b7Dcra4PubRfW2KMtEkSooIbCOOwOEEYRKqwXDJE
dmgDAxmqh7X1tCisMErWmCuRkZtv0qssBXeHZKLVApZTloPlv/8AlrST6Khjtz9bIezWHXXA
x2CgtGUD87G3VTntd03W+q0ixICpt0rsU3vRqL+xbJ2gQxUqihT6vUayypKlQ26+b6j9lSFL
bHiRbB3NnWxLgMZ1GbLNMKDS99mv6/0t221elRUPf2zsM5GAds116khjigAqexZBgLKpK4Ty
DGKxB9NrP5lXLwWepeqx+Dm7cCtl9eX9SlNfa1AI2LfEkFsSoA+mpNdUAqQWzXnwkwLrQcuu
PbWcdOc2dnxi/Xs2BtaZ83r9UVpuWtJ2fFrWdGPPS3SqUUera9k9Y+V2V1oPPY7vp61mw3e5
przcCLUogXfdK7Oqm3m8k51+3qr2TbpREWwgL7W7y7jiAFKjXdenYBSxIA64H+xYY4woRk8B
iM0q+lRPVVWWUZzgnHMDcu6LUrGywtXRTYKzqXJa3s2XzIkGodn1UCUj4I6Gh/8AO1+oc4Pv
bSOubGwKUSyzZsRFCPp6zGpUVLNatrbNSpk2enm56GvtsIqJltyV5ZeAx2bnGrQvUAFjDLvN
GASqfZCQuFlxmdgYJWA3ovZNed+zx6tih3tXK5bOigvyiq08SvBJwmSCerMRmunaypAoZuz1
jBhGAxm7eETec+PUq6LvtwCZ0lD5afLsLUhz11C27FamtGs65bE0GV2fk4ikOm0EbZus2Hpr
ubP1r2H6ewCV2kyzasrNVy3VbKdLeq+IbFIfb2bHPkvNt3VhSqrldrLnjrC1CRtEG4KFyqQG
7Ey2JClwhcfGlc+vf7m5DoyGNgLMjBWSxi7TJhskjGZpZnhQcBnCJHq6Q1oyJKfAznD8b7y9
lFzW+MV17R8rmSyE9QGRga+/r0sq2HI6XtCIGCajcbJYs39bk61VVDpooHZAIyMjLKKnArRR
vqBt9uA9mI0JSoDd1bKSBYmzDVEOAwqS4hsAJykS9qgOQmN3wtGA8ArK23GtpxlYkrJURi3D
wgRkqTH4HGdjKcj1SBErtkj5wc/iw/TYYlg6lN5Fr0TziiB6nVF9r6uvYjek1w1aKq2tzdyE
Hequ1anseWKdsvUMLo8WlUEQQPxPJwmAzid+pRt/WaKiAimCwUVibNQRZZWS1fSoW2NZjVsS
tZjkY6kpLZyT9gQAcJAzrACgZdAKgZyCGIZYOfGAdiw5MgGS1asXrQ11U8Ys5zhznGkjdoBS
qos3urwNdmIFYaw+rVaqQcLhcFhn+zXAjKC3bcrKtr2r1AJRqmItYl2JajX9p4LtXZq2K8kD
GdTl19VA2rhsX9UlQMI7Bkbso6ZQV7XNWMdg5SGBSM8RIcTlkisMMMkAglphmBA+Zyyc4gDj
kZ2ENJwCMPORJHXrXxYSGCwAIznCDJ+DOOobBUgz2tws3W+x162L6pKKjSLbVFjn6UsCLweu
qQ7WoGW7VvD6/lFaWc2c367Rm/6dtm/1up+tUzAZdfL7W4tNU22WPAHThUVQIBKieAeFW5zY
epwdgFZznbqr2MwQBk6jO7Au64rcd8BEY3fOkiCoJkrJxvTiyi/Wv1ywzgZEmIOrYbNUj6r8
K2HnDGM6qvnQCywJXaZvYqT6/XmzVfnyHHYPa5HSj6sYIrVVeZBy8WFBVfKiLqSMZ8oY9b7h
P2J9gUfAvUR2HX/NhgACuwKeUzY8ozsrBwApBxQGW0lVZsqb6t9WD8spIWBhRQGHCqRijuzV
qQSZ7calBtuU1tmxqV7C/wDR6Az2Pr/0rSxkEE6fZNVbIytuyrxhOEzlsR5n8zXs+pcGOAFW
9Tqk69BVbC0Jrr2e1SFQgEWscDkE2sAbxPYQeUenpYtkBLQwNq10tYHNrkDv2ZEDDqBnXjvz
2JWxVsVaVm6AyqGzpOLIZAS24hRuwBq+7MgOLBwxEQvkUgTClZrQsoAh6cIzTuSk6XtXNlu6
oTY3bMG92N9YDAAtq32pmtf531SRgznOM2CQrP8AZXPhu69kWbvXUdNW9Au0zsBrLKP2YU1r
L6/YtU1WLcuOzkft9MpsDruT13P2EdBuWG8bYE7lZGxtMVSAhgTGc9zIAjFHJgZswGWyMDEg
/XNVx59g97SScqgNd17MoOS5wchRIABxEbKwYABxWVs8S51ClWWoC92bV9gqpsrrPcSVAK4r
+M6241dutcbXB4M4Jy1Qy7VfVk2UIZzPr6w27SAtfsddjgvGanXx9MtupoXb95ZNnsNq007d
4FF9z4zAqlbSt9hO3q1l6nqAuaqKShXeZSwHAByAM/5Hr0gxBwtxsKprBAFb4WUuJy1gzMMQ
5aAc/juwZSCexxecUCaz1A+qhFBCk4y9g0qP7KalK/VMntiiQAxzxjPT32Ltp8kDCOCBnt7C
L7AEXU1l2c1td9fZq3mUL7LUY306DvrXKh3t2vWp2t6/YzqpyrXULUlWXXW0uu3uRVvsU/dr
a2i6sXHWWH1nODVbptULXswAC3KjtnVYMNnyZEGezAOpUowfqquCNXTvvf2WhZqPAxQpPR1D
K0wDgTCYVGxI7AqAsx8AdeoEmQM4lf6xGMeUyeFULlb+O/SvFyH5Y8X2LVQwNllyympuNqun
uLBbXuWbgKE49ghB2a642L6/192zbb69aw8DHSSWqUdNV816GFu/Q1T0X2d9J2spiR1kboB2
CjdiDiuIk4pHbiSZyeQQDtqO5LdvW0C3aHi16Pa0/tasrJBOacW12a6E2aCMv6G0gdQufzVI
LOoFTMR0Ynxxhr5OuDhpjDR2XwZ4Bhr+zLwV4VO7aC2UWAg4SI91sE2MSMtDdmJJoosd9Wlq
K7uxW0suIC2aGiprrOvTU3sdR39l4kU2qTaRNrCVd5e92FLw/pLRZQ+xUpW8FtnQe5m0NlAu
rcCujaz/APX7faeQOQeWUly2WgunjYn0i1/tex2Vc0lXX2nrmpYSuatxqNvsK0xvZ2Zb7G+z
HZoBMqp7WAk1EhfG2fqkAVgN4qkUic5Wsl5Sxo+oJNRArrJoFVRNxssrbsrcD2Lq22DhpU5V
pBzpavgVjwYRbEtZq+6rSpQe7ez9ZndSdhnHmOdmGT2HYRMhDLemu6UM5L6+vY+PPS2jcuKe
utYp610Pk2/Ew4Vguf1wNIYTiMvV9ZWzSW5duyV3qLvHdta63173q3qVQwzYH25hexxlPUc4
DOBjJ8leCzZsyNpsOu5wajwNVwTrNJ1XxtFgU1HGLog4miFyimyoKxJ1STW2bGqH2KtIdv16
pVQrsYJbm8giirsWpU5U6sPaDvq3sc7wBySTCwR1zsYrP29ZSzivSPdVIUcAAkdMCAZ4xAdW
BVu5JJhiGGBZwMM2XsqyrbYWMCy6ux5FNVTjZ9TrMNtThgYp5acBMI4GUDtb0VgiqC6/YKyY
KwSUYZ1+wK4RgjIYYFMyZX50p6NAVupcCM69R5ZuZpfiSPNYlQTEYZttsVV6+5Ttr7TSraop
B1U8ln/S0um1pPrO4YZPGlQ92xXqHXWscCZkYpbO0kfhrlGDbfut5Y+UY7KQ1rPlIbtt2t2R
lK6OxNcqq6dxtqnPZoV2T16qRgbtkBsB40qwxKyCCAP6itDgAk85ySoAPUYQJWc7NnWcCgZp
sPHY3AIlROX3FF162CzDPYz5RUqVzOCc2bCg1dWln3CHa7QRxTQaz1M7OwbLdisLWi9m9Dod
W2XBFbtgacbFP1AkjjJ4Gk0CiS6Cop5HNdONRWg6quXszOsgVOyvqWmdM/6Lc/7XveqbzVjs
IGEMQA2f8PX1jrwc/nmJ5KgYIOGcReDIxkliYbk4eWcSdTiraJCKxyy5lVma2xWZVv5OqohQ
SQMCsc2KhZmtKVXfLSpDdR+yAlH+l91IsyjSrRj7d66/V7TXXSAyxCCcXnBEiAOI48fVQLzx
QA4VeqLBFvRaWYdg3daiVOtaFf1mwr7Ftvj9j/7HX02rVlRByCcAEqqzpjrVzgGcSWUjmfjF
UnIUZGdeRzhyB1IEaSkJvqDXRaS195XNfVNT2N0WmwXGtSqIYGROdDOyGWuxpBWQEJwayWJV
pmsO9dAfYs2bRWFGs5ptDG2pdpq8W5WUOSEbkkDJHX69LPhwRlAAqC/VFzfdQjoxYKwwzgYT
6zaVH9h7ENftKPY61nc1kABflARiKTbrL1QkYo56kNMkRg6gktgnJnAmEQSkYuXOuaRXpvGK
aqj32KnS7tKbbE1aNcVrPRa5BEAEwVkHgXoEIDsQnhFPsqEe/wBqpwU7N1iVKmW2ADQ8dltG
xRTVt7PkfW2DXYjgYo4JyDHxlzSrNOa7fR24rbjffqzOWsVgD2kcjF/qQpGrt267bFYfHHXF
UHIOahm+mOnjGVzHkYGeR8gfYZInsZTG4w/Pc5uMFf11jRvXBzUp7b1fZKX7Je8nVQqvIzs0
A8BoXtONE2KrCqha89lT3RtMk16NSgOqi6zrWWsvbXrSgdwcaAGYg02d1T4Bgzise15UqisT
rKAoITKm49g58w7T4xHwXsBxWgcEeRhmu/dtjWIAU4qrOnWgZCoQuq4bEGG6oj9qoD9pMrv7
uCOpKBVZerO5Fl16B91oO8sKq7K6PbrtWAXVW1LWXruqSwFynk3K1AVrKs7hsBWCmAYQMYKQ
Bhq86snSx7WDfsLnjsvaijwK4W1VkHuVZ/sPW2yB/X9hZ/ZTqpGXMBlbDKFitlBrQhRtmbRP
Y9geMZcEAIwgxCHqagm5TZUQTGepqDhvXVureosYL6erB6rXBPrKIf19QVNJFP6yx+ojLdq7
Knpej1Vh0fSqZf8ArQTXoJUuqq17N6rb7BdKvBqrUCw7UqBsxK2at01695zwXT47VDVuuFHO
Gm/NZHlgFR9DWY3+mrZKaE7dETLtkjKbmYtwTDFWz1jHzJZLPT2b9bHYipW7LV1OV1RrKT1J
y6DbwAzGF7YVIw4phWYypg6+zZXZshbaFU256fVaqtQIj8EfhuQFEdBgiOq4akOBBhQQEGN8
bkV26pJ2U5WxiFHzWD51+OogAAcZ8qVBHRRnySAM8NZo1wWphmbco8G2ioTdUFDkplTd63dl
IIjVbrsptMCN3n90ReywxEVBer1jwmQ3EX0srCtpq0Lb0/6J2N1DUWMYdyASScUAYBB0NsUO
mjbrbSKBkqMTZqdowTIiTxkcCMPGc5PDEqe052nHPHsWhqiF2amBr2n6VL1IYBWqPB5VecKy
IAUgwSSLGVEout3tivXRU5mFGe7H+FfbGhhdWI1rCmNLWBia9ZCWr1GdU0Iz9MZe0uIK0ktn
RumwhDjtlgU4pEaNjm2M90PpYGLThg5C5WVyUB9FtOzRm0HFf7BS3Q2hYkYOSJz+evAGCYMY
2MDgHLIuewqMlJFJUpvtNRHJr7jQcFQIzkHtyVx1IxjC7Gu+xZq0V0185vfXT0vYW157G0Xp
X2VXLrhcdSB2Xqx+zDRAJUGRxnMEAllnNeC7cVba8GQCDjMAPWgl4z3Ffai5erhcdQRHICgV
oGbRot1rRv0hD7Cy1r9ObNcGsBa7ErtXo2zZmvd5FnIOAjGMNxMGGUY3A23AFaiwaZ/x2qe+
Wm0GjYC2q61tVZXdn8gGTALQc3NqvXCe6ohfd6zNr+x1nG06WUvRYrKtni/zVGfs1kR9cIE0
MvbSq6qJyGH4mSWlq+ve2TXuE/qEE4DB2AAPWjkRntEB17h2YjqWHbIQL1U5R9bFtdzdYpNL
LAJJ+DRb0fcVBVoU2OyqqrJwRnGGDkYesZE57IKK9cdF13C2kjLtVCN6k1Wa7h66u1Gx8jjq
lLNlyV113aduwb/V7Ch9e5Mq2r6W1/YK62EvaBxYQWrAAsM4xIAWV1EBapPsoOc5Ijvj8ZSp
DU/ZPZL1pPDAQbpB9f8AA+Nuvy1bKFLWAlpxv6dgDWSbO4lll62OIuScY5rHyIqqokDBhOGY
AjCZz+AcYxntHIq17arFKhcSpiHodl3tJ/HqVmpdqhryjVJVb7PWryr2tbpue3hf+9rXB/7B
WMu97Xbjhdg10GrCqz2CDqSSQqHk8EkgZ6jWLmoQx4wAAwMVmhh9amV3Q/57rSLQxIjCpa3S
YQnGNJPuK2XeMYEHUKxZvsfX6z3Wj0jmvZpNNlTuuLZcMW8BvICuhSVAWD8HnJGMQMGdQcgA
N2BY5sU+SurSvQKjEI3UftDDsKFsKk32XE16Fl7a3q0TBUFz2WqLydHrjersGJ690La9dQd5
wqrG4AEN2Vm4Mwh64n+tmnX4NeoAD5yOZzqVH8ayTYqrG91FjrBJ65UR2pJR65GMpz3YQXMO
TwCYP1OemqsGxvew8Vb0Pa9WhsBl1birVfamv/VQqDthOST+DEHBP4+cKliagAfEql6ijNZ3
FqEksM2bfrXs/WvZqBo2kKBgRuVWtXsWbSBtzbUD2t4B3rncXFl7gK1k4rN2LAYsHL7IHrtV
TVrhm19djCjIGfXGrMBU61qosrmNw/7WHnYYKKBFdMGwSq2Ex7ix/wBp1dm8ZCMVJpsZD6t7
PJZ/pldXXKgzGqpQtuqgH6yBkPbBWVPayPMMDA4Z6kcxwRgU4FgezvIxms2Hrdq6793YD2bX
joTfvLtb5qRWaBcoJptYKN+5Gb2IY2FLstFChwGJJQpbZ1R2bCAM6wOgVZFS6VB27QnjzUt7
KAa7gDBE5HDelrGWeqrTE0mRk2HzbPZ34LKGA+q65Ty8gXMEq3dibvI5NqSQojXXtYXATXrj
GAxW6q9tiYmzYcdWYo7VlWDYGGROeGtsbWq6pSUyyu6ywAADNiwV1e3ta+7WrCV3W9E1UU17
oVaNNP8AQIDnGFYJUK3HYA5aqnLXTEqewrrhD1Jwrz2jFsct27Ildmw/rdIUVbI/37HKwjIh
nIyOE3EfOogqDlqcWoxa5kFnMLVYzevVRZzHt266jSSSsuIwdu2rWPJSGdqx1FrDCwOa6FiK
GIU1qtjBhrEdhnOAGG7AHgJt1Gw79UWe1WLb77k+NgWKq7ltlm2jhUt6Oq1gYWVRZMgsABYR
faEX90kJXc+Va4AVFmwMSeM5ONaJStOlVVuzfoaPhAX630Wq2vrWFX1SprggTHYdVv1yw2df
LNmoDzVubW1wbGBtwKEz1yzhiPdwNZ4UMSMP9e0jUrPau1a0q9o9jghh4pNaLUEIIcrFpaNT
lwOBiycYcGI3tS1GqYOuvr6xV9as1bPqXVk1r3x/W2fsL6p+j+qtRTq+wVv190gVboK0b4y5
dxXGurYtNYwJBMRKwzLnb7Dk0aoFiIbH09SrXEZyM2rICb1FVY9hQTXdTYQTnU5Z2dC4OJaR
mpe6W27HkZXDKT9ezRpiK2Jz3Txlx7GV6isQoHfWWLN6xa6dOtzbrniioBYLFQK1ZWbChbNV
GFoOAT+Oevzn8trVnFVQM+c6qc68/wAADOpyCMMZdctKbe0tt9digGwBi8r5Wx2ZiA3ZaXBq
1mOBwG0tUUAiD2Edwct6uLNVmOvqntVqeN+Zkx1Y5XUwD1sWrZkzXQ2MHgsQR2BfSdTSftnu
yfLdDCsDAxxWAs02LXbd/dqeRqD/AFWCgEhfllWHdewY1rS4sXiVMfiOfwfmOBzkZ/MYcAw4
c9ttTcChUo9bJs1MFNbHqoIemsPsK7VVkBtjqfVUKSFwTgAGHIXOgwouCADkYK1JJQJUx7/o
ali16AXLqxXcSWCBSPWr9c96v+rdRhHKBQT9jW/j13KnNdgx1u5NUdfJBRgRZY7Z1CYqK5qU
KgEYQM5jD+Y4HGGcjiMg4Bh+NzZGvXsXNbb2Mr1KDVQ4deMathgrBBK1ZTsW2jW0KGGvQlIP
GKMPycniMjI4jiMJAdmY5AGeucOnAG05NvYuwrVK/XcVkHPeoRQSzZ/TACMqrDZs9kWk+ax6
PA1NzBf3bQ6WlsRzgEjZ+gJZRrWdq1bgcmDk4fk5xgyPwPk4fgfLHj/2C1jjgHEyJwlkVtlg
BtCX2yosttuNC9E9TZ2oUQ38LhEnmeMAkgnIjATnbhqi58JXFqkevfuAsi/WavZpr8aQWTVc
Vuc93zo9ewMDEMZ41rq27jZZrixbtxLUWu0+RLGNoLdKT1FQ7DZXHckaRPYYIyfwcM5/HP4g
YMM5PPwthIHtrzZtyMQ8Tx2ChlVsChViQ3IVh09SoGup/Hxk5IBJwEjFif4GfwEM21u2UeuD
CuiurFHFlVbZu1312lNoDW8pKhuu9ULdS6sq5UEa1J6M7E9nL/61su5+1qvUwOmvXKD2wVNP
9Ut9np9vALCiPS6H6A5/B/A/H8ggHP4/BMDetCat7szAgsiphJwsRgcAsx7LBwdRgWW9fxro
RJAwHn+eJOCMgTxk5BzTei2gaidkqRFaTiTHWCUUkVVHBSi40wwBX21Qr25IHksAtU9QSQqr
lFl9LE+RlU9dOrqgMLbtp4t4qLdD2dzHTG5ZeohVwzkYc5iDnOQcjP5z+XOe9tKa1kyi8qpO
EEYe2KHk1Z2bFEmtD5NYFaFjBnGHgROExhInBznGc56wgMoOTxC4OcOMRPnrXP3Fg7qHDtrH
tbEtv+oZArGzWsevw2qVQnKqizV0hGprJNICrfZ1S61wbNSu59HW1g5tStNawM0YcPx8Zzk5
ORkgD5LHP4YjP/Y7IYmRURhAOAE4ADjqMLCDJxQTmlU9lqAKIAAGCMIwSMPA4yDPAEg5Az1r
t+ykSCDj3smLcTgYT2JNpYYhAwEZAGew7fsWDFhG0ALLfJ1rZhYlliRTy+mk4YC2Sc23awa4
ZQmwAXsL4jlbEYMs8cTxjyoJ4L9SHMAgrAyOGYjGtU576wftKSpRYzghAM7qxLE4AIBY5XWT
nqVK5IIBMAYcg4BH4IxcIwDn+NYitqbO2dgDdXGIHGAsM/2dXS1cCknwnFKrZ7VE8rBTjCc0
NgVEMzt9idsuFrrM17VdFdnsHJXfqUPUtpchGgY1ikoxNtP2rBOThOMGI8PJoWRV1/I4Fik5
vudbXv2H2bOvExkzhblZkKBjy2KCM06bLjq1LVWBkkYIGfOQIZ0Ui1ThZhli2soq2SVWzOYV
FzUcGtV5ZZArXLaWB6lRdyFEgKWxqUJ9tT1DVznLkAjNR2auWTLr2cG5+hvsZXscZQrOQirR
tlWFe1I8zCzXuU2a5+kYfxOD5/POGIscBfbewe5eoypVOOq59ZaZkq3VsPGa1TX2auqtVa1w
DxjAx/8AYkC7OpI8SDFRQBzkZBGSc6nAOdGz6oZPXgCAwy0kEgYiSkEl1Kr7GgWa3UsVSD4u
x1kFOXPFNb9sv2odXZhqaiuKKq6VsdXyykQVCsBIVutuhsi6r5UZEAmPwcGEZEY5jPa7Ro12
d2atGBKxg7HCPs79T5Bn7BY197G9TrBCqwIOfJ6z+YyPwBkfg5PN1i1rpbSl6DODBxn8WiVV
lhQ8dHzxgYUQj22ilNoSArEnVcd9gFK3cw1bM+trNFXWqtrlYVMoatIG7SUexHgtYr+nrYL/
AADk/gHgfknLXUDd2XtdVQ5WCFDSexBssjBbxAytPtpUq2xQgVQBBiQQPx24nJzthYnATnMD
CRnevNlRmmVVtVzCOMBBYMYIyMr+CBnMuAcsrS0burbrWCM9f1ba3VAWxjlZBbUROgM50JFB
XsZOex1msruVoZX7esrK60HrzBGRGH8EmBjuof3O+QxmVQZ2eCSUdiMduQBAbqE7z6WkEr1G
AgiJziOBhIwvXjXUjDtUDG3tYGz2qKbPc7BI9juOp27CP2LIsdmFKgU+s2R38ZxeCFwgYyE4
sYYORzjKBm1SjLZpbAbW07w+xD1XLC0VhmpUrSlcghlxFIsRwwb49pQq1pWr26SlKMOE5/BH
GfGMc9jdXQltplEbsqmTAWxiQquMaxixMgj61gZ62o117myNcL7nXUP7yQ/ur8Ps73y3Zug7
DHBf2JuEfZiA2d5Cgq7AtnThmEUdhXTaldydThUTBwsoyy+tF/eqOCCJjCcgEPX9DigstsVp
awbPVVB2GuDgNa4Sz4UMqJau1c3axdr2oRd6XYFlIiCcBwfM4Pk85bclaew2hsXyrYtclSBl
rBsrTLrOAplUgrzmkoe+kQuzQLVv1WkUupNLPi67dzq/b9Ziy68Z+uvVaASK5IVFw1hiFBED
uVBa2/rXM567cVqjsKM87nGr2LD+nYcXTUipHRcnC2ckWUFSiMM2FC00azWn1aGuwV5ZWQAH
6tUIhqxEZVYANtFXZ9dW9FwIg8Z8ZxhmRMMc95ugI39ArM0lAX7BUUFnVcsIlWYYGnBJPrDG
6gjJyxQw2etd/wA4FVc+AzAkMTgnFOP1xZwmMVpyG7U0zmwAjr2OetuZnoqDKqIuRAbgJEAY
JOEQSoJHywkMon2FgWiq01L6z7X8Z84AuFRjUKw8MmwhH3gSunuc69ivT8gicA5A5JhbHCLu
3+bYJJypCFsMokDHbqpdizL2w8AA4nJ9RrTtD4EY/wAbgB2VKySCHZigACmYUQIOORMntKks
erS0T9iwnjrr2lbfX3eWgMRjST/AwRhJyTnzkcGcZe6+wuYYDGer1VrRRGA4FGRn8Gqs5fRU
uXqppNpj0t00fwByVyRhIz3+xhJLLWQWrmtvsFC9thiCg6g2DsgkdhiGc9IA1eDGzbZf3GHA
GfOcBuvPxhIkopUghzIb5GNAwde4JBhZ9KCusDhiZjOZwk4C0GckZIy5/GmzYjtpUWWXUL0r
nhOcAz+I4IxlBzcpY5fQ3n9PWqgfAjJkMRm3aKdfe2GvtHYClR1djgBOWfVUrd3cCGnJjFYF
6gDnqy3gE/hpjcJbcMKGKnBIwT14J7ADgkEx2zsCesP9YZuWKxWwxfj01v8AgpBxwYBIH4Gf
yoMfw56r7DbmuhXJ0qqwyjkZBwDOfxGHGAOXevpszW1qaFznJIxjOe92Mc/ZIORwqHFK1js7
tray16dxaT26djFYjFVs9Y3WlW4LGXJi4ldkiQAJKrEvI6ySOxUSG4mcHXCFiWx1HcjtizKt
A9MSyVng/HYxBz4IOFQSOMJGGCPYaDPZT6yw5XQK8BMAjOcnJw4DnGEHIMcYPkYSI2bPFTuX
Na7KTlawUWcicvZQdDX7X3r00rpV5EjkBMVROmsVgmNm56hXuVldko97AkCCCIwlpUKDzJbP
nGAwcjxrnXLEBYgha+SqgZ6QfZRgEZIGA/bk4M/gBsEAQJMwsYPxE5OR+D+fnDxn8xk8HPaw
dO1+QB2TqMRvr27Alns9drqmb7D9S/sriMUKAsEVLzr8VD43plqmceNVDoULbTs37bAHeBP7
dZxbqc7IVAGAzigwBB8TY/UrKDOMCxnpmjYQwV+Dir9TkHFyIPXIIwDAMjBGQZEgmcjJglhn
dQe4IaxFwkQrrLGBOe3dl1HPcqq4FBxDid5bXl9VSK9//wDPtSbAcBJxAS2lX5LkX6yEG9Ym
JsvW9u7U1ms6bBu9d1P/AF5z9JwTo3YmncpeuxWVL4GzaMT2Cg17OsX89HZ2IxixA4QEjPSu
ovEyPjB+IjP4gHBnbgZx+B+JjC6qH3qgab3taCSRw7sg2zsl6TvMNKvYW8kEn49qpOiV6vWQ
T2BwMABY4yh/I9QHj3z11LrCzjFJBUnr6onzVsQSvYW6VNqH0y1m31V+aWhbVWdWyKh47m16
bD+lUMOlj6NkHTM/pEVt6rtlunsVjo/jYTnMdOOsD1hI2wR1X4nOTgnIxjGC6sr+yowWhj2/
APJzkZ8nZLsa9UlkpAMYMKqSa68lFIec7dcBM+3P/wDPsPYq4BgAgFsZXK+vrWa1/wA/c7Hi
1GIOCMXggiNDVZTyMVsEZGMfszlT3ZQXVibQpXZVs/ZTCwKqTnGVBTluvUyfpa+OV6qeys7K
fnNe00vr2C2lZwnkNzyD2EsZL6rFk1UGQq4CZ7cnjDgwcYACeiYOMPGAA5/LcYwELBzrICCf
a/8A4SRK/YhCcSAGde3rUINTAJ7q8W3MvMMMUHNakO6gqAZwRgbP5cRnUkfOdRgKk9AAFXOj
KVJBmFpI7WNI4w9Z7MM+xKnkAR6uTqAjG+FnAcIESZBnOcacBg8xkmJOfByODgbJMyQC2Xa1
l1lOutKdsBJPupHrwexrBxUwheoWW9axNnsNlq9NmckljlYLALGer11awfAxQc4GduYJwBZi
cC8oqgnjIloOKoAAkrCMtjvkfWwLIBOEyAZxIj0Tka2GcHGByMkQepwsZBjCTOKxILRhacnn
5yZwg4SMkRJycbtPMlmwsxKMTnvH6evU9sqQQQQC0huxOgRXZvbDW2n4MzX2fCD29WnXW+QO
CGkSpwLyfheFLAtAwHDMFRAAyOAOqdeUEn7Y8AkwxYriMICgj0QIrHJHB/mQTycBjDIL3scr
uaeTkHAcBBAScC5HBOENIByDkYVJHQ51OMTCzPvrQKOC1IyeLEIAw2Y5gsWbIBxZxBmshWoR
gbsFIzqBh+cMEkTgXCphuQAMMgc9TyogAETAggdmIAjhFIENPpVKaokEFpHz1wCMY4wJzxsC
qcc5Bk9iFDTGDOcJgAnBjOAVeThOEwCcBGez2Dfs9lyuAFeC7KRZHZjBYjCJYgkqualLWWAg
KYbCpAqYjABJyRBjIYgYTOQZVWkDg9YHwScAznqx6YecKmFBlS2aN9deuN1mxdosQhAPORwy
rJE4ASYg9QcKckiAZyTnYDC+F5wsY7wGMlH655pwW41wh7eNvcsqoe0E9VZqwMRmksCIbCOi
2qsQOiicQDPW67qgUT4wMAgLBPAwscAGBQcgwAcMQQBnbPIxyQSeBGAwYxwCARjsTlTMWL86
K96kpByrXiz/AIiMDthM51MDjHaACMazrnkBztnljOxJLGOQog4xMAwCzSIGduCZwg57m0jX
AGIICNBrglvkPJ2NE16rqvUBSEoUCikWPSgStZOdeOcSBnBzgEyMDRkznIxlJGTBDiJWIZcP
wIjsIc4QABXOAdDE56n7VALi1jIAVl4C4qAFzGT2zqMgHDWZKKG6zhWMjBzjAjCABwQT9h8w
CSOYbDxnulYVEEGDgIGVjApNdIBOyrPVsUlMQywFgHrqOQsYIGGI7DFIxIOcYSM/jscBnOAG
AgT3AwQMYGP4AzquMpzjAOR2GDkerJWsBYEFeZEEn5PK8QBx8iRJjGghThE5JAnD8ckgRkA4
MUThGQMIGe5DfqEYhHQdWCjkN9dKsjLT2a7XW4L66HTRRTq0KmCSADnJPyU+F64SZAyRgMYC
BhIAkEFcPYEOI8pkFpkDOZKkYEXt0PYCcprrI9V/8SvXCOMZ/qbCM79T3+vYYXOCwdS4kmR2
BBIA7ThM4SJkHD8hsJ6jtnYjBYTknJBOyqvTchVqhIRRPMlgp0ZK/OQIMxI6gr1LEYrThcQC
hwsoKMuF+Q+dxIac7RhYEqUGT2JIhisCewnsP7djn//aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0
H//aAAgBAQEGPwBiW3ZEAkxC6rjUerLaMmxuNV6mcyxdakrcDKDkZkPK1KFR8uqdnq7MnqCx
g6J7B7DbDICBMnVRAGQmA5BA0A46omrA6H/tTWzui7RhF3crkHbTKk5zlMSR4pwfrTEyZl1n
WNY/dR5k+DoGpeugKeQ3l/EhL9HdbT4oVJPEoBwKzlenKl+Wib/7QZyNRqhxk6jKA930v+7C
9JE6uhapk5lGwpb8Q6yzqxNbhuhb+lMeQ0Bd0Q9g+GP+Ki1gw1JCYXsAJM2ZAfiWcZlR7lgC
cklfPY9eRUe5Y7eoqPdv4WP+SH/Lb+Ioge7fv5FOPe9zvcsv/NcjvTH3rk6NZf8A+i4/eLoP
/wCx7hOvqK/8t+nqK4/jXz+kVFUdFNoOVB46chKk8urJmeO5emA7gI2OmfNeoAMwB1f0oE4O
AExk7lMCQNeqY1b7U5wNAXXPNToFzJ7wmqZWNeq9UPo0oACOsJ7BwYYr5ZRZ2GQsNUY6pwcw
hyzquL42T/L8U9iY6ZQsCWPSD+qvm4DUFerbLLU1K5EnpH+ygt8Vkk9IX7Kk+nqgzu/5VRs/
Eh/qXI9yavqf4Ljno6BrbiAT6XdEOWGTCA/R1K/EqQRhn1XympHiga2b7VI8QpycJml4Yuna
NkLaahOCIwERU5aAFILYjdcT/Eot56r0mR0/yQLSclM0mXXVCpD9QiNLY2QIHABeoNq4T6Dz
lca5zKfJOf8AZEgekSTqgXd2fbC9Q8gjviJUnMheoOi+BhtkzO+yFnL7Fd/iiwIBglk4kCSS
uRZsQmBnV1yLE0GqJqBbqFEvklQMSuIgICxMh0JDDXdel5XE2sThtAiHwEGydUNE4LAZ2WX7
lp0TjyQDwnD6T4qhBMknOUDgjqmmVJZEMe9Ej4oy4GoXpJIOSeicX5V16KtxZwDjdBmnAUgk
4Xy2JsmvjRi6BEFAVLzomYjXC5EuMNH+S9MsyPEs5JlN8usIfFGodimfxTgScIAAOiLSOmib
JymJboxThy+ob+5EENXY/eVhPSvdw9Kreo9evRSWI7/8V8rdZXEk8TmEeEAfl95NUMNSP9k4
yFMgrjpgJiWVsixz1TkwOi9cvhmXF4MFcdvqRcT3hNsH/L0prF04+LqYfRcRDa5Qa7V0ESm3
0TuOpQrYRoVxGMsiXnZTonJYj5QmBfbCA5OTmq5Bw5gwVxMkFzGiDF904z3I8Q+5TGPgiAGG
hyn+6ehCIFmAziQrAlnEwUfV8uHC5AO+UCS8rkDLx1XJ3boo9J2yoEnJOyLgkku66jKMO6AA
eu+66tIQLueq0fxQoCAdI0QJafNQ5J3wnBIPX1BOWnNgEQ5PwC9Vi43wr+4C9gftqqWzaxbb
VE2ggaarTdNk+SZ8pnYHVElo0CFhI38UOW7kIjDy6ksa66F01sW2XLTbRGw8SELkSPqRGN01
RpCfdPbTQL1VfUI2MugWILtCk9yFWHVMc6dFC9Ic6ymaUDbXDIOUCPF1IbixBCLWex1ZHnJ3
VQGYh3aUQBneVzB01QtaS8nvVhQ8iJY9642DaFka2jGE3iEACJy7qZ7oCBeXwFxIDHVeos4a
NkPVGEA7NsoJco110KBfGAwRu8mS69TQxDbH9JO/R2TM4Ofy4obnRYAaN0dGGX/t+RGzkr0l
4n/FOdZ7kLwdzqnNi2gzrZAsw708tsRC4htPy4oZJI0j+JYFhqGlBqgW31Ult90GOJeFkltQ
yiz9zFOS3VEVMDdA2PywN1jVPWeR7wEfUB+X7S7+uy3NTlYYbZ/xWPDRctd3XqnYCFqBgAz/
AGosHYs3VBkx+CgOTBLIloJn/FcuIg+CdhXVCuWG3RC7M8DVYxhGz67IC/tuXySVxoAxwV6r
OBumbVcgeNqyDl/6FyJx0Z1NXLZKgs8mE5CAJkp+WMQg5FiNf7UxACZwPimABAzouT/usg+S
nfOIReSdU/KdkwDkmVs33v8ARNgHYiUxqCNHWjCGRNCJy6YMXzCrVyKsCwDBXFQHAcjo62ru
m8VzrpmcLPq2zCJfJ0VeVCPZObBtEfSScA6rl7VebPB4j+fkh+J7RoDrn+lFjLIBgTq6bTTq
uNsaAhcmauis72B+YFA2DDQphPRkzTsoLDudAExo0FEciToMpyGG6dyBLSnck6p7CQY7kXXQ
eKYBhhcfmOxZevHmjxPEeKtUn1F+OhdkaEMQW3cLiIIycomxcDJKatQQMFAEtuRqmt8hdyVy
B5VfKkOdJR2BMIHE5QORuVOyA0RLYwEzQiWEYKBMKQBthcs1OAjoRhB/m0XFp+KduIeSYQZ8
6KPLVPV0eXg6IEjdnCJIJbzQgiAzr3GBFTUg7JtE4BCnwdEms6I0FCWIEaD9ZV9sMBUAN1Ha
1gCDoU59oY0JH9ytQV41zQGfT+2oL9CFn1BMfqXQZITW5NhjlOBG6OfB1xmoBwvS76bqSXUy
ncAaJxAKJJRIgbp3y2ITWHp3RYv1CJoDxMBPEjVC7sx0QuK8rjJEf0o1NeLQXGqaxLHRABhX
VyyYiAgzOgDZ9mwpn/qiRV5mUYZsBkLWgjLhAnU4CnO3+qJyNSiQGRcSCWTanCDgOyeX2RAH
imBlvFcdcpjJGFT2xHItyP3f1kP+b8U448eP964FvZuLPWwHI/y8Ebe37lfcA3etj+4iDE4b
Ca1X2XEkkACFekkWqWHcgMPrlNIPiUxDoOX1AVdPc931FtB/+NC5+YBz1XK0ACQmFlmUK0JN
XXtVxatXNuhTWPFAAPmViBlOIH1KPNN7n/j11QPslwfBAgqS5Kd0CS42XqmokDROAw01TPqm
HwRG3inMvumFZ3TNjojYB9yH/pRIcAdFbLHOjI+9W8XkurAWFuOQFxJI1UhguQPynOyepdtQ
mNyG+KF//I+RhG4tJZq5f9VEajOiEOBmVBMmDKYQjvoUz7ymIzuqGGYsF6S+8KB4KNF8urJ2
RpWL2h9AhazHlhkBjdV/DsPxNQValwxEF1XR0+o8lUVLWLg+KHqc9VysCCNwoLVPfJR5F2Yg
K3uXIFycFtP0EKUdnXrhxhP7RAMv+VaoG1qtmXVaVIBq5J71wsXFahjvNlE8m3QYTtond0Ih
MXcbI8Q6cFiIZE2YV0glBmItIIXH7xUGRl4RJdjuuDghM2dVnyRLrLBChD7GEHIY7ZVmHJP8
o1Q4nC/DtP50bgMah4CBGfigA/eiCSBiFapcvqELAnq6BwG/L5Ufcq5pYaZXMWgCFE9Ss52y
pJsNym0ZiEwTgjde2WOv11XN86BO86otr9v6y4PL5cv/ABqtLW411LKvumau+cz6VjuX4gDE
Blxr6ihYZsHPegPcjjoEQTrAQBiYCIkz+XyqSsxkp6kAfeWAwwva906yfLt2RCpDmtc9HsiS
ZGAf9ES4ATVz4MvUJ3C9I1YocRPUrjbXQT/SpxtAQIMIk0BLTJH7yBL0Gh+ZMM6Ii0nvCA4z
0XyGU+neAhUx8f6VxoGsQ4eU2GzIW4RBGfy/SQFh5phIbHVH275Zh4qLQhbXULlUsRkIlj3o
uW6QndwIdv8AJAGanRf8MUI9Vev7yHAEEZBYn+pEjOuFB70PiTCL4VX88qtaWcuXDdaL1QcM
F1w6xAwB/Uie76rImrd6rQzx18bLkfS2y40HLvRFaVdUtYNeucYVnIDgIDNtFS7DIdOKsC63
Ojrj945bEepMXVCQGLv4KjaCECZQ6rqrF5KobZNdO9G1iR9qYPK2RNSzSSUWeEycNGpQcpg5
22QlwYKDQBvj+VO7DQ6rLnKBJbSEwPcuJOJ8VAyWX4mCFOSmA73wn2VQajvTsxRNhK4lH8N+
VZY7KWrX4oUNuVbZUS2hT1gWLsniM/1L1RuFyrJ7k4ZNSrHqUedq1A8UDdrUtFSEOmAohk5x
8XUoM0lk+jJ3foMoWd/xA3VPcGzaFRDjVcnBtspDhoCsS7DIwofjnCFgZBj91Vs7Eg4Tkhho
jp1yuRpX3O/vX4Pu+2K8PkvWP1v/ANa9sO7AN5IA6jOyAqX6p7ztLL8MemomEQWelRUW6fMs
t9qIlzqgQRo41XQZZQZTmzthMDLbLc6uhGcJmg7hF2A2K1PxTx0TM05KYzsQnOoynBZ9VDEH
zREuMbIkidyjV3fRSCXTggDbVSfAKIQJ+YLgctCrd2YMy5u7bQy4+2GsIcnIR9y3zEuShckF
+90L2IsGZmP6qkOtmbCgo+17vqo+D0/WQt7U+1f5Ydv3kDmHKL6xCIFXeIynw0Mm4ztK15HV
cbYPymYLogmcofiWADQm9oPY/eYv/Sq1fvQbVyXDv/Gt+kMnbidVV5OAfBHlIbVegMN0xjQl
01p4nVcakcmgJvbtYkndh/UvxPdJ5MNd/wB5DnNoYmVc2AB7gM/sq59scgTLnX99Nyxgr9YO
wCe0nUZU4KDMPBEVeMbKQPPVSMJuX1wuncFu6PwVicjAQ44eVu2hTJmjquQltESTG6AByjEK
SwWXr1TP3JzbwQbTJCB90+qGBfZCvt2FfcM1qPvfxIVv6QR6dZ/cRcuULGpNAz7Z9aFQBHRd
O1jGygPKHt2awwQdHR/Cc+yz9AnMboFo3UEHXGqdzzOnQKJCfAVbXGNei5FhsVzPugtAoGf+
lPlVB+5C28ER5Erf7ITATsP9kBbXX8vQgTDIcLM0tC9v33YGotb94epAwX+1V5QMqpJDwB5I
1qW5MLdyxyBzqUfw7ADvXqEnZBgB1KBqR1Tt4/8AcvVpronGiPIdxKBJcoEYTvjET/SmZkAN
fmXpUr0sRsms4tsgyZn6ItpuuORlMMprVBt5rjQNGE0dYR4+CBBYqnvnlyrZhbb5bo0tZwQw
Nk9/bfrLEMh7ft141GApymHbPYRUGSH2lGthyBgq9WYgx3Kc76Jhhp6pmgdf3lGEGGslNbB2
T1A2dTk+SAoTxdlbgAB1UtK0ZX1AZGrZC4Bu5C1gTZPgdUPYuQbVqwAH3a8f7EKmfYJ9ByU1
3DYYsh/y8+Mirg/q/ooNNi3+KGBv/qpA476qAX0dfkyLl9nUy6lhX9ZAidCUCJBEOntonnVl
kfanAbZGrd7psR4Jg3gi1SSdgoq1cOcoC5t3OP8ABPU2B/a/1VTZwQGg/ur27e05NiXJlWsf
l+KD/kEzCWckImuBC70BxfCt7dga1IyItivqVDc3sCXDl8fu1X/GGrWBDY7ITnCca/Q5HKZH
3SIMFjqiAMfYpAWI+Lqlr0I9k5JEYsuFGYOAEZhONYhNYsTqVyiwBlWYeknXDfsLn7BqLmeJ
Br+0j+LQhiz/AHVYs5IYAdUzydkbGQU2ECwxK9v3bA8XnusOKv7ntkGhq7bBlwd20KNj7XDi
PmLBG88SABU9yAENsnbOvVA7pvydFzmMJ99E+h+6m4wUI8pRcRsn0MbriIdAtKEYd+qAqCXM
wifcrW1mHgoqB3dsp6v6XEr23DgAnojEHCaUQcxHgrboQ69ugAAJkJhDR5L9mv1lVG89vQH6
JNzoWARFRYAlgjUAkkY6pr1NSSZIj+JcaySvwm9e38y4c7CowASyJOdSmAcoABgNkTwJGhcI
n8M16sEKWrap1H/Yq2JLBGlwHIImWPyr8M2Fjb9EuzFMZPxTHKhBpA2/dWA481W3vW48Knm7
73Qt/wCrewDl2er/AC/oLh67tMkn+tA+97ZqP1k4kd0dgeD9alxumqI+P8qiJUn/AKIDL6lQ
WQOgUEuoPI6iYQ9ujmxyyBNK2swzUQiwAjQMnGsoadpO8BWYvPVCw0XCxY9UwYkdFYiQPzKx
0dPtuVW7RQEk+HFEHzXukiAKhU7uyV1T9rE+rZWYniQ1ROyFyNX0Uwj7Z1xbLMjT2zy9y2rY
/eqj7rl8O5WzoSz6ap/ijf3BYVAbaVwBiu5lcT7lY0cIkGCAxyEwcsrWBHIY70L8nPcnsWcZ
0ThindNjOBBXIH17K/t+2OVhV+IE5XP3QfboGMhj+7/AvTUhhqSvwwfkAjv9Sdk3IDqeq7jk
YRJMbDKJtnQf9qOmzSjDkqBgp7HuQ2XRmG6JEOj7twQBWH3fsrWuNU3a6FXGfsVhW4J1Zj/K
i3qDH4BHXuTKwDeoamURkE5Qguco3LvYBn2bs9wCHb6lQbVAUptF6e5VGrdgAmx0R9w+kOhk
iHZQ7E/YmDFiyNhNgIq38StYxbIHVEy7hMDIRtzYAOyY2DPKI9sO2mFFuFb7ThcPcFveuZJK
PENXROQ9d0LV+8cInbKrbTCPTRAjyQjDqCJ6KlLM1jxJ3f0pqhkSdJXuWOvFv4arMLTxDrjq
iSuTRunBRiUwHzIcpfHROZGijKnXxVQ7wNFGU5z9GxkkSiRmwJKs45OCH7/T+kjYjOiYhv8A
7XDBaPFAapwVSo/RD+XZfUkj6lWNB2gNqgyNmcgOEDZguNpC5EZXGuE9nbLIhmbKJqGFSQPN
Exn4LgZc6oioA+Ca2uzJ6uAZXGtjUVyQS/7q/E90m5scmT/MiX1hWFtNEB+jjyqsgOFaskCQ
Dh1Ix5IHfCy/ejgdAhapNSJR9j3C9qgcbHpyXuXxBXKxJJ3LJq4G67iqkPUnVfhs5tqYyiIF
dluUQ89f8kSQ7Jtlq41OEcRsquHfQoAaBcRgZU/Qt3KocuTJzojYy+6FanqzwiDnzWeLB1ax
cyNOiZp3KpUR34QBlgFKua9FXrULqmK5eKdnI0Q9sDjrEghE0AqPFNa/WHQ4+5jvR1Hj/ihz
BMqAziVauxL+BTzlC/IEmTKJ9oFtxOiob2JmQVh+qiCRqmzXZOD8UQS7urVJh2PcyL/mdWeC
3mi5gLMLInKIEDderzVPcqWYz3J/bsLAkOxeGT/KswNWRcwhrXdcnJ1B3CgtoUXMlCXbVQXT
HAwENtsphJyyc6t/d/iim3+gS7Li8sMSsFnyyw0ST3LmfVxDAqQUKVJG7L1O5YupsGyqXtUi
jw4iV0KPkF6p5OO5Gv6KDY1TOgRknKPuWD20J3/VVvctNhCgLp2SvVVwmAACtxznf71l0QFf
NGru4IfJdAmZ+9uuI8irixwIHip8HCgtsBCPuWOAiXkzGE5Yth0NXyrAYUuThhhYBrqmTW1R
Aszauj7dreksW7lq+3ZJfuTDA80KEyMBPZiNWn+NOJPRYdkzRmN1BzATaeKBDk4R9zcB9vvK
cMu9R2ltirWrl8IQ25V/dPzekBupTHyWoZE2cgAF/Gq4X9sYZ2lek2IOhI/wQrmoEPlNog+k
sFYOXEhc9CDW37QK3B7MllWjkAYQAeZL930mdGzNv3cr+pM3o2QfA3TD0sHL9U5Z90XcsFya
AGRMB0bW0kJxFTgJ8hOdNFEElOZK1A1CdiQsxsuQCcgMgCBO2yYYGB3oMDhE2l1LNoNUwwjK
kJw3RSHaA/8Aaqu3SUBqMqoB9RIHRVraS2idmdDt6LwRtxc4cIHPRU9ndnB/VRDrjUyhT7zB
2Xem1XqgIttCDsUZjZc/u2aOqHtvIgHdyjLPqnZBizFW/DLWAV6/+xYgAAseqHue2XB7JTOj
f3LMNRqUPcEVIZj32sn4x+X6y6ahDQ5TEuE/zDBZcsUGYUW41lm1QJhtMqMKAO9HKiFU8iei
nHVPV4yAmtB+KYY+BXp/lg/0p6k9XWc4Qh+oCYDvwjDkYTOzL051OEzdE8tsE4Tgd4RfOgOA
qWZxWwJ1wVUiOWNEEFGPoB/JOKgHcCVf1emtrVAnItdQfDRMAOW6ryl6hAmExOiPwKLEndGz
OAnGdkHAOjJ/ar6dC4DJveDF93hGlsyyjDlMcFD3KWFasxCFHEACFKgQNUbOXwAEb2JIsXYl
AA5KZ9couWfCArNd9VsMygytZ4JCgOAGRNc7EpgJXqDA53ROyFdHXqwCxAg/zJsthkWedkzF
zr+VVAPwXp+tSLDquui6HKGh6nREB5Wp8JT69cIXoSPeYekxUhvu8ka+57dq4kiP4074Q4yU
euQmeRg6L27EMQJR6KpO3Y6lGcJyR3K1nhlf3DBte1vMoAao2rAqJ8V6vuhl03Xjos4R2K70
48U6ZN7TP1wufuCvVnUkMCQj8EF00XFHZcHBs4djhOfBTnRM/ig+dlsd0TqEOqqBrJCYBwer
JzWVyHkn+CI0PivSf+iIOuqggA6EIie7ROSgH+CJfPRBpeJT2tPinn0oH4ovpCLZVaZJOuiF
a4rquPuzX4/xIxYvLOgK25UuCQ4kMg3imKrU6a/xIg/eEIfQPchUlxbHQL3OQmtCQmdB9Ubg
/MyuDlz9aPQLkmx1Ta7qMYQOXWAyYhfUgjZ4JMd6lDVAvqnOuERWAETYyTshqdk7Y0TRvhGI
ELRNIL7stAOqFQWbyXqHIbhQU2ggoUrkwuJtumI+KIGuJ2W/wRJDN0RMt1Xdun4g/BQX+Kx4
J4A0GUzGPJch3toogiYwj7pEgQ0ygLV9JOiNhgDxX4ljatDAYv8A4rj7n/INB7gFm/S/D5rl
7fyGWZ2/VTeO1f4VagJtU6HRChDEgsVapJLfQs2xRJBiAvcBkcC3midCd+qpUOxIYiVR5JAR
0yPj6FwOBlPoUxwuqavpTGwI31RGSNkLUqZ3dNYWBCHEv9ajLql63LggcXLGVXIbQcgEAX4j
X1Z/hQt6uP7xRN7wNv7k+pleGdVI7iuLzv4Jhh8oA510U46oP5onDsyYYTAsnVLFoPp7/uq1
rjJMnvt+imwEGlndihxEFAs27pjV6p9WRJDdyyx2Qn4JhJTnyRqI6LHXVCAHT0kkeSBJkYC4
e4K2q8gsj+DFBgByP50QCaj8v0kAxb8v1UbBi+XVbBgAZELkMF2bbsjsIbQqwILcoRrzYsW1
RhzqvagtyDsX1VQNsL8SoPhKFfcPrBYvC6OoRvewBGASyb271HUMf7UDe5WTYYZD02ABk+pH
kRaxwCC7/tLl7Q4Ej56lwuH/ALAYY5Y/pVLhzxkbICx4vuWH86+YdJXrIjEhGoIJv83mgB3u
ndb9FmFxGuU5LPg6p7O+iDuuckgoO/gnIbZPlekMR8qYO4X5kAYKByi0vopDDqpJDbIsHC/V
GgyogHQ5ThTJXIBicpwSRvophtnTGVLv0TAHrugAZ2RbPwXqyVPgDhPBPRV9oxWzgjuHZHZK
PsAOIKJgdUToPmeFUVBYSDomuDGrJrWY7EI+44L9UQD/AMcsjathzw2URe0cnDbJhJXIkto5
hRY1LSUa090hpBfp+yhf8Q2Y94dG3AVtOAR/euHuW/47ZOqHs2typY+ku/6tVBI6D/atlAqc
ZE/0oueL5aP7Vxq5xJThMESNAy6JtCHQfRSUdI1X4dsEadDyRGJRBnZNUuUK0pH6R+Vv2lQX
qBydiJEKcoBu9RyAP1JxWDjwUmdUTWSgJBOyYt3CFGOqEOgwPV1mASjrZO2Mp87ar1eSbRO7
OiHPTZQz/FbrkIJyVX3HZtVyBdi3bf3CWFak/BGzyTrlMHJHknJfoA/8XyIXpA2IGf4099Dg
IsQ3VGrgqflXFnsC76/eTN6Rl4QqaDjmFxqAAMr1Wh8ApiXrMKLAjr/snNqXppUlWuG4Ex0Q
bcMuVvmBITHKCsX10WfSm11ZMc6LROZ6KDA0UDHcmPgpyNULM7iSf91IMKlGdySQVIFKUGg3
/VXom9Zq6Y/MMr0md8IV+9QsXUUHeiatUnopq9dC6IsADoQAmz1RBLvouIg6tCOfNlGuEB+d
ah9SF6QBuUHIDZhAhu9EHKwANQyYR0CgORlEVDMzFVrBnaVx9wcRYwp7B7NSYHqbE8bIV1M7
IszeSyY0lCoq9iYJ0TWIc5ZcafM/qIRprX5uqjwQt7lAbFi5/eRuRWgAk4Q9rkLWMjCBmtid
j/8Ar50TVOMnCPAvUog2bbVQX7kam9j+qSWQOxV3kgymy2UxLDZc/ZAAI7pRJrUeITkButq/
5ocOJHSwXBg7O7wyDwUzz5o6dSE4wJRrh5dBpYaJy4A0EKlnawBjwVP/AFaEEmw5NJAHG/3U
QM9V+LUE1OTsWTu43TxJ1RADnrATilfNGpatToH/AM0DltE8F9inJY7IAxGUzC0qsgAjOic+
57b9Si96HxTj3qk7Oi9qn601SM4cckZB8U1jWrb2C586v3uo90OZhN+NU9AVW3tjlca2EYQN
hxZiDo6BTur2B1A8hVF2PXKizk7yFavKxtkbfuo5d8reVa+tsBWIcvnKawY5Awf2URaAAEBX
5bEcjt96qfBGG6L1WLu4cpi3m39SceOqLg1TDJWgZB9Nl74wTx47/eRAOZPeuRir5RrQy0L1
C8aB9P2kCYfLyhavuMQXCI4jk4a049SDZXVTL+CiILOuNi/wTCQnB4nVUtShsakgbfo/oo2I
bnYdWdMcHBRBDxPUI+57c0f5NarBj60/E4y8J8nRMzDqpGOrLi8CUC7/AFpm/OuQDTsuPHuL
IgjGQwXylymJyg7d7wsgtqiEC4JaFlvipsz9EwtlMTyqZbuRIDovCbOytuTgom2sMgWPpxKB
4xrKLQBKffRVGwgLer5wg45N9aIP6Oe5XbNGJA6FAWqXMjuTEM/inAfqpyFJynP1rCCIqePU
hTbL+pcK4Cg5UKU/VZQZFmYdFJUwyB+KcFgMqZBT+3bgRrWDKra5Npkk8j/Mq3oWaRoWTHIT
2AI1Bx/CifboKu5LQqgEjIPgskt4JnO6eWOiym+tRMJiAWymAHSFoN4ygSXFsdEQ570zwmOE
Yd07xssTp2cjDKSYXpJEIuXlEo2bWF3yE+8LjpV3TfWiSwZkTWAgMNlkza5X4nsken5gYcFc
OJFsXBEE/fXP2wK2ptEKSmJYNsgRcucwuBY9UxZ+iEKlAzkgSIlCrhz+igM9eyAogJlK6KIO
jrjhskqavsg4jrhCwt4BmZNR/rQD2ztBVgSGBZZE6QiLsLVIAczxI+b+RWv7RkbF5Xq+asHs
92lYFSSB3olpdQ/eFn5U7snRs4QkBkeOdTlAYhTjZOHAMSiGwmqJ80WbwTkQhunwiPsTnKgw
iOqPciSpD/UiQQNmRvYF7B3LsHTuQAJdEVmc9E+SzkIEYOUwwq15CTKHu8RW+eQ1hGua4O2V
yoRQjQ6oPUOHBMoXpa3Vj6Vf2jYECHynHzHTX/NMPmK/FvU+kuCXZ2qgaSx0lPhdd+zuR0WF
1Qu5J3hHJIySupwEz9xQcSclONT0R3rhEMzmTspA70DXJ2VqnZ2VtHlWodAG80DXN6+pF4lF
j5qQ2oZAEnuKIuAysTAeE+hRLQsIFu9OJKexYnVPnR1sdW7H1OqHGd0GwUADCDSyruV3riJ+
tca4ZD2xFal4y64mRquIxl0S0b9hqfNMcAuiQ4s8MrP92rAn+FFll+9OrMz1/MjaHJypjVwh
cvG6v7Pt1Hyn1B3EcFanuHIRD4WU+gTIdU266IaoWIY6KsE23CJIW4H50wzkq2hZEEEkahYs
iAO9cnkCRqyNdxBPcnsPQaioPUHl/eqXP36x+6uZGWYqc/amOmFoRsnHcNkwDOXBTHIUnwTw
E2uhRJLjZYxnxT1HktoYrEKPBTgKMdn2lNadmUz/APSNSHALYDI0qXtgBC1hkYjJVrWwPsRu
2YDr60xxoo8EB5upYbrn7diCDI0IQ67LUlCJRBHqD9yIqw3/AC4o39w+kea9Dj2ngYLLEqt9
lX3aS4D7um90EbQqmtnBXRdED2DdWcw0KTiZXUnKE5yrGOncgCILyP3UW1x3LBZPLLXGdV/y
WPtiWuXVT7HuG9RWTj1Py++q39s8vd9sHPXjb+xWo0jPgVEdU59Q2QYE9UBxgnCfjAQIzqn0
Mo6h8IPDJiMqJKDR3QolcWLrL9EwgbJ3U6ITkgMixwu8/ZZVGASiTkF0DnZXnJdvFO2pWWQO
TqsLLqTlSHGyJEAgnC/4zIyQvxf/AGLFsATqrC5IBL6oD2XP8s/vVXK5NgZkoOGbJ3UFwUQ/
IVCFTnYBGIMAIe3exA5eCjWFClZQPwT41QIk6Ariw7yuMnuTZCAE5MovHciAY3TPHT+5EsZD
QsE9Cg54tgFDizVL6yj/AOzSfb90vYD7trfOjViRoSsN3p2Zt1V5G4lHjDnVMEK446lGrODr
/sgwx5oad6dOuWBsj127HCJQwwwV7ZGXwrG7ThkPbEMXXLbRG0z5rjYtxC4MxJ8UzLvQEKfh
2S3pTgumMaIkMQe5VLBgdZU2DdJZPzdimBgddU51bVCvtBxgqT6jtC+YSsuzoWaDJfRAhp01
TE6KcJ026s/cO9MQzIv4q1sDQlRgymYEjXCkB04yZ7lhju69QTDBxKfI707MvwrHjT3IJ6lG
lhNC0dUxWW6FG4ghAu7qVBEqbgNpqs8m2WCUwqeI1XQp7FkDh8JqGonJKkAjuRPEHeUxqR4q
5Y1tSpIfomgsEA0mEXMySixn8yIaWZUqHcEzou7JWQ+zrYLOYWURhMEZlsqJZfhn0gajor0N
vlgFspuJbdk1akoP6XwnOfrTmCNlxGmqMOiCM4KFSNIXgpBTaoW1U6nyROyJMyyc42M6qcNo
rE5dTPT/AGTf9FIUhwseGyLBwM6SmfxQLlx1KJDj3qVe5P3xX0//AMnpTDB1f+pBkRcQSq8I
ACf8SdihzsSdtE5qCmFajwXygdQJRIwV0U/GVxqxb5T0TEAnvheqoJ6yjUUA2LJiB3hWIOQQ
R0KtQ4aFegge2J/adByWOiJrIbBXpi2sKtjJcoh2Jdk4sD5oHlGzlB7QdHWX7yneE4OUZGHR
Fy/dC9MGHLp7Vm2uqLWax+VGvH1Vd3YhcjVtmTZiFhuigSUQCxZNYlwjQ2Ppfy9K4kHZBmAT
unfQMnLvsVuPL+lWdweQjCIdgwhM4VrE+onA/wBlBUydkXLOhMdMp6iRqclFy3iy08mWQegQ
v7dmIONCvxvaqzfOKlwH/oTDIMDX+WqBuS5eCPpbhSOyQsSnI8VAZT2MYCqaliXle7ax5WsX
Pn8yBOqsfgic9FUsWFtcdkKMqQ2yz4JjOydsKZ6pwPLKJJ9RYtqELX0dvBPoiW9FjloYprTU
jCeoh8ZT0M6hAmbRhHd28E51RI2n+VDlURhYG+U7Sq1JYQ69JgT5I9WQ4uXKNW7/AAWHO6HI
M+G1UVj4qpFDOeiY2Pw/yX4d6tYSx6o77BMzlnUxsU5gqDCNSBb27jjcHZe3c1N/Z5ML6T8v
yKMJzA3RqCHCHx7OqdOe3HYyntodnX4g++GPnVAvLKx1UF30VbC0giNJKE9jaqThO8oE5HYb
OzL8Kjj26/Ma/wCyr7cwJJzC4gNWqy4RP3oPh61QgFmkr6+5HhIIlgyNephZZMQxwjbJlSc5
WT8Fkvujo2CcQiTqI2TVYbqsCHVn1U46IviuuE4XF5XRAgBxuiwB3TVHe6xIwnZkAMDVPVyd
lb/1/cfAtVxEeldE9Z3C9LhsqtSfUfzLM9sdnXsduz6139nKun51U6ggoHRkRUhyzJjplFgc
lGj4070NvgolDTdEiU40XqyFSX9vUeK41AAOyYSveI0pY/y3VRyJqC7Z/qsjcYtjdDqECdBo
iQ853Rt5gouQq1qzGHUAgTBX1L8srR1IzlAAQDKDnp4pyVX3WBcM570Gg6qWLpw0BBsnPn2e
kBwi8YxH9K36lQ3etO5MclAbaf8AcvxPe9JZgxBz+wrWNmbG6LE8HjuCJ9qvpMqpZmT1i+X1
deo+qsW71ypYcU+o6Lp2N2zhADKnKn6kAJDOqg5DjyKcCdkRwl+n+S42LGQ2i5Wao3A/xXps
LAbIt2NgKEXL3Ecc6qTxLy9U/wCI4ZsFNWznOCiHBFgY3cK2hBwMKbGwJaSqscJ6lwzIswfA
XqHeAgzMuIActxHVBxJ7Jwn0RdxsVklVJHJyMQygIARIQMk+SawjRGc6YVdNR5rCswkSEQIs
+oTWD9Qiw9PcgNdUG8LIG0DLs6exbWVUEMSUGiEA7N8V6lUu0+pXvQ/PJY7IOCK5LoCo7JT9
sZT7KcJwEHDFoRBgEgjyW4+xPUNKpeggyWnVENl0QYrYOGhP5FM0pzARsYIx3q1rzYl6noT+
quXEluhwnFLV3cFPQkHBBH+dVU+5b1a4GqHGa2+aPvIFh3IgDUy6LaS65ajTCjyVSaeKB4l3
gymAYDTs3Tse5cWZ8Mp80HOSmOqFah3suPTJTboVIVQRPXvUK1XZwr0/RsQDgp8qS3QIfCF8
oHchZvAKC65BMNApL/YsP1XLCNNbfebZNVde0gaplt2N2AifVjwQ0hvJOA5OECfJEM6Bs4BH
kjR+Vcv3r27U9PAEF9VUe7fjxAB6llA5EYlk/Ag7Cf5uKD+3yY4fp+yo9u3mifwD3k/6ph7J
Ddd/3FzFW5GQWhZDHo7KLO2f+1MJO6JOunemGfJE1LYymLE9RBXAL8QH0i22wRO6C7+zifMO
yJBQGoQIVK65QIyCpzorTH5lUdQ796LSiBlnle42bNbr8taog8s9E7uAt6p3jZCntkVtbHLC
sDYVtl3LI+y4tarE2GJ9aIAd8r1AV70M9dlxGCjbRmr4KFCnVb9s9jhTCIfLfBCrjMoAymQA
EYRcGYZOYZN7QDbon3CORQNiSzdyYCECCzEmVOmrwoZrYnVTL6oGwcnQEqoAYVLrlMIkjVwQ
mwuORuvrRJwjan3mE/woAzrHcggnddU7+ClDiIOU1RCrXVoT42QqYPmjbqWVG1IeNypwoMnV
VIn3W9XcF1OiAFc5CIA7pUZVbbfUuPtj12gbInk9yzvqyc1DEQHEom9AWxIXHjxdV9u0kkA+
KAqGZZT9vUJlOnb0wswudrQSwKekndfMWZzhNUQNU9saI2rAARNhGiatiLNsgCZ3Yyn0RHsg
H3Bh4VhcCssdZf8AeQL8wNYDKa1J6rkZf7rQFjvAgphDy2URb1eaYFhqpLdFmNVxrl/ghewc
iX/1R5Z0THRTHaSHjQIO5JQBdtAsJiIZMSwXhBCB3yqVZiSEHGy37sqwI9MMRlPUEjcujYwN
hk/xIlig1OjlWtYN6df7VOhQschfamd0TWHQIMgv1QBNoyn5E9+ECALNpLprek7KD2n6Ffbq
eLObJrWP4dTACFKEitdUPYoX5j5sshwDYHcmsRaoeEaxWxhgg45Bodfi+2eNsNpCDwd0BbCN
WL6EFeurHJJ/KqJqC47l6asSmDOm9Nh3LBA3IQLNvouTOCnLsdGRsAUXDVDlfhVYVohS2qtW
vy5Hj9B/xT/D/snr7nMj7rZ/mXq9s22OGXE+0Qdj/wBiBIYnQrfomyTDoU03wg5wQw1QI8XR
sTG+FdiJME+pF7cduqc+AT6hVGpInvVfbqQwgsGXKw+COgUSn9s50QFx3ogEh07aZwnysKQp
A8lDi24dOLkjYr/kJ4gwAo7LWJaFT2qEsASbDf0oBnYSiP0Qn1scrLOQH3RBqyJxojQn05fq
uI9XUIgCFhPxYaIm5wWQAuLdwZZ805M9U0gA+B/dUB+5T82gynbG6JMM+vRD26Aiu4lV3aXV
uPyuHQFdBlc62nZdVlZQHEzlxCdh2T5oOHqPvFGp0yoHn/svVZxPpBQEOExVurBGAolAmrdU
wl91WxEgufNNYdyl9G7IhkXkKQAEx+YdEw+YZdGY+jCItaQoMjoiPbm3crH3iQB8owjY6uzy
gDC41J/DeoOn6KGABkKvIgsXI0TgN3pnyshiuVV64fC9NsaIiTtBZPclu9RWXk9EWq+y3AKa
o0lNVcalzhlhyMqvt+0CaPLekfvo86AbYTVyi4ixyvSPS8l1y9sM2WOiByN06dAWvUW2JZMP
ep/EEDW9SNZCZwfFcbEdzqxAaWKYh3RtWCnPx71AVA/zXnwFkWE6Ff8AVNZ30QHEvqVUgM/5
1b3CD6df+5Cjt09KBA9OqLBxojDkoEyjoNESPm+6dlC6qe1mRv7YNqkk+kEsh+KCw1T142jx
VqCoHL61zAjcOVwDFt2C9VSCdQ5/pXqIs+khPQudg5Xqra1egVv+O+I9JXq9q5/d/wBVHtXb
uXH3LEbjB/sR5h56r5WbdOMNlRnVTHwUDxRLwdE48U5Bse4r8L26kkwWTUABOTOf3uyEARkF
Crs2jhdGXH2zOymSmZH3LF3nr/MmGBKIMDvXMuQBjRCxh+vRO2Si2yYhViDr49ntVOZMohkx
DEzh1g2OhJTOc4yq6ESVwZ+Wfy/eXNiCBLw6rUOx8f8ABEv4r04w6YHkUTpZcdQjrXdOVv2t
8V0WPgEwDduB2T2FT2crY/6cla2OUAn+FMS5HimA5LE7Jm4nRDfsJBzDbfroEmNQh7VPVcwh
Yl7ET4p13LLFNromIY9y43LBsoe5Que7QpsLCcOB1AXLyQ4h02a56uj7hgCAFxHimIZd2GVa
97jxstlUHQZ70x6DyTAsNAV81ZQcSD4I+4QwaSjbR9ESSJbBXI4MBAA4UptESvRKfQEEoXEA
rr29OyP/AIB239kGAZx+ygDYNhE1Y021Qq5DalBrQvmD6L5p6pmJ2ACBIiy/D9scrfB/1l+I
XNi77fdWVM9s5TP2P2s3Qh0w0wJTnyQtUEE96apam3VW6FAP3oxLGe5c3LbeNl0Xt2xyEh9k
HDhMAvUO5MB6kLAHnaFhui9MBsID7r51QGqIBT6hGlSzol0an5TKFa4Upx9B/wD4MdnO27AK
/uWzck+f7Kn0toCULEFsOnAjROLGNE9SerlA3DnROfbfQflyQgVq/kuTk2Os5XGgYdrdkqcr
Kns6Itp9ijohdmOyIImsrZW4jJLrjXBh+q/Wb61x2/Pbs9v3NTbj8OX9q4tnXuRB3KIAQxOZ
lMAIAnwQfFVoHDx3qADasjq5QEAsnPio1TInwAQaFjClFl3/AEI+gfo+17VS2bH+VMdDp/2o
aDQJ6knTMOtvqQ9Odt0XDr0B3lBwwHenBbVWcOeWfBeCfXsATJ+2O13blJACh4UjiR4ojQSo
yrkuHkdUS7WKmQclVoPUDBUBGzfLYEDeLVTkM+RomGCmBdzOipY2f3CxbvVqgPtKqJJO6ra1
TUgwg+BkKzfexrAVRWWEreydA26rZigTPJ3XTsJ7B9MpuwnDK/IxWAuTmMEoE280NfgmdyYU
lyjHj1WAyzjopwyqQ8lFBP2T2b9j9mdU7yMDROMHMoWJ2wf9V/xgVfJCnO69dQepDo09tzU/
l95Gbef+yrk2eN3dB8q9AOUOB3I0IZjM4T5KN76eKNnczErQgnGq5A8S8I+034nutLjAb5vU
uNQz/Uns7CN0RU7dENBqyjQI+3f3QbDIY5QaAfBCto2Q7X+ix7M9nVSvds7NSzHqyNiTJJfv
U+ropHcUZB65KcsHwpg9Fpl9MIuGPRR9iB0Ojj+1VcJ0+vbKfsfshYhUBmzTunAjZ16YQHn2
EkwcBYBZMKhjlAioDKEzQcr3BUMCxD9QozuuIxthGwEfpdUA/f0R5eEoX9u3E66j+ZVJINrZ
aMIVq65EOTlPovcFSOQB+pC9XexJP8qtT3CSGhhi33FS/ucj7cuSI/pUafRgqfp9FxqZuWPc
gAX31RJEboS1dk9c7IQ6kM+yfP1rbocqfFekOzbqgbT6BKcIdgCnt4kNJ7eqbCzCd19ic42d
fKU7P0QsABAz0UlxtosN10KPtU+YBHmCBqSIR02deolhuEK5bXRM7vhsJmRA8lYkkVOjKtgw
fd5RpwDkZZH2wIG38StV8lwtlv24bsx9P26vPF08vuybiSnwBooQGdUOOT5pgW3QckthasgA
GBIfudcTphPlP8E2vZDqc9s9tc8STx8lKhYhY/OnNn8UTUFu5F4HVMddlByvS7ohi5QDfBTJ
shyqSC8DuQoahgGCP/EH1cK1q0Yts0qc/FG0t2G4Hyv3r8JuNoKAsWZPMI6IgyR5IW3Cbtfz
T/UpOU6B7WLBGsTshV80AjqbJsp8I/WnbGqd1E9SnJxhAx4f7KDnVWtxNg4nooTTCHRAp0ev
bMbpu2tyZCBGoUfBPWUSRjbKkJ6R1KPKZzCfVcstuvrVb1gn5v7V6pOhU2jYwq0tAlj4IEn0
oacUAAzl0bXMnU/6oUJk6MVvU7aJjkrmatiXXqLAYKBqVxBcthGpEjVV1hN2xDoOVlQcpuz7
Ezq/vGwDBqw/qPyo390ixaSIx8qDY0CAJxiESGIO+f5UO5R6QmOsv1Q2CktumAJqNcIVHmpT
6LooUrKgk+CYApqsDuVNqjwXqLsvsQ6QVUa6nuPHskOo13QOhWWdQIQ2K4mH2TnKpehd4IKh
2GU7AgIWEtoqv4+aJLI3iMAun20C5FoiZKYFnygTk4GkIWIwHLIGm8urAaBGzv1RtY6aINqP
pwpR+PYbHSUfZYVoLZmWKerRkMvUe5MRromGQoKZ+5TjvUyyrXR5QrXLSUx0TKE1RVupUmte
4JiSfgnZ+9QGCj6MOCNWQGf/ALTCHWU2o7AGcFGrIRjXVMR3E9hZhYEerxTAudzhPyYlfMGK
4RZocdUS32ovLDDz/CmAbZ04MnYomxJPULONSuPEnYkwiDLbJn6MFxNm2CLSaxGyw3FQmTrf
6D9p4h7W2XIuCc+P6qcy+q3fIUY+KHp8SFxZ+qfQbwmAZAO3cFaxEmMJuzHY3bKbsz25Rkjo
mBbBUo6LM9h1KjOxTCsLLbJ5J2RFqgjYrl7dSKWGBgW9SBtB0lkz+Dwq1Bd4wrTPUOvS3UgM
gGdE2E6dyYQUd9JQBMmGyvzpwJJKB2yuQJEaFkSbOGDD+/6G/wBDomRcsBJVjycGxYPDfsoH
J6QiT8wwEXONEdKnCI5GsaOuJLndGeSEPs8qgIboAo7I7MrP/wAGV8wRLGQJniqnUtyJTvKY
YXRSuqjKk5yu/t43AsNlxZ6l+OrALnDqo9yK/ahxLDvTA/8A0hKcw+qIKgeSr3/HsFqVe9Tp
srVtUu3cmVS7mwc/SdR2MSOWzo+z7V3BqOTMf0vTzXqLtsyeonSUQUxQYuygs+6YmPBkAMjV
fajewLg57Ov0Nuqmw8189fMKb181/wCSvmP8l6SD+X7Salg2fl/yVifcJaQAB/bVPexfQSv1
geuyIOBDFFssWXC5J5MB0RZNrspXenBZl0X1dnVHqrchyfXZHjTnTRlWxrxNSC3crPplA/Yy
BPVghkIwDscIy/cq2OhBIZR2H3MGBj91cbKowui6JvpGx/8AJxPFs/op4tY7mV6nI6sgKy6J
PzPuuIsxT5+1dPNk0IBmQA1aBKZmcv8ACqFrAkWhxomNbEhH8L2bEaF/9UPQa+I//rTc/F/9
F6vdI/VTmxbCefEo7u0qZbCw4Orr9a2O791GZO39yBsGaGOyd8/YjDBAksMuha1nkYTpwnWz
7ok2gbJmIfogR4KOycqzSWXHUJthsibSCNBKAIbdCtGjXT+lAWIgYCIAduifie5epqqCSzyE
M+KsMajwVh8wBb8uSt7ZLmjHwP8A8BteKjVX9ynyiAD0CYnI/L7q+CkRumGyjC4sD1KEFhll
nuTuZ0KpUZdYZep2GwdHjT07kIhsZ3TgEFPawdPyg6KNfgmJfrqpt3JhIEup0XFgT1DoAuK7
D/FcWbDMhVyzHz9KZnJOd1+FUyIIzlNo8kwm9y3qBP5elOA740UfAJ28DCe1gAdF8xjC42PI
adjFOuitZvSViVaWIEhGYb8vlQo+XDN+995Pkr0x8UavJTmvI66ImjUfOv8AUgxd9guNi/Vl
ZvkuOX738SsR6qX+Eodfoz2D2Pbmzvbua1VytMYXIVImAE7NVADGyfVQO8IvrLL0mPBTHRCe
TeH9S9oCXhu8KcBQUxRD6pxjULZ0+g+CHHZ3T4I1Tgu/1oPkwu4QpjSFnHcpg/Z2fi8oGE8E
7on7VwgPg9UOZNiI6JgFBW6fAXemPYyYJjqicACWVmJL6lNXJwgTJG3d2MZTsmKkOmIA/ZRp
Ul9yhapPLCe8Ah471W4LhtU+/ZHbyOFf3LRXkQO5RjRO5cFSPToE1XJO+F4tCJIgQJ/xWJTA
SFKbKp7n3aAnxb0rvUjsvuCCpwIQ5axG6IGqGksmMOWcJjjRA6BT5LjgCVL5JTEZx3LM7oix
hAs6Lz9arer8qqt8E58PSt1Cysrr2P2dyz4K1Tgwj7QzUsWCG5hfiYNnDLKP0MJwHJVqwMfW
pfZChZwfEx2v209ituJzYokTv3p31TvlNoNED8FxyCjYlgofq0L7HTZbqgdM8SrXBOkENpX6
FwYcjPdVBg5bRBjjdNpus5hBkHjLMnJaVyy2Fu+gRkNsmhoAZdUxEdAgB8u+q9ON8oOPigWb
kS3mpWYUYT6dkKV0RTHKtfAqCR5LmTNndPYM0wgO/sfsftkOgwauwCsRWOhYKhPzPlun6fYU
wTaq/uO3GpbyXJ+WVli6e5zhcQfgm12C6pw5qA9mQY96HEJ7RuEHLBSZ2VXDAAfVX6HuMHw/
lVQVHim38FMl19ac926Mxp2dN03xQ/RyZeVjw0RDkfUog6oguIhitD1OEKEuQ/dnsjtbPZt2
BkScDVe5Xm3KBWHT+4QAPldC1a+oZXTTsb6TEOvVSBgBxP7qApVu+ezomXTVV9qloZ7KGPio
i3wTmWwnITgN1THUwy96xq1uNmPQBHvhDdM0arCnCrOgjwqn7IyvdNvmKkQjp0KdpCGgTEvX
ZMMbIEMsyVJ8Fhu4LbXq6bTdOw8F6oGibiDuV6Q24RDBhL9kJhlSu9N2sm+CJpU+ohv0V/yM
Wgbf0r0DA+nKYdkdjKV1V77BG9sMwTgL0wWlasiPJcanwQJq+W8l7gvBNbDwZFmI6rJHTRbu
mYjqgAYOFXQx9XZU11OF6i1tdle9TkhvKqIHkgdde9As8rWc9yPTdEwHUjEOEHz8F1G2FIZO
dDqmeN1yZh0U2iuA6cnwTET0V9QNFsjsnwnyn7Z7Cy81st11UKM9sY1W/wBDonfsfdXAEuMd
6Is5fE/yok42LqB4qXTtO53THJMhVuQ0fYvdbPCw8x2HU6p2dFjGNkNCqD9UfUuqpV9yhWsH
LoUJawytzuEeD8RDIRjKc1t3sFg18B/aiSX6ap6mGKcFvBYT5P8A1UJnD76Jg4O4RqQDsdVh
nQhESQRjTsbKZfahCfRdOzuXepns2TLp9DvUpuz1WzuneFxdzt2MS6uR4eaH1DdNYkFRYsPr
QAJQMmrsXVbvrIQfYfUvcn7qmGQeNtygwBKYtEkKoZ2QG2iNjACHuGzjHcjYDmCSxBeCja9S
C2zlDg8xI/aXE2APRM77Omd31KYeaLjOqnkG0WSwL5TTbXVcSG0QLtMQn5Djh0QAQNzhM3R2
j+ZEAu6cl/qXEmbAt4BdF1UDtz3KYUnC7030d+xyW70a1PK3wXG1eLYXd2ekT1wgajkTlguB
qW/ZQPuVIAeWYdmQvdOGYDxKfRp70+O9NCcEOE5IZ8oA4yZdDYAMvdO1SfJGzhysjlssZyU+
5yho4TGGRFsFEFwLZRPte4Z0LIkWFiyDlrZI2RtYOTsqm1SRqpB3yoJD7r02fvWAfFTUn8v1
U3qFXfH+q5Al+4rkKlu4rEPsf6VxIz1XEqIOqAOpVBgB/wCmyBXVMR4p1KCnCJHVDrhMBlAd
kdkdhrgCMqpJGQcLkGcbJ0FIT8QoqAmA8ViFiF7hwPSfjVA/9E1q/FPXaUwOfj/KuDhu5XeT
xyg2GH1K1cn3Bx7kPsC20dAP4KJqY8UL4DQynVbhQndMYXenyE7SgQmIjQowWBZ0T07GzXVf
YyINQeqbiFJkaPlDQ9VIDbpwzoXr84dmP7ipdm5AFu1tDjsZMcImtuNToIQcuygdnRd/Z0Xe
pWG7vpFy3VPUxuE5+Khe6Bq3wK1I1TAFhui7sOkpwCwOSmIPjhWG9ftTGGyUAD6KAQNyvSWG
xKYWHhKjPcqh3limdTon7dyndnQ2KJhFkybVTZ+rpn8k5QIPgm3TpnYnohV5eTlMw7ysN0CD
QTuG/mXtkl2DOJRPkn1T7L8infslOV0WU7rfs+ztdRPZKzKy5U2PA7YQpUkgF0ynRe7auYHm
VMKzl/0Vv4IjHRPg7ZRnT7V7orYc7FqiHz6lyO2Sn/IqfqWACh7thh2Kwmwt1hwoWEx81IRB
woUhljxTInbCbonEEaOvVOyfVEnAwdFLBsOmJD/BQM7IO/UK1DgWceIWqZY71I7u1hjXsnCJ
Et2P2xp2fZ2RlSmT6a9hUSp1VtSbVjxWGTQ/VOJfKclztoo/6oG0BpdEOGBPFtnU+Cme5M0A
sAIQcIW70APFS6fRRldU5RNpQfCfLLDJz4JygwgLvX1oEjKdaclBBAkhQQDZBzyOiYh31QNY
AyN1exmrwP4VuVjxTlQmKbPZ6aWjdkxqR3sn0UF04KIClZT9gntlT2NspynVaEFyX8AoDpmb
vQ7keqYDBk6IhsZZEByUXMjIQB2Ww3KFYc6aqnp4lNYuyIYmUw7JkKIGifRY0WycyybKZsJm
8UwxunBTHVF8L7VgeS4kSsDvTAAnydMDxLSAWVhaTa0Hwqn+C2Cy+yhO0JhJWW7oWQXUymGD
otu5QExHZGO2ZC6KUwCfsKlZVyCSKWsAJxysmwU5+CnG5lOA5UD84UB+9Ow3TgBmlMKhkxMD
SSqlvSCH2ZADw7l6SozomT9rDVBdywygZTFSEWZQiGZOJG/Vf9VHyjMIWOT+XyqXAK5AF/NO
Qz6/6qrlyNFFQwwgLVyU/YBonQBwg2NeyAoXcnH0Jx0TAea7kXTASoYMnOVgyoCvcVD4D9Vy
cE6ynDlGGJRh5XUaKddkbCXjKBLeBR/OsYwmJ4hCx+UmN4TqCsuy8dE6hS/gnxsuicQQpiE4
QbZM0DVTB3TN49npLjXsMkjUKdcdEz9yZyTthN+jlAk5KcWLeCBNyavhk2WXRepBtex9+zMj
K71CftzIWZ7NlOqcdnd2j2xD2nwCJGDkrlXAyjZ3B0RI72dcgGBXXRU918nHhZEmRoGZECAc
pwfNAEuP+qFNtUwJUlQY1WdU7oKNewBD49nctuzDgok2cYUZUQXyspnd1l330RbI1Unkeids
9ETaogsP+1Mw8goATR2SYPZCfDKezPYy6dE669joJtNEF02Ua4Weyp0NmcZwg93Gy27l9bpx
Pf8A5LY7rCrQQB+ZGY2IdADOnIJjZwnMltUH1ULvUx2ZTp3+hJ7B3IhPoE3YyZYBQceAJUws
YUxt1QFZBPqn9hBx3JipGMFB5BTsphTld3YzTrumC6pgtlOVAZSuiyu5de3qmOqrr6w/SLrz
aFhpUpkwhA3g+f8ASm2RBBfdBwT35VnEaI/apkJsBdAp3LJ1gdk47MLv7SdVGEzOmOEGxsmA
ysIkhekYUgh8LRf8tuFR/Ef4aXRbSxZ8t6V1U4QZolRKynPaBjuXL4ruwmJT1yE5hMUyIKY4
GvYWTrK/OoXcrVybBkW0ypKP2qXZ2AXFyG1QJkGHROpX5lClelQxAQJzop8UJnZNhPgJsjPY
2vVPrhSV0TArKzPYwkIDD6rpqswv/9k=</binary>
 <binary id="i_059.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RvrRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzU6NTkAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfKgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAasQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMH7R+kncyxlnYgy0/1WbXPUrqW4
my307rbHul1RrIpLXaVNbtd6nu/43f6ipikPNdria9wJIEx5cJq2ubuNJ9JxPJ0M/wAl7Skp
VtWQy5zLcd2LoNrHBxIntve5aWLisZ0R9rh/ScwVajhtFN2R7Xf8ZdSq1tZuebbLCbADaXOB
En87b7tm3atDDfa/6t0PH+DzMyT4A0Y9f/o1JTQ6dc1n6B0CWj3GNTz3V2rqrum5guopbe9j
g412T6ThB+kxv03e/wCn/g1iNva602j6LTAnwH5q1ulY2N1TJecq84WPVXvusaA9ziS1tdVD
T/hLP/RaSn0boFtOThszcag4mNktDhS4tdDh7T6bmO3Mr3bttb2f9tLTcWtBcRO0TxOg1XNd
O6/0rp2Hbg49Pp04NRsrrttBse0EG+d30bnNc+1lX+YumY+u2tljDLLGh7SREtcJb/0XJKeR
6l9eulF92D+zzms0aBY6trLDo5vti39F/LXMG3puT9b/AFsS5vSsTFa26p2SA9jbWNa/Z6bn
+9tl7vZXv+h+kXpDui4IruroYyj7S8W2uLGWy4DY3ZXkB1dW3+qvPaukYmR9Zut0X5ZxGYLv
0VhZu3OkNayJ9Te76bPTSU0qurZtX1wyOoVejfkmx4c0Q6h+5hpsaNrhup2u/R/pN6q5gyW2
5DPslNbnvLoYx7Nh71UMa/aypn7j1b6XXZZ1rMtsrfa5tnoXz6nq/pLBV6lTqqrHfaH7P8O1
irehd1PMfTi1WZD5cWsGnpNBLW/abG/ot379qSm4eu33YuPg5fT6m1Y7NjRQNgdP+E9Mi73/
AMpV83H6d+gtxqjs9Rpt90nZP6Sv6Xtcg5lF2E015NTmXsiay5zHT57HfnfmbVJ2djvwRa8u
DxYG1VEk2Fo/nP0232/yElP/0OZZW5rCHvgzIOukfyUz7KzpWC9pj3EaKeSRIbt3EGQOZQAA
1zi0Gfj+CSmTMksLha2dNo10j91zSuyxundKx/qLW+5rrassevcGvDLTZ/hG4tj91dHpMYz8
x/rel+l/nFynTuk5XVOoUYdL2MdYCXOf9FgaNzrHfve0K39ZaxkZvTejdEfdlUspYyqrcTNz
x7tP5plnt9S3/RpKcSh1YsD3N31A6h52yPD2fzb3N/cXRU5HTGfZca/oWXitzpNF2Nluc+wN
Oxzmsyq/p1OHsYz03rf+q31c+r+JVXdfdRn5YLt+TW8Oqa9pLvRpa6LKdlbfpvr33/mWf4NN
176y9Pf1Cug4xvyMKxtuI97SGVVuaxj6ri76f2za7ZWz6H6P/CpKec+wfVm8k05nUqixxNlV
2J6zto/NdaxzWOW/0jrn1n6izHwvq5jNx+mYu2o9R6m0OL2t9obXVVsZ7W+1tOP67/8ASXVL
NzOqYYxH0YpubZ6n6Cl2S9zdsFraXuZ6btjbff8AZ/8AQ/zt1n6RUDmdbe3Fr9azKs0qw8fH
bsIYPdtqZX9Dd/57SU+tOcHNc6pwOhgj3AH+Vtd/35ef4vR6eofXjr+Fkbm0bDZdZWXtjWh2
tVdgY9tvqW/o7vWReg5n1iFt9t7vsjWGPs9jQxp/rVWB9vpt/f2f8Ur/AEizCpv611ZtjR+0
mA2VZDXRurFv2r7O7HbZZkY7t38zX+nSU8j0KjGOb1bGN192KLqDVfQbRIZlNYzIvbTsu9Jl
dv8AXrR3dQNM9Lyun45sxK7GUFrnNb7rXOdbktZu9Zvt/Q7/AOQ9Vuj3Z+L1/qFXSwW2Xssx
aaoefpvrbTu9bZez0f5xnrN9Zn+EVn0epXtoZeCa8ra2hvt9Oyuv9Ew762s9X9K17t1ySnOz
K8z1WV5TRWRA9MbREj6I2bk/7PxGiXM3EnuCYJ0A9v7q0cjEoy6WPpP6FutdkbZB/ODfd7f3
E9/TrqKqbbLCXXksZoOR7JO33N2uP+EYkp//0eae3e7dI5InjRMGua4kQ9o7ePeVXqNjLi7V
vMeAKsAiCCQA4CNvPxKSnofq/l42D0vJ6o5jftd++jGe6Dta1rW5DRXId6r/ALRU36KjgXP6
Z0+zEr/V3ZJGQSN87iT+fV+k/wA76f8AxayOn9RGFWRbjtyGl7XsDjqx4G1z6nQ7ZvZ9ND6r
13PzHFjC3HpgE1VHU/yrHfS/zUlNvMyck5v2j7Tvy7JFfuIeJ1eyvf8Apdjv9D9BWxa7Moaz
Le7Ie2A1g4a1v0Z1DFzmPj7bGPDtpJBke488/wBZdFS9rq3NYGOIMAvd+by1z2VenuSU0Mul
tLvVxyCXECx5Esa3nbVpute//DWexdP9RsepnU3Zd7i630y2g9m+o4Bx/e/4L/rn+jXP5B22
78m5oa06ObAJ/k7BP/Q9RFw+vWUdQZVj1SHNO/1PZAawvFrHN9zNrHfS/wBG/wDfSU9R9b+u
5GGXdOvbTbe6tt2NexvuqeHcW03vu9mz/t71PoLkR1F2UftYdVhWGwta1r3BtWnufVv/AJv1
/wCU72fzatdXPSM8W/ZDlvzWVz6LN2RSHn3elZlWn1qlgNsLZqtDq3iQQ4Rz8R9JJT1B6XkV
Y37fwbCM8udbkhxDxbW4+7JqbZ9NzffZd/wX6ZVsOnPNVXTcbaSTYamWOAZWHt/TZG5383+h
r3fuLPs6nfTi47Wu2+h7W+mdpduO6uh7fcz0/wDSe31PS/RLp8To+HlYuE4342PkZ7C/7Pa9
36drD76a9pZ+iY79K7Z9Nno1/wA36qSmpTg9HOFhYtV/UrMPCuZbf1DDxnvofsH51/8APPrr
9/6arH9P/g1WyMJ+F1Jn2q6hwybW5DMsEnGNNhb6FotMfoKqmbbLF6VVDGRXYCKwGe3Ro2ga
Naz6H9lcZ1fpJxvrDh5npNrwMjLqAcADUXG0Ehrfo176/wBI9n0P57Ykp//S5Kyza90yQDrC
nS9siODwXHx+KHkVTeBO0ckeaLj0PJLXQP3Z/u9ySl3MGyXtBceS0xp5s+i5VvSLhuaQY0gw
CP7SvMwq2Na11rSSTAGvPaYTW9OqfPpEF3YEH/pJKa9NezUkGeSPj5f+RV/0zfQXVZD6nMkm
sNEwOX7/AGf+TVOzpT6KWWNfId3BPj7p5Wj0HMqwM2Mpu+m5ppeD7gCYNT/7NjUlKxvq/lNs
DhkQ6wNmwtDnwR/gy9/sRqqqMbFsrd+k2v8ASyHkgF7WQW0MePZ6Lnfzn/BrZu6PnvtrY6+y
IbY8VhokkbmtdY9v5jvo+m1ZHVOiWXZjMbE3520uu2MaZG706/dIrq+m17fakpn0xmU/JOTU
N1bS4WPY2GmT7vSrH0v69i1cwsePs/pvebABaXN2AVk677LNqysvHwekus6e2tl+fVV62fZZ
L8fDr0jfXXsdmZnvqZVVu9L1Lq1ijJf1XIsOfY9uBi1m26sEAurYQKqZa3+kZNz2U1/uJKdQ
9CfkXvOCwfZHWEU1Odvcaxta651hO122yxdDRdis6ji4Vhossw2VPptvpbduqZ+jr+z2e52J
e7Z/OfzVn/GfpFmubfi4GKGUtxgarHtZQ0iqbGtORTXs/mvT9Kl/q3/zn6Z/01TwLq8nLwcx
jBa/G34Tm7dzamC226jJe3X7Ra712U0V7PRp/nLElPa9OyG43RH23FuJbl3Gypj930SQxrWs
s9+z02en/wAJ/OsXO9Yyqr/rnilt191FN9E0WkelWQ5ssxKK/obmfzr3/pXrocnonT8LFGe8
ublPE5177HONwLXF7b5Ox/pv2WVez2ekuGGJlvf9s3EMa7d6hPuga74b7t2m5JT/AP/TwMrp
3o0ty7MipjnGBQXj1S39/ZDvT/8APiDUS1nMtOp1/HRaOX1Gq2x724VDC55dtiwtE+XqtV5t
nSmVNuZ09rHv9zXeoXAEdxW/2fS/eakpwa+QG+6eZ48YWhswMdzQCXktDrNW6nu32F7NrVO1
r8m4332sq3aNqraKmwB+6Gtb/wBJU2PxA47mOcBqADB/k8pKbO4ZFDWV41bHCT6gLt5n6LX/
AKTZt/q0o7sWpuK0F9RyKrBZWQ7dtH+jdWAWbHu9301LADs7Kqw8HHDHWEgOcdxjlznOj6LK
/f8ARWsfq3veaP2i0XNBMOYA1u0GyLXMe99Xsbu+h7ElOthdVGaHtZW6rLDKxkH/AAdfqB38
078/cxu//i0S/wCz0WY9tj9ranks7BrD+jY5zv37nfvLmMKnL6e+nqL7qWdNeQ5+d6obTYxs
hzGOP6Wy33foa2U+ra//AAa3cnO6RbRZTlkPpfS11m7ja/6P2hntfV7f+mkp5DqRx2dJfhgv
+2eu2/qd7tRZefV9m7/g/U3KfQMOi3Afa5o3svZY9xiIrDvs1TN302fSs2O/PVSvFu6jcyvG
nZZaW8aNaTO+z+q1zls4wqrGX0plZaxtf6IH857PbfLv3953/wBRJTN2XbgYj+oNDbaq9lba
HExYy02/aa3P/wAHv3fTVD6tYWQzqOQ3o+QKTeHfZHPDX2VPA9R1WRS72ts2t9Gu3/Dfz1ar
Z2Ve7oRxHAh2LYze6excSz/oJY1pZkk0n03mtzS4dv3Ht1CSnt7LetdR6ccXKbRVU7EazOyi
1zt+RaCGsoq9voso2styHf8ACfollu6Xg14LKrciuvKg1geoQ15sDvQ2u2Pa5/0t1fpM/wBG
tbpmS9uI1uZc5+O5jKXk6kve9lYvd9H37y1cLZdkX/WgV2WbbasxtTWkHcS2zY32D2/2ElP/
1Ocsc71LGzoTqBwe/wBFEORY1gG4jbqONO6g6PUcQT8udFENLnH4cD+KSlC19k7iXExM68cJ
2tLnNaASSYg9yrN3TnYnpixzCbASAwzEH6M+1u5y1+m/VXqTqRm2bcato3sD53kDdLtoHs+j
/hUlOtg9Jx8b18dmV6eSz9H9qB2iDHqVVDduqbv9vs/SXLnTda3q2dUGOc9zX4d72seS9rwG
t37f+C27non7dsxesPy6WV3NqPpsY/Qf12x/KbsVrE+tn1j6hnMw+nNooflWBzi8GwuA+m61
z59Kln5z2t3pKdnp+biW4lXSc/AFddDYrfcG11VQPTpdW6wes3Ie4/zrKVyX1lxsnAzjjXB/
6y77Xc/j1XEuDG7v9FRX7av+3l0eP1brfUrcvF610qt9GITW7Lpc6lzSH+n+hvtP6Td+Zs/S
LnetfsZofVhNyKMmu4/pcmz1g907bZfZ73fR/RpKZ9DfYKb7mEB+PQbTYeQPUa1wb+8929bG
UWOvw86sba7bCSD9EFzduV9H6O/25TP+vf6NYOC79GXFps9QMrfu76b3j+Sz3IrczNbW7EyG
k4zyHiSQW7DuqexzP8JX+Y9JSPrtTsLKyWWENZkt9pOu4gi2eNqqYTmnJrD3ANeA57gRtbB3
O/6lanUOo4+d0x2H1KanMLDRm7ZaR/g/X+i+t7W/nsb71idJ6ZmZHULMN+2tmMC/Iuf/ADdd
TPc+9zx/gfoen/pUlPb0Z1T8TFDQS628PDSQ32sDjVvn8xj3eu//AKyuZ6lYwfXhmTXYC12R
jXm2Pbu/Reo/b/XYr+T1C7MAox2Oowa2trY9+jhWfz7nfQ+05P0/+CYqI6RmVvOVkUustts9
Kutr2OFTw4MqF2x7ms9Vv836llX/AFxJT//Vzx0p7XtLpFdpeGEaj2dv7W1y0ek/Vh99/qWD
9XB1dMNJH5kw71/5fp/o/wDhF07GYl4JYxv2RhJD4ArdH57XfnUt/wBJ/Npx1PDYGlziXElt
dbBuJAO1m1rf9L/gklI+mdMGBW51rxY97WesIlgNe731bvdt2lZv1i+sW3CspqcKyRpJlzvo
vr3N/NY7YtejJyLMPMtyGBgqZZ6Z4B0d7Gz9LY7/AAn+EXEYH1e6n1Om/qAg117hU10y97Tr
s/qpKcvJGyh1YALmmZH0i4jjt9J69D+rP1fr6NhxY5tmdcAcq9o7/wChp/4Gv/wRebP+0UZQ
OSwtdUQQyxrmmRDv5K9L+r/1kwut72VNfTkVAG2l+sA/nss9u9r0lNrrYcel2gagFhj4OC4v
rXQrMzPxhgMG3JJ9c6k7zq17G+7dub9Pau/vrbdRbQ7QWsLSfCRG7+yvPuqvttB6ZZ6jcprh
U4VnaSQ4Naw7nMbse1/7ySmd/T6um0YrXXY9zy8NyG0Wte5p2us3mnd6tT/0avYX1cf1jCbm
V5gxDa6GU2NIcI4/Sbv+g1ip3/UizpWDVk44Fme4xmFxG1jXRFbPTn9H+bba1dFj0+vjY9zH
MaccFvpsBcH6+rW5v/CWv/RpKeB9e7Hyr8S12/YfS92omXMe7X8xaf2iv9n4lWRU2qhlIsyG
VRGV6Vj6MNtv0XOqqtrts9Pd/OIdf1Xzeo4p6n0+6u573vFtJ3NsruBItrvbZ7mW1O/NRbuj
iz7Dhsu91GK1rjBB9r7bPd/Xtus/62kpizNt6hVbgY2M/Jy7G7WY9Y9skjc523+brpZ/hH/4
RZYp2u9NrSy8u9MgH6YJ2enub7/+trt/qPX9n6Xm72jXIdWS+G7w1jfa97/bs939RAyel9Iv
9HKxsRvp1PBuFDg9zS073YuZWXOp9C7/ALmMtZ9m/nPoJKf/1t7q2Ndk0HHw3tqxaXAXVsHJ
mPT2t/0e7dt/fT9C6dTXX67ossDnCsn81oO1v9tX8DGZj0+k2XjlzjySdXOKJRiV0lrmF21r
S0Sedx3uSU1PrDmNwujWvGr7ooqaBJLrPbOz8701LoONZhdJxqLRD2MlzTyCSXEKlmWW531i
rw2scyjCAebOBJ+P0vUjYzatay6LIEaflSU859cOp4WQxvSMasZnVbbG7WNbuNYAMuc/9/8A
89/nrR+r/RmdMqcZ3X2wbXjjT/B1/wAhq5/6k4lNvUs/qJJda9xYwkzDHu9Sz+0/au1rb7if
zRpp+RJSVpMT+b/euQ+uGIMXq+F1Jg9uRYwWEEfTrP0o/wCKXZ1skEkc6LmvrnTP7MLgSwXv
Lh/YESkp2su/0qLrm6ua1zh56aLnPq6b3YOTbJ2iLG9/oPb/ANU3etfEuZ1DpILT7XMNbydP
oe1+v9lB6G1xw300jbSHlp0l26Nx4A9iSlWdGa/OvzMa+zF+3MLM6uoAMugey/X+Yymt/wAO
z+cWdm004vUXtHsZXTVWwGSSAHfnfnuctvKpbkY/pNIBMEh27aW/nssbU6t7m7fzd65/rzN3
Va6ah7asdmjdBy/bDf5LdiSmeRn4lXTqKbXMtvN/qPxnPLWAf92q69v0v8HuURkGvIbkbKqq
rA6strrDqHAfQqtvDvoOr/fx9/8AwatZmBXnXek5v2Z9VTW+pdYwkgD0/wBFjgn0mta31N/+
E/kLD+zZQyTjfaIx3uA9UPIqIb/hS6W79s/u/vpKf//X7hgaBJ76/wC9LdLtO3EKtk5JrsGP
U31b3a+mDo1pP85c4T6bf+rVljQPc46DgpKYWFrCXv5+i0dlndQ+0PxMg40HKdW4VA6DcRDU
e211lnHtBgKYYNGnUjkDRJTh/VHoWV07Ff8Aa3fpr3B7mDXZtGxlW78/95dOA1rY+/xQ62QQ
R/tRKyLLXNmdh8NP85JSVrhW0bzAHAPeBuWN13Edb0Jjhuc+mbRpLtRu2tWtlkBk7S4jmBMb
va5x/sqOWAcfa7QAAnyhJTk9BfU/omH6R9jmxprrud6h/wA5cRk9f6icu51TDVh02y0Mc6sb
nElprLHN3v2j/Ctt/wC+LqvqvaP2b9ln30OdoOzXPdtiEe3oWBbbW+ytrmB7bHVfmktPf+t+
ekpudNNv2HHda5zrTU0l7tC6R7XPa36L3M/dWBmXud1HJyWTrYKGfAEN3f1fpLocrLFFduRZ
AaxpMNEf1GN/6lY/R+lDNppy8lwLAdwqHDnTv3PM/mfmtSU2us4VeffRQ2Guadz7g3cQI9rX
7f8AB/21nClxc/p73YzbmWNAcWCpxn6LdjP0eU3b/L9T99dMANYGsamOY8VTy8bIe+qxljfT
Y9u6t9TbCRP02Wn9JVtSU//Q6jDov9Wy+4w18lrACC4mP0r9fpfu7t9n8tWcm2P0YOg5KM+W
hzp0HCou4P8ArokpZrvfu18h2jwVmtpB1HKr0tBIHbmVZMwIMF2gHn4pKZutNdZcAC7hvmSo
4TW47HWPJ/SOGp7uP/ktqHadzw3kM1Q33m3JqpaCG1h1jh8PYwJKTYF5syMmQ8e6BuO4afS2
fyfcrWQZb5Sq2EBtNm3bvLifm6dVYs9wAkeJSU890jp9nT8nIbA9NznFrvIma/8ANWoxjvc/
hlYLnk+A9yk6va4kxHPxT1vdvIEQQAR4j91JTzXUeqP6hh2UtbtkgQ3Uw76P5VvdNx24uBRS
OzRIAgT3Q8XoWLi3PvbYXB2ra3Aafuaj6WxaAaGsDRHtSUhssc1zT+YeT4FPuGweJ1TXOPpi
IIHI7R+cHIQtb6Ul0sg++fzY+kkp/9n/7SQaUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8c
AVoAAxslRxwCAAACrgAAOEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxgH1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA
9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51
bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5h
bWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIE
QARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5l
bnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEA
AAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAA
AAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAA
AE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAA
AAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29s
AQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAA
AAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3Jv
cFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJl
Y3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9w
bG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAA
AAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkA
AAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYA
BgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAA
BgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJ
TQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAA
AAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAHyAAAA
BQBpAF8AMAAzADgAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfIAAALQAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAA
AAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0
bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB8gAAAAZzbGljZXNWbExz
AAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91
cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVy
YXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAA
AAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0
b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfIAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVY
VAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxU
ZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0A
AAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xp
Y2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdD
b2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9u
ZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4
QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4
QklNBAwAAAAAGs0AAAABAAAAbwAAAKAAAAFQAADSAAAAGrEAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00A
Av/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4U
EQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAbwMB
IgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEB
AQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMi
cYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD
03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQD
BAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhai
soMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2
JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMH7R+kncyxlnYgy0/1WbXPUrqW4my307rbHul1R
rIpLXaVNbtd6nu/43f6ipikPNdria9wJIEx5cJq2ubuNJ9JxPJ0M/wAl7SkpVtWQy5zLcd2L
oNrHBxIntve5aWLisZ0R9rh/ScwVajhtFN2R7Xf8ZdSq1tZuebbLCbADaXOBEn87b7tm3atD
Dfa/6t0PH+DzMyT4A0Y9f/o1JTQ6dc1n6B0CWj3GNTz3V2rqrum5guopbe9jg412T6ThB+kx
v03e/wCn/g1iNva602j6LTAnwH5q1ulY2N1TJecq84WPVXvusaA9ziS1tdVDT/hLP/RaSn0b
oFtOThszcag4mNktDhS4tdDh7T6bmO3Mr3bttb2f9tLTcWtBcRO0TxOg1XNdO6/0rp2Hbg49
Pp04NRsrrttBse0EG+d30bnNc+1lX+YumY+u2tljDLLGh7SREtcJb/0XJKeR6l9eulF92D+z
zms0aBY6trLDo5vti39F/LXMG3puT9b/AFsS5vSsTFa26p2SA9jbWNa/Z6bn+9tl7vZXv+h+
kXpDui4IruroYyj7S8W2uLGWy4DY3ZXkB1dW3+qvPaukYmR9Zut0X5ZxGYLv0VhZu3OkNayJ
9Te76bPTSU0qurZtX1wyOoVejfkmx4c0Q6h+5hpsaNrhup2u/R/pN6q5gyW25DPslNbnvLoY
x7Nh71UMa/aypn7j1b6XXZZ1rMtsrfa5tnoXz6nq/pLBV6lTqqrHfaH7P8O1irehd1PMfTi1
WZD5cWsGnpNBLW/abG/ot379qSm4eu33YuPg5fT6m1Y7NjRQNgdP+E9Mi73/AMpV83H6d+gt
xqjs9Rpt90nZP6Sv6Xtcg5lF2E015NTmXsiay5zHT57HfnfmbVJ2djvwRa8uDxYG1VEk2Fo/
nP0232/yElP/0OZZW5rCHvgzIOukfyUz7KzpWC9pj3EaKeSRIbt3EGQOZQAA1zi0Gfj+CSmT
MksLha2dNo10j91zSuyxundKx/qLW+5rrassevcGvDLTZ/hG4tj91dHpMYz8x/rel+l/nFyn
Tuk5XVOoUYdL2MdYCXOf9FgaNzrHfve0K39ZaxkZvTejdEfdlUspYyqrcTNzx7tP5plnt9S3
/RpKcSh1YsD3N31A6h52yPD2fzb3N/cXRU5HTGfZca/oWXitzpNF2Nluc+wNOxzmsyq/p1OH
sYz03rf+q31c+r+JVXdfdRn5YLt+TW8Oqa9pLvRpa6LKdlbfpvr33/mWf4NN176y9Pf1Cug4
xvyMKxtuI97SGVVuaxj6ri76f2za7ZWz6H6P/CpKec+wfVm8k05nUqixxNlV2J6zto/Ndaxz
WOW/0jrn1n6izHwvq5jNx+mYu2o9R6m0OL2t9obXVVsZ7W+1tOP67/8ASXVLNzOqYYxH0Ypu
bZ6n6Cl2S9zdsFraXuZ6btjbff8AZ/8AQ/zt1n6RUDmdbe3Fr9azKs0qw8fHbsIYPdtqZX9D
d/57SU+tOcHNc6pwOhgj3AH+Vtd/35ef4vR6eofXjr+Fkbm0bDZdZWXtjWh2tVdgY9tvqW/o
7vWReg5n1iFt9t7vsjWGPs9jQxp/rVWB9vpt/f2f8Ur/AEizCpv611ZtjR+0mA2VZDXRurFv
2r7O7HbZZkY7t38zX+nSU8j0KjGOb1bGN192KLqDVfQbRIZlNYzIvbTsu9Jldv8AXrR3dQNM
9Lyun45sxK7GUFrnNb7rXOdbktZu9Zvt/Q7/AOQ9Vuj3Z+L1/qFXSwW2XssxaaoefpvrbTu9
bZez0f5xnrN9Zn+EVn0epXtoZeCa8ra2hvt9Oyuv9Ew762s9X9K17t1ySnOzK8z1WV5TRWRA
9MbREj6I2bk/7PxGiXM3EnuCYJ0A9v7q0cjEoy6WPpP6FutdkbZB/ODfd7f3E9/TrqKqbbLC
XXksZoOR7JO33N2uP+EYkp//0eae3e7dI5InjRMGua4kQ9o7ePeVXqNjLi7VvMeAKsAiCCQA
4CNvPxKSnofq/l42D0vJ6o5jftd++jGe6Dta1rW5DRXId6r/ALRU36KjgXP6Z0+zEr/V3ZJG
QSN87iT+fV+k/wA76f8AxayOn9RGFWRbjtyGl7XsDjqx4G1z6nQ7ZvZ9ND6r13PzHFjC3Hpg
E1VHU/yrHfS/zUlNvMyck5v2j7Tvy7JFfuIeJ1eyvf8Apdjv9D9BWxa7MoazLe7Ie2A1g4a1
v0Z1DFzmPj7bGPDtpJBke488/wBZdFS9rq3NYGOIMAvd+by1z2VenuSU0MultLvVxyCXECx5
Esa3nbVpute//DWexdP9RsepnU3Zd7i630y2g9m+o4Bx/e/4L/rn+jXP5B2278m5oa06ObAJ
/k7BP/Q9RFw+vWUdQZVj1SHNO/1PZAawvFrHN9zNrHfS/wBG/wDfSU9R9b+u5GGXdOvbTbe6
tt2NexvuqeHcW03vu9mz/t71PoLkR1F2UftYdVhWGwta1r3BtWnufVv/AJv1/wCU72fzatdX
PSM8W/ZDlvzWVz6LN2RSHn3elZlWn1qlgNsLZqtDq3iQQ4Rz8R9JJT1B6XkVY37fwbCM8udb
khxDxbW4+7JqbZ9NzffZd/wX6ZVsOnPNVXTcbaSTYamWOAZWHt/TZG5383+hr3fuLPs6nfTi
47Wu2+h7W+mdpduO6uh7fcz0/wDSe31PS/RLp8To+HlYuE4342PkZ7C/7Pa936drD76a9pZ+
iY79K7Z9Nno1/wA36qSmpTg9HOFhYtV/UrMPCuZbf1DDxnvofsH51/8APPrr9/6arH9P/g1W
yMJ+F1Jn2q6hwybW5DMsEnGNNhb6FotMfoKqmbbLF6VVDGRXYCKwGe3Ro2gaNaz6H9lcZ1fp
JxvrDh5npNrwMjLqAcADUXG0Ehrfo176/wBI9n0P57Ykp//S5Kyza90yQDrCnS9siODwXHx+
KHkVTeBO0ckeaLj0PJLXQP3Z/u9ySl3MGyXtBceS0xp5s+i5VvSLhuaQY0gwCP7SvMwq2Na1
1rSSTAGvPaYTW9OqfPpEF3YEH/pJKa9NezUkGeSPj5f+RV/0zfQXVZD6nMkmsNEwOX7/AGf+
TVOzpT6KWWNfId3BPj7p5Wj0HMqwM2Mpu+m5ppeD7gCYNT/7NjUlKxvq/lNsDhkQ6wNmwtDn
wR/gy9/sRqqqMbFsrd+k2v8ASyHkgF7WQW0MePZ6Lnfzn/BrZu6PnvtrY6+yIbY8Vhokkbmt
dY9v5jvo+m1ZHVOiWXZjMbE3520uu2MaZG706/dIrq+m17fakpn0xmU/JOTUN1bS4WPY2GmT
7vSrH0v69i1cwsePs/pvebABaXN2AVk677LNqysvHwekus6e2tl+fVV62fZZL8fDr0jfXXsd
mZnvqZVVu9L1Lq1ijJf1XIsOfY9uBi1m26sEAurYQKqZa3+kZNz2U1/uJKdQ9CfkXvOCwfZH
WEU1Odvcaxta651hO122yxdDRdis6ji4Vhossw2VPptvpbduqZ+jr+z2e52Je7Z/OfzVn/Gf
pFmubfi4GKGUtxgarHtZQ0iqbGtORTXs/mvT9Kl/q3/zn6Z/01TwLq8nLwcxjBa/G34Tm7dz
amC226jJe3X7Ra712U0V7PRp/nLElPa9OyG43RH23FuJbl3Gypj930SQxrWss9+z02en/wAJ
/OsXO9Yyqr/rnilt191FN9E0WkelWQ5ssxKK/obmfzr3/pXrocnonT8LFGe8ublPE5177HON
wLXF7b5Ox/pv2WVez2ekuGGJlvf9s3EMa7d6hPuga74b7t2m5JT/AP/TwMrp3o0ty7MipjnG
BQXj1S39/ZDvT/8APiDUS1nMtOp1/HRaOX1Gq2x724VDC55dtiwtE+XqtV5tnSmVNuZ09rHv
9zXeoXAEdxW/2fS/eakpwa+QG+6eZ48YWhswMdzQCXktDrNW6nu32F7NrVO1r8m4332sq3aN
qraKmwB+6Gtb/wBJU2PxA47mOcBqADB/k8pKbO4ZFDWV41bHCT6gLt5n6LX/AKTZt/q0o7sW
puK0F9RyKrBZWQ7dtH+jdWAWbHu9301LADs7Kqw8HHDHWEgOcdxjlznOj6LK/f8ARWsfq3ve
aP2i0XNBMOYA1u0GyLXMe99Xsbu+h7ElOthdVGaHtZW6rLDKxkH/AAdfqB38078/cxu//i0S
/wCz0WY9tj9ranks7BrD+jY5zv37nfvLmMKnL6e+nqL7qWdNeQ5+d6obTYxshzGOP6Wy33fo
a2U+ra//AAa3cnO6RbRZTlkPpfS11m7ja/6P2hntfV7f+mkp5DqRx2dJfhgv+2eu2/qd7tRZ
efV9m7/g/U3KfQMOi3Afa5o3svZY9xiIrDvs1TN302fSs2O/PVSvFu6jcyvGnZZaW8aNaTO+
z+q1zls4wqrGX0plZaxtf6IH857PbfLv3953/wBRJTN2XbgYj+oNDbaq9lbaHExYy02/aa3P
/wAHv3fTVD6tYWQzqOQ3o+QKTeHfZHPDX2VPA9R1WRS72ts2t9Gu3/Dfz1arZ2Ve7oRxHAh2
LYze6excSz/oJY1pZkk0n03mtzS4dv3Ht1CSnt7LetdR6ccXKbRVU7EazOyi1zt+RaCGsoq9
voso2styHf8ACfollu6Xg14LKrciuvKg1geoQ15sDvQ2u2Pa5/0t1fpM/wBGtbpmS9uI1uZc
5+O5jKXk6kve9lYvd9H37y1cLZdkX/WgV2WbbasxtTWkHcS2zY32D2/2ElP/1Ocsc71LGzoT
qBwe/wBFEORY1gG4jbqONO6g6PUcQT8udFENLnH4cD+KSlC19k7iXExM68cJ2tLnNaASSYg9
yrN3TnYnpixzCbASAwzEH6M+1u5y1+m/VXqTqRm2bcato3sD53kDdLtoHs+j/hUlOtg9Jx8b
18dmV6eSz9H9qB2iDHqVVDduqbv9vs/SXLnTda3q2dUGOc9zX4d72seS9rwGt37f+C27non7
dsxesPy6WV3NqPpsY/Qf12x/KbsVrE+tn1j6hnMw+nNooflWBzi8GwuA+m61z59Kln5z2t3p
Kdnp+biW4lXSc/AFddDYrfcG11VQPTpdW6wes3Ie4/zrKVyX1lxsnAzjjXB/6y77Xc/j1XEu
DG7v9FRX7av+3l0eP1brfUrcvF610qt9GITW7Lpc6lzSH+n+hvtP6Td+Zs/SLnetfsZofVhN
yKMmu4/pcmz1g907bZfZ73fR/RpKZ9DfYKb7mEB+PQbTYeQPUa1wb+8929bGUWOvw86sba7b
CSD9EFzduV9H6O/25TP+vf6NYOC79GXFps9QMrfu76b3j+Sz3IrczNbW7EyGk4zyHiSQW7Du
qexzP8JX+Y9JSPrtTsLKyWWENZkt9pOu4gi2eNqqYTmnJrD3ANeA57gRtbB3O/6lanUOo4+d
0x2H1KanMLDRm7ZaR/g/X+i+t7W/nsb71idJ6ZmZHULMN+2tmMC/Iuf/ADddTPc+9zx/gfoe
n/pUlPb0Z1T8TFDQS628PDSQ32sDjVvn8xj3eu//AKyuZ6lYwfXhmTXYC12RjXm2Pbu/Reo/
b/XYr+T1C7MAox2Oowa2trY9+jhWfz7nfQ+05P0/+CYqI6RmVvOVkUustts9Kutr2OFTw4Mq
F2x7ms9Vv836llX/AFxJT//Vzx0p7XtLpFdpeGEaj2dv7W1y0ek/Vh99/qWD9XB1dMNJH5kw
71/5fp/o/wDhF07GYl4JYxv2RhJD4ArdH57XfnUt/wBJ/Npx1PDYGlziXEltdbBuJAO1m1rf
9L/gklI+mdMGBW51rxY97WesIlgNe731bvdt2lZv1i+sW3CspqcKyRpJlzvovr3N/NY7Ytej
JyLMPMtyGBgqZZ6Z4B0d7Gz9LY7/AAn+EXEYH1e6n1Om/qAg117hU10y97Trs/qpKcvJGyh1
YALmmZH0i4jjt9J69D+rP1fr6NhxY5tmdcAcq9o7/wChp/4Gv/wRebP+0UZQOSwtdUQQyxrm
mRDv5K9L+r/1kwut72VNfTkVAG2l+sA/nss9u9r0lNrrYcel2gagFhj4OC4vrXQrMzPxhgMG
3JJ9c6k7zq17G+7dub9Pau/vrbdRbQ7QWsLSfCRG7+yvPuqvttB6ZZ6jcprhU4VnaSQ4Naw7
nMbse1/7ySmd/T6um0YrXXY9zy8NyG0Wte5p2us3mnd6tT/0avYX1cf1jCbmV5gxDa6GU2NI
cI4/Sbv+g1ip3/UizpWDVk44Fme4xmFxG1jXRFbPTn9H+bba1dFj0+vjY9zHMaccFvpsBcH6
+rW5v/CWv/RpKeB9e7Hyr8S12/YfS92omXMe7X8xaf2iv9n4lWRU2qhlIsyGVRGV6Vj6MNtv
0XOqqtrts9Pd/OIdf1Xzeo4p6n0+6u573vFtJ3NsruBItrvbZ7mW1O/NRbujiz7Dhsu91GK1
rjBB9r7bPd/Xtus/62kpizNt6hVbgY2M/Jy7G7WY9Y9skjc523+brpZ/hH/4RZYp2u9NrSy8
u9MgH6YJ2enub7/+trt/qPX9n6Xm72jXIdWS+G7w1jfa97/bs939RAyel9Iv9HKxsRvp1PBu
FDg9zS073YuZWXOp9C7/ALmMtZ9m/nPoJKf/1t7q2Ndk0HHw3tqxaXAXVsHJmPT2t/0e7dt/
fT9C6dTXX67ossDnCsn81oO1v9tX8DGZj0+k2XjlzjySdXOKJRiV0lrmF21rS0Sedx3uSU1P
rDmNwujWvGr7ooqaBJLrPbOz8701LoONZhdJxqLRD2MlzTyCSXEKlmWW531irw2scyjCAebO
BJ+P0vUjYzatay6LIEaflSU859cOp4WQxvSMasZnVbbG7WNbuNYAMuc/9/8A89/nrR+r/Rmd
MqcZ3X2wbXjjT/B1/wAhq5/6k4lNvUs/qJJda9xYwkzDHu9Sz+0/au1rb7ifzRpp+RJSVpMT
+b/euQ+uGIMXq+F1Jg9uRYwWEEfTrP0o/wCKXZ1skEkc6LmvrnTP7MLgSwXvLh/YESkp2su/
0qLrm6ua1zh56aLnPq6b3YOTbJ2iLG9/oPb/ANU3etfEuZ1DpILT7XMNbydPoe1+v9lB6G1x
w300jbSHlp0l26Nx4A9iSlWdGa/OvzMa+zF+3MLM6uoAMugey/X+Yymt/wAOz+cWdm004vUX
tHsZXTVWwGSSAHfnfnuctvKpbkY/pNIBMEh27aW/nssbU6t7m7fzd65/rzN3Va6ah7asdmjd
By/bDf5LdiSmeRn4lXTqKbXMtvN/qPxnPLWAf92q69v0v8HuURkGvIbkbKqqrA6strrDqHAf
QqtvDvoOr/fx9/8AwatZmBXnXek5v2Z9VTW+pdYwkgD0/wBFjgn0mta31N/+E/kLD+zZQyTj
faIx3uA9UPIqIb/hS6W79s/u/vpKf//X7hgaBJ76/wC9LdLtO3EKtk5JrsGPU31b3a+mDo1p
P85c4T6bf+rVljQPc46DgpKYWFrCXv5+i0dlndQ+0PxMg40HKdW4VA6DcRDUe211lnHtBgKY
YNGnUjkDRJTh/VHoWV07Ff8Aa3fpr3B7mDXZtGxlW78/95dOA1rY+/xQ62QQR/tRKyLLXNmd
h8NP85JSVrhW0bzAHAPeBuWN13Edb0Jjhuc+mbRpLtRu2tWtlkBk7S4jmBMbva5x/sqOWAcf
a7QAAnyhJTk9BfU/omH6R9jmxprrud6h/wA5cRk9f6icu51TDVh02y0Mc6sbnElprLHN3v2j
/Ctt/wC+LqvqvaP2b9ln30OdoOzXPdtiEe3oWBbbW+ytrmB7bHVfmktPf+t+ekpudNNv2HHd
a5zrTU0l7tC6R7XPa36L3M/dWBmXud1HJyWTrYKGfAEN3f1fpLocrLFFduRZAaxpMNEf1GN/
6lY/R+lDNppy8lwLAdwqHDnTv3PM/mfmtSU2us4VeffRQ2Guadz7g3cQI9rX7f8AB/21nClx
c/p73YzbmWNAcWCpxn6LdjP0eU3b/L9T99dMANYGsamOY8VTy8bIe+qxljfTY9u6t9TbCRP0
2Wn9JVtSU//Q6jDov9Wy+4w18lrACC4mP0r9fpfu7t9n8tWcm2P0YOg5KM+Whzp0HCou4P8A
rokpZrvfu18h2jwVmtpB1HKr0tBIHbmVZMwIMF2gHn4pKZutNdZcAC7hvmSo4TW47HWPJ/SO
Gp7uP/ktqHadzw3kM1Q33m3JqpaCG1h1jh8PYwJKTYF5syMmQ8e6BuO4afS2fyfcrWQZb5Sq
2EBtNm3bvLifm6dVYs9wAkeJSU890jp9nT8nIbA9NznFrvIma/8ANWoxjvc/hlYLnk+A9yk6
va4kxHPxT1vdvIEQQAR4j91JTzXUeqP6hh2UtbtkgQ3Uw76P5VvdNx24uBRSOzRIAgT3Q8Xo
WLi3PvbYXB2ra3Aafuaj6WxaAaGsDRHtSUhssc1zT+YeT4FPuGweJ1TXOPpiIIHI7R+cHIQt
b6Ul0sg++fzY+kkp/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABv
AHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAg
ADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQd2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6
TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0
az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEw
OjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5
OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0i
IiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6
c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMi
IHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3Vy
Y2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1s
bnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3No
b3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcE1NOkRvY3VtZW50
SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDphYzI1NDUwZi1lZGM0LTExZTgtYTU3Yy1iODE5
YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6N2ZiM2FkMWMtM2MwOC02MjQx
LTg5ZDUtMzA0YjNlZmY1ODY4IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6
N0MwMjYwODRCN0QxMTFFNTgzNzVGODRGQTUyNDJENTUiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRv
YmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0x
MS0xOVQxNjoyNzo1MSswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6
NTkrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTkrMDM6MDAi
IGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBN
TTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjhiOTdiNjlmLTg3NjMt
YWU0Ni04M2IxLWE0ODY4ZjYwMTI5ZSIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo3QzAy
NjA4NEI3RDExMUU1ODM3NUY4NEZBNTI0MkQ1NSIgc3RSZWY6b3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElE
PSJ4bXAuZGlkOjdDMDI2MDg0QjdEMTExRTU4Mzc1Rjg0RkE1MjQyRDU1Ii8+IDx4bXBNTTpI
aXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmNhMzJlZWQ2LTU0NTEtYzY0Yi1hMWY1LTk4NTA0MWUwNTdi
ZSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNjowMSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFu
Z2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJ
RD0ieG1wLmlpZDo4Yjk3YjY5Zi04NzYzLWFlNDYtODNiMS1hNDg2OGY2MDEyOWUiIHN0RXZ0
OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzU6NTkrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9
IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIv
PiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29udmVydGVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJm
cm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJk
ZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8g
aW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3Rh
bmNlSUQ9InhtcC5paWQ6N2ZiM2FkMWMtM2MwOC02MjQxLTg5ZDUtMzA0YjNlZmY1ODY4IiBz
dEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM1OjU5KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFn
ZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9
Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8
L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAAB
AwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4O
DhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AHy
AwEiAAIRAQMRAf/EAKwAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAMEAQIFAAYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAEAACAgIDAAICAgMBAQADAQEBAgMEABEhEgUxEyIUEEEyFQYjMyCgJCUWEQABBAEDAgME
BQoFAwMFAQABABEhAjFBURJhAxBxIoGRMhMgobFCUvDBYnKCkrLC0gTRouLyI+EzFDDxw3OD
k7PToxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAATFyw1FGRQbaZxaVDA1wGdW3H
UtBVxbVL5WmoJsAYHOHcgZqnOqEN1LScMnZzijvTB0WgiekiJ4jF26nk0vb4B5elTHthZXHn
TLkPf4hDnlrWdERuKmp6DG1zLzX4MQe7UwY2cgrwuNelDCpogbumyO5dVQoeOKGiAs9JHqPM
etPNXEUT6QjbaLQWlgEq9xb0nmGz1jlDk93Hd0HVlQLkK4R6GmJU9IDMTF9vz/qhrE38w80U
RBuTHMwTgxejVANzCCNp8ax8h4rlaKojxODwUJ11bmhKXDvJMDT2G0SpNCbBOX9f4v2Z5M1C
iFCgOYWMNjvACO4lhXRPXnXYI6ZKzPFVWuPHJeuRM9X2yh5rK9N5wTZA2H6kGYSHh44gFB2T
LWDw1AyFb0APXUZLLPqAu7ilwMgDcUFSwjqnkWY4pSjHC1X8872/hvbHl7XEBWuMvcdwxUbh
yL+sF9lTPNdry2kaTGMQ1+iTu7juiASuhJleO+hfPQHpPO/RDyC3rPGCzKm0Mu5IBIlghg1O
UJ1yBXUNDss5qBezxfg8EbTIWiwy1CcRFoJsIgQcwMItKEe18V7MxkdrzYvPcFrWx163C7uM
wMFzFx/s3j0S+Oc9/dRkmayT0cTHcD+fe/8AAgfT+T2wueMAD0Xm/UCcpEEu9AMI7lUNTGYE
IrtBA26oypeCnX4LM2CjvIO95BTFDugYUqZhgU0NP1SrYtgeixjzMHAS4iU9I/46T2+fgPBs
/wBCc8cL34zwGl6QwI/n/PnpWfH+kPX9EnRNRTyHt/Fmb6nyXuDHwPpniTC9T5f1gnZ7PNCn
nePYZaSI2rWSnRcvU5QViQR1eA2tB3CGEpXiOkoPicBi0lbhKev2PPbAr5k+YLx0l7VYBvaW
0eHW9h5MbW9MiZJdQ5mIejxzN0PQPkaGQyaXY5jS6JK+K9p4czvfeK9+A8j6Hx4ru4fpTJ9A
0sYufvZRBzpjijghOYGNkpJFL8KcxxXrcCGQZIzVAkmTo6DhXEEtXdGcv13ijO6lixxe5MjV
caAELmjXmPQLhPPP6JgHbMecMbDPS5+U0NWSMbIsMh6DW8zoHoPBejkxva+S9KA8V6fEMXRz
DHvPN3zzXRVaAHA0EtaDPC6IGcZQVyUO4nABEGVDbiJtUrbrFLdc4JrmrswkaHi9TLEmq+uG
D+feNF7IMM5N0BdJRkauCB22ZUJShSxpGJBa9GeXJ6CC5CwAHQRuPYRh3yzKZjsgbG50KGSz
v55nNgdKDR0SKGCSaGhdHUxyeDxNJoD60le7ibDIcSOIbD64N5n0PnDC9VjbQ6tyA6hGYTr5
XGy55o44mxYzbuDEOuY66RwlAtGz6RJ46F6lcb0XmgqDQReteNFVBsx3NLOPRYguGPQeaMFG
bPBa+d6ASyWEzazdTBHqFoB4nAK9JWCcdQtAc34rEiND1eGctjOohmLgGkrVIpeAKzEFTUON
WWgMOZL5TEiDMWCOjZPSmzdEUzN/LMQKUAKzxogdWLHkhrJtPHiC6SgE1+Fbn9AC0MHIPW38
eQ3/AD/qannQ3Cd3cLdUA0VM5aLcQSsHC7jSJmehMd9g4Jd3PIVXRHFwSSwsc0qjaINEg6nq
CFcBBKMhCj41dTKk0vP8iKVsIisECREgtPPbPQArlG7jo6wEDcDC0Og98kBhG48yxt+aM8Fq
EdXhYZKkMLnOtWSC0scIgQuhm2NacTjQyyDKRaC0zcEW9holKjtK2F6OQJwaCGKDGFgKmjqe
c1j0FM+AuWZcy7DkZgVy1q3HEyULFz2D0liPHnHN4ZclpIoSCmPt5J5oOgqA6nFBlqUtPHWF
xe9LE1JQ6K1J7qFwGEWrMlir8McMgwQBQhQDHKphHK5pglTiKiako61nBM/SAWZDrGUl6Op5
i3oJPPlIqHrWRTQXOevQfzgXoPKehG5xWjYrYJFxgCeOcxy/V4il6HViQnVk4oblqyMNYXED
LQBYsAuJQi83OJSQtqmFl9oJkRpXM0jvCHa1xDVXMCsGQMW457OdHrWsUCdEtQvGJWxijAts
LApLaeayK6WDvGjnaOcNeW9OE8IU4COtwMJgnUtBUwrlr14NweGIoMuO9CCh4JwuDyqUJwrl
riuOEU0xFurYG9oJIrYznUmyq6whuyrg8SnBJ45mwWg0rm0Nu7CpL9ERvB3/ACR6ZvE1RX0i
eYb6CwjQxnccU60ndHA12ggYqQ69YC3GcqsxU6byCsQgtVoQtVpcBcpRbjjOJW4X0fm9c0c7
TzCVSiAsHMZFmFzNKQwI59QQcc8wPxnLhFusT6LkTZy9BAbT6pq+T2VBnbxdIXZ09A8m7qZ5
lI6GaUi3E9XiKGADuOxeheBs0IW6ODUqMPy5QtRwWoWwMtWhBd1cFxOKFrQ33MP0gmro8KNH
AdjvZYoXbeFLu+GK6AyiSJII3MT0Qi7j+gKV1cgqjo5JfW83siHpEdI1mhEBZ7+OZ+cRkXs9
ApzPGQA1ABhcF6sh5Hcitxk2rJbpkFcxQU3MLSfSMOmtnAbzIVL0GWH9H5f1AO1jHInESItR
HUTKefRJ6EH5f0XnAZJgbNpKEyeo0ENzU8j6Nc8toIMnqdjzOce/jH1i+EymYrIdQT58QDme
MSS7BiqeiwwHTxaLSV7oL07ixhNGkiRMPy9TriMV4thczJSg2hCOgsY3LeY3Aja5xdwYQBA8
Y+zl5poZD+eCOMhv0o8LjmgDUA2ebezaDCjrwZZzTMRl5MS23VTFcdgbzrQU43GED0OUZq+1
Bj22QCHaJjLtrNHneZQGKVsdS8FLEkoW7Qve8lIrBMRBYq3FfQ+fZPQXzXgq56i2F6TMM1Ys
FkbjKN00R69SGXIxG50rmDdVoqS4TY28AZ6M+JpGpm2KIJs4pZAQxjhcbyqtRhfhj+t59o2x
5lRzNJQXs0QXsdYGReB0iVTUpnSHld4id4hhV2yHlqeuyTGswAY38x4P0ImqnURhrWkWkxQ7
RkAml57fMzP0s81hosGO2myMhmQ0QyNtgaCvqDE/O+o8eUklynH4uMy5epRkvIMjIoGW6OL0
DYKIUHRPFupYsSTgvR5GwNJAQHWPLeiGMapj0SemseXq4wWRzmh/MGqWaXYC6KGqGxN3MEXu
WH87VzzP08t0zL2oErEjRlmTQeSaGcvUyx7xXvfFifVqG4fGkIq5bu4m1bF6xxXuGXvTi0dx
0W4goyhXn6hEtgZih1/Oku5rIfRzrHoXMM5p4emgeeLp+dBFpYq6q0aFl2BuyugZqWjnmqi7
QxZrUkRVA9ShG20dQYcz9ElfgGh5z0GOee7uO6/GiA65MxYi1ZJivEDvQtPcWm0ETWTnF9E3
s6y5pN4bA15H2uKYJ9p48+T0LR5Mu2kOs4LZbynpcUzrcQ41bGo0gYX0MnTGMvcxhw6GmY2Z
6TDFKgqaK9Lh9DMuObOe+LwO47j2TMu/XK8ThoRxERaxSeqREEKxfiOvxEXkpaeJdXaH89vG
GvReS0D06OYuejr5NI90x4Qp7sfi9cJh+tKeHa9QueQl7JGuvI7cNwc8ibV8dgFrJBPRpDeP
Gr7mIcQFhllTVNNicMdT5UIg8kCcrrGd1+KiuMtalik9xF6kIeU0S+XrZ4KCuiunoOiS+nmG
fjNphI4Z1CVIJTRHcn2WcePd09wxmGlzJGGowqGRiKsBRl4EF/jOuxUvUZBV4MjqWe6YxWxj
Hpq5YtxKgWWQisbMCCnoMoU6OJqcBaYKCoeAROZKtlGV2MvXIa6xa9aEYLGQKTBSqrqR0CeG
PVUZJibFbTBijm5hB9Hhmf3WCOVfF6FgJUy5UUiJ4NRsmY4EXYXNbnQAc4W2AKGwXPeCZFrw
VNQQ9wOGassGY0MwGHeFWmNQVU2OKxeSvckStAweQ5nhamAdQgDvY528TeLHR0nVvUxOIAbw
dtc8rqMahlO65Ty4tXGHb5euaYdMp57E9x48yGliBqQ0Hq0iPiqgGOoI28azAjd9MKDpB9fj
bdckz19Kgm8chFqyW7oJjrFMrY86CRosX7jE0pUmlTHptfL0y01uT0SR08ZyGvhDq9wHTlZw
8jEh3AMBtVTaKBoMd81ueZE7yINaAHp8bbwggxcWuPZHdcknm8n1iZ5jtvJAc5x7IJERgoTE
9CJoXEIZzCAC6GLsBfKeq8oZozaokH1WKY4jhIYHc39zwjh7K+VpBOmCejiPOejzTKsvUska
hX0dNY8xlenxwmznuBlNgZnYHoMwzQ+zWPKdr2Hsf0GQJToEMbUz9Q9L0ULLZ+iKLt55n9tc
CfWfLVnFGOyzDYqMlzM3AO1sB8x6PzB3qsP0BKbljzOd7RY8YH1WAK8axb2PmfUDHUknpg4Z
JPK5vocE7Zw943ImCMrWoYZ6pm5dNwB5L2agvr+E9YN5z+GOZOzkjhYuZWsPRG1x5I8qSpoV
zNQBzfDFLrGfmaa4Hnwjb8FJmLHd1hDy2rnGrs52kEmnHR3FfK73kA56egOeqQtMST0SW6JF
/K+y8wZO5g7J6Pq2OGVUxlCrmrpZeyKMptmbg+wGZbL1hXG2MwPbuK6OXrA12MM9FnImB2uc
L0caAFpH1HKCNTiNG6xgndAQdsowmI3yzHSdEVIyB+cGBg9iVfghxIk6YsReLFLdUvnvKHjd
JFs9TYVyVGlTA6TD+qo6ZblLl62gtUaoTJ2sYMNcxfUBllwiqas55yQ6iobkeGNIbYXoIJi0
KCbFiHXiQfntDLC7mZrFokRekiPK4+1nmh6dLQCTNTrUITbuOtUhwy0BqvJHjdRHTNVvPfJT
bXMY5uNSUGSha3LBNJkOouhvNem8wQwBo1s3Y4wxPBM+SrkxS5XmePSz0lrVuVmJOtMEUuI8
4q6c0HBkKisMsOwjy46EPUOJOhK2qTeLkTElrdJ1bQVUdXPGuiIM7XlvQjdL8ZazKZrF6wSl
hBIpxaeqU8t6TzwY1mCVtpIhpYxGJoLiBDEA8Xj0VZuRM8dMwRHQXjuARfibWGVFehCTuCZU
rmPWMgOFvQx0zBHTAWRXJAdUJImjyy72cd6rB3i1LjFEdPCNRLMIbbXnWzbtPF4rJn4+iiOM
KkNZZrjAV0s4M0ncdV0FRXp49JMXItXiazU6ayWjpKXrxII47u4r5T1qJ5L0hXyGhlJtWx3d
BPRY69bEqMpjV4sZOL6Lzgff8r6guOaiHmPQeZB3sctvec9MaRKWOrIjF4DgMyzJshKAzzVY
AK6+SUsR0xe0+NS8SdHQdNZOmLFu6CA3ARPSdF5KTEnT1ypa3Ld3ERMFiUuQFgIOpYDW6BXK
1UDzfrvKekGumplZPo1TMS2FxL1iuoDjuOSczBQlag209cbUdkCWZBqt1MpTbEYnb3D3TUgV
ETTIE5BK2OHcBSsQWtW5MzxF6WJ6CFLdxelxFr0KWmJOHcRSV2Q0TABN9I8v6DC1TW6likXs
LBegvXpI6OLYOrhDFi6gu3axXu4mJ4rW9TLS9GsYfP8AG4iRMG8BsJNSFqyM4MwVjqlyVsdE
SWtEkz0nT1iFSoDjabZfoCX5RsDcvHdMA899Q86QFzeZSdImKl4iSe6StbgM/NaQNzUzNMmY
4iCVO7uK26pal4FeY4UERcJpDMQStiouoR01Kz0l5rxaYktaLHTXgkVoLxexZsJSVyqA3c58
PMSR3QBCap5qXlx3QzHya24rPWJpOQaQkpEqXZNJupSO7jomhFgFJtQhNZg7u4RbJJW08dEg
I7uK1mpNu4m9CEzFiLRJ3dJKxVy5IKTUiYZY4RV8Jxqayd3QDpaoFVyhQ1ZJi0nHEwZuPsYx
B0tAS0KvDc1uUtHHRxBejAS9wlOi1S/RwSt6HWrxQdxk9NStbcdeliSUuWrap3WoE7qgp6Ah
KwXz2Fh0RQhbQUtMSTHcCi3AqEqRMSXjqklBcnA9AuYDx2CbnoWvWSImDrU4H1wHFpJfugnp
4PWeOrYRSluIrMleji3dISegm9LlOGc4VwnTFyK3EAus8XXaAHLW5Mxxas0O6YKjLUrMVJiO
IIMha1bnTHHV7i3RBatxndXitCUKyqyWieO7uP/aAAgBAgABBQD/APWg/9oACAEDAAEFAP8A
9aD/2gAIAQEAAQUAZdARjbc422DA4eoKGNcY1yGjP16IOyACzElhhIJBQ5TjLT+2z/e6uIlJ
ZgmjEqtjLrAi40Y7V7H0PXSKd186FYzVpwS14PInZVCqQc5znCh11OgvHXAuFNj0PJlkebzZ
olfqMsMPsVzrzKksNX2AVpMRtHXVBN0fS8if7JA4KoerJop2Y+VQhllajQrrcjrySTVG26lc
OzjqwPznbJNMA5VoJh27xrn7Nch1LssEgURacPUkhmgqoJJY9tYTRZSy9gF3vyI+1725Q9y6
uoo25BGRsMJJKthOV4BPIiVY5qdynKjRo4njrI1a7UA/jf8AO9DedhhObJxkR196nBFXk/yR
Bql7E0Wev6RsRvrsFbXj+zXirT/9HXAnmYzR+hXAltwMq2Fjkoe+qGe3Us1+ispilVBCWw1W
UvCurBIl7YFXs8e86kOBorSTUAq15Z7VcpPJDLjNEATsnIPrxgM1oIM8aJBF6BVr17lVjOy+
Iwchx179sZtFpGGNIe6Sujed68aQp6tOQo0Emc5ofx8kjOcsWFrxzf8AQR9Y/fkU2f8Ao3Oe
Z6ssr/8AQ+hWmr6DZ4FRZ5PQ8/z4VmZUhbl0dgsblgYyRIAMCMcKyAMjYjBc+5hiORkV6ZRX
uBwZyDK8ZNkKZOhxZVDfcCGA6l+yq2z+vOkTT2dOrbCFglGcq0bgqhOIWz4C/wCXlp1ozaaa
2ynFTZkXTR/hkbhgrjLBVcZyMb8s/unGstiGCJEChRvCc1n9nLswRL8VoRfYcJHXX5BCuX2G
KxB8CzWr1v8Ad0pT7b1ZYGAJjK5BVboYWGPEe/1P2cSdRG5z6VKmEHAjBB+JSZdo4fJkx66q
Ppkw/jg2CdFt9sS39Wf7WwufvM7yzRTrRFdHeYIjzVZTJIFZdk4oDZDpfM69rF1NS9CcfeKe
zqWXFZslJwtsBW6DKDu1muZvrxg2gTmsGsOyb4X9WxWsRV46skrv4VxYjBZjwVpWjuqQVB3G
qsKtT7j6lB68WjqJpFyKvYCpOUWT8mkYdPtVcFhRiuuiyPgVTkZjDBBIVrOMZniw9idnDohl
IJVg0YOabNLqNB2JRV79sa4600hd4ygIQc7UKjg4vHmQkvbuvuwSULOxwKuJ1xSuSdupBI7f
ieM8/wA63ZNWEwQf/h/X9kBhbitFafl2607sqCa3XVLAitm8ojlDflGxJAyxwrht+b9v3SNb
20mPPGFcOT9LdiOmKNj6uWhcqtZyUisoY5GCluyyjrm1wMeqhWDL+Uaawr1ZlGirrhBwd9IZ
ZI+k0Y64y6x1UhDp1H/+XApaxKP/AFl2xbezoKp4WVQUkRhIFOVqstmSv4UOk+qGP9yBmisR
SY9yOOUEEDP61gzebGWImlDeXG4PjQAekqrcgjeSWv8A8/IsLUbAy3GsRC/lWnas8fu/syXF
H67JN1VQmd0bJCRitLncbD7BnCNBNG+PIFMIDrZTTdRiryisqN0bIyuSAbLMMjkZwygYVXSS
MA1gsI3QtYbsko3iNxE2/Ip9NOgTHbWKSx6gA/BGzoBVUnPHjSOnNeiQzXncqzhqEmn9hGGe
Z6CugOE5z/OsGcHJOE9PqbtOQpNEdx3ZoivqxRxTRuc8qjWnSsaENi7IGkRQYpJCciYsy1nA
XuCVUgyaEo5/EZCQxgeOOvanRn7YoPYEBen5abbDNLiLpSxz7E0mmLxqMUHbuY4mbsYz+VXT
eTCsaVZyuMSSuxmxruzAMQwBYwKxlkuGONJuzGSMKbqbrXJFNn1oZafmWFNoH+Of/wAP6GPy
nqrq7VUPLZu+jCZmrSN69eOvKug3lee8tKpTE9m/DNAI9soiZsqePUjhUUkSzSpMsoSMuy5w
SUGQoAzyt0Zm3tsG8E5ODYALAk7BCAIQS8bHAjKI3KiSbeJ1DfmwdWV4gSfKPajYomKlLI3Y
gaGs5OdOo66KjIgdzTGXDZSPGuFsDIcLzIDKHWss6SVrCTRds3g5zn+OM3kvfp6iSLcjkaN2
9mxMJ7E8zW7LTMGzyfRrxefD6M8Fqw1qynjefHLXv1FiphnkWSGxGU+/UyR6lWPXWPRQjP8A
3fOsufTK5+tsbIwNkDRHXAS2dQSeGLEYz8CQAA9ivRyX65KSc8TzEtitUgqx3Gjmf0/BeAfJ
Gu3IasK7vW/5+vK0Hg+chl8io0beIymX/nC2TePJDgrSgTLMrICpiisyGhDPFHbvw045v+rl
Bof9G884O/41jMArXq4PtiFrsIQP+v481b6o5FuAiZVGeBUr2Kq+XAPQuLUr1/N9OtDWlsQW
QfOpJHbnrrk1mYgyPJjfjiosmFFRURSyQjogCj6BjRkkKQehzrvFUhnKrn2AhiGCsDjcHtoR
TYZtOWBHlMTRNXu10IIB/wBE0S25UeTZ6qex1o/miretKY/YuRZF/wBRaUVPeWVD6sLZEsLr
LSrMI6NOOSWxVqrd/wCnlfJJpJGC9j5HhTCRRoZvJI0kVYYkH/RAfvqAp8FFHnAcf9HWaO5r
n/l3KQzxxN6/q+etJhKRizhWmtzzJMr7T8mO9sSCqlTH03wB1BVF2exw7JXWHXbtjSMMMuxy
2FWOKhA0MP1k9FxecRwR4j//AMhXYvyRInpDURB1rtioRi70Azij5rWhfpvVmSPbGnKkR+7U
du3ERfuyO1q8FkeZs1s+f5c1uSt5NKqEIIBGH+CdDP8AoEP+wGyPMiWKjavQ1F9r047jKC2e
Is0kLSTQWfS7WPN+mIwkruLZIX7CvlOQ8SIJOgxSBigjOpw6z9hoT9mOVXE3jaDdzhHIKjA4
7N1Y6Cjggg4wVRwzKBnjMRHcsRxR2b8f2TzvKO3ClsDbEFaWc1/FhU1fMpwP/wBLUV4Wj6le
0NJoGml/1YwUays9WEragi7eZ49Qw27IgDegDiXAsYsSs8VqbskiuGIwtoe/K0t7z4WmnRQs
fs2K8YnWNnUqp/5nl/YqwPF6syolyGwYa3nzSvNVWuiTOsjT/cJE5l4KtGGXbJ1KKCrYSCeg
z5YFttvCgBddFiVIX8t7GxoaBY6O+2L13zuKtLFW9KSUDuxPYk6Gq0Es70/EhQRRSHIqkURl
JCzwJYrWfOFN/wBZLlK1+5SnjtXpzdWasiVbdqXUESp7j9ZfRnmmklIFSaR5JZgoN5kxPT/O
H0IZFLh09F2W5/znU+hvPSorbjtI8T7APlWporfrMFr2bhmnvevH9AtvJF17ZHEoJUY8Z1YV
mPXQikVcLR9TyVH46GSdjndup0T1Cgng7GBtl/k/Cclic6A4uxnleaZxOiLD6fUEbOEHEQu1
GpHDWgrrHijNDPUlKx+c7fq+jJBLHTuPHhuqY4vTErelN2Fu++mH2P8AWymGI5vbQzrHk9mS
QrGRlYM4EKRCvYrdvS89rFfx631+jLahia/7cUbev6zXU7bMCSPJ68jRvHOBJZZJJSEC62Yu
yjo3UsRjgbMStn1fktYnGgKYVKZ+WMvJPLNrAxOJsYd4p3ildEYiAgEYwzx/KByX/wAJ7U4L
ehL9tgBsp05Lc9Py69cSQygQ2CrA7yayIzYsfYbfrlUgnkZ4S4eR2ZdWaSWbgtraYDIYgihA
+FVVZZBv8mLHqtevK7165SP9UuZ2hgWG9ODQ/VONFE5sz+ZXPuT1bDjQNdlBsATW56iqiQv2
UA5Go71Y9yP6TPIofsVAH1qMVFBWOWQNxkkql/sbGY7dtKxUnprCo1sgbGMexIGBdY+Qjeea
G+v1LLNk3oKYP1ppY468xfzqX6lWb0fQR63sSjJrVawla4fplYsvopJ+iK00j/S9cI5lwyaU
zSsokMYiDO0n5PGDGlhgUhqtM1XwUKP/AM6+4YWgyOSuWll2bM8KZBAZmULAtb0pGe3Tnkn9
GmaketmjGpk86rBLZ9gpHY8iCvJWvUnrhV1jOsPn+f1aeNH0F6L3JMccZFWxDVf0jA8khBPG
MBtu2nBGc4WJA6k/2CTgXn694VIypWlkarB9EPqsVaCFppKMMceWX/XdPWnd7npRRB50mCtN
E8HoKwFoPMbAEMkoEk+3xVZS0YfJR9JgjaYuojKqsao/cO5bPCq/kBnGcHLVCGRUjQyWa0ax
lwi2bcrrBK0eJfePPanFpQo1SlCjy1Vn9EA3KNx6x9KVZvOVGGeu7ItKVhNAHYevcFSKpe3Z
LxO1yUPKXYrrZ+s5I5B2cK7VN5wD2AJJORsNAjO42ibNGBUSe8sRsy/ZIFBNWVYxasCR3nUm
SRJFaCSMpaYqxAxHYlZWLR6LOvfCpYPGyqYzI47QIJCjB1kVnD4tcjPPr/TBwA9+mhT0abkO
jZ7bSpY8/wBeKU+gsDZV6gGYRkMc6JOsvkB65hOqlp4WL9nQL2539qB7z/sv5tcDIJM9irMZ
aFCeea9H+nVAEkrngEEfYckBGBjpgS+nwIduDsquz/iHPXezUHeWWxEi2HXUuzJGFjz7lZ5A
CHrysxqzdTWnGMuie+RlNxI3ZFCqWQ59oBMUjkCCNLcrOYonbAo1AhjWojyTwyRsGRXVvLqN
nrUukcVlEN66lh3JOV2YzfmuPFJuOJ8QOM8wFV9Hz3dyqHP8o1VsZuySOBlOvJunQLZLJUhB
ueVM1asgX2qFi0kfnzVJHY7IBbpjEtiHljsj53jgkAaUDtjr1CuQfCiidpti3bn6vGrSSxIe
sjLExtllazIT90+DbrI0CHaOiR9iD9Y7swKu4SMIHkChvtduoRO3QRSoVj04gLRiv2iVHVlO
89WGNoiTsnQkc7QBG/djmrmVVeOWOURgMY9oleSJV9agsVhY16xxlVYp0rQCeZYqlNLvtzNG
v7kjPUtuYJvTpv5nqQ3E9qvJLC5YMxKv3xnwMAWdWwDsrKFJYjO64ATjnGUlvGnWCz6cs8V6
NpJpIq/XDtFWt9jSwIuO0aF7oUtadsClzXYxNISzhCVQaKr1aSQbEZOSYzjqqKxWFd60sSPI
VtsMhKRRzehXiF4QShgEkLAnQOIgBRtY3J6MG8ydUl/YUj9hXwyq9eMtEzOcXZymGiazdNh6
PjSO0NOGI9VOS1Y3HoedJVkPsdqE7s7yt+Xdck4QHeIVGK+FwcYfiGUGTZDDSheyqGV4pFlr
/VtkTqFjJa3dhV5rvbC+8I0ArBVIxJEGRzEBJFkwq4LQPJiRCHJZtY0vZnIORv8AlEpIDZHK
0UizKI568Vxp6NyuJYZUC9Nyp2CgAoxVmY4hIIbRgmCPIUmikcoXuFpLLrIi13dI/PmZp3Eh
p0TXyElgNiUHYPOOOPSp/UxkZgzDX5ZIMPAToBycU4x2AWBHY5IDrYJXjKnoGBB6ERyS+gWf
05SGlZm4zkkbwOAnTI4wcrxRYTCk/wBiqZrmi0tiQNBOc7dcQPIUhRG4LFlXJZFAqei0cjek
O0d4TLMiyo/hxSpdozU4lI2hIbfc7Cn4KknILstQWGaSYCsiV7n2SR9ALheCH9SZHhkllliX
S9CTrWMSpc6Rgs5lXl0OdTj4CCdjsgJVOMCYF0CxIJZl6gDR6/iAx4DOAASDGNrHrCNFQdBG
GHZKADEcHOhawAMCqMAALq7AQKraZXLjb2VUG42SzSOAC7MvUVXWMS+jEmf/APQzd/RtiynU
jAcR8J2h5xBhIJKjs8oOVYyc8uuJY3rwSSvCkixVIY20P4GHWEApPXlQ2K0kTTKip3x4zoLr
CgJBZcJbFIGdz2LE4DvNDARthh6535kYDDJnbSAdsVgp7DQ3iEjB+OdyY4JiUV1OfagLzjbN
sy3ImYzOxQAz3ItMy9RRrymSxMAZ7H1p3lmyHzsHnxhZPNYRvUkz9aQMFlbOznFZlCvsSf4q
pfIpGRfOf6q3teg9dPO/6KRmFuHU1j8KszSqOMk/xaQhOqyJbqQzxXAiTdRjsRh4J+FIUfYR
nckkg5oDAvDDGU6WRtEEhlIz8SDEMCDCFTGDaAOR7AGyVblQ22PXGnQD92MK1ttGaRzDXMmd
YoxI6STO/fI6pmfUdeIRtNNYhj0kSxCCw32pyus+lXAqjaxwxizFIkm3ZwfrLHP12CU+hlla
OKCXzjdjX/mfTDQ0JI6rTSxjxpGP8SvrOnbL3p1vPjtf9K04buW22NmwcO8XttlXAqgkKH/D
CTnZu3fRaEAdDtw29kH8xg+zOuf+gPYjEYbDKcCaLfagkaRsIxhsIN4AoP2PGBOWG3LQREtE
kKC23YQw/WksxYuzSYgSOSOw5xQ+lIOfBl2uRwtI1vy4USZoA2wWjYEV4UadXV0LzwuvvSFq
k7yR33rpJ58KRYdasTFbEEgce/Vvz21ryQuTvOmMC4OlCtyXUYCGwEkkDZOb46bYL+LzOq9x
1JwdWBjBLdUJG86PvQA6gYugVbZR+xSFGEkVdcatC+R0YtfpxHEpIyxVIEMqKuRyrsyALGkk
ss9gkmBiO8aZEjPJVBDAsSoHZ3XJZOac4Y3J0kioVUnkeBkdYwBTrKsVgiMLdE2P5MZEqvFS
CK2ee7OT8WkDPX6xx2fQgiS1Z/YsEbPQYy7JU9gCTxs7GKAQoYFSQy6bOn5FdEty8Z7MCCCF
xTsfWhxkUHfU/kSBohyc2zFWKGKywVAZRJHJG0NdmR4lXAgB6AFooQsrhpl26TTERQaBsTd2
jrN2ji/HTIInlQyTyHJpmyGLsFi+pJF7PRhRYqJMlaLzh2JUJaQNXWdu9O7MmTySWoYpJBag
VIVkuRLktgM7zGQelL+RbZZlXPrONthpgQQMZw2abB12Rtn2CpYZ9umBx2ONtgQcB6lXcM0i
9jKu2lYYko6pJs7577I4KN1eCu5iFeSR4I2jDfZ21IQszd53Yhhp2YQxyXyGaaRsWUkRW5lx
L8Qz/Zc17vcyWdASxpYt+isZk9WZzDfnWXyz9/n0XCsHCrZtN9idpfOEjpJXsoEoNJIWFbz1
l9+F2hNO7k1doHE30w2n2xGgp7D8McLpz1LOc0zYdkDgDe1YkaGmOjGVIKrjDOjHChzoACm8
KDWmxVOuSVYgjqW0QYmJPnEyVZYY4xNOdq34y+gVKW5CwmJydyTbLCssZbETRSNuyRomQVGk
J8qtEsklaOT94xrZvPJI0pJgqzWHTzvOhHnsimYiGxZl6xnsqeGwkoTf/TyqgkZ7MNRAtq/K
PBgbJvPakIVaWvbdu88vDEFEJOaTDvJDgIJQAEqUxg6rGzZs7brropxEAAj0Cq7+vgqMO9lR
j9jhj0qJodOpcAHoozfIXWeROY5LGnVFUyzx93fzlGRedVXI6tR8u1VVrpL140QrGuwEUGDz
Y92poKUd/wBSay0CdEnsMznTBIlZlQebBSeSzblb6J/Q7hnleWKSRfp8e3JHElF2sf7AxtDC
uUUUsAMvxK9WsCtP0EIkYEHQJYAN3bD8ybAIXURQjkqdkKu8VNgRgla6FvrAAAAXWDQwMCoY
Y2iDEMjGsMKdXjTPpAHUMOhVvy3DKUkhtGeGlFH1sKnf5xEIWKPqs/Qx3IoVqRuGCo7SUqIj
Pq3kpQWWaRvLqpHFcttYJ+d6Xw6qzj1JY5ZfOrrHFZiLJBZDrZ31baweZIElv2/vrVInEykj
KkYjXJtfVc7DPSl7OFZmWsWJqHf6i4QBjEjA6k8EhTrSb2pK70CAfs5+yTchckEaJBUMBgYE
gAjR0rAZ9iuskJXGjYKugD2znR2M85yJqqoFkjXvHCcWP85llUkSMDXlSStTqpBXpQRZbsw1
YbNmSwfKpGe37FiP7OMO8VHJUvTpRd5XplUQKpjtU+8goyRRTMwjSQo0UnZHpq8dCpKpQEHL
H/ytymOEP2aIjS8Ywcn62ze8diAuiwRRm0OfGRhNsUBBJzQzZOb6qfhlBHQnI12fx31JwRto
hskEgLHACRHotYSMoyjflRfZPEqrDJ1JAGwFVZAHeOIKJ1j61nJkjkBHtXfvngh7y3FSnQlI
ODqWfWvOqPJL6MkzS06gjQ9hYsTmOJB2HVZYb8ZWXnKsxJpQ9hF9a/wDs63nuwMi9MhLkCeQ
ASOT98uPhBOPHrFWRwVYZrFOgqnD10Rshc2FxSpzqWxIWI/X/FY8SNguoxiX6CLbvVJB+JKu
uwPyoVY5EtVxHYo2P1bFeRWySM7iQIszktEhJkcgdT0WMK0g+qrXheezBX6Te0T9LLyoUKga
SXzkMUd2uZLI/wAShVrD7mjbcdG6kuevTaRGUBqrflJO6RN6U2/F9b9wF1XLPtV4H9S+LNVI
XkypuPJoVcCq7Z/q5MkBURxtIXozxr9TAnZO9gkdU0M+RojB+JI5JXULRBzL57I7xM4kABnA
DSMW76BkXZ2wROVVtqjrHIyOujvzJ+jfYUyWYOAO5ROiBS0jqqxGMg2z9lOhExlnuwRrPL98
fQgugGUpCsiFRV1oSFWUnazRO03X64pe1eSj6sbt6lB689VWaaFftW95hgXxassL+3bWOHzP
NnlD1jLVejLC/nBhPYiEqSRW4T+/NiwmV4VqV0e/VAeRCwZe3XCMbOc/IYQxzq2kI6wxLjPW
VTIoAk2XYEBWZkj4EaYUORRxgq9ZCblME2UbC3bFqTNHetWHasvWGJCMLEJBGFE7F27FGWRT
jrLVJdmMZYQMw7HREOs86MuJfrOWVXopHZlHaRwsUhOlTirZQtOsIsecjia9XRoqaFFtVBbs
RQCKuGCO0imWaSMZBKe8nrxI/wDsoMBMSkAZMja+rWfWwIBzWBTghdwsD6MEgJj7hFAUgA/a
TjFmzsASoIUAYOwEe9AMcb7CepK/XhPA6lUndI5NloLUM0SMrBtku/WPWTxho470kdizM0oW
MDHlX6GAKhG3XDNlFAi2wO0046wHviqDlh9I7bKFtPEWNSUCSB2SWSzBIjcisoMn9W1KyyKB
lqcIq3FRnlEj90y5R7xf66zjedKSPNk1/q5cbzpCV8yYD/WumQslcieAJcuqWMrDAxbCpbOu
lCnGTeLA4ZYgpSA7aMLnYqO+j9hXC/LOWBbFYNjKCxmRFpSlkBIKr2xlO/qYG35peSztck0U
dj0Q8xozPBX+la7M+TIettArVZAJUI+uwxIZ9GqAwKjCgBrSApYZFk8+01h3sKiU7DO12PsL
DiKOxY1jtvCTn5ZP687r+5MTJM5Xu+ULJEp9KPf7cfX/AGEZyeyGyZmZiq9ui4EAHXkgFgoI
TqGAC401dBJaj6fb2xNErA8iL59pyPMtEvQtRiSJkz5zsUxyrjzZFjnKknf4hkUtA3SQhUud
Q6ptmJBClsqQsmXCFh8+VCDrrcPUaByOVWryykB+XgPUB9tKNCHq6GuRJUX61b8VqghmXvH6
kTpFZkBG8VSc+s4zEjjbMMBIKBdxM3aXvnc6ZmIOsjiibGWEZojJWOa3nc52dQZXJduw77xA
2Vqz2JBEkIUtp3yCQOLNCtYSXyoEyWjZBWKbdLypWLT11cFCGbcr+nzbnjMMrbMPYtMAzVK7
yvPCRWlfvWrOYjGyulqJnxoyBHKUVySHQI8CsF2Vx37iHYxf8oQNqCzx6Ui4Yr3tyE0nO2hE
LD6YGb9XGXYIJIRyCMUgmtzhlVxvWdtkIxI/A93GJbYNK/d2DaU53/hRysbHFU78mosUbKi5
Z9GGEpdrytDJ98vrX2qQ1LtiaaGFGjtJWqGz/wBDblyiLMk9q2iiO8zySH60nuSPh2TXbqYY
A0NOuIwyhl6sZpa7oKMpMEkZ7SxsoBYsVDLZTq8LMFf4bYEXAQsWQDcfAQfjK4Po3ohNUsAx
ysxBLAnZyQMF/IMkyjH0Si6MUhQ6ADMhwdVRbIGSSMzAkA7XDwF7EDjNFiATiKN/ZGoq1Wkc
XY66G60reiHmSKR1bxZlEXsyTz2PHqNkYCJ6FQ2Yz4SxGusaJdnkMnnwxqbl9pWSQknWBQUq
CWQRv9QXbr9Zr+jeAMlNtSHe7YJdgUNKQsttdug0C3B0cHZVqFiYtFlbtjn6qlQCW0vV09aM
LbJw9tdhkj8b3gQkAjSkYNk9nAYcFm1xnxn5EHDvS8gKMGhiaAXbZTpBmkj+tJkkGMfwaztZ
WTvSnAjmkEslOVYooZjKuxp0jlS1C0AhrtZs3Z0Uk9sRfwR9nuFWsAMll09KQsfRiJiI+2qr
fXN+LCxC3ewAslaQobOxJE2w2mYKQwLEVgSAUjFVC7em3WCpGsafad+/GFkC7xjrNJkigDZw
cYhG9gN245KhkIZyCWbagkb5KbwnQ3oAg5obRSch82KOFT0mQIVsV1sLagKQS9lbvtq5EWDZ
McrKKltER/aptkUkrw2Pukl+lKkMrAlgNbUBGHYgaps8stqNIpa8jjI5BImjFbux9GiVhHYW
QZLGzsgaM2Dsj7C8YbqrghHDGufwV+xpSBcnf7JYrPYxJs++o7HqCoXOcZh1I52dAgrjHQ4Y
EBQ/+I1inZTr2wjQABXWgOveugaay/SMDtIjnv8AZGDYLA+pJ/8A1wBWBDgxGXZD6VZNef5s
WVbCIJjE8c8LAWIymINEhtRoOwbWeGiva9ZQjQyk5WL79GBWrK5uLTmLrKo3bTrNO3R5JcTf
aNl11AFNdyPY0YS7udottysdGMKrTGM+xIJIwN4VOtnCeCNZsHOozqBmzo9hijeOOe2iAxxe
ykFtb47gn+15ygvSaV5JC8rg17Tdq6GYrWTt6HmQy2q3jRFn8msmR0YIwleIi1TUYysi7LGv
PDGJv+gQvZdJUOhiLsRVwQ4VR58pR78wYVwe6P1Wu3YXwKFiDrIsREiyJz6FEox5AYjBtgxP
VH0ikk0olUx1XXHgJlZvrVppHa9IGUoAQDrZwkaYcdjm8X4bRw9Nf44ADmhvROIpA0NsvCDj
g4oIMLlccqEnn4plXlrmFclfqoUsYCEyT0qsZht1Zys677RsGqIxuVZi89b1GlWlY+yenJDG
5IxZwCkkjyuoGRhY45F2zqExLJUxWnYTamjaF4DSt942AlWyF+ueMqxIXOzbRi2dwchUqfLj
Ja7OFRWJy1KwKlgtlj3jJJjhdh+rLjfiDyOTg/AknOMAG1XeEDCF0V7YgOiOCDpWAC4qtkcR
LOSBNJtoJ5IXg9AMzewxMvqPqb1bDr9jvkEjw43p2NL7V5R5vuzTCO9E+GWuMmWuxkRHz0q0
UKhADR7mRihdgcd+rTybVX/NLBDJYY5HIRkrqjUvQVhMgZblZzkkZB2MQt2jBGUYvtexOlOv
+w8zSzkYgLvZHRevbIY+skkaqu58bRT+96PGAtnU4fnego2YqO4kqxJAVUYxAzXbKlMztQoR
bFGoJ50RXuyFI9ksynoqDN6Lb0sSghAzef40Ey+v56V7LIy5UieVjWngwkfS1+XX7lgmeZpU
dQErylTExllbjNFzJ2YdMkQajULin8WIbJF6NB608AksESXaSBTkZYNVgE08deKrDZtzWpJN
x4gLPHGFy4ZFNBB9lzqVaMpn79zCePy2W4A4B4LbA7aCsQigAEiGdu2TRSK5BytSaVqNVoFC
4I9NbkjJtSKz9ScVgEJBEhGwRnYDPNqSSyRRiOH2Kbzxx+NJIKFH9aOzMe7nvGyjbgLkkrBu
7uIiFWqp26x9VOyV3jRbD19lYwuSrMRFGyxSR4Yx9bBo8qTwutyqFeONpGpVDVi9a59ssUX1
qlZ3ZKbCKR+hgu1JIB6orM9mjeSz5rh+s+EnfGo1G/hiB1UbYAllAGRxGUwhVZiO9OONoWoV
yFjVc5zfDyBYJZUybZMSMTKoCudDY0N551Bp5K1dYUA1hHCrrNHLI/8AVf8A5zQuH/IgrslO
uAP1hUxkKCU2HBxn/LkuXUYJwAsq7E0ZCBWV4UMaw9bQ877V8/zmry+t6O1rVpHEcXYgawkt
FcBSNZEOD8isU+kuzIP31yRNIFOdCW+ojCvLBcjD6iqyuIYDHBEO0lipKrU+ID/HYASuEitW
JP1Z26xqrHEchpHQrIw2ZNZ51Z7MtKuteEZrByMBOWgS8SkhoI92UFdm0zdTqkFIFYNi7Aru
GxUYK+1YyDbxtJkiOFXeFyrRMegYExyI12rLGX9Z2girwyTTfgqyWAzDeo129/6wzlSY4uxk
RkYkHPriyVciVQ3VhLEqthTQ+gvggNeOvJPIv67PXi8+SOx1xYwoOO4VJLA3NLIwml7Nc5sD
aqo0WBIVQq0qz2rHn00qxAbzWaGhmudZZBEsBZlOuvtQFsjjYtHUl+ur5kwMaujegVUUnjVJ
7KAVUWy8fkVys3lqDN48iJNGYHmK/ZEzfX3YmSPpN5ltA92V7U0PWNLM66ilG2uKRVcOl+x9
k2iFSRgyy9hPGN9ZcuaZhCfrljaOSAF0ih+x2lBytRkMgUa4117YOCRsHjJ5iXddYJ49zTgu
G/M6C9ttvQnIz/n4FWEcYM3/AAPjk4w3lvaywEAyEgSr3Apqklft0rxAmQVpD7NeP6YN/XKS
ZPN/AQEmPYyVgF9RT9zDnYGRjbkqF8qLvAxJuyyAGTmQyqiIR2NgDK3mySixQkqsY+rrtSxB
zYwxN9xSUm7BuIVzHAsEsjw1BGeARzmjhBzRwY4JFg9ZZ7QKGXguxZFaR3OgAd9+O2z5EarA
ow4M1nxn963l6PARva9e47HSPL7taGOf1Z3Zrcu0tzstdD1rRLJJTj7TTzsmGeRhHN3T1ZFa
QlSwYDIxjyaXwlb9Z5C9t5QxACksWMFeSZ/N8YRCRUjT07ImwISSwOPGc7zY0CBlTJdFf1/t
wJoknZO8TjCd4SFCyo2cYw4uydZNjbOWdB2LD61R+XlBZPykrxL38oBU2dAk4dYD/I4y4neA
P+KOGiYKG9AygDuxPbtFVllaCv8AS4kLGrEoynCqpaOpVcnEJVbYZ5+uFuxUhQW3J4hAoRgr
Kyt2UMAuyfHQiwMPOXKEc5HkoBb8hyjsy5uLG1re8AVSo1nGHnEGs3rCeLlo967hApVg2gl1
z97s2AM2Rw9El31J0h4xGYGOQg+XdjUrIjgZreawfxvHHZbUf1TRS/WHbWWk+2H9OUZX8+We
Sr5C1hcUg9uaE3Y0rTZYrmQqHXJWKQksZHiPX6jGCVZK0LOyRtDVaMhVgBMkPDR9T45LWl3r
eNyZ5JY8Hows12gts/6SbJCqj9r7GhiK4oG30BBITOZFCpajbJLg7N8/lKaydUm4SxrusfZq
tNpglJYo7dTs76XAg7axidLLoU7iwvT9SOYRsHUEZ/fII5w8ZeiLFiENmXatKWr1oLkx87zZ
I2AIz0KTsRUIevVWIQxFXBIij0c9WWIZ59us7GjC6y0Qcn82QmKmK5jIkeyyyNDCMkiG7K9T
4PMwbRlBeOeOzE9eR2ju01nWvajpH/bU8NqW08FZIs68FlQNf7vEyLj2+4Z2ytX3k0RfIKqo
qKALUoVLABepWaeSGCKJD1JsUlkyz4rFX8+ZGeGZcBbAN4Y5NeY8yS0yWiGfGHexvCN5JEJE
vw9MJJRCCPGCfZ8YDyyhhZqMkrvIjQuwEM3Yy/hkldLGXq89Gz5HrJYh0CHhTLKp9nYqgHZ4
Bwy9haibr4tYx4SFV7tZMtehEyJftqYLIlWWjWnP+opYnmsjKNZJKscdi6ZT2IKSkj69GOu8
jwxhF+vbawEDLCbazI33eVruOf4I4Kgh6sb5c85VilptGwTQIAzzq5leBekYfO2KwOH4wcZ7
EGgFBcHT+MFGfOfA3wwBz0CiyLMyNVkByydiFgV9PzY7qasULHnenHZit2PriWzJI88ZWtEo
7x8AHh4kY01CLbuwhNtLIKE7CevMVT9qF68rtH3OH4y7Ydzz2CMQOXrwfaY4Qmdc50DwFy5N
9SSOzP5iAIpz+t6w84MmI+q/Z2UYkRVzNJSrLCg+NZreAdcJ1g+N5crrPDNF0A318jtgwHZP
GOdLecu4/wA65IyVS0VN/wAC2s9HylsNCJaszCxcFfy0jN0gQ11DPo7bqMVixqKWSarCsVNq
yNJKUWx6RGTeizGC7IV+7GI1YJWFqbtHNTePCiqkUJMscegDgOLzhw8L6VnsWT8qEQCAaIxj
m82N+ncSCCSUyNSgeeSrVSIIFGAYCP4+MODNYRnoxGJ5PjyHPcYBh+LTFYrLjpF8wqekY7Q0
yCxG86nb1oHKwRjOuhe2a8KcKu2k0FiYjK6soutL0kHYgWgtSVS8q1klRajL0XGYKBIJGCDL
UeyRzVG5NgYCDg5xToro5Yk6JakLT1IGc14+i84OMZgcLhRe9VohatyymCN5no0/oUDWKOeM
2MAGAHNbHxgw56MKNFMql/NZVlU4OSxy2f8AxnJK1kJeJdLENRpuOZTxo6ODgHkXR/5wsxz7
OoDFnicCZrlaMXbMUrxSKpS1Fn0VpGswvFkTZ+OXLB71ge4+Zk7ZYUdKqBQX6pCwkX4wfOzv
05yWFQSGtXRE0BnH8bOvSvNGs8zvkKiSWnThrqoOwNZ/QxucAAzZwHef3zoE56HEEwCzVQA8
Ldl+P4ucR2fyNRVGU4tqNZIgMqHjZB7ZLOsSw+j2NkAxklWaRtxMRlatHPHJQeMsoDFCcVTp
ZD1qThhZrxRS6GJ/6SV0/LWEby0n41UOW+24NhByBsCWQRrO4BruesCnqf4PzKSB6LuXJJPi
0xJMNkqMOhnydgYow4ANKMIw8Yc9Hf6sn/1gjIFIjr2Otki4SUlBC09RGN0KdhsNuVP4lLAR
1ZJsipwIJAGWww+3ezF2OVdrFJHYkY1womVOq/MkjqonY4QXzocgrAIiqmDnNYyqVVVTGQOw
GADDnpWOj/arNWgVnUABjoMcDHUrgD0WDZFEHk86FIokB7D5bF3g+fgDez/La3npAmuU7TRj
olJ+Rsgk5KCyzKmkCdixB5J67ZRmzh1k0l9JIFmZOAJD2kTqzIADXAVJpYYVnjWV3hGpIDEs
q8RFhgck9FztsAaI1gwNvN7wDkDCeZpOkdyYtIiyHKUfWMKMbe/7JyTXSwVaSurfZVAVE65v
+NYo1m8A1igH+W/j0hutrrMh/CKdIikqsp5DLsWgisG21aJSnw8mlxTvCcJGEb/if8UCn7UX
IVDNYsWUWWGeUUa+6/68YyeskiWazxN3KGMMW1g1gbnk5oYRijANYTm8nQyRXKrZQpkZHwCT
uQnO2f3LwsjflA471f8AAazWgMUDCOBwcUfydZ85cXtC8YWcHjZ71EITWsP+NkE4vM0BCxEj
cnCg6w/wNkDsMtseo/ziU5FGAxRBj3FjaL0YCP8AYVis99jgEMhkROsEpRfsw8YByGAz+9YM
JwHnORkqhmzR0MkOs1hGejIUhJ01aTvZg7BFPIPIG8AwnX8L8g4Tmzlhiq15u62FLRTRg4D+
MCl5lGhsY/Asx9hGm5pLkUAf2Pyi9Jpo4Z1lXBo4DrN7y4x0qjvERuNgXGWKqubUf0t35jgk
mI8yUgUniEh0fskwjFAGdRgHPGEgZveaII5w8Buc6k4BoFxr+yCSQSPXmAkY8UQ/7MQPVBiq
dgc8AZzgHOzvZwZb+IAVL/FsaeXYkoqDKOc0dvyZnVY7NsZ+xErR2qr51+xfFlkD6Gdc3mxl
9tONnF+KzBp1AxxrPTHZwpVjYKrHfnXI7Ec8VsKq7ODel+QeThxuAPjOww8gA4CMd8Pzh+OA
PQSV5khLPT89YRGDsIuh86Gf0M3n9D41gydtsgxwdWYgTPrr58nV13ong/PqsVSxOQSQxjjb
daYxGsFM+9BcIw8Lck7SqpwkhKDAuBxNIQJEeR4aaMLFSBR+rWfBVsROY3lPaTB8g4dbOhgO
8J3muRrAN4fgDGI12PY585vD8WaZlaDzo4XUAlFzWKCMJzfAOa5AwYTrNjTDdiMcHnJ03l+N
kmrygMh/E7P8evKBlpHaStXd8lhdCivvzI2K65zfMzdY32WUfjICcoL0K/E7KgdXfKocCRFZ
LaR9qlzoqvXGfZHnII+eMbN5/XxgbBnGbAMh3gGgM1vCOdDOM1nGgeR/JwnWKN5wP4sc5GNQ
ou3UaVhsT/HoRhq8QJMH+BzjPUj7iSuQIK5jSyjGWtCzmnCYYD/BXLsn4oASzAmVvxo8gDqh
jYPHEVJHH92qazYKNmNXjmTOjfwP4PwMBOA4oP8ABOMyjNkkfJwYdDAO2FWwDAM1o4MY7wHY
+So1gGaGSr2w/iseug/x3ky5bBMGlVqj7j4w7GPGHyWthUq0lMtnlUAI5GVc3vNjDl2TbRDY
mcRJFDJOKtcxquEZrecAMd4SFBtV0w3K7ZuPPgD44BkdEWOVZBoYAMGHGOStvOAoOaJCg6IA
wDQBGEDADoD+P6f4ReoX53g5z+z8yPkf+OfBm2cnQGGU6lpMFA0cOMBnXsHgGNXJMLiKNiWb
nY5JOXJgZoO4SKpLYMVXpiKAoAUEkqPg8Zrl1VhZoSkyV7EOdLeEZrJrKxl43neGIR4FAwA/
wx4kOcnDvSnhQcA1mzs8leDgwLnx/Dn80lTB/A4BbWSfH2h5E5ON8vvU5Xq4BsJJoxHshOsP
OKmgy4RwF2ABh+csS9IpCS0Uf4RxAYqgHXG9YWBA1okbJzrvCgIsDY/bOa3lm6ihYJ5TFXRM
A1g5zWsbjC2sZgxAODAMU4TvN8ryNZr+BvNY2SODkUaYMBw/BYYQDklZSYVcYfk428tDQmdP
sWTbU3LR6wjQD4Ts5sgc4ARjHLsjNjHbUzvBxmwDsYygnQIAwgZrngZyQ67z9ePJ7LECGNCt
g7BOlbeAckjGblyTg1hbOx2CDnAGzoDP63nJwA5rn5MzlVbuTX0FTfUfM1jozWgXHIOAcnWy
MY82RuOYMrxDtJVIUgnbEHN6zZzeDZG8OTP1FljqPs71IyFUjDo5rDrQ0Bsfwc2N7OE6Gjkt
mONmHFex9j6BAGDeHgM3HYksSAOujoYmbBOs3oDka0Ac7Z8knqZpQ2aIEKAgcAZOgbPpbtDv
RwA4eCx4J5lBK3IiDXVd12USb4HObP8AHbQ7dQzcfYcmfYsFtV4wDXAKqBsjkZrWNnOg2A7w
KN/2eT1x1jrBIXnkihCfwCMJ4LYcB43vNDZI/gbz+hrB8bzWbzeSOQqKzYo7OhAY/DP1SWZg
EmWSaDt/OsbWjvCN56MAYQoVyFT2XWupOa64WOkQtkv/AJq1hjIsnLNrJRzXi7tDEFTDxhzf
D/Achwc1g+N/xvEjaVkRQRsknQXJG0DgHBOhsnPkZ/SqSCudRnIIzecaOhkxLEKdRroRjJ36
hz2S0h6VIiwrNx/Q/gnhhrNcPGpwxKMjj40dc51O1XAuh6DaA5KzqGf5cbaqv4odq345o71n
GEcSJxGSMPOAcHe9k5s4qKAVGaGfOMQoLdsOjgGwdDARvjOdcYuEkYSP4B5+M/p20FJLEYF0
oPFliWUbWxvVbt0rAFd5/XGHWHezj/A0c+APhCGzQxCO3GelGWA4IOpUXtiRB2RQoQcNmhjD
F3hAxhxIoXE2c0cODWcYdDO28HzjHeED+CeNbB+QToAZrFzjCcX5ZtBecY8S7bOAANZ/crdY
nYlkBC2eEiUCGIAKNEDX8axicPOPrABnGx86GyRtSC3fWSosquCkutSxg4kYVVXhNaOsOv4A
5J3kjMub7g7UqxI3gIzZxsOKDhxsOt/IYcZ1zWsJ1gG86kYCM/vR1rsQMZjh5K/KsudtGxKB
kI7SjgTvop/81AwZ8YDycYZoab+CMA0QRok4G5I3igHJ6kcrJ5umFNRnQBdDFHAzeNvAThOs
JBUMVdhvF4JwfOxh1hGa4I4JJwg4Pgg5rj+AMXYw4M+MduEGgdY3C86VQAfgNo2H29VRh3jE
mVQxwbGaz+wMbCP4K7xkOaOEcb4ZToKc1g3ms1o8ENwB8LzgwjROjmxnxj/iXXeK3Guec+c6
4TrN7HYASONYdEcDNjDrAc/teM2ubBwEDGPDcuBjHhjsjZbtv+CCMcbkrKQjj8V4aMbxdEHY
wEa3rO2BhhZc2DhYaL4W3g+d4DyGwMDgYZ2GFxhYHBwN520SQQRoA6ztjY3+AlKspBBJ0CM7
5//aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwAkH0mFyiOqcZElAnA2T/ai/vC4
m05CblOjugRNWghYzqpIdcoYIAAvlzhEmVC7Yq0kDqrUxSta/Yq8gQc1PRGYGFWwPsRfZRlE
EQJUYVqXJ+XeC2VxpcB2i5YlAivK5AeYT/3VOIbWQUfkgFs1LiUKiAFHj1+iQhftB2G6Hc7l
WqMyi4gYT1LAJgHKpXul7M+XRJ1Lf5e4szqmAJ6rsvINVfu0AtQzl7fwo1sG2hAVjqnaRqiG
c6I/+RSxgcW/mXzLdoEY3XLsAUrEHH86JBBIGAUxDHV0ze5Mx802o8HFnGeKyR+Zcb7ZTliD
7EQQS/Rf8fsAyiTVkHPEHJVOyBUcQHszFwFyNwBtK9NhYeX9VUDUE7rkcNjqn4xl0YZ12Wli
Sdordd3tjRh/lXYYnlwq/v7ikMQvsQJLF8FOyLomYVgbMwdzoEPmd4WFTIAu/wDCh2+zcE1A
iQY/+qvXQWA3AKc/2pB/HQD/AOJfLHcJs+Li4P8A/r9Cfpmt6iw1BCHd7YFSbAMOotZFSW8v
9K496974ALuq1o/B3b2LogRA1Vez/cWsDWAWJhWp2qm2gP8Auqj3sWd9CgO92xYNJArX+Wit
WgIGnkhcWL1kDqiO+OQLMQ0f5Ko/K7gJeAfT/GvTavLVPahsd/8AUiTQabFYDGWZEsG3GQiK
mFhZdEke1RhAPBzK5WIqNSS38SNxcXIdhWSppZ2fH9Kq8N7U1SxzylPNvavXWdHRqQwKHE+x
Bi6e3sCr3AGsMn2LuWdybQV2qkEkUrP76e0vgJz6QNXTjA1USdSEHldNk9LcSdtkcmz5XIWI
t02T/wBx3Xb7p+IL4+A/SDLlQ1u2SGLfurp9DddEe5cEgbL/AIqkW3LIHujkOjD/AONN2aGr
6k1P8VET/dd2te20cuNZ/coqdnsdwXIu9m6C1VudVYd6nOuS/l+iq8O3xJfBt/8A0XygQZd9
ccfD8y2fTGFGT1THPWVrsy+FgNk4c+xYWZ0C5PxHmuIuTRi4g5Xqs5GNFy0OAiSfVuP6U4nq
FjRAlO3p3T5GicBuLT5r1k2GgyvmV7ZqB97WUal3Ib8vShyPF9UA7zlkb1q9TqmsE4kbMnwM
MUZdOddFy6P9SuSwcnJlUGoqBP7S2fCkwNESTDaJlxTgO6EdRKBgOokiFShgF3foLWQrxB4w
IXpAG7D6RA7ny7GBH+VC3d7rVMicr1lhpqss+uUBWX2QPFuiGj5Ceqv3O7cAmzcdfuo12y43
VB2xWlxZ7ECTFkW01Qj3aoEyPLCNhAOmyBfzDSjJz5JiGDs7qbvqw6Il5HRek+abPVPYYQPF
gEOOycCTkoE2BJ0XwHO6cF05+Ep6wdXUlyEbVqOWHTWPpO5t/UhYsWIhzKbjxsOm6L3Au0Ah
kTYvSCi1mLocZA1CcWjYZTiSnOkOq/8A0x9iFBuJUg+kAEo1EPl9EBlkxLLQ+amPJO+NFkDV
cy9qkwdHQbOyoKVe0s8DCHzgK32qX8HrJ2WGWfG/KpNGkhia/prkH7navi35WTUHJhI2/SXz
Bat8HjV3b9qtEQaEdGKe4bz/ANSYjB0QBGiJJIaAiK3pXi3xFnddux7lb89KkkCERsmAcFC5
+DcOy4WAInGVAKbAGpUStT1Cc/mXHDaotkamF67MTgCQmcPgL4gwRcZRLsFovTJKMyMMns5B
RAJnCZvci8jdOD6YDLkG8zlHj8WhEIdi/b53f4jt8X3l821RWWAcfwp8dEQJPkuuyIeNP9qr
DgdsfZVUAEG4+1WrUvpleqrfpdV0OE/1spLvuvSXHVGMJiI3QoHNROwdY9iej9urf9x2Ve3e
5vYZtY5+mxkHRHt9vsi/aLgBwG/DxryVO6Kja0jBXIwNkTk7Qnq9DUFyTX+pGos7FpjCDhHM
/dCc+npogOT1JcAwoDjdV4dsdyzxUkNhEXJqMmrlv4ka+rGdEKOHb4pXxc5xJUuH0XX6kA2P
Ynb3oyAvTcP58U5rzAwXB/mXrBCk+wynAc7FZHuT6gomXOTomlhgqPetAjx13X4j0TmpHVA1
0xCa4cNAaY/VTipD6NC9XtAlQW6EIF5CArI1QGR8sfZVCwMCz+4okAFi7kynCAfk2yYmX0Uw
EXjzRDwdUC+NFXt9upMydAn75JsNKlghQFhXDrhtromoXZfLuG6pwXH0+Oi9ZI/VI/mrZP8A
MvH6v/8AJd3tgvwvYOdqnigO2Cb6bYQ7lz/yn7oTdzt3q2HqW/eQAvSz7F2/WTPH1IdyhAIL
uZwqU71BxJa1hB/F+Jf3Hc7FqceJYWc2Ppr8PrXrowaDhAgEeaz5lMLCz7KWITziFycg7Fkx
+E66okWb3Jh6gdX/AKUCxJ6LMLTKMSU5MEYZdEzuR7Fly6JBdsQnhnygTIQmCXACBBYCAhy9
hwiWzvDpjSIawL6I7IDHmv8A7Y+xXc+qf5UXMHRRDpsndTlBy666+SDEBkCZ296r3LQbP7kW
k4R4hcgQ50RbVn965jZ/rqq9m0WdgfH7fpWfZd+2f+S38VlUgRP2WVSYcA/UuB7tKiQXt/pQ
4d2vcF3t6cB0AJGit3P7i/CtbMRjT8StZrdwEk9uoP633l3AKWpU6H1cf/uIWt3qtWBRpZdN
GTNlczU5d9F6gAOko2YjqmErdOSxGmU5swmELGzf+6ceodFnVZDbaoghwcDZEjTR04gCU8OU
S5+wI8YCDkEdf9qkA6QE2mwTGBoU1SH1cochyBwvTO6kOFxGeH5lc8RzJI5a/dRcuRomJQJx
uMr85XktyVPsCpUxVw/k6p2Kemtas4h0TZ7SXdGzD2otArP+3kiaXNTqbGP2Ea3P/LQAGxGb
PVduWJsAa/8AoYZEdF32xzs4/asq0AJsXYO2ir2hXjUVDESP37IfOt3aXOQw4z+t3FSg9YNQ
QT1TF+jYRtfunt9sku2TX9ZfL7V6g1JZ+nK67ose31EWOPu8680WDHZfE0gMX1Ve7/dd4SAW
rElCnZFO9V8dwyj3K1HbbQEWH+VEA8gQnZuqMug3rKJu9dtl8sWJAkbJuTLKcFhumqQ6JOTo
jytGwTAM2qGC+UwgHTT/ADJtNgnb09U/2Mhv5OvUeL/l91EWmowETUN7VBZVpYva1Wb2Lu2s
9LTYVyi0+f8AqTjJUn2IB/ctX2KmNjJTu56uELt8JBOzD4kPlhmh1xJ9Wp0RrJHRORnAC+EU
6ZTWs9joAP6VTv8AbLGhBsC33VW9ZifZ/wCgR2y1tHld03IL3JIDZeyr3KRYOx8/SqnuVqIj
0j/5ULWLthhWn/6+KBvY+gATsAnBRr3TzsCXoxw1Ue72K1q5JZn04q/9xdyCZOn7i537T9wE
ta3w8fR92q7XcrWove8mufv2Ve2bWOjPn/MmBtVsMuNu5bjqCvVafciK2B6GUecFoZP252dN
BbZkCx2WML4SmEDx3Jw626BSDGyAAb8v0VM/apdAD3KBClyyYex0cMRsu5e8ChAg5fkhWrlt
bSvkn4bBjG6Pe7NjftAO1iOX8qbCYMZQw2qI7tzUaFnT279rV2qOP/7K3Tmtu4f0jH+WtEa9
ugoSGcI1qXGeTsUbHuMScBFrDiMkyV6KggYJKa9nOq+FzoU1QKgkAh0K2Pp965dyxsQWZt0R
2u1UVeCXdlTs92gHMs4fX6DmBumLuYwr/KJ9XqPn95Vr3AbV1A8l2+8aGlWYCsI/+L/a1tSp
m17Hl/HVEcRRz8IwEeRYDZdz5lXHNgdfhqrdi1rVoCWIaGFrfhVu32u53C+QWb9b4VXtkHkI
dtwv7XtVxycgiMKvevyqwBeu5C/4jfuEZN/9qBIFX2hST70+6g+pAO58kSXq+ynH1o7L61lg
hQnyTEwGjRZ1QiW+pOpDrDLiNB5JyfzptOiYQftRACc+qxXbPboKmwnzXLuWNjsICsaZqHHs
Qrbt8wIJf/SrXoGrcuB0K/RGFGhXw5RNLEHoV8ZbYFA17lgAcPyXqqLtnQoWvRgRoT/Sm4wU
4kHohy9O0J6g2sDqGCNrSah2nRGn9vT5enIl7fwom55E5dMMldr+47tgKgi3HJym8eNw4yyI
rUNrCtwDM2ELEFz1VCzuSZnKgLna3M9yRow/CvNdztt9/PnVCncmneyG3Fkb0PKhaGmf9qYa
oGXBmWVBa5IYNU+SFnBAzCA5N7HRBDnd02H0XEwcprSU2KnRemEZEdFpl8LizD8vUnH1leeq
lxsFJjVlBhRnrH8KHL6kxMZQZ/NeQyi0KcDCx/iu2C5cllNiBqxZWr235DbH7SkAWJB2KDa6
pjlaBEkupM9FYVtWMAvy/ZR7VskRlcCTOyFq2LEBsom1iSIl01bkDzIXH5luklcB3L1I1BsE
Te5sd3JU56IAg17bPyIP6P6KrYdutr1DcmlBoCb6NyYBMMjQB/NdqgDPUE+1A9x/W7ANp+va
iDdtuBLEyWQMBdztdnuHt3Ns4Ej9H9VVN35UMiz/AMyr3LUAuWzP4kXr6h95M0qvJiRoUREn
Awj3PTUDQkj+RbqB/imJD7hA6ark4THJ1CLVrfpcL4K4f2p1gB8O4R6+795Bg3mhyc9F8KGg
OQmHvWQWws+7KJJCcfatw6Et0XYlgbWfqjyuxbAIBRFWOJNl6yCRr0QEexea1BCalTZ9gT/C
h/5F+T4rUt+9y9aHcpRrDBNrH+ZV79avakEh/h+JUuA5scdQv7e1qRalYI3ry+8iQAKnRv6U
GxrC9FASNXJRPdsBDsSybt/CVQ97tCxI5OTYIdvtgPDgAYQryAmZCrYMXB+r4UbWLIgnnXUa
oEEeW3gSz9Fdvu+ltlSmcwA7sLKtRAAZUp3e18w2fiSW4o2FeLy2iAZ32XclmsGB19N1821A
bgidfi7ap2agcBw9L7+pchXj2iOTVr+t97iuUVqdbA/0rkbVJGgQsBDyGhAGooNWglRtquJD
gZKDBDiAAYK5EvOFyNXGwTCvvlaZW+iL4CYkIAF91odnUT0XK2gWYX1BbHdTPVEmEwLNqEGE
2/2rtGr+gEl2hxReoubB38MJ2lcKA2J0Gy5f3LvkduJ/jQp26Dt01NQ0Jx6juVtIcq3asXF6
kP7FVw4Fxap6A/rLt1LhhU1I8kaVJNRg2H9KHINUbLtntki1wSR5Ll3bXFCfUfwj4lccuXD4
QfJV+VxIAAIOjfuLlyHIwfL9pBvi1VKknj5r1FgMJxYDqh3O0xsPiEsX+JObAS2VY0ILA4lf
3ETzs59tlU2yRZvd4AFxajmpHUK1C/pJEqA+67ZoHewcFFy2P4qLlctQcRG1fTyQ/t+wRapq
ATr+l91Dtj/jAzYGSvUYOpK4gsNdkRX1FSGImF6Xx0XrHvymAcH6lIYnzRDsBtCLEsNfBwMI
NpkbI/aj950JHsQ0CkOdEAKgnZSGOoR2GCvSG6mVtug0j834lTu3JrQWcBviYqzDAKsH9Qdv
emQllwrXkegXbFagX4DkWl2RdySXc+PAZLfajyMVP1NVHiQbU2RFbekOGXKwB3JPVE/LA7YL
cgdf3UAQCA5CrQWagqIGitYFyUJJKFrO7YR3GhlkbVANmym5E9E9rOzMgO2OJLSFz755Ww2I
/wAyNaVANmkkn9301QsLcgJAbf8AS5KlRHHmD+7Zcb3AJliqjt0PcYnFjUftf8apU9oU4F8u
8fqpgIVe3UE8iyp/bVcjtD1F5Njx/pVbXryYzV2f9pcu32+ND90F2/aTUBdpcugA8JiXfRA2
DAo7ALk0FBi8wmZBnK5N0cpyc4WNFE7l9Vo2uE4wMnCOT1RJwtxunPuTgyiQS+oT2L9FIbYK
ZQ7ndry5BxUgNldofDVw4EBn/RTC3pA967nEBgTIUe5V7YqSCZxDfrIcKgFmJAHL/wDInoSw
2K49yz9SoWUe5cBhl8I/2/ZuKVl+Ly6sBck20VhYkE5XygTZ59yB7E9qw5WqWI5feVQfTx2l
3Q7QZ2A6p7DqfJRg4QJDqw+xQGCDCTlspmNhshUDgQACQZwntX0jNiv+Oo5aFkTe3/GQ3E4R
71WHdtnZPalbHcgEoV747dScDi/8FLqv/jAcRlqmv8nbX2IEFrA5Tl7OZK+ZTNsAp71LDZfE
ddMKCQvUHrX1XP6IQ7VRW/bLuCHWITNyqdV8M6J7ZOAgO1R7DaIVqXi1TIK4j7F8RRdmUZRB
BUw6arjd8Jh9UoEhysMBoEGB6qAt02xCJMkQCFmaiPeh/wAg5kEGVa9ByAwuHy7OYYA6qorQ
ju2m1jJn9ZEVsa1BhwwVfn2BDeqB/KrW7NgbDDZ5Kxu9bBh6g2i+JyrcQ5JGJOUBxLPOiFqg
1tueid3vHRWqSB3N03zT5OjWtnPm6JMl9cKHkKoPxZjZNQw+dP3kK9scrHTdD51ZIw+CiaDB
j1f6Vx7vYtSxM3Yt+9yXpI5YG/7XJGpsOOw/0qHtbRc+/wDAQ9AIn9n9BHj6ajfCsDYGggQr
VFTcyxd3B/Cu2L/9y0mruwUy6rzDvYe5G3dlyYBP6a+R2mFKcWHs5/H+0nsBe1iRZi/4U5AF
SWBdOu5bHc7h4vqatVWFhl2boiNFxaT5ohiKjL5UN7Sj3O6QPu18lTu0sD8wOWQtVZ13CAjK
JPwqIGiDhwd1MBBnHkvzo8ZQeOhUr0yoqThCuSQ5813BqXhCtckqnbZxUsTuR8SN6UobAO5E
4TEADoP9aBv2qkEs/F/51Y9mtXMgflZcj6S7hkB3SxCAqQxCNCAfMOrcKjlaDCAIYDLZRYek
YJVTeH1TBrAz1QcR0hcKEkhEu5aQUeZIE4XFmqNlXu8WDO/ixDomteNxINYKPb7hI7gZq/iq
ufGQgRBfXRfLrNQzlHU2Lshe5HLQLtWtkBthhRV/zJrQQYVYE7eVl3Q/qFkGJgu3+1ODU2sQ
fT+0gSzQu3QaVcpxkBcahy8Puh/bUrXmZvZpzy+Ll+BV+ZWp7ZI5Rp+8j8oAUAdtlxqXFYZU
GBUIhZOyZ3L+aOpXLTZHEbqB0KmXlODx81MnqsN1TEwg8lYAEMURJ2Zla9vvI8R6V2gRLOSj
eWYCegUHiOqND5yjft26xlDt3c2eECR5BRDITCB0ElPWCDK3IhB2CLB0KGH1C5E4z1QtYEDf
ojSrzhwhUF7YKpU54jG6nCa/dqCuNe6HOE1bAk6Oq2J49ygFqHYBHtd8t3Di9mFSP2Vbhepe
TxlW20dMXdAgmSgDmufND+47BBqH50nkOI9X4/wqBj2suQuRv1jij3LAtYwUNNggMAIOQBqn
rPCrN7bK9rxht3XHj6tyBhAtLMyrWtWAIcmFSlvisJI6ItJJJ6pmZmn2Jhnqsp8Mhxk6J2DD
RkSVLNkocZU50RDNsUAcj7EAEAZM/Yh2wfVsE2bbJgWnCe4d1WoLHB2RCeo9Kfi4PkE7e8j+
pF2DDd19kpmcoABgvKSnBjXzRFZPRA2+E7prfFmIXplkLGXlk2ToFysHqT7ULN6dCq0BcgMU
a2kHKL9oOdfysqn+37Qj4iCAw/aVDethxyQc/uolywDVFnP8SPEe1CptBicICteXkudvUNQ8
p7Vb8OE4xsrWv8Ft9ZV+7/bAHtkOaj0z+qmdjsmB9iBBjE7ojDCEKGCdN0XnkWA6I8qCoGpZ
C3dNKtqwdOL0tZwZEx+sjeoD8nBHlSv8qHy8Dqj3O9X0yPeuZ+G2Ageizpusw+EGHmcI4TmR
sm3wBKEEFRBGChLlH0ueimB1V72Y2rgdD95GpMjI9qNQWLu+Y/CuWhMp2c6BEAMdT1Qn1aCE
3IjoyyX0ITXJO9sI8iH0XoMpgGshjmNU5L/4phG8KTOu6Dn1bhHi7aw6MAEqfcMqYs+q4+8q
tAG/xXzLBxD+9C1ZB18Dbud0UIfiCWc/vJgehRkEoOCxjGEL8g4LjyVKCrd0BjePUAiL+oDD
SE/bsCR8Q1RiAWZUoxZ8Ii5As+Dsj3e3T/hsxHHA/LkjWonVk5w+MftIcAOVcndVer2JxqiQ
KwHfr+2m7FiNyG/pXK1rX8w6B+XZsux0QvT5g7YL2qzj9L/uc1xsePeHxVswJ/VVPl15AWkA
dP0UaM1gdRhEa7iQsjGybjCclhoE4hFzGCnE6ISbNoFhpwnEDdBcWzqE1scSEe5SriwidkSQ
xP8AigXc6rqfqQtp5JnAZPYyNDlE1HJtHReAcyspyOQ1ZcvhJEBmXqLLgz9UXK409Vui5Wh0
wLMm9yk5XVDQsyHG0O7o9iwgxyQe8DUwsm3kufz+Y2AOqepeoeUSDG6IBd8lF86DdDIZAO31
qCxw7o1uXcAZ1dW/RCBd3zKv2rYIyuOxwnGT1ZdToNF8/uemlBHV/Qvl0DvGUT3LMIOHTgOc
OwWERuGwh/ddkvxLkM38Koa1/wCWpFbVfp8S5mOZJiU3TJLLRaeaYGTrohLkbeDSF0TB3OAU
x9rIYYeAsC7bKluJJAPUoXAggMNVyLeWqeGfVWBsXDhh/uR4hvapPvQaU5kLpqvSh5oGoIIf
OSgwYauiCwGVl059yJwANVyHs3TM56p7CQuIyhcBwzF4hcm5CzFhn/MgeR7di3pPlx/lXEUN
qnUTC9XbNAiAZ6wFsUzuCvSEzPbZeqSdpTEPMLkQT01Ve72QSBNg3wt+NcrQ+AgzsDk4XbIE
tUOvS06LSvQv/Sj2BaR6X0hV7ncIFixqOg9ScrodfFsuu5362zeagfiXqHt2/eTtK/LKZkBh
OB6hrKBTn6gg3sTgTuVIc7/7V9qYnCiBuuBDg4hNccX1zKABNmGQE1bNGz/yo2MnUp1OE1Qw
2/3LiB5qDOyYiU1wwGslcKF6lmzCDmIgJqAnTCYUhPZqgJnc9JTMQ31LkX5dUPwnVMA5OqNm
jAVeRemOLMqWqCKu6atg+sI0uOQPVv4UeB420OR+qrC168be1G3IOuR9nkg3tT9vOv5WT2k6
MvUxfA/2o0rPb7kXrsD6fiRrWz00iZT5sNJQ7dvhf3IcDnCFqvbufhDOq/3BoZ9TGJKryk7B
gtlKhDbVGw0Xfr3C45O2MFGtcCHQcR4OPdCwT5I7DCOihST5BO7nZPx8kxDbui0ugLY6p6n3
rIQOuoaETbIwFBhRnrhb+SdPYZlgh1REl1GULFhvthdd9E7y65B3KIgea5EzsiNN1DHZMCH2
6qat1TAAOVSoY2DAsqjIC+ZYisQDqsvuhSlK8HbV2/eTVY5jCYD2qSB1XEEFYaUwxqU4DsnO
fqXIEdUdPNC4HtKF7BhUsOrcU5sQR1CawjREgSYz9CURuFYhmsYfWVY3pxpb72xQNC9jkFYK
OijOsJ8EqJCEMFDvuUAZX2JthKgMmtMIsE5EaIBM6/wTj/qvTpqm+tB7dE7vsiTCBBdcqh7/
AJfdRrerWBf2JjAymyia1JXLudwU/RZegYEvqvTGkKtO6S5IDr0PWjIEP7UO40CShQFpaEJ5
bBHbdciXsMI8nJMQgaBydEa8WTCpcZsmYkDJkID4WyyIDeay6epYV+tF8PlCoYDCALsZfH4V
S39vBNvi1whX+4DhpQsC4OCn7eSi5dtvAoAPMOqi4dlbt39NSQeWzI9ulhatYfdfEgCmJAfC
cae9Z5PomM7ApmbdYY+aaTst312X2MnDr4ZOXQifrTn2Mi4BPgxMIDkB5arGVH1rUlMYU4Q4
Y6wFMWPuXxT0RDOTDnMJqD6lJJ80/JhC3Iyh3KhmIO2E5nplD1RkjonDBg3Urlo7+xDkPJsI
3MD3yskjbzTkLKJIHnAP8KLAWCYdutt3CJrQcTMSwRD8ehhMZOQy4/dtKJqZ20VO33JJIBJQ
pXDCVbtc2uPVV8OFFqAPnlb+lcL2qb1nkC+lfxI1tZzXAG3wqwckdT4ADXdVGW2QPdJJLAVE
lW7faqaAsx1j1LlebGZWnvK6rDkI8hnZTDYZdTuuP3tEOX1eEa4THP4QmNR7f9KB0KepTe5E
G0rKZvavV6jovVjQJiI1WGTDJwm1Q0fBUnAW5K8kZZO0FNS0awuqAAZ/JAWLuvSPMyuIOsBc
7DAd0XPp0QqA1eqDDlb3ShU+5PaNgmfzCIp9anJ0R5D07odw+g5Jy/3kPlX+aToQasgD5BQS
PrCoSGs4MdFx7pJ0RvWAMGMIds1zA6qx7sVx7CP0VUdtza7hy+6aon2/zeFKnDOnGkIiteVM
1D1EJu7ViMhwU5D7FfllNhkIndNt7kOU+SJZgEIYaFQ7oEyeqc4OAiak1AUlz1W4Cc66dU4d
NrqUzudExypcHRSXdYnoupUYGSvJAGW0RJALiQgBVjqnBNfJO5ff8qqSSNESHYZlRV/OVyAD
6QhyqARELiT7gnAHCpJc7L5dcbIG0k4CIq5t1woOZROSN1LexRADuiBBGqN+5Om6ItAOAFaj
l6kj6rLui7jhXkGLYTU+HLkrk0HZDu2yxhFh6eqHbvVt18yliSGIBbVWf4sA+xVv3HNqYHUq
WZFC2uEXLBG/HkQWEK3cIa1y7aLZsrKIFl8U7BFi3miAUGLkKU2FOU+Qtk5R1XImDom+tGok
nJQavtU52QYsVjKbfJTj6ll1AZNrurASUCT6tkT1bVVsL8eWiY+o7piQ2iAAcYdG5niHZHjV
gdFMjKNAMhnCFjX2kpq4dAA/nTAM0HqURWoBIR66MmtUjZMPrXLuFySQBuiXmwlVGhDsv7ru
AeouD0BryVgcuR9Sra1saAIVbRWOGCABZM71AwoAepZpKr2+OXBaf5VMOmMnzCrahdiEKmBU
e9fKBYRay6JwHKzooAB3T6oC8k6/1KRxbBEOnH1oEBygG8gdCsAeSzKmSnJnVBjCqQzNhQx3
l02p9iYyNlAYp8nqndwdFy2yEY96w56SmtjoswdEw+8ubCfN1avJmmcJg1mwSvTx/MnIr7Au
ADSZTQHEgOxUiUScnbqiGd4RIJYphUQNQjaCMSuRoXAwGZ1yt2gPLKcj3oniLPA1ZG9qgvms
MUbUqBbBAAYfqoCvpbyRuCCW+9hd+5ABuLM2MWR7djkpz7CrcCWZgBjCN3eJeZCJL7FVpUeo
iSw0VuJYks+37qPd7o5XtggD+dD5vbJrtUgf5Vy7Vj27/hvx/lsqgWfVwj3LHkbFgrd2wfmU
LfdRPwhfF9i/6pwgfcuqkkjZBgfJYneV6gjoGcL86cByo9yG4yMJ2g5CYTv0W/ROayi9WZQs
OpzoFI4shsnDFAmJRFfURHkvmdySWDEsmrA0AXK5YbLiLCtejJxYGco8xyI1/wBqfDoAnUMg
Rk5aUxCnBUCDuq1qDUHJRt3b50cD+ZcaAcRL8i7onjXiYr1VmAFcLdN26WthyA7Oq0FB3LgD
mTYn1ffrwrdd/tUArQD002j1KpA112TDJEI2yQFel5rysD7qIgPBVbEPC4/23E9wjAkugO6T
YVxDAOieNq9Vbu9t/S3q8/2ke4S7O6FTFA59pQFZC3K9R4jQL4U6IIYbqcp5fRHc7pzgp7Yd
k1WY6pnc67IcoHRelwHQclMBGXKB+pM5AK9OUZnVNKc/YowU7ZUSgSDMElcKl33XVHt5FwE1
t4RcY2TuWEKom5OcelA2tYgZGn8KsalgIRPbkARqgRuELEsWXLAdNT1WsgSORGmiFuVRYBp/
0ri4NdGGqPetIwHwmccRgBOSxK4ksgKEcrVexI1b7yscknkSP1lU0L87AW6g8eS5AZD+x1W/
3SAHViCCWKv2YaxJb2dtX+bS3b7dXILZlfJ7ArxBZ9WR7mS2USzAAY8O4CMsY6FccPYv5Jmg
gMmIYCHTAON0wWCg0dVEOnJ9R0RDME402Q6KQ8xonZj70xgb4UndkzO2q2WRaoyE7MAn+pfC
IX5nQ4wUxPLoo9J2RlfiQkP0hSoEDVA6jBXHFqs7ar1TYkwpqzYKipA0Z1Jk6JrRJgowxGFz
7Z5MZDugBL7IUBPIkAjzTDOtihTtMbXLZZkTJdyS6t/e93PaJFKmBybknOi2XVW73cq5qeNX
8lWlT6aYZ0btJXUORCHb73xUgPrVHt0+DpAyiMwZTkvkfwo+n5di2C8N+qgfuuh2xmzY6ojd
vAg4P+KqaRWAQFSgzUSUx+xVnL6bKbH3LCkQsIlh0hQWQJP1oHZem0qEeTMvSYUH2KDGq9RZ
PUo9UdQtExzogR7kWs/RRrssMVPvW79Ux2jVD7QmPwmswoyibjkTheqdgNEAArPA0Doh39qN
WYWg+RQqe3U3IYayhbgBfJ6I9yx47RqgbXNre1V+bX/irN9mZDs/2x49oVBNa+kcimsZ0ZRH
+CBHsVaixre/qPVz8SJJ5TGrLjcs818kQwc4KN6FmAG0/uo8yTcDUujW1oEZQ4luqawcbkQv
RFiIYtKp81zarSS6nwLZDfar25SxbzZG15JLzqmAA2TtpkBO4YwsldfqTE4gJj9qfA9oX5FZ
c7BTjOy9L4W6JydliNkw/wAUOOqgINjVYgIcY88r1exMdMJqjVA1BbVGI6wnIhAY6Kp7YPMD
1nKDh1xaK1JATgefvQJY+afJK5Wgoky+E4DBc7AE6shY/CN1zJzqhShFq0sY/dQ9BcswZW+V
6bXAFvxH4U89XQICA1bCobB+QJAOy+Td2GBjC9VeJ0Q4S2uYdDjZ7l38mQNmsmPxsxV62DF1
OEAX/MhYsAw4oOQ5xPixVLdurVZrbOv0l8sAlpgOmJjULkCzbr4gmAkS6+F+q5DKclm0yvzp
iHdcTJOqa2EQKn3r0mdllzl1JZdBqokLL9FLLIjonb2oC2+EAeyA0PCFez2RXexhSyZnCBwN
Ub8wRYEGrThWFdLFgzf1L5h9TggjH5fCj+EyPanAd8JzJ3R22XJ2YriDlELRjAC7ncsIrUkf
5kLDDuVz4sAMoF4JhZdE5f2YTVGNpVe7ZvSGG+V84kh6wAH/AJkH03VTXJIMbBCo6OP3UWcE
JpfDK3dqHDBM2EzYT1cABDjY1NC4nb9lXpdxejSS7unJYboVA59QVUVBoeWspq2cjeFVosBx
JTioFigBQv5LGraqdEOFXOiNr0d9U4hPoNFAIBTN5LO6MZ3TQFhOSg4hVPcBNX+p09DwbIY/
yont+ToAhzuiwZGUxLnVfmUAhOU9caaL5psK9AfUv0h+dMAh2S7l+J0xyXrPkhxMJgmXtREB
G2hVu3WLGpZ0502W5MADK7o2Dh/NEpyX2UeU7LkSALZ96qahhYYQNWCrUZBYndVIMOEzaaK1
6FpeEO13na54zifQiQxpaakbHkhxHtR7JZyGJKgAkjRdy9sED+ZDtg+or/yiQ2ANfwK3YjmZ
qUPmBn+FcOOhL6LiGFtFDt0K1/L9lCoEk56JrGosAxKv6g7Fo1/ZqvrTNKcZUr0hlBlGZQcz
0X/VCHKHMgdCZTAgezKIqWdO8LLoDClTnRQETdh5yuRa42ZentS2GYOia9sDbEKxtD496Hc7
Id/hNY/RsqUsLPUMQ6oLFyR1XLC4uXITnG6MuvWTxMdEe2TOAEbkNlmI/lRaz2zlXNoDZ3+F
OcaEqC7ZUD1b9E1/VQPBw642DCkYVRQhpwgPuhn81VvxBMdjCIsXBw6eolVp/c3MGeT2VvlV
Fal2NY/Chzxp1RuRNQyPKrO0KlKV5SDYnYLhUACYHmhDIWuHAw4dA9kAW1IDZTmxL7o9t3I6
t/KvgH+XKLCWXKSTunGdginbzOixC66OhyzomA64TcT7k9qkA7rcjZTE6oms6pyPIBOEBaNw
vRIQZ+i69E7T5J3UgKEeUMmGN8JpdcaWbydcyZ2fZC/LiaxYYZMC74OiYF9lweTldUajJ2yu
PcrNDq6NjBOiNmIidkc6AKddk64NkZ1VayWDv5qJfbLoVaRhs/tLXL9VWxg6K76heeUAMDfK
JGShyLuGL6KpzUF4KrStw5ILEhA1ndkbluTNCYIDcBA66JqzY5CPK2MASf3UbYnVZKIowOcJ
mhMY9iaxE4hEG4XEfYmy52XK1vYyINeTwje3oHVHhI3fqvTVn6ryTAsm5CE+m6BAcp2T56oP
rK/IKA6ZzO63TsgRXoyYDzRYEHdAO+qYAyGt7FQNBwg+U5jomGqdHuggAl8JmkFk4MpjjLpm
9pXGoc2xsuVj6jJGwTwKCAXdAv8AkyHXBKb8/VVsdHY+1FnZpKIAynsd4TjREjVVfQSq3Bms
gBEkcOIHUFf8edThMcboWBwntLYRuzOcq2pJlMvYmAA6olx1gLMHy/pWV6y4AxCApUkauuV/
S5bjqooW1eEWAAOF0BTmPJEjOroCdF9qw5GEDbTRMM5WR+dAlyeiAoGjJ8Gdt0bVDgJxWEWA
6ypo7bSvUGOxXXIQGeqDlyq1vv7osn0UfWhQn1FcnDM6sT7USDvhMBKIsDnC22XPuQMBBhBD
v/mU7kLj7UCcF26LOS6qHwCAEQILSE31oESfqRCn6kK/DEFO7k4OyYSShQTYl0AiAZXLYygD
oi2D71H1x4beG4KY4TgMg2TqgQEzoDqsyix9qHHOplMM7ovkBclxdOGbdPy+pCo+J3TfUmMM
m7YcD4jsuFA1dTJP+ZOHHmjyMbJrDjXScocvSRLuiKd17aDKA4kjLwY/EiK1I3/KyHc/uBw7
WeTgHH4UOzXuC1oA6rlYsBlcgHALqoA9OLBXtU5DAf7l6rTsiQGXp9RyuTOAZkBWGuQhXWr1
L/uoghquULgs4/L7qZuQDw7J7YEMqgfCcpy5jCY6p/NG2qBeNkBkJiI1KFhAE7rkR0CDZC+U
T6O5UWHn8P8AKnrgmSixdce5FtLIj5oqRuD/ACr/ALlMfiHw/iWvg7ekSnWULAO0/UidcAJ4
dSPdhPl9EWLFNH5/8ykCzI2BYHTRM8KBITfl+74PqgyYxYwFawJN7M7+SfuWXy2YASTmUSbg
APB1Va9p+FXJIhVp2z6yzkoGx5AvHsQNg5MTsrdy1HBlgNvUrdugHb7RLVAB5M/6yr3rOQLD
LojlxGvmuFWY65KPc7jADFSQ5XARKc5Ce+Wwyv3DBLAe38Kfr7EQcGJC73Zr6msSwzlCfUZI
OiILek6lEBybJraPp/EmgTPkvTIqGhEkyFl/sX5imgDdBtslTJyhUOp0RtoF2WksHPR1apGB
CtUABrETGqdp2GE5zuFrhs6KDGycz5JiJ1GkoNjopgnDwuI1CfUS6g+5ciXTgP7WXJ2GWXK0
konAP50ddiiECYAXIANovSHTtOqatZxyXzO4SK1Lgf5kWHKxwHZcrk8QMAK3epWI+r8KINTj
JV7WzojHpBavkEL2gzDOgHQrUtl/cjfuF9WaFaoi2nmi56Mvndy2AXCtV/SCWCcyiWRsJhve
q9t2q/2BcSXJwncI3IevcB97oXEOGIVu3oQ/tQ3C9J8wn1OUSTk49iJZhsm21THPVAEhdBgr
1D/2RsSzIbKx+v2o96wigYeaNNxhdwFw1z9qjHVRAWvvXEZC6rkidk5L7AqDO6IJcHRPhcSS
ZRGq1PtTApj9coNjV8os77o8iSRkLiDjRQ4PVMB5FVNyLHPHQlHhkZ0Qt3WZoARvNaj6/wBh
cBjbRk4DRsuNIb4kageoZJTNI1QKdoRBGVeZqDIQq/pyX2Vu32hwqDken+FFgH3TgAxnCnGF
x0Oyo0el3HkmJ8kQdWYKvcpFqFycFly+9WC/nxXIDEFCzkbsnrb4sBGuuG6oAYJhEWONl/in
DAaOnOBvITEO7MuQLAZ9yDuXytGXyaxa5DbZRDuclAVgtJQsPivJ8Oi1wn16LMJwWqiQXCDL
1QjZ4GqgudCmJTge5Oca+aYSsk9CvVB0ytludCmQ0ZV7nFu4RM6/wLrirIcsO/1IR8PwovNj
hEXEgiY25fdTHCsRFTnWVyy8jyXpzumtZt4XGljawyGIQvXNg4CNO6Pih4wrWpR+4TB81Mkn
VM09cKIQGDtCB3KHbBJeBgMyixJADE7p+XKx6MjS8xIVuyQ3bvNPdzss8a75dVB16rlQaNp/
MiSZElMGBy8okBOz1H1IkaYCIMgKv1BMRGSFyMVCsdAHXzD8IEe5NXL4ZC1gqnRFhjVTPksf
l+FaPujh15dEY81Al9U7P5KY6LDApxHVT7SmKIZuqIfEJ3fyTtOm6fVDLnVUpMlBvcuZ0lCr
xCfUYQMF8hWAHEBoHlVC09XQ4JzLjDLkROzI1keStc2sTCa2BAHRGxDWaE1toCJIQLupIAQD
umMtuiST6cjT9FAu5IZ1Gm/VB9ZQ7wcdwMxGk8FxuGsGkQFwsByoyYyHVuIHGJ9i9JeHQjOy
BDCo96s/xSwTAMdTogbYAdej8v1kakt9ir2wW+Y7tsjUMHZynBdyXdZgoFpByjYqI1WB7lEB
8LlhchX2lSXUOsMVnGyzy85XlgIA6rLeSb4vzLZOuI11WcJlXuAggaKRDwuLxU+wo1Aky6Ny
SAC652L7J6uLEBznAVamzjJLICrndYAfdSPJEjDPhemCMrmSd281z7gNrVLhzxCND2xx/WBT
1DB0wDdXdPoRhGW+pSX9qBEMJQLPbDgunQLdIQB1GuEbUHzO33A5A0sqnlxeQR/D3F8u02qM
/wCVW7bMD6X816CbADZSC+in3qD9UoGrugCPVqv0ddkbAD0h2Vu93bve1eIGw/aXM2isCu7r
0nEt1U+1kO2wOqmTshoPJfUsgnZkHwU31qJfVbrKIFmQaz7nCfJ2UjzUCFmdSviYboHPRYkI
/XC8pQarHZV4mdeiNRAf4kWPKMIC4rV2YJ9sK3d3YBG1j/7I1t3Kg+1Hj3BZvNMMDVeog9E+
m2it8mrgPAARpws2NP6lwtUi35fpIMDx6R/ChANTkoca1CAtroECdYZVAtNmP1IRpJUS6HQY
0QPJhqAuIAuNSuNXNcgugSQe7WLDVvxLmMjICsQHLQF6a+k7qZKcQOiMNGVxBn2r1F1exqWh
iUz+oog+5CtftXJ5OXROqw5GTlG3Et0hfCfeEGEblOD9SD4Xpwcr7FhgdUxOMKZGqMR+ZAgO
UAmJbz8ARndZDlOS3RCJ0DSUHBjIRKYGXyiWY6OnuQOPWFN6kGEaiwFRIA1XCvcaraI2NvVu
uVbEWIlk3zSOkf0oDnA3A/pVq941erMcJzar+bJiah9yuQNZ1BVq2AlE0qxfdS69Q0h0GVQB
iFVz7E7MNkc7+aA02TGB0RHxPujft+jukyen7SHK9a9wNyqTn95G1Q4I0V49A1TtCw6ALkbI
OPYhUgsWdtk9SAfug6oWvbl0/wBqarAdEGkaoAbapyJ2Q5+isu46J+xb5nbtJNfUx/S4cl8J
96AdMPh3CYSOqLwyn61MA5IUZTfEdtkHDvlHuaFjXzT8XsTJKj2gIPjRcnnZWGGx1+JGvdpy
L5Pkn4eoMJ6IsGdekATnoiXe1j9q5GSIUhEABimz0KHIQZZCtasDsuXdNmbDhEdkE1OAUBYM
N0wBaACFUWBtQy/RG9T8ILMiAQ+jp7ZXC9Q+6iCMomqa3wiUWy8F0+SITZTN7UQcRIQIk4Yy
q626aJixY51T1PtQ7Za9HzZ+TIVP/Zvk+aterkAOPAEiFSueX+CPcf1VDz0CA7jNXDeaFcdd
VOuqhA2gWGUbyYyhSwd8HX8Sft2sARoVnRsJn96kuNkADmCo01C3PRNg9UDXLpzldSuzR3BB
Le2ypR2AGAjxEbqo1U76qwtuOPgb6ocZsM/5lYjD4RsMaIgzvus4QIhEPG6FRLokDbKrQBiA
OXmq27bOMugTUdXOv7qZhyLciOn7qsBuVYaET7ka6gp6u2yyACvijREh+REomu0ldUBUdFAl
DkJQA02UmBqUD2QBu4QHcL2OT1UFwuNhLaKH4j3Idm3/AHJbZvwp6BClQH2Cra4APEOqdvtl
q6j2o8z6jhE43ThmGZQOlV8vvEPYRyEBDtcRfsAeniAf1PvUXGoFO5taBH6vzET22jQlYO2N
VhRJ1Q16I6L1b5R0A1Xp9W7prCUBQQA9kRYTWAU7qagvuFFALO8QgwDjVdE6tYndWI9haUwy
pEDLL0jzULqhUSScKp4QCHXGoAOreEhY8LPqSiJBZkbVwsyyAOUAMbLHl+VUCYBDFOJQdnKO
wxjwJOE1yQDML02Mr1lxojV3OiIsHIwUBHM4CpUVAu4Y7L1D1ea596oBAhyDqj2u3fJaEe4a
wDBP7yPzHJOHTBNoSnZNcsNEeJfYPouQyNAVxu5bSwda741WGLKM6oATPkj9akPUKAiKwcQi
eJs3Q/yq9jU1LNITWO8JxQ8dDKqEPCdUS+ArDfAjVeotc7IEZ1KYu+pRJwnoGGxXGkOgOJO5
lghQBiZt5+D+Mq4aXLe9Bw6PpBBRiNPauTyUCJ3IleogiI/eRFSzSArPDZcMrHOgZF86JzJT
OxeXCcAuIw6AAnUvC9Q9iYlgDPkiAXrZcmZtVV7Q4dhsuNLicOysTebFg3kqmwJrkuuILVCH
GNEXOUAfhQlg2qeoF6jaFFWeTlE8o0Hwr1ztP9KyN86KT7U5h8RlFi05ZXdnaPMLjkk5fCNQ
5LxDo/MEmR1Qp2qmof1EFfKs3Iy6Bt8M/YmMphHg52UnyTB+OyrUYcInQQyJd1yM+xECXRJl
kKVg5fZCoaxLvZuv0crKuNXKqX8BYHZ/86452lnQDMJndYYGXKESMq/3TYnXqiRPqT5J2QDa
S6BtUEnp/qTUIqD0/wBSPqFoOQ38yazcnTwXQIDJvevmUoSzF5Ca9CSSS7Y+FWrZxUWcElwg
AGIGUz6OnM+aIbiThG9j8G6AqJgBkDYt0QADQ7uuJyga2x0ZfUmpDMHVQZJAYo1sMHKtxLsN
dFJHpCFO0H7uAyHc75BbAk4TYCDaeIT6LiBBwFOMlEOrtgCPNk7u6zI9yLRmHUpgIRuzkkz4
OoU+DrKtrlF9SoLOiCPSUZDu7ymdxtrlcrabrjY1cK1qMG19qYMS+X0QFfSBp5oWM/lzQJ1k
LKKYymBAOqbKd/SNN0SzRujZm9R+yitW2hOf2UX0QAgmeiIyTsvUBGfJEAkVw3mhcAVq7F3C
ryANbTQh/wCZG8F8qWb8v0U9Sw1Xs3K4syHCoPFoOyN2Bvsjyaps0L0vSuXw6BYONY5FOyif
CF1TZ8LFy1fzBWAJLo620CbHRMTxG2qZn2XImPNHlk4TM/VcRZzLsCBlMh4tlYTrnpqmAZAk
ptcFE3IFXyVw7deVxAsxT8yH0Bsn5W8ySjXlYg5BJZGxDCZRMWZsyFxYCtQ0dEe3QMAw5CEO
Jd+pRFshGuGKAGmVkpsnRcDYknRWLMBY/Z21e1cufciBlOS/VMPtXy+0HudoQPfAsXwQCjat
AeMsAHQoKmhGluqInq3+pcQ/IaIelt4Xw6I319id2TCUOcccAJwnXXxkxuoLtEeELuVDz/gi
5YBEe7Qrjr5fzLcgaJ7QiAABun6Ivg9QjXVdVOfHoo8L9BHvT7aJ9Qmf2lFg4B6ypDDqsI8Q
6ewtYjIaHXE+l4bouEgS5K5AuSGVg+qBZYd1cifUUTht00DRQ7DVlyzMMr3sSDyLA+XbV7nB
1RsEDbTCfPRAFnTbeAs7WGkI3rYi7lxZuKt3a/GW9A8+PpXG9SLCGIK+L7PBguLufDzUJ8rG
U6PbGKsT5lc7GbJ64KLruNIH+CLB3TN6imM2EuESPLCmD71y2XIYEYXIs4OEfmFicIGpd/Ae
DeJGhCt2yYK4s5lE2Dt7ECCxKkgjcLjUuyseXIkM2P5lYgNxcIF2+tXA+JgXP9KNCJGPYrdw
atCI1EMhYjLsrFjk4nVEN16qdZbVEA5VRXfHtR7QqTYh26r1+kj7qEsT7VUO43QAONU+gG3X
xhOK8xtgrj3Ae3bUZQ7nZs2h1CzrwRNiwR7fZD2xyOGTkyNfBzgIj7pclGxOESYA1TUw5+pf
Nv8ADYl/4KotrPsTH6kfarvqstMFCtBBzc4XESQCrMOJGX1RYEDcrc2wmsUwwBKcIXthRgLm
MH6VrgaLlsZKJB+LRGozC4dscvchfvDjarYLqUb03J95XEyETXXKrepHUIESSi+iFCLel8B9
FbtFwKuz+aqdD1KYAkDC4113dVJmzoHBCIBhy6rfVoC5WiFyzlG2w8LVrBIh1Ulm0tp/Cq8x
6gMj4bIlp6K3b7gsSTsF8R3x/qXyzfjU6AfzocROpRZPYiqNXHCferX5MdD0Rq7DWNUK1JqL
arlYcngF0OzUNWs2PVMQ5OqhMJtt7FY539yAAaoIdCtAAwDpkSAxIyvS7uooxGuU5q7CSpcl
MIAnVQR7JTD4HnqgSGHjC2UohpILKzQAmtaeqAAgL0jQ/an8PVgrlQPQjPVcah3zog5HUIUt
7F6Y5KxsHJJlWNfSCTxO4dV7fdP/ACVg+9eeE7SnAdmK+YHr1EogZys6QEX00TAfEYViQ0Im
xgaqbv5An+VcRQ3fDhkBxagHpcDC2uM1XK9fVuIWD7yhYWLjyUq1zgDG6LluILMoDPujUxEO
mAc2hVP3auhU5C5e8r866J8hXqBD5CYTIn95OsTv4SsZ1R4gl87oPyAOCiQHRAwECAQAZKFQ
XYJvpHuVwWcfvKQ1dSVbaW2XLBI/P4QPD1Bxsq8fS+yzyGWCrfcYKoyeuEPu3rgjWEQARapk
bt6vUgbEC4LEPr+0rEGos0AprEOTotcJ65MFAASiDrDoAuQicAI0Atb9VAUoQDpkrkzNgFCl
gxGDUIGpJJDSHwn7kHCx4FWoIpXBfP7KY6rmfhEN5oBnI9iF7HiQfNQcrMpkylWOdB7rIvk5
TiMIA+MJlYnYqtdA6YhmxqhQMBqUBVoymH0A6fwNfcjy01G65EwVWYb8/wBAnLIWPQBAKo2C
rYFmwjU6FOrd2lmuRIbYLiCxeQhyPy3jdC9jyIyjoAnrACiEGkZKfRWFsFEy41GVJJuTDhcq
15+1k3ywD5/6VUfLFW1BTn4XWuHynV7AlzHvQrymfKUKuHNXdVo2WJ9yB/FKiFGn0HQoYe0I
Bg5PRM230iGc2Ee1SS46oUge3Kx6tSmTjRSoUqfoXGhP2rYKgeNM/Qs2yO+iBQtvqgFfz8H0
T2oCd2lQHbU+BXp9PVQjgvqyD7oy6PEitNc8kCD6tCUeHdtXysWR7f8Ad+uIuQ9n/W+NQOVD
gNIQAoH/ADrFdtU5MBcDgl/cnwV+yVU2xt7E/KBhbrZeXhK6F1bYEsq2s5chYTKU7LlZWHbI
Bw8IG9uSaoJLjA/pXIn17ptE/i6f6JsWd0agal12mYDDe1b+DOrPloRB1wuLPuUO2Nnb/Mpl
dyo/EPrT7+PXwIfR0xdMM9EBpqhW9Y0OFN6udBYP/Em7bgbmzgoOA75XHuVFhoawotxqfVJD
fqp+JtT8QEfvKMvl1/3BjcL5QDAEOUIManwZDfKNvxJzLF2TmFHjXtgwHdciSHMqtRgJl1To
oiol0SS7l1SstYge8r0/EWlcfBvBguv0ZXL9IA+SJBccjCqcEF/rQPRR4FV0ARsxcIdzfCZW
sEzJvBzJAwuN6gAnIR6hQU7hEq7u8MUDd2MbLjUSNSg51XEy2q4GahDs2D1OB5KxFsyy+PR9
Fytl3K5CQZbwnRC3Vdf+irxjENueKbxfKJ1G6AMky3mqkrC6r86Le9EkMAYKZvavmWn5ZBfy
9X0fJPj6UIw7kIgDJLoWYFhsmZjr4toyJycAMqm335LoWC6KxPgdt0eOWXPuE1fI2QLORLlE
bq1Wdn6IAhnTGA6s2f8AojZiYZPf0l/hZYwowftQ0C9M23wjYgPq8+ALOTug0L7PBiHRPEB0
LbeEoIUqdHK9TEHouQH1aIKFllujK4wwOipXR50TUjkZ91VK2CdDZP4R9GEX/EITNqeqGyy7
hMuqLjCAwSUBmIjVV4lmhhCD7JwPGQjWr8HzCqbxusPKJy5JZcWQGfNQBK5XIqDC50PoP3hh
cRY2JBT3BAOHQ4yEeNXPVcSOJWdEAtwn1U+DafQNsM2U5PqK1NtlVxLJ2lQpTBHDqwAEE7Ku
5KYlz/0Wyx9Bh4P9B0fMK2sllVxI6lAi07JwQoEr8yH1IB26oEhzum6IMPoYhSrEGRqmJLSu
hCByxlCvbcdQED3OV7aOm7oySQDCireS42EyyNQ+YfZMS3QrlkbrCdAIeEfQdENt9qqCPUrH
uCQzIQ0Log3tQ6eFidkQN5dVGZyUGxH0Y+g30CMyrM7OWKnKLNCcjLfZ4FAqrwHQYtCyqo/Q
II9qZ2cJ2Xq1CEZP1pyHRBGmgf8AmXqcDyRa31LjQio31Rt3e5Zzq4/pRALh4KNeNS/TRY1U
5UJtfoz4FBw/i3h10T6oh5KmdGVa1GuyAMH/AKeE+DJk/hHiSCxGEBZzZWDZXFp1TOxGiFeq
ChMga41TDQyuNrFxoJUAtu3+tZD1kuGTjOqfX6Fq2IGyJtrroh+EBen61OU9Y30TNjLSgz9Q
UOIg5KkgbT/oT3INRgA/6U+ixo6Ye9dfCcePX6LqdkRqvJO0BPouNbMKgD2+pfE51VAHZ5K3
UDzXTwj6I8COir9fhYjIJYKx0I/MqnbPg68kSdFavYcWcvYQie9d+4dC5KPIjMOE/wDbnzYs
u52e6S4kA+fHwjxsdEKiVCAxPiBXMOnPw6pu3Y08nC9V7Goh3XEWex3VeRBYMVg4XTxj6GfD
pp4P4+aZexXznHRNoVSzAFp3Q8MfQyuv0OKHTwJYPMo6WTOCTHg4UoVBZ3JRFS0yBsvVrqoL
BSYJDQjeo+IA+/igvPwfHmiMge5FtsouUPrPVOFGU5Z9Acr/AJKxsh/xuOjr03HbP4bx/HZc
xXn29DUujwPIkZ/kWOnt8GaPoT9F1COy3WzKfA2H3g2MIXJBbEf6voz9KUWLodCI8TsrXxXL
exAjRAuowfCrByxCcV6o2ILiAhVwFAcrmZHEAKR43tsDCc48CHd8LGvhn1HAQIcDdHk580RY
svSeZEMh2e5Uioec/pJ6MCfYvh+99f4/AHTwjw8k5+izrqpQlP8AQ6pvH8/0mGmU+6JP3T4s
rg6B3QBgVQ2j7PB0CNEMeqECJJyuTgNGU31+apU7DxdGozELrsm2Tu4Q0lkdVzaYZcrGTgeL
gituohMBW46O6ItW1fIOvqwfDy8On0mUpzrjw6IBO+NE+qjxH0IkBT7PoByzoBoGUepQHgV3
NfSVmEB5fYs+DWwnZwDCYgrkM6hcrhzDYQHjlW0Meaf3FE2zaAyFZ45dMdPByFKlQvUmN59q
Y3nyKyN/DzTJ7HiOqepdf4eLrKbTdeX0H8N0/hPiRqvNP9CdMJt1UeG6IGN13B+iUAMPhcT0
8G0TpiohSY+tABOfHZX4+w6Ico+xf8g41yCFFoG6y7+GPoNbHRE9ouDocoC1XfDL4Dtj/L4Q
iAedx90IfPMDFa9f0kAMLknPg3h1U+DqExx4Mm2+j0EkoAH6IeEajSEBoIH0LA5YrDzEp4CB
6DwYL6yiseL+B0JRnVVA11TaBR9Dy+jhwF8GrZ18Ldvtv8wRC5OxOSfiTn1FtZ8G8XKj2eG/
jH0PPwlSnTO3KHQYvLum8ZU4Rt2/TbQr15GfCfA22z7kDWsgrKbZvGMtr4NqnOvj+ZEOw0XF
5VQdB9B9PDPmvJBQmH1or4B8T41XHsAm++i+Z37eoyfP9lN2u2SD94wG/aTmPHovs8MKEGEa
lFdfB1ELovzeHXwbDrUgJ8N11TnXw4s4QABA1h0/0OiyrMiTh8oAHK4un08Pz+DjKHRSnGFG
WVjL6IWIl8hp/wAyBIYlMdNF18MoqFK28IXVe11w7Q5X6r5nfsSBPEYQ4VA7em/0I8GTDKkn
kmX2/Rb6Iyd0SRCDw8wmHg530USiDkeD/QI0KI6oWH3ZKBOLBFFEIb+Ea+DJtUZ8lVz1ZBb+
HVefg/0srk3K2Peja5eruAcIFmT+D+G6L4Tp89UzeHl4Sn+lpCDmBhZwnTsiS3RHUjTCs4af
F/oO7TKf8UIzAwpUQspwnELqFart9aOvVTqvVogSUNlCdA+GUxkHVdF0GVHjhcrlfmTHChdF
CPj0T+LoaEfTFQssnCLj2qo6oNqug2zlG4EktOwRJf6DJkzpiAfNekdVpunRBymTeFfa6Nj9
ah5LMnJTtAyq+9DwZeXj1CYyQnQaPCPBmThdfGCn02THCjAT+I8N0PBvCfByhqSgBp4DZ2VR
0lEDo+yIEb7Kd/oMiiumqwm8DDefgyZVIDZdEAJxVy8qZKY1QqNEFKcBvAeHnlAhT9Pz8Jwo
TKFKj3oP4T7PFvBz4SmrrlAexPqgFY6mFWo80CdkGmVOrpk/0t1CbC8lCGnixVq9VYHGiFj7
lyAZA+G/hJW3hEhSPp9VP0mTpggoX5vCE6cyy8kzeD7JhlFAHDOidMv5ryVRUOUHzlONf/Q6
FY8IUrKynOi5GCjY2dzt/qQkrim2+hHhCZNoVhAeGyysKPZ4THj18ev0z18HC2fwkmZUKU3R
E6wuibbCDQwn6QK6KVCELr4Rqm8I9vh08C6dvHHjOqOyBE9Uxyo8J+h1Te9PhMogIooJlP0Q
BjxYZCAd2R8CT7ES04WJP2KYnVGxGcIkjyUqE58crPi3jKgx9CCoK6f+g+URq0eaaxZviQNS
76qfDOi//9k=</binary>
 <binary id="i_060.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RwYRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzY6MDAAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAgKgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAa3gAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOwv6MZJrezUmQW+P8r83/NVX9nW
SQTU537swfP2fSW+4CSuVHT8p/1nF767PSGU57bQ0hha1vs1j+Tt+l70lNh+LkU7GNoDtxcC
SZja1zmf9Pah41dtgvJrcS262ppDdNrTt9N23/NW0Wh2QXQYrAZHm6LHn+yxtafGbXXS9wMN
dZY8k/ynuSU0cXprngGwCquBoPpny/4Jv/giu5GZ07peE6/KsrxcWscu0Gmu1jfp2WO/cZ73
rL+sP1qwugMH2gG3MsE0YTTDyO1mQ6HejX/015d1XrGf1jMOT1Gw3Wg/ocdmlTAf8HWzVJTv
/Wf695nV2OxenNdidOMh7pi2wcfptv8AN1/916v+uWLmbHufc1oBnTaHaEmPzvzWoldHFbhv
sP0msBhv8gAfnK5XhMDfcWEuiQRBE9/e5mxJSsPpPqML73jXn3REeC0cHL6j0jIbkdPueRxZ
Q73VvH8tp9u79xDx8M+mQ617THDSIEfyJduajAtpkFtl2jS3VrR5Dc4bUlPb9B+uHT+pgU3l
uHmj6VTzDT/Ue+P8x3+euhOhgryayjGvZDce4XH+bcPc4SN0S4t/zFqfV761dU6dZXhZzXXY
7jtq3fHb+ju3P9J+7/Av/RpKfQ7LAxsj6R0b5lEkBUftmLmYrrKLA6Bu2yA8bTu1rPubtVpr
vaHTMpKTf3JKE/8AUpJKf//Q9GeR3UC4EfwXn9v1m6nTe7dnXSHGGb5EA8ayrFf106l7SH1W
jv6lYn+tur9NJT1YcfWrcwyL7nuI/ktYa2f9Ktqjis9fAaa37LCLBVcBO0uc+LWtP57Fz2D9
Z3str9bGFjaKvTml8OO8td6kW/o3fzf761On9f6RXi01vsdS5rBIdW+J5d7g1ySnnM//ABaW
lg+xZvq3WP3XW5ALSJGtm7c99qz876mXdBwLM3Otptqa5oLqt3qPLztrY1lgY33O+l7/AObX
enr/AEbtkh3EbWuM/wDRWL9dOo4Wd9WcqvFuD3B1Ti2Q0wHt3ex/vs2fyElPItsdXri1xUT9
ENaZIOrpBbZYpDItLGm+oFm6TYWGGwQ4u3PHko4NdrdrXMJ3NHplr+QdZYxrfar3Vmv6X0Nm
fbT6z8tzRQAf0dWj3Pdc9m/1mP2/zf6P3pKeczeqZWRY+LCykuIYxntG0H2E7fc5VqbranNs
ZY5rmnQzMfFa31f+rzMttfUeqP8As3Sy41sPub6j4O33tbZ9nxW2bGuyHV/8HUr2Z9Uq3Yvq
4VlbbvVZT6NV32hhc9rrGgXOqx/0rtv8ztSUkx3V5GNTfV7n3NlzDa47T3Do+h7leawvArcK
4DdADEbfg36Kxvq5ZcMa6oWbgyyH1HQsdqHb/wA7bYtX9lXBr8k5d5srodeWFzTWbG2tq9D0
/wDR/Z3/AJqSm1jZr8XId6N5a6stbkMYIHpvOhZa9jbO/v8AcrLusdUx7TRVnXBgYGh1gDtr
wfS/PD/3P+mq2bkNra1rmOm0ENa1pedPp/Q/6KO5u9zHgw57GuceQZGz2/8AXG/9NJTu/tLO
/wC5Dv8Ak31vos/nP9N9D6f8j+bSQvTd+9/3lT8/uSSU/wD/0du36hYPqPd9rt95Ltrq2EAn
933IF31CxjW0Y+W9tzZ1taC0zp7tnvarmT1g4trm+vYbPe4U1tNpO0+PvZXt/lqDfrJQdTk2
Mge4PpII05/m0lPKv6R1XHsLHYt7XtO32seQYOmxzQWPRG4H1krpn7LkejWNS6t2mvn+6upd
9ZttX6HKoc4mAbw+trf62xnu/wDA01nXuqVUm+44L6mid7Xkg/Ae56SnkHZPVG1BxNoA5lp0
+l5e3hPTTm9RYMdrQ6530y4ktA/0jh9L2rrqPrV9pqdNeO6oMPrAXFjtsF1m2ixm9/6JNRnY
maGPxq24+KK6/TqAaDtfLq3XP9vu/R/oWJKYYvS8bp9DRSB6zWgOuj3Fw+ls/wBFT/o2LMyH
53SzZkdNAvw3Bz8npxIlpJ/SX4W72+5/uux/5t//ABisZ9t7eqYorf8Aor3PaWwY2+1su/OX
KZWfmWg4lRh/Usp4bqQRS0txmzv+i13p+t/00lPTfV+vA6lZmMuf63SOtMY+A41+lfTtdfi3
/wCi3xV6f/ba03t+r1F1pfm4N14dH2XFpoY/Ubqx7LLbt9f0/X3eoz/ri4TMb01799NL8hmQ
AGUh5Yy6xm5jsl+w+5v0fe1v6bYh4uG+jINL7C302n1hXodriIoa8f8AanJf6bK/+49f6RJT
0Gbh0jOLcMNfXkBlryTtBe7V+5rNrvzfzlOrqf1mqsZXdn411byAanUN9R1fHptuaPU3bfbv
WhWOhN9M9VvpwcprWGtllpYDWBscz1odvc1aVdn1PZQ643YdtEBrrvtDnEn93a1JThZza3sa
H22YYrcSbJcwET/pfTezY78/c1XqD62I9oduiwur43Gmxuyt5j6PqXV+qxdR0+vpL8ZjsD0L
scj2PY5tgIP/AAj3WOUmtxMhjMrGYzRx1DA0naXVPY4QHe125JTV+xVeNn/J+zhvH/k0lp+l
V+4Po+H/AEUklP8A/9Lavo+z5LxW53T7HMllVga0Oe5ztgcwbvZY5vv2u32KubMirKoxLcYM
/SzaWSbA60byzcTt927a/wDkM/kKR+t2fh1nHdSzIe1xDXv3b9oJ2hzayN79v9tVcjr3VsrL
BbSysWsYNlQdLoJ2+6x39hJTpX9BpssGY/BsArILq2hrhbH8299e/wBvo7fz2KWLgvvbmZdN
Dra8gAM1YXOY1ux+PXtc79G17dmzcj32ZDcGpl9jrQ3QbiRJP0Nz/Za7b9H3Lm+o9c60Mu/G
fmPbSXDaxsD2/T9rm/pGfmNSUyy8evA6c/Hsw8iq/IY6qq/Ie47JD7X7mek3f6NVbv8ACvRu
hVWno1FmTt9S5jSWngNaxlNLG/ymV1N37v8ACLHz8rrgxKr73Oy6MmwYuNXkvLw0ObbvdY12
1rftLx6W97v5hdSMdjWGthaP3uAJH8lJTj9X6nXj3NZta7Ku3VYhcYAAb+ld+d732OXM5D2U
OcXgAkek1tZLnCo/Sx8edv6XK/m7f9FT+jWl1J+3r1ldLnWXVVsppa06my4vyMja73NazbsZ
6v8Ao1NmJj4NhzLNvrtadrhpGm0ipjvb/wCjElIqMd2DiWdQzdvrsYC2tuuwE7ascAf1m/8A
XE+ZXThGv7S19VV4JqhrrGPtZNV9+T9nd6/sfvpYz/jVf6XjN6tk44vaYscTXUOAB7vVd9Hd
azat/wCtWBjUs6dY1tbaGE43pRoQf0texp+k/dvSUg6L0jBztjepV09St9OcaxzRW1rG8U1N
b6n6Gup36Pf6lq16/qt0ZtYZ+zsSN0uBLiHD93bs2rM6bS3GtpvoJZWxwLhq4bfztu4nx/NX
V+pU2Ze0Afygkpp4vQOkYtnq4+Di02dnV1QRru3bj/VWgxra2hjBDR2+KBkZdGOzfZfXW3iX
Huf7Sr19Y6dZGzMa4EkbgBEj9791JTp6/wDR8UlX+34375/mfV+ifo/vpJKf/9PUOB0sFwuz
LLbBYXbGUnT3OH03upbvc36f8tTvb09xYcOi9rq42GwthoEn27C65zfc/wDwiFc9jLLJIDWu
cT4xJ3Qq9PSL+oU1i0EXNkesX+l7Q4vby5u2v/ppKa76+jV4mRZktuvtax8tfkOaXO/M/S+l
W9v9Vlqu1up6bgX5leLRmOooD3NvtfZa4Q3+aFjX1ex+z8/1FJ+HVTW7GcWOrJNbQTo8n915
9zv5KBfhUVYbNlb3PFlJzBTSw2Ctjxbvrqpc11/ur32bP0iSkGYwHp+JLmuDb21bHcOsh9DA
zZ7fXov9zP8Ari1qLW5FRsb9Mt403Mc4fnN/fbK5/KzMHLxcvHw8lt7G5TLabDLCwyyz1fTc
PUrq9dtn8ur1LfUWjW/KsubYWPe1wZtrtt/RuJO5xrYA/Y2qP0W/99JTznTqqaWl9WSxmY4s
aQ4btp2Nb9mcx5fb7HNf+m9inlVinJ9J9/2l1R23vDP0bXaH9E7c5z2/y1QvwqmZOS82Fl9V
9tdmRO2Ye5z9/wDnfSVeyrJdkNYH2GmZDXEcDRqSn0b6mdLyPtdvVbqy2n0G04pkakkm87ZP
/SWn9aMT7Xg178exwxrm3EuEANh1b4c0793v9i46jJ6n9lodi+q91bBUBVPDAPTrMB/5h/cT
1s6ruLrMe0tMD88xr7t29oa3ckpv4h61hXeg24ZuG4/ozbWTaC4T+kyKdv0P8J6v01HqONlC
3fTjtbuIO7YwOJ/Nbu3F296sdSy8rB6fj2C37OLifVvc0GxjawH27KH/AM8+7+bre/8APT4e
RkZNQORiWGgDeLs21rbQT9CyKxWyn/i9ySmlRhdYew2NYXFp3bQWFxA+ltYI/NCPg5loLm/o
3F0fSaR8N3t937q3un41T3B1hsxbnaVh20h0/RfXbU7Y7/oLXoofW0tssNhJnURH4lJTR2t8
B/yf4H7vo/RSWvuPj2SSU//UuU4zcrNsrxsi3ItDnEgWRtg87IVu7pfVsbDvtcxtrqmOdVLQ
XwPc1tu36f8AmqtlZmdh22ZmA8PsqLmGnYLGguJ3PIPu3qvX1z6xWMvORnWUvDJrYKxXLiPa
Gba92zZ/0/TSUxsvsowqrXZTTZZs3MhgZBPu2D6de1qG3qeLRkU32dTfdTLg+S4NBA/RjYGu
c5rv66y8XE6XfWPXF9l5A37anAb492/T3/19/wCkV6vA6aMd7sfCstsrjYXslxcf3a7HNY7Z
/LSU4X1pyam9bHUcOw+nlVss3tlu6CWWNdo36ez3roP2szFoYcjHysdkbay4NeDAjb7TdX6j
f5L1W6hhtyXYz+qYrn4of6brC0VenH6V7D6TnV/pKv8AqFs2DHo6Th15dtfr2VOqFkwXFzHu
d6b43tY1rfppKeIzabbLPVssGFTmOOSz1mne4WF36Rp+h7tv5ingNx3v9Ohr8lwcNjKwXPc6
dX3Wu9jf872VrtupdMr6v9R+nm4st6hgYtNtXI3exnq0fvfpK/f/AMdWuc6b1B32mqstFFJb
Di4hprDp27S38yyPZ++kp7D6iVZdIymWVelQ1tYY5z2ueXEvf6b2VFzf0Ffs9X89dWSZ0XK/
V3MbXmmsateybCOzRu2/RP7y6T7XTLQXbQ76LnQGntG6UlMM3pvT+osFedj15DBqN4kg+LXD
3Ln8mthZcBk+hvkVOeWWOaJ/PbeP0m5v0966hryeW7fmsfNpZXmvc1oBsO5ztokkzv1hJTzn
Sm4nRerUsrzL7q7XNY+m2xr6Xeo1z/XbVt/Q2ttb7PS/wa7wt18VwX1qBbd06xsbi57W8cjY
5q76s7mNd+80H7xKSl//ACKSnHn2SSU//9XoHZ/SW2kjDvcWkz+ka2TP52129P8Atfp0gt6c
DHtBe5p/K16zbcXqTX2OOM70i4uDzLQRPPuHtcpPwcltItfdQBG7YC97yD+YdrPTZ/npKTWd
RtyCX21VW6/omkFoY3nZ+g9L1dv8tyEOtCp5rfXjV2A6A0PJnTa31LC/d9L6W5Soorc2bshz
nkkn0q5/qj9LYr3TuksyBvste303QGQIIOvgkp5767Z+Vf8AV99WytlXrVlwY2CZ3Md+d7N2
5YHSOtuszcJ2UCRiMdS06assb6b9zXT+l0a/f/I/lrq/8YmKzC+rbGUfQvya2XEgSA0PtZDv
5VjVw/QKh+1+nulri7Jqaa+4/SMa7d/1vc5JT6qOmX5VDLMTJrqEfnsL40/N2WNYuL6vi4nR
+rNxMu8F1A9XHtqa9hDXauq2VNt9j/8AQv8A0a7PodrcO23oxaWvxXOZUwyXekzb6Nv/ABTs
azH/AEn+k/RrK/xg15WPjY/VcO51NrP1Z7RBY5r5tqNm5r9rmObbsf8Ay0lNb6u2UZPUmU20
vZRfuraXtNe8Oa52xrJZaxvt/P8A+2l1n7C6RvY8Yw3sLSx0uMFmrPa7cxeadJyLvW+05Vj3
9RG37MN3tYzc17tm3Yz1H/nv/sL1mS8Bw76pKZx+Ky+rAtvqeNJaQT8D/wCZLT1PCo9Vre6u
tzdXMcZA52kGUlPJ/Wqa8KjJa3XGuDh4x+cu4w3tsxabGmWvYHNPiDq0rl+p4f2vpWS3adtd
ZsDo0G2XSr31G6iM/wCrmMZO/H3Y7wdT+jPsd/mOSU9Ekm/uSSU//9b0R4JJlseOqgWxoGwP
Dt9yK4ncUMySfDtp/nJKQvqaT/NtJPeBP5E+rRtAaPJO8bpnTwIKgyWj9I4WEzqBrp29u7dt
SU8l/jOFjuhY51LftLZj/i7I9oXD9DLPt9b6wH2YrHX7TO1xYC4s/efuXon+MFlr/qrl+mCd
jqnvLf3Wv1Lv5PuXmPSTY3Ox3VWbXOM2EaFrACLdG+7b6Zd9BqSnZ6Vmdfz+tYfXMZtmd1Bl
zg+uQN9JH6arc/2VVehY+v8A4L+wu3+uedbi/Vuu7JqB9S6pl9LR6kE7rGenZ7four91i0vq
/wBF6Z0zEP2Bu5t4D3XnVz2nWtu7/Qs/Mr/7+ue/xoZpp6Xg41Fmx9t7nkDmK2xu/s+qkp4u
3JycrIrxWA1XZ1jGl8+8NJhrG7f5r2le3hjR7T9FunyC8Z+pOE7O+suGLP5vHc7IueewZ7vd
/KfZtXsNmWwAwd0z+KSnhK/r9XbZeM9jgxrnekKHH6G/06/WY/Ztd/V9VU7/AK5Y9hIb0p+T
WHOix1rQIb9L9HtfseuRyabWX2VbCXMdtdA7lzv7lcrbkAOtqEMeRY6OAHfo37gkp7Jv1hbk
0XVekMVrm7b3Pta9hBb7GbKxvtd/r+kVnpeb0bpOGKcJpIlz/Sr3OJs09Yu3e9ntb/UXPdK6
du+zutsG1w/SU8GHNft+itzFoqoeBWwOe6QBoNSZOv8AKckp7bc/97/A7uDz++kg/rX+iH9F
8f8AC/6H/wAzSSU//9f0V51Pgh9/gpPMOM8qE6ykpfzKiGsaPaAJM6aannhRtvrqP6R2wngH
U/5qrvziQRWzjkvMADx9qSmeXi05eLdi3t3U3sNdjJPua4bHtDh/JXluJ03Hd1OynFc/H6fW
NPVc0ZLiDtsbbW3b6d29ljP+61f79q9IweojOufXj2NuFJi17GzWD/o22/Re/wDqKn1/6pYv
VrBlUuGNmtG31NsseD/pQ33/ANtJTL6sdfqzTZ06y5r8igAsMBhe36Jb6cNbur/krm/8ZDLr
+qY2PeRVjMp34z4P0nnbkfyfa709/wDrYtjoH1Xf0vPbZbSch1bg5uS6xjK2iP5yuhjbcq2z
3O9lzqa1vdX6RhdXxvsuXWHgHdW+BvY7/SVuI/z2/wCESU+ffVW7B6e92JRnMxbsos3Z1jG2
bgPpUbC9vp0b9/pWf9uLv6el9SaYtzmPA8MdrT9/qbVyPU/8XY+wV42HRTZkuDWOyI2Bpkep
b73Pf6b2e7b9Peu06bi34PS8fCfb61+PUKxaZhxaCK3O3e/91JT5d1ivHb1bILhtD6mlunMP
eHfS9iji2htgL2OIsD2NaeNwDbG6/wDWXq9k4zsrqDCTzVdVafB+4Pb7fpbN29V6rPTeK2ge
17HETJmPsxc3+r70lOrW70LXCtk17JYNBp/ObVpdOHrZ9VQMwW699eFiY+Y92M9+0vDGkOJ+
lI3c/ct7otbz1DFsY2RY9j3EDwB3/wBVtaSns0k/9ySSn//Q9EsPuIKo9QruuwMmrFs9LItq
e2mz915ENcr9mrzqhFkn+9JTz3TKur42PXTmVerk+m0B5dvBcAA6u29o921/56sM6LblOFnV
rzeJn7LX7KR/X2/pLlrlg7afgh2C2S4WEMHLWs3OSUlprqpqbXUwMYzRrGCAPhCBl51WNtLj
uPdjdXH+q0IWa3OcMcYpaWl36w1x2FzC0++fpN9N/wDg/wA9Y+Zbl4TnEYRuMwGhwY3/AIx9
rtzNv/giSm/Z13Je414GC98DW28+nX9/5yrOv6zfbFuWxrI+jQyQD473u937v0FRxj1R9hfm
W1bSYbVU0hjWn+U/3Wv/AJbtit227rW013CuQTALfUcf5P51bUlJ8vO6h07pV4x3/ac50HG+
0ETLzDn+0fpGUNduZ++qXS7PrDRgDFGU2+/V/wBqva5zt5O8s93/AGnd9Hf/AD1f+CUsrJ6N
0sCzqNwFh1bWTvsd/wBUqeJn9Y67e0jHt6X0GwPAyGgetdt/wNTp/QNtn+k+mkps9Wy8HGIN
zPVy7nexlR9xd+c9/t2Nr/4V7FUxelVdTJfVbT6L3tc4Me19gG7bPoN3PZtduf8ApPSW8K66
a2tx6muc0tFY5MgbWude/fZ/xlql07pb8bNfm5JrqvvPsqxGFrIH/cq4y7It1/P9JJTi1/VX
Lb1K3GqBbhF3uuggbR72t597/wB9ddi4deOxoa3aQNQOP6v8raplt29pZY1rAIcwtk/2X7mo
w4SUz/uSTaf9FJJT/9n/7SRGUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwC
AAACrgAAOEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxgH1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAAB
AAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRl
AAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAA
AQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQy
BDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1
aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmlu
dE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJv
b2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29s
AAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMA
AAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91
YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1Bz
ZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVu
dEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5Qcmlu
dGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9u
ZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAA
OEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAA
OEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEA
OEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAv
ZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThC
SU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////
//////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////
/////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAAB
AQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQe
AAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAICAAAABQBpAF8AMAAz
ADkAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAgIAAALQAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNP
YmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAA
AAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAACAgAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMA
AAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAA
AAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABU
eXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABS
Y3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC
0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAgIAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAA
AABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1M
Ym9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNl
SG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxp
Z24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUA
AAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAM
Ym90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAA
AAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4QklNBAwAAAAA
GvoAAAABAAAAcgAAAKAAAAFYAADXAAAAGt4AGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9i
ZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcgMBIgACEQEDEQH/
3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAA
AAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFC
IyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSF
tJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUB
AAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kST
VKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5en
t8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOwv6MZJrezUmQW+P8r83/NVX9nWSQTU537swfP2fSW+4CSuVHT8
p/1nF767PSGU57bQ0hha1vs1j+Tt+l70lNh+LkU7GNoDtxcCSZja1zmf9Pah41dtgvJrcS26
2ppDdNrTt9N23/NW0Wh2QXQYrAZHm6LHn+yxtafGbXXS9wMNdZY8k/ynuSU0cXprngGwCquB
oPpny/4Jv/giu5GZ07peE6/KsrxcWscu0Gmu1jfp2WO/cZ73rL+sP1qwugMH2gG3MsE0YTTD
yO1mQ6HejX/015d1XrGf1jMOT1Gw3Wg/ocdmlTAf8HWzVJTv/Wf695nV2OxenNdidOMh7pi2
wcfptv8AN1/916v+uWLmbHufc1oBnTaHaEmPzvzWoldHFbhvsP0msBhv8gAfnK5XhMDfcWEu
iQRBE9/e5mxJSsPpPqML73jXn3REeC0cHL6j0jIbkdPueRxZQ73VvH8tp9u79xDx8M+mQ617
THDSIEfyJduajAtpkFtl2jS3VrR5Dc4bUlPb9B+uHT+pgU3luHmj6VTzDT/Ue+P8x3+euhOh
gryayjGvZDce4XH+bcPc4SN0S4t/zFqfV761dU6dZXhZzXXY7jtq3fHb+ju3P9J+7/Av/RpK
fQ7LAxsj6R0b5lEkBUftmLmYrrKLA6Bu2yA8bTu1rPubtVprvaHTMpKTf3JKE/8AUpJKf//Q
9GeR3UC4EfwXn9v1m6nTe7dnXSHGGb5EA8ayrFf106l7SH1Wjv6lYn+tur9NJT1YcfWrcwyL
7nuI/ktYa2f9Ktqjis9fAaa37LCLBVcBO0uc+LWtP57Fz2D9Z3str9bGFjaKvTml8OO8td6k
W/o3fzf761On9f6RXi01vsdS5rBIdW+J5d7g1ySnnM//ABaWlg+xZvq3WP3XW5ALSJGtm7c9
9qz876mXdBwLM3Otptqa5oLqt3qPLztrY1lgY33O+l7/AObXenr/AEbtkh3EbWuM/wDRWL9d
Oo4Wd9WcqvFuD3B1Ti2Q0wHt3ex/vs2fyElPItsdXri1xUT9ENaZIOrpBbZYpDItLGm+oFm6
TYWGGwQ4u3PHko4NdrdrXMJ3NHplr+QdZYxrfar3Vmv6X0NmfbT6z8tzRQAf0dWj3Pdc9m/1
mP2/zf6P3pKeczeqZWRY+LCykuIYxntG0H2E7fc5VqbranNsZY5rmnQzMfFa31f+rzMttfUe
qP8As3Sy41sPub6j4O33tbZ9nxW2bGuyHV/8HUr2Z9Uq3Yvq4VlbbvVZT6NV32hhc9rrGgXO
qx/0rtv8ztSUkx3V5GNTfV7n3NlzDa47T3Do+h7leawvArcK4DdADEbfg36Kxvq5ZcMa6oWb
gyyH1HQsdqHb/wA7bYtX9lXBr8k5d5srodeWFzTWbG2tq9D0/wDR/Z3/AJqSm1jZr8XId6N5
a6stbkMYIHpvOhZa9jbO/v8AcrLusdUx7TRVnXBgYGh1gDtrwfS/PD/3P+mq2bkNra1rmOm0
ENa1pedPp/Q/6KO5u9zHgw57GuceQZGz2/8AXG/9NJTu/tLO/wC5Dv8Ak31vos/nP9N9D6f8
j+bSQvTd+9/3lT8/uSSU/wD/0du36hYPqPd9rt95Ltrq2EAn933IF31CxjW0Y+W9tzZ1taC0
zp7tnvarmT1g4trm+vYbPe4U1tNpO0+PvZXt/lqDfrJQdTk2Mge4PpII05/m0lPKv6R1XHsL
HYt7XtO32seQYOmxzQWPRG4H1krpn7LkejWNS6t2mvn+6upd9ZttX6HKoc4mAbw+trf62xnu
/wDA01nXuqVUm+44L6mid7Xkg/Ae56SnkHZPVG1BxNoA5lp0+l5e3hPTTm9RYMdrQ6530y4k
tA/0jh9L2rrqPrV9pqdNeO6oMPrAXFjtsF1m2ixm9/6JNRnYmaGPxq24+KK6/TqAaDtfLq3X
P9vu/R/oWJKYYvS8bp9DRSB6zWgOuj3Fw+ls/wBFT/o2LMyH53SzZkdNAvw3Bz8npxIlpJ/S
X4W72+5/uux/5t//ABisZ9t7eqYorf8Aor3PaWwY2+1su/OXKZWfmWg4lRh/Usp4bqQRS0tx
mzv+i13p+t/00lPTfV+vA6lZmMuf63SOtMY+A41+lfTtdfi3/wCi3xV6f/ba03t+r1F1pfm4
N14dH2XFpoY/Ubqx7LLbt9f0/X3eoz/ri4TMb01799NL8hmQAGUh5Yy6xm5jsl+w+5v0fe1v
6bYh4uG+jINL7C302n1hXodriIoa8f8AanJf6bK/+49f6RJT0Gbh0jOLcMNfXkBlryTtBe7V
+5rNrvzfzlOrqf1mqsZXdn411byAanUN9R1fHptuaPU3bfbvWhWOhN9M9VvpwcprWGtllpYD
WBscz1odvc1aVdn1PZQ643YdtEBrrvtDnEn93a1JThZza3saH22YYrcSbJcwET/pfTezY78/
c1XqD62I9oduiwur43Gmxuyt5j6PqXV+qxdR0+vpL8ZjsD0Lscj2PY5tgIP/AAj3WOUmtxMh
jMrGYzRx1DA0naXVPY4QHe125JTV+xVeNn/J+zhvH/k0lp+lV+4Po+H/AEUklP8A/9Lavo+z
5LxW53T7HMllVga0Oe5ztgcwbvZY5vv2u32KubMirKoxLcYM/SzaWSbA60byzcTt927a/wDk
M/kKR+t2fh1nHdSzIe1xDXv3b9oJ2hzayN79v9tVcjr3VsrLBbSysWsYNlQdLoJ2+6x39hJT
pX9BpssGY/BsArILq2hrhbH8299e/wBvo7fz2KWLgvvbmZdNDra8gAM1YXOY1ux+PXtc79G1
7dmzcj32ZDcGpl9jrQ3QbiRJP0Nz/Za7b9H3Lm+o9c60Mu/GfmPbSXDaxsD2/T9rm/pGfmNS
Uyy8evA6c/Hsw8iq/IY6qq/Ie47JD7X7mek3f6NVbv8ACvRuhVWno1FmTt9S5jSWngNaxlNL
G/ymV1N37v8ACLHz8rrgxKr73Oy6MmwYuNXkvLw0ObbvdY121rftLx6W97v5hdSMdjWGthaP
3uAJH8lJTj9X6nXj3NZta7Ku3VYhcYAAb+ld+d732OXM5D2UOcXgAkek1tZLnCo/Sx8edv6X
K/m7f9FT+jWl1J+3r1ldLnWXVVsppa06my4vyMja73NazbsZ6v8Ao1NmJj4NhzLNvrtadrhp
Gm0ipjvb/wCjElIqMd2DiWdQzdvrsYC2tuuwE7ascAf1m/8AXE+ZXThGv7S19VV4JqhrrGPt
ZNV9+T9nd6/sfvpYz/jVf6XjN6tk44vaYscTXUOAB7vVd9Hdazat/wCtWBjUs6dY1tbaGE43
pRoQf0texp+k/dvSUg6L0jBztjepV09St9OcaxzRW1rG8U1Nb6n6Gup36Pf6lq16/qt0ZtYZ
+zsSN0uBLiHD93bs2rM6bS3GtpvoJZWxwLhq4bfztu4nx/NXV+pU2Ze0Afygkpp4vQOkYtnq
4+Di02dnV1QRru3bj/VWgxra2hjBDR2+KBkZdGOzfZfXW3iXHuf7Sr19Y6dZGzMa4EkbgBEj
9791JTp6/wDR8UlX+34375/mfV+ifo/vpJKf/9PUOB0sFwuzLLbBYXbGUnT3OH03upbvc36f
8tTvb09xYcOi9rq42GwthoEn27C65zfc/wDwiFc9jLLJIDWucT4xJ3Qq9PSL+oU1i0EXNkes
X+l7Q4vby5u2v/ppKa76+jV4mRZktuvtax8tfkOaXO/M/S+lW9v9Vlqu1up6bgX5leLRmOoo
D3NvtfZa4Q3+aFjX1ex+z8/1FJ+HVTW7GcWOrJNbQTo8n9159zv5KBfhUVYbNlb3PFlJzBTS
w2Ctjxbvrqpc11/ur32bP0iSkGYwHp+JLmuDb21bHcOsh9DAzZ7fXov9zP8Ari1qLW5FRsb9
Mt403Mc4fnN/fbK5/KzMHLxcvHw8lt7G5TLabDLCwyyz1fTcPUrq9dtn8ur1LfUWjW/KsubY
WPe1wZtrtt/RuJO5xrYA/Y2qP0W/99JTznTqqaWl9WSxmY4saQ4btp2Nb9mcx5fb7HNf+m9i
nlVinJ9J9/2l1R23vDP0bXaH9E7c5z2/y1QvwqmZOS82Fl9V9tdmRO2Ye5z9/wDnfSVeyrJd
kNYH2GmZDXEcDRqSn0b6mdLyPtdvVbqy2n0G04pkakkm87ZP/SWn9aMT7Xg178exwxrm3EuE
ANh1b4c0793v9i46jJ6n9lodi+q91bBUBVPDAPTrMB/5h/cT1s6ruLrMe0tMD88xr7t29oa3
ckpv4h61hXeg24ZuG4/ozbWTaC4T+kyKdv0P8J6v01HqONlC3fTjtbuIO7YwOJ/Nbu3F296s
dSy8rB6fj2C37OLifVvc0GxjawH27KH/AM8+7+bre/8APT4eRkZNQORiWGgDeLs21rbQT9Cy
KxWyn/i9ySmlRhdYew2NYXFp3bQWFxA+ltYI/NCPg5loLm/o3F0fSaR8N3t937q3un41T3B1
hsxbnaVh20h0/RfXbU7Y7/oLXoofW0tssNhJnURH4lJTR2t8B/yf4H7vo/RSWvuPj2SSU//U
uU4zcrNsrxsi3ItDnEgWRtg87IVu7pfVsbDvtcxtrqmOdVLQXwPc1tu36f8AmqtlZmdh22Zm
A8PsqLmGnYLGguJ3PIPu3qvX1z6xWMvORnWUvDJrYKxXLiPaGba92zZ/0/TSUxsvsowqrXZT
TZZs3MhgZBPu2D6de1qG3qeLRkU32dTfdTLg+S4NBA/RjYGuc5rv66y8XE6XfWPXF9l5A37a
nAb492/T3/19/wCkV6vA6aMd7sfCstsrjYXslxcf3a7HNY7Z/LSU4X1pyam9bHUcOw+nlVss
3tlu6CWWNdo36ez3roP2szFoYcjHysdkbay4NeDAjb7TdX6jf5L1W6hhtyXYz+qYrn4of6br
C0VenH6V7D6TnV/pKv8AqFs2DHo6Th15dtfr2VOqFkwXFzHud6b43tY1rfppKeIzabbLPVss
GFTmOOSz1mne4WF36Rp+h7tv5ingNx3v9Ohr8lwcNjKwXPc6dX3Wu9jf872VrtupdMr6v9R+
nm4st6hgYtNtXI3exnq0fvfpK/f/AMdWuc6b1B32mqstFFJbDi4hprDp27S38yyPZ++kp7D6
iVZdIymWVelQ1tYY5z2ueXEvf6b2VFzf0Ffs9X89dWSZ0XK/V3MbXmmsateybCOzRu2/RP7y
6T7XTLQXbQ76LnQGntG6UlMM3pvT+osFedj15DBqN4kg+LXD3Ln8mthZcBk+hvkVOeWWOaJ/
PbeP0m5v0966hryeW7fmsfNpZXmvc1oBsO5ztokkzv1hJTznSm4nRerUsrzL7q7XNY+m2xr6
Xeo1z/XbVt/Q2ttb7PS/wa7wt18VwX1qBbd06xsbi57W8cjY5q76s7mNd+80H7xKSl//ACKS
nHn2SSU//9XoHZ/SW2kjDvcWkz+ka2TP52129P8Atfp0gt6cDHtBe5p/K16zbcXqTX2OOM70
i4uDzLQRPPuHtcpPwcltItfdQBG7YC97yD+YdrPTZ/npKTWdRtyCX21VW6/omkFoY3nZ+g9L
1dv8tyEOtCp5rfXjV2A6A0PJnTa31LC/d9L6W5Soorc2bshznkkn0q5/qj9LYr3TuksyBvst
e303QGQIIOvgkp5767Z+Vf8AV99WytlXrVlwY2CZ3Md+d7N25YHSOtuszcJ2UCRiMdS06ass
b6b9zXT+l0a/f/I/lrq/8YmKzC+rbGUfQvya2XEgSA0PtZDv5VjVw/QKh+1+nulri7Jqaa+4
/SMa7d/1vc5JT6qOmX5VDLMTJrqEfnsL40/N2WNYuL6vi4nR+rNxMu8F1A9XHtqa9hDXauq2
VNt9j/8AQv8A0a7PodrcO23oxaWvxXOZUwyXekzb6Nv/ABTsazH/AEn+k/RrK/xg15WPjY/V
cO51NrP1Z7RBY5r5tqNm5r9rmObbsf8Ay0lNb6u2UZPUmU20vZRfuraXtNe8Oa52xrJZaxvt
/P8A+2l1n7C6RvY8Yw3sLSx0uMFmrPa7cxeadJyLvW+05Vj39RG37MN3tYzc17tm3Yz1H/nv
/sL1mS8Bw76pKZx+Ky+rAtvqeNJaQT8D/wCZLT1PCo9Vre6utzdXMcZA52kGUlPJ/Wqa8KjJ
a3XGuDh4x+cu4w3tsxabGmWvYHNPiDq0rl+p4f2vpWS3adtdZsDo0G2XSr31G6iM/wCrmMZO
/H3Y7wdT+jPsd/mOSU9Ekm/uSSU//9b0R4JJlseOqgWxoGwPDt9yK4ncUMySfDtp/nJKQvqa
T/NtJPeBP5E+rRtAaPJO8bpnTwIKgyWj9I4WEzqBrp29u7dtSU8l/jOFjuhY51LftLZj/i7I
9oXD9DLPt9b6wH2YrHX7TO1xYC4s/efuXon+MFlr/qrl+mCdjqnvLf3Wv1Lv5PuXmPSTY3Ox
3VWbXOM2EaFrACLdG+7b6Zd9BqSnZ6Vmdfz+tYfXMZtmd1Blzg+uQN9JH6arc/2VVehY+v8A
4L+wu3+uedbi/Vuu7JqB9S6pl9LR6kE7rGenZ7four91i0vq/wBF6Z0zEP2Bu5t4D3XnVz2n
Wtu7/Qs/Mr/7+ue/xoZpp6Xg41Fmx9t7nkDmK2xu/s+qkp4u3JycrIrxWA1XZ1jGl8+8NJhr
G7f5r2le3hjR7T9FunyC8Z+pOE7O+suGLP5vHc7IueewZ7vd/KfZtXsNmWwAwd0z+KSnhK/r
9XbZeM9jgxrnekKHH6G/06/WY/Ztd/V9VU7/AK5Y9hIb0p+TWHOix1rQIb9L9HtfseuRyabW
X2VbCXMdtdA7lzv7lcrbkAOtqEMeRY6OAHfo37gkp7Jv1hbk0XVekMVrm7b3Pta9hBb7GbKx
vtd/r+kVnpeb0bpOGKcJpIlz/Sr3OJs09Yu3e9ntb/UXPdK6du+zutsG1w/SU8GHNft+itzF
oqoeBWwOe6QBoNSZOv8AKckp7bc/97/A7uDz++kg/rX+iH9F8f8AC/6H/wAzSSU//9f0V51P
gh9/gpPMOM8qE6ykpfzKiGsaPaAJM6aannhRtvrqP6R2wngHU/5qrvziQRWzjkvMADx9qSme
Xi05eLdi3t3U3sNdjJPua4bHtDh/JXluJ03Hd1OynFc/H6fWNPVc0ZLiDtsbbW3b6d29ljP+
61f79q9IweojOufXj2NuFJi17GzWD/o22/Re/wDqKn1/6pYvVrBlUuGNmtG31NsseD/pQ33/
ANtJTL6sdfqzTZ06y5r8igAsMBhe36Jb6cNbur/krm/8ZDLr+qY2PeRVjMp34z4P0nnbkfyf
a709/wDrYtjoH1Xf0vPbZbSch1bg5uS6xjK2iP5yuhjbcq2z3O9lzqa1vdX6RhdXxvsuXWHg
HdW+BvY7/SVuI/z2/wCESU+ffVW7B6e92JRnMxbsos3Z1jG2bgPpUbC9vp0b9/pWf9uLv6el
9SaYtzmPA8MdrT9/qbVyPU/8XY+wV42HRTZkuDWOyI2Bpkepb73Pf6b2e7b9Peu06bi34PS8
fCfb61+PUKxaZhxaCK3O3e/91JT5d1ivHb1bILhtD6mlunMPeHfS9iji2htgL2OIsD2NaeNw
DbG6/wDWXq9k4zsrqDCTzVdVafB+4Pb7fpbN29V6rPTeK2ge17HETJmPsxc3+r70lOrW70LX
Ctk17JYNBp/ObVpdOHrZ9VQMwW699eFiY+Y92M9+0vDGkOJ+lI3c/ct7otbz1DFsY2RY9j3E
DwB3/wBVtaSns0k/9ySSn//Q9EsPuIKo9QruuwMmrFs9LItqe2mz915ENcr9mrzqhFkn+9JT
z3TKur42PXTmVerk+m0B5dvBcAA6u29o921/56sM6LblOFnVrzeJn7LX7KR/X2/pLlrlg7af
gh2C2S4WEMHLWs3OSUlprqpqbXUwMYzRrGCAPhCBl51WNtLjuPdjdXH+q0IWa3OcMcYpaWl3
6w1x2FzC0++fpN9N/wDg/wA9Y+Zbl4TnEYRuMwGhwY3/AIx9rtzNv/giSm/Z13Je414GC98D
W28+nX9/5yrOv6zfbFuWxrI+jQyQD473u937v0FRxj1R9hfmW1bSYbVU0hjWn+U/3Wv/AJbt
it227rW013CuQTALfUcf5P51bUlJ8vO6h07pV4x3/ac50HG+0ETLzDn+0fpGUNduZ++qXS7P
rDRgDFGU2+/V/wBqva5zt5O8s93/AGnd9Hf/AD1f+CUsrJ6N0sCzqNwFh1bWTvsd/wBUqeJn
9Y67e0jHt6X0GwPAyGgetdt/wNTp/QNtn+k+mkps9Wy8HGINzPVy7nexlR9xd+c9/t2Nr/4V
7FUxelVdTJfVbT6L3tc4Me19gG7bPoN3PZtduf8ApPSW8K66a2tx6muc0tFY5MgbWude/fZ/
xlql07pb8bNfm5JrqvvPsqxGFrIH/cq4y7It1/P9JJTi1/VXLb1K3GqBbhF3uuggbR72t597
/wB9ddi4deOxoa3aQNQOP6v8raplt29pZY1rAIcwtk/2X7mow4SUz/uSTaf9FJJT/9k4QklN
BCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEA
ZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQG
AAAAAAAH//8BAQABAQD/4RBraHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNr
ZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBt
ZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1
LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6
UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4
LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1w
PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwu
b3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhv
dG9zaG9wOmFjZjQ1Y2JlLWVkYzQtMTFlOC1hNTdjLWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjNWNiNmE3MS05MDViLTcyNGYtYmE0Ny05OTJlOWFjODA4NWEi
IHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpDNzBEQUY2QUI3RDExMUU1OUU1
NEJFNzlCNUY3NzA5RSIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjUyKzAzOjAw
IiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNiswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRh
RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNiswMzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBw
aG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3Rh
bmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OGFkNjE0OTItMDE1ZC1iNDRlLWFkOWYtNjkzNjk4N2ZjNzUxIiBz
dFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkM3MERBRjZBQjdEMTExRTU5RTU0QkU3OUI1Rjc3
MDlFIiBzdFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QzcwREFGNkFCN0QxMTFF
NTlFNTRCRTc5QjVGNzcwOUUiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxp
IHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6N2Y0OTQx
MmUtNjhlNi0yYjRlLWFjMzctNmRlODJkODJkYTgzIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIx
VDE5OjI2OjAyKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3Ag
Q0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDph
Y3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjhhZDYxNDkyLTAxNWQt
YjQ0ZS1hZDlmLTY5MzY5ODdmYzc1MSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNisw
MzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdp
bmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252
ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWci
Lz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNv
bnZlcnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6
YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjNWNiNmE3MS05MDVi
LTcyNGYtYmE0Ny05OTJlOWFjODA4NWEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzYr
MDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9y
eT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVu
ZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4V
EBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAgIDASIAAhEBAxEB/8QArQAAAQUBAQAAAAAAAAAAAAAA
AwABAgQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgIDAAICAgIBBAMBAAECAwQAERIFECET
MRRBIiAGIxUyoDMkNDBCJRYRAAEEAQIEAwQFDAEEAgIDAAEAESECMUESUWEiAxBxgSCRMhMw
obFCUvDBYnKCkqKywtLiIwRA0eHyM0Nz04OTFBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQEC
EQMRAAAA1xW4FdSYTNIg8pgI2YDEeQJyRBtT0QbzYAWUiEpwB2znFKLjOkKEOWL3MjCWRSGR
kMgosibGKV7CkWOi5CR6CXmN0tvGQ7JCdkJ2cTs4zsh1GYkmHSRJJFUdqJUDfYzW0RlF77Gc
tCJRBpVQEzuYuvl6hOMZEU94q3ncSTEniMJm53LmhlygMYcA4ZwE8bAK1OyCOWYBjCB1rQwN
2sE6zZ4PTOselcHTsJ2YkmRKCGSKEw6ZxKMiSZA2eIoyRHM1MEiqIjqD07pCtapFp5OYG9ma
oykhk7jPBx4PgmhydKsSgaRGUUKTsMMpSuU8R7NZF6VFyxOtIsOIpBpwKo7ri1sBHd2eJ3Db
Q5jp2Gq26wYlcxNRcSSJpIjCcBk7Dcv1PPlSE0dDYHMgFrApDmU71ayJnYQWkO1XlC/zMmEW
DEgqwI0gE2chB7JCrIjADSMNOUysUkCJ6SL75JDRnnFDZtkRWu0oHR9Bxl8658y+TGQYMwDk
nTDpkETIjGcRkmFn6CM2GqxF0inbo3SKZAbdK0OGEwuZz+SFqHCSi4xiPZBHaYCdmyUiW3K0
LciojRJuRhMKsWpZQzUnlTNGYSilBycxocV9jHvHCXdDIsmzbwdMlZy7BfVUgV4SCJIZkwmd
DJIZOwouEqHmMdxzB3KN4bI2AnDD7lziaXXYZkT6AZRleRUsJgQywHIGIcueYuQqkD5R6Iko
iSQk7hNXHumiiDIyEi0zMGaLhAOUrWJALobiM09cgrde0dGkhouwzJEXSEmQ1WzSLtaxRDsa
qNeoXySaRFOhQkhlJwNLRyTjLdIpackQKuIpzsGMwtukUwpDJ0M7InF0OQEjpmzNEiV4k0wg
xATCZ+gAkORA1eRSlKZBrVO8dEkjna4gF2VFzZs89I6QnJxOuz8dzpcwETep2KxK2CwKTITs
h2SEnQ2Ns5xwpQmClick84inExAexypXFFxEh0pix6cBzY+ipGSiiLO3zu0WotApB05GXoXs
81UyGZwD3aGiU2MInYrWDo06OLAWoEjXcNOpItxDINKuUeQTDGaJsWMFzpCcpM6qPMSOlHgR
N8nOo6ChTIcqaJgR7MRnKUNfa0cbmb2MCPDowui2MbVSmYu07DGJmdRhkNLA3hyOYlGw4fM1
KIMqIVBwgG0M3SBSmw5gWDoE6OBqaVQHE5CoxzFQenQFEjDSZwqGMvGy5mhGki8XKkaUKMS+
OoQPCQykR7QregQC0nOf3Q82diLN0Cnk7nNnX0iaZyurpUAJ4GA1dyic1eKMhcrwOnlxMztq
/L6Ad3kUw2cw0bObaNSrZrArQjm8nQEZIkIFYEisQBZcwMns8QxHNAC5ogoWylBtKsVjRIQF
YADnKQYRTFTfhfGjOJABhiq2InKXN3njZr4/SGd2XM7RdTjJvWCGr0UNkbGeVp2jGPLViZVm
2ghh1yyJkGrnGX5QKA1M66aiZAoUBmms4xaatIO1Zyyq8gsJSAklIincHXtuZK1mM6GkjkrG
4c5vQvUxywkMIdA1QicCsy4XM2eWRVwRr1caRo1BDJ2q0zVs42yKpqVgZwnBi0SmObagZ9qe
gZMOgkclo7qOX0NekAsnkGSRjjcZCcBliWVcLMROGUENN4FapoOUJ2IDThAs2siZpzy0brYB
gliucImRn5u5jD26t05u/maRSAK2bChXI26NUJXsGKkjotaFIho6mbqlaxZcGiVw8hILJnEk
h1EYURogbAChE6MKo0ChbNdMgG1nAJbFIotrQM2YxBbNDWClDQNLH388xzitFm1nWDI2ef3y
GjTOGjVsE8jUyxyFzyk71yps0ygrtZwTtdCiNRK+jGBPZwdIu4e3hhUGZZ0MWwaWUcIboeZK
dWXltQ08jUGXXSIu7kkkY9G8EyyWbJTJQmalOmA2bAZksnROZ954FAhgl2vYCZN2Ll+uGkYu
hnXTcNKI0hzASqkCZY6hYqNaC0omIjr6wU0nKx6dopSV8DXMYF0FOyX2cYrtAoQlaRaiKYx4
OQKnGSYk7ImkjAbYCZhZiILTAYYdEoC694qFtwMcOtUK94eiCo6Yjn36Jjmc7fzjJ2snXNBR
QhtADl6fNly3WONWcASo+mS0IMFpHzB9OpsFPn+twSrv41w2ZVyG2ajdHTOJ2RJk4kkJ2Qkk
NJnJpI5/V51zpWyKxvxwYFqfOzNhqN02BDYE71xwUKJv51ZyRwUS/apVTat426RnIZCrbEZ+
Js5pfihiBbKB0BoJAIiBz2BdBWumVh9PzIeBbBWMZg2xhbQVJxJOJJh0FgyFIkk4pimFSRyF
e1UIgIwxoXDOcsxtqrcDDnEriaRnUdTOFKEyBFtGPi9byht7dK0Ei0iMCVzCGBwtivsAlKI9
SdYHdp6IW1n7ZoHjIjzPT8uNYz7xZnEoPUoTNJAYsPXEXlXYsjrZ5sNgCOljjo3o5BTaTo5K
vMZIF2IK5YMZQdQYOrbpAZWyGYDp80BG/dKJdSBgXKNwWBsALVujcJRnMDzXScyU7dfWDEzH
LEK0QjxOTIhEex5nriaeI3J9bgGLdllHRW+Q0DfGEhVq6FIi4hF5qLGiqTF9q7lq5RshCCsG
skjEsArmsPLGbcMRjWq05DjIEsmzil7CuUjVr3SGdQ6rkDQvULpLD3sIvXszQDyhMhzHSc8W
TVLREJNErDWaKwCRZi+mF6GtZHiwQuZaAZFsRDJFtVgF2rdGq3hGbC8MqvbKVI7ETMU3I2IF
FpU7prpI5wJxg3nEUwBCQVQvhz7QchJmfT2qIpWkGx9XMJ6IaZr8n1fOmwWiQulxzlnG2+dM
0hK5oWseZoRpiNIFMht7/MbBrF5tjpBYQjoB4Fgtko2CwWMxpVqhrDzNArK7XGk6JW6dgnWs
IAS2YoWykJJIwAWKwzSRUhYrF8ZXKprpDPlJyFe2AnaDYMt2GaGTv8+auRo5o2xnyCkzdEWR
qAMowTFU0nK1ayEBdr2ixoUL4JnETYBRrIHLNrOvl4VvNMrQAI2o89aNe1l2S3PMKaJpFKg9
FATOhSjIdOjnqpqYZ68yFuBQ1ijI0K1YYZoSK9sLhQuMt5li0cmLreRNRsW+aOhj6wYc2CZ9
3MMi3n2RxiGXY1LJIoiB7efpFxaWgc+uiRzz9AjnjbTlPM3c05yroTLhZTJCIAKfmHOlLj7R
deMhJkO7OSSRx4tiqVXNMqQ0AkyiMUqqYM+ixmOO2Uo60TP2MvTJ8x02Ic8nY2dbB1C9AFkF
Rv5RQEcZVnZtAJO4QrwGv04nVavNdKTSQySEkhJIjXtRMYB5kMXoIHLF6SmYXThGdG4jEXSE
7OSSRzdUtcs3aG2BlbkVI3EcyPe5k1RZESzLLgbE8cocmaxrKvdOYHZqlrTp9EYwuizDODqH
KQe05AHCi4aatFc9vRKB7Dm1bo3x0kJJCSQknGr2RmbKuAuwqyLFMwykONU7O5k6w7OhJOOk
jArnqAOh56mdZT5qJ0Swr5PIs0yUdC2YUt0RmWr8zOLcollqLlahqFKW7Qvl6pdplCFvFO9y
dSR5tav0C1MQDTJm6hIg3L+tiaRcSQkmHSQ6TDpIo1dLPFKDkou5z1e5QOi3ea6Mmk4knHSR
z4Z1A2Pt1TKncKU9bPkRo3qZbnnWCy4ZE2jYHytqJk2bzmEuhxC/o4O2WKpOdNqhJjrJ55St
xnbcyZ0jgG6HHtF5wyCa2Nsl56Uw7gCaMKtsZ5odJAqF+oBlGYk0jCztXINrp+b6Mm7OJ2kO
kjnxakzJa/YMs2m5jLYiZx7VElnveM2WlEqzeYiBcM8JE+J6riB+m5HbLuTYrnRFawPCQyWc
SuU0yM3ZHMMpIloUdgzDbMjml0sTI2w2BndDJ0Ro36ZVmNxSSMvI38A39vn+gDuzidnHSRmi
zwmosqRotnOXo02LYIsM6kCY0QcwDL8a8ixF5AuU6/kyqYLlqzn2TpNXl+hNAFk5mPpI57G6
/kAtjImadegcv7/O65tyjIZPEk7OOyQkkNVtVzPkyJJnK3OdPzpf6XjOzLTs4nZx0kcwA4CS
SHUHJNIY7tMi7TEzIcckVjSsgplKV+U7jhyg8ZiKExrXxsdDfydMIyYFyPZc6ZBKxi3PMCXd
Hndo60mdoDs7DvFx0yHTIcRIGXJkJ4yB4PQZBl9nxfSm/IZBOzjpI5Stfzg0YzHjPQMwe65i
D0kVbVhiETgA2hXQZ7TgXM5lcH3vAg3RAVg0Da0KOyC0uf0zUcBh6luJwOd0nPkSDumxALmx
t8/vk4yYaTOJJEZJDM6MwdmuO8ZCrWYnK6mfWPRHCcmmkJOjGnoRM+GlEx7NuZQHpoxG24mP
PQRSe45TtkIO7sOlEqefd1wYOQ5hZQc6joea2zEVTCPSj850AVkxzvN9xygB71EjdryN/c5T
qybph0yE4hFlUhGlHNgXgZ4y6QSLcoI5PM1Mk7vUxbxelVOESRCLMO0XHeLDqLiZ2HUWHZMT
eLEmUSUJRM3h+24kEYRhFHZNnLLkliscoL0PzToDsFRvmPj3cULWgMvZbwOh7LnOjJJ0Ro3+
SNIvIbRtwrQLEsKudIuWY6qXOWjXr0ZEbte4GPXsBDZeiW0yIQNAZnYSdhk6Ip0NGUROkM7i
CNFxnSM7hvQ+HM2cYD6uVeNDC6fnyd6vtGfvaZhpJzluV7HmyvaYAOY7R2mvRvkmdAuH7bgw
cKrFt68hpAulWdmYUY0adrNRcLnRNqkIgukyNotpkPCUBJnEyQmEUTJEWdwSLXJzqnCOzjJI
FwvdcOZDxcRhsbQn6YyOqRRKSGaYjksC/khXE5LTzt0660OZJNEHwXc8OUgzgNYrGCNKAU9R
whq9wFZFcFO2gVmBAunl3y+mQoEgM6RFOwmdCZ2IPJhM6GUZDPBgjOwHjO35048w2DinM2Or
5LbNgsSDxkMmB6JxdAwREiiXact3BovVQcUWI8f13PHPDsRKxCFJNIwCOlUB7NC4HkIhaiyH
ZmCXq+wFSQozgMzsKLoUXQ6SGSQykxVPJyKkxFpIjSvhPNx9VnFItYxa6bltI6wmVpkouxHL
0+VOajaqDTjpGt0WZQOifnym42UQ0cS9WOeqadEk5YjuyLKa2VrbjJWalskosTinLmxk6xNJ
ChKIzSYZJhJpDM7EmdCUXHSYTPEZ0w8JIr8zfxTKvk1A0FWLO7yGsdKouB4Xv+QMt2mHIGBq
anNaZtyLZKRrCAY2/wA+Y9K9ll8LDJlrlJW8y+XwzYGYJSRa9kGQFk09GleHSQ0JwEkwkmGd
nE7ISZDpIdMwkzDvFiTM4PlusGcJPWxi7XYIjwvmtvY2yLN0onn1buOXMid3QOeJtZxo9l5l
3JtJkLA3OfKOHv4JbDcAParmK9wZwk6loUmIBnEgG5Xsmteo3h0kDaURMkJkhnTDvFiTMh0w
gzU4lgUWHTiDKvdCyTgMfeY4eXYjOe3csZ0FnI1x2TEaV9jkNbWgYGT0uSY3WmvhkyK3OdRz
4DB28wu17qK8GGTMOIUtSZaKBD3crYAyYpq6GfoDpIjAkCCdEUmHTIdZ9Q2K4ZkZTmCadcML
Orlipo6wC8nHSQouhM7EXmhndh2UCarDLr0ihozYT1sw3EOY2DvVTm46UCujOZEbjAYW6gzy
iXZDIVtKtqkFdOEPAg6SIQnEZkhmdiLuxydTVyDdv4+gXANmD19HRMrWM4pxmOlEdkhDlWLb
1pB2o0DarYYzVou5F7RzNt2pFobc2VK8dg1D5ExaObcDuzAgvVHg6AysXShn9VzwOQ9INoQt
joiJSjIdOgYywINJhkyEzxIV7bFSrqsUrUyEJO5F0h3i47Jh2DWLtMMQQ7bGbPUYFYjAIJSI
kUx0wSxlugJyGBEPMg8QhM81Uyrp7BHS5iR1ow6AsjaYxdG1IjJ0M7oZ0iSSGHOBFJEVJiLS
RF3cjEkSLuh0OsWEAoSQigq1asaUWGKdcwWAcQ26uHsF8lO4Sd6wStCwAKaYAxiEJPnFypg1
TR0LlwHOKE8K4XPqGLOw5R3aJKWbMvSGQdMh0nJJkRhIY6ZxnSGTOJnYSeI7JCZpEYkCEcZi
tlbMipU1hGRn71QwdKxMGV3HKJwgJgLD0NAkZgFmpiZprYsdQyug3glhoOSTOU5nsgbMmFKn
aJukJ2cSSHdnE7ImmR//2gAIAQIAAQUA/wDTm//aAAgBAwABBQD/ANOb/9oACAEBAAEFAJo/
7iPZEYJKegn9X9YFICJvCilgCCVJzh/X57Bi0CNADaxqolsc2kRG3w1iphQHG2cr1GVgBmhn
HAM/h3VR2nawojTPIzuVHIlORxRsFtgudgkj8ZGxxXGq3YTV3odlDaVDsD14/nfj35/n349+
ffnfmRTzCf2+gTFkDHbIS+8DKwUaACg/LZ4YxRFGmCNyZrDx2FBxwwG2cDB+SUULHJIYoEjw
a87wkZPYiiXte3EgflxDFiAOLyciNkodL/JDExReviGVYPfzZcl5ZXaWJ6faBWguwzBTm/Hr
N5v/AAHhm4hWDf4jw0G8NZSWpxHDWcBoJAfmwAQgldDgcP0B/vl4D9SoWWpU2BIQbCyIcLbM
mtKvESlzkNTkwVVweBrPWEgC/wBnFXS52VmyXOiWY5CAmSyBlIIz1ssWEcZJii0QGxUPAL/U
AjJIw2SIVWN9GC46PQ7KQ4kiuoOes1h8nN5vJf8Awh/H+A8HNYRhAxtAK3PNZxXCqZ8Y8/XT
LsAFYQariF+Mw1OIeBWNwSMSPmY4VXP4HvDm/ZIx5Qq9t3LQLYmkkIcEcffALnskxtogDPzk
cW24DIQCYl0xCguzHNEZybR2MeEsvzMbRWZVajfmjkrXY5lBGD/AHBjHQDlhH6/w97H5w/nf
g/kgZbufLP3LPGLsZVNeRZRreAZbIMbD+gBAaLlb0M16C5oeNHxrCQMu9hBWiv8AayTtyBHs
4gG+aYebYhAxm2umOfJtIQCOLZH6JU4eIBOmVeSgqRoaCpjIGEkDcVLRmC2AKPaGI1bsFkb1
m9+NZ7wj1LtAh/w1i71hB8e8GNnaTqX2wBJ5dahFXicI9Ble049axELWgPefnPxnrA/sEYzA
Dsu4hVLVqSXN7yJVJbefzGp2yZHGApVuajPmCZIIy0cX9tPn9uIPDBJGD9t5G3oLEQBC2NBi
RyuZKx08JGRTFWrTtql2ikxyLIoO8Gb8WQSkL8kB3nvz73h/GaPg7y+mrQEZHFfrVUpBvJCF
SBAEOiciUi168E4SMZyxA45NPHGva90xWVyxRSCQozmoG2YwxkjaKSds42RzUKHI4TsqxzaE
RZo4YuMUEOGvGR8R9HhQiJQoXjxDwrn0j4lkILbWVFJnjaN0sFWhmkIp25q+V7cMqjWz4kAO
QjSp+BhzeD84c94fBzsQGshV2qHnHv5kE5abkqqFRT/fl6hYNL4bQxpOeIhXL1mGqvZ9k1l3
JbP6gByM5McPrK0W8JVVB9EriNHsJGWAXJOXIDWKwUrokgggkg70R7eWMN+xGAzklJ1bPt82
/b/q002NYcmXixWZ0ytZSTIGLCncUJyKtveTA8IieaZrN5vP5872fE3X/Z262JyOrPJAQvra
8Wt/wo3j+lq654XVcdi5ChR2nZRVYrc5kz+RvHYEAEYFZshXbHSoGO1jlYRwAn9aXAhQCVAR
PCDFaQN9Vd9sHNqMMWDEs6sFYoqThi5CrN6VX5SR7d40ZYoYSWjhRUP/AC2IopcaIR5TY4C2
6t8RCPsoHHIOgYLID78j8+NZrxrCPBOe8OQaNtmASM7WUjhTOyx0F2SzLBD2Ha3JSWlkdk9E
MCWBJUnFik2IdnjrBEWFeqyNFEBhB2Q2cOR4xsDA5EECckiRF4BUazWiyW8SHtM2CdxgmfIp
n5RWAwacIzWYmCypyMg585ZSiNxli4q0SHI04uGkIRFIqJGJEsxplq5WUt2NNcS/VZVtQEfa
LFdSfB8fxvwcIzWHWUxymuNwrVjyhmIEdE+tHXFVzummdXrsAsADSxIRIqqdHEDq0ajUjBVi
QtnzUCWwy4tmYt9wGNiFgJFYLJpVc6i5crMywiSzJIP5YeiBvWaz+2REjIAJUWvAS1eqAiVd
c4AxkO2beKoKfJieOllikbFWRMjlZmngWSusatV+vBY55wstmzyoS2Pt/h/Hg5vAcssFigiE
aXv/AKtMf/HmG46i6wHea1klWN8ShAmNSqnOwqV4oxTifE/1qd1fobyZH1l7S05kM08AVZwy
tOwYye2b0U5IIzpkIC7CxgF+xYhg+My6G2wgjPea0CRoH1RsmJkLuJJBETMxUGWQR/cmRZWH
zscGjnwU5lWsCBKpAUBZK0q8KfEGZQJIiIw6lxUK/Twc3hOb97zYzeHeWnwZe/8ArVxqCy/C
Gk22Gb8e8HhYolzguCMLjITnZyBKTbZn0EjQE/KNwazg8ZwVWyQBZAaOy2HUaTSBjoKWPLAB
49YCDh/PIZXYfaCRCrzKmB+RHy4cU0ePFP7gbTPoVW1bZZatgMlhQDAwKyErNaWVpVMqBJky
o6mfxo5o+Ne/BPhnDWd5bcMyLodgf+OiP7/yM9Z6zX+G8Yeu8iL1N8cVySpRYwf7hQC/rE9E
lAjbYTxySKTtt4Th0Rn5C716zR2o3lIuwhrsCqEO2ySG2RtI9JjEnFG0lqiXIKwiEwDrU2qy
qS0ys2ADjHFwFdQJsm7G6JG7G2cHY2dr2lwMnbHS9lXbFt13IkQ4dAQBWs+sQFr34F0bNOMq
BnvB4P8Ai347uV1ryk7WXkq/TI/s54y4jSMv0kXK7iTLMLqhUBbCoH1h3kUbORTcp+nOAY3U
n0djfIg1bLQtHPyiEu1b0s9mVpDNMpE7EVp1NeMuI2xhvApJQ8ZZgGj4llQjgTlZgZstORIF
2y4jEYSSPyrMdfZhiWLGRWJImXuHjavfj/aSaKQXmAFbXzzWe8/nzrDhztVDUpCxMDMqrLGA
koAWZQxkTfJ2ytSs/a9aihhudh9jz3ns4FZj0tJI8uXupWdr3TlRVq2zZ6qRWlrSxEDWBC+U
l/4m2uScpMq0VaXtaqQw0OqhmrvV/UswOPnKR8w3FZJZHdkKCL+yRaMhBEgiQZVSNZtZYG7G
9HmCCwGK4B55zUpsB1K7C7ZigCgEEHkbUrrB29UKnZVGIt1iBKhzmcaZExZkYPbRD+8mGyuN
ZG+0imlrFmDrGrZ+oGyKBVCwlQ4aTOuhkXJPqc7Zl+msA9168tiXrurNKKnYjaS71cFrF6Ov
GtaGNX7ahHNNJRkqmVeElWcMyo+JGRnE7rQzpP3TGSHrvqK91JTYWMgbJNmZYVntxssc0Uiw
/wBRPzR5VBz0MpqPtvLT6nkd2wsd/Qk/QpmnILkYHAz6gBZYyJVBETegUGSDkscZIZQAIeOE
tsTWtGSdsJmVUeXbPM2CewMW5ZRZu0katMCrVXV8ZFGBW0sMj5MhQUbMMwbgB3HW2EkkhkQJ
BKx6mjFWW1DNLFcWau0XYspl7RBDSn5DtSElpqlhOzqtBMrlHqyNJE3PcbEn+6zXDFNXpyRr
HdjkewoIBQhbyMY4KefpiHEYE2kkYJuSvHsrT0JvWXSwsqToqThgJOtEctewF0ZfRKOu5Syq
JRoTjHnXhXmUoJUGCVc5KSsiHPpGV+qEfVFBnXTSlsMg05bg0ZYwQmPBG7vD18uJWSNbMX1R
TLRnguVrcY2clqV5BPXSKNLDR2akquP9gBaPrK01ib/oDLknRWaspo3LoFR6edjA0g/RRXjk
MSyTSZRJ5IlaYCjBgqxqLUYAYEYwYZaYBWuQZA8cgQ+owJEhCxyuixyVNfXLkcrSmJwwVdpx
QfEkrXlZrFKeNWi5MIuJccc9sugBoga0In4AyHgJQAZNYxOgSGZuI+zg/dtRSKSPyX9zMpFS
NrUlarHUjG8kBJPs2qSyiZZa03X9osrc9LN/zwXEKS9C4s1rNBbCqsPWxWf9kCNB2/Y2Mj7D
s0YmWSu6O5s03hkXSk8GNmXhEOyZMj7mymf/AOhn11/YGwXUHCpCTQ7WTq5XyvRnhSflDDTK
mO5tblpSXqIwl1hzjhUHDCmfGMYqKuccmpQzCXpH3LA8EvDZ02tAM2sA4oV3nAhVOmKlsZ2I
dF4jWpCWOgMMqlTzOQU5OdCsawY5oguvo+jyfVyt94bFKeu0HaA5UkjePtaTSjoJjBNA3JGi
VisUakorFiFFizGFT+x7digP/i2mwwtwbq3fF6ogN1pYVazQEF/nG7bsR/QCrLwhV0HYn+tT
fyuxh15lq9FgV5YRhHnXvyy7y71kzO8UugrAsinPjIWFWwMTrbjk9Pd4mGVF+UmGNyjRSfJY
yM4exGUCI3KOLk1Ws0bfnB6BbWEnZU6EjBiy7lhRhe68x5StmKWC1XmF1Fik66cfEuMlsQxC
PsKrG3frbebZgtMJO0YTr8xxjQb/AKkKu1OgN8SrB2JcL/8AMA+lhSbqjP2o2CQPM4eJWdSQ
gXVBGPgsozkpw+/G8/Oa14/Gaz5x4YIjn60QYRqMK5o6PMCWBZQerqsT1VM4Oqg03TQFpq/z
lSjJLBFRtbgrRQHmzNv0ZOLNIAQQcdwDJYEYEkcqo4y7OrZPW2KNoQyPeidZu5+eP3tqTJrd
icIku60ayMjqgrFJHsfT5xuSI2YsTzUA6kjmkxKQBjURKHDYsewsEpkehK7r005aGCeNf1rH
7nsgQMGQGGX1kxP19Ai064Lhw3E0LCkfugFbkJw2o1IswkiSM5yGD343n8e/JUMACuH+wNXe
RxCMXJwqQkOuvbDjk78TZskWYJhkoYZ2EpWHr4/nVs2VC2ZhzqgMt7r+OIjIsdV5jNXnrhOb
mSXUdMmMOWnfrKzxxvH/AM0tJ4zHCwYRNwipPKD1EjFerHE9Ouk6QBoaiw5xGhg8EA46AOi8
lKBs9ZYZi5VSvCbFjcZ8zgUYyg5x5HYI4rv48S9gRrL2yhP3WBjuDf7asf3WxewePE7N+X/Y
7RO0Xb9pCpjsxSiezHChJkaOPiqj3KulkDnLsfBq7HlLNpL0u2ovwp2p+TQjlNCgTLKh4acW
8/ZStlqz9p5AA0UbO8x1nX1zFDFajQM3LFjZoxMkUsV2JsSdWQWI9CVGGxmic1mv8ZU9x7Uj
xKp58tKbMC5YtwmOPsWRv+wq4LtUg2YA37EHH6xHBNFj/ryYacDA04tGggw0CcWk4yaqgISE
rJXYGLqxqPr7Eb2rZGRyixkbr9vptt6M7A4QCt7QkqNrLTIIOP3t2jDCrnk/XwFp5Jf1gZjK
30EaSh3NaFtioQ80oTKUJlsXJBunXfidgQzwcAiHOAwqCP0kxa6ACOFGBGb8ltCGwkxw4SAy
MD4s2I0d7cBR4Zea9bPwajKMkrfHPnxVUJDq2FdBXUMzsc/Z+eQ9nYGRXpS37sQyS2GSzJIW
VWyOaxG//ZWMW+xhtyFnpFvjRZpZ5CAP2voDgG8tkPLAis14oK9GAh7khZE/NJf1YLFmS3Yi
RUjszEvWhJyCNVSw4SL5mVoyateHck0H/jZkZEe/LXnP+w3cPfXOKf7BdIi7iw62O4dI37WV
jW/2SSF4O6pTCO5XcmeJQzh16xmSfwUDFVA8XKrtOVWIQLzlL+5F3ixPPO0SkcflKcSsupqT
oVk+h/XEkkFFkWxY+Udau80kcaqvYR81Sx/Yr6C+5xqCy5Bnl+fXdchESrvGBjZTtZHCxzIz
5DEBnYBmWKR447bgp19b6yXrayGKFYxYlAEMcjyQITJMzKk8ZlevF8zZmWSX7EjrA4N1BYil
pSOI+pmfD08owdZYISpKuNUlIbqbMpXpbChOmsK0HUXGnWjLtUMMVOBgRms9YPEiASTwNIwi
kL/rTIsFhHWuggLSw6tS158rRD5cMeJJBaSXnUqMMAIPZRbymun/ABhXUs/VySTRdRaCr1Sh
OxjiSGZ1MklsTLWVjEmkwsdqRuWdWaCEpHLIsSu5OTMgCK1iaewiiqNS2JFiNdfo0KFsUKrS
8XlSuojsuxytXYgy14Gs9v8ATOsFgmkPsi1EAamhxYV5Aayb0Yj6JGGRRikFuQA9sQAB4GsG
ayWZBLNKojrJ/eRAytXkjleIjJIhkS8ZK8sPxNiIFbtPkI47CjigE0INuSAx1pWZy4BnsxqP
rK7NNZiK9jby3dMsl2Ixv1sPFtll+X9jvYIUPszWbSwwtJLLGjTqXSyzRmOGP5mWRpUrxqHm
kgqiNIkZBPoKjhrUkipFA0bTEwEP1/2yDrq8ZhjRcosIp2ZzhExxEsbH7WNHbYJDZB/WbBAu
CIDPmuKNeDrPexgPv1ljr55JrECwLFLBHGtiA5JE8klqqixhQ2NExNFItCORyvXKCKSoslAi
Rq9dStJJTDREZNdSbtBmz/rLAEle1GrsyQ0w81jsWexPTji0AFDP7J5Y5HEgcexsBTDYBGlQ
Mo4MGJleNF4h36+qFACLg/N+Uxr1yrNMYlmm7Koa0JknjeK/YU05/vCq8QpKyxcWQes3m85Y
f8N+d5+MI3g8CRWyeusy/wDVx43U8ngjEMVmuhVIkill66NWrrBFicW8SOsam1W3JBVnep13
wl8GxFtZEbD6ztDGsVFDFFVH3s1XKN9FcH0Sw3KwUKdR3G5z0KQGThY8kdmEjcQiFzT68phC
RrpXxpChvyGY9egig6eFpZ+6T/klr6xFbjSAQxSNjbY0JP6E+NYB4Gbzfg+feb9jxHcEFiN0
lHA4VzjjqGS1pJJ1V8EkTLDOIHS5G6zXWGCN3yBUgyXtJBIvdfRpe6g/XaU8f2pkM3a2Ioap
llVpPnUhjjgjRVKqpALeiTlrQSyPnRrRc5hJpQ/IzsGENFitOr8GaT+3JsZgosSPM0dPUdSi
JZIIFgi7iIyYjAv8UfGoFyK7iON2jFeY8wdj+B/kSBnNc+gGGQHBIM+gwe/Fvf1guSxt/wB0
2HtrZP8A2twGTs7JV7EkzqQViXiUQSYiaVzxWR+IMhJnbU8at9vRzgFG9m63NxL+vSgmkc9S
ZJ7Ccs/IIBZkxowx7o/FOvXCilTLvEgZwqsuKP6u2T2FQRn7YtdAYEYmtEwC7Avxc4XThagB
LDlsLyBjcZCumg2Ih514blh+mzyOcGOBGwJnDOAGICDlrZnJIHolmKlSjqqggroqrYiu8kEM
XAN6l9RyHkSP7djHkRaOU6ZiV1NIVMHVl17KqsdOJjy6aFowcbRULvGjBzRU91MJJqXKKF5/
dSo6kjY4qccoi2J+WDbtEugmiKZYyVwSmsdQy24ONyJuDId4GGD2QrBq8gkTx7zfklRhkUYJ
Tr6cs2NffRDKw+yB/eWIwJ5dkSr6WMuErhMghaRipOJFxypAPpHGYzyGSAFXdg3PeW/7xvKX
xeRwB3jaFXkVBGL8H2pRBY56TFiWYAHWFwC7sMltRjOwYNMJG+VSv9HMYTGGjKwAeyoEr7EK
FhXXipAD9XGeP4wfg53E/CzVbnHGxyJAxVWUkEiu/wAmltJGP2hgtJoT/wBlnXGtQjJLMJyb
sU5velKi3OGW2xT6LizMohJMuzlpQ9hNcJVLIqFSVcio5iLVzuReBhmKLN2sgH7llyGkImnd
RF2EiN+8GVY5myt18k0Z6hwYYx+wWHKacJDDXlms0CS4Gs1s8PbkIBZYTzFi9ZC2QxACWZdf
ZDks7OAq6WNQ0ahjPIIoqnuWghWtrwc7hD+zCGronYQTCqyNgXCQoYE4YJHCUJuJqppOKEyq
GZ0GNIrKOAz/AI2BijkxERGKRnEiGq0epMswyR3/AO+zoxrHEFqQQNG3XFA1ScFoH0XQxxUb
b4nU28PWXCV6eAxz0aCOOqh0tSiqpLWjW1Yj/VgL7Qlj2CzInXz/AFWmy/YMcHIlMt8mhj+R
qVttZmiYA2rcWPbXX3djzc4p2EbYjJ+lwkN08ImnjXiua9kZ3kQ5wQgw3akkEsfYXYsr/wCw
8sgtRyr9o2LShUe2xL2TiySiR5J2K/TYX1pGKIgT7EYs+ws5BFk7gdmlzsKTSW4uvhSP9eHX
61UN9qyKbtVRJ2NfUt9pIlAGSzTJkc0hInmGS9hPHDDNJPOVkGLBekLrYRb1+eKOrKfjGBqR
WZII5atyNjDdA960djJf7pShV2jqxRMGDl4gcWmXK0q8Udz4LGNsyafPSCwgJ/1+LRGbwsuz
JGM7hY5q0DMBxSVbNYxyf9fHIK1do1gRUMqvylIAYh8IkUky4F2FCtjwjOK8Sq6//bm4BEqi
n9Ppk9qcTSdhYOftzuxZ3YQjPngj0SmydgvLxK3QFFld25EeGoF+zbGR3GjP2S3D26lrrmKo
YwNSMQj3BPYsVpFeI6AZWBOg4OlP69kzIZeaRKtzKjq2drOC7HlhjZRG+mhRmkh6tbUlWotd
RjqWxoZCWrucei5DI0bRPsWE3kiWFxY5mlFUMorMC9Muv6MSYagfDTXSU49LRgAPXF8kqvC/
7LYtkjA4xX0KjEyZaY/sEbzWhpzh/C8WEtlIcFyI5+7AwaeHBHG2fFSLUD8Yf2IW/dt5+8wE
UrJGjC72PaoXirsjxk7Dh1tqFlgaopyOJowxCqtkSN2zIWd5C8VmUmIEMLJXJXaXFCqJZY1b
7xvnWlZZ1liqhOxiOC9EQ3YRID20ADdtCBJ2kZWWcPMV2AvMcVIESLnEHP8Awziym26mSI7w
qzYScBGq5IyaoJpD1iAr1KsP+tChOuSPK9RY895aG5+S5pNEsrSMka1JWd5aglaWuyhIZlf9
YtmkAOjhjVk4fJyYWURRatOI63Vx6yVFkj6ieTQ952sXC51830H7HY6km7GR4JLEgKRrnbzS
NI1cGI15VIldc+tglp5lBsScfrsRFd0n4y2ZhK7SvGwv2VMl15VDO2N9GKhY1ZjItaVwQyqd
5ZuRQA9wpEV+5IY5ZSBSjlBqSRSLo5wBxeXLi4VWlz6MciZtFeWBMA14sepvfL1oEl7iucpF
A2yoaJWP6yodBs9kojFjzUyx/XK9F2x6Mii+GdOvpTCsIHBiQ1545EYdgVfKk7KyMHV/icjK
Qxx3Y3buodzRMWTijCSAKI4yclhdi0OsCYiKiw6GRbaF3YnkoX7x41hABKpxJFkijb3EOTcC
oeZYktO1qxV66PgoqQCW/VOQ3uRNlpFWOAha7bWoeQrnj+vIpMFnnHCygDXgeLOv2CzDBxKk
ALK0RyJljnZWOJGS0VF3M9eFQCAOOiyghq77jlsqfpKM7KOcL1HepDk9yvKtaZRYWMqh9usX
ApJZISpKlmWCEkVxIezT4wxTBiGHLiXJQlXE3J43bPmRkasyxbGQHWSkxyyJtViBcVkbFqpH
iprIVfcDMuRlpk7qu4SigWOz20hCtasYlRnFeo4X9eULJBeBhsX0EUwdEYMD/iPFr3Py3nNV
LNsQwFjFHDtTUOJYopn79cZLbikIChZZAqJYYNmm0jSI7LyW500Uomiv1Ctx90b5kMhaSdLJ
ZxH7aPR0SyFVzuyRUpneMVxrAjxZJJX4gZKdCNVCRKCIm1kekd6RkwdXM6/9Q6oOrkUf9WxB
6hgi9dKMjpSBYISg7aVHyeXhBXrtYevTSKNIIwVCqHuV1aKxFKSBoHjkdgRurBh68b14Hi5K
gnNusg/ZgZlnhDCWLFC64DOKZxZgP6nnHrlGcZK/L7RhjegUNerYL0TFJFfLMNeZbcPyeJzG
0N+PX0UuJSM+qsfzhOdw7vBWYpI7O2PxAWwUwSSyMI5CpVyIw2o208a8x1jq8QUZxGFFzguc
RgRc4jPku73WmTLXV3iOvhesVlRsAbFDE2Iq0r3Zf1ZYu8uLlXuas4gjjdEXiMPkeLlaZrrd
ejlKaYKQ29ZtxzSRyJaVsBJaW20eC7LMzQzAgT7Fl+T8cYYsVpsrxTSSxRrEhGx28ejs4vo1
olljiaOQmuQR+yjPJa1eaf5swhx7TsCWbETka8fzZ5mkcJpUhblLD8xRl2nVkYMAw+N/4axk
U5JUhcTVoIpNXYzKkxhttfVkoW7L2OqkBHVXa2dTPJ8VIOazQ8DB4sBftx9kgDkdBDxkqCRk
rBCsZB7CORZIKygjiQVAydeLQ1IyiRJGZxIkdF3EyKQXk2O5QmIjPWdffjrhbtJ8hsy7NnRa
8IzeuiyXiPH9VisVEtkddIhO7uIIdHQCmwExb1SQSWjCn+sCeQjAfR94R/m7KokVpbAjbNcl
eGFjEoiy3I30mnL0qU7BoW5oc15XxbtQrOLcJYfLErMyioSBTIP6iY1QEdjWdHq6LlH3J9lE
nzZ1sRxhOxBP/Ys2G0sch7aQiLt952UitA6lSCMp1msvH1Trj0Oxjz/+gmSWDxrAlmrSxr9x
HiXI8aymhMgBtjQezItbrZrGVutgjyShFM/X14a9YeN//gstoA7wHeEnbOu1eM5caMEzq1al
Md0JecQ86xSCcuVlayaCM0VdImr+4wBnrNeLleOVZpPjI/Y3Mks3WwysSZSc5gYk0mnO8iTZ
hqOTNCXhtRsr51DMJ68TAzkiMwWrDSUa0OdRThlt2evgmh7Oo1aRxxyNS+Q0ZJMSgIjXhTap
Eibwem6+Usg8azX+ckQcTGaFy/YNkcV5y1SfUdVhlmijrKFgFbkknVOSg/wHiym59lcivh5I
JUWKXsK8bf8AeQMIO8aRn7uTdvt7DRQyfaQxnRTlghXZrBcSpIzL1/IL1cXP9epXzlCA2ik9
QOj09MKn6ZoSGQSIgRwVN+MmH/WJGM4B13dBZ4WrKzVq4JVgmLKsuRBVwMQV0FABymXXIySv
+I87HiwiYD7J0eR1vjjAFewYLIoHHp3biv8AlY/96aJ5MWmkZaIDCdkA4VMaV6oWOwBG6RfS
U1lgxIIQxjXSwuCIYsXW9hhNVmcjrmGNSl4QWNCKaN7HcBYo+sQqknsSMSbbgRdMWNyP/wAX
UMvcVhVlilTmAHR5lBhncMhLkrxdHPKCQhqk/PP48b8bAzeAgnw0aswUDP4XNAYda7JSJkLM
epcKyjWDyPEw/wCdiCGUnJlZGVlCkcRErzOF0LcaB4JFWeS/Vcr2MKgdgOX7nt7rLla08xeU
KHsTO6vOWiNgyWhwkh1Is5jsJXjVMK+rDxxZIquP9ejUW1YaGd3VWavPXeIV5WZnGmjjcyRq
QC39iT8oJGK03CqJhoSE49gLiTqwHsSpzI2qxggeH/8Adl9S6wEDCN4VOdsrcoiddaNFfx5H
i1IVmEs2yDklUu36Ls0vWsY4atiPPlZfGruc/QmIWjZLfpTkRUTn6bHP0yTDCBnwQAU6zYa8
YIrqH7XroWqJxgggtx8677yaXhl6+9m0tj5w9FG4xS6kSNqeQsl2BK+fAGIPpwJS0N2UyLah
bGkHCo4ZIgDX+8C4s0bCT+uGxGuV70LsAC3o5+PM292FAlIJObGc+I7oAiM+qKvwQ/18aGDx
YXlN8mY/KUOZ0DM8pIhnbJKM20ozEr1aDFoQrklKIq6cTxUHTYsDuyUpN/oOStBFxqYUQxAG
xGJIbLkGtMY5K0py7Owh6qMPbEEZNaGCKPYyRsbWuxhSWKurJlmnFKEnlgkgmEufFQ29lIlW
RLTCImRpd20VpLhkZHlXrqqq3HRweBjDeW/yNZs8SBhOx26co0VlbrDuGA7j8jw1VTJJCSq0
F3HDGuaHgjwcu25IBH2VuUR/Rl+1ZCOxrFpO3iUns4grdpi9kQIr6Oz3YkyXsTwtT/SbR3Wv
yBZpf2VrRirdKnIoxohFyWWJcN6EY97kNiUwtxaSnDK8NVYpD6KyCQqAhosjp8UOCFNGCLJa
yyLDUSLAM151hGW1xl1n9RgHpmzsV5wNsDqX/wCGvrh5HiTsIEdu0rgjtqxJ7WBR/wBsmj2n
9f8AtHIPZTgfv2XDWJZCFkJYPoqNmNdugGFRijY4kHQw6Gb5LaUCXeir+xOyhCZhSn5GEoC1
SGQN1cLZ/wBPAGTqowex6tYo1/qyBjgDhjoo9mGEVZxOvWMhjH5z3nvBv/O2jMntR/Gxr85b
9xWAyydNJoVvQHkeLK7n0pVUj5Mi74rnEEIPbcc0OKH36GfkEZo5YsGAL2UTCO+rFJy7g7BX
06Kq3VInIxcHowmSJqjbkhKlq50BmsIy6QIeysQCSHshHj9sGC3Lc+R0nLRc0HVSgyj143n8
j/I5MCy/lVI5MNlRs2FBW4AG66dopKp3g8jxZ9TngwPs8hy/OcTrYXGYaJ1ny9EEYeWmAGEg
YQHBhgOSVVxKsKgaC6wRbztUZLJO8G8GB9ZRgWev1NppVgf2PByeMSJ2dFUs/wDVQZ/19ZFj
SNAQCs1tlejI0UkbclGaw/kH/I7xhhzjsMdYNnJ9mO4oDo3B+uflGD5HiwNT8S2ByubGabCz
u/EEFgmBtnZAQMMPpeesLLxDBTIzZEUJRQ2CIsQi4sgVe1nE9nNeIxvOiG56lX9XsK2g6nyf
x/sMbBq3YLxbtYxj9qWNi/O60qr2ZPh8YOrmMlUHBh/O/wDNhkp4z4d4G1jDmLsZTJPT9HKz
xrg/GDxab/mWRSFdOYnQs0qcmk1n1DASs+c5d/OwTDFMxNOfgKEzhqckY+XqOorYKSEx1lUr
Aoz9dM7c/ClMeTkaxdnArHI1z/XXDWu5AgmWQZBLyHLwcvVksV5qKRqzxcjYVcqxtZkrxxpG
7EHp5BtfDA4oPneAycvB/FoETAbwhjinlgOW4gyTLp+lsGN1OwRJvN+LQBnaovL5sGFeQqlb
bRdVtV62qrfDr4xIF+gEWJL88a3Lv9ybi80sgULuoFLBQM4+e8QmjNsOd6hClpYUSJI3I/1g
cp+1g+tfrpXIhkKlJUYg+CAc7dI45Za2R1pHNdRGK87RY7Bpep2JlPvP4GHx+M341noZcRyf
wS+yCBgUnJo+SdieFirMyy1pBJCPA8Ggjy/9dXC/oqmSwuqaUYrMAWY58pWxgQRvQH9uPspo
BBhiOqy8c94Dm8JJzs15ULGg494GCkO7AyFM/wBfT5O8ayLaSSp2T9iv7sEKIB6wfg5/sFZS
QGAj/wDGVCmK3tW5Z1p1ijXged+8IwZvC2NKOckcbBU2QuxDGWyWEqvY/wBrMTMW6qf/AIVO
wDg8cRh/OFd41eMn5xqABmsaNWHyQA01wVlz9ZcEA2IhtY1UkZrAMYgZ2dlRTnJLg+/zki8V
jX+1EEz2b8VcdleabGkOf6teedAzCTD+Oxh+tdIQh5ImTO7NAisJJPmnRWllsgHfgYSBjTAY
9rQNuQ40shLMTju2PCHc03UxIFEkZcwzsizzl07KApO0bqOv2Kq70JGORtyGvBAzQw5r0RvO
Oaw6zWcc0MI9gYB42M5gYORLLsdsqijKNHI19P7LQ/3qzxVI7l5pnVuUcq6brrslOy0ivDHI
siH1nZ9iY4z6Ngk4ANB1jhmlMj/6vCPuvk5dtLCRd5FJVY8QwZc5KM0NHjnps2cJUmUOQWUZ
IkckkNSBVA0I/wAKRqIkNnM5zzZ3s5s4S2AtmyfHvNnYOiSd/wA+96O/eyPY0Sc7oEUpNbC5
EQMkYEVg8psaRXfYq6JljUqF0afaXBX6syitr13S8D+ymnsIM/ZZ8kmdgoG/9cjHzGa8HP8A
YpGFivbuI1PtEKt2MIgN5CljtTHg/wBhm4t/sFkhO9tBk7ywch7pmabuNiKR7QiR0yEghplj
xJEZZbnCSAe95xGFRmhhX2VGeiNDPWazWEDOIziMCjNDNa8fwDs6zt13TnG8QnDIxHIk9W4J
vpqM+zTPGR4yxg6SSd6fUx1mC6z+P9rLqDvcMX0Z0WNXf3W/tL0kaiqPMpITt5He2Lc8Sxvz
nnbgglkaJQrFq0eo4EaURIJK0EbR/wDDYWvBWgCzKpF0/U3SGkmjKy3nEllZQtKQuPB8jN+d
4RrD+fydjAd4Th2cUcR4J3liMTRdlWFad95rPWVH4S3I0eu0JBr/ANR19b9pq9dIEwfjWf7I
39xD/dnERaTnjg516cpuqQLTHg5P/wC12z//ACn2wi/o8jOTB7Z9B652OP8AZ9k15PnFErfO
JuKLH9ciDjBwkkRUMdVVdBG5yr+MOHxvwdeDn5zWEevYwqc5cQk2zvY1mvWHWm/Hbu7z71hI
wAEsQmRWJGgNWUDqerNiWGvFEoG81msJ0O7tI1g2JdtJzwew3562PclNONYeCcnG4ux2tzYK
/wAljldQssipuDlqRuBeVuSNto/6ojHlUH0m/WMU5WITqpEyIsaqpY1teCcJwHD+MOJJIXP4
A8bz8hgCJFJwRuMBYZsjN+t6w/hjsdz6nOthfWtDWz15ZWSjHIIo441UYAB4/iduMXbNI0nv
B+E3ijZ6CJXsRrpc94zayeT+nYgi428U7GyTEQrzgCSPfOQgxD3gVhIsPFHR0g61EZZYw7kB
s4qc/rnPRpz8394Rm9YP8N5vwcKbwKMPrPzmvG81hwlsfkM7vibBJxJfU5BC+26v9YPF8Qox
feHXj+LABg7GZnkB3hAGa/qm+X+u1AIR6wkDGfWF/c53H2CKbEz+l0QxII0Y0iUo8Y5lUGRK
rIgO44QDpQsEXvgOQ1GNEjbbEbSDrVIbCP8AEKMODz+M/kjNgYsqMdekaXP105k4fw34/wBj
rAxuBtfyZuWVzuYqpbqZdMFxBhGHeMTnZ2DDUmkLk/nQwD3RrrNPUX5QcsDZywsBkh9drGpa
VCFrKrKYQT89JEZVisIFRFEhKtuBEBkLLiSc1jOHWmLHGIKrvIFbIR/XwR43m8JOHPefwNeB
4IyOnXjcZrD4/GH2L0YkrSx8SqbMdVFEb12cSRq1GGocUawaGfnPRwgZ3EkQqSLonYwnFUs3
R0kixWUr6wDQIz0MPsXlJF5WVah27xjgkRLEARySA1YS2aY2WjAeNiwiQK4BzWAhgfwV2Yd6
QaGHxvPXgYTms9Z686w+sKjABhHrCBhw/h0DDtOmTU/XTwJYkXdcLBFSqvYMMsqSULZZhn4O
sdlUdna/ZsWFjDurLiRs5owCOQywRwydnNG637JVOxmATtGJXsySLrss/wDaO8FAqxq0xU/O
MMU4xgqgNSiVKv6tPGOIc5VDDAX0f/FCdM2sJOVgSF8HDm/O/ZObw4Pf+G/J8b94McHckiRj
u+wkeFQDlCr+y4XQZNkPwahO00P5w5YAMNxzHLHVUheEyU4Y4mncNYq2Y3detpSletq8V6uq
uDra3JakCgwoq3iofswDFQ0LGmRjJqMFeVY7FJyHtOQV185P6Yj6xJCUhlP21rCpKI28rgnF
8E+tA4R43m9YhYnNDPQzeH3m/frNazeE5vNZrB6LaOd7HMY4SkgNaIzIAATsSzyJhtsG6a8P
qDmsZeS9nEYJxMeUVgh5Jt4vHjG8edbeeKSvOJQMGaxxtewADXpCKsUjLKpBkUHjGQDF/Wdl
Uz+mrwbVXXnJGAssYPPjqdgBkbASJtmqhmAHg4fJw/j3gw7z150MP+HoeToZreOiuJesnjDi
SNq88vIWSckkYq6uwq/UDq7ZJGEnXa1BYr2EeE7PAueXNmwuwKWJUzp+1mSSCZJYxm8b8Xl1
NZ4tXXibLRnknKOWSMIkBjlN2FUmCI8EYjUSHiVX/kPo6Jckhot/YHiaP/tjwfB8e/Izfj3/
AI7OHDnIAiRcLISGGezjxBh2VEZwClkTlolkPEwcXbrqCq/8YR77Dr4bCy1hFIlIS2R1kYL9
TXJtVIYlhLq/+vuXpDfiViEuu7Sk/wDA7H9hDuq4YvIFAhBWO2FkQMpQTtnNfmWY4eRwMBK5
G4V/sX/t15/4h4OHxrN+t+R4Jz1mvHrCw086rhsyMGZmOgMA9IWDA5/EsSyrb6aNVkrAGOqW
FTrxJJXpV6xSzCWG/BG8YZdqRWIYI5Ybc3VJoRpz7GKFXqRbfpYvmo/GXXkjrixJYkSManVv
2401TdGSNirQwEmPlziqncaBhiuyQrKVH09PLpgAXjBDJpR12jGPBGH85/GD86Gb8/znLGnU
F5HON7J2Qq4PRksJGFsqcjjAz141hGGCMiaE8Jq/bEp01qZ6vSVIH/A1vNaOccKDBG4FyGVG
k6tp5KHWRQxwwRxDebycco7srRuPc1uufvUHCCUf2iLKsI4TMhUQgAFwH5Fq2iYFZjGsh+is
TKzEyOuk60n9ceD42fBzeBsOe80BjOqh5zm2YhWwjBgIGSyrHljswRBFamelVVABhGawYfyR
msIOAYMBw/46wgHBGgODQzeE43texUrICdONiIayxrJ9izOzGVOYNdWE0yv+xWOlh9xMAqpB
I0sI3KwRkhqyyNBHwQeD6w68EefxnrLltENTtFbNlggGEDY4jGYAPOirPeOlSxO1brlVoq8a
YABg87Ob8DfjWs9Z6zYxpVXHsjBbfX7h4wziTBm8t2Urw1+5+k6OGGE6FmGOZZK7RExgqsYD
yRk5ZU/aSONpJoyoijfOJkaJQEqv/eZ1C10JavHyjWJAqjQX8AeDnrf84Rhz3s+h3zMZuuQs
tawdhRgI4zy8Esdg7D4yy5V62MPHXjTFUZrNZxHjWHOej+QPeHOXppAuSWwqyX3yW+qMOwTB
ZtSGWtIV69JUjjYlbE6ww9p2E1mam/F+vuRiKa04jg7aaScAMAusaONxJAq4YymWAGz4K0sh
ZogjDFq/JIgrBAI5mG5eujXjGu1SNSAvsesHk/nebw5+cPrCc7eq5brnP1MDqY5G4tyKtA0j
V6XPIa0cWADAMAwfnfg+/DH02wVk+eLZByfsFQzdjK7POxxIpJmXrwSvXQc1SOLFAKgAknId
he8lmeWGu88lWikCy1hOa0Dwi3RE2UklSDWsLMDYvCDIbstgTR8k1pkhsSx9fBHMlmnDJFNT
jVvicoVjJIK5jWFAIxg9eB494Tn58EDS/g+JYlkWOhWhE1XeLG/NUZmWFAAAMOzmvX85/H8e
DjaGWJkAczNjcgpFp8ipWHxKNdCEjXHZcP5CEnRACjQUnGlCjslimWGLjGiMcRNYqnaKBjsB
nJRl26qKZHnkSWCOOskUoWClGfpEixKgn1sWITuKjKVr1vmoXAPGvC+DhHj+WXkApAO/B3s7
8aU4qAZoZrx63sbJwHN4xAx51XDbmOMzviqRnHeBAwCgAsgwynNuxCnkV2QdYOPFZIwZrakF
3kJAyNGISMkLGBgCZJIABLG2S/SQSUCcgpp9JesgZLFe9E0ElyeatwZUjVcOFFJweB/gPBxi
c3m8JOt4fOsKgA+s97z1hIz6phlQAMGGWphBCszTqV9kHW8TZzgccqMlsxoq3DK4YHEb3vZB
OPPEAbBIHJysOsKgiOJSEQAAKuSzKDYtrCLV2W1J1NFuJjWMAcg2hgVWDpxyxEVaBw5qsxjw
kDOS7/x1g/OH8a9/zo617Oezn88Tn48jxJHyX4NpK7ALFiR6J/HbRyEU7XBCxJZyoE0exIgW
S9DEtrtHlyKK3JLCJFRGK4ibGgBZLMErgYIxsgKEUnBHvFXiHdVW32MSLY7huVeOS/Y67rxB
DJIFwLvD6zfETdhXri12VqR+v6ky5DGkaYMkjDq1WQNHHMGjDqvg7z3g/OHNZrB+dZ60RmvG
s0c9awKRhIzQzWNNGpR0bG3lqIywRdfOSa7BJEdMKo2W+XKKladoqcSERqpEYIVFBX1jONlH
LDiuH/yRd4qgYXGT3oky72QOS2JpcirSyD/X9wyySbKga97YgZJIs0sdCIPHVTkeKgSRnwP8
Rv8AwXwdnCHwB84tnFs4tgD5ps/vrTZ/bP7a2c2c1g94VUh66ErCgJAGFyCD62NTRpIj1Y/n
+rDCW0cRSAFBwDQJUHZIkmhiWTs6uoLsMjxyKxDKBPPGmXe0cvLalYaLnq+pawYqlWCF4oDI
vHCQM365DQC7jUa2uMquoqktGnAesBzYz0c9ZsYPK+/H/9oACAECAgY/ADm//9oACAEDAgY/
ADm//9oACAEBAQY/ALeabQosmIdSMqAnZO0JhhTPBSmQ5qI4rpyELFVLarq09zOpkIspUeqb
thyt3cYx4x4k2MAOmrd7aMuqz8ynJfnlEsd3HkndOSCiAWC4hHayb766sDK6HC6bkGPL9tAG
zd4CbHprZB5/6UsIdSGCIPvUa8k5cz5p5TVyg+UcJ1H1rdYsBk8F0SFapwFtJcG21lIUQntJ
woC5cF1FjwTVfbronafaJvfaBlfK/wCP3SaEdRAIf9FGxUQ3CFuMnVM/SuieKLPu4KUAApDJ
trEcf8ltOdDDLpniAgwNSMoXB6TJfH7qqNxIHxVLt/8AxobLdXDHjH0LlR7cKftRLT5pqp9v
qvhPuTkeAJlRhQfNdxidxEtxVDqKyVa982x/Eq2tjemE8lnp1XSuoofKDniEL90EkcSmqG8Y
8MqLittNSrUtc/KiGbRQfRNl1McURUriOSerhCo80xDhO0rGU7O2Avhbi8BQ0eqBt9ScOQ7M
gCdnmh1OBiwy629226sMWwhapcHh9GfoyeHhhSAmZYhQ6uRkt9tUAPwmEABoqAuWtonFWJ11
WCmIW1oWPaJJZls7VgbF35N+0t97OeKYkkHKgQoM+DkMCollMIQi8EaJpMZKsCxPPCiCc8Ft
OmWwi7NoUQc6HQrqngyfjwQ2yxeeKiOKLWGHazlx+8huIHc1GAo9t9UxR+kNK1IsfxCI/aT7
5X+w7q68UL1PTbHiKDJsPtTe5DlwQf4dzt4Mm9ic+JNrOdGmURvsK7YGPxLML86awjiiBENH
FDDBMwt5IuCownLAFACzoVGdXwUNAODrc5YnXkg2slEAZDgrcYNTPBkXkIi3wnHJMJAVg2JQ
sA1dfJQOk8UKyCM8Ezm1DmoDkH9DdZdBYjNTB9rmgTxOPaD518I9kVcE0cHzO1EORydGr4Co
SNI99vGlRLEk+5Dz8KlnMn2jw8HOFt7fc63wHU2JJUnyBXVhBww5LlomsfTVMDBynl9CgBPq
uPm6BPw6snqCKosWIxKa15803zDyk/0qbkA6l07knQ6JgXdHc/2J7Ehg5k/0o7bEDjM/wo2r
ctxcptzjzTgO0Qpj7UzlhjUp95H6YJB/vRp3rkgANYhyhahepwR4R42jgqnVvGfoGVnqeqxl
SI1KBDSWZUrwGPAnCHcaTL+a8vDEMZ/dXP2GrPkgbGUbdywqG1K2dixGZDKS5QWCOejo6+id
/enMfl+JPUvCfCbCiAeOVg/+U2CJEgrq7gI1ZGx6hgs7/wAKO4NbR3TwLceKdnI9yqwcPIDs
iAw/7piXZSQRqmiMB04IY5HNAgSJ4IGoYw5TmbHVGSGHBRZuJRNAx+9hODBzWNUDuAuc1JYp
wfGcFWrwsW8lP0ZiAT/SgAX4hVjWFXyCyyHar8RKFWgABWGgRPALcNB4vottJ5pzlfN7ltzY
oDLoEFgBh+f6qMow54oGwdsLgsOibjyR0fAUxywg4ZShawBrxfC3HXRmQAEcQUKraz6kKayD
r/agK1BBl8Ij840Tg4yAjLFnKNTZj9qYWc8DC3AkzIEhbBVjl1uL4baAq7ak8vyqn+WZxKI7
lDYnm6dth4J2Yfav0mkLeYIcAO6Hb7pY5B5JtDhOnGUX1AP0lrWIma5df+D/AHIHeOnAlAWm
w18DxDpvAq35arC5ocF5pq2/2WgAJ5ckkuuaE44qBPFScra78CUDZunRE0IJOqmStwDV14Qj
vD/Yumvr/wCqch7DQZQNq2q2A0Im5d8QnyB6FPSK68VV7ayThfLeeQyumtuOMrae3YC2pwiK
xZi3BD5rWGmP7UW7bsZIZADt2+ppW80IrqgQW4lVqepuErbtZtCGRO1vJGuwszgwyDMGiP8A
FMYI4Q6FDAAj+ZR6MrV7gNqwzNCdrV5EJxgoPif+gdXPmnJxkoT6Il1Y6/8AlEomxd8K9+4W
2g29wQHa71qCXYt+quqxvbjaf5lJY6hQI1RILsuCA44UDCbJ4IgFjp5qxsBa3mtvcDE4jkh0
7vcjYwAII4o2IapyeDIs2jFpQcA8iP7kd1K2eAWwmFQ3ln+FNdg08lkE8QE4sQD8LfhdNvs3
mU1bH3lTY+RKmxbg+Qtp6RoOf7KAsWBA5pt0hA17jECRMomsk8JWwOSBOJKzKG1qnUojuEW1
C67AVHwjVAbjBKFrESiNwImEASw4JzZm0YoE9xgQ7sU47gI8inFwX81FgoL+M+D+19qv3NCD
9qvYQWH2qhd3CKI1/wDKY+qBZCnbmhq1kWDjlK/S83QGdbea6Y/OoCciE7eq2gZCDVJEaZTk
RwC6OzffyCbuUsPP+1SC8SyZx74K2uAPOPxJjau3kRJUHafe6bcG4GESD5MXdGpsWPgA+qiQ
uCdThOFWx6mghsIm/bA4F11UAA1dEVAB4pqAAhBgW4LqqdpxwCAZrJ7SyJgh+KBBI8kGJfUo
G1iSMBbzVy7Og1XtVwfJkPlljAPmgQX4YTOQfIIC3ccOI9foyeKDaq/p9qp5fnRRLvy9fHq1
5f5IwCDy/wAlPbr7la3yWOhrOqcD/ZYsKgcf2luPcqDoCFusN45SiR2ywhiGQ+Z2rZfCevSa
nCb3FCtnfiiCXfBRJxhEUHVxQDbb8UCSPJWc7XMaov06BVo7iuvmnTnXAUBSuKcoPooRqTFm
gllYs4JG2U1qG6evaOXDNCFR2tr/AHiQmNYGXP8AioZvNVljylEHueYZOe5Fjhlcd0yCwdA1
Dg+iqY1dW7bEjPKF3KExDFWqzgWIceaaofmt4EqhrVi43N5r0+ipXM+FuZH2qg5KznMI11bx
jHiQccE9aAHiyZoKhZXdFrMbVIA4objvYoCoEnRGxDOiAOoaph3PSUamwMOCcfyqG2+f+Kel
eTumvg803mjUAvGVxXBlxXDwbVT4VOgMumAbcIIRZycEeSF7CNRyW5mOJCFasDkp39VGZnkh
9aLaytgcBMZPHRG1sA4USGjyR2w7Myep21sHBQBKbaX4qrAgOPtr9G2WPhXtg69QQHBVrqSi
X0/P9Ha34QjulAGTwQ3MCcBkDUtUwdES4OEY6dAVxHDCNWY5dBmjVG9Yb0U+IZvF+CjKfw2m
zVAj8qrcJ/OrE1cCAq2oWaGUFADqOroToEzyNU7kaAp7AB/vLa4J08lsZjgP+8jqxIVbAM6r
Z3DkHki+mCUCXd5PL95U2wHEDz8LgXaoJGK6fsJvmn6kB8wx5FMb7g/Cv9iG4F9TH9qaxNDx
thNXuVPqFFgX4FPpxRNbAy5bwIP4jnkgqEzJTkaLH0VqgdFhJ5ut0LoqTbiAnNCCBkwg4gF8
QnZjoQgbAmZCJFDYDAA/xX+yjHgU4qa1J4EurCxGwiXKPyyNsM0qUwTaDKJFSWxBW4UJGsKQ
RyUqFCJdwWcKtgWJDsvinEpzBMokXYCAG/xTk2dPa58kGs9nniqsHWGHDivzc1Vy7O5CtQWb
VCzOR/2VqnLuApk49yHUByQDvI15+F6PBsftT6YdOS5TcXRAgDggCZGq4rpJqeKnuna2E9Lb
TaHCNbV+YxZ3H73wI9y4NQ55/FuQNLC3llUfV0CC4b6PvatV/cgNkArO3k6G/uOBp5r/AF8U
9xlN2z5shszoxwq27kBx9SAvZ2LrortH5foo+AqA5OAEO5369IG4ghCpkDNQCBj9ZNNGcMAT
/Ujb/iW38akGpH8dka1tUXA3bCWJH7SO+pDaiR+9VSulVoJsA0xK2luj7ShUl9wzy+JGpYsH
PqqkRYnICp8yoNrVBJI/yXd7Zw8N5JzjRV26oE9TJqghuCrYzbUo1zGfNPg7WPoVajwC/Iuj
Y66KvnVvevRdwl9u4/atpkcUzepTB3W6XOiOoUDKDF8sFnLLDh0+CNULDViWT0O0jBVad2xs
2CVWhFgQMsCP5k29iOKjuV96gv7lgrqLOoOUxFvQL4b+5RW3uTbbK1+28A7h+iBvXwljomI0
wnsYOB5IgAA8RlEVHM6obS3AkMmvUkfjhf6xAguyrUFyA58R2+2HucBW7/8Ay6jdYdAGf00a
AbQeOqNq7RYySf8AFb7mp2zAJQr22rUGW1Va0avcJBeeCNSRfdXqAJgfEnHmEK2hpC3VInmi
43WOoQAEnI1Q7hDVNSGddsiprtscrt1H4K68laPit9gXUX5Iw4HBAtq0eSAFmeXQFbTqSECD
B4KIG7cD+ifuKtjrHNMRgIPJcH616LudT9RLTxUNUDV074GiaonmtoYk6sXlO7v6KdFud3/O
vt0K6SnBbksae9ABluroCWCfiIWBMBOZJX+skcwWTfMu/KxH9SBte55GyI32HBrIXN7WA4l0
A9h5Eqe5cE46j/cnNyTwsbf3ruUNXN6moIfUJ7QzsrBh5pwAwhmlYL8CnDlvrVb2DCpcDREU
ILZA/tUkAmAh3Nu6toFqtkfiQerDior+ZfM71/8Afc7K7Z2bumnc37VXs1O9vhJM2f8AWXa7
dgaWBkg8P/xprP0hiHM/pI9sjb8yKnh+ku126teXNgUO4+2wAbi/6K7lrEb7g1q8/tK2vloq
2GXVLGo0B9yIqdoeCCy22DkZJO5VsT/q2yH+9+ojQW6nBEKlHc1qASBqArWqCKmazyQrJtqn
Acn8yruLA2+tAkk1PDCDElzOiIAx9aqahw0pg24A+boOz4PFVLwW+1fWu6NpANjPmtpBPD8r
Kdc6Lc8eSIOWYEeS1J+pORuUOByhWY4RIBfUCECSbA8ExDAaoVgc9URx9FUOwAy7oPphP7nR
lgZcISC3qmcPoEJA4zKNRIKcZGigP5F05iNUSdJrOU94sMOUYMoUoN1jw0Q+ZE+v8SLWk6FG
gYRCHd7YcDIOZH6CFt4Fnba4f9lEfcaX/pTbQGnA/tVmDc4f+FUe52kjduLa/rKncB09F2zX
4ql44FE7SzMbEQuuxqHnGP0VTv8A/AvvNfipeH//AK9iJ/5dPlXoGDfDY/D9/cu2ADZyRY8P
wokgtYSQMIWJJ4Bk1Q5MMYhFts6f2dSF7tD/AGfpKosWLZDIyfq/tXSUNpBtzXSRxJ5qT6gq
p+KTGqIsdnqAnpbcBxlODAyQmOuCr9s5f7VapLEFx5IAPBGfPw7hkA2OhRs3qns5HonyR+db
iY5yi08Rotx7Z26kJqkvwWGQEyUAzcygM8igTlFznjogchdId/y+FEwSdCtrM5dCAObshYnH
qnHn5qA76JjWfNGtSXytpGdWTP8ADoi4k8P/AFXy6Au2dEQ+6x1ZkTogThAtDsUTW2RhVsNC
CtncapOC7olyfJWhre9VNtGKG2PlwVUbtu3VnRJO4ln0Rp2uxbuWOrsAf3Edn/FYRJsR/SiL
f8b5gJ+EWIt/FvRvftntux261/RXy2+OHOjo1sSRLWCB+IAMn2tw4T+ynrNnUP6EosSXbNrF
Mxf9ayI7gZ9SXW4YOgCnTmtwMk4RuCCtm6DLoVBgkucaKljg1CFwIu2MKtwHBqxjgUHGbD7V
9fjhTUe4L4Q/kEWGfAiwzqw/tRPa7gAyAY/kW29q2JJHSSW/eqml9UwHSYdO/miXeJQA04I0
dgYmE0EajkssOCDY4DCcgACIQIhkGYgF1H1IcDqhWofiURUBzJ9UPmlyfhaf5kXHxarSNEHl
FkzsRMrhruR7RL2M1P8ACnZwNQtt3Do0rZy7k8k/bm1Kk/zLudm8Ox9R0oEarcRKcVD8WTsC
QnPkjSTYtAQNRgiDyKkfE/o6rYuxwmdnlAAPUl2K3QG0/KqG4grosBMvp+6hUkbgC7autpzm
F14r+f8ACmrZnLyjtv5ZTXl53c1Q5LnzXb/FtDraPirr6KrB2Jf3J+LL6voWXzO2N8kl2hDp
ZuC1PJOFU1r5px27F8BoTjske4IvRg2HCIvWRxUhvMoAz5FPsbnDrXI/9UKufUELLzqhJxhA
1AfDNLonuCT8IgrJdMRJwmUp9TxRcPXTVMwq/JCpmq+Z2eqgbDR+6huPScyUBuBcsAJ3Kh7P
bFbXyagA/wACrW56mD+ad4T3uKhAV7gO7C+WO6BfhM/oI3BfyVS5DHEyP0kLEED3oM7MADzU
13EDkjuDDmnBcPlSdo4nVZzoUIBOrSiBFiYdRUWYtldXbHpKFT021EoGMI3tNHcbphCoLGIC
3PmGVqj3eacFgGjwkqCD7E+ywqPcFNB7gidonkFAA8IUBym7nafmGP8ANVB6XqeQr/8ArQc2
Dcdo/oXxWIPFv7U+6zNiP7UdosQP+6telTa1SAKgSVPbIY6hb7W3dwSAGb9RbrBmwyjVNqmJ
6uHLwZ+co3tp+dC1ba/Wuo4y6yGOGhb+3nUaKte5FRbcLcCq2F6XYaGUPl1G6vP+1MKAuJ+L
T9tEXG0+ZZv3k+9qiSQUbbzY11dCli1Q5sUdhJFRnRXA+6XCY5Bc8kSCH/F91OJ0hCrs2SEK
xWtcEnKfuXJJnkmrJHFTYVPBdM8RlEbC2XROwsdQEXrcDP5dKFPl3PoVcjtkB9zsWz+qg46g
cLcB8UlMPhvPhZysqBu96mn1p2KJGiY1UOmJXxhRYJn+gYh1xH2IscwmLFdK2vJ5okaQyn3L
cNYQsJAVIi4ZhnK2GN2E5wyYGbEN6I7g9nJdMAyD4CF36TG0o9yhcASGRIkHLaI7HJ8kDYME
7wOK2hnwytbjottXDs/onPkHTE/GGKJr1A4DIghn0KegglPNT5Jz3GbRkAbz5I/7J8luPd/h
/wA0WLvy9og5dMdEP0fCw0JRFkzgepT2LriF5p3ZAYbwlb/qW61Yr70a17ZH6SLvPEprEuE0
jyTBw2srqflP+SifUp2Ec0xAJ4AobqlzMMnqW81uJkwAiDmxcfzI8+KAyiSYKIE0OoVC+NEI
YKxAJjRCsuETb4iTCADgqoOscUK7XKu0NUllbaHw6dxuxt1Rs77sDyQPrCcFq6uvlVkod3uM
Hmc5R2h9xk/wrtdwSAXVL1Oah/cjTuPuxAfTegKixHkjdiA7TlO6grP0Dj2LPh0SccU1rgWC
6O61tMgJrHc2soE328mKbe3CCouC6HUEwsG1TCwPFEWIIGHQZm0wmAb0CcMJ4L4saMrV3OCf
cgbd16tPEH9pbRd7HWICi0AOSf8AFG4s5sXxx/WW+w3gTnRDtue27jLJzDceKFdS7DyQoYJw
huDIAYTAAjgmDjphsIm3JgUbAAD0/pVau+4jOIG5EUcVbgwf9lfYms9WDoG8k4BVjWaGu31R
7daNaXtDpiGOkyjXaTY6/wCSe5BAmwLH9lCoDDQL5lh0CXPFV7PbdxkCECRq4ByyrUxwHJUp
uAswDauydgfRQAPJMcLJTZTEzwLKPZOzTwPEpim8Lg2GcPKILkGGAdACX0yg4A1yiI80Dc5/
MgbdNeajHHRGoBLappBHBM7pjuA8k4LsYCim+p1ay6+zYVOrFPbp84R+UHtxYpiCCeLhEAGd
QUCaRzddPb9JVjarEgjL6KtidSwRvcba1l8aI3qCQCQ/mt1Qd9ZlSxI0Tn0W6Qye2WGE+Var
sCrf8jIp8PN+hEHzC8lfu91xb9JbmYRjSP1lvBOWIt0n91MKu2CJJR7lnc6cHRsSw4mAixBN
ySCOC1c4Q3QdHySV87uFgTH5WQNCDoEDaLsWKPdqd1nwX/uThh62/wD2JqsX52/vUgBv1v70
5qB6lC20uYglOAW1Mn+pNam+uuf7l0WnUOITC4HmVNh710uu6CWkOD5+LlR4XNeqpK+VkmSW
x+ig8NPuTYRs8ZbyQJeCTl0xkLZY9BcOjWgcEMLFFw5sE5gjULZINdUKCzz7kGuzaIwTcQAn
tZgzzKYH4eSPdpJ7YmqD12uuR1QmGyiAchUqRqZW3UsB+6gdGHvZEk5TiQYGia0ozlV24eSy
OwifRGoLnVDtV6mcn1QFosdE/wB2sklDt0BZC+/GjIbTuGgHFbz0i3FbQXIGMLYcvjzVHMVC
+ZYMKxVv5kCcVDM/BbahgNUe4T0148ur8S3VPulnRD4LOy1byTgF+DIhiAgATjgU0tpBR2lw
ORCYaynq4OsLcLNUAgvx/eWw2whT4rK3cvUV3Y9qxZnRNeCapD8Eb2IAGv5VXyrWfuSBDK3z
LAmzejKbhuLrb27g2BVXLnD+qytti4EwrbanZWB5dNVXvXMmWRlVbG78yDYYhEHBR/DaqqK1
+J5ct+0tu6oI5/4pr2kajitgL2AJ9yqRh9VWlPuyf5VQXirBucJn/VRPvCwVbsMZEH03J3Tu
+qcMLavwW4e9Vt92pD+SNKnOAUd0iwYkI1r8MIdw5qUbNGSX/kRscHDSUAM8fNXsTOIXy66I
Gwkyzs4Qt3D8GKg9WF8vs1fQK1rhhbAxhHtuAaQpLkLJCIktgqEC0eOXTvC4+Sx7dhYjKNqn
k+USRDI0y6YBiD8SBN3J5MmJI5QtxJbgVVjh/tQEzhgSiATu1DEpqnIQoSOmMpt4KA3DcDHN
NWpgaobtVtqepsnRADu1APIf1LcLucYqjuwMlgq9qkm4k+ZQ+7lbu5I4KorAA/MsSsMju96B
+42U9S5OFc1sN0QWRJG4nADIDuDbXXH9KNA5tZy6DzbgrduL24jRBhBRrtknJdMKuODwgwYn
NQhUwBn3KzGDot3ccU4rpsMdABXzLOxMs2F0ggZtYkv+yuh2aD5KwPT8x0dtnHkoJJ8gi8Pr
C/8AAXVj0XxMPRPa7rPhw9jl4Yjj4G33Tb6kKBzUsfVdVgOIT7wDwMLoqbVhrfd/eVSbnpwI
RNSCSE1rCo5Igg2NRkYKFaU287cFn1Vvl2IvbUsQrWNrEvoAP6VNiLDmChWtxYiRw/gW4meA
UlP2nJMIvUuEwpa08P7Va3cDHUMvnCh6I5N8arSow8DOUBQEnV02uiZ1kRhM8qMnCr2zpLjm
moXeCSMJ6EHylPYsfKF8QZx9aAoRfucQYCajvq6FrOCHf8KyZQIjzjCd2Beeat3bOSDB/hVO
zJL4GgVa0lwXGSCiduXEhM4AroQqbiHIkhZgKnc5sfJCw1D/APQli+iYlua+I8UTv6Toyr2g
XFeKMfFzwgbjpJFT6rf8zUsG4raCZDYT1L+G6xhPY7SeK/13L68F802cszeHJM+NUwsCV1BE
DJXc7tbPtBsX4Mr9whtuG5myO4beaynErDEp9Hyjd4ZNh25q1rWbgwQFU4EcE33jpw/STDX4
raBbrkF+C2u4Oq/SGUIePsQ4AtC32lgbDzdX/wCVYEaVhVf71Y/ZW4PYGY0RrWpJOSUZAu8P
x/Cm7ha2R+khURq6+UTNdfP/AKG1TjcQfUrdQuPF0anBW0kSYlCx7la0A1PJN8wDMMXP6qcA
2qdDCFgCPNbKUNrHD4Rt3DJ0CJqfiy6YAdLqAQAC4YLYRYWsBVyAt1SbPyCFgz6BkdxG+0YR
7li8PIbK7gDbu50j1CapBtYceScAhtSvsdeinyTmeAHNWIgGH9f0kDpWS8fyohwdSRgBPaWx
orUp8RGZYI7o5+aJ3OIJdZZtCt5YuY9EbNt4hDt1qW1J1/VVDaBo2VWtooPeh264XbIhn96I
t9220jyUaY8kbVsAAMaoBwbVwpmGKrevP7ED9BJWVx8PL2O4zNuJlP24AyGdEbQ6yALYLD+1
fENukSi935NWf4E7MQ5cf+qAJcnI5qWiQojigBgBbssy/MmwynDl10zuckFmb+dNbX4SiWLQ
mEA+9baOWOqAIm4DH0qrdu7DpJqVcWtupQDQD8S2mRlEAQsFMcpi8odmrmHOFe9quyLL/XIE
IExuLELYBiXK6oJQ80Afj0pwW6xZoAW60FukgoDJePJAnKYrcM0L+isahxaT5lAgdQdEltww
tAThNkJiNUH09rpLLKZlIXBSoPg3h3NpcbinsQ6ImvMpxICDuCMJyZAkJwULVm3BoQqeOiBc
kgSowi2qkREqY4IWqMmXRO0iGDoOHYNEZ6UPmCwq7PAQNGcCArbyQ8vCd3NGACJhwICvcgjd
tDGPxIEScLOE3FAYRJIhHVgACEbGHJDLYCHtwn91G/eszYrqgNMvquq2jPoy6HICJqQ45P8A
1LLE8cwhskgu+iJJDjmiQN1aB4/EULEMS8HwNTgq9CWAcg8ijQWB10lbuBleeExThmC5jI9u
SyiVopLFAvhZDJ3W0nOF9a7lhqTCIDRzROUzMOKBBkQjR+ohbckHgtztu4xlbjoyIBcFAIgI
VLNEriQiDoXTVG3nlAs20POrLD7bOu3Wpd5PJcXXcrWCwI1wVXcDYiwjGqs4YBsrDFDUlBpT
5Rq7xplHbiGfyTVYnkt142/nQMvzUyAftCAA6Xd3TVq/J0Tt2cZ3LDA8coiocaogTa31JvIn
2LmvDaULCSDIHNMXD8sJzZvwo6lPqFuOCqvJtLKA4TlgjYYXUWUWCmzLZQOBqoEeSMcOH9qH
14hdXohtIYqrEGR9q+tdy3Alx5I1YdRThmBZ0LZP1LcW4EBWsM2GuETXJK6gTUcEbimmeSIp
TXJTHHIJyXt5BOHG3VgQjuIAOrIBsS6fcAOBRIs1qtpC+Z3e4DWk9PLqRsDAeCmAJ5K1ah+4
QwAVTYMKFy8YK7p0qQB77qQSyY6yg2NEb2+ECVfuNAoRjW21C56idAgbFmLgMnBgcQmdhlwj
YEkj7oCYNWuSD8ULpcE/iTMWCGGORLo10t73RsPi0B5qh1sAT5keLBdwWgObOqf8gDdQE7gM
j7qB3McbTlZYFMNQmOeC2+rolwWLTCFzarlGtu4JkicrZQkhohNYn0CFh6hYauHJQDs35feW
6SCgA4PHzW3YWEOSzpjUmwlgUXrnR1XzB+vw7u45JLeaB0ElHt7HBnVMx3aDRAd0WNi4h2lE
9ouDoU5ofRkd9CK6lEUEgQtwow1LhPHvCI2hjzCFe65DTLIjtgviSV12q+pFihXcxGroVrYA
LuGpeCPeET2xrJPBbnVe92D/ALK6QXB/WVtw/wBjz7v713QDME++6k+igsmt6MrNDBd2/wD9
jgHy+6q7oqn7ZD/l+JNcdJwGH9KYVjhKBrVhqUXBfyX6QyOSDaZJQMMRlBmIZkAayGcuhUYA
A93sUucW6fVHttB0db6V5vlAs4E/dQp3abbiBbRDuXIbiP8AFN2y9+CIMF3IRAqdoP2pxX8v
2kLVrPBwjYcZEInuWYDDj+1Hd3GqdQE287ajLSh1FxxQ2W84QBsHy3NPBcc09ag8VX8ta+Hz
Kj4mH1bUNxNj5qRyyU5huaYXqG03BT3KnyKOyz20hHt2AD6jkoEJqEGtvi1QqPhIiFkMOWEb
dJAByETaHL4XQQRzQIoQOO0/yo27nauBXVl8sV27xkj9lDUlpE6eG0iEBYfGfqeyww7oLk8j
/mnBB0Tp8FEFdztWfAt7lvMmvNSWKZzyOQn6m8j/AGoHvXNS+Ph/mTUs5MZdDRvVEPn8viXy
yWb1Mqq7ly+jfxeOV8QHquiwN6W3AAqvuKNL/eDRxKtSlCTUlsygdtt+TUcUaUFhYfdsMI77
gdzIOkos1nw2q2iSwdOYA+1OwMZ0QAYDJfimsQCtu5uKNXjQiU5s55KQSDwCBFS7apg2JQNa
u/BfCRh38/CwAwWC2kgei2uB6I7j5lEvqXTTtwnaAnBXPgiTX0dCPQmf5VY4Bm2rLaLAHgUS
Zbggy+HcBordusEjB/eXb7JjFf4rUVO3YtvgHyRnKPIOqR8udpOdV2u6O4LVqdQK5Uke9QfN
cTog4V6kfHRn4fCqdreA+eSsa23nRMwBH2I2cDb9aqCHJmFyOiFqhzwEphDiHQJMCSWVe9a5
qKlmZEVJIPHwgrI8CT6BX7RDF3/rQqYNT70LVPmCgaVG3itzjec8oRc7cOUDS26Gwga3d81I
kMiDfaXl0GvGjBdT8E9nDobbN5lPU7kTYYhkOj601qoWFfijKZRILfb4dySDuwgWay3VLnio
KYYtwy6ZNYkyzKRYAarbVv1iJRJnkoqH5hGoG06luCep9U9Ruf1TWp5ZXwFzlDuhgw3Q8hl8
2wf5YcAiPishaTahcELeJqcY4bkQAMaoVJAG5/rQBlmfiIXTew4yptEZTkhEMWryVe92qmg+
ElmW5y/HVCpsZOpKN7WFg2HddDgPIdC5d9CULW4zKqQemXAXS4Oip2rna7uTD/zIUFtxJfDI
gu4UVsfT/JOa2HmB/csEk4QJcPoAhsck6Kt7BhaLPxW6rIakZQqRhbtofi0pxhMJfgtwgDI8
1Vh8QwP6ltYCw4IoYWqA80YAHFfFUDgy6rOeSFdwb61Nzd04L+F9oBsLLqDWCH2KICJndpKL
23AaLqd9T/ijUXkaMhDgmCg4IIzzQPGEwLMjVpYobnHFxhk4FbPyXwTzlFgw2sPysu53NX2j
+ZWrYaK3Y7hwHAzjbRFvKVQ9sABnM/pWXcEvEIt2WbV6/wBSDtSg1BH8SB7gtaoMkkCP1ap6
VzkYVe18NQxFQAP2kCPi5pyIGqYFNPuWzAGn+SYn86YmOa3Pj8vuqvdBip8/0f10O5QtXG3C
epZ9MqGA8gpcnVCwLNop7nSM+qrZ3cNKavmPMIdvuTzUYsgR6p+5b0Tdobj5J6V84Td6rW0j
P7qJxbQ/0o2s8QPwl1w4psog40QNLbeanuP9SbHJZT8PYvoX9UYfi+U/uTHBR2mOKJqXLTon
yeC6snLZQO42aRUnH8KBJb6lFSfsTHRSw8tU5M8CttXAGSV8W4DSvxIdqQ7/AMK3UqS9ntqc
URrapD6lWvQbmiwHAlOC7SZwh3QHYsBx+8np2zV23QVbQ6rb8ypONtD1FNewrLgWIkMmt0jA
IwVXudsbgAHaWQBE8EReDoFFQ/m38ydgDwKhn1TWzo58NxAYxhNQxq2Moy1qnVMRPJPeAuho
UEA6zqnJHNlkDZpyUMwwyYfE66nxHmjvttA4o5NMVbELf3ehtMJq2q55j+JBrA2GowukmczC
a4qanUZhdNwDzWXHGqd281tKYSFNRtGGUn09nuOWIKJJc8UBqgdeKsLFkKUoTuLEkMqm0eSe
slC1yw14pmZllk754J5Deq3V7hnQoDAOoU3JdHu0LiruORR7H/IgExbQfDRP2bAkDSUfmnpu
CPV9ytftDdW2RjK+RcEEzUnRGoMnVWoBURJBVTbuHcSWYaKp7u6+2coDt1FKgzD/ANSPcAer
ipHmoq3rhP8AWRCO4vwYJq322HHgpuK80LGxOmFDlbTLSmFQOKNCx3aohnce5PZxU8E1XAGS
UzO+q6nI4K+2KniUQ5bihbUfWgGkKrHPxDRgj3O4A1YHqmrVqnhmFupuNQmfaRwQqDI14pq9
xvRP2rVs3FddW5IH7zSE49x+gucTKiRxKJaAmAkiFbu91yXMFA3IJyC0rqsS2jLprP6qwR6L
pBPot2fNHaJ0W25BBjydCfNNroUB3DuBLDzRraQcg4T9gDt34YH8Kb5l+bGzQpAcastu8gtN
SYwhYZqHfX9VAWqQRr/6oXYDRhr+sgbVBIkHVOTrgogQTC87D7LIhh+dMRt5BF54NlNQFwHi
EDcydDlNVgiSXPNHRuH96bJMOqi2pEhb6DcSgDD+4LaWJOoyskccksiN1p1IXSZ4lMzx5IA1
Yg6qSARoEK1zUsUa7mciBDLaA9RrKFagDiyLAuhDI1uTUjlCPy7B+GExGcpwSB5py5q0oEa+
33AbirFbbWU/D5EKThRYAH7VkFsMog6qMqW964EINcTkJi06FOa83fguqwDaKbPxaUGBLFwU
4ccXQtUvX86IvQYyyIqGz9q30LWCmvWTlVtWP/KqLfAmdcSJTiEK5Dv7lDlPjSQm7tnOjJ+3
0k5OqEmx0RPcd9AmGkkI8NOCAJ9YQsBu26prB7BYCwpAKwFhYTMnVj2g5tOcFGnynA+9BKPz
akPxH9q6D6MuPkuqRwX/AMT2GbbtroD/AIvctQ61LH+Jf7CLD9IAfyrbfptkiULtuqVt0GPb
7pzW1teCG60jQKTHoiXJHEldNukY/KqYlqDO50Cwc6MiKgNxVmxXQqQKnhXmn6m5Jy8Y5LbY
EcygdwsTwKIpW1zqwTDtkN+IJr1215LbUuxU+jIXAIckF1hkDWZ1W93tQh61RBwJ4Fb6WnTg
vgrbmCU1O0XPHCB7lBQE7WPNOA54gQmEJyX80wDngEO53KmoCAoWrCLE2JTWjkP8kLV6h5Ig
Bqkl3CuKkHi30Uh0RtZ9RlbRa24/hIH9N10AXr+mJ/gQsD8u5ZxDIgXPnX/FbmtciHYkIVo/
M2gr5tq9OAzl3VaX0fOU/hn2e4SJcolcOSgeQCEYngn4/EECJZCSE1bPvLcECD1OHZMDPkiA
HJRJLElmQvYu2iLUzgomgctC22sTufKJJYcE1Y28AyFmwVKhGt67nZz5I/Is3csG24Q7dju4
NoyArUnQlPapAHNVpUfCXhQXB0TgFxkMi78k9Oo8WTGBqAHQJYB+CO0gLdezFbC/lkI07LtY
ZK7vesT8uAx/F9G5VrF6N8JZwUxvazcOlNYbgMSnNA/vRHbAoCXYSn1Cpj4h9idow2qcY9u9
SWO6UBubzTbtz+qqwDJnlOSPCCi+mD6VQB0y3FEiAdF8QA4o/Mt1AuZTDu2bgS6FNxtbyhDo
NuMQvmVBBd2Pw/zJwX5prUJJYAgQmOXdT4WrU7WEp+3cbhqMo3+ZjUEhPa5bVif3ltt3Dcng
P7kRV7W5oG9ek6lEEFj+X4kT8LcEdpg4aEXNrH3fyrbWpcapqhhxX+zuCtZYlzhB6ixGpCqI
qAQ4AAhV7fZDAfEeJ/S+jdoGU4RXTA5qbB9ZhfE5HBPawA46o0qSQCCD5LLji8pzpB9kiQ3h
3LOHNtVJYasnc2Om4uq+Xsk2YW4q3yr9WsKO5ksICa/cg8wiTZycqSECGB4tKZ2CIJJGq6TB
0ZE2DAfCcfwr/YA+h4otgE/b4FiA4lw6d34o7a7wdMLqoOz28Zk/uK1iH25JcsgQAaAEkMNE
aCoFvunmvl9yvUzwuHqsQjivmie5XcTzj+ZSxHABAUAqH81GRqy3CExM/RkE5VqUG4vD8ERU
Vr7ijv7jNwACkk83ZPubylDeTY6yUairVwJdO/TLDREe7h7L+FyBgokjmgL1Z4BCDnAW0kv5
FW2gvXihW1BU8Q+Ua0qIJE8v2l0gB8s6v8yDkEJwVutY+SHAoZPAQgNo9SsgDk/9SFbEnODl
Dp98p3zgMsnkFawDKtH6raIWFt1iMMuoMGCERr5oMAAJK7lqZaXV65Iqc+dfC3fx3O3U+tVk
kIhoEqu0QU3Az5LpqC/FbSZZ4QcsRkptVECp+1A/Rm5EgsoYPlf9oQ1HNYfkpgq1Wdi8rg3v
lHzMent3I1JQAO0Imx3EjKJBxgouS+qiWQObHiq9wzawD/tKwf0CrWvS5k5W7uHfXEQt+wYh
EVAD6rrt06oMGZFEDKe1hyCf86etmZWpfFfzLt07lAaXID+qDV1LDkgTOG91U/DCAKsbCBlN
QtAL+qD5RqcGCuk9Ng7eSBGFuJ+HVkBRn8lLF+SDxYeqMyNE5xhoRGHZHtkMa68vbdR42ocF
iiTlT71tUFSEbe5TK2Hmfq9vueZTcJdGsYyr1LwTLraXNzocF1U2HxcP8UKQAJJQBbgArdxn
J0W+4aoMgSiLVsz8B/chUVswxjCIFDtOrhbdruvgRswrU4bKttEgO6mxB8ym+ZYEc0K/MJDO
XVrU1JJ4O6FwJoQX8lS1qhqfEOLqOHgDePKV1Yl13LkBtrV/g8RZg9DrwQvUsOS+W5mWOITj
DeqapRFsiX1XnqcqxqREok5DKQ5MrCxCZnKdiE4QJONBC28o1TmSS/iOYb3K1eBf3qcQgdFG
dEAUdsSi636+3cAOSca/xI1+W1uZGP2VuHxZdGwO4ag8UOgbXySCmrP6JK6YeDh/4kxJLauE
QWNwDPojYZPMJi2eK22IYYCm3mFuoeoLqs4zC28MI7uoHLpxQDRA1qGQ2UDvJ5L5lQ1qsT5F
W1D+shCojdjK9F0w+fRdvt9otQEA+b/F1K5vMQr9y2sCeCE+ifCYlwdEHEW0Q7nbG2+hEaoV
7waxwV0AE+n9SI7gcEYj+lDd02OAH/VVhauhlWAAHFUOoM+SY2YjRimrbVsHP7SBtg4KNn6R
BjVCgs/Jitz+Xsi1dE51EIh4TZGibBTn60CJcumCcZGUOftX4OQnh0CT0arbSu4j0QrWld+r
qWBh2PJEu/CV1Fg3FObF0ZPkugbbcQsS+U4XJDaB5rICyGKyWTgk8rJyFehwQu52vwgkcPvf
2pyGBaQiWZsqx1tA/aW8iK/nRcOCv9TiZWpQnMJxPFRmpBZYBrzRsOm1Q4bEIC9nB14LqqHD
u0OhYZromZuPqt1SQGkLYA4DZRtVnsddERU1duEJ+53JGgx/Etm4ly5dVJMgoe1V+Ep9EToG
QJMlF8DRUIjRwmA6dOKPEFlX2jZ8lyiKHadCnvc3GWPFPUMsKfYrsAO5/qUCtToELd6zghzV
odcPRbQ7jkmFCeZQttLnRDbTPErqpOjFbTVn9Uxc+is1CQ3FWszZ+2y3e5dQxqjVmBMrttNb
Fm9UOaZcExyJwsknSEemMYH9yIANAcq1KzUtJQ3gFpdE1J2gT+W5BhiZTV6Wn0Qcuck4hM0g
fUsBYHuU1BQqGq3JAj4g8+ftSq8JWIXEJ2WEwzuCIaAmaE3tWqRZxGEzW9y2tdxyH9y+Cz+n
9yfZb6kTWhDcf8UGox807Bk42iITWOFHcL+ZCmx95UieK6ROpQMOgdBgJwI9yy44ZQK3GVbJ
jCLBs/ahHvRIJHFl8RCBoTa9Je3L8C2XcmGJXUPyKkTyWU7+4LrsTy0Vu72i1A3T+6ogHVEE
69JDhM/kibbi3NbiTbkAyJqCBzbCYCa6/SDaWbKfK3EODpquXBEcEBkvI9FYkDyVgRBkKw9q
5MyYRG2MOnAbnqt2Cp8wswoKx6qBiQVMkpxB1QjKdnbVcH1QO3cOJXTUn/siK0IA5piGbTki
RAUiFGSEXjP228I9Vx5IWrj73khbeajhxU/CYKNHfbryPsF8ZPoaofKirDRnKItXcsEEa6uh
Xts9oeP6kLd3quJ8kYDe5v3Vtxur9Y+kIHJNwTaKMLzTHiiwc6SnjWD5Kx8va7nmUNFHn6Lb
94+5NHNSGGiYKC54MmGDlOD5Ig6LMHC2oBNaoPmgNuMKT0kw2f3k4fcfcybLYC5FBkQef81/
Ygl13qlxeoFqnyCtS3xVkKvEQeY9hjjVfLE1IBfVZL8CUSBGq21qK1CewA8nwh2eyBusWldo
3HU8tzQPEP7De2X1VmEAsmwUAEUWy4TmV0+5O8kD2rgTJKd2bRNxEIEwfqTkxwTfhQJL8U7x
oyPIOnJd8JzZ3C3aaIssvyWHJUAB/VOz2rCfHJdJZk3BWfAD+5G4DCR/Fe39XhGfBxHNEGXD
EK3aBevcpBxPQmJJOvs/OrgUb3blYd0Enz4rBtywnpQ7jo/BGhAo+W1CLWYD4j5oClpoQCcF
U3Targ/SWHFOFOqfijUQeKF8ztKc2NXwAFYHRvr9ruSwc6Ih2bzRrJsfQIiYz6LbLlFoA1Cg
SmGRyDIA50Kc2gZn+VceCAcTzQkAJyatwDrcPVAkiw0BUgBuCKgN4XNItZg4znxjRQmtkGRy
VxtZg4Xa/wCTUDpIFuLKvdrixbnHSm9juUuA+07S2CyNrHHALVk3bqzfePxfwoG3VWp6nOi2
duopGajh+JEGR/2RqNfGFPjCZg3F/YcMAXyunXitCj6IAQrCzEFiORW3UI1s5Fmb3+A2kNqD
7F/OUbVycIEPzwjZmHFA5tgI77O6JtI4KKyPNO20EwAgwcp6gN5JvdhMze5AWs44MybC2too
HjKsa/dIJ9/hhNYs+PNOA1tTot7Y1/Ky7t3+EAFMa7uTq3/G7k2p1V9etTHJQZ8Zwtl6vW0h
izLps51UY4wrZIPuQnpthPUvu9MocJf6BvYBrM/UsM2q4Oi3g2pTN5nmgxkERPFUuNaj3t7N
rWsS5Kbq96esnmiXgJxnKIJKhFtNUxKyyYmFEOmz4ucsj7Hdc6D7U35Z8HAnRSXHArYJFhLy
rT8YDo1tIK7fc7cduwazvwXb7f8A9dzWtiG1KJqSQePsUuHdi7ckwBY5TAtYnOEKk7hl9UwJ
bV5/dVa8KjqXbrL2JQ+jZx6q1qW1kBkzo7dEQYCBd24q7HBQAyEO3b7oDFO/sP4ynwoHiXCw
gQVn1WSs+DjPsOV3Bl2E+aKjwq5ckOEHOoj1VajiJ/8AVMQ9uDgK1zqzBOu72Lzsa1T+tvWy
2CHB8SQWNXIW9tx0Cte1Q/Dihd4wwRtb0JTj34Va2+JyBxxZBjHsSsKB9agAJ3KBJKBGSifv
aldFm9EByT1O0jRChq54o1AYlbt1XIQvUZ4f+q7RsBvNKm3qEGhvon8G9l1PiyzCmV3CAHDf
asuuCOqq2kIEFsTrlHuWG65+ECWj725EknEEovnU5KGvNV7tCQHG4DUId2mKy+qF64KdfL7Q
exHU/BMfqTVJ3csLLcVuMuMI/hcsF80jix1x7IBycShqNQ6wW4FBoC4BMVyKfVMMoQOCweaa
lhVtXlbSTY62JU13aSn+XTlEJseXBcj4EH6DPsThSowh4ZUJ1LplfLOH96geElhlCWGWWdwq
RngPu9KFq54FCUatPFyibDyU4CPafcHw2XQFxtclqnz/AEvAkdMAhEbgSRDkJzZzwByia1Zk
ATA0TnKFtrQft9l62Yise9b6C1shwHW3vEVuB1O1ULVsGJYEEIk5zkJqgWPGEzAHioqBMawt
20MeSPTPkE3cqBw0TVrL+aLjb+dGv3iXdkY96AIQIMFbKVjieac58cfQZ9qPB/G3mETPBHgt
sAKZZXoQziCt7iCYC/MmJbkmEvHvTVLDUyf6VUB7Tm2VHh2SD02cH02qE5hsphhQyFSOarbW
fYsRkAo7jgt6OtlCwd/ROQDuBdGtQA1teaD2kY8kRc2Ncljqos5KNTuxotknzVr4YsyEbAHl
5W6ldxxM6J4qD6BbSAQNXQqAAHhDexOc6r5fbIFPzFCwJs/BTgMx4/Rx48/Hg6mfYNLYKNSd
4M8NbqPALtmxJBsHfgVYcFEwhaHHvW4vUOxhGtPU+x2q8Afr2rEa6pgJ4p2T/Ug8A/mVG5/b
7F/JWAHUD8Q811Z0QL+itoIJ1W0SWyiCjawwGiFUv8QwcqOkEYH7qsHdy7IghgSG9Ai2dSiX
Y1afNHYAbUglv7UTY7H0XTTqqZsfvK1iC7mPJCzsPwqMfRus+EQimIUexhFoRNtHH128GTKo
BLxqrgZEW9VuufJC/d/+IafiIW3t1FRmPZc6VjC+I81P2poTNKoPtXbAYMNPYvzBXerBnVEM
50JTnIRVTYOCDGNEbNnACs9mGsyqXIcSJlAR0/e1Lq1QKhWAJsHjVHcmL1BGmrJhYjdJlkd9
NwLBwMJq/ARATBg5wmBwNfodtqFuM+2wygxke0UQx1/mt4RKf6kEK4rfPP8AfVdx3U1CFKAV
Ax4efje2GqUHw2W8G8C5wg4cCXPLagBA9iw4grvMRJ1ynOJ5KwHopPogSZQt90h2H9ysIDj3
poDHAk/xICoa3m7/AKSANCHDkSriRUESJH8SFtpthuLKndPT3JHArcSYwAhYGo3aIE1ew4Im
3oEHIqOaIAaM/wDRN4snCs0QWB/WupWAyqx0QqcEtCt//rdgR8tiK/rbt6r8mxLmZB/l9ruP
jbZ/cgDIAhlEKZTu5Uw6HefIaVy8I1RVhyXcsZIQq0BGGbBT5W4u7ql7HpIUwNNFYEONE+1z
I9FWXB/7K1WBFpYoECR0+5EWA4px702V8WZDKcJ92FY+X0kewwsH8wnCIuA2hDodxzuHPxwq
9+omoYxzULgyG6uIBVeR4cPuoOMcEagfFDrPs9wgSake8KTjwKhVrqCOeqrQH4agQm4ewScc
Fa1Qxwef6KsAG4ruDBA/Os+itSGBDBAUMO2FSzuRw/8AZMwAFXDDq/D1I9piQC6tQ/WvmAAl
h9afIOQ6aoZVBMsmGEOK9YWeax7ceGfb30q1vb7tCM1t9ibw33O4AOQ6Hb7dTW/3SG/eQFsv
xyugndnI/psm8IUrCvSwm9bbfNvBvAAHJR712sYYjmgAGTCFJyuC4oruvgWEBDbD6q9TMT71
uZ5go2eMMValQwFnbQuqwxByF2rP8VZK7lKwbMQeDKth94TGqDhxWG4urNIOK8ELCGW53Bwu
mDq6nPLggdE+n/QY+ga2Cq2/41LOSdzdX8yr3bdsigPUWRr2htBMsSVbulvmsRR84/CrX7ws
GbYT0/tLaYjOF8vuF/wkx4ZfwJJaoklNVjQVYNp+Ky2AerqQfNNUGxPBdv51WBtO6IQHbIDj
pb+lbK2lbyWHEoHcDygprDng/wBqYVDNzTVr7nXcJDGzEhVAjOVfSCHBV6BwAco7vR4dWJLl
gw/zTGWIcDRCoLADzb95RYMROOC5A580QSw0KtqXKbUpgnOdVuGpYBO/Pz/RQLMD9JP0Lew9
iADAdCgIFbGQESdELd0kVo0BNhpTkY4LbXOQibM4LeN3wxQFBJh/NG9iSRxRraocGDxTGvqU
MPSrjmq9vuADTlKFwHOYW0gkcFFTxW41TVqESAwV2mB9q7T9ILmNSjW0Da4tx/RXetWaghvV
Y3PohYlgR8OF3BglnCvSrQTnz/YVLVkWBf0Q5jATNJyVBQsz2lWqeDo2BYHjqs9XxNCo+dU/
0J3CPoj4z41tWa1JJRrcOch11lwSdEBVq1HDVkThNhbnY8V8u7V3mPE1w6tXa7VFtxTv7oTi
rjXyTCrA6uncMOM/zWTAhjkjRbABevuhYY8H9gjiu6CIAVAzPhQBYn0Ktvd7AOP3UQLOBxlA
CQXVmO4MxOFcGzFyQ6qM7S3mD1oVEjLogQRJVwRGiI3eQ9FuAyGK2v8A+UQSx0KBs7gv6okw
30Me2w9qfEghwRqrWNGGgj+5AkkNgOiXxjzRczqF8W48oKerg6p7lrA9J1KNbXUeFttBbugQ
QGsf0V1PVsgo2cn1hOFMDlqoJH1LosQWZ1Sncs9QWd5Vb1Lg+x3S0gOnNXOgCa/SAV/rHSWY
kZhbTrK3AEcdVa2yYcyhZtu7X8SasWj6kBYuWd0DWeJW6xYEMhsm3FWOTqur7EScNBWJJ8lb
z/6QKSy+ILI96YEeGEbipGXjMpwGAj1Tux4mFhzx0Tj1CFRXebFm1RtftmpDM8eMpzR7DLao
9s120Mgn+5NXqBGfRDcQDqDw/eVrOWHDCPy5s/HRA1yPVPYvYWYj08SRlld8Gsq33WGSiTaX
P2qp3SThn1QsSxMEj8rJrGLAHc6FwXJACr3B1EHHmFXaGYY0QOgcGF9iBBc+ScZ5I6EjCBId
odG9gxdgi0jjJZHWfzV/6KYUMSoABXVpw8D9SfCjwNLBwUb9rdc5NSzIPU2PBE2BAGAyqLVt
snkEbUE62K2i9SeD+zYGvUAWIyqdutSRaDoy+aL26c7mMD91Gl4px4o7QSCYKwwfPEKwDsZ8
e5ftzaocAh1b5lNtpqSAQJXcpJAMq4qCRWxD8nVCBuPPzV7WrtIIhVswMAOUXMD6ltBgYIRq
ZFclWGACYVXANsMUQJJluSq8A/Uq2aSMckIIeYVq/pebB1ZyROqLY+kz4ymAc6pnhfnTLz8N
xPJCHJ5oWPhHg3FTUFH5Qa/3VtHcux4D/NAf8ju3IHEf5oXBNrAuCfB1n2CNxL6sia2NjfJb
DIFybkuQzx+8gL5aBwJR2y5fxI5KtMg2wUQZFw6Na/DY5Z5/Cqdon4RLqBlWp94WLDkrUsCR
bU8ka9vqmVu+LIIBRrY7Xl8IB9Y1Xb2ubConiqvkZDyiGjgmxATGrMWdEOxP/ZTx+gc+EJvB
yUdvoUxJUyolT6+DksE3aLmcP/amu4pmP/ZPYORh509mfB06lY9qfEkVAJyQM+yRxRcZDhQ4
I14IHM9RTjqB1PkgRDagJ+3O4AseKBs8c2RBBP8A2VtlXmKom40kQrVEh8cE/bzWFYkNaHyt
2HkCFuuWqANpKBqHlyWRJdiRngtv0XNXrawDCA7aK3bNhVmZzP3vxrLoN6hfn8XNhU8ytvbs
AeWU1jY0OXGU/wAsjmV0hlHscvYj2ZIC6WdaOpYWTEh/G3dtYBsOtptXYcFOCCDqPByU5YkC
Ciw3A6oBm4oB4GgRYPwXbvUbSAQSf8lcDQgyeKrbtgncAYwjYuLj0LFG9X6YOrr5gDWJIOVa
h0D/AFq4YPBKpYO5BjkuseSAAZABN4t7b6qwBgHT9Wq7lpOPT40xOkhbhqidQtxIDrb22PNb
b2JHGECQbcLFOBP0DKPYAJZ10NYog2APBDcQbHOcLpsC+gdNWoA4sj3N9r94sADj+Fbu4+7d
rwTq3csWbD8ValiBR2FRw/EmBdzK2XIBDbease2ztCt2O6wYsTLoEGDKguNQpg8Qt1Z5p3KF
bCFYmIEIVqW2lmHBPYng3ot9gQbaaMqgEy7+is0ExPmrAmSB9iawewQbALeHr9EfC/dcitvq
6VanblmfKFqnWQIQDuWwphbrE2bATNsAEQoDnmm+hZ8o8FLV5umqBb1/xTAbY0U3TAmw44U/
l/EtxrIXTUB/Bnniij9SIs4pUtUeSFauX+xbrnqyIQFSatD6f0q1Dc3DwGZv5kO5QGvcrqNf
1kK9x3ETwRbK/LVFg51Dt/SrCwar/YiNXhPyaVbYPhMMMuf1kb9yvXUtYFbbVkMzIAB8uheo
INiccFe9iwqwIbkhtexOSgGYpuHtThT4OdPYNbgGpyEPldsVJyQzlPQYOBwRhh9a2ySmNQ/F
QPZjxbwmEdhckEBuKgnkuoknQZRFKnloEPnFi8gHT9lRUHmVgBbaz5LDFSEwTocAZTAsOaqM
2BcoDtjbxK6g/FEIOITtC9ETYwEai7cBqiCSa5JKFQdqAFw+rlk3cY3I1lNVgOSPcrG8SNP3
EyPT1Ltna0TPEK4IY3L54fRT4bTg+M+DeEgKB4/am5rko8JTpwZ5JwGHki5ddUjXyRLKQmZl
JnRNXVTHLC4Fc+JWZ0RJLLdawAHEr/VbAd1usT6qZOixGix5rGRK6sDCIBAqNUeoEhGtHL8F
v71Hhf8AxnYIGVupXbbzP6P4kB26WNeQ3IfNNtgEEhkKghgNShE+DkOVCn6CPaf2g2OKfwkr
OE74T1Xkjcs4wPNOY4gIgLKbVSo9U4yE97BxogO2Aa6nh/EsshxTFEkqC5CapxqhuyeCdmQq
0anivsTL7U1SgbHJXyu2W7eth+9+kje7muA+v8KaoXUEwwm+zwpau2okWBKIo5A1GE1tE6kp
gQ/0reLewfFgmL+/wc55KPAESLOw4E/ChS4O4WAxx6VCcrLPqU7gp7Fbey78WQIY254Qr3WN
n0TViVomfK2YGqdn5qYHBMBK6lGFOqJJaoRYkgZKsKSPL/JEFy8sIVBYAMEKV8lx8HJZ+Kck
kvislN2Qa04sxR7v/IqSLYFiUKVAAqGA8vFinblCYOCdThNcufGP+hJOvjKZdJfwtRntkeis
CCxySU1Zt5oC496PSCByTf8AH4YB1T/8gk1GhsooPRQGTjDqdFnK+xO0IDVTCZOThEAsjQXe
4yrAXcmBXREO1UbCpIw6Ne5UAEMIlbamEeKc4TmAF8p3p5HIQt8sE8TJRsagjR1MBRYe3Pt4
UhYTtCwsFYKwfcsFYKkH3eE+MoFvOV0+srKiUSfBiJ0Rq0nUFE1r1HjKMP4NbBwmyoKavVbg
ha53EHqFepv3UQCQPJEfMEYBhfELHkxTmOSNjYMBxRpSzU+1AGwIXUhe1CaC2cBkKGgAGh4r
dSgq2odNwUIMfPwhgnKhNaeSOlRgpiX+k//Z</binary>
 <binary id="i_061.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RjDRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzY6MDEAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfegAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAXiQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AL1ja7We5kh0e2NNVnPoAsJbPMQD
r9yM/IpprDrn+m12kuMa/wAkrOyb73XA4+VW2p0NDhLiNNT6btrXJKbrGN27i3nTWZ+SIa2v
cTqB281jsBOQ662x2XUwEuru26/8Wwfzfu936NXaM43uaWCsF5lzDYA4DTXY5nu/qJKbVlcw
0DYSJ0141RBuZsh3tPM9/wCrCYuJIMaH84/wUXscWjx5E68a/wAlJSeWbiAQSDEEnsiwNskA
iNNVzl3XqGZPoYzTlulzXOYQ1pI19h/O2/6RX8PqNWdji+gOZtOx9bvpNdzt/tJKdIUVGCQD
4qp1HIvxLG142Bdl2nbLtpFIHP8AOMDnWf1PzFZgtDZd8TPc6qdckjxGvlokp4fLxc23Isvv
eBfbY5z2ARtd+6f3dv0VVqxsuz+bBsGvHBDfpbV2npbsvLxzZdi43pbjcwtJfucbbah6m51n
8hZF+VXheu6mlpc9u6Hu1q3n06WXMZ9K+xv6b0P+uWJKavT+t5eDUyvJrD8dkDfw8A/RA/Ns
2roseyrJx68lgLq7RvaSIMH+sgdPwOn/AGdjnNqyb2j33Oa0ua/lzD+7tWiBroyeNY5jhJT/
AP/Q53Kys3Wp9z3hwkMeTBIP0tiELH7gD7iOTMD4yUS4EtY7SSSH90MA7oOh4J/ikpfc93EE
9yeVZbZtaW7A4zLXu1gx9INUPQLBJAIP4AlEZXusAHB4HzSUp/Ucpjg8PLXHWJO3T+S7c1Fs
61kP6be21gFrmlrHtIAh3s9zD+dt3KF2OHH2cN1JHedICoZ4YGNqBI7ujuUlOl9W8dmPhWZp
oNpt3AXSAA1unptOu3/hN1auYmC7G6w6gtdQMqkXek4bdWP2+1u53tfu9iu/Vhrreg+g2x7G
stfDq2tc7Ta57dloc127dtWN1HrGQ7605F7XGsVNONXW7WGAAfmnbuc7ckp6p9VTW8gnkgcJ
62tc/bAh3gPFcx+2eotaCy3e0Q4BzWmNPdMQhnrGd6oubkPpES9rSQBH8n3e1ySm913q/wBm
yjRjsrfa0+ltLGuc1ztXuqc/2t9n8lZWfTQzDrst3Mb60lpdNlrgz953vs/47/AodVtD7Mjq
Ofj/AGhhj0qmy3fbYTZq8HdXXW1VLXepkHLydXES1uruPosr9Rznel/XSU3cLKyccMuY7dfa
6fSHD2H81w/kt+h+exdXjZHr0iwAtP5zHD3NK5Bj6Hlt9vqPa8munFpMW3EfTG//AAON+b/L
Rr78/ptjMinHdhttkOq3iyswBt3Mn2WVpKf/0ebtrfLD4O1Pknrb7zruI1GvZFu2tcG6z8PA
yoHUSYExKSmT7Ba0HsOBOnnyiNLQO5AAOnKrOhpB/wBfBSmDu7cc6eH+ckp0GOrDC6w6N1IH
h2VHO6dl1zk5NTmV2kBp/NBI3Vt3D8/99XMQNttor+lueCY8vL+yuhtuba2zpto3h1U6AOe0
Gf0ja3exzmfmWpKcVvVMvDwAyhrGscw1U3CYYXANse9v51rVXb0u/q91xufW24w45FLHMiw9
rW2fznt/dW1iehjVMwcfd6dY2v03OJOu+2p3+k/4OpTc6nGx7bHXusx2B1j22VHczSXFj2MZ
vZ/Y/RpKeazcTKwLDj5IHqkSx4+i8R7tjv3m/ntVKWFlhYRJ0288+3v/ACVo52S/M6Sy+XbB
a2yXAxJLqHe7+2qdJaXNbpLpLjEFoafd/V9R3takp0vstY6LYSA5rDMnkOaRX/1KwHB9z3Sd
TxPYBb1Vjsjoby9wbO+0vPGjvoP/AHHfRWJjFpcY4MwCRMfyklNnob2Y+dusaNzm7d57Dw/t
LQ+sV1djG0t9wra3/OeRt2/2Vn4DGjqNAIOyw7XweN22Nu5avX6mta1jBIbbVY7XQB7trfo/
S91aSn//0sCwS9zhIcNPx/NU3BrHaGZEk+C0XdNbWT+mr505kj91Cdjku2bxYREcxPhDtqSn
OtEl27UDzjuo3BwrdA5+iPjyrObU5llbHCN3aNY0jhPk0ubQJYQTyP8AX96ElJ+jNLsrG3Dh
0j4bXS7T+srmQ2x/WGZTHOa6u80Nc0gDa9kMrtkP3sdY3bYh9Dbuy6gDJax8tB8NjQZ/tIuX
VcLL3VtBqNzb3vH5zWBulfub7vXH6b/i0lN/c7FZvc207eGu2y2T/N7mjY+n+Q5iy+udXzX4
dmPfQyn7TNbH0bYtJb31L2e3+cb/AMGrh6g3KwxXkPsrc4+oXEOA/kkO27HfyVi9Qtqtsqqq
JbWbJtLgNXe5tcfyvckpJRU4dCFFnubWLHPnghvvYdp/luVXKtwg2sY7XPsse423vaQ4hjXb
W1udsa2ts7djWLVZUHdGynvaQWsexjvKPcD/AFnLEzi40sqkjYwnTxcNrg7/AKlJTcG5v1XI
cIMgsM6ODnh7X6fySsjGYHw54l0z4yAtUb6/q5Wy4ECxm6i3lrhPurfy5j2furLxyQ4CD31/
KkpK+xzb2WskljmmO2jt2v8Amre+sDN1T7mkQ9lYa4D+WPd/0mrIwaDd1TGrdLmmXuB8B7tu
3+ytr6xu9PptdDg3e97QARLiS4WbP6rPTSU//9NPzcZtW0VFzxDidJlVL84v91dQqk6OIc4S
Pz2yPZZuRDTVyGzJ8fCNyJDGCHNEsJBOkjwSU0sqrIyDXbcdjKpIcBEnv7i7YpNw2Or9S63S
ASG+BJibLP5X7qNfSGQXv9RjvdoPuagMrfkXtBIrq1mdNoH09D/JSU3unHGHUaWU8sbY144O
rqve5CbnVuxbK3wbbsmxprEyQHHsfo1t2+9S6BhU5f1hrZufVjBtjzsMOcGhp9Nz3bne7+cV
3C+rRzMeu4WGttt9zHFoAd9F+x7n/nepZ/OpKcvJ+0upLA8Or1HMtAGrmf1m+1yonFDXtx7W
gF43ySYdOm7+T7nLf6h9S+pYlAycK85VgDW2Y2yHGRteWe7Zb/mb1j3AvswqLPa9rrce0Ogu
HG4Qz+qkpv4rN/TL8FrPTt3tBrslpGo3QXfnPq+gszL6XZlP/V3jcQ4uFhgS33N4H+E3LoKr
3V/VoPbWx9N97mMf7t7XtLof7m+mxu1rWfzm9ZAfjPezdjWMscQHPP0fd/ws/RSUvisI+pdz
Lh+ko9R/puOvtI2WM/z1mYGFdkQW1ktkAv0AB+Ll1GLTSMM1hosr0c02Brts9vcPJDyqWgDa
QwGRIG1oif3fo+1JTV6R05tHVGPLw/ax7nGIgDTj+Sq/V3XdVziyiC3GLXmTG5z/AP0nW1XO
n7LWX9QDi2k1llHYvky94n/S7a2Vqr0sNNmUfpbrRx5eH9VJT//UC97a2gn83sBKg1z8q0sr
je7Uzx4IIZZlP2t0Hc9gCtrA6dXVVvgvc5rhAiYA/le3d+4kpyLA9thrvBrcW+ys8kfRb6f8
nd7tyfKYMTBrbqbchm5x1kVz/wBS5/t9y1sDCtzB6d1FmJjYu55dYGnx3y/+c3u/trPttObl
XXZhsrrJbXRXW1pLWN+hW7e9jfZV/wCC2JKbn1Pe2vKsyHAF7K2sbugSXu/SESfd/KXQfVe3
1ukMIGjMjJY53aWPfXK5npXTC/IawWVUvBmv1PcQ5gsub/N7meltY17/AHfo7P8ASrtcfFrw
8R7aWNrLvUveGSGm2z9La9u/8x9rt6Sk5gs+B1XJdU6WxtWd1KprX3HqDXVu2gba3VtY5jrP
p7LLXb11LnE4rnSWjaSXA8COVlZ9N1/RhjiWnKyKWgHmHDd7mpKcXqGPkdO+qfT8WWPvxScv
J2H2S7c72/v7fXWXd1O7Iaa9NpbucWgABol3f6O1F6pnMyGHEYCDU8m7cQd9sNbsZtP803ZX
/wBcWSWXAOmHMc3UGY0+f8lJT0mA424/2etpc6wN2lvf3NHs/e2rZ6p0MuwcltG476i1lYku
DiIc/T6TPp+xqwugdRbi4nTrr2asEFw5Fdjn1PP9n2PXcNdEQfgQkp8wz7cvDwzhu2sexxL2
ggFrXT9nr/cdZ6Pvfs/mk/Q8e2qwVbHD2NtcewL/AKP/AEGrsOp/V/puRkPPpPORaHXUBrgK
w+axe7Zpusd/Ov3u965vAc/HyskZLh6zbTQA7SW0ksYY/lb0lP8A/9XWxOkMop3PMMmS0mR4
mf6iY5lIurrDXvNztjS0cFxDPo/S3f2VqdVI9JjQ9jQXNc9rnBhMa7dfzNw9/wDpEXAxsbHr
s6rYBsra58tgyWSXQf5P0f8AjElNXrrL8fErw6iwPua51hcYkVgEV99zd301kY2d07Fx2N+x
Rcwbdr3Mc5zuXPJh23c5yanpuf1N9vVbrrcWzJdvEAnbW73VN93t9PY79H+jWhT0nHY8OdNj
toa4EA6zO/cB7HJKX6b1OnNsFFdNVQsfsJY8Eulr2O/wbHfRXSPbvY5o03NcB8xCxKKqKr6K
qWBr331vI4O1ocXf1lrlsndJCSmrc5zejXkg7hTAb31G2EBzx6ldRMGvKw7I/kubs/6tq0Mk
b8a1gjcWmPBZmMWXdcfU78/GovaY5NbztEFJT5/1ixzOt5bCQC25+nB2k7nqD7K34/tOrSZ1
1j5pvrDlet9ZM8VwQMhzJHgyK/pfyV0N3QcSv6pv6tYHvym07mn8wD1NjfZH5rCkpHVQB9XO
l5Wglr6Xzzo572x/K9q63o13rdMx3E7nNb6bneJYTWT/ANFc90fHZl/UayqYNfqvaedWH1B3
/OatH6nPe7pR3EFotdtHcT7vcP8AqUlOtmudVWzI2b/QfvsjkMgix7P6rPzVyb3V3ZeRbWP0
+deDQ06llZLX7A/6Dd7t/wD24uwywTh3wdp9Kz3cx7HLi+jU/actuPIotaP0TXggSwep+cfo
OSU//9bpM7p3T8vqNHrUNuynDYxpE+we6y17fo7a/wB96bNvrt6nV9XOm1imnEAtynMhrQID
/SY0bfc7d+k/lvRKrsjpXS8jq2Y1h6jkQykVmW8foGt3je1rf5y2tV8G13R+mV5ljDlZvU37
ne6JiXgOeG2fvbn/APCJKdh3TsN9rrXVD1LCN7+7ogN3f5qT8HDLdrqQ5vPdVW9cpIcXY90t
MbWgPMxudP0Nu1Tf1W0Bpbg5DgdSSABHf99JSXIfjYgwq2VBjbLhTXtAAaXB7v63vVqRtGhO
sABZ9WVjdUc31ce1hwLG5FbnaAPbLN35u7Yx9nsVmvq/Sbb249ObQ+6w7WVteC5xjdt2/vbU
lMr2vZRc9upDHEAeTTCxK3nF69015EvsqbjvE8BzfWYf85u1b2cy6zAya8ePXfU5tUmPcRA9
+qxOvW42BndJys2wUCtpD3EOO4sDd2xlbXvc5v5qSnz3q1Vlf1gzMZw3POQe3JsIta138r9I
up6b9Ver5vS2l2eKKrQ4DHcLYABLdr2bmM2v/qrleqZVXUev5PUMbeKLbQ+rd7XS0NY1/f3b
6969CwPrn0e5tVV9zxl7WiwFhh1gA3+nZ9F+530ElOX9UvtGPb1HoL3MiqsuaQPbuIFNvJ/l
sWl9X7G4mRldMs9r6osYNdWNAHsBH7vuWd02iur675FvrOqovoN2OSNjbdxaHsG4fzdX8j/C
Vo/VLi365YdftY3YzfYRq5hDnFp/f+ls9ySnfsyRax9dVT3sc1zXvPsaAQQ73O/krhfrdjtx
frBj42KNzsimt7WwXEOO6obf32ubWu5BotpNbbWtpEsLmuLXN/N9uq476wPqf9fsLfZ6VeM3
GY+5xiAP0h3u/N+mkp//15/WLrtOf15jLbnV9PxSWNsqBcXEH32ua33OZu+guoxutdGZj+lT
btrpYC6WPaA0/nO9v5yodE6E3BxWWWy3JyGiy46h7T9JtTHfyG/T/wCEW40lrGBxD45Lm6k+
Ont3JKXq6hiWta6u8bHkNa4bgCTo2HHb9JyMx3qh20Pbtc5nvBbO3272T9Knd9B/+EQd4doB
HlHZHDQQN5PxBISUy2HY5lp9UOBBDgANpEbFxtn1IxukYz+o4mZaczEDrq7bGtiWkuY2GfRc
36H/AAi7MNaGgTpwBKo57nm3HprbvBcbLWSNWtgV+39z1nb3/wDFJKeMwb/rz1Hq37Ly8t+N
Y6mvItaDtDa7AdjXbG+yx+3+bXOel1LqGXkmpt2QGXenJcbD7Ca2t3uPvd7fpr0XpF12R1jq
WaTFVTxjMsAhr3MO522z/C+n7m/11Po3TaMLqHUbcWys4llgZXSz3Flg/S37n/R/nLXpKcL6
r/UU4z35HW6GFwI9CjfvhwOttnpH03/ya3LX6rgdXqsYzplhxsECbPs9THXOcSd7ch7vdXjt
Zs9P0Gf11q5V2TWR6LK3g/vuO7+ywbd3+eg1dQyvcLcWx3gWMIAj6X0nvSU89Ti10WjNz+ob
9rg3HFljXBrtNKi33N+h9H+aYsbNtbf9bani8WtFrGsfVD4YCLHndXu/R2ODtjf0i7999b6R
YaT+k2y2ysOMOIHvj+svPuq9L6v07rzerZNDXYdmS3cay1rdsj9G7Zs9Pcz+aSU9jk5zch7q
cVrcx8zW9oc0N/k+vuLbdv8AUXMfWHptj+t4d1royuoZBx7Q1vBrbQ3fXr7m7rV0/wBk6XRZ
VeM5+LY3WPUYHPb2Y5jh+ka3d/o1Xy+m9S6x9YKM25n2Pp+CG/ZiT+ms3O322t2+6hztrP8A
i9iSn//Q38j6u9XZcbsHq1tTXe59dpc4A/utduO9v9etSbh/WqAH9RxhEjTHDj/J9x2s/wCi
tt9gAPc8ff4IW9jfyJKcn7H9ZqnF1fUqLZjcy+gESP8AR+i+vY1WaLvrA2xvrsw7m/nemba3
H+r6vqMarZe0tPfzTNtZzMxx4EJKZPyba9psoO3dDnsc1wAOm524M9qHnMw8ml1OUxzWPhpd
Gsbmv2+pXLmtc5nvT32OdX7AHawR8QoEgja46CNfFJSLI6R0/IdutNpr9M1CpthbWNx3PuAZ
td67vZ+m/kI2NXh4dQxccV1MqENqbAIkyd/8tym1jS6QYHc+AUXYVFjzZIDydznDknjVJTFj
67LpL2OLJhrXAxHzV46gSCPBY7/q10c3/anVtdZJcXyZ3c751V3ExcbEfa+lzy64N3h7y9vt
mHMa76G7d79iSkuVk0YmPZk5LxXTUJe93Ycf5y43qFx+s2c2r3M6PjkkMeNpyLD7d2z6TGfy
/wDBrpupYoyvQc/e9lbw4sadG8/p2s/Psb/1Cb9mYn2it4O1jBLWhpH/AG48ja5+5JTXprur
uD3UV3bANgLNxbHsH6a33M2/9NbNW/e99jgS925o/dG1rdn8r6Lnqmcap94tvebtjt1NZEVs
I+i8V/4W9v8Ap7t//BekrO86f7fxSU//2f/tIPJQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAA
DxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4QklNBCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IAdI2POEJJTQQ6AAAA
AAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVl
bnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVy
TmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUE
QgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0
bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAA
AQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29s
AAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAA
AAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAAB
AAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAA
AAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVu
dEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJv
b2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBj
cm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9w
UmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RU
b3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAA
AAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAA
CQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxm
ZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0A
AAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/
////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4
QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAAC
QAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfcA
AAAFAGkAXwAwADQAMAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB9wAAAtAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAAC
AAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH3AAAABnNsaWNlc1Zs
THMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dy
b3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2Vu
ZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpj
AAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAA
QnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxU
RVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2Vs
bFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VT
bGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VC
R0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAA
ADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAA
AzhCSU0EDAAAAAAXpQAAAAEAAABwAAAAoAAAAVAAANIAAAAXiQAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9D
TQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4O
DhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABw
AwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUB
AQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFh
EyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKz
hMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIE
BAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUG
FqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW
5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8AvWNrtZ7mSHR7Y01Wc+gCwls8xAOv3Iz8imms
Ouf6bXaS4xr/ACSs7JvvdcDj5VbanQ0OEuI01Ppu2tckpusY3buLedNZn5Ihra9xOoHbzWOw
E5DrrbHZdTAS6u7br/xbB/N+73fo1dozje5pYKwXmXMNgDgNNdjme7+okptWVzDQNhInTXjV
EG5myHe08z3/AKsJi4kgxofzj/BRexxaPHkTrxr/ACUlJ5ZuIBBIMQSeyLA2yQCI01XOXdeo
Zk+hjNOW6XNc5hDWkjX2H87b/pFfw+o1Z2OL6A5m07H1u+k13O3+0kp0hRUYJAPiqnUci/Es
bXjYF2Xadsu2kUgc/wA4wOdZ/U/MVmC0Nl3xM9zqp1ySPEa+WiSnh8vFzbciy+94F9tjnPYB
G137p/d2/RVWrGy7P5sGwa8cEN+ltXaeluy8vHNl2LjeluNzC0l+5xttqHqbnWfyFkX5VeF6
7qaWlz27oe7WrefTpZcxn0r7G/pvQ/65Ykpq9P63l4NTK8msPx2QN/DwD9ED82zauix7KsnH
ryWAurtG9pIgwf6yB0/A6f8AZ2Oc2rJvaPfc5rS5r+XMP7u1aIGujJ41jmOElP8A/9DncrKz
dan3PeHCQx5MEg/S2IQsfuAPuI5MwPjJRLgS1jtJJIf3QwDug6Hgn+KSl9z3cQT3J5Vltm1p
bsDjMte7WDH0g1Q9AsEkAg/gCURle6wAcHgfNJSn9RymODw8tcdYk7dP5LtzUWzrWQ/pt7bW
AWuaWse0gCHez3MP523coXY4cfZw3Ukd50gKhnhgY2oEju6O5SU6X1bx2Y+FZmmg2m3cBdIA
DW6em067f+E3Vq5iYLsbrDqC11AyqRd6Tht1Y/b7W7ne1+72K79WGut6D6DbHsay18Ora1zt
Nrnt2WhzXbt21Y3UesZDvrTkXtcaxU041dbtYYAB+adu5ztySnqn1VNbyCeSBwnra1z9sCHe
A8VzH7Z6i1oLLd7RDgHNaY090xCGesZ3qi5uQ+kRL2tJAEfyfd7XJKb3Xer/AGbKNGOyt9rT
6W0sa5zXO1e6pz/a32fyVlZ9NDMOuy3cxvrSWl02WuDP3ne+z/jv8Ch1W0PsyOo5+P8AaGGP
SqbLd9thNmrwd1ddbVUtd6mQcvJ1cRLW6u4+iyv1HOd6X9dJTdwsrJxwy5jt19rp9IcPYfzX
D+S36H57F1eNkevSLAC0/nMcPc0rkGPoeW32+o9rya6cWkxbcR9Mb/8AA435v8tGvvz+m2My
Kcd2G22Q6reLKzAG3cyfZZWkp//R5u2t8sPg7U+SetvvOu4jUa9kW7a1wbrPw8DKgdRJgTEp
KZPsFrQew4E6efKI0tA7kAA6cqs6GkH/AF8FKYO7txzp4f5ySnQY6sMLrDo3UgeHZUc7p2XX
OTk1OZXaQGn80EjdW3cPz/31cxA222iv6W54Jjy8v7K6G25trbOm2jeHVToA57QZ/SNrd7HO
Z+ZakpxW9Uy8PADKGsaxzDVTcJhhcA2x72/nWtVdvS7+r3XG59bbjDjkUscyLD2tbZ/Oe391
bWJ6GNUzBx93p1ja/Tc4k677anf6T/g6lNzqcbHtsde6zHYHWPbZUdzNJcWPYxm9n9j9Gkp5
rNxMrAsOPkgeqRLHj6LxHu2O/eb+e1UpYWWFhEnTbzz7e/8AJWjnZL8zpLL5dsFrbJcDEkuo
d7v7ap0lpc1ukukuMQWhp939X1He1qSnS+y1jothIDmsMyeQ5pFf/UrAcH3PdJ1PE9gFvVWO
yOhvL3Bs77S88aO+g/8Acd9FYmMWlxjgzAJEx/KSU2ehvZj526xo3Obt3nsPD+0tD6xXV2Mb
S33Ctrf855G3b/ZWfgMaOo0Ag7LDtfB43bY27lq9fqa1rWMEhttVjtdAHu2t+j9L3VpKf//S
wLBL3OEhw0/H81TcGsdoZkST4LRd01tZP6avnTmSP3UJ2OS7ZvFhERzE+EO2pKc60SXbtQPO
O6jcHCt0Dn6I+PKs5tTmWVscI3do1jSOE+TS5tAlhBPI/wBf3oSUn6M0uysbcOHSPhtdLtP6
yuZDbH9YZlMc5rq7zQ1zSANr2Qyu2Q/ex1jdtiH0Nu7LqAMlrHy0Hw2NBn+0i5dVwsvdW0Go
3Nve8fnNYG6V+5vu9cfpv+LSU39zsVm9zbTt4a7bLZP83uaNj6f5DmLL651fNfh2Y99DKftM
1sfRti0lvfUvZ7f5xv8AwauHqDcrDFeQ+ytzj6hcQ4D+SQ7bsd/JWL1C2q2yqqoltZsm0uA1
d7m1x/K9ySklFTh0IUWe5tYsc+eCG+9h2n+W5Vcq3CDaxjtc+yx7jbe9pDiGNdtbW52xra2z
t2NYtVlQd0bKe9pBax7GO8o9wP8AWcsTOLjSyqSNjCdPFw2uDv8AqUlNwbm/VchwgyCwzo4O
eHtfp/JKyMZgfDniXTPjIC1Rvr+rlbLgQLGbqLeWuE+6t/LmPZ+6svHJDgIPfX8qSkr7HNvZ
aySWOaY7aO3a/wCat76wM3VPuaRD2VhrgP5Y93/SasjBoN3VMat0uaZe4HwHu27f7K2vrG70
+m10ODd73tABEuJLhZs/qs9NJT//00/Nxm1bRUXPEOJ0mVUvzi/3V1CqTo4hzhI/PbI9lm5E
NNXIbMnx8I3IkMYIc0SwkE6SPBJTSyqsjINdtx2MqkhwESe/uLtik3DY6v1LrdIBIb4EmJss
/lfuo19IZBe/1GO92g+5qAyt+Re0EiurWZ02gfT0P8lJTe6ccYdRpZTyxtjXjg6uq97kJudW
7FsrfBtuybGmsTJAcex+jW3b71LoGFTl/WGtm59WMG2POww5waGn03Pdud7v5xXcL6tHMx67
hYa2233McWgB30X7Huf+d6ln86kpy8n7S6ksDw6vUcy0AauZ/Wb7XKicUNe3HtaAXjfJJh06
bv5Puct/qH1L6liUDJwrzlWANbZjbIcZG15Z7tlv+ZvWPcC+zCos9r2utx7Q6C4cbhDP6qSm
/is39MvwWs9O3e0GuyWkajdBd+c+r6CzMvpdmU/9XeNxDi4WGBLfc3gf4TcugqvdX9Wg9tbH
033uYx/u3te0uh/ub6bG7WtZ/Ob1kB+M97N2NYyxxAc8/R93/Cz9FJS+Kwj6l3MuH6Sj1H+m
46+0jZYz/PWZgYV2RBbWS2QC/QAH4uXUYtNIwzWGiyvRzTYGu2z29w8kPKpaANpDAZEgbWiJ
/d+j7UlNXpHTm0dUY8vD9rHucYiANOP5Kr9Xdd1XOLKILcYteZMbnP8A/SdbVc6fstZf1AOL
aTWWUdi+TL3if9LtrZWqvSw02ZR+lutHHl4f1UlP/9QL3traCfzewEqDXPyrSyuN7tTPHggh
lmU/a3Qdz2AK2sDp1dVW+C9zmuECJgD+V7d37iSnIsD22Gu8Gtxb7KzyR9Fvp/yd3u3J8pgx
MGtuptyGbnHWRXP/AFLn+33LWwMK3MHp3UWYmNi7nl1gafHfL/5ze7+2s+205uVddmGyuslt
dFdbWktY36Fbt72N9lX/AILYkpufU97a8qzIcAXsraxu6BJe79IRJ938pdB9V7fW6QwgaMyM
ljndpY99crmeldML8hrBZVS8Ga/U9xDmCy5v83uZ6W1jXv8Ad+js/wBKu1x8WvDxHtpY2su9
S94ZIabbP0tr27/zH2u3pKTmCz4HVcl1TpbG1Z3UqmtfceoNdW7aBtrdW1jmOs+nsstdvXUu
cTiudJaNpJcDwI5WVn03X9GGOJacrIpaAeYcN3uakpxeoY+R076p9PxZY+/FJy8nYfZLtzvb
+/t9dZd3U7shpr02lu5xaAAGiXd/o7UXqmczIYcRgINTybtxB32w1uxm0/zTdlf/AFxZJZcA
6YcxzdQZjT5/yUlPSYDjbj/Z62lzrA3aW9/c0ez97atnqnQy7ByW0bjvqLWViS4OIhz9PpM+
n7GrC6B1FuLidOuvZqwQXDkV2OfU8/2fY9dw10RB+BCSnzDPty8PDOG7ax7HEvaCAWtdP2ev
9x1no+9+z+aT9Dx7arBVscPY21x7Av8Ao/8AQauw6n9X+m5GQ8+k85FoddQGuArD5rF7tmm6
x386/e73rm8Bz8fKyRkuHrNtNADtJbSSxhj+VvSU/wD/1dbE6Qyinc8wyZLSZHiZ/qJjmUi6
usNe83O2NLRwXEM+j9Ld/ZWp1Uj0mND2NBc1z2ucGExrt1/M3D3/AOkRcDGxseuzqtgGytrn
y2DJZJdB/k/R/wCMSU1eusvx8SvDqLA+5rnWFxiRWARX33N3fTWRjZ3TsXHY37FFzBt2vcxz
nO5c8mHbdznJqem5/U329VuutxbMl28QCdtbvdU33e309jv0f6NaFPScdjw502O2hrgQDrM7
9wHsckpfpvU6c2wUV01VCx+wljwS6WvY7/Bsd9FdI9u9jmjTc1wHzELEoqoqvoqpYGvffW8j
g7Whxd/WWuWyd0kJKatznN6NeSDuFMBvfUbYQHPHqV1Ewa8rDsj+S5uz/q2rQyRvxrWCNxaY
8FmYxZd1x9Tvz8ai9pjk1vO0QUlPn/WLHM63lsJALbn6cHaTueoPsrfj+06tJnXWPmm+sOV6
31kzxXBAyHMkeDIr+l/JXQ3dBxK/qm/q1ge/KbTuafzAPU2N9kfmsKSkdVAH1c6XlaCWvpfP
OjnvbH8r2rrejXet0zHcTuc1vpud4lhNZP8A0Vz3R8dmX9RrKpg1+q9p51YfUHf85q0fqc97
ulHcQWi120dxPu9w/wCpSU62a51VbMjZv9B++yOQyCLHs/qs/NXJvdXdl5FtY/T514NDTqWV
ktfsD/oN3u3/APbi7DLBOHfB2n0rPdzHscuL6NT9py248ii1o/RNeCBLB6n5x+g5JT//1ukz
undPy+o0etQ27KcNjGkT7B7rLXt+jtr/AH3ps2+u3qdX1c6bWKacQC3KcyGtAgP9JjRt9zt3
6T+W9EquyOldLyOrZjWHqORDKRWZbx+ga3eN7Wt/nLa1XwbXdH6ZXmWMOVm9Tfud7omJeA54
bZ+9uf8A8Ikp2HdOw32utdUPUsI3v7uiA3d/mpPwcMt2upDm891Vb1ykhxdj3S0xtaA8zG50
/Q27VN/VbQGluDkOB1JIAEd/30lJch+NiDCrZUGNsuFNe0ABpcHu/re9WpG0aE6wAFn1ZWN1
RzfVx7WHAsbkVudoA9ss3fm7tjH2exWa+r9Jtvbj05tD7rDtZW14LnGN23b+9tSUyva9lFz2
6kMcQB5NMLErecXr3TXkS+ypuO8TwHN9Zh/zm7VvZzLrMDJrx49d9Tm1SY9xED36rE69bjYG
d0nKzbBQK2kPcQ47iwN3bGVte9zm/mpKfPerVWV/WDMxnDc85B7cmwi1rXfyv0i6npv1V6vm
9LaXZ4oqtDgMdwtgAEt2vZuYza/+quV6plVdR6/k9Qxt4ottD6t3tdLQ1jX9/dvr3r0LA+uf
R7m1VX3PGXtaLAWGHWADf6dn0X7nfQSU5f1S+0Y9vUegvcyKqy5pA9u4gU28n+WxaX1fsbiZ
GV0yz2vqixg11Y0AewEfu+5Z3TaK6vrvkW+s6qi+g3Y5I2Nt3Foewbh/N1fyP8JWj9UuLfrl
h1+1jdjN9hGrmEOcWn9/6Wz3JKd+zJFrH11VPexzXNe8+xoBBDvc7+SuF+t2O3F+sGPjYo3O
yKa3tbBcQ47qht/fa5ta7kGi2k1tta2kSwua4tc38326rjvrA+p/1+wt9npV4zcZj7nGIA/S
He7836aSn//Xn9Yuu05/XmMtudX0/FJY2yoFxcQffa5rfc5m76C6jG610ZmP6VNu2ulgLpY9
oDT+c72/nKh0ToTcHFZZbLcnIaLLjqHtP0m1Md/Ib9P/AIRbjSWsYHEPjkubqT46e3ckperq
GJa1rq7xseQ1rhuAJOjYcdv0nIzHeqHbQ9u1zme8Fs7fbvZP0qd30H/4RB3h2gEeUdkcNBA3
k/EEhJTLYdjmWn1Q4EEOAA2kRsXG2fUjG6RjP6jiZlpzMQOurtsa2JaS5jYZ9Fzfof8ACLsw
1oaBOnAEqjnuebcemtu8FxstZI1a2BX7f3PWdvf/AMUkp4zBv+vPUerfsvLy341jqa8i1oO0
NrsB2Ndsb7LH7f5tc56XUuoZeSam3ZAZd6clxsPsJra3e4+93t+mvRekXXZHWOpZpMVVPGMy
wCGvcw7nbbP8L6fub/XU+jdNowuodRtxbKziWWBldLPcWWD9Lfuf9H+ctekpwvqv9RTjPfkd
boYXAj0KN++HA622ekfTf/JrctfquB1eqxjOmWHGwQJs+z1Mdc5xJ3tyHu91eO1mz0/QZ/XW
rlXZNZHosreD++47v7LBt3f56DV1DK9wtxbHeBYwgCPpfSe9JTz1OLXRaM3P6hv2uDccWWNc
Gu00qLfc36H0f5pixs21t/1tqeLxa0Wsax9UPhgIsed1e79HY4O2N/SLv331vpFhpP6TbLbK
w4w4ge+P6y8+6r0vq/TuvN6tk0Ndh2ZLdxrLWt2yP0btmz09zP5pJT2OTnNyHupxWtzHzNb2
hzQ3+T6+4tt2/wBRcx9Yem2P63h3WujK6hkHHtDW8GttDd9evubutXT/AGTpdFlV4zn4tjdY
9Rgc9vZjmOH6Rrd3+jVfL6b1LrH1gozbmfY+n4Ib9mJP6azc7fba3b7qHO2s/wCL2JKf/9Df
yPq71dlxuwerW1Nd7n12lzgD+612472/161JuH9aoAf1HGESNMcOP8n3Haz/AKK232AA9zx9
/ghb2N/Ikpyfsf1mqcXV9SotmNzL6ARI/wBH6L69jVZou+sDbG+uzDub+d6Ztrcf6vq+oxqt
l7S09/NM21nMzHHgQkpk/Jtr2myg7d0OexzXAA6bnbgz2oeczDyaXU5THNY+Gl0axua/b6lc
ua1zme9PfY51fsAdrBHxCgSCNrjoI18UlIsjpHT8h2602mv0zUKm2FtY3Hc+4Bm13ru9n6b+
QjY1eHh1DFxxXUyoQ2psAiTJ3/y3KbWNLpBgdz4BRdhUWPNkgPJ3OcOSeNUlMWPrsukvY4sm
GtcDEfNXjqBII8Fjv+rXRzf9qdW11klxfJndzvnVXcTFxsR9r6XPLrg3eHvL2+2Ycxrvobt3
v2JKS5WTRiY9mTkvFdNQl73dhx/nLjeoXH6zZzavczo+OSQx42nIsPt3bPpMZ/L/AMGum6li
jK9Bz972VvDixp0bz+naz8+xv/UJv2ZifaK3g7WMEtaGkf8AbjyNrn7klNemu6u4PdRXdsA2
As3Fsewfprfczb/01s1b9732OBL3bmj90bWt2fyvoueqZxqn3i295u2O3U1kRWwj6LxX/hb2
/wCnu3/8F6Ss7zp/t/FJT//ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQ
AGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABD
AEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hEHdodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6
cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6
eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0w
MToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9y
Zy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJv
dXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHht
bG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VS
ZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jl
c291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8i
IHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhv
dG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bXBNTTpEb2N1
bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6YWQ2MWRjMGMtZWRjNC0xMWU4LWE1N2Mt
YjgxOWEyNmQ0MTYzIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjhjMjMwZjkxLTkwMzct
MmY0Ny1iMTBiLTAzN2M5ZDc3NmQ3MiIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOkZERTc0NUJBQjdEMTExRTVCRTkxRkM0MzQyMEQ3QjBCIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9
IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIw
MTgtMTEtMTlUMTY6Mjc6NTIrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIy
OjM2OjAxKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM2OjAxKzAz
OjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8
eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxMTA4YmViZC0z
MzVkLWIxNDUtYTAyNi02MDZlOTNiNTBlZDciIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6
RkRFNzQ1QkFCN0QxMTFFNUJFOTFGQzQzNDIwRDdCMEIiIHN0UmVmOm9yaWdpbmFsRG9jdW1l
bnRJRD0ieG1wLmRpZDpGREU3NDVCQUI3RDExMUU1QkU5MUZDNDM0MjBEN0IwQiIvPiA8eG1w
TU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RF
dnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpiZjk2MTIwMi1iMDJjLThjNDktYjc4OS1iNmZmOGU0
NmJmNzIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMTk6MjY6MDMrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNv
ZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6
Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3Rh
bmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MTEwOGJlYmQtMzM1ZC1iMTQ1LWEwMjYtNjA2ZTkzYjUwZWQ3IiBz
dEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM2OjAxKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFn
ZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9
Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNvbnZlcnRlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVy
cz0iZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlv
bj0iZGVyaXZlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iY29udmVydGVkIGZyb20gaW1hZ2UvcG5n
IHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjhjMjMwZjkxLTkwMzctMmY0Ny1iMTBiLTAzN2M5ZDc3NmQ3
MiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNjowMSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFu
Z2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlv
bj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSA
AAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcX
FyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4U
FA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEI
AtAB9wMBIgACEQEDEQH/xACoAAACAwEBAAAAAAAAAAAAAAACAwEEBQAGAQEAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAEAACAgICAgICAgEEAwEBAAABAgADEQQhEhMFMSIQFEEjMjMkFQYgoEI0JREAAQQB
AwEFAwkIAgICAwEBAQARIQIxQVESYRBxgSIDkaEyIPCxwUJSstITYnKCkqLC4vLRI+EEMDPx
o8NzsxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAuCwRSbQFIbiSsZQFHEARkAR8
L5gAccHc7hQGsMkWBkpgsD0g9MkTxHT0gi2BAtIrkwhLCkrskxaX4ZR5Uhyvg+VA7gktbfmd
A2Sq2Ax6CBZwHM4cSWHRIHKckVDeBiBG9xHEozpiAi6AS6RUEYLBMivYg41sIkeIOCI45Igl
kz0nd0nFywcZSwUXTKZW1lMLoFOTYVpuQUzPgLiVG/Y8xtl4ZgPl8MJXDh4QlDxE1oLfVUmj
UzmltwWSDXIfKaGPcLLiBNfBKYoIw4gxAdwEO5chcmR3JaMFcj5TIwB4bSt0SqxgDc20gp2W
8G1kGco75kq9IRi7BtA4+F83hDEMOMeIS8DHHRrlazZEqBY4dYqVzQindIbTsDyCDugiCiTh
KBXHwKqmebbfPweoXk65HRA1kGBE8QUgFIMJghM46Rmp1zKK/QovZQrLGxU0SOEwD6DujguH
hRV+Dzr+cGVcywtQlsFcNKvxdpxJLa7h9nOYXzrLLfVzHkowgKAMS9ikEF8idisY2xmkbfQQ
+RklbRBIoIPjIAuKPXKhYo26gOaxpFEwNB9RZunl6IRcQJFwPFx5rmrFEMEklgfDA8Bkkggm
VPJsIguoVBZWng4AC4edB6Cct5n0mgH6TJ0S2iFFSju45qPTdJlhixMTomDpgg5lYiuWaW6F
Z5ZYiwYzngVmItDCOob7cXXGd0kcPGIt6hEA4jug7uIMRgOBIIhknigiekDi4T0wCYkGwFlY
ek2Ht0jKXoQVs31flS5p4+sPhMk9wkGEkNUwcplAzELrg3qmmDeTRDz1sDuJYQsbQN2mw2GZ
mgd3cYMrcV+lQc8JxRx0zJHcQfCYMEJLFtOFnFYWiARMF07lQQyTPRaOJtFGzDxPj93zxqav
nrheZQUa3ZIm4jLYFNcTQmkogV2CwzRyirTaJFpbgoJQC2bBTi6kzro5x6HsLh1hfAosJCEp
AiSCYDTgdAme4mCglq2hBIizKREmoUk0kOUw2dfG2CUXEHl6d2gWLefaHcsyAZwkxkkekZVk
QdSpcKdRsESyA6/LLEJ0C7mpMq29R559Xo8QR3cX4GRcSA2RAIoYEYOJQYgd3BSXEHHBTBEi
ci69ygIjjE30XTTdTeaFdOIOoW4KE3M4vTWeMjgABwgMWQMg0sXq9wxIv0iK8gEBgEE8HvZ2
kNYJCsXUzijzOLUlIgGycByAQOIjgGwBkT0DIkQ5CBjAkcQrBp2b5lL0qQu1VtgG5RWgmi4s
QWutvPPK9NjFZXEAPQOlbCvdqWi8wXlDO0soUUcRJsKssEdp4+iaZIIq1O4p9HGh3cQBqDFn
CT6QlTBJCIcTJPQA2VND6CDWaS/o1bozM0SPKRp55rMIzPXppKtqnpHcahi6wFehs4IwWwAy
Wi7NZxdtVbJnZt2kBwMCKDFiaQ7dPRHt4SvX0c0rdPGhBCLjhCiCJGZBnpA4gC4DIIZOkeGN
W0mVONE4MB9BxIN4gYSWpTYFVtKSpz6ZSdmXRuJtZYtsEF0oLCbdE1bVV5TpbOKL4TGGlwIH
AjUy7huCfFbMu0yr08aCWKFyLDuKCO4wOZAAMAGRkMhkiJWMfXsAW61g1IJBm381Zv17NUS5
6yYfYM07sFbB9H5spbmJvk5G5llTnSIMWhU7NY2WhZKmLepCz4Bza7BgsEW6u032KaZJCRmd
3F9TAF8fHTLRB8AUFAvugOIkke4lDq42xXaPs1rJp5+ljg5+pSNBnNEWmKJNFY10YJlrJ0Mw
RvY+uOqvgoO64FmaWEOrWq5utpXjIz7+eS1FghkyTEiIKRN25m6Rl8YmRzOLa2iDMkC5Zioa
BBAQspEiQILigWpyg3reddp6JYz9LHHVbUj2VdQqRb4zIMDq7TMUTMO7Xuk8BmTEOFV9SgMh
cGvcTJl0btE5ymDCBoIMAFZkX9TK1RFe9SMnl8aEsEjig7u4HikjpkFD6pBiwZJcV1WEh2K9
gDXydcPP0s0LpzS5fzmmlKWmaNoRA2EGfFe4NtVXlhd+sYb02Qsy7XECQnoWVLxk0NHNJKCG
EtgMTxXuVbhqNFo/OuZRmdHHp1zBMLAZwKBmJOixJVq3qAL0XATaBVTbSRZQYzXxd0indqFQ
rLDKG0kttpiX1V1hoXwi3UcNcq6WlWqRjWVsK6miIMDNE9OiU8+xXIgiJMGkcUFXZytsfZgy
tnaGCI5nHoOl4lF5BCrJlMHJDZSMfmXs4G1UsjFSIayaLedkzdrH2BmTp5JqQxBRbwlhSOOq
msWZsK6rDBOiiyaeZpZhS5wlISUL6Vnq7VDQPOVNrEOLiJODBBsCt3K2S4ttYrYGrlBdPG42
iRYWkBgJgcuIJKDIFsAjYURcgQ+lI4qkHaOZpk4uvim2mKQ+IcVxtLKfWgERcpDCXcK1+lJt
Zd0zPJ1QijpyY1f0uMbOnk65k4O/ghmLiXMtCefJS18rYDoPzzOkNYye1uEg3hJlIsjIFVwB
DTAYCJBAzCmK40A4Ou9Yvbwr5o+e1kAIvVCwKRGWKKjTSvi/UsAVDS8vCnUGU9/KKNZyiu1q
xiGKNA16JlZvogMa/YrBcKxoSoHbwdUrZ1/KG6VG+dw8d0cSEgNAwGjIBJY8p9cqE9CyEuA6
wu+LzLlUV6nzHsxHnt7KLFD1OcV6vpQPM0/bpPCuu0y4dO0ZOlQ1RWpl7RNbR86TZzoNNdET
QbUsh3KrCVM4WLgKou4BAiW70MM7L0M8tXqF4Lh4VIGRMQOWxYMwJzkEWK8qOBlcM4INsVCQ
4wfW+Y9UUaWhQPQVrag56CeninU0wPHMcBnaKLRR9N5f1oXnPTeXD66wyo04KZqMuWK1oVEi
TMkUlXskpbmXoF5B54NDqxr2qFsf3cKkCAmYDEIJgeOYAE8DCVWUHWjaV89qiHpcX/QYmiKo
Wsw9ck0j+6ApjgRnjzNrtIwk6WOVPbeP9sUfO7vnS/OdYLCVcdYQ4uWKjgjVdJr6tYRg+n8+
Z92lbG5rKYDAthXc3QLPdwroEhUwRKyOs1rwytZEqRo5pxBaLAaeCVlXawJi42LeDbLvn97B
PbxBkj0BSJALdVKWhVvGdk+i84bNugB2Xo5pn2KtgWwLBDqJmg1iSxpKvk9MiMrbg87T2MQV
UtVhegvQMfUpbBHN4oK4QYkQXzYItc4XU0aoxYQLuhcEZCwHhpAZxMIZwuNemrfCiZAlRDCG
RdO7TIuVXlbD2covKi4U8a3XFjywmV2BSpR6tYtL1vI1ySCSe7ivg+lrHmB9dTMAXZRY18+8
P5fGYEyDYl5DxcWFyRVyfQ1zF0bF8nP1sEoEbQxBhXfYWWtDJ0C1Yq2yJ6SrMwMPpFUdDMHX
VNM2tZYZVDSwy6sYB5nCOfAivbSbRHXB9H5vUNeQInok5bIM1qNAzfLe58kWXVDLXJ4p2DcS
fPIYQEickkDgrELKmRYQDb0GGdYtEVYukBJKOvpcdE8V1NSWyU4VlaecXiUwpuU0zsPd86C+
vI8gYEiygVEGehz9rKAanj0jqdwiek4ZkpxYUP8ANem8sI0AtFPlcW3vYBFlIILSOGok1b2V
vkYe5kGfX1aY21mOLlZKh/KYXLCXGifSTHcLqX6I962FbNvUy4LKQxyzKHl/U+YB7pHkgi0m
ZEjMHss7SUYh8Rq6GHuBdEkFIgZOznDsQxH8lAXW+NQzgXXt4g9N4CkVi4MtznicuhJrDmvG
KsrEtvyZZaRiH3aJrkPHSmR6uMg4kqV7lcdi7GKa3HJX8b7Xx5VZIjGrtlfrMmfLUnsXU9E8
wi7nmj6Hy3ph/QR0TxIEB5hkLJjmFju42+iSlWv0RrFWAdFbwfM63mzrLr5lO0oFjZ4U6OCC
ZG0LVY1pjjoLgCnieEhVO7VG4O9509E1NozfFew8UTK2FnWzPQmhNhZ4pLFHq9PK1zJwPX+T
J9DgemLJCR0iRwFB5TrFAbdqaYjtjgwKgdXyHGpaytU1QPOKNa1oFWzmOLUJIPhI6VKLMI1D
NbY4sx3BCYgzwk8MhUL2aXPN+i84b2hj6557yXp/PCXxJb9H5jRPWKxwMNNisen2/M+lA8p6
7zQj0eLrl0oknu4mOk81WvgZtzOUez7yvHr1moqNfXLV1LReAecaWvWugwfCyKQZniOiSSEi
KzKJpRBExJAhMAFPEZmnjmhibVAXu+W9Kec8/wCp8mGS2jTC6JPXaecV6LMA9J5PcN3D3M0z
tPLtG5ImdPQTFdZAWHHh1Wc8ucnj3iW0gDp+hCoX/NGVs53pSwXSR3SRPccJcDBwQUSUsvX8
+eonuCWzhTJ4jpkTlbOeWMrYxzN9J5z0JW8R7/wBBiRqax6o+ekDI2cY81oZ9k9kkzMKlv8A
mj0zcPZAS2yU7FiAGV7B4bPsoLfa/GzmUtY0bcoM7Ghpf2VSM6pYD4ZCjoOmOJ4ODIJE4++I
c9x0dxPdxPRInJ08Q9Dka1E896PB3SPA++8CLeuwbfpvGexHxHE5OvnnjTOD1F9bwPO+g8wR
6PyfpywyBDQyShqCJ4FLVm71nhunN0nz+x5oRvY/oSzgb/mgLUtEXKlggGSCu/xklowUOcJc
tKuExiUz00+VE9b1ewTIcJzthYVC9nmZo+UWaeGBnNFo/YxwPTWfIGeuPEtGIWnhnuG5d4V5
T1/jzvV+R9GafUDLvKEtUX5x5AxM9R2Tx7ZZ5ZkU6zTQ2s/aDE4FyfET0ExPExPHB3BTXkfx
ceRw/UebFO0QPQaXixPYB4kz11DBeW8xCh644RJkTZ0fRmK/YSKZn+dPW1cNxoUadwt7OfYF
ea1cMPfwdo9BwLCraCA8uxTPN9colvo4914/b86J28Jh7R/lbh6AcSyaRZbDQmmws9XsHdi7
R3TIJTB0FAoW8AqwJ5DB9Yk843RrF2xvVDxUC8nrxmbZ9LeK+jMkrKTyVvczBAOtFC44xXV7
BkZOzkC/ReX9Gbqhzi1WCwU7N+kL8t7Pxprc3ipWNgV7Rgr2TvGZauSYzNaCubJKV0ZGdEnE
oR0qYFHQDPccPUCtqLM864mGznaNc8Dt9xt2HNI7pIguInhCkSF5+jxmhqweeR6hB4/O2Mct
bnm/RBwxpOl5956BE2DG8n6HHNvq3FH0FHfKjzkGZM5beOkQGcEnTxnGMhdEnRMkdPER3A4m
tmF5MQYWli+oLsjxkY/piGs7iVtQVRfXIlfFm5kMNOcphowqRdR8nj8302cZnpfOaR7BleyV
ot8FX7BMay70hX7T4pvzEGx2c8uElgXQJMEJPLYGayDkOD4ZCkOCgeDiIKctUFmU9IzvQU84
3QyM81NbG2hkjJPCBwKMNVsitFuCrFqRfHxTeyBQOUedpFTPXvpNBAmnXy4BkSF08YGR62Dx
/byTNc8ThtQVF6bTCs6lYh9UTUfgiejseYvGwVCS5FUi3wSdBQZtxsFOnswIRe4AhkKJE5Q8
S0GBmMkxMEcQnT0HDwA+evebF7I6Q5XcMu0DNWhzRrRkPo4jigDiEGJg4T4jpkDukES4jigi
Zk7ikrU9NIYwYkbKgLNR4yV8F0cd1SuakUWFgc6gehPzVk3yosLfIedE8dEqEYMgZ9mxZHOr
Wh0O4qlZzzQsLYdMcHw8THSRMQBPSDMwdBCdIkD3QTEEQYyF0QcHJJYswwkQWTIqTkGeMSD4
Ksv4oVNvjCZrNMpW5J570gySPCDk7FQzLDrxWq6NYo6PWSKza5S1H8TIyEMgM4OC6QDWQBcP
BcIDIERnCR0QsOQIOBgZK5Jr2Vgn0EMDgiXIyBMKR4kl8MmIClRnRwkykxkKMIJgJLOMzTWB
cFax5IIYEcFwcEQSTEiF0cf/2gAIAQIAAQUA/wDWg//aAAgBAwABBQD/ANaD/9oACAEBAAEF
APGJ0hDZvQsor6D7ALY2RZxk5/8ApixKgmEYCrhW6huxWAkQkZIxMEMUwXK9h9YHJZjiZWEi
AgTsphbhQBByewIfJU5MYEnBECHBQ9ejYVJ/BrzYwUlKkQ7vVKec9iQOCXOe5ED5HYGd8nWs
UW5dipBi9cfUKC+BkqVgGVDLH+OvUEEh1BJUifUwpxjkAlgIAM9ViJ1IGSwPcDnqCD8sCVBY
liuU7Z6NhMxSMqAR0zGAJQw4JJUg4gXKoQPx1nQwrgqneOoUsp6hWB6cCyqey2TaVIzAcRiQ
oJMwwMHE7Mp1N0oRt6zQHM7QMABkTA6wPB8OzKvwrZAfsYBGADAfXGCCIVYjpiLjFjDIbJAO
cKyheCWwD9uuCRwCwDgY8SsVBwQcBiS/aCD4GFOeUY4x2g4gGCwTAAEwYF5fa10Gz7O92a6x
4wZolEemOphr4K4JAyVBgUQYgzFIlG66Mt9ZHVCAB0yexIJTBhAz2hDRjgMcsuQzoYUYr9oj
Zh+xZ8OvYgKDPGQMzoWCAkePEYEEt2WYAXqQTjKuMsxALdirLk2AkZKqwAWDgHIn8FDhQMhg
pGc7SWiu2m4H9Z2NdNiQ1EFSqx1ww6iOMDxNFoYiulDLKVRvF2Z0IIpEKhStpB0LmsQfGCZ0
ER8FrAYHGTHsBjfADKFGBnrASSTg27RJ/ecSq1rmfghiZ9TA+SOpBQmOMMjKJjlRhbHDQgqE
s5ZgVQtkdSVYgn/NDmF0UqwBByCMRfnOYDlu3PkJQXZLMuFbn2HYz9c4o1Hut2fVWUjYqdxX
VZXZ1ldKlNjxmsjoC3jJs6gIzmv119gqoNNQcMCRgAmE8gGcZbOGLgPZYVey8EbJWHeql2+x
U7NzGrZIKLRcUpSoOgUcKoJMFgMyOxrMGFC4wCSBksXAj5mVSF1ySGCuqkDtEMGVXIWHGfkj
vlBkKD25zlQThYGwPrEBE26b/HW7jXTdurW3f2bZVa91tqEGmkgtS9lm6EroRlaU69NqJp62
fEqTqQDX2VUrgXECr1w0PABMDKZYeLHbqDYpZmz4nda9JBrtq1LGqwutZatRtVl/ZqEOwk89
GKmUQNmfwzAEsQpAMyApAJY9p/YIy4YZDXWVKU2VK136+QQ0wIcgKBkAwN0BUCAKZiDmAkzB
Y8dnyV3G6UaDO6to9h+nXQmwVNguFcO6nS/be86mkl6pqpVWpEGcYBOYWMByP5/xKlTM4cxT
9rqQyjTrgqWmyu1Kw+yzF7A8SslrLblZi/aqosXoGP02LU64rIYGMCCoyO3JAM6AkKAcDJY4
s6VJs+wZzZczxbGwGdX1PYFB2BUkCEAyvhSoAZSQrN2cBiM9R8A8Y4ZuPY3Eto3XrY/UV7e6
StGu1reybxOKWefUHRKKrAxP8eSoE4WcCfx2BGJhZf8AsYbYtyNi8t5b55WMa09jbmFgIGVZ
XdWrWXVWIweB3WfsWha91FFdqtWpBIBIz1i8EnLFOoOYOTa6Ujc27bCGzPmalLl9qgNeQyP6
+0sLATOpyOonJhICrkzscZWLiA8sQDw02dYOUdKSb/IjorNsbdWun9mzZtv4FryWUqKNf2Pd
UPGSR2JZgMBDlR9unD7VGf3ddYN7XCWGuB+jFyIWaHJncidwQck5mACuRMGV9c2VjsiuAlh8
f7rqP2gwS5WnkUnJeNwzfY+0tBqdiZznS0zaVpRUv1kePUxmjc6W9mJXJKoesIAnUEogJ8cC
qE6gTqWhrKx1GLdXcsK07PXasTXjsl7a1JSbtrW3VnlmWqtFQLRudBXYGVcAmchghEGQAwJL
KRgYJVYLAT3OWLAg4jA4BBHczuMg5IBJJiNXOy4OwwZdpRD4XUE9cshr3h1TeViG7hUPXdtd
3bE1q1e3WqoCNWI9dYbbpUsv0sqb+qkAz6iFRlgCfgAqBnhQYCchSIwKzZcpWm+yi32eyY2v
Zfe1FVVdKhqrQEfXoDDZfL1Eqjq2NXbcOlgJOCQ5ybDn5LhVBUkcBmDMK0yTlSXXLOIMKQ5M
IYjHPVi9a4BKJBZlltIL4wPsOrQkrC2YxPUMQdfcathtgy1wWOSdAqoVTYv7BqAWzZsdVpO1
T47NX7VIkUHCZEYRgcqVAwTB8qzBgIwxNok1WKgj2gyqw9FbuQSq2qbbtq3oG5lAyHzLH51t
lq5W7MfGO2MjMZTGXglljE4X5IGQ2YK+0CKAcZUnOAZ1wFEdZ1GSOsbOOMlWEZgSpbJBBVRl
VHZ+VcnIfnV1K3qX1wQugCV6j3VavqjWN4L5PWHKKBnt1JIWBuWLYB4LAHIJGAVHY3KcX25e
+09RW7tRV0mB21wLK961a27AtUvcqeqtbidC5So4pawFXBhU4+GZhHZcNWckFADkjgFSQR1n
XBI56xOGwwIz2yJ/GCIpJJL4IGHUAhDOqiAdWX4vP0JGK0yfWVIV8SrBWvk0KnW+xcz2D97/
AFagxcInbsQWaOQJxg5EJMDZigNBgD2F9i0WZId3slTFH1UDixdepLfZFQSWKcyqvBuypsyz
U1og/bpVn2qCNXZzMlR2yrHnrw3SZBOQGAzAoEAIGSYBmDgKuS4EVVmGAcnOOP46mBcx5wAM
TquOuBYxY/zWJ6o4rNiAW+y62am1XeN65qadi1nf1lhVrrytY33EX2CoRu1OqbaE+VGS5XZf
3L1g3dlYnsNjPtHJY5IqRWav1YdB6sodyqup8ZYLgVAqDkQDM8i1wNba9OgvTZ0644NS627c
WGzXO4yfgxQxhBABPbqGI5CoMuAYEYQEktghVUqwGX+7ACALOpIJOG7YImOQolmMMO5FJzXW
uPV4YJhhdoV2tr0Clfe2k2OpJ1kaVuwhUO7oQ4+s5AFrEnMsGTWTAfGzu1ljOWnrqe97EKN7
2BaAZjcSpGKlCsQy10Mo13tOvSlKWX0LDugy6uu9FU1sL2BPQFcYc/VVMwMMDksVGQwUgzqD
AuJzCCSMgVCdsOq5KCHEY8ADtZX1Ax2LFRY8Y1mBh2RwJ6vqIoIJvRBZtFh7F2aw5Mp6hskF
G6taCSxwDkjuoldmHf7hfrPoB9AGUg+vCU6+3uvcy8nsS2GyD1DWdmNrLXRWHYeHXq2N17FU
sYursvLKrVADiDJhPCE5fBOGwPllIHJJ7GIW7VqSMAQ/DFS3YQGEZIDZTqFLMYRytcsJMYYj
giO5MOYTgIcV+oRzOxFjIrBkAf2H/wCnJiARLOPuWy8yIwypE5VckgMwF5PWoODUqsbKv9tY
pMxFryrkqewY5IOGM0HoRdjYN51tc2NTq11hRL1HhsQTBgrXAUAu0rP2+4jdccEqxJwobLTK
iWtD/ihZQhIide/Y5U/VcEYSEkqfj5l4GGzl06xeJrawtbXKVlmIsGPGrE3+w1/LsPS1UKgR
LGWBhj7sSHyUwWJJZmIQtASJepaVK2alUvdULKXRkKj7OVw7EkkrPvFyZ1lNYc0KOgWLyLh9
bUBOH8hXgFsWKCisQT8MFJKQj7LjsGAHzMQjpMBgrAjGCFLTx89ugQ94AQAOHBl7gsqZCoyj
qinWZqm/coZ1PebWx4tajfrquO9Xa/nW0X6TOrqUapuydhkj6lCYjfQKoAVlgMsYs1CYWgFn
YnptgYYHFpxMnAYqDmY5IWa2AlT85GehxskAdPrg+UKIOQxLLWcT4HUEphjnjvx2PYds/Ywk
4QcgHC5gJyXnBCAYzhRgS+3g+TsQOqAKcfapSy2eQWu9TNa2xYf0rcD1O2wGldU9CMqWaIsd
9KwXABYWHU/CjBKsSyAAFgBzYVKimoherZ3BxaCAQREQmKASwBHwwyIlgUpZ1atjC2Bt2Ahi
wQN/awMQABiBOICcWEZ7KGGCrjqvcCZJOQIepBzntgd2yQccRRwzHCN9XcCIDbY2mhor0blV
1ZYBiatqJPJS63VoB1ErFxDNcgRbnNNZFapwVSb+hYLM+M9kwSACSILCwJPRQQWAM1T9FBm7
wLASxwCvaIMk9VBDE5IiZzVYAqWIIz/Ulma1kUIMtkgk4DWDE6jGGIYBhWSIz9ZgkqCJ5BEH
A4LNiBhO/JbBGIczhVZvrqIyytAWREWex03sHVhPJmaQqeqzUQy31jYr07w70XltbVNIckFH
OLNisIGNk39IAI5w2Sqq0UdYFJYVFXtXA0x1VmAnsmYrZ5MZPVc5rQhbB9ckIjcj6sFdYiHq
/wDhXr/TbXCVjKsWJckwlYwyT/i+Aq8QlWBBAA7D6CP1nZVGQAwUDL9ELFfkAETABdh2FRNq
9pQ4Y9iSA5Pt2U16tDOa9TxIGsrU3AG68IF28PXdU87Vk3KCXY91sY17xV9ZOxKHAU4gGSQF
FI5scY1MBW652uLLfj/6Xt1X4I7BqyB0xMdTXh6aULVWIpa8Fk2wRXSv9WCS65BJEI464gJi
5wwxB8fIYDIGIWyFCz7FuTAwEHwnMUAM3xQC5rHWFLFC7KhhcWW3VS9aNSigl4Hdz1LTouLt
Gm0HS2KDXa5ju+bHL2Y7UvzUQyuMrAAoRep7lhUFJLN31WBUhCm0jIpCxgoKjAXGW4GcEYAb
IfSbJrQBbaThgnffYBqiTUf8mYztwuO+Mxc4IzGBCjiE5JOVPadjB/j0zDAmAMZVzCSF7Emh
yLEwQCVSzx+UPZXP2zgutgDdZZfsVtTsoxWyot3rCs+Y2O+5t1LDsAOlqsqWVE7JBvDERGDt
blFrJexh1UMe1VLFK7GJtANV2FfBJQBZkrCCyomCegJDZ1i3kVT1YdZcc7PsKjW1ap4nAIcT
65QYg+eTFzk5YgPgqTDmEjJEUmB+WBIYkEA4XIHYkZ50gTYihZaMV33dbNNwxsrQq9GFYXVP
Xba6ihWjatMfV7kB6w1KlPaIKr1zNWvrUuqpO8gr2EIcAMjXWhxWqqhs+ox21rLGW2mxrd64
1pYSzBiIr8KweK3WDsYyrOpU0gCxGGCQVc9trfUWa1QzSxHZiTAQ0X6hWyAMEETrzjDGAjH1
zg5QEDGJk4AOXILriKB0Y8euJLKVY7VjBN5Gz6/eZLCwsBaxCDTciqKWSwOqUowv17IuuStz
VVT2jVvsVjtNdi1RdAu9V3lOsxr2LK3WnUusaypqrGIQY+2sCFJON9z2LQ9TOohDLEU5+A+Y
toyCBZR/i+JZ3W5lLJWGAJXJHCgCN2iZwVIICxmnwScFzwqw8EALPqShMYgL/wDVOSFJwqAr
oYEVcT2N3VrEayHWbyVfspG19mwJX0KqjA1lSNp6gu/WQ+6+b9h7rfYDD1E40hnXv6mp07aq
NsmvX0kEVUrm5chvsQCvkNrlGTE38ByywYg6MMERYfsHySFzCTnWctWWrZbnD2WFQoZ+/JII
7HPZ1AFYJbxrhyphAEBMIzCesDgzPUqQQ2IhDBx9WZco5wiqWOAPXdiQ7FvYc7B5jv4r2ZpX
sdRiu4EeN7Ntkl7m4OW1yu+J+xSybF7WOlIKabOKbySAF8GkWapeyvcR43ZTbY6eJwTNK7KB
uw9h2Ww5MUYZMKv1g+SRGOACuA5x61mNGRh60qa2sA14N9jAkjJU5U8msEDu2XYggggRhxkm
KPs4AsGMcxBy+fIFBKAYrUllsBs0HKxxg75y1YCz2FQWarrbU2uOzU4gTAsLl1Tm3UDx9apF
2HqVkQYwrHWwkuyWuqQSrYdC+xcxY2BG7my0jx63jsNFHhNjiewI7v8A4oAYT0AzASIzZjZA
UAjqGb1x6UoQRaCC+etR/usyWKjqhBhUgBBnp1jVnJCrOv2ADQriEMS3bqicEkQIepSNjFKg
qo564moqivrltot56mBm0oav19pJ65Cq5L1FVuYd/wCwAbDrBcrp7Co17CEda1OKBC/bbtOa
6iplNaA309qwF8uy4UabAXhVDliW2laH5UxvhCIZguOo65Iins2pSQ1ZHW9SFsOKa3wWX7Ct
ezKBPktiBiYO5OMADEGI+ADju2O6KBADGJCsuBgZrBECiNnvR1AP+Ps0XrqIQNpxWNIEObsG
u0mX9mWzPat3LdVYqfGdi5rbELEVA9aQoBqxNkuFq5msGIsbhi2brPIKyC2oGWpj9dkkKSew
Y5+pCkwYUWW9Z8xmbvrhSaqglNRwLlXxbxVaFUS2pyMYBByK+XECqQMGGdmhAhHFhYNjJGcI
cxiMNMnKEgLzGQi+g/VyXHsUwlPZRtW2321r46lsUypswniyoMRWOoRRZfkRg7WVhgF7KNdi
DWD49k4Rf8kbqH7qnXsroOqKVOvfazMgFe4uELMxUgQsuACpUHLoJgw/OihNnOQvGw/UbJLV
gclFClUEWpcsi4wghqrAavDFVEALQqFLKJcMsOgmBhe+WHWEli3XK5MoDAs58yjC9efZ1OdV
LPr4fHPOTPLV3ourjWYb4NtojXgPfazMg+1f+P1E1gSMHGw/ZAF7NwlpIiODGCTUCm+6rxut
zo29yrjEyTMjK2DGfqCTG6zqceuUGsjMSvIb7N7B1VF+PKCA4M82ILUY447Zg65V6gw8bFFQ
S0ZFvBCArVW/jrqGCVVrOhGOC4BQwFDsL9Zd3CIWYsixcgXsoWmryE6KgDUYFmtQeTJZwTjL
WZxrWBgVE1QkA43fIUqQdSQwYksMiMQ01frd0S2vb1SJsLYqACY+/RgVPLYAAGbMiYVjpI3i
RAFctWrght6ztegHU+QRU+xqENaLML0dFJTxMHoyKSoXiN063YZqwwNdoWJa5hcsxXAAJIrQ
iqqxQyqNoFgXIx5itiAmMcF1V5UDVEtqMNpL7IwOzdF7EgiWr2VkxK/J10iRCgK7hdUpwFfP
Yn7vYCCMlHIOlZ3SwBl26bKjhc45UNEUmdcllwXzlFBOmD40CibDYFjdRawaxMdV5KqcDALq
qlSACUllIh2AIzEslxQedHW5l7VovZK2x3CHyDsRczLruRXUyqOsNWdyo4Flv0DG3YRQi24I
BAhP9hP2tXNdj/RnfCIAD4zCVJZB0rrXGuwIrGU33wVrxFpsE8bByoAJCqgy3rwDGZeu9nwH
EzwgyQpLKpWNyQBEQq2uGKNki05PsLVFRVcqQFVlDm9QXvCizaBVrSa3vclGtMapjPDyK8tb
qs5Om/VURAQzGvXeV1lZjqWhHDYKsCNmpsHcLPVS2LauEvKhfJktnBR1DFuhQ58JE6FQWPUB
A3TMVgtev1eupm8W6ln7anI7Ya6lhUlNtjXa1lRHDeo5W0c+yyNfLdlzjGVWxFNAV3OrW0ND
ALUA1AlmRHtDB7PI9lBCoMqc5yRACY5CzBgsOT5TAbBBln8QLfrkQa9gIVFAsGKXUKrkswBX
tzezNBeAbXRtysZbcVhVU+WqvATbv7vUGU9lz2NhYYJUEKMs9LYtPjNLDrWVKMlxGrYSNcMq
Mysb1rrhzhx3poRVa5arK31TPUhwDjHuEb9dB2Kh8pQ7z9YBqqQgVepDrmjr2rUibV322rQl
WsD5cfUVVwORD2ZsYGVDcRUAhIMIJKVHOAFSwILLAxtOYoIiMBAQka9zH7RmIVi5KMwuBE2D
/t0D+bLkJW0YlQ9jEVX+J7LUc9uEsYWIew9jXhaGyKyyNTs1fr6uobkPr2Wpcrba+Wdus89g
Nd/2e7KIB31UMLbFb7l21ZWuts5r1rIiqq9gSWILnMR1CU/W0uQl5zZtWEtoqjbHUAdwUKEr
0YwKRDW+fEMIqxAGmOWHLYVVBBzgqB2SsGM3UWnIFmI2Wn69jy3g2EK2rs27B2LLQppVmrCg
WMyy8kpS/DsTFDqabQF8pJ17SJvIHq11US2oWRKQlHrkbCrxuVBbyhYmhyWpyCrKPDYR151G
62/5SxuFYQ/Y2IA1qdo3YsSRGCqNUebZdlAcv1scTSwIx5APVRiLgwfL4BH2FeAFbAUloctH
qYsamUOGwFBBPUs3BTqVKGUUMw2GK1kPOnaz1eolVfta1bUCZWnSuRBQbTvevA1qPVvZVZ6b
dK26uzQDlXT7CpFQ7jEVgKrpTlb0BOtsUa9VXswRbsJbFdVg64/hh9kIyqJ38XjsyqywkDGZ
1yXrVjYOgZWBY/W6zovraGroel+trr3cNnUTCK+IOwn8BQISAzKS4UkcqFJi/WBupXLp1UKc
eQ2YjPA3YtW7RKFIqrCCywZYZiqfPqoEr9i5/WoU91RWW+krtvULEpoFSdeNihba93TtquFV
mUexW2wTUcCyrHW6ylrfX62rbN1ddKAxzcthK2bAC7b9mvsY0fCP2axWaBSIcNFTEDfa1WIO
DOi5v2a0lVduxE4lx6qATZbhZpgQE5XhcjqnEcqDnMrJJcHsjMY5URm5qdQpcdXCM1mBOpIR
GEY5FSsWt2AoJOOxJAy+qS1W8SKtZPuiALfWvmHxxBiEcX61Npu0aakuDVX3WhkIY2VqwqYo
H9QCa9vWUqAOpV3VaLSo08NZrWVyizApLeTtyuWlnVYGJOMsQSDXYr32mquoHYu1lCxWCi/Y
Ys9qIXZWfTIKLgzovUZwowWAMxmIQJaftWCIesK5KdVjWDHGbMMPO8rYlVUtEIRbbOxzkBDj
VRrLaFKL7NetOnnKkkMqtYTxADDnDKTLFyvtaQNurQt2A2s1Vik+N8m/1FfTT9jYE1Q3CVgj
+Pg2qSCwWVHErXLoMTYOIrZVRiKxJcz2b5msorSj6qxALWfa+7JXhaGKRbBkOvjHAAJhPYhu
e4EPJbIJUidgCD9GJMZ+gTDKyDNNbsVHWbFlaK3fCAmB1I9UiGwMBPat2o9e4axfhT/d/A/G
ITy4yPer/f6FbDr+0qKbFdnFNw8ukpTV9u+NIuqU17g6JtdrGv8AtZe5d1YuigytiHQnttf4
61JaX6oWFQGSlbx7BR+xe/jTXsFiX3qSbGVf8jUiuACq1JlfGfGcYUYiKgnAbse/csAWLFTP
HCHWdxlVDsyYV+7SipQjLWiW2uzZMqDZCgD1agwuc73Z09bZ03lOJQSbcAT+QTCTP5PI9rre
S/RrVKPcpmxldW9ToHYsUBV9kS8uQqKWwqv1BseGzhCCahYSrYCWq4uYEaYXNiixBqZi0imb
lL2bO+F8tFF6Jskm1yAzOTKK1FZftbWR41/08jKnnOFsc4U5hYwEdq68nwgrdrv3sVkAIBZx
kYVdZOw3bAFLFoTiDGFTsPUKq14Am4Cur653bfUQVBWMPEB/DHBdzNsO66wUU+0oNg1wVPrq
6RS9hC7BzZ7LXCipiJ26q1haUKC2worZbDkKVGsSzMpst16OoAmJsUeWvb1hTH0KbZt7L1Wa
1aMXx5ErUSukDWWstdVXlgoin7CMcl3mQTgYwSa047eMPtGsEDZqu1CjUKA1Sd7KaR4tk+a4
BADXhsktWxRqL3rFu4Vr2K3fW0O1fuUOZk4YEzEH4IlvL2VrZNdFCbyA01Wc+tbrp6e0+1Xc
/wB928syqMkFWxmLjNl3kfVb7V0r0X626dVblcCZmPwyIw9kRUxrbbt9gSGKKq0awwceHUIa
0fGDgkwsRGIBOIpYlQWC1LmpS7bCAV10MzpYta7FtbKozNZMn2W0a4Ovb7GKoaKpidgy01lK
61ZKXqvpT1Xj9sABHbEtbooPPMxw7FV8hLDBOqB4fbuQmftoEHV9MSus7KKwWJZCscMICVis
JYhxQ/8AZTnpbUDNNUC5g/PxNjWS6Wg0O1F1ks0b0RlCyu3OroqS6mAAoWJYtljApiJkisyq
gGABTZWrSwU1hWpYNQjiqk1qvWunZusstwWiaoWmr15LWoVfYoAr17B4K1sxQ3WISUP+K4I3
COi/AnzGCmOijYGA+m/ar3JPSqt2WhbEJNWrRsW2XQVhVPJYZUdsiwq91rOiduyWlVDBq/W2
dbP4EPEB/Bh1KhYtVaz2CjwbNLeM2Op0l6qp5DQN2gZBEGSlSkgAypCIEChexO69i1ubTFNg
OqzpNf8Asr9tY6CxAJquoZvY2wb9wDl7pTUZr+toI0CGqXR11gXAIyAMDcUlEGAomDMntexW
45xUnVfcHCaif7Zi9btsXWhTkWdioQAopywOepMfqVRcs3+itjMi7Bq2KH71iH8c/h1BOvfa
lu+f6rKw3rrAC1BYImTAALBwRkyqpuwxnLSpSo6L1VcFlLSzRBK6LCauutS2MFTY/s2bQMgB
RYpZgwMNpx2dj2JX1DZq1izXYMxB8bTFa6jmCCNkTqH2ioVaWVq/bHE0wr6vsbFR6uqk2hgr
sSwAKHMOM8hrf8dUEOf9CtjDhj6204Q/j4/JmyvTZQh63qQ1Xa7qTY6VLYFlbcEMZUFBAAL9
CUq6wDMJ6qnYlz1NfV50yV4G7apa3htXVsuP6rNBo5h0KhBo1kDQUsNWrpqKlc0Mlp/AOJuH
+nVOU4iy4gLQf9xYf6tXHh9sFK+vA/V9uFFijsMsXrZFH+JBOAF6szkPnrqHNzpjXcFbWwp1
36X0sGTn8jmHM3Ke41rl/F5AuL2bN9WrUHqfXNngJFdfPjZ5UirDkQtyFyowAwLNUOorAEvu
VBY5e4ku+vQldZUCDGTknrgLmFxjV4fWXqh/A+dr/S1yYDmL8bX+nq9TbscUaOPB7XAT13Ot
7XJu8uB25B5AXAHPQAOSI6kjW7eTx99O4KGsbsodsaD9tfmcAz+RiOSBU9NkzPd9hsai1qlr
9KkXKpzKgogqIGMMRxnubG6D9iuUWK666d51xPYM5s6MtVVtlbj25Ar30sU72DZv35O7tQbu
yrU7js2q5a2n/THbP42V7VUMImYvxuuEp1WU3bIBo9cT09wgNWgMavtc+bhYQeqk4DAgOcix
sv27Fx1oCi3Uz4fY0dXrVsYLD1rr4wfyYI+cUOybtu4tVm0DbfRSVTaKsqABK6+iCvMAwuDm
+0kd3xcj2qa2rX19rWNWAq2PgbgHmVVCbFZssWgIQes8gx1ZpZbXEsrcU36yj17A3jiZnxMy
wBkorAI+F+PYKWo1F5v7GnSuKP7YZp9e2avaj+45Ww2qGH2DOQFfE8iYdgUsVWWnCtqAmj2A
+nbIpIV9B/8A+gPwPwYRztUOJZgbZAD+XEB7ytA2savqF4fJl7isdLCvRhCTK9NgvrdY01Oy
qNz2tFRFn7Fy9lrYfa1S7ZECP2FLQ61pldNytXr2Y0wEvxyfjInZZkEKnGCIPjdUtVUpxb/p
diLt7Jp9eD4t9Gaba9LFRmK9sAMIuuWXBz9sP2eVkl/Xv2o2kL1WLZVar/3aVgG6hBX8D8kd
hsnx7PYEMWaKuZQ/9WOD8uVUWu91ucq1QMppBmsgtsAxPbbCVa5JMVWi7Flcr2TYEXI7KrJQ
pTwGHXcitImVXVLNsfEPIww/AIgOQCYcCbI/qoPFxLVoAH2Cvg0goo3VEuJaxGVVDytiRQbG
P6d6xda3rdiBSX9SMVOv136rFZAQ2swXY12DVL+OZ8E/LN0XYVLLCuHySQpVa1xQohXjd7eM
PVWEsUhDOjMa6xWHIC+12FuvWlmKalhB9ezSn1ypK6lRbdSqw1ViusYAQjCAizthdU/3j5zj
8ETGAOAIVBmxzVXksOATi3XxZRVUKk9nZ0oVl7Y5RisTDD1WsLbk061N9ainax5AT39Sc0nm
e3oZqmTJqybvXN9AZ8QTE/lh2Gx2S3ygFFchK2eNUFYECEZjYniIIrCsuDKaekM9rf1obmzU
XpBmBVEKgnqDAcTKgZbAIycCBsjQrbzQTE+PwRATMgS5SygdCPslxxboN2rM90QKXYPAcAYz
Tgj1CYsEvI8O0+blJ7enYGv+NoHwWA99Ze1+rQtagD8CHMxk8ibRUxbUFNN69NKwF/EhnwLL
60VvY6gn/I6xibuuTp307N2JY2E9uWdfX+veyzpQt4Stg6hSuBAyiZBPQ9hiACFXMD2IdAfY
z+cmNnHwcggwZjZIuz5BjpuEjZ9a/wBTP+xXFSB9RyQQBSFI9S645EuDGrdTrarjv6lyCvxd
k1bFf91Nbg6VpehZzBiZM4h+LUdtq/UqrWooK9DZRdhdnXwcEb1DGhgwKalzAeuvml6+3Wtz
NrZYFbja6L0oOpttfXXtILVudR5QqpaT4782rtk9NsGrT2rYtICPqI01qlSZ5HB/HEPAycg8
seNl8WowNe6CD6tm65BH/YOr7DV9YAq/isOBqewvoC+42DH9zes2WW62tAX9Xay3oww4BTcq
ItpAWv1xBqGJxMzmfxgYsRm2t8hm6OJXY3lWxsLgS1O4GlRFVe1NINvEus8abG1l/XjvYohA
M8YnQ5CCdQJgTHHUGAAfhhlaCZiAfjHPXgz5IEY/Ww99ysTdrJr9deAikFfdH7guSfnsmQWw
lhVlYBmaO6hkZQKdxQdS8eEsDXb1ttJHX1gauocwYM5inJJOSYNRP2N3SS0PsEnyCeTLYyGB
yeoC3KpoTAZgo3fb1WSg+ZtSnxKPj5/AmJ1JnMVsgGCZltyoNW1WtDZmZn8FxkgmBcTEbgEM
d45VbUVko2ArUv2p9igsoLdSHBIDYWp3Gr663YuHoWWD0Qxseiwg0gG47eks7Q1qou1UZ70e
q3WtsqKHgCZE7gR9gYG0zSou0xPZgLetsVW8ZPBBmxsdZp0i9wMD2u14dUuHHrdauwhFEx/4
5hPOD+ATBmewQin1lmNn+YJYxBRcH8YjjhUf92xQEJPbGdjTOda+vpWzPgDMr7E+DovqRnZH
wQIRkb2ELjD+pJXaBBFq4PsaiZXcVmhd5abXdS11hVmsdfBxXQqxOocz2D/3qxMqTNRYBdrZ
KLr0ta1VaIrkKvstg3mjUFjaemlC/wAmCcTI/wDLAMxPYY/W9Y4fd6wCCdczGPxj8WYCpztO
nZWCpdUCdjSydfax0IYn6FVYg+v1qr6aqKqyJmEz2Ls0tIFvr7Vr3Eww6ZG5SgpJ63+v2LQ1
lhaIVYrXXg4/CL/uD8brFrkGW1ET9CyxUVv7NjTqVU+J7PfAGSz+u1fuTAYT+AJzPmDiGZ/C
n8blZs1dHQGq+MfgzmcGY/Oy3SjUt77X8exXo9HLaRPi2QTLR1fsS1ICn1F712KfwJgCe1PV
NksLaLmpt9dtNamGZSyIu8U/brtdDqsLqa0QRR1jKMWVMBrORaxwt6ZCHLaFljah3Nt39etd
sUADauWqq2xbX1aXtvrrFa2X01z/AJDU7I6WKTOcQwQ4hYCB1mYCM4MatGgH45mYB+cTfYLq
6jMdhRx7EDxohU6RzVtOFWzl8V5qCSixg1bQGZGTiexp71eyqas+vpF+xTWiAAy8KK9px5a2
bt64N+sPIB5Hz3cwEsFoqU3t1qsaVBe2go/QT04azS0F1jPZ7NlrD59VqhFKzasdnCgmvC1L
92G5dXG9hs9/3dqftbWW2NjBdmiFVZnMB503tL7JKgHjsc5mcwfEH43KfPTrevNb449h2KKE
Lnc0NSv2nuWNtlhZlAlfZRQvaU+5ZKl9zQEHsaWH76CfsVsvs1Jv9SFXZrzjOBvn/abPQtqK
DZp4WpnVZkGYEAGcz2j9dJ+0qbM1FQes19e1beZs3+NXsLsgpFmrsJZLMlGS6V61pD0GtKgX
Lat5A0LutejaYulXDp0tBoUktppH03ULobTTU1Gqn8bO4a2s95tIy++2HSv3e55da/zJmZE7
QngHkGe0taqm2xmhYtLWJIsWAdYnbPcrGVHgVjK7b65U63LWHL+x9WzpUfFfr7j9a7q3m0oa
jbZVspYIaLSyO5Mpucg7CSzYZIlvae6cLqWt2NXUyjfuXXAlrYTd3XDftISqgjXpatsmdSIy
fYQcCZwAwYZAgZWnEYpMAzqCFRVDAEe2qtphbsMuCEM9VfUamuRY/sNMH/k9KW+31EF/uer7
fur7RX7DZVrD2UEFX7Er2h+dSlr7afXWoKtIO1ehWk600rds6iqN3UrY+3a+Wpm7WFtb+Wp6
to66JvL3u1GUN6lrMqW6lFYGpxCxB1wDX704V1sArxlWYJmey3FqpexmOrQQdKkm1M4PMJGT
8L8E4mcwcwCFRMAAVnLeJIbGEpa5mzD8f9hpsu1tPWtsf/jbI1HQlzXWu/aht3bDYdrslbW2
FdZ7W2z43Q8sGAX5NbErWyn1Gqtl1erQk8ZxVXbW+/7cVlrti59ZHiVuUai5ZqalzFKWAU4X
2dBQWszHohnpEPZsrTT7DXZCysttdQXymqew/v13oY0oV7ryuzY1de3e1thwZrUh5UhUCc/j
nI4HxOJxj4nz+OJ0UnrMAGBjllreCipZ40Is1KGHsNUIQHNlilWpQ2Np6l3XZR9bXc9rFaPj
C8Rg7NRruzet0/BUFnEYHrf6+z9oamoh8IUMCYlWTWqgmoljQuPbGsgazPE6z06LAplmrrs7
V1Ysa0xa28l9aILtKtKKseTUqqaj3HsFKuuVIcSqy2s6vsLgR7G0z/kLEn7dylvYEMPZVGJu
o4XYBi7dbWS9d3d9kJiAfgz4/GFmJiNkH3LU9vV6KW3/APYNdda7RTudWpUo9wqtptw2rreV
/wBFsa3r7bnHpNfw62nTrgDAyJifE2NdL67vUuYKzXZ4qc9KwPqqv7FXap61XfbUW628FlUz
RttopXbrNV+zZaV7YTXdxVqhZ7FP9x7AFNGgEHQQmi5+0JDTX1LrnX01van0wU/8cmB6gKHo
tStvWWNKPXNXK6So8QIs1LDameohOAHmRgOhPwISJ8TM+IT1lVRv2ugRf+wU+dfU66eNVKj3
Kk6dFLXWevqrNo0WAq1erYxM4mZmAiGcT+GAYWerQxdS5Rfo23K/qdxS/rtvO9W9IYmAZq1n
zUaX7M4rGt4HFVYBAmzqi4+7ssTQqGToqP0CGM1qGtfXUJWatmqJsuHrIIgGPxxCJnEzATB+
CrZNBJSnqTzMGYmDMcZM3tjoNdABZYFXesQnUA7DIXdqe3X2tU6t+k6+eoqUH4AE5/HGSYPx
gw/kgy7CL7a9HuJIKs09fU1usTajNY9kuoCjV2vEdXZF6tme93A8rVZS95prRnfW1GpqDYJD
S2oWCuvpGDYW2wkE5JEPMxOMjsIIPxiY5GQBnP4MJAX+t9tbMPtO3S5zbb6qrLYGMCe7UirR
rdprhvBMCG1VD7wQn2bFf3tvP7mxjX2bGsVkIDCZEMbkO94batzVvKASMFRP+v7TY8NTOtag
XaS3LV63XrKKEm3u6+ut9z330Ujrr0ddD1VD2XfwcTInxMjGZkZLRmnaBoDyIMTOID/4GZzD
M8bJ/p1Nc60pBNm39aathu+kmBxAed4IZr01dc4Gfw1QLW6qsetiK1zADctQHcbqmyzKLrum
rs7BIunmSbG2Q96eerd9daTf6vZRfFYs9U5R9bsKkwRmZluyyjb17txtP1tuwatRE11X66mv
+vVk5ZpzBjIxkwnBAJhU5IzADnEX8fEyMgmAmdhCwmcTIhYZ37SkrNdlYapD7W9nX1vr0Z06
1qb61H7dCrtexW+7XYGkET+MwkCNbghwxKK0/U5OpXhdKkBtNDXRq2VnxgTxKZdquXCkIUWP
TW09nr16p1tjXV9Wy00ftOob3evD7KtpXXsbMFFSqtNVc4n2lntLVn/M2909vqMV9hqNFtra
DgsTgGDJHYAtdUD247GBhOwMJMHxCcQQgn84ObaRa1dB10ru2TeKw61CvTqs9jZbfc95K3bG
ynq/W2dErWtFAEzC2ISRHJMQGKogAxOYOJ/PzMYhBh+D83XV0p7HcfatWtu3r7Lv1GFjQ+t1
7BV6ukSqpa0ucV1IQy9Zjjb1HC2dsjJKgA133IR7bcVrPebJUe73Op9zvNDvbdha7Y7V+53K
Vr980r97qNKvbajT9ugJXt02AZxzMQgggmYnMPwMTW9ei2DWQW7+idmrV9ItUXTTonra6nQl
E7Ez+Pkt8u0VcwLysxn/AMOZnnGZmNHfA9tuu7dgDpaqWJ1pqC7JEXZeU3d1Uz2dxWugYqH4
1azXTdqa9ot9JrtB6JjH9M/ZfT2Mx9KvVPR9Y3q6FWr19Yl3raLC/o6njejAH/CsQvqdhl/4
zZU1aFuati9D5r1I23y26BK9sMRchncGZnGesxmdeBxM5OIy5IUkYOMx8g9RAMQGA8j8cQwk
TH4PEZ8z2fsEqF1pus9foqotBKrS+HqyalUxnKClyTZreYBcAZghAEIyOk6jPXnqIRAPt0+x
SeMQqJ1E6AHqJjB6rg01tOgwUSW0ho+q2swRSGRiTU6hrbVNG0bFDDAbsfgZ5JyASFNmB24I
hwQRzF4UMMiD4nM4/ABxtbHgr2PbO8cvc+vqkQIvVGDQhcMgwysCKGY1VgAfAPPYGZ44hxMi
MMw8AEkAmc5h4hzMcZmeOTGGIAMEmfMxGJAuyy1kidueY2YAIpGO4nfj5C9c7rsjLkwOwUNi
b9tyKd/bUL7XcBq9zaTRt9x+7riVbNNkEGZ8j5l1orTbe3ct/wCPqWJrKtnXqEJE17LHgFah
/ox8dSn2dj3J8Aic/jJxMYgByRwfnGYRkKMTtOSc5mDhv8QeoJmCZwIMYHI5EsGRlZ3KxTkw
tBjJUCdYDk4AmZYnkUa08brB3xdRZaG0GVjoMDVq2IejA3afdfXJ03QYDmGXWCqu97tsJqKj
1VM7JXXWuzUhioZUHwiEza9gKHWq/ct19SmgfyphhJgzg8TmMTMmY5AAnEziFhAcwGZwD8YM
ziACYmZxB/lZmZOEbJziDJhAmRMQAz4gHZuoBZRl1JnjMNeD48k1ZC1sAFxORBnJAMHwWMU5
Jxm+ipEq1l7V1qBegIatia9YRKwJs0vaNf16KAYBzBzCZnEL4BHUZEyDLQxUQn8E5nGPqIIc
zMBXJIgfJ7D8DJGYwBGD1r+TiLmDAnBmecCYzFXEMInH4xAOBiYEwJxnjPAmRMwgz5FqeSvV
FtDp2Ixw3URCpGOTxCDj4mYSMg4/I+OYeuQJ2JGGhzCcjIMyM5ySWC5JTMZgozkAgHtCSSGH
XsJ2QhgGOAJ2XAM4MSZ5zwoYAtgd8gMJkGBlwWAneBjGbgk4JaZIP2LdjkkxcwZMIYR6UsA1
WB8Qw+tWYlYQdmn3M+wBDgAWGBbDPvnDwrYZ0tx//9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf
/9oACAEBAQY/AAzMiE3sRAedEAcMiXmWRFpP1/aTAMdyhyHl1bdcq6KGfUDb9pNiEYdmkYK4
2DNoOqYlieqnuUHqnMgqSSCodk+BoizjuQBIwgKw2U+iG40TkFkRoEC7kKQnDO2qdw42XcWI
T+xcWlME22yY5GE1S1tXQOgytnKBaBlCwBZ3KIMOnyCr8tYDIkEFtEDYJ9NWUf8AlOpRwWTs
42Q+yHHTVQmPgj9SfZA1YAl0wBzCJZiiWZveoEnCdsp2ndSIVQAxZEETomaUBYgdVUVbg8oi
owMYT2gnafwrGNVJ8px4LL+9eaGRYeCwC+sQmyRmNVGFMBN9nUOiKTlwmIPiiRLbyiT7EXs6
kuDhPgLyg7qcDKcfCMhAVDe5EQ3VZcjRPYPt0RYOjxhAEeKO4Q02QB0TBM8HROQH3KIcFt8I
CtiQP5U2eqy42WFAY7usqFBbdMMqEf1CbDRkDSwBOhhA8sdUBkHVTV2UxGVLuUzFQmIc7oST
oWQ1KfJK82uExDbJiMJxAXLbFui3JwmBZpRczoThRp9Kidk4L21TVgHJK645f6p66ZT2PcER
puoGdlAZodkGMbJ18OFGQgX70GicovZwoyi+uPBbjddVjTvXTd01s6LHvWHJyOwbpjhEm9Sa
/ZBDo1qeNHgQP7E17kjbCYShE7oONZbZeUEoYB1dAe9Bg5aVAUiO9YRnxA5I8h3Ko5k0wQVX
iRx+heXWUGg6pgI30QLxqhLJ3WHZAbaqchRs6BtIWhfRMNPehVuLZ8EAznIPcrcoO6sGcQ6e
sJgZeUDWJY9USYAwvLZgMoh3GicyDjonMAFA1g11TgtuF8M7JjrgLpqgH8EfoQ4wNT/amcOM
yiGkYKcpiA+yfVB9QgRjogR3sgAHbJQlzspltFGdET6Z85g9yPKhDFuQ1T0qbbNK83pl9ITm
nEfWmbkUCzNoiHz4MizOcF3RNi8qD7k1g/Vk3HkBsgAWA3CcT0T8XfdF5XR90xDAaupM7dj6
bIdThENqg0jVa9yAGoTB5GqxCIyg8nVchjqhY5k98I1oCLPPz5JiH3KehhmPevIHIynuzZjK
DajCBFSAIZEGdH7kJGAycny6FPl8IsWWcriYJwol8p4715fiCJMV1dE0LkaouHdNqznxTW3Q
VnMZqu8ISwCJcgJ/cg4ymeXdcRlmdTponNZOChJlUBDB4Rs2qDANrsyFwzaip2/hXEAiwhym
tIUB+5C/qOBoBlU/TflguGRgFEjXVYzuhxBJKFjXj1X6ZL6uUDXZnK4iTrs6I1C2G4QOeq+n
osSdU4q43cL4BEhiEGA8bD8yew7xn8KFgS/3f8l5KsNwU4tb+Y/mQPqVctkoEgvs0pxA3woL
JyOTiAELAwMhRbXqiT7AuQ1TEAk53lAz46LZVLlkARM9YQbGqdnfZQM4C6ahRh5CNw7fQiMf
tIEeY9UX9q0nooLFa9ZX0olMszsnB1TnVNuUXgaLlQ2sXw8gfsqxvV2AyfM/8S5fp+T7zv8A
hTgWNRoHRBqXMT0TENvv+yhax8pkJqjyUipVBry+qyYF5g/7JyZBzDoH9MEakiv5U1PTqH1A
AQHERkpyuuy5M9dk+rGF3/Qu6VAzl1OmV5Q/RH4awQAXRLgg7SnyOoZFgSOgKHKxBJ5GP7UT
W5D7hMPMBgjP8qrUUL1w4OE9vEYRd7dw/KuXmFTq0Li5bdO4t3fkUQScEJ3Y7LvhBpbCAeR4
KB5u9AyTuMJgGPVeUPphOD5mwujKXD/UuMtoUwsOetXlMCCykyTog4fRcTYABONMFNknZOfi
0UnKhowmOBqugQssrrsuH27HHcrVsAaGCyH6ZYYIK5E+YyS+qJ6j3IWsPJgFEC4rarZxKIsI
q4H2Xn4k/mBn3fwpgT1TaBE6BO+UzhEqMJvs6FCzIuYKjCcCTJQOPoRqTBlwiObPhGvq1Nho
xaV5fTsNnKPkYDqmZvFO7AJwQwEBl3yYQyRlwuic28vchYk2OcMiMGpRvYx0CjVAgOykZwss
3RalynHtQYONV+taANF/1ACJfK85GX6pq+wo2cA4RrcMgRgI9TqnTAO8uvagQg+AjpscpsMe
9SX6IVaN0dCnGyx5gWfeVX0zUGtjJHfxTGCPFH0yw4uAf6VW9zFjGjsh6QYgB8z91G5PElgm
eNT1/dVfMJkDxTPG6LSmwCuOiZF5fZMMFTlOcbFQuXpgGoMkDzMvL6lnQ8xjY6pzckPuUGz3
oGxcv3z/ABJiG+lMzupqDyRNgW2yvIBy6gAqC5QYkPo7fhTO/VN6jvqVyqRbvTgd6HsbK0B6
Is074TBZ0+fJP/wiD5ejMnuzad6bkeOz+X+VOSfCFEnrKFren5e6EeLVqQIHcmsz7lGtpbAK
ZpeUxINQnB7gm1GqLDCPzKbVQO86p90ApDuiwwuYrUtmpGZTH0CLfZuBXirBmIEOvMHcqvp1
+MAsBpyRtcvpuVWlayfqXmHVchmoLMmvDZUYK6DZBnZMXfombTKgeCdt0wsfYVB7yQR/YiBf
OjE/2qM7IFs/WgHz3J3AIzKflgvhPZ38SnAJJ8PxIGufEpjrkqDjVb+1O7nR1x4u2ZZQC2gX
lBA9iJbzDIUVL6TC5ENU6qLA9yeo1koAlm1UuA0IGoxkqta7uTj+qyb6ZQb/AIXO0VBkoVxU
J6FrA96t+p/9tYhF3+lAiQQ6OxwMyvMXZE4QjMlPSOq3BRK3QOX2Tk9y8udQi8dR3oW9H1Qa
j7NgPxcUeda8iGcIc7NcYr1+0jcee9owwH8SJswG6Ify1gIDG5RDvQ4fu8yesjvb+pcfUcjQ
ocdcdVx1Tk+YKAw3Tgyp+LvWco79cIarkZ3eUD7OiIbzaFCAXz87KdU5cppiUBWGTWnqi2+6
yQ0ZUFPxJtqQywHIcf5IaD3Ig1BB1EI2q4Og0XB4XkM+xTUNuITEmp6Ici5OB0Ks5Y6ariTA
08Uwyq1s/F5XH0445B1dTjohkA6hcvRJNtQYB/aQGCQ/RAvkMhk96YjKG2q6bKNVGXgph70A
TCAGFuE5ZG5Djp3o1Fc4HVD06VrSx1yuX/sXNtYK8kNg6upkvqrPJfVciSHX6YmtVxz0TsMS
qg/AI64U5OqJlMVPuX7QDrEbqGAOS0ogHvhGdHbCLS/ggCc6bftKMEsdUBxI8XTOQdUZj3oa
jV0wPgtYgjCaQ2joCzkphA1RArBhnXmJDaZWPFQIRkxussR4rylmljKEsDgIVPmNmABXKwbj
qIRtAc4CBJYImpHLRw7ftJ7WBIMGo4F/61xseQAg9yNyfKPhr/dZN6tmG4ErkDBJVCToE4LH
ZG22iIKceIQFoHtUyfqT1JlTqcoBF9EzsMuFJfkYBQsC9sbLi5OyYEk10VakNbXV1BZo3RJL
aMOn8SHpASDnuXO1uq6aBDcogvkqtbTUkMdUztt2NomBz2MWHUIGzEaB1gD6UxkZjRPUwBgs
68oDjohV6ickpiX4y+ihvCUWZuqOBPigH90lAe8oE475TvndNltQIWXLP1b95HIQLjimMn2s
jyAjBMJ3HghIJ2Mob6FZbvXxAndNE9HCluRLQnrewfQEsrVt5obfBRHp3NSNASNf2Ebes1yd
S5/HVCgxV2CIeBIfRQcSsM+yAtGxRzoHUlzog7koQco1bBlAqWCkw0okWZjAJaEYAcalNUh+
iYzZvMgauCNEeQGdUPT9O0jJDKxJPeSnB8uoKgfUiSdm1XMED6UJJ6rhyYjqgPGFyyMMmbKb
JKZmthzhPl8mUCDJ9iLSTCIYA6BCGZSxr0lEgae1B4Jx+VSO9v7lGGhAOHOi4z36JyxT5cst
3TYKYa5QBGVEvCeuDoZWBOq+hOI74KiehKxPesgKWImXRIBY4CuD6XKtqnzS7uvV8pp6b+XP
9y3RLCpPh8/hVg+mEAfcn44wpIUL60+YQYw6MMTqsyjxzqo1sytYEWI+peY+AQNWqdyja1g5
6o2uRaw0eVw9EcajdnXKSd+9MQSAgAYOqAMsqgCAuViAM7JhRw+XhYjoZQrYh3yCt+qkYwVA
fqp1wUZxgLiPFNh9cLfqVHtP9qgP71sdgVq4hMC6BfoyZu9OS2yioDnZ1GdUHBBRlkZfdSI1
KLmBoQg2dGXE4HuUSRqpkj6Fu2F0R9yJ6nwT3s3erU9OvPj3pj5fUGaf7Imhl8lOc9F1Ik+K
eHeEHA6FEkBmBBLoEsCUzjjuufJgIyudLGJLIit8Qosp4WfT53VPSIDTY94RMBtIyi8FoZgu
RJBdi7L4iKtkf7LjWxtcIuHRIDmFPvThPbOuqLByfhdMxs/iqm78nxG6JEFuiF/TuT3qlfUI
NSJOyNdPFMzhHQthDywdVkEaYThjswCDgCHZYZsFENKGijuELb3umtgeCPuQB7mQaOn+SLAA
7qcjZPbwCchYndQYCDVQYP3ZWJ6yuIDHI6pjV0Y8U/HzDHWVZtDK4thcgbUIzxKFQ9tzaVX0
gwqz26lTBUBmCYhAuzaI4FUAD7pThnPtTWJavWEx0wOqsLP1LpmdtSULV+MTlG1gBacBhlGv
FnwUAQ4E5UDjvKPoVHlGbTojYzOqwoPG2oyhYzonbOqZmDO4Ov7qZ2rrrlQJADunsaggRKbi
GGr/AOK5EtbIPd9hOQehdM7gw2y82e9E2dmhH3MnIg6JxGyDS+YZTjqjxrjJlMcoAIj3sjKn
Z2TD6SvOSOiJI/UHXQolyH9i67KQiJHVAOZZZYnTKwR4pwf/AMrPe6i3gJXxeK4jXCPUphh0
XLNum9P2hE3PmwQZDLHJM5D5DqPh3Xm7x86pxO4KcZTjOneg/icLl9lkwEnVBpB1AT2DDQos
7nx/tQYODur+r6g4sd0GJ9Oo0Dz+FOTLxDuuNZfOi4s+4UWYHVRYj2riC5bJd5WvVj/euVvK
WcglECzVwwhfeLxqUPKeJ6/5JrONwRquXgEbEMcoM3L5/eUn2It/yvK0prEdJRdmGGX0OVlj
q6IhtEcZR1iWlPqiCvowsv3KAtPFSWKyDspnuXIBv+UxyMFPqsZ64Ra0jx/OnHjiv5E5LkxD
KMjHt/aVrl2Bwh1UgF1xAADeCsAQHk8mXm9yJJ4nI7kDYuD4flThuI3C0c6sE1j9SbRGOXvT
1YbgoeYHYQEXbluMIa7MHQcONWDrAzpomgMSUIbd1AaMicLlg4e0fiQ4kO0lNaBos90hS7Zd
WPqWFZh2CBsSWgDQIQe/TC+EOBkdyAMBtVYEPC47exZCOXnuXTc/4ojj3MEWCdq/wzZbnQFS
4bDJ8D+p04kfSoDB0SZJEBNE6HRF5T6ouwCOVoiSznEOnLOcKZ3XlHlGqDyV3I7oVuQE0zqG
ThnMEfl5IAAtMaQh6VRxJmN1sULEyyLMQAr2aQwgBeeobA1/nUwE1MEsVsXcOmMkY2Te/ROT
aNsLVsBNLe5B2AGohMzh85Kc6YRYNXKDjy6sjUCBIKkRvb+1F2ZsoCIwVkDrhPvqnJjRFi76
LZsoA/CMqtajysAF3IghF4Bh0SAXBYHRNrsrERsEARO+iGH0KceICD5QIBz3IAghFmds6ohp
TCEz496jxZcmjZR5QoxusM6iCVONdESS46IE4OiLBgcLOVsUwBDO5RcOGLEpsvhBq8X3XMVc
DDJvUFq9CP6kD6FnAyD8/UR5CWYs39/BXvfkeWgD5/i4K1quATqAiMjqyFvSYjUIiwYjLrZv
evLUnulkSCxYaSjZjybqpfx1TNBwsxiqiCNcISsvLu3Ra9AmeUGzK2DT1QGg0yvLC4hnT+9d
UHBdBm6jVAMeQhVd3GUwKieiNiG+iU++vcvMxLvGys1X69P4k2WwvMQ5hhoUOchPBHd/ijsN
EdCJbovrdcQeqd8LYqTjJUsKkKP+EdWU2bos5Ww0hDU7LzY0Qh0wJyxMp+Pl3KNWzstQ+n+i
czsNkeJxpqqXtYmlW5A/aCFvR9Q+mdah6z/D5E1jzGATaP6kDxFn0FgB+KqJFRU7ch+ZDmRU
HRcSOJy+4QuQLA9F5KeWugaUAYsN0xkbJo70xIIGi4uGy4QmBlAl23RDu6AkPIcLlqQJCYmP
agIJYsmklbFAy68zk9HWWaFB9yePEOgKw5ygR7e9OTlFio1aUxEd8Ilo+6pz3FZ/hReJ1hOQ
GxBZM79AF5Q2+kIBpHVbFZHcyGpwp9ghkBaK7pjPuCDEMIIQGpyUQ/dLJy0+1ZjuRLsof/lA
bYRNYXEAxjVYb1G71byiwIOAuNq8emEXZu4LzQC64kgHqnpxsSMg/ComwyRgJq2AA7k1i4KY
C16HRoQqRGy0jITEScbIW9OpvQ/DvX8SaxjbX7qcVcKGq65ORbxLBAEu641LNp/mgzP3pjGr
4woGgZGNFU6J4LvrgLLFO7ocMah3TtIiAicDOyHm4voSyciB1QAszs4d8JiRKLLzEkauiNGw
idJKA+JpCcgTohUB3g9EAziqeAMs8o2aMLHHRxumYE/UpHz/AHUbM3gydndMBIXJ2ttqpfxQ
eEcGU22E5jvTT7FxIbdV1PdKaQZTmodsjVb9F5T5dV+rQfCC9en3kNPDKFbQAnaXI8Pvp3yu
VLCTghEWZvctGAZ8IzzKYd65WBZB8nBReAcI+qLMQJDZlY1XFmG6j/8AKDuTsmZgddEAS+3g
mJwuXcmb4vcqga/Uhpo4XnDjdHjVwifpQcexNxcAQU/EWHgmNX5YfRAYBZrKu4P1os3cnJc7
HKONAZlWLM1T9CGjexAO3TVAEYUxKYuzeCEN9aysjvTg6Z0Tmd2Tj2LPgJQDu2qB1ONiFPz/
AKUwaxG7prBi8gH+1FiyYCEQTJ9yFZ0yqmxYAw+q8o5LEtCaRbbTKL4QA38zD95CjvyOEQCA
fn91MQLPiVILr9RiegXP1HFTj52soLhap6uHwuJIDs7OumgnCsGnj9aDBwMFnUgHuWjdVoW2
RscNhEy2joA6qTjITCHGUwmE3V5UexHRax0QrgCeq8h8CmfG6AYuEwBhVJllq+yIB8UxLtqr
kfdM+FlB7ghbXUothBvEJhk6aLDMuQ6bJvB+9PHeFBdPYz3JyF5Z6J5ZA664TZZFj7lBZ9wi
HjVlqCMFPhk2q2bZD1PTnU4lM7HZFiC+yIIIfJ6IGgY7klO0DJEphWNywTP4dy4kd5lcnYBm
ynoBYHAXE+mRauVNW2CsQfLgo2qMBGlTJEjqjQhiNE2umn4kCCXT29qy9dCm/wCQshMeniia
ksNE7PXdOXCd36YTiRqiSH9yBGdHdPYsT0KfqoHcVUW+EgfQuIn/AMp26QVw126K9AMFndWG
1S/sspMrLA5j8yZwQIUiEQ5HRl1+pb6/PipPz/lQYwJ+fwI2jCxOyfXVMIA6/wCKYPvp+VZ9
gWW+tPqUxDNqsN4KTmUS/ggwxlOEHICD5y6B9JvUByOi/wCwcRvogRYGu4wiKkT3Jv0jah+1
UcvwocrD0ztbyz/Gn5gg7FcTYDZCZCOp1bdGrtYDHgpPVcaA2DZAJ/CnL0scvCsXcPoht3gf
iXHAGqNgREB0xZiWfReXLHOECWcwheh8zCCIX6frDhY6bhGpeteqtUF/Mpxpun32lNodUBlE
vJ0XUoGsnoqksWbGkKCGKDSQFtGNUfV0s06SrF5NSen2k4K1I0lYavUlGCSNc/0rH0hQG6ZX
F2f6kQbM0rcaiFENog2SvMekKKu+A4f+VOJAhgmZmhnCESChUidgnsRG666uf7UHYQOoTs3X
dXcBoXEtOqNoIGvint8ONtVuCIOya1RapkpvRtxfAyP5UBdgcjQH/wD6otSpb9pv/wCaFvV9
OrHDEmf5aosTQfskwmPqWDbGU9/Ut0IA/u5oXHrW8xZwyP8A2WuSGfwRdiSUGHF092Nd1atB
5QRPzsnLRvCwX1sUaBiELCcMNkZeDHzsg+RvhMzMzHQqnqGw5VbxD8lUAO7uAjbU6JyCSE7A
JiB9CYT3ZTkeCchu8n+2tk4GcMVXQnICA9yfHVGDEO6sNQx9hVvNiphRoi30ouHb5/dTjxKP
/hT9SiWjqj16Mmb3qI6LEvrhGA+uqejg9cLq8h1I8w+KUNjr87KQ/wC06YE9y3PtRCDDyq1g
+n9ychwFWoxawAHiiw67jK4+oWBhE1gJzNTiZC87E/ZJ/wAlZ/g0IlbAYDpyM74QPpAM0nqi
LtZ9GwhUgAdRH8KsQ8M22FpB0VSAyIsZCPqAsAz9ULPHWEPT9OnmDeZMAJQpioYEndPBO26Y
+3KqCHcBmwjygiRsg/JtGwgdOuqxPQqSQsDof9E/LRY8UCcahS7HGiqeRqd3QsWMZ1TgeXZW
cNyMFGp1ESrU47j2okrBnUMuNQUwD76Lza7RCkQyYBn2WE9s/P7qiQUGZTquPwn2omw8f9Uc
uPn95OTG238qd2A1TjxTguNCP8lr7kzfQi0GNP3kRmraQvTpWWs/uRB1CHD6UxsGMSp9TuAA
XH1CRbIAOf5EKlz36lRjDbLzTUapnfWB+ZOGbRTNamBj8NUY+JFs+CBBVgM79yJM+U+5Cnpg
NnT+5H9SxJZ1U1DDU6qwJh8T+Kqc5OMlSWbLyqMS7D2sjzl/D8Kj4WkZb+ZZdsZ/CneNYTif
AIS76N/qvvHYQmcxojpoAUCThAs9RqqkF6t3JgGPiiKs1dwoyIhEDDyX6oiSMZRAM7aKYB2Q
eEAcKMhNsiCPOPrQLBOTLQsScLzPsAN15g//AAnGNtESUwgdULEwNU7TogLWYHQBONUWJfUK
4Iwzf1JrITAtPsQPRVf7R+tDiHKa8dy5O1hgtsg8gugwDLkbmoMABcxexpYayUakGxGTonYg
goS9R0lG4sYMAQ6qDAdEOC2YWTxNTCtSQORZv4U1hyICtYZpjb7qPI+Z3JYpsk4d04x0hCsg
gDfREkw6gMGzqnj602vuUEudBhNv0CyNkzoDGsIlgUQVXoSoyuRkE+8oWyTporbA4WHI3CbH
UQgPeiAGGqDEGYGq0Onz8qGrAp3BA0TlidtU8OMBGA41QGXTCCdRKLkPuizEFQW3RrtJ6q32
To6cidin0IXjjuViNcN/EgXg6KgZmOfBcV6dgSXcYXmGGDHuT1DdNFMPsot1kI1HHeUXAfVC
wirQQ5QeovUjKNDWYbxQOf2VU8WCcSLa7Ktc8i/g6BIkB3ViKA1c5Qezg6DRObFtt0HOThyt
yBEo0sCCcEZj95Agu+jSnaSGA/mVSKuVLDwTDVB8nCiETkqI6BDRYf5/sogAjq64uXBJynTE
P1XI6T1V75yUzEBlMjoUQAT0MoWaNAEMucPAQcLHdoP7kzOhY1L9FnjnJlQHB1+fJACO/wD1
RxEMYWvLoWR8p+hA6kPGf40bEEnd1Akokv0OqBBcKxYFnVagedsnDoCCBl0akkgk50/dT5Ah
QMSrVtVmDwNvKi2U1pHtRY+2EaGpFwCeQ1Q4nOpyiHIB+6UGr0KJnzSwdAl+jZ/iRJ+F4ZNo
qZAkMceUL1LjLHTomvIM5TioxgiUIZ8LiHcboVId+iqbCE9X8UKHJwXhB7PBwf3UQX8VAMai
UCfYYKYAjvUCE+nVb+KbDZd/zKtcA6lTZwCERWEWMfWrchAGm6uWEgoW1CcFxEYUON5KA+zu
nEgdcov4BB3G5wgJ46yo8F1wUGLe9TKYTU+H9SbxGv8AWu9QGOmkLrtl0ASOWwH5EdSD3oea
dW0/hQYwSHTvoPasMx71SwIJfaZCbGqks4MlQW5CT/shStpefxLM4T1LnJRsD5xDZ/pQJLW2
Za8tx+VZY4XH1TFMW3TV+HcSiCQOnRQSbd6HqT5T9Ks2GLBOQAZDwpd9SiOT965MxJHe6D5G
XUR0yuVhkBvYjOhPuVeMgO+qfjEtui5Ybf49gLl9USTkphLjBlAA+XVM4Kq9Zb6kwEs5Ta7I
RqIV6Av12RLaGFr4Mn1wyYx3LyHTRTlOIZYdBp6KY6Kc5G5CzG0IkToyG+ydZW+46p28E5YW
2Te5Dc7KtsyMqEzB2wq2AZrB+kJz7SgAIrEauVAbD+xC1ZKfAdE+xOPiMFWqR5g2f8kamIdE
AcpdlaJNnaVxr/EhXixK/eU7O2itYCQH9i+GTJTAefDInVvFWNg8R+0oqxQieirX1GFAG8Ee
PmqAS6rb06nJcDX4UQRKkSE/uTHX3fzc1GTouVgCddWQ0HuXJgnMgH6kBLb96BHcjxyrnI36
ozA9iOqw7eCfNjJQAymbWUQCxMoASZRDuRIWB0wh9S6HKAAZtVLPrug/tTM7J4OwKJZlNE7M
6DqtYc2BYM+UCzovUjVC1cCwbrPBAAThkb09MGx+fxI1tVgg4jUvheWwIto6HGRqAuRE52Tm
Ojt+JFvMchGo8tRDdyMDLSjUDMJthBQtUOCcLbeFathDF87JxVx7VzAZPkHqmILeJAWWVQJC
JGLlx0LriT5T7FSYDyNfhQaXkzKYT+ygNQJZFhxH0rodVAhM2OrJ6OxR5btK4nKFtBp1Rcao
1GjP1RJq5YySiJBfKLmdk742U26w6cIuZGuycElt1meuVlw0HZEZ3KIppqmu5ARFASTg/wCS
FnJ8US7KwvjReUP12R30RLgctP8AVDbUL0+fxODAQ4v1BR49w8VanqAkFyK+KFa1APVcbFyc
ap2DjRWYMDEpm8xQYmpeGOWU2LVgpy5Hcs8SPBeZy/wNla5yP6lJc4RHKD1T6dF5SX2ViNpm
P6U5f/ypAqRnRNkD4XkIkkIsWHRVMIVuBIDlk9A4VSwAJIYz+dDDpoWnRaNoyBdxsnfuTP44
QOiqBr7VbkGtogBtKBrIJwVeoMPA8UXfB+hRLp7ZWH96HEYyy8o0eFyFZ1TYs+CjatZGD1XC
4FbDeE4LgZRcMVZpYsHTN3LiLMUZEYd0TZpQJIPTooE6QE9anAeNf4ULWCoT8RsHn8SauuCi
5HUpnD1LDGELFncIse5CpDjTRNvkInXQKSBTToUbV8zgNgugCG7hhM06EqZsEA+sheWCNOv7
qaxexwiw1kgJxkiFboGhNYM+NkeA8h2lEkSDARIknAQJLAIMfBU5HQR4IjAIaYyjBHpxhz+J
OTBT1BA3ZPU97rdtAm8WYLAUqGjRVsfiAHtZSJC6lG5LVA6sjq+qPcUQgTjREYXmGTC3TA57
lzp8QLo1fie/dTKI4kjoArAniWl/8UePmLn5+ZaAnBWYUgtsNEDWjsGZBsbLkDxHcpKH1wr8
rORI1+7+0gHkDKdowgOIIdnjRRIGmJWG6KsQcexBvnCjy6MmETKrRvh1dCoxnKdgeqhg2uUR
xdi6DN1GqrYjGmn86AdgNE5LsML9PciMQnaN0bAcgRBdEksd8EJyXIyUZgpn8VSZoB9CI03V
jyLCRCdi/wB7/FMIGpDFM/uXFuP0f0pkORf3rcnQoGCEDvOViBkp3jQL9OCHBNZj+lcmg4Rj
IOqksyhyiSDJyjBLSjxJcyAqmrgM3irC5JL6p4A71EBVGV5GB1HRByA2UASCURVw3giYHcnd
nGqD74R0BRltlxNcw6rV4hkKmSUa1PEjVOxB+8n0tqmJLIF/d/ind+WE5yPavM4JwuJkGS/V
BgG0jRC2v3sIcqFxqJBQIpMK1q1ap0TEFzI2TgcWEqNdVzNXqGc+CFRgz4Ik9zaq9qkAHLfF
lGlXmHKa4Y6KV5pLD6ED7kSRJIZH3p5hDUnBCYg27kQQ8IEhgmo3j87Isfi6Kr4AH0JzoJ7l
bTV+iMFjl1+podNUYkAru1UCfvPKcuQUIk5ZZ+tQMGVYsw0CZiTrnCBLjcH/ABTcsicp6WfQ
mU9i46lOAH33RAd30Rgm23+9lOkMuT4CDWhA1LVAlNYnoELVOWYIEGNfnZEzmWRZxs/euNrT
4qvCxFZchPeeqBE7pxAAZt05E4Z9lMEfP7KgwB4Jj3xCNXc7f7oP8QYIlwNw2E4BsBiQrVAL
RCd4KFCHfdRViBoFy1RruA5QsBn2oi4d8PLJqhyMuw/uRFi23sX0IMcGWTVZxkoh3bwXkE6s
U4iJHVOBJ1aUXM6AprMEcGYCHhGiNQc5TOeZlui4kkkwzriQHGqcVHWF0RYeK4v4hQT1dQch
inLHulSDGNlFfHAXIwVkZyN1K8vvTAgnoYU67Ik/QncbDx8yNAARhwoDxkLiBDawE5BHj5f5
F6cAMRKryxur2ElofBQjiAcafwohncaI8wzYQwHh15QD9KAu/m/5QYwiAQYVocbhCz+1V9TO
mMJ8AjxdHkGGmi9QgPY4ZNUis5wmpYksIKLiQWMwiD8PRHjOyLt3SnNSC2WhAQBrqVGzyclH
fQJ6g2rqCCf5eK4D0CSdQDCJt6ZD5gqr1YEzBdCoxq26y50U6L60XYl4ZVoG8xl8hANgByjZ
vrWJbvRscz3I22wNFMAAkINDZZRhGxDrvws4nCyiCIGEERoGndEMJkLlvplQO/RORB1ROmiY
DO6BB1wEAQhbG0rkTAXHQM41QJOJYLj6dDH2jKmhYZfCF3Z8otLPPVPkdEIZ4yjLnV9EzOTD
vDI2DtoEYcnLIsOPij5cqtRYhjJQDndZYjRM55dzIFwxnstZ4NhojLNLbpzGxwgcnVMakDdc
iGGku7oEhpVXyF1TajVA7KzNlM7PKbk2xCrVnFRndT37sjx83KVf1K/DQgd/xJjqrx4riz+I
dAAYeUzSPYuMNn51TrM9nXZAFgiADnKOpPuTjbCjKYiT9C70BkCVV8nHcmGUI7wnA8pRJHmP
VeaHXEByQx3XQoVy5AhOMkDP8SsLRIZAB3RIAPIYeUfSuDWz4KcF+BBH4UfUqXI0RtUY+yhz
pO4cpmLmS6AIIaHTBj1dAEPpCL6qpDROqq+zmUByezfCMp7VIHT/ACRuMXdt/tV/tTWHGy8j
dECchfqtGOv3fMncdQECfchfFX12XlkkLrsn1KLx/wCE50heUE96GnL/AIU4aU9A8MyexHK0
lPbBnwTbKxBdOWmMphmUToVIdBiG0C8udV9CaSEx9gRhnx2OA2yFrFz0ROTqUWLGVIxDp9Ar
cTMJ7Fj1QBHcZQyGytzaIRqxj5/ZXpuCGsH9qDbBMRqg4A2VSNB71WwLkv8ASjW4grgMdlhY
OSGBRYRJB1VuNTa2obdYYbNgqpEWCDA/+UC2iD+YjUPC5Gj2hy9hPm/aVwB5yzBzvVVmKuff
dctOqmsDWE22XUayU5BfKIAPJoQBL9BouoCcBE+xNaCnEoA56KRGhdH03nUbOmI40PvdccMn
I0wr2iP+EHIciQgRAEonREOGLosZA7OQg7lbJl9SYrd+oRBIB6phZNGzqSx6FlxHeHyiCOqf
HuQ1ZOPhBhEHKBf3InxVT1Bwqk7BCHDF/bRVMebCAVC3mL+z5PnHirGlZs05h1ar9S4KDFiO
v5kCNsFO8yYwskWsVa4Lgt9Cv6xJJZ2J8v8AKnMJgEzI2Nfn/Ega1J8EfoZciS/TCHvTjKAE
bpk6aV5fMEbEtLMeqNrfaMkiMpgQa1gN0QOSZlGtWYZfKsxk5fCf7LZz/KuLF9TCzGq1bdFh
3sgSI3XQ7okFbJwUZkZXl31lOZfXP5EYfwTcY0C5a7aIWMHovKOmHwvNph9f6USMYiWXF2Gp
1TENsd/4UKg5ZOMe1CrAgfT8KFdgiXYFwO8+ZenYy2nzsgWaFU/aqC3b1XXs4mQnBYWqCR18
6saMRVtGyvMXOGygGjDKMVjCqfvyy9Q9PrQfzA6Kpr5dwmAlMzlHZW8vHxQchjHgmIdbNpqu
UsMuqkVyFy9ykJxAPghRuvehYgtbAXlkE6n/AFQBLMMq5dxYme5EDWPBRZzstWzkrHXon+yy
MKTA0UYCIXXCkZUQNU5MdwWraI2r3qtnhOcGRCBTvxaNnP8ADyRlguNQH1RBHmIiNk8R4/iQ
6argCxCGpc/SsKtX+19VlWhnimR6D6/kFT2VI+6IHfdepaxetiGPUKC3u/CjXJZWFgCXK9Ou
wC9WNB+KqAInQoAfEOiIl2XEDzPJUWPdovqyEHEKc4C4ku+qIg7KgjAQsMahNsrVrBDFcTPE
N4r03LDICDDjPz+FEaMiLGS5GzI3BjQt/kjYBkQT7MoJoYBm70QNU2hRYx4rcp2mUyYBk5mp
7lxae9EGAMjou4IAjR0w0TBl5fFc7RY7Kw0H+yhiNQyZn6YZO3mGChYaPAT4AXEBxn3f5ID7
ZLNuumF6ptpj23UdvTtrfYMe5VAAAVMSDsvUrRnb6lyuI5eZMIqMBGg1BQDvYMCh3sNkSG5D
UDT+JCxkb4UBzuU8AnvRFmiQuRLsno7gypOSFUjZEYJXms65PCt6v2STqyqG8wECVUCuZMj8
yAix8QjWzDiWInRcBronwdkwmogd6AedtES8tI7kWELqtt0CxjZazkHUIE4XEF+XuVQD46Jz
7Vyr9BVeQd30KBNc7Ljl9kDk9U5EKtQIyUbPx6IkZ3eU9gxGGj+ZFiXxCtX7VTYLzaqxDEle
mWIJt3dlrDVAfJYJwZBllXWFS7YBHt8yJtI1/wBkb0px5Ex3eVEhOc9eqt6juKgFtEGgZbRG
xY92VMahVJySzIMGj2rZ4RGHDhd0shG2U/TswuAJr1CoLE2cFfq+oSIgIVp8NYlH1LGXhXew
aWfP4uz9QEiW4rLAaDogGcEI+nphAN4unHimMpzL+KJn2ppQJcDRNvPsTAf+UGDuxIQJDE46
I2yH2RJPguTlmgLmSX27lblhy3tRo0kQUwJ9iGycEFkfUrY1cks+6oW5cpgyhyOWgBUpUYsd
Oi+l+wN4/JIGn/CILhlUDDJtp91kxrMufFWJJJBszwnMcYfKI6sr+gPhDHTZZG3JTsuQ3QMP
WSnbDshHe65ajCB0wdIRvYOQzeCj5HmDjZVNaxsjf4K1LCo/mVPT4iwZnAn7KPIPsFNo2OVO
KiNoQw+4QqJ/aTLliEQ7upMnOiapdY8URqMIWJxgOg4YdFB/7Ps96B9SGkyC6YEBoQYgkGZT
1D6xDBNxhpVPTqeLu7J9N2Vj9kao2J8df5lIgYKbj5VpxE4deoxbBAAb8KpVw7B1X16g8XJJ
hh5a9gbdCclkyhSidl5mkuCi6rxLqjWNSScItk5XqVckg2jwXqFpH+Sv6tupYqxM8ofvQYRq
YyiH8cqC6d/MfiHRCGbYckzAbKNQuTxqvKXfsf5D22ZGnpwBllyrU2O6F7VO5fRAnDTurE5q
ShbTwypOdE/KWKlm2RgQN11WJ1QLYT1Dbp7gtnZeVgfn95EEO/tRBMg4OWRIIPdlAVPK2SEL
WDHqgcOXJMZRvYkglhGiADkxC4mukwVg8frVa3HE9fKh6lByLCAjX7QeFz9Otm+1DhihxJjC
ruwRW6qSWAsCgXhOpRqZGqxFRhd6jQqneU7ZM9yAoXsMjf4levpEMR3qvpenZvTIHKw6eb7S
4s5GSi57qosBC/8ACioI3ZYIOHlVqC5d4CpxlwH9iIxr1VqPBZv7k/ZHb0RsBluQMoitQBqr
w5GPE1X6gBaolWo7AyzoFmO6BbvRbxRkPspZiiSxGiORCAqJ7tk19Ss43TnwTVJH0rkZsMIE
ZMELlxexCHMKtKDwVRYy2VyNQSIGzOjRwwUWleYEnUhAWfiNF+q1okbJmYa+2ygEMu5MRCZV
ADg2Dptu0hu9WLnAcIWrJTVCo+HMI30IPuVrgs0h01rGoGgcIikHA7lgfWneUXkDCDiMhO0a
I1fP1IM5DzKoQ+AgQZB+hVsQzkdypZ4sAfb8o9Qj6RLgFi6I0LOfGq9XbjYv3J2YalO06p2Y
I7FR5eqzJOVY28zaoDUZR4QfejzZz4qPErQhM8FHi3I9YTWaNv8AVRqnRvoA0oMC+oH+SESz
oepDhkDPJCpOOicmRjRGZVhPlZ/b6iuXcaDtZPq4+Qe5XFg5sWfoAtgEDuAV6f1JjMFk3E+a
g93JWJw+SmqT1bBUZMStX1dF87pi3cnqI1UQ751VWBqTBbE/vqoLwGPsXTZOHfV9l+lYzUPX
uU/KFwMoaxIKt6bQake0KwFQa+9VozWh0LPycfDqrW1Z0xgjqpDk+KHKAcLygrkxB0T5Gqw3
/CbaUCcBOEKjTKA2CFHxkBNXy7lG1nPHBdAkdMoAliev+K8xMDdOCek/4prY70wGklWrXX/J
Ws0ER4n5E7obz2QrPsUT1sUT3Kn7oQOoMexU3+0quJIj2q1iAAcQi8MWCYvyLjO/8Sj4UCfY
uQPmGUecnFUHnZDVsKthsPb5UDjGVz10ZlS8gWEnvQIPyYT1DkIemTOvf2XGGsei51wR5RCe
1QQB5nkYVrMP0500HJC2mob+5Aivcm4/+ECc9QtwUw1R7tVu6AaEYYunaTqnMSwVvUJYaEri
xs2rQgwkiVGNAECcjAULyqc7qw9isDM/WgNNPkeIX0Lr2W2YujIl2RfoqtoGQff6lU7v9KAw
OP1rDA6ELmfhOWQLx3JwXsg4bqnBBJwxlHiJnR0AA24OqDBmlcazbiD7qoEhjEarkH7mVbTE
N1VNCB2Y7ZWHT0AFqliNX7LVoJuAYVID7q5idmklFtAXQqdsIAzZEjGwW5QOGUZGimAZJUGF
yHwjVctNOw1GhMJ6ZOg70eUtv1/mXE059xx/+tA1odyMI8fSfvP+KB48X0Bf+xOCR8/3U5uT
L8fnVDkHeNF6jQzlv5lV8siDjv8A7e09JTHI0RfssTjCcYILJsu30o1Oip1sz+CpDZb2oNJ4
u3igBUAoh/H/ABTSRuUAAH0WDjKDaaf0pw7e1E6j3oABgdAqvsPoqiRMO3hxTEuyauamfBcC
PNXPZPZnscSQsEUtYn+YWQqZfDIvkCe9/wDJA50ZGsBm8vcjMkGVUNogQPFAYTATujWuamTp
lcrBlOdHTmW0/lVPRFbAAvcnb4kOzmLM496czZM3whk7QdJRlmwiK9xKNjcN93ogTOzIQeXd
+ZChro3JepLv/wAp/kHuRsO0jqMpxpC9iaxPmEeCo2lgT4CyYYCrtxz42XqZzCmJLrkMDVNH
epPcUInXdECNk2UCB4qjfdH0JyNCP7k7MGKcahpRq7u+MYUz8r9XIq+MtZV+69TP8Ks5zbRN
UtseqJy+UXyK2Ps5IaHdM6ZSwPVciwG26clQjf1YctSuZ+7xXmHmtkIklgA64jzkjzEfZRuL
MG8oJwFxfkTq65tLMd0bC54jRACdwcomoPE4DMpHcoD7sUHDV3JQ5Az4hM7TK37MqUzoh2We
wAZ5AosGaPELRULwH+hAiXM+yy6HCAG31q1C41Fj/igfiqQ7nB/mTMBqg4jbRE6/dZkAAxGi
OrieiiG1Q6dVVtAB7kYkTKYyGcLkTmG6qtsH3fCgflNvCuCcH4nTtG5ZY1dcau50wr1YvwsH
PdddyhOSw71yrVwDAYoBsCUW2RcRXOqFg/CkiM2TK1X81qmoHf5UclR3smy25LSjyDNs/wDc
nYscMHXEguPn91OCSLDKapJUexAEFhkrHgrEhi5+ntgQmKjsbROiQOoUhj1TjKe25wgZI0bu
sgaucwubkcRjRTOhIwE23cm4t+0RGUOfs/3TUbEf6q1+Be2wdE2pYCs4dECs6vH9qAIjKLk6
fQiMuFggdFkgv9qFWQ4PhNUMHdvk7o3MCso+oJc/lTS3uQ4uUCPmUX+I1Mn+JP2CtQ5JQoIs
2qY5GiPWFw9MzbJ2CaqNiYGUw+Gvlj8SYB2x3J2XmglObE9E2eikFyhR4HYYTdUSraT9fyY1
7ZRD4TH4RqjsThFtyzqoOzf2ri7gK5Z/L9aLT0MI5Y6QnBYHQoQQegf+5SdD/agXKvURBRbA
377IEmPYnI2+hBC9QTxyhOJVay2/Vlaj4T9u/YanBgqwHw1vmMOiXcpycasqgVOJKFCS+Pb8
KdSpHcUZ8ED0RJyfKEdznsPp62+rz/2pxLIXtHPDawgTgiE7qDKJyUXy6nKjGUQ6d5XXVXLM
Hx42+RPY/aQNUzrLBEd6bYDs5EsQDHjVBiRWsNGP3kQCwQYZ+1/qn5CN0bPmpD/ydl/3SnJA
IPXdAjPguOGAf2dnqAT5Sr7ixhemCWFsp6lycv2T2R2+qG8xcjQOpLWwAhLjdD0sEvKy5z7F
OEbWsw3X/wBj9GJ/tRlz3FTdu8FNQ+WkszPYdnVVrRzcGWG/wrl61WoJk5Q9OK1oJGWQ4kWG
nchLDclP9DLOdQoDoGx8Ew9iOu84QaR4rzNXplGz5/5+S/a3YWIDZdDVDjiUz4Ax2U9PAtUk
+3/FQHG4dNB6IDjK07kwnMt+72XYP5THgmszknR9f2ViPrQENeo+jl2WHQr1GM8iNd1T1BoY
KBORB+Wa2YOfpVgaeYSMv+98SatZGcx//NA3sQQ6J/UrgojRW8xDAlCrOvLRvn9pVw9mCF3B
Bi09kYrgblMaixtncEIt8VsNuvV9SxI5YloQE7DuQFxZ6mG1/lQAqY04l/5l8AbqLBEVFagH
Uf5IMJ6BOa2bJK5G96V1lnQGoGuqNjDJhjQ9j9so/I4NNvqQ32Q9QO4Jz1QscEDsqDitGfxT
VPlO3mUj3SnedE7DrlNStT0aVPF+5SxGzM6N6gjd+/khkj3OqC8V69y8pBHQuERuFbiM3K8w
8tTJOFZsEx7OzKxHyDxg1ZgdSPMnrFzUC1YB/a41RYkHUaOi4ILlyvjLsYlOysD8JEjogeAd
8lcahjuq6/pyX3Pk7HTVBMQ+65EMfBPtgdykO6iFJdZlONU/Z0TDClHuTEuwjtb5EdrHQfV2
A9Y/qVa9YWFY6MR7FxZhoxXmcdXdBy5Eo2qXG2FyOqdySdHKb1Qw6F3T1gLyufchDmsW/Cv1
HJoDIOiNq4Vw7NYq/pcslsfxfeRBtyD92nyGUBxLl27D6gOLOQegR9X02r61REQWU1g6u39q
z16pxUANM6MohZgJ0LERp1K54N5LdUbHADrjWtgA6HH7UAHCFbAcy7nMfvW+VlMnkdEz9tuT
syPElhp8iEwyp+R6hGh/tToVyDgGUfRwfTsSD0f4VW24Xq3tJDsNG8qafH/CyAH0BcjhA1LD
vMrgLVBM6lOPUBt4pz6nmRsLiA7JyYYls/lRqC+yPpWJId20/iRAEFWNIudf2nQqS9zC5WJ4
nIHcn37G7Hp71hiIK5HBUq1aANTPX+FcAPMfEN/MiXADaZRZdF+nTxKBuP8AroHA6plZs38s
dUORDDQ5VSIYyFHyO5T2R2P22uMtI6KwJ2+QOqcz8m5+yT9SlMPYrszu59qq+jr1HHIFyB0K
lw2XTiwB06IOQSF6diW5jkxz9r8ijAB/t7MKZ707Bi4gIsRJcAKuhMd6kpxK5jJz4LhYEgav
C61ygAyJY1bb/JBrPr8+K4mpbTKBO0+xWqBAZh4dnqkakicZTN7FZ9Kk+LW7DUZMJtzJ6IVq
GZGx0C4YADjwKFTkz4IkEuV0/wDk9Sx0qTCtWojVPus/If5B6v7gmBVhYYx87L1i7ByR7VUn
VW/dMomWLoQx6f3JgCQdV6Xq+p5jUM32Y/2T0qK6QPkcCYqXfWOSJyLEr0yAWJAnvTjCzCuW
ckfCrg1ZjBR4xXDN+VVqCBDl11EFMg6wjYdH9ideoZ4mxMd6AfXJXq8gCf0r8T1b1ETroExl
ysNjsPpVaDJfrxQfJKNrudWPYw7B8me3uTL1qBzypYDvZUuX5XDWeD/8G6vbYJ3y/wBHY4Gd
SrFsFkITYcIliZOqAmqHmd91WhiliX/Cp7YGVXDk6rkS4cwIAVb0lmPTPwq3/Vw4nTBdSeIO
gTEt1K9Q1OU1Q4O3RVfAqA3UIsG0XRdESLEMEHOTJRPTKNgOrIW9zL/2KkeUejc+wXTXtxBg
wFWQb1Y2jquiNyW2dWOSSfa6rRvKGJTL/ssKnZCou51LH8i50L13+QylOpOcJnBO3YZUIEgF
un/w2fCj4Q7Edy3QgEqzgBy7IOBsj95oCtyhyWCyx7lBBJ6SqkQxz+ZA9O3KDDBlSTnHiqVd
wDPcmpUAdFsFaxLMJK9Q1kuvLp1VTqQF8IR8obREgME1g3TKetQD3K9tgfoR32ZAL/2Bx836
N/o9RSSx1+dk7uW17+w+m/lFoZTGyPqXqeZME7MnKLkltcr3Omp6hYSznLIG1jy3coUcGlQw
OUeNgK6QpvjRh+VFrs3QflTn1CjzJJOrysnd3Kd3qersoOMFVAL11VC54v5m0HYzRv2T8m3p
nXZOXYEwoVeOXRr61gA/2iB+JCo9Sh6Czn+nmgPQZuIjMv8AtVRvarmxcgL4WrudUzOJ1Tn/
AJXH1AOQDVtufsKhsRzLcqvj+lP6dhbuKYsV8Q5NAVhY5Jc5+0qizOTBEdm69Tux41Rjv1RH
GNXCAGGCnO3a/Z6st5WTB84QFhG69UgZ9G+vT1FUk+Uf8djVZ0bHDw3VVsZFTPevKYwGRbJB
ZcrA8bFgyBZgUbM4OdZRAqSNIQ40HinIk5Do8wx3BXmcnvTGpjDKanvTVB8UOHxHTROfK3VA
kzLz/ii+E/p3NQDARItVhiHsVY3sA2GH+SDWHHqFz93h8kptkPUoAS+uJRtYvYl7MdU5L1Zp
RHLoyZ4wHTksC65NDZR4hjnCarkHVpdNWrmu3xIW9MEgZhwyBdj0QNQ7bq3rVBJMkA9eaoQ4
9QEMNkDfzdQF5bB9QrjUgq9LfEDkt+Jcn+tUtTFqy2iD8gRqtwMOmBlVAEHVkeRnTqiHLkgf
iRbLs6YE8uqv6VbODS1S+x5dliMgFEPkps2OSq+kByNmJAQFXFWkadjhcvdosZ7Oqcp1JhRh
SpPbAZEbwrP8LsCcN8SyCSpJBw3RcgXAzOEK8/NGe6q8xj2pj6gBTfqjwTA2sbYYfm4Ll6fI
AaED86rX0yfTAzDP/VdNS7jYyP4lysWL/P4UxPmE5hFiG1ZPyfoEOXmI8VWgwTnBTVAc6l/y
o2DVIJcfOq5Vi2rH/FcRYUFdCWR5XBb7so381dQ7T/UuFXpQ9Py2uq8W5blVsSGqXPErzAyA
TC5ixYxxB1VuIgyHyrC2Ig5dW42ADYKe09y+EP1XIgWH1IwwBVSSLHp3qvh//ReUpjNkQ8sV
KvUW8xBEdyJsSe8q3qWAw9T1VbinGrOSc2/dW3/Hb17N1hu2Q/emCPKXwvMzqASDhcbAgbnt
f0pNLOQNm4qaEgSVzPplgHlPwYHYIgniY8wUepY9xMoEuRDumqTUhCTY4lNtknCPpg8m+f2k
YjR1y0OiywKcBxr1XlbSAq2tUEPL9109PTrUnUAJgWKawHHUhlb0/SJ51LHw/hVrWsbPMl0T
csIhjKsLV5n7L6fxWWPNsF+pcEzrKYCtesLja2jFtkfWrbylt/3VvuSgY7lY6ASrGgcgE1A7
kBa3C/2ql3dMCEbEtbeUa8oGoK4ibDBP8XlTgTnotiEegVriBUZVpep6pkK+maswYFVDgkBi
Qo7Hwm7JU/JlOQ/Y+qdYgJmdOKAdyINYIYoeUBlavCC5yRIK4gHlsJ/CmIL9UKDJ10ViKl/h
5ZVQxpa0mzGSjyex6himEDR5b+ZAEE4dp/oTcS2iBAcHwTUqTgMAUAatbX2KewsJR/UBrX1L
l7kHj974lwqByHX81lAb3JgEH01K8vw7DdA/EN09hrv+VD0vSMxyGcItUuOhZObANoYXKozW
T2c/UqOW+FUVswDsKl2/rRr6ZIeN3ZVyemVXl/8AYZb+ZX9QEAkEl3T6F16tuL2HpXL9QLq/
/rUd4FjpB8yJbxC+It3LlS5FgMhAXvYA51OF5blupZDlf4i2VytZx4EJiGFWdjn+hAcTui1S
oqfcuDHvX0I19O1vS/8AX/8AXIcyBdzX/wDz+4m+WzdkoDdVFC1y4PtR9S9Q4GW1VAAPPV37
lQD7ZYESqV14hz1ZWFtGbX7VVBR5Y0+flR2qYQqzB2JI0JRoGFj9pi4//Yj+nUAlpbb5DnCN
Dqcp6+piREj+tGnrFifhJwWXxVL/AD+ygII+lG4r5QHbuQ9Og4E/aJZP6nqC3IAZj8StAscl
sYRrQn0vT78qH6x/kq2pTmGkVMz/AAr9QQwJ4ksQR9hcg7aB1hkAMalB2LYOqo+eI+m69Qgs
TVvauJk66Bf+wdB6N50+G6NyD5p8SgAGGhZN6eBkmE59SgfOfyp73B8JTVLAdE9bzDOE/pte
5gvsnBFTgjREeoQdiJ/FVcQyYyy51IFRgIOZHaIM69nF52T9r9rrnx41q8nWUWwvTs7cTJ6F
elWtpGXQGyvYFiG/FRGuoRc8YYOhx8xzmPwrkSAdW7I7OqYrp2sU9LAd4/xTWrUgGCF5W9M9
5/tonHCw6Eun4POHRr6lWs0PhQROxZAA+Yb4/EvTrXy+UORuiRJOSm9Qs7rl+pV3wU4s46YX
chZ2IDKwqMkBAROq9eu3o3+j1FBPchHl3IXH0gCfYCjxqLv1Qp6tGJwcp3dP7lPZjsdMvq7N
1gMN07t0CJFiSd/lFVpWz3s7Af4pmHcEfoVaty5ZDQy9MUjuQdWrQOSR9KrYUet6vAHxfbXm
DVAMZf8AlQNcNC0/+F1A7MeKx4o3OArMOQGPYiw8IRJ107lS1Q4AYlMCazgOnt6dbMGnzIWF
f0q6kV/LxT1PIA4Dh/4ELMak/ZnsH/q1D2rYWJ8LrizF3eHV61cDhbkztxAsgKibGGBQ5TCF
RUkaICuTklAF3GoTBRK42q3VMxbslYfsdu3v7W+SXxqnoTaodmnVcRlFg59yfPBsYXKwIAkP
1Q7K2AMW+lE1BBGXCpyyw7JUqxfGA0fzJ6emX6gsgR6YnoV5qNbLcSmuAA0/6pwXdMT2xnZA
Go46sJVvTtU1Bh7MFcVkA571P/H40WOUfRbA8YXIumBXC9yR4DKBHJxuUQNco29S4BGKuOR/
hVvWuGtaWED+pCxqQfvSQr2Y8renf+9V9QjyVJI9n+abscZW5Q7HymQX0dkGT/8AB3fIuAW5
Aj2q1jfm+oCNiZbZWL8WBnwVKA8v1LgHuT9AOxgq1tIyuYD8uu3yHwNQgWgDEpjTkPFMPRt4
H8yj03b6FZ6CrhgMpuTRsjxIbVxlH9SjjQhfCQUSTIVOMh53Q05B1xp5n2QsZOgbT+ZMPKR7
3RAtxiSQuRPIW1wtuycBEivlGSYR9SpbiGEZA/3VQPLUjPRV9HNQ07kI16Mq0FZ1KkLb5LZ7
k/uXctlmFK3Wyn5Xf20Alz5h0XkwMoVccj9St6XpvIY2HX7qHqAP+mYff4lLDdcrWHFH1jcf
piCeq4+nNah3jX+JVsIBHyZWvcsMVB8p0U0BHtQidWRrWxD6o8rAjo/93ZgKtqcWGXQrYY2W
A6HIA+C/UsKkXPlA6fvrlasnSuFyqH9M/CCntQfQiONgeoH5k4N+gEBD1H4+nrQk4/lTVqAN
YTUoK/ugBbp4TVqARugL0h545RFiaEfeBQ4+rUv8/tVTVsCehdR7FsnlPhSWKY3APenEvqg/
YyzCdR2TK6D5FbW0BCuAeTyB3I2vY24P5TAQ/Ury9a08OgRNiKuTZidgiKn/AK3iobCHJ/0x
6ZtxDfsr1P8A1qVsByceB+0rn/2KvexgvoEKVEVwuqAWJ0UhOzodmGXTTsnHZIUdk9nL1Dxq
IdOZpUlhoHQNBGipU1eC/tR5lh8/url+m51YkfiQesDUmUK1EBG1tAhYa9p9WrcLAW6jkj3/
ABBFwC6MsBEOn9P1LOIIdA88bh0OAoN4KmtHGwP56qSKbio/yum/UsTnLJ7XsWOXn+pAeT1K
CByB5f0WX/b6Y/hP5l5havg6+IjwK58iatsUDSxY4BBT/IHX5B+tXPqyThu9fqOXAZtFxrc0
IDR1T3ub2OD1TX8xbi5+791Xv6I819DgfyoAgAjPHCOnYFJXeg+EG7e7t6/JNtBlfpiKA4Lz
/KiDI171W3qeSoGR87oVpewGjf6prAWs+SgD5QfuoElxhQhQZsR/cqjYDtrR+QAzujzoC+qP
6dzT3qPW9tf80KC4uRozP/Mmt6nBoDT+RE09R76OIRNvUc5DBlUs5l3QIg7ZQcMd18Zbu1Q/
7W8P8k1fUc9R/knrapHVNHulA3YMXz+Wy4Eu5hM/JslPxE7GUXrNcyhEWTBMO11BTHKhMmT6
jr2bqFkknCwhCYf/AARhdyHereiH5xj+ZGztpOV+p6jWJgBo/pVfTqmIAFYMoPZqkbK3ESNS
pc26oW3+peYgPOHWex1/x2E9mU8LEdmI1+QyhQGU4XQ5TmojopZYRyxhc6WJqchBsnKhh7k/
Mlpy6JDnoUeWRstkRPaQCza6rLlFhjtJOUG8ewLr2x2OU/YbHuCNZElmPEf0o2JNuR1JIXKw
qX3DkfzJvTfy6phVjqWWc4UjlMFlWI0YkH+JeYlupJ/EhktusKU2PkMCimdTomdBkxXXsCnC
iUFlDsytuyfBTou9dOxwGUqFhbOu5VLk1bAj8KLc2ghPwuZ02+8h8THxX/VcsRMD8SJ/UJO0
flTm47iAq1tSDkrzUIcwdEeVhVsuR+ZD9P1K3JlgQT/T2Sshbq1thAVa3s1RhsIPbkPtL/rr
5X6lbHZE0cblNYRLFmwqg1hAVqbA7J/UIDblvxL9P0qP6bswHJ/4lt07GT9hTupQUrooWSU2
qfQdkQtyhDvovBOezKjs6LigITrZQXTFRlOgNRhHfJ7Gdjum5274/KmrYhpLMiXJOuEQLkAj
DBlDncqx4kjTYoN6QLan/ZNehc/acwnry5g6y4/pVAQeQJB007C/goKt6n3QvNbjowGiJaay
/wCFM0BPg7rlWxc5lZ4g7IBgagQU9u9iyFfTFblpnH8iNvWcAszYlAUE5c57HdPlYRdd6CJ7
I17MLCc5RITIdex38EIz2OydOn9yOicQdV07NkG0z2P0Uhk5XQLHYGKmUGDLqvLCM9jY7ATD
J0y6bouH6J6jiNRuuQPIdOiEaIRgppDe9HzFtk76JqW4htNf6kbeoOVuqgQOyB8hxV39ylQe
9QVFiD0Q95UeCyoU9h0fsZZ8U7+1Qe5FypkInRRlEnJ0XERv3LDI6pj2OAh7woPemE7oBp7H
CCgOuq69mE6dZT4UHt6o+mdQUfTuSCWNQcWQPRSnLJ6lx0+T1WfkeCnCP0oSyZZ8EF3JgoOF
Keoc6JyWtCkpwe5RKkp1mFmQpM6qTLIB47GdH3IPBRlDojvonOvZmexnYpiWWfFQfkPkKE2g
TET3dkymTM5TepV9ui/672rUaOWTEk7yV5gSNJsuNBxG0qQX7lg9IWD7E7H2J+J9idj7Fg+x
YPsXw29iwfYv/9k=</binary>
 <binary id="i_062.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Rc4RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzY6MDIAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfegAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAV/gAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO3AntBGsaJyNAY1UbMvFaCDY3Qc
AzP8lQrzMa2WttG4djof/MklL5DQ5gnRzTLHR4/SH8pj/wDCNWPj/WOi3Nswa6nudUXN9SWk
Oe0++mr86+xn9Spa921zTrEaz5eSxr629PsdUykV4OQ7cbaxobCHGx9z2hzq77HPc1ln/F/u
bElO9j3surZZWd7HgEObwR4opdLtBz9yyegXnIpvtB21PyLLcdkQ70rDua57P8Hvu9Z/pLTN
jAdXCQOElJQ8eAlTBEHRABETz5qYcO8pKZGP9ykEIOHmp+owDUx4pKZEzII1Wb1fLyMakHGY
S+ZLo0An87+srbsqoahwJ8kDIsx8hgbYSGkyR8ElIsV+7poGSwOk7XBukAn+V+e2UEWYNNtl
RZ7aBEgaOk7WbPznva76ajlUC6oMZeGV1WfzQ/O+jsc537zE9xxceuxtg322kbnA6EA8f19+
76KSn//Q07nipxDpMeSC6xhbLhGvtJnlVXY7S/dAOke7WB+6P5KcVt3ghoDhw8c/2XD3JKbl
eWyeXHd3h39yu05L3Sxm5wOhZB1H7sOWe1rhrvO7xa50/wDVKdNNNlrWXPcxpMC2SSyTG9rX
FJSsPLtbVjYlGPezJLnNFr27KnMBOm+dt72P/R7KfW96tDKzHR7S6ZOgn5aLV6X9W+n4XULu
p1kXX3wWPLKwGae51TqmNe59v51j3qn12uuvqBFYDfUaHvBEN3Gfo7f6u56SkVefe3Rsif3i
rDOo5cw8NI+//pAKkw7RLT7j4Kr1XqtXTMb17y5z3HZTUCfc/n3O92yv99JTsvzMkiYIadA5
oJUWONhgte53fRy4QfXnrIs9tdIYSIYA4T/b9Rdb07q37Rw2ZVFtjWu9r6y4y17fpVug/mpK
dM1vEfonEHUQDKBlDMsYRj4tm8cy0x+MITryDJseXA6ncf71n5vU6cez0zutyAASwuLWtadW
+o6f81rWJKdKrB6rbVpS5tjiC5zyBEDbo2z95Yt9mRkGnGp9R+QXgVhsk2O/k/6Onbu9Rv8A
g/p2I/SurYfUS9lW+q2vV1bnEy08vZ/35BqBx/rG8Bxa24ESCQfeBbs3N/ltSU//0Tz7o5U2
6QNvzn/YpPotY8te2C0w4GQVHUagSElJQ6RBgR4lSlnhJ8QgNJJgDb8Aps3BwBIEniElO90T
MZS402vLRYfaC327j/Kn2qz1LBN7x6m7a8is7QJBn2P1/M/eWRRjZl7AaGiySZ9wBEeX01s1
5F+JXVXmvDnEEyNTDQNN38mUlPH9dt6z00WMxcNtttZaDDzY4NfPp3fZ62M3Vv2f6X9DZ/OL
NHR/rH9YcptOawUjFZL2gQxjrPcxt0kt+0W1/wCDrd+jp/nFt/XG+kvpdU+My/Wyrd9Gusl3
q2f6Jm179j3fzqr4HVHdLbi12Osbh5trTU31Guoouc0u+yOsP6xj7v0b/RyP+FtSU2h9VOj4
uE7GtccpmG03XNaIe6x5b6Rs+n+Yz0v+KUOl0UYmG6uhrGtddY4NrktA9rIJO73+1H6djO6p
kXvflGu5lu3Lx2tJD6wQG/pGub9L8121bn7FwQ3a1r2t4hro08OElOPvqB32Q0NIknQSVyV9
djb735zm2ZL7d7d7CA4OEV+m/fV7Nnt9Kxv+CXZ5+Pj42dRS2sur9N1hcdXST6e5v9VcVe3L
y812LWH221ktNhMBrfCx49laSmXQq3tzhmOFvpU7g1zREl3t2Wf+dLXyr3WWbqgHXNDYAduc
3adN+z2t/qLPz32YGJXg4z94lrA0THqOJ94H7/7iz8jG6lRiik1Orq9QvcRy57QCPf8AuM3f
8Wkp/9Loh9m6pcdz/QyWiLGFp9xHt9Rn/fmKTugAu215RAOsOrg6LHvzOsdDzTe54vZcd1lF
pJcGnhu936Rv0fpbl0OD1SvqL8ezGBNLmPc+fzXD2bD/ACtUlNVv1cIPvydPAMP8XK3R0XCp
eHOL7SDMOiD8Wx9FaJnQBINMCdB3dOgCSlmtqZoxjWdva0DRcj9Yc/qeT1jHx+lTur9RoiHB
5j87f+i9r/5ncjdX+sVga4UOFGL7t9xGpaPY1rif8Jkbt7GN/MXMN61bk2uGHYcWph3WZTo3
+EUMO5jP67/8xJSfF6TddY7HcLb7b3/5QzXA2hrQS51LGtPq5dr3M9O30P5tiv8AXXfqhyWs
putpIFDrg21rbGkbN78ltWVT7N/p059dv/BXrPxNtNJyHXOysGSXYdji95knY+qzbuZc53qW
f+Bo2fmsfVlYV9LnW0Yr3C9ztznMJeG1U2O3utpZU5vsyPf7LP5CSmHSrNn1ww2t9RrLPbaG
uc0F0FzW7fa91bf/AARejgT/ABXEf4vumtua/ql7RYaox8N7iS5oaP0r2yf7Fa63MyAHjEYT
6jxNhH5rfzWu/wCO/wCoSU8/1rqddPWnPDt7GV+lAMgGD/Z/nVg251uTY3AwzTgNe4bnz9Jz
j7WDa309/wCf+kW91f6vtzXCyu8U5DwfWLv5slvt3ucwbqf621cJe8/aXNoc2yqo7WbPcxzz
+5xv930UlOjdi9bwSMm11lVbJsaMgyxzmDfEOP6Wz3s+giUdUqux/t2KycwtLL33uN1jST7v
S3bWV+136J+39Kz+ogkC5uwvtzcxtb35DCDFTGD1X7Zj3+m1+96y8OBl2VOaa22gEN/6TBok
p//T6f6zNrdhmu2oGo6suA1a9uu1zv5Ve72rP+qeCcbKvvpuBoe2H45ndu/Mtb+Z7foI/X3P
tupfYBsax4bX4mQ1ztf3p/dWd0vLfi5TLQP5Lx4tP0gkp7IGTqqXXcxuPgmoEevlfoqawfe+
fpilh+m53821Wara7Giypwex3Dh/H91yFV0/EpyrM1tYdl3E78h5L3gHipjnfzVTG+2uqpJT
yN31E6x1Gmq/NzKse/UtxC0uZSD9EerXPq2/v+3/AK4sPr3QD0bJZjVtuy/YHPuIDWlxGpbW
zdtp/wCMXp2VkOx8Z9jWh1sRU093cN/sN+k9cr+zb7bjblua9xJdYSZBLtfaElPBvssYdJY9
p0AI3D+ToiOy7cpmzIc2wUtIY4zJYNu6px/O9rfYuszelYzWu0Dx4bRJ/wC/LE6f0yj/AJx4
dVzCKLMltbmnVjmvBdsPP0/ckp676k9TZlNyaCz0i3Y6qocenGz6UfSa5ad12PTmm2xwYLy5
rdzoBAHpOte53+ks2Mr2fuLOwOnYX1euN1jg2A9rLIBJBAs9O1ziyx9j2lmz/SWLW6vT+0Oi
ZDaxDraN7D3lo9ZjZ+SSnG65hZeY1+HVZ6dlzYHcy33uEHb7LGP2PXE0472PZe9pDMeXuI9u
oO32/wDk/wCbYui6Vi9TysQvy8ix7bmCKT7vYI9vqH3t3bf3lV6jvx7X21VsdTWA3aZkA/SD
tkbm7v3klID1nqT8Wx7Mh5cG7G2gsbA/wrclrmOssc5v82szpX7PuzKq8wOqG4bMiuHFpJAY
6ypxZvpY7/hUs/FZW0PqeQLGh5bxzq5v/F/2lRptFb5GoOm0+B7JKf/UNkZDcNpkutySJbWd
zjA/rbvarDOkdWqx6rshjN9zvoNI3Au1azYz87+orvV6aL837Q9mpaNhMSWj27HfyWu9y0MX
qdM1+vURZU0Mba07gBH0tn5v8tJSPpFHUMWwi+oiqzR0QTP5r9u7/wAzWvLd3MT56lQGdiOG
4Pa5vlOpP7qFkdUpqNNTCBdaRDHfmtB977NvuaxqSmv1cPL8drXbGjebHcmPbsY0fynfSVC2
0MEzHMnwHij5WUy/9K0EVgewkAe36W8x9Hf9NY/U7X5BZh4rPUvvcGtbMSTr9L9ypn6W1JTQ
yc1l1hIMVVmHHx/kfylVyGvstqyQfRtqexzS3QjYd7N0furcs+pmSypopyqn2t+kbGOaJPOw
t3/9JixsjFz8K44+XURaOC0ggj/SM/0jUlO3uq+sdAptjH6nV/N3fmPH536Mf4Rv7n/ba3M3
Kx8HCbjAj1n1+lRWBq7T03P2D6DFyGCCLGHeKXzLBB3bhw72fnIvUs26jLtznOF+T6ALW8AS
fRMj81u33JKbmLlNoLoM0xs2t4Ee2A3+Suc61kur6vdXURse3btIMAOH7v8A4Ij4HUnZDfcw
C1rvcWzEkfSaqPVRc/qVuRaNoJDWvcPadoHgkpz8m48TIaQ2e34o+F0HqGdgW9SpZ6lVJAcO
H7dPe0fn/S9ybD6f9ty3VvftY0Fxmf7I/wA5y6LM6vRg4uL0iphFVMPtjTc6d+67+Q53v9P9
/wD4NJT/AP/V2+q4F76am4JGXmY8ixnG5n+EdW6dvst9rd7v0n6T01JnTeqnG9zqK8g/RBLn
Af1nBn0luuYwDa1jWjTQCNAIb/mrH611b9mvqBLBWQ579wJcYgNFexwd/wBFJTX/AGN1dwDa
8qqr950vcXE8kua1uz+yqeLVm03PY/8AU6mWbG2Nawue6fSZ6dr99j67Gpz9aen5LwwXGmo6
NrLDLnHVxssZu9v7laBm9cpY/YxjC2p5Z6j3AAuE1/oqvpWfnsrSUnz8trS6n1N2wbXfyiPp
bn/+fGoWFXn0/rzhZSbmltTgwiK3e72Og/zql0XpF+eGWZFJowWv3WG1pD7hO70amfmUf6a/
89deHloAaA1oGgGggcJKanS8qzIoay4PF7NHuLHAR+b6jyGs9Rzf3UbMwcbLp9LIYLa+RyCD
+81zTuajbiRJ1jjlMSe/PxSU8X1fpn7O6gxmM5zGWN31bzuOntfWXEN/sKj9YOnZNGLi9UDn
E3h+PkA8VuY7djt9m7Z6lbv0n/CrpfrbW84NN7Gtd6FrXEuB3RId7Xj8z2/pGo19eLk9Ntob
6eXh5DnG0MeAXtfDqrcbJr3Nryafb9JJT5z0TI9DqbA76FhIaeBujc3/AMit36xND8E3t5YQ
4DxkrEzOiZGPl2Nqs0pcA02gss5lm5jPUr/zHLaruxM3Gdi5JNbiYe06GTy1JTnfV67068i0
ANfYGsreeAAXF+v8lDzMphimv36y555JlXbejWU0tbiPaagCG6Hgn6TnNHvf/WWj9WfqvXkH
7dnvbaGHTGaddw73kQ/0/wCR/hElP//W7h1hnn/ULhvrD1ZuVk31GptllJBpcTLXUuaC1zNo
b9P+cW91LNc7Ldi1W+mypgdkvA4JPsrc930a/b+k2rm+ldCy+u5d9l9rasXFca97Ye9ziC6v
09v6N1f+ls3JKcC1sOAYTHDRxwur+ooxczMzct9DHXY5ace5wktFm/c0Nd7N+1n02qxj9C+r
WDW4Ztz87KBhxrLmNB4/RtqIb/X9S96sYXUei9LpdV07CfWx53v9wlzv3nue61zvakp6RzpO
5x1PzUZ9wO4COyxf+cTHEAUEf2x/5FBs63lOJNeyvyA3GP7RSU77r2tkbbHEfutJGiicqo/S
9Rsc7q3j8di5w9Qz7BrdYR4NkD/oJmZeS18+pYHDWS9x1+9JTL6y/WLIof8AY6KGFrSHi62L
Gvj6Brrb7f5Nnqf1LGLM6bVQMEPwiMY5LYvYRuY54J3bqH+xv8jYtLqOVbm4rqrzWCXs22WD
2scXNZ6jywbvzvd/4IsPEZmdPutxcyqysOPrU7gBu12vdWGlzfTsZ9D3JKQZWNk4UPt2XtEE
Wtlpbr/NvaSf0bv/AAN6FdS3Ja7IbaW2kCfMAfnT/hP7S3XtryKHQJBGh8Z/12rmn5ZxHmos
cXsMSI2lvLJSU2el5HV7ia8St+SWNDnV16nafztqsftPNw72utpuxLWnRzg5k/54apfU3Ifj
5mRkMEu9LbtJiJOi3Or9dsNfo31texwGyuNzXOn88P8A3G+5JT//1+g6r0u+69+dgtpOW5gq
e27c31GN1bWbmlzWe73fzKyun4XVX5r/ALfjOxcYAPezdW6t7h7a21+gRv8Abv8AW9Vq6Alo
JDoPnMH8EPdX2BM9/wDekprO6XguMmqJ/dLgP+qT19OwmmBSJPJdJ/6pxRzYDz48SmB1B4nu
ElNmitlejWNbHENAUr6abWxZWx0awWj8qhVcJHgO/gnda0kgaTrzykpekGisV0t216loB0km
e6EzDwnH+jM8fJOXiNdT2E+Cdphw5Mcwkpq5mDTRjPyMdh3VRaWF7oLGHfYxmv0vTXJuzrcm
+9mFgi9tfuLqnG6wMJ9tm/f6ntXeCCNdZ/J4JNrqr+gwMHMMAbr/AGUlPEYFtuM842QHNe0S
A4EaO1Bh35u1ZH1goFb2umd5hp7kHVdd9b8UA4nUGA72WejaRqSywHZu/wCLsWF1sV29MIA/
S1ubr5+7+9JSb6l4NuRVkWghrJZWbPhue7bp/KT51bsvquPjb9CRW1w4LXuO1/8A2z7nLW+q
dTsfoeOXtLXXOfYRxo47W/8AQatLFwsHGcXUY7WOMy8S53w3v3OSU//Q6D1XBxDTHckDSPih
y8u1Jg9yVA2gzCk4ggAEt7y3QpKSAdgQ3VTYLvU3OsGwiNgbBn807pUWxtEnUD8imNsT4cpK
TNGugmOQU5rdzAiYE+SqlxafCeIRm3k6Eg/FJTIPI19o48FMXkGNwgILnAwNN3eOEx1PxSU2
hke3gu8uFPfY5sghvcAaqpS3by4kE6bjMIrrqwQCI18eQkpofW6zb9XsmSN01AA9ibGLgMq+
y97abiQzcJce4J9zv6+xdz9a7a7Oh31wJeWbdZ+i7fx/UauJv22Y9ZLYO2ONUlPZnqWS6GND
GNaAxjGDcQ1o2gT8v3FA5GbYR7rSI1hkDw/dVzomS27pOLbAa41NbYdJJrmrcf5T9ivF4YN+
/wA+eElP/9n/7R9mUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAA
OEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxgH1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAAL
cHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAElt
ZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAA
D3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+
BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Q
cm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1
dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAA
AENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABF
bWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAA
AFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAA
AAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAA
AABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jv
b2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAA
AAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPt
AAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQN
AAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQ
AAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQCh
mZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAA
AAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////////
//8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklN
BC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAE
AAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH3AAAABQBpAF8AMAA0ADEAAAAB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfcAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAA
AQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRv
bWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9wAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAA
AAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAG
b3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51
bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAA
BAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABS
Z2h0bG9uZwAAAfcAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dl
VEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEA
AAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFs
aWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAH
ZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9u
ZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9t
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAAC
P/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4QklNBAwAAAAAFhoAAAAB
AAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAFf4AGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAA
AAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/
xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgME
BQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFi
MzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0
pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyEx
EgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVV
NnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAM
AwEAAhEDEQA/AO3AntBGsaJyNAY1UbMvFaCDY3QcAzP8lQrzMa2WttG4djof/MklL5DQ5gnR
zTLHR4/SH8pj/wDCNWPj/WOi3Nswa6nudUXN9SWkOe0++mr86+xn9Spa921zTrEaz5eSxr62
9PsdUykV4OQ7cbaxobCHGx9z2hzq77HPc1ln/F/ubElO9j3surZZWd7HgEObwR4opdLtBz9y
yegXnIpvtB21PyLLcdkQ70rDua57P8Hvu9Z/pLTNjAdXCQOElJQ8eAlTBEHRABETz5qYcO8p
KZGP9ykEIOHmp+owDUx4pKZEzII1Wb1fLyMakHGYS+ZLo0An87+srbsqoahwJ8kDIsx8hgbY
SGkyR8ElIsV+7poGSwOk7XBukAn+V+e2UEWYNNtlRZ7aBEgaOk7WbPznva76ajlUC6oMZeGV
1WfzQ/O+jsc537zE9xxceuxtg322kbnA6EA8f19+76KSn//Q07nipxDpMeSC6xhbLhGvtJnl
VXY7S/dAOke7WB+6P5KcVt3ghoDhw8c/2XD3JKbleWyeXHd3h39yu05L3Sxm5wOhZB1H7sOW
e1rhrvO7xa50/wDVKdNNNlrWXPcxpMC2SSyTG9rXFJSsPLtbVjYlGPezJLnNFr27KnMBOm+d
t72P/R7KfW96tDKzHR7S6ZOgn5aLV6X9W+n4XULup1kXX3wWPLKwGae51TqmNe59v51j3qn1
2uuvqBFYDfUaHvBEN3Gfo7f6u56SkVefe3Rsif3irDOo5cw8NI+//pAKkw7RLT7j4Kr1XqtX
TMb17y5z3HZTUCfc/n3O92yv99JTsvzMkiYIadA5oJUWONhgte53fRy4QfXnrIs9tdIYSIYA
4T/b9Rdb07q37Rw2ZVFtjWu9r6y4y17fpVug/mpKdM1vEfonEHUQDKBlDMsYRj4tm8cy0x+M
ITryDJseXA6ncf71n5vU6cez0zutyAASwuLWtadW+o6f81rWJKdKrB6rbVpS5tjiC5zyBEDb
o2z95Yt9mRkGnGp9R+QXgVhsk2O/k/6Onbu9Rv8Ag/p2I/SurYfUS9lW+q2vV1bnEy08vZ/3
5BqBx/rG8Bxa24ESCQfeBbs3N/ltSU//0Tz7o5U26QNvzn/YpPotY8te2C0w4GQVHUagSElJ
Q6RBgR4lSlnhJ8QgNJJgDb8Aps3BwBIEniElO90TMZS402vLRYfaC327j/Kn2qz1LBN7x6m7
a8is7QJBn2P1/M/eWRRjZl7AaGiySZ9wBEeX01s15F+JXVXmvDnEEyNTDQNN38mUlPH9dt6z
00WMxcNtttZaDDzY4NfPp3fZ62M3Vv2f6X9DZ/OLNHR/rH9YcptOawUjFZL2gQxjrPcxt0kt
+0W1/wCDrd+jp/nFt/XG+kvpdU+My/Wyrd9Gusl3q2f6Jm179j3fzqr4HVHdLbi12Osbh5tr
TU31Guoouc0u+yOsP6xj7v0b/RyP+FtSU2h9VOj4uE7GtccpmG03XNaIe6x5b6Rs+n+Yz0v+
KUOl0UYmG6uhrGtddY4NrktA9rIJO73+1H6djO6pkXvflGu5lu3Lx2tJD6wQG/pGub9L8121
bn7FwQ3a1r2t4hro08OElOPvqB32Q0NIknQSVyV9djb735zm2ZL7d7d7CA4OEV+m/fV7Nnt9
Kxv+CXZ5+Pj42dRS2sur9N1hcdXST6e5v9VcVe3Ly812LWH221ktNhMBrfCx49laSmXQq3tz
hmOFvpU7g1zREl3t2Wf+dLXyr3WWbqgHXNDYAduc3adN+z2t/qLPz32YGJXg4z94lrA0THqO
J94H7/7iz8jG6lRiik1Orq9QvcRy57QCPf8AuM3f8Wkp/9Loh9m6pcdz/QyWiLGFp9xHt9Rn
/fmKTugAu215RAOsOrg6LHvzOsdDzTe54vZcd1lFpJcGnhu936Rv0fpbl0OD1SvqL8ezGBNL
mPc+fzXD2bD/ACtUlNVv1cIPvydPAMP8XK3R0XCpeHOL7SDMOiD8Wx9FaJnQBINMCdB3dOgC
SlmtqZoxjWdva0DRcj9Yc/qeT1jHx+lTur9RoiHB5j87f+i9r/5ncjdX+sVga4UOFGL7t9xG
paPY1rif8Jkbt7GN/MXMN61bk2uGHYcWph3WZTo3+EUMO5jP67/8xJSfF6TddY7HcLb7b3/5
QzXA2hrQS51LGtPq5dr3M9O30P5tiv8AXXfqhyWsputpIFDrg21rbGkbN78ltWVT7N/p059d
v/BXrPxNtNJyHXOysGSXYdji95knY+qzbuZc53qWf+Bo2fmsfVlYV9LnW0Yr3C9ztznMJeG1
U2O3utpZU5vsyPf7LP5CSmHSrNn1ww2t9RrLPbaGuc0F0FzW7fa91bf/AARejgT/ABXEf4vu
mtua/ql7RYaox8N7iS5oaP0r2yf7Fa63MyAHjEYT6jxNhH5rfzWu/wCO/wCoSU8/1rqddPWn
PDt7GV+lAMgGD/Z/nVg251uTY3AwzTgNe4bnz9Jzj7WDa309/wCf+kW91f6vtzXCyu8U5Dwf
WLv5slvt3ucwbqf621cJe8/aXNoc2yqo7WbPcxzz+5xv930UlOjdi9bwSMm11lVbJsaMgyxz
mDfEOP6Wz3s+giUdUqux/t2KycwtLL33uN1jST7vS3bWV+136J+39Kz+ogkC5uwvtzcxtb35
DCDFTGD1X7Zj3+m1+96y8OBl2VOaa22gEN/6TBokp//T6f6zNrdhmu2oGo6suA1a9uu1zv5V
e72rP+qeCcbKvvpuBoe2H45ndu/Mtb+Z7foI/X3PtupfYBsax4bX4mQ1ztf3p/dWd0vLfi5T
LQP5Lx4tP0gkp7IGTqqXXcxuPgmoEevlfoqawfe+fpilh+m53821Wara7Giypwex3Dh/H91y
FV0/EpyrM1tYdl3E78h5L3gHipjnfzVTG+2uqpJTyN31E6x1Gmq/NzKse/UtxC0uZSD9EerX
Pq2/v+3/AK4sPr3QD0bJZjVtuy/YHPuIDWlxGpbWzdtp/wCMXp2VkOx8Z9jWh1sRU093cN/s
N+k9cr+zb7bjblua9xJdYSZBLtfaElPBvssYdJY9p0AI3D+ToiOy7cpmzIc2wUtIY4zJYNu6
px/O9rfYuszelYzWu0Dx4bRJ/wC/LE6f0yj/AJx4dVzCKLMltbmnVjmvBdsPP0/ckp676k9T
ZlNyaCz0i3Y6qocenGz6UfSa5ad12PTmm2xwYLy5rdzoBAHpOte53+ks2Mr2fuLOwOnYX1eu
N1jg2A9rLIBJBAs9O1ziyx9j2lmz/SWLW6vT+0OiZDaxDraN7D3lo9ZjZ+SSnG65hZeY1+HV
Z6dlzYHcy33uEHb7LGP2PXE0472PZe9pDMeXuI9uoO32/wDk/wCbYui6Vi9TysQvy8ix7bmC
KT7vYI9vqH3t3bf3lV6jvx7X21VsdTWA3aZkA/SDtkbm7v3klID1nqT8Wx7Mh5cG7G2gsbA/
wrclrmOssc5v82szpX7PuzKq8wOqG4bMiuHFpJAY6ypxZvpY7/hUs/FZW0PqeQLGh5bxzq5v
/F/2lRptFb5GoOm0+B7JKf/UNkZDcNpkutySJbWdzjA/rbvarDOkdWqx6rshjN9zvoNI3Au1
azYz87+orvV6aL837Q9mpaNhMSWj27HfyWu9y0MXqdM1+vURZU0Mba07gBH0tn5v8tJSPpFH
UMWwi+oiqzR0QTP5r9u7/wAzWvLd3MT56lQGdiOG4Pa5vlOpP7qFkdUpqNNTCBdaRDHfmtB9
77NvuaxqSmv1cPL8drXbGjebHcmPbsY0fynfSVC20MEzHMnwHij5WUy/9K0EVgewkAe36W8x
9Hf9NY/U7X5BZh4rPUvvcGtbMSTr9L9ypn6W1JTQyc1l1hIMVVmHHx/kfylVyGvstqyQfRtq
exzS3QjYd7N0furcs+pmSypopyqn2t+kbGOaJPOwt3/9JixsjFz8K44+XURaOC0ggj/SM/0j
UlO3uq+sdAptjH6nV/N3fmPH536Mf4Rv7n/ba3M3Kx8HCbjAj1n1+lRWBq7T03P2D6DFyGCC
LGHeKXzLBB3bhw72fnIvUs26jLtznOF+T6ALW8ASfRMj81u33JKbmLlNoLoM0xs2t4Ee2A3+
Suc61kur6vdXURse3btIMAOH7v8A4Ij4HUnZDfcwC1rvcWzEkfSaqPVRc/qVuRaNoJDWvcPa
doHgkpz8m48TIaQ2e34o+F0HqGdgW9SpZ6lVJAcOH7dPe0fn/S9ybD6f9ty3VvftY0Fxmf7I
/wA5y6LM6vRg4uL0iphFVMPtjTc6d+67+Q53v9P9/wD4NJT/AP/V2+q4F76am4JGXmY8ixnG
5n+EdW6dvst9rd7v0n6T01JnTeqnG9zqK8g/RBLnAf1nBn0luuYwDa1jWjTQCNAIb/mrH611
b9mvqBLBWQ579wJcYgNFexwd/wBFJTX/AGN1dwDa8qqr950vcXE8kua1uz+yqeLVm03PY/8A
U6mWbG2Nawue6fSZ6dr99j67Gpz9aen5LwwXGmo6NrLDLnHVxssZu9v7laBm9cpY/YxjC2p5
Z6j3AAuE1/oqvpWfnsrSUnz8trS6n1N2wbXfyiPpbn/+fGoWFXn0/rzhZSbmltTgwiK3e72O
g/zql0XpF+eGWZFJowWv3WG1pD7hO70amfmUf6a/89deHloAaA1oGgGggcJKanS8qzIoay4P
F7NHuLHAR+b6jyGs9Rzf3UbMwcbLp9LIYLa+RyCD+81zTuajbiRJ1jjlMSe/PxSU8X1fpn7O
6gxmM5zGWN31bzuOntfWXEN/sKj9YOnZNGLi9UDnE3h+PkA8VuY7djt9m7Z6lbv0n/Crpfrb
W84NN7Gtd6FrXEuB3RId7Xj8z2/pGo19eLk9Ntob6eXh5DnG0MeAXtfDqrcbJr3Nryafb9JJ
T5z0TI9DqbA76FhIaeBujc3/AMit36xND8E3t5YQ4DxkrEzOiZGPl2Nqs0pcA02gss5lm5jP
Ur/zHLaruxM3Gdi5JNbiYe06GTy1JTnfV67068i0ANfYGsreeAAXF+v8lDzMphimv36y555J
lXbejWU0tbiPaagCG6Hgn6TnNHvf/WWj9WfqvXkH7dnvbaGHTGaddw73kQ/0/wCR/hElP//W
7h1hnn/ULhvrD1ZuVk31GptllJBpcTLXUuaC1zNob9P+cW91LNc7Ldi1W+mypgdkvA4JPsrc
930a/b+k2rm+ldCy+u5d9l9rasXFca97Ye9ziC6v09v6N1f+ls3JKcC1sOAYTHDRxwur+oox
czMzct9DHXY5ace5wktFm/c0Nd7N+1n02qxj9C+rWDW4Ztz87KBhxrLmNB4/RtqIb/X9S96s
YXUei9LpdV07CfWx53v9wlzv3nue61zvakp6RzpO5x1PzUZ9wO4COyxf+cTHEAUEf2x/5FBs
63lOJNeyvyA3GP7RSU77r2tkbbHEfutJGiicqo/S9Rsc7q3j8di5w9Qz7BrdYR4NkD/oJmZe
S18+pYHDWS9x1+9JTL6y/WLIof8AY6KGFrSHi62LGvj6Brrb7f5Nnqf1LGLM6bVQMEPwiMY5
LYvYRuY54J3bqH+xv8jYtLqOVbm4rqrzWCXs22WD2scXNZ6jywbvzvd/4IsPEZmdPutxcyqy
sOPrU7gBu12vdWGlzfTsZ9D3JKQZWNk4UPt2XtEEWtlpbr/NvaSf0bv/AAN6FdS3Ja7IbaW2
kCfMAfnT/hP7S3XtryKHQJBGh8Z/12rmn5ZxHmoscXsMSI2lvLJSU2el5HV7ia8St+SWNDnV
16nafztqsftPNw72utpuxLWnRzg5k/54apfU3Ifj5mRkMEu9LbtJiJOi3Or9dsNfo31texwG
yuNzXOn88P8A3G+5JT//1+g6r0u+69+dgtpOW5gqe27c31GN1bWbmlzWe73fzKyun4XVX5r/
ALfjOxcYAPezdW6t7h7a21+gRv8Abv8AW9Vq6AloJDoPnMH8EPdX2BM9/wDekprO6XguMmqJ
/dLgP+qT19OwmmBSJPJdJ/6pxRzYDz48SmB1B4nuElNmitlejWNbHENAUr6abWxZWx0awWj8
qhVcJHgO/gnda0kgaTrzykpekGisV0t216loB0kme6EzDwnH+jM8fJOXiNdT2E+Cdphw5Mcw
kpq5mDTRjPyMdh3VRaWF7oLGHfYxmv0vTXJuzrcm+9mFgi9tfuLqnG6wMJ9tm/f6ntXeCCNd
Z/J4JNrqr+gwMHMMAbr/AGUlPEYFtuM842QHNe0SA4EaO1Bh35u1ZH1goFb2umd5hp7kHVdd
9b8UA4nUGA72WejaRqSywHZu/wCLsWF1sV29MIA/S1ubr5+7+9JSb6l4NuRVkWghrJZWbPhu
e7bp/KT51bsvquPjb9CRW1w4LXuO1/8A2z7nLW+qdTsfoeOXtLXXOfYRxo47W/8AQatLFwsH
GcXUY7WOMy8S53w3v3OSU//Q6D1XBxDTHckDSPihy8u1Jg9yVA2gzCk4ggAEt7y3QpKSAdgQ
3VTYLvU3OsGwiNgbBn807pUWxtEnUD8imNsT4cpKTNGugmOQU5rdzAiYE+SqlxafCeIRm3k6
Eg/FJTIPI19o48FMXkGNwgILnAwNN3eOEx1PxSU2hke3gu8uFPfY5sghvcAaqpS3by4kE6bj
MIrrqwQCI18eQkpofW6zb9XsmSN01AA9ibGLgMq+y97abiQzcJce4J9zv6+xdz9a7a7Oh31w
JeWbdZ+i7fx/UauJv22Y9ZLYO2ONUlPZnqWS6GNDGNaAxjGDcQ1o2gT8v3FA5GbYR7rSI1hk
Dw/dVzomS27pOLbAa41NbYdJJrmrcf5T9ivF4YN+/wA+eElP/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAAB
AQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAA
aABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQAB
AQD/4RB3aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7
vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9
ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4x
NTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJk
Zj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6
RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMu
YWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1l
bnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3No
b3AvMS4wLyIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmFkZTRj
N2JkLWVkYzQtMTFlOC1hNTdjLWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1w
LmlpZDo4N2U4MzMxNC02NTdjLTc4NDAtODA3Yi0wNjhkODJjMmJjYjkiIHhtcE1NOk9yaWdp
bmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpGNUJGRDg0MEI5NTAxMUU1QURCMUY1NjJCM0ExQzU4
OSIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyki
IHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjUyKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5
RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNjowMiswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAx
OC0xMS0yMVQyMjozNjowMiswMzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3No
b3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6MjBjMzEwZjUtNDA2Ny05YzQwLWI1ZDEtMjFjNmExMmQ3ZjRhIiBzdFJlZjpk
b2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkY1QkZEODQwQjk1MDExRTVBREIxRjU2MkIzQTFDNTg5IiBz
dFJlZjpvcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6RjVCRkQ4NDBCOTUwMTFFNUFEQjFG
NTYyQjNBMUM1ODkiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0
OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZTkwOWUxNTAtOTU5
YS1hMDQ0LWI5OTItZDQ1ODdkMzM5YzRlIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI2
OjA0KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjIwYzMxMGY1LTQwNjctOWM0MC1i
NWQxLTIxYzZhMTJkN2Y0YSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNjowMiswMzow
MCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0
ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4g
PHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZl
cnRlZCBmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0
aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo4N2U4MzMxNC02NTdjLTc4
NDAtODA3Yi0wNjhkODJjMmJjYjkiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzY6MDIr
MDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9y
eT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVu
ZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4V
EBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfcDASIAAhEBAxEB/8QApwAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAA
AQIAAwQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgMAAgIDAQAAAAECAAMRBCESMQUQ
E0EiFDIjIBWgQiQGEQACAQMCBAMFBAgFAwQDAAAAAREhMQJBURBhEgNxgSIgkaEyE7HBQtJS
YoKSorLCBDDwcuIj0eEz8fJDs9MUJBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA
9JDAKYNJABiCSBzaQZilg7UWFkUFpSwhUjgwQgkMJIYCEimEAcChoLJAkEkhAZCAwUMAK6ir
nzF2zm7y7JtU4tuyGc3WmabIVNIEwlbSBVgAiDKQLmuqKMvMznodfNvOlZi1jshHkhFgGhAS
sGKMEgkEBGEJIozLAkQkkIVhJACuzKYcW3MN1MPRL6bM5qzWZSyzk9MvnKh1oxFIAGViQQkU
hraFObRnPJdrXeYtltRk7GNDqvRYMZAQQaBQwgJBCVg4AGiwaKQmQhECAQSAcAi12oZcO6gG
mq4t58xnTzwlWqvccyWw6YijBYEUktKsCEAgJSXhn5nW5BrfmdEnOa07NwJCCKwYAkCVgYpC
ykJWEggSAM9bBggRASBRjSDQtRIFYSq+ox19nIVPaxeuekeZ4aVywvWkFqKpbowqdVuTadGc
5zbXQDYKHMFHZznE7HO6Jtv59hsWpC00gubPDWcthdEI8UhgAYIRkUtlFZqGVTQlULlQjRCF
kAYlZcgpNtQQ1DGC7OcZomeGoWISIQhVLZWSNWwzJC1q3CyQcoDndfl7S/NfyzoChjQtIND5
nLnzQ1TKDY2Fjc+BzUM0NFdbBisMVYMhAygdqoXV1gTO2U0zPpNOO2kqtlJp5uqszQw7GcoR
M7lhpsLRnQ1IxFW0iWPYUWRC006Dk5ekpze1zOwEdblFa3sZzagAWDajgFiiuIGSwqq3KZTt
UzNptMjaQU161Mg1k56dCGJOgDn6LyCxWMfM6vGAh0Cz0cPN1aFK2hCYQBgK4ITGEW6FLsxX
NbFXE9XiM3okvGw7VOCt2csiMMyOQAkVoKxymyebyHrT5C09WeV0yQgMBItsKmIBTaSpjSOR
cVs4F5Xa5Zz+nzNR0pdDBCopMIrARiQujjAQMIARBuryrTuHJrCZCBkOEllQxUjwAYCwRjWZ
vPiglbEUWqWeh87YexWuwaKSSuDRQPms4ZpVAV24Yepu8/3SzJppOLcoO7KYZpFCCwhMDGBG
kDIQSQi2QrdlLdWNztvg3BqekwV3AwGxQAwJw5jr5MvLKFNpT0a/SHL5Xc0nml9Rzzp2iBAI
ksURjmMGPLrKbNJMIiD9zg9o6UQGEWwMzQ1qVDFYMMBCSQkkhIwA8UDxYPdQTq6+D0DfTahT
Ruxjcnq3nleb6FTx8vuMl3ZxA6PV3GXRdnKtK5zHz9Lm6oKRlIWqsDh25ThbxlNWdoUZ2sLO
3zLjfVXeZYyGeWw1xgKTAEEIDghgrSBAJCGGisWFGHgh09XD3mytwSMhxsuznDV5HN3U8n2z
tzn6Szh9DmnSbj2gTZaIxAojCDRnM1uvEHmPUZ2RA9Xmdc389qgYqkOhcOcbZyoekFqCEkKw
ikQJWBisQMRCSCxbANLCuPCvS2wVjWbKq6S7i9viHE0ZLDpR+edjX5TulYS4id5yFiAEiLbD
PxevwzoZ3pOSj4y1U3DbL6TFj3ckeyEOXTUJJD3GHucwyyQVXgoYiBlJCAuhCCRbJqKNVlwN
NVxBFKsFvON7Ucw6PnqNBark6F9mY810aNZqw3YD0fV8T6A7UBGEARCZ+F1eUbc+vMcOnp6z
DumQ05aEHwdAGuaMhZgq2mWdmHYXDsMI6cOSvchwh2FOROsDknrk5Tde0493Uhh2PCGAMkIj
88x+a6nJNOLYROk2Mr6uHqlmI3lXK6XnDu5LqDm+n8t6Y9GUcKsAhgcjm7eedRc1RrqwZC7D
deYl1IY72Juv4HbNYz5xpjh6BOjgNvR43WDHghKjwwAcCkwEZQQwMEJJAcbTzjJm3sXJ0OSY
7NOwzWi8tUYSjJ0OQb8Wmkw97ieiPQNGAYwKpiObieoBqQuxxjZ0fO7TVT1WOLcMBgYVnoK+
X0jPDDrZd/NOv1/H6D1pwbBqFqOhAQqQQqBpCRWApnMNuHLgNlSgsmTlHR527Wcvo56Tt0nW
Ua8TE5Hc5ZytNaHV9Rz+sM0hA2MrUqcrH6fjnJr01iZ7sQ+vE5qFPSMOjTkM2TpYBdvP3gl8
PQTqZDh5OngH7/mdJ22q2mloQAgBMJCRGlJgyVqYdSYi/BnrH6WDoGmnKp1rsOgrFFgMHc4J
2uVsxmfZg9Gd7QrDAoV4K7y8OBs9lYcGzjmDnFgq1xd0sGMvavvHla9imLZlsOlKoe8W1Tn8
H1PGOLXvzmj0vj/THUghAQEhggwXl9TzpWubljZbYLJcVNepUzoW11wutww72TDeVUaCb+nm
h6V82kmDfWc2+jQWpdmEpfOZOJoxDMVKupzugda3hWHS28LMW4JCtOmTPL4e7z6Acqi7IVhL
B+hV0x4rBggSCSAmLi9DnHG9Dt6ZxcnpIcDqa8R5TD0+WQMSuMgJCJCTQpBobLee10cPtD4t
mEZHyG5A5lw9Cgxcv0XOOPHYq1PmLEp1GjDoUwCykbrce49lPPQ9qDQYua5MrtCzr8XYdYyE
hIQVB52zYcj0VrjSEAdRefdwg5rSZaupSclOsDkJ18pzxdQWW5fSnHsfeJ6vgdwtWyHPz9nO
ec7XmVPSY+PuOlzDDPNWYOTTaclNOY0rnqCBA6KLiyGHuqXrONa9YlYhY9THX28brDkAaCEJ
BAYBgQ1W885efY5lGjQUrphir21GSrTQc6rRQJ6zyftTnDtZirbkvNFnK6gyNDyHM9HwA9G3
YZbr6Snm9LGZycpspuc51G7KVo0JFYvlEPoB5CliByqrTnGIYt047DrXcfpl8kDFIYIEqxVi
aoMkAykWu2glTZyVglWXpc0yes8x2T0eXRnMmJMhu7/nPQmgSHO4XoeSXW06SzPrzGCqznmr
nbs5LcxK6nqKhYCsqR4IelZrAQ4xstV5oZ6ixqnLteC87TUXkBAGhADDnYrLAtICSsldmYXM
1Ibq4NTCY7bFO11fK7jo8P0uA5vp8G8JEOfhdCqytjeKmObyexwyyzK4YaQ1tUFWQlulCiWw
9LOnyzHlbQJ6Tn9kXn9HnlN264wNthi1mEJBIjhUAwgAgIAkqJhOUF1FhZSt4zJBYVGZGN/a
85uOuyKNyc1JpXRiLWzOWWU2mTi9zgkuqtJnuqDTZWDRT1DpdG9zyU6UPScvrco5h1kna4us
uuYhZWIQBhCQiCyvMbaGzFSuoFaC49XOM9FjinbmK1Ws0SlyyFQuhLbsug6AxMYdWTaacmPI
dVstxZZnsK+H0cBLqoSi+gIHRM/ouV6A28XRgJK4eiodjA1ZGMgb6GN+nkE6o51xspyuapnx
F13L3kWm8CsgDmhXntyjenr0gV4Y8fXB5Kv1PFOdNMKdEhpu51xtauGI5rDmJpzFm/l7zRbT
eYMXWrMLKCVW1F3Y5XWLIiGfnWIaZlh627F0DjNbjNd2O40BQOmZTTdRlOjjyXD6sqHR0cO4
6Jz2EpSsgmYbpcjede3h3nZgYgBAlkOJzvV5zzM7PJEvyE6Zw3HH0jOW47KibOfpOxtxbRKd
NJyc2rILJDodXJqKckIKb6DPGh7W98YnmfSIef09PonNnUB59+7Dht2wcZe2p5drNJZprhbl
1c0srRRaW0jtahIpOlu42g6RrsAHAquonI7FB5sTQJszdEr8z7zxRlV0KGEO5t43VNCspi4v
d4ZVZTpOytNwsmMNEUEaHszvBmuYCQggsqGSQaDKas+ewIZTI4YyVo4F1ZRvTZ9otGkGW20l
F4gZAGADKIFGh5rP6DzZ2I9h0uR07TwNPU5YilC/r8LrHSai4z8Xt8owdDL1AClxaTWBjaSd
mHpRAAEEVlMnL3YjXs4qHQpy6DUaLgpzs50KMhLL8ELuhf1R5AMoIGEGgYilQyAYSAhBx+L6
nzJ1782808npoHy/VznnKutWc7bYh0tPL1Gqu1jFm6qHIq62c5jbLzL6K3YSGFwMFhgqshy+
T0eYZKtGcaBS7pcbWM9VJoNvpTg9neCCQjCEgA0MIQQEEimEEUaQlfnfScU53U53JPZWeZ7x
KM+ABXOXPXeYzowG67nw6ujk6jVWLTOzodbX5287sxQ6KsACAmHZ5w6GFaBcyWFKW1A15dAO
pwugevcMGCAJgCACGBIJDIQSBVoITAGvknQ5POoNezi9klWoGHD18xh2U5jRdksLc2lznV9T
KUXZobbcROmMIOhXmJtmaHslgJKyV8LXQce6iEjIRLEEl9ZRvwd09O1ThKwIAGkUcVsOACpN
MMq7AY5qBS7knA7dJ5yjrc8y7aAduIpcFIMWus5Q2YjRdmc0Z7VMIgNd59WeNo93UeHPruUc
mWQ9pW9YnOouKcujjllNeoSdnIYdvc6J5pPUoed7WkBIUsFILRTC+Z8Z0Ry0OmnNJtqzksWA
jCDW0E6i84m3i9DAZOfeh0b+T2SNXYMrAyZOlhM7U6QNUDOhY6Hq/KehNs50NuLOw8xw72XT
54bZk1lHn+1gG9Nz+wNFyG0cNDq5sQNNdJGSKWEQYghhBJABgAkuVi9SqOAxXAwA+fTiNXn/
AErHleqlZouzk0WowMmzOcirbhACAX1OdLqc/oikgxM3ODJD2fnvQ4jgdWpRkfKXW8jcaV2X
HHnWQ5c6gOZOq5zW6QM1tzCWMwK7iZs/QQ5idYCaK2Dm0Q5Q60OSeqTizrUmKrp4SZuvzzC1
0MtOjCdG7BrL6rKzDi3ZzCllRbdRedfdk0jMimPDdSPBD2aMDHwvVoeIf1OA5XSo7YTGFBhJ
IQSBIcBMGZWCDCCQQOBZYhFaCOAWFXFYETjdlDj8rZnMxr3mcprKdWO06Bz2lGXoYzlJZWG+
vUdnbboKeP1+ecxIxrmqHYQMSQEUKQwitCSQCkMAQDPWxY1bBIcKMpCFJBCxVhJARlg7VOMQ
oQSefy+oB53vWwSWQ4fK9X5Y0W5NJdm2A4FHS5wety/QHaKMc/F0sxy7+vqKJogA6BeskEUe
ICwVweJBopIBBijjFCWGpy1Ao4QjBYFlhIANCCW0uOJBgQEqQMhGAIOB38B5zZg3Gp6HMnH7
HJJ6fzHrjW1al6AjRQXRIREA8DFcKDFAWSqDlGIVYJgIYRGDBKkIhACo0DABIGhFjkWWAV4Q
QwBhFJUhMBRpQ8hobKapSCYGqN/p8XQEUwYKwTUpfM0LAAESADKAowxkJIRYSLTcBdKWEhAS
AWKVJBBoFCUYMVgkKWRYOa7SNUC6Z2LVVhbEYZXU85zN3OL66lA9eo9OmAmtK4NFgFcEjQ21
WAqugJAQGQjCBIg0UhIISpDFBYVYYQjoykQoNKyMa2CFBYayEghkhLEccCAYMFIp5fFpxhp2
1FV+dzvPVaQaLTBOiTmP0WObOnCgyseLAspJXYCi+EeAkhgIxFMgFZAsAPZSxYawWhAOCBZA
MIArGMzXgNiuEgkFlQbFgVas81z+lzDZWylCWIdvteb9MSADIzFbEBghkCqPFIXRgxYMyMOV
A4UjFGDIoVIFMUcpCxqWLYpIABoCQQgIJCGCywesgkFZcKyWVtScTndDnlltblVbqW+r8n6c
0FCO1Ng9ZUEqh//aAAgBAgABBQD/AMaD/9oACAEDAAEFAP8AxoP/2gAIAQEAAQUAKmYJniAH
OB8HMwDAODiDE2dctKXNyj9YDmYOB4xn44gxOM8YIOOQOBBPxiATExOfkgzHPMwfgEz845xA
OTjOJiEYHmYhBgxgkRnv7KDjE2Kv2KEGiktBVhipWfW2OZ5hyAO0B4AEPaYEOIMztC02qrSS
V2ERyIti47AgEwEmGfgEkgDBxOYMTgQHgY+MwY+MjPEyJxOMAwjj8Acfnx8n48/JImxYK1S5
uq7AzRcjrxGz1NA6JgRl4qCYYCdjFbE7dhngjMAMPMI/bByBicQ8wkZsLVWttpdds+31ab6/
Zo6V2paFxOxmYJ2mTkkzkwZhg8DwAYBD4x8Gc5A/4CYxDMHGYTORDPwTLGwNmw9fMqBI1Kui
5Me49gytGY1sdqsyk5BZZ1weM5yMTEyMHweICTOTCODwCZY4rns9oOw0rqZqbZzfW5mvsV2q
DBknrzPwcTmAwzPx4gbjBnP/AA5xx84MBz8AQzj/AIEc7WMWa7kfWwNYxKwBPxaB2pPGxZ3l
RIf7FWsNlwMwqRBzCDgZPwYcGAATjJIj8hcYvYAWkm3V0Htp/wCv2Nc1Eo+2j6+xVYtqLBiY
gHHAI5+TOZmCAzPOf+BmZiZgnMImYZkn4/BEKr2vGARyuCmsrAMQJbsKz02dqyw7Bcsaz9WD
nBgwZ4nJniA5hIMPjJyfgiMDLF7Sn1etXdU4s3P6S12ypbZ31WzR9PeH0g+Ap5yPgEZyc5me
SBMTGPjMyYBmcwZn5xmYE4xic/GMTM4nEB+PMYYmwCYtRMqrKytl6bG24c5LVHrCvZl17Fut
5gpPYEQcQw8AjIGZwSZzCJjEOcvmCsEWn6k19gVJrstSaYWpLnH8Xo3JsCEjGBgzmYIMPgcw
DiGDOB5AJmDDBzMQ4nmYg8Y+DwCYJkTIgMJh5hUErWBL8iVHItpcuE5rTs3XqaSGSzr9guJP
EOBO4hdQO+T9ygrahAM7QnjtwDCBARNqn7am+zVVLQZbbQW3PZDZ1vUaz0hGyuZnMzPHxmcT
AhImYDMiAgTMyMZ5Lc9sATkwHEz8duS0LAQuDC/LNiCwGZxPswQ4M7ZGt+rdpbgWV1DDVwv1
BswndQG2Idkkm9ob2MNrT7Tldjqa9xQP6KzFbMLiB1MLgBWIAfJsqqtXY9c4I7K1FSDarsZK
dZy1YIJJAhsGDYcfYcd4rcK2ZwfgzHEziAjHMwIDkkiA4hcZ+wT7BGt5axp9hMLkTvC2QDgl
8jOAHxO5ES1g33cM4aVvkfeTZdk2W2rgeS2ZmE5nMOM/kiEmKxE/otAF9hIsaG7hbGgsAi2z
7FEvopZKcCxalwlv0kbDE/ZmFxljx34L5C2wXZi2ZncQOIGEzCMzxA0JEyIXENvDWGd2M7mf
sSQ3xjkgwHMwTDCeHbE+wEF8OSMAqSbWQ/1HL2fbNm4a8+9ZmNn4ziEwCDE6ArwBwICM+BjA
nmA8ZgIwx6X0J2G1ViC0CfcSBYci0kG3n7Ox8ReZ3xDbgC0z7jBsEQbDGfZkfbPuENoELwGD
kgTqPgwCcGYBKqswuHAljnBvErYE/WS+AKgxDNceyIWNpWmvYpex0sXr1EYAnsM5ELiE8Aic
zBgM7Yitmd8RWhYTKw+GsAFr02PTtEC/Y7JQ6bTAmYIPaA5gbE+yCzn7OS+Q1hUdzAxgJgds
d8AtAQR0AmMQZE5EUT85hOCCZ2An2cfc0axiLDwc5GRK1YCy0sR3j1rYV2fqLH7Dhc4/diSD
ZiFsxmKwWAksZmCwQ2T7kz9+Ibsn7sT7swWqSrcAx1RhZrWrC/tKYtHsNptTTr1LLqQjhRCv
I7z62wFwOogC5UqCprIPTAZRC8FnBZTBzOuIpsJBMDHPZoO0AcRVJLI0w0YOZ0fDNiYtJTVt
cPp2KRrWEV61pC6Cifx0Cb1a0ixUaL2BtsImtpWWL/ZLL2Kru3FzsWxbmJ+3AO0hn3Ulkr1H
VadExl0lgr0sJRpkGrUUdNON9CgbNSRNmjPsbbKyn/6S9aT7TcunrKrLDfrJbWWActWp+1Qp
2AYza5gajKrS0Suoz6qYFqwQmT1BziDGFcg4DEVqT0r6/RQYNekt9dSj/XgfWIbFndCFsUFr
1WDYrh2kg26RP7Kif7KcDbpMO7QAdqubNi7CfYUD34XQ1KtuB6TH4jEmDMGM9UmIFAhCgCvJ
CAKtSkmivP1VEmlCDTXlaq8DXQxiiE3Y1rL9K4+qRdgV1qg/G9WCnJI5nMPkMTBC0zmHMzMk
QWHIbgv1nYE5zAVM7ZhJE5mTks2f2adCIobJewAu5jU1s30VT6kwaUMFaidRAApBM2lItwvb
U6tWtKkYUwjBinkFsgmcGYwf2i9vgQBs4nGTgRMMlOgzEanH/QUfZTRVSgPwyBl2U+tyxEyc
DJOOcYHImRMw+QMjZ2q9cbHsthydy+Da2CK9y3Gh7BbTMQiDtkRQct8NwT4GWBIUtuIHTaQx
SrQ4mMwKuPYoVP40CRYAMZILYM6JOonWFcTJgEEUDP6z9YSoHaBxOIvE07cjGZiAYE5h8XOz
2YhCzGYFCw8jjABnMGMb3sF11tsawszEGDGADmtnrPr9770zBCYDx2MJEBOSeQ02N1KpdsXW
EJ1D7Fvanfuqai5bagBgzfGaSOdbAOf1OJ4gzMmZ4yTMNOSBA2DnJyMkjPGMDL9BBkyqxlNG
z2gbIHwYfFiEOxIAIgJhfgnIXOFz1ln6ptWfZapEGc4Ugp+qA5IXFFr12UuXrMAjHELidpkE
r53LRVSbe1oKgs/dT2zlgdPbZWUkgYmyO1IQReCluaD5OQQePMMAcFewnOBBgzJ+D58TInOB
nPiKMzVuKwHIh8WnAvRGfaSta/MOcgieGDLA8Jm/tVVVM6l2UEhcnQ0/vfcqpZzrnudS8BKn
766EUEYmMEgMOkIOQDAwE9rsoWrVmruU1kIzKT+xwR2Ct67aBrL4LuCnTMVT2odYczmZ/XjB
6mKpz1JhXkKZjAHXA6kNxBiYWEjGAYTA3WJyde05BhYZc5OxgWfWLRZQ6RVwCpMKkC/e19dh
7lAU9tWTu7QvuWsmKuYmo3b11KpT9DG/a9Vcz31VoLLK815+tvGczIEzBMGb1v16pZ2bVvau
W3UXiy6hariTBmLW7toUgIfExgvwAUhMxmfgdoMwkiBmEBYHsTO2YcdRODAqw5BzyHxOxMC8
J0AqFLQGHmHBllP2EYVi4uX2G39DWbW3Yt+1vguzO4ySocwUnGprlouirSj12stRpxP5/wDc
7dZbYXY6tjbRAVG8AGfktypOMmexoe6X6z0W1Ua1tD6qCopXm0VuQxA1uxKWIFNqZa8knsHJ
OR5zxnJBMBGJj4xmDwQMDGABAwAJyCwAJhyIM55AHaAkHXuaDJBT9isvr6rqVkVuimb4/n2t
imvY179dkv1/XbVoXQXQr63b2zo+s+ihaUB/F+ytZobum+ThMlkfGy5afnPIOZzkcRmRVuvZ
l2amsrTBll1oVqi9QDFhXmVoRXWSAqhzWK65fsVly5adT26wiAcDyCZzMgweBDkgZEHIAmMG
eZjgDE4nOfAHB1rwfjBliFgq4DDj3Q7LUypQ24orG5ZVShq9lNLUGtXnAU5FzdUvcm3QtH1b
tgEdpTRtCzIIxCcQsIDk2W/UiB7G6kSwq02B0Z0Dxa1UO5Y6esFH1oq22qGu2lrVtgEaimxr
rxWy7yFepJ4yORjjrMGYgAz1wes8TIBMyMcTss7AktAThWM7CEnCuVevZDOGBBZSRLThfa1s
2vZkUWt+1es+xLlapvV+2T6rLyzUnCbGwIxDP9jJFt+yJpuWKPk0WgdThq2YpS2BUQb1BcVr
127ehsuPRwzqWNbOXc01EspKg7JKr9KxrGJTLHXtprr2L0YqxBIbOTBmKRnPGWgzO3PYztMs
SBmdQJgicmY4K4iDI/KjlsZ+zI7EitmWU2sQrdSDxZapjLkbyFTsv/u1ds0DX0dLZp1tHTS4
tro9jqqX3qF1aLdkWeu2sJq7AsRMJ9a9j56KYa1hpWWla0NmTS4nsKlaph9Z+zAYq0BAOpSx
No4Y4bZfs+eFfAsdOpAz+GUwKDAk6TrOBCST+ec5xMmA8YhyR1zMYmBhAMDECLGpJIoyU1GL
LrKJb1RQRhriyZwwY2j2exXQ/R7th6H71+t2P59t7KYNwvKyu3Tua7VNpbIRlZSODM8DwcQj
MHgmbxxrgdXH6zaZnOyeri3BVlL0aJsCqta2KCCFCMpLIjPGBKMhKfWTGVi1mkwH1kTAhxGz
hQZgZK4n4IGOoxgTEwIcCEHJzFgAM13CqLtefWmeoEM2yn1VvardmgYY2vaVayXWWbV9Q+uu
sW7F1W5s0Dto7qbtR1tn0+81VWwWuoS/rPX3s5GM4OJjP/DZCmlQTY1cuGJtn/amszjW9cqz
gCxy0suYm+i8BR2sopRFt0Vugq1k1zTWzPqdXb9lsRxMdZiHmeIIeuAVAzMiZGRmAmYzAuZ0
5TVdxXoiDUSDWpHx2MLTfs6xd9L7VtATe9uihrLLzrVs7bR6J66x6X76GyL/AF1wO5p7V2x6
/wBVtVlyytcSXp9hfW2n7VrCrZEBMGfn2NvWsWA2KeybNL2LX61mZNeqmW2qA+yBLPYIZ/XR
k+x12XXTXdxfqVUPugg22u2vo3PHp1w2vd3q2KsgpmfWwjLglDgqRMEwownUwqYFMVSIteSK
HJTTtM/hfFVX1rmA8mEiYEOMew2Fc0X2V3X7+3bV9TZopLmqhaVuP2bWhRrMlvrSo/t2tZqt
qz6/+z2hZaU7bWu2FOD6apGgwPjPK5xiMJ7XBsOFelh9BJaN+sssIGzu4Y2W2O1fSOuFAJlN
7UxDXuV6vr1rss1tas1byhW3md0c1lLQps1VeClutVKoG16Wh0KjP4UM/wCvGP8Ar1M/gQAa
NcXTpESqsDxMmYMBmc/BMzCwm/eQu0/Ws4eEgLXSWNaCpd3e49Tojatt9Q6hbNnVc79dyOgo
hBrbUqa3X3LXRASD6GwGDOSDMEAGCMZvE/e5KrrXhqbbwS+xzt32EV6btWutmXL3tdct0MSg
OosYHS9iWra+++zZo+shhLs9w7TX3GUmxAPszOzz7AQrZHOOcczJhzgQ+YSRMmZxDxP2wIeR
uOWu3QetNPdl9auzXZQNZ7TtWnX9V9sTWs1VTe2aynsKLBsaFd6P2qZ6tay+w7a13DM+tgPS
j90zOZk/HgXOFr2bp3JK2dHJLH9VAf8A2UbSgaRqvSr11lhTR2dhxpWfZZVXWrspNFr1WLc1
taswIx3t1aGXoAaaHsdK0E4B4M6gisgNj4xmY5IEAxOJgA+IITM8n4uvtZnYF2QWREVIb3rq
9pZ236/rKgqmvT7S2oLu6WwbtFcC7YoaxkvfcWzWu1r67ptIFfyfS1EWr4xAPjZtKJupY4ts
bq3ZgxEsdlDO7BUUM5LWaexZUg2Qlf8ActS7m49jHszOpyQRNe62t2IENgLbRdJXs2Kdf2pc
1Wo6ggwwkKEcPb8HxnB8wwTEMxyByQAbblrFm9Zg3Fox5UjLuqRvebHSy2622vbKjT28krXf
G0e803uFltS/fsaypPYdClKwl3ml6xb2o16qAsxPEdgq9/tZrj239ZAbWYB8YRASzFbr2JsD
gEdEX+vBe5mKA2HZUKr1dY4MrwGDFoAc3jsPrIndgdXZaq3V3RfFM2zhNV8sJmZhzMzzM4AP
Az8O4RbNp2N94rSuvqR4bgW7yVK1l170ayk9660WpdmW0HXb19/0033IU06n3LvYbJ1b7dkE
+0FZroBVaizt6iv66VEwJmeJfYLC4xXUuS4Xtu+s6myspCOdgdVc5KEAsMsijGvpKQ9Iqsc9
rLCqi48jAbX5U4iVh2t165sapUBMTXuas6ew1ovu7jSBNggh5h4nMIyOpweJyYOB7DaywOK7
2NuyRzbtKsu3rni/saaupBVVtZWlCVlUopY7Z/XVxY27/TrWJeWt1Frto3nbsrYr9Zrm22mo
VqByBzjB2bhXXS2IxDV2p1DgZsZkYUa+xN31dXb2ACAAlkBCknOrWuRuU1V2X2O6KUrs7Zsz
keddsA/4fzoqbqdDeSyMDDgTV2Wqdily6lfRAJ+fyRAATB4xmcS6wVoW7MWJn11pNvdEd3IB
YlB+33JhtlsV2AWDY1TKrdY1MNi0aafW1iqWsqxsaNoVPZEGwKbG9UopZeB8WOEXs2xbUAwQ
DFuTUXPYscllqb22/Zmyx2eqvJfAOtS1rNU6h1tUpXY40vXI2s1Sh7VHXADIQCuTX0MegWTY
0ahTbWVZkMy09fttXdrt2+TMnIBwIIczxN9izjAjnomztWXHrOo6NgRDBZkjmLwAP1OAUvsQ
/wBFrF9qq6j2alba2wWBsbS1lUIMsvIxMz2FvUBRWmoQWY4ljf6r7AHdm6bt/wBNTu1ljL2d
1+tRkzRsKLXsVlDRr2zvVW6XOw9iKv6XZo1DTBzr8jEe0Vj7Fsm9rsD9ZJtrZYhPb1b/AOvn
4/JGZ+B4Hw7BRc5ss3NkVy3YusIEAbt1YtVrWWh9Z6SNSwoFjoDPraYOGBJycC4Q7S2VOrLK
HUsH61U35fWLmocwqc2hVRAS9ClbW5NhzN2osiWBk3QzXFwXwoJBLY5qTFSMwjbLKKEtsmwH
7jGQVzXWbUp07ItikmbSkhrArblhsmV7NWjwesdpo6dlDZEyD8fjx8c4ycbrkR3+pf3ut0/R
DGx6SohvTXM2v6ALbcuvRRuXK7tYRCxILiAkE8zKiduxYHPgEF0U9S28ClF9/fWs70gmZm0x
LU19Ybq3uYuyhCQwsZTX0fY1ENWxrLUVrbNhCrUjNDalYbq5cOso9sKKbbbr2ORGYYSywHS9
giAN662viMOw2qLFjOOqnJQjtpOUtBz8CEwkgL4zMkxnCjbvW13qO9ZperqobHGDCIfG5S7r
bqmuhqi0XWefztk1idHAKnKKAW5Jx1puKy9QjK6oVOyx9PtOUXwcAf527jmur9VrqvqcLgqM
y4IYlWavZabwEgrQzHr0qJbItZSliuGpQkkCWMpmMqjYP7zU2R/PiHgb26ldTtlEEXBAtM1b
hbXPxM8+ZmWXVUJue6Gw409jYOnqDWrGPkjgibW6uLiGBZcMoMspLA69gL61vU1MoatSSCTk
iKRi1WaL0qAsvc+v2jXYohGRXSta7NV1tuzpGqqu41Nq7FdtPYCXdmsFgoq29lthkq5tbEr/
AGr2qGBYCKwWDZMe1DHwX7AkgE6wIVG62eJsMBXtfsf/AFdOkGIDzqWdLAQQJ5ggmRNnX2t/
d1/VfTRTStSZnE8zjBxNy9FrdyzdBK0ORSOrVYhSeI6dg2tzbQ8KnAODraX9VSa7C6us4Ssk
0EisHjiHmbCF6r8pKtpqgNxu2t7HLbVjbLrX+vQViwK7ihuyq6LfSGAIU5wCSB9cORFbilij
Efv/AE1zYcW1Hu7cCXOuFIgJlbEHStJX4/GZxgdQ2YfGZnkGZyLrFrTYu7FQzzpgAhnVSVah
gPrzGpOTWAHAE2Ae5VSFqRj6dQE9hRWu3XUEFGt+oRwEZgZmGeyrCXdhKqXtanUwFpcStFU7
iLGYrBfYhG0xFafYLqMFguWRsjhSTnoMBoLJaygJ9rhl6MVwH/YgHGTgE51Lero6uJnkeROv
BGJg4CidRAMQACextJB0yx+hlRabnVaVWAYLHMIWNLROSdxWD1hshhn1wT+ZqkcjXBe7Zam2
jYexf6i+0Dx5hE91SRKqQ769ArlYVYUIVhxdnq2uhltTBRma7nN7VsGprWN+0IInBnGQWEAw
etqhLasO4ax2JjooTORzkDDISJRfZUaNhbgAJjEHMJxMwwZ+PxZctZb9n8wnEGIckniNmN4Z
gY5zCABsVd66lRbL6xXd6Z86uJYzLfvNSl9nsbHXW/zqYmsQ8z2laHW1alZkQrErYz68LcqY
tcmE5LIGVkw9LAm0KGdiWIGH7FiOP1EDkkExfY7IVtt3CjExmWIGUp1ggBEBiucIz1trW/Yn
MBh5OcTImZkCZMtLG0uM+QQZ4gOSxABPaOQIz4LPmKC0dcLsKarNnBb0u2qhW42aXsO6bDZy
DrKztrIy1cwiezXtp69BoH2NmuwYb/G1CVtBQPc+aL+4uUCytsFrGaOwwckHAJUYYchMgZwQ
BFr7RVABJEv2GWVbDuwbBLZIOIrYldhzr3hHDEzE6wjPxzjEE3nFLVd2C5hznMBAjkmMQA7S
xjhASRhY93aXKtq214OkwSam+wgwy7Xr67JdS6D1zn+heYBmcT2Fn7HJOclHIYNmNjPsnIhY
A1Wstl94ZlbkscHtjPUPknOYOQVAADZNXAXA/GxeyRye1eubEZMjxFyYFiyoTXsDpMmGY+Mz
gH2TG3aqqVR1nBhAEZiZ+LX4sYAFi0r8OesJOCQFelXiKhgaa3sbq5XYtibGjk6mjXTAeAYf
F9n2W9RAAIrAGu3LdstujubS3cFu3XgTsSSTGtJPUNCf2o0wytUws6N2PgkIG2y7EuJpabW3
aurVSpprabVKJYteWTWZymiqw6YiarKVJAzPxMzHxYtbuTgEnHOCTDgS1z1scrPtNpQSx+sO
bG/VQpADctmDJCnnU23qKsDMGAiWWipbt624oSTaxQghgQBCcCmwgbrFVteckpwr2YGWJOZk
ZY5OtWpbRqDna0K9iptN/tOnU49jSwQZYBVRdFmV1UCWWCtSPtsopWtcQqJj4OBAuY1ZaJVY
CFIhcBnbCMckzEbiNGJUWXFpY5zWoMNgxgs9ZVR2MyYc5I/bsYhJKnE09plKsCLXFde1uW2T
WHd2UV1WAxDgmwiKchEGfYqorfrkZwmGW3/FsLGY9RjqqdjqUG1tepKa3sVFGx2twAL1DBqE
qFNJMp4KeHR3auhV+B8kTAMziZjNgKzFWCNL2UK2c+Z+SJ1EvcstmcEDsAWJUqTgQvMmczJA
BAmRnqDB1ErE1dqxX37izMWzogd7CMWOrRVIJUEL+sR27eyYMlhIiDlAFDkksTGHAQ5rTrPV
6yoOOu9tPZbSuKmHF2VjqjzOJnEo3cBbUeA4meMzMPkfHE4Mts6mvZfqtYAtYMcw+QTGaO5V
HYkWvma+k2w7aVtQurYAnllBKlgVfkPwUgGIWORkRVsABJA6ur/5ABV29t2lOw/ZLmJ7t1Vz
AcjcPZsDsQexJlhjA98c62sGWmj7tiqzA2tpgv6rWLc1fY2LF7BGypPK8xgRBgyvYes07K2Q
FSGKqFYEMcRriZS3ZbbegvvAmkBja2Hsb/GdiJgwmF8LZabTaSq+v0jsbFNKVITGrRxb6/Vc
3+kpeW6z1t1adWMTtELMaVCkFQFOJkReZtgUW3MRrPwCDiq3qVfIUmL/AI7X6jq2UAA6jDZz
1HaoAlK1UKQI1pC7DBgbbcC0FcEq4HU2ICXUhScc4TEIUngEWsIljMRsBKi7PBiJZ9c2NtAa
0e6D7K01wzMcZIEP6wOS1jZBHUdX2btXXShADCMwDgg5Imxq13Ls6zVOVwekCqICACxAptZn
AM/ab1ha8ntXaoEyMJyVAlalpWrddmr7Gs1QFsXqxDFSAJnnXUGwdjADLbERbezv0Mzwlr9n
5lmVf8IxhxMc+B+GetRVa7sXUT761mxss56XOtGgoQaaVwtr2Ct16YMZ8Sy0kJnuSSbbWx6z
XopjbVKmu0WDmcwngmHOHrWwb2n0ZmInbknJwJSyrO3PcgXWM1gssVXKMD2z2xNZy01AYoyH
rUG4ArcmV8whjM4nr6+xZOb7SgI7EqoliYbmV2cms49ghUfbiKwiPmB8wsOtt+ZVU1ptP1q9
wz9oMqRLBdezxb2UOzu1dTqKElvYA2ADkzthGtGNf/c3icma1pqdLFcHkQT8+IcGW61Nhv8A
UghqXrP5SxhK7wWYvYd3Ss037wgYsYz8arn7KAwlZyHGJYmU2geuMByFCn9fXgfVbaql+Soz
GYZZg0B/ajUWtXTjf1Tta/8AsqZOxNVW1Ya9LYU3ad5DaF/f+a7A072FfqrOx9Ts9j662tBY
uVHaaqKK6yoVuF/UgqplzhVfIXBc11hVUQ4nbB0X4AOfz1BnU464hHJBh8b9L90IYcSpl7es
Vf6vf6z2a/gPnBA64GEYK2o6slbznJznZBjhg3HWuaGFoclnCgzKrLrsnh2B/V2CrUj2tdtf
bLvW1210eqrrP6iZGCRj8cCHmYGRGVWGxoWC2nRcR1Sua9iWIxUS3YTstrBAQWsy1lepeAUb
qWXrjhOqyrdVZTZtWmtXAyJmH4zMTZTNeCrUMrBNf7Bp1qjXILKr6Lam7kgkTqcnGdC0kIeF
/ZX8bJAS/sLTiVoxFNmKgBLHQBrCWc9mOMg8D+nZNy2IuvrrTA8yIeIcAETPGTkGZ5ssRY2w
WCnjyd1wGoApr2tgsEJCElnUYGqrW21L0XGY2nUZ/DVka1QVNSlDwADPM8Q8jMMzLFyNmt1u
7hTrKf43dkZW7L7fTLU2KBAf17dZ2HXWcpbTYGWlyI3J2f8AHYytnmarOArjHbBbBlmJwVTO
RWM9eSITyVzMTMXpjORkGNzFICXbaK2GdoIxgr+y20I5s4uRLHip1Aw12lprQqqfjmYOMcAQ
jgLieCeZmdfjEOZuVVPLaT21lP8AJQquyHqGUOvt/X2UM3EOWnTBB/fSsX6k89Qy3ocbOvY9
ldfUgLWhILMWwXAJPIbJrQk0ept+nJnYwkGA8nxkCbrstNd+1XKd5mNdqvNrZFjU1EEQeAQs
s26hD7BFFdvYW5ZqrGSq642T1PrbKbgTO0bJgJwCcg8+QPJMyYDwPOSJwYeJzN0/77WZZ6s9
telSlrjK1W26drtVtUex9Y+szhwScElsadgU1mVOMFGMNOJZro0bVYEqyQnLHsDgk1atjTQ9
b9Ix8YwTMTEZpvsVH22Av7ClX/7WwBN+mV+x1cDd03lZSwbG4xdmawCsxuJ9hlTXXHS9Slaj
iE8AGftBmH4BHwTMHJHHicwYhmeL61cbVX6epBVbkZLFfsNipLa7dd0FuzeaX+m2LpV5bWpD
Gvoa7gBVcILlgcENVUwNfUNUhjUIDdrKRqavaa2jVV8cTx8eYc4IhxjfYCNsO0taCxshmJax
ga7iBq3OtQJZl2K0Nu9XKxtXyr1Ow81PV6+uJ4mDAYTMiZ+MZmDDxB5MJwczOJjMAEdMrdUb
a0331LKvc691dD147fqTXLko621rXYChBx2FXYW1mqV24gvMrv4SwxCWDVxqyI1REqP02U7t
bBWRhiZhOJnM/BMYhRt9rK2BxZUeiA9iesYgkOqzXsdqGARQljT1/qGvlOlRVOox4H5EJ5zD
4yJwfjOCCZ+cwnjiZxBMz8MY1VlV3svXutfQg6e7sUn7Vvr2KbVU7HQMC64IinsEdUG0O9Sk
iIzQXEGu/ETYII22x9wIY8lkMVipr3LEav2AZMztmBgICcsSJvWutfGNp6kd7KmFiYBH6+Sw
KzW7CgkdvWLrbJREQZx/wHByMkiZOFOTnA5wATB5yc8mDBhgmIeITxfu01Gz2qF7t++9KtWn
63pTtY99Ubdu6NtK6pe6kNRcvCkkNWrAh9Zw9ldlY7YgsJi2OAuw2V2IbYCDPwCQRcwEwPjm
Gey3LltTdslzFo5cMoYRl5IAJ8azlI3+Xq7Cu0Bxjj84mBMQzBI6tjriDJEzBGBiqTMHEImc
S21UF/tWVtjbvsdhFbnSsLU8ZNYIbVrYN69TLtQqqF6WYkyq0EFe8r4lyBpbSiqVOQTlHGfs
IIsyRY4P2sYLyALYTPM7TzLbRWPZrlK7mV7H7R1PYkwZy6kEkSwlYGYT1uW2hxPx5h8k89sQ
sTA/BYidoG4JOD/Sx6bUevZIA2RDfspBuXZ/tsg3OxJrsXe1Pot6ghjmFiJo2uHJE79oPB/U
2KHWylblz1YeUtYAEmO36XrmoEmYlOsbo/qNgRtO8R1KnJJJAgxODGOACck4G8rW27DfYlqj
qt2Q9gLPhj/6suRVUCttf6+J6PXLOBzMzHxwfgzJmeSIDmYmISAARGsUQWoQbKzDVU4bUQx9
Yldn11lRK4Zk4WzoVbsjGDELcZyHGJs1BhytgAaVvg9TGRiijBbIHrusrAKlVMfXraW+s13X
Y9SVhpsDDwWzHuVBfuNaNnZH1G/C2WAu4OeABhj1btV67a2FT023H9RuEa/orSdTUr1VGICJ
gTMJxAcHIJ4hOIbaxP66RG3QId+0z+u2G61oWsMyZhxFZgK7GyLVAOwka8GbVBS2wj6+y9dC
3KkYKNAwhUQqcWgiXKAKj2jrkV2/r5Fg62scD1hBNZ/XMOMWOER3YkqghxG6qDbbeUpUTZ6g
u5z2aadD3tb6g10Vet2i+n6rXrVQqgCeJzM8kgQugn21gf0Vxr6odirLbFQD7dzRncwkzJn4
HjJEyTATP1EDkTPIOJ2wfsIgfjd2GjLfYXqrWUMa7MqyqTDgzJgJzcuVuGK0YqyOCjDkv0jl
u4/aevKq5uVZ/S0O08u2CwZgFNzZIIO9atdFTdYrcbidqn7mes9edt9XRp1VIz8DBj2VVizf
QFvY3RvYX4OzexLsR2MVhMjAJMz8KYWJhImRkHEJ5yfjJmTntyIcQZIAgM2hTYfY1/VpuHwB
zRZkCxlKODFbJ8xzmXLLv0Zrnw9thAYmITlf2OihI5igwzaJ+3Y2DPsy1mRXs97V0GpFVp+p
bd5QbCmwPSqUTtCwE2d3rGsdznB7YBaZPxnEbk+JkZC8KpzifkGZGDkQZi1OYKLZ/Pdg0ukb
AmMwA5A4ImDFUTfR8purdW3q9cDa10zQejFcNWf2AJiEhiMy5BnZXsrLAAACCPE/xmjxXnA4
APIvH62OHdQQpInuKnpPq6r67rD3H0ITZp09NHZfXa3cucj77BYjouJgzDiANnq2QpJXXsh1
LcppMYunUINanAopn01w69BjaevLNM4OrcCyMh1v2QYEJm3XZYp17Z9NgIqefRdjJUA8Kyyy
3612NtwhuuaHXsY/yvkuBA6hq7AYCDFwRcBHAY3oOzkiFskAEdAV9YitWOonZZkGblmT5biY
M3LEE2tnXRa716u6stvfqtm0jqyvNVWWoHENdRn89Jh1qcnWpE+mkQIonOOQIDgwkABsziEn
4OMkAxSAM5hOZk4XyBwwn4spRp/Ik/krjCkbDim2uwUVs21XDtUsbmpeNhTU2JWwMGBLuVbM
tVSXYscYKsQRgj1qlKOjEkdQlxM2f8k7EoCw7RlVpfo1W17elta6LsXKV3jk7q7C+nqQ1jEE
xmYAmBCJhYcTAgGYBz1+AARjExzjE6gQjBHJYEEHAJyoY47YIcCA5mZkiDBBBzu0PXdZcPrv
2VLjYQwWISh4+qLwUYZ7ggAFbq+WTMvADjqSg6yvJOqpWhKHsn0ItdOQ9x7WIOs1qlK8mAck
HGJsaFF5s9FURV6G1bUqWtADDAOcHIGYymEGEQA5mcwggr5B4GM557ZnYQ4g8sOOpMC84wc8
AZYYxiEntyRgg7FZtprb6m2ES42VBBb6/wCytdG5HVGetlZRW6sUbhXzLF7LYCsubLqRCVM1
AXbWq6VdjNm0JWyqFx+yg51U/wBPY4VxnuJ9nJdTAeCwnHXmYOMYhGZnAJGcrnMGIOYCMYmc
AczqAM85BmRCYM5yISDO3J5gxP0wGAmQZieBwYRNn120bj6z2DGn0m1mumtI9Ndgr16kr9jr
dIGVXRgYpBg5F1bMNms12AYiieqpZ7RwBmexbm7YUVgYWnTuaVUdEmBkJmPWYQYFMIMC4gGC
TBmM3GMj9Ycw5EHEHExiBp+FE/LDJxCROCAQIWzAsIE8AeOBBzBkTieSVxDzOnPQ5OTACYFI
hBxfQLatxHrbXYFUb9kEev8Ab2SlWYjsLFE9QhWtSRAcza1vvFfrSLB6+kHCznsZyB2wO+QS
GmRM/ByQTwD2JGGyQSZmZgmJ4mBnsQQeeISAe4hKzPGQYcRTiEzscDieYMAg5BwQFAI5HOQT
GIwMweSMQAEYntqSatfqSi4FTfqSCN9S62KEiHI9UuKBARjOCW5DgAdWn5PI/GMz8HEyIXXH
bMBM/C+T5yDDzBkTBMIiv1nYZ7LkHnJnaEQ8fBEGBAMzt1hIIVTFPJIig4DEQYPwIIYYcgwQ
EQrzv1K1CEV21kFVYLEtE2m4uXtKUJmlV0oA5PBPMB4wAFPHYGd1wXXPYmZaEnODCuAJkCFh
AwyWBmcTJwOYQJ5hEwIB8duewwcw8xWncZ7CdsQkTICqROexEAMwYM5B4E8QYMAGMGEZABhH
P7Zvr717Gv02KsBGxhGwdlwQwDTR1GtZE6qeIDMiCDkgAniEGfkcQkAFkELiF+MnBaAHCjMA
AmVEGJxPMBXAMxmZwAZ1BOMAeZ14CQJOkCidVhUALiYWAAkEEjAgwYcCfgCeICMFoMTwfMae
3QpdTdgFhkv1W52ZhnHqddK6SQIcmHggwEYa6tZ95MNpyXMJgY4D5hzCMTGIMzEPABmTgnMD
Yj3AqbnRda9rZyIBmdZnEVhluYSJnIJInadjgsTAxhYzuZ2MDmB2EBOc5PMLAzBE8EtkA5hb
B7GA8AmHJHunxcr5COxljsSx6zWT7bKWFdL7qKf7CYbrHLXPC1mDmdnz+8IxMZhIghjZxkxc
khT8AQA465PXM+jMOqDEqSpSPjJJwSADBzCsVSIQZ14nAgXjMHAYj48QTgTsJnj7MQMSRnsA
chZ14VSTwISDPeEnaTwfJcZIzNEhQHboBmBRAwDZE/UzPORniHmEOIruSewGZidYOIP2gGIO
DkTOCTmCE8+YM45znkePEwMAc9RgqMEAAYyxEzx+RmGAiZ5ziKxIXxjMxgAEEYmQZ2JhLRRC
eSZ7hi24ijDKY69ZkfXrWKhUL1AX4AEZmEDkws+QpZACDjM8zGJ24hJMzz+FhwW6wTnBOAD8
AkwMROxmcsTgdjPxgzMbMYTrickmcQLwRmePg+eQBgT8DMwc+IeIDgdhO2Y3bOAB7Yf/AGoS
S6h1tCgcgoZqgXUrQ2V1C0XUqAGvVgUV4NaCfVXBTXPJxgYhOJkmDwVlncAXOJS/ceZiCKIP
H58TBMM8zImeFZgwcEYEHEKwDI4jYxic/Hn4sYgH7TEseAkwCA5JBEwZ+QvPXA65hH6+2rK7
iDs4QBbEXLqBCpA9F1ZOoADHBBnEZrIjEkkQNxkQE5g5gxAIcCYBJUQACAwTAxABOAB1+GML
iDxzj8wHEBaZM7mLkhgQSTM5nILEzzADMzABXGPwoM7LgdMZBgadsTsDGY9fckna64lbHrby
SYVLH1Vv03ZyIeYcYUGL5/XOBmdjkZgOIDiAmEwEZzmDmDiZOZ+AZn4IMwIyiHIAYTIgPIPP
6iYECiZImSZmfqfjgriDM4JAEAnGcRhyTzkTOIcmciOxVd4/Y7MO1L4L4Ms/yYsTVY6sjFkU
5UEkDLQA5IGcwk5JgY4yYZznMOICDOc5g5hOD+A0JzF5BYTPwTwWGeRPEBJmYHgaZGexg8ji
ZzMZh8ZMXtCcweMnAJnInkMcQuQBYchjOxE2bMV7RDL05qGI4YqywLygINDg1KYXwcmB4z5P
cCE8/wD/2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8AlFeFCnCYH8OG/D6nald1
apw2jpdO5hRzRjTo9SttOCjjPGOFSVwsULex48KexJy/wefCpQ5kNweVeDaVCxN0pnxK0RC9
5LVTfjUc09ivkUNuC7vYcd1Uf6yOvtfPj8y1IydUOXUoyjgvXjy4UK/4NeM+3X/BeODhvYfX
lVO/ItJCfq1RUaSPlq7nTioTOZDUvcW0rhufcWtwuU9iSSp9btqZUZJUOnt4unzZbfpH0k+p
4wpxqPPtrqSo5fTlP+k6sHK15FHU5lShGvCvHbhH+LHt+Jy4NO7dyjKMeWrIIRJLqtjptkdS
0KVqVNipOhQ5cPEoRqKeEtkux/8Ar9qUsc289E8n8ws46sZ9TW3zHpX/APOoXTRy1/5B9zsO
cU7WeFRY9XrVGtxcFy40FBtwoTPCCdPar7FCvGvCl+KxxrlsjmQ3BF0SrPgtJKmSUwqe4Tdp
Or3Dy8ydCSUSuERx5j4R8TfeSYlGTUucn72zHHvdx9txTG8piww9eF5VBYqeqnXi6U/CY/3P
a/8AE3LikS+np/jMc8flyUp8Kl+OxHsR7XLjCXDnxi3sxwmFO+o/KBzYlUgbfyuw+Q4b5Iyi
6Ol3OhXk9WmhVU40K8J2I4zwlnicjLvKcm69LiJ+f9A7kL09pJSrfhyIxU4TFDtZ9vNOG+tT
P8p3elyomVun1GGDfrUqOUnPck58YK0g5cKvjHCvCtinG/sSW/wHNmZYtRSgtIVR4pKLEoa3
Eld0FkqwyIuoIqRwj2IZGm/COEEaFB5PQzpOfdbnzG2pydUZ550xvLdzvZLFrttNptxQWK2d
f3Tw4wLX2KnL2a/4E8J9mOMcMcsaxMmUeR1I9VHoSrY3JT1E/EVblrJ/YRJBsXJ2ERfh4nhw
kprweCca/AaywluzWwupwuYsqvpsrRH6Rn2MMXPcomq64n1M1ZOZvXpJJ4RqUvxpwjhXhThT
2YK+1HCZPHhvweqM35FRZEvU+JnhlrPvaMUUuyJs7jNkXKM5lzpcrmUcnIibF7EyVc8zd6kZ
4ppjfarjFpr/ABHT3E2neXDG+jJ9vFvoxT09X48iMoTfzOn7opuqMgnYcXZOpBV+BPwJ9mSO
FqFfYq4NyJKMVeNS07C0PDhUoZc/tK3HyoKX4I6XjCmExtuFeRLGaDWm5XhHHZluKWLKl6Mi
/M9Q3YhuFoaMeePzVZOzqtirmdGPGrxdZe/6ItPAvcvY8SaTsVfCC5epVrhYkjQgvbThdG5K
PtOfCuhJUrpwl6cOROhoOBN2HGuzF0nyzGpqkyKZZuyezOhN2rlGhbmTxhXG9itiVrqRuRBT
hvJMXPtXGJMsd3PuMZqQtanUURVlaxYhKBJPjGpzNyhuWJgbLex48J34VN9jquTwZKGlXYho
akXqmsQVrCcC0HjlR6CxV2VureLFllkZZ5UwiFF3xgrXfheSJb5ESyhW5yLe8hlSGrGpuVcR
qfUxXy3lVYkk3seprHnEsWPabp6pdJSGtSpS5sSbngfYVJdFYuyPiXLv3kueEr4k8KnIvPiV
RVeZvPCYPvNzZDrCRKfnwWT+0hSloTSm43bY6XXLGz/MdWfqydeRLqkS4a0xglcNh0cEJX1K
ImK7lXXyLocVZUbVFoblfgQXIOl3dDPDtz1zSlf3OkeL+pi1SXh+bAX1OuHfJ4tYr9zE6sMn
k46ZdmiVZui5EtkKHzH6bbIlp+4+JLoyJOSP/QoilCiJgqlUtQd6jydOXDU3FoXLyULVLeR1
NOFcnFNstk52TPUnGzTkom14M+Rryf5RV6feTllLLGP01CrMfsjyirIt4kTU7vczlLDt5ZYt
qjaXp6SOjH7iVhhKtceH0cKa+qP5iXjg09If5iOnDeYf5j5cVvf8xEQuX/uFM+NB5PuW0lfm
K5udYeJGOWVXDriTOT88Sja8XifO/fifNl78T05P3ohy45olTPkPv4R1zNfHE6X2ccs0vmrc
ltKX8qF9VtwpGrNVTOjLCrcSRE+4omvcQ6rxK4N+DF6X7xxjHmNNP3lFPiyigsiiRRJyTCNK
FYLmhMw/Eu01zKuSNCiK2KNLzGrkNUakXpj3Ef8AQuudURK96/MfMvh+Y+ZfD8x8/wAV+YUO
Z2g6Yao0mdN2qOdzqiT6vdy6cVoqW6fznRONNJRLuR5lawNR5FFDLQNWISOR0p1FN9mNtJMt
5lVBahtJWeRGPqZn3c8OrHBS8Hr+r1Dz+g8Jvj1N4/8A1jWGC7eKbSyVbdAliqLh1L5pqyvk
OUQRtwnTQsQqcK14TMH3cJfvEc0RseJe5KJIZ/2JsQ8pQpqht4y3qR0nyzzI6UkiektEkjMm
tXbmeqnMSv0uF4DyaspRuWXCNS3mOSIjmQl4lvIsUVdeFLFeC2GlEk5Lwt+YeGWM4RDVIaJ6
msZnpp/MLt9rFY4rbi09aHTe/CdSpQjl8TkU14RpsRchw8noOM3hjpFBt93J+bK9zNcupsn6
uSe0ti7XcyXW6J7wUrzKlLn28Oehy3OYpE0RFT1OmrOnHKVrcrT3kq2hvx6kqOJZz0FLiZoc
ilixSpYnYkqiSpYqRoUU8I4vHWke0xtvVlSpRUGrm8Fbk+4oivkhY9uHm3VXg6n6mzpmUyYq
S1XQqhZYvparJjj3Mku655T+yb8KkrhcqyuhyOnFp5F/cLJ3ZGL9K1SGsXOjRjnKl3S34txa
CtYE16a3ZJ9nBDHBW5VFVCehy4OxoS7H2FigosiU4Es35kqvsuK34VtuTSVY5lLjnhCuh5SZ
ZNypZDcJWe59iJZKolqVho6pMcsHZ3Mc1+JSybn2H2niSSi2pKu6QNt70JxmlyMqIpEeZ1UQ
lKhtKvBmePKSXoKBvVYtx5EsrYoU1I1KM5EExw5L2KeficxJoqj03Fi56ZsKLcXuxJp2dDF4
KKx8CmlxQVnmToO9DfYroNZNvLKIS8RupS4krq7MV+Hq9U7fiIwxWOGKhLUadGbo6bR5GNrL
hUgsaEktVF21KeMz4kpS3Y6WmnsY5XW4+pV0OeuxRHTk6yUsNatG7RDVDuLToyGXISgU3KIp
7hFGVrwvwh5XKkK5CXiI8Tp3syjnIWNeEasexhzHi73RaCpMTuLzHhnlPc/RRlGLe3+eg9WL
8oHkk3jZJkwJRYUpQ3KxvcySx6XkmrcsjpiZdEdfbxWSo4p/UYqF1JLqpZx6jLF4p/rKDHaK
Eig2fDxKmcOO41GMDefqye5EfYdbh5Y0sLDBQvAxbrGkkve1WJz4nU1DmiggclIIVz0qLp/y
j5l0XNytyVcrUr5nLgouI3HNNihGNVqzZlSrl6CytkrMWcrq8eL3MW1PTY2GkrRDFgu1lk2r
pUJ7PbeHT80xP8WI3l3MsVtEDyycvKrbIQ4TYnkul7uhlbLwEsMLXhNmM4LriXk5JxpFh5xC
pUeVktRvSRrBNLJr1ViPT1GOK0VyU/Ic30FNSjoJRww6cW5o+R05LnyMW3jjmkpbZ1pUmJqT
3KLROSMXC8Rq9fgYt1xTqkKKYkzQaVibToJa+A6/HmQPUiwltqRobmxCI2K03IuihWhCuRqh
IR4iKW2ExKerlwng3vJL/FD+B6lO0mGT+XJT7jJJKcsZXiZdt/Ni4iDqw7beOjdBd/8AuGs2
6LCNX+t+oNY43pG0IWOUPOZbj+AtBBB1Pc6Utiwkzcn4n3G6kpRo3G8nCWp09v5XR5/7RJKX
hLbep9N+l43Z9Hq9FxPqUzaRr5YvrLKVerOlTU9SsemkXOrOGkOMZb12K4PkdVm37H2cKkKn
C5BBBJyLk04qCNORNyUY4u8cYQidEdtqixbXv6THJuVEUuZYY9v1ZUWeUH1Fo4eNRJ9xYZ4q
enIimWTu9CXwc3MxYvRwRtFBrF+rL5UJ5wkrw2JWK8KcOqJ0UHXlNdPAmiXxg9PmdfNobv4X
JybqJKkWFLltKTSiHFSKy7HOdbCxmsy9qEJTvA6Q0m50k2ORtvBSxsRwh+xLdC59pPClORQU
PxXCotBNXL30qUqQuFCcZcOWdvF+PwMU35GTxy6ccI6l4/IdXa7vUpa6k3i/6THs/wBw2skq
ZuX1f6jqVcdKil1GnVIbaUsnHKFrDgm7eou88XCVEWqyel8iIdiEepV0FQxx0VWUVCGoVj0O
Xb3irtK5jduQppGhPwEk4dJR0a2kfc7uVOanJmWWSmayRDnSbE5Rjkk5cFF5oesp0KecjSgk
rJBK0KqCeDk5FT5lw3jYRXhIl7i5XQUXQmkPTxJoyRYaseOVmOKpNryIi0GSSTeaVH+qdXd7
3Q8nLXVioZl2+93HT5XKWLPprLqwvi00TKUbsbuPNro0R6cVklsJfSyU0loxx2STJ1RzKlo4
PLaxzZ0u2hzbI95KHK9XwItTU62nGpM/9xq8e8hxCWuh0pWFjaddRrqnk0Sl4J3E3esDccLn
gcieFuEcJJLnMljZvuRuTqSpEoYqRIpymCSLnSlCQnBzVzJZVbOvHH5nKF1KHVe4x7mPqTii
ValoeNGmYzRY1Mc8Xe8GPVVaIS0mGLpqnb2J9jJwSyhhSIRllleiG38u5My3ZHXk4xdhY6bk
zRWM+51JNzC1/RK3G4dLkRVOjklKG+ep1P5thRo5Zk5UJEuyJ3KcHPlwVZKFVXThBFyn28L+
XCrKHqwWS3aEnil5I+XH3FiSHSbQPDJ13KuhLZGLjPIeeeTeLqpY+7phb+UbxbyS02n9o+m8
nRfLlYfb73bxx7uV8oWnq+cy7OX4bdLpBngpzhqJ0H3OtvuY/hfjj8guuj9xDyaTdmfd7NCp
l1WFNnvwUvSENOuyLTNYFn3cVyWpCSxSsjZCxxr9g2mumJgSabyfkhJ4JvV/mI7UY5u2mJ09
x4vupV3R6clH2mMNtNw90NKzQ8Wq8KX4VJPsL3JuV4WKW4TMslk4qfMnOj2Rd+BXGWt2TxwT
cKrZ6F0Naasfc7jjHG70Oj+3c5NXOrvN5NW/ziRFFz0F2cb5VaRlk8JVLn/Jj0Z3lSv5T6n9
q/qYaQ4yQ5xefcSU7mbzxWEx8zx/+vEyxltYtp6W/VOpKmwunLpaEs8Z5pRU8fZr5GONut23
gS2OofQ0so9E/pHX/cZzm3VI9ONbSzmicskkJJPyG8upNHS+pvcWeDqnYeffbU/LCc/wk/22
TnTJKsftDlN5OjMcmklNeRjGrrIm76jzxdVcfCngV0L0LkXXBCORTU9JMJeYm2i8t+72aDew
tsZOpNUH2lGOGTil3Ann8xCpJM3UtkTGifKB49xvqUSzr7GXUno6NGWCdvwuqRn3scMHm8n1
ZZLqdur0/IPJ9xtt20/dO33FVd5dWa/Wfz9Jln2/liYmwuqWzHLJTcjjX4ce0tEmxNicbz7y
VoTMvmVY8cKvVsq6baCm7sTnq6QUYumKPVSfTzbxyW1vV/7DFPJtJtRoPKLDwjpE/wAKymeW
IlpNSmp6fSzozjLBWeqGry9T1Yl2ier4f7imfw/3Fcvcv9xf4FWzd8ymKRC9qeLwVJv7hpqZ
c8FhsqeRWry1Wg1jrqfSxUOYbHlk4VVJ/wAefUtmo/MdKfS4i8jw/ue2sl+krkdvLq7HeVnR
r8I6LKsSN43ws2ZdpRLTkqpgxW8/08fH2J0hr4jirQ+qj2RSiRCkWC1q/wAp9RwuQn8tLISS
s4Mk1ENr3GkajhxH3E433EnjPcxX2ekacJOjOrFykrFqxbyHjJRxAse628bSJ7qiKIqhzND0
2V/8GnDx4X45Vo3RbUEm6bihCyxjF4xL3/hOiibx6lUSwawi8t1Hn3ck5u1NxfSlYp0yxka6
+qf0nP8AMR3+11PeE1/GLuf27WDf4fw/wjw7lWnHL+IyeGLyf6L+Wf2BrHNdvtwpxw9NP3SM
vU0pbn1DbajZkY5Vhx78RT7OWX6KbFmpby3/AHj7ZPTMa7DfuM8sqwqeI8nXZHrXgqQPJ4JN
PbQz7s9KToqoawpD/EnH8g8MvT0OHeoslZEqUtEhZ4ux9TB3VleR5Zerky7cboeXWupLcpUh
0V9RUmCSo4oPF3deNUcvYi5XhBHHLFZRimPxOnJSj00m52MO0oeaxlqv6Jgm49KT95l1xnFn
MR+6f8ShxPTef1h4Z4LJJ2I73aWD8Vj+U+p/b5dSf4V6v3enqGlk8a/K0Tmms90ThlTKqatQ
S7tW1DrCGsYaxsxW8L/zCzi+L/p9ioul1bXuE8J6Uqrch0Jd9IK+4hWIeumok300ly4G8Wkl
RIeOOUNu5iu5mm43SOpQ5spRlmsoye0CnKceZRUIMcsW1DPU4bqxLSR5q0EqG0dOaxhaqULL
Fp0TKV4TaBNOlvbqSUtwfC8vYaonsrlXcknQ6s2kkPtdtY9CosqzT5T6vcl5Kk1shrfxEnEu
k8kPCKpT1Y3kawybyxdVSgv7fHNqE53oPtd319S6lk70P+NvwMXk3KkXKWYttxtpAm20puoO
nBQkon2G9iW94Fiqi7uCesoopqOYUkttRY7cWb9Texk+dNoLTFhfpZVb2Ro925oRPNMSerOn
H/PyivDVOC6ajbvsWoZYteY5TXiOXPkY5qka/mIaSysmuC8SPj7FPZrwbdlVmUP0vTkPJxOz
H3M8pzyVRORsollltb+k9T59InkZRChTG48s4myhHVj6sXS3T/ELuTDyotYqdvvpr6tVT8S/
WO7k8+jKW6Lq1Oz2cH15dtNvK3zfh6f2hQplJuu5h3MXDyb6l4GXcu8Vb94rvca/SymX4FNe
P2H08dHLfgN3iiFDrNUVqndH1Oy25o0PHJbER5Mxb1dKE6LUnGpaJ8TYTdKDxThIq525kN1W
jGpo3sLcghRdSVqtdoHGNCVWvgeQmsmq7jTctQ1uLloNxThXhBsU9l9rHL0qmXiTNRYvKcFd
aSUH01a3sPFUxequx9Ut/hJeK8zS1RKZkhxi+VB5Z1wxqz6mMYdjFtYpUTXy9X6fzieT9MUU
yjPuf22WWGLcTi4uPPPJ5Zatttun4ht0yTdULDKynWBpUbt4GGLrOSlixXv40G5jJzAuteJy
uYZ40fVim1T0yS1Ows/3lyG3hjli7OBZdt9EJzEIx7aytMc2NP3XKxtjz/SKOXqS9LMabWWa
tjX8o88sn1Zfhmg3iq3RLct8ycpnnwvYWSvuLHBUMVjRIc31K21KXPm6ZtJ1dtepXgl3ZPsV
dCluFSg8m4hSPJ6uTkZZxD3bHh23yJyynlzEmoRK05lGhY0U3E81K0hVGlK2lNHcw+ollli4
lj7GCefb0hTb15eoePcTxi00OjuV7TUvm18nrMlio2T2MsMsqmKTUqZ/ziJYqXyMFlTJtFCn
B5TEIfVXHCq8RSrDxauoI2a+3Eabgi4/puJuhdvHONMoi34iVPTaRt662IxahWQ0sZSVY3Ix
xdLwmOZU6ai9L5UG/wC4xjKsKY0Mlmqp0mRvTfU5H6o6y0nTl6iltD16DeM9XiNaHPQiSM36
XSSbr/C6FZKozLN2SlyRi4X6JMepn62sm43CvqRCpVtDrL5lHNRor8CO3nE+8XW5hVMIaWSc
ZY+CMcsKp4rxHk3B1t1dzHOK76mGUepNfaV4Qx4L5soS8xJT1NVH4feOB5K6r5mP6WRNnJOL
jPKiZ1ZV3YlimLHCrdXI+pKOQ8saK1aCaSyn4H1HsoVF+8UxxjmhdTxS1TaTQ328pxdXG46K
0HU7RMopEHcluFg2vdwnIjF+Rlt1Nr3kRJ6qzYWNnNxYZOck3/gtt0RKpI8E/U1daHTm28di
tORW6NWhdOLiaM/5Ibdmh9y+ON1zZDtohaPRMhuN+Y07aPmStLweqUkVbjQx7eSeWa+XJ7Ff
mdabDcS2LwOmHLdD1Jprfi88lLSp4niPGxOiMmrRKMM1oqjTqzLJucUl4WF0uio0YvNSstDq
ajBSkv5CbLYUocZQ9xJ5NRRD72SbxTlPwOqsNVbKOES1TVjeCUOaaolY9STqh4dMNJ03/V4L
ZSJ40aFljPMTXmRCnQ6u3ji09o/qOrP7Z/wXjMJ41Q8svGD0qcsnqYZ99Yxd4upPZ7eM7WJ+
gsfDp/pyFn3Xi8JnoiY/iHjjhjhSEkkiVpKXvIWTFXzOlOXuVbyWyHE7/wCfUOaNaf7zkhxq
S25Mc5adtaomy3QscW5VJMcoyo05Mcnrfi8U7RQ6sojcTwmNaDgdLIWN4pEkOiex0pJpu6IS
9WSpGhWaa3IW9HyJSsLHLz1Jxt94pU6C7UOkyqDzh9Oi0IyUFL/ETxyajagutN1q3B9VYYdW
C656V1elcIdUzqSonVmWU0WhJ948cn6WqePsW4V4UJdEtRtNLFKJZjj2pfbxpk6w5/Wx/wBB
OWKfS6X/ADERxgbxrS3kd3LPD12x8yVg71uxelpeZMdO4+mE90zdNjXv0L05P+YopjYSRDl4
ayjpUPnO4ljjOW8UJrHhA+13HVZemdo4uLtiwV8qUOrqXVsriSc5bWMm1A9KzU6bN2Z05VuL
NQsUqzyOnFdXgPLuJpc0RioWnvKqo+n0pugm2uoeUVepCcQVdSjnkREvcnGx3VLn6WdOcZcJ
diMF1ZZOIsNRE8I8xU1Nsldeft9fcyWOO7/eHh2MG8LLKfm/WFlnl0zTpSb/AKhYqrftZdvF
cpk9dORCUkYtybMhuSYnlIlkvGSU/GEPGzVzpmg0pE4idRT6s3Xkjqxp7zFZqrd+DW5uymNF
Oo8+qXqkdTcpaDeP+aDqnuLTkPPOytzIS6cLbiiy5EC22OpVxewo+J1KsnyyuTHS5L8jm9SV
ZETrZjS/EmvLhXUW0zAhap1kqSY5P5bMmae13ccEsce3KTymITMcJXWrv/OJ03d59rLBP1On
gPREtzI3vQ3JRVWKH2jamtYWg9kVmTTzM0onGInmsiMv/jbxa8CZsLJmKyul7GeKu1QaV04Y
1i4bcu5N2xfUUxNr/wAZ1Y0xUUdzpV2eppbj6WmoqNp+Q5jzLw90VXkN/Aib2gvbcnQiasi4
naGS5XkP6blrkJ52VUioktdOPS9R4ZOXMrjz4VG1rfjQknTg88qJW8TJ65ORzXFnqrFhY4+L
Z0ol8KDko6DTsyIrjrJ5wdzLTJr4GOOGDnOrdXUeDrl+FE9xV2F0uGLHOPFexnpLf2m+xRTH
wKVyIShcycqseeNmj0fMNus3oj1Og2x5KmlRrUTVtyqnbYhKE3O4/wBK6E1R6jqNJV5zA1i8
UvBjSc6EsTd1Yhkkr5hPJRNGTi5S29i3B0I0KP2F21vPwFll4wQl4HTn6MdtS0NqOEE2ORyP
ATi42hzCc2e5jlg56khPJVVjqyunReB0JTCk6u5isEY44w1Psdau03XxElLrUeONZvJRVepM
+XBJ2JTab3G3DRP/AFI00FjLTmdhvqHHyqklHay1L1N6HTFOZMXPV6lU/QMslZ1grYeSdUSR
SDnueJ6a4vQajpyV1JT2PHhy4T8Dpich5ZKWtzbhzJZubEtyUohrQgTd5Fg6t6RYyxo9UxYz
MffwSXy5RInlVvGqR0YLpXvFnLWVfAxczK4vPL8EfFjzxSvCSKVK+kq5glUgSuh0sdLVBrF0
VBS4jap1OGN2TspNlqNpEz5WZXTnJOnMdaEOcvGpDXS+VBO8lbIaXpoQmcyt+EL3nVi6u8H6
yv7Wpqcht3WnsW9iOEK5UqLuKamPcVeteaMsMqJQcn9gssMunpF1NvJK5Si3EsXvQxxyukf9
eGeGucJe86co3cGyK1Z4jSu0eqkDWOURqdOd9HB6U4yqPGKqjZE+lDX3ETTyI1e5z4TMD2Hy
LSLcppc9L9UWeqIzjq0Jy0KEMoTlYo6Plxn2YHluqf5/ZFluRoJqwzkUOfBtVFOuhGpe1hLT
f/3GKVTJzDoLDuOVaRO6Y88VGSRdXMElKbciRfhhgnRVjwKkX+By2IdkRroJK7lMaypLuJ/h
rBj01SXgNr8REUL38xrKr5CyslqKG2/cQ7sTSl7aMhvwVBiS82TA8byLKZbsfUXpiLcyH8B8
io2tD4ks5qnGeNeH0/w4JJ/xfnKaWJRG3CLPhHvJdin+URqiWyl2Y4KuWRGThr7BuXCsJJC7
bh4J63OpWZR0m4sle9efCNWSzJ82l7ydqE8Kj+A8VRqzGnEpuvh6SquRFBOJiw/H7CdPiUsJ
u+iIs9zqmrVB4uJR162kgWzHg1CsnqPF1X/Q6W6ZX5DxxczE+RGWK9w1jRUcC1Hot4OrLKeR
OOUTuSsvgQ78NiOE8MsulJzfgteEC3LqD4k2gTmZoRcq6LY6bpUKIsRZbEp+RGx0xOLdSdy5
HxHll6tj6a9KktU6U71cEWOXMpQa+J1N/NLG4itWJrGrJdtrQSlM7jpcj5VF4JvG5ELxFlkv
TuYtWdfcOVDSpTYWFfmjUlUb2JVsJkTVxNqc3pzMXZZOGktyhLrJGuW/Iijb1I9ivD5njGxX
Nvy4dLdx5aIfMh1EUFcbfkOJVdStaExC2Z0pWHleCXjD5lp4T8CC3mR8SikWObnElajzdkiE
2kiLuNSlMqQ0Jty+FXKJvIiXVKw2rNkvy1IgUChV1PA+wt9x2+3ikvthGOKS8fEbdkfU1xnJ
+RCRkslNao6kmnbE6s5bdaicQk6lKrQrMKxKXq9iCgpuuL30FS9yMoY8E0o0kpwj4ksqQnHx
L0d2TMtakKSGiYnkQvPUp5EEvGDdljZF/iRqY9vOuNpMscX6EQ6czqdKajbagiVMlSticdNB
NvWolNDevgUbl+4ltJ7lqlKOY8i8yUbhCpGV2jHuterJOviS2fSwfo1j9ozzd3i6D2MskLlU
hIdRLOi3PS1kR/gtawdONRZ5P1XG4qynGRsZGi0F0pwrk445NaydXT6pqhzQlnTinaStIK1G
KskKxafAlJkunI2cQdOqIWh0qFjjQhw5E5sVqbQSVcLF0GolSKKvVFVfQS3G0qFJ5bk5ynsP
LNOFloKEoShGWKiw8/xRqPGihHTMqw00cyupL8CUbFHOP6LIy9PiOK+BLcHUirISpuQ7kK5E
3VjJu9D6Spi6e4hcJJG9IK6WHlZi63GL9TcftHTgqTLKI9WKZXCG9UT28njl4T+Qywd09USt
NCra5Gq+JMWJbuRJsSiPiJzMy1OrXSN/M8lYnVOx1W5EbkM3Q0WhZP3DadGJ38dR5RRscVke
kXMFq3fzIRGiuONLDyyyjJKxHV6XUvZSIWlBrFxAmrldSlWT5G5eh6cmlsicm2tJOnF+tuxO
TbZUb6r8x4rKctY0Oq+ktjyqklUfdyV3SeLcil1bHjqVMe2vVinLVqCWKSbSmPYkrQqkspvq
erGOZEvcsbNXKuw4Em9CYE9CJlYzpb5RbblvEfhRcyr+4UMcVgcowXJ+8SW1+Z0ujQlLpUrR
EuzsKFSVBsiHLkyTdVpzG26vTQ8NBPQxU+mhCGnSux9hUTx8yl+FaLmOqhFPkRDuVyS5sjFt
YLyFGGTT13F9VpZ+JP1Fiv8AUdCzWeKVanQoUUaKl6DU0JtGo23wfd7jSzaVWxepVJxyWXhw
rYhHMqdOaTQn2cXHmyGmuUQR5lHCehBDoUHUyh1eVfeLFPydf3RzfYnH0xuVcvxkh1G3Y5M6
lZEvSx19L5srZFfMUuun9JjlpNygscfmHllV6ihVOpUI1Fg1XRic0Ys3RTfyEm6blHLIsNfE
i0HSmQl4sx7aaolbkRNdSsoq10rQ6cW1jjRV2I6nUTbbXMtR6SLJ6akzQaKjdpsU0G38uO5v
PCVMaonG3B/aU9icsVPgPLDJYzZR/uHjkpa14VXmb6H0u2vU/TM7ixzdMtbW6fzj0jXU6lR/
ElWRDhs5PQmabaEeQ8TdJ2HipUxqJfE33F77CS3I10JnqZLHWRdLrpNCX5V1F14p5RVidktz
Ltppa4zYfbydcJxa8CcblMXlz0Iyq3rcpHkS1KWiOlYtRpB0pVep1Zx5npywjSr/ACmWWeWL
dISlnTNtCX5SPNqs6kQPpUD6rpEEatwTPkRrkQlCGuLT1sLbY+4rwrwoiqMs0pxalkpEHXk1
C0Hk6tt/0mHc7f8A8bby8MukjESVJVxt30Y5cySrCWpBWw0hp0sNISd9/wCkUUpQl6NjyV3Y
fwJ2GtNiH6UtXZFNmN7JnX3cvRdYz+UXb/t5vdUoLqxS7muTu2J5NNpzrb94he5cOZW+/DYh
lCLmXTjM5N08RfUaXIWKslL8yjsS7bGSUtOipQfUqu1dCdrI5aIxzWLad4IWD5uD0qu5zY8s
8XkltUfRg+Q/mWL1egurKSpvwtxy54unkNWIyXvRlnTol+nzMViqz8DLCPmUDTxqm1Fh45Ku
lbF4RuUpzFir+JzQtxJUepKrl9pLbW6FFNyVjK3MVWK/aTrcTsS3S5ulcp5i8yWujt5eMwLs
dnFtZfNl4f6f9RKrk1Eshqhy9iDwJ4JtpEYqEtWNtVfBYqZa+8Tzo9hpfisiIqhNbWRs9Tpv
LpAsYsoLFPu/KTL+A8Yo/AnFe+PyloXCnsU4ZLkNPGFzGuWtBPeH/KdtrdSl4ie9Tr7alrJN
mSypkQ/ApHNng6I6soSexKKvi5mtWUdhQpxS1Hioi4mvfFDw8ikN7Gq0KfEmXMPTheRKPYcu
py4bFbTqdOK68lzhHXn5LQ58X3HbGnuEnlEaQNzKToTZMmK2keCq26IxcerpU0Vyf8HbhM+x
GWfTlFKD3dDHG6xxVfDpOlqt0V/9BrRj7l8Hk66VZETQcJc+PTrO5Be1BPRHVim01oNZUEsX
KhfYJo5cHJahVGfczyjLoy6cY1jL9Yr7NURhXPKwss8V7iMlXYekXH2sFKxozqyV7IkcFaDl
3IwTciydJ01OrCj3ZEqaydLoj62ajFKk3dSTmLhUseBUfI5leELhThl1U2MnMbGKeqf2CTdU
7ajik3kf1cW8HSV+8PBuMc15iywfVjEzzG2oewyaVIbvoeJUaVitRaQSnPgWqnUfMh0TPSqu
xinXqcLds68/n0S09nlwoY7ilziro9GC6oq22PFJQ9Ej14OXWeZ6pnaCccmtHKY8sO4souNL
QSPVpoaSNTbUWGCl5USFn3lPc8fyC41NuFvbpTctPMrw9aOq0uEjHHJ6M+qqxEiaqiM1KVUy
e3nXHSDLDu4zjDhrf9kSyTbQ18JLVWlTqxToTqxTaKkKr1Njd+JRUHKoyXL28BPF0V5McVV5
UiRZP1dxa1go/Z5cKibcrEdITpzJmH9p4kqvjT902fvK/A7jUafaNshY9SV2enGr2JwwjHeB
dWLSyvkzF/NnjrQovahkexX2KcWLHG6c+4SfqikMjuPHDJ3UnpylO0VIzcLfQrkk9aohZJp7
wJ4w8XeqoSnD8RN63Y4cplX6XVMi6g5kNyxw52kjUtYs35D56MxyVIcpMXXRvYnHJPwfDn7F
RtvmxxeZ8i0MluWuQ3eLySnrYlumpb3maX4mrHSsq6kKi33PqdyX2+qrEsMaLQhcYV+Fvbk2
4014yRuPttTr5D/ub4ypcVqLJWuqGKyTeLpD0Hgn0ONWSs5S2cENvKd2NqvImtNLFY8CHbKx
MUxrLL+BNJ3LVKyh9LEnjO7kop86G5D2sRpoz01VzJtQ0m1XVexyKixxcdThsr7jp6a4qcmv
3j/jnmsjqnpnRFarmaQyXVmXTGlxzLeosM8Y6I/ar+I6cMVhjslC/hJ4cuE8OR4exM+xLsin
CSSdD1J5PSB5vHrySoohftfjOjJ+hx6I9JjOCZTFKOQssHrYayXVSw8Xgk1ZobdVsWh+7+Ug
laanRmpTHnhXB2TJ0ezJehKquZenIWwlVb7DWpzL2JTjkWiVw5lLcLmOLfpxbp5lX1LSUPP8
WVEJanqvldMaSj/oQQ2Z45axA3rqYPFwsnio/axFuVFxsULFeEnIoVJHUghlp4ep3MscMU0q
Js6s3L2sXlEPQxV3UrWeERcnFU1LV0claPa4u5SVc6Xqx464/KyHVqkeBWuJ1J0tA1i4xVyN
FobRoSSzqU0NmTk45m6K+xzdF4izfzy4FqhNU/7Cyd4uLZlo0RWGchNa3gbx9zO3v1Yv+LH2
EV4xwrwcXPmWK5I/8ngVzqvE+Z/E3S5FlHNHypkPGIGsqr/qZLF+lVXgdb0NlsT7zHHR/eMk
eglNx8hqz3Q+1kravn6icdB5L8N/AWeKuk/eTEMpuRZckS/ITwcdTixRz5ZEvG/J6DTlOSjq
JMc7U3JvxbbhI7fe7bhdu6vNTposlWTqVKw8UdMamNPIpS8Eaob95AlJDUxY+plWIinPh4ez
Hsw+EnjwmfiTJo/cT0oo2h49fpejQ+h9WDrEOhEVHNUYtKzQslqKOE+Q1sRclKMlZm7VxtUn
TmdHxJvyJms2Ml1TzK663/IYu7WSgTKqSyHRJ7xUaTpGx0xrFmXPUdWbOlL0zVboSw9LmHFN
CXcnCuOqiBZpTjlpZUFlEFC9OQn2sH070/rywLR4PH/8hCwbav6sfzj+pj0recX/AFjxwUzv
7FC/D7Spc9WSRXKa8z0qfGSiS8B+tyR15c6l24Fqik8PS3IpyrFfE8PEqpQ849DivMylQ9GN
zLfkdGTrC1krXhtNOFEVR1x6rUHLtYooe6IbqtanVOpklVG82kxl0bQotwlXG34JkTLE4UvU
5jybiLkqq+4TalmUYxQcWOli7MNpvRHoxyybmUR9HNY7tCz7uPVns9GLHFQlZHInV343K5Je
Z/5MZ8UfPjPij50/MXrXvJWSb2JT6VsirfD7TwPvJ4PjyKuC+pXh9L8NGPpTeG8UX7QlPW6d
Tn8p1YutBNXdxpi1Ik2HSeZlSeRCfTNyMmm1YnTco77lHLd4EmqXc6CSvKgST8Tmx2EsslM2
Oqa7CnLwXMkcuGycTqY2vmVoIylPRMy60+lXaOnteeTrkQXKnqyS8yMYfvKY4+ZovBHzsctt
m41wnYqy4+Ma8KEe88OChSRwrwTIepj9RQ20qUF2+1hGL6V1K/Cc6VqPF6KjJViRyTYhjStB
T/uJK3xErrVCTcRocjnc63MzfwJHy1OQmrKDGit+YnqbaqZtaJwZYXyy33OnuNPutJLxE2rn
S8Mulrb/AHnTjdb6GbdJihNiWdPb+bV6DeeTbeklFYpfUpSCtipyF8RQUu6Cm5C9xEWOTKcF
zIISZHS6EdND1KFpJQ58W1ZXORIssE2qU/eMf7fudrNppJpJaftjyeLSvVn/AB22bFNrUHBE
w5Oe5Ue/MnVDrUh18CVM7E5XkpreC8pvzIxauUcnjw6tistbIehUeeKjHNuGv2R9zPGMYhN8
2eqvMrRbjeEZN7fMv5TLt95NZxtNvT8w4yhaRQvln4sjJNcyk8+FuEG5XB8j5Y9x63Tx/wBp
zWpVSL0qdz5UfLXkUUHor5ibwleKJaajUnKuz4MSxrufK0NQz5WT0uEPFquoqC03KvUX0l0p
pRnEP94rnk5vLZKqVSXuOm2WslfmuoKsbVD72OStYKbwNKxWGj0qEYqkxI6W1J0ZKqToPHF0
Vyli/DHHPHqVbr/SJ9tdMuPeLqvvuQmRg6uak92clvGn63pOpVnUaerK1JeKrqfJ51KL4sXp
RTBHpxS3ZOi4JX47+1VU5kcI404XJeKe5RQtFUr7qnqSeK0Izjo2dLD6IhWr+Yo0S2ucsWWL
XVuTM8iWRbg2jZ6sqvORzpYhMrLWhW8kq2TdTkUpudGngZLmKjgaVWsW35cIyUrmZdtpY9VJ
ixD9eGLpmtl8o3MpUdRSpS5/7TLHp6XEzMjzvDcJ+zThGurL8Y4wT7uFzx404RsRpxngiS/g
ZZP5U6eInMYwpHk8vSrInJtp6so1XTYq55E768irnm6QJyciZvSBq8FUZOfBGz8Btp9Ox6ay
jDF/YTjRbsy6oycUbHr0yoG1RNkRLsdxwl/x5/BFOFz7ScsVOn+cT05JPz/MY5dzLHLBOsdQ
sMKJWRU5caIixy0FvwciUcPEiC0lFwouCgppxnhsQUFBYrUyxULKKSZY9zRufEedFIoV7ifa
hZeexPd7fUuQ0sWubRDnkSiJ1400o1zMm3XbYlqVoJKm5C00MVkpyuIcu5k1+Kcp8Si8y19j
u8u1kvNoojfkT8OF4ZM8KOvComuEG/CrJ0G1YpcnYtwkoc+KKkI8NeHI5luGz4Qnw7mWGPUn
k3jVRVk9DT8VH8wvqtRs31HONiGkucGWMJrLkhZ4Y0ryP0U9FaSkM57I+waVG2NOU6F76Dlq
C1Mat6UeJFyxguToPtprqiIUyQ1D2E9HYyxp68XialKmxOxYlaliCSSXbgiunC3Dm+EcfEn7
C3CpT4kcNZ9qdRE8JORYmOLxmrVCMlCpyIp95CV/eU0JrUWaruc+Q4V9dSUrpTJueAo+bGYO
ruecCzUuK6flFCiOESWKlbcK8K8ORGxFGbj4RwkjjWnB7FODLzwr5DZGjvw5shjI4PbhQqNj
KcetXTL1ZcUG7HhawpfIadtBKavGq4yl7LFJDI4PkU1IiHw8eD3K6extHGRFeNXw5k62IORT
UdeDQ/gfaV404UseN+RU1IKGWxXw94no2PdHMc3G51KamO+SV/A+7jBDIPAvwpfhcvQoyXw5
FCnmcjmKWX9rcpfhuVJ4XNydSupSnDbhHChXg4k3LV4UuWHi1M6FVSlPIhWIWv8An8JDqOba
wN4x07MaxqlBjjpikvcUJuVcbE6E3NuXsbC4bIoyPiRqS+G/2n3cJdCeLk5k8LcPE2GeRV+8
5/AhlCXfiznxt7FPYQ3jake7E6c6N6kz4bHU242Q31OHoiK/5/SHk0+pwvcUquNS9CE5drkz
Bf2qlDkfeIppw5ksi/MvRWK4xW8lC9+FjkS7FCFUh3IjUZ4cLcLFTkx7s58IL0JksU04TZEz
w8COSceRZTo/6SGPDqhXPvGtuZjOqGkuqCmKUkrKI5HzNeBPUyZfiJTRovz40p7ESz7SpFx8
YbPSz1M6caK/sVL0IImvC5UgrJQgqi3CFwjUoN8eReCtR8iZptweg8VX0qBqLXJVvd/KRJF1
zMnrZCroc7ssQtPYVabELhRkG8FC3COD048iijhzKlBbEWIVil9SolHCeFS0CSLIobEG5zHK
hl6sc0SKVOQtixMDOfHLFuF6ab0Gk0tIb3Fg6bMunN1qJJvwk6XrvQUr3lPgTJJVT4ELGG9S
YQn70NaEkFBi34ztwgfw9inDx9nnwkg5EL3ca/AuTJzFuTwVqnMaKC04eJqTwox6UM2nWMf5
cRN1ScV5C5CpHgPJqmkE+PzUFlLTt4FyraXgQ5fmWuR0kwnygnpo9BwkPhPsUJRVDpEexXhc
pf2YvyLU9hvUllqFLPhBPBaCaUyTWEWkl34QTwe6JdSX7i8DRk1NUv5RTVzEyJT5FaeJT1It
EndwcN4tOd56hQiHwrdam7KrzKpFzmbl7kaIlFDcqWIRGpehQnj93BkE6cJnhG5RjqVNyfZ5
8IZKVB7lyRLVEt1LlCpSpQhVovsFplNCG6qsifIrdmvMaVFlE+8oy5UpfXhV+JV+ZXyJ+JyN
yleRaJNjbnwi5TjPCpubMhUGUIK8L04U4Uuc9yvsVvw+wRY5cILFbFNSjKlCbcz6jypvF6Fv
Oo4UzFZE2J6KxehOChqwm3+FfYbsrQm/CPeWEpobJ8b8LlzkKPYg8OHgJ6lSUXsVN+FPIU34
JTQoyqJ34UPvNJFF9Sj40jhJJtxuSN02oPGKKqepX5eROHmTdychXKPYwU/hX2EM5cFsQtKy
RvuJJn//2Q==</binary>
 <binary id="i_063.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RrvRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzY6MDMAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAZtQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANZ1T7CS1pcBzA0CXpOa0bq4adNw
1b/nLpaqK6GenUza2ZjnX4uS9NrXF4rHu+lGgP8AWa2WpKecbW9roLRtIEHxRqMJ2Xaaq4Ba
CXPIIjwB2/vLesrx3tO6sO3DUAcoGKyjCvfWIYy5u8E66g7S38UlOTmdCycak3Bwva3WwNBD
mgfnx+e395ZhraT2/wB66Lq31m6b0oubkOLsitvqHHqhz2t7OyJIrx2v/wCFXLVdYx8zJczF
wDjh7hGy1z4lu/3Y9lTPSc36T60lNhzWluwiTzoqllBDy782FbDtxDvw7/2kTcxzSHDvtSU5
opFkjRlh7+aodVrLMa4PGyysc9jqt1tAJhsGfbr5qvl4Ztq22GRBbZOhj87bP0vakp5bF6l6
b67LCZJIcRpBGjHR/wBUt9mUzJBNkAOZEEaQJJ3R/n/8WuSqY476g4wxxl0funbuV3Evy6nb
mDc1o9zXDQgH/ppKeirvvw99+NZJBAfTu0InQNe72/2bV0nR+rV5rSLKyxzdCXaarmen34WQ
wPpIAtDmOr0J0iPY76T9jvermJkV4N7C95NTyQPaTA/0f729v5m/+c/4xJT/AP/Q6odfpde2
sVOE/SJIO2PJq0KrPVmxs7eGzpP8pcey99Y9Vjdtu8mSAe8xtXQPtu6l0WyvBpc031OrZvIa
0TNdh3SkphlfWfptFzWEusY7/CtLdun51fqOY65n8utZfV/rrht6Y/J6e1z8xlxppDxqx233
ZO33N/mi702/6b00OzoZpc1vUqBfTjbfs9kAbi4bLWWMIdt2/wBf+bWZ1Omx3UqG0/Ysj0iX
UMv9obUa/bVksn9P6dhZZjP/AH60lNzpWP0iisXZWl+UTZa7Llrnvj3kMse/d7vz/UWvgUW4
4OVTgsyLDNdNlV1bDsH+D/TbWfS+lfv9bYqLenVv6azByYca3CkvkW7LQ31NXNO76O9Xfs+V
b6WH091dRrb7BaJa2tpbu/mm/nb/AMxv00lNrp2NkZGO3I6piV4mdYS26mt4trLR7a3bpc33
t/dchZXQzq7FdOpPpvPj+7Yfpf2lcxMPNxcgepa22qxri/aC2Hjbt9jv5P56vAGdZkdikpyG
dNZYytmtbwPeO4dHY/nIGXg3UxZ9Lu4tHEfnLeG4jUQeP9YKi6tzh7gP5Wv96SnyjOxNn1gv
YBsbeG2V7QACHtH0f7bX71tfZqb8fZVU5wrdsucwDkhrvot935309is/WXpLKfrDVkVEO+00
Euqa2C11ZFQdun/Cb1U61h342Hh5OHccXJDnttsr09QywVet+c/092z9J6iSmuzod7LnnFPp
hpaWzBB2F2gf+b9JHptbY/bl6NL4uqJnb8z9Jm5an1duyMrDrszHepfZPqPADRyR9H+Ss/Nr
acnIexpJFhnidCkp/9EHTOpU5g+xvndY4tBBgx9Jzdy9EraBjNrxoqDWNFYiQ0R+6F470d1g
6vjemJJuGg5MHdt0/kbl6fRmi/GLa2k21nbXUdTaWidu6fT9vuSU2srAxrsWwX3WEOG59rXF
p9oLvbs/Mb9L0/8APXH5vRMvA6kzqeOX5oyGA+kQ0XY8h1lT/pVUPa5//nCt5/1htotupzW/
Zq64FjHklwBj28f4RU8z6x135zv2c71qCwQGcg6y33R++kp0enYleJiC153WvElx8/3Z/wAH
/wCfE/TM5t4yL6nfonWsxmOB+mBD7HVR9P3O9ywsm/rnUaW4RaybP0bdQHvH8prR7f5S1eot
v6ZRg4fT7H1vte2gvriQ1+77S9jHB36VzP5l/wCYkp652XjABjnw4gHYNXN/lOa2fofnqW4z
A7/MELnMym1lWNRjT625ra9YhxMn3f1fprdx2mupjXRua0AxrqPpJKTtaZ507JHUHadY0nUf
NMDpokB3k6fNJTTzMeu/Z6xAcyRvI9gEg67v/JLI+sGLXdiVOr1HG9v0XT7fZH7q0er5GHTV
W/IrN36XZW0F2pcPo7Kf0lu7b/NrCacXGue7JOQzEsJOPgNoa5wadfUfe6z0a69/81+n9ZJS
botBrw6Tqw1l7YMAH3ujlZWZZ6fUL2Ms9W022SzmRO/1Pb+4tHCyem0UXM9mM2Q8mx7y4sJl
1PqO+0/p9u1n2apn/oQmw8jKuwXv+xPyMVr4bZl5Fbbg07WN9B7afS2M/N2v+mkp/9LmOmZb
sPquPkt02PIcNBo6anFrj9B3v/nF3PQ76MjqGLjYInGwwC5rifZHHqE+59uu5rP8NZ+mt/m1
55Y0gkkS2fnyul+rWTYzFYYkse4OIjWD+/8AvbSkp7bqGBgZVN9dn6W1zi4mfzj/AKP9/YuC
zOknpdhs3TbIJxph4Yfz3fSdu/4J67azqFNYNOHYC5/87cDrx9Gtw+i1qy34bMsGsAVYodPs
A3F0+6z1Xj+dckpzMfOxcHIqyL7PTb29SGvj84+5dI+0bPtb6zW4slrHD3CR+d+7u/6hZmN0
Hpbso5F2KywVO3b3jfJnc1m5xd6rvz3vVfqHWG5mX6GF+lDJFmRzU099v+nf/V/RJKdzouPm
XX2Z2S79XMtxa4gnXbZc7+T+ZT/24tj3AwBLfGP4yuU6Xm5VNTIufa2o6CS4Og6s5/OXWU2t
tqZcz6NrWvaD4OG5JSnura0vsIa1o9z3GAB5lAx+oYeRZ6VFoNsbtmodt8Wtcsj63dQysKvF
9NoOPa5we7n3tALW/wCZuf8Ay1i4f6WLA71HPkk8OJP/AEklPU9but+wPOJYPtDHsI2Q5wG6
H9n/AEG+9YmFjV53Ubn4foW2sa2yxhL3NAeWupdvs9T83/A1M/4pD6H1RnUL8wVsa04doYy1
hlr2ndtdr+f+jVj6s47cPr3VnU+2gnHcGOPHqC2xzG7v3XNdtSUw6bm49l7cB3oX5DRdTYdh
FpdJf6TWv9VnobW/S/R/6NBz8is2Cu7JxhVSA1mM+7baLiZsf6Y9j9u3b+m2emua6jjZON9Y
MprLRtrvl2Q5wrbtsd6rLfVc5u3fW/8AMetnN6di9LqZ+zsqrMZlHa8Vllr2QN1rKPd6zvW9
n6f0/U9P1v8ASJKf/9PlLsdwJDtQXbonsP3Vq9HuFONZU/QWOBaZ40/19qFkY4DHRoJ3QfuP
CtdG6VZ1iy7Fp0a1hsNh4bx6e7/jHexJTao6pVWQydrwJkiQSPzT9HwVh/WKftFeJBLbYGwg
BoJ9zN8Hc7+WsDKx+oYd7q8hmtct399FVsvLS2x7dr2u3VvIIP7um76SSnoOt9Vy3dO+zBwD
HEMf6ftlp/N9v73/AFCqZWVVh4T8bHG21rYsI4LwNKmR9Fux3qf9BZDMv1j77misBpcwTBcB
sHt/ec1P67HXBlrtzCWhxZEjUeP0nOakp6/p2G7DwsbF0kbC8jgH+dfqPb7fcuu6a4WYdesb
Bs08B9D/AKC4vojKyy9tL5qZuLWjjc/azQfm/wCauk6d1DFxbaqb7W1fa4bQx7gHPf8A4P0m
fS96Skn1na09GyKjX9odYB6dXJ3NIfvEf6LbuXn+PhfWjqVJpqo+x47/AG222E1afnN3OPrO
q/k01r0D60W4+L045djiL6g77PXEix0S+p7fb7NvvdY19fp/+Brg7vrj1S6RTTVRuIAeCXPB
8n5J9Nv+Ykp6HpGBgdBpp6e20Oyct4I3yHWPO2trtrNzqcZn836j/wDz8s7AxRacrM6pXXab
b2mp1oFgaGDR7AfZXusd9Dd7PoPV76iV9Gyup/abcjIHWazufh5JA3tgNbk+9vqZL27nf4T9
F/olSxA09DyBaIP6YEO1INbrHVjb/mpKavUqPq/V1HFcygWW5MVNoENqY6W/rF1TQ6zc5jvT
rqZ6f/Cq/wDWd9fTsvBor9LGysmtxbmMqa3YCTU2tjax7d3+mWFjUl/VulAg1CWWWOI3NaXu
tuqceP5xob7bFe+uTG3WYVtf0g1zbNBtElr2OL2bWsfb/wAIkp//1MS61+7aAXOmdOeV1/1L
oGKbbXvaRe/YI8Gj6Tt38t65oUg3byDtmHtYRPls3+3ei15+ZjZN2LjmrJpMNFd5dU+t0bXM
Z6W7fVZ/hElPTfWZuELKrGtm4F0kawI/6P8AaWZ0vpmNbabc6s3vLoFb/wCaH5zRY36Vv/UL
Jy8zKfc6rKtluPtLawYYHEF/0W+3+R7l0WBduqY5w2l8EeZH/fklPQO6b0vLoG/Eoc0tgfo2
SO0NcG+3avMes9HGDm34b2w9h9roglrvfXYF6Ph5llRiwbqi7WORPcNWX9eem1X42PntO19b
vRc8a7mWS5v/AG3Y3/wSxJTw+H1DqGPV9nw3vbZkEMsNLRZY92ra217h+i3roegYmd0nqDuq
W02PfZWA61/6Rwa6A6i+yX+m5kf4FZdba+l2tz7A/wBJjh62xocQ0/4XZ/wauZf1jtpOzGr9
RrxNbvol4/0j6fdYxjt387tr9X/BpKbv1wuGZlvrFgND6K3UOBksBOu+p23a/wBZliz+l41W
Fa12318jXbZY3RpPG2tw9inZ1zrNrG2uqrxchpLG2vh7hu2N/RY7QXPs/Rs2bnqucq6vJpr9
R9+S9zmm+1wDnWOP5/7tn/BJKd5/Tm5XVekZdthIoyGvebADJlrvbZ9P9E9vsVbOyW/aLq2b
bIvex2kEvaduxzP+kjtDn6Xnc97Q8tbIDXjT3bfd7Wt3rDdlY/Tep9QoNdjq7Ld1Z0c4SC/c
6T/wqSkuFc8F1f8Agcap7bWDWQJ9Oxv5zPc7clmXOf0Fz2+43CtrweRudt5/kwq9OaynKttu
bZRVdW5tY2Tvafc11g/k/mbFC7KoPSmY9L5d7XPYQ6NgJft3Rt9qSn//1ZZGOLL/AFq2Ate4
AbYDSeFnegD1DIueQRURNmsyAORXH5gW4zDfZittyA6ve4tx9wO23cIFdFLB6v0v5zK/mFnW
YuXTYwPeLTkv2/ZYBvJ1Lnv2na9rPT/0aSnn77Zdbdc6XWPJdHE9miF1HTH3eiyl2r2Na9zZ
4/k7nLmb8YDJZjBjmy7Unkgfmlmn9Ry7nCrsbRTW4NrsIgkHQgj6XHt3JKb3TS+y4VB4EgmS
Jn+qpfWtl7eiGyis3DHtZbawak1gPbY7+xv3WfyEM+gwMDQ6uysRv4dI/ltWjivdlssx7tzq
bKyx7joSHjY4bm/R5SU8DRmFwa1tZ3ESRcC0QTqN7vZd+4uh6r0Kg/VpjsLBYMxhqySMZn6R
xP8ASHB387c703/nOXH52XXhdQycNtJuZjW2VUtscZY1rvb/ADfp7t3+eu9+qnVsfI6Phtss
ZXlE2VNqa7UuY5zvY36TG+mkp4OrqDRbU7DY6y4jdTUSHOES/wBV7muayr02/R9Rah691670
23YDMm8S6p9+wt0j9JYynfZY78zdetP6x9FzMF2X1TBoxzhAOttqq/QWMEBrn7Gs9G5v5yxM
XOfldN6nnYzrcWrFoLLIeRvfaQKKG7C3f7W/nJKdfpAeKq7LL2PsLyTY0QIs1sYKdfTZV9H0
rHKZqGVQ6o3fYn4zy5+S6pjnOZYW0sax1uz0efTf/wAbV6ax/q5ccjHsZYXPuY8sa+ZM2D1K
3F35zv5z85Weo59FuTTk5DGZFOPpaHmW+3857G+x791bXV/8Ikp2B0LEx2hlLTju2enYXNDy
4H6TnV372Mts/Ps2Ku76u4/2iu2lzaa6nbmNazc+dPUa5+/6D9v0dizcPOPShbkVYd1uLku9
TJusJtvrc0t9at1n+jZua3+b/wCMW1h9Uwc6DjWB+4bgOHadtfzklP8A/9bQud1HIte7pFXu
ePTfkWgims67rN9v6f8AP/mKGP8A0ihgfVivDfbZl3nKybWlgviIaTu9u5z/AHe3+otmzOvL
w0sLh9EOdLjx+bz7ERjsc1lzmit4jc2z2ET2SU85nVZWDew2Bl7iGmuxzdxLP3W2O9/t/rqv
j9TrN5bd7XCY3/RLT8Ft9VqdlUMaxoLmO3gzDhIj9Gfaz3/nrlepUP3+laPSyWmQ12m7/wAi
7akp6zHyBkSHEkd3c7p/7+tjFy8WqlrX2NbJ9jnaeUd/zl570jqGTg3NcQXVh4gf6/u/nLps
V1OWTkV3bn2fSawhw00/spKeZ+vfSThdfOW2Tj9Sb6zCDI3j2XsDv6/6X/ri3/8AF59mdgWg
sLsxr3frGz6NUVt9Jt/5n6QP/QKp9cMQu6VjvO5zqMnbWGmDFzf0vt+i7fZTX79zPTWj9Q3P
o6Zfj3tNb22euASDLC1le72z9Da1v8j9H++kptfXXqNeJ9Xcqppm3KAx2T/KINjv5W1jXLzG
nItbS+gPc3GscHWVboaXMkV2WD+TK7f/ABjPxH9NxLGWsNtd7htYQRDm+71IPt27fauAiJPY
STHGnxSU6mK+1mJkei40vDRaC0xow/pGfyva/f71sfVh2FnPvrzKHZGRQxtlJndTt+id9f0f
W3bfp/TWJ0zJFGVVkOG4A+9hE6cOZ/mrq8HK6QL6cjDe5j3O2HHsDWtBdNf6S+rd+hZv/wBD
6iSnUJqLzkW11iz6T7XtaTDdd73u/cVO/Fo6rc3LuqDWN1pta307nk/4ayxu17aNv8zU79LZ
/OW+z9Grz8VhhuW9tkEH0mNirc06aWb32+7/AErv+tpnPqBO/c7bzGiSn//X6ilxZcN52uAB
gagz2TdVYbGh1cjIg7BH0wBu2R+9+4s0ZhfNZI9QQ0Dsf9f3VYdkudiWBzi2xjZLm6OA/wCD
d++kpq4+ZXLw9zga4muNZPYj81ULOjnrzrMiiz0nscSA8SxwP5rbG/1U3S8XHy8q7Iysk+gX
luxpLrLCP9Ns+i3+v/OLrKX4lVLWUhrWNHtaBGn9qElPFHB6l0q8C+stgjXlpjX2PH84rNf1
Trupbd0+5+HaTrj2uJYfHbcz9JX/AG67F09uWGslzgG8xx80Gu0vaHDg6ghJTyvWMPr1GBXj
WVusZXd6jmiHAw0+5j/zmNbu+gmwer12vNhyWYjqvTdW4sJd7AWdvzLa3uqv/wCC/wCFXUPu
yAC0Br2nSHARp/JQa+l4FlbnjFxW3umXGljoPb6TUlMacvAzcOrLbTXc24b2MLQ4tglh+nu+
i5v5y4nrHS7P2rZV0+ne24C0VUAvYwukPq3/AEW+9m/Yu+d0+l7GRWAAJNdftbP9SssSuNOJ
SC8BjB9FjGjnya0bUlPE9P8AqZ1vJxjktNVRP83VY7bY8eTY9v8A15CZjZuFnWYdg2WVQL2a
OjcPUZr/AFP3V1Dsy/NytlTrGVCARME/Haue62+qvr77a7G2B7Gbw127a8D0yxzv3/ax6Snp
acyt+Oyxzoe5oDhMkEaeKH6zXSQ4z96z+nX+sx2OWB0OLmvOpE/SZ/V/rK5Xi2Ey0ecO0/zS
kp//0Lp6ZS3FnJBsPiIDh+77v3v5SHcypm705LRHuP0oA+itel9dzXAHcw+1w/6lyzOpt+yO
qYG7vUfD3DQx+Y7+s1rklOLd9ow8xuXi1ixrxFjCJkjk8ja5b2L1puXiPfUWjJDZbWQJLh+b
r9JqpZfSsioet77QTrS0x393qN/OWYcI2Wl2IXVXtPuY4R5+799JTs4tlt2dccmw3+k1jx+6
3d9Jv7vs+h7VdpvMEg6nRw8D/wB9QOjUWNY51zBW51e3cOHHe5x3sPu9zXLEzaMyrLe032my
t7jo7btB8CzYz85qSnqK8kCA73DsO5/qqbjZjN9TD2uY76bLJP8A1EbXN/z1zGDfmm0Mdcch
oHD9Tp/LK2YdW4WY74Y6DEnU6H3fynJKS5doeBkZOTZUyQ1tdZLQP5HtG6x//CKvnZlFzAPX
37PzQdz3D95zj71ac31drixpdMkHUcfu/vJPZ01jScktDTpsADiY921jPpNSU87ezKzvTwcQ
FpyHbSToJPH6T9xv56xMzp2R0/Kdi5VZrvZEtkGWn8/cC9v/AEl2nRBRVlvzcq0VUtBrxt4I
M/nu03LA+sjbP2mXSX0kB1ToIDQQ0PqA/d3fpf7aSlfV/MDepU1GXVuDxY3uYBc3/pLoMnIa
HQC4g8jiPJc39X6mnOtudIZVUfD6Tztbz/bWzY8POm8jwO0H5JKf/9n/7SMeUGhvdG9zaG9w
IDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACrgAAOEJJTQQlAAAAAAAQ+yzBAgraHIxg
H1/yAHSNjzhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBz
dFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0
Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMA
AAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29m
U2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJ
TQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5i
b29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9v
bAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wA
AAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAA
R3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAA
AAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAA
AAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVm
dFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYj
UHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9t
bG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcA
AAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEA
AjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAA
BAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D
9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAA
BgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////////////
/////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////
////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIA
ADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAM4QklNBAgA
AAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYA
AAAAAAAAAAAAAtAAAAH4AAAABQBpAF8AMAA0ADIAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEA
AAAAAAAAAAAAAfgAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAA
AAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRv
cCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25n
AAAB+AAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNl
SURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VP
cmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAElt
ZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAA
TGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfgAAAADdXJsVEVY
VAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdU
RVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAA
AAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVy
dEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlw
ZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAA
AAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmln
aHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEB
ADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAM4QklNBAwAAAAAGdEAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAGbUA
GAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoL
ERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsL
DQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAAD
AAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggF
AwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMm
RJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dn
d4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHw
MyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk
9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANZ1T7CS1pcBzA0C
XpOa0bq4adNw1b/nLpaqK6GenUza2ZjnX4uS9NrXF4rHu+lGgP8AWa2WpKecbW9roLRtIEHx
RqMJ2Xaaq4BaCXPIIjwB2/vLesrx3tO6sO3DUAcoGKyjCvfWIYy5u8E66g7S38UlOTmdCyca
k3Bwva3WwNBDmgfnx+e395ZhraT2/wB66Lq31m6b0oubkOLsitvqHHqhz2t7OyJIrx2v/wCF
XLVdYx8zJczFwDjh7hGy1z4lu/3Y9lTPSc36T60lNhzWluwiTzoqllBDy782FbDtxDvw7/2k
TcxzSHDvtSU5opFkjRlh7+aodVrLMa4PGyysc9jqt1tAJhsGfbr5qvl4Ztq22GRBbZOhj87b
P0vakp5bF6l6b67LCZJIcRpBGjHR/wBUt9mUzJBNkAOZEEaQJJ3R/n/8WuSqY476g4wxxl0f
unbuV3Evy6nbmDc1o9zXDQgH/ppKeirvvw99+NZJBAfTu0InQNe72/2bV0nR+rV5rSLKyxzd
CXaarmen34WQwPpIAtDmOr0J0iPY76T9jvermJkV4N7C95NTyQPaTA/0f729v5m/+c/4xJT/
AP/Q6odfpde2sVOE/SJIO2PJq0KrPVmxs7eGzpP8pcey99Y9Vjdtu8mSAe8xtXQPtu6l0Wyv
Bpc031OrZvIa0TNdh3SkphlfWfptFzWEusY7/CtLdun51fqOY65n8utZfV/rrht6Y/J6e1z8
xlxppDxqx233ZO33N/mi702/6b00OzoZpc1vUqBfTjbfs9kAbi4bLWWMIdt2/wBf+bWZ1Omx
3UqG0/Ysj0iXUMv9obUa/bVksn9P6dhZZjP/AH60lNzpWP0iisXZWl+UTZa7Llrnvj3kMse/
d7vz/UWvgUW44OVTgsyLDNdNlV1bDsH+D/TbWfS+lfv9bYqLenVv6azByYca3CkvkW7LQ31N
XNO76O9Xfs+Vb6WH091dRrb7BaJa2tpbu/mm/nb/AMxv00lNrp2NkZGO3I6piV4mdYS26mt4
trLR7a3bpc33t/dchZXQzq7FdOpPpvPj+7Yfpf2lcxMPNxcgepa22qxri/aC2Hjbt9jv5P56
vAGdZkdikpyGdNZYytmtbwPeO4dHY/nIGXg3UxZ9Lu4tHEfnLeG4jUQeP9YKi6tzh7gP5Wv9
6SnyjOxNn1gvYBsbeG2V7QACHtH0f7bX71tfZqb8fZVU5wrdsucwDkhrvot935309is/WXpL
KfrDVkVEO+00Euqa2C11ZFQdun/Cb1U61h342Hh5OHccXJDnttsr09QywVet+c/092z9J6iS
muzod7LnnFPphpaWzBB2F2gf+b9JHptbY/bl6NL4uqJnb8z9Jm5an1duyMrDrszHepfZPqPA
DRyR9H+Ss/NracnIexpJFhnidCkp/9EHTOpU5g+xvndY4tBBgx9Jzdy9EraBjNrxoqDWNFYi
Q0R+6F470d1g6vjemJJuGg5MHdt0/kbl6fRmi/GLa2k21nbXUdTaWidu6fT9vuSU2srAxrsW
wX3WEOG59rXFp9oLvbs/Mb9L0/8APXH5vRMvA6kzqeOX5oyGA+kQ0XY8h1lT/pVUPa5//nCt
5/1htotupzW/Zq64FjHklwBj28f4RU8z6x135zv2c71qCwQGcg6y33R++kp0enYleJiC153W
vElx8/3Z/wAH/wCfE/TM5t4yL6nfonWsxmOB+mBD7HVR9P3O9ywsm/rnUaW4RaybP0bdQHvH
8prR7f5S1eotv6ZRg4fT7H1vte2gvriQ1+77S9jHB36VzP5l/wCYkp652XjABjnw4gHYNXN/
lOa2fofnqW4zA7/MELnMym1lWNRjT625ra9YhxMn3f1fprdx2mupjXRua0AxrqPpJKTtaZ50
7JHUHadY0nUfNMDpokB3k6fNJTTzMeu/Z6xAcyRvI9gEg67v/JLI+sGLXdiVOr1HG9v0XT7f
ZH7q0er5GHTVW/IrN36XZW0F2pcPo7Kf0lu7b/NrCacXGue7JOQzEsJOPgNoa5wadfUfe6z0
a69/81+n9ZJSbotBrw6Tqw1l7YMAH3ujlZWZZ6fUL2Ms9W022SzmRO/1Pb+4tHCyem0UXM9m
M2Q8mx7y4sJl1PqO+0/p9u1n2apn/oQmw8jKuwXv+xPyMVr4bZl5Fbbg07WN9B7afS2M/N2v
+mkp/9LmOmZbsPquPkt02PIcNBo6anFrj9B3v/nF3PQ76MjqGLjYInGwwC5rifZHHqE+59uu
5rP8NZ+mt/m155Y0gkkS2fnyul+rWTYzFYYkse4OIjWD+/8AvbSkp7bqGBgZVN9dn6W1zi4m
fzj/AKP9/YuCzOknpdhs3TbIJxph4Yfz3fSdu/4J67azqFNYNOHYC5/87cDrx9Gtw+i1qy34
bMsGsAVYodPsA3F0+6z1Xj+dckpzMfOxcHIqyL7PTb29SGvj84+5dI+0bPtb6zW4slrHD3CR
+d+7u/6hZmN0Hpbso5F2KywVO3b3jfJnc1m5xd6rvz3vVfqHWG5mX6GF+lDJFmRzU099v+nf
/V/RJKdzouPmXX2Z2S79XMtxa4gnXbZc7+T+ZT/24tj3AwBLfGP4yuU6Xm5VNTIufa2o6CS4
Og6s5/OXWU2ttqZcz6NrWvaD4OG5JSnura0vsIa1o9z3GAB5lAx+oYeRZ6VFoNsbtmodt8Wt
csj63dQysKvF9NoOPa5we7n3tALW/wCZuf8Ay1i4f6WLA71HPkk8OJP/AEklPU9but+wPOJY
PtDHsI2Q5wG6H9n/AEG+9YmFjV53Ubn4foW2sa2yxhL3NAeWupdvs9T83/A1M/4pD6H1RnUL
8wVsa04doYy1hlr2ndtdr+f+jVj6s47cPr3VnU+2gnHcGOPHqC2xzG7v3XNdtSUw6bm49l7c
B3oX5DRdTYdhFpdJf6TWv9VnobW/S/R/6NBz8is2Cu7JxhVSA1mM+7baLiZsf6Y9j9u3b+m2
emua6jjZON9YMprLRtrvl2Q5wrbtsd6rLfVc5u3fW/8AMetnN6di9LqZ+zsqrMZlHa8Vllr2
QN1rKPd6zvW9n6f0/U9P1v8ASJKf/9PlLsdwJDtQXbonsP3Vq9HuFONZU/QWOBaZ40/19qFk
Y4DHRoJ3QfuPCtdG6VZ1iy7Fp0a1hsNh4bx6e7/jHexJTao6pVWQydrwJkiQSPzT9HwVh/WK
ftFeJBLbYGwgBoJ9zN8Hc7+WsDKx+oYd7q8hmtct399FVsvLS2x7dr2u3VvIIP7um76SSnoO
t9Vy3dO+zBwDHEMf6ftlp/N9v73/AFCqZWVVh4T8bHG21rYsI4LwNKmR9Fux3qf9BZDMv1j7
7misBpcwTBcBsHt/ec1P67HXBlrtzCWhxZEjUeP0nOakp6/p2G7DwsbF0kbC8jgH+dfqPb7f
cuu6a4WYdesbBs08B9D/AKC4vojKyy9tL5qZuLWjjc/azQfm/wCauk6d1DFxbaqb7W1fa4bQ
x7gHPf8A4P0mfS96Skn1na09GyKjX9odYB6dXJ3NIfvEf6LbuXn+PhfWjqVJpqo+x47/AG22
2E1afnN3OPrOq/k01r0D60W4+L045djiL6g77PXEix0S+p7fb7NvvdY19fp/+Brg7vrj1S6R
TTVRuIAeCXPB8n5J9Nv+Ykp6HpGBgdBpp6e20Oyct4I3yHWPO2trtrNzqcZn836j/wDz8s7A
xRacrM6pXXabb2mp1oFgaGDR7AfZXusd9Dd7PoPV76iV9Gyup/abcjIHWazufh5JA3tgNbk+
9vqZL27nf4T9F/olSxA09DyBaIP6YEO1INbrHVjb/mpKavUqPq/V1HFcygWW5MVNoENqY6W/
rF1TQ6zc5jvTrqZ6f/Cq/wDWd9fTsvBor9LGysmtxbmMqa3YCTU2tjax7d3+mWFjUl/VulAg
1CWWWOI3NaXutuqceP5xob7bFe+uTG3WYVtf0g1zbNBtElr2OL2bWsfb/wAIkp//1MS61+7a
AXOmdOeV1/1LoGKbbXvaRe/YI8Gj6Tt38t65oUg3byDtmHtYRPls3+3ei15+ZjZN2LjmrJpM
NFd5dU+t0bXMZ6W7fVZ/hElPTfWZuELKrGtm4F0kawI/6P8AaWZ0vpmNbabc6s3vLoFb/wCa
H5zRY36Vv/ULJy8zKfc6rKtluPtLawYYHEF/0W+3+R7l0WBduqY5w2l8EeZH/fklPQO6b0vL
oG/Eoc0tgfo2SO0NcG+3avMes9HGDm34b2w9h9roglrvfXYF6Ph5llRiwbqi7WORPcNWX9ee
m1X42PntO19bvRc8a7mWS5v/AG3Y3/wSxJTw+H1DqGPV9nw3vbZkEMsNLRZY92ra217h+i3r
oegYmd0nqDuqW02PfZWA61/6Rwa6A6i+yX+m5kf4FZdba+l2tz7A/wBJjh62xocQ0/4XZ/wa
uZf1jtpOzGr9RrxNbvol4/0j6fdYxjt387tr9X/BpKbv1wuGZlvrFgND6K3UOBksBOu+p23a
/wBZliz+l41WFa12318jXbZY3RpPG2tw9inZ1zrNrG2uqrxchpLG2vh7hu2N/RY7QXPs/Rs2
bnqucq6vJpr9R9+S9zmm+1wDnWOP5/7tn/BJKd5/Tm5XVekZdthIoyGvebADJlrvbZ9P9E9v
sVbOyW/aLq2bbIvex2kEvaduxzP+kjtDn6Xnc97Q8tbIDXjT3bfd7Wt3rDdlY/Tep9QoNdjq
7Ld1Z0c4SC/c6T/wqSkuFc8F1f8Agcap7bWDWQJ9Oxv5zPc7clmXOf0Fz2+43CtrweRudt5/
kwq9OaynKttubZRVdW5tY2Tvafc11g/k/mbFC7KoPSmY9L5d7XPYQ6NgJft3Rt9qSn//1ZZG
OLL/AFq2Ate4AbYDSeFnegD1DIueQRURNmsyAORXH5gW4zDfZittyA6ve4tx9wO23cIFdFLB
6v0v5zK/mFnWYuXTYwPeLTkv2/ZYBvJ1Lnv2na9rPT/0aSnn77Zdbdc6XWPJdHE9miF1HTH3
eiyl2r2Na9zZ4/k7nLmb8YDJZjBjmy7Unkgfmlmn9Ry7nCrsbRTW4NrsIgkHQgj6XHt3JKb3
TS+y4VB4EgmSJn+qpfWtl7eiGyis3DHtZbawak1gPbY7+xv3WfyEM+gwMDQ6uysRv4dI/ltW
jivdlssx7tzqbKyx7joSHjY4bm/R5SU8DRmFwa1tZ3ESRcC0QTqN7vZd+4uh6r0Kg/VpjsLB
YMxhqySMZn6RxP8ASHB387c703/nOXH52XXhdQycNtJuZjW2VUtscZY1rvb/ADfp7t3+eu9+
qnVsfI6PhtssZXlE2VNqa7UuY5zvY36TG+mkp4OrqDRbU7DY6y4jdTUSHOES/wBV7muayr02
/R9Rah69167023YDMm8S6p9+wt0j9JYynfZY78zdetP6x9FzMF2X1TBoxzhAOttqq/QWMEBr
n7Gs9G5v5yxMXOfldN6nnYzrcWrFoLLIeRvfaQKKG7C3f7W/nJKdfpAeKq7LL2PsLyTY0QIs
1sYKdfTZV9H0rHKZqGVQ6o3fYn4zy5+S6pjnOZYW0sax1uz0efTf/wAbV6ax/q5ccjHsZYXP
uY8sa+ZM2D1K3F35zv5z85Weo59FuTTk5DGZFOPpaHmW+3857G+x791bXV/8Ikp2B0LEx2hl
LTju2enYXNDy4H6TnV372Mts/Ps2Ku76u4/2iu2lzaa6nbmNazc+dPUa5+/6D9v0dizcPOPS
hbkVYd1uLku9TJusJtvrc0t9at1n+jZua3+b/wCMW1h9Uwc6DjWB+4bgOHadtfzklP8A/9bQ
ud1HIte7pFXuePTfkWgims67rN9v6f8AP/mKGP8A0ihgfVivDfbZl3nKybWlgviIaTu9u5z/
AHe3+otmzOvLw0sLh9EOdLjx+bz7ERjsc1lzmit4jc2z2ET2SU85nVZWDew2Bl7iGmuxzdxL
P3W2O9/t/rqvj9TrN5bd7XCY3/RLT8Ft9VqdlUMaxoLmO3gzDhIj9Gfaz3/nrlepUP3+laPS
yWmQ12m7/wAi7akp6zHyBkSHEkd3c7p/7+tjFy8WqlrX2NbJ9jnaeUd/zl570jqGTg3NcQXV
h4gf6/u/nLpsV1OWTkV3bn2fSawhw00/spKeZ+vfSThdfOW2Tj9Sb6zCDI3j2XsDv6/6X/ri
3/8AF59mdgWgsLsxr3frGz6NUVt9Jt/5n6QP/QKp9cMQu6VjvO5zqMnbWGmDFzf0vt+i7fZT
X79zPTWj9Q3Po6Zfj3tNb22euASDLC1le72z9Da1v8j9H++kptfXXqNeJ9Xcqppm3KAx2T/K
INjv5W1jXLzGnItbS+gPc3GscHWVboaXMkV2WD+TK7f/ABjPxH9NxLGWsNtd7htYQRDm+71I
Pt27fauAiJPYSTHGnxSU6mK+1mJkei40vDRaC0xow/pGfyva/f71sfVh2FnPvrzKHZGRQxtl
JndTt+id9f0fW3bfp/TWJ0zJFGVVkOG4A+9hE6cOZ/mrq8HK6QL6cjDe5j3O2HHsDWtBdNf6
S+rd+hZv/wBD6iSnUJqLzkW11iz6T7XtaTDdd73u/cVO/Fo6rc3LuqDWN1pta307nk/4ayxu
17aNv8zU79LZ/OW+z9Grz8VhhuW9tkEH0mNirc06aWb32+7/AErv+tpnPqBO/c7bzGiSn//X
6ilxZcN52uABgagz2TdVYbGh1cjIg7BH0wBu2R+9+4s0ZhfNZI9QQ0Dsf9f3VYdkudiWBzi2
xjZLm6OA/wCDd++kpq4+ZXLw9zga4muNZPYj81ULOjnrzrMiiz0nscSA8SxwP5rbG/1U3S8X
Hy8q7Iysk+gXluxpLrLCP9Ns+i3+v/OLrKX4lVLWUhrWNHtaBGn9qElPFHB6l0q8C+stgjXl
pjX2PH84rNf1Trupbd0+5+HaTrj2uJYfHbcz9JX/AG67F09uWGslzgG8xx80Gu0vaHDg6ghJ
TyvWMPr1GBXjWVusZXd6jmiHAw0+5j/zmNbu+gmwer12vNhyWYjqvTdW4sJd7AWdvzLa3uqv
/wCC/wCFXUPuyAC0Br2nSHARp/JQa+l4FlbnjFxW3umXGljoPb6TUlMacvAzcOrLbTXc24b2
MLQ4tglh+nu+i5v5y4nrHS7P2rZV0+ne24C0VUAvYwukPq3/AEW+9m/Yu+d0+l7GRWAAJNdf
tbP9SssSuNOJSC8BjB9FjGjnya0bUlPE9P8AqZ1vJxjktNVRP83VY7bY8eTY9v8A15CZjZuF
nWYdg2WVQL2aOjcPUZr/AFP3V1Dsy/NytlTrGVCARME/Haue62+qvr77a7G2B7Gbw127a8D0
yxzv3/ax6Snpacyt+Oyxzoe5oDhMkEaeKH6zXSQ4z96z+nX+sx2OWB0OLmvOpE/SZ/V/rK5X
i2Ey0ecO0/zSkp//0Lp6ZS3FnJBsPiIDh+77v3v5SHcypm705LRHuP0oA+itel9dzXAHcw+1
w/6lyzOpt+yOqYG7vUfD3DQx+Y7+s1rklOLd9ow8xuXi1ixrxFjCJkjk8ja5b2L1puXiPfUW
jJDZbWQJLh+br9JqpZfSsioet77QTrS0x393qN/OWYcI2Wl2IXVXtPuY4R5+799JTs4tlt2d
ccmw3+k1jx+63d9Jv7vs+h7VdpvMEg6nRw8D/wB9QOjUWNY51zBW51e3cOHHe5x3sPu9zXLE
zaMyrLe032myt7jo7btB8CzYz85qSnqK8kCA73DsO5/qqbjZjN9TD2uY76bLJP8A1EbXN/z1
zGDfmm0MdcchoHD9Tp/LK2YdW4WY74Y6DEnU6H3fynJKS5doeBkZOTZUyQ1tdZLQP5HtG6x/
/CKvnZlFzAPX37PzQdz3D95zj71ac31drixpdMkHUcfu/vJPZ01jScktDTpsADiY921jPpNS
U87ezKzvTwcQFpyHbSToJPH6T9xv56xMzp2R0/Kdi5VZrvZEtkGWn8/cC9v/AEl2nRBRVlvz
cq0VUtBrxt4IM/nu03LA+sjbP2mXSX0kB1ToIDQQ0PqA/d3fpf7aSlfV/MDepU1GXVuDxY3u
YBc3/pLoMnIaHQC4g8jiPJc39X6mnOtudIZVUfD6Tztbz/bWzY8POm8jwO0H5JKf/9kAOEJJ
TQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBB
AGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0E
BgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQd2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFj
a2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1w
bWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUg
NS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRm
OlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRh
eC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5h
ZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnht
cD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJs
Lm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBo
b3Rvc2hvcDphZTQ2NjAyYS1lZGM0LTExZTgtYTU3Yy1iODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOklu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OWFiOTE3Y2MtZjQ2NS01YzQ4LTg3ZDUtMDE3ZWI3YjZjNzRk
IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MkQyRUNENzNCOTUxMTFFNTk1
REVDNzVCRjA5RkVFQzgiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIw
MTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MiswMzow
MCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzY6MDMrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRh
ZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzY6MDMrMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2Uv
anBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJl
ZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjhiYzdkODUwLTE5ZGMtMjk0MC1hNjk3LTdjZGVlZTgz
NGM2YSIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDoyRDJFQ0Q3M0I5NTExMUU1OTVERUM3
NUJGMDlGRUVDOCIgc3RSZWY6b3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjJEMkVDRDcz
Qjk1MTExRTU5NURFQzc1QkYwOUZFRUM4Ii8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4g
PHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlk
OmJkYTcyNjkzLTNlOWEtMDM0YS05NTY0LTgyMmQ1MDk0OGJlYiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAx
OC0xMS0yMVQxOToyNjowNSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhv
dG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo4YmM3ZDg1
MC0xOWRjLTI5NDAtYTY5Ny03Y2RlZWU4MzRjNmEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFU
MjI6MzY6MDMrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBD
QyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFj
dGlvbj0iY29udmVydGVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBp
bWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJh
bWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRm
OmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OWFi
OTE3Y2MtZjQ2NS01YzQ4LTg3ZDUtMDE3ZWI3YjZjNzRkIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEx
LTIxVDIyOjM2OjAzKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8
L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBt
ZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAA
AP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH4AwEiAAIRAQMRAf/EAKYAAAID
AQEBAAAAAAAAAAAAAAMEAQIFAAYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgICAgMAAwEB
AAABAgADEQQhEhMFMSIQFEEjMhUGIEIkoDMRAAEEAQMCBAMEBwgDAQADAQEAESECMUFREmED
EHGBIpGhMiCxQhPBUoKissIE8NFicpLS4iPh8jMw8XOzFBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/a
AAwDAQECEQMRAAAA0aXGRW0EdexTr8U60EXoQ6JkitpBQWhStqk1vBWpKlOtJQncTFrC0FqB
odcvEycE/A4MIiaXAUaXEG04GLjgedQYHFbVLKtVA8Vc0H8Jk2r57QxElB8TjKi1Ss9YFJpA
zMHWm4tJeIvEnV7i5DOiPaHGIv6DKFazxHTBEzYpavEReoMTFAcEqCLWAnQUVpoKFKdxkjOq
OUrQdPmNGlVVkY4JCl54hLQAQ9k3N5zE1RvqcZxSNEQxwoLQqK2JwtZ2RCH6GfTUTEmKNDpI
k6LQViYMZT0OQKkpYnu4itqFrVsdBIBCaEAm/FLcU6tJABaCZC+llBLiKDMC5oSrYfuq0Vob
gtatiN7UGXs18b6vGlHQT0cTNZI6OL2DcvHQdEUKgcTH7LnJrSC/JZJuoeeqb1PPnNblyFot
xM1k4q5TumAfXgr14BcaoEbghPD9Fhi16EOgklJrclleTYLmaJxwkIA3ALosanJceg7oJ6JO
7uJrElZtxEWqVtFiF2OEzqOk4KuOOycxjG0jmUzOmcHaCZfEsDh1YXIO5PVknrEKdaoQROKU
vUXwPU5ZgFGQYqUgsVsokF5cSdVsabGfc0q0scm3UF1ePZQlUe7MIaEVoWvQh3RBMVRNCVDh
ISZLeda8uaDfaRJw3OSYVNJnGIaocrzR74aOuAksmWHZEZMMhDHE8JDbIIWaGKVZAVCcR5S1
oGTywMmrIqM/CiumsJdoiDQuUJeaDvE46khJOu4MEEyGvMFUq4wwE2OOdnnK7eYMWTY4LsB0
yhM7OPSW8/tmmAgQYW5LHAwRMWIi8FRHgUuwMqWtyIJUCo/QyxvKnnU9PNHnE3QTiBg8O2Fw
PDAMEsZye1mHcuYZ5bjQpBCSiXNlzK1S1eoYChajyNdMzH2CiNFACfpvLlGdvM1ic3VCZ2ys
wdWqQ5bEeGjqQbcxJExYoSOOkclu7iaUsTW1StDVPI53pPNGgaChoMc8k4sseha8t6YcLUoD
L28sTkkAung95sdQoiXM98d5ohiM6dTzpNlcSmtBnMbyQD6+icyVAdlhAaiJIpV0Ie3EZmoM
mesUmYJ6eBWvB0xx3TxXrSUnoKeN9f5QIfmS5qlPPqaCIvu5OwNmCwdkbOIVi9hbicWaQMNj
KMD6NDVJmOJEuMJ1imILUzBPHdzjT10TApE6FZkhQdhFdbG0QjedolpiQc3GT3QW6skd1S01
sT0SdHcd1IL5GuiJmtcIq6MwktFIBtZW0cdc4fC2MILdYgbqcZxUbmwbI1DY0MnULxEgCX4n
o4hVnKGMP0q547QtQJprulqWCVSLkmu4s0W0Mh8bkYhmqLRbogt0STE8ReOJjuO6OKUPUivC
J6ZLAuEzU9JEW183QGLTYjH28UoAgSenjJHaA+nkOHptHOfCTAS/UqMjVkPn3uMoM5wzUVQz
Oe2UU7PAFX2x4FlzSHlsD6rIQt8ps1LDITask9HFujiYiC3VgJWakqsKg0Wri7WNcbVNcSaT
OP8AGWIGFYMDcsZPNceSGSpRxR49Q1knNYQ2xMa6QxVGw9p4pTR8/qYY3ZGxNg8XXa470iOm
K5Or50LvZW0EWaUETr6g5eLEzHFurJaI46Y4nu47ug7hhLRl1Iz2tUA/mrjdUyGkPinIr5Z6
Ds1g0+8/xj1vUnRzPQjwlmR3qANpclzy4dup5pbZQAWFYfOi0M9WDmlNQdnqgMDeqA0xwXXm
gPYXYOtWx0xxM9B01gvFbFppYihIBrOUPLaDcgUIUCm5oVoy0Z1i6B59plkNPYw7yPGEO0A9
fJYPSMpnK0Bc9BSSixGIM3D9FnHnQbFzLbBQetfiHUmTW5S5BYsDWKsK2W9COW6xTrULWFYv
Mcd3QT3QT0cdasnUtx50obDSNiknXqLbGW4OdibIPq8ZzOYYY4fHn62goQfGwTMuP6+TrGxZ
WpY6dgudpjM8FQAM98RzNADIssZv7GXtFaSuDBe44/W5MxJFScCveDompaIQCBVCPv8AmXDe
5EZpVyrC4388MgpB68kkPPItYRvOeX2DUELEPTh87Jr9ncZdCCJieIeTIbjKZjQOm+UeqqXz
7WK15Mvm6LRl9pBEWW2y9CDF1SphFK2H2kTjmnh6geegt1eJiaC+couOqRIQlblmVxj0Zmud
MXPIl08s9k0i2eVxt3CIKoUcroaBk66KgTqcZtC8CqUJN62NkozBdrEMPrrSGuKCvVaItNSg
y1JbgZKgcUMG7peYANnXZLdWh6CaWLREnDvx5NL0XnQ7Wa2NXEUlNzBF/V+Q9eNdMCOXq5x6
ci8gvHeu8qLWaub+v5V8d85tY5TmOMgRgBAloTaLmuwm6CmnBiDsGkBS5QhG1ZIXazSjuVOM
CYHolWbqAsxkZsuLnBGA0ahFWiejiY6CPL+ozTzhR1HC5qIxn3uF9fn6ZNbpGejVkvbVgyc3
1aZ5orOyKaMMGUHYyR/vP8QNoYGjFAduKMtJkGRwEclEZq8pxoAHnmgzhbBHXCUzdDODaSZQ
olqi7+f6IL01BtrNDGhm6JfosRW0FMDbwjzgWwAe2dI8/wCick6eWGswb55TYpoFihoOVRIC
z1aHqNBPSMTEfwzU6eAVuMrBglbxYL02AFWsFHaC5QyFSNYR1s446IQR7P6BmB2OF1gOkg0a
bOM+Nxegd9AxozEnRMGYEgTrTBfqyTOXkmgmHjZfOIyHsrTLZO1klQjKZ80YPVnAcwcDdxi/
D41hF4Gu2ErWYCNKa5nJeuxDK4oQnUkmw+CD6hMdYoWGQNSUBnX40DpaBRpTSDVKIPYRR8+e
6XieKY+zhGbTMCaAFxjj+NJ6Ta87647L18UwdfF2i+XpZwi5ntGW0tpG02Kgp5n1PminF41K
WocO4gXGoW9h5r1ZbO1lzzSfo8YRHpWMquiAz6aZjHn15Dx/eoXMCjygC/SS0i0Na2D6EII+
Yai2PnGt6PO9ET0pi2CxmCgjyD47YsXcKeRd2cE9oDyXtjyWuK52boLicj0TMI8cJfPMCy9q
x5/q8PR1CwpGG6SDfo8nTHqzwtmbGYZwDrixJ1yuiC49YZStC8edw/Y+YEYLUUkoB46VC1Ty
BamDU9DiMGzhbfmgKRrGOR8pV9eR6gWgeH6jPM71mH6EwrVATwYAsKSV1MvTA8u2X6yZl9Xh
ytxguJYu0Fg2rqXNSM+w1jupiM0OQzRghwNw7iTIbu4Fh+hWPFVZWKUKIkcNCWgbaBLuMmWT
TUGRWEY9SnFr6Cov0yMnGcIAtTtfCbMgmU4FrJBZdlQadUfMZxRkdXNUw+txoLnoLMQUrzqI
875PSNSM2g8mG5D6hjRIAwa1LBSKyaRM9wJS/GF5z2/kxKSXFLtBNJxB0YEsMerngN+mEcdN
nZhopgfCjIuOvY5hkgjAocseUZIE16zUCuznltbJ0xAnWGQNZgt0cPcQRElgtF0SIqY5i5jJ
MAgWoyGicLJcixi89Ja1qGhdNkjA9FhmP1TApNxk7GQubCZ6CoyEFDvkFblXGZIEVG2iPuUb
DLEEMXpxipa+aTcFiRskAO51grWUU1FVbAevxv5+qkL9MhFmFhEssly0UFDCIQUVzWbzXQsj
uHuuUaIoYOUBy+Ls4IhUoQ0dJKzJzL2tQp4mN/zwS8yCOBg2mPPWNrIMyDWPjGtyzwzQdDri
0TFumqWJq6BgakLCi2swZSeomOd3Di5ai9GRlkdTOEnasEZryRSYk6lDDzdKjU8UtevBXUdE
LPcVwfQInlLAGaVUiktcwbp63M3y3tPHFqpshVaQTYhAYmaCepcgVyjIE4CCOhm8aclEEmOI
qShaluEys0K9fjIZoMIC1jkSDLsAuLI6mYR3UBup6Q6Ypyt+4pbnBDSVGbE55xnq2MDG9H5w
aVjiWxkPRs5OqdQnHgV/oPmzK0x8cSnE6eKYezV0TcYTMMMrQNo6mOGy7bAxn41j0ppg6s8d
3cT1eMVoXGki6cx1WpMg+1lhF7VBqyIs8roD7yLhS0HLlUsEivElDIZhDQLYW950wiKDNNZO
x6b0Xi/ZBOrYF5T14jxTOrhjFsSTaLleqPMItpmhr+d3hsMSFQIIDpY5jYzFWSXMGT1lcXSG
OAcv1OEdZQI1mtHKrjyDTz0tUeUIUyUvQqielY4zQNBhnPKOjtAPiQVMFo5yticDfyTxUSMN
I7Dvo/Nawb0CL5PVuRl6mUeKrehs+h802YtIgn0WDqjl8+pa1BhEzNEM6qAJTQueaP6tcx2w
5x6fsDj06N6C8CzCgtZwzN6SiCuyoZ5eGXIkQLdIwywtcYKvIa1SHHocPYRDgG4+ep+n82Wp
eS/t/Ee7Ga2kibQRg7XkDI6IOIIgTqwE0c5sTq0qNaGHsG3ci5bg3CdXi0QsWQnUEuc4WW2b
GNou8RSslJjiSDuLZm/iiXEkWC0sNNZFzZ7OaHmVGC5ICNShxplyDDHgvoXjzKtUhbZyvUD7
MSVHagt43d86Cpepfq2LSIpc4Lj2br5wKh7G6yFsDaeImFTgToHRaDujh7qQGqtwzShiOJUp
1qHBMoZMnXJDNxCpgFjgg13sPQNpOthZi/ETfi2HrXPF2vwX2HkvUGpMSRW1Ty+B7DyBWkwR
aOJKKxYoiGlp4m+Ixrpiu3mOFqInOo5cpW8FetYFzHA12qAbXghjuDykckVeLitAivqyYVNP
LCqVOLQeStrQaLOSU27Z7QWYuVoWDxVTNino1THoeGIY5KoPxvovOFa2oTHXKdFw1hWDtI2N
jR8yyapch416xUtUfBKwMvWljuFw93ccUJBqOgRFoZZeA2D3WkPatzPzn1DO63FyikbKmwUy
/QgMw1BGgxlGN0+JUz3UHjVBCo3sZIDYqaoorswYGD7nAMW0ULREF7DuFiti5gQad85o3ZAw
RMQdSaE2FAXhcOEJQsVVgNA7nLkXEeOoHKg0OLCCWPnNBUvR8eTj02UZZT0CaGc8aee7c84H
1y558GsE840dUbLnmNyVKjr/AJf1BFKDKKO8eUGwMFLxjPc39U8SL3OeeWjWxy7gjDOpkaYS
B0LRSobhSX6vGoMck9WBkqRAq54JRAmCaTk0FJ0QGqQpS8yRWYFVNOogY3HdHF7B4OOthHL9
GM8dT18HlZ9eI8xuu0BUipQWiUymHoBSTi0gSNWMgwHA3vPDrKTQVlRsmHlxeb0JmLFujg9w
1Gq14oYRRnhEFE2UxMl9s5yti9qydHCOrEkdwy1acEsOSRlqC6RndPEsCaAK6EADVIB68FZ6
xEEGdVdcIpWwZoJwHl/ZeUKOpHGrAsacKOFeJQrxbgeLxAaSWIuA16IMDB8652e4uQ9iHNcy
joa9OLx0HdyYcatizNIGLAMTXqk9eAc2GSVM4xN4B3mp3JUNDlGCUG0QFZqVPQge2Tnmhl1o
XMG43cBRxxHSKyaCk9xbg8Z7FmilGai0tVF6TBSt6CamjnGloebaPQmzmAy7OWcm4qNOqtk1
iC9qWLRHF7gsH4RgPMBBnz6GnnlKJc/wueREJugA1MsXARICs3AvF6kT0hDhuTv+b3TQCWgG
JEX6nDJokqs8uL9NCepYBBRnJtcZ1NEAPUxSm+BFoLnmENOLvikSIYheRjqyTaog1glG+z2C
wGYFj1qEROiHuvI2BUoKlpA0fXLbi2kecxvWefEpmxERxOvk7Q3NYB0IMju41O6AkVMIVbWK
VZzAgzQKrOyLXLYUX0QiTFBD7uVql3AMCmLs5IITFCLWqMnzCGtZR4pVhcuZMg7ShgE2GGpJ
RQ5eFU9rLFLq6BrccJkZOpjASRJEXod6DB9MBi/Aa3qV4nDZE7D3RYsIsCWVrZhL6WsUWfoY
Y9UQkcEBKsHEjlbAvisDy9nOEgFuLEuItalgzUcODi4KLwXtW51byRaKBiKpj+dWpGwgc1h4
lxnzPoMsz7TUiJgc2EHCBzBMdxXi8f/aAAgBAgABBQD/APNB/9oACAEDAAEFAP8A80H/2gAI
AQEAAQUAYfbiMohxjBwqzmYMKzBnUQYEGIBziFZgiE4JOfwQIZhZgAkLOkwFAAI4nXgqJxGE
E+IGAJStg1IBKqYPkKM9Y6MIMkEpmvo9eXVw5EqYhq3LzHD4LY7rbW+RYQSVzq7ZUI6sFxF6
xV+vXBYAIzcn5yTAJkRcQwCEQYnYRepmcE8wdsEw8xkyOZgTExMckjOOTjJGYOAsIyOuSa1h
jK2VzMAT6iYgWWA4X44hIIurXBPIdgRh2/xesCVOAxtgK5AnbBsRWj1FDTd0iuwlWwMIwIVs
gAZxycZZeJnEPznEzM5gBYgRwcpkRRwBOIRk1Um0/pW9l9fgN60GbGpZSAJxDgAcgouMZGOB
jHYRighw0YcBWyJ8zJmcgRkyHrYTIBBGbBkXjDgkGolI9xIp2lB7+Iq4sFT4sZerWgsDmVgm
W6+S5epqtpWlVpQVbQJSwGcmYzMcjJJpdYFDD9ctHRkIEHwqhy1bKR8EGAEAsROwM1KGQATE
+IwDDa0mqmRDmZxC/AIziE4gPHwCgjDsCrZ5mAIyZAwpBDxfjrlbawInBcmbBzYGIZIzARWA
lVikIjVOxVjrWKVVzMidxFfi7q4bXKLWT01HyiOBA4y2c1VF2apAxrIj6zY8bIUOYdat42qy
stDgMpEbXyXR1OcB251ED2Ks4/8AAgMN3X8DlhhRmcQfMYHGG6gw/GMTrOoEK4n8kZCiAFQj
xxmFBHUkbFbK/JKzrCCDWMGm3sKrvuxAfZLElg6K+CmCNikuqHAFRDowJrbIUnJ1Lg1aFVA4
xkRqw0OvgKtikAkdRHrV4aiIydlsohoOdRFUiYE4mRD+L6kuTY9fdUel6TJzmZ4J4BJUZnM7
KygHBAlilZjMIBgXByCpypVsx4/1G3X2BxkdoGIUn7A8o+ALQZrWqJQa3Crh7auagoDN1FtC
mK8S3DUsBARM/jP4E+ISRBYIGBnyB+C2CwXBQCKcMp+uTAcRmUBWzM4lu3RVLve6KQe8oZW3
dK9sdYRwWMzwo4ByCesyGGMQjIKAFgCcYAHDfKVkxxiMFwaltrsV1OTknI6dgoZYph+hW4yq
wktapCKXhqHfrlQjVm3WJNfSxKy1b1kMf4yJ8/gZhDEANPrOsAZZ2AGRCRBnMu7JZU/HYYNn
aBMHY9nr0Db93YwO93NlFdqUq1c+2aGPiRi4xiAYmTkfLFoOF7AwE4JmJidCYUAAbEKgh6ew
69DvH+9ScrzOpBYQECf5QU5mHSV3K517MICbGDnBtBUMALEBerZ13Ne5XUxxggTImR+BMAwq
DCpAHbODAcTqGn+J/naTK03ARXe0lq6l9h7360vdstaHWIrbDN31koHZFXsx1PGrUNWxJyuW
hBBwYexbPHYYycYM5yPhDyRmdAJzkP1OyQG3QPKDFAwamAwxhpJi0NErIFqMsUlX1tpkst2A
La7FsDISqAhWXIapAweu0GGY4wIcfgtypz+ScfgAfjiFQwZD5vrXV7X211oC2WGmtgBp2kHV
Fa06gtqavq3rtJcECNRWZbX4rKUDBtdXDKUP/vBz+AOAmQyYAIAryxdcNjMZBPkbunVZCApQ
MWBbx1V9hVqKR4goZOLAxi1/ZgoGrX56qLLKylzKO4yjZDFCbdcgmGE4mQYTDwDyFGF/nGYf
kH8Efj4h6z2PsXtel1J19JMrUKwjcWKbZZt2a12vTXZCMTEGxrdnqquVqQgrXh6ksW3V8c6w
qZ8TXrDRqyqkZBrxAuI4yCMQ5BzLTLAOyEhh2K6wYGtcQpw+OwoQx6cy6t1CgCsE51rQKzlS
rZc4tZKWrH+wSNs4j7JlWzkKpEazL/5NMzJjuqi32lNZp3qbwzqob2dCsxJT2nsBVWuw62aW
vr3Q4UjJijqNiq6wubKinuLEn+7pWvZ93r2VFiLfSXNbT8zAmOCoMs1a3Fuu9cKnOs2H4Ier
Erq4t18t4jLK8QwgEGoMNms13Vqe1ZBrrByHVY1qFWZWiEBrDxYA0rqXDaoBsyhS5lVVTqjq
TU/9b/Jbj+au7GvZsMX5qXqpMzNvcWo2tsXllrQNTk23Ooe8dvW77WDcue3YIINNFqTVa4KN
isQ7CtPKSNWmlbMAy3U17Hb03rXh/wCf9aZRRXrVwcz+OZ8T5j61LQUrXFJBypIHGOSoJdOG
qJBVs4bPtafG9QJlKcIABsMxpqoRlOt1iBw7GomyjsUrJU1qy7FFc/8A5tXYpLPxXcvW0nHJ
mDKfIqVoFlCZIAnE9lufr11Ze6w2T2H7NFiW3MlfmZX9VUUeyzVqcqZSB5KrR5CARuawCr5F
FWzek9aLbJZb0gvcxdiww32CVbCOcCAYIUYxCBkCYnURqwItaQLiYhhGYUGL6u0NVgntL2au
sZGuhz/G728eruuX8ikLjtZSpKKFcIIUxGUE7CKtgH1LNlPm45KqYFgvAKsthRQo/hvj25/+
jXtOKf7K8LsHU1h2/ToCi0Kt6C/Xor82yfXa2pp6qETXOVYdhsarB9UV0vUz11Zj2IkXYWeV
SCysNe5w2eSZnkHgBs54zAeJhRMZmCWYQ4hAMK4PuKGrerhauYM9tVA9ntSFoaxkan2prK+z
17JRct4UEjIwRk7IVrUVWHVYh5ckvWUjCOpmlcoKHIlrqq71+dmrVuY3X2attP6tyJWmGCMn
stbYrfR2fA9jkbLX3ONLHWtRkribSMK9HVWsOSWckLcSq17jmIzWApYBVcS/zBmDB/HEMyRA
wgzDC1isLFhdDMgzEZZ7nR2LwiOLalwhE0MB/Y0rbp2aziPWwNQse3TXrRWFIRRhk5uVewRS
CFwvEf8AzTsSWKj/ACiOVmnt2dlscxw9inTKOBX12tHsdGiyml+CjEC1Vsqv0qVFWlfs2J6a
xWp9fsVBKbgdk2rVrWeRWJJxkECU0JsWpqa6BUQQorC/1x8q8/jmD4jdsFrIuT+P5JJOFyBy
UUnEYCWIrLaynaH1WmvLImDsKfA/bCIlr01kXawIROAnaWEhLjBnracj4jBSVBBY5OJgT11J
Ni1KIABMiMoMfXrYNr4NqMrd8R7DsatXsh49O+0iq602XbIVaNhzfslDRroVgwIzcXMRX6+s
pr5H4wZYjsVGFhnMxxDiAzHAH4zMfnBlt6BBWW20q6xKxKlPe11NXAOvgbNY/t1wcCKQJYx6
XD7LjHUGNUxjWYNeGVVIlo6zXqa6zWp8VX4zGtVTbdk1gibO/V3qsFiX2NLbRbZr9vHrHx0W
2i2zuVNNbJEUkNwGMLeSymxQDZ3cfGPwVKtmc5mYTxmD/wAzM4jBWF2sDd4Dmups+LqjfHBt
HGwqnz0DFYblCMkpi5i1+BlXWwcZLgmi0BgVxahdfXa61xQZzCZbsfYeSw16xltbMj+urZX1
Ll2Nuq+p61AbUtpZbSepHSaWq6P17MR1BbJsbqNfJuRvpWQWUfk/YAfX+cQTM4mVg+cTHMMA
xDYgPYNMRqX8jAq4Eq+LqfqVxaUPn64vpXOvgrKy2MMRhhbcjEVgIvZctaO6XRLRhLHdtRwG
BOAYwyP1UJStaxiDIhAl9yUHw17Vd/pAj6/jr2XtqKaVLAhMRQALDwW43Lyi6Dd6NjK1axyq
WIZiZnYQ4mRMiAiDAnzOimBIOBPgfhq1YnXEw4hMNCOxoAKqil3LG1P7OuLLB/8ATrY8PUGc
CAHNyhLuwKlesAMazFiXCJaVmnd3OvkWA5AOYYJkYzxkzsM2uXurQV1veGe30qmxfU9TWQWR
cR2ADMJbairsXG8+opKatzoyUMWShDHtCqm3WZ5Hpau1LAQR+B+M4gMyZyfx2hP4/gnAFjGE
l2Q9TY6iI6vOpl6gOFJe6pms1VIpXIBUMF4m4D+yLFCMe0ACraD2VupVxNCwCyk/ZWyqtDYq
xrxFDsewWWW4hcLXRlrK7u61H+3JMKymoKc8W2dZff1W/Zs2Dpa7MaVKUGq211SulG2i5C3M
rFqzXsKISFK2hlgnGMiCZ/BMwJgQEAGcTKy65K7PN3FttwGrvBY+1S62MCV+pLo9lGzWBXaX
gF6g2WsbPXXXvZ6i12o1LEtsGq9dhw+FgZc6rHz14zScr0xGBg6gF7MtcVIuSX2ZTVr/AK1w
tVVy9jfy2wQKNtQ3mqKveGO/sKRTWc6NKy93wu7brPve27tqowQWMq24Y2PYrpYYqqB/GIMT
+f55E5nI/GRAyZzwxEBBm3V5Amjfi314FXYaxTcAVdjWtZ9YWLZ6y9F0/X3Z19MrLdy4tt3X
11r7bZxpqtNHTWMu1K0NpJbvB/lU/Syr/NblQIbGRkJNjmuNuKqPtOxG0xjOxTWGda9gmva5
D+Z1Bv7qzMsr9h2D7TKHUzRr7W1VKlJGT7Kxaj6mlbTWkKgJYeNxiEpfqtbFqwckQT+SMQcz
EAghGJj8gnsxwLdyusLs+Qex1LAtVDXPqeq8ZGsAdpupX2BrWm3YtR9qkO9WrsJfX6xH/wBp
q9R7TQZa79LaDsSQeAPvqUC+5LSD2dV0LXdC2Bu+Q2OPo+c4CgFOmveQLSzV7L5ZLnhvjFiU
0nsK6XUfqZPrdVa4rkzZJrnsE/t9Zhatf4b4fMdDY1OlgAADrCfxmD8fE+YVJH4MYmd3AvZm
rayimN7hyDftPNW1KqL/APoKKy//AETka+xd7CwWfrtrbi7Ib1dWPbXIqhhmjSNyXemuQf6+
6sWsAR2IPx6pf7PFVrionZdBYIWbzhFK7GnQ67VViWIrPNsur+ZgBs7AVLiBU6sAlZnVASME
nJ0qTa4RQPgXP2m9jyaWoa6xgKx5umpTm0QHknMH4zM4AYTssLCduMwwiOTksRNks1IQWOdR
KI9FRbc0zYyUalID14DOq4dm7EHc3b71QLmminYmtUKay14Fe3m5+XCiFiB6aoV1+02CE9XW
RSbCzbDis6Jc0bJxUtQsNmqomxTl7qeoZSZhgtdhC12HqGGWJwFmoFRB8WE9XVxXVp0ZGIzY
nlBNjTXqVV5xAJ8Q5yI3eA2TLTs87NMsYPmcGMoMatSrfqpZbh32fYXdgbGamgvF1LBHzSza
a21fp7Ha71+uak1Ka1pfE2bErru3NmyVKVqdsE46/wA+muck6tVtrD62uKq/XhbranVxtchN
fC/rrjZ1K7TsVgGykIQCBWgYKoExk5IKEE1nBrBj4UHNtnwGwovvZVe0JNHy7VqgQCEgQWAE
sBPmCHj8Gc4gyIxInzMTOJYcLsoS+g79tl6M7L8UXM+rWz1Vfsd20dulq32WawMziyvMPWpL
942NQi1UE82Z7LCQZq2Gq2jcV3d+LQWua0u2mgShk7PwJ3BlvD7QBd6OpXWRZto/ei5iwZME
dp16DXch22obBdWq9VXiXvLQOhod7PX636+uonELLMIZ1UwACDEzMgwHMOYCBM85EGB+AOcc
b3lXa1qis8VtlngEr1Xqr/X2Ll/UTqqa3gTXvpvqvfw2Esf8kfXY2U1bFCBziwfcKBDgxGKs
W6ld0CHYNreu1FRa/qrOqh7O7Iy4tsql6s9o03UXsqV2kWK1dlThLuyFlll3VfPytnea1XSr
OI7ECw5a4kzR1FWsDiYmAQa54znAgnMxOyrNjeVTXsO0T2AJqvqtEzC4nZTPY1WPf5vE23tt
UlW29p1qlem4FE9hcFSvdVRXv1maGxZcjpkuzA07XrtYX+21Hnn9fcbsdxwB2yCc03MAzK50
qPGNe/pK7+LHZoCAK0teeBFF1tNQv3di5ho7Ty1L0K1uGuYKbtwPHttJVnM9FRYjEklnxGty
e2ZrrW1ilcZGR1nzPiZ/GIZyYzdVvtDTqxOxYRFKqdS8Vud9GjbLMDYcrdAwI9jSQuxeXnrs
Hbo4rJzPdYwzOJXa5Hrduuptz2dNa3bGza4qBDUX5t1RSlnLGfxjBywmg1bOjiI6gVuWBY9K
a2sJYILbiJZW1jikA2WgSyxDGbFg1th1OhRhPVV5o9fSXChVYy9uG5F1orrpsZ5VYwUWMoov
wwIhxBiETP4PE2nHWy5e1uyAqDLAZCjJCYK1gw1jCp1PAFqCyu+l6m9Wf/pofAnuj2Z2KRX+
yWLLa3VieNQGxde8VVLYl72D7/zyAAAWZCNLi6vER+aGBapC8+qi64Z8gJUy65QCWZkoaVUd
ZfhytBdyQWprKB/h26rbl2v2qa4Ve9q62ynbCDMIM1rgy5BmTBOMfw5AHsb3axb1wzKYq942
IuRAQBs29K9X2VRIQYPBE9zSWq9aAdpTkqew91rWVS0Agcn5XTtFdNfr7Lkr0rtbY3fL5FLU
U2csfnocYAmDmn63I46pKySabEWiy/sWbsQMAnCdAZ/kAv1wBDUxaywoNaorD9Y7Zm1fVUu5
vPc1FVjtUnVSv2TIitmduKr+u0vIz+AIY6sy7yNVaWCmu1MV8jGTzknn2ODSLB19ezHUhwJ7
Dmj0yD99V6lOJ7cCzUYL5T1L11sx9XqKFziexqZlv7s53AscfbBxnBIUxQBELF6UBRQAVYLB
uN4/NmBiIGOLG7Fe7lUUAYWF0nmyUpZnVOosfjc369db77dl6KpVSEDFutu0iGs5CKQuB2vB
Vq/8T+CD+Mz3Wo1qAJ2CgmlnC9xFYEFlVd/cFzqZoVhNUYjjI22Xx+m4332aFYbmua7dvUKb
iLXuaw0+v+36rqe+2wF9xZH95qhLt7XucaiGPw3Ywk4IbGTlTk6TlgQAWI7VkGKDFIE5IZcx
UOVfBdwQwZmqrFZGAbLOo3d5aky1z1oVmvUezABdm8sOpssr+qJkLaxxYhNdJ7VHn8ZmZmOO
w9vp+K5FwKnIHzGvrpq3PYPc/YzS1zfegAELcbe4Ouo1lttvrtzOt67ZKn1t+Nip67D3afq2
zR9VZYP9QLJs+vRTVpCp32NbXruxkAkkmYJJQgqo7abgxgMPjNecg/bt1AuIgdHDWdIbGETt
cDZVXK9piy7ambFzMdxw9qABqquwCqi32uDeyqdZDZZUFwG7EjNqfGraGQfHIhmODmGe2Ss1
W2VifsVKP9jSsv2rbm4zXrXWn1vr1oAGD/HsbxVVuZUeqqIcuc+RsdyV9jqrZq62neWr1atW
U3Co+T7W0kDd2Ch2LLrA6YIIMPyDgn5yxOrg1CxlOQxFnVhZEbuSOKmrDO2X2dipFO70rJyC
CsBWXsShI764BemxVO3sMjKCRdYHs9VSWboARgGvLbC4Wa5VbeBMZmOMCPxMqZ7XZzs7NmLe
+YRiAGa+hsbDaXr69esKqwclm6V7lV5mxc7t6uh0rB7NitYOoDleu37AaIv2tneGvrq+tVq1
ge52OjLZ5JZpFlYDLIDMMCRkYPbr2lLBRWxZmMaw5tdwqsyivYLISuPstb2dpeSDU/atmWFj
l0Aj9e+kV7bDNXCz2xr3DMn20dbx0MTk4zqr9vmKOqoeyfIg4h+NizpXv1O02ErLrQTNf01r
rX6TVVK6q61JGQCZub9WqlG1s7F/t0LNbo1otCdEsfETAFdzuTcFHsrvPsa1jK2kvcVn6/8A
QcbPkwdXcsakk9l+zNUQxUYAyuSIgUB/lbWUkl1sAEBJCZinqbrgxs+07cUWDwCzsabu1lgX
qwy2td0Gx3sKOehzCcz/AGNytTsrdD9UpGKxlmQ5mq5Kcn8cwiblnZux6iutwKalgOZ2OVyT
ZYlY2fdEimkM9GpbsWe57V06rdGqtLG4f1raSz7RVe7vS/LaoPk1h1A3FSe+fyPjI1nKPauG
Ufd+U6sQowcGKACae9YIULacK+YxUED65bLtk9V6vTgpbinXavFh6WG4mVDswzgMADYC4ySn
YsU418i61hYSMJVglMg0WFLM4nxMiHkbq+Jq3Vx1GMERY9ldYv8Aboksuv2XsTpK7WRvU09a
ffgDW17bHbX+XOF3ERGZZYxXTPxpp/cGSxmOtWnuMuxGYoJZwuWAz1XD5Eq/yYHCA4oBaX6v
U2cMWZT3Jik4zgMWMS0yxuygg1pYymxgZXnKjJY4JzPsIHBTTpRzYi5pGJUHLsAFqH2Q8n5o
csMgziYjpW439JteD2t6Nd7u0Q+33Xj7FlsHjY6mvUw9X6yjbs/03rcqioP+gCnT0HK2oB2O
CPYp0nlDTbVDoMDnQpFltWucrTQZ7nXrA5ArADMckjspQdGUJMYdzFxj1NQsbY1Fabeooa2j
JFDiZg6A5BnQEFT17AQYJPVogEXoFJBZgAbJWXxq3GsjqwpLO2p9jYPqg4UknPFDFSIPwcT3
O+4S53sYgTrwQc5OQxE9V7p6RW62JPfgnX9eR2QYOMT2v+Iry2yLRquSB6MH9m1mYV1TfP8A
X2zOhBcc447cOMg5Qgsy66B79Khaa7FxNyhWluuFaxApKKZ4XYjWbL69qiw2AffFeclTEysd
yxUhY9iieQk91IpYEBmSa1y9vWk+K4HF+FqC4F3stWiP7bZdvVvuOmIZ7S/i5iFsBLdGE/jj
rVYgQ+t33F+vZQ/r/Z36ltHstS8e4r8lFSPTd2zHYiewVyuhWRs+yWxradF7F9cTRc1nUmx0
V0Nst0LllVvjj4n1mTg/UlUEAZjpKn7NHyyBhYgl1K5vocOtagFaurtmMXhVOut6q+96PSay
hvRaTR/QJLPRMgu01QtUOzU4jVfUYBR+y1nqdEDxWW1KbvYa37O57Sy2Ds59Jp6QUACAze2l
prttLndFgPJH1BI7tq6Vtk19KioNf1JqrvOzRXVbopYdi/C0PQ4VAQlg4to7V0lhY5/q7MVe
tGhuYWl+4qVitiki0qtrEiBiISFIyYOICuPXoC9J+wjqCLKjNunoSow65a01iU611x1/XVVm
l1VgM/jmPPa0ER0yxHJHFy4lDhYKjh95qFfbuc11MZ417VV1hdDyIKLlsE9m6ttMQZvkqg8h
VKWslFERQitecKvYJU3b2As/Y9aGZ9jJ1lvZlVgZsO2WsIqqCl9j7UG165rWLbVZgX1FmC+U
y+0It9ge12yOvLNCTiqvtGoZR62nrXS2LBGMZhN+wFjgSxy4poBKXdVFq55AqbssGI442qfL
VuUmu3H2cQgY6lWa5nhTlWrEr26a7GVXdK2SxSMU2dXU5X2qON3sQ1wF1Q1c1rX0QPxVYS7M
Zp8I5XGzStg9brlNyxc1sAFtJVVtcEt5muU0SqyWVlyvSujZswNUqdfE9muK/kuQH7EQoCeo
E1vqUPaxAFRSSaXBRiMkjN9o7V9iVBZmTmv7IFNbK2VVupU5/H8WKZ7nUY1uTj5LDMLCKSQR
3Cl2lHqNhimsiU26N1r/AKl1CdnrXT21ntyrKmGhByrlYrwj7Lw1ZLKmAFQmXoVmswV7XBpb
YADkPStgwtZLbaHKcmtedhf67AC2rYRWWGfZITUmTLCcsOFUkAMYMSkA2d2MrsINmylYXcDK
VtebC1Vq9q+PXAIdTKxWUIyKSekpbP4zCRNioW171Bo2iMxjiMrZywXUw09ZrlNjMWwrDZwz
qEWtiwo8k26WekUNS40LnlXrkRLVStseOVlWtRcwVxNgCWktEtCsu3UKGuDD11nZLKXDKCi2
BhLEZTokMGAK2r1bSJ8Ym39qULKSpBfsYrsp7RT2N9wqp0NuvYVl6k0m1n2RRLtzKPfbfK0+
1LYCoGlQ5IzEOCWAldoBSxGgxMAwrPeagaokwkiEcdCZWxDanRSXAiVoADiNcTBbmV7HVVuP
n2j5PZWbKou37hqxq2W3Pb1BrIJS9liXL1B5NziNUXJps8ZHHr1xcAI5MuCmu3JSi00uGyNl
cvp5AXtNx+qquZY6mEs0dZr1rh9RDL9U9O9mvdV7slbfbhlUvemzazStSqhRipgZVZmIZwRw
B8xTiC3iqwOP5M2VD17dPhvNLQVDqqjq1HU6q/2+PJNhrY7q922FJt3kWJviJvJjY26q1v3n
vFOm7yqvoLArhWTt+xWxpcEFGWUortbYqDXQFvaVCu7Ts8V5PNoBXZHTX/ZZjTQ17Ylq9bNY
KLJ7A9nBPVq8MMCGtjOrAU7F4N16A21V3ONKpQmnXPEUqvVxcWgJCoWD0gkJkRWzMg/jBANZ
IqsNZqsFgjAGe4pWAqwXsIKyY65H7t9VtHsqLhsbqoCm0yNYgQlTPu0rp2bAvrbnn69GrK7U
Kggm5mV/s7UUSmoZvUdK36WfQxGAPtO4v7GJu7AC7mwBZsX2qqmVbDUlfYU4u2UsbXuoCft0
TYNViBRG+0CsGYYgwSoHbe7Jsra6FdhTKbA8coJt3G68kAd8ilwxpGB1APfq6zrz8wlsMhzV
2Uo4IxPcLgBGRlQw/WdQRt6ZEpDraKqK22fYUsBTUItFZbwawVOvXvYF7O71alxpI8TNXTaS
zI+iFdWXq7WlgQkSqxlAOfa1K1PgPXpiNRajUa7Wu2q1KvW4dKiQ46soMZTFBYvWwL6isjKy
kDMRIue3sq1azlBTYZrOWa49aQSSrgxzmVFQ1drZRjCuCjZCsYv2nUQLE+VX7T3B/sNZJZ+p
GGGMkYlmlVU2t6na3Go/5zVSbum2vZSx7BsO5AhtwukrhtfcCqdfVtWzT1EQ6urfZresHXbV
qba2Uuw++u2a7UKl0qtB9XrPW3r6qrbwFAF7Kvlplffbts9bT12fX10s1DJZtaeFrrOaK1dG
bAdczocqPtbLxlkJQ1hHC2Kp3bi8CkAIMAYikBkfLVuzDJlYAhMHIV2EW7hV7ivgMZ7tiL0Y
mMgNisAoZXHHZLqhNeztVPd0q9a1qwOqJ1wEcI/7An7Yle1YTdsttAbNNdb+yZU2fZec6Svi
1QHrZkF1jmIqlr800bG+1pqtsdvX69iPbWbEdXoj+ZpTQxO5UjEbax2qsmshSpuV+S/DO+Qr
K02Uy+WDVVqFNOFtUNYnCgLjAnf7UV/UZzk4RuUALADsAO1dFZCqFE5J96jC1th1NeyLTzhr
xUP7bFVVVdZCuuBx7hT+rUQB+6oay7vErTpbbWGGwuf2gIPaLWLPYWMAL7Tr+uVYrnuqN0C/
a1ECNlTr7abtP6+uQuvr1kcn4mAzeNDO2JZWts/11GV0tdQKKFBsyuOwdOwC4HirV9w9Xp6s
3Il7uDYvV1JJYwu2ddWewHC+TFlKAgUgTOSVINYMoORMTAns9X9nXuptqK5U+W6V3LbECkVI
q2JgEjm+lbq9rQ2deVAdmSmsbNuTq64vc+vrn+sqKv6uhESlFLVUmvStVRhFfzsUDKwvu7IT
k0K2raSGrS+piD+MGAkQwDllBnJhPBAMrCBGtGVJLF2uu2q8nWQKgAxaz9+zZPBs5XoCNA4c
VloNZc1I+XqsUIIDgIT5KbT2PwPjMInvqUAptGFWp6yaA/ey2VXMs1bxfWJgZtqWyraqt17u
t1zr69QaKa66cAM31ltZdNL1+gU211aLt2la71ZlfynFRWUKHN9FZl/Wuq72TJ6/1+7b5bvZ
U1WN7jy7tewouJJIJnZoGaB2A7HHdHht4HMqU93ZtclhZYxrWU2EwZCPkwoWJGIxwdRSq0KG
UL1CllLsWFeYURxZUASMFLWUV2wOJ8z3Os9tbE0g3ZFeoAH1261a6Vz1gbsAZjMxNjHhsXtc
6lSqkAQ8S8sq1l5vs/mLt2otSxQR3evqlVrI9zoR7FSyV6xLLqV649gv9+jp+a3Q1tWmvuth
JhwIrLk8wfLhuuoKQ25TQlQps6s1bvfpqqhLy1a3CBT1uQE17FlNtjgRULmpTnV2K0BIA7jK
AmUqMmtljhslQwWpsgdFDAyokhhPdprgdK1s/ZFcfcZ622rbB6Day+eR+NgE07VllTjabt+7
T46NikszB22sLVq0u9fsVKbTHJ9S4awFep6GqupvIXUS+3i7YCDV2h4cam0txOu+ltlDXtE3
ZBhwYGxATMjHAnE1dO617bqmFylhTVcwNRQeyXo6duhUE2Bg1gJOuTKq8lNYq5OAqr2FcHYE
W2LPLmDBH8ueFI70EAHmf9DnuXYl2+y98gFj6y5a90ZwD+D8WUUONz/n6LB7D1WxprkiC5ll
b2bFlVSpV7Vu27hSutb47B1BFuY3cBbMteuQ6sX84C6zW+V3Dq5ParbsrOv7ERNhHWzaprYd
ZkyjWtubX0KaBt7DCLrHyPUAiuKhsbqpLrW2HXRVqLtayqWJ2gyGprYzWUqVJhYCLhpUxjqZ
gkdHgDCKrGVrkLSC6J0Bnv6u5fuGE4gAU6lwpv8A9qz1jZ2fIvYKMwgwie8qDaVnYuTP+cq7
bG5Z+vVeWe0McIMFMHVoBLbDhK1uLEOAxJBZ8kUV16nq66moOrVbfs+urENVlbU22Vs25RY2
vu1WEPiX2WBrL7DXq0WKtVVFK7Wz0W7c7l2ax/XUMqP9Wp22SX1V7DD1bAii1SVAV3wXcOEz
nDdvKHAIWMcllbquQahllQgkHI5nu1zTef7AxE7GA81WVKavW7e4uj6xNQZwO0BBHIHvCRpW
kdgAR6ber1LPb+0ruLHnoxPYCU7FlFY3azHuR27ghrq64iuza3q7LHcKyW+uDOnr7RG9abJV
Rr11W6FTJsepvCtSa2p28EW1WTYqOUuJW7ZFa7O15jWEU0UeUa9ATX2KnRmwzMWUrblU3yDZ
f3HeDGazhhYvVDyCphBi56qhEXAFbAqfxtUeardosquPwgyCGERWK+uUjSEw0AaAGfM/6G8L
rHJmDF5Izn6CHq0Xtmhlem9QHV2BWyojR9e9jVatdIKAHgQMMdjCxnaGxpsb1VEp1H2bLdVD
CDXLLiylqKZdZdtto+ldmHpdRGrrRJ1OCqlLdQFrqjUzJ9cAEWlQ9uHS1SFYYQDPaK5BVwIn
IBViK5WcDn8Eme+02LBRheqnCuQuF0frqYEUATMzLbAi+82hbfgCdjjGYD1JOYhbss17QG3K
jVaCe6jDen32XbFgIseB8xSJ8wczAAv2q6Fr0n22YwEE2ewyRf5j/p79h9b19eqE7NCpKmvB
7EAYaBZ7CglbVeFWJasglcwYQU35i3jHlUjJyhZiGCoHEV8wvgjbFYr3KHnBG7qLs61tLVPx
nBATLsll4GmNg0/w+cdmm5f1TbcWXOBADM4gRTAVAHwoOa1HbfXya/WEAhFIf1puehq2BCkz
gTAyZs7i1TX1De5zOpaYOB67XIq09emdlBPILWABzjLEKcgAGL2E7I42arKnTDQoxDjqXU5V
upFpymwBKdhWIsCxMk2V5U4rjbIsPWKAIuw9cquW1fd1JXvYhIAqr6r6vT1311n8OWhLAe5v
ZKmOYSMdsEHJyIOpYZwHxFck1r5qDp7In6t0o1rTfq3KGbtMc84AabW6KpRql2QAICRM8H/F
PICHOGGQpGCQYVWLWMdFWeOExeBfri6soyMrsIy9y4xGBADZgcKa7MNXaWlNjl3tAXYJ64YE
WK8LYAMoYBvf1WLuHIgDEUlnnqiP0AeRkwjjHH/QoyNnlsQqJyDxFCkghYPlSudJ+bqqyCvU
kcVd12CQ0NeSzKkfYeU6lYbFYVRH5ZwwK8lckNgD9pyfJwjFj9oOI7AQEQnkEZ2rGSWISSBF
Yg8Wm2sIVZljcheIljTX2FBOzAUsnhUwazAeFjEqYk5V979Y6iV9yykTXCpPSMx0vwc/j32t
5aLAVPeMxMIOQ2YVwAwI6Zimar4fXIcH1iutukyGugCy24UVrubN7roNYUorrXxqYygHnCoA
vVDBhVZiEUmdTFfmxyq1bGURw8ZcxlwDkRSCbqfLLarKy+cckkkHKurVMrADqeD16hH+9Wet
QyVYgEkzJBZWyrGb2slmq/djllZKbbT6i0UAcfjMPI9zb46LW7PgGYJhIJT5sBVkzgHK/wDr
W4Vlv7zW2rUZfbOZt7VrrpaOq6lVWcQkRmGO2YXAncEM7CGxgohqrMapgEosJGoSBqgCuzDW
bAVRskwWLYWUE4bGYErZdmisS4/WskTyqVx9UrLnochAS1zUrr75le2riuxcdkBBgOZYxCIi
+WoKGJK1FkqFNwtSx7EZ97pB7JJ7TaW6qwDsAIfkAmdcSxsMAAEfsecLmfaC6wFL7CiuXGhc
1VpY5J4OZzP5OWgBMwTGHJnAGTKxmKMx1AGwhDhhgnA7/YWDBY4+R8zbsKm8AzkH4NbBoWcC
phAVB9plgrsCtpULuXAfvOYmzZnX2u02LAgqALa/bsyhq9dVsa+7Z07TcbayCS1KsLNING9P
WzbXqK1ptrdHAGO3WH7AEMxQiZiuYe2QxxUTKywVXOarchnOVYwsYbGBLc5gZo2IMGET4NTM
J2MzLV7V2K1ZNoBySoPCdgBzGPSbjEWW19ldGBDchUMRnxkSu3ENNV62+pBF9D0nAaVArFaV
WTf27wqXFUoY487lVtxdsbJtT1NtouNgIBnEOBHM93QgsyrEkww8zsTBwMrhQcqoMOREuPVG
yusUYMqiKZxDjPXE6zE5yPk4wF7BWKqpWAcuVMvTsLBhw2CSMUOI6AS21Q37DF6K6LVb1+Tf
662ueHMatgDlShGVsdWqt7KhV6tv09NzPobNEClYinGwrTkNrsVNljsalCCj1toaz1zMdewK
xTBKvHuUS5jZNitrVtQV2k5hBE6yrXdpX66+yWaGzUBWROexIiBGNYKTWIR1Oa1chiFMY855
zMrGIgqQy1AFrJWFkcAtOSG4FdxZ9ymyHuIXKtXsVQ2sxf5+X1lbyBSQa1l3r6LBZp3VQoDB
WM1KxOvWey4AUjKlTLtKmyWaj1tfrZDevtjZqb+yU7DqRu2OrbL4W617u3Wt7S0ZYIAJuMX2
FR3K+u2nFWnaG0fV0g4rUOEdbPW67D2etXra9X2ddf7n5pA71nqrOJ2zC2ITOyzmZOK34cHt
gGEhYlmT2EOZYn2Q1sN1aa5Y79qbKsMVAtZ7Hp1sRKFQDI/BPBAIu0qWg9cwKafjYVMCBMRT
AxyWzLKq7Q+vYk3taMloUYga3r12GlWpvGaxuFZC5Z65ZaxVab7CnrNYN+vrqVS7CatQIHHG
e1ak3pPeN31lJWV2fVCphw0VH65OScQ5zkk54UiDIiPkM8zkcRSDA+D2DQnC7llxLMSLCQRk
CpGtNGqetdK1g/AOIYczsYWzD8EsB2yMGHmcCdsTyAgPCymOgwtFQCaVAUUULPJSSCWLoc3o
5ZdRzK6EQjiM2SSSCYGGLrQke9s5LGojPs6W/WGQaT2K/WODjSs6xqFujVBSYVgaMgMAICkq
Rb2H/sz4OWMqYggYjvYJZgtsKoBGRRrm2a2oVX6rAwx2OMwnEYkzLYAImDl3GA8DDJAJPyw5
OJxjuOwcA1Es+CD1l1RQ05K9WMKOCVaFDgCH/Ltk9gYSc7Lp1ODETlABN4eWjqRKvq3kDluR
QwRkuzMQjnqcENMERbMw9s9usWwdSwsgBAV+UtGZY4Vth+419d75rDWpX9iqK9ZgZcdxPIDH
YztOxYs2C9mYeYvzxlQccQtyyFj43jVtPHxWCIMQgElAZWhVm7iHvD2wBmYM6LPLUofbALbl
jRsZRea85+T9ANqrx7ClQUOZmfK6xwFOSQTOchThayR4WAZwgN1bTuJXcqD64PAV0LLYqrtN
lrmeam54oL0MDM0FF0r7IvkM74hfMGDOwWPYTHtUDyO5rwBwJk4IMYQfUEZgHOAFV8xCc4Of
tMsB2YgnnsJjgGWtWFtZQSxyRAhIr+U6gvs0Vps+1Ilj9iuMVkdiGYozI1fzWowVMFRgTrAC
J3ACWdx+upLUEh63SV2MzF2CKnYHKocFbauykdDS8SuzrR5cYJnUmBZ1HXyJXLdytR+w9kqT
ECLjOIjrMAqxIAcicEA4nWXAhFqxEtPYZwOwbJltxRW9gpn7zCV+wXr5w4cDq7KsL9oWIiAm
MQo2dmwxthgf8hhViiYKhXAA/wANdwBWo8YUiMzAhhnvGcmdShr7w0vhqWwNYglCsBOLOY3x
1yNmoLFswdbfDLXtIVS8wWZLeQm696ZbdZYGtGNdexRF7WdlIPaYxFdgWY5ypHMUiAHL19wd
exYVwF3esXcqc2Wstdt99p/Xtg17WNeuqleiC52aMCZ04K8AhVvv6rYzsMDthCGTIHAXtkDJ
VhhbWV9L7o4xG4hGYeJ0ODUCa6gIS+WsChSGlyKBnhjmEHOCGvUMGTqayQadko1VqPKmM4Mv
Oba1DG6pUOqVC8MbHYQHgZyMCAgwgZ78gmd2WI6tCTm1CQyEQBwUNjxKK1HyAJ8lzMKYcFmK
gtacgqDd9j1EagYZBhCDGxA2D2OQclic+ttUJ3UxlzHIWd+RdkpXgqMkgS4AMCQSzZYEHAAs
fJ4yyFpfUGJ1xjqQtd/WVbPcLaVltQd6wtY3LEJ0gXVlKF1zEboewIyYGEzmNgkMFnckqepR
gwIEtUGEqApZItgYEgLbu29qtpyP2a2PlQj9gEMzOxGCS2fGc6mqrXXev1rxteoasNmt8q4A
ABBwGIhPPrwQuCD5CAzEkZwDggYg4ZllyAqRLThauY/CjHa36RSRMAzqULoXBcpEsaU3Mprv
7y6yXgKumMm1e6iOFLd+hXZQsDx8R2wM5AYgJYuPO5YXv1GSSgIZcBTgXlmpVC08ZIWsMLNV
Qa0ZVyWnjIgCKmB306ADZb41ud7Ru6/R0A64JLDIAAUKcaXFKsYxYnqRDnJzM5JERgZhcshU
nDh6wjupKlSJYATbYUBsuMVXYtRx0XFiFYtjrK7hMdhbSgp017BrMTYtREt3HLtY1i447WpF
2dgBd64Ku0hKsM/x4cp3Ii29hUCWyDCmYwZQEUjxZBUArguSI2rWZjBvciUICddOovOT7O8o
jAug+AuAwBnXhCc6+Fq7CeUzyctkzkE9ciKSJgYdA6qmH28eSy+wNWe6tSSHpVitSYPVSrKV
esTxdhbXiIG7I3Qiytq/XEGXDq2yi2JbrqrePAKgzpkeI5YMHGVKOJSe0syo6gnBEqZ+yOwi
MpFoxMsCpsMUwqufFkmhuj0nDgsfW67l04l4zPa0tZWbTk/IOJxGUSmsM/iAHQZNamGlQxr5
KV4s+wpdWhzlT1JAMtryuznF5M1jFHAoQiyk1hg3YOwK3nIbKdMt+upgpRjTSA+kr1tkMLa+
9bVlHb5ZYFxCq4PWKgJAJNJw1mepAKL2WOgVkPAUKzhyqLAcTPCnEDlZsbbBHuLpRUGfWBWD
4u6tXZYPHsJ9l4CkkEkQkmeuQPYLLI9rLDc4LO5h7QEhxaQVY9qz2JBJGCbBivYYdLBzrY8p
QZ+IQDHpXJoYCypcDqDSqs3jawfrkEYAXIGTBzPZgAYDLUlCgOnYlcnLRAQUAEsBxXblScwy
sDOBle5H2EAJmVUfsVZbZRZZfY7YYl0ydeoqtzMo812E7ObULJdqhVCrgockAwFSfXIqozCc
wgTAwORgGf/aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwA+D/FMMrZOo+f2Znw8
/BipC08J+xKcevhCBb1TlPpqm+anwbRfctPgjAfRA1DDVQEeWmAj9ywFKIuQ2iJ1fVE4ONkx
d+q9xd5QIwo0Ul09dMrzQNYbJEJryNXlC3ZLWGQI/dXHvH9KgwtwmPooUQiQ5tsituq811W6
28SpCwpxoo8J8JK2ZY/8rC6KPA7p9VnwYnw28HInwJAUqAoyp18C2dFOVJQCgTujyE7unqW3
6pzb2kQUAfpGTunGCi2VBdTkozKmHy6hcqj1CbuS+qelmCa5Y7lAgv1Cy4U+HqupWybKhSnU
aYUplCYyj9hhHVM/Ibr3Wf0/5KLfL/kuWa6t4uB4O8rZSF5Jt1CiPCTGQPBgdFHwXVMU+qd8
arMov4EAJtULMw+KwAMsmFeRZvj+ygbe4WwUeJcjRNf6UC/IHBTkSF5rifmoLFakbLjccSMa
p6lx+hYMeALp8JlxbKBZ/JNb4r2EEfNMRnwc42UQEdR4dPBsr9C52ycDz+wQQ4K/M7c0A9w1
+w7QsZX9ywnZOz+DKMeG5Uwv0qNF5eBDQZR/F0TM2yJOdgsH9CeEZQRF4BDA1lAjJXIDGR5q
/aq7/UPNF/isyuuqdnZMY1T1kEo7sQyHMMQWTJwi26EONUBWgHUAJrYOqcB1sU1g/UynqwPk
twmZicJiJT0+GExDIuowpwA7faIOsIWH/wAzr5KPRSpR+S2RdeSJWV56+Ds/hKlN4Mt07MUz
yNUTZYZMQ3V04Dheeic42Vq3gM9TmUH0Ve72yeIzoFXu0+nBAhNV+QnaEAdE4wgahcbFiETX
3Po6wzbp39FhFg76oAicFMp8J+K9p+KYj1CnHwX3KV7S4KESEQmEg5TvuPtmlsFE9n3g6ar3
UtXeCpTqUd9lK/SpwhXFgmIQGBupEIeESUxyoTHw38kbdF1UsyMQnZQfhKI9U0eaNbF6WyVb
tvBZt3QeDqDsuVcJiX1XRcquQ6YwR9KbvCP1hCYEWfbwH2d1KkLP2X1PhxI1yh4yVheSfuXA
ZZNj0XKvbJqeu37K9wPaO/1BfUCNCECsP1UYQKZctl56pjopXRRC6rPg+PBzhXGLN7esIghM
YTEt6KB6ow3UqJdbNupEb4QIGFW+HgoGpgprHi3qmMg67I6g6rlU5wuF4uITEa5QeAQp+zsp
lSGTgrMKQoUrVboloyh1X6U1PinseXmpLkQAEa9sGoI0yiO/e7/4ly7dg5DhGliXBxosMjyc
nT4KDjLpjqpTaBRqiCspj8fGFKhSJUKQnqPMLqNEcAbf+qYB/PZcY9UNtgVsoBCbXcryRcsB
JAKFSR6q3bzfNCOn1L3fXthfoQBEDVP9VdDqFyrbgRjQLj3ItgbrhcuBHL7b+DJiY8JhZTZ8
HGQfkuJyFEUTn2gZ1XH+nJEsSQjbu25UEjRE0oLAB+R/2omwHtCerl8L825e9vkolVqK+c6p
64tmUNU3z8BumO8qdE6fxcqEynwfRRTTLoz6lO8dECPJC1ZDwUXDvqtuicfoRqfqOERbUSuW
FS9i4Dg/5ShbtfTeoLzFvxokSR9QkJ6yD+HYJ6zXUFFg/mZXIfWJBC43+o7dE2ng/wBhvs+f
h18GK/LEdU+K0D/Bfldscav8Qg7ZQp2oLS/kuVsayiWCty0DgdUa4Ys3kvzb50HhrK4mRonG
6mDl0a23aF+hdEyZdU7MvPwnRDw80zAtujdmsBkQmZ/vQCFSY0USAE4JdOZOnmoghOS6IPua
VkgHGEe1i1PdUnPE/wCVNVnZchi2RsVYiCcDQp6QTkHdMxBwWXOp9wkY+06O5hAbLbwZeXhP
jyPmrdqsUBYzlGgppLy6NgBXqAmGqlMDx6odqtBcYJwUP6m1ON7CR+6oPgQe4ARBD1y/+ZS1
tiE1YAXyXGwhE5Cx6J/vW6cQVumPh1QfRbAp2gp1ONVyGCmE/d4BsHIX/hPmEwDblE/+E7+U
IokBjvomwnIgwUxD1sQanZ1x7hIIgEfiCFLnialhYdVxNudfLKY1ITizk6QmNi/nCbfUJ0O3
pkrGPB/B7FkwBI1Zv9yHEscsWf8AiRNizSuPGx2IAb+NRrAV+xV+QYGy5XewOQuQsQWciEw0
TKdSqjt2FBrlPxp3TSCz8n/WQqf6ezDWULdzt2rLMGf96yNe0b9uxeTx2/8A7FzJ5S9nOZ5W
VrVBr2uXtBn/ADcfCIPhMoke22jYTmR4MH6pt/Byx6J6x0THKC66rqmPzVqwNlWzunaTkt1U
KYBTApgAH6oASMMmZvIIVOu8IQCBpogSzLiT7dGKFDNBvsuPcAsc0udj9NeSNbVBAzugAXrt
r4R6Kc6qARXouD6YUZKnJPjwoRz1GSP2UbXsWHomJHqVyrfiBsUKixsAJv8AUAnPc5jDujS9
gRWpsPTiu5Z3BsfvTb4zlO5fRkTd+joPYA6yosD5MiDhG4r7rauSsAp79sWXu7I9DYfzL/52
H7RVez2a8e2NM/YjwkQnNfhC9oZRjXwhOsIQ66ogwpDhG4r9RE/6kDqos9v1UHzqs+5wyDho
36J6Og9XGqwAhemjwJUwdkHCw/RGoq9RuuJ9tdC+F7q+4Z0QALE6OiSmUyUYmEbESU5EBHwH
EjlY67K3csXsZKbtyUOc8n02Q4wToh2+4HocjzQv2SXGBEqo4tctUvsUXVC3FjBQwWXmjajl
GSDsnrbkDoZX5vcOkVaEN9looAUriSOWG8IT/FR9mHbwg+EeEhOHlRouBbPr+JBiSdnQJDdU
GQIgg4C7dO4zNmdkcHZfoRLLiIjKc/FdFuUWgnKwnOTlA4RCCfbCAtZzogK+qYJtfCHJAlPY
sA8IkESWld2twLGpj1FkzONfijdhXX4IDQbqzAWaR6KnZwbW4yr2YfmihHIn8R5K3RlKIXsE
ESmE3tgBcjFrY9VyM2OVPwRcFO/xQIiwwuFi48WU6IkkMcD7EhY8Dtp4yplWYDiS49eSdmlA
keqcrdpQiCWhc6WIZe88g+g/5VXPkQRoUO5UvWRPhEhE29FazYRfdeWUBDItl0+uqhQWOXUw
RlbpynJYBW4PbkWHkP1Fx4lh/chWpeuozP7q/N7f1H6oaQoiZRqwkMyFu2/Colj1TXsfyiCG
zJRt2zxAsSLCCmPctfzsSmtks/7yLYOEI809B7j7Qj3O7UG2hMrpoF7c6Ln3CxJTEmOiHEE+
YXLiQyGeT4UKVH2ZKnwMe1TCiyg+GEb0ryqGMEacvw3XGwNSCY/9UDoQtWRscMyvXWDtqiaj
lUZstjohUSdl2wzECQpymqA2yfTZHWUWhF1GUfioTZIyV7p+SJQDkg6Ik2wWZGrGz9EbflEy
WLHVMQaW6uiaAXGYMrjcMXdk4jdZndHltqrd3iOADwSuQqR27k8bkNVk5AsAIIBlEkEu2F7g
QRouVYIOU/cM1MAmVl/AIm1eVKhujr29uo9FACIIBBQtT20yZPg3jC9uVhSGP2JCIZhod1hN
p4WBGQjSoY1sQ/khy9G3T2gaBABsq76q1a/SJI9EamOiDfFVAOXUosW9E4BJWJOUyAzuowNE
2iBONArVRJOFKFtKn4rGr+OApATi3oiy5GKiSFY9nR9ZVux3QcEF1UciBTA8lUG5YkJwYGeq
qSSz4XFwDYPUI2OceDo6IPkkn7DgsEB9h/8A9LcjxAVzSBysQVWzz1QJLkqVao2XcqNa/oTW
yRDpsKujJtfAsERqvJF0Q8IgShuE6eEKUk9UKeePB/BtVCte2ETQGHHuhcxgCR5Id3sD21m9
cF/2FawBkuq0GU1psAXPrZNpU+iAGdAEL2yRA806lOcBCuAP7kKzAyugUeLn6Sm//eQrWBAc
mEwZk3tHVEu6L9V3BpxVWY+SA8lQnQFRhdFknyViYlea5Vx1QkOiDBTF23KcJvvRILlpP2CM
MV7Q/VPf4ZTVXvAc6gBEdmpPbPoP9KNWsOWQHAUwyrWOfkiAcJq1Fr2gBG/ck6PKC6DxN/w1
/T7VyJYFZyR9gjdB8j7MqD6LP2G8CCWKymKs2HKbLJz6Ig66InzhGGPFU6ZQhV3Y/epCxhFk
QzzL+aYCEwOdFui2mgKDxugQgIPUI1Abz8SMOnJJTDA8ZRAmxEhc71PIiJZHuDkAPUJ7H8Rf
RWPIOcMQZXOzx9OiiShumC67IsznDoD8Vps2AyAAjqg8JgR4T9vp/wDg5yndSUXXIGVJUO/V
WrpMokbKp0dA4DKsuP8Az4+avs+CmOuq+5OIRh5QrrogCjuPB15fbsG+osgBgI9qo87K1xYv
Ykv5rna/Jp4gbf4lUDTVOoTo2sWZEVHtHzQvaCcVRBLAHKOw1K5EtsnEtsmseJTkODroVsdk
+ni5/wDwjwgOpoR6ouGGG8MohHYotsh1XEeaqNRCw6yuohdx/wC0JnAdfenJhHz9U8dcuq67
ZRqS3LCn4qF1UqE7sD8VxJcpqz1RsTJ0QucVLqxO8LkTM+DCN0TB28NZwuRiokgJqPWvmg7R
hCuGXGsVzOHQBD7rj2yzbQvqg4lEW+OUK9z3gbhyufat6aoHceHn4Y8MfYzKz4SR4McGX80b
VsOgdly5E+RP8yfugmINU9AQ2jI26QnvnRlyrcA1EuVxJJI2TVLHR4RcE/cgKwdV+Ye4KHXU
f5kbdnuVvSsFi3u/ErV7v0jd/wDEjStDyP4mAR3fdO+coDAGCu2HkHwZEhPYsF7Q53TVhlJe
2qlQcq1jiR8lcjCJsZZQIUhNYkA4RILnyKIBdih2q5Mk4yuNYOpz/GgAHIDkrjQsv+wcgR0d
Dt/05a34nCDzch7Wy5TZU/FOC9cBVaTiUIZseLJj9qfH6XUhPWsxqhioOZRezkaL/tqbVtFZ
TEBiYYKtGIL9ZdQeNtCuYPuJAIB0T3zoHT2zoEa0AFRowKr3aEe7YSFxFi1o0ef2UK9x+V/d
adSibVM6p+2Yhh5o1OHTM7YTt5hUsNw/qgDEOURWTpsibMCcMiDJTFPUOfVOwCyELPkrzdFs
kLiHGpKgktoiGkB1yOBhcSG8kRVvdkoWuZOE7mGbZRkhyURumy7ZXc7ty5DMpRbQJwozoqkn
QN8FWxhwE23/AOraaIkpslAhpQOx5BCtfqXO9nssmFxMANYNnPFce3UWOhtuvzO81X+kDACI
4udSq37gIDQAgRUuJjp+yuV6kfGE7W6sh2+3Yi5EQXj3IgQm1GroDP8Ab9ZcLEsA6f5L8wlg
NNVY2mcrqiRglD5phhnT3MrMLiLNOhUlwjYZ6IPX1WF7fxeqblxI6L3X9wxCkuj3ILYZEHCL
a4QeY1VnDS3wXLQjHgQuAjl7VUXLgBm8kBoIT+L+G/g6Z/sQt1ap1T3PMieIIGFx7PaFOrv/
ACr3dwjoj3O4RAGwyiO32zeHfkAP50/b7AHnZ/5Fe/cAqO3V2rqU4qLXEyuHcrwsNQdk3Mgb
lV7PZ7jmkHGg4/hsm2Qu8EsSyalwR0BX5oM10Yv+qiAHL6qWYqBhWuPwj5lG93tb5I2J9lc1
QFDxpqAq1FzvYkoOAYEtlE8RW24hOC4xCeerptBhMXB6EhcfzL8dnJCcgk9UHElYHwUBihYR
1Ck/3qfpr9XkvaAB0TpmiqOpOi/7GLyEBXCf5J9whYyAo+zPhhYT+MeEQtFcVYWIgoE/WTP8
KB7pd9B/yQIGNNFyHcFKDNXnP6q99T3bPAJb+ZD8vs0qP8osf30eDVfLe3+FCxaPqJ1XIN0Z
U9xrUZAJE/4uKewBPVWtagqXABoGd0e1XD5KI7l/hhkxHscgtkotBUoglWvbNmZ/JVoLZsvz
LuAXzCap9urIcZuf7VVD3D7iHlFtWR5CEPyww1CIsMFp1UDGIdPrsn02UDGChLoyyYY3QLSU
wLOZ8C09ESPbZfmXAt3P1ipwoKyHTErqseD/AGPb8FOiwvpWPRY+xhEEQg4oLA5LAp4I0OVx
oeFXYt/yTEGT8VxoCT8Vx4EE7hAkci4gzlDvVi1gCajCb8uxruyBA4XJk5f/AFL3jnZ5dCla
itQXADf6k5P/AGEOA7I1qeQIlgqgvyaUZGVE/oWJV+3YvAIfohe4c0xsuLwco8YAko/1Heit
P/m+CnqzCIQG6G6kl0xgjUK3btkY6o5lQZH4SgXZ8oF4WX6LLp8FBpcqU6Y/TVMMKUGZysyn
NjwqQI8euybdZ8Y+x1U6+D+JbLKxsGL5VwZoAJKqRSvJ4TjOWCNqN278mJH6qN/zDaxLSXgL
lcuBlcTYAUZf9RFq1gsnDnop+CNxoHc9E/cAtGitesfmz8P/AH8C265LDKtxHlqiLZaE4xsq
j8FZZDtdvOD0VA0sOXmgdB4Qi6IIhpTVxsUSznK5D6MkJgSKDLqPVcdTquqAJeXCbG7IVpmH
dMMhT4AOxRBL8oACFGZy59fGU6yFB8G8G8JRXT7N6BmsY+C931H6k4oWG6I7gyIbdEsLAzXW
QrV4kbkwmvgFzKHa7Pt7hBc6GfbysrXtbLyCWQf6nYeScq1dwQjUDkQZZGtql7F22C2KIElO
X8BbDIXBYbhcTbKHb7Z9xgkdVyIfuWZyZKA2CclZhNVmTQSjwq/LC5dwMdASsgHBbKNQBOqD
B2PnlBofR01ofCzGpKc3hce2eV7RCqCPcw5eawsrKArJ2Qveo/MMhN8E6fwhdFgeE5XTVPYs
Ea9sufJG17HiE/J+i9hc6jHjJZGV+ZSr1cSOgpVMSzxIT2sxMVAXDkS5chV5DBMeqfthpltk
bGHICDgkan+1l7bEAq/5h5GpjyKcIUEErj3L0F3csHL/AOfiiaEFteJdTdiZwR/Kjooypwtk
akvXYr25OAnt9TuoOUDY5R20TnOywwQiVysQ9Q43TUBFcYH+1PyHkU2ojTRDuE4LkZKqQOJO
v/suPJxXGiyeJOE0q/e7gywrH+bksMsrMLkZQJZ8kk9UCCG0ZP448ei28CTgI69F9JAO8IUo
fOU4lC1i3mdHXsMlTdHJUI7oXrgO6AseQGFUZAlD1TIgDZAgxsi9uLYVqXt9QDdSFwqXvsGh
cjcgHTCJMnOVxrSwqdGMoEEVsQHq/uBKtrKzOyYQVlO6PIPYSCfB8rCdEnHVMnXKxyfBqyRt
CNT7idURWvJywRv3cDDqWB3z/MuR+kaEGf31UcAZfCarDyTfFNjw6ol2fVCouWCZ1Xlgxlef
jun8QCWGSVGkIATbZ0bWLkqIWHjCBBacLPp4OJ6J0ameQKNLjJJB8l96Dl5YqE2AWc+iq0ga
o2dzshYxxj4r8wyLyD5qPiuIL2fKI7lhAgnP4le1i4FjlEmZ1yjr0Wk5ZAgAhYIQOc+DNjZN
00QIx1TKPUp29UHkoiVhdSgfmuJ0XuPsQ7dM6eimSSm3U43RIXEubD9UIlvaMBe72thk6G4T
g9VUYIEg+DfYJ2DqoBPzTWLEROyBDOdVy+SkIA4bRM56BGxiMIdvulgYBTiRnom3/QtkL1yM
joqMGIf7ltqoQtaXIZvJOAAd1HxXEearW9ebhmQuKilTits/u1RcPR3I1QDe22GQ9ocZbqiT
ATAmcrPops0bFR5Mqk6Gf4Vx13TmTundm6qp6Z9VBjddAsDKJKezHzXGtW6oVGgQ1KJ0Mwm3
gLkc238GBT9yzbea4dlxXcEh1736vKkQuWmE5+CcJmlCrn9Hh+n7BqNQQ/UoVuC5GeijXXVM
fmnGFGRophbozxLY9aoASXldvmXJEPt+Hw2R6qgflmD5WUhmyEQ8HCJrJBz6K4tomaNwpMbq
vcuCXqOLiPwroudBIEsqvZgMr8q1Hrh8uyIGXXuMaNlWJgkMf7WWXZe1zGyqTDIE6GUWMIlc
APaNdcqF5oPsnwwwVhgmD+Bc4TUk6p+5jRl5eDBrXOAE4rn0AWDyOgXI+oQhkBYsNENQdUTo
tlTuUD+4A/vKr6hdPsjvdsHlQMR0VhckXrk/y8VyBxuvLCciU4CexAADl01fpAYJ2ldoSLcQ
S/X3eJoMkFAktxeSei93cr8QuVe5Ut1CPaPcFhYNB3XcFC9SYL7jmr/n2ItmrYZCnb7NW3PI
n/8A0Q7Y7dAAGkH/AHr30rGzrj3AXIwCAmpQtjMql6ixEGdESJKn4Jt0YZOD7kJkdER3M42h
FsKfimdHVMdEwQIOE5KmQui9usIzysgXWcoige1sLnYh0/Rlzw8Ly0TVwNV7j+hVoNgvvVQP
xWAXt0Y/Bds71B+X2MLC4nBR7lXIsXK5DJ+H+pFxLqI9UDYoitWrhYVe3oJt5BVA0CdPhsqz
NMLh26jnbV4RcAuNJV/zD+WCIgF1yAMeSsbM7smqJ0QADoWNsAPUZH7y5HuAH9XX+JOYYLnY
Ng1eE1ibWafVHHosMN1GmqGqlvJBhhPaJZynEjcKX6JwmwV7088XZPU+hXHVOSSnJ4dsZGsI
gVJbVYde5w2ETy40aJLqoqSwA1hMBhVgTKYQVxr6lDth4ydCmGmvqg4kJgEK5aWwmJdCutY9
B9sGzcnxuGXGp4ysvuy9tTb4JySBpXQKV/1glC5+sid/wryT/JCocHuFgyFcl52QvE7ZxzTS
+UQDCx6K1q0r+YCC7SUWo5BjK5/1pDWDVpX6n/Ev+txW0h88T9HJEVNuRwMMUbd/Ogz/AKuS
qak2DakvC52LBsBF8ZTCBsiBjVDd2CnJTOHG0KMi3xQqMnIUTbZMzFOYRBLthdEAT5ZTmWxo
vaOVtAqjtiSz+v1LqclOIWH80QDLKcwrOHxKrUZMBCg9tjL5T2l8k7oloPxVrM4H96YZ1Wx3
RtphShsXhDT7GHTsyvQl6Ur9Pn+NE1+g4yss6kIEtOEOAepLEuAmIezyTLqEyNrDCHc/qSAJ
PbqGPF/8q90L8ww4HEeY+pOQ2kJzjVHUFMBy3dAV7ded5wq2NuPCCPNdq17EX4ifRc/qtmei
bmQWwPND86QNdkfy/pGhKIA11TjSYhHCc5BUpxPyVgfMeabGr9EeMkFBxlMCwWWTFO0qCzjW
UATqga6NlVsdQCVLrE6MibO5eQsOBrqiJD6LnQsQYX5ti/cwgNWUCVUmLXAJbqj96yjfUuSs
QhbbCFjqH+y+SYC/OEmQR0KNSONsnzT/AAXKxAHoUDZ7Hd0K0DALHgfxdwYGkr+n/NYVv3Kt
UeabQ/KKoa3OPIoV6B0RWCyJtbkQMMphWNsBE1gAALgGJMqlDilR/KmVduOnmiBgoYLBkz6o
jXVO8HAEMsyvVcQx6oMzkrRGuOq88qA7IERupwt0ANpdTjUI10HxVbdG+CM9co1IaN0S/oiW
DDfKirApyWDuAuO0QnG6DyQdUL/gA4imjIEDiTo6t5IMGhZhN6Ljt/f4Z8QBoiMoc6iz7phQ
BtgvmmKyvcWCPb7NeJxyd1+b3DzMuCqHtW4W7dhYFnwVWeRn7qoW45CNGj+5G4D8QS3knsPR
HiACytc/2/Ciogoh2LZTCps2rqlyOI449VshMSGRPXRCxMF4CZp3UIC3yCcQiOkq3EswdFxI
LIAFh1UiFAjoxUHMt0TgwNFPyQXIyFxOMBEyfVAg/NEPO+UXMgaohzGqc5GqO+mE5hewt5rT
rogNKkIFyK4ACPkmaEyD4tCf7FbFzU6hRIHxTgzsnOfB7lvh/MrV7dcaxlc73ttxRAg76oZI
Q7p/GPXNlQ7W+9bMIVSckfo8KHUu/FOJAVa4dzHmiSXDocmYvqv1Qwc7oNQWPVigTtAGkpnL
7oAFFoWik4QI+CIYl0dPuTkl1xE+iNmb+9Bg51BQqcZ2UFOR5IyAdincBk30jdNnqhUyRgbI
uWTy51RJk6BOR0QqPii89U+2rLINtkeRgYZcWxlWaHVaZAz+8mIUqVGilR48bgGuxR7/APSv
XJsBI/eRrcA8d4K9lK+kr/6cOgAXK9zY9Svqbzx+8uXcsDYGJCt3P6ipv2pYyASDT8VUCOyA
Ribf70KUDVEBAE6oEbM3mhuiCqNGfVCBJDqtgGZnZN+FNxNjLiU1ga1AX1fND8sP7c51Rf8A
uQdFwoH/AJReC0oHTK9pOMoS50eVudAi7gBnIWpnKJnyTMxUkhCo0TABjqUZjoslxoitPRNr
qmOEGI/uRNmJ0QbO66anR04cbMm4uj/iIBRuSJn1WGY6K1talvks6+D+GfBl0XRW7faYgFiU
9jxJy3RQSSncugCYBREL22IVf6fucfyg8l3VbgvWwBBGJ8A3V/3Vhj18HOqo2hOEBT3Pkaqt
GIqG9qlgXVyCwrXPmUwPn6r2lys7/wAqD15OmAh0XIbQJgAjDEbocZt0nKwCNghUw2i7fbg8
7Cp9VXtgDCBIcIlvaWXHi9chcC8YZBwcaJx9PwKYPKcl2OigHpsmERK09ETvh09gsNXVe0p9
VONE7ONStfVOCz/cjvn4BEHd52ITHCrUakBB4YK1b2ewEATKbtHgPKT/ABIj+p2HEt4dFXt9
ss82VzcvsVbVO3pqpHkva7jK/LFDaxgQ8lPWrDbC4dwGtgZf/iqCpP5T+6uYP1fiVeFwOWKm
Cg2JVDYQ+chBk3qqgTJ3/kQdmYumrILMBlG1hxNYksrA4sGbyQAl17SwRrezko+2DjOiFbQf
JOS1tgvPRNp0UFg7lQM6smd1QkTW1SH80OuFOExwjAbREn6ThY8wsSFlj8E0TqmZzsMp/wAv
2nU7J+52xY7O4Xt7QCalAB5o24AtJ9wwEAAWOZRG0IEYXXZPgIB3AWHfVE6QPkveRG8lB7f9
dehyjXs2IqcMGQck3P3rl3a8u6w+qeNvd9KjwYH32wOicmUCPpdCJUzZe0SESRnYz+0gTUAi
XTAwuPdAI6q4EAEgBUZzXkPvTcchgCMIvXqpzDJtUeWdDgoHFv0Kl7FrEu/7q9svlcuIfomM
8cBcySxxXSFiSsPCtXBBMqMHVlAZHjrpsi/tTwoHu+WVUtIsDvhD5+E+ECCo9Si2EzgdEGqe
J6Kt7VDjqc/6lxwNPP7NbVq+cIhmzlNt8E1vuUJjG6d+IOhn95V7fbtAEkEKDafX95e57Pru
gBVv0JmHIak5T7szT+sszt4GYFQmGXGQgTAJgs6fQ6syeo9U/wBJLOSHde2N0xOidPapHmrA
wBGFStZPIN/q/VVtxKsLly0BT0QFTOUebudCtEKAzU/AFCgvxcO6reDvKJP0kQiTOWCkgdFy
JZtFawc8iSwUHVZjbdEZXEHqEUKuxfOFa5kuwQ658WQD4T2LBEVgH8X/ABQ5AZycoDhGEKlO
I1CG+v2DUZGEX3ZEnTROICgKZ6oOeNgGbde8s/qmaekr3UcDRWvQPyJIPmq3t9IIcIccdEC7
IHRctDUJ1x1zuhUGRiEwkoDqrDZHVTkyinAHMNO7IdzIvgbIg4ZYZ9V7TJ1Q5SxdkzsOqDBx
uEbGeQw6fCAAAhVIwzQgRq/3qVV9Xb9xCoDdVuVLV2U5OqZiUZeGVScBADCwzaptQpwuiNtn
hW7hrALB9ly3LpiwdcT6nohtoUN0Co8YX51ZkOhUh2hGGA0QONtU4+rV0S0J/lj+JcQH8kLd
xqVM9VWtA5qAOTMoadDhb1GBsnuNQmhj8UDlgSD1RLyF0TNhEaEotITmNJQDJlK3HRVu2Mq1
vw8SyJthc64DFGo/FqoKkgNMLLhNqcKGLJ3aMBVoKkgHPmV/chbQAv8AuoOGqmYk7rkZDayF
yyNF9OqcMNwECSzluib9K3XKx4aOv+up7h3x/Gud7cAcAGEbAgguxQ5EOfwhAiQViV7X5agr
AZY8G+xahwVapBAdwR1QLn9Kb5KcdUOOJl+qIvIth5Vr92o41B46+72J9EwLOmeU96idDquV
z7AdUTQsQvyg/OT6IduzG98DVByKjK5WsLWP9vxI1JAJxUZTlz5onuSG9tWdkGLBdUBYdHRZ
NaNyu4CY4ohHt3PkMwyeuNFbW1sDyXuDujYwHghGXsMA5ZR5MVYFocIjqoxqURsIdS/los40
TcWG6bA1cLkDyPRM2d0a0yLAvomJAu7N0T1nzXLulhoBsuHbHIgSTj/UvzLyXYAQE1iI0Zl7
iyACex9VhwMJim0U6pxKy3n4lD+oq5vQgMNre1O3qmyNHyndygRVgd0IZlxfP9vwqTC/MFgS
cDzU6KdMKWYdUwI80O47gLt93FK1M/hf/EiQQT8lx7TWtrqArXuJOownfKJB8kAR7fmgXCYF
w7usDGUbCSiGzBTH2tEphMIGwIbChvRCz6pmxjyT50T4dWaQ6sNmW3RCpLQWCx6ypy6ZoVid
VBMkZDQnqWKNXkGAhare1ihW/bkagriK+i539nb01VHrxpUe3c/4k5EndO2E5ydEMAJxA3Th
B05Lpwp0UeNqmcfej22etpC90NhTjRCp9F181bWP9qdw+GKYBM0hOfa2XVeMvlpTERuhXc6o
Gx5HaqNKV41B81zs4BzCFdAgHZkxg113ZFg3VAWnYpyI3TWwuFMiEaEsbNOxTcn5kuPWy6H2
lQXlAj4ItMuPRMatDfBEggaMuuqL4tKuKu0LCB0DqCw21T77oNosuNkwJG0pu4OUZRcyMuoE
NkQjJfRk+vVcQBxGAPNAd88Rx9taoSz4WV02T6bLL9Ey46plhbdVuNk400PgzIdxmILQsknR
MwttquQHtG65DO6NgcfMf4kH9vcIcjqiOJ5HEI9xhSmXwUWva9zkHCgMjLBAVx+uYTW7gscv
YlkOZrexyAHb/EnqGqNMKDlH3EHzP8qYEgnKY/3oQwdONEC/ojymxx5rkDIXK8kvxbzsgXY7
tKy/mGTEi3mFxNi3wTku3x/eUa/FOaWPkx/mRsCQNAQgeQFiPc+SvqbzXsMjBTG396Z+rIPi
yOyBEqlW+uwCsCGowx5KJrqUHqj7WqAi4iITs5rAGIQf0daxKYiU2rpym0XLTdAiQnEhdNk4
CLKc+Fa6EuiGcbQpg5XHQrjpojavrKABnCFv6vuciPwAE/vVX5fbrx7eG6LlZyLYAf8AmTM/
mpp/b9lEUAqN0a1JtbSWTdwC1sBcq9oF8SP9y99W9XRL8bO7s6PEuQWPxVbXzsoiuU34TlRk
LlpojXUaqlwPfyZ+jLcr5IVtk4GqPb+iwq8z/CjyaxOCpwVJ41OOrJhIdQPRSG2QA9USA4Gq
NhBb0UmBg5TvGo8KHawV7cpAEIgF9UeQBRBAAaGVrnG+uUbaHVQ581GhZkHg1MAKo3TW+KNh
KE40TP5IhABT4OPClWdw6Bw/VEASDLoW1KfZMQ+6/Pw01A/W+pDuWsALy5mE9za9wMlmdcX1
IMrgcs4Pkg4fd09YOyf+zr84s5w+gQpcMNwuRq/ojf8ALHwVuNONa5I/WXssw6ri7sJdCrBj
hEaAoDZCw1d1x7gdpDL2PS5Zi7qtbWN8EYCDGZlkb10gsWKr3LibTUEvCFONcOq0s7VxxjP+
ZDiTYk67IUtkt+8vzKk8gJq4aEeWOiAIgow6JwVMrDKkfiCuHZmgeSkFtQU+AuLFm3ZcR9Ig
NKdwN3TF5XFnf1Qqzp9BAGVoHCZ0wzu6c6eDFO09Vz1GgT76eHbAE8Xf1Uz5osM5Gi2ZOciE
3zUgWOz7KpAaGbwrbi5n7qpzgHRONJZMZP8Ab8K5kOBCFn9rQHwgwnSU9bmp2C7fauYpNiM2
dCoEVgVjZWswrVjqi1BEOS6FTb4L0lRr8kxLsgNSrHYQorxI1dMQ33oEuB6o0Jg7+7CFAQQe
jfwpubNiEHexJGV+ZYTSf9IRrLHJXGsNDoB3PSEWTL1TgSEAwM6yrWqeOHZCuQSzeafD6J6s
9tSjYYrCeC+qP97LYfBOBr/b3JzD4TH5eAjKjJ3wmeOiAcsnCYeHRdruD6WIHmmFn1lN9Nt3
hYXE6+SFjZnLbQhWtfdu0rtg54h/h4EjITMxO64mWiMQnA9uso2LtsVAJbQ/+y5fSnlt8fwr
6SSTmEOAZ9clDnctbQuquRbDhcAK1A0ELlYP1Kq+CV9IQufwywVqibUaC2P3keXaqf2Qnr26
1O4Af/Uo8GIB81FR8Ewhtk5UuQV9AHRl7agJyyBEuiQJ2Czy6KsNHIo8cFnlYH+ZlA9UKgyQ
xbQD3IkVDBY4p3+5dN8IFoB28OOvTKlO0hAAMOid5T5W32OABNgQatn/ABJy9QdSE4LHcp+b
9GCbuMLiAvcMwV2w34gE2nhbtnUJ+FvNoTWAJsZ0QqKhzMk/7lWosG1VuRIrUO4TgkqLF9Qh
YkklD8uPR/404Y2APmjW2+SgRlcSQRsidRhDiMJtCJQ73atBi4OGsvzKlxqRgMuIvUvhiFn1
Tu6xK2T7oSixheS6qV5IiJWGCbStSf2k9Xc6I1s7vkpgYV7VryaN9UYk5C6IE/FZ81x5Di69
q5ZK41D9U5+KIGdVJlQXcoC32aWqPq5GzJrVBA3TmoAmRGqIFBHzK9zdvt6cRr+qq21qzA9E
LGCzkDwKtUxyDOFZgWFiA468UK2eYZe8lAVGiIG6asnKqSWQNvdawBIK4V7VWcCtpQFIFgCZ
wVu2FDC2qO+qsLIWFW8lboQw9V/0kTyFx0VaAVbk5DT+0hUCm7HKr2mpTsn6iM4Qr2SO5Wwc
6yiwboE6ymcjwJRyBo8IVd2ROpQ5Y6o3ti5yJVeNxH1KbB+ivwniHVrEZL/NMwEymyFGNQmH
xVLWaPuXKuCVOU4xsiGLBYdsr3CGQBHkyDZTHVM8eDqpoPpd/gmtXEPuuMjlA6OiXFnL5Xtj
ZC1g51K6T/L4yrONEWw2UQtcLC+90DV2ONVW0zUOAuJOAGGycW+P1KttWk9UBqdULV9UDpqF
ElAiZZkLWMYPkh3O1UAWeR0QYmQMqvL/AOYPuIR/K+r8W6tbthgCxdQpXuEp6pjlPWZTd2on
BI/iQ4AC34QGXK4IB6/7V+XceyeMK1u1mIdMKkgB90OUORD6f5FPpKxPRTV6s3Fg38SiCSSy
gearpWBEL8swSYTnCKCs8KFjCYgJnHqV7m6KDOyZMz+a7dTQCxOQEQQeIX/WXA0K5cgJ0yvd
ciunX9hV7NjJdusV+xYCSrcgaOII/wCK5Gz+aIJazbFAm4fqoLgqoMbfBV4h/a8q4J0H3Jjj
VHtEwx4g7+xYHLyX+I6IE4+ClEPDqjamYRHIl9CjW1a3s3tLDl/qV+3QcajbOFfncs76lDjb
/rM7IMyhMmTFYTZ2AVe9/URQSKmMI9qpBd5GAAhxmwLhtkeVSdkKkByqEBjLkdFWzmRrKMEP
qjyzoTsgwwJUVNXySnAeYZ1WzAjKxGylmTn4osW6KXTb5XVOc9VVvVSn8KEHiQMlFzI6ZUa5
hSYHoodt12OIkR8a2qn+wa9ygsLRhA9hu2Rke6f30LWItQlqsiSJGiixB6qtLW/MEQOv+Vdu
tRxAqFdj/ZkSQ50KrYHBXLcO3muI9E5Pkm0IUfBDkDYVk7BNQMZXIWmodxor2ueZif8AEmqC
3RPY58kxtCBB/ShUlrFb7FNohWoYfrHCFrEWsBJ/tZdzt1mloFgcfsoCncc28177DloQiD6l
AD3WOC6rmI3VPy+4ORrXlVmlWN6lv1tFv5ovLpwMlAPIKkToiT4cXfZGxDMonqsoyplkx0XR
M/hQuwb4siBFXwmOigv8lJcnRds3Ptr8k9KNXAs//Bc6XL2MUQFptv4hE61sCPhZEMX3UwRu
u5a7ewV66o3tLxUdWtZWsRJJ1XEBwdXXIhiu3fXjUonTRCxM6BYYovKvPtIf4BAV0yr9wdwW
7ljxZmYK57jFj9J1VyDXt9sQNZXt7gA2aP4kwDj9bRcyCajM7L80hiInooPHRinb1R4HiCcF
wj27twMEvKJDHtkMSdAUbUck6kBE6/oWrDXdPUM8OML8y7bV3P6yNmeU1g4OAufbPC2o0Tlr
ctv/AFQIaoED0T3gnJCfC2KGyDDV3TVyMrcFQEXC6IeMKltiR8lZgV66oGsqDKqS5s+0Idyh
r2+13GINiXb/AC1QL/mWb6iAoT+Eo6hw7ftIsCxXRXNweF2nWChSgJrWXOJCY5QcADqgGdlU
kf8AW0ZwUG11HVOIHVACVE2KJPuhiy591qVrpqV+WajidFypZjtomJBdV/MIDbT/ACodvi8b
BMPbBAgImvuAGQuVyB0OUCAQB8F7wD1Z1aPacIVBbjmrr3FguNbED1XuJ6lGva5WJL8iGVO3
3Mt6ujxD0RGLLZBzhcc7O6ZkxK3WfamBTtCguFEoy50XuygXQnwyjTXR/Lir1sJBkKDKZmQA
hjlchb0XZAMCojwhYCkN4flgsbWb+JEZ2OqeB0XuLDRSf/Kd52AUCRusBjgrhYOQMEbIihx6
L3vHqvrYtnr+yhYhxlzMMiBUTqwWyygxlZIITOfislQSyNb39zOBLo9/+oDB/bWzW/iR4gA7
MmGm6bCte1pOQ649uvtG0lH8+tqUbWLFOeUbn/impD6EqVxthcqg+SAMuHYwmpG4PhxhAlCX
8k26wWWPNQITkLlogNdUzjELjgj7Fu+AeLT+6naVl/KU5cIEGNV2htUfYOyfUwFw0o7+aJEb
OVDF8lA28g3g4jzQb1KguFUW+6UW+k/ST1FbKxrk5dRJVe3ewrQg1c+XsTuE5WVmV1XQ4XUK
T/2F2r1/Ch/U/wBU9LAxUe2Ao+C6o8u2R5SuHaHKxwNUD3b8Ku5qA5R4kl2z0Tn5qZ8lCYrK
YSFXua1gjzWXdSGlEu7KMpwX+SAOQgIjqog9UGygEQc5ToMXT/NT7lBY9U4Luu523Y2qQD1V
u3as1LH0XXd04JJOQAgID6Sia3DgQIVT3m5NgD+LwhMiT+EEruXdgbH707xsigCGZPYyfRMS
6Ox0IXtwMIPLa4VLk/Tt/b/AhoDr5JxtKHHL7ojuRYWIw0IeDMnUQmA5WwZZf/8AR3S3IvUD
omGAnXnqsOga0At+swdYTiRqumybBKg4UymrB6oHG6a45ApvqE8T0UlPmq/QtgAtXCeQPkpJ
KkSFXQ2wU1i53UYXImBo641JACJJLPqiRjovaTYdU+NCFcV1mNz/AJvDY4X5xkbart969eRL
mf8ANZMI8YE7lCj+62SFh38spmCk5Ty2xlMWGvVZL6NhM87ZTfAocSrdpw7QToUQfgoB6hV5
VaoLl1wAa1sDRTkIy3hhcKA27mrI97vueU8T/qQFQw/CFiUXjyWTCguGTGVjyRWFAYopjG6e
qY/FeSiDV/miNU2a6p6TuCmMjDokCXTOVOmigs/RA2JcYQJMAqJdBtZZchlajfzULeEPdxL4
3XMh63qCCC2DxTSC/TCmR1Q7TtTZdkDQEfvXU+LGV2z+Eu/7qyyZnfUf8l9ymFj47J/p2THJ
1TkuNV7S7dGhA7lj8VXuUDg5TszwFGTqu2QcWD/FFxJ8PeWTdqTvj+JG/fPOx30dMPVQWATg
wpZGp1T4C5bLAbR0dHOF9ywFhSF7YcKQi+CqihYF3XIaqfgiREriwfPRGIGSMphA0Oq/yp3f
7v4UGkHIQqcvBQh0HhQSoOd0Y85TCCBqmtodEb3HOwqeJOR9KIDuNHhcTYhcvOVTaf4u5458
K2BY0dEHQnHRQnYeqcaKctCl30TEnlgLM/JCcIE4cYVqW6cUOFiDmU+SntBGAE7Lh2QKj9ZP
37k6kBCtRG/h/coyykl1LuFzAB6FEBM7IndMEOOXT2kp1v4ZTGDugOTNgpm5DcOE/wD/ACmM
Pgr3e0dSuMSjWtvbsuTw/wBJ0UjyQsPcPN0BiRC8lGd0Ag6j1XIGU1g76lWsAxAOP2VxB9r/
ADWCSf7fSmBIB6FlX+mI5HHJ9zz+j9pT9gMZLqxO7/FG2owpzlwjoo8m8MfCE8VhDDmULN81
nj6r2WOMOmvQHq6HCwpUweIn+JfmXJ79h+scfspq1YDRbJnQbwwFsFmSpLqcJ2YnZPUvUaFa
AlHkQ3RHifJ1r1QIDuE5AWGWzLLtqpU1B8wFzAYN9I/lTWnY6qDGUAzE4Oqn6kHAAAwAmrpu
nIY6EJ7E22RyNUHkndYZ/gpIKgjwNcgguESdMun4+SqagDC7fdoPc45FCwORIUYXuoT1CPst
6r6T0CLBp1RLnyTSpLj4LLDQIjZciZ0TaD4pxoNcrA/SpAI0BT8vgvcQ26YAjZGofjfTyWfC
Ewz4aJwfAg+EZR8W3TyzZTCWynAWFPovN1Ix4BoYJ90QZqDsjxjYIfrDKHGxO46JsFPxCres
BmYDqiJBQJLMmpPmgxZchbzVeZDksnBDMUXDPqmZ/giLIUv9LsPih+XYihJcnEIWqRcQ5CYi
F9MLEbMiSGG4/wDZcu0LW7g+co17gNSNDlBpTO2ytY5/uQeAtt1lThS/+FMFrY7MmsI+CFqw
ymSoh9MqcrLLKLKCoKfVSvNEAujtr4SiNwmCZ5T+HTQr9KbPVOMNEImronJRcSgMOJ3dSgXc
oVOCZXC0gJ+yDaw0hN3aENupHkp03RAnogT7SuFQ9CDPqhiD6oEZdyuJYDdC1TguPRe6okSj
27Fq8SR6cVDP0XRfpUSphU/qB+IcTtCbA0TCd3lTBUEein1QYZ/Ehud0XKIeB6KDjZTZy6n1
Cy2iBGgynMFTHgSFhCE4z4OSnocI8k+qdbqMhE/JdE6OxZcqwDumkt8FLccJvxCW/dX0jo+y
FmBq8tLN+yjMbJzACglDcYZC5d+uUCOjoC4FtDtCNuwBS2rlh/DdN3KONCJWGT6LDhlktsvl
6o1qzIAD3mLMvzO4KsRG6FqXAuOv/Bfk3LXEHqR7Uwx+lB9Ezu2U1I3dDtgOyNO4DyqZTHGi
iCpkn1Ug/cvZR3EIjudsgblNB3Q5SNk5x/b6U1XBOq3REzgKp3R1T1t5glSfDr4xldU/wXlo
hCBPqi2QjW5l4QvUe0/eg+CmqXHVEgSMsE9i4yES5bzTO6qAEHWAnrUVtMj2v/mXvr7dwxUj
0RbTCYz0QgBAbLKYyETWtRY+ia1Y6T/CiQGf0RNavV4LoggghcpGxQLgWGSg93+KcWlVubEk
Wz5lVJzLoMYTkoba9U7AEKxJJJJ9UwD6suQo7aVKFTUA6uyF++OWvEl0BQCoGggI1tIOQh+X
QA66KrVHO1m5CYZAXaYhDb5p3LBDLuuNjI/SvafP7EJ38JzsnOCssE9UHPiLAayVw7gfVzCa
pD7ApnYZZN9J+SDn1TUmuEK1rkyg1WQ28ITEOiagVPr/ALl7iGPVOGO5QIGU6yyymBdfevcJ
wEwHtGGlc6190PCf3MNCCnIa3Ve0EaxqmFbFtgSv/ldoILEJu6SSN9isQmtphN2osnuSeg/4
Ll3a8XY8SbP/ABIfk9if1mP8yYnjXbC5EA23KbVSY1CmwA6le0gtsypIi0/CyDYXIn3Om0Ww
3dVsC9cHVNnwjw6LMp0GGNUXl8J9Efktl0ROyfPRMCa1f4f4UHPu3R1dSXfCnQSSgGcfrMgB
J3WEzeqfxYHw6eDpky28ILJsH9ZEWaz6pqgTl5/iT27dbDSE9e3X4L204lMSyiXQ4liyBufk
gWf0XtDJyPJbeDkKMp+Sf1ZYZGxOC6di263mDhAZ3KgeYTEeiF6kU0KyC6j4LKgSv0qU/RYZ
19yD5Uwm3Tpq4UyXKxJ0QBGCvaGYyhyZgITBMmZMycohl5p9U+iZ56JlPhlPumHr4E/JThe3
HVealEh2JQnRMyfYIKT4wCmA8MglM48kCp+SvSjiFxLO+VJ1kBA1DAdRKiPvQscB/OVE1QUF
eSdsromb1UJzgJ09dE5noidPuXE6okS6s+5XMfDCNmYDJRkEnaqbkE7grQ+LIPovJOUwXXww
6nfw/QnEKYTwvSUBp0TlOplRjonCwpeFlMQtkZf0T1qSEYYHqjlCwGmV1UBSBMK4Eg2P8S66
BMI9U3wOq46o6aN4QjDpgX8MQE5KbZQQQURoSnqQRhTjdTYAp62Bs8rmJcyE/GEa2biT5rlU
wcFDiQ+vqnBCAuZWI8W+ad09saLL9EwgboB3jKgqCFPh0RWyyoIKAT+ECVIZOUw1USpCHuFQ
vaeT7IqV0PhJYDdEiwsRgAugacbXGBoja4YkuWT1+aBM9UNSNkHwFyEvlPnxw/UeDFNaAnqc
+Dj7nTEcUzO+q5MuuiDwUWlEEenRGmHwcodAgDYMdG+xGE9kbHyCYAVB9SiHUyTphNgDwBCY
KZX6E3h55QsMoAhi6hMywnNSVFMdU/EeSe9WG7p64KlMNVhk7KBGqJ+SIYADARFYdO8rd8qc
JgVxX6EBk7IcfVO2mXWH8Cwg5TaaLcbaoQnw6+lwhHxhNnZYYIaqcpnXLTCcDHVClsgZQ4pv
CLQVx5PbZAuZdw6a0ud0Dopg7IFgyc42Tj4KC4TuwPhkqc+DKLRsns0a6/tLB6MvbB6o2qm5
EDYIMGTM25TX9w2TCAsxo0LUkbrqt0A8nRkQ8oklyp03UQnDP5BMSxUp2RByneOiIfCmfBwW
WWPTwkOnInZf4U1ofCDevknqVmFHxUnwAtjdNUOjxLbqtQeQeYT1t0MKS4UKxvbXZcTI3WNX
Q+fwTgl9CuPcUYQI1UBMmWZXVP8AFQV0VhUyRCawxlA46rhY5+5FxIxqvJQuoXRTpgosPNHT
de3BTWfkrOdWTCdk+LDIURoSugWJ32QdYDbB0SB5jZQPbr5/tIy7gdPB9FAhFy43Tbp7eHlq
hMFQWZNYwU3RTlMyGiy6DgBHiYdE5AQb1QqYcLdoZG2+i6sxQOuAmO4bC4nPhPkyNhChOY8l
0XkpTaLkH8kHE+FRqU2hh04+kokxujbQYRrQBgYde8iNAD/uUZGUQCzSiAIAh0ZZMMphJ6ok
+qpyLyHQBDM+Iyg9+QJhWGxML3eQTGDoVB89kxx0TAseiJ0hvBn8CAMZT7L5eBsD6LkNEB4S
X2RQt0TAwcpiozuUS/no6Nq+3X+1kzeSwG2XLUJiG6umprBKoRNn/QhZ/wCzLqHZcWZM7Eal
SfPZGpLNq4ZQpTcX6p8Np4YXIQ2FyIfdO+d/DLgaIsEX0yEWHVAHPXK9wEdEWlk1Q7IhmdMD
6kJxWWytyVW2olOz7JicaI2cW5ErimYhQssdVlw0OnbK2ZFF/gsLCO6dGuWTNlSXRBGy4jzR
bzKB3QdAVacOosQD1QBsTDl0JbyTWHq0phjdE52QBQaAjxG0rkPwt4HuNjTdWNSwJTuT0JhM
5c4lB+5YP+rYpq923qXXvIt1Qh1JhQTK5OfJZRDn1Tu76FeULqNVJd0LATqFyYOOiY100wjE
aqArWAax/uTFcQVW2XkOgTlNsq0r7STJBaESfN1DjqsuVjiei0fV0MfB1WpGBonlN96krMrM
pxquiGm6cfFHQjCBIkEOE/8AhdODAwFywV1CHMOmaGhdcZXVOcnVe4EPlEVgBNlkzkujWrO2
H1R+fwQYQUadyAddl7ZAhYhYfYJz6BO5Et6JmLaFv5k9dTOqfXUIattK9sKQ3VHbde6OqJZw
6aJQeRp0XthSSVKxlQn1Yq1iW4npKJzbRVtcEBjCwgWQsKm3Ey2yFMPlMA4X6ywx+KfBKZie
s/yqB6KcqfiumiditeW626ridkyzB8OQ0QJyxTAON0RiHQktv4OxsNNEbY6ItDYTWlcjqiT8
ER9JEhcTlk0mHVjgEohES+hRcepRBswTZ6pqh91mdUDltVyI9QmrDSmAllHwQCYj29Uwl0xL
bp6S8KSx0W/hOVunCIcOxhMNpXtEqvSF1TPjYqxXIBpPzXU/BGxrHm6AeQdEYcok6DDIh0Jy
t0NmUkrKILsn+CiSMhSPCzoNsU/3qYgymGEAAi4d1xZpRgGoyjwqwXtz1QJJG40hMJrp5Jjp
AZYkahTrhdF5KpMF0BqV/wBjm3yROK6D/wBlEF4TrdA6pxBQBysovoumqj54XRMiGUx1TByd
TooyjxLB4TvndOnGvwUfBMbe06INhGlsFEj6RndH9KclhsnOmqauuVY7lZwny+PBtU4EINpl
f//Z</binary>
 <binary id="i_064.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RQ/RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzY6MDQAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAATBQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AKNmQdxaDoT8DA/8yQXZBBdzIHtT
PcQOdSfn2/13KtY7Uk8k6nX7klNne+CeRpqEzpPuB8z8k2I+X6AQ3t+TlbFODVltbI9K0Abi
3VsEe1wCSnLBG2P96t1ANjWYHIn8EK/EvxbSy+OxkGQQ785hU2u3NgnUayOJ8JSU2JIZLXH3
fCfkl72uDSNT38PvUqtwr3EF1fj31/lKFha4afNvdJToYlrDYKXj6XDtAJ+atWPxftP0C2t0
lmwyR+7+79H6TmrMxce29xNQ3iv3R20Um2kOGoId3P3aJKeg6ZQLXsY4F9QcSSQZIPwd7du3
81S6xgYjXM9MbXN5A1B07/8ACfyFLpPUGVYz7rqy2umtostbrPZjGV/nPc79xRGR+1LnGpr6
6mQHB5Et3A7bW7f39vvakpL0nFpc2S1r3AaO8QDtezT/AAjHN+irnUMQXNLgYI5B8IQM7FyM
bpDXU2HHuq1c6vTeCY2b/wA3f9N6XTbbR05pybSXF5LrLHTyfaze5JT/AP/QxXtc6yAJMaAd
0wpe97WMBLpBa2DqT4LSpZisoFl+4veSHNY0wP8Arn8pPdlvsFjMJxrcz3NqIHt2j8135v8A
nJKadDBjbxYWy4DQngj97/yLFqYeb05ga45IZYHAxY4VNg/8E5v0P6yyDill9BvJ9O5jbmua
fdt3bLa/5Lty6nLwqMboboYy8Cl1dTXnc5257HOs9PYyzfiN936KzZ++kpqdYqFjse/1BYLJ
azbG0tE2fSb9P6SzmCC4nkfd81Tx2toayqtziwEugnSY1cAPY3f/ACVcIeGteBo6dvnB93tS
U2GBh9pJAOn3f9FQcx4MEEePI5/76i6M1IO0fuzH3roumtxcih1eTY1kNlz3ANgGRLLHe3c1
JSDBxAem2nHY85DQA3Y2Z3D3t2s9u636H/Bs/l71mXYzqrDUZ9fcWkN1En6bNw/d+iuiwszG
6dW4X2k1vhrHhrjuidrmMr3O27XKOVSLq9uNe2utpDvTdXIE+780Nf8AS96SmGFfdg9MOQ5g
trIbUanRy/8AnDvaP5trUXotNmI/IrcIpyGNupaPAfSYJ9ztrXqtk3dP6f0nZk2FrXe2SS5z
3/8ABs+k7a383/t1Yo+uzK7qt+IfQqDWeqLP02zjdGz0/o/4NqSnoPT39XywS57X0vhjidok
N27fzdv9VLEYz7LV6jZczcK9zpg/nWMrP0npU5uM6+u1p/RuqDq7BxtI+k5v5rdiwOodbY+6
l2IN9eC5+x7pDXPsj9Ixktdsa1n0H/6RJT//0S9a+sPp41mFhUNeODk2fQEf6Cs/Tf8A6O3/
AKtY/SCBaHPO8PcQ4u5M/T3T+ciX77Q+gRucJa0id0fmoPTRstA273F4LCSZkfvJKdzNwA92
JZUwOqqJbY0EA7HO+lr+d9FXBeQxtz7C40l4a5x1ifc7+1+es8ZRsJrc7Y7xPGk7RDdyh0XK
o6h1BtVjD9mobLanQRY6fe6z/wBF1f8AbiSmt1N2O7Ia2lgrIrDnuY3aCXw5rmtj/RoVLAXb
pGnBnuFc+tNrmdfy/XcBPplpPdoYzZp/UVOi+u9uzHcXFvucIMhJTtYvp7R7ps4aw/67VYy2
mrCFZ97TZuDOdsj9Lta1ZuHY5hId9L+Vr8y5X22NfSNsggHU9pSUlzLzbgVlgG5ga1m0cADZ
9JJ+VbQWANLTDWuYfokdkN4LqNrNDWDMid37yg5z+S8AACJEmElNXqe592O5z2/oX7ix4DxD
z7v1eQ61u2tVsjoLnNyzhkWlxnGY4w4tkHa7d9GxnuZ/LTdbzWNupprb6j2SbCTA2mHMYP8A
qlDF6nFd5cC220A12D3RtM7f6r/oOSUxx+p5eG2rGtrB9Gv07KXCZH7ji6fop8ZrGY+Oy1gc
zIc90ucWRqG6H+qxMN9j7cy9u628uFbWja0E9x/1FbFPqeE/GFItb+jewCgyA4Fga2xrtf3v
zUlP/9IlPUmnJYx9GOKrHBhqLfpA6bHuPv2u/dW1R0bp97iPs1NJLfYGNiz+T79fZ/XXE4wn
q1Lj7iH7u57Hj+0u1w7HTW9hJdOrz9EEpKeW6tlvxeo2YUbK6nem93cgw/2ceKv/AFZ6MbHH
KoyWSyQ6pzHgMOuxllmz0W79u7+cer/Wbhj9TBfL2QLNxAgAjZA+l7vYlX1HGryGUZEPYAHV
OjaWb/cI2f8ATSU5/wBe+lvf1fAsFgc/Pa2vaNNpphtjxz7XV2NROrYDcbBsz8FhxmY2xl+N
c9rrA9p9L80fnsf6v0/7CB1zpfWM3NGZjWsya6XAY+KPbYymd3sY9uy33fzr63oPVM3IfhW0
Xt2Oe9jC2DuO07tprdt9P99JSWh7SGWN19VsgdoP5qs1vJc5hOhEz4BUaMSurFbtsIsaC5wP
0TH7n5ylXZ+mBLoj/X/ppKdVlpd+jqAkguJJ0AaJe9zv3GtUXUG9ofTlVkxudU6WngbPzfzl
WZtttZjtJDMlwrsImQx387o381rPcqotbhZNlGrNn02zO4+HPu3Skpr9XoyhktNzdst9kagg
eDlWqiQ12sxHYLapsyM/HurubFYZvpBMHc33Da3+q1ZBguB8TOiSmwbXMZW1oG8WNFUzA/rD
91WsvqbM59GNlhg9LcHPZ7dznRHjt4VIk+qwkwK2OtI8YEhuqrPO5wnWZ1/v0SU//9PDfYa8
pjuC10jyErrej5Ga+hwsa7YILWhzdrZ+k/Y5zdvtXL1MaeoVh3BftMf5y6/DhmODHJkDz/NC
SnG+sDsqnPtde4WF8EEdva1vpDj/ADlXwnNba7KuBcyphIHdzyIrZ/nf9BG+tWRc66iouG1j
C4CP3i3cf+is2i1z37DG1o3wREExrr+61JT0FD35XR3vLgL67SQTpxtc5g/d9qr52SM/pLm3
wbqH1upefpHc70/T/lNcxyWLlNoY2jkPdLgdNXeyf81qoXmnHzRiWPDaxeXN3ODdGCWOk/H6
KSm8cJ1FbbrrnOc94rrrYAAXETru3bvas5z9rtvMHUT3R+pdUD8qptLprx3HaR+c4j3v19rW
/m70n34Vr5yGtaXfSFc7Qe39ZJSTpHUnYfU8bJcdra7A22JH6N/tt3/1GrT6jhYvV323dMtr
szg9sAOG5zQdu7+R/mrHu6eHjfjWbwRO12hMeG6FpfUvByn9WOY32Y+OHMtee5sHsoH8r/Cv
/cSUj/Y/VOkA25wDhY0t3sdu2k/9Qs2ykA+0S3xPC9VaxrW7QPadI5kef7y4v64dJxMH0cvF
aa/Wc5r6xq2dHbq/3ElPOuDy590hrGgVxIkyPD6e32+9Vg0byefH/Uor9opDg2HGZPwQWEh+
h5/H5FJT/9TEkfbqy36TXtLe2oMLsWPENYNfdrPbTTw+kuTsLjZugSSTuKJXl5LAAbna/mk7
gP7LvzklNn60Fz8yprAS709I4JlVKKL8MNsyA4bxLdNDGvDv+/Ig611GuS1zC48vLATHgo39
b6jcQ6wtMAwNrYBP09u6UlMKs0Cz1rHbrXasBPfz/ktar2J1HGe1leZXTkOk++1ocZPi5/8A
1Sl0jq2Jl3sxcvFxjvbtba6tpdvAJ/OGz3rYdi9MqaX/AGTH07+m2APuSU5fVf2d9kLxXU24
tissPuJP0dGObt2LFpaSDt1LedJ08Auptp6XaG7sTGgeDI/6hZHVBj4WTW7GY2trxrWBEEd2
SkppPyLWt+m6QdZmfEfRXc/Uix9vStNNt1m7T6RcWv3f5vsXA5ORVY/c1uwu+kJJE/yV3/8A
i/sD+gAd677GnTsYeNUlPSSGmIOusBYP11xH39FdazU4rxaR4t+hZ/mzvWza9n2qisuhxD3b
dZIG1qjn2UV4V9l8GlrHB88GRAakp8stsDw1oMaAAII2B0ACEnt2ECZDfA+f5qhY4DuNYkDR
JT//1c30nEO8Z7oTq2gAgnXxCtnqNQ1c1xA1mJj5IN3Ut5I2bgOXOGv5UlNZ2g00EafNV3kk
+A5JWhV1KkEB1DHDjUdk7cjp1p3/AGX3GAIJjX26t/rJKczAivOqtc4AB2pcCWwfguxqpxGN
9nva4SCHRII/N/kLE9Gtj4rxWsbpBc4/P95X2vbTVG1u4D2saXAfe4uckpshmKXxudEQWF3t
/JuVbJxunW2kWse51QDZNhHj7dvuVaq5rrxYTtaBIjUa/wBYInrNfYAbGNY4+0hrSR+c/fIS
Uszp3TLAP0ZI7HdM/u/mtXafVfGbjdOAqbsZa4uHedpLJXNYHTxk5NdFV25jj+kgQBWPp2bl
2OZnYfScNpfADQK6Khy4j2tY0f8AVpKeS+u31n6j0zrTMbAfXUa6Glz3MDnhzzv9k/m7fpe1
YDL/AKwdZdZnZltuRVU1waXHazd+c3HqG1n9tjVv3g5mccy8B1tm7eYmAI9jCf3a1p0VVims
gbQ5vsB8APogfR2pKeFiRIjjQjT5oR959ugMR5QtXruLXj5U1t212N3NH8oH3bfvWa1u7vpO
vx+SSn//1qdrKd59sGND5pgK3V+ntAH0ifAj85SeNHBw40H96G15aQ0N14PiUlIhgHcY4I85
1/6lTwKQcj0z7Z1Gk8IzXw0c8x96Ni1NFnqBwbrPt5E9klN77HBgAtao3VV7NzdSeANAVabm
sDWteAQOOx+8IeQ9vpepjMZYZkjcAPjtSU4l42OczUGNDxqfBBxabr8hmPSJtJ0n6LYG59jz
7ttbG/TcrORRmXWbnMnmIEeaBRjXfaGUveaK7nNrscTEMJl/qH85uiSnqcXLb9WunW3PjLcY
3kNLZcf5msT7vT3O/Sb1zOPnZPUOpsuyXl75LjOgH521jB9GpqJ17rL81zq6v6O52/ggkidv
8ra1UeiMLuoNAMaOefH2gpKetxq3F/qRGx3LtfpCPo/+ZKwxxfj0WhxIbubB0I2ksMt/sqAh
uGSZ43a86Qkyzb6lE8uc5nxPuSU5XXK/VxvV71HcD5H2uWIwAEHvzpqPBdFlVusx316e9paZ
76LA27XEO9pBj4fckp//16D8lu4gNPukTPJ/NUTc121rRqPzv9foqHu7/wAPxUXNEEmJHHeU
lNlttEEGR4CNDPgpNuYJAdBJ0+SpCSZ0kCEWnbMkOAHnKSnQDmOcf0gAnWDJ/KrFL8WqxrhL
ngzrB/6IVCtlD9BPxjSUQUhpdt18TGv9kpKdJ9tLnEMB2kTAiA7usjqJDrHAat7jx8yjtaRq
CR4/6lM+HaFoJHE/6+5JTkXgkkgmCOSEXoQI6g12mrXTHgRtn/pKd1TNdHAjnwCs9Exw6+8i
RtrJEcyCP81JT0THb8ZzBxtIJ7TCA+RZWSY3ME/FqJjuG0NaNO3gJUb7GB7GwSRJcfIwkpjY
7XUQOSOyx8/EAsNtfu3H3AePK1MqzaWsZG1mnl/5l7UAAQ0cT9HvyPpJKf/QziwE9wQeeZUX
NDj4kDjxRg0NPA5idQlsrPI+5JSCC2SdQfw05Um6acxr96m9u07Rr4JNrJn2/MpKXp+kO8/L
RXGj6LSAPjr8NFTbXJII+46x5owFhBAPaNSTP3pKTWOLG+wN8Nvn81XLzqSAe8jx8eUYB7hB
JcPhpCgaX6AyP7ikpqPcC8iCSTpCP0x9gyQa3FjyNri2Dp+6783snsxnBvt05n/Yh4lj6bNw
0B0PwSU7vqmtmpAAPtcNJB7bSqu8+r+kk73aa6wEAZ527XNOwxrI7fupevjN2ufYWtdrwe//
AH5JSaQ1xaYJGrXHiPggtt2lltknWQPIeCd2X090iskP7WEHbp/0lFrGWO9Xdvk+7Z4nnnak
p//Z/+0cblBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAq4AADhCSU0E
JQAAAAAAEPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50
T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAA
D3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmlu
dFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAE
PgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YA
AAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRp
b25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5D
Ym9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJv
b2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAg
ZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0
VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQ
cwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAA
AA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNy
b3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAA
EABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAA
BAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAA
CgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYA
AAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAA
AP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gA
AAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D
6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAA
AAAGAAEAAAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4
QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB+AAAAAUAaQBfADAANAAzAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH4AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAA
AABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25n
AAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfgAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNs
aWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdp
bmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAK
RVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAA
VG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxv
bmcAAAH4AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQA
AAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNl
bGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAA
AAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1
bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJ
dG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAA
AAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAADOEJJTQQMAAAAABMhAAAAAQAAAHAA
AACgAAABUAAA0gAAABMFABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sA
hAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAA
AQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJ
CgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLR
QwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl
9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFh
cSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLy
s4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIR
AxEAPwCjZkHcWg6E/AwP/MkF2QQXcyB7Uz3EDnUn59v9dyrWO1JPJOp1+5JTZ3vgnkaahM6T
7gfM/JNiPl+gEN7fk5WxTg1ZbWyPStAG4t1bBHtcAkpywRtj/erdQDY1mByJ/BCvxL8W0svj
sZBkEO/OYVNrtzYJ1GsjifCUlNiSGS1x93wn5Je9rg0jU9/D71KrcK9xBdX499f5ShYWuGnz
b3SU6GJaw2Cl4+lw7QCfmrVj8X7T9AtrdJZsMkfu/u/R+k5qzMXHtvcTUN4r90dtFJtpDhqC
Hdz92iSnoOmUC17GOBfUHEkkGSD8He3bt/NUusYGI1zPTG1zeQNQdO//AAn8hS6T1BlWM+66
strpraLLW6z2Yxlf5z3O/cURkftS5xqa+upkBweRLdwO21u39/b72pKS9JxaXNkta9wGjvEA
7Xs0/wAIxzfoq51DEFzS4GCOQfCEDOxcjG6Q11Nhx7qtXOr03gmNm/8AN3/Tel0220dOacm0
lxeS6yx08n2s3uSU/wD/0MV7XOsgCTGgHdMKXve1jAS6QWtg6k+C0qWYrKBZfuL3khzWNMD/
AK5/KT3Zb7BYzCca3M9zaiB7do/Nd+b/AJySmnQwY28WFsuA0J4I/e/8ixamHm9OYGuOSGWB
wMWOFTYP/BOb9D+ssg4pZfQbyfTuY25rmn3bd2y2v+S7cupy8KjG6G6GMvApdXU153Oduexz
rPT2Ms34jfd+is2fvpKanWKhY7Hv9QWCyWs2xtLRNn0m/T+ks5gguJ5H3fNU8draGsqrc4sB
LoJ0mNXAD2N3/wAlXCHhrXgaOnb5wfd7UlNhgYfaSQDp93/RUHMeDBBHjyOf++oujNSDtH7s
x966LprcXIodXk2NZDZc9wDYBkSyx3t3NSUgwcQHptpx2POQ0AN2Nmdw97drPbut+h/wbP5e
9Zl2M6qw1GfX3FpDdRJ+mzcP3forosLMxunVuF9pNb4ax4a47ona5jK9ztu1yjlUi6vbjXtr
raQ703VyBPu/NDX/AEvekphhX3YPTDkOYLayG1Gp0cv/AJw72j+ba1F6LTZiPyK3CKchjbqW
jwH0mCfc7a16rZN3T+n9J2ZNha13tkkuc9//AAbPpO2t/N/7dWKPrsyu6rfiH0Kg1nqiz9Ns
43Rs9P6P+Dakp6D09/V8sEue19L4Y4naJDdu383b/VSxGM+y1eo2XM3Cvc6YP51jKz9J6VOb
jOvrtaf0bqg6uwcbSPpOb+a3YsDqHW2PupdiDfXgufse6Q1z7I/SMZLXbGtZ9B/+kSU//9Ev
WvrD6eNZhYVDXjg5Nn0BH+grP03/AOjt/wCrWP0ggWhzzvD3EOLuTP090/nIl++0PoEbnCWt
IndH5qD00bLQNu9xeCwkmZH7ySnczcAPdiWVMDqqiW2NBAOxzvpa/nfRVwXkMbc+wuNJeGuc
dYn3O/tfnrPGUbCa3O2O8TxpO0Q3codFyqOodQbVYw/ZqGy2p0EWOn3us/8ARdX/AG4kprdT
djuyGtpYKyKw57mN2gl8Oa5rY/0aFSwF26RpwZ7hXPrTa5nX8v13AT6ZaT3aGM2af1FTovrv
bsx3Fxb7nCDISU7WL6e0e6bOGsP+u1WMtpqwhWfe02bgznbI/S7WtWbh2OYSHfS/la/MuV9t
jX0jbIIB1PaUlJcy824FZYBuYGtZtHAA2fSSflW0FgDS0w1rmH6JHZDeC6jazQ1gzInd+8oO
c/kvAAAiRJhJTV6nufdjuc9v6F+4seA8Q8+79XkOtbtrVbI6C5zcs4ZFpcZxmOMOLZB2u3fR
sZ7mfy03W81jbqaa2+o9kmwkwNphzGD/AKpQxepxXeXAtttANdg90bTO3+q/6DklMcfqeXht
qxrawfRr9OylwmR+44un6KfGaxmPjstYHMyHPdLnFkahuh/qsTDfY+3MvbutvLhW1o2tBPcf
9RWxT6nhPxhSLW/o3sAoMgOBYGtsa7X9781JT//SJT1JpyWMfRjiqxwYai36QOmx7j79rv3V
tUdG6fe4j7NTSS32BjYs/k+/X2f11xOMJ6tS4+4h+7uex4/tLtcOx01vYSXTq8/RBKSnlurZ
b8XqNmFGyup3pvd3IMP9nHir/wBWejGxxyqMlkskOqcx4DDrsZZZs9Fu/bu/nHq/1m4Y/UwX
y9kCzcQIAI2QPpe72JV9Rxq8hlGRD2AB1To2lm/3CNn/AE0lOf8AXvpb39XwLBYHPz2tr2jT
aaYbY8c+11djUTq2A3GwbM/BYcZmNsZfjXPa6wPafS/NH57H+r9P+wgdc6X1jNzRmY1rMmul
wGPij22Mpnd7GPbst9386+t6D1TNyH4VtF7djnvYwtg7jtO7aa3bfT/fSUloe0hljdfVbIHa
D+arNbyXOYToRM+AVGjErqxW7bCLGgucD9Ex+5+cpV2fpgS6I/1/6aSnVZaXfo6gJILiSdAG
iXvc79xrVF1BvaH05VZMbnVOlp4Gz8385VmbbbWY7SQzJcK7CJkMd/O6N/Naz3KqLW4WTZRq
zZ9NszuPhz7t0pKa/V6MoZLTc3bLfZGoIHg5VqokNdrMR2C2qbMjPx7q7mxWGb6QTB3N9w2t
/qtWQYLgfEzokpsG1zGVtaBvFjRVMwP6w/dVrL6mzOfRjZYYPS3Bz2e3c50R47eFSJPqsJMC
tjrSPGBIbqqzzucJ1mdf79ElP//Tw32GvKY7gtdI8hK63o+RmvocLGu2CC1oc3a2fpP2Oc3b
7Vy9TGnqFYdwX7TH+cuvw4ZjgxyZA8/zQkpxvrA7Kpz7XXuFhfBBHb2tb6Q4/wA5V8JzW2uy
rgXMqYSB3c8iK2f53/QRvrVkXOuoqLhtYwuAj94t3H/orNotc9+wxtaN8ERBMa6/utSU9BQ9
+V0d7y4C+u0kE6cbXOYP3faq+dkjP6S5t8G6h9bqXn6R3O9P0/5TXMcli5TaGNo5D3S4HTV3
sn/NaqF5px80Yljw2sXlzdzg3RgljpPx+ikpvHCdRW2665znPeK662AAFxE67t272rOc/a7b
zB1E90fqXVA/KqbS6a8dx2kfnOI979fa1v5u9J9+Fa+chrWl30hXO0Ht/WSUk6R1J2H1PGyX
Ha2uwNtiR+jf7bd/9Rq0+o4WL1d9t3TLa7M4PbADhuc0Hbu/kf5qx7unh4341m8ETtdoTHhu
haX1Lwcp/VjmN9mPjhzLXnubB7KB/K/wr/3ElI/2P1TpANucA4WNLd7HbtpP/ULNspAPtEt8
TwvVWsa1u0D2nSOZHn+8uL+uHScTB9HLxWmv1nOa+satnR26v9xJTzrg8ufdIaxoFcSJMjw+
nt9vvVYNG8nnx/1KK/aKQ4NhxmT8EFhIfoefx+RSU//UxJH26st+k17S3tqDC7FjxDWDX3az
2008PpLk7C42boEkk7iiV5eSwAG52v5pO4D+y785JTZ+tBc/MqawEu9PSOCZVSii/DDbMgOG
8S3TQxrw7/vyIOtdRrktcwuPLywEx4KN/W+o3EOsLTAMDa2AT9PbulJTCrNAs9ax2612rAT3
8/5LWq9idRxntZXmV05DpPvtaHGT4uf/ANUpdI6tiZd7MXLxcY727W2uraXbwCfzhs962HYv
TKml/wBkx9O/ptgD7klOX1X9nfZC8V1NuLYrLD7iT9HRjm7dixaWkg7dS3nSdPALqbael2hu
7ExoHgyP+oWR1QY+Fk1uxmNra8a1gRBHdkpKaT8i1rfpukHWZnxH0V3P1Isfb0rTTbdZu0+k
XFr93+b7FwOTkVWP3NbsLvpCSRP8ld//AIv7A/oAHeu+xp07GHjVJT0khpiDrrAWD9dcR9/R
XWs1OK8WkeLfoWf5s71s2vZ9qorLocQ923WSBtao59lFeFfZfBpaxwfPBkQGpKfLLbA8NaDG
gACCNgdAAhJ7dhAmQ3wPn+aoWOA7jWJA0SU//9XN9JxDvGe6E6toAIJ18QrZ6jUNXNcQNZiY
+SDd1LeSNm4Dlzhr+VJTWdoNNBGnzVd5JPgOSVoVdSpBAdQxw41HZO3I6dad/wBl9xgCCY19
urf6ySnMwIrzqrXOAAdqXAlsH4LsaqcRjfZ72uEgh0SCPzf5CxPRrY+K8VrG6QXOPz/eV9r2
01RtbuA9rGlwH3uLnJKbIZil8bnREFhd7fyblWycbp1tpFrHudUA2TYR4+3b7lWqua68WE7W
gSI1Gv8AWCJ6zX2AGxjWOPtIa0kfnP3yElLM6d0ywD9GSOx3TP7v5rV2n1Xxm43TgKm7GWuL
h3naSyVzWB08ZOTXRVduY4/pIEAVj6dm5djmZ2H0nDaXwA0CuiocuI9rWNH/AFaSnkvrt9Z+
o9M60zGwH11Guhpc9zA54c87/ZP5u36XtWAy/wCsHWXWZ2ZbbkVVNcGlx2s3fnNx6htZ/bY1
b94OZnHMvAdbZu3mJgCPYwn92tadFVYprIG0Ob7AfAD6IH0dqSnhYkSI40I0+aEfefboDEeU
LV67i14+VNbdtdjdzR/KB92371mtbu76Tr8fkkp//9anaynefbBjQ+aYCt1fp7QB9InwI/OU
njRwcONB/ehteWkNDdeD4lJSIYB3GOCPOdf+pU8CkHI9M+2dRpPCM18NHPMfejYtTRZ6gcG6
z7eRPZJTe+xwYALWqN1Vezc3UngDQFWm5rA1rXgEDjsfvCHkPb6XqYzGWGZI3AD47UlOJeNj
nM1BjQ8anwQcWm6/IZj0ibSdJ+i2BufY8+7bWxv03KzkUZl1m5zJ5iBHmgUY132hlL3miu5z
a7HExDCZf6h/Obokp6nFy2/Vrp1tz4y3GN5DS2XH+ZrE+709zv0m9czj52T1DqbLsl5e+S4z
oB+dtYwfRqaide6y/Nc6ur+judv4IJInb/K2tVHojC7qDQDGjnnx9oKSnrcatxf6kRsdy7X6
Qj6P/mSsMcX49FocSG7mwdCNpLDLf7KgIbhkmeN2vOkJMs2+pRPLnOZ8T7klOV1yv1cb1e9R
3A+R9rliMABB786ajwXRZVbrMd9envaWme+iwNu1xDvaQY+H3JKf/9eg/JbuIDT7pEzyfzVE
3Ndta0aj87/X6Kh7u/8AD8VFzRBJiRx3lJTZbbRBBkeAjQz4KTbmCQHQSdPkqQkmdJAhFp2z
JDgB5ykp0A5jnH9IAJ1gyfyqxS/Fqsa4S54M6wf+iFQrZQ/QT8Y0lEFIaXbdfExr/ZKSnSfb
S5xDAdpEwIgO7rI6iQ6xwGre48fMo7WkagkeP+pTPh2haCRxP+vuSU5F4JJIJgjkhF6ECOoN
dpq10x4EbZ/6SndUzXRwI58ArPRMcOvvIkbayRHMgj/NSU9Ex2/GcwcbSCe0wgPkWVkmNzBP
xaiY7htDWjTt4CVG+xgexsEkSXHyMJKY2O11EDkjssfPxALDbX7tx9wHjytTKs2lrGRtZp5f
+Ze1AAENHE/R78j6SSn/0M4sBPcEHnmVFzQ4+JA48UYNDTwOYnUJbKzyPuSUggtknUH8NOVJ
umnMa/epvbtO0a+CTayZ9vzKSl6fpDvPy0Vxo+i0gD46/DRU21ySCPuOseaMBYQQD2jUkz96
Sk1jixvsDfDb5/NVy86kgHvI8fHlGAe4QSXD4aQoGl+gMj+4pKaj3AvIgkk6Qj9MfYMkGtxY
8ja4tg6fuu/N7J7MZwb7dOZ/2IeJY+mzcNAdD8ElO76prZqQAD7XDSQe20qrvPq/pJO92mus
BAGedu1zTsMayO37qXr4zdrn2FrXa8Hv/wB+SUmkNcWmCRq1x4j4ILbdpZbZJ1kDyHgndl9P
dIrJD+1hB26f9JRaxljvV3b5Pu2eJ552pKf/2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBk
AG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBz
AGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4RB3aHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIw
MTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBl
L1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8i
IHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmFlY2JhZDNjLWVkYzQt
MTFlOC1hNTdjLWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjNGNl
NzZhMC03MmI0LTQ5NGEtYWM0Yy00N2VlOWY0MzQ2NzEiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1l
bnRJRD0ieG1wLmRpZDo2NzdDRTcwMEI5NTExMUU1OEY0QUM5MkRCMkMxMTdGRSIgeG1wOkNy
ZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVh
dGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjUyKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAx
OC0xMS0yMVQyMjozNjowNCswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQy
MjozNjowNCswMzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JN
b2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
YWFiMjUxOGUtMzVlMy1mYTRjLTkxZDAtY2NjYjE3MjQzZGNlIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElE
PSJ4bXAuZGlkOjY3N0NFNzAwQjk1MTExRTU4RjRBQzkyREIyQzExN0ZFIiBzdFJlZjpvcmln
aW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6Njc3Q0U3MDBCOTUxMTFFNThGNEFDOTJEQjJDMTE3
RkUiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0i
c2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YjdiMzc2OTktZGQwYi02MDQyLTk3
NzktYWRmODc1ZGM5ZDAxIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI2OjA2KzAzOjAw
IiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBz
dEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmFhYjI1MThlLTM1ZTMtZmE0Yy05MWQwLWNjY2Ix
NzI0M2RjZSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNjowNCswMzowMCIgc3RFdnQ6
c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2
dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0
OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBz
dEV2dDphY3Rpb249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9t
IGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZl
ZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjNGNlNzZhMC03MmI0LTQ5NGEtYWM0Yy00
N2VlOWY0MzQ2NzEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzY6MDQrMDM6MDAiIHN0
RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
c3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6
RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/u
ACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4j
GhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZ
FhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAz/wgARCALQAfgDASIAAhEBAxEB/8QAogAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAgMAAQQFBgEB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgMAAwACAgICAgICAwAAAQIAEQMhEgQiEzEFEDJBFEIjIDOg
FSQ0BhEAAgIBAwIFAgMECQUBAQEAAAERITFBUQJhEhBxgZEioQOxwTIg8NFC4VJykrLC0uIT
YoKi8iPxMBQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAABGLDggHQUHQkEAwu1kF
a6CG6LoYMsSJLoFoEEYmHVUGaSGLqgrGwiERzFGOlmVW1Rkp4lRiTTdMFlqecxfawnHJ1EaO
kVqe0BhiZs2zKZ4yHCUSwguFjayzQZCUwl3AblB1VgWVFkBFyQJi2ktbA4shg3AaKioxRGAQ
Zisfr5+s3ZToS3NR0lZmBvToHbsmkEHYDMDFlsDUaLVrJKhWbVRgmiHj6qFXULCwBurKsTDJ
ZlxrBFbs5ms4DIIV0RZgwISAuwIdKYBZAEBCDII2wgcAjVQgNoDGNRqHuF5okoUpuEXRADsT
0ROrPzDuDwbO9VWKlw8VUsgEBYEJUlFENhxbR9jZrfj0gr2sOFXUwCjJYd0QRKYUQkQ6MK1U
MCWLhrDo6LKPFSWLYEGNVZ09fKcdeI5x1Obi0htDYZOpn1Gfiej5xynK1HWCEDCh4mqEqqgY
VZVGollRT0bCzoh8EzU3HrDx7kHKWawqOEIDJLsczMZAkJBIq5RGDoH68us5+fRlCqEW1Tx3
VybDDz/ScMQ7L0TpDoUNLPyjt83NsMGnI46ihwmqDDyyzAWdWVLMXRQG7sHVn0DCUYO22C3h
BqNVHGrbmBEwLKmFWJBSWQHgKuAUcg3ejWa+f1sZzFkYAvAU1bjZpTqNubliZnGs9BKgvg9/
lGfu8frnKcmzawKKlw8ktlAXHCK0PMBa6Es2Yy1Ck1KWQ3YoTW7lZD1JeY7BWZ2cITWFY2WQ
2XCoK40RNyjIWkAtKtBsR0SOQvrcgyj0swjTCNm7DsOC1ijpZ+hiNcy7BfL6CDL1ub0TIp4j
6PjnTgw8zQawD0EIY9QoQWTMtoogIDQPaFbLeDye1wDlscZCCx8EgZdBmlxclkcthr04tozH
uI5Tg0m9uPYKya1icjMgzJe0dqYsyZOjlNo48h1GcrqBKasVqRoFqMSuD0eadqcSCd2Zo1B5
Rogk2Vj1mctCy8PoPPmrpczcdu8+sR5vu8oyyUUa2BGDCBqzFa87i6uAsWRu1YTO0zAs0Zaa
NLn4Tv3yNhrHO4gBBpLxjePjWWEEvXjA9fXK6ZWrA818UeeMuQVJDuaIwnN6nJMXMuGjVk1D
xewvi9/jFdHDsN95jE60GYc/UhwysArEyrFgb0PGymF2UFdXl6BWfXnNe3K0Rl3c8Lbg2lPy
CbExQ7jdHlgGrpHHphgI3Yh/d8/1DU7j7DNh6POOijVZgnRh0sq+MP5zoJIDHvCzo6Mekbze
qg5HYzNB0ZNYNRQQTAJNZhVIRwmRy2Gh2ZoVWwsiIwKbmNmrFpCwbMgOzO8vPaxhAwnP2w5v
b5GgFe+COH6jEcTWSQ7SQZJ1jc2vIaY2GcboHHuymeWBqMWmnZmeMJELFQjH5iCzh2ycX1Pl
BNXRdEQwTotmex7EvGOEB5IYLBgC9KNYCTALRjaRdkAwbK5nV5wGnI8dSCOiVYx3G7HHAeGs
x78WwrDpSSLhrU1IWd5mGmCM15DNZKM0VmMMdGM18rOZ3etyugO8r6vywg1NLahgazoopAtG
dwxi4aG5jGIOFPTC8+qjOQtF0whThsLmauMM04IatPPadvlmAlbDHsBRNCegchxZi4ENS98O
Xo6MOVm6NGItBh1LEx6yZNnOEsBh1utxuodPy/p/NnJAEjrLeYempoUuirqh8uBGuxw0Iyxs
MpQorEqCJZLI52Xo88lSyyhEl0Htw7QFMWdDdn1COD6Hgi5UO/nwCbtPJeegz5mhQdpgydnn
nPxhmNil7DCe3YZ+nGG3h95J4lG7EdfvczqnFzdbGZdHN3DCKFmuyjCDxhBmuDKWIYE0xh0c
go6WZ8uhIs7oKXYZAYdjRpQzEdDo8Vp1+RUGR0MV0g0Fz2ne0JaaGY3mrBuQeKnWymRrNQHU
xdE17Oaw3jmM8jnkO5bbOirLZ5d+YjrAFhsU0tdiPNDC7SZNObcIZySOwzkajSoDMWD0GE5l
OEXR0RqWh3LAQ0DbmdmKtdHRmGF5tOcVtybTquzaRlyGo82g5CnIGvzaiOw2bbp4nj9Ly4Ep
R6LVx9JqpKDnwmhP1UZjGDAsA3ocGtlF1SjPfSzC2pI2WhRqbzNIhXV5QIFQJiQZrMVS3jE2
AIHAYUDQ1Qvbg3nR1Y3jodjnocc3k9nlBPxEdPBq5pu3cbQdTPVieF6Yzzx9fELXo5ovfi3G
lqRGIYguoI1ucx9KssR1GzldvkGJ2Vg5MMDerSaeR2OUIkoBi2B3VCdmPWZqGFUVBSoWBgJe
kzq6ee47Y8vojX4lmTJncSggxdQLoY+kC7nbQ83Q5Bt2chxu896PnnH2ZGjrz2aRJYFjZLEy
yUYPpfL9U7nJ6uI83XZ54gsompuXUdHBtxCBbQoioaBpA05WlKYABiRcuEQ9Yq1kaiXtG9HJ
tBBus85k6/LAC6G1ZGptYAuhzNp1+d0EHKaAm3Rg1HG1K6IOiiMmejECQFWNkqQYxQnsMedR
uyt1Hla9HsPKH6fnmNN0RDQFw4RDgKbsxCwMSiEi5UIlyhDQeP6CXmh4wNqSE8jtcIz1UHaM
rQl00p6NJ0kwjnJ1YjSMQM6WDeOy6eQTVk2mEOnjM9OoFZgFVUFVUF3uB0T1FiRa9BHJ5fqF
Hkh6vJBqqJUslGsgQQjSYySAqckDVmedJyXGkhgQQzLwu3xRJSB0QD2AYzSgxrMoHQ5XW5YK
mZjracekTzWKL2c9pqNUNDMbg06YcseioyA0Stub0h02gZckKl0Vy+pnPIBoyhOy6AUsWDJC
WJBSQLO7OW7MZ2NWfQaAJYdiZi4vc4RQXAhuzVdOKh5hhZ3nRyNE5uTvZRJOYc4OhmEOWs0g
uh0oh2hENJZKG5dAnV7adJZSg4JEkhSXCeNy78BbgcJUxYFyi5UGwYWrRnFlVnX15NgyizGm
VBHA7vBAW1QZxw0xIUCzGaEkXWZx1y5jTpVkM2ZYBn5nR5pDAy6KFMAygIAtWR56xufUMMSJ
couVZQHR5Xmei84PtdgCYlXKJYWFJCk7Mwo1tOrpxaB1ro0zO0y8XuYzAzpPMFdYDiVrSZm3
AQsR1Ko1VnI6OjlmddOLIGqAEQsGLe0yBpSUpyynJ1HqN+XYFchFsUWYmSpDN4/2vmjlWBEG
qGhYEuiLgwesgKlQOl0Pfms2HzlnWdxqO4XnrO8nlAdFnKo7ergOO/fI6YMIQWGJRKo0ZjAR
brOfi73HIzG004NNmQSArbjce5ajQXKsmTXjGuEyrkAwdDGeQW0BckDG4UMoqFBwMoUV0CV0
FVCMCUDR0BChQlAQZBbFUae753cd2l2GNUVMxGgVQdE2Nw6MJisLCgiGNLGOzuPca+fvLkhe
TRyTrGlhcoSczb5wxpYsCroKwssBhcCGtZiXDEXRUVLgMKEq6IJCQbEgjYK2LK6PO6BvjoCb
SMw7QM1ksteyhPN64HEvrEcedMzkD1oc3Vp1HV6ODYMqrF8rb5o9Lo8Yg9jxPPLOmOZxBlg3
cBujFQTAlQ2QxILgFsoSxsQblEq6IEgNWBcuCqKwdeZx2dWLUQhslUIcTRogQLPSx9CAcUYw
1EE9Oo6elTApdHE8d6PzpQ3ZYzogTs4DLdWVV2LlUS7hUKHQFlAg2wIcEK1UZafYkd0MS+oJ
yh6STGO4zmFsIxFssVuU8IggaiAEKA1szvEBphmjgEuCDrWYzs83vhXcIJYzzvD9BnMFdkzJ
0baLRrh5wevzhAmINFRLlEkh0Jno1THZqBKzQpENBZLNZY6N7OdDolzrOkGKzalQDqUQ0owY
xYkUuiSUaiXYtWiAkvYJvUBlPS46WwGElJK4t5gk6FBa0w1kDgaKhXL6mI5FXBZDZJCJCgF6
kiqZYkdFme9gGUHrBq7KpqyjphZ20bUMQTbBO4LFkE59SxdlQUWAw85luyONDcmkd3V7CrXy
zp8DJmNr06CquhwsIedCAeZ4CWgcVG3EDLhd1ZcZDUBgBcgBgQy10CjSAimQEXULuoPfWgsW
wTZGDZ2JDUoSh1CKMCIckupC7Ei+izomp/LWM81ay7W06bkuIa2B3RFsBhnaNgDazPzetzBJ
DApcCkhpAqFlQlyUFYkFUhJdgr0LM1lQ3fi3DKaYimwWMAYtihYPExBozlSrAqUX6HA46Qko
vz/f84Z6IBj8e06TVPB1raCloiOlzt4mjUCMgPP6GU55LMlURcKDbgl1cFGJFyqDG4FY2S6g
q7MrUpxoflYPBZkBoiwdnDShI3JYko6AkAaYajv5ZjGcQ0FAYl6EPOpoU8c1ZiquGfdheOS5
IqxspDVHOoxKuQkKDgcslEAIsEqrhClBy4CQGMtZjWKsbaoNtNGksZmnK+zm1uEwh0KMIdIT
nXsUZ+xytRp5ggAtgFUVE14t51SFg46oESQFLWOinCYUFiwDno6WEWVUMgQ1KbAKuxZCZQOS
SWYJiRQnCWBB3QDhIAqqBVRlW0xosIzkMAhgJTpyAoYJYEolVRQXCbcew65ARoIDByasZqza
sgw12MEhKG4L5/SzGC7hUuDwAAjRY1iLDEaGNUJoPEZppEGGqh9JI0VIUwYaLzw0iizUWNo9
aqHiFAZXoAAhCXKAhCAB2DrzazpsUwfaWBZNuYbm0qFtUworEC6sqroy5+hkM8OA1cKl0SjE
CFRLqywISzGgoFhGBkl0FVkWMEK7IOggZos0ABFJ0CZh0Qyw1AyWKFlFdDH0TRQOGuURYmIN
HDMwGFGDRSyWUJCWDRFxsOZLhJVkq4SoYm7hBOiSCOiiHGohlhYViYBHQqzouqhdXYJSiXVB
LsSBBCUVAUQk63M7BRVAzUYyqIliko0MHCShQ2IUqEuxJDhzqghiMLu4DIJVwgDllQhBYJks
bKuUMNTBogwu6olXCFRFCVAVLKsbBWxRY2IMIidXjdU0I1ILZVhSoDnJYVjB6l2WNWUyqLXV
D5cOaUEgGQBSAidgiViilhDdAtGBWNEuWGSzGEMGDBCKUEFgEACHYQOhsimKLkoqVC2reNeL
Bh5WljBFVVDrU0XRrHCMKUVEK6NEXDEMslQwaKgTXZdXZUsQSsQhIQpULsSCJRjSEyWFjIph
JVC6sS6uiDdFLMQIRAQljH59o8xgypYoKhLsBejO4JTFkNUJTFhqJQckFSUHKsqXYFNgmPAC
EBJcAOiIDILIgJZWLbVkICISTGSrIDBAksC6IGEQmEsGjAPTmM22qxjEWGkjF3RAFTgReQgd
OcpNGKphEjYZRMSpYhXULkos1kAJgQTsCGYEOxUMSXdl1cKOrAO6KsqKs6FxwAWdA3ZiAdRn
BoglLCqQorhTFAboijQfMo6a8ENrMBGy8RmkbIGFD//aAAgBAgABBQD/AONB/9oACAEDAAEF
AP8A40H/2gAIAQEAAQUAP56ilJE1fm4WIhbliIH4YgDsRAy33FDif8vyXaiCIGM5rijwLiXA
1BbitcahBYihQWrr2UQkWeZQgq/+QAgHBVSVyLsyBWKicRTc7L2wfoX0Z3OYMpnZ8ypdLUAW
AxKA2uZYrhpYzFZKQjA1ooYuo7OOpawDp/2FyZZMIFdgJzakSxOLYgFWEP4Bs8UICKWhAeQa
BhYEKGsEQrcqKGsq0CkwXR5AoEkCK4ENGE2UYMq2SBwMyJ5k7tskCraoC22RRjYPneg75X5S
TD517nMGerzssfMiCwuantl17ItRet0JpdMtZkGjVNUs2W4UtLsMxgLEq3WHlgBZ5CuASflx
YsjhYbaLcNWALoURYVSYEhFQdgeCFbniUxHNfkAQgWCYpFlCCNBM9vmulzNmUs7F2UB/PsFK
6pqdCkUCZJmJ5gAa407xewD50zLwoFKOsy6vkARF/BEKgjTIhnVSHbkwML7WajXR+MVjCQzd
rjcrRIMBNhZ15H4YkQA1+Atzlhm5EDNRsy+STSfn/LcAn4pyCpMZbiiwKDWasT8TGrbQCMys
r/EgikBintDwEzP14I0Uxiqj06Fyfw1mK0Zf+vygrKsAG/8AMMaoQYCZ1N9TVAhjUbk3Sgil
ciXcUifk9GI6VAGn5jCHg8QAgKFERRdDsQYGAHJig2AYyzqTBQJaE3DU+wxWMviqCOVJ04JI
ANgDm+MgzKMwBmA8UUCaD2YT9akc2RNVJPiXTPLnsp4uWCesMZSQWg62SFZn+M04hFksVgJc
9Qo/LEzIjpYeNkCrYlT0omhGZiQYKM5Y8BiwBBEbrYskOwZX54JIM62WW5dFjc6w3ATZJJUE
luAWuKQQtRSt+bQO74s64Z/WsJmhpG07QggMaHnCM+eRWehvpR/2HpLN6/SRhvv3yYlHZVge
Mog5j9YyhYSYe5gbjtQQkMGIg4haxn2UOaOenaHNSGyWP5PibBoEkNF4jjkGyGoOohoDqKUQ
NUVjGoj/ACwqcSjF7AVTAQAiF7lLCSsRhVlp5mKPn6CjDVCFNg1NDky6IcyHBOmKsFJzKHsv
qzOme+LZ6zzKzOr0jW568VRCsVZOodg0JIgBSEiUDCGWAidg0VabtEAaKOjZ6C/r7FFAGv68
Mdsvr0VOB/YrPxCQx78FaCfkngKaup2MBIhYGMtKTZDCgtxB8jgwJyolYxuKsUsClifb1TyK
+itsvnXb9lppNNdS3j0feJ53GioJ9A0YUAZ+yVPr6EDyWhB4n+C1wDqe9swaEEQ0YBxRgJh4
JPOYJAsS/lakZcmiIq/H8z2YrYIWN2tSZZJW4ASe0VuUAadbDDrC1y+EsgtOs/Jx7XmBPoLp
6EIimyw4UmLcS2i5s8yRMM/2Kv2KFTPID9xzeBQGXr/DEAeynl9TgVGgAmm2ecX2dpzTEgLQ
Ia5dQGD4lye4oqTzZrADp15Cd2IBNqsGrE5WRPUnbBmqEmAUaEvlX4HAqzZWLq0dmLgVCSYb
AtSCTaZM5xwHZiWZGrFiDFFRvwlA2C+DEDzqKySyyKw9eTgi5+uCO1iMoMdznm37H1mY+vdt
NlDYP+fOzdtvQqDrpq64pmsZi38fgk/CqFWvIAPwTMMaWsSCOzGfaVZfsdl8XxHmAGKlDrpq
k1d9MthwoaiKB6iIbULwLEE4MAEadYAaP4brFUkIWJa81x8uX1ehuupNqoPZvwwInU0AWGR1
Gfm10BsV6ir+fRejeHX69WEoTYE4sjCeexquYfPbL5YLTfSpYZgTcXCLB4jWQTcA5bgXCnaE
kxVuLkWGYGZOpc45gsrdINGJdiRn27AKS2Yr3IiZrVGhKNihAZyArUqrEUAgAnRfkLJ4MRxA
ovz6JnPJ3Dhu6elAqFWA+sLOigadDGSj5NGy0P8A2N516DXWvQrEtph2TJSrIwfO+NG+Gqkz
FE+0n4aArpgxsaEzuwAIccMDdKBRzsEMAewn+QCQmXYLkKZkRRTHsih/QyhN9Ly9eUPr8YmX
p87kEET9gecqA6RgFYimhbgi0RjDOYfwVYS7VqiAGYpZD9mzLHPbLZj5/Fo2ns6K9GyeUzZj
hlZ8yfIlQNgRrlY9AzD+f6ii+YKFcN2eumhqYi9Ap6eha0yHyFAEkhiYfwSCERgUUiEuxOKl
T5Gi4ODin1rvqQ5bj7G7KXcsFEx8n2vr+v8AQjf6ezoVeZe71Zt5P2C6z9gwOuZ4L3DfcWIC
bNxbJURg0VeM0sjFGi+YknzU64kPkGWIgTLNU69BPRr0C5nXbXyIY/mKjB7XAqJ5nUEkTdR2
x7f7Sdfr9D23ldlZ2Fd7b0pl9iL9eqN3npv7MwnfcBVy9up1VgVP9VHyZGYsOMfOSd6ziep0
G/t7r9562zQEOAOKPYZlW8KNpp69mybyBdPL+y/X/wCqrFiUzLSyQh/hQIRASoJ+AXlfjOTA
GvJiszYEIbL5i/SpR07AMftOR+EfNeyOqs2+fXb1dgxC5oCpw8vdewvfIrpyNFIrUXDOx6qO
x2UByrdsjS70dFX5e7Tp5sMjsfPn9WKk9scWaNg4XNFUhCs2yYxgRHJMe1YByGUZlStDzuxX
HN8/JomT6e/x7Ky5YYe3Y+l1xCAAmEdWXkAjqrFRcqKQArcdi0b8hjALXAVM8u4/ur+ddcD5
9FZSqjAN3DcGydkGi/6aX6UGJHdx5FQsGDLVH0NaHLjT9l5MFH71Cc/2+DnDXLbIN1PocRDb
DgbA1mQJ+y3U45ej6lOj0mZnn0RE19CT7gAduPteZ7r16o82ye8A3b3eV+uIPdSQfLqrlVwK
/wCtmW9Sa5eI8gut8xms5gDNWFlgzMppgaWiVVQtAEaUfsWsmDFGAGW2fdOrSp6SqwXabKg/
3cAf93yvF1Rp9iMSuQh2UTglSZZM39fmxnp/YNpCRBG7KPB7fo2x9CbLsGcZuVZNQxfbMZev
3F3QnTbQfLkzo4K5OZp5NyhzYT62rW0iMxHmAJ0QMMAyzUq3kzHXVQQfGrNpm5dvZr0TT2Pq
vo8umU7EsfyyKXVhQ6CYhCdjkCNFMVFB/MGfJz4KkjNSCnJ6atoPYM4/7JxMdjupWj6CZ1Zz
gAjkhQrU78xuogdYGBnu9/8Arl9X0c3GW4AY3ZYewn6r0Htq56qbKNU93q7OWJmCspblQbme
VRVFdePR4ig30XJSzaaKePMD2OZYhCCcRnlurZ7qGaeF1ybHZFPr2LJkDLBXT9dUfz7ZhhTB
us7kKCIzEkgmZkAKROzKF5gXlswYCM9fsLzTlytzwIZtmVG+ZKIpifOCgPsHZd1KtkackRNA
D+x1V/Rli2r7eU4kxTy+fwcCvFoU2fQEZEszAMnsx+phcy//AFGWgRYVeVKQsAvv/a5omjvq
6/E5gXmSDkCQyKrareXqyfv5XXs3nYHOljdmlQEgB7j0UYHs6mwBCQR+IoJi0Cv4Ve0VSZRB
N19D6Ni7iegKG7KThoEZ9Sxd+HdlOPxJDENxCwiakjbSKGm+ROme+nnY6D24bp9egxAzKEYl
iZ52t/vRVPq0Deb0OZ+w0tgpLMUyzVMnP+olm1Po9ufnG/7fdi32k5qLKlDmD1ztjg9hxYIP
1+hLGDodcz3mdljZBsAsYps+jdUzQktZvgm4QTFBMI5U3Ml5KlYWuAktTrEAnrckp/TMsxB4
1tk2PyyuLqQXdGBblXYAC4bWEFiuCsfMvmzz/YeVHbLzs2frzGfn0Wm85YMWInYEjZlj6M5w
Ts3p79gzg+XTcv7PZqsbto+iMs0RaIICgFshYVur4Up7EjkLpmtt5UQKaTMmlBp25Zuoy9LN
PQ5OiOylqitQU2AASOCOYCRA0/2HMzYE9FDigCABsQQGKrnwAxEdiV1HOSAh8ioINuRaEE0J
oT0bzp9HYCY7kEuHVcwkJXWer9cmz/6bYNoGv8ygVAnhBY+jNhLEwZMwyklzyM+67KRBYPUK
2TdkQ0cOQnB7my5mjWXfjLlmao+nU6lnPk/XHI/skA9iKBCVMowKyxMxVfILBwoJYrxEFEPU
DtNWPT/BQdVQCZFgdGqaUBmfkWuNVugiCgtTRFZfrfsWqZPCwU/c7lHuLoL3JKOKijnNAxel
bzDom3o1C2Yjwg0WABahpzGFFA5OKGBepwQrO4VnaiLhYl2NzIG99VXPJn0by+RMh2P1+5u3
rH5uEQHkMCG6hSZ8opJi1Y69Tdgx/wCghPIBtQAmldS6nPiFgF7XLVR3LS5Rr0KMtiCXShNX
tvMOz6IqZY7q2n7HbNcmNxAzTPL4aD/sFjJerF8yGURyQTUBJXXsALMK1POxB7KwXVg2ujkk
WO/UfHsDcbXPLNWO2njxyUefkehumHp6tqjVGi8xVFVLsKObAIMzBELGKSQgBZupjKoDg1ko
UEgq1mOlROS9yzCGMRD26iKJ+w3A0TZlh1BHde3n0If7WddFObPo7EdmnnQqruAEzGj+sESu
sXW0KgFvzfOQIOhV0KUaiiL1vEWC3IZ6VjaBfr9LdA5ZpkxB8JPXJqf1IumPsUjdAQCKhdVi
6Cg+coqxBLEARQBFcwWYWKjNh1JBAMMqXcFVqCVUBSQCAouqINnmenc5po5Yor0EKkVauAc9
mv0a/YSOMhbbPoVF3iX7Ap6pvhpiSGsO4LWYVgvsqjrvkQiqTAaCAk5IVz0HyYntZIAcT1my
aJzX5eB6iVf+P2y9fcWedw6gvOuxARzEQtOnWAKBZMS7FqexYqeVCRRDZJPI/NGEAwAhrsDg
E3GJpWPX1dmcsxbrcIplLGGwOlqOCFPZAFRwBBRPlxcquq6N+x6fUS1diQfLorP5Xi/r3pvO
Npp4fWp/0PQy/wD1nq7HwelB9eigpCqkWOz6IDuGckkBbvyHrMLiNY/eGvQWJUMxmNGfXWeO
XaaFhO6uCQIDZzHUqA6hOptbBo3cP5H4E4h4agS8JoM3aX2C0J6yhDVdAT8RYoE+QFfHJCJ3
E1IMQXPKr9F7g+3ENm6EEg2uvnaae9c3Pt00nk2/7GZSruqz7yIVG028zIdFIjNDsoc6qTpZ
jMbxR784+SMVmemYn71GJAJg/P6zxNufT4Q2evj2ybXV3bHb5EmdTYWwsDinAE7WAR1HMVSR
wsZozXAQCx40Zq+xhFaiDN9AXJJJHHdqDdoAQQC0HEBW0cA6gNmGRSnsqeb2o6ezdP8AXyUP
P9QEakkWSfwMwXZOwh4ioWmOXQarY9St013ZoXIOLgs7Kw8/k20ZfB6GmP6rUTXyOGwzCL+w
83+zl6sW8+gUs/i9J8meH7PDSe0Npv68tNMu/U4nup/NkHtF5jdiapltgBYU1C1wmO1xUJIy
BGvkc5L5NI6MrMami0WokG1CrZrqOAzlm+TL1oBRZPVND2ZMyFR+s01JmBAa/kWnYwFZht/2
JxM8y0TRMounc1x6UCo5IcgUq1M+xnh9jeXTL9wdZgd3bsL4vRbH7tv/AM3yZHQjz+jVBgcd
AVK+sqfOwUN53UPBQgHFyxR5Of8AUuALFXbE845Fm39Ko2Wv1BP2CtBtm80fNo2Cmb+ZlHVl
IHFXBYDWZyInJH5qzsx6i7oBGYLCQQrhRjqrLoUptRG3M8js2mPUD7GIBAmWuYCtY9CFl18C
s2367S0/XeplHi2Rcf17M+C4eSN7yxTUmZ7ktrr1X3t93p8ujK3l9ZC7Ztq2WhU+3ZSmlsyN
QT0Jop/KMAewjGEjsjG2h7BiwiKCwdM8F0VtX9I1bF3vMVCyrEZ2hrQenwm3HUlGMKkE2YOD
nwboFQI5IIW2ccOLlGD8roUOhPZu0qj4l+aExWJP5CqbTXgtcdixegcuwBewm+YgfHaf62cO
b5r2XNf2P7ZmJc3lpz5dE+s6GkZu/wCx1K4tQKKWmSkjtQHMUkQ/juLJMzawaME61GclBi5I
w6uGObjV+ylTPt6k7MSmrONcmIrhlFciWbFiWaU1NH5wPZ9HUMG6w8hSJ+S5Jh+IYlJ4AAyt
UyBaUL7EHNiQEoOvU6MJlpbdEZWzICt9Rx1DgNP2tjxm+7A9lBBwc/WPSQqe0JPYd3Uq14KF
bPBVTTzUCpBViB3gUdrJi/GEdgwCguayb/s9WIzOoCqfi4DMf6o2oEO08+lz2AEOGBNlh+AK
i3O1zsOrfJvPmbcggVVjsqqYSLZQS4NUzDxUDmRaaCrNC5ihq+P2ThFJchSCE1oadVVtmLJt
1mO/YfYrqPP4Xf0fp/Pou3hfJsAqgCLhR9e3wRj9gzAIa4NLmqfAjgACHkoYTRV+DRBBmPUa
+zHsmgPbsSctRW2hILhgRY8+B6On2YPwpsE/1UkqKWZmzpQFDsOi+W5XBE5M4jkdXB6KDfjA
7g02bGJixBQCZswn5nvdOvVaINozmbv1z7C12uYd/szNkpE34P0aTT9d52m3k0Q5lq2o6oB3
BtywnZgS7slm3PBIsFQe9hTx2JjMb8Xk02YDUT3KwBIB7wW0zy7N9aLM9KGWonpQLqBO0tiK
uZijoQFUi9Gry0xlmiLir/Dnl2tWPUea1fM9hhqmbZelXBZGasxFoD0MS3PZjyGbtq5aPcyH
Oa0WbrPO5YaYiFmU5bNWbq6v5MSfXmU0VeQYXqdopuaqITRY0W6kqBYIpOxhIDeDfPTLUjp7
slbH6SxOZU5sAW06sdWYoxJX4L6LLA3CKn5lTP8AOxBagG0YfWTy5Bga4KnFtYhquQUPzz1K
jNhoudBlGSoWub7FUQuNWKwPcs3fB5nnDdmQJnptenhbsdEF7sV1ViYj85OCP22AKZ/37gK2
jRUdyPMc105hFwKDO3WWaZoNewoGfp9M021FhsS89GK4p7ewQjhuSoNYEBXPdGYgdBZXhTE5
IBE2PING3McrRIM6iAQDjSiWuMVBUUQzdUdhPLon2H0+UgHNo2WoPryK6duxF9EYGMbP+fCL
P7DUlh/bxH5Hke7LmzM3AOTmekHTzZh/tXzWyebIH6+o00tteYIxax+GbmmMsA8zz6fV6OwZ
diTMs1n7HC0bBgU8zuwxcTob7hQ1EvVNfX8havuaNEqLJboBZjWJwIYvJZR2cGNUBAKKXKZV
McEYny4qFyzBCUugJUqQ7G4ooj5FQexYZo5Zmtq/XPb9gJvRXYAQD44tz6NQuOXPoQWEU9vS
/XIMxLKQpIEPMtYKINiUAe1hSey+/JsD6smmHowaOazz8Y1KeTJVbxecz1+NAGPJYkcksDYU
UABGMGYJPnwXyOw7drJIlggLCLmhIbQ/FAYqWcUIIUTJDSt1UFTF0pW8jGepfr2b8qGEHEzp
VfbtA3Yhew8Ar0acFh/172CuoUZqSffqOnjFuomQ5/Y6gL5hb6qSrg30NERWs1cqp+I7cBoW
gLAfq302GYIUsAQI3nDTT9WjTbzPkzWhU3O1nkQseqsFgcmEmyIWigGAQ8xxywuAgHKy2aRe
DkQwbkg8F6jbjMe7UP6WNnNgT8e32RFDEtS/keIdWa2Ib475sUJAGGgv12W8akMCIppfToWb
DRUmTq7bZhy2Js+dmBxMKOISan+QYSboz9X6Pq9FgrlkFFSpU2yGme/63ZJqhEAUSwJ3E6Wz
IwDfizZqKerKSR9gaaEkuwgAZvOvYqKGdNEFCrLN0gPPqLFNbLmywICgG2cg5EUtQKbyVlYa
HuNUnTumq9dAOo7sTkooLPZ6AqaNMhRHqzRU2d3CkRTCqtOikPiGU5OWr5Ldkt2/J/W5s/rz
Er/wNQifs/Ir57ApAKigAZtxs3aFqH9gCKAs8xBUdfkTwQCvjJGtzM8qDXap2sgXN2ImgH2M
BfELmHllPCjqRQJ0sg8ISJmRXozI17f9QNvgSA+y45M7Ox/J0+SITEAWM4ibgTHZSTpmSCoj
IhOuJpkZZ0meb6v+p8R8+ajj+L/8PUt4empZokKAQVaM1wAUQspoo4siOeGPyeifK6rqoNZC
gp41ijgGp6zYcHsxudQzP2MYEnCwp056EtpShtQFTteTWvp/szMoT0BWX3ZsNNzoGJEcxF6R
dfk2veK63cR+cxcWhFdSWda3S4bv9N4ySCbDGBr/APC4ZqLz9Q+QUzrZRRTCi1USCSqmKwo3
YMsMHApievlI+zI0EoBDwfiwskAEehfi7G2a4GIltO/KE0ioGfRBG0LNRIyNT7VyQFd5p4e0
/wDqLP8A9Owg/XuE18blW82gLKyG7KmAgxViqLDARdhX29S3pn2llwzO22KrjklEVCppW/ix
CAYRGFj2KA3JKLyaVasswtsyDVkKB/AVhDwXYRvnEAU+clkAaKaDMhIbkmej+jm2YN2LAFaM
RD2WhAxmjEFSYDZUdV21LDz79WGwMD9oNeOwJFTX6hN1w6OAGINLUvlGNnkj7LJAnYEBx28Z
J9hYzJyQnb+CIPxX8GNP2SfXr+SgjaWHU0x6hQYvEtTD+R/Vh89KKryEAY+T/wBY4P8AwU2w
AogT1MQrMCzXS5h2VOQSIvIfQUWLsb64KGVtCA1zNRO7gIxBXUmAmfa4JIYe5AcqAn5gPBzB
A6qWZb/4lbTkRCK8pKb+c90ChQnA/i4Df8kT9z5w2dqChoUCDyXAqhDySDQ5g6kaOVc/gDtM
VtvKT07GBiQEBgFBuR7FtG+JPyCp8Uwm3n6S7bXKKSHFCabcdjKAI0qB6ivwmvYIbJj6UPRo
dCBUYRYoJBV5QsD5Nc7MICKz7DT9b/6FFwLK/hjFHAH8ET0orZerNc9VsLZhMALOYGM78lgI
tE65/FlQr0MyBBx1Xr3BgFDRuBsApdQN7YDyNpP9Ehc/KoHRO3syy+tslYNjrX0UxxmmRrP7
lAOkBadtQP8AtAVtxPs9Ct93o7F9LP57m1BaIpgNTqSHAWOBYqiCD2F+FS+3nXpkn9R/BhYK
VYEfwY6gj9rgYhMpjGNFfybMbk/glfjdRyZx1INByYWBUaEE7sJnsXH3op+9eo2WJp5Qq+nI
DP1LNPShZ/WjRNgr6e2jl7PsdcvO8TzeWPnmsbz4MRhjGxRm+jEz6koefIQ+fMzXyI5P65C3
+j51XfyIAUdYBleejgFC5fPQMV4/M/sPAwHpQChX/h6CS6KwH+IYRx78s/q1HVgaBNkM11w1
k0AOAwMLXC9w/glivaK3I5IUTrwQewYid6IdoNHvu1dm79mjNQy9BXR/Ua8250ikaLRE703Y
mdyCdeRs1fcY+0XY9ftsnqZ6Vc6AsIrnqfQpJcEErLWuwB8S36cf61/4ekkPl/ScfwZ+wAby
aq1hviWHZSsJIFFhXzJog8Eil/GqF1UUGIDJUY8dhYYUxDEmFu0NiHuWJAW7NRuICglgwGh5
CGyuibnAFidlgdLDCyQSSpYlK7IJ6zUaw4LABjbNxYM7AAnvPMOuvjcPl/Fy5oytup4/i4TP
2GykaryQSoX5acHgw0Z+IQCQOQOWEIAUtDDAwEsGLyOwjWQByRB+BUeq+JJIMLEmDQLP1/oY
AaqYNUruhhqi5VxsaDiFqhJJFmHtPQ9FmYwkUTywJBU9FbgjjBH7/qz/ANF/y3ALs2+JtbEJ
naa75Zj0+hdHfQOdG5IENAdqAJAPYsTUUkTvUsgWZxRaEFpQhnAJqxxLJa53MYkwAlrN9AYa
r/AJJ8n9dFYKG47ExNBWvRorARmoB1pmUD7SGGoA2d2ausCqYqkBkadWAONlRozYqS/621yn
H8akhFX5ZaKkLqJt7vPlPX//AENRPTrq76lpViuaNgXH+QZjVm6oqBf4AA7MajqwHW16m2C0
LUEmgLH/ACJtmBgoGdup/wCVUDyCAIQQfG9AMXB80xTrPpDw4LP9e4/kBVvIey5pmGQMExQB
vINBr+qQw+AdR+vYQeC4PCxI8pr6AD5slGvlHVjpRVwYDPdsM0/+8+s7fud9A37H0MNN30Yl
jPP2WVyjGXODDVBeXudbjWVoXVNXHWgUFdQIVQg1Dya47VGHPUg3YCwsOzACAKCRCCQOAQDP
KisvmyperBeQWdgC9qGl2O9BS3XmfYFB2JhbrDZLS5xfHXtPN/7MLofipc/ebhc+bJYCuAo6
i2nmy4btB2lNZHFXCSI5s1zAjAstQUZVSusaoLMIAH4hoz8xgZRLH4ktQKqI1Ehbn4hKknqI
tmYbfW2HrUz7CYCSOCHrqGFd4mhsuBLLLq/UoRZYGNoYNTO0BEsGKBPCofQJ1imCNP3+h+wl
BCWi8qA7Hy/rtNCnlzzHo85UkgwhoBCAIwpQGMNwAGA2DmCoy5bOgFgwBAwVA+awpwFbqFBI
HIWnOYo5ghlILVS0QUoqFgUtCjBvrFqtHPYDO6hJE7GmcEksD91MrdoGIGjdjR7M9QHtDZf/
ACtWQRARPD5gigGAAfwx4/djt6D5zaeLRx/plW8363JVoKoUmejDsumIQm4eJ3EYVKoKp62v
VQRA0BlkjqKBFdhCLjKtdVpQglQZBoPOjHTysA3m+LeTO/8AUKz/AE7C+MBm8gBXzgk5pP8A
V7xfIoXr1YD4n7CHydJ2JhckqUUK+bZ56pkx3DgbizojKvSHZVK6BiB2Pk8/2aIK/m6nu3ZE
15dQG0UNSZ2egIVLHUgkT0YgzVChu4RUDqAx5Baixn9j3FdgIGn5hUxbB03o9yZ2N9uV2LT7
wSNBPuAB9KxN8idWVoXPY6FV01MXe42pMGrUDqSOyjkBvQwH3q5bQEleFQBWapswUJy/0OYM
NAPpNrmAWzE86sX8+KZwfz6NjnPT6G0cL2IT/uHYEZtSrAQZRJIosAR7koHiWBCARwYeYRAD
Q14Dmzs1jdoPSY+pYqxLM3IZwe4BDGgSCGJZ2IH2MQrsAdDY1Nh27FSYMhYxUFcs4QA3FM46
lesHWiBagd6qFuGCsGQKxY9sixF5qDqkZz08GfdlUAS5tqM09PqfbQhaHCsF72AG0aZA0SVW
zGjG56lLI3Yu3EBNC7ohutxSBCoBpoTYcEoo6qVshBOihnKgWpUgkXQFRwayDGcdiDMBbGFO
OkIorcAjE9r5cDr+TVwCyAUBYADZge9BWbsXKH7CWVrXMfZpnkMM0cGd56PQuWfr976tgOzk
ARfxooVlAYEg6ZIWVgFVdizGobvVbHp+GzEk/FY8S7IorZjA0U5CcdZ1WkTtM8io2zMA6wgB
iU7Dg/4+ZCqIoKkqCUUAlLNkAcQhYFBnWpQEPAadKhLQkg9lEZ7IY32FDmL1o6L3QfYPD51x
yFTVBPV7+k9PoOunY35B8WApQL1FzBbGmaqc2JXZwYHUE/hqt/z7lPcA18SdIGoj8hfiVBhV
ASpjKwKhQQTASJ2Jmi3AtgJ2NAQCwFYA1ATLCnP5D65VDmgsVOaAHRjGzYFlAQ00KtPy2nWu
LvjktVBTwGo+RHd09Cy+P2f7BckbTRoT8swS+HxU8xBZ2QzP4JqxZcQSrjhQBB/XT8NzPYoZ
GWjZWGiWoQEiKLJrqSKs9ST2LEkVCTASSQ0dLbo9jI2FNEUORAACqgpmKJlERlDGrnUhetkC
OYbsgkEiVcdiIatStqZZtMn0OH60xMs0LWTp7foX0bvo7OKuee+2YPUEAd6K92i5mOVXPzm0
YRgIpoNdc1oAw9ApyeQSD8ZZskXZEcAxSBATG4iGobIQAnsFYFjDAKg5ZxcKiyCJg7WkPUnq
KFCcQt8bIlmr5ZeWqmVoCb7AyjbCpXI+Q8uf+v5cnYqXLLdT2aO2/PUExQbyonNqzC8WVdRw
SANQfo/WbtpGIo/lv61yotOvHrT5giA3LYkzsCpPHIlQ2ZfP5IBEzu2Fzt/FBYpAmvaMbnUz
GgVCgAiivB6mVR1SiCQTzCvIWPZXQfEEAntZPLEWeJ+uxGY9HtVtVAGYqyQJ62DbmllgROTg
BFHxDWqcwAgaNSk/9WLU4qN+H/oIp5I59SkIYLENkrxFUqQKLEAUsKw3aTgQERgCpoENcPSw
QBQhFkLRXuGTdmmTkkMCW6lhmAetBsgT06gDkoRNGRQ+qFCCBUYcD8KQSH0mPy3fqE7hTt6s
1RvkzA0QYtTMk6ZE9Ub45iFZqOE5zWg4e4wNaMOgPPAJHPqDHOgrcQXRH8MAYTYoGWKoE/iF
6hc12JFdipJjfIg0oNAxAWid7zQqwIgZQBoZ9ossIPlCRNNOkbdjGJaEEQDnmv8AB5irR4n6
/A67+nVjr69SRpoWXtQPaWbBCjzfLRVKzNAAl9fzNPxnyhUBkbqbsbKOoEoW8f5IwCkoTAIL
r/H+BZnVp2BlcliIbqqAPxUlSlg2RO1z+wz6syoAgXq3cXZocwECBwQrClJhRmbXBzPr+VUe
sCkAK0KmBWM6kEKZ+sRVw19uSnbV3h4nxoGjRsAV41H3EdZkxJT8WJrXXF7jiiKrJ7mnYioD
K5ZOdcyNCWEuAqR/lqlC1LGFILIKkk2AAWCjg0Cv9QPjRlchioRrUsLAJik0SYCZ3NnQiLuQ
V9In2oQwQw5oQMlhwoKg6tiIydYyiOAJn6+nlJJBsQgkBaPWA83z4edXszIAhBa/ma/1xb56
g2DwDRLWDxALmgIhuaKDDQholh1ne4wYgjqVYQwwVGQklCCG4CkkVLqFDBZI/CcQmB1omgHI
hYQsZZM/5AiKG7DJer5EKAIQDKIgNzUEu7BW0IhB7dln9iPyxhFQg2q8+I1sSazBIUGo4PXM
hddTa/5/IQmiBdCE8n8sABqpVgWtqMXmFT2IADL1jLQFsABGsh/zYodjABOoirY/rOgikktw
STZNSwTZsnkL2H1PFxFBFikif2Gg6H/BHBjjnUMWYgkicmUtniE1C9FlUxR1PkY/aTcyPIJE
swkEcDVhYawQ1gcEw8A2QtksOGsFsDfW4AI7WOQPsIYaP1VoPgp1ZhdwMFK9WCsJZMY9ZXI/
sEo2DDwaIn5AXlEqAgQaLGPCkiBiZ9tHZy6oeSaP5m3E5jctREqwVFmySKUrUBChVUnzqA6N
a50ACYGuMBTDkM3VhcVp/hCYx4YigRT0JoimaKygoLr5MbBJALWewINAg2DwQWaFaBUE8qQ5
h0FB6gM5gY2rXCwEDrB1Mo2JawkWCaBYwNwrGfIEEkMGAcmMSAVqNAxIPdgT8W/ECrBV+QTH
iKSCGgBq6jD5Z8JqpBQjsCIwhlm+BARC0PM0QdugsgT5kGjApUkkwgwECK62GNIGILtfc0BZ
7JQFkXZ4NChRggIBZiQNBDoAA5te0D1CwI7LSFZ2BUtDZHRhDwpBv8TsBDcI5IEqoqtPGgCL
1ELMWRZYBXmULq22vqAYewmbsSVE0FAWY1CWxNGmHLZhhwYGFE8WCbInMoWADOKFCE/IrUAA
BBMpoCwIJKg9VIUn8SlC9AAoEPaZqICLJadTALNmIxE/IViserIstmpDIb6GOGrrK7HqZkKH
kroSYEgPUKpacRzUBMcWoJDAs0CEMw6zRiSGjkWsPE5J4BI5JWE8/ES0AsUKM5AsAg2W7AXw
JYA/qbBIJgIb+OqmBDClwZtCpoq1cwkwGMSQVJITkGv4uiWtS4JNgdbhNL1FFTbfhavyC8wP
kCCAAs7Fp3BAsT/BqlImdmEmam4zUbF2LN1VwgiGyeb6gAkAt8lC8NEgsxqgBsUZXPCgkzmk
WiGFDQQspP2LS6AxXgNkuRA9zmv8SxASBZBuyTGMohWB60YHIPcEnmXxTGKtN4//AF7AFlIB
ILQmxXUG4WBGrmZ8DF6ciFrj8xeCLnW4F4JtqskgyqhYMv4gaXx+JfJUE80BcWxAbhbsClT8
rwIbh/qoBi5gRelhhTckggfEQqplShFAhAE+NsBFAYEgReQ61DyAAYwgAMHESvs8o7JsoBKx
eQlQAEsSY3AY2FEuoNFYNcZqANkXZvqTSmJCag5n+CykiXCEhquAQQBxFMsmEAhf7EEDvf8A
BUKB+FJuAmlehfDdSasANFAWA1CLhqaKWihqcQMQGJM+RP4hCg8EsLgoHy79U+JFfJT1XqaD
gRn6xn4sgWYCb7BT8WBJpVIPXg6dYTZPJQEIQDAssgKtClIXrTKGNcGpzZJLWTAAE7LXU3/W
KBQufKcGcWoUHiDheCL4VjfFmXwWIDaC/sEGgYKwnaj/AINWq8spMN2pfsQBMywmR0BLqJn0
aMaBMJaPfZTcYkhFAjjlIAYW6xmAlgwEX+Iltn8RFJhAMIUEgAlR1qo1QlST1B6fI8EEGUtW
aLwHiyJYIAs8Ar0M4MB4PakM6SnBIaMrLD2lAhRcAUDsBC1gif8ALsVnYkMVgNBSLyKkoOWz
7CmVgxowljGa4AyztFYGOgu+oGlggmPQKlSFApqi6oEAucAi52MsV37QlYOQRZ6RYyiACLUA
amrtUahAPl+CRZRFICmKlQ0xIWwbl8kiN8oUBIUrDVqsKck8nmUezE3Qn12KEWi2VLMv6hmn
UGCo+gnYklB2NKLJKilJNOLiQVegIZVoAiux7cA9iQTOyiAOToxskkfwYAAfzCrQwIVh4XtQ
H4PP8djCbKs6zN2MJhgquyiUCpFRlEI6kwAiFSQe3Zhye06gwqJ1AZzc60uSjtmoLfgK04MK
lp1aDidwJ/YhaK8TuRGJAUkmzPqJXsyFtBAVAK1ApM69oM+Bmb6KGKmFLBzNATmwWEIN2L/J
pqoUQBD+SbgB6hQCfwoaWwAJB7GgVMBILOa+y4SWhJ6q0a1H5hAs/hVCz/kaAHyCjrAReW0G
qmBxBoL7lToe0uyR1gNBfkxQ9uhgyeDKEBJYA0ppxPywUQ2SgKgsYs/LOKJNBbJIAgAh/J/J
CwAWGYztBddh2JgcmCo3WdqncCGr7XBZICgqLnWoIxAl1G6iNzCCSAYoAhsAVRqA8gAgECK9
gNQLLBpYVlYlQAB2ZluABWWzBcHEPM0BpuwlCggI60VWfEQdbdaAC30IlCd+AzgkMB14IFFl
nWwDUBJnJPMAFMnKoTOpgFygYyiBVlC65Aqc3YIq2IBNcCoSFg5jcwil6CEVGAgNzqYvI7UC
WAJVgpIUNUGpAUqQHWKwBGyTTdEB9Zr/AGdLGgdSqg9FldT2qJq1sOSBOlAVCWM5qzQ4A7Ec
MGPBEWyCtkrZQMJ15JEuixqLV/EwE3+R1r+KIHMCRcu86T6+Si06XGW4Qa6rK45hAjAXxB+L
aBjYosoEaqBsdSWX8ELbXdmE1ARP8CgodrGjhcnQqWUwFJ//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMC
Bj8ANB//2gAIAQEBBj8AMeTUf+5Ei7RQnL3LQrR8fUabiNy3WknlkdwiNOpu9Bptxojo/cUY
gl+hGi9yfqZ/iTGfMrKhMTcDdRJJHtJi9SFEmL8U987kxQi72JgZK9NxVYuPFWy6iiRakZjI
1oiY9SW5TG0qTy/8h8VLwfphL8fBkD1eZQ3y0O7jEbanHuV7CTEkQvVj7YGiZyRGNScroJpT
pZCo7ZvbwteZLtYjUhutBxglqSdfqfJeTKUE/kfJTynI9uhiJ6kTgmYEksFqEvXuKac4J2Fp
JL/IzOxdDTn+gSWuhaILwSqWiJWhsxzh6kSSzk4hpUxVrMkJpvMbiWJcMXavi1lVI21udjda
i7Gkv5klByXJTx0nAuXGtaMULlxVXMHdkbaiVEkxBslodzfxeDco+OR1b1GMpryP45Fp5DjQ
6FV5jT031LdFUtEThbF0zilpljafkhNVvqdqysvK/vDcTslkjjhbiWNxLDI5Wv6C+LKwLlxc
zXkXC9BOiRaMgvE2SyTZrcsnC2MxZWHnwgSIWWVyp5khylFt2fHkns0Nc3Kar+0LuXcuNHbx
WG4LyN8+PfOq0GvD4i77TyNJSltdEKIR2x1NkJOG1oYh7+vjDwUq2HHGHoOqeondanmQTMQT
HqLfJLXqT/VextWBLbUVYoa92Uqx4Zsi/M/pLlrfBCPMmPJL/wBRLLjQevQ+vhskTCZZDOiP
PBBDqCHoTHhdCjTUyKM9aIlz4epVQJxMC1k+VT9f+kfJqvBtiSUcVkzBWh8rO9Oeg267seHT
fwjwwR0shWKHbHKJkT0W5VTkjKQow/crCKwbayTkbjAoUPeS62IFHqao1beo+lD25Fabl3sy
Ypfv/L4J1A+hfgiNSfTwh0LjtqPZ5IqPzOp5i6HQSfuVZZGOMy2xOa4a/wDkPknTIJJY23L5
DZuLhx/VypHLj9y4uuonpNdBPwpnUgrzOg0002vqKZT0ZOuCF7C0l0Ju41W5S9UK3cbELTK/
9hdDoSv1LBbfqQ370QsFUbpHSMk66nQlXPoxrXcSazgshZFKrcez8KydRSRFlUv3/rE5ZOvh
CdmBSvU32ZWC62Ik+TpD4q0l8UfGK06kfvPi+TpbluYJJzBajk8cth9z7nyyPmlNwhrhyXFY
iEOeVu1SI5Pu9F/lE2WS0TNIn6iuY1Zmeh8ZnohLk1ySuUQ96H+A3FSN8r0JT98kLOhGN5Ka
kSnuW7iTqWvbJ3cLmaZDTgo+ONhXDJ3VwS03GOheWON8lOWtCfoPPQ28OvQo3IdGfI+XqNrP
UnPhGSE87kexemClfQaccW1XLQ/rcX7/ANoUNeFj4Pkr6kZ46ciHa2H2zOxxqOUokhKXOBzx
aW7wTPkTxtLIoWhePBrKeSONLbUi2/Nirzgjcha5Y5pLDJyiVgaeDMaCbwZ//RJ5ZKqC/QlO
EQ7WrJ48oW0D+3lqIZLJbMuX+BbjfqU/Qhj5IuyvU+WJyQsakInUTS8xPCeoowtB9yIn1Esi
lxdGZkrQUjUyRxcDm4G+KqM64JmL3I5zyGuHwX1Hy7nPmP7fN91VKwyG4S1Oom67TBJj5cmr
8jE9BrxzgnTA+S0yK053RPK8fv8AqJSTbI/EaapFUun+kV3otC8axuJav1JqFU6m+0nGaS1S
tjWw2rjAhyRqcebXRjTvYd2iFmCIt6sU6+xj1Za8z8KISMkQdSysETKwS9CEvIpuGTiMM/5J
hq2inZ6EjRZ+7F9v3fmLjGNdROJ4uf8AKXh2iWceSpLOkyXgulqV4Nnc57U4SF1uTzjwuZWx
SjjJetyW5TG+P1HvF2VWqehfJN6vH/aSsfxG7jdYFPuRM+UMaiF1F1tkN/HYh+hPvBKgV+bG
2ScknDTTT9SXRM5ZKsolKEiI0MDZThlkaNeDSlFCTiH+JCxuS24FxXuLgnEUvQ5RyhxDY3qv
G1MXD1G+K7Vos/4hvl5CbrWRvk+5ZQ1EjfbyhZcM6DTzxiL/ALXjy5apUfqhbQiHybTyTrTf
ufgTlUOP1E8qknlfQtxuxLTXYe2hX1G+SlYkpzqxuZexat4FPUZeNxLRUXxowiOKzt/7Cnk0
9i26MuPoUk0Pi1HKsHHTeRxL8iJ8yYsba7SdPBxgspEL2LzI31FixLip6myO1J5gXHjl1/1W
cZ4/OLes/wAxy+zxXw4Y9hp48Ksol5ewkr6DTfxW4+KtJlnNJzX5jWiUwPknmPCzn5Oi66HH
qz5YaQ0tCF0PlbFQ40KpDU/IvIpKwdckv2KfWMCWFsPlMbLI+UHyw2NcUklsXUauyq8hRgo3
I5K+pCUHHRyVgd9f9pOSlZH1K9yCiY8G1gu4MHy4zVOS62Jjuby8aD58lKhuXuSnHJrA+KiE
m3y3obbb2R8X3cnkcuIF2LtWG5khPu8hc901By5YnQiIPi3HLUaitzvnKKE0ScoqmObSOK6n
HgsQhpF3EeEsvMDaWDFvyOutkJSy1CRJKh7l15Exj1H8bO3irWUiW5gpxyGk2m9SZb/gRzb4
pawxf/S5xHLH90+P3FeNDSfDiniMepA5xMlYorBm2eRl+RDNloU4gq+r3E16jfCJW9C2X7/y
k8ukC2m0dqdawLjxvn+By4O+PG296Fz+5x+Cwm5/8SOMLk9q/wAJLtGy1PipbwNPjPJZWx5R
RgS0k4p4c16ciYymfJdvUSWx0HuNN2cYVt06OLeUoY6yNdTqhrcUKPI6DjUdStDzFxdrYSah
z9D4cW0vUjnxajejk0vi7WpHFwtRKR0oWqNI1xJCUjXGUkpzA3y+3y7FNrBy7OPx4Lu5N9D4
uI1E1za3VOv7Ilz5Jc3vHE4Q4XbfuZRHG/YSwNaHQnjBLyOc6E52OrI12IcVgri4KUcRypNr
wcXCXJuGxckobJ3yJcYTdWfLzcn/AM060kfLtaSuzlo1ED5Ll83TRDdspnF5iTjOJFxUeR/x
3XShT+kkjlSJ4w5Whx53E4JLzAp1HyTSIfJP7fdCpRH9oni5kSWgnOPqKoQklkl6C7c6E8p6
nHik3qNq6wNtRsy3jWRw00Ljxdt2hPkn6i4z2pKRcOUrj/SfeaX6k19Djz48l/8ATbPx/wC4
7nMeQuSfauuRcW5XHUcuJ9SVbZLZSrcUox6k46EvGzElRMk8tyVXQTXxrX/cLVspzRmEL7X2
7XG+44rZR4dzUxocnz+L67Da5JctBcONrlU+ZHCOTUdzxk7piTh9/vjWI2f9ohUdOUtE7MV+
hgwJvG5XqcYqTi+v+oc5OPLpHhzb2j/KceP21qxceTXdqJNSSoXF4Kasq2TuLksrQjG8EPBD
IiVEUdvOvIjPRnHmqSaz5nHlh/bvk0tzvf6YwP7T7m94Wg/v/blrjbUQLlhdJKzq4I0WpHd6
l4uxLJGkmILwKfUXJHkJwuqI0ZOmIJpC5zEaDXLGFudidpQmPjyitRLEZYuWmx1JZHJSVbfS
kjeMJCfa1xJatexXgks/+o04h5Z2Nvm+P9WIGl9ttIjnwfFwN8OVQjEJ6nBvSTjHn9CBMfU5
cE50fvwHxXH5csMbcXlieUxLk2uhxSbgcuPcccm35mXs7Hx+56NjfDlPRmj89iYlYQucQuKc
lzeh26HY+lbiXLik+qX+kj/jXGccl2n3eK+SacvZQbvRIVjc1sRCnRif4j6EKEtYG0/UTyKc
7F0jT2HOBR6kOhJKt9SH8OLtRuJxpK6o26HbxVvUUqju5OEfLml7nx5pxmn/AKSU5SIWWS0q
0grjKZK4x0gmYnReDX3Oal4SsfDgn2Ossf8AW2LbnWSHLnWRPm3/AMbrkt/+0b4PuSFpAu7S
smYH35mjt+0oSy04LctuYG1poaIw4VYF8XeKZilpqQ1PkKM9RT+raieVIelSh+VG0DiHyaag
c7vCJa9hNK1BwhWnLQuS/UsSP7Tj5KG11FyUtXasu/Ib7W/xJdVqfv8A6iXlnHlycXZCcqMS
Q6JTyduhXhVPQnkRxfyO1pp7wzs5/qW2B0kPk4TnB1HGpZ+pKavqfFzOYFB5GYMmcC48IfKJ
snnTZCXuPlyTspT5FKYE3By4Ok9SV/EvUT2Ozg5S1SEh80nC1G1lksl6mc6mx38XTzREzyeB
S5jpEEJ2o6k71A+lLQjRnBTLaHxWrlMVa3A+TydyzyRMYQuT0ahENVtI+X2+UvXi6JfGTuRb
NkKXGBSR6YI2olIpR4KVjQlfvZ3Nd2mwpU8s+5y4vKeSyNJti5TPoPfKGtRrVGMaiI/mbo7n
hkJSVkbTiKEuK+ThC7pbshJw6khaHfovzJz9DjXxXJSz44H5ZO3ysSXL9VzBm9jlCvlguoPW
RLTYa26DbuB8OC7uTqoj+Y7pnpIuOry1sU5Nq03E1fHN5ZiVpucXLlT/AJTu+pxXJZO7jyhc
tBNuWlEEP9JQ9SBzHrY4hpupKtCT3myIxqkZFKgYlsQ3Ioq/D8BqerIcyhcnSYouehtuZfkN
ch/QbbzBCsmIewmiG3C6kcXerJbHLUzk7uLlq284JfGPupU9P6x28p0rrB/yKL01G3aj0IjD
6FaP6ET3cuhTaWkV/fJ5OZFENxghOJ3Pt8Ur7U2KeSh5Wp/84fHVPImr6k8s6pI7eLaTwied
sjfP78RcolzFv/uO6Em7gjWCHTWgm15kP0Z6bi4pQ0xSq44O51xEtyUXXg0/1NqEPWM9DdCj
bPhZGwumRQNz5C5RCx4LissrOuB8t8CTwnROuguS5w9VBeR9NSNB2Y9S8nU2JeSfocuT36D7
qWsCS4Q9c2P7nFREai4v2Wp2JZi/I7ZzMIpXJL1KVEcXHQl5J5XiCojioXoU4ehxSczk5ceM
Lto7+Tlvc4uYnoTganai7RDmFv1GvSB+8CTw2LdkRk7kckloKNNDumIXg+XJ0N8eMOMHKa5N
m8rJE14TNstQ1qyiRJLAsCXJJoXFqnsLkvCB1GwoydfCBKCynROgmdPBw9PyOPJcfm7bHWfc
/iWs1IuS0PmsWkd3H4vVoazrMFKiMeRDkb0Q5/ezlyVpyRnqVQm3qQljUekWSJPfJXrI4+Pb
rv4LZ6ZI0FU9fDyEiWQj+sxT8mn8Y6j+59zl3NqEtj7iVKdCJ9zqQJLDJVQNSZ9BPCfvRk/M
VyUpME4bPPwnJGg0J6sUjRaK2peLSeaHw5cm4shOnoLhFsfQV4wJP3HGOJy5PEMTWo28dSF8
ZyNxPTc3cD4yoPwI5akk6s8ztcN6EcC1f5Ci1L7pHC19j6k8o/f+yZgkfhM5G1y7eSoS4y23
HnJ38lPP/D/ZOT1SZ9xvVklKHqfmJpeZVInQlY8zPx3Mn9BTvVlOfBTqdB7H4E4erJI/mKdm
zLvqS8rCZSXSCGvCV/NbnczCKd7jh0R7DbqEK4jS7P8Aj4tTy2MJR0kXblW4Jf6mYVLDQniS
73P01lEtevU2RWCEfJerJmNtTy1wNu5JmGRPx1E+PqcW3ZuzuHp1JfLin5j7/wBEs7uCvexp
s5vFHJvLZCiRa+Gr2Nbs7YvLZfsRqZyZKZ8qZLwRMFFZZ8nLRDc9B1Wg26jwlkIxJdbeH4nZ
x5KIutSNtSeLXQmn0J4DXJzxaHG9Mfc5o/Ilrt2e5u4wOV8jhxVRklfqR28okqk7GuRDS6bj
WExdyi4k/NZFfJ2NXvJabobVDxHUsSlNfUe7khU2NtTLlSbKhyVQ0ckqg2Jd+ZEKeh0ITd2T
jUVZyzeaEzzNfQr6l+vmRsRyOh5l6eD2YoL8Ou68Wk7j8ju5zMea/wDLuJWf5oPjnYU0xEO/
MjjFUVfUfLWo3OPFPbJDgZ2/ermsRWR8WvinXkJLJHKmPH1Hcx1FCcSNc/UX3F+le/8AVHMo
SnBCyJcvp/vPjiMEe8kcfoJTDFLm3RWonppJDZJByf09BNO1qz5d1Y8z4twupKwtxNesEal+
qG/oQlBEjOpHuOZa9CWV7EF53JfhZBGufCUSnZPLK/ApwljJvBavRmPUjXQUz6CSw9yq3RCX
mPlgo/5FfTzIfGOWzUHVLHrxGlSGmpFEcvU7lwrlVQWkotjXDjNWOny4PRHx4xGmCe1dbRPJ
eVoS0JwTC6uDt1R1Q3PWz5LyYkQ1E4H1HVnJupSv0JSnYtR0IaldRNqmqR3qO1OGhPg/UhVz
WRJ6lex8hwy0fkXRsZtnXwQ98HkZgk7kQskMpfLUTUrd5NpwJt4whYHLmNC62Y3n+JMzqKPV
GHZ2xE/Qp1sLuUjfTI+hKS9BN8knnRWP7fFd3XQluE9pFPJcV1ZmtyOKkxZ28pWtCfFzxe5i
mbJZkeiWHuNyr1k7naWCLW0pjnG4uPXJLKc9FYvuJPtcFU9h3Apr7fGHMZv9InxlqIcZO/7T
7+Ky5j+8PlyXbuoaRGumh03J1JeV4ROdyZKssvGg2mS/ITmXsadWZyVLUmIX1I94HBE+Zycx
tBGm6wKGcax+H/UUvVFtQyF9UUS/oSrk4x0lENxyWv8AvKwOc8d9RruUtTH90fc4ehKf8R8V
K/ISfudqdrcSiELhLhF6lEvLK0PjoNRC1JeNBNqk5Gn8e7B8ePcoFxXCPNQTz5Kemwlob+h2
TDlabD+3z/UsRsJK28aEPg+U5uELjD4cnUMa4pqlXHWD/m7e3oT/ADL3FymiSXh0QrgqmJMm
cEbErHhDK0JxsjYpz5DvPuhsiI6nXUnKH+8ENQvcSdSRPoNR6DaWcJMxCwKWSnT2JiSX9BNE
xFYO2G5Enq8HRi+g5r8CZOx64LtsmUuJCudT8CWOZuYY+L9CG4xRKanQuV27of3Ep+LXoLiv
tttqoFyfHt4p3OTc6kHLXtSWxHGojPU4pNNcVDrRC5cnhyJulywc/t9DlVzuLi6eFsToRr4L
oOdyEskPbwTkfUhnFu4s7FrM9DvdPEHbyUroTDWw0l3RkXLh+rD4yck1HL+gaZB1Rsy39BJC
jyaKePIzg7dPzKz1OLbhn4kzC2J9il8iXfLoRF65O3jpmTi4tHc3eiIoshU+psRG53L4t5zD
PjzVaUQmpWo54y3+ppnyrh0tncuL7lrf9k+PsTJaiR8njc58ldsnyFyWuR804eiOK+/91Ncf
5Ur/APA5c1SjUbipmTi5jtfudvL4tYIS6ilxsfUnQrJDwKzMdCUdx3pzy5KF0OXP7ynjxeJj
X/oKcvyghZeIPk46DhxMYs7uKnaYI+4snwbdW6o+TiME5Wp0Vsl4IWSn8oQuO5R++SdxLWCO
NpZJbS2ImXoVT1OSVL6jcj3fQb2wi8b+HXwSflJOR1C2LlMT1HONdyTtdt4knjTKtPJ/yc32
pb4H9n7T+FTyU91DlS/qRiBKYrWCuUV0J48Fze/KX/mOx/q5OHH/AHGsDSiONwhtr9K0Rq34
XkjJGuhPWi8rBLUQRoU6Ozi/Sxrkml5Fr2F2nyfQt0dvBpcVqJrlgcv5RpqfJWldYIPo3P8A
pIytBVgdVuWvI+Q8dBLl9MDhYpbFPJdPQtLu0ZrgohtyqJa97HZAlxxlvoU8DZEGXZeNScin
Gp8XEnqLnmNDYjlaG+OjwXc2TSeGhw711FP8SOSTW4u3gn6i+5911ydR/wBwk/cSfGudDSdP
JKr6iuOo59/GNvBFvJAknlqX6k8XM48xcnnCE3fJrBu8l22Q9BvC6CjOpxfFR3Jz6DvBE+wl
lkvA7p6EDbMzP0G5pIbdeYm7JzdTsPl9CVooGPkrX1PlcHLE+R8rWsZI4qOLPj6+GSGRx425
luv6p3TR3JxKwL8jFjnCeBNSnsNPOg+PNd3FrBH/ABJPWkifs/ByRylJbT/tIt6HaX9D/i2c
ixCZxnKallaHad3oOv4mGdOpo4PyKoh6XY2mcG5fBclK3sT47yp0FxbwpJ5OeU2TAoZeTpqJ
8XEnKKaUo67kOzUqvob6jWuRi08sif8ANydv1G8zuQq8I0I1z5k0+g3NaLVnaqnM4Gp0MSRo
3EIbiEvqQJJ4LHxhcpTL9hp0lqRNG2k7jbFGcI7pho6neqZD/UvwP/pxT8zu+3x7W3NNjamP
Uh4G41yKYt2KqoXb6kpwNNyyGZQoROJM3oWxLQamtjjyaa4cfknDhv8A6Tt+4vjpUFeROGng
cPyEh91LqJROpEpIS05U1ucuKxLhdJJIcwJPOkFtSPqJ6sb1OHGITv6ma2YtC6TPxJqdCJgh
rtnC6iSUsnkonHglySzMsbqFSG2kU/QkbfU/A6i02IbbR10ElblHdHheB8uJmiV7F5G8PoPi
xfRHkUZNlOSn6kSSoaQ5qdRt6YgTVrclDbzNnHjwhLisF+g5Q80Wq0k0T0O7XCO7k7MsmLSO
7V2yG4eUPXcV+RKsr1EnS4/mUfbS0VmKdk4XUiaVErJA1puLRj2Ykq6jSaaXQl6M34i5RbW4
mlB2K1uc27h6ndh6WTI3naBN1OTojyO7kyFgjWycPBDpkYghuGiH7ne1hr/MJaI3h0bSJKeb
E272IedERiC3E6HrAouMj2XUisEN1qPg3DdJG4+ExOpx+3x+XNuXy1FzeHUC5P0O1W16GS6a
eBuNDED5xNFVrRGDED9ClQnfuJ5bwz5V6l0zNkv+JEzqMdiam8l40IVCilr5Cf3H8Op29yjS
mNceSiIXmVLXmLlw4xxeYO3YiJO1OWhcaggnkqlI48eDpZS6lZIdOK8FySzNkMhutCVgc3G5
GieBOOrJ7U2T2rj5JDU1xJVrwhL0LymJUORRqrJSrqfb56rkp8hNYakXFONaJfye7I48ZTWg
lD8qG+yIIiOgvMSnzJaHQop6kLOpK9fPwsh+528bUKX1Gi1mkJaifuXjcdwv6R76vTw36SLd
vywXDYlygUcU+oqhjc10HqPex8YvchZIf9JS9RuIo7sDhw98HHi38knM+CgxZMCQ1y5JJehN
w23Oh00JmRxTeCJlvRMtXsQk5myWjcjSimSs6eHdyvUrl2NJfF0X9z0O1cl3bHJaP1HyiEdr
4qEOeCnR3/qF2cPxK9iNjD8yI8hpevUWyVoxpkcKXqz7f3FD+6+VtPCS5cu3t7hvSbZcrqXZ
HA26MshfwHOWh0ZXmKb61/qFvp4Xgo7XR8eU7oaeVoPkr6F1sJ4R3FomIgjGp1Ux7dovzJzZ
OnLB2rje4mzsSTlr/MLoiJG25gXFW3cEpQ9RNfqxBeRJ0RGLn/MbjeOhbjoWpRC9ySnBPF3p
By483K4uZef7vhCtj1bJbJ4tcX5f7h8XxxqS1KeB/RGsaSPVdGdr9JHJT+K0KLroLX1Me5Bd
9SdcQXWSHaVIU+SJ1F++pMYVkRRCPxZ3W9zlzitDPoM6+50WdfBqVJKyPk8x+ZL0RWpGicli
Ww+UVVi5PVEjempJfmT7C0exklMaf6hKKHMK9md01iCZo+VLQadPApONVza4x6lfzXRet/sc
uD/mqTk0u7j0NZTtMayLoRuUS35SRTJZmJkUOurGlaEoSc5I4q3ZEN9TuWFkzi6cif4/sYmT
zwcu2SHkjHkRL7mTBCbXSSVZlzsRHqKar/cNGRrrKY1NbErB80u1+rODWKI2Fw4uG8wedCfL
B28F8tycsl8rfUcE66m/oVnyNkn+By0giY+v+EbzZP11Ptvjxnjxab9zb9vv4pJrLhHqOWug
1K3Pko65KdKiF7ijJfsS16CRsTmiFqNL1spaeHTczJZcx4Nexye7ZdQ7K9BJPGX+/EU4MC3b
JeCv0rc7iHh7FVI2tCNZIhxuRypYJzy0O7kS2u1HbwUz6imnszoM80TKWkamc5g38mTaPjLb
EnmTDFw4KXsrHy5SufJxD0X/APDmuhHWckbkK2zERoOPMaalavBDcEp64L12E9UV7Ek1esk8
qFFzkWxmTYSV6yKEbEonEDbzkSehaYumC1r+BCyKaS02N0VgVeSNnxVjqnhj4xWS+PmKsGPj
oRpn9/1jURKwV+tv2J5KWvTB8VjQhWSlOglN7CbrYlsiPUmGJ58jB/8A6HSuOv8AKYnqWv2+
S6M5LlUDawsSKNH+A3qSmvKTk/dCTZBCt6Da9TdMf4DvBLtC6iknFjkbbmcFNwWj5aqjliJ1
PMlLGom3+/8AeFWFRsTFbkuRv+XRD88DeSXPy2J4rpZlJ4o0n9/+kml1FPbWYPjEimHGpLhj
0IWmpSa9kRaeYJUGF7slpyS9CIrRjgXBvW/I4/b4KFf4+NUyHlfsvyOXWepmthWOpHy0GklB
p5iSxMeDenUt/F4O1O9oG3n+Apx/KThoTeP6Si9SG8dCvBp7EccERReNTNvQlL1GnnQvGCst
D3JfqfFUxJaZFx0lQhN5RJGRzTIeDCG3xhjSwyl5wTsPklW40Slgq0sm5GqwZnR5Rw7d7Qvw
I4l+E/tc1hTRaJw1oQq6E7i3j6E5HovDZRkt49R2NqmJ7Gr8xLz/ABFA29DlrZXg26hMaeG8
kLkNSp9xKPVFKBOcPI9YJwRM/iXe8jSimN5uGeRKYoY5wQhUfJLIuUwtUivQ1o/KT6kR5lr1
FDd5HmZJz1HESzjyUzocW83JCy//AOPf1bceRCzEvoVqLkqEnuRnQj8BTTsTyjyMQ3qNOxcp
9BaUR3WKc3XqTgyZvIknA0/cfbVMaX6uhG6yslX9Djrszvn0IJ1NNh8npoupVLaRRubvEkL0
IhN5kTWWxJuULilRGOp8ocbmamEhJnQ/pISknEaEqtz5Y3JSr3ImFsQvUWVMCbtz+ZP7MY/Y
5ceSlNHKMJuPcd6yKXe4m36jU00RyXkT3U8oiDJeOhybXrmhxaWBabHc12oTbU79CnRMlOGt
hd9ejf8AhM5Qo9URCUZdWTD6iXb3N6OxcIXBcdkQpk+Cl+w0k2fpc7QY82KONjS4SieSjz3M
Q5qB9yavqJpNvUXxcPDgi5wtBqGkk5uyec7WSqTytJH9C3ZLUcRQs0WpPlxjzLwVnYcqfU/T
2+QlytLHmJLr+J1/Yu31K/Yhj5ceOG59xqPpqRyy+g08JQkLSsHXchqboxC9yU/oKLH/AEnX
YzL6jkan0IThLMslcmtrF3tQlmhri10eS+cucl8l1L5Lu8yO9OOo0+S4vWy+SfGSJThfETaX
Fai7Grzqf/Xiu1qJiP8AKLl/yRx/q0O+PO+gu3jxemETy4cdyuKLVeRC4S/I7XwfqmJ8eP0J
bvUjtrofL7dbk9lrqz4cGvc+fF8esNSJN3CMzHSCeTvcfx+J5j2Q1rojgphNkfspCjH7L5Ok
8scHmds1mdiEvItZIgv1FyUmJnLIdPoQug4fy2Q2kt4RPKPMzWh0aHER+Y3CkhOV1J0+o4t+
piHvA235GbRje1kSdvroOZcQO32RRTXqROLpMla5KxN+Esp2MzWTWRNMtlpR4NZSmGPzx/mM
+aI2oflqOfoVl42E22zhbSkVzH7Kj1FP7P3FrCj0fcd8vy6ndcNwclEU7U2KckJTtIoUsz/D
/wASH+A4lpERlZJalCXBx1kx5kNTsYkUZsXVfv8ApJe1SdyUEb6kLybKzoT7laC7sZckcXCe
pCavYh8XK+or0w5ItJ2mrFGEZM0Wp2HCliqSYhkwKikkJRfQxPUrlD0bHd7D+rMPt1eh28X7
k8tBr8CVS1OPJOBPz/H9nyS/H9pcBvCbiyOMJbluesGZehMQ8+50Ia8mN42yNrG6Lp6IpxJs
3qVkt2Uq/MtNjeDSHiSqnbcULO0ERLXuUjZ6shqRwoglLQTiSHoJpzvUCnFnJN6+grrY3/Ig
jU5S4jqb9ZK1Kybbjs6Ih40HfkS8CjDRSsfJuxdztesjW/Q4vko2kS8/x/Yb2G26x9TdfsTz
5pJdTnyXKpceUi6UQtepX6sMoWknWBr8yHrgxWywTj8R1OpSUdTEE+ygXKME6dSU56SS9SUK
0m9DFPVEbDTMKtiRxYpcK3KHYiHS6ZEq6wJr1MuhNanzpocTJEfQlyl5DtH9Z9DtSjjy1ZEN
9S0/JZ8G5cvQWZ2LTMS0Jw09UJcvTIkuN1E2JPMuv2I6DbjJHLUmaG+fNJrqPj9nineXP+Xk
N8v5ryztahaE1PQy22b/AIiet9RR6EQz6Fudxq2sk5W7J20KS8iX9LEl1Nb2Fx1+sjUSTo/o
aYjYmIjc8iY6kvOzPNFqmeZddDtIsqzZotUdybUkH9BTsckPkyVycM3ZD4+Tof8AAvklAn/y
J64R2rlxleR+pSmOOUTnDGlyValsTmfQ4tWOEQ148uX9VN/Qhfa7peW/9om12qNGxTzcbS/9
Q5vrMkD/AOqF5DUyh7OmJJUstE/TUjBH4kylC9zPsQrghOG1BQpuME6DU0zc+M1lEbFedibi
djZtk/8A6Jr6jatvwyW1eIImGVkfdTWCPDloQRBMWRgSJWvh50dux8itzGSpTeUy8FeN5KuD
ueiwTuLxfHLaa/8AEbWZIWCbFLtXBscuSnBDynRsOX7ET6EbCiPUULNE48yE7epdvdHdpuJe
5DwQyVg+LhanyfkNvGhVETa+pT/iK4I0E5zlk580Lfc+Vct+hKacZeBvly/E7lMFVsiKl7mi
b0KeS2fK+pRDprqeRHLBRE2LjyOmhM+ZSwQ1DWhBOvg4IitSsEePYnvPsS3nGgpUfv8A1i2K
PlOwny49vDNwjt7UuONx8tJf7/qMynR+H79x126DY3MS8i7Wl5s0MY1K3zMil1toUTLHl+Zb
ofa3BrePMakkjDFSbwS/TyO7KZCRHLArwS7bw1RGOhvVSRoiOOBPUni4asS5N9wl3MiaFc9D
qynM9TH5kuvLwfLlvECeFsNQTvZk6LXwkj+g7llkP9jlD6F3tJDiqyPgll6s48+edUsEJQtC
3nQaSmdyOv1PwJdQir/Mjks6HmNzWiM3sV+Q5Gox4RiTfcSiCH4Ssoum9BQ4glsiaQnUMjk+
1dFJlt+xKlecMXc6bhuh/LRYVf4ye6msEJ2T3fQTXOddRKnyzJ8rayhM7UiebvZD7c7s2nUT
fy6KiuETSk+f2lzis9SOzjHkR2JI7eze5FUToOBP6GKITxkhafsJcctj5O2NuoWBtYqSZxoV
TOurLxgx+ZV+ZL9COuCSctErUbZDroiG8KUjt9nAlrqfh4ROSdMC4qZ3JliUy/CfzFFKLITb
9Tjybb2TdHy4+yE3xTUbIUPt6C4rk42JdocYr6/IjH0JcdDRVXqKOcNiThvVq/8AEdtJZnUb
bfLjho+PF+rFCjeBJ3LgShSJa/QT5KZ2IckJuD4y/NCfKJ+hH3OKc/v/ADD5cVCmEjjw1bSv
A1xSl5a/YUajvU6OjlxTxZBxbdaiaiCl4XlsgTTotDbxuM2QkONNTf1J2pnnghuY1J5XCGnj
qVsQ8fxIjGpTFOdiWpevQn2nYmaWCEzD43qN0KW2ulialPQa5puqHy02/wDEp6WKLwJ9u1Mp
YLxsR9Bw5WxS8zMLoK/c7that/QXd8hNVWB9kpp3Any5Q31G+fLujyP0z5kwkjjzj1jb9h8m
6SK5QliIKczbkhZOhL4yQxNOpgmUicPQ6o2G2pawdFUD7cqMmPZHTdiaaZL9kJPXUhN3cCa+
iL1yhy5e2nhiEKE82xy2ckspVfQXLl+rKJW0pLqdrdeQra6Dr1ZiFuVd2zqj5K+pHJeTYnua
/gKvXwklSRnqN6slFGWl0FddXJbhFYNHI51OMZ6lqEWL7SUy4cHHjw/lyeRdD5NqsSJJqGsI
5N6fmRu5FOpVoTftoOVEai2JVwQ4RnzNy15nxVXMUTEyYrcS2KuT8C1ZGH+RCpo8vqSyIvWC
NNEJO80j48Y8xqL1kzWpGskTeklK9NhxDWwrcku51R0ZKtITThF+TJdrxpHyUsvU9SajK3G4
kfUU5RKcbGnUrJ1nUTd8hpYFxVnFx82rfn4SqgvlFmZ41QtI0G9XmCyhQSd0eomnWzL0FJTl
bHlECTG3jQl2phQJ7lVGRNewqrqd3JepOg9GsDlVu0RX0N9ztSvPoXnQ6rbzJSsh01ZhT/E0
I1Lr6nxVrQSwVh5Kk6ET6HavMtX4Q1OxVs6bEsnchKCW2OcURp0Ht9Rp+hYtCNstC5JNcVci
XJwyTt+3y+XKU6J5tu9T8zjcrX3IVSR7kJdJElhaCWupHFuYwJ836D+hevhWlnF8it8lVv5k
YfkToSSpSL/TrG5kVryH9ENrXBOjIal5noTFHxFxa6Y3GlhKI6nxov1qCIYv3shJ/gTg462N
aLQpzGBNrzJN8ehm9yzaCNC7UlOtC3LFH8RfwJi85GuSyTSb9DVkcOL5OYhIT+5xv1P0wh7D
48uU6JEzK9KI21JWYJq8uRbeD7VWjJtveD5DaUNYIedvBdS6TwNPzFOhuOcP8hVH8Bw4E/cj
KG0pRMjWu/8At7jjrGrKJ5eo2nToTWUWPbce7eRfwLdG/GJJ7TZn7oSVpZJWB+EZRbj3EsxX
hSIZOYY5yiHqOSNSHUkIl+iZ2olr5Xyo7uWdiq8PucbhfwHf0MXuyXcYFrecQLjndkHZ2SlD
7tCWhvYfN6JuD57tT/dKWMm5OiG05ocqDoN6aXA087s+N9u3+Ih/JPSSo8pKXbpGRwTA4y8k
zZNE58hvcpJHdr5C3HCrVinJ0YlglKhQkvodrTl4E1w5VM4RCXuJwiIh6vQjP1JRrGtkoZrO
hB5lNTgSmb0Zj0HKIw+p/wD6PuNXXH/F/McftxCbSbnftMz4Sz7jUw2b+ZDwSvZnG0rkQlGK
L8K1Ghefj7SXsNb4IY3s0fgNuoiisCWNiHVauyc+ZDrYhZ3Z2pxyIehY1mcCl0tD8zisuByq
1W5LcPYmZJnJTyNZ8xOE4xEjSUJXBiI9j5R5GkDivIh35jhw2XfUh35nQb7kupmyjZlOyGix
LjycLSWcO5/zJfUgfLk4RyaczgbTlt2xqZM9SZa3OLWJXuXcRB1PMnEC6DrcTZGCR70Iz4Ql
kvCHNTsXpqdGPtc8Vj/1GjinSWpMjmluJz7/APqbjhQ0JxL28J6aEccPJblnb9NRNz5GsrUf
c1QksDb9BbElWiXT6m+0EwQ8Hxh8mXA5dMUNOPC6NDE9P8xi9UWcW5XHjyT6/wBY4/bSp5Y8
LjuxrXHoRxtNUJJQiG/3/wC4o4pq29CF6k2Jl0ytRorInl+DZ1Jehvc0clid1P8AhM35Mcr1
KwlAnN7F09h/iQ8LoPTbQj6MbUr6i/gXrktvoSrn0OuxsnqOPcl51ZkafFxEjcZdCutjaSDM
EEO+pPpA2nUlOJJn2IbaXUSVxqyfYuiIlexHFQ9T409xzkbfxgf3W7bn2G4XLk8MfF40Whfl
JCcxght+X6jTkWklscYWGhtSNC22HZR55Q4vqycroOX4UYk89D8h02ulkzM9SLjzMROpdt67
Ij0IVbkO9idSMNZa/vD/ABYzoRHn5FabnluM08hJJJjd7CWiJ0KfuQyVRmt/FLBizDO6MkpJ
fUhR6olpNM/SvUntS5dDClmCFT62f8XFNO7XUsluWaTsPj/MrZOdNidvBYnoWyiVRCMCRLw9
B7I28iiiOJsyySHpOiEsLXcbc1ELQ7lTmOhA6EksfUWpA1OvhEtasUOtSZ8yGvUzROj1Fuds
fXxS19TbodNSV7F51Nzpr4RMEP3JylZJ+QyXofHBDonczS8MzBslhndvruTFZyTPgo1oso2M
DF5+FuUsonw6ErUhkaeE5Tx0Kr2FOH+/8o+1WN4LiXqJ5nYnME46GLViZVMSdeRLFVMVfwLG
9dCbqyY3hEtCcYFsRFiUWRlMzeEKyWxNLw88ijUl+Fo2J2kX5kvBShEUupmehWYwiZl6IhZZ
mWcZWqFI6Ong8ycWh7Dac7i2SkXLcWvUiTcifBxgfOWrE8pZOqHp09RttV7EJx5G3QhuyE1n
UiJ+pGIP7WouMpEN+QuKxuMhfVkJRJLfduRECawNZjw2T08j5ITSSZDyyPBUQ9MEu+0ifU8i
/C/Wh8U4jYmH6ozFeHJf1fUTkrX1HFs0mLTFrqyMwJx6GYNvBuYN00NMvQb2of1kknR+KpeY
9nkpzuiJ8PlT2Imh9ql7DjJbtZJ03X+wrIu6p+oowsEWiZ6maf4kv0LcNLbX+0QnnMMnTA0y
3Rmt3ZTTe6Kov1s/VJTImWW2RyzoNU+h0IgupwWS68icp7lr4pbFOtOpOjKXrhnv1FY3pt1J
hfRDcfmdIGXbKWSGcq1cCmnqhPcuPY6CfGz8iFgTgvJZmfC3WrG5wTyfx87Emq2JeBtWlgsv
A1XTUzZh/iNryc5Gtsf7jTtauCJmCNyJvRdCEKIjWyF5l50RZ8XBGsWRqTMGs6ydC25HKv1H
PoNQ31NfI+KocryEhzaOhv0oUvOxOHtqTr0I+iEmpnKgajWyFQ0sFe5Ex0G2PkyvqJydTYjk
xdepKdl+6KMkospUynpghOn7ktRBEQtSsF0Y/pLwOMQRxrSx9nr/AJRSb+EkstVOhixrXccR
Bmb6FPqPjywRlaf5idseRKeRpMxkbWht5kzW557kRJOZ2LVIbbgqYRDXsTUvXU7svUiEaNbE
rKG+X602NinYpk8tNiHoSsa7EQP8iEXPQTFsNZjcSehZLJRsmQR7kKlqhtKJxAqidxdCTDvw
v2IedCNVqU5k6kKmThbFVIoovTQvL2OqLZ0Q7rdEJ53NhORbj2FGCdDueMJakIkz/QbRqSST
p1G8xoSkTsYgS1OTUQSQS8aFTC3O1L1If18LucD1GsbCTtinDwOxcstk4fXwp+h+ZsQ7kmJT
OjwJJWJxe3hempUe6R1wxVPUzEkK5wNbE3DFmPxJ/Ebz1KUyJp42NmtTM9SJmDFZgnH1N0YK
plZEovofwJyiUrZZ0JuN+hSrcn6inA19DNbF53JcRgW45qysbmUSqRHES1JdJeCh0PXoXOpO
1jaldDqeR+XhOFuZpFMvDt+ppFQxVg3ROeg0koYlBsupClr6Ff0Dyo3x4Q0nPTQhmsfQU9Dp
psNr6GzReRuYvBEx1Zs9iWJpUjN7MlO9fCnPkZzUGTL9CJ6lvzGpIwiFMCjQtR1J+g3tmKM+
+gthzSmTi1e5Lrwv6F6Ea7DbyjuajoXNC5Dh3gh4epiTK8jyIgaom+gmsb+Gzz7eEw+hMFkn
ScCNytR/UbW2Rp0Np5Fc76CWzLf0M09xpYKY500K8mWnJeDu18FsOLknBM+Z/DwyuPmfw8Ji
Y6+DuJO5Poz+qJRW5TIzLyd029D5EbZJiitcsq+o41Ir3HeDdGIRKZGhK0J+hGrJNo0FsTr0
wOHPGBv9KxuOc5or13JJm0X+Im/5irnQdwRqXlZ6kJeQ3jahS5kcWtyfQs+SyVg7d8uRQ60J
m2d3LSizzJRL1FGRTBdkw6Meo92UmfKvUlk56ak4gt+ROjO5O9BT+p6HTyR1KcJ5bF24IwQS
O70Ig6m6PrZP4H7yUyXT0RvBJlWRPmJTCN1sS9XjH+Ib0eK/0lVYpakTSTZG2PMlU/c/okX9
bXzLc9GJxnEV/iJW1C7ktiFXSyJ8jYU4M1sN6PBGII9tRr9KWgp8IjPUvGllENzuPWBorD9S
dhj/ADKUrzRJG+SF9R56ENUsF29GKFO5XG80xpKhIySraHOSY8I01JQuhTgncfciYlzglQn0
SHBT9DumZ0MRGIHrN+xLhxpBPJ1sjBiRUY9Tt13KtExe47vQuXGHsJrGmMCenH6k6MmLRV6u
TPkXklvtjYuxUQ2+sCoZmvCZxoR4Thnasq/cxWBxhl5RH4HabMl1GxrEDS0O2PkTqjyolzPT
wjoZyRqWf9KMZKNiEuhGCcrZk6Mxeg1oR6kXGxO+DHoKHi46DbeNC6nBspsjQz0Np+gtZ9Ch
qbenhDsl2UXQpxsRlaE8hrfJ5EsnTQ7sMwYE9/CSVlkiuidcF5F0IyeTFGSVjU9BcsdDEPw3
JSgq2ZJedCFg2JZ52NPD8H9TtyjRdCFL9TyyVroTOmCml5lUtB4lakckUo8iFidfIw95P3kS
WpHLQX4WTUWY6yQnkbbXsKqe5VeRJMNibw9NTVfRnVmYkamSNsSX7Fq9x4hCgmKW5FJvYa04
5ZRM4LZrJemx8rcQNIbWUbaj1E9xNodOUdWRqRPnAmqI10nBf6i7ZB+SLRRedR9C59DuVN0T
mBNCb+hENqLZahjkzIl7QKbFGNmLR67/ANYzJPK5K9OhiIPQfJvCLqClejZiFrREeTZMXsWr
Jal7MwKPcjEl2xSrLTgtHU3NpzQ1o8lKEKV3Irj18L9RtK9Dr5Fq0ThDqpyOcih+ZTvBOppM
GSJJWSyirJa/IvUsz5DlwtGLtnkXQ6wQlPUmdcDTlpaHxFKH+Iml5MnVbmUSn26SqKUwa7i6
HUka+g+7XBDxlEZTPIh4Jj4lJtIgTeTdkq+hHg0yimT9SDfwlZYuTMihnUh43Pi4nJiyRS46
DSsq2tCW/YhYIwRK/MmpIlSfJ+5FE8XeiNG+po5J5NKMo2gfkOGVaPU7v5dD45euhHLYXa2W
86aiifNl5ev+o0fkS46zktS9yGTEMmquStSEzyo66mjjYc5J/wD0lOH1Jo07dPMzZ1yQ/cVj
hmUeVyM7nhUyUYp6C6CWhdEvJpBv/Ex5mYLtvB+DLdjyOjI+uBISeUS/UlPU26k/Xw6kv64Z
Tgxb6Ecv1Iwyz//Z</binary>
 <binary id="i_065.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RP1RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzY6MDQAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAASuwAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOZrPugdp1RQ8hwnQHXWVAA6R8fu
RW+4lxMf7ElJjPpgg8dxoovseODroY0hEDZ0I9vn/AqLw0tkD3DkD/X/AKaSmFWYayTZBa76
TPGOd0/QUXmJh0tOjQndW2Zj6XYcH/zlDMtIH5p+ifw2pKTtybG1kNdPYgjQwNE7cnQh2h7D
kTGiG0zAI5+6R/1KRbrI+7iPgkpIXkGI0bzzz3Qi51ZlkgiYcOUoDdTr4tj8ilkOa4NiNwBB
jSYSU1jZuaQQRM+JTtLiB3+HKTQIkjT8g8dFKOQB/sHkkpmx50kAEjjt+KNUQLWbh3GoQqxD
RpMfmnujscwQG+IOvkkp/9DHv6bnUZYxLcd4yXje2po9QuaBu3VehvbYxrfpek9Vg+HwD3AA
8/3VvN+sGVj1HHotZX6ZNluRWYAD4DaKLXfpK2v2t+0Wt9J9tns/4zM6v1KzqWb61tQr9Men
IaGvcR9N1/8AhLH/APGJKRGxwmDqefIBOSCAG9vpeU/uoIcSdI/3ozGuY7v5Tx8JSUs2I7a8
cpPaCdNA4zxw5S2gkxwZ0Hko2MI0IJ3fl4SUjiY7luvKIZ7RPeR8kKDPmO/wRWtI7yB9ySln
dhr7dfmhOnQ+fCs7Ae2h1AnX+qhvbpDdHdzOp/8AOUlIgRHt0jtCloSCInsZQzM8mfLunY/g
jXy5gJKSEBscT2g+f0kSpwBn7xqP4ILXEfTPPHwUmfSaNeYSU//R5nGsbZYTZ73VO3NpJOw7
f5Tfz1azGVMuY6prqxawWljy4kBxcWfpHud6rXs/wioYrKn3bXWCl5hoLuJ+j7naNa1quV5X
q1OouHqV1hwxrWtghwO5kfn7Lvovrf8Azf8AOJKWDtJEyIHn8dUUOdAHBH5UMCW6Ax3PkpNI
DT4z5pKSVvDnR5mfinIIsBPflo8fNCB90/PyU3HWX6gjkeKSmEncdJ5kEIrHjaHbpJ+l3Ejn
+UgSQY48UjIOvI/gkpm98M4AM/h28VBzzEnt9/Cg4xIcYM/SHeUGxziTyT8QfikpZz+DP3/x
TtLy0EGBIQnaT9yLW0vAjjjckpKd0nTQ6a6olM7hI8p8Fe6N0e7qNsA+nU36dp4/kt9xY3/p
exLqPT7MDKbWT6jHyWWNEAgaO9v5rklP/9LDxsPH2uve9tt5a4sqiWgj9789z1YqyW5R9F8e
jYSewcx/8kx+k/kf4RZtlh3naNrmGWkHnycFKqwbvVr03H3t7gjwSUltHovdVEkEe5uk/wAr
3Jg73e7gz8YVrJx/WqbkMgWEQ4N/PbP09P3fobVUNdzKWXPY8UvMV2FhDHOb+ax8bHvakpkC
0DwjkJ3vnT8T/BQYQNOQO/8AFNa4CTOsfgkpdzgXCRxz5hMbQNOPE8oZfrI+XzQy4k8SOySm
RfuEDSefLyCY6caeMqIDnaR/VWjhvZj0uym4b8j7PtdZe55hpedtW1rWOrb7v3vUSU0rKL6R
Ntbqw88PaQDP7rkXDNLN1tjS8AgCudgM/nF8H6P8n89aduazJbaa7HGw1F5xrAJLdsj0y0uq
yWbf+urGx3PFzC0e09j3lJT1uD1XCc1mJXQ/EeAGsr3CxlhOrdl3s23P/wCEb+k/0n5iqdYe
bm1PP0jY4geW391F+h0+gxWXXNrppkAuGp3v2/2vpql1DID8gtb7a22OLZG2QAGOcHfnfRSU
/wD/0+Xsq269z490wbYSXMiTEjsUewTA+kZ0EfllPTVNrQ6Y7x4JKbOFnFg2vMhwgu7+Uytz
pH1lxP2bl9L6oTb057QKG7HOcwvJ3Nmttm1lLtttH59di5Zz/Se9hIhrzB8uWroMPHz8Ho+T
+hsZm3VnI9M1hzXY23Z73b2+l6bS6/2/pElNbKZ0Z1VX2YGsBhLnssIbZ23uF4dax7dvv9lS
xbnNdcdslp1EyST+9qttuNmZHQTlRWzHYyQ97W77xu9L7NSGF1lPo/z3rLIx4I9lPquMAl3A
7y3akpjWMce+02OLjDW0gOd/L3OsIa3/AINdBj29HqbtbVTXY47Q3JrIdu/4RzWZFW/9/wB6
5/IdtLSWtYYgBs/cdXK9ZmV3NFoc57awSHRtaPEvd9Jz/wA33JKT9THRvRuuri7LI2+nigsx
6yObHl7G+q5v/AfolUZl0UU1uxg82NHucAIl30mP3fnbR+j/APA0W7oPWW11vfSamZLpppe9
rLSD9E+nYWPsWj0zHwjiPrYG10h7dxNji59gHqfrLaG73vY17PSrZ6PpJKc+zp2VlUV2VtFV
zAXhokFuu9tDY3e/89T6b0Z7nC3MYW1HWus6Gw9x7fc1rUfquQ6vLx6MUjdcNstbYwyXbQ3b
kPfZZ/Y9i0TY1tPo31u3MHtDfaY/klJTAta60WVVe8gMa6SfLYz9xMyrEDjXc0ZDn6PG0GsH
w937v8lDORc5np1EMYdA0au2/wBdTqYKJeTBaNTzA/8AJJKf/9TnmuftJc0DnYSZU63vJALY
kct1+aAclhO0S6OBHAVjGy2Vv9zSAeQQPyJKYNpY7LDy87ZDwyAZLdfcP3P9J/IXreDGThUZ
LA3Hbk1Mte2vUy5u4sFrv8H7vZ7V5t0Xp2L1Tq2Jj32O9C57mv8ATgOMNdYGe7d7bHM2P/kL
1RrWMY1lbQxjQGtY0Q1oH0WtaPotakpxs3o3T/SNmNW3HFrvTynNJZuY6We7R357/wDPXI/W
T6tO6VdVkUXuuoynlhNgDXNewbveWeyze3d+l2LvMe/HyRfjA7iwltre4DhLT/alY3VsTPPR
c/CsIy348WYpYIs2NG4Pc2f+NYkp4UdJbaKnWObBP0SZLwY/RP2ub6bf+muqx6MGl9DnY1Zv
xy0h5DvcR/N27N3p/ovzPauQxbbBbS9jxWRYH/d/r9BdE3KdZjMdUSX1Oc3YSD/Oe0bf7aSn
M6p1O63N6heXE5DS+sWTJaAdlYH7v0vzVa6ZkejkfZQ8xkVNsZ77CN1Y2XV/q7Q9376dn6rk
33WfZ6789zQ63JG4VOGu9jPTfutdt+gosqtdkNOaa7XVWsdj5eK5tT2kH3ep6Yf+gs/O/Reo
kpNViV2ZjsuJOM306wWlkWfSsdFxc/27tm9yRN2Q70wdAdZ7SpZbmUOy8qlwGKw7nt90jd+d
7wz6f9VUKm9VysZ2ZVTtodJYwn3Fv72z6T/7f9hJTcv9GgEOIaRAlpBcT4bfzVUtsNxbUwQA
dGDUT+/Y/VUX2ZfonI4YXemHNga/Sc1rfpd0fo7rSbg8l1Zj3k8Pna0e76W5JT//1ebqAlw2
gHUjThGdDthHLtPKUJp22kg+XxUuDEzB3T8SkpJ0+z7NmU31y26u5hZHaXDxLWruq3fW2oOs
f1CohrtWGhrh/wBHauCp9NvUKDaf0YtY6yOdoc0uPuXprLA/G/SDQyDPYDXX+qkpzPqfVm3Z
nUsnMLv0j64eIAc8bw/9H+bs+jsVX6yfWbL6X1U2UUG6nHrOMzINgAda4eq/ewA721P/AEez
89XH51GPjF2Bmbcm8zbjM2kAv9rvUa7dtfWz8/f/ADixOo4QycK+oS3cwuaf5TBva6PkkpwO
mYmRn3Nrxm77WTZYSQ0Ad3OLi1jdz3Lex2VdOs22tFuW4b2On9G3b9L0uNz9f51YnTbH1YW6
ktrNjh73Oa2YHsbtJ/M3b1aoxq2Ulllgutr1bWN5Yw/nN3uHp9/8G5JTX6k4n9KSNt1m8RwH
R+l2tH+DVZuQ8Ohth2eBn+9F6xYBdWxrdrWNLoAgDcYEf2WKgDpJgAx8fFJTp9SfU3DpbXa5
9dx/TNiJI12rRxutUtYzHsbDdmx5aSQAW7WPaz95qxbntfhVEmTvdrzzBVdji2HN0I5/Ikp6
A14+S6vHte9hqra6xzW79xefWtLvc30/0bqms+miZ1WIzGb9kBAbDiHNg/2liMyLDvtaS12o
JGphwhxVrH6hkvfX+meHNILHDQgjukp//9bmnF27iST+VO0+8EHRya3bJOnOnnokKnGp9zdf
Sj1I7NPD/wDOSUq0AAP+lOhnt2XefVvMdk9IoLjLmD0rJ1lzT3n+RsXCSHtA7ePOq3vqnmOx
zk0Pd+gBa4k9nu/R/S/e2tSU62bXXi217GBose/1CP3iN7X/APVKvS6W2NJLpadeO0Juo5Vt
uV6b4bVQ0WVsAknc41+q/wDzf0f/AG4gutbTVda/QBrifHwbCSnA6fO2qoAe0l53QdBqWrTt
iu91YJA3bQ3QCCA4aLKxn+i4PAEAOb4cjxVzPyqmuqsOptqY8RrEez/viSkPVsbIfYy1rZ0L
XAAEwPcHN/qrJl06GWnuukwb35Zda9kNoEtaeS8x+b/ZVLOppF3qbAbD7n8cn/opKaLRuxQZ
1DzHbkBMxryDA0HY6c+K1+tWV24mNYyA15JIEcx7v5KrVdJvdQ+4+1zWgsq7ub/332JKaLHe
i8/unSPJW62NaWOZwYJ/BV7qxo9oidCi49zXtY0CSTHjMfnf1klP/9fm7Me1g3EED+PzU6Xl
lGQwtn1mhoPgJa/d/W9qt5T2NY7cJEwI01Piq9ZrAkjcPApKQNABHgJ+ULR6TkVYQm630xaJ
cTrrywe1rne397YqzvRh/tgxofD4KOXtso3NAEgPMdvzXpKdq7MoyH3W47/XLa2bjrE7nN9M
OdDvoIOU61+LbRA2kSHxqWxLR/1Kq9Ba0U3PIcXbtoJnbAH+a56uXuFeBeH6PrBYwnwIlrmp
KcVmrRpqP7kfK/mMbt7XMPycf/JKoNBpwCCjOsnGAP5r5+ThG1JTsdFP6C4gAkPAM8QRLT/1
Sh1ShopfbMPglrgPAe1Q6Nc0MtYNSSHEEeEe4u/tKHX3vdje0w1jmg95J1SUiwWU5eBXXfYW
Nx7SZjlrm/mu/e3LWse+wvFNdlrnMcGhrTJ02j+V7Vm/V876763CfovkaQfoyFp2dQb0+yu5
xJcSGkDksP8AOc/yUlOKMDKoxHDLrNJA9u8RuE/m6qxj9HvfjNyN4qcJdXU7k6dvzWLSN1Fj
3iGWPZDmPBDhA/ka/vblZrJJJmQZ584SU//QwGue9pL3E7tOe3ihHR7gPu+Cm0RAbPfz1+KA
4n1SONTrHh4wkpJWGvsaH+1ky5w8B4LZcMT7FuxwPTfU5rtNzwZIe46/Q/wiF9Wultz7bnWt
mprYZI0l3h/Ka1q2Lfq+x1TqsYmhzdGOuHqMd39wbDtrvzmJKedx7311vZjuGyS+DIIGn0m+
73Ib3ZeTvaS57K27njwaDG785dVjdINF9uRnObe6xjGV10U+mxoaT7vYT7vci5PSMG81ufWy
GaiZ3QfzXbHN/wCn6iSnh/TfsJghsiJ7/D+ypWMeyna8y4wdveJ+kum6j0yguPp1OdugusaQ
GgebnOa/2rNr6Y2m1++n7TW6C079pBH02vrliSldIqux8R+YGja47CSYO0ROzT3e/wBqXW7a
XYddbGlu54dMQNAZU8tnUrdtLGCqgAAVtOgHh7AoZeBbbXU1u9tTNDvMnc792A1qSkfQS4XX
tDAQ6uSSYAgjnRE6r7qmktO8v7GWgAdj7dzlc6Lg24rXvcBNugJcJa1p7/1lS6rlOvJqbDmg
/GI/lafSSUt0Z7gbCwNL2gn3cEH2uGivl+c4M2ODWuAJcNBHxKBidLdThuttsbVfaNraiNQw
+7dZ+dvc36O36CuY+OKsdjTdU141G5/vM6tkA7W/yP5xJT//2f/tHCRQaG90b3Nob3AgMy4w
ADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4QklNBCUAAAAAABD7LMECCtocjGAfX/IA
dI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jv
b2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29s
AAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUE
HwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1
cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsA
AAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wA
AAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAA
AABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAA
QmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4g
ZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAA
AAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAK
dmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50
RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNA
WQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25n
AAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAA
AAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJ
TQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAA
HjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAA
AABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAA
AAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////
////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////
//////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJ
TQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAzhCSU0ECAAAAAAA
EAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAA
AAAAAAAC0AAAAfgAAAAFAGkAXwAwADQANAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAB+AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAA
AAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxv
bmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH4
AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxv
bmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdp
bgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAA
AAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0
bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+AAAAAN1cmxURVhUAAAA
AQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQA
AAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJ
aG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxp
Z25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51
bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAA
CmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91
dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJ
TQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAS1wAAAAEAAABwAAAAoAAAAVAAANIAAAASuwAYAAH/
2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8M
DA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0Q
Dg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwM/8AAEQgAoABwAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIE
BQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMB
AAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1Rk
RcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5en
t8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLh
coKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF
1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A5ms+6B2nVFDyHCdAddZU
ADpHx+5Fb7iXEx/sSUmM+mCDx3Gii+x44OuhjSEQNnQj2+f8CovDS2QPcOQP9f8AppKYVZhr
JNkFrvpM8Y53T9BReYmHS06NCd1bZmPpdhwf/OUMy0gfmn6J/DakpO3JsbWQ109iCNDA0Tty
dCHaHsORMaIbTMAjn7pH/UpFusj7uI+CSkheQYjRvPPPdCLnVmWSCJhw5SgN1Ovi2PyKWQ5r
g2I3AEGNJhJTWNm5pBBEz4lO0uIHf4cpNAiSNPyDx0Uo5AH+weSSmbHnSQASOO34o1RAtZuH
cahCrENGkx+ae6OxzBAb4g6+SSn/0Me/pudRljEtx3jJeN7amj1C5oG7dV6G9tjGt+l6T1WD
4fAPcADz/dW836wZWPUcei1lfpk2W5FZgAPgNootd+kra/a37Ra30n22ez/jMzq/UrOpZvrW
1Cv0x6choa9xH03X/wCEsf8A8YkpEbHCYOp58gE5IIAb2+l5T+6ghxJ0j/ejMa5ju/lPHwlJ
SzYjtrxyk9oJ00DjPHDlLaCTHBnQeSjYwjQgnd+XhJSOJjuW68ohntE95HyQoM+Y7/BFa0jv
IH3JKWd2Gvt1+aE6dD58KzsB7aHUCdf6qG9ukN0d3M6n/wA5SUiBEe3SO0KWhIIiexlDMzyZ
8u6dj+CNfLmAkpIQGxxPaD5/SRKnAGfvGo/ggtcR9M88fBSZ9Jo15hJT/9HmcaxtlhNnvdU7
c2kk7Dt/lN/PVrMZUy5jqmurFrBaWPLiQHFxZ+ke53qtez/CKhisqfdtdYKXmGgu4n6Pudo1
rWq5XlerU6i4epXWHDGta2CHA7mR+fsu+i+t/wDN/wA4kpYO0kTIgefx1RQ50AcEflQwJboD
Hc+Sk0gNPjPmkpJW8OdHmZ+KcgiwE9+Wjx80IH3T8/JTcdZfqCOR4pKYSdx0nmQQiseNoduk
n6XcSOf5SBJBjjxSMg68j+CSmb3wzgAz+HbxUHPMSe338KDjEhxgz9Id5QbHOJPJPxB+KSln
P4M/f/FO0vLQQYEhCdpP3ItbS8COONySkp3SdNDprqiUzuEjynwV7o3R7uo2wD6dTfp2nj+S
33Fjf+l7Euo9PswMptZPqMfJZY0QCBo72/muSU//0sPGw8fa697223lriyqJaCP3vz3PVirJ
blH0Xx6NhJ7BzH/yTH6T+R/hFm2WHedo2uYZaQefJwUqrBu9WvTcfe3uCPBJSW0ei91USQR7
m6T/ACvcmDvd7uDPxhWsnH9apuQyBYRDg389s/T0/d+htVQ13MpZc9jxS8xXYWEMc5v5rHxs
e9qSmQLQPCOQne+dPxP8FBhA05A7/wAU1rgJM6x+CSl3OBcJHHPmExtA048Tyhl+sj5fNDLi
TxI7JKZF+4QNJ58vIJjpxp4yogOdpH9VaOG9mPS7KbhvyPs+11l7nmGl521bWtY6tvu/e9RJ
TSsovpE21urDzw9pAM/uuRcM0s3W2NLwCAK52Az+cXwfo/yfz1p25rMltprscbDUXnGsAkt2
yPTLS6rJZt/66sbHc8XMLR7T2PeUlPW4PVcJzWYldD8R4AayvcLGWE6t2Xezbc//AIRv6T/S
fmKp1h5ubU8/SNjiB5bf3UX6HT6DFZdc2ummQC4ane/b/a+mqXUMgPyC1vtrbY4tkbZAAY5w
d+d9FJT/AP/T5eyrbr3Pj3TBthJcyJMSOxR7BMD6RnQR+WU9NU2tDpjvHgkps4WcWDa8yHCC
7v5TK3OkfWXE/ZuX0vqhNvTntAobsc5zC8nc2a22bWUu220fn12LlnP9J72EiGvMHy5augw8
fPwej5P6GxmbdWcj0zWHNdjbdnvdvb6XptLr/b+kSU1spnRnVVfZgawGEueywhtnbe4Xh1rH
t2+/2VLFuc11x2yWnUTJJP72q2242ZkdBOVFbMdjJD3tbvvG70vs1IYXWU+j/PessjHgj2U+
q4wCXcDvLdqSmNYxx77TY4uMNbSA538vc6whrf8Ag10GPb0epu1tVNdjjtDcmsh27/hHNZkV
b/3/AHrn8h20tJa1hiAGz9x1cr1mZXc0WhzntrBIdG1o8S930nP/ADfckpP1MdG9G66uLssj
b6eKCzHrI5seXsb6rm/8B+iVRmXRRTW7GDzY0e5wAiXfSY/d+dtH6P8A8DRbug9ZbXW99JqZ
kumml72stIP0T6dhY+xaPTMfCOI+tgbXSHt3E2OLn2Aep+stobve9jXs9Ktno+kkpz7OnZWV
RXZW0VXMBeGiQW6720Njd7/z1PpvRnucLcxhbUda6zobD3Ht9zWtR+q5Dq8vHoxSN1w2y1tj
DJdtDduQ99ln9j2LRNjW0+jfW7cwe0N9pj+SUlMC1rrRZVV7yAxrpJ8tjP3EzKsQONdzRkOf
o8bQawfD3fu/yUM5FzmenUQxh0DRq7b/AF1Opgol5MFo1PMD/wAkkp//1Oea5+0lzQOdhJlT
re8kAtiRy3X5oByWE7RLo4EcBWMbLZW/3NIB5BA/Ikpg2ljssPLztkPDIBkt19w/c/0n8het
4MZOFRksDcduTUy17a9TLm7iwWu/wfu9ntXm3RenYvVOrYmPfY70Lnua/wBOA4w11gZ7t3ts
czY/+QvVGtYxjWVtDGNAa1jRDWgfRa1o+i1qSnGzejdP9I2Y1bccWu9PKc0lm5jpZ7tHfnv/
AM9cj9ZPq07pV1WRRe66jKeWE2ANc17Bu95Z7LN7d36XYu8x78fJF+MDuLCW2t7gOEtP9qVj
dWxM89Fz8KwjLfjxZilgizY0bg9zZ/41iSnhR0ltoqdY5sE/RJkvBj9E/a5vpt/6a6rHowaX
0OdjVm/HLSHkO9xH83bs3en+i/M9q5DFtsFtL2PFZFgf93+v0F0Tcp1mMx1RJfU5zdhIP857
Rt/tpKczqnU7rc3qF5cTkNL6xZMloB2Vgfu/S/NVrpmR6OR9lDzGRU2xnvsI3VjZdX+rtD3f
vp2fquTfdZ9nrvz3NDrckbhU4a72M9N+61236Ciyq12Q05prtdVax2Pl4rm1PaQfd6nph/6C
z879F6iSk1WJXZmOy4k4zfTrBaWRZ9Kx0XFz/bu2b3JE3ZDvTB0B1ntKlluZQ7LyqXAYrDue
33SN353vDPp/1VQqb1XKxnZlVO2h0ljCfcW/vbPpP/t/2ElNy/0aAQ4hpECWkFxPht/NVS2w
3FtTBAB0YNRP79j9VRfZl+icjhhd6Yc2Br9JzWt+l3R+jutJuDyXVmPeTw+drR7vpbklP//V
5uoCXDaAdSNOEZ0O2Ecu08pQmnbaSD5fFS4MTMHdPxKSknT7Ps2ZTfXLbq7mFkdpcPEtau6r
d9bag6x/UKiGu1YaGuH/AEdq4Kn029QoNp/Ri1jrI52hzS4+5emssD8b9INDIM9gNdf6qSnM
+p9WbdmdSycwu/SPrh4gBzxvD/0f5uz6OxVfrJ9ZsvpfVTZRQbqces4zMg2AB1rh6r97ADvb
U/8AR7Pz1cfnUY+MXYGZtybzNuMzaQC/2u9Rrt219bPz9/8AOLE6jhDJwr6hLdzC5p/lMG9r
o+SSnA6ZiZGfc2vGbvtZNlhJDQB3c4uLWN3Pct7HZV06zba0W5bhvY6f0bdv0vS43P1/nVid
NsfVhbqS2s2OHvc5rZgexu0n8zdvVqjGrZSWWWC62vVtY3ljD+c3e4en3/wbklNfqTif0pI2
3WbxHAdH6Xa0f4NVm5Dw6G2HZ4Gf70XrFgF1bGt2tY0ugCANxgR/ZYqAOkmADHx8UlOn1J9T
cOltdrn13H9M2IkjXatHG61S1jMexsN2bHlpJABbtY9rP3mrFue1+FUSZO92vPMFV2OLYc3Q
jn8iSnoDXj5Lq8e172GqtrrHNbv3F59a0u9zfT/Ruqaz6aJnVYjMZv2QEBsOIc2D/aWIzIsO
+1pLXagkamHCHFWsfqGS99f6Z4c0gscNCCO6Sn//1uacXbuJJP5U7T7wQdHJrdsk6c6eeiQq
can3N19KPUjs08P/AM5JSrQAA/6U6Ge3Zd59W8x2T0iguMuYPSsnWXNPef5GxcJIe0Dt486r
e+qeY7HOTQ936AFriT2e79H9L97a1JTrZtdeLbXsYGix7/UI/eI3tf8A9Uq9LpbY0kulp147
Qm6jlW25XpvhtVDRZWwCSdzjX6r/APN/R/8AbiC61tNV1r9AGuJ8fBsJKcDp87aqgB7SXndB
0GpatO2K73VgkDdtDdAIIDhosrGf6Lg8AQA5vhyPFXM/Kqa6qw6m2pjxGsR7P++JKQ9Wxsh9
jLWtnQtcAATA9wc3+qsmXToZae66TBvfll1r2Q2gS1p5LzH5v9lUs6mkXepsBsPufxyf+ikp
otG7FBnUPMduQEzGvIMDQdjpz4rX61ZXbiY1jIDXkkgRzHu/kqtV0m91D7j7XNaCyru5v/ff
Ykposd6Lz+6dI8lbrY1pY5nBgn8FXurGj2iJ0KLj3Ne1jQJJMeMx+d/WSU//1+bsx7WDcQQP
4/NTpeWUZDC2fWaGg+Alr939b2q3lPY1jtwkTAjTU+Kr1msCSNw8CkpA0AEeAn5QtHpORVhC
brfTFolxOuvLB7Wud7f3tirO9GH+2DGh8Pgo5e2yjc0ASA8x2/Nekp2rsyjIfdbjv9ctrZuO
sTuc30w50O+gg5TrX4ttEDaRIfGpbEtH/Uqr0FrRTc8hxdu2gmdsAf5rnq5e4V4F4fo+sFjC
fAiWuakpxWatGmo/uR8r+Yxu3tcw/Jx/8kqg0GnAIKM6ycYA/mvn5OEbUlOx0U/oLiACQ8Az
xBEtP/VKHVKGil9sw+CWuA8B7VDo1zQy1g1JIcQR4R7i7+0odfe92N7TDWOaD3knVJSLBZTl
4Fdd9hY3HtJmOWub+a797ctax77C8U12WucxwaGtMnTaP5XtWb9XzvrvrcJ+i+RpB+jIWnZ1
BvT7K7nElxIaQOSw/wA5z/JSU4owMqjEcMus0kD27xG4T+bqrGP0e9+M3I3ipwl1dTuTp2/N
YtI3UWPeIZY9kOY8EOED+Rr+9uVmskkmZBnnzhJT/9DAa572kvcTu057eKEdHuA+74KbREBs
9/PX4oDifVI41OseHjCSklYa+xof7WTLnDwHgtlwxPsW7HA9N9Tmu03PBkh7jr9D/CIX1a6W
3Ptuda2amthkjSXeH8prWrYt+r7HVOqxiaHN0Y64eox3f3BsO2u/OYkp53HvfXW9mO4bJL4M
ggafSb7vchvdl5O9pLnsrbuePBoMbvzl1WN0g0X25Gc5t7rGMZXXRT6bGhpPu9hPu9yLk9Iw
bzW59bIZqJndB/Ndsc3/AKfqJKeH9N+wmCGyInv8P7KlYx7KdrzLjB294n6S6bqPTKC4+nU5
26C6xpAaB5uc5r/as2vpjabX76ftNboLTv2kEfTa+uWJKV0iq7HxH5gaNrjsJJg7RE7NPd7/
AGpdbtpdh11saW7nh0xA0BlTy2dSt20sYKqAABW06AeHsChl4FttdTW721M0O8ydzv3YDWpK
R9BLhde0MBDq5JJgCCOdETqvuqaS07y/sZaAB2Pt3OVzouDbite9wE26AlwlrWnv/WVLquU6
8mpsOaD8Yj+Vp9JJS3RnuBsLA0vaCfdwQfa4aK+X5zgzY4Na4Alw0EfEoGJ0t1OG622xtV9o
2tqI1DD7t1n529zfo7foK5j44qx2NN1TXjUbn+8zq2QDtb/I/nElP//ZADhCSU0EIQAAAAAA
XQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBl
ACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf/
/wEBAAEBAP/hEHdodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdp
bj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1s
bnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTEx
IDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1s
bnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4g
PHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5h
ZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMv
ZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bo
b3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6
YWY0YzM3OGItZWRjNC0xMWU4LWE1N2MtYjgxOWEyNmQ0MTYzIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlE
PSJ4bXAuaWlkOjY1MDA3MDAzLWNmZjQtYjg0NC1hZGE2LTc0ZDUwOTc5Y2Y2MyIgeG1wTU06
T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkE2OENFNzE4Qjk1MTExRTU4OEI3Q0VFMUNC
Qzc5RDFBIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5k
b3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6Mjc6NTIrMDM6MDAiIHhtcDpN
b2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM2OjA0KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRl
PSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM2OjA0KzAzOjAwIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBo
b3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFu
Y2VJRD0ieG1wLmlpZDoyNzU5ZTAyZC0zYzk4LTZhNDUtYjk0My0zODMzMTliM2YwZGQiIHN0
UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6QTY4Q0U3MThCOTUxMTFFNTg4QjdDRUUxQ0JDNzlE
MUEiIHN0UmVmOm9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpBNjhDRTcxOEI5NTExMUU1
ODhCN0NFRTFDQkM3OUQxQSIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDozYjBjYWZm
Zi1kNjc5LTE0NGEtYjNlNS0yNTFiMTIzMGI4NTgiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFU
MTk6MjY6MDcrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBD
QyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFj
dGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6Mjc1OWUwMmQtM2M5OC02
YTQ1LWI5NDMtMzgzMzE5YjNmMGRkIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM2OjA0
KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAo
V2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNv
bnZlcnRlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0iZnJvbSBpbWFnZS9wbmcgdG8gaW1hZ2UvanBl
ZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iZGVyaXZlZCIgc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz0i
Y29udmVydGVkIGZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2
dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjY1MDA3MDAzLWNm
ZjQtYjg0NC1hZGE2LTc0ZDUwOTc5Y2Y2MyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjoz
NjowNCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIw
MTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpI
aXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNr
ZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIO
Dg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+AMBIgACEQEDEQH/xAClAAACAwEBAAAAAAAA
AAAAAAABAgADBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAwADAAICAgICAwEAAAABAgARAyES
BDEiEwVBMhAUQiOgFQYzEQABAwMDAgIEDgIBBAIBBQABABEhMUECUWEScSKBkfChMgOxwUJS
YnKCkqKywtLi8hDREyDh8SOzBMMzQ1OT8xIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMR
AAAA4jKSWIwwkHCMGxIWRqyPUR4FHlRLFUGtsl5TL8oTU5LaSab8JNNdZGeuFirASEigiJdU
FgC/OCQSArsQeI5CsHMILamAwgpLF0MOehgzVWhkUhBGsrcdWJWrqEOhK3AkFgXoBrqVxQyg
KsM1TgQkltUL1qYdHUMWBVgKChK7UI9ULEZBoxEaAjq5CrEIcV0hqlcMJJCJB2WCGELo48BE
jwQWKVxwIt1YBHK7UgwZQgsKwYrLgUlQMsLFgGgJGN5kFlQqupISJGIJCQlQPXYQM4jyBjQk
eGIEiyMQiEcOLajBCsNCpHRisPSPICAgNbkqZGCVI4EHkAUsUUkAaQEdCxqnDTbSAQAdWDFI
RIBhAkEcMhY9NgwWDSQylkCYAGMB1JLUcYIwQ1Q0DESQDpAgwWWUjV31gMgwADZTYSEEkJIC
LGrGhUKlSK6DEggaCh1CVcBUhZIMCAstgI0KAYRYwRIIykZ63A4UL1keGCrGACB4IEGCSQSW
VjKwBZU40IEcAaAgEJFIArwBRwMIAiDQAZYSOsJIozIwWQl8SHa4va0nlm3egPHT1nDOWXpL
XrcZRCEgMBGWwCEQYSEMhEdQqABoBypIZCQgKNBQ8EDEWu0CLaotiMQMoxUhKMEowBISMCW1
EaNDqW8rcdvm8+s6m/hkr5RILFYBSDxHFcQZ1JEtrJIwhLCpCKGUkMBDCQwZ0g6WIQPBEdhV
tqFEUIZSEkUwDtWSFVHcERoAwQeGHQxpQXX1KXYrqBDYBiABgwGFgFsAYrgKkDAisSVCysAe
CKxIRBxCFWgGDCOIKHUEgBGrAQoQVJYgGIJISGVMOsICQPGhREqNFJ1Ez9vOc1gBjIMCAukL
GrYDJBoCMFsArqIVBYroQADkAchSyKRTICFAlIMpQatqx0KkisM1RGKQtBAGEIUYJjjSQ5rM
h0K6NQd/K1lNNlQxAGKWAUkYQkhhCqjvW4wMKyULK2QimDKQWsjEiQkECpQjABUwFbIMrKRZ
AmOLGA6sCQqSOpHkLZIc5LUG05bS7rcfSJT085kYEhhAVgz1sGSASxQvUxdFBBFGUoGCDqIR
gAlGCFgVKhasFiBQqQCEBUqWMpGAg8hCQxBYAAqWyQwRQW2NeZa+tyC7pcnQPXbUEqQgMQhi
CKMphIGDIxWywtqKgkA0DCmQgIFLIOsgsKgiwBUkhBACO1bhhcDK5NM7Zy83pMpwa7qS2LDH
VpoBdXaW073MQ62YxwgZ6nHrJEYQMgIUISVHZHJWwFYEQlB4hDIRTIRRCI6BiwhDCyAEjCrY
pLqmLSLBNSdcs2ZiaMzUGbk9njjwQy127jF0bEEpp0jvgtLKOhmKGqIyRgQQYpYIwJAYExQx
QR1g9TKEgBkhBCLK3IsUJJFBUaKCFgQBiGXFnSx5j0t3mt5sjoSh6SzjdfkhkgmvBDY/P0FK
XZy+yhjoLWxiD1BjQBkARAgwJWBkIshBFYAgGgIoIBAAxSQwBhIkZhX0dQ4a9qk5K68wuiiw
tghdXdcZOtghtjUl/K6PPJGhnYVCi2k00ywo1Uw0acdhbh6mIoVoOEISCKwYaAkhUWMgCrAg
IRIKVA4UgMQdYwos1lejQC9qLjNVZWPg14yqFR9eHWa+lzbzSVyF4Ck51+ctkhnzX1EdYV2B
TSgYa+iw03Khmo35RBp6hw00ZxwINIQgQgAFZYRgoRCKrkrYsVR4CNCNHEe7qHnrltNl/HB0
eV1+WIHIt9Wk09Hm9YTmbMB0sGzEIjINFhnqsJWSCQsV20sWaMjmzTi0Gil1On6DwvcOx4z2
3OPHt3dR5pbwU16KyquMAyAhIxGkqv6Nhhbp1nOwd/EckdFzlOdAbTnN2JmBg30mW7M4xUht
PXKl2VmDayAouqFssvOZOvDzccApsAjGCixii0oW2Vk2HJDQlDHtKvOVHTfm3D1VQqoszFbA
hKsNtyVHQ1cC077crQaqRoKtdOU6/CXGN0uPpNtOascJpNmfaTl1d7lGe3VsC5AEikjKLoZR
5jJriQ46glddyiRwB1hZVchHqtEJgt9PWLMXWzHJ017znTqYDmsCJG3GNdTGUaM423DpL1vr
MdtVhUoBoSusAOgfbqyGbdXrM7aOcba8rm62u0yNZlDfVoFaZx8ysMyXlkMOGHgqFQQkDQGi
nRWZXqtIphPS8Pqk43f86Hoc3WHF34cBq4aZnBeqkivUDTQ5rKIX1VwmW/Yc47cpp38280bs
uopr6AOZzu75ws1YekX6sjmoUZzTmVhBcgXWwFkBIIcmQiSOQGCWQliFTLIQasvpToc7q3HN
5/q6Dwfp68h1+TquPKp08pRdVcOkqGzXUiNLhb+jSUV6u0U9K3zxoz5NgmNibZX0TnzVlKuT
1uUN38XQFzalKEtrEMIGjDyuDPMpJTDMaQaQISzIxbZnsGjEwpsUT1vBc9oFhSdRKi8OZj7P
KMHP9iTwU7/DFD2Fdeiw5/Yp0nT04LRteKCcbXzy5qIZt2DqFfV4XTNdAYy49tpZHzBCoFZc
C0oSp2K7KqiU2QWLDHYLSqQEkIJbYVG2oRbKS/RmtPa6KLyQqVMhLMe3GaFy6weJ9z5k54ao
3rkYv2c3qBNigNNpi4/b88a41hT08rGTXVmO7m30nP6mHYNRdQUgkttrBclFJqxgDKayyp9A
Y0OS4QYqQtXYTTluL89tItF9Yvqs/oC0yEUgodXHUw4738Y9Jgq2HkaLshY9UD2OH1DVozaj
HdmBdwevlOl0OXUa6uTWdzlr3Dl9RtBxLhUbErUC5QaTmBrozkulSEUoa+lxeuCNDjCpS5Uc
JIDZWDU2UGqzPed/uea9IPFYUMpnrXjno7MWsbndBTHE2Hi8Hq/MkeuF2nJeX7eboLsusGa6
2squyZT0PMlhkfQpp2cpx3ydEwcvfxyzoW9U5WP0WA5BtuM9XX5RWWrH6FG8MrhxDahGckZH
Kw4FquUreXGv13h+melfyBPYjyl50vN24z1W3k9csahjnNlY6Xi/ReWCrkGrHpLDXuF6LIZM
GzmlmTVlHuohqONjUc1pdqz5ipE1HWurcszWqYrsnUORTcgl2jYZK9uISLDHChY1dwltbjVW
0DpbWS/NYTq8f0phu6znIr7mE4uLqVnd62PWNg3cQ8yNvMLaayXtVeS3raTm324DXTntKa7I
Y6tmAvlUCyEu28/QdXla8Bl0ZbjZfkrNe/j2l91ec33cjWdWcpzVhvpMUaGeuxA357Aq9RdW
wGgBU0AfT+Y9Sb3VyY9lBzl25TuWcfaDiXUB526o4awjdbB0To5s+U3Ly7yWFyjYUOfSykEI
GWDXZ7TXn00GKwAeCD35bjdhsQt2cvWX6eVea66azfM0MKW1i2IwyWAgDEgsKFdS71HkvSm/
Rk1BrilGjP0jHy+xxiMoBDDh5+vyDTsx3i0XuZ9Wmwro0Zy1JUc6ADBLBWIGZGNlTgxh0GKO
QCF0pJfXYoGrJbbQxfDDIlqCkMF6iCytiOAJVdWW9niaT02rBrGpvqOdU9BaGYhVS0BzHwfQ
+eNunJcLbToKhdBoyhzbMxzlsQSyAMWEhhqlZKIQQlgLYgGrhqC2mdpAulhfFhnWQEALIrlT
wDwkql1Q0qJ6Po8PsGhZDOLEMFlLEW2ke/PcU+f9Bwi62mFm7FuKBYBSpGqtrOUbaQR1FKEY
hi62nSZUsQDrBiFCHrDozkuZXBGQshhQr1ghAxQhAJYJBgVKTCa/SeT9MbShBTdWc+rViLlK
huovE4Pd4gSAdC2twU6sYbc1porthjzbgcxelzyuOpC2sovvQxgqBiparKFGQWSFmnLeOCAw
wrresEIARAS2sJBLEdAV2gXtcbQeofNeSV88lNVxdWQG2qwr43X5QCIbjSxtwb8QpCmw5oPb
n3CY9KGBdecbr8jqD87pc4xKSKpsEa+sC2qUNFJqz2jmAaGFdRAVKEYQ0JOichkhaISEMIyW
nfuykswdHKUtReEBhmQmXn20jQORkh1sGrAKKwOY5u11uZZbWZ6WAm3DadXFswmGS4G24j8n
rUHOjASu+kECmhkU0QworsUikBkhZ0ub1Tjq0CGIICV68e07Bx6DRh05hHVSOoNKtlOfXagS
CAwmyi+ozCAexLjoWJaU1aKDHXtpM1RrOzQHOfuydMvpsUai2k5dtFpYlyGctB6rUNErhWLi
Z5cgiOSac7CyQggHRgWaKybruXadGYqTSq2laM5VGYw07MYXRwGE0xLDERB3rY64sUUOBKNG
YwVXZzd0uJ1Q31IX11gszXVHNs1MRNFRlYbSWbgciboZAwFz6KSqMSQWlS6AUraSo2wDMDKt
lAzU2HWsz6Sq6pgi2GDFtxjRHJZU4+rDsMUIGgsOuQAFlJg088orjD9bk9kz2sCxHUv3c7eZ
wtZmy9IGTfKi9Q4saHNV6wiZQtW4zKR5UwWSD0shqRqivNrzAsquO0aLBKdFBsVWOZn0UAZY
B0I2rLaVxqix6rDo20WjGslPN6GU55LFvX4vUNqECsyi380HQRqDfkruIVsDJBpIcxRWPl0V
lZEHNbDhYRqiOqsWtLinL2MBivr1G5wg6oR0roKEKjMjAikaytyU20jtVYa92PplFdtYMXT5
hgaMN0eZ0zcprGz3UGEGs6CZGNmvB0imwMPFI0SHBZQWkgVbEKnhAYowWDak2Gmq/OHHqqMk
vzl7UIWKFEZSLHQBhEDgFocWq2ka2q436cymt6LRuT0eaZCYTo83SdpKai2tdJzc99ILKnOh
oyOXjM49RqHhhz3rtHQENdlASpDIgY0LWqhv1cvWNh1Zyi6INet5hXfWYdSaDJXpcyWOCmMw
zJWSm5Q7s/aDi1ZSm/JpE5/U5pUQxNFO06KXUldGtTlV31Cmtjb0ObqK9OS4gvIsaHBtjCkQ
NVtAYpGgBLaegasvYY5FnWrOWNnGO7zsymrqDec+zUhn5vVpMtmwnMTpUnKq6VRzppQtt1QZ
UyFueiD3ToGHFtyFU0qJ1ud1TQsguc5gYrawW12j7rcZRYug11hB4sOS4grBiUaKRIQWIyk7
XP7pqjkwNqgJHKpcBaHQN1NpEYBUAow9Os5luuoTBvY553wwzoocxt0M50kz17UMtOxxLryV
G7MZKWpK5aSvuU6C/IaCPVpLmyAulMP/2gAIAQIAAQUA/wDGg//aAAgBAwABBQD/AMaD/9oA
CAEBAAEFALJIPP8AUkqy9qDBLBABIIBJCVCah5PamUkzkHsCoqloQlZyWzcUZojroGWiy2Sn
UsTM24EyJphRYkQAUtEsCYARLUkDhu1XZaiLsdQIpojYdLBg5AZgXIBz7GCfVYvJJsCiOvWA
gQC/8KAQFBilg2NfkB5BNE5lS1BWSyQYpAA60GFBhfXsv8sOVLGGCMWhYEB1hYApowbPQVsK
U/1Bax8fYlCAeTLIi6cBz27MInaiSIepiqCASJ2BP1DMAZSyqA+f5NVSx6JYiBQVVmEH2AUA
/QxekJs/UReAHM5sGp9Q2YNsBD1BCkmwIz8KxMbuIKg7VSiKRCBfZZQJ68EC36EksYVPYWCr
AE6KsGzMnWwUWVU+YBFPJIsgEAsGLExGuAzTqQvw35BCTP4UmaM1upINGE1Cwu2slRPqQaur
lAxeolIIlhgTZh6wkFqIBoBSKyA7fwCTLPZVv/H8WYIrQkgniH7Rl46iiPrXNCUJfVmCsvci
K9kMoHZiBcNAEgjssDkO4+tChGBu7iNySC7tRYkn7E8dh80OzLQMPCkswq5ws5gLxWqHrZYk
U8qyLn2i0sr7ELLARTZyIL1YCGwLBPIW5Q6liQQQAnNWVIo0IzXATXwCBCSJQB+xFr2KFowW
kDKyAkW1MCYQRBTQUILo8QV1ALQdlJILL2EDMxR2rswJYxKM6sSwogkhjD1nFW1ALZoQKYCs
7C7IgNkkk9anUiAziIpvqAc27aBqLKTCpI57A8cGLdCoFBHNKIDy12qmBRHUAheSOSFoqt0R
APqBTdqKkCNyRAF6iwEqUpJAjTmMKg7WQBOBF+QSCoFgAzVQIeDdizXN0YaUhCJ9oAGAVSGY
gCxA0LcDgsoAohVBANVkKNCiAZXBJ6qWhNmrisWgu0+CQo5g7CMVEABYgJHQTsL5g4LLZrlg
lFes5nWA1FZhLuAkkgWWAjKDFUJO1T+wVXYFVldVW7IJGZIOgJDEV2EtZ8rQoNX+CFB7EBjU
Km+LBuWSPycAgghQtmiwIF9gBKLE/Z6WdADVxexKlaDAxeCrEBeSw7SrCsZ/Y2yxwwIqFRAf
oeDyJ07Cqn2BJgIu6ityOsPBumJLHqGjAKzAhvgBQosCZsaFWzfTt9YBRS7AuBRZDAEtELWS
SfsypcF9q4YRTyCBO4B7RRcAJInY3QIAEJqBoCY9dvhaBCgzsAx0JhAguwCW6gNdwAMjrUFN
GQEIftolQ2IvZzVQH6leF+SPq3UD+KoAC2QrCCCZzSqbqozt07NbMOq0YbVbBVsyIoJAUW13
/BDBhVijCGEPW2W4KsgifwKujZsEKKqULJAVTcDil5AFRyQQRQAAJJC1Zozp2JFwgwQjsBQi
iy4ZWQAhlIaiBZlqQxqLF+TVFVECmfy3AsBnoqp5Pz0nJgNwrOsK1AAIwAJIolSGqzYAulWz
RA7tF6k8MrVX89gIvWEWAoIqhYBpCKIHbljwoEHauxs/Us7XyQbIYWA1wighWAAEdRKWKSI4
JB4hIIY1PkKSQwAiJZHA7EBeCdSr9w0CqsDWGBodhLWAWWNgg2BKhEsgA3FXqbssooclqLr8
0qjgkrALYcKFQFViK3a6IswFjCDdG2al5M7cBxBRPUpAz2SSQFikKX0jcMvM6glWaACirEKS
DXZHFm4RwTyOFENhgZVqDwaUnqYKuzKEoWx6lW7HmukAazc4j2DzYFni7qGwT9Yy0pW4F6iz
2NkDuAftLN/cA/8AzhE9XmfzajmJnpo5BBagb7EmgoUwfWFhLJhHAjGAgwBTFYAWwFhVP9VN
EET+rlhAaguqFEAsABCKCgdvhm+DxmAWX+k72QBZJJBFVweQwWzQAJndSQwEJHcHkG5Sgi2n
BB4BrqGqN8llKh+A9kBRAbKevVTSe2ev9Tthp4/Bl58fV+sw9M3/AFW+ZIFAEtfWMTFAYqBC
QZ1qWCRYZSIihh1F2QKLRQIPluwN80b7ETiyAAJYILLQugOblCwRDd8CfyPgBa5EKAQElXWE
03EBuGiALlkwUCoqH4owIWlES1BBFsVEB+wHImROb6aZ4pt+1fZ8NvUdG1zA/ZjwLFVyUqyo
EAIlPa9aPy9iXQWu31KmoQAQBRBoQ0IvAIJhVxAeoKsYBOIfgcLZgsygA9WVJIW4wAagB0DA
r0JvsdO0JEHW2YUrLP7KrUe7Wp7HkL+RGhK2DYHWviD6xQSvDQAGabkHwZa6Z+z9i/qagox9
agej2HJQz6t9YtdFYNLhAn8gAg8QCyBEbrGYGKQGsmDmGoFuC1N9g9UflbscEfadbnVQelGg
YAJQBNWOQOoJowKA2uqmWTLEcizPrYFwBZ8lSYxN8EEqConJUBKKiAXGqfEXM0n68Ln7PXrp
EssSvUuuY21ffRewnWiSQQ1wsL47AdoL6/aAEsH46O0+IFuMO0IsEISQVhJMs0Dy1iFuCVsr
YVTK6gGj/aEAFOI3QzpcHIBMsQAmANQEN0epJZmVTa/WlBBbtOQFNmrPU9TDRBP1JCiwRwwF
QbP03dXbIBjr6kSY5P6Jon4dCaBYEgcAkQFr7NQIWIbnWoyiyKIq2al+QvyA1KtHnuyjsYqU
WUk2s6i6CsDRLWoHYdgAeZ/JIBLIYvUA0C9sSQBYMIIHBlrVQLw4KjstdlI+s4UqfsVqdiDd
QLcbtAp6gElRySIdFKN6n65o76DVcgz9yRYJEDXC6xzwOJVm+0DEk9gLuApHqvkm6BYm7B7C
duQ/FmaMti+vwCOFPSA3FIsC4QKANXYjgljQhI7dSAQ1ljbPCPqbIuo3KqKFiWCV0AgbuSWs
E2yuCAROykWTFV4tEnqsbs0TJjMVyDZePwaomGJgHWXBdZhqYrOaAM5lTkgpZUxmJKmhxV3C
QISBCwJUGCwGMvg8y+CxEoMpUg3QU8XwhSywprgY2SJ2YqTcHMPW2IEskHtbFSCZ24sCJRgs
E0J2BgMNyiArXLAgqEsWzYgjNaKMsw9L5N5/On5fTic9hRNGwzEg2CBCes7LFNtZslgQpE7X
/g3BxGNLVxlClRAxhKktySagFj7RBxawFST/AGLATPuYeI10CxP1tQYwpiVALXCAwNiD+t1B
RhClmU0oqUYbv5C3QH37EkdhATa/D8kEWmrCAow6nuPJ6yuuzbuFHa6JKgggLZo8nrwARAtQ
UYLIagO/BsRfggmciMRR+QPq0JNWD/gWIr1D1cVRBaFQSjOpYmi1EdTKEBYkkxuZ/afYAkEA
iMQStmKLhUGKCQewHWywCqLuAEG+QCrK1QgmGxM2CxWUAm55fRs2Ovn1Rz88kqRfFClhAtTU
ogiiDSzgAjgA9jzEKiJ1J4sGCp3ELAkkUs4howCh2IVWqFrPZgC9ziiIi8P1MJKwPDUuMWpT
cMCgQAiByGJFi1gJYhiCaYgAkKTKYSkKghiIDUYXKNqaCspmPqfED2I49HkASmliwtwiG2gW
ULUXCtkG4bIAokgxS1KaNywD9qKkiuAYSRByL5/i6H8CqsmdeSLJu+31PC2TOASQYARO1wVU
BgNwjqV4gssDFgDRfsQDbmyFitUWD4JSkz4OGnUZuVTTrO5aYelGT0ZjHYhbJUgm5Rg60KpO
xDBjAaUksBcUCfEsmcGGgVE0UAfEBUMxNqD1qfMI7K4tB/UEAAgHsOtCBQCVqDgNXYXdXKBg
4nSIplVCykWDAk5MDcrMvNq8bxbdWzKwg1fKz7WaJXTIZOxIdVx8rAUGcDz69NPZvnv6ftA3
BBA+Y1QWID1nYWStWJyoF/4VTXWOpJ7UWcQkCEAk3Bd/MHEMHEbksLH8hSpP9mHDEkGzCeKM
5EPUQ8kswANG7nWog7QKaIgSph5zqyQrok9Pnx3m+b5niKxvSKKCtRHoa/T6H9ECOsVGh4gS
hbWc2YKsINAsI1tF6qDzFBhYgXG72bA+xBIMIuPQAaMtk0DfaAgRTy32NWqlklwt3jjrAOD8
jgHS4WBJ5FRjOlQnkixZimyFJhRAVNhR1OWWmjePBchnqmU03ZgwF+7JtFVQT1AjBLYHsMxE
8zMMsEVR50JB0zG/nRw1g/z1qB6UCipN9qPJguzGALCBiJZBAWdrhYhmFngkEw8gWDQgJ6gm
MTKjfBjEn/FgAk21mChBYg+dDYUWeKqdB/gcmi0ANZZMz44fiTNzRJpWFs1Nq4ZOqgACA/Qv
Zw8ujMAuWWWmbDZXVs/adQFUnfK4PnqlFz0YGwnFirJg+enYFRLBAMACzmUYbBYkyueTGshu
Yt2U5+DwSWoBmMeqALTsACwYKeopWh7UaAUkDRVWDrfYgd+K5BIiKomGD6un64MPL+uGTPg4
LMSTdBgEfQ9lzHVwC4Jgy0c4YHNFCg7Zr1D8pqHXVKOOulr9ht5irV1B0UTuRO9hgpCgCUHn
BN3FBrrRINgkywAeY3MB5/j5lxSFhIMBhaEhoADBZYMRFUGdQo60WIAHYkqSxUGAAklYRZZT
O3AUk5qWO23XNC3b/ZdZh+61Qrt4/SS/WNrYMXt1/wCS2QjdWXUT8mYctebBomrKSwY5nPqj
AjtU1QLr/eFbgApSBO1Be1GHsJwYHcJXWBgI32H9SpUQkTsSAKBhLgC43yKlwOYT1jEmUpCk
EENZa51HUCp/WL5naNhuq9ueb5ENkedyp2BDgchAwZPtm+iNl6l9IfPVSU0oMOhtmKBg3UFH
6ku4K7XNRyRUTQUAobNhH+d26MpJgFwMbBsAFywIYcglrPMNS+AKg5LG4ArQ8Qw0QBR7ExoR
a8V2qfMC8KDAQCT9hRH1oVPtPL5HcjErHUTTLHRdvC2Q+oif2LOJTMqJ9sA5b/WchMWpM9U0
/NrsGfXNuwOdGArC3JHDmipFgitE7FPhXPRGNWl+jK59ux732o/IPZTyZ/VVWyvYQXAYpNnk
ERaUfxRKkgQEMFquSW+QpoqKUCx8mmNcGgTwLs54OZn5NQACUXrjG2MJIiaMp2K/kYoCCOqA
iKe08nUb+k3l582SO6gYOG23+RoD5y32FGO0Oiz8xIewU0AJH5IzXFNRSRAxaBkOe2L5t1LT
5IFCgrFbHIlMIDAO0DAwAEWa/ki/8Ew/HXjuVBPZTwWIJF2eIbgeAWzoQEUvMBhhH/Y+RVX9
sjMfb5tifL+QaeTVBTCEAB+WJaF5l/bMsW86dvRupD4snTbUtPGKmxFA9UPcQUQ911pkagxs
AVEYTmMtlTUA7BABGKsmmZDkqIPlgezECMwjvxyR1uApAObIjWISpLEgliw6wqTCLHQqvEAn
UCUIbM6Enkz7Xf1DExNc++gALFDMtNkHn/Z3CMtBrYUsSxLGH4CtM77eaxrkj9WyVRsWBQ/j
8e+oJ7KylgAACrgGM4rt9QbBQRWKlHlksODk7oe1IezR0ats3Defxej1H0//ADjjPfz+jAhO
eJVRDc+BVn+sdiWJ7EtUBKwkEAcH4DEAHn5NNfTgjgkQRSttVIQU8vlOz+vxIvlfHVZ5GUtv
n0OHofJs/RnvnoirFFf4As4MUfHj1fnoercwK7vq/wBWyV318wtNR2LAuSQelEMKDWFJEdeQ
4AGlHglHDL3iIoLhWDKHP6T2LmZv5s98/b4n8mwFkHq1h37FSjhWJtixBANgCy1QliACsFUu
fdl8mpbP9dqYv6zQt/6h2On6ncHXJsz1NEFoAQF+pplXz6elyyHKaZZ4vr982tSmpzbZs3Ii
huoNEcHz9mTXSyqO7Z5rkjEFXtTX5GPnUq367W2WAVOSB2sstlgFKkAOKTRGAtSjm+wMLEij
bghv1n7ZCgNj9r5G9CeTy+fIOuOmfu87Y6L4fSwbwlC+S9WIWKbgqACuVigGAUfN5+zhVUKQ
YoJV+2Z01nrzHoZf1+7N6vB/r+WiZ58z21fR4ylYmrtHdGCMAfQARooWZq1LVjreeR0OGOSA
juH86kt1znUvG1VQqloi1FVqjAq7fP4yCVJIBhsEXZRiev2C0qxdGmWo6llhdeuBYen8m4Vz
6mQLpnP93HNdPc+gfVmhHGjWrDsVFDgxQwAst51xyDe7zrph+x8Ljrk7ficBsvSA67MMPNq6
+bx6ZTffDzr+w/Yf7LZvn2ypCfSgbT0pX5bg1BKYOmbLZfx6hlBJAF5IWfHJEWuoVyI7uQOo
h7NAncJmBPqs/MlhwxZexZbLgFuormXyIRCggJBFUDF5bZ7nczPQppr7vaYv7L1LE/a+pjoy
ar2AhZZptQZjLqfAX5B5Qop3dnKTLF2KafiUfsPQgH7XWsv2WWg2/YY5h/3HpaaaNsdOwNns
noe36tOp79XBw81tpr3GWYjAOHxcTPxFmx8hxGb9iSGHwPmLn1h7OyoBNdQAzsW6mZkArzLR
TosJBW7BtZ8BTyeYRywNrfY/2dD2/G08uX5NH8AZPX5BiuWTO757ZomX5Dvmuef2sGoR2Kgg
UTOpMCkKzG1/r47ZGzUt0WmQ9s1VRsAZj1ABbvppmczwfmeDM7a+zwqsz87XkiiOMVh0R2LK
JtorTDibUyEkTuFUFmZEAHV3IUCbbihO4JQFoqVD1MLKFccA/diLtupIMz7QAzQAzI2Li0SK
scH9Vho2a+zPp+2dTM9M7wcPNtPPkrDy7LwNCAIUtTmnQ+e4MQ01wIVjTdufOr2muZX2bDqi
vCDH4KMqh9j1+pNieXyP6nbD/Tx1bTWY+LZyP1mrH/15EZlGh0AbI9nFXdhsTOjgoKKlYXCn
XcuCRAbnW5mCWL9YeDYBAW2EBIPNAAy+FReu+bAZ9jCwBTqGLt2HZm/X5af63r8e4ffT1nVR
6ifOF8/m9I09kTHTHRyXdVUw9VH+wpi6tR01n5Nq7swJs+e4yWRiIeiAMO3pZWWyxoAnieLz
4vMvTWPh1BfT0ZAv6diHfaO3rRH0+7PbebsJmbZCK4MHW3dFL6MWJYCBRPgAcWAqA9ixsUI5
WgCSo4IbqTpYXSK03UUgBAAIFQn7eTzO5y9pyOv7AsNe/wCRdHEOW+uP6rwnNf3OS0xZWLUA
eCHIUAhVIjZmNULoFw2VHO9ltmcq5t7AUEjy/rvzrr+t9CL+D0I+assVXOPj8WqDPyrCvnQt
vgJ6vTi/newc1a8cwEAIg0AHbTrpq7GiYqqITOtEAAqhJPAUAx3oMVMKtcAJnIUq8FAntORH
ZiKAnNKCZ4vKN3HkyVfX5uung8gRf3XgOeuI+/iRVx/Mqn2jf0bOCZ8ogcqcqXovRuB2Zc3M
vkGhizg/jthioHUvt+u/UZBX8yIN/auRz9b66fsEzUn17Y5frGJ8RLMPxs0Pjch/Lplk+hDY
gswyRQ2IKsoWfE+gIJ7ngAXKsqAB2qcsLoNoS9/YUYw6la6kUGV2J+R1ADGOR1NKScyq1f6j
xaf6aDYZ4eSp+Nb3VSfT+u/I7+PcTzec+XHZ+wDYs/qyQaKzoxZhCxpnvRjalGB/nyozbHDW
ghyY+fX0n9X4FxXbT8afsfa5GOIAzYZjbfvswwfHw+pHY+nLKae3Rg+ut6qxze2Pi8z5tYg0
jaBgxQQrKnSoo4ujdELcoVtqWlclSIriuyqx4l3FcENVj4pyzAEaLUCmJmzT9F6FGAUQ7ZrN
NdnK+TsqYoivkjD2+ZQuOJno/Vbg+jHXIty1mq+wDMcwL9NKclBZGy/B4GzGWp8jon41f8iK
ns1K4r1oEMdWC45Fm29Hn6J5l/G/4Me1+VQfRgp9fqZ08uDfkTIqtirWGgCYVoZpc6iMVEPY
hUqfQTXZyaJHADM99ixyMNCEvFJq4pEVhR6kaKnY5CZDBFDaZ65N3xXBIFVQanH+PQhZMBvv
vgiI+3ny2X9r+uxwHyVahmAgKFmXzAn/AFsUbzIG0LENxZ6mLXb9o7DMNYTQAaOTngXGrvtr
n2ddMVbTJfK7DPyqB7M0nnzNGqJJhnMKExELQLGIEuwaEbWdrlmH6xRo7sBOiQLmWJRYehhW
1I5AqEcAiEAzsLJIitaeQH/WriH4YlQj9gRcbVsts1AUdmfRFddcwmiMqJkgfTNEANEgKXw6
069kxfshb7cGftFvNWVmzZu25PXyD7pqPx+oMh/XetslHt0mvq1vH8j6UFBW4+YAYkQA2FBI
VRCtg4pZAWPqYo7BiBOxEBLsifVQSRVG1htVBMBMARj0sBLVhUcHtRL46ETMtpp5hWAhEb4b
+uIPXmerNnmWuomTdlPz+x8f499FUD8lNnu4bsxbEI+6hcxmytNMgZmxZrF/scrwQvfkVu2m
fc5+bTqmZntUOuOjZPg+W+Xt0wCeVgJcciNyCDMxRJFH0UH9HDGoW7QZ0G+GuZodAq9YAbpB
AZSgki1pYKDHiIwn/BiGFAqymKTP0fhzTFRX+DDHNTH4jIGHoDZP5/UuYRldf2eH5U3/ALMp
BUkBtD087ONe5fLFipbQtl5XPcvR3dGw6Hv+pGc3fPNtP2QUr7cGH4PLuPZ49MG/Wa6K2uGV
LxMySFZSAexZijNtc5EsmFh1fQTuRNNmptdSSzX5nBagZ8MQplEQkghRY4l8LyFYiKeKMYUX
QCfp/wBX5dscskzQf4MJNaGJyLr/AB7fIdJqr5Hw6bjLYnTL19hr3YPZJdZkpOmJIGar2oMq
qV9GhIdXXroB3/Pl556va27urAs2leXfQOjY+nDzHzY76a4dvU4DIWDKTO/RdN20IagNGn5H
pp2IB+wZj1YAqCRENHNy6MiwvQ/IOp1YKrkldNRO7QO3YakRdFpmS1YVovZf/n2rEcQQmEmG
atPPoTpdsD/j9j5xpPJiETUHJv2SkbfJVSJXaYoAQSVy0aYuSPQguiSiilQXr5x6T5v1+CF8
M+m3nJbLzo7/AHybzZZiep8Xb05/jfYZfj0UCbbExOxbHxM408hRWSmoAlTRVljmgp7S+Qov
zq1iifmPAWMAqfj7RwAWlwE13pk1hKz9DoDrfNy4R/j0MbPodPV49BonFAzReyDY5laI/a+F
DmyFSOYx5yeI1ANcy0BF5omIG2jZJnprpZ9GhXPL0sGy9u6n/dcs/pGocjWYtmkXNxGY9syG
X9nqASpZvD5ApX+tCejyqEZGVvNn22/ZbfkOoCgBZ1t8sbL6jPPLUE9BaoDAtjqaVQZ0svaS
xD1EK9TQWBzfg2fLYbqQPQsXZDO1wme/UJH2dt/1+qrgjkjuFgcGfsHTLTx+tvx7dNc/cteu
qhMxLdwSRyoXSZ5tsccRhl78m65bGvQxKBqK66LF9BET0gD/AGXg21r/ALzFvqu75r6di7+b
Md816qugAGgcejsisquPOgVG07NoB1/GaTzs0GJWaNoWRz2Zrg7E0OtUisoIQtCnWLTMxNsp
LKEMOYIy0IO/7fdY37L1gJ+09lD9v6QM/wB1uw9Pu020Yfb9Nmz4LkVD5sYmZU/stVffx11/
Yen/AF8HZm0Dlo5AXInuHhAZvJ5C7Bc8VfYBX2bSMvVmIbNgQ66AhqoECDSK5MH5GgydR6DQ
5Y4hVmLJoBnYz0s+5f8AqUMNd0XDzKpdej9vP5XMXI1pwNz1ikiNRIUMBRBC10HYAlWcgAWC
kYCLBSqHGejDLcJ5wz5/rQ+Z/VYND+uyEfP8exPXT9IGHlEPE/ZehsPPrvppov7DdD6fdtuF
oQGy5BOSgMDbebzMVGzZzXftGJIZqPpDANdERRQYK5KJYUCZ9FOXWt0Q4+kEBflCJm7Zw76E
Dc/k00V0zW9/2G7s/mx8rlv1xzekA4rYz0AdT1hRiOVAJJ/jsaSiSQI0UfU8G+sS+rCj4Mcm
wIFJmCpSFSW9gI1/9b218OIyxBnzP27/AJGH61QPRj+NyDXwFuvPk2rYfrFCDzefGehiZvf4
/Np2DAsA/wBsiBPWV69gSXMDMICb7ssDWMPQyzHV2X2EV3mZM7J1Gvafk6zL0FW8ihtt9Cdl
BeefJ84dCIrsJpszA0YyqGCmh2DZnlUJDAmA3Cesskp8vQhoEFjF5P6415c07HgQ8Rv/ANPX
krL4z2fGhnPX6jnNX76K1z9pgFnUgdiSgs/q8h+RvU76ej2fjmXsTQ+sEhHKt+XQqhZ3yoH1
sC4/qVqfUkmiPhfsxDZjzrx6TP8AkpqM56rwAxEBiaLjkCe2eg746NooKtqwMIFMRWH69txS
k3UWgQ1FoCAbuNwFrqYVa+LSi3lRUxzalX4NkaIJogMzVkbX9hpgy/sMSuu35NHUwqeu2fdd
F6aKLmQs5E44q5QejXuVL3n+d42cTGx+NFQKFmxAcAGCi1dYD1BYUAIrdpgLmyHt8tQlKBRU
Zkk2AGZmyFQv1i+lETLYroPS7Qeg2+nOHo3Q0e3JidYhDE1Y+pvk8Qf1+Ya7FQT5c1OmY6rm
ebgJo8xy7OvmXofJnoN8RkcwDCB1pSwSe7B83UNeFF9tgxOppiQwUmY5mdFpmH5GJ6kgJ/Yj
tRNRrrtyxuEAFKM846v6CQCsNKSQZR6EtQH2OhM7faxRABC1PpFbqTFSPfVaIUAMRRUNREAZ
pdi7N1GALEVMWKaZ6h0z7UBwzXOBPNsz+lmAXR6T0MTsCaJgUkqJ+yT6BjeXZRmzgHF2YeDY
rn5VzzY+RFO2XRuXJBnp0KZBhQ+O5gXsBnYAKz5ifGNK2zAlirRlNKYqi+tkAWSxCshYEKCx
WdhA6xWUgPbAWv8AaVBFbkEKQQSGNr/Xm+rGHk82B9f1uv5cMn5uiRZ9DlFG34s1/Y7kj16a
BSO5Fzr9QASq2f2Cg5r/AHwKAt7MwP8Ab1Y57WupLFcNKROim+6gFfX/AEKgw8GiW/gEdm+S
3APODENuft0doPgA9hYNEw0Z2UQduysTGFxiQR8WpCspOdGadQVJMINhWoFgP+KrZWxCJxbl
RKYxWnm3fF/M4ZgxBmiJpPbkoGGBJK5rFRVV2ALNwjHqv1PrZjmT98VJmiMIqKXHmCwoAzMx
iuCKBYqK9aEp1ZZXLCjwQgudrPIHbsMGAfcjsCaskBSxP1PaECXOBFsMSOrrB1E6lYCoXO6N
EN8QgQGwzMGqoLvrwCaCgEiBlE7Kp/WajQufuWhM1RHnUBXJTVX7DSFiYp4VBPWtoVX8mIIP
b7I1MpDYvQIUGJYb4Y/Gi9l7MpLWCZREDGd+aLQ2JiSG1uWQKMIo9lAqxwQUIVPhAysGJIAJ
bI0eIosp1VjAR1AlkwAV1VlMFUKpArADvGqyDfE/T606kk/ImgIiz9h2TfMlgQrw1FBJVqPp
/oxH5QSJ2MzTtMKA3BDApRZQQ1wWJc9OIEUEAqIRyeP8AwDtMj99FMcGuboEgcgEwAiGyFBE
FQMQQxK0xU1X2aKPp1M5IINqBdgFWHXsGnxLEJCwEg6fYAEMADPF6OjYG15tKMa2OhN/sFtc
yQfmcUCABPQLzZR+X+AecEAXA/b1huy2ZS2nUzrChrTMFWwNN2BY0ehqgSRcHYTJSG0PZWU3
oHrrFFErZFSqFcRQAEcGB26kAyl6rxCOSTbcSxOwYKzQsRDzFKwhWhJsk01WoAXNijeHT8nm
h4BIEZSZ7REYifYyopNggHe/xs3/AGc2DZxr8eTVt6x9eAObyPKnhepm4AKj66+UurZsjEgR
hzmmjFfHtWXiaejMgNYlsBx1vlXMPUSj1Y82L5BRVsf1BDK1gqSJ1UEgMSppRQoWO1Eci4CZ
zAGAc8MFMINoCT+s9armjB45M4t3UD2+gbaDqB2+v8oACpDT0mkZbcVVKWxA/Fmb225zoWVA
icTNwQSoOn2ZcxelKNc1YP5xX4wTjQZQGFAT18K5W+qFuoE+1dgsIBboYwAnUCHiXUA7JYgB
scRuICQCfqssTs0OZIIgowMsYsB8laMFWDRwYo+bwHsNHCj2+nqvnWx1E5q1gApGJHpNoSex
nIOWpVc9P+0kNk9Akmgbi6UPzTI99aNaMCSs1ACrSxWW/OwKEce5RbqpBXrKMVARp5foPkCo
1UQWhBYiZuBCRfaAGyTZ6g1xdGjCprE2dcSh+Itg3cUASws5EPWJfbM0q6EjdyivkXz8zI02
LLBdCi9GhQHt1hJpPi+VaKWU+chvPswDHUAtqYHaIrNPLiA2n1FWSSBtdmhByfK7dmM9igA/
YfZomRY4+YRs861zbLRW5C8tdlGWWRBZIYKBRi3GKEggEubtiD2nIGLspOC65uAH7VByDwlS
lhZmnnUvrqESJ6LIA1Huf8WHlCEagPMwCQv2KkRipG793HUQEdiRAxUB2vyveXrJGpUyuTnY
ROsxoK69gQwL2FazLFDqsTVUfkz2NxyTindkzUKmrBeZ6kDZjpXadGIK8uSIhPaiYpDBE4Nk
KSJbT/kWqcGIFIyH/S+Z7UVI0qEkwCizqIB1bzAhuyOB0WfkzE92g1XNERezAD+xVTCgrVaX
f+wPYgG2Ag+AOPH/AE3QB6H5OCQBFWZkhSBHFHXMdSoEZWhKJE6s3l0JX2ggKovwr10JMpb5
E9Z642Oy8ALHBvqLUdX72QOUYFf5IUQJcuHmNyc7MxIXHQto4ZutUOFi/dtLaKjMyEqMXuNi
xZURJ7AXzyNo7lFIBCacJqrT0adpuiUAJZsUDCzTyMwnqIDkmDmL/Xz2XANmyGf6tQhSxrZG
4AmZJnl0Qn2qGzRSR5vP+Ityexi/Hu4zZuozAZEYQ/afYAKxiqVgzudgJXaMnU9OrWIGWipi
NNdicy/FGBQYQFikU4btgrCd5gVbPrqIV7T1EJh53Up6aAxAKunU92B2zBX0KOyjqwIBJisT
AH74EnT1hQ5LBgTB2A87ldft1dy0VDQz6xqClfr6lpgpQeIg66598sslUfUTQLfcApV+twwI
XtjQZAO2uXQdai20Ty7aIf1i1tkevVrGTGfjMZRZFwKaDAAgxjAQAGEYAxAOpH25GZqL6mxO
f7NyW/YqG9HubUea3T0EFsvq7o0IDSyT6LqgCP7EmBAsHzgaf12WYxWAK9icj1ZR2UT4J5jL
QcgL6nHawBihV02YodkC/wCwAGdyXBpc9jG8+zFf13oLH9f6Ac8is3IJOZvz+fvM/ovYXtir
lhyWEIuOIVBazKIB+CSYO5gBAodh9gicsTRIJ1H3Y8kmL9T5yVzIVlJUOn2XoICZqQAWsqQQ
D1isWYOAcwv5Nj3UqS1gPURrmR/6yWKmyaBD2F20UF9S0QBRipbRlJz/ABkxEUkKFJu/GiNG
ACu802H4+xaMhvDy9ovAN0AWjpSkcA8sFJ60GFELUFlghoZ3HQBullMrjIEGB+zKEelUble7
KKFiIDPNhqV+wG3YpiT16dgFAHsbmp9gxLEAmAwVebD8TG3+oIqIS0zcMrA9ibBFTduPRpBp
LJGbkunKOhimCooN46/jfurj69tFHZsu6Zp0JYEDgj4zbkmGwSTQPDUq/JLcgEkNRLBYGEIB
IPL/AAD1jgslqRqxpQCST3yvTXOwpJ7NfYP1bNA6uZ7ACwA6kgSyB8kEAKSDmVGeopwSQoAi
h2fH+5IuczZgZ6TYqIRFeeY2jdWLqaFUT1OnUDy6hi9WHN5aq6lgArLNADpYpWE6wkFGPUg2
X0Zmum7QmC7vkkV2gPaFxRbnFi+Z4jA9eIwAnlZBpnqjwCKDNF6t5yRnrQPo5eiQQ1c0thgf
sFAObTTkg0ytwmnV00TsSGamBJ6haY+lAFaBlJ+rTx31ACn+SBO3O+vYeT0lNdFuWJk3VmQg
qwLPVj+ikXwJf17COvB7E9+QRDV3OwB4AAgMbiBgJk9BvkJ3ViULLY8uPc5ecZKTUQCtF7RD
0m2oB2skm5VgEktbMt9g1RTZ3PAIqwRmWvCndlbOK310YEZoevu5HUiKSSCZ4Ry1CX2n8aOK
1cGK0X2hUPos/lttB2WhQFxWpRBdnRVjagMNQxYdZzKqK1muBZBFAEQ8RoATPOh7ti35M8Cs
9WYXfkTyCiHpe8Oq5kbBh+ejq5IcloCaDQgGEBYKpD1n8bAFOet0VVr8eX37GOCT+NhOUT2q
Sy8EqRFXnyKbcG/tHLmObmzXKKy1K5CZgA55lkqoPmxO4EXQA/DWK6mfMr7PYIELc9oelmrN
GdTM8iAma5r36xGnrdW2OqVgUn5l7O+dlyWOjCFmsWxdOzV1ILE3cF2eQpNizGEYgQXWQuef
NQTyBYKcBwK9w+x7E/Yji/EB2EBQxlhzLT1KFnFA3M3o5hWmGqo775gnZGB1ILaCwWYEkRa7
FgyjkEUzxQKFQmo39+DCRPPmSVKdPLqmmWmbHT7KdUz221bD8iKy7sepKaT4hIhYmFWIHdYe
13whuMvNRRxxWq0vZRFBii9NlcFSZmwgdQDoontKlzzGJJWwcHpgz6B/yiLq4ctab6DTQspC
sOytc85hU0ubWMmA/wCHRgq5Af4UETliFuXQftLAX61REPIJaUwGTBUGjCeFx+Z9eejuX7q4
Y/kGqtpf2ZkKkWT/AGH9lzIjqoPUsUzYEKIRFTjPFmOvRI57ILiT9fk7aMitNugIIAXQkakq
mw/7Pkr2AHx5lD7gIoardwwZWKMiXYEYiKKPlLdmKsGFFU+hzIi5EkpmMiSHLEksBK47LNGs
8kCrJEJAIPJ+OevJOQaw4i6EL6ie+fn2c+jF8m82RIOdgeXqR5iH9GZSef2Kq66Ju48pUMtM
CrzgNwpfewBBShQSc0ZtMUXLN2no0AZWFq4J1oDUKCfkAkLQPiU9gGafi5OPLqoTYfbuITAG
vys40/ItauDMdWKjQEWK6FjRZlIJLiiDXYSyRS3wQL6EhSO14oXdfLmgbE2mWhhBjWD5vxvq
X8U/ZejzmeEB0HmAH+onboom2Kar/wCp0vPwKh08xhwWHMIGxcl8WRmLEqjs48u7DPwvM1z8
6vqqnX0XH1LxbBzebsGBFR4oa17E+LI0bAJJLEqGNT2MHjIDAi9RzE7Md3QqwIOHZnfEMD59
BFIVgbhDAmxKUABirdiQWEuwA1tZgAM8OI79LgyTsQoOuAcP5HK6pojqnocDy7NP1vlfHMwr
cdVCu6Bmy1tM+odRDlcbDrNMbL+eztiFHmdU1Ow6K5K/kQDbRjGYCKQT5wpcZ+fr6xOrszYi
dVUrn9sD9CRTMoDsoHYFtHBIDliDEsvh5GyGq0xUtM0VJ+ap/wBkUqzkKG4ILDupUMCbfgwV
DwO1lQJ+vyP40zJDcTUXMm0UV2Bzx6hCG4WK6LDsARqzReAQsAuFQIArH0aFS+uxir6AwGkd
VbJ/GwiZ7iNnv2GOrBvKSf8AXFDAEoiqFQx8QRoiq3Qx8ujefzALQERHMdD10JWOyhTyGsFc
i583lVEcGtVyKt0WY4Kx/wBfITrxrirQ8xb7FEtAO31t7Bbr1RCYbE+15KpTy4dc1WywUuyK
W6KIVCmwJYEdVdG8waPiL6Kk7AL3WEqB2UnvyRyc1vXqB1ZpaqxIhIIPYxRQZe5OM/FUbItD
ksGJLb5qsVLLHM7fnxIGnnE7KR6N2YFngZWIU0ncDzeThm0V9PSzFfyQaG/zoij3u0/3NIvr
dm//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8AcGGgHVBuQBrRlxc5R1RYT0af
lJp9SfJnPimPdpQx9pBoLbAJ7hOzi53TE9Ew8QUw/wCzolvKiIyYdEwOpHRE5PsYU+QZBwSN
kGfiNaqSfUiAPFkdDITmBugxZw7hDj7V2Uop7ojIciYZiyI4tUN/ZbXQkzQIu7ivFRFg8Gir
3J58XUladaKPNOSC2i0Ao6YQRV05noyLg+H8U5nqP3I3uNlJOyYzlsAjykbugwYbXTl3WyaE
AKoOSneboAS/RQJ2/knNTqnMYiIhMZBmyxFZCLx0n9y4A7+nFdph3DtVPopyJBsChiwGRuAA
iCTsgWfLVd0P0/UqwaOuQkirIDI/7TEtNYC7CWv6YoOcnazKX2b+CbIsdEBpUtKcmWZSHfqj
obLuchDISBTohk55XXrddocivimyMVA0RMn07kKsdUzE6MnyJB3EJn/0mBrCINXqFNFUCFDN
8aLySpE3W/kol33ELvnZd0aJ2r4pyxITY1TZFpsG/ShwNardpVfJNkaUlBn80QMnyNdFJbog
dKosV2hymJMbpxDVIDfiQyxZtFJ5GoCqQ1XKGQpCeKoMZ+NBwBuFLxdC+V3UsX2BRGIGJF18
eiAa9VKr0UdS2qDomQbLkJJqu2dbq5gTuiBA6KAGOikBgnHrLIEz1riiD7NiwTC2tf8ADO24
KYk9SyD1Clq7o3Fk4nQVKjwOiHLVkQIEVEqNURUlV69EBAAkhQHVfASnbiN4UElrikpiH6OV
LkCiZmGqgndRXRajROCzfCmwxI85QBBdT4FTXUouJsUOTJshCYSCndzdB6WAQENpdDiZZyCL
/dXaQdljdiL/AKVfVrJhiCbOpkbyEC4A2XbuxiqmTcWROVS0X/UgRQpjMr4EJrRBoDS0ItOx
lVL6BAvGikeKjLxUS9boyDYKT4IMIRcTZOSxpChkeicNk9Qf5KSw0lCxIqxlAGHutX0QEM3r
UGU5LNUbKJsjNKv1QlhqgxcNSKpxJTEsNVWvqj5KkvZzRS3xJvUqN8Kd3F0SQIo7XTOHUl7F
5QavqUCLl6Ij8RW2qdzloNkTljx03UBtSUQTTpKewpIuojW7oWe5oqubMmCbFgGqgCGmupUF
wZeymMWk7/UTguNDE/aXcATohkw6szKoDWMlMZe6LzuZQcwNFtumJY6p9PEKLaQqeaiuqMyb
piWNgiPKFIJCDKTOwXGmpRA86p3nS6l/GUH80ZYaqx0aP8E2V2rKJxjpDr4kBQdUdQ8unflM
BMQxZOQD1IKYeTpiIuP5LjewMow3rTJqTSiNH09pC2oogWb6KYCmiBIZtZIXtAnVTedPuoMI
1oVyI2cqQ+6K63WuVkDXYLcepDW6JJcaJ28KLHF2kQhfHRduLnq0IEggvJHaoD+M/eRqGs6c
jwVA+lQPqpyW2Ze16kzv1XxU/CmITERaY+4pEdeKaXNV2z4InQ3RAAICo12TxCiinFjeVED0
+SmB6kQyu2ru6MeKhE3/ANr0KPJUD1RFKB1EtrCENq1F2+18SF1NWTiCbKT0hVcdELB/qrIC
IgoECqYgQtGUvjuXK1OrqYBunBJ1siwk6qK3h1WRpf7HyE2UNQU/EoE/Eg/rR5QLoMAT8S9l
3sVyMPu/4U1Rq/6FAc6IuZshMvTZM/EphO6b4aIPWx0QmFu03lcgWItdEmlVIhRCBZyV8H9V
SLp/XVSmE+DVUNKkjobJhSxUqC3ggCXHwfdQIfRDL1I8aGt5Rc+oLuoKAfxXISbImmVS6oSN
lFW9PaXE0NSuIoZdEgnREm6itgi8TRYublRTZO1E/snT2kSTVBw3gyIB0UyRKrE0VBWqYZdX
CkuSK/xWqgAk0K4jwDftQcOTup7RrsnDEiimVXwXaJ62QNNU9SKAfxTuhPch8K7nfRRAMdEG
EaoA1dTBUlmdPiA9y61zPp8lfDMfdTCmisCaIA10VAz+pMTQsBWEIcjyXmWsqetDiG1ZTCMR
ABNVVgDG67Xb4FAfqjkXjSVAooqGYruTEvFVX/aoZuf6og1TMR0XpLLRAGdSgBI3R4y4tomx
neVJfE6yjxDMEzQav+ZEVCLkta35kwi6DHzTEAeKLmGhaNVlPsnVTWyEVlPRrOjRxRE5lNlA
saq53EIAuwrqpB6UXEwDWEzP4Kz71Ttsh8COIpquOhnRMWi50TuAaok1sm1QYEPof4pjJyma
/eQauNfFAN49Vajg6J3YJjOiDiTbZPEQybHaUz+JTxNEPhXKA5Tv4IksACzBdxLVYIBq2NPt
KMpMwpJ8IR7RF0Qaivmmpr0Ti8qw6wnhm0cIC+1EGIDomCaKS7oXm6sGTW3RcO/kq+ZQkE1q
gd2ehTPBHUwuq44mt1PefJUtWqfm/SqOI/2nJZBySTUCGR7iQn1soAjRafGvZk6VTeMLuoaE
wtQy6bJwHJtQhYwQdUTYWv8AZTuwNR8pchI+kuREEUclAQEYdVkawEzeM8fzKsmrFN8JQvsE
HFfJM8+BQLgfCnPmUTEWUFm9Pkp/J0A9U9gnauiMeKJx9QdX62XaQNxC1+BS7HT+SBIcdEwg
k9EAxjav1U8iaMhYzNCq13U+pchR2ZGPWnZ7TP6UAeR3QeTWO5Mxbomr4whQDcJ9Leyul7pw
xbVT6k8M0sXQ3EWdTYPBt9ZQXeGEp2IaoCGWMA0BQLO6csxXbX1KTsYhagahXDBNfeEDT4UM
X8XdSHJsCShEo23XEkNdq/ZTND+pSDFC8I5NxOhqtd17Ji0P+VHEvoAbp6HTZOGAuP7clBgo
MXGtkCQ4tkBCZ/JMD4OSngnRvyrj7PVB53BT6i+qe6jrC+Fk4YfGhkBN4Qcz6fOQBDnZM7dV
ftouLNjckJsSDKMsTK6X3TH5V6Ltdx6dqaQ50Uxq/wCpHMEAMwYsf1IFgfgTHwiExtWIUkPv
H2VUgaEN+pE6WclAAMLC60TATqunwqS/SZUFmmn8k7TsG/KmeuklBrVaT+lMfCTCyxyDgUaE
xgbrkxIaw/knMnaiYtFwoFLsvjspNQ6cQdLoGg1lNi4OoouTF9XUk9LqDFx6ZKC3UkIuZNGl
MaH5VkwoiCK2AlPcQGYVXEGLlcRQ0ZB7psnB8Au4QyAwDPdO7ZGCmPhdVA+EoBlABbX+KY2R
BYMoavp85UdEkFkGDuERjVHkPJPiWBtdG/VUfespybfAnxHVAksKn0yQOJk1f+yHa67YAq6d
na0P9ntTgM/gvgTPx3RADa2/KhkdUztfqEwdqsqiBS6AroCgC4aVAIarpqga0hchTKACE9Qo
DugQ02vKY8Rx1MqzWRq26JYMYUhh840ZM/aB7SczZynMC0I8Pfnlbtj8yy93li/G4BDj6qYg
G7UQABOR9mv1kRlBBkMxCHEwQizxZPE2qysCLpiHOio+uqYjtc0H60CCG6JgAelEzXkFTAO6
7X7YVBGqJydzFWRqxs6fHxnkiR/pBwm0QaqJLxZlred1WDvumAdrin4UXmkIEMHLh4QJOL5A
0miN91EmupT+q6BDg0dDlOzlE5B2YhaR1VPiAR2QlwjE0o6GIEmDuiCKCiAEOiGImlECB1um
I5Xbf7KkMi0Nu6fEUuhAPhT8KAceSDntCHHEHonYEGIhGGN05DEXBn7iI8dGUk4zX04J9pl1
sPJBveZwaPC4+9wGRMOQDl9lYgZDLDIgYnF2nl9FYg4j/lAnMCX+X3LLPLEc8h7Y9r62ScEZ
4B5D/tTidU9AbfuTAgi9A/3U47cTUCQoeFqXhhRHEvSYTM4F13ElatagUwTYFSGZEB30Oq7g
8p4A0VPFTOjFO7jeq7YerF1HwpvWOvzkxvp+9RTqmpoUAZa5AV3Fh+laDQ/mRkeF0zepvxKv
gogKKNTVCCS+5P5kHdvT5SIcnco4sXOlVJYDdqrkB5UW+qlibFNHihbcKnmt12gjVEBgL7pm
A3KDlxb5yd2+FHKS91Nf9KW8E5GJaTYz9L7SeWsGcJjJMsJVQDSFBobnRAetDhBJiTVD3nvo
wsPaD/VRHuXxwsbruyOQcOS1Fk8vZNiOHvpZgfo+3/8AtocRWjzHyvaRYcmqY/Umdy2gCAGL
ErhaX2IR+H+yPGycx60BkK2XS67qpjDH1fYR4zof7LuD6stH81Miw/qmAYmdUBkHe7t/8alj
FFQC4Xl3I51F1IZ0zxcsmDFqE7psmc2lQIogPhQeWsqM3w/ZXzrdPvIPIUSLI2h6CnyvlI8R
A6BMAz+f3kzd2ikMKBRs72VB1lAYnpVTGi7Q4uf7JrqG4X3UBsbkJwAAZdAGSOqIEa4ynALW
CYTdPQaI5W9f4UeGIpWP1JmDi6cWhM7GrmUP/s5e8JGJLAM8Jo42xDswQyo1PTFMRyyJjJP8
syBYonIjIm5eq7zPRO7aYj9yYuTIqhUk0conKgqogaqtaoQ7BlVUUMNWH7k7oPANTUqGez9f
rI1OodM3R9EBZNBZQzn4lWdFvqmq8orRrrZ6rU2dDMsHKLlm2TWuVxBc7hOKarniwsicp1uq
wg8FcjQNWX/KuWOInw+8hck3Xf4NCDsBS6NhrVEbPEdqcOPhTSGUH0+kg8afxXcSANFIZBxd
wQneFxEalBi4uuzuxPgiaNDf1TRpLp2ealD3vvc+PvMZYB6ez9BcPY92IOLu5+f2oYkQA4Bb
6qgNuh7zIknGRiKFczBUSd5ZciTMqco0AhlIpvVAMALocd1qUWxoWT2XIF0xk0KPE+F/vKpi
peEMrCiJahsP5J2YfCpxdOPaC5ZVTM+pT41pKml2Q0KEeaDCckcCJEFvvIPAs8ynsbqjt8BU
Q9AiGbYpwIsgCPBM0bJ2fTRMzE/EuJrVcXgIgCdTMIM0KK60VoEfyXbaSnBcIlvg/ag7NY3U
SDdNG7IgTspgjRCk0LOg3VnQxvrRUmxIdE1a26epJTcQ4QycnIvLocwTTuXIAhorVZ4seWJX
IksaArjnU0bRD5Nijp8nYJwOhJlMX6At+pe11dU6laEw9mTNWgFGWgdNRPX0+qiCenpkjFCg
zqLQmxLBOC1p/imMnWoUeLouG0ZMer/1RuR8CYyTDU/KmMaMqt60TXRCupxc/eQYAayxT1Ys
ydm0C7qrZQZFW/qnqBHmhZk2sOn9RlCGeic10syIxM7p8WahRONqo2YIE0XKW1qgJfRE2s8f
/GmEtdXlEly/T9SAgaemKLO4mxQc+S7j26KHm6LUqxTkAdFydn8XXHKMXr7SOHu7Gv8AdDLK
pLnVDi4d/NPmeryhLlvL7ysWqZTgsAuNyLU/Gmyk2KAMBPUBAvIUy9EAIFymruWRZo9PmoMZ
fzThoohkJ9PpIAjoiBUFtfzJn7rBv5LvPEC5mfsruqpgNCPHzLv+FbGCeqIBdB4fzRqRFf4o
kF3gFMaiyLuPT6KiqIYkia0TCSdKfiQ7WlCzayva5HVj+pQXibJsW1QI9abUIASLin4kww4j
r7SoBtX8ypKcim6BIg9AnxhCQSNlJTXFtFHs0TQQfi+siRAtKFBd13Wotid1MXdca5VRyv8A
NCqegCkMPNAEFtQq5DK0iv3Vl7rJqsMtEQzEapg7mt0QSQbiU0gWEug4M3KPJjsoybb+KIh3
pRUIY0Z3+kpLlqppAFhRDQSG9Ml2hrIIPi3VaNdAm9wQQnI6KXnSB+NEARZUNnYOi9dLIAvi
LqA+lVcnoT9lA5A8bxD/AFslyFvT5K1J8l3eAC+IiVA8kDLChZ07P0C01sUGAb5xsizHpRNT
4FYFWhBgftBgqeAv95MI2VPEl1CElhYmFYbIx0soprVOGb5oQIg63QLdHAKuXpdNTq6iurmE
X5HOxBJ/KnIcdXTgGIq0JyWUuRqnxzYaMSnGQL2BY/vQuxh1jnn74d55ZYHde8xzftNOqDFm
ZO5I1dCQOh/CvadtbKfEoPUm1lyBLp3LHw/UoVfCv4k1B5JsTOsKGdBy4vKNIbofsqgMvDBC
DuTT8KDm25XtUpZTA1VHyUxtWPmqpA2Kgmjg0QBPIGt8U3qAYKQ2rwmMgOxv95EiQ26IJYab
IMCCPJMH6gqJJsZ/amIAF5TCAdCuIO8yE4toI/En9TN/gF20JBURlYogn/f2FMazZB6a3Wgs
VWtH/SnA46BQTNSm5QKa/eQ45M1Ancdf2p3OQTt1DwqnEn0+amIhT5In5OgQALbOw/Cu3Inx
cLkYyawlT8DFf8vujlkwuS4IXLN+ZrKq+y02QZ/iKlgNWqjcXYKb3KYDyC/1LKSzB1UPb07k
Se4UT02FU8Y9JKDS9iGKIg+taJk8FNiPJOC8rQ2j8vahrclAGfBb9f0ogwKugxdrgIl/Giih
iJRxMaPCo580eYbzx/UnsNFyDrk8pzGlgnA8oRBqnenktOi7qUDINBoHkJjXZA4sNQVDOpxP
kpJOjfzUy+jq4BogQO7QoAsDtVSA2jKwuWr+XNbdIXcaWP8AVAGrS6YjqWBTh50gJqMu4QdF
Ac2LoEu46lZY+7APgMbItieJNf6rt/7j7ae/gfzJiPAtX7qALHR2uiORm2qksbCycF3upMXa
rqamJb9K4s28ItINh/dXa7hG4+awQJLGwWm6Yk60K2TDHkAnxMCqYRrD/qVYsB97jyUg+KpO
6eD0KYgj1o5BwBWwKPGXno6bK0u8J7LR7syklzcj+S45ZClP6r4vTFNQO5yTO7VfdRQVCNJ9
PlIuWaWIXau5y9Ex8E7Bxdbp3bYfuQxdvNMDBo6gsdCyYn405Ai4TsZlyUQagenaqMNU9cR4
Ll7U6IAwdar2YA9p6/ZzTRuE91QoT4D+SqQBeT/BNhINTH7kR70DEHWFz9yeXuzL6Og1qp/l
enzV3EBrpxQasqEnWykgDQI93V2/VzT0ahTu+5/shpsEQHCI8TktSDBFE5gDVcgSxF/2o5Eh
hYp8RJs/b+ZNR7CaKg8ao46aaoY16tZT8CjV3WuqYkNVlDBrU/CjyoWItKp4uGH4s0zlhUEu
34Vq27hPU+nzU9epf8qgsCaAqC79bIvHmUH8AnJrClSxanpirv5/lTZGE9UQ0a6LeyL2o4RM
Ejog1ejfiTERKP8Ar8qNyROTN+JEGcXlcR7On8UAIBrBZUaIcLajFORKAFdyncv6fKQ943ai
cQ2IqEzOd3UyKUWPuD7szFYKODmJI9kT3fTWgumaLtb8WCZ40qjxLNan4VT7TfzUgHcaq3l6
cFFtFXWyIEcbohiYlQG2Uz4qvhoiLfCtMRu371JD6oNl0snFLldp7ii5e6d4M+mKiNT6cURU
gIQ5AqULMyAvaGVa6hMZOyYMDrQpnbKxp+FQeQ1QLFrBT6fZTivknIjVVLenzlEayjPQ7KZ9
PrI16J3Z6j/EvFYf7ycT4qAzUdWZE6eKb3eJLhxCj3bEVRBHdTdFyzX9MlNLIw+5U+SF+ixD
ATORLwscMPZDRZZcgBkcTbX8a5CEALVKxyzJ7S8AFZZ4uAW2snE9VxAGJOpkp5cbftTyHksH
TMw+FNxrKo4On8UXjzTYnzJT+eiJ1oQn11qollMDUhSz+nzFYen0lSLOprvKG87fdT4x0Q+N
Wb6X8EGxczAMIlmUeZZAkvZlFLN+lU4+pWG6HyuqkdGTCLsEGMmnguT2gIk/CqwVUl1vowUB
tEzNuqllLMU0MEaN602InVAcpNkxhcMQNzP7Vjh7j3YxIu1gnyxCJwxGPvahoBKOOfa1QVMb
u6qG1TgM93Wr3U+SBHaBZYg4uMQzqBAqicgQNWKcCNUNVpqjQAoRFHf9y7XyAlVI8PtIktPn
91AUO6li+jqjvdM7AlAetMPQKrDZNpAdMBJvKog4kKCyBqTdMaPKaw0/xR0XBZcRZQPFcjVc
i4ytupDdE7BPUaJxrumbqE489FV32/xAlaoRIWv+D8YTGkIS4sEwtp/JXi6cCFE5H2i8BPhi
xpdTcwAnB7tEc/lAfApFflKCXW9GBdRS6kubBOxI0C45VvOqYEjZDFovH7U4JBuLI41s4QIG
zmFuEBbdEiHFlBEXMIm+Rc6fhQ5BwC4N04Dm3RaDUqE2RACYSPBVcG6qSRav5VefFbBPi81e
KLUiGogGOqtBcvVOAxM1Ck1nWU1tLpwg8dUCYHRMDHr+6opuocnQUTVGiDQRQIHROZa4op6Q
XT/+UTc9U7uAmJIATj1/4cu58QmeFiashyoKMqrjiHJX0iEQzev/AA6OQRceS4h63TgzpRe0
BjuuLRqhkRxBvsiGJRfLjlQBDIRiPFAETq/8VyGVKhHMFiBKc5TYMp8bIYARJksuWcRAiFBY
bSotV0AKaohxqg5MetR57IZO4FGj9yk1vVcXD6u6mutE5BAWr0UCtFNUzMzbqY8Dblkg0Ncq
JyNHYBMW5GoQAoKKa1T4md0xqb2QYdoqjk7eT/cU2lEtWhXbQ1uorooDeKclydEeIrBcprmr
Fwu5NHEWQhdURZDRNgLtsgT77GahjC5Y+8GZalEeQYariBAqQokhD1pwuVdkXrRk2TcSnIqZ
NlxIDGXdMB7UE1b8SybINfw+0nemnpkprsnd+iGghtl2wDUGqLzoQhialN7Lib0RONwnMk1J
/igTHrTgFgoD7qKirqAwTmBqokG/9USS7JyHewsiKD1pretCzdE5iGUbSt7E0XcXXLGlP7I5
QXmCgaqYmbp3kdKLJqgaw67mBpCgh7hNRpcoEE9U+Vb6Jh7JqbKk67Il5T5WUQyiGl6ou52T
ESzqjN4p2az2U/8AZD3eEgDuMIGAotZkBnj2iKI5+6y451IyofqJshOv+CWqnoyOI1XHKx6I
Anw/QmAaLu/3ck4DsId1FfT5qJJmyZg1ynqAjQ5Aw6sDeiJgz0XLA9l4KJfpCI0uP5LR03tE
dBCOhBZEERVfOibJvUmLOuOJAx0VHbdORJQINLpwz33TAh/Umd8tkcSWBUQNU4ki6q7+pCYu
oncuqO1WUzjp/VAYxjT05IhmB0KHxkJ2TEHEml1ApWQotV1unMb/AMUz1lcscSdnXdgeLwIT
eyd1XkpHRNkYq39Viw7XDl91kacigbbrLijjjVQWakD9aGOZGOVjum0sgT1RJbqnJDWH6UJA
PVfKfSGK+H5RTkjG7AqrA2NUWYupvMqSAnLh5omrRnTCdmTMQ/g6fmABZCHm5BCLxoAul6FO
3jVOQX0C+bqKlMGYQCdPnKB4qpB2TG+i+AIAAB7sya91BDahdofxQgG7/wAlL7YiiLQ1XKGx
qx/MnT+BGygMBtVOOikgirLtEdLhTROA/Va6IvQoEGllcsqE9ZTENiCMpkpwx2DFMXNxyj8y
45xuGdP7s8xHsiVZxSyJbyUAKxbVNMTJdMZ2WeRDRGqYA5HR6IZNSXIP6uKGPFjqxdEkOPGE
cnW9UCx5U1BTMATQMiMQBOhCe3RDLJAxS6cVPkmZydJRgDqscbancoABxQk1BT4hw1FApBAI
/wDjRBJGrECPvJwX5IBg4FQjD8vUpDdbIipLjQfeTgQfJdKAphUSQiGGRu9QjUHqpZkI2BMK
XBHRTAJ6lCGx+FMKeSZxF6leqUWgUcJnc0TZGLJqaJ6t6d65SdxIH2kGLNsuJBar1RuoHgJ/
Gg7jaqb3QORqf69i5ZYsMdlwHymcmD9XiufvDx4yMT8pZZNN23TvWj0QJDmyPBw5cj7yEVTT
0hl3Fhog3V3dEnKJcaLEA1Y6Jsq5SPBMWiqgQAfg+SjCyBguQAmx1Z/TJMBvFEaNqFNkcGrH
IvKnFsdW0QLBtE+TvRv7L2ccRqyb2m2f9X/40Gqg54ocg5Gt3XITiZ6fRQBg461H50xDen1U
QBy3Mogk7oyiGBtsmBJN1qi5Aay5BuXp87iuN6qxIT5N0RDjWrFMX1rCrWgFF8YQJeKaIgts
61GwUFhpT8Kq2i403CcERG6bKwqmJf0+sgMSDsUXgMmxEvUrl75jNMQ5Te7wz5G5AZvsrjwb
EWBEqRwOrABPhkMrligbCAHUyBESjPi7fvTEE9VMY2XAMGum9PsoPKOD1Ju6LEZAFNHJuh+y
mAZp5WdZZvHH4e1GyLvJduqm1qpg7i4ZEChuVXykIYnMjaV2iN/lJwW1v+LBO5ymgonYMoId
COrBNV9ZZMQQ0jxXc/KGMWRIDi8Om12VbR+lOz6lBz5j+SiUO0PtA+uiZYXcJ69ZXcdfTFMP
WhrcKcQfrSpBx6KaWKaKM3ykAKixqgKAVuuAaD7V/qKSjVF4C1G/VasmtuoZtqLtEp8y70dc
RBNwmA9PpIPiMgdlzAIx0sn5N1lE4Es8kE/pyXH3shruVy90QT83qmFa/uR1QdkzM648vJcW
A6BMGJlplYjg5lyWuUDGJ2CNK2WMNyAmiyDNshjiZ0omqd1tv3fkRJ+EflTYgEa3TBssh8H1
laaOUSBO1FOLno67BOhUsHQANpQAALmX2RgWe6AgGjD9uKbjS7MgACQmwwLR3AH6qxz9zmcs
wO7ExZcffe7Pu9HUDq6mTQXUKGINzKchyaDRbhMK+tOzgVJQIqapvO6MxqxZONG8VNdRNf8A
DW1P8l1unuiDQlRWyYgkqGizJ7GExfl5hGZIoAqkGUAGAuSiPd5OBUjr9FczichQ5MWZHAln
kdUTxZzLhAigrULIFhkaBEOXJkKZ0TbdCg5D6IATtVDLEGpdwgIQAMz6YriB5IYWxAFdE7Py
LExRHgZZrJ/eY8Lcgu0gywqiMceSc0oq+CcSLIvdE06oAIBnKBdzinPb0D/sTfCuY8iELb1C
YHiQLwj/APXzYC2W78eP+OGbGrFgWf6y/wCPIuPk5UcIgdP5KfIhOABsE9Sqcjod1In0+snJ
+NFkXLbstdtVRggS6mpomdzRuqbEcW+NOCCdUHyE/Cv/ANUBtAuzIZBqhNmJ39M02VHRoHum
dxqm9ronxDNuhjkTjhluT+pHEB8Mnc9foIZ4SC/ggagKWYWv91DIUCxIvVgnFrJ2YG5sol0C
TKGZx49d0RhUw6LByE12ZymAn4Ucqm7IGzWquOQd9k+JpQaqaoOO4Qi89FcCpUQDRMT1KGRM
miig+JAXNiiHcXFvvokmH8kGxJapDoEAwjyJ5arljDVQ917wl6D8qiiwOLPi4JO6PJveZAMz
UP21wyHbbwX/AK592aIHhxxscoRPvPe49ASUcQwLuDSFxysVQHqiCGTB3NCmITiTromedUMs
2OFwbrEYhgKDZAOxdMDJunyy6FA5ZOwpohl7kOwkXQHAgHVZZ5ZAe8ccW6ruq0MuectOifNx
jbG654HIZbx9H52SH/JnTVRLaIDEGbhED5RQ3oyhPcQvZcpnAPypQbGRcj9yaycMNQU2Kqwr
KIxBfVMQ+6YBCY0TOAhiSGBonpijBMUP8k5jZOSSmAD6L5zPCej06LTojiBBqTH4UDEVWL0F
QVxqBD0clSafCiM5PS690MXLZ4wDvj2oAYGlXARx4uW1GiI97icWuXqhByyfT96PHtxeKVXc
TkLOTCo5suPyjZMait0WorRVPawf9KoIiy5+/AIPs4s/2k4wHEUHEGPuLjngMBrxgf8A9eKf
/wCvmDi24n7S7vQfJT4uA8F02eWUbrIVyO9ETmCSaOnzbEnSSUBg4w6t+FMSC8BxKPKjUony
obowx6KpI0qgHLhEnse7uVxZyTCHHF4hMSAQtNUMXrBXZjatCvjWyLHonyLpyWx0TCtoQfxC
ejJwYooDvSETD+tBn1aaIgUaruobZNOI0smsdFQxVv1Jn6FFzNkBkfFEs/qQ7iSLUUjQg1H3
lNBRB3c3ogQ4yBg7v2qfe5ANRT73IeK/9uX/ACYDUY/sX/LgGxPtY6FEkeCk9QmxM/AiTT0+
UpdEA8RdTSymBTzXwS6uwsrvc1ARyrjcoDF6uZhNga2LR9/FDlJFafsQHvKUMBA+5PE6iibC
Ds2X/wCNPnlzyDVhHSOn+OJNbkj9S+AOpIbRcQXHknzIOIkgfxQDFgJNF/yZCgjc/ZTszCjv
+RZcsSR0QdgDR4ZZe8yILBEUZNfyTJhW6fKR1TEOB4KkBHHEzZTPipIE9UL5a+yoxn5zojIO
PjRyMm6PWqq+iaouu7rf9qkUoIonvZd0mkwgccmfZCwh2um9svBoR9JWyCDCGgIsGMboAQSG
dnXdqbJhQmnijhi7XITGN0CcxllkVWNHVmunJ6Igy9EzdUR7WhTkUhQCwqno+qz4seIcnqny
LG5KOIDt4OiBAe/5VUEsXCaNk5kXeEcQS9YmG+ajge7I0OiciWv/AI4MD1KGeHHtggVcp2e5
sjyyGGLCGd12+95l9KfiXuwBxaSdWXE0QwECuU6LkQ8oi8IGkyFqUSQwNzRUnVNIAq9FELjj
GVHQeQFBY2UQ+z/iT0KgSjMtZNiQN5/anJ3uyLX6umtcarLiWfxRDu9HXJouEwxk3/iunrT8
XWTYvjYaIvV7IsAGOwKz97iO0uz7fJ+Uh7s+6yHvMSzw35l7vHEMZ5NRXyyAlgnBfE2X/twd
9AP4p/ckDK4MfuWQyGzdE3HxRAxLO72WI4iPNQaS6nI7enJcsSDIcXXdBsKoFwwqFzBGOIll
3HveMkMeTkioupoUwl7IEv8AAu531P8AZMHAep/Snc+n2kwfoiMA4xZ3hkTgJJaK/rUl+qcD
iB85Hlli2kyhyyHDRrLIAMxID7IOZ2QAgnwhSmqRsydmdMadE7OWog4XSqAcst0APP8Awz1R
APdZAGHp5rUXLElFyQ9ADCLEnxTZA7qgaziU4MDQoN63QME+KBOLEiEW8bIip/2pRfWygzYO
yx5k41YA7r/1Zk4tfIo455AnHeEc/dgufaOJYfhyXL3hH/KS+QkmSgfdyMQzUXeMsCsiJcoA
uMb2Q4yN5TAka+mSLF3KcZGKzCcEnG7yoYasuJDrjR6BAMgDREBvFO7tVkOIj09pBvFMzhWx
2WXvfeGMKC2RC98cRjgRx4gY8a8v/wCNEe9JOO7kJvd44x9FQWH0Qu3LMzYlOci2pJWQyyYz
V6/aQ4zE0P5UT6Mu5WlNopbpCIcIseiGt3lVc0IP8kIUeyPT5KibeKY6wuWVXumqNHQqBs7I
HKTdtPmpvkSWXGfT6SfLG1rLZu0FCI6JhpRObCXRJk20U1HkPtLf1/ZRFnoWdHPLHtqCR+pc
ciw6WQx90Dnkatinyq8wmwJE2WJOOWYBqAss/e4sTR9Fh7wCaEo0AeKJoOsruE2NFy+GPyoE
4+LOgBDmB/BOfEfxVGA1CDfaQuNNPxJ8CGEonIwKMiACdTsiW7TS8qHLmiyz94CAPZn+67Pd
E9HK454EZtFUeTgaHVHgCeRkM9Ecs8eLggHKJXL3tdi35UJxDan92S9vHossfd545ZZUaVJZ
dzE1AVGJUhit1pvCYGCqdSnZsgoqE9Te8pyPJCIUhz5oEgufhTH1Smk5GBoy9lmhyzJhiHFy
nJcGs/lTELtx7fT5qfGW1QNrJjDWKjxEo0L3TB30ReBqmBPEM5LftWGGOL4cQzbdq4jEEHUP
VeyxJhnZY+891gePvHORivyvYUTrF3QAqa+a/wCMzkztVZcg3u8aW+6mvibV+0meBZAhuO6o
CfV+JCZZQwyu9PvI8r0InElHkZqF8RUMN1B9ozdRkS/wrundf8YkQwXPMEl4B2+wv/XiMb6I
Y4d2QkuLJs8RkDDM6xxwAxbuI3+khhhkcccyTlljWP7L3ppkDyBBkEI9xyJZpf8AMgOLlPwL
hziyORYjcv8AzRGhtWERi5fpf5yAAG6i6u+7IEpqHaqmgobrXLeh+0p8AFZvB2QNvBHjpsiD
W1U+MNeicGp+VH3EfZJGikd+tFIbrqtSOnFdrEKjjRv2otDWP4/ZWmjJnDbotkEQHGqu6JyZ
za6/5BPMkzNkMQKeS5ZyTMFAgUTEibFHL3Mat/VHDKCKZElgF3ZDkT7UmvyfZT4H2pYrLH3o
MEkEN+lA+79gil05JD1snudUC7mk9EeTDag+iiIooPEVf+qictbIAgZAmR8lDHDAccg540dH
/kxjVN7uA9Tp9nknyAPvLkIyZ+BDDAnkdVyzxsWA+cFzx7SKpyXBYBwCR9bLD5CfPNuOTjy+
qv8Ah917EnIkSR9ZHHFyNMfvIgMMjR6t9BSXf071capnk7p8hNnqnHrRIaKpqDUKiBeLuUSB
XRA+XgmHqomAIbVGnxoG+q1K44lxZlMDqiSJGohNji4PX9yDhxrX8ifF2MiE8nzU2oyJ1PRc
gPFRQaJ6kWdMaoNKxbEGdkfcZFs8DQqnVEO5Gy/9bttC/wDZ7RrKAxAB11XdiD1RbEcYYLMH
HjSAn91jzxJliH/SnzxIaC6LjovhUR0PEo5M7XNvrZJ8w4sRRDeixyI7XDoY+7xAJag0KH/J
WWiyAGOLnXH9yZgBsGXZ7RpF1llmWyIZxFkM862TgwFkznI0dAcakBvZKEHDkWJKDQ8Fqp8y
WNA8fdWtqFN7vEPuAuOIYGrf2XI4gkUfVSJUohnW6kl0+lXQaTcGUBoWI/ioDCVEtZPkFXwX
Z6lAdezaCWlF56pqDdvzIEw8drZB/nccv+REEuTQvddKpwf+yYzuhkco0EqTPqTgT0/KqOpp
osSQedjb7yHvcC71Imh5LDJ/axB8wpkpsQw/6CGeiOJBx93jU+y6z41F0cPe4jLE/Esfef8A
1/d9tMgHylEU3KYyaBnXcO7RO1Qw8fqoDP2SgQHFw6du3GnksOJYXhObBOfDoqMP+yGINUQX
yAowTPUyLrXIeSxzbuBguSzfaT+8PIYmvX6q+jcp8XOhFEXBA3KbMP4rHHESTZ1yIYYtxRLG
KDdM/mor1Qcyorop0Q+NRUG37lckqqZ6Mx0T3HVDj1KJBGzari3bUlOX2DoFvEyjzJx3cP8A
hxRI5GPT5CidVFE1BaJ+8oyPRAVTVa+inW6AEuqEjZOO20Ovc37Mfy4pv8xrKe/+CBiGKe+U
rLJ+0QAmyDgrPEfJLMUIDmpZHIksb1cIkBvjRGlUDYVK7buUS/cA4G6Ys4qbrpUqsUhYEuGJ
+BZYgtALi7IPBRAnUCEHgBZ4Q7ONyhlMwWhf8dRJxclEMGY6pgWd6LvkKGs4otDoLp7oXOx/
shvZfSFkGk6L4U4p1TAyNV3OWmv8USQZXbLoNVnRx4uMaF6sgAzkD09pCw6uuNkSHyfdB58U
QMnArDpjidCQnYEk0EMgGYfCmsKllBfE1yCJORe26Djjvb7apBiQ4QxxxJZpB3+YvdgimI+D
/oLhEvX/AACMiG0THJwE4jb/AAcpAzumo3muGlcjLIhwbDtspx7SZaPzIYCGfqqwE5LBrLlg
WImlUQR7JZ0wko5u4APROA2rImjB7OieL4lnLXRPEgDZHi7rHMYjEjaFj7wAOCufENQjRwgf
dgHIOIj5qyOXg6ciqfEO0woLkSyry2QLUun5MVGLlDum4XK5qtLKrvVcTI0ZOPJOe2tFxAiw
pinZ/FPIIqF7LB6iEAcpBlxDfa7EweUQZ1F1AGMsKFVY7IDUURIFPB1CIEHRM7cqlDFtgblZ
e995i+eWUO2Udv8A0yalk9v8MUQC+JN0+WUXqhliXBoUGFCiCKFkdL/JqjdjV3+8nHtDRHPJ
wag+KwJJYiVBR1axuswdST4ImyywFwVNRZ3C/wCPPEZZGS4sPrpscMMbuwFkxIIaQxRHvccd
ob9C4e6zPT//AERDdgZiWRw+STOPtBkXkEQKhEWoWhVjVNmVWF3ADGxTYmdVJJJqpuoAOQaP
ZTgzeHROU+DLQaogHxFUzk7uhjyB2f8ASiNPhTmEWg/OCdz6fWXGGNS4f7iiQaw5Tny+coUu
G0QFdyp9SLUCAGJbyH4k7UX/AC5SXtZkMMAwH/T4p3f/ADyxd9BdHEg/Sen0V2gkVomA4ny/
MssRLGl0eU6FAi5lAnxGiYeWqGJLBqaIEyyYULwsxqT8KI9SIypayGQEmFhnxHu83kkmR9pA
45AYCNbIkS0jROQ2VnlDIZM1yE/vzjkBXHX7qxHuscMBkQCLl/rIjFgBV/5IcPZUmDQLkYRJ
ZVDCwITE+CADBEiuiDmDd1xED09pTVrwg5cqS3g34lxFvD8K+NByAa6rVWy09MUXxd61UwDp
P704qB8CiWUSg7NY0WslCyYCulFi5k2W5E6rPC4M/wDU26yxJ9G/6HAYkhyEfdzld3Rck4mQ
TKyyAJB0TUfzC10RGWLaJ9Jk/s4LkJFAbOpqCE5/8LnjW/VF4IT1Oi5GSPZB1WOGdphAOcsR
YsjwxAJFgiGcgOWDQuHu3Broj7shhDvv9VY+9JPLEg4ysS03OP6u1DGoJd4Jr8zFPe8LYhwy
gsLkJgCuWXJigQ5aimmqMzoZFEMamwuu4EGpfT7SfEctpXEDvRBDxBZXI3/qnxnHXdSfNEkO
eqDJiG3ZM7xAQMuKhDtcJiKGFup9SAHn6ZKghA6L3mNCWjx/6j1RwcnEvCGV/wDJWgWyPvMB
3HKiILxaiZrrjXijWjFRDKLMVxPwqWJy3lDBmxuUcSXxAdhf6CIIZ9ChkRLwFEHqQqjxROeA
y5AAmkIY44jBi8Jzm2WNBEo4e0/p8lZHHIMap/FY5aAeLqBR2lADIyhllsyExZddVyBLm/8A
FENApZY50IIJ8CsCagma/NXJ580AGBPyiWTs4atUORZ48E2IMW/iuNCaB2KZPXwsiHaIYN9l
QW3eEIc3NUzz5JpY22UUu5lAVOVDVM9aiimBZgyAH+17vMGuQdvrJ9FshZ1H+DkaYxW45I+8
BnLefvIGSTu67svBb/4Yh+UwsTnLiv8AjPHEULeH1VJc2bRRB01RIjV11jZTrKqWHxrjgGj2
kQSTkRJ/byRzwggTZ2+qiCDjo/8AJOznohyrYUVW9SnETqJRLTZ6LkAwRAJAJtX7KJ5cR8f0
k+DnKjH83y0+RDkdE56FOGPh/JDU0hMxPFaAa/45MxMkLPJgAcYRADTUpwG3ojMndCgHwLkC
IReTXuoEBQvWP2rkwB8j+FAu30v5ISTrcMnqLBA+tE8Z1ITYlg0t+pTVqCtPm4oMCAbphP0r
fhR5CRQoZY+qVi4c4GOroY+7w5PcB2+TxXLmATZh+1OchvARILHRMwcVKOGZiWG/zlUAAWlZ
PYw9VElQLrquLwIsiCx0Ti5AR94ZJJLNZAEddEA3TRfAmJr0QAcg3R5RiJdq/VXHEMWk6rcU
eyyGReGTVkUvCYuJvCifWjjmH0b+SYAhpT+yPxIcXYVVSCPP7KYEkmwkrkTs10SA59ScyaIm
hPgsQKtUnZE8qUF1JdkDQPdAYuA7PYo5fKyDO6dwSWcO5lM29EMjiwajFNxPkmAZNjeHNFDP
sIRaWRLgMHeiYHHd1LPeUJENTf5yEinijiHc1/mjkWg+KEOhk6LkwzXQe9E7DIODF0GwHuyA
7CHdey4yBMrDIxkH5Yzqu45CYaEO7J9brLEB2cDWv1f8TQ0/zlnh7UfCicjuXoiMD2lqzP2U
MPeGBpqntsuQhvTuQapvZcixNJoiA2zao55FmluiGIbiYIKAFAHeqOTuNUMqOZdHIvI+BNkI
MenLkuOPsp4BEgruM3yQeSqO9wu0d29VzGMgt6dq/wCTFwXBPiobuqXMotkzG6cAk+aBD6su
QLDZPifZ8HXc5CAsMv4oe5btBA3DhD3ebglu6P4IZZZDIHRAaWTT4IiimZQl3sFVwNYQh2NU
S5pQJsbXv95VfaqnKayi9/ZK+ayYFS720TCHshDPqmcR4/iXu8wHIFlAA1QIstVkHvRDJ9lO
Y7pp9pDEF2j/ACPcCCGJv+FHIZCbstjsv9IBnKt/4QxeuyByy9rQN+JAtyyFyZQagFETQ+tH
Ghx1UF9UcS7Gy44h8RbR0wADXpknyHmKqAwRpSUNZlPkH3CqwEp4LwRqs8SzESuOho0KR4pw
XBTn5NlNp0W17qJaxC5NFwsst6J5GgusicmYMwTUUkgpjJsQmLSiHEead+0VDyuLbokIUYpw
GKcABB5fwom3R03QB0U1HiqxoiA0LDERfX/DDooHVGA5ReCHbqgSJAqhH+OOEF6o+8zqY3+y
mtVY5ON05IY+aYOAhV3qUc8g7S64YRjjX7PaqctU2QbI2sg1Doi0NBu67S3iR+BAkktagKN1
FAKJrlSXO1PvJ/UE0g9HTuzbJgB8S7iwLtf8yIOmqgdzVUuPgWgK7S2qd52TGurSvQLLMPyZ
o3TlzyQLNwq105JY6rgZmXmio4HmoAUQ1TdD3mPEnQ3/AAo5ZDvFD/VOaXQYsyINHk/1THRS
G2Ru1CmeMqhgndtv7Jnb1qA73hAH2tUAZJIDBYYszCgX0k5uVNUMgi52KGGMIYn2dWXIuFlk
7hy1roFmfxWmoRBAyBLtRZY0YoE+aijs39lk0ZZ/AFz+XlKcw1SjxyJAlQermCu8UZyF2h8a
2H81AY6hcsasVNRoqsPNcQiMSCLwnr4lNUp8YYIOJFkTjk8aIxUs8Ke5vD8yIaepQ16ftTiN
6qk6uu6WNEQIBZ18KYkFuoQljq0rmaEwdXRzFDVBg5Z1yyJagF0D7vI4AUv+pEQ6OVhbdEnx
iiYMToyOMui7OVjiTHwhNtCAxEBAGp1UdR0T4j/ysX9px8KD/wC0QuidSVwxhg5XM1KbMOVx
GR4l4XRNVkxEo42RzxEZEu5urPdY8mBcWQwBjAf2RAZ6EkJhUy9kJk1KrESnJBbYpge7SzIA
sOj/AKkchoifWqwpWgX+qIMZsmJki1PypjZcRORDGAi+WoKYgOoL61CAIix/cuRlMK60THXd
BrUb9SpIksiQJOrFEEOQmh93TUJhwuLSNf7Kb0TsS0BEn2bgKIICiclLxJDuEWozt1VJ1Kce
J+cp7dU4ouLsdKqs33VGQzFHErHIRCGkLVPRTULPA4sB7J8U/qXaEwDkC6ooNarfdEO+6BIe
YXEOHpt9pQZeTdZG5gvK7peQOq5MBibu6HLL1J88iW0xZAYAkG50+ynF0HcmyOJAD2C4sycS
LriY2UFxooqLL6RRewUSQnIZBvPp3eynFBGifi27pgG1KLyVtpomHtbogy13QDEnRENVNliG
9Pmri5hAeOy5ZdrWTCNW0RJFKkyiBT1pqG65fGj6/wCKIBOs1UO2hYqfJfGoklF4ZHjUblak
aoFhvCIBPaWCa4hF5TlBrv1RzxJHvCZy2RJyyyxxsf7LmXZ2b0yROVS7FahrugIYogBkwk7o
XMIFy9hqhl7zB20L/nR/4vc4gUcgFe1xb5vb+XFf+33nvHNA7j8ybDPLiRcyqwbug5cnyTiF
y8EBLmrFQmoBYJx5lNdOfIKY0ZVHj/VVJ1gBSQZpP5kbMbyESGYQXCHIEjqmoDpVEPKDh2qm
0Tn/ALKCwsmM7qSXuiDrCNCECXPSIU1Gn9UHLDYSjxd01QfN1adlUx0ZaDwT+0fJSZXVVRDA
9UCTxFuN/rIHDKtFBD36qMixNBRE3Pc6E1qut13hwEccA23h7K45CDU6j7KOOFQWugDUyKpj
H+02JDIPOwhGWIW8F04q6BMl0IneUA03QyF6IFnNxRAiGLMDomJkViygkjX+OSrSqdqSmeUz
+F0xFJ9OKcBgi0i/pkm0TNHVdvaBW7qznZ05LsTAhUDOm5FtCgBVOYGl/wBi5DJgbEfsTj1y
iDOye11oLLiJy8KouPEXKq/q/Knfz0RyAbU9VzqBRSUxkbfuUMRshkPUWQt4v+FNTE1siJKB
OQj07VQBMLruDjdV6Bbnp+1EgB9IZB2cY2+wgzVhT4MmEohqoYgxoFng0ida/WTkTunBYmqa
PT7SmBrRFp2Vnh0QzMamn4k4pXQfdRJ8/wBqJc7IZGP/ACgzzFEzvuuJygWA/aqHyRafBEMS
egCOJjqmApeqpPiGTjL4lomIgwSoogCPiQ5BuirvqE060dGPiWr7phUWKc+EoB1R30t9ZEXE
P1UlxeUxEjzUDiTdOG4xfjlKY0qW/qmJjWjfaTMT1bJHVTKiG+BACiDhjsuRchq0RniPT6yB
Z+pRJPQIkZcWsz/iRYUvVcWm26+lRgmfrdZY8WhhlqxQNGldE4UCX9SYxubLHIGDjPmgAZFS
mJAAuidIgLjkR0MIu7GsozpKLkM80sq9rJgScS6YVNQjgbLFvZ8kWEpzlNmj7Kdy9nRKLEsW
3/MuQDkwm+BbqPhXVT5FQW6J3cPUri7k6/1UwNFyMGnp7CfKvq+qnfwQeHpumelltqVlJ6AF
OQ2Nyf1IzfyXMZcjogH6RP3+SoW1pRNfUmyIEP0TjLu6T95VEKGOllUdAoyA1DftTzGqufCP
uoQfJSWGiDV0srAHwH4U4gXAXIduQuwUlsnrKqPMv+FAYubR1xWJMaKPJOYFkSIKZpusCa6q
fBpVWdWrJdOe4i50U0FeqNqIwGsTRNEWVGA0/kjm4Di6yYODdDIjtaiBYAFFgCJqvRkXGwZG
IOgTGoXPCRoIQceBCDBmsnApqnNdLKA3RNYbftXKD8KAM5C7kfeQD7yXqtGuyFZT5GBS0pw4
6IirVdE1dCfOiZwDeGdMhi843ohyLDp6YKp0kIM/J6BS4tqqh9FEbBQHPzqJwHIuP6qR4KBA
6KAA6d6ev7yowsqJqhTTqi4bS6fjyfdk+BAyf2WoFhkT3B/hVW0QDdUwCejoDKA0ea7T43/G
ok9EHjEvZM4AuUYd7Erp/tHGzuIH7V0D+nsICs6ssRU6FmXCADp0QZCX0sj3Qm9aYXu6Z+vp
khfQhCOI0d7rmKgUAXdKnyTgcQhiJfdSEDkQ2zqDT0+Upksu48vH+SBLRuh2uBJXwSrAncqv
guIDNUVT+SJMBO0XMKSS17JxPqlMHCAI8T/HJQuyD6vwLZRAGn5kGl6l2RPwKXUW+cpxHVNb
VS+yAadbKK3oyrFWdPiJNXqv+LKoMHVypNKJ9SndAZFhcoY4SAJP9VQvZBo6Qfvqr46KGN2Y
lUbdf7Ty50U2jdkGHrDrtEg1dA3f4lKIBl4h0Xkt9ULRNQv4frUDyDICTqpDjX+KLRCDh9Td
cvUpgCl0NiJaE4NfH7KIdgiCSNbLtMNUwm9YU3kJvZ2TEeKp5p3Ddf0LItW91L/6U9zenykP
aa7UQaAbIYhxee2U5NfFO86GqPGlk+JbZn/EmNy4UuQIomo2krjLmlkC3I3IhFywBYlEg0qm
Z/iQc7s6YlgNnRAI8kXEi9E+tgaLHIFw4LjqgcSGP8UFquLnl8C5EuTVyyk+C2RGtCnBIy1p
CoOqrfqiwfjUKkrE0PwhMYxT4zLhE1MoFmGw4p6hFj1DUTR1BlEkgDSSgxLXl18aY3TEM2i1
GoQvuVUNtH4UWhmXWH3QkF9irNoNU9N2RclwIdBmyyuhm77ALuDNU0QIYjzKet4KNgiAWTMT
shi80kpzO8rQWOiB4uTqjppEJy3hT8KHESNUX7Ys7KZe65C32lxNOpRcuDKqzqnxpi5NiwRl
/iQZmN0SAD1CnFjf5v2FjXjWIh0ARS4ITYyRVPlrZZe/zPteyNvZ9lHliABGsoZATl0KbKDq
6438ijQixNVUNeyGOMTKJBYkyUSS5VfjUzo9EDQHwf6q+lLvKIJMJnYeaLHyh/rcVMC5CLPl
4/yRloTCdkTMfa/Mg584QBHENDIlo10Q/wCNixci6OJJnxEK460Qyrs6cBjoKKpI6v8AmQeu
NRqsTxrWGK4w1Fkcz2Ex838SiVH2gaBECm1ESUxLdCXXbCHMOBonJr8lAjItSQ4/MiCOR1oo
jEdEWLqaeCYS+qLzqu0MPT5yZnyIDI4j5JaVXqFEG7snEPVpTE1sy7iY2/amkYiRRC4cDSHQ
DGm6nE+G6kbkLizU+FHLIgAl/UmJDPEhNQtJiy2stvJOCyI0KYj/AEnA0YounwEGTkSnJkXC
LtuiMR25UQaDdMzP4rxqiADGrBRM0TGSSmeLlh+5U6emKmB0TVF2qocetDLG9QUZc7N+paNT
ZODtRHH3eLNWX+2hEtXVNlACBYsKo4gdwmyeeQqm1XaOWOlGT4+0KovQ1DL6Oiah0XFnL1/q
pr0TS26IGP2pTmS9FHtaAutdS4RJNVE+BXaO5mCyBhjMGy5AP8Sd5FIqgK62T+gQEz0CLHwW
OWUBx8KAHcPJDkfCidYgxifNA4u2yf8A0jjkIMyg8abKjg6VT5QT4J4E3VdPTh7ah3Gmn2k5
dE066J6DWyyxJe4A6LR9080Z2Rr5KDCm1HCAu909OkppY2DVTO5smbuTEQan9qYno361Rup1
RbtLy9/pImxL63UlvT6SNA2hdM3/AJQqdhP4kbPZEwJF/wByn2UcQiwrFUWjdAy1/wCydjkW
iO1dzjWQuWIYPUpgX29MUbNdHLk5MPT8KJEPouIkihUmdECT0dEioXMn2Q7I5AGS5RFBoiwc
XQL1DszN95Ekwg0toE+Jl5o/3V3FstDddLLkRUI8iXquWIjE1QGXb1H7UBQ5X6IZYVaTKLuS
Ksm5ccTM/wBVHmhydzLow/STCGJgGQ8JgWNz7SBd5hk5DtRcSG5DkvN04ppoiSPGiJBaaVUL
lQolvHVRf412+Kc9xMfNP3ExM42TVuqdsBMz5NACBDhrapsfKq5kuS1FQu70Tx8amOkrqaJh
D1QyBc3syGuMf2xRdsXu9foo5HFjq65GhqKfuW1Tf9qfCXQvkIhB2Kg/Gu40lM4DzK3BTvKY
sQOv2lxxoA1lxIdTtK1Au/7UeIM3Kp3UUFzf0xXtNuRBQat02XtPVChHxKRAoHllAigR0oWQ
c+P9cckRS8o8cru1apiw2WOOXa8nX6PtK5Zg9lHtf9lPtOuQLD4VB8FyFQyHOr2Wx1XawFAi
wfI3TZMSdK/pQgg3JEoNY1XF52UoueOpXFmGhRaPX+5AXsncHlcKCCKMFxggnVTBgw6LOAYl
tU5LiwVRsLoctYQxAJmSx/SiandBqCsym+cqu5RknC4DfmTWMcL/AJc0wIxxoxd/yps4afFc
CGANQbqaqQw2lWfqmMnZanVUZMzvYFDl2jVMAQNYTYgl7ugcmJ8f0pxRFwyubOg5c0YwpDMi
MAMgZTHEeaAwD4hjomYY6dU587KHDIgggmxTgNoPTvTkkEeS77Iyxe+i7avJLf0TyD4XUn4F
yAnKpcLr5oEGAQ6BoCHEIN46n7yiCES4coMGnqnlzsmFRqtNfTiovESu6mqY0qpBET0TCAba
hDLDHgb5DuH4kNgnyks3pxRGFdTROMnNoVHIvuo8iycYy9f7KQ28IwCLp8iHs230Vcz6eyuX
HxlA5tFBKbGA6YWsiaS7px5riD4UWg3XKjNKcT60MfiT63dGS4uxVa6qjhQ+7LlrKLiLJggC
TBtRMfNEgsL6p3KfHuJ0UoFX8FhkWJAaZCgToOvzExvWE7dXUXOqkB/JPER5/TTiXry7vyos
KXsmNvNcqAFw5CfEUEKYa6qDsV2w16/iwQN7CqD1EshAi9ECQYomFE5JBGiJ2uieI6t+rJEi
S/1kOZAAsJQoIjotBtKdy/UfpTmdlQcdSgb3v91UDdEQIA0RapF0XDbqO76tU+YABDx7SgBq
OiH62W9VyEbCF1pomAdtBKqXuxXGTidaKjPSEcjxJ0U1FFVgITu67JAvZcsgAdPTFCWBqgKt
IRID+EInKBlQHuD/AIOCGLvPVUtZTF0wdtUAJNynyMWH9ldrBNcGAg7gi6LE1WosmaNtu1OO
nknd9rLfy/UmIBA+FSGAUVNCFqRVZRcyU7PqFRrusSSDZv7IY3Euyf4HTKsaqvgojwKcCgZC
GNyg9vB/zoSJHVOXFtFUHdWhw4mEWD31ou6TpRAiRWVlZ02hRYMNVQE6oNVMNaOnMk2qnpVa
sKaogno3RMX6JzHREkgP5lcjDwoogXZyi6D1XzjsnAY6BVbUKG8U4EHVDPSC9PnJz4BUDFO5
azonelh9VYhmr8CgbTKIx/7Ilq2Clg1E4EGd01VVtkQT/sIB/G6f2ruuWqcGdqqrg1fU/JyT
v5I5U66ICGPxKByiHaChyDFxCL0Klo+NbIgAOdETZltqnAcLXYoFmIU28qJxI0CGXJ2tLpsf
aJlENGrVQyJnZETARmUHs8oywITTEKRaMkS5e4+SqN8CgB9qqgL+aZpesJrX0TueKYSHumnp
ZUG7oFqp2hVceuVSlFTyROlitS/gjRt3RAZgPWgCJ1TRui1LLk5J0QyJI9VkSMyRrJTT4JuL
3FKKRFAGdTrVMJPgCiXLI2bSSrtumqNStS16KZ2+T91UZ5gMjMBVfpZVLCz/AKUzFjDugatc
2XLHInZD1aou6k+NURBDJyWGyYCECwdDGXtdHEm0/wBUweaui71djMKlRpf2lkciZECyIxJL
a2XI+z0K5az5ow26i+if2h8Khxqi9XT1UjwW9pVvjUT1lM4807AAaLdCfWnck2hO+5dRQ6qs
mjLlfR03w1Thj1TkvyTCCAxnimlhIaUwJPT9SLs7sApMetMTxAFU2PcSeqk+F05cdbodzNsm
dx1QMeS5YyHkOtIlAuSphqJoBE6Kofc0XdrUKSCNBVADrCLBzoU0Da/2U5ADWPylxD6h9VId
vL7ykGtFo2qkauQFxB/2u4zZQA4TBuqd3NFUJz00qmDxWETbdZPAs6clt3ZDEh7RJQiD5IEQ
1W7VjbEXEIkXQDBMJNtUNxDHuTH1yhV6N+JQJ3qgALMUSSON9k8dyiRqoaCnIpRTCYTuKIiy
ahU+Cp0TE2gJg5u+ic1KyYPrZMRW6JJYCjJ3Em5ZEEg9JT16r2fKv5UxjqVr8SEkAQwTWuth
ZH4rKLqPEXTXOqYkeAWJ2tsoqnPR05Mm1aI5GPFcbFMBUIPb403/AGQ0FT1CBbo6GplghLA3
r+FOx+BAsg5VGKIgEWKxJDkaI5EE4m6Zm3Vo1CceIRAdwKLo8L0ZMdE5kbVTgk6SofnqJT5e
0n9kalP608NDMh8aBFoK6LRrJzJFNWReoujwv0KBAc0K5ZAAGgQOWLlm1UipjFQYd0Saer7K
oSReyYhyHduqJIIGlEDbyRgwTJUBgKun5M/kjiO22i4hyBBaU7F7BOTxvxKJAuizHVGxDVTe
RCahLOWiFJcXBpCPqZORBgEpyHRfJnogAa0IlHEjxf8AanIcGEQCEA7k6KhAFimjxsmgnXb7
qEydEQHKPbtomapdEnxQipQIDGj2TGQLoE+I1RbaDZA5yLsieUPIhOH31RxbJzQp83ZEUxK+
jqganVAVWz1/SmReuidkx8UwndCOpRQiR5onJomQojouJL5Y1dEgQ8F6JgHDzROCMQJyDHVD
DHFhsA+X0PnrLEAtaOLLjkH3Tly9Lp8oDS+qPFp8FNvFCV9HTdcnYX/snxtVH4/5J/Z3CZ3K
ilCgNE9AgBWtEGf0PzUGmQQPZRAfEwoykVKJzYRBrP1l859LfdXtPugx5beCAAZq2QFPj/wG
LE+LphBFwX/CpyrdVcboluiY0D3QAg6ra6arakkfsRjjG36UQcTtK1aoLKQYe5ZF69VyOTHX
+S5M8qS/hCBxbcIMWFwUSKmgAdMI1eqDeaqZo2yZp1TF20TV0K4PW6EwLAIk5M9BROSAbEkL
I5S7164qvkndkTy2s4XIAnV6lc8i2ZqdUQHkvCxGIDAdwMT85cSwAJb5SbI9tgopYodh6hTJ
0chdsOJD8lSBU0RJ8CiMvs9Fu8ftTt2msP8AiQxEtUiyPx2+yp9SihgmkJ8pGOoaq5e8kGHT
YgBg5LwpL5epQXVWFo1+inZxqAxohfc/uRl3gglOR5F1idKtBTgwK+Cd2YaE/hTMIvH5U9rQ
O5amwTu4+aAmBY1IIZPDWUPk7OzwmAAJj05IihxqU9SR7SJLmwiF3MC0l3TghxBNZV20TSu1
sR1TgVuPvfJTn4aqhRDdGZCA41KL+0LJj4Kgi5LLiyDuAJMcgU7QaMyjIjUpndhdXBPjCx4y
Ln5y7fdkgXFl3Bwak1dAuzvuiQw8av8ARRyDFw2iHLEknWE5BGgXHhyyF+TQmxxA6m/d87FO
4IqbIGgoALogYsRXdMzsXmFyILCQB+5cccTiMgxLn7a4jo5OqL91vJEu2yxxAd1xDFi7iHQ5
BvFcsQ2LSAY+Z3LtHboIUAjzR5Va6fk/R1GUNRBi+su69mT4fbXJnAqhDu+miYEYhtNAn11o
ji8mEwq9WTDFj0ZE5KCQDYSseMjI6uSpcnoy5OONT/bJNNDf9KnuNjomJY7xC9p5oA6iL+Cg
+a7myKJeNEwsiSHydP8AA6J+Smpog4c7qTO6xw1u6YAEtW6ZmN4QEsA4YLEFwdB6YKQ6yy94
QMQxPL8SNsTSwXD3fc1DZNXJz5MnN2bZcienj9pMaD0+chjA8Hf6SLZA61T5M4DJxRGAV2xq
Ecie0p3JBX+4QxAcmgE/lXsgNDnVN7wjcB3+j8xAOCav/ZDlT5qh3CDCvRS42uo8fTJdva9h
WPuo1c6oMEBxcrtqLhc37yILF6LvYuGn+qLUNhN1k0kUaViCZBkIP3AF2r+RAYliaiCD+JM4
emjFE/KAk1QhyCKCv4VxxyAYmGlnVTcsgMr0C9kdXTlm+EJuWLuwDh2+Tihia6bpxAFUQRNi
icgTnaO0n6ymHqy6IsXAl7hW5GgNEIhlDKhyJrsscp36sgfhUiLGEGal04AJF0Blix0dHEDJ
xBT8ciP9JhiSbumzxAzOjGFEHyQdSINEMJDh3ZRkS+6bIPld5/KrtZGwN05D6GE+LFjOv2k5
EbEQiccQAGc/uQc9xpCETqQ666MndjZAGa1VS9ggcnGT+H4kRkAdHZZcme1/yoEDi2kLbQ1U
jiGVOXVB3ONnev2kH9lrmVB5benFEmH0RmqJ8iixL31RgDGoBT2MhYsA5IDirlZH3gByNHfJ
OSfGii+jIEhjV1EhDLMdry6fI8cNj3JwYHmnI7rOmAjzTHk30f3KgJ1Z1MHXdBo2TN/tGRtr
+FXlGWMNT9aBNCg4pZ0zISdzugBI3UiQg+L5TunAqYYIH4qOp+D9qYFhrqjwM1uUHrL1H5UR
Q6VRsnMK5NkcMQTlaHRxycHYJw87VQGYit0cRDrljPigGJYq4Cl3CDggG6kdHRGTHZ9l2nu0
UuDchNWRILoDEHxlMNWQ7SCavEo55iDZynwro37ESzaOpDKoeydq6/2R4+qWV2tdAZBx61i2
OIyuVAcP1EIAgZF6BHDFsTRAkHZAsfFPVqBMcYNGhMGON9XVGAjluiXY6IOchj8pqhRbz+0m
Ad7pyCCRo33VyAjUqGA9ahydUxGROyxGIyYgQd0xeqYi6fjDev8Aw2LtqaoESTXQfVRCL+pC
fWu3FyImiehoZKimt1WVomJRxBiwuiWfIwnMEqK0RuIduiIKBDt8CvEoQ4IjVF2bW6xpfp9h
S7INL1asLkAKh7QgMVNGldorZUI+BYjO0+CbLNw1FoJY3ZFj5psSSBXRPEIkk9LKGxOsBQNn
goZZhyZiyAsDARwDhriJ+8oYnVnXHKoqW+8nqRQJiANHEfmTD2qsRCDnEh6B3X//2Q==</binary>
 <binary id="i_066.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RVIRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzY6MDUAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAf+gAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAUDgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOrsgx+KEQZ4AlXX1REIBZodOTok
pEGg8x5IrKJAI1/Ip+mI07DVTaNoH+sJKYtriYAg90YCPypg4cpbiT5JKUYInRMA2dfvTHdB
0lSZPfXzSUkYRHCm2z70No1H5OycDXxSUrJsDMayydpY0ls+P0Wj+tuVSzq3p25FDKxvxw4N
DnfSc2Qz2gfQe5qrdcz2sFeIASX2s3kaOEEP9n9X8+xZT87Nvc/LcGV+uWseKiYjXY6C5ztv
ps970lPTdMsa/p9Lh+7t8eNFZnwhY31bGY3GLLqnU1Ae0v0LiTLSxv7u1bJ4SUln4fzUpKEj
z/mvNJJT/9DuXDn8qGKgDH3JPubMgEjsmbax3xSUzDEzmgd1JpJOnCRaSJ4SUwjzJ8k4Epw3
upAHw1HCSmOw9k+3w5UgJ5S1+j4fNJSmsEJOc1jSXOAY0SSeAApAKj1o7enWjUertrBH8twH
/U7klNDquSzMHoV1Ai0N9WPba9gO9vv/AMHTv9z2Kl6AbfRQR6b2sJq9N87h/N+ltI9vp2XN
RsVut2Vq915DaW+IB21gf1nrYxem1UEX2sFmX3uIktn/AAdM/wA3WkpuNhrA2Y2gN58BClPm
hF2mik36IMGElJ5Pif5rySTR/wCeUklP/9HrJJEf7knWCms2WltWwe5rj4fu27dm5/5lbvT/
AHFPY0N0+JhSbSwuBc0OAnbPaRtd/nNSUzotaS0CQXtDmteC0wf6yOSPghtZW07mDaSBugkA
/Fv0dylI8PmkpkU3fUJF3gn5SUrcR2/IkDJ/LKYBOGjUykpluHhPiuU691XLFxqvwjspsmtw
e6LKXgtsfW5u1vq7fzf8GurIboD9yiWtEaefwSU5nRcY7G3yH0MG3Ec2ILOfWj9530VpueSe
UwaAA0CABoBxCiQOUlK1J1P3Io7d/mh7xypGSkpNvb+6PoeKSHtZ/wCBpJKf/9LWq+tuEbNr
qntoGm4EF39bZ7fatTG6t0/IdsY/Y4kACz2kzxEledSQdrfokmBOiOy1+4OkywRJ8Of81JT6
WN4EefdIT4rH+rOd9qwSHOl1Z7nsR/314ctBuQ457qIiptLXh3i57nN/6La0lNmUO7JbSJPJ
IEeZUbsjHpbusf4wAJJ/qhZdrnXsGQZMnRp4aOP+qSU6Yz6S0u3FpH5rhBQ29TqLiNroPeFQ
DXDaHak6tJUhS5pMj28xxCSnZqy8d49rwD58o3tLZBmfBY7To122CPEaiESq8glzHbXfnDsf
6ySnQdwQOENzXf3BCZl7tQ2Y5Ex/m/S3IrMmou2WN9N2ncEa8JKXrYZnt5oxaYidFIbeGwT3
ggwo2ZWLR/O2tb3IkSkpfafL6MJIP7Swv3nfze7j8395JJT/AP/TzsRgcAXVNe0vJeXNBdA/
defoe3/RqoJY4AayD5/Nb2E3oI6ZjgG6/qt4Lm040lznbve17bD6FVTG+31HrCsI3uDWmvaT
LCdzhB/Oc389JTt/VnIc26ykEtD27tOORqtxwc5925zoaGCZPYbjP+euR6Pk+h1WkuJhzth+
DvaukGULHWDbt3WGPltZ2/qpKTPY6sbuSNCT2HzVrFAsYK2RoI2/lVIOsH6Me8k+1p/6ncfb
/nK+5oxi/Y4WW0+6+uC0hs7d7Z/rV72f4N6Smd+O4tIMAjUOHiEGvIcG6+8NkEd5RWZlL2ku
Hpu8CVV2FrtzCLGEkmDr4pKbIvY+HA+w6B3gfB6d42MfYNNgJP8AcqTHBlg29/pA8RPdSzep
tp/R0++0aujgDnVJTDF6ti3GN4Za36dTjqJE/wBrasvC6o+zOve4autPqgd2s9lLBu+iyv8A
nHrP6jTjvc7IA22nWGaAEn/X6CqYNVmVkem6XNIk6wDxGmiSnrT1M5D4be0AcbD+H9ZQNpEM
EOdz/tVenZRtFFYFRbrAAhFhoJI/O57pKbPqW/8Asv4pIG93j/gPxSSU/wD/1C4/S39OJYBY
7IyQfQNREhzRNYrvH031e9l7LP5D/TsWX1roWV0a5hvcy6vILiy1mhlvuc21mm1/u/N9lqu9
N6+3Lob05vrbW2SDcW7DY93qNdX6Fdb6bN7v0O/JT/WsdQfhO9Z1jn1uZFrmuLTt3ODnW730
127Xv9RjGemkp5/1DpY0kOGs9pC6XHqfdji2i3UHbeBwH/Ssb+97dzVzFOxzWem42uIAc4CC
S4CY/lbl1P1fBbiZIeDtOQ4T57WFySm/0/GFt8ZTQcdkhznEg7vpV7PzH+r/ADf0lsWNx/Wb
eKR9orb6FVJ3bzvaWfZ72T7t9bd2/wDcWK/HzMwfZcXKdhuDpbeyDDSPfv3/APff0n7iBndb
6d9WD6ON+vZpYd1jnxsDnb3Mhpf9ma76fpM/SW/4axJSTqBoFz3Yvvxi4tD+SDya5+m3n89U
n3OZWQ1pJ7awU3TW3ZGBldSsxqqg+9xr2n9OG2k5DvtDP3HWfzfqMUYY7Q6E90lMmvefpiT4
kgj7k7GiBAnUwNQ38E7KmBsjT8Sis26BxJHgkpp52K+3HdsG6x5aJj6IPteR+97faq3Q6LPt
DrWgBrHubJ4MBvtWqTywkkdiNFn9Fc37E9znivdc6N3lt/NKSnTuvra07XskTrI5VNnVKGWb
XPcR39ug8/5SrdS6U+iLa2PmzU+m0wRofotWQDba7mZMTMQPOElPW/aaP3j/ADE8Dj/OSWL9
mP8Ap3f0bZ9Ef+SSSU//1cPoVvTacz1c/IsxqKiH2vrgulvvqra2Hu/SOZt9i1PrD14fWG5m
T0s3iuhu99ZbDhEttvexht/R7HN+n+ZvXLZ1W2lrhIO4hwPf90uH8lbPRM7GZSa7HPGJubup
rcGGeXsst/nPTscz/BJKazKGZbfUxQ6l9XvOKww2x0j3Yf8Aw7vzcf8A7Y/0S2fqX0TqHVMo
5l9tlODUT9F7mlzwffV6f0P+O9T/AM+LPfgWdT61TR0+wWfaHENeIhsO9+Q9jfo7mN9dekdO
NeOa8DEDrK6Rtfa7lxb/ADj3Pd9Oyxx3pKQda6DiW9OdQxxx3fSGVBftd/w35/pv/krl8H6q
Y2JZbk5dtObXjVWWVMqJ2l7RPrZG5jWfovpL0C+5tQaT9Ana49tVzP1jdQ/GyWsaK/Wb9nFg
GhDh+sW7B7XenSNjN6SnDyOu4gqpyaHuyH5UBzWwDtg7vVP77Y/m3pdPyaeoCz0m7HVgFzNw
cQDp7g1o2LJFfT/t1OFUyxlDXNZurG543FrJc8/Tuf8ATf7PYunrx8HpbGNppDBff9mscHbg
1zTs3vscPov/AHP30lNcsDBt1BHOnZMA0Q0k6DRFrzhfmuxjTEWGqZDiTP0mtZ7fTZ9Kz3/n
q47FfPsY3wg/9+SU0mMLnEcNIMSjfVzpXpYjPtDA1znOt2OEgAmWep929GqZQy0faLK6wCGB
pcBLvmrt/U+nYTTvs9Vw1cGagfP876KSm43HbDq9stJME8aqpd0zBvANlFZfOp2CZ8yq2N13
CyC/Jff6VQIDGEGSePox71fGbiWs9etwLTo46dtP85JTX/5u4v8AomfRjg/RSWhu/lj6M8jj
97n6KSSn/9bmrzufscwekJFk6bgPpH3KOJ1XGqLm24YupAPota4NIP8Awpc1zbWu/O3JvrA0
V9UtZWP0Tg2yrmC2wC2df67q/wCws8AvJAGvMJKe7+poyLftPWHhrX3Tj4tTAGNY1vvft2/S
3Pdt3uXUdMymUtYLPYHAhmjjLWw3dP8AKfuesL6rVh3QaBXrsba8x/Wk/wDSVPNzcyzKysFt
v2YU7GiRyC1r5O//AKLUlPVdY6pRSKQLWgl5BEySIH9687651y/LznU4rjYGn0mBgkk/n7P6
71qXZAeW77mOeAA6ysHcfzvpPL2M3O/cWS7qHT8ImrCq1Ojyzvr9F1/uf/WSUnw7+r9L22Bl
IFI3Po3sJcD+bkMYfV9Tb+cnf1XF6j6j/TGNlCwPDWFxrsa4w6t9TpbXaz+d9X8/+uqw6v7I
rFjHnnY/aP8Ao/T/ALaVF12d1TFZnOO1z62EkSQ1zh7t3tc/+Skp0On3jGzqrg3cwGHhpMw7
2u2hdlbhubp6YB5nkFc3czotGV1Gqqs3yH1YoYd/pvBHvLp27fp7F0Yym5WOMnAfXkVH2AvL
mHe0e5lzI31P/k7ElPNdRtf9sy8Z4DK2D1Gh7QXFzA2djo9rLf5z+Ws622HP3GQD28l0Wf07
qVrSa2Vlx2/pHPO50ep6ztvp7avWc9vs/wAF6ay3dA6k4w2tu4TLpET/AFn7d6SmjW9saceH
OqIXhrSGuO3WWiVYf0TMoofkXXMqYwboE2uEfu1N+mqbOoZTcWuhzacmoaVP9pvhxnbpts9j
v5v9EkpNu/kjw4HP7vCS2f8Am3m/6Srjb9I8f5n85/JSSU//1+d6k85uBj5BH6TAtdh3dyWP
LsjDfH/sQx6qZVDaK6ngw57fLn7lq9Exhfd1PDtP6rk1iZ0ItBN2K5sz/hGPq/trN6hHqBhc
XtYCGOIgkTy76W1zklPof1Npsb0ai0+3a2WTrpp/rtRsn6tYefl12tccRw3C8UtaDY0EvZ7n
7vRfud/ObE31dL7Pq7S8uhwpY4H7g9aVV2y33WNYHgTYOG99UlNGz6v9HxMS4V0jKvLHQ/JO
8kfRLWtbsrb/AGK968/610ezpGecY++qxotxrTpvqcPpf8ZW79HYvRbMxv2ltwbNOgDBzA9l
Yb/Xc7c9c39dact/TsK+4NbXRYaixoktL2jY71Ppe/0/6iSnkWAjnuNXBdH9bGYmIOmej7so
YbQ6yZb6cAU8/uu9XYsbCwsrKB9CsvA0c6Ib/ad+9tWn1dt2V0rCx3Verk4IfXbYx4c8sdHo
tNceo/09v9hJTjUX2MIAcYM7m/mmRtPqBdP9TuouGZlB9mjqg9+6P8GdrJb9L1Pdsr/fXIhj
mkNNrGmfdv0j+t966f6v9Iznm0MLKnxNlm6WtB+h+lb+fd9KqutJT0bvrFjOz/suxm6AfHSf
32u2Nf8A8H/4Itao0Ws3Mh7YglhMa/mnauJ6xZ03oeSx+G51vUKWubZc+NgL27draWyxnoM+
h/wlyp4v1k6kwPIvdVY8em6xoAeIB+m3+t/mJKd36x5FVnUcahgr9LEa42ud7pe/T0v5Xpem
32f9uLKdk4rLfe4MtI3sdW1rNSfpMuf6rq3f2FS+2TucWteHCXNA26/R+myP+oVro3TenZOQ
B1RlgOQ3djtG6ppDp/SOsb7nb/8AAJKbv/OTL/7kO42/mfR/0n81/wCCf+BpI3/NH/u4/j0v
oN/mf3fo/wA9/KSSU//QxcTIdRYHs9zH+19R4dOsNP5jmu9zFV+sVd7OqvF53Nc1ltTwdHVv
Y11Zaote8AkDjwPf6KNkk5nRsfIMOt6e/wCyub4U2g34s/8AF3NyKklPS/VTrNjulNwvQn7O
AHWB35p9zPaG/wBlbFzsrJr9MMDQ+O4IcB+/H7v7q5L6m5Br6k+ogEXMAb8WmdF3WE1oL3kE
7eSQPcDrtZ/aSUxqo3XV0ul0EF3j7R6jisfr2Vh2Yz+nOZ9ovvLC6syBWGO9V11m3b9La2tn
/XFt3ZVWBi5nUsiHMqYQIIBLj+YP69pZUuCpvvzHWZGQWUssdvsH0Wk/m+5x/mm/4KtJTpUX
tpaGNAcBo2saNHyajEPvb6twqayQ0OO0MaTw3e72blkfbS5xbiD1G8OseAKwP36/5u1z3qdu
dYB6l797uA4w0SBt211taxrNv72xJTquo6bbXZU5zchrztcWVhzWmPzLLxTje3+Q9DZb1S61
vTcB9NNhscbP0pp9WWbZFf6ZjttTWej6X8y+tZ2Ln3Oe1z2ixzq8mwMcAQ3a2atkj811acdT
vbiYznOLnMxK3jmRZTc7Y/8At12WMSU6fTvqb1Ki92XkCi28Omne82BpncbTuY1j7FHM+pHW
crPtyRZS05LjY9x3OG4/S99bfzne/wBy7GvIY5rLDtHqgFuon3e7bon/AFhzp9VjGjkMZLv+
3LH7f/AklPHM/wAX/UebLa3j91ugPk6fpblpWdAym7Lsy9jHM+iXvIIIG2Gu9v5i6Ie4EPe6
BpO7kfvfo9qFsx2EObWxjuBIBd836/8AVJKcn7Ef+535u76f+vsSW16n8sfcePvSSU//2f/t
HXZQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAKuAAA4QklNBCUAAAAA
ABD7LMECCtocjGAfX/IAdI2POEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1
dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmlu
dFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9v
ZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRL
AAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXBy
b29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAA
ABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wA
AAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAA
AABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJA
b+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJk
VFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYj
UHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAA
UGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAA
AABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3Jv
cFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVj
dFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAA
AAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAe
OEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAA
AAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAAB
ADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////
////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//
//////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhC
SU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgAB
AAAAAzhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQa
AAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAf8AAAAFAGkAXwAwADQANQAAAAEAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB/wAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0
MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAA
AAAAUmdodGxvbmcAAAH/AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAA
ABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVt
AAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGlj
ZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBs
b25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB
/wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAA
AAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4
dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVm
YXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAA
C2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25n
AAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhC
SU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAUKgAAAAEAAAByAAAAoAAA
AVgAANcAAAAUDgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgI
CAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoAByAwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/EAT8AAAEFAQEB
AQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAAB
BAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT
8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaG
lqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUy
gZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N1
4/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A
6uyDH4oRBngCVdfVEQgFmh05OiSkQaDzHkisokAjX8in6YjTsNVNo2gf6wkpi2uJgCD3RgI/
KmDhyluJPkkpRgidEwDZ1+9Md0HSVJk99fNJSRhEcKbbPvQ2jUfk7JwNfFJSsmwMxrLJ2ljS
Wz4/RaP625VLOrenbkUMrG/HDg0Od9JzZDPaB9B7mqt1zPawV4gBJfazeRo4QQ/2f1fz7FlP
zs29z8twZX65ax4qJiNdjoLnO2+mz3vSU9N0yxr+n0uH7u3x40VmfCFjfVsZjcYsuqdTUB7S
/QuJMtLG/u7VsnhJSWfh/NSkoSPP+a80klP/0O5cOfyoYqAMfck+5syASOyZtrHfFJTMMTOa
B3Umkk6cJFpInhJTCPMnyTgSnDe6kAfDUcJKY7D2T7fDlSAnlLX6Ph80lKawQk5zWNJc4BjR
JJ4ACkAqPWjt6daNR6u2sEfy3Af9TuSU0Oq5LMwehXUCLQ31Y9tr2A72+/8AwdO/3PYqXoBt
9FBHpvawmr03zuH836W0j2+nZc1GxW63ZWr3XkNpb4gHbWB/WetjF6bVQRfawWZfe4iS2f8A
B0z/ADdaSm42GsDZjaA3nwEKU+aEXaaKTfogwYSUnk+J/mvJJNH/AJ5SSU//0eskkR/uSdYK
azZaW1bB7muPh+7bt2bn/mVu9P8AcU9jQ3T4mFJtLC4FzQ4Cds9pG13+c1JTOi1pLQJBe0Oa
14LTB/rI5I+CG1lbTuYNpIG6CQD8W/R3KUjw+aSmRTd9QkXeCflJStxHb8iQMn8spgE4aNTK
SmW4eE+K5Tr3VcsXGq/COymya3B7ospeC2x9bm7W+rt/N/wa6shugP3KJa0Rp5/BJTmdFxjs
bfIfQwbcRzYgs59aP3nfRWm55J5TBoADQIAGgHEKJA5SUrUnU/cijt3+aHvHKkZKSk29v7o+
h4pIe1n/AIGkkp//0tar624Rs2uqe2gabgQXf1tnt9q1Mbq3T8h2xj9jiQALPaTPESV51JB2
t+iSYE6I7LX7g6TLBEnw5/zUlPpY3gR590hPisf6s532rBIc6XVnuexH/fXhy0G5DjnuoiKm
0teHeLnuc3/otrSU2ZQ7sltIk8kgR5lRuyMelu6x/jAAkn+qFl2udewZBkydGnho4/6pJTpj
PpLS7cWkfmuEFDb1OouI2ug94VANcNodqTq0lSFLmkyPbzHEJKdmrLx3j2vAPnyje0tkGZ8F
jtOjXbYI8RqIRKryCXMdtd+cOx/rJKdB3BA4Q3Nd/cEJmXu1DZjkTH+b9Lcisyai7ZY303ad
wRrwkpethme3mjFpiJ0Uht4bBPeCDCjZlYtH87a1vciRKSl9p8vowkg/tLC/ed/N7uPzf3kk
lP8A/9POxGBwBdU17S8l5c0F0D915+h7f9GqgljgBrIPn81vYTegjpmOAbr+q3gubTjSXOdu
97XtsPoVVMb7fUesKwje4Naa9pMsJ3OEH85zfz0lO39WchzbrKQS0Pbu045Gq3HBzn3bnOho
YJk9huM/565Ho+T6HVaS4mHO2H4O9q6QZQsdYNu3dYY+W1nb+qkpM9jqxu5I0JPYfNWsUCxg
rZGgjb+VUg6wfox7yT7Wn/qdx9v+cr7mjGL9jhZbT7r64LSGzt3tn+tXvZ/g3pKZ347i0gwC
NQ4eIQa8hwbr7w2QR3lFZmUvaS4em7wJVXYWu3MIsYSSYOvikpsi9j4cD7DoHeB8Hp3jYx9g
02Ak/wBypMcGWDb3+kDxE91LN6m2n9HT77Rq6OAOdUlMMXq2LcY3hlrfp1OOokT/AGtqy8Lq
j7M697hq60+qB3az2UsG76LK/wCces/qNOO9zsgDbadYZoASf9foKpg1WZWR6bpc0iTrAPEa
aJKetPUzkPht7QBxsP4f1lA2kQwQ53P+1V6dlG0UVgVFusACEWGgkj87nukps+pb/wCy/ikg
b3eP+A/FJJT/AP/ULj9Lf04lgFjsjJB9A1ESHNE1iu8fTfV72Xss/kP9OxZfWuhZXRrmG9zL
q8guLLWaGW+5zbWabX+7832Wq703r7cuhvTm+ttbZINxbsNj3eo11foV1vps3u/Q78lP9ax1
B+E71nWOfW5kWua4tO3c4OdbvfTXbte/1GMZ6aSnn/UOljSQ4az2kLpcep92OLaLdQdt4HAf
9Kxv73t3NXMU7HNZ6bja4gBzgIJLgJj+VuXU/V8FuJkh4O05DhPntYXJKb/T8YW3xlNBx2SH
OcSDu+lXs/Mf6v8AN/SWxY3H9Zt4pH2itvoVUndvO9pZ9nvZPu31t3b/ANxYr8fMzB9lxcp2
G4Olt7IMNI9+/f8A99/SfuIGd1vp31YPo4369mlh3WOfGwOdvcyGl/2Zrvp+kz9Jb/hrElJO
oGgXPdi+/GLi0P5IPJrn6befz1Sfc5lZDWkntrBTdNbdkYGV1KzGqqD73Gvaf04baTkO+0M/
cdZ/N+oxRhjtDoT3SUya95+mJPiSCPuTsaIECdTA1DfwTsqYGyNPxKKzboHEkeCSmnnYr7cd
2wbrHlomPog+15H73t9qrdDos+0OtaAGse5sngwG+1apPLCSR2I0Wf0VzfsT3OeK91zo3eW3
80pKdO6+trTteyROsjlU2dUoZZtc9xHf26Dz/lKt1LpT6ItrY+bNT6bTBGh+i1ZANtruZkxM
xA84SU9b9po/eP8AMTwOP85JYv2Y/wCnd/Rtn0R/5JJJT//Vw+hW9NpzPVz8izGoqIfa+uC6
W++qtrYe79I5m32LU+sPXh9YbmZPSzeK6G731lsOES2297GG39Hsc36f5m9ctnVbaWuEg7iH
A9/3S4fyVs9EzsZlJrsc8Ym5u6mtwYZ5eyy3+c9OxzP8EkprMoZlt9TFDqX1e84rDDbHSPdh
/wDDu/Nx/wDtj/RLZ+pfROodUyjmX22U4NRP0XuaXPB99Xp/Q/471P8Az4s9+BZ1PrVNHT7B
Z9ocQ14iGw735D2N+juY3116R04145rwMQOsrpG19ruXFv8AOPc9307LHHekpB1roOJb051D
HHHd9IZUF+13/Dfn+m/+SuXwfqpjYlluTl205teNVZZUyonaXtE+tkbmNZ+i+kvQL7m1BpP0
Cdrj21XM/WN1D8bJaxor9Zv2cWAaEOH6xbsHtd6dI2M3pKcPI67iCqnJoe7IflQHNbAO2Du9
U/vtj+bel0/Jp6gLPSbsdWAXM3BxAOnuDWjYskV9P+3U4VTLGUNc1m6sbnjcWslzz9O5/wBN
/s9i6evHwelsY2mkMF9/2axwduDXNOze+xw+i/8Ac/fSU1ywMG3UEc6dkwDRDSToNEWvOF+a
7GNMRYapkOJM/Sa1nt9Nn0rPf+erjsV8+xjfCD/35JTSYwucRw0gxKN9XOleliM+0MDXOc63
Y4SACZZ6n3b0aplDLR9osrrAIYGlwEu+au39T6dhNO+z1XDVwZqB8/zvopKbjcdsOr2y0kwT
xqql3TMG8A2UVl86nYJnzKrY3XcLIL8l9/pVAgMYQZJ4+jHvV8ZuJaz163AtOjjp20/zklNf
/m7i/wCiZ9GOD9FJaG7+WPozyOP3ufopJKf/1uavO5+xzB6QkWTpuA+kfco4nVcaoubbhi6k
A+i1rg0g/wDClzXNta787cm+sDRX1S1lY/RODbKuYLbALZ1/rur/ALCzwC8kAa8wkp7v6mjI
t+09YeGtfdOPi1MAY1jW+9+3b9Lc923e5dR0zKZS1gs9gcCGaOMtbDd0/wAp+56wvqtWHdBo
FeuxtrzH9aT/ANJU83NzLMrKwW2/ZhTsaJHILWvk7/8AotSU9V1jqlFIpAtaCXkETJIgf3rz
vrnXL8vOdTiuNgafSYGCST+fs/rvWpdkB5bvuY54ADrKwdx/O+k8vYzc79xZLuodPwiasKrU
6PLO+v0XX+5/9ZJSfDv6v0vbYGUgUjc+jewlwP5uQxh9X1Nv5yd/VcXqPqP9MY2ULA8NYXGu
xrjDq31OltdrP531fz/66rDq/sisWMeedj9o/wCj9P8AtpUXXZ3VMVmc47XPrYSRJDXOHu3e
1z/5KSnQ6feMbOquDdzAYeGkzDva7aF2VuG5unpgHmeQVzdzOi0ZXUaqqzfIfVihh3+m8Ee8
unbt+nsXRjKblY4ycB9eRUfYC8uYd7R7mXMjfU/+TsSU811G1/2zLxngMrYPUaHtBcXMDZ2O
j2st/nP5azrbYc/cZAPbyXRZ/TupWtJrZWXHb+kc87nR6nrO2+ntq9Zz2+z/AAXprLd0DqTj
Da27hMukRP8AWft3pKaNb2xpx4c6oheGtIa47dZaJVh/RMyih+RdcypjBugTa4R+7U36aps6
hlNxa6HNpyahpU/2m+HGdum2z2O/m/0SSk27+SPDgc/u8JLZ/wCbeb/pKuNv0jx/mfzn8lJJ
T//X53qTzm4GPkEfpMC12Hd3JY8uyMN8f+xDHqplUNorqeDDnt8ufuWr0TGF93U8O0/quTWJ
nQi0E3YrmzP+EY+r+2s3qEeoGFxe1gIY4iCRPLvpbXOSU+h/U2mxvRqLT7drZZOumn+u1Gyf
q1h5+XXa1xxHDcLxS1oNjQS9nufu9F+5385sTfV0vs+rtLy6HCljgfuD1pVXbLfdY1geBNg4
b31SU0bPq/0fExLhXSMq8sdD8k7yR9Eta1uytv8AYr3rz/rXR7OkZ5xj76rGi3GtOm+pw+l/
xlbv0di9FszG/aW3Bs06AMHMD2Vhv9dztz1zf11py39Owr7g1tdFhqLGiS0vaNjvU+l7/T/q
JKeRYCOe41cF0f1sZiYg6Z6PuyhhtDrJlvpwBTz+671dixsLCysoH0Ky8DRzohv9p3721afV
23ZXSsLHdV6uTgh9dtjHhzyx0ei01x6j/T2/2ElONRfYwgBxgzub+aZG0+oF0/1O6i4ZmUH2
aOqD37o/wZ2slv0vU92yv99ciGOaQ02saZ92/SP633rp/q/0jOebQwsqfE2Wbpa0H6H6Vv59
30qq60lPRu+sWM7P+y7GboB8dJ/fa7Y1/wDwf/gi1qjRazcyHtiCWExr+adq4nrFnTeh5LH4
bnW9Qpa5tlz42Avbt2tpbLGegz6H/CXKni/WTqTA8i91Vjx6brGgB4gH6bf63+Ykp3frHkVW
dRxqGCv0sRrja53ul79PS/lel6bfZ/24sp2Tist97gy0jex1bWs1J+ky5/qurd/YVL7ZO5xa
14cJc0Dbr9H6bI/6hWujdN6dk5AHVGWA5Dd2O0bqmkOn9I6xvudv/wAAkpu/85Mv/uQ7jb+Z
9H/SfzX/AIJ/4Gkjf80f+7j+PS+g3+Z/d+j/AD38pJJT/9DFxMh1Fgez3Mf7X1Hh06w0/mOa
73MVX6xV3s6q8Xnc1zWW1PB0dW9jXVlqi17wCQOPA9/oo2STmdGx8gw63p7/ALK5vhTaDfiz
/wAXc3IqSU9L9VOs2O6U3C9Cfs4AdYHfmn3M9ob/AGVsXOysmv0wwND47ghwH78fu/urkvqb
kGvqT6iARcwBvxaZ0XdYTWgveQTt5JA9wOu1n9pJTGqjddXS6XQQXePtHqOKx+vZWHZjP6c5
n2i+8sLqzIFYY71XXWbdv0tra2f9cW3dlVYGLmdSyIcyphAggEuP5g/r2llS4Km+/MdZkZBZ
Syx2+wfRaT+b7nH+ab/gq0lOlRe2loY0BwGjaxo0fJqMQ+9vq3CprJDQ47QxpPDd7vZuWR9t
LnFuIPUbw6x4ArA/fr/m7XPep251gHqXv3u4DjDRIG3bXW1rGs2/vbElOq6jpttdlTnNyGvO
1xZWHNaY/MsvFON7f5D0NlvVLrW9NwH002Gxxs/Smn1ZZtkV/pmO21NZ6PpfzL61nYufc57X
PaLHOrybAxwBDdrZq2SPzXVpx1O9uJjOc4uczEreOZFlNztj/wC3XZYxJTp9O+pvUqL3ZeQK
Lbw6ad7zYGmdxtO5jWPsUcz6kdZys+3JFlLTkuNj3Hc4bj9L31t/Od7/AHLsa8hjmssO0eqA
W6ifd7tuif8AWHOn1WMaOQxku/7csft/8CSU8cz/ABf9R5streP3W6A+Tp+luWlZ0DKbsuzL
2Mcz6Je8gggbYa72/mLoh7gQ97oGk7uR+9+j2oWzHYQ5tbGO4EgF3zfr/wBUkpyfsR/7nfm7
vp/6+xJbXqfyx9x4+9JJT//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAA
aABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMA
QwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EQd2h0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpy
ZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4
bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAx
OjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3Jn
LzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91
dD0iIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1s
bnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJl
ZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVz
b3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIg
eG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90
b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcE1NOkRvY3Vt
ZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDphZmM3ZmYxOS1lZGM0LTExZTgtYTU3Yy1i
ODE5YTI2ZDQxNjMiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NGIwZmM1ZTUtMjY0Ni0x
ODQ2LWIzNzUtODkzMTM1NDY4MzI5IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5k
aWQ6RTY0RkExOEZCOTUxMTFFNUJCMzdGQTBGREYyNDgwNTYiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0i
QWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAx
OC0xMS0xOVQxNjoyNzo1MiswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6
MzY6MDUrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzY6MDUrMDM6
MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4
bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmQ2OGYzYTQ4LWIy
YzAtMTg0Yi1iMzk3LTYyODgxN2E3NWUyYiIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpF
NjRGQTE4RkI5NTExMUU1QkIzN0ZBMEZERjI0ODA1NiIgc3RSZWY6b3JpZ2luYWxEb2N1bWVu
dElEPSJ4bXAuZGlkOkU2NEZBMThGQjk1MTExRTVCQjM3RkEwRkRGMjQ4MDU2Ii8+IDx4bXBN
TTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2
dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmNiOWIwZWQxLTQ2NTYtMzc0Zi1iZGM4LTE5NWQ1NDY0
Njk0OSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQxOToyNjowNyswMzowMCIgc3RFdnQ6c29m
dHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpj
aGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFu
Y2VJRD0ieG1wLmlpZDpkNjhmM2E0OC1iMmMwLTE4NGItYjM5Ny02Mjg4MTdhNzVlMmIiIHN0
RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzY6MDUrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdl
bnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0i
LyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY29udmVydGVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJz
PSJmcm9tIGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9u
PSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJvbSBpbWFnZS9wbmcg
dG8gaW1hZ2UvanBlZyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omlu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NGIwZmM1ZTUtMjY0Ni0xODQ2LWIzNzUtODkzMTM1NDY4MzI5
IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDIyOjM2OjA1KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2Fy
ZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5n
ZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9u
PiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAA
AAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcX
IhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQU
Dg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC
0AH/AwEiAAIRAQMRAf/EAK4AAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAECAAMEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAEAACAwACAQUBAAMBAAICAwABAgARAyEEEhAxQRMFIjIjFCCgQjMkNBUGEQABAwIE
BAEGDgIBAwMDBQABABEhMQJBUWESEHEiA4EgkaGxMkIw8MFSYnKCkqKywtLiE/Ij0eHxBEAz
s1Njc4OT8xQkEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADvgkrVlIGApBJIAyEQ
sCBoBowpdRo0IQxCIGSADgUMCAkUtAMQNISEQLKSAgKtBFNJoZSFTSZd+DeMYAGQIhIysYRC
IDAIzCAwhkAysSGEYsKtkAHgjNAGEkDABBCQCEBEAWUkII0EIVg8UhggzIxSjIZ66Sb8GqgP
W4nZLBIQqSQgjKxiDwrjQRbAJHAsLCxwKTBrK2CQQRgEQkIJAQRWBJASFRoCSEgIIYjgDADA
hIJJAcnocjpmXJ1eUb6lpB1+D1TpGtyQwgMAyOZ4wK40ESxQGQV1cgMAHAY0BAQlYNBAgggk
CrAEICsgTIEwghICCQMAEEhDAxPhKL+bqK4lxFkK9/M0nW34tpA0BCBXVioMoAwEDVjK0AwY
UtAB1JJCSQkJACCQkEMBCoQYCGAMhDIQqxGUkkgYYAEnKx9VTjM2U3WigllG4O19AIQQgkBg
pLFMIIrErW1RCWELQVpAQwWOBQYCMARgSGAhgCYKGgpJJIRYykaMKWgoaAkJIEHxpjKrKnLz
QDPuFx0LUckIJASSQkLCIYASEIgDAMISQgkkBICRSGQBEJJIQyBDAEYEgII0FMJGUkkhJASQ
FWKq0FVFgdMYnP28o3aef2y4qRosGiEaCBZGFV0BIAkAhkJJCSAcAkBAAYSQgkJDAGSBiwMh
ICAlSQKQsIRhCAwVLKjh6KbTD0cXTGR8pXss2lVhBGEBIAkEkMA4JSEIBAEpC1qXHiwLKxCY
KTCKwAZCBoLGgIYLHADCSQiSAJDAMIDICQi49nNMZFZq1IRTX1CFoKGAIAMJAEOEMCOjmIrB
0hAUvK2rYcowzIw8hAZASAYQgkhJAEEgMhCpDBAGQBDEkIAYQGgHF7HKKXurN9K6DTqrYIih
iwIAGAIzKQgwjBznyAMMKTcBq2Il2Ws3xAXMCSAgMAYYCGAEhJIGSEghCIGBhWhAQCQEq816
fkmTBY4/Q43aK+xTqCywgECpgpZSGEjAkBhCCYCYGQBIgcmqGHc9hQzVlzqSSQEMDIQSQkhB
CCAghBJBCSQMkJCQKYIrkyYuwDkN1QPIBhILCAGQMYAkIYCSLAwEzWCERwESEdSMykYQEIJI
IMJBhASCBKkMDAkAZISQgDEBkIQRTICQgDKQEkEhJCJDCAgYCBggxBAJCOrGYq4pYCtCSBiQ
EjQiyQkBJISAkEkAYB4IEGCsIESEKgeQDQMIWgJIAFhZAEEgUgBgIJAMAGRiMGFLKSSGeYcZ
224fQNsQFsQhVgGCBisCQhBhCIEGEEgQELJUw8BAyKPKVNUpctetgyEWNAQwUEEkgskFggCQ
AsoWDBJBAQQwHjJQxoFQNt2K827fP2npTxegayrAIIICGSEgIICFWrBS2MtVbQ35QaKACLLC
MkNFmYm5sDmx8wNYqsBICEqCGEkAA0FJcBhIQSSEEIPBq6BKwa/NYMBDTow6Dt7OT1gkEFdn
LOoUcEkIYBc9uQSWVDCAsikJEK3AGLEZ1IYoLjUwLawaxmsLQsLCjBK2ABhDCCEAMJJCCMDw
SGCmQYMBoLBXrQ6/c832jcFAeD3eUdWyhywVgtTJSFqLi+m4GexbALbUNJYKtsK5YolyOK0A
IAXGhh1KlhptBHJW0zm67FYaWqBbFg8SsvXFUdBOY55qt7Ay5TNXsyksqYZSS7scTonWFQLs
tuY0o1YwUiWrBb6tA6wiWAkrtBmtrBoehyyK4IAESERwK0AygDRYWxFMlWPabm5vSNQz0mmv
KppSpyxIAvS5510csjkGXRSVRgNBB+jzNR3GpuEptUshQVmAiXUhtpc0FbhGtYzS1SujVQKa
7AlajZXTcR6mHMhAWM2ZsJ1jxt5px35Dma+foNuzn6C9FBa1NxAQBCgzhzz9te4V2pK8+mgV
TBwjDWZrD0F+LaVyq0atqS9szl1NiiM8DdUxqggJILVbQZrqiWBiZrIppSrQM6sQqCjk9nEc
Q20GuznsS+is3rnuE0abAWmwrruzktSwjITh+r836M05G4pp5OaDAkEhFZIdfqcDrld/O0lo
ViLYoykFty6yirfjGbCxvbHoGqYGVdKFV1QLAjiPXDW1ZGzLhL6kIKtGcoz35xHUmjXm3l4i
gtyWmgI4AQAmHnujzmG6KaR+H2eCM9ThZWEBhb2uF0R7s1w91ENMosBZUp16s/ROT1eWSDpc
4Y0A0rmrN7Yiamxg0pSC5soN1OZAtEHRyZw9RRTdnGaq46GrH0Ci0wWGAKwcSAJJxa+jeVbK
7Dg09pDlQqNFgysoNeVjpnRDGbgNYiGrZyO+XtWotVlw2RNJx0uyDpIM9QLK0qLWqcsKKOjA
clSCEpuYHMqclF+fQaelh1lsChSIJA4l1UNBWw1VZ+mcYdTnnQ2paczyvrfNmZWUYBg21XGv
p+c9AMt9ZXXfcHZTUWlM50qsdg69DzZsy59JXGgFgJVZCPXB2EJC4gtBAYGMTBXvxGDo8/tD
WqpYvOrOpXhBoorhDVDXfz9BOpz+qNWmYt2Y0G5u/lmA03lyuBrK7jP3+H2jbXYCq1KhcPT5
IzP2zH2MqGjiNgOivF9CZ67agAsIjkrdmELQVwSMGBLKhojFeDp4TB2eP2SxQhTl3Kc0a85F
lY6wE00aDGqKdXo8fUdOdAHIy9blnHvGY2Ci4l9G0zdrkdouNZGosAdFWo0rmwA4iZR5X0hv
S87snFp1ZQwKO1bBdHGgBIrDFAWxYRDCc7pc4xd7h9stmcmivWxxcvVoOWmygSWkmzPcchGJ
q1YdZ622i85fnd3INmGdI5lmjmlm3FYWX82HY6XH7Yzb9Rx+X6bypkojlaX9Yz9eygqurBfl
ZikOCI4A62AIhXYhHWEjKxAIHmdTAYu5ye2JfZoKbpAV6wYKOiTjUd+s4Z7EPGvVDf6jymw9
Tn8NDucq1zLDUb35+wzV9vzwLbPQj+hruCHBmquzHJxelh5zvKxiWrjnoaa+SNbzrTXpwajo
pcpWYgwUhKgeVMWAEUxh+b08Jn71Wke1LxAyjKzlUasdWrCHtPndbsNkaoa6rabOvzbQ83dY
cxWxm3o8e43+oydId0YJEJRcDkU9us5N4Q4nF6mYevflKyXM+jZtNItURLqyoXQznQDMb4Um
0ChwG5bwuLBhLAqcxomW8srtBUwYFtTHgmUlOfXjLtnN1mjr82w7uCiw52Lrcobu832ZbXXQ
adnN2l8kEC0mms4ysDIcfornKEOI6nX8/wClA2TcVLxuoOmLGdTTz7TYHhQL1KGtJUTpJatw
tspLhzaTpYstpuvWFrZWL64pYFsPDCxBMPRpMpOsl71BlmgzU6idrrVZyuxrC7VXYSSCYdFY
KHoLOTZiJSmcWzVsOf6SuwxbuRUHVzybsABfv5nYNahSwIC2uKIlblO7i2nQy01GjKyFO3M5
vz1g038+HdPIh0dfn3OeUpBK4bKjjOh0/M9A6+TDlD6Pi+qNuO/Ga9HM6Bfoy3jRYZcd+Qtx
3coyU10D3ZHN65bDrdnyDnoj53cUNuwDyAPV4us7z1OGsgVWrOPpwuWpfQUuANFJGQhIYhME
YgV0JkzbKBDWolcIAwCVsO13+fvGRqRdJrHvzVHVoy5y7BTWaeHr5QVfcY+rYw1dOgz87t5z
mPuwm1cugsKwZksO30Of0ilbqxMm2o88uyg1ZL85WAAqykdWGEITLCuWIVvGG5ne82UiAIkD
JAaKNZ6bVn0iq9YtefCbskyHXfnXFlAYyjeojJUPKwXLCUNKDblzoPvwehM2X1XnC3XdpMPT
5/QFFaF2KEpKEy0JBlYCBkCrgJiA38+s9Tn4Vppldxs8v3OecqEEjQV0sBsoc9Tsx6jRzutg
OJn2806T0kvGao0jOSyqrEac1cGZCWiuBJsKjrxlnpfNdo6vNXnnQGW039Xy1p6KnQpkOknN
nTQ5CdgHJr6rnGPbhx7d5MtWvnmKqnSULqQX0nG9GeY38ftHk1vpCw0maWVFl+TYel18/pmi
ticXjew5pyxn3mcb+icHZ6TOeGo7vFEJIsKjMCNbXpPQeW9lzTz+mqocUsbLuc5qsyg6/oPI
elNkRxUesIsJXLSUpoJma2Hmkr0By6wVIbzT0/O3HF389DZzvS+ZLNuXYVZdeIGzFvO/1sPT
Il1BVdXaU7KdABFJjvU5vH7l54lNFYgsgI0J1eX1T03K6vlznUsoGDEemwcpDV6PzPpDZVXU
Vvzsp3d/J2mx6yOCoOb0OEc3Q7ENcL25N5oStTDl1ZD1PB6kORtx3Aw684vZ4/XPSa8moZaW
DCppdFFZ8IxEKdtLnF837HyRWQSOsLNWRj2vleyTytNtQxrsGKwetyWd3kdE1YjWY01ZjtaB
kNejmk9EONkLsF9AUsUSiykrDWlVshVh34zT6nzvojhZOpgMtdlQelzOiek6OLcZ6tmYgvpL
mp2iYSDPsyQ0UK5i857XyRmBJGFgj22m7q8K45VFtRQ95Ms0EputcbZNxh6G28nD0comFajT
bktNlee4ZUcF9KDVFzT6Lg9I2cbtA8hRcxs14tgnN62c5FNtA3Q5u89dsw7SZbqx63QKPzjU
wcrp10GkxS3zXdxHl2m4o6j3Ch3MQ3ZyvHrhyqe5WcgdvKV7s+gv7Was1VYuMPjVBb9nfPHX
GsLqQlCWNQR+xl6By7b8h3b+boPNKzFXRxMdPm7sRz6jA6KCe03eR6h1BjY1pjcCGF98BFdw
pahTanMMjVWDXVsaGxoaKktGEYRr2Fp2A5ms4Tp8M5Dbiuhm6lPSGlZOXk7Oc5zbrDnp1nOT
b03M1ltxlbW5lbXYeQZCORDft4/fPHjZjI9bmns8TuGiy0gV2A72ArvzE05OkY6L+QTlnWA1
AviQlqktY2C38xDq4qLyFFNWK3QZtuFD0cq1isygZwJRrJl0MxVLSUm0GU2VFq5qTUc1x4mL
CyIwelyGOlxvTebAykPZ4vRPTNnsK7hcNbVcVVtUW66bjB5zVyzXTn0D2qwLErNicxjdXXYW
SmFyZLzRv4PYOf1/N9ky7eX0C/ueS9SXlCOJSXjFSdKvJoHeMVC6Ga2wAVlGgU+flgQvWU2S
HoONo0HEJBNmW09Ju528WxLTVTZWSt2Lse3zZyKTcPqptLq8uQvofSVaGrLKZaLSlYduPYY+
ny+wcXrczcUX57Cv1XlPUG6KhdM14zIQwqANBygIpg6CstemH//aAAgBAgABBQD/AONB/9oA
CAEDAAEFAP8A40H/2gAIAQEAAQUAIEIgCgFZ4wKbMoXVShPECeMozm6hHPFgTx58eVQEULAl
TxlQCcSuKJhWoADCIVueJAUSjfM954wAgVAOeLNTiVNB/BHIUHZTxxfE58+nR0sEqvFcVK59
BRiie8oUwhnxYuzBVe8J9Dc4hghWeMUQ16DiH3BqAifJuAVOLlUZ8/JHoRALA9bnlB7mXOBL
sVGPjn1ixzow+j7Ij9BfGJLnMsS/QGWIvvdw3KhIv3hHIr0A9AJxKg5gUwCEXAOQAYRBZg9x
7ifMNy69Kl1KEIHp8gCiTPgS79BU+L4B9Pae67WMuqwGD98aJ9+hXPZq/RZn7HV01QL7Q/8A
gz4Qel8GUIRc8VlenjxcEuewB5HvVxRKE+B7VALnsTzKghgntLMM9oJ82IDPeLLuUfQmgDDd
fFVBBzO0f9HS/wD45H+zNz5nRc17qIIjf6sT/que8ucCXLlxZ8UZyJ4Aw8Q8H2lQGECD25lE
SzYqxLsyvQyjAK9KIh9yLlc1U95YAHMM4nwJ8iAf+ADBdgwmA3DN2fXsYMoTt5FNxj/sbINl
2VmDkP19P5r0oelD1SVyBCLgMqcWBcINVAsIAnBhEAqAQQjkGvSvQXA0BEue8PENAe/pQnkA
Qb9PjgAVKiurEGGxD6CfPE4jGhvoTt01H09zEaZYAhjq2kOhJzJL4MSMWJW4PU+ie9C6Es2Q
YYVEr0N2sInjUqVAOADL4oy5YntPaD0uWYROZzLMPtVgAiAmXDKlwKogh5lS4KnzLodntKFO
gJ7fc0xi9vd1r64NCVUkZ5vRy0UJ1tC2p9/nmCGARPccQiFeTzKjCLySKIi+xPC8g1XjUqhf
HzCOB7CEy/S+SPSuPeVCSAOYfcD0M4nEuC5xPY1BwAQZwJtuQOz4hBpb9pfLXNFVV62u57F5
hVAw/q+u2oPSy/n3NelQyxEIuxLEMNxiJYM9oT5ELcqgRAIVg5g9vgwcS+Zc4sET5oenxXFW
PaMoM8a9FBqAH0+K9Kgsw2YBKALECNaP2dC4TDx013UPkP56+wvur/euRCY/nLomHUTILQBu
WZz6H0Ranz82ZQj1YJscypUHpVelCAAQ8T4MsCXQAsGCcQwQwVXM9pxPaAGxx6c0ZzKnsDzB
QghgjAGdnqtoE6WaL3nQdlM/sOLso0Vho+xfTV1E6tfVLhMB/wDKkWLntDCGEIs+MC0KMqVO
ZyZRhErmCcmeNwz+pQMowQjgCHkAehnJnJgAhUehlGASjKM49b9ARHNDs9pBmOour/XmpWMq
tMsb2GTFsQFSVKnt636J7w8w1XoRLJghlSpUEr0IlcDieXNAwwyxDB68QT3gFQTmA1LuAegl
cEz3lTn09w+qZzXsnRdMAy5dogBtTPLtpMu4Hbr0GBs5/wCM8p7zmCXxKAi+5APoV9CLlGoP
Qk3zOTKv/wAcz4Bl+g96nt6AS4V5CwAyrlUb9Dc+PeKfQy4TL5B433XPNSWDlUH21FwtkzhM
7KJhOq3/AOr10OjcAfA9iZZgM94JdxBRhhhNm5YqcwGpfpUHuTwfY+1GVUuXBBcPMANz2M9p
8mxPm54+li7ufHAlwex5EMc/z3NCdw3iu+tTrpBYPMPA/Q1LL1/I44ZlFNmC/Q2ApIWz6XLi
EWJ8kGwCISZ816UfQXLgqETmuJc+eJxLnkKghi+8MuUTAFh4gJqpxPY3KsfHp7DmOaDM3/Q7
mtT5nrC1IqPot7voZ1+hj9aY5IIOZwIfeXBObsXEnFXLNS/S+BOZ7S5zBfpYowioBPYmrAlC
fF8elzn1Pv6GfIBuhftOLrmX6a0EUK22wULhmzNmKhJ8Xc+PU64RbnAlXOICIau5xL4Bv09o
hgYwsZ5GeU82nkbBJnlPKXcuEmBjLNVcoyoRyRBVegsyjXIFyql8AkijVT3lcn0F0LlQDkAG
VzUPA77FcMP5GzGYoFVKId+OpkCtShOPSx6VD6D09pZie4MPMInxc94DAPS4ADABdcEAgUQf
X4AqfBgPp8Ay5xQ4nxOIff5+aE9ofcckz5oRhP0tBFJERvN/HiwIlvpnmFQCH0PpXpUowShK
oxPcAS55CEz5hWLcsQMJZtTx6c0Lnyfc1Qh4glT29alTgypUqGp8838jj0A5PtcJqdnf6sht
9rdnS51kAYkKFpmx64SACEiXxOJ8Gq4qxARLEM5oUYo5+DY9b8iyBMwxMupd+osheIBcozmc
2CJ7QXRBhnMuCVD6G7Bl36GXBdj29pUvmNxDshJ1zdtW6uOgTr6opOTvqWXp4sYLvkQwkzmX
PKXLFgQCCoPaCLV0BOASwgMJ1A6/Y17M/wCcrGtImqE8EfIMsGAy5Znua9OZ8+4Bl2Zz6WJc
uAy7lwVLgJlwieRBJM2chOz298+x1O39p7LOunQ7rK/azTwxRnmahVE94bh9zDK9KEHvLAly
5cUy+OZUqBbj5KYra5xe9mT3NuvonU82jPqi5djN4BCeAZxLliXxPaXxUqVKMAlCVPG/TmGD
n0sQwcxgSR7OZ+l0DqVR8tNM/NcwVZNk7GWHWCQLU5ly79blyxBU9/SxAfQiLVsYCSKMPADV
CxgMO2em7dZ1bFlxRdkfRccyM0CTj09hKgnPoPYWPXmc+hNS/W4D6fJlS5cYXPGP1MHLfnan
Xf8AKLp0elpkaAl1CYeZdS7l8AypXoAfTn1uK0IBPjU5MYGVCICImOa6aZl1VAqv1s2ip2Fb
0NWZQo3PYXPeWB6cQ1AfTiGcenzVn5F+ii4RUMI4o3U8YVFUJ4gGXyalShdiUIPQ8QXBPYk8
WZZ9F9wDAooihzVAwrFUCAiAyzDLnE9pxD6VU+a9ROJcr0qGoPWua5AhAv55si57Qw3LMMAq
fNkj4rivTj1oGXZ9oDBzDxPefJEWpzOKLC29lJhuEQA2OItRrlWCOPgwHmzLM+b5vm4J7Ee8
r1ucmfIg49D7y4RLlyuPYXBZlGcz3HNWB6ERqg4INwcS5cWe8I45A+FqXwOZRsgwCcS/QG4L
EIMA4nMqVAKg5g4nyZQ9Pk+lSvWqhNw2YIITKJBBhBpVMqEgQ8zxlie5r0rg+gEJEPpdwwQV
AKhgow+yiKDXx6XKM95XHI9AOSYTyTBAeYKh/wDHxfPJgnEqEetTyo36E1LglS6hMqD3BBhH
PI9ARRv0oQEyoLnAgg9AKi8w1OBCQSoNjyn9Xa3DOK/mWL4IB5BEuWYfb0HtKEufPp7S4TPK
EmAmrMBohhRJJsQH0X29pz6XBdUJVEiGWJYryl8EiwePmAQAyqgsyj/4qA86/oqs07+jTPtG
sO7kwOqQ7JFPkOZfB9hdcQgzxqfJqCqq4Jz6e0B5hjEgeYsOphMFQzy5bSoduV0BnlcDcAmc
w1LHpQh4BqcQkTiFROJVnxskCGCiOQbg5A9oRAGEEC0TssDqCHyIsg5djUBdmaYaN5ZdhfJW
Ui4PeoCJ8XOJcBlCE+h94wqeU20CBF/ke6uVi6rH2BBezZvza1aBqI0al2EGqmeYMD8hgZcM
5lz5vmoIOIfYAwgUogHNWQABwBdmofeC5fKMWFeKkrMXofYpV9nzOezOOt2tc5l2w0Vww94Y
bnMIEBINehlwG4TDNHVAzMxUlZYlclpxGNDyBFQcEe6KxgLQlpm7S2jalRnqrC4YJxVc36Gp
U5s8yhRoTmgOPEQQSoQIByyBQCxn2OJ5cAcro1eRLK3OWhIy1N9VgSPe5zOa1bxUex9PmhPg
3NdKhLNApviMxoMDCASV4NFWWgpssDAsWxCBLAg4JMChow8Wz1MDXLl3OZZgErnmVPGECUPQ
wTj0uVF924VTyztEdYGDAXbUIqizVYuCOhp/u+IDDO32G+5Da3cIgEqAXNtPBT/RVBHux7AX
BxFHFiWTGEUUYCIj3ByTxOSbNqanvCpADG1aA0fsAI0Qkugn2IStEGUB/wCOJ7GuFHFCUDAB
ZahRI5BVbg/mWpimWvlYAxcFuuwXTIkrUIMJ4YltlFKCDPeBrhaPv4zTsl3xJeFqDGz/AJQC
43v5QgS6HJnjRCEEt4sGuC583zYikQGeQYUIWo/YGhSx9KrCljxi7ERNgYJ43AKhB9BASATP
Ki+oAHYTzLAQMASWaKAC0K8qGgbhqnlR65JnT1/1hxCxlwojd4NU8+Ps4OoE13cNpbwoK63I
owoDKURFngI4oIYBcCieIhBjZ+U+tQQROIbh4hMViYtz2JNwWCHjEeQNR9EULvgzs0x1ejtP
vWLorAsCW0VA/YVVbuKCe49t2XY5s0LGAEselu4HT1WMxQhiQTUHiwJ5I567KT09R4+ZEOyw
68ZMv3neid3J+1zC5gBJHswmKBF4AJ4KixwK4fMsPPyKvAwnuoNnmEQiFgB7ggAeJntFLCMw
hPNwtBZFzvbkHpeTu+i3lcBELrPuqHskHTd68nMNQpyPGZt/R/kdcqAe3vF7O19zPJQV4aiE
K0SRLJGNK/Ufxe7nhG4Tq0XKJKo/IWEQNQBBawCDyeZRgqcXGQAqaNivMrFcE1zdzzCygZUs
wW0o2bsmWTAeaE8qV9Ag7O51fN0wyy0fTRCADsBH2JHmWhsklrsieRILGw1TI8swmXl9f8mI
LPaBafLrUXyEUNX9CKxB65BZRcE1/wDxdb2IqVPHnxMYie8W2ZWsqIV4rnxnIlRktShizmgf
E/abUitByreIHMBEHJuj7zVvrGXbUsp8jcJAnddvHy8WfVXbHzULr5Q+Rikki5VFuT7zyFeV
ktxmTdUMbEZQ5Gambm2JsNSyrniZQgWp0x4tgSCJux+rrg/WbnkFNNVEj6xSrP8A7KwEXRYt
MFXxJojxJhEImgE86PwxsNYI0ZShDxhRTTgv5S4oBJ9+7THEpg2HcUOnYzefcona3U5hxaMW
cuzLn/qC7ZmNqhmb+J+xTODLEdripYoTNeWYCYvFNRTx2B/dgxgSqWCapfKH3xcprgbnz2Hr
LGhl5+IYqYNARxA0ewEWULszMkHzE8hXkIbM944FUSQeOTLsEBWDlYHV18InsaMHuxAGmebH
cuS48SmxU59tabdfFk5QqoTfFI3c0MGujTJNCMcz5fSLPEJFBS0UUDcSP7Y/mOUf8/sZy2Wb
5mwnH8y/5HAJJBERqPVcMl2e0RF/xPM95fjFcWDz/NDxII4ThVNwC54iMvIFw+2qmqaxSwVQ
JCsLg4l1EYkLQgqG55Un2ADtBNF1xKhVa6LBdPGNoWIchlDmZYlomKhaFJU4IaMsUECUIh5w
ybXbDOkVTXZ/NTdt+pmsdl+3yBhNG7jcKGAn8+X57i78J2HVm8xTOaBPoRyWsWABgzZ9VPOB
WTQaU2elT7FsMGh4hq3HkSJZIRzLFfLCfySCAVvxFxzxtqARr4xtFMcF54VN8vCN7qeDQXIE
hbWDlSaCuQVYEVcKqT7TkkgxKvoN4b46r4N+j11H6H7X3F18hmKHNWCD4rPIEGvLyJPSYq2m
tqz25Jsn+VPlCJx4+SV4fYPzj/tITPb/AKMjNMNPuL3EJ8VJgcEHiEiiAQwBVUlUWMJCh/6i
gmJdNoqrvoCp08iTBYjEiMysdQRDVaBvIKROsKiL5RNBHJgU2oIgJntCZcY2E9wzKyd7xy10
13fp9PBk7OOAVmUDzRioWMOT4wioCxOOhGhKxWB25oFhFHJaoTCJ12ZWwXPQ9j/LQus62o2x
bI5t4qoDCvt4/wCgX9tQbCLqjRiCzAUQDGuCjAyrBsoGm4IZnYhKBIr+iGE8So0Zo5FtVKon
W+qIABmCJ/NFRCAAPYE2DcrmjEA8gFLaqzPjgEyTs55zu7465+CrAq+QsxalgAlQ5NjJyTi5
icP/ADa6AAbkwaS+GJMA2Bx07Ka75WnbVlX8rZk07mLNNfKm8iqAiManmaDES2rzIDavDoxj
aMZ5iGzGVqQGWoUuSVDsAFAHM0+xpooRB5MSzggTrkFRzCAYBRomGwCwoGwtEgXGHCFb26v1
RR/PV+yux08iu2TIeaAoWCSR4gkwLxQMJKzDZhMkBbT/ADGxryHl/UBBHX1TN266565otOwQ
MyuQiM/mAe31UKHiO5MvyFLARdCyY7CyxikEKqwWWJINhm8FpVSWBCbhBsEkdpj9gC+LGgmY
OfXNHyEAIgMYwuAC4YlyJ5NWd0WqIaOeerHrfSmnY2K9p2ATrM+k7v4xzOqaZkMBATA4gpo3
MDGZJemE8R5aIBFzClwAt+UZDOqp+o6jzrymTaJoQG00LDsav4Y9qCiB5gAkw20Zis8v5Zv7
LWfsKwNbCiD42tB28SH4IBgFxkUR28UP96nILmyoIvkVwzJzzBrkwio1mNyqFBPIGeYtNSSL
igXlkMJ3OkHh2LZZ9bQp0MM804n62GenWqmagxKAmmhBEUCuofLZe34agDRGQWAQdEFKTi+f
0bj7QgfNhMXbKFxoezp9BzyYYDtj/n66N2MWDA+bLA1zxawCYy5meB8jlPqUTxEBoFloETkj
+jPK5/IAEKqwbModkYZBCThj4dfNPFQBfvCwhYVoy07gLo7iFzEciZ7m8zx2Oy66Yp5zudBN
Zhp9ExbNk9p2NPN+9kcewC5h8lg/xtrVbnWtdD5O/Tct16BhsT+Yi5xnyOYDaT/r6+OZ7y9o
Hf8A5G6+b9l/EBf1206+nW7Haz6fX7uXZA4h8YW5LrfsbgJJ8qYi4OVqwqUACSymwaFAwAwk
CUL7jiEUUC/V7QPNd9i47ewK7lizcWWDBvEA1cDhZnoCOz2XZur+tj9P/wDaEnbq79uZ79nq
sD39gw7S9z9VGUjQrBtbBCBwHIdJ1yfJTz0WDdQ2VZWuzeTlZ3uw2R2/c7CrgR21Dvlt1vz2
YoFXPV3WfsL9w/LRF6qfn4Y5kUD/AFLNIsYVD4ggPKVpQMuFgQAQPIQAVRnvAwEJjhgnZZxK
ImPl9RaoPGtccidUVZ/bQnnz8Z9tk2SxJl8ZamZdbBnx3/OyR+x+YWOnWZhj2GA07PXL5drV
e2j/AFubPV6w0fwpmWoPGkzpf8h+cb64NwqI3t5W1hw/5eiDr/jbOOn0cOqm+48t+4iZ6/u5
u/6fczdsO5orYdls83sE2S3+X8VQsgWVBgJgszx48RABPlRyfEmjQuCownfKhcyZmKz0QPDg
SRk4i40d1pyLn+MJWA8kxCWGfX0E07LMydlvLr9zNDmOvrFG96Ihg7a4Hv65a4lAo67ZwuEI
PmAOMvL6+QfzuOsGgPDAEVRWp1cfsZQmc0cE/pdxMtde7rrCxU/2x/P/ADdttuz1QmehJXyi
kQmfPNAmwJwISBLF8y7AIgYQm5YlkHmu6bC8zIfzQABAlQib2raPUJslCQQQBURCszYhWWKo
888MmCHVGzOhTTHsuqdDrHPu9Rc32DZBdabMnzosbuHP6+qaI6SqnUPvYEsywImahcez1xnp
2slHe/V6+U7PbbsOzWoB0PV6PaSdXtNiwdN89ciCV/pQYbguXcHEBBBKkkMwrloAa5s8T4N3
4mAmd0DyxA8jqM0O+jFdWMxUAPhmw06blm6JM367ZTm/FiB9QiMLQ/0T/YI8sa8f7J6Wvnjr
yu24yy27jHctj2026mmJxcqNOyRBq1/9TPkNUyg/V0AT9R/LPbPQM6xesNJ3MNC+22uE32dl
Khof5Cq+jdL898tRda5W2btmdH8w2dkh7FGKqgeNkGILHEseLEeSEUanlUH9TmWYABCOe5mb
wU+YzBJzLr1+p4rTsUQeDJy2IMPXQjX8zF435YEb89ki9LRQmDg8vEzIgC3h0OxvOl1f+bJ6
K9/bz7GiWQtHraK47PTObG/IcEqcozEsKMw6obHoflN9ePQyQDMKNsfOdzLVG0B0YKQdFtvx
vzwG7GXgoHH9A+LBPK5TNCrKQrCUbI5CM0AqNdk2xgJE5E8ePERhyTcHMN32wzP1/NdESxin
iBxGBZc0KwCFRRoDgxhCorwqBBYK+SuActVB6TfZk+meQf8AS6fjuFbTdGBHkc11Pj1e4ijX
oh22QCa6nRQOc8mOn5v5upIFkLCIdBfa6y7rp+Jr5N+R2lnV/L7LP1sfpz/R1YlOFUc76/Vn
1+74an9FQ6/qgNn3xs3tChJKkwe3zQBaiwIlgEcEEU5pauKDfgCvetT0szo2SFVUWEWaAfWp
AW7HixLKBFq3XmuFSHEhmAM8yCg8kx/X+jPfub6tls7Mp0Kpj2Hyps2fk+YZent9b9rHPtYt
nqkxQO3S/OXzzWlAgnM3yYkaMsG6xuxms7HYRkQlk/VcYZ9XsAa9juddcuzoyZ58uxW8Oxnm
uHZyBAJDLGFknjyMJuUTDOPQEGe5K3ACDYA7aWev11xyFxAYCAGJoIYoIAM0HIPNkrzFuAR/
YrM2CYs7mC5igZl/P7Hj00KJ3v8Am7eu3WOJQLR3CROw4Zvo7SdD84ntY50RB6fB5mmCvH6e
ys2IyP2I4x0zB/8A9B2PPRCZgSdN3d3HE1C14Bh003TRbCEQjnRAQqiiogAsieNn62phZUCq
qUQyrFRWlQLypAgBJuoH4ueUNkH3DEFqikwGgbDnLjVmsHhVLsuXgMe5og377phh0CwJXYb+
WEHlBofHM6aadHAIgoAGAgivQmp7wiOoI7eYOmeRE/abI79Pq/a56+ajQB2PEx6zb6N+b4Dp
/ZVCUI3iZwIVVZ4LCggzUkqAwHH1iggE0CAKDar5FQYKguqiig0LeLHQkIaVDcYCivCDi5Zj
AQHnsj+vc9Xl9E0des5816uWhy+nNOz10z07WKqgIvNZ+N03bcUqcuTp5si+K8+jmopEMdgo
0fz022XLHDFttdCuWepOrG1nW6KPr9eWSKcnUgxmQQf0dCFn/RkYN833B8gBUZmUB4WE8v6D
EwKCc0tlHNBQqFgqARmqeQA124ai2aAqoNCwWFkigfdqaVKAIIB3sxqEDUctWQIWZF11aY70
e7qr4eK6dUJz1MDrthguK66gtr2P5wXQTPNq9vTX/JXolx49jUsMf8v0tVZhQO7sW7Gy4pnp
reWrq6jPbr9bM56soA0Yu/U8vr/QOg2JKDr4Icelo4cgg+PlPCicwIMhFzqeIcqgAQVM1VgK
A23VZr2pv3Pqg7SOU1zLZBQra5rD3cQMttNCXjNEfkGHIRSRHJM0AU3MyS3XZ0DuAfu4+9nH
36rmoVm/G6f1jR/BdDEyHj1/KgJYBjKGj35M58SSTa+GrB33dgGfwzIuLkbTrOxwzyzwTYf9
he17OX1To9oAd3fNpkPI+bX0sADSSxOKq4FFasECbIG17RAz72nkP0EZW7OhI1b7NNfGOWaW
14qEJ7epDbva7pmMO3ozhiQdfEDcwdnEpZIbIAEgzTEMQnGfTV1bEIgSwvQZwPzs/HtZLgn5
ufnt1x4ju6MVRbgX7GzrxnENAbsb4ZXAjOQvc3KoAUXTYGIPsOfWXyGiazE3AhJ2V8uw/a7A
DbfbFDlHK0oAVGInUb/RzbBq58VBniQdM/uKnDyfphk0VTp4hF01JKuUDsxnxyYreJBLT+RA
QTmSS3Z28f8Ao0YHQlhaniF6V3BIJUrj/Pl9a9bsFyvWRlHWKHudlc5rs2mn4uRXP/FXKts7
DPNSFTPQmCeNTyBHZcBs2LDfSdjshF22+133hdtDm3gq9s+Jf+ul+gcXPZy8X7vXd2/Pw0V0
ZNEJ8R4shzoZ+Pn0gRAAIPY1H4hJgHlNA3X0fv7arqzFEZigqcmEuIpAhLEEMZTLA4IAsN/M
B4R7gIJs21Rma2JDIwLabeAZvKfYROr+ocV7H6muhbUuelgNdsMjmvlcDHTsal9OwoMzC1/R
hcrDzOw/+3JwBpYnf340ZRGZrBMBBityrCjoAc9dKGjM/T/RZD3+urJ4+UohDcoCdTU5aI/2
JRrmEWStTbb6s3c7TFr07WC5qo8h/VLyxKgkgBLMJQxQA5YCBRQAaFbIFElQbImvEPmWNUBm
To9ngMoue58eFBn4vXvQkiIOWCK+A0J0Z0Rew4ROy0XZGC9gZt3uxmuo1ULr2iJ2eyz6kkwC
pn19tD1ehmqnH81Yet+cG3XpolkkExCyk9zY5LcDCEqSBF8vL8sM2JzMbJp4kR1Jney0fBrb
PNip7bXhmR4GqWiGYCBjZYeVqQW4siAxWUxuZ8IfKcidhPFic6fQX9xE4LELS8zgAWZmvP4y
eHXLCAkTdwYrZ5I5LgKQB28i/wByhdtzXYd99HVi3e0Zc6YlctGmH5zFc88OuG2Yl89HbHr4
EN1OkYPzc2d/yNArZbZsGsZszZmA0FJikqfytSyl4xlm/K5sy5p2ev8AXnr1vrPZRwvj4Z8k
kkQkSqPitqqtKWl5IonPrasrY7IzBkKooNXO9lU2VVyJsBvGDxEsmKCFAuD+TiPJvz+OsygF
iQSLc2WPZZi/cJg7eKRfHbOrUZ/Wdt80OuWvZOfQ8Yi5JNXZotMS1MSaPlCXETs62e3qB2O3
9kC2vW6/lO50tMiMbPR6a6t3Onnnj+aWBaUYQ1ATRv8Ao27/AJDbvZDw27CaqW5CgAoIFWFq
DWo8mBWytLnNt1Lfnd9y/azz2nYxx0y0TJYKE7SDTDsMG1+WolWqMRLCm4lk9elfoisWBbRg
fHUlZ3NvFUP2McFJ+stOoNMHbsbkt9zHJOK4JEZqjOgB7WCz789CqqodkMfXDxbsFCXLwKLU
0fyut9i9gKMkQFfy2BP6LBer+WhL6a+MbeN2Qs27ynPqtj1U/R7WG+O3by/5C4YOVZXLEleQ
tRltiRRViFD02Gxgyo+SZAbM5+xk0Rl0aYMmmPYQja6huVLg9zZgnUB8+ghTNbZjmSqX9n6r
UeuQWVS0XPML4Aw+IjaL5DSfYph1AXXuVDuxIKmAMJ9uhnm5nANFpRUkLaEE/i7AY/oPSZHE
Dr9x8dN/0NtZ+d+h1swHz0D5gKUBjdTMO+I0A/LyUt+fiFb8wED8pxG6fiunXBidRio6PYK/
8GpOf5qiDo4LOxtl1m7OnV012xbRtsmXRwRpkAmh/O65nUfx2/Y6rZ9mhKEIF+RsDlFDTxAm
JP2fnt/o6y8p7jJdH/bw5yITQaBB9zUOxqSXZiCZ586bKk12bQ0bq4BU9oHIFiEcIOdepqMS
LNmvx9hmf0f0F1cdgOUHC5jw0zDTod1+s+HYz7GLGmFwZwoZ4iFeKqf8qkjJAQvDjgAyqmui
IO79HYzZKbPt5YTTu6u2vYbtn8/ro2nlMWF/ooun555lCVAhaVzVQWZ1Cv39UoCi/wBZEmdn
rA5P0Ow2T5uurJaeYWMVKls6xw12Y/k7Vvk+exAgBpCbUkEjggsE8lg8bya2QqcOxg2WqgsT
/CswYoQCe2TF2+3LB/FtTiy/k9j6tgAYEWilQq1VqJ4sSwbyqx4gRWWaMCQvLZ2O8rt20yO5
Xp2qrkkHV02ROt4N1n6qMCtJ5ZjqsvZ6e6NnonE8S0GZRHRrplni4HTUnTrgrohawCIzhoGU
z9Trt4+Tk9f8jt6pn+D2ROp+PnjFUKHZRr+mn3lgAxoMKJYJAYKEPiSDY6eZOyoCv7PUGmKD
wGu/kwIvyUBQ0xYJC4aFiR1vHy6mt4fYDPsBh1RVHZyaK4IBnFFVI+taGaV9Sxyqr39V07WG
iZ9d9kzb/sLjXTZiD2NUX83YRc9UXckT8jtgN+viy9peQKEW/HRPIMTRnUtdeknlrmq2yDxp
REI8m8WGfXxXTkGXy3LdtbPUQM/7PSbHcAKDRnkDDYJshSwAbyH52F7qBX6+4TLR4zBSCGgN
KtFV9uAAvHV0ZX6jKcro6bhZ58Lpg+eD656KZzVy4BRsifrbN4FVB62R8WRar+c2wCnfg76L
C7CdgWuGpXXuplt0z5kpfkl+O9UxMHkT+cpOvR64mQqOOFPI4JozMEvxGNKn+OLFn18S+FLt
+h1l7HW7GJw1AQn+QAxMCglVURD/AF+UwHYXkfqatpoYaEuifETkjNISCysCc2Bn5dHHs7Xp
SoOzurJhtr5YPYwfRZ5Ld1BwCRHbxH6mrO6KPAugX7T46AOND4Nl2f8AWmqFDsCdeFXlumTp
0u5j/wA/YxDkpV9pjCLKgz8zI11FAxRqBYhUYmG7BBmagehJfTZvBcmPjkPLV1VN74/d6QZF
JlgTiraeKQC36bePYV/9f6GLgeVC/FmYqRdKzKBQAUeKgNMUPn1mbPI/6820LnsURm6Ken1z
opwAbT7FmXdaCiGJC93taat9mhLoGYAiM38nssVd2YqzQkK2fkR2Uo2wn4uwKfsdc2jHOK5B
7Dktdifkly+D2FW10YgI9lyTB/J86DaeIRSF7LsdcyiLiPJt18dFNp+l2Fz6+zK2jEGKaBAD
DyJHhAab8nseeP7KH/iUkxxz5Mp/mEiv5oET6yXxz8my8Vz0MYqwx6m/a0bF89sDnj19P0Kd
O6CE1TyT9BsR2v0jqGTqPmDkzBaDYmm9mZS5Wjh0t+y/Y/P7HXCa1ntmxWjfSc5a75ffg/S8
kLC2DMwFHgn8dvDs9cN9uYJXsqQyioQfFSYoPjmhaaaBVJ84zsTi1zu7eIO7vn3Ou7YPZNEA
+IIH8qOeFitz+VoPs7vaTDF9MW01QiEU3jc08lguIaiObwUs4UqoCeeH5z6j68cE7Xjvp2uw
7E6mFzWOgAbseR0zVG+jIhsSJntopXfwG+xYKAR+djnpsoRZoqaLp+cF1cmmUhun1TovQctg
W16fb7H9baBQuZEar/JCjsYkA4/49qogBJQFW8UObm7UDbRtHXxVWHkWc5Lp5a54oFXVQ3W7
qfV2A1t8mywUsB12J/5FrHDxmmD6rpnujG7AHgEzYOrRMPJj0NZ1+lor1nln0ugdkz62WBOm
s/R7mjL2uwPE6G/IrAzEKTBp/Z0bSDJSXrGHTyfblrKlLd8uwM51u2HYioyqR7F8/OfncdZA
EHb266TRGQahgT5AqGJ/Mbx7OLKVyb+d+QHAjat40HIIBbtMpV2ZyxKgMJoSzIqfX4gKpPj+
7gq6rfkqMpwwOrZdLABckUeCgvuEi7rb/UxfpIScgsbyu3EbSdPtu01UCdHqjsal1yU7gzsd
r6sjtoC7FyQ9Y9PXXNdFWJol03l5USQQSgVP83Vi4zL6L+X4Za4PmyOcp1+x962TGB8gyV1X
UM/X6/kg6yHvNa615E1BV/n/AMbZExAQNSIBRrgVNdUQIC7pQg/xBseLXQC2fAOBP18PLqZ5
uxz6ZMzIUBySP6K4kw5rGzwJbrJP+a4esonjiCejjqu/5gv8/paLvso+7ra/8/SX9LLcb98Z
ntds7FnsBPM9P8x9WGfWzy7eKZ9goKBFJzD5QDRgDT+Xkfy/HJ9uwusamXMsrY9ghh2ofEwL
THyB6m66IzZrP0G0ssYBAOesCdei6fSrpXkCQSINVEdw0YMzFwsyt4wAg9s1LNt/JVT4gf7e
4vX/AORT180UsynmZ2AAsPazUHctPKm4eDyvRCwXFYpCjbNiM93wnW066o/Z6+iOzY9jY/cH
zKwICOh1kSDXNF+4Ff0MidTdeaCOeFuEksM3YZYteSgRczXiQTmjEKAQjGDkktPDhPJD1z2d
T+ljtk7Gif6JuIzg9Lt6oy9zWk30afboVOoJTRaYuZ9LXkiqrkk0K6i2+pUuhMXjX9bt/bql
2CwCjwP2R2cgkxULEAQgABSQicHraFj12tTg436uDgK2Om2mvm2mrlF7fg3X7RmH5/adssdc
R9DmNhoI/XOgb8x7H5OhB/I7EH5W1j8xFI6qqP8AnBC9ZgV6e0HT1J/5aIwCwZcfF+YLFYCv
j1iUf9brjfqOtMKskMcx4nEkaddNDCKinyK45sPoVTQtMx4+DKoNlySeqhVN/d9Rnn3P0Scl
QlkBhJEDkANyADPBXi8BAfIqt5fQh0/S62IX9XsORv3dZn0nKno9cL2Ovmk6/Z6gTpn83Vxk
pB62JgzWBAIcM2IzUA9fNpp1dfLLHYDxJhzUkZID9axs1YHqYlkwRJ4iiiiN9Ann1xAEADUS
SVRTbbeE6z59jp97L6uzQvmAClZTPzdFKDxIKKIpAhbyGOfnBRjDwzHkYSXYUidjQIO5v45o
G1IAUNuCxJZkXgCmUNFUsxw3MTtdcJvt975Y2TgEOQUK/YBYNtoppWHRR1XqKd2zHX7HS7A2
SAmK4ZvHnxnlUBlkT4HuD6EgRt81j9sLD3Sw8OzoR09YvUARAfFWYN5ktYzYk3+V2c8z+5jb
0brgWRzf5TfyFjUq+axQSM6VVubG55BV66Ellsb5jy7bB+55DPNt9NRmv1H/APLG1pcnUBVd
pn2setrv+k+7IEUEsIXHk+xRev2E8f8Ao8dwoedzVT2+pqpzOgH6fdNn87UDYOCBxAbnuPiu
SBGKrDvkImwaMzABnMYbsB1C0XNEABrm6IlLLsL5BxVjxEYmstPA7IOx+Y58WJNjyIBBn5en
+zNiY6MIFW86VUUFxUP9NpwcP8CVM/Y7rts2vjmgZjkhqUoj9L75oOvhDtq7Zp/SlbViIzgl
nUNrsGbpia6f700vr7Et2Ojr/r7tJ2s9Br1vz9Rlqrgi+Lnw+wWN2OxbZ/ouU6Oxi9XITwUE
CAw+wBhuiLlc3ybnh4j/AOoVjHpQylCCRPytTp1/0cXz7HiARAGB6LAbdcsSWYzUkDE+eaih
q9AAeGeROgDgd7sP1st3Zitk5qaSLizTb/kCN2WKklmyyYQIRP4r/Y0JoaFy1AnNimDsfKj/
AMD2X6VeHept8mP0pp/s6ZL5+LSjLgFAETmrnM0TyKDRW4vialgAhIAVVM+bALFvBTyo40HO
hJlqJ+Tv9W/7eQY8gf5EeRXOg/SdjP8A7ABjihABqE276eIwP+v7Fn7vb89XBcpn/Oc00K5a
9vUoLcZIazzAHlUssQgDaOiLo7NPJyaJgPlgWPlijP0tAC/UCrl2APtyB+jJSdehqSn22HOp
XPR78hPITyIlirJga55XOKJ4u4GuXyzcq0Bn/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oA
CAEBAQY/AFKYU4OAmz4unw4twBzTedDyH8rPyH8iFK04N8CSMJRbEP4rfhtZc+JIoy7uLkej
cqO3rU1xR8o8jwlR5Ep1EhSgtFTgXCpx9XCfh48nkh5E8GROIBRJcuSEybh1FnHyru3XYkN+
JPn8vwB5FM3HRTHkMaJmjBBQn4yo4mOSnhmFI8uU/la+XHCFqr9B8iJE1K/1nbeMBP5rU9xJ
OCBJcFG20+yA34ltPVYUDn5FfIPIpgpy4F0HXUoTBOm04R5U+THkMm4lOn4PxmFHCvkxjxvy
2lW6q8sxfBNUB3BVoIi6uDP7ys7ltxkaJ9VZ9UepNwbyTyK0yUcHPB81K0TBapkz1VeOnlVW
vEKVB48+DBMgfKlRwbySDc1vzeSFowT2kAXSzIHcRkyBunbU6KywUFgKL0GCtBxDhP5Z5FMe
BI8gYqOM4J1knTqeEpvKLfBNxdFngtw58NfIhPkriIxZC7FG4liAWIQe583lNYWtt9o5ojcS
RD6IvHJAUDONExMivlckeRUcG414Rw5cG4BRwrxZ1p5GvlfKmU8IrwjhAZ68JUFaqPIuttMl
Ni9V/XYdtrB2zRtsJ2mrrf3b+nJOOnt+tXXWMxJDeCL1OK3PQSVa0i53PlnkVRNVP5LcYTlO
OOmaYedNw1TcNeLqfIlQs44c/IjyKJ8uO2yTjyRKAcubgIw+siSXw0W4E3XfNt/Whde235iN
gorRiXJTmmi2iw3A4MhebTaRQFT5R5HjzTLLyWTJvQmfgw8/Cvwr+T8nF+LqE3DTgQZYV8Vs
t94srLrqOKximZ3Nast3b7bA1ef0/wCtbCALnzRIx/4XbtEdALoXm9nwARPtHUKIUJvTwfiT
jtPBvIfjKr5Zni3kPwjgybytFpxz8nVTwG0jVS8iSrgG22ANOiFxon2k+hG9sy3NAZtaaYoW
jCEPJ18gnQpvgnoeE8ZXLjKji3kws+DefhHkTwnhnxhTwIB6jAR7t0vlj7KAttc4Suouycy4
W20EkEEtSq6oCDfAkaFEpvI0+BlHhTg//puabLi5MpgGFUbnL1Zf1mxi9WKi06Fin/rBHijZ
cNtwhX3M7w4TIeU3EnQozX4If+gbhXhlw14hP5GqoqQnRNLjQOi+OJVZMLaHJyRuzKrAUlXd
yryzaoXH3iSicAm4P5Z1B4u/wDp/hs+A4ShMYhMoUpuEJ/Ky1VvbtqACaKVMetC5mcZfqTJy
nJdNbSjxmu327fN4rJ6hQeGq5pj5J5FPxni+fCVHwGif4TVOPFStFrxniV6+LletM7kUYq3P
IqcF4LbbirT3LHuMmhXRYABkOM+XKPIrXhpwny3U8Bx9a0Wi1+A1UqPIHFvJKLxzT1ojARFw
AtQFGqUZiWChjccMVuvta4tVRXyNPgDyKZHhKbg3A+RHF/hSoU8G4v5EnjqrmLPAKq6hShgr
rcWKFxD3PBTmqfyG+API8XUcJ46cefDJkODrn5WfF/QqfA+HBk3kW9sFyS7ck1PRRbaTzTCS
gGlkxEXQgLRGXwMeRRHkU7+HCPIfhPlDIqfgG4PwlUWnB/gpRvAlG68i6/EuttrgnFO+VFj8
qYQc3lC7L4KFTyDWhQ4OtEGxQOOKkOgnWqJwUcITHwTcGHjxbypoo4TxbhPkMmT4AJn8GWx3
wIlXWAMIMD9SJ7dzl8QR+lEmdVEq2+6gkBNx9fkaJhUeSyKObHg6YcH7ZnUK7t920Wm3G3Fk
Daa5okh2wUgg4IEeU3p8jnwf4Nzw18hqrVFqsVdcS0lhyUhriCd0okncSIQF4G24sWCF9gMm
RGKFpJzQAwA46eTCdp8snQ8NOOq6pZdB324WH962d63+s6yFs7Zch+oQyAtLbR7QTm0XgVaC
m9gnArPjX4LT4CVXi2XCeH9vbHWKgYohi8gjV1uadZoUIYkjxRtAYhkHLjL/ANCeRTN5GTrN
Or+0O2br7BJYY/SW49NtxkVZD/W8A7rcVc5YNFhXVaxwIVbi/wA4us03wny/AOPIlacGMok2
gXHFlFw2Ri34ELrCBeKxtT3s2MvRR8DKjyqo8jxjhKhf8I9y23ruqUzPKY5MjcOm7C4IB99u
ZgpioT8YT4+S/kT5L+VRQp8jRBhxon4QqfB+BVFJUJzxlaeTPCeMJ1Hkt5EcMvLdSmw4zThz
T/Au60TqfKfQ8Kumz4ZcJUqeGnkOfJf4OnkOn8qMeNFl5OafyNE3kwpWjFN8FPwA8kcX4z5F
fIjyfi/wTKE7+byDlwlPksloxhT5FEAKrJRxnh4fCPx0UKfhIUpsOBdF6puDngcuFVNFPktx
PI8JooPCFqp4TgpHHmoqteE8A3k6qU4TrnxKlRxnyG4ZJq8I4T5UluMp6L5VR069apw8CmtI
fkiaDkQnhbbix1VXJVU4ofJy4uq+RHHRRwa1njzKqqm46qqZVT4KvCVE8NFl5EKE+KyXJPh5
EcWTLXjzdQD4qQef7U7EnPBbgWAwCgllJdkAbmtapogDc9qinByteM8ZT8WUp0yYVML1p5ZV
U1TKVos0xkiqoumnk6+TPDXhKjhIUp8OBTrTjomRFBkZ/CmPS0RH4ltckZpwWbOZR3GPWojQ
OEBaX9aDwdERcYweV1MBmnB8iFWePy8c+JzwTmclFSs04Qfg6epThNgcUX8EX5olmUJne5TC
iVUPjwiVKfFPj5BU8YTJlPDJV49M6ymM/NRtYtnLAIPIzQcM6Z+r5F1GuEJwW1yTG7kYP3Uz
uPkTA8c+DjEs6c8cxwjgRQp5JombnwiM18vBx5kzKIZMnGdERUZqBzUhQoCiiYyiBLJiYzWn
CeDKVmo8ilOJB8OOfAyttId0AC7ZZpiK0KO6CcR/JNDCGdQQ4gHFHPRbiGaQyBtul5EJjJ0W
1mfyf6wItI/ShyfyclFUSRKJaQnYpxITEQqInNSmKd/OnEwssEFKIJUKqY5I8Hy8msqvBxjx
bi2aZlPHkimdoeiqxLelG1mBWZFHy+ygTKJFMRh929GnOiYGV9I4psqhWkCh/ip4kjBSK3T5
1byCGi5cGI4EtyTnDg5onzQToZcIhHNN6UM8CiLpK/4DJ8FotVPFs8eEYLIps1XhK2gyE10F
acIrxZB59HDnwxofUuoKYxByRcU+Pupo8Xf8KAEZFEBiRV0x+REYGGT0aPjtuQLyYFf5IPD0
8E0ma8WRAoCIbIIDDgVRQYTOXTHDJEZJlqtEdOD64JivUnTnGiyYINBzTVOanGjJlnwhMTwn
g4yohpwlbrqIC150UTqiCXALSoCkFOOD3ejhDmFoaL2i2KMv03flWnN/zIC0f8/WT7C+Zh/y
LqsHJwmBhvj/APTRLQU9H+PvLca4ICTFNQvZjzIg0ycfpRDyC5ovUqp1cakuVFECC2kJnkqp
UqA5TCTipEmqhaqiy04aqtKKshPihUqk4SnJT8WTCVKgSpaFR1ksxgqp0yFu7pD/AKU9zMDU
HBvqpgRzRyfgXRALFEE8iq+ei6k7eC9So3LFGZ23epThpKN5ANwME4L1JyRdorDbbN7khNhk
FJdDEc6FdFTU1QBcnRlTwMpolByi085RfBG41IVWVPFPROapjHACBzWa0XLgx4VRamamX+PV
wYGNVqqwsYQ3Y5KCoPCYkqJUYpseAGClQUTdHOicMxJbH7yFtrHuXAFjr9FORQ0onJqaIyAj
tMovGuCDIAwPj85P86Mv3IetSZaF6kaPtu9VypOpLfeREOTgi8EahExaKS36lYHANoxhNcCf
OK/UWWSZgzPq6YCTqgRJpVO0+dWnWeESrjiyJaToqKUwzVPF1Pp4QEzcDjy4PiteGAzT5oAe
eqmq1RL+AThBzDckDVAhUopDaKPFQjdVsEdx6c4qqcPkW2ZDlB7XBiCxW5jaWDZ0QukfH6W9
VdPdIyRHrTV9CD4UTmPMnyzKZPXBQGyhFvm3OfBOJUiE+AoXQF2AjzpyZyVWzcJwHJl1DOfj
uUDqGIkSiAerHmttM/j1LaKVw/ai9DIUYIw6fz+dO1EB5k61T1OSYBmTelApi8qKJitU+Sjg
Ri8LbXVZ68M3qhgAojgxpwPEi00Eokh487LddWQBSq2gkXas34V1YeZEWhyYfJPAf2ng/Z9p
EXWuTi9B7Stst9lAY/H5ykj/ALLaFMjJMKvRU9KchO3MJ9Vrij9W78qMvpkpuFYT2sRnmjcQ
5GD0TiU2AhMKa1VawmqshgqufQrDvodM0/BsCrc2K24JivWgyLVWRyRLVoQsuaAwZBoGKd9F
BVVyWmaJaHRcs+HAZZJhDrI/IgUMDw1CcVTLkiQ5fDwT3QA4tJTWiKgFSUBcXNG/EiZmQIqj
cXAE0W4+02DoXXe1hn+xAgNa7OcU1rjAll1DmqMnJpgntoUxTmCtVzXgfVcmhzjRW3W9QvAP
J/nJ9pIEx7K2kM9RqhBWPJMTyZbaBpT4PBwQIbJFj1ehBhqXDKGFPOnQzfBDkoCqgcUybBNi
gC3NMwYIsKaJsdOEJx5FKCrrPlwKeVPoT+hMY14MfBepEFkdpCtsJkE+pMzzGJRH/ZRD4FbW
JIxqPvoG4bdtBmjoa1W5ztJ8E7gjl+5EF3wWghV4zjwd6KqJ0PqVtgmfBC0e6G8wXrW8EC4a
fyT97uCx6AdVPq3K4ds7gCWwcJjaCTMwg8vATXeCBGcnRRJyyT1TENScuAKbSqxZOIfBTinH
mCDBs0wW+27cHkCqNpgsr7SHAB0VGn0LmuarwBRRcM2q2jms0/iyCY1CIos2WnBzgmEupnNO
HKtjaRQ+C3HxiU2GXPqTtCM7jhgnIa4VLsU7gPnKBdhiQgcTLUR5p05hZun9CZZJkc2M+FyB
MghskL3gVRNx2gBwT731ELexddaM4CG55fa6DzFKpx0nFMBjV4WEoYhSfCqjxJRFQWonL5eK
ak1dMaZohdNM1oFjNXRx+RG7tyAZGIRDN0y/NXd0SAGIFXVrwbztA1V7NmORTiMk+OOiBJdE
HwROChRXNMa0U51KDSqaqks6YeKI8yDqfBCYxTCcwgwjJSqMiRVYOIj/ABTGQKsmDgPRqKKl
dRxQMuKqIGGH5U7UXPBPNU5HGFRoqiRkX81ycQRQiEd93QKxU/5rcSTkPdAX+y3dc81ZNtGL
MKI0KMuYjwUlhkFFMc0MsTqoLgUGa6gwyVsAB5hOPZRYwKN+pZ+pAIACV8ig8wntp4Im2HW5
mvFSId0WPTcPUgRSy4XIXBjcAxWy8SsQBREg0CYGqZ3QIJlB/FZ8nVaYJx4KKNp+pMJhSU9M
FVgmBrKIqXFck5Epght8UQXzmVuD5TIRFeToCwMWkK4GW5n8qBLsWc4MoA/6faTtVF55v+pD
JaKJhMnK04TRFsjHhcgLmAfFG23qtBYBnDfdQ22h4cwiLoLvCe2+Q8Zo3a0Qut8WRLN/ypz+
PtInA5rp85RNo3NSqAuBMh3kfeuV1uGqcYZ0UkbltcjID8yd5GKZn1Z1QI2lgcBRdAfIAOnt
cC4TC32jr9KJILmG5q7t3A22ljIQ7lgc0u5LJF+S6kW1QBNfQmw1UH1ozOaghPAxLpxAXS9x
PinuZHbdQT/FE3l8igAdZXPJOUQ2GS6pIxd5W0E6ZKW3umr50zASXIMfa6kH8WohnTwdZKjq
aFOyo6lgpqmwUUTBFsi/mT9sbtTK+kFb2z7OJxC3WGWxZNt8SmL+KFwnBP5+S/1yDXJ0xubk
QnMF4PJNko+P3UR3C+AdOZt/5VZdAFuQdQa0CgtomK23gXbjj9lPZcRdWWxQJHU1Qi6c2g/9
FcSGII9mPqoA4q6+0dURVMmelE+7wCibsfjcqr2qUCYFSwQbDELKYVZJl0zvboHUkXNQpiQ2
aYiKuUXLjOv5Uw/5TXQMExDThRkGkhXMxzRJuIPzRknugXVQLscIwVtDInxVVVgcVCzKJKc0
KYUWDp38OBOh9Vy9k7KuKFddgk1PJXAWNaWmmC3Gk4q6xt4OFW91b+0CRdW1s+r5yIvBtufE
SgXjBqp/F5TVNcXTk+J/cqwMM/oqAbW1dC1yAcW/atpOHS+LfXUxX47U4Wb5hQeqvN0xg6Or
ahhVWm87i1Sja7MjfaXJhbbvZuME6pgfZq2aHaF26N1xyV146mw8VabSwuYnHFXWnEwU4LeC
nFp5JqArp6j8qBui46hwqwaH/LrQJxwIWr8kHG58CiaD1KMU1Mcf1ITUsfjahL2vUpgOaYB1
rkQnywZG4lgahkS7h3qyFzvcJjFC53bBxH1kDRpGqqvkTo4JmwTEgZDJO84osZHx9lMnPNRk
X8yAunBgjf2+m5nLI9nu2vcBttuxH1kLb+4CAXCJAEmq0yV9wtG4ES01UzLZ/qQG2aiE7YyE
doZmin70wLarqLnJ8ExLACop9taExh+pW9wAAFjzQLeZCWfFdLf8oGCQQ4P3ulf2X2MQWjH3
laaC6gGDI3C592K23vcLqMhZbWpfAfvVu2jHdMkq7u17mJuyCN1wcMXCuILG008EdFQxjVQT
mpbaQ7u36UCR4pgRupgUzicwgCQchV0c83hQCiwpSNUHDk1UWs8Jm5FMzDNaFR4qfMjacaq4
D7oRZnGNUASbuRW4kPgfe+amNauisflWvpTiHwRfKmaG0SEDQa1REeeU4PiEQZ5f5ItdG278
t30laxeQ6HdNT/wrr7IvamBKNndscDV0D2/ZOnDudvANCuFoYEA1RAGrOn+IT4HBDcGGhRAP
N0bgQdtpcyjcSxuJbGv1lY2AVJU0NPFMaLebBdkeSDFnMwm+b6EP7TAgQfq+6tnai15uZW2W
Xk3X27ifwr+3vXPZgM0zeCuts/8Ab7gBrkru5/47gC7qJ2mot+eiO/d/sAa24Bp+xaphZNKg
7uaHU13j+1broavj9VPb4Iw7VYsmHmK5ZQjVhUmfzJsfQgCxOkIgVQbAJ2AfKR+lSpMaqrpy
JzRyyXUdpy/wXbtb3QowU1R2khjFFJd6wiCZNAviD+FMYyJlMZKzKbHkECYfH/FEn5tzCfm3
JrrACMlbbdaQWDJrO24wcodzbZYaQSrrHBnGVus7loBD0ZXWdy8E3CS2Q3IXXEEkSnqMig5b
dHnQLuD6ELZn49S23lgZYOrnDQWTF60hWD5o5VNycIM1KIg+ZM8HCVaO0GFS8/qVgtYbgS4B
wRv7911XICPa/wDGJa6AFb3/APybjde7i13DfSQADAYI3O7SytuBZhAXcsuD2uTcedu3aj3L
CbpFcPwrcfkTZUCwjFQ7YlwFqZOCMzkyiRqg4duSpHmQBDASAwZZUb42p/ShL6KlaKYZVcKc
VA8aK65bcbpaD+ZAki1/dD//AMa7YMwHCKdOCWyChwQUzsEGNIpkpNfj7qYGRVaDFCQ1E4M8
kZ927P5ty/8A9HcAt9RRtN1pHLJR292LiET2R3LGrJIRN4uMMHC2npBoF/db3Qx0kI3X3m42
kxohEHNObhbbaHYLbYzCrUlPVjltr9pUk+tXbZtZ4Ki1p5K1/Hz3e+mqVEKvMFFpaAjb3A4P
+Ke0gi6hZyibr9o0H+K3bXvxuYOrLQJM8gPeQBqrT27T/XS481ae0TdaBOCABdzgg1jm/wB0
0p9VGGtJwVGnmtUB6cE4jP6P2VFfQFAmtFEADMpxhr+lOw3Z1Uu9atRB4yhaZpzQYJs0fV/i
mA8XTVRBCowjkmB2vyI+10qwVO0QBosYR2iFRE3VbL9qJAgaQqM8uixlNbXFOwL+lU9KMAtX
BG73TbdP2b0XuuasFAOSNVb/AGWi8YuA7J+0DYDgERdf3duDBP3P7LudoP6kRbuNpoGj/wDb
Q2gA4kAWienqRJG6jFEUJDEAMru3aQ8an53tKYOR/mjJjGiuIjAoueVW+0gcGr43rWqq7o5Z
rpEclkiSDttFDRANVCWDz+ZPaXItYNn1Ig3lgYDsqsD4ICbuUqw7TbYLhuuNG6blabKWqXGK
xJzTGdV6mRbFH1rVTTJNAHp+10p8PBFjODsiSsobxWKyLrJ0zUUehQ6Ntxn0KS2MCVaRQAc6
KTz4QF/yixBBqP3dKkNyELTACqcBj8iZi+BQxMJ4msMjbPsmvK5M6AEelA75xQ2ubA0hx/8A
EgB2jdGLL2bbA+hKuPeckZRj9FHt2FwQ4tfNAXey+iu2hiTFye6TnRPVua9YzRuFbrhXkgAB
dcVa8BjHjcsgyDFECU90Pkn7h22mi/1y0Fb775JYDREWXOQIbM/+5+BG9ukCP3IEBmqULbXN
zoXX9seJH7kLLxtfwb3UbXlkQa/NOCMkTThHgh607x5ghr61EpzN2IQfDCi9Pm+qgM6KPOjP
yLRQeSzXrTBOT1RGCDBy61aAn2c4dUf0J+4Nun+Ke0MM0S1cXUls09ocSHWvihugZLptb0oA
+CrLGPBOaaL6Oat+a+Kt6rRaMTH5kC4JoW4XihDP5/pL+yIOWAW3uE23KAT2zIICIIqmtDOJ
BUz4IWQGMNVmTuCcQre3bbbttxOqH9ltrZ2lPaXGWSYEG4qyDVi1ELaWjRXWWsaYJ7qmShc5
OcKA+IRABLtADlb+5aQQIBgIoXO4oV0lwtxgmS6E4+E+0qeKobeaYgtmi6zwdU2+lcoQAonb
/sUMvMmfkpE4hPAZSprgy5pwiDWqFttCULm6rYDJgOYYp765KBAxKd3JqAqJyEXBYr3gum4t
qiBI5QoBLJtpdj6kwCkPjVC0e1dQMrtsB2Lj7KHb3bszTh3AB0gsByQNxZ809tRR0O13AxIq
jcDusLCE1HgISET7W7CikSME/oAdf2Ei0OzFwVuvO15AqVBJxKa2mCcDqFETcC5MgBNiHhAX
HClPxIAQSGzhf3dwu3sin6kbtzLc8qiJq6IaTXBWi7VtHTAFUT10U0NFPqwWeqJHi6BHjVOM
alMcYXxoi0A41TIOpFExdsOE5YIHBwyBFSpqT4BFvEqAt3oToqacGwRROdU+KNrSPa5IBgdU
AKPKDVtgp77haNSnHc3YMKruXiRecMFu3A2mXcunDeKIMFf09xyC9f5L+7s3C4ATahcRtAim
KAgNktUAJuMAK3u95g1Lfu+QxgoWksRiriLrbgS7n/FOQ4D01QuNotttNVtJBJyVlltHUkEq
fBXYk4I1uBwNU7F5ovZLUmULB27gTiBCaqejoYN4JiYRBPmRAMJy3go8yfE5ImqDctUMViFz
zTvJTkPaAJ1VpA3Bw5KY1x4smKgKaLVacGTIZIk1NShI0+O1W3duNtYW20k3NM/uRPd7t151
JLKLyCy6bjXAmVebbdwpy+8jbdaXAzTu5qB+lMwF2kpqWHzIjt3A3CgZddpGEq22BnirLxYA
BJJxQAHkPbVVKlN50LbH6iHaiAEbULqPD0wVhv7htsea/pTdkvdcGDap77ib7vEge8iW2tjm
i0nF6D76Nl4FwOLez+FDaQSYYWsfyoFmGMU4Uopw8JVIGKcQc07umk5rx9K50T1UDwXTGapW
hzWWCYgG0gdJVtotFpaYZDhKhFMggcPKaqe6VcdM0SSjLJq3VLK273cjqv8AYGAxV3b7Tf29
v3nZ/nIC+wh8Zb625dPTV/MtlBUoGwnnRAXG0kSHOP2UDcAbQTNUAIA8qjHNFrnBJYIdy4Fh
V3/Ut9MA/wA1GQXVnaBcWh9HKmfj81AmlsyGTlyA9P4oPITsOTo3WjpEfaVt1lhPh+q61AGp
Z1FAooyjhAnNHJqHgxjFZ+CB8AmCpVk+Hx95OfMgbrX+Tg6lOiBCD1xThShoohBOFI4M7c05
gGi2gxiylTKFwqcIotgLtnKNloAv7h2gthd9pDui7rIe6RX7qP8A4/fIYRbdi4+mr+0JuDFb
yxNExbxCt2ln+aCgGLsHOK5eVClMQ4VoEACAE8wrRbJaUBc+01KuqGGiax2tFf8ABMROBZC2
jO9wgrf2wbwKh3/Batt1ptZ23Ci/5XV5kWHJEOwU0TAEclFMVkmyGKAzeibgGd05ohdKgUhS
maEPSo4F6IMUEQteDcdwGLIZ5Il4xATjBEnDJE25wSDA+Z7K24HCaq03QIcFbLCyu715YXux
BncUb7S5uzKLAkNJKe7wdXdzuCLQ1vnQDMAJW4+wJCa0rXjJZEcCbqBEtAgckbiWAqhf3QBY
B50BaGAwbP5igMBhqhbbU+K/2XAQ7AkT91Ak9NrANh9VC7t9QzK9C6rgOahmKckMi10GIb9S
IdrcKCiBEg8HhkCWUHqxUcJLAVWiA4OnKlOukotiXQXqQ4SnyTieBIPghgaq5/ZIg5qJTCPF
V3PmhfYOoYEv/wDIhuuY02uP0o7jRds2nGYV9gtBuqSZuUg+A2j7qFrEgUTALY/NbbTGAQbG
V1Evx8EX8CgSjaMJT3RLlW2C5hLhAMwxARs7ZcBpobURaRbfcIz+/aiSW+kTuQ3F3qSYQALg
gUhf1uRkES9MWV15e4k0oG+6gC8a5/nQDEWMGILT1IAVNf0oXXxeZR7d1Khz+VQIVOSMOicF
AUhMEMMk+Ccyo8VBEYJtzE0QD77iHAdoT3HwlkA/hky0CMgMqvdhX9qJvt22Z6qsLRMinIGQ
hGNoFNUbWcNV/wBKZnKcDwRBj4/SUEAZVQvBe44frTkTUgLaS1lQERYbpgho/KgCN1xiOn8K
vvvtYxthEuyNwDk+lb7xSQ+aow4upUIB+aclXXOzOPQriC5ds2ZDbFxqUW9o+JqnuucvANU9
tp8zIEWXXg1gt+FW222sdoxlHdyARBNQyuuFzk+7h99bLpD1DlvuIANcR4lbrvkRFrm3L/FD
uXDk6wdnWShMSnFMkHLA40UMSzo3i5/CE9zCw1CFtpAlm+NqI3MDg2CLBx710ynuDXYB6Im5
3KDSJiiF27ddcKk9No+ruRs3f680znaTREkA3H2Xlk111VuoFJD4Ik3AHJPuG5imf/oncEZF
TQYhOAYyUic0L3nJAH3aEKhL5YIG47QZ1VdxhtEPez1dAtiGOqIecUA9SAhYaBV6bcFEcYW3
BC4wy0VzUFEO1bB7nteKqxpC3UtZvFOIApkt1xciVZ2bgA3vUPx6Ue2ALTYPOsuVVdcTFtPz
Kb4ei6/A4hOD0iju6f0p/XmmBIB5KyRjI58HTMxUiqdyNEBcTFFd2g73D2nyTF9o+RHtkhrT
AFae6rWMaLUYqDqVud3qU5IGM1/MpgZAQqs1GlF7heBGqcDGC34VRO9MEwLAYIXHCFJPJAgu
4IRDlghi0BN4P/FbceT/AJlcbQADhgntnAgksthtcGrmkKDJlO/Nbba21IhC5yScXT3ndcbo
Oi5q2zJ7n1C3M5vhkApDLmnZ+EjB0xpVbajPkiQIsDtzV155togzjRYE4LdU5Ii5zEIBgGlb
b7d9phC4iDRN3LIo9Vuth6K4FntLIgkFsGZdUEOqBsis4aqNhZ/OqMqDRUqmJTOiAWKBN24g
5N+5f1mh+RG4BjiXQtFbZcqvUcVBY5Zp6BdOVFEnCLQycliPlU3HaKmrOiAXepIUS3gtCnRF
AolOUfUg9zDLVT6KJiUxAbVHc7PAEJxCa4G6ITubbcl1El5ZWW21NHpCaHq4WKIGAnzoWEkW
2ks2gU0TqG8V1DxCcI2GrehXXXaBG40wX9YqZJQE7tKKs4r5rZJ8c07xoiSIOOP4U9rjQ0CJ
N9xGWEplbJuGRov/AOzawF4dsZXThUpiXzRcyyijuXmULyXd48ELhQrQJvSs+BvwGmKF91PO
fne+rQQ8/HcnzYkYLdb7LsmDOgTXkP1KPB05xyXSA/x+qiCwJxZ0GBIGAhU9o8/1JxXHxUQ2
CaDwESuaJBj0pyG1NEx9CYDB+Si58n/knMv4KgYp2DCE4Z/UpYlf2NIoEW8VJnCEbgwYOdVd
czm6mUqSHyAT2/8AK6gmJrgVsvMPBZbiWhnT3HUhSWGSuYgT7VCpLnNOZfGgW2y03HRD+0dc
uDRNdaBqCV03maiV/rck0mFEA0IyUMfpEpzOVEO3cWsAbb/inoDlIP3lMPhB/Mnd9ZKO46sy
6a3YD9yIuDG0sqQolMzJmcIjt1E+HvJiwaVuDDOn+asxdp+987g1AKD/AAT0FPMmE6pva1dS
XbOP/j61gedEwb0IbvNRPVTKgf8ARZtmUWuf0Lbo1NEXoPFSTqMEdvs4YFFmnSfwouGGCxbP
VQHGHxtWT4FYIvQa/uQuI6iTPj85MamiFXK22j2odBmNzMQM11eYKGA8yYHcBD5J7bqYIXHG
jKfZAyLumB6PT+FR7Vx9CLg3HBewZ0W7uQDS01/Gj/Wes6yyLAnlVUYDUI7rmbPp/Oif7DoH
H4USO6wlvFEW32kViEd1pBGb/qXyKgYeCa4MRTFQw8G/MjQ50VtwqriWE0TDGqqnKhXEmC/i
rWY3X4AYK0EzdUUw3KywmBaMfrLbjnFES9KqGIrRMCNTmnzyTkC7kG/Ndatrxj8bU1CNP2qg
LZkpoB5om2y4+lAXWm240BCAvG18woAHyrUIloOIVZMlErA81PV6EzwnBYaJvWsYwQiKsFaA
GkweaD1wTkucPFbcLP8AFEmBmaIi0QK3I9ZbOiMPuqxlf6ry92BE/mVtlz7rIGpR3XOTWULQ
OrQ0QubbaIALoXX3E1dqINa/NABrGo36VInPFbQC+NwZAB9f8rkZfmUw8XLraBTFaMmuABxI
Q6TpcChaC7lm+NyBAJDYfuTEktorrbgwFcXQvsFIfGUzMqSnfwTqYqre1aXttc3Su2aWEqzv
BmDO/K1As11ozy+mgDQ1RoMwiQXCoAcfjamJDYNCcUyJ/ci0YfyQeutfvrdddtcwH3OnsjbW
5qr+oltxDExj9JW9zfsvsocChdcXusxFUDYTcKH6K3Zom0uQYRAqCxOqkSE/qURmVLmZUiMQ
iRGQQzXUHdWMKEsXfFAYCV4hNdJJgAJrmFtpmVvwyhHIYoix2EFg7q3uWgkWuwLZbVQFynJA
fNOz6LbTSU3pRD1lzn9lE3EPi2JTl3Qktg4ZEguKvlCBJ3EUwZB7jccQIUWtaaJ5nkockqfM
re6/slvMi9GPqRJDnD42q7tmpG5G123EB+R3K+54GLMmqfQnIdRbOiusttO64bY+kie4eq9m
ABVnbsFxu3Azk30F/WBd7NocBxCe72hXBNRBjGLtKYnUUT2u+KdyToIdNdJxAgpsqKiJDHGh
cBN3LwLm6YKF1gYvIKFtHX9dxd6EKcaYJ1tFcqfuXctug7i+dUZDmimWUFwMk5C6aqZPmTIC
yLiJc4fRUmXpVOCzwAiMU19RICNjG03H2jT3bkLSXbAJm8NE1obIv+5OZOFVGGKYgk+aU9Bq
j1M0UxRIjI4KC5xhbgWPgoqnBnBZ4FTcAMlGKBuchMzSnBpR1i+CFhY3EwyFoxPyIm5ywZxM
ontSWack1+FA1Fs7x29y81qPwJ+3cLgatqn1XUHOdFvMENCYycEWBD4A/uTAktgUWplggQ0a
ra4fCU7Ddm5XSCT6Ewt6fD9ScgNzT9y5ycAnYtWqFuFwkq2+0l8XpCGwPl8bkLRa+NXQ6SM/
jcrYh3dC8Ei0SbZomcF/Wru4Qdnc63ajn5yJDKPRVRC01WpwTERmAukO1MSmOPgyIkgGqJuB
BMDgbyW2od4AmwGSKUtQYuXAchUBOaLCRmgBA0dFx46oi6Tp1OhvDCYThjNKIA0TiU/oU4aq
AmbmncIAtHnQpOcr+827gcLVMaINTmt1zW2HExAFy2WB7bfeESmdgIgsmMAt1N+tEbgBmafi
/rsRNnURlT7t21EdwdJb4+0hdaxdnCKaJhZKarVSQ+SZGSqeMYKkVTGFRQt15AW93NlBHV9B
Y2g50/8A00DZbdcXx+Nq3iy20ci8faQ/ta1gw2/q/wDcQe8FsCRwBBYVZXm3qv22kZwbb7kQ
7lOTK9ZVR4pvSnGE/G1Aoc2JJZXWu5upjRBSWRt7Z23XQ6vs7txNop82D9ZGwkG21gLYcIbY
OjlAHqeksqgDL2kwgZfxR/r7ZuwdAXF7vm6/XV9hckEjOhTYrNlIjJlR9FqoRkeEqG5AuQrQ
Z8aIds2uDbXByjawBEPmrYk4LqDMES5ttR2gmMkNvSRDt/FEPIanxsR3SMyhmDUI2EvZcGBy
lOZdQHUKDKYyE5tUB1Rjki+KIcJq8Ar/AOw9FhYA6BbbA1vaDmYVx7hjB4b8SMb7uSFxGy0P
WXQgGZFHTXWC056o4x5luJgeMr6oNrmsq+y4SCzqXJGSG4/H7KBdhRsXTvBpgjiTig6t3HpM
EVQILijPRNdJToNhCIzR71oBnqDSmbqyZG42i0GhuLJrrrCMnP7U/cAuMECSmDAYBE3UCPdF
oYFjn9ZO0ZVTsGOCptDy6h+TfyQGCchgDAKdi2SeTaKPT8SsIDuYOCYgE5sjcw6SCQ2lyfdG
RZGXejSEPUi9jCkqAwqCtxe44kJ2fEGgC6ri2StNoctXI+6rd4Iul353cKJ7jCbdydQOAVFR
UZUTksAu6bZBI0+are1tIuvO4tSn1voq27uT822CQnt7ZGpDfpTgs3oRtto0n42pzfaTUBbS
Q1wNrg5/ZTg9J0Q7JLC4sPAK/uG3ovYjwFtqyGiG2TiW/ig83MI0ZMAC2Bb8Kb2ToIQDvmrR
ZXHCPwIOzD0qAEwqoXrW0yDmht7doOJYLlwAGcrb4okJrxuFwJ2nmie32wO1cxBDfaTEPqzp
vMhn5lrgV0zdi4U3Hz/tTFtuisNgwkljH0eB7YuY3EIgiMCapgAxo/8AFEl9GzReqfE1aFHs
ZqX5E/yW6jzaKfnT3sMiAx+/chcNWPjcpp8qYGcGRu7t5bAEwhiQxL/pTEn+s0xqqoZ4rVMm
cnxR3wMEO3bAJkn8q6S9+GqN/dbMElC7t2C4nG4bh9i9P3LoyFELrSDMprHFprBRa4sRDoAm
cDqqEzzVhtLC1XX3W7r9hNtXTQwooBbGsoi2CTjl9tEE1aVUNRBpRc0FIYodxmM7Z+z1KjHJ
QmpCLquqfELmicqLcalXXCRR0yucUcK6263cCAQBWFdYxtAJcEYIMHW60uVLk4HJTJzKZq1I
dBnc1ZW7iJBAD4p88VfaC4B8I+qmLsjbd7WBVPFEARiWdVbJAmnpXSwAFDBdEXMBjj+9Pa+6
lvtbW+ygLmglw6/q7Vz2sNxGq3YjGqJNxOQogAQBQChQBImIrVbLnMxjCk+lRRTwe4sNYX+q
7cxZC64AE1cqr4MKN9lV22ikVH2l7T4SWTCLcMkXnDP9SILPaY5oEmlEXLDJCWAoVZdUm0gt
orrbA9pnUJ6P8i2loq4hHVOZRZw1AUbiAQ2FQfxIXO11xLoy6OeCLhkcJqmNVRZMtuALJnbC
UQID4I5AK8gl3Mc+pA1hH/ybQTcBLKrESfnLpDc/jasRcKprnmjK3YXb2nwRtFAHc/GxduQC
+KcF8VvajXYIzJopb/hM8mcE4AmqiHzW4yUXoxICLiBQK2GegK2WmLncQ6uJDXZGrJrwAHf/
ACTH/sgSXaQre5uNjnD+SbdcRU3E4oEE4urbbtpEB04LhPggCQLRRSwGjLebneToG/8Ap2//
AHEds2msKXLUtUBzotx6TzldUYy7shLA+ZXE1YkUqiBVVjJf1EsHhW9wTEn71y6ZfFO7ZsiG
Z5CbDzp/MmEDaTXL3ltDAZqarJTGQVYxCtxUQsyUCarY7AVh6oC7BG4eC3EwUJVztQhijdE0
DOm9zHRMC7UOKBtk1dOZ5oTzRagohaRuIJn7quIBJcGBgi5a75vJBvFMQ2idnGC8aKMaI2mu
CEwyq4Ap/JPtAJLD/JD1OtxJgUCFskV3AUR7Nx9m42sWBO1W2np220OvWnAByl/0oe6Ltf4p
wRdaTIOaNgtjnBQ7b7A7uDn0oP3BY2slbe2XfM5e/wBS6g0kG7l02rcOoHEIi8RhqmHUWrRa
8kLbXANSAhdeCQYcth9pG2r2kIl+kF2KLDwXbvcwQWCFGZ55IdzsXMPftFX+wmDi8RcCi5BO
iLtGYUAORjRG0sXDEeNqtY4GCpKtGacQa5rcfFVbRSt58AiTgnME1Rwb0oAUaCgXAYs6Athy
zvNFd3dzi0GsosWzwTljMhUc5qscg6Yz6kSS+gkpgT4oWxbVE3W79x2saU/irntckuNPxok0
yqhH/Cgs3nTVdBz4LH1LEvANSEwJ1wP2tq0yPNW2jdcTQABvwpz0j3gXf7CJttFoxYMv7GFo
FxNA5/8AyXIkRYIGDpwJ5LquJOn6kH3aMZQsuEU12n2k1xJBkZoHcbcZiE/bJb8QRsuuLZmE
X6ogomQQH5p3Lamre7sQvvtJsGF2Kay0WjQMjZfaLhRiHVjAAG4PBYgpq5hMTWi30A8T+Jbb
w7E2+C7lhuJBaI9lXdy0DqJNrw4f/wC3tUdNw9rGUcSaFa+b8qDjCS6a3F+XC0lNUJnhEGUA
YC6aGiYeyPShcixgSxf9KYGnx+kg0mDPJAY581f2ziCEbQwrmd33kXxqmtQJDm2qZEAUqx/w
Qd/j9Vbu2TDz8b0d/cNxIfbIA+aiQIGL/wAkZnkE9wpiukQPBky23e3n/io6hmiLwDaJZ/5L
bZa19QT+XpX9nfkPFtpiCv8AX2xbjn+ZVQ7PbM3F7jFAjY82wEQbpwDKAxNUaTgf4pgJ9C+a
bc5XVUD4+8uq5gIeUDYXfHX86BHnQcy1dEGqKE/5IudoGDApnJGRFULboegVeSG7AuFr8idX
Wxi/iiRfc9SHYI7rP7e4c1bdtY3B2BgOpacFWqLB9VabsBOKtNsWl/2rxWbJra480wFKp7va
qmFc1tPnTgsBgmzcBNd45JwSLQUIrVWgCS/oV1rUVvcAm6rZqaGKo23ADlKAtge8aImXDNzQ
kkJ7QxOPJEWhzmi4JJwCa+MM6I3WXEEh0x6sii/SdMV1UzUExGqt7b7nM7skC8mNENweyyXG
LdPzULAIUCUbjLB0b7mc0dyJV1BcTJlPQYkVV3cAe216mYRBGnTH5t62CLqwJb66NxYE0B/i
juLXYtP0k9Mxh9hMJelafaVoD7jQUT3QbSAMUxgkwQj1EXmuTIMzHFW3Ay4K3ESGfxXIKQAB
Dsth23OzyVdZc4mgfJC6d1a4fbTNOZQ3B5cBSXOVEzRpKGuiBJAD4/sVpYMXkQP1Kr6ph50+
OawU3cgQmFcFUhjCuBJuuzyTmjUR9CjPFC3ILdg7EIij4L+12FmM+8uk7zorb+6Du+a0ptuy
3Vqp7elxBaq6jBogRXk65iXzTADdoKIyLXMQD+Pcum+4NkIP4k5PoRe1hgWC3GmBCe3uQaWl
dXT2wH3GhCu/rfuG2A1Lfpq3cHNT4obSbb/mlGzaKPueB9lO7tQHmi/Uh7z+6yt7huFltxkt
LBf1GbAJxn7KNlhcAuH1W52IwRLx5k1sDMyERLHEMSm3MMBj+JB6ipKLcnAR7lw33e7onaOa
NoDOmNpYZprQYjRUGTLOU7egLcLjacS5Q3ObxD3SWUdq64mhhgQgbrmeltrwsPGqz1CAbxQB
LDNW7rtzEy713ItRHLVSGTGgT2ATnCcnpB9SIDuaMhcC2f8ALpQHoRCZMA5dXDGuitFTjEK+
3vECwguB+hf6e2NxMEifvIR1HElltd8nLymOFHwQJuDZIi19w8yMgYYJy00IRoHo7hl7TBe0
QfvAoOz3MADM/O2oBmtyRIoaFXWd0brSIuBkAq7uMLgTONy2+yMqI3WE7Q1S2H0UL7SSGaKI
khskwcAli8IXXWi8kQ8pgCAATDBFyXyj9yF1rANJU2g26IAj0BkzMcRbH4EHuZ/H721dILak
utwD+Lp7htGTNCYQPMmf1oTTBPD+ZdNdE2UusiMNfnJ8PeGqN1wEVb+SJsOwvDSEwuAzBAh/
mob+t/ZNAs9E4DWiqjAQ6AFT8faW3dApa9SsTrELpa7EuwZNcQW1/bamcjwqpJNwEONqO0Fs
Tr9pBg+pQtafQpqsnxRdukelF3fDJXXYeC33FrauUO12rnstqA0lORAo9VacDSjLrABqBBTw
+AMIT5kVMHEin5U21yMDVAk+H+KDUPx+kqbhgWQItY+ddQAGTrZuHSKSiLJIqS8faW2wi+0n
qs5fN6ldcAe3MCooiWNwLOWr7q29uwgcqLrBHNmTXWtbV/jtQewG0Bnf7u1bmJd4ZvwJhY76
LrtJwOYTWuBiD/kmFsiaP+pPtJOkqbYFIA/Wuq2caph2zGToNaRzlEWic0bts4SE5s9Km3Bl
7KcW4SnIp4LLmqOcfjtQgzRj+9bvZdnBFWVl9uG0249JH8ltNdP5LK7AIg1CLDxKF4BuL1Ei
iF5MmKfxQJOUVRtGFa/tQBw1TCgMM5JW0PNU1HqumAGlEnNwnEtijdhci+JRJI24D3iv6rfe
DDMJ2JJxUeLv+lQzw1ZRBgYuy6J5VVZQFxbkmEWiHT2ndOH3kDc1rvU5rqvtB0uCbt3W3ECJ
TbAdafruREC0zT+Sc93aDh0/tXX3zSj2/sQu7fccCjkfmQs7gJuBYl4YfVTdo9d3uuTRG021
1XsmNVAHnVE5Epk7SMQjdYQTg8IG5hdjyU4JzULcBKdlIdkbiC51XSDydMv+SvbHnC9tyYTh
xcA6E1lxLJnrUnFdMshsJel3xvsXbYs1otOjK/tGRaXf6yJE+hOFuJZsjKG0sMjg301LXOSK
0TVwqiw1nP7KfDl/JAAQC4r+VAvIQDEAvKLGgWgFFtGattPgjGOKPcgXUtn+N6PcNwLlv0/R
QBLsGByTNAxBdOJNtKD8CILgGCFNw3tAr+lEjxdG3t2E3ZUFPtrrLT7Akv8AXTmAIAcGfq2d
aPTsaM05L3XZwm3sKsG+svaYCZZbe2JpaXyUiMclZZ3TN5AFo/UncgEmqu7DAhjLtCAsDGxi
Lau6ckODhx20K5KqouapCy48lJbNVfQJ9p5oi2wk6T+lTZtGZKm4Wxk6IJe4ggXa/VTBxncE
NstQnVOWFxrFWUkjcKR+9Eihriru1dUh+qkK3uj2TDoAuGoqsXqUwIiqcEMeaa4TafCU/qTj
Hzoh6mMwgAqh8lPgttTmKLAuiTAwQGSNxPS9fvK63tl7bQGevsrqLmpZbbYtFDz+d1KC5zUg
W6CqqwpJRJIINWqiQDaG9u6Lf3o37j3bzBttHTHzdyI2bLTQ4qHJzP8Aii9Di9EBa7QWH3l8
1sJ/Stt1u44LYx6aSyBMaKwW0tYP4oCSzP5lfdLbz60P/IsAG0gXav0+6gSS11zFmZ2+t5LV
UrVMSxTu/JNaPOQnNMhJXTaT9aAmG20eJ/an7l27TD8agehQJQeqdk+CrPNA3Rb82qYM5NGW
uim5inNxemKG3qvifH6e1MC92MqZ8U4pkExYA4F/2raKEh+Tq43HdhaE+GLJm5IUfNbrgnuw
Ruq9OSbLJDVZo9rt3NbYWIDbXCa0v3CXNwLJ77nukzP4kKakJiIxK3C4WyKnaQEL99tvatM/
mT9u97uV1v5lPcNwNHf9S6i5Oaho0UuDiXhMOp+VftLqBuIqf8VAYNQkq682xDOrrnqShe8M
PWjcKPyUhhTmjfadrl0dxgghmcK0X0JBgQgbRVarVZFTPpTWWXFuQTubXwcL/Z3S1Wk/W99M
QotA8OHyr5VPGvAMumMTKhiTyj7SdoyZAW9LyiYn4++hcRLYftR7VxrItPPcjbS01LQgx9CL
CvgmuHSMP5q0xY7iWUsBhLutceSe3BAZSXTijIA1KyKN3uqvijc4ckbaD63tI3+8TSDVTa+s
IXNGTJw9KNLlENttzJhFyL7rcQTVC20sIh3CbbGnUnIrX42oRVSz5J7aeeE5PhAKJEDVdQJT
nF2T0OZZRp60Gq/mTE5PzUGkUV9pPqQFp2lxUugcmfzcJTCqkehMo4vYWIquq57cuE1Q2CTi
uq50zwqhVWhR2FwT71EA0F9xzQyKkOdU4x9oFBiSc0BdAINeSt7gBpDezPUg+CiDoodwgXO8
eymaQay30kwDh6phB1ohjaKLxZE3B2ZkSKDApy7lygASys7dj9Du2ZUmaMdEN0hSzD2WW60s
TDlGwkk1MKPZyw+0iLoAozOjdbhnVSiTa+soEkzhaf3IXy9DoES7vRAG4ADAVUAsMSJ/Chtl
nqnqW8yAuAuP/VNAuecETaQ8O5hEk1xCk3N4MgA1QQi8M1eXAkUTEHms0CtM06jgx+JTqvJA
HhogmB4f/9k=</binary>
 <binary id="i_067.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RZbRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MjEgMjI6MzY6MDYAAAOgAQADAAAAAf//AACgAgAEAAAAAQAAAfegAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAVIQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANzGss3vZWG7nNOp0MjjYf3lPIsu
e0VWj03MMuIjuPa138rVVWPAcC3V4Mtd4EIjXNhvLpkuJJk/ekpTGbCdATP0ifyI1QJ/N3O7
gCf+pQ6w58MYCXHho7J7LXsc/HpJc76NzmkgeJA/qv8AppKbjGY7GCyxwfY0wKBoD/xjlHKF
VjBcLGl5J9SsAiJ10/kpYuDS7Gc9zz6h0LyYa2P5KVJYy1u872hwEHhwnwSU1OpZNuNV+l0m
qamnu36LA2f3VzuH1C2l5dBcXDaQZHP0V2XXun/tTAHpj9NSfUrBMbgB+kq3e381cpkZQfiV
VsrcADNLGuDtn5rw72bneokp7P6v3m7D90TAdp5rT26xC5X6tZV2PTcb2isVVfo22HbuJO9j
d7ob7loYv1moyCwlgrpcP0hLpLZ/zfopKdcFrvokOA5iCqtnVMNlzqXPA2aOfIiY1/zfouWZ
lvrssnHc5jB9BrTz/Ln+Wo42Ji3O+z5LXGp5lzXSJP70+387/RpKd0t1hAcDBEa9yrQAa1re
zREHmBoourB18ElP/9DWra0OgDU/PtwjPaccepaPpz6bCOT+/Z/V3exiWObqWuyg1xrb7d87
RJ/6pQzLBk2B4duY0BrWa8gbnO2n+UUlK+12MaG4o9I/nWkDeZ7f8GxTrAqrkcnknxQmtDYk
cd0bt3iOElNoXudQKSIY3Uxy4/ykXAx3X2C10itvB7k9h/ZS+xEYvqkw8AksPnx/aROk3OJf
VywAOb5Sf+/JKdAARt7DQjyXHZPSXY3UbHgfzhPcRtkgf1X+xdfB1IMHx7FUeoOsqeLgxrnE
bA6AR+9pp/W+kkp55xtpoFGQ9wqaPSpmdwn/AAf/AArXsUcTHosYQ8NFWOXetYdCAPzfVj37
G7WMV3NvZbbQXsNttc+xp2Bojb6lmwfT+l6fuVfLY/Mo9JjQzYZZXWNrXf8ABun3btv0H7kl
MuiQzqdLQSarDJY7gktLmPc395dVmVvsplp99Z3D4fnBcXg3Obn0AtMue309CSDIbrH7q7s8
mOUlI67PVrbY06PEypz27dwq9OO/HsIY6cZw0rd9JjgP8G79x/7j0cnhJT//0ev2sxa7bHgO
rY71a2xqHR9ET+9YsTUunxJnsEbKy3XPDQXemAC4P1Jd+c7/AM5UGMc9wPYJKZEgAbpkjhJt
0vb4AgmfBPXTYbACBAMEuMBTdjGu5rZG17o18vc5pakpNbnWWtIJO06gefi5XsBtfpCxg2y7
3A6kx7drllaEToT4nutLplj2sdS4AtYRyIcCef6zUlN1zzUA46t4nw/dRA5r27iNw+kBpr5a
qJE6cj8qYtLQNkxOoSU5JwWWVlrj6WTJfeTq02PO9/vH+D93p1f8GqeRiZGLa1zJcBBZaOPv
H5zXLX6g+4taan7YEuYDDtPzv5So09RuG6u1rbGOneCAJn+qkpB0il1fXn5NjS2k1mxr/wA3
fZ7bGf193q+xbx6hVO1jHPcflCznY7WsF2LIaQDskHTu0JqbKSXSdS3UgkOAP58/1klOuy4W
Oj6J41U3a91kY+Q5lVbXSSJ79pgSteo762u4kSkp/9K+182wdGjxV1lkktHaPPRZ7S8u9rT5
O4hGrfb+a0kjWP8AySSnQsNYbwBOknuR9E/99Vd+U8tg6uMgOPIB+n/nJW2zSGFp3n3HuBHd
AeIJBOoSUzqPqe0O2k8Hz7BdFXU3V2nqOjc4dyBtXOC2vGZvuIYwOHOsk/Rra36Tn2fuK/jd
UuLb8vKcWh230sIhsVNAhzvWYN1ltv03M/wSSnQzcxuHinIeC+IDWjSXH6P9lZOL1/Ndklt7
G7HHaGgRt/q/vfy0DKzruoPBMtYP5tnYfy3fvI+F03HtaHse11oH83vgkfv/APkUlOyXsuaQ
W7jz6Z5/sH+UsW9zHWF1Qhh1aD4E/nLXrxCzXeRtEtbyQf7P7qzM3Ge242Eg1vMgjTU6uH8l
JTcwQ2vG3R7XPAcf3Y9v0vo/nLJtbbjZb2P0PY9i0y5pVrHsNZEGGO0c3sR/V/OT9Toe4VPD
ZLJaHDXcx3uY5JTOjaSTMAiSfIDc5dDUwCpg7Bo/IuVxRk5ORTi7XMDvpOc3bLG/Sl0Lq2gN
AaBAAho8hwkp/9O/dvqDrjO3dtLg2QDG/b7fztqZtzrIcCYd7g4cEEfSCoZOTYeqX4dxDx6j
2VNIHtB/TtazdP8AP12KAyqunPsbSx1tNkOpx6x6j22u9r62R/g7He5qSnZBY1oA5Igt5/13
IeRfi41TsnKf6NQPsJky4j6LY3KpZmX4mCMrqLQL3O/mWn6G8wyrePpMqZ7rXtb9NVqLcPqF
1mbZabzSdmJjwfbB/pVv0W+o7/BstZ+i/wCMSUnpFl9gzc5pa5mmNiuj2aA+ra3/ALkOY7/r
SO1zrnQ3gdhwUMS4kk7TJdt517z+85XMDLxaALH12Os5AaBH/bjj7N39Xekpu4/Sbhjve4xa
5p2tjX+qf6yzr2WV3QR6b5Bgdp1H/Rcr/wDzhsadKGhg4buJJ/t/+YIOZlUZ1zMmhxrs2j1K
nc7hzDvov9qSmxhdYyagK8gG0Dhx0d/nf+SWsHY+XUdZafpDgg/+SXP1ZdOMBfeBsDvcDy6T
7Wta33Pf/IW7hXV5OKy5tPoeqJNRILmjgb9nt3fyElNK7p99e5zCLA3WIIdt/eA/8zUXPsdg
aSHB21rgTH+kWmxxAmdxkgDwP8v91DFVUvhzmazsGg/4tJTnV5DXtktlw/NJiT228Lb6bYbM
Nr4IJLgQ6Z0KonCx53Vjc4/SreYgnt7P+oVPLzs9003u9OHbRWwACBwkp//Uh9abqbupigMN
Hot22ZbxsbY4e79FO31PQ/m/UVDDZf0++rMzGbcVpeWucIdqB6VrGfznu+ijZ9udlZdt1lm1
m6GGZho/m2N/Na5rf3FZx8bALX4uS0ZFjzuc+yZLvpbd7Tub6aSmzV1fCsxrrrm02MfD66Xx
Y4MaIHrte3b/ADrtv6P2M/4T+cRuidDN3rXVH22vHq2AtYwvJ+hS2tvptZRu/mq2Ld6Bi9H6
X0hj6msFljWuyHn3Pe9/u2lzt3sYs/rPXLGsZj0g+pe6LXgtb6VTiWVtrb+Z9rs/V/V/M3+q
kpzjXuALef8AZ2Umb3vho45JGnyTtPsaXAsLmzsEGD+7vHtdt/fapiHOYxv844+xo5P/AJJJ
Sz6CGxpqZkjsg32U4bmVhrsvMtH6DGaQ3/rlz/zKWO+k9QycnNtAx8Ct4sc5zbMm1sVM2Ha/
fZ7vWtb+Zj0/9es/wSe3D9DAtY1xtvySK35D/pvfYdjrXbY2tYwu9jf5tJS2LQ+11fUMmwXZ
DgfTLZFdbZP8xWfznN/wy1+j53p5LcZ50s0bOgJ/8yVANDWitmjGANaB4NG2FB5LbGuboWnQ
9x3BSU9Y54rtA1HrkxrADwB/1aIWkgWNlx4I+HgqFeX9v6cbG6W1wXs/de36X+e33sVqu1t2
M7IrJDiP0jO2/Tckpk6urKpIPtt1G6Ic0j6O+PzVi3NyXWRkj9PV7SY+kB9Fzvpb3bVu1WV3
NaXHa/ie8oOSKMpjW2Dba0xOo47fyUlP/9WiRFdcc+HGs/8Afkxyv05sA3MefbqN4cTt2Or/
AKyFY5zXEgCKwB3Op1ap42M/LfXjN1tybBWwz3cQPd9+5JT0OJRmV/qr2Gy6ku30NO/b/wAD
vZ7dzPd/5mq2X0S2xz32N+2X9QdWwMDtu2DNTQ1w3V1/vPXWY/Q+k4mLVj1Y4sZS3aC4S95/
OsscNu6x/wDYWJ1ZvUukPZZ0f7ULbS5rsJjxeCC2G2tx7d1dfv8Ae+/6GP8A6K/ekppY/SH4
DqsFtTmW3uJrDzJe7/CWbpd+iY1iysc9T65n24mGH1txw65wcdvpNYPb6rmhr7sm21n6rV/g
Vt/VPoOblut651KyxmRkA11MB12mPVtuc73vc93s2K1ldXu6X1M1dQvra6AcayzdscD7fU3O
DWet/gfTe9JTXxa7jjVDLqZXaNXMrGhMbR6n79v+ls/wiFY1r7zH0ceR3j1HDWP+Kqd/4KrH
7Rxcrd6N1eRZO5+xwfBn6TvTlrGqEBjQxo0bMTJJk7i4uP0nOc5JSFvtJb49kJ3BA1nt4Kw4
xDidSPgq73tOvlEHxSU2ukW2V57KgdrbZbYCdNoB/wCk1aHSbdtj8d/0LdDroCPorFoB9Wuy
ILXN4518FfyBYLXtrPvtMNI0gEb3PSU6mO6gkAvdZc4Efo9RDdPp/Q3I21wLgxpJA03ROni5
VunnFxqJY0vewbd50b57P5KsHLvcQGsbqYIgk6/NJT//1qD6PUc+PbLhM+EwjYGQcTOqyw31
Pstgs2ExIEtc1rv3tv0P5ajVfQ3e5zi0+AGn8pV7MmttZFYLnT7Z41SU+mVdQpeGWN91VjGv
Y4c7XAObuZ/aVgtxr2wSIcQTqATHu2lcp9VcjF6j0mnpxt25mLILD9Ms3FzLKj+57/Tfs+gt
rE6WC9zXNLag7Uvcd/h+ZtYzekpv324+DjPtMMqYHWOIkgfn2O9u5YPWq3DLb9oe2ym+vdSf
zQPzh/K53b10VNVNDiymGz2kuJMce8u/NXP5tTBecQH9FhucKRMlrLQ21lTm/wDBb3+n/wAD
6SSmpUw2NIqbuFYk7BEfJqk/GyBSLAwkEAyDqJ43tVyk7ATWNpDWjdEcBJpI9rSYJM6cyZhJ
TSfgWuY1zASWtbIOmp3f9TCEOmWG9rXsI5OhmNP3mrWa94eG2D2n6UzpHf8AFFbVaxxc1wMD
27tR2LQkpxx08t9Ige5vuJj6Wp26f5iF1DJdVeKaxLw0Nd4d3d1s5FrqmWXP1FZc5k94nT/O
XLWWOssL3E7nk7vi7VJTcw7rg+oP98O21zxqf9v845dDW+mprfTa0OJi1rSTHP57v3Vz2OA2
ysGIDIb8SrdeRZS7c0g6glrtR8/opKf/18MfSnXafHxSnQzx4R+CK5v0Q3knUfDwWr9Xem13
9aqxcotD2t9atjj9OBMNn6W36exJTqU/Utt3TKWuvdRnuiw2AaM3DcKvaWvds/fai04X+MHB
Z6FN9eTUzRhc+t8jx3ZLW3f5662moMk6klEKSnC6Kz61PutPWTW2otHpsYWBwJ3Bz/1Ybv3f
8InPRcbp2K4Y5fbc9778ix3Li/32PcB9FrPYytrfzFqZlvoiq0kgNsaHGYEOOx+/+S1pQ25j
Hh+QLGtxWTuvcQGGDt/nHe302pKeZ6g/qFuKKujt9XIe7Y9zYitgBdufa8trpc76DXvUP2N9
ZbcJuN9sqrGheZc6x588lrPzfzFcyOqY9GWGYOO1+AINmVu21b3HZspqYzffb7v5x/6NbJdU
x8EjfwR30/ehJTnYfTziVU4QLrDUzmHu0J1fbbsbR3/fViiym5768W+vJcyN4Y4PDSP5bNzN
+v0N29WDk1Od6bhLTMzBaezmob8uvpmKKqa66aqzDWVtDQAdf5tvtbtSUwzeiZGVS7ba31pA
2HRsNM7PU/e9y5kYfq9S+xXRS+1hFdrgRFo4bZ+bs9vpLsun2uL/AEy4PBbuJBkbvaX/APSe
qXWulnLrmksdud7Xkb9j+z2gfSf/AFv5xJThs6Zn+oB6e1wOgc5sce3a/cq3RH5GbjWi478j
FtDHGPcWPk+5v/BWMe1bTOnVgsbkvstvZo9rnem3T8/0m+/+V9JQf0QDNfkmxmPjWhosopB3
bwdjLWOf/Ns/Oekp/9CPS8IXZYcRNY1fGo0/MVnq2LZdn4TMdpFnqti1o9zRuBn2/uwpb/s2
Ka6f0b3DdbbP0Wn/AL+5yH1I5lGPh39MvdSA0vIaSHFxP85r+btSU9+51jZLBvkyGuMaf1hK
o9Q6jkY9W9tbGEODd1jjtk/uABu9cx0/69Z2NWa+p0DIcBDXsit5P8se5iq9a6x1DqrmxWa2
ASK9PY10cmfdbYkptdS+tOUWW1etW/dDTUGgt59wke5v/bixBn5Jt3uyHVW1P3ViJbwPzDvb
ub+Z7FYxvq5m2aO21M7ucQSP3va3c5aI+rFTrPVfeYBAkNEmO2qSlDNfdh005QZddlOYwMYQ
DG6fUbG7f+8//RrpcnqFVQc06GyS0t00J+nvKz8bp3T+mN+0vZutj9FvIJA4c7s2lnuVKzML
3WWkeo3dJ8Haz7f5CSm99jyMon072tDhubXDpA5G636H/RR78e7Jw9l7S3JqDgzdABcG/Q/l
b2/nNS6a1zyYaGNgO2u/6PK1XM3tiza5p7Rokp5K/PzsbAccfW1rSBpwCdznx+ftS+rr2vwr
OoXX3vu3AZIe7dWdd/q1ge5v5u79xbGf0qplIspAa9h1LhILT+8Jasxgx8DLZbUW1syW7Lqg
YY4CXeq1h9rXe700lPQXdR6cdjco17nz6ZcQHN/tfSa1n76oPL/tArcd1ntkOJBkn2e5ZmRi
/VzJAyGZj6H0gN9PcH9y5lbJBsft/wDBFPD6vach1F1leTRXBZkNaWvaTr7vUn1Hbj72V/QS
U//Z/+0eilBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAq4AADhCSU0E
JQAAAAAAEPsswQIK2hyMYB9f8gB0jY84QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50
T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAA
D3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmlu
dFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAE
PgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YA
AAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRp
b25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5D
Ym9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJv
b2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAg
ZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0
VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQ
cwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAA
AAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAA
AA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNy
b3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAA
EABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAA
BAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAA
CgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYA
AAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAA
AP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gA
AAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D
6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAA
AAAGAAEAAAADOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4
QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB9wAAAAUAaQBfADAANAA2AAAAAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH3AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAA
AABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25n
AAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfcAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNs
aWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdp
bmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAK
RVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAA
VG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxv
bmcAAAH3AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQA
AAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNl
bGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAA
AAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1
bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJ
dG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAA
AAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAADOEJJTQQMAAAAABU9AAAAAQAAAHAA
AACgAAABUAAA0gAAABUhABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sA
hAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAA
AQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJ
CgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLR
QwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl
9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFh
cSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLy
s4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIR
AxEAPwDcxrLN72Vhu5zTqdDI42H95TyLLntFVo9NzDLiI7j2td/K1VVjwHAt1eDLXeBCI1zY
by6ZLiSZP3pKUxmwnQEz9In8iNUCfzdzu4An/qUOsOfDGAlx4aOyey17HPx6SXO+jc5pIHiQ
P6r/AKaSm4xmOxgsscH2NMCgaA/8Y5RyhVYwXCxpeSfUrAIiddP5KWLg0uxnPc8+odC8mGtj
+SlSWMtbvO9ocBB4cJ8ElNTqWTbjVfpdJqmpp7t+iwNn91c7h9QtpeXQXFw2kGRz9Fdl17p/
7UwB6Y/TUn1KwTG4AfpKt3t/NXKZGUH4lVbK3AAzSxrg7Z+a8O9m53qJKez+r95uw/dEwHae
a09usQuV+rWVdj03G9orFVX6Nth27iTvY3e6G+5aGL9ZqMgsJYK6XD9IS6S2f836KSnXBa76
JDgOYgqrZ1TDZc6lzwNmjnyImNf836LlmZb67LJx3OYwfQa08/y5/lqONiYtzvs+S1xqeZc1
0iT+9Pt/O/0aSndLdYQHAwRGvcq0AGta3s0RB5gaKLqwdfBJT//Q1q2tDoA1Pz7cIz2nHHqW
j6c+mwjk/v2f1d3sYljm6lrsoNca2+3fO0Sf+qUMywZNgeHbmNAa1mvIG5ztp/lFJSvtdjGh
uKPSP51pA3me3/BsU6wKq5HJ5J8UJrQ2JHHdG7d4jhJTaF7nUCkiGN1McuP8pFwMd19gtdIr
bwe5PYf2UvsRGL6pMPAJLD58f2kTpNziX1csADm+Un/vySnQAEbew0I8lx2T0l2N1Gx4H84T
3EbZIH9V/sXXwdSDB8exVHqDrKni4Ma5xGwOgEfvaaf1vpJKeecbaaBRkPcKmj0qZncJ/wAH
/wAK17FHEx6LGEPDRVjl3rWHQgD831Y9+xu1jFdzb2W20F7DbbXPsadgaI2+pZsH0/pen7lX
y2PzKPSY0M2GWV1ja13/AAbp927b9B+5JTLokM6nS0EmqwyWO4JLS5j3N/eXVZlb7KZaffWd
w+H5wXF4Nzm59ALTLnt9PQkgyG6x+6u7PJjlJSOuz1a22NOjxMqc9u3cKvTjvx7CGOnGcNK3
fSY4D/Bu/cf+49HJ4SU//9Hr9rMWu2x4Dq2O9Wtsah0fRE/vWLE1Lp8SZ7BGyst1zw0F3pgA
uD9SXfnO/wDOVBjHPcD2CSmRIAG6ZI4SbdL2+AIJnwT102GwAgQDBLjAU3Yxrua2Rte6NfL3
OaWpKTW51lrSCTtOoHn4uV7AbX6QsYNsu9wOpMe3a5ZWhE6E+J7rS6ZY9rHUuALWEciHAnn+
s1JTdc81AOOreJ8P3UQOa9u4jcPpAaa+WqiROnI/KmLS0DZMTqElOScFllZa4+lkyX3k6tNj
zvf7x/g/d6dX/BqnkYmRi2tcyXAQWWjj7x+c1y1+oPuLWmp+2BLmAw7T87+UqNPUbhurta2x
jp3ggCZ/qpKQdIpdX15+TY0tpNZsa/8AN32e2xn9fd6vsW8eoVTtYxz3H5Qs52O1rBdiyGkA
7JB07tCamykl0nUt1IJDgD+fP9ZJTrsuFjo+ieNVN2vdZGPkOZVW10kie/aYErXqO+truJEp
Kf/SvtfNsHRo8VdZZJLR2jz0We0vLva0+TuIRq32/mtJI1j/AMkkp0LDWG8ATpJ7kfRP/fVX
flPLYOrjIDjyAfp/5yVts0hhad59x7gR3QHiCQTqElM6j6ntDtpPB8+wXRV1N1dp6jo3OHcg
bVzgtrxmb7iGMDhzrJP0a2t+k59n7iv43VLi2/LynFodt9LCIbFTQIc71mDdZbb9NzP8Ekp0
M3Mbh4pyHgviA1o0lx+j/ZWTi9fzXZJbexuxx2hoEbf6v738tAys67qDwTLWD+bZ2H8t37yP
hdNx7Wh7HtdaB/N74JH7/wD5FJTsl7LmkFu48+mef7B/lLFvcx1hdUIYdWg+BP5y168Qs13k
bRLW8kH+z+6szNxntuNhINbzII01Orh/JSU3MENrxt0e1zwHH92Pb9L6P5yybW242W9j9D2P
YtMuaVax7DWRBhjtHN7Ef1fzk/U6HuFTw2SyWhw13Md7mOSUzo2kkzAIknyA3OXQ1MAqYOwa
PyLlcUZOTkU4u1zA76TnN2yxv0pdC6toDQGgQAIaPIcJKf/Tv3b6g64zt3bS4NkAxv2+387a
mbc6yHAmHe4OHBBH0gqGTk2Hql+HcQ8eo9lTSB7Qf07Ws3T/AD9digMqrpz7G0sdbTZDqces
eo9trva+tkf4Ox3uakp2QWNaAOSILef9dyHkX4uNU7Jyn+jUD7CZMuI+i2NyqWZl+JgjK6i0
C9zv5lp+hvMMq3j6TKme617W/TVai3D6hdZm2Wm80nZiY8H2wf6Vb9FvqO/wbLWfov8AjElJ
6RZfYM3OaWuZpjYro9mgPq2t/wC5DmO/60jtc650N4HYcFDEuJJO0yXbede8/vOVzAy8WgCx
9djrOQGgR/244+zd/V3pKbuP0m4Y73uMWuadrY1/qn+ss69lld0Eem+QYHadR/0XK/8A84bG
nShoYOG7iSf7f/mCDmZVGdczJoca7No9Sp3O4cw76L/akpsYXWMmoCvIBtA4cdHf53/klrB2
Pl1HWWn6Q4IP/klz9WXTjAX3gbA73A8uk+1rWt9z3/yFu4V1eTisubT6HqiTUSC5o4G/Z7d3
8hJTSu6ffXucwiwN1iCHbf3gP/M1Fz7HYGkhwdta4Ex/pFpscQJncZIA8D/L/dQxVVL4c5ms
7BoP+LSU51eQ17ZLZcPzSYk9tvC2+m2GzDa+CCS4EOmdCqJwsed1Y3OP0q3mIJ7ez/qFTy87
PdNN7vTh20VsAAgcJKf/1IfWm6m7qYoDDR6LdtmW8bG2OHu/RTt9T0P5v1FQw2X9PvqzMxm3
FaXlrnCHagelaxn857voo2fbnZWXbdZZtZuhhmYaP5tjfzWua39xWcfGwC1+LktGRY87nPsm
S76W3e07m+mkps1dXwrMa665tNjHw+ul8WODGiB67Xt2/wA67b+j9jP+E/nEbonQzd611R9t
rx6tgLWMLyfoUtrb6bWUbv5qti3egYvR+l9IY+prBZY1rsh59z3vf7tpc7d7GLP6z1yxrGY9
IPqXui14LW+lU4llba2/mfa7P1f1fzN/qpKc417gC3n/AGdlJm974aOOSRp8k7T7GlwLC5s7
BBg/u7x7Xbf32qYhzmMb/OOPsaOT/wCSSUs+ghsaamZI7IN9lOG5lYa7LzLR+gxmkN/65c/8
yljvpPUMnJzbQMfAreLHOc2zJtbFTNh2v32e71rW/mY9P/XrP8Entw/QwLWNcbb8kit+Q/6b
32HY6122NrWMLvY3+bSUti0PtdX1DJsF2Q4H0y2RXW2T/MVn85zf8Mtfo+d6eS3GedLNGzoC
f/MlQDQ1orZoxgDWgeDRthQeS2xrm6Fp0PcdwUlPWOeK7QNR65MawA8Af9WiFpIFjZceCPh4
KhXl/b+nGxultcF7P3Xt+l/nt97FartbdjOyKyQ4j9Iztv03JKZOrqyqSD7bdRuiHNI+jvj8
1Ytzcl1kZI/T1e0mPpAfRc76W921btVldzWlx2v4nvKDkijKY1tg22tMTqOO38lJT//VokRX
XHPhxrP/AH5Mcr9ObANzHn26jeHE7djq/wCshWOc1xIAisAdzqdWqeNjPy314zdbcmwVsM93
ED3ffuSU9DiUZlf6q9hsupLt9DTv2/8AA72e3cz3f+Zqtl9Etsc99jftl/UHVsDA7btgzU0N
cN1df7z11mP0PpOJi1Y9WOLGUt2guEvefzrLHDbusf8A2FidWb1LpD2WdH+1C20ua7CY8Xgg
thtrce3dXX7/AHvv+hj/AOiv3pKaWP0h+A6rBbU5lt7iaw8yXu/wlm6XfomNYsrHPU+uZ9uJ
hh9bccOucHHb6TWD2+q5oa+7JttZ+q1f4Fbf1T6Dm5breudSssZkZANdTAddpj1bbnO973Pd
7NitZXV7ul9TNXUL62ugHGss3bHA+31Nzg1nrf4H03vSU18Wu441Qy6mV2jVzKxoTG0ep+/b
/pbP8IhWNa+8x9HHkd49Rw1j/iqnf+Cqx+0cXK3ejdXkWTufscHwZ+k705axqhAY0MaNGzEy
SZO4uLj9JznOSUhb7SW+PZCdwQNZ7eCsOMQ4nUj4Ku97Tr5RB8UlNrpFtleeyoHa22W2AnTa
Af8ApNWh0m3bY/Hf9C3Q66Aj6KxaAfVrsiC1zeOdfBX8gWC17az77TDSNIBG9z0lOpjuoJAL
3WXOBH6PUQ3T6f0NyNtcC4MaSQNN0Tp4uVbp5xcaiWNL3sG3edG+ez+SrBy73EBrG6mCIJOv
zSU//9ag+j1HPj2y4TPhMI2BkHEzqssN9T7LYLNhMSBLXNa797b9D+Wo1X0N3uc4tPgBp/KV
ezJrbWRWC50+2eNUlPplXUKXhljfdVYxr2OHO1wDm7mf2lYLca9sEiHEE6gEx7tpXKfVXIxe
o9Jp6cbduZiyCw/TLNxcyyo/ue/037PoLaxOlgvc1zS2oO1L3Hf4fmbWM3pKb99uPg4z7TDK
mB1jiJIH59jvbuWD1qtwy2/aHtspvr3Un80D84fyud29dFTVTQ4sphs9pLiTHHvLvzVz+bUw
XnEB/RYbnCkTJay0NtZU5v8AwW9/p/8AA+kkpqVMNjSKm7hWJOwRHyapPxsgUiwMJBAMg6ie
N7VcpOwE1jaQ1o3RHASaSPa0mCTOnMmYSU0n4FrmNcwElrWyDpqd3/UwhDplhva17COToZjT
95q1mveHhtg9p+lM6R3/ABRW1WscXNcDA9u7Udi0JKccdPLfSIHub7iY+lqdun+YhdQyXVXi
msS8NDXeHd3dbORa6pllz9RWXOZPeJ0/zly1ljrLC9xO55O74u1SU3MO64PqD/fDttc8an/b
/OOXQ1vpqa302tDiYta0kxz+e791c9jgNsrBiAyG/Eq3XkWUu3NIOoJa7UfP6KSn/9fDH0p1
2nx8Up0M8eEfgiub9EN5J1Hw8Fq/V3ptd/WqsXKLQ9rfWrY4/TgTDZ+lt+nsSU6lP1Lbd0yl
rr3UZ7osNgGjNw3Cr2lr3bP32otOF/jBwWehTfXk1M0YXPrfI8d2S1t3+eutpqDJOpJRCkpw
uis+tT7rT1k1tqLR6bGFgcCdwc/9WG793/CJz0XG6diuGOX23Pe+/Isdy4v99j3AfRaz2Mra
38xamZb6IqtJIDbGhxmBDjsfv/ktaUNuYx4fkCxrcVk7r3EBhg7f5x3t9NqSnmeoP6hbiiro
7fVyHu2Pc2IrYAXbn2vLa6XO+g171D9jfWW3CbjfbKqxoXmXOsefPJaz838xXMjqmPRlhmDj
tfgCDZlbttW9x2bKamM332+7+cf+jWyXVMfBI38Ed9P3oSU52H084lVOEC6w1M5h7tCdX227
G0d/31Yospue+vFvryXMjeGODw0j+Wzczfr9DdvVg5NTnem4S0zMwWns5qG/Lr6Ziiqmuumq
sw1lbQ0AHX+bb7W7UlMM3omRlUu22t9aQNh0bDTOz1P3vcuZGH6vUvsV0UvtYRXa4ERaOG2f
m7Pb6S7Lp9ri/wBMuDwW7iQZG72l/wD0nql1rpZy65pLHbne15G/Y/s9oH0n/wBb+cSU4bOm
Z/qAentcDoHObHHt2v3Kt0R+Rm41ouO/IxbQxxj3Fj5Pub/wVjHtW0zp1YLG5L7Lb2aPa53p
t0/P9Jvv/lfSUH9EAzX5JsZj41oaLKKQd28HYy1jn/zbPznpKf/Qj0vCF2WHETWNXxqNPzFZ
6ti2XZ+EzHaRZ6rYtaPc0bgZ9v7sKW/7Nimun9G9w3W2z9Fp/wC/uch9SOZRj4d/TL3UgNLy
GkhxcT/Oa/m7UlPfudY2Swb5MhrjGn9YSqPUOo5GPVvbWxhDg3dY47ZP7gAbvXMdP+vWdjVm
vqdAyHAQ17IreT/LHuYqvWusdQ6q5sVmtgEivT2NdHJn3W2JKbXUvrTlFltXrVv3Q01BoLef
cJHub/24sQZ+Sbd7sh1VtT91YiW8D8w727m/mexWMb6uZtmjttTO7nEEj972t3OWiPqxU6z1
X3mAQJDRJjtqkpQzX3YdNOUGXXZTmMDGEAxun1Gxu3/vP/0a6XJ6hVUHNOhsktLdNCfp7ys/
G6d0/pjftL2brY/RbyCQOHO7NpZ7lSszC91lpHqN3SfB2s+3+QkpvfY8jKJ9O9rQ4bm1w6QO
Rut+h/0Ue/HuycPZe0tyag4M3QAXBv0P5W9v5zUumtc8mGhjYDtrv+jytVzN7Ys2uae0aJKe
Svz87GwHHH1ta0gacAnc58fn7Uvq69r8KzqF1977twGSHu3VnXf6tYHub+bu/cWxn9KqZSLK
QGvYdS4SC0/vCWrMYMfAy2W1FtbMluy6oGGOAl3qtYfa13u9NJT0F3UenHY3KNe58+mXEBzf
7X0mtZ++qDy/7QK3HdZ7ZDiQZJ9nuWZkYv1cyQMhmY+h9IDfT3B/cuZWyQbH7f8AwRTw+r2n
IdRdZXk0VwWZDWlr2k6+71J9R24+9lf0ElP/2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBk
AG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBz
AGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4RB3aHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIw
MTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBl
L1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8i
IHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmIwNGZhZDg5LWVkYzQt
MTFlOC1hNTdjLWI4MTlhMjZkNDE2MyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDowYWVm
YWE3My1jODE5LWM4NGMtOTM3MS0xNjRkMDQzNDMwMWYiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1l
bnRJRD0ieG1wLmRpZDoyMUQxNzZCOUI5NTIxMUU1QTg1NkQzM0I1QjIxQUU3RiIgeG1wOkNy
ZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVh
dGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjI3OjUyKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAx
OC0xMS0yMVQyMjozNjowNiswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0yMVQy
MjozNjowNiswMzowMCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JN
b2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
Y2E4ZGQ5M2MtZmE1Zi1iZTQ5LTliMDQtNGEwZDU4M2VmYzViIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElE
PSJ4bXAuZGlkOjIxRDE3NkI5Qjk1MjExRTVBODU2RDMzQjVCMjFBRTdGIiBzdFJlZjpvcmln
aW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MjFEMTc2QjlCOTUyMTFFNUE4NTZEMzNCNUIyMUFF
N0YiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0i
c2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6N2MzY2E5NjYtYjJiMy04MjQxLTgx
YjgtZjRjN2E5ZWFhNzY5IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTIxVDE5OjI2OjA4KzAzOjAw
IiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBz
dEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmNhOGRkOTNjLWZhNWYtYmU0OS05YjA0LTRhMGQ1
ODNlZmM1YiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0yMVQyMjozNjowNiswMzowMCIgc3RFdnQ6
c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2
dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0
OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20gaW1hZ2UvcG5nIHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBz
dEV2dDphY3Rpb249ImRlcml2ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImNvbnZlcnRlZCBmcm9t
IGltYWdlL3BuZyB0byBpbWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZl
ZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDowYWVmYWE3My1jODE5LWM4NGMtOTM3MS0x
NjRkMDQzNDMwMWYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMjFUMjI6MzY6MDYrMDM6MDAiIHN0
RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
c3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6
RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/u
ACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4j
GhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZ
FhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAz/wgARCALQAfcDASIAAhEBAxEB/8QApAAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAgMAAQQFBgEB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgMAAwACAwEAAgIDAQEAAQIAEQMhEgQxExAiBUEyFCAjQjMV
oAYRAAIBAwIEBAMEBwgCAwEBAAABESExAkFREGFxEoGRIgMgoTKxwUITMFJicoKisvDRksLS
4iME4fLxM2MUUxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA6I2Q5ubQXeRw7Jr5
wQVCFHAFIVIZdWQNywZeoitWYUpygdKDNKBUHh084qIYdM8eg07eX0DdIRQnAbkKl0SSi5Vk
uQqSipIVJChICS6BkhyxlEaG0xjpoAZZBKxdwwRKyGMDlWW8DNSCyF6crDTi1ZxN2wzhqxlc
vZzwWLIaxBG/o8vpnTbn0FXdEq6JLog3CSCWpeI6Tea02SQkqxYsAg3AZcOSMhHps35lqHWM
Kl0HVWS6hDGzaoMg6kwachcAgrqyt1OA8/6PmHCURjHm45Jmsd1eN1DpbOZ0y5ULkgGLfmFN
z5TojzqBcloGfaB1m5dYMuAwgBhCVChwygjKXZbAIYqxHKsQrkINtKIsZcWZe1GsfnfDnzdj
LurNbsbR6ys81OvwjXMpjufQDtWHSdXscnqGdvndJ1h5ZncmYCs5iKhCWwCG7sesO6slXCVc
BorFwoeelQIgaVTALErKpoFQ3EfeUyCRltKitCtYQtwkAoDUsLSLiyKA8Pu8w41DnHkTgjT1
hZoEyoF412ajQ/n0dK+ZuHMronPHqiYNCiNl1CSQljZcuAyQ8/RWXIRAOgHC4pQNNCVoKuiD
aJBVBD24oaU1ZQlRLrWW+4SSFZdYHm8nSUKctwhlweKXmYHgPXcGZullMtME7e7m9EKSGNez
GbTSwuSEuQklBwYcGrohjsMz2GKw7ecXVMKlwsxIZIYIXQdiZd1AJZjtdESSFWMCq4Y+f1uc
ZmNMzr3iYkPxGvNohNy7JhS4ljZv7HC7gV1ZMexZk283eMkhJVlXKLkhwJKL25dAbsxGBZ2D
csOiou5YVXCpcLYGsym1Yq6hs1czoBjYlUVgkFDMWlRLzAaxRDmt1AXozoNXI6WcxuW0Fmdp
q7nC7JplQlEJhR1sBtLl9IKXRUkLlQ4IloEzqc0F2ZZpXYkKjKoqKKoMoqIBWM3qcXn0pMQy
yujz+kFLoEqsklgZ9dHMU8AGrQVkbpFlUIdEYg6eESD0Gvvef9KHJCSWUJQUdwkoiquElQ5L
m5Ddm1WZufvxFVBGMWZdSgpIFFkWxLTdecTVlXQMJpNNgOkoKwsIhsuVYoW0c3Lo2HPHTlBl
0VdUbEUw5koj0G1LirkJcoupRJIXKsqroqSCM+mFFEGRMEKrshVYUgBVVBDUCaoh61EMoIM0
Y3G+5ZJLKU8CrzsHEBlgQnI6Q5zSoiMo9BZyR0qAcDDnXqUeiPNRpHKJpHM0eSYNYphdyFVd
FyoJrOBowwALkLGUGQWEEhIyxNSwpGEEoBZQFqmG9l2AUoKroUD6KYohlBZaNFChDOahSZoA
mHMHpYwCUZotBFjZBmKR54dY6KMfamkq4VChgSgALqwqISrsyA0RZVZHi4zr2ZwDDUZjlBDc
BKEF0MWobAYVVwq5C6uhZjAxEzAnfjFgQhtz2b38543PpoxnAG1RjoojLqyaRl5iNWjG8aVW
VLhwF3CWNkYLQGURdXYtgmU/IwZUEy6l2KILCsLHixgvVm0hEJkkouVZcgl1cApomS3pMqtC
hR3RbFQ6Mx7gMuzOJWCzoCuwmKoMhYXtxdAlyEkh5wbWGamDjAQyGwjW0NdrCU5BbEwdnqgo
BBVbC+hj3El2LK6Cq6ICeUbFYCO87gdE6FKYXUALHpyCJKLJbBu/LoKzMI5QkIbUNHVdDChB
bsuwlyEkh5hZ0RiyG2MLYBBmBlyqFjKJUEq6hRAQblWb359BdwQquEA0HIUdCowQ9eTQbyU0
deZxjDZiAq6IxZGxmbYZnisXz+1yhZgRptbS9GZg3fy+oFKskuHlqghwbDobHCNjizsHFKM9
WBJIVRUQhIcNQ6Iowmro8XsBxKxvLqgKKiprMyP0WCTxBOmkwa85nGWQ5ZZARptDwsjiOWVQ
c/GQ4Fw6HSz6CXISSHlgZQBGQuHCVbRLGUGs0ksxJViXUouysoh5RoOaTdeIwc0WMKoEco07
eYw6CpoFsKi5LFAUMS92UVJApVhasbQr1IOeGtZlmmjPuydc1EJklWSSHnUtQGarHiEGgFDR
phRSBrshUNYLKIsA5gdr6hdFRVCJdyFnWgpbREQgCfks6+jhaTr0loQywFaIc0dmQGrhdjZp
bl1CFOwmyhMArMJqGm26hcqHnKaooG4x8ztDICCKiGjFhWEClGGCOcDQ9IdYqLgiHKaCwtBW
ptmfn9jCZF7MoEuyikGvxtOo3k6zbQGRLqMIbSOXNuQrbl0ismlYDUmPGrBfjeda5CSQ4NVh
NeYxOfoZzzsFm1llQlrphCGxiB5JBPphpaAQ1RcIinjsJqBoVyi6uzJzuxyRTFMDGyKO3i2b
IJ0iQBBQ0RMvFtowPCwlWRlDSAsiYTWLRw5sptnLhm5Xb4Y52DeNtZnL62KzVzs5nS1FAQ5e
kpK+2Gh2IYumlSzAaiHRfgh1VcqG4cVnRdyFno+URmG3rKYkxj89HVLz2068qFKcsllAgqFS
6CpgF0LjKTkmfLswjasSpIO816vlnG0pSdZeATXnYk09cGlKtx5pfeznI3ZHHSI6IJCRiiAZ
RgXcJLoqXYFEJRjB7MzSyvGaMWDoBdjC06jMWstbIAebULK7FC9ZLowQesqAk1Z7MwqNYUKG
uM5ZyMpMEBsxjNeWHoTyqG7+J1RuJ+A5+95EZoIw0dAiYl3Vkg0MojFHdCxMhDNFgmPFNOZf
WE6ZCrsDVv5Os6cAxDDyGqoIxbbFWMLYpoWXWJxzLGaUtEqXDV4/2OA85sBY6mPKzacYF4yO
0/i9UAekAnUfTKq0nJg2XLoXTILbLDujBE6AuWGhXPA0NaK38zpEkooCoW1MPQHg6BWXagVq
wbizzvIp4GVrVjaEweb1QOUbUlS4Ti6eQaASQUvWPbbDl5O7BvbOwYecAVNL4lpG3ULqmAlV
lraJIJB2AC8uIR3WpoPN6fJNr6gYXRLsAaNRp7PC3nSoCMWhSjcGgChNBpJDSA6ijXRMXSzH
OmuHnMu1QljVh6UQvVzmG9+Rp33crSNyZ1jU3yTn9IkDNqWl0MCuiLEVjk7MhON02HP7EIl0
YjFpodViXIQMsSKYJdUR2m8XrgY+lzjZq5HSG49uQDRmYarQRYMzD7RQ+BDyDVPF1YmoLWS1
mOgWdS8DxxBZk42uGjkegxHO13tDKESpkNeHKJq3cfqGuygi3GZ7tRi3LYDJA7ExYmsKqsXd
0Xv55HdxGIjXhadbO2hACwp4kDcoo6skqHktKHCaOhql2ZtDFDqDuma7oYrRQqdGHIy7dRlL
aozjIByu1wQ0r9Kc/P6rAL1yi6qFYtCB1kBBMQqAiVYkExAu4CQib9K3nPZVmzXzt5keENV8
x5pEaKsTFR8PIsURQUYeVyQ7uE38rUbdPVEyFqzC9PJxHpdXn+oO4+Pmmn0XkPVj+buI5Xax
7DXi34RAlYmXnE6wYBR0QCEBgkCB2KlWVcEgME1bOX0jPRrHNSgmrJpC3q0lUdAlLKlQ8bCS
UUoqrsdKsv1nC9IFRCQYgvGyHmbPkDhHum7paCObzvRco5+3BpHEuxlVBdCZUqFVdFXCFlUK
giS6gNWIViZOjzOiKFyyZmEF1ckOgOcRoLgQGAUqHnEaM41LVFHTAlsWem6ePaSVYJXCufvU
cNnYynC9IjYOurBQ9B5bD6PIc1j3GPRrsq5CxKAidAGJipKAFolLIC7KEYIhbcOwah6BOoBC
Zj1mgcbB5rEcQaxcbDyWfSsmfSBIwCSmHptvlvSjLzQ1xZly4LptgXcJUWTn7FHIathVHCVY
hCQkKCWFrDMmmOtCgBZBdMhatqwkalCNQMG5NOMgIhTAs0uzNOk7n6xy3ZDVEw8uJiMGzKza
ElOWRfY4ms9CFpGMykb2ctp0b5rDdWQxmd9GDp8LsHOxdTlDhEizXrFp6ucq4ZkX00GZzbBT
rWJJhGGtZAq2AZx1pFFbzLzNOYU0TKNekXYuN7M9GmktKhQ88k6DMqEr0KLoqAz0B7e0uMC9
xHO06FFwtpmPYBdiRn5va4xp5XRzAthlmBhCNAOUZKEg4MGWlhQvQRyTHChhLUZQ3iMizoG6
sPRnYDpzbChui9OWHSnOhxCWJtrLBwIocA0BRQ7PovC9U9NSnGDWTCtEoICUNtDCYd3OMTUa
CXULNbSpYBUJEILJDgtqWD6BwFywaKhREsHkdHnAjYgtAxxVYGjM0bJRY1C4MOGNgHBMqiEK
VRV3Ywd+w4m/Ag9f0vBOPdV49p6sfLIPYzgdoyeW9LhHaNuQATEMbEvFgwnotvndZ0Obhzm7
v8HukIWlGFhGlhd0spBrMUlC06ViS15B12JZAY6+ZnOxHpJLhwaCyjqBDdEuWVrzekNx3DBz
fROPCD7lB40PYgeTr1jjkdt7BLrgOLXmMgksblbjOJfZ6Jwy9ERwF+ks52jWoUzK4eVgDFaT
OWpxnJpHEzekwnG53W5pv0cv0hwS6KDOG1pwMva4p3HYeuZYcPNwhLBgF1IWJsG+owdIK6aR
ksqXAbuiS6APOBtGAVcoTxPR5Dk9UAHSGQG0QqIlyAmMPPZfUWZdzIWF5DQ/I8YBgcvN1Mpx
NejCdUsFGocLw+L6TOcntcXca5ihyDqxa2iXTCF9HmejN2mmFMqy5ISSEEoVLoXl18s6wXmC
i9AcgiMObiHot/H6Zqq7KuqDpazReVoam0GsFEpG0jEkb5IJy9BJx+Z3wOR2LsuwoJOoDzev
tmZ42Hj4xBZx5ek3nn+jXPPdt8v6UZdWSSEkouqhcqgeZ08QpWdR6AvP5Tr4tDDI9sOd1Obt
N62sMjHrFisS251HSPDvEZNnNF78BnQNVHUXmzG8/NQ9CKLH5+hRzWNUNtdBzNCS4eaBkB2I
6RoW9Zl5HU5I/wBj5n1BTKgcxw2VmWac+FBvyJSaAXiNWClD1OcZt2Sjs6cRDNvF6xutJDc1
pKyuARW0TPvwaDdi1mcdejMaooicUspq1q9IYtlUbCSRopJGVGhQogofEw4VgwZ0lvIAAK5v
YWO7ebWXRWBDhjHYox41ZjRjzJNWcYGJmKPPZqfkedC8uYZ6Dk9gim5CrpRqfkYP1ZXA5egZ
lJ6BPN6WEGiEw4e1gM/c43UOrh3ZDRo5omxfCceiRn3GBw2Nkh57SOoYlvPJrzdIyczXyzp9
byZHvWeN7J3BzgaePmyExUBUYQNEQLdFmGugRjbu1HK363EZeQz0IDSSwMpDQ3M80GghoUQr
D0wMmPrJOaxJA8vu5zRo5XTMSu5Z5GejymbfkwHpa832zVFw47wWKjQD3cTrhcbrYTnL3CZW
QRoJ0Dq0ZzOe6jOfTcc3ZpIGXRTDAkHQU68RFBlJAaWpqh2gXDdK3EMTKhUVUICmAc6tGIYJ
IEa+XpN+jgienDkZTqBzUjH5txrmSH//2gAIAQIAAQUA/wD5oP/aAAgBAwABBQD/APmg/9oA
CAEBAAEFACBVc549QeICCR81NnBckmFhO0C0R8HmUAAOQQZU6i6IlCxV4YqDt/8AYwPUggAT
yswOmqsFvswPbZq0L9or0cWtSwBB585g+JU+IJUqVKlSrgHBBuVcI/JBlCcGUDBDRH62JYme
zBtWHRQRBuLJCqWN1DVZgWaE4jGc38D/AD5Hwbs/W7zHzBI7hFfRnLqVNGxQh0pQ6hG0MVrX
0OTpZBSr87qSSAMXtMNApHI/FT/eZUriEj81cJAPEIMuvwRwAYfhalRqoiNQM57DPWu1fj7n
Kf5SwgTkE9oQLJIikwEfgGD5xyJPUAb6kEu7TPG11zDDTMrB89bhqWAd26o7v2NmWOqsADo7
DzElc76YksgnP4sTmczj8cX+CwUH0rY9OPaxOLhlxgYPkcQ8yoSLvgEQdWzPnFaZIiAfr1lC
yAByR+oFGcV+onJl1ASYqhIu79td1AJuXUX0aCJ6FYb6M7kzJbnpxCq3Qz06WNbs9gVugDaj
jyC1yNp5T+kAhH/gau5UuWb9unXJN2WB0Zl9ID3DO0FEMWvmWSKNC5Qrih84aNYYKN9F0N8/
MJIgZvxRlAQAV8nrFxzEfVFJ0uM5EViZxAbnyRwB8BS2mOXUaoHz9eX1u7SlM8/mbdtv5z4q
ycoorEsr42F8jlhc7QGH8aOyBncurNa+mH1AnT0AB7L/AFBl0QYRdafFwwA5n+cwi5ZM5MFz
tAQR1JC/rPQ/Z1JgRqvmAEQn8FTBwQsCm2fohNflM26kMsFgC4OYLnnX9bEIBn9fItmyMXzy
cFCM1z9BU7syaBuxSi2b3n4mIYfi5f4K3GxeNoM59hMXbQFtS06MzKoE1TPVH/maBfHm2eA+
D+KlUSBQH4As/EUrRqAfsI+pdbmRUQtYIJgKiMbgNwKxjsOrPZZrmeZc5ecrBxPSjMpVqAqB
YvE8zWpK3NUGmfpybPXD1KkfTBzn9Rno08vVuvYMt5uVTxExSJn7cyF9OLjT0gldmWA3+PS6
aFlgE/SxQINnLEPEXqguVxBCARVQrz1lcGdoKEFmdiCrQ3XMrizdiiwqplkWm+gzz7MQfjMX
AKmPYoJyQ1CN1LcwUJm3CMFgYNBPd5RoN8mXTL91e81LEhe1hDaArPEor5Gn256jVXzLGK7T
z+jN09OkBQRmW27ELxLEUqIjEMjWBcEsQ/AlCHiVcqF+R8Dki4wuLUPIowyjViBTMsLFiaP9
roBYSdKgAEwaAADTQZq2jGUKBIBa5j/yqyiyuZ/TFbq/1nVxpCn6pjZ8/lbSHxbLMG+o7+nY
N7N21KNUG3C75gD0eYMvoVwXFljOLCdp/wBbQtpkc2U2MGPb8XP8HEuf7cuGD5AMAsVwRZAs
k8fXowGbUmX2FPM6k8T16L9YWIhuuB8AgzHMAGbN9jHiEih8zJSFUXAOIRPYgbX0KVlc48qw
Cr4dT3+1mT0auXb0EpoTa5Lrkvl0VeimfoA5BGWjLMtUYZJpqEUKg4Gi9g3UDNwGB4nEvi5z
OJxDAtD4ZgK5hBh4ltMUZn9GwpQScU+sbesU2ujFR2bNSSBRJNlpmeRoom2hhDQ3UBEzUFs1
YxQAB+fYnabobfHWZCs1UsDmc9B6aGOmegfF30VQ6eNXz1Z+OAy+YOOnV2UEr8/zWIz/AAfj
0gqyGI1r+ePxyIPxcM7XABOSXUxcmePqiZg2xcBt/QdYRwQAEHU5q5DKQSYbscQmyDcuFxV8
KO0wxAnxL4EvmaIGXdGLng9T2CtTAzorxQMiSFXU9WQ9YbYInOWYUa9bNiIOP573B8icTdey
BSsxcEWRCSJyfzc5l8AAChCQACSAbKYkzYhc+wLFrIIu7lCUJSwMQgNwLUUVB88CD4JqGyFB
JwzMUAADky5QlQgmfUp19GSnf6p9TkHDSgCIQOu2wgHYPt9b4uXGWdL6tVyGJLliSwFT+ceB
8VxP81WmzatAbgu/wf8Ax4BVe5xwVR0QMPn1H/1tV2YrCUIDPkpUC8MZQM6Uf8CziMbDG5iC
dEFSoIYfyIyfvqCfR9ZJ+lwEz0IOeit7SJ5su50zKxPMdGzRwuu484LtWHGR/wCQ4nj0ClCC
twS5ovdAxD5OGW6/JnxBdy4LEHUNmWM7EsCs10bRquALQFzrZIFiURCQAeTQIYi25KqSALjA
AMACnE8zMQJxBUcEhSQoaAiAi9ABrmFWfckTUE7aZlPcXJxw0TPLzwZos01zzmzl2dDo3IVW
uX2GaCsTeY+JxDPrcMvp6MjroIRxP8uXKn+qEEXUELoizdxnnXWAw/Ncjj8AC5wRRiwgWKvz
JaaYhJ0ZVHyTRy1ZCj9k5nwQbhAogCWYTzuBQ1IHYReJ17DQY5Nl6QXbdyW02d10St/MSclI
NCEkQHnGeU3nc/z4huXx68EvHbXIqwdK4uH88S+OrdGPGR6v6yphQMGFG6IowgiA8lmJHzzK
5PIApcx2ma9VIE9J4LCVyLvL/wCsXR5HweDCIFBmmRYNxD8MsTsDlmWf16KGosRbRCohEz06
TXHRChJJAgcgpsEPmSlA/FyoYVBD4q6KvVP2MHyfyysjY+UsRxNQpYwqTF1CgE38xbn+iya5
CloLn+2J8xM+rA8x3Edh2+IhLaIeP8BBhH4vgSqhWxrmQ31uBoKm2wQLj2iDrDU6xfgkgHE6
Za4sj1YP6nDyOZkpGUMFfipX44nM4lS52nozPbysoRgSufmIPoyQ5UQKgIg+RVmgBVn4FWTC
OPk4r3diAA63pqqL9q31Ah5nmwMBEN9VNjiCVK4lTXME/UJ/SZccsfO3SlWXzLAJ5n/KYPa/
0UJXvYJF/wA9GXCpUvj8GGcy4P8AxZLXH9du1yv19egCigSDX+iBmMZSQAADdgUbsWa7kTBw
GLXDoFhtoSAEUuQtFFKrZV1Nj/bIIcGXA3F83GFgXXtX/texlAXTEszqVLWJZ/A4n2EzT/25
tQfJe2mFLlfF8/i+eIanaCVySYSZ8ziCofM41Hz/AJs4fdkMJM4nFJxL4PWieAwMJE7VCbOf
AOgEJuK9QkGI5UIQYhBjLcAoEXACVakYaBlBgIIEvh3CL/M0LAFdA2ZvTzlymLKdsh161CLK
zL/n6x19HnA+xBwZYE+1QB6lEO7E/YQA0v8Ac8z4/BE4hHAIhFmehuuSmgohosBRgUw/8SZx
Z+b4NShYJA5g4BuVxRmBFigPiD5q5/jr2APVgwiwT/GRWG+dIRUVyINVM4muQddfOVbqQQlR
FF/0sNNV8Hl3CpoI7lgWhMDWVSmY2FZasRWhhhMM5hIvtwz0NtC8BFUFPxP9HxYlm/8AaqFW
EoQAzqa5hUAf6TxfCkiZCzkpC/4IIeRcdLgBERqE/wAPwyhh9Btc1QdM2P1vYfQMQrq2KMHU
5ntcU2E7QWILomFrORUjsAF0RoUBliAwHicwg1RptmY3pNd1cFkqAWCbIAsfFz/BVpma69oB
cAgJiLZZraoCCKskC8WrRGVhQnEHzGoQGMtmiIDU7ftYnEPA11LTmJu2cX0KYuudCjNM1cPg
yGmVgSJ3sMxM60FAaLiBNQwCN1OVwt+3aLxB8VwK/GKKqerRWQiwP1PM4Mq2lT/QLgtYjsCo
Zo2RSVDxMW5rqbsUACDY5gFLlo2Zy1Dp8yuahgE4tYymwYKsGagsjWJxZi2YCYmhETcNAAVO
S9WzYRl6RSBLJHQk56gncf8AqcTJx0fmAjqvJH/gNZowaAcj5sVRMCkgJz1NlTA3CgmZZmU1
kXGwdZRJRQgFSyGjDjoQoP64r3YihmTLnNS4ITCI4ogcKRZImmXeNmyFlN8CWCVMDWMnKs3L
sLOubAhgDdxWqMhsaDqGuZqVHbsextX4xBgnMuUSTxFMYiwLgBEKswFiCEcIBEAE+2ipDAwt
QssbITtQ7QEw8jIFpohR/OaIi8HiXLEJFfi+GlVCohP6szKdGV1YVCOepgoC+ctOjrojgfBq
aAqe4r7exRrCsbdFsNSC7EUgtn8cyhD8qeJYMXkDif4PwJVRs2JTlQKmTAQOrxwDM8wh2InF
0DK4LVPOQ09IJnnRi1cgi+K/z8f4PgkS4eYYBU1z7Bl0RaNFTG4nyLJijlLBALqeJuP0FdSO
Q4Mvg8CxFv8ACi3VQBKoT5jEQHha7AReABZ+YpEWiaqdgG0ABaoT1Cv2j6KgazLEBnxCOPO9
aDn8EmMIp4/z/amnozyGv9IiY+pi+XoRxYIHx/pudqJUVqnVmFN8KpuBCCtWvULw83X9ficW
pIIYEBSy1woMB/dForf5qduB8dbgoxQVBqK1wjhRATLqP3KspZPgl+0UlTUupdTiCiWznnTv
pXIEPMKiLwanE9PqTIaei27WQ4mOnV8tBSbAjhp8HRe0O6E7N+7cxTQYWc2mWfaMAsBZG3Xv
nopRrEJ7QWJk1BWAgNBQSy8kfH44hqjcU1AVBUq0aqUmwSYAAbBNc6OAFYgtwRZAlz/AVuLV
q4rIVBUE+JUH/KP8ehi2oWxoKioBFHY+ckHrYR2zisGn+ehWTThwxANReQOwHm0tXDWSVN2v
owDrRpaBHByYFah5iFRnkxLL8fgziyBYgojmquVAVsEwla+ZqKUzm/gk3OROD+FFkJRCzzkk
AADgS7IMoWxm2iqmg7PZWMVliKCBkVARzLVlFrM37D0Z9lUkFhyGof6CCc9OkTRWGqoSrkMe
R6EOeoquCMh+pBVQQSdB1x1IYf8Ah1WXOtr8AH9bEBoKSSrUt8wratCebh4l/giJfb/kFIJx
UKPV7M/Nkv8AXxd1YH8dqm+65pts25HAJs55FocqmYLH6+0U1FJMBIhSDQNNhWr8twJRoKLA
ohqg0Dx0CxWDj2pcoXZmLkEuvVtVQDVi3kyYuPxU/wBJJhgfnvcUwE0GM/4KNGBXYCL+wY9Q
79iTRPM5MIg4nAikXdRRymoSf0vVnvl4P5zjQkAf9hK09Squjl3FAf4EmY6hce7lOh+GOWeo
OfQpmzE51GTtN87jfJg/WDmcAgiKRFVgFIWaU6XAJfUhyY5thTa+ZeuUr8H5uE8jiANPhgTD
1UElp1aBaA0ZVbVyCRFCtCrKOJdChKucWJ2UD0eksPLiwfP1KZu3ZdNFQNsTELGfJskhQBlm
WGWQQaZjSfRoDmmiM6KYOAxCj9THXsHwM6iEcj4ABlRKmT9k0zZWUsJsGVzYhep2PUMC3lwt
1BoD8czmBTDmARnOtQqxFdSFDwEShOBLWqJZclAQATQ9hRADXOYBQ4BfRM02976tlhRDUAxM
OtJoQSB2IXhaiIRH0NrsQF92ijP25sFYMBUJ4uEWChWAgh0N6IQTCDAIWEVopogjRW4PoyLA
5Xn/ANZAP+n+g82k8wyzQEf+JX9aJKk3REB4cRSIWo/YDB2drqCH4UdRzOWnUoeCFNzXRcR6
fUXPl8rtAgBFElwC7XOYKsGjmjF2JAKG25AE7gNlu+cx9auQwM5gJEuFRd9Yy2WXoxsTkyjC
CIDUzcg6lTH1IzRgwoQgmARVBiOQqbOIPy9KL5qF7UagDt2gFwnmhEBjAgARuIoAL8Dqa+sk
HgNr9S+nUs3j8juVXpCQB9gJdgZZIE/1ULlR1mi2Mj+poy+SebiuBMfQyFPTmwBuC/yQJrh3
B/UUYPksASeMyLACj0DtmRTIewJNjmKFlC8kt/xc6hiEFswIA4AAhMBYkiCqLkQr2BBAIqAk
QsGKWWCkTYkJ6vWK8eB01QBS7iFmaFhCSQlgUTEzLTHHSZ4hTvj2hRgQOW4JgBMq4ugE7xPU
6jP0qwBv8EwgGa4qwOGs0w2DMtHiAkMjWm7nqfkPwm9ToxjaAINCJhqXYD89RRI7t59BGfcF
PRn2pjKoCAEgKDO4WEgksWJBqiYilT6PcmT+n+i+o8fjbZ81VHYrLBPYKDEPK/Kpcy87EZqV
Q8wpNcmG3oyKR1qc2o46hYFBg4NzMtSbMoXRWHFWIwPUEgKSZt5g0IIhJ642M96GhWi1l1Iv
NirsMmjIyzzAl5UvjTsq4ZoF9fv7Q66qm2gLeb22y3F+RdgGmVq5EBAHJig3t61v2ehHHk85
2PZc8/PbRmsj4ZTYBgSjmkyxiEQQcT5jZq092Z6NzBUVeP1AFUFBH1EkKVH1tMwQRwOVN8cG
AczfIhuvGbBRqiEPgwQoetEkfJWZ0SnlVDULqsPqW/e5RNfWy54t5gj69lOKum2DYt5fQNZ1
M7KobYV59xsWCmLwboH0B19Xr+xvJ/P31i5plGDS0VeTBcYmKtzPPtEyRAgZ4Fqc0TLnM3Xu
mq0QYmhossUJLqY594Mkn1iDMSo1idjAxWcEARkDhh0ajerFj1OiOnUlRf18Ji7THMIW9Gaz
T1qQ/qsfc1/1ewyyDbTxaoNQoMUgD1Z4PEd8XXXZ1fXNU9X9Bivhy0zVbLMwSDXDWez1KMfH
/P30cDRAzKdG0JgBMA46sAARMqY55hImTOS+eYb24LH97mL7NSf+6UmfuwYVc9KkMVYDOhGE
zqFplqBBqtB1P4upw02UgIeygMpsQOb1zDnPMQ+fMlcgjFMmLYZgFHWfaANNn7Ppo5UmMDP9
/oKX8+GhVnLLpm3ZQeS9z0YqJt7WVdfW7jx+DTdxCePX7X0fH0+LJQw9GuVouuiZ5hiQASQB
FIs3GYTJmRh6jR9+5h1djOxEUxnqFmmX9B1Da5aKQCSoWGzFYgcRzPX7Gdf5Y9jkGfME7W6o
FDGgSDKoWAO873NCVCOGnY0fhshemFqQ2R/1mEFXqofPRGy9OwJnj1BDsqKfRmA3oLjdB9Xk
/lh4qBV4j6qBqFLkBpnoyNltq7DIsOohCgGWsBtSvKqQvQGBFjCp2IBqrhFki4DyHNLrGKtO
tEDjTZMht63c5+Lnz+gBVZTBORNOImvYkGZoVnWaAggGftdkhUVR9zQODPuQnpPSivCes57U
IVWf0fCXZwKsq52dh3MUgxMW0bEH6rFOSVHnzbPT+MjQ/wAPWenNcX8Pb7bFWIBCYRYQgRO5
I4PMAa65PJAFlGEacAACcGDmZqTOJ6PemUb0b7v5cOg784sJk/WKwh+GWwjfW5a/xcbr1i9h
BVgKY2AaNi6FiAU9JUOv2rsrqeSQtTkQ0Zt9S6MQCFhf9tdXK/znRxmysnSN6MhrZhcg+327
rnl4d9HTDoEzfRn8zooumWxVCwIpIgIhgcAdrhsQCMbTsIQSQNAFQ1niTH+vEev+hG7+oYeP
LJB1hNTtQR2mbXAYarXMk5/8TxARXyrKwJ5huAsIpMNGb4qE0NHH2VNX+xupvkEgV/R/pL5h
9n2RcQ4fJDGChjjoc/CSumeo+vf+m5OHj2XcavC6lG1+1gBQFlc2yOWOjoOAPhrM+uhXJogN
DyESdLnQAEVOtkIYuQi5iberLGe33aasnkfQ+fBM8zdidbAqk0mO5DA1PkCPqc9OwZVuxxCA
YQQWcAB1MWoaBYKy+jGoqAN/pXkWJ69/ow9D666r0Uo3m+s+lSE8Bh8ZVP8Ar/UNfcxTyepc
Jnqla+jPSatrlhgV0Frfk8zO4wSIoDHlrBhHNUCDb3FBiZqIOBKNHmAdZRMINbekZrrrps3l
/nrDoG9KdQpIBUVAeSDLmeqg5t3W4LnoAGnmcRiQqEGcwiPnUZSsycxgHVbWaZh0085ygBM5
quCF0HpPkyL5KxXElsMVVm9uKlvYNB6zvRIIAKFCxnh/m+3Rt/4u+i5/xvUkw/k6jT/15hnP
XXUebIfCgzgn4JFnqCAOOwEvgdaZxQBhBtTR29gQuvp9b4eNcRrt9Cfz1ZmFQ8nmcXGgAM8W
rUKgAnpz7SysQhkJ6uHsWCO3LZqR9VTsRAwIHE1xDh8mUdj27ArvuMxu+rsO9nRFH36EZgMc
/Ogmnmz0XT+W1Dzal/B/DRYuaovWdRNt6mdk6OiLt7j69P8ABQ/BMHMAh5jjhT+oLRF7TR1z
VtzqNf6f0zEbeg55DOMp7f0ex08ajPMm5ZsNUCmyAIwJgqZadDmwdLhAINCed5olxGMVjZa2
BE4j5hhyIpEq5piCr5XPqcP/AEmIf7HJ6s7LnRXIlsvOqsjXCaVmcL4sht6Vh5/G+hWZgduA
P6n9EzJc80BHWjX+jPrFK0pBlMSQBAOVTnTQoNcQufr9v2N5fI/pbDz54K1wkAaXrsoAA+fk
mCqJIJJAsXYrxbtCxBubrTpoUZf2U589QrM37ZkiAgw/BAMdeoz0JFx1nQg7j79DkwYIYuNx
ASWPTNNGBXSwwsfy+NF0BIE32Gc0cADUg+30uMdVf7PUyb+Dwq2efcgfY1sxMAoAfsDwW5HJ
29LJo3rz82Xq9e3pPi/n/YMs0RQtRav1sFTxL2YgCGKOOtwWATUJsNTMvAXQq+Ow2yWp6M+y
i+3n2BVTcb40I7KeVM7HqJr2tXufYRA4M4s6L1oMT1VS/UecUra92JIGbspD2PFoF1z1a09P
6nd3cktGIVPR7Q+nozxOH8/0ZrP+x30AUqfwARKjHqBqvbHNvQnuVQnm/nH1Y/8A5i+ZlHQC
jFEBAnraz58/rQtyDzRhH4oQDkjkqRKuefR89EJdWHdXBDzDUaZ//Fvk9gFcCd6CagFmVoR1
KsWl0ewnNg8MedOwzyYBdOonwyAFl5mepzcbVH0IUE0gqe31lMkIbb0oBgLDffqW/nnVtf8A
BQHABYCadEXX1ePRfH7tsM8MU9+WPgHmR30bBVJUgiFiD2qBm29f+QCjYEBhl88CFeaawaNk
nyenqqEhvTQ2Dm/JoAe3GtiJoIxAKuxIoL2lq0CkEqIFtkok0CwPbQjogHXcOCCABQi0IVVp
5Gb7dNO2wYAbP0T1M+ky8ZXR87z/AOlkCniTR8vNnkAQYQB+P6BK4n2+n0ofOmZ7gt5N/JmF
3XWekhpkgANQqO256p5MwqkCCoBYUXBdkiMZ8wNCWMHIABAJRvNqSfWB9hPK/owqtQDndQL3
VM6jZsZ9Vzp1FmEztyOIAtfBIuZOCuoDA60U07Qa0bZz51OKKOf/AKgys7f9X6y5Kg+gsgfX
tnmua3yAKLBRp6Rgno9OvqdSuIOjbPp/Pbz+THP7H8ijCEDRrlVG4mrHfVVoVZphGFwfHwGu
xZlGi1BpcBgYTx9+/ssSrANjy691FRxTecMRYEPE+5YXzacEwuweqKFSCFom10SimqkaZpTJ
0GGb7a5/zc/KhfuV1Dn/AKrsqEIyHJS2vir+rnkufj/n56+fT+bqqv4d0V26TyoPVr/bRPrN
pGctP4P8xVz/AKWA082PkTFephE+ISxnp3+pPMhVfwOJxAfw3yTC0K3GHBAhNRjU8j0fSQ2N
WMwZgemgcGaOgY+tEDb7FgmjQZUSFU9aiqb+sXa0aUMx68AsAy9DfWMlLjo2G2v9Zt5gu27D
byqcfYqtr6vJoM9vAYuHl2D/AM/LRc80zHrds09X9wdd/Xv6G8meGGWuHn9U9X/+fxY4fw/p
0w0fM6IHy1yVcgCQwodhOxMKf9zVaUVZKQAdTOvIEYCAGEEEkwkztw3MLGvJsVUjsOtQCioP
Y7hR92j6KQByTmP0qMBCgE4hhSa9oDyDyzAEENOa0JWMCZ4PK/q2/wChgc28vmxH/TVx6P5/
lzXf+Wcwz+vyt4f7Wx29/wDUy8ib+71e5dtM0GPZ3Qt1UkD/ALBI19ei6YZs7l1zXffNmAJl
RgCfUdCvnwXLM9YKJ/8AiT1NgHiKtk1DSxjyBcYVEI7FWJrlL65MCmgAa+SB10c3mIhuZeew
FH4Mq5QhqFqfVyW4iuOqv3Kkdkf9TTTLMO3j8mfnyKnquapCYwmpxK6ZJmno+rfZ/Lj4Zv6d
NznkXP8AI/lrgjeYE+jJss32XEZb/e49LsO9xTCOWcCO4oFKuiLq4f8Aj2N0aPBvj5K2ATyD
CWivc5oTNqIAE1BGnEd+qAEthl2bNESKIzqs++odnnfSzo/ZXagkbsSFW3bpAD1C8kEL+1fy
fKX1EucmO4UsdNIM9GOynXL0bDyRtHYohc/xfDe6rOvDIpH9L+fk6rrkjqwEUhpyICxB4XuN
GF2Tc+QVH4BENQlTL4Ngk3P1CmNzB8g0QBXIOTGtwKQdps8yzDEdcwHJY6vP+R4l1PmEGD4X
hHZbzVQNDzQWcA/5yZ/IQDxAfgGNmrEKoDVXo9CqNPL/AN1h/J8OQy8OWW3nyUQAQiNNV7p/
T8XXY6+7EY/09xG/sMpH9ndx59NvUFAEHaupMNwXYNyqLgxuJfJszkEf8SQDzABOLVjVWUvq
37p26hcy+jMigvzmDARRJi3Z6kiHPkZAKT+lGZsbPMTqSSA99oy8eFQvm5nzB+WQMB5sgdaT
PNC59HnVV8oIy/DHhnN+1vs1bMOW8+XZfJ5yFxzQdJ/xJIuURDwDXUApHBA5JHBb4K3Kqf6p
6yiSFYgMRFztgeqoWI1Re4cIH4n2dnOgVW0Z5iG7FaCgxMypA4sRwegowcwm3QERqEIomlP8
/RdPKDx2BFwQ1KlTTPsMswn4A/B4jGx7NeiWSUXqGFHtQBJSrlVDUBIgFjrZNlVHGik59KLL
UUEgrcKkD67DZ9c/khAnmZeoxEQkKApm5/8AaWou/JYdgxcqOF26LkoZVC0AoA1DOVjmpVBQ
GBQXQCgKSq2T+0/net/M6uNE5EXVgRpcB4sS/wAVOB+OKdqnLnbyK+T5lHU2SpMKUo4Fzkiq
ii4Q1gxyoGKXN16r07oeBYSdWMsEKhjCs2RQCFGTAEDMCDkcrNNLd3aw0CARRFNstAroxHnz
YQ1NLDDRvrcEkLcRYP1ahRI7KwDVwwBH8j0M6lgZxZYgpswI0gYUGH44/GjUdd1zT+f7Rvqf
j+lnTAAT7KUtcvjIf+rTEhHBExyXNTipPowZQ2QVUzNaqWXHNfrOZEXAMSgzU5pYQsWUdAna
OllBZoQdg3peozkxeWAEqKlR/wBJmzs+WKDNfR1J0Yw2QFIXQ8g2oXrGT9H4VRbUtFiYrmfy
d/r9FdgzlYNlIOgE/wCybG4g2Fj0ERdyYm3Zmti/nz0R/N/0d8NPtz/pJaAG2UgZoHgUq3mF
BSCNskoadoGMBsOq2ECwgRQOoNQtyw/agJmoCBQYc1SDOZAF1BJbia6EO45SrdgJmYAY7Wch
+o0bqzqChJINlaJZf1DnqvzU05KjgMQCTeoK5q1Pl/wdRWyKWKgS+o8/n0eN5wJ/1CSPAbXx
hGCASp6cBvl4nfD1e+iCp79QqYqA2ijQ48AMRGbtENEvA7UpJAY0WMRjAOWABYw8zBz1VrOj
WRsYeoRB0XZgEolnuK3L2CoEB/T/AFBwaEDLQdhE0BiqPru5RoJ+10HAhUEoBGYIumrtKoeR
l1xcExvMLGGZD/XmF3fQoods0qAcPxNFLAAgVP6eRx220L5hbZ17HIcl6ZSWjcAAxVMJofMX
gcUzcK5B7klljQgiISB9jAtf1qQRYKsTPTp+ooqQIAFAHYZgxzQxikVwZQAHAPYwPpV9Yrcr
twdVttbY7c/cbdiwJuAm/wCT7vqYGxQmjhFVdN3GWfXPOAD8aDheROa9qfd58F0HmA6hTyut
E6AsrRhc4Cnrd8hoKIoTqFUxAK4IYcFQy5Zx81DbcBUBW1rU0uj9m5vizcUml/VSLi2GXkOI
FBlLBOaYmBipLKQxAl2x7Rm4aqAAQ1Y+f5/9L0Z6Jt3BCtCAYiSpcBhfvrsSkVgwZuPf6Rj5
vLsdsq4qKqknPqyj9SLhnQmBAZTdroACv9KjuVICvUagEswnqaDHSjOtIes21Xq3y3EWyCeU
+U5Jq1PObmzV8CEiE8cxmJl3C3B4Ug0VqA9pUPzQiZ9lCz/s7Yth/b9Qnh/oJ6IrgntLJl8I
oWEK47Iq7et9fPvttt6fNkc8Q1r8BQSziK1nR+qt781fD0/euWJA9Gysdf6bDXL1baPjzh2s
gdoB+92UbnVLIFSwZqx64D9NHBCgNNM+GBAq4aAVqHYmA1M+XYqgxfLZ2DA2TKNFVs2pCCcV
yIWYBbMswUCBz5cGZvd4/wD1b4aZkG52ZRn7Nlif0vWg/wD2PZR/s+3q39T2kfzPZo2GeSZP
/Rvv/P8A5j6eh8VMfNkhE5B4M10TNPZ731jEmeU6kbe5UXT06aIoPXx+TYRBSH4VeP8ASDAK
J0sswAZzH7EDMhWSm7GqIj+hBEX7cyOrBTVXCxIzNN7GYaZbMCNPux/4kCE8t2WEfslkX+pF
wMYPkim8WLba4efLIaIrLp4E0f1fxXRtPOyHq1twZzdEj+Rj2x8um2zL5slUKKoT1MPsdpZi
8j3lVybl8g5OWe7DP+b6ttNf42wiePTI5Zs4+vQr9eggTQBcXpsiFCsSUFdWnQkJ5RR82RHq
8eub9BZztKM/kv8A+32eMCDgKbj5rWYIb2JWrAz+SRoHUAgCuexUk/8AxAAJbgMQB9nVSaUE
t/KwVFlXBZIFTXDHSH+d4zG/leJgP4vhEH8Tw2v83xZLllmiwQxmhzOh1JVhpyNAD/Q+zRfJ
/G7rh/O82M6IJZsiUCB+s9HsbCJ7/du6Ze11GJM0bDOP78xMlTVOgJVQo781Knt8+bBlFlSr
YaFHzZdctfChb/qZAjyhiPIpH9XzJmW5n8Y/X6vSjFgsHM/+VlgAGnENlv8A5L/y82HfTBQi
ULiJUqVKhFyhABCBAFSD8Mfwi1PVl9k3DDXDN9GyC4odGJClgSFivZHJHENWFFhAH7kD+h6/
X28fj39Wnm/m5ZBcbFVNdOoyIC/h6I3xAfbxDROFnj9XV8tiG+xRG3ZoNqb0aBk1yYTxjpo3
r0DL6EOosp2XtxYNx+J+ximwufY+HzoqgGubQG7ln83xcucz0KXHlfTtZhblYNAWsGa+XNtX
pDy8yVgtTqJ1EAgHJHAhqxUfPNxiiBFHUFwC+gUOwLlgpzc/jRbDqGLcN6fMpQjHAYbpsr6M
FLODl5ttJn4wNf6PjCnPQZP/ANj7V5BFCHr1ZmnPZgBCSTk3ZvNgO2WfVetBVEA/8SOFFAif
A0FxtivoMPM1ciYqVHyKBmwyzbb+n5sin9NNGxf7FUD8C7BAnYS6hlCmuyWzZ9bDMa+1mmNt
u5vVHJaGarNE7qdWVN/Po08vl0Lr5cDHyx6lgq66Oo12bZdMaPh8+7H/AKeRzVQWs9WFwA2m
YM1wHUEK3gxUrmtD5/FkS6/8DK/BjfOljcma6lTmpZgsrhj1H9rdzMcG9GuWOPnXysDmACBQ
lAzpwbAd2B+wkragtYYFlC9V2YxdSG8i/qOXQt9v4qaIb18mTBCyx9GEzZiG7Rs+46K2aYZK
7eTDQvSKr2hB70FBBiqZlkDPqBTSxP5f9F89c3V1Er/xMr/weeoFHf3v9Xk0LvkKDaJmPT/X
6HT27+gY4F4uAQ+ixp/LN+T7FB7lpRn7rGftFYMvUgroaQkq7kR2JG+lRn6nP0MiZNYzP/tu
PuFJ9NFNUI2zACKjx/MpDVlPsJPcRGgoTTVRNyvRF6oUNPZKKGihe2WNQoK9PmBUAKf5Ht0R
w4sXf/gZY/BIlw/HuS8z8N6Rmn/6GueR9f26eceIZcH8GwPajz+P2HnTNRAq0EWtdSCzLDp1
n3GPpzj6OwHVg4WOr9tBAWEyroNOrNsWmnpxzm39Nu6f0tCybWPO5+wHg5ZtNfJDhopDENps
tXZbkLRh+OoBKm/OgaAD62W5sSq60X/ni9kRWRToG7QET/IRG0RY/uzWa/0DH9W7Mvr3B297
E6+tCjalm0Ztc+aTXRG83sYwbkDNw2XoTsvgVF84qdll8OrF/StPpsFn2rYJeIxQ5uTCivPR
g3bVgB24zf8AQMDPV6zmm3ps+fz6bhPBqsxxdEwpdG+VY/ggGejIroVosan6EjLOFiTS3kAT
gi9aEahN+Y93/G8/bcEXQlCM79vtcwbOI3p1aensG6kxiY7NAeNwqlQCW5OL9TrigJsRUJfx
+cjPbYYM3sfQ+IlfKFigCaejpG3dwW7z/wDPGkX+ZkFXyZqOgBwf9gzLAQ6+zMDQ30Qf+ojn
dnDMAR4fVrjMNO6+hgunGZRywZupXQmNqqjZ+wzUKXQEkdRQoEAkmZJ2KACH5ebfsTg51/mZ
aKUUD8UZRgAjQBifQeg+wR3UDT1CaegGaaHRs7LaCiovHLalXcl8sl1Zc3Ua6Z5ZAnTXzEY4
cvNWAJ0/Yaqy56ZsBsaGrEg3NvMmkOL5TP8AbJSAfbj3WoAKAJOuBhDBkFH+eX6bVphnuwZN
eA466+hVGfozD6aJqNVKh2oaOTmiX56MzS2xVC002RSnp+xin2T6nnkzCZCAj8GEQ8TVwier
0F2fUINfQ2hDkk9wACRl87pUtroxATMA6vpqxDL2n8vz3oM1JOqIdCNGICiiWzYA9ucrE7tF
YygQVUB83mmrKTfZqJLLFBr0eZrRW+v+f6lKow7erGomwM13Kqdtnn3CvA2aoypuHw0BZW+v
O/oGZY5IwUIqDXWoWbRs8wq+htvPi3t9AOX9b0pPL/Wx0i6I0BENCEx3VB7fb9gdlVdH7j9r
sWqmAmIwMchgQplEHMXGRFmOGzzDxZiZ5gJ+uauQ7AEx6rJVYjFBFUAoRQohOoHYQ1CDHzVg
y1o3kzIbHqUCEDMU3gVl1Rk0x3L4v1OT+TXM+nJ9UZiFUXPP69Ml8+gBXVWJRCf8QEHKzPRo
Pr0ftMFIOCgt/VBBccAqQrNePs2yPk/rlz/2EIb24BfT69d471NdmacUqfucjAhoZTDAEt5W
7f8ASeL4NDMv5uRieXDMgAnLNZYUb6gxeQdJf646KsXQtO0SqSqANAcURB8WKbNGgXj0Zhlf
B3bNtVVC09OKPp59fqnmUlnYE/8AWyI2/mYuX/nLlNfH1mu+4mPp9OUx2V1+lZkBBwNSWXLN
qDgt52Xprmrrrhyygnq5CggI/UHYCB+U09Wrb6asoVjFQiLkSV8u5Of8/Utn48xFRFHFVcCE
A1B855iFlzG+xaAWruOy3GNRiYjtS2VxW4ixVuH4nM+AZyBN0KOaAoTkFurMP1XLVhH9P2HM
oiFsslPsR39ByfNepP0bdewHlSujtUyQufRutLqRPLn1y3Y/WTw68nNLZQFtRLLTPFi7dM82
BZlzzUZoWc5jNUAgoG1nxAOU6Ip5Nc5qLsKNXLPq3VNPSXQKTEBE0+OjNPPl0UkscBShlgdY
psHiWLNGCruGptQZ3pwykaejIRSQh9QA09b1/wBnTML7x0b2M5J07aanRs8PTEZ1zBN//9oA
CAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/ACULLJVJ8yj4UO3RM2KPhKOt+FLkkPoU
VuDEPUeTuNPhVlKnq+nY7Vca3HyG5jY+whil2IE3sPZ/o6kfoJfDl8HITVytVaBqY2RIkZPZ
HWpO/GIKbmzK8JIJ4elE5VehLFLhbna2q1HWnDkSyUP5mSWjIfMlWj5jU2GxRo2LoTv+gj4U
odfhoRw6fFTwJyUJat1I+ZJ2vhZFitEboUU4VN9zkV4dzUooo5CWL6iWTnYxeSqtCElOnUjJ
QzkN7FbsUvUbx1J5uSJqKL6wKsPWLiSb7V9o1NhfMT/SS6JCWM5TrB293q2aZR8aHLhY3IU8
IXFbNI9Nysy7EY+IiniU14KLm4j+46CghVO/OmyE7LaD0uchzUnXQXq+SPW6+Qo+hbcIi4nF
LlaNCwT1+Q4uWjYdaa9eFXXkZLWlOQkug1t8d4+DkNY5Vf8AeRk4nQmU1F9RY93psympzK1f
CluFShyJsytGVodmmhLMe2vbPzKWHw+w0I8UffwgU+RKxH2ROpuTPgTo+EWK25EK2pIluS7m
WL1THg3CdUc1RdESztwjnU7/AKqw4cjeu5KNh5KtTb/5+KhMyUuRnRkLXkNYzO/Uu76ibR3Y
Oro09mKXSaii0XLU+Gipxg1ngnd4kYu39xUmKEEGyOZK4dRuoo1Hjj4kt1exGpG5TFkNOTx1
NHyJVlw72r68FyMc8VLxleZF505kZKBLchMhWmd7k0UD+WgkvGbUGplUt8fpgyxdHzQm7D7K
dSMpfQWSVK0Koou3PexKhuKVev8ACY4ZL1K7XXhy4ToPY58K8dzmW4LG0cHlk1yXMpfUT0In
qTpwhOpGKtdnQ2RCuJ5Ve3BPFWuVXDbg09LEK/DLF6mSVHLg7P8AsYvNrX6iU+1LRkPNKOTZ
GCnLV2E+VSLNUkhZeAnb/wCRSeqWz05eDoRi6bkt9yZRks7MV3RRsq6kpdSooTLEKJ2Fjsci
F8HL4LEFKSSvM+4l/Ct+FLMmISPTTJuKFyddT1UXM2ehOWUsvTg+6qQ2qcKkJlXVk8O7Feoe
NtyqqiUiXRvUh2dXXUnFS3eKkCpa3B4uVDoKPrVyS9NmKMlKuphjwWV9hKzP7i0n0tGx9VSg
tyPgj4IIklm3yIm7PtIZCcHQ5jnUsbyLJwltuytBv8Ckm5MdCqhm6O2OrOR3NTNkQ7ErXQkr
Q7tEo4VoQWMnG32E5WyEllS61OTsTMKBrC+olnbfchpt0RKxaXJnesYao4cndPa7QKVUcpzq
NpV2Emu3aSJl7kaK5L3ITidBUpuWnVUJSgjR/BHGePQu/mVEWnhPyIsSlpcbmiITjqeqITlk
zQeOOU5PYtUTdjkPhMVK2KWXGpCFOvw5YvSHXoQqVO10pWOQldEnuLBw0xQ4a3J1RCfUl22F
ljXKhLdNhqJIdCMREyUpAlHHmJu36NI9KjmSvI58KClSrsft4u14HSFoh5Z0lRU7cG6XZXJt
c2cvgoJtTAu5w3oduLpqVLFhol2RMU0+FNX3LVf3HcrP7RK2SKqR5YrtnVHqccxruTaI9tKM
VXQbyU1pKM1k4w/D5l+hF+g5iVuPF6Ow4UQKPkZYuto+CUqNwQLhX46umxLqQTqctihqlqzt
wfqVFB9opsRVYqsCVuFdCdBQ5SvQrcmZKEnIqRfhCT5slqisU4U4w6jpYSaoOPAWomrkZLnU
jto3CaYng65JydiUJjTuKBr5HPUcfU2+ZyKX0Hzj4HqVEn9XCnx7m6RsVN3oicqchxRaFdNd
ylvtKDQtdxO/3G88mdqpzI31GVfCp95Nx7vUWN8i1NWQT8NB9yozJJUmiJTjYUNOESo6DWSi
up6vAWOKhq8bEtwxSqNRJOKhE2kWM1rYy9xuIsmOLHM6P4XjNzHSv6GpUiiPU1kdyV+CVqk2
R80UuznqQq8KuSupSIVCe5H3Mn5kt8EuCxRCt+gmBp0VftKWZRTBKTG2pxdkicaUqdz+Ykmp
Vx5KNxJNStj/AJLuqgy93L1d1uQlvUvHUqqldWhfA8dSJhp3Of6Ciq+G+53WxdlyKWGnsP1P
LFVRWx0KITjqUUMq4E3ZG+5TTQqk/mIUbWHCsqkaiSclBxTLcabbjUrwZGuhGV1x2Y6Vqd0d
Rq2xKcRcn6oYsfbxbeVoen0kPGM/sJ931dSKckPFXS0O5ueoljVYqtRKWlBDcTwTx015mPRc
acMm8ZuRVMTxcpnInhPFO5y2JdaWIcqkCwvlsuY3rlRQQkWgmJY6QthSN26lFHIjR6ERw9Sl
ClSSN5K5O9FBLlJ2G+VCCVRTUWS4Vsf2twkmxzO/8VjtbvfYuUpOxGpMKUv9xksnrToUcLQa
TaxWu5DXbO4svbSjWCO696DKUepEzuNdBcqPqvgpw/MSh2Yu5Oi8MjHJWamPh5HM3+R3R6d+
GOTtJgk5Tmf8ok6RqQrLjKsToT8xKxQdZWw1YhuSELEvJinZyUoT5i6mNIccLC49Bdumg8ci
pe/Bvu7dY5DwbrNfIx7bbkbFTkxpqUehLKdjtf1GU6U+Qm3ZVSE72lbkpz3V+CZ4NZVTOzQW
N4UCrHL4e16CyyaavFyV5GTVKsh3J2N2N/Ir4EXJ20G1A5dJKQSIruUrNEJ0hcJO3chW4Y9S
OM/DGRlir6ExOhWkEYVyd3yFmyhzOfMjgsbMfc1zk9TrWiIMcspva8mKtCU/BBX9D3JX1O1v
1OxCoycxuEst4OlyYR95Ba3yKa8W1dGxLERqhQRqOXV2RcnUopZ35aFGUK34U+FMegv1m9Re
57iplXz+kjyRU5jklOBVih25OGrHdiqxXnDxE1qqnNi7vDjUp8c8eQ+gp3Ijgl+Juw29SSNT
7iY4TqT9pM8KH2mTV3uSOLoqUK0S1FilTQhIlrqchm6ufccuHIocytzD2cXT2sXlm1ZPL6BY
uuKhc6FLENOhLV9SxTyIE9hy/VFh4u6pUW62sY4ravx7/oXkn6ZmSZORlDoqfLE36Mh0S4bH
Lgo2JVSHSfmT5xU5GxJ9xzHPDdCz20J40uVuSylfheeVke9/2c1/92XpXLEmxSpNmOfImYl2
K6FLkCU+BnjFMmmvLEWWKotP8Qnwk3Jgook35liY0sTaSOFPgnQlmTmHbzMt2i5KpyGQh8I1
I+C9R8+EanI+3hDpJHB8IOgyeNB45VRjil6VRRwX2Hqpw7bakarUrqS7OwlZ0Hl7f14r5ifu
QnPP6SstvyKD3NiIE58BpHa78I+KErFht0SHWcdP9R276mxa/DkX8CEy5uS15iinMoTrwhuu
/CrOhBPkV31LcJKEMkt4HInjDY6xsTlUlOSj8iGpFKIi2sHqUFLka7EFabF+Kih3TRFHVkqj
3KX4Q78NyFc5lNbQS6Y6tydlsdWJK6ioy9RnLc6bHPmXk3bJy8CpBXhyRuipSCCmgptrB6XK
+DkbnLhMHIgjhLKWJke27KxXYv5lHQSy0KKcdzuihTUrchE3g2ZCbHSwiXUi3MgvwrTitXce
CctlNBOJhE2k5k2IdEJ6bDacIY3EuKG86FoJ0ZLsXuPFVk3XGeG5OiuLK0kk8KHXhJTU5km4
0rkOjWh3PXhQqQn4EZLxImUztbh6EfMgUH3CapGhDuZbkq7EtdjoJ6ndp8Pq+RSmI0qxqTYb
E0Lcnc5lRq/MpUlwKIIZKqiN2RBTgtTqd2iEy1EUH8MkGxK1J+RD4TNYO3JlCX8jrxxisacL
E3XIS4Q1UlWO17XIZL0G/lw5j+Bu6g5InRHIp5E6MhU5oSvGpY5spfVFlD5EpUJVeDk9N9D1
ET4lbkwdCNCLIa34deHLjy4V4zvqUuVbXKSqSy3YoH9nCvBPRFHXYrfhajqmTSUN93aVHNpu
TiX8CLMqJFPgb0E1X5nI6CX2FEXL8JRKVSl4tzI05jUx3blGPFzXUvIlPDnxjxMWlJ3NNL4o
fDoNJ11+GglE9SqpuPrQoVXkf+OCa0O61B8hvYakUELUW25M8UtS3GOFSGdCVew1ZGtS/BLU
qTImnR3OtzcpBUhXZLqSvL4E3qo4VXGNjbjGTh7EYYpdR5Os3RH0vaSj+CGRFGdul0XkpU2J
8Ra7svQi0GU0JQqCfDw4T5I7lRia+HeB6EkRBCsiSHZnQVTeCdRwj1fUqwhR5Dkm/IruU4VF
G5K8iXpxjg1xaVcnoZZb3PvI1J8xPF9T1eEFK8O5FXD1G1Y6EalH1IZTchbDaUpjSuzJbQTN
TYWSsjLWjNTuZb0t3+Jxxbiu7ZCotRcieH3cPVYhMpqKKbFR6i3K8IKVRVyiddyvGo9+EzBn
3OqbjzJIVdiUqu7KvxHL9KJxIdtCTkUs7EvThO40yVpZHbFtSlivgKKjyX1wWc7IjXcr4sa1
ITkiaHc2XKkcXOpF0Q6D32KFeEam/MmZex1JK+Ap0OXGpHDmQ9SH8M8PW0loZZKqbmnCjlny
KWK0bIZWjJxco2J1Q0zoaVHWPmXqaMlNCnzI04OLOovuJE1WWTAmzt2MUlNfhlu2kkq4hbvm
X8BVvoSOlGQKKMgqNanXhbjzIHGmpFyU5PzPctZLVmGOGLyWbidmJri276IrRKy4Omw4oXrq
QIcXREUuJRSSU4ZVQzJrexK1F9p1J12JXibEZqOZKfMlX2Fm6QrcIihCUoeLpqUUtEZY/VLk
xbsvhgmfDi0Vs+Hc7vQpENo9S8UKBt1i5aI+wr4DIKFPHjGnCW0lqflYpvual7v/APMXv+6u
1YP0Ya/vZDbsRD6jaVdB5ZfiIsONSDpcbV3WBJ3JRKlEMpYpYQnHqVxQVJXjJ1Ir1Ifhw5Oz
FuhpaqhvwnG5PuKFaUJLRyJa/wDgUqP0Fi3iQmLdCpVWI80bi7V6rORrNKuxQ7Urasl8KqSn
ChUbycRqduFE+Vcv2Re97q7csPow2/a7sSM1DFDlMia7F+iJKuhC6FfIcE66s+8hW3KqjKiX
ChzPTbUrfYZXQo7aF7aCO3VW6FFQoNWTqc2RdjgmZoYu7dWyPhZclnIlFdCtuRCtucxS6Ima
kO03IrFzuV15EOiJ0RHCTmPLJ2VugsMcYxdlqz8z3GnmqJLhWjIlQPImzRv0Gh5Q0tDtxUxq
Q6EQml5iWXpfOx6Wmt0V+ChDFliSlKdylSVbU7uf3l67jkTx0sS/q25kE4/UvKDtbqUbJxyV
XMM5Wb0McVkpSqUt8U+J2+RV3IE7yKEONCVctTUjzKDW40lRxJORFmVORGp35aWR9NclCSYs
/cXb2OUtx5N34JOoljYgnzKaksSigstxTdi24TjFdGRmu1kqxy+CIklL0u5HkRvw5kiE97kq
o5Viddiqc6HJEMpodqIv8EN1ESyGoe4klUb80SyxM12GxLgqyrjudSDnw7nVumKWo3lHe6Qr
IWbok/p1K02Jbhlr6lLiROhyZ0IxvoNu8DxdkIpoTqTrqVZKqnoKXD5lCPgh0ix2ZKOfCrqn
wm7FMy2ig1ZcyVdCdlzNiZ8ytCUJz8Hc7lV0I8mRvoUq1xp4lb8FLIEnRKx6nHMWo1BJP4tE
JYvu9zfRL+IWeRMVFutC1iNhvXcrdjI0PSvTMSTlcbWw1syldzYqUU8xQqkfIUH3FaPUlfBL
otyMVPMlqVuoKuvCbJCcSdvjA2dr0IyUrezO7CK0Kr1KhKsJQllpXh04rFOugk/bcbt9pT25
SpE1PVOGb0e5N9jmJK5yIy+RuSJRCOS1LMmwsHEvV2Q8cIrSf9I++VivxW/gHivpxW+5UoUd
SVUoTdqhLJVuYsXpwq40Q7rZmEKuUyJknWtCVTc2d5N+FCHAjcoNKreuhGSqWG8Z6FVZjW5B
4QTMMrVbkOh3UsOcnXQ3x3FBHFvlVi/7Xu3X04DrGP6uJ3v2msXZsl4PHKaRoLDKuiexLdDk
QhaTwjhaFsVpA1h+Ge7LTGDtxUvXJ3ZOUrFRoNe3jGo/cy/FoWlQUVSYIN2fcd+dMNFuRivS
rP4JyUmLWj+0roWqTFLClytChTzNixMUYuG8klSSdyb4upSpGux6nD0ZPdJ3Kq3k2fD7hYZY
ynTzE8XEaElS1JuLHeE31MfaTcqEpIeKzzSvkll/ERk6aY6Hc0q23O723Z+QsWrqh9hLoTZa
N0Rmv1arzOe6KqeQ22UnDBfVmv6cDL2/ZXanMvXOH+PtFnlj6U6zdr6jtWPbyVyXTF05kY0R
TxHBCieZLuVddic0uWK/zC0wVkQvLhW4uEDVmc0Q4gjJUVj51EljQcupVSXJNypDsbplOEU5
HbZolXFsJY5Q1c7HptbhKvsTbmz1w3pB6mRjK5jxUt8yIHklMR/mO/Jwl0M/b93XF9s7+nsL
SYp2WlhdmDSyunuemU1u5J7O2n1OmJOeTzekUx/1iwwdFokoHlmo7lvJGrsTl6eo0smkrsWH
s4LFTVLVi9x4em7baSqduMYJKWtxN1oVsdNDrqOCcnQ7U5ZLXr01O7OxDySSKZTlskehU3Jd
fIl+rdUoVfblqmibpmWWjdCVqSy/UrWKFCjeL1JbgpUpwqSqpXFrsRobHI7tdytyWn5jrTYq
pY4xqdzSidCLdBw/Arl1Qq93Umk7HMypZDwTxSq6yiUlKs6CySuqxuWoRojvik16CwTTwwot
JX7Y41sju9xPHBVr+L90iFCsWiNRY2wxo63MmvVKjtypUxwwUVmthYP3EsVSkS4H3ZLLL8K/
ELJ32K06nPc5eRagkSnDWuhLhsjFpLSD1tub7Ex48IbghORv7B4uM8Vabk+MMiy04RFTfgmq
bwJe17nY19UfiO/3G17XalgsruO31FKcXhkqMhWJ20JxrwqSiDuuhNDlEXR3LyMssH6o13PV
i51lcI15kz4mWD1UENTFP9xKdzsycZVhE5Mm6Y1pqSmnampj7nuUV+0SxSSVoJsN1eKuOFS/
zGrcicX6tNBLHN5ZrRk5uctSLE3KGxElKlpk+4W7sblVRijyFzJZQpqQ6RqJOY3FZkpyxO0n
rddh44Jy6JK9f1jv95zkrYKiQqQkojQmeP5iviU1sbjTqmOGJcJ+RDqnoyigqqcinzO1OxKd
NtxLJQ9zcrqR8i0j972kpiqV59REzq6kpw+VyG5S5ihp7pHdmlhjy/EPJtrBVSX8vpMdIQ5H
B2NfUqvU9HuNdUmU9xQ7uf8AaJY5rLJbV1Fk96ONzY3K1K0JKzA6JLYcW2vwuVO0jWwm7DWm
hXUochpWL0F9o8cU204b/Ch5P8VMVU7/AHPqfi/8Q51IdE6pkOsFBEM7clSaQUtxlqTqeq5V
H3EpxyHl+HkUpzEm5QmnW8k6TEfBDWlR9v0vQso3qxaTM00X7x6aJaUQrYrbQeGemPzFGugx
e0nWYcVKWHDoPH2VGTpPM7vdot2xLtShqXM2O3FandKelGMm+xUi5Wi4Xpy4bstUlaVZM0Su
KfAnQopOtSYvoet9ol7eXat4Oz2sKXyyd8sv1vULuxn3FWef8Rt8yqk9LqjFt9ST7CNScb6k
O6JfDqLbWoi4ipDsNpUmw9EiMn6eg4VLkEEnZgll7kdYnuK4rm6/5chNxjjr/buIwffktiYn
kNtKI3kcU7lBikoa+vL8OK/W7j8r/q4/mZujyif8HaL3PdzTSfc4ayj98eTSWGnNfhMsm6K6
KKMcd9WcxK4scUu7K+WyZ7uOUvVeA+fGZKxO0mz3Ir4VRC1vw5nMhqjGkoSsVoyjpzI+ZCc5
LSSjmNE6fyk+44WkkpJPkNRPMtJV2JsxLLwZE0ZDoUufaOLbFGRkvIgqciEipuXoRcaafb+s
LVMlE1LTpJnlEtJx1HnlMvk2fU41XbC/lyIy93JrTHHH+X6j8v8A6/tLCaPN1zhiyylzLjYa
eUKD83J9qSlbv93EftYY9uGrTrlJlksO7JqE3oLLLNR7lHirwdntLvpCxQ821Ew1I4xiNhKV
L2E4awVW/wCknKr3Y1jb8RSyIIsQqyVuTZFoR1qUXiTqSz7yZrsTJTzdCMfSprm9X+riNYVn
6nrQefuOumMaDwwril0QuV0OLaDkcnIi2w8csu16MTdyhM1JtKk7cvApcq68IHLpvsVOREkN
U3Hi1cUOdiiaaGmctx45ruT0dUPFe1g8v3cT0pKtiJ9PkdzSpdvl9RGKlrSIQsccXNxvKWtE
rIi3UTdcXoLFSL3FGCX4nOqEl7i5pzD/AFhxlilyb/0nd7rXaq7nbgkunIhTL1Y8n9WdETxp
wrWS0FV0Fsyb8iI8EWg5Hal3PkpRGSbS0X+c9PowulML9kTcPLcqpbsZe7lVuyI+0cG5Ql+Q
qEtSdubTbsR5lbndshNXE91UattwpcaysR5FOFSJnZlUUmeQ5xai5JlFGlQectsQ/VOSoXhP
bmbtiep2tXHklKxrcxxyqnZ0X9Ivc/7Pqp9Kev8ACLHFLFLbj24fULufUeeT9OKnyFjjTDCT
kU8jmUvwUDpBjXW5PkONCXdDyzolqN4ZLD21f3Gpr+5j6xe17MPNfV7rT9X7uHuE5vunwkSS
rHkV8EY4p0xVhQoeV5rXj1KFRQQTL5PoLPdLg51Kqp27WJX1IhuzKMrbhJS+hD8SpyJTgcqh
2quE/JmaTcx9w8U39ljulzlzO2v3HbNNhTVp02LJE6l6bCWSUKvwJY3Y1rqxn5GC+qj/AJsT
J+5iohdrxpkcyoouTla9Cklh0uRlqQr7FdBYYqcsvpWk/tH5v/dylXx9vC38X1Dw9vFYe1i6
YrWPp7hue1bkYS927m5I2nEaC5lSONaydeDeXyF7Lt+F+Ao8SoudxZLexO+hK+ZI4FJQ2IY8
plI9Xhwa0Z2OzpOpl7jpX7DtcXo7iyVVdCmquQogeKvqdztsKUOnMzya0UcVgvqzpOw0vFm0
jijdhZZOa1Z6U59trloPWXqRC50KPyKl44UtsSvmbSfkYqr1/mHml3+/krunaTm/3UL3Pc+m
8XkWOChKw6yVfUfyM/d2fbH8xfoRfg9YFDKcitOQh6wLLGmSdGY5WblPqiNTun6fvJnwFh+J
DGQKSVoJ6E6MnTYhqCLoiOhD8CS/KpCUMeWydhZus1Y6N8mJSKbMaTbhVJcxkoKPnA3lojvy
fLFF29zuiYPy4pMS+pllivVgp50M8fcXdhnFImpDxxwxi2Kj+knHLue0M6cOpsuE5OMVeh3e
3klgtbZGS7VPtwnn+Jt/rHes1MxDkT9yM3lZ7QKIWOkCj6n9xKs7FLjxiYgSaq6vxK1HNYoV
YvmbG5Ws/InRFaFbl3EqUd2NFMNMa1Zc7k642Fl4PgyVRakOZN1samSaroVsQdCH5lXTYj+8
Uug4Uz0FhEQilGPyRJtKoJ1o6ieD/wDgj8Wf2fUXJtiiMX6snCFO9WN4zEQyjfhQrlLQ+5zh
DfiV1I4Vojv99elWU3f8Jnjli/byxXoSlyzKH6HNHWk+gzyyzhZv1Yw9B4+17jyyrlirVM17
1M8PpdLfwE7lL7lavkS7DX4Mfq509JBL8CbEOskQbmxPyKUmpHmbn3Ha6qdCdGOlLoh2Hho2
muE25EOzsTPqFPiToXI4vZEN+BB0qJW5izrLJWtxZKs6kzfQUaCaVT8pt5LZ6EK2E/6SNXaC
NxY8zFON8mh4uz0KNzzMmsm+2L0RONyCpodybSTlxqL2M3Kxd9fUJ5y8hKPSrmLXd3fiWh3+
z+Fw00YrNVzVWjloRFFqVKXoNu+VxnUieZ0qONimnFtkzU6CkvYeLmE1HiTZwjqLJdWSPcnY
m7kgo7aCn5FCpBzFM33JvsmW+cFKbbnbriribq1rI7t6q/8AULG6EslMjWNIvOh+bl6ppjjz
/eHP1ZVnmS/VkLuq8rG73RMStSKp7Hbi6uk7I7UoUmxzKqWd2WPSGRjTBaGWV3lq9BYzeiih
7fvTLzim0rvImqv/ALSmMvdv/Kd7o4HinzK2Oo/ZxpjhVv8AlEsSruUsOFL2I8yjoNlLjad7
iYpEr+Yq8IxVr1JnQkibCxd8fuJ0Q4tJSikrcqzfhQZ28+Lyd9tCIO/BtPVTCO3KjW1TuhQ+
Vf4iVb5mHt+24yycKd2d3utZ5vabr94qo9vGqg9Kjmx5JzlzZ25qo3lL8EerBP8AhQvf9tLD
FSmko/aF2xi3DeWtj0ZJuazShLhvkyPcpAu1vt9uuUntpLW1tBrHWLQduNmf/wBPv445d8fl
q8L9oWOMJJqBUTyydXCsRoUZzP8Ayd0TNEP3XDy9z1eYo8eFXQozqSqDktwTLcyeCq1A07OG
ydv78RJRBTxK+J26DUUFjiiriRPunu3ZAlEzuWqVOYqVPuEn4dCb7ENQ+Qu6Ff8At6RarmxQ
2m/kY+4nXBprmz12Vl/6k+5kl7WNYSHik8o0XpsVxaTsnX+kj3cJi1x+lo/43PJpj9r3En7b
r21FjioSpHQXuJwk69B4f9f1e7u1/qMMf+znFVGKW/7hHtL6nU7ffw7otVr+g7vYfZk9HX+o
x9xxm8XMN0n8Jj7eaSWX0xYeL1E9cXUoTaC9Skcxttr2vbourEp+lQuiFlo7vhWvIiLEW4Vr
uP5H3kKvMlWRI1djWVfuEsvpbGoHOhKqIbiq1qXhNlVK3sJveEY7lKMqTHCRVrQoWrzITmeQ
1k4aQobaxEmJdtFrqN7n5WLtEzoL20oxWurIxx7stEyPcSxX7NxRi23RV/2k45xk7JWO5Z9s
bMx9v3l3Y5NLu1U+kTa7sspilKE+/l+X7GN1hq/4u8ePsr0frP62YZP9ZISgnYhOD28FHrcS
LP3HPb9KVD1WMscJ7nfYtcgizFh7KTyd26WEkp3e7Nou1qUsJ6DVhazU5svD4JvhJ1Eokbdi
LzfoNPwMZ2qNKY4eEkEkXnQWT6kIj5kXLvhyI0ktApsvtK1Y0rXH83/bITyd6DUfMWKu3C6v
0CxwVWl3P9YjFw3qT+LV8KqTteK8h+5l6vZd8WtGflf9LB4PKkN0q/r+kWfvv/8Ao9x2w+nH
GP2jtycJWQkrtxLMsvdjLJulLErKPAmjTpT/AEn5j+nG4vea7ccLK7lEL049al5e4vmSQ1JL
bxS/t2k15EqosnZ2Y3abCbcMqUqjoTcbambE2FzJHCIjhWrK1TKWG6RkbciELncSbpsUUPhU
cI2JkuxudLDfVETQtTqUSnmTRNl4nRUEyVZi93L6caxzT+BLU9L+4rj80Zf9dJruUTOw/b9n
HtyiHn+L/wDz+snLJ5Pdtsoxe5kk+2ydSOENStZH7lljDyw0yQvbt3WUE6HpI1I1Hlk4Su7s
/wDzVFu//wBCNNNzmiLTqXbReVw2Jdf7ylinCHJyJII10J+R0FsxZaolEazoJ6npuKW2Uojn
zOZUpw6plr/Mom/EUOKVgvM6am+rQnhRLxuK3S5V+k9txVz1+rPjBLVSiHpzG8YlO9Cc/bnf
KH/lIftrPu5sWUT2tU3JxUY2SXwPF6izxTxyhRE3Ma5Nc1/tPXdaQpFOM8j0e3XRpSN++3ji
rYv0y/2ikQqeQ3PgKqWpehNzZbWLF0KFLFsX4S6m5RksVOjPt4Jj+RGLI5baiS+pJVRqTzJl
JbFLaQTkJKHOxCczsUI1i4mk6bjapUc0VVNhpTFZTE1fVFq/skO2pS2h7SWmKr8UExXmZNbW
F3PwFTUU8/t+B8jGLYqvUh6EPGK1F6E2tWUxSXIlK5EVK/Ih+BvyZW42qNsTdZsdycqadBkC
mGbHPgtZtyKeQnoyGkNrSsCUNqhGgsZiRY4om0iT8RPyRWi2RM0io1NHoR5Cer4y2qW3oVpo
NnpoTTmUqn4icz3aL/MTetj28tY+x5E/HA+fw7Hbi65fJHa+pSsjlQxxpqS7vQqvAobPc6kj
ikHcN7adTDQh0g5FLIhkPSxOhjkqNzJCVdyHVxfqb8ylNyciiiRRaCl0Tysd2om7IvUWMV5s
7sl4FFQlI7Y8Z4dri2lzoNLdn/ipCcoanzHyqdtKmOGTnB07ZtU7sbOxc3RC/RdqcO47PP8A
W1K6eAo24cytdtiddiyKlUU6FfFEeJ2u5jiqwhuYgtYhjySlLY6Dr4GKhURaq1Et1QiDSglq
yW7Dy8kROpE16jy+RsyNdzoQm0ttCW2VsN402g5xcl60sVpFK3NIfB4xDh10N5sOaorrZFPq
3MsXXtS/zFo5lSUVcplaFy/wQd2VEZJxMUsbieNE1UUOGJPzK1RHKhm/xKIMMp+q/KfV6jtV
VeVX9kadW7slUJ9u7uoMZrlkpHW1EKCMvxXHSUnCPWrbjxWNKjcRsURaSF4o7YpidsTuJxd2
FRrwMo0ViXpdE5KalrkKyJdSVeRRreRZty9iGr0ReUdSJuTcq+bqUbm3I7p/vKa+dSG7HprX
kckN7cjJN/8A2RfkUuVJiwor1IKly5c7WQPDNSmYv23OuLYs7TMoR26I7pGp0kaVkNxchpNQ
LFWluevqGKCWJxah3KzuPF1xuQhlKTclvQyUU0JisjWhS7G9WhPmKo26xbwMk6olEJVO2PEk
nwKKxLVcqo7fwihEaEaIc7MnKrdEzVE+Q1oR/ZDymiKOZsRfYbu7GLU903kW8DbEKXCZROtm
erKnQa75iovUfX8hN5Sc+Dwbh3T5j/6+b7k2lNtO8Q4pP3iV+6PMWWq0JVGh8qDaNmWsWGxN
3JixMU2Iih1rwm+nBrhC0O2B5JXck6sfO5llpp4HN2LVK1E07E6i1c1RQvTYpQoKbDy0hmk8
qEtyt1WpTyRWZ52NmJK5ah3Oy1G39N1t/CJq7MMlql5kbkuvIriqaH0ryQ8cfTirsXbb8Tep
XgupRw05K8MP+zjTTL+gxy1cr5ieVY0ElRqGmOdEQhwaktynw3fM+4mKybFHBWXIooSiBHMm
Tu0ZLUwLbYSmEZVtYW7H9/8AlJ0+ZKtzuWElRsl16igcj24QnEHb3PzKKXq0J9ySvp/hIyap
sQ16bSNTTRjVooRzhHqqvkRPmJZeB2e44wahS0oc/tCyTo1RlR5bE+5PatDtShFuM6onhzPd
wyVojr9ZhhndN9biG/mS1JKoStSZpsjktCWblqk2HFCdWKCW14knI+xcIRGhJFikKFqNN6kf
hZai3HblsJdok1YmBw0iJlvUf2FX4GliIjmXEovqyVVr/CRWbzp+6OH0VCzlkvUTe6ob9eRZ
1tN/4itUuGPtZ5J4ZUrpCKRzIalcyEV+Ds0RhFu5d3FufVnT+kl3lp9BDKlLOpYdafeNDqXI
VWj7jblwhumniJK0kTMkMS2I4PkR1IV0PVxA+fmKOFqCfiTpuPUnIWKd6lZkprwheIl1G5UL
SFJNlqt/2hKs4qzFVS9F/wCxK013IamfEi6VlMf0kRWLkaImJJVnoOtf7fsndh6WtUN5pZLn
QfdGL2bRCj4G9WRlVDWMUUwjLLDHsyVWsq0Q8sm5p9mIlerfCUSSRqirhajwV1+KVUyeCWHb
Et+qRPLJNNTEX/aHhj6cMfqc0Y/ycV2pW/zGXuZ5SzDPKrySb8iw9Cw3aoprXhU2JVJTMnNd
yIlu5LVqDaZBKNxIqTAntSCcnB2KU9G4gc6UJE+pVEYqd/7Yk5Km5NlvT/SOHK1RCd9GJ2jW
CHbzJTvyNtxY4VbvyQlhgk0o7lEs9SfitCLtFHX+36pT3Mk0t2S/dynZ5Nn16kdyl6kfnZJ8
pJ9zJ55+5mvbSybd+3/WLHBRMvLmP8t2whxvkzH3/dw/48a1j1fhHjjilSiVBpqOXFSZZuiS
ufl4v0zpsSm4V7i7ae2tdxYvOWoUV0HhMe23I1gnk9zLvxd7GKeiSFGvF9eHQVa7FF4kbKxC
pOi3Mq1khvojudEriWMRu7k4JPJXiJhHViehcaboYv5mVXCu9iccojWTH3KPL8TSr+L6hxXh
Cs/EvM/L/CN4uNmRNedRw7XtU5XsRDOhy0FjF7wejGHESQ7EQ4d2L8rHPNVqk21/MerFp7NN
CoUpvQofaKjbm9RZ1T9rN5PDeFh2mWXuYPCKYt0dfq+oiO7X1VqUJ4dRbFfIeMpJ7mUTquo1
jj1Eli1FmkZLLHLFKzaSn/F2Hpby8v8AUerBt6t4nfji8W7r/wBiO1t9BelkPFvUmIOew5oU
dStT0pvLYnNtvVW/pI7YG/bweeLq4UwQ6DnSaEKq1GmolNT/AIR+5hjzfiLUhEpyJa7GTiG4
p4FDL2nXHtldZGmoapPD1Lq9RPSKxuJQpeiLRlNKzJE02gcK9iipvqc4qRoPJKrSr/i4chLh
68Fl4H/14+RD9tLoUxbnmS8cnyboTj7apvU/40kuXw5t3TodrViIpuVYsPbXc3tViy97uwlT
RKZPTj3P9bK7KJV2IRUqUF6JVp/9TJe1hiscdY/1Z4E+5m03oo/1E5Z5TrDIy95rxIwaz5u4
s5hvREY1a1PvIXH8yIyWq6jl1GtNmLLFwzFuvcqobxlLk0Uyba5lJhak45TTkd6vCX9QlFBY
/heLQ320m43oQqJ6RAn+JOjR69LKII+ZaGvElqOg0q6yMxmtVAsVoilyFUr8cQbJ/C3uJ6pS
NNxDIUta5G75jgls+wsSVIjg8lR6scKWR7k47KaDeMrHXLx/exEvryX42uZWcVsUsRNRN3y4
vF6mS2O+YyStuW9WrZjg47XKmR45OimrG8UupMy+ROLh8jJOr0fMWifyO5fViY5fhdY0qPGj
SqmJ1nz/AJiMtbRX+kylUWu/+gnmIekWEtlchaxUWesUE+Esp+gisqqHjn1S+B4qygqPN40d
9jtwXbilpQfIfdTYRzLcJ0+C568Vl+8k/wCo/L9tLFLTGgkvIiSgldsxWxV9OEq5W7RE+A8/
bxlnfPd7qti7SyM2u/YeKbWpCTgWUduL1oJtd2O7Flhj6W6qFH4T1JPl/wCp2wlFcYOboJpa
WG16XpqT2wm6u/8AETroxO73JWT8pIcLTSpLT5IxxStbhb9HjinC18eEnbi7jbuzmQd2bWKj
Vnbhli96iWKmbtTT+UWVk7efHkVfG5RiJxp/cKHcmRtuom7L+4y6qngRblxbxud+KjNXQ0sp
5DzxwyyU6J1MG8csNbMhr53IWKaVhKyE06KKjxV9Eh5Yp9zJeDSa23Ia9UX5ndaLDlV2JVXs
pI0mjKXukylCyTMfcq2ko2qL9K8to4Qr7lXMalOEux24OcYqY4XWr2McWuTZGL9KdPg3JF2i
T4Siok6HQmFB3frVMuotpr8Dyw+qKHck618RYqiSGzqchbLQaapB3JVJywVHNDtxUJUQ66Dx
fXYleqdLf1FFpRUZbnJEcyHoPJKIMVmvQ1DUiyxcp6r9JO9CXr9x2rH1OzGs1XLUiIJzaXUe
PtpOLOf9pDs7JE5KOo3fZD5WRV2yf29xCqRoSjXcUuEOniNxKVSlNyHdCochIhK4lEKEkyd5
lk8+EJSy0kT4DyxfN4iy8yUylYFTU57DwKiSrLqJa5Dw3TRLt5iWKlbjim2sCWtNxN1RTUbW
MvYtEGHt5Zeh0iurL/pFnd42XUn7D05f8k0Q1llE89RL3M326tt5E4pZ+5lq1P8AlKJJrZG5
YnFVauZLK/czdvcsukFkmdqPXSND02L9UQm1ulI4pESLmNJ1Hi/w/YJwQ645aNirRFaF4R6s
vUtCU6LqJ6aslZTzHi7OWLmerFM/4/BFcSHCghX4KXMMdbI2x+RR00ZCrN2v6Rd1hKCClDKq
dXQ9pW9S+0SyuiHVcL/B6ml1ZGLT5iWEVuxz7lNlB9TMccs+77v8J6WpWiqdz9L0Z3OrVKWO
a8CcW8XHUS9zJTvYlNM7mvVMI2FFW5nrI5cFHwtE6klIZNF4ktxvA41Ku1juirpOw27qzi4m
6OpK0rUmYccI9tp5NDrOUuRPHF5YujaQksXDvQUpp2EtFdnIh8IY2vpL90im4k8kT3fMjQ06
lofiKLI5liHQdJi6McmvRhXlJuSSRbYtQo0+p2qEtxTVlSYsUUDbvAmrnarXcEpdTHFVxzdU
+pTWtDtzXpmmWo1h4LeT1y3NnoLHGusHa4U/3mEfilz45E5OClSMYbKuHsirkmWuRHdk2uhF
fEjVEPYpYl1O1zESmNC6VJVOR9p3WaMcF9DfqnmacuYm/ooN41T1FsyH5lDu12O7JQPKaMlO
W2VXUmR9ttSVF7MTiKdEJRFKjtJX5nah4pUbYsXaPC5S3CONEURGV3wluEhLGYesEYzFPMUv
wK3OWqMsqLta5MvKVtR9ynGKqDu9ukabC7c40v8A7Tt93JZZuXSosfa/FNdJZ7ft5VySrG/1
CbqtERZEKqKuErzuNVbNooUkXQmIZVdBN3RyFlivpknRE66kt9TLJK+xDVHqKvTcrZOkkVbR
+TlfR8iF5Hrc9RrFwt3JObpuJYuVuhVuJiU1aQ20qJx/MX9WqnQVKauBbwToSnVDxTovAeSV
qslYxNmY0rr8NCw8m4glOdPCSrgablfIfbX7B2kl0yVoF3QsdT0K5DpN4KFmLLBwNNy9isSr
j9zLH04pw+YqTSw6rSDfc6WRKothWTio41qiY4blV4ERHQ9NoHi7IaSrMpciisNIa0sPtvdV
G8rq8WkXt55JZTRPWhWzuhvHH1Jzi+R9VfmP1VVfAl5OG96EOr5ieWL7lPqSJxcx8i0rQ7Wq
of7r/wAwqXuJvHqJukjScCSrNzLtVWoPqWLb3TIecpchT7lNmkRnmllTkelrLp8E5NJbsy9v
F+mfvG27FarYqjtWpDqlU0gmJhzB3ZqvMnXqyca8lUWj1MXjl63MpFMX23lr+Yn3Me7IWOKh
bImxyWpeIITohrRFa8ytlQUVOfwUKqSqhSTjR68xyoH3RjtJ6lK0Hliob0ks12um5g1X3Gqk
ZPu9xr6U9f4D8xqirCH7mFZ2O2qjSBTdwL2+70ukNLU7s/ROtpPXHVDac+JBCXnciw+tiU9T
1KruNcpFFm/uNZd30KTMcFlhlH2Cx92Et0v9x3LNNLUb71TYjKIWn9siG7DTdBxLfMi9KjnT
zKKnzI+Q8cV6iuLbRKxhaWJot6n/ACNr91/7D04zGrq+DY3aCXYorIe72Go/vHjk41JoOSgm
78aFb8JuUHyJxqjtSlIWToZZJXrJKvbxFlSLvLXuOzHWjFSOg6XJyh4rSfUP3PbwbUUk7cnE
Hem/ExeaSeSVpRKyfNTQrd2O5jtfod2W9Njtmq2Mli/VCIzqkNKuM0HfZopod2hEuXYdXLt1
FDgWOOcbvl/hHi8pWLvuUrJaokp5ihXo5PU1j4/7T1VfUjFcIV+Qm4jmQiJJdTrodqsORpOm
xSoiZpoTi+hLoydTkS/g24wRjbZC0cVOo5HWFOhRu1BOIT1PyvbcuK5KyO2Ze4839V56kJur
Hj7rXKRS+5cxZT6XZchYfj7WiSjh7E5L0ryGk62hDh1dEY5R9aq2OKMrqJ73OvNFIT1FWx46
ixwXdlsv9x2e24b+pr/CJaEvFLwIxhvK1hTHc3dbCm4uFCHqNTV6jUyiEJwiXQdaaHdNcWQm
+cDhOSLMiZepGOJGaUtkJeQppuUKfBQ5D4JuhOhNyjuqbCfyO15JUGlk1oz0ZvrI28oz6DXc
29ExZ5NYpVuiMJyc3iSM8e1aWn+UwxyblKK2L7n/2Q==</binary>
 <binary id="i_068.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4R72RXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAHgIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTk6MjE6MDEAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA6AEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAABsHQAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBsAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A0Orta2u2+u0tFTZe1h97Wk+2930tjPbsf7Vyua3OyD6D3325NrtjJsDWsn2N/NYy
t7J3brLF03XG34jci2Hih/pAFxloJtndUR7mfQ91Swa+pWm71nsZe9z90vYHDYCGndsb7/Z+
/wD4RJTsVutdVS+5j8f1XBjmvJdr9Fu1zHP3tdt+krT6LC+wODg4vO1pJAII/O/s/QWh0myr
JFeRR6IpYH101Ct4sZt2slzHk17W+ptd/Ob/AFFq+i/1HW1tm1wIufZLj/JbUHexjNySnDHS
WUvrfY55qr2BrK4JPNj7bPVdXt2u/RO2b1bNZvx7mVw2XEQ+1ocJM7XbXO/zPz0+c1rr2kOl
xaA6sDRp/rKeNhB49Rz21Ocdrgz9I0tA/wAL7NlX/VpKVXgVNstbYTRLWubLgQwRs97C2rbv
sDldqpGPRWLbKXPAkiqslrpPg4ud2T7d+P6FL/U2n32Phu4g/nbWt+h9H6CCQ15c1j/Tf3Ih
0RH7/wCYkphVjUh1znuAafzS3aWl3uc4/vo1GKyvFc26Hgj2Hbtlv9X3K3j0XXlrnktrboC4
Cf7KsvxQQ4sILj2cJCSnHtYKcSwVBzXPfw0Bx4O7eXfm/wAhZGTiCtvqUUNe5zwDu2h4HG7c
Szw+g1bNreou6iMF1bPsltT7nP3bbBYxwZVTVscz1GOqc/c5W8ZtePABAY3WCCYn6W97tzkl
OWcTNup9FpZW22m0Cuz2NbI3eqxjWue7+16an6dm/wDwP2T0NnpbT62/971d/oej/YW25haP
Vc9zg6JDj7dpPauP/M1V9L9F9p9X9HHq7/T/ADfpfzcev/N+z/SJKf/Q0frRRkGhwsYCw2ss
BaXHXaW2Nd/xTj/g/TWRhdEyc5lfpNAYwFhPGpdunc3bv9vvXYW3ODxYCJBdO4+JYWqTcSs1
suuL7XPh+wugEnWC1uxv8hJSHo9F/T8Jo32WWku9r4FYBIbu9Kvb+5u/PV0ZRYfedgJJ3DiZ
/Ob+ciN2OY0D6IbAgbRry0bP5utqoZgfiNB2hwtcGtbqNT/K/dakpr9R6hjY9l3pNNtrNXMr
Doe/l36SEul9WFOI7ILw597fUGMXTtEfRub7Po/vLP6ja2t8XjeSPcNvtB/q+3/qk3ScB3Vr
LDTWK3V2Gu6ywCxgbt0Y6t7XenZ+5Sx3/C2pKdmjqj8lzH0s9Rtrh7WsIcQI99bN23+25y0X
UU0t9fLcxjWGQD9EH+t/hH/yEJjem9DxLIc1grh2RfY7brETc/3bN3+Dx6/f+5WuN639ac3q
+Q3E6ZW/Y76NhBba7t+rUM3fY6nf9yHP+17P8JV/MpKeg6p9ecTENlFOuS1pPuElkfn31z7P
+K/n/wDg6Vr9D+suJ1HHYL3Nx80NLrsd25u0D84eq1vt2e9cP0n6tU1PZf1E1WWtcw10Vud6
bXNIfV6m2iz1ntePo/0f/jFr29CotfvIspdJedm9w3nwbVi1ur/rVX/9aekp7Y0tssZcHati
PAjlJ9Acd4EPH3H+sFxWJ1nqvSXGs7MqoEhlbz6DnGfdtstHo3O/rsps/lrrOl9Vxuo0Cyp0
Wt0uodIsrd+5bU/3t/6hJTUyMc4Ndv2d/wBn9V/qGxztNzj7nOff6m7c3+ap+h/g/wBGg/tL
E/n/AFa5nbv3j6X09u6f/Ua2smijJqNV9YtrdyxwnhYX/NjF3+nJ9HmZPqc/ze79zb/hElP/
0es+x5d5Y0BtbXsLwHGSJPDnMU62vpJxyW76/aH67P6u2N6usqLqqWvc4yx4MCPouHMfR4XN
fWL6y4fSc79m4TG3ZrGfaM99rnejj0NG/fY2twe++xrmenQz+c9Wr/SpKd0b/RO0Ma52kCds
fnbY/OQWtYaosa6B7g9xBg/F27/McpdKa3qGKbnU5HT7SGuFFwAf6bxupudU19ja/Uh/6H1d
9T/ZYrjunFrHFlxDz+cW6ccwkpxbaarazY0OtMe7aBJIPu9v/maJf1XJwumAdOwrcu1znhld
IaII2y59j/0dW/d9J/v/AJC0LOl1udvc8yCC2IBRP2YxxBY8gDWJBE/5qSngbMbrnWM1jurU
30V0lxpxKG1ljdRL6n5FzGWXO3fpr7vWyVsY9eLhY1oaXdOJfsb6tmOHWlrQ+yLqvU2Oq+jt
ser3XenGu3GIsFoDXlzLAJeWlllbGtrb+81/0Nj1VoyqXVmlzKaq2u/RVw6xgJmXN9bFt2O9
3u2JKSU4zr2sutdbkVbJqa3MZXW+T7bD6d1Dv85iysjqf1fxswUXYmX6rmvsY1ocXlrC5r3s
bfYz9H7H+nvq/Sf4JbeNdjNLADTcLC1sNre55cC1tTdzKWUtY38/c36CJb02nGyMnLx8cWZ1
9bXZGQ8bn2WF7qv8O5/pVfo/5ln+D9P00lOJHRstk4lOa1hDTYxzWwQ9oeNwc/8AcsZurVnH
ZjYGHbm42HfS7Brip3G9xL9tFWSL7GV/R32+pT6f6Suv6a08XJoDSf2gQbHb3Br3xr9HYBR+
a32M/wCDZWpAU5Jte1994qIa4Cx0RIfW5+9tO11z27Hs/nElNPF+uuRVaKHsGa0ANe/21va+
XDc65j7arWOa3/RM/wCNV3/niyZ/Z93PO9kKH7D6SzKf6jbbrW6vc3YwEyf0n6Ha3+R/N+9G
/ZfRY+jZPG/cZiPGElP/0vSrA0HY0aTwNdTqvIPrNmMZ9dOoWdKB6jT1ENxcvGaC5r7Q1td2
MxtRdZbX+j9l7Gfosv8A8L/pfSvrXk5+P0uxvTXsqzcmxmNRdY7aKzaT6l40c6x9VTXvYxv/
AIJ/NrxjLrx8DNsxN5qONDGuJDwLGHbY11tZbtbdHr49ySn0P6mZzcCq4dTnD9W8DGFzxWbG
hr2va6j9J7Knu9T1P0NNmVf+jrXa0ZFOVQ22khzXjQzI/wA5vtd/ZXgGXlWtFb7CBQ4Pa17W
gzIbaz6H/DM/rr1v/FvflZHRan5WULXXVmxmMWta+toe6trvzX2sfXt/S+ls/l2JKSfWfrtP
THCizOPTm+n67raxW617Z9LZjjJFtftsc31P0Nlv7n+kQuh/WK+3o1mVfkN6i1oFtOb6foF1
LjZ6hzKKtzKbMR2Pf6vp/wA7+iVf/GJ0/pud9nfnGplOCZfc55Dps+lj+lXsus9jfVZV62P6
n+m/0nM/V3rvSunW34HT6hi4FsnLzLnuitrHejVkfZ335uPdfkOs9JlbGVb/ANH/ADlPqJKe
j6T9bf22a6czDsxqc4WuwHXAbMqqrd9oa19f8xfW1nqelu/6/wD6Xo8XpfTsjHryGY1AZa0O
a5pLgQRy2yorzTL+sGNj4w6dhUXloLKqrqKq9rPtA23fY2nZlW5X2a30cbGybrH0W2Wfp7PR
oXqXS7KqqKMAn07KaWMrpcWh+1rQGtexu1vqNaz3+l7PppKVT0fptZ314tbHNBggHSfCVlHp
WTZTW2bvUbTTZRuL99b372X1usafZ+lfV6n+irXThv3905BKSmkOn4r2NORRXbcGta972tcS
QBul5buciU41dchhIaTJb+aCPzmt/MRiNNBr5J9uggJKaz8WqJfY8a6kvAn4yFU/ZvTds7z/
ADnq+p6pndxs3f6L+Qr1uJXcQ54JI/Ih/s+mdvujx3f7ElP/0+8670mvq+Kyn1nY76bmX12s
Ew5mhBZuZv3Vue3/AIOxeM/WbpNfSs+zCdccrKIFuZYNWh1nvxamSGve9mPtsvsc332Xr3Hq
Vt2Ph35GPSci6ljn10D88gfR/wDMF4v9ZOndWD8bO6i0F+dTVZXdECxoYAd/0W1XVM9Ou2j+
okp5p9Pqi0MLgQay2oQ1u+yGu2sbLfo/R+gvZfqHSxl1z2VBja6a6bbGn2b27W10UepUMnbU
1lnsflZFX81dV/SF5p9XcOp/V6b8j20Mta97ySza5v6OlvrMa/0/0jv5zb7P+tr0Lp1nVvsf
VmYl1WHnMuZazHN++tzKmmvLuqtydjvSv2+q+x9Nfp2forElJfrB1XpGZn9S6Re9zixorzZJ
AqY8e2xlD/0l/wBJnqvxvV9P9E/0/wDR+f8AQ+i22/VrL6teXOxRkxkPgmaaGfz1fuY9227J
/wC3Kld6r+3S912VkufVfQcfKbZYd3ouc17banOGxjGOqZvd/hqv9NWuxu6aLsRnRH0tq+rd
eHSbb3NJsuc4/aLGYRb/ADbm2NZa+17bPf8Aov8ACJKfPulZuT1LqNOP0wPs6jfY0es4bfTq
EfpH31l3p7J/T2+mvUcfKwumvc1mUyx1R2txd2yXO1c5zid911m71H+q965huP1H6v2Ns6D0
Z+LTdnNxrsb1RbVk4xFmzLsyba35eL/g/Rt+0/ZMX8/H/Sv9TN+r31nzeu9czWWurbiW1vPo
3NmuvFZ7fT31frD8jIc6mr2++z/tqpJT6V/ziwaATkPbQ7T2WWMaTunb6bbbGbv67Vrss3ta
+shzHAODwZaQdQWR9JeY9e6HlO6oMXD9bKNmOyx5sB9RjLHPrax73/4Nmzb+k/64vTKKmVU1
1V6MrY1jREaNG0JKSRzoklolEJKX0TTr/FMZhD/OiDCSn//U9Rf4xqvPv8ZdVmXl4GI2v1nN
FhbSWb/Ue70z+jglznsYPor0BzgZEwsH6z9Gf1Gk/rF9eO9np34+OADbr+j/AEzw51Htstrt
cxn0HpKfDmYTw1t9jNlV4c+h22GlrXPqL2P/AK9a6jol1VP1awsjrOTfVSMm8dMpxwXZGSLN
jLfRsse6vGa3I3+/0/8Apq79bOi3s6Di9O6Zj2/aOjPdWyiA+1+Plu9z3tqrr9SyvJ9Fnsr9
/r+p/pFm9c+q2Z+17asFzcPGxam0Um+xlFbPTDabGbn2P92Ze77R636Pffkf6a5JTVv6t9Vy
5r3dGyLbNwttvfmvZa6uX/o30Nlv6L2e9mz1v579D6q7bE+tXQMjFw6sqtuHRXVZ+jfuLQ0V
VvLKPQ9vrU1vr9lv8yz1Fn4v1ey2fVWrp7umV09T+z2sZYWU+s28ue6p7skj1qPXa70v0r/0
TP8ARLnmdL+tDr7+nfs64bfblXNYCR+j9Cw4zfe1jsrGsfU1jP59l3qMrSU9R9ZGdS6LjV39
PzcrNxMphrs/wlLanh3+CrY5lu+ve39KhPo6gWnB6DRi9O9PDxn3ZVFHo377Xsouf6txfbV6
NT7fR/7U+p6ivfU9/VbsU9HyLLemnKrbm9Nyqwwua1hrozcd1VodXVk+5l1lX/D+v/OrrMDC
xMbFf0xpbaQXOeTsD7ZO42ZP2Zlf6T1D6dj/AEklOd9XcPH6PR6eNV6jnQylgJfbY4S62626
w+1u936az+a+n6f6T6fS0faPTZ64Z6ke/ZMA+DN35qodExus14j3dbuqty7LHPazGG2qqo6V
Y1Ty2u27ZHqepa36di0Wx21SUyJTFRcY1SnRJSjKj+fOvwSe8j6JE+BlQ3v3xA4mZ0SU/wD/
1dGz66dTupc6uxtTA41bm1gWSDt9z7N7fU/ObtYqR65XZiVsvstbu9jLbbvUusscTsdX6pdd
T/Irq/M/SWeouKfm532oYmJBta8ne2XRLi5vsqa+1+13+i3rR+rf1Xzc3rmXsfuzel1etYLD
7XXOcG1Y+5v0f0Tnv/8AA0lPXfVTF6lm9e6tk2WeljYoxsKloJeS0WMz9rbLJ9zaNzP+B9av
0v0daz8nNbgfVm/pfWaG9Z2ZLsay+2z7PbbVW37RRczJDXXMqqtx/Tr+02fpfS2V+r/MLY+p
nU8uzK6l0vNqsw8zFNd722NbG1w9Jp2uHstf+i/0nq1rO6n0V+Nf1Lp3SHMpHUYOZlZDHXON
Nhc8/ZfTcPR9LJfc/wBlGy37RV+l/RpKbf1Q+sLet9Lexxi7C2VwCXPLPSZ6Tnuf+k3+o2yi
23d+lV7F6rR1PpXVMc2WUZGFZZS++slk2Nr/AEe22n/B1Pf6X6X8ytcv9VqB0pzsTHxrsw/a
Wippaa3vexj7Pt1tEn0qKdvo1/8AG/8ACemtT/F5jX0dEy8zOBbZ1J111lT2ubvO+uv3N9rt
u7fsd/w9iSnpa+m1so6fkdMqZkW4GRsyKw9zWgBj+n9QZjNvL66nVWfpfS/Rep6H+kW7VXVW
9xaAC4y4xEnxcufZmdWcTbuO5p97trK8cOJ9zd1r27/+3bLVu0vJrba6GtLdzjMjxd7hua5J
SW2+ihzBdayv1XBlQe4N3PP0a69x973fuJ6raMilmRjvbdVYA+uytwc1zT9F7Hs9r2rxb6wf
4xMjrGTkObiV3YWM9xxfUL2hjHNsw2XvrrNdjrv1nez9J+jXov1I639s6DWMkY+NXhD7Myyi
2aCKmja2v1Xvt/RY+z1PUsSU9MOJ/FOEtstSIMFJSgAJTS2d34pOBH+xDl275pKf/9bL+rvV
s3pWX1K/CxqLMvNFYN1jiK6a6x+kxvTr2u3vef8AuR9Cn+bWt0z6153TXZeTmYmKftlxyb3U
vt9R5htItZubmN+yMa327rKaaf0npW/pPTXnhzrrb/RqDKqGk7mNO1m0GXf1N38n6aLd9YMr
efsY9BoGwSTY4gfnPtt97/f/ADf+j/7c9RKejb9a+r5P1jyr+h44yOq9QZ6F/pNca9rdtNDm
+o79EyjZS91r/Z/pV13UMbHu65idLzXMvtdgscMt9bTuId9kvLW7Ttd67G3V7P0Nvrfzf6FV
/wDFbbl2fV/NyXiqirJ6gbHWQQILam3sYxm1vvd+ixmb/p/4P+bZdsZnTuo5f1l6Jn+k5lWG
cxxsMEeg9ldNTbnVtDGWX3P34+Nv/ma7X+p66SnmsHpefi/XzGxLBVSH4t+TR6LN9Lobfj1P
ym7aW2Wtt/WX/wCj/Q0Lr6cWzpfQgy5wstxGbLLTMGYqyLed7v0tlt3uV91OHj7uoOqY6/Fp
srbYxsEVD9Kcdgn6O+tPVhVMxm4ew2RW5r3OO4Oc+X3+o927+cuc5JT5F9cOkXZN91r8m3Jy
8e/JqstvIZUW0uDW0YtDNzcfbV+k+l+k/SWKj0zL+s/1fZXThZL/AFc/H9WjEZYfSY20em6+
6gltH2rY32N/M/nrP5tdSXM6zV1HKqptd0vIsrrzCxwbZbc1jG2XdPEen+g2NZl02fo8xlv6
H07fTWPhdBoOR1bDyMpmS54oNF9O5/p0G43bn07XelY5jGfqf5lPqfzaSkn1Q+r+ViuzcLLb
6N2fjsrZawBz6xZu9rd/s9T/AA36P/Rs/Sr0jpX1Vxcfo9XSsu+zPwWBpFNjW0tkRur2Yvpb
8V72eo/Gu9b1LP6RZcuGt6xm9D6YMD0KB1DGrdj0ZwuaKn0D2499FF22/KyXMf6VdVX/ABt3
pVr1Dp1b2dOxGWtc2xlFbXtMEghjdwdt/lJKbe75pnGR4KGp8/BMRrB+l2KSl3k7YOrT27/B
B9GqODsnjcYlFcNJOvgVHa2Pkkp//9fi2fVzLyupW4mDf6zmSbnhjg0Fv02e3du2Qt3E/wAX
dNnTK8l2TYLy57LnNaHVVu9jqW1t+lZvY/8APcz1P+r9Arzfqf8AV2tuDTnY9Tmky3eLLRP+
l9EPez6X07fprKu6m3Lfk0YeHbTjZD2WPtyj9ldtaHV+rh4u2y73v9/qZHof8Ukp1/q50BnR
ujYmCDvuxml1j7DDWusd6to2N9jbHbtn+E2Vf4XYrHTvrh9W+q3OxcDqFd+TWHE1w9rnBk7v
Ra5jfV+j/gd6y8/61dTwMV729LbkOYAWUstMgAbrXXeoza5/5zKKPtFtv+EsXnrepdOyOrsu
6fQ7BwmH1z6bBLS33PZivJos/nB7P8JV/wAIkp9YzPXyaH0F9nTqNnrGxm31wys+q51wO9tF
Fj2+n6X9IyP039H9Oxc19VPrz1PrfVXerTXTiWlzaaK2yGH+cLrcp8Oyd/0P0DPTWx9Xbx17
6v3VZtpfffW/GyrdortLHNdWwu2f6Nt3s/7d9P8ASLzvp2F9a/qr1zGpz6gzHL3Btj3G2l7B
o6yr0nfpHfQd6X6L/R3+j70lPovQekeh9Vm9PdjPxmm7INdNkCwVvybXUue//S+hs/8AA1nO
6JlVXOxGZDcjIYwB9bDrteCGW2hrmvr9Str/AGWfmINdVXXsXKw+mZjsWyz07XXgl2x1Fldj
Jx63+i1zvYz9H/57VTqubd9U/ri7rmYbThdWpbRlGprXS+tldQyRXvbse17PW27fZ6npf4RJ
Tbd9U8OvMwTlYYrFBa2otdtrDC4PybH1M+lYzb+i/l/pP5td6XHsuf6R1XD+sPSKLg5zL3us
GMcgCp9pr+lbjtAq9Wiyl/8Ag6/+MW3hOFuNW4t2kDa9p5Bb7dpSUz3gTpJlI2GO3x8FMsZr
HPdQc0T5ykpYWAnXT48FNBjnT/ap7WlvHH5VHaJ/ikp//9C3gZeN09pqx2102PcXizaC9znG
XOdtaN3v/wDMFZf1SiiqHPaXgHdaTDg0fS1+j+6uYey0PJe2fEF7N38jbtfv3Kjn5XUXYrv1
dwoa2C62JcPosls/0b8+z1UlOzh9cx87IsyPtG3Ex2n1rjIrEbW1s3P2ue+xzv0exUcL6ldX
6+/Gzm5rKaOpWPyBWdxuqxw59bLrWH2+k9nsxmfQs/R/8IufzsbLrwvs1x/SC8HLvFrH0Gx2
70WbqS9n6Jnr/R9n896a9r6DhdKwsP7N0zIZe8U4/qXhwse6v09uG90Oe5mP6Df1Sv8Amv8A
wVJTa6T0vC6L06rpuAwsornaXnc97j7rLbn/AJ1tjvpf+B+xcF/jO3M6rhPe93ofZz6dbdfe
LD6s1+3fvrc39/6C9CteKWeqGutfUCa2AEuc6PotA+k564b6/wCBV9kwXMvpOTU2yu1r7ALS
Hu33X4vqFvqtZf6ldn+jSU2fqRZY/pOUzpdFYvrra37RcXir1SHO+xvNLfU3MZ6d+Q6lz31f
aK/8Iq+L0W2/Mfdl5tjK7iGMx+otGS1r2e+nLr+02HIbj/adv2XFyLfUfVV+s+y1lawPq51D
6xt6JXg4OEX41Jc3GzqBDNznb8qy9j37cy6v/B7PS/cu9ir2ZHWGPNPU68xjhex3r2tbcN0l
30Ki1n2h7He2ux9zPT+gkp6LqGfdi3DoF9mP+0GZ2M9uW2hgDzlXBrr6aGbmUupr/wDQh+z+
cXf9Ldc7EbZlVtpy3aZQYSWeq322uq3f4Jz/AObXjXUczLv+sOE8Yl/2oXVXB+QaqL3kezCp
wsax3o49Fbv5ir9P9pv/AEtv+hXqv1Su9Tpr/VxsnDya73tya8uw3vdZpusbkfzb2P8A+Aay
ln7iSnamJ0UdJ0ElTJHafuKjIA8fvSUrgAEKEieD4TKJqRrMR3lNA/1lJT//2f/tJtRQaG90
b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIEPgA4QklNBCUAAAAAABB4ss+h
/BPwWuscSRvNkBCMOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUA
AAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRl
ZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVw
T2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAK
cHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01Z
SwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAA
Q3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENu
dENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRy
Ym9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAA
AAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYj
Umx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIA
AAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAA
AABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wg
VW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RC
b3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0
bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBI
AAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZ
AAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAAC
OEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAAB
AFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////
////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////
//////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAA
AAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhC
SU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/
AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAegAAAAFAGkAXwAwADAAMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAQAAAAAAAAAAAAAB6AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQA
AAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdo
dGxvbmcAAAHoAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAH
c2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVT
bGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUA
AAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAA
AAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB6AAAAAN1
cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFs
dFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQA
AAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAA
AAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29s
b3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxv
bmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAA
AAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAdiAAAAAEAAABsAAAAnwAAAUQAAMk8
AAAdbAAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJ
DBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBsAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAA
AAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQC
BQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1
FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm
9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFC
I8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSF
tJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A0Orta2u2
+u0tFTZe1h97Wk+2930tjPbsf7Vyua3OyD6D3325NrtjJsDWsn2N/NYyt7J3brLF03XG34jc
i2Hih/pAFxloJtndUR7mfQ91Swa+pWm71nsZe9z90vYHDYCGndsb7/Z+/wD4RJTsVutdVS+5
j8f1XBjmvJdr9Fu1zHP3tdt+krT6LC+wODg4vO1pJAII/O/s/QWh0myrJFeRR6IpYH101Ct4
sZt2slzHk17W+ptd/Ob/AFFq+i/1HW1tm1wIufZLj/JbUHexjNySnDHSWUvrfY55qr2BrK4J
PNj7bPVdXt2u/RO2b1bNZvx7mVw2XEQ+1ocJM7XbXO/zPz0+c1rr2kOlxaA6sDRp/rKeNhB4
9Rz21Ocdrgz9I0tA/wAL7NlX/VpKVXgVNstbYTRLWubLgQwRs97C2rbvsDldqpGPRWLbKXPA
kiqslrpPg4ud2T7d+P6FL/U2n32Phu4g/nbWt+h9H6CCQ15c1j/Tf3Ih0RH7/wCYkphVjUh1
znuAafzS3aWl3uc4/vo1GKyvFc26Hgj2Hbtlv9X3K3j0XXlrnktrboC4Cf7KsvxQQ4sILj2c
JCSnHtYKcSwVBzXPfw0Bx4O7eXfm/wAhZGTiCtvqUUNe5zwDu2h4HG7cSzw+g1bNreou6iMF
1bPsltT7nP3bbBYxwZVTVscz1GOqc/c5W8ZtePABAY3WCCYn6W97tzklOWcTNup9FpZW22m0
Cuz2NbI3eqxjWue7+16an6dm/wDwP2T0NnpbT62/971d/oej/YW25haPVc9zg6JDj7dpPauP
/M1V9L9F9p9X9HHq7/T/ADfpfzcev/N+z/SJKf/Q0frRRkGhwsYCw2ssBaXHXaW2Nd/xTj/g
/TWRhdEyc5lfpNAYwFhPGpdunc3bv9vvXYW3ODxYCJBdO4+JYWqTcSs1suuL7XPh+wugEnWC
1uxv8hJSHo9F/T8Jo32WWku9r4FYBIbu9Kvb+5u/PV0ZRYfedgJJ3DiZ/Ob+ciN2OY0D6IbA
gbRry0bP5utqoZgfiNB2hwtcGtbqNT/K/dakpr9R6hjY9l3pNNtrNXMrDoe/l36SEul9WFOI
7ILw597fUGMXTtEfRub7Po/vLP6ja2t8XjeSPcNvtB/q+3/qk3ScB3VrLDTWK3V2Gu6ywCxg
bt0Y6t7XenZ+5Sx3/C2pKdmjqj8lzH0s9Rtrh7WsIcQI99bN23+25y0XUU0t9fLcxjWGQD9E
H+t/hH/yEJjem9DxLIc1grh2RfY7brETc/3bN3+Dx6/f+5WuN639ac3q+Q3E6ZW/Y76NhBba
7t+rUM3fY6nf9yHP+17P8JV/MpKeg6p9ecTENlFOuS1pPuElkfn31z7P+K/n/wDg6Vr9D+su
J1HHYL3Nx80NLrsd25u0D84eq1vt2e9cP0n6tU1PZf1E1WWtcw10Vud6bXNIfV6m2iz1nteP
o/0f/jFr29CotfvIspdJedm9w3nwbVi1ur/rVX/9aekp7Y0tssZcHatiPAjlJ9Acd4EPH3H+
sFxWJ1nqvSXGs7MqoEhlbz6DnGfdtstHo3O/rsps/lrrOl9Vxuo0Cyp0Wt0uodIsrd+5bU/3
t/6hJTUyMc4Ndv2d/wBn9V/qGxztNzj7nOff6m7c3+ap+h/g/wBGg/tLE/n/AFa5nbv3j6X0
9u6f/Ua2smijJqNV9YtrdyxwnhYX/NjF3+nJ9HmZPqc/ze79zb/hElP/0es+x5d5Y0BtbXsL
wHGSJPDnMU62vpJxyW76/aH67P6u2N6usqLqqWvc4yx4MCPouHMfR4XNfWL6y4fSc79m4TG3
ZrGfaM99rnejj0NG/fY2twe++xrmenQz+c9Wr/SpKd0b/RO0Ma52kCdsfnbY/OQWtYaosa6B
7g9xBg/F27/McpdKa3qGKbnU5HT7SGuFFwAf6bxupudU19ja/Uh/6H1d9T/ZYrjunFrHFlxD
z+cW6ccwkpxbaarazY0OtMe7aBJIPu9v/maJf1XJwumAdOwrcu1znhldIaII2y59j/0dW/d9
J/v/AJC0LOl1udvc8yCC2IBRP2YxxBY8gDWJBE/5qSngbMbrnWM1jurU30V0lxpxKG1ljdRL
6n5FzGWXO3fpr7vWyVsY9eLhY1oaXdOJfsb6tmOHWlrQ+yLqvU2Oq+jtser3XenGu3GIsFoD
XlzLAJeWlllbGtrb+81/0Nj1VoyqXVmlzKaq2u/RVw6xgJmXN9bFt2O93u2JKSU4zr2sutdb
kVbJqa3MZXW+T7bD6d1Dv85iysjqf1fxswUXYmX6rmvsY1ocXlrC5r3sbfYz9H7H+nvq/Sf4
JbeNdjNLADTcLC1sNre55cC1tTdzKWUtY38/c36CJb02nGyMnLx8cWZ19bXZGQ8bn2WF7qv8
O5/pVfo/5ln+D9P00lOJHRstk4lOa1hDTYxzWwQ9oeNwc/8AcsZurVnHZjYGHbm42HfS7Bri
p3G9xL9tFWSL7GV/R32+pT6f6Suv6a08XJoDSf2gQbHb3Br3xr9HYBR+a32M/wCDZWpAU5Jt
e1994qIa4Cx0RIfW5+9tO11z27Hs/nElNPF+uuRVaKHsGa0ANe/21va+XDc65j7arWOa3/RM
/wCNV3/niyZ/Z93PO9kKH7D6SzKf6jbbrW6vc3YwEyf0n6Ha3+R/N+9G/ZfRY+jZPG/cZiPG
ElP/0vSrA0HY0aTwNdTqvIPrNmMZ9dOoWdKB6jT1ENxcvGaC5r7Q1td2MxtRdZbX+j9l7Gfo
sv8A8L/pfSvrXk5+P0uxvTXsqzcmxmNRdY7aKzaT6l40c6x9VTXvYxv/AIJ/NrxjLrx8DNsx
N5qONDGuJDwLGHbY11tZbtbdHr49ySn0P6mZzcCq4dTnD9W8DGFzxWbGhr2va6j9J7Knu9T1
P0NNmVf+jrXa0ZFOVQ22khzXjQzI/wA5vtd/ZXgGXlWtFb7CBQ4Pa17WgzIbaz6H/DM/rr1v
/FvflZHRan5WULXXVmxmMWta+toe6trvzX2sfXt/S+ls/l2JKSfWfrtPTHCizOPTm+n67rax
W617Z9LZjjJFtftsc31P0Nlv7n+kQuh/WK+3o1mVfkN6i1oFtOb6foF1LjZ6hzKKtzKbMR2P
f6vp/wA7+iVf/GJ0/pud9nfnGplOCZfc55Dps+lj+lXsus9jfVZV62P6n+m/0nM/V3rvSunW
34HT6hi4FsnLzLnuitrHejVkfZ335uPdfkOs9JlbGVb/ANH/ADlPqJKej6T9bf22a6czDsxq
c4WuwHXAbMqqrd9oa19f8xfW1nqelu/6/wD6Xo8XpfTsjHryGY1AZa0Oa5pLgQRy2yorzTL+
sGNj4w6dhUXloLKqrqKq9rPtA23fY2nZlW5X2a30cbGybrH0W2Wfp7PRoXqXS7KqqKMAn07K
aWMrpcWh+1rQGtexu1vqNaz3+l7PppKVT0fptZ314tbHNBggHSfCVlHpWTZTW2bvUbTTZRuL
99b372X1usafZ+lfV6n+irXThv3905BKSmkOn4r2NORRXbcGta972tcSQBul5buciU41dchh
IaTJb+aCPzmt/MRiNNBr5J9uggJKaz8WqJfY8a6kvAn4yFU/ZvTds7z/ADnq+p6pndxs3f6L
+Qr1uJXcQ54JI/Ih/s+mdvujx3f7ElP/0+8670mvq+Kyn1nY76bmX12sEw5mhBZuZv3Vue3/
AIOxeM/WbpNfSs+zCdccrKIFuZYNWh1nvxamSGve9mPtsvsc332Xr3HqVt2Ph35GPSci6ljn
10D88gfR/wDMF4v9ZOndWD8bO6i0F+dTVZXdECxoYAd/0W1XVM9Ou2j+okp5p9Pqi0MLgQay
2oQ1u+yGu2sbLfo/R+gvZfqHSxl1z2VBja6a6bbGn2b27W10UepUMnbU1lnsflZFX81dV/SF
5p9XcOp/V6b8j20Mta97ySza5v6OlvrMa/0/0jv5zb7P+tr0Lp1nVvsfVmYl1WHnMuZazHN+
+tzKmmvLuqtydjvSv2+q+x9Nfp2forElJfrB1XpGZn9S6Re9zixorzZJAqY8e2xlD/0l/wBJ
nqvxvV9P9E/0/wDR+f8AQ+i22/VrL6teXOxRkxkPgmaaGfz1fuY9227J/wC3Kld6r+3S912V
kufVfQcfKbZYd3ouc17banOGxjGOqZvd/hqv9NWuxu6aLsRnRH0tq+rdeHSbb3NJsuc4/aLG
YRb/ADbm2NZa+17bPf8Aov8ACJKfPulZuT1LqNOP0wPs6jfY0es4bfTqEfpH31l3p7J/T2+m
vUcfKwumvc1mUyx1R2txd2yXO1c5zid911m71H+q965huP1H6v2Ns6D0Z+LTdnNxrsb1RbVk
4xFmzLsyba35eL/g/Rt+0/ZMX8/H/Sv9TN+r31nzeu9czWWurbiW1vPo3NmuvFZ7fT31frD8
jIc6mr2++z/tqpJT6V/ziwaATkPbQ7T2WWMaTunb6bbbGbv67Vrss3ta+shzHAODwZaQdQWR
9JeY9e6HlO6oMXD9bKNmOyx5sB9RjLHPrax73/4Nmzb+k/64vTKKmVU11V6MrY1jREaNG0JK
SRzoklolEJKX0TTr/FMZhD/OiDCSn//U9Rf4xqvPv8ZdVmXl4GI2v1nNFhbSWb/Ue70z+jgl
znsYPor0BzgZEwsH6z9Gf1Gk/rF9eO9np34+OADbr+j/AEzw51Htstrtcxn0HpKfDmYTw1t9
jNlV4c+h22GlrXPqL2P/AK9a6jol1VP1awsjrOTfVSMm8dMpxwXZGSLNjLfRsse6vGa3I3+/
0/8Apq79bOi3s6Di9O6Zj2/aOjPdWyiA+1+Plu9z3tqrr9SyvJ9Fnsr9/r+p/pFm9c+q2Z+1
7asFzcPGxam0Um+xlFbPTDabGbn2P92Ze77R636Pffkf6a5JTVv6t9Vy5r3dGyLbNwttvfmv
Za6uX/o30Nlv6L2e9mz1v579D6q7bE+tXQMjFw6sqtuHRXVZ+jfuLQ0VVvLKPQ9vrU1vr9lv
8yz1Fn4v1ey2fVWrp7umV09T+z2sZYWU+s28ue6p7skj1qPXa70v0r/0TP8ARLnmdL+tDr7+
nfs64bfblXNYCR+j9Cw4zfe1jsrGsfU1jP59l3qMrSU9R9ZGdS6LjV39PzcrNxMphrs/wlLa
nh3+CrY5lu+ve39KhPo6gWnB6DRi9O9PDxn3ZVFHo377Xsouf6txfbV6NT7fR/7U+p6ivfU9
/VbsU9HyLLemnKrbm9Nyqwwua1hrozcd1VodXVk+5l1lX/D+v/OrrMDCxMbFf0xpbaQXOeTs
D7ZO42ZP2Zlf6T1D6dj/AEklOd9XcPH6PR6eNV6jnQylgJfbY4S62626w+1u936az+a+n6f6
T6fS0faPTZ64Z6ke/ZMA+DN35qodExus14j3dbuqty7LHPazGG2qqo6VY1Ty2u27ZHqepa36
di0Wx21SUyJTFRcY1SnRJSjKj+fOvwSe8j6JE+BlQ3v3xA4mZ0SU/wD/1dGz66dTupc6uxtT
A41bm1gWSDt9z7N7fU/ObtYqR65XZiVsvstbu9jLbbvUusscTsdX6pddT/Irq/M/SWeouKfm
532oYmJBta8ne2XRLi5vsqa+1+13+i3rR+rf1Xzc3rmXsfuzel1etYLD7XXOcG1Y+5v0f0Tn
v/8AA0lPXfVTF6lm9e6tk2WeljYoxsKloJeS0WMz9rbLJ9zaNzP+B9av0v0daz8nNbgfVm/p
fWaG9Z2ZLsay+2z7PbbVW37RRczJDXXMqqtx/Tr+02fpfS2V+r/MLY+pnU8uzK6l0vNqsw8z
FNd722NbG1w9Jp2uHstf+i/0nq1rO6n0V+Nf1Lp3SHMpHUYOZlZDHXONNhc8/ZfTcPR9LJfc
/wBlGy37RV+l/RpKbf1Q+sLet9Lexxi7C2VwCXPLPSZ6Tnuf+k3+o2yi23d+lV7F6rR1PpXV
Mc2WUZGFZZS++slk2Nr/AEe22n/B1Pf6X6X8ytcv9VqB0pzsTHxrsw/aWippaa3vexj7Pt1t
En0qKdvo1/8AG/8ACemtT/F5jX0dEy8zOBbZ1J111lT2ubvO+uv3N9rtu7fsd/w9iSnpa+m1
so6fkdMqZkW4GRsyKw9zWgBj+n9QZjNvL66nVWfpfS/Rep6H+kW7VXVW9xaAC4y4xEnxcufZ
mdWcTbuO5p97trK8cOJ9zd1r27/+3bLVu0vJrba6GtLdzjMjxd7hua5JSW2+ihzBdayv1XBl
Qe4N3PP0a69x973fuJ6raMilmRjvbdVYA+uytwc1zT9F7Hs9r2rxb6wf4xMjrGTkObiV3YWM
9xxfUL2hjHNsw2XvrrNdjrv1nez9J+jXov1I639s6DWMkY+NXhD7Myyi2aCKmja2v1Xvt/RY
+z1PUsSU9MOJ/FOEtstSIMFJSgAJTS2d34pOBH+xDl275pKf/9bL+rvVs3pWX1K/CxqLMvNF
YN1jiK6a6x+kxvTr2u3vef8AuR9Cn+bWt0z6153TXZeTmYmKftlxyb3Uvt9R5htItZubmN+y
Ma327rKaaf0npW/pPTXnhzrrb/RqDKqGk7mNO1m0GXf1N38n6aLd9YMrefsY9BoGwSTY4gfn
Ptt97/f/ADf+j/7c9RKejb9a+r5P1jyr+h44yOq9QZ6F/pNca9rdtNDm+o79EyjZS91r/Z/p
V13UMbHu65idLzXMvtdgscMt9bTuId9kvLW7Ttd67G3V7P0Nvrfzf6FV/wDFbbl2fV/NyXiq
irJ6gbHWQQILam3sYxm1vvd+ixmb/p/4P+bZdsZnTuo5f1l6Jn+k5lWGcxxsMEeg9ldNTbnV
tDGWX3P34+Nv/ma7X+p66SnmsHpefi/XzGxLBVSH4t+TR6LN9Lobfj1Pym7aW2Wtt/WX/wCj
/Q0Lr6cWzpfQgy5wstxGbLLTMGYqyLed7v0tlt3uV91OHj7uoOqY6/FpsrbYxsEVD9Kcdgn6
O+tPVhVMxm4ew2RW5r3OO4Oc+X3+o927+cuc5JT5F9cOkXZN91r8m3Jy8e/JqstvIZUW0uDW
0YtDNzcfbV+k+l+k/SWKj0zL+s/1fZXThZL/AFc/H9WjEZYfSY20em6+6gltH2rY32N/M/nr
P5tdSXM6zV1HKqptd0vIsrrzCxwbZbc1jG2XdPEen+g2NZl02fo8xlv6H07fTWPhdBoOR1bD
yMpmS54oNF9O5/p0G43bn07XelY5jGfqf5lPqfzaSkn1Q+r+ViuzcLLb6N2fjsrZawBz6xZu
9rd/s9T/AA36P/Rs/Sr0jpX1Vxcfo9XSsu+zPwWBpFNjW0tkRur2Yvpb8V72eo/Gu9b1LP6R
ZcuGt6xm9D6YMD0KB1DGrdj0ZwuaKn0D2499FF22/KyXMf6VdVX/ABt3pVr1Dp1b2dOxGWtc
2xlFbXtMEghjdwdt/lJKbe75pnGR4KGp8/BMRrB+l2KSl3k7YOrT27/BB9GqODsnjcYlFcNJ
OvgVHa2Pkkp//9fi2fVzLyupW4mDf6zmSbnhjg0Fv02e3du2Qt3E/wAXdNnTK8l2TYLy57Ln
NaHVVu9jqW1t+lZvY/8APcz1P+r9Arzfqf8AV2tuDTnY9Tmky3eLLRP+l9EPez6X07fprKu6
m3Lfk0YeHbTjZD2WPtyj9ldtaHV+rh4u2y73v9/qZHof8Ukp1/q50BnRujYmCDvuxml1j7DD
Wusd6to2N9jbHbtn+E2Vf4XYrHTvrh9W+q3OxcDqFd+TWHE1w9rnBk7vRa5jfV+j/gd6y8/6
1dTwMV729LbkOYAWUstMgAbrXXeoza5/5zKKPtFtv+EsXnrepdOyOrsu6fQ7BwmH1z6bBLS3
3PZivJos/nB7P8JV/wAIkp9YzPXyaH0F9nTqNnrGxm31wys+q51wO9tFFj2+n6X9IyP039H9
Oxc19VPrz1PrfVXerTXTiWlzaaK2yGH+cLrcp8Oyd/0P0DPTWx9Xbx176v3VZtpfffW/Gyrd
ortLHNdWwu2f6Nt3s/7d9P8ASLzvp2F9a/qr1zGpz6gzHL3Btj3G2l7Bo6yr0nfpHfQd6X6L
/R3+j70lPovQekeh9Vm9PdjPxmm7INdNkCwVvybXUue//S+hs/8AA1nO6JlVXOxGZDcjIYwB
9bDrteCGW2hrmvr9Str/AGWfmINdVXXsXKw+mZjsWyz07XXgl2x1FldjJx63+i1zvYz9H/57
VTqubd9U/ri7rmYbThdWpbRlGprXS+tldQyRXvbse17PW27fZ6npf4RJTbd9U8OvMwTlYYrF
Ba2otdtrDC4PybH1M+lYzb+i/l/pP5td6XHsuf6R1XD+sPSKLg5zL3usGMcgCp9pr+lbjtAq
9Wiyl/8Ag6/+MW3hOFuNW4t2kDa9p5Bb7dpSUz3gTpJlI2GO3x8FMsZrHPdQc0T5ykpYWAnX
T48FNBjnT/ap7WlvHH5VHaJ/ikp//9C3gZeN09pqx2102PcXizaC9znGXOdtaN3v/wDMFZf1
SiiqHPaXgHdaTDg0fS1+j+6uYey0PJe2fEF7N38jbtfv3Kjn5XUXYrv1dwoa2C62JcPosls/
0b8+z1UlOzh9cx87IsyPtG3Ex2n1rjIrEbW1s3P2ue+xzv0exUcL6ldX6+/Gzm5rKaOpWPyB
Wdxuqxw59bLrWH2+k9nsxmfQs/R/8IufzsbLrwvs1x/SC8HLvFrH0Gx270WbqS9n6Jnr/R9n
896a9r6DhdKwsP7N0zIZe8U4/qXhwse6v09uG90Oe5mP6Df1Sv8Amv8AwVJTa6T0vC6L06rp
uAwsornaXnc97j7rLbn/AJ1tjvpf+B+xcF/jO3M6rhPe93ofZz6dbdfeLD6s1+3fvrc39/6C
9CteKWeqGutfUCa2AEuc6PotA+k564b6/wCBV9kwXMvpOTU2yu1r7ALSHu33X4vqFvqtZf6l
dn+jSU2fqRZY/pOUzpdFYvrra37RcXir1SHO+xvNLfU3MZ6d+Q6lz31faK/8Iq+L0W2/Mfdl
5tjK7iGMx+otGS1r2e+nLr+02HIbj/adv2XFyLfUfVV+s+y1lawPq51D6xt6JXg4OEX41Jc3
GzqBDNznb8qy9j37cy6v/B7PS/cu9ir2ZHWGPNPU68xjhex3r2tbcN0l30Ki1n2h7He2ux9z
PT+gkp6LqGfdi3DoF9mP+0GZ2M9uW2hgDzlXBrr6aGbmUupr/wDQh+z+cXf9Ldc7EbZlVtpy
3aZQYSWeq322uq3f4Jz/AObXjXUczLv+sOE8Yl/2oXVXB+QaqL3kezCpwsax3o49Fbv5ir9P
9pv/AEtv+hXqv1Su9Tpr/VxsnDya73tya8uw3vdZpusbkfzb2P8A+Aayln7iSnamJ0UdJ0El
TJHafuKjIA8fvSUrgAEKEieD4TKJqRrMR3lNA/1lJT//2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAA
DwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8A
dABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/h
DclodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBp
ZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRv
YmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMy
NSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJo
dHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNj
cmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIg
eG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJj
ZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUv
UmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMv
MS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8x
LjAvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1w
OkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTU6MTc6NDArMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRl
PSIyMDE4LTExLTE5VDE5OjIxOjAxKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTEx
LTE5VDE5OjIxOjAxKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjA2ZTlhZDkz
LTJkYzItZjE0MC04ZTJmLTcwZjBiNTZmODAyZCIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRp
ZDo4QjYzNEIwODU3NjAxMUU0ODA5RkZGNDM0Q0Q0NkIzNCIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1
bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjhCNjM0QjA4NTc2MDExRTQ4MDlGRkY0MzRDRDQ2QjM0IiBkYzpm
b3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVy
aXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo4QjYzNEIwNTU3NjAxMUU0ODA5
RkZGNDM0Q0Q0NkIzNCIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo4QjYzNEIwNjU3NjAx
MUU0ODA5RkZGNDM0Q0Q0NkIzNCIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6
bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDowNmU5
YWQ5My0yZGMyLWYxNDAtOGUyZi03MGYwYjU2ZjgwMmQiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEt
MTlUMTk6MjE6MDErMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hv
cCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwv
eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1l
dGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
PD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA
/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAegDASIAAhEBAxEB/8QAtQAAAQUB
AQAAAAAAAAAAAAAAAQACAwQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgICAgIBBAMA
AAECAwQAERIFIRMQBjEUQSIgFTIjJKBCMxYwNCURAAEDAwICBwUDCwIEBQMFAAEAEQIhEgMx
QVEiEGEyQlITBCBxgWJykYIjMKGxwZKissIzcxRTY9HSQ4Pw4eIkBUDyNJOzw9PjEgEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADTitQlMwxlpmbUNGmHkWvz++TSNaOMVgYmSDGv
JVsicqiK2W1PCTpyKAktFJ8doDZqxNdq2gIOK1e3UJXstlJPjLMgtGdHeYUtKGwRVDVIoNBp
Tkswk16qi03N0zLv0dQYo0PrklatqYpXrTuGVZICPQe4vsZZI7FG+V3uIYZpB9bQJG+XNNCC
N4pJnmXastKdySoXoJ3lK3KgRqsSRIErwQROeKdhBEkNtQEhrpo9jnlCtqVSW1BcK8GnOYuj
LAZq1UZ8MuYWiqgYpGlN9lEdm3YDXuwFPVfOVqNpoyW6iAS1yIQuHwSvIblKUlvVYSy+YlWG
wwljc0RDC01spEnIZZbIMaXlczNIZ4bBUjdWJJY7hArcxBI+uJ1e6VG3K5CpEVKlvOIatzLJ
6FqmW5IGlnYw9YLdG2NY6QeYnFOWRAilkMx0kI4gFgWZShPaImMBA54HAINO44Y4EEytDHvB
GJgUTZrFTH3+ROpmjlCycjJ2EJcQQzwj6V9pWU6KLX1BvO9HzA0GYjbYhHSxXC/fraA98yK7
2SD2FENW1SGmRAliYWjFokEVtpUmbISMaCFshGy1piWZ7hxahyRASRrZAV8vbzyWWK4UlZhI
xI8jmp5Z0cbCVZLEZKqyK9WXLLfP7OQRzMmI2yyFc25xus+2FtZpO6Akpa8ML4iNhgJqdOyW
9ChdLMVElgV2lyXMvDozYIbKQ4xVi9Fn1i/pcXcOsMMg9qQK1tFS01wgSVzNGRQWoyBs9Yra
NaUkTECtbiMzI6CsY7tFEdmZ42K2CQzxEEk0Ik1CLYy9j2qQq0zDL2acxrwZMparsjLlurbI
r01kRTRQ1c4eypkF2GhMTW4Lhr6XJTnZP5+wbBq2goEaSBJEZHOii25jE4yGm2shGtGSV5YU
WKVhFdXyVrzYyVOiDDYjKznRE0RjHQsRCSwUbkVp7tQnrP0yttl4xwrljMfSJMCtGPawgk19
UipahMOLoaxjW7Fc17XJ2zrJ8O6XjBOIpBSQK86MLN6zPM5WUPDQAPiBdo6IWuiI52RlgsI8
AjI7URQrTMHiesVo1EOrTwl6zD0BHaKGiGITK/NF7HlBDK/VKGrbaKVkRMnuGogtVAwrxyxF
aK8TY1uK2DdMcgHBCBQxsjSupkZRDyKNEjt1ZiwkQwyPGPRH1ZoAvgmK4uVhV5CVGWkVnWLB
bljeOpRxFjGz8wllivEN6aYsTUoDRObKWKtfVKsWpCZw00Uor5Mx96kR0rkpSt25iru56N08
zpGqadsTSAJIxUb5kTWLplHVrkDoJyMWmCe2QpOswifCCwo3EboJBMdGGSlKaNGzzA/HtSlS
0yY1buS80Tl3S9TtQkLnPHvgeMK5825Oczjv3cM87mHlrRrLMJoy49M6inZxCeznwli/hPOk
kw4zoFzyOmsVrRVswAnpoCTJQAoeazyZrQOdG4kheio6xEAxsJYLDxwYB7XsI6mjkklnPsjN
OlYMEdCTE1RINNlEVXSwznH6+0ZS3IDN0IbBICCO7Trmpi2K5UodFXMqw+QUhIxTIv3614pz
MmIy4jMk+dHZ7PIynZSY3RFKHRJQfcRRg02lQXWFRXWEUheVm20VI9AlDF6fFKN1Vi06jKXo
noYpHle0JiGxDYIWMlKjI7ALKnK0spGRRSEgjRHNZYVr0KJxHIFMRHdilK0zmjaV3jzj9jE7
s5nfxNI6HY5feLpBEigMe0CBACgEEeWOCAhZenWMyDSyyIyEaS8Y6FxLDLOXnxAViKiWKVm6
ZTrtYanuKzrV4ZFpVw1NCuUZ5kV1LTJ1EjYT2DEkN5Xq6p5LtUGnU1sq0XOm4vty3ZqzEhBE
10YmOaQcvqTHK6Gxzp3MnPbY+vQqmsuL6gtyVpC2opRwBCiRkiJnVNF5iXa2kZN4TGgXOIw9
FeG8SF7kVm2yVItBFGtqtKitoliewAIG83p+fDszRBHc1pTF7bKzDrZOLunV28DbJSEDO0Yj
nouZhNTX4fQOu0c3ZMrhu144Y/uMI6KbnNA6CxS0QIEYSgkOMq7KTLuSuM2/KRpDgJIaQ4RQ
EkhCOEtCm0vKqi0HxjWP5gxc06BnKOYdYpONLLbXNB9Rh1u/570h2CjlGtew4nj/AEXCOdl6
Z5l9xg6BJz2lVNRUmkuNPAd1YoXQkoKDxpSA5IQc0AJAHIaHIBchqIE0oqR3oys26imriHtf
ELzn0blCpndRyxl6FGuaTKsw2K/UFWYDpe14nsDVfFOCraomDFr4haxK+SbWdFsnRQYkZJWr
1x/QcxvnX2YozTNK8JwQUUBECDkNTkNSQwuQUCAOQ1OQ1EjUUMTkBkrClxvacQaPL6uKRyyt
KhklK9ik0cm6RvCy06fQp3QZmljDMjWhOEit5Y7qcHWMzXrRjgbAuh5yybGjDAaWhlao5BD3
RPHIESSE1wAUQJEBBEkhJICICkhqciNACxtlpzWD3kJx+FLGNAaOdWtEcjNE1tCGA6u/XmGZ
t3ljVbkEqcj2HIHSzaUhiwjHNOxhos7+D6GCVxCx+eaM+Q41zQkLsuboianDZAQIOAgQhIIR
EkhIEQIEghgkYBpaV8fU585YPjGIkqXKloq9RhdSV+gxrx0gr1S/570GUUtvB2Dnon9Sa75o
zz3I06ZBasdeHYYCpQ1cUlktxk7MxhJXgRb7TgPQSRAgJAikAhCLSJECSIEQBJo5NQ9rmDQ/
LMLLUpk17rCsi0hnLzW6bCmL8GB0hb5zs+PKrS4wtFVDW7fk+uMajj9SN0JsIvZuBtmF3Plu
oXMiOY6LW5nrwZnRRnGpzi72vL9SEOIEUJJCSQ1yQEUNc0iBAgUMSRKx7RsUwOE6m8Dkuf7/
AIEjhjiLVnPebe5xOgbdrA6U14eUujWRZZo1c5xrdbwXblDStZQ51R5FZsSnA6fW8Qc6blgu
9Tl6Q+XAnKOtJulHWTgogKSECgFISQEkAhwECBNcBqSJWuQwoCYgZHF9fyAaNiiQyx2QQzsH
dlw3UlR+zrnI27UpnUNWga+xhaJqUZso0sDp4DkoutxSFuXOdqqXHnU8peyi11sNgvaedeJF
mk0y1pIkhJISBEERpAHIIBDgAojRRIihge0DXA5LL6LAKGX13GF6HqcYrwT1Bvec30Y/kqkh
UsR2CpDPYIOg57YNS1k4p6Bo8FqHT8309U4GxswGpz21VL1PpaAZHWC3ly2SDRLgpIQKECBI
ERQAnACIEiBAgaih4KE0tEgjGhfiGPm9ew6fiex545+pDdNTA7DiiR7GjPQuA9HIsrXrHLzY
OwWJqbyd+RbOi6fzzuSGpHmGxt426LN02DTzeKehFziMkgcHCSQAQJJCIICkIFg4ADw0gSQ9
Bo5NIQENq26xmQWZDLv0nnnu+tUl5npIjBi6q0cN17tgynWojz6z3vPHMO0tQz2beSZ/T7vJ
HoEsFgqqVhPGyc4vf13CIIEAFzUOCQkWCQQ5BwEkJADmIDHOJApEOFSwPFSqacfKvOipxwFs
4kpNRzmHYur4B0dXkfSTE4D1riTob3MdEPa+MfJUYPvSUh2CL5bztFxDsYO+U4tAhkbIJJo4
Iia8DSQJJCCcNRQkkFAjQUByI0lESejkqleYma2Inu5EZsuzpC1VY847ocP0cZBuxHnPb8jr
kgz8c05sCM9MdE8pMk587N/M9EV6tmwW3BxxvZZFsuogL2kc1wAWkcggggaCgOBEQgoESKAi
AoIISEgjzdV5y/TiYTuhyDcoZJOk1KGicz6XzPTiikrnLSc+TXx/QeLOfTbp2Onlo0eH7TgT
f6rl+xMm2dAzdeBpaNacIaR5Y4cWxEfMafGHZT8P6EX0EFpASiAIBIIQgFBCLXABaFBHlrm1
ixXpkljuuKVmLtDMSoGt0/nXdlllxHLu2cAzsfXtHJb+vhm3q51Um4jdyDq+uxN0jpWc8Ujw
Ns1JDXMconNJFylvgjr28WDquh881D02XmujCShFIaHoaUhNe0aSgItE1zQoI81y9LJH2LPY
nNVez5Q5v1rh+/K3N9ajyzapXTu4xERYXRc+WYqhKcGhRNTIm3zBze2qGnO1EIljKskeMdRL
55GenSee9ca0boTzHNnrklgdEc7u5Fo7HarNNF/DdUX0kJJARQmlCKQ0PaMTWD0kcBzOzkHe
7mBkna8fnMO8tcNqnTMzcAryMzTu8bnmnomVs8+SAWilQs4AzquT7gilzdQ0VM0gwdHKOQi7
TNOZUjBwa81um5bMGgk6LpOd6I4fS1dgletIxehaQoIKSEkhgcBEIcxrhsU6K6nR5nDNEDQh
uFeC1MMlrsGtgpD6UVsq9mumJeM7Llixvcf0w/D6WA8t9L8z9TLUdyuTAkxJato5uJ9wzMbc
yy5DtYhlq5qGTs3ZTM38/QNG/UtkzkRrghyCEkhJIIaROaRMLRr2oKKPKJZKZYGci/cZZIpc
usblTMnLHpPmPqhGK9gdj36JwXpvmvo46drjhe7eSvlX7I6OcGe27mHJb8WcOwusxTPpOadH
i9nyxX7jju1Kmg2IG3wncltIBSQQEIoCCICWjkxw1OA1EgTkeQVpIQSNvDIpKZLGCNJRb9V4
PuytotqmboSMOE73I3wOLR5aijo42sMdEB/P9Dw4Dg98c/sDOMWLr+cOlpOaUKvV4xJz2lIU
fSOC9AJwQOAQCkBEjUWhCIg5CaQAhwkEeO17NYknrELHNE5sowSA7fp8DRHWGWiUAiY4EDw8
Sdy5sz5+iTGkSz5p6X56aPVZ+wYlHbwCGjqIlmrky7M9o4xmhdL/AGWLtDkEOYUNIeBOAgUM
JQkAOAI1OYOQR5PX6nHMc39M5+5tXCTO6imczJ0UppzGEinkaSuzbBYagCOmBkth5kcxr8iP
7vlbp1+Hr8udBsZOuVszURzcm1XMxmlEVbE7RkT2HQTxShDmiLSJ8bhzGkKCCAgoMJU1wmuA
kked0Le4Y/Q3rhz7N/LL7IbBQ3Oe2SaROGcv0+EefzXXmn1HD6x1r6riC8x5weBciL+tlaR0
bHMNR3L3zTdzGianL3fPD0+/l7Q1ziZUOnmF65l6YXBCIJG8ICchpQC0gSJGpwAUhyajC0b7
CMOA2leplW3g0TY2ufJ0buPuHQR8UDXwtDGFoZu+Ver5foDZY9HnmD3/AJ8T3Mlx6HJz/RAl
hRiVupBP5f6hyhD3fnvYjtfD0i9RvsM+/m2i6g4SJGtkRE4gCRGIgL2OEERoKEkh1fkMY7On
z98OP09kwtVtgDHzlencjMnnezzjnq2iQ2qUxL0XMbx1NmGYZz3RMPOK3e8YXZKMRu2cPdN5
srRmFuZRw9Xocoj2o9w6Sfn6B01azXNNVbQi0DkxwkQAFoCHgIQ5JogQJFHB6sEhcmptJDVs
lhRMHQPpBrtjLwDjlWtrBJvkfo6vjgQNY9pynNbeWNkbaNDpMPcLWNa5szIup542LmRoGg7i
OhOjxX84dZqcV1RdsIgDgJNcFpIxOAEQBwIQkNDwNTkcgowTyZqNOSmizHWjLNKHCNyPI3jU
zxgGp1GfsGB0Y0gFOGpoHBMOZ57quRGz1Jzfs873o/L2aZzey0EuljTGjxvY8sLIhqHcyzzG
k5rghEY4gCIEk0KTxjnIYiBNIGoo4eIRkrGzjblFxNEKpXjlzCzr0CZzFcOufY2iUGAe+GUj
TyHMtwFDje55UoZ92gdxr4F0ux5/MHTO5ac1oznnW44olLN3sY9FpZvQFy+HBRQmuACEJAiT
gBzCEAgSI1OR58ywCs6YELGVQwXgZtXR3jKq2GFDfwuxOqeEOjkYOTQOQhKOpl6A3gfQck4u
jt0TN16dshsWGmfMKJsS4050edjxFeSa0al7LrnpsnO9CExke0AcE0cghwAC6NwiCJJCQR//
2gAIAQIAAQUA/wDS5//aAAgBAwABBQD/ANLn/9oACAEBAAEFAGM5V5J1Z3mZ5ZnVP2n2boQN
cnCz3r2S3u0hkq3r8kP7F3fvs4JLGQSz+iSaXEMnrWzvHaTBJOoDOFDOcV5WasX4CR3JZ2yS
Z4xNLIzpCxDGVSj8s/nRZhG5IiZI4oyU9J3bi/osbInHlnDw6SgxtMMSORT60yaIh2jAVEBa
OJOJSFctV0dpYQAtQPi1ArmPiRCzx1FjijeWMlkBxw/+wrRMiyxD1sPMq+BKXe1BzEtdwJVd
sTrbLRmAo1hHles7y1T/AGVTorvnXU+hyWdNHFh4lwmInJrC8oUcyMq6yGEonrhWQCHRETZJ
AS1WptWrSiaCuwwwawWkVq1yOdeZAMzARysctD2rK5QReZHTis6tuG6xaFmduCgNGGeRA+CO
NBCAVmiaaSxAGkerHEsekBkXDIC6zclMj6aVzJDyEatvsIfCWrkCLKFXG3ueBVSbxksbbccT
HYkVTKwwTeK14RxxOsiShlaMDlGvGNyOUBDFtlVRtxRB1lSdZ40VIoZ6Yma1Tjaa5WfPeWDs
eGlJjmaNW/2DTrMFKqrGxU9ordb6sWDeCJQrR8s4qS8IYxRCPPDF4UbJK8ZyFGUeMcFcZxhY
lkXiLQ0ymNXkPLAiBbckcSR2a5KKpyNOOTSTEVY7cuLX1aR9rf6OOfCCWcoS68ktJMGCiYoF
RZy2Mya63qhLGvWbMNNkDKggin/tFLHwMG1VOOcZMEQGV9Lkru+EsIRS0wjXfBEaOOFlEcWS
QxBY+GtIVrmiJOK8RLFoMNM5AMuyX8vt893HI3R15BMeaMCMsx9bqeQBdnd+OLpDK7tG8B9r
JybxgVeM0CyL+nDz4MSldwriONYAGWfTFVCtyUhiMliMidcsqN2LErUqay2jhjJ/YRxnImtx
CJ5Gcr/0yLH64aLy5XrRNHLXjZSHixIJWX0ugVRxd1AZ1JaTkoYpkiMWichgbHFXn9okrskz
CTIK7LDZVhFGpGK0oVpA50Dg0AihsevhHBV9xCQTcgSBvWAeJEIYDxr+0aK2cUMpCh1AJihZ
8aF2kWlIGjr8MdOStUV1jiEeSpM5KcQnNnsRk5JPPG9CcSyXuccyTHjPZ4lZ4JVSvVmMC13j
gpxiSZYSz1o51giigjGtTiaQrVscYl4xl1GAHLKoE5g4BiKThUsjQEMkkkamQvDFYqwLA6ur
73KfKfhlbiqKuFguCRCVJGF9YZEJ5l8TWOvgKQQARpNtwRfbGMiYFZ0lOfrTHI6oDIAAjjaj
w7BckmkxDceUsoxlJxpCuewEOpyzEhj6xXhsWrBeZiujHGsiyrErSIooXQtiWySTcYs1yczE
K2CM8wq6YgKJZZZ2UA7Y5NDHIPS4fidbGK8Zz0cg1Mvi0QAlKJsWPijA8pCBMp2zHlh5Eev+
r0ULorAaOeoEouwsAwR4V8sm8kZwXVSER+U/2G9C8M7SwBiTx1h8YkTnFDHHjQkRKpKg5IkK
YGHAwO0vqyZCwcTKvXo7LLKsk7AFCS0ksgJBUis8UDwdk8jVBStLwrxFQSc9mmYsx9e8aMHF
DAkrxnZif54AhKEkmVqSQqYlGIqsAChL6H5x4w2GAKCVQbxWCqj7DtwB0wjjLKiADWeM0M4e
XVskgYYIyUt0bbz060sVPRXFRjh4rgkLBIzngAAHAMlB3pQDrNMCwJZ0HGtAsJtkJKzEFWLG
RQrLHJIQDsIeHUe1XM6/sPGcRDp4QxAIIULhDHGGg8oIUbYIGbwMFmRShisKakrYyyqjewJX
LSBfSpLgY0gId9sG8xvywMAqgM0cCKdeN6zzm8348/H5wwJuZ+yDV55GWSPYJYZ5OBXYnkoj
ODRwayT2nLMFuSOmliOHfiUqrid3kkfQKyAkMywx8ZLEPrKSyBVPiNNL17oD+zXU6BHgBOIw
HjglVsVtmyWA4Haqwz+u2GFUK17ESFZY3DRA56RgEiuojTDs4w8cBopvCpUQRscjVQCfOyAD
n4P5zx88RhGhw2Y10dAgxrj7BLHFXL1oVY4L9yxLEFjT2LyDDHcgyiVlkf8AsErM9rfFUAMg
QCNeOWJS8iLE7siqqPNFLXq3DLLRhkf2KAJ95vbCRdcUwSLvauXjIJPkDePoBoJlaqqOImCZ
7ouP7KnHn5Ym9vZjUjzh4jGY7jixNKN5y1nMalsCIV+3R3R1ZdfH8EjDvRiPFV0QcPnCgOSQ
gFPw6xyD1quFWIsRsUq3Zi/ILmzuJ3sNdhVZC3/j+AQQVrF5Xmj4yLBxxKw5tUCSQniC21bi
CqlcYtnLWRygHUT56yGmZhi8ibMkcCvfmJgLzCCr6j7iuWHJyOI8OHl0kLQoOZcYIy+JAoDB
QAMYgZNbRAJZ5cbs68ZEsrnp7VlZkkDDlgPwMIBz1az8YCc1hHh0JIQAMhYes8bEjLDU9360
bkt7Y9hBGZk5tMvqEwjWTiNpGqSwxe0iscSGIB4JGlUEYQxwqxKnx/JHgHWLMql3TU1rTm3O
wmleQTGZs68/9fJFDyMiv7JEWXKZslnl1jIdVarABVXN4XXdi0kKz2prAaSOtHZvTWyjBEex
Iy07klZ4O1gkMN2NsWRNZ+Dv51gwjzoZwG+JUyKRkanJVic++NTG0kgl/wCWyTKokMtIyBut
IC0XQxKAC4jP7CARzyyMF44zy8mRSrMi5zTZZc14Cycpv7IIkV+KkswUuVkCpKmSySo8VmRT
Pd5xVzvEsACOFnWOsgP4JGy34t3BEqe2Y2+2iriw0jtxkcvLChoQI2S2K8hKHcFySEi77Vgv
2IsguwS5vf8Ajvz/ADhG84KudhLZWT9iV0AK5DKY3nJTImLYzH3FiuNMRGZ+bFpzhWw4r12Y
CNFxeWnAIYHXBiXCjAFGDlIeGsfQWVlUsXkH6quBB5n2sdeGTikldC7QceZkyp15LJGEAOjy
8ySKmT2pZXl/WqR3L1i00RCCRWDKVJ/1slt68dOvVsLDzDpEzWKrkV5UaG/MhryRtkdiWLIr
Kvh3mzvBn87wnN+Jq8cmWqLgRwsjJWc5Io3AyrJMyib3ybdzKsNYRgQqR6gMIEeerkdBV8lg
FTHcDHDHBy4cmBadNBmbCgOSenepSD7RisoaN2lFupFA4jd8p0yrcQpB2SBk1gJnB5Rc7WtR
W1beaT2TMrygGJHaSp1US4v6nHjS0I6Qx4aTrJ10QkeBi0iDbKUyp2dmIQX4JMiu8hBahmOD
B8HP5x1LCamzNJGkYYjlGRyKKZ1ZmZkY5DGfXxOpORLsxMTkYzE4hbG4lnVSSoIMaasvFER/
bAgCuwCSnjgnclpPM/skalG0KxVvc9aqqL4UHZx5FQSPLIGeCsl3vZbEkhZ8ihEeBGkWr1ck
oh6evCopVxgqVgGpV8WpCMfrK8iw9fFEzxowkpqA3q28MDrNSdRVt2KzdZcpWDnLNnNnYO83
5OEkZ5yeAyKd8xsZyCuXIzlI2QM3rLSZ/wC1fOaBKccIZiIyG8nApOFdZZVGEEYTGQ5Oo4vG
VDjiqBnywGhNCB7AhgjjA0MbWprKoVTZu9klZbluWw6JvGbYSN3Nfq5UwGZRysE87OjJ2nKE
zspWc40Nt8NOwQKUu5aiIP0utBdK8YW1Fx1Vtho5K7Uu5KiKWKZePjWeMPnNeCMK4d47f2Ax
12zsobmxyCRtODgwoM4EFea4OW3bihl4MLWzy2JIPKxHbbAcMcMHPHVAEEhyHroGavXjhT8k
+BPZJKokKdl3RBDSTYo8ehzlbq5nyKrHAhIjwOj5ziQSX6iLJ2yA/wCwkYN2M4w9hZA/bs8l
nsESTO4DqMLKzH0gSK8UdaxOTJXOVZpojW7EMBLG3wBm8/kg4d5OoD8wuMXLkjOagrKzHR3g
cKRInJypyPQWUqQwBVIwGVSCYBLjh4gJFcsrEIpAA8RDymgVbeFgomnkmkks1acfYdzNYIj2
fc8ggjnlEdcxsRYA5ycGSYkRSnHh9kZoh7EPSVVP+thBbr25Gk2jR/qaNjRoTHG66w5eARkV
lYiHkYatUY9brGUDq1ARgA8sckPaBUr9jTsMcH48/HvEuSADCn9jFJtYZmxEljYzoWZgQYpN
bOo04jTHJYpOWyMUjZbFfyTvOCKzHWF1xyNLwOCRTkci8DNK6XO9QLPelmyBouK0DI1anSjA
nqIDfooKfZ0rTS41mJWNiPkk0QCgOAeCtbVCXBcoyFPcGSXiBIwwyIcBqlWfrUPt6vS2Os5k
0Fk/TqE9jeNGOr6JYzHBLGiVK9hO+l3H3kZA7utg7yocirAyPCpjSII6jeaG7BXI/W5iPDBL
44qcO9FtAtvJI1KpE5wLImAlg4PAPIMRi6aUl4y2QrNG6nzI0kNR07eVm6W2xTqZ/WnV21Ii
7NmbpQHHUR4/TI6UOvhq400ZaVajkQ9fzbqaZxOqh5HqqxQUK9VX7C3aluf7CrFFasvJIt2O
KlPLJNOVjYRwEGCLSxwEGjCxuUp57DM9aDsllmjoQyiOpK0LQRIJEVOQVQvqLERRhoP/AJSC
cA1JsAcgMlbm3Aa1gPHOflGGbVx+QVGBnGBw2MEGFZNzQyHI04D2DBIrYw2ADySTau2A7LKd
LEFMs84kk7KtEI7MbRtNJZkrR+bjvFdtSzJZTmOze9LAVvW3E1+6kcM1qSR6NPrjdsJNLRpy
TM8VhUqdPF+xPSMvZjrFAbr1K/oMBLRfhGAsbsrJYrzM0x7JIS4ZYVC4v4QtxKnYKq0bqLHg
4T/3TcjgQ6eJuEEc3LZCryYmI70doxU7ICtjEggjW9hpVXHOwSThjIAh0ynwHAAk0zSbIZSX
mQMODCSQR3Jb1Yyx01kyCmK2R2I4We1Qmxp6TFex69pufJo2KiScRmFlki7Gpe7CSLqI6M9W
tBFWEqxJO61oorLF47cxz9iVma1MuftTMbNuzEtd5iiyyGeexFFluDm0cZJRCknF8CsyrByw
RlWVG4NEfaY1zjohNkqMv951lGWD7G1h4JbrhPVNgrjHrOB6JQwgfQr6LRtxmSTXp/qYCMFd
jhq7yOtEueuMZJChCQAKIBklAOTVcHtI2SdHhjEVuZ8/dqkpbrvnOmw1TXOVJwtisgPZ1Imr
34ZmvPKYa4Ajuu8ccbPJFLrlWC3oateHQjro3CryFescMcSqYUVE5PCIwDZ6wXVSgY41qtuO
BER4Y2wRxIFjQ4VPtXfGSTUv8cfJOs7Xv6XXNYm/YtUKtCgG+z3LNjquwmaX+PGL5zQwEYwU
gqCoVThTWKo0U8hN5x88Qc9YOesaHgNs52VUWJ/TKYjBcaVuvmbIqagfqxACpXJFaHaVq4Z6
dWQyhI4qnD0Ft52UkioESKu9kM9Kp68rdekKiopxKyITEmrdXmISIUsGxGZZnK1QVhe2+/2p
M/YlbFmOByFWRWySOUSj8Tx7cDQ852vYxUKdixLYm+u9fFYsfYbP7HZfXemEUN6hFHHXfnAR
nn41oEeD4xdHN5/B0cGxmxsH4O9t4zXm3IGsRWC1g17qO0chEcEpLhwUaRSbEgZLE7Yz2CvC
9ItVJPQkLCS+pcMFCceYezOLHvmGJPbbPddOe62qNYtRiGSxLJFWl4zIquW9KSecQgssfl00
S78FJ3J4k4nOONsY34+6u/qUEt1EdOKDu6mu6rdvejgh7A9tR6t//D2rhd6/gaGH8HyAdZ40
ADhAzQzfnQA34LYQDmxqSJDLLXIHJpyK4OLEQfSQeaKpQtie5Q8k8bILIE9mSBYZ6ck1qKKd
pLNiKzD2ECvGtawljr5WD9ba3+hYGR1rCF1kOV0rMSAcWGMySMmiIgFESsSm5NEzzqrRNLMr
xAnCDhGMNj7jCzUYmCvSJhaWzFepVu4hqTdUI17GvBIvX0a/oh0cB3mhmvDKNeNnW7VmKtFe
+wdlK0vfdvWXr/uHJo2SVSRpnC5LaUFbA20gYRykMaylhEuvSCREuhWi5eiPYhjGCuucPHZK
WWrR5gqFnt1VVGiXjRhKTldjhrD4wjWFQcFbhNzYBQQGjkJEbnDEc9T8v15TkvXOWqUxCp3h
+BvD+LdaO1D23Xnr7tGdwtadqVm3+peioGGjB1txbFOG1FJizR8t6z85/DYNZKwjWSOWyscd
aCKxBStR2/rSxt1FtyrPkl9pLV3sK1WKL7XJ7K86TRb8NYljijlVlB2Qkm+M4P8AbADhV8UM
M7HSxVYyIJ4Ck9tXNKeFhW6v2MF1resJGHzgCjNAEAYAdnP4B8fyTnjN6wnRJ38bGHxn2PuJ
quQ1ltYQyPHOzZ6yyVuvlsSRmKhTS1XYyCOTI5fUDg8gga8a7VJHiNk/vWphAs/atz6rs1tT
Qote/wBlZaCtIy1KPZMGnr9ZYnr0O0tdfNTuVewgdZcrRj1JHxUkZvDvY3nnCc71C9KoNVe0
AjFXUlWo0zTV6ywJo4fI8AeMP5zXkYQCM/jxms2NHyD4GHWAAZ3PZLQqSSyTSFSoITOpkpRw
27HXRz1O0MkUvaT2yLzQNHdkK9dIWEPIjR3nHWTKfXctzx3Ld6Wd2c76i4kFqsUu35EHHvFk
NGakBP11/rFi74ddbP1eOxXPZ3PRb6k2nr5oY3gFc1i6GEbx41YBFUSwiRVQIugMJGfkj8/n
BrNDQ3s6w8ifODeNMoLWCMMz5zJPMgNmsIG3dUXu+wF22A2iOQAjGISpCpIwliaeWdYbE4UC
rKFWrdgcVbIzwcOsGNvX27roAfYdmlaxOrvnOq/2dC4sjyRyyAO/VyxXaFnrZYLN+Fa/Wwos
D2ls9rUZRXLf1U+DrPyPg4DgzznnYJ0Qc14Ozh2ANnApzR2QcUHDvbFuLId6Aw+AWIw7w4wA
IB19n7IJCqCSS7SaNIynGaKWFBMmiYuKyqmXXaSxG3tgY7liryPbqreE9dSsWs1kugO1aO0y
wdP1bwWbttVvmisfdxMa/a1bC7btKQsyor9RWiMFYzyd/csCTqeilmyAJCiPvAM8YDrNjPGe
MGDN4SN71m887w+B5wePgg5+MHnNYVBIiU56UI9UZAiTG/L4fIvVZG7P/RWIqH7DsLK8WqXD
YrPwGf0VIwSbCjn1zIZZ3V5vqsAlseC0P/Dz8XdmJIbTj9NaMk/ZVIorHewSSydtXkhqizLY
oQTQ1HeKY3e77Omw+zW0r/uSgdX9hkevWGokPHEYHPGx4GazWa+CN5wGEYd4CdbOEty3vB+N
42AHNHNZrCM1hGflj4B3hJAo2oZL0Mv7FXso4K0jyrKdNE6XCI450kEsUYF1ETBtT+c+vwuI
K8n/AEwa1+R5yzOi5LLD6rPayeuO1XjPFWa1YiI6k/q0/wDcycIZyzdq01u1XoMzWptv9d6O
WVyzYbCh0twB9DAPjfzof4awnBvCN/A18efnznnNZrDhG8IOjvOysCtSrTRVb89ilO99UUw7
OTNsNFsGvPHkVpka5bSyut4oHKlbhq0YOh7OzP1tP9OPYxiNT14SzMqL2lCKcMY455WVAAWb
sJFgo/151/UyTMInSe9IK6V3kpW4q1aPsrlmYwU3lWOg7K39eeBhgYH/AD0PjeE/4+fjeH4A
+Dm/BGs7GD31Z4PRL2Un7Mtkl5EqTwxMQVYHRd2hkUA6OAEnp4Kb25Ut2MSt9nL9elpYMfjx
sVFkWvDJCLcMRzuK5R2dmzrIuc3Y2IWmsVlFUTNAWaJ1iZ1yWeGR6UQkl/Zq1lN/nLWiryyK
qgOCECAhU4kHPGbzx8kYFwYfx/A/yOa+dD4Aw52XSrbPa0f1eqo9BPPZ+xGBZNaLEb/qWvwf
rWIQhjutyfrki91SxDSovemnpdXK8tTJd8WdUyS7Vjd2SRe/hAq59dpRul2qs0kVXh1939Zs
hpPKbkqeslo8+vmzIDEuhCgA2qGyUz9ghEd8BIwEbDMCCdAgZzJxSSc8/I+N/A3/AI6z8ZvN
5yOHRzlsS/8AyW5Eihkkeachgd6bZ3L/AM4Sii+EWTqqitB7KMiVzNYlrRiGEnJ5OC2O7rm3
1fpvV4aUnXv3F6tN14Gz9fqeujNSMklu01IRyxyTfsvye1I2Uo2s2KdKKnAxRSrxliykSJJz
VWONPwMP7DAx2OFJbCk7zjyxVw/OgcP518EYP895vCP76OeMPg2nCyfaJ3SoQVxid+AUH9ZS
peAh8YGaanQkrVR11aseqrTsNbP/ALpRte1+vW4rFSW31/YWuvnmXsAozqeta7bpVo6UB02f
YrEc3Y7z85RpWLk1DoIaeFm1d5rHErsB+wyiZ4siZQl2WOvCO97FVe12M2R9hbD1HkeDkMLL
mxnIDAd/H5/x/k/n84fGecO/j8Yfz5zR2OW+yECw9lcTsOpYAlwI80pA/q0vl4VcDq4vbcr2
1eSeG2J/rt2eWSzZStDJdT0z9w6Sdn2E9gRdm8tvvXsvBEiI3S0ykmgARyzvKqVuwFO0cqdT
NJPU7Do6axaljYkZPYjiSx2qyzVWgrQXUgvx1+weATTyseTbZuJgj9s8OhGfGDP4A+D+BhOs
5fPnf5wD5Oec/jG1hHgDY+xXGlsJdCUpSGaQ7xd6/qwCblJGurrVJ+wmTp647O3Wk6/pS63O
/aQ1Wnl9Uj6LqCsxKSVp3krU6XGarAsUN27JSlbvrAkr9f1tqazJBEltuusQv9b6pYuq7eeh
dSWOWHve09sqO3KK1+rWqdnWlS5WS3Dbo24ondmH/I9VCzWEUgHzg38j5Oa+B+c38bz8fBze
NvWH8dxcevBIGGN1s4pNAGNv0kgKxJGwmwEXfX0qhFr65SsBaLVrPS6a1bjE0FqjYgOmYPGd
zdVNYCCam/UBpWl/vF2lmSzc6/qYXrCOCI/Z5Z1hgZpZLll4qbMS9WWdKtiUyNRsQQGi7dlM
vW0ZIoIY417BeVVAcCEnoEBsowK+N5r/AA3/AI/xvD/gThI2fGHznnLEEViK9TkgnpRK3X9l
0klcFfLIpxkKhORFar7ZdsFp9jUFT0V5oumnrQGOxDLlr9WMXJIZ5HaSPPZKqsiI9LsHYkNN
EnQ8bRYKbPrcge2vX6GvVWzVKdcOjsi39igC0zrCVz6vCWa1acRdaswj7F/XTpwvOV6o86NW
vHijagfPj41mvkj4GazXjWaO9HCNZrXwR8EY0UbniiL2b8ac6uVAnBf3HEsTKUuW0kazZken
9gamnV9lGLFun1v60E5pz2LVWwzdlDFlzt7koW/O+G45yGYx5QneSu22ja8EsTtuaKyylbce
o5ojjCFx9l/Zjs1q8diODobbzVKEtCskMNdLH2qHlB3SXq3WVGjxFLBUAxQBmhgAzWazXz5+
DgGf354fjzm8Iw7+CDvR3rOOs8Ed7KIaUp2pEXpcDHLBlYEcQuSgg1JIFcR0h1LuxZ1kkRqt
iKKL6tYdJvp8pZOiuNN13Tfoiu0TI43FVoGJrFaKRJ1vI8k9lsrB3avamqwtcp3LEclIxzzV
YV/2UYl7zt5L0/T9cfZXq14MplJGBAw/kN/+I5/Pn4O83rD8HG+SNYWAGmLaOd5XWxXlRtMu
xa0CgDJFFxhQDUqcijf26KnJaqVegaQxjrqydzap9iOw+z06Yr/bfelT7PN+wvcRu8HbKw98
EirNca0oYpNV5h6cQXsooKwlsO8kUHsTqqzrS7qxJLPXiCUq1dZe3UEZIzLFWrsKiHlHcukZ
QMzEnisEwmi/w3/h4OHeDD5/w1hG8VeKneEnCMC4fC3VlelJ6yroTlwgZDG0dUg6TyJZFUxj
kerqr1cPad7XrtLYSWFbMymy7zx1ubuOQb9mZWjjj/XS9MK/XdnFbM3axpJDMkyz+to+4gAi
b1s0Eiq818ipeirzS9dVDLR6iOLso4zt4Y5SvCGKzaaZ61NuKDwPwAAM8/4DPPwc/jWedaOH
es8jPwc2Pg/DDYnpWLFGWrNXmel19Wo3/bO3WRnoOyrw1bTHxMxOfXaqWL/2LsK0SXrKzt1l
T2CVaqSXZZYY61h4Wjse9ooH9wSdj1ojkrQxy1r3crJXsUe1MJ/65o5KaNHL9dG4PrTkyXaX
WizCZZ6NX9aqqkSoHYUom5SzWJpK9MRhRn4wH/L+R+M8/H85vXwQM/jWEZ/Pnf4w4DmjliX9
Tsr1+sr9laed6lf9izXgiWn9kURdj7VeMgNInUS1+vu3JLc0Epiy1YZigLNR+vdUif8A17pB
JL1VKhMJo7HYWVlhTr5og96hG79paq2us6YLLR6q2ak4ClDLxa1bqap9XB+xFXihX+JopJLM
KcAtiDYY5tidth5Yu8/tvz8HYzl4wYDgw738ec38fgbwnx8E/Aw59hqmSF6925HH9eaYzfWY
IxT9EMX2+trDM2dSOVr7ROa8CxljLXliyXiMgBM3FhEJM7RRYpbIMFhp4HaNQL7ZTrvPB1wk
NCK4CsErNB3nWXZx1/1O1M1HqYaNkEa/GHjvvPsJhj6Frd2+F0AMI3g+B8bzYw5vfx4/w3gk
ViXAzngcZyXOXknwTg85/GayRVdGArwzvITIZcZ2ycQ3etI4n6oiPfvvUtyXoqtOSjDZsyyd
XZd44DE/V3ntQNMoxiHhjhNi1fMEU4lkyMyytWDRpHfljks07EY+rdtzZT/bQ08P/XTsNLH/
ABPE0kNv612U8vRdPHQi2Pg5sZvzh+NZvDm8GDPOs0M/GaXRTwAdhTjs4Jw+AD55eeQwMTjA
ZPEkuR+ozvTIyeIwtUnf3d51Ii7L6119iulrqqkjjraKpTgT3vZ6e6/+kkSZBDAj0q7ukTQ2
D0fXfs3frDQleujjPX/W29ljo5RW6+nN+xFFUs1a1Jeu7eFgU3hkUNJLHClawsyjeaJIAwfD
ecH5Hx5z8YT4zxmxh8Ef4Fs5bHLZ2N78MNE72TgOeceWKMC5VyW6FxuyPIduoFXt6dtuydOP
Q2RZPYhwew7GDr0sV1mhWlbaF6s9agLDxy9R2i3aWgcZeWIxTCPLxrYh6mKeGGUDgzx04ILd
m09M1vd9mqsIOmlmNdW2LavIwqqWRQMGfjNjCdZvNZrR/knOWHNk5/P5wKDgGsGaGEePOa86
OcRrjvCozRGQXYyDMgyXtKkZl7lVS1NatyUaMMs0cKden78U4nRhPZgqTJ2lxI6n1iRRa7a4
qTfdY5RL0fdzddMkokjmRpILn1C8W+vU7VGaKZJUOwX0SpaIC0DINMvYVhNBfpfowdFUry9b
/oqnOx1sj9b9flUnRGBAM9aEgHYAzWecIwD50M0N+M2NDe9D538D84fgHB8fjNZNIQmi4RY4
1D8ZC5VoLtOoZbCTzo1cy2OCyXbH69WxI8sn1GrK1ns60clv7RSNrr6PXSVp6Fn2i39gKWZ/
szQUuv7C1afo+2jSUk4EGW5fS/JITVm9kbDk/blf9f0ELxxBQMlVvT1l2GveDAgDNkYCdj4O
efjeDDn4w/A+Dg1njNfOs0P8N5vJ7JLQyrMnsVskclmk4NHykljgYSx8VKu0k08Q53IVjudN
Rip0yoJkTS/ZZxK318SRUO+SKRZadh4KE3rmUrHf9itgcEWkDv3VwxWvqNsyR1ZDJF2ql6gK
1kDeA2dv0cVzOspyUau9ZsHN553n4wg54+POsIw+MBw/n485v5P4wjYGtZ53vN5MicKTGOuP
SQH/ALT8+MLLGh7SIG12rg0EkkBVpVWrJc7YAAE5O3/Ului+Ue4gtW7tMzdp2knYe53bIV3L
1E88sHJQZ9AdvYV7/wBRljEI6/jHdqTIO0jf/V9CB+l+c8ZvZY7z8550DgOA5duLXST7Ha/2
Pd9/+lF9cu2btL+c1n8awYfxmsAz8ZsaBw+Pg55OD4stxZDuEtxBmUCzYd0mscw5ORAM/Xl3
VW8q0VewCDmjloN+vX9sE1NbfY9kKypD9iaSC8x2eqrCex1tyNTXquncWX9aSSGSf63GlalW
lM9e9Wnns6BzlCg/aiBjsRyKdaJzeAnQ/G8sSiKK5aWCp0SSzdh9hBW71cArUNjCfO8B8efg
4N4N5/GHPPzsa3hPk+cnc+1ZfErFcMyqHkkkkaPk5qumU4DIVkmji/ZkMbR2Zs/8pV3dJaK4
72enhqwpLBSon7ne49hbn7CeOOSVupqyVk69lZlKce/temoGINSNIvrdVQlcWf7TdsjFFkkw
KqsZTEYLpbFIYa85+ctTpBD2PbyWImPWWKXX9p0VPB33XCWn9kgmyJg66+QPgj4/PwRjEaB3
n8DNDCN4SAQdZZDs7u8YeRnKJJKU61wgEcZuTF5fr/UwpQn62SvalmfmksjN1F9blQaGFQTd
AEcNqKCSz1/WSz1OmWR5KtGmk5ltWYBFFUq9uT2XfGaUVa7T2DGpjj1wtHSpFGriRRhkC4ba
ZDMS0XkYoODwPtF8VxPYksSEnQOQ13nHXVLUUlHtLjmB3eHXnx/gNH4Hwc0M18bOfgnNbywI
kyxKZWgrRyZC/palVlnk7lv1sQEyUtrVt1FsC70lx17KGeo/0kbt+FCuNXgXEqiG87ygm3KR
c9srR0Lcr2VMVToK5s9p9j6m77+sq2DdSARRU7IljkmaRyihX2TFTebEoRrhrq6xqUAPkfiR
wi9zfkuXdruIGSW6ITNSmiWaSCvaPTRwvWST1hZEbNf4nNYcH5+Dhw/kg6GxjwlxO55/X+uN
6SDpqUINBGb7dFXil+sdI9qXWazxn2sRjtvpMsaXZFDNKwImAaDt0tSxV+1uJA3b2ec160w5
dtNisBHQ7CzNHZisvF0AjlMClnql42mjCGTZyz2NPr0sfdCol+z9vLg+w9oDV+39lDlLvust
x8lOWgPTeYm0NnKMLPN2HVPYFmlHVbqOos9hNToxU4ZK88s32LsZoG6eKxF1/wDlvxyGD5YY
0msEpYq3ifa9RIdv9WomDrCRg459o6u3Pd66tHTo8xvkMkmjiXtadSe91YhqWVvR2Ms9/Wgl
jki9E2gK8kdsTsVBlldb8hjgsSMYPpskslD7BeEY6eGOtHWCvDIvCe03rTt+1/UinksWppIZ
ox5+Pa/qSRkPTz3JLHe/YYa8LEs2s6OvH6P2OFS5MWtR9/IkPS3ZLNS5T7OwtX6tXWcaH+ZG
Ha55JDHNjCdngCHhAb1EktPJnAl3+wU69e53F6UPatBYe17ONYO97lVi+zVWWTsYY6tvsJZi
TyWSUui9ga8nUwG3fMZWNJ1rTwV4BII1lN65HWe7PYneWVZYvq1X0dX21S4ewqRSGjBGqRWE
5xXZJLE3e9H7ZOqq16cPa3LTNLFJE2jo5HG0jrP/AK5ZJHlceMZCrdNIyVGjjMc31tZ5KP12
jEG+v9eXrwLBHywfnB8b+ThHnxhGgJUOcs5AZvebOQSyRXZayvJpFb9ac4sUKE1wgrwM0b1e
ngSARG1bmrGWecRq9iRgNnPq3VvDgmEefZXlg7KhMksFYqIbnXrcj7jrYOu6KOQpn1+Yy9XN
C0psqWbjrNbHmPuOyfjV6mWVhZt3OV3rIgZa4iXpuoW5HPRq0pHZ5CkTFoqMgll66Fco82mi
/wCNbluM7+AMP5Gvj+T8jDn8ePjQ2fjkMBJyexGGWWSZooDGDYjEf+xEccRXc15azpTkRbFG
eI3pf6lixp9dbty0vqQjZQI2RNyfcyy50lhXg69JJMePk16qlmrLGUl6eEwdaBhZGuM3EBww
7JXi7Hsx7uuoPGTcrSzSokriQwy2Orsxw1u117q3CvJHNRkmoS07ctusUSlAsWQI7YvEJAAR
rN4cBwHAfOxnnPGDxhY4MGfwT4LZsAbGwfDUJGk9jQHm4aSdVCWhVdLs5Zq4iaKSaVjyYdrT
QVPrMMM3ahAqgYP7HjvPsdIWeu6eUx3q3H0wU4YncbD/AFm4eyReKS2WiTo5ZrMjr/WNWQ36
4kaKIQoYxBbqyCVO4tzRSVoCZHvkGxM003X14v8AT125RdVOIb8td2RIuIgSNEu2XWKmT6jv
Nn4GbGz4J/PLDrNnNef5/jYxgdkYyAZreEEZJMAzTAI8jsNyE1Yqfr516CR2J5ZFuSoZbc0h
k7JjW6LiOzA8Xb1ephLLG1WzYfsAJalGMxdnSYehpeJicSkx+NaXsifRDF6kbzgTYnQFOUvv
7Cm1m415uvuWqNbslmpv1tOyH9iqrNHUjFCxWelc3FTsUbAs1RG27EvqWO/JftdeS9UDea8k
ZrQwecIO8G80DmhnkZ5wZ+cOa8/wcl5+zm2tYhOwW5T2ZZmhbTMdt5zxnXQPPYj/APHrV+tU
W9DOy7OxPNBXjp0etozWuwgiBjEYGKoGEDXgido5ew3/AF5gNveTKWjjtsoudz6LdShH2FKC
xP1Jjlgtxd1ReO5Xo2BYnBkq1qjNF2XTsmddblq3LP2SaMWbdy61G5FFFQAFTfk+cGsOEA/B
wEnDsEH4/ODfwNY2t55z85Yce7xsDZrrCkcsu8YscB1gLA60ePn6kqJbghmw+A7fsivWiA7Z
Z2o9D0/YVFVFQEqoVi2EbHEZ1o539jHjDGOOVTIf69jaSG/Vrz3blWmtaO0sbyRSS9VK9ujw
7GyVs13SKt7JorDz17MFqIQ4KcVy3OehpL1a1r01aMJABhBzR0N4N5rzrea1h0cIPwujg0M1
n4xs1gO8/GToTKRkaZIU5OTsa23EEEA6xSwb6VAPTPahrKY7N1kRXxVAEgLAa1reSFtoG1pj
kjBI+tQrWQnn+CNHJf8Ah3Mjm/8AUKo5TQO2XISpl85PQhuxdf0VhLMP6CPYWhCB2dStJHco
u3aS2TNDUjA+rwMFi2E/neaGHAfPn42cHnCMI8Dx8bwnyc0dYfxMxWQEZy0SwbNbOhgRi3qx
t4Ns3SP+n19fruEzCXkjII0k5Z/J/BGBCrFgMB8d/wB1ZSL6/YabrQArT9lRgEN6vMpA19or
FLf1iKOPqfAy8qg3VKTEclnlV0VIHySn1rCOnTWRtCHtKUoyh08zr1EDxn8YPg/AH+AOEjZ8
jxhI1vDm83oD8k6M9VpJ5KM0WMp2FUmOKTKPWy27Nvpa0MZpJE0/S2Xan03CxXCQw60JZGYx
sCF/rhOa3hOs5AmaWKFIZZ+yk/UhnuSuvUz939he3JX/AGGm6tpUgDsD9odBT6CUSUgDlobF
ypJJXhieOA1fZGKzhTDEwhiETM+siRWFxmSKrCEq4CBm9YCPj8YPwfGEne/jY1s6HjB+TrBv
R3rXkjGjijNicu+lVI6CBJKUbGELWFxDLWVEKkiPKMRedVVQS0j8QFGlwdpTazDcrTYrhi4G
pex26dUZpLs4rwV0MMP23lIihDDFYMcNM2JJk2E+0STEdBXkg65TllGkFeNlWWijNLEIWeIl
v12bEruMtUppGVTGsFRjLA3KIecbWE5reb8eNkkE7Ob1m8OsA3g/DZvRBI+Do5rz5GdvJIJW
WV2qdbLIa9ASrNF6XZdnr2SSrZprEoC8oVjii20pRQMkYAfaOwmgqJJMuQWJkbqe7vh5F/Yh
hghhQkLkHC5YbQzvrPC0IbEhqUYYWhCq9eNSlzrq95gBx8ZLMkbIwYTTJDGnfQ2bsKPIUgVU
ESDPWqrZhKZHxIrSBW5az+Sd542Tn8lsGa8/nNec86GydZ5zzvzgJ22LXsWJKHWQNkVRnRYw
qzwRyLYiMD9cwEl/kVaURmBv2Il0oBIDAHO/639it+lOgeqPXFBIidX2Esa1La2BbhezDXrx
VYWKhexmVri2mZq1+KMUpakktQiUiPsa7m93aiv3MjxfYr/Fum7D3w/aTKOrV2R+ktpbg3i6
ONlmIyxQ7jkXbMmmTQwE64/BBwDxo7H5KnYBzfgfjiQdbw4R4H4P4IO4+hjrpWqesEAZ5OE6
y+m4euhdnuqeEldJ7EAjjjVjnsVc/ZiBexo9vBabLEs0cbzSE03E6jseyry0bpmGMu873rPT
ZSQZ7xK9e6sZqXqNPrkeSVCrMkLGIfZEb9zqZ+EtqNpupZDn1O40NuyVaFm7dGgMzREgCzAv
JeIyLRGs8b14I8cdgjCgYnWt6z8kgZy8a8DQwAa455+BnAY2HNecuW6ddJvsTK1uTtbM0JvO
6O9Y2I+6mdbFXra937VbkyDs7ISXvm4vNWElZY2sRN16FXVrdCRS/H+gXefZ69iWBwxbAd50
dV2YzRHDIeSvsTddHfrVuorxmzYnjhuQpTalLV/2NPv6k83Y3patmlahniAx4+QlVlNWYthB
wDNH/AgZxGwDvzs6OAE/I3sg618k+JJoky39h66vi97PLN2n2WcvF1fa9g/X9e9RYYWGGGRT
FViXJZQmTqjy3KFedVnlrSy3y2As5oUgxnlTUTEP0QcT0r1a4pGsZQcv/V6k0l36xermKtHC
YLEnrWYRiG1HkU/J01HHtjkkIkzs6VWSS7EOUMs1eSz2Nyc/XZp1mWYA7BFuIFYWKupBGbze
E+d+TvYJ2d5vDvB4Pn41mxg1m83l/s+7jATuLppdHdLt0k0rxdXWrRMAEkrSk14z6lqKoR0x
nALSJhQ5c66rOP8AVwRoPXNI366NLPXUC7HVi+rxyWJq1WvANHDhJ327xeh/X7PcqKJpd167
u/Xw+ywwBwkLkknEWuwpFJ+vpyRR1pBZj6aWo3U36CDuK8jrT7TsKpqWv2YGGjWdgcOMSBs4
D4P4w/A3sZ5wA5s6GazQBOjlmRpGp+9Y+NnbWfTllkkyOyHYxiQNGVWRtIG/65XDP7GR4yGZ
uQFmWWSWEwo8zKWEnFKfXzW7XXdclKuM2Rh/Db39lsIGkSeVYDDuup5RIoalVEKHYztxfIvW
e0iKdwZZqUnVXI6dLreuF63TYdeKBLqWNy1WM3U2a4mkhYlIXXF2AxOH8ecXfHPOFfJAOa8k
NnnfjCMAOHNnGXYVY1wSeTcd42aLihsFkVFaMjlNOGeUjJbHBtvvTbhiZUlJGSKWJSTf60jZ
1nUPds9b10FCFd6842DG8D7JFGtv1SyL6/UYHkjEDple9XnFy61aL/7nI0jsOwiudF/5B6CG
BOz66zYifqO2ZusgTrqr2L7SfZS376pYhg6O29qlm/GsIGDWDDm/GhmsBGbzQObwnPHx/Jxi
Q+iQJIAruoxXDqjDT8VD620hGTODILKmRZmleD/9btLqxR9HSNyweooxxvRMM3X9dHUiA1mz
o7B3vNEE59jqBsilkREsLEY5onlWxXWD62hmWOLjklDrKk1/uLNt+qhMNDQkki4kWIi69jG9
ebrJWV/tD/8A9KKrHa6ekJerIbYBzfhh42QN+P4Bzfk4fx5I0wwAZ/OfgcvIPIM428nEGcYk
4Lq+hz548pkH7H9bVtYlls2J3qIedKtK57LtDAbk7M31Cp66t3s4oH6+owOfzoak4jE0SwPN
tFu9BV+brKYTLleWKvkEc3ZWa1aOnWB/rZhgdYqlWLHlLGadUMV6KNppgB9hki9VR2aTtJBN
c6ROPXypFFKh5LsDN7wka18azes0MZgMAwL4Iw4RvGGs2uEjB4x5QryMcAbCrIzWXY+wa07B
pIzlxHty2eNZIGijENhaNZ5WV1Uloex/X6npuslmmC+SQM5qM/iWQKa/9mk0B1tprNj7JCxj
NdgsrLGoIz6z14jhs3gp/adVe2vKbt4ZJI53R+xuaekqGSNWUdxfXlFVsAcjJPQnVa9ruajW
OtuyXIsAzWaGHCcY5s5vP58gBhm85DNg54zfk6yRCH87JcMpDo6+WZsExUWJx7J5GrhpGdqF
DbdhGRYlJL04ksz1eqWbA/Fyw1I/hF3hLZ+cB0LUvrr9VC0FHu1L12dFimMkmEhJKf2qpLHL
Kk7TP6lu9xPOantrosXYStYWNEWYRyf7OWKCv1slvO5mrVKvXJG9mCG72r1Pr8MRjjSND4wZ
r4OazW/jXjXjxoDP50ozxmiM47JUY5Zm8AuPAZtuxw2hG0lmRpKxKPYZQyh3eryiimufsSSs
qZ9SoJYsBcAzQI9I5ccPgHwCfFyWSa/reWoBLDdp2I5Cp01V3eSpKg63sfSnZdnPbMXW1qEE
nYMUXsXdHiSeOlSjQtHX5dj38MayzSTPVmjhlh+2GNKn2mazJCxaMgH4/HwSdnwN4cAOE+M8
4d4Cc/OaIJBzj5k6/sNmh2CYtC6ckp3Y1njujDS7JpVoW3eavajhr9benkH16zUq2aF1XNSR
FWCYv9ea0sQ8Yp85zIzehy8gvuSdUTrC0jM+jzJztKEdpDVkTJo5zn6tstW6qd3j6tuUnRTO
0nSXVyShdQrF2aBG7ZRJB2L4aFrB1tnIuklORfXrDpa6a5Um+uS32QsACwzmuFwAXBJkUZ7V
3zGFhnIYGXYcciwzkNchhOzvWclz/9oACAECAgY/AC5//9oACAEDAgY/AC5//9oACAEBAQY/
AHGSRrWpCH4kvc5VMsgAXPMUJHNIAdZQuzlvqopAeolB9C5KMv8AJn8JFCI9VkrWkjooWepy
SuDmNyfNOcMn1Fiq5p2yDipTzyTtFLnOqJ86X7RU/wAWZtPEokTl9pR/Ek7+IphkldvUogTk
SaipX9SR+JV05yPxKJEpDjUumEiBrUnZVkSRrVSqYkHitSBHr1T3Ek8Hor5TJcMBXlKMjkJL
6OqdbklDUtQ1RIP2mqYFCMXPzFEdqSIk9SjUgHbijB+YhRk5JOrqh+CD7omLfFfigkeER/mQ
EGkDUmeqrG59EIkljoEBUF0HqOKEhRtUbpAPsdVykBtkIkj9Ka+2KJdz1lCW5oy5Y+8EoQIY
+LeieIBj16ug3HTUBE6crPstAX0REgCOtU3+xHijjttMS/vQMe1wOi0dtQvwwQPehKIePilQ
IQIBkBXhRRyRkZGNANgscpxtkNkAQzUdVN3WjdUbMslavVFqDdECjoVA1uJ3XDrVxpAGqJgH
4RHUiNG/P8iDAyelo1Rdo8XK7bjelE5NNKJiWHHiuTmA+CNzRO51UiJPF00nFE+pGytnEg1a
mqIx8sgagoiRqdlyuOO65xU6JxSQQjMFy2myt1kz0QJDllcJNEdoAVb5FaxjCI7UtfvIEHlO
6rUozOjUC5teKL+8IkF+AKeXKxqgBJn3Bd0NQRQncp4gmp1V1jyKuIAGw60CDVUJdeXGJO4P
Wg9XKyB7mGmwRJdhuysviZGgBIdHqKrvqro9pw8t0biwNEZXPGgYFMI8o+BRiK7MeB+pSqz6
DU/tqQA5jRx2qoDOSRFgGqQroSBiajihVxuAgQWO77rIH1Jqi/vYKlWVoD/8ULhaR+dClI6h
EO0dosg8BxlJk5nzGjMyLuSTwdNjgTLcMyaMA3BOA5bRVgQTo53Tjm6tFfHMBiB7Fvd8KZxK
R1A1CvJZPFupXgsTUhPIphqtRTbRdY4qg0TAWnimd1cKSOpVSX4BCLWq0kXeFMd0f0oUfqXA
lE36CoCEiObq0/ZTf+GRqg4LHcJpEAjig1Aagq53/Ong0W6lPJkMrdIgaIZi8ZW2nrVpPLp9
qGQTEJQLg8fqRcvV0GIVagiiNx/D2IojijR6uNaKUJREpCsZ/wAqBkGBNAEWodG/9KlkyExE
9H7zKYarsCdE4eMY7KUtxWhQIjqNdlKM3J/4oSfq+CIjTrVCOJbghVyiQKpra90JjEAtxV02
LlwU5qRshIyEX2KDTBrVkwNOCDG6QR5Rd1omQEYDWSPkO5FZl2I+pXGVEGKdUbqddoPwRq/U
nAZkzFhqU8ap5Fm4IkagacSrbSJkPpSvzovoVs/FWM/XsmThEAMDSWxZVdmfXgro0i2qA2Xv
oQVzho9SdgX4oCMdTX3J5co4q6VRJCQFse6FSPvKLFWyZv0ogG2pTw7Q1ain5pY0IfRfgDzG
PMQHYrzGsycOBXmMCDSTUVsoW/Cn3UJUrwVwL4yaIwZwA7ihqowm5mO6B/Epkghh92vzLzIT
00Gy54vIcUQCxRfmPVUITDGRFACnYnitLRRNcInjuqSuA3TcPtTRqjM1HWmjQn7EDEiQ4p5w
AhudAngQQdxVDHC4yIegp95CMgHUgDpqyBAonlJxsFT4hMNt0GoU+qc1XKH6lygD3p55BftQ
IRkatU9a6k4qDsn13ZcQn2KI1ReRBCNmnBVGqIDdSsApEV96upwCclydVqzaJsjkK0Ekaa0C
IBaI0VancqoaI0UjH4RQIeLa1/lReNGDg8VM4iYk7AqJySJmKv1fOoyGQGE9YCqMrCJChkiJ
5LIQrReXiN8RoF5kiY0ZlU3bNxXkxfHHWmyjjBcCjnUq4L8Nm2ei/EZzqhExZtOCYkOjQf8A
kgZAB9CTVG0dk0PFXEsqs2rpgaaOQmcU0QAkz7I3miIETKZ1CEoBuorX4K0BzuU24X6E7O6q
WOwTO53VoLPVPrxCrQnZcBxCbVbOExTCgCqdE40601w+KePZZExkKmjasqkj3rmLngqNEDZW
jfddZQc1XJEFC4AYt1Uj4lOC0erRUr1LRnRLUJqhMR54mhNQfqWWRDhgfcjKUWrpvIEpi8f/
AB3UWEpPT4/MhHsvqDVEu5loBoEA1Dw3KuIk/VoF2KcToowxwd2FE2hAD+9O+iG6JJ/4qwAx
gNye0gTqgAWA1CDuSFWkdAFxqrj7mXa+GiuiX4hVIgNmX9SRHAoOHI3QiNk4LMNEOdruKLF6
1VBQJtF4utXY5GEiXLboGW1Oi4n/AIKmicllq6rVcpqFzhmpcAvE4q+ikZxHlioIU4YoxtiS
wkO7/prHlMWvDkeFUCYbq1O9qYnRBzUIHUptH4LnKaApshOZMH0igdQNAmNPcpAE+4hSySk8
+8B/CpyZmLMqyJrSO6JjQR/SokCrb/yqyW+rasgYANE0OpTZALAKuBUfdUrIsAajZWxtBReg
XKKK3iiOGiDa8UzHrVQAnCZ0a04qgfrGqNo5evVNPtHd09wZFi6bVwqn3BfrVRzcVyyPEsme
pWuuqLAl9QVQMnNap4nTZOy0XvTp1TdMSCOtGtNlKvEMpGGKRc6gLHDJ2hEAoDc6Ln+wJ4xB
PWiNCqSfiuvoYKIEBME1fZNp1BA8KOniLlKnUFaRVZDFmNT71M4Q5uqPenoW7R96EgKMx3+8
n2l3tVfBxbv7lda7nT395CQNHrEIxuHlkUG8VHHaQCbZSIXLpwWrdSfcJlojVGUqAfnVNBsg
T9uq/QmeqaLCHEp7pSluBQISuYDYlGGOYDaFEzy3T2GyeQZvzqjkhPx0X6U4rFlVFMagp29z
6J0w+C/SqKvsaPwCc7KRxTgT3XCjHKBe3Pbo6pRtCu1U8VWqpRUP2J5nTRPq6cFCxusr8LLZ
N6HqVmefmSBpLiFQIlWMG2LrINBaetTBLGRJccFZRzvogBJg7SOqqJAbcEQG1PKndhuhUF/0
ISlqPtQhOcbjo43T69ar9qNpp1ozloqMqhMzhPVyiaW6F0+yBBqnyFuriuX8wXLV9VSnFVVr
MNkxAuOiqGbQLq3XAbOmTQKqH60zV6a9Dno6uj3op3qSUOPTQapnb3LRz1q9nkdIj+ZWl7eI
oAnlJyUwW3vTCr/YuSTA7qTR1NSr4yBkToDVZCeyzKUgQZE7otqaXBRNZEanQLnJLcNE5NB4
eKlExIB3FVHQYmb5l5kCLJHQdpRlNwRq+6EXAZMCD1hEuiCKIzY12CFWCZ3pomLL4rg616h1
IzEjkidXV0ixOw0TNThurpG0Dinj2eKqWKBNG3VJAjiq6HRauqVZOUwC/Uqt7+i4C9tQNVbI
ER8XD6ldE3A8PYqiix1Q3ITM3RVBlv1IgxEn4pogB+AZGNA26Axy5tX9y8rPA1LRmBt8yapG
y4DZlMZIGIB7PFcolA3bcEwJN1Hl2mU3prQdSoH/AEI45CvVqyEe0+qt1geCAkHB4F/2lEBp
xO3BAAM3BByPitXKJAZ02iZGOoFU+/BUWrI/ZVEylzbRjxTAivD+FWmZDhR5qj7FTXTRNMUP
ZTjQCqYliKhPc8RqAVcQBF9SqapmYOhuVQF11LXRcvPLgrpHy4cTRSjH8UihkeypyA5S7HRv
uoRyEmJGxotfacFN0VTIEGgRAKp9vRIYI3ZRoh/ldvgaIxt5BujGLupMdeK7VD+YoDr1UpAc
0tWQgQW47IzDvoCNlcKtqf5U4jy78VSHMD8VEYobvKR4Lj7k7VTsyAda/b0U+xAs6clnCaMt
9EwYe9ESZuO6EXAA37yiJECmv8yNQSaOrnJctReZKVsY7blECUqDZXZHEBx1VA4KudupCUia
jRUp0UTyqdohcriJ0AT5Jcxq2/7KMSbYaM6YkHrOqPMTE0+KFgLGhgd/mTEWS3D1BTOD7+V1
Xl9+n5DqTLrKt/Oix0RJpJC+VzF3CIhzECiEgw4siR9qLMfcjA6guFwkNGQ/UEz04HVMA4G/
WmqSdSF2SJbICxnoV1p6DguepGq2C1dN0ahuKJPMOpPbXr2WhB69ERREQgDLiyDNIEcVaOUj
V0AZNdq+gVneegalFeXd2THejBAgMDogZhy1FbHQdHBEY6yPBGUiWGpOjI4fSC/LvIaOhPPM
yyGtrsy5pWgcN/pUYTLX6SIq3h5l/kWNAkiAFTTvTTGJM9AYxQkBTcFASAMPCat9KBw5PL4w
J/hX4sb8eol1KhIJ2K/X+RcDXVSOKsdormNsjsKJjMuakRNUC5GxCLnU0GxTRDcWUgaklgtN
k7J4l5OzcEYxpuULtGRukZPsmpFtEX3OqG7KiN2h2X/BClDwVoYAb8Ea1/MgSWBQ3kfsZPFg
XYjqWzjgmi1dU0ObJoAVfljcTWq5wL3oiSBXgKowxBgaV1ZAzJbgqUPR1cE8m+K8vEHjo4Xm
eoLy2HWpQw/hYDX3rkrI9/gfkincSc9pPENLYlCrl+Yn/nUPTYyBCG3aJKPlES4tRmUr5fbV
HGSQ5p1q+LsOyFbI3PsaBE4pCEu9Epi7da5uWXDo6uinsURoxRMdODJpC0y1QeQjFF68Fo70
R96cRDHirZUBTjXigTVAGgKZ7RsnufqXuTAMDqU36VxC5QG3QJLJjK2He600X1XUDUFCUiG4
rkeR4nb6UDCNdihca710TksNLjqrcdvBzVDmEyakNoUAK+4UZCcgz7KmvFMU6aNZH8yfIacE
ceECeXqP8S8z1BvkdIg8Vzco0YUXlx5zwGyas5jujQfKhP1BiGqYg/xIY42gDZMBFwniIuml
GBB1OjIT9PGLnVW5JcsdQuWjIGJNx60I+oN0Nn1TiXlkjfRAwkJgUJRgDzx1HQ/tUKv1I0T5
HlPgpAjTdDqO6uJfqRgWOtVoWHBB0COXrQeTtqjED3KpAHWnBDImTBtlUoUcBaIA6bUQMXMj
uU+27LRrtVaGY6pwQH0KtBoNAqBnOpVsRy8d086b3q+TlzqdwhsmCCqfgjaGjsV5mUimsjr+
yji9ODixu128k8RU0ulqr5OeJJdMRZA7nVG0+XDxNqgBORJ7UialPUn3pxEv704jXqKcRNet
AGUh7irozny6OUQwJK5dNalGJtIFNUBCXOe6dE8WBGzkK65gDWOxHhV+OIxZ5dqPH6VTor0s
iqLWiZ2+Ck5oeC4134KtSiIjWrpgWCqHI0XMQBwV1HJcpxqq0ZMRQaJo/arifgmComJQA1BT
A61ZMiHPUuL77BBuUmjipKa0mSA70tRwQckx1D8EA32ocESrY80+AV+TtcOCIx80+A2XObpH
u7Jy5/MyaETJtCeyhGH4mQaUoHRyZhGRo0NU1kW2AKrGL+9EjHGvXoiMePHb79kDlYSG0dE+
IxAHFB8oHuTHPRVzUO6AyeoMVdLKZvr70RCbdepTEuYisjqrXBJ3jQoDh2ZhCOc3w2kNQhLH
ISB4dL+w79FWBqn1QLIkh9mVK9QQuDOq0uTEMNHTjfdUFxQEmDpgQQtXVI04pgXJ1QfU7IzP
aH6EJ6E6pjqgYjXZEyLDqQMIOQhdy8AEZZAZ3cdkIQDADpOLFzFmJV8vvSKMPTnljSUuKMiT
b3pGhP0IDHG6TfGvenJAyldPQxjorsp8uB0h3kBjDXanf9pG414FVkzp5H4lEgmUuA0RtxFh
3nT44gDcalWlw9Aw0WhdAkkiWmyukeXRPMXbAICIfiFUN1AfzIiQEpSDP1JsDsdSNVbI3R0I
l/KoyxyDakcFGYLNsEBkFTS4LlkCR1p+hj0sgQGqjX3JpkR6lqCU+4CAAZVPxWrBMSwTajgj
aNOC5qE6BM4cq3UblG0U2TyIroFIgsW0QiQ7bhCh4BGMQbvzLmRekd1Wo4quqYGvBG4ry8bi
A1kql595kYRe3uxFP215mcmvdQt5MYpXvIWRsxih60DCBMhuU9siTwTESB+1l2i+zrmkfeFb
MvEKOOANstTsB3lSZMOCeAAbV90zx+FUBdEOgIkXDdABpRfRBxGJGjIk06xujjlPn24K6U46
1Q/EAA/MuaUWPeG6AMiG3BZCMSAQ9a/vK7FISx6iQ0CM310I1X48WA7ysxZAZ+E0PSwVS64N
t1J3t4E6ISB8w6FOIUVIMrsgAD0CAA312Rt5pfoVxL9SZmZXfmTgORo6uOiqaHRMm3TOzomS
cLq3KIka8ExIqtdNU4q25UpgPIDQan5Ucnq/wIbA6o4sBtA73/NJMDQ6nUkfKgIG7JPhVGc3
tGspUjD5pTQlPJDJLjS0fTBVnED4ImeQMNT1Iw9PIzMaycMqDlZWzlEHRjqqS5X6kHF1SU4+
JXaEdzVCMpmZkaGIf9u1W3M3wdVmQNnLpxkjbu67Y942QMpRIJ1dkY3j7QjGZhIgsSWKMGi2
4TxEaoY+UT2DhRjO2E5ViJUdAiAJBd04iLJU4B0Mtbtw+iskbgNQNV50MpkcdREcR86JMRLg
FzwNNhqjdEge8OmAkmoDw4ogiqAFSdeh3TnYOrmZStDcSjTRV3Q6qKvxXUgHY8USDQboyI9y
ponBd0Q/NsE5AfdGlTujqWRLG06gr9CMsHNkblB8SmM8Tkka2lSvgIh+wnmxIp7kZxY/TTRY
8AvjGRY+AJzlPX9XyL+oTxRxkytl8EBigBsZd4srYkA6FzwT5YRmTuRqjCyJ4j3p8cTA9UjV
PfNmqLlzXEdZUYYQQC5kHclSwYBDExIGSRag7s/nUZ5Mt8ZaWl2l9S8s5JSuFATw+ZGWaeSM
Rs7U8SGGTmGpLl2UYCNxyERcui8AZDViQnOMSCrgiB3UMhwxMhUDSqhmL2hokDYKNoukwDqW
eT5MkeWMBoPmRvFpI00WW5yS9feiZ1FSykHMCasNleCS/UqiV/VogauTVEHVM9Qq6qpojWiP
6ELUzqrqh+Cqd0TvumFE264MuYONlQ0TRo+iFWkmFZbgIkhimeqYGqr9qtPwW1N0GDbOUQdC
iZAfDRSGKRiOCheJPvTvIyhUju6UXlSw5IQdxkiUA77uVlvcB6dY+VQx2lpCNhXlypczD4Ly
zglNtCNEPL9PJvsVw9NcSWIeqxyz4PJjVzcCaqeUyiZ5iTEZOzVTGKMRhEjWBNhPfn9CPlis
uxwXl/8A5MJCzmHZkjLBNi3PHeB7yhgjzRhC6UuspjOg6kLT1OtQuUVOjIRJeQFabox12KJw
ztEaWxUp3CQHafVu8nAkLq3aJ5c0jvsidwhU2lORTidECakfYpPQhOEa+9WxNFUrWvFB+zun
I3ZHgCxR6kTtoy0qnBd0512CAOiLIfnVRRP8VQt1qpcbK4yZqkJ0QGTgPuFpTYIUcfrTCp/Q
nFZInISIRqG4oZDB3LaKcpAwGQvEdS/DnIxl3ZI+Y7jgE+WBmRRyEJnFdKIoWC8zy2yilxCc
Ayc/BAGJPuqnsmeIAdeZEEM7iQtKljcHAT7jEfUvxoTyYLS8oh4xfxY0BjhuJQk2sZd5Whvs
0Us8IgE1PW6OYRF8wA6cgJg1dUwkKJnBV0GNdNUcgDwnWR2dRPp4vEOMg3bxqMZgEy7QPDxI
WsxFABRF40GhbRENcDTTRMzCJTBzXZdlgD7k5lcdHQ/OydaKtU+ypqEcOaTzFSIi5kf8bCJm
RLRdpGIQyHFER3xntfdyprTjy62S7X1Kp11RtPwZO1RunK6mp71TUahculHQYV61yhPouaTv
uqh12Q2yoG9yYl91QkdSEif1IWHlGqudolgR/FJB8V8QLn4o5ZYyMPc40XM8TrVVqOsLUacN
lcCSNgi+MOdSytAI4MHQue7amqYCQEtHCMsU7ZwLUD3BRcM4chRnEsZSagdwoyltQ0s0+VSP
5lYTaYkxdCAncYUJDIggyHDgiGNeKFgDGqLgMjMR5W+1RsAj4gE8QISluyDysI1QiaxjQKyM
CIn7EImIomIDJoxA4ALmARBCAVp+1UVUxXlZHnlkHshVvqkp5ST+JJ+aupUfV+sySgTXFAal
kMfpZD0+EPzEXSKBzZDllIsCWCLpguHSQOhidlSqquI6HK6k2yYK0hVUTUGFCyMcJELQ0SRq
pRhkcRAuqzSTkxEus6rnnrqFWQ0oqyJf4Jg/vT2kqN+MER0UzWIjAhgoSHMJDUqgosREboXc
xBqPpX4cTO4uXLmqYQk4poiIPbKpiVI1Nxf3IyILlOQ78VTVGUibRo2y8iIux7vrVQ/x4xjE
F6n9qKYm0kbfvIlnGy5QwHFbdaoaDUFVZEkU61QMUGNHqF1p/t6GWTPMgTAbGOM+6p5ssrsk
yTI+9Ry+o/piXKDpKSnbSGMWQiDQWrzvUxjM5QDGOto+ZRy+mhaQeYAqEgXpUnj0BMqdDlOK
9HFUXvVVTooNEOg4X8s94+J1k9OQwgeWX/MpESpIvcDsnMw+5BR5vi9E4lTqKrVtW2Qi7bhk
wk/Ud09QRoOpTGPIXlRp7jwoQygXAAU0CeM6bxUOYREZAtuUxLMKHrTAe/ihhxOKcxbs/eXa
LfE1XbDDWqIvYaAsnBGSSJIMjMgWqzHK3IagHqQ82ZMtxs6jCTMUABRtfejJ0Y9ovuutMiJV
GycN1dS60yqqaJwsEe6SX4OgANVjHp5XVBkDqJHtqeOItjMiVAo4PT4QZDsylzFh48aOSR8u
XpyRlxDeQ7ygTLlG5ouWQI4hB9V7lxTunK6lUqhVdFqmTglOht1LXrWtUcrPI0dSyR7XDxMu
eEo7EOV2SiWk2iujCTa10RBga1pxT2n4oC3Q9aEbXMqglAnHU1B6lGUokCQqEJVjlPFDHGcb
gX1qpQMvMxRGm/7SF7h9hzI+UWrU95CyYHUqMesIOaP9iuvPBihIsW3VwiLwNOCPWhcLjE0l
wREg4GyPIG96EhFigdH4IPRt0REuW12dGAAcjUaK7ddaZdXRDIA8YSD/ABQJDqHqBO3GTyTH
NH5sc1PNOMI+phTG3bZY4ZIC2TXm1pB/mXqoYj5kc91ox80WlzX5PoX+NYTIjtdn+JWS7RrK
rqnRp0OqL9S8zKSIjbcow9FiMIjdqqIyykJHiFDH6uAN1L47ISiaHoDrUFf+GRLkNsmlV15k
ZNxC1DJ0xTkLshNaE4DnjJbOzKN1WNApZJFgDQhMJOx13UZgsZjmKgYisqISGjFxsv1rj0aK
0hHJjLA6hU2V25R34FdSNKsmZiho3BGwBjqnkOffo4exP0+WLwmGKn6e4TiKxkOB8fzqfpqW
ZasfGOzJCQ5y1D3QfoUZZPwMwr5p0n8nlRWVvU2ZpkCNoIeHf51HKA0IhgTV7e+jZISbVCJk
BLgVwVFXplk8If4qMDLkBMiZc2qtYSkdZI48sAYtQ0cLzvTZbojWLc0VDGdYhj8E6Pp8cCRj
rOfdipZcpEzHSEaykU2XEPJJo3aio5YFxIOGRprugRG5u2N7fGoyj2ZVTaMnBcFcWTEadFCu
YP1oEsz78VEHvByUXpXVQt7QUTF7otIka1Upz7PcG4VejTo6+j3piy16aLqWq4hdRTb9PF9A
o+nwtE5BWYPMPlWQ552iLyMiXkf2u2qFiDQhRhLHdI6HdEM1nHj4VHGD2iHNWA7yEdMWMMOt
QsYTyBwN/vJpajfcKIlK+Ei0SU/S6jDG9TzMv8aPZEWf5kJSJNWMRqomMiIxNQO1IfOjERtb
84+ZSqADKnuKlOHbLRhTvFSl/wBSQecvmK5dCHcHV/Gp5hA2xDg7KLSJxx7WN6Mo58Gm48Mv
ChadS0gaAxPKgCGMaV3ZB6y3Kom3XWqr9XRQOBIGmqxg7RGqGRnBUWNzxYFZMM3YGkmpFEO5
Jd/YdOj0V6D0vx6G6H6GRmK5ZvHGOvxI5MknySqSeKrJvgnprosOXNCPnCdomNQPnXqTmxPk
ixiRpOXzKWWOCOCEIG0vzykPkUMc5CNrg/MT/OomAMJY6Eu6tMyYyLkg1BUseWWhBi/D/URE
joUUxr0ER3BU4GRhKMtdK+NX3Gm6ukKuoznJo6kGiMoESgwrHggJB7eKnGMTI602+pYA93ng
E292vOv8b0sxIxjWDVLdpSOKE8XqYmkRBvNJWb02aNki07TrVYIg6C6Q2J+ZHJ6ovKZuiPlP
Z6ev2TGQcHYqgQiQ/FCMQwHBOAz69a1+Coq69FSqF17+imvS3BUotdVVMfh0FugzmbYxqTwZ
SlAnyo0iD/HaiTWI3Ap99Ub4FeXNhGZFx1IbwICBJxguKfs3q+U2MqEk8EATcIsH4qTDmu1O
3gUYxLylWT+IoRYyfj1IQkWyyAD6OB3FEk3HsnqZPxQTbJvtQ9VjFuWWsR3lUfBRJgWO7aJ4
YjIHQso3QIl4PECiZxskNghGbNLR91P1mEXxxyvx425Zf6kF/k4oQwmRaVBEiayZsNmXNiBt
JHDvI+tnXNnF05GlESZCcA0RwCgISvADAivQ3FMvcgn9nToFKrrVU5KB2XALq49NCiBrsi/a
RfZA/nQAPxQ/P0No6PUv8PGebJXJ9PgUAQakAjdlkGJxjiRdjJ5mPiVmRseSJ7T1I/0rewse
TLDlyc0SN4ujQjgx0CLEuUGDlwCylKUbDoyEjrjoTuVGL+XcQHegBQxYp32yYEGj+JHBIShI
9uTUQjI3EUfo9ydeRCAy5TQHbH8yl5hPqfUkVg11v0onBij6aApEyFT+0hH1hOScjRhyRCEv
JG9st1NiYZIRuMTuApTbycsSfKytwUcHr5yGY0hmgOTXvxj41k9TGMsxIBjhjpd3p+WoZD6e
YLsY5eWMYD5EPS+nPl4xG2QG791DJkNmKjtS5DHjFsI0ATLiU/RVEobD2KldXR1ewyqupMqa
9B47KoqqhMRotG4oAV6COIZZcEXySuYPqVLI92THK4ACtveVkpSIIYg8CjEFgKgIekyc8xIe
S/8ACjj8sRlGRduKLxeO3G5atLWKulIyJqTuvLnTHIuTvy8ynOFAZEgdS8y8XY9YkO7/ADIj
dN0OpRcxfcaqWH034OI9vNL+pJHJlxedEH+uOacR/ZUcuGI9QJaWmiAy4AWoI8F5cPSxxmtp
clAYXlKVTGO4TZ8gl/t7Y/kVkJCGWbsaEUUsEwBkqBLZvHBHHij+JIc+aRMpfcUc0yZ5dQZV
coY/Ut5mkJRHd+hREiZuHc0NU/5TqVejRadDe11dDojRuk9QWeRD+py3WmlGX+T6nPPHDHTI
Icoohl9PmGfBlcwk/MPknFWiNZalCbOxpwRhLeVzj+FNo+qhYSSdeoqBhV4tN/F8nRqvUTF0
TKItI117ixebIeaYi4Eh39g3yEfeV5t4tbUKZwmM5xPKJ0jIKU48uHOCZYyP6eTv2fIpA13B
2WOGGNggGkRrOXeuUvWZIiMp8uMt2gs5uaUywjxKg7iILxPX35Skgz5CxEAOAX44ljAqxDOj
CMLAKDih6vM8YQqIkdpAAMAvLlOIkNQ6EDIBP+TddS1qm9iqHsap+ip6MmUnYgNxPKsOTEb7
m82ctIyl/UWf085y9O72MWifuIY4APEc0tYyPyIhtBQIC21gzaJ2IPHQKMjAgS7Mu6f+4hcT
aDUDVlGMJWiLNEogGqYoY/SQlmmAL5MRd8t0kMs/wscubmkSQ/dRx+ZLK9Xl/L0cFLIY3SPi
0VssYERwqF5mAASiHtFH+6pQzxladB2WKMd5VPFRjEuZFh8V6fCR2Q0mUndpF0I4ogsDdKXc
j4Mf+4hPDy5O6O9H/cyIRzSvhLQGPN/20ZZcbyhSPH76/EyibjkgNXHiXJARgSBoTb9clzCM
soZ3RjQ5BqAaxb5UG02WibimH/056JQZ92QuHK4LPUxUvUY8Zhjk0YkjgPErYl1HLJoxnWJO
slUueKIemodeWZmyht7oK1cqmy1ZRl66Yj6cAk1q47qGP/4z1GLLhhUQHLMIX5TXUXBh91RH
qiJ5PEOitQpW5ZwPAFEZMsswOl2ylMAiTVbdRyjsl/gVzF2QmQ9pAA6yo45G20DUKGaAJkZN
xuQvFxFRjNBGX+pO1eZkGhf65/8A9ajnyE3yrcRywA/0lZge0VmT2pE99RixMX5mrRW4XBJ7
LP8A/qIE4KbTG68wQMJHU6FVOiJgLpAUi+q4H9aJd3/+pZXY5WSWP00PxCZvKTPVPMeXhjWR
NHB7sVg9J6cgDDBjEVZ1yvTQ7K7tXVIQxTNokRXg57SlhBvjBrZN2gQiAOc68GQJiIlgGFNE
PPi8Jb+H5uVGeKIj6jLIjGe/OD9tXuITmS3ExiscpBizfZ0FXEh9+DIY8krZEOCey31LkPKd
1MgOA0geB6DlJfcsp3AGL70KnjxyMsl4lHEKyEVCMZiPqYRF8Rof/wDROZhtbQeb5vLgpMCM
UKQ4f/fNSuBjkYGHul4llxwoDU5TVj/prm1YaUqgSHI0dcEAd1dqRsFXQo0djsn33TRr1Kuv
Doppsq6dLKns1/IFvh0dYVNVjBD1P6FPLLswiSWU8pPNIkuVX7VSrUbgE1H2RBqdqqLFjuGU
RCQkSLpEbE91SyE88yIgCs6owzAY4YBaIggyk30oYxilDCZWwMmAAUcQ7oZ+voJZ3U/SmQED
AgS2E1kwZi+TCeSevKezJHLm9Q+I6A0CmIOXDA6OgBujNgLjQjgpM0X46FGx45QTbIaj/wBC
ll9VKUiXkLdZTVxJcfaExlcAoQNLiIg66qODHUDtSOpK5iB71qAQmiRTfUK6f5iixb3Kxzdx
TyBiQftRAkRIvVE5SQBRP9idcOh+lvymlEG21VOii9OdjNvzKOKBt82VT1R7qjuG1Qcudvii
ZsSdBoiDX31RI0GxQlON0ICoFFyARvPKNkRjH4mYACTjT/qzxrzIi7PL+ljPiHfyQkhn9U1w
7MRo/wB1VTOURxo6E4kZBknQijOoRyQIJ5SNmKlly5KM8Xq3eRx45icW0FKqEJgjD35DZR9P
AmUYuXPWiS1FM4exHlpuR2+mOLBFySHPhChMyOWcang6D6nZA+WMkQX1ZkZRiQN3dHDjka8N
1bkBagff7y5jUlXgG+R5W8QVorLr1XmZfUyG1sSygRlk0aN4vqUJ5A0pRcgdLj8vTfo6+Kbo
rshmzyMY4TfFt5d2KllyMMmOYAbrWtTxTg8G/wDSgZD4t/Mq6bKo3qpSDWw7Qfj4VdfDFa8g
Z6JogRnIAXAAiAj34/3F/l5ZnyscdhVvkWbFkkZQHNjJ2D9lSyyqIt+dedN/KluNarJ5crsb
ARA4+NYjGTTgHuGhKxyytJpATB/ZuUMeGQGGdb4nh3blHCRfkkXPBCTM9WHD50+6L9lZMUDc
CRIdV3cVMU3cBmO6EfU/+3xA/iZJ8oiEMHpZxidDMCsz9SGTHK6J0IXu3RlkL8IjUr/HJEIC
tsf/AOSahnySt8ygUpYoyGWA5ZM1zIwnE3nS4NzIzzUmNDoFy04PUurSXO8n1UIDWRDbDVRi
NIgD7E/t1/JdXs6r/HiXx4tRxmpelAAvk8y3MYjuqg6wE8RXQvVkAD1kFONtAhdUKIA0P5lE
SgHLcvdKAynHjtqK1dSj6bIJkkGVpcsogO0ol3VsQWJrIIYDInHSj1cIUfrRaofTrUm0lwQx
Y5aFyJcwf6FEkh5FjM7nwoU5z2igMmSeXGQ5MRGkj2MaBwxvEqeVlFpP9uS/z8sJS9RSXlz7
n/aQz5gIiPZLfsry85jLHk1HWjPGCcjExJlujHJkMsJNs4yqG8S8+OSJxEOJbAfMvLwkjGKS
n3pfR8iAxliA/WViPqXyTjWEJaxihPNMYpSLQjKhZWBhPu5BVX5BeIMLxw+lBy50oKok1J2D
fwqBFC7k7UQHQ35Hr9l+jToLa7JzqtFZAGMsvKJ7RVt1zntHdD1TAxuIk2rDvohw2rn+ZNhF
oEQHZnl3pWIGRselUwqXNVECm7qJfnfUqXqfUynARFDE2hl5vp82SMZVAPOC6MDkviGDig+/
FXHtRiQ3WpRIZwylKQeL0kOCAA132+8nLFDJCg33ijGX2x5goZpuccJAB90Q5jEjUasvJxRl
DFAtG7Ut3lGXqx5ky0ov3G8EkTGhlQk6lliMYSOCJeco9l+4o1cd47/srLkwg8gYS1tKMpFy
S5KlDJKUcEzda7OQnlsGZTOQGQIDBCEwLIakvdLwwkowyYQQKjio44UgNA+iyYnaUhynrUru
2Cz6JvjpVSlI0gOyn229yb8q3TTop7EsWQODoeBRw5GBjWMhuO6sUJC6Mocw4upZvT8+HUxP
agnoSnLU1WlOLprQaOPcrzMQhjDmjry8hJwirRLOEMUBJ4R0ZzFZJDKYZI1BIe51OU8oDigI
Zm7aHl5Izfgap88hEa11/ZQ/xR+EKVDCRQnKMYBmcRd0CLrX25QHU88o1nEiDMeb/cUcBAjG
BuOxVoNCPzI5ckrsbv715eIG0AAcAhiIeQq5O6lgmSBIWneilLCXyyNJS2HhWbFij5mScWbi
SoxnjMMZI5jv4lhnii0YuJlxGP7KpoUCKUYhllykkANF9nVmGk21RllcElw6yZO8BQ61UYgO
+vFEk24wASdUfIiSJdqZ7U0P1fk29rrVfZoueMZbVAKaIaI0A2WU7Wt9qIgWYvTdVuJ2Ty5e
HWtbGYURMJ8wLjRijIzLSqQKD9hSgcEMhl35dpDJmDwkSZQBJDFDNAmE5ViAQWf5VHJAicho
DT7yE/VEibOSOyAiPSYni/KZ1qmmeUGgAoJIgsCNKoRkAQzaF3UTCAIGplWQ+qSx5DRxoFy0
JFHQ9PGJlIBjPuuiZHXskBC4CXiai0Tg11QMiCRoeDo+nyZbsTXwgA0WUsQiRnmR5M9Iy/2k
cfqInCQHFLlH08Ock3GYDXP3Uc3qJCO5J0DIxwE2xp2XP1qeEHzJyFLQRKJHjihPK2MzpGA7
ZQiAwjqNz9SoAFT8m62sbTd/ZP5BkaPLIbRwHzL3b7FRLkZa1GgiqFhL7K9+StJBt0IRccx0
+KBJeWgI3QowIomymUXGsR+4oZ/TyulJovLUEf8ATTkudg2y8sPKJr70ZZcZxwmWiZ0r4YoS
yZIRuqIsSwR8vLEvoGZTxeSTKHeB/eRz5xdAR5oSF0vqQlCNsDoGb91SjAsSGBRllIkWp7/E
uzzjQ6ImFQdgNFKEoyDFjIAiiMsWSXmbi7lWTJJ+0BbLtf8AbUJeshfCB7wq31RUBijEQYGD
AaIHPOMb6Rcs68sESx6mXBkYRJGCBIjD+deZniTwgdCEc2LFHHMhrohqIZm7Qa7rHzLrXUm/
Ju/w6H6G6NOivsO9ES9NujzY5ABjJcPQr9DogVIL1VddhwRFrzOh0ZOSHk4I3p37kzPVqqrd
XwQraBQspmOSxuxEnVv+pKKMssvLETU6v9C5ZA26zJBWLF6PMMvqsMxMQ2ZDFaZ5ojsgct31
qRx4rcsA9h0t+WSyCcL/ADSWANtvyXrHZOcXrOE+aIP1oXAHblRF1jbGhRx+inPLCPalkH4Y
+S5DzBzEVZPj5ZISmbZbnb7y80RYtQ4xqfCgckmbsxPd+6rjygHQGpQkTdGrPsyumTaCbA/7
ygQbpTowfvIYZR5BM3R6oqLBgFKUjbHT7VC3tR5otR1eacXVmE6dojVXye07daMjsHQyAMC7
fkfd+REdQABWpp09XQabGiyTlyY4zeO2/YUTjJJOoKIBNw12CjEhpir9RWL1OQchkYxpw+ZH
gS4YvQoCIbgSq1bbrVzMHoNqrDkyRBy+qkIsNIxIuUsIdoUlasow5SYk3DFVAxNpGhGtEM8R
c1MhPFGA3iaDdONlECREQAAAXovNjAxapk7SkyHqP68SCJCZF0B4rlbi9R5MokPE976VHHGQ
mY0yBCcD1siJUBQLny478CmkXdWiQiAWroo44geVIWzMdgVjEcdkRTzBUKOaJMscBvxCzepu
ep5TtcmGiOA1hLVASoAGCbGCI6HgVflDy2H/ADLRuroYBhwH5Hh09ar7DcfZdEKWDGfxISJY
6GqOPLFpCiHqvVk+bIEwx8fCtWuOuwWI4pecITMjIi2h7VtywwhFrsYlIPcDIrUiI/MiAKbe
7xLFGTGEDdIE6kKOLLWWobtRI8CAxu8Xc8X8SnnMrRj46I2k5K6Cg/bUcQAhGQcRe4sqRBMg
wcLyjARyMREilfnQjKNpiaxPKXRwTJeQuIdhEfUsnp3Ak5HvXhskxPUVgzwNJsQ3ELHnp5My
BIjZAuJRkHBCMZ80TRipZMMgGq2pYrzMmQR4UWP08o+a9JCOrf6k02DGTjmxhEVUcLNJnm3F
TnNwZEkD3dhFgS2jK8hm/SjjxwJjE68U8qk1Y7fl6dNfZ06aJ90+TIRjyBxF+UFSjOAlMjkk
2yulIzIpHgAoY3sulWWwUPTAieOy0kVElbAvGMAANGbuQVzC4CoI1RlGh2A2+4h/8h5hxZI8
wbWY8aOXJU9equFbixiz0VkJNjOsI0ioxG50UPUZz5t0RyzLiMir4wJkagu4H3Uc+QFj2Z7D
7qmcfJKRNplUSKBlJ3PMDq6E8pfhGI3UfUynIRNZx1p91RyemeJwzEWOtQpQm1oJjXZ+8v8A
EySOSMt/CjEjZERcDdDFmz+XcWFeaqnHJlEiADaKyMT9SbHER92vQYxo+p6lbHTcqQjMGUdQ
OK5WqmX61r0dXtV6adD9L69HUvf0t0P0Y80Q8sb3Ha1QIxkiIaJALn/0IT9ZLyIigjDWUvHJ
Cfp8x15rh3e/2VHBjLCIYPVYfVM8Kwkf4FQNsscaEykAX4FY8EaRZ5Dr7MIIOKSNCh5gtEuy
TShQxgA26yHedQt1Ego3VoC2y1Y6rJB3cHXZgusK7OwEGiCKU+f50J4hR2GzFZb63RZ+BKy4
4948pG8o91er9MJWTjzmOkuVYPUGQOQny8gNC47GVQtkJSIF0tkJ+iDlnmLjGUj/ALa8z1sz
jBNY6zX+SJzyyLwumdAO6nG66k+7OT1BGHpi11LuJQF5lEVMuh/yGlU3sN0ybWJY03XDpZNt
019gwmHiQxCEISpoHWupTAuGVzn4cVk9PliZkwdtTcOzZ86kDsbWOqlOUQY4oGVRuFOGYxN1
bZGsfpUcfppGeYFzM9kDwIZMj5McHtE9JH7ylK0Yw/LA7g+BRlKpiaRNHI+ZTjlBE4FgDwRm
/LGkhwWgtIJJ+CGKFL5t7g6yY8AAhEgRY6ty+YgCSQ7shijQy1ZfhSsjDlFKk9+clmljiDOY
ES4uC8wwMRPmcdll/jeoPMWEDo6ZqIKY1LmQCtlExIoC1D0ZMcC0phgeCEHjaC5mdESYDzJa
y3P5Hq6dfYr0MURxTdH60AKjiitV7lp0vvxQu1CPppXxyCoEhQj5ci1qiCQd2dQc0J2U4enF
3mEzEQHZ1nn6qFkZxtbvI5pAuQyEZYnehMqn9pQhENjjsOCPpSfLyxpH3jwpyIzgKhRaAeVH
ZEgW36rHDHEnEzF6uj6mGMRyTDEaAP4Vl9RKQlihWIHaY+NShljO7LXFkgLsbeFebkyMZA0i
KB/nkpCBfwy6/Cj58TGGMvIEfwryzAGJDBxUOrM0jHGJEgtr4FGTgiQoR0CBodgd0ZSIjAap
4O2xIZN7LLr9mvtcfaZk6oupaLRVV0pCMeJVMsTXiuWBnHiCCEJWMOsoylAEDUjVHGxxz2Mu
99KyyBtYUPikmkQMmM6AdoFYfLjC6crZSI5hH5ZqMvUOYTIjTb6l5vpT5gkHEQdXUgY2zOgK
zZWbLCJtHF0MsHGSJuEj71DMe2OWQ+ZANU1RADNqd00qtunBodwp4ZFrokP71P0vqIhsEmxz
1uj8qlEUJoD1lC+V0YRJPzKeSE44fTmTXZIoxxZxlySFYig+4o+rx64ix9xQhkraBaBsGX6k
JRi8o0FWt+ZRHqMl3hgU0dBp7VOl17k/sPumdzx9nRNsh0MtXVuQ2y47Fc0gB70wmJy4Rqrh
BydKomRYOzPRl5U4kvUV0KnDGTN6838KMM2HlG6EsMjGIZxshkgDjmKGcdSUMILzlRjqu1+J
o3UvS4bmlOYduCwTJ/DIIbZwrSPMxTIBjw+hRkA1wBrrVTgGeYID6KJxThMycyHZET4YqeH1
uOwAXxf/APcir8chIPsqjVH87JhzQlWuyjKLjZkC2yONzCRItI4qMc2XL6gZH8uQ7EZfOjHI
BMSm54/fV8ZzjOrMW/hU/TiRMiNXeiniDgQNsRLtEDlVBRHZ0CYgkaH8k/R1fl6DREDUB6qs
jEdW6pqdt0TIOIav1pxx0BTwJyTmXMpBi/hQlklaJjagCMYdnQEbo4hJwNxx8KkGd/zIymz8
Uc4iDBmMvCy9IbLpCTk9QRMI3TxFwNysfqc5jHHDmaWr/eQncMkSLgQvKxHmqCDSKvIEvUZK
Qx+Ef6iyy9TlunYTEHX6II+jzNDzJUnxmgDQih9yJNeKiXaJDV0TyoDWPAugxf3K46R/Sssp
ULUPBShJ7cjTj1pwpiPaMSx0qyMckiJSLF0DEiUZVcaKoX6k/S/5CiqtVT8qZDUak0GvZQnG
oGvvXLVqEI2VIDkIUqKvr+8makjUvSifILmBtGyjPQuW+CL8XJTT7MuI5WU8caR2WIQ70AZn
iSgSK7dSIkbtS5VsQR5ciCGoyBkLTKPKOr5ljGubVwOyPFJf5cslZFrT2jb4E8pCAFCVBsgl
AZIyvHvuQkNKFkELqxAp71hgJNGPMRxZeri7whO+AOoie0vMNTIkkbfKvKkC2SUQ3xWIGkGE
SdBFAguOK4oZsIGP1A37Il9VqGHJPzC7/T8qqn09jin6Ke235FunrVVKgLuUeDiqDStf+pMV
oPkTHUmnEx+ZXGj0QMiIs7Sd/uoF3k1Gq/1oRxy97IZshcy0RMwwiGB4qIEboGYBbhFCI0iA
APcnUidIglThkxHNO65iHlb8iPpsGE48cQ8pyLEN8qyT9PKQsAqXIf5F5GR2fltDGX7CsNBu
OtQGjkVQjlgxjpLiFQsR2oirISFSzFSMQJWhl6qFv4hAAPES5VHHHPkiBwKxWeqyXSmABMgj
6orLGUjknCINzakfIokZJZBI6SDWHww9j3e0wF2WXZgFD0cYkzuAIj4j3VZgaWY0MthLvQh8
6Ob1FXkRGR1I6ff0V9gt7GnsURdMdVMA60IVruaOvC9E4cmNdaSRk1sQKU1QBJ1dDin0bbig
bLCBvwQHvpssXqIY4gCQiSKdrvJxuNU4WXblP6FLPlkQLmDVdSljeAd5EbQB7KEYioAY7qJD
MRtqiTqU0g8Ihy+jr/FtIEI0m1JHwXLPNyYZAHJNESSwANVnyOGJLnqPhWT19t0YOZV8P9KC
x5jG3zIiVvB16ayAljwyvkSWTEODxTAiPUKIlwW1V0S46K9FVXXolPwhx71l9YWOYR0Brcpe
oJ5613vyIenxEyGNgWcgTP8AVXp8IABEA7eI9qS61T2eLqnsUXD2P19DspEklqurhWrEbImR
YCnxQAjdIakpyTpUbMmhzPsEPN/DuqAdShLGGENTsF5kDC2Qq9KK6UAKcsX5isELYsZAkAtb
4b0IwjAsGLvRG2yI2JcoX5IjExE4Adp/mWUz/FhkqQNYf21LPjFYRoQHkf7ibyoPxqpeqkBF
gOUHsj5FbjiZS4BZJ+oiIFuWMjaXRybY6SY0uK8wh3oCmiebI7HgE+q5Xu9WQ8TwdYogAWwi
Bw0WUkERxUJ4/SjHHQx4/wAqvnygVbi6aMHvLN1ogG23SMQ+ndVs3c6FtkCPs9iWTJSMQ6hH
JkGHGDUDtyb5V5hn5OOJeQMgZTMfll41LJhgISOxqT86nPyHlORJnOtH5VGI5yacuoQI32Ov
S3scOhuhzoNehj0vsED0FwHcsVz0Gi5q8ANFbGp4aITyyGOLb6mPyr/2wukO/ILmN82YnVA5
Iucwum/X4VOEbp+V2cZ0liPZniQiAYSBYkh2COIzOONwkMktRb2VE3RObGGyAF6jv/fXF+iW
N2JFJassnpvUgctDMdmX3UfUYrjEEXYIAi5/9OUlOfrMfl4j/TxCrRHZvyR76OSOOMIxDAjV
RBf8XY6xxxRjCkXurr95R9IebAQQY8ZqOeXLCUzCMDQtD/qWyUMI75ZemwhvKx9huEB3pfWo
nZlQPcfu/wDdV0BdLYn+RV1GyJdiasaq1xcN1GJBDmhZE/BDrR4oqEZEyGtniPzIyyH3DqTd
BtDCNZSOgCjnx8shWHD95GOTGPNEXiYnll4VCcwBMh5AbH8g/scfYJ2QZEktJcIigRMp2tpx
UfJAnORZyH/YQl6w/hgmh/kR9PhAx4pm+Pjp8yiNyQsIIqIRf7EC9uWFccxt8s1LKbDKJ7IB
r95HBkYeYBMgbLPzMYwFONVVSk71p1BRlQg0ZYsttwzC0iQoJ/MpHyGt0AaqL4ZQbjUn7sUT
ZOZjHljpG9DPkkMWSIYRFWQjFyRFiRuo5coInA3As1Qh6mWQ5cMyQJGnl/LYhDDzXBroijHt
c0l5EA/lRZ9HLJrTCUBzAj+CSMZxaPAbv2UC7Nqmx16ygZe6qeMQSNyjCUafYgAOXj0VRk9G
WSUjpK0e4Ls/AFAmoeo6l+BGyIHZlqUDlkYDaQ0H3FbD18p2hwBy7d1YwWvxBpNxHZkubTRU
Lt7VfyDo1pwTmtWUpSpAkgE1qiAw926nKb2RYE9ZQ/CBkN00WEdlgsJ80xIkO7aOzah63LTB
jPK/fl0gEODsVMQJLAAjgs0JUnODRPu7qrIgbjZWQLA6tQoW1t29yMfTxEhEiYJNf+2hi9R6
ac5jeH816t/w8o2uoEBH0uQEauwdG0DCNXkjknLzM+MhrpmybdtRnj9BIXayEoiKnP104Y8M
QbfT4+Z/7+ZSyQFoiTEDgAskpb8rv3VL05F0YmmTcA/Kr4FzKpfRbaK71MgJnswjWcvuK30m
AA+Of/KpfjGMZd2IZvpUCc8iIUHFvConIY5cYPMJDmb61jnHMITnTy5HmiVykFuCk5alVlL0
uLJtEGdhUso+ojAB2iB4ypeaailkTV1+B+Dij350J+hRxQDECp4lPKTYgA0RqSoen9LIwmZM
ZR1WKPqZmeUhyTrX8g/sFaU4rqVUJkh5ZTaBqiSo5CObMbvh3VU1Wop1qPqMUDkxSAiTHmtb
xLD6eB5YRD/UeaSqUEZ5JCMRuVl9VGUpxnUxlRj4oLzAIwtZiaOFdGQYaDc/dVoiZkSYkH96
ChORtGQA161PJgyXQjJiw0IV2OYkR2gCrJAFtKq0RB2JUsUpCM8hp1BcgNoYH39221ZRMkiE
2D7LF6SJbJlkDIjtRj8qmDRnJP8AOhOJeM6gngo5BSMhZL+RXEPs3FWY7T6iQdjWyPitUsmQ
yy5JdTn91A5IGIOjjp8qlj3dbp4lihjhkmb5OwJZ/Epejg88toj5j97vIkmpVVLNKRiSWAG6
aIEiHYnZSy5vxHPZ0DKGH0+C21gDv9yKjLNkjLIdA7S+8pRwzGESpcDzKPqfVZJZ8sasey6A
FOr8gGDonTgq/b0e/oeIfitSAeCyYcfMATO0d0DtSinkGg/MepY8HpgZ2REYjQCiDSsrQRdy
q5JPIbEogeokAK2ngo5DE5ce8jGhH1ISzYpQehIr+6o+piXGUtCOpf5lfmlyg1jpaniXgRq+
3yq0PKNwETHVv9xZcoa62zG1a+JQjk0kXlLVQxY4uaRi/dH+ovVejMWtk+MnUuh6iMRjy6kx
oEZ54MAHjkG/3FLHgheTR2YgqWXICcIYEjRAYO0S8m1lb2VCRpLMTKSy58kHMG8iWotKlfFj
NgT/ABKMYUhEMApAa6j3xXpsUCwnzSqxovPxzMZSoQainhXK08p7ZGv0I4o+ncEsJNcuahKr
QbdAhAPI6BNj5sxDSO0CUZSLyK0rsrTXrCOJgJSJYnW1Rx8G03+pSyw1JDnqQObGJzI0OyGT
GJYZDSySGOMjIDeRc9FfyPWidgiA494T9FeiXqMYIYkdRB7XLJGYDA1t2CDVJIYH+VdkCUuz
E7DxTREAfU5Zcpn/ANPGf9tGeaL5CbThHb+teVcxkOXFwj/uIR9RJ5kaguaKz0+YxwVMYy4f
eXlxlftM+GXyIwiQ0TyEIDsgbRohHrUvVZ4mII5XOv3VEyjz5S0I7o5byCWqBpFQlEuDxQvo
NK/yqQyfhCVIkAXD6lkxRkZylIPI94umFKgv7lhlbaAGj7gomjAih4BY8UTqbrU2gWlV5TCU
TG6HynvqeSXcqAvURAcg3Q21UfMhZEm0RjrL6pISyEQnkHLEVtiAuckgVAB2KlPKBHFHh2pF
G7O2QC6MW/iUpmrn86tIaQ23WMTcCVdKpokAiIFQ9pQEanGGc6rtXE68R9SNWA6G6Orop0su
HT7vb6kQTHdhuE2GBkGrw+6r5ACYHa7sE15nJnJ0mfFdNHHhiBOTUblj9SGTI08h2PX3lLHh
EZZz2z4Qo5cvNmyl44ju/eRIN8gecR0xP/01CIiBIaz8ScoY8WMvKtxBYDxISzHzB3iKW/21
H08IkY4xcy2+WK83J22aI8IWNhSY1bRlG6QuhQjdebl55RLYwOxCPy/7iF0/gFkwEDmFDLQF
SxliYyMaaO69PjIZoBx7+iUQXliiH6nTlUQzQoQBJzw7yyygBPluA4tzcquxZDEO8omnMseb
DO2caOzgrLLzXAcZpzDH6IQUcbGEIitOHfRESwflo1xKMMlZmsRuH701fOPmQieYg6FH1QgB
GAJkfFI92CeJ5g4ECa2oQi9TzSjrF+8rRuKncnxqNKnXqVv2qh6XP5JvZ6uhyaOXQhheJjRx
snzToTzE9n7yBxVmaXHT/tIyiBkme9sECwM594CrfIvNyReUqRh2jKXzKQEvMyRHNKVBgbuI
RkbMYPIBrMntZcqHqIF445WP4rljx5YiUSCwIcEsgIgACgADdD6QGnWU++6nIlpYQZRrRQi7
RmWluuSgIovMcymaOdFSiuNssZneZaRZ7kAzAAMFKZjywBkfgs/qpRYZZMD7kw1KkHcbLHkd
zE2kbEFHBe4k9r91+4smAAXCRkCRr95RAYEfpUxliIwZrYBr5Ed9DK5iSeQCtEINdjxyLDTm
8SOST12d2CyZpDtOS41AU8bAXOBWr9qPIsRlSrEjrVBQVKpQboZGY7oyxm2TgQ95UTPttze/
2OPQ6dV6OpO9Oh0266ug9MmdnNQjZr4jqmkXHBAyLgU4sETiD5JRParaUMmSBllP9MdXiWTL
l7QFwJLWD/bUxilySrIHvN35q6RIJDUowX+JEPgIYvrd2vMWAyyeW0u0nGnFRjMvPJSMRWR+
iCBhF6OBLZ0DkyHHjHchQn76yel9LEyjEESk7knwqMSBIg6U5UIu5jqtAiGZNt0DFE2zyyAD
1UYDQCvvT6U1XWgNgXUjKsQXiR/DJQnj7MQ8gKa9pGGWFsdm0MfGjnlDnmOUg9SN4Ms+blgQ
Ox8i5wIkMC3FlCMAXJYvuhi7IMWA4ICEfMjMbjX9lXYxCeUkMNeY/LJDnE8jNMR7pQkQw4lG
ZLY4h5HuspZMbxxYKxJ3l3OVY5yLyIeR4/kTuV7+jWnsMurpkQXZzroERxTuyAFPm4K4SsIH
7X1J8siToOoeGKcVG78ETo+wTqqjjxAnJIgQHWscZVnCIjb4pBZPW5+bNPsRNRjHyL3L/B/+
PHapkzbRHfskpeW5MYkykeYyl4lk9VGIMcU3k9KyKFWO/RTVO6b7VixVJxB2Gg+tOVzabJxu
pR3IUrqm5gFOGMkSlExkQdJFGGSR80EkTNZR+n5EPT5x52HYgNIf20J47coFQ+sSvw4vLIKi
LnmWARi8pc3NQxbxoQibcoFD8wV/qTfMHlICPrMeMGIYyctaf9RQyY5CQycpgKP/AHYqccmK
LdxiwKldMxgQ9hLQiF5OPHaSXMiXElhqC8QXHst7HV01VOkbKnTIRDRc0+Kc6IiNQriObQk6
FSlEfApz0Ft6FGiYa/qU/U2nJPGLceMa3S/6svkV+eV85FwB2Y/LBPIsFKINuAayB7X3l+HE
RiKdZCyY/TRJyTFoEeBRj6mYjiNRAAGUv7skWonTN7+gn7V6zJI3EStjwA6GWo93UipxiGiK
gacylZEkkmUpbRWNxzRixPH5UIzAlCbgfKVIeWMvpchpIdvGPmXnTyR8t2jI6uVLDBrcnZlF
yW+pRjlyAyEQzOfqQzSlf6Qh6CsP+2vwrcwkBdjnKynzKUsWCGOUyLiJXU8EF/7g+XGWjaAD
uqUYzOaYDMNz9aOSWI4wZAREdIgKEY9mIYHqVdE409mnRVVVFXVNr0/rR3VVwUzEUuLE6mqr
Ras+ijaXiwccEWX/ABWvvRLuBQJtv1Jws2SYBIkwkjPLJj3Y6yl/bgo5M/4OAVjiHaP99CEQ
2OOmyAGiaJtPFcCnTip4JyGkdlRSkaAAn7FeQLpkyLdfzL3lP0Hisxy7SaIGqnlDsQ0n38Kh
YWiC8gauE8Q5dwiJHXZHGWxZu7LukjxRUj60NDGOQA1kT4Fj9P8A5BMZOYxIHL/t5LkJDLfb
UxiRIn6opz6Zx/0594g+OKBl6e2U6XVIFyMcsnjEmMbaRLK7K8gKkR0r86nkIppEbfUgDr0M
qJ/Y0XBP0cekJ+ih6JvWpACbiqfB0AaAbBFqnqQbVaaalA2yJ91FaytjFjSgQwenBzeomXmS
OTG/j8f9tf5XqpnLmZgCNPm+RcxYSqwXKKKg016Kaqicm4bL3LgN1PBjx24pggZne8Dt+XFY
45O1Dl+B5saMpUbQlfiZox6nqgcUxMS0bVVr1KeYPzFmalFjlHtTrJ+K9yjLhVRygG0UKEwK
GoUJGTZIlvePEj5sI5LtZ6S/aQOODHcugRjEiNHqGUhixioLBtyvTwjEzMom4xFQ5575Iwkb
cUA9x0J+lXAvh0gT3j35+y2yf2PcupdXS2vRXoPUusqcYVkZFuCF4qXoKo00WnUB1okhgN1D
HHQntd1QhEahpkbyCMWc7DiFdFg+pPBRlkGjNVQjjgBTgrpmmquAIjsOIQhH/wAkzKvRXoOT
NMY4Dcq2Alh9EO+aSzfL9CJnASx4B5cAQ8XPbRyyNvp5ULaMo/4mWcMYo3ZUJHFLLM1Fz1QG
aIxTkaRo6cl+LKMiPw5zAnLdRsDADQ8O4qoUdE4ovLcdSGPIagqRFTHb/lkhGc2ias37iEYR
pE/nRJlcT8AExNDsqMH2QwwIEslBEUp3ljhvEBaqq6vaZMupMOiq1on2XFMVqmU5SaEpEmSr
LtaAeCKO4kWBIdQccwrIgUPyoRau5Cj5AYgg13UMgqKP8Ux1CtFX1dAmAIGpaiLpo9kaIgb7
qi/x4zM5jtGNYQ/uZETiyxlGJtJfveFERq2pWrbk7I4fRQ/yM25H9OP15EM/r5ebPbEP6cUI
4xzS5ccRxKhAlyKyPGXeVssvMKxw8B40DjxG8HnynRXzlCL8onddMAKOSAnkgCPx8pMQB/tQ
76Fxd9Vi9PMExBMoAbqHmhpzqRwH0p1yahWz31CujQjVGMN2d0SaAigXV1LmCBh2Y1JHBEAX
HhuSvM9QbpcNh8iGzdHFdR2VFXo6in2HRVV6Cg2/Rr0P+dMutWXNwHEOhkbU2/Z3FHKYnHEB
2kO6m0hFWyjbsDxC4k6BDHOpFCFcOzu6IlSJ1KADRiAKqnZCYDoGPATE5DzTFJK+MpREtSCa
lXReVpcbxjLxLy80nMyCAyEJyNhPMAWJCtwQGOO7an6lcaBqo+p1x4Tbj4GXjXvWTF6cC4Un
I6n5UQ5A4Gn7iEv6kvEQ4H0xUDnykjuRDgA/QtXEa9awTyBxiLgg1+lAAUAZdSALl91dEu+i
lkmWjEOUBIWXG2NdPBejHhxQBY/+aojECpT6Pom1RhoNk3FDh0OOiiqnKronTjoI4oBdar7F
UfNmZQxk2El7XPcV0qDGGxvxKbJoNIoAMFZkDhRIrE6OOCI0u260IPQV+KukdKMVA6QbQphQ
J91+pfhwMpRq4QxHFKESXkSNT8qEXAlrEQ0H92ce3kQyRPly70jXIfoQMpSmBQGRevhVBUag
I4oTsE6Slvb8qjhxgiMfznxyVxqAHWbPMkmciYwOrPy3IHISxDOKlvkRHposT2pHtfWibTkz
d4mto+buLkIMRw0WWUZwlgLmETQiXyq5xIRJ2BcISy+nldS6yrfNasccU3diCO1GQ5rJoDKB
GfF6EeJTOPW4XN4UJRNQXBHUoZoaSDSG4mPEv0BPsjR0RvsysZxu6ufTZArWvQSKcenSqr7d
Oii60DotUTAk5JGrrmami6z0MnHdV7cg73FCRIA3JQhDJVgWYsB9fYQhAvGIb4qumyapJVrF
+K2D8UM2OTguGA7MVCE5RhEHtA/iSH9tQnIWYRpfWUl5pcQGl1HkP9OKj5DQcj8MB7o965Od
9ff05ZW1yEzjL5fAheHA0GiJPJHSOOOgXkwBxYpMMknclvnQyY3AyFoR3Ld+KjkiTETqH1dS
Akw0kNChYaxqVfDlGSIkBtcFF5ERMqV5QT2sWRZwQ5OOVj+5MAXGpUsBkbZh4xOlwUZmUoF3
iY1Lq7DOExwIa77iBzWjJuI6dBkPeE43TbBcehun9SBNbahda003VNFXZcAnXw6H3Gq4Puv1
Kqc6/qTDTo4Jt0R6mYDjsPzS+nGox9LgtxCourIj5YRUchiQLgYxkXH0WLypSblcmIaD+HGp
QhkMoycyJ5rJJsee3EBb5j2k/PZFQyZ8mScy4lORJL/JCXcRjggMeMikjWR+f5Fiz5s0s+Q9
nEGdvHKCMM0jjMh2Yx5h9Su9PGWSci9+Stf7SlP1n4pbkxjsv/uR7iGKZ8zMGlbEERgPAiTQ
TIYGjN4UIfo6KoZMcXhjrJtQPGiBVOurdX+paeOIFgkXYD/TQiDQPQaoXEaUJ4KtOCtkLckS
+KfX4VGVohKNJb397sqQEYzEjaMc6GQPdQzYsPk5j24zaf7HyLHnykemhE3AbGXg/to4YGwj
RqxKjOLTxSj+Jjdqf7aE8UmjQWHtRKfZNum0bZMdVw60/t9S4AdAPBU39jX2OaQDa1VomMkv
DGqErBi9ONZS7UkcHowxI7cRdJeZlkXZ75F5Kcs04znURDgyA/gVJiZIcua/L+wpSkbYkAOa
/VaqUjUglyHPighHBh80uLi9sB89q8zNjEgNIkOf+RSzeUZZAOWA5QibWBOm4+nImgLSe3J3
lL70lSjoZZyEIANIA80kMXpYhyeahvl99RhCIlklR46w/uKc8uQGTNGA6u8pH00xMQkYS6pB
e5EEO+vWvMwxELnf3qUyxxg0I4I+YATSnaqoxEbIn4KRm0pyPKI6gfzppl5t2Sha7mgBUY9X
50+joeYzCoBRnkBgRXzO1H7yIEngCbPchPETCQqD7ldkmSRuf5VHyhLJLIwmBUAeJCBNVRCb
Oydm6k4VPZp01TJlRMmCp7EpzAhB2jDQt4lKcDKQ70XIH7K8ycbHFCTR/EoHHlJjE840ifEp
OWk75JM8m8EU8KRZojYhCcJ48Ud7ouSpmFJaCcqP4rIK4GQmKuSSP2EQWffrRJYKvM6fSJV8
oyJhQNRSz+oyW4gWEY1mgPS4xjxRAeZ7Rbv2IRc5AaRqwj80kIelJnkkGyZdonw4l5UAJTNZ
SFf31L1cp0jSwDV+6peRiGO8mUrQzyPfl0EKoQhmlZEl/epSjWJ0OwQhaZU/P86ADg6Fth9a
jMRlEAVcqDVEK12VdOKYK6RaPBTxZC09gQT95GUZjiZSlZIE+DHNS9PiPmCdIuNz9Sln9fjB
xwLGD1LjtqI9LgmJSaMi2yGbEZXx1t1TZSM+MbEtJGUo2S0Mdf3k/XRWisd+mlF1+x18Ohj0
9eybdN0+5GXqLsuUn8IDTGX7yBygXnYMAT9xXZ2IJ7A7MQmtufSI2+4hL1M2ES4xQ1yfsp7W
cNGJD2t/qyVxIM2+79xOT8d1RusBHY7OrARdoHVupCY/FEVt/UpYa+UJfeRhB5GW+jAJgGFd
EICNr9qXeIUcPp4nIDqSKQfvTUMUamIrLiel/wBC4shhMSCC8pE0kPDBAvZjx9kGgb+eat7R
MangVbLlc6DmLKMXNp2Cpv0Rl6XIMQqZEoHJ6rzmq8XaP3FCXq4uIMDYbZSROXOCQ4EMpF0X
8Mljz5skZSkHw3V37iEPUyAcvE9oftIy9NOJmzEx4fQq6EL/AA5wEMj0nKqlijBpANcNJfdT
xrwQluq1Koq9FalP06qnS+661XpYhwUWDVJI60+w0UWLAlnI/aQldKTVLVky8yMYwJLPKsrP
uo5BK6cu0T/DYjIm2Mdlykg8D/KhIUJFRshHWUtepGX2qqEjV9EdajVSyAEmUiASKUW/NSiY
AmW/BHC5AjrLYBeXhiAT2jvJaewVHI9825nqAO7aobOaRNSB47Fa4BNbRzSJCGScQTU11AUM
szXXqZS8jIJ20ccUcxhLJGOojWSMR6O6I7NTd95Xeo9NLFhkOe4Wl/8AbX/tQZY5aA92KgIt
lzSPW31XqEcEXlii0H7PzK048lod+FE/qDKXqclIY4nmMVGWOQsZrIVb6ru2sRutJjEv1oep
ciMxyzBooymXnHl+z2D0a0XuT9JCLfBe/pp9i06BwREaFy/2rW0GlVCFaFiHpJAUGjDQrlFr
UL6ppB20krie1sqbb8EQZBAnTQqUX5YBrge8jZy4oVnk7304l3iZMz6o2l5CLU4lYvS5ObDi
iZ5QDTn7i8uEGI0epH0qWLHAHNkpEcB4rfGoxAeZrMninVAgdlQ9FT/5qMgasTF6MjAOHfnP
NL6kal5dqbKNpcjWjmX0KU8k7fLFRKjnwwWb1dgxY5m2GMfL/wBVUqDxUvUGLSBJbYv3UcWA
EYhQHQRZQlnkZykLpyl1oOGETyph8EQKSah4IQOUz9RvOohAH5lLHCY5mBnI85PyRUYguYQi
D71hh8oIAFAVDBNpDISQ1eVPp1LrHRT4onXqTkV9h+gtv7GnS4qid3/Wuvcbo+FVPK9OITAn
r6yiHa2qF+o2KMZfA7p3D6NoixMuAHdRuJcd3ifnUHaAAuu2H9uC/wAfEWyeLWToAkFqyHzf
Mj6pubKSz+EeFDFHnznYd355I+pzB886h+6FX4dId3OwVocMgXoNRxQGp/QhKTm4NFuPhUoF
rpcB3fqVzEioJNX+ZSnNhaGBHadRxCAtmXHAf7mRQwYy8YBgeKD0PBXTF7EkcHUssouTUOGi
Ppxpx7gDRRjpIVNVE5pgXdkbkoManQIYxB8siJGY2CbBSOs5nlnId7mUjAm0MA/UF6cE90O3
WvOzyuI5MONAkM66+jgnavQ6ITofNQez7+h+hhTdSYOXLk+9O7jj1pvtKBAQi7NqOKcszabl
XRHKafBPLlI34qIizaEoenxOMkhzHdCI5sktQeVj3bkZ5JX+qy0jHwfSpZJ82Qk196c0EuO7
qJhG0gCOOjOB37Uf/kPVisy+OJ1Ts5VdEz9FXcVTq46DVlnkS+O4xgW0EVEisWfiyEoC5jSR
NZRRsiQWoRpF1dl5hoOpD12Qm8giEe6yshUjXqV8i54blGeSkY7bBeRCQlXZRvkCTr1AIzHN
DugboHIX9Tk0BP8ATHyIRczbSRqSUfT4SJT75o0Fk9RkNuOINzay+4geJGixikYiIZ6B09nn
5MZaJFIAoznGyQow0XX+Qp016KKvRp0TI7RJf7U2o16lXfREntaBlRjs5omjoFGJoTqyjhiX
nKp6oogzEpFrTwCJrIl2BqoZMhFKs/MjLTS1tvpVY6aA7rHCbxGh4lYp5n8rE3l4z3iPGrLS
Q2vd6P1J5CuyB0CcqgZZZ6tEsBuT2YrFjmGkRfIfNLmQMXcOHCAtIcM3u7SkABCI0ls33kOX
lixbioYZ4zhIpQ8rBAYSDHUyClkyzaEEcWMWwNH7xVxAjIG4yIc/eURJ8ePMXJD/ALfMo44k
GeMMCe74pK0TEpvWcaz+n5FPGMZgAP6k5cx+iEV52T8LHqI96Z8cpr/DwAeZk7ZBe2I7qich
aMeb4hCOIWenhvLlH1IyyHzDQijQdCEAIgbAMgDrxVK9IVfZLdDJ29mRFGJVC77qpcuqcE/H
UdSckC2oBV7ESnpEKcpkmchUbAfUjKUrpbe5DywXOjIXTAbUnX6YK2AsJoJlFjdlPalwR9Rk
cjD2RsUG6KoF3HDo6+j3rD6PCWEDfnLaR7if8ylj3lopQBZjWJ4qUs03lHbUxJ7NkVyAy4gm
o+u1AmtWLbICRE2FvAIYIADGKMNSV/kermMnqpD8H08S9kvHntUeUXxJJO9yAlOUpnjUoGJI
I1ftKta8oA1T5LYRj2r+VDD6PmYMJNQIymXMi5J4lCWSN8YmsX7StwemjjbZyzKOK6zJ7hao
ykakV6OHT1JlT2G2TLRVHQxVOggemyuZNp1pv8eYLtLlP7qc+nyvs8Sv/wAfLKctGiW+8mHp
cpYVNkrX/ZQnLBkJOjwl/wAquODLCmtpUv8A20zKVByycfuqMP8AHmBIh5SjKiGSOA5M8jqC
wxj5kDkjOd1BGMTRCU8ZMo9mIif3uVXzxmpci0sowjERwxLu3Pk7vMuvdcUWTHX9K6l+tN3e
O6OSQNsamizerkC/qC8BIMYwj2EOPRLI8o5celGE/wDnWXzRLmDgCPabs8ylGOKWOPhES8/3
VaMGSQOzStXNAl9QIkAKd0LI9UTcT9fcRlF4dRr+8iYwu6g5JP3kB5M3PAFC0ZAdLWOikLcl
aOxTTjkk9ZUKcYp6VDFNLHOJO1p/iXNGTNU2nVRjix1HalKgP7StECZSDmwEsFb6kmWKAtDj
veHm6OPBaoOa9LOtVRO61QOhTqidOv1Jquv/2Q==</binary>
 <binary id="i_069.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SAgRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAIQIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTI6NTUAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA6wEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAACWHgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABtAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8AqkiSC0AAkBkCPIf1UhRQ5oGjiePOeOEAAS53uHcOnv5H/oI4dqWzEzIPbX/OSUhx
sIbAN59RpJc6Znb7XbtfzUrPs+/UPfXALfcBqD8PapNFrdoadYMOO0Ce3DPzVJtTm1umb3tB
cd21rjpv2aNa1JTl5mSyhrrRLSD7WDVx8mbv3p+gjm4Yhs+1QBj2Ch1rmPaDYQN1LH/Rssr3
O9XZ/X/mveufb1LGzupUZWbc6plRFhbtltbWkv8ARx6p99joY1m/+ct99vp11++z9YPrFgdZ
orodV6RxmxjWy9zm97G2/pNj/Wa2tv8ANexJT0zctg/SNLiIJa4GeBtbDTua1uv7qcONljA0
emXEQSfPwj3Lnfq3faaRi2EywCwMIO703HSP3q10FG63MADgGtEh3ESS1p/stSU6TXWivaXk
S6QA4kNOg+jG7arGFlNaALWhzuCORP73v/N3FVr3RU6zRvsBkxuH723Ta3eo4Nb7Gix8FkEN
3Azy6LHj6P8ArWkp2MKx5ue5oIYTIrHkI97R+Y5qv5GR01thYcqtrq9H1F4lpADtjv5TWlZd
dj2EHnQtifv2/wDkVsejS6hhfTXLmgkljS4kjdLn7fpu/eSUs91ORX7HtsgiHtkj/O/OUBjO
gj3bZGvbg6f1lqdDrq9PRjRsA2ACNvP0P3eVqwOElP8A/9DIdcwlzA4bh9J0SAf+qUja+suL
jucOAeY+P0Vlvta6CW7T+cTqf/Ov5KY3W2Q1k2Wz7WDV5/zT79zQkp1H5V5YXA17Jnc7xGmm
9QwMnKssFjcXKvxZn7RTW0NcT2puyjXX+/8Avq5i9LxWVbHgZmaa9a3vIE+IY3+YYxx2s3/p
bV1GJ0fNtbXOR6VRaN9bWid4/Ordo/6Pt2OSU8phfUD6u9aLq8N/UekZQIcMfqDGFjwT9HGy
K2M3M9vp+p+m9Nbd1P1UsyWfVnNokUV2W1vprbVvpx5DKOpWVMZm1bH49t12z0PU9L1/8JUr
fVer/V76vY/2HPzX3PmRR/OlpBnc1jdnpP3fu2rk3dU6V1TrWX1Lp91tr8mqpuRXcBW8ekG0
vufs3ss9V1dT/Z+/+mSUzeD9v/av2WrHyLaqsdtVMurqrqYygem10WO9lNfvf/NMRsetu99o
uNYcHODWloO4e+Nrxt3Ob/o02SS6qsSWlpJbYBOp/fbP5v8AWVmmhjC19rRYatwY/sHH89v5
vs/qpKSZlNzAGstebHNiHFmo7/4L91WGVZDawxmS5gbHvFVZMDw3tc2v+vsQ8r1Tew1ek6Bu
Je5zfo6u9lTX+zclU/Jewu/RgtEESYnU+P8A00lN1mPZ6D3OybXvgul7mE69hsrYuhGFkspr
rfl2Nc1rQQzZHtb7vpsc5YmPXe5ocKDZWCNA9rWHiGve0uf/AOBrXPVr3iW4wdc72+m0zrP5
u/Y3v+ckp0MHp3UamNa3NdDdC57WuLtZg+0K39l6lun7aNu2NvpN5/fncpYjrRSANryOYJIn
+S8x/wBQp+rmb9voN2/vepp/1G5JT//R4u14aRLoJIBI004/6S3fq1iuDbupXM9T0WimmeC9
2tr9v0vY0e91a5zLY5triyCJAaNI3fvLpug2en9WnMDmgNydlpjnWfpztq9rPp/2ElPQdF6c
bqqt26tgb+ks+i+zXftDm/Qq3In1p+sGR0+tnRuigO6vnltWOGx7DaXb7tfovaz/AAv+D9X1
Ve+34GDjU23WDHx3iAXhwkj81rC3csbDwcbq3+MNmUHOeMbGZewOaWiA51Gy3eWOrsa730t+
hZWkp6b6pfUTpn1fxqrrGMy+rGHXZzxvcHEatxHW/wA1X7tu/b6l3+EXK/4y+m4+P9Yel5eM
xtGRfTf6pYAN3phoY63ZH+kd+k/sL0y60tAczWJJjyXnv16soyeoG2yGPaTjssEz6Tfc5u5u
5v6TJc9/0f8ABpKeZu6hTg4bL7wba3PbUWNJ9zi0u9rv3G7PcrFHTfrHk1fa8Wi1tmQWtZSG
emXj6V/2GmxtjHeluZ6+dlXeiz+bq/SKj1bAZfi1WscPTxXeo5sEh7RBe3a33fmL1X6v512c
bqr8uu+3p1vpl1Jj1WmmjJ9R9dOyt3puyfTY+pvofyPz0lPmP1c63fnF+LlEfa8du5zo2Fzd
GPG3a1rLq3fo3OXQMpaLi5hFbCNordpI+ixzk1j+i5Nj7Ol4D29Yzcu++ynaGXtZO3bm22n0
+n1+2rJ9G9/+F/RV+qp5GJnYu1922tjzta+WviP6hLPf/WSUmx8l7LPTJHt1eB22nX/NhamB
c3e2SIJBa6I0n3T/AGVy776AQ45Vpl8FzZ2hzh9D6O1tivjIpOPX6GRYL4PqbmsEPgNHt2pK
e+6fbXtc0FoA1EER58K7ubEyI8V59h5mRS0i0eq2NNpDHbo7tbsb/r/OLc/ah+w7vSf6obxH
lM/S9NJT/9Li8hhY5z9kbAXnidfzdV2n1cxn09HbVDhY5jDDQYl7vVfxu3bNy5G+mwi5x2wP
pF52iAD+d+6ukp+vH1dxq2+lfcHN26MpJdO3a543Oqr2Nj9/ekp6jdVaLBuDWsOzdv3MFnOx
1dbfVbbt/e/MUPqfiPb9cOrWMbScfHxqcax9Fb6m+qT9o9IMe6zc9lbv1h276ap9K+sPTequ
IwM51lgG6yltYFsS33Oqso+hu+k+vJXS/Uvpp6fg5jLHi7IvzLrr7dpa9z7Nr3esw/Rs935v
sSU3frATV0fKLPpPZ6TG9y6wiprf7W9cB9ZcSqnMx8fpxaaasUPqsBJYbCLPc53u9tljfeu8
689zXY22o3Oa4uqbEtNg+hv99LG7J3V7rFwH1ryc5+bTXlGHVg7x7Wv9wdHqOpd6bne/6aSn
H6dd1TNx/thxT9na41nKq3bW2Mbvsra3372+3fZ/IVbB+tGT0Ku6qqqvOtoADL36MrG1mPi7
6/o3bWVt+k39F/grK1o9T+sNeL0vHowKasbqfvfkZVVTA17HV+g+/wBu39Z9I/rNdlez8/3r
kcu4W49tlTi45jK7bmRBZZWdr2R7v0Tt3q0uSU+jfUe9mTXZa+wFljy0W2H9Lk5b/wBNnZDz
+bR6jvTxqP8Ar1n6VddlYeNfQ6q1oNbmnc2COBqZb7tzf5KyPqb0dmF06olrd5YC3bMNaRoG
u/Oc/wDnHKeZ1TMvFjcWp5Yy11dDf0kWmv2vdY/H9NzWOefZV9pq9TZ7/Ykpwc7ptHSL6bKi
X4uXuDWEAlj2bTs9vsfv3eru2oO2ttrX1g+o2IPP8rdwtW1r80X4eS9lWW9znYjGj0Xbw07g
xtvqss2fS/RW2el/wvprExGZgtD78re1ujmGpgdP5vvadvtj3ez3pKdNtThaN+neRz8dqveo
/wCz7dp2zEdv3vFZ91eUdrq8ktY4kPBqY7/MPt2f5qkDmbHO+1ae3T0m8Q/9F9JJT//T5PIY
55sq4Lyd2mkE6tP5yP0rotVmLTfUXeoy11ex2x7Tqbf0bfY//R/zqwG9Uy2Xb9+7YSdro2kn
2+4Ltvqe2jqOFXVkshhLt4aYDy/ezZdsi1tNv0H+n+k9mxJTm5vS8h5ZmU12HafSqzcB20u1
2GzZ/OfZ7Heoyn2fpLf0Va7r/Fb1HKvxs/CznvsyqH12etZ9N9djSxvqT7nW0W02VP3fyFb6
dQ0Y7cqh7fdtLrKgA0uZ+ia2ptf6OumpjPTprr/R7FhUYRwPrviVdPdaxvUWWC4A8sdGQ/a8
ub6jMe39J/pf8Gkp6j685NOL0ymy3KZh+rcKWvs+i6Wvt9FzoNbPU9H/AA2yv2fzta4X61Me
cyq8kn7VjssNbiD7QNrQHbrG7XN97PfZ/wBcXZfXHpnofVy5ocbafUqLqXgGsAO9/sd/pXWb
7t715F1Hq2RgWO6bjhvo4jnCneN7meoN9ldb3ztrY/8Am93qP/lpKbefgDKxdzGB2TW7cGyd
rm8voc5rmq59UPq/Z9Zepfa82bMbFa1rms0rDQIZSwf4RtDdn6Or/gvWVL6sUdZ+s2dV0PHe
KWOBflZgHuZQ36c7fb7p9Jv+kf8AyPUXsGXkdC+p/RK9x9LEx2+ni4zdpe90bnVU/Qc6y57f
Vve/8/8ATWpKcP6/fWOr6u9GbjYrtmflt2Y7Ggeyse224/6P2+xn/CI2E23ExcPHOScEmiou
raGvcSG7judYPXftn+ovLPrXndS6pmN6rn5Vd2Rc411Y1YcBU1h0ZS17dvo7/ou3/pXrpMWz
qNdeC/p7sfF6lZW11mZnW478iy1491b6sl+Vne9v+D9Khn/GpKe0puxvUdj5WdaL5PpBjwwk
EbvWbT/Pfv79i4zqWXm4ma+rI6hgtuDw8VvY+prm2D1P51z9/wBJzvzPprc6XV9a8sHKOS7N
uZ+jcdzMRmnvDaa83o9Fjv7H6D/hVX+uQzsPEw8zKr+x5F5sqyG1ej6w2y+vZftub6b3O3er
W31PzP0X80kpxMTP6rcbLci+3GwpJZkNayqnd7AyukZLN9rH/vo4z8zc4EWG41Ne2sO/TioM
dv3e30PtLnOZezFZR6/ss9T9J6VCwa+sbMivL9P9abo6+1z8q1zTPqe7Kf6G7Z7fTZQgjrWT
9pOTv9/qC3d+dEF8743er6f/AIIkp//U8xcx29x57nXx8V2H+LzqVbLX9PtcGlzvUqJMaAh2
n9v8xcxfRscY8eZ8+6lgMcy82sG6ypj37OxDWnc32+5JT6h9X/rx0nGfn0fWCx2K4ZLzhtZT
Y6lmPptFTqqnfo2fy2onUcz6n9RzcG/pOVXm5bsqrHdS4uLfSIusv202Naz3V7632/5n6X01
5a/NZS2uqvIsuwbBufQHOY6tzo9Vrfzfpf8AW7lewT1jo2cM/EdQ+yuHCix9drgXBhbDfzcj
3s22436WtJT7R1F7MzDd0imuv7O6sUQTt+lW92P6Lvc1np3Us9ti8uzvqz1HDvOR1TGbWMxp
NLXQ+wvjXbjM/Tez6f6Stb/1O671/q/Wx0u7CNba7HZPUXEBjaKxW+rExqWfTa71X/4Wyy6/
/g6qrV0H1qzh06ym2xj3W2Vlga0hpO2ypgq3PZZ+if8AafUs9P3/AKJJTh/U6zD+q/TbnYmB
ldQzsloc91dba6yQJrp+0XllrW+781li4360dR+s3UOpHP6zRdjvY0iuksLK6qyfo0+oNrm/
8N/hHrq7M313DaRVmudtyaase7LHZ2N9tOC2j0cn3b9+Iz1sf9FV9NcvmYnW/rL119FBc2iy
wH07HOZXXsDK7rXte1vpNq/nbP0f5/8Apv0aSmn0XpuZ1jqGP9orecHGcBa4tfZtr3bvTZXW
11j9zrNrKq2/n/6P1F7D0rpX1dxrwzpONXTZ7976q/dr9Nt+Rdus/wAJ+ja//raL0voGBgVV
tprD7GVtqdc6fdHukVnc1m57nfm+p++r5NdLDvcxjahucBGjRr7wPopKT42BXVUWCy1+8l02
PLwJ/NY2zdXsb+azYuP/AMbPS63/AFeZ1Fjd2Tgva31eHCqw7X7/AE9vs37FrZ/1ppoNWNh1
nNzshrjh1uJqY/bzYd/6X0Gf6Z1ddFn83U971wfULOqfWTq4p67kutx6bXsrxcN3p4wewe4C
yHWP/wDDFm+36fppKeErf+l9zfcOQIjVGB0dbGu5r57T7vZ/5gu2u+qfTH11Yza68W612ymx
pcayS7cwWusfv/S/R9V71UH1Ht+1uxzcPV9UVBsO274c12530vp7dv8AwSSn/9XjMzCzPSdd
YGtZJIPf2nbt26fvJukYGVk3OtLaxU6q0OYZG8Bjht9nubvd7PUWn1HJ2Y1jPs5AayQ9zgJB
c5zvb/Ln81U/tNzOnYNNAFOTa59u+du4M0xx+d7t1r/7daSnDuore5vpWEA/m2NduB/c/Rte
yz+t7N/7i3fq0zqF9jvVy76cTDLWWV4+wWscT+gd6drmbqfa/wDS0facir/Qfzaw83IzHZBZ
cfTsqJBY2GAOn3uhu1nqP/Oe1dIce7CyaOpYBrxzWyjGyxkfzDmWMY31cpzPds9TZ6v5/wDh
6klOr0nrf1i+qjsm/Gp6dn09TuFzrKnOa5zj7GV1b/QudXr9Gyj8/epfWbrvWesY9WR1THx8
Q0F7MZlRL3Au2Ou32v3t/wAC1nsVW6nq+bW3b07FxcSt4L8rAFhfYJLnfYsvJsfQz1Gt9npu
Wv8AWK0ZPSunYDmBldVT9ACBSDtqqqE7vUe2tnqWX7rPV9VJTzOB1Xr2X1AdG+q5sxxkt23k
aF0633ZNkOdXXV7v0lf/AFv+cXpXSPqt0XollORaLOodXa0lmU9jnu0G2x2Nj1bqsWr3fo/8
IuH/AMXuTgdD+tV1V9hjMZ9lrvtG0+9zHsdu1/nbWNrsZt9n+kXpfXsnptXS8hnUHetQ4trO
PQXHIse50UY2KzHfXd9qtu/R1bLP66SkPUfrBj4dopsyMfp9xj3ZhGm6S2a2Wtazcxv+Hvr/
AOEXEdT+vPUuq2HGwWihzDHqWubb9Hi3Hx6tmK93/DO+0bPzFq9Kp6f6GSzG6Jg27H7btgbl
WUubt3YlmTkH0c/qtjz+Y+rGpf8Azl11P6RavS/qVjWvtzOsYOFSbo9LBxqvbjgFzttmW1zP
tdz2Oa279Eyj1P5lJTz/AETEHS8fK6nc6x+dkVusfZY/e8MA3sa6x/u3WP8A0io027b+k49L
S5wa27ItgAGy47tku/0Vdi636yYFGLj3hwtdVkMe03Vs3sY727ar9Q+tln765bLy6s7rvT8L
prLHGn02urft37d26x22rbsY1iSnpchlP291Lq2HFArqFJA2n2G+32v3bvpVrJDMP9oFnpN/
pIHpb37eXez0/U/dUqstw6hmWZ7yAch7qLtjhW1sHE2ljB6ntbTXb7WKyKPq/wDtA2nLx/SL
w9rPzy7Y7cfQ2epsbkbP0/pJKf/WxMzEZYy3HDzucdm8CfF7v9d6FVj1uGHjXX7KWeta69lQ
Dm101/R5c732uaxaLqbH2uIDrGskv2gkATtbMKfRsbZmYuZZLttldJBEw2y2u2y791uyutu/
c7+bSU36+m0Y/TnWXObayljRYfTgsgbrD+laNznbvS3rGtebMe3BtrmzOb6TGsbL32P/AKPT
Q0+3d7a20/1F031nuyRjOrcdzchwbUXuY0HYHaN/O9Dc/wBay7It/wCLpXn1HUvU63jX2vLs
bFcb7DS6xpIZu9T0bZrt9/0d9WxJTdwOmMoIxuk5GXmXvl7mY2ZTiOEGH1fYslrsr7SzZu+g
uk6rj5H23FwbHbK7KfXs9TR7N5Ffu2tDvY2r/t61aOLTWcbGda63H61RWHW5LKWepY+xv9Fd
lZVdl1WPU53ofo3er6Va5X6xdYc/6z3UZAF7scMxS6wkhob7rGM1+m1zn/y0lJMvpFOVX7qT
khvuZayGnaSGj09h3+9/7zFTycvL6Bj0ZOLml78WzbRRkMF2153N/ROtaNnps/Ses1v7i63p
NeLWz7L9nFosiS0biCB7P6jG/wBhVs/6l1Z3WMTKO13TWbnX4ljnTuI20tqLP56vf9Jm9n/G
fpElNL6n9fo6L9Vy99Dm1+s+xljWCci3aC9tWrdzcX2Me7Z+f6Su9I/xiY1ud6/Ubr8UCt1Y
ptDgxz3ua1xruZ6ldbcave/faz8xd50/pmOxlFmRQw3Y7SzHLmNmpjgB6dOm2huwfRYi2dC6
TkvFmRh0vIkNBY0gAmXRp+c5JTzWR1ujoHSftLsypuHkPe3FyKz9paWNMNsqYxzPt2flvNlt
9j7PQo/7Uf4HHtpdO67X1msv6N9X3dQw77Ps+ZeXU4d5LQ2y17vSOy2vaa/zsb9J7Fn/AFj+
pT+t/Wx3T+nVvxuk4NTH5dgkgX3e97MVlrtr776WUb/8FT/O3fuLuuk/V7HwK6MeoGnDwmhu
LiscfpA735OS9u31rXv/AMH/ADX+E97/AOYSmeP9XeibarfsW0tbIqtc5+3cPcyyt1ltTv8A
pow+r/RAHAYVPuIc72jUt3bf831HrQTSJ29+YSU//9f0empuwVem0VbdjmbRtLY2ivb+5/IX
F0dFf03qf7NybS0udWcVzC0tf6hs9N1ldtdzf8FkV2/of/JrunP2OjXhc11IPb9bmPsd6OI/
BaTc0H1DYH21tbXcJfTU31G+oxv096Sngvrt15l2NhY2I1zsdr7N2ZZQcaqwuP6QU0uY3c3a
6trsj2Wfo/oLP+ojcF/VM+rKa334lzGFxloD/a5/qN+hslm2+tdn1fpmNmZmFX9ZLG3F7ja3
DxCf0bGwxjrLNr87qOVcxu26z+br/wAFV/hVh2dCyum9a6tm9JxduJaasQYVZ231jJexj6mH
c9tNzm1/Tc/0/wBOkp67Hfn24eJXkXNupvZW57XN/nCWtftaKi7/ANJPXn/RulZnVOu52Xi1
evX9ssbucf0e3c5+z7R9P3N2N9i7TJ6p03p/TL7+pVO6fmiqz7NhOi2xp9PayxraXPZTjMdt
2PtfTQpfUXpzsP6vYQ9M0lxfbY559xLp2WFo/Ne0+xJTu43ThGwNZRVoX+lO5x/Oc38yiv8A
c/nrf+KR68bB6ew2EmsNPuttcXuJP7peXe7/AItSGRaKR6NbnknbPA0/wjtx3bP7KTsJl2y3
KAyLGasa4exp/wCDq/O/64kps49194bY0+jju+idHWO8Ha7m1/8ATV2tjGA7fzjJJMkn5qtW
HEyeRET8EZr9+jdBOrhwfJqSkySDZl4tRLbLq2ObG4OcARP0Zk/nKDM2m7JsxaHb7Kmtdc5u
rWb9a27vo+q9vv2fufpH/wCD9RKbBOsDn8ijsbETrM7u8+KkAAICaRPGkxMd0lP/0PSjNr4M
wBp2VfLwab7arzubZSC1p7Fp+nXZV9B7f+oRWu22Aj5qpnWZ2RdXRiWNxscy6/LgPs/kVYVb
91W//S5Nrdlf+C9Wz+aSk1LcXEtGg9dwgOIaH7J9tYc0N/Q7/wB9cV1zJ6hZ9d7sHa1obTRl
YdNdpoZe1tgZZZm3llv6xXW6/wBDfX6NP/HenYuxxsXFwg/0JL3GbLbHF9jj+9ddZusesfrG
Dc36wYPVsdrXt+z24uYS4btu71cWxrXEb9j/AFm+z3/yElPO9Y6ozJ6b1HpLMd9WVn1+m2tu
Q259lo9O1lgq9P8AR0N/7VZOV9n9Gj/RLT+rFXXsStmHm5tWRTikV101hrw+sf4T7TXsvY2v
6LPVZ+Z/o1cHSg6uz7M6vC9YbX3V1M3uE7nfo/Y33T/hFodNxKOn1Oayyy19hmy24hznGI/M
bXVXW38yqtjElN6t7WsLjx3B1+SKbmBnqOMMOk/H91CbYA2Wjd+60kCf8795QG2pv2rLtYws
5cJDGA6bRu/6v/CJKbNZe8hz9Ku1c8+dn/kP89c/176zvk4vTXbW/RfeNCfzduOf5P8ApP8A
tpVutfWMZTfs2FIoPte4fSf935i5zPdY+MasOqmA+8AthhPu9Jx+lc5vs/4NJTF2d9psfjV/
pHVO233WatrMH6O7225mvsr/AMF/O3/6NW2l9TG+gTXofcHe50/Se5+jnPf+eqeMyqtoqqEB
kitjfCZJ1/8APn01dA3uFTHBro1yDPsE/wCDDh77nO/7b/nElOli9d6s4egMgvH0C0OAcABu
jd/OVu2u+k9/qK//AM4OrbPT2t2jSfbqCJ/d27tFj47cfFHp1ML9C2wPElziR7nSf0jrP+mt
f7M30C/84EHbHu1BHp7P9Kkp/9n/7Sf+UGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoA
AxslRxwCAAACAAAAOEJJTQQlAAAAAAAQzc/6fajHvgkFcHaurwXDTjhCSU0EOgAAAAAA9wAA
ABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAA
AABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVU
RVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARL
ACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVt
AAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAA
ABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAA
UmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5n
dHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAA
AFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABC
bCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1Js
dAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAA
AABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAA
VG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdo
ZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RM
ZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9u
ZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAA
AAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAA
AAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAA
AAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAA
AAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////
//////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////
/////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQw
AAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAA
OEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAHrAAAABQBp
AF8AMAAwADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAesAAALQAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZi
b3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9u
ZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB6wAAAAZzbGljZXNWbExzAAAA
AU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElE
bG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRl
ZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEA
AAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21s
b25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAesAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAA
AAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0
SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAP
RVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VW
ZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xv
clR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAA
AAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklN
BCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklN
BAwAAAAAHrIAAAABAAAAbQAAAKAAAAFIAADNAAAAHpYAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/u
AA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwM
DAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAbQMBIgAC
EQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEB
AAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEy
BhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj
80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUG
BwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMH
JjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdH
V2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AKpIkgtAAJAZAjyH9VIUUOaBo4njznjhAAEud7h3Dp7+
R/6COHalsxMyD21/zklIcbCGwDefUaSXOmZ2+127X81Kz7Pv1D31wC33Aag/D2qTRa3aGnWD
DjtAntwz81SbU5tbpm97QXHdta46b9mjWtSU5eZksoa60S0g+1g1cfJm796foI5uGIbPtUAY
9goda5j2g2EDdSx/0bLK9zvV2f1/5r3rn29Sxs7qVGVm3OqZURYW7ZbW1pL/AEceqffY6GNZ
v/nLffb6ddfvs/WD6xYHWaK6HVekcZsY1svc5vextv6TY/1mtrb/ADXsSU9M3LYP0jS4iCWu
BngbWw07mtbr+6nDjZYwNHplxEEnz8I9y536t32mkYthMsAsDCDu9Nx0j96tdBRutzAA4BrR
IdxEktaf7LUlOk11or2l5EukAOJDToPoxu2qxhZTWgC1oc7gjkT+97/zdxVa90VOs0b7AZMb
h+9t02t3qODW+xosfBZBDdwM8uix4+j/AK1pKdjCsebnuaCGEyKx5CPe0fmOar+RkdNbYWHK
ra6vR9ReJaQA7Y7+U1pWXXY9hB50LYn79v8A5FbHo0uoYX01y5oJJY0uJI3S5+36bv3klLPd
TkV+x7bIIh7ZI/zvzlAYzoI922Rr24On9ZanQ66vT0Y0bANgAjbz9D93lasDhJT/AP/QyHXM
JcwOG4fSdEgH/qlI2vrLi47nDgHmPj9FZb7Wuglu0/nE6n/zr+SmN1tkNZNls+1g1ef80+/c
0JKdR+VeWFwNeyZ3O8RppvUMDJyrLBY3Fyr8WZ+0U1tDXE9qbso11/v/AL6uYvS8VlWx4GZm
mvWt7yBPiGN/mGMcdrN/6W1dRidHzbW1zkelUWjfW1onePzq3aP+j7djklPKYX1A+rvWi6vD
f1HpGUCHDH6gxhY8E/RxsitjNzPb6fqfpvTW3dT9VLMln1ZzaJFFdltb6a21b6ceQyjqVlTG
ZtWx+Pbdds9D1PS9f/CVK31Xq/1e+r2P9hz819z5kUfzpaQZ3NY3Z6T937tq5N3VOldU61l9
S6fdba/JqqbkV3AVvHpBtL7n7N7LPVdXU/2fv/pklM3g/b/2r9lqx8i2qrHbVTLq6q6mMoHp
tdFjvZTX73/zTEbHrbvfaLjWHBzg1paDuHvja8bdzm/6NNkkuqrElpaSW2ATqf32z+b/AFlZ
poYwtfa0WGrcGP7Bx/Pb+b7P6qSkmZTcwBrLXmxzYhxZqO/+C/dVhlWQ2sMZkuYGx7xVWTA8
N7XNr/r7EPK9U3sNXpOgbiXuc36OrvZU1/s3JVPyXsLv0YLRBEmJ1Pj/ANNJTdZj2eg9zsm1
74Lpe5hOvYbK2LoRhZLKa635djXNa0EM2R7W+76bHOWJj13uaHCg2VgjQPa1h4hr3tLn/wDg
a1z1a94luMHXO9vptM6z+bv2N7/nJKdDB6d1GpjWtzXQ3Que1ri7WYPtCt/Zepbp+2jbtjb6
Tef353KWI60UgDa8jmCSJ/kvMf8AUKfq5m/b6Ddv73qaf9RuSU//0eLteGkS6CSASNNOP+kt
36tYrg27qVzPU9Foppngvdra/b9L2NHvdWucy2Oba4sgiQGjSN37y6boNnp/VpzA5oDcnZaY
51n6c7avaz6f9hJT0HRenG6qrdurYG/pLPovs137Q5v0KtyJ9afrBkdPrZ0booDur55bVjhs
ew2l2+7X6L2s/wAL/g/V9VXvt+Bg41Nt1gx8d4gF4cJI/Nawt3LGw8HG6t/jDZlBznjGxmXs
DmlogOdRst3ljq7Gu99LfoWVpKem+qX1E6Z9X8aq6xjMvqxh12c8b3BxGrcR1v8ANV+7bv2+
pd/hFyv+MvpuPj/WHpeXjMbRkX03+qWADd6YaGOt2R/pHfpP7C9MutLQHM1iSY8l579erKMn
qBtshj2k47LBM+k33Obubub+kyXPf9H/AAaSnmbuoU4OGy+8G2tz21FjSfc4tLva79xuz3Kx
R036x5NX2vFotbZkFrWUhnpl4+lf9hpsbYx3pbmevnZV3os/m6v0io9WwGX4tVrHD08V3qOb
BIe0QXt2t935i9V+r+ddnG6q/Lrvt6db6ZdSY9VppoyfUfXTsrd6bsn02Pqb6H8j89JT5j9X
Ot35xfi5RH2vHbuc6Nhc3Rjxt2tay6t36Nzl0DKWi4uYRWwjaK3aSPosc5NY/ouTY+zpeA9v
WM3Lvvsp2hl7WTt25ttp9Pp9ftqyfRvf/hf0VfqqeRiZ2LtfdtrY87Wvlr4j+oSz3/1klJsf
Jeyz0yR7dXgdtp1/zYWpgXN3tkiCQWuiNJ90/wBlcu++gEOOVaZfBc2doc4fQ+jtbYr4yKTj
1+hkWC+D6m5rBD4DR7dqSnvun217XNBaANRBEefCu7mxMiPFefYeZkUtItHqtjTaQx26O7W7
G/6/zi3P2ofsO70n+qG8R5TP0vTSU//S4vIYWOc/ZGwF54nX83Vdp9XMZ9PR21Q4WOYww0GJ
e71X8bt2zcuRvpsIucdsD6RedogA/nfurpKfrx9XcatvpX3BzdujKSXTt2ueNzqq9jY/f3pK
eo3VWiwbg1rDs3b9zBZzsdXW31W27f3vzFD6n4j2/XDq1jG0nHx8anGsfRW+pvqk/aPSDHus
3PZW79Ydu+mqfSvrD03qriMDOdZYBuspbWBbEt9zqrKPobvpPryV0v1L6aen4OYyx4uyL8y6
6+3aWvc+za93rMP0bPd+b7ElN36wE1dHyiz6T2ekxvcusIqa3+1vXAfWXEqpzMfH6cWmmrFD
6rASWGwiz3Od7vbZY33rvOvPc12NtqNzmuLqmxLTYPob/fSxuyd1e6xcB9a8nOfm015Rh1YO
8e1r/cHR6jqXem53v+mkpx+nXdUzcf7YcU/Z2uNZyqt21tjG77K2t9+9vt32fyFWwfrRk9Cr
uqqqrzraAAy9+jKxtZj4u+v6N21lbfpN/Rf4KytaPU/rDXi9Lx6MCmrG6n735GVVUwNex1fo
Pv8Abt/WfSP6zXZXs/P965HLuFuPbZU4uOYyu25kQWWVna9ke79E7d6tLklPo31HvZk12Wvs
BZY8tFth/S5OW/8ATZ2Q8/m0eo708aj/AK9Z+lXXZWHjX0OqtaDW5p3NgjgamW+7c3+Ssj6m
9HZhdOqJa3eWAt2zDWkaBrvznP8A5xynmdUzLxY3FqeWMtdXQ39JFpr9r3WPx/Tc1jnn2Vfa
avU2e/2JKcHO6bR0i+myol+Ll7g1hAJY9m07Pb7H793q7tqDtrba19YPqNiDz/K3cLVta/NF
+HkvZVlvc52Ixo9F28NO4Mbb6rLNn0v0Vtnpf8L6axMRmYLQ+/K3tbo5hqYHT+b72nb7Y93s
96SnTbU4Wjfp3kc/Har3qP8As+3adsxHb97xWfdXlHa6vJLWOJDwamO/zD7dn+apA5mxzvtW
nt09JvEP/RfSSU//0+TyGOebKuC8ndppBOrT+cj9K6LVZi031F3qMtdXsdse06m39G32P/0f
86sBvVMtl2/fu2Ena6NpJ9vuC7b6nto6jhV1ZLIYS7eGmA8v3s2XbItbTb9B/p/pPZsSU5ub
0vIeWZlNdh2n0qs3AdtLtdhs2fzn2ex3qMp9n6S39FWu6/xW9Ryr8bPws577Mqh9dnrWfTfX
Y0sb6k+51tFtNlT938hW+nUNGO3Koe33bS6yoANLmfomtqbX+jrpqYz06a6/0exYVGEcD674
lXT3Wsb1FlguAPLHRkP2vLm+ozHt/Sf6X/BpKeo+vOTTi9MpstymYfq3Clr7Poulr7fRc6DW
z1PR/wANsr9n87WuF+tTHnMqvJJ+1Y7LDW4g+0Da0B26xu1zfez32f8AXF2X1x6Z6H1cuaHG
2n1Ki6l4BrADvf7Hf6V1m+7e9eRdR6tkYFjum44b6OI5wp3je5nqDfZXW987a2P/AJvd6j/5
aSm3n4AysXcxgdk1u3Bsna5vL6HOa5qufVD6v2fWXqX2vNmzGxWta5rNKw0CGUsH+EbQ3Z+j
q/4L1lS+rFHWfrNnVdDx3iljgX5WYB7mUN+nO32+6fSb/pH/AMj1F7Bl5HQvqf0SvcfSxMdv
p4uM3aXvdG51VP0HOsue31b3v/P/AE1qSnD+v31jq+rvRm42K7Zn5bdmOxoHsrHttuP+j9vs
Z/wiNhNtxMXDxzknBJoqLq2hr3Ehu47nWD137Z/qLyz6153UuqZjeq5+VXdkXONdWNWHAVNY
dGUte3b6O/6Lt/6V66TFs6jXXgv6e7HxepWVtdZmZ1uO/IstePdW+rJflZ3vb/g/SoZ/xqSn
tKbsb1HY+VnWi+T6QY8MJBG71m0/z37+/YuM6ll5uJmvqyOoYLbg8PFb2Pqa5tg9T+dc/f8A
Sc78z6a3Ol1fWvLByjkuzbmfo3HczEZp7w2mvN6PRY7+x+g/4VV/rkM7DxMPMyq/seRebKsh
tXo+sNsvr2X7bm+m9zt3q1t9T8z9F/NJKcTEz+q3Gy3IvtxsKSWZDWsqp3ewMrpGSzfax/76
OM/M3OBFhuNTXtrDv04qDHb93t9D7S5zmXsxWUev7LPU/SelQsGvrGzIry/T/Wm6Ovtc/Ktc
0z6nuyn+hu2e302UII61k/aTk7/f6gt3fnRBfO+N3q+n/wCCJKf/1PMXMdvcee518fFdh/i8
6lWy1/T7XBpc71KiTGgIdp/b/MXMX0bHGPHmfPupYDHMvNrBusqY9+zsQ1p3N9vuSU+ofV/6
8dJxn59H1gsdiuGS84bWU2OpZj6bRU6qp36Nn8tqJ1HM+p/Uc3Bv6TlV5uW7Kqx3UuLi30iL
rL9tNjWs91e+t9v+Z+l9NeWvzWUtrqryLLsGwbn0BzmOrc6PVa3836X/AFu5XsE9Y6NnDPxH
UPsrhwosfXa4FwYWw383I97NtuN+lrSU+0dRezMw3dIprr+zurFEE7fpVvdj+i73NZ6d1LPb
YvLs76s9Rw7zkdUxm1jMaTS10PsL4124zP03s+n+krW/9Tuu9f6v1sdLuwjW2ux2T1FxAY2i
sVvqxMaln02u9V/+Fssuv/4Oqq1dB9as4dOsptsY91tlZYGtIaTtsqYKtz2Wfon/AGn1LPT9
/wCiSU4f1Osw/qv0252JgZXUM7JaHPdXW2uskCa6ftF5Za1vu/NZYuN+tHUfrN1DqRz+s0XY
72NIrpLCyuqsn6NPqDa5v/Df4R66uzN9dw2kVZrnbcmmrHuyx2djfbTgto9HJ92/fiM9bH/R
VfTXL5mJ1v6y9dfRQXNossB9OxzmV17Ayu617Xtb6Tav52z9H+f/AKb9Gkpp9F6bmdY6hj/a
K3nBxnAWuLX2ba92702V1tdY/c6zayqtv5/+j9Rew9K6V9Xca8M6TjV02e/e+qv3a/TbfkXb
rP8ACfo2v/62i9L6BgYFVbaaw+xlbanXOn3R7pFZ3NZue535vqfvq+TXSw73MY2obnARo0a+
8D6KSk+NgV1VFgstfvJdNjy8CfzWNs3V7G/ms2Lj/wDGz0ut/wBXmdRY3dk4L2t9XhwqsO1+
/wBPb7N+xa2f9aaaDVjYdZzc7Ia44dbiamP282Hf+l9Bn+mdXXRZ/N1Pe9cH1Czqn1k6uKeu
5Lrcem17K8XDd6eMHsHuAsh1j/8AwxZvt+n6aSnhK3/pfc33DkCI1RgdHWxrua+e0+72f+YL
trvqn0x9dWM2uvFutdspsaXGsku3MFrrH7/0v0fVe9VB9R7ftbsc3D1fVFQbDtu+HNdud9L6
e3b/AMEkp//V4zMwsz0nXWBrWSSD39p27dun7ybpGBlZNzrS2sVOqtDmGRvAY4bfZ7m73ez1
Fp9RydmNYz7OQGskPc4CQXOc72/y5/NVP7Tczp2DTQBTk2ufbvnbuDNMcfne7da/+3Wkpw7q
K3ub6VhAP5tjXbgf3P0bXss/rezf+4t36tM6hfY71cu+nEwy1llePsFrHE/oHena5m6n2v8A
0tH2nIq/0H82sPNyMx2QWXH07KiQWNhgDp97obtZ6j/zntXSHHuwsmjqWAa8c1soxssZH8w5
ljGN9XKcz3bPU2er+f8A4epJTq9J639Yvqo7JvxqenZ9PU7hc6ypzmuc4+xldW/0LnV6/Rso
/P3qX1m671nrGPVkdUx8fENBezGZUS9wLtjrt9r97f8AAtZ7FVup6vm1t29OxcXEreC/KwBY
X2CS532LLybH0M9RrfZ6blr/AFitGT0rp2A5gZXVU/QAgUg7aqqhO71HtrZ6ll+6z1fVSU8z
gdV69l9QHRvqubMcZLdt5GhdOt92TZDnV11e79JX/wBb/nF6V0j6rdF6JZTkWizqHV2tJZlP
Y57tBtsdjY9W6rFq936P/CLh/wDF7k4HQ/rVdVfYYzGfZa77RtPvcx7Hbtf521ja7GbfZ/pF
6X17J6bV0vIZ1B3rUOLazj0FxyLHudFGNisx313farbv0dWyz+ukpD1H6wY+HaKbMjH6fcY9
2YRpuktmtlrWs3Mb/h76/wDhFxHU/rz1LqthxsFoocwx6lrm2/R4tx8erZivd/wzvtGz8xav
Sqen+hksxuiYNux+27YG5VlLm7d2JZk5B9HP6rY8/mPqxqX/AM5ddT+kWr0v6lY1r7czrGDh
Um6PSwcar244Bc7bZltcz7Xc9jmtu/RMo9T+ZSU8/wBExB0vHyup3OsfnZFbrH2WP3vDAN7G
usf7t1j/ANIqNNu2/pOPS0ucGtuyLYABsuO7ZLv9FXYut+smBRi494cLXVZDHtN1bN7GO9u2
q/UPrZZ++uWy8urO670/C6ayxxp9Nrq37d+3dusdtq27GNYkp6XIZT9vdS6thxQK6hSQNp9h
vt9r9276VayQzD/aBZ6Tf6SB6W9+3l3s9P1P3VKrLcOoZlme8gHIe6i7Y4VtbBxNpYwep7W0
12+1isij6v8A7QNpy8f0i8Paz88u2O3H0NnqbG5Gz9P6SSn/1sTMxGWMtxw87nHZvAnxe7/X
ehVY9bhh411+ylnrWuvZUA5tdNf0eXO99rmsWi6mx9riA6xrJL9oJAE7WzCn0bG2ZmLmWS7b
ZXSQRMNstrtsu/dbsrrbv3O/m0lN+vptGP051lzm2spY0WH04LIG6w/pWjc5270t6xrXmzHt
wba5szm+kxrGy99j/wCj00NPt3e2ttP9RdN9Z7skYzq3Hc3IcG1F7mNB2B2jfzvQ3P8AWsuy
Lf8Ai6V59R1L1Ot419ry7GxXG+w0usaSGbvU9G2a7ff9HfVsSU3cDpjKCMbpORl5l75e5mNm
U4jhBh9X2LJa7K+0s2bvoLpOq4+R9txcGx2yuyn17PU0ezeRX7trQ72Nq/7etWji01nGxnWu
tx+tUVh1uSylnqWPsb/RXZWVXZdVj1Od6H6N3q+lWuV+sXWHP+s91GQBe7HDMUusJIaG+6xj
Nfptc5/8tJSTL6RTlV+6k5Ib7mWshp2kho9PYd/vf+8xU8nLy+gY9GTi5pe/Fs20UZDBdted
zf0TrWjZ6bP0nrNb+4ut6TXi1s+y/ZxaLIktG4ggez+oxv8AYVbP+pdWd1jEyjtd01m51+JY
507iNtLaiz+er3/SZvZ/xn6RJTS+p/X6Oi/VcvfQ5tfrPsZY1gnIt2gvbVq3c3F9jHu2fn+k
rvSP8YmNbnev1G6/FArdWKbQ4Mc97mtca7mepXW3Gr3v32s/MXedP6ZjsZRZkUMN2O0sxy5j
ZqY4AenTptobsH0WItnQuk5LxZkYdLyJDQWNIAJl0afnOSU81kdbo6B0n7S7Mqbh5D3txcis
/aWljTDbKmMcz7dn5bzZbfY+z0KP+1H+Bx7aXTuu19ZrL+jfV93UMO+z7PmXl1OHeS0Nste7
0jstr2mv87G/SexZ/wBY/qU/rf1sd0/p1b8bpODUx+XYJIF93vezFZa7a+++llG//BU/zt37
i7rpP1ex8CujHqBpw8Jobi4rHH6QO9+Tkvbt9a17/wDB/wA1/hPe/wDmEpnj/V3om2q37FtL
WyKrXOft3D3MsrdZbU7/AKaMPq/0QBwGFT7iHO9o1Ld23/N9R60E0idvfmElP//X9HpqbsFX
ptFW3Y5m0bS2Nor2/ufyFxdHRX9N6n+zcm0tLnVnFcwtLX+obPTdZXbXc3/BZFdv6H/ya7pz
9jo14XNdSD2/W5j7HejiPwWk3NB9Q2B9tbW13CX01N9RvqMb9Pekp4L67deZdjYWNiNc7Ha+
zdmWUHGqsLj+kFNLmN3N2ura7I9ln6P6Cz/qI3Bf1TPqymt9+JcxhcZaA/2uf6jfobJZtvrX
Z9X6ZjZmZhV/WSxtxe42tw8Qn9GxsMY6yza/O6jlXMbtus/m6/8ABVf4VYdnQsrpvWurZvSc
XbiWmrEGFWdt9YyXsY+ph3PbTc5tf03P9P8ATpKeux359uHiV5Fzbqb2Vue1zf5wlrX7Wiou
/wDST15/0bpWZ1Trudl4tXr1/bLG7nH9Ht3Ofs+0fT9zdjfYu0yeqdN6f0y+/qVTun5oqs+z
YTotsafT2ssa2lz2U4zHbdj7X00KX1F6c7D+r2EPTNJcX22OefcS6dlhaPzXtPsSU7uN04Rs
DWUVaF/pTucfznN/Mor/AHP563/ikevGwensNhJrDT7rbXF7iT+6Xl3u/wCLUhkWikejW55J
2zwNP8I7cd2z+yk7CZdstygMixmrGuHsaf8Ag6vzv+uJKbOPdfeG2NPo47vonR1jvB2u5tf/
AE1drYxgO384ySTJJ+arVhxMnkRE/BGa/fo3QTq4cHyakpMkg2ZeLUS2y6tjmxuDnAET9GZP
5ygzNpuybMWh2+yprXXObq1m/Wtu76Pqvb79n7n6R/8Ag/USmwTrA5/Io7GxE6zO7vPipAAC
AmkTxpMTHdJT/9D0oza+DMAadlXy8Gm+2q87m2Ugtaexafp12VfQe3/qEVrttgI+aqZ1mdkX
V0YljcbHMuvy4D7P5FWFW/dVv/0uTa3ZX/gvVs/mkpNS3FxLRoPXcIDiGh+yfbWHNDf0O/8A
fXFdcyeoWfXe7B2taG00ZWHTXaaGXtbYGWWZt5Zb+sV1uv8AQ31+jT/x3p2LscbFxcIP9CS9
xmy2xxfY4/vXXWbrHrH6xg3N+sGD1bHa17fs9uLmEuG7bu9XFsa1xG/Y/wBZvs9/8hJTzvWO
qMyem9R6SzHfVlZ9fptrbkNufZaPTtZYKvT/AEdDf+1WTlfZ/Ro/0S0/qxV17ErZh5ubVkU4
pFddNYa8PrH+E+017L2Nr+iz1Wfmf6NXB0oOrs+zOrwvWG191dTN7hO536P2N90/4RaHTcSj
p9TmssstfYZstuIc5xiPzG11V1t/MqrYxJTere1rC48dwdfkim5gZ6jjDDpPx/dQm2ANlo3f
utJAn/O/eUBtqb9qy7WMLOXCQxgOm0bv+r/wiSmzWXvIc/SrtXPPnZ/5D/PXP9e+s75OL012
1v0X3jQn83bjn+T/AKT/ALaVbrX1jGU37NhSKD7XuH0n/d+Yucz3WPjGrDqpgPvALYYT7vSc
fpXOb7P+DSUxdnfabH41f6R1Ttt91mrazB+ju9tuZr7K/wDBfzt/+jVtpfUxvoE16H3B3udP
0nufo5z3/nqnjMqraKqhAZIrY3wmSdf/AD59NXQN7hUxwa6Ncgz7BP8Agw4e+5zv+2/5xJTp
YvXerOHoDILx9AtDgHAAbo3fzlbtrvpPf6iv/wDODq2z09rdo0n26gif3du7RY+O3HxR6dTC
/QtsDxJc4ke50n9I6z/prX+zN9Av/OBB2x7tQR6ez/SpKf/ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEA
AAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgA
bwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA
/+EOq2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78i
IGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJh
ZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4
MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9
Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRl
c2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
eGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0v
IiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291
cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlw
ZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50
cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9w
LzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTNSBXaW5kb3dzIiB4
bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjozNDo0MiswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURh
dGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTI6NTUrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgt
MTEtMTlUMTc6MTI6NTUrMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6N2M5N2I3
NzktNWY1My02ZDQ5LTlmMzktZWY4ZmY1ZmNkMGRjIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9i
ZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6MzU3YmU2MWEtZWMwNS0xMWU4LWEzZWEtYWVlNTIzNDFjMjc3
IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6Q0RDODMxNTQ1NzYwMTFFNEEw
NjNFM0JENTAwNkY5NzkiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9y
TW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlk
OkNEQzgzMTUxNTc2MDExRTRBMDYzRTNCRDUwMDZGOTc5IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4
bXAuZGlkOkNEQzgzMTUyNTc2MDExRTRBMDYzRTNCRDUwMDZGOTc5Ii8+IDx4bXBNTTpIaXN0
b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0
YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjRkODllNTRiLTEzMDAtZGQ0Ni05YzVjLWY2Mzg5ZTk1MjI5YSIg
c3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMjo1NSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVB
Z2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2Vk
PSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDo3Yzk3Yjc3OS01ZjUzLTZkNDktOWYzOS1lZjhmZjVmY2QwZGMiIHN0RXZ0Ondo
ZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTI6NTUrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFk
b2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8
L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJE
Rj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMG
AAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwM
DBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAesDASIAAhEB
AxEB/8QAtQAAAQUBAQAAAAAAAAAAAAAAAwABAgQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAIC
AgICAgEDBAMAAwEAAAECAwQAERIFIRMiBhQQIDEwQSMVMiQWQKBCMxEAAQMDAgMFBAYHBgQD
CQEAAQARAiExA0ESUWEiMkJSEwRxYnKCEIGRoZIjILGissLSM8HiQ1NzFDDw0WPygwVA4fGT
o7PT4yTDEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAACsSYR0kDRGBxtRKgr+eSK8
wZYEFGYhw2ZFeNmuRURll6xAqcgjjIMmkEkBDwLAgSEC4UMDQrtEI9YwU0CDxsDK12iQuzrX
CMDDBO7hXjMEC2AE8oEpQKc4mgSkokpjmSUUMGwIiaEhTkIJTkwRAcQ1AJXlXDGo2QhMzRCW
cTRLCG5ZrwYKouQMxxpzkQRBA5SiWDVJFyAUOUNgsFrlLsGETYSDKEA0UiDzYHOJTma7RCuN
BXiicoEFWKIIyRYGwxDHbAsZAoWMEVKJDpLdTZK3HdlyZWtZ6OofM0gsYHCCIAe5RtFlOxB5
OQjXIFQyjnaQRoSLc67lcW3I5+HQjMHakUhOzbKb3EVikR57F4BlCY7imOkhhnGSE7EwHcGZ
IZpUzNHTsCnX2TXhkVTRWTEqtepBdrMvlq0CwBGcAWwOyTIOREZYgAziTsuQd5xJRdBZVyGk
oGIRlAGcBi5brWRJISSPPHUCUosTeDieDhWUhoSmCmNycRTDRGQ4+JxESDYk8+wOMj3lQ461
X6056NzMOneZyqFSLViqYKSKGhGZRsQsBiQmNOJCDxkMULmuoHBRlEBYBcDW6lodJCSR52oz
HC0iCIMmQSCqu4aVaAVCYcoBls1bTA5nSah5rV9jqHAdddzjZwL9gjoV/PDTqnRZVUoMdlhl
bIVCWJFAV2uCtRtleF9GQTUiUbZzFEWkEtwulMoe0xhXL7lN7lgpEuSMgO7E4KvMAV65C1EZ
BRYZKQ2DEFEICMSqDqNI5E/TDOWJ0eoZ3RZMDawNvnTCWPvHRYd6qNEoykaTj2K8ixLNuFya
gBYciVgJB3kw0ooPIRA8RnNJJgckghIlCukJJCSR5jFORi4yU2GWQwkPGMh7Om4JrtAvMSsW
RRvGbZ0DgZ2QFWrdmeY9Jn640mRarEYolQw5gnA3hmCiaQAURmi+eUOWu4UlSyGcRBtGsc0B
15h1WGWbNK2W0FwqHEMgTPKyIZOQ2HZOEiEoLcq3Q5Klcto9gKeVgEZ3EgYBr5fLZ51g+Yid
PHmeiLJQkJQMIGYBgiRBnTFsTOVyQMBGVhyRMQU3GVq2Zkr8SsaLiq27Aa4AoZiSK8bSM4eq
jyoUmGSGFnWsA71LoCdTUxy0WwMkevpkb40Epz4IbPbtzA6/cmUMvoWPK6PacMdK9OwWZhmO
iSKwxVTaln0jfly2yXihckiuVDgmWHTBy1CFp65REAQOcUwpYzLchkEkhJI8nSYYUxk5RkH6
XN1ChB2Lc2vBDqYqVvnCvylvZL3cBsijJEYFic9wHonmprznMK4jFIWLdNSC1jDh1OUcwUlQ
6m1z3TE0ORGUpiEdAmQw9oLB0OZbLTtll4uWT1bI6ZxJI8kiUAgTckatYOpIpmfOtqh7AyBG
aRX4fsuFBd3xnfmyaLiTRCQeJyPMdTkgBuUIE1Ax+g53rTrLgjFS/maRxXGes8WYnVa+UEIG
Q6EUnMIh3quXmpSNA1SYctFF96ZTULmuaRs22W1XmeZ1L1QCiCGsQIdSEsirr42wWoqAUgYl
bk+v4Q3evxujLE2cGOUQlM2WUsnXyQE5SFSusct0DXC1t0bpdtO5Wy8bQNPAuc+aogXCrO3W
IEIgU5hFIUjQs51sqwnEqnmwbQyiF6zi2zZVSRwIZiGESQoTOdAldMW+WwWKdmJgS1RFTA6H
mDuugzNYZ4yItIQHLznJ5OjlESFmMSESITVDVv4ts60/KbJgUdLJBb8rwSTEIZWwEw6tzNJH
rHKtwsgBWEHJUtk5oYeIUWbVMhZOJzh4SgQZ0R0creL9+rdKWhQtk4wmOKwADyXT8wei6uJt
kWmgNO/mmHs5+0cpm36Y0RZBv2cNGtn3WMvZxzHXA5SmG6vBib3QY24MWBAUTOVMraCcoTo+
eLLiMRhNAptEM8ojyGcc0GLLDY5MdkBBSQDosXoR7sSFa1YAPPO0iMokMzAh0p1BUhJIjj6v
NhtQEDnKupSHw9jMB7WX2Bzw9vJKGVbqB6mxjFu3l9EdJbyrJqOnGYgwda5RLOJpAMCyM5KE
4ieJgk5MCk7kosYayFzkQnrhRyYu7WN0IpQYPOs4aKiSgSqc16Dw/oJaSQmdGdVOEOOrWFz1
7MLGtksdQ6rlXJzqRYq6mWX8vQzjS3crdNLRgcaTgJURojfxBmnLE1zMo9Jz47VEaZMfYDik
h3zwmoShE0yY10wwWhDMcYtDmQHZB5RHSXOPY9FseZ7B2b0tAht8/wBAHTOKMmMmnfqGe+1V
OfztGmRMJi9VHljhtZ5ovSKQr2EbfUY+8HsCKD57bwgxiBKb6rmZeqVjWyb5TCKzhZDcsOMg
gWRDTihGDYOYGUBOCAZ87EAsbLBStYKOX0VUDqYFc7na8z9HN12Q7PAz6WjyZpWM6yc+z1h5
RkQy9lGE7aBpYMgjXx9YW9kdgjGWEVLGD05YuZFc3Q5My/GqYcjUACzhmg+TZNGWdlnUwwEd
Aue1CURXjCYgBQeQCw0Dcr3AA42CmOLXiZo5QBdLiFPS5iKJnRT5ro+OLmllaRi0NXKAOVEy
BmZdHoMor2o2jZ6BroacJAeFv8gG73jO9GeES2KCB6WUQ1M5nOcr9FgDUr5jIVjNLW5mXx6c
5lTZzM4uABAuRoXSYzOa4zgHq39Uzr1e+U5W0chXuUz0mzwW+ah8py15r6LyxyvY4+QdZj69
EFBUzQMAhLGJRLvoDaYMxHIAP5wZFeMzd6bgdo0YaFc1bOdEt5Cpm7byrxDl+0pnILcxzQJg
2Q8Y3h5kyiB6xDHHMROQ5BNLItHSX8nUL1PSrlkdiZXkUZW57quYM3u+D7ouytoqch2XJGdV
tUDPEOYoMg5Kbj99n92TgRA4G5Ew+e2LhzkN7DF13JdCaOY0jKLu3TK0ywDEq1zTej0BwVkd
ItPlSLQ0E082UCRqhSoIwR3ih71E50evk7IalbctW6lkGOyEFz27gmd6J57vHXrG2QfMdThH
N5WnnmM5ylF7dUV6n3hv3HQzS4YLzoDEy07pnUiiLvRYkjfqz1AFfpqxjdGG+OeIw1W3lHI5
BqoyhAKwSDSKIhOBisMoxpRcSeB027yXRGm4+bD9x5z6MHgdFLO3mORshmdKWqAsBrBOcy9r
LKF6ncJZuwh+woapdDn8SaHORYjMcgqCImavqHV7dTSA19FgIrcypoKQAVxAUaJw3K975+Jh
uSmyDidhW6hyvCYxnUwcZRC9Jy147bDlQM25aEG2edonaW/Pzm9tcN3JrVYCLsS0xV9opzuX
vZJj2NmJQr3r5i0uiOcWDusw5UWzjgyXtAz96esVNCcQoiXQ7jmESYk4pE2QDO807vhiuMkR
iNMUkwpqYCNkQJiRIJ0NJymjm2ZmfbrALYT2zKiaubfX+a2j0PN5m8dvU56wdUYbmdWv1AbK
oWsyzAsixLAfmNjnyTjtmr0YuhMnVmiE1ELFOOmYKoEIlp80dNx2JArx1945rQuSMWt1NAw4
X0ZsbmiZQrIgQTjItNhWK9sCWeabmJIZEorhZbQCUKm6ExDdBhgPQsD0grQuhM/nOi5UqEDq
GiHnrxeaqjJydaRT3h9WXVEgnmwymxFDQSWdlGxnvzRohPrnLhMUDrZmwOMxSmVqBrU9nOKR
mOcuGQhV7NUmmkCvUDB6W5jgYFCNKKNw3PMdNb47TNPn9nIPV9DmNM1VQmN550+EVWBbG6HH
yD0Hm+aRrUrfYHJd2aY7OwpDCXJYpizQFQLGdlCIWhdCaFc+UZ+nT0zI08TYLVqzXKjgtlOp
0lAyLBjHHQuWDIlfAZ0TsDs3LQGnr82W6TyBSnEGQeqWuiy4GVU7Jzhl0+WZi1rpn2dCiUrt
SkHzmiT6Sn3wU7RDQzUaMKSGGwAuLqciXKQrwMxbAfWDIPg7HOmvXLkkNXL1zfz72YIhBlnO
v0ARQzMiyCwVat+qZh43SZyZZpY5SFMdjMLFjPmWqXUcyda3O9gYd7RIc9U6XnTR0uc7wrcr
2fKmKC3ljShsnoNmTjDMitS1+WD8/d1jmK/oNg8tJ6NTOCJ0N0wdqxaKcCSB870OMaAtGkZ1
7MvnQZmlzJuV1MPka9cy7DFKEqQS/SFACajeOh5jTyhgW6oOMoitVTnU5d0RzhdKwVrKplaO
rI2D4nRFvl9rDB09JHP6ufcPSDc10oORIkGNz5ocdV6M1KudaLXKn6I5ztbjAYXUY8djmizl
XKJu4UM4Ddz9I0ee6rANqWVqh7MrBz1qWgcbBRI1bdUz9bN1AedvZoRnIYg+tY5S/sMSaciW
B1HJGre4+0dtHnr5esU7gLP18kDCcjKDrZ4XvfMTnpjcRpG1yljdM3IqWDtiGgSuV5FiWYxp
tDBOgDUuHPUe1rHF5nX1zA6eznBaULAGJClOekADA2yca9usNR0gmNetIJk7eUStblUDbMYp
At0itZrQNDD0xnNWOhcyRX65Z283ZKFEgA0LszOPOBXqaETJLrSMO6+IE6bl9s7YFExZo5ET
QPm7Js5TkKuhm3w+Qa4K1mZJ1r+dap2jBtldzoTOhJI4OpZrDNJiLEEFoWRmrbp7RVtu5Rx9
bGCCsVwaz+uOa1y82aVvlu0KfSmOckBgGyGjAuwnZKY74ykVqxVxbNYPZJ2hSydABzEOzpHN
a17ONTsOAMd7mVKADAAMJ1nNehGPd2bRn66QkkJJCSR5/CUARRzBQJEr6VW2amlQuA0FGTUt
ZQemqJHcw+pI73LdgUcjoao1ikIw7FWJptW0Cexn2A9a45g5PX82cvvZ3cBLwLg9qUyArDFA
Oo5n1txHEcx6J5mQnY7EWubOG1rchJISSEkhJI4QB4gHuEMuB0HRGLWln6BQBt5Bk1y1SvQh
IJuZVs1tYSLs84o2duckY865DT18TbDvAoWwO0RGaRj6pHFecwpxQ8ZOO6QkkcpxnYaRT0L5
ylcmhJISSEkhJISE5kWyyISkjlszpcAsEr2S6qqNXD2+eMmgGwUJOU3rptUVnmdY1s0JCtyP
c+fgrdPRLm3Q6EqXTxBhnIoXLVgrW4uFmNwqqIt1nsECpCSQkkJJCSQkkJJCSQhyYeSRUlGQ
02IUuc7IRx2tmFNKZOTOh4OYCoYdspyYZ317A3jO06egUp2oAvPu+4Es3hbIDopWyoS5MUnY
Z4sSlGqWatfSBWpMGUJDpISSEkhJISSEkhJIUU4nSEkgMmcUoSHihnITlcNLLPIo4fVcqc8+
hunIC3MQ6vUqQLWqGBONghgcnt5502tGZaIzEzQkSUEPGNQrVr9wFeG5J4yCOkO7OJQkOkhJ
ISSEkw8YkEkhJISSIMyE40TjJHBX6WwbPOdHlHPa+9glrb5+yYfH9vlg7dnnTtT8dum+eOec
fZzr51sSsGlOAR68iVUFojck40ZISThEnFNohBxkSmkJJCSQkqpYatcEkhJISSEoSEMkQKdh
5jkc/G9RLN0SFzfTBMnS2nObq7+AamcDQLgJ5pTzuzyTleu4juzWmzkBmQxxlIMaIptIG8mG
dTEnEEHIpF0iSpYxsRxIG1LmXOp5+qc64nJnOlWHpllBmThS0BnSBMokZxIRkpAc3TYoktMA
tsxOcGA+edFxBv69SmdPHHc28gdg4fSr2jTui2y5OlaJkhMeY2CwTiZOJmAKzEgVmiNliyQg
YzHQYlmjV1iaHIilEsOBi/KnIu2M6JtAyznRDmw5BFGiUYmnAikww88pZOIwDzL1PzA1ugwO
iKWdbyjQyy75WuVCludLWIkJEnKLiHOAScHJBi41kZB2QyeM1AimEOMmcDaOsSccwrxkNGMy
Mo0jTJXtElEpWsOx0EZQHmKYaDxEwuWNjN0dYzbryHZ2I8b2mCZ3QcT2A8HREc6ZWra+mAvx
kTZpDSjIkyETrAukTRmSnABPFjUHeDkq5aRTd7o8UYjJ0Sk0xBNUK+jOyBs1yBHgYi5iF9PE
aTMFjARm3jxDSDMdhyE8WJ1LQjj961ATI4xGQnhMm8GJyC4V4TGrnIO45E4xxy9lVhBgpE3S
Kle0hSaA5QoKSJCY4xI6IHDswCai4W7XsBTCsH//2gAIAQIAAQUA/wDq5//aAAgBAwABBQD/
AOrn/9oACAEBAAEFABEVKqCrKFDRLhhIPrJz5KXQpnErjTGNyJPYXZQkjMdsVWQlR5x+YEPt
27SKdscQS4sjxhmGLy4hZWYeMVmbI/WgknfDMhjijjcSLGU47xuec5BkbSOVksBa00kkrToC
0ruTJyWN3LlipZDnoc56pEZzIWEjKsVkueDHF3x5EYxY4C7YskhDcmyRpQSJQPlxVm2ruuex
9OzAKwYtyZV0ccqQIymcFIKgGZAB/wA5o4gXeNmGihRSQImJELO6V2BFQ7dBsqikODhZmx+S
FZSAsyYrRseSnBoMEQEBFVFDARqC6cQ3q48DtCY2QghVJk4Y8ci57ACr8j7FKo+EyjJSxV3V
jEeLIFAiCSI3JS6ADQAXFCgJImoyGSQFiADmvAG89I1J5YITjnWMUOBTnwABUZIg2y7WIAyQ
hCoC4YycCcQZBx9urAcaMrKXLDObYUTjIfMUftaSpJEET4xqCEXiw84WwuvKGYeoO6ku+5G4
YHIWBGI4MGRHUkuGLOJJYmbISVyHmR7AA8oGGZSrD2GEMuISciZlk8sSus4aY+GIOFeL+dON
HipJ0cQDen1Kh2h0xZSOQOAgKG2PBDHWceYdFijjXSgeQug5AwgOXXZ2MBxgNrxx5tCQERdN
TnuWO07BuNSzcDTWoa9Otf5yLLyMfnH47LBED7VF2d6KspERAaXZIDx5Ip2xkOFtx8N5HIAO
IYRuvEktkXEY6lmBckaDySCJBcU4bUSkTwlhMi5Lehik2SpXbHxnHZIJPrbOYwsFwvi8WLKG
wYQRnHYU8RMzunyEaE4JNiRGYLyAYjCOQYDehv0jdy0AXnnkzqi1esetimUrVoUr9r8qyLAC
VrzloZGKqOTMV0g2dEE8CW0TGCXLMX4O2bIZTIwdkUEqWbiVRicSRARuUFQcXlG6FVKyJvtF
vyOlftI8EHYbm97mRUR0XcUKrGkURkYVjr8ViVq6z0rkgcsiFQCxUgAQlmTkqsJQxB5DeyZo
4yJYiDKowNHkllAfy05iUFSqjPOSuqLd7FpiFciqD+RCzuYIGki7KhFchvdVLVOhseMpzhk5
Fk5bEayuoZSJCpw6GK2o4ZmZXOyu+ckiYX+ULfKQcZ/SHlJVsUKw25VGYLHIwzkMg0UO9EfF
/wCFVQUU6roA3ED9utsWIYaOMS0nLiTxJZOKg7LFAghDP6kUuil2ESp6a02RwpH+hIUvKVy9
aeXE68CJRNMsayLJWjSrBF2hVWvWGlvSyfjFdZ5BrO6OspdIydxzlVDNkzHlA0bYqttWAExT
SPxeZEkmMYJ4cTLIHysHxtbBYMCulPyLoACmREGLkVwklieDFhzG8rfz+0cuRYhjy3rSoSrD
ZwuwK8djQDRwksrBWjc4I1GeuFc2CCBhUHL6sK6yFXmnlmU2ZCvVhK9ex3hlX8zay3eSm7IB
Ytxyxjicq2vStJg8CjUMcoWH2ZJzZoRHkG2Y7WcjkPUvNom4lpFLkyy+pEL8VKIfWFzQAZuW
JEoxSSYApjHxwHRfRGxzRuOQbJ/axO0UaCkYzDEG1O9MSxDDjyc4NhlIfCpOI6BTo42wEZjh
/iw4MLeGwY08rDemd2YnZwa/SpWezNcWNF6+YJMqc148MUjkylZEKa5jaDljaUeQ8xKn+Wrx
SrIQvs4oV1vGbaoQVdwByOKNNCAIUU7bQJYEjYZBxyAeP2nyV5bJbOILRkjCdhmAKDkAAuAj
XMhvWHXgQSCp2MTyEjZyWAW1GY51Vmw/pWhM8tH61WjT/wApBNF2HQ9P1lTiS31Xr2Ev2KsY
L8PsMsKOiMFKyAqyyIqo6FElk3xC429BeJEaFVBMtfnGisvIIr5GNhnHEsqksr4jKoVxuu6e
pSuy0BHOMYZoeShCsYUEEfs2MDKcJdsUniZByU7JZzkTaAO88E7JHtVMaVSDOcZ5COe8SRtR
2lE0MdqaW19Vs3DJ9a7mAT9bbhBilXOs6GzPPXkjNmtNNJWm+vNeu9f9a6qiBYowD7ZMLdup
1kMTNcAwSySY6E56w+QLdKpXtu8VF2z8R9y0lAaCZc3Y0k96MCew8k/Y3ExLHaWy3W3JEg6u
aIitY4GspLIVdIS0P4rq715Y8atK7S1nYwQy69btiyWVwT2QkdycE37Ps/3FzTp4XTIzRkyK
MCOCNkJGy5xIJl0xSRmZDv5EEaXi5B5IvvjOU71KuIfsIOV++DtF3aDIpatgdh0tW1X6+pag
bvKa1WsdjHSm6/sYJ37GAWYmrWoLzqZ2f/8AnybkmgPWsjGNgK+iJOJxABEdkOoCTO5jqqJA
wXZlbXJQD4xdAxlQvgDXhYfbLDWWNEjQY3FQScMCFRHoLV54tFRgqIMWtEuGrAc/Bq4zomNI
PYsYK+1gA3NSACshZiwJfyWkYMp5svBWYJ7JZljFiyZxF11yVo+jtDP9EXRulnyOv3NHOp7J
p469sPljmq++O2/2B1NvrLf4liWZ4axjJb1AIYkCspD7JVC0Y5FljCkWOAMO1V1fHAQBo2KK
yOQcB1nFhgfeEDZ1xUbDAaoxiSZASDvGBLFdKn/FQDgAA/a3kvzwSOrGQmOGQHJG4YWGkYA+
S4+WFwqtMGxndj+K1g1KscCwIu7CznBX0P8ArbhqQGNaBhInjSStYEg+xMOvsyWGln6qtcim
7G5Hcn0DgA4yBtBxuQeOLnCOCTsziNpJApdEkY6Y8mVY0wHWAjmzBWVuB2eSknN+OKaYIq9e
NSnZDE6VfHjcUqARhSf3DRZV4KFAHInBIqEEEtts0c84SwPrZzVpyACkqxV4ZEKSqcF5Az2z
KAZTnxkaByorTyvk8Nec7aBu4EVrrFBD1JrLwAKqqOJj1qw5Vo2U4sp1EC2AA5FTMk/EVmZk
cMeOadkCsG5PwQqTIWMikjNbbxvkod2fSq0xpDQOsfW12cLBShAyIkN+4SEYZi6yeF5+Qms+
RDDQduKorBatcyvBDWgDLGzyzJXX8mSR4WAFipJ7IoWKLSDoKCFY4YUUhRjjy0YmM9aD8Kv1
riRmjRVkUrppG5Opd+ZKOFiRvYm9liVrPwLsGWFHXJIwuT24UwdpXAF9nUSW2Q+0mSKyMd5+
ESu0WmJ+RzYQrdCol9CGnXbW0Jez4inibEZtB2GCRjntABsIM/Kjz3Lgf5ckwaARuChtCPYU
kFGXlkiu0lWJKyxiV2XhGXgEsden62iiWMJGzNHEBmiMA8AEGz2NWJrHfxwE/bIilb7czSm1
DNJptj4q7EhhyQljGHYLEyuOKADbOWDA6Zx7CZoIZia8WCGEmSrBkSIh/FhL/jBMaN3VK8y4
I7y4ZL2vxp5BHWghyOKJFHLOKsZbkqzQ1YlRSBn/AOQjbauSWqci9R1PGzg0mFuSmMKd6HPj
hkHH2nBKGMdCNwsPqV76xpG7u/qTI65LIEBGsXQzRyzcirre7Rt2u1dpHkllYwyAsjLisyN1
0/vTen5At/OOpZTGQK7kYrq0qlODFAG8Z7DGefINIwMShgzMCxUssiEqzakZlxHLBGDCFU3K
EDsAa5CaAUKujlePi5fWA8gm+P7TsZKnJgzKqudKythHESuc62qXbhwRiZGKxokNUxl54FNW
SeXI4fn/AANbzsbi1K1ztpJJWnsTt1f1i7ebqvqnX0Xn6ylNnZ9BDZj7frhUepK8cyviS8n9
iE7Gy4bI0YGRCr+8o0ZRsLIRHtgOQkYhTGoUScTiw/ADjIs5OMCRGNLG3lXHKQn2lyUQcgi7
ZUIeNiDxByPE3r9qOOZcrKSXVjIuSbCqwVOJc0YyiMRBhVnmhjEKzGZ3igLGCHiF1h3uawIU
7fuJ+wniiMjdJ9X4qkSRqRvCjbZc7+kskSHTq2R8Xbh635K0iCKXJWSvHN2kS4lW3almr1+v
jElqdluz15KN/wDKj0drLpVgQBwDjpxMZYszrGqltq437DvmVY+MR/CtsxccgZWIO88DISSP
2lFBAbCzDFjIaTb4q8BRDGwCorzSc46yorvL5jrtJkEPDFB0o0LNh0f7F2J9X9/rf193yNQB
oYP5OHedyCkFSujxPH8IY2A5+NE4LccE8tgzGmYBE78jb6rsZFWzFWdPlivNBkU5khQBRXbb
Sv8AJYkdPQoPFuPHiw/jiAEbBpsdRpW4lHUxQsDIBvAfEJ2P2swJcMpB0AxUo7uqljnXVjwu
qoiWWRGXnI8VfWQoI1jOgD5d1VLFoy2eyttatfWerE0sCkKMI8kawjCozvCBAhcylxwj/gSK
mSTeiozs0iralnlIfOr6ict2Fl3VfqV2U268lC07lj1dx4p1kVk4quRqVxZVVzx1H6gZeMRD
Iqrw5FImjD6EQZjoko3mEMq8BsAAxsFfkuch+x3HJm5YzDWzyaQIsUgVaRAjZJNzS8xEqCVF
GlwgLgLbvKfRbsOCkce+l2teMN+hJzzr+xOfcLHCv11YhR4MQbcAUZelU44CyfXqsc+UqMUE
ckXJafXJBKFBz7N1ZJ85SUGyhJCjjgKku2wvM4qjUmih0A0ZjEUoBYabkqBCmt/L2NtZ5lyO
edisqaWwpCzqSr6YyA57BhRdytxwS6AGOysau2lgX1rIQI4ebSVoFwRkv4K8xmhxsmTLTIco
VvfL1VcJieBvC3lX2Qcdgo7mkvYyzxmEyD5Q60EK52R9a59dlir1KkkckcjcUgn7OwIlkWPt
6hswU+hlsdh2XWVEgVCuK5C/DRbZBVVaWMEy6wyXCzWL2LYs7W9wxLEUyrKiiSeOPB2EAWOy
xYT7wA8hvEGJxbOGl9Zz4bk8toaZlVRthUP+XmwHaJZKwewZWT4Ivxd2GKfLqzDtiVr2V/7n
X9XZrz0UKhd63jMFPklPI7GcRwwBiZuTSqoYovlz8b9Y2YzFIstKsbzx9dSpJ03YS360wuMi
cuNycww9W4VL6F6oZWPEMHE0a89l28emUFa6nFhHNokbBCgZ0INemsiLThCGOIPbjVk/EgRl
jgORm0MSwVRpizxSAD2Mw1kgUYd746DgkxrvImPugiGdixaNVXlWCIsbBs15MsCKb9UZ76Nz
L81n8zqXNqvAhAH8E5IEbJDpYmJHaSOZZZfXUfzKoXN6DM2yrDLUCCv1qJNd7ujVqdZ0Cqeu
HgkAL3/dTPL1LNPVn7FIUn7J7E9Lqe65Gn2C5LSHrKAAMCiAZIy6azCMWRTkllI3gsnlJcBQ
spJZSVbxJWjbBW/xjmqrPNuGy6RRTRvF7zqSXlhZXO+KgsxDDjHze1SlO7dWyHWdtx0pJliQ
Kl4TiOawVyFop2lhijbsJRYs9HVEFSMkYxdW57BIBYcgs0KG1OjzdiY/XZMwULaxfyAQDnLk
B5ynZl6279psSzQ9Ha9PW1bLvFPuSG30kleSDtJKAsUbMr9X10dJC2jzx1ULZQxkOyAu+cjI
4g5KwMTIBp9I0UpCK4LK4YgDTsFXkSgcHAQxTiQ0SmT0wZLo4F0rIQERmJjUZ1kf+SMgAyFI
OGjGv+OMyZKKsgdKKl4IZsfqlKWV9dzqFT0AHiN5riPJyUlI5221NZWa8SDM+2jI4KkeicJH
NHUnuFT0yyJF1VKr1FRalnrXnavdiP2btFFfpvQ1ulVm5V5FmOiSqA4UK5NCrm7FJEZaryYN
xZXkZm9MbmSEAMFOMh2g0tYDlJoSHYVZG5Lx5B1xX4urhn5y5Lh1tyDgLENtcoBFjTjtlYI2
gwGkliLxxUEjwwRAiavG9m1SaOeOEdj1bxyQf2Ixt6JOuwMn4/rEk/qUV7jBJSeTPySCvdru
izQyFVTg6c27KItEs24+ll6xlr9jFlztGSJ5bPZ34YKfWRQ32uyCNURQQV0oLciFDGaFZBP1
7JJahkhlVtMFJVkLYsWi8a8uBIUcMUk4xU58dxnjiBdhuTDeahx25PL8Wd+S6Pp5Fs6+s4SF
g0j8tIWLl2XDakGRzSzY1d3z8Cq8lz65SWNqrG79eiZIMOEYwGdmxFfrI+U7gevstmxH5bt4
ZfTXYcmiGy9hTWdpImgkDSVDBYa/BDEO5lAs3J7UnQxpzvXBdn6aqIcTzig8gNlgNsgYNFyR
WbJqaOlqIRzpMxzkozkQpIZhIAEKb4EAniujzi4kAjiCNAcW5rrXylDGQQBRKnCOGJ5JowxS
GMRMJARA8of2K+OUKiD8ZDdQ4txdd/2SpT6aN5HhUhP1bWdzIu+vmhrRo6yLaT/sBSBK4Vbs
saGhUmtsnTdjE0VN+ReTjOwGSTe1xB64eQY/kOkHT10lmRhEsVuObBvFLAbO9+JnKoxVlif4
dxEwmWRjHGWQeOKtol1wLgHKNo1A8YUO1J16ztE+fuXNqMnbF5lZByWpGzyglchTcaFQYo0d
bMMhEVFklaSRg8M+IlgH7Hba52X1SB1UfslkVMtS+6UU45KdetLVNisRZkkiE8kgLXa07N01
6GrZm7eL09UVkW9Cq2L6FMGy9yNUqN/I+edTXaJImd5alNw4GsXTMVBLADJQWQqYyJuS9jqa
qIF5JGgUAcOJxgqsNEKRwJOyOQXary8hQMR/W/NNSEElxtR8OO86pQskQ5JCHYK0ilZipE6k
iwmx2oQv2vLH7KOGKtF7Z+nqNXpfqTodoJPVBWiaKeVq0QuwzL2M7CxZYvb25zprUKj8HqPd
20vvqpcatVPYRWjeL6hY7uycq2ttQgWWSpBzytT+SIRnyGaOhKvKxfHvj6+3LLNX5hHHs5xL
nrTPzY45jfqlTbhGLLCyRzRoZLEJQ2a4USqME0OojHJnsbRIK8k04PN1IY7GbAPViSRm4hAd
40MjM0UjusESv6qIwfgjBBHu9UaVIqyLlFw9b9TrVyfmslmSPPZ2c2T9bbja3NK6sSJk4qI2
Wu9LsIpY+8nnSvPOzYeUaiP8urx9Mk8gamo89eB6aFdpzEnBVHxYZYsxQBZS7PbrqJu67NQR
2ZJZvyaswngtQLJBaqQzj8GZnepZ4R9e6SrGAWrxvn4VVms9dO8y9QrBOqiQDqYeS9PAZPwx
xkTWEbwo7r+GxylIIJP/AEUEWRdlVOWvsCQYPtOQ/YqUrV5aNoCEA+6VV/JblJXjmevEsUf6
udK9lIGkudicaLspsWndRbZZkaNVfxuJRIwmv0ltdtbtxOzeyc/DrbqRZ2UJdoG5IFIk62uj
16qcIolIUKcfwO1sq88EMEMAsQsspZiloSx+zr1aFIyqn15cqqrglwmjm0bFZSyEOOQDShuA
O12AsZUjbKfjkg0FAAZ/i7iNJ7DOQrHCrDAjketiCpGJI6HqexmaxGpVoIYWPYJKsld2eIHf
6bxta7KvC5WP0MpR1uaWOxISW5YsqR5GyqXkRjZLR2QF4OQcWN0SSxIxWMlvWCej5GCNSSi8
VJGp9hfVJPZSpWlr/wCtk1HQBySFFElaZklL116/s5bUNpRLAeOfJi7RgqQMViRHyAfemVlJ
2AAFwNpvjlg83VS2cuOTENG/PlX17Z4I4xFEpFasxU1KwW3QiKFHjer9i7CuK/2KB5WvRXp+
payqgn9ToG4XaWedXkhltxNckJilkLSkJuVNn5ICdrbhkikMzskMbTPyjiq2ZjIYm21asZ5+
qqxqiR8c0NN/Hb9qEloxSDIlkclYwFmhBlsAFLTqklqJzC9WqEuV5l0gmbSklc9m104K7R2d
RjyoXZ/j7EZbF2JM/J7HjI4GRMQ3Fi0rFseNXMVNpJ7FGZXkBiyEzosVku8grjLNRJi/XWA7
15IzUstXfppTNDsYf4yQMydgzRwWGd3pXST2HIxWEHIseSjZZgcQ7NiESRsFDR9hWiD2XsOF
aTKNGWexWoetKqhUZRjKWHa9nGGiZpJakKxxWpbW3/IkZFYYTaVkIkaKnIcNOXLRhpG13UAZ
O8DZJ2rJJD21RhL2UTq0paX1SOpjkCmCYxmKxFCk1GCL84akG1/4BTs+vRJZXp2Wr2BKZTaS
MyCAcJKlmAmdXNdwpnvmeWZkAkCmL6lc5Qrv9WGxeCiCeP1yp6gxkGuxjj5hAyezjgZneHPi
M7GHUhBVk24SPeU41SLr65WHQABIyxKIk73sUmNd29tNGeIoiYPXsV0Y2KEZNfkt1ZW1z3na
V5rENnoJpIYunjMcnWJyaC6hcBQyxkyWWWSJg0TW1Ie6xytSmll9tHUpJPHQ2SwXbFo9jRan
VhbLHqNj8VZntWgwo9d+Ub1BZmWpHyliljzgOPRzPT7BDsD9e1sR1qMX2ipYPqp22hiKJ2/x
dUlZJIyAFVQnDkEfTjkZ6DRvFJHFnVq8tqDr41IBATyWI4/Ye1gmjZ2dusXjPHH6YWRGwypE
UsNhkfXyYICoEx3LPJ655ZDXgsw13kvVeUN2qwtdmhCgzmHrZVl9FWBeyu8oaVWL8W/ZLRco
9Svyb/k4Xi4Z3yYbVNiSrtYIgC1qb8ZaVOxcktSGFYIFihfrobGWKdSKl8wk0qo3XTrZptLH
GLHaVYY4JvdDeiinqdl00tSxFZsV5et76O1F2SSGRpJcKs2RuxZEIVVJMaAZ2UiNJ1/XWrUw
6CKGjVR/ToYNZcMaVOwsmxZU+OhjH5U/ZVoHt9vtKt23KY15LFEcu1JWjSn9id6NXs0VIpuL
IGF2hJ+W3V3GkHSTl6nT1oVNilWL90vKMQ3xTpy5clCqRFJJqvjWN4tgFnsvzrWHQSmPjSDS
SQFQ7f8AXaLrprTSSR04q1OVHGxm/MkQmhNeRGt1yU+v37cMUdmTcaBns3+zrCKaexSvOVns
9Yk0cYnq2p7K2YeSRma7XURdgOUTh8RwwuX95BBLPNR6ybrqEE6zov8AA/mWWOFPsX2Ge/KP
5J1iWZo167r2urV6uvWjl7eCtkf2GFK0n2nr1M322JSPuF8ufsqvlXu1s5NNC+dmsU2T3qdS
KXvJpFE9yZU6Sy8Q6hoxXFeGJ+wqeh54hEtiDfFdOWDtvahhiyHPawbrZgGjkDutKGwbEkkV
OpDqUjQRfOgcAcC7TitRz1yB1+xlX/YyxrDd1DQSOS3vh2cfK2C4yYqEFyZHldy/sDYd6itS
RLP2E00aglvrXUxUxoHDEnIJjsyL3/dW79hkYEREFtbjUuerNaulyAusnoav6kCrSqrlFOmk
NeKqoSZVwtFxhZi02hk0VYzPHVYTXaldh2nFPzL9gvHwNdEEL2C8jSH06kyVtnTaADEggjai
j7OddG4V2dWjbnAjElkJEK8MIGctYzhIy4ZaLSA9HMZV/SyCV7oFbWn49vsQgbx20CxOKcOe
c+q9Mj4BGF8a3jEAd39hcskZVIYYZs7CnVjicLuNgpqW5UqXE7C1LX6qRlj+uXJRF9SqK3+g
6+JB9WtuD9L8N9PuK1MdlSuNGGiv8hJK6tI3yYKqqlwxKgAkNtwhjYiNoidT6ccXzYIDAZvk
abgSQM/tHGV6bM0jX4ZLFcf4iFGOPk5OFgRcq8D0jMnaVI6w/WUEp3ahSCM7d95/DEDCCAoz
RJ6rrpblyp18VVSxwOuSSog777BNMGmArtIBWrR3oatp5GGt5XqRMtG3QpqPs1dJbH2my0lK
53d6j/5q5Zan9TuwzRV5IUimphh62LnRt2oqkPbNC9uR1LFlDFkCMRHiFCzhSgUcF07bOmcM
N+FYqeLEEturJxmpuZArxhKgVSvXVamU5YGOyw9YYzI4JDg3JpfzFgnlvCiwTp470TY/8d1D
yqAcRdRXYRKH/GUB6bcTGeUUJkfounESDQA0DJIsafY/sE0jFizfBYVmfT9lLJDJvakg0qMj
wrRuWZav1fgKnWxQTrFMIGsLFlfuqskiXY3Jjrvi0quxGAO8oLaqziIuZUJbnx3rAAcTnirK
2TKFKDm3BdSa5HzmwSQ2vICsQaFrccHGTEVVPZ2IYoPrs3/XohTWMYA9BIkqLufpIpLXYUqt
OL66PXWikDryUZbuQ1opkSWO2hgs3k5CNguQJHqwzLEIs6vrZUPVwzpCNkWbcdcd9372Xmfk
QDy24whmVbEixsx3Uiglbpuri9aQ14Xfb5Km5WV+IqyuKNKevMUU4asYxqkhaNZlMpBzv6UE
cspjbOSkmQ6K7EStoAISjFvjz0+EgjiQQBhY4BsH+etmXhUsCQASZ3sdia/9fmWGalMhhDA5
ywnCAR9oreiLqkVa8fFElsFGs1/zOv6/3mn272GsyAMTGWNeORWlg9grUnQ04Eiw9hWVLHeV
IYu07ixbdVZ8dlGAkBHcY7S73gUlevrPZfrutWCBIAsYRUUFVKybYAEjRGA/q6qw+yVxHWf5
svHZYAhvgrITzVQE0x/5+xdCP5MCMAAx9jGA/SCd4X6yym/YjjtJbCzxWLEDx/Yu0ihi+3du
j1/u8Zj/APYwHKv2etK/2nvIrTdehFNHAFsgCuzCGii+3s6duWSt0r2Fu9FWiWQCpjO8Jjme
RnlkkcddbkL9RtZugsNJN11yufgHav4ljZM4SHBDKMjr6CR2Oph6632kjtdcBp+C0NzSqPAB
zRwMdj9TneAvFZjWGYJ8SMGhml5sOWRgFSuabUi6YqNLx05fkwbfhcLMTSslSvYNHC3ZTLlV
KUwnoQRSWIqgiMUZw+gGD8YrZgDydOsk3Xe4sZnDtEj+moDuNyQSTneO/pm6l7Uf4sSRxwRQ
O1z0zRyq4mshJFPxluV66X/xGN1oYEkk5tDAxSDrOS1UhMTxK8rflEirYmyKkUSNVADEYoBY
EDOa4HJPPebyWQjO57arXFyU2Z2ITP8Amzx8Q/gnWnRQwY57F4yEsSioSVC74sW5Hlo+GK8g
VjaWOYPzEzIRZjnyRZSuvkw+RJJ6HtYKUy3g2WJeBPaRPMLHGtRMcjIGB2cmj9tp70cUgnZy
96qpkSCykb+mSKWvbVFNaX7DIGgjtyRkylyng9WjTBqDzJU6aKAgccKDNnPBHIAg+QQCASNj
PX4UgLd7CtVj7P7PJPCzc2EE8mQ9DddK/T1lrHrX5SxFGFR1ZojpFYZqTRiXeic2GJXTMc5F
h6hioC87n1LH7ksQOpA0ILceTV4CZmhWT9KvYT1msdvasr0yRV5O77njH9Nsu4COMH83F9cl
eSO2khowBr/WwNH3c0r33u+uavZrmv27u3dXUMRY4SS1dEaTqK8lgIiqmgDreEHauy4B4Kjf
AbdSM0zADS2uyqVRd+wSS5LJZtzR10YwdfB7K616InsTS5AyGN1BF2nJNJLFOJFrnjDUaSb/
AFE2m2gZCV4jXE4YnGR7J2SIAWNtSslC16JbTR2zMpRxkaySH/WSSwt00/E9RdCSQyRkEgtJ
I6LJIM+o9Y0FJlODweycCpUdI6EUM2vW8ppVYqEE/YLE6fYKer1/qGiMlZ3ETnIq6CLouqSz
IiiJCX2FJwJslCo44BpP4XTkaVBN3FWNprV2RpLMc0UXS2Jcv0YqeRo3COR/fH/kmmrx4kIG
Tu0IimV4065XSavHHKsATOXiQAlg+aOn3oa2WbW9LRP/AGOwjUgswI5klt/pRmgje1aSWuti
yYvyLZSFfdJZ6rrYorhrCb6p0f5s6oqjiMlhDZ2KEVKlhDTqxVmRJI6jTSTTXYOt/Jk/8+wa
b69BDk8HEwxKqdRUhtvHNXgCLLoDYB0dbPEnHk4K1wYGsHLzyCNUtytWirV07Ds57j9RBMA2
1juTNNLDC7VFjHqqt/jilDFvAbbhDJDJDbSSHsAomi/n0+GRSzctNolmIwLyMkZ2qZSO7PYq
6T+Wfk2eNbwHiapq/jpP1ow2uv3XsV4n7mL3okTyz9XUSlTBzf6dmhenAthYRGrK0l6SOrWV
hUsRwpJeqwwWey/Okmu14MWSew3XddcsT1qsVZBrWsA2VbeAliEGprNOtlnsZ5MWJOXad1k9
6xZh66mJZIlATspxHCE9mSwBFmRYspbaBYjM/BEjARzJXili/wBfZhE886yR3ZEP5Q1I3gSb
AdMJbmZyVaSPCSRC5VpAky2K8ldmPIHDgOh/bAN513WS2Wv3ErpTn9Nqp9p6+WNO0qHBdUZ/
sKyHvu6ryVbE0rwF5HFeNxk7w1RZtbP5crZ+TM2dZ0tm1lHqhHiKkSkgHarhZdLNyNjsKVdR
3kkhka5KpSscvdnUppc7mxOqVywjr/KlWaGLlodi/wDk66IPYsfFHJOdf7JI6DgLJ6waDE5H
8lG0y/KHscYmP4NDGG8KOwEUgEkY5N8DxXgsbE14Xkl7KFYoYLMMi2KY00EmGJ9NWlVVB29W
RF6PsOtgaVVkis9beQtVYK0Mi589fk2OKI871KvDOSqknsBrWRJHesuMZ2c7LZ9d6RrbwwpC
Bpg0iDCZDheHGsJGnO3Kw6tTlievRim7qblc7O1YUxMXWFBniNKEABMik7AN92lm6lY4a3bW
0Z0bbdfKWmq643W0tRRFSR9ySEEWixkAUNzXHiBMECjGrR+61CkQbgMjQO8caI1Ryr9hwmgK
AFZZI1W04DW5GCrPKGQo3U2VWe/0NAyQdb3HXSx96zCX8ecP1dUm3RhRoKELhaIOelUS7Im5
ickLRE8id50vUT3TTi9UIUZNNFXjj7KSVmPZMxq2bC2KprILPYskXZv7Ozl6qzWtrGklcqzh
YpHWMjK0BZkiEYcB2Osusqz0bCw07hVykTb6mMjK5WSLs9PjSRhYeJeQtlo6cct8/E2gYtMr
M7LYh+bLxNfWf8nZo65Eyzveh9c614myeOvHieottQLMfIqSr1px2VMwSohlKyGxC4sSO+es
clZYhTpWrOWetjig7AATy/HLDKcLayCIzS0qaQVQDyAJyeFZFEfBW7nqUa39orJlvup7R5dh
NHJFbUfjya4LrWzGrJn5CxtVg4xkHF2jOiI03IyvApp36yQRxni3WEapaME00Mlu3JxSqHWR
pCp7CxO8kXuU7XJFZpJBxiSFQk/IkoMoqzpXhf2djZDTm41cizVstceMMSSeRGIvIvXj/Amj
aJ+tuNWnhQzo3WO6x9GoyenWQXZ4oZaNee7lZo6kU8pmpWEEgt60+xnHx9br++8rAYTiNvBj
qJU7D6tI8kX16ymRdKkYg6yCJvxa/OavSOS9N1zh63UNOv16LgvR1g/omUOoDEZZ4LCYx7pf
U2dq7So0ojPXn/JDYjhSSyXsS6NWrG2N/wAroIXhNIfVLkissjSxxLWmQ5O6rM8nNqkhjmMk
MMOlaVrDASkEsx3vz/JrJGZJjqOehHaEiNG8Ni1AYfsvZxNL9u7GRJ+ytTZVSSWaJPWIC80v
ZWFrUy3ymjDGbrgMngKydaZ6MtWSOaHRxhxYEDHcqfTI+XbtWhG/Z3r3Y1+yjUXe5kLxrB09
bsu9u3h131q7Oa9KSKD0urPGQHhi5SIhebrvYlOD8y5LSrq3dvC7yFuPVOVsXXaOCuhyisUl
eHjG+j77kBsQRJJx982pHOMSAqyAy+xHbYNUsEsTL+NWTbS1AZZIipKjXE5xbKsb+6eXcdYE
SdtX89V1sNyva6SpXC0Yykdarx4+kxyWpXoywqO9kBbTriKrS25Y3yUtEYbvtPSW0izRB+JH
AYApzv8A7ItEUev7DtpkWp10dmVZmgqRRwXI7/bW+q6CpTQAa0eQIzQwopy1O8N1e9nXHtMV
aZQtmwsjMc6lUE9xgsEKAQVbE8Ci1Cq1oqUiPGrCOpJI/wCNFogF5lXgCFyy0fr4gNSCsvYS
KI4iQ8J3ZvxCQSRSDOLDFdgaTP7rCssNUbMiLHDU7H8Z4u4pSsOtrSLH1VZIf+qURHUCFuFh
PbIQgDAcZFHGWD5JIIpK16SN6HbQT1m7NCHuyCXse7SrQ67r5u4t952kPWQdb2ckj06KQ5ZI
letBGAB8R4Xxmhrkq5HahkM/X1pstdVLCWgjLWAEyWT5VY5ZXp16sB7WFAiV2NcQeqIRucRe
Tu0xH+4txL/v+x1M5DkDgsQAtoqr/LVYiFNYzxiNYrsLRCxEpllaom1pVWKdXWUCmgnsuMgW
RHSNjnaxCK8Mq37FY1++DOna9ecr9jXszjmCFX0sUyRgGMTMRFyySp5ZXjxLr8qPcBWPYRNF
YgjtxdbUq9dV7lAt/o6jyWl5RQBCqKyQxixpD2IJpX/yZTIFS/2LNJQrxwV4bEco5qVloUps
vdDMQPr6oKvWU6hvyObDvyCNEiTKCa1VrLN00yhuusxu/T2Xl/0NDTjZfSoIgi2mYRhiphuq
MrWI2UyFrkNZ2mhRFtBkVaayMLOyZGEMVYo06TAOs3rfvIHaf0SjIeummEv129HGOjtBKPUG
GaWKwySNJB1cUiEiNnHCTYlVTJGOJpwZL1ZY/hyIOVmMvfkWUdzLJG0rPL0EyQy2bAQiUySy
yorM81iaxMxXqXAttHzWKgaMk12WxNXhWGO1drU4h2t23LHJbGRWYHZ4InC1Yxnpi0a8Jw0q
5MdWKMZxXNAfo0CqzOpz48eGGtChNaImIIq0ow1qSuqR0qTOPTGMCNGPiI7zj1VtgIxXIyWF
6QIorKEdqtOKX7GOMn2KZn6zu5bbQVg57rl7FK5WryOskEld0ki5ySRl3U6EhZY4+ZaKMNJV
g4NosnMvDfjkEMySQS2YoIuwuRqa1+JkWdbMnTwxV1HZvLa7NWSLrIDIb91KcNXqmtGSatXx
+1o6vX6NnJO6vRydX9utNJVvwWv6EpRXEoCNzaPgzB9gRysxl5rW6qJ3e/caCKC2qRLdiD2B
JItocY2k5TMmwsmy9kV8WnP2gqdyI8S11c8afX/cf/JRJHU6da8sEMz5f0lqAB5439TGw80n
4yNiVRJNLXkyGJ1DTuridpD2tl48B0a0rpJDVsWZGifradiSdaYjMrNEymJ5omofYrtR63d1
Ws17teysaCI2IvbN3HeS2BNdnYB5M+v9dFLHN9fmmyn9Tqx5W6dop/3nbxBUjLgsP8q44G4l
C52DuIOjHIwUUt9iKNQl60EeICxtMWtVgeZmTCyKtmYSSfWVjiqdh0lDsRY6S3GDFbgfpKvY
QoI+LBHC9uFSaG00YW0oyCaSSaWcpkSlVlkVi7L65fk7yEJbdGkUNnVdXPfaj08FRe+kBno9
XNYRvrs643SM0lzqlRBSLyGgZVi6oRwdZ26RJ9j7JAJJ2lwuQadT8uWjQhqRRjIGiYf0H2pL
OG9hDxAjGjKmF/YLoYR9JEEg6Qg1SA2TX6wNeSOSKTZyPkIxzZ5CwJ/yS9fRtWVsRw9cEqyy
wdrNQrQL9uiVoLs1lJL80Ed0yy2a8aIJIEkcwImRUlISLis0UEjTU0dr8MlXLJWOqTtus+vv
NkEccKxszK1COXI4FjwIDjwjb1EJjoVhg6iq5/8AO1xl3rRBl9vbOwdchiMjdH1EdSOaSOCO
GO32go9XWpf0ZAxIHBdK50TlgMVgRQ1mISBjHF1vVIf9d/duvjMs9iukfr4xvbEWS2yyOzbj
CtJ07FK9U/ld8rRgX+vq9lWT631leIoefZf48nsnkLR1Vk5tHFExXQyKXTAgqeQyxBFOe06+
wq1UQWq6yNWSIZW0QoObbD4wk6CKSI1BAGf3+yuY6BKvJWqS3JOo6GKkoRQfTP2NmONI1/ov
/OwAVBIAVHZwQAFiCg9jHAKHQzIaEssUKMLljJaVesbe1cUpFru9cLYlVzVQlhaEXV/WjFDV
/PiDR30GSXiUELGfun54ZmznvKZUpBGojHIZsEwzyDBIXUKTliBZUr/X6SSqAqJESYo+CroZ
ywgkKvnzmv1+6yr+LVpzWZOq6dOvrwpJuSk85ihSJP6OxkqhS6FVhozSGfrLvG1CwYoQsaJy
uxOaVP8AGqhWglwBOPZHUkMqLB2N5pY0DSF4wq1UcRX4uFep14Su1SQLFVlJEZJrmJW7+dhM
FAI3uIuwrb9QlbEjkcx1gcZVUeTgRRnxCqEYwwKhAAJ1nnX8gfz+z7dQs2Jeo6ZKFY1mLIio
P6TuTnA5UpLEXrQygRKodFdO1oyVygdmWUSPamSxGtOOUv1sJFKmkC9uysZUX8aUAnGBK9HR
ewe/oJR66oS1WPhogcbjwlgJoW7ScPNpi1aBy8YX2rRkOJU44sYCkAGR4/W3Y+YvyGhjg2US
NArZywZ42WUGWzkaSa/UgH+rI7YiBf0RgcXeEqABnfoZEUr6oYllyChNLVgpdzxsWr9FIpnM
F3XpWyfaP8oVQuRorv0kTxns6iXKfXTolONiyyzjBPCplYSQ9lxa3CeJhZietji5JOk+BOeS
tBXSPdkN1VeQx0wgWCNcGwQfHjQGhJdQMskkgiinxVCj/wCA5ICLr9SBgKHGUlkXQuwF1vVX
iNOTlN15VGhjszRxUK8Ldhfq14ey7GeeQJ4DcMDKpgfjY6liy3qQnPTw1XrGsEBhRsiqlhNK
4qzkmatsGSFuUCysnWxGKv8AmW7K1upjibiRngDkN7ziMA8zSxRCSZ5DHAzmONI1H8f/AAC2
yFA/YAcC7zjs6xQNTV45YzCK9/tWliowzBqfbfZpy0F2JrFqeN5FaUKoQ15fGLvl1TTvEkqJ
J1aqVFQM7y143F7LL+uCxIXm6+o0ywdT7HgqoCABg5LmiSCNf8i66zRGE8RLcJjgcsa8Ea5o
a5DFPjYA/rct4FA/UEH9ANEoBn9teP7seIuSs3ZvDNcnihWKKfqKLSGXoo2+xcXgaOZiteXj
viP79EnxtQsV+v8AL8dLCFZLcatXkYSfYLZEKRNI/UVkCMBygQKutZx2AmHwNqD/ADk7eqGx
aLhCzyRVZCdKFLDFBY7OL/CsG/qE6GuYAA/UnQH8fo28HkedbyRCyxeuO7DZmfA/ZZUN7nes
dZTTsO0m7NouunE3W/W5Joe+6kdWwO2+vsXy9bmvW4oWFeGGU4qNkdOV8+xzF5uvrGSzBEsc
cgZSCeC8jgUjORJJOCTxJP6xJPKyp15kyOukADE4SN61g8BTsaOwM3rC+DZH72YKF5P+0jf6
7GEjWHWz/DDPscpk7npog8lhAIr/AHlmKCp01nsXMNOlkHrYx6Kfb4ZJLSJtqN2SunW3o1ev
ZR8ULKUgDYpCjtBI1jqFjRywQM2mKeQwBBbGfgWJIadnyKFmZYETCSAXbQ22MAMUEqSdhzsE
Z/GSLyCgf0GYKApb+hsZyGifO89nnkCWDHLyhb3ViOOVnGR9QjzJFFDFaYyTUZ44ZrPZO4uA
SSTdav5/YR9dDHVlswZFPaiek8ks8KlVtd5RgazeknsdV7WmWFjHGh5cVONyXPazGxK8QSQy
skHLEdMIJHE4xDYpbZC8gTmmxR8Q3kyMpRSp/fbvRVhCzTn9xIAILZoZoakGfyQNZ8N6G+1r
J+RSCvFALEbRFcuWOEL22WavXtTGr1EgbuEmhmhb22O6jQdX1VOuKiwQlJJ+uoZZu9reaSs1
WvWkSSz1daDgmDyG5qzozNHEEA8YV3micGEeGO8WPeKNDQJCnB/PLS7d8VQp/uN4WCibso0y
PtFOP3ldWTuqrGTtqaRVVF63EYlX9zJyIGhnnZG8dgM2DmtnRzsgqy0plaUwo0cYKo9YvHQ6
qOGZV8FdC/C7wtEteTuu+rWOurtBFXM8fpEXURlGQr9ihiFGkU9/TTxWYFKlS6tgcPm10ANb
Y4xIEY0f4YjWAA5sgjeb+PMaaUbSPkQBh/nYyz2EUAm7GWdjYJVbEiIqewmb0vqWzkZCLFKU
Y9hKMg7WUstlcWzG+GVFWS97JB/H6F/LMOIAOFNAKQCvmSJGWXrRDJHLtCbLZWivo4AAUDWW
Z4aydl3f5U9Lraz9T1FNpaC0qu/xKrZDWSFfslaexWjYap3LVaY952eq/dEvGYyh0VHgbXOY
za5sbHgqfDb5McZwqlnlaKPR2M3juQLnahcmkZ8Z2JGyBz286QBIzZmrqpxnBx2Omb4pYaNR
PNKIpWhCP7TG3qKWLAVrM/q/Lm14OEroDBmgMJGifA3hPHA4zmACw0DxAdWP2aqS7+pTI57L
p63ddzCid12CyP8AY9FrvYTCz2DCjVBs56nrv18MM7CCD1VUMZVjrkNqQ2AcQCMA1g1gPnkG
MkoXOLylE4quwAxIbiFu9gHDA4zK2BQSXYtPdigihM9mVPXEo8F98pGXZC5x5MGO+MjIhIAm
bckkhVHk1s6144aKKdlfLAnPIwkYdEtvNaXelMo5bDkBVFutHNB2icLv1e+ixUq0IhKXLMoo
NXnmnpVVtXh2k3UUqkEVpKM5ghrQjkrZGNYFOk2MTSln3ikqVYll3hLAvMiMBth/BHgYzJGt
q2ZMLOc1sALkiscmu+t61R7bIY1XSKoXmQnBSqkBNhQd/wCPbgqIkEmeliqxgZw+XoGNvCdZ
vAQQRob86BDELnk45VUm7WNjXErhIV2qABm+PerGtvqafoptG2XLHaxyFbr5B10luSpThhVY
l94G2rqZZYoQMK6OvIQjAG0Q2jG2KOAMgxpvY0dYKdDY2MOtu6xJauSO29v/AMv0Xa5auCRa
1LnmuK6IwR7kTQLKUJLsVHPJGSIRe6efi5dIgmSPI8shk4oIAvFeBAIP8jelJzzjecIIDyRR
Jb7uNcWPsOwyrSWBB8c35ZvI2M+61AjdJO1jGYMXYvjxoAOQy3YEMJvVYY/zZrR66q8ECAjC
Rx1o7OeWwDZOtM+ldXdo09eKxbADmhqedIhPYLMy8jpmVgxKoz5cnd8ir/FR4KvyBC4TnyYy
I3H07yaVYzDFNO6xlVVSGVQxKRqObsyDieD6/uNbLEYrKM5+GYnLdta0EluW/YpdPEmAIia2
dHGHgEtg2T9trmXruh9kbxSM8ZTTNyx1kIfq7ds1+grJkEEMK8Rg2Mb+E8gqN7UYSdyzJGkb
WJ3VeOBc3o5YsiJbU7MeR0oDlWIzQZrE5Ap11ZzpwExVdhwTBrEJC8ycltRw5HCWaOMqFV0x
wUlMobFMrY6ShYogp5WM5N+m/OlzYGF1Ave/sWqUa1WMMBm94WBYsoPjS/ySCexqQXq69V2N
DEOwZPAjZykAGMDpdMNnFK5yTCRjOxVAc0du/FI6hcRxxxoNbL5sc7HYaEtpjjONA+YycZYz
ktgKwUusS8BIVJXi2BdAu2RIOZCHJZ+KVq/skRI1Mx4AWCFZhhdlWIycIV94lVUHF80dkawf
yBjyxxhRFZUhVUbOAnNgZyUEfy3nFdiAwOTb2ZGxipYJ5Xa4W0wPgEkbIzlgKnA3yXzhJBMh
xpVGbBw7wlSXaMCx2QaR7XJlkYh+K4FMiqiqGgeQtSIbSDCTykY7U8SskgMW2PFtqW5PCzCB
2jVW+fH2FufMDeF5FEVduRQx5G6MeT6//9oACAECAgY/AC5//9oACAEDAgY/AC5//9oACAEB
AQY/ACIkkaoRJNNF1E8mRIIIlSpqmjLp5XRAm33WQDvu0RIJGjIFyeXEICNeJdbqy1LmyF2N
9UX3bWYAlCQkSWqmlOR5F/2UWk3CtU8TSqJlIg92t/EmPZNgC4TAkcAC/wAqoaVZzVRJcVu5
qtxkSdWVCaHQ6Lc7DWrozBL8OKES4LLdMlmsKkrbAHbzOiq89vDRb5SZqiNyQpAT2G96obSS
13P8K2xJvdzZNGRYXumEtrOzHQd5ExluIoIyJRjI7Qz1NfkW0yIkLVKlJyBYVLqBEi9XjuLr
pMm13EhRMpmLyapLP3ENpJkSXqQgBIknmUDGUonlI6Ldukw5lPE7iwJq9003iOLoyjJwQ9ym
3EfWUwk7UF1SZraqBBL2odURuP1lE7i45oVNQ1CWVJkMXAcovOX2ldqR5OVWZbSpXaNnvzRY
e16FAl+TKrUsUHLtpqtuo5WTnslMRuPFPRx9i3BolqFNsalRxHuqTaWdNEtotveFuBRDMDcJ
5MAA44lEWJr9iDB0ZBgf7EYgXVQQyLg+xdAY8DqgSdzs/wDIgWbdUkmjqnVViyoHIDtyXTTg
RwQYONFRydUYgNyUgXcWAL0RkQ5LMol23B6cPeTgnzAbN0si0qSDsEJAbhr7E4leoB5p4lpC
x5rqrK63Xj4bkrhI2PIraLC5Qx5A7ViL/Mgb10W4NtueLrdurw4JmPLkus3pTvKx3XfgvZ9q
2gUP2JwwFmWhOo1+JACnFMSNyPPgnI6honIYrb+tGmtFRubpuTfU6Jl/0CqAxs2gQiHLfqVm
Av8AWmKqdxj9aZqHVUd0ROvB1o0AerRSkAwJ+1XY8AnNRxRrb607gGxD6K1DVrpzQ3CaLkG6
uNDero7mD1HL4luNAQtZAaii2hgQNSjvLRvx/aUTEgM7osWq7e1MD9acknT2FOKgXa65cblS
BbdoeSAcnVGlSmDz3fciCLmjaJsfVyKc9N+pAX3WKZgNWOrIbJXq1gjKz8NVqaa1X3l6Fc3U
eqp/52os7C/FFhUBVFTb2LqpT7FcbSEAQCDwTfaqB31Qk1luDEHjdFo34I6HUhcXsAqmyLW4
I0ro60twRAsbqpcNQKj8lb281H+1PwoUw9rckH+oJgatV0WL8BzQ1oiAGK/sTAseCeQbieKc
U2hnCqSKVLIEyLGhXTX/AKomdSaNoUwDgW/vKUwWGr0TxLQhWRNkfTMY7Sz67gvLxjzSR0um
9RHb6k2iKVRcMSelltJLa/UjW1SdFRiOSNnJ0qjuLkn/AJgnt7USX5HRCTMi5aIYxLLaCZAi
soqO0ltAVuBBJ0TGIBDAEVR3EBqFRjE/ewZFzXR7Iy3MdDxTT07yMInpOqYy6xpr8SFaC6Lm
gYckHF1vIJb+1bhGQA5OqyJ5MzKkwDcklv3kJmUdvF7utk3i9AdPxIbTujKrqg+tFq8uCawF
apm9hWqOt3+tMaclwNE5LT4lCpcLazNpxTmxsRog0n4o8xcoRGjEIv8AamNvvZFqtZ7st1nL
ovYVAVAVUau5W1jdyhEh21Fk8iBGNSHW3Gat1NZCMpEtYKMZBpk1AvVSlmxxlKT30fvSRIaE
Yi4FX9xHKAQLD+ZCDWLiXedbchvZuKpKpLEHkjEnbWqp9vJAD20UnDNZEu1XtwWhGgKi5LAU
BRMAXZqD9mSeUjucAAJ5OWLLpDDQpixI0K6QRRDcAJRrVBy8OD2RHd0HNVaJBpwVSPNAalmU
cbExvu0RIqGq1kSwDfescfTyeErxGh95EO0zobfKg8YzlG5LoRyYKP1cCvJxdIcflh9vyoea
BzDLaIt4USAzX4J1VqfR9TLbvLS+5lITG86EoCYD6sjwuPauyQOBstsq1oEz9WoTszVAFEHD
HmhElwalX6fucraTXSqaUgCmJLalCUa8AE+xiau3H3UTeRQp7ZXW4UgO0Oa2ROyA1jqiRXiV
EgbmKHlnpiauERmJBd2FCW8S8qRMWrEj+JGQkMmId4Xj/qIunBqLEICZrx4KkWsxN0GJYVbm
nd4x0GjraQxF9SgC97fzIbQ8dTwUZyaTCj3Ro4NGHdHxKMaxILAleWztcox7BhQ/WpRNQajV
RIo1K2ZQr0TL8XZbwdrXizFkAAAdSgG5vZOBQUZEE1Nk/IugYkNT604DnU807OSfrTW5JgBy
Iu6i43S8VHTT1Ot0aOqD9E1cclYya7osGQErgMKMhHa6Z+omnJMwYpxRnBCLykJDUVT7hOns
b5V0gEm4XVAB9RdddHFuSk7xA7qpEDmhxsAURcm/JGQYD/ovLgaP1e1HN6iRxx7j3kUMeKO3
FG5Nn+NCHp+s8LbpKMpAedIOQbQKlInfcE8VvjIiM9O6p4cZ2mYG806h4U1X0XAhUN7lCWnJ
OB7NFKEi1GjIC/zLnoSjuPBuKFS40NAV5fZiayaroDGNsXY+xBiC1+JdEEdKEzHqCIkX5DRS
iCYsXA4qIAfJGg5InLSRbb7Ewv8Acg1CmuX0Tg7SEASAGqyEqECw1/CiYgAAsq1J0FgmamhT
xqdX0RIFTcvZVqf1BMzfpEi1QAVamjIhm58UYzd+6UxJEWuncA6ErqJJLMdE5LjWKIk3KiPS
0vE9UBuIncOgTMlqMaFXc6A1W5mu/NUo5eqarcU4BBOpREHjLxfzIm9blROebwj2YAryoyMM
Phf95S9ZkIlJmiSKABbMUdrmpkat7qAptiHdmcrbjGwFCB0avIKuMCb34fhTNXip4ZxeEwa2
KLyHUbfCiCaE0r1BGOx6UKrbR9U4HVHRCRiw7xvVUAMBUE9oHwogdUQHpZ07Obv/AAoMWge0
bol9zUc9pFyA1KaqGMUrU8UG7RoWuhEB/EeACoN2ojqhIuwuiYr2Xojemt1yiGHFUehoSi4Y
Cxu6pQD7ULu9SeaaVX1Qdi/BO7j9J/qTGhFxcIt+tAd7joFxavtVPvsqmgQq5f7UHbgOabbU
0Jutm4iQFHCrL6rJsjMEJXjaIVL3IKLuJG3D4UxvYF1Kco7hEVGvxI/Q62mXRpDu/gT6pzdP
dV+jZAbpAGTexRwwJlIV3cR76EJBwfrRkI7Xoq0H63Q3Vo1E0g8SdUNsrmkeKBiGJofYFJ78
Exvy0Q2mJBLF+fxI9X/vKqQByuVuiBtuX/dijQ8QCnlc8KUQ2kiPt0XibhQIhAADqvoaJgKq
vauWQbj9qkSHq4HD3UWN+KDhnTNTQ/xJgPrQY/pEuwDuFUPqX1QYNxeyDhmqSmp9qYgH62XS
/tKB+ock0ZEkcbKlDw/vJ4/UOBRINdHVeqJVKR4C6Na1Y/woyd6UOqeRoLowjWSlEjbWyoH+
mOIERMjcoSyyBIDyke8/ZjCKMiDCcj00bpU5+onKeYhoRBZj4k0Q9aMpeoyY5GQDP3R7s1Jg
wn1fahsBJewUIm57R5rbJ3qxVJcmdEF5kLeMe0CnGSYUDNbit/3DRWIerp3eWnBPIuTqUYxA
ESKFkQXY1BFwgMkhvlUPdk1SI952VAQ32MtsW/UnfXs6I0dVLXFbLtAk6BAmQBJOvBdMuohd
sEijvqh1RNacytscgJ1Dv8qoWdAg+1X/AEZETcokXF3QcUVQQ1ium4q/tRc+xHdWT11CbQoG
NwK8ESZNw9qAIc6Hit4Ji1kYgO9wUa/UmjUivUi5bh/KtuQkA6ALZiwEg1BLxoFLPCW3LK0Z
Wf4k5wlmYkF0DLGSTpEEt8SaUSKtUNVQ86JhBwXGveWSe4HD6UNGLselCWTpyZXMQe6D2VL/
AHeUypQRuFuMRln45rZCWOBNREEB1jx44iMIU3d4v4158snVCsYgUTjG4ar6fCtsAJasCupm
iicIYxqQU2+EXoQQ6MT6msb7QjOfqZk2AsESc+QsahN50w9aFdOYlq9S3RkCbB6arqxQyPqJ
LefShx3iat4UPKwM1ncraHxixIG2PypsmdpSq4LlkJQzFteaY53H4UAZyAGt/wBpAONus2KE
ZFo6SFF+XMyibRLgfiTjsyvtTt0hqB3K6MZEh3n0UgS5AHSCQx+ZbXNLl9VsgScerGqAi8SK
kmqsZcypFh5cagvVf04cUTEMXdtEJSFY8OCLEuCvLArpXj31oaaclW2jJuFyiGrx1QiA8bB6
VCqSwNj+7FAScSRAorEzAcMKF11W48FujQcU0piLVAKlPII5MhtuFkCMkYNRmYoDHnBIoRIM
EB6hojxjqifi8C3RjE7rllkxGEQZjtNVwoxyiPlxhtBjWoUMuGAAzHqILSMnWOWeTQMAad2i
lKEg8zc3UoGRiACZSiWLeGCEsW6OOMniZHcjLKXleRdrdxGMOm19EN8nlZhYqQFK1AoWXQHa
72W8RqbjkO8jMxAkQ3JvdTwJBi26jOgXIeoddd5amwbwo9Qf/qoiIYijasEJzcNy4JxTiR/K
nAduFDVO/wDz4UO69AmMjap1ViYvQJ5XZ/qTh20XlyBAlq9EIxJIjxVamWicBmRo4anFO1fv
TGLJtdU24sNEXLvdUCrFf0wtpLk2DVUhjDPROaG5RADtaWqYxqzuniKC4RFufFD7aokuRSvD
4kDYBroSAcn7kNz0/wCZIsXBsOSGlauvK9OCSdQiPLNLuWTThJ7j2KMoTatQaMiMWSPFiWQk
IHLjNdo64S+JOY+XkidsoAdAIQhLtFSniHUBZDH6omZBcDwkLyoTllMg53HsDwrZiJlIM1Lo
5cj+fltEnQoSNpUCLs9qomJY861QkA+m4alNI2sLOUQCwLXW6m4CgTCnEWUWJO0EfahGcXex
CBNhwqykQHkC7cipaUF+K6WYsf8AwrgZJtSL80SKkUBCAys45oTFdCE5vp9feTSDk2PFUpTU
oSLDaC0ePvp6Of1rRwgaNoefhR2gE3JQlHSwTtVU/SJ3bSAaOtwJDaqzjj7yr0yI0FQrvz0K
BlEE6MUTrYjknFI80d0rCg5HxIwJuQSWohwGouU4Z7INFhogclIvpc/KhLHhAA1ldEsJA6My
q8Yg9IjqFukG5yNVESjuAuQEBEvGVfYpSxUfSwl8aaR8rLoJUf8A05rYT1CjqHqoRYkdPB+9
0qWeZ3TmXcrDnGASgS88kqH9tBv6WMMGR4N9g+VOX9gUnN7DkrAyagkgR2hdv4VujXRihSp0
P7yjAyAgCCSNWTxG6N4yuEIR7VCeAHupocXrrJHcfaQtrtE1AQkARE2I1QFY8P7q0BIquoOO
CJixahcVTAsXsi9+SG40JsLhNHpFiCpAdRZ9xGiIVL/cnuNfaiL0W0s5+5U/TImOrQhO42yL
MeCNK+F+Cu9KBq/MmABYXCrUO4K3bdzBiUAKRAcJyX0B1dVJpZEkkyFQE+QtGV3ut2N5mKJi
QdSDUhETeUhVgP40IkkMbAKRhLYB2Qe0UZyESBfeepEmYgHoNFSRG37EN5dquEZZYg1oOHvK
TT+EcFkOQmWbGGB0CEZd360Y55mW6sB4Y+FMBajKhtQHgjVgzOKpu6NeIR3UerEVZRYgSDsj
IB2Na6oC5PG0ShOYE4QPUD3ge7GK6S2M1A1DIgSYsxHtRBaUtE5AAswtRbzc2HJDaxI4aOuM
pa8FQO1yLLdKn31Ut7xcONTJOWq170QEarcKMnDbQUJNSVCTcph9iECwH3omwFAhF3oy2hiA
bL2/pg7gdzvxWyQBa3JdA5n2+8tspC1rI0BgRR2RMTUa8kzlqIE6f2rdEnaftj8q27iBEvuQ
2RM56yJQnkFe6BogZEg6RoiCRGAvEC/4UBEti1Mq38KMsUd2MVcoyY8Gbb+0oiTxa1apg9Lk
oNF24hNEAE/qVAR7OKMckdsuIWTEY02nquT8S35C0HcFAjgzDknseSc9L2TWIu1AiDQDk/xK
W0kS0cITlGtwdKIgAJyaRtFVFy50U5ybgBJDeNolT6k9hoSjESqD1DRQ6D1homyHl4wRAsdx
avd6ECDCMn6mL/gTDOBxNCXTxzglh2h/Ki8IyAsAdVHpANzFPbggCXOosFSPTRhZN5YiBwLl
DpcmhYjpT1DVdVNRojJ+zyTxYEV4fvJ2LGrrkmVSAg5FdEz1X1OiDoS3FMCY8RxVnBtWqlIu
QRqAUW1FEdwLliCgSX4/UgCXjEOIheXjkwdpcEIRacSz6bkTFoxNqOflRrvyAdo2CMpNLIXI
qy62kT96DRcFbwGpY8F1V4ck4q31JrPdPQADVXMyfCFvnhaMhxqflXTjJmKgE6/Ejj9VD/8A
mmGIFZA/EpQxZImItxRB0ogCxMqx4gqEZVmRUompb6kZA7SfsQBZ5c6BHf1NdqVQYO9feRER
tAru/hW9nMTQoSjKobdE1Cppd0+WJlI6EkBUjGAFQ46kTkhGQi1U+wPegZSEQ1XLV/fVqGsi
LhFhRnd6pxMxBLUCJjmkGsChPzIyfxBEREQXuhLLlLxvGJopEAmUruer5Uw9tTVEmXTwW8F6
AFxwQxx9OfMlQGUuj/UUZZYCcz2uH4UIiIjEWirOLJxRO6d1ujHfyX9LlqgJ3lVxS62vR68S
g1S3TqB8y2yi54kut2rWLMEC5I0A4+FNtodNUNo2tQi6EzR6ACj/ABobpAxFACXZCOEAz4ns
hS3ycyPa7r/AogxgSBUgmqBi8W1CESxbimFOATEAHkgQfankQZaRRnOZjDSIspHA4iaB085G
cjZVBB5qoIKEhQioVSSbEm6YGg/WhJ2IQO4Bq8Qumz2P7yJLHbbmiNoTR0Fap5Gx+1DaANan
9natK0DaIGcqkU4P7yYOZ8QXC2AOa3VIvJuptUIyIBPBNKw4IGNANOJTwLaKo6TerJ2IUYsw
jV9EzUap0dTDsAAAAiWAlE0UokcDydNEObtwVf1aona5uCeCaJvrwT3LIP8ApDcQa+2VPAqa
VL8U7sY8RcJyzcBqiw9rp4zEnFRWgQAABNkckwDGNhq/uoyiDX6wjEgMTd+yF5WGJySekvb4
U84uR2ieyEdg3z0OiIL44jgE4JNayT6hEm6M5Hq7oKkZEyezWTEuhItDDfeV5sz/ALjJpvFB
8KeWKLguCwupDYIkWlG4QON9h0NaqO2RgJFiyMQRuu/JGNB7dQjEguLcGUiJPtFuKcRpIa8U
RKmolx+FdDgyYl6umkQDqHX5Uxkmz7Qasnl0bePTVAyILW1RbsyqaMURFydeC/WmA6hrdEyN
dUTGQG20eK20iJfanLy/tUi97g6IsaD70AxiDwOqLH2ewK7DSiNnGiDnqa6JIBPEWRF/uRa/
AIE0V3/SZ/YCi5qKtoyIA2saTdbI1FS5PV+yugHjIyQAagqfb3ECDyAKGHbzJC2xYxNRHvOi
OySaOXD+FDzJPJtOyiZSiIG0UCxJF3oFe/dTCyc3U8uSTQxgng6kQWxWjHkhEF+EVHN6obHq
MY1+NCGMbYx0Coro8/1rKY3A3NayB4FCRDFr8k5ND/Yh4jVOHpqKIl6xozvL8K3zJAHHR1tw
jfkLgEWUcuePlR8UrP8ACozj6gyy5NMUQJfFk3f4a25Zmc8z+yMB38mJSjEnbA7W7Lt7qaZ2
5HYx4hEG/JMCSddUCAXPae9eyuB4WX3xHA+NAEPTkqWYBaBi5Aq6JtuLexULjXQIFgXqCUWt
wPEq5D6oWIIeRGhUhOXQAiwI4PyQZn4BXZkX/SLuODfvJhH2EoAdo+EOiQTQWZbSKN2hT5Vt
Dl6uEDIDpqUZRYTkNOSEXed3F38K3zdwaDRygWDjxfwIzNHtydcXW1qvdF7AosRGIAaNjIko
enBrKpbRM1VH1ecGEQxxg3Pv7Uw+/wCjkuKIF1loDLaW+xTzTf8ALlEN7UKEAB0JaRqykQLp
gC8qMpjJIAxvxiyOT1RMISH5WO0ZD/MyKUoDy4dnJl27t0v8v08kd+7FAUi7ncfhUPUCByYi
O1Ef0/8AVh3FlgWlLbtjI+xGJqZa/wASE4zESCW5qDEmUgHGoUjT3WDF0QZV0kVOIl5nE6Mo
zJem08lHaTRVbdwRo4FKIA1loAjIyqbIkmugJ/dQk/asOaAF3toiw504ImQAk4+sI8rngnBs
tHvW7oiJYjj+kz9R1Gi2kbj/AGKpY8QnkQJaAcEft3fzKzl/2UDQyyFzyUAI9QuwspAQD0qf
4EfFI0/lkjurMhnQDE/2LlxW77EZk2H3oyrGGGTTJaoHV0qeTuOwHIIeqzR3Yo9gHvSQo36U
5zA2RiXrVbYdmRBIFkwNQGJHBAVAFCUzEk66MsmckGQHSjOXVIlyShjmSZSZzSTRWPDETjjh
LaIwD9fezS+NHJ6uJMY/0ozNB7yPoPTRIM+3spOR/kQOWQhusRVviWT05cTgSN3iHuocBZAM
ZCVCL2TgMSKngEWJ4iIXmayenJUDA6c100kTWqInbihUmFSW4oAUe59qZnrc8FHbQwHVxQMJ
bjo6Jru1QB01VASVvNXvRPud9Vcn22VT7S9FdX/QkAwY3sS62xemiYsDGpOqJMmBs6cXNBzU
Y9oyoXUYxi5aiYOZEOXKGIUY1IqR7qiG2gcNUC7lORRMg9imFJXcLLskdk5tI6FGAPXI0ezL
FiDDYLMuX6QxDvlyf4F586CZYezvIuelmHMIh2jGrHiiSHfRR9OGaRcnRSES4BoVKUoAl+0S
d37K2wgNpL21+JGMeknvXRyduZ7x+iecA0q7BiuRuokCyIIYm45LdIMNPYi5BAqAboONsv7E
7O9irtxPiKBvIaLhd0HDOAw4hSYUOvtTwubjkmMto0RIBOtECCw1ZPvPKNqJqktULUFATLSA
r7Uxl9yBGqG40VCFfkuou1QdFthc3P8AeRBN9buU9JciyBoSKOKBQiYip+tGQAHsv8yMz0Ei
hUpEdJs1EJEDdxH8SBiUACQNSg1RxRBqbgoSkA1WH1IguHlKQbs3UdsuqzHT4VEXMQz8U30E
C6Y0+gkmgRlu6YdiA1l41DAQHxDrIs6GgAcqoc6FOwrzQygMTQfQZ55bImW0j29W5CeOYnE2
ILqUgHkAWClGIjhB/wAQiw92CjGct8heXFHaSwuBqFIyH5cJWZg3dQy48cYzhQyiACiCTKRt
JUuLk2TkbQNQuEdCUAKkqp2n9RTO0jY810SxtWhCiJRhMjmQU0sA+WSJy45RALuzhAgkg1sy
obomQb2VUWmInTcWDfMiRXVwdEGeIOqN3oyer8UNxoKuqAHgrVFlY2/5ki2l0SSGuKK7x0HF
FqHQM6IJcxrRQoTIkckIxcMVj6uiVCyAIcEX9ipc6cPoawTqsvYoiNSSH90d+SHo8rCEiRBh
3Zf0cifIw2WIq6EqofRz/WnFinKkNZUCOTSF3U8kju3F2RMjdONEDY8rKDEgwq/ELYA5eixf
+mZzsjF5ki7/ABLN6j0fq5v6YOYu43/9xCeYATjc+JPgAjMGjmhig/aavtUpgbiaAKcJBpxl
1H4lKML3ZGzN+pGJDUuiJAmL3T9oC3JBhQfc66i4IeqrKq6i44Cy4NYjVkBMtzCIuAWcqRAJ
MR011QJHU1f4kTVjpxQgIxMQaAitUDIEbPC9R3kJRzTj7spLdH1BI0BZvlQ3hzwGqMmYaJ7c
gg5aJoFfl9S6qjVdPZGh1Ts7fY6YgyI19qtt22PFRiakF+aiHJkaiqGMkNGprVRlGZmWZjaI
KczABpUsixeP2r9aeUwOToX58FOEZNIvECykMx6vTnZDTaIHoWLIXkZDrlZACzK30An2hOKc
UfbQqGM0gKki6kXG2R2hu0x8S6FX2EIS+0BbQRzR4DshSkR1uJRkOI7qwiDgUnI+GY7qzz9O
BDJnkDkPjruWPIGedZN9BPBHBgBDUDHs++o+oF6PHvOP515nrSPT1YYn3T/CpYP/AE7EZl+0
UcozDE4ciXXuPwo75jMe93CPgQyRuaszMVF6P+0USa6f+JdQ28iVWQjWujKpZh0kWdCW/kAL
lGJickwwkdF09IeyEI3lSbL67FOAw0HBEMS6Bi8I/aFtJE4s0TY1W2EiBxJ1W01AN5DVAygZ
MXeNaITfslxyddoWa3edSPO/sTHtWpYBU6gbvVXqjuvwBqFGUZOXZwLIbnO371PPjaT1iOCE
MeJ82pOijP1EuzXaLOtsQwA+pboSiIDtcUwNRc/yr86RIBfpK8zDNsYrtIaUVul0k0MqNI+/
FQhAPR3B4p2oqWXNW9iazi6MDMb41IRET5gJFfD7sViABBDyYWW/FIR5EUKB3D7KICQAie0Q
XJVLBbXr9h+JGE+qNg6BkN2KZuSsBx09NKokD3vBkijHERmzwLeXE2JQnmaEzQxGhUhjPUzB
uKj6jJkM3LmN2/uKWH08hM5CZMKiMvcUMnqHl6jOXAfqiEYxaUpVlMalUtq9z8KYih0N1Tsh
6IFt0TYNZSIoSpTlK4o3BB+zwGrKcnERGgBQFA9yEb2+X4lF3oHIHBEuA5o91STciuo20CeM
jF7hrqLB+Wjou0SLg0TfciDY6C7pyAdL0CjNzGAvAdmfvTVzxv3VIyox0W4VJs9E8iQeATRY
tdgylIkcxdSIDmI6eaAhLqArRCf/AC6I7xYyL1+BA2c09iI7qEMpBMasCmhgEvaujHGD3MaL
JI5CJd0GqhHIYSjGTEirh++oswiAGZcDomJVF1U4FSl4QfrW8uDIkoz7hcAngowNTEX4Oh3i
4oiDY680DVir24oSjZvrQgT1PV9QoSFIvYLB6ScvNllk7EViPmW/1OeWLORTZI0j4ckYLysH
qc/mTLDdEyijmx5Iy2jpFt3uTgsGPG8fUzLmJHZHhmpZJ4xvjFxLQz8Kn6n1kvzp0Ee7jgpC
Efyo0jI03oPVrJ/13Q04araD0tV9PhR6ejSftTwLmIo/eW2FS3U90RViaP8AxInIGOnJARoL
EoDRtU0SG5HRHdWWgCE43uSbD4UQA4IegsUHIYCgXCVtuiO934phVuHNRYWNTo6IenAVstLc
e6nBubMnlGgFkCRt1BNXW4PHT3U7iUmu7BRnKhkbm3wqOyO2L/aVUbqUiOKAANe1RRDUZM5i
92T8bEldRIIuNUTMiMRZyunNAk6P+FAQIlFhva1VAY+yAxPMfQCqBMjtNZFvtUYSBNa+wLbt
aIBYWRiQ5IF+CIiAf7EZSBpeOh+Bbpy8trxJqj1xJFg65cVvADNTifmQljJeL7h/KsWWMnzR
6dp/fU5eoxbsj9WrqUsOCGDEO935e7FSz+olsALiAuWRyvtlkLBy+yKhOUjKVow4t2s0kfTs
Y45F2iO38/gQjGLCIADLQnXkvECnZlwa5RhMvA8USHnAm+oW+UTGIpOX7k10hyQC9k5Zx9ZQ
JrpQ1THtM45D4kTYtTmnkbcCtsZNB6PdOaPRw4Cbgibkapmdrn2p7EclRgCXroQmDSibkfwy
XZPD6l7fsogKncHbRAM20Xsi5fbVgtu0xA4VWPzCJGIfadAjUABdJsKe1VBaJqfeRlcWAIXh
GhZ1tYOKglAmTxF+6gJ4hOP1/tzU/URnKBg5MbxUceB8kmDxepl4FIShsP6IDVdScOQL8HRa
oAU7O9eSaIf+0KJhIiOsNB7yMZGNdZBwg5jEzoDHwj3YonHIygCzWLDxIak0cUCO4PHVtUMs
pA430rKPyLbjG6dhk0b4ULPEv9aE8stzWc0UsmRmx1PDb4pL8twNPZ3YqMpPv2NIGrEoh3Cr
bijRhonsUWZrKrA+1GErWBKIIBBBHtUZRYbbnT4UC20EM/NHbWWm1dRc6jVGVJAAdOqmGDGj
IAUN4koCYLXL3RDParpmNtUQbi70KEmaNQQ2i3U2tSX8CAAIiedyVr9ur9hEd25JUQKRNGVe
omzWR3O0rckBbXkoDGSSBX2LzQC0h1SP7m1EOZUpwf4ltnjMYxq5QL0NwyERMRkdCQjOZJkw
dPGBtayby2H61thSRqeHwrzTE5MsjucA2726ai42lg4HH9D2qMHajlSyZS0pypS4W+BBibEW
WXcSCZFwgRRpO+qeYcC5NaIk4ojcXjEi4TYIvx9x0PLwlpg7yWlBu+sgwRPTUxuPlREpFnIp
XqQnIAyer67UZmIiNIiy82bAS0NwES1zR+COGBAEmEgBUjwyyLdMPGB7KBNzcC6aESCLk2W7
9SrxqmNuKcmy3AVFT7FuBePKtUAzB2cokUBDj2qlSNDR00y71Ij3U5G6QqW8KcWGhCMtvUbB
MRuJqoguWoAjtYnUGifU6oOzGrIiVTb6kdpoKIB3kKsLOn268T2uz5ilEua1TOzVVTQ6Lc9A
wd1Fnahkf4VEgNu1alUYzYtUpg4FqaJ+FKpsFJks/BRmTvnEuXK2mMpl6kcEDCBA1JZAyjEt
dw5X+3gOnF0sLGXayKeQgiA6Yvanu/o7pFoi6nLiWCjinSlOIKMDN8chbh8KGQ1ichYnkpiN
CdOaqekVPNGU4PCRfHIVdu4t+YSjFwAIgkfhRxRjkxmUXEpRIi0vCt8NTtexkVliKHfUKIvG
Vt2hCEQeF9PgQAlfpJNlQ0FiUx1swUKDcayJ4ICEXHHit05kmJoBYe79DaC6Y2VKf2oxJAH9
q4AaLcAQ130KjM3iWlIcERKQA7q6WvWtF00HePFbpVMtAtXBqniKH6vwqoNNRQyTSqGpIaKr
Emx4KttAuetdETKgLNyKYjqe91c24aOiY6HVbJAlzc2RrfsjVwqUDMR7VkBHWI0OjrdkJJjR
tESGMbCKJLRawdPujW1yjIzi4NQbsu1jArqrMKNzW0R+xSLEzNiSsmXJLdlgSAB3pT7yxwke
qXUeNf0KroPTKkxxCiJReRLgoTlEyjGjgfvIbTtlrA3WKApCF25qTAjbKjXQcNWp1U8HqDGp
eILN+0hljGPmP2IdQcLy4gwLjbuDdn3f8tDIYRERJ5Tfgskt3VIvHmhG9XBPFPcqAIBiSGNm
XJ9LIl6Qq4stoG7JQE8kxJLXNlYFHmV+slCMiODBH0/pxvy8ODKOX1GU0LjEKRH4f6iE9QKr
YaA2UozI2SBBJsFU00k/7qnhlCRYmv8AGhjLg+zRFpdIY7javcR2kVHaegdbZEA60ZRO8CJF
JSNx7qA8wFu6SnJDUduaB8wRNWDuHCJEhItcI68VWTD2s7KwbbavFShIWI3B7osHD1e6F4gf
aqmhPaP8Sm0d0IsTPgAo2EZVBPAd1R8qk+I591A5DIy0YOm2vwJoURmG7dQNomMX4EcQv6dQ
WeThbseMOTfQLYY7d1jEOxCOWU5GUZ69NB09lYpCxiP0KoN1AliBUUQjixSnIDtd1bXGKBuG
/mQl6eYm1SCnzREMj9TckTbfq7lEE1IcIZDjGSb66KJxYCCb7B0/jQmcfll2Bfea+KKMch6K
uAbqMgWN2QOMPJqn3vChHJuiRdtEwcgU6v3vokAdr3lTRAyJiMZcNRye1uRDkocAq30Q86QG
6kI+KXhRyzfHFzcjp+dP6bBPJMV3RYbv/Omj5UI43LRM6yi/+Wo5s3rDKY7WN9sa+8hkhnOU
QqY7u94OtCeaIE6uNEc2IR8yAajB4/ChmBIMgHIPBb4npiGFlseLcKKJkJRA7Qid0Z/J3F1E
udLt4FE5Y72DBxR1Ge2JkBSJ4rfHIMURaMbfOmyZSCdY94omM5iRPUf/AApzlmYE1DlSAyTA
ifFRN5kuw19N25FvE9bj8KcFi7mP8Kq4kdGpVbtBUh0Y79sZkmVekJm80Gnw91DZ6qMImu00
unwzGUmhHBlEDEY+I7qFNOPleI9pE4ctW9iPU7cCJI0jsGpooB5AGhH8skBtB3S69KKOPGGj
EUH6BUscIiRNRB2Lp8cI4/Y0v2kScpiTcBGcvUyO0EVQcPK0ihJqNX2oTttFwmy9gnuljXvK
X+2mDGxi1VHF6jbIwLiQDH4eldQcy4/sobg0uRXlTeINjdb7yZ6XZHEWMtH7qY0MfvUTCLyj
1SDdr5lGMBt8RuSV1UKuiXJZRxyETLGNwlO0SeztjBRzeuyDNN/y41GMeH8pebGJnJiwfa3u
+WvOhhAMC5iC9UJSwF5GpNIj4kIThGGWdgRQ+90oQxDoNenie0nEQACx/vI5Y0gS+wdlUdrP
oq0IDWZRDsO9Wy27rXPIKo2iw4lkNodqIlmfQck0nfRlSgdxz+NESowpzRiBXUu/zK5tw18S
JDAF6mpCBNZcUxpzb91OJVapsiAG3VPNOAqhEgFhdO1EyeJI9ijgnMkZKAk9ko+eDKNiQEJY
5PEcaqGTDL+mQTHWdVGbVIqOf6IJDTFiLob6jvA2PvLdAUKIAd9AqFuIQ3AchqhEs8hXkqgk
P2uSIm7Gj979lFiJNZuHvrzDFjPjWoVHooyEXJURN2IDOjKRMdtRIWojkd9TWn7KjFy0RQmv
aWxvYmLkr2otJiOyPEfConNhAmSZPKXVGI6evpUschLadJd1u9FN5xA7u0AD4ZJ5ZQZRFf8A
wpscnkNJDcCj/usUZx08qO3Ix7u9AekxTiYMAMkjF/8ATU8mXFsAlti9XI7e9GeOkbHl+JGl
/vQcMALiq6YuOPFAgE7rOmMSASiQHiey91Wh4aJwwAtrdR97VbqninlSJP3eFdn/AOH+WnAc
O6JAeIDmlAm3NLQWVg+h1KJIrq6DlgblR66yqI6/OiZuAhIwcPRrEI7onc9AaMgcPTM6aMuo
mMhqEIykMsBRp8FEsfT1rIl4/gUcuGf5eMhyOkmnvIwygtIgwNG/QdNKG2ItNeXvApRkYTAl
HRjYe8nFKfeyA0N2TAuHfmgSXDuzPI+4mIYkdl1tsTctVE1MT3tD8y2GXTdbIl20NHiuqLAD
/nanPTEPtAQjIkRuWuheWN+oj9xboQ2RlePsQqFeyJLBtdFCDvL/AAgD0h+nzcyA9RITn2t0
K7v8vrRlIUGi6mYd0o7RVr8lLbFm7JQ8xtxudEYTgJg3BUoYoGEC8jG+0nw7kcYeMZVUoP2b
Aih+JAULh3KJ1lZrIQu1LfuoOHtawQqxJ1NgqkVNwQqEGLM6FjSj3A+VEgew2AHvIwxPPLKn
BP5R/p7u172zzP8AUUg9PvHyrokQDcO340DI1vu9iA7XC7ptprYi4UMUS24sCaICQMovtjkA
u3iUYyBAHGrlAQO0XESpR9Q0jINuEdxWOIybAKyEg0vxLbFi3ZK2gOOIsE0h9lVakmEjeijm
BIxkgCJPAd2P0U+giNyjLtGIdb4x3bq9OhCEMgevSTc+5JCcY0dpAcE1tad75lIRFhd/2VVy
Y1D0BTScyFgEBtoBUlNEgxq8TUj5kdz0NByCBxYvzDeRoPiUpZC4FgbINSN3W0UiLki8UMcD
0SrKTN8KERQCiAdMCyn6fGQYwHWT2RLwTmhPJCGbNMs7tCMR7iG6Q3C+23yrbgmIRFSSLsiZ
zLR7VU8Msskq0J2iKEf68Wcy7O1eU58wXjYsmY11t+JMQ4FQUJZN0d3ZID/KhMRkJd6LUX9G
hDFyyH5Lx5Gy6gYmNS4qUPIzmDXBF3RPmSnutXpRcS3DUvUeFRMYSIDsDT4tqGwmM5FjUuhG
AGMCpyE/i6F5ofJkkXfXd8yfZTy/O+p9m1OSYzelP3k7PzCZ3bjp8CeZMfanfkRy91GcoDI4
ZvCscXaMQ/2qUDFwaxKAMtpAp4lHJMBpAh+XjTziJQFA/aohKHSAeolCGPoxRuB3kIyDE1B0
RlIOW0COGRJaQ2BX/QrU8OKIhEgXKEskACTdARqJuHuFFqSxuQ3NG0SFQ+0ldLiQFyECTVqB
7/Eg1OXFbwG3UkUYEuR9i2QD+8y2kOBwQjLpcXarLrHaPS/BMP8A4ovdbtePNS9PECMQd05x
70vBJRjGY7QY2BHh6kJOxte3wrqq/wBbJhEEcSmlGIIsT/Kt4yEz0i7QPxRigc2CMZ7WjOFY
fiVxt4qhAPBGERF7AlbsswJRq8RRghunuANSK/jQMJ7qUEuyT8SIPpx5YtLQfBJGcgRZwYtR
GWOURH22UduebSrJju6u6ozzS8uIArMgSkpY/Sw3y/zJDbj/ABoASGSYpN+nH8n+YhLKRtvP
6uqO5Xi2zb9T/wA6MhEuOk1uEIxFjuIKaJsagUTsCB23tRPpYHmox7QMqtdEnkGfipCOlAdK
KMQCDSvJS9Pjl+RipKRvOXhihkkwxAtGP8qb0kGhhJ3njJbSTGUblrlbDHzJGu4WEV5ehrWi
GKZaE5BnQ/QyeoyHpxVI4+6jHNjOGT9Mh1BvDNDL6fOxcUBc/hUK7jWo1dGLNI3rV0AQznUc
Fofd0L+JGVvr1TAbS1zb4UTKodgOCMZgXq1WPgW8yHlkmvBECTiwIrX4U5I8rcxcNVeZPqI+
z5YocvqR0A1TksBVyVugZRjik2Igt5kx2pyh/kwRk5lKRck8VhBiJiUmOtT2VGJoW9sq+8n3
bX0KaMdx0dPKj2KuCOOqZybmhTVMSLn+FM7E6nRBx7TxWXGGMZRccBJS82TCdR8XfihEyPGz
Lb5lDoVKGGG81G7tApoYzKdGYM/yLeRHAQG2h3fxLzvWz86Uanefl7EVDH6emOYLwAqAozPb
F4EOG8SGPGfLGsIliQPeXYlZ76v2P/2J3Y8B+8pVcHsuUXLG4+pAAPE1cf8A+iLUH4XUNg7W
g5eJNItMn/nsqUX3SBQL7DJ/i+WC3AfljqJNLqPosHTOdJGN4hDEByf+ZHeDFzpRZYxgARFn
734kJXiHAdiVjnJjIF+UAsWYWlEIb5CPtLKU337fCo5NpjuDiJWTDmjvhK45KUcfVjNYnw/E
hOEtkontBDFkI/3FqdO9CU+qQqAOalEHaSez3vmQIqY6qW+0qN7ykD06udUxDghgpRiLAuCb
++g0hOVpAUESFDHjxbhPvtSHvTUcHp6TB3SlrMqHmx2ysUfai4cj9Syyzf0hHqI0BUpAvjj0
w06QiHI4hY8mQjyovtHv9pfmzYSciIq6JwRMzDvDs/zoHLiBGpHSrUJFF2DXVCPpZ+Vkehu6
kDlEBEs78fdRx+tMcmsJxofnUngJOavX8SlHIaNbsj4UZwYRizRNvmTmcSO0CT+wmy5RESq0
ep/wrexySZpPSvwImU4gnsxjeibFAkN1Skbozy5ZeaDSArADu9SljNIluvQ+6o4oyMYRLdIY
S8UfkUdhmZ7uqm3pC/qT27+P+F/+TzkeV20r408hTgeS8QPOi2mYINQ37inMdWofuoSMQKOT
cfKi9IgfeF5poclnRz52EJt9i8rExyEbYDh/qI5s0t+WVX0qr+3mgWbipYZV3AhGM6SiSJA8
k4040ov9swy43/KjuZifeRhnwfmRPSAN5L+KU1OfkwllfpjMdP4UPMxQETQGLyCGXMBGUjYB
i3vLKcknqwiGZvCjmgdr1Ya/yKJj24EEHRR9RjA3SAEovYrfMCBAZdJ3XkSP2YLrpHQlbwxJ
1dw63yO0Cpej+8jHAek0M/5VDFjG6WQ7R9axj0/9WI/Oie+t0QYkBpwlSUT730NwUs2WQhCI
cyK8rCZY/TwcM/bfvT2pzX2oxoxYqMcRYRL83PiW/wBVKcDL+nIEN8CIMBj2dXmSLbvf60ce
LHinMXLmYPhioZc0YYZntR/uL+qST4RSI95NixbzG0pUHxoSOGHlE1ZyfxoEYMkRwZPieJj2
4yGgUZbOp3AAuFDKOmUB1Rb+BOdpyi0BV0QIRxRk+02QmcsjMMNoJBY+JRlIhpmkW3H4k1d3
sv7kVGPmQxO+/dcS91SxYJbTaeRnkT4cW5AGe42ppB+tZfJMmI6Xrul8St3d19X/AKfwKpFT
ouI0KtVnLoP0sb/zp5H6xwQHdPFM4MZUdDJMVxjaI+Fu8gMXVKFIhqP7yGbMN2SV30TisVbn
xVdVUUay7LZLxmL/ADqUQQdr0FihLfLtNt03RKjtyx2sLgOhvzDhQIZZTlkmLbj019xcolyF
INRrkLy4/wBMNXV0ZZQCA7kiqPly2xNBwb4UTKRlx0C2gCI1HiKdqFbIgDjS68sjaNfYhEC+
gQ9R6ho5ZBwJd1/oMtvUbnUprIyA3EVARwwJjgiSNo4jxqoPJNPoHEotUc0AKHUqEYiObPIH
bPtSi/h7ij50QSBTzJdk+LpUseKA87TKO7H45JgTPKDx6I/FOS3+q9QADeGPql8y8rHAykQ4
lK593wI/lwAF4tQry4iIEbRoiWGMksALke8myEmLdMheLdxRyEkwA9pcqUcmsu1K1T/iKECd
2x9smA3fCjHEHdhIEVp4dqPlwO4VBLiqAMpOax2uBFPmk+Ul2lVH1MpbxEEMQ0gjOIEWtusP
kQjCmTc5MWFviX9WXi07aJ4/cuA9qqW9qMbjiCtxDg2Y2TRtIXXsseZ7KEZkvGh0dTHAu4t+
FB4sB2f51QsCFUXRoPavYpSHCiMrOTQ8VKEQA0yTwCJNwB9LmzhEgEBqKgYHuqMZFnLtzVbc
kAGAIsP4kH0oE1xqPp/3XqcTn/D3f/dQi1BozhUoNPoJkWAuTwUvR+h9k8pt8i3+Y+Ul5ymO
kf8A5EIj80kdttsI/ChOM9hFgTulL404sRX2p5DcDo7BQOMBzaMYiP8A+zKt4xSxxIAlQ/iR
/wBzGeUltsInbEf6iAHl4scrhiZbfjTzzNuFQ4IfxLbh9XCGc9mRIP4ccUDL/wBQ4AgC8Udv
q5SJL7mqmh6uTM/UD+xJYfSZjuwTe4O1vjUsYDE2La9xGBLyB6gaW95QMiAI2Y/L1RUmG2JN
H6gpNKgLFwf3e4jhgOmdRLULQxu8rv4l5cZA4gd0oeIozYgHqi44qYnVg8PiVj2d19HUuZVU
xvxKIAoeaYoCBb/oFETcQJtzRLho2pdGMSD0sdHR9L6brnjpkyXhD/zPGomUjN6BtFWnJARJ
rxRj9hW0ijMssISdjSQHFeVMHZI9UZf0zL3tyOTCAHodtqfSQKKFHBLE3W2olqeCjE1Oh0Qr
9i8INtT9DuPYms9hooYgwibvRwomMpbogAh+k/KuSao+pEyLACr0U/S+mGzEx3zBeXzIP+ZK
Nw1ZP35SQjFy9du3pA+NHJiyAY5Hstqpbw5oCXo6oHUZ5pGEBWR0X/8AHjOUkf1crPH/AE96
/wD6yZ7gzR7jKUfR4oxx6GQ3yPvKeHOPLMiGy7SHh/29iaeecRpEvtr4UJ+aAMZeEo9Uj8s0
R6rJuiS+9v5UZY5h5VN2QYgkVDFBo7pcUc0xbsxJbcp5IFscxuOOkpPLt4t8FuECWIG2VA3d
jPYpDaWkQfYfmW0dqZAFXkPiUgJGUXsC4+KKEzD8vUk9RK3bZRlqTZvdW41LAhzUKRFALl2Z
dr9fFEXlWtqIfenCB/5oq3UXDj7PwrcQYglhy+ZCJFRRwLhNcSub095HHghsiTuOtZdvqU8M
ZCWTF2gNAeymFXug4vwQ21eg5BVpyWYNtIZotSQUNkY7S4yAloyHu++t3p8s4CPaxOf/AKc1
P/c7pQkAYzJf6CpTiHMUSLy0JW2Ug4o5VnFXlomFY+J6/Kt0AXcCo1RFiHoUIjvFgFCciIyY
PqSFx4FFGUyIgXJX+3wdON6yHBSnvqR2neqEpSJ3aRru+NbiduMO+tuzBGcQRERbYR+3jitx
AkCL+3uyVDUqWeZiIC0Zk7jLu+Xh76i8hgMhQM3/ANLEt3qIzzkgbR2I1R//AJo4pbCIzfcI
t7v+YgI5jjMQ4JZioHLnatZwG51PFjyTlKPigXP4VtkwiRcuH+VGJiCDU8CnjFiNQf5UBdrV
UpCZjPE8ojj7q2uwjcO1fe2oAs4eLgP8HbR3C33pnAZD74k3UgYlo0Owsx7MN/jQ3jeWYRJc
B+nemFZAsRcfsoxgw3Urf5Vr2Wv+0moACStPYuC3Gx4IFr0QILEFB4XNJOn4aXJWoBuQaLzP
MAlKJGKJLbyy9SRL87JIbzwiPCokgOqXCL/UF0uhnnMkH+pj0l8KyHGTPIQ8AT/T/nTmW7dW
T1YoGNhxVSyjkyVhKQi403IxBfcEcZ0oAdPgQnQ7qGtQtpHtk9GQkCCB2XRAqTYxZgVECsiW
LipW4xG6VWpQfFJE5B0nsg3AWgOnsQlOQiJW4ko4MTxxYz2vHJRL7nvxRG1y1A/7yjEE9Xeb
9xSxh5Q7Tszf9ye5bBJhUEA3CEZWjpy7XaRGWZxN/TID9SHmmGUsJGXaI8CMoRiJT6iWFwn3
nqsEI4oCWUM8iXMYntS2LphFudlScGNgIgGHwIzyTGSJDDpESPilFF4gvy0TwfH7LfgTvEj2
GMv/AKaeZ6W7Ir+0uyJHQHp/eUc0sJjAyvjZvmWl9P45K9BRtEzAiPZdbi78v41WTRBq1wU4
6jSr8U8mfhFR2lhwB6n73aVpWew7Pg+NFmd6Brn3lUV5KpTWCc3/AFooY+yI1JP8Cj5QFeJs
UAS5HFmkoGMgJ4ouI+Ef9tZhlfQsoGOoTplZWQzY5Fs0mkEIxoZfuoRjYqQLtb7VnwOxkHge
Eh2VCEz+dj6ZMhuwkbaCWkmKlE0btA6KMIGmugKBh1CxLWKGMHbStLqsKC8tflQ8xmNW5rcJ
BrO4RnuEpC0QboynMgd0RsG7q3GpuEQO1xZo/KiL/fEqLEmvSBd00r1G08EH+9GTHa90MURW
m0Ea+LchGEmlaXtWxyZGplZAPu4PxVdokaA0dSxEM1zonlRrfpNIOEMmDGdwJ3AGpj4lI0po
9P2UxcDktfmTA01DU/aRL1Zq6+8mBqRSWi6i5oQQe18yABa7PUhWk7cTf/O/AnIeNaG6ZnAp
TsumNHTHpOrIMQdT7VuIohKIcDRAGQjE1YDsoEEMzFedAHaAYcW95SyRkd8rlqH4lHFimIRi
btWqEpZBJqbSOlAeqxkS1MP5UdnZ4yuFtyzA3MxjoVD0npxvjjO6WTTd4ILBlJ2zMBuBv8qY
mgTmVXdtEJPSynIyqC23iO7NCWGIyD7Ct/qQcZB7FN34kTCRiZWJD/KhjnIGRDiWgQygAwNj
o/jmoShIycj8sDh1bU89xjpji4jFSlE7MZqIl0BOTyJaTd34FI+nrAUDoCcCfhHSts4lmvpu
8KeOvG6BesrN/dViWo/tW3bUluKEHaQLE3jVRywxwkZWnIuR/wCWjn9QJeVpEDaCfEjHIPLF
txoS/dinAjKjgGv7qllMdsolr7v3kdxY6prqlOd0zU4/oM7FRjeJcH2rJBy7kOAiWLAdWqex
4J+BstxIBZyGUdW1Ap8y6Xd3YXQkYkEU3cfiXy/c/wC4iHIIcpwb3CIHaOtm/EgXcjWNQg4B
JWu4GhRJuddVsNIyuy2YwDLiQpQyCMhkFdC3uoRPaJpu4qcTk3EVALO3vbURGIOUs0jRvkW6
UdojQhOJFjTkjPdtkDWPEe6vN9MJGL1Dd7xRWM5n34zUfzraA2435BESGtI8Uxu1AhkgTuEi
JvwTPdOS6jHEXmSAG0WKQyPLaHieR8aGKURJqCilOEWJpSyMcsTsJpJqp4lwQtkqQOqjKNQe
a3Zg8Zlh7UDjiGPsufdQEARkjV9GQmzaMD+6nmJRjIdMTeQXmTkMOMAvIlz8EEDhgcWEEdqI
Pmz7O7qQ3RgSAOuR3Gnd8vsIPw0s3dTZHEIjgHktsDKEGsayP+puXSPa1CqWOqMndVNUeSk4
BiNR/EqV9ivVdAeRo6hhjIZ8uM7pgHj3FkzCPaOmiLUPheiAs+i5g8KFMBSh9kj7yBLXbYT/
ACosGk4DckN0rB4gUZu12l2j2fu3f/cV+JrqjuJ3tRv3EzGt+SIhTQvqq3AYaJyNz3TkX0CG
wgaUqfmUSZbZAMG6XHvrqNRT6k8SQRSiBm0cgDSke83YRMRIh+0VIZASWu7JodTKpUseeL4s
neuyjH0TGWS/Ie6hOYMMsR2biS/IAOwgSPMo5NRYc1KeKQMR2viPbT6JlOEz0tGQHwo4zEvJ
2cNGibJtEXcNWS2irUMQFKfll2eK6R5Ur7JOjE/1BcPf3lsyAiBNEIggAEEgUUg+4SFX/gT5
C/M3QyRHZOl0Z5gcsn6YDpJ/8z/DUcMwIRlGpiXDeBbZgZIAgxd3CajDgKoF6piaCoQeoTBM
7nREG6OgTCp0Kd/aBqnNPajPNICMQ7ujH0xMMTtvA6i6u9X3F3KAjEnQcZITlthA16qFlLzu
uUqgjj7qO0uY2JqaKMdrE0eXZdCVAXcAqUpSYAvxLlcXFAzsvq+90TEV3FzwC3SH9v4kBGkR
cnj8KBb20QYUFyBqmueBsmFTwQbcIm7oY9zmVem42rpJ86IYlqkfCuwYtST3dVBd6IRy7mBu
DVRzyk/p5G2vwqUsDiJ7NbfRdAxkTEaIY4GUY6kF5y91bvVy2Yxqalz2EPSejn5giHllFdx9
1Z8M+z24k8Si5p9GP1AozxnzBU3EZSjIgvotvnRg+gqT7qEo45TnKxIb9qa2YfT07p3Pb3E0
8fRloSz7SoyPbuJRBiV5XrRLaO+B1RPvqOOB8wyrGejL+1HT2J5gzOkB0lbpx2Y6baAx6UIA
BtAtK6LgiwZroki66bG7KlWoU+sdVSpTEuF1NECxR3yDitKqUCGh3Igtf/MRGWW4CoiTX9pe
VIcy1lCDiL13H92MUYCIzSJ6SRX4VXs+EWiB3ECLG3tCYRcysQOpRnAPt6RE6spflkiOh/ZR
JjuNzEC3/gQi5Ezp2Ysr93+1SJcRNAeaLAkNrzREmoKgBkRGRICcDtVXTcJrl3cKIJIB41v0
obZGtjzQmBuNiDUVRjCQGYDtDskIg1alfoEYjd7pNEMkRtYtLg5TgvSjaozMGEfvfwoiQZiy
cEgjVAbpSEQ5fQoiJIcMW4LzzOX53cIZgr0X6lkBBNHOhossYCQllgDui9ZdUe1NbiMYxy7U
jPq+VbcQ3yNHNIj/AOb+ZkQOSURmnf2e4jLHnjOOuKR3IDPj6iRWINP/AJiZwMhqdoqf9SSl
ilEeUQWe8Se9BECraLfIEz0joEcs4SGEChs/iQhjDMKR4BVPsonZVFAmBB4phR9VtNwm1KYL
dIgACqOP08T6jNfZEU+aan/upDDhZ9rWHhgsg9PA5RAgCMg8pS95A5doMqkaj51GIyGeQ1lE
B2HvrqAuG0CgZVYg7gKoCJd7lHbQCgANfe6FSdGpFkDeIuhKEgQzRky82US5AFda9UkHq4Ih
oyMTER9nJP7r307K3EEAFmdASqzkvwUiOocSLJ7cVHV/s/Eqdp/uQYCtUIzBjPRtY/BJCUQ0
nLRtTxSTCiBJdvqKL1+geZFy9JIDCSA7qkidtBHl41GM5yiAH+o+FUjula1ZI5M8/KAZgKyJ
92HfR/2kZQwkBhI1K/3OeB/2+Ox0lJDaAAAwA+iiykkgbSCyzYt5k0GBPYj7kZ+4oSM5GbsS
LfikgTLzshcCRG6OP8KOzITjyHdMk6d7Zt7ClDA0cQoMneJK8uZ3gG5qS6OXJlaMYsBYugcY
eUe0H3dKyyzDaZB48Vt9XkGOIrt7O4fGo+m9LHzKNGMewG7+TKgZEGRu1kxoyAP/ACESJU4K
NH4ugSGAueCAjAy3WayBGOLHiardKfl5HaMIlzL3VKUgTCNGkWr45rJ6jJOsB15T0xO7ux2/
1UYkkYB2bCg7MkcweEDQVv70lKeQloByBwRyRD1q/LsIylAnqJgLfEpRYmZi9S716VjylhkI
YMCzhNt6zIkuG/aRkSxHGx+ZNKRHuraaS1iR07e7LHtUYYy+kge78ahIndEWLUPuIB9xrfQl
dnu/c6JJeLkOA+5U6hxPAeFUIYCrK1CaAoSoaVjbaE5ABADMi9Gs9Vj3TiC9DL9lEGQkHubF
/AnFWsmND3jqqX1+h+FuCickxiErkl6quQbRQaFdGV3NidFLJGQJNpC9VD1MZA+WNswOJUcU
amREQ3NY8EaERG74v0MmOIG6YYA2U8eSLYoFpNzKOGEXMHlEPoEYY4GNOo0ES3hQjGIhIB5z
JevgVRGGIcTWR7683K2MXEe8fhUpDpjpE0iAP8TeukvI12iv4kcscUpRFad0KOQCXmOGcUbx
rbjiWN9x3F0+qLlPZ1S4XFF6vxQhI7pm0Y1KMMEdkRQnvI5fVEwiKgntyUscBKGNqRBrL3sk
15Zl+VHu16lEVMRU8h76AERGEeyBQFCFzkv7AmjLqJAA5eFQxlwYB2HFRAJJaraF+zFB+w1f
rQjEFhRxopQLTJPVSrKjkxPsomrF6A6uPDNPEylB6RgWJ+ZGM6TFDGQQ3wG27haPtf63RADR
Bo/eQZwdSAg5juNLIipPFbQDIMzyv8uxNE0213cVuDDQNdQmGlJ7sjGchukONQfeWrcR2U+6
vC34VZvobj9LC6O6ZwxiHBL1ZD0XpxEEjrmzmRUM8qmB3IGc9kgKg1CcZoNIBq+JPIx22d6O
gMuWEHsDIOpYPSZRLO9RGvT8cVWmTaBOQoCPm7aGyQiRSTPohGRlU1L9LH3V5eMPk4GkQqky
no5oPl7i3TyEy0J6qIwjWPGwUZTlsxmz13IbiQY3A7MkwjXiyZqHUJyRydPGoTANw0RGSYlM
XjGsigPT4DWjzogM0xhhQnZ/EiYjYYmspm48aofMlPurYTsxEMALhdoGMw/vFeXFySWFqoQA
2yd5AeJAGW8m9doC2BwIxZtPnmhNm26gv+0t86DijMmUoiRaJpL8SjudhccCESCpSJMdSVkI
mTGUyWalPBJEOdoNIoTJA926Mw1AKEBihGURKJ7XsTbR/d7akAeyaMnFQNQqa1QJbdK3/MUS
BWoLh6ppdoVHBPEExNm0UYiJmBdqN8SxzDxlYtQSUsXqQS9pGgijKBeJ7O0v8KqCVx5LdIbR
o+q2ixXmNugCxa4+JDHPBHFmNDnl1j8PcUp4hHISKGFRKSnLLgkCbyIsEN1Go6ZqfUgYzsHu
gBlkwLgOUXkZEVcrcD0/2rfLrMjtiA56h7qBj0zB3cC6kZnriGJsojvSBcvonkX9tUI66aLz
crxxw7YPePhQEItS7AN8KcaLiNU9Ix8SckzOlGCMqNHgt+7bDIWjAdpvF7i3dkv1SlZOBuka
CQqPlUpGW57BjRvdX5xAhE0EXk/xLtbnZy1PxqvUHubBBwLtQ/xoZcgelOXv7E0aGl9R4luA
tQUo6yYosw4mlESaymaexDFDsxbcLPJGBc0sOXUql+AClIAtzUiQGmDV9IqBqDMuDoxQAYcS
LyQEi44hXcCjMm7W0Uai7MrKW2IIe7ppxJcUGi2CmpI0QFJD7UwAIdmujqRdh0/KhERZ+6ng
OyWZqLyJYiMgBk4rtQcboihKG0tEWi9/lRMqvZbQAOLBGhkLPo62mhF0MUwNk6F6qMsczgOU
AgHsSQn6acJ45d4S6W9+KGHNIRymlR0/Ijvx4+G5upExuOFmTQkK9kBdR3DSIDV+JNHbBqjR
ddG5UkflQEQxAuLFdMnJqA3Z+ZCcZPOVx/Mnn2jqfoOXaBAENI2b3UMIoI8mdDTmUZ5D0jRE
YMJEeI7XxJwwBftaFQ83KxAqIhnKExj81tckv/8ANb8IxjGRQ6D3NyEPUbJRieoRIMgt8M23
JF2gbv3t+NCMJy2gdUeL+BRjF4l3ryXQWkD2fb3vjTVDXHNOIxPtGnwq4cahAxFXrRdsQJtE
Gpb3VKJ7e53iKRKEsjR2hjzJKctInUrabaAV/dU5SBDB9tiG91T2kNxtVRiaBuphx7qGMkRA
iL8kNrNWqDFhqqAh7lOznVrqxt9zoRD6vwQJqYMQOICMiX1ABZgUzOAK1YlNElrVCiIs8TUk
WQiSRkNTIcFGx2mxOh8aMnDEWRemM1Aan7KfUmnBEDtNZHfJgGpYkroyOBohmuZD2MyEn6gX
qscdx83FRuMUYwlIRHdfVAzjuMTqOyoyIeR4PoiccdkT2q1bxIbCZSJDOEIisyH26fPNDKQI
xkaS5KM5Eym/URopRiNsSB8JRDl5U6f2UHHZ+8r235KMBckBYscAAIxALcUKIEiiETASArVb
j0ADQWXXnG+JbaHuFtwQlJ6GZoB8KiMhLRLgAu7/ANNS27vKHVtFa/Kt0oGLgtLbUyQyTczf
qe/zImHVXU1//Imrr9qMg7uAXNEfNPQ1J3QyRoJh/a6YhheidnrZ7e8vMIBYHadSjKvWac27
SjCMm3M9A9VglIAiYY07IVXMi4G1hRu9/wBtZIibExdgEOKgC/bNDy7yaLSJtIjT4kwINHKe
x0jzUXxV46OnlHY+t/3V3roADadSK0UdhuCJkaKMoR6Rc3f4pKVWP2/soy3sWaQ4FEEgCoJ1
dCMXlLXmPFNShFg1LUdCJi8SBUBihvlWzGiIgdxFeAcIlwSaumZAkmpbmomWg2kcadtHHK4Q
kT06h2UckJjbIWumiYvqeSBkSYxDmILOm2xjHhucoY8PVMcC6sTMyA3k0j8qhjlLpgAFkyba
P08wjOVw/wBTqQFhWTXPuo1oKAJ+Nm/iUQA/l9Uo+6O0g0aaJzbkmP8A7kwp7EYSDgo5sGSI
Jq0qB/lURP8ANHKgBQjHy4A3o8v/AJk1uEQZcrFeYYDdGz1/ZW2WKJlUmAAf9lebKHkTPeFK
D30ccvUV40/eRAyGeM9QD0IUMm2R22hoU0IFgKDkgLSeoQDtWqkIkiVPtUZNuBu9gXTECMwA
DwoFgjKLxHZILEsrbTKhF5D51KEQ5kHMj2gPDuRjIMWdShAuYG5ooSA3bTd3DITlUEUP8Ki9
uIQpQGgsmEQI6l2XZ/5/zU24GNQDwZbTJwRXmStheMSLmyJcmJfa2iIGn2lREh0Wp+/NSyjt
bdO1JSyQd3ckqUXNL0H7SG2w5MxVZF9VSgVTTiogmr0PEKIlHcGYjRDymhkdgSafMpQl2olj
9S3YckotqDQIHdGTUk47QHjW2MY43uY3ReRAlcKIkN0Xq4JB+KUFCWKTGMekGgD+7FDCKSlU
ko4CHEodLe1UBDizuhKHIWGv763zmAQdpFnQaJMTT2lQyGkialnAio5MZdwCAgdNRzRLOE5F
0AHrb2rqqOalKc4nKOzB2LqM47jEdjEKRH4UMWSJjnjeD2B/xJ5EMOGQPmAjdHu93pUvWeql
vyZKbiTJ6e8pYYdOMl4AfuIZc42iQ6YmihiMtxjQnkiQXHBXIeroyhFzcu6jAARdySOKLOJX
c9miOFmjjfdkFiQUJZZRMR3TRYxhrEAuxFKoGTXbjRbYkgEF3U5F5UYAXqt0R29RUU7XaQB/
6spQkWBo3EgoWIOgQjFgRVjQobg0uC7A7O35XTHpqSXcufdQ3uxD80NpPGOtUJEuKuRdEg+z
vIyYlmIfUKpIkaiOjN3l1Ghb2IiJFdKhkzs9+BZCT30+iyDUYh6syjuFqAByjKRABqBG58KG
aMXlM1AeikM0xCDVY7Zbu7KXjRO+U4E0nEg/ixobtTcNZAygJuWiBQH5EBijsjEuC7bitwMw
5qSOkN4IKInADJINORusOIdUTjlR+8/SoyBAaqBIfcXOiMYjdUh0Y7zviXdnb5k2STu1SGCj
iEnjks3dKfjdapo6pquKKXpfSjd6lqy7sFLJEkgn8zLKsA/fRxeixDLkiQMmQ3me95akMjAy
P9LG+nd9TP8AxVvyghuqI22buQkjGG+PpgGjusFGRiMmUjqlKrf6ao1LINfXh9Ngsk8PSCWL
9dQtmWIlIuxAb8UFthkOMEvIRGwSQkxkdTIuhHZtEHq9SSom50+rxIyY7zqeH8CySFZEMHu6
PSSxdiVI4ju8xukoDPAiUqynEOyGTBMEOxJun1ayc9EXXa7rfW/aUhIdosN2iDgdNv5VqABU
P/8AbUqEk1HsQIG2Wge6MMtCLgGiYRO2z67VEMwJoeA/7iaQ3CzitPgW6ERHbYtQ/EjRxorV
CBA6tChucGVXLFRAILl63Qq0g9P7inN9+0EsaGvT2ltyY+jhG4/EvLzQMcZtI3+db8Bh5cm2
uVvJEm7sZAIxMPM8I8K2ShtJLCjKMwd5c0GgUJ3kHEeYZPV9eSgAS79RFT8KkQb2jo6O8/DG
yk8QANDUBQyY5ECMnMTf4YqM3AmzyD6ojGAZkgCtKrYGaPaOgUsmOT55UAl3RI9pSnOW7GD+
bO1EP/S//TQMdPzZRPV8PmKODJIxctv7xH+ShOGOJBFJGpj8qECOkCjW3LdEBv3j4kWoLFU+
sptVROKcXRjCQkY0LcUTt25DXcFKUq1pIOzLaSxDGvFHppQR1QkR1VAH8qhHHQlukCsvdQ3H
bKbGYnSqi83hKVAC5TxmJP0ygWCpPachI8sioHdnGaETLcRdytlQI1LFi4RHmzZ3BBP4UIxm
DGNH29SvH8PNSG7cDUgjsuixBGvFNEVlYE6LoeXEHs0TxDNTcf4U0gJks0hfb7yOKbXp7oRi
QzC14/EpF2YF+Ne4tkag3ieXvIEgEi5NURKD0qWQltYvZTMGiAKNWyhGNCO0LuhIMNa0CacX
Lu41WSIDReg+j8uVD3TUL/8ApgwPejp8iAORiWY8EMcXnlk+3dQABCJJjEGy8yRbYX49roRi
BrTgx8SZidthqCokSETqpY5tISB6j3inBcWJ5+JAmoBYEp4E4qM8aVHupskPMkQwlHipRMZC
QYgDh45+NCJkTlyHpxv2I+OSlix5huyDqnq6MI5PN2ish4u8oMxAvuD7flQcmciL2KiLSnc8
ldhoEZ5OkXh/eUgSBEav0n3VkB6RHsc/Euo24LZgJkZ0cCg+GKGSbxlKsie0SjOBsS9U0wCO
afaAeIovycgLl2lREkgz1jIP80FHLjBMwKbi7e/t7ikZDpjQBkBF6aEWTPuIF2avhmhk2twA
Lo7omAiHBFyfhQluB1NEBGsD9bP4lCEcZY9o6MuxPsNfV+38amzv2TEalRjpcstxJJYuGUOk
kNUj+JbgDKI0NWUSYaMQKLqE4nSTUKmSGAcAitE5O0AOyJ0Zz/L0IEk8a0RMo7od06lDEL6g
VYKeWYYUDC1fD40XcRF6IgkGOkR+8iYndu1Nor/cR6oSYGmqrEgaE2QMTEOWDmsit+TbjHvH
+KKjklKAhIs4luP4VHIZmZiekRXUDje1KrJHNSWSXSH6toQr/wBUS5IdyVs3cyEIyialiI13
InGQKMRIVr3fjQhLvW9q3QLjUHRBiNw0rvko7gREW1QnjixgagdkqMYtjIcy1/YXmVeRc7tf
lRGUx/MpuFqIAS2gD7VEEvHl2SgZTHKJo6kcs/KwxeO1+03dihASEIim1u73VDy6jaQdb9pS
hOkZBuC8yOTdA3J7VOrZBeVjJjI2jKkYx8aOOHTI1MuafPOtoxFZH/y1t9Fj24xcz1+KaHmT
BNOkWHiWyTRnwJFURGnFtVUPzTGIP1BVhH7An2CuiGxw33/QzKn0Eis6m/7sU0IkEEkyIoFE
0O6h4D5kQTQh2OqpAA3IFgFxi4pb9pT21EA5HNSiTWUnr7VIQiNwuT+8jMtESJ+wLbKIO2x0
KLvGAHZ5Lc1TSI5oY+NQBxUhtEQf1r2Wibrcwc1b2LFA1M5gObgfCpYyN0SXi/8AeUZzhOd3
MAOlkIY8J2abpfwpxhgAG50UsEoiBqekAdK8yYmBpV3Xk432kDcRXb7iEYjrAZxdCW0yJu57
J+BNmIAL7m0oo7QAXZtU0QRJ2c2dbZd0ueSlCBettQjGsp6yIanuyQiOkEs5u6mfUOYQJYj9
hGUW6XYA6BR2mgqxUHYeVajbf51DMxnCQbcK7SEIxj+ZOg16fHLb2EScjzBrEnqPurzc044o
Yi0IGs5k91GEKSd6VupZjJzElxrTp7KiMQeBIE4nge+pzLyGjVbwqOdtwvOUrmfg+Rb2ByTL
RiTr4l/uvWkylOpgTQhCEDENQRizLdPIBIcwt3pR5ueINnjI/wCmhISIyAMBItRDHngMsSWB
FCE0DtmLxP8AwJF6iLvy8Ce0Jio4qgbVrJ5Ekd1Es5Bd3W1rkkkVCnWgv/eRkGHidQxACWSY
YCJ0KxxIA2hqmv4kPNh0zoCKgFSxwDSLMeHvKGKRqzk8VPUR7NEwfmVKxNjyRGQkSAdooZsB
OM4QZbjyXl+rgZB+3HtD4tyJGeLT7UJHaf2kRjlDyCXGTcH+BEzm/MFCeEE7Szl90vlX5hBh
rEUUou3IcEYi8i7qRiQ4DHkpEEgM3DcjIAiR1FT8aIBNNNflXRMNwN395GTAMXkTY/CgXpcR
GnzJ2vf/AJ7i8sEEm5FfxJ40Q2ZBDcGlKVQvKxdkyDn+PqRiJiRLCAGsj21kyiTuWJ1jL3Vd
5nUu5KMSA/FPjkYSFbsU0h5gIYg6/Mhkyvi6n26GXuIHHOLTDkFkdoeJLlH1nrNsMGMbYYwH
kYjxrZhl5eKBah4I9RcGlVuJZywCHqZl5l9oBspPkhKU6QJqdr99A5MkpFmNKI5TMCIl0wiO
6Pe/4EoOIgliWqWVBuHFGJBGoOn4kYkGYp1XCBIEgAQBr/cQ0JDkA2U6EDVu8jHuyNTqp7uv
HhFRwKA2vwBQIxjpsydF5AxgKcqKc33Ob6fKtsjQHsnVSFnq5s3xIHb0+I6lTnllEQN91lkz
+gydWIvOMB0ErdAeZH7JfhUYyEscpdkFwhLNE5I5iDIOS3vdaImaCwHH5UREiIIb6/EpRxl3
vI8VFhuNibMjKxOp4LZE0IdjRCMT7QBcfEhMExJY7TZkRCO3bpb50IUu59vxKkOkChA/ZRjE
0JpEFgD7yLM4HafVEj6/YngNsIlnIcfhW4PPKKGUr/Ko4mdo7gRzW2biEqsXPzI7YBu04KIm
DF2cN/KoyhWQNyGZHpIPFtfEtsxyiXUsuLKYyBAYSsPDJRweoyPIljLgEMUZDIKklqEfKjI/
+73IoPVtCFGABAJbehjxxDt2tSmJFLOj5cxNi0mLt/wZVRG2ppy2owkGjMMNbI7X3BbiSC1Y
mn7ynEwY2kfapREy4uNGClmkRthE5CNGA95T9Qeo5ZGSBZhEu68skE+GxUpRHZuPYs0wS5BU
YCJY3Frqg2M4s8qIiUhW44n3Vte5pWgCnCOR8ESzAtGv+Uhi9PlnDLIikT0v/wB2H+IseSUh
OcgDI8Sm9bHHJ+zFnyFRxjHMYYhgQQJUUZyxnDinWEH/ADpe9ln4FLzBQ0iP7ylscg/Y6dgT
RzqhupKQoI1/ZRqbsKtRPEgRJBa6BlIHVAyAMgGdREHIN+AUYwm0phzOze7FTk5jLR67iU/F
Ry+q/Lx32d6SEMURjiLAUKALvZ+KAyCsajiukCybRFw4N6I7qg+Jdh5EvwTzgQeRUtkjGMtP
e8SecA0aRkH6vdRDigL1/hUYxIAkKtR/jQgN0pEUAqhlkXzSHUDYfDBTySLY4ip1RMZn0vph
SlZz+dE4X3SDSJNJfL/wZDQh3ZGIJJPZBOpQE2Zy8tPhTRkGiXDasnFOIJqWR3Gj15oCEW20
2k9RHiWfy6E42kDp7qxSDVFhZCJfky3zIJJ1FW+JSw4px8wCkI6fEjF3kXJFqIxiWi5BDOVt
kXAtEUNUA9Bx7IQJcgjTuk91ShCQAHVJtPiy9xHeDHFE9UZF6j4URjL7eCGHMJAOCJRYSdCW
PFvnCo8wuJH/ALkVAmJgAeog/wD08WPwKIch69WiO0Ge1g+j/KjuAqpRga3fkgO1IX3cfCtw
NbAexPLqFmQYUNeKcVau2yBlVg4Bt8ql5YBxSsTWijGUd0QWB0CAcxFHdVZgKSXZDCxGqd0f
1JwiECRUWTgNI3P0ymwAHeNok+6iSzEdUj0j4lHD6ePmTAqe7EeNPkG/PrLSPuRVAGA7VhFk
MUYiPpMRecj/AIsh/AhGIAA0H/CcOAxdv3E21gLF6oA0PAinxJ9u2JJqU8XqbGroER37i0y+
qBlcmsWoyziET521yBZlDEAd0bxNwEZG+g4oV2Yzw4KPlj8zIXkdfxKbEmJAYDReZI7SbRbt
D41sJaj9mu5bYgxANjx8ac1iNeaOCJjHJKUpSliFRH/v/wCYpZMtcuQuJdqRCYRLjUUQ6Dzq
mxxaRs9VGT7pXGoCnORqOPEd1PEnmEdutxYFUO08VSszUEaICQ3AFO5YlwTdHcwIuniD1GhZ
VN9F5RJAN/5VLLORJ7lWYhSaLSFA3BCIF6yPJCELBMmF/ofXX9HDgAJlKbkDgEMeOBmSeki0
UxiJ559uYp8qYRJBQiZHHiHaiO+fD8CEIBgP+G7k10/iRmYSBvEnVRMzQ1iw7RRnKMRHGwJe
r/AogmtRI+1RA6QRcm5+VDd1EdT81dpeomIx+3vKWDzBHLSp1kFAZTCZFqraC4sAKsjGpAiW
a9Ful1TNyfatoJgIUAegHwraSwd3RuAC8SdQoyB6ZSYg8f48aOWMifPMYxDbRGXuw6VhlDon
GIcXBUmgJSk7NZAzEqfUD7qacdhJoCQAj1A5Gq3ZHwqcYBxIi5shoft/FFdNHPauzeFCLcq8
T8SAZzo38SAIqP1okCWljRMSQCXrdABgAKBAHTUJ3L8+C6atcFAC6JJJkqD2FUQomsiD+j6e
WGJnGZ2Sa8T3VGEDvn/iEhml7ifcANQAmiP+G0DV6r6vvUpZOqU7FqALbMPE6KMYAdNkcUqx
kGroomc95yOKCgA7CiXJETR/3UWoRGwN1/6cMdInL1AsDuiFKWSPUZdrQLbCjG4oqVkR1F1m
6tptuFCPhUJBgeyRHtSP/bUpSsLR1/8ANTRPNCcg277CPdQPYEW3Bge14ffQjGRnA5IkCYMp
Q/8ANWKcWMdot7E2o0KLlv7FGIicmSwkAdsVIyDAjpnyRgS9akINTbZrfPtQD9JBJ2tp4dyi
IRMp2Iv86BEtsp1Y8/hTEF+dimjrUsndzzUp5JCIj3yaN8yb0OKfqH7xGzGPn76icwEcx7UY
ViE7txPFdP2p9RYqtVS5X60xLJsEfMyEs+gT5S8uAt+hUP8A8Vo31TsHPD6GYPwWnsVW5KoI
dY9nddhxViMg04LHDITAu5I7Ve7BSx4jGGTFmM4ZDU08alH/AH0WBq0BdDzZY/UhwBGIIyyP
wrzskDiJi+w1Z1mnkAJqZA8k5mdoNOSySMRJ6CQu65vbkPEqkVshF+BrqsoyPSJ2kcVCO+bg
MQ9jFb4nIaPup+HqQM5zlwi4B/ChLdKMjcS6gpneZMKCw/ApCAG0H71Yu9ALJ6QiTZquvMyS
eO7TupoGzMf7ycUApW6MsstoFhcn4EJ44+VCVpS7cvkQlkG6Wm634EAJMDRhRdI0+9WVaIiN
edk4q90ccOubWGnzrtMfCOPxrrIrrdMB/wCw0DkpyKn6XGicUKFaDT6IzAJkLMjlIO2cqngi
xDwY/Us2GkZE+a470Zd5ZJkeRCR6A/5lP8SaGRvMyEknJKslLdMSLsW0UsUZfkg9IHeC1+pC
EiTzCJFX1UZSYsUJRIkSXRPmnGWrWlFKOQDeZmrXqgYZAYCpBW7JO/us6JixEasFklGEYDax
BrIKUpg1KBYEGle0gJM4YgCz/GojHEScd3T3Z7kd7OHLAuzeFbPSYTCEqHLl6RH4ca35ifUZ
b75l6/ArdNlov1LgFT7l73BPM9R7MRUy+VNkPlx0xR7RHypmEIaAX+dNEAD7/wD2Jh9Z/RYl
Pfgv7E32fRLHIAxK8vFGoBB9ixeoxhs0Z7SBeUPB0/4aj6iQoYgkDj4VLD6eO3GCxNihk9Ru
mRoB0/hUpRhtD9Nnb4UQD0yuLOV5Ee3I7iCBf/VWwaEugBxooRxyaRLV5eNCM8gkRSQ1crOI
EEwyEB+CEmb2VBClGUiTDQh0RCDAWN/3VLdeYMpm1ApTrElyH8KcBiWbRwo75nbo1a+FCMYj
ZCj+xbQGApRCItwsyuza6lMKoA6aFNqnsiTUN9iIxMIjtZDaPwf5ieDmRHXll+7BGVDI95E8
VSv0Of8Aj0/Sp7EW+h06fRZYAMCHf2lR9LKMhhxgE5LCR/y1HFHphEMBd1L1MsQIBchn+ZHZ
6cTmNRBm/GsZw+m8kE1YVb30CQTRgpSdgLh+KIMQZCjm30Y5xe4YH9rcshyEAirxoREd6SzZ
Q3lymdsjTdEd9Vk0Rauq8uMTkMtR/eUmwCMH+tj4kYUi5YDktkGNXNWLfEtpg5hr2ox93cnA
ZqAcEH1CJZiq1961l7bo+LRPIVHBdOlftRmxlIWiKuo+aWJtiHZ+PLJRHabsx7v4UPNl0+Ad
IW2IAGibhdluBbgAmTIsXYsf+I6rZMP0v1rkEOCqm1RiTZeox+on+c+6NGDeCMkIenkJ4wLX
IJRNBtoApH1B/LkOn2rzPVyju0i3UV5eDH5eA0Me9L45IYyCTxLkAKRyk44k0dnKhjj1CdRM
9pvfiqk/UhFmEI+2qHo8U9sdxGcAdQiPEhhxtHHGLAAUkmMtsRoB+FFgJE2JoiZyD6iKGM1A
JHsI7KiD0kkODzUYQvEt7UxoTY6qNQ4DJ3dtOKo4OqaJqF1Fc7KpY6AVJTEbYksYjtS+LwJ5
dEfvbwpscQD4mcql+aFLWXO5ZUP1JxT2rlxXJVVPt/4LlOaR/wCCIshz+htPvV/YvLxdIxxE
Zkav1TUI2MOHg99GV9occU2CL5CWJA6cZKOT1EjIuCdUMGLHul3pM7LfODA9qIqSB35qnGgs
o96IxuIChB+JNEsXZbRPy523ACqn6z1OJ5ZJERz47GPZ/NxrfhyDJAVYEIkSIOnJAk1GoUtu
llmnPtGZEaUHvISmdxlQm9UK8n/mQeTx+9BquXKBFNCgRV7r+wImZEYAO6/IG2D1yyt8ieL5
JGpyyNPlitxrLjoEwNDZVBcpm6Vxayp9RTvawQDOOK4/ReugVmH/AAHKeX1D/g1qDqn10Tm6
Y1OhQ5KlCVLLKAH5pG81Mm7nuJ5U3jp0DfGjEnSgUpSkDjkS8bmQWzHERiOFLImBcOTwUZZe
kGgrQKUPSnpft6/IoxzA+cRFiXMtqjOLRDi2vi6FLz8GSGTb0kNtf++gPS9Qk5mD1RPyqMvK
GMmp2Ax3fKhCMp7pBxMije9BMWpqpxx5BOce6A7FHdFjIm5qseMtf6lWnALZKLRFX5oVtoiS
AyEIF4vVfl4/MkajhFb8pOXIS2wAiEVE5zbsxjQIjHFgNE40T2ZMbJtLugWVKKpojRUFdQmB
cl/qTyua/wDAAJecuzFPPStLN+m5Q0jr9FqIMrMuSBGt07spU6J1Y+JTxE9jsyaoRGSQlj7r
3dEkew2Cky8vGBuIY04rbHCQGcSNG+LevMzEACu2J7SjnhAyxSjtmR2osoCMQRIiurLOTESM
YUcbmWIyiBLIASRwVYiR0caKUzMRke6Oo/3FKOLcMZqIxG0RH+qpZsreaK11QnkDjX4kZ4wH
FRzJ7qp9hT2fVACLsrtBqhPFn5p2oyeEQOJTGvsQFm0Tn7LKgYao6pvrXs1VaJncr62qmgGj
rJXrqiX+h5FgNV+WN7XLrdOLQZ3FSgDEgG73ZGkgNDxRmZW0aq8zJM7CSWe3hihGDMKBv03N
uCb6OSomBtcr/qgNOSYshI9givBwjjiKmrgUDe8pQmXNx7V5TEsHJPFFo9oWJ1COfKBPLKw0
A8KIFH1TfYi1WNRyUckSREGtf4lm9PhEoTySjjiZdmQf87bJY8QyAgRArxZERyRD956hRyZZ
eZKXEGX4kI4w2NqUuETOhFiP7qhLID5UC8m1U5RAx7SwhqY9yaZq/YEBtcDWwRESKXb+ZOLA
IEU4VVqLpFCiQKap2qdUXqL/AEUVaKqc3CoCxFCt0qcFSyqizApid8zYCiI3GMWrrFGOgq/P
wImFy9/5UZOSZGuQ1r8C/MYC8Sby+Vby+wVA5LaQYiPChRyRkYiLXN08JyAvXq/aTTIlVnCq
ebroO6XAImR2gX5IYcFdzdf736H9qonJ9qp9yr9y56LbkiJB3rVf7j0hMZHtY+6x91NPDMZN
WFF+XhEXoDI9n3k+fLCcPCBX8S4HVMNFzUs2aQhACpJWQwxADc0GrEju5PjWb1vrjKEMbmEW
2ynL/D7Xv/5axZvUuZyDiPCPcRBjQraYbQLEXdCESdoLh7qWSB2xxMQKl0ak8mogcAYvUHsk
eFHdGhNSOHgWHFmxyhiPana6EoENLsnRkbHgUA9VeiYF1QsmFXuV/wBbJmqVaoXtTk0CBiKa
jRVrIfReiJagutmO1pSCJJPUniaWNgiKHRE7dxGg4KVI9VQ4PSVvnIyk77T2W+KKAiaPY2DI
M4agBY3QFC901aDj/AjsIEpipQhKZ0o9AiZSYg0N1uclzqWst+OVWIfwoCUjxvdO4Yag7l2x
b+3souPo9ui22ZM6v7UzqtF9duSr9DE3T24lDbJ9CyGXLmnPFJ9uKLAhk4JEdzgA1ZQwxLY4
RYzesZw6o+dD30MRiJxiGi47QH+XtURl9IdsheLpoYDI2uvM3eWHBEW/ZWSWQjdKJ20o68mO
PfOXYNjErZlhsyxPWDqENpEoxDkG8UYSAlHmGUhA/ki0fAfdV3A01T3N2VmerInQpxVFPqVq
W0XsRJIJ0CqWF0ycp2RlLpArdGEHpb3vwoklghF6AWQiWiGcmzIiLGFnFRRbtz5LRgbkeP4E
cmQkicuka/8AgR8ukheQ7I+CKe4NSeKO1geWvwqgoeJruK2kgnxCn7S3SDAfqX5Vv+epeICw
PFCNYxFybP7iF9tWHMd9D2VTRpuoQ91bTb9T9v41wHE2Th2VKrUhO1QiCfag+n0VuOK3HXRO
b8eSYB5aL82Rj7r/AMq6WbRkd8BkIBMRq/urIccIw8WOPVsWfBMdmG4v3m7qjkEBvk8iPap4
9u3GaUoyYZBERLuV5ufLujK0Y1JUfR+lBhDuuOqnUhkixy9mR4Ed1NmiN4NCbt4UThAEZHTu
okHpFAPEVJ7M4finNCzhVAsiaB7Jz9XBNrovYn46qi2u89QjKY9gQpVdVFQ6XRlO3FHHjqAe
mI1RrSVfsRAPTHtF7Ln3RqrggU94ry8RB2u5OhRzTcwHekGco4oRAlG5t8sPcTRl1G45Dwqo
pEM44d2O1MHBNA91UBzduCq1eCAu3ZKPVtkaUouhyIByUxG4jqdFi4Nx3ooxBqRrb50QKEAO
dG+ZdoNt4rR9Fdk5omVbL9a5DRM9LsjRHJKXZDnRgtmN57tIB/xLrG3gBcIEgUuBqtBy4I1b
/wCHaU/KkZQlLtEMZKG6JEvWTDOO5AbumSBwflkBtukkccYnaBuE40ZHLk3SyO7Ssyll9Q5h
pGwcKJjEOLHvfDuWXbSALtwKcil+SaGlTXRAmshbgqAWQ/UhdPcaumFBonKrUqhYXYoxh9ZQ
lPqncFc1UMmdGUzUcERw7IdkQS8iKl7D3YosNTt0f4tyY0OhTnsxueC2QlsgHBl/eQyZYkQJ
eL0cP2kccKYwwCIJFNQUDAlmvpZEAVsS/HwImNbOTR2QoASXcWTCmju6JlIRLOA7OfDtW+bw
gB7PlTC2pqgJyP1UKFNoiGixq3yogAkUd7/LJESLyGhvbsb4Lsf4f371zTlUTfegg4v9BlkO
2I4ox9NEzkNTYIyzHpfQ7cbfAhBh/wBU4F7pxRk9iyBKxepgNomNsgLOF6YTNMGJgDxJ7SDM
ANFUAaIHaCgwcBCTbSXDim1MJ7pE9TXKMcEZAWAiHv40BIDzD2gm0Kaya7p7cU5shysFW6B+
xXYHVWPtTJnfkquOaY1yHRSMqnTgFRyRb/nxoNG1Cabn95EgmQABLnvKTNFhUG3xo4RLp+6R
C3TIJLHa9ltkNzUi38SkTRhTghZzYICJIibg8QmiTCBLylpJvEunq3i3BDj4X4d5GjkD6wfh
Rkd0tSWFB3ulCGMbhcyAehW6u025+6hGTxJDES/mQjUZNA3SI/6ilAgyL0iHMfxIT8oOKSi+
viX9Qu/Dmjo1iv8AqiQgdSgjxXmH2exbRPc5ZnW7M8jpE2W2MWAsAKJg1U3ArgUHD805sNEJ
i8JvfRZIlwZACINiyeYYkWT/AHXXS/IFExLSKbJIliwlLh7qbN1kdkLbhgMceQqtXQdHVP2e
eqAF0xvx5Kmtk0jukNF2qRNAEKV1VQWay6VzR21m32IsXmRUraH+1SBkQ2poXCG6gF5XMlIu
5/Z/Ap4cfaq5B/Z6luyBr6PEIRAEYj6yWW2BpE0elU8CKC0gnZ5ceKAqz0GjeLcjtLh6d7ai
4cFgTw/ChEhjJhEClkTIDaTuvX4UPLgz0cmtUIBw7Pw//YiCxiDRqfspzE7xqS6DyMgBRy6Y
ZKN1YxcN4UJCZu5iePcTbDdrfOrXVLlbeF+aBNEwsjuNquo4cZ8v04NZmu8+4gMcBu702qqn
2LmgFWhVV97J9NUcGVxEh4kaS7qjDYMwgdwzQcy2P2Mm5AvRrMmiAC19UKueCG6p5Iiw4cEG
0FVUUKNSiL8EQEADZPc3R3VdEgHcKx5rfkLGRcxCIxxZ/vVS7WVahE2ERVSEJMNZHguguNT7
Ua9J11ZEO78dAmNQbnVPF3s1dxHurZjkd7GhYbVcgi5Zt3zoAvWjCqfH0/egDUavr+FERsBT
VGJru4CxQerVDnggQQJF3agZEA7SLv4l5kg4FauXdE0DXJqo7Wa5c9oKIkWEaggWB8CoXHi1
f4FqSHdqU7qJkWFJFryPxqUxMxGOgAqfi6vGhARb3j1Ev8C7Xda5t41WicO5TNX+1Ozo7pWF
eKE3o9IjVMwDWAonNQdByTM5Cd21ZX+tVHsTCq9hbmi4uv1AJjZPENzCrRrFWv8AagwLBbgW
IVaexVABH6k9nRbTjqi90QNLgpwXfRVNBYIGu02RFuSoeynktxPZqvLFIvojEDc7sNFtIoO7
GlEGJbU/woFyxLP7PCgNxkSbELbuMQ1JG27++g4MIGj00TDsksB/EgIv03dAB7vIWJ+ddUmB
qGREQXHB6hHaGq+09VT0ymiHbRyEdryY0OhUgag3RiJUsXrT4U7VAeLcfmUpmPUDf+WC2zBI
7oKIjAbTUiVGW3GQZPSjxbwKMpvHcKiJ3MP8xTJ2iEbSqDMFbw5iRQ6fgVx2eGjr/9k=</binary>
 <binary id="i_070.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4R2BRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAJgIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTI6NTYAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA7wEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAD3GwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABuAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8Axc41Oy7Xb97Da4hz9wIguDgIH/T3VqNd5aCG4lNjQY3bnCZHt/wjFo4X1fz+pZ1j
KBXZabLDo5rWtDX67pdu37Xe9uxS699Vrem30YptaX3VPtc6wgAbS32CN35qSnLyH51lTQ/0
q2gmSCdRI/lvUcOqjIcarHs3eIdY3Xd+9+cjBpbYK3n1HtG5u2HCB+cGQXuaj42FbZWLnSwP
bo11bjoCOA6P6qSmlk9Pd6hbiWt3BxkudZp+d7f0P7rUXG6Tk+m0vurtJMn6Z48rGVbWvlWn
szRLa3hgYZO5rhIB/Od/5FWMT13B7rLmgCCIaHTP0nat9rUlNP8AZnUarJqobaDyZaQNfzmM
tbY300V/THgF99bCSQDDrWST/wAYz6P9talALLBAFjgBsrLHFxP9mvZ7foq+7CydptNYax7i
QdwBIP8AJ/lfu7UlOCOl3tva21lbqCIFlbiTqfo7n/8AkFZsxcaoTUHTyQHOED+SP6rlee1z
XtMEs2a8kgkhv/fUN+wSHkCNYOn+akpqVVh3uDnSOCXO10+P5ya2loPc6D3B3IMc/wBVWaba
gWtD5IB02zKqvsaC5x9hmQY0/wA5JSDIYxoBaANNSXuHj2+igMyHEPljQ4QQ2DHb2FWbLatn
vJLfo7u550hqqeoCd45Aktjvx/VSU//Q6L6j4p+1X5YAa0nIbt41fbU/2s/637lyn+NLqGMz
61src0l1WJWxx7NO6672a+/22V/SXd/VdjK8nLaxoaxpIAEaS525v9Zzvd715z/jHx2XfX51
dnuY6mkkHThrnbeW/ScP8xJTY+rvTa99OTTkfZczJADRk4/rNZvcXDeI3+pfS2p1FVVn/hi/
/BLTyPqrRS61t76r86lttrqnMyqvUc07/Sx2vsfRY2xo/RbH/wDqMLMjq+d1mvo3SrmYDKsI
W5uY0gFjN2267e7ba5jXNY70cWyn1rX1fpa8atZ31g6f1P6rFmVX1xvVdhZ+0cfmxjLS0se7
3WbmW7a/Tda6u3+b/nKfU2JTmX9RxLWsGNZ9naIe8Y+W+ueGt9VtjXbf7CsvzcSqlr8trs2l
7d9ZZ1WuAD/pqy12Uz3H3N9NZH1u6XRg9TBxXb8TNqbl48DbAs1c309x2+79J6bv5r1PT9/p
rELRqQB8SNR8UlPR39XdVl1uxccCuy6t1T3WWXtDqrGWP+zHd737dlVjmf4P/jF6laa8ghzw
WtedA0ExP8qNy8vor+1Y/wBU6WVuH6a9j3N5c7122Of7fd9BzV7BawU0eqWj2snb2P8AUCSn
n+p4bca11jbJY+urYx0+1x3g7Xe7+c9iqY+O+95qsHtI0cwbiGgjif5Rb+YidRyLMi4SZ3Nb
uYBAG3d7f+kj4RfW3eXbSfbDtBrr/wBFJTSyMH7O5htPMgzoCB4aqnl5DWuDA14cWmXATH+d
+cxbWTmssIY8bXNJg9j+b/31ZOT+iDm7Wk/SYXEax79Z9u5JTm2UH0nOaSS0wSY1HyVcN51J
G3U+CvCus0+q47mHUGRE/SaVA11ioOMAuEDUSf7CSn//0es+o2OWVZ9xbtFuQ5s/vOY+3e8/
vfTXnv8AjNf/ANm19rGh/wBlx6H2DsAP3/63q1t/64vRvqrc5lddDuB9piABxf7eP5Fn0lL6
w09Ey7L8TPNdX2vCsbZYAwZDq2nd6dVljd30q/U93+ErSU8T0PqYGRjZlDcfqLepNqoz8K4N
9hqs9UW0iz/C0023Vsx/9I+n0vV/mlofW27JtwenY+eLW4rbS84/tqsym7PQbiV0V/0bZX63
23Is+y049F3relVbkVY1WPmfUjqPT7OkW9Ga7MynVF1+TQ70vUebHbfUr3bsdmOx1NV+XXb/
AC7PRv8AT9a/T0n61YfX8bBpz6aaK2Ywe65rLd4yHZTXW1G1jbnW3/Zcj2X3/aPoU+r/ADSS
kmP/AIvMX6xdPr6lm5j8TrOW023Or2voG9z7amV0u2ep6WN6THeld/bXB/WP6sdY+r15o6jS
WscT6OQyXU2f8VZ++7/RWfpWL2jI6eMDoFXT8ElzsINNdp1Jc0Gw7ef0eS31sa3/AI5ct9Zc
/F6x9S7sWxxtvDjfhumQ30S2f0ha7f6VD3+o79z1UlONhUYuHf8AUwYxLnPORc9tnuLRY53p
l+zZ7tHbP6i9NuZXYw1FpDTAjtp5f1ly/Qeg9P6j0PouW+wsNVLXUVmNdHMtpfS6fWqY6z97
f/hv0fqLo6rDZTXkECXtHOo0Jakpycnp9VuRa94D2e2trY00AfY72/8AGbP+tLPzKcelxbjM
aGgR7RqI/lRucruX1aqfSqx8i6xztzn11n0x6hJaPVd7XO2/zv8AoVSvscXgvY928ma9urf6
/DUlNWqy0B/piZkQdflqqL6a22usNbTuJ3PADiZP8v3LXw6WuL3Ore18SGkjTT6B2uP9pZlo
d6z2fZX1sDfzXNkv/qsb/ZSU1DXj3WFttTHk6lxAIj+q9Wjj45xWgVsDBO5paNRx7W7VUvOY
y9rcTEJ3A7rLXNY3T95rd71Nv7ZOI+zbQLm6l0u1BLW/6P8AtpKf/9Lpfq/dXW5xtcGtpdk8
kab8itjZ/wCpWZ9dnG3qVRr9wvxRVU8DQvJus2bjtb9H+UqOA+2rP6pk2uHqWubWyk/Sayu2
yyXOH5r3NVrqOUzN6VZgXOLA4CSTDWhtLH73Db7OLPey3/tz1ElIendZdY3cLHNpptIa4ahw
A+yPsZ+c5vq/pWMW63Kqc202kXW2Usc3J2h5aK3C/G9b/wAL32220f6L8xchk53oVvwcypuH
n4TGMcxoPo3Vgt9DMob7nNbbVt9X/Cf4VKnrjW3bmWyS1jcilh42n3Vv935rGNSU9F1Lrt1b
H4YaLPTeLPUrdLNpDnNfpHpu3ud+hWD0w5fUs5/2ax7ajbY71/aaGNL9tg9D2/bn67PTss+z
f911R6pZRa9lv2o1h7AWVNcANzNx3uI9vpbld+qYdh9Noe0bnMLvTMms2B1m9m31dnp1/wCE
ckp6rD6fbg53SKK3B+Lj15DJ0AAtNb6i5g/f2v8Aofo1sUV+l06lj/zWAbfyLNvyXOsrgwGk
b3sgiXe/ZW7+TP02LNwL8i7rRcyixpL2vuyNp9Nw2ek17nf4av0Kn0u2fzdvpJKdW4MfjuDN
xawuZWCXNaNrnt9rG7WuVB3stAMuLR75Hf8Akfvq7ZZlVkV4noiddtjHPiXHf7q7GOVTJxup
X2uD7a62iYNVesz7T+le/b9H+bSUzdvsoNdcAEe4jiCsvLxMkWssq9w1BMQ4n81G6rnN+r/R
rOpX2fa7PWFVGI+K22OcZ2t9MF7fQq3ue/8A4NU8b6wdOycX1srJeLLmlzWuJNbQRIrFeKKd
vv8Ab62+xJSOslzwHtMt1DQIM/y/oqy1g9BzpkQG8HQT+7/KU6xj9QkYefjWXtdDbmM2Oc0D
21vx3+my2xn+kr/f/Sf6VAGF1qS0Zbdnd+zWef5jbs2f9cSU/wD/05YTWDM6hDdzjueBrpNl
ju/0vcq/W8u/Fxs8UOaH7savUiZsruueNv8AWxadi0MHGLup5bQNALJfJ1m1nt1/lLC+t9bm
5HVW8enZ07cJ1JfTkPZsa36XvuSU85fl3W1w7awOduLgwN/d4d7tnH5iHZk3l4c60WEQA7cS
QBqPo7Poq3SMjGuFFoEVNdtHIl/udH/Uozq6q9trmMYWmXv2jbEHc5u4e33fQSUzwsd3UW23
5Nb8izaSXPOwb2HcyqmsD89v8iv9xbGHiWftWzK6labnwG4rQ07WNIPqWvaxrKantb+hUcIX
vax9bDW1hBBcZO1/uaPzW+o/6f8Ab9i0hjjItbVWfcS1vqO9oECdod/V3pKemtFDenUnHcCx
r3NJ5J27G6qlivNI9OQQARppPLv+kk3Iw3UO6fXbXbmh5vZVU4PLWkVtsdZs/N3bK2IdTbGP
JAEDcYiZgGW6pKd3BqBudcCWl7W6HX6Q36t/e/eWg3GjdY6ABq2PxVDpWBRZQC99zjAc0OtM
DRm2G17fzWNWhU30y70bbLC7n1HSNf8AB1/RZ7UlPKf4xm4P/NqmqysW3Of+otaXG0XAj31V
s9z6fszsj7R/1lebf5TwqfSvwraTH6Ky6p7CB9H2ixrV7V1H6tM6jkYmS7Ktw7cNlrKn4uxr
h620W7Lb673V+xmz9Gq2R9V+o+k5uN1jJe46sdkOLntdwCy2g0bNrf8AgrP+F9VJT5T0DLF3
XsCyxgLK3exvILy13p7ne32Vu/T/APWv8Iu5dYG2Nrc8NLpDGz7nEc/5rPzFXy/qDksrORc9
wy3F/wBqupZWBZuO6t1OwVMoY1zv0jPQp/S/8H9Ck36tdPbW5hsyS57QRYSJEc7GRt+h79+9
JT//1NzoID87q73AexlZHkX22lx/zq1z31pY1vWer2GGtflYja2nUn0qyC5rNfa36T11H1dr
nK6rsj33U1tPAj9M7/v64X61dfbk5/UaKw9mTVkvrpyZbtNbD6T/ANHs9Wt36P6e+z9F/o/0
iSmpkiuvPH6OHPa8HtEEBju/00DOa59LGggtdYPU19sQPb/nquepZ7A117G3lw2hz/aSCdf0
jNih9syLqGsrpr/Rk2FvucQJ+k/Zs3V+5jElPYNspxg51lgEH2sAmPbH0We727f5xFz6eldU
+rHVXV5nrZGOfUNDIa5opLGus9Mh7nN/SPZ7P+3Fm9C6RX1V37Rzch2c0O9OzfWa6W7Y3Mrp
ds9TbLdj31+xWf8AGDkYeHgYeD0+lmI6+uxtjKWhhOOH1XfpDVs9j8ipiSk/+L/G6O3EeGM9
Hqu4m71Z9Q4z9hqspJDG/Zd1fv8AR/657F0jbdwYSQI0fMECNrZ9y53ptOd1jo3TnXXbcnFx
634HVAYurMltmPksh32vH9v7/v8A+NWxRl2dQaaLAKOpYFYORSCNr2uO6u/E/wBNh37v0T2+
+v8Am7K60lO7gZTK8VpMD0WAbewAaP8Aqdqv15VNGDXkOMvtbuYCfH3fnH2t/wBIuS6g+x3S
bKKrP1jMsrw6QBJm0zb7fzvTpZa73q51LNq+0VteC3GbtrrDdS1rBDtrY+l/6rSU9WMittTH
3PawvE6kAcbtJP5qys36xUtuFeM8PY0w97Ru3O/0bP8AvzlgdZ65j22NsLS1hbFNZPuhp9xd
6f0f876Czrc/D+0n0QA9oc1xMiYH0jHsZ/JSU9X0r60Ny7zj2sabC8tZsIktge7YT+//AOq1
csd0sXVWuvr9MuLGHcI3bX/o/U/c2e36f/BLzHqT3Yl1TNk+kQ8trlpBO79H7fznNP8A001H
U+rN6PkYbvS+yPDbGYAb7NgcwO3VsY+7Z6Df8LkVfpP0noWWJKf/1d7oeSBk5tTGzY+2uwR3
AdbV/wBU5eZdbebOu5z2mZyLNB4Bxa79385ei9Fe09ayvT1Y+YI7kXe73a7l5t1Imvq+Sx2p
blXhziZOtj/b/nJKXP8AMNFsbXjRneZidx/PUOk4+Zd1RlOI4MtLXOsIDXRU0brv0Nv885rf
8F/OWo+T6X2dpqBAMbw7XT/UKv0rIvx+r4uTjP8ARsYXPdYRuhoa/wBcbNWub6O9JT3PS8Ed
OxxGTZkscwMax4FbWl7pe9uO32+/8/dveuX+vRqb1Kmpttl2VXjgZTrIABJc+lrPTDWs20u+
j9D0vSRMfM6xZjyc6sho2+qXislsub7w7dY1/v8AzK/+LUPrlj0MPTLhDsnJw5yL2sLGvNbz
RQ8Me5+39Cz979Ikp6rp1Yq6RiYwcdjKqhIEE6b/APpblcPSsXqeE1l7jVfiuD8fIZG9mrXv
Ztd7Labtn6XHtb6f+EVLpjgek4YBLS2mudIJMQ/6X0fctHGkAEnSDPhoAGuckpXWqsau3Gc1
m2/Kvc97zPAa6dJ2s9v7qoZWV+kaysbjW8gvJ52/9H91G6ha52XhWh8urba+G6kB5a2Zn83a
xZVd264td9OZd4uJ3eH0ne1JSQ32ucdzg/YSxrXjQFocT7x+Y1zln3epXU7Iss9hncyobAGj
6T3PH5u4fQr/AEqtvdOPZtOrpnycTq795VTjigUuex9x9XQQSSRtDPd9Fu9z/wA5JSLo2B1X
6xdXp6fQx2JjWRbddq1/oNd+lua73fzj/wBFTX/pn/6Op66I/VW7Hzx0e66+zo+Y/wBPG6gx
v6evYf0uJe30du97q/0eX6ez/CfmLLb9dLcCr0sS6qjNJPqWvaSxtbSfQoa1jf03te9/r5Tv
5y6z9CxR/b3XXt+2DrVhdV7vW9ZgrbuA0+ztb7q93t/SM/8ABUlP/9a79VhVXn2VO7OvfE6A
Gx1g/wDMlwvXMW09f6i2ttlpGXbLgw6kvcfc1g2+5dz0Fjx1h7zJ/pMgHsJ4Efydy1xgYNht
fZQx1jnOFpcS2YPtc+tr2N3ae72JKfJrMW+mus5THUepLq7LZa1zQfpVAj9JtQsd/wCsD0ng
Ha4QSdfY7d2+lZ9FennofRcuq3FDMT1XN/Rh1gdtcO7Kja7bY7+S1ed2YRxvrO/p3pghl1lI
ZLoNfu/S7nFj3Nb/ADm5JTTZZDmkRqBqYgH97+yi24nWs7aTVfftYRV6m4AVtPFXq7a2sY53
+DWw76uYtPUMF1GQBjve19lNxa4ucHb2VU7dvrVv2bf0zWf9dW/ezGLX2XOqZa2XvhrXOZG3
6Ta2utSU3qsWrHxasZtPpNrqY3YTMCNa5lHcWmrYIcByzQ6ja6Fm4uXi+gGU2MsqJArY0hhd
PuePTds9/wCerNdDvtzYdAOo4BIIaHANaXOckpFnsFWRTkNZsrqpeHubw573S1u3+R6X/TWQ
yvZkugFu8wHkj+Vu9v0Vu9WqDCKboIpqD3ECTJe4e3b7vo1rFe5xLvSYcup0b2A7Xj873VP/
AJxiSkb6Myqt5fmAVMJs3tpBJg+Gvv2qtjZWfb632I25LLmbTZdDGNYPdY9mO32V2/S2P+mx
Wft1ljD+o3Oe0kNa0EaDUfSYqFuT1PKbZh4tbad4i1rASSHcsuf+Yzb/ADiSnJzGetl3XMr/
AEe8wxpkBv0G/R/NT/srqoOz7Jd6jmbw01u+iIf6jfbs9ParPU8ejB2Oqt354kZDmaNcIHtY
P3fftQW9Sz24j6GW2tD2bbGlziHQ5rm7ddrNjUlP/9e99XGGzqOQPTLn+pkNDdY2PNm7j95v
s/4NaOaPWsdMVgOcQ2BIJHG6A7v/AFFg/wDNPPs6peaeoWVYRNljbA9wt1fNle2sbPz/AGfm
PXRZ4aJrrBipn03TuPsDdfzf81JTUxq622tDo2VDQATE/nM/l/ykDPw2PxH5eNXXbm1Nf6Be
AHbtdrWXP+gy3/M9/wCkVihwe0+6AfzW8D7kO7HusqtaytziAXEg/Ra2f0iSnmqc/FblsZYL
RktJ29OFbm2NcSPptcPTYz891vrfZ/8ACV/uLTtdeWv2Pc0TuIZod08+38zX6Khl2Wm2pj3O
2VwHNJjX93neovyC20tZtDN7RIgwCNElLO6l9kwjfeDb6AeWs7P+j6Ve7/Bu3bq/6ivdB6pi
9QttNFtAePbWLXPa8QN0X+1Rf07F6hjOw8h5YbAA99TgHSJcdm7cuKuwn05dm+r1W1vLa7RN
NpAPte11X0bP+N9iSn0L6xUW4rqsp5bXQ5hrLyQK9Jc3ef8AhG2bFRZgXOaHuNV1Nm11dlkl
u3tGUz1at38pZHRuvdXwKtuNlOtptf76s2troa0bPbb7meo7dsWpjWYrLHZ2LgPwL7JFoxf0
lOvudNde/Zu/4j0klM7OnMdU+s1uIaSY3vewn6X8hq57qfV6sFvoY9jKbh9JlQDuR+8w+160
Os9O6p1J7vs/UbPs94ltFY/R6g7Q309jG1f169/9dZNH1Hy3gOdeypm2HOh0ls+5rW/yf6yS
nnLrTbabHyXPJIB7D+qPzVJosFbgDqdHOnSZ0j87+QuwwPqLh2zu+0ZQkRHsb/m1jd/4Irbf
qbhhrq/seTLjAtMOE/yLQP0Tvb9B9aSn/9Dt313sr2spG3Zo7cBJJ5ge5UsjE6hcHOeK9pGm
vuB/O0Wlm5+BisD8q+vHZJaHPcGjTkf2Vj5v1v6a0bcMjqDgNRWXaE+Ps3JKatWHl1u3OIJb
rDfDh3P8lD/YOHddGTZc7d33ub/mj93+0gX9Xz7rK9uA7UkQ6JBP5s/m7tr1JuX1sOaWYNlL
W7jBsa4N2/Rhz37/AE/zfppKaH1k6Z0XAovow6A7MbtJfYdwAf2+l9Pb++sTHbdcxuwBrGwD
GgOkrQ61V1W651jrGUV3HfsFYa+BAc3ef5SrYXRW2WNsym+s0uhrXukQNA302bfzAkpuYeVi
4z2TdRRY5zg9rXt3dxPt9yVdJddZcwfonkyXAhpP522fd7vzXLaq6bi0Ug4tbMMbhufVWwOg
+L3Ne5VM4bA+5+Q+0hpgaTP8r2fnOSU8r9YKyNtdG6t3tcwVmHGPaGy387cX7VcowOr4mO0V
ZrS+Gl7Hj3zM7G3sd7mNd+81BdUDnsvy7BTV6v03ARDPc1rmj872/Q/lqzf1vpTHPDXGwNBL
S1sA+O1rv3klOljde+zEN6tSaX2OAFjiGssI/cvafS3bR+f6b10mKMHJBNVr6HuEgExMj8x9
bv8AprzrL+sBsxrcevG3VWs2vD5fLfo/Rb7d/uVb6vvyqcptePk2YofJ2RuY4jXZZj2+x7nt
/qPSU+nUftOiBafXxj7SQRuGvuduZ/Ofve//ALcWq2tj6ngzNcRrrBIbH9bVc1idY6hXYw4D
aLaubcW9zmPLiNpsqyIsrp9v5tta0mdbxLBY5lZDqXD1Ki7QgvbXvbf9F2172b3JKf/Z/+0l
YFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgAAADhCSU0EJQAAAAAA
EM3P+n2ox74JBXB2rq8Fw044QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0
AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50
U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29m
U2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsA
AAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJv
b2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAA
FwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAA
AAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAA
AEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRU
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQ
eGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQ
Z1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9w
UmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0
UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAA
AQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44
QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAA
AAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEA
MgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJ
TQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEA
AAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoA
AAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB7wAAAAUAaQBfADAAMAAyAAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAHvAAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3Qx
AAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAA
AABSZ2h0bG9uZwAAAe8AAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAA
EgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0A
AAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNl
VHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxv
bmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHv
AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAA
AAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0
VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAL
YmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcA
AAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJ
TQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABwTAAAAAQAAAG4AAACgAAAB
TAAAz4AAABv3ABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgI
CQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAG4DASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEE
AQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw
4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKB
kRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj
80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDF
zjU7Ltdv3sNriHP3AiC4OAgf9PdWo13loIbiU2NBjducJke3/CMWjhfV/P6lnWMoFdlpssOj
mta0Nfrul27ftd727FLr31Wt6bfRim1pfdU+1zrCABtLfYI3fmpKcvIfnWVND/SraCZIJ1Ej
+W9Rw6qMhxqsezd4h1jdd3735yMGltgrefUe0bm7YcIH5wZBe5qPjYVtlYudLA9ujXVuOgI4
Do/qpKaWT093qFuJa3cHGS51mn53t/Q/utRcbpOT6bS+6u0kyfpnjysZVta+VaezNEtreGBh
k7muEgH853/kVYxPXcHusuaAIIhodM/Sdq32tSU0/wBmdRqsmqhtoPJlpA1/OYy1tjfTRX9M
eAX31sJJAMOtZJP/ABjPo/21qUAssEAWOAGysscXE/2a9nt+ir7sLJ2m01hrHuJB3AEg/wAn
+V+7tSU4I6Xe29rbWVuoIgWVuJOp+juf/wCQVmzFxqhNQdPJAc4QP5I/quV57XNe0wSzZryS
CSG/99Q37BIeQI1g6f5qSmpVWHe4OdI4Jc7XT4/nJraWg9zoPcHcgxz/AFVZptqBa0PkgHTb
Mqq+xoLnH2GZBjT/ADklIMhjGgFoA01Je4ePb6KAzIcQ+WNDhBDYMdvYVZstq2e8kt+ju7nn
SGqp6gJ3jkCS2O/H9VJT/9DovqPin7VflgBrSchu3jV9tT/az/rfuXKf40uoYzPrWytzSXVY
lbHHs07rrvZr7/bZX9Jd39V2MryctrGhrGkgARpLnbm/1nO93vXnP+MfHZd9fnV2e5jqaSQd
OGudt5b9Jw/zElNj6u9Nr305NOR9lzMkANGTj+s1m9xcN4jf6l9LanUVVWf+GL/8EtPI+qtF
LrW3vqvzqW22uqczKq9RzTv9LHa+x9FjbGj9Fsf/AOowsyOr53Wa+jdKuZgMqwhbm5jSAWM3
bbrt7ttrmNc1jvRxbKfWtfV+lrxq1nfWDp/U/qsWZVfXG9V2Fn7Rx+bGMtLSx7vdZuZbtr9N
1rq7f5v+cp9TYlOZf1HEtawY1n2doh7xj5b654a31W2Ndt/sKy/NxKqWvy2uzaXt31lnVa4A
P+mrLXZTPcfc301kfW7pdGD1MHFdvxM2puXjwNsCzVzfT3Hb7v0npu/mvU9P3+msQtGpAHxI
1HxSU9Hf1d1WXW7FxwK7Lq3VPdZZe0OqsZY/7Md3vft2VWOZ/g/+MXqVpryCHPBa150DQTE/
yo3Ly+iv7Vj/AFTpZW4fpr2Pc3lzvXbY5/t930HNXsFrBTR6paPaydvY/wBQJKef6nhtxrXW
Nslj66tjHT7XHeDtd7v5z2Kpj4773mqwe0jRzBuIaCOJ/lFv5iJ1HIsyLhJnc1u5gEAbd3t/
6SPhF9bd5dtJ9sO0Guv/AEUlNLIwfs7mG08yDOgIHhqqeXkNa4MDXhxaZcBMf535zFtZOayw
hjxtc0mD2P5v/fVk5P6IObtaT9JhcRrHv1n27klObZQfSc5pJLTBJjUfJVw3nUkbdT4K8K6z
T6rjuYdQZET9JpUDXWKg4wC4QNRJ/sJKf//R6z6jY5ZVn3Fu0W5Dmz+85j7d7z+99Nee/wCM
1/8A2bX2saH/AGXHofYOwA/f/rerW3/ri9G+qtzmV10O4H2mIAHF/t4/kWfSUvrDT0TLsvxM
811fa8KxtlgDBkOrad3p1WWN3fSr9T3f4StJTxPQ+pgZGNmUNx+ot6k2qjPwrg32Gqz1RbSL
P8LTTbdWzH/0j6fS9X+aWh9bbsm3B6dj54tbittLzj+2qzKbs9BuJXRX/Rtlfrfbciz7LTj0
Xet6VVuRVjVY+Z9SOo9Ps6Rb0ZrszKdUXX5NDvS9R5sdt9Svdux2Y7HU1X5ddv8ALs9G/wBP
1r9PSfrVh9fxsGnPpporZjB7rmst3jIdlNdbUbWNudbf9lyPZff9o+hT6v8ANJKSY/8Ai8xf
rF0+vqWbmPxOs5bTbc6va+gb3PtqZXS7Z6npY3pMd6V39tcH9Y/qx1j6vXmjqNJaxxPo5DJd
TZ/xVn77v9FZ+lYvaMjp4wOgVdPwSXOwg012nUlzQbDt5/R5LfWxrf8Ajly31lz8XrH1Luxb
HG28ON+G6ZDfRLZ/SFrt/pUPf6jv3PVSU42FRi4d/wBTBjEuc85Fz22e4tFjnemX7Nnu0ds/
qL025ldjDUWkNMCO2nl/WXL9B6D0/qPQ+i5b7Cw1UtdRWY10cy2l9Lp9apjrP3t/+G/R+ouj
qsNlNeQQJe0c6jQlqSnJyen1W5Fr3gPZ7a2tjTQB9jvb/wAZs/60s/Mpx6XFuMxoaBHtGoj+
VG5yu5fVqp9KrHyLrHO3OfXWfTHqElo9V3tc7b/O/wChVK+xxeC9j3byZr26t/r8NSU1arLQ
H+mJmRB1+Wqovprba6w1tO4nc8AOJk/y/ctfDpa4vc6t7XxIaSNNPoHa4/2lmWh3rPZ9lfWw
N/Nc2S/+qxv9lJTUNePdYW21MeTqXEAiP6r1aOPjnFaBWwME7mlo1HHtbtVS85jL2txMQncD
ustc1jdP3mt3vU2/tk4j7NtAubqXS7UEtb/o/wC2kp//0ul+r91dbnG1wa2l2TyRpvyK2Nn/
AKlZn12cbepVGv3C/FFVTwNC8m6zZuO1v0f5So4D7as/qmTa4epa5tbKT9JrK7bLJc4fmvc1
Wuo5TM3pVmBc4sDgJJMNaG0sfvcNvs4s97Lf+3PUSUh6d1l1jdwsc2mm0hrhqHAD7I+xn5zm
+r+lYxbrcqpzbTaRdbZSxzcnaHlorcL8b1v/AAvfbbbR/ovzFyGTnehW/BzKm4efhMYxzGg+
jdWC30Myhvuc1ttW31f8J/hUqeuNbduZbJLWNyKWHjafdW/3fmsY1JT0XUuu3Vsfhhos9N4s
9St0s2kOc1+kem7e536FYPTDl9Szn/ZrHtqNtjvX9poY0v22D0Pb9ufrs9Oyz7N/3XVHqllF
r2W/ajWHsBZU1wA3M3He4j2+luV36ph2H02h7Rucwu9MyazYHWb2bfV2enX/AIRySnqsPp9u
DndIorcH4uPXkMnQAC01vqLmD9/a/wCh+jWxRX6XTqWP/NYBt/Is2/Jc6yuDAaRveyCJd79l
bv5M/TYs3AvyLutFzKLGkva+7I2n03DZ6TXud/hq/QqfS7Z/N2+kkp1bgx+O4M3FrC5lYJc1
o2ue32sbta5UHey0Ay4tHvkd/wCR++rtlmVWRXieiJ122Mc+Jcd/ursY5VMnG6lfa4PtrraJ
g1V6zPtP6V79v0f5tJTN2+yg11wAR7iOIKy8vEyRayyr3DUExDifzUbquc36v9Gs6lfZ9rs9
YVUYj4rbY5xna30wXt9Cre57/wDg1TxvrB07JxfWysl4suaXNa4k1tBEisV4op2+/wBvrb7E
lI6yXPAe0y3UNAgz/L+irLWD0HOmRAbwdBP7v8pTrGP1CRh5+NZe10NuYzY5zQPbW/Hf6bLb
Gf6Sv9/9J/pUAYXWpLRlt2d37NZ5/mNuzZ/1xJT/AP/TlhNYMzqEN3OO54Guk2WO7/S9yr9b
y78XGzxQ5ofuxq9SJmyu6542/wBbFp2LQwcYu6nltA0Asl8nWbWe3X+UsL631ubkdVbx6dnT
twnUl9OQ9mxrfpe+5JTzl+XdbXDtrA524uDA393h3u2cfmIdmTeXhzrRYRADtxJAGo+js+ir
dIyMa4UWgRU120ciX+50f9SjOrqr22uYxhaZe/aNsQdzm7h7fd9BJTPCx3dRbbfk1vyLNpJc
87BvYdzKqawPz2/yK/3FsYeJZ+1bMrqVpufAbitDTtY0g+pa9rGspqe1v6FRwhe9rH1sNbWE
EFxk7X+5o/Nb6j/p/wBv2LSGOMi1tVZ9xLW+o72gQJ2h39Xekp6a0UN6dScdwLGvc0nknbsb
qqWK80j05BABGmk8u/6STcjDdQ7p9dtduaHm9lVTg8taRW2x1mz83dsrYh1NsY8kAQNxiJmA
Zbqkp3cGoG51wJaXtbodfpDfq39795aDcaN1joAGrY/FUOlYFFlAL33OMBzQ60wNGbYbXt/N
Y1aFTfTLvRtssLufUdI1/wAHX9FntSU8p/jGbg/82qarKxbc5/6i1pcbRcCPfVWz3Pp+zOyP
tH/WV5t/lPCp9K/CtpMforLqnsIH0faLGtXtXUfq0zqORiZLsq3Dtw2Wsqfi7GuHrbRbstvr
vdX7GbP0arZH1X6j6Tm43WMl7jqx2Q4ue13ALLaDRs2t/wCCs/4X1UlPlPQMsXdewLLGAsrd
7G8gvLXenud7fZW79P8A9a/wi7l1gbY2tzw0ukMbPucRz/ms/MVfL+oOSys5Fz3DLcX/AGq6
llYFm47q3U7BUyhjXO/SM9Cn9L/wf0KTfq109tbmGzJLntBFhIkRzsZG36Hv370lP//U3Ogg
PzurvcB7GVkeRfbaXH/OrXPfWljW9Z6vYYa1+ViNradSfSrILms19rfpPXUfV2ucrquyPfdT
W08CP0zv+/rhfrV19uTn9RorD2ZNWS+unJlu01sPpP8A0ez1a3fo/p77P0X+j/SJKamSK688
fo4c9rwe0QQGO7/TQM5rn0saCC11g9TX2xA9v+eq56lnsDXXsbeXDaHP9pIJ1/SM2KH2zIuo
ayumv9GTYW+5xAn6T9mzdX7mMSU9g2ynGDnWWAQfawCY9sfRZ7vbt/nEXPp6V1T6sdVdXmet
kY59Q0Mhrmiksa6z0yHuc39I9ns/7cWb0LpFfVXftHNyHZzQ707N9Zrpbtjcyul2z1Nst2Pf
X7FZ/wAYORh4eBh4PT6WYjr67G2MpaGE44fVd+kNWz2PyKmJKT/4v8bo7cR4Yz0eq7ibvVn1
DjP2GqykkMb9l3V+/wBH/rnsXSNt3BhJAjR8wQI2tn3Lnem053WOjdOdddtycXHrfgdUBi6s
yW2Y+SyHfa8f2/v+/wD41bFGXZ1BposAo6lgVg5FII2va47q78T/AE2Hfu/RPb76/wCbsrrS
U7uBlMrxWkwPRYBt7ABo/wCp2q/XlU0YNeQ4y+1u5gJ8fd+cfa3/AEi5LqD7HdJsoqs/WMyy
vDpAEmbTNvt/O9OllrvernUs2r7RW14LcZu2usN1LWsEO2tj6X/qtJT1YyK21Mfc9rC8TqQB
xu0k/mrKzfrFS24V4zw9jTD3tG7c7/Rs/wC/OWB1nrmPbY2wtLWFsU1k+6Gn3F3p/R/zvoLO
tz8P7SfRAD2hzXEyJgfSMexn8lJT1fSvrQ3LvOPaxpsLy1mwiS2B7thP7/8A6rVyx3SxdVa6
+v0y4sYdwjdtf+j9T9zZ7fp/8EvMepPdiXVM2T6RDy2uWkE7v0ft/Oc0/wDTTUdT6s3o+Rhu
9L7I8NsZgBvs2BzA7dWxj7tnoN/wuRV+k/SehZYkp//V3uh5IGTm1MbNj7a7BHcB1tX/AFTl
5l1t5s67nPaZnIs0HgHFrv3fzl6L0V7T1rK9PVj5gjuRd7vdruXm3Uia+r5LHaluVeHOJk62
P9v+ckpc/wAw0WxteNGd5mJ3H89Q6Tj5l3VGU4jgy0tc6wgNdFTRuu/Q2/zzmt/wX85aj5Pp
fZ2moEAxvDtdP9Qq/Ssi/H6vi5OM/wBGxhc91hG6Ghr/AFxs1a5vo70lPc9LwR07HEZNmSxz
AxrHgVtaXul7247fb7/z92965f69GpvUqam22XZVeOBlOsgAElz6Ws9MNazbS76P0PS9JEx8
zrFmPJzqyGjb6peKyWy5vvDt1jX+/wDMr/4tQ+uWPQw9MuEOycnDnIvawsa81vNFDwx7n7f0
LP3v0iSnqunVirpGJjBx2MqqEgQTpv8A+luVw9Kxep4TWXuNV+K4Px8hkb2ate9m13stpu2f
pce1vp/4RUumOB6ThgEtLaa50gkxD/pfR9y0caQASdIM+GgAa5ySldaqxq7cZzWbb8q9z3vM
8Brp0naz2/uqhlZX6RrKxuNbyC8nnb/0f3UbqFrnZeFaHy6ttr4bqQHlrZmfzdrFlV3bri13
05l3i4nd4fSd7UlJDfa5x3OD9hLGteNAWhxPvH5jXOWfd6ldTsiyz2GdzKhsAaPpPc8fm7h9
Cv8ASq29049m06umfJxOrv3lVOOKBS57H3H1dBBJJG0M930W73P/ADklIujYHVfrF1enp9DH
YmNZFt12rX+g136W5rvd/OP/AEVNf+mf/o6nroj9VbsfPHR7rr7Oj5j/AE8bqDG/p69h/S4l
7fR273ur/R5fp7P8J+Ystv10twKvSxLqqM0k+pa9pLG1tJ9ChrWN/Te173+vlO/nLrP0LFH9
vdde37YOtWF1Xu9b1mCtu4DT7O1vur3e39Iz/wAFSU//1rv1WFVefZU7s698ToAbHWD/AMyX
C9cxbT1/qLa22WkZdsuDDqS9x9zWDb7l3PQWPHWHvMn+kyAewngR/J3LXGBg2G19lDHWOc4W
lxLZg+1z62vY3dp7vYkp8msxb6a6zlMdR6kurstlrXNB+lUCP0m1Cx3/AKwPSeAdrhBJ19jt
3b6Vn0V6eeh9Fy6rcUMxPVc39GHWB21w7sqNrttjv5LV53ZhHG+s7+nemCGXWUhkug1+79Lu
cWPc1v8AObklNNlkOaRGoGpiAf3v7KLbidaztpNV9+1hFXqbgBW08Vertraxjnf4NbDvq5i0
9QwXUZAGO97X2U3Fri5wdvZVTt2+tW/Zt/TNZ/11b97MYtfZc6plrZe+Gtc5kbfpNra61JTe
qxasfFqxm0+k2upjdhMwI1rmUdxaatghwHLNDqNroWbi5eL6AZTYyyokCtjSGF0+549N2z3/
AJ6s10O+3Nh0A6jgEghocA1pc5ySkWewVZFOQ1myuql4e5vDnvdLW7f5Hpf9NZDK9mS6AW7z
AeSP5W72/RW71aoMIpugimoPcQJMl7h7dvu+jWsV7nEu9Jhy6nRvYDtePzvdU/8AnGJKRvoz
Kq3l+YBUwmze2kEmD4a+/aq2NlZ9vrfYjbksuZtNl0MY1g91j2Y7fZXb9LY/6bFZ+3WWMP6j
c57SQ1rQRoNR9JioW5PU8ptmHi1tp3iLWsBJIdyy5/5jNv8AOJKcnMZ62Xdcyv8AR7zDGmQG
/Qb9H81P+yuqg7Psl3qOZvDTW76Ih/qN9uz09qs9Tx6MHY6q3fniRkOZo1wge1g/d9+1Bb1L
PbiPoZba0PZtsaXOIdDmubt12s2NSU//1731cYbOo5A9Muf6mQ0N1jY82buP3m+z/g1o5o9a
x0xWA5xDYEgkcboDu/8AUWD/AM08+zql5p6hZVhE2WNsD3C3V82V7axs/P8AZ+Y9dFnhomus
GKmfTdO4+wN1/N/zUlNTGrrba0OjZUNABMT+cz+X/KQM/DY/Efl41ddubU1/oF4Adu12tZc/
6DLf8z3/AKRWKHB7T7oB/NbwPuQ7se6yq1rK3OIBcSD9FrZ/SJKeapz8VuWxlgtGS0nb04Vu
bY1xI+m1w9NjPz3W+t9n/wAJX+4tO115a/Y9zRO4hmh3Tz7fzNfoqGXZabamPc7ZXAc0mNf3
ed6i/ILbS1m0M3tEiDAI0SUs7qX2TCN94NvoB5azs/6PpV7v8G7dur/qK90HqmL1C200W0B4
9tYtc9rxA3Rf7VF/TsXqGM7DyHlhsAD31OAdIlx2bty4q7CfTl2b6vVbW8trtE02kA+17XVf
Rs/432JKfQvrFRbiuqynltdDmGsvJAr0lzd5/wCEbZsVFmBc5oe41XU2bXV2WSW7e0ZTPVq3
fylkdG691fAq242U62m1/vqza2uhrRs9tvuZ6jt2xamNZissdnYuA/AvskWjF/SU6+501179
m7/iPSSUzs6cx1T6zW4hpJje97CfpfyGrnup9XqwW+hj2MpuH0mVAO5H7zD7XrQ6z07qnUnu
+z9Rs+z3iW0Vj9HqDtDfT2MbV/Xr3/11k0fUfLeA517KmbYc6HSWz7mtb/J/rJKecutNtpsf
Jc8kgHsP6o/NUmiwVuAOp0c6dJnSPzv5C7DA+ouHbO77RlCREexv+bWN3/gitt+puGGur+x5
MuMC0w4T/ItA/RO9v0H1pKf/0O3fXeyvaykbdmjtwEknmB7lSyMTqFwc54r2kaa+4H87RaWb
n4GKwPyr68dkloc9waNOR/ZWPm/W/prRtwyOoOA1FZdoT4+zckpq1YeXW7c4glusN8OHc/yU
P9g4d10ZNlzt3fe5v+aP3f7SBf1fPusr24DtSRDokE/mz+bu2vUm5fWw5pZg2UtbuMGxrg3b
9GHPfv8AT/N+mkpofWTpnRcCi+jDoDsxu0l9h3AB/b6X09v76xMdt1zG7AGsbAMaA6StDrVX
VbrnWOsZRXcd+wVhr4EBzd5/lKthdFbZY2zKb6zS6Gte6RA0DfTZt/MCSm5h5WLjPZN1FFjn
OD2te3d3E+33JV0l11lzB+ieTJcCGk/nbZ93u/NctqrpuLRSDi1swxuG59VbA6D4vc17lUzh
sD7n5D7SGmBpM/yvZ+c5JTyv1grI210bq3e1zBWYcY9obLfztxftVyjA6viY7RVmtL4aXseP
fMzsbex3uY137zUF1QOey/LsFNXq/TcBEM9zWuaPzvb9D+WrN/W+lMc8NcbA0EtLWwD47Wu/
eSU6WN177MQ3q1JpfY4AWOIaywj9y9p9LdtH5/pvXSYowckE1Wvoe4SATEyPzH1u/wCmvOsv
6wGzGtx68bdVaza8Pl8t+j9Fvt3+5Vvq+/Kpym14+TZih8nZG5jiNdlmPb7Hue3+o9JT6dR+
06IFp9fGPtJBG4a+525n85+97/8Atxara2PqeDM1xGusEhsf1tVzWJ1jqFdjDgNotq5txb3O
Y8uI2myrIiyun2/m21rSZ1vEsFjmVkOpcPUqLtCC9te9t/0XbXvZvckp/9kAOEJJTQQhAAAA
AABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBi
AGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAA
B///AQEAAQEA/+EOq2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJl
Z2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4
bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMx
MTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4
bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMi
PiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5h
ZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NU
eXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFw
LzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9k
Yy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
cGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTNSBX
aW5kb3dzIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjozNDo0MiswMzowMCIgeG1w
Ok1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTI6NTYrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURh
dGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTI6NTYrMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5p
aWQ6MjI3MjEzZTktNmMzMC1mMDQ4LWJiMjItZmVjNjIzNjY2ODkxIiB4bXBNTTpEb2N1bWVu
dElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6MzYyMjg2NmQtZWMwNS0xMWU4LWEzZWEtYWVl
NTIzNDFjMjc3IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NzEzRjIyMDc1
NzYxMTFFNEFDMzlBNkI3MjBCQzE1NDkiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9z
aG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlE
PSJ4bXAuaWlkOjcxM0YyMjA0NTc2MTExRTRBQzM5QTZCNzIwQkMxNTQ5IiBzdFJlZjpkb2N1
bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjcxM0YyMjA1NTc2MTExRTRBQzM5QTZCNzIwQkMxNTQ5Ii8+IDx4
bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBz
dEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmM1MWM3MWMxLTI3YmYtNzc0Ni05NzhhLWIzODM5
ZjViOTFmZCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMjo1NiswMzowMCIgc3RFdnQ6
c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2
dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoyMjcyMTNlOS02YzMwLWYwNDgtYmIyMi1mZWM2MjM2NjY4OTEi
IHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTI6NTYrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJl
QWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdl
ZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+
IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAA
AAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxci
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQO
Dg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQ
Ae8DASIAAhEBAxEB/8QAtAAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAwQBAgUABgcBAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAQAAMAAgMAAgIBBAICAQUBAAECAxEEABIFIRMiFAYQMSMVMiQzJTAgoEFCNBYRAAED
AwIDBQUGAggEBQQDAQEAEQIhMRJBA1EiMmFCUmJycYGCEwSRkqKywtKhIxDwscHiM0NT8mNz
gyDRk6MUMLPDBeHT4yQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAOy9DNOowIrx
yALu1E2GFAwpADiklbEIKxoUEuaGL2ioWq1hyK3OmZBEmoW8yBC9wjDtxYl4FjWuAs9IpLUg
u6pMXsRMWKDJYB15A8ewpzISLRxNqXGsw6gKSQSueANGOAwzcVq7Jn2Z4WKMg5bmAAHVjOW2
5Mc+kUR7WCJS7Jmi2VzNu4cTpoFM6Hwi4t+hgPluEtWSVyUBzWCxKFOqSpK7QilLwd0yLCZq
LQYZBwFJUeRB2mSlijLRIirKjAwCYKwWwvxhnGtJaskJitA8i4NcVyb9QteshCSwKdNgY7yQ
URCBwYFN4KDJIGphlrTJ1C2FqEqVmIO6pAVSUAxewG0QVBqDFSE0BE+s8eVztzPM42iIXIOB
gVeK2s6KRoVFAt8JB0YFDlqVY5wVJaQUHKUIO5HccFQnE1m4kYZC1JsRWbFREg7u4tFwg4rY
sK8Fb1qXisEVgZapOGxxcb9X5H2RFb8eRyaZxsjzoGgrlNMWnAifN40YyTmgFaB7lhDBFiBj
qBHr5BDSFnnNJ3zHrQpZoUWIIpaBlJjieiQM3kAMsA6mGEmtwY2xi426AO6oRclSnTBUteNC
RMjHqvOejO7qHzShM4ZrxSC7LZlQ8cxtBkolDWYM9j0DIHgORaDQPlMGwPFAP0zlTT9R4L05
6cEEBwWwHN3QmQS1QcUoGIu0ArpCFBugKFHcjpEUCSBMhxHLurgutYCXqjb6jxt6GVqnZ+hk
nzdU6Ydhb0oxxLjO5j6xljbyjZzw3PM3RWNO+RQ2tzxFz16HnYNicU4wt6DCB+l817M1CwQW
KTi9bCFVG0C9hFKG5opc1hVd9QUglAa7VBAh4IpaoYVwA7TIOLXNqTqm1o52idi7WQfMadA3
6nE2zQWF5M9FlFGL3cQHNLyemP8AnfbeVEaXgresndW5UgDHu/F+28UA9x433BqWtcFPULIc
EAOwy9q2CMAOGutYOCeFhHoLTW5URlilbSV4hBabcUg8G0uQRr6mdoE5+hnnyYkSbOpk6Ypi
6ojd9YNM006edMXF9V5U+gZY3jxgyUKWmDuniOix6rznpMcV95433Y5xOKouZ4vegBe3WKnp
cMUcBKRUrIxDNRWJWYCUDaQZFWy0SErYBy3XCMUJY9HoIvE5+hnHyuhaj+3h6gDcxKHr7nGN
m89rHlcI7hoec0HTyc72QLjvJFe4iw3D0uN6nzIX2/jfaDEXoVz9EIqu6iJ2KwZZtGTMMSgK
J4i4SDK9hCi7sCxpk5dmgsPQGItGKVE4Igw2z0DYDE52jlHzERSgtTJaPXYWmIy/b+deH1rV
PNPHxxP6j4/04yB0h5DxX2TGPmVNjIB7mJqnvvFey8MG9r4j2hocOSY6CuZqJEwURPWELrsB
BUvQnoKD4tBeh6gy1GSK/EXEYv0SNKsSA3Mb0I6bP0DkH+PlXoPTVPmA9vGJZcxD0vpPBlPZ
RkZ4zpo65kes8l7IsN3zRst4BzX+a/SfNHz/AEs7VPW+Z9TjCPqvN+mNClxFpggJRsBI70KC
IEpSeBUOIEQZAoTwI8wI4c1KDPwFgJC1x2CdFSd3H1w2tg7QSIqKhq8I/O/pwzO8X9E8OZjq
/qjP8v73zJibep6cT34XJxtZIypXuejCsE8Hqp8e5lhky7vhKlXaK1moE6UDS2YA1wJsEjMu
MiGEO0g4MLnRGM8KxoypYPAQFgoGLwawWCtDDqLxfXxdgLWamCtRU1DYOgelyRnGGc5o0fDe
r88O61EDYoqYZQdxTOT2cU1s1lUUQ9HmHtaRjG+MXEOrOAgsLiKeg4YddMB1bSLhcgHxrC5G
LA6EVAhZWIniA6mqAkoyJJcqYZQWgg2W3MfVC0tQ8oG4QGgiwMFzdANdTRBaClx/OaCVKogb
mfXNHcPQzyHRiLn0NIr5/wBF549AVdo5pZsFUoxaSDJoVYX6SAJsEajqBppUGE3Cw21hIwyE
9EF5ociZgk1bAj0zzbcxHjRNjPnn8z2Hnxdeywd/uJYRKbigxDJbrjmRwAXWERn3zjV16Ojr
KrIXK1FDnFGzmEEzXXWaF6jaIqSoCrFBAtxkEpAeKMA+tALmKiFHaGdDq4IlSkXmxeYuL4er
gm9pZb5ZjPYHM/RCeT20cw9Ko+oLFWgfVuuaBc5slB1cy1nrmZPXN1xcw5pZbQwudQtITAFr
AL7OS4FNC43OUqb4MmhpgQgKQfFjc4TfPTGgdqCJjKBS5q46NrPDAVgdnNIHFpZ5rhWYBkFc
aVqMLnuvHjvQ5iZqqwI1ls/jQ5Uo4RMgRVPhlcGmPvJXB7We8WBYoGw5MtXUWKeiXdB9EFKQ
c4TECljSC4tSuinJ5PD6p6LR86wb5vM0PYR5Kx6rsfQLiaAL1bky0tPNGmwui0TJVlCwsuoM
PUMESpY00wcHsCxtZ6dzqPnB6mcmFol6QM0N0ZIUQoAlALSxhqQlCLMCOfUaLULUrQljlmoL
5mzQ+UU9R5oOwg6cSyge4YKMo6p6SlxHdWgBRtAccScAmpcyL3oYNWFS8TBHcUDB6ALzxZ/N
MM6A3RADjZj+hzqGzp4z5qCmTNreoKZguURQ1IKHNW51SXAMTcEOwxjI2EjznktBArMXJrap
xB1J38F89NaslL1qDRcVL6eTqFQsBMJlExnDjhyhAFhaXGT2hxnHOyAcC4cZYwzYJBa82Jbz
dIbYXdM6k8U6hCS0MXLmcbPIlHzILm1bMcLqtUL+J9n5Ip6Dzgz1K3n3S4TqmQl6PNM964zV
rhnNVFZw11NLNO1cnaBCaTPOkA+Ydbsi/VsOCvxe9JAMCsOci0EglwxqEKimSuhBTtXOOLAL
QpF+KHrwy0k8NXGwDtEnBmwOLmB5m3xllf4zEvQceXzvc0PnfoNNQyV/SqGOya4I4DFVHUS2
sjqFEdXGPNaeVqGHpBKKBMMLcnHdFwC7CRqmtYa7rFYPAGxVzQD44Z6hPG1D1U24BdiBa9rg
30NIMUBCQlESSbnE7ju7ju7ju7ju7ju7gaWjxgg9AuYg9lQWzXM42tJF8jE3sA89optiR1zg
lHEB6tIJKIpm2pY3a2uWNEnUKYHfZg+a9p55teiw/Ti1SQdAyg7CMQ8g2MXHJaoWg9u4igIG
57ju7jq9nhORuOdkLnq5ynBkRJEKOUPO52hnG+4syX896DLMS05xU8mFc7VQLGgYflmhIlan
oK0AOKp0NCmWQ9w34nbPP52k0Y/sV/MHu+znCtrUOsOoUobGhUFgOn5n04yr2WMt5WgP8LON
UWIM0c5aoxICggB41GvPlPWl84setSvcwc3UyD056wExtryoNbUzDKMhBs0zZNUKkhnsqwS6
K5vZ6rwrtEbGNgLQHy3pvCmdqZrJ9AzM7YPH+ojzx7oAmTPvYIU6pRgLWMV9b5X0AmPhltjN
1AOU2oUieOXeVBFBcXpNSihADxV8g9Yz5XYNDG1Mw9dTpD/OPoHzYEUNS9ZIDh1YWgvFGAyT
LYh5zA1TXZtYNdVkX8L6HzYNtU57BZ0xTjDPN+hH549iuXgJQ8aPm9vzRvNcEEBrPHuTsMBL
ljUo2G5RoOWTOFqygJAbXBdd4FqJcaqGgqei6oy3h/aeJEIrwS9LDHB4oFwIIRKGg/59gZ18
F81dPK0yspDMXO1ck5pR89aYElBxweIcPH6G35M9nka5DIFsYw2UNzlm1S/CGOqr2LSQIGtQ
jYwGLRIi4F1hxseeehLm65dRpQ2yIOg/F+18OLVniZ65exBHBtwvUwym2DZDHUdKQZYK0tJj
+aYXO9Bg7xucMhTqyQ+oyM1tBa4rieQ4kaYjZ4ZMwi09wMi7QIJpEmeOLr3VORtcE4P6CP5W
3mHz/S9N5Y1lHkhrWyNYr4D2/hQclEGnrl6TIvUgyFy1G/Y+C9aGL59sf7M41RZXoDwtdFEr
uYeweh61gUisGsO41C5w/AsZFRmG89tQ61ZLVtUGURiqzCJcyZyoSmIelwS9lgMGyPDyT2+L
57OPT5ejnBtnF2CngfoPgSgZqNtomHVyAF62EWFahTSz94wjuyBqwcT31Noy/Lem80Rq5eqe
lHFwfWqSUZjrjMDuFowb3qWAdUNRZ0tTqBJrYok1AuxVoSMvQYbzSGz569xM5CERFjQGowH2
snUC/PPovzwXr3FzBsNwCpYUWKdPFNbPdFWk4NgeZJo7vmtArgOKFdPMfPTT1ik2EGJU5TpV
CHTIZjaD4NVvPIOo0MDtUows2AiCHECEmmmqJZz+YDtTgzmfJrueesbtpuM7ORtAfA/Svn5m
dep3WoGmJB1vJKxaEtKlKTUhUgJLVsMmnVC+p8n6o05rBQlOCW6xSk0CEFYwXk3iijQAB1jF
kNLjOsexn20rmPOkiaS6VTSwtHNImeOpMkXjj04zrjW15/fDeC9x5gw67DZ5+22IzR+jyBSl
BlupAR/PaF+Fxe1JCh1HjCY1Rie+i0O0kgLuoHspAxSDFSUIZlXEgdbSBk0BLonC1vQjG1VR
Itnhc7oDNSOqGHXQESsbJ5m/oSkIuLlvQYPoCQMrCZ3qiYNEBnFcKZWL6jMPMhZVJ1sjcMaf
RVPOdJz1VacHDaABRlDyBgia2BDOAG8q4cYLAkrNwA2BgrrnOOKAtYMKyUJJc0JoZgwDYo2T
CnUyA91CDbiQD0oyiK+ixPQAAsqDUTcGIiocmdY1lLkPB527hg9/B9UXIBozDjAal7DDUDcL
GWsbJETFyKukgcCQ4o6WG0uZpB8DhSQyDhzJrqLCZSlEA61TPE2I7m3Slb5pOdYQMlpIOKx6
QRgBfS4eyDHoJEInAcEvBR2GHvbhFLVsed0W0AZeWIMrohxmVDyuMLQVTSgVQ1pIQKSFmq2J
EepkEUKRMLh5qyJ1f4RIzYyqaQxJgwgtUABcwihXrSd1aBjAIelAdY13c7VIEwsdQlSlS0Bz
1hi4YOIq4Leb9XlGaxjNGg1ihNy65itrcL0JBJ1+Gc+uSbxMXYNeKagvDnHnQaaQMlnTP45B
ImjAjfrlEngCvFyQqQQhA1IRHDC9aSazc9MBdE3dzwtz3Heb9MLhdUIHNytqyGFYZ1x0CrnS
GM9uxiuWGMWvBQ4+OGTikGkyc3RzAXN1DauGM9q54F89zjX1DyFfYZQq5itmhEXK38+mehxM
0A2jeheLUJmKkxJCvHsDhtw3vM+zzDzbujvCOmIgBS1gNbCLHpYnr1BTXiVSjKTwxaYkdH1C
ByMYmrAUwrlc7XEePG8oS+qM0E6ulKNiNVzCsehBm3Go45i5npRHnV/ShMOd65503pSGATXg
EaxAXHUCwBg0OMwJOdcBBKicnAAEUZJBWDzSDqqLm8vjDNJRMZoBWgetktDEg4YazLj5sp0e
FaDDoxQWjS4yymkH0ZptHxmTatntnDs4QK5he5bCx5kipbCBW2RcxZBCIcWG+M5kAw1k7Fhi
qRda5QTKx1oIVsSRCutQTs8yZ0aoxLH1/PCjmcwHXtYIcMD3UsHkJBZV9UucBCANpCebqIAL
32jOK6uUfzeN9zA0DTPlNh6mKKj0qGFdigR3JKad4kLEHBWkgtxOFrHkrQtBUTYAHGXCVmpP
HGQdVoJlPYZyTCwr0lOMtI3ZARs2wjGqRN8zGHZFidUGEiYnQlC22qcJYVTq8UzabNBN3GTP
XM+Y1jdNjsDdV2DgaIwDNhBWkjB+rxSL1KXiSw6UCACAZCsqaMJkCyvQaNlkNLGJimigtQKN
oQFhhgo/DhFpkSte4ADNAEnCBz2USkksat4sCjjAxkoElYQ555lUB1rjO5hMno5AY0G/EOnq
wiITFhD1a1L0QyT04/IDPQoZhSYI0Kra9TLjT0DzhN/jzbm1Qy5e4yQs1F6MlBGPUs0BkvaD
C9x1LjHUqqwgDXcgWbEmehTyBGlGVYcWDJYd4KiZGUNHDWvibIcq3GgrDQmwznGm5g6R/9oA
CAECAAEFAP8A7XP/2gAIAQMAAQUA/wDtc//aAAgBAQABBQDe2bfuGjPxy3VUYkuTxPuDAUJK
0YdXDTZgF6BS4HDWfBRQPsJZWBPYkfZnlKYCUBJcq5YI7VB4bAEUNCytwSYlp44WoHmHHBWp
Hd+lHxzt+IdVVjzC8foAQSPrUASZ2+y82NdluNXZBF7U4NiwX7rcbZsBO9G41jkupDZwtT1Z
14XI41COK7g/aX4qoX+tQwVTwY7eilBtFjPhmxkBLCskl/ZQcW8gqX11L21c0vqsyWli9k+x
ylF6grFlnVJzZl15sRqTPLRM1XWdWoi9qoF4WyqF3MlP2MUZoOqirHis/BdlMt2YC782UPrt
wGZYwDOJRQka54t5SH7EXPVSsddQqxywgVZkmAskHPrYu0grY7KqTHGTPCs+FUKCRRmiCzdV
4IyUGU+JJQVVEdmmXV4hWAA3xjatJMO+06JOjAigSv2KqVHSVNcKGmwGuvJ6xc106KzaVSx1
KYGkcNo0HBp16pp2IdKoT+y5f7DTqxf9e9OR1L9k0rYTVdiNUor6/wAuCFyMGkiy6ezQfp7m
AlwftupNXYlacrOrCfYtKtUCktzCYocBuy8DlgQoIcMQrLwoo5+Su6Hp9oK9g3FIwXAP/wCH
H1g/YTTE+FVM4mYALGfo2Zt9ixalqqPto/PsbqewnBZBWSbKNf8AI6qkjSwh02bjzorYKqbM
CtaKYi/SS7ObX2wP3mRk9Dpye2VZty6sm3uOQdl5/wDaK/SSRrTy/nxpynlTw/lMAIbk1K+h
iezbn7Mmb9jSLioZaKW5PVSRAAo3VOfGHcBfkA8LgnI64cMrMOf24fngA7nqeKVJm4C5bile
nZOWYLwsrHPYJRlT0w37of8AE/IUI7dMEKDyTspNiHFDMp3PAXRaCy8p2YvKi8OuFBg/2CTB
QboFFShnTgjkKevP11POv2TSZBxVSwop+wtwdwG+wFa54AW4X/Iv9aOk7KJoqzTsWYFnPQ9D
2bpg9G4kuH4LkMVCgLP5bKlEwWGONRss5ADZCB2H5dMPwEKro6qqHD/LKuFUsV38Dfbq3ETJ
CoGKksFLcefVUwEUoKI1A33t0+w8n/ychkcPTjApQf8AiYjGGDAzA+z63NBgVkpeiErdeodA
orIqHALHvwInJdCncKtEB4kwAZ9eMqYH2AENnGNhsKGPy6ovOq8PYcPD9ZOOgOV4jfi1CeMp
YqG4SA+ccLBiHGSjKpoX51VCSCzd1J/5epRv3JyqSNd2DzsRHUrXi+LQDf1UiP8A9E6MFViE
i8+EJx+pDllUqy8aNWCzoZJOjB5gM1MNQoOOjzp3U8KhSiBXjrkz/VRVWUMM2BEJw0Uqthhj
niMygUTC9CF+t3fClX6sznJyeMQB1UDOSfgFMMqdwysQiBUp2wzk8/NgGZULnrSaA0UKFr2H
cDlFABKYYrNCct6c5N6SRuOTjsmmv4+3SkPKoJp5tAnrQaSx12oLaq8pqhRSagdpLxSmbNJW
mftKhQiNhXpjlmHCJFAitKsVbj60svFCNaEJ07SAQR5MyejnUNM6TQqsEGuyqyxa1UjUJ9JI
WeAqzwvVk+sFg4QMyMqtkH4KkNxuy878Z/x+5OfYpLv804tKYFCwo2eUoo4zKRkfUtuvKOTy
bgcZlYhiR6VIx9aWw+1VneJkmJnmfj16QbXhtQfj7faf3wZmtqzY7KBl13qKedtq8fPohaZx
/bmOxYE8MXo4i02ZSOEP2myACmUycVpM0myyCkIqqeJB3MtdkWExNGIZaN8FgeBSW+VEEJFJ
g8AC8KMzEElqiZND27f5O2eEtlVJUuAoXtwzI4B8GjHjOMB05R0WTYyFHVfng6sQDz14N+95
qIu1pn7vR/pjnuMP3A8l4rVJN/wRlL62lW1JaUVGxrQmj7O4rVr6ef3PSPFPrdVt6A5+5vxZ
vZUB/cB4PbnxfX1GLenrsjej1Q79u/8AsNjqPR2wyb+5cV/ZlTULPrt8LRez0XBo+OKxJfYM
2mXPCSeEMQrDjoh4JFZBWPFGOdccGVAP4qQFbDcbHMDJPU0E8nAGWVQR2+FZTlcDqr/j6h7b
HmzZreSiD0v6+iGn65MTSjqOVdPrTVCLpy3DZvR3oLT+QYSTedtj9bRcLqxJjr/SiJduUX/N
urdqL5+zQp5deiea45PzrK48q9GTzLFbaIXXpHU6edVZNv8AonZbxdlNrVYhj2GcduBHKiXP
Si4XSc2i+WVRnhOHzkfarIZfiK/iJK7MgmFJHMgFhjlFBmKsDZ2biqx4q/hhvrYZABPArMPr
ICgfVt/O55bGVPJ1vq9X+lSoT0dkftfsU7DZkQ23qLTX/wBh6MNSenqSTwbXbY/j2qyr4Ooy
7X8Zaqx/jLNHe8s6L0TZCltyYa/oB6bnokh98A03VYenuy5//pt8GvvehcrfuttlQKWYHLE+
ISkEYZVgeZ6jsp4iSLbsImOvqfi8qZZKkmNDRIHitMsnXFJYoJIxaKHnU9qErQ9cVqgAeeC/
CVHMqKMPxcMoAGDgcywQzYNtg/veehB1FA2f6es5XW3SBdSpJJC6urTZqN+iai/eram+86am
0m0lL745T1tio0vQDD+Tq1YLZMvt6KhTKnKSZGLprNr6OtvR2fEgEfx7KoGpNzfQeDJ9ztL6
ymM+HWpdGqQpbBrTC7JzEu3Nkv8AThklSgZhnjdW4JjGrJwiiwLoaD6yKWB4MMxw3A/UbC7I
Ks2f+Sjtiar2KsyMGALP9iF6TJfAkFnvkJu+f2Uee7Ntf09g9htM32f24PnnmRmkjrvVGIJT
zzJF3dPWXb93S+ttrROpGX2C+y51ttOtcHAKKWIAGTwOynszFSRzBHF+kn+O6605usf25YPN
FJCyIcMoz9eVT8TPm8+YjHWw7URvgAA47TgnWSKey9SWwGtP8/1+vCgHHP2c6NgTwrYJfAU5
C9p9nspYlgqoMBGZiMLsaqL6C9e/mgdv6ewQObBDVRAW0dN720Fawu36CN6Oj5M9r39zZG16
W1W379WLbqlNb1qa5/Yoy+tpfbE4Bcdj0Yc/NmZAoUKeYC8xhlVfs8OKz0PQ/PeiGNPIgeDu
CzNxR8AAFiq839jMRRwuQWAGQ7M7H416fP5ZQkg9cbOAwGObH/HCtzGOdRkBErtN/lAZufBL
qOHBC9eCSk9Bnb+dsL+fnFVb+nr9sOWL9hlJmGtoXGtL0tz9TWL22tq9ypOnt05rfxnc3Bv+
RuaD3Zu/jbVTspGurs+novqbGQp6jC8xwsM5BUHBmAW8vFNL0Jld3RV/3dGSTaYUqyrkHApQ
qpYE2ZmRGH1H4Gcsi550+MKg7nhqygUwKMzorDHQnjt1Za9eGn1ilB2IOAvRun5FVYMqss/n
gL8Y/wCPcwNxAS3mAZP9PSUBKgrTW7C0e5ok/ph/JwGTWhetPB8YScPG6qEmu9IbUf5J5TaF
ZVpOmlvD1PP95FrqFcj57K+D8HjhSFUrwD5GQ3hl6R3gw2dEMNjQHYLgqBksoxsdiJMxJZTz
+/F6lhlSowZYPD0J6cqqjjUJnOoILE8YtiiZ51ZeBTmykLgsFYglQCxA43YcVvgIxBVA+8yS
3ZbUmfzVwWJxz1cNG2RVCVpKqd9inYfyZaSv4c6j0uupKUvV8cW9P1Dpa236v8h2+e3qbmt4
zBhz+Okfpejsa/0EBeYGCq5GDxQMgO3CGAmCeeCyHX9Wand8iC33tdQGQLj+xZyFqFcsq8sR
kIvYdA2PyVcGarJXoqgMQalWADGZDDn5vwOOzsQrn4+ySs95BFqQyuvHZelHUkWU8R15XYRe
Ns9j69LV9LWhRX8hi2uc5HPTBKbAK3we+srU5XujfyEJZv47raOzHY/jepRT4fl60e0py6To
fe213PV9B12tx5w0vL23qqtnD5IBHXGT2+Afk9usTzwkqNT0X77f8biaejNVo4OOdmJq4KlF
yJfjWOSqBqtN89Ns8XWueHVBcxCqT04KDKt1M6s3FA6uenLtsNRYVPJwCh4TdRKYH/ZChNpw
2pckaLhp6nU/T1mYoR6JJ9OLdeeT/wDyD+nqNhdps7HznT2Fksr9+ejpvbQ/ju+8dhfWgK+3
Xamqe/p7ENuNJaW2dhb/AMe0RSnqbquY+CmxoL/Et2sr6ezquCBz6x1z8n/l1yU1bDnj6/TU
9Sf1738bqJ7esyszfBCZ46hg8lHHReu8qpPTispZBIB5VGKl+PMZJHdgqlWJ4jNh6sFZ+vPx
+wqCk2PUFww/J1fDAMT+QUz4iseFGCv809MhPR1D3p5ydNX+np46WI+zgIA0GzRAUjvaw0+X
3fsd/T3kWm46z/2Yl5cvLrcbG6uvrENSnn6q62nbRlQ10L0T1/4iHi8nTgBAGAzf8tPbpXXk
P+v74xveCCfQ05CYc8Vvg9qMQSCBjdQ02egBZRhePnNEbg+S4YMzMeBuHJDtkJ3ZsP2XHYuR
wVyKK2fsSSJQDgOWGRzDco4dChz6g67/AJ8We0lYKv8AT2rLPWtk0hGbKww2hs/RWW0bLuV/
wR0tLekf301/O8zSMm8kbO17fqSWuhpV36+TDWXYo25Vpugn/T2f49q+mvpeFv6Lfgedj28o
niNjQ9i6X2/4+FpuaTUZSG4Qev8Ac5GMjMwP3HUdup4rYNKhWanYmQblO6kUPDgBQMqoBDOr
N+btJVcp14Q+O4JZmPOvYTz2ZejJ8kKfrNAx9Rv+/oTRHjQmmMf09XVfa0tnzN3XHieQb+Ps
wM3wQkLVQDfej6zbFODZ8/X1JerqTG9u72xr/wCu6z2PJH62pampaOvr25tawbV87eXYRdzG
2XUcoodf5F54090deeWV+60rvobGtGx8RcW8rZF9cg4ZyxyOoZuUyDqD47AEsx43Viy54ylg
Qcv24/5gBcAsQiBzss/ZqueKxbjn8cAcYqeMaBuoHFVCyock9OdvhGyNxkHrallbmg/bZ/rV
USoVYJ/IJr+7Ngr73hlNb7DjV2qq+7Hcof4+2n50X/kmy9f955uxBN/X3PK0I/XbWkG439vQ
o2n6FiauNwB1cPP+Uay7GmfgeNAtzU+x1rpo+9/HGn/sNXXEiD8OD2wCcZNThdUY12BbjMVA
JPKUADMrgiuPqUIVGTNmMw2FlTlPkEJxhJXBnxh24ioePNEVQpIwQzhQazKqB9f4BPWUH0NF
mEfPb/v55nh5snqdeArPf8qO1opobH7cNVPE0rwRq68ezLX0d2qann7GpbVaFV7LzxNIbL+J
onvzYqUHqyOxDW2esJt/llsfHovNY+mols+DGuxPU1Vjra2kIjX8rVS+vB9dtWn2QJVeMAB9
nXm1UpNAyycjlGTuFB44DOVLsmUDD8W/IJNnCYbigqbvhq/WvKPFX12nh5qrFM8cAcvWXRts
fTTeRkTbU8nugTrZCPS/L0dNwZab0HrMQRkde2V9TuH1VUT9G7w1/Mdrw9XX1trV2vP2oBj0
X+O+DP6bfx6tqfoUb3drydekPDOt/rQRymwyW2Z/4SQZMoGxOn1lttJo9Ffm32pv+Fs/r7wR
bkTCjr9a1P4eZk6hXJb+x+Fu4NfR9BdQbHpNshd91olWZYumcxzS7CkNh6c160FTR1VLKQrZ
Gz9zWvG6a4lVjIUmXIK1tQSb7ujRvSsNF2dfPQlNKaAameLpa/Xcx/stH8Ymij0SoJA+Ez19
3dedtff2BT0fRaq6F6Tkh/Zjr/j6Ot4Pma1LL90kGEvlf5d7xfztnR39faj96g7OWailkIVe
emjTEdilEHVI65Ir6sH1m0YY39d+3NzeXU4a912Oqz8sH9VhhWU9ckFsDep5bbVIeQJybyUJ
XXAVZ9T15+r/AJjL8gmvEg54i9l6tmmG5SDAsqdwoHDBKv8AQqM08cMVHJSTqylkCMFVeKqK
m8o/2OgXMdgr+wxZWQHqvb6/b7P6fU82WOdaimSbm1U7lUQau3T7EuRrz3UQb/lbT+/uqm1q
+dqDRSwdStC02oRBrv1bpRfs14bChmVfR0dZTry39c651tzTboPcuKbesxZNxSY+cP8ArD44
wXjHLPHpZ3mnDt6wmNoFg1OdqHhXmMgIgH1pxEQgf3d+oLBHqOy0TIUunA5HHUu7SXL54rEc
ZR0RcKzAFchPXT/2Xn9hBV+z037dkOFDZj6JodxT8bTf5dQlVlRpvZqNr6TNzNTsuSvHsaPM
BZ7VCpSwPJletLhY0bC5FF39oLd4bO9XX8+Wsj7tBsTSkbxdmX1Hf9rSf/DuAmfnjrrH+3/4
cnmwgaQCsi/grt1DM5I7cZcEBew+D1HFHUFxiznA/wCCn7OOXnxX7ntg5clSOrfmioVLhcBs
lOoY5ZPUY/7Tz8GXm4f1MfkuRJAfp9AD91XRl2lTKUCQ06/e+vUOiFYcqqiu3IqxcJzV2O07
olWolkhLcaJrcPNLs5Sw73PUV3wjI1Xfz/O1BQwWnNVOp9ayx3dDH1bKt9OipEMg8Y4Dtx+x
WePqDMFt269SxmFXmy44pZeKoI/4c7T7MBh5HH1KOURe2yropl0B+eZPCfyVQvO46gzdgOfU
qkMzL6Xx6PnENHyiF9F7BNkbKoyN2XZJts/YC/0q7+ns/h58HU6bAPs0C1/YY7QrJhsOmNVm
WQoVrC4MdsSnzq/2rNk4KfJ2Fd0i9H83z55gUFk+WwF5tacHfTyOVA6aagyPGUlWznco6Q1k
dNc/CORwBW5YkAlge3GQNRGJLHqxYkMEJZSruGJYD6zOZYw+KRdKEl+YqeFMr1ZOTJLL8cPV
R6Co2/fcbX1/J2Gbd9Bw2zR8E3WfF1JR5sef9bnbEg0K22JRMlkijl3BRn/yWYzWdMvD6xOw
y5cc2wzDXfpN7LzcuUlo9n2K0mlPPZxzXVWuytK9f+NFYBGIf+6W3Dref5vsPtyG3qvZxh/Q
KkKoAxlemAU6mq5BHy39y2eHiliAaLxqqzdAxRGy348fs3CqLz61dSnUTRjxCvTCYVRhUHGB
z61jDf8ATuF55aoBuuv337d9pidYbm9Lm3vfs7G1Ff2/A15QvtSJY9vs2mwew7W+VWqpTWqy
xiwarn43a0mjVr0cnttsW55aBtpZ5CN9S6vY8uHDO7BLEBXvBuLaii7A63na85IjO2zCoq+3
JnsVPZehGEJ+vHKuACRwWQqu4CBsoqa28KLPZr9U+rr9Xxf0tdWPo7FHgPRryujtOJU1pGur
Kq2k6Afgn366o29Psu+qAbfPcZV9T0lBv5k3XT2SC1GBfYt109TenGHq0NX3mlfYTdrK8/Q1
tvXooJ3QcLZsjNOXb/K5qg1nBZSHb0dcma6w4NVDzc/PY8/qNt6IJxALpdEIYMGIHL0yiqoe
mAxoKSekk1IOpTz2bPb7K2+6TEb8xba3p8S/qstNraLWOzQ6utVaNpFi+lT6dHSVR+l0Xe3Y
6NG9mXoFE0pHSrrwW23vXa2oIK+nqsmuL+bsbJlTmx51+U0LIFjTWV9uYZr5T28n12SYrTsR
Ycd3+y5U6+vSb6caNo7dY939rVFI6m1TVZNpXntViXv88jQha1Ad9guZWoOTpRgw+5XrNOfb
QOZT7yEG3EQOCeiJ9ppqRdTRlepweFs1oxE9ipjCm9iNdg6p10VFr81oXXhYU51UhFZRaann
U5VW7YbgUEzz9iyBP8l2Z03orltW/WU9ia8/flIXrLYlOupTWJWRGqlljFMVmy0ZMcfXkeDU
jn1lmN53H1atnprdjzAL1UmOmzYjM029naqN+JiU9LXilte4k16SpSJozU2NmNBuZYUmXJwV
s3F2pqr7TDi7CLyj2u+jqFOdhNDsAmOyg4NlqcrmrtIIBktRm6rr/sa0/EilP15bPCDklCDR
iow5WRXgmFDYFShckfHTKkWQzDAer6LaXn32HtRWAGjsBkNRxqUfn2v1OxQou3QhfSWIn6KX
NQ7CiZVAF4VAb22b/YAs8fPB+plywQHmwekdRejefR4zl+W1sQ2J1D1dqwCvsIJUhUce06Gr
a5c3KrCwJaWtNtjaVglHIM2TnmaxZ9pjNLepTtqfdt7KqqmZZgEdX2EIf8RyvYJrL/jUKGm/
Vu1OwZSuGmYtOhQrhkC8oh7MFLhHCnP1hWDKAF93Ue/kOhJfoOa5CTATqk3YsjEZmXZSFf8A
Iahre1VYMGI4oYAkBvVIbfz1n5+SnUcye+zMGWgzU9Hd2q62vuXnYS2TNZbLSZtqnHZm4ifA
RlcKp4Wh0Loefa7NGLVTWSXW+lazZuk67FyvUFtDWSEkTD6sFZ4q7223P29iFowxBj9SN+Qc
dvq/I56UTtKMwpDYUZwz54DkhSJ9RwIvYICO6I3vamrl+g4j4MdnPK3VRsWXk37TNXRHoKH+
MpIbNm7uvy7MAAWI9Jc+qFZT5lH4Tlpdfsv2EfMeg3vZb/v2X/KEyF+G+GYhs551yQAQyjKK
S4Lo6CSa09ukwVuy6z2NNnWYnR1mFzMK0xigBSWmPy3kKvRWDNJigUKmCGViCSiU1thhIlei
KSFAx1CsQCAo74yHJCYUFSMe0Kyr/KLzS5TPAzkqXHFq/U54KOOMz042CfLzJJzYDsQWV8hT
z0XH+0enSnlurHGawUmlslfDUNu+xSZ9Cqoz9SCFzz+zKQvPuxw0jxjMh2UcYgtnPITavNfX
VRgMNfWZdhiMzYS4Lbe60X6UjXrr+ZTtzeKmtMGhJ7OMPnJbOQQV8wMJUK4AA4D8DBUL2AmB
wDIbqrd/zViee1Saeb6uy1rlcN9TMHk+OqFUUnmGVqAlYSJfTP7O2GnlemCWPDUAekG/2h+q
i+YwOx+IaWC+4vZvJqyer7qqu+zYsuO6QNFouGXVNAYshA6jHPgvOZY/SFE9SizGOIc8KtPm
OvHHVi8wxb85q/1+XVltt0P21dnZmGewwqsUbPB26abYUZaoaYqKIoBB4DxCH4qheUmrcH/m
UHn8u9H7beB5jb0tbxfO1ZrqeaFt5enY18KSvT+PI09nzNiAZWIVsJrJPUknoGSP6IE33zRW
pUt6i59X6h9nnhF2lUFpdV5vo0l84n/Y+5MDf/L7GAD6tOihi7zOOF3XhXJC4ZDNqF2yA1FX
LcpIZLmbZYgOvUSFmqqBgxajAKPNImNubE2mAcjqR1IGArEcZgZTo8azrZbldzZpTUqOTlSa
nf2W5EbrpAt1c9uNPIUdR/J5+e3oQ/kFteK+3sjje5tHmrUlWlCnL7PtedQfyHX3taWuNhU1
5RIqWsxUuw6lkowbt9PpKD6kaH9rQc02z8usm56qhNHQAG37bim/RT2GTwFlEiVZD24xKkOT
Mv8AZy56PJe5BmNaVhR6UooEwvJh3XoQAAgx2KKoo+ezsVpshRLa6grksfxZSSQHBAIjFQZy
lPiMh5j5UYf6U4/YFlZj+XA1AyoSD/HdY2Xxdcc/1kw3+lga7Pi7ZZ/K2gKvZK/6qd20PJ+v
T2/N2u2t4xTn+mm1f9dKnE0pS44jTnog/wCwiANvxgp2VmAEQEe2rT8nzzYbvvy6XKp2XVZp
Ov5AZKBCiiRfIDKSOOWZiekxT7B9ZlJQqqsnPJl3T7QkkoSc/jDUJ5PVcUrMfbu7kZx2iCom
cYHVUzSeQ92YRkzYQN3RfyBOD8N9hPHoCVx1ZQCk1H/wPGVObPgebcz8/wBHUs307fH1thXn
9k+JR1NgGZV/x+oFHp6yJ+x4siKserIpz/IT/wCk86jrf+SUdDGZq8x9cmmWOEDBacUN2Ez2
M/8AIylePY9tCbWUIeqQmhd3LGbCbhyYz+bdhz9ic1f19Yi3u/Uw9Nd25lmDTIlh0Yox4nZb
WXuus3bYYf5FI7KwPH+Odj1SbLwseSUgf/HWEai2jdV2pMkxB6TMR1Ideep1b0Yjrsfx6Y5S
BxMOU/koonmxoPt94K23rQQM6E8uhLuitT6yGAILqQ5csa1OFD9tKbBIqi8pUkKhHA2Vp26x
cfZ6uudkWqVoGK8BLc1PJ2vtdTKdWOH6sqKitMH7AjFtFXGwDlvjsDkOcD8efYXM5lf/AJ7x
+1A4rN9dePJ+bpP732Klf40iGeE7QXs38mYfrapP7Xqsz31sgs6vNwxPXDdAvGGObBA4EbGx
8NFe5BKJFmDJkNNi3BXqLMzJGF356Xlm3m7GnWDJqM5/j+gP2bSE3sT9uwB9rFeOOrozM8yy
tq55M/5On5TdVNGHEZSEmqDjOqAXQ8U5H/0M6qL7uBPbbE9wBk9CbuTwf0pEM9FCUojHY3e/
+w2ly38aAWIJC6iEN/I2ZzqL32PSdxsSw73ykyWedHXvKh+vBZ2/FFf8aAu2uBOkQBxFRR+J
R8FYxJqYkU0YAaewEMd6jfZ9/UeLa1E2ZHIYUpuKEr3OSc8ngLH8xrBvsTP2TGOMw4WJOrll
4SALWQnWLOuP6k8J5u3lgBVBogWzihlvot13addbZ+1QQf6XQlcnG7879+3T+NZOrYZ5q9S/
tJl/Pg42PQ2/8+rQffWbUn/kU1XLoxCP/j5lWJywrLqYUU3x14r5o9YSQb1KcnbepS25sJt6
PrazchsaexP1iqbAAJhuV1q+f60NuZRo02mBcHozOSkgFWf/AIpKZvJgFz+HdCK1p20gAvNm
vyvQjTCYyOZHCwxTYivNn0piakUJtjhrQ12amikTSh2YlYzBaDTkH2EXiWRxbf1E2t0sN7ZH
P47+OpX8pRBU+jH7Iy+5WANtjpipyFsr9Ull1l2Jc87jK9xy7/lLCWgGPL22Sw2Zi9NpVI27
nmtqvt0+mWqfCKU8/wBHa0tjf8nydLaPseFLYlFm0baG/NjRX+1dcvSysrdwV6kBQVIKgIQO
Voi8Xb731QEXbsqh7X7GjM+ln62dZi+w9AtWU0YFnZiVqo4GUtMAc2LN2QP9St05r+i619H2
Viuvt1c60tbZjfzdSz+gF/f2h1p469NAj/HMkHe2GME9P65v014HccFPRbrLZm/BJPuqrnlJ
PlCGarIa1X8tWJL09SEV2fQ3LrKNrHS0NeU9KACa2tMPvrrnXnekPJb5PjbldbZnsyrH1PPl
vIh2dK3l+jC09VlNrlcoSjSfL9y4lZXmfg7llnqeSs72JEkpZquxU8VsOmFnZ1VHYs9plQo6
Kp+4PrF1goHKBGVkQVfAFsmYemTNrHvKctD3Y6yt/KA1d9B+/fJtoN/0nAEZq5nt3Gs+hv6r
6XpqVLq4PySSFK0dOfu2Un0R0Tal3ptvl9ly1Ho5mnbmv5dqLHR+lJRY815rOU2VTSrPLbs3
XJUedGtdtdquodG87p6nmQsYPXSr5t0YF1bjT7c6ibKycbB4qAH3LKy+HEBt25ESy9+2KRSb
1/Jqbl1yGUsar3lXJNCGpdnJcq96FuV7MD8g0HdSrGnoOkWs7Ms1VZ+1NJekT+/sf+TV/wD5
GA+odU1fT2Pu3FcpS96UYojc+o8x14QCD88KkkSIP0J9dFBIWDchbS10juQvxctyaBFUqORf
527zlr2v9lSe3PPLrs7cZ7K6nnUV56OvM7ejrb847NvPro7c92Mp0xeY7qOvEOHjmlPUpJ/Q
8/tKNOrMyBuK794X/Xpbe2bFxx3Xj2611rYrsbBPDReqMoq/ZiVbOx1SakEgqk89lUOWn57O
yS1tae+XPo2AFJgro0/8e26Jq2THCSCpDcK4eYU8nJOMjZY4NMEkrjJbmpFaQprTAEvnxNWj
2ii4ohI7q7r+I9/bDSE8tT45oO09np8RIyWQcey539SW9po+z5mzo+hK0HbXuxTBnZVam3NN
Tz0726KCaqC4QCgJZVQ8mVDTqSLMXqO5rDqHtVsu7lYp1q9mNZdmXYpHFAKB1Zg0FxBddEts
WoZ65+n0Mn0tqZDzcf69zme4W/V9UBdh1QkFcH/ipKrJcgzzykUAIJ4QVKls+aVV31zz6Xeu
rtR05z9OLL2ZtdJZ5tbKpP02c2ZiAzuF89SKzDBUBPKPixcuUBEd/T/dlJ6effyyuxusg6I7
g7GW0Yg4SlQpp+BcGbOwSZI4bKDSv+AooChO/RujycKWCvJpoabPUtXYK5WcpoQt9ojltx3e
DRZcTCfXQT3R/wCxp2o8yo8+owm2zND1vndYN2PVTk5mV+x6ZCkcKjq0+pZwOZBOQSu1ZBJr
2pPV2unlRybN+Oz9xloadCfa0nnsfGCxPPLVmdywCEiZQ0qQ3Jkmczg+h5mvua+vq7+pt4fi
RRxs/XGOuShGF4qKr0bPNlhxSRNyM1o4b7SWljtfcmjV2O3MkAZymsg59uRWqSau7njBgup4
WztwtDb0n83YF5kNjeYj0rhlMKu3m3ICbjj6vUnT9s54fxI65VsOkWYuAGP4tZjwoQCwyCOe
Zr6zwno6iBYxTiTlOjuG4rEJBxn2dmeGJPMAjzYzw/48LGcwccf8UPYLIDAXEgoyxULFevNt
sTjhqoBiz/WrUYs7M9g6g5XswL8KHp9fwZMOPBqFNFeV66/Pto/LV6ctb7j9bBfN0aehtx1I
xj7Wl9sxrvr7kL0K+j+Xo7YcT1KKde6KZ7U2EdvY+9ifxwDzqw4q9mJImSAaEHhBHMko3Q88
XThubt9V9M67luMxxPBWvabTZert9HNqrWrnIT5HkFcME4xQqW7EqeKwca5TvNlIowJIJ42V
X026jVorNJgefYTVSgXL56Iw2JnqjB6KSiTClXZMdplyXRqq1bbJXWLC1XTSNRNCOeB5yaek
x6q/pWD+v5ybivCktv006+rYAjzySNgD6N5wdBevH/uhPZeZUt3BBVmLIyN3PKcCnnlUWe9S
TCDZLB+hmyuGBz+wkx7VKt51HyckjPPKsUTrg4BDBnOQAVUJD/ktGLMcLNj9SsGPp1cvpgE/
ThLsWWdBgBTwYU7CkiImGdGKn8UZsqh61NSeNco30tsUjpf5Kxmup4XmLbiWi/PsmQdXXLEA
hdbS2Nj1JFvQdZq2k5ZtjBn6buNIFhxp9oL+PAQE6/HQnnwOOytxsYY/PVcjAOr6s38Mekbn
97MZ3Ka6779UvXYs/S8vS86mi2FIyRzyulajsFq+T9ijjseyIOqHEkyWUDjD/DMDnonvt6jB
Y2oSgZu2fxK0wRReW/Mo4UCn5sgblnckLXCLnjyYjViCJqHZN3U+ydtibLtiB2/e05DY/klm
Zvb3aT+5+/onG5b4557sW2OrS9EqmkxOGKYyO0SAUWaceho+zPqPgKzNlQMO3C55oItdV52j
SdS4RWZAWQK7lvCS7T/lSLhhzGeeMKGzuPtIOCuGZQzlsDC/TP4L8qOJkc2gXrrr8bJVAQQC
vVsdeAspZ37Z+EAA2cJwoA7RQcPYlu5MWRObG5+Pi6HYbntIGvtbFyWLhIVdV15BHSSn0GA3
aMXbSzR9gAy20RtUlerfIPYmRGJt8lyGcGit8Fy2EJPKfJA7cQzSbCduT1SY68rV5PzbG+rG
emurtA2/ldCbCmOIcc8gq1O3binhZMDseKcBfmaHq5AwQeyhcGhFJs6ihP1qpPC4Feh4pYAh
evbsoHyyHqhyro/D9plVutWuC1/hP3ZTm99RnUQYTjLs0HRBp7DA6te3o7Ul3lQUTTVlL9jL
YWf00J7FjwhhxPyeYYMWZ0VlVSVLFj2UEhhyasz+ioCOwLDYWaHeYvs7hM02cc0hhP5KrfsM
oBViTpIq1VPrQKDzseMehUAlskFAS1JrRbgmeynYEHZ6r1dUyzKvGADs57AEoyAGbdW/u7kg
TDBihyFzFPPoq6Ouiuzn7KXLMX7MtHXg2qll9JyI+goX9nM/XUt6mqyDXgSGZWOvQuybnxcf
2yBxRjn2OOKR1ar0PYsSFHPjAbHJMPv26NVwgXhKsyspVFyBRZcn6w1Jel6NN6xZieuD586P
a3YsfhSoCyJ7JjqQSh7/AFhKUZ9fB+p891XckH+u7DFAp4S32IwdwWVqBmCr2Zwv1srMfxct
WalvS1lbW+na1thV1YlKTDgBsgEOSQnMorFnZhR+nsD/ANhqJkQVcp3EfQs0p7E6Tv8AllkJ
I6gPnCJ2P04ZvgdSeNkKV68UsGehqV+eMV6IzAqw6v3Zs5BChfnAB7+dGf0mZVQcBugYBCQG
A/IqcBV7cH9uuU9BZjdVGAsHZiCxVFLtJV5Slfra1EK7T8G3Rw+xXJtc8Z3ZI6v3cn9Got9s
XP299Ek5MwVT6QG6hV/sfw4jseeqvb0tZnSWu6fajn9ZgPu9hQPUoAOOoI6/j15N3TlKHoFD
ccIvG+eMW52ANEKr8M1cNwO4JbI69UbJ42edfkZB8t1bVcqERsgL8DOVYhGXElBJPXkw6saK
qa4NrzH+PuVYlSA4LliFmpZtjWk3F1oFV1od/wBaZb6ohdi2tJUd+n2UYT+wPt7BMw2OfElB
/IgFELqpn2HVxTfGfTenQRAI1znVZqfd6Ct+6QG44bE4kL9SlP06dFEJk3mtKbEi33d1Wi8W
q9t6qWdACMhUIwwI5UDorE8M3QQ0n2D/AKiitoaixhUKRLpzqSgVuNROqdewE+xUl+pHGJ6x
1OgahAUnLBXoJgMDh5JnjMFAXPFVwtbFkvtlXQhl/Wq3I6D9m1EnPfaYRkmAJgq06Blg78bS
3gQXM1RiPRU/7DqekB/lgM67dhbf19Z9nX87RE76GiZNHUTiPpJyW55pnu6moHdHAIxxlTLA
ZkpIbqqNkAEnmASzgc0dR7ByFbZ3WtOO1ZAt6UYenNOSr9qJg8fI4rsAzHi2ZZ61EPMYUBiW
VerV6y+zMYgBaYJDKG+nJpUTmhFFf8R2bFE7pXWm5EirrLqsJBl9DbEgA5g1WQLfDp1txQk7
Juaue+jYJoa6T9B8eozn7iH+3WbOvWhzeCXt/qNZini6mD4+j1XydJuU8mCrPwtZU9DytQS2
dfUEf12RKLyLEcvoMEdGjRT2IZlKn7DAJOTU/wAS2BgrN1LOCB2urqrfg4xkBHRaMnQlTwAB
lfKz/EqMK3VrVlPt0dUJUElgMnklJ4yByHmqYdudArFe56s/JzVObG4oWt3pxWB4Nc1X6mE5
0ZWqT9sqNhyyGW1X6/SdP9nIJ9wIeuqD+vRFpsS/HY644D+TYUAtl2BocFd5QddU256+5Z2q
Pg9scm1XpNdXYGz4CkVmJ209atCCUHVmVZ4VV7lp5cJjh7oJFSVIy06ZvJjNFYykpZZMSeqZ
KsIouaURO5SYVoBmNqyou1J1neLC10QSqGHdVLMvHvMcfdVeW2XaTq/19SFgt3eGuxbcknGX
pz8m5PsW2qTdJ5Deih/2UAMAEvqETmmQ4QigJ6Mc8cA8bsHMyGVefUrcbT6t6uumtuDPP7jz
Z0mFVMUrcTfTFJw11krA9pJhVR/rWs5llmFSiBcAmZUCnbtKlAdpqIzknkogIqgKIjG2rLCA
equ35O5DvUMKwdi6VRwxyehabSYsz8+xwSGd1Uhuv2PhZKmubchrpNf2ut9yuS6FSPyKHHMs
wDL9fpDPpKomzuhGiSIwn2qCoaexAcNpd22JBW9HWQt7On2HtaymfraVSztn0tCzbFFebJMs
8kSMk2Ohyw4u+r18/Z2E2MKz329efG9G3JttNzZjvWea+hIS2NleU2rKIby1KdCck8LSD61/
uaaV6OD9e+xOtGfRLAV42s4BldeRvVSrxIfWixbQcldCuDqOqjzm42siFz9cpgvyOmARr9C9
QivV0elTRi5IUdWCgKq5kqvj1eyejNixZQB56H9TTSv2kL3/AFdch11IWdkxJEpxf1kFGWwn
rQTlHpiocNseXLbrLxvq3ECsLRYNr06cLovNYI7zDgskEsHxzZrRETa7cmxmytgULnidZvjq
O+QqktIpxB+Kih5tr/1loCqMOMxShAYBco+pJh9WzM0sQ8dhABtj69i+0wELME1F6LCYAcZb
YCps0YLercP9u5TgBUFweKw7AIB6+DvwDqkNde8X6a8ZlFf7pu7G56AOwIcEds4VR1dVbNEI
AVwrCat8ZtVV2BWaBkIb68lZMeFwgUBjS3QsKURlKkuM6eDOh6EE9HQMFKgR+FmEXhtNiCQl
iKQmrpwKzkdXDtOTRrJuFiT9ZPKxV+fWqK8pdWDcYoHOMu08Xv1at1ZXq7IwKvk8CqFyQykh
in4JUmXssf8AY6pBEqkLqpSqlwlLlvsOTz6886Dvgd3YBwFHAjgUn9mtM/ZIzUcZFHPYt9e3
CsNucZNGaoVmH+pZ7MqMpB4o+PnBJYjI55+V2a/8mqia3m+kzHY177CaenXkI+iptpbwYTaS
MRx5mYUGnJCZ4+vLn6k2VtFmaersSb79sibMsiCQWASigMpZlFMmqxyyzflXn1UoASwJBBKn
kypAaY4Kfl6yf+zn2DSYfVpzw7Bw1CckULFSjZLsc8f5C9iDShPYJyZ+rgsMspVt7TjtLseZ
uaZ0/XAFPXQs+ztb1NfWnKXQoxIM2Whk82zMk0nPsCHUb+yo05MZhNyyvq7aPOe07BWX6gik
POefX0lBGxKPJfXd21a5PZWjsdDJExZz0ZC/F7jhJbjTUs31TWu6hFNjlKmiuWIXr17cVizz
B52J59ZU9ML6jFfSnhxLYAOvua7INyLm01wVIAOK0yhLuQULDoyK+F46NzKnncUFbf5C4YTw
Vt4+vd18iY5FJy59hHAR0UHBY8VcvSKNxEGOqsNwr3Q4k4bEdisll6fXmv6s6Vl6Qi0/SlQV
1zsJTym2hu+fswePp7upxPcZ2htedt2rrXQkuHVQOFkVbbixTY9WhL7JoTTs01FQyhQWHYkM
/wBfyGbifJZSpRKfWC557Tk+qaNjuSGz280gVdJgGbdf/wBqOeMV7MwdvtJ4zFk6vlc8Tr2Z
F5QsrQDOn2/NaOpk/akZsCMESfCsyvIMq8Uhi8gk1RSno91vKtpOt1AbpdBpu3HW0jLa2pFN
8UroenPKb+v1NtbaTY8mbivn7K215pFJ7t5m+1FYbXp7FOU9Hc+n9ipLMKUVWAdGwivnDMVX
DHHFNKMNTYYrpWUfVQrHRXH6GkF9PzY13LSCPNMldNOnn+VCE7F1Wl2ZO2GqS3FaeCe4/uAc
Ar2IeRRF68oQCW/OXcTKlQyYXABBZjsOVaCt2sFbkvylA9VwwUYrwxnSm35E+bE7RKVAWO80
+S241nTQlRU0CzGFNeUq1Y6voxkst5TwgXDzM27fFOrHZ87LHX2fsXztqgMPlteuSUCtrLiO
lWoTx7USPk66Nrxihwo4oAENaUpDUQ8+mRG0wGxbzoOY+XObDU1sK80nsOjc644cM2wgYYYz
i6BFJyCDTrRioAT8gCjZKE8B+sPQ92BLI2WU82EOJjLYUNrhTxJlGLZE/kj45tW6DckCw+12
KKQyfgL0J19wKLu1FEGxdCWmlkQ7mzNE9OBH2TYLGjSCqOFRgKcHQnlJIqtra9GXS15hdcJx
yoPX8UyoCkL1QIYbChdu6cTYUrssrX6AVMlbYr8iZISqF59WHM5Fg2TRwUPVExmYJVSoZRw0
LPCUkbbX63dJ/TWyDjUmoaiDgqimtJ9Z4JcnMjhvvXn2zYTvALrWjRNnq6vqBWdRgx4JMpqh
FJQVW+oAq1J8jaZIcs0rSZa6UKE+eQdU7USKzKfSCE1GJaA5GI4ZAhXwKKyzAV3WDkJpF1nq
DJ1oKg1ZK41J15TzIitE/wCw0m+wqxagGIsucjpRQeN2RqAhSFPA01YsDyLKBWkpcpvMAdqp
J3rBRtbL8D2aK67pwwbKybKJV2VSOKQpewz3LEzoqrrfks9dVi8yLUzywbK/8ZJIq01wYhzW
QRegWbbtVKelBuR2UqJsVaOw6JLcxSVJl6TAcYHHHbhLEMvyoXAqyh9uamezKzoyrwMs1box
dvx/xUdgACAeYJ3KluBiSyz6/YFJZm4tx2dgBb552yxC4JBValGqE7mQB/1pPD5yPV/NUP8A
orNJeeG5TVRBubImf2HcihVWwT8EqW7dkbhyVY/jN16lVXlVVuEdkE1bik9SMLsDqdw0adUY
gS+Zqy8luUkG9Au06o5jdQsarhaJRUKAFCpZfy+nKhAyuj9CkyRsbE019ybkICSkywUKyDPD
JcZUbVrz7fsDLXZ36kc6t2Gu6sIUYvr9EbXE1WAHJxcOz45MIeKgZASWmAXXoxwgFqfTOtvw
9HIYYLFSODsyhE4Jns6FjMPmnyklUrQZT6i4E1ACq3CrIqUkObDqtrMC+xjugVqaeqn1P5kK
cbzVTldVkKUKHXvIiNzj9kHk9sIovLolQVfXhiqqknTrx59l+tGAa8KTpGifajCLkEYKoT97
xmx+oAOqABPicVHPrmAqBn+n5+os5mQCXwY8mfh2ZQCF4tVLJgqS7J6DY4HdluW7kIWUO8YJ
246lKmBHKwYciwCPWYVdgdl24dX6l01nwUaYc4HUZfqZ1ZTSrIW0NZvuVAqqslV2FZhPhtJK
8p5mxmd9rUeG5G3JIXH+RF17piNvgVUiiBiIMHfSAITq8ehcsoC4AQky7f53ZuEgOepRFVgU
J4VbhBAPzxwcOOy0rNWTYV0+1RxTPBBA/EFEQpS9FntF2oMDlgSbK2FmFnO0lH78wX3a8Ozc
kvsMF0dqgn5V1E/LmSutKTMCh7Ec6uAzsOblnCF/wRSG12dVLnLrhhRzybBCjk8FCGtEW5s+
ZaJ19rZnSfuOs9behZp06j9ig41mdo0yzhVKqSwE1ofnmSeLZhwnqx+UwBxV4GyELjg7KFye
NPsHGedgTVlZjWDcMSwMdhAtmQPsEclVqcuyida6xNd2aJbdAUUZjWmQCpVdOlF1fOllPNiE
jrwVKUSaNvTI/eCudxAG2hxL0Vno/Vqcowd6HhIFEZQGVQAaKvz1dsKCcEOya7d+M+ebUga/
WGYhlfX9TclzW9LXsfmnAAlDuoBFx1c9m+v5bDEM542C2FbhXsqTCqCwY/PGeQc7cV5XfGU2
lYna/K+wylqgNHfRZruFqVtNeCysC9Szhni6bK1KUKDVoWRP8S6oBATgC8llggZlCYR5oyiQ
YjUQB9eYBn1E1Qh5onLJlSPnANdSamoWnUzsCrKOFA5b7MuUTjbvY03Qgf0HBswo5WhIXHIR
17JPzG76pEks5+inpbkKafuANq7uvRRthz2/L57EgPxqEB3Khv7m8wtadjb7Qa9lVNhjzvfN
BRjNWK1R2ULRVZbdVV/tZNhgqVTn67159KhDBkKp+c40bi6SgCLATBUsWzhst8gg9j8r8dmR
AexDbZKG5b6jFkViTDzwzH7Ik32cFdxgsNlhWm2jE2c8Z/n5y7ZYt3dSGbK402QMDNVW2BJz
lfporefqU5peRsazixSkPQWvO/zVx3Dsq7+8sXf27jjepsurb9hxdnYfg1NuwXRcu+sjceSq
f1gyxiVKyRJ/qzZ+mqnJxCteZyuvVW+lelhi7ZHFIfisVIFgKn4mBgL+Qxw/M3Vw2Xbiso4X
A5kuzBjtvLsZmg5szJQb1mDbOwB3qFGVKWo/H+sgEBD+Suli1dSysupVwk2Xn1d1R6Bpu9Jz
XoUp8SoWMsDlLvyz9z9dEGo9X87/2gAIAQICBj8ALn//2gAIAQMCBj8ALn//2gAIAQEBBj8A
+oEQDjuSABfJMZctSQdCn7ahE5OeBuyYOce7Ii3q20+3EiNbmtfCnnI4yHtqEAJDluO3u4po
kgBnZ7piRGRPMSXaKPzJyIL80ez/AC1rUUJdyfAmE8X7p4o5zYSDAM9EYiRkXat27uSkSCGs
X4d1GRJYW1/Eu2VHfRACRPEcQhEmjsHTOYyjQEVZc8s3qZd0rGVBo+j99SgC5NqMWVHiBcR4
hAGZa+KrM4t0vzFVkanoFHHmURkRVqVUjGRzF2NPSuo4kcWVSZcW/LkniWJFTIvVATLSB0F1
k5mSWchm8KHiH8VeQyY1QEpEA2pw72EVk8gG0DRZA7ZJJD14IEkRfuFAmRfu8KoCUqaNQrIT
IxpXihA7hlNqsqyJAFDxVakFwXp8Sy+W4BqQaBZRZj2rGRII00WORI1xKeUzERLD2I4kuLmt
E8iRSz19accwIYVq6NWGjVTmT15g7Ic5D0AHdRj8x5XNSniSXDFy/MusxD14ghMSLH/izW/M
H/Uk1L1VBUu4Ia6BNJM5A5gyBOTi+kS6fbhiH5tVEY0maKUZxA4RetOpFiewAU++qs8w57Vi
KyGoNE4IiXo5TGYxOoFEWL6B20QEhE6SD0+8g5ix0d0RItJyzdLIAigtp8UkRDnGoFFEAGQF
osHQk4aVa6IFsiL1Yv4FlKXMSwisnLCp/aogB3NdCnMmHdjfJlzyaVW5bomJykNW0TwGt7GX
3uhEygCRqCyyhtgxNToyJ+WxsB1fmWOOLlyWZSkIO+rsg+072K5dowY1euSJMCG1Jo6OYb2V
dSxi8QQQWp+JPgYnUe3yrlgaGhGvxRVQ0gLHinf+oQlJyTbsCAN5PV6hYiT6k3/9xGEgcRwV
ASAKuaFESpxjxTDlBv7VykHQj2eJYRccaUKEIsEDoT8SJBBEql+Y/CmiBXUoFu0AWp1KTRDu
4RLgSlo9j6kQCDI66lHCTGXULCiLyFSw9vhUSQwJo91vGRY5ybs8yJyeV28R7qIAIOujqNKv
bXzJgHrSOp+LoQlJx/ALnq9yLt5ZKQEZO9QC5bxYKj4yoX/SiYkDb4FERmDMHpI4oZyA4gcU
IgnEAlmLAIF/hrVlm4DUN9fKotuABgaVfwoS+YRRifKstrcIDVk7E+pDlJYMWOTt5k4jiz6P
I/AjGUSTcsP69CrGRlGmVURCBDm+jIxNCWAkR+FHMhoihqjlJyNBR2QcvOTkDUqLR7SZHRCI
qDd7xQkGixbG1u8nBeTM2rqIjtEdhFC/hR/lECPd1TiMi1zwQjUlnb2rHc0HKGYJxBmDgtRy
sjE+rs8WKxYB+8VCJFDTimIq1xomiGOrqLWJ9yNpUomJDXZOHciyEHJaxanpXaKgmnwqJjrW
SDX/AIH1IyD8t3RJiKnS6iQCYnj+VSAFHGJ/Mq1Nxw9SIZyRqgYkmrjh6VkYsNSdfQhMA5nX
sRejVfUv3USACTWJlrFCWgdom1F9RGNSNwgvrXuIkAERs3FWqBpwQdgBYWIRIlS0gi8shK8U
QGL2cOhERwY8xs/eQYUk1ArkkCgFa+fJcsqkt71A/Mi1mJZGI3j7AauoylvkkEgAh3KIO4QX
rE1ZNlS2PAHpRjHcjIDibUQxPT7HIWPyhKvUAzN6VzQAegujPDIGgYFvTkiI7Zk45aH7qcbQ
iDq33k8dlx3aNRYsM5UZmTGQAbqF39KkZ7oqAZURJmGdn4hBtxhHsd0JRm4NGIZZRxpUHVRw
3cjRqoyzyJNl/N2hENYa0QJ2xExFLZD7yEjtkTBd7hDHUUOiJmBQAUs3wpmyuQ9aLIDRo+0o
VbQ+3zLmuKCi8QAo1UQHMjppVHINJ3D8PKos5f8As8qYOATfVcxDEUHmWM2yAbgqx7GCEWJi
SA90TcVDlqJ7AaWTMwDgHRSD3ZtUcQzDXXyqQNJaNWiEQWkHIL6KjyMak6goVyL0Nrog8stA
Geik4BjKNBwX1BFzuyqDW6Dkgxp/ikiJxEhoRRM5zAYSZgiJUPZZ04YkCsu1WFNX4oRDEMXe
9UAZM5qQXJWVcRSIfRG7ysSdE4owDtwWRi5Z31Wbco5mfU91CRIJNSNXl3UTE6Oxo3l5kNNw
1kOzxIsccqVugJ7siAakGjeFf5nLcu1PvJvmGERUQ4nxoxG6ZZXIN0WmSCHBPHvJhuHkuOLI
HIvLgdfGjJxI6FXYyIqdF8uQJi9I9viVAzsxJHxZKIYSEbMVqM7hlGUg4B5UQeWOmj+qSBcS
iWZqpyBIPzOHkGTQiACT9oRD9r6BY0A/sQPUZf2J4kR7CiDEGRrl+5DMEyJoyOI1qOCyt28U
ZNUWfRNkCLkhPtkGlR+lBwGIZBhUVPaUZSiw0HaqtEkFweHwoGLUFAuZq8VInpv7CE7BgXa1
CjUeUfmQJcxbS4RjIPQsewol9KA8EOVgalZyDnusi5AIDNxPdX1LivzJV4B0WDvT2FEW0I0R
fq0pRk19UC5Y6CiJYNKkTwTWYhSk7TdEwkwFW0DowAfPQaIDcq9x2hBh/Ljcngg8nBOQe1EC
JUAao5h4ZoDcDyajmlPEi9ZBi/D0pqDEPPLV/ChGmEqNp6VHbkLPUjUIyJLSF0IgvrkBVUfI
W9hVC0iXAFqJr0tw8Se/FMRQ/wBqMhNnIccXTsOWpCBBLGrBM4dqPwTUi32BMSCAddURANC4
J09KErlPx6R2rENKYqSrcK3UgSceBsmI6v4LGjEiypK1kQJVlcjiov7iGT1B1IDrtdjRRwhi
Cb8R5Fkfs1Ypn5hx4I4Na5RjqGL6LGUQ/eeyLDIDTRcptU+/uojKilARBYMCeHiTxEZG3YsT
9gohk4awQAGRbUo1bI9IFELBhaq+oJqfmyp707Fr0s/mXhl+GSAlAkxNTYN5cV8sUJ1A/UjI
zjEjUBygwyJoSVYmTc3CPxI5uG4BqotLlAp2r5kyxNAQf0oSEXY8x4o4RAB7OCEZNPQAUZOI
yB1CjMxcHpf9axYMRQkWTkGcRxufhUSxMQRQHlWNcTK+o8qxkSz8iaTEytHwnzzUYyIjNwC1
vSiHEYCrarLbkC4drrMkZyJarBCpJvkE5i8rl9YoxERiKMowPLIXys3lRAAG4O+KfcyVfYdf
wqQABfSzIgjEu7Xj5kcrTqCFEXD/AMEZRe7EkUPkRkA0hYPRSMuZq1qXUcwxNR2+RPGk+8/Z
4VzVJsf1JjFgmJcC/amAbtTAX7woQixLD7UBKTkdJ19K4SNweK7e1U5SXdCLMB/H1IkDGQp2
oghiBYcFEmNq1s6gRTjxLoxgRW4PdQji/EoAOTG5P6lxGkgokPKZLSNggLEA+xfUiRYjcJAA
RMYRYcHyUhHbLCsptyhAykQJByQ+LeqSMYzMJPq5H3ljLc6hU9qNcmOJP6lIDceBZxjqogsR
NhIW+NMH5eFmRECZPelfhQAkwtJ3UuZj3Qa/GomLyNj3QUIktE3l+XBYvQf2LEB3+woM8fco
mpJ4DlRyBMpXCALCUe+fyqD45WoLlYERe5KpZqNVQIeOQYnRk5YhyRTTyo7hNBUwPDyKWEzE
kckAHd+4oggyNXiC1u9OKi7y3JlgbmIVZvpHUoYjJzzMeCkNnbJiCSSSxfvLMxIBoTwQeHLH
pifzo0x8LW9KJcvE5Y93LxJzHnd/LVTMXu4NgFEDmN6ppCuta1VnNvYExFD/ABXTjxHYiK4/
agW5nLElFuUnXRARFhWd3KrzmVwKt4edOQZN23QkPaYlEhiQKjVOQ1KvqgQGkA1TRkaZgtUU
I8kFzAjGz6OuhtCUIsK66rIPShb7qYPSgi7JpRFO1fLYBjbit7d3ANzmIETa3VJYOIAcKR9O
2p7MaZtGMXp5vmedQB7sQE6/81uRlNpmTt708TWPA4+lGWJkAbHRkBuSlCMhdnA9KJjumYJY
BjdEzFHuax/ChubbSjMNHuv6IIZQoaA9UgqzII07EDXG1UwVS8QVygMeGhRjKNCLpscvbr5p
IgwYjj1IgQJ7DR105Ed2yiJBok0LcUIhmizOaHyyRlYANhYfAhPZiOYEianKUGlOgmC9e/GS
jicqEmPdd0xLBrFD5bQ7OKM+NC3agxkECTIk8WCaNBo+pCLxAJuUQXkGNVI9vT2J5B9GTs54
IkVpVctDaqII+IIs5A+xk9yLI5vLgiCMXs2iMrhr9ipQf17ydj2y1RY8/wDXqTCJc3rSiIZ6
XNlIA0LP7u8gRUBnB1KgAxlN3iOlMJMW5vKEMSBAWb295GJDseoapg4dwH7FiS1Pt8PMt7cf
q3ZADRvMoF2bQ1ifShE9J3P6WW5sRmd4RkS1sKoNA7e4W5mNlI5iI8UwYv8AsRBPzHIq5RqB
K/YotE7pJ58aCMVAiEmi7cyluRluRnccxIKBG6YiZ1Lt6pIPKM+yJGiO3EOdRQoEbJPGVCsZ
bZzJ4KJntkOKAApjskNcG6/yWHtqubaOVmNllLaIZxTVYw2TgLEmv4UcNmlDFyX9aD7IL1Lg
3WQ2wTHlAZhH0pyIi7UoiNpgQHkIC6hubxlAz6a1JUBMPNmLF0Nrtd+1atwjZGha4c2VAK/w
KBJLOzNdfKPecZNT0Imgr/FG/bIoYkxpWlUKgaFMKE6p5OQeAdERApUrU1ZwOKqzCz8UdSbf
qTwqeDIuOUXCytE6JwKWe1EwuNFicQxZiKqTkM9OxNGLuP64IF8SDch/vLJiXuV1cvYv4eEk
IGPMLtwTCsqlTiK/zZj3ujrRm4UUYO8o5Sl7v/B9SI1bcORfQo5GTxtRcwLG8bqm2xNI1sFj
MFwBMAA//cUpfSy6ACWL38qwmIkioJHUsd36dgaGtigYnGRNYSoPhkojbxGPA1KcmORBAAY/
dQO4XqeSD0fxLARG3tgu8iTKSExsz3QzOG5JeXJSj8iXNUkB6LKO1Mji2DfAn3dssbWkQ6ER
EEg1JCHIL1NkYzlGMQQxiHDeFGMHlEuSSOCB3dyO2WORIHKpkbvMQ8S1CyO5LciIwBJx6p+T
5cltyEccAQxIuvmDlMGrpIp2tVMHB0YqkqHQ2p4EbSAsEXpPUhijgGxLt3vWnYUpU6hHs07U
4d/tYJiQGFB2rnvxfRMzY9tFltnOYtGwxPmT4tIUOqYGkgwJoVkOdqAA1dAyBj2MnmLVHvRj
IaUZDGpfmHaqUL0BHBZbsBJ7mIo66dbNU/8AAiAajqBriixYcTwQEQQDdzQoDENYVchHmcim
IVCRoSOKe0gDU3Lrdp/qy17VIxcZAh7rckQxlFwPb/TIzOMRcr6iW2BIHclzasgS0mqO1H5g
IBYralHbO4ds1iaZfEs8h9P9PJ2JFMfD/uKezsCUt2VJbhAAR3fm4DUy/agTvGUg2jqMYkZk
8Gr/ALiHy5xhMBpSDxyTbkfl7keWkuHfjNDZP1GUiHxcuHUechtHLoCG6XPaaLE/UScnjRN8
+ReiGW6Sb3qshKcJNS9kCZktcGqoYU7Av82QgOoR5Y/dREnMh3y7KJuHtZNERAPC6JZ9PaUA
XD1ERquabNZUubEBCRBIZgWQBDHRACVjWinKZJ0ZTO3LCLOYNqiIyFQzpjynWrBOSPZxQJvL
+vKhHBmudFgwfQiy4RI/isTHmFzZFyRKXFAa9qImQAKyZE93St0I8z+VVcvTzBFmoAH/AMCy
qz1HtRAoJXP+FYCgFXNKISuRQ0e6dmys90Q1T/auW2lKqL68Dr4lvvpuy9yu71ZWD4X1v0/0
4gtmVM1lkS1dAmJYaNdM/tCjDbqweRNIgKP0+1IyhtUyPZ5++oS3JEPzSbhLpTfUNLbI5CNJ
d1SB28dyNwbH41Pc2o12549L0HnQkeQxBHKe951uzlInGMSxu62/qduLNyyJviUBuTEHNwmG
9KRAbo/UhEbsQTICAlQDzzkj/M25EWlGQIKj8/cjEyDhnlL7sEJf/KyBAZhUHzZJ4fVQJtVh
U+LFSwlt70qdEouw/wCUsJy52eUQelu6sdl47pLsa/eUREOxYe/vIgs8SxieKc2BZ0Nq2MSB
kPi5V0vkGqKBUieDhY8wGhTSkCRQFlk8R2MpsxelrqOhkHl7kA+OrPqhItXVMLm/tRL9D1dG
YNTQdqIYsOz9qJ7woAaJyWBFTwQbpHeKABc1L3UjGvEWTkNjQghiiSf5cqgdiyhqOrgie/rQ
omRpxQNZNVGYo/E/oTtdqf4kSSzDmI/ajUA8fYsoivSZIEkgycgrfjGpO7Lt/Cnlc6Mpv4QP
6RHLHlJfghGVTEEB+Dqjvxsie2hsVKO0SdyY/nbjMBHwQT7IGEWjGADmQ7+6htQBlMyqRXlb
oUJSAnuSk0YEW9SO3JtsxvF1LaFpDTt73KoHJt0Egl+oHpR3LxFitz6cc0Z926OVYk0fuhDI
0rU6oZlzYi9FICvB+CDAh7lAwJ25cQWUiZESN63KJdpcXr95ZNexQYs2o6lu70o8uyDiTV5L
eAuZkuUAdbhRkIO8WaPSGHVJRIMnNW7PMnduyqxkxN1IBmZ+2iMgWcMveADwUQajEatqjiNb
FcxoNEO7IivsWIIYUDBCL1BanBc1aMOKLjsi6OoOnFTxFCKg8E0ZVNa8EMiRVxVXDXb/ABrk
Ii9hdvIrgE3A6pIgioDSLsg4yDWVDzRLe/wYoSGTGrGx8SO3J4E1AHSuerv9iIBJGoH+JSL0
dwbIYnISd3HSO/ityRDmU5EdjqlwpEUfT+mVO4ftKOAbRiX/ABKpc6dimQWhtc0paAIbUQJH
XtHnWESAZDE4cPAozifn/Vb9fl+EeOazEPlgWEf3KW5KkpAaIfMbDUBAQq1olYRpGQAxNbob
gYkEGJGqH1f08MoSOW4O9D/cV39tlS5ugT0rg9uCFAx11TC/9jLnD10QIk47FEwcE66Iln+Y
CZLeLCOUiwuzIQu5pxotvdlM7sZMKDECI8SBi7GnuRcCmrIU5WqEwAxHZ+FAyZpWAsjCLAOx
0UWJIA1RZm73EIylQC3asgwJ07ENWuFIWBFEQKPVAswFKp2DP/FRbSkhxRk7Poqjtf8AUnjE
1pLT7qxLiP8AeqjRifMqgzjJswUJxZhYAM488UJxIxD1bmRNWDNE3Wb5SPe4P3Uc2LWCeQ6r
ElEOxfl7U4fIipJr4elTc94sEGLF7KUaufsDf0yxDnA14KRe0imAc9ijswAO59QRKbGoiO6i
drm3dyLGTcsYhR3dyXzZbnREii+ZuzynuF5EaeFR+n+nhlMUMj+lQl9Ts7kdurzYgIS2yDEd
rBvUsd3bLHoloPKgSC7VDrb2gxyOOJ4S7y3PpPqA+1ug8x6Q6O277cubbloQrXo90WfE62sn
YlrPZBqauuHaD+ZEPS6cUUXHI9O31KIccgZgWW6BQGRtVQjth5GharDvKMC4kAaPRu6ouPcm
7NE4JbtThn7V/MJlq4spGI9xupSNMQwPtVTU1IssdQhIUGqGolqqURfSvtTA9VW7AgXIibvW
qbUG6IZgSxRiajRtQsTMsbKvMDRzR07enXmRkGBlSqd3L9l+8gJFn1GqMyLChRJLuHAZk5p/
5IFnIUizhRxAyfmkRzKYYO8i6BsXuVIg14f0mZ1gR71MHibGl1GRAOLVU5NiZkCvdH+0qdMi
AWvI+BfT7pcTNIwBf1SWOyHmXIAvRbf1f1OR3BUC/wD6iltkCcLEGyx24CMRpEMPwo7eDg0B
P5lAisJuW4KO5HllEvEobu6w+o+mpI3zj41tzjGsS7FEENXRcpNbhNL7ELkDQ/4UGuaAWRB1
0QqO39qD2BqBZbwEmjFmEnsVuxlGuRf7e6tucZGBEnMnZl8wR9W5Kpkf+VGSeN+CD8pF2TnW
zovUB9QnsV/MLCw9qntyDQyDMUTKtaoir1atUDL+pQAq3BVDkJ5EUVw/FO7h7afeTihVRc3P
FVDS7E0gBq+qxMgYh2RxLzZ3NvTFOQ0SzntXLG5d0xGQ1GqB04GiGRqekCsUYyIL/YjEG1Xs
nYgk1733VzOImsSOK35yL1t7UwlzGiLWIuqX/oEfb/Yp9kj21dBpOX6WooiRZy8jowC247US
8mjte/r3V9PtS3BuCO24pWLrZ5jCG51SAox8SEDuRiI3LhS2IbgziWfQnyoT29me5uTptxiH
r4pYqP0n0+wfp5kPOcaSk/q6F9OPrt35v1WZd+bkPcz8iBkwC3pyptOImZpXyqRlz7WOO3Ed
5Eswlxr9xOASxpomqUwZlzPSxTUDXJVKN/emy5ZUOpW5GQLOOa1luCBOIvxUIzfA1DXeKjGY
bcIIEdIjzIaED3Igg1rayJFR22WUSHsQos41OqapatKMiSMgf4Itdm4p9U2Tuah2R5ogXBB5
i/iWWQGi4xlXL90E0qcCKr5cTQF4jtT1BGqBFhUH96YhzrMWRIqbgFESZ+L09M1WQe47Ea5E
WQyeUXq4ZZSB7WRpjqXL09SDyBAsEcyC38KokEc1guNBa6iwPKHIHHzLfgOURliG7ENwsSPt
x8SyNa0Kp/RHUVdbhkCWkXjwqnIZRerF8j4e5tqEyAJCNo92I/evpfqg0QY/LMbs3elNE7gc
jli3KjtwjyEucpSdAQ+nrCudSXPnWzuSLCLRCG6GfSWrKOzL/I2DR7SPfUdrZh0HCIHLdbf0
sX+bFzunxSPcWHclWJ0dMSnBDDh+pBiDL+9VLMeKYlwbq3KKe1EHWpKuyNGiZPwW6bVYUuyj
KsdvbBkT+5HclGINhiaY92Sa4AXUz3CIBI9yylKWWgZqLO54HtVg1rqQFoBiH/IhgMe26xi5
kDwoyOR9pNfurHcliNPaqiO41KURIGJKYVuU51uQWZHM5E0ZtERpo12RMeYPRHFsdAbo/Mm2
XCyJPNG1msmxAiS7vwXLHJhoVIRi8eIujEyEQBQFY5iugGiLy5Qzg95B5NSpHYncGtDqhJ+Z
3rqt/G+bXXAzJH8FGteH9MeBBW53XkaX1QBp/E1U+Ia3BHadzIAy428Sgdpx/wDHJJhfPLqU
dnmOZYDSKjtTIJN5A2W3PZEzsh/m/LGR8vIofRna3PnEiIDav1yRG3PEwF+LqW7MjlLAivN4
luf/ALD6oGUNtzEENnPxJ4hpGVIjQKX1f1BnISDbUYNlCXnWWzKEzV4k4yR2fqNme1MXEvzQ
kiTFzxK5nawbimJaPamBYcRqmt2cUHgYE9MZd5/MoDdiYzasV9QYk0lygaCQRePJIGJEiw8q
A2mG2Cxpr4ITRBF7FOXcJpA0Qlcm1FxkdUTAkTlTh6k84van60RH200TAORcoRBYipcN8Kbc
i7W7PiWQqLsqHIWIND60QGANBJECoREicgHjRrKtyalARchyDopERNGIR1J1RgXJkGIQiQ5s
dG8qOPK4s/BGIoNCCsgGjJ/4d5EyoTZBzW7mskQLmoNrIEBh7FEmQz9l2W+Yl33CC14rbAqa
liOCjRjV/t/pL6RLKRILl0JO4NxYpm5ia+xChBGh1WeAMXYPYko/X/Ss8ZY7m21su9BfTb8G
5bgcV9PH6X6Q/UDcg85mWEYlvGvnbs/pPpvqC7mJ+bL7y3p7u8d7fmaOGHN0fLgtze3ZEbUi
GNg/VJQhszEoA4xj7sc1CJ5t2cmMjYErb2WDiIza0pd5ZRJ25DWKG1KcZ7epmMiPvo7v0Zff
iK7fTGY8n/MUoziYzjSUToQgWBBFBqgWouXStVCO40p7UgxNSwCE5Ac0cgHoSy3CxBliWsHI
UY8riJJy6bd/FREC8Q/udXomsP7U0BQX9nmUiCFWo9jLb2o+xgPvZJgGDMfYni1NOxMBU1Rc
OeP7llAg0rFNAsRRieZZEc2pQDNxIQNHsRp61RzE1qWRkaE93VvGqRL6EmrLmsaF6KQZ8RYK
MjtuOL3UjjIxlqOPiUjBzGzCl1iKSNyb/wDTXMSQNBYP0py/KLXCexIoKX7yr3RQpiS4Ak/H
0oCQLjp4V72a3pyAbMt7VmX6RgPb1I1d27P6Zk0eJYom4BstycwbcjeJPrx/wobsiQBR/wDi
UIA8oeQayG3JixzNK+lRmNs7O7Cpx6SvlReANMieWI86beHzZmhEByQ80VnKB2PotikXvI/7
mKj9L9OMYbcS025TI95SkZERiXBHl8CA+X8+YkWcZF/EsNyQ+n2dTA86jzOLAm5/pzf5X1At
uR73/WR+btGe3H/WhWBCqGay7BYXUwGMcSSDoygSWI2wXv8AdW5uQJxFGPU4TzIaIJB/LDFD
NwS5JNV5eN0JOOwpyfaLJhQDROTTsRliTiC37U45uI7VUEStRCJIoGfV0T1ObWXK76pycNzi
DddL0tdBiGNwuSvE9iBx5SGJ/IhFgSDX9qMJUrSPvXKDiaEXqibPSuiEmOJsDYehH5ZJNCYi
3qRAdwXLdK/mSyo4oPxJ40D3Ks0TWVeCO45IoyByv1J5GmT25gEL8vePUvqIg9/2VUMr4QLj
UyW5tH/TZvi/p3Nvbb5gDw1RluQMhoY1HxL6ie5EDd3j/KyDUipQIaUSxHD7yp06jtXLOQ4N
+xPM0/uUY/R9RqR2eZQH1e6N6c+vE5Bx5Vj/APrYRc9UXMiPNgsYbUhZ59AT788pzlTbfTvf
M3FCMZj6ci84hxIeFR2oFo7Z6u9MyUZb0zubkg7Hl/8AbR2tvlxrE8CF8udN6FJA6sp7W5IC
Pd4oOb2RiWxNJAomIaG6TJtAQibDQ2UhEO8CKalQ29p47x23B7tO5JRlI4ykHlxiRySgpjZw
O9iTt5+KPhUcotuxf5gHF1Q9rJhfgyNa6KysDEaLdnYmTB+xE2bim4G4vVGMXLVPs8yyjUFX
x7bOmMWxFCbJ2JBvL8q5aE0swPwrGTdotEIENLbp2IuO06ISgA5qYs5REYk68pWVi3FRD2FW
qEQwhwJNU4i0WFbSdRkYgg6AfhTuwewumJxNmFZIwkMuNUKNo/YjgbNlxRcvIOw7Fv5UOZAN
4qJuSYh/YF9S9xJm/wDARGNJHmWO2wiTQBS3xHs3KUEkC2QtKPlQ+t+iJ3dggGUbzhTn6VTQ
0QO3IxkD3byUt7HkjQm0f+2jvb+7GP1G9FmPcHVBSy5oORiZUIWG7CcN2IaJHQF8gSJ3IChj
eiBmAZkvE9qhPei+9EOJEMa/0CcHAnUkcVH6uPZkOxQBIAY196e9KqUm59oZRPaP8yP3EOVy
bfuUvqCTEbYuA8T5Vsb8dwiG3AiW33Zv0yQntyMjjKc9q1PIp/Pi+3CMjI2YLOBeE3MeyJ5l
SrWCcFuLIO1LsjIVc00CkbcSg7vImuqqSWsno9j70KgnUhHQ6j9qx3NelroRd4jvcAi1jc6O
nJJIFCjGOtfsRyFA1Ha65hTutdESBDUIP5skWj2kinl5kHLy42C5aSI5uB8qynAhgzjgiR0G
xP5FlFz/AGhFo5NxP5YppAwADv8AlXzAKg11ZBuYXIuaqxjwbj5kKkTIII4llusLbjv2rakz
ZGv7l9QKsdff/wCCZOtmupSqWK3YEAbk4vE8JDpQ+mlCUNwyxeQIjfHJfz9wb0WaO03eP6FP
dwAEiTiOB8CeZMdk2AcFfJjIRiIkAeIRH50dndl8uUY5R36meY/09yCltnmaokOBREWlEXKO
A3DIWMARB/POCnvb+2xjyxBGo/1P6KISh1xsbqUJEky4rZLsziyBqdCpy3scdAdT4UY7Yxi7
iJvF+4p7RkI7c5B2LSdH6cvJosT2FbeIcxeJJvgfMpSjDGJB+bEFn8PwIwkTLaIeHl72MVnq
ZF/tTEvouUO9ym/gUcTejA8VDbbQEnVlIikRRBmOQsuSQGgCOXWKe9aCQDUu6AkSA/tQoGJq
hjUaHT0ISA5uHYEIli9nRBLgCiaQcUdr1TZAgirrAsHuXv5VKNGNn08XMmi0h/esqVZ/d6VK
ZvHW9ETHlNQS6nHJ2MWDdUerKCIBAq5DowMXJqGFlgTIAakW8nLFbW47xc0ezd9bsI2zc9ii
8ssT0hSEnEZg0eh+FULEW939ET2qBhrdADSp7Ss4RckiLnu5d5fN3oRM4kxjICuIR299xXlM
eoSUwY5wiesVYKI2XMj7/wD20fq/rIl59MSWbzrdG1ufL2Jl4MKhR+i3ZZSiRAk6gLdGzsRH
1f08udnEpbfi+WtofTxwERjOLMcx15/0RgRSYYe1EyPtRasRdTgZNEVFOKgJEsC79iyAzmem
A7fGs/qiNyV47QtErd3ZRFXDM48uKhu90UkOL+VGMnEZRFnGqIAyLVRL9VzdMKMDf2JzRyao
GOmvFVpxKahc0UNqlZAFkCC8oyAI7FGcOSOo1KwMRMXEtU4JgXLUdNJ3lrcuFlqe8pbYrBtR
+ROQx0iQ2inEVBBDaRKjKGpIkNKLbBDgkpyGBoVhtg4g0PFGU9w5EnH9iecWYAvcv6UAKjcd
ns6MryDctm9CHjNjwQEpGQfmAuJd3FGJ6jJi5dCMjoTW3woz3IgAh2FDRRHelX0+HmUeS3MR
7PFJEgV1jR1vhncmnb4kABQdUlsyPsKaVS5VeCB0Kj9NAl6SJHUEOctCxfTwzW2HMRKQpohC
JaqeYxPDtHTJH6eUX2t4SG4TZ1Lejt5zJJeRdkYOYDQxoogWACEizymGJ9i2/wD9ptRygTjv
Bbe7sgRhuh6UaXmTvYstuUOqJck+FVJUoXqaHVZAPODO/hKnFsTatf8A0lhtliBWcmyt4+4s
fpyd01NTyRkfP41tmVTIvPE09OSgXaAkC41ijKNrFCIvIEg+xQq+URIn2hSdi4NzaiYViCQ5
ug1x/FElj7EGH22W1EM83lW7xW/80mG9Njt1yF+ZCO5Iu0gSKuVCXzCDt6UYlYgkRbgD8Sxr
Li9vgQAqCWHYF84kvaQW0dK5hvzI4OJPXtXRXgWiEInbdunimk2LjsLhYAYzJpIWT5Zgix0+
FFw51bVZYvh0v2/oTgtZ2v6EZFi5cPcN5Udwyyo4ho6jKAYkucqlz1IyqK0PYgNLeZAEcwo9
HWsSaCoqmFyCD7+/mt8vUSJGgt0qQI5QaLaPSRZkCQ5l9qd7oVup42jGIfV/KmBqoAyJ4jgo
3JjdtR3UPp9qfyxG89cepbW8CxjMEHxd1buJYu+J7VGgJDiQe0lCFzIgAcAUN8D+VTcyFmiU
dqccoboaUf1xUdjbkTtu4Erx8qNXBLhCU6EMCFIihii7vLgoiREtT7B4kdoZbmJeMYDlfwym
sfqpR2dqRJwBbl8UpKUfpRm9wBR/FkjE5V5vAKefvrZmBnCTiRGhCJNmBdrqlcYgD/CtrKow
FFM2YOFEPetKfeT8KVRI1un4UDrZ3pcw25Eff7yykQCxZ6fEqEzkLsCv5e1ORsToiTtkAamQ
H5U7RiD2p3+xG/ZwXMS504FdIJQoHFgESAXGqeQLqM4kkC8e8pTc0NIa18S5QTMj7AmfOj+x
ZAAAfafMgxDDtqyGLmANYqTVAFgePmRxt29izdy1QgSSBKwPFNiMxqHusi5BcM/eC3SQ0ZSY
k+xVDMoRZ6DIcEDH7FWlC3BDXsW6WDk2HZ5kx6hT3qJZw1T7UGrGQp7VIPzY1btWQDiHMNWU
iak17U23Hli7jSo5ltkAhi6qHox96YO4o/AJo8X4J5guaOi0nEeaqjmf8wXRaiaMmYcwGo7y
I2Ittx6ihKrEAgEYxiPiUtzcgNzcBYB3Chs7Rbb3B0j9q29rd/mDIlgKVU4hmDMy3DEB+UAD
itoxD8oEipOdD2ICQ19qf7QmAr2pm9oUmoBb2hDJiJC5QDUi7g8E4Ad7WCoAwu9VcUsGQckc
e1MKga2qsiHewF0afborgHUjRHR9UKXNr0VAx4XKIJx0A1KJsRwq6EpFi6HC5J4rKUxEgUbv
eXJGuRvU8qeJxLD2IF3Pg0dc0AJ8exF2FKVQBAEo6XyUZRLmDmQbQrcJD4mg4hvApEAgPbVb
0qjCNAbqhq5ZVLllGjOtwEsBJsSiHqDTihIVMv0obpjStPYpb05iMiCBE8PSsC9YsQKCneQY
gzJZr0JU51i8ogN2jmUQZBiHlLh91AmVQOriEC4OQbiXdSi2Ri1U8Qx4s6bdpGlRYv3UJAtG
DkDQqp5crngpRA4+8KWUQXIIB0qm2oiZjERxPTVDc3JiEZWhcU8iP1DHKNIiXb4YISbKQuTf
4VKUnfQHtREixoWuzqLWalKepE3cFBvs0ZBUr7ECwjx1KpaoLpjoCHHEeZFrtT2pzxYtxTgu
9HQJLmyYG5oQqhw7lGUXkDcUohrHU95NYH+KIBcApweV2ZqrItGJ+1NEAWPtTF37RVcSdeKY
liAxBDMEwIkHpoViafwHwoTJOJtAoBwIs6AFI95llkZAuPYsoyqQQ+iaRqIlp60X1JBDuPaK
ImLtkRRfUZdUhRDI4iQoLFYGQLgUB4lXfGi3t3Z5sCXapojo5tWyhId23+NDZ2+7QtxKBozE
knRl8wkRjUYnVR3Is4NOHxIxkXiDGUgOwKLc4MTRTAYyhGnlW3cl9PMpSLkNrS3iUZykLmhW
5uRDiUg+3d/NFZCRG1IEEG9VTlF6I1HF20Rg2QNARoQpRgDGgrxWU2mSWYi3e5VIAtH/AMkM
ZWLntCLh43D3R3JwBlIVkdfKgCHEaMLMiAdKp3poUSCFet3QGr/YpYhpWBQjJpSNydEZGoj/
AGKIoRcnRFrf3Igglc1uATd4/wB3SozZ5QLxloCepUAc0INRL0p6OR0ErKcSLClkCJVTFvYi
SCfCQnq9z4iU5JBvVPEibmpevxKJmHEumIXbEa6KpZhZnonNyNKMibN/FA1aV4j82KkQRKLU
PAKOReMgcZPwX1JOkg/2d1PsUkZgP+ZHcJ62yPCiETWlFBtIB3tdSkKgs8fUFP5W1gd8BwHP
4luHHnJcjs9Ml8uJyc4trEoQiXN5NVgsC0nNSUCKlzUrOJ6Ty0Zyj8ygIDnQlR+XR4+5SjIZ
PEW4rlkC2qMcnMrlCI0bmTlxFzXtRMog5RZv+JSAuOHDwyRLB50HsW0PMHCIhaxRJrw0d0Yg
2FfehjZq8CE4cE8UTwsmiKNUnVPoxqtzd2oj5kAGBsVI7xjs4m7OD6UID5ky/USRF0K1UITD
mUmBFwhF7BlwGvtRAAAKBI9q/sGiDhiFTT7UBpf7fAmPuFlGhONcqZP4UDI2qQVzRZy7kI1u
UAD06cUSaH+KOUXBsaIiQxevBGQoR0vxTnlJ4ouWaxOqaVX4qlfbojLLmjRgKkeJRkD2Y8HU
YRrDpPFl9QdJED+CECW1HEyW3vxuQMu1QntsIyiAx7UDMREcQ2P6kZFg0YW1W2NvZ+ftkAuD
Wyc7ctndiBGUZBrnrW9tSaHMcCaF/UpxkRundgWmDr/tpxDlyDx9iIjdzalPDzKALRD1dAS5
osNKqksQzg9qLUGIA7XU41FRl7EYsWqSexNACBbGo6kNsSNXNahGMpO2uo9KyJJjYMoC4iKa
IOA4r2URnUCl/agXqNFzHmk32INEUADvVkKPjZGcrOLqMYEuNDYOgJNR3B4Ke3pMe9lLGoET
U+JDWVuyiNQ8KOFt0o4PFOwLaFUFdE124on+PYhjYmyORaSkJF5RYt2IxmHxJaVuVCbPkLfp
UomIEnGPBbm5LmAIxOl+hBzzSDgJzSIL5HRlKMZGUoljiF/LxAbpN2RB2pGAtPpr8SjOM4nx
BxJx5F8rfkM/N293NfyzHAni4HxIxJyA5YkaKrvGl18ucwGLyJLn8KeJ5TR2p5VkxILjLt8K
zETgxcP+NboLnIxodKdxSIDxADvdytvOJgYgsDrHxrZIADxClGsiwZtFIGpEI0962pblBOhP
Bgoz2dv5pDExBriDmt76iAxYgiMrx8SjuB4mMnIJaJCy2+SYZ9QpZR5hIMUBSRMQw1QGQMwO
Uux9CEZju0i7sgBo0S2iBjJnIR3B3Qcj6lWgBvoyByDxFCbselEgE7gZyelPIOBopY2FOwMo
AsXcFNGp1pRAgUp7FLbIeZ0uwWW25MBXLvBMS7i3tRDPVQJhepfVZkdVgKqUTQRNytyWJiTE
DIVF1t7juAS/F27q3pQAlI1jE0W1EgwnIHOI0UsIAxlqZF0cYECVuZ28yjQ8xxMneJKEoWBZ
tYn9iIbmiXlAXbxIAVMRQ+LJGconmiR2hRltmMZUO5GQoowgcgCTJ+7ksd4MXcsa+FSjElja
OniUXcmIAI15u+v/AIoPydsjmmT1eaKG1CJ3ZTPXopiMAdz2DRGIaEXp2DzoTG4ZGR5o2Ynw
qUt+UpGp23OPN3OVQG4fmxnFzicoxdfLm+3nqO94JqOG8C93uE2MpklyaflWU9svKmvN5ME8
YsA4EZDVQmDxkaDTmW/GIciQl9gUt0sSYgFq38q2q3gB9gUBkSSzEm3iUiKGg4UUxY4g3qQ6
2fp5w+Zk5c6KY+n3HEixga4g95PMMZkgk9neW19RtwAlAYbjViQOjcijMB4mhiT+lAsTmHDG
/qUYzNWr7UDE4k1pZZyYtGhRIBFX7POgCQI8BqjjUEVBuWVGxar6KIkeWgB9iID9VQNe6ruA
aUovmTLg9T0CjLY5g9cuVSEuNG1XKKgAdqMC5INu9VH5kSI4lqshHpprdM3K/G6uWFGX2r5o
jlnLAg2QjKAEZhpuf/tqG3DbMoyiJQEgxeX+ooiVNyURX8S4FqyGqcAyjqNW9S+Zt8kh3DZN
KAiTUvWJVYuDwUsXc/xQBAAuAESXajNwQJiGch/+FMzvw7FEAkA31Tl7qe3B+UYmlpepMbjV
rMoTk05vbVZAsTxQM5Yl9dEZRliC0oy0fzKO19SYwm9JgOChtS3oFy8ZML92KnCTZisY6P8A
8mSaRaL1iePkWJJ9vYi5dz/BdIJN2ZmRiYxtQtT0r6gjlkSK625luxbmkwiT3aIHck7Fgfd0
KDge+wCm9Q9GW69xH+CgNuRLAkE9gUphjLcliI+z/VUdtsZTByj2R5MUNvflEbfdi3i7qlHY
rtxLhhX0IFzjcxB5llGjB/UqyBjpEUp6kcXEbNIfkQO4A3AcylKAJpd+lRk1AQ4etfCmdqv7
lmHGIq1fu5IwFHLveUimmSa8upihCoiekC5UH5DX1N4pIm8no2qECKy+1Pi8pcexNItGANAo
mBYsNBdBz2t2+ZE2Lo1upQmWDuG0KG58yRMSCxbRQlvB57JeJKBbLg3dQD6ktaqxiX7DQ/8A
bkq1PHvBASOULsfyIYnKJqYg0CZnBAemqiIm1iVoCaOU8RQFpaOnNRdGYiYaHgVL6jaiJSoI
5WyKlu7j5yLyApzLKTua0rRCMnaINT+lYgtABywsT3UDIvjUA1p5k0HFah8olQhLmwJIB7VG
M7joK2DJzKQJqelAfLiNsW3O1YguBQE/uQMZOHZrEeZBj7aWQYvHWelfKvqe6XDNqAIqbhz2
0eiETEvdihGweqJ0BYhborUADsdRiZNmCGbsW7uQ247k4F3PhHhR+pnMSkCxe9Ud6Estsl8o
nmgEQS0DJpS6h+FNMxMC38wHpWF4gOOCHMALgexfzSJSFS1vSuUAPbwt4ViGdtKUUduTxiTz
SFadxYgGYkPc/wCxRiG2wARICv41jAARezOhKQMWPUdV83cFLQq5dP3nq1aBYbbQEavKpdZm
ZMo3l5VHjo1bJzo/LxWywFWcAVr5kwD9i19ycXqw4epBmMgf4Klh7/uoyNMtBdZRJBN+xNOJ
ErCYrTxRT7f8zbiHAPXXvJ2YvY8Qg8ScqVugYgxGpUZDqifcQiI0JDtonIEom3s7yMcQHsB3
UD1CJYomTAG2vq5VuQ2wZnaOYbvY+VEgHiSbpql+oIMWLfCQjOANeP4uRPMYxNuL+VDKTNcE
NTxQQxDNYHifGhlzDjEtbuehOSHNw7Lb+n2pPJw0B2eNRjuARxAtxZEUnHWJ7URKDZBhXh50
GBjEjHHQ0X1IkQwkGf2RU25qivhTyuwbgogOS5tdEUqff91Td+UxFEdoyeEHHuZGG1LA7m7J
zag7qgYE7cz/AJ3AyHTgpbcjWeoKM9ukSddfMubmFQxAEfwr2WawVS3HQumPMLmSrJou4AqQ
iAHrQmyGA5dSP2pqjiAVIscI2ERkU1TKNoAfn3FASIg9C/TH96lD6eGfyrzBq48CPOxLvHRy
gIVmWbVYn/MkQ54lAOXqGCO4TegHYvIJBh7EcuUxBEe1OHtVUe11DT23RL2qsxGj/anhIEvY
2coCQIYmvddGQOMh3hZkSWnENUoY1ao7E5rwGqIAc8UAQ9LIg0d27EHqZajsRY10A/UgL0a6
+VIEZuIg6+VbZ29sbJnJiHIEZd5TgIihPODw8yEr05exDalFyzgn9S+WGLMXI/KowrKlfU/+
miRiW6om/wB5WxZsgSwr0JqRaolqp/USGUtuPKScRHJZg5AAMBVEByEAAZCLgH9qapLEEkcF
9Ry96/uW9ACksS5qpg1p7GTxcmPVojRq0P8AiU6BjINVlKUBlLJg9Bf+YjBmxDtoMu8iCH/s
Ka8v7k70F9EwLEivFNSlAEA5keCoLXAXADVHQGyoaivZRZw0b+PdUpy3stwyAjtDifNFGO3E
XpEVQJIMTHptXqRiDgZg1IssJRGZrEx6T/8A6KMt2LQegJqCmIBALuFBo1Jo1/UpgVING09S
YjFxlTX1KGrhgsTSXDT0owGoogBGgoQ65Swa3FNIM/AogSMCz10TGGUXIDFSwOFXAUSaDUD8
yLjsDBOVkeNlFkeJQdhwIVTU0bVMLjRfTfV7Yc7e7GLdk+XmU9p+YtKPlPeRkZAm5C5RkRc2
FfKgZkxJ1CJcvYpgKXb9qaBaXD9yMpSANLlkQS5Gt0NosTuDIvdYuAS+qGOgrxdNMEPSIPb3
kYvQC6+oiaczv7ulbkT3gCD+hbhkPZojJsqV9q5ga1MSgJSGLk+0BbtKwd3PErcLMSAK2ZEO
LO4/+2jPU2A4J5FqURKdwWssSH4xGq6MZWu6YDHgrV4omJbUGyc3+1FxiDaWgZAwDixka1Ph
TG7e9wjuVMRUFEAUNn/cpT3BQGjVJ9KEIPs7IrnqWUTCTlmORqfEp5Vct2uiCXYN/FRJPLG/
+FGRL6AqJLgjTsTnlfTivKLkaJ4/Z+pGJBBkGrqptUHu+xGLNJ3p+xAgZPQi1UaUdgqEPosm
uEW9oQdjxTAU4XUQ9Xr7E/udb0pkRLch1y7mCO7ImZxEciOqnOg7CRrjcfhREYSi1SUJmJAL
Yk8EQJVLMOITQvxsCiZRedg3aiZF27K+lDEFhWQQJ5QGcClAv5TnHs0HmRmHMRcG8j6EK3Dg
cEISOOsY6ykVv6DJ30ZlMF7in6lvRblA5XHBEkNJnWcYsCakrcEYu8QSR3aqEQCc5YmJ4KUp
ESJAYDupwdKfqTO0bgISh1OXKfERAoQGRY240dDKNNTcIg14IjWjhXrw/wAScQDnVReJEz8V
O6pggNECR0fwqIiTQDJqJoxd7S4FY3dAhmZnRcMSaE1Xy++RYUf0qAFWDNb4VuResKmI7pRh
EOCABqz95UvGjBAEjlpValC717QnFS4ICDv2oiRMiRRkfEBUfvRcAtU8cSsJO5DxKJEjcxqu
Ul7Dgu0aIk6UZOAz6IkcsuKxNCNbIR00Kj9KBjLZq+pdTlvw/lSDZteXiggJRjLTIspRjKMR
LqbVDExpyliHkFL5cQQ/ur4U4kYyeoIopS3ImG3GorcfAhIhg1DZ1ynJ73dlmaz3KiAqcUIG
8rns9SNzInlAsyAD5EXFDXzIQyLgjm/xLeq1bcaIhsQWrc+ZbzG74gqQkDWIJBKaI5bF6lSl
FxE0f2cy2pC8p63RIpkAQi5o90SBQ3RDACNS9QyOuUnJQEqyag0RAj060Yv3EwgKmsmqURGF
K8oCEe73qNZGNSCKMA2KE8nxIZtEIZYSAq9vuqJjHqNWNHWOTsHKEyWFjo6xiCWFhdZZUj2J
6kRF43RuItQnVEwDCcaa0UZlwZOHPYnYCrgokF2si4qyFbpiWibIgO51WUS8iGJUpRB/mxYi
8QVHcmSAAxBsR5lIgGBibu3L/wAtGLkSJci91HJ5G8mT7e2SzBzQupS3CYSNsaoZyc9qoQ2n
FduhZyr1BW1vFjKJbejE80m8Sltw2iYPyxiaAeBEy2pzOgJo3hxRj/8AHjakS5WW9D5LsRiS
CH8aba+qlGcjYn8iM4zj9VtG+Qy5QFLY+qgNiUgQJisXQ+mlIiO2czuC0hJZGoBPVSndRkGJ
iLy/LBAgk52azlYk6MQao5Fiw7VGRBGQoG5Sw/y8FvPxHuonY4xYBhUrfkGDOwIqEXA6WkQE
5sB2OoSjIyJzcm7stmeRaVyBqhExMflxEQOoz8yLBgBZEaUZEAsCLXQJAIPE3ThhIXWQljK5
ayygGELm8qrGEur3EBREgRIG51HwqMZUGJY8U/hYt2+FRkBzSFuLLEECJPNwRJrI2L3dM7A3
9qkfZzaokACQuePqRJLcW4KA01vTJbYEbUIso7RrAAa+JRZ5QJiAAixYPVkYs2ikQXMf65J3
eTJhJ/8AyV2kBYcCpNBy2vYgSIksHOqBsbL2oO3CiOIZy7okH7RonBAevYnBBOrWTO4uy1jP
Qqe9Jtzc3C85Tu/woVtYMGWUZYy1OIQ3c5ZjWiMtmUJknvuzDu4xR/kRjAB2jUymfT0bSP08
4y28bAijKXyZgbzhtqmEwfBkhA7oMpWgRj6lOM2hTGAYY+pRlKRyF5At+Bc7mIuAaUUeQCIY
YnqkpQG3CT3rQf8AAoD5QaIpJ68vVyLfBrCRD8RRNt0MrnUst8m5BYHUujJn0I1RyJm/ALbk
1TKUSOGS2RC8ix4LZ3ddyDF9ZOmd7OGepR3BVnADOT//AFoARZrytXvqMrg2B/QsXMsail69
KMJjEO4HH7qlE8WgC4oPFig7xlfGyE585kKAGodRlDlrYnL1cq+XFzEUjE+LzzUebmfmAvXz
oFxIi7fsUjMvG4DcPCnIxFnPYEYtlqW0PlQNL1A1HmU8hzPSNroENUAhtCuaQJIqQVHC0RET
K2oOHlLFn6fChqG0UZGooQHr8Sl2Glb1UZsADQIFruBRGXBqD2rGTOa24oCTMBVWpoV/cU4F
P7VYhADSp7SjiaIMKG3anav/AND+ZCM/aAVl8v5U9JQLInbI+p+niBhGZaY8WCxn/I3Y2jPj
6UYTAEbODoiATMkmppitWNBoPiQMoYvQmNAibwZm1FFumQYNFj7RzcqnnYwJBdnPdit6cS41
HD0qTChLOTVAAGNH4/EoanOx19S2zFsZSYg2PqW1syZhEu1U4NdeATg1FCCdFUg7Ycnh99CM
ZASFiOKcsDoe30oTPWeoD80UXPNKtaupXliKpwcaMexfLiWA4cfFkpggHcEaGNwoxmSQTUak
LKrDiiGye8eI9Sk0qvp+RHHlpUqg142ZEloiRYFxUjvIGRBEY1wOo9K5QRgK1H3UZRkJEdlD
5VEb8TGOVMf1JwGEQC4q8UMYvOQeL8PMmkHNH96iAHYvQ1RBGINRwdYDpNeXsUBeTkEcWQpb
V/wpiGOic/auLVXAn+xcXuDwQjEMuYV/+o25AS7dfvI//G3Aav8AL3Kx+GSBn9PiQ53DElqd
7FDchF84v9vlkiMiWHSQfvIAGhFwKV6lvAuwjEFu0IiQoYkMA+nLipgu8pMH0UoyZ8i3aoyb
EAad6mK+njEgDIkxNfvLbmzATDkVavVGKGQJxgAZXFfKjKogATWjnwrlfE193fUTEkRJ6Rdk
MHIkWchi6AlJmHKSf/UUhACRo0qtRCUusEu/eHhVNbYhSgwlKffZvhiniH0lwX8skU5u1ESf
Jy5JTPzNykaKM3cgVHs7ycADKp4oyANKRHE+VHIWYn1LaMuUObeH1I7cZcoJoDQ+FZOxPvDo
ARelKuVtylBoFpOeCxFYgRAPAehRORYRDHigJMA4qCiRWVzHipycGJrzKGEQAQTdEyg0RKQi
XQjoChxdScPqWQaqzFQDXtQG3fUp5F5H/wCuRE4zvGXb5vIvl7ww3YjnAo3/ADIePaRiS7WM
RcFRjEmsmajYR68V9QT0uI6PQd1fMBIFaA9QIW5I6FwFnUnmZCtSvpwOp5AvxCgNyOLyAk9m
8i3fltGBAuNExhzMTVQBgcgffinIIuxIDBZCvAks48K5QwA5nsX8CgJHlNQAeHgUSTcjIaRH
mknJ5JA1iPuoASalyoxk+Mixle3pTBgQBQ+GXf8AJNGW4MgAwMf1oTZ2HKJVBUpSaErBtV9g
7E46QW1UtzbrCIxPYVKQy292DmFeWXlksN4EGhAGjpsmjK4Ffwr5prGJMJE9wt/LUIFz4R5p
IQLk5Bwzs3dQJ6eHanlWOQpHSKEoBoEU/Ytx8cAAdtr+eE0ZOBFmYoGRYicgD7VIAOx6gsmt
V0Rev2oyOlwDdCEQea7poin9DyLBUQP/AIXJpxRw0seJURMMTctY+FNP3yCEAOo0P/gjuR5d
yNBLjHvQTRiQ9TqGW3zHAA6fCt8ggjJhH3IghgA/BbgFS5JKkS7Vr3qoMHiBfVbMA0Q8iHpV
AG71TgZREQKORH1SUpOaaWUcpSMRSvUAe9igRLMR49TfdREQzBybEug78OJT1DlsbV+L/LTd
TSDOHL95SMjjC1LIuKDpFmHjQEtWLi9fEpYh4y5fF8WSiIzyZyRq3oQevYEQKn+xRJqCajii
3MC4I/KiSWM+r2hS2eozLgqUt0uQ8CRU8qcAgHV7qezt1EyDIxIjzA+dRMiOUhuNkMbk3QiC
TlpdcA7ZexSBlQDVEMWcky1WRALCgKABi2RYs9luM0iWc2ZRGSmaXqBY/EmMsYnsc+hOQzUY
3Df0OdEDdnYdqZmc1J/8PsXywXm9tB6kIy1LhN3XpEcVi/ywHBJNMfKh8oNgBWshJkZO5vEc
UMqSNXsCqV/oEo3CyEeZmL8fIvqQ/et7uVSykxEdaD0LcPbdGQcuWL/rRl04hgAtupILiqzk
XDgx7Krc2oyDBxTU+dESk0TxGqcP1VJ18C5TWo4UXLc0IN6IZOTpooyIuBzRr9/JF5CJkXBe
gWBPKC51DpxzAWMuCjKTFgATx8KxDYljjoCy8wqaW+JPuzNdGuFKP0uzIv3moogNHG+h86js
giJjJ2Bq/wDzdxfJkCZAEykByDx86nLbIlKIJY6Duqe1AGIMsg/Lk/fgr5RZie3wrEEABnAp
RQ29yQDWm9z4JKAuD77ogsZDpI7VESIYue1EyrKVgKIh6nhb40WLSdm4oxiWzcl6sVMuKlj2
oTkAGNkaBuCDXuY9h5YoiPSKB/6BEGmpCMpEHTVgpzBcln4AIdv9D6cVzSHuqj8t5SNB2ImQ
djzOaoiJck34IEkmLM4ZkzvEaRqUJOJAgA91YxLFqg+HyKOLyB6WqsZEvxKcMY6l6BEgggcF
t7XzOYtr4ivqGes6/Z3UMaiV3qVMypX+ClWkjftRiLgM/FSebS25VB8yIhzSHZaIXPZzkeJ8
KBhDEWYcxI9aIi0i4D9nhUiDVmiCKH4U8uYAsYjj6k9BGIal/wASqH0ANbJyBQ1DMAE5rZiy
JJDVoz1khIHmgxqRbzQTxGQNz+LlR2tiB5SHkRQKPOASWMpc9fOj8uUpF6ESxD+hShtgwlLq
IfL4ZKOETDL/ADCat5/5ikBjug8oOXNkPLtqeH8ucS+7I0cBbu4YGUBQbgLHl8ClMyldjt0E
g/lUfkAbe9tjEG2Qj4kdr6iJxPUBp/zYKGzuz+ZtGu3uC4HrRjM2sRqPUgAHHG9FgA8gae5G
MhW59pQeVBbj8axe4KETHF3Ev3KIu1n4JpcoHU+gWN8qsO65/l5fAox1bVYOQSHLXWIPKWoL
owkGiNbPJEtQlu105sFJ5BhUMFlIu9ANETkWZux1UdoRJcRelxX1LlBkU8otE1jKl/Ov5YoH
cf8A5FnukYaxs3hW5MEsGAJshCBLBgTZfL2Ad2Uh18D4Yf7iB3SYhg8uon4JJ6zDtLKlfgW3
OW1HLbkJCQoeX863mNcnP2LbLtwCkSOoo4tU0dO7EFfUbRiJTkXPFupHZ29nEyFxzVK5yRu7
jn2IsddEQSBmXlSo9CEBIP4tT60cdTQPR0Nt3bhQV5+pcxJItI2TysL9q9gAbiGREeUEi4Cl
NwADWROI+JYbPNOJYN0/eWMpYxFSIH88lGEBUkmTUT7gEpO0iQ9VEwh1G5AQnOIsQHAW5Da2
4wwhIuIi57y3yKncOA9kkaFuBXzNuobmB4d5R3YF4+K9Ue7ut/L3Bx8M/IpQ3HEYFpVo6A3J
GRiRjofiUjJ4guiS+rFOQC/9qqH4+5Tk2QhRnYl0JsRK1bxbl6UBElg9tVPcJrq/3VCNC5My
3Kx7mSlOVcRT3IklpULIkyeTu6iMj77fEgIvVsveiHyFpAXKti/SyAcgnpKymHiUTtwOJHT7
PMs3IjGgF4qMpAyEekBYkFrkCgTgNAC4qAjIl3ZonXw4JrSJpw/40DOJIcPK1PNJf/IlET24
0gY9ESiZzbcFIxIofFJYSOYmXGIf7yjHa2SdsVncyxH+Z08kFvNQkuPsQeo7eCIIcUAHtTil
bI8rggue1lOZk8zQAqeRjHeiQ1Bl8EV82cgRMER1TSlk1u1UAexQFmL0s/hTEsLgLI17EImO
TXHB1mfZEPYIyEhzWAFVExGNGMtX+JF5mQ4Ev+VYke3sRlIYRF8hcLEGrPXX41MO5IotrbDZ
Csj+lCWJsadq3X5c4mLr5BpDaJeIFymcsdOChAEPUtI8OZEECD0O2bHzQQwLSHUDcelEvGG+
/ST1fCvkboxc3IYx+NNvSeTU/QpCIchy0tCmauraIgnl1OqIhaWiERyihbvKNKaEobDGsnHm
+6p7+5AgAMMbhlER6ZMS3ajKNJNraipFn6u34VGUQYxegdk1hEVkEdqIEog8z6rObMLRRocQ
HA7UBcDut8SjI2iHMeKkRHGJbVRjAFhVxRULRFtSE4qGtb4lE9MY0jlfJSeRBDiBaj99CIJO
2JfzADp618r6fl2w9L5fChAuBIuZC9f9OUkJbpfbgQeWjvy9al9N9P8ASRh9NKJjuXMzEj+f
L5vngt5tAK8KKPMNHJQjEgyb+5Bw0hUIk0cF/etwhpAHEe5ZVeJemq5jQhmHBNEuRf8AagWb
S9U1ZCV60C9tm7FR+11ce5A//wAo7rmWN40evTgoylkY+50AHge2xdCMJDLvEB5E+pYwnKU+
BCMWzIoHp91SJ5Zt8N0OGNkDUtEn2KW5uhhrH9SnLWRqT2ouDXULblfGQAft9KwkGxqJC7oE
7ra0CO9iZ7rvlM5NL/lqfzIg7mLxkOVj5kdjfBeJfbnpiPUqyx3RePFVi76oisZC4NiyEwBZ
30+JOL9navlz6Y2U8Jy/lOI6xJW3CMsZ3kb36llK4/KiQeUVrdBi70rQxQO4cy2hd1OUTjEd
0FqBDM81C50CL96w1JitvFzFnlrUoyJfL7qAFGJcMiICpYmRXUCSHu6ETLqvoSuAAxHH8SZ6
gaVcnuozkGjENU6+WClm5z7dO5kgdwvGrAaRRECCJWYEoS3soY9UiTL7kOhHaMi2/ExBcWkM
F9RQGJIH8EA1Sz9iGJIsx1QDOQ1dSt2YtGBlEcCyEnfMnPukfCuUYgfx8y6nPaFkA1Lokkh9
BVEB7WTMQI66hX66EHVBo4uNEHdv7fiRIq/uDKUzEEwLUQDyL2NKeRHEkkWKO5KTxHda6c1J
PsZEAcj1LcFK8aMOwJtGAIXyoEmILAUFe9zqs6kWNfurEaC73W2YASlkOUu1f9z/AKaBlLtL
C/pQLvRrU+6oCVA9wozHdcSBGgW1GREdwE4TFwPCm3H5SC+kvCnyAkagPomz5zUMa08KEmJF
seKxkRF3I/St3ckeYRLe0+FRlOokcq3kPMokfYO6i5Li59qyiaGhalEZCz4ksq1kO38yeRq5
cNT4pIzkHjCgJt6lkCWJo12Rx5ZjVGJLxamhfzImByLkU4KETMsakC4I6c0IRlWTkg6KAEmE
CzEVPiluKRJzfvP+NGESZEmp0DdPSiSHkatf/gUoYmJLOTUjwxjJEOY4g5cZKOIEt61TT4VG
AmBTQNFSNcxE8hsC0v5nxrdAFpNXVwgagOPtW2Y1AZ0DG7a0UwQWYCUhwTQAlE1H7VlX2cEw
NBoEHZuCAD4nsRerBgTQIli1neylXkFgeK4DsN1QX4/4UzV04KY3SPl0DA6+JfMIeBHJudQK
MYyaMjzUoPuIbORkQ7mkX86AyECSxd/zRUJCQxJJEoOxCJEg/t0Xy4S5zymrsF8ukcA1NU7f
3gBAs1delDdIlykCJB78vEgCWIu6YEf18yAFaMRwUSasS5PBROgkWCIH+YIhgdT4UdmTiFco
3IdbXy5nHaeRtfyxUiOogsDxTTeJD/D95TEQSadNZU8KBkGAAAj1EKJqSaVpREx6qO+qAD3J
7VzAN/5HuqO53WoBofOgaNO5FqKQgXm9I91CUo4gaG+XmWdzc+o+BcorIah2QZnkajt8iILm
IF7YpzMUBIjevqTwEcz3ya/CiDJjYjUjyokB5SpKV/wLK7nqkepAN/MNmNVGe5LKRFQ1CO9y
oTcEliBGwWO2BKR7w4oZdbEAPx/Wt6TkYyr9ixkbXD6LaI6QaKJvKVgmLuwMgLelGrGICBlH
3cVWjGntKbKt6oEuH0WOsS7rF21ck0PminPPGxq6cgkaxRABMSWQDkS7bKlA9TqjGMiIWMX0
HlWO3GUtAQWREo7e2fGepAbm5CfeMI6epRgC0QLKYiCx6NyBr8SjvbzgXIapl3JyyU96DyhN
jInqh6k8Rf3J2caBbcJmQ29yYYNeUOiCMaHhxCBLjt0USKE6D8yEZE9oQETy1IRi7FhazovE
fPxPNq46clDbMTHccEAcChW4qomQEmu63Z7cQKNXzeFO5O2CxBOpQMJADQJ5GkqlrRQEI465
LAkCQqZFRi7jQCpUQdLE90qXK7G/s8CxJLnS7n1yWRuA8g9PKsojq4W9KJBYaE0AdSBvPvmk
S3cx5kTENGzBZ7jQie8an/0orGAaIoDKlPUuaTFqN+RCEaPVybKLSyJNJA1/7iH1GyWekCU2
9GUJRNCBylNuEQmBQFuZkAahmf8AKvqCSwEg32LIk4nvH8K28iDzGtqKJlLloykXaOIAZPIM
aAeluqSpUm39ZIB6A21VRapBRBdj3eCcUGpLJwQ1uNUxNw4OiocWufamsRXiqy+1f3p97bqK
Zs/xIGEeUhwQbrGMRa5Do/LgcAHJAaqDCwY+xAaC3aq0OkdCF9REN8yUgBE9idAU9q2d3dnl
8txt7ceMkCacDwQJjka17SidftuuLMfY6dmPBAXljY8UCKcU5rwoFzBidP1IzDCMf4utwk8r
PiSgIgiN37qNbWIC4vUxKlGNXbHgjnWMddAmiWiNeJVQ2IcudT4YqT0pejt3sEIgEABuNOrN
YA4kkGp+5mhEgFn5jQOqh64y0DeFc5GAttmpZGMIOeOjJ2BcsfYmiBOTaPJkcqAGrJ2ej08P
xobG1EmJIzI7m2D3kNnbDQiGAUYShnssQSQ+J9UVLaiCC/KCG5fHzLd2pRJkBSeop3vjX1EK
ReQqdWiq8wHaobYsBXVRxHAkKZAcCNCKVCzPWHBDXWntOifurIxpaiiZ1t7kW+9/gUZSPK9y
hiQ2pQIBYj1Ik+8mhXEgM+nwobe70APi7ZeVThsv8p6QPNj60OWUSA1Og/Ch4jRgpF2e9dVQ
sHsmA5rl1nuknbiCRIUxKnvyd5S1pRNobdqsH1CBxIkKOfN/trE1cqOoa/BEAVPFGjUqg5dr
ApywLX1QYMTogexmXZQ0V2f3hEkOZVBUQS9OUEFj6kaMAKE2UsSCXIY9qOJIpqn7GBdAin9h
9Ke4kCMriiAjIEjqjGh/EiCAXoC7ocryBrp+JDCwqX0I9ScnUURDl9BxijFmAAMj4lHbNZtT
Rj5k9cxRjRCREiNSGRj1RtEM8svKokwx3t3mm7ZB+4iXAbU2QjHbjOJLZB2Q+oEDHciMJaOO
qEv/AFFt7ciQZgjsM5Dkj99bswAQ4yB9i5TWIsKqJl1NZRNgRVbuXVHboRdm6kA9zUlOAw0p
QoGwCIp76qNjwHD1It1dnag5LihF6J+FiVr2gGn4Vd3FrlOQ0QtoyoJHEGzP51kxlUgy4oR6
QD2/eReoOpRO2XMTVGUqltRookcRRlIxicZSGbcFSoForIU0ayIDBrsVFoExkccrVKABtccE
BF63HsRlM10XLXi9aqp92iJFCDQ9iGQ5jqEYk1FiiXYin+FAZEcQLfiR2i8RdgosQH0ipyfH
2aIGAInqRcrgDejoSINaAaepRlF6DpanwqJNjVgeVTO7DKRpGTtJAAFpUI7EYxJEoglr/eUc
gwa+nqknAsPZGQUvl84dzHUelMBz6A1C5jlKIr/WSjKRJma5XEfSt2OwCAQ7C58qh9b9YG24
HkAd8h3tzyLkmJewrqBHtQlgBKJcNREGxopw3JR+bsyjKEqDpK3iZXZuwMogl6XBqmi7C7VU
cZU1Bst0gMRtmvEKopoFKeYiYyYbffll/tx/215hcG4QIqHt7ViPbo4Tl4nSSBxc2B/MiOk8
ArEHRqInVNkSDdO78KKe7uGUt7ZIjI96XgQlGZhMFzAF6Jyx3DoT95ZO0pyoEcqynQ0flCgJ
k0NGpQIwJJ25DFkBNvlzrtzHUQO4rWtxTuH/ALQtsxkWgKwlWOXc+X4EBKLTJ/h5lgAwiPYm
FSdUHavsTSsi1yXAUebmiCFQtLtugMgZnUKOdhw1RMely0b/AAqLARJLMKMqm4ZhUI0ctRrF
RxiHNwgY1rzVQmxIFiBykf4ECAwj7qlAEcwOJPEFcsWozoyJxmQQ3YoszgMGsURKo1LswRxi
Q/UXshMHHxUyoO/ko7vU9Wf86jGYrEo/TbRqLEhw/fRjGsIWiA0fuqG7vQhtiR5mDSb/AKay
2hlIHT8yPy4tY5SJ08sUMzFjTBreZDcieZyZEPj8S3tHNS1LJnAYUIuylEBjTS6jEcpauq3Z
TdsGr7Fwbp7EMaEdR4rwjVMDocSbKLhwWNKFvUhEREa8obRS5vs0TCz1JYlMa+Yp3IHDQpmx
b+KFGJ1W7tzJBJFR4fCiGxMagi7LGQtXIBmKxLknpfimy7ACvl7csyeCO3uxkGlyPqFsg1Iy
DG6eBvr+lHsF1FjSEnnMsBblggCLigZMAxF3TmLRagT0VeZrqIYH+9AWbW6ca37UAHiwrqgY
lweCzFPEbIUaUqmR5nQFqsWqjhKlAx4qMQRLsKAldyyAqInR6KwIfXvISYEhy9eUIFgTKpNX
ZYtk+p0dCNDG8qV+FRL1HM91KfU7GNNEQ7xpexdMzmxNgyjt7cruOC/+RuENI3J5QI/6insf
SyiDFhGXaO8iZzG5N3yQ+YSB2F/wLIzESb0q3dUZ7m6TIFjGPb3/ABqG3AtGReQrnj41vRIL
GVWNwycNLAOPYO6jIUNyHchQxBrckst7aAfkd3yNkGDAUrdBg5F0BwuUXsLArAM54mw8KyBe
IDFv0rtjWThcpFKkdiL+5BgYi3BlxL0dAkPoVHYbEiPUdQjDeLEDlIrJkflE5QHCpj4/WpAg
xJrVwA3gispHKJiS9o5d7lRkYie7LVmER5FDlAAYU6Vti4qtbuFWpPYtvZqSJGRiel25JZIT
jUGgc9J8SANeJKcOWoAVoOC5gDog1HsAFZh2J8ftRkRfTgQgREyLVatAFMykBkaxHdWVCA4B
0DppNGTEZCl0SWuwI0QyNYlsjYrmvemiJ4Up3k4i0dPasSzx17PB6EDUUrGyyiayqx4LNhE2
KyDA62Zbcry+yixkQM6Bv2IbVgA2h/ChCAMyauzMUISJDhiBw9KEoiI0Pb95Njyks4LFkSBi
/efGnqmpGLkFuW/L5UJM0YikSQ6FxOnM/wClfUxmSJR3CD6fKsixDONE/wBoPBAgiwZ1uAgC
eOtrIwDhjYogtWgZRN+zVZF6hnsArl9NF1Cg6R1FkA0hx9qNGOpPFPKosC354oAm5vdcG1as
kIg3IX08RFiATIg3ARk+NLay9SB23EwGIJ6lHa2gIGkpl/vQUjEnGxkNH7vKoGRpIBhcyURj
jKpL1utotQxYPoiCWI7Cgw7CblQ3ISLmQiY2NQhEBi7F7MiHFHIvogAQxGnFEO78LqlruUH0
o8eAQMmL2NiFEVMWrSyyAOLkD/GmyIMgRTipA0iDV7lHGufF2ZRExkI/Yg5uXYINHhWXb4EW
5mF3WRL5aBOXxiHIJuVW0jc0+FTlKwBL6IEDIcOxNMuPC34UPlxrk1elEZ1P8HRnuESu87mX
kwRluRzFbXopzHKwMhJ7IkxrKripRyAawKGJtq5usXZ7gl1WpjFnB4eJB2iLyBv91CYEXHNO
YZ8f9PmX1Jp/myujCIIoDJ/0IMRVjihPHLyvwXNEkMKmmi3TYZGgDoSbIf2Igm9RenkVOnjZ
ULykaHj5U2WJd60v3lWTlqniypfjo6EnFdLkoEtxZVAbi+pUAQGMhTT1ZKQyiTtxxj8R6VIY
iTGsh2d2KBn0x/guXvEhnb41gJEtzEdnrUTbIMHriG8qjUbm4LivMG78lHcnEQxGIiCTGXpW
pagdNYmrKGLtEgmXBRuRQDs9ap7uxGNAT08fMiJC7jIUog9RZ01IkaoF3AFWpUImciIvQC6j
IPA2cVB9cEDOFACYzjSvpXO+RJBB6T5skQDapjxUgQBQCt4nx8iuzWQJYMwerMsnADAB9fPy
pgci5YNc+VOKSNq6eZc4DguG6gO9zIGXM9kxN7BXIiBQkaoAzAEfuoFsz4rBHEyYVkHANfAs
doiMzSgv580JyBNDU9Mh5USXAItY0VKHiyZiRqnPIBq35U8XI4EXJXzJsKaLGwANrkedfUuP
9Qsh/EojUGvsQp0lnPaiIRlub0mEIR83fktwSIM4kv6u8icnBuQEOanEpoycm57U5k+Va9To
kmtL0KBMQx1RaVXZhwQJodB3vuJ+on2fqQBYG5KeGjENWqO49SKuMapok66qgykXd7Jh1NQm
330YloiPMfNI92SJiXrY0VQ9dF2lHENxQ7wUAAHFe1F6gahNEvpKXYUC7MfepPTjE3TaaBqo
HvHRAlg3vHwRRLAmxIKq5NqXUpF+FbuoxIJmLgaoSypR69KfrfSjkjxqkemq5pO/U3AJtvlF
8jw8K5Y/zDcCw/7iIkTEhiKZB0QC5DtRg3qTk0FO1ARlUa3QBchi/b5VWLCz6FVkI7YLMs4l
9wgjAczepQO4wAHIAaSPiUzOJ5Yk7cne3LLJOTQiqMsqk0jomkCJC5FfwouT2DRcG1KDEDHu
u90/AGh4MvqGPfkFAEPJ6k6hEyDE17fhUHFHbt9U1kZB2AZqst+2OVCO1Y69lFEAZE1a6BBE
TGwF1maRf3rEUkS9QDRNEAB6z7FR2oSXdX+3X9aDRD2ccEA1LANdAxDEHmUZAuCaF+ZGIPM9
uKAizRs3FFwCfZRCMQ/EoZXTiwNF2pia3QBJc1p+hARcxs5ogBVjfRH7QUxNy5A4LLKhDEBu
VUqI66/CnNtCKyTzNBx/MmiXeoFkDIFxU6qcySGBIGpW5vyqzsCgwMSRUN+pHMuRZuDKhxFj
TRHGQAlQA0soRiampA1CHdqwA/EnNATweyu0ibChCtlPwoghhIP7CiZ0FwVygSezXDos2cKy
8XoisYyYE0Ds6iJkMSeY6/8ALwUtiIwjdhT4JqRJyNoniqyi9wL38CccsdTb8SyLexGQtKjk
O/kQJbK9dFieo66epfUABn3JVuUTNxoNAg1XZUoR71EnugAuKELeJsZmv6UOHAVbyIPRu92f
CnyAEg7AVQ5hIuWjEFx5t1GQEmAfOyjKciw7mvlXJA19gVIGPF04gaain3ljGpIq6GQYAh2F
Spb2ztiECwjA2YDqRkb6okEgu1UKmMTVgHCJZ/aFGQL8RbEd1YiLvTHVD5gwJNDIKcQDGUQC
+kj5ZIZSABLHsKqXc3Zg/kggxdwwClAUJsiCTJvcqxbHQdveWDMPF+pYzDwFATQV9CcEtoD+
5HEeohEueCxIfIVK3BIYiTyiQoxjzUL6us7ahx1FAE0NaUr5VgQ5fIC8viQzHMKgWMYomM3g
C7vWvhksHodDcoHRj/FZAYWqexGTWFNHXNlGQvE2+8hIu0uUFiQ6jOFBGjy18Sj86TAk4iNw
/iWYqQWL1aXjUIwi8rz3HoX7qcFocR+ZAlgWLUuEKct4iVlGAHNKwcMgTtSDB9GLI0F3L3JW
QFGLl+A6V9RjfMv70cubRkJRII1fRYiTSJuquY6utyRB+ZJ8ZHpEvDigd2co7tcg3I3lW2Y7
wEh4Ys4QBk/LzEDTxJxuGRD0A6l//wBAMoG6z+m3BGBL814xQIqCbAfiTk3TuSQf4fCv6ur9
p7PVJNMmTA48BJNGvHi6xLlhbig8qJhLJ7hR+oxM4E9JZjj4186f0scgzSD0byRQhL6d4g6g
/eWI2j8sBjS3pT/JkYu73QM4SEYFg9a+FR3yMcqtIi3dReXNoyIEmmNCiAWe5FSg1QLvqgKA
OWBTtQg80uI7kVEgM94oCL1uUYg1jpxVKTIIB8KbcYuKEBndCUrAFPEMBc6DzRTgsz1sU4NQ
HJIDhGURnIN2of7gZnuPEuahFSgADLLSqlKJcm8dB95Cl7IPRjVukoYk3IiXy/AouHYkEWXy
oUIpN+386tiASzAPVYsCQXkWp5UCSANTX8MVm4yFSb+VHMAGJBaVz50GOUgGoOK+XHGQIJJm
MRT/APIpS+WDtmJ5LxEZDxda3yHfMhvcqAAcLqJjQn7GRDORaQ4hRiZEEXdR5YkAOSRzOs5A
1cmtEIvIOHcyRzyFKcykQDEwoC93UTAUqDEH9y53nCRdjJCEZfL3CaEnlxWO3uHPSODRl/3V
lIMAWL8SiTJ46IgORqBRwtvC24MhHwj/AJillEirA8VkCK0ItFSaw0FwsCOY3lZltgMcYgAC
l/Isu8CaWJ86JZz/AHqRLMRUDRY2cu9mQMwCdOwN1IxEaxFtCnMxGTA6ojq4mzosBEH3iyhG
smcEOnmQ4FAKoVAiatGyDARrTiyOVD3W4FVev9yMTSNRXV0IRABAvqD5kI5DEdQTEOfCSjq2
hDs6YnKQarWCcxcvY+1ScYECgQjNydBx8SlKJcaf4V2G7W+4gxxAtoGRGIxFX8fwokiMRpop
bW0aRLmRNR5lEyPKNTZYjpahLs/eU5B4mNW0bxedOdbBtEw5Im7ngiZ1ia5Cp/Eo4nTmJrH0
YJy8Tof2ZKcWDGJ5gSS7d5b4LgZkH7FMghiA0RZwgRy1ZndRg5BGgtJz3kIRYygHk1B50ZWh
rqVSoOn7k1nFeFF2GxKGOtaoCIcO/MgSQJWA/YpfPacIuWFCYp9swnERBEpRynt+CGC3MiGM
jliP5eX/AE08dUcQO1ytqA3Hwh8wjRCMy5laQFfNCSHyZ4lqhqURhIFw4DfmUcXEX5lEd2gD
jsQLADXsRa4s9kTcRu5qSgKmLswufVJO7gnGI7URIOYuCLO/eQO8MgAeFPEmiOsEN2FGANrC
6jziMiDpQkIGTcoY4hpfEhIaxdmcxQegtHyqV8ia+5S3AKC57PLFVuSaPUeZHBmiHkTxQjJy
QQSxofFKayJJc9WrHmRjKLkPQjT1IFm4NqjIu7cwsfKozMgYAsZPX7yEoYylxPS3oRxGDihd
28eMEacoLy4ugMhrQVPpRIBkdMmAiB6UROWWNX0aXmUWBEp08sg2UZ5+dGRJl7Aoxg4EePH0
rmDC5Ap971oARqYkhq0QM6kcS9lpHA++qjIWpkB+lbYeUnLk8PD8vcUwDQ3D6r6gseskDtRL
s3UFlaLhnuhIDm7KhTxOMi9Br4kYgOL9p9aOJZqGKxjwZY3qrUtrVRyLRP8AFOzxJZu3yIAh
waVCIykYG23YR9OKltRYvzGpLZKpIOjBVo13Ut2R5ztMGNweVATAE4RYEDX4UdvbLZRNDzOU
JSDkl9xuot3Y5dCiYxNXDcEBIOwauvhUhI0rU3c91SIAwAZzcfvWEwY5Vch3I72SrRqxpyl1
ykSd3PAnvIxd391ERSWNga/iTDKzBQBBYsHFHZRAcxId+A8iAkCCz0H3c0wGJLEF9PQm1uiQ
3ZI9UfLBECgFXJ5vV50RQSD1q8o+DlXSIxIDvQnH/TRAYv8A1wyTUyNQD0qLhqOdYmJ7qakD
cxl0t3Y7abmMjU1v8KlExZw5OkSO6iImURR+DIDIwILvXpPi/wCWjDLKMgzh2fx8yLCR0Yj7
6y2ogNZ6inq61iSR7mFUYRqxrcyy8XoVCQxbG1PFgsZOBEd28j500WxNAuSRMwCHduWXegiR
IlqwJox8SespmpP5llEkNT2+qSGUgwoCBqUNsACcRJyKSkT/ALnoX1AoCZcuqoKSD4mnxTUP
lxLggtp5k4iJcZNUfCrAu7H9qmHaUZMx4hNOYz1BLOg042e4/EmziwPGiOU6DTwlNIymBYNf
4lEmJc2JsoiG7EzIHLUB/CpZXIIop70YmUYxrImpbwxWMwQdKNdRiATVmGrogBhEACJqQgGo
S1eJQAjZwTH8yO1tRkN0PGvS/nxUvpt2WUa0Onm200jkBU0rIJmJJ7g6kIbW0ADQEjU/7iH8
sZP3ulTycS0iKQxX8vIx6S1YqI3NsyypkRT8CJltkOHBbgj8x3NiKMsYnJrakBRFxG4PFDMM
D0kcVMiPKDjt3072S0BeroCIDksS/wCSK6QZxYEnVZd4m1wsC8duIctxWMZybST2KGUwwNC1
EY7tQHAk3KfMnIjOOhpnE/EiQJRBAaTASj91HCQD1rY+vyJgc+wmo/8A8kIynXQVk3pWJrK+
VgUX3CBezc3jTDGUeMnyfvYz8CEturOCJdLqMZjHclSRdh/1EAREiNMxX8fnRGROJo1ys5cr
mjXZCYiAKmPdoPHJVJc2lx+BMW1q7FHFgD4rI4EEQ6iaGvk/20Q8DfnC+oABBzcN282aMtxi
RTIoSgeYECIvGS3SJc5/gyEnLCz1YFGMqgk6dVU27tualyQOXyxUvk7JkQGcsW8+CcbRIIcl
h1eZE70I5PUAdzzIzjsOwq4DeRCJ24EDVqobsNmMNwDT9iHMYkUaiD80ZGpGjeJfOm9sWFEZ
QmRtR6Sep0czlOND7FHA8kq+xZEmVCL1Ui4cuZNf4kJTAiSGDBnRlYDX9qZhxllU186DtXsZ
BmZ78E0nNGjxf0owYvImRjcRPikgRKpd46OEKgubBtUXgDEgA0GikRyi1KHErksKe1SBrGNQ
f+JTFm7oH4uVERLkmhlZvKpBqxupkhyQK3xXKx3CGlEOG9PrTcAwiboHcDRdiRYLnLmTiJFU
BiCBTlOiJAMZUDSZgyEQcoyrWywIJpw6WRl8vmesnYt8KaETKcrB+nzLAZQPdJt8SxkQZBrS
evoRz5zrTXwRWIAEo1l2nz5LIlmFafD300gDtswbmyHw9CG5lGIflbQ+lOZAyNr/AIEHD8Sd
B4VmKRJuLrKTESqG4IAjE8RXJSBIAIpR2H70WEq0JZtP9tfUXyEj/wASkZAG3munEm7DZu4p
7WTE3atFFpNuSjkAQjKW0HBLEV/Ks+I6bN4k5JZgCyINga1uizEUpoUYylcuwDuUcumxavwo
SNQQ0TohUEcRcHzoVDjT9SYUNFjGxP2IbIIGZIf3dals7rAHpIPV5Mk+2eU0fRNEv4u31IaM
AAOCa9By2snOJkalCJDkB4yHH0p3eZqQRx7yixOVKdqqCdwEibmkvV6EHHNCTmXYfD41IioJ
sz1QEqAYuPCjEGrGiAPIwYOaI4kGUqPdk4DgCpHFEPUCoAWQfE9alGJ0II1WYlWz8DFOGE5V
JJbKKwrIksz3R28WjSnD0qMRJsTchvvLEyqdRV0JmkY0iXydORkT09ijEFnNQzxBQJAydzIW
KyMcg9uA8yGBHKAxFKonvi50IQnu0lLgHk/nyQlGRnA2o1B41k8g3S9CUYwiXLGvUETUgGnY
QnIyb7Iusi4HdF4k+FGJAc6CrJmdnZwyeBcC8rV9CZw4EmpzVHWvqAKDKhFapjLtftQgecEM
D2rcjGsqa2WMiZgdlkIxkYuHIFCEwj7S9ZHxIuOUGp1RkUMeWL6WBUhOrWIsg5JfpNqoGQyE
qelDciA8bgGtE8aAae1PKNAztdFhrfUKAO3zQeXqfvqLlpRvHSqkJ80a0Fg6O5tVIpjb8Syn
IRYCRJsyB2zlE3lqiAHIB9qBNZWNGqgIyA1lEh1UCJift+JSiQDq4qnlIEF6SPHpUoEnKPcP
afEtzcNox/rzrc25xMpHpY2HrkogbZjEPkSaFZR3BAtiB/8A2QUYmUBwI/xoGBiwPMVzEyys
yEYhibtotyDgNJ4eIusZPAxFzbzKRYA91ziW8ilDqLu7Ur5k0HDVp2IYzkR7HxUowlmI9Uaj
4ooxiCJkWMf1pt8RhuyNK5UHdUQA0Pa4qqEiNj7u6nBx1a6cOKuQVjAmhN71VTejjvH0I9UW
716juoiFTaUjQfCnicuIIs/mT1Ak6Y8p8OiMhQ6kWReRAN9UJRDg9LihWQDeU8VvuQBmSX1D
IgClwG4+pSJ4BiogSwhPEvxJ6luEhoE0fs9KB6WAFQ6BLNI00ICDtJg96t4kTKwp7k0gw0fU
KvLiHD9qaRGIse1BzkQLOnJxBoXtXyIGFpFuz1qIZ8gQXRyZmd3uiD1WidQjuAGUI/6kdPUs
d4OR3wi0JSNKUEfIhtRi2VGtihCFwGMhx76Ase1DTsN05ID07SmYMGJ1b1qRIYNSwaQQaTEu
Qe8CjIvKYu9SyjtxYyZ5Bi/lQlHvdT6KMZSMY2JJKJkaA9YsWRkTkI0qWoozyeUrRNm7+KZ2
7PEhECoDhbe7EmB1FwUBuEubsHxQltGO5ieOJ+5PrRbbLjQ2dYEEyBupQ4dRN3PhUpAuTUE0
RLZNZqshIBzwOjoCMbVqWD/EuWJeoIP4pICQfuyD2CLzDAlwpR2ubQlmonoW0JqEMgXGtkxL
gVdmRYkt1MqagsCnkce1iR8SYVmWIOjIgChIDBtO8v5haOWNEJyDAuAbk+ZfUMxxmT9vqRkT
UacEIyIrQ6IZb0dsxYguAOX/AHIoASzJckxL+qSscTGktck4kZFq0soy97IVp/ElACr1ro3c
RNdcTr9xCg+3m+6nPNHQ2snjSR5h+bJYHU1JHFDbBqHfRgpPQAYsqECI4qQmA0+6VOUT8olw
QLFvEspycRuQMfhkoiIGP9iGIc3ZkdyRIfs08qaQaRD0/XNRO4SeLWiO50qUJVNgBfFNXINi
B2LmABFBPzelH5kiABzSFluGBvCj0oPCr1NaX80+ZdTyNhqixoLA8UDKTGxGjd5RnHeYkMAa
iijHdmMYuSQDKJ8KcMMrVt6FIRrR4k2zCMMjDdBZ7xbwy8iw3KTFIyBIt/tzUQd2RiDWMudv
DJfz9uMwD1QGEpNzZLGEZHckObQeXHcTiTsWD6KOcTjUMA0lGTuTcEVUiWr7/i9aBnLIRqwI
MsfMpSgYwBq15fEhIkGVQSUxYDUogyAIqDr6Ip6Tctwr6UTAszCQ0VHeWvFczDVyUWLvoERd
xQUof1oynEuKF+UuVGYYuekkEDw5oRyDgEe5fVsafM/sV27AW/Ci75Gz1qnkCBqBx8ygYgbs
emQB6kJbbxiRyj2dSHdLOW7VSrFie1RzD9qEyAxvFZlxjY+1RztYFHEg4aFAuZmhc8ExAABq
NE8uUjhwRMbam8isTGlq9qzJfHQ6Mi7MbsOVS70Hdj2Jwxr7g6JoH40oiXdnvwUqUNKl6eRY
loVcVoGTnlauQQJlyBzkLgN1KM9siUT0nVvMjAFsg/vWIYcuov5EIgUekZhxIeBGUwRI0cDI
f8CyMbFnjRijgBmOkW/40IiEoM5bhLvyggYSIiNNPVuKM9xtouOZmjJun+UpTk04kVMTy18K
cGBjEWPLIfvTMJRBcE/pROzPEg8ouAe/FAu4AZx+dHADPU96vfkiDiYtrV/jUt4Uk4aI5q/n
QMY4QrmQWJPm76eReRvIMxCsTqzcqJmwewviuVvYLoSZmofejIAxa8iaN3Vfm8KIIcAO9iss
rf2oRgDOY99E4hK38VjKDMHefS/wrLHI2kwJHxLGZLyJYRNv+2hznMgkg+zlit3cHLKRJJ0K
ltjQtl2hN4TUiqpuCWUgDEaDvcy+ZEnJ3iHdgVAEDEPz6usSTThZGIBLmnYqXs3BEScmwPBC
I6AOZghjEGIarVBXSAQWq/MpRIw/gsTE0oCKKwk+pNU4q3A0BRJiWtldlJiGenEuqyOB0lxU
jGrWBsriJLUFK+FAHSyYxFHEgCylMlhEOwOnpUsyQQMoaiSHzdDQj9akJkESJDdg8sVQtHpi
SLKsWIAsGqO8jHchnG1QjPZkY3AJGSaWMy1BF+lSECRlU3ZWyArU5fEjGRBmeYxYUP8A1F80
SMeLakqkgIjWTkD0I4E1DT4EKIiZN2aAIR6ZQpiauVQgB7ngUYg4AF/LVMKtRtHVPZIWZH5l
pWyoR8SM9qZDhgHVYkSjRiiSTYv3vMhkASbEUUZMwFiOCcnm4eFZQJqHJFX86oCZXxlqB3lm
wJD5AWZBwZGVh3QidqB23DSMQGx8KMAKgUAGj+L/AFFLNpB3MWr6liAcZGuXE9SkIAAF66lv
Oqh2DAj2d9Tie9IqcpBpTpkC+vX61lmSchEPTl/6aBMIu5YNYeWCIi0hKoOrqEiHjIVbREO4
jWl2QYmJuNUQQzPU6+b5aGIyFq3RhMM7vL2d1D5QOJt+nmR7CxiiaAkm1iPHPJElzJ3cjh5E
7APp0pmr4UYlw/vqhKpIDEyH5ETi51ft/wBTFGbsDcsw+FAxiMnd2QjNxqX7UCDzOPYUSSBJ
iDfJETBlAtV3VAJAPd//AE1lChtjeh7ijkBEeJ6urudCVnGRfvE/4kdSeClJ3nI8pj3T51HP
qtKTYv6kBFhj2dLd3zrKO2CMnMhQy8i+XHKnUCWNe4hAkEvyjghB3dyo4kmW22MY0gfIsZBx
IBogMQfOozAkBGogXZER23D3ZkDLKMyS56g/lXJJpTrEnh6US7jvi7/8xDF2FHAdHIjIGpNQ
fSpVaEqHGn3k+4MxI0HBAwDM4Jb8qiZwyL9RXJtiIlfgp4AMG93eRG28X0JrLx/cQc5Ah6U+
+gHYA0K5i8CbiklIBsjT2hZ7W5I0IbwjyqEN3bMjYdwEd2SlEnlFYj8ykxfnNdLoQyd/cHKZ
hIx6hogaY6B9EYljAilKuoNQRFW4I2rYsz+VMQ1RzcFlk9fcyNmFHA/Uier9IKBYjWhp60QR
k4rK5XMRWmWqJ0Hb4SiJmhPKTp8aMZSEpSPX2eGCMgaGgFh6lIykfC/aFF9LEHj40MWmbueY
Ic0jH+z4U4nEnQ6p2aQoJRNE8uYsMa1WJ5Qa+xYwDgyyysogh5B2kOzxoNU6+zzRRJPKLDVc
rvI9V/uZIvF+PapSBd7HwlMIvhYNr50X1Y00dRq+PCwHpQwAL15rf9uSBy5zwsD4ZphMZh2g
XF0xfEXHaiQTGcqkPZlyua1BTSDB2JNVJ4iJIByjdvgXzNkgwsXNWU4meUHYw8IHUgYPtyII
rqiN01sOz0qvRwtZPF37a2QykCbVsuyNmQrkTQRa3lUgMTrIyKGUSRJg/dRMYmYBbI0DfvQJ
mMo14knuo5mOLVJsjQmNgba+JNmflirC7+XFAzqHcPWSiYyaLh4luk9WMkSKAzPL705FHvpR
BwxNX7U8mEAtxpNAVIZyXTQLSer8O8sTFzroE9I9vsUnDgVeNUMXiNXogND1AVVTyavRAQDn
i9UZzN+kauqRAegPs8aDnIMSJcD8SlBzExLOykMiZhy+lupfL23Y9UgMg/pkrmUaF+30rNy0
qt0hRaRFzQX8kFLMCIHZzOsatr2nyKI2zanD7+SZwC5FFHFwRx1ZAgsCaCRehTiRED1Uo7p+
qb0JH6UduMQAO9YXUvlkSDOx5aKRDwgagaojUX4ojcNYhhpf0/5ieLE1YWPlUc3i9C9SP+ms
QKip4r5gejkSNPzIlshdj0hCU9vGdjKNm/6ShHbONTkX5iPSnDy23a7H4lKMbz6jK4HdwVJt
Igxxo33UDJnb2KzgSoA+vmXNFh2HJNEkk8UBcxpwWUQ4arhkOU0oRYFAQ5nNBPs7sERP6caa
95NCWHigUYyrx9oVHOR5Q4ujGTRxq7uAmJBGnBAQAxgOnUjvJ4RxDMyAL0ta6JPKMi1HqiZc
xGlqLGLD22UomsmsP0SWEA4Ir7QpAESaL0oPhTGnD2IiJHa5rVEQoRZjykIA1Fix/N5FUsNW
P6kWORoR2AJyLVZGZ5iTRg4AKBiLv/HuoWjxYHXypwZOwjPLVRjUgGzVRi3I7tZGQj2ANx9S
BjQMAQ3BSMYggXJ0fwoSNA7i5+FYg8smpa6uKFuLLmYASo1viTRLiQvb8KjEUkL/AOFOC4Gh
oVlKNg7OjR4k1AsmEg9eYunJrQE6AeGMkCS+25c606UcpMRUHqyWJAkQGDfngovFyTQ+zyKN
ibgcQPEmjF5aNZkHi0pWA4+ZYuHPuDhNCBcByW0QwkMaOJVk572CHzY5UFRy0HlQjMYRJJeV
/FzqPeD0qI/40MqnU3WUSBPQWCaTO/sQkKhrhAEPx4IucToPYtCw9iI3AJxkXccB0pyJAV9g
UWlnEGglZ/zrHcBgTx6aedZE8veiP1KJqQONvw9CkwNekCzepGJcCVhcpjfRgL+ZEkkkyPsU
gxA9mqYB6jmLgo7cAG/8/AgbgXp93mXKcpWch3dNUglw1UAD0mmlViSCDZq/CgQKyLVDIzZ3
5SDaqfFmuTwRLCRkdP2IOLcdFkBVqkWp6k9AeAq3myUjI9RdzqhIMYijpiQTLTgU02PEAoZU
ixLe3pyTWjd9C6liOouSaKlWGlgyyEiATzOOZMC/BlExAoSBHSikZAxq7+zpxTxFWudUcqRA
oia4tQB2dB2kBw0ksXcAvItRE5ZAcLfcWLVap0/7ajFqAOZH9aEhE5lwwLRH718yQ5iKRNS4
UYxLONdfiUubEn+H/cUYxBYsSRUBGWZkZU9nq8ealLgL2/8ATQkJkMKQIJ/7vzJoFnDBtLIZ
RIjaR1HrQEaDUmkvTFASGUYliQyMWefe9iEuDRYaIRNJklyhExeAuRU1QLEteIqy6CBcBq+p
VDxNbM6chgdL0Uo5Eg0EWosYbhlEgBiOpvAoxi4keaQJAaI60YjliS8JDRFiCRp2eVGdzenA
KRFWkX4I4xd6kI0A0RjEBiGGiAEWF/aniWk7jsTsxGhufSpGhiOqjfdRJbHSOqeXVoEXqDYf
1767OCcByQ/C6JiKjheiyF29qcuA38UABXtQMZM1WQJAD1KpISIFh7VIyqYmoH4JRUZzYSFh
eqcUu5FS6BiHxLlzjRF3d6Y6BGmRNARQKDgSgHLhOwY9L/8A40JTIAb3rI7kWLAOdU05Uia8
AUQ4ActJk4kZVsJPRA5Uk1r/ABrDcjzA3dvQos+JBoKn8KOJbsZTmHOIZyNFlAcp1P6/AiIh
4mhMR+DBDdNdvRqkoMMR4R+5HIiOpLcU0S8aioow6VjFi5ZiS49CMXx1JJYfhXKWwPVEvmPH
l5EYTjk9ajq/7iMYnCXCRrRW5j1EdKEnOApVMSXn0tx9KGLiYNTfJGRDAmsuPwoYtIyqT3Yo
YkSAFBdvFNRwvq9pAlGJYCBqGyxHrQ23BjUuaiiGQDi3tQJD50PYVKPeDx/gjHE5Em3DxIxE
RWjogh6J6ZWYJ2NqHgiZhpNSjJu41AnZw4ABoUNACz6ugCSI+LVUiaalsWQEQRlqUYSLPUE6
FMLipoiTWRDh9Qgxug4Ie5ZGR4sD7O9NEDp7byWRoBRh1OhARIJDgi5WYYEH3MomPNF646A+
dZ0BuxCdyCS7aspAOQbOLoSicYnpRMp5SAZr3QuSwBcftQiIljUEWQkdyhvxB+JZTm+pA73w
omEQJGjjgmNAbUYpwKitnkqUyPUbDJUDkF3ejKxepYa+pEkCBa3angciaM/HwoSyYRsBQP40
CSZSPeHb5VExD5CmoHqiiM6SDUGJ9MU5JjowZ3QwLAPiH8XUsBJzEXFB8PcmsS4nYI7m2XEX
bQgIEbhjiNdQsN7myOV9PQnhMAyHKaD4cE4J5iQ/sQi4JJBeWiEgREA83D1xUcJCUJEx7ZIg
csiGHGqA3BkY1LfqQMYs9WalfKjGAEcSSDxQk9bDg/iUnLuHHtRn2t2smiGepRemlUSKUrwR
pW7cCsqni+jpwQWF5cCixcmrlZDXpPahK8Iio1dM9R1OmodX/ao5inE0Z0CDYlgP3Kkma5/T
FAWPaXqgSeZ2Mf2o3xAeQJZ1ykSOoNGRnkAAWA4+Ncks2GvaspQ94ohIyy2yKiIxAKIJLOLn
h0IRtK+YdisgeR2IHVXpRjuxqGGQ0dCUxy1xfvetBogC78CiSz6CNL95NiTIG4DhYiJJOhqX
T4AhyG7fMspRkANGUsY5EmkjQppCkqkA/mimNMQzHt6eZEdwMJy7svMhiHzLOeEf9RRjTEFu
Bk/miowlD+W4BYOyaDgOcZa+HmQq4FG7odEmLu2J7QmmASS4kBl/XBWAejtfJFyDiOW1Ph7i
xmWMjQ8PiUokvGtbv4lKzOSR3mQIOnKTb8SONJjvBRJ/nQhUifDxLFxGehPQ3V3kIxOT1pWK
jP7WqxRYCUIgc0qn4FlEVNGBFvQvmG9iBoE7NxOiN4xIBZdViQ7URBqxdE2Grn8iaQoahACV
OF0WNdaI8AOZZSLRI/rirhxqdVIBsSLRTRkBIix6QjZ2LkVj6lGMZvIViyZ3ZiT+ZZE/zDRh
WpRM5G7OLJ7VJc6RQlAg1IFfyrLJzEMzUZEiQyN6H/7iIZ4WBNY1TEEnu+5OYtECvb5Vz03H
40Y+JO5INSI6P3k0WMddR/gTgCNKu9SogHlbm1qjEksKgGx+JEw10H5ExEQfvJsAwFe1AgYg
G96LHFgTSiMRQAVF2T7lJd0niqDq1F2WcCaOZMeCjFzz1Dd6Xh+BAEMdoUJoVjIGnMCRxTEZ
XBBuPDuKUagSAJBFWl3oRQuDG/8AwKRhI/y2IAvXvpoGRhI8z0L+lYmWMRUSaqAkBMd40cnu
cqBJeJLM4P8A7aJ24MAWY2RcShOgk5uvlEGRGmiMTEgHhzFMJHM3q9B0/MXWBUAE6jzrCXXG
gx17qz2o5t1QB6kfm7RlGVWPLTx5oR3AdvbN5RGTBE7e7kHoSa+ZHGzvEE6oTDScVGoKZuV3
xCIepkansQocqkG8So6ye/YibRv7AhK7hwXYKURK1T7fKnhN3sD2KVQCKmqEsm0kdPSjLbIE
5UMiHTzkMBUtTL1Rinj/AJYsfaiQHEK5XaSJIreXAk+lCLCoBBq6BkOUdUv8C/lQIMrUct3l
BgzHmjJ2IREnAIJAjyRYo1aGkI91ggBd6F7OjnJpCoq4KBIEjjx4+lScGjO3D1J40OsQ4p4l
EECprHh5kBHmFWCjQNYEG/iyQcjjXgg0XHGyaMco2keHpkoxESHoZHVCvYeDrnDSusWeOh0H
30IxqSWPZFMeNADwQkXOJcG11LctmwrU+nKSzliBE07T4FLAu/UQLDv/AC1lGgiKA9nnUuUM
aE5OfuxUmmY5AksGyj3dtfy9yRk1R0cwQMq0ox/GokkMR06hZRcRJxfh/wDkVnwZtLeRGUi9
XNXdZOX0BNY/dRx3eYB7N+JHIYzizsGE8umWXcTgvHUagqJFQbM+ickgkaXUtudS1HjqmlEj
cFART/jR3iXhGkIg4h1hDkJ1lWIUdqTQA751/Yq9NxWw9SIYuSWZZdQHT2FRDsJCusgUYbby
29MqE+RYZSMY+5h5VFpScaPT4kA5xOjtrzYoblMDYasgdwODoeKEowAi+J4j0QQjtxMgzMWD
BNECUnxqaP19KeYYagXRBA3InpJDN5I4qM8QQAMhYKYZhuHEiVfSjFgTSRJ07vy01JRNm7rL
5k7GmINm6FyRwmSHcn7qDUALHSqsRU4l3WIiBrkHB++sgHLsRULMvAy5aHs8yFCCdau6iIAu
Gd/zZJ8Xanu8c1Z2DvIqREgIg6aeXmTW7ZW+FCLu1R2IhqW9/eRJJkeBqhcHUN+FTJgeRgCS
cfRgniCeKO04nEij6eTJZFxtAFoR70x3cUAI/LxqJRDfCmjOVes2LHwoyJJAcVq0e9yrlYMX
MgDUd3JScSyFi1DLwoPGQBLHEVfxcy5TlEHpIaTeZGMImGsvYFEROTlqCr92MkZTxJjeIeXw
xUTEMH1pAAozAMQCQCA+RHrXzMQIvc3kfQonv1cgH7mCZjEyFQbcoQsWqwcVPn6ETEkX5au5
UjMkk8uADP51k/MByxAqZDup5Amd8a3RkSY9pq79xDccF4kiES5A7n41uzmC0RMwkQMuUZYr
/9k=</binary>
 <binary id="i_071.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RWvRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAJwIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTI6NTcAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA8AEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAlFAAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABuAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9PIBf4jlSa0dtDypp0lMS0EQfioPEcAz+CIql3V+l03ehbmY9dxaHip9rGvLTrv2
Odu2pKZbAD9I+aYtH0SdfmpvyKq4c9wa0wA6fbr9H3/Qb/nJ3mZBb95SUiYwDTdJ7mVBxcCR
oNPpe6EVhr3GR4cFDdYHksZqe0THP/fUlMH1OcASeR4lMynaTtJk9yT9yg71dW7od56f5qFu
ymH6W6OZISUmeCHQH8nWCZUxujUkjgGSgg3Fw7yddAYRAywtJ111AmISUkLJAMnQa8oQYYLf
HvJUqK7Gu3Oc7XtPHltRNJjWO57/AJElP//Q9VTa9k6rZ2V9mo3iC9xDWAua3U991pa32/SS
U8h/jX6/f03oDMTDtNV2fb6NlrJltbW+ra0Ob9Cyyamf8U+xeYda6u7Kyrrrdu3KrqLaZ3Nr
a1jaWsbr/Ofov0i636ziv6x9OzH1W10it5zmWXuFex9b/wBlW4d5O9u97a9+9ns9b0fU/RWs
VHpfVemH6vux6acTp56e0ue/JYLr7nuO11g9SiutmVss/Q+7qLP+6vsSU5X1e+tXXcK3AbXk
PZi12eiari52O6mw+/fX/o6ff9H6DP3PTXf/AFX+sGHR1+7olVzrOmZIdd071j7qXtM2Ytbj
u/VLa3erje79D/M/nryt92X9ty3sscDc00vO4uLhd7nt3H3WN9Ld6j13f1TZ0NmTZm51Yszc
msPxK3+8VYtbm1ttq9Qfz2Ra52X/AN16WM9FJT6cGAv0EePiqOQXU549MgjJYXva50AGvbX6
jT+Zu31sU+kZr8ujbexzbG+5hfy+s/zdp/ds/fYrd2Nj2gGxgeQHAAzw4bX6fyklNaxrgNpk
OEobG751kj8oRji7WMDbHwzSTqSOzXz9JRFVjbC9oBafpCNUlL1BwI0iPFELSPIHwMyn1kAi
Pindt+HhqkpHWIdxIHJjVPuJMwQB+I+5OxocdNInRINdqe3AKSn/0fU3vYxu57g1o5JMDXRc
n9dOrOw2UX48m4OLG6ABoIDnl/qNc9m7/gmf20P/ABm/WLJ6N0imrBdszs17m0vH0mta39NY
z+V+lZX/ANdWZnbcj6v9LxMZ7uoZLm1VVW1brT9olnrV52xzm1U24/r2t3tZ/R/51JTxHW7r
gftN+lVtjrWCsEfzjmfa6Id9Nvq+nfs/4X/glTfjstpGXXf9ppj3Nu9ltbhPuZY36e3+X++v
U/rP9WOk431Ns6fa4tsD22U3D6X2gAhvtP0qW1epvr/0G/8Awi8qzsO3GAZ/OVEN3ilxhrtN
22q1ps3a/wA1+Ykpu9L6dflW022+nj4pbAopEFwkVu+0udu91z2/pv0j7H/zX0Fp9Arvb17I
2lotbVXXXv1raHONlm+R6ba9zfV/4tZNPU8ANNDacxxJLth2Mkn3OLvcNm95/MWp0a67LNmN
ViGn1Wk1sDg8loDWW1vs9v0m/ov32MSU950r7Tk59GXRkV/ZcR+xkh5utbYB61mQ9xaz9J/O
UN97K11xaCvPPqnm5+b9pYyyuzp9Z2MexrmMDidu3p/td+rUMZ6e++19uRb6ly77FtdbQ1zj
ucJa4xyW+3d/aSUyIkkHjsma1o+XdE2z8FAtgdklNPPyciosZTS14dA3Pc4D/Mra9ztv8t9a
qdPx3Y9tl+Ta+518yC79GwSXbaK/zVcNdvqO9xcw66DSR/VSFT3iNNvgQQkpJU32nbq0/RI/
1+kibHSROvw0P9n95RpoYw/o7Jj6QBklHJcCABMzLtNPkkp//9L0L6wfV7pv1gwHYPUWFzJ3
V2MMWVv/ANLS/Xa7/oLC+q3RMfpX1i6ji12G9mHVQzFNm02Vtexr7t7mNr92Q/8A8DrXXn8F
znSiT9deujSPQw401jbZ+ckpof4x3l1GDjh202utcHcxsY3/AL7YvPcOtmRZaLGtdW6+0+4A
yXmWe0/R2+xeif4wvVrHTcllb7GV2Wte5jXPDS9g2b21h3t/RrghX+vX+mJY+9rg5ms7mV7m
j+S5JTQ6jRQ9jP0bWP8AXpB2j80na5u5v5q1sTPZW0USGlpAAOhhw9Pa1yzeo0ktrIGoIENO
4naS9j9Pc5V6hXUw3ZWQ2hke0HVxM+2Ge130vp+mkp7v6n9QvGLdRafVprvNFDgwVgenWwvo
b6H0/S3V10/omenV/OrtOkZDLBZU0k7IcRBhodI2hx+n7mf6/o1wvSc/ovRvq43P6i84VGa4
WYrS/wBS++uttdXrspYGtZbk2N9W7Z9Cp9Hq2LdPX2dO6VVm9Rrs6bVcT6WO8g3FsTS/I2HZ
TY9mxz6PU/Qep6P88kp64mAfxQnl7pAhrf3iuSxfrHiZGQ6gszcQRuGXZVYykN/0lj7NvoVb
voW3sYtpvVfQIpzHBzy6KngfS/r/AJjXfy0lNrba5wInXknQFS9Ake55I8OyjVl12E7vafP/
AG/QVjYJmUlI/srnHSzYz9xgAP8An/SRBiVNrdWC6H8u3Hdp/KTlm788j4GFP2xEn46pKf/T
9Ulc704N/wCe3Vy3l2NjbviNy6LRYPTwf+d3VTtgfZ8eXefvSU6vUWF/T8pjQXudTY0MHJJa
72tXAdW6PlfZGdUysV7Laa2G09PsbY0gN2uvtxMir6dTP559N3vXpGhEHUFcXh9Bx/sbasAt
bjGxz6qiLHt2l3up215FHq47PzGZO/Ykpxfqn0/A631h7WOdfiY9DLbXvaWPFj3fosd+jGeo
2vfa70v5v1P0dq80FLcrqIpdbLbbvS9Ukv2gu2NdP9Ve6fVDCxsQZwxqwxnrOFTgNrSzc76H
us9nqep7t68n+tPS8Po31tzsLDn7NW5rq2EE7TYxtrqv5fpvs2MSU97l9Gwa29H6/ksa/p3R
MSxoqcS4+qHsZ0/bX/ht1rv5Hv8ASU/rB0/9o9V6R1Su9hxcWu/ID7g41+qwMsw3EMm5tdzr
ftF1n+Dro/waj/jGfl4/1Wxem1Daci6iuzXUitj8i1tn5rP0zKvoPs3rO+qXW7cjEH1cybbc
PqtDSzp+SWy4Nra6yux7Hex1VVf6Kyl308XYkpt/WLEb1Lpf2LI6tkPsfR6uVZVjvNT/AEw9
1N29rWY2Ljs9K/1PtGR691ddStdTz31dHLWmGjAxvTsrbDzbaaGY/pMcPT9T09/sYq/VMLru
YGYXU/SqwrDU7qWQGmrHbVU45NzsbI+0b8mzJr/Vfs32X0/8N+jQqeoZPWuqvyHQzAZft6fj
Ag2OJLf12+ob/wBHTQP1X/Qeokp6M2+iah6m14DQ2IJfpr7dvu/lrVw+pY2RkWY4IbdU1jnM
Mg7XjdW6HfvbXLnzm0Oyn0Vt9S9si553emzs2q0s/wAK78yuv/oJ+jteOuUMczYGi659j4Dr
C9rKx6bPzcaqP0SSnrh49ktFB1tdY95j703qj0vUg7fgZj4JKf/U9UhYnSto+sHVtG7ia4eT
NhAEub/xLN/t9q2Qx0QXk6RrH8GrlOh5Zzfrr1ZtI2jp7G0XO2e17nxZZtc0ja/1GfSfv/R1
/wDXElPWuAII8RC8fBuqsvptlzPfW6p7jDSCPULf3HP9FjLF7CuB+uuBkY/WcbJ6Xi49z8wg
ZDHtted5d6X2p1VJbU6pjP53/SJKdT6mmxnR3OZ7jZY5ofEBgYBtZtd+b73LmT9UszK+t2Tn
N3V0YOa2/wBe9nqC5zPTyPTZDme33e9//XV1HQaclnTcfFyHvusoJaywgNLg47vUNdftr/nP
of4NWb/q30nNs+051ByMljtjmtssDCGHfTXk00vrpv2M/wC5LP8AoJKea+u3Uq+oDCwK6y+8
3OttpYTubWa/0RfZ+b6ln/gP5npqr9VcPNf9Z8QFnpDAx32ZFnJeywPrpxd0uayve31Lf3/0
CufWTJxLvrLkU3PD3YzGO9ANLnFoY2wu021fpHWN/wDAly/XeuCtldLoswx9LCYBX6twE0VZ
Wz3fZcWqz9JjVu2et/OJKbH+MLpVb77L8PIbZDK7G4Vbi7YxnqV32UMYX7KN21+z9H6fpqP+
LPMbdmZjHwzIpwW149z49lbXOcdv9f1N/wDYXO/tXNbmszJYx9Pvx6a2+nUx/wBH1Kqm/Tc3
/SW+pvXU/UzOb1/r3Us/MoazMbhN9lAMWlj/AHu9Lczc9zG1/omOSU9fhNrbj1WBztjvoep+
dP8AhX6jc535v/BrmLOuYeB9aA7KAflsyL77mNcHMpY1hxum45d9Df735V7G/wA1vpr/AJ36
HX4N7b7GTWWNPLSQA1o127f59m1v+kq9i8YsyG53Wr7mhlAyshxrZW3ZX7nbK2bGfRrd7PU/
t/4RJT73jfpocHwXgOG4a6ifou9y0Nrtm3d7o+kquFReGMfdtbYGtFgYIaXAD1PTB+jXv3bF
cSU//9X1Jzw0OefogSfKNVwv+L7q+Jldd69XVudZl3fahY8AEtAbX6bmj917/wBH/wAGuv6h
j5GR0+6jDDK7rmGoOdIa0OG1zyGj3bVz31N+o1P1cybMyy835ltfp2bRFYBcHe3d73P/AEaS
nrHPa3U+Q08Sub69kZONnOtZgZWW5wbXjvxA1zju+nU97/6LVvb+kss9i3cqxrHNfYAGsDnN
eez+Ng/lOYqxtrdYGekXvcRLZLiJ1l4A/R8fStSUt0WvJZh0jLayvJcN91dbjY1n7lXru/nH
t9nqv/0vqen+jV62uskOc0EjvxOnf97+0lVXsEAR5dh5KGUb24z3Y7G23NBNTHnaC7tud+6k
p8p+sWdfj/WLq5preMjIsa2nJraCG1sip7P0j9vv9Jnv/kK/0v8AxaYHVuj4mTlX5FGdfuut
sMfRsP6Kn0zu27WtY9Xavqp9ZL7bLs9+Pda526l1zj+jDon21Nfv2NbtbT/4Iuy6fhtwsOrF
3+oa53WRt3OcS9x2S/8Ae/eSU+EdU6P1jpmXkY92NdbjUPsZXmPqsDHNYS02tt2/zftXY/4t
8LCdiZGTaNpybazQK3Q9v2efpuZ9Dfbve1n+jXpr3ktIeJbBBDuCO+5q4nIYcDqt2B03Hrxc
TR3quPpMaT7trW1D1sp/us/crZ/pElOzl5OZ6lj2VM9JrHEMcQH5Ly07MRr/AKNbHv8A0Swf
qD/i7t6XezrHWms+1tBGPh6WCkk+22y0FzH37fobP5v+utfpz2WZrK7Gh0va71S6XPd/ONrb
v+k1mz1P0a6jcQAYP4JKSpIYeNIB18VLcYSU/wD/1vU2QBom2ndP+pUgNEtElLQkYbJOk8lP
oE0Tzwkpjzqe/ZRcHeXzU9suDp0HZM+JM8jhJSItbJBhORAnSOB/ch22BmjCC4auPZo/ed/K
/kKYG73vkGZa09v/ADJJSz6zY3ZGjjDu4hec/WH62dPr6jkNxqX2ltnp3ZBrApYKv0TmVusd
vyL6f9HWz6a9J9sz27ry/qP+Lnr3UOpt6lk3VOty3vtyWPcWiiS7Zi0Or9X1WbC39JWkp3fq
hczqeRXnM9QNx2WR6kAOLtrGWNZ9Ot9TdzP/ACa7EH2AAwD4Lm/qh9X87oX2yvIcx9eQ5rmP
Y48tBa79G/8Ae3fTXSNMgQP9qSl6xqPxU/TdEafipNLQ2ew7qX5ElP8A/9f1MHTVIkzokNQo
bj35HKSmQd+c7RQbY4ukj28BM8b/AGumD4KQbtGnZJSg4yQRohvmTHA++VP2knX58qMSJjt+
RJSCGt1LRJMkdiT+8rLgTq3VZRybbcpoZHpA9u8ETytQAjQcHx8UlLOkt1UCxwEgQEYtPkhn
2vreNWP9pPbX6DvwSUsxp8PiT2SO9lhBPtfqJPcc/wDRRgARHM8ymcBBnvwElKDxH5fNN6lW
z6Q9Pj5cbUOoNrBDGhoJmB5+X5qh9n/R+kToDoQBMTvh35v9tJT/AP/Q9Qr0Go0S11PiiAaJ
tuqSkfee/Ccg+PwUy3iDwlHjqkpDrIhJ0kncdOP70Q7RylAj3H5FJTnPY2vYZIdX7mwOB9F2
uv7yusfuYHcGNQfFBubL9SIHBjQhwLXD/opseK2uaDvbO4H48t/spKbDt210GHEaFRqfqa3D
QagHwPu/6LlLcDwfxQMg2GH0tDrAfbuOg8z+63816Sm2HTohveCNRyNPl9Jv9ZqTXyNxEH92
dRog5Nb7WA1mLAeJ58/6ySmwwNc0RqDqCpbGqrituxx+lLW1uM7Z+j96uJKf/9n/7R2OUGhv
dG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACAAAAOEJJTQQlAAAAAAAQzc/6
fajHvgkFcHaurwXDTjhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAF
AAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0
ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1
cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAA
CnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNN
WUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAA
AENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABD
bnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50
cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAA
AAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBS
AAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMA
AAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2Ns
IFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0
Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdo
dGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIA
SAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0E
GQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAA
AjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAA
AQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAA
AAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4
QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAAD
PwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAHwAAAABQBpAF8AMAAwADMAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfAAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAE
AAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJn
aHRsb25nAAAB8AAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAA
B3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxF
U2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBl
AAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAA
AAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfAAAAAD
dXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZh
bHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhU
AAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQA
AAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0Nv
bG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAA
AAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBEA
AAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFEEAAAABAAAAbgAAAKAAAAFMAADP
gAAAFCUAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJ
CQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAbgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAA
AAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIE
AgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNz
NRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW
5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGx
QiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSk
hbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/APTyAX+I
5UmtHbQ8qadJTEtBEH4qDxHAM/giKpd1fpdN3oW5mPXcWh4qfaxry0679jnbtqSmWwA/SPmm
LR9EnX5qb8iquHPcGtMAOn26/R9/0G/5yd5mQW/eUlImMA03Se5lQcXAkaDT6XuhFYa9xkeH
BQ3WB5LGantExz/31JTB9TnAEnkeJTMp2k7SZPck/coO9XVu6Heen+ahbsph+lujmSElJngh
0B/J1gmVMbo1JI4BkoINxcO8nXQGEQMsLSdddQJiElJCyQDJ0GvKEGGC3x7yVKiuxrtznO17
Tx5bUTSY1jue/wCRJT//0PVU2vZOq2dlfZqN4gvcQ1gLmt1PfdaWt9v0klPIf41+v39N6AzE
w7TVdn2+jZayZbW1vq2tDm/Qssmpn/FPsXmHWuruysq663btyq6i2mdza2tY2lrG6/zn6L9I
ut+s4r+sfTsx9VtdIrec5ll7hXsfW/8AZVuHeTvbve2vfvZ7PW9H1P0VrFR6X1Xph+r7semn
E6eentLnvyWC6+57jtdYPUorrZlbLP0Pu6iz/ur7ElOV9XvrV13CtwG15D2Ytdnomq4udjup
sPv31/6On3/R+gz9z013/wBV/rBh0dfu6JVc6zpmSHXdO9Y+6l7TNmLW47v1S2t3q43u/Q/z
P568rfdl/bct7LHA3NNLzuLi4Xe57dx91jfS3eo9d39U2dDZk2ZudWLM3JrD8St/vFWLW5tb
bavUH89kWudl/wDdeljPRSU+nBgL9BHj4qjkF1OePTIIyWF72udABr21+o0/mbt9bFPpGa/L
o23sc2xvuYX8vrP83af3bP32K3djY9oBsYHkBwAM8OG1+n8pJTWsa4DaZDhKGxu+dZI/KEY4
u1jA2x8M0k6kjs18/SURVY2wvaAWn6QjVJS9QcCNIjxRC0jyB8DMp9ZAIj4p3bfh4apKR1iH
cSByY1T7iTMEAfiPuTsaHHTSJ0SDXantwCkp/9H1N72Mbue4NaOSTA10XJ/XTqzsNlF+PJuD
ixugAaCA55f6jXPZu/4Jn9tD/wAZv1iyejdIpqwXbM7Ne5tLx9JrWt/TWM/lfpWV/wDXVmZ2
3I+r/S8TGe7qGS5tVVVtW60/aJZ61edsc5tVNuP69rd7Wf0f+dSU8R1u64H7TfpVbY61grBH
845n2uiHfTb6vp37P+F/4JU347LaRl13/aaY9zbvZbW4T7mWN+nt/l/vr1P6z/VjpON9TbOn
2uLbA9tlNw+l9oAIb7T9KltXqb6/9Bv/AMIvKs7DtxgGfzlRDd4pcYa7TdtqtabN2v8ANfmJ
KbvS+nX5VtNtvp4+KWwKKRBcJFbvtLnbvdc9v6b9I+x/819BafQK729eyNpaLW1V1179a2hz
jZZvkem2vc31f+LWTT1PADTQ2nMcSS7YdjJJ9zi73DZvefzFqdGuuyzZjVYhp9VpNbA4PJaA
1ltb7Pb9Jv6L99jElPedK+05OfRl0ZFf2XEfsZIebrW2AetZkPcWs/SfzlDfeytdcWgrzz6p
5ufm/aWMsrs6fWdjHsa5jA4nbt6f7Xfq1DGenvvtfbkW+pcu+xbXW0Nc47nCWuMclvt3f2kl
MiJJB47JmtaPl3RNs/BQLYHZJTTz8nIqLGU0teHQNz3OA/zK2vc7b/LfWqnT8d2PbZfk2vud
fMgu/RsEl22iv81XDXb6jvcXMOug0kf1UhU94jTb4EEJKSVN9p26tP0SP9fpImx0kTr8ND/Z
/eUaaGMP6OyY+kAZJRyXAgATMy7TT5JKf//S9C+sH1e6b9YMB2D1Fhcyd1djDFlb/wDS0v12
u/6Cwvqt0TH6V9Yuo4tdhvZh1UMxTZtNlbXsa+7e5ja/dkP/APA6115/Bc50ok/XXro0j0MO
NNY22fnJKaH+Md5dRg44dtNrrXB3MbGN/wC+2Lz3DrZkWWixrXVuvtPuAMl5lntP0dvsXon+
ML1ax03JZW+xldlrXuY1zw0vYNm9tYd7f0a4IV/r1/piWPva4OZrO5le5o/kuSU0Oo0UPYz9
G1j/AF6Qdo/NJ2ubub+atbEz2VtFEhpaQADoYcPT2tcs3qNJLayBqCBDTuJ2kvY/T3OVeoV1
MN2VkNoZHtB1cTPthntd9L6fppKe7+p/ULxi3UWn1aa7zRQ4MFYHp1sL6G+h9P0t1ddP6Jnp
1fzq7TpGQywWVNJOyHEQYaHSNocfp+5n+v6NcL0nP6L0b6uNz+ovOFRmuFmK0v8AUvvrrbXV
67KWBrWW5NjfVu2fQqfR6ti3T19nTulVZvUa7Om1XE+ljvINxbE0vyNh2U2PZsc+j1P0Hqej
/PJKeuJgH8UJ5e6QIa394rksX6x4mRkOoLM3EEbhl2VWMpDf9JY+zb6FW76Ft7GLab1X0CKc
xwc8uip4H0v6/wCY138tJTa22ucCJ15J0BUvQJHueSPDso1ZddhO72nz/wBv0FY2CZlJSP7K
5x0s2M/cYAD/AJ/0kQYlTa3Vguh/Ltx3afyk5Zu/PI+BhT9sRJ+OqSn/0/VJXO9ODf8Ant1c
t5djY274jcui0WD08H/nd1U7YH2fHl3n70lOr1Fhf0/KY0F7nU2NDBySWu9rVwHVuj5X2RnV
MrFey2mthtPT7G2NIDdrr7cTIq+nUz+efTd716RoRB1BXF4fQcf7G2rALW4xsc+qoix7dpd7
qdteRR6uOz8xmTv2JKcX6p9PwOt9Ye1jnX4mPQy2172ljxY936LHfoxnqNr32u9L+b9T9Hav
NBS3K6iKXWy2270vVJL9oLtjXT/VXun1QwsbEGcMasMZ6zhU4Da0s3O+h7rPZ6nqe7evJ/rT
0vD6N9bc7Cw5+zVua6thBO02Mba6r+X6b7NjElPe5fRsGtvR+v5LGv6d0TEsaKnEuPqh7GdP
21/4bda7+R7/AElP6wdP/aPVekdUrvYcXFrvyA+4ONfqsDLMNxDJubXc637RdZ/g66P8Go/4
xn5eP9VsXptQ2nIuors11IrY/ItbZ+az9Myr6D7N6zvql1u3IxB9XMm23D6rQ0s6fklsuDa2
usrsex3sdVVX+ispd9PF2JKbf1ixG9S6X9iyOrZD7H0erlWVY7zU/wBMPdTdva1mNi47PSv9
T7RkevdXXUrXU899XRy1phowMb07K2w822mhmP6THD0/U9Pf7GKv1TC67mBmF1P0qsKw1O6l
kBpqx21VOOTc7GyPtG/Jsya/1X7N9l9P/Dfo0KnqGT1rqr8h0MwGX7en4wINjiS39dvqG/8A
R00D9V/0HqJKejNvomoepteA0NiCX6a+3b7v5a1cPqWNkZFmOCG3VNY5zDIO143Vuh3721y5
85tDsp9FbfUvbIued3ps7NqtLP8ACu/Mrr/6Cfo7XjrlDHM2BouufY+A6wvaysemz83Gqj9E
kp64ePZLRQdbXWPeY+9N6o9L1IO34GY+CSn/1PVIWJ0raPrB1bRu4muHkzYQBLm/8Szf7fat
kMdEF5Okax/Bq5ToeWc3669WbSNo6extFztnte58WWbXNI2v9Rn0n7/0df8A1xJT1rgCCPEQ
vHwbqrL6bZcz31uqe4w0gj1C39xz/RYyxewrgfrrgZGP1nGyel4uPc/MIGQx7bXneXel9qdV
SW1OqYz+d/0iSnU+ppsZ0dzme42WOaHxAYGAbWbXfm+9y5k/VLMyvrdk5zd1dGDmtv8AXvZ6
gucz08j02Q5nt93vf/11dR0GnJZ03Hxch77rKCWssIDS4OO71DXX7a/5z6H+DVm/6t9JzbPt
OdQcjJY7Y5rbLAwhh3015NNL66b9jP8AuSz/AKCSnmvrt1KvqAwsCusvvNzrbaWE7m1mv9EX
2fm+pZ/4D+Z6aq/VXDzX/WfEBZ6QwMd9mRZyXssD66cXdLmsr3t9S39/9Arn1kycS76y5FNz
w92MxjvQDS5xaGNsLtNtX6R1jf8AwJcv13rgrZXS6LMMfSwmAV+rcBNFWVs932XFqs/SY1bt
nrfziSmx/jC6VW++y/DyG2QyuxuFW4u2MZ6ld9lDGF+yjdtfs/R+n6aj/izzG3ZmYx8MyKcF
tePc+PZW1znHb/X9Tf8A2Fzv7VzW5rMyWMfT78emtvp1Mf8AR9Sqpv03N/0lvqb11P1Mzm9f
691LPzKGszG4TfZQDFpY/wB7vS3M3Pcxtf6JjklPX4Ta249Vgc7Y76HqfnT/AIV+o3Od+b/w
a5izrmHgfWgOygH5bMi++5jXBzKWNYcbpuOXfQ3+9+Vexv8ANb6a/wCd+h1+De2+xk1ljTy0
kANaNdu3+fZtb/pKvYvGLMhud1q+5oZQMrIca2Vt2V+52ytmxn0a3ez1P7f+ESU+9436aHB8
F4DhuGuon6LvctDa7Zt3e6PpKrhUXhjH3bW2BrRYGCGlwA9T0wfo1792xXElP//V9Sc8NDnn
6IEnyjVcL/i+6viZXXevV1bnWZd32oWPABLQG1+m5o/de/8AR/8ABrr+oY+RkdPuowwyu65h
qDnSGtDhtc8ho921c99TfqNT9XMmzMsvN+ZbX6dm0RWAXB3t3e9z/wBGkp6xz2t1PkNPErm+
vZGTjZzrWYGVlucG1478QNc47vp1Pe/+i1b2/pLLPYt3KsaxzX2ABrA5zXns/jYP5TmKsba3
WBnpF73ES2S4idZeAP0fH0rUlLdFryWYdIy2sryXDfdXW42NZ+5V67v5x7fZ6r/9L6np/o1e
trrJDnNBI78Tp3/e/tJVV7BAEeXYeShlG9uM92OxttzQTUx52gu7bnfupKfKfrFnX4/1i6ua
a3jIyLGtpya2ghtbIqez9I/b7/SZ7/5Cv9L/AMWmB1bo+Jk5V+RRnX7rrbDH0bD+ip9M7tu1
rWPV2r6qfWS+2y7Pfj3Wudupdc4/ow6J9tTX79jW7W0/+CLsun4bcLDqxd/qGud1kbdznEvc
dkv/AHv3klPhHVOj9Y6Zl5GPdjXW41D7GV5j6rAxzWEtNrbdv837V2P+LfCwnYmRk2jacm2s
0Ct0Pb9nn6bmfQ3273tZ/o16a95LSHiWwQQ7gjvuauJyGHA6rdgdNx68XE0d6rj6TGk+7a1t
Q9bKf7rP3K2f6RJTs5eTmepY9lTPSaxxDHEB+S8tOzEa/wCjWx7/ANEsH6g/4u7el3s6x1pr
PtbQRj4elgpJPttstBcx9+36Gz+b/rrX6c9lmayuxodL2u9Uulz3fzja27/pNZs9T9Guo3EA
GD+CSkqSGHjSAdfFS3GElP8A/9b1NkAaJtp3T/qVIDRLRJS0JGGyTpPJT6BNE88JKY86nv2U
XB3l81PbLg6dB2TPiTPI4SUiLWyQYTkQJ0jgf3IdtgZowguGrj2aP3nfyv5CmBu975BmWtPb
/wAySUs+s2N2Ro4w7uIXnP1h+tnT6+o5Dcal9pbZ6d2QawKWCr9E5lbrHb8i+n/R1s+mvSfb
M9u68v6j/i5691DqbepZN1Trct77clj3Fooku2YtDq/V9Vmwt/SVpKd36oXM6nkV5zPUDcdl
kepADi7axljWfTrfU3cz/wAmuxB9gAMA+C5v6ofV/O6F9sryHMfXkOa5j2OPLQWu/Rv/AHt3
010jTIED/akpesaj8VP03RGn4qTS0NnsO6l+RJT/AP/X9TB01SJM6JDUKG49+RykpkHfnO0U
G2OLpI9vATPG/wBrpg+CkG7Rp2SUoOMkEaIb5kxwPvlT9pJ1+fKjEiY7fkSUghrdS0STJHYk
/vKy4E6t1WUcm23KaGR6QPbvBE8rUAI0HB8fFJSzpLdVAscBIEBGLT5IZ9r63jVj/aT21+g7
8ElLMafD4k9kjvZYQT7X6iT3HP8A0UYAERzPMpnAQZ78BJSg8R+XzTepVs+kPT4+XG1DqDaw
QxoaCZgefl+aofZ/0fpE6A6EATE74d+b/bSU/wD/0PUK9BqNEtdT4ogGibbqkpH3nvwnIPj8
FMt4g8JR46pKQ6yISdJJ3HTj+9EO0cpQI9x+RSU5z2Nr2GSHV+5sDgfRdrr+8rrH7mB3BjUH
xQbmy/UiBwY0IcC1w/6KbHitrmg72zuB+PLf7KSmw7dtdBhxGhUan6mtw0GoB8D7v+i5S3A8
H8UDINhh9LQ6wH27joPM/ut/Nekpth06Ib3gjUcjT5fSb/Wak18jcRB/dnUaIOTW+1gNZiwH
iefP+skpsMDXNEag6gqWxqq4rbscfpS1tbjO2fo/eriSn//ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEB
AAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABo
AG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEB
AP/hDqtodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/
IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0i
YWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1
ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRm
PSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpE
ZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21t
LyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNv
dXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5
cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVu
dHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hv
cC8xLjAvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIg
eG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6MzQ6NDIrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlE
YXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEyOjU3KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDE3OjEyOjU3KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjBjZmMw
Njc4LWY1ZGEtZDc0Ni05NzRjLWJkYzJiZWVlMTU3ZSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRv
YmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjM2YzQ2M2ZmLWVjMDUtMTFlOC1hM2VhLWFlZTUyMzQxYzI3
NyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkI0REE1NEQyNTc2MTExRTQ4
OUQ1RkMwMDZBQUE2MUNGIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xv
ck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlp
ZDpCNERBNTRDRjU3NjExMUU0ODlENUZDMDA2QUFBNjFDRiIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0i
eG1wLmRpZDpCNERBNTREMDU3NjExMUU0ODlENUZDMDA2QUFBNjFDRiIvPiA8eG1wTU06SGlz
dG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxZWVlZmI4MC0wNjNkLWI5NGEtODMyNS02OWUyZDEyOTRhZTMi
IHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTI6NTcrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJl
QWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdl
ZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9
InhtcC5paWQ6MGNmYzA2NzgtZjVkYS1kNzQ2LTk3NGMtYmRjMmJlZWUxNTdlIiBzdEV2dDp3
aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEyOjU3KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJB
ZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4g
PC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpS
REY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwID
BgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwM
DAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AHwAwEiAAIR
AQMRAf/EALEAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAABAgMEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAC
AgICAQMFAQADAAIDAQABAgADEQQhBRIQMRMgQSIUBjAyIxWgJEBCMxYRAAEDAgQDBAgEAwYE
BAcAAAEAEQIhMUFREgMQYSIgcTITMIGRQlJicgShscGCQMIjkqKy0uIU0fIzc/DhU2NQ8UOT
o8MkEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAAD20ZwBEhRsQMBgADKibIqcRDgC
ixiYCYJsgiBOQwAIqQCEOLRBNlZMIWqYEQUlAsKpFyqmSQAKZW3EjGaHKMjTGcAlFjAG4MYw
jIQwQ0RCIxNojJMSkgSQySEDHCTKo20koykQlKRSWog2yuTCLmiuNkSMoyAkxIYSjIi5IhCx
EWBqUwQwTAAAAAAAAABMIqSItTIkkVqbK1OJFsJBIgOIoTiE66y9RgWqgNBmkaFWAkwkpEbK
QsIxLXRWbJ47ySUSabNAAAAAAAAAAAIaIkyMSRFEnEJOtEyuZFxCTrkWEAUSJKqaK20KNgZi
5FasiE6pjVsCNsZEZEh12QIKUxWxmOUUEQNQAAAAAAJgABRh8kez4UPNnqNPkMZ9L0/NPVnd
z8jul0+DhPWFcgUkQYiabM6KDTbXMcGyptDiBFiCSBjkKRMrnFkoygMgFqhMFIINo0gAAAAm
IZGQQnxDwq5952uD0MJsxqslt5Nho63LifRvMdmRyva/NfanYBCTQSGQ5XXwE7ubqL51zIwm
iqaByUiI0OUWSlFkopiJIhIQ5QmSi4kq2GoAAAAAAAqH4vscc8dKqR1+bZoMVWxGKXQRSPqn
SzcreU7OLqPpFnnvRik4kiLHlvoMHT5zOjFTK0wUJ1FsqbhxkyDmBKITiwipIUJApMIqxlUm
GgAAAAAIkccspyCm88FDfI7fqvP7CzHz+cLm9HmFXb4us06aLDJ7nB6MqnPKdeWLcRYECwOf
dpicnbcjPG+BKMokbaA1EJjQA1MSbIEkJMITiwUkApl4AAAAGTVzDFxfReQO/wAuUjX5D1Hn
jL3OBsPacKvkD53Q5xZO+o0xXaOxq8j0TuUQvH3MEjpkWNxATQmgK7YEVIIQvCmc2QVkRuLG
kDUWJkS1xkJNEZSC0AAACJk5nQ4B1eDfQZeZG4rhRYShkiXmgM2nRkC/BqLtFuYweg8z6c69
2DSb+fp5Z6Dpec9KJSCBOIAhJsrUwTkxDYQnWRqtzGbPjuO1ZG4zzUiTUiMoSFOIXAAAFRmF
5zu+SMpKRjh1eYZtfNqPRZc3QOSdXCZVZ2zmdWrSQw9fnnH9J5/0Jd2c1Ji6M+oYe9g2lgAh
goziKUWRkIHGQ4tFfM6mY5Vt2kya2x352X1OwGpAiZAJEwCOHX5426PB+rNPnfU+ZMCukaTr
dU+V5+hlDZlibsKiaelguN8aqzTVXaU9ONpdTXvNPR872TZpyI6pGQJhEaAAUZBGSkKLgCz2
AhhICuNsSFlNpddktLhSIkkMA5/gPU+DLfonhPfGdbvOnJ9HxfbFtgjz/wA+99wjk5+1zCie
SR3Z8NnoJ+drPRZ+FI6/U4HTLMfQsM75HqzffG806MW0YmCaBgKFkRKcBVXBljbAkWRIKcit
2SIu0KZWghsEsxrAPA+c+kfPDT6DyXePRcCzsl/aGKm/inBxWVFUMm8yYujWY6+rQYNFuE6E
6eoZ9uiJv8l6XnEfT4+uOUUT6PO2lgMTAAAAEpRIxkhRSJxcRyiFhXWXqqZbOms1PFE3LNpJ
AC43aR88s97xDx/0rw/uCUkw896Hy5wqb4HK6PO2FmmjSVViHwu/xTo689htjTMu5XSpK/X+
M9ablktJ7cl5scJiYACGEQhFBC2BFSiKcZEC4KZ2oULEY565mWzQEZAAAJhHn9DmnnvY+A+g
EmmHjvY+POdRpgcbfk1F9+S4rpvpHyejiOioQJa8FhsM0iPpOF6Yhogy2ud50pRCSqiaFUyc
VYQmkOmTKnaiFkZEZIGIJuLJEWMAAAAATFy+pxzzPvPnf0IsYg8j6/yZz51BzbJ1Fko2FN8W
c/LuzEkokrqbwsn0yn0vG9AYnqBasNhcoyFXIIlqIdDm1Hbjl0EyuJYRZJMEpxIyGEZhXG5F
d4wjIAAQ0HI63KPJfQfnv0AtADy3qOaeM0lBXRqrI2F5nVsSjHtzlatRdpx5zoZeVvPU92fl
Tuec4W80ezbMuDk4D03JlpK+9wtx26cPQKrqcB1nzthbbmsNcstxckxiRMiiTQSFEmQZIAAB
cjsco8f77w3uS5piTA8j67ypPiew4hw9dCNFKkQnLsHn+R63w44uQvRcH2h3vmn1D5WX/R8P
UFx+z5s8l6bzHszrw852DX5Lp+aNHv8A5p9KIEGc7d5/rnRhKs0X8roGpSAbBqSAGIGCYAmA
IOZ0+SeY9r4r2ZrAAAXiPb+bOTo7yORTt8uegy8S4u9/5L2Jw/mv0n5uRYHW9P5v0h3/AAfv
omeFfAPWc7RI8T6B7jP1cID4rDved9Kcy/F0zh9fy/qy9SgFuOw2WYsR6GzPcSQwaBiAYgGC
YC5HY5Z5b2vjvZlwgaYR876TjHM6PmfQGrg2aTysu0HW7mHeeW8D9O+eGSyq43es8t607dqk
eQ4VnNPoejzXoCq05ZtslEjU/Klns+RvI4r+GX+gx7iOe0FOQU82fUKu15j1BKUZADIgxSQM
AAQ+V1OWed9f4v2ZpEwADHrzHFlfoOTV3qjmUdDnnprs2kh5D2PEPmmiuZs9p4v3Z0abeWfP
FZeT9d4TrnuuBq6Z4rqdLnnO5XX3nc4/X8IQ9Lz+uWbMOssnRzToZ7LjOqc5b63zfoiTQMUS
cYosTBgxNMOX0+KcX2PkfXE2AAg5fV8+R3eU2HffBwnV0cTqne0UaCHmPSeDPPO6o0/TPI+y
DjdnkHjNVLJc/v4Sj33jvcEKsfKOzHyPMO5Dz3dOnb5r1ZvenlGDTp0FVkrinn3cY7Xe8N7E
3RhSWRGQvLQGAAAAuF3uKZ/QeR9cSAAAPO+i4h5fPaHRopkPfz+0ejjmmZfJe28yecp3dAu9
fxdJv5GnmHAnTI06MmUp+keL9sV+S9XzzxvK9T50o3YJmv6D8892W4ejUEZ3hKEThWcj0hxf
W+G9MdaVNwTdhVe5DAAAAA4fb4Bn9L5D0huAAAOZ06zwcNeUJRkHf4/ojVIiXeV9JjPP97LY
a82XrGHzfX55z+lXoDjejzHS73K5x3sXng08Ky887H1OU4H0H597M9Fx9CNVriIhWYPLy5Zu
7XA2HtOnz9xddl0FoAAFMpsiwKsenlnD9N5TuHoiMgAAAweX9r44zb/LxOx6zxvpDcpyIQsp
OTzvdM4HcUjicPoYCW/LeTMXMI6cOs6XEwUh0+ZrPW2eL1nP9T5v6AU6osYSGPOeR4U6yezN
rPoOnz/oQ0VWFoAAAAAAeP8AYfPDJ9D+d/SywAAAAFxOzxjx93T1ENE9RbJWiNeY0EQhNRPM
Q5uE9JiuzF/OVRn504lwpiUQhGysX0z5x7o3YunzxWSuLcO/hHiUwu6fH6x7XoQ2BIAAAAAi
SEyPzn3fz86fufJetGAIaGAU8Xr88pvjWS1YthskBamiirbEpr1ZD5+11i/n5ucKFnqzwx28
xjtogXxVpnd0h+0817Yw9bLqK1PIavK9jEeKTsLvfc71ZNgAAAAAJJhKLOb47teQO37T5r70
6rAZFgU2Gbhej4ZZzefWQ97m3ClVeSQBCcBc3pc88PbDnG+qi47nreD2yhbZnh/J/RPDmCya
I31WnpfVcfaboQRgo3WlXkPb8c8h7bX2CNgEhMAAAAApdjIpVHjfNdjjk/eeD+gHcGChZSVa
qkFTZSr0QsbJWRZISJ1WRIc7o+YM/LvtMum3SdDscPvA0FcdDOZm7KPneD6VxTD16JG982Rs
pr2GTq8/rkpoBpjcQkIGCGAQlVYHH7WA8Jd7TQcDvO0mALPowmgnmLihFzzTNDVgAyJIFGcD
leT9Rzzy/V62o5Ffc6Rm6UUTQAlEmkw52/nHGly7DbvciN2RnT6HM6JY4MkootK5DIMkIJCZ
CUZEgAhNFVtcxgBVaGBb2Zc3SiYN1jECG4okkyUUgrtgQUwTQSAE2AmhxlUVZdETz99d4pwY
7c9Z0ezx+sTlXMFKsHFkiMiREJpA2MAATQoSkDAQ0NMEAAMUGwABOI0RJJTK2wCSItoBoBMd
NtJPHu5ZjrOMdGHO2HR51+s6+muwm4g4yQmmSEE4tAxg4yGAAAAACGAAAABBwJSiwAGmyKcS
SSAiyZCQMAhCRMQOLkZvF+28GcK3VhL1TuOl3/PeoOqAOUQAAHIUlIGAJghMBgAAAAAAAAAk
A2IcSqwkMQRUgIMFGcRuiZZUTIWuI4zRFjKvnPuvCHJfRyD2SvKfZ+P9cddDGyREAc4yBgAA
AhiYAAAAAAACGRYMAAAiwYgUkRaiSIonTFEbCJK9A0IbiDTic3N2mcnjetrOZPpM4ezosTEE
ozBNjaCYgZCYAARkAAAAJgJiQxgAlAsFIiASSZGNkRIiOuSKbZIjYWAnEHFkgQIZWSCIAJob
UhjiKUaTUosmhjAISkhiiEoyGIGgIsZFTQmmMUCISCcJCTQ2mOMoEVMIV2hCSYpV2FgBGMwi
2yJJEU2QLYkFIGhhIZGjREi4WhKKJuKLVVIkmDaYJhFoAAYgARBRCc4sYMUZRGAAgBoSaIp5
yd+TUWEWTTiAwQAlJDUGScghJsipocXEgrEZ7J0mhplVNtZc5Vl7hMACClEGmOIyLESSmIbE
mgUkApECUQYCqnQU0TiT34tpbCaBEyJIIOSISYRo0ZjWlIYgaaBNijJFaYSHEebUiEmicqpk
0mEZRIyUhJsUWhzjICLHEZAAUkwUwi0hYN2QrjrpJasuwbAGmMSJJBCSiW1XBTbGwi2CABNE
VKAmTIk4jFIgxkJRkTcJihOAwAcWBFkkAJghhEcRkWSIyKrBBRoqIK0M90JGhpiBEkIkmiuM
ol8qLCZGQOLBqI2qi2E4BIY0wTYRbRAkBIQk0MGRZEG0EoyBSRFSQgQwAJISYRhMIU30iJ1F
9uXQTTQ2AJhWWIz31QNTiwEyUXIqYEJUyHbk0E5pgACaBgAAlJApIaaCM4BKMgBiYEQZFtCH
EkpAoygKsZCMgo2Zbi9xCQARkAmipW5y63m7iUoSBoJU2BjhZQWxSN9uLUTAAATAAAAAAAAA
AAAAEwQhpIkiQ0glFRK3KJCcEW0ORMGTK5EgQ4MFm0MzSukOdchIAlGQs2lmO+5lLnWaCi8A
D//aAAgBAgABBQD/AOLn/9oACAEDAAEFAP8A4uf/2gAIAQEAAQUAYEwFsFmn55/LBZyB5T8s
8znHMJhZopaEtMtAxhJAZmBJeB2hZp5tAzmEvPJ4WsnnZnzsyHcwuTMuJ5vPO3PlZkvYB8lk
Nls+TYjPfj5NgE2bCw27BNdl2PkeF7iPPYJFlwJts8vmYQWvPlfPyPPkcn5Hgd8mx552Q2OJ
8lmVNzTyuEM9oATAsxMCDE8ZwoIBmBMCYECiEQjnEOY1SfIwJgGR7n2AYZzksAByQULELgcT
iZAhKmBkMyMEmeUK5JAhAJ8cw1sYE8Sy4JMzMDBMAJgQEZyQBgZjAwZyYwE8TGGIIGGQCYYY
OCCZnEGDCsxCoIxxyPozDOMZEAhAwRk4EYAAQACYUjxIgUQDnEwDGWYIJBB8SQa+FQQ5x4Cf
FiKhxgznOJ8Z8vA4CiEGBTMEzHGBB7EzJmMjAwMAEZnsRgnOIxxPtg5GZjnByCIM/RxmGYhU
mfG0wARkz2meTjBIhMJAIPH4ziZmZiH2OceOCrETyAg5GRCAT7zxGABMRcZA5Lc5BhbkEGc4
DTgkiDiZiwezZAz5TPAGYcAc58SZ4zAniJiAAf5n2AniIBz4DPgBDiFZ48kAH2mTnjImQRiY
wCox45i8Dy4JzOMq2DkwHM8pmEnB5hUwFgR7nllIA49MwHHoMYKkQgYxMHP/AOESJ9yefec+
hHJQRkyQAYc4CEjxIgXgCYzPEiYxGaMzCB1ZS5jWspFzE/K2Rcc/KBBZkh8HyhsWMyxrCpRn
xhphslmQeTkqLBFaM/PkQYMAf7GZEzMiZmYOPQQGZhbBJDQMAMxTzkRmxC4nlMw5JCkEDAHE
zwfLISe0DgkWQHyiwMZ/yOPEe5VQJmY5xiIoDj8YoJBQZ/EwkCFv9iYfbxGSCZiePJGCAYfP
JdozRVJbAmZjBOYvkB5AQMSHIE+VDGJgyYfIE5BXBPxrk1/kyYjITCjCBMQLDGilTDOIMAe8
wST7lSYFMHMBBjTBAwQf8MxRj6L9imlbN1V1bP6u4NR/WMSf6jrwdfstXYUWZPwI089nSlO1
r3qSMnEDCHAPkIW5U85zG5D3Wqz0qYhHiuIy8ukAKwNkZGeDCsyJnMB4GZjJVRCoMVVgxgEC
EgzAzkzPAwCVGQs94B/oTidv3Gv1mvp9um7vd7svqVLvox8ULXM5fX7G/Wejt2s1k/pKBZq7
2vsV9zrBDp/0Gzq21vXamAZjBIAJTJAwBMAHdA8NbYZl+wYCZzMjJHAxjMyAeM4EAgEGBPeK
Dj2BE4E8h6E84OAuIBxkzDQjEz9XtM/Ta4RO/wCxt3d7ogjb/wDU71l2xWQs+dAhclRZ4v14
qS64mjY63szXK9qrcp7TQsrf+c7dqblYYAycZJGBjMMxHUEGhqrKrRggMoDKAuZ48kEGDM+5
AwQIDiDiLzASJgxQMlTACJgZK8kwGDiBSQRyQCSOfqxMGL5ev9HsWJoOSTr2tS1yG4KVR3uy
zMYSRPNsbHwmqgkv0gYUbexrbadnU1F/Q737mmCRAYxyAMgcQgzkjfR1qQ4RvMNYbPEZBOZ5
YBWA8jEUQqDM4JKg8+mSYfJWGcA8Y5wIeZjJURifE+jBsfTn6WtAH9ZtOHDCUs/nWlB1rm8r
G4VmIhy0RLJQmZQ7fLT2w/VutULaWz0e+9WyjWkefosxCMDII23KU6iG5vEGBczGCcZxiEDB
JBzFIwAMlcTkkcQAeWRD+UKgDiA8Z4A5GZyASZkxQ09/8rLCIm5tNt/1OH1gMxGANVh+ROp3
9p26zs1Zup25b09uvWlqU0I1WKepSurXt+S8rS8vvYTrS9bdVudha64aFecEQORCQYZtKzVd
ch1y7Pr3VXo6lvKfc5wcywFSpJi+Wc8jOADgjjyz6D2JM4wOITyA2ciKymHBI8cEwEf4Zllq
oHfLJ8q9p3a1jr2JBHJ/nuprta++ukPVZtW9xv8AXaVV1+5s1E4hxnY2XXrOvQg7AsFevS+3
s9f1FGqtiYmrsklG8hgZwM8QqMsgIXRCvbSrV15otDLYbGwUv8oCDGGZgKV8cAgjABziHkYA
mcz2hmIZiDknmIqhDPc5EBP+BljFjtP8dNStTNXbGxZ2WmdTc0NWiydX2nWaqP8A0HVOu9t9
rZXqa9CTeu+d3JUKuTb5GaBKr2PZl6f5Xr/i11KNDgHY8kfT2EccGDk4xOJiGH2ZIK1WFVIN
YyEOSsKGKPjKHMxgiEziAz7fjCARieUE5M8TCuCRg8GAjH17z2rWleww2+yuq2dtMammpe7s
unG9Vu6duodf9exuv1enayjcps0N+/Rsl9HxC18nXqZxezCaf409dpja2tjsF8NC3Netsubr
7/lfXR9aUXfIpxPICZntCRDMgzjDZMziZyJ4ZmJgCAZDHEDCKB6gzBnlz98QEzEZY0xzj6yc
DY3qgx38D+lKNuLfbsaWht/rWd9t3UHY27tuHXONO41zW72nSGzvHZ263ylnLVu1FFdNlsYN
WvXpXXR2Oyir1N9ngWwNOjzbxBGuwrdcEYnjD6EZGJ48+IyRx4+mBD448RkVrPEgBQYo581w
Dw1hwtpJMOSAeEBwuc5OSOQsPkPqJm/c6V16vkz/AKoXvq6rKdK2tZsh12bt5tt0sSk/NSIV
ybHu8gxVVV7DX11mbHqZ/wBiuumjXyK7XWbOwbtjpwy69NPyNbuCtk8mr2n+G/rdlbqvsPY5
nMGYBiZnvGHJgEAGJjEUcmcA+XLKTL+wFLXdritD5qQMDOYphgIJPsGImfL6mOBs+TJfsX2P
5Oq7F6iiu40X7jfm6tQ9qGxHrtULY6SnZ13lmtVjQ39XUGzv32ke2trWbFdpxqMgGunk12qv
xL+3YF06msmzv69B2dwbTdbtVV7Ig9TnP2PEExzACYBMCAzIhIh4hxL9nwG1TbffVoWPZUng
CIyksDlxkEkTBDBhPEQcfVaebXVF7Pt1y1lrKayG3tdsHNuobEITYPxoac7GlUzW1NUWA8bW
BiVWWNVosDWyrrbKFNSwv+vpqxt1grpWha0g62sdLYezX6poOvWl0OV+g4wYMTjHMPEz6cQ5
xsX10VWdlbcvjuW2rruTVrBYgEFhDBvINiHgoVIwBBhgVChWGCAR9Ft9VSttL43tXYl4HmCB
KyxVB8hrf9bY2h4uLXA1NtmZWBNvi82jXWVrUXqEVwX8yFFNi+S+RCa9gqt1GLL1gqAs2jbb
rbTKFPkBnFJyv0YE8cHEOcfbiHmD09g6hhdsUVWG+qxgCqrkwLiKVx5FStnJUGeM4gBExCuD
zj0dvFWW7ajbGnqT5lvptTA2Kh4vWwlS+Qor8Z2/S1/r7CMLDglFrMrexFZwFaxmbZwDRaWp
TCpbZ/237QLWOlg0NfD0gee5tJXVo2TW1WIWHiatgdPQ5gmfT7HiZEYnOQBmZJPkBPkQx/cq
jQgwBSPECWCHIhzhLDAwaAYgE5mJget7+Fe5v/q0X9or2dOdu7Vam5z2NFuuag+wE1yG6vRM
29RdjX7TVfU260R7Ldeyi1dkiFiQzfk5S+vX8lrYkK7EPXpsT8eBrr8VdDIiuF2bqtevT1uv
7m227X3BeWYKmpeKoGBHqROTMme5b3xmYMOAMiF1BsZQFsDKP+RXMDBRkCA5mOSHDBfGBsQO
0DwHPp7n07O3wq7fdGxdrUtZZ1y/DrP2Wwl6ojpQD+9oaXk9VSVLif0XWau3r2V20lNl/iNl
an9inFa619tXX11j9dPH9RSteuwL7FaNsbOsBq7TO3yfLXi2puwvv2HFVetVo9ktuzVsLaiV
F6tRvKvnPriAehEIhJhBMIIhUmNUsRApVSJlssWz+UXzmecAw1ggVxUIIWDI9OPX+rvWrXuW
dJhtjTbzO1Y1VHX9oja/T0mzf16fjXAjHxHc7GTcKo+vofFdUao3BRgINy4Bd+4D/wBHYn7l
7ks7wUXFaf8Ar19R3tR6C9jfFRVZfbvbXVaGlTF1UDIoU65+O77c5+0Cny9DMTEbAmJgR1Ig
HImUyWTxZBAgE8QYowCMQTEB9GBwRZ5en9Ne57B8ONO34jp9xuV1afZptNf0lNm70/SjRg9p
s2rXU95vdgWs2dn4zeagLbNUodXyg0LjPisWKVyDq1z40BoBY20eSaqlQ1PknY7Tbd+l1zUL
o6SUqRgxfNrRBmEZn3+o4n3mczwECiMogUkDzEAxPPEa9FP7NcS5GmeZkTOZx6991CdhRs6t
tFlPiW067mqc26zdH1zBQAPXv7GXUJC1U+TzYPlttwra9Vg/SeJoWiGjZJ/V2QbSXspz46/k
qU1/KpQiXW3CvrtFdZ6gXdW4yAS6+NbfklgwDx6Z+nEI4hKiFsT5OfKeZB8sk2ceZhBYimuG
tIK0WWWKpOyZ+yxFT2GDPq07Xpa9tP8A/Ob6bfadFbo6/WI52QPxUnPp/Rk+G0340eWP+W3l
cK7fJaASPFY2MnBVwwsr8BWDka1pVfIksXZ93Y2RZ13eX0WV7HyT3n4iOisNZnaoen3P0luW
s5fMIMwTMDKEQnk5BAOcExayD4hQ9viWex2Clp8LMf1VyqBR6mYzOZ/S1fJoaep8SVD8PX+h
cHYaoOAtaKzAbIDxKgpPiU8jkHAQ5jofnV2CpxNYjLMRZX+aqxrS8U3bDXUatWqHZfOzyywN
aIjc5+jOPQuBGOYozDWTCAJ7RsQewVoK4EEAAjZgGYaQx+FchFExz9WIcTuXqTT1yrUU5+L1
79lO5Sw+O9gpsb/t+LgjxVSPCwYlhwa7GrW0s16nyrpBCV3DyD8JYjW7Pib+vRdjsTQ1cTcp
B/Iz5XDDcut3UAC+gPoTieUIzBWIABD4mNgn4zPAmBApzwDPaGAjAxAAPTPP+Bxnu089PQu2
Ds1cVj1/pEA2a0wuxrDPYfi9bhg3/JSyVHx8rQBKnJlr1/MLF8VsBhJzhjKXIs2mU3dGldG+
6C6J8dYZ2aBZXU5C4A81y+zWJ85JW9CDYkGSczGYxIg8jPECE5ExzmfczM+4PE9oOZmZmfqI
ndkDQ03Q7dRBrJx6H2/pQ/yU8ixfI9sozSD4PhZUyshVpcqmpSWhAe8MQQQqeShlKsqB1NAW
zau1L17GikrTsOyqqPmpQArBF+VrGJUmcqSrKFcsyba121bCWTjEGMHMx6j0GYAZ7HyhJAJJ
HlYIGckHIxPE59CeYZ3+RpaQP7lI/wCrExD7f05PyVsSRYfl7ZcpRZiPkrroBC5Nnkllf/Ei
seQ9lyoLMBRrvbLKnrnVa2hrUdf2B2+zOIqLGBjbNdLhsqCRGEyfFTPxYMhYfFiN8lTa+0LF
DTyENhgurYTAhEIEK8BSYBMCYE8QZ48hQPqMHMPt36+WjpNjfr//AJj1/qUy9T+JqBM7RcwU
lZkKK2BNqN5LX4XWoBYARbnApRTKtcPE4YbtNYvvR50/VWULgTc7LV013f6u551fW7u/sqvO
xu6+s1va7Fi3bldFVneUKaf6PURdHtdTZBUEMimFfFjt1BfkDgXMoyLClpUkgwEwGHE+w59D
BnAGPTImRM/RzGJz3x/+jqA/v6+fh9BO469tylug7FHfX2dLY7IKSiMRcCy0qq1u/mHytd3l
YgVnL6zUsEYSy3wj9r4INi1Z1FJt2vFfi7rvrte27be+dN19nY31Vmutj4Ls7CWWjav2Xo/n
di2N1WrS1HTjYtv0aerTr+yrtsZhLs+JVgdW5wxWA4i28fmsrtVoSVA9pzBkAZMHkIc5nioO
Jg4+g4nfD/6tJ8ex1mLU+mZnMOcKhPZ9l1QCFlIYnzQk1WBRLlYqorIXWd37CwVm7c8mN1jA
eJigg/z6M1tlnjq9jebNjrtF9y/T0dfQ1geO52EZdx7Wu/n9UU6+nbUq7JrAo7HWNXedjti/
r3S/sPGEkRqlsQt8T61jWLjkFWiWERERjkwFjBkzn14E95icQ/UZ3ak6vgP/AEtXH6/sPUkz
YsSruvmpuXd/nRazdX2FTum0BVXeVTl6RWdmjWVW/odNa9NsGcAcFkQsel1hVRWqtqbq52Oh
61dfVZ8sMTsababVDW7eqadTXHcW7Gz+lt7S7QTUG1TddV1Ztq36rHsS+9ahot8g3/mbf6+u
1UyY4bAW9ZRdiKywMGYCfczicf48T7d2R+uxH/p6WRr+mPRuB2nynshobKmu7dRn7LZprTs6
LGfcqC7dVo1er17Lb6VCp/Unx64g48eFUY6nXDnVf8dcYr7rrbRv9dYj6Gm52JxO9oDaH83q
Ls9lv9XdY/W9VXqAMAd3rE2n2aq6tP8AQ0NRxW1etuFwOpLjXvuDbmiM0BlyIVBKf8rbAp8/
KBhgHiYg9OIIM+gPGR6YGSeO6crTX5HstAY1/obkPosvcqi5NFeOy65L6tvXvpfT2dvXv7Ht
tjeT+c1H81wB/VlF6trMBvJ4qkHp7gpSyrzoAAGrT83fdguno9ft7OsKrFJ2ka/V0Rp9ZQvb
anxnsqHr2t1dXTT+k3r01Njut871qV99ZZ4LvOH2PI16uWfY0yDSw4NiKDtVhvksCO3yVa/a
uzVMMg4mRAJ9jnHMzj1HAgGPRhkdyGwK89jpgCj19wRz3XYHSt0+8ruqr3a2DXUqvcXrYnlc
i6mi2w3SI4f7/wBgLTS6nyUHC1krpsK5oKGNCFKzP6u9W2W2rPPU8LNRXYhKxRfs6i7C6+qm
vXbTWdSpNavV2N7X0a9AP2XeX+IT41Udq91Wv1VDM9asBbaFBS91qq+JfkIG5t+NVWsz7Fe4
7xASgxn2mZngkwg+n2mPXE7cZirjtNfPw4+nt+vq3Fp1LdW+umq+pup3WOvo7dC7/U2O1Vdi
poa60pgZ77RfaTf1jq3jLGsZNSjHV+TVqMKcY7rbTb7PKsv8/vEFCfLbpLVUdzzVsCyqyn5N
bQtpuq7+q6na/ldMJrbNn/Z2G5Xr6mnc+y9OK0SzFYLGfC8WseLKAb7kst1aPh1NPyTYUcYm
JiGePAzPv9OZ3DYGfPs9Un4Pp2yqizW/ZAG6i3J2jCvW7YWbXX22roo4towQfdlJH9R1lYrK
4lY8FpUm7o63NFlyVG7bxquHLgeTariltHeS6mq1TO/6xyqbVoXYo7bY1V1uy69ew2rt+/rq
f19Dtttqm/a2PHQFdWpr0FWUKAr+MZ1YNt1LZddczLTXbNvdQV6CeewuCPY5HpmEzPELfRgw
+3cZ8Hbx7LUqKUnOJn130D6yOIvl5FhgGb9vhr9fsMBogCgnk4A/omrXrR/yRh8lTBbela79
e3XW6dyRq9UQ1tiKtSEmw9X2A1TXvsLARfXZ19dL7e5o0WbfbNdOi/n3qfsN2vW177r77tLq
bWW8/GmgPzYklmVJsdlWj6oD1WPUg3NvAs1yRoIK3r8gkJhbE+RRDagiuDBzMc5mRMwTM7cn
xo8f/QpZWrP0HM7mxhTpX/kzhIMsQQB2O3UWSmmqrUU/HjEc4n9S2aGXmkZfSV7tnXQ1VZIP
9GPk0A6pKNZTL9Ayuu4TpzsHeThUsrsl2rTYzJpUmzuaPDe7VrLfxvXU3jrIlrbJ1Nf4htOt
aF9jYfU0iEUeLfGpHwpcmwa0HXXK7VWB1zMxjzkwZY11zExzMCGCe87e9lvo17m26kCp6gY9
O8Lnau2XMftrHo1DtqLtnfvegWVmu35U1VIp+1rIq9nebqUJIKmqfyejm2ZE75fKm8pTYrsh
r8mG8prXrRXqVp421Xa92nb2nb/Gmxt2PVbtWlWdnHUszam9dY9vVaVtVLsqV2bFbWVV/KzO
iFSC3xmbtv6y0sb7dxnSjr1+HVayFucggAxQMgj0I9MQznPM7eixtjV3aRep4+nvUs/bu5rK
PjT22qAyFJ/Lr1ZrFwqvacXCywdjq2VsFWtLcWH+W2a0nGAy5/oHFepWA5FSVRLGeP8AGAdh
tnf1B/8AWtzYf6PTqE+Nv/OK5PM6601nRBs7DTZWXecqa6WubisJrBnLICLVB7q4/sdRpfJV
kX9tW/8A1AnyIIIyIG4VjlM/4d07eeouL6/+H09+SosKgsoZvyDWeWUQsnV1ObfJkLugAAA/
pc17Sil5pdL8ja/WauowvYgWYP8AUbA/8zXvX42tsslnjWnYbDVp0/XrUPHxqUFE29CvZP8A
541te+ohwwBpuKPo7KUX9Vb5VX1li/iJTjycCfiAGAmxsfsbN+5Tpdd1lw/bbsRfXrsz1n/k
vgZ4ZPxCBR/h3eBbqhVerHh9PdVF9a8eNoQCxUweDEsKnp2BexGdkREHkMf09AbY0ensavXo
WqvBx4kCy9KK+w3Luwso1x8i0WWLXphBdT8vZ9VQDefe0lm2ld0G7qardijX3WeTOuPIMA3S
vii6zxRnZm108UKgwgAgViBNTrZ2HZ37lur5XW17FIXrLnZAfKIUEVhn/AmdpYbbrbSaOqua
3T+nYqFtO/RZRYz2NFJMKswrpNk63TesPYqKLw0LjPZJr261Hc60bsNbGx3OvE1szudFrLNj
VTNb61AbfINbWOmvqeGxTta2hTs/1IMs7WyxNje379dtenWXT3X2Gu6D5793p0o18ETp7HfT
vuFi61DCz3JGR8IEvuTUr7Tsbtl/EYqwAjID1uPiAJmOKQQPoTZqdjsVgixCPJTAT81mxmy5
/GvpWH6f0/fs9Fdqm7r7taxdez5UqTxu3gdzX2g+rZWHVF8RkGHwz2X82uw1P8hv3Hrv5fQ0
bnZVne3LSv6zWLVqa6FCVU2KVTbp1U7juLuxu1dJWPw6CLt9yiM9llraVFda6XYEbW2Krm3a
Pi2erqerSq1fOJQlSBlypAAAYtUnl/RL1ovGBMgTWL336K0/BjxCOGKuAAc/QAsIEwJwDsC1
D2FtQ0/IuK9fYRa8+H0GNyvebNlIXvdlC/cb+yOs6t6V6y5LaVTj8oItFb7K1qoY+ILkOQjT
u72fsWJsNGsyPajNWiH5O22XsnWa6FN3skqW3Zu2J4AKgII2nQJuWoae7tWNsrs7fUoE1r67
vka1PkFOCqeKgkHsr/g09hgbB4w5eKgqq/mHZgFIbxgrz9OPoIBH9TuOl+pfY9+izNrD6jmd
tq6ijudHWWrpDUlCo7DRBV1Y4AgraJrILuQHbEssaHCpuWo1o2KBFsTwfsDPI2VWGq+XXfDX
5s9gAQHDCvKN4cufIHBlZ/PqWDae7ddVK8bUZt2gtZtOqhgvcWrT17MxK4EpKM/X1Da2ur1U
16a/JoqAD/L+oLt2XVa/7N9K+CfSZkztrFaWaNVy6HWLr61NJBqBFi5J+HyYLgbTW1mq1bla
lWbxRAxVp29p/fFxK2JYurZRUU29pkpSwV6t9htZEDTwUg0lQGw2XjeJIAI1wPm6O9qqtimv
Zr/86yt67WSG7yKVtP6W+v4WDEngLkt1dVjXU1sVVQv+bMEX+gYPb/Ka4a8epOJkQHiXWeKb
6X2zWoWiG7Ki5i9YJdKwCB+cIBAoZWbYvWweboESurasY7elr/NeXRTubSAbF7s7+XxADJbE
GxA5sY1gwEqMMUNbBdKg23WI1FWjsipzHpSwLUir8iqP6dLQSfMMFmjqHZs6rp6qEVQB/gR5
EAD07Jj+v3yAbn8gQUBH0cH12gAnJUplRQWP/VrPSEuYmV+8HocQjjbdUpvao3aPgE3dhvJ7
bTKNazZsH82H1NrpdqmN1GzXS9FiILCIL0DWPSwUqD/wXply1lAsWnTrVz7EgTZ3kqVLGsf+
naptceRlVFlrfz2iKCihV/wEYZgyBN2xDtd3Ymwf5zcGoNTYXYTGTj0wJjngzesaumvsBVDs
VrN7+h1tY07G12W1rUijXPC1jImIcw8w5A7ZWfT2EqqOpuV1K7a95Q0LOi1w97Pkto1sW66p
k7jrQlDjJUc45VcNs7IuHT67VhCcA5htX5NrZsJXXZ5RS1NXbdjY9mpq2bL9d/NfHK6a61GM
5/wA5E/IT2H9Bfbi5vGadjlujcHVg9yeZZYfJeBYoeu/r2m/q9g80/5vbvfQ0NXSrBGGJZx6
/Y8Fp2TBNbZ1yR4HzGraxOjaU6HVtrpUHyTiZ4/pX/6bdC4T9WwKAa2ZmaaVKttv+MW7xCt8
gxiW64dq6RXDsKkP8/p7VvWdNr6cGZ9vt/gtwBD2GKwYWE47vYQ7F75fWdhP51j8fOceltq1
JQ/m5EdjksDCA05wDmDgVqAPeZg59CeGOZu1rfNjXVxdXRUyhsa1FuNPYrVgME4wBxbrVXBt
TWK39Vo3q/Rar17/AE92q+tQTboFmsFXiQyquVw19NQN9l0sXwelR4KoEwADAJmZnPoT9AI9
GVvk2LVFfauG2SjF6aLc/wA7WV1fWysOa0WuMzGEHAQmCoGCoAitc4yecCewEB4YQmdv2B1b
02/N2pFrLr+IRhjqKXNn3IAggM94VEIIm1rLcletVrSt1QF2xmxWe6x01qLPLxRIahZZWo8Q
YQYD6czJnPrn1VgZmHidhejbWxrNZdVpF7dTpwZq61etSBwfRbC9hUqfIAmxMm1cG4AI3lCw
iqQARMiZPpmEzst7412w9xSpxNOw1y7erM1V29mdfpWUDj0wBCcTyMzmFhgMDOwx4VBgK+z1
deV9ls7NlViFFsuV2vDHXQYH4jiZxMjJMwYeITBmEz3mfRfEEDPomgBtP1Oo4q19emPj5QOQ
fQjhE8LH9mAJxADhjWsU5VEVQOYMA4mcQ4ExGGZt9dfk9ezFOjNRr6lPFej1pTr1VqYQxJE4
hPLQ5hGYcCdgw+PbuvtfQ6t/KvWqC+Hxi3xA1arnek2LbliR5Z8njM0JeBnM8jPJoCxmTkZz
zM8YGR9AUZUedoExmYmZbWWn7FiImvsMXUKBs/IX675WqpWpZgCD3zODMY9GwZ+WPEFiMkic
CKZwRmEwczxEHEY8Y458uwrUV/FR5/OQVv4FlhlvyNFuoor0LvmIHAIgMIzDM4hnjATkzOYJ
iEcr9HtFHgxzgH1yYyI8HiAVVoKUWKOJ9iMlYSfTM5hnsJgwAmFIq4nEIyMT7n3JOTiWAMop
cttV/wDXXSflapBPjuwGdI7V4sfV2J1KVqmRE8oOIWxC05BMBMXJhMzPeZIn3Ax6k4hjANEZ
g3MExPvMZmD6c+nMPJAxOcmEYjGA5gIMPsTwMk8we/3BIg5mQYTie8Ij/wDKteN20CKoDWbT
ANtsRzaKKwRs1WDa1KlrpHuDPeHEwYJgTxEA5OMH2nv6Z+gwfIABg+v3z6ATHPt6MTn2BMI9
DD7BTnGZ9jEyIRk4EwJzniET7AzJIxk4wtqo9lm9q0zd7unOnZfet1iVNR2IW17E2UrB8BnC
5gByeIT6e89guTCpx4GBeeYDyOR9P2/wJxC2QBDkDGZhsn38eTxByCAJgYzBB/y4nAPEbAUH
ygHGAWdcqqkDZfwr7ftXlgtsNWjdY1qrrgbJZ9O79s6FWuzgZHtFntMwTGZmCKOOPQw+/syg
4mYT6n0z9bTEUQgn0BzPf0OJkkHOMmc5wcKIFmBmO2ZX4kDiZCwk4yANgB693rGSy3epqQ7V
ritalK+S19bt+NnXUUMATjx4XMxADBOchcwDkfT9xCMwj6D/AIkGATmMcAvmKCB95mAAn2nv
DmYMHMBEJwC3lPAsoQAY4IBnEwMuMDudx7tvJJ8FDfGWCpesq1vF+mQJr5E8uBzOR6e8EGYY
Ppwc4/1zMz39WGZgBhwPTgzGIffGIATOAb7vAVDCWEtEQAT7j2ImMT2ncbDa+j+js7Ru0rtJ
nRvPXZErFBeJVYh6lgKRPupmZjE5nvB9WTPv/pkQYMxB6H0xMQe5GSMCH3OQft7GywZSsktZ
iVgtFMzMTmcQnMzz3lFt2roaFlQ7TSG1XV/O+dlXT0Ip66hU/wDL821uuNTgkCAkRcw8QFsg
5gaZ+nE+/wDkTOTPEeuRCeOYDMzM4EY4mJngwt4hrvIImS7YCLk4AgXxBPpzPGDEaZMIXJAz
iYMAIC8CGEtBnPJnImDjEGTPeMcAWZgOfXPP0459TB+XoZzCeBicwwe0OYSTPIzyOCcTORb+
SVV5nILgua08Bg+nkIDwDiZEIhxPyzlpmHGTjAJycznAhGIzASt1MJE8jBzMMDPePXwgwvoP
+X05mZkejDIAwPQtwDkqfQw5EBM+5EIAhIE94cQgZAADcCtMBQD6Yhg9wcGEme8GYQcnAJac
EAET2iwn0K5VCwYcwQYn5GH2HpnEzxkmc+RHp7TPr7z7cwHnJI5Eb2JzFEzFJh5JOYGGc+hw
YwzAMQngBoM5xwWIFR4IzMYLZhBMBzMQZwBiActmAEzE+waDmciDmYhADWAq1bZmDnkAZmMw
FfQie3p/+wOfTIEzDmYg4nv6czEJMZiYPc5gE4hmIBziZGMwCEGe8Ihzgw+9fC8mczBMwfQe
uIUnjgEYnJnjwVM8cTEBhAjoGVXBIyYSYMTzBBAmXULYGhaE8ff1++fQGZ9M4JPNh4UklTkj
n0xDCYICTA2IeR9jnEbiE4Jblj+SjEycgkkQexgOZnnHIBnlA4wOQBmEETnIByxYAHBxmciC
tQx84b3UrarQZHpYpAQlnJIAOYBz9Hv6cmZJmeSYWAhDGZ5A4Ht9zMZhxPtgT745xDkQiYBH
kBHu5Dq5BJCznJOYPfMBzMYPORyOJZkCpgRiEwEZEK5mIfbjJyRGUELrAWCAS/IFXjYxAxXw
AefVpk4JxPLEzx7zCiHBmBAghXEx6fczAE4mIRM8ZMGcNCwEusLQOQVxmvhcAzH5ZMOTMwGE
4JmMQez4whw5gwZicCEwAw+wEIhzgnis4AaB8jIj0+LV2Myn3OcjM+8ZQfQCYM5gzMGGL7gE
+pWc5AnORMxgDOcsIF4b2sZVBGYVbzVfCVjKgYhExkBRMQQqDMTGDkZPu48TWSVxMT3gEPAx
kDEJxCRhjmeJz+QGPTPpzjyy3pmGMORnI5hh9G9lBnMxMie8MezwVeQBOYVMCmEc4wXJAuJY
ouQc+S5JVcTGJiYwRgD0HtmWMVWsAjHN1ZIpYhIODAYcGfdsiHMPt9vyyPLPBg5hHl6YOAfz
zMkzEGY2c8icT78eoOJmFhPLMLcw4EyIYCPTMbIgJj5IIwfBQtqSkGIwK5E5mJjM5h4imE4j
eJWnMxOcBG8jBj05M+0MOMkmAQAehBhEAIh9znBT8xiAj0MImYeZgzmHE49M4mDPaYM5nEAn
34meMyu+u15jEbAPmYVJWsMIn/ICZnMziZODxMCP/wAamOMiu0sJmffMz6Z9CcTExCMEZEAn
t6kZAE+5YlvsMzPHBAGZjiH1AmMEexBIAMwYwAmAIRx+UE+2ZgTGYeIyAkKFB8SHYrGPCsGH
tMCYySDFWAcnmY8XuGRWQwmePecTj0biEZXzKwgMMwACcegEx6YmMlhloB6czHpiYhHIyWJ4
ByROZzj8oYYITCAQF4LcmZbyJngpfkhSVewHCEMtHtnMzz7zAhyCcQ8CyvyBzkk1uOYBPvMz
2j8xG4cEhLObMCJYfH7Z4H0kc+POJjkAwjB+2YAMfYLgNiKBAJj0M5hGDjEK59PtiYwG9pjh
TLQQ4w1aP4Or4ZDMgzj04wMTA9CMhwGi2srAkgcDBhIAHvxGHjEfylhw3mPH5MGuwEAg/SYR
zj0PI9oRkAiYGeICJmZgJmeAcn2nHp9+D6HE/GZGSRBgzGIcQ8S8AitxiyZ5XhcwYmR6+5zi
FhgghmVXFLggQMCcjGZmA5loKxmJCN4kjiossSxT9OM/VwJgQCYmBMCYEC84EAx64gB9MTnM
xz7zxHoVJNvkrEFkQEkAsTTK1JBgwZgTiYmBOCTjJMY4sNrV21WeSZPmDB4mEgQEQjIsUoWG
WDtGz5LlBW3kPoI/L/MeuOcj1AmfQZijE+8xDgS8EiskrX5AnxEwpWo4cHEJwRggAiZImBDg
QCYm0GENfz16wsSBQCcGBVEImIBGUMDUVIqJn66lAgwgKt9BP+WZmZ+gKMwQzAznEHpmZwC+
IzDLr5AAqpciFxK3hwSvAPMyFnkZngMMFiYWnkBBgwBVJPGcTgegPGeecxTMDI4jlVDPla7W
J9DP/9oACAECAgY/AC5//9oACAEDAgY/AC5//9oACAEBAQY/AKFkz1V02peKoQAlXFPqV1dX
4XV0XPcmeqqVdXQGq9k+pXXiXiTvRXXismEim1LxMn1MqSXiXiVJUTvRPqV14lSQVJl14/8A
ggfMdeNkdUnPqVzVUkxQ62HqVZOFSdFWV1UgJtSu6NVSRT6nbBeIptaHUWxR6pMgRMhNqdc+
zZMODks2PYrws6oFzTKO6Q84giJyfhU1CqHTiypwMsclaqqb4JrBZ5cGKpgnxXNO7ZBDF02C
oaJ39SyVSPUmdd+SvXJOPWiQmqgDhZPlgmVWVFZMycC+Koq+1d6/VNZAngyYLlwy4kEODcJu
211zyVVmrJuFlmiAE5xTq78K2QLUTAM6zyThDFCiomV0arms0HKdV4VqU9nTe1VHcuSuyy5J
3ZUy41q6yXJAZcHKFEz04XTP6BkwNMk7p24EYpk6zVArcaDi4/FfkjmUc00gwzXTVA3VuNFy
VfUmZOeHdZMr9ypbi2CtwqiF+YX/AA4UTJsFyT+n5qyddyfg11UUQayv6lS6quZTcKpjV049
hT/hzTj1hOKp1zCPJVsjyWSpULnyVE4urJznwpRVtgu5NdZFM9F3qycoZpm/hWTjsOFWy6cF
+aqe5MqovbBc81f1K9kD7U8VzNwmTiwuFgXTJnD4oBqpjcK1VkFQVVKgqlBgu9AO+SbHJXY5
odRPNXJ/FWWYVLKlin/gL8aLv7XJOM0WDKh7FVUcDRMaqqozo5p87qiY+1EtZMLZJrI8kxsh
gCnYX9afBclQKqbPNd6LYpzgskfzVEP4B+DcXVFbhUpzVUxTnhnzQYVTSvwbOyYKhQN05twf
8UwTAtzTg2T3TvwsyBKcrPgM+FkKdRQpXNOqcO9FvR3Jq9ewTuSjECtbqX3O1/VgA7Wsv6ez
FuZqtP3GyC2O3L+WSA07mRpZa9iRJ+E+L+yquyJE51+ZGUzLf2TjeUU+3Jz8Niqjg65Kz5Ic
1dVVLqMDAGBv8S6TpJQrqajrJclQvyXLMKybEpsEyY+1WoqXV6JnQComKpx/Xjy4VqrtyV/S
ncn1bh8EBion7uBn5x0lzSL+FD7fYBGzGjCxfxIRlBo4lGUotk1KKriGDXCjvCRlCLRcUP71
/vITjPaHj27TX9ISmPejKh/aomJYywKjPYMtrcmbxpHUv9r9/HzIgt5g8Q+pR3NqQlA2KYrN
U4V4iRBkYlw2CeYZzQhUCaVEztwz7HJczgg/B09lQrMlOyp61SvCi70/Fyi/q9LKUvDEEnuR
PuRLQjgyh5sDMRrpjfUFHajHRoiBKN6lVPUMMEJf/UItyTSGNCMUTGsCGlEryzIxj9wGiD4H
/wDdUoGhgbhGRLxBFHR2pdbiucX99ShN9Q8BHvBf7XelpiSzSwVK1unRTK6/4cCCLhMJUuEx
tmmF7ugDU5rJAAuyoaopya8GNE4N1QrnwY+0K9FVHLBfoiqILPg6vROh+HoLqvq470NmejcA
eQxMUDYmzoSBJk942ZHejJjPE3cICRv4g3hRFx7pRemQCa2KBBo7jkoSBO7vS6pnAD4UI0AP
qUt2VpUByiERHx7Viob0ZO9Q1EHL7kKT5qt0TiFyTNxZeZEOYmqBHiOCjpowuoiOdSq//NdI
qVRPmmVb5rMjgHss0GWXJNZMKqquu9dyp7ME2GKrTvVPWn4BvSRFoTiYmWfyIAXu6oWOLKY3
SRO8AES2n15KnUZWOSLlyq05J4h4i5QPiJfkyeVxiofbwi0pOJG1ERE6Cel7aiv6lYC2qrfQ
hCB6JlmF0CRW7LmVf1L9eDkrvRLauSG4aGJPq+Xh3cADimTKiawTLqxV+4prIAe1Nc4ru4Zh
Z8KJ7q/q4UTLku70TC2KnCLS2wTQ5D4FGZLkOwT2GHNCXhIQYmWROClLZ2jMXcCiMZbEgI3J
sqRcm6E9/pJDtipRi0ic8EwIiSp/c7xEtuEXiCbkp2dg0RbSid4A7fuVLujtierSaDIIb0hU
FxmidycvKdmkAuScXXIK3E6aFS2y5jKrkudRUut9uWBuEDEuMwmsmu3tVKoDBUQejo5KibHg
+XCvGnHv4FsL8HumFkw9E9gFOO2Q5JIJNNKkZwjN6QOR+JabtZVPtQ3N6EZQIxuo7WyBHaA8
MaIQfTtnAryNgR3fuAOqYNIFS+435kxk0Yg8vlTHFUW1sxB6vE5Uogg6hdSnOOnajQEWCG3s
x1Sni396Sid0a90f2Vqh7AvKfw4Lnwy4O1VVGcSQ5eS0+xaYgjIYfuWqEreIJwWTBU9aor1u
iU1mTp1lwYcPzXJc0HXciCbpnrwquSoKegIZFg+m6lMi2dlL7iXi0anzUdrfhGUJCmQK3No4
EkHkVKW/LSbwB95aN7f0yNKjD9qlDblr3Y+EtQqUtqJjtSDEgWH1rzfuo6zep6X+ZDR0wgGE
RQJuaHPJAGsY0D0ZSeLkkMGuFH7UAQET1Ee8v93uxETveDMRCOJdAjC6G5FgDdAXkLlMqju7
T3RIixNSmIVAxXUuWSoiakonB0+AVE1yhzVvXwe6PHninFEHxTEqvAn0H9O59qLGVauv9lvl
osan4pLbmC8dJhLnEhQDE7cSzptuIjvxL6jaUfhXlSJIiTUYfKtH3HSMxdadvcn55BEdXhP0
qeztREpbFNyJ5LbcHbO4DSPL/wBtPGWqL0PJO1c0SLhAEuQFORLRZ9WP0RQ8wE7YLyKjtwbb
jGg+kKW8C+kepSlMgQqTVEiowCE6tKrYD6k/tT4p0wx42pw58Hz4NgicVWoyVbYIF1SybE8H
ROKq5zT4JkwF8U5VeFVyTItj2yUQ+qQwCD7ZAJQ3oAjWzA/EFHb3DpAFADdR2wRISkxi7XQG
3LSYsSQbj3UNchKlSBcrzAPahNg9oy+E/Stwz+2M9zcFZRpq+pS+5MNOEIC0VLcJraITC3NG
IBBkHkc0JXf1aQtErYNWqhEUJDyI5oQDmZNMKLywS06zJ/wrBsVrmOgWGC0nFFyTmqFd/D8+
B4umX5Kgqjmm/FUwVFWuSL+1cwnT4Kl8kwFQqphQrSU4NfSNC5xXmbnTyKuTzCjKAcQkDKRy
RhEu9c6fIjODu71QO94ojTT3ohNIf0z4c0QWJwyQ3Noh8QEdY0mxRAIAxFLqMIOZnJPO4rLO
KES+gWHcjGMCQRQFefuPKA8MEZO0RZkXtGgLLqkS9uQQ1VibobWyHAoTgoylSRwR1SMYzFO9
Bi5FCFThRUHCq5cKJ/UsXV0x4NguSzBRACojAgsKFkJ7YaTgCMqEh+pCQoSHThOeFFdN+K7u
F+3IipFQgC9KEWTSlzYZLQCDrpKJrRSgaRcN3FRnA+KjobpDghxRa9Jjqq2CYimJQMSRVEfc
xMZkdEmf/wC4vMhIEAswo37VM+XrmR0yN4y+JESIgCbJybfmjuGkNvH4kCAxHsUt27Dp/wBS
6Rbxc1GJLUqEYRbVLL4UD7orJaX1yyCjtziBEVBxUdsRYTFxWvoOXCvsT4cWWWfBs1WjI6Kt
ihuaicwKOo6hGMPeJczQgLAX4MVptxrbNNgu5Vx7XJGU6RF1p2YAH4zcppTcSqUCD4rG4Cju
OAY3YYKjkQN0IEmWgUJUGIeNCExiCJeJ0f8AbhgamBr+7bktMwQTlVRZgfxKIhUO5/5kBEFy
2C1bjADBSjt0jZACpxxupxd8CGayAje5HcmsTiUNuJocQhtxI1F3KIjEyBLv3oeaf/JR3YFz
E0GKB7dceNOydzcLQFygPt4GIJ8ZH8kk85EBqglPFzHEFPK6K7065jFVumOKZu5Vus0xxWXZ
ecgAtbEjNGMrGLyUjEOMjkiSBW4ROZoBgmI1Cwo7qexunocsP9Ka2R5IXyQjPuc0CEohifWn
LEg+L4T8KjtxqZXPNCMqglz/AMiiNIAFi1lLQXqQaYIPXUWLLahE6Ylbm0I1qdR5KUYDrmGP
L6UYy6DGNAblbm5MeG0iiIF3LmS0mz+tOCyDodp8uxyXLhWyI9iYgEZFCM4yMrsIumjGQINB
IaVWnJUbvXenJsi1QeD071zyVVdV7JLO2CeG9ohUTEcD9SjtUnKFNRuSjIR6UREUMT+S0xqR
iLuhqi5lUkKUQ/mPcHp0qIDgmxGCj9yQdZFGzHxIVpz5JhcptVcUIyxwOCkIHVIhy2CiXdrE
3W3uQoSHrQoGWTLwgSLUxUYyIaItioAkgCgI/mX9KsiLmynvSj1A0UDeTmhxHzLytsMDeIzU
otqLjC31Krs7k/5Uwoye7B2QIo/GnDkqpuDsuXGqfFd6cISbqFiU9807Mm/FMKlfmnGKwK58
KdozyBKESdIPVJveMkZQBM3o9WQmTEA4IBxFqHm6mITMgDRGB6ZD3swtALl6EYLVKgF3xU9l
yBIM4U/t9z3T0nkowlSMjXNaI+o3daZ1IoJfCVTxZjJDkhGJ6hgyaTUPhsVEai2BIRiAZSOV
EZbkSTlVAGkcAMFOTNEhwTkhvs7Vj3rzJjxG2S3Pud46dsWGa3JTg2239MDMIAhpXYlOZd60
ycRJoTzQOfbfskp5JgaxLtyKBBcYrkqpmTo/ii9AgHYFPZPmqexVHaYmjh0TA9DtFCAi5NHc
KG3GLz0uUdue08bUBdTmY9MtRIOalAGlWAq/1p5CmK0xtwnukCO/tiksT8q64sQjDcAkCLmh
H7k3l6hmnlthzQNQoRkTCl/5Vp1cyUSXIzuwUZAORg9yidI22scUNvd3GOLVT7cnxJxRnJvL
sxxRhpAizjktQkHFQ/JQ2XJiS7d6jIzaMBUYr+nE6YChWjcABN8kISY6X0ywZNjGic9k9iyb
hXBOR61SgWaNWAVfanwRxCrZANRVTAKpqqpuzGET/V3DQfKrs1gc1q3KRA6RzRkKOAynuRDy
jElb0Sal6HMqbDqsCtNznwdDZH1Ta61TgCPzQnLblonecS5if+2uiYmCen/lR1RpijPUXFgi
0iBKhqqG6AlMsCvGWwDlAzLl6HvRFwLFCE6GvtQjHpplRRjORAD05rVuSjQULVqhCAI23oOS
aJ1bkg8sAFW2AKYWFgtOE+yS5Y4Ydm6rfhRXoqX4MX1M4yTlyLKn4KluDLNZdiiccZGYIjCk
Hy+JA1bDJlERAMyKYoCWwNMaag9f7Klt7o0ahjZSh9lul3/a68zckJ7xu1h9HEznYCqnu7lD
IuO5aQbVHzKG2GAtId6iIxJbxA2/YjHTpkQAYmqaJ0+vBUIlzR1xIbBlpENT4i6tV8aVRp04
PaqO2AdMcYhapEULAN1IYAhk0C5jHVN1HZ2YvoLAD3ygZA6zc96EzWZF1d3TgseahptHxHhW
6bt1VbJuDFOFVEMS+SAOOapZEH2qoYZpiVd+TK97dlm46ogDf26xPxfIjGZ0kXNU5kxFmxKG
nfjGM8TLwn50RuTG4dNDGoqj9zvAiUvAD2GEmGpCZkYirrU97FM79VMmTyYilUTpY9zf2U0J
GMea/wCoxALZOtJm4OJWoSi+aIcybFAaXe+bBaREGJ5qcSBpAHe5TCPTEgD+ZSjCJid0M+QU
9yY8yZNJNgoyIatkAQap2LYpxXKiawa6HomVaJnTp88F3ru4H8EzpyXCcmqFLp7K+o8kBAUO
d1ZiUGDhP2JT2wPNOGBQh5bRJpI1j9KE47mqEj1A4TK2nLgkc8UAOSY+3jtwAuXdeVTNEEGI
zv8A2VQu1sEACHjd1Es4NHBcoAEABVLk0dEe6KhFywahFSiBYGpxUTEEyOaByFFJjWQqLV/c
uqXUC5GRRM9zo0sBZEbbw2gWGlRG7EbkSWD+JRkI+JqZJiaqmCIB6gXFcUPN06/lqFX0DYpk
A6p6+Bct3VVVQJh7V1WVLWWQQRYXVTQ4LIiz8ASmHbJFGkF9vvSOqUsB7rIHMDsQiR0xWomj
9yJBJjUMbqRZghLS8TZz/hQLM+KIyuQiAKDHBB8ccEQ304s6INAZXUfhsFqrLPmpSIeJ8INU
XGGFVpDWN1Iyjq01IvZbB0+X5hD6UASzAMvMk+udXegCeml2K5H8lHcj0RlQhrn0HNFj3p7p
7ck3C6e/JcsOFahfkgPbx5BWT9uibFS1ihWzi0pMFF8h2JajSNg6eT6WR0giOJyQNgTdQLkx
Nwhi2KuCCGktQLNRk0ZPSyJFQzOESaF3bJOWYBqYlMHDKQc1NcAhLDE8kBGj0DKGy5AIJl6k
JEmQ26RFmQMwNFxKRf8A/GhtxMicgHRIhpi9NVaqIkQ7WCH2u2dEAXBZtQHiigMu3ZVwwTjg
wwxVEXqs1Zky5dh/SHkhslqHHJR7h2Ilh/UDIRZ3Oa1+EWcmig1Ivl0lDDnggLDEhMKgXkea
YVPNHWGpQqzxjU8gnuXwsi9BdrJyCE2dnQEQzZGh+pRjYv8A+NKarW5/vRjvBtQz6QhDb6IC
8zf9q8vaphqIoW8SiIycvUjJGTVFAtucJAGJc0uD4o8GcJgdRyCs2XC6dU4UwVfaua5lZHi6
dfmU3ppE5hkC/UzGiiRZgu/jtdNHpJRjK2CMpSeMb/8AKtsA0qo6iHYUOaY+LMqQu1NKcdyA
bXSyIZgKdwQERV6qWQcVUZVJBtZkTPqBqD3ol2eoP8i1CgxGLKpoSGBuStuEAZjQ5NgVHzC8
2tgFHQHmTXID3kHi0XbS1WXNazRsUYkkC6ci1EdLRCqTJ7OnkSTkMEABbFSBkZNcX/amFDkU
/GirxpwKzTrJHEpwuXYftZh2QBqcCLhR7hTsbEKM5NUGJy04BaZMSMsflW0YjvCZgZd9kY2J
8WacGhq3NEDpDXwTBu96oxBq/wD41KQBIL1Y3WgDlqzTGhw70BP1BkC+ljZEAvqpTNS+7+7I
8y7O5UpmIG2zR7kck5rkgavghGRAkczVdXUTgbJ/wT8nRc1wQJPei0nIwxWPqR09L3bNAkjT
jmgq+orIqo9YTY8HVMUxTjBNZfr2Ofou4gqNXsUDenY2pEeHFOCSBmtYI6q0W2Zhg7Aj+ZPB
jkTWiEvDI4jFAE+soSIGRGDJzWErN7qFw5uFOMulqhv8yJcviVV71XU7RNv80lSukd6k41SN
AcI/Mhs7Mtblzzkh9xvNGUgGiFWq1bsg9ox951o+2jof3iNUlH7veJG3GTyMiXKAAbJATLzN
ggYNtg5VUZz3RETHUMfqUoiUtyBswxW2Osk0nJrLyobgnuR9SJZx+qrfHJCUeldUgH/ROC7/
AJKzLAHktO56jgqVTr81Rc+FOPP0PJUzCiCakUGKgDdh2AIeIUWmMDpdjkvL3SDGglp911G+
kYvdCWnSTll9CagPsTyi88DdabS94JzQA9NEAKE1c2daZNGccskBq1CQ9hQMi4NGQAIiK2JX
l7URXxSKNi91CTEgEGTVogMIh3KOz9oWbxEh3+lHc3iZbpr8oTxiPK2/HKyEKEDw4LVMgAYq
e7IsNRLPYLyftRIAYispKPnyIlcRdyPrR8zbJa5KEo7Y29qzclLd22NQZfFEFS2S0GYxc0L/
AAKiBHrK0ziGvE4sjt0Aa7pydS5BEEUNFqg8o4jFUvljwomHA8M+HJHn6AAfE/eoFm6VCWY4
047sNwaoymQQckJbXVCNSMl0EdJtiUfaUAJNicEWqT710SPCGJY1f6UBI1tzUIiPhNJNQxWi
UagqkbWVTRW6vagWcvZa20xFDTNbm4I6tEXYckZg1mXZQh8RFBUkIbWxFmqTiU6htRPUSXFq
IwwBYDkjJmlP/qb3wQ/9OPzogUcs58X1Iz+5YxjY5oyhFjDxA0ICn9vvF43jLHQfAvt4kyjU
AtyTD2oi5Ngmxs+RRD9UbxK1SsRwpYHuTxLDJDcAaWPF1ThX0kQL6qKHT1NdQAy7NFORZnFT
mtEZggioBqpbn2szGWETj+5NuQIejxLhGJBJFGIwXVQxqAQiGZwTK6GyTqjIVe8Soy2+svgK
FlL7kwbeJYHvVald6DYJoDUTQsnlGtHb4ityLu8SKdymdOgPZbW7PbjGcogwILliiM0MlPck
emRJi9aLQIkmUsLrXuV29sC9n93pX9GAhJ2iLhviURvzZy5bkt+O6NWEYijuhv6ZHTSUpOWj
7kVtzAPSQ4GSE5DTqHhKGsvKRpkFubkZGQlQE0H7IqYgSYw8QGKjKW48QKxxTgmuCIgam5Ta
wJXdsEAb48CLZfwERnJQkK9FhWihhS3Zot6O28yWLBaw0pCtHB/txUJSlubcZCx6hRGe7uRm
BVpRb6epat7ZIErGMhVN9vskmXxHL6Vub+8PK276RSv1KBhMR3Lvy+ZCBAcBgf5lKQvFW9nN
MaNZ07HkF5mkAgYHFCDsAaoRAYLdlCLxJcxHiY/DBbM4gxiIgF6EaQp78fA7ROYCLKW5aW3Z
a5gyEOpwWYqUIV25F4xB6SfnQMojzD4sVT8FHcsQa+pT2ht64TDSiBVbbAme8NOjJ/mUYRJk
YWQlJoQa0ryKlLcpH3SaOFJiGq5zWs+E2ZEMUSaAYZoF6DBC1bqIBpKg70JihxCfPjT0T8IH
5rLopHTV1AO7DsspT9yXVqOaLe1AWJURqIAx5j5U0omMsMI6flRlsSYWlEhwyjtTjGMYmukn
qQmx0gPLmrepSmS0wQIjN0wFCnNeZsgYhzijCQI1Hp71DbIcjxNd0CbmpCG9oGup1KcInTu7
o0wYf2ltRiTpJYg2aSMn6bR+Zbm2OpxYqctmEpSJ/qNUv8q17j7IsTMMoy2ZebGVXjWyP3RD
6R4RcqU9n7cQiPCZP1H4VonAReY1MWG3D3lsbc67e3T/AFISgHBs623fcnht4KU9wsWthGKM
49JkbYaVCIFAGVE8yw5o6HmTkHC1RgK0qbI6nMhUM9wgfiloD4fMtJNcODP6CvZ2qUcuo4dP
4KIGXZrbBAwrJnIOAQ1R072IwI+JB7GyMpzAibuow2Ia2PiYk/Si+3pJuSjKXukAGwMipRLD
bjQNmOG2Ijoj1HvXV/5ouOmxR0+Gj5qJABLuZZfKvPA6vdf4kNVTiV+i2dqR6YVk2aeEtMQQ
7ra3HcyiGq67jRSmax3fY6aYjubZ9yQ/nU47O1HbDNHSjt7x8QqbqG2wntxFKYp4CIlKsmoV
58g4J1H6Qme5oFLcMKmmohQ2pbglM1kB8PuqU51fDJZRsGWmIMpZBGrPgBYfuTgj1lFgCSav
ZM7GVAf8SO5AHRCrfMoTgKg6T3+FR1GrVQ4Z9ivDLs7WNStOJgPzUQcuFewYzHUB0yF/pR29
wNIViHcSH1rVEeXuNU5FOdwbkRYZJtQIPsC87dmOo2jyW1HaAYEnn8KAAMSR1BPgoNItEuQM
URKQMpFzH4UQ9/YtMQx76lAMz3ZbcR1RAomHqVbrelE6oxOkYAN4kdXhwlijsEHQf+mT7qFX
OClMAykKgC1EITeJGBWokDUjByMQVPZhITEDpePuyWiU9Ql1DNS+5I6tykcwEIgWOK8uYeO6
SAxsUY7gM2oXyUYCPUcO5AEAHmultWCJkSTjgFpJeMbOrABlrDaTSA5BSE5MWMibX+JAA9Mi
570CMbKvY/LjTtbedUJO4jAe1RBNWr2tUsaJt0l4npKEQx9TumhLSJYgMhLzu97LzNzekTEF
42DoGQ1RiWd0+fBrgo78IPMltWUVp/FCWJqGW1HU7l5/SvM0mMZGhOICEXeRW/u0fbgSPYpb
szQkk8ygIh6W+L5kHkYMXYH/ABKBgwnLM2RhWR/BDf2R1P1RGPzIfbkETdhGyH2/mDbiLyHj
KA2YuB1SAsW9+a2yQ0/CwWztAMYxAUoRP9YinyhHbkdeovWpdQaP9WfiJClLVqni9WRAqcSV
4dMRkhPw96Id+660im3jRdbDbjURalPmR2g5fxHkomNauRyVPQc+zzW36wmh4mAZRBqWDqnZ
lYEVB7lHTeVxkU5R5ogWUwLmgUtqcXjIO+SFXy4zM6vQd6YX/BFwzWZY1oAeaaY07YpthkxL
c8VvC4k0XxYow2ouMTgFI0cUOZRGD44KO2R5kZFiW8KiPtzHc2zWQHjiU25FnuCvOjtjcEKu
zkOgZ7G5OcrMSyG19r9sdvX78nJ+mCH3n3gBmKxjkjuSNQKDF158yZy3CdA5FeaWkdQc8vlQ
jI6SKaQpEHqOGaqxDrrkwUvLjrbGRp+2KEztgSlUFlqJDmiG3sEgnEjBRBOmUyCSayZGTdIo
5QCfLhWiuqOiyqn4147bZlDfmNRfCtEJCx7LD2qO3GTTkR3o7W8wmCwI/mR1lhYFEj8ExChs
gk6i05xrpXSKkgAmpKqOHeoQcOC5CJiHCAGDn4gobe2AdycgNOajtt4Q3rXNCJNJSDjNkdvY
DE4m6qKUcGpW7uxZmsAtVhb2IHbkXjclR3JGRpUfzLoIIxZCRAcZhDe3SGhUMEZbdRGkXo6l
PdGsGwwZQ3tuAhEikRgy6qtgT/fWskPP2rVKss1qlIDJSMgdMbAqW5udUpYHAIafEO9mROi9
aoebGLx961lqvVojuUjuSYR6jI0CiYESjmFRXpgnVQ5zTW7k54jsxgQDBvxKjLbAMHqXsEAO
x38NvTXTF/WmHSXr9XyobcmlhKlVLyZSNpUqG+mSlKZkIOYirRoo1EpOXGSixGsGqAN01kZE
swd+5H7g1O7MsZe8AfgUgIsZ4ckQCxd0fvZgNEGMTzVLYqy245yXlwhqmcRgtUvFJhpBqyYh
zngiI9UiaNZDc3YtuTOoqMmbUHHrXn7RMoHxRXmQcmxi/hWvU2tiB8vvoAEti1kIkviMQiJU
MDjl8qO1HNqXcqDhy1dVSgSKBPuRMyS0Q3SE5pGNxgVpkwBo9imiKZn/ADKpocAhCBrOg1f3
lKW7InSeiI8IAXlwNdwgEfyLahbTED1sgI3Kr7F+SvaiwTduyEpyEdqTASxi3yKOzCB0jxTI
ufiQy7W2Yv1RLNyXViaHwl/ChFzqe7uFShIqME0jSUnfmtOoOKhRi1SU2SOm7YoxLlwxX+1m
/wDRcwbGM1I+8aVyQILgM5FlLYM+p/6YPvJzRMDVQmQ7SFuaO5AVJIk904A0ipkaso9QhHEc
k9GiKugBLVtxPSOS23DARAC0s3PIKW5AsWYg4qEwHiJGNKpmwPJAMxut2B94OxUSRQF1+qEB
4TdEBxEXIRjCLlrCpH1obm71SwTZpiCSpx02iAA+MveRlOwNTy+FR2yG29uWogCzeBRamaBC
/NOu7BVwVa8/QbcQaIgOHNTmo4UHa2ZgsQSH70SdRrTL9yGDmyMY2FEcgB081rN3ZiozF8Cr
1e666n4QtRDDB1tbkH6h1AZBaQDIEsSbF0KiEMAMEd2EXIHSDcS+NMUBRCMg8pSGkdyArUMR
EXWhtMBQ5LTt0JIr7y8jbrKYeVbOgZB93cauToQDlgApGQYy/JPuGmkjkt37XcmN3XLVAw90
/OtMn6SxzXMYlPGpIuealOQ1PgtVQZVAyWqVIYtdCG2atU/CPmRizi5lYokChQojIB8VuSkT
KevSIxqUIxBhMx8JFX+Zefv7n9IEu/8AhQMY+XXpwJj7kkCboAmpVkw9FDEkexO/SM0Gs3aj
K+iQLKQIZ/dCYlxGzonm4UpZ2KiHcHNBxUYIYRGCIAJ5lMQ4UN0ylpMWAHh+hRnuDTCQ1ABA
RJOTqt0ZYvZHf3S0BhiT8KJMdO3HwxJ8I+JB9U4g2ATNpieSZtUjcmqMDgR+CHSwgHrwL+EI
mJaMLnNHzZglqwj1F1q29g7cQHEjSUveXXfI0Ks2bq9eahqDUuLIyk7YIxjKprRBy82umJTB
nbBEY81L7mcY6w+k9/vqU5loYB07CEQxP0rXKeouzcvd6V1mosMSEHsV6mTY+hbG6A8sgwut
UXHUxOChKV7dqe2feFECRpni9bIbj6pi+C5XT2iaAYKMNLF7o7k+kmgjyRJNBddFmuUQcao+
Z1CHUGwQ2dz+mYhg9mTndiIvWq2tv7bcG9Pdlp0g9UQPiWuVKISMnhtjoiL6j8ajswIERHrk
bmS0zm5GAxX9LbcHktcosZLc3xeZvdgju/dTEZTtH3jEfDFf/wAsAxtKf+VA72/IyJYw26RD
/Oo7UR5GwemJHimy8zcPXg5rI/LFeXs6fNw3Nw1AHuw+BeZ5oMpB9wxj0x/7a3BE65guJYrC
lytou0Tf1KMYlgLcynlUC4Vu50BqvkixOorzJg0wHUpA9MCbclVBywkcEDGLkAV/mQ3TeYDU
ZqJxZUVeyYg1F3CYlubJwaKhdSDYBjmt6MgNIiX9iG2Bp6tTclEE1Nh2yIxB3MCtE8QC4F0d
Qo7qoc5/yqOzty6RKp5qGktJmJTPUoB3IDI8sVpLEG4zXmfbHTPGJq6PmSGxC19RIUd8mW9u
RHveF/i0J5GhsECY6jMNHvWvcJD0EQWYfMmcSma9SZgKLTE+sKU91jFqAjFR0RA24NGDDqP1
SUdzfj1AWPhEUZ7rbW0A5wJ/ajD7KGiMaCcuqX1R/wDTRlORkTmXUZga5nwk0i//AOxeUWkB
HrI8MfkRltMXoQbLc2olovb+VbcHEtV2FkDPpLUcXRETXElNIvyC/RZc0TICXepHYeW5aTeA
fQm5YISIrliVtwjQSoGz/wBCjtxmJnbGmRGEvmVapmYdqiqrJmqckd7bqYioNBILc3RE7ct0
B61cqA8U40K2pwJO2AGbAlR1XavZdFqqMoSJ3okittPwoxLEGrtV/lkvK26A/COo/uUvuvuR
h0xxdM1rKmF1QOMAF3YKsi9xF6Pwr3IREaHFVq1aqG2x8vai4Nur3pLSX1SsnMn/ABQEaZhO
emIxUtsFoQOGa88kmUT0xF9Sa+5gME5LvdVKapkbKOg6tyoBuz/BFPEkYkv1SKbcBkNVSKdP
womQ8cgIk00BROmLjwm/7lqfVXw/KvKl0k5rqY0ogqsHW7uCOsgMAESWBN74rPJkIhtNwSK/
RqW1MFt4G1mit7VWcy8qYfGs+eC/BAuzehY171H7aDaGEiAF1kACgA/mUJENQBu3RS+43I9U
i3JR39kaSaSCJ0PIm382pAzZiPCpSZogMUG9auxKfNHcI6hYoN63QeroQidJJuzokmwuqtOb
vWwCALRYYZo7hsLFULA0GaMtRoHoiMICoIvJHy3i/NapkGRzwXJ+4kqhvd7ftQYFyE58ZqwN
giZUAHSGRIJUWxKizjSzuiw6D74ujGR/qRsSbhRB6o5X/vJ9sMboavEQ5ZbkiWOARkXc/igw
Z7oCUhEO7la97q2tupB94DwQRmIiJ3eoxFWHuQ6kzUQGXo9yQsGiPUtuNHerOJEfMhAWAAHo
IQkHi5upQD1sLhPaVyDVCZqx6USKD9V+CBNlRRnAOB4kJRNMk5enNEgetZxxW55TDbBYDuQ1
RrKxKgY1kBa4UZnpOeKENvGkpJ5dMj60ZFqeqi1GQpgyMa6j7AtJLk2wotQ938UIRrK5KNKR
oUSb4dygMXUxvuITLwknjK+VinjMyAtFaTIt8JuEBtgylibBCUpPL8FPZldhp5krLkqhO3eg
YjoiQSTj8qiCBawVPRmUqCIcokF5TJkThVeaRb0BqxK247dWNSbBGRIlI2OSDM+VloA9iABd
7p/ahwbNPCWmLuQiNBkMGsiNwMJZXZGIJMa3W4XaOogEqMpReMKnIppERiAgIxrmaCiIFY/g
61ByDg2KIIrmmysRgmu9HNP3SRGqoDDJSkBSLOFLdJrYKl5VdRADviMWUYmNyAo7AHTEdJ70
NuZeEzQnAp7rqDHkmiG9arjQLXIf0pGkua6Rpa5NUCK5tZMH581Ce4HkKiA8MfqVB6FjZMOB
24lpbpEfV7yOlwHZjb9qnypW7rn2nWo2F1U6gbFcwg5atkDvTbVYIbu2WhgVSjdlrK6mTkXR
BahJyf3kN2OI8KM5kn5Y4IyanxGpZbe1G8y2o4oio3Ilq+9Ee8peWBOJsy83cYN7tzVapBgb
A3I+hECn6MhqcgZe8nL0w7lqBAp4USKiIevNCUrmVO9COLBitUgJEWfDhVNEvI0URE6gT7Fo
JJID9xXqutMAwxezpzB5G8/8qv3+hPADhFyw2omUibVRm8TIPQVopEuIXIXmRDRNu7tlo6o4
ryt0dJPSRg6BmdAOJWjZ/qSe4s6hGs57hY5baht/CKo87J2v2bqcQdJNCmoJAXujGRpiLFEa
6B6WkiBJwY2Z1HdMSdLHJvmTCy16X5YKY0OZBweaG9OBiYUc2ZFvCmb1qtQV1gg3qoRgGoIn
mozMWAIAdOaZOhnmtBlXkjGAIGJKEyDLJHc0vJnEQKrQ3UX1k4fIhDbDyJqEJ/ckABv6ccf+
4hGERED0RbhRVUttwATgiInVzRBYRYBCLvpxfi3Bo1TG5UoSFJBSEQ7YFeWAAI2v1Ibm+Rt7
Z9q07QDnxTNyqVQGWHZrjwkSQGBbv91eYSQ70xJ+VVDHnULURpx/1Iygai30rVMgGQcDkuZu
tN034KO0McbgFUjqMvDRtScx00djyQIBcW5FdY1SzxW0NwgRcFlCO1IU90WQEqyPiXemDCqc
1dXJAzRYepbm+TJ51Efd1LUwluAuGDRj9Kbhz9CRKMgXyf8AvJxtsOZqnGbFMPWpuCwt3oxi
4GSAicWUoz8QtziuXHUfUEXDYqybKy6qlValqJgyAsmF1q7LNwO1Iho19ZQibwdaGeRxQZni
GBKEnYG6h9tt0OJTHhRkNcQWQA24hsWRB2oxlcSZqrROMSGagRIg0A5B8X0oe8TkFoYxMaOQ
n3PCfYgQwibAp3DZrqLnBkBHpEitL3sFEAUbsPxr2jwE4m1JRRY1NFOppZFokNfmnMSBdyhL
PHPsPKrWCpUqie6MjY4J1WqqO5BMKBNkq9ioU47bO4LlRlrpK57/AIkTI8hLFNIEt7xqg1gP
yR35xYk9IOStwKouXG3UzBbhlt6dw+GTf4U8R1kVKu83xqiZnURhkjDUIA4C6GqOqOZqmAYO
wQI90oLknVa8a9stgeM9tnG1DVJsJFEyMpQkackBAHUaACtUBvgRm1QBdR2dvwxtxdGIqOFV
Z1RnThP7Ey5pkwXLhRckYbZvSRyUpOTEUkDigNvHDFA7h1xjeJDfuT7cCe9Nsgit8Fq3pa5y
4cuFMF+SzT271W6Ib1ogy0weoUjKpFlKe3tiO2bHFCRjr3MSydxtg3QIOo2igGqanPh38WHo
ZHF0/Df3Z1jvABRixEY2bFNtwAbHFQI5qvYZ2ANfWnFUXVDRF75lNKTFECrZIFq8HZUTcWHt
RkBriUICNy1QtTObUQ80d4B/vIPqkY1D2/cmhHSOL4cLJ8lTgwRAupbO2RGJNT3LVMiTl3k7
rQKxAZBiIxsALqUobZJsCTn7yZ9MW9aOLUd0wHrVAKKgXhYqwTMqhUCsrKyoFZHv7JLupEik
KRP+JNh2NQocVKBGmrCRwC1a3ieSeVxZNDbJq1Vq1GId80wqTc8HR4vfhyXLBPJMOLkqp9Sd
Pnxc+pUxVU5N1X2oUGfemkRtxGQqmgHHO/1J47ftWkyEcaJzMAkUOKpjYnFP7eDcKYLv4VQD
d/C/EnPtHIlwvz7LSDhMKIPVkTEAE9n9Uyr2rplQumfuXcqW4BrKlUy7kQql4ojFqEo6jdDT
BzgUTStCECDQXJWuczKWERQLQ2kR8Ujf9q1QcxwdZFkxWXCtuFDwd6rNA58SO0YyDhHbNWYg
8u2/BuD9gBP+CpwZ+FOx3o9h7J0dJou9GAqbLVMVCIEbWKcm9CyYVL1BQBFcEQY9BIqLKMQG
Dcc+D8X4Pwou5HtMQDzT4nsP2e/hRDmgqdii5qqLX43TCqYj18fzWXJOjS65hSlYDHBSG5uR
GQdEbLyYVZCe4YxjuHpi/VRCEZVfqYdS8uYJjYSNGRO2X8sgF2aRf3UCaUCpxbhZZBZ9h+B/
gn48uxdl3rkqcOSHCoTlZBU4FuBNl5WxLp94fzJy8iM0/hgA8p4BRG3unUzsChIeK4I/mUhu
PtkEOYjD5VHaEImEZP5hNZH5EzdnmslS3Fuwear6ei7+DYdnmnTckwRVUyrwfBM5ATBUshg6
IeidSFKjFT+5caIkuD/LBHb2tmNCHmal0RKZEC5aNEJSi4OBqVq2YARbAdRT7lBIMSw8K8zb
Ik3hbBdyosufHku/+K5KqyrZDsd+HBhxvVUqnRawTGg4hw5FkyYIvYhT2/DEPFgmAoAwQJBI
H6qIgWz/ANS0ndZ/FQV+RGY3Ok52RYu5wXII0xVeDoq/oD/CWVew4HB24NdMLp87rSLLnwZO
grrNTmC0jSPetUIuSXLo7Zh1Guo5LVPG7XdNocyLiTVXhLcrhaWJZRONpBUTm/8A8Hf2p06O
muaeQpkrJz6uDp34c+HJadsGRBqBkombwbDkgYt5kSzn4U86jNCADnEm6MSHNwyFHCdyI0oC
mxCrwrx5/wAUe138Bkq4YrpKMi5QpdVLjEIMKJnfFzwPYoqoI4rS1E6fEqoXcgWrirOq+zgz
cMlbgTl/BZ9l/wAFfgSnw4PggeBiLG6c2GCsmvzTJlVUHBynXPhmnwVkE1yfUmxVuNF34q7p
uIbw48RpoE3E+iYX7JB7HLjRMs1RUVcbcKLmV3K6/XgybjRc8k+HGyyXNfomA4EHFVtZOiSA
ypw59h1ZkS6dN2X4Mn4DjT8V3cHxVcOyEyZVTcCHqjV8+I5p02Oa58G4Xoq2VlzXUqKqfHJW
VvWgT4cExVbZKgon7Zyz7bcKdhuHf2bJzY8OSAFUV+qqniHOANOFMFTtPwfgz0TOqKizTGyY
V4Z8GxWkXirLlwssk4LhP+HCiPYpwsn7HeqGqtTEosufCnYZHEqleXEcuAyX6Js02XYbHsvl
xfOyqqJlyVLrnwdGQDEosWK64+sKlSUeDgrJPiLpx27+rjXh3oargohinCqq8WeuSyVEyfhn
wuycmgxRMaqppkgRXmnVOL2Tqifg2IQbE1TZdmvBguaZAKzrU9MkyqtQL5hAg1FwimN3Tdhs
cODrvTrPgMSETiqlcuwyonTq6fjmuYwXLJMzDBBvUUBwzHDuVBwdEcS+C5GvGnbqnsu9ORZO
mute2dJuU8wxxThE9h/eFiu7hkqWTYcNOd0RxZUXcnVFXixTLmqJ8c805qU5sbKl8Ahqvy4U
Q4sRTg/BuHcs0+PoGzWlrJ1XhzVUeBA7HcnT58QrrMqtSO0ZFy2AqVVMmVCnJQZXRUZDBUPe
6s5CCqL9h3Q5r9OFE70zWp78HTepUTI9h+Di6dXT8KJ34OiqcKqqCrgnTgcbcQDR+DAUz48+
GXY5JiiFpiHTj1ok4KllRMmK5jjdPgi9aJn9XBk57b8GHBuNeP6Ing3F05HYqqcX7WfGinCJ
eW2WmG8JTYFNgq3TxRNFUPzTW/Xg3H9VmmxTIjJPI3Xeh6Gq/JOn4U488eBeLehqsynC5Kz8
bepc1mqL8lW65qyoADiQuS5LB8FbvVE8bKM7hUTcH4NiMV3cLsCnFwU44Z9l13rScFRMcFyT
Y+h5dinCp48wu/hRVTOqpgmPF0OBdmwXPJCZHUAw7kUQbFVFEYjBEYjhT1qlFUqlk2PAHEVQ
LUN1SkTVOnzTOu5d6zTMmN1RMU7OV1Jx7VXtZcXVOxnwFe06qqLv7LYhDNVRdEMswVUOyANs
0xomWSqqWT8OfDTZaRUwTYIEFgu9MmTcKXTSuicMSrgvkmOKY+kLX4HsckR2uXYZMF+vB+Ar
dArTngjyQkbIEYpyn4d3ZcKlwapsURkiqYK6z4agnFXumLKl81WQVPb/AANF+fadfqqcLVT+
3sUQpwa3NFPgqUAVOF1RcxxYIvRUsVTDBAqgoVS6u7KqoirUNlqPsXPBDDNAj2Ln/CP2qcO9
N2Ayqi/qT2e6u74IxPqTFasCnV1Xh+SJWaG41I5ITjSYoea0Si0fi4uB606rwYosKJroE+II
OK5J7cv4XVibns/kyqq8M1ZAvyZAJscFVMybA4pgK5qt81XFUQKJ4UWayVfYiwZ1Rd6d78HC
axTKqqnBY8NRwRlGpwQjKpxbsf/Z</binary>
 <binary id="i_072.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RyyRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAJQIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTI6NTgAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA7gEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAoGwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABuAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8Az4a1u1xEgSQTrx9BDa3FcwFzthd+aD/d+YruRX6Y3QdgBlw/Aa/S9vsVRpqewucW
+4au28j87k+33JKVXVVcCMftMu1mPNpTfZWVtLCdzjwPGfv8VOusOta2h257dXuYTrP5rtyr
9dxsjq3S2Do9lWc55D7GUWt9VrW+4V/ZHOrynW+o/e5no/4NJTVZRD/c7bHiNIk/pPpfnfmI
9/0JADdNrgNJHnCp9G6D9ax1So5eHe2hwNWRZknZWysjdvufa5rGMo/pHp/yFrts6Vc6zDwb
xmOxdbrqWH7ONdmxmTdssussj6bKPR9L/CWJKaFuLW709oIAkCROo90NLShXsc3a4+R2yTLf
zdFeyqHsr3tcCwO3FvY6bC9p/krMttJtlrjpOh85/e/dSUlrc5zgPGXEDuBropvqc5sNadsk
E/D/AHqGLtNoFhLSQRLvbE/vSrL9jWNDY3CdDwf+/JKaFlQY5o+kQBBnQBdT0ahrem0N2lu7
dY4ka+9xd/KWBvpfEtLXHQO8D3O+Fbwc367ZLA3p3TqrcWsBlTntAa1o13eq6+v1XbHNSU9A
5tbT3Gnt1k/ipNH6F73eW06cT/5ErNrwPrtZlUtzLcbGqteZYyoOfsbHqbRtexvt9v8APLaD
a9zq4Po6NiO0x9FJT//QLkYWS0lno5BDdXE1vBA0bzt/NchVdA6le8VVYzyTqDY3aB2Bd+9/
mL1MtkySfkYTwkp87/5sdYxW7nV11tYNz7bLWNa1o9z32an2Vt+msrO6J0Z/TK/rJnUVX032
VVPuYLKYrtccX7fus+z+p6L/ANMzdV+sfo99nprs/wDGJfZX9V8nHpfsszrKcQuM6C57a7OP
+C3rJ+tz8UfVivprWOpwjdiYbXvZ7bGTt3VN/nGsqc3f636N/wC4kp826rT0qqt76MzL6hV6
eytz9zWOu9SxlQf6v0fTx205LKdtvr/6Std90f6p1swMavEtrrZfW2xvqBzHvc5rXWOu27v0
m7/ofzfsWMPqrU7PpwbHXZGTl2epYy6xr6W11e05eQ6vbffZW3fXjfaF1PWOqY/Sunu6ha0m
ipthDZiTVspx8fd7tjr7ns9+z2JKaWf9TerWM2B1Ek9nHuPD0/3VRZ9Reqby4nHbuOrRYSAO
3LG+7b9L2roeh5XW7sWsdXyQMvNJuaxtYDKAW72YLfzv0dTfp2fpPU/fVvJ9Zl7abMpwOj3b
GNA9MuaHWb9v0qXs+j+49JTzdH1Cznd6Z+lMuiZ7Naz2olv1DzQ3W9gAEEkOAiP5O/d/mLrw
atocbLX+8N3zDRG21rvZs/RWVe9qoZOTWHMc2tjW2upABMmHOnI+kfzKH0f270lPPN+oxaWO
tzqGsboXCSY/cbv2tb/WRLMCjpdpx8fc1wjfZqCS4Au4P+aunoysN2RZiP2eq36VUDgRu+mP
d9JjnrmvrH1bplXV3023tNx22CsS5wBa2HfotySmjkvy3AOxy1+QD+j9d72sj85rn17rfooQ
PXThuyS7Dba2vc3Gi2XP+h6X2jd6X/Xd/wDOf8Ci4F9HUbB6E7HEtDv6oL3b6yGPY72/nrQA
9xZA2n2HXSPzfdP7u5JT/9H1FrDt1c4+EmP+pVa/qvT8Zzq327rGfSrrDrHiBu9zKg9y8/tz
Ov7C9uZe7cSXn1Tr/J2+zYz6P0Fmvyc+xwqsybjW8n1WuscRGm7duPub7UlPX/Wi7E6/037H
g3iu0ne21zSPStrdVfS+xu3/AIND+sGNV1Dp91dl2198Oxsit7nbcipzbq7fsvvZ/OM/Ns+g
9UOnP/VgNp/Sy1rQCR7gQwuDfot27FTGQWdPrvLt/pY4LW8SWs9Q7dPzklOr0RlQy83KsdZb
1C6nHdY4NaNldgeyr0Gs2s2vtx7nurZ+k/4xY/8AjCzGYnScGp7GE2ZrbHMaQwWNZ+ku9WuH
Ppc5/pb0D6rZNmM27H9Tc77LiWgOG1wrr9TFezd7H+m31abq/wDwz6v+FWl1YW51Tcaypltb
QbfWsaHOBbL2sY+31LG2+1n5382kp1HZF7umftSkbsmotvNIBcHkOIfWY9zfp/T/AMGuMP1o
60aYd6bnsYGuFjJkDc7Zo5tj/d6Vvq7/ANKut+ruSw4MZBLWGx1bSD7iCA9wbs9z7Pe76C4v
rVT6urABu5lmQWWNIjcJe6nbxt/OSU3XfWPrX2M0vtaw3SHEMAs3mPbu/MY/0q6faqvUbLMu
4ZV9z7LCLDW4uI2gD6AbX7fZsZv2LPFl2c4047d1z/U2tiAWs93qbP3XbPb7Votw8nHxXWWV
PdTSKX+oAA1xyGbqj7nNf+sexJStWkl+4lzWhrnncS2N9bd7pdsbOxdF0i6w9Ooa4kRMAcxu
9gb/ACWtWX03oebfj1taHWvDGFzgWgbnfTa0/R3bxZ/UR+ot6x0zIOHXbjY4brW57LbAQRO5
thAakp3LrBYx9drB6Ngcy8QCXsIixj3u9797fYsn7B0gN9NvT6GUlhD6mtcN7Pa4MusDvUt2
bd7LXv8A0dv6RYeX9Yn0VMdkZFNzmEfaGVvta46+/wCy1XVit3s/0tzFbPVsgAWu6fe3FdSb
mXerW4OZG/fvZuoq/Qh9v6bKZ9D0/wCcexJT/9Lrm/VGHMNmQXOfO8MYNo0/esc//qFSp+oO
QHA25rGwYO2svJH9t7NvtXaLDxfrn9XMoloyxTY0kOZc11ZG3l36RuzZ+d6m/Ykp5t1GPjTj
VQ81PfVVZEuaS4429z9fR2bv0liyKNtWOyX+mzHYQ4vhoaKpZ+kaR+axi3suvFtz7chgD6rL
2uuuxCyxpqLq7PX/AER+0ubvcz1fZezeud+uOJ1IdFNGBh3XtzbQ11tbC5vptPqNbW6vc39P
ds9PZ9NJTl/VvNdTn4nrOdYIdTXRadG1WkNsifzWNrqvrb9CtdbnMwGsday+95saQ2pxJqbq
Jjd6e3/jP0li8fbkZOM9u1767KXSGkkbSDu+gf5S9OqzGZvTWZYB2WV7yJjaXN3EafHYkpt/
Vsve+zPcW149ORkVMBrmza0sb6nqteX+19b/AMz9ItvqvTcGro+bm7T6uPXbnMLYkvbRbXW1
+4O21bHN/wC261y+JXk/s+/B3Gp+U8usvqLn2sNrq8ffkYte/wCz1+n+r0st9mz/AAi9Erxm
MpGOWg1tYKtrtQWgbIdP85uYkpycLoODWMT1WxkUE2uLRIL7ZfkN9oa1zf0np/8AWq1GjoAv
6Xdh9Th1mRXRVc2r3QcdrWV2Ne727vUpZct8EMiNGwPmEzwRrIE8JKc2hlrG5WyolgfbdU1z
gNX/AKU1/R2tb6vqWLnv+cXUnFr62tx2PbuHce6HcfnLsLWGymxjXNc51bmhp4JI2x+4vPMz
Lxqcg0ijJcWy0llFpEjt9Brf7SSm9kdc6gY9MsEn3BzZ0Ons2/n7nIXpGAwuO0kwY+HuWbdl
5j6BZh9Nybbha1rcW+t1FjmjV1jd4d7Fc+0fWOf+S6BaNPs/2+reT4b/AE/Q/wDBElP/0/VV
xOd/i6dl12m7qD3ghzmU49NdMunft9a37S73uXaie6dJTxx+ptzMSqnoeScbDyGQ+x7nfaGN
tYxltrLYs9S7Y3/gtj1539cOqW9I+sNvTMcfo8AxTc/YbQ57RZ61TqmU10u9R/q/o2ep/wAI
z8z2g2twchtb/bjZL4rd2Zc6Xem7+TkO/m/+G/R/4SpeM/43ML7P9anXjT7VW10QR9ENbvSU
02/WjKz2Fua49QdW3c71mMsdA9pdWcptu7+Wx71Zxfrg81DDbj4jKGNAZVZSazPlbg3Y7f5e
57fUWB9W+nXdQ65gYbGkjJtFeo9pH+F3fyG1/wA7/IQcjFuN1wePTZU9zbbHTtaWkj0t35z/
AG7Wsakp7r6uXYP2pmZ9i+052FabKz0kOsuNdgfvdmVtbj+symxtf8879Y9ddth/Wfo9+QaH
3PxMnbJozqrMZwH9fIYyn/wVcj/izrtwenX+njvuzM57DTQXbAKxozLynw77LjbtzW/4fI/7
S1WrvsLp76n2XZFn2nMvj1rNoazaPoU0Ue7bTW3991lj/wDCvSU3KbGXMD6nMsA0mshw+9m5
TLHESW+WoVO3o/SnvBfh45PO8Vta4f8AXKgx6L0/pmNgG0Yrrg2yP0dt9t7G7Z/mWZNlv2ff
u93pJKavWOr9P6Lh/bOp3sxaCQ1rnS5znHittVe62z95+1vsrXD9W+svTT1BwtyQ8P22G1gc
+trLQ30fUs9rmMtZt/wfps/RrsuvUVZHUenvdSMq7Fc8urfHpV13N9G3JsY7+csY32V1/pf5
3Z6HqW13U+e/WToWL1HqzemfV1mLXiY4ORmvx2utyGP/AJn07n7rvzXfq2Lj27K/0vr/AMyk
ps1dbxsnIdXjZAuNZBFcuG6dGOr9T0/VZ/xe9G+0PL/UgSB9KNfh/q9eddQxHYWVcyq4ZNeN
b6Yya5LHOA/Ms/O9P/g3f8Wupb15rukuzmy66uob2ixu5th/Q73R+9Z+k9/v/kJKf//U9U1S
Va3qGFWSx1gLhyGgu4/qhysB4LQ5skHUfNJS1lVdrDXY0PYeQfLULzn/ABp9Jb1R+FjVXNGZ
h0vt2PaXvsqcQze51QdY1tfov3+x/wDL9JekSuI/xkdKwuoVY8NNHUZ/V89onYGk/q7i17HN
ZZ6j3+39xJTxf+KrDod9YQ+vJ9Z+PS+40Na4Naf5n1d1gG7Z6u3+b/wql9dMLD6b9ZuoHBaM
bIsLbzdc8Mxx6rPUf6FMO9Z3qO/0f+Ym+o3Teu0/Wqm5uVTXG4ZD9gsfZVX77aazZX7ftH0H
ZG/2fzi1/wDGf0a7IyKeq0AHKfUK34YcR7WbnNyGW7mepb7vS9Bn6RJTc/xatysfpGbe1pzs
i/LrLtzvTc5uxjfUL8iXexu61u/9I9djfnPxX1su9Cs3E+m19sPeQN7vSbs/Nb9Jy83+oOd1
To97mdTxxj42fZTXQ53tAduc3c2pm7fvdb+kss/7cXolnRumZOXblZFDbbrQ1r3PlwIZoxmz
6LG/yP30lNxufg2PY1j97rACAGvOhAc0mGfR2n85GptpdULmvJY7Ubm7Tof3HNY9v9pJ7rIg
eGnMfNZvVes19Mx97/ffbPoUu0Lo+k9/7tbf+n/NpKeR+t3TvrBb1XNx/q/juLOosAzLzUxm
O2pwbLWZVu+z7d69dtl/2X9+n9D9p/Srksf6vs6azMwMvqWN6l7Q26iku3Ne3jVsO9rXv9mz
9ItPJ6R1vrVrn5lxsbY4PtyrWuh4k7W102FuOyqr82inGyGVf6b89S/5ufVzp2KfXyci6qo/
p66XOaHgkNbVubZ6Vdb3v/S/4T/hKklPNda6F0yplFHQ85/Ur3kevjtaXBpOnqb2NbXVtd7N
li2X19Hb02vppIbTYHVNZrvdcG+63YG+p6jbW+p7lpuyq97q8amvFxa/0dGO0BoJGlh3BrN3
6T/1Y/eqORL83Fzdx317hu13fQfVH7+1zX/9BJT/AP/V9PZjUMMsYAoWX2Mf6dVJdEeQgo5k
FKSkpjbU2xm10x5GCuA/xgY2fh0Yl2LkMY6htjRjFhew1lzfeTY42te2fpsXoLnNA1MTxC83
/wAYXWqWXt9FhyG1MfVc7QtZZPs2by1tuz/CM/m9/wD1xJSv8XePb1LqGT1Imv0cMHH3MLjv
ssY173Dd9Cutv/GLV+vFtItpZO59bG72giGNc7S1/wDr7/8AraB/ioGcei5NuTW2vHtv3Yzt
gY952t9Wx+zbX6bf0bKdjP8ASLpfrZ6H/NvqAvsbSx1LmC1wkNc8elU4/wDXHtSU+Y9Fdi9T
+sGFiUZAfY24XTUJZFP6cte4zX9Gp/srXqYcGmdZkbo/KvNfqHiVu69kZLKHMZTW/ZeY9Pfa
9tdn2dg/nKrfd+se/wDRbK16O0HX3En5cpKTkVtsNjWtFtoDTZ3IH0Q7j6K5B9OVb1K5/VCb
rqnH03ggU7W/R2s+i3Z/KXSdQym4uLdkmdtDDYY50Hn/AClzTDdkVObY51z7Wl1jY3OO73Pb
6bPckpjmdRxnBzXB2SHDaWN7+RsP/fFlZN/2nDdjVVV4rNCPTaXuIYfU2O3OY7838301ayqX
VueRUaqnyWFwLfoj8391ZOXa6ii22kNcWCfcHHT+oz3uSU0aM83Pyn23OsLHna1xO4tJ3VNs
3++tqsA2egX6b4mO06LH6fl29QzMl9oayxz2BzG7tdgawOAf+k/NW2D+i+iJmYjzCSn/1vUy
QFF5nSNe+icuEgnT8iYEHSYSU0et4/Ub+m5GP020Y2XazbVe4kbJ+nD2h3pv9Pf6dv5j1wfQ
v8Vb68ll3W7hZisdv+wMc5zXOghvrv8Ab/4F9NekbZMTomaxrfpa/JJSzGNYwMY0MY0bWMHt
AaNA1rR/JQergHpWSHbS01kO36t2nR+7+wrYAOv3KFobYx1ZgscCDIkEHs4FJT4//i5w8zE+
seQ58NrsosD6g8Oc0B9LqH3sbu9Dd/gvW/Sr09tgL9RqUH9m4GAxzcOirDqc71H10sFTJ49R
+wMZv/lPWT1H6wdPrLsavNxGPMbnuyKgdfzG/pElMfrLn+pi24rNrscyMkkkbh5el79jP89Y
Bzse4BldeVnPYY2Uzj0OdHt9bJf+ar2e+rIxnMDn1vLwBbW4B0t5b6n6TZ9L6S593TuoMyX3
NzrMylwhtOS8gsiHNex7CWu/0f0a0lO1ldS6jeALsIMYWw6plrSS7+tY3ZtWTnW5Laa6m4j3
C32guIDYMtsrBlrn/wDGKkcfrQ3Vtrsa0mWWV5PtP8je7b/mPWa7qPVqiwW2Pyq8d+tGQALW
Gd7m8b6nv/7bekpA6inp3XqzU57w6oWOaXb3B5BY+lr/APCbbGq3+2qjV6Y9Q5A0New6On6J
9v8AZWd1g4mR1QOrLmscxrp9pkky9vp2Pp2Pa72+n6qA0W+54vyfS+kXbY0n6Xp/aN7mJKf/
1/Uo1E6/FL3TpCeP9if5JKY7RzygueZOugPEo1k7YCwM3q+O+9+Hi3sfk1n9Oxp9zfLd9FJT
ou6jst2NG8d3nQf2R+cqub10UMO/c2dN7W+0f1n67dywOpDFNRxs+5wD/cfSe6uwz+5ZUWfS
/m9m5YQ6hXiWN/Y56vqfe7LrGXhGd36O+6x9V+L/AC7MZ/8A1m1JT1HUsz7ThPqteLcW0H1G
PMscw/T3z7nM/eWE/pX1brLy/Bxd0ma/QbM6e1g2M9v/AAiwHdSpGbZS99dhZaG3U12NvbU8
n9BkYWXXu9fCvc/7PkVO/TVWWV1XILM/Ie829KvrzqRziWkh7WnUCq75+xlySncd0jAh32Qu
6Y2+QPSO6gz/AILJwrf0T2/8LX6Fn8tU3ObgM3ZP6GtpJN7XPfjvA+h7Pdk4z/5FnrU/8Oq+
N1Kq9/o2F9WQ0Ddj3+1w1/M/NuZ/xSm7qdVR9O3dQ9vZ8EaGJa9kpKaj/rQ3JyqsLp2O+973
Q42n02huhLhHu/m/30XrFFNjy5+0+nXuZefpsdPDv9Njafpd/wD1v9Isq23GwLMjOwrWuyLj
tqY6sua5s7rWiz2u3f8AF/4NWB1XH6rhFzT6WXSZdjmCI/Nua/27qmf5+9JTj9Xxsy/Lrrpx
LRf6DXXMDTY4n3N3tezf6lO0ex6zGU32U2OZUXV0wbXhpO3cdjN7/wA3c72tXqn1EtZjYV+d
a+0NYBQ186bG/p3lrWDc93qP2rqKeo4b+n35zK3htVgNrPaHmwlgbbv+hY/a/wDnf5xJT//Q
9TMDVKeJUfVEkTr/AAUfVa5waDB7hJTk/W+/Ip+ruXkUlzbKgCAwmXAubXrsa92za/evIMrr
GViVY2bhXtqy6bHPsxWtAJYfY93t9Rno2N/M/wCEXuOXXjZWPZjZDG20XMLLa3agtI2ua5v7
q8t69/irzWZttvQMikYRBfXhZTnbmOj+Yqtc22u1n+hsvsq/ct/0ySm3X1+rINVtNQtZaTZi
2FnqNYHfm1F4/RW1/wA29G6jS29pZn3jIP7jm+qA7t+htAx3e5cL0vG6v0r6wfs3MY/GyHF0
1WQAC0evv2tmt7LvT276/p/vrqLMzaBvAD3Dda7X21s9r3en9K1z3ba6/wDSWpKaz+k9Obi2
42wua8gGwV0se0kjb6Tseit1W3+VZZvWHZ9V/rLZ1TIu6NjvfU95cy2lwa2H6ljnPdXt27vT
sY5al9tuRUy/KL2MsO3HxmAlztTtZTiTsst/0l1j/TRum/WC3pmSKcUfaCBDsb1TbGse4YmP
ZiY+3Z/N02JKRn6ufXh7WUZvTass1tD22F9bogkNY525zfU/O2MVy3oHXMdu7LoLmgwxoh1Z
n3fTg3N2/wAteidKz8PqeDRl4rtrXMaXVH2vrcZ/R3M0e33td/XRnu2OgAMI7ydYSU+QW/Uj
r+dksGFjEVunfdc706wTwGuP6R3/AG2tbA/xS59ORVfbn1yx4dbW1jx+j/wmy4/n7fb/ADa9
FJnWTpwfgrGOAZ3GfgSkpFjdPw8PHqx8aptdVTQ1jQAAFYFTfRIgFvPmDMp3ObEx8gnDj6ZE
6/JJT//Z/+0kkFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgAAADhC
SU0EJQAAAAAAEM3P+n2ox74JBXB2rq8Fw044QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3By
aW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcg
AAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9w
cmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/
BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJv
b2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRP
cHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABD
cm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1s
RGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABS
ZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAA
AAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABS
c2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAA
UGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAA
AAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29s
AAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAA
DWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAA
AAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAA
AAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAA
AAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZma
AAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAA
AHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////
A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////////
//8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQt
AAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAA
AAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB7gAAAAUAaQBfADAAMAA0AAAAAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAHuAAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEA
AAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21s
b25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAe4AAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAA
BXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9y
aWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0A
AAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQA
AAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdo
dGxvbmcAAAHuAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRF
WFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAA
CGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGln
bgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2Rl
ZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUA
AAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/w
AAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABtEAAAAAQAA
AG4AAACgAAABTAAAz4AAABsoABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB
/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAG4DASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QB
PwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUG
BwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0
coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1
xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIE
QVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0
ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMB
AAIRAxEAPwDPhrW7XESBJBOvH0ENrcVzAXO2F35oP935iu5FfpjdB2AGXD8Br9L2+xVGmp7C
5xb7hq7byPzuT7fckpVdVVwIx+0y7WY82lN9lZW0sJ3OPA8Z+/xU66w61raHbnt1e5hOs/mu
3Kv13GyOrdLYOj2VZznkPsZRa31Wtb7hX9kc6vKdb6j97mej/g0lNVlEP9ztseI0iT+k+l+d
+Yj3/QkAN02uA0kecKn0boP1rHVKjl4d7aHA1ZFmSdlbKyN2+59rmsYyj+ken/IWu2zpVzrM
PBvGY7F1uupYfs412bGZN2yy6yyPpso9H0v8JYkpoW4tbvT2ggCQJE6j3Q0tKFexzdrj5HbJ
Mt/N0V7Koeyve1wLA7cW9jpsL2n+Ssy20m2WuOk6Hzn9791JSWtznOA8ZcQO4Guim+pzmw1p
2yQT8P8AeoYu02gWEtJBEu9sT+9Ksv2NY0NjcJ0PB/78kpoWVBjmj6RAEGdAF1PRqGt6bQ3a
W7t1jiRr73F38pYG+l8S0tcdA7wPc74VvBzfrtksDendOqtxawGVOe0BrWjXd6rr6/Vdsc1J
T0Dm1tPcae3WT+Kk0foXvd5bTpxP/kSs2vA+u1mVS3Mtxsaq15ljKg5+xseptG17G+32/wA8
toNr3Org+jo2I7TH0UlP/9AuRhZLSWejkEN1cTW8EDRvO381yFV0DqV7xVVjPJOoNjdoHYF3
73+YvUy2TJJ+RhPCSnzv/mx1jFbudXXW1g3PtstY1rWj3PfZqfZW36ays7onRn9Mr+smdRVf
TfZVU+5gspiu1xxft+6z7P6nov8A0zN1X6x+j32emuz/AMYl9lf1Xycel+yzOspxC4zoLntr
s4/4Lesn63PxR9WK+mtY6nCN2Jhte9ntsZO3dU3+caypzd/rfo3/ALiSnzbqtPSqq3vozMvq
FXp7K3P3NY671LGVB/q/R9PHbTksp22+v/pK133R/qnWzAxq8S2utl9bbG+oHMe9zmtdY67b
u/Sbv+h/N+xYw+qtTs+nBsddkZOXZ6ljLrGvpbXV7Tl5Dq9t99lbd9eN9oXU9Y6pj9K6e7qF
rSaKm2ENmJNWynHx93u2Ovuez37PYkppZ/1N6tYzYHUST2ce48PT/dVFn1F6pvLicdu46tFh
IA7csb7tv0vauh6Hldbuxax1fJAy80m5rG1gMoBbvZgt/O/R1N+nZ+k9T99W8n1mXtpsynA6
PdsY0D0y5odZv2/Spez6P7j0lPN0fULOd3pn6Uy6Jns1rPaiW/UPNDdb2AAQSQ4CI/k793+Y
uvBq2hxstf7w3fMNEbbWu9mz9FZV72qhk5NYcxza2Nba6kAEyYc6cj6R/MofR/bvSU8836jF
pY63OoaxuhcJJj9xu/a1v9ZEswKOl2nHx9zXCN9moJLgC7g/5q6ejKw3ZFmI/Z6rfpVQOBG7
6Y930mOeua+sfVumVdXfTbe03HbYKxLnAFrYd+i3JKaOS/LcA7HLX5AP6P13vayPzmufXut+
ihA9dOG7JLsNtra9zcaLZc/6HpfaN3pf9d3/AM5/wKLgX0dRsHoTscS0O/qgvdvrIY9jvb+e
tAD3FkDafYddI/N90/u7klP/0fUWsO3Vzj4SY/6lVr+q9PxnOrfbusZ9KusOseIG73MqD3Lz
+3M6/sL25l7txJefVOv8nb7NjPo/QWa/Jz7HCqzJuNbyfVa6xxEabt24+5vtSU9f9aLsTr/T
fseDeK7Sd7bXNI9K2t1V9L7G7f8Ag0P6wY1XUOn3V2XbX3w7GyK3udtyKnNurt+y+9n84z82
z6D1Q6c/9WA2n9LLWtAJHuBDC4N+i3bsVMZBZ0+u8u3+ljgtbxJaz1Dt0/OSU6vRGVDLzcqx
1lvULqcd1jg1o2V2B7KvQazaza+3Hue6tn6T/jFj/wCMLMZidJwansYTZmtscxpDBY1n6S71
a4c+lzn+lvQPqtk2Yzbsf1NzvsuJaA4bXCuv1MV7N3sf6bfVpur/APDPq/4VaXVhbnVNxrKm
W1tBt9axoc4Fsvaxj7fUsbb7WfnfzaSnUdkXu6Z+1KRuyai280gFweQ4h9Zj3N+n9P8Awa4w
/WjrRph3puexga4WMmQNztmjm2P93pW+rv8A0q636u5LDgxkEtYbHVtIPuIID3Buz3Ps97vo
Li+tVPq6sAG7mWZBZY0iNwl7qdvG385JTdd9Y+tfYzS+1rDdIcQwCzeY9u78xj/Srp9qq9Rs
sy7hlX3PssIsNbi4jaAPoBtft9mxm/Ys8WXZzjTjt3XP9Ta2IBaz3eps/dds9vtWi3DycfFd
ZZU91NIpf6gADXHIZuqPuc1/6x7ElK1aSX7iXNaGuedxLY31t3ul2xs7F0XSLrD06hriREwB
zG72Bv8AJa1ZfTeh5t+PW1oda8MYXOBaBud9NrT9HdvFn9RH6i3rHTMg4dduNjhutbnstsBB
E7m2EBqSncusFjH12sHo2BzLxAJewiLGPe73v3t9iyfsHSA3029PoZSWEPqa1w3s9rgy6wO9
S3Zt3ste/wDR2/pFh5f1ifRUx2RkU3OYR9oZW+1rjr7/ALLVdWK3ez/S3MVs9WyABa7p97cV
1JuZd6tbg5kb9+9m6ir9CH2/pspn0PT/AJx7ElP/0uub9UYcw2ZBc587wxg2jT96xz/+oVKn
6g5AcDbmsbBg7ay8kf23s2+1dosPF+uf1cyiWjLFNjSQ5lzXVkbeXfpG7Nn53qb9iSnm3UY+
NONVDzU99VVkS5pLjjb3P19HZu/SWLIo21Y7Jf6bMdhDi+Ghoqln6RpH5rGLey68W3PtyGAP
qsva667ELLGmours9f8ARH7S5u9zPV9l7N653644nUh0U0YGHde3NtDXW1sLm+m0+o1tbq9z
f092z09n00lOX9W811Ofies51gh1NdFp0bVaQ2yJ/NY2uq+tv0K11uczAax1rL73mxpDanEm
puomN3p7f+M/SWLx9uRk4z27XvrspdIaSRtIO76B/lL06rMZm9NZlgHZZXvImNpc3cRp8diS
m39Wy977M9xbXj05GRUwGubNrSxvqeq15f7X1v8AzP0i2+q9Nwauj5ubtPq49ducwtiS9tFt
dbX7g7bVsc3/ALbrXL4leT+z78Hcan5Ty6y+oufaw2urx9+Ri17/ALPX6f6vSy32bP8ACL0S
vGYykY5aDW1gq2u1BaBsh0/zm5iSnJwug4NYxPVbGRQTa4tEgvtl+Q32hrXN/Sen/wBarUaO
gC/pd2H1OHWZFdFVzavdBx2tZXY17vbu9Slly3wQyI0bA+YTPBGsgTwkpzaGWsblbKiWB9t1
TXOA1f8ApTX9Ha1vq+pYue/5xdScWvra3HY9u4dx7odx+cuwtYbKbGNc1znVuaGngkjbH7i8
8zMvGpyDSKMlxbLSWUWkSO30Gt/tJKb2R1zqBj0ywSfcHNnQ6ezb+fuchekYDC47STBj4e5Z
t2XmPoFmH03JtuFrWtxb63UWOaNXWN3h3sVz7R9Y5/5LoFo0+z/b6t5Phv8AT9D/AMESU//T
9VXE53+Lp2XXabuoPeCHOZTj010y6d+31rftLve5dqJ7p0lPHH6m3MxKqeh5JxsPIZD7Hud9
oY21jGW2stiz1Ltjf+C2PXnf1w6pb0j6w29Mxx+jwDFNz9htDntFnrVOqZTXS71H+r+jZ6n/
AAjPzPaDa3ByG1v9uNkvit3Zlzpd6bv5OQ7+b/4b9H/hKl4z/jcwvs/1qdeNPtVbXRBH0Q1u
9JTTb9aMrPYW5rj1B1bdzvWYyx0D2l1Zym27v5bHvVnF+uDzUMNuPiMoY0BlVlJrM+VuDdjt
/l7nt9RYH1b6dd1DrmBhsaSMm0V6j2kf4Xd/IbX/ADv8hByMW43XB49NlT3NtsdO1paSPS3f
nP8AbtaxqSnuvq5dg/amZn2L7TnYVpsrPSQ6y412B+92ZW1uP6zKbG1/zzv1j1122H9Z+j35
Bofc/EydsmjOqsxnAf18hjKf/BVyP+LOu3B6df6eO+7MznsNNBdsArGjMvKfDvsuNu3Nb/h8
j/tLVau+wunvqfZdkWfacy+PWs2hrNo+hTRR7ttNbf33WWP/AMK9JTcpsZcwPqcywDSayHD7
2blMscRJb5ahU7ej9Ke8F+Hjk87xW1rh/wBcqDHovT+mY2AbRiuuDbI/R2323sbtn+ZZk2W/
Z9+73ekkpq9Y6v0/ouH9s6nezFoJDWudLnOceK21V7rbP3n7W+ytcP1b6y9NPUHC3JDw/bYb
WBz62stDfR9Sz2uYy1m3/B+mz9Guy69RVkdR6e91IyrsVzy6t8elXXc30bcmxjv5yxjfZXX+
l/ndnoepbXdT579ZOhYvUerN6Z9XWYteJjg5Ga/Ha63IY/8AmfTufuu/Nd+rYuPbsr/S+v8A
zKSmzV1vGych1eNkC41kEVy4bp0Y6v1PT9Vn/F70b7Q8v9SBIH0o1+H+r1511DEdhZVzKrhk
141vpjJrksc4D8yz870/+Dd/xa6lvXmu6S7ObLrq6hvaLG7m2H9DvdH71n6T3+/+Qkp//9T1
TVJVreoYVZLHWAuHIaC7j+qHKwHgtDmyQdR80lLWVV2sNdjQ9h5B8tQvOf8AGn0lvVH4WNVc
0ZmHS+3Y9pe+ypxDN7nVB1jW1+i/f7H/AMv0l6RK4j/GR0rC6hVjw00dRn9Xz2idgaT+ruLX
sc1lnqPf7f3ElPF/4qsOh31hD68n1n49L7jQ1rg1p/mfV3WAbtnq7f5v/CqX10wsPpv1m6gc
FoxsiwtvN1zwzHHqs9R/oUw71neo7/R/5ib6jdN67T9aqbm5VNcbhkP2Cx9lVfvtprNlft+0
fQdkb/Z/OLX/AMZ/RrsjIp6rQAcp9QrfhhxHtZuc3IZbuZ6lvu9L0GfpElNz/Fq3Kx+kZt7W
nOyL8usu3O9Nzm7GN9QvyJd7G7rW7/0j12N+c/FfWy70KzcT6bX2w95A3u9Juz81v0nLzf6g
53VOj3uZ1PHGPjZ9lNdDne0B25zdzambt+91v6Syz/txeiWdG6Zk5duVkUNtutDWvc+XAhmj
GbPosb/I/fSU3G5+DY9jWP3usAIAa86EBzSYZ9Hafzkam2l1Qua8ljtRubtOh/cc1j2/2knu
siB4acx81m9V6zX0zH3v999s+hS7Quj6T3/u1t/6f82kp5H63dO+sFvVc3H+r+O4s6iwDMvN
TGY7anBstZlW77Pt3r122X/Zf36f0P2n9KuSx/q+zprMzAy+pY3qXtDbqKS7c17eNWw72te/
2bP0i08npHW+tWufmXGxtjg+3Kta6HiTtbXTYW47KqvzaKcbIZV/pvz1L/m59XOnYp9fJyLq
qj+nrpc5oeCQ1tW5tnpV1ve/9L/hP+EqSU811roXTKmUUdDzn9SveR6+O1pcGk6epvY1tdW1
3s2WLZfX0dvTa+mkhtNgdU1mu91wb7rdgb6nqNtb6nuWm7Kr3urxqa8XFr/R0Y7QGgkaWHcG
s3fpP/Vj96o5EvzcXN3HfXuG7Xd9B9Ufv7XNf/0ElP8A/9X09mNQwyxgChZfYx/p1Ul0R5CC
jmQUpKSmNtTbGbXTHkYK4D/GBjZ+HRiXYuQxjqG2NGMWF7DWXN95Njja17Z+mxeguc0DUxPE
Lzf/ABhdapZe30WHIbUx9VztC1lk+zZvLW27P8Iz+b3/APXElK/xd49vUuoZPUia/Rwwcfcw
uO+yxjXvcN30K62/8YtX68W0i2lk7n1sbvaCIY1ztLX/AOvv/wCtoH+KgZx6Lk25Nba8e2/d
jO2Bj3na31bH7Ntfpt/Rsp2M/wBIul+tnof82+oC+xtLHUuYLXCQ1zx6VTj/ANce1JT5j0V2
L1P6wYWJRkB9jbhdNQlkU/py17jNf0an+ytephwaZ1mRuj8q81+oeJW7r2RksocxlNb9l5j0
99r212fZ2D+cqt936x7/ANFsrXo7QdfcSflykpORW2w2Na0W2gNNncgfRDuPorkH05VvUrn9
UJuuqcfTeCBTtb9Haz6Ldn8pdJ1DKbi4t2SZ20MNhjnQef8AKXNMN2RU5tjnXPtaXWNjc47v
c9vps9ySmOZ1HGcHNcHZIcNpY3v5Gw/98WVk3/acN2NVVXis0I9Npe4hh9TY7c5jvzfzfTVr
KpdW55FRqqfJYXAt+iPzf3Vk5drqKLbaQ1xYJ9wcdP6jPe5JTRozzc/Kfbc6wsedrXE7i0nd
U2zf762qwDZ6BfpviY7Tosfp+Xb1DMyX2hrLHPYHMbu12BrA4B/6T81bYP6L6ImZiPMJKf/W
9TJAUXmdI176Jy4SCdPyJgQdJhJTR63j9Rv6bkY/TbRjZdrNtV7iRsn6cPaHem/09/p2/mPX
B9C/xVvryWXdbuFmKx2/7AxznNc6CG+u/wBv/gX016RtkxOiZrGt+lr8klLMY1jAxjQxjRtY
we0Bo0DWtH8lB6uAelZIdtLTWQ7fq3adH7v7CtgA6/coWhtjHVmCxwIMiQQezgUlPj/+LnDz
MT6x5Dnw2uyiwPqDw5zQH0uofexu70N3+C9b9KvT22Av1GpQf2bgYDHNw6KsOpzvUfXSwVMn
j1H7Axm/+U9ZPUfrB0+suxq83EY8xue7IqB1/Mb+kSUx+suf6mLbis2uxzIySSRuHl6Xv2M/
z1gHOx7gGV15Wc9hjZTOPQ50e31sl/5qvZ76sjGcwOfW8vAFtbgHS3lvqfpNn0vpLn3dO6gz
Jfc3OszKXCG05LyCyIc17HsJa7/R/RrSU7WV1LqN4AuwgxhbDqmWtJLv61jdm1ZOdbktprqb
iPcLfaC4gNgy2ysGWuf/AMYqRx+tDdW2uxrSZZZXk+0/yN7tv+Y9Zruo9WqLBbY/Krx360ZA
AtYZ3ubxvqe//tt6SkDqKenderNTnvDqhY5pdvcHkFj6Wv8A8Jtsarf7aqNXpj1DkDQ17Do6
fon2/wBlZ3WDiZHVA6suaxzGun2mSTL2+nY+nY9rvb6fqoDRb7ni/J9L6RdtjSfpen9o3uYk
p//X9SjUTr8UvdOkJ4/2J/kkpjtHPKC55k66A8SjWTtgLAzer47734eLex+TWf07Gn3N8t30
UlOi7qOy3Y0bx3edB/ZH5yq5vXRQw79zZ03tb7R/Wfrt3LA6kMU1HGz7nAP9x9J7q7DP7llR
Z9L+b2blhDqFeJY39jnq+p97susZeEZ3fo77rH1X4v8ALsxn/wDWbUlPUdSzPtOE+q14txbQ
fUY8yxzD9PfPucz95YT+lfVusvL8HF3SZr9Bszp7WDYz2/8ACLAd1KkZtlL312FlobdTXY29
tTyf0GRhZde718K9z/s+RU79NVZZXVcgsz8h7zb0q+vOpHOJaSHtadQKrvn7GXJKdx3SMCHf
ZC7pjb5A9I7qDP8AgsnCt/RPb/wtfoWfy1Tc5uAzdk/oa2kk3tc9+O8D6Hs92TjP/kWetT/w
6r43Uqr3+jYX1ZDQN2Pf7XDX8z825n/FKbup1VH07d1D29nwRoYlr2SkpqP+tDcnKqwunY77
3vdDjafTaG6EuEe7+b/fResUU2PLn7T6de5l5+mx08O/02Np+l3/APW/0iyrbcbAsyM7Cta7
IuO2pjqy5rmzutaLPa7d/wAX/g1YHVcfquEXNPpZdJl2OYIj825r/buqZ/n70lOP1fGzL8uu
unEtF/oNdcwNNjifc3e17N/qU7R7HrMZTfZTY5lRdXTBteGk7dx2M3v/ADdzva1eqfUS1mNh
X51r7Q1gFDXzpsb+neWtYNz3eo/auop6jhv6ffnMreG1WA2s9oebCWBtu/6Fj9r/AOd/nElP
/9D1MwNUp4lR9USROv8ABR9VrnBoMHuElOT9b78in6u5eRSXNsqAIDCZcC5teuxr3bNr968g
yusZWJVjZuFe2rLpsc+zFa0Alh9j3e31GejY38z/AIRe45deNlY9mNkMbbRcwstrdqC0ja5r
m/ury3r3+KvNZm229AyKRhEF9eFlOduY6P5iq1zba7Wf6Gy+yr9y3/TJKbdfX6sg1W01C1lp
NmLYWeo1gd+bUXj9FbX/ADb0bqNLb2lmfeMg/uOb6oDu36G0DHd7lwvS8bq/SvrB+zcxj8bI
cXTVZAALR6+/a2a3su9Pbvr+n++uoszNoG8APcN1rtfbWz2vd6f0rXPdtrr/ANJakprP6T05
uLbjbC5ryAbBXSx7SSNvpOx6K3Vbf5Vlm9Ydn1X+stnVMi7o2O99T3lzLaXBrYfqWOc91e3b
u9OxjlqX225FTL8ovYyw7cfGYCXO1O1lOJOyy3/SXWP9NG6b9YLemZIpxR9oIEOxvVNsax7h
iY9mJj7dn83TYkpGfq59eHtZRm9NqyzW0PbYX1uiCQ1jnbnN9T87YxXLegdcx27suguaDDGi
HVmfd9ODc3b/AC16J0rPw+p4NGXiu2tcxpdUfa+txn9HczR7fe139dGe7Y6AAwjvJ1hJT5Bb
9SOv52SwYWMRW6d91zvTrBPAa4/pHf8Aba1sD/FLn05FV9ufXLHh1tbWPH6P/CbLj+ft9v8A
Nr0UmdZOnB+CsY4BncZ+BKSkWN0/Dw8erHxqm11VNDWNAAAVgVN9EiAW8+YMync5sTHyCcOP
pkTr8klP/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEA
NQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6raHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5
ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9i
ZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAg
ICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8y
Mi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5z
OnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRv
YmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0i
aHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2
OjM0OjQyKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMjo1OCswMzow
MCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMjo1OCswMzowMCIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpiYTRiOTA2Yi1jYThiLTJiNDgtYTQ2MC1mZTFmNjI4MDgx
MWYiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDozNzYzZTAzMi1l
YzA1LTExZTgtYTNlYS1hZWU1MjM0MWMyNzciIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0i
eG1wLmRpZDoyMzE2NzlCRTU3NjIxMUU0QjkzM0U1Nzc1MzMzQjdGQiIgZGM6Zm9ybWF0PSJp
bWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9t
IHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MjMxNjc5QkI1NzYyMTFFNEI5MzNFNTc3NTMz
M0I3RkIiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MjMxNjc5QkM1NzYyMTFFNEI5MzNF
NTc3NTMzM0I3RkIiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0
OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MjM4ZWVjMDMtNjg2
My1mYTQ0LWJiMDQtZDI3MjMxNTVlMTRlIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEy
OjU4KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAx
NSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249
InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmJhNGI5MDZiLWNhOGItMmI0OC1h
NDYwLWZlMWY2MjgwODExZiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMjo1OCswMzow
MCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8
L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3
Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUe
ExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwB
FBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB7gMBIgACEQEDEQH/xACxAAABBQEBAAAAAAAAAAAAAAACAAED
BAUGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgIBBAIDAQACAwAAAQIDBAAREgUhEwYQMSIU
QRUgMCMyoBZCMyURAAEDAgQCBwUFBgUDBAEFAQEAEQIhMUFREgNhIhBxgTJCUhORYnKCBCCh
sZLCMMGistIj8NHiM0PyUxThY3ODw/Gjs9M0BRIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQEC
EQMRAAAAoSM4ykEijsIhUrEDykQlOiGOQCOQZgYrMZVZ0MQSEkgTlc3hBGRxVrtYhlUoo5Yw
XCUdk47CQmkYYSjAGQRQykAYSEu3m65EnIjaYAZBQ5AwZKUw5GMB2RDKDlhgEleKAnUcoBTI
hc4xRyRldjEJxlE7MKOeIitV5SWrII4SMRqUSupIRSM40kc44vGOFmEZSGVwlgGljI1b9S0O
YEPGbCeNggcg7UTGXFK5E7iRDYErnMZSeYQJniL41bIUFiIrURyToBxWNa3z/REEzTgw3Iyp
IaCaNAGCJKyAN4ZBIDGsVbQ4KUKMhGYwI47IEUqI2zQEiTjC8ASgEmsBMPJBMZqMSBwYAhcM
XMjaZwI5YhTxzgncrHLZ2vnETu4G/g6Rsz7VUr1apEjSGVIbZmdIKBjKME2Q5RTEk1ayInYK
tMJGcYFh4mJAVcpxnCWRiuFeDbtnN29y6SnPAIojKjgQME0ZSORhnKIdORBYKQfP1DOa16+A
dnHych1YYUR09zi6h03KFYF1MFkiCUgY5YStWtVyIJWAKZyMTQM4okdjBjlEjCRADYhE0pi2
cbUNRVZCc6gEVrPmLUIuFJABC1qIgYwIQtgROYAuU4KdCcALMcumZRxSnKF11Y43Q0aBm9Zk
daUFdIoNdhKkd2EzDtRlVpbBVe0RTO2RVG9MZraspiLagMgtaQyB2mMW1tymZJfpkTJwAMQQ
PBNt+T2i9FDpBxdfEceXWI5ObpDOZs7spmWdBzLLRAoZup5ydTt19A5vnuo8/NOUKRGO3zpq
95x/aBnXA1VVtgRzAVSmEjRoAnEYzIjNzIhmAjdAKWoRaVdEypWCpQ1M4rmJAsQgkLkdqGcO
1UM6cTRCpkA5IZiQzpEZujk+ck0DsEyMnh+pxzIW8Rzt3eomjsV7AzTUC01TijtNrkuiJmiE
mGCYCJrBM00xVG6IMcwEDQuWZKk4ctayMSRm0dHNIDZxo5AAN3FMUY5xudWzoSSEkhJISSEw
RnmXW8h1ZfjmsGDQeibYaEBkT0urJYZ6xPm6eCc9awfQiypIDUkp2hUrWaTWKwGkdeMnaWsK
alIQxWs0vWs68KfnJjoFXAHMm5Y3WwZi8+VoFu/VugwnGOURnVFXMlB0J3cZ0hM6AzNbIOI6
3n5TpYrEZh4vacAdxzduoX+ggsjUJLIuS63hSDuOS6gkkdhizBNSvlCa440ptFzN06GHIzzc
jyISbOtgS2KMgUsJkog5rzZmmA7kO8rDAzHLWulA5nQ0ax17iYkkM6iJVUpGu/NMdJjBAQjd
mFBakIce7WI7MFU6KSo5LVOyV+G7jz8Dr+P603Z685j8t1GIQBBMNHZhCsQ2iImiLLxWSOKa
EGeGcimgkDhJFzRz74Rg4bMwiZDRxuOwI61cpXOyLkIzrs3nq50MvOxGzXo2ye3VsFjPvZRo
y1YQmESrFQM62xAi3HUkK/Feh5xxXT07BvWKs4WLuZxgUbtUJR2A0ox68gErVrZbo2ohzCuX
hYgDUpatU7BJLVRaegBeipiWZaso5QmVpHIggtRACxkcViInnjcv2K8pNjadIsRGhVrGSVGs
Smw9SyTg0hDQUxA8tU0tfF1ixWnA5WperGTrZWgBJWMkgeUq33lBKvMPWe2FI85DM90xKm9V
MSp0rnPbREZ5HlnUPzQHQFy+ibpoCQHcqwWICNG4RixoTQsNXt5JoHGI9C6xnSUNMq9ByXZE
EiYFoDGpTxFu9mo0DlIwaencOQvWrhy1jXvnKbo3DN2QvGTLNoHHaNDfAu2yIbCEr4XRCcsX
VI4uv2rHC1+/A4Lr2Ep1duInWpcOZl6ITmK3U55jt0Mpzs3RVCmTMFh7VEFMZGMwHPsUg/Vc
5bOioXrJgy6wmRBPSFLW2i5YhtFO68hj0Os5UfdqXyrW1XOd1Kcg+ipzA0rdcpaWZcLNaTnT
WhzYjVjoSl+OqicaMReFyHEkdgkivJIhJIZiRHk7WAQQ1JyvadijKBklexyY12jYLFrJuHUn
QsB1LFYDH1axa28LdBkjrG6mQuW63nTcRERHJIQtMIKdyKvdEpWZJCPmep5YAJ4xiBxxMBgO
MtozI45xOtSQkkJJCSQ1O7mGMNwTM0AumTIZmdxe3hjpnE4o6+9zXSBxk5Vp3M8va+TbK8Z6
JtkzhDIwTpCcHDAhHEXHcCEyQsLayCnFZiAE3Bd4x43zjcLPcvDmud8khJIpVYeSPSH85tHe
V+VuERSSlDXpxgBomeYxdpSOXe/SAZ2J+u4zqjSFyKcUpCNjD3+c6YndITs4Qu4JCgijkBEg
HKNyVoiHxdrOMnOlgBUdgoWpDH5LspTj7naxHNybaOrSQkkZnL9JzQqcTFaaXpTOujEamENI
1AfNI9PEE6kOZlNSiTlTfzLJrQU5yvS2c8qZPWER9Tl6JKLOSEBBuJgEJDszjMnAcgCZOMCg
KFSWABCQbDETDFKWIgYYCY7hJCSRWhvoqzmjF1464eH1COM6i2Jw/IdnxQFisxds5aNMq5ks
mUi7YyrgSktlLsMC0a2nxVM9ELhrZ2LZukHJFIOzoZO44k4AkwI2K41HmLJZBc6dC/L6JqxZ
2eb6icnETAdEd2khJISSEkhZmnCTKldEkji+J9C4ArJISYh9LMuDR6GcA6YI67Fzs+O78vkn
M/D1nIS3JDnS6AzCtX6oc+PkHavx/YCScbh+44UwB9HjOKzursHFQgxbghMtzZsh1hY2uSDG
jviSEkhJISSEkihYnxjZUUpg+e+mcIc8xIZ2cbQoa5Yxev5UgFECdumbfb8X2Jbw63QFLZSE
6IcTYjdGJ0I5MYCdA5uhjB3eb6Mq+celcgcvf0tc5CHseNHGWEu9Lx+0axViPREkJJCSQkkJ
JCjkRz3Q0iD869M5M8+EhFYrkSdbideTeeeqebkElK8ULunWNi1zHo4FwTBdiHMXEMgAO6HS
IE2cQyZpBFk6ReoxcKa1HM0jtKdHALGbFKW861VFepapa0jjO/TOJJCSQkziSQkkKtZRHh7e
OeYh0+IUXsaJnencp15d5Lqs04krOSBC9gs+icR25MeBeNAqMJqrKmNJxIFM4ITojI3GikE4
Kvr82NmDYKtrTlJ8PpQObk7SQ84HfwS51OHtDg4nfpITOI7s4kkJJCSQkkDy/U+el3MrXzno
7FM3/QfL/Ugsbbzzzm9BTL9ataNrsOH7UiuNMMw82bJ8xeNt3RC8tkqTGiZmYYFGcjm9VCV7
mbnmvBzzm3FSrm/BzV0jp9DYM6zdpkueOGe2pITOhnSEkw6SEkhJIHF24zzbD73igWgA1u28
y3j0wAE80q9RzRBcowmx23mPbHVT5WiVMzfRm2bRjkwjpAJ43JDjQuS0+LJpQoEta3dMax0N
k5OfodQoPZwC2VeQKMJDOxt2kerKpWNEMszSly9McXYTpxCSEmEfK0s4w4DYxq2pEVe75LsB
5pDK3AddjnHN0pHMdDqQF7pPP+8JXFyV4zCZ0RE7kYuYsosAKGZijLp2TO0WhJ3z2LeXPjGh
AZFiKNwnBDVLtU7paAlSWYiKQkJJh2TiEhKtLThI87Q58qrBlNWu5AdnyHbEk0RmNibWUVGk
gGiOuF3nB9ySuTBGBhZ99ivZQiqV8IsVZbpHejIUaYhzthGfYswkGTbzzRrVGLrAQQpBi7no
KZxnZxRyREQxkK9BOJJDQzIz6+tnHE5PT4oMFkDpOphuASsJk4OpmkELRBvRpnWdHlbI7ghy
jcnFOMDozcLrsQr26F0N1XJY68JZqRiKQTHhlqlasQGm4QgWYLATojv0gDQkJnYZ3YdJCSQm
QBYWvhGVl6cJh6dfcOulhmHE3MKPoYzz3A6POMyaWY7XUpWQ0DkijMJ2YZihJsqbLLZROVa1
oim6mIgKEA0g2dipidHz5pMzE0iIN3I7wSYQkhM7DpiGdnEkwhKIHA2OXK1GpTJp6Oyd5oQS
hOkKGaE4Wpvc6Do4GudjKMwydDsTEgkA0clIzXqXROpCCUQK4EAUcsQCcSGhfzSGqojWsDME
TOSi4noTOgUTDs6GTiJAYUboCvY4Uu0+fmLGcVkbtJtcIhcIgIerajPO6XScgX+i4bojsJ45
gSFBEBiB2Hy9PAKWhmaAc0FU0VnbBBVvwlGrdpDtKiLF2sszK9mobF/n9otsLkgpj0NJCSYd
M4hcRnTjJozB43sudMcdjUMHvVfCdIdiYdxIKOSI57h+14kp386+ekWKlgkUbkhRGC6qEGc9
ImMLJWV6EtT8yJ0VHOA0o4YS2mqhw1RI8jp8so6uRrkx07BKQOekpIYSEd0iNycA2caM0Rxz
MQSGwnTjG6GTOImccDY5vlOr5Qs1qnZGjPFKMnEI4xBoyVhVLFYrVrTlBtREUhIcScgGwxWh
14TEnU4sq5mFO7nWSVrVUUc8x6wkgU6EzoZOgEbAJ2EJoFIxncgUmE7uMnYQuxFVtiUVaAgl
EhHHESUVWJmSC53pM452DpMgy9vJ0SepOAJwzlSO1APbzIjZmwdQlyN7MMY5EPDOADlIexOz
iYWJBZwnBBM7CF0EycEmYTg4Ti46TjMkJkhRmAoZIyMRzTQoZ1E3gwzNUqxE8LxDiLiq22Kt
bSRgP0MRkVOjhMVPIUQvRGpiWqxXsVbRLA0hENmwerpkMnQ7Ow6ZDoXEzoZ04yYAnBEiicle
IwlGJK9cSaCuJbGnCQ810onKD1BHLw9eZxh9bWMq1Dll9xuAyRImMUSAwiaMyPO0q5hXNDKL
ebq1zKYWE7OGnE9tZIEmQ6TkbkhiSEzoZOJGyIFEA4hUJChImUcZZjz6ppKhOTAhIHjkCenY
JI4q5OAzAzViKuT0dUheKuXFQyjdxKLEnUYvQEuPp1SCC7WKUh55UScZ0hOrJ7MmYdnYJnQy
dCZ0JJDC8YLOwgCqSBXcONc6bx8jEdsPJbRYg0cQvRZGoMFWYv1cmwXniMkmziLMIIklgclr
kRk0t/JMiQr5qyRmPVtxFWpLGXWoXyzvUtow+e7xjntTSc0hJCSQkyHTOJJCSEGMwGiKuVxZ
iMphI3aMtvk1zb53MRJeaoWKLWS+2TdAydkzA02zzcLA1i08ZBlVqGrHVnDgkYyLshGNYhoH
VScv1BUo36oOnl6R1c1GctLHRsyhIWkzDuLidISSEkhM7AVauISUK8pr3eY3y5WZzOjsEUq/
RRGE2rmhxVqZk6s9sxLDIrW8eQ6Y8W8S5e1IY2hHSNuvFMVAvxFILlUVdoRA4kcsTHQBl6pH
uwdQQVtIjAfecVpOWEkJJhMSEmQ6UZJBKjlMjU50tBHdOY2M6I74KBGgqKJBOQgewJk0eliM
W7K5Tr6QHKQXqIiFFrTw0dEsC4akcMgNiZxUJ3KFPYxxMeiYz9PonF9LLtly40hG6cB3IIwR
OkhmJAokMEjCYmE6Y5PmO14Elv5cRLRnjNi9yu6SWYbRoWIYSaCNwRcQVMxVKoZYztPXOcu9
GZkxbxnJ3N8zBl13MGr08RzS6FzmZukIy9Ipyu9hgXkEJMQKTDyA5IyMJk4khCTMELMEQGMn
ADjO4hPHB9A4AkloGSwSAaOvzW4bJ58xMTRhPXplnMskCE0xUuSVTe1OXvHRSRykbSERGkAJ
gOKQ4uRHIKFLFKEjMEXQKJAuzEriQcaYkaMxMwkjQmTsIkgIA2FAZWvEY2D2zHlEXqXBGP0G
B0RbM4w8+SwLLmYmsy0QqUOsVDo0TYGvoGz0/nfVmymQorEZGmYdMw6dCdnDOIiZxQzshhIR
O7Ergj//2gAIAQIAAQUA/wDi5//aAAgBAwABBQD/AOLn/9oACAEBAAEFAA+iPI0DjBdmMkMA
AQzZoLjlWHF9EHZBGHyHKgDXMKrEAgPGzn/pv8OKszFQeSeR6WBPJHSRTkwJcDyysFkLAAFW
VmVSRhcszyAKNYWBDA4CoxNBvuYzgTasxGMAMQlMJAXZZghGeQetR2nIbCGOedKSCCAOLh2A
V/Ot4I2BaMk8EORpwyTiWCMD400I4smyawJEQUlAFWNNOjcAAMIdsURkBSAIicYsmbDF9Aom
iGXij4pByQsuFWKqnkoQ3E8QSx5AMOAb8mHhVYryVsY8gGcpzIwMzsAMCAKSxJBAl0UUnCg5
FVBP5ECMp1SMJGK6OgVj5hk1knkcdqABgUgMRyUAZvykYOcGwI8hBKjkQUYsCuzyZV2AWHli
cZXAYE5wwR/gGIUoSpVyWi9Y9anI1TisCENEqDfIaZwV4lCTkbkqHjYusYZIYwRGNBXJ4g4T
pj4H/o73I3nFXiFkJwkDJHAUtsMnI63jDRI2E8CMxAddrh5BUNsKQvIkDkAORzkvHfIALiAA
7iyNSw0pwkDA4whS8SbUPxRrKnPYgHufcb7CgtnEjOAxl0p1p52KhDKliJ98VCl0MaeCAGWN
fMewrEtNyBLcUULt5d+wA4NlokQjkAh1g5EbOceJ2yuTtARxOwWV+CwAEx6CgESIoKptwCMK
KcooVj35A0oZs/DRIJ+2HCSAI/K7VAwweceNtescREWQxci6kYQSycWACgyRriqAImHJXQ4E
YnjzydFyVkggXs4JFDzqtySGLKkkJkmQF0c723IRHRDexkbkwVlryebI8ROAG1pXAQhgwHNt
IxXSYeRwpGWGmXZJV25yHZ58i3HkAdabQVgoGwE4vCnKMIQfOecVfC/+XWTnohTrlGpJG2zi
MClEXzm2BBAKuukX8AuwOIZ0DL5VErkq6lWgJVYmJCqVxlDP2gMgYgMLMoX2mV/YiyV/+ytG
CyRAYwADKq4qKcfeivBppW4KVK6ZS3IM5OuQTGk8bZmbRVUObVQiHcf23xwBFbZ0VYsfJWHa
uPXkKsZIOKCO3DZzjgXWSOgH7EWf2FTS9pTJjXlmuAUOM2upNHEbSeeR1k29kHjGpdQpbOPn
8mHIqGC6WFQyEAlQc4oov2ffYOydaHgDfnqZvZCqn1jxlelcmM0TB+GsTfPiDJNEVTeoz4B1
ymUERoSJAWwjiFBJA8cSEkBUJ4EiKCU2Xl4lZYyWkVgoDKQuGQwj9q4jixMznsr5VZrbY8N3
QjIDgFqFIzyVoJEiaM71nNtcRt1HIo/BTqP2qxWRHK8lBk5Z7PCcVSXAqlhGyiKMGQ9fJq/H
ahr2uptQQ8eOBd4sMj4VffU07b2f6mEtYu9RRF75bPLDRd5KzBWICqqDbMvJZVCYdIC/IL/7
lB5OQjGTa+wMBsiJWkLAcQoKyzs2Hi2SxgAFgAwBMg0xDm5CyjlIY2VlxK00wh6fsCB0FuTI
PjyADp6u6tIRAlRGzA4FzfjyF4K2ELjrpXR1ClSGI0xiAM3FXk2jTM2RL5AG+5hlZa/f9nXK
fKKcuRdz19lW6ylOR09SMSdcyvJ1NOKarNTqDtPlqyK8ryt19VrE4VUViVY82JBCFeQdeeMH
kwhUbTEr7AzKTnrVQVUMAA1ex6XDqXJdgZDxGwX0BvSrHxUrp12rlyJFqwmKv11IQxQwFDC4
w1mAFdVEsTGStA4STiRoAazkCBKSI22oKln0uOQVaPiUCASKzIsatmlASMHECDE47MaBb/So
UerYQtVmjKT36oj+Q9miSd92Eh/vez1Pas2DHGeNOjLZMNeOsn5ZtWwInDiwycaVkCqqlckh
UKshkk4/kYgz+ooR4wxkhI2QkFWKqFI0UcCSQEsgXkx2ApJA8lASI2aReYEViRMNyYKb1gB7
UsmPsNHbn5GctIdlg+s9gJEY0g8kA4kXLHgYkLIqb/FQXLuwYBmdRrOJOBtszFVZtoYI51j6
+K5F3PtSAiSeOfq7CVlETAdc5oIpkaCCOCNIxphslRr8cAOpBsThsSJuEq8maOMFSoTiQ3/o
rECqRKFEMepItqQCOAUmMaaAgCEKqRls4JGQoaRKboI6iqGiHJiMPIhj44nGUHPZDGz2q6g9
hWZU7CJgOyrGVUjOMpV2bWbTZTjnABhpSQGwRHWkGFQMZjyYjGjsca9OzMKnXpGe+qjrYuls
H9Xs4ZbNTvkkXrqprertuw94+OCJLT0C2DrpOS9ZKcPVyqG6+zxNSyqNTskPTtkNXsxiOndc
yVGAeo7IK54JUk2a0q5FUkkZ+utkr1do4eqgGDqFDnqJwf6m0CvTz6HTTDG6NiY+rjQCqhy0
gROaBSeS74KzKAGGSeVv0r8jLHO00fT2RH/RmRl6q1+tJGyB2kKr/wBMkWVWRJXVa1pi3XzM
0fXRjIaY4r10UYbrqLEdbQDDqaCt3vcilH1Fvs7kwDiT5VW5U+ltxRnsu6lnme5216mPdVns
etpOtA9dPZruwjEUivigHPUpJiQ40MYUQAqIlUCJAPVHhhjICIE46wRnQjOyjaMblTX2f1Rn
rZV/6AniMADBlGbXZUsLivtlIXbaP5LvzoYAAV8GzWqz4hBJsyxv+zJjV1INQaFPRlqcglAh
WpMwHXwHI6kaYqaziMKKcauuuyeSpSkT32emj9VU/wDr5OHPVRqWLUKS1C04BiS11mjnTRix
ikAs3gaXIJiQjfiRvCvjZGEbB5DPOx9w3MKoI0RkfEYs8ZdpUUmwhX9lCrTklpmdjz0OQDo5
E0UmVVYi+umZWXCy8kAKk8SNAa2F2pIDEIiomtgLx86YPm5dmOQlVIwL544FIA3ms/6cjsr8
slaKLp60ctuKNVjPk91d9aWqTKUluKq2K0Zku3bLVenCp1dVEdz+OvAHHABu12kHXxUPkUdy
20yDDZXFtRkC3ETLbURV7wevVtSLGtocfdIwXmc9cos+gnHgClYlIl1HGumVVIQaABGi2zsZ
2KgO4Yj17dl44QNt/wCfy5BBkUb8gv4ggZs6/j+Nb/0k6HyDsHm7P45D4/ICQgZ8iiBhqJ67
RVZMi6OrJj9XXrrNKZGoIY65JOIN5WdppewvwUI7t2zesdH1ZrBE5K6Sa9ZwwuoSqWWnWCQ1
KcXqEMQwRKApBSZV9jScFLDSzOew7KRkp0AqVWfjgPKUcQqhcYZ2CeWBwN522mAGcACdcfXy
IATAW0w8An155wjf0/n/AA39GIGdqVfsOpCR1bfYlMoFpn+S6FXqZlsRtBPGYq8nK5dlaTpq
ftkI4rW8m45iqda54d9bFi58c65pXUFR7BHMjKVKgh1BSGwkclhZZUquDDMSsVecSwPL6Xkl
LHsHb9fS8KiyCx2HKU9eCYCpJkljhijlQsrefYN3dkyzKsgkkCgyjJmYsteQ4rkJUAYaUhiV
w7OAf62lUNakVYb0bLbqqGjjpxyZwEY+SxuR0LMG1rLlrhCIzI9SEQQy79VVgGtbeG9OIKMU
bzydfVaCBlZstVlngozmaty1hPiwiG916z+iBmEdJ/2KnVsFqlVkSuJfVPL7lt2BGJH/AF61
e0ssXXTMI2k4w1pH/Xq9jXFlJ4nR7lVW7S5xrzWuweSOLspcah2TIKHawtTM74VUCrEyVmnq
rgs1XMU9aUszKV8ZyGchhlGixGcs855+gBzgMv8AEN3iCO71DqevaUjGvSjO5H7FboJq6MUB
fsbQNnqKvKRfxDgyRR05AZSRB8hkZaPx6MP2XIhvKq2+FEg2rFmBLKSOK0jq9osYOrHOG5DL
LWi6sMqV3Z5vesPYdfIsiXuyCNf7C5Mle1KscfZWtwdnIpkeW1PCAG9hJ5/lBPHKgr1gp1kb
bOvakdJgFpQKL8aTVHgsK46i6y/016jItyX9UxuM4sQFOcRgAH+d78pPlFcGP43eKwBIpFel
G+S0oJonSXr+xr2ewlSOlI1unEiIybQyvFOj+xZtej5IDHP8YUnIpVmUAFShaOnYaO93FqsG
PdXUm/fsILfdysbvdwvEezl9X9j+q57ok25pGkhJ4tKhd4UdI4IxO+snQBH5+uPkoPLC3mgf
zGhh4EqVVmZFWSVmxmJwbBEUKI90ZJLJIuvIPj6HegfH02M5DN7wtlxyJeyofvQ9L1H6KS1V
cul2BYZJmj7LqllsVY2ieHbvGAqmQHHjZ1AZGExdO+sLYs9bangmoyOJUQmNVAFmMVrUzSNk
DBkNiT9u4RIlmMaWRZI28MR6jNwarWleNEUCVwytXBMrK/MH/lyDS8yc5DicoEcz5zQwMpRi
XXeskBBXQNmZWJYqSToABU1xH+EtiGLD2NYCbul5Sdj2EiC5ZQQ9u/KSZXaJhqEjjEwzihNi
wZGtM8lWFJlb5C81OnUf2QSV9sv7IkaIyjsGWtV7UFJuulWOWmVEilOSMqZ3AnjexFwfisMk
hKSWV2LKzfsBDG6kF7X/AOhpN1dFVj0+TFi4IbLDH2VgjxpHKrMxUcsKnjU1hIDscVSA++QX
ZZd4HxmBcyEE89+xuIbirTxAJZR89jBXsACyIiRTbUcdWPLXYo2CQsteMtIwXkNAGZxJXe5l
qwQvPWexAtLsJpOw+XPySh/zp7HsJU4YZ/Z2MU00F2pMi9TCJLUbkSRMcVlGToJI+xqgpJGj
xRhnrSkTLGSbDc8JDPJ5NoFMeVTHC5ydecUYC5ZXlNFYaNHBKnRHFgPUMiKg8TvwAv3JBz7B
2C40iAAg40g22hgP42O3szZBbtRn+x7EGXsJ7GSNyU75cj61mKqpO04BYeWIx0vItb0l2KRg
vsLS+dSOqnqbEqTWbUb9kjBl0HxksDIYZy8kkKic1AK8FaFlkbjXctEujmiUZPXYm4CYMlW2
ZAHrwlMkKjJlDTMG/YkkVzy9h8aif8QGI3zSGZ5JuXgecblGYYpJMjBDCSLP2YFP7igtYlIM
jBS4BD6bR35Gc/yDjWlLMECc0VfW4wnkx4ldqucQGi0QXyI/8EC8Q4GXQW7IlVV02wAAsvFH
BRRlrdlC6ik0r0dSq2peAMpWRkTJ2aSR4hGrMM647kOhikcexiX9eYBXvIssXNpD7EMVlmUM
xOcvy5gLCGZwviIFQ8bR5OJFr9TVkeCOu3Jay8/15mzi6LJ2CgvflIezaY2LV3Ov7O2rvZhQ
SdzXQQdlFZkB8krk08MTLNEUeMl5K4QTQMo9TqzRHbF/aU2hG2j0kZI0isceSKMQyxu95F/d
CKuckOOeR7pWNOq3qzsVV+v+OTCbr/sUIATys7B54a4DWVwHz1ygTBiCpDLZkjavMqitJxKW
EZZ42UJdYLHXkLK7sDFW5itXjEkytDDU9jQ2ZplF8u8Fau4qWoDABTfTUGC0OvAe9Vpoxrpx
ESZ6VOGtGrGGF8k6qi5tQCnOew7WXGo9vLj0JWKV6q0Qo5xgjGKOZBxyTeethmzxWPZLECso
eZG25WPP0a5k7nxmgM5ABmYnt0aSjRqtYoAusPxq0kFixpZEUklSCyI2BSpslC3sBl65dtJa
SPIplZhXEAnrvGOC7vpqYRxGtPCeQi/Xli9kx6+ITwtXCdxapoa3Q1636PcQxtRgYz4j+oSV
pZQIXAWEKdgC3VWwtjreyRhW7JS8XZsstXtSXh7ePJh2y5OvZsle52Uc6xqY26qvOP6KIo4Y
H2NyH5Zw3koYAkBVTlkYO3QZXDCSAKQ9JHynUhrntC015lOuesPlnjD16k71FXsK9gzwmn3J
hMyEFD7ADY7OpCglEiykl5ADlD2GOKG1FJHGsYsh3j7JZCFqxvnbVYYrt+CFIbtSEnrKcS0R
XucehKWK06LF2d1j6elVB100KSQ/Hq039x21URtFwKsDnEEMMGw834FX0SquGrQEmpXx6VRs
FSqpnXbKWQGRwoZ+GyQnBT5QQpM8dsSBEUevgyp4QwD3yPXSCSMALvQRWVLUUoqx8mrAFmCM
DIziGQfmEcotV5M6+z7IVgVhY6dZXHWxhihAK8msOIYaHZM8f9wy3IySNrJGkBldFUNe6uzY
7rul9c81SSW4YYylSo0GdVCsSd1uOxbPKp08Sp1/A7Wk9ft7tdpafUiRaABOGMBf2IkeWzJu
SZ9NZkUJfcGWUHC6APKqK1uNQ7l2wnN+YOnC4nWVEaSGFFcAC3RexEnRWtL0MYxejpJidbSi
a/EqyhW4liVsOFqWI+HWV1MdRjxVWOnB4S6M4XSQOoSnYaOwjHaEssnGNWlhix2Ht7GwkNbp
uD4KNdmgARdLwVQQgwDR+WWvVP08LGEcRirokZ8ji9lavEbHX0q614TnJdTzsMrGaGKL2u0l
j1hrhMjWJ3xlOkBzwCCuhrdiqsyQwNAkKj1MhwryUKSv0sLvIYwi/TWwR4I/HtHAbZ00pXJz
I8/aRySV6ns04OfiDclMcDRHPaiosg3XX/v+yoQWpjDLMZI3Ztt/67iIlehi3TAVQzmJYLsV
jAvFQcdZivyQH96MBU5gYJ05KytnFGxI44lBOEEkxHckYDLCOUcbIOG8vpwvSLIcMbEKc++f
bGbRBIwk8omAUAkaOAeP8T9dZ3sZ207oYJZZHtOOUp4x14tooBZkIXsLzWLEF4pheo6BUlyp
aEbRMrKruuSaMMnLcw1k1U2IPj9kSVPwKAuBUve2wMKsAd67ypLJfXWipxUGaAJXxxO9HNE5
okFCSYlGa8b1kziWxzADNrP/AFh2F86BGv8Ay3kyKDvWhIGwIOP+e8JIzsQrVWFNFeVzlxpm
lcIM4fkqHO7sfr0T5zxsc8LEESOD1tkTU0Yak3kiMDZB1dtfrR9JT9KszgXZ3hHScprCrokH
OPlkDYibBUE71m9kqSDvNjCw3y2A/jiSSG3JoJMApEKkMpGcSF0eIBA++BioQAtHzGHZaQlM
Ej8f9N240MscccqtCBkEszz20JzgeIGl+QXGmsfwNYv3PjN50tjWRjkGJJBXjOQWMLm1W7WM
GPtEOdrHDcXpqK1ohmhst+Q3sL4/EZryugeWMd4p2NA55xVG35YB5m363Vdvo5KyoQ4OAqC3
EL7PPNRg7SCOaPtKToez64ZJ3FFSvbdeY/8AC92MdQUu/qWAskbAEHNgZbqpZQV7UM8kvYRL
Vv2/fccqhcMZnKJZYvLnjNnCQDlSX1WI5yW8leBZ5+PLZJghjSMX6ULyNTXIEHBQMJXfD8t6
wNsfc+foRvNZx0P4xRrPAwDJVDJIumns14ne/U9x7mmC3b1eMvfqrUuxSzHZ/wCsEyShoest
yiHot4Ogq7XpagH1OfIFPrngG0eSEQW5Hk/vZ6uJ8rRWNvfaQ2mezc65Z5Ue3Tjqw0bUcvUw
yJe6WpQiPx6vYgtdNfru0bqNHNeEJ5U5g8cfLiQy45PteCrDj9/1sQisdd2eWutjaSuCqMNY
NHA2834Uro6ABGE4hGbwthI3y4kNhLAhiMZiV7CstpbHTzIZOobR6YB26dFDfGY2SDof15Zo
ZUZurWQo1WtG99RhuliOw0f8O5jV64gMjPAZFkPpwnTVpVeXr9y3pWIkeaJYIOwkvvTW1Vmv
WuzYLX7CU1+wh60p31JscdVZWfpqbhOgryu/xy6JqXR3oQ6zpknsOaY5ZpJaln+Pt63ht0bH
Qdq1uRG8mQnCTpfs5bagHCrabYzQwqBmicK+fWNsCMUjXAYCRhP4sBq3KrSylzi880Wb2OF9
7Lkk6lY3Z5HfWSMxLQOM4nh/h3k6xxS3pHU2bTAVLcyr0F9lo/FYquCKKtLYk03Yl2rdV1nb
PDa668q2O1sUMTuLU7z2rEQju8s3EDFx4s8hwNNFn9xbrYny8x5F8t66Z5Z+jtLZrmFqExL9
pQFmGrUhiZW2SNYpGBvIY4pXZ1n4lsC7C7B5ZyAzZ342dYdDBrckqNlvSyAkZyO1ZcJO2Pln
TcZVVEijPexwN7BzYD/C1SgtYOm68NH11KMLDEovlqM0bLIlnroZ87DqrUaxwXZmihEVX5PM
dTSMzKdMZknHoKyCSPRJXEvQcmuRMGuIVdI3KVkjqy9dEOul6x0xXs0WV+Vaj2VVo1ZQA+8G
jgGxv8gNkAa47w+Bo55GfwQM1o7OFfHk4Nbf/wBtzeWRPDL45Lpm0NO5AGy+fg4bipDEkFuP
+i3Ck0HVs3p+msdQyfJ44gz+DvYxWIwM26dhFaeHTtGQWTBI6M8xmimV/wCsNym8X73XSV7F
tpa79V3Zj9HaQSR9l3tdovlVqJuu72jeHsibF0QD53rB5zRJ+2KN4Vwr4VTvgNStDBF2Xy+d
rFX5RDOOw7WOujp2Nt+XbVHqd7VkE/eoFTu7okqzpOFDgsus5soU+BvX+kt+jaBBH1+SRq4k
0B4+o+ynWJLHNWOpMkjCr9sBGCWUZ+wjNG9aSbpuvghCb1xQnsK0Jrw1IZcj6etJn9Z2UeFu
7iP9p2UJHyNRkfe0zn9pQORT15T+Oa2oXWKnkjz83sT+/r+jvdjDFVMFjsrU0pStdaV7BOJF
JkUkCxTSBzBNKIanaNG8TiVW8H7jkoH+mzAs8dSZVX6/IYh6bK8Xw/QHFIyjsT2K4jBVmfgS
NnZO8AJyrErnqlJi++DiBd7GJpevqzPixogJIKZy8S16smP1XXOLXxyCRJvjt+EfH+r7arbL
azYJ2cZxrtnt9123WUYeur9r10HZQj43YMJqwddRMh9pdj9Iwcc7MXq110ohxiVDHnnHw0iI
3+m9DwytOJYvp3i6zsY2Sxr6eNHWaGdVGZbNx2YN5ZwOXgDiRioM6yOOSWi3/J5ooxZv2ewb
r+oSMADRAGR6JK+T921ijwBoFiCNHCM8gb8FA2doJQlSKWtEvNluyzwRdjet25sq9XasJYqS
wZ+RVlIzZyhJCkvhkBAwP5IBP+kgETJLRlr2I7EWd1GDD3USMjeDr6edDznx5JX7P5JSVJpF
YBhowxu7TRwwjmSehhPKWeKnTQXu2sVaUVeMHYAxVwKdKGyQYCTgUfQKQdDYOMNjxksixJ2d
uFq/W9PYmaW0MLDO26uD29R1kMrrEZFvV4I+rIxR/wA8UkZ18tj1pyGCOT/ZNEJY6Nlql0EE
XIBPX7mGQQtnkfSGv7lkglDfD6cqTfIIF/Wlj3kNJXyUmvnIs1Trp52FyCmtLrbFkwQJGeOs
4gAePoAACW02ySusHgKdDfnaYNDB5LMqC5aikasYJzZdFNjsIIG7D5JLKaktiy9FIalWOtSo
Sdz27XXhgeZ7EPpT6VOynrrXnsTrzHD/ADH+N2j7shnSOIEEd/RLRMuidj6I7I9eysy/HIpF
rX6v7VPsa7wSq77rWzKTVo11l7J3PXh5LlfXrCEZ5J8MQEzQOLgGFMH247zjolAQsajCo0o0
O2hvSxhe1MnTVGifu3lrRSy2bMnnl1JZZL1p4x2N+1YfRBjklUSWZpgcAJPV9fK8rKiADz/l
v/OaoryIVUfJmkiryljKw8D7kaykrPZ6xStcazv+rjaWLpgckiihSZ1RvazZ0Lf/ANGDyqE4
ZFJB0RsZvQVSAPtrOIwDHJOBHIEXkfiBk8oghNbou1mFztOka73d60hbiB5ynbetJWd3Nisw
mhozyyNRmjVgwOddAJ7IQKrjwAdBdDX13hOv9Miq2dkFdLXQK+WOrtwYlG05HSTmLrKENM0w
4hCSsO7QRxPcg4yWZpmas+46LBOnrhLqa3N3M8VqK/LPhext2ncIjLiySIUPgth+4OyBn4jB
r6Bhjkam6zo6djvbsF2zos1fr7tjE+PT8IejCx+kcIUUPWDGOZHbO765YzrR6Mflz5Enecf8
D4zz/qKjOw7Ddqz+wUsTWIq8l61trVhj0U01mSMFEQ58ogaSmkAMsUdOPJb9ZcazNO/Up6Zk
I4HrqzTrGigoNBIwHvU0f3oqQ9lFMTfTbdjIuQ323Z7EQtTtpZTxhI0GBLsVz5Ql6WSp8XuS
NW6OjUUI5EjcA9uui/2fXrn9tQOJ3VdVu95XjWz2TWMhrO0iGOskViKU8ygPaKZ/qW0f9Tfb
vBI1ur2zVmlt1rYtUijGKRG6K2tTsopo5U1ncxl6lgx7YKStdHeOwkOdVY5NDIksYwk5JZhg
S33D2JY67xstwyZUqrFGKEQApQKwVFDRxlwkaHWaIxlJMnjL/ZxVc/tafqsfJaUTTfLrLFrP
Y9i0dSF2/W6vlNa6+NgLV16/SzhYqDIPSkWNGriWjDGbjTGsAPqcJzwfrv8AzcbWx0dWzL3H
VJBZP4GO1YjWeyZj1k/WxP1vfdKI0ZSLSCevbSVJDE7Bq8nKOKmuS3EaPqAVpxnZ2NdpX/Yq
U+ri4J15cw0YIXQaB/8APnZ2c2QBo5vCdANnb/IVhmrR2HezUMpZergaUrJI1KwVh6iR8tUa
9YUekmsvDSirCR2RTOOQRSXDKWflGNPnD/v/AJ+P82xnUZ33XSSGzUmjJHjf0+K0HsdkJo1x
rDNnY9LckkY8MkmLEsxwEqeh7VvRWurOU2c5AqpVhreICM2SCSQORyRwmI0jsTg8Yft2nYEx
x1xWefs2KGPsrORdSFEfXzymLqnDTU39VTqkOAKFYwgXZ/bPHE3H2aUSOCpBWwArsqfuZvGl
RcNhAUnic/Xl5353hOm+jEZ3EzrGJ2TH4zmz1sZaPr4SE6VWfrq1avVMLmQpJqeWGJex6+VW
dSM9ZxYZC3WwSQQde0QnRtLrwulCsBmxsfiDvA8YcAnORBDhjx1l+6pViy4ye0yNVriNbM5i
6+OMAaUKcNiFDNeGNfklkc8FigjjyGFZVIZs5DjHJvJog6spKz2GQvO7Y3JmCORChD/xrecc
A19fGeAS8YwMsmdgCXlT1OrBTYRmMcYXBpZaMapAPOH7dgk3skmkUzxCw8NGrn6MSiwYGaOZ
xPDy4Dzi+cOAMc2MYqijic1+PDERVHZ3uKAyMQGkZadmWReqrKyKVVvu9qNTJYlchW1KP+VS
TUltJZDHAEVmmUrM8RmRSVHAFeWAMQ8buRGM9SYqHZiZsA0PrvP4O9NI2WpfxqSrw7eyyNrG
b8GYaZvyB5yVypgQbAAA7Fy0kyg4FkbGXgzSHJ2WOOFNyx/Yr4QlSW8pIc3vLUM09mpAsIXe
lJOXrSwpNbL5suasGsDaVyrJ/FgyBOEhKQPi15d3Y0jjryLDJPeRJJLXMoynGb82B2y4CMAb
QAGcRsKNgAD6A5sZsHNecZd40JYmKJD+0iN34lkjXsLEOJ3O8SxFLhZWyFVfIYkSNF0CM7Nd
PKkfAMcZ9nlGTZjZ2igsG8nlVU6YMpbeLonwcPEg4Wy92EkWGZ5JBGXMNcRjR19sb/yhY4V8
cF37Y0V7sRzsJXEVeSLd8ASRz7ccuMasFc6IJOEE4D+H08Zv6PLwLSk4ztqNyjA7+pOsmhEg
FRhlupF67XW1CktV1yOuEijmnst1HTKEjUAAfloZd1JLZnVZSm1lQaSM7AKnqohJMiAAcQPv
m9FWOvvhJzZAbi+djVjKOFVqsyqA6hjKpxmY5/8AiWjXH7CNC9uVhrRHNmdI5AKdRXvqP2aZ
DPGokNiRowQWCaGL9h9iG+n8/SYKVAGzGWMddQQNfUrvNDGAzs31FbgNtJHIz9mGKLqY0kuV
IERAFAGtzyeuHuJUp1rkHJoYjWSe1AmS9nGqpcsNJ0URNdfGMfK7OENyBIwHPuCTieQwUixU
jdhXYyICcZQFedIsezJJh02cVLa0QrFArDF0TcR1Ek4lEEi7ikOextKOR5YQQATxzes39SAc
EaZoD6b/AMPtjZ2jAlt7lVweJ30MD/tQKAvI4fvYhWeGb47BKe0ozO3ZwWIJbUDK1aJ3M+lP
VRmGkCCGI0B5OtD7/bDxwhiV3skcGHLNDFVBlmZjKScXjoKTml5Sec0SAdBQupGByapE0JQk
wjUbFOSD8QQG8rgP46w63ofXQ2c/n/AnD9yWJsyQq8cbMLDRQZJegC/HeE1iMbYrg+snkdxu
XsOxh0of/lR6wzSxHUYbwSNA7BJxDrAN4NbbWKxOWrPpX2szcwM9n4PCJGNcMvELIFALL5K7
J1irrCdj7AD8f/MkLArxYlF8KF5EEry0xz7YfsDrN5vyPsfOD6b+hAOMdY/HO+WKMC0y5dha
dpK6x5UsyjOqVlpnF8j6SnR+TVpP3o1W1V9MUR6p4JZwh5cRvgNAawpigHPsCQST4ICpaUlk
jRBonGAGEgsxkVP59nj8uGg44DkG/wCskkpyxbsqj9lKIYZeUgYqyoQ4ccUPldjBrf0OaGaw
7zXk4B9d4T4dhktiGuvZXXtNI9iPJZ5yy8jnT0ZLNiJQF/kePrYdI4u2ljmPZNMiNZQ50UbS
XEYbAxj58nFJIGzn4ZrwfJvyFVErvId6XYwMgH7ABkkeXCDi7GFTxCqMYx5xMoli0thKjZaS
ICuu3jK4gX2MwDKeR8qgYcc855zWD6az+R4zebGEkEl8sTJAlq89h302TqIwzI5rUZZ8+P8A
WtXTRz7gE7+nYLzqy9lDHk0q3UrUqqp0TxugQAqd5s4p/ENrNnZONvACF7ZikdRX9m+OLKmo
eDD9Tln66YakIyeJYztQmts3MYCVB/JXqvI1iCZI0JVobEeKQ7lCjbHLxsA8fr9/preawg55
zWbwLjlI07zuWtymxMjV+0l080k0lKm9iTqutFSJF44d8jpSpGbH0fxnd1K0KyNIoE0qH45c
T9kL+QChdEErg1ofiT9lVmDtxHbyNJHQmmdCiHDJDFkvZSMIr93mo5I2MYzksKtmmDjhxdTx
+y39IsljcPLzDIeVLgwZvMfkknfE/wCgk7B8jeyMB4r8kunhLGxDRry9WlodfLYno9fDAePj
fHNeCMCjfgYMmKheyEM1e3vbAjOsQx21O8RSFzZ0BmzjEYCUFmyGZ2jGe5VxW5GSHksPXSZB
CkIUaWcx6NhXfhIC0b6AKPotliXiXaJ45epLRsjRvEf+lP8A8MSoj5cVB0A3+G82Ppvy2AYB
vD9ySM7zrZJHnqzxtF172JKnx2QZVoJFix6LHWDQG8O9DNedZMP+diAyLdEkk3NgeraQWUY4
N65HZG8U6zeeAbVlitgaQkloq0jGOJFCzQQ5J2sSC13UzGG9YWMWp2yKewjHtZWVrTyrppYD
c4mxPK7vLyWi5K9wqGSIcmqOFR7CyPHPXjiEksgBXWE4DhOzx3h8Z52AdgHesb7OnnQIlqwy
hK8cYWIZ6yM84FODADh1gOaz7ZJ5Tsm9NN6E1hadCCktW2bfZLon+ATi7JJGlLNliTStrjIw
KzPGgjtTsLNudnWWTUNedsTq4XApImNCM9KY1OBj+sqhK0pM3XSRySVGJjpgqhWA9sT7YtBl
/wD0yHTLa9Re5PIA0pz+T9NbPgZsZ4GHNgHkM3vNjCRoEjCQR+efbBg+x1rROAeNZ/Ofic7d
Jqz3Oz7NZoaHadjN13T0+vUDjgHgHiCDigZLKAJCpz7K7quNwkVaRfEoxKYv1Y8eeF3WVGw2
Y89qOeSbY6wtsV+By+fXK8hWSBgyWSeV5iY18GOwiNFLXlx4IeX6kbD9dNYc35H0/nWE/T+d
+fGDyCN55weM8NmjrXgHxrzps15863jNrH4vk1GtIzRLHnr1mjgU6C7AUZI5GPIWJ+zIrEhI
45LEokbs7jmXsZJCLc7MhhkrLEfVMJVlEschlNhE/Y7Bse9Kpj7OWEnufeZZoJDDsmePmbSy
qOR2oVmkrFFCbAJXFaQJ9Na+m8U5vCNgA552w8kYoUBtYF3nADNaGMBricA+pIwnwT4ZBsk4
+eFwec+w3klgATTngmwRvEfJGYhIljwxKyWel0v9dOBWsGICRA5vKpW9G4BQ4z/lNVjYtAqs
ynZf1ClZEgIPK/JBtKrvi1JixpWVz9adW9M+xVfjs5s4Tgw/b7YNa2NfwNkEZvzmhgIB++b1
m9jZ0Dn2zznnCNknBs4yg4V8kKMYg4W1hPiaXgpm8kNIGjKhrDFjK7EzDJJDIdyKG5ElFfD1
4ZpKMmS9YM/WliZKdlmNGZg8j13UqRJGcNflmpIXhn9g7CPjPCJtraux4OylGf2E+ftTAiaT
Q3hGcdHehsnPvg2M3vAd4Ww+QAPocAGaJHjFGiBgBzj5wk4OWcTmjh5bKuDIG0yNlieKDJu+
6yLJ/lHWFf8A7JUUn5VHuv8AKIneTsabivYm9UnGQ/mMaVc5xgBjh3xb8cDNjRrITWh1Ho5Y
pxTZPTlp2P2IJWYBc9YxhNDl0iR42dWS4BjvAzrDV4iaome6hvYzeEHXEZxGaOaOtYRmh9Ds
5xzehy0eXjfkZvN4Ds/TWa+jyxpj20ASUSCWWND2zNNG/R3J2l+PyKf6B8/+tTnH+O3lWXpr
qJFZv04qvd13NhvdGXl5CWPI5CcEp1H+SkKcXWnfjjnYEh5OoOXqCZHKyvogK0TrbidX0UAM
ZB1vycEchCoeH8kYAufzn2zZ1nLACT/J+2/GEedg55GecLefGhi6AM0a41gaMshVnJDtyJZd
EgY4/J288jp4mclSo07FeJNkDj60IsfHY5cEfb0sp9nTsvHSjlySro+uPasmyCCFYAL7GEiB
9Eloxs2E9lzrksRftvG8EcTjsZZKzM7N9VYqfe2BjmxhAOcdEYd5xz7HNAgfbWazWEYdnBhJ
OHewpyWVIlE7tiszY3ABX5YWVQ7x402mDAguclBAYnYYb0cO8RCRK6RK0nsxzxMNk7KpMtnr
aso9N7r3Ts69wGIPjDzJZVFk7GGNbfYPLIs8rPVZyrxocnC7hcpnZwJMlO6UXugoH1A+gwKM
35Ozg2MAOHecRmhmgP8AFj484CNswGb0ZZG4nwdne8Z0Ge07nSRsMjRtHYYtFOsh0SSXYSsI
cLKV/cdJDIAHt84zzyJiSOIUqEyGf1ZO6gEAix18UmR25qpk7hSk1uZ3Jcnyx66lzMY44zaZ
kjWWeYqzaUS9YrpdjkjOefrrZWjaMW/GHwBnnN+POxvNYB9SRhI0d4dkFt5I34vIiBpQS0pw
2YuCXqT41mJzzUZKiSiSm6gyOHa4THcuzpKb3tihsCMNJDNEXBUEEbJzmGz2IqmYsWdgTJJp
G0hYsssaPG3Vbx4ljXRDRRF5YowkfJiWXjkkaEyz8DxdsrWFKdhV91fpekozQr1HWDLnxehY
aT4v2Ky9b8ZhiX9HT6Gz4O8Hkf46+recPLDrACcllRAZ8knOK5dZB7EuULQc0JkPqsloOymg
kg7itIQ0cy3FljLTy84ZobNaRSr2YneOOzGuLZ4lCHwtxBkBPIEDkcB5Eg6BYKGIxiWJOjdi
XnOus6vjGrSQuRo4zqW9iBJORJ5gRF9yWCIOiRjgGMpOcPy8jDrZGAf6zrZ2M3k0jokkmGTe
cDokkKBxChSkcBC+oCSnBOlz4yyN/Zz1Gg7SO0Z6CA153rWyY3VGiU2asTZLSngkS/YRoeyE
oXRwgjBxObOyy6U7wgYT5GiZgnH9VpZD14CTbiap2hXIJo5ckVSklV1EoLNFGAtRFdoIUijZ
kVdDiFOa86H019djPuB9vqcY6xvyLAgsyR5LZikEn5YFOCLwIyC5iCizGDL2MgZu0kVZfk93
2/8A2vs9r3fW9hHd+NT11odwd9lCjx9dYPD9iFmksRB2EfGagrBqsvsitNEYb8TjySdg2NmK
GWRBHalIWQcfDByoXnEC1lVFsoZCuQ2ZIWpWobEVuSRy6pikqesjb9gfjnsRFmsvK8HYWK0k
ZWRdePpvzmvP2+u/qRjEalsoidj2KAQXxK1O0jYrnYl01kT6awiY1khpkl1+nIYk+NQOJOjo
QobfRVBa+VxeuVw79NYQ4zmrf7IyLIl+fIrc8ssfHPWGMtLmJqkkRrdhNXCXK7gMCJVlYypY
4qhRDMFUyvLiDzOQjAFsZSuHzlexJXeKyLMcrbxNk9TSYN9zbjlZVjmK+uaY1eXDX47wljgw
H/QzACxe0tuWxYAjiLq8SjrbwHYxzQSEDWRToxmopIlfqoIzxjQSW68bS3pMuRNYx+kjmCdK
7CP4/I+S/Goo07Wq6BV/a67I5ODUrqRMeyMgitruQRyrJRRoxTBKNNGqMrFk2JIgweJExw4x
n/JmUtyxmZvrXlaF/wASvXdXJIY6scSelSDCBjRjccXkIOOjx+uhn2xW39Rm/JyyCUvxz+uW
y0UTSHhJYm4vNKZfj1mYXZygMJC4kscTPdfJWLgLrPJwL5tS2ELx9pLJV6G9KsVJIxbgSSGn
Tlrx3Ilis7OvIxXYZFeljEfYxNnPeJIY19xZuc5cNPIleIAL9pq/PJQEjb2LmkOMowgKeJ20
TNnV02YVK/qQJrCApPnCcUkYCN+f8N6zf0ODWayViiB1OEHPk/u5yxFmovXcPWhmS7TMMtaf
02g5dDPntBxJEYoeR/XlLCrIuJX0ziuMaUFTINrxONIQzkk9pEUsfQZwbArYsjqVVyKtexKF
SaBYpGZZBEcX356WlMzxRiUAyCnZfKvUzOifGZJGX4pSOTfF3jfrOvkrRQqAGKjGYZokbGv5
bw2zvXnWfzoE8c0QTrX88s1yxQoGfMnmjinidkpxmJpOxMEdlnsKwUjquxDQyCQp7Z1aMsRS
ULklhSZLBIaU6ZpMbQXkpJYoCzMwcg34692BejEsafFWYVfikS4nx2ipv9JEtet8ZCSSfHo2
WHpPWZOrWVf6tUU1OLekZ6t4Or9rV/jzNlXp6sBWJVUqCAm8WPkCFUfdc45/IbeIw1xG/qRv
NDANYTms0AMA+h3nyoL/AF1q9JIpnDRoh3C4jfjGW1JEaXZQyxxzxzHkNRvAI2lVc5sTx2Ng
Hy7mFlDcIke3EZXvzKtdlfIyvFHVlU4p3hTOGCJSGjVTrWHiRJUrsf66DBTixYwuEDItLg8L
yVQOIwEHCAc+wI3n8+OROEHWyTxOs35/xOywGDN4ScdVkXt/iYBnimryiZuMbREsagjacMvk
GnJGDWnC3TwaSdkChVKnQIDMWIAt2X9capIo9wjEtSHHntTZFJYrxUuzq2WiYsI11jHCcUMT
xbYj2GXbMCCCcO8IzfnzyI2PJxfueW+JAAOHWH77OlbWcjsAHOR2QSMP25fQ/fycJGwN/Txh
bG0Ad8vkPQi8J681d8QHbIQPJMMnqkX12QpJxSQVkUNZngUQrMTdnkR0EepbMiu1YTr+jAML
QQr/AGNZMh7+pwpdtXdq7AoyjQUZrS/zyIwv4JOE7zXjzoeM4bI5Z/KDbHzgC65E5rz4wADD
xJUZx4rx8FtYgkGE5obLYG2fvnnY+29ZvySd8thiCNMRe6alexvjHUsnafE5ITPHPERoB9cu
nUmqU0ynxsYsUlieaZYIYbEksir7RHDxjs2a9fEs3rWR9ZKQ1KlHjWOucf8A84L8f7Ov7Adj
+POiu8bfIgYAueBm/G/Ctm9hQc0DgC7XWEYQNjYJJDknAr7HjBphsaZ/LNrATm2zlnIYHYFT
o8xhYE+wAcjnglX/ACfYOjs6Gby911WzFe61+tssp305JgK7VY259jMwEPNI5FmnsxwyNKIF
iW5ckIiqNO7NBThk7ecYsVic1qI2tA7q1DBeHbPBOrhsMmFvDg7blgPnZOEjSgZ4I0dBtgnE
OsBOEaO/OycI/LeA+D+WMwAP3//aAAgBAgIGPwAuf//aAAgBAwIGPwAuf//aAAgBAQEGPwCU
RI6XqUcRH700qOX6lUsZZIkyLiurJPEi9BxQBuLHIImRdv8AHMogEnq/WmsAWogHJTm/XdVo
RWtUGBv/AIkjpqTZ0KmJwPUgXcG4yKAFAMEZgs1gckz1e6kSWagdE3JregK90XPWgQTp/FGP
MYjBDQ9DiaKherv1+6nI5mdCtWoLMrXxvRC5ErVsqF+Be6BLk+wJyH1LmoXwstQdzdBi1LBO
SSDR0Ig9aYY1dGrNUIvXI5oEksQvT1cGR1E6vuEfcVSTGp1Fc0mAqQP4ZLU5I6+ZByxN9Vbo
l/vTAsI3VcOKeRJAstWpNjmmAJzKYGhI5sApRjPXEeLNZjN0IuRkXWoSPEizqM3NHxxRODOf
iPuoF6FqrSDYZLOIxC0h+IQaIrUuquI0cBFxfAlCNj+KrKj91f4dB/8A1ZMS4NmuUXsMDZ0C
dQIwVXc2PBUvmiGJB/FWIFn4rQRfhRF4u1yf/wAaMhUEX4IMca9Sc0a3FFyC4YtcotJgKsMi
mJ4iTOmFZeYhgUdQ1m+T/CmdhZihFwJcaALmk9K4hEgNhH+pGMyzVLVd/dTO5P4ok2wQsBmg
C96BOKyjd0AaRHavhD0GCBepq3D3kS3KGFcUTcu4lgtURz2JKYR7T/Eq3ODUZNQilBdMKthg
oxF8uPvSU5SABlUnD5V3XEs02AtksyK0QwIxTRHF1U9YTC5tkiXbABAO7+1Plmn08rOS6cZ2
N6+8jF20hEkitHFEYCkbPijEt1pxKgQxBTOCz1QBFTc4BGxb2I6eXrqnJf8ApQ5epnKvWxwZ
enE6YGpcYj30wDiz8E4BY54stLx0szC6MXZ+CB1ORh1oxept7qBcl/8AEkJQNBcLW1L5hAOC
3YgAQXcNi6OrkGVkzBvaWQq96f6VYgStT+paxGwP/UpYPY4smfSBZqa0WL0yyQBiIuKgoGQw
dhkmiWJ7UwwFTijCRJkbDJCLf5Lmjy5R8qY9QaqOqpFwiAKux7UHAIoHxQjENIBmwCaRBYNX
/SuUaQ1GZv4lqiXKfcOmQcxYXKAES4Fz+lGrvgql+CGBBVTVM/Yi4YNcpj2FMexCRCEmcG7J
9N8FIzOP4Kh5buiSSARjdvcTEuqsAzMiQwEcCWVTQe1DSGGGHxISLcxo/wDMmxORuExAEjYl
YHGvBYDhwTBiJXTRZsVquBUjqTAMBYlEmhFXdiokE3ZkSTW4CAHexOKqdINOv4VSj3kUYysL
xsmBGkWAunHKYo6g4sDkgSRE5oEXFXAdaSO9jkuWuDmiBlRrkIyFXyqiNIDYj+VAEaia1oi8
dNadSAiHBwARybtXLXIlWo9xd1Ud2/amAvZMWbHNaZO+SbAGoUsAiNtuJwTGgHeJq6aQMYh2
HAIGD5txQIAjq+9GMRfFNKpGITVIyVma5uUG/wA0QahMaHrRemDXTgMcQmkb4YohjpFHWmQc
GgLM5XMGBwGSFdWT30p7EeyieftxQZ26kMSKlEGD3ZEaaCwPBeoASJLKIi501KZwxsUwp5T/
AFJ4lsk2khncOoxjhUr1d7uigibn3UBKI255l6ICR1QmWExLUy07knkLaRzFRhIzgJFhKmlG
IeYiS2S5qRPdb/UmkQDQOi98s00mIAsOKY+HAUZOQ4DPLJGlvEKUVIWxeqNCfwBQkQDSy06W
LUjkmONYsm1duSlGrDEoRiaGhTRLluV1CJqSHLJoUF8k0Q8agqJMQQKVsEdAc0pgyZyGLIRA
NaFEYRsTgpRqwr2lS1BjZxigdRJNqPRRAc5t/KtNshkiHAkBZExYmzqtTwRqyOkNmeCcF4oY
izlMnJoBVHj7EYv25KMgBMgWuIlGQDacOKDjSSakpnNKMpEF880ZkgYgAlao0f2IzDPYlFg8
jYuyiC1QzJ9WnCJzRj7Tx82lEGXdrfPyrQKEoM+NDdElwcupQ3HJoRpOHyI6Hj1qLFtBeJ95
Hc3iZy4oS2iWFRqwUZgmI3I6SRWOoDxI+7SiL1Lsg7tctmi4MmDvxWqNCbE4n3lUubUVCASG
GaajUdOTfOhQEQ7e1GRBGLLU+knDJANRmrxUcyGIzTHu4MnBL5BAmsiam1vCiwNmc5oABoyu
9WQhEVwxRcCUnamBV7lyiS3NQIE2AqDYqguKcUdQ6jdkZgnUOUDGqDBshdCLtJrdSPpl5xLF
+VObKjkDFFyInF0W3Ylrh6Ku7Adq0R3AeA/SndxKzrIlOGY9qZ6/etMo9o/UiREAmgByTSIJ
i5YYlO17uUJQi2lgy1CpvqzRYUuQqu8aBkKMQK8UGAkRQjDShCVCAzZJyLksTevvKLNEAAg4
fCjK1aIsSCSXIoV6khhYmqnuPQjRpFmHL0OTR8EGNbkJ8c1L6UF5NqBtzIiYYvVzWiJBfMoN
AwBqCaKUJHSQSJB+UkJp3wbJExDaTUVv4FWLkWl1LURUqJNfMw/UuUvqF3TTuLEuae6iXN8s
Fq1B/KVByHw6kAaEWNlhU97wpiQTE1OHyoCReJLnNAvTFuPhVKAd0H+pCI63F1QNpN1pBBiK
FAk9oDLUBqa7qRiWI/FaZY55qb95jplEsxXqR3JiXmJJBKluGR1EvqBQA3ZabYIgbsy+RN08
yZPnJAGjnE4fKniwDsKINIbcgaSNpe6gCNTfetRLDJUkzYKzYPmiSbVATvyirjNPG7d7gtRi
WFNWaYXxCMXtSn8ycyrYHggKA4kBlygEgI4SLXWvxG/9SAFY3L3+HSgCc3UIEh5HlHHzIDWA
Y3KJ2465GhDPKqG7uAxO48jEDux9+UVqbU9gTVGemjsBg6pEgZ4MmIL9SjLb25acZd1gfGhL
6mTmIrIU1U/5UQDGcgQTq5vlhFS2Pponb1UO4Tzafc/7aidx5E1eRcn4kwDEln6kWJfxPitV
iMBZk8+UGxWiJcHxHvflQ1HrJomBHEog1xp/KuUM5oBShWo0kBYW+ZO1i9MSiZZWtVAAsMRx
QiaY0xZEE061fqC5g2nJCEbA1JTu5JIGJZCpINmRfr0vggRIgAsQBdDS/By5WqLykAxFx+VE
BuoX+ZVo9qJtvblOt4ii/wBsiN7oky0veq0zm8rke6FpYEgWlZNGMNAyCdyXorvkEXPUE+OI
/SjI82oWN1KrszIgA1sXaqBjEOAbHmQNKYlFiDGNHFPiQEauwaxQiRej4P8AEuWoHs95CUKN
7GUR3Rn/ADSTUJtqP8M1Z2uhvbctPp15X1D8qAO56kA3JOrr+/8ATy252eEtUP4kRrEQOUw3
By/61GQAiLcgDEedAwiZCJbUePj0++tMZw2NqWQeTf8AbUN2Epb2uPfNK91Slv8AKB3dw0AA
/wCOSlt/Rwclwdydv/q20ZbhMpGpJQg1AXkb/wAKAiGizAxFHWsAdSoQMsfyqgEcAyLnTEBV
A+JGN2xGSjTkxD3UogGL50VQ7NpLIAli7FvEPeRMS0BWgqfeQJLE2BCeRuhKTyfDrUpSjeoG
CeIrEWCiWAHibFHUKHu1qnLuQ74Baj4sLFaiTqljgoxi7+IjNasBxsgwcSz4oAgCWJC2jubU
dYFdWQRG0AGwAYIaXBNCELMVKQvIMXw+FPAu9gjrucDgtIoRgrq1V3Q49qeXNpF2aqJBYEVI
rREVGT3UibGlMEK4hwiw1aroylUktpt/EtLWPKTkhqdaSKYv+VDVShAIR1dT8U5o13sjaT3B
y91avp4MZYmtfKtM9uQq1A60TjIyNQAM/iWkGUGqBktJI3BjKQquaUSBgBRADcoO6GFPhT72
4dw5HD5UZyYxjgSnb+0DzH+hAbMcK4FW0gVbvJ5DlenWuW9jmhe1A6I7plZygJWxZHQSHv1K
RcykKgYMjIsHZ6XCJYt4Se9TyonOlfCiASRKhBVYkvbgsmsRkgRUmlcvOi41WPtQAoRksCMk
dcROJsLMjKLscBVlEy5os2pkHDEWXhe/F00mNaxCdrWy+FNEmIxOXwKIlIyAapNUYwxrXvIe
1PQ8SqkRGLXZExmRpL1yQeb5OnN2sgQWGPBEeHNOCOWhohUBhb+pGMg3VknYGromMgRkeCJA
LmsRSiq0iaCqeWVwoyJADMQM0AeUlMAzguc1pkLc1S61s4dpC1fCiXoaEZrBhnVvdTg6i1hR
1MSn6ZgHjKruP+LlUPrRuDRtSENwG+mPNLT41Lf+khGWzAcp0ibv5kZ7mz6YB78Y6RJH6gw5
cmuD/wAqcmRmzRFgT5NSlvSgdvdgXlE01w9xQ2ogPIgBhVRiBUd4Yk+ZOAxsxOKJjhnmqkUq
WTgsMOxCrvV1QOBmojwyp2oAs4xH6k1GPYuXbOqN+YMuaNfC5cflTgOCLDwnzSWbhiVfmy4L
TPmyTsVahxxogCS3G7p9J48SqEg3zWJB4u7o0NqNRMA0bVzTC4t+pREQXJshqoOtGZi8j7GT
kcpqFTAO6DCg9q7bKlck79iEZyETLA3TmYpRhcomJOkXADIgwlEnMO6lBpAjxNymTo8rau66
eLNYotHS13q5TgNI9i1VJNRVc1TckYLTFpCVweCuI4NkhGQMgPEa/wAqGkU63VOrSmFXZ+CJ
HdNA2HwoSMJCObESPyp47RiPNOifcGtsXeLlQ3fpP7Ud+TTgJPbm16Uf/Inq1d03BK9LaiIF
w07WX0wjUiIEhmAgNyMdzQ+tgOT31HY22jswyNZSR3N+L7ZGnUKmJ86fbmOBOIK55UGICJ25
XNHCdwQ2VFpABIwGKA0mRrqAwTiLvcrQdvXpL0LU+JMdmQLUYOFqnCUY4Aj/APcVA5wFqoyl
AiWGbocpJIegsjyy4UuhQu7EYoD05GT4BU25PmueQhHFlqlORlm2a5N1wcxinEhIPRsUHR5g
5WnUwP3IA7gY3dBjWIsEASxFST+lCINIuxRJvmqhnsqVbFOKOKq/YiAWkRQ5FaiPUaxC9OYk
N0MA5ZmWvf3S0qmOOnzaE2xPcIwBLBS+nlp9QjTGbcf6FjEDLihpozu4/mVIm+RRkYEt4mTx
25EHgUP7cwMmYEJzERfEllEbktMZXEaofT7QbaHiIpVNLbjIYsET6bZYL/bBBpcoadoHSXjU
95elsGJ+osZHwKM5SlLYA1ScDSfchJESLbZNGQ32J9As0fLLzKW3uHRtEEhzi/gihHYlLbhC
gY9739K2vpjtUg7bpBiSD50Ybz+/F+8EZbYaGAxZTajGmGpbfqVOkLXEuDRrhPIscnomNsU+
kNgqirYIABxiiDFwfaqAPYFENTIocvan0AC7KsGfFao0MronSxLdqcXxTuRiqm+CGIRaRdUY
8Smk3Zkg+GRWoGuCcs4QLjqdCwTSBDYBCQrImoR1Bs81QtSg4Kpq1MkSA8skZEXzVLoS3Itu
g9+NJJog6QLmpTBqW0rVi10ywfgAgRTqATkvRkwmQmO4WWqTk2unEQD0fvVk0aF3W5u7ciZ/
g61GWrVJ6knUVHlMYGwwfzoMGHFboESAJAkxxii7AYyOC9bbkRO4mcCgdz6poYAEl/d5EZbc
DLciD6c5Vk3jRBcN+K2YCIDEAkXpzakPYwotIDFRMaiWHFGMj1Ktk4oUWNRcJ04zTkMy4Zov
bBODQULcFdjclEEpzh7VLbHeAB9qYm2Kd1y1dUoDUjqRoXaroGIoaFEMT7U2k8GKBALAVTyJ
Y0ATiVSExNLoklqMBiyD04qgfVREszotaxVOpQ1A1LE2KJi/AurM2H9KJHWU4oU4PWnZXpkn
JqruOmvQ+GSpQlbWxCXNuXNbKIJETE1BBr8CjEcoiKBcl1LblET25ARnAYupR2BrhKoYuz+C
cfcR2TGTxLaSKMtfp6tzI9weblWiEi2G3thg3yKO99SQYyLaX/mRlDljGw4IaRjfNAOa3K0O
4w7fKgHIApeqMtwuD3YYlHaERGAsLlUBHEotcUTMQck/Yf6VMgGkSYgZqBAYkB3RcDvS9iYt
1qhQOkk52UJECInExqbpyXbAK7g0ZEWMTVEu5AQ0sYyiKqtmTku+CcNmq52VwAhI1JwCZUQB
HUcwhgQmFQmwzF0xvgXRo4sr0+5VLDFNia/tZmWoCPLEYRiF6ko13DSWH8SAJd6IZIShPQIk
ymT3ijPbIGqAJn4ZfAht7zHelqaYJ/t+5uISlASEW7suWXxo+kBtEh5yH8iEYnVsxYRWqgMr
Dgq9irWJ/ctzcdog6YDqWvclqneEMZFSO48pzLRhl8CG/u03WcA2j8CJEtRKcxvkiiQGBunL
B+Oa3IzOk7ciOxCXeckt1oExFKIyjEA3pVCeC2yWerf6UatxTupwoY6QeIK3ZQZyMeK246nO
kP1qh60zARFy9XQFhmiY3TkXsVFi8lW3FHSHaipZ0zVTXAVCgI0BWkHuog261ysBmURjb7PD
7ZewDkrcMX7xIF3qttyzCtf0qI2hfxGv8KnuTmZNRuJUpaoktSJ7zPzL0N4l4jkIoG+VS0aZ
xkcuZlHbOqMTUyHKY11+HzqW3GRELCLZeeSM5VjGrHEpxTIYIvU8cFOUaEC+RR1EBuZTMZao
jliXsB5VL6vcD7cKRB8SAEQwsOC23IjDcuHoJqtSLqgC0mxpxqj9JuXh3ZE3UvQMQN0MZHA+
6oC0hQ41ClKNZRDhR3MbSAzU9T+nuB4nASH/ABrY3RFxicnUhEtUNxDoCVGA/BfUb27FtcgI
VvGPcUdmJaoJ7ET7xA6kY4RxsvV8ILE3TRLybU3BDDNN96EjYU9qLAGmATxjp4myOqQi9mZA
GRDcalAymz4u6rXDUpHSw2w4PFPVsc0wBqbIu9bIjBqjF/2bfepAkAkMOsqeol4mh7o+ZbNC
dQ5etPv3For+2BEZAKc5l9VY4MozFYuYtitUsbRF/mR9PlnKhl+lCN5HI5qMQKsATxUmq3iQ
GpzIsVKBi8XY5rflE6eXSHpzFRhGs5lgAobcsu6KAJiWawCOwzSvGZwkO7qUCRzjl3MtUeVE
yoAnFzbipxnfSJP4ge6nnOO5tgyESzSut4ankNRgwayjOXiDGqaLECRFOtS2p92YotzZmAfT
pGQNZeXVBbG1bVJ5UctFDbhXc3KRDOE8ubcAeq3f/wDobtGGnajmPMpxm8dBDGWOpEgapSHK
AarTugRG5uE7gkfKp7piRGXICMooSjLlNnojEzBIX9mPqTmWD2RBJhEUEYhapa2Bo90NJLys
5sjvEa2oQaqu2dR78f8ASnkNP31WqRpMk9iY7oD3AqmG7W2KlHa3RuGFCOPvQUQOYTJBOEGG
tByFfodkOKo+R+xVGtEYuXGCnQGJaQx+VbMgxAFrsnAohHTE8QjKQ08pb3iFoMSN0SoTl7qi
c8CpbY7kKDJDf3A4AaJROqgqpAA1HVVBywHiGB8SMhZqsgCH9adCcBBRIjqiA5yDrSasiXrg
IrIHJb0IloBpNhqK/wDFkWluxoeKJbVu/TyrHPT5VP6iT6Rs1AsoGDxlIDTRyNRXMCNnehc/
9xvCpbcY8keZnbSJeJTgSayExmYy763YO7Fox4Lc2pEkSh6nUY+BS3pttylIgB6iLr09mQM4
3mhE7rGTxZrOobGsShtyJlEipUgTjSl0Y7xOkWOIKjuzJjtANACznvc6Y9yNGFz5UQCWw60C
zYtf8yG1uxDwo44poNSpMrrq7UeVizcUYB4nPBc8wRgQK/EufVPEGVEdjZn6Rw8v5l6LmOss
+fuqMISMmuS40o70JuSW5fF/8mpTno/vMGjxeMe6g1QhSoqyqq1VPtl+UUritveEtMi97KGx
IPGRuK6WRtXI6UKkEUcVQ2ZCQjA8sia1763BByIzIBNBfl5lIRaZwlGml/iQ296NSayTRAEf
8lpIcG3BByWRLVxClGjSFAFtfS6nG3B6nxSK3pAiLYlOBYtVVqMGRALuvqCIgxizutn6tx6+
2Wjp/WvUaBExpkAGBHnRiWlCRcA0aPkUAYNt7cg5F/kUYyiTGQ5S9VGQd+7KRLDT5Vtb2xMy
j4tk+J/JuLX9PH0fVJ1E80gVHenIz3DQl25feUmJk4J/rTkaXN72UXpISfT5h4VqIYyrICoR
OmrsSKD3Vt7gq4Y8D5Vth+7URy1IPfMLlq1wUHIBGCkbmWGZV2OJTCssckxLHBOXJx4KOlwE
xJc2eyDihp2rXusZDuuHQ0RIfHBDWOpgv39qHTRV+0wqUwY8yEZSaUQ0Y5unlLUZYXZPEsTk
h6cniMqv8UZIjejoIxX/AJkR6m0SHi7DV3URECEQDpAyUjICgZ6cyZ6NZUkAUbGWBRDsY8Wq
htkgyZybKMhHTIDTLHunvLRByJ3GHxKMfDuCo4rSCwH4IC4FlvS0GQ+oj2R96KOzu3gS0u3l
XPYGwNSratrI3+VAAGI1BgS5EXW1CgN2zUdsgCL+HGQUdXdIti4RmT/ba+SE2u16LVq0vQm9
FzAGALWrpPiU9sVlhSqABYnPAqUTXTiKhcRLutiR3lIxpwNVYcXqjTUDZkxNLjimtAihXKG4
ZpzhirPIXKYBhghW2CAPKCuZ+yyAvFqCyDXZAi1kR4jjjdULjD7PPIAnBO5pgy07UHIu5TRj
KPVFv4kB6sjI3Du3urRMExiGG4c/fQlIuScMkRMOLIxFQM8lqBLYBGUhZyqloxwyQjtm0xJu
HmUnkZnckKyFgPBFRlGWmc5gao3097Stqb6hKIL9i1bcuZ+xaXIatbFaiaipK3vqIgBg0PiP
KhA1kwkcubmRMg+pheqjJiK4/qT1JKe70bJR3YkmEi3Ye9BSIcRNS/FeoNQ2yWL1C2Zuz0Lc
VERFdQvdR9MAx2wBqNy6jEVfmBbFRnM8xGllMVL91sF6ZrKLOEAbRYutNBJ9Ua4LWb+Z1CUA
aGwLFwpxbS+AzU4c3JzFi/N7yeUdPVeqD0qeP5l3fmCoz4IahoOScBz+5WYZBdaaNBcLVgbB
Oi+C1t1gqoI4IFwA1Fqbm+9/hQJAjEfcgTK+KOnBGRDMqkRzJKM4bkNUqEEi61TmwxMbfxLX
ExJuZkglGG2W2/N5k0a9d6rmqGqHQb/0QjKj1CaO4RIvQHJAwInmChtzHOe8AquRdsUCYsQc
Vu7EyGfkawC+l2nqZEn+VbEXqIiKcFmwzQA6/auUlpY5fKtzZA1v3QaVCkZbcuS8jUj/AELV
IOIVbigTfBcDimBD4JpR1CJePYv/ACdsiTHni6kGoQWHFGEovOFYnq8K2vTLEF5B7KZJI0sG
UZNZCtjbNcodzUOo7o5nNVr3O7S1h7qEmaRscoqM4Q5bERPiCBnm5rgtURSQDMF6QOmMqaWr
KQ8SMjVzUrUwHBO3+aAJLyIr+lCLkaaMq1YULoEG6BuRcojtWFLptVDxdHmcsgQXBzTCuZWb
UcI/imBEY4yjdgnG4ZCTkyI1CvuoSEwOMQAtG7vSIHFh/AtJctgXsjg7PRaBIkCoiSWZSjEU
3CzIQAA44IGPeUyaZKtxhgUKBsVCLs7kC7pha96qU9T4OeCNGkTQ4rA0JrWy395hKBLO1Q58
y2Z/UvLZgXiOKGmxqCpVBPChRO20vxAQM5FhUl005igvcqQ3ZA7cw0jYkFS9CLaqOeCZqvgh
V6MUwDgIxALYZrRL/b3uUjj5lLaBpEkUGRUcITuamq3ImI06gQ93PlUjOrnUDigRZ64rbnqO
kUbijI2OV16YqDcjBkdjwggyPBOAxFB8IU4BjqDl3uPLJE6amxNmVjHSagGjIih0WJqapnfM
ZpiHJLAG6IkGMUZEkCIpFDX3TcrSZgAf40oxLnqCGmLGVnKMgRF6OE8iSRcYVWqIrxKBlWjF
AXzCrTgg4xROCZtBi/L/AFoxiWILm5d0YGv3LVEUzAUtRajFPUnF1gXoxFURF2wxThtOWJkn
uIjsUeXmN0TYgoBqm5C25AM1L0qmBdrsi3cyJx91VBpZ1uEgR5SSc3WlgTuycBCURUVAWzuu
Ilqh0SB3sQniCAbuUNtyRknmGLLSWAMdQiagD/jUZRDGXeGSjI/4ZSLtFqhGrjBAHFa8YFwe
payANZqBb8yLFjGoPFPuUoAZdSh1dqBJo4N/Co0cmvYpTBAo2brWA02oBi/nUtc6m5FHXedr
PkicH7uDJw5jLukiinTlkHcsDTyqW5QazclpMO6uaUYh2d3/ACpjvRAftREWlC5c8UTKQhtg
Pph3igYR1Vx/iQA2+pgqmTcAm5xEWlw+JR258+2TUkV/OjKdMnqm0yJ4obYDSLJmeJTks2ae
e5EA2AIopS1RMQBV7B1iJmhOaAchyHlxQF7kSzBQLHIDBAjlL1exWtgI5BPDOoWmxtRDWOYu
C3DxIiI7zCPWUABSIrwQ1ERJsCmhISa9QtvcPdPK/FXq7vwQAi0omj8USXL3B4KIcx17gieP
upmi45Rl8SM4tqiakcV6UqiPtRjWlzZNIkg0oqOIiylHeEh5Wq4Q3THTLuxBqwCDVk/LlXvI
RLFrDBSDBmr2Iaa59S1MKKe2CJGIOpsKKAd5GRJ6gi9WqyuBFqDrTDlAFygAQXuVEgagQa5I
xiwEa1qnNIqcXc10vkpz0100Asokmx+8eZR1kyoQwsCFGcXLhq0stuYYOxMTx7ygYjUJEPhU
oAghA6nJvFHc3QcmlVGEdsAu9EKV8T5JjSN6WKB0uDdwtQDPelFomHH3ISES5NQFq2QQBZy/
5UBAScBmiP5k+9Ix4SkubeiWu70U/pj9TH1Js0mLUMZ6NKY1fFyyMSX0l0zuwpk5QrQCpbFO
1ALlcxYn2IghAAOD+KBIDCgVm0DUxRY//ohrAJNnXq7Dbe5EuZQ7svNCcVtgHSSQW7UKva2S
Lh5YG6Enc44fwqZIcwaQJwUJeOoop/STsXZ8PKtz6adJTLdqIjQnFfuug1KVQkwJCAlY4lQA
wq3BSLOAbcFKUXY2WmLa2q9v4UBMkyNonL/24Lc3m0xlFhE4+9JRnuf7cnIa9UwiQOPiKgJB
h/n4ZIx0tM+I2UdncmNZwzCGzGrBz7i3ZRjq9I0iBWdeZCRjoqzcVtiMS248T2BTjKJtWQyb
Uo7hjrMpEkHrUpQ2hqiXDCrLa+ngC+2eaPX5lP6Qhp7ZeThxpl5FCQAO3Fmj4onzJ9JyqUCQ
BggTQCy1bfLu8bFCUGkSaZJzA1wei5gBg7stMRpemrVQhCN8jE0PxalqLg2alPeR1CZB7wYF
Qi8tQaLEeH3lqIE5EVfHzaFuSAlEtcH+Za9RDUd7+FOQDEGvUO6iTiaICPiuFWoa39KNb1AV
SxFiEQ7Fsc0Igrml1NgfiW6NQEQAHzRJLCQpIVKecpSCmNpwJGsSXdQie7EiIIs4RJNQ1cD5
kWlU1bJ0QAxOF2W9AnvxYowjIx9MlyDx8qhHcgATT1RxUTEjcBkDA5gqMo0OL4pqA4pyQ4qK
hRAkJnKIsUZA0Z49qhLB2rifKhGIZ3JK3BEhz3CbAqZ3J6juEFwKH4VGUg+ZzKMQayFitiO2
S7sXHL8yYwejWuvpoyg4nWQ4OtiUCCN6bOfCBzKe9Ec2xtjVId4A+KMUfqd6I9Td5zKQtH/j
5V9XvR2wI9+Aj3r+FSkGaMiJDEFQkCZEMNTYEIjDSQwyAUDGzlqNj3VuQZiQt7bnWO2CS/Xy
La+ugO5IR3hhKB8XyIaW0yqGQLpzUgHqQc0TWBv1IEHVXDJUFTcGqaUQwu6bQQCaVVY4s7v+
VMY1HG6cUmAQBggBACTUNHZRNHjRipGIYyFQ1wiaNl2oij2PX76lHcLgjD9C5XIYiROB+JCc
IGQw8KA3AYE1DrSbSLq17F0JitwhthgPaw860xJkZXkVyi1gpCRvitRLke0Kf1W1IEierQRV
QmO9IO1wr83BESPaiYGr1GYCnIhnJt+lOJCNavVRnreUJOD+laCxlGhGHlXKa4utcAYE/lQl
OIJibYfMosKMzjBk2ANBipSIOkDmAqbqY2drUIl6lpS/+tbe1v7Hp6w0ZgvpJ8yHu/ejp5Su
eLAZoYkYra+reMtjbgxBP8MF9P8ATFxBzKJGGpR+jd9vehGW7ONxDb8E5+/NHZI5SGpgApDU
ZanYGrKYG3oLmRLMJV7y2t4RMh4mLIyjTVtu4NahbcNsFhcm5KcjrR3oRI2t0NKWDrd2x4ol
itoT70RdOexCtT7FOBNRQOuSgQALVpIrXKRAGXiK0mooxf8AmWqRZ8i6cyYZgpzPUTZjgtZJ
IoWRnnUEWREjTNANg3UmZwRnYp9yRcs2kM3mT6dXCVUYgRjEmozTXyIGaAEWkKxkf5FpkYiJ
Odk090tlEMubVIHElAw2wCA2rgo6RQhh1hYP+5HgKlSOLM1rqMBFtQufeW3G4EakmrfCtYcH
/NUo/wCKAEWwdSEpAM9VEnGob+lEYkkiQwQ0ViSx7U/Y7/pVKAhPM6Qc61TSDGQcMLjzKcnr
Iu7WClhKdIi+s+KfwLb9PlLHWwr/AKFqlDOty6AZwDZO1M1iExrkrUa6+lgCQInWSKFn7mpS
+q3f976jnPCA/wBlZunxXdDFQMJaJCQFe7IeKC2owJOmJhIfpUdoCgCyVSOpCAiDGQY5obJN
IkmLZE+JDVLkCoHHFbk7TlIsCjqkwxairI9ZKESaBDV2rltimZ3HYiJTMYksYhGHqGY95DAp
iwGaAHhLko8MO3pDC+Src3+wAapgoPJmo2KcUBo6MWPUOK2oSiwmdJfuhR29gxOkMOLd5Dan
XSGOCpUAhVdzbFNI1lbAgJ5kwD1le6iI8zUEnTVzicKrS1DzMOHlkoyhzOHb+pa40Aoy53Z+
x0A50gZ4IvSjE3W3MWiSD+nTFOX1k3NExqcOKM4gzzAuy9LbmdUTzRIIIRBLsg2IsqyaOYX0
W0TqhOQNetAC1mX4psBwR0EsjqAkMiKLRtxEAakDNNmgyMuCEnk5DJ3LpsFgaWzUgYgNlmUD
eOLcFzUGCDNS+CNRWoWfXispCyJdhcdYRzOaDi2SpXF01s6W95H8eH7ISZomx4rlcgUHWoR0
VvI5t3lt7ZoTJ36k4OkBy6JBI1VP+JJncYIzm4jEYYMpSjM6QWjxA8SaUQQ9ZYsvUmwyA73w
8qFTCIoxKEO8BgTzIECmRRhaJHsTC7v1JrPRk/8AEpQB5meJfEI7BHPtGpOK5iTM2Rltgao2
iaOpwnsjb3QdJIvL5lfBO7gpnplxX0e/Ea4QLafKX/3NSFLJ/u6GADFUYK3anAJT4myr7VVO
7FM7uiwcBbsy5MjQXZk1BmE4q1HQwwGP5k5ODp7gi6Aaz+1OQSckZGsaOjxFDZMADwWrDLgj
HRTHr+3w6BR1ITjrj+HvJwDIio1fpihoBEsHX0wMWlORfB6LQWJAYk2KvQ4p5GoyRETplvUC
tSy4LTF2uyo4IwutTuVA2LNI4OmNLBwr8FzFs3wCAFXF+C2xAatyT0HFepJxKQfSeKMYw7f6
VKU5GMmoLXUTfMv/ABJjkgnGKGqIOTqqp1JigAvxRy6COhgOK/cgi4qpSjEAkuwQJvJFsMUH
uUO1DB8FauakIjvUJVMTdOag0BTeLguKJJpYD9lLbNYmLsRRCZiK2KOhiQtE9ltt6SNSD5oI
yAGFSszcIUsENrU+3tBh8RVq5qq6/aiF1KWySz80ckDGvArTG1z1ogXuSaoE4/eVLf3olgAN
sFiKeWClBn6sUwgWFghpmYzxAvFvDKCHKAGaA8THm7y4oHBagWC5rcE7qyqK4Ko6LLILrVPY
uOKpcXXFSpeyMzbLFRERWKrYMwWqjm7IxNDd09gLBacDii+KIMCYg0yX+5pwk9PyLm3wD7Vz
z1tYhSlrDxb7z9l5V4YqXqEbJiWYnBCUZAg1BBTU6NJpIWP6Udnbm5JPIf0LT6AMway8P5U2
9HQxq9In4UJnumoKeMW1Z0Up4AKUzXUSXWX+fRwCcff0be5fSQ/UnBIfDBPEVVS2BTB9Ua0x
Ut3vSDRrg/nR+o3NoyJoNMbIRlA7YlTmDc3uqG9MCW7I6RIX0qLWwVcE2CoO1cwcq1OitUA7
KiqFa2CyXDozfoMbHBHWGritOuIL0GKMpSM8GAohCAIaz+FOYEvYpobZ03d6n4kSOWYvE1Uo
jlkzg4ogvT71SB03e4X97cMXwiFUzL2spbfpTJIbU/MKx5vsxkzkWzTgX+8rTGZqMyw+FQgN
2QLc0nTQ3vVwAlWqhH6jZJEqGe3gfgktue1zQkDKt/gUhvh4yJoERGTROOKG1vN9T9NEWP8A
uRCG9tSkK90lmPwIx25kEu71BdGe/HVCZYEVLo7n0296kjVsB7kkRPaMgK6o8wTTBHS4Dsok
xYGIwr8qZub/ABpV3OaBY1x4rV9TvCGs6iI11LRES3GuAMB8S9INOJqYeILZ29gEemaXb5lG
BwAcrlrmjkKqhVaLrVESOt05snV2Cv0Mn9qcWWSfLFADkkLSahXOBLLSgXGiQrgEJFjZ81zG
ku6SoyvGVZHxRTbJJgTzEo7chV2fgoy3DDb2fdYyWnb23BvxQ0bUQ2ByWoCMSLIz0jUcf6vs
knw1dMCCARzGwREQ7XmzD3tClGEQXDAyL/MtcpCUQWqEBF5ROKEjMtCz4oGxjJwTipb8zyxB
NLuFpMdMrREXPL763NrRKG2C8dwjlPzIxhMxA7rGpC075MtsWJkTL4l6PoyESO/AumEpOcJR
XNpiZWan8MkJQInxB0siDvHaFayQhsmG5Emm4JU/KhGZiYwoDZwVpMTZtQCebvHBapOwNl3h
GL0v+VRO0QJi5kb+6g77W47xkP06V6W/ER3oYgd73k9uCvTFaommKBfrCYBxmq+0KhogssXW
DGyZGLMyHFOzqtsk7syqKA3RB9i5rXbJEiTxwTQcAcUQcr/pVCWyKYOMESZESHFD1JajS60g
kRiHbBBx1ruhrZom5OBTkHVhl9kRlHVrs9nC0hhEC1Ix+LlTR5hWgQ0RluSl5bfxqJlA6SdM
mqYoTlLVICxCI2wzv/1qGoEg24lH0w8QHMcSUN36cz24TOFCarTufWTMmrFf+OJDekByyI7v
xoQkwMjVhpC0SOoCtcPgReAAkP4k0w0p2EbfnTQOmQNgVzSL8bOtUC5LF7JpmUTk2pGO7D1C
MSG/OtG9sHbjKg3BX80UBsfUR2dzDUTF/wAyYziWrqBB+FHbmXiRyvmtv0/9zbkCPhQ3xAQ3
CACQruqit6KtHqycYq6YmuCrZDFMmRq6vVUuq0TGgwKrZO9DmqGq0h3TXe7YLMnNSrUXZHAh
EB3GK1G5oU7U/BGUyAZMwFaI6QTk6cNxZO5fLAJs7D7MfVBIjgjL0hXw4Jo7MAOpNGAj1BQ3
9nlEjzjwydR3IlxIOCtQ5J+YJ9uPqwBflv8AlQjD6SUgQ0tXJp+NaCPTAjWILt8ygds6Zwdy
CyJkXJ7XT5VURuFpRoDghINotqA/SmkTk5p/D4FqYSiMbavmQO8JANyiF0dEjpe8qn+FECRY
izu/wJjfJlPenAao9yQyPmUfrNZcy0xi13Wy0yZbkXk5qPgUAJeoCX01LMo7tIgx1dqG3uzE
NwO8Zf1oHbIl1FPknPReqHBMnC4p0+CBoq4qvYrKtXsvdCIZqLSHPDFF6VP3I6qkUexcJpXO
SZ6pxhiuUOTb9SxDXOaOkAqkmx7EXsqUGdka16/2MoyjqaoHUpQYiETyE5HpfNEGxuiYizPx
fwo9djgVXs6LkJyXzQ25xEtuR+9RlIDbGAjUok1HmQIIL2Qk7NYiqMTLSZBxGwPyLb2hLnFT
HqUN1wdzbABPiiUNchHd1f25kUFfEpfTbABlJgJcPDpUomDxAAIDH8qiIepDiHZ0wn6oxiUB
9V9KRD3bo+m8JjwyDEhO9VS2J6OKY3REvar2wV+xV7CnwwTvQdEt3en6e3GspHggPov7e1Al
ib7n/wAiecNG8cBZ1EwA3N2dSG5YfEtUpSG2QTGugP7q1yEpRjnzRRH1UfTnhpHKSiPpdoSJ
o5/mQlKYbGjt8q1QOom9DpRFAxLoSd2o4TOGwKBNAchgiMAO9+ylQna3y4AsJf8AIgRY2+wW
dg7th4UW6j2fY/BXYoCdJ7dInMIPKmDUQMSdJs6DvpBtgsYm90QJ9RqhLc2wZ0eQLfwoQMDC
Mizu5CEogSm1J5KprwVhJbkobWuYq0aFeqXINCB4G82peptTMQLUq61bW7rAsCUDpMonwgUX
936YtnVNubc4nJkDI6XzDL/eiO1Pt7kT2pwxfJVKcWwTlfuW19OCRtAOwsSfeW5v7ABhtli5
qT7sVGH1AMWPM9KeXUo7H0m00J0gw1TktMxMGIq7uPhUtoGYNruCpHSGjcmwKGuAMpE1JyXd
EQLAKe2J6Y3jEmr+6iN4mQPixHyqO5CbxI7E5o6ew/xyp3LEOD2/stBuKxORC9MmgOljeMvJ
L7G5pzdEG/8Ajl6KdJfJAEPGQq+CcAGJyy+JAgXqEXdyaZOgBQrj0A94gghkCYtSrpsLok04
8ENnZJ5TqluC0VPc34xMJl4SbTKQ825FAAU9iAFkbpmds1/c2onOifRpPuo+jMgmwKl6O5IU
pVDe3t4nYYiUDIy1/JJcOl8BdQ+ijsvs7b1bSRHxb2uSH0+xYVlM3JUYSI29BfUBf4kZS3tO
/CX9oxNNK3N76ucZbxidOo01N4UZi7vwRrR3biehwWX+SOoF8GsjDWG3CGYuxQr+9DVbJXvw
UYyLGZaIzP7I78Bf/cHV3NxRJI1tUdJAFJh1OMxpcvEn/Sq9vRx6QABIi0cSgCNI23AgRZZc
KstMS4HYgRUqt7oOWGJ4IV5I2AxVRfEcEZzkIiIvKy9H6UGOyO9KN5LVuB3qxwQGC4ovhZMP
ajS1lWpuq0VKo4hUZPgiHumeqJfBmflXpfTAR3dwaZbtpRivTnv6wWeUzqOr3E7OBTtUp7Q1
7rUiaMjL6mZmRQDAfDHoO4I6YRxNHQ1AscStPsVjS/QBOJJJGkvSK93MLSwACPUyBIqLH9kQ
ag3QnHm2jJ4eYef6dDc2zQ3GIPl6BM2FFGQYSf7kwLjpp2q/tWz6MTIgvJskSA0SHAF/mTSL
uKPRdmOKAgHL2XeOsh9N04pwU93SwIYcUNzcZwKRfvSWvdeH04rGGCiNuNrjisiqlE4qnaq4
JxRFscU7lURJLtaNkC1lRVquKM50iFPd3dQ24hmh3vkQ+p392ez9M4nDbJ1SkB3fUTbY0xs4
vRPIEvclSnsUDmQBxPjR3CDuyjXS3KAtf0O9ETj3tqQeJ8OmcVv+rtAbs+YByYx3PN9L/wBt
NZEnGgiP5+hhivTAlICurw+bvLURQ+0lE8x96lB+0MTe8TkVuQ3zpjLvk2B8M04qDZT28xRd
08pI/pQOfSNBEZYumlFzKxFj8K3N3ci1AInFHfNREEN/Ki3eFSLIETBB70bEfCvSjExDFzTV
q8yDB5W/1IAcuMicvcQ+l2B6281QLRK9f64l8Ik2HwLTtj/1CDKpYpjVYXRI9ioqsAsSOCcf
emdV7Uw7ejgjKTAC5QqfTFgKvLzIx2pamvHGI8fIvSBaERXBkNRZ7E8FOO0TGDsP+lDblOUi
XthE9/vL0gBAtzyPe0lS+rG421IEGJrVCG1y7ETRry+NCMQSZWZHbkNJiHD59H4LREPEYNVA
2LvXL4k2LW/a+ptsN0YEPGXuSTE8sKS/9s+ScU4qDZbpApemYTWPFMcOgGNwaLmpIWf9KO6S
+ou2SnsuxIcHIoihyZwUSO8LH+pCG5ESIoCAXqvV3zpkQ4hBpSZAfRQ0QNCfGoRB55SeR4ea
UkBcsKpwK5IPSlOKevFOb2VPYmdMFd0c+io7VeuazPSD9IQWfXCX80V6Z3o7UNsEyJaJ92PM
tz6n6j/ckzEACJj8qP1EQZRJY+6/uqU9ZY54JncjtQlWljgyE4AztqJsAtE5H0wzRFAmITRJ
GMWzRE21RsWr8HQwubKO9Om3A+0osAAcUS1Fw/ax3oSMNwd4i04/9vdgtPdawUd2FQO8OtSk
BV34Lrv0whUucMFCIFAGd/5lVSESQXJA61q35GEMvEVp+mBi55py7zLS/M1ZE6lIatMRlkoR
hR7m7qluCqbWzVb5IgBCiJHandUt0N7ExTR9qI1O+Kd3RbG3RPcYyEQS0e98q3ht/Vbu19XJ
yBuS5ZTU/pPqpHcGkenXVFj49uSj9PLcMdoXA7xfzLlkXlcYpz2JmBBpW1VOG4aFqjul/DFT
hsuQDUNZaTEiIcmRB/KpNCUmqCzIvQ3PRHbNQakBCOlgKArDh1ok5MP272kLIw3jy2fBGX0+
7EywBePyRkn3IMLOKh/iQ0bcpE4AZKOsDbMrGRGHeWuR9bclRhaMfcQEY6XuiSQM2QmS8zQA
UHzyR1yJk5DC4R9N9A8JpdOYkZhRmQHJcBbZY63chBgxKMDtxG2CRxT7cHBsUS9BiiTMxjah
THcO5koxgDzYGydm6MwiCupXuqdJyZit36zdgaF9L6oPL/21H/xgY7e3ERAIZEhybOM1q29q
Ri7azSL/ABoepIRJvwREiJyfVatEKNpDEO35UREc5KAIBi7iTczrSIgx8R4L1oERe4GabEKc
9Nh3hgqGlXdMMKCKdr8fs8P2ROKO3Ij0oFqjxBGQkBrrANYKfqbdjd6AlN6hAJel0DKZlgKm
gX/jROkxrWtPdUQXJYVVuLI7gLRiLcUROWg4OjGe5EEUB/qWkATkKDBCMOUGgaqgSavbrQLW
R3ZxEwbBrFARi0WsKKwReIAxBQESCRR4ha9MqOaLTGMmAcnJERjqAsU0YCuGQWnci4NjEWXp
s8yHDunJGsUlHJUV26L9hQ2Pp4E7UuYiIJdRn9VL04Yxd5sn0+rK4EkIgelt4ABc5YC5QfcA
IocSmMiSeCLbUpF7kiNkInaMI5uE0TzHAF1KEdszejnitEgQcR/MhCJMATb/APskmB5sgiSQ
wvmgACNsXtX7ADE6sRh8X7TdZhBzqOPwqPqPKD80TUMPKj6ZBiRzRxDr+y8omzppBjktnd3C
Y7WppnrQntkSibG6cXxKZ2i7lGIEtQeqYFs8R8yOqekYm1VpgxIFZUwR+p3S0YmoPlUZ7ZEo
SAIKovuUp7swBC+de6pRhuHa2zTTjJeru8sL8Sowg8pGiZ3Mg8uBKIBLGrIO5lg6AAbsWrSC
c+CeAETK5Cey5rmyye6pzGroCUte4aaYVPzS8CEtxwTUhf2Y6iMSm2dgRDYuV/d3Y7cRWjRR
jP6iIlmTigNz6mOoCo71lL0Y6wMT3X+FH0onTG7WCE5R1OKE+FCEhy0cRDfxLlABs5uy54aw
cFGUXgcxgpQJcjx5x95G9q+37L/siFLcnrjOV2PL5e6p7cCD6YYk5e6mAYioKaReLvzfoTzA
Y5YIf+TqL0NKRCj9Ps7np4DVR/eQkC4IcEZLc22ctRShI8wkRqN/hQAaFXezJyaebBH1TEvY
AufkUPpvp+6SxI72nyqMIjRGIYA0+ZVPN/knCkAHY6vYn3BqmeYECo91HWC73kXcLVEPLApz
QqlOKcjtT59DlBrLtRcdpU9j6Yu7gzwQ3dxwTZjcnzIepMB2xw95GRl60hgKCKl6EH6u6qkD
hxQ9SYzZnWkS9SZNBZR3Nwens0o100GEeqiahGSOq2DItUHOq/tczYKW3J4kjHEqW1IVIxWh
y5/YP+wJyCl9Z9KXlIcwNaoy3QxH71qDkDPphvSg+zs80nHKT4ILTZjQD+VFo3pVb26O7EmU
R5h8KqdV9WLf+3pVLfu6ARcKMdwmRAqerupmaYqY5qthdWYWZNEaSMV14pjVMLr/ACVaKpvQ
DFF4kAZoUA4I5Kin9PsG7xMh+lHd+ogZnAGqMdnb00xsubUAbC35UNzelzRqYeb5kI7MBCFw
QUNREmPYPeUtN2sEJ/UR1eXULLSGbjZPOQcUzQhtF4igbPzLU7kXJTAsRdkADijrLNY9ac1x
cKMtNKl+zy9LykAFcM2F00TU4dNUGx6YjPpYqI2wa0kyJBLeV/6lISHNK0GdSEHiRU+VS1PK
RxjYKB1xEJX1GvyKGzsAAYnGRRo4u6GCO1MmUm9j+NS9MepAkkNd391CJjpkO84ZUDvZACJc
8EYzHerdAA6cpHEriuGfQDgj+KzTgdiYk6inGGar7UNNQVbrUtrYk8g4kP6JIAipRExryGTL
Rp1TuyHogwe5j/Lq/wCNCW8dc3fSP1LlNBYBHMXyVa0q1VpAbiaspbYnUVGTe6iZSD58SvWG
5q1Cj5nwJ9RiRTgiIjlBYkJnpiqX4ol24qLDugutLKknpZOEGwWqQIZO/Rx+1WQC5S7+JMzx
0seKI1A2rmCv/WyIcEHPFFzY3/piol2HH+FRPikHdVVMFLc26yNGOIXMGlgOK9Xeg9KsEC41
OwBqyBkwc4UCEdoNpFS+K2pCTCU2HUgHcNU4pndcUAaELhigGuqkAE4pwzcE4DmyqOsJhbBe
lslpeOQw91O975qtSU1YRGODIbm5zyFnQanAWV0AA8hfyo1YZDJBr4FTm7GIJcqRkBIksAAa
fCobUNskyqQaDSgJapxhiaN8iYcwNXewK0Ack2fEoaQBpuxZc344KlKcoUo6aD/NOQ4+9VDH
ghKIIKcDrCcsE32nF0zs1CjQsDfFaR19ahCEuY3zC1E3c8SqVd2LJ3FKN+paqMRRuCGq0ani
tstpDBguKJWl2jiVfU1a4lMKZYphQgXOKYk17wzWp70GYX08bsdX3q3WnCrinTsnHajf0gAz
90eZECZniX7vyJwi6MTJpXpdUAEMOvxKxrZkJkjVgDgjYrPrTaiPwTQ7TiyAPdc1/wClVDgq
wEcr0XLImUrxNijKIAJyGXhQm1SGD4utQkXsYtdFxy3oh6YrEosaFNIOcD/pQeozClSr90df
jTK3asv2NFW2DIv2ujGEeoI7kYkboFDG7JpSMhgD+pCMhpzay5JCZF/6UZEaYhQD8sy2vKqj
AGkQwXFUTEcVfnfPBUcxjR7Jj2pmPaoSjWMO8FtTjTaoP+pClWqVpNQnNkGsaq7BEOwWk1CD
CnBeUYo+iRpsZ8UfVnqd2JxTDmA9iBIeRsclfrVbNdUsLlNKmSJP41XKB1o6iAyAi8wQxPdQ
0ij1KkJScvygfyr4WIHBRJYMKAfqVCOIP9UUTIPIm+QXKXMbhDLM0RINEZNVqhN9p3fJO6Ep
FwU4+w4uc1Vr1dTM7EFlLdjOUZCkoyFX/oQEiDHDTcfGvV2+8BUgo7RkQfC2aj605EwqRg/l
WKr0S3LxB9OJwcc0lKG5TCJzWomn7k5c1or3aiYYmylTuj71WtFdlXsTXewT42R/wVaisgJB
4oS24kE0YWZGLVFyhtks9mTmo4qoVCDkjnZkDIgAZnFMIaxiXZGOrSZHBd5zcl1UuGovTehu
E8e9k6lqIeMRUWRppAjRuv3lzA6RlijHxGmdFxxUYkO1AiLRNnwZSL8e1BjjXq+zVZArgcET
KqYfZb2BM7HE8FI7NNwDq1ALTvREZWcKUIuZmgURIkAHVqFUNAOm7m5TjonMXAp1r6Xaq85O
488v9ant7wqBzDGvigjtiRlHwv4QfMmlMDFgXR0Vl4cUNxiQKaXovXma7goFViAE+abAYrIY
IuXOARxOKrQp0Tgmn2cFMiTNUBYgCqrb71Sj5ppF5WZNHkDdpRJqQLlW60aPnwQkRQ0FUbUy
qnJAZDfB7uGPxIykGkzA5qDlgX1BSMTy0Y9SMZVrjRAgUBYpgaPZagBS7Iks2A+0xqrfbcpx
UhSBwDVsmBMM2UvUAm+OKJ0cA+CYhtdAP1ID7kEDZT2pUEwzjBbct3e3JHaLgG10+0HlM2Zu
Ue+jszaGoB25mdE+AWPiQAjR+9ZlDajIVOC2ds4RD9a4rijfq6AmKpZUrwTGgRxOSItwV6hO
Xd1ogSIjMp7qrOhIsAbJ/wAUNIDB7ZKj1H3IRiS2KIapN1pNW4I+kNG4a1syMY1AN0NRoLnN
OAwNi6cUBt/qTEGt+KAjEMbg2RGHRXFU6ePRw+0eGK5SwU4bstWt9XWtJLFzpP6V/ekPUjeI
NQE23Dnl9yM5cpjGxzfwrU7gZfZIUtyLiU2G5tk2kOVQJmHkWnLyxQ2/pRqzlK6hLdrIFyHq
VECwADdSu1FdwVSmRzTdiL4rMJjZUwKYGpRjGssSotKruf8AqVe8ncOLLXq0m5GDK9X/AMRQ
jpcp5GiYVia+1GQqOPBGvYgRbJVDdSOkcputx1IDiTknkAHFkLXFBZNetUDhmgBQGtblWDHD
Buh/uVOjJUVb/b60+JsyhuGlOb9M0w8QfsWs1mbG5IRlKTyfuj9SEByQzC2ROsmf2qir0spb
uw8JgBsHfvIDeDSHh97zI4PihpLmDAAoV4pyF+Ct1I9aa1V1VZcWTYlEvppfFNBwBUkmsk4D
vf8A0pmYWTCwpIrlDyGIWrRetboyF7lYuaDggbRz4phXElajY24qW3p1AB3Q0gRGAlcoAcsq
u3BA63naiBIHF0BKLylHsURd8RSiNCCaAdSBZSI5hG4GDolixx6G6KrNUsq/Zz6A1sQte4aG
2bqUZUFXj/KmidURYjLyxWoTk1mDqpqcD/EoRAbbB1yHV4UBEaQGbsVfsS3J2iHQmKPV8vdU
N2EvThWJAFfMomTyOMsUN2EDGAu5envKrUwXBfgU61dYIVaMm4XT44KiABY3PYgDzc1VnwTR
GplWwzXLEDMsiNTDzBEC9kYyZ1QuDdVqeK5ajhd/Eg0mEcLfmRJckGjUojGc9JB5gDRD05Uq
wYpu1NJ2OVfzp2Eg9Dl7ys7HBWYWCMg0WD0UpcA9fsX6OH2BimVBToM5loxDomRA8oGSLhyb
m6lE0p3QE5JJNoiz+eaLloxsGdHcMn1Bg1kHoMl1fY3YkaniWAu4XpyEpbkS5jkfKmlLRVzw
QJkNxy9aWW5DbaJjIAhVqiBUJgHXUuGfFDV2smGGKyeybEqJdhKjdaLg6RaSL0HG6YVvVEMT
E2JzTiXKbBv1KpIIsjqJc3KIgTUsyYml6YlHCXWmDVF0GqE46x2Kcos5JJBah9xPN7sMmQkC
zVQJvjHF08SBGWKaTEZixTgm2CAPajF7/wCf2q9B4oMem6M5nTCNZSNgApR2abMC0erzonUR
IXfNGO5ASuRJGU7k0ANAERESMnsBRNOA9SVTw9xAWBOCvRVt9jgj9QNqIMy0iBUlGQGl6UNF
qjIxl9yAnJp7lOsqqL3Ip0ZHHo4cVShZwgSbCvWnNwiQeeJpSiltmjXJunkSSz1RBNAHcIDa
iIxNheTJi0vda/5UJFxJgZQVaJwXJwIsuUg19iJIsGdMW49qYBhn/SgQ/bRvlUdMiHeoCjth
3ZiZc1vIrstUsP3pwQAE5LkGwWkhseCIBfiES/MMP2XG6p0D6TaJHimR/wDxrRlU9vkTVvQN
UokvqxHBbcSCNvvEkUWoRAlT2dDq91Wrqvt6SZYBGJkAXcG6MaDgExLRzWyRK8hQK7tR1Vah
R06GbpnCPsROCMRJskQSSZXJTRj1q9FIGurJUly5m4C5YvHM95ajKt0JHcAAvkhCJPGQRFwc
cEZEckf8d5GFO3JNfV9yMJOOLVWgsSe9mtWxU1Mon9C0zBjIKwY3zRYAtjki1T7GQBkTIcaU
T6WLu93RLljXjf7D9LfZZ+UXzX/k7AMyWEoi6/uBj1ICIIfFuX+BGe4A47okcPhTlifuCu6p
V0F+CdZo9EsSy5TUVMcCy3DCJ9OJ/BZHFCQoRIXHKo0Dmpb+ZX7Uzk5IAlk5WScoiJZ/8alq
Bq90zhytRauZZaDPVI1LKg6jK6eIDvnh8KI1aYXERdEk8psD+lPEGRAqSA1fdXqbZFLx/m5E
2qMCMwhAy1CJzN/eQmC8zhifhWmIOqLAg3CqRoepxHzJ4jmHCikJAg3DVWuIaZocyyrRq9ZT
kAB7nIIDbLAlov8AzLm5pqgEB4SUYnd5iOX26umqy6LsqdSvREv00RJqRZNuQE+tNtgQGQCc
0KATJ7BV6RW/SVuGB0kS0hqn3kTB2fuk1r7qO59VERa5lV//AI1CGztDQZPEAfx6UC9m6uit
0XCAdmVbKhoPYjN3MqLTIPE4L+2AJx4XUiRzDAF1EwkYR4ImX9yUsHWoR08SKfIid8A7nnBZ
RBLgYlaQA1OFUXbiAqO9StMRQdjr+3JwONk82lKXMZA1Qbl8xdAxNLVP8SAc6s/CgZDlLlwm
IeJOCYkM7ALVIYUar/lTaAZAUlxTkjqCkfFEX6+myb7f71WpCoq+xENVMb4FBz2p8um7Jlwy
6WUpbe36m1vS1COA3FohEbM+AaX8SiJCcw9ZSPKEDAat496Z/SgLqpqv3poUFy+ZVVpiVpJo
LJibFapCg7VJqjOzKUYztaMaArT9RIUcgI0YdSbUDpL0KbU7WWk3CDAmOBKYUji6Z64G9F+8
8EIMz/igBUgOVzvzYFENS5QyawUdXNgOCqK4BDWKO5CmaRGAP6VqEnGKBB0g3rdGmGns+1To
qEMFUdqdcMUWXMHbFZjFD7FV1rh9h0xY4gFa57UZT8xDlNtxEQLsFeoXArqTFAMuU2uU0LnF
d7u3CBemICcw1PQtkt0bMZHQXAFQnAMYC+kVV5k2GDfEiN2cpiPhJ01Qnt7OvcAaTH9acQAz
jG/5kDt7chAYm3zp57emIvU1Wr6bugViS4I+dPKBgLuAyGt5AXiTQv4tSeJpgBWyjKceYhiQ
oDbOrMLTZ7IgYVDhEWq4GKD0bFVLOVF/FYu6LkUx6kTHEKUHvx+0yp0ZrgrKhTYKiGHRZ+l1
X7DhfitQZxZ0xoU1+KY4rinoU60/ejhh1oHDEoi5uqhnx4ogUcMphgCe8GupBgDYEYImO4SL
koE7b5au9JelKHpi1A6P9yQGTaYlER3hOndlb860y2gZYCOXmQ0GtmJxQhOgPbVVBfAjD5U0
C+YwCY8gFwDVCUZ/D2IAkRnbs91EAcSeC9ORrKxRYhhVgXKaESZLuFhcXVYkHqotIBpbNE5C
3vJ/YutcVx+w6oq0VOh+it0yZU+11LqVU6Dpmcpz7F2KuKp2J5XN05t4WumFxUjAruls0+lh
g60zPNg5VWew7E+QsgxAIuiJV4rXHdkMwWI+VACYcZh0+gSJ8PhBR07ctommoFGp5TckB/hT
ynqjZhePu8yOzImUQWYiodAiRL4Y/OgJxd7koygGD1yQkJHUMv5VFg3KHHFVIJNWBqETtPS7
LWHAz6vKjJtWLFU7VdiMESJF7nrdV6CSn9qqVQp2XV0/iuAV7dFb9Ds5xXWrr8EK9AaqriuK
rguCcYqlCmNSgd06QaOjq3HIwAK5RM50sm0SlHNaRs8uBdCO7t6AaGQOoI+luDVhE4rVLbBj
5ol6fCmFZXH+pMQECfYmDPxVw2Cci61SNDQNmgY2ugZ4W7UDoBlggNLD7lWpB/xzKM4nWCbF
B+WL8wPeEkYxNCXDFOTRQ3duTxPGyiwaRDklcpINqICcQQ7OERANF7kITlLsicUGiHxIqwVA
Hxk3TXodUVSx6c0aKn+B0h8U4PQ/Q64faqa8Fyhz+5W62Qk/BiU20HljE2ZEsIvgSiNQMg1i
hSRzZgECHbEOHTxi8iTSllHcjGQApInvIA7jwezEladwcxsY0LqMogjEE3WncIGRITxlqyzT
TIOSMQx4IhqAprMcE57Fgf3IGN70yRBFGcHD5k0hqP3MjPZ72JxWjccPibj4VE4AWyfxL0yO
9QfF5kGqwqRw8y5sU3dGapZXde67PgpZhqK3auGabNU6Dieit8OjtXVgqXVcOh+1k8apvaiQ
aIPQYqhcrMsrqp7EDHHNOGqncEDBEi2SYUYVCeJIb2ISu4pRU+9UfqGKcjlwa6Z3GAViC33I
e7ZDKzcVIGLg3cAqU/p5GEx4TSvupyDubUDUd4MhDeHpya5zTbZ1EVfzKrgBRkXEhiP1JheS
YVfggD2ZoOdP70dvxYPR/hQamnL9Kd2OGS9OTCveshMTjHcFpD+WS9Ld5SKSPBan5cD+taIA
Hb3I3Iuql+lwjh1BE4gX7emirdU6Kp/t8M1+CpZdawZcxDpw7Y5JjKgqycXTChxV9OfFMC+Q
TYok3zQERQoSchsFpADCrr3mTyq+V0wBHFDUdPE4hPEiT2IwK0zj24FMQ3vZrnNfMMveUpwI
OcUCNsQmBSUaFerDcJgDcVf3ZLWf7e8KT2zj78FqiexCIwuyY8zULXogZyEJEu15LkNjSQJB
QeRcm5KgTiA6JkWGIFSpMLWKEoE6rEN/MhuwHOAxq3yIbG4wcsJH9S2oiTyjGvb9lkRw+wfu
6bfbpdPgiWuurBXvVGMc6snlXN1UtHqXHB1pdyMk0eUnFEiWL6f6UWJg1gUNfNHMI6RQFicF
y3wVcEHNJZISifYjEij0pVl6kjTBitJocD+hUt5bowdqIRkXhLC7EeNGI7CiCHiS8hj8SI2x
qB/xyrmDxOGa9Tb/ALW4MQv7o1NQyCJhEEvazokWvwZPIk9qAHYhu7vdiQ0SiREH8AiCaG6a
ZeINlKG2NIdqXK07orIWWuOIsoRmSaUf7PKH4Ke9oOiIHXeMU/SPsX+1mmwKCpUWdM96OmJY
8EBg102HHJc5EWrxTx3Y6uu6AG7GvlIQqC4TSiJDA5IT2zqH3omJ0z8Uf6oqJjFpA87KMNkg
Ax1VDv5kIbm1qJHLpNpJ5UPlOaM4gFkwNTgmHexeyaJp/jupi1McVEAlyK9SoWARc4sniWJG
GSaRZxyhWajLQYgnArXdjXqUgAOWpL391VseLs6jFndDLAcQjYNdAYkXxT1GJ83yrkDCRv8A
w/IjMvTEobci8RY8UTEDXAvm4Wv6nb1boLkOwZf/AOeIH+SO5AnZJwHdUhCAnAGhBAQ3t8H1
PLg60juEsQiOkfsbdaYFlUVV+KqXeyJNUaPV6IPQjFGIJg4YEWRdyCaGJcInutU4BatuJL3I
CjHegY+Yhx/MoiYJh7JD5UfRmDGQsLhepEiJiW1eL/7EN2HLMX95CUqbsDy8H/45KxjKRehb
T8OlDcGgsCTVRiCdovUeEogsQcY1BTwIYW7VQ1FKJgCWQIqMijnchHMJj2cXT3PEVWkB9WGa
pTruERgaIwiCG5gVWg4X+ZayY6TQkirIjblUXLrN1iHF+AUuVybdatQuepMSdIoHKGqwFZYf
CoQAJ1SrwAU5yDA0Ejj8KLewqqYZVTv2IV4v0Nl+zJN1d0CaphFyccgpRkABkF1YLUKkVRiz
P+KY1GCJBcEVBsuaIMpZjBEQjGLYAIx3ICYPtHwo7n0O4dQroOJQh9SCN6BaxjL86MNwiYmM
BzD/AORRG1ImNXe/yqW3IEbZpKmKEgdQAoUH5gMDaqJiANTuMAUZQJORCcOJC7UTbhAzlZyq
EEHHFVDnAhMCR/mnuUAeUjE2dBpBFuWtwgXL2dEuaX4IylF9FiLlPK8vDkyie6AKhNtypGsq
0QjuVHsK5Zahhm/lXJSRu9nRY8oqXFloEnGdnQar1IQiKA04VUYguRajLVINiVqFQcetOyfN
fv8AtZfbqqUC5iAMSjHaLnNARLkXe6aQPWi2GaY2KPMzHBEQiZHAmyIsRcZKUjEgXOBKMtsa
AKaSXQbSQMCEIfW7BEtzlJAcA+ePjR+q+imZbYGqOEl6H1LB6epx95eqDqI7shipbcyeXwit
EIiBiLutJlzHhZNuMQbSVJAxIwH6kdFgPuRjzAk1fL4UIz5S3KcFQO+OCbO6LVOIRA2jIZOg
TtmL3BonpHG7otRaTIasUeYGRoSExkxeh8LKWkMOutegMS4P3LVSc43CYCgNMEC1ce1XZlGR
LxncZIEGuRRMsfYhHamY7QFxmhDcl6m2bvdvcWqNjVEPTLpp0P8Ab4InDNOKcTmn3SzmgCIj
Eu17UR29TztnZcxxZNGxoXRmZiO2VpJcYsXWmQ0xzdS9LTMyqGcVWjcBeeGK5zIEcEHY5mR/
mQjpgZtXSDT4F6X00NMQG1S5n/8ArUp21Fz1lT+m3S/qBoPYFMAQAWkEJwPLJiDGzKNiRQE4
oRlKJxMbDSpRhITF9OSdm/cjyiTe1lnwGC0SGuBwlcfMnPLM55LganNGUCYuLBMTTNapSLfe
U+qTnDNHUzg0WncDBqSFfzIAEblKBr+4iTSvK2flT0P3o4LXtls0JRDyj380C1QHJzVnArFR
3Z0p3Xcj5U1H6sFEbbGLvLqCJEaO1aKMBFyGqbBkIyADBiywR4KiqEP2DlSMuUDuxzZRlCTA
3AoAEfVl6k411HuhvIn25DTcyIujEjTtgd5mi6lLakJyiWkxdj7yJeq0yGqDOFL0uSMzXTXc
J+OSEtzmIu5Mi5TuA1iVyjXPE2/KgRFnRkwEnq1HCMhMu3dRrpMaVXNvRpkKflUdzY+p1SFW
LCqhvE6jaZCJrr2q9iZAkO2Clubj5RiriINg1kNPOGqLEFU5ZmrGxR1SAIwTRJjPjWKA3Ygs
KEXR0mWu7EUbyoP3TiUBQAFd3Uc2siRMCOelEmRLh1pqMz/pTksSXNFzFV6BlKjApong3WgJ
PAMNPFMA58RzVqrlFUDMezBZhMKG6bh9p/u+w3Rpi+o2ZbspUMAwfihsbX+8woC+l/MhKQB3
IXiMSoyjCrE6pBoR+WPjRnq5jdelOR0b0a9Y8ajpkDp7wRg7sXA90qUZEs9GXKGCBe1UCGJ4
oYqkdZxQG1uDaMqAXKIjKcvKYBnR3N/dlsw96WPvQR1/UN5YQDv+ZT2o7ZlI1BkaqW3ujkni
C/yqcId0GjojA9LCwwUTMgPhkpaSDHJ07g5siJRMcQ4ojKIAi1gXdenjG5qzK7yNq0R4W4p5
lg7gErVtxkQ91qnbLxIaTzHOnyom49is7KjcAbqr0ZgtuRgaDr1IRvI1c9FBdamVQ5RaKc04
fs5TFSK+xCtw4CfJCGrRFxKE7X8PKjubu4CADp001af+RaPpy0vFKTlvzL0w+4RXUCaFCIcG
Tk6sAobhkWibjJDcBeN3GRUJRD6S0vhRFwarqwTgggoERI+5EyaAs6ecuXKzrUYgyFmFviR5
mGYyQOo8ArVxCz1BVo1WCLxIMqucfsOysmHYEwkAcVKY3OUUZ2KJkdIzDFPFpQxwLokxlAiz
UH8KLS5bomYaIxsUATWxapQEXJkax8RWrTpAxJQJBm9gLJyNG2SOsIHVMEYvRf2J64ywN/zI
R3SHAZgmP3pkyZ2C6qcUwQN3TOWT9H7ln0CtOgfcuKY2NwmFh0bWnuSxOEgoxkNE9wPJ8Y/H
/wASmdsa5OwIPKExkDMd4RFEZ7m4XApS473Kn0mNKYv8S9HcAMo0AtqHhRaR22DUtJaZyvY6
eVEGksC1EJ90ZIkE9QRYWwN1TvYFYN96tTPMoBr2KqccFy3wTO0o1ZepIPvQDENUj3EBAGMz
U6rfwrmmRK9BRHXuGRPsUAI0rq3MdQ7sdClt7FJSIqzqMt0Cem2S5Wib9qckVwCInAFrFECn
7kdTEDukJxF4i+aZuoIkRMihOenbODXb3kAR6hFQDYlckRGIyVcU3QOF1TCyquCu4VBVNKhs
F1JyDwH7LMKiDIeptndiJuW8PvrSCBABhxUdj6eIjLxm+r+hSlMuYA9vwrnNRUY6Sm1uZOX8
K1NpyI/StG5LTuAMxsUYwkDIYBMQXLCnBDUWDUAw+JNtxZ6klB2/zVO7iU7t/kuUO/dVQHKb
d3I7eNTdNs6p8YjFf3duM3oIS77/ACJ9/wDtxwGR+JagRJrdS5QxuQh0AlN96YlMFe5ZM3tV
YVK7qPLUYqgYokdStaxXNU52TeI0ZcelgrIBk5dBsUGFRUIA+1fv6AGvj9oMaC6y+xKG5HVC
QaUTYhS3/pZn03eW2z6VLbmDGUS2SMCeU1OZQM+UP3RUIipr8yEdLl3rWiayibbho4FEITlp
AAkMUTq5DdlEbJqbyKBJr+C5sqBNIARiaISlYXLqQ2yNl6iR75+Fapat3eJpV2CAluD6fb8Q
prPzIbkNW6asTUrTGDPYXb4lGUQdwvzDFvcQjAmG+RSEgQ7JtLGzFcV9ybFN7UxZkXuLLN8F
w4or8ehsk/FOD2IVsne6pZDFXVDVVRCbA9AOS/dxVCxz+w6pfo4qvSyqvdyXq7EQN7O35kYb
sdMoliOh3HanObOgLoSIdjZ2UPqtkNKNDHCngXE4IhEFiMjmnkebCIovUkQx7oyCEgQYClKF
z4VGe+JSEbxzPg5lblbkhENTzakAKE11HFASjrbBGUiIjBGQBJBuKfzLTuQPqDuTADrTHc7J
0NfeQJN7FOLKt0SLqquxT4qtVRFy73THBBgntwR8quqFAe1P+KJB6lW6KYdq4o/iqZJ3r0H1
CCXo1KK/sQKcWXBVsFRcejNO9kxshipAC1xmEPWhpkLyjcj3lpjt6W7V6n0RM4tWJz91ad6J
iY4EMnFssUWDBE5mnBahcYYJx3nfrUpTo1XFEZzH9sexOY6gaBixCGoDc28QR3T8aOqJJNBD
Ee9qUQQ7UX9wvuRwH60TAAbZtg3zp5TMyKnTYI7m9U8T+laRt0sC2S5oyDWkDzfMv/F1mequ
3rv8KOHQ6IsV1qnRaqzCJFE5xoqqqoGAuU4T4qpuuXobAiqoFdFOmwxTZp8BZWpwX4hNw6OA
sr9DFUfrTnFXTGyfxHBFyK3VFnmjt7sQQRQtVT292Mtz6Yh4mOL/AO2qAsgLgG2LougQOXOy
jsxr5mz8KiJBjKpAUjuRMNuGaEYUq7MtUzW5PFaNicQ3eOKi8jMk80iDQIhu6Ke8j6TxEgxR
lJ63lK1U0efzEjH3VgxDEstue7CUtJ5JxfS62pTOv6bf5TTm2twf/jTg0TMg4dPgqdBD9nQ6
szKq0vULrw6G6K0RyT8OgG6FCyB7AEIvcXX/2Q==</binary>
 <binary id="i_073.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SKnRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAIwIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTI6NTkAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA7AEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAdIQAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABtAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9CIbJjhOWtiIUGjXzRCHRPACSkbQB2BCLUPIT49kOds6jRJjzOnPikpK7IoZkNx3
OHqvY61ojQsYWtsfu/k+o1JmRXawW1HdWS4Ajg7XOrdH9tipWBtnU6W2Aem2l7J1EOsLbRse
Pcx3pYr1S6d1C6jBx22gWtFYaSdHzG/a78x26X/S2JKdqZInQngeKTmgCSFTr6riO5L2g6iW
kz8HV71PHym3m0sc59bH7WkNkD2tfG5n9ZJSWO0cpiRqmtsDG7iNlbYNljyA1rBq9x3H2+38
9ZNX1n6DdfTj15QFmUf1fex7G2SSA6qx7Q17X7fY9JTk9e+uGf07q12DiY+O6ujaDbbvlxcz
1Hthjq/oOez6K5jqXVs3rGWzLywys01GullbS1pDnOfu/SOf73O/6haH16+rGXZ1DI6y30rM
TINZhzwC1xbXUN0/4J7mt97FjYtLLcmuqp1LGua6KqWAgFpa32uP0vzvekpuUZNZAJsB1+iJ
I8PdAVv1m+nv3fozy6DyDt4+kg0Y2N9q+zB/qZLo244A3jXbq2oe3c53+ERvsvRtRtp9T1RX
u3t/n9f0Pqz9NJT/AP/Q9AY/3HSSTopB0+4ePGvK52zrV77SaNtdZJDNw3OcBo1ztz9vu/qK
Duv5VbX2Pt9lf0i2tpJ/kMSU1Prt9cczottTen1seaH1uyxYJkWB/wCg/wCC/M96vdB+unRe
rUeqL24tzR+mouIDmEfvfm+l+7c32f8AFrJy+n4OZk23ZlXrZF/uyTJDSTEVurH6P2+n+k9v
002P0/o9QF1WDjMtECkek0bZO2t06v3/AJ73JKemybCMezKqf6sWl7dhDpYa3YrHs2T7PdvV
bOx7mOJqHsZaWvgbiIhzHhn+idudW57Fj34OMzHfVQHUuc2DZQTU4xH0PRLGs/krjbs3Owsq
zEy+tWVYzDuY82WPtPPpuZVSHP8A5L23W1M/wiSn0XDrvzLGithrrJhz3/RDfzmj6LrP5Fbf
/A1sYLG47CwB5a8b3SJdJh7dwH53pvXlXT+tdazGijptmTk2WvDDn3wKmN0a53o/zf6P6TH5
GR9P2Lscj6yt6R0Ov9m022W1Gtlf7QJYbhDzfkGxrrPUe9zPU3/0f/z0kp0Prs2zI+q+XQHP
oF21t1rAJbW1261zm7/fV7WNuYx29efM6FRk9V6HR0b1Dc19TsmwW+tDK37rM0h4rsxPQ9J3
6P0WV7Ps/p+/+eI/rrMlz2squY7JbZ+0MK9rfSv9Y73PZk4hqcy+tzvVZbkVfzjPU9RUf2pV
Vg30dLzLqb321jJsta4X27N4q9PIqsY3HoZafT9JjfUts/nrfT9OlJT6F9f8kDo9TWVhxuym
GNodowPt2uY5zG/S2Ln+k4ran0VyDYyoucNQ2S4FwA935x/OQz1g9Y6DjUZQ9fK6dkBuW+xw
stcHt9bFf+jZ+l37X1Pa3+b9P9IrmDf6FXrenZZe0NAouaW1uPqPdXW1z/a5zm/m7klNL6x4
bsH6rVjpXq4r6HF/ULQ5gbe5z31vtyL22fafXfZX+r0/mVfovTrXK1dO6gej5OIWD1G5WPkA
yZl2Pl2uZv8AobtrG/8AXv0S0ev9VzOoVODLXOLXW+sxzQ0OdP8APN/cc9v84z/vixmY2b+y
7sjc7f6tTi6TExe9rnO+jv8A3f8Ag0lP/9E56X1Kq4Odl1PFbS51bQIMmdjT77N3/Xd6n9kz
GsqdcWOBAcxu0taYO/6Ljb7/AG1u+mulZWQwFsBvgIgBDLHOaXVuc0tca/zS2Rrus+k/Ykp5
0Y5Z6mTnZltOOxvqZG1oaytujGufb/Pv3u/84Vh3RKLiHfaOo+i9oj0rWsYWgA121WBrtrv7
T1R+tH1W6x1F5Zh5HqY1opaaHlrQw73fabG/n+l6fpWP2O9/6T/gks3r7ek5w+r3U9mFaWA1
5eLuZU1j2h2JW2qansppbW+h/vf77v5CSldL6C26r18frHULqHOIrLrGAFoA9/Nztn9ZjPer
NVXQs/Bre+1mVi1F02XuDbHO9p3XW4/pNZZW3/g/+NWZ07p/VOnYbG9Cz6b5myutlwbIcfc/
0Nl/2qz6FVja2MTZP1V6VhYPVMnqZyqsOt849r2GljNw3D9Xd+kvdba+vHq/R2+z/t5JTvt6
fZZWbqMyt1DJDrn47cokN2sZj0sq2s9Cv/gaP+3rf0jOf+vdbX5L+n0DbXi4xLK5JAfd73bZ
3bfY2ljam/za1sv69UdNxen5dnTrG9PyWAB1VlYfU0exu7FY17K37G+q3H+0ez89YfX7n29e
yX0lt9eRtvodJbvpfXW/GsYdjva9n76SnnRketjtIbsrcwebnbfY02fynbf+/oF7Glu5wDXG
S+NdwcGt/wC+MconJysfJHSqKxl+k702sra7e8zu/M3737v5Clm3XY1gryMQ42Q0e6u+ZAP/
AAcMsSU6H1XtfXbYyuwzkOLdCQ922G1/Rj6P0luWV9Qs2uqLy1r2ndvIbukhv6Q/n7Wvfsas
H6u9Vwul5DerXvc12LabWMDSS97gdtTNvsZ6u1/87Z7Fpj/GXb1S9uP1fGroxQ8OpuxTYDSZ
Hvvp3vbl0t/Pr/RW/wCiekpr9bwsTDtu6hluOQ0GK6S3a3cRtrY+xn0/9Jdt2Lfc76qhlWA2
ywUnFsdZn7H+i68ej6LxVO30aanX/pfS/mL/AOf9RZXVOnttpJdmHMw7X+o0tDdlsGQ51rP6
qB+zuvfsE5xxhIcHCkn/ALTF3ouxWY+3+d3NblWf4X7N6X+ASU//0uupa+qpzTZY4v1Frtro
PlWGsqb/AJqFlem5sv3OcGw6yY/dDnFulTf5tjv5vZvWC7649Le0jCYW5tJa2j7U1wqsZO2x
jsiqz1Gfo/8AC5TPTrRmdcx83qteO2o202GW5FTwWss2erbiFzP0eUytzLK/U/P/AOFqSU7N
Nrcit7ZLmPBBc06x9FxZbWdzX/8ACMeqV/1f6LmZLPtGKbGxtbvMugH2brdv2pz9/wCd66u4
QAZkPppcz0n7KnXD06nvcJb6DMZttvo+732bPUVjFx8u2h7eq10se9xbsxbHvYa42t3G5tVl
dv7+xJTWxundC6TfX9nqqxLbP0dYBMu1Fexlfu/f2P2NVP8AxjYVub9V7KGMJPqMfuB+i5ge
6uWge5lnvq/4NbeQa6a63bXWXNH6NjXOHH5/udt9v5nq/wDbi4365ZAd0xzarba2Gx+Tjitj
ve9g9T7TexjHPqrtoszKci9z2frHoX+nYz1LKUpyPq19X342JdZ9Yqb8vp9QbkU0Vn9Bc8lr
GP8AXL2favY/9G2v9Cxnq+/1EXquPb0uwPzrGD7W1+VjUVSW04zifs2HSxrfoYtTf3fTZ9D/
AIRc70zNxqrG4VpbbTc5rnekz1AWy1zWZNUVOsZbc1nr1ev/AMX6Vq9GyLOhdTNbMzDdlZtZ
uoqx2+rdj1lgZe/fZTs/U8hhrvxvW/M/wVN1NtaSmr9Xet9G6VS3Gx6qndQtYLb8gltQtutA
ubjsuLfUtfiU2V/a2/8Aaf8A4S31Vl/4wesdI6v0Sl7/ANH1fCew+kZ3Btnttq3bdr8dzW+s
yxr/AMxAzuoZuX1PJPTHsxwaTWyllYNLqi19LMmjax+19Fn2iqy3Z/Nel/OKv0nD6Dl4GVg9
ULa7rHi5vUMdoaK3VtdVVTViMDPWx9lv839N/wCms+mkpD9ScvDf0zqvRcoMY3MAufc9jbSQ
zaK6aMa3+fvc8/on/wDab+e/4SqHUendMy/rE/o/R8Z2O/Ne1tJrY2x36Ie+we/06qMjbdf6
lP6KuutDPS8z6vfWNstqzjhD7Uz07AKr6tjt7Gbm2bvU99HpbP8AyatfVrKdmXubhY7Mjq3W
XF2QyoOdVjYrXOYMW7c91noWWtrfZh+r+mx/R+13/ZvVx7Up1rPqhl4zW9P6TQ57tIveWtot
BdNl199rg31/T3t/yezK/wAxWfsH1tPSv2eOmNOU3L2uduqkUH9Ky37VG3Y/Ha/E+0/6Jn2T
0lp9Sqo6TWyu51mRm3Fxvue9toJEbmux/Ua73f8AE/mensZX6axf27R6oxP0f2f0i30vGreL
PT2fT9L1P+E/4JJT/9Ol1DpOB0/P2W0ZT+nWMJbL2Me9zf5yz1mV7qNn0vTfX6n/AFtb31f6
exlIzaMIdIxqHG912Y77WbscNPqu2vdRbg/ovfXaytbLGNdYHlu51ZJY6NWlw2OLP3dzDsUu
qOd+w+olu4WfY8nbtBLpNVn0Y9+/cUlPFdQ/xnZmU546NfjdNpDzXWcpjrLrGj3faXxVZj49
W1vptp/S2/pP+uMqdN/xl/WKrJ25n2bqVAftPpV7LnidoGP6PpbXWfSr9Wh7/wDg1wVZr2nc
Tv7ADQ/1nTu/zWrrvqCw/tIdQZbjMzcc+jhYVr9jnF7dtr6G+73+lu/TWO/7csSU9513Jvb+
v0ZJOJl1tuFReWOFLWb/AFa2H3t3V2Md6f8ApVz2P1lo+p+TRf7Kr6RXjNtDS6wPANu1jXep
+kc+37K/3/ZavU9T+dVn6/8AW76MHOxsak42U3KbRfdEPfhubLHV3D3V1XWNrru2/wDf1zg6
zfZ027HswQ5pc25ldQG+ura39Bf9J9WN7P0Nlv76Smn0jpsX/aTWDTiD1LBtmdN7GbHfSWnl
dVY0MeesOpbWx9eRjMYXWWtJ91dHsdU26yz9B+s/o2VfpP0npemsuvLGb6dFuRXgYzXkv2uh
jayOwaftGTkN/fVew4Xr0uc30xjjZXXtdvLR9C30/d+k3e/9J7PUSU2Mi3Od1E9S3bcmwuL2
ERLHiLKXlsN+g/0/opmD1K7LKmua/wCg5szG7bU0O/N2rTv6XnjFdlOw7q8WuHve9p2bSPbZ
b+d6WxzN+32KGN02zKYbcZj/AEqXglzNdz2iWUsY07rvz3/QSUnNHq49b7G768HHGLiseRsb
bZY6tvqVn6fpV+re/wD4hbuH0zK+rX1LwndKu29W6tlMpvIbIvdd6jK8cb2et6dFf+Eqtq2f
rF//AAa5DqnUcig14l1ZZhse0ZNJG172te17vWj9JXY5nt/Meu/o6sOt5/TfsDmZuLgWuzQ1
rWhxaxraGNpraA6q9rbrbPQt9P8Amf8Ai0lOMeg/W/q97xS0dKxB7ycn+kvcRNrMdrm73ek7
2+p+jr/4SxcgMCz9qHB2ZP7R9UVky77R6mrd3H0f/Rf+EXpH1s+sNb8SvLxmXfa+l3eq4bHs
PpaV32Nt+i39C+1n0/prk/23WeqF3rMAZnDGB3GTS+71N32mNvsrq2/T/PSU/wD/1OyqDRvJ
jXx7nsqedbkWXjHxQbPQAda1mjrCSN9Df+Lr9/8ALt/RIuf1bA6fubkW1syC1z6scuHqOcNx
Z+j1ftdH8472Kp9Xspt/TftNjiclzWuvc8AE2P8A0j9oafo+5JTwX1j6Dh3XXX0YbsbHqca2
Z+I3fUYl36/0/ZVfi2bf523H9Stn+jvVr/Fw/o2JlW2B5yOo1Mcd9RdtNRIa79Hfj1bfSdsf
U/7R6vq/4Fdrm5eSd7vSLdpiu4S4gD/CbWtf/mrnrWPZkZF9mFU3LsqdZeyh205Dqm/q2Pb7
rHYmR7vUZZXv+0fzdv5iSmfWOq9PveWnFqE1tZbdb6llrC7Wz0/Ut2fon/Q3f4Rc1uvrfkVA
H9J7vTADNwcZqOS1s+pub7/ereNb0PquPVfiZD8XLvcGOwsogsc8nb7Mpmxuz1H/AOFZWhdQ
xcnprn1mqqmyJufkWtY3UB7WHa5t1+76Xo0/6Sv1HpKVTg5eSxpxcSyx07X2VhriXCPzKm7m
ue4+/wD0a6zpH1c6dikV5TMTMznHbYQ9xeCP8B7jse+udn+D3/4NcvR9cOqdKsquzMTDyGPb
rUxgY7YAQ5+Pl12WvZ6jD7H+n6Vq6PrGY67ExrOlV7mZlVORjZNzmA0hwbY+rfvd7msdstot
s2VWfpaklPT35rKqqKmn9Xsa03bh+jZjQfU9Vj/otdX+jWPhUdCx8bGxmGxmNkix1LW2Fvqs
H0nXXVGu+tlTfZ6fr11/4O5cX1rO+tnUM4bRWaWHc2tt7C2wxt33udbV6z/+C/MRsWvqmK6h
+SyzHNv6J9NRDmuBLd1dFrfWx7He1v6P8xJTU6v0c9XttzMEY2Jjs/RY9IFdJfWN5r/mW/rN
72t/nXf9dVf6v9O650i3KySHUYr6WtN4IAc5zx6LW7iP0j9tv9j9Iuky/q71yi3c3Gtr9zW+
pV+lLW2O/T22Pbur9drGtb7P5r1Fy3XOrjHNOLjFpNVj3ZOHa0XDeW+kDkWnf617G/nsf+f/
AINJTa+sXU8/J6c1rsnKcL3BllNthsqgf6PcfesXfV9l3emNm+fT7RO3/qVv9PwczrnTb3HA
9J1RDqq6AfcbN1NZ977shzWO3/Td/wBcXL7nbPs23WfSj5x9L+skp//V2/rMW00hraK9+UQ0
5HtFu1n84x3t9V1Ppur9/rf8D6aycfJzRi49NDhWNXlgAaXRr6j3/nNa36f+CrVj68ZdFP7O
L7HU3PNzWWAfm7aydp+ju37fYuLy+q9H9a09RvyOoWNaCKqHCup8/wCCtuY32V/6RlVf/F/p
UlPd/wDOHdWH1VOFG4j7W5p9Jxb9NrK926v+T6z2excz1gdUynmyvqtjra3eqyuKqapbue21
2M1rfoN/wtvqrjx1XIbkOscSymx0urZIYCP5vcG/znp/y1s9IxB1fNZiB9eLjPBszMxwksqr
9zrXS76HqOq9n59j6/VSU2+l/VLqPXurjKLW4PS33evaWasmwepc3CrY1v0trNlfs+yV+nvX
OZXVX5mVmZVzWufl2F7t3uIE7mNa54+gxv6L+ovRcvrHWPqhg1/sjBq/ZFsF2c/1L7RbEXuz
msfSyq727Kt7PS9L6H+jXmd9VmVlXXUV11Mue6xlVZhjQ5xc2mvf+bX9FqSlxk0is11UsNtk
APggifzWQdv+cvSui9Q6I/6tdNZb07IyLmVNFllbmVtJZNTj6jbPV/N/0a4r6lfVd3X/AKw0
YGXXaMJoe/Lsr0LWsa4tmxwc333+lV/bXuruidGJj7FSJO7a1oaJP0jDYakp4S3J6Te01U9E
NTySBZZlPDgR+7AetvpOL1DFxvtOVRWMR5a+mr1Ps9TC2HDIuZd+myrrHsb+lyLv5mv9Gyti
1sr6uUG9t2C5uMQIcNs/2m/nbv7SxvrZ0A20Yfq/rzGvc2xlzXOrbLdzLPzvT9zdu+2xJTrZ
D7+qYVdXS+q4+LmMIfaaxXk1vAG19bqmvY/0X7/665Nv+LHp9mS2rNzKsd8x6WBjmp7gff8A
z2ZZlNZ/1tiH0rpVmHlVZPSsGl12OC6x1VU7ZaXfprHFm527/B13fmLZ6n9Zsvozq6b6Wuz8
mttnoYwDYZue1vq2u+0vt92922iqvZ/p0lNH6yXdI+pnRbcHpbLGZ3VGis32Pfa8sbItsdbY
X7XbHP2Mp9P32+ovNv2l+sbvTOlXolsCJJn/AM9hd31TqWdkFz8/DrzGAk013tufske705sb
Z7/pP+gsbe4k2/8ANjC0IG/9Y2QWm30nH1f5/a3c38/Z+Ykp/9Yf1+9LMpwA25lb2WXRM8kV
QzT6H5vuXG34ooc9nUQa7GRuaCG+0jRzfzLF2v1xwX3YdjGRVZg2+u1xBI9N42+l7f8ACWbm
f9trgrL3ZLgxwDX16bXzIPmz93T81JSsSrAutNTQ6ustLnue7dIB1MbQt/pGHg19A6xsfYPt
FLHY7CQ57fs91b7bGe3a+v7R6Hq1/wCj/wCF9Nc8219c1traHv4cJAjwH9pdQ7CcelUUB2uG
0Peydocx4Lri5zfd/O/pK3/yElOxgfWD6149TvS6fj9Tpf7BZiZDQyzfHuONd6zvUdP6TcxO
7pFWfk1Nf9W+l4xubL2C61z90fuYLKK+35vs/wCGWAzqM4735QoxiHfpc02bXuLT+l9Lp1B3
23Wf8Z/Of4SpNkfWvrXW7rcD6uUuwsdwm7Ib/PFgP87kZDP6LV/wdH/gySnsuj3dH+qX2htu
Zg4+Xdayx2AzJeA0OaGO9X7Sch9b2s97P/Pi1crq/WGYf7UxMvE+x3/zN2Y5noM93FjsV7fU
9rH+nZTZ/wBb/wAGsz6mYvTuk1DG9Gvc/wDSHqTmh1lr+Xes53qWY/t/o/u9L/ri6PqfS8fq
WHdST6Tr63Nrya9Cwu99d3tIbZst/Se9JTgU/XbqdtzQ8YjHD2OxcVxz3vdx61X7PbY9tb/z
KrPf/LXY4mT9ox237XVl2jmvG0gj+Ruf/wBWvEMPG+udXULehPysuh5tFF1bbHBm952h24Oa
z0drt/8Ao9i9O6Z9XuudFxMfE6ZZjV00tPrb33PdZZruc2qwtx6/USU6/WG23dMzKcewDLdR
YKAHaiwtmv2/S3bl4oz6+/WCwhmacfqNdIArqzKGv2mA322M9K5lnt9+21e3YOOa6mOyRTXm
D3OrYGQwn9wtYH/pGry/66f4vWY2dZl9NGyjIO9jGuFjQ4/zlW322N/frSU5Nn13tb7mdF6c
HBvt3svdz4NdkbXJx9fuqnGNQ6d0z7MIJo+z/ozaQdtu3d/Otpa6n/i1l5vSuo4zC19RLWDW
4B0H+q5/730NmxBHTsv9ivtLdTc0gaSWgPa50T/pDtSU/wD/1+vFVfqsufUBbSHbXuEwHf4M
O/k+7Z+4uJ+tP1Kdl3HJ6W5m+yXtxHe17P8Awtb+dTu9zK3rrsjq+NSHC91te0gPD63g6/R2
ae/d/IUHudlNdbhgPdU8F4eHtdDfdta3buf7Hf56Snhej/4t8/KP2jOvNIB1D+dzZ9sfnM/N
3ol9jqxfu91tRDL2QPe1v06C39x7fb7F6AzItqxq3OFIcSAWmz09X/Qrb6w3er+9W9cT9Y8W
+jr+S6yh1Tcr07q2O5lzdtv837NzbGvSU8w36vYmdlucM0ioya6iwmzb+az1Hw387+eXTdJp
6d0bAy7sbcaMYg5O39JZua36VjWe72fu7WVUfpbP9Is4U2C8hlnpakB0/RnR/wBFVrW5jXWG
puQx9xi302wHgfmv2WbbGO/6f56SnpukdTwLBblVW13NaxziJEtESHPor97ff+fv+gtzpvVb
uq3MscBX0/BP2m60nbvtA/Q7+Nm+1+5lP/BryPLw8jpOQyxvqYxu1r1bIH57LNp/m3fuO+nW
us6Z1eMfax1VL2Obcbr3FtLXsOn6vv2Wvd+Z6nqbP8HWkp722+qvqjK8yulzbKastgcxu43A
/Znhln0muY/0vp7/AKfpK5k/WSmiusU1uysu+BThVloucSYc9287asev87Is/Rrg+p/4wOkU
47K8R7rjjyaqz7tz3y63JvyGn3OfY9/sYuKxOrdQv6oeovyHssG5ri12u14IfX/L3s+mkp97
xcvB6lursqa24QXMdtcTo126uyoubY1u9nvYhZn1b6fmPBsdcC0tJIfqQBG1znte7a/89cD/
AIqjmZXXM3NIe6ra0PscTDQfUDGa/S+izZ/UXqqSnivrvgZH2PGxMDHjFYHPIYB7rP5uthb9
J72Ne+zb/wCk15/6N/8ARYMh/wBDvr7/AKP9le5uDHNLTBDhBB1BHwWH/wAzuhftX9pegPo7
Tjaeju+gLvT/AOL/AMH9D/riSn//0Nuzr2c+3Hx+k4Ave5gstre8m2ppeGsdZj/o62s2b97/
AFPp2V2fzf8AOWWs+s9zWuuq2XbtaGNa2k7Wu2WW5FN32jZud7q/5Cu012ZFnoZ1ThfRvbj5
VNZpHokCamWfz1P7uxnss2VputYvUTXXRjudZTYQANS+QNrm2WD32M/P9/8A6KSU5GR1SzEz
DgfqOBcGAszKg+5rrPoPrLQ17vtFcv8AZkssWR13Nq6x1J/TLX+tbVh1E3Mb6Yc8OeXX0Mn2
N/SM2N/41W/2R9ZcnMudRjfYq2u2NfZAc6D9Ngf9Ld/Jb7FT6t9UfrE7Gd1Tps19QxvbkVuA
LrWsaQdn0vU3f+Dfo0lOM7pvVsd7QbW31NMFlmtkdptr9/8A0UXLymY7fUD9rjoypg9wcP3v
pe3/ALbQMTqfTsqyz9pts6Z1PY31mkFtL9v825jm7bat37rnf9cTOzsIBzajFg0cY0g+bt27
95JTmCjMvscQXWPv+mxpDgQ07mbmn92xTHQ7LcprLamNssO6CJJA/OY2f5tXnZ+ZlvZj4DmU
VvndcxoDnHlra64a7+VZa9aXTsCnFx3NBc+632vsDgLJdpvba79z95JTQ6b07BZlOrvrqeaB
NjWNaAHj6Nb7Nv6V7fztiudX6MzrX2WsWtx2VWH1bWN12OA3Qxm3ds27vcrGFitY37PjMa1j
DLzq6Y0a4v8A31qY3Srxuc6vY0CXB4d/mvd9L3fuMakp7HoXR8PonTqun4LRsrEufpuseR7r
n/y7IR+m9Vq6jS57GPpfW8120WwLGOHAfsLm+5V+gMym9NZXkuc+yslrS4Q7Z+Y139RGHThX
1I9QpfsdYzZfWBIfH0X8+xzUlNmu+m0uFb2WFh9wa4OI/rAJ/Uq3mqf0n7uvhuQHYuIbBe6p
rbZneBtdP9Zisep33CPBJT//2f/tKoZQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgAD
GyVHHAIAAAIAAAA4QklNBCUAAAAAABDNz/p9qMe+CQVwdq6vBcNOOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAA
EAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAA
AEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRF
WFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsA
IARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0A
AAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAA
EnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABS
Z3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0
dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAA
UkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJs
ICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAA
AFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABU
b3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hl
blByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25n
AAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAA
AD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAA
AAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAA
AAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAA
AAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAA
AAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4
QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAewAAAAFAGkA
XwAwADAANQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB7AAAAtAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJv
dW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25n
AAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHsAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAAB
T2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURs
b25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVk
AAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAA
AAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxv
bmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB7AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAA
AQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJ
c0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9F
U2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZl
cnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9y
VHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAA
AAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0E
KAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0E
DAAAAAAhOQAAAAEAAABtAAAAoAAAAUgAAM0AAAAhHQAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4A
DkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwM
DAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABtAwEiAAIR
AQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEA
AAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIG
FJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePz
RieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYH
BwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcm
NcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dX
Z3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A9CIbJjhOWtiIUGjXzRCHRPACSkbQB2BCLUPIT49kOds6
jRJjzOnPikpK7IoZkNx3OHqvY61ojQsYWtsfu/k+o1JmRXawW1HdWS4Ajg7XOrdH9tipWBtn
U6W2Aem2l7J1EOsLbRsePcx3pYr1S6d1C6jBx22gWtFYaSdHzG/a78x26X/S2JKdqZInQnge
KTmgCSFTr6riO5L2g6iWkz8HV71PHym3m0sc59bH7WkNkD2tfG5n9ZJSWO0cpiRqmtsDG7iN
lbYNljyA1rBq9x3H2+389ZNX1n6DdfTj15QFmUf1fex7G2SSA6qx7Q17X7fY9JTk9e+uGf07
q12DiY+O6ujaDbbvlxcz1Hthjq/oOez6K5jqXVs3rGWzLywys01GullbS1pDnOfu/SOf73O/
6haH16+rGXZ1DI6y30rMTINZhzwC1xbXUN0/4J7mt97FjYtLLcmuqp1LGua6KqWAgFpa32uP
0vzvekpuUZNZAJsB1+iJI8PdAVv1m+nv3fozy6DyDt4+kg0Y2N9q+zB/qZLo244A3jXbq2oe
3c53+ERvsvRtRtp9T1RXu3t/n9f0Pqz9NJT/AP/Q9AY/3HSSTopB0+4ePGvK52zrV77SaNtd
ZJDNw3OcBo1ztz9vu/qKDuv5VbX2Pt9lf0i2tpJ/kMSU1Prt9cczottTen1seaH1uyxYJkWB
/wCg/wCC/M96vdB+unRerUeqL24tzR+mouIDmEfvfm+l+7c32f8AFrJy+n4OZk23ZlXrZF/u
yTJDSTEVurH6P2+n+k9v002P0/o9QF1WDjMtECkek0bZO2t06v3/AJ73JKemybCMezKqf6sW
l7dhDpYa3YrHs2T7PdvVbOx7mOJqHsZaWvgbiIhzHhn+idudW57Fj34OMzHfVQHUuc2DZQTU
4xH0PRLGs/krjbs3OwsqzEy+tWVYzDuY82WPtPPpuZVSHP8A5L23W1M/wiSn0XDrvzLGithr
rJhz3/RDfzmj6LrP5Fbf/A1sYLG47CwB5a8b3SJdJh7dwH53pvXlXT+tdazGijptmTk2WvDD
n3wKmN0a53o/zf6P6TH5GR9P2Lscj6yt6R0Ov9m022W1Gtlf7QJYbhDzfkGxrrPUe9zPU3/0
f/z0kp0Prs2zI+q+XQHPoF21t1rAJbW1261zm7/fV7WNuYx29efM6FRk9V6HR0b1Dc19Tsmw
W+tDK37rM0h4rsxPQ9J36P0WV7Ps/p+/+eI/rrMlz2squY7JbZ+0MK9rfSv9Y73PZk4hqcy+
tzvVZbkVfzjPU9RUf2pVVg30dLzLqb321jJsta4X27N4q9PIqsY3HoZafT9JjfUts/nrfT9O
lJT6F9f8kDo9TWVhxuymGNodowPt2uY5zG/S2Ln+k4ran0VyDYyoucNQ2S4FwA935x/OQz1g
9Y6DjUZQ9fK6dkBuW+xwstcHt9bFf+jZ+l37X1Pa3+b9P9IrmDf6FXrenZZe0NAouaW1uPqP
dXW1z/a5zm/m7klNL6x4bsH6rVjpXq4r6HF/ULQ5gbe5z31vtyL22fafXfZX+r0/mVfovTrX
K1dO6gej5OIWD1G5WPkAyZl2Pl2uZv8AobtrG/8AXv0S0ev9VzOoVODLXOLXW+sxzQ0OdP8A
PN/cc9v84z/vixmY2b+y7sjc7f6tTi6TExe9rnO+jv8A3f8Ag0lP/9E56X1Kq4Odl1PFbS51
bQIMmdjT77N3/Xd6n9kzGsqdcWOBAcxu0taYO/6Ljb7/AG1u+mulZWQwFsBvgIgBDLHOaXVu
c0tca/zS2Rrus+k/Ykp50Y5Z6mTnZltOOxvqZG1oaytujGufb/Pv3u/84Vh3RKLiHfaOo+i9
oj0rWsYWgA121WBrtrv7T1R+tH1W6x1F5Zh5HqY1opaaHlrQw73fabG/n+l6fpWP2O9/6T/g
ks3r7ek5w+r3U9mFaWA15eLuZU1j2h2JW2qansppbW+h/vf77v5CSldL6C26r18frHULqHOI
rLrGAFoA9/Nztn9ZjPerNVXQs/Bre+1mVi1F02XuDbHO9p3XW4/pNZZW3/g/+NWZ07p/VOnY
bG9Cz6b5myutlwbIcfc/0Nl/2qz6FVja2MTZP1V6VhYPVMnqZyqsOt849r2GljNw3D9Xd+kv
dba+vHq/R2+z/t5JTvt6fZZWbqMyt1DJDrn47cokN2sZj0sq2s9Cv/gaP+3rf0jOf+vdbX5L
+n0DbXi4xLK5JAfd73bZ3bfY2ljam/za1sv69UdNxen5dnTrG9PyWAB1VlYfU0exu7FY17K3
7G+q3H+0ez89YfX7n29eyX0lt9eRtvodJbvpfXW/GsYdjva9n76SnnRketjtIbsrcwebnbfY
02fynbf+/oF7Glu5wDXGS+NdwcGt/wC+MconJysfJHSqKxl+k702sra7e8zu/M3737v5Clm3
XY1gryMQ42Q0e6u+ZAP/AAcMsSU6H1XtfXbYyuwzkOLdCQ922G1/Rj6P0luWV9Qs2uqLy1r2
ndvIbukhv6Q/n7WvfsasH6u9Vwul5DerXvc12LabWMDSS97gdtTNvsZ6u1/87Z7Fpj/GXb1S
9uP1fGroxQ8OpuxTYDSZHvvp3vbl0t/Pr/RW/wCiekpr9bwsTDtu6hluOQ0GK6S3a3cRtrY+
xn0/9Jdt2Lfc76qhlWA2ywUnFsdZn7H+i68ej6LxVO30aanX/pfS/mL/AOf9RZXVOnttpJdm
HMw7X+o0tDdlsGQ51rP6qB+zuvfsE5xxhIcHCkn/ALTF3ouxWY+3+d3NblWf4X7N6X+ASU//
0uupa+qpzTZY4v1FrtroPlWGsqb/AJqFlem5sv3OcGw6yY/dDnFulTf5tjv5vZvWC7649Le0
jCYW5tJa2j7U1wqsZO2xjsiqz1Gfo/8AC5TPTrRmdcx83qteO2o202GW5FTwWss2erbiFzP0
eUytzLK/U/P/AOFqSU7NNrcit7ZLmPBBc06x9FxZbWdzX/8ACMeqV/1f6LmZLPtGKbGxtbvM
ugH2brdv2pz9/wCd66u4QAZkPppcz0n7KnXD06nvcJb6DMZttvo+732bPUVjFx8u2h7eq10s
e9xbsxbHvYa42t3G5tVldv7+xJTWxundC6TfX9nqqxLbP0dYBMu1Fexlfu/f2P2NVP8AxjYV
ub9V7KGMJPqMfuB+i5ge6uWge5lnvq/4NbeQa6a63bXWXNH6NjXOHH5/udt9v5nq/wDbi436
5ZAd0xzarba2Gx+Tjitjve9g9T7TexjHPqrtoszKci9z2frHoX+nYz1LKUpyPq19X342JdZ9
Yqb8vp9QbkU0Vn9Bc8lrGP8AXL2favY/9G2v9Cxnq+/1EXquPb0uwPzrGD7W1+VjUVSW04zi
fs2HSxrfoYtTf3fTZ9D/AIRc70zNxqrG4VpbbTc5rnekz1AWy1zWZNUVOsZbc1nr1ev/AMX6
Vq9GyLOhdTNbMzDdlZtZuoqx2+rdj1lgZe/fZTs/U8hhrvxvW/M/wVN1NtaSmr9Xet9G6VS3
Gx6qndQtYLb8gltQtutAubjsuLfUtfiU2V/a2/8Aaf8A4S31Vl/4wesdI6v0Sl7/ANH1fCew
+kZ3Btnttq3bdr8dzW+syxr/AMxAzuoZuX1PJPTHsxwaTWyllYNLqi19LMmjax+19Fn2iqy3
Z/Nel/OKv0nD6Dl4GVg9ULa7rHi5vUMdoaK3VtdVVTViMDPWx9lv839N/wCms+mkpD9ScvDf
0zqvRcoMY3MAufc9jbSQzaK6aMa3+fvc8/on/wDab+e/4SqHUendMy/rE/o/R8Z2O/Ne1tJr
Y2x36Ie+we/06qMjbdf6lP6KuutDPS8z6vfWNstqzjhD7Uz07AKr6tjt7Gbm2bvU99HpbP8A
yatfVrKdmXubhY7Mjq3WXF2QyoOdVjYrXOYMW7c91noWWtrfZh+r+mx/R+13/ZvVx7Up1rPq
hl4zW9P6TQ57tIveWtotBdNl199rg31/T3t/yezK/wAxWfsH1tPSv2eOmNOU3L2uduqkUH9K
y37VG3Y/Ha/E+0/6Jn2T0lp9Sqo6TWyu51mRm3Fxvue9toJEbmux/Ua73f8AE/mensZX6axf
27R6oxP0f2f0i30vGreLPT2fT9L1P+E/4JJT/9Ol1DpOB0/P2W0ZT+nWMJbL2Me9zf5yz1mV
7qNn0vTfX6n/AFtb31f6exlIzaMIdIxqHG912Y77WbscNPqu2vdRbg/ovfXaytbLGNdYHlu5
1ZJY6NWlw2OLP3dzDsUuqOd+w+olu4WfY8nbtBLpNVn0Y9+/cUlPFdQ/xnZmU546NfjdNpDz
XWcpjrLrGj3faXxVZj49W1vptp/S2/pP+uMqdN/xl/WKrJ25n2bqVAftPpV7LnidoGP6PpbX
WfSr9Wh7/wDg1wVZr2ncTv7ADQ/1nTu/zWrrvqCw/tIdQZbjMzcc+jhYVr9jnF7dtr6G+73+
lu/TWO/7csSU9513Jvb+v0ZJOJl1tuFReWOFLWb/AFa2H3t3V2Md6f8ApVz2P1lo+p+TRf7K
r6RXjNtDS6wPANu1jXep+kc+37K/3/ZavU9T+dVn6/8AW76MHOxsak42U3KbRfdEPfhubLHV
3D3V1XWNrru2/wDf1zg6zfZ027HswQ5pc25ldQG+ura39Bf9J9WN7P0Nlv76Smn0jpsX/aTW
DTiD1LBtmdN7GbHfSWnldVY0MeesOpbWx9eRjMYXWWtJ91dHsdU26yz9B+s/o2VfpP0npems
uvLGb6dFuRXgYzXkv2uhjayOwaftGTkN/fVew4Xr0uc30xjjZXXtdvLR9C30/d+k3e/9J7PU
SU2Mi3Od1E9S3bcmwuL2ERLHiLKXlsN+g/0/opmD1K7LKmua/wCg5szG7bU0O/N2rTv6XnjF
dlOw7q8WuHve9p2bSPbZb+d6WxzN+32KGN02zKYbcZj/AEqXglzNdz2iWUsY07rvz3/QSUnN
Hq49b7G768HHGLiseRsbbZY6tvqVn6fpV+re/wD4hbuH0zK+rX1LwndKu29W6tlMpvIbIvdd
6jK8cb2et6dFf+Eqtq2frF//AAa5DqnUcig14l1ZZhse0ZNJG172te17vWj9JXY5nt/Meu/o
6sOt5/TfsDmZuLgWuzQ1rWhxaxraGNpraA6q9rbrbPQt9P8Amf8Ai0lOMeg/W/q97xS0dKxB
7ycn+kvcRNrMdrm73ek72+p+jr/4SxcgMCz9qHB2ZP7R9UVky77R6mrd3H0f/Rf+EXpH1s+s
Nb8SvLxmXfa+l3eq4bHsPpaV32Nt+i39C+1n0/prk/23WeqF3rMAZnDGB3GTS+71N32mNvsr
q2/T/PSU/wD/1OyqDRvJjXx7nsqedbkWXjHxQbPQAda1mjrCSN9Df+Lr9/8ALt/RIuf1bA6f
ubkW1syC1z6scuHqOcNxZ+j1ftdH8472Kp9Xspt/TftNjiclzWuvc8AE2P8A0j9oafo+5JTw
X1j6Dh3XXX0YbsbHqca2Z+I3fUYl36/0/ZVfi2bf523H9Stn+jvVr/Fw/o2JlW2B5yOo1Mcd
9RdtNRIa79Hfj1bfSdsfU/7R6vq/4Fdrm5eSd7vSLdpiu4S4gD/CbWtf/mrnrWPZkZF9mFU3
LsqdZeyh205Dqm/q2Pb7rHYmR7vUZZXv+0fzdv5iSmfWOq9PveWnFqE1tZbdb6llrC7Wz0/U
t2fon/Q3f4Rc1uvrfkVAH9J7vTADNwcZqOS1s+pub7/ereNb0PquPVfiZD8XLvcGOwsogsc8
nb7Mpmxuz1H/AOFZWhdQxcnprn1mqqmyJufkWtY3UB7WHa5t1+76Xo0/6Sv1HpKVTg5eSxpx
cSyx07X2VhriXCPzKm7mue4+/wD0a6zpH1c6dikV5TMTMznHbYQ9xeCP8B7jse+udn+D3/4N
cvR9cOqdKsquzMTDyGPbrUxgY7YAQ5+Pl12WvZ6jD7H+n6Vq6PrGY67ExrOlV7mZlVORjZNz
mA0hwbY+rfvd7msdstots2VWfpaklPT35rKqqKmn9Xsa03bh+jZjQfU9Vj/otdX+jWPhUdCx
8bGxmGxmNkix1LW2FvqsH0nXXVGu+tlTfZ6fr11/4O5cX1rO+tnUM4bRWaWHc2tt7C2wxt33
udbV6z/+C/MRsWvqmK6h+SyzHNv6J9NRDmuBLd1dFrfWx7He1v6P8xJTU6v0c9XttzMEY2Jj
s/RY9IFdJfWN5r/mW/rN72t/nXf9dVf6v9O650i3KySHUYr6WtN4IAc5zx6LW7iP0j9tv9j9
Iuky/q71yi3c3Gtr9zW+pV+lLW2O/T22Pbur9drGtb7P5r1Fy3XOrjHNOLjFpNVj3ZOHa0XD
eW+kDkWnf617G/nsf+f/AINJTa+sXU8/J6c1rsnKcL3BllNthsqgf6PcfesXfV9l3emNm+fT
7RO3/qVv9PwczrnTb3HA9J1RDqq6AfcbN1NZ977shzWO3/Td/wBcXL7nbPs23WfSj5x9L+sk
p//V2/rMW00hraK9+UQ05HtFu1n84x3t9V1Ppur9/rf8D6aycfJzRi49NDhWNXlgAaXRr6j3
/nNa36f+CrVj68ZdFP7OL7HU3PNzWWAfm7aydp+ju37fYuLy+q9H9a09RvyOoWNaCKqHCup8
/wCCtuY32V/6RlVf/F/pUlPd/wDOHdWH1VOFG4j7W5p9Jxb9NrK926v+T6z2excz1gdUynmy
vqtjra3eqyuKqapbue212M1rfoN/wtvqrjx1XIbkOscSymx0urZIYCP5vcG/znp/y1s9IxB1
fNZiB9eLjPBszMxwksqr9zrXS76HqOq9n59j6/VSU2+l/VLqPXurjKLW4PS33evaWasmwepc
3CrY1v0trNlfs+yV+nvXOZXVX5mVmZVzWufl2F7t3uIE7mNa54+gxv6L+ovRcvrHWPqhg1/s
jBq/ZFsF2c/1L7RbEXuzmsfSyq727Kt7PS9L6H+jXmd9VmVlXXUV11Mue6xlVZhjQ5xc2mvf
+bX9FqSlxk0is11UsNtkAPggifzWQdv+cvSui9Q6I/6tdNZb07IyLmVNFllbmVtJZNTj6jbP
V/N/0a4r6lfVd3X/AKw0YGXXaMJoe/Lsr0LWsa4tmxwc333+lV/bXuruidGJj7FSJO7a1oaJ
P0jDYakp4S3J6Te01U9ENTySBZZlPDgR+7AetvpOL1DFxvtOVRWMR5a+mr1Ps9TC2HDIuZd+
myrrHsb+lyLv5mv9Gyti1sr6uUG9t2C5uMQIcNs/2m/nbv7SxvrZ0A20Yfq/rzGvc2xlzXOr
bLdzLPzvT9zdu+2xJTrZD7+qYVdXS+q4+LmMIfaaxXk1vAG19bqmvY/0X7/665Nv+LHp9mS2
rNzKsd8x6WBjmp7gff8Az2ZZlNZ/1tiH0rpVmHlVZPSsGl12OC6x1VU7ZaXfprHFm527/B13
fmLZ6n9Zsvozq6b6Wuz8mttnoYwDYZue1vq2u+0vt92922iqvZ/p0lNH6yXdI+pnRbcHpbLG
Z3VGis32Pfa8sbItsdbYX7XbHP2Mp9P32+ovNv2l+sbvTOlXolsCJJn/AM9hd31TqWdkFz8/
DrzGAk013tufske705sbZ7/pP+gsbe4k2/8ANjC0IG/9Y2QWm30nH1f5/a3c38/Z+Ykp/9Yf
1+9LMpwA25lb2WXRM8kVQzT6H5vuXG34ooc9nUQa7GRuaCG+0jRzfzLF2v1xwX3YdjGRVZg2
+u1xBI9N42+l7f8ACWbmf9trgrL3ZLgxwDX16bXzIPmz93T81JSsSrAutNTQ6ustLnue7dIB
1MbQt/pGHg19A6xsfYPtFLHY7CQ57fs91b7bGe3a+v7R6Hq1/wCj/wCF9Nc8219c1traHv4c
JAjwH9pdQ7CcelUUB2uG0Peydocx4Lri5zfd/O/pK3/yElOxgfWD6149TvS6fj9Tpf7BZiZD
QyzfHuONd6zvUdP6TcxO7pFWfk1Nf9W+l4xubL2C61z90fuYLKK+35vs/wCGWAzqM4735Qox
iHfpc02bXuLT+l9Lp1B323Wf8Z/Of4SpNkfWvrXW7rcD6uUuwsdwm7Ib/PFgP87kZDP6LV/w
dH/gySnsuj3dH+qX2htuZg4+Xdayx2AzJeA0OaGO9X7Sch9b2s97P/Pi1crq/WGYf7UxMvE+
x3/zN2Y5noM93FjsV7fU9rH+nZTZ/wBb/wAGsz6mYvTuk1DG9Gvc/wDSHqTmh1lr+Xes53qW
Y/t/o/u9L/ri6PqfS8fqWHdST6Tr63Nrya9Cwu99d3tIbZst/Se9JTgU/XbqdtzQ8YjHD2Ox
cVxz3vdx61X7PbY9tb/zKrPf/LXY4mT9ox237XVl2jmvG0gj+Ruf/wBWvEMPG+udXULehPys
uh5tFF1bbHBm952h24Oaz0drt/8Ao9i9O6Z9XuudFxMfE6ZZjV00tPrb33PdZZruc2qwtx6/
USU6/WG23dMzKcewDLdRYKAHaiwtmv2/S3bl4oz6+/WCwhmacfqNdIArqzKGv2mA322M9K5l
nt9+21e3YOOa6mOyRTXmD3OrYGQwn9wtYH/pGry/66f4vWY2dZl9NGyjIO9jGuFjQ4/zlW32
2N/frSU5Nn13tb7mdF6cHBvt3svdz4NdkbXJx9fuqnGNQ6d0z7MIJo+z/ozaQdtu3d/Otpa6
n/i1l5vSuo4zC19RLWDW4B0H+q5/730NmxBHTsv9ivtLdTc0gaSWgPa50T/pDtSU/wD/1+vF
VfqsufUBbSHbXuEwHf4MO/k+7Z+4uJ+tP1Kdl3HJ6W5m+yXtxHe17P8Awtb+dTu9zK3rrsjq
+NSHC91te0gPD63g6/R2ae/d/IUHudlNdbhgPdU8F4eHtdDfdta3buf7Hf56Snhej/4t8/KP
2jOvNIB1D+dzZ9sfnM/N3ol9jqxfu91tRDL2QPe1v06C39x7fb7F6AzItqxq3OFIcSAWmz09
X/Qrb6w3er+9W9cT9Y8W+jr+S6yh1Tcr07q2O5lzdtv837NzbGvSU8w36vYmdlucM0ioya6i
wmzb+az1Hw387+eXTdJp6d0bAy7sbcaMYg5O39JZua36VjWe72fu7WVUfpbP9Is4U2C8hlnp
akB0/RnR/wBFVrW5jXWGpuQx9xi302wHgfmv2WbbGO/6f56SnpukdTwLBblVW13NaxziJEtE
SHPor97ff+fv+gtzpvVbuq3MscBX0/BP2m60nbvtA/Q7+Nm+1+5lP/BryPLw8jpOQyxvqYxu
1r1bIH57LNp/m3fuO+nWus6Z1eMfax1VL2Obcbr3FtLXsOn6vv2Wvd+Z6nqbP8HWkp722+qv
qjK8yulzbKastgcxu43A/Znhln0muY/0vp7/AKfpK5k/WSmiusU1uysu+BThVloucSYc9287
asev87Is/Rrg+p/4wOkU47K8R7rjjyaqz7tz3y63JvyGn3OfY9/sYuKxOrdQv6oeovyHssG5
ri12u14IfX/L3s+mkp97xcvB6lursqa24QXMdtcTo126uyoubY1u9nvYhZn1b6fmPBsdcC0t
JIfqQBG1znte7a/89cD/AIqjmZXXM3NIe6ra0PscTDQfUDGa/S+izZ/UXqqSnivrvgZH2PGx
MDHjFYHPIYB7rP5uthb9J72Ne+zb/wCk15/6N/8ARYMh/wBDvr7/AKP9le5uDHNLTBDhBB1B
HwWH/wAzuhftX9pegPo7Tjaeju+gLvT/AOL/AMH9D/riSn//0Nuzr2c+3Hx+k4Ave5gstre8
m2ppeGsdZj/o62s2b97/AFPp2V2fzf8AOWWs+s9zWuuq2XbtaGNa2k7Wu2WW5FN32jZud7q/
5Cu012ZFnoZ1ThfRvbj5VNZpHokCamWfz1P7uxnss2VputYvUTXXRjudZTYQANS+QNrm2WD3
2M/P9/8A6KSU5GR1SzEzDgfqOBcGAszKg+5rrPoPrLQ17vtFcv8AZkssWR13Nq6x1J/TLX+t
bVh1E3Mb6Yc8OeXX0Mn2N/SM2N/41W/2R9ZcnMudRjfYq2u2NfZAc6D9Ngf9Ld/Jb7FT6t9U
frE7Gd1Tps19QxvbkVuALrWsaQdn0vU3f+Dfo0lOM7pvVsd7QbW31NMFlmtkdptr9/8A0UXL
ymY7fUD9rjoypg9wcP3vpe3/ALbQMTqfTsqyz9pts6Z1PY31mkFtL9v825jm7bat37rnf9cT
OzsIBzajFg0cY0g+bt2795JTmCjMvscQXWPv+mxpDgQ07mbmn92xTHQ7LcprLamNssO6CJJA
/OY2f5tXnZ+ZlvZj4DmUVvndcxoDnHlra64a7+VZa9aXTsCnFx3NBc+632vsDgLJdpvba79z
95JTQ6b07BZlOrvrqeaBNjWNaAHj6Nb7Nv6V7fztiudX6MzrX2WsWtx2VWH1bWN12OA3Qxm3
ds27vcrGFitY37PjMa1jDLzq6Y0a4v8A31qY3Srxuc6vY0CXB4d/mvd9L3fuMakp7HoXR8Po
nTqun4LRsrEufpuseR7rn/y7IR+m9Vq6jS57GPpfW8120WwLGOHAfsLm+5V+gMym9NZXkuc+
yslrS4Q7Z+Y139RGHThX1I9QpfsdYzZfWBIfH0X8+xzUlNmu+m0uFb2WFh9wa4OI/rAJ/Uq3
mqf0n7uvhuQHYuIbBe6prbZneBtdP9Zisep33CPBJT//2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAA
AA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABv
AHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/
4Q6raHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIg
aWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFk
b2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgz
MjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0i
aHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVz
Y3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94
YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8i
IHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3Vy
Y2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBl
L1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRz
LzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3Av
MS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHht
cDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjM0OjQyKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0
ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMjo1OSswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0x
MS0xOVQxNzoxMjo1OSswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpiMDE2NTQ1
OS1jNjdjLTdhNGUtYTlkNi1iYjdlMzk5M2Q4YzQiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2Jl
OmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDozODBjZTFlNS1lYzA1LTExZTgtYTNlYS1hZWU1MjM0MWMyNzci
IHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo2RTg2RkY3MjU3NjIxMUU0Qjkz
QUQ3MTEyREQwOUI1RSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JN
b2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
NkU4NkZGNkY1NzYyMTFFNEI5M0FENzExMkREMDlCNUUiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9Inht
cC5kaWQ6NkU4NkZGNzA1NzYyMTFFNEI5M0FENzExMkREMDlCNUUiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rv
cnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3Rh
bmNlSUQ9InhtcC5paWQ6N2MyYzBiMzMtNTFhMC0wNzRiLTk0ZTktYzM3OWUxNThkZTI3IiBz
dEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEyOjU5KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFn
ZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9
Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4
bXAuaWlkOmIwMTY1NDU5LWM2N2MtN2E0ZS1hOWQ2LWJiN2UzOTkzZDhjNCIgc3RFdnQ6d2hl
bj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMjo1OSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRv
YmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwv
cmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRG
PiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYA
AAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwM
EREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB7AMBIgACEQED
EQH/xAC1AAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAADBAECBQYABwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgIC
AgICAgICAgICAwAAAQIDBAAREgUhExQGMSIQFUEjJBYyQiCgMDMlEQABAwMCAgcFBAcGBAUD
BQABABECITESQQNRImFxMkJSYhMQgXKCBJGSwiMgobGistIU8MHi8jNTMENzg9Hh8WMkk9M0
o8Pj8wUSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAOri8ERaCPW8R63gdS1In0ke
vBE+sRetj3p8e9Pj0Wgj3oJ96p6Jqe9MkVvBX1vFYtBHrQRPvFbx4iJ8Umq45GZI/hHwhFpR
kYsGRiB3L29Bcq9zr6TB73vFo9JHveIiakx6T3veJmti0wQ9Wwi84+oXiM80azBNfeLR6T3v
eJi0FfTUj3vEe9JMWoemske9BzGLpZxW16lazAe/oIKIgeQjHLLwNBtU7H0STNLFve8TEePV
tB6Y8et6D1qyWtTxMxUwNnO0wK4GTSiPHp9UvWLFSV8XhcxNfePTWxX3pIpaCJ94j3vHE5ru
eep5kgzQgdrEF/HoVNNiAt0AkYYOln3iZrY9MSV9eCvrQVn3iY9BMjkv6JPekRi7uPsmYMww
xaBNO+SQ0PZ5xqReBWFI173ifUgIraoxSUxyEThb0scfkdzkHNWbGEXaKZz9HgVTyVveCSis
XIG50npqReLnvTUt6viPT4pPqk1ix6PeLWix5RlIvYqRIyjCir4ik2Ljmpb3vEO5uoH8SCsz
BAi4Zmrcw4a+esA7na4P6CSIojnMxpIFeronrp6IJIcAdN7PNTCRyzrHOd6c6CIqEuKwStfH
p94maWIzD8qE6L5lpn0OcnQD3iwNJ9QZQ0M8JNJKLP5hZoQg8DsSQGuKMwQY8ExEUktw/acy
cT1qzolzXZcoH+n8B3wakAOOBNQjkMA212TM6/A2jB5L6FwQqL0ml23zrvjbialprY9FvFvR
JQZxHP5ciMCmgiF63jTH0FvhNA7EPMaJvZwzgrjkeSv4UE2IGbzA6IUDlRkIsaAF1842ed1l
DntDFIO41+nDbAChUWs45K3jD9bSEbAYqeQAs3Z58xdRBsU7bju0NOs5ho2xvG1XJ8a/sqDW
AmuZ1diTItrVBCsyULISninEkdUBy1d3BGpQsMFoIebVeC52c4dJsxBMoc4bWb58wdvnliQ7
RBTVQwg+hivneDUYOXYGcivny7ygB7NW8CzfJELx4PtZW8bQhkPEDYJELhDigoXP1DwKkLUs
IswGBlb0DVY8erEiuXroGPoZCh1SOJIfxdQyOnqyWKsUjlddEyTNCGmcxosK+SbbHM6JYFXA
vRcR1QrJPEOAkfy2xmcE+cMpHkyyGMX187oxYmeMfLiNmjIaDdF7nmhhJYxJNUNWSo7Ijqnr
gL5YzfJhuGpOZpE4/UKnM7uplhfAuMwhoF40MIxM/SzwpgvgRyIihoAjbTItdcr0OBsG2MPg
shCH8nI3k6WMCgrwloMvCDm9yY3feCYd9IxjXOcR89UShqAlYgbOgMfuCga6pS4c4xpCLB6M
8Jq+iT00KQo2yLF8Ea5PreJPZ+qoJ2R1Cth2B+8UrWfAvVgroJuGiVd0W8cQFXW8WC6sAHfG
GO/+eb5s8gXNO3uawvJ5FGfeKgJUqNgQMGcuFxPap1BQMlgCzDn9zntM6ovKthOZ6bmTcrkM
ntLG7gueaF70sZvL7mKRQlDHeQ2AQzDBX9IvVkQKGwgGlHTR6jmu0Mk+hBiJMph0oCOc3q5g
h0aDQ9jtNnU2rcr4gi0XXCxcIGWrHO4vcZZxzhukMLoF+UOwUwulOfjpLmKvtZwGXymd02O0
L6CPOHdqIc4dy38p7E9j7uEDJXwgtuYhBVfGmXJIaSgaBJHYYdztYZ1M3mzTHk1O6JwnQDyH
TZ5k00lhPOezToXgMm4UXhivvFFXhkwuMask2T6CFJjKNP5r2+ScxouLD+thMmho5e+L+0bi
gtDnDh9LFZO7zMnZOShpw6nmNZYUcrYBhb4DGc7XVOUjs/HzFD6V88FbT4vp5XfHz2n0DmDG
84uRd9Y0NnknDoU5kA+npmoSkiTDUhR+KZz/ALxUc0BFr4vcRC4T2AZ+kMRdsyANeoIsXCSM
h7D3OYOC9pZww4LrBzWXzzjNMekBisA+r5vqhg2C0aFua0zS4rrck4Ks1DfRvnHUGtj9DcV5
fo+cPY2o6Z3RtpCae3lEDCqd7fEOa16+IkZiPTUoOwifUUHjrMl4JItJalDjgZ9FgIBiNi9c
41MPaxznmRojbNzBs8yJ1+F0WCYS3pNIEEL6KEGhn0XNEHPtGdPpKaucU7/PyHhTJ2OaKdlg
d4HzWoMHWYkNlssGdoUZFGqSDsXmjqFkjBE6tFDkoAak573sY2gYPQEhdkVaEYSs4MCNjPPY
W5mnNhCUdbx9Mr0+C4bqzpzmHt1EJivc+JdDzBRkOUU2WmelPl9ew5kSixBnvvnuwIZ9OiNZ
Oiw9JNwy7a+IHWDYcSAEsvn0OkpgFHt/BTPXNB0k1uZO8tpglSGMvSNJWY8Wmsk5xKFKVg9k
6nOCtbZg+qERsdJyO8H6Ln7DZee6EU53RWDRn7IsIiY3p4Th1ReT3jls3seWC5fQ4xXouXoH
6VXsCLupGQq3nhxgXL1SRNCNRYBT2wYVuiZMjQ1efOjOjoHrr4R04+JSPocfPnjtJ57dC5uh
gmgsjUr5Mx0c5uicfznU4YtZiAu5laQ1ZBE2/coY6vmdDMFN3Dsa6pwAizUOIZzpuW1sgke3
imXvZX04MHByzeThUaVykTZzEWBYzJzu+f1AmJo5JTUQC0NawtIAi586DEz9cxzO3MUbZSu1
jLn1VXM3DCz+hRMj2bJua+UYy8ooiliOBDEzDSLnXFtJTGHgSYEuz4AyMY7WCC7ajgwsywEw
nmA3ac/0Bhcb2PKhlNGTndLs9Q4bM7LjAdQHPoVbVMn2qQzNX1y8+kwOA7jhiZrc9Higmbpl
+85rvBQrqxiPaHHGfrZrwytupnNWbkHoCQNHMAqMi01DPKPSCzMg6mXBWZqAeEqMMpOB9ACZ
XyeydBrZjZxz624atbyZQGuXOw5tnLMoG4gdl6alr0kuQVw0eg5fie44cm9SkirJVgG8Oaup
mGwrblzpPm3dcEaJ8pg23MOo6qhJbQUkFplcMkQignBQP1XsTBBlT1oEH5sWIQB7OMuD6rkd
46mVAmR0+S8bdsxY0uR6fljVxxgGvU2jYgoi95sDJWxPvAMXhfpPOHMebUJtXxOlnMG31WF1
Bfld9Ayed6YZyuwyAA37QMdTVGZh2oBBcsKK6gRAuy2V0XNQy0ujg+bzuZ448U5kBZVM1PZw
AYyhNTR5rx329zOgWznBiXmMoyaikI8sU7301LHEUFYZimIe5dcbAnzYmzCjqsUR6rB2jZ3E
iB4zgjq+NUGht4pJgHJFQgzWlCtqkC76b49KZxm0EKKMZY9nbmaFVdIWRcyTFwdepi00VhSD
CN1vO0Qy4XzOzt7nTzC8jRw+PoUWqFiKhAmzATYHBMG4oYed01j56z2GUc80skdm8qQopZMO
OowlKkFCraACTkAnM2ZOw6yTKSxpnwnhhsYAAiLDEc8wb+bZQ18N/LI1Mo5oZViCIdNgCnq8
8MeEUrkbuKVrbw1cBD6PMeLViwogo8NOAZIgcEjFYpWMw0MM7ZUY2zOU3GDmLaiQMRyAb+XG
NbkBHdN/OTH01fletESu5ZfLb5s6sWXjjyCFjetiPjPhwaQjlElz0LqQ8UbAIzdbmAnYV5tw
1srW8c7464Qq9z6XayQwPAAD0ct43Hct08vfxnkboJDaqZ6+6gDy9OTjen5R87ZTn7GqLaoc
zn7cCi8mKB0ssFai59VwjlMMWlcyc7ownNV6Ng5NzpSGXXXzSjlOqOYH1YDi2+hUMLy2MFB6
xBjaYyd5s4/K7PkStL2PpyGjQzVt3nhNxPQNQaKhrMY2oHmsnoXRHkecUNi/PSauR0fNDAly
nTLOcoMNpsigzeKWK8Zons867SB0JzIujk5mOuk473aKnMtnqaEYXVmfq+GMTVctg4dzErvB
Mbxjgj9BvmfuzlHPZ1PCizKJ9XEWDDyt/HIKEwdZgZTTVSNCigx8idiy16C2ZuhMhfUgwug3
dQxeF7bii5B+CSOo1VeC9fXOx6LhNg2wYvjVEgIeB4wuc7gs1tDEI0bniiuJY3T+OVb3AHmV
Tl48MjiXeYLjFQKt6T6v70HLzZMYYQEMjzQmosBkLq8jJt1y2A6/rlx2THdPI6s2bVOcnwn1
j5YDmsk+iCYmCdLN7IR2ekqc3HRSc/XoFjFYIQY08Yxp4J8YVT1BCDT3jZ1+f6Eoi9UG2Ncc
EnnGdg9kE4+nYDOKY6kZ001gxct3NK0asB0sO5ucqJcithjxc58ZEKSuwh3ooi6qZS6i5pYL
wBWbXA+KMj3rnS99yvZkemD3vQWrbxhrdJUwW9XwjyXc8uI1boB8+qDKAwyc9RhbnVjezrQW
8EQQawjRc50p30RBx2Zr4oyGfGfZmgvawibjOL2OuNmzdE6Bo/HHY6mQ4TyXblPl9e3wzEI0
IinrAtfN+gGoyAx6PQTYdi3o8TEwT6JK5OrJgg6Wpyru5QCFnENzmtwZxxNMJa4ZJX8UUMdg
Uff0BTwrnLYHR5QjNvE2sUXq2Aik0LXYKZxHmDp/nvfcwW1eWzT6Q182cO9b+cMnc0+fjPoy
OLQN0WH0ZdrBuQPUyhqMzMO4D860jo2efOdM1haof0+PRND0W8L/AD76J82F5QCdLq8VJ9Ij
50Q7+Pn1Tto4Qh2ifLmPoFlqmbnNZRpq2YMokKl1/VLT6TVHAC+5j7Rqcs8mavsw42noWE9i
skTRgKxXAOiV+etHXH5nVNjUwtQGsblDdWxDGmq1oGLtqBOtuA5EeUHPZvh/h+qQPnA2Fw0U
sXm5RW0yLmrBLgdI60RlhDm+v40YIpcuvNSSLwHMscsGlTa0lGDGsWo/7G1BkBkTT0MxwcR5
zKGlK7Rp9lg6g3ehCKXgQ5ft8g4EY6mnGc0TtodQMN5uWdpPLMm7cTZCxvHzrD+nckcxbRRL
MAMWB6pSlqjunnap1mbs5APP1s85gWlnHiAKXoSAUEEWZX0jSLUAxn6qRnKuSV1Esw18ENSb
R0xn9KOCTkk3SYrY/EWKRehwWF9V4MzHHmDZ2bNiNNGDKX3ZKEEMNFILc50FDild9Qy8/oYO
ap0CRjecIF2linSevJi6RSGXzncc8cwjsJCpaCLeqcpsI6RoKEkOpMGOF/IIpNwVndcX6NB4
MqwoSUBxxugxxtKpEZm6HydBMLmaDhdoVi8jsW9XxQbPjOpqCM9LaVMEWuIBqsnM/keg58SG
cI+MVTtS1g8QRSvqQZfPdqucHPWKmY5qbBjg6FI5+ReLrMojmdcoPQCYuWoxoo2gI8CTXbz3
xwA8401BMB+iTZA+vcwtvA1BprL8aMixQ7OFsGqzzOyOzWxEWqRMyVifHIZ26oYY31wFvEO6
rWAlJGUvFRWra4eBsBb1uVXYk5BTZwhivrCsmGU0USjuUWSN7mbjfM6qIJzPKdclga45p5bh
0OYuwaZsXdMarig0mPnxiuFB9HSwqGi1yWwd+xn6B6LeIn0ERbwJLS8c3idygcLZkR2cp3D0
FUbGGQijlDONcoxMwVKose5bp+bCkpARZmgKpDABvZwQdxFL0gVo6ieMq6ar+OY1s0jxtRjL
moJHHGcKwSSVaGvUXKb2HunXbGXpk+949E+Pe94ifeKzNBLN6HxhJaBTLR6GTBPteEXfBPCk
A0dS4vpBaK8n2POGEUmYaYgsFLVkLSSC9GvADFVCYLMGS6zUgyy5vBxpG1CkEvaVjJnpHTlC
dDzYYImA/ZZ3aFrxJPvePR6D3vePe9BaIgt6JMsuXYdW5Wx1IcMoz7SANMYBDolebuaSLcml
z+9x5oZunQwI1lBdoHjW8qyBg9AKbCBSCEAkixETYpNmAJZKD0VtEvWak8l1WWY2+31YY1LF
vQuNTnPkzWSa+gt6snvek9MScFs3qZcC60yr6tzKrr1FjgRKYL65pHymgfL9JzJvOZmqDguW
NCiwO1lhzPjwoQ/iANGFCvQI3sAu4HQAI2UGNRUoT1Kh/UMF6XmtU1YixOdowcl0KCh00jIe
lTKN+cZ4an0i5aeF7844Pp6kmPoMQRlSoeuK4uFcJohUuP4e+E57RyUjuMzJ6gyL6whCxaHp
uMqylYdqtmD+eBoHp10Cyj/jDeJYJQcl4vYggTE+mp0rWD0BX0wBwOlSFdjF1QlZ8L1bgoes
EyOxnZG2IC+m6SStxDO6DOMxDpoOMb6Ns5+3QWOa0zNmFyn03HPl7G/im5rcM+biyMDlc1kP
ZRccUOcIWrp61LFxFkoAowhRvC1mjihTMiy7TB7UTcJi/iImCK28UvWSY9UtYUl5rB//2gAI
AQIAAQUA/wDq5//aAAgBAwABBQD/AOrn/9oACAEBAAEFADvNZrNnCPAGawjy3jAMABGtjiM4
AYVAOhgAwAAf41mjvWaP8aGEjYGazWEDNgA6OaGHWgNDW80B/GgMOs84SQEYNhz85xOEYFOA
tmzhO8+xSII0Khx4VCTgJIMmip5Mu8BkAB2Nn1a/jXjicGEDAAMP50Dh1in+BjHNgYNaGxgO
bzfkb2vjP8n8nBm8Jzzh3g/B/Ghhw4QAcA3mlGaGaz/BxlwBhhOPLHEkvY1Vrxd5SkL9zQVv
7+pvt7cduaM7wkaTQwE8iGXF22b8q2NsH2tskYfGAfwB/HnP8EDCPA85reDeH86waAH4A2PO
sGs3584dbGjhPneEed4d5rAdfx5wnzs6Gf53hHgDwc/GbIBHn/1+wyM067QDZZY9FgQR5aNS
xm/V1LaRToa2TyK+RthjDxy/2HZzyB51veD8HPxnnf4w5+cGbwZo4o8qMAAzeTSepbF3hdj3
wWVWanaNm4dYQM87G/5BzR2Nfx4GHNYBhwZvCcGz/G94SQvcNzvqOTaVQ7kkAuykxuqssfHe
KeJSVAglUg2EUraiCpbhkdv2X1th8nZwHwPOeR/BHgZrNedHQzWa0N6zeAnD5zZ5b83IZR3E
NlHxhxt9JEFrZ4OHBrW/BHJYkMaDWt5vG0cI/gDCPJ/BJOEsCDh85sjGP69m4S/LY0PlOF+c
chtKM+Qcb28QXx45GYKu1CDAYdE1wGsQRsOwfXzk4+RhJOaw72N5vWHebze8OA54wHDv+Bg8
Zs70c8AysP72WGOVbxnqHp5YjTOwd4Th3gzeHeecnsCAcxoZ+P4H5A/Zs/xrRJ3/AC52vdIf
mSgHJV3leuJGKKgkckqW0Tm1wyxDIPW4ESYIkIFRWMddQfQPXvBvP8/52M0NHz/GvHnQ8Z/n
ef4BOb1nIZvCc/xsnsT4Hd+KCxxlzPYrCG/DIAwI3vPxmzoNn5y6pMXBnk1nk54z/A1t2b5n
65+c1ojeAnZ/Hc1ZBKylcAbI7rRO/vlU1bBNatyApKMECEtBGcRAU4IAp4mPiz8QM3/s0MP4
zeEZ5Gf4454wjeaODWyf42MJJwAnNYQcmbhEVIoKQyd0CaX/AO6qGMkSFDj8ePvsqidhorer
nEnhfDMm7kknqr2VkjDAgnwzKuNLrCbZLBhYdgoftKSOO3qaW1XcKQc1nYUBaNzoRk1aSORK
i84xGsjoAtEbRB4LKCrgYvsAIc5xbFZFXmWbaa8j+POa3nEEcRvxm1wjzs5yctsa5DWs4jWK
Wzz/AB2B/wCNND/wab863Zj2RxMIlikBL6DhlNdW8MQCUjOeuMghBk88jRUVD1vTDnqiAEce
b/ifO5+xKcq1xKbrxrK1uRF+vdjG9OpZFmHxkmt95NEJnuQgLOzvJPMy1BZ1FHGFfgqzdike
C1esSR1bYxUNatc7ZzNTtrZXgmFhreD+Bh3m8J/g4d7OBhsAHOXgHBrX5wnRnJktv5TrGJgn
Ia5wEdoniJgNBVEaqTIrBmB0xbQjBKyEyiuVWTN+PyCM0dfYuwFWhzBaO84ikssyuzsv1u4s
N1VOcWx42126h7bVkAp8nkcEJVf9Qu87Oy6ZQ6m9aketT683OxKmx3VhxJK0h+vSD5HrHI8d
jQOvAzeH+PODN4fIvXlhFD7AzTw2/YoOAnFPkE4d7gQtcB89eSrq5bspgovf+LGR3hruWbhs
rrNgZGOTMPYIq/8Aub/UuHWclGbBzefaYmmsIssj9R0EUa9x00SK7AjpY3lur+q7yQ6XsJlN
gXoitAKwkI9cCqqDenqfM7eNVSLt68pE7kl3Q4w89E6jsNR8Pzg8kMQdnRbX8f40c3rN52Fn
48NmST1N4yj3k1cUewisRJYDFfAP4PhaK7jUbEPKO9WYveu6EtpTpJQtgIu0mKM7qcLAqqvI
YoVhiiACAB4YHLxawomwRhbOwaCa6KEddIbs0qS3olbsYoksfUq3svr/ABbk4VpeLMfQwp1R
Ck0wWnAp47YYdwvFZrtFNNRnXtYlW2FJIUtibVvi2PgHzn4wuBm+WOSpEoOAeCNY3I4sbJnc
y83O3WReLaJFO3YqS0u7gtrFclQx3onLEGOkkkVZdHLAkj7DqATH2IJjU8kv12NcOeDS82Re
OQ1JJmgrxwrbd1jSMrFEpKRbEjCbb13IXS4cv9Y0VqG60Bo3orcvYw1RPd9BHQ9WevpqfBGz
2YcVJouTw0omZTxFl0FetNHLGCCbMcbR16tSpU/q7Lpf6xateSIO0iR9ZR6+B3m5WP6lhvAd
EkZsDOYwBM3g8jY1YYLFPMzukyKb1do5FBzgWMSkCt2NyNUklsxVrXYRTDteBguyMJJX4QzL
AhtyczPMGNmRQZ1JIjbElhTEsqxE6xs12u5htxzGqo9etD852Fw061Dvo5oxYE6d0whpR+t5
JVgVGDSNVpR1ZFuV3Ye8BjZC9rLZ9NiaNXqvIVT82kBggj4QA7axB7KUErhGnjqrdmntvGqv
K96JDHOWz5Uf9UfOcTmiM9sIHvrjPlwAmzAD8uAYbMKia3A8bUHeV+vmB+NOQvWVpXPW0Y1+
LUZo4YVJiRccIT8ZSXoQnLdedo5RZiZLVlcTtbEEli1alwWbS4vazpkfZcs+ayZBZWSK13EX
H6/SMcFfwvMiYy8UvW2wHpEQvWMtWaxerXIZashl2eqpWZ5O1vwCuWbdDvp67dbLJPS7Hjws
RqzRK7QQM5lte4YjhY6UK8rN1ebykRTXSJLNuayxm9RDbkblx23wJnSJDdnmEhlUiNmVUIAQ
kcWKqvPBETk3GN1RQrugflisSWXlKI0AQ5PO/OGEhmOsbQywp1aqho5YjE7cAYZSGatuGNWf
K/Wtk/aVq6W7stg9F1vy7aqqJCw12vY/BhX7JISslW40NCmV7PrbNexRvy1pLFs3lqVI1lv3
bqS2IrKMqTjKtZfX1XbQynthyQkHEA4U0ElhqwLALqSyNXfY0sXGzDbgCEF8kJ5oNlEkdPV/
/KuzmWVGZDtjnMk62zyAZzLsGWNGuEGnGSrsNqTISdl3CLWOgraxZNLAQZCcJ0WIBkO0Hkdl
C0iR9dZYw9XVixuzpQJL38hySaeZ1TZWL2PUtW6cS91eZ47/AGLnujDLFNT8n2IY+y7CM1u7
tBp7kMggstBM3cSceo7kwQdl2K2hKzuogY5Sunr573Xi7XjqrXxLEO6dhUle8q4JYis0bEyW
4pKte1Is883NnijXDEwKR7MaFU9jf1ZJY6IDSDkHOzJrD++Id4zBizCewTwWUtxUBF1tZ2Pr
A4qrANJJpK4PFHObJZh5PkOoVmZkazZsSMZH2XYjjtoaM8jR9RfllhoR0WszVHhq0aEsaVkp
WbtgS2ZJ1QRhWSSIErEgxY/MzROZ0KSOjxO8nOrXkByGRYS8je3p7DtRaN2kFGQsKJ21F2Ei
eiCuS6XUJHB42cKVVo+B9eV4g5qxTTzf17beUqAx1G3Jk2WkYjDpC7azShKMP+5nJyVtMWIL
2IkySzES9qAIt6pj26hj/t4IQvfbyPvoSR2lTjH2daQe6FnkhWR5atYGavEpjgBPXUYGjtTb
eLrLRLUizy9Rub5CI1y3/wDzf2OXWZTSYOrKfaFVMmdnbkS95B6liE1atIUZ1MLiXeO4LUJW
rQyyxITcc41qQYLTg2bLSLWsFRZAke4vFZG3iwswEGmiroqxFK7/ANvV4y24Qhv2SosXwILV
sCS3XjyPsKzmSWGVn5piueJcKs9uZyIL80kdRQfQGx6Tusv18u0XRQ4/1kSCfr567RU238KT
P6WTieilcU+vt1hNYhhjqstjJK0XCWnbkyklSk9jszNIO5tIOr7B7Jhq1YX76wpm9ZK3tFeu
A9ftXGlLOSQBwUKQ4ReKzaEnH2xiJkxORZJCBXkZ4SCDwLAnQlD+5KpGSRSxi6xadV5ZBU1i
pXVOsotOpq1/R7Yf7COnDFkkbMWhmUtFKQYIWENeNQtcpJJFJI3FwIgyitEgRwhaNKzgmuA8
4xZ4XQSQ4thNuqkKa21MKjSFgAuPKnP8GSFZUVJIsPLYhjfPRDblh6qlHkVaKHG8LfdJLCr+
vYJta8ojrIztjhlVV3jryzciFTyDDieO8kO1gRzJsc4CFZuQYcgxBBJZVijkaQtuFaKZJHFC
7N6U65Gu9go0Lt+GGLcX9igYLNpWQFnlaIx+sloUcCaFlcWGIMZCoJBhAURI8sk0iUTVvrbk
dSc9EgKxPyEao0Fj2v1PXSQh402ixgdzZijia1W5BwcM/HDKpz2/rEWkZEVVtWVrJU7NZnnb
gsjcnRlCWxuupbUaKsY2zOyDNKG1ywELmyVJZMd/FIjYfWLtsZf19O2m2ufBevFDBHtQpySR
w3ExydlaZn6e4kNh+z7UPNH2Nmf0Sez/AJLla0jIlYgGsQxreVBUfnPikkwEElgZUjdXuJXH
ddikkcVl1limjKNYxiSJeCRvZlibprM7PwjXFA338Y9OyTVuulee/wAMnvzPH10fZWkq1I4Q
DgHhdb7WUrW46VRxxwOMw4zAco+BXHj45xBO2XGPEBiBwUiSIgQbJ1xfqo5Jrk3UqVTqWLJ1
0Ebdij+yPiQ2kz3IDJzKdnCUsoCTWaQrEkxX0yew/jkQACM8422wcskcxkWSQlrljE67S6yC
Ps43juyK8n1qiJ5JWrw4g4V5jZs15vnxxuC8lVJBFHeeMr28sS2Zo79MuiurMMTr7MkTR6PV
qppgMA8qJgKlUBzupNUw2sXRd/CytznRNLLLIcbiQFJUaXJV8cRgiD5NoRVT+3AnOr5RzxOH
Q8tsgZexq3oYaxkeOxa/ZXjUy3SDaBnyvUEIM5gUT2r2fDf0oS2D8+QF0SVGBTnrRsaFNyTx
IyRiQd7RRalSl7Kco1lEOqRTJDMvZiarQ7CaxFPTsg2qQRVgk4oyKjXIpF6vjNJa6WMT9NWi
eewB8a/VqV6vVcxSlniiVu065TFepSlQM74ARu2oxYGNZXjcrsXWSZcFudSl4g/OiGB4CWkh
ZnsmJnnlxTKRBFp4gQaxCPb7WxVr2e8vHK3eXa4677O8otRrNLLSDMesbGocQKkamaUoJZme
TpZxBN8iP5vHApwqc5scYayU2C0ayBZrAiKSKQBvJo0lip9T6Wn692tV+ngWrc6ytFQMrSWY
+2aK7HcE0ccQJdIpGfqGmjP12bOqWrRS5bqF+vtQVoGvWi3adr18Dv3PZWZIusENa/W4kyyR
n673q2G7xeUMkSyIK0JMtPSrGwilc8vBwHxoNgXAj61sAhcaZ2EErAwqkmP3HV9fHcvT2pG3
vZIjkKZ03axJLZkBBUMCQolI3cXkIoneWxSXr7n9MfnqdEN4DE4xbf7c5zYWYuBhbeHhseM0
SeRwYPzYUNDKjpK5/ap2FlUq9tZgdez9ip23rse6xYZergOWOkqyrDTghXsrYpUZrUliTrWM
eDsqDi7FW9lgBZIJZIJZGj7HrrBkDpA5OiotyMkD8iwQHK3WWLTVvqriOb6/ZjFyvYqu3LiB
vB+uKdCpXtzxyq6Pn4B2cVTrXmp3E0YjtQzLIvg6YsoeSjTq1GlirdnD6v8AiADfNFIIOMNn
yRPIIIjPL8Otbn9ax1RMrqVVm1rlkuokbud5EJrcVnoDK8vSVAEqtDkHVz8wlyJq1ewy1Iik
SqQMIGfb3ZetyG06LTuxeyXsYoa7pLakg6W9PLJNX6uKX1NIuiCdLLF7oqnSy2ZKn16hXyOs
i5wGBF12/XJcgtQmCZtYxBxCzN0tRI4e16FLwXorOWutsVnihMrChJFG66b/ADTgubitCQOm
mjCmSr6nypTeuPg1va9a9JJX62vCwVSLDzRxtL2zBS3AkZIiSCxWhmUbC8iBsg7RwKFTJoVK
SdQsgg6etGVoVi4rQKQo0sEceKPK6wA4VGfaIWk6o/kHIHSHKdax2U9PqIUxuEcXdSb7KsjG
rt1w7Ak2V6musVdIyrDHlRSN46qV+zUGR1BxxoVjqXrwko72/pIYIXuX60a11RDduTWNEEtU
62SQwkRw2qckUkluWE1m9qGzLXsJbeSD/mZvYDAgPrOQ0ScBCltYJPOxoMM2pwOXHjFIAaRG
BmOon8qG2ThOb8jeDegTjHY7GzahbtqC1plXka9MHOrFcES8Um7CGRqnRWbtueNYsjjwtzyB
OUsMixQDuhLObsqpPbnYU7bMkllGTsHVqTFuTfsU4rlXvJo4+varfrwtSrJ2vaoY1IDUZoZ5
lpU47MdOutf/AGF1qNCvbW6EqV5bUEfulkbrzMKXyptfghRmhvASM544wgHDg/ABwE4FPFtj
ACyvvcaDUbls3osd480KZJ2lJGRgy6OfrncROjWh7EqwVzXiodwslHqbkc3bVpGSKvaRqqBY
e3QRzSWEjyW2+vr8x+R9muy2LlGzUoxFo5Xlhiestm7SI+wwb7TtIZaTeMB5YCynrLaR2Wu1
6lfrUtWWusr2bEwQhmJ6OhK6ClFEl+S06joOwtvU+t0K4+HX1b+uQPnR0pUf+kXmAAzyugW1
BI+vIB2SwZyVCzxnJ1sEN/bDKzTmNQAFPIcdfw6chw1nviiZSkia/afq0mlWj1zyKvFZO1WO
07oq9/fgrUZpUerDfnpSQfZ3ZYu2lnl7WxJGaNhrc6GN1+xV2KV4wyzyBspVy8HxWiaWjYsL
R62yJewtW6k0naSkFxNb7XUcjKDgTQ47VXC518z2ZLCTmWZlQTSmaTo+te9bs26nW14DZtwt
3FKOexYkkKyLCj9yUWn2MU63J7EU/wDZL8WpUjrE5PVhsrDXaGMkANNF7nj8PE+QB4wwwzDm
i4ijCrEsnIQe7joM09T3CpUWrHxJz4DCwlOurzSzLLMrSG1eaqv2qX5XWmyz1UJkeGdYZfm0
pVsz11i6rr44qCVY4zaknstD0FtjB9ch18WCrB3kkNmlB2tmLOv7GvJHH2aSPctwRL9foR+3
7F01j3mAjOP6tokljnWSMlqenWuw9xUkjkpUZbdmR6fR1alGR7PYXrNqwkc0aJQvMgSOLDGj
qI465u2keHcfwCdD/AXxdvXFtUe7gmy5Algw2bEKwW684/ONGS0cMSYCox5o0WTvtt/2OX3V
Lde3EIwMC4jsZNKSFznGihcmcwWZlUwxUq3b9HCzxsUeMJIvJLQ9FOmtxad6frJOSMF45sat
WWSVbrhHmHyewqPBJ6ZzlslJK1SWSTrbawu0leVe46NnyevPE0hUMGCrUsxQz9t9kYw1PdPZ
+uxGG/ZsVqk01yz2LVKrBKlJYcsqHilgkgwgqXlK408fH5C8rfaRjI/sc8ZpfYlkN6zTvS/1
N6sewlHwTG5NJ2huJKoNi2kES93aeSvCCjQw7k6rr2MH1urFJBUr1VJYYCSeW8UeJJOImAkj
pzuhnkjtJ1zyTU3sx9Pb7V+vtW1pztIetlGPLBHJUuuq9LLUvddBNN1Fp5o4YK32itNZlmW3
kqrwuy7NezHarf15XF6ushjcoaoglbrBzkPaQQmShVsp9g6aWlcMbjK3X++G2zFuqhnlv2bM
H1/PdZuWqMO1io8FMjLnZTyB/l3sa5AcaRQ8wXl+/rY+OS65HabIi7e9Gfl2JTBWaZkj9d6N
NqI+YhqRGUg6kikaRIkUls5YfzsaIwtxV2YlV09rhnUxJqMko/VXJZO366OnMr6LtI6IjsY0
1H1fqjqWd2q/VyWZ6VP67Ot1OurxrNZnCzRxNRpzwKY6byZcRYBI7u0E0btBcihxrCyZV7hT
X7sSXaJO8gt1BVvwwx5UtyVHlllnk6bp3IodbDUViFV+yrDL155MMqtksQ0ZeZsXUjT582Oh
OCFY89X7Trpm4YCBlIWDLV6yxJbWsq5HGiDiOfgYNnGBGec/ZcXeeNA+L3ZQRSJMjB7+07C4
zp1lt4sWtAsk0Mksn2iOSGcq6nTFNyqIElMVWE1qySQHLc3xIor00SdhcgswW4YYIbpYOSc6
y8XhsseTAmOJgghmaNZnMkfVMyyQSoKdmWOV4EdkvV1hB4lvrvUi5ZhSrGb15K0Ul6Z4xZVz
IDtyEye/WjM3ZBmUGRvQfUOitZc62xWdEJNXpUsQRfW6Ykj6CkqxwRxq/cSVrVDs4LkSsTlm
xDWTsPsEsFq/9luPY/7P2haL7P2Ma1vuMyr/ANu6zUEkdmGTwOwrV5DWabhHKRJ2BMbVkZcp
2pbJi/46djdktTySOrCQsCSWocvfNPJxhUsO49uob9uMiWzcfs2ELOxBlBDQzKgPJ4XPIBeK
6QZJIu6UXrj9zLSSDQgqGrW7GUSzUKsty5R62vUq9vStUWHdSPMTzjd1rmz3DmWbsJ5QUkdo
6EjIY4t6g4yMqpf7JbWIF2vbvET3thWbubwl66/LKX6+laStQrVm7/ul69O07e12D0KV2YyV
3EqdVcaN4XiYDeQcAeu7j+rnZxIs1f2NZqyoXmkV+wnSZJu0ihqdYfWsnwra9nGYJjot+4Yr
vK6eqMnniLoxVYrUn/XbjXpGr9NXex8qVl5gRxEtXZSrSIBYLlGICoWac85I/wBcfzWTRfs5
jDTNWSSH6j1pScAZ9oJFP1pPXoXuEPYLI5SF5WodNO7y1TAkkpQ8QU9Y9Tiw5k6xZj6/W/ni
ZdrU6ma0sHT1YcjiVB2V5evq37bzWq1gQzW/sd61BV7WKvCe5lxljBEiIAUCKWeH6xbksddx
8W/DEQovbWOclOvuGuIzDZlr1BaeWWXUnJ15ZVrcw64HkWw11PdLdaJYu+n+PYuy2ZKkbqoU
qXIZirbaIDAipJGQc4Fkii3NwdCrmSvQoQ2rHbyrZ7EEhaTSLGgJX7RdWCp0dczSzU3gsxdX
asv1vV0aRljVxeqNJHbjlhk5NvmeDa5BRnawQxrSoLPBB0kalVAUrrAdZ9pjY9SfOBipBODy
u82zFIhEP1kk6voa8fVdR1q9fXntSK0otzTzVR67SRrJS9deAzIUtVbISRCjISiwVhJKHWLH
tQqTZiiSFZZjaLRztLvKqFpFP6g7mliJYiMYzqSI+Zh0JWaKPIdNYldQI0Kx1S6rYKxS1JWm
npw+tt6z7e/K79WgkReCHJE2l9/TDQ7N5lsNEkfZRVp2s9bIjeoepvyBotFHIAFAXEXTb87G
fc9/C3msI44fGJBLJjGKqGd3P1+jHPahsT2FCgLN8kyvHFCv2DuNnrYGsyWpzE8FypPWuyXT
W9KPkdRRntgRbVsLix+xPXKDHTRIryBikbNir6UjUaaI8mdVQfu0kEaho1URQhxMCy09hVBL
w8OctxksX7ySv9bgEaJdj+NHbR5e7sJZt9LX9FYZ4zsEV0qs1O37byGYqlixKXg4DgyksqDB
rYAz8FTgOwQpz7kp+Ln+I4JZTND8fC7MmzlauZpK1iBZanZSy9lbZEgr3OUnbTyQ1SzyNTtG
E2nbOt7SevFbWZ8EiRCx2pcR++V7Ah9UXMOKDiFpGAbciIAJIkMuFODKWChVlY73G/7CvsCI
kLEZwkBVPWAJLR9cpKlnIHVTtJ1M8iJYDrBaPKax0csPrJYCObedgnjuHJPXXhJBfnDdp7ZJ
V4DidA+d8TvZA2xA5EA4Px9xkC1sRijSWp5FAwkYu86KAzGv11GGT+stz9pfRjSjnkSTs7Jt
dWMCtiu0mJSG3lMRnkViiIjM7Lnl8o0ti+FWvIWZ4yeAVHd5YoCJjPjHeKshUq4cIjBmaPBL
IBXrSIrqAZJTKoY6m2HP/j0V6CFLNhbURtyGt0tWK3FAFpM112VO0YvauQzVu1flX6J2eTsh
Mtms8MVr49D1lfK6xFAPDWcRnHzg1n2ii1iEqR/AbWeMAXiQAKnZzVBT7S9as9e9qWSZC626
ckDxMI27Goa88UbSvqGoPlK0n9dBLlmpWhYv55HI7gjDXLs2CKxO3x/SXsMjRLYmZKjNnTde
GMfShJF6uQjsuhZUZm58Xlzq4NllImlpCYN1kESvLArSFJMkBGEnKnbSQMe0pS51RRr01eGY
WaUilqE5xa9h3loiOGtKIZ+yn91qJOWc5vjv+FVgVXQKk5rxobIOzNppy0qWvr6NYvUJ6co1
vBrP1xa54dJVrCKGvDVSS9+9qW1YhNaYmxRkkjRFr49KQhKnXxg2qkaTKsztVjfDSjJ+PAMM
aAaU4WWRU69pGi66xuPrtZ1tWSIqSFDjG8juutESwKEWvQjhUemBbPfW3A6vtL0/YfX5YVOx
nhx+COIYNxPWXi9Y3pERO3gRJe+qov8Aeq57LsZp8kQGYx7kh0G4PwOjkag4hK5/h2GAgZZc
RxzyOAkayqUd2tVorFa/0U9eP/PnUas7wfWpZIavQpXmdg4VoVyeWONGu1UNjsazwc1MTzNt
HQhYZSH4oY4pZpZK4ZiiKJANhE3USBZa1eJwsMaAZrNefxli36pLNf5Fej1cIexV51l6yWew
kaIt17USXO6ulpVmduLYV/UaGazqJn+IzzbURPj1pAT7hk7lZKxUzuw9iABf/Rhit5jBJ/GK
pJUay3LJK8UKuKJlebuYpDWe3aiar3nAy0qd9LnV3IGjpyxmnatNYWwwjS2nCvZM1rtJ2dnj
JQR8hLJWWtPEFYxwFEkkCmRZHG4xHPxyaddoeR/bIuhgZBSkWNIrC5HMOSDNACabgkbtPZ1+
qyRyiOR3Yuu/bFrseyQqv+7DVsQxijYkkaHiZIwrE+emjYqPUiJYZDDbDrdkAistzaPcYDbk
Q5uTG1h0MU4xGwTlmbhGoYmFGyz1zMw7CFMaTruze39bZ4pqlymYe9tQx/2kvL/sl4Hr+xe9
Ew1VrsYkaZzhcJHIyLjFchrcgnkj/wAWjUYK52lXmzdcpdoZY26im5kknhiYzRKiWoizBWyC
ZlsOxC2JQ+U4Act9g0cVL0vVlHqrLeSO1E4kbtJoLMhgJjrwVPTJLVMVmrEcnqm61npFiko9
U1Pr5Io/WycgEk5yI7GcDn5Aj2WUknxqRdBOWaOAeQP1nkDyogLRxhQNBLFGvYAoU4jLHyhN
VpVtfX4Gi7Dq56TRRtJJXiWpUM/+uzORCzBViO1nDaiPETXXIg5q0WnhI9amuzrWqNApmghy
lYszn5EQySnLKXSxEyOhynaC56IhJPYkOJ6FEnZVi8kmjUuWK5vX4JK/XV4i00gWOxWCAFMa
dVSCPePFGce1Eq15Enk7q7IU90qsGkJ+VIgZQyKGxyFyL9mLDfNeDp5AIUDecQBetivHXYzP
EhOKhUM3k7ONoEqDkrIqgqRNXimiq9A9axqGQvE25YmlLoxwo4IVnwqQrLxwA47LHkNVpzBG
mNDQnWmOrOFJAZasTl6tmDIrwZb9RdfMSPIr0rrLM6L2nZuopl1OgMLjGZylazPAR2AfDylK
V0czn/YZFrRSTz2BFRjbI7MFcT9hHL2ATp7ci9HKI0RoWt+qOJoZOM6MprjTqVXNLpiQMU6P
jO4n9jUIeECJxP7cSdHZUtcgaT2kZMTJkytAydvYDLfrzJD1bQ3LHax1Mgs9fbkfqYJEl6mx
EphKYC7EhQsrkxtIkQs9hYnyOawuMJNwpKMp/Yr9PK1undhEOlsGNMs9xGsALEN2MkcV2/JN
IzMcSaUBLk6GCyk+SQcQjlDR+KxliFcPaBanX9htjc1aKGKOdjuculeZDG5JJhuW40gvTyFP
bKojjC2QAyu21bzpOJB0R4B0bMoSC63KzUtScak5nB5BXJYWjKIuIdZIMlrMVmT/AFxkas1o
+PWO7RfYq5AhsSRHrO4kkjTsq7pOtaZpqE6t8cob0rwCtStT43UtADTnDo8qCWdyQSoq25qt
iKZp6Nyebk+3KVyckp8kloWUw1mJ9EoQxSk1oZOQkZEMUZK8g/wrttpqEMcUIWKGVDFPeLCv
HNIcu2YuFqcytvRDFMg5A9X7pJbcWjYhLErrEl4jR9bKDl6/DTSXu7Mognnd5P2mroqRUJOS
e0cSwLKTxMSvjVUbJKD6iqOjz2KsBe318wGky3GL1d0KPUl4N8gx2VvsJ4LTz1O19VetK/WF
J+/Eyv2dhmgupYSSTrqonswysHcFj+3S9mkfU24qslYmsuC4q4b1kNNYnmjWaQGLsji2q+SW
OvlB6d3jnrWUepVMk0cYjWWvHMp6yu2WOlV3u1q9ePtbySFpWIHlVjJyGuxStAip0pDWbHWs
8/aUHrV5YH2eaDf+r2ZY6mvYdOggLTNEmLGvuhhd8hi9cctpEEcyFh+FYZ/68jy/XdirTlyf
s+mqG93FOcU3VW+w9N8R6hJluzq08bIz9NIXm+w9j75ojt/io6vCzRiGU4qjI4X5cOJn5jOj
rezq6tT2pLzRv1Oclzf7cV0FGo2LPFC1k1opKNcTpNX66FXk9bbCgYSAPm1jnfVknh+FakMl
CRMSqRhjhiY3I4xBdlZOgrzCPwM7m1JbtetZBZCcuf8ArYKcBOceKzMoL8vZTsRRF70zgScs
gmYSCZWxWGFwVktRxZf7aeIW579wilabJK8+QmdA9mS50Zilhw71XH79Snx67yNLMpbBPqJW
ALS6zkGwT1xHJOC3Lk/0xdVhXiWSSrDYmXqKPL4ddVFaFMMEZNzrq1hT13WUw3dVYEj+b2Ni
GnFDCqxQxJdR3O8uzSQQSdtPXlj+xVzj9x14eW510+TfMdqX1zs7Zp/TqyCt1HXV8JAHeXGr
1nfyspSO6vnz6nI05Kx0ewsEcizyuFeuvskfjx48cXYNeIRxt2aRFuwksYsClSIXGihILyzK
ntniKzxWJ60ko9yBTrpujFlfsCCl1AxNkszqXc4rHTPGMZi2MzlQdZ9Y7CGrCO56zU32Gog/
7IpDfYpiG7u6+SdlcIlsvIwLOwrbjovLGn9jaBF72JTeRDDOkuaGW+ooWsk+mdc5H0uqMq/V
qFZ4qFWHNAZ+MBAyWxHHnd3mtWpGIYSgmzMJG03r1ml5dsVURp+8gByNdFFGMysY4SqXbU0p
gqyyIwlgflKYxaVVV9lF5B4o9tDCyB455Z+sAFGnwrjimfZ5IxSyJ+JZlJPkA6xzvC5OEuSV
PHqeLkwRkfFJb0uDJWdcRHOPEuo0iGcgcq1nlc1oCpo1SVrwIFKIqNGq81zeeMkfgnzVC/Nh
0jLKujqR1ReyvMgknDFy74eW2JY6/wBQ8YQFzsJXNrayYY2Lq0UYktyuK0yq1rt0cmccYe1n
rtHfoXBLb5BZkGNfU58mdmryAS2byz2IGhhl6y1GLj145MWvGufcoAaZ/P5zxxHkn8n8f4Hj
KUD2Fo1Xq3uOwQQf2JaIgFXB1rI67ti0wBE9WLJLcSHsfsDI83d3XB7CwDH2VhZD3dyOSl20
ksKOTEJ1cyPD7FoQkLGqA46I6/Y4IhaFZPYYWTDF+qqUPNOIOHfHtIPXdeaSuYe1KSzdjNO5
mZskjPKvWnneVPhYZwGFhZFiJOHgUEanI6iyGxOuRkxirUeaTrOthrrCzggAC/Wq269qBq1j
WeQd5vNeMAJz6p1qSzT9dUnkPXoS/Wxvg6uEYOqh3arpDGioihg2MFLFgBblkaJ4q0oHV0yB
1VdgvV9bGFhpx51pE0hKKipAuCvBIz2oY8bslLSWLpE89vZWxYjHTrI/9FGB/QROW6CoZP8A
p8vtA88Wzvow8iAiN4FJMUa5FTisLD14kS12FOnHcsPPMwY4rlTWmQBDsiRwZpJHJKBqPXSW
2qUqlVuy7p686d/2qZP3NybIrrVhLIZZcO9/wTsg+fqXWVewkqVIayf5/wAn+AN4ygieARsE
faQTaSpI6mhAFn3E0RUxiMhV3ti4Fdp1xXmB+bbGRQ9tITFSiEnc1YjL3NuRJrluZkt2UhXs
rKQjuL0LSfYb7mD7BbC/9jt8NnC5A7uyvsgcPGJlkJ4IE7ORGftpvTLYkYmQjP8ABBGI7oUl
Un2OGKjdeAyNTCJV5j39x0DWmniaIpIVaSyxVolkwxsMWuWxoJFBBH8cDx+jREDX8bGazWDe
ecPnAiLnjCBjDedhXiNkQuyQwMZWrRKbiRBIN6HItR671nuLslTJ5QVEvFl0UKnbJkoAyfm0
ZrtoRcF8eglePHed3GIewjsMSZhEblyxKoJ3xcBuTHl4Cg40ZClSMRiCkoIUjX1+q0wn7hRd
BGVplZey6mtfS30t+oOAVlRdqCACzYkqc5xATHAsz9X0d02alKtUT8Yc855zeHN5v+d6/i51
Blk+NbhR1tAvFYlNTqGxKteLFiqLa8Z3z2Y5y0LvBQdsi69wGrGPHrsAaxYmg2jBD6qnWxXZ
P+rLxbzgJDfYFdreypAjfJVOGNQo0wK6LEEjeo3JDxglkZSrcTHYaRTXep0dPnGVf2Cq6Qj5
UQDRh87DoILJs/WbMOSdTfjwdfdJ9c7GX2cI0kElC1AYIC2s355pm95vPB/jzhwDCMJAwYfO
azxkrrGsrERS9lXhcWQVmarPHN0Ucjnqb8WGDsEYx3mR47hyOjaJbp7zFOkvrnXdaKh5Hi7k
AAb78MJ1O8XfJplZfU5HxwS1ZdikzH4AwQHl6WBamTk3WyxilWd5uIaG1FNSt0e/rhYr1S3n
6x4LhCxTtyGseaFc50xjwVkWat1NhD1MEUz1eRhl9YLMySWbGe1VFa78cJ9k693iuxyrb7AV
y3fvkPcGQx3Vd97zWBcOeM15K7FkAwdhN/yj2sypF3dyMVvs80bV/tdTIu/65ov+w0OR+x0A
JPsnXIP+211yD7JFJlr7HGif9ktZIVIVs7ReVw0tY8RR+AyEEK7SiRLKjHty7eZziEAw85Fk
WOMvZ5tWi9cliUJU7mSC+9np7cUYJGRdjehC/YL+Hvb7CHue6sCb+2mkTr7byL0RKJ9drMIP
qiA1q6QJc7QwWYu8qAusHYRMnpwumHoJLEkz3OunX7BJZjiCOK7MTW6+d8hswbJzeHHVmH4/
icBo+1T1ztwJB0VQaGgYWAZpU4l3OOWOEk4OXEO+cT6lJTFnAbtJ1jtGwPasCSZPSMapKwXc
RySeNS8kmht8hYxv7Scmf2SQANM8iJDVuicXZDDerSezD1tFy3S0Yss9RWQ1+iQ5DAgV4oZX
Vgoiik4wpGuT3KtcSd/1kav9m6oZH3XVTr19WITtFC7T16EDfI6iGSaD67M0Y+uVRJ23SLk/
2CcioO6uNThlRoztc3gzRzWOAB9trAWJFK4dko2EjkCuAkqDjFiCGI8gDZPpf0vy4ogzvU4z
AE5BZeJXswvjx11wu5wj9QnngxwQ6JJWIjivWxey1PGHrUbcVOGd5GnnpTVzXlxbp5fJrKRZ
SYfIbBtjXrsS8yRZ2HfdfAbN+azND0vaWI4fq11jB9UBXruvu0p/mx1x2cazRSVXmb4qbi6+
vI1fpaxEdCrEbnbxV8g70SGtLHJHo4QRlq4YX9tuTHeyFgaWXPskCy07KcW8jC2yrEZGIeJ9
HAxAMUBxuQALZAoDaHpeIoQDndwBauwmK5ClnKS/+HFSEGx602oRsSNtHypYb6hQqTMCkk3i
ZLHsq2DMoiRcSgWWRAB16hMWJnHGCsL/AHyRRWuysWCqvIfr/RozhQAN7/JGxkkMMoXqo4W7
lJ61ia2+47UilO0tY12aXDI8jdb1tifIadlWU3Y8SxEENmrjX6KMk1aTNKBcqpag7TrZoXML
Lg0CNEqTiRBg6BWmPDDKxznoxAsf2+PfBMUIKi6DZpzbJ4lU9jcfdIc87flHilsRiuCbUayf
t+rCCMRQ1yA1+usc0dv0xj3GarfgCnt6vCzd5y9JFNItntIKgudu0jSStJgBI66gymG2mU2R
0BbY/Dbwb0Sc72gLVSRQMb/wQaxdulWDT9ZZatD2Hb31ZrUjZXFgRQ22UUlE0ZjTcsEbu7Rj
O3FeevNRhkyWgioyFSo8BmVTvDvTryATKrcR6H+G8TPi/wCsGSQNdqwGSyrRTo4bBsKFACjm
siFXfey2In7QQRvJvTRAcZFSSN145LLKrCL3vH1lxli6xa63PsE4Sad5RsnFA5UOvV2jkkRH
jjK1/ZVaKaOaPfjzrQGEkYQpHd9O1WyygKqghHOvr9HlCnWVFyXrKkuf01EZN1bmP+sdGhTh
GcKKTxXbIpHZdO6kwjJImidatRw0KrI6eYq5YuvlY3fKdZiffJnIa7CPhYWJjJ2il1mquTNW
KlXMbiRnAI9ZQkOpB44pfKYBA4lBIeQeLLxWE2ZIo1it10Wbt441t9hPOpb+AGc9T0LJkkEM
eA8mSWKPCiWI63+hI5LByOQOp1jawHZt1YbMVrrSXjpqggpxLLRJNYZ/knP8g5NPHCFtB89x
z5CjDPEMazDxtJDxeAHDXRsehFKh6uNJLFeMH0hTDGOaajj5J62/1GesLkE0dtWgoxV87Dro
nSVI4jNTjKtE6lLDDGsKC0pYLsiN2316uwlZQNadfXFHeijsxPOGWeWMFjsf4xQSen6+PkWk
lQcAsiCMjYyNmKpEUSsC8sx9UikML9rinSvLJW/GHq43snpqPE0bUVirD6EBH87H8TVo5set
j17CqrzRj5KOvseeSyGWXn7BFSlYRdbCYrUNStWl1K7gKQAGL/6Pl/pIqu0Ww1lVYhhh4MO5
68+0o6BnYZLGu/WxPqORQMxSvIuRqyKCBhUZYWRhRdCnZVIo1/ZsG8jhdynWzvLD1MEawkRq
keHWnd3wsGEUMvKJ0CyWQDWaI5e7COJLc3uFSMRVo5+cvYExSi5I4gsrMvIYDvPYuKwObOBt
YG3/AB+ckgicCrGo/qlyfqLDmp08heKoqH8Z3tjljDWMVL6/aPSt45KxxGIVdsdHbO2wwIud
LHKbNJ0yWAtkdRnWKosawUjK1Sirrc68pjHWRumOsbKWjjYukiDqmaVenUy/1lcJEqheelg4
AsSMeWKMRtE6tsmWzYkWCNYVKcXlvuVSQgdfFJasP4Surc+0G6vWSq92OOKCVrTAh/1JJwSK
gn+yKJYO4SXPkxjF3rz/AAc/bPOH8axvAutK8krHTIC77JXe/wD1EZOMmsTxhBYMP3AIxpER
f9VgTdQjluuaDKdblkUKcU4jL8XOK0zLKnkesmOwCue6Qxw2rHKKaJXSQMSBjTxqKiwsJBsW
707Tw21lyC6N79yez9ZrLe0yB3hrySp1tYxRWXCLVU8racq1KZIbzTKZJiGVJnAeWNc7bsUk
FHrBPkfW1IA5aB4LSKVYNmsIOgdH+CdZoEXeukWW7WrGF6siCSJ1UIzHY9ZUbCgnS70dMFxi
wWwTJKyrGy+MI2YwMA88QRPEWztVPy4ydszbcHQhCn1lhw4mMRkA5cB9tGykEqSCQ93DBIm3
AWeRTB2VpCtyCeFuRdOPGgoaSzfgrQ12sWHacVq3XSNLXk6yVLpWSeyw5Cxdhrx37tiQ9Xcg
9xsQ1VhskWrHaRRSQ3jcymytBh/GvIGv4I/h4llD9XE7XwIWnjIU7zzxLZz87JwlmI3ycktw
BaXK++ITZQLmgD42xAX7BtZEDlyrMzK6l0BjUhB+5ELmONZJC07RlQGQtasRBUcG1EUYEDBI
2klkRqdmOTNHdYtuOlamFNkRpnmt2FKwQXbDCOJ2ZL00kMM1tUyzYkleFyrpdaRLEh9RZWbp
dvN1bfp/8dfwPBIGS1oZcudPDNDPVlhk/wDUEEDYDFgBvApA2WYuI8lsxEQXZN/OlDwT80ee
FMS1XOK0ZHfRn4kbakP6BWQ44/SQAZ5CvBK44EBo2J4kBopCvxp9rXZ8sVjA4iQLx0IlbnHN
M6x2EiFns7NkkNJa6xY3zsLTcys8gsXRBFc7RnaSVpGJ3iEZBF4tSpoAtn191Sfq3b5H8a/+
ejmvFnrIrD/0j+x78Cn5qcflxMRagJFuvr5CaThMr1kJMEdfIIoJW/GGvG+PUcPInrFytZkq
mJi5A0iHNSMSgYAEBY+DzJxRbEzH5EgVp5izvMcCSthruUmfWc2bIGbI5wB7n5VdySmCIO9l
4l+YITN3XsM94vkthpc0cWPeRqEKliZpP2Q8z0ySPJ1MXH/8bLybPGTVKs62Oss8lVolMUk8
letNymqn2143wg5NAJ1ir/HAtQEvMsay9q7ZCYp4zCuW6AjkKOrKBzYsFDlgRvCWxW3jQQSE
0nI+H4WigMcEXKRoohdRXYZB5KFg0TqGS+tZH7oEv2czE3ZSTMxwsRgbWcWJhjPLlxLNsbBN
aFCfrvVqAiKn8fn+Th/AOb88s3mzmzn+Apxt68aEeysQ1JBE6pAga5cjgyO5zwR2Lj/1sgHr
irLXSqMCLrR32DH5tqBmU2bCmG6hzSEvpRsHF0c4gNpgArkK68pZyMnlQivMBLdjoyusRGTr
LtlkYvHJqKvyC0WbG61ysfXQlFoJzqdZDgoQHLdGhBC0q7Er5XUs3SdRJZZFVF/x/PnCfP4w
a/jWaP8AOsVTgGNJXeS92MVMzdrEkK9tG+Lctmc25J5m7CrXWC1XnQSIWsXaSZa7LccfbW45
aN75cdiQw20GzcqjkarqEkkgxb0uQ2oXyKOPHbQMxLOkrY8YTJnGesuxBDDXFZZFMm3KlUz2
SylCWY7XBIeS7c1Keww9ZJAVwhTsFkNmOs7Z1PXh5Yo1jQfgZvPObwH+Dm8Gef41ms/w/aCa
KXsZIq8zW5bC2HSxM6SlDHFPWir5L8aOSSKR1j6uwGkeeN6IaXHoWzi9TJJkf+sWrPK+svNG
UEzVmI9JYNST2LWZcrJPz4rswja+xBYsbLDniCUNyHJSM/ZnLMrsh2IHKxV4xGImDpVckhow
jM0fNpMUAhl1lmgzT9V1UbNBUgrjN5vxYuVq2J21V5v43hz/AAN5+cP8E7z/ABEzVbNu5CgW
vL2DQdTMJF6SB45ukhZ5usVsl6xXZKqxrtRnbQ1JDBK0Fhe5mYr20pyypkRrBD9YyvGyDXqI
UqDkieTGu/2JTic2BHJakdlbkWVeXp/WRTtIRqOqpDV5NejR1H7UgXiIIsmuSMtKHTchxEoR
mYDE1wK7aJmV43SRfGeMAztaZnhEZU9dbM8e8GFgCc3nn+GYInzY898fDrYOVO106FEE/X24
zG8Y/HjR/BZFyxejjN2Y2IyeOGENiUmRDXfjZY+oIrN1xVG5qC0jBbHYTRSRW/ZjOebyxaJL
4eAArhwYJQskTR5FDLkNaTRjAErpGs12OLGllsGtDxZVRlv2fkFVaRoYGaPfAlQEGgEbFKYH
KjqJyYvzgwYRvL1QRyRymvNE/tTWWopnBW0DHatRZFeVwpBzWwa67+OuNLECMtxQMhInSGCy
jxy2Ik98XG/Ms7HkrOq8H/cCTR+VxWS0xUATRxx+vHnWKaDtWZ43ikjutLzi3ymRzgryBPVz
IhjB8LjOCYeJEliOJWmkMc12FcltWJTAgL165OCMNl+ZtRVZTkFcIB/rAI2yuMMSsBGoAjUA
RBsM8sBqW47UWsbYH5FiATRzV2VutmZcB8bworA1IwfjEZDGUH+C2bGTe0zdZPO0/wC2xvYA
3Yi90P8A6F3UH2YZ0SG1bZs/bj6y2LEy5F+y2KoSpdpyBgzrlLspomrWIbUXxVMklebTSzBF
m/XiFeVODP62kkYjI7UCi3dmkdF28VctlesBiR/rGgjLFCG4tnsQLIDpfYMjDIBxCAS8UhPr
WQqBCwPXA89/wdZvLlYyYlKVTECEOHN6zebzeeP4sSVwrSLHKvZMSjh1UbwA5YgEck8RRjE3
LsAAq15Ca/XyuI6PBG660IIEaVacHPO26tS/Z9XwJDKa9ySFq3fezBIkiWLUcRa0Q8ttJi8q
cBJ+qyIEeUZFVllMMaxgL7MhQIAFJnLCOJmckHEGiS3KOBVxlBZYY2HEcYhuSSGFgWMjQKox
SOPk5rNDCMBwEkkkMCcP5OctDe8K+POmpQMXpImGnvEXjGo1gDblQOskL84uuiiSbrK06r01
dH/0xY6LIgGg/WxR5DGVH5HbdU1o2esRJLlAwGJXVhPNGvz0cyzKwUDPaozkwVeZZDxPOUpV
UlySqqWARxGC5AjYZM/I8jJkULnCiIsNdpl+OwxagIWJVyUpM0FcoK8MoYAAA7zxnnAWxdbO
sA/byAT+u88HC2sDHOR5f//aAAgBAgIGPwAuf//aAAgBAwIGPwAuf//aAAgBAQEGPwD2cOhW
TBOU6dUVev2Mqq6cKq4uqLoXALj0+yqt+l/f7KLh7L1VV1qns6FRcVYji6ZNp7OPsLKvs29q
0iXuuZyAbP8AiWcCRI2rxTGZcrEO2roCL0pJMHdqlVJcGhsgciWBZFyQCKCpsmeXHX7ipqul
PqnP2K3sb2VXUj7W9jqlvZ+xdWi6E2vT+h+z28F0foN+lVUTeyns6UdzckIxjclS34zE4xuI
mvwrGZOzKjCQ/lWPqORQgB0whMAakBAweOFwUBrqUBEl9XC49Sv0D+VGVGTvXXihHV3Jumk5
IqzMECb3Tv7k3tZMU3t6F0KiY/oU/RvXgn9j6+x/cqqn6HH9Cyv+g3s4+x/sWRutvbyYYO3v
RZ+NLOqkknV/4kQ/WqXa6xGtXKDM0TXROLn9iLAADihIUB/WnHCo7tEREN0CiBsRc3KYMQbF
MWJYMHXlfhqqKtk/s6f0BwTJtPYy4qnst7ciCYC5Gi25QOQ3IFlHKsmqpQesbreIPLt8oCp7
a04eyqr+gx9ta+x/Y4T+wqiJFcAzIxlYIGxFU8bmoCY2Zy6xEciReydwZSqepAkC9SUczTQK
sh71WQBFgnenFVlQ3YG6jth3PZoa/CqxLRp/iXQ75KmiqmTBfs9nWn43VVS3sb2Mv2phrZXX
D2V+xbX9OAZCOWB7JWMvy56wlRTL9rbJ+6pbmu5In3Lh+gyIBxJo/BCEpncIvOXaP3f0X9re
x10aro9lPZuykai3UmiKliD0p8HIv0p8TexN0CIk5JzDSnSmwbVB4gPqqgkD9ixI7Og4omUR
FrHiuyP/ACXNA++yEoRjmAWPhTTg4PZwp8WafCV2vT2BBPw9g/QC4D2P7k3s6VW6rddfs2w1
oMiNyIP7flQ3BIzgYygD3g6htxlzisomhc+3j7OlVt7LOFEmJkJFqaIF2eyKbVdKuifsT/o9
KLqZu4qW4KOA5QHOqYc2LEjrTyAiBUjpQIApomjyjVSyNDY3omcUF+KBMmaiIBel0ZNkAGsn
kOpV2yeAeif0ohuklMBEMKgDT5lkw6mH3sU1yq+x/Y6dUVEx9lqezpV/ZxQPtj9QLepgT7lx
KM+9GQK2sww3ogAgsYzAWMvz4i3jZB3hI92Se/D28fY2ipxZQ8EB73b2f3rpXT7MQThKLkaK
n6FERxUixzckHoUc7tdOC9Xqq7b1qetcu5Q90Ux+JSymWOqOcySDq9U75FCYFLFOI0NGKMYj
EA3TMFQVvRMTTUJw4Y06k3e/u9gHD9Cn6HT7A6Y0dX604VPYw+1MpS0AKhvSFRuZ+50JDUOi
B4hdQNpMCPiCE25hcdKO3KINzUKMtmZ2j+6flWRwkOALS+6sZgxY1BCrMBPGQKaJBPB1IShi
AHEndCWYEtQaFUI60Kg9SeRATRBkeAQMRECrg8O6oEhiY1Tm3QjE7oyFGCeRMXtkFTciferu
OPs2yC2N/hKMto8oD4m6GcWAFkZyi8RpxXKMHvG6nKVaU0U3HVxTixQjL3MnIMmFF6hjbQ2V
Iu57QWRDYmzFZN1Ig0pRZPq/6lX9GqbRcR7cQGGsuPsrfRU0undvZWq4ewxjeZYI7eoj+xQl
agHvWztEsJzDrcgLbcqIxNRMZR/FFDuuCnPdNFIG4L+5So7gGqOUQ5tRFohh7k8YgEatVTJi
/wD5qI3IxJjQocg6GoqRXZHWVT2Ra4q+iP030xqC0p9KEzIAxGRJOqjPL1CzAWAJ8KkBM4mh
otz1J02eYk15VHewO3GfZjK5j3Nz/uex1thw4FSKlYtI9VE4j/40UgIyHLUlYCoNSdWTyBPR
wRMmGrlCW0MizB6rkkasC1fvoADmFweVCe5ImfeCcQEduNMuJRBAlOIBJCy/d/Q4BW9rBV9n
R7OlEdHsYqnt2tuNoc0kQNQVibxkQV9PtnR5ELejd2I96EhWW0dPCUJk2L+4qYJerspGgGIK
pQAVJ1Tk1NkW93WiTRqoRiWBlbRN44g9Bb2N+hKAk29u8sALt3pIvd3MulGEYmoaRvZYyLgV
TFgLobZfDcoUOCrYqllKIoYsLIkky/Y6kWoHA6flU3AZmvVDbALyufCmNuKMJcvANdlCY2zD
bkHlOVmX5YBncEfiR33aTAQh0oOGkKM+iBkb1NaKcGpIUJs6yelvK/8AwA3s4ootKoBJAvRG
G4WyNCbIPR7HQq1bJmXWj7N7cJ7LAeze227M/wBqkLiMKKAJYbkCHUomgPKVhKPNB4lvL2VK
EzeILqJ1kEAdCXV24p3o1FjGuWo4qMJdwZLbmLQLS6in4p/tV2VK+yW6xA2wBIHUeVCG2CSb
BDc+rqSHEDRviR3fpqxAeUY3QDMOGrqAgWIILdCiDfX2E8FOcpO8tLpi8T/cpSjUE1dS5XYV
Aqok3u3WnIYUKGy/IxJJsG7aEIDGIDN1LcMCcrxHHxLEjnjR3dC5mDVvD8SoXf8AUow3jjGQ
IGlVYsnsm4foDh7a+yUtdFvzk5kY34OgCagvSnzKMdx57Y1FwhPZ3MhwOhTFhI29jIkXU5m8
pH9SJOhW/ADtASit+XhAiCtncNMZAE9aMxYXWFTHdp8wTjlMot71GMqiJZwiIl8T708rdKA2
7UsmbrUt2RyzpTwhEaEUUSzEUPuVU5PuVEy3oZOBECQajr+o2YncmJVbmMfNtwRMdx8TWO5E
gjyoQmS06ctTEd7k8Ckdl/TlUe9HdILbcXB7rqvs3DwiUZHQ1RjyiRoCmcHV1P04hyWJ1qoT
0Ir7BvRAyd5k0JflWQmCdehY7s4mI1HFT9IvAmhs6YXFXQABo7jRCUe1QxILsvXzL+nk3uTe
2iAYkalW9lEz9XBGRNFg9AHbVGMuz2S/AhEVMolq1TGsjoF6mzLE6v2ZfGgJgbe+Ks/KfPBM
QcdNUxLEXKkYFyxZuKENwNNyTV1dQ3oxJ2zAiUuDLc3jQ7sya8EGBkxBYfxIA94B1I7MMt2P
NGNrKM5RIJZwRXJF4sDXpWQaL6XKymMY/tTRDdKaJqadKEOATg0eynGrCoPWm0KpuEcXqhHV
f3qf1kJ47U4nIHxqYvo5ohsT3BGT1sAfmUoziMQK7j1MflQ2/otuUdqZAc1lOSeb+ru80hw+
VOuDKYBfKikZSIOizyLx4HVACujouDVmZRIqzBuCtTRDb367e4WyF4nuKQiOWRYSPMTJSjs7
/ozbsiuSO59Vu57sgRtgDVRGzDok5pkgA279XvAxyvGET/toSiKwrzanuJ6539rldHs6bp0y
pRSPAFSlle7XR9SoP9sl6hGUJVyCBiWHSi1QOlOZMeFkICeUTTE1JWWzls7ovwK9LcjKUWpu
DRGEt3mFskGkDGWoqUYbkgIToo7MZRAAoEQ4k4ZAAAhkxAdHLF0XMWGgVxlw4IDNntwXqS3R
jbG7olnMey6O2ZD1AHIRA0J9st6MTuSsIjipn6kx2tyFS6y25iUTqCoykDOMpCMuh0dqZxiO
yelMIbe5I96EsJ/dkhswBz3OUA8zP5ltQO2Dt7YeRnR9zxxlJS24zGYoxVBFuKoIk9ahCcGB
LuDSik9xoOKGO2IxNyUzdBTGzqBHeqSKJhfgpmQsQRpZSh/UwEA2G2YuYqe6ZeoW5WR3vqDj
Bni/Ly+HbVniTQamKjAxGEQQARkUNzbAhiaNRepkPU9Pseb2VXMw608pgcaqswu1RNku0yyy
ccEY1L3dSG1SBNSdAqgSItrRATiZRBpFuVAbm0G+xkJCMOhhVcu1EkWLL/TiDxACoGerLBzl
wQlKAlwDLIPA35TisBuSliezI3HlXMZdFSjGO7IB+LqM5bp3GHNEkoTG6TtmoP4FnCcsRR5V
AKOQG4/EMpZwxn3Wsn3Ngx6v4kd1sYjtSKMNkF9JdPlR+o3STvbgcmXAqQ6SmBNRUaJ5UIUg
wwmGDlD1NqUpiparlDd+ilL6fdhKxLwIP8C3vpvqyCNwNtzDMJI7W8GnA0Ldpu+snD6nF/31
Hej+XtRrl/Fgv6aBJbtbhLgISO4TEF4sbsmO5I7JJOBOZPlW3u7scJTc48A/KgCWOiIo73Kj
GEmfRlKAIeHHiowlzCR0UNvosjKWlgVu/StiwuelAEwBjTmFZj4kCWIiOWNgjIlgKf4YxXLS
XFGUqu5+1QiDy3Xqv0N7lKcyzVAQjCOBNgKlc7km7lPfVlkSCTYJxStSjJxjxRL1GqxEqk1W
IOVWl1+RCQCDNmdUTonH2L04lgakoRhpdMA4GqENsPM/YjKRcy1TEK7npQJdEyDnTodGJoQW
dDX9aI7UZGseHyob22TLaOgenxotAl6Chohu7v5cQXclv3ZIjL15gNiGb5kDJoQNoRoAozlX
ZhXE6kJhSI+xSYuHdZACW5Lsg6edenuc5LuRRRx3am8H1VItIamqlPbD7ZqDGv3kcsjA8D2S
onchHdkKQyGMyhntcoqRKsUfp9giO2zCMI1xKMZiQewPFRJiWAYDg6fcxjIntSLY/Kv6QV9N
hGYqJFAZCMrgJ9eKvUKZkesLI2iKRWRoBwT5MZlgeAQ3stAPiZS2T/qRqCidR06ok1GgBRNl
0rF7XPAJ8eW2T9Hb+NYisI0CJBMZLOZJTWB04ryjRXbjwQDGMP2po0GiIBaZBIJ7se9uL1Z3
Io4sO7880/RZZSFrIN1FEfrRlIF+lPG+rXRJDOpbhrwCrY8E3iZVYgo9SaVtCs4Ree3SYF5R
KeTQieJqs9/eDjuxWO3zBrWCI+n247cbWq6/M3TKxYlMxt1rAVe6jHZhERYO8fxpmg2oZPER
Z9AGW3HcGW6bsVIbZro9EcRjKJanH4k0N6QPSh60vU0YihTz2IMbyiCChu4CUBYHuxW9sOcN
wk7ZfseVT25QG5Ml4zPaW3+Xiw7SEYSZroNMkyNFiA9s3DSHiQ+p2NwxgYuYycqUpTDM2N6+
JPVtApgxNbaKOUWBoS+iIFRxFkZx546BGMgRubZdihKDCjEdClMx017IRAuQ7hF+KtQIxDYm
69BqWzaiYXBQ4DpQiBQV6lysSuBapT92FR5kSTRnATaC78FGMaGZeWrbcUQL3H8qGPaNGKGX
vVwHKEQHqqVGoRANeKJdnouk3WOosVXStVkEH9zIkXFulSkRzV/yok5CI1CuadJV+miAF6Nq
gYbcjVqj+FCJgNuEQxkSKqPqbkPUNzI6eWCMTvRjEXwqR8i9T6fdylS9vmUaNDeHakTiZBTm
LW6KeFSMnJIp1oTlHtF+tFgACfeqXGi9SdhogRR7x1KEiGGnuQIo9YnoWUS8ujRY7knfs8VI
iIkWoToUZTec5EmROpUttni3FYgEjV0CRiQf1IycRJvxTmYpogLyZgpDvNRSEWBl2qIGZ6m/
EgXvcdKlkAWNSbomP2cUSQ3Af4kNoM+krCK/pn5sMsvN4lkal1kynL3MujVY8aV4LG44IRjr
qpEa/rW5uyoY8sQiSX4dSi1Sapja6ac41FBqyjzhhehQObHVkSd2KkPUDaEnVcsgWGgJTtiL
GTaIRYS8Unb5keap04BCMZYm5eyDTBA0JRMKk1J7qYbUpluYaImH0giNMuYyRMvpcQNI2+dD
6rc2htR7sZAf/UyQ2vpt6McrtWT+RDc3d2osNXURMDflYkhm80lty2NuJxIMnLW8q3YnCHph
zGHNP7sEZgiRlSPWe9zI3HB1ECgN+tCBctrdSBBIMqME5HSKfxKlBoE2oN0CBrx1WJ5THsko
7ZpodaoseUmgIdGRfM/YwTh79V1CYq7ZDTEozAJkwtZDGIY6E1QYxrxVgTqEcgB6dGBuVkWL
0TgVapWWYJJb0+98SFQZag0ZFzQ1KiKsaugRobuvXkHgOFF6zn4G5kAD6m7HtN2SV+XAAKTA
yF2a7oDciYkGrii5pOTc3qjiTI9AdCO3Myk9mQi2tk2WJRNZO9BdY7UOcWcEkFP9SCYtyxyx
HxTWUmJFKCgCyApcBlUiIPRxRnLcMQbARQEpyk1yAyPpzOUbROvzKUJUa71TuA5ZiKMe8jGM
iZPRg6H5uMiHMSNURDekZDQ9lR29zdcRYkXfyxkpTmKn9aMp7EYbfdMryRMduMiRwTGUxpjE
jED4VLc+rllvPyxIeUI+JEQ3/S22e1wjH6SPrkCpPaIUvV2DDclQsXojPb2wJS7R1LofT7YA
jAOzUdZOwHTwUa1RkTYs9mTuws6k9I3A/EjjJwb0WRoEXNJA3QAJx/WyMmc2ZNJsyi9NEHJ/
9FjM8sgzaqOVW5QUWoVzN7rpxQvQlMADFgaVRnniTaL1Q3HMoWJCeNOCEGyMr+VFxX+5SjMi
LB69pZzh6f057BI59z5e5BECIdmBIdl/T+nFssH/AHckX2pSL9qViUAIiI0ZamIswXNxoHum
kA/G6aEcRqQF6kJCn2ozeruUx+xGQvazo70xbQNVEhyeHBRk7EdqKcigqAFyRBA4rHcHNwTB
2KxiamyylEHiVSIrcgBZAjqZkTSRPBZSYaOhCUxkeyNUzU4mtFjJw9jE4yHwobfqepEXM6z+
/FORdPKMS1yRohGOzEbELzPe8u3ijhtCEpBjKPaRO2K2J1RI0DqUoVPeOjoPU6J6gx+yqIZ3
Nev4U500suFbolwzX0X5Zy0YfxJhEk6dCa5GujombAa6/CiRQ9fdWI0txQcGl2TcL+5GAoJc
wCeLs9uKwIoe8gBUDRE7Q/MkSQPKst44seyKyREA0TdyuaOWoPWhGAAmb0dEm9zLioiZziZP
I8AEG0DBSg/5ho1mWWWr5P3myQ9QAnghhEDqFVnMtAd1GMRVF6MaJiKOuWrIgxAeiyF3spAx
oVQsI8U4po+igfqA0ZyxMxotyMItgS3nj40w7SeQJrQpyG4cGWVzxK+qBkWk8XuIFT9TdG4J
F4m6L1ZOKD9qhIkvHux/EtnenDOZAi4LYjzLJ2QBDvqUMgRwTn3MjYR1HHyoCMRGI0CEpOx1
r+FDantnbkezQyiVIOwxJkehSnHskkgIUUow5n14Mi74vVCVzoE730AosRc6JiQG4LlNBcar
G76o6PfqTg/27qJk7ngpSjQjXVF6k1cramC5AaTINToTjS5KZq2UTvH86VSxpGPdgpEsxsdV
gwpqiIFhZlIEZBnfpXpCgHaHSgZAdGjlCe2Ic1BtHT5lKU9yLyoWs69F/wA3JsulVOLp5Tcp
jJODROS5KAakVw4omzp7jQI0qE5vR9Fi7g2j/iW3AgncgaVeGJ7SibV7rvEKFXJiK6oCIdB6
PpwU8qhiVIRkYxm9qUJ76hEP6ZDSKYkEngU9+HQoteR5iFkJY6VKjnJwzOuY5nUOsS8C7xIO
ib1SNoM8ta+ZPGp1JLlMyIIccFSi3pOzhkAaf+a5r2ZEAMNUQAOluChK1ESRRndRmLHULKNO
uiIFD+sppX0Th/fZEsQ+qdnB91kQKEGwTTJeQZR2wKNRPtyL8Db5UZTk3AKMt1pYl3NFIyL1
BiNDEpjonAvZE9p7KM2AJ0RkaCdSmBrRlGM5PKIYOplyCxqBr5V6uYyz7feR66hUZ9U7X4rm
RA+1CJvxTkKooNUaMwuE4W5tuwDU1dCG5tgyoA92QlCjFm4RW5vSMTCNCD0rE7g9S0YC69SM
Xkztqoz2z6UnqDdkYznkCDrp91MSxFGug0zBrlcj7pJqTQLKQpwuAp4dsDIDqRiWING/EgAa
cNFLcO2cY1JRxGXEPqoTjQzAf3LpQiQSTwT1BOiLmjIR8U/2IMQSb9SFHHSiQKXRkOUE2Kji
xZqXWJo5YBMRQIgXOujIgHm4lBhXoTyiSCmFI3Cl0ftR/USn41BUTGkqFyUC97pgsZc0ZUI6
CpRifU2Ynk8YC9RiJC4IqjAHKWpWU5AaxisRWj9S4zBo/BepPtaNVkN2dvDqhCAMdsBxEHEf
NJNT1rYaIxlTUpoe9Mat7KUdPUD+5VDkKwWENsy44jVZMYg906Lc34xymSMidFv78ny2w8OB
qqhnqyeLsTWuLrbM37QJepU5w28NyDiESe0sNwiO+QWAFkRu7xkTWI0ZZwDklidaoHcdh3RZ
CWILd2yMCMRIEOaIbO1EyAvLoUtqHJuAPE3Brz5IndiJygcQO6GU4gNSwWWIG/IAglbYkz3p
wKy3JgDrUctwPKw4oCG9Ek2DoYlwdVB/EWCezJx72KiIBibg6LOIJBvT+FNlKPQssiZDjULm
GR+xAMQdeCytEXcpjLl7qMYVAQBkwN9FSsTc6JwWEhfRMWoLoZdfSjMQG0GaMp94+SKxjvzq
KmJZ3Q9LekdWkcg/zIQ+r2wSe/GgUt76CeQPa27VUidsxnrwdOTq5VZdLXQkRXj/ADJ9BojM
1On+VQ9YA7UqSA6Vj3HQVLIk6aLGO2W8Vl+xMC0G63TSIY2KAwMmuw1QkI4vxFV+xT2Zh4zD
EKe2YvsAkVNSCp7QhIiEsTJnFe8vR3Q50lGhC3dzb2+fbi9S9lDeMiMa4ksKfCoyieR6t+FE
EPwkeCcREiKsbLBsZRoS1EfzcTowdx4VuSkf9PsDxKQmTPckakCzd1DdiecxPMQiTAynMu7c
VEx2M4EsR3kI7oy34j/SvXwIbe0fSgTjGELLOU47m7uR55bxJjEn/YiichuN4aBCUCYEVBC/
pt//AFSBjI94hZG+3O3QUAbcNV1WdPtk5XY1ospaCvWq2e+qPH+5M6DDIBUBd6vqiT3dFInU
6IgWvW6x7gsBRB3xeirydJsiPp4f1P1LAS3D2UZ7szIEuIOcR8KAP2BM1lR/7ggNymh8yGJB
EgCSOCINMiS/BEEPiaFO7fsVKdQoVCAvOTD3r6UECe3uxAmD4u/6ayz/ACv9T3fEqD3J2q1E
8qdCPBEGPLx6VtR2QDGp3SRQDwxQ1BTEUWLh7tqmFxqnldWRpV6srMOnitzbLc0S5KnGRZiX
Asgzj9X3VLaixDAEm/yogHKNMgav5oozMKnQHRYYHGRr4WTbLRh4jdc5MpPVkAHg2oNUIwjY
do1W79QBWA5GHePYUtzeOc5GpX9RiJQgQ5P8Pxrb9QZAsGIfF1IbeUduRLyan/aUoh6m2ihu
QJEokEIT25B9wDI8JhDaZzChZAmZi1hFP+pSAN2RMWrdX7XAIR2dsyJu4aICEt7cxnpGIcfM
j6Qjuub61QhvQMDVgf4kY5NG7J9P2Kn9nQJN9DopT2YZRgKnrRjIMYlj1qlWV/cnKDGn7Ew4
3F1GO7zRAxA4BCe2a8HqnJAey4npp8qY1DsR0IfUTGREmj0fIsAeaNYS1jJehkPUxxvVVDE8
UIymIy0iTVMTbVBjRV+xHdxJAowuj9Rt7f5ncg3MfjUtz62A2IUEQbqX105EPywJNMfFBPGo
Iov71w6VKZD6kcU0IkAXJCnMSJNmJWUtwbZ1yqv/AMnKQFMQ6xOIJrWqMzIE6xNPhxUojZMq
M+n3lGUsS9wq9o3Nk6b2CIdpTAPV7DGpjdtH8yy3RkGoLOfMmmAYVxBUtza28tsG2oCj+QRD
o5YgfEj9LEvE8xi+RgUdyJeMmlGnEIARo1zxRHe1ZEWdmfRCIL+IdHiQkdobk/NUBAiIi2g9
nWjGQBkOyelS2yGMeK5rgOyHArEMOkoGMTAAA3fMtzKe5tjCbOAwi6MZjGvJxkjEiseCEAQD
0oZkY6kogHlf3IiGpdllsxkSaoR3OWYoQgXpcdaJ/WVD6SfLuTciYvFkfV3PVnM8pYRcD4V6
7yy6yzo+pvYxemOoKG7Inc3QHEpVXLfVD0dv1ZE1HBAQ2oxk9ctAh6heTczWdUJA0WO5ESA0
KiJh4wPKBRaACiAFjqgdFKEw4kEPyx1B1hAmERpGiOUjd3coSrPoNkCdoZALIbYBWLABcouU
Uysif1Lco+BEvbnMZEigGiFCNqNS1QI+VRMQdrajVu9P40WLRAc6reMS4ei2zOrj7AgGcDXo
Qkzt7yiY9okUBUSI4ykBk/adEku9/YBKQBlYcVdESsbqO/DmgQxIrXzIgVP3VUuXtZltmVQ9
goTDiAiABZ5L+i+mk2/MjKQPYCjtbM9367ch/qEUhHxSjNDfjDHcNKjQd6aEtuAiC+QHZ+NS
28AYyoJg6qQNZEuRq6E5Fomo9yjsbYG5um7UxT7xE5CtOzD5kRuB9sm6lOAbRR3RU7cnfiO9
FbW/sbHrgji0ousvQ+TIMgY3VdNUxKpR0Rx1Tyqg+nFV/Ume5ZNwQLGiZ2OqpbihVmWRo7sQ
mNQsNSq16UaJz+gHThTMvzNh8ZxPaxKEtkfkbgygHrH40AENzdrEHs/zyURDcjLcj2Yxo3kx
RlSIAq5XpQ3I5TcEycW7q3N2ZbYjImcvFX/lobQ5YMwHUueRk5oLLGIaITCLgVxQlvSxAD10
CA+nrth85HRkZxOTh46OfCs9w0BoQxESoGZc2y6UY94iy3Y7jGJjUHj3USzaPxKJH/mgSStv
6XZjkduLzk1cFL6mMI5ycEkN99T9LaOzEXkIsJ/MvQh2p9rVh/OjM8xLltAjt75IhI8rFcn5
k9A9kN3daLd2PePhUtkbfpA9ga/Osvq9yO3tjuk8x+RDa+miBOPfNiso80WJMWoi46f8qE9q
cxGFJYVNU+X1DXeiqXHQhRxdHibLp1KfV0zMVx4pmITiq6EK1WJo6YWOiYaXdOQ9aoghgGZE
m9wEyIanFNwXPOMeNUBmZE2YIGJcSDg+xijODc1iVETAE5AiveUdrahHOXbkQ5B8Klsx24YD
vEUKjubm0BuEnmBYBbcNufPqDWq2z9ac4wrCIAHN8qiDTIV96/UFiDnLWI5qqgxLO2r/ADLP
ds+IK/p9uTQjysKOo/TycyJGc2cISyBgezEFoqe1AYCVho6y3Y/keImgZDKBc1cEELDaBjLc
IAfguapf7fnQyoGo2vhRDO91CUqwMcZg0yCMvpxGUhF4bXZcFbn131kztbYpETOO3/8ASktz
d2JRlCRYygPy1SRyD1Zv3lq96aqM/TcyHaNh8yftAVJKgPpAM5OCT28fKs/qOQGjyORQO4Du
zAbmNPuowEAIkMYgUUpbPIwduJW5syhL0pxaZLjH4Fl688OCxJ5tRqyEht5wFxE8yYHCWkZc
svuyXWiftXEHVUNeCYljwUT9PieLq0CEBvREJ6tZZHmIVmbgnbmQNnuEXonBouY4gjXRCUCJ
RNiNVZ1Ld9QDiGso7UtwynoBy1QjpEMEPp5bcrtkNXRlKn7UJzjnnJoxJxW1uACJ3Q4BuPnR
MRr2jVY+nlMi4s6G3u70Nkv2bfflJHdhuxnSsoFwAFA/UTMNnbIMj+CaB2iJR0ILobsXEhdu
hevNvSfEtyv/ANSSw24PEFokr0wDnIu3SF/UfUuZ9mL3ZR3vphGgacSHBPxRWMz6Zk5wFQhs
xsO8a18yG2ZQ3BI88QCQB5kBtjlJxERZbf08Y9iIMm8Z8SuOgLn/APJC4IKBIBkRpohsbrbk
G5TYxb/bkvT+qnLd2YD8uBLA/Gpx3m29kBzGPZfuRinA4sAowFICsz4VHZj24DlH86jv70vS
26kxNOVDY2YnckzGURyj51hEGINQNUJzkZzA7LrL0WBqKuW+FRMtyOUiXjYjwrJ8AOyQeWQX
qZRzt0ZKUgZbm5PtbkzlIqtuC/OgJNaWsfmWEZyMekvT4lSr3ZelI4zNYg6ok1NlSLdVUZFz
5fxJ3tohGNQbnRDEX1R/tVCyINDx4KY3qkHlkbkImOlEITJA0IR24kkGpdH9S9f1Cwd4gXX9
TAGUhZy9VCbnBqx/wrOQjAjsluYLblSQdpmR/EvpfqoSEoGRBHmK2hHlEBizvUeXuLnLngaO
gezKFQLo+rsylKdzGPMWUIDantCRpGVygJwBnu80walA7H5U41BuD/1ENs7R9WFJC8a9+K3H
kNvakDjEh3JTzk5LPwyCl6Y5iADJT29ovvbDMLXWEZMBWVaKf1GQfai8IS5ZOykd4AwnIvKV
WdT+n+lxEiGO4A9+5FR3ZDPdJ5RpFT+riR6cu6LhZR4VHQg1TZ3/AAIA0Nq2dAymSIUiAbOo
F6RIP8yEiMTIPnGhXox3RvB+wKmnemo7AcGRqceCGxsR/MmxJDO5Q+o//wBORhAEGG3I9uUu
wv6eP5e1CgiPxobP04eYKJkRA97p+8ovOMyzU4lTA2hLQNLRCMYsXBm/NRDajURAb3rFqZv5
viTlg5QA0sUykTM7ZgWAB/Co7G7LHekWy7q9AyMd0AyjNuz86MPqAN2O2W9SJDt8Cy25ifEW
KrbRAAkNX/CnEQDK66kZzLRF0Y7O040MiojAHa7+hP8A016mzJxZj2kwXXZSiYvHi1FRFYRa
ICyFSdVITkfT3QMRpktwbm2NyIGQjLsuFLZ2fyt/akZiOmY/nU/p5RYmhB0I5VdxEcpFapt1
waFxqstneO2BeLBz8Mk+9MkEEZGuPnUdj615/SGm39QKxr40JQ5oS7MutAi+qDBYxJFLKUd2
WQIYSNwVLblXOkituFoyJbh8SEZwhujFgAcSQpQERtggcg7q2xUEl6jujzLbhkBF8QacoCMJ
SBBQnsAOKN5flQEoEVp7lUV6P5F+bEToWrjj8agN2LMakuRXvci/pvoH2tsBjvHtkeGEUNsS
Ocn5ialuZb2cvzBtlta+HbQ+q+uEt76mUfyfp5d3wb2/FCRgNt2MpAuMh/AmBciQeWsnXqS5
twm/AKcIzxnOgWO5y2ci1PMsoSMXLkj8SzkTImr8fiTsCH7LssseXw6LLPPXGIqsYbRlE+Oy
x+r2fTBplAu3xI7e2MJnlh9QbSPh3IIbktt/TIJkObXtqe5AsWDtoiQ4fTio0aO4cSmFQEZk
VFhxKwjtCQNGFJKO5LITIcg/yo51fQo0wMrYllIymdyB7MT3VhsbYhE+zo4phfRObrmr0KUR
Umq9KdXseBW9tGIM9t/1d5H1OaUSYufCox+nn6gvMA6nuKMvpts/SymSd0yLvKRR2tjc2t3H
tDJgfhz7akd6UIwiayyDQ+VYwmd2INJGg/8A61uYyEYEESI7yl9JuPIVBE2evf20PovqJGX0
24fyNzT4JqW9uSxhAZE9Cls+mRt3256y+KKlOMTAwGpqW8qkS/8Aco/UR5ZA4sOAQhvhye0S
Gbw4o+jvcp41l8iO99VLMit/wrc3pROE6RJo0fKpTlLGERR9ZBRz+pcByNomh8WKw3y4NgLg
eZCZji9QgQQdnd5oluynkc4xodIt+Nbk5NAQi4m6DksA0XUIbRxlKhm2WIKlsfTxO/8AUz7W
5uGwPegjubkjubsqkobUYuSAZAUr41kDQsTHpCIjAgeIkn7qjiJx6RR0MpmQbsTDhNEESOl4
v3kxDi10QBQcblZf+v3USKg0Zj+8qDInQU++iGIGjpg44m8ghEbuTRYZBx/nU85FjcaFDGL5
B/coQOvDRkCNUSA5ieyUJYCM4l3aoXLfiqQyJ7TmgWdzw4FOzpndO1E90U5oBZHUapwLpiGM
gWI0UpCWUpBpL6j6fbkBOohjf4VAiBAMsSTeijByZSjkZO/xKksDRyOhSOTxenWgAPeUzUFK
XQlCkqudQvR3i8R2XFY+Gea3vovq5ZbRBgJ33IeDL/cggN3diPp4FxIdo/J3FLcjukkAgSJZ
TBHLA4yJqC/ZThiXyZHb3pYmR5ZCz+ZOd1oxGgTRj6kjeUi5+4gN3njG0dAowk4i9REOjPZ2
spVBMjYL1TzCQBkSf/01GADbrMA+QEe6o7p5pbEtKUkgCGjbgA/iR+m3ARtmhlG6MtqfqAlh
0Duo7m0THdZhIaArPclKcjrI5FRkQTuTHZbliPHPJP2903l0LKVAE0YmR0AWEYCMDUd4oy5h
Kx/woTFS41WJiWD/AKvFJB3zJoH4L1Hpl2NEcGZ2LmjqNWJNXt8qd8qu4s6ocR/4pnJMbKgd
+JKjtBoTnHKL8Ahu7shGMX6SfMmJf+5co95qn43CNaKmlyuldabiq6Jv1pv1obUi51bRGUC+
IctqiYwOQs3FCUZNMBjEcUJ5MdYGy/qYUO5U11K25xnyRJMmuStvZFYmORnqcirNwQ0xr1oS
bodtEYxL+qcTHu/Km3JOeAqjGchGUripQ9KktxhpZRju7Et6B/5u32h8aidnLbntyETGRxpL
xKOzKYkGEiR2pP41yHHb/b/IhY8Br95HY3JNiO0D2h4eZZNygMxN0dK0J/nRLO9m4IDjcAdr
yyUstB1N5FKcJERDAvcv3VumTnZIeQ8LKW5CgsUaOAAHPT3kwIaQckqgcmzcVlJ226ycMIob
MJRiQGEQ2RRjE/mmgAuEPUNeu8VVwbOECCwapIr8sEXp0XdGOTnRrD40Y7biFeb8S5jfU1TM
HftOu3Eh7EGihHd59qZcTZq+bwIxi9CxPFCe5uSifCKt5UcpSbugGtfF4FOBMpR3KObhR5c8
I4xoDJu8twQGAeu22gWbGE4lpwv8ycWKE9+YiHYHVyobOxETjH/VI5g386J2dz0dqAOMRXN/
9ySE/WajNT7y/wBXOrtIPRS/qIDckawxo3l3FAtMmXaYUiVDf2pZbcw4KoQDxUpwP/yAwI8X
wqW4LQ5eBr4kYkczv0H5l+XR3Yf51FxQtLLT5clLYbMbZeL3RjuHHIvGLuVMzgAdkmEeoFSG
Am/GiDgB7NU076xo3EPzKBnEYwriNUOVtBxRM4hyHJfgo7kSfToMRoR4kMd2cY6MaKEZE7hJ
uAtvbiXkICJepBWM3MX1t8iaIYPRMOaR/YnbKlNaIEBhG40RIiQTc6oMTlZzWq9OVj7i6eYA
L8oHBb0Ymk9VKdzOhLPGvgUo7oBluNKJjainkRjGxbgobGxyyn3j3R4l/TwDAjmOspeKcl/W
Q3TLbBFR/qRP8iJ+qZ5Wm38SGHMb0XqSkGBLnQoGIDB7oxJ5SXACcgtcltEJkgOdSLfAuUiN
Wp3gybpdqIkmkTVejbbiTjpI/EmicWo3BYbUAYgARy49nJEjaBA7R1dSEJvKf2Q+CK9P6vew
BJw3O9Inlx9OK/NgJyZs2xlTzIS2oiMmYl6kedDZ2CD9VIOOEY+ZREy0YWA8SlMZbJlHllMH
GXxKe1H8yQLvCoQ3DHESLRie2f8Atpp9S6NShDcrlrwHdW1GBlP6PepOEj2ZjllubCjIVjIO
G1XqwjzC6lPaORJeQGv/APKozfs1YqEyQCXp/jWzs7PNuCLy1oe5HJepKTGRyjEcE090wBLs
Hf7yO0awP+nJ8pEedAx0NSaSbxImNBdjR0A7yBdtPvoEgZy7VaMmAEaXQAelipbG45zFtPvK
X0+0Cdt6SNhFS2RAHfdhum5ZZwBNC73fyoSAdu0Lt8aGV9GoiQGFb9PnRxJ9OlHR5TkKC0h8
WC0fROXDa6Jos4YGSaTNoRVDGxk3CijtbhaBkMjUcvkktv05PKUSIkaxftozjUGwqST4lP6u
V4jFvCT7IgA4kuWsFOeQG9A9nvGPcgv6fc5ZwPIDdvCjub0xGBrADveTBYxjy3IiMi6MZxwL
OHFZLExBiaA+bwKcIRqzEdPxKIEhGQvwXaF3yRwIErkagLIgZ1ImKKYlWZJEiNGQExykdRLI
40ehJ4IbwPpxkS0jcj/cQllKW54zcfAgA7FHfMci4iOs95TnKZnlInJR3jETMS4iQ8UdoiO3
AhiYBpN5UIR2hIn/AFJS7x8OUf8AlqUoh9whs9GP/Lj/ALalPeBMj3RYLmAyZgCFP1+UzH5Y
Fx/IpgB8GL3YLGZ5tiWPyrSuqaFZXkBwRiduJjqCHKYMMXAxHL8CP1O5uDkHKG58gtvbjtmG
VTuycxMihhuCe41QpGVQbIZuGFD2uXwoSADM12PxYoEhmLokF26H+JCPagS9CjB8SBSieJEp
toajvI7m5uPuwLAfjWe8SSal05ixZ3ewKYa3KAdgO0W/iTGRlEaaALCMqGnSx765SzM8zena
7KErtdqhTYc17shE0B7R1TgGUY1qqGoILKH9QcYRORiO8AhDbAjs7YEdsA0Me+mYQjECq2Rs
jmmTObGhCrQnRDZP/NBqp7rGURp4vJmhLCRlu2EhzR+ZYEPB3zmNEGiDvSvIocRYhbsYjIEV
ApXxKTgsO81aeJWYEuSdU1Ht7kWABPBUtqhvAPKZESAEdzdJBciI4BPvHOIFY6EobcKAMIga
IC/EocFI5UhIScoOqH3qrsi5qNE1hqmDkn3ob25UcNYlEykea8jUoR39sGe7zmRu0hyRRgDl
mXJRhtRqLk/hQjtyxLuw73xrLfIyjHmrQFEwJkCaPw76O1sxG5uSDncn0pt36ie9uRttiJEB
5dvcijI7BjGTGMibK4B4l7pmDmxN/iTzJAFTqmtHoTQLM7h6lS3oHm7gNEZTLgmpopBziCDE
9HwphZ3QIqBxFFiTe5usjQBEx4sdMgsYmo0N1iA8oh2dwndzS9Exox1/CuYvE0e6JfIXHlWL
vEXOtViKk2JqaIb0jjMUgAHGXeRmQDIEuLsobb8m4WMfejuGkaR246oPdR24muIvZYz5YxGW
DAE5IOATGxKAFGsju2MbEaKLlzaQPR4UNwyEYmz2Kl6ZBB1GrqxlElg3Bdjmf3rLVF76rHcD
wdweBCYCnBXqg9+hWogtnnIBmXgLS/ye2jF6IcSgS0Ya7kqRHxSUTsbglus0pj/9tcxdCe7T
a2zlORPKw/5aL7Y29j/l6EhAOw4IRjES2jcm4WYABNHQ+l2aAF92Q18iJ3CGhURNX8qhPbkI
iFQ1yENzY2JGbN2QzhTO6DHbJHIW/CjIzwDOzXKEpHlFQTc/eRHf4asjEAmR1Ff4Vd5E0H80
kI41dgoy25PKNZA3CGRctUmpimBDWPUouxjqeKExExJL1HdTvk9gsRWL0A0R7olQHXzKJJjJ
xQi/z4p6H3Os9yTR6L0+JE2ESw0WQJLlukfEmIDUfVDL8uJLvdHEjDVclS2MReo78lP67fg8
YjlNGdbO+w/MPK9C6G0SPUZwylAgCGycc5dl/D8aiJAeprJ8jX2y2j2ZDm6ivSnyjcoAbcvZ
mp7MpCcNwWbTvemjs7UjExPKJUb4lGcYuYmr9kHvyWWVcn6G8aJsUTIuSae5W9ypbUpwG0V0
Fey2JeYj2NpdAbcTJ9Rb7yAlISn3oCuP/cWJkTEWD0+6m0XkHaPQtuMoYbMCANsd8rc29wHb
2Q2AKlKRLUQgZODWLrc3IlpQiTEqUjWUi8iVSTSlTqURIvJqA6fdQ+mO5CG0Tyy1jVf/AJcd
wyBOMawWW7IH+9elt2j3jf4UXJGRaRPBD0mEwGJ8XnmsIgk8F6u6TmKbT8SnJaY1GqeRynIV
PT/y08rlna3zIQkwDmpWAIFKEHVYkudJG7oGRsep0xFA9hVM4FO9eScyrfJ7OjF8gD8pRwIj
txNRxIT0D6DQIYu95E8fEiISeRLNqAmmSHqYXQFullDbjJnOLDXxrY2ZB9oQ7LPUd9HeP+lR
mC3Jz5oiciCeB5oowcjdnUR0p4EaMQmlQ6dKjugs1CobhZnPM1VGT5SgADIn+FTYECTEE3Uo
GLAyfhZYsWXWmcV1V7VJT3Gq0AHBUoq1ZXdbMRckkh619gkGccaoRlJoi0Y8sa+SCqiR+u6o
HWG3E5E3/Eo7uAlvRHalW3exW99RuSwgZPDGox7qnEnKQA97KJiKxqFuTZpDbOXWuhGQqBqF
EDt2dA7hxOgWMXAFOBqgIksPEjmMyfchURianjREuAP7ihOQaPFRlIgtYeFSkDkBY9A7iyia
GhHX5UwOGVH082UUAKSHCv3EJGoAcdCk7CTUALuiYANoWYrm41I4/GmJOTUJqxTyGZbmGlFj
CsZaAOaoDAvIXI5Smi0mDNaMfmR24gGIuYlqqUBTKplqSmJqe8f5kBI8SKqX0+8WEiDtk0aS
xt9TtV2pWp4eVGG7QxNQdaf6a3tndLSM8gdf+kjtbUchHtbhpL4YoEHGQBqUIboHuojASA6T
0JgDlHW1FubTZRIyyPd8yBmbMPc6jHen+VIVkK3XqZn0/H+NEmzo5am6I+02QH9mXUnc9ARO
qJueOijvwNdoNIXdNrw9tromV3snGqx2JgFuY8VHbnPKPe4AKUyw+nFIR1+NSjqQQ6JkCHoC
UYSGUJBiPED5VIR/0jWB6PMhGAqpbcOeTOZEIQDuSOfggZ735j1PdHikmEhKOkuJRO3F4jiV
iOtta9pf6Qnbt0Y/KiM227NHlj8ix3JSHvonBMpCo1BWUOUmkg6JiSNCdFEbhYA0KIAYGBAJ
75RI2nJuTZDkjEDRHd+mlWNTA/e5JJzHmuT+BGIFbnW6cgDK+Q1Q2IEhx+ZuXiB4Nn/3EYbZ
nHZj23FZ+fcXrHdA2o3hYmKlHZ7Okgph3lx/EhEnJ9bW8SrUgv1KBlzxjTHvAfEsdzLCXGqj
HayEYQrRgiSHOrKXpyLEUFqogxJIq6xaRkbaRotyW+akEYXPyqMoy9OLtMB4llKQJNQz3ZA9
82dennR+z5vCqhg1U7uDYHRcQhp0oj7SmFeBT6cEYjTtaIiJ1qDwTjd9OMjcikVKG6HANJjs
y9lLIi5QfmfgnMr6albnqNUgQJLH7yJgCHrIk3Tbccn1KlHc2gQDZtPIvy44iIuQ9PKspwfa
GpqS/wD7alDajCJkWEpDm++pTkccjzEnlI8slFpbhk3PKQDD4V6cYDcIDivKEJTDm4ApFCMi
wuwpfwrLKw/tzIFnJsBf5UHoAaA0QALxYlhT5oyWMZO1yE+Bl5v8yrARAsdad5RbbkZG3h+F
GW4MZs0RwCZ0xNVSqnvRcA1cM1e1GaiIB5SAZ7/uobm9uvKh/V2YqX1G+BGEaxBufhghD6X6
YkTfEsXkhu/VxMI+Alv4V6u3zAaaRHgRfTUIYvk1QaUQDLmduF1lE6uFtS2/9Rm3JGtO52U8
ZsTclETg8+8x/eihyEvdrp47VH5RZEvjFmI4+TlQdwD7/MsyWFDW/wAKOmP9uVa4u+VL+JEa
6IhkxD9CrZdOqYa6pwamygXJBmx6QjjboKO1MDKPZemXzKWzvhrCJv2V62yRvbeohWUP+rFM
QzXC6FGEbksEMd6O4SK4lwD51t7k5mQ2wKaOgCOU6LAMC9CjPcLRH60CDlGWtKFbgMBKADEj
8ClOMTjC+oD9iSaZcWPdH7ywJIJFAU0RySuTwQjOWptUfCsozpG4BbH/AO4hGUmLI0so4v8A
+KGVg9E8yAD2BL+JGW5INogAAeGq99E6t71y1PSmiMpyLAdKlGYoQ5deoSSdunAF+zNYbTHd
gRLbJ4hDf/8A9GYnEdjaB5fnQEQIgWAClvCYG2PtZGOzuODqQLoyYSMqlr/urmoY04unoPeu
L6GiaX2LcjCTGMg0R2qoAxxcdl1i1Yi5UiQDDXoVmALP+JSiOt9CnIc1boUou8RoQ/3VSspW
4ro/dT36FamoKccUzVTt9qc2Cc0i5EQ6GQBAr7wt76YnA7cyamjFCO0R60Q8n1iPCqSMCCXB
f8SiJxMXPaif35RUtyMx6htKLP8APFAGOUDaQtVQnODRf30Rj9JExlAPIHsyCBmPzCASOtGR
o1UAQ0XPUhCNRHXQKpyA16PIhAkY64/jip/T4vtbnbIu47K9KJOfdJ5gyD03QKyhSvwyRiX6
yWTOALFrfCjgwezJ92ZYhgGqVLlcOGdf3cAE0Bk9K3QnubkjkHAbsusRMECgdEuQI0GqMJhj
xNiqsnkjI+5VqBqLpiRZDnPJKgFBkPGiSAIjUWROT46ahcsuY8bgKUBtvCVCSaMp7P022Jbe
pn0+CSIMWrxAB+BPCDAOWeqAmGk5cGvyqlOA4Lr1W+AQYgVKzM8pY9k1CDQcljkC91hJxInv
BE5ggGyYMBp0lMLkX4IMKkcUw7pdzoUz82V9EXounQ+y9FxeyxvI2RkQ46EGo4qF6/0ssd56
g2km+tjL1tugABkCp7W5tNPuHs5eVet9LIRiO1CWh8OSEsZQHjFv3EICMdwEVz5vuoEwgWLh
0DGG3Ed5otmPOiZxxZmIspsXlIspbguxFaKcpENa72RLuZ/2j8CcGoNSChMuQLtop7u/kNsj
l6SiMiXs40QDUBYmwJR5CS9GHaWUyI6Vu34EM5CThqV/eTbZo1Y6lCB25RxLsxc/Mjvb21jA
Dky8XwIRk4JuWRnEiQ4BNIYyv1/MsTrqpfTyLtWMinNkTI8sbI78iYB3j5l6e1IZ3JBD/CjL
ZqS0pCV/NlFO4Bo0RevhTA3OM5SsEYEtEmha7d74EdnYLbUf9SQ7Mu7yIQhKMYQYPd16m6c8
BUnsuj6OLl2MaLb3twCBjd7EeZRjtbfphqzl2TFbcs/UhMEzbRvDBbu9uf8AN7B4xWUokgG4
oXUTAuQHVRRnWIZn1ujEAFjRAl7cXZDgKvZAXJLVLK5fJnpdO7jVVRk9f1J39wTgdmpR6KBV
JB1C4sj06hA70XaxHKUJQ2o5R7MzfL40YkM7UfVbu3uADakHHB0+3ERmLgX+JZEZbUrSaijt
gEmRYMtnaizAcx1dHQg3TAvkWWOmo6UZkFu6ANUYBqlyTp8SYEhu3rFvhQEQ0bRCMpxcHu9a
Ygh7NdNlV7Xb7yBNX7xCkdyQiCxjWiG5AeruWYdn7ykd/bwiA8S38yxMqrP1OWI5WLoCY0eg
RwLHUVXpzqxuv6jvYs/QmjQGyI3O8WIC9OMspQpERqB8KlIualqVdCcSMJUx0crEHLcNiLQP
xKX1E2lKD4g2yQEnxL5NwPhQO2JRjIfaCgIgAUBFvuI7e2TIOxNkJgYsS2qHqECIqxNE0S8a
YysFt+rATMbVoPuqH0kDHbjKpA6O4qSII1BuhI1EgQX0QkA4sTcspbmtyRdSlEU1JpV013vS
rhM5DjVYliQb/wAqbAs/9uVXcHRMbaINYXT1rqql86BEgNB6vqfKmAZ9CgTUpjQJuFPcriXA
IgfrXPLCJ0OqpIV4VUtrdi8ZBiOnxqW4ZCcI1HFkYCYlKjgF2REhezKMKDByUB2WraiF5Rix
PQV4auOlkQIsDcm5QIY0udEJiXNI1pZNEvMGzce+styQAesuhPAvCIbImlO8n+o3hGOyXDEB
yv8A4+5Ez1MjVVqOOiyLxlq1ijLZLEVBjr8SEfqAxND1r19oYnvdIUYwbN6/yLAjERrFDItL
RHa25VJechV/IsgWEiwlp8KEnqLtomlro6MIkY1q+nwoiuIuGRMgHl2NfvJ8ZO1xUMiZFo3l
AdCjtRLXZqUQDvONZdLoRkeSrcR5Uf6hzIAGMHaLBZbMAMdT++hu7kXiZcwPD4l6exvekb4T
P8G4vV2p5QjYCroxnESBN+lGUAYzlQ6fdROkvepTBbo4p+0cde6hI1rzLXHjr/OrVepQc0TD
qTWHFAhqEgG1FAy7RAcdKMjrYJrBqKvvJTk0v7lUgEFgNEMjibt0IEESh3geCO5sgyY0A5WW
O7EEfZILCZMM6VR3oy/JHZbvP3FCG5ESzNKtQIy2jjIFjGVCpNJ8hpVOKxFpC61BPBATPZsA
q/aOKGMLt70fUlzCoHayKEa7Y1jGgp5YoxhORj1khNNxK/EV8qyiaA8wqhtTPrbT23NB5ZoT
2ZxJmHMH5olGMCWZiEx2+eFjpTxKUZxJmzRho58a9QRyJLv0qMgwzvqyOO6Sw1oKeBEzLydy
SmjIAE2ZFqhq11REogGOoWdTE34OhGXMLkG3wrCTCcgWkeI7iOczGzdMe0jGMY011c+ZSlkN
SZGtfCpYHlZgf5VtznXdmBiZdlYuSDfjRExNJU4pp9q7jpTmpQhDdnGNwHOKjHKguUBCOZFS
TVGRrw/EmqYklmFlIRIYsDoz+FGJqNNFflf9SBfVOzpmqpBw55R1yUY+CjP/ABIRLDHVEMAY
Hrunu+ipcL8sOTQ9AQEjq7MAXQkZnE0aV4jy4qMoyHSHrJSMInLWQOq/+Rs5teQDlkJbIIJt
E6qezucpd4v+FR34uTAsTwCliWMgxOqG3Ks4CsrZRR25ly1iFltOGoYFgx+NAxjIwNz3fvp5
U4E0RhCLuKzP4EWjIAmrilVEbsoiMjyzHMfkipQjE8pbIcsQUcoxlp6h4eFSh2Abtaiu8tKO
o/UbZacC9KfJNQ+o2qS3Ig9R7ywAaJqSbnzItrY/5kOL2RiBzcGKP5eOOpCDRINGFysjAhqW
N0Azt0VKAlGUaVLMsAAIy7MlmSMjdtVGQL2pwClJhKI1J7vkgpGsd1wIvy1WL88iXDIxkDQA
gNk/yraZmi2THmqgMX4E0WAOQGndJT0xjYKl04FSGWQDmiwY6kgWZNC4L0oSiZkHhpVSIHZ1
Jr8qPIJBmi9QHXZ1ZUC5yZT7u3G5TbYGzGppUn5pKTyMoyrJxqpTcyc2Z6I81Wrq6JbGWtPu
oCTuE4NdUxcF7FAGFHcnpTVAOg0RAm/AJ5TPUNfighHcmIcBqyOEwNwBw4QInidCbP4VOB5Q
b1D5d2alHwkhAjllpqCFcl6ME7gsQ41UNuJxJv1KMZNPeAdzYKG/vy9QyAOETr3F6YhGMLU5
TJv9zFZTL7cacooPJCaj9OHjOVBuGVD/ANdGG7M/U7l8It6cZBSI28BwHBOOXo0b4kceKh6l
ZRcCI4rb3t8mc5jICPKP+mmGwZSN3k/3F+VsQhIa9ohPDCM/hCInMg6yYIF8hocRcLGWzDdi
b0aqB3PpYEnSBxKwntz2YsGJAkHXqfTbkZxOh/hghHc2zACgjq/iQjCLhxnI0YIRiKMyMZxE
hxKBwFLFCW2AJMxmVn9RuQhG1K5FY7BAiBSQ6ViAK+9M1QaJzTpv+6nPZH7UTi8gxtRlIDtM
xXKXcu2i9SZgJS5QBco4B+PuUjIOZUCtR7aI/wB6O6ZyEiXY1r/IomW5LEFzDQrc9OOMQcQB
WgUmIINeHyrC+4SGBpiPOhGJtc9KwyDn7U0S8zRAyqTpomNXsiY06E7VYMBxRNiNUNz6iIIj
V5UWIjGZs0Bb7yPovtmmQIYqG+NzOEjjOL6KP1ey8/p96p4Ql4EB3RoUDEOBR2xQBBd7itFg
SaVB4Mht7ZoA5KzkDjEXQlEu4yJayyjLIE9m1u8gWZ9UQQCBqdUABkTW1gnLE6g0KiJRwBqO
pGe1WcZEnXl8sVOI3ANy8No6oxnHnFCOlEmnQVy3sZIa9SLkw6Naq/QEHZmIHuUowgZTAsOP
iWW/OI0wHFHc34CZBYUqfBzokRxDv8PzL9qqupYCYJsiNucTJnxHH4kY4c4P2oOBE6i60/vQ
eWRJ6isYl6VHBYbUNGJ8SO7u7Q23bBnr8ac0bVEwLw2yREXsjkwf7SnBYgsBZPq7W18aY3CI
Bo6JLgsWQM2ar9JK5Qw7yJIeera+FGI5QasKN5VEGRN/i+ZRxGIND7u0jF+Zqtonu1AiWYC4
QJLE9wdpN9PsuL5zpXyIHcM5AkkCIYH7iMtyBjSj3b5kTMgM1DRPt3jfRD6eXNu7Zc68vjxR
I0oSKpySxTj3Fb31hqcSwPQEdyfeLkIgNIUDFelt0y/1OkfGjEdXSsYlgRUiqjkBielkYS5A
Y8puckdwAZxi0SA4kPgTykT1LdLu5FOAR3YxAnK8lMbmyRIXnoVkYP0EuFjDbiBrRcsIxI6A
nMIyLXYL8wCDVEg0SE+79VI9Eak/dRj9BsEeLcnqgRPtSF+zEIbeOVKniUBFowihHbiZ8dKL
+5GcI5VaSlnAGLk9KxwIJoSi9ZDUBUyG7GxAa/iRGxCRgCwkBdZy2ztxOsroS3zKciK1ZD09
mIIFzdARoFhA/mTv0QQk5DvQGodCrE2JqgBQXfiyZ65IP1KUtqOUxYPdfVR+ooSDKAN3fHCK
IBJnxPFDxMAXXN2TaN07U6LxXENRhV1WgGtXXqmpL10VBnxiEIwPpxldu0jI8sj/AMyfMf8A
twRP+qxu/Z8X5SO9t4bOJYRufMiZzG7rkf4EROPFm538KJh7onVeoOQwpJrSdHcgb9oaIggk
6I7m5IxiDQCjr0tg8smiSNAfY3u6FzSDngURTpOrFMOyKKJdyzHpPzJ3YtY0ZYt1huCoHI1U
obxYGGVEDmxNQDEiS/JjLdNmIxRH9ORPSqGMIRNbvRNlGPVF1/qzMdSG+6hnOR0Ykn7yZusC
8lLc3IkiNTELPbjiBqBdEGTHp4JpyyDVYL1IxOJOod/mRABEo34feTGoKPq7Qy8QoVEwnODH
m8wTHdOL2ZGQJk+hQw2w/SmFlSy61zSAN2RxrAFuhY3DcV6R5iT1AfMnPdDAdSejPZ/3UXsd
U32KG1FgZuZHWiMgwERfxVQa731R48RoPiTkvGoH+ZGIo1mWe4GhHsgnmmvTbCGkX08XKjub
fOz0URKOMjVzRDc7AsCeB8KfaGZjeTOD8aMtwvUsdWPhRERQlymkH3LBixWRGMohyJD91DY3
IAZdkvp8qI+nIvWA7/lUBOMcwA4xbFARjjEXAD3XpS7ciMQDwVUHZjckOn14dCclg9tUx0q3
Sg2mqOr3QBctZZtIRFMiGb4kIi4BBkzj5UHlkWoiMvcgAQ5pW9ETEAgipuqBmuUACQKO93Ql
EWNSaj4k8Bi2oFChEggUMvh8yEcQwsn9MOsRAAFCIIEdKposBdXHR0+0yZ8dAnlEokuK21WU
C4NuhMaoykcQBdSmDm9AehPrK4/EgJU6QhidKi6e/DqTdN2VK9JXUp5nGQLRUDIMQGpr50Ik
0JuyORoHro4WAAhG5PZLHwppSDCpJ/iRwNBQni3eQnEGRl7qKMIc8HcwJx5vJigPqIiO5EPH
Oyacx4R1LGL0qS9PhTR2+YayNB8SlKW4Yi8REBvm76M4uxLyALu3xr04lovZvxJpu5HK2pUP
UjjmeWR5kSblqrlpx6VHcArCVffy+ylBqqXVKfsTErh1Jv1qiOw/bIAY94eJehv8m7AFi+MS
iDcB/wC0lo7oeJygJCjWQ4j9YWROtG4+FPGOI4EsoiRjCLc0pHXyrGEnJqTd1F+8WdShssBE
sSbpzMiPEFooSkTl0k0WI3S5qGJ17vMg5cwNHCgdwNuGjMhKQqdEYsKUNVhuAxNn0QudUBEM
BoF0lGM2lEioW1tgY7WLllIC2khoqsAdXclGMgQbVQjMPElYsGfiuAZULPrqpRizTYv0lCW0
MnoQLU8KfdiMo1IIyqpbs8YAu0YgEAdxYmebkENYfLJGUXMTch2WO3tmco2YU+Zelv8ANPwC
oD8yzbmY2Nk2JMvFliFzz5uLXBRg7VsKxUYxiAB2mNT5lIyHp7bcuVJUX9PsMAGBsRZEuJSe
j1jCR7vMhJ2kTUjtV7WK9Sbbm+bDSKIlV10KezuGMhuAxBerrc2J1ltyMSer2NZ7hW9jrgqD
q6VKcnGAEiCNUN3c2ondAaMyKhAsAOAR5REnVA4gyAYHoQyJpopRjBommQusiKCzoE1L2QAu
C7cVFhjS9qom5i0q1CkNyLzlLLKPDzIAbsg4eThx+6n9UMegiiEjOW7MNYUWW1AkvUmtVzUm
DpQLHIAdaJgA5qShInJqsiJStoLptuLoyxYDoRlIyjGn9ooCezHejpKQDokfTgCLg4nVPLZM
paNKyiTt7gv3kNvdhvRJLDcHMAm9cehl2m/MxXXon+xbc5FoyiR0mQTx05TXipGUamgIp99Z
bgcCwFCQvViCIl2cVWJAG2GrpRS29hosO0KGUvDtI7kpPI2FlU2TxpoqRGZFT0J2eQNnblRM
Ra5NX8qIIBcXOnwKj5AjVi3jQMI5AXnKkYf41jCOe6z5yr/9OCOztARkB2jUoiG6C9agE1Rf
elkSGYt8vIsyZSBBLEvXuyUtyV5Fzrf2V/Qe56VvH6gF4MYgURjtgAk1lqf0m0N0XiQCTkb0
TxFLWWYgcjYkcE+4MTwGoRBcuGqpwIGMSw/xIEEgE36URK7OgD2aX1Rtylgp85iTUELL1JHr
rVRj6tWagCE4bmECa5ACnwp97cEzrWiMfp9sSIoDxTxaA1ahWRmS1nQO5uF7Aiiw9UxLk9Jf
zokbjxFsrFGoET4UIPr2pHKifGHax8qd26FXQ3UdtwTCJJDp50AuCUYuWe56ESQ4BfrCMdoi
G3N2BpVS2pyDEuDEsSfCpCbFmc3oiI97X+FOa3poPY8S3FZQBMvs/dREos71Qym5NiRZAEa/
E/wqO1GIiwBl/MhuXcsPKEfqPp5Azbmge98E0YEHblGkoWb7ycRJAsTQlRjF4ydzr8qdxGfB
7lVFqLlNRc6J2cA1PA+D2WsomnM5fqX1E2ZxGv8AwOYOniBX9A80QCag3BCx07pAojtmJD0e
9ELybVUkBLQC6L62j1LGLkmgHEr1d8c14h7fEoSjWM3elkSJ3L+8qJEhXh+8nycH7ViKi7oG
QJjG+qpVveoQLCMaDQh/Eni1A0iBREaE6Jq5ZX6UMhXRY267KeBLSi5J7KlElxoBQISEnnwN
EBSMejX5kNWsq116k5/8HT8aFMnNdAqhk5NAqGod3rF0JYvTT/Etzd3Byg8pbVD6LbaUXx3Z
8PgVLPf/AArGhmA1Fzfl7sezMD+NSlIZ7Ro8bP5/AsSGI72o+8iAATVhw+ZByTlfqTAkQGjt
kyxY4G5dpOn28jHvZ2y/9tCB5Jy7JPZMkNv6n6Ubu1GQJyliIjvyh/uLD6aAgCztr8SquH6F
VT9KW7tmsi+J4oNGbg2FQnlKUePLb5ljHPdI0FB8yy32i/d7UvhT7e1GJOqlvs+5atn8vsA3
fzNiVYhuUHzJoH05GmJt99AxqAS2Jdcz3sxUo4yFtLBYtIOKDigTYBkDLchGr9rIoASiJalj
ZEbO6ICDCou/bWPrln8ITMzpiVMAigAsonbxNHMrqLOZPVc4AFuj5YoUaOstUfCbPcoV5Tbi
CF/ejSybFwPtTxueB/nRBDdBToAcoNCwo6nD6dzumBlkKXX9XN5ATZn+/OahOHJDHKocISvI
h5e8ovKpo3AlC3SNCsojCUjUd1fkj1ADcXl5MVkdkgas7/MsvRnMPoNe6sBGWRLEAE2QGABP
KWJq3fnBRlGkr15ioQi53hECQNWl51zBn9twnFf0OH6DH21TWRnMsBcrKNeB6ChE883YgaeZ
PGzI7e8MxIV/woS+mmwi/LOv76fAz8Rgb/AgG3YjQB9UQBu+Yyy/dQPpzYUNJF/hTDZnIXYh
n+8uTZYm5kWZDsdLl1Oc2lOTGmnwp/faqq3DrQcXW9OJ4OBdNMMWaIFKoGLjz/4Fgzl6V/jU
ZAFuAR5W4x1HyoiNBx4IuMiGDigTmQLXFkYiUQ2qLkkWs4QNDGVi/FNeTPjq3iUIkUkwYfxw
Q2cmEo4VqWbHlU/pnaUJVIrGXglgo7f1kZRiAxlAcO7gn290Eu+J7Q+JOGkS2tFZyexwfwr8
4gVTi3SsTzHVCMZwiT3cgJImZEY3ckD99EiW3MSe0hGQ+GS293YJlCMg4kYy18UFljiZMRON
ChA1b7VIRuxbrRhumUZDuiiJjWT0JN1MzLxYFnXpjcEZWY9n76BgRKJ1BdCmQIcngi0I0s65
ohuIWIY++q6VX9FiHCkOiyniGi5pqvTEyA9gUwmcX1um3ICY0LsSm3RKMjoKhZy3hAnum6Y7
lOlCpYlnZUnmeijH5kRKBPBqI+qMAezIfjX/AMfnL1J4+VZ4V7OLoCgIN1ibcf5VOLPGzi6l
KJcRD4C4QEhTSNihkXcd6x/7kFHmECXYkkgBZSnm1iFIHbAJCbs6Bxomy94t5kGOVXMXrIJp
PCuqiXylLioR8VJahkNzQ20ovWEPUwGUI60UNzbDcoIk1XPb9RDch+ZtgOWNYfFBOHB0KIhv
SANxdDslhqNUMTjLiOKwh+ZJnBNGRG7KcZGuJeP3UIu5DOQXNVtj6jdkYgVjORwB+DLNcplu
bjsYgmEYDx7eSEpb04xjoDzLGMpzoKyOSO0fpzPE0nF7L82UgBUPEv8ADyp9qQyZ4yH40YSD
GNOpdkyGumQR3PpZgHtDam3MT4UIyMtrcgXYHX4ENve285DvCklmzAsz9PdTbUHLtTs1Qnuy
9MAuf7SXpCTtqdVT2tGWJ4qtTx9khxBUsy3TZUFLZX9jkX4UIVb9KNMgbupUr3a1CYmhIZqI
h6HTUMmJTP1Ijh7leuVvciSMh08UwLxN1JqmdXFwE7NKQueyjGTSMi+VCjIkECggGchemBTW
RYUVnHHoRjEmTijKrAHggZGsbDigAWMjXVcjGPE6okyFGYBQFnPWiZUEdVt7UYxMBHtEvk/l
W5DsxG48WsgcgYkdEghEQ9TcdyHoE0/p8pysAaRQ/LxD8sAa/PkstyIjGHNTh4UDs7OG3qSO
eQ8mSO7uSIkOzE3p8CbYhGMhQSZ0TNi9cjdZE5SNzqyB3d0QLOATVvhWR3n6ACiXnzX5UQGn
SvJViv6r6aeOxIEHbDtks5QBkzORoubbDmvWhKchtysHUtzcnGc9zvkkn95A+uC3RlL4UTs7
ctyQNNAvT+m2RtVuP4kRubkzCT3LBRjIjKAv3U/6cJxj2gXA4ptUS3uWR0YDp+VDQcRZMaXY
JhWL1kbjypgcurX5FUD30WTcqcMWFle91arv+pVdgaLLpt0LalEE5gilqIR2zVnPWiCARrRk
Xc5UBZPGMpEvrUfKhoCLOy5WBGuqGpNuBV6A1Gqi1zqViGMpXbRHUvcLKmMRa1UduLRLO/BU
/wBWQxZqRJPJPJS2ptubhmCca1PhUtzalKEO9C1VEnlm2nR2ZzRluGRkQxkbD7qyB9R7nX99
DA8sbxt95A1IqmHLlqb/AArJsW1FEDuTEWsCWREIy3927DlhXxKe6eXO0RUDyxUdzb2ixrka
fuoS3twRJ6DIhV35RlG9OUqWMstnEsxcSl8ElEfVH0zIdo9n5pLKEgwDiQLg/MoyMgX0/wAS
xziADXIn7iee7txHA3+JCYfdj0WXLCMRrkagIQ2sdwA1IOMQsTEQANW6VHCYlSvH2jbjHKZr
7llGJEetEkEY3qsSSAKkm6zIrAvXVUuDVrJ7IE8Fy16CnIJIv1rmHNw/mQAtpLpRDuXZkHAa
xIR06VEl4grFuTJ3ZYbgejhjcICNDYISIMsZXOjpzcimqycxLN0IZRYWJa3zI96XEoSkS/Qi
4iK63ojuNkBV+CYDk/tyyXMWiHYDggch/wCqcF+PWjKVQTRvxLGuTF+pOQ+5AttyOgHkUN6b
w3t2olMY270ZRRE6kDmftSPj+BHF4iRZgbqW5liIacVSJy4nj4VIjnJoRw+OKwgLXLWRlvSG
QFjdH0aFqE91SMpkvcHh5UBFyeJ/mUd/6lpzjUQNQmFG0XEI/rXBfmQjJqVCMvppy2yXOL5b
ZJ7soSR9Tlc9mPZr2kYyFbjoTvfjVfl7s4kaRpRSfckQDUl6/MoxPZ49JUZ7cQCKjiWR5GlS
qeRPU4sh6m5ESNw6HOCTR7rAzAlcRALoxDOQ7GiDBuClszFDY8Cpbc4ENrrId3Fc1tImiY2H
Din46rp/UU8qniFWQe3CiIiWD31UcrcFT3oajqYptH/uR3Hcwp7isrk3K3NsB3FNHZYY89gL
lDI1DPqsTyw7oQEQBFUDyld7feQkJPI0LInjROOUWL6lc2ln1UhEhjXVNFwSasowFKPIG9UX
rlZ00YvGVRIFx86lHcbdgTgBUmFe3t5obkXEAS0mYY/CsNzknCrk3dGAkS95jo7uK5ZSO2Ga
mMiicDHaOpOvkWO2XmaSmbP5VJjkS4yKqW6NEz1KjPdBw0iK5FRBI2HFWuwUjGRl0m5TBUK6
fZQMpTiB6sBQssQwIcE8SmNwLJ7CN2NVJhejgNXzpyMgxeRqPkQMYdqnEr04cgYGgrVc8y73
d16rEbRdpNcJpQzaz0Q3tzajAy7OpZPiH4qE5SMTt1DFkCZWrdVYyFIyay3H3IwMBQnvHyoG
HPIGwRJiQOjRESOPA6fupo80b5FESLsQQBVVORPuKyHUj0KQIJMm5jYJ65O9qspAi4IA60RM
holj1qOJcFw16r1dthKVJxqOZTEQGlbisTd7afeTHlALMrgdWoRF9ODK5Iow7QKMiLHsi1V1
6lD9b0+5NRyq0gcXRk9f1I1oe1SyIEjKUaw9y5YgSlLIniueX5YBiwpzI9nbFWkTdRgNsSEt
SQcR3uwhuSiNyW37hJ0drZI2oAs8R2mRMyXNQNHXuWPaew6UNzd7pbADUedHbhERhYOAZVCx
i+ZudH8ijnR2uhOBEhxC4J/ZUIxlV6FGUQ+1J5RLW8qBq2r/AIUMokgt9iAg0fEwcmXdQ3t2
GIrGMfE/ekjyO5coZRLixereFcm2B11WO3Jq0Hdb4VETiTGxZRhSgalvY5AT4hEMCDcKW5s8
0b46ogMQbgiol5JLCDGEi7EPHzIZbYi98f8A7alAC1E1zx1ReQgI6k/wRRA5gLLVRlKkIkV1
XqY82Xa6Fy21UdI7vMB5gf3ENwBmdz5U0JMY90XkhKYoNHqVynKzGzEppDJrg1Hx+dAFpA2Y
oCOtzVYve2mJT3kNboC0b+9EuwZgyEjTEj7EdwRaFgDWqaQJBcBkRECwYR4obmQ5j9h8qiZ8
8nDUpVDLb7TsvyxiWbFmdYSkcA3KD/Eqfr9giLmy9f6sNGhjqGROzGj6W+NF5PxD3+FECAcd
mlz8ckZTJcagox2ps+hF/KhzBnrqVfmjQhOuKMhXgyI3oZYgkMsezF7AVqoxdyBUtWnhQwFq
lxzOoEhqUHD209vOa8EWI6iaqsC3QVUEe5czx1qEWlUA0ZRwHPIk06U56CdF2a3BRejJxIZN
bSqMRWQNSbqmtliQ7p7DgssjxbpRE6A21C9MywnEvCYvGQ7MlGG5SUjiJdyRQkBlutWZGvkR
3OyW5gBqi4oQxjEOPj5lltno1FE4TSrRvcpHEdFUSOUHRMDU6V/cTipA4oncxAd2JZCMRUl2
sE41KBLGbEhruoy3iICPC4UdsxEYRLAkdsfKsdoVF9R8qcl5fs9rC69ffjmAOWIe6iJ0iKAd
CZme/UgI1EqD+VNNgbjj8KltwrMt1MmyM9zvAWA+JRkKRfjRPtkVqQgTwdSMSwhrxKnLcL85
xe4T3KmN/dfM5QgEwEgdC5ofMpY7bgkDLRvEsTIyJqXsP0hm9EcQGNwhKJfc0BspH6ndAJpE
RtF1Qne3IVi1j8aMN2Yg9Ii9UYkHKNCTQUQiBqyiYSOWsVEbsTmKlS3DAcnZe7lHKjl/eiB+
vj4k9iKoSoSbDpXZDv2elEGgZ3dMxrqoSxfAvE8CgCWPFWB60N/biPTIrEcUcqgu0U5FCbrK
OtS6LVGpT3AuB2lynCjl7p4RqeWocqBIAYMQK8yeQM2sdECLX4MgYMKVKlt/Uc8vEf3Ed2Bc
E1gLhcWsGRYICIcm3WhtjGpDl7BATGUw7y4qO1tjERNNVloeOnyrjjWl05PKDQIGoqzoAh4y
q41+ZE7MBIBgT3pS7y9KIY1Msaj4IoZXajow2znuatoFCEI3Fes92a29sDHEVHSjBgw1QnGs
rvwZDdgQzc0elOLi8dQrJ/t9jKyb9n6DTiCHdSG3+XlfFPka3Iu6JyFLeYon6iRgXoAPxJwX
6/YNiNgMpday/WUemhTWaxTF2uvM7v0oki9AieCc3L0T8NFw6kYkZA3BsyM9gAElyDx8iI3A
YkFgyyAEQ1aMUXeI/tjyoHHmNzJEmIPGlghAj8sCjBemzAEHIVoEdWuRWJXMXBFH/lVZYjTi
XTxNqB6/eWBAndgLVWWJMDoC2KiIzceE0ohKMRtSq4P8Sp2uCaVWreqeZalAgdCsTMRMtEBH
mlVwaIXYG3FliOTaFBGPBPHnlIONsUx8XqIzlNpO4i9EfSLRsZNdEhshxWbflgvLg4VOCEg1
XWVzEuhs7kTjuAltH8aIhqKC5WjcHQk99fZlIsNVjsxBgLk3PwqMsCAe0OBUcZBpaqter9Cz
D9B+C3NxrlgbItzWdOarg3vT1BZP0v8AhRc0NutEBZM3QgdSmJdk/dNDwQJoTbrWO9GJJun2
2kG7Mr/fVIN1VR9TbccD/EmZibhUpdwqX60INgQzizpjV6AogAMzmqcxpToceVR29uIDGhF8
fiQrKO3aXX5UREvIgs518cllI5NwpVCRDIh+a9wWCG5OQbQDQ+ZHEDLQHipS3WBjTFrJ4nGQ
qUHxkdK1ZGUAwFSeCxicYayQd2BsKZN8SE2Age6KAIjaAYDW/wAqBJvVulEXkbDoTm7OtyIu
zsOhB3Blyt09pCU6Seh72Pe5UJA0PuqhV2ZxxCEpSEH4m3xL0fpdwbgNJyjWp7sE04nJ2ANF
6MZEbpDtct8KG0S7kZYmoXpv2WAfX4VT9B/axUpRm8HfA2qmi8Nz91CBFzcdKJIpZ17qpvd/
iQBFqhEHU6qlGsiXsE+t0Igu1ZMhA0iKoSDSfTUKlXReoQBIqnVRfVEd4dlPMYhg5CABa+XU
sQdG6PiUmFaAFnQ5mYudGdEymRSgUZQc43etE0O9YrnLMaCxWYAwkaE0P3kCA4Nw6kWqagxL
rOFPqIhpNaUfOgS40TgseKJ9QmxIFjXsyUjGTgMSOyclmR2j+r4VjEMBcXJPcUYmWMYsSbfE
hLbkJk9kDj5lLdzaZNC708kPAjuSPPKkX4qM56ku6l9RuTGIkTAG+KqTCAoT0DwyQgHZqFTp
luhh0BCW7M4AOQdXWADTmQIluVY5CX1Jt0Ibk5czFyeBRArN7u4KiAcYQ1ZRMTk9z7ehN+g0
h708y8fCow24PiaA2B8akHL3fpXK4nd+Ket/eiNRf2O4T2A/Wms9Cyp1UQJsjGwUXd9U4/Wq
s6dcRwQN2uVtzBaM+0Wd2TkDia6InskiiYlxJEWc0Qo78eKIPKDSmqnEUbmHQh3gTXh8UVLb
iHBaxZkIyOIJpNrL09uTQN2KMjMk8He/iR5niTYcVdlgGETUp4Ek6V0CEJU3DzNZNd9W4owg
DkAwA1RlHboDcaoy+oJjLbPLEUZAEEg9mGgUYtjRgBxURGhNCblAkHIm0ggSXlIlzxUpkPJs
QHf5lzkkAMhN2I+34kDuSLCr6pxrQF0STWikHoL+5T22bEuPen/4LziCRqiNvk3B2ZfhUoSi
c4Xfj5U3edveiCj0KoqVUVIZO7A21qiJBgOHFZhg5q6MmM5ahEYgRNtUAwaVAFUDMGoqueQ6
k+QB/WqSBj1uhOAtJh8ylElybHQLGV+AL/cRckR4f4kSYkD9RHlQdyNFERBoHonkWIqWTA8t
Kpg7E2uWRHisH/CiGi1gE4ONnPQiCHYVLCg+ZMS5NiKhCRN6VpXwpzR+yWsgQSZRNEAeYmla
MVEy7XeDdoKMdon6fYh3I3PxrtEGJBMiS7juTQ3RWjDr7y9KOgqfMvTFXYuTSiwJBI1OhRMq
EWVblMBb3oP2v7cqjJ3kTrQfCsIOwsWcJ2tQj8amGd4tElTBFJD7G/4R9hnIs4anFYtHF3zU
ovWN6IE8oNQCUxlXhosRMPGpJ6FkNwFtBdGQeQ4pwHiEWFDdlKQLAinX5UN2LicAOXgq3WUo
jI2kotzULkhPKJAtFqcyIlzQY0BsUMCABq1z3skXFqE9KAkX97oucQCxHR5EQBezdCAHLoR0
fEg5y46hSlEVuBeiAMAKu9R95ONtvMa2RFH6AgciYm8eymMuW4B/mRJegcA1TAV/UgCaDgjI
D3lk8a0qbp4mhumgzkAOe6fEjk8qvKViZeJYbRxLVIOnlQluSMtT1+dH0hSA1oa+ZSM3kHq/
FD9irf8AWquOAQlKLset05LbbW/wqgMoizJzQgBhYrGAYAu+rKczc0/4TqMnIx0Fi/i9pyi0
uMboelMYDuysgN3adrziyI29rEVcS5aeXxqGW2I1bIXbsr085QFMpviPlggI7hFWYhqIA3+x
YmhjUSHFPOQibPxQjetwFlJowGpK/IiJi9HsoyAcagjVEFzE3Gi3NoGTAnEd2qMWZqGt27yo
HZg/8ykTGlg9aoEAHp6SE8iWtwQJjwQYk+a6JMWlo38qJjJo2nWqIBpatfuqIJMnqB3SF2WF
eVuCebdMTdHd2dvGId2VXXQbPRVdncAp50DtxYp4RAc1dFw/EDRSI5QXFWt/Oi5J0Y1VzWjJ
vtHSm0vTinY9ac14LI2dnQesTpZ00RUu7afCjkDkBfRevN27os6OIYG7f8Kvsb2OzdP8ybQ6
piHe6DohmC5458EDwLh9EAxlI0LLIA9QHBZiOMRrI6p47jTI+x1GO6c5NVy69TbiIA06liAB
E8KLiKLeY0H2WXqxNhXhREgiMLEG5QqBoRI8qy2zkCLDRVetG/yphygV40QHi0TXI1NkRb30
TSLcEROQBZgdEWLAcdE8yXZwAXcISlEHaN4GgkyE/pTi/b2gGwPlmsAMjdyAuUZNRzwRGotd
VBD3e6q5LuwqqB+nVAxqB2vEnycCpPT/ALaeMXiaA3ZHICTaICUInb16Ap7o28jEchB1/wBy
SNaknS6IfV0L0qhubgMdmNSCO0hGIaIoB+n1qvs6/wBG1E5qvSzA3AbWUIgepKRYseyvUhEy
PAnGvhTOYkh2ZlLccjZDluhRaIk5ZiaAIRxaTVEdFltyA1Y0TAgyFx0IiZE5PaIyUR9Pt0uQ
aLKmPhKJEDGQ17pW5syLzMi5HE8yL1e8ehSLYvo1ChcR7wXJQ6V0CMJHre/yJtwGtiKgfEhK
ByDUIRNBWpHFNGr/ANslkJBjSlVWshVn/iVNS5CDhyKE8PgRBlkBwqECLEtIx7QVRQFg3aKB
YxejDVAh5ajvffTsHNOkow2yAHueUpntYAMqmpt1Jpl4aCx/xozJEYAh4m/wJohnuWT6AsSF
IXDUF3UhiwHZsAyApxCgREtItJCEAwH/AAer2fs/RH9McfqCezPo7SBO2fWIfHtAFD6iZxOT
uOjuobk/zIzHNA6hDGRx0f8AF8CtmSRG7jFS2DzUcHSQdckYwNfUDcrd1CUZARLs7v5VFy25
KzVsiMpCVQIinxIxiMiSwjK4TR2wOKYgRZn6fKpepIbZgeURPLgPEvXIcSkW6cUCOzoVjKOT
inWiXJBPNt2l5UPVBA0XK4BDEXCJjUiw4/KgDyHU9CLSzc68E4s1GRkbPZMags51HwyVSxBL
M5KcMAL8G+FfliNRVuWg8CMgXALvxCy0J7tkNWo4uB8KoQWFCBqomZxelVJ5AMQBxVKB7n+F
Y1Jbrb4ZI4CMtyBo5BElHcIxlelkBqLkanwpqDj0eVY5NlwsjLRr2c+VA7h7RYDgvyos/wCh
H15Y52o6GzAkvaensf2Of0ehN7I7sg20Szns/MhPa/MlL7HUztmMdwVmD/IownAmNTn2gwQH
MJEuZG7KJ2ngGD+5CMJShuRAAlElm7qhGUDjrIE3HjQo8YnlCL8oGpohuAvuxpiO9RCROv3f
MsYyGWixlEZHUd1bk4yOUnPvQhKsokueDoiRYxFNUTGLdJTsx46FRs/VYrmFPE34kSBayyFA
LkIEjGN6pxMOHpoyIkWpohHW9aIGNH7QFGKiZAih6UIxiIxZ6B6jvcyaIYXqK/PkhORDPQW/
hQkBkX+WQTyAgJW6B51HaDyhLvdXhTkEkOxKzn2QOY2Yd1S29ottimQPNJHcleNWOhRL5vpw
VT2jy8E9C4ITH7UHctp0qG/K8e6FGcaiQcfoCcay29PL30CzDRlhPtw/Ym9gB1T+z9vsMjUB
dkrN6frR2/qNpoyNpXK/+MRttooTrExkRN7SHiUdwMRMAghXpxR/agHXOW60NsVnfoZRYkRL
voogyIZ3CJ2xU1/zL1JGgqTdDc2iCKUFyt0WlEPLQJxXhRGDtIRch9UAS0pWCxqWLe7zr04x
aMXd6iSy3GPABAgMDWQRxIDe90aEGtOhDbd5dD0+aSJDA9N0GiWL04hAEDmGlSgwMyH6KLn5
QHZF2HMKvqmiQdyR0soxkxkAXiKfvIykGBFI3oFnwFUJSBccaCi9OBbbj2m7yjEBxCx0HiXK
Di+ly6YwoaBiiZBiagIF+XUFfsKrTpTBpQdyWqCUdqZacS46j7G9h4cEcaRlWJ4IGNeIBQmA
z6J0+0aDTVc0pCT0BXOTTjUICQMSddE4qE11QU4JtEBKQBPFPobIGez6pNGQ2dmMtr0w2NWI
WO3uGPR/mWX1ZEYgM/EoyflF1E7XKYuCXaqBkTMgVlwT1LaPojq514IUEQLFMS4a3ddCMJMe
ANERIGLAgB6ksiZACQJxC9SEgJRqXrVS9QDcDAiWo+BDcgXjI2F/hmgZh4gvAkMAyAZhMEmR
1X5JMiG5TZA7lGIII4oMRE1cycZ+VcsXDdq9UKhgxICaFwagmoKjEtcu+hHmTR5jKwiLI7m4
MCGIEf8AGpbkzXwvRNDlHRURbzJwMpC76pxECJ910IRLAM9KI7EImRFCzoZgxDlun44p5MXV
SADaI/mRcuJFqaKlzb4e8gSKAVOqibkowJZqnVExkXsgYSaUTYqEnxl3o9PscByNE5DE6LA3
uCiGxILGikJyoGAc3Tu49jSDhHEU4GoTgYngKxTGh/QMtwYuVPZm3pjj+BVsLJ6BPbipw1Zx
1hNKTk0IGqeQfoUSCWu/QpzoGYeZz4VSWPVU1QhPmeorohEPjqSU8A73Oq9SQBIZomgU9zAZ
GThHchG/aA0RaRiYqIiQ71cdoFCTuCOwWJB7yyiMWFBZPtsKa6lVHUCHi4QJGpQlOWLh2sG8
sYoTiWj01LFGUI4AnSrkISiePKO188U5gTugEOTqjDtOGQEQTuOw1BHwSTToQaDsoEAU48V1
Dl4fMpSNHAohIOJWJ6kTGOQ4Vf4sliHMzUso5TGUrAXDJ5hyRazITHKSCz6+WKLntXBuCiYx
eOpRJlz3I6E5Bb7F6u52ZP1qM5FjYD9ESi76sgw5ZXPAoD9JvY6Md6QIIdtQhLaEpRe5vFCM
9tjrWyB0Ip7TujvmvxIEDIyuDd0BI5xZ2t8qEBaZ7MTw7qixxcnnPQPMvU3HMHaUhw+VeoIG
ZcgPwC9eEQXGTE1jEKMyWjq2hQlOJMXqJVdDc24sT74nyLOMcSzkWr8y4EcVlE14qMPqCfUN
ImNQnjIEGNWP4U3brSlHQljU8zNT5Vi4D0vSPmR5nBohEQIEda3WWTzHEOwRnFpAaC1UZbkm
F5A8rjyeNcrRjLiHLIR2xR2y0RAqxLhB3MdR/lTbIecCGiauO8iKmUqSFgPgijE24Cn3l4Yu
4Aq3lRpnIgU4fOgbklyCXPl7SMiWINuCzLyJ0sGQZ4gadCtSlSnmcAC4fihjHKEeHFAyAINR
IUkB5kCKjRV9vSmVKLifbRcT7WRIjU1KfEyraIVNu5Z5FRiAzBqIk/YnJWJsdVGMYk7pdyLR
j45ZIiRy3DXNDKOM42kENyRMiDY2QjiIA6LE2OoTNRuz0IzhKVS+GhfuqOR5hdrJuKE4duxi
TykeVelOIbKzEEeRE7fPDj4VEyhKlYyqFmARWhFj8SjLeGOksRWR8SE4Su+Mf/uJySSxJYUQ
iA5xo5yYoY5SfR3r3lUGAD43BQlGLlmBIydACDszomThqHK1e7FNAVBsBf5oomLm7vWhQGJc
2A1+JVNbhhdExiKEcxGveViYgs4o6aALRFhSp7PaQeTNehcqUZFwGYgOS/jVByMXBFUIyYMG
VCw1rVcwPuXpbbsDV7ICDEkMQEc+wrUGg/QLt0KyqnT6rpTroFl1+y1GX//Z</binary>
 <binary id="i_074.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RqYRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAKgIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTM6MDAAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA8wEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAOGQAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABvAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A6tuHZvDbWw1oMEaiPzZUxVW3aHEMB4Mc/wAlXXQASJJnUoWw7xB0PH8ZSUz+xV+j
tYG+pB2k6DXxhYGRiZIc4W62ET6cbYJjgfurea5zDI9yk7IxrGivIaDHG7kf1XpKeerZ6YLX
CQ380ck/BGZ6jjtrYdxnwGvfVa7+n4M7mgye/l4JvsTfzfozxx+KSmgxjqvbYNOdBodI7Kdp
Ib4tGmxWbcK8tJZB8WnQkFAuxrWtIdW5oGoM9x/KYkpZlrCSIIM6lIYtNmugfHGk/wCcq4cW
Bu33k9h+TUI9UucJH0tARrz+bt/NSU1LqQNoMEdu6iyoenptBPEn8Foihznn1GlxJlrtCOPz
VSywzHP6V8P27vSEbg0ktYf5Lf5diSl99lQ1cGt0EyBHf85QF0ndJOs7o8PBZPTHt6v1PKzB
UXYeE0U4ziAWG2f0tjf9I5a+17pkfRPJ/gkp/9DvzWZnTyTbOQRJPxHCNBDT3jxUWu8NCkpC
+kjsHTpKr3UQ0ka9pidP5S0HFxH5UM1Png6cHxSU1K63AAMgt8zpCuMqAa0mdOEm1Qd30T+C
JE/3hJTDd3Md+NVFztpBbqPAcqfp6GCZ58EM1Dcduh8/NJSPayxxa6oDUS4gATHf85EZTVBa
2to7y2Br5pGsl0u18ROuia3bwAdOElInsdu1BMagzB+/89Qx3tx3P9sG07nk6lx49+7+T9BQ
saAdxEnuGyh7zugnQzH+pSU2G0Y9x2tYWzrtDdNdXfR/fVsdLxzJO4RqIjj90s+gquLkWMdE
QCJc48wOP85XPXcTIOg1+SSn/9H0Zu4g8c9kizWY1HkpN9sxEjkKTYM66JKR7Y5GikWtI1+K
lBn8gSc+tr2sc8NfZOxriAXbfc7Y0/T2JKYlp5H3FOxncmAO6dwkQVNgjlJTEMBg8/FN6Zkk
/HVTuycfHaH3OFbC4MDjxLjtaFy+R9dczH6gzHyulCnHsdtFr8prbIOuP+jtrrx/WyG/zVH2
z3/9bSU9RW0CByVG5jLBBHwCjhZuPmY7cindsdIh7CxzSNHsfXZDmoHVOqYnTa6LcklrMi5m
OxwEtD7N2x1rv8FX7P513sYkphZjgAmI8xroFXOG1z5k693aws3L+uuDivxK7mF1uW9lfp0u
ZYQbG+q129tmyytjf0W5n8/d/Mrp6amHUQfEcpKaLMN7XfSkDvBKsioA92zI3aa+atlg7JBo
/wB6Sn//0vQvUOim2TyEOneQO3ijaE8pKQ5mWzCxrMu1llldI3ObRW61/wDYrr97l5jbndcq
6w3JvwLMNp6nVmtrDza6ktBx8xtGxnqPqz6v5xn83/Nfo16d1GzIo6dlXY5Auqpssqnjcxrn
t3fR/OauWyh9YOoZnTvQyRh051jW2OobXZbVWa3W2PpuuZuqdZHpNc3+a/nElPQ9C6nZ1LFv
ve0sdXk20kObs0rdsZtY4Nf7m/6T9IxaIJOhMoOBiVYOJXi07i2savsdvse4/wA5dfY7+ctt
d7nvRnEBpcSGNAJc4mAANS5xP7qSnm3dYzcn6yZVbAKMTpVNZYbpNTw+2yrOzn+m+vZ6LcS3
Fwv5yz+ds9P07bPSfJpwPsWWzr+dbldNzJAoy6H13El30/zdvpbP1f7Li4TKf6T/ADv6xZyu
T9eKh9eLGMusxulZdbMG20j0XMj1Nmb7tzqtl+Xe/wDT/pKv5y6tWOq9Xr6dY3DFt/VLK7HW
uvuLgG2QG7GXZZb63qtrbZZ9kopwav8ABVfpUlOb9VvrdmdO6zg4Qudf0XKvdjtN7Rv9J1ll
GDm/aPpep6n9I/wPs/4Ren9X6blZlNRw8p2Hk41nqVuEmt/tcx1GTVO22izd/wCjF4NkdSe7
q+JT1B4d07AvG2ito2MpNovy6qWtDfUbvFi+iarK7q221OFldgDmPadzXNcNzXNcPpNc1JT5
jmf4u+sZuVZk14mJh5lljrHXutJxxLSHfZsWtrnNc+w+r6m2v07ED6v531i+qnVqsPr+Q7Dx
7iSW2UttpuDRu/QZmO/1PX2fQ/4TZ69a9WPmqXUTg3Ylgyg19TQTu0luhHqVv/NftP0klNTp
P1p6X1Omq2p7q/X0ZXaAHTO2PYX/AJwWwHAgkduR3XifUC/pfUXRfZjYoaHYj/TDLXQPpGhj
mPq3bfzlt/VnrfVsijqdrbL8nHqxMh12S7e2nH2VusqZS07n5GXc/wB9nur9FiSn/9P0SsGN
fIokmZITgHtymc5zeB8UlIOpPI6bmEjii379jljdNdsuqrc7aMb0nVgDuGMZc1xP8ixy3b6T
kYltAgOurewTqJc0tC4DC62KrHOja6vQggj3N+nu/e/R1exJT6ICTJHyVXq1b7unX1tY66Wi
aGEg2AEOdj7h7mtv/m7f+DWZ9TevDqvTA6wFtzLbKmbgAHBkP216+/0Wv9N63MjK9OsuloDd
XF3Yf1W/SSU+GfXHouf0vJuv6mAMrPtDy4OaAXOb9qzXBjd+2n1sn7PR+l/wS6X6sdIxeqfV
3Dtvpde9zfQY+XNaGtea7HOY3c6z0fYxv+C/7bXo1mDiZgYc2mrLNbt1ZtY14YT7f0W8O2uV
htNTXBrWhoADQGaQ0eH7jUlPAdS/xbZPWbmnIsHT6MVrasLbFrhUwx6Tqm+kxrXfzv0/5x67
boXScboXTqum4r7bKavouuebHT3ifZWz/gaWMqV95rYw2uIDAC5zjxtAkulY3VeuYVfTnX41
3qB3ta6sSNOfcf3UlOH9bPrY3D6xi9ON/p0OJsvDCAXMYN3pF35jbLB+k/kLmOvfXvO6tccL
o7242A2GW5jwA55+l+jndta782n+cs/wi5nqldvWet5dtAJx8ZhsssEnaxol/j+ke/8ARsXq
31L+qfScDo2B1A4zXZ2TSy82Pl5r9RosFVHqbvS2Nd73s/SWvSU431f+pNHUaxdkUXelad9m
bljbbZoR+r02/pvfu/nbvTq/4Jd3R0fp1PSXdHqpFeA6p1BpaSJY8Obb7/5zfZu99n84rbT4
6/FPpzyfFJT/AP/U9KDmggH4Ib9jnFgMuGu3yTXVl7C1tj6ZbAdWQCDGj2y1yHWx9FLK63Of
sILzYZe+Z9R7nt2t9Xd7v/A0lJ62v5XmH1xwWdL6pk47ztozXjJpsLtoAO4XN3u9rvTfv/R/
8WvTW2ywlw2nw0P4hcz9avrN9Wem20YHWqKs22wOsbTdW2xlYAca7LtzLnVfaHt9KrZX/wAJ
Z+jSU8fZ1GtzGfs+0dPOOwV4h3B9bmD3OF7fpbrLDvfb/pEPJ+s/XsrHsx8e67OtMFlWOx9j
ZB5c6vd+j0/eXUdPq6IzrFNV/wBVa+n05oaen5r6WOG8t3/Z8qr3/Y73O3+l++uxaK2s2sYG
DsGgNH/R2pKeN6X9YrKqabLWuruFbX202u2FgIDntcyz3bvzlr9C69kdety7mVmvErIrrc4Q
HE/S+l7t39j2Kv8AXboGP1LphyQ4VZGJL2OA5Bhjq3R9JrnbVq/VjDOP02lg9tQENA5dHNrv
+Nd70lOd1XO+snTm+jh47Mqgt2tP5zRrPtJH0f3Vx3V7OssJOWRjU2GC4DycWsLv8FWvV7sc
uJIsLT24gH95cF9aM6jp+WMDqwPp3DdTkt+i7xDm/T9RspKcduP0vpXRc/7NU5vrVMqawkmy
y64eltFjP332f9bYu/6r1ij6sdDxjbU/Kva2vFxcSkEvutDQ0VV/S9vs3vf/AOjPYuUGPg20
9Mssa4/rFAqgkb7LbG0Vusb+d6O7f/IWv9b+o4jOs4GF6lX2wMtuZXcPb6dm/Gftt3M222/Q
Z9D+bs/SJKZ0/XDqmBh4+b9ZemfYsXJtLX347zc3HYdvofbms3urdY9/+tv6JdduZs37hsid
06R+9K81e37H0626zANAsZ6Dtrqqa212O9R78ja++rKxm3u/nrK6c31P+5HqrretdSyOn9Nw
caij1sjNtpwyzX2Ne2brXtb7vbWx7Ge/+cSU/wD/1e56b1vA6vjm/p9zba2nZYCC17HxLq7a
3+6t/wD0P3FQ+s3WcjpnTHW4DG5GddYMbHYYLGWODrPUytfZXVUxz/d/OWemuF6J1fG+ruHk
PdVXblOaHB25xuussc01itv7lTvU9j2el/hK1qY92XlVXN6o9hzclvs6di1m11T49Zj8rMJf
9nza/pu9e79BX/gklNivr3U+ldOqzs7Ot6nkODbciluO4Yr6XWNx7XY+UaqXY76d+9r/AOj2
7P5r3qn9aul4VH16PUuo5DW1+hVbiV1M9Z+6sehXkZND9jHU1202P/nP9F+Ys6/FZsuGZbZ9
nrg5FjiwNhx9F1dLahv/AEjrP8NZYp9ev+rv1j6t9rxc59GZYG11Wj31HaG111PxnelZjM/4
tz696Sm83r4svotqvy8vJbZTW2qyyS5xvaxtl9Po0Y78uxm1tLKrNlfs/wBGtyvrHWKsttmb
fVQXPYLenM97GNe47abbHe9uZ6Tv8D/hmLjf2J1Gi5n7dfjN6fh2eo8hznG0tlza202Prs2P
d7N9np1f2Fo0fWvp2dlCu+6LXEhgpZv3zE1OsG2uu53+Df8AzaSnuetkjpeTuYHlrRtHbcHM
9Of+uKx097aqtCCxsNkHmBtXnuZ/jHeKrsTPoA9ZrgwtbD2EHfVvG4Vub/YVu367YTujF2A3
Iqdkb6ash4bLHgbjZ6FP2i32s27f5tJT3eTnO8IcNWwf71yf1pA6ji7Lqw91bg6skCd8kcn/
AL6sK/8AxhZleEyumi6/MZWG3W2Vem2WgN9V7nert/e2NYuQ6j1zqfV8kXZ9u9zSC1h2ta0N
/dY/f/5mkp7rp+H1Jn1i6VdlHf0tj3OxzXw29lbjR9r1/m3bP0L2/wCF/cTdfxqOvZNVvVw7
DsrrPoWvre1orfbeHV2Gut3+Drr9L2f4Sxcf036x5eHklzr7vTscC5rXsDd4Ptt2bPT/ADvp
7PYvW2V215O1xa2tzi64sda2xznM2G32v9L/AIr/AEdf82kp4vp31N6Za59F+VXbhGs3WOws
gFzfSHqBjcXK3Xfpdvv/AEPprp+o4ea3Oo+tGFa6ylz6snIqMNsFBG22tmz221144+g7/jP0
i0r8dhY617az6bTcfXqZYwO9z7SLaxTfub/V/m1Wx+phmFkHJrqbRZjttx6XuJqB9Nzfsjfa
3Zjv9L9HXtf9NJT/AP/Wzcr7PY5rultZbndMqDxhNbAtG77Q9+Mz6bn0fzr9n9I/SepVsVfp
n1hs6haMDIdZXi2XC99I/R0Dbu3iytg3W+s/9H7nXepbZ/NWql1nCrxczLptc9tvTyX1PHdp
P6J37zdm7fuZ++q2HmdRzMhmLvtyMjJdtpY97nE2u0qf+kLvzklPeNvw/sV2S/HZl5AsM0Br
XkWbi6nD9KPVbZTR7asj0v0v85vXL/WTq1ANlBZj3Fjwb201VljXENb6Fb9vtor+h6n077lC
7G+sGDg20XBlD8St4ubaay8tne5tT2e62yp/6Sn9J6lX/FLFur/UQ0jaLNd2nA+hr+6kpJmO
pyKn01AFtG0VOlwGo3OdsnZ/waTAx1TXtr9h2jaBBLvCG/ylLpWJfnZL8Suk2WPa0ADTbr7b
LHfms/lLscD6p4WKWvzHHPya7A9lcmuqsg7mO9Nh9+3+W9JTy+V0Trma2nIfg2FlEsO+BbZ+
c0vrs9/pfytqhY/6yAnD2Px3VN91I1IDvzp/m2M2/nMXf5ZyfTYDcKjJB2gOMH9yyx3/AE9q
y8z0rNj7nO2sBDo7jljn/wBV7UlPJZDCyhp6nbcxgaGOqDhvf+a32Qz6e36f/f1qdHwegU1F
3WMOrFr5rF7ibLCTt9PZAss2/S9XGZ6f5n84r9DzktGQyih2Q8irCe5oe+Y3OtFh3fo6m+rZ
/wBBa+F0Xp+NjA0vc7Psl93UnBhvc8n6VbrmX+iz/g2pKcX6zdK+rdGPVW9ow3WMO30adQdp
9NxMM+m/+d9SxdJ9TOo25/1bw77JNlbDj2EmZ9H9E13/AG3sXPddef2Zl4r7bc8em66oXhm5
uxp35DTWyj3sWx9Qx9i+reCzIa7fmufcwNY5w2vd6de9zP5NaSnoOovu+ze1w2BtjnNMkFor
eNePbue36Sr5NVzKa6he2l1tTa50JeW8tYP7X6T2/QRuqC1uO99bdzBS6uQdQ+x1bPon+T/h
FDMy2ssxA9pL7GuDG+0e7aH/AEne3buY36KSn//Xy/rngvN7ctzt5dV6VrgCNW6Nrs/csbXt
YsDGF+FkU59QLLMWxlrTBmWEPXYZDbepdIux8it1P2Bsl4Zue17a/UcMnfY1+17Geo9/p/8A
npYfTNuVgMDwNtohxcOPzdySm/1nq1fUKJbU1lOS82WngMxqwHNxaS1vsp9f9Lds/nrfRpWC
K7+sZZxentIYRLy/8xujZsd7vb/Jb9NQ6tTZ02w41b99NpczYYkBu15P9T872Le+pV+NRgZL
rCKwbXOstPdjWs2tn876aSne6J0JuLjsqLyyqALPT9r3uAHufZ9P3f1loZGXj49fp47BDRO1
o007byAsfqP1hwHYsi2yitwIrtpkEf1d/wChb/aXFZOR0p9e7Iy8u60mXbjoSB/Kf9F/9VJT
1XU+t5ttja2HHxmNALy+2svbPce5rv8AorEzOqtrfss6hS7a0n1GAWA6ndU9rfpOWANt5rqw
8ZreWh7wDydHWPc36W391dLgfVuqtzbsx/2m/wCkwgRU3+o0ezf7vz0lNjpvUaqzjXNqdU15
DD6gDQwO/RVkz9De3b6v8hdTSbN4BAADiXE/g1u5ct1DfVbjurY32OLrazwWRFm5n0H+395V
ut/W51tdNHTNlbKTDrg5zfhRS1ntfUxrP+ESU6/1tw3ZmMasVzTYdtbnkgbA97anN/4r8+x/
8hdp0rHbhYjKK59Ohja2zodrG7Jjb5bl5PjdXblYz8Wwevlu1oc+fS9QfzZd6+536PdY/b++
vTvq5kVXdKpZTkHLdjVspvtcDJta0etv3+7fuSU37hjOurY9ri+1jmNkONbm/Ssrs/we72/4
RYvVK6q+s9OodS6rDBIa5rZrfZb+Z+61v5lrF0IZY1pgzPZU87CuysvEtpAe3EsIs0Ht+j72
7v5JSU//0N3LFLMrHueA+u5wxrtAZFrLG0u/rNt/R7/3LlxlVTcHHsw6mSa32M3dxtea5afd
+auwzpcx1QDj7GXMI53VPZvb/U2+5ctn1MZkZe+Tvsfc2P3bP0jCz+tKSnmOu22OyMZ7u7Hn
Tvrsfp+77VTx8sUhzbNz6Hkeo1p2ulujHsd+97/6j1a6xc+66qoSKMYEsBHDn7Xv1/wm9zVn
Fp3ODtRqOOw8ElOszrFNjS2w2bC47Ra1t4gj2t1LGtbWq3U2Y1TW3Yd9VrQ7bsFQrMxue6Pz
2LPaHNID5O3t5T4Il7rSGk8CdnfQ/wDQSU9Awtsrx7mNBaQC0D90y32M/ku9i2sVtlYrrMt2
tksJkifzZ930Fz/Qm13YY9RrrXY7gwBk7gHGQ/8A8E/6C3bW2VvNjXbQO/JGiSmOSHvyJaQ3
2EjcdOD/AJ39VclnnIblOrurbU+rlrRDQfznMGn85tXYMDDa17vcXtIYCNSSPzv85YPXsNrs
lj6mBtj2kvcYklv539Z/5qSnLjJqtabHbZIc3Vog6Oa5uq7v6g54d1jPxWya76a8gbjLt7Cy
u13/AF71PVt9q4B7S5xJJngAz37ucuw/xYUD9rZt7xDa8drRGmtlg/8ASaSn1RjQ6OB2HbSV
V+yuyvU9G99D6Mhl7wxxaLK2kNfRdt+kz0m/Q/0is13NbrpqZ7AAqr061zMLJueALLPUc0HQ
aSB/ZSU//9n/7SJ2UGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACAAAA
OEJJTQQlAAAAAAAQzc/6fajHvgkFcHaurwXDTjhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAAL
cHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAElt
ZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAA
D3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+
BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Q
cm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1
dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAA
AENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABF
bWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAA
AFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAA
AAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAA
AABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jv
b2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAA
AAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPt
AAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQN
AAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQ
AAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQCh
mZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAA
AAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////////
//8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklN
BC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAE
AAAAADhCSU0EGgAAAAADPwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAHzAAAABQBpAF8AMAAwADYAAAAB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfMAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAA
AQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRv
bWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB8wAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAA
AAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAG
b3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51
bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAA
BAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABS
Z2h0bG9uZwAAAfMAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dl
VEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEA
AAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFs
aWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAH
ZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9u
ZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9t
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAAC
P/AAAAAAAAA4QklNBBEAAAAAAAEBADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAGSoAAAAB
AAAAbwAAAKAAAAFQAADSAAAAGQ4AGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAA
AAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/
xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgME
BQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFi
MzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0
pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyEx
EgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVV
NnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAM
AwEAAhEDEQA/AOrbh2bw21sNaDBGoj82VMVVt2hxDAeDHP8AJV10AEiSZ1KFsO8QdDx/GUlM
/sVfo7WBvqQdpOg18YWBkYmSHOFuthE+nG2CY4H7q3mucwyPcpOyMaxoryGgxxu5H9V6Snnq
2emC1wkN/NHJPwRmeo47a2HcZ8Br31Wu/p+DO5oMnv5eCb7E3836M8cfikpoMY6r22DTnQaH
SOynaSG+LRpsVm3CvLSWQfFp0JBQLsa1rSHVuaBqDPcfymJKWZawkiCDOpSGLTZroHxxpP8A
nKuHFgbt95PYfk1CPVLnCR9LQEa8/m7fzUlNS6kDaDBHbuosqHp6bQTxJ/BaIoc559RpcSZa
7Qjj81UssMxz+lfD9u70hG4NJLWH+S3+XYkpffZUNXBrdBMgR3/OUBdJ3STrO6PDwWT0x7er
9TyswVF2HhNFOM4gFhtn9LY3/SOWvte6ZH0Tyf4JKf/Q781mZ08k2zkEST8RwjQQ0948VFrv
DQpKQvpI7B06Sq91ENJGvaYnT+UtBxcR+VDNT54OnB8UlNSutwADILfM6QrjKgGtJnThJtUH
d9E/giRP94SUw3dzHfjVRc7aQW6jwHKn6ehgmefBDNQ3HbofPzSUj2sscWuqA1EuIAEx3/OR
GU1QWtraO8tga+aRrJdLtfETromt28AHThJSJ7HbtQTGoMwfv/PUMd7cdz/bBtO55OpcePfu
/k/QULGgHcRJ7hsoe87oJ0Mx/qUlNhtGPcdrWFs67Q3TXV30f31bHS8cyTuEaiI4/dLPoKri
5FjHREAiXOPMDj/OVz13EyDoNfkkp//R9GbuIPHPZIs1mNR5KTfbMRI5Ck2DOuiSke2ORopF
rSNfipQZ/IEnPra9rHPDX2Tsa4gF233O2NP09iSmJaeR9xTsZ3JgDuncJEFTYI5SUxDAYPPx
TemZJPx1U7snHx2h9zhWwuDA48S47WhcvkfXXMx+oMx8rpQpx7HbRa/Ka2yDrj/o7a68f1sh
v81R9s9//W0lPUVtAgclRuYywQR8Ao4Wbj5mO3Ip3bHSIewsc0jR7H12Q5qB1TqmJ02ui3JJ
azIuZjscBLQ+zdsda7/BV+z+dd7GJKYWY4AJiPMa6BVzhtc+ZOvd2sLNy/rrg4r8Su5hdblv
ZX6dLmWEGxvqtdvbZssrY39FuZ/P3fzK6emph1EHxHKSmizDe130pA7wSrIqAPdsyN2mvmrZ
YOyQaP8Aekp//9L0L1Doptk8hDp3kDt4o2hPKSkOZlswsazLtZZZXSNzm0Vutf8A2K6/e5eY
253XKusNyb8CzDaep1Zraw82upLQcfMbRsZ6j6s+r+cZ/N/zX6NendRsyKOnZV2OQLqqbLKp
43Ma57d30fzmrlsofWDqGZ070MkYdOdY1tjqG12W1Vmt1tj6brmbqnWR6TXN/mv5xJT0PQup
2dSxb73tLHV5NtJDm7NK3bGbWODX+5v+k/SMWiCToTKDgYlWDiV4tO4trGr7Hb7HuP8AOXX2
O/nLbXe570ZxAaXEhjQCXOJgADUucT+6kp5t3WM3J+smVWwCjE6VTWWG6TU8Ptsqzs5/pvr2
ei3EtxcL+cs/nbPT9O2z0nyacD7Fls6/nW5XTcyQKMuh9dxJd9P83b6Wz9X+y4uEyn+k/wA7
+sWcrk/XiofXixjLrMbpWXWzBttI9FzI9TZm+7c6rZfl3v8A0/6Sr+curVjqvV6+nWNwxbf1
Syux1rr7i4BtkBuxl2WW+t6ra22WfZKKcGr/AAVX6VJTm/Vb63ZnTus4OELnX9Fyr3Y7Te0b
/SdZZRg5v2j6Xqep/SP8D7P+EXp/V+m5WZTUcPKdh5ONZ6lbhJrf7XMdRk1Tttos3f8AoxeD
ZHUnu6viU9QeHdOwLxtoraNjKTaL8uqlrQ31G7xYvomqyu6tttThZXYA5j2nc1zXDc1zXD6T
XNSU+Y5n+LvrGblWZNeJiYeZZY6x17rSccS0h32bFra5zXPsPq+ptr9OxA+r+d9Yvqp1arD6
/kOw8e4kltlLbabg0bv0GZjv9T19n0P+E2evWvVj5ql1E4N2JYMoNfU0E7tJboR6lb/zX7T9
JJTU6T9ael9Tpqtqe6v19GV2gB0ztj2F/wCcFsBwIJHbkd14n1Av6X1F0X2Y2KGh2I/0wy10
D6RoY5j6t2385bf1Z631bIo6na2y/Jx6sTIddku3tpx9lbrKmUtO5+Rl3P8AfZ7q/RYkp//T
9ErBjXyKJJmSE4B7cpnOc3gfFJSDqTyOm5hI4ot+/Y5Y3TXbLqq3O2jG9J1YA7hjGXNcT/Is
ct2+k5GJbQIDrq3sE6iXNLQuAwutiqxzo2ur0III9zfp7v3v0dXsSU+iAkyR8lV6tW+7p19b
WOulomhhINgBDnY+4e5rb/5u3/g1mfU3rw6r0wOsBbcy2ypm4ABwZD9tevv9Fr/TetzIyvTr
LpaA3Vxd2H9Vv0klPhn1x6Ln9Lybr+pgDKz7Q8uDmgFzm/as1wY3ftp9bJ+z0fpf8Eul+rHS
MXqn1dw7b6XXvc30GPlzWhrXmuxzmN3Os9H2Mb/gv+216NZg4mYGHNpqyzW7dWbWNeGE+39F
vDtrlYbTU1wa1oaAA0BmkNHh+41JTwHUv8W2T1m5pyLB0+jFa2rC2xa4VMMek6pvpMa13879
P+ceu26F0nG6F06rpuK+2ymr6Lrnmx094n2Vs/4GljKlfea2MNriAwAuc48bQJLpWN1XrmFX
051+Nd6gd7WurEjTn3H91JTh/Wz62Nw+sYvTjf6dDibLwwgFzGDd6Rd+Y2ywfpP5C5jr317z
urXHC6O9uNgNhluY8AOefpfo53bWu/Np/nLP8IuZ6pXb1nreXbQCcfGYbLLBJ2saJf4/pHv/
AEbF6t9S/qn0nA6NgdQOM12dk0svNj5ea/UaLBVR6m70tjXe97P0lr0lON9X/qTR1GsXZFF3
pWnfZm5Y222aEfq9Nv6b37v52706v+CXd0dH6dT0l3R6qRXgOqdQaWkiWPDm2+/+c32bvfZ/
OK20+OvxT6c8nxSU/wD/1PSg5oIB+CG/Y5xYDLhrt8k11ZewtbY+mWwHVkAgxo9stch1sfRS
yutzn7CC82GXvmfUe57drfV3e7/wNJSetr+V5h9ccFnS+qZOO87aM14yabC7aADuFzd7va70
37/0f/Fr01tssJcNp8ND+IXM/Wr6zfVnpttGB1qirNtsDrG03VtsZWAHGuy7cy51X2h7fSq2
V/8ACWfo0lPH2dRrcxn7PtHTzjsFeIdwfW5g9zhe36W6yw732/6RDyfrP17Kx7MfHuuzrTBZ
VjsfY2QeXOr3fo9P3l1HT6uiM6xTVf8AVWvp9OaGnp+a+ljhvLd/2fKq9/2O9zt/pfvrsWit
rNrGBg7BoDR/0dqSnjel/WKyqmmy1rq7hW19tNrthYCA57XMs92785a/QuvZHXrcu5lZrxKy
K63OEBxP0vpe7d/Y9ir/AF26Bj9S6YckOFWRiS9jgOQYY6t0fSa521av1Ywzj9NpYPbUBDQO
XRza7/jXe9JTndVzvrJ05vo4eOzKoLdrT+c0az7SR9H91cd1ezrLCTlkY1NhguA8nFrC7/BV
r1e7HLiSLC09uIB/eXBfWjOo6fljA6sD6dw3U5Lfou8Q5v0/UbKSnHbj9L6V0XP+zVOb61TK
msJJssuuHpbRYz999n/W2Lv+q9Yo+rHQ8Y21Pyr2trxcXEpBL7rQ0NFVf0vb7N73/wDoz2Ll
Bj4NtPTLLGuP6xQKoJG+y2xtFbrG/neju3/yFr/W/qOIzrOBhepV9sDLbmV3D2+nZvxn7bdz
Nttv0GfQ/m7P0iSmdP1w6pgYePm/WXpn2LFybS19+O83Nx2Hb6H25rN7q3WPf/rb+iXXbmbN
+4bIndOkfvSvNXt+x9OtuswDQLGeg7a6qmttdjvUe/I2vvqysZt7v56yunN9T/uR6q63rXUs
jp/TcHGoo9bIzbacMs19jXtm617W+721sexnv/nElP8A/9Xuem9bwOr45v6fc22tp2WAgtex
8S6u2t/urf8A9D9xUPrN1nI6Z0x1uAxuRnXWDGx2GCxljg6z1MrX2V1VMc/3fzlnprheidXx
vq7h5D3VV25TmhwducbrrLHNNYrb+5U71PY9npf4StamPdl5VVzeqPYc3Jb7OnYtZtdU+PWY
/KzCX/Z82v6bvXu/QV/4JJTYr691PpXTqs7Ozrep5Dg23IpbjuGK+l1jce12PlGql2O+nfva
/wDo9uz+a96p/WrpeFR9ej1LqOQ1tfoVW4ldTPWfurHoV5GTQ/Yx1NdtNj/5z/RfmLOvxWbL
hmW2fZ64ORY4sDYcfRdXS2ob/wBI6z/DWWKfXr/q79Y+rfa8XOfRmWBtdVo99R2htddT8Z3p
WYzP+Lc+vekpvN6+LL6Lar8vLyW2U1tqsskucb2sbZfT6NGO/LsZtbSyqzZX7P8ARrcr6x1i
rLbZm31UFz2C3pzPexjXuO2m2x3vbmek7/A/4Zi439idRouZ+3X4zen4dnqPIc5xtLZc2ttN
j67Nj3ezfZ6dX9haNH1r6dnZQrvui1xIYKWb98xNTrBtrrud/g3/AM2kp7nrZI6Xk7mB5a0b
R23BzPTn/risdPe2qrQgsbDZB5gbV57mf4x3iq7Ez6APWa4MLWw9hB31bxuFbm/2Fbt+u2E7
oxdgNyKnZG+mrIeGyx4G42ehT9ot9rNu3+bSU93k5zvCHDVsH+9cn9aQOo4uy6sPdW4OrJAn
fJHJ/wC+rCv/AMYWZXhMrpouvzGVht1tlXptloDfVe53q7f3tjWLkOo9c6n1fJF2fbvc0gtY
drWtDf3WP3/+ZpKe66fh9SZ9YulXZR39LY9zsc18NvZW40fa9f5t2z9C9v8Ahf3E3X8ajr2T
Vb1cOw7K6z6Fr63taK323h1dhrrd/g66/S9n+EsXH9N+seXh5Jc6+707HAua17A3eD7bdmz0
/wA76ez2L1tldteTtcWtrc4uuLHWtsc5zNht9r/S/wCK/wBHX/NpKeL6d9TemWufRflV24Rr
N1jsLIBc30h6gY3Fyt136Xb7/wBD6a6fqOHmtzqPrRhWuspc+rJyKjDbBQRttrZs9ttdeOPo
O/4z9ItK/HYWOte2s+m03H16mWMDvc+0i2sU37m/1f5tVsfqYZhZBya6m0WY7bcel7iagfTc
37I32t2Y7/S/R17X/TSU/wD/1s3K+z2Oa7pbWW53TKg8YTWwLRu+0PfjM+m59H86/Z/SP0nq
VbFX6Z9YbOoWjAyHWV4tlwvfSP0dA27t4srYN1vrP/R+513qW2fzVqpdZwq8XMy6bXPbb08l
9Tx3aT+id+83Zu37mfvqth5nUczIZi77cjIyXbaWPe5xNrtKn/pC785JT3jb8P7Fdkvx2ZeQ
LDNAa15Fm4upw/Sj1W2U0e2rI9L9L/Ob1y/1k6tQDZQWY9xY8G9tNVZY1xDW+hW/b7aK/oep
9O+5QuxvrBg4NtFwZQ/EreLm2msvLZ3ubU9nutsqf+kp/SepV/xSxbq/1ENI2izXdpwPoa/u
pKSZjqcip9NQBbRtFTpcBqNznbJ2f8GkwMdU17a/Ydo2gQS7whv8pS6ViX52S/ErpNlj2tAA
026+2yx35rP5S7HA+qeFilr8xxz8muwPZXJrqrIO5jvTYfft/lvSU8vldE65mtpyH4NhZRLD
vgW2fnNL67Pf6X8raoWP+sgJw9j8d1TfdSNSA786f5tjNv5zF3+Wcn02A3CoyQdoDjB/cssd
/wBPasvM9KzY+5ztrAQ6O45Y5/8AVe1JTyWQwsoaep23MYGhjqg4b3/mt9kM+nt+n/39anR8
HoFNRd1jDqxa+axe4mywk7fT2QLLNv0vVxmen+Z/OK/Q85LRkMoodkPIqwnuaHvmNzrRYd36
Opvq2f8AQWvhdF6fjYwNL3Oz7Jfd1JwYb3PJ+lW65l/os/4NqSnF+s3Svq3Rj1VvaMN1jDt9
GnUHafTcTDPpv/nfUsXSfUzqNuf9W8O+yTZWw49hJmfR/RNd/wBt7Fz3XXn9mZeK+23PHpuu
qF4Zubsad+Q01so97FsfUMfYvq3gsyGu35rn3MDWOcNr3enXvcz+TWkp6DqL7vs3tcNgbY5z
TJBaK3jXj27nt+kq+TVcymuoXtpdbU2udCXlvLWD+1+k9v0EbqgtbjvfW3cwUurkHUPsdWz6
J/k/4RQzMtrLMQPaS+xrgxvtHu2h/wBJ3t27mN+ikp//18v654Lze3Lc7eXVela4AjVuja7P
3LG17WLAxhfhZFOfUCyzFsZa0wZlhD12GQ23qXSLsfIrdT9gbJeGbnte2v1HDJ32NftexnqP
f6f/AJ6WH0zblYDA8DbaIcXDj83ckpv9Z6tX1CiW1NZTkvNlp4DMasBzcWktb7KfX/S3bP56
30aVgiu/rGWcXp7SGES8v/Mbo2bHe72/yW/TUOrU2dNsONW/fTaXM2GJAbteT/U/O9i3vqVf
jUYGS6wisG1zrLT3Y1rNrZ/O+mkp3uidCbi47Ki8sqgCz0/a97gB7n2fT939ZaGRl4+PX6eO
wQ0TtaNNO28gLH6j9YcB2LItsorcCK7aZBH9Xf8AoW/2lxWTkdKfXuyMvLutJl246Egfyn/R
f/VSU9V1PrebbY2thx8ZjQC8vtrL2z3Hua7/AKKxMzqra37LOoUu2tJ9RgFgOp3VPa36TlgD
bea6sPGa3loe8A8nR1j3N+lt/dXS4H1bqrc27Mf9pv8ApMIEVN/qNHs3+789JTY6b1Gqs41z
anVNeQw+oA0MDv0VZM/Q3t2+r/IXU0mzeAQAA4lxP4NbuXLdQ31W47q2N9ji62s8FkRZuZ9B
/t/eVbrf1udbXTR0zZWykw64Oc34UUtZ7X1Maz/hElOv9bcN2ZjGrFc02HbW55IGwPe2pzf+
K/Psf/IXadKx24WIyiufToY2ts6HaxuyY2+W5eT43V25WM/FsHr5btaHPn0vUH82Xevud+j3
WP2/vr076uZFV3SqWU5By3Y1bKb7XAybWtHrb9/u37klN+4Yzrq2Pa4vtY5jZDjW5v0rK7P8
Hu9v+EWL1SuqvrPTqHUuqwwSGua2a32W/mfutb+ZaxdCGWNaYMz2VPOwrsrLxLaQHtxLCLNB
7fo+9u7+SUlP/9DdyxSzKx7ngPrucMa7QGRayxtLv6zbf0e/9y5cZVU3Bx7MOpkmt9jN3cbX
muWn3fmrsM6XMdUA4+xlzCOd1T2b2/1NvuXLZ9TGZGXvk77H3Nj92z9Iws/rSkp5jrttjsjG
e7ux50767H6fu+1U8fLFIc2zc+h5HqNadrpbox7Hfve/+o9WusXPuuqqEijGBLARw5+179f8
Jvc1Zxadzg7UajjsPBJTrM6xTY0tsNmwuO0WtbeII9rdSxrW1qt1NmNU1t2HfVa0O27BUKzM
bnuj89iz2hzSA+Tt7eU+CJe60hpPAnZ30P8A0ElPQMLbK8e5jQWkAtA/dMt9jP5LvYtrFbZW
K6zLdrZLCZIn82fd9Bc/0Jtd2GPUa612O4MAZO4BxkP/APBP+gt21tlbzY120DvyRokpjkh7
8iWkN9hI3HTg/wCd/VXJZ5yG5Tq7q21Pq5a0Q0H85zBp/ObV2DAw2te73F7SGAjUkj87/OWD
17Da7JY+pgbY9pL3GJJb+d/Wf+akpy4yarWmx22SHN1aIOjmubqu7+oOeHdYz8Vsmu+mvIG4
y7ewsrtd/wBe9T1bfauAe0ucSSZ4AM9+7nLsP8WFA/a2be8Q2vHa0RprZYP/AEmkp9UY0Ojg
dh20lVfsrsr1PRvfQ+jIZe8McWiytpDX0XbfpM9Jv0P9IrNdzW66amewAKq9OtczCybngCyz
1HNB0Gkgf2UlP//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQA
bwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIA
MAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOn2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
eGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRj
emtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0i
QWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIw
ICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkv
MDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4
bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6
ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0i
QWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTNSBXaW5kb3dzIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0x
OVQxNjozNDo0MiswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTMrMDM6
MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTMrMDM6MDAiIHhtcE1NOklu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MzFhNTI1YjktYmQ2NS0zYjQyLTkzMTctYjE3YzkxOGE0YTNl
IiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6MzhhYzVlMTctZWMw
NS0xMWU4LWEzZWEtYWVlNTIzNDFjMjc3IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9Inht
cC5kaWQ6Q0Q3MTM5MDM1NzYyMTFFNDk0ODBBN0UzRTdDMzkxN0UiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1h
Z2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBz
dFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOkNENzEzOTAwNTc2MjExRTQ5NDgwQTdFM0U3QzM5
MTdFIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkNENzEzOTAxNTc2MjExRTQ5NDgwQTdF
M0U3QzM5MTdFIi8+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDph
Y3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjUwNjYzNjAxLWI5ZWYt
OWM0ZS1hODgxLWFiZWExNmVmNWE4YyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMysw
MzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdp
bmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZl
ZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDozMWE1MjViOS1iZDY1LTNiNDItOTMxNy1i
MTdjOTE4YTRhM2UiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTMrMDM6MDAiIHN0RXZ0
OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RF
dnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVz
Y3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFB
ZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUV
GiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsX
FxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAz/wgARCALQAfMDASIAAhEBAxEB/8QAswAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAQIAAwQFBgcBAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgMAAgIDAAICAwEBAAECAAMRBCESBTETEAZBIhQyFSAjQjMk
oBYRAAEDAgQDBAcFBgQFAgQHAAEAEQIhMUFREgMQYSJxMkITIIGRUmJyBKGxwYKSorLC0iMz
MPDR4vJDU3MU4WPxs8MFg5Oj0yQ0RBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA
61iMIHYra6CSxSVXkSayZa9OIqRaixHAl1dhZA4I6hZGGQAstosHWWAdUCkciuwpYFdehDOu
gmcWqBWBRLYVOzChwG6kl7UMWJWo0kDBBxurM2qq4SPCsyFj12lghKeZ2s5zV1VFNWtCsXKJ
coI1TkdHEstcz2GotepghiVpZUOUBeaWLICWNXYU1aqCpLqyuQELWlaXQrW4FcsUZBWXIjDR
YddGUZWhXDAIQS9AXCtyxq2Jm1Mcizo5jJTsrMx0QQWsVlwNFYKMoAQEqRVaosVXHKMRoAMr
FiwC1y0zm2FMsqJAQq2Ypq5/eBa0DWzFcMOuYgyNWMpYoeOLHAsIC1YNMzWGiUOOrKRHUVLI
Uy2FQuUpr2oYbbaB1gGrsQreMJBWXSu0L1WBS4FdlLFoKlAvhldsZp4WrgnW73F7RWCo6xhJ
ZDphkCpIhcChiRCCSQisgK7ayEA0WY7S4IRjVYOCo8jCxgCEi12Ey17Ycw7kMJ3UlBvUi6CV
uWEWxQMjDcu60w0+jQ8MPWAWxlK1tcodoSNDYGQMijKwCywAeCh6wqYVmxSpLqyOQEqC0raE
OQSIWKpCYCB6wxGCEBaoJGBGldgiWoVyIOsJXdXDSaoWVlilNMKxqYoTTac2dSGUQgBgA4Ar
gjNBUsBUXUUyFVelBGDEIsIY5AwACg6qwRAOqEAjCJpqFtWFoSEdGHQKIwUdJBYQBkhGaEuG
gS0wDCDRYZyIOpAJAMRAlCMFhFhFIgCYSuyCsYMQSK8EDgQsSsmFQuUrYqOjqCFgM4EVwIsQ
ldqiloLEg8BC9bml8jmqKo6rB4kGBAQ4KowCyQYGEkgISIt4KxaohYgYAMBAYwIQSSADQrhA
YQKXAkciwgQECQwCMCsMABlIykBZyrXnuGelh4CSWQKgjAgUyCFlCGhBCQkBBgq2AhikgYVg
AsrBkgsMFeEQEAcEkjEJII0K6bwZJehSLgVAwSq1StrVI0gXRyySwRoC6JBA0GhgIQSAgkcS
GEIJDISQBEYVXApMI0gYAMCRY0EDwWOoGhIQQgqQECJYCqWArD1hUwSyOKmkFFjgMcEkBZK4
JCRiCAMg0kCVA0AIQ4AYRWhIQRWQJBGkIIxFJIIwArqAMoGhFaMKrgUMpAVCpAK7CVksKbGF
FkFMIASRHYqlsKBCQMAyQjK4AYIwhDCAwBkgJAEGCkwhjEYAcCBg5xfk8tUer6Pzvsnrm5fT
GIgyiER+MdPPlwHfx4qTs6Pn3sjqAWAYMSGChoAyAhIIYUJCGLAyAcoB2rYggGKINPEds1dT
5n706MihMICrBEAWQjRecY9d2s5PF9HQeWu9H4E9L2vFekPSHLoCQQ+V9V5ow6e7wTJzeZUP
7rw/UPe3eJ7J6Ns94YCQGEBhJICGGNkgShGauFkQjSEUyBpfzhj5XOtOvu832D1h4vSOuAQG
AJBAYpV5OjWeqwc70J4vd3NBkr6lZ8v29Thmn3Hy/vn0IhgeT9ap4/bd54S+VHOydPGYtdHQ
Oh7Pynojqpz9ZoamwaAkkhIIYoQCMQPCCSDSAgZjzfE95jPFXer555W7s9I8/wBG+87khAQA
kEnP6HNPJbttpsXpZTDuuUo4iUHAlPsTxoeg+vXef9CSSEpuJy9OsCU6IeW8x9RxHzf0GaGL
v+a6Z6S3zeo9S2FjoHLoGkhz2rsGaslhBBAwphIQBaD5k9DgTknS42HvGX2bWBkAYICSAkU8
5gXzB9N8v1Nh5j0udQLXWYRj4heiWn0rt8/ohgJJIQEEkgRALw+9QeJx9zzg9vO3Gx+dQdj1
Pk+2elmSFLhgsYEgBKkMjAMgniPbeTN76IeS91wfSBMgSCAGEBgOLu8icjnX5jsfRvkfrj1X
lUymVLWE4Xb5pnvzsfS+/wDLfp5bJCSQgKhEqLBQSzLZyiny3eqOHrxZjoLzrDd019qXR4YW
VhoQNDBSCFgBhIVeX9T5o6VlKidvkdE0gqEghKwMSs87T0vJnGa4mMpD1CUdw4lXqcxy9+zl
HlE7fID6jhe0PRaM94VIBRTyTfPM+kNiLyzfwOZyjr81uoYB6NDznod/oBrEckEMZVyEgJBA
DAlCGSA8v6bzhto0Zzqvk0GuKwQxEJgEsB5zkehtPnG70XJPNEg9B6Px3thU0kzcb1dx5vo9
dzJtDEYAZJUc7zfZ8gdzr+TvO55SigG8bzfs4XbJ2dG0EYEYMSCGYyEJhAQGAkhQaSFfnPS+
YL4hNujBqNeji9YuIcEaChwIHpKfH+yh8r2/R7Dyvf1QoucFsMAGYSGCw1i8nRyDl+b6fHLh
XYNuPeOL2fR6jL0lsIQSQgRjAxYUwwkhBJCKyBKMWAgHlvVcAxVZLjppmAvc8d0T3EouCyAe
pqysOwtwhGDihgR63HkgJFGUKPlu5pm5dvNOFivqG36Mh6n1/P6ZXGBHUhIIDCAyEkhTAwrA
kkUgNYxRh4pG5PUyHiXDDqMIvX5npDb0fHdQ9KvG0m4Y85Zs87sO43LtOg2fQRGqLGrqL7eX
uLlVDiVbcJvw5oZOJ0uEU9DP6cHC9TwT323PoEjABYEMhASCNAQwzupIUciOoquBZAMykKPD
xmL03mizHZDtLmyFvP61RmtxsbJngna8h2D0d+Njp6/P6Dq8/kseiKWGRdHJN589hO9hxoX4
SCal6Rm6VV4eP1OYe6sRyRfInrK/lm4+mnyfRO5JAyQkkKVkBDAg5i2CwWOCMCGAFfhvd8c8
ddXzTqzk3HVs4eo6WTRrOJl9huPn+v6BQciX8g63Py1idrH6o2PHK8+5Dg871NZ5xu9ScHm+
l5hg1Ytw3Qxucrq+d9uduAHlvF9X0ByfW8PUZPPe0550PQ+B98SSEghnJhRn2w4W+zUQHIa4
rDNWxEZAiAFdtBkp63GLtpvA0YUtBIxMnnvU5D57d0sh3+3zdxrsW8Su+szS+sy0W84vxWE5
bbajVy+yp5z2nI7hqz3884XQ5Npp081yrbrsOZ6zynqRxMBrniIe2UwkgEaEUiFC6AF0IyCA
zX/OjV1vE6j0XM9P1D577zj1nrorBIASIOhU5PN6nMNncw9INiMMCoVKg5nTqPDJ1vKHo381
2DsvKzm+w8D9BH5HV8CbNXlfRGO3o6zLwfS8w0+p816cPjvUeUOPOpD2pQkiwgAAyqMnA82e
51+NuPXDldc5vzj6P84KfU8bvnpMvmuyMuDUemWnnHXu8ZpPUHPeFWBxqenzjo6s+g0NVYWK
FApoL6qqyrynquSec6+e834sWA6nvfIenH8h1Mh4y7tZTmatdZdk6EOj38VZgUYz088rD3o8
T6A60WwWFQc3qeIPO9Hd0zodDi8kf0vjfQG3xH03yRZ1fLg7FXH1m/lzMdbJs7pzXKF3X4/a
IGUx8/VWbbqdRY1ajI1Y1QQWtqimm2k5d66jjcb3fIOzq4/QMFFmU7VGXoHLr9Beeb9Nl6IN
HmfQHN4HtYfO56WHlJk6p6ndh1mnm2Yy7nNtOOJnOtm5d5do5nWPS/O/YeLBp5d50ZRrF52v
Ge2NV5zmvpJ6Lg9gvAhz8+vAbNvP2F6pxjvJyOiNBSW1ZcJfyObmOts8/rO91PD3Hpen5vrG
zO+kzVW2nPr69xwtPXB5/wBCch0xj3Agh8w7uFTqdHlZyzj4/RidqwmPma0Emck9Fyrjr4aO
eHi+i0Hi7PT8cwdLR1Rsuao6bcrpGnC/FOpp4NR7HH5xz2erxus9J5OiwX0HmLTs5PP5ToYq
1LDXC6yklt2Anoen5H052824nP7GPSW11uU07GOVpqhX3fPdc2Qw+eCbzm8/TYa+nM4q9/nF
+bD1DnaBccrnegY8zb3qTj9XNhPXV+X2HY5HPxG7GlxWdEOmvO3mPB3OGIy6xvSc3YchOpQZ
U1kwtbmKEQhd7ilNFxhHXyGL0/mrj6TUrheEd67QCZTk9PD0jKx0mSaIcPRlvPO6+nwDr4Ob
cdF8Gk6dopOhpouGXPxi6x+WVomU22TnGvFpzC6sO0BRwxYbuJflG20obl5jF9ZUuvp0FB13
mPRMp3reT3i6OCjnd3Gea5ns/MHpuz4v2ZbKrC1BCum2kx9XldQz13oc2dKHF5dmQ7Q871Di
p6nGcTZsY6teK07Nnn+kUI1IeZTQHPv550MrIa1CiNLixbKBLNPpjzvR6yHm09KDytPq+Ucu
zqA5t3RpM3JvrE2dJR+j52s7nR5HaJxe3zTiZRnNf0D519DLjAO1dpTWLDJ0Od0yui/lGqVQ
8qvQ55iHRqMyI5dpx3D57cx6KjBWdfhKpbpz3FWHbmLCgNF1WsyrfYZ9Pc6By975zXUmYuzV
ahs9pOa1mgrarIdJs8MXP1+jM93RpOJT1kMO7Mxl8z6fy5s974D35pZHBYCc/VivKOlyOsJl
0Zxpvh57zPtPHhlDmELaR6iba/T9M8Vp6KnN5nofPj3sxiW6gC31lukd4nQtrLsptM9ljFaX
ZhFABAgkOMUU7zZgvY07M9hdKySqzEVLZzReD6vyp2/X8frg0c3WbWSGBOnzzH18WsTndDhn
TlUNXnOrlPNuAZnZipnQ9d0vMepMOanoHCwXazMLsYMrIXdCrrmi3LoE2aLCsvSSKB8pwF6c
+o6NOEmiYAXXi4bdh0G0RS0mk0I0M/G7OQ43N0Ke035tZeysKHJytzQ5k6kMXB7PFNsMNOfU
h5nL0+eUrLStrgDscDadfA+Yp214TVhrhNdvcKNdmgq3qQxahqaqRsttBTzOqTl6dFxiz9Hm
lkyVm7d5nsGizPSd9iAsXLGUB4fWzHnupm7xs006AvEHKQYcneaFZTgZ7cB6GcSHWXB2Tl8D
1flzPfn1DjRacVOhgOnmyXGjm6somvJ6Y2aQRrwQpRgOlg4eQ79PDU6ubAxZVtzlcsBUDQDR
f1Cm/UxlpW0fv5rgpdwzrU8MHUPN2GDr83Ge41crpFyFhWrJBZAMCVeY9FxzDOhDE+HSbKLr
TyemsHRIYCa4cHP2eUVtRaL6ry3ojrvRaXjChqoqzGep6DUldBdTTjN2QUFtVnWOb2NrCWtC
uAmHF0MR2NvGY3ebbGOGsNvS8/cdjz+3Uem2ZtBcHQZXYSWVkaAy8j0XJM00Qyc31GMtrr0H
hn2ZDqWCwW7OTPx+vxAgqWdvhaT0GTLkN2vFaTLqqOcmigmfXnEmjSYrOnmJvyWnVOS8dq3D
S9RldLTnYupkMyacgUusM7NYW9PjdUnovJdM9lKbCxlYgBJm05i+/IC+cqF621nK6VNZi5Hp
/OG9qqRZXWPxOtxhirgEY3tzthdUFNMNhmXboPPL1uSTq8TrGqt0Bfj0l9yEa2qwai6oy2V2
GVFwCmuDQsUtZWWas2s1VW4D6Jby+mXssCSAZN2M08LtXnip2Ya0Qh4nb4x1PMem82WRkK6b
6g8T03lwyMI0Aa7aSyJcCEG5sFx0Oc+Im3Cx31OYa+ncWBqyyyq0Suysq0ZbROV2uecgwDX0
6harM49uZjdlWHtex5/0JcyMWRSNh2c4v6XK6Y0MOCLEJyujWL57vcgjNDIupBvO9DmAuSEW
QdCxSysRpCxjUPnestrEO02boGfTbcLTZUM9BLgVK9VGwoovBxMvT5wpWwSpiBipCIe27ODq
lqhh2RgcrZzjo78esaCHHQkw2U7jHg1E54Riqiyow5tKCFSVFoBkYRL6wGAYi4qrvpFYE1df
gegKdSXhS0FS25y2yi8SymFlWqgxc7pYhKtVBS6wAYlbNYe825bzQ1LjxQV4NtBv0Z2LpXD/
2gAIAQIAAQUA/wD5oP/aAAgBAwABBQD/APmg/9oACAEBAAEFAAMNacKVGSAR9ZBCtgJiAclR
OnQiskshB6L9QQlXwIf6rhjG7wBhEYmN0mXIAZYaz26BSCACQsFYwhAZ8EBB1CkxCMdiqsxI
dSzcgQAQuVjHscMZ0YFan7EGZ6sBksuYgwxWxQJ1BIVck4K/PY9A4MZlM7Az4mQYxneOhEyS
OhMSsYUcrMETHUqMlExFBwa8w1jps2fSbLixPdAqsQx5TrFCkqRF4hDTqYe4mRkqWCngEBvk
q3WHChsdSw6rxGYxsZABnU4YkMy4GMwgkHJhTE6t2yclp1QnK5ysQKAA7RiGg6iHHVXZo7tj
LCHsYgOX5OBGVgcEwARMFShECtggo3RHgVM9BkAwZEupFiWU1hVoV62TsFGI7KzIEh4KKMlk
7ZBPdAGdMgggsSwqxFUEgFR/yGQGOcP8EZHwcgTviZOWYFm7RW7QLk9P6gDIBy2csqk//Jgo
PThAQpUvGoZR0bH1MJlhGsDQlepwSxAPJP8AaGtSGqKhayGXgNAAATiLfA4LLiDEHySBL6u4
+oqGDLGThKyT0ZYDz2UgkiBLcty5qUCupWI1lJ+nBNRi9gqFsIWwSwJAMIJGIe0OUI7YXuIS
zjoVnbhWOBySQGYjOSDlgScyvOV6kHGOpYLWQSpWFCVCAA8jIJUw9lmTOAfmH4/5RlWA4hYT
6lJVGFgOJ2GO5DDn8OgcWapRK0urY5LMC7uRkNyFUj+uDWuQuV6LhQrQgzs5ilcMqiBhn/5D
sYxMPXAOQBllP9v5IcQk5OAyOxLviFQYwBjZigEFVwqATPJ5IyIXbBsl2/0ibNrpSjkJSiwr
MrPsTJyW64IWHEwIAYcEDIiNiEkz4CsDAZ/IOIDkFVZW1epNDLBX2c0zCifRiEYC5wy5AqyW
AA6jq5HZyvXBMHy2QLFPVVZYCoKnMVmBBEyIxyM5i9QSVyzcdj2K8KoEKQHEJ7E/hSBN236q
0b7rNbXqrX/4gqQuAf6z61mOcEw8DMwDG7GZPbMwSQsBgwR2gcTIhJwDxnIxAoE6KQVUgrOv
aFCIBz17QoMf8Y6AARQTGZRP6Q8TIMMQAwkNAAIXBnbAVoMBhgBsYAxAJ0nGBWXP1YgXkqCM
Ko9O8m3yKlNjIvXuCobkFQM/1yZnjuCxJALQGZjJ/bIAAhPHMYkQ4MxFZEXuDPtwAzE9gAzd
ZkY7QsZwRxOsCEQjsBUuTr9pbS06WJCMQqMJ8tXmL0yQhnXEbsShwerMSjYRsD+pFleQVbK5
gc5bJlSEEx+qVvadibLPVWL7Gbx1zCXQAhRlGgTIzk9GhzjAwfgqIAQBHwRk54wTiEwnkjMO
IyrDkDuRFuiP2HOP4JH5wDM9YJ1E5wPjHAxGQNDrgk67x6bFH9gwHLjlF4KAEdQVAE+pitdf
9f7ZIUxggCENDWpAVQL9wtearmruZ1TcN7zz/Ptvt1qKq6iDCqdnQNFRlhLdMNCJiETEPE4z
gwgY5ByBDzBkHB7cAlckgA4WOuIuQVc475GP65Iik5JxOYnP4GIRkYhwIoAhhE4IalGNmqGL
a6kCggil2H+clhrKoFQEUYgIx1yWxFwpLmbewxmro0VhQBHqUtdo0u9GstE68lYleT9ZALQ8
mEkAw5nGM4HEUgTAwwEwDAQJjEPwVJgypIDE4mSYEGFbBOM5OBhpgg4nUwLiEiAHHwR8kZhW
Z5PMXmYh4mOwUkMBySDA2Z1jJwazkF8YyCsZR2NdQcDMBxA8ZcxqzhUIjIOyVzocLUjJ/k/t
/muhUQCEEQA46EwqRACByYcZwDCpxzAcQZEIVgQQCBPrXKgAELjqTFBwoMVMTiD4/hjMnOcz
JhmcxlhJimdjPs5DrnBeBgJ0AhPWBuwLOJkmFTk9hA4hPaMBP7KFZsCxQosXIKwYnXJrCwgG
LwBwMQkzrgkrB8niNmcYHMwMjGQBGWMqmFQIBPkMjTADKIV4CidOQsAOecEEzHAnEIYniZDH
sBCYSYA0UnDBuwqaVjhlUj/iAuWxxgiMnaFyCMGfUDChnU4fIHckZGOIM5JiuCFrJmIBBzMw
fAOYRklcQHnkkgEBczoIVmOQDGUQg5OZ/BJEKcdCgDBU5EAzFTA4EzzDmMCQvBxGGYwGMrgk
rFOSMiYVgQMqzYyucnBzG7CfYYXMFjLDes+xc9yIrdoxQwhSRicGACHqJXWhVVUQmAzByWAm
RCwBGDCOApMbmY4/jiEwNmZhMJjYznExkLyvExGUQfA7ZEIzD8fBwcT4/FgZhzGWYM6rCzKA
e0biH4wSFHAzlsZIImARjl6wY6kEZxzjJEDAwMBCyzPKjIXhQ2IGELGMTgHB7mBRgDn+TxB8
5DQ4hyYPnPIJn85GeJ8EEzHIGDmAQKCMQQYySBCBCoIC4nXJC8EQGFeCsAOCcQFcFeccjHZS
pjYzgQoSCMDsc4hIMIwMghlMAYRQSSCIuYHMFxlbksTwzZbtkdxjsYfwPlwCCOAFA7ZgGATB
8gAT+v4GI8AOOpmDgqZjkZEGDOohysI7DGFOZzBMzgwYEJMMGYFBDLkdOOpE/nBALGGZ4zmF
BABkqFUkQcnAhzMH8EtEJJZrAUY4Xj8DDHqMQ4IBBIzgzGRg5JgmJmZBnUQiKBnqDOomMAKD
CoJAxAOfg55GfwIQIBiGAZh+cZhUzBgmCDj8cmDMwZgkEYhAnxC2YWzGyZ1BnXEAKxsmBjOR
FyZggVqv4AIYZMGYMzJmBAMQCYGcjJEI5AgnExxkzEAE4zMxC7Nkw4H4IhgBxzMmAjBxDgz4
ABM+IeYMGdRngT+MQATE68deOi4dDkqR+GUEhRGhJwxzCRj+OrZJACsIFwVx3+IwMHMTIPYT
POQIBkYmZ/ODOQfwZgQCfyfkAw/I4nOMGfznBJJnP4ExMQgAYEGBDGgEzPmAjI+MEgAQQiEQ
rkFcwoMdQYU4b5wzQ12EmvBVRP7GDBhH9QSFGYBmKMjoIg/BzOpJGZifMwZkTIyfxgQQMcCA
T4/JPGDOJgwZmMwYnE4gxMQiACYEOMYzOkwYFmB+AQCSDCYZ/DZhEwTMAiHGc5jDhV56Zn0q
YawIKuBWCEQiMyrAVmVxgQnE7TnP8kCE4GTAIfkCYnOMwNyPnJgMzACWJ5KmYJmPwFn85wAT
kHE+YAMYmJzkfJPI5A4IEAEPwZ/EJhnXkryQcwjlgTFSLkTiHEwDMYikEFOeoAGO2TDAeexM
xzjEJmecc8TifwZjnGDOc44x+MEwiEkTPAgmZ1gAgEKiYg4BnxMw/PxAMzjMzDD+MTGZmAQg
EFSIRkgYYoQVVoFJnWdVgAhA/BxjriYM5EHzkzMzmA85MyYRMfgnMWcTPIik4HzifH46xRif
M4gn8AQ8THOIfkjjHOBMYmIJiYhMxwePwciZg+FBUTHHWAYigzr+MTBmeeYIRmD8GYP4BA/H
AmZwZ/HOOZjH4ExOJk4wcYJmRMjAwR1mMDEzgDH4zMiAw8S70NKpr/d8+lqv2HQsaq6q5JjP
/hnMOIeIbFlu0e/24Vtm5rPuAgYBuswcrMATExP5/nn8Acf2E5hGID+CisRxAQYv4Px/AHI/
AHGZn8kmYxDwJg/gGYEyIDn8DMLKs9mzbXXt/Xd+6zY/W96mJ5Hph6tj0NE6Hsa2zFcEZmZn
mEz0999e7X2U2q/PS8b23v2VXe16baOnpe5t2DzdxdrXQdFxMcj84mZiAgk/lm4ZiICcw5Ez
iLmBhM5/HEJgIELYBIy9iqut7ulfeHJGMk/LZnyAD+BCZmBoZnAtLrvuvtbFW15DW67+Z6rv
tJs+TNL2a9sWaepvTyzauuDxnjIgOfx+16m0V8m63Q89fYouHqbw+z3N+rc1vMv+rY87rWf9
FZSrYrcDH5MxMfj4P45mSYcZzzkYyMnH4VVE5gPABJ+JnEuLGv2PR36bvE9Ieno+nQ+nt+Pu
U7epkQrkz5gyCPiGY/BIE3PW19a3Q1UpUsxm/wCnqaCUbv8Arp2NavYp9LztjzNmj0vtWncW
zWrs/quD+BmGbH7HsU7Srp+jr/sfhJ/n+++qHtYNLWtY07+2iUXWWDztsqyWKwGcdgf/AAPP
/j8nIAzBP4Hx8RSqj5mZ2yRnJMu+0L+z6rNR4112tsfsf1XbX6tYC1u8qbGhba12ZnJJmSZn
H4Jwczb2adejwkXe9Gzd1qV322b9fR00osH7T2t0S+1rb3lV7uvuaW15m1ZuPXXre5t6J8jf
Te1BMTHH7Hp9djW27deqz1rm130Q8v8AK1k1l37qarNu22wX2q1fp7VU8z39oN53o629S2IC
2Qx/8x8dsH+cjJEJgJnUAg5gGZ8QYjorj9i9C6oHd2LWG06PdsX3z9eBr2PZsu197yd1tqsG
YyYZxnicRyFnteuPQs/VNOq/X2v1nWtvqrFVW15/n7pp0taliMRnCj9vvrarxUrt2C4rt/Ut
yyrfE4/FlVdq73gCFL67Et6tsXWMy+Xfeu55t+rZWqoK20QKNbRNfma669Ffpa7Wi+twrEQM
cZ/OZmA4HP4xiAz+Pg4mJjgiDtPZs9KhdOmzbC+TY1qee/d9V1bVtOvd6Gzdcvhrc0UZGICI
cEAfgfHsMyed6Wkup5X6i7WTU8rT8sX+wH1dLa39wVbVtR2fTWoXevZfZ6+0djcrqdNFlU06
V7U7NLiyr+fzfq0Xj/o9AtXoalQVVVdnU1tlfQ/UtZ02vN3dE6+39TbPtNdofeS+pf1o/wBg
WUboMW0OO+IGB/IxidZ1EwAZxMzmZgHP8vUliV61NKW61TC3Swx1ri+p52p9fqpruvi0dUUY
HWYExkifAnta21sa/wCz11Dy/wBUqrq0LvquTW1dDz1bd1A20tb02O1hfW7nZ1bE2/8ApU2d
VrBTs4UWfq+3Zdp4ExOJ/MzOJxBzBN7TTZTf8O+l/wDq1r1mRy9O1aEp27Zr7CtbVsgqu3U5
W2pWR1dYPhTAYMCc54mclvjnAGQcTiXOUUWqwut+us+qgW72tat9r9reyePbv+jbr0JTWRBx
PmdRMY/Bhn7ZtLVp+F6+a9O/Lt7a6jXbHt766j7VOheFBq6q3oiobJ/ZVWi+8W2g8/rFC1eY
IP8Az+JmcR6kaepoiqlRUj2bFKurhmFzJKrWIs2jXKt+223y8hO6QFoDCIBk8zgwzjH8/wDx
5E5m0rNRp+iybu5d9jbyEv6WtgeH+r65WtK6l4MHEMzO3JhhhOZ+1Iz7uvsNr3eZtrYNvW0K
bbPQ9c2LqXVrsbKsLbEC7l42GPEB4rwD5GT5ox/4c/8AhmGZwSZegtq3vKFVm7UQ9C5ZdK9k
6FK2D99HRZV1faoQ/WmABhRABgDlZmYAmJmYExP4IlVLH0joljfpr/n9PVtR9NeuqRAJ/HMI
mIIcT+PY9qnSF2xam4xyf1/b6bVfRks3dGie57f+hkv2q0c22qtP1IeZ8ynk/rHoLtaIH/ji
Y/JOJ3GGMuv6rsehTNqu17KQ6lfQcj/bXFtrD7e5fev675Zst+tYFJgBgUz4hzMQZyIJ/HyM
cOeqsf8A9tbFq7ezJtUI70risgZ+J8jOIQZiYgnqbTa2ns6v+CmxmYFVzX2RvN9tdjWv1a2R
tdURrvsd7BjaYms6l4oyYpng+m2hu02pbV/4lhnsI96idiQGjWDG7f1UaBK7T61KXOAoL9RW
QwS128n9e2NtdPTq1KMQHj+cmcmKPwczE/jAI4xzLifrvwNhCeikMuyvWylg1Z+f5PzjH4B4
yIzBU39l97c/Zq6qtNiGr1qVudbCprZs+bfZbTepxnubdfA8vQc275pNVqlXHyh6zwf2M6Ne
nt1bdH4OYWwHsQy30akaiyx1HMsbBssFa3b62X7fqHs1j2udFmpTUcs+u6HwfEsdqkVF/A+M
iCCCBoW5GPwOJxkkCWc1t/a+xxXXXaWS6t7a9BgdckzkwcHOYDOMGbFhSnRqXHv79no7u/R/
mt0tS2ytwVbJ6+LblG1zsLX5NVSPqVqtNNlGvsZW3Y8xry1To+l5+xt2eX+sa1Co4BzkfwSY
9rE7u2AdZm29sNgCzCb3r6+tNv3Nm97Nm1m19N7BTqIrUadgrSpFmj4/d0XqB+MxfjHA4g+S
Px/P8wmZMHJsJFdYDbF+f8+uBis4q1OqfjJ/GYMzH4fJHq2Nr+f4+hQ7bTfZsXX3alLH+wxP
FrzNLYpW7duZjSjvZvW29jU9p8/zby9n6/5th1NRNdQuIAMzmOcLs2dR6N3Hl2U10VWJavpe
pXrLub9l7KxJ1NbmnUri3UUD/Q+w/n+b9Z6wZgHM4lYMxicTEziH5MBh5HM5jCWv/wCrWVjd
sOfqQWf56rGYVEB8ghfjEwJmA/hgSLdG2zYo8iimv0PN1K9z9qtU7Qxk/Pj7Bp2baAlFys9W
m3ZbdKu4pp1Kq0Ks68oIZ/HAOSDbZgehcgTb3GazSvBrt3ShvtDOrAtRSJ2FajYttbS8a+ya
vn066qvEIgE+ZiKMA4g4gHIxgkZwDOpmBjjAwQSJf/8ATXb9S7VpEDsdej+pQgNXZlxkwZmJ
idJgzriHmYE2dOnYPv6NjW16G3e9X6/6lq+N+tWa1r1s4po6hKgJgD8GY/HyCeP4ssRBubwA
9HcJW+wtdXd1L2O0rr7yldekKm1e+j4VjTS8zX1gFAHEzPmETOIGyMmLjGRP4zn8EZn8ZOPm
YPYA5xLQCjBfttOWsdQtTlFrcFTeKrKbVsUQfjPIhOISI1i5DuY9K2otNaAIIauw6ADrCHLA
TqIeoOBCuW4yY9ihLbQTuHs3oWKjtlp8Sup3i6Rrfzv125xR5uvrBEgAwD+OCZnM4JxOsAjD
BzP54h+CxgYwHkNBMxhxsZr3C3ez7ClqW4Rb3Jv2C7+PcXpXGDAYOIXwbNhEjO7HAyqsx4E4
gxMgT5gUZAE4/JM7T5h+LMdbz2faOU9C3NmTEHNIWin9d0e4AwvUZHIE+PxjE/kQAzH4HAxP
565AHGOGxCTn+VExkQAGeqi17ItYMbVewbGK7LVRfvZW8r0nFi34GcjM7EwwUJ2boIq8gnAM
A5EKqSZyIhJ/HMP4ZkSC1MWWhV3dpRXZsy6whNkFrEALaekPpuA+7xq1TQxiNP5Uj8ZOBMcD
ifzkTIi8jEBzADjHPyIcGAYgOYMiGDAHt15pdGrleOzlkO05Ndrqo/W6c1/6UVtTYF9RZcd8
kucl2zZdyLsTII4wCc/ySIHycwkVrVb3PP4c4XY33V6d222xnDDbcObyUbbuda3JJ8nRGwz6
+KU1yu5oDrrY4xPmYwIMwzM5zidcjAiHEMwROckH8nBnIPwMsYDkYM3x2o2zZ3oZTNhj9j2W
MdbX++y3prU/6TUa90uat4qT6Ov2XfoZdv0akrG2HlGwz11bUW89q7Q0U5D4wzKoDqRcSy0P
9RFoYK+Q7zZWolmVINhma1qq5beXl5ax9fTew6WvXQlimnWqJfe1/wD6/wCJjMxgQTOTiY/A
/C4wMw5gh+fmECYwefxkQYyOJZWHX19f6rqXNb71feWoomhp0UJsXffL9YlXuv121/Tfq+2C
f9jMHv7q+yKm07VesODChErOIto+u23CLui62mxjHPaNjv8A6jWtfpU5v9GsI2+Grt3CTTto
ks2rLTwW0/KGw9lX0zUrArsx0166/wDdX/x/j8W7WvXKtrXtmRP5gh/KgTInEUoBxkjMIAGM
wjEAyQogDYwZgie5qfbQww1979NV8sdp/qG1arDYSyvb0VsRdYCADKEgOVVbbO1vk7NjAWhS
24RK9qyxl2wy7u9ba2nbWWoIZSlgllII3abglnCC6wAWCyO5clWYgJSzIiTTvSuu5qw2spK7
Vn11eKG2N9F4juqL6n7coGxs33v5C2m3Y9hqR5fo/Y0/n8gwkztiZzCRjJMsurQ12LaDmBYF
GZgTHN1Sum/S9F5ckEqo7/YAq5BYhHZS71lDdUGu2QFtvudV1rrF0Kb/ALmcAV3gMa8zb2jU
xtuuPla32WVVqoPXBAMtqVhd55Mt841mvzqVh1cB9Vfs2M1vVels1whXgGm3ovt+i1k/UdbN
Y/H7X6z0iqp7W839dttbU0tTWT1/FtLa21drWeF6/wDob/wVpwScYVRP6y2/sya1arjAGMTM
UkT5GYeZ62iLpvUPTbYziDYsWV7lkbbvJpsvsFXmbl61/r1sq/W6QavH0qodWvpXppWl3l29
r7Oln+63AsDDU1vsOjrLTUEzFQRkBhVTLKAQKDhtZVj1jBrUHboVmt1mFlA61hAG7dV2Kjsb
XhViujtC3G7Xfu+lp62rpG71drUXW9p7dXX97ztpvc82nYo8LXNO0D+D+F+DkA7Izdsbah/Y
2Fnn/wBpmHJIHOeQRM8EwkQFTCqYauqwHyvOsj/r3klz+u+Zir9f86s1alNcCATrAs64HXjA
6srIfb0S7MP7Udft8+kOUaKwMXMJljqs7sxAPa6zBA/s4GLqciyjrKVJbV10npdqU8/VZ28p
CuvN28UUV6+vr7d2n523Uvl+bpojIusurveY12xWw1AtnoKeMkTPP2LkHj5PxDghdHXQ4M+Z
tB63rdbF5/BPB+MfjmFgs/7HXUtzLvcfV2tTc1txCQIGGAR+CYMifM69l29fvXvaDA6lTNat
grShX61oIAJ1zGpQwUgF68m+i1Zcbaj3UOekIBNYH3dgBY4IdvqTR41gRn1KrLTv4O39trWP
o/7Jseb6FVWrudBs2aor1b2exSMZ49H0a9Gj/wD0d+f4AMAhh+ecA8sAQKSkei2V/Z1zC2YZ
kTe3qtLXs9q7a3d7c17qaN02H0NP0NazT39jUv8AK9Wr0ahO0BhyY3cj4H8sAZ6NKCvWqUWa
1ffZrU4UAQQzP5dQZv6osTb++g1bZKLvL9dFqu2IoBno7P1trr1pxPa9OvRWm6vcQr9evV5+
8BXu7lT7Ki2t/wDY80azTpVj/wBZn7Tfa+19TRfggwg4xOIPnGJkYwJ8QHjMMEutSqv2PUt3
7yxJ1nLWed4tqVtr0ldzwdKyeIrauzmADGOAZzGOQDgFp6zf+mtSi6tapExgQHM/ifELZh+b
VJX1tcEOSr03FW1O5ZMYJAXaBv3ax1XM/b7s+n5229Nmt6VPXi6z79Xpa9ewPQt1NVP1ywbc
Zuine1p6+sdv1v8AqtzK565gGWIIOROZgZ4IZjLHVFHpabFbA4ycZM9tFbz7ye3OP1vy+4G8
iHY3aaJ/2quqXJdsg5XuRBs09uwMJgPM4M9Ut9iIygf1WsnA+AeTgQnAdnJ7Q/8AFnE26Sw9
PzK1uTXKtqB1s+1y+7tCueSF2fTj2BD+z6tT3oWR7LGKB7wE390Km1uXHZ2Hvt/TxYNr2bgl
Qa1DXuPr7n/Z1xWyMgQtwW47TOZkAHJHtfsP+R29J72pr3L9f/V6NQ8z2qtljPcz/wBbacv5
3nHasv2F16tbz92+zc1FuC+DZa20K9ajUtVtZ/W1WbZ/zV2tsbWsuntf6NcNyDDgTcRnWpzZ
tD4RuQ2YkZxgsGhJxZ2wbLCobsbbgTvVs5ep1buaZfuhJba1rfresoLblamz0dp7/dcbD7fl
rVQdVhWja/R6K8a2qpl/ibef17zdrUPsrsW32f0XZRwf91n11urISM4hJz8wiH59j0KtHUdn
tfzfG29t9DQq0VuKuvtWVVX+Tttta3uamztamx5t6zy6dTW1VOtPS9VkNO1ubGvr7F1J3Lvs
2Nvef/JpaGzsNVp01lkWxfJSyq1eIYTPRdq9bzATUPlO2QYHwGbjtwXIJtODZ2gbrLCO9zf1
2A9jGkMm75+w7DKt5NlVmhtX/wCbV1Sz7e4/f0PS1S1FfmbipZ59oIrrqHdJ5RdNN9ulLS46
7fnUXW7+rsUj/C00/Y2NO3zvYq3oMgg5jQH8fsS7F/oa3npSl3pbCC/b3BRZ6u3rv7Ft2wv6
o7NqYUz0tvXp2NvZdp/rsJOyanPt2mUbV1028DbHi7LXlBRU1wJsbo2ra3cTEYGewca+ioVQ
6sVCZMyASQQEwOxywGHC4A5ccWYIFZV0UNKlAPs+Orn9dD10egXNPnpdbtXMbNmvavrKexsK
tHuAxt3zbxZ4+hcyf1l9ha/TPfWKoTfrUbKf9Dd23SA+tdYreV6P+ug3IJ2HXfyTr7Vij2K8
mrowqTW1HPrara9W1sLbv7Ne6f1WxvsL/WPT202NuvYKVmwMqBHoSkKpU64ttNl/l+sN2nbS
12ahaUvVLJr0U6zKcp8jJz6xytLEBS2K2zOxJOBFIYOxWFeXGFCmMpA2Nmqobfr0YT2Hz/t2
0Sj1de6ulhZTrL9VuAy2W6+uE1vP3nfytIg+HYx2PJ3URNHbvjam3RNbduqOw3TZ0spr5Ulu
J9stZms87RbsPOoOz9FSrdcLUFCa8fe0w2sdfZTar+q5rKUq/wC5Wpf9TbFWvSSv6qors/YH
vbUv18pgiV2WKQLnlY3gl3XrTq7Fz6terpaoNbraTEtPcnvb92usU5gzPQ5FBUigkoh6jtN/
0/qbzfUNtZdiDYqrZva6xvTczc9W1K7dyu2y3Yraa22KpZ6rNP8AdmafobinX9E2WaXoHYus
0VssGuldS+cPt2qdu223buqWvZY1ps69oGlrd2pqazfvsoHn3NbQVynWVV9rvM3ke/z9tq7L
vQqC7vqELdvbFp1PIsvSqi9F2tcuKtUK66msouVfrUYPnfVTW2wEmymjtrteCelulfWGdwUs
tZWtbt52ptl7f/Stl7VnXtSymvVZDrVN29C7V+2u965r+7tK9+6mzrecCaNcKoCdjZbRUvrW
C2zy/uptG1ezOnO16OvrnY9W24u7PP6QFDENQYPSIRRjXYVWaxS/a1yLPRu2DUG3dlmG5er1
nMWytjdqC+HzaKw1GyG/7eymPs69upr7iG6slkxNahVp6mpNOoGv1tmpXZnsfy/At61UoG2v
T1aZs7Sbbt2pVvtaU615bYt16K9X1tWuu70dC8W3rjX9GxUG5pXjY8TVc3eMyPreNaJStOpX
ftNfc4cFtqukansUs9u7Ya3v4+1lj731hfXtbU1/Zu10o/ZtxSl+7trsXKq27GvWn/bBCP2B
gmz6u5exJaEFQXIgxAoMVGBfiYOf7KarnE/Xs/aepsauowUa8SxolFabO29qTT2XuBQ9vQau
y/UrFiVVKluvawmRFdHs2gKkbcvJtay1vL8plOx6wRVq9X1JV5vrJYaqKKrbqfsZUE1aRbd6
Gwn+izYwTuWLF3blUXVmedv6KvbWt4Gxq1q+87i/d1qS/o3GPs3kl2sn1sp03S5H1HMckB2c
PlgBlprZQ133PrtqbVlr6Fws/wACo403Y16Dx9JUBxCVyHOa7FEa4tO5K55Y5gJn61up3sQZ
AacAfAQAqM4wIOBa+X08irqg2LbNqtf+024PMvutur1deivXJurrtF5otRRo/bbp7evafT9N
02amv2rjRi2zVw66/wD6j4hJXxNNpd4vmojeVoNTt+Tr11X+eqSs7VIGxcV2d266F2iKXi68
+vBZVWVO6xNo9bqftW0BWHIp1z1Ua2H3ODc7G67XRdfa+w2sKydoBr9pTDywrZompa8fzrFV
vO21lHj7Ny/9HaFu822pnqCTSv8Apu19j7aEwTngtkq8DCMxEp2Wun1qr1YVXOdgEGdqYoXX
sv1Rsau7VemxrbCXGvfXN+1YU1te4o2tQK/PqrsPvN2r183Kf6SxlAe2uqu/YbaP3Lqa1999
7UsMoWYveK6/ppWraU4qb+5XC9WBbrlQuKv6WVMTNizs1K81t0FSKZbuJ1bduMYmUJslraAo
+qy8ppkyrRDFKqajX9TJ9LKaquoTh76bbVesdbNcOFPV/F2BbqqsXOG+QGABM2bOlelauLbO
1qcrZ/8AddebV/yWynSJOyft1/qJ1PRQa+0l6RbFzVYwN+w1kUf5vLX7dvVGxRr1VPXcfQRo
2wdixKh9F9otlt1YRLwbUAxdYzXhiovDMqAQnJAbOMqGJjMwj7BCj5ANYfYdoxYwKTFosgAZ
k+2sdsKQ1pU10rs+g1a6+1a4puuVtNs0tYWZTD2M3OZrNrIfVStNzxN36bQSUXJOeMZgGRsV
g000lKEqLOgeX4Wx6J9Ncq2GXX/0NXZ5e+Q/p+fYaLFKMpwexM87WfZv/wB1SVta2uurt62y
L9WhJuXbjDzKA13q74sts2UxezMA/wDZNgAZLPU/cFiYyf2o7EKCAcCFbAf8uza2l5DsbPKo
ur/6e0H/AKl7LtnzP8zqyWMuuRF1bWP+RyaQpR6kre6+xmppWwqDU2rr2XWW7evqr/3CGauz
9i7WyNcb3oOzPvXfZt3/AHN51mNlQcYEKLFJnxNpyESvrr6YBuQEi2pGJ29cD/UkFnV9irDZ
WaPuXUSzX8z0Bb49dVreVUbGop1Rp2fXUu9RZWlLVrTt/brvdbRPQ9BDLbGeID22cBOx714x
gga7HpY3KqGNSP2RSrbLjPk4supqpRBQApXqAnDDDXqjy7SFb1olbF2uZEqYbykU99hFr0ti
99Tz/oW/d1dazY9DcvsTU3bG1fGu7DogYU7C7nn1FbuC4XOshDaz/ZQvBKjtxBNvAa3+2vqq
f9Cg42FBorS1j0aWgrYxwGQrARnquerZF1mK1SXWmtRZ3Gl6GvZrNtpSzbdN9TnscMGVR9dz
qTz2QqIwlLZNtIUJgITl+zsKfI27l83zbFoSpKyjgR3Uk3qIm432dsnaboq/blVdAE7C1arB
ZRW69UVfR9D6xqamxu26XmpQlj00S72j1HtI0p9aiyzsLJu6lbk5E89gb9RAlAXEZRgKc8iX
ZO1ewTX0rcXKxl7f+iu9qT9mzn0Nf6b67P7tR9rtphQVbLN1dnDGmw53XLSv+pValW05DPKw
VlQ7kjoj9ssg7KR1BYzVbq9gyq0tYNXyNp7dPz69dRgCy5Qr7mFRX+u7W2Wg0rewqVFViJYi
2hUUO9fFdlixtkkq7u21sNXX/ht3H8vRp1w46AlHFurrMz+Vpk36OsTTQNZb3YK5APm1/Zs6
qslCtA5BXIOR1chrdxutOtgW8Y2OUrP/ALMT1aydfbHVtaw9Nu1kQsWgJx2iuQata3ZdaLK5
XSzLVrFk2PK2KtZTzWhVwmZ3MYBjkqMnGuSr0sWs0dD6QlZChCFvAMRVdPrxCp6WBuvOWYhQ
07KrMCXe4LXixjqp/wC5UWs7iPtPrIlSpYcu3YgcuB2sZLDaKq2vYldxbwuJ+u6ps22urrJ3
9btVfTZFHOAYuhYuxukg0Kxap+ybDkJsXWTtbi+pbKN1P702Gs74TAGT1XoO2EJJ/X9QV17a
6apfXrua7qtU7+y2zWFZjSMK39UZX6uSpC9pauW0aLdiaunSgXqqu6Yza0CZIwCHHZhiNY87
NGyVxC6kklY7JWlFz2DXCsuzdclHn0XgOGWLxCxyD1CvkulYfYz9NxKKFV9fI7/rtKV0XUmw
/wCO3tqaf1nBEAJGe03qmZq7NQQEMtyhay7sn3f1W1FT26gt5+bbXelRGOIQwAHWfrOwbam0
EL7mxX1o8224+rsqxpqANz5gCsp/obCCaSS2p5o700pWhtrqIe3ZZaiAlRaMnU4YwqMEdpd8
kYh2E7IQ0d0i2iPWpTXpqUFnE2KrLxrAJXgYDdTyWIGVrJHXMtJ630sG27rFp16xZd5qdKax
lVUQLgD5YN1O7arkCyr/AAXgrTfU+4xXXYkz7K8G4qfQQXajLiYJCqDAACegBOB4m29NmxbT
fo0I9t3s7J1NapBay6taTYr+olyYWzCzE+frq9gb+4rIavQtYVa4RAuJaSsY4Asw3bBv2WrT
a3+NjcLO1rFKrWQHYQSx2YVboWa9taJYhKnKjXcZ7cf1ZlYdWsHZf/YWR8Xo2LwyrulgfNps
uvVCiVqSFXEOTAICI2tULCvORj5nq5RFDW2f5zi2gNNuo1i+pazapEVcrhuoVizrg6tn1Wjb
dpqMUt3rLbrEJYr1pDFLksdpzNfT2L5qaf1SnXTCarItSgBzmFzLXYrYxC3bAVV3nEO5YDY7
Eog+wUswXWd51KtWqOTq10G3eqZq2cja3EqFGyiVIzRcKwblEDlP+QXLWqOu39j2eoMWfr+n
9cQsWrJMw3b+wK5M7HJXIb4C5ljiqvf2FueitVf+s18rRZjYovqtCvgkAzr1CgiOhIbKnWt5
X7ibrS7VVrVXbebHLEAMANHz774lK1KiEypep47DJjN1DbAIs2S0S1rIwyBXXl6K2K6+qQaK
e33IsbYRRsWVrZ/sqEv3jYqo9jW12vRlbEratba2GOpJQIYqKgwAbmAd2BrUVud+lrtnRr+q
ms9RSCRyYSMq3DqzB7Lan1NkbAjLlNrWuF5Zkb778WbVb1a9TItyFNtwHeodbXHUhAFZCptG
JXYVarYKoCpfcts+kkGN8efqjZejXNahVSIWaLWRGcTuubbVl2xr1m3f0QLPW1QH9VQG9i1p
bv7lkS+9Cdm9ijbDQ1Xl7KWQcZo1nsemgUxFIa761AppvOrt3UOFDBxWifZkBpfbWHZgK6Lf
7b3qub/K2NhlodXQYyPk5nJIJK2VJatFS1If+QAI2LfrqtyX+tOvmux2gAW9HVNlNqjs3/Kt
wwTAjpkbKJZCmGqKo67RV9m/7YesGGbzaK0RnCgZJCEFu2HW8LsWX1JubTmOy2CtbGaxLoK3
cJrZlWtSBaK1draGA2Qss2ckfZcdfzrDKKkQrShVsOu0p+uhlxSKrTUQZcEabFl9ZXa4RGY1
27BjMVrfSqR9/a/9/kceen/FGGXzn5KngMcAkkYhXjeICW1Udvu1+utuPVBs3sxW9pu+dabX
T6npxhSBD8kMWs1+y20sxJAYOvZSSAJoMoq/rhO0L9Admf6iWtpq2Bu6OrUtetTbSNOmsP5l
YLUoDbVXUP8ARV1NlRY2zqTKdO121vPr1wFZgRATGbqdpsnWvPfUvAVXJTe9WqlNn1L7yu5b
1F751diwsn1s27YlZrra/Y0qTVq44AGCcDrmBSWKlZyIPn5m2CYFxPqMDEX9vus1dm9EG5Y9
m8ynZoYYQEgkmUoCNoMAqq83FCOoICFTFBxo31vra5Lx9qtQNlHsa5+x26tcN6tHR99HC+mE
L+tUzf8AY2Frdx7JY7sQ6KGJMqrZzqatUGuqxitYXDDEJMKkHY+W17K7q7sBtoKu0U2bbNdk
YU1qyNSkXYRXp2172NZsNoay0X07VZCHJBJmJ0GMZnJhXMr+bX6IwLVtqu0+s4bz6q60Wyi5
f8rUJr0NNnuLdZTExgAQFqpYwurVSDuWf+ypUYB4DlfO6HWo2FrOztuSLthoEd69hNRidxFW
y4uS1MF1SL3yWLkqrMEph1mlNZU0uqkMGVkWyuusIgbKkDLnEfJZFzVfsf53Z3salFy94LZZ
oVeCs4FZAov6simylNq9bfI+w0qVjY7Ky4OCSIMmYwdjHehiUABX/PRD1K7OquNMKZra9lE9
SgpuapcmpI+uA9thJa0q7WHOy3W+llwSFilQmjeEs2rrta4X2lk3CBXu1urLrGHRS2u3zSQN
KwM+rzgrPoQynXVWK1pLP+NdI65Za9fYZ6+3AYsR8ucG5yI56lLOy7FJsGxrFWvKBQGaV57c
qVfqe3dkVlandVKtur6p5O7aXQ8DsxCkA5AHy3bJ7CbZwusD9ex6unrr/wD6OiLjo2c7dZQ6
1xup9rXHeivsFZmisvW3OUsJLcVWH+1ZAhHAOZ2KtTtNYTqZNlF/1aqf2vsSqJsqY2y5n+jY
WNc7MLiJVYVsDsysewZM1pgJWAyVhawxMqAMCiN1xsEBSf7VhAbN2xGe1LKDYciwLM5Pbgtk
KRBKEd22lSzX8i4psU2I9aYLZ479gO0GACuZs9WupVQnreWyp9IwmQrAibqlqPIuVtfbFdle
sEcZQL9p69mMVD2uDGk4DJjLfJxFMWwo9W4USz0hE3Ox/wDTdEs01mvTrW23VLYl+lUovq+t
yMHVLfUHUFi/167OHa2VVAKRgDiJnDPzbyXUqFTA2qcwF1GRnqCSqgqgyBkggMGWUWELsbXa
vCVv4pDatb5YHIExgYJPIUop2dZux2qBfrf9VsYQhgzZjJ2TRcUbbgEorVbJipiFMxgAESs6
1hLMOpHwMicwlggYRQuD3DBnEVhmndIL77Yr2Nc07VldkIUDTcMVJ61dEsAGUp+1ugrmFVqy
0CnKhRL1Ug9QF6tVbVVYuzXmxwxlYPZkHemkNG1R9jUVKQKAfsFZdiwOQfCdDp157KcgZxkE
A4LEzkLQzIVPZcNFzHA7Ngh6wm8WPW3K7ZyQSAWsTB6506Ds1WL1sXIJH9vrUg/J4jcFcmKt
Qhf+vIi/P1W9n+gVDAIViaR2s7laFcBUcuaW4d8sTkowigmH4ucNDgiokpWQJ6FuSSYXPVf7
St+guck2EEZwFd8m9yoY5/Xey0KSSpyARjE5w/FbMJSDKz1GYrf17dm7ATbH/wCpG/ptADdA
46COrZ6HOlsjVNzd7QBkhYzZgIgKg2KIGOAMjM+YT1BtsZnUEEER3gx2qcLQtAvlVOEpq6yz
OAcGtoXZixdWu/tAvFAX6yAI1NFiXUVoQuAX5+xnDEw9ZypUcDk5w3grihAQ4I6hlyDmD4sf
FbsBNZQWBDTqJS64vJVNW/u2/WBZU4FW0obYAGCnY2LhRkzbJ7OcMP7AA5YBSc4XtlwsK4gO
QMBuYvVVLDJdhFXMKwLxqWF0oULB0DfX/W0ZGVAwxZk7BVCq3CqzE461v1M4VNqtUNrMTnIe
1mBOSq8vgQAxhATnxEVNQYn8AYIJELCbVvVf+c1UCoG/r3MQoVuw1et2S3bbmogtup/+kMYe
De+DlhLbXe0qWKAAL8vxM5i5hOI4BIzFzA2IOxCqYuGhBBIAnwNBh9ygGWWMttNnZOoI6DJr
CQtwtpZVGZhAyuevGCXm32KrWzvehWMTgMk7LMFp1E65FaAvoJ9dasYpGQZkkkkjZXtXrgCy
vqFU8dlgBUMMRkNd9lSWrbbWg3qQ9Z7FucWBo3dhZUVYKVUhopIBR84OFV4VaCshShWBSxKn
I+xShJhrADK5mCYinFYat9Zhar0OzJUEL8RcRlwW/q6KVYrYxsLylP7PkJ042mgwxIJUAgkd
Tg9erA/2YBWE1KWs2tcgUrA3CuMZTPYCbDqV19cg8iK2D3n/2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMC
Bj8ANB//2gAIAQEBBj8AchghJnfErmgBd0K9oTCgz4EoEm5Tv0mw5rqHNSMagLUZaV2UB5Kt
s10yfsqtZLDEJyWBUairkNdkSTyACcCuaanNAY5K9HshJmehZNfmqi61PV7IWdXT45I8sEV8
KcWyNEDZMKZqiHNOPU6fFnKob5omo5JyH5JiWzROOCDseSJe3JECkii8qIFy4vknFnsmIZAD
DNX7AhYnNVxt2oDL7kxpghUPmrsBZAsXAXqXJNIvRwE5Fck59TIi6oP9E2aIuUxtgU8hUWxd
1d/UqesogkReVHFFol3hUCNUQB0gOR2oMGibKkb1zRe2AN07FyfsVCUQbZJ6VV3JXeDjDBVq
9gEMMUSah0WqTkn9a1E0uO1VvJZvdDClE1Q9VmyDY3KYVzJTiycexaSqEVumAYJgGqxKAwCr
V8VIg9AbTHJUuKphYrUZVTXRL8mCBjcpz0tiqB04FV3mOQqmArHNMwGZKJNxbJB65oAXKYFl
b7cE/qYoAe1F75BC4RbpTLNORVMEybkmK0h2d0ABIyGMroytIW5j4k4IpgVRwcQmLvI/Ymeh
5It3U4wQiat7F00D25BMCe1Fj2oASHNDAW7Vkxf1K7sU5FAnZMa9qYVeyDxclVFBgmHdzxR0
4oOamzKpohnmpFk2VyiQE4rgUfsATSDFPibqxGLolnGBTNUiysyZqppUcshXkyGk0xVO10Ti
GQEqNhinPeKGWKv6wtTUNlcLOlOBft7eDu5RH2J2pgu6gqe1U9aLVVfYnFCLIPFmGOaqNWCc
1etEKNIotd7FdQZ1Yk4MukCgqg47UIKo5J3D4BWTZn1fKibXrgFc1/zqRBJLi6ez3VMODP2k
piaJ42CrfBOX5IFnCaxNUDTmmjcXTYBP9oTXdHljmn+xW5p8CnwRBPqTAh8HQD1Tk4NRd62G
CNUTQnPBUIfJXajBMakIEFsGV122THCys5FU6JoVyCY2XTRXfhSqcJyqpvtQ0VP2omcaXzAW
uNsUNBtihSqrigPsWmOGas/NMbZIe8i9+RRIpk6ayZ83Qq4FimkKo5c1kgC/MqhcphYWTrM5
JnbIKlsO1B/UiXV6BdNUZM5OAVmbBOBT7UXcDNNhgqWCrROy1c6KtcyqBEQDk87LSC0gUNdz
dGuON1Qh2q2SIIIoy9f2smyWPYFyVFVEjHBfenFRYqosm5qnpVFTRdJcG4KLCiJlXAJmAHNC
/MJwaZLJuFyqlkxLsixdBi73XJOKrN7jBMCzZINfLFPknL5snwxCyP7Sd3PNDJUsKr7kwviF
U1GS+FEDGroEYo6k9+HZfhyV1qjWRxQrTUtV5ZqgqSgQKi+Sd3BFQi16W4OhzVKKqCpfhyyX
3Mqpk5o3H8VQsUGWSqU7dqNF3Q6zVcFRVCKqFb/RB6vZVDGKaz3UmAJwZXrknVQyLI4J3Y/e
qntXTfJM3Ubqt0eacBASsUAG5vkgIhfgtJHrRr04BZuEAU8rYJyyltjD2IylfDsWo0YLIpiA
I/iiSHR0+r1qw9n7SeyZ2a4Tqip7EQECvsT2TlZK/rTIvYoCpFuav2JyicOA5oh1ROeDJmpg
ixTFB8ME72RMUQRa5QM4t+KIAZNiFrBY5J5Avinia81myrcYFfb60SLpzhZdVwbqhqTdUFRZ
PIWCAHKqIZ19yJzRLMMl5kzpAWnbiQAe9ZHc3ZECIpg6kTeWYdFgSMyiG6RinapRiRp5lMA4
bvdiYVDMCeSufYnValM9GTs6bFc1dOrPmuScXTM44ckzcxkmNCMU76kXKoVWvaqrmmVlyV6Z
LtTo4lOu1VDpiqGquCVnTBV7wuqsnFXQcOc0HFLprBUvi6cVD+xOT1YDhX1p8URiEQO11Wwx
RG3WAo2a8zefQbRGKj06AX0gIbU5GUBURaiEhF4xu9l5YiIE1LZqjCK1EuQaIsxIrRO5FLIC
IYiy9b+tVxsmXTjwt61nxYrNcxVfer1TSPrCu4TYFBiRywTYFXoaUTOTkmFKLMp+SZUunKrw
YpkyyV3PPgBmgydq5p3YckwoypXmq1bFAEIgkl61XTR75JyE5RaqOYWpqZJhR8F5W2DW5Udy
Tncaol/CrUwQLd23rReFTWlCiIEtKp5J8Ci1VbF6qgHNAm+SEYXb7Vf/AOKcimAQwCtRFk11
yKa6qKJ0G9q7UaetAJgKhVDJzVEivJNKma+5A0KxbFPEUHCuCsqYqt/Rqum6p6+HYnCZOFpV
AnOCFfVwbJADGoTWzVb5qgoqYYrUB1IZY8OeC54lUNrIxkHN3QfFEr/NUBKNRZGUSbuFYIvZ
VsqexNnV1VVWQxTXinZhknXSmKKdVTC2BX4ouV+HC7kL71mql83vxZVVPRpwqqWTEOuk1K6q
SjiExxxWbKlTiq0K5KpcqizZVLPcL8eFLFVTmhKDluaurh049quCqJuLCqrV1VfcqVQwXILn
wZNiqeviCqrpNFUBkbVsuxBrE4K1DwdOnBZVVV08Xe3B+DhFw59iagdZgqvqXLNMqULICx5L
kFqFCq+g/qVS/ILkFUPkg9SqV5pzQ4JgDRA2BwA9F2rirKzJyaKzgInDBVAZPgnTBMbqoorK
67E6bAqqu4wVcUBGguq1Ra2SbEpldOU9uH3BMbqiYllWozTD24L8FWjKtQuWHYmCa6Y3yTmi
oyYVTYIagFShxCcVzTlZLnwoWTmwWSBNQuniJP6k5orpxbjmiH9aCZW4U4U4OqVJRxTG441V
wUxpxya3C6qHKtwaJY5rLknZU9iyKr1DMKiPJB8VmUCfYi9sGV+NEXPNOEaOU1vwTGrJ2TMq
BWp2pwA2SA+7gc1QMnwT3ey7pyVfUgmWSrhwCy4f6L8E6Zck4AriiE3Ar/Xhkq8HNkGxT5cM
+FFz4OKFEXe6cImypbLgCaqo9apZUqVRuayV6IrkrorOqc+xXZZvfiRZVd/sT4pxROfsV16k
yfJfaqjmuZxQqdWPByfUn4ULvwyRzX+i7V+K5oF+FA4TZqiYB0yA9E0qEVThywXJMF2XT4cO
SZUsjWyqHCdUtinVUXPqV7Lkr1KYJgFigIhpHErquyId61TlOyt616nXYuSY1ay5LmLolNwu
iuXCuHH8FeidUVFdPgua5+hT1+i/2cGKpwtwbgKVT8OxVDhU9ioe0IiyYJ7JwVz4ckTbJOeo
5prusnwQahepNKKt8EytgyofaslyVPatKdW9a5ov7fQrwDXHCt0aNAXfvE/BwbhSqs3Dt4c1
T1pigzqtTwZVVLcW+1W9afgFVPxcJ3riFRfhzTYKhZ7hBuDVddVFyKxXrT07AqesH+FM/Zw+
7ga9nB88eDnjRWus1+Podi7eBBDLNuLJlfi/2I+jnwvXhRV4cuPJEe0rJUxWatVWTkOicVyT
ENyVRTBaTVdQ9it6uard12WQD9maucrYpmpd0Cqq6JTqtuF6YL7uDni59Oq5cKqvq9HP0GTG
qY+3jXgz8KKiP2KtOFQ6pwY2VMEAL4r8VSoyTmq/BchdUT3fNDM5cK+pMFXJE+1ck5HsVE6a
5x41HD8EVXgMlemSouzgytwtQWTKvBwnT+g3+G5TCi55pkDj6NqFMFkyunKYKpcq6BF1zWSK
um4MPRbhzTGtbp+FON/St6Ga5+g+KqiqKqcWVODMnxVkSbG3AEIZKqBCrbhQORgmOCc1VFdN
gum6sck7J7Lmq4p/Q5p1VclWnDmeFVUJuLHhl6NPQYFX4UoPT5ehWyIJ1Vp2Ivgh6NfbxDrk
uSb2cLLLhzQBq/B29Spw5KiqqcKJuHJEAs+S5hMqf4mjc34QlkZB1pjuebMXjDqWg6oyOBDt
8y17cxOOYt6D8COHJVLIR2WJPeJwR1Fm9iEdvpgbyxKAJqc0HsfsKcUPC/o040Qxz4fgmPAE
1lGxWafhRMqL8EeHIcArcGCdWWT8G9KqqQAbPRCH0kDPdnRx4Yp96UI6gSTIuyEtveh6i36V
5hnGMtVJaqr+pGO62MCz/wDd215Zlo3Rfbl3h6F6cYxgWgzyN6rzISfAr6ndn/bJMQ+K2tmA
YbhYkhy6Mon+rLpj2lS8864ir2LhDWa0DYrS/t/wWe1wqcQn4VN1Q8MhmqHi67ONarUTpEcS
pfT6tG4CQHsVTi4ueGfCnoOnR3PqX+q+p/8A830u3/bhH/q7+pF/L+l1WjA65gf9zuIbezuy
29/HcNdR+KK8j6ybwem4CxA+HSnjKcoveQE4FaN6EdYwiGp+ZebtNsfVDuSiTHU3vRQ2t+ZO
5CkgcPzeNULJuDLsW3vfTQMgenc01l+lGW9HREzYaqf8CrIbbFy9itre2mmNnqcYqBiLnLq1
IAhxKhBqvMsJWCJkQKoCMnP+Ba/o1qF2pnWSvRO66cS54WWT8TpPU1F5UpmD1BF/mUtrdpvQ
6TWsvd3UakESJoa3W3OEuuMQJDJHJAtUW4ZMn9KtM1DZmTKe4DpjGsqdzpUt4xPnb3Vuyl1T
c+D8ipQYlPvzGs2iKyP5V5m5ty24GxbpI95S2twjc25jHmh1f0zXbkMvdUTEaPqdsUJtJbW/
KYjOkZzFok/9XbQ6tXxCx4U4naO0NMS0wf4FGRgJ7cqmJzX/AJH0vSI9/b8P/cWgl4O1S8fy
ogNGNwEd2IeMaWco7Z3NEaaYtWXvSnPwLzJT1ZA/zIRm2nA4rolX2qv2f4V78PxWYx4VVqZJ
gKYJ+FODp9sAyNnsofU7k4y3gWMYZKO5DpiKSGDeJedAEiUQ/ajCHS1/9yH04Dylit6Myeku
H4txdAALmtzf3Tp29sOXp8sFvfX787EkQJHS5+JPOcRyda/oyRKYpIWAW59b/wDeSZkU24E6
juE+4jsfTfSSnDbFWwj8sV58wIGdo20hS2t0Aljol7p8KA34NKBeBuJKW9skGH1AHmAeAj3Y
oDbl5m1KsYSsxUd+I0k0lHI+hHfDgbkWLCmpaNuRhEMZAXUobmmcZjSR4+pCMKgnEPRT3Yu8
QzSILqQ2hoOBy/KvMMWkQ1OmI+JF5El7PT9lCIk4IIIuhCQjKMQ5BOksPnWvYJ6aESBiQqp9
TjJkMs/8GyFU6xVFfjWi/FMbciy0bEjExFDHP3U8pSlInEu607cSAL0uUTuSLYRw/ZWzLxkl
wDeKG7tx1Y3ZHclFqVPNPgnsPQrw1ktCNZSwAW5s7UyPpNlyCP8AmT8M19RPcvNoE5xQGx9S
Y7gOo7UpaiyhtCoiGdRjuRBntnUGLEFHc2tuMJSDSIFwqBk5UdogGUiDtkYe8vJ3otEg6CcJ
fMt2MnIBMQbtVeREnyt28Scfe9DTuREonAo7v0kiDcwNvlR1RO0YkgvVveQANDiKfsqOzB2E
WkQKNLva1SEpAM0hF/21LbnA7ZYEk1f4k+kZexVh/UtWjk/KojfoZjAPo99T3JSltwIB0kvE
Rb+nPUtAeL2lI3QIk72yTEuVS/o2wdME7erg6tVW9iYJ0FRfcm9ilvbJPktpLeElTH1Os7cQ
4kPePxrXAaIklnKaUoxYMVICJA1EB6P8qE9s9Ubv2oburXM1NO78qA1EC7egyqs0y39PelHS
AOa+mhICP1E3nuHxmJ7sFvbAJDgvP3Qe4p/VmUtzc0nXuSL0Q3foY+bOXdcUR2/q/pxs7t4b
o/iXl73UxrO1FbV2IRA8uH2otJ4wDBh+pD6iBOoyJsQdPze4m0A7nfnN8Ft7sS0oSBBUNx3E
oiVOfo/1YCTJzCgwRENsASvitMQIgYBad/bjuUZyK/qUp/SmUZXG2aj8qBlEsXD3DLXKsgwE
hZh1aUPpzuynKcROU4gdDH/+tu6fgT1jENqd7FbZ22MY01SP9Rv+2gZSOnAnvD4UNUmEs6yQ
MajNZnFU481yVFRDPjX0Zbcw8ZXBXlbcW2hYItHSWYMiduBO4LE5LSYnVkcPiX9bbi5qSht7
MRGMe8Y4ozL1oOxck/o0UIfTByJPIO3SozO2POOmEZHwLzZHr3TV/dj3Udo9UZhiOSjCMht5
AnNCHmx1GwKMjQxDupA0fHD500e8emPYpbO53gWOlbEI7stqG1AatsVEgOvrW6IUjJ4EEWiS
jGMqAsCjs7g/sMIyzB/wa8GItVmd08INGb0jYKcTuAmOmQAcdX/1dCjqk1dOtqCIRjrBIfq0
6iw7sYaUZkM/UZXaKgTOoJcjGJUSZCIOBupCBJESx7VcC7HsWqJccOSonJVFmUWLcfx9DUCp
VqCjuPbFPvEwlgWojuSkwiP1ox2NsRiKAmqAMP6J7+41vzKMBURVP8CGzICfmSsbhvFFeRuF
5RYQbJboY6hHpdbkpwP1H1e5IudzubY8EYqBltkQfVAQght/WyEt42A7wj8aBEWepWo93Pmt
z6gDqIBjPAMoS23G7DpMRTXE97UjPTp1VzLoVobDsUZMRLdOo6g3y+hX/AqL3U5QPTLwokjU
BgMKIiDxqXAdyiW01Jd6fIgI93IYoElzRwT/ADI7gkDuBumrMtUy7NJnoz/25fOtcGO0SdQD
9JP/AE1cWf1IB03tV6rmFmQjTjyVOMxDvYKcJVEjpLmy0uGFghHbHREVJxX041apbj091R+o
+qbciax28D86ENqAhAYAMOLejy4ReTxjB4xs3vqO5C4NRgQobsZiUZVzb4JIb4+lG7uzr8Ln
3oqO39PtjbFmazKX1P1e8ZbksDaK8vZ6pSPURURXlg0xJpZShH+3EHScFWxTWCcUIqF9OSXO
gO3B/wDBAzxw4S2yOmS836ckgXgf4JIbkBV8M0DuEgPZCTHQzgnIrQ5BIqSHREKkM5Ff3l5m
9MRiJMDINKVEdnaHTAijjVJ/BpTafBq+3X5SI+1FsbqvB8Vkmd/QPCq34kNKEyQcghLVzJWl
w7NqWywDA6XW1H4QmxwHB+GXCp4ZqWxtF/qSKYiL/wAa82cjKVTMnrDy/wCXKEkadnJDZnJo
zsOaBJAApVESnEGOTIbP07aY17U4kGOQTSJIl93yqUgwAiWKJZ05qCm1MFHaJ/q7HTIcvBL/
AAi5VLcDLKzKUYlyBRsT7mpSYaYipPP5lGTichcGwRM5nRVs0+8AZHAXZGYYAMY6ql1GI6Y4
11aio7sgdQNX8Pxr1abqquyqmqqcar8PQJW/Nncs6EuVUI3q5UYGoEgW5qLWATi/BsFVdvoT
lH+7Km213PiUfrd2cfqN7efQL+XOXV5s/fUiTW8iReR4aoERMag40WnffzY3ALao/wDUR3No
9OrxOZF/CjKQAgLnP4YrpjpjEN2KIkGtVTjGpZgBVHfMCNsFtRTqtVHdk/kz6dwcvfUdzbLw
mBIHkfSZ24NGp/FPI1yXZgmHNeXHqk3SFr3ZB7kLRJtcvDHL400G58kQ9TcGroSuTZMLHBA7
h8vaEqlusN/00NrbFryxPD8ECPWFbjZ03pHGilpFCagXQegIRDOc8VGWBr2EKEhYhcuDBMfQ
MpGgUYxJhtQLHmB4FtzIEWLQbvGXufIjIhhYVREpiOkE2L/pRIpktUTpOaInIGcbFkROBd2q
gNLCNCRiVQ1FWH7qEpuxPapfTCLbdWpWR95GAtEkDDgHPYFPa3xLegSPLHu/qUd/afRPMMR6
PURTNadQYA1zPwrVMNqqyYoAGpRMrgOyMxQ+8pQHUDSlEJSp2PI0Q3YkyN5jkgdLA0AtJGJj
yzK/8j6iLCmkHAIRiGiLDiOSfBOq8GTMufDPh2IsqsXNAgRURZ8VKQ7z07FJg4FSVEDDjQcK
qnCcgDIgUAuUd7diIRbWfhCG1tg+TtnTAYyJ/wCYhsRlq0gGQwEipyiWBdy2AGqSINGwVlOA
FYtbJACm4Kx7FqmdUjULcBA1GsX/AJlrkOo9MQDWvuonVWLs61bX92VTFGMmeJYshHZ2zLnl
+ZR3fq/6m9cRB6YrTEMBhwdHkjWj0ROoMDWqjJ3jEsBgEKsAE59SMYjzJjAIxBAjYsmBNck+
5ICJ53VBqowomYQibt/FJGUWluzcQj7o99De+oiBjp+JACwsyqeOeSyCugrPzT448AuSbhVS
HIpjYOyIfmEZmzsUMRyUtsYF/b6FlRdnAgUpQrdj5gmZS0ykMZH/AJcYKX/3D6k9OzUPy+Fb
m4CWnMkaqUJ6UfpNIgdPVJ373X3k9yqllOQ7kmiB/EvLm2qwJ5JodyNjzUdY6RU9vhio6YkR
FXH8KbbiTKpa7oT3ImOnDN1GfkiMhdsfmXl7YEY8hwtXgwRTA977EI90AuSvMxJN6ISBfBlo
NZYBEwGmIwxKcBgccUDMAE0eS1bkrWC0xDjF7hEBy/djYfnXnb/Vun7Pl4EG3Br8OSDN61Vc
uHLh96uq14yc0ANVrtHLNEBg9GTteTshEFosqY0Pq/wCLOLqW1udH04j0SYEykf7kvnW5Cso
7lWOHwr6SEogEyLlu+PkUPp4Ho2ogSizdRVFzQhIGUZlmHvKEwBrJBJbq+VaoRci4GS06TGr
1xQM3DYCiYRDMxzVKLsTqi/HjWgUiT3aOmEhmBkhqLkVpmiNomJPeP8AIj1ajmc1pzu6iZRe
HLNOQI5Amv6UIbbyk9CKIS33rUg5LpFcTwp6LBMq8WXYuXGq5KYFyCyfSaFpFULEsQoPQnBE
O4wQIqjE+r0mTqtcuG2d2LnalqgcivrfrdyBEAYx2fil76bZ2pbnIBA+RIAlnPSxUPqfqpjX
AuNqPUPzzRVfUq19J1y4PI/+qLVMqN7vzrQ7PWaJj7eSz+xOSXwKYZ1KJkPM3Hp7sfiQAdjZ
rJ952Of8yGiAfM1Kp6NcE/Bvam4Ou1c+F+NbLkiMwt3ZJIq8ea2g1WqCtEaklgbsyMhXNULZ
kqMxUE9Q5rULH/AIF04qEY7kROMrgoRjERYMGCd+FKqiDUAVeAGfB34FE2RBDnB7OjpsLGzq
Retg9ih+CZDSCQLuhGQ17hbpjdvmUZ75IiaiIugIRqBXNBZ+mfs4MLcGTN2rnxrV7JnTp+H4
IsH1Xo6jMEhgz4pjaRdv4luE5jS+KGRNR8KlKJ6QWIWk4WPCnCvAPc2CqdMVUdgVQw5LsXNc
k2a+/wDwaI6yzVdECXSaBSMTZaAxI7xFiUwQF1LxbkwG+AeNedOuLm6Zk+Kquf8Ag0VeBVeI
yWYTH0NbM4ckKUge7UDN1GYrJhdTkzsWCEiOkjHF0Q7RkeotYBeXtB5OztQKINZNVPwZuBkQ
8jiVXsdU4X4gm4sqcK+j1FX5stRpgqXdiUQKCNOdUS/MNdSkXrWt0wFc0NyQeWI+FGFLgMLL
aAAqHJVPRbjX0K2Ke6oqrLlwOKdPmvx40QkDjUBGPiFS9Fqe9RHtUoyFSzOoAmwevPwqThxj
zW5vycAHHJE6nDO/8KBI0yPhxAVFRB7Jro8pIE2sTzTgrn6DCvPgZFGvEnkpgAmcbPYBCc3A
jYWBT6nkT1VsFGALMTTJ/EtQBdi2RQMpDUcESS8jVgjKR07cbtclaNtyIhjJPIa60YftLbDN
0h/QHp3VkHVA6y4ErKisy7E6vdUTG+HCfIJiLnvINEGYNTiiJMGs5/ZQBPSHYlR2xJjItLmh
9Pt9MNNTmVGMi4JoHXTc01Dkogl4i7Ih3yCcluXJGW3OoyCMwWOMVqlYfetIsBV1qehqOxMa
Mn4OWAxThGBx7qiCe69EDZ1+K5IyMXEqk2qiW6PCERCgNzyQmTqJFR4vnRhQA4kogORE0onk
KPVroQiKsMKklSYEvcZoO/TjgoZMPQrX/BvTLhfhRU9qccPuVeNKogi66qRPd7VqYjUz/KhO
BDFi4wUYO5kaNmUJgvvM5JWmIYgkErqcSFjgjUxo1LLTKOpj3uSEnYilOS6SfYtIJHIoBzWq
eJeJqf8AhWkD2YugMGFMkxPaVcUunPaiIkERoi/dwKLXjZUDVuUYyrXpZaDNiTfBHQbWxda5
UFgEXIADsFPBwA+K1B8pHAoGZpio7ko6IdtfzoxA6nbShKXfOVkRLusyaJ6SQG/cUYjAD0P6
m5GPaWRG1uwmRhE/4FsFUVVU2afg1+HPFOn+xF2bBuFF5sQ8oVOfxJywFu1NtjoFJE4IHTao
lzTAsSWy1KpH4JpnpwNyoz2T5hxH+1EHpbA5pn+xdNs+akXcirujIXwdMTSJauIKEsTRdEXI
zKeQZ0QXiIlpHP5URUA0YUYKMCRIE9jfmTQLDE3RAIMea1DHDFaoeE9XJOXi35gUSS75ZKhZ
h0x/iQaLTw/4kxLk/wCe6qEyL2rV0CQxJrky0uS9ABYAoyABIHr+ZE+vSpTlRghIt3tTCrcT
IlgA5JwR2PowTJ2O6MfkitW5Iubjt95DSZRMbTwQjINNg5/2oebIDXavpO1SnwVlTg66pB8k
8aZKtUeasgU6yCMSHcENyUhpfRh8Lp8dTAf7Vq3J6DiAEGPSLH/ajEV+xVoBRkQDppig/ex7
VUPgtMKHnmVoNmdgjIbZIGNVFokl6i3Smk2sCiGoGotiVqg2ki1mXliuPJ11Fi7ZugABpHeN
100AVapxR0bgmnIo6ugYNWikbxNmCBFZ/Z+lGUosXDcgtcbEVACB264hsCmmwkASXoStYpVv
8xUq0wATiPyjFkNhmES5/lU9+QqSwPJNwH0WyWlMPuHkfCgBEl7Yuo7m++3t5Et+wjDZgAMy
K/qUtz6aWom8T/CpbZBE4uD2hD6ectZ8J8Q+D0eaJzvw5pnR29s9ViuoapYkpgw9A0cqqZZL
zYjrAYkYqQaVa2cIGT9h/wByADxwbkiL9odO7YLuy7QCyB0yjqNymlHUTV5LVvAy5CyGnbci
xIzRjGAFMqKW3ECMp3xDqW5E6ph6cvhTHpLUJo6IJYYdiJZ+zNF7UL46lAANS38yD0AwTsi2
KqKBdJbkmICJAH/qsFLFscFqZo4sndgbC6EYmuIUicv86USTUBmTanEpLTGgjSluBKl5p1Hc
memJq3cRG0NuBFJTmcVLdjOH1W05JAL6PzQW59TLZMYbQD43XlkmE2DiQzX/AJH0xGuBckZf
GtsxOqUpXP7XoijlEpoRMiEZyAhD2n8yMRESBtKxR3ZQIMhQy4F/QKJ4MyrVdUBLtC/qfTwl
6kT5AfkbICG3pZOdsSIs4QG3ERjgGTMBw5LNZqoqiQXR3IsCQ5KaQ6hizLpBIBvmgQOkVKBw
CYFOfUqKvsTkNkE5JcI6RU4qlTEXODp37UREtmtYcmJxyVAHLuyEtz+2M1uSECxPSRZlLdIJ
DCpzKGrvH7EylId49MRzKE5T1b271RcNo1I7e6AZHxChdSHfkah1KMQP6gZmopfUw2ofUxmb
d4gHxKO9GJ2t6VNzaPckoGAEY6nIFGbhy4M4fVp/M2rSg6a6YJiAVq0AnB8F2cBvRJYd4ITj
aQ4dnDsV06D1TmyEZS06jQ9i1CTxOKlt721/RBpOJqy1/TzE2vmPyKtEHrmQiuSYXVVmUHoM
QmGKIiOoeLkoRjEhDbiGmaFsSg78LcK1KdUojpu11HzCxxk90YylqNzyCMn6RjgtcaxywTkV
5LS7haZBwcOS0xZjYKGZDnhtCI1CB1SC2dyNREMUDGojVh+7qQMJmAieqILkqJ+nn0+KL/zK
G19QRrIbUadQUpzEZGNqYlbIhENGfXLFkOEtzcLlukDE+6tXlBtXmNybytPB1Xg3ClGTXdEQ
mYxJtl8q1bO7KMhhKsZICZ1FqlfesuJ3t04dMcZFQ3vqNw+XE02olgI+6huGcNoRY6PEQh9N
EyGukJB2qid2MjEWkXlH9SjvbEyJjvDA/wDcTlo7se9EfwrLhVOmjTMpyslWy6AxJY9ilMd9
6DBkCcGunt6bFEs5FlIRJjpo8rl15c5NjT+NCJIjTCtFqAYCxzVCWxRNyowdtREQ3aoD4R93
CPUI7kgf0o7m31aO8ApHZHVIGgr1I7s9uW69S0tJifypjIw2CQDCRJ/NHWpXMtNC1HP/ADIr
TrJ24W5KJJ690xGnJR1XA4Q2Awhth73kfEu+MrYe+uSomOF0S/F0658HNlejJ6rmpbsg8YAy
IzARn3Nof24Ph8apQ5qJAMi7ASqoz3DCO4eoSAeQQjuE7hxMv5FOUB5e4Xci36UfppQ0zizy
98HxKqpdXTcAAuaYIRFDKWCjGPeJqU2SGXBvQZMiBkuupyN1IChcrT3jNASNMsUS1MUa1yC2
Nol5GYF8HQiLAAcBC+jbDcnUmlpJBLDxfMoxmWnQ5P8AmUdyO95cRUxGKAls+ZiDKqoPKkCw
HhZaIg6pWGLeKelS1vLyLahWqMiLYLvOcWCJ+n/qSlEODSybTF30/n/uf/LQ9vB3snVeDlyR
zXYnwWrcmNuOciw/aTR3QRmLfqQY0NkyfOy3YzloDPqGY8MlagFXxVKVX/mbsCRE9EZWJ99a
ZSjqNg4dCe9PQCTzXm7UHgR3jRbH1IaJNJjH8ieJcKtExmBgQSqB+HJdq/FQwiAomgJ7qAGC
A4cuDrp9qrQp/tTXXd1asSngWrXkqDUcOSDgAmru5TahFzU5IxjLlVbJl/y6vS6f7FmpfUbx
O2ZRA2peEkeCSEoByMU8ohBpSAyJQHmyMRQVTSmZUFXAb50TuGu30xezBbx8BiHq6gBNq2zR
lrOmYelWJUfqKz8saZU70Sn8o/8AU/L/AG0HC7LJzdc1z4ZKl1L6f6YCW5Hv7hNIn3II7n1k
57xNIwdoD4lGW1KIie7tw5eNGP1GxOUYF47kTYj4o+BDY3hKG8KPINq4bpdhijJgXsoh6PbN
eQDuGcQwjAtEFDflGcduNdUlswMmp6rKYO+YgUi3dW1tQkDubR6jmhu0EWcnBSgJmpYHCqJh
uSnImputue3ukwkHc4fAo7lDK0u1Gibg4A55rSLbYxQe6D2CLJz7E/2JhjjweJdB7C4Th2wA
TZJ4ivNAM1ajNOaCwz/Mnvk2aYnpvz+Vf+SQwNIOtEAd2QdxHD55KMQBAmrCtH8Sj9NOkABI
9qhoizjUJHFCbahiRcN4lp+ogJDwkBn+dOA2QWnw4vR38CP1H08Du7Uy3TWUT8inu/UkQ8wA
R28aeKclSJ0QoKXXulmZ1Mwl34sea5+Tpv4/M/8A208CJDMVTEp3WYWaoU6lKcm3ZhoRFyfe
Upd6ZLvm6iRt6dvxSkdIWgnzNdCD3fyo7ZHSQ3JbPlkw3oljIUoEDJzOBYk4oQ2I69JeUHZw
pS0EsWkI10qDxPmgucNLqJIiJmxYVR2dsCW0Y1MKyQ8n6frgW1HJaN6JhN2Y90ovmLKH00KR
F28RT6Wh7xWm8gLnFaDYfeFu7cu5ICUThwcDhKcTUWUtwjqmaSKc1VbK7LtX3K/qTW5Jm9aY
GuKqWUudkdR7BihLUxQ8y5FIm/5kRtxcEdLUqhhIU9a2dFgGIGEvEpeVGs6c6+JQysp49Wlb
c4xJG2NMmuyEoQjOJFncstUticYmll3dJ5oyAbLBQcMZVY815Uz1XcWCY9UT63XnaTAyDTiD
+3BaDUSs1vlkv7Ys63N0DVCb6to0Gr/qQQiRon+Ke6dOMEXBCzClqFKR2wcQoSlt69zU8gMl
CGwNvVE124dZEVHdhBtyY6Y5fqX/APIG6J4FniFtT3IaZYEC4K3DId0sDgV2rdhEv1VbNbe7
tEhgNTWkn3LEdBwcIbgOquVCfc1JhPyx7kYsNXzoGcyXlY4hGJcEmgt3kISDwYES5IRjXRSI
CAES5NTkgRMAVLSLJ4tpNCxe6oq2VLrT7yjB3EQ5OFVWgUSPUnJWaz5KlHxRLu9OFLoxLHtR
MrvRdVHC1Rr+CE5BzhyXXjivP2Rpe7W+ZT29zCSeNQLrUQRt7Y1SNmKmajqJGCEYbhD0D9Q/
MmlGB51CHm7RiDYguFpmzn34oS2ZiJLGWiTv+WSjEBoxAHqC3JO41FbZ5JmWjdj2EXWnWf7u
h/8A29Pna/4E1GNwn2iIkVcXTT6d2N/iA8SHUG5IEkAZrTqkwrExLFaJy1AWme98qhv01mdS
KtFkNRIEyzgtReZFoRFHepQjGE55Fv2k82MZWiR+/qQaOkxDBjdT2Yk+XF9QKM5loQDk5ALd
39oNtzlTNAVIdzHNMIkQl9kvdUozi7F+a7l88F5m4GkQ0I/xaVqchwAcTRDbkGltgCRwp4kQ
NzTB6ab/AKluzeU7GpfFRMgDt6gD8pRO0GdnD0oonA8YC7mqY2C1GrYoYOq2VSrt+KIArgcP
yoDO4QIrgrXsCiJD1r+pIMUBtuWNTYIQjtAvbEo7hEQBaF5FaJHy9y0hLP4F1Wa+BdSDmhWm
Y6TcGzqOsjbegGKlux1S00kBSLrRGRie0FdO98oIQ3ROMY7dZt4h4u8gYwaItqousGI94f7U
NucniCxErspxj1dTgAd4HuqEZBizkIMzZp7/AOq/zdFw5JutucgdeoaRyCE9p4lm3WLOtLMB
Vl5YDxsclLVu/wBM1jtyPdCMNVRZh3vzI7eoTzGI+RT2QGMTSR/gXVF5AOXr+lGEdvs1UK84
PtmFwzoyPVqBEQ+a3I4zd28On4kdrYfTL+5Ie77qJ28BXmqVrghHUHPhQlQV+1ACTM9aI7hm
+8zEEoeXEzMzSIDlR241mR/VYdQkngdUMDl86Znei0AdJufdQjG5LOhA7sRKNGJaq6SJdiZA
HBSlEOQWddQoEAyp7UWcyiLGgZEULW5Jr5lPMs+JQ1SciwiEdO3Ud2RKlIzjAmga61buqf8A
qv6e2x9qfQJFDSNI5YqXmREibFsUdiEjKBrpkvKmPL3wbe8yltSjpA7pN+nvRktU5GYGf7qM
dj+mTUkKO7OZLEFhio6JttghmLaXXljaMzGhJqJIT3QNsywyC0DciSbRz/KtZg5yNkJ6BriG
EuSgAdIn4hdCU2uRRMvUjMUjA51dGEXeEJVGUQpbkpyMdwksTZAh5EmvYqHSCaDL5kImZnCz
yqUJ7s/LxjI0P/5aiBGG7gd0Pt7jIicukguZdTmJ6URLq28kSIg1xqQtJoGq3iUYwtYKQ24G
BlWcufurrLD95GLRjI06ekonYIIAo/eAVwWqWwRJJ/0WozJBpdaQHFmuoy2tQzY6VEbk9W+B
e4l8yIPRrFWo6nCcmn4exCRuKsLo7kxojmRl8SMdvVqJ6iaj8qEtrcck2HSQmm0oxoRK9PjX
madMSC3qRAtIu6ESCefNckRuTjE4h6o+W5HJaiHj7qMtvoiwYX/MnmTKZLly4R1HVL3QujoF
hFPMksgzu9UXvZ0+l8nsUdcT2CyoayDAKjOLE1ZQlpFwDLAL+kA0Hci8mUelyUQGio62lDxY
ISFAasjGEwSKNiCo6rC61bYOsWORR3IzJkbB6rTvQ1MWB8SO5ugiILnExPhR8t9OIZvzrPnw
lqLyfURcP8SO5tPCU3BY4HvrUxLsADiF5e2CJRoQLOFpjUyyrVDe3/6Ubse83yqMoicwL7kz
pH6UWl5hjSUYdVVtaQY7dTzdZv7URCRBvWjJt2flxa5Or9C29vTq3LhvdQEgXuXGKYiQa0gH
ZCe3EzjnY/oTxlqAvCX7q8vc2WLjDFSlaLvpCB2pPE+0fMtcoh8DJGU51At/tRlF9JoAcggd
2T5IEVN2R1yGmQYH3VuDbnUhiBi/jimmC+JPeddPSBVnd1I+IvTkjsSDAd0xH7y0wEeYNURK
MdwE0BDMPd6VKU907O0DQRoV5ZmZE96ci8v1KPvCvJ08QIvliqbQlKzksF/c0jIWRMi5Ne1U
PTgU2Bu6eQfsVAhqp/CniXzOKYl29aDhifYtMZNE3wRkSSGZ81pkHODphAB7lPpc+1Ae0o/U
Xlkoy2yQ9wLKQ3G6bHMpwaoWaFKCpK3ISGrbld0YxAAdg9UInHBep1IQPevhT5VGvQaFltjb
nIR2wwrl7yMu8XuRd/iQ+q3SNqO2Aa5/CiNvbJDdO5I9L/8A1FqjMQ2wwF4hH6cNtQeu6w6l
9P8AS7x1zlKu4AxDDxIw24coy/i0qUmq9Zmn5UTU5AqUYxJlE6dNKAJiGxZ3RjHpq5GIVQAG
9XzrUSxxIoENvcIkJGkpUKbzW2xZv50w2zIi7XRhtx0xHiJUjXdliLAH5l/TAgDiKld4ykOb
oar4ppUIr2qpMZihaxipCDkwDhm/iRZxI2ew+ZVNSK9iIFr9icC+KEtIlW5FijOWzoADQi/f
+JEiBDlycAtO7MAZvqZAEncpU0ATCJAwOCBlIRrY1VZVq1ExLH8EQwLYFZAXCLgvhkgLdn8q
sB2KlziQgwqMbhVLi3+YLydwgHwlv3lruWotTepWbs5pqqt07O2CYCl6URPJ1Il9TvmyEvER
VWZytQAbA3KsO61sVI7ZDRN7MCpbW+DuT09IAqox8E6x1FlLbEdIjIRlLvM/wroA3YgAxjM0
cf8AM8tf+R/9w3AQBqO3aMI/JFDb2qCNg1BFeTDcEZA0Atp+NebO0ZsXoENoiImczcIwFI4t
UKUdo6ZGgm5AHyIzmQT4q3/OmkCSLI6ni3ifFAAEgi4PUokbpi3hN/0qHk7nmPdsEH3JEeEZ
fMhPcGkCp+JkWGmBwH8SALkfYUQXNbCiq9bOgww7bIs5PtqiWI5W/OtQJcXF3R3IMDkMyjE1
/wBUXF8FqNI4uozFqPEWf8yjoZhQAlEyJGq/JHqGo3NyjCQeI8ZLKtHFnTRoMa0WnTTN1Sqx
fNNpNLnkoygDJzWmlkJDak0rFv5VrMSGzsuuYic7rOJsRRMe9/nxKMjUAgllCR8QcK6u7JzR
MAQDY8JHBlKDYGqIN3aTrSA2TrS3agagWdXjfldSBmJ7pbRB7OjHclpmKiahCYIMaiQs3vKU
dyWjdAoR3ZshqIiYxZ/eUmaWstqzCmD9QNmYrIk6Qf0qUmnvbh7u4DpiD80++obMZkmHXPLU
tvchSeyXMsx7iEiGBAYfxIDBxRPItE2dHdmQIDEY/CiZxMYCsYYFDc3Qwl3RiQvO0i1K+H5U
8iCR4Rf5l1AkRNCtB7xuL0Rkw+5BhTnyTA3/AErquKFv2U9hb2o0IBp/uTOXyxTyoR7VIlhF
iXtUI6WAxXNMW6sCLJ9QERYE9J+RGMakUpULSJYM+KMpF5fangCBYm4ZPKR3JxqYhajHQHwX
VNhgANSENuDyFZEptwiQllYIQjBnpCRyCj5jyiO61ohaj3TRHTXkukseYR2/qRIHAjuqYFWN
CLlYuDVR2zWUPtCqjysEGV1T1KT3ZgjEG1UZCxk4UJEVIFFqNDHDkjCIv6qq+Kn9RM6t41ib
sylCJ/q6bDl3ls70P6g2x/UcP/TP91E7FYyY7RFOk/MiJsXLk5FVkCMC+C1CQmAbE0/PFRO/
IRNoCLP+iKH1H07FuqczcqG7LqE7tyUBuExMhTkyMtsvRlCJ7t6lGIDbUO7F0N3dDQifa3hR
3JRJa0TWICINZCtPdViOQsyDUxZOTejpn1UR1epCIFXxQEb2KOp3GWfvIEMQMX/eTAHUTQO9
kQXBNX/2oxJJJOFERMHssUDGjiuLOukVsuoufdQBpSiMgBS5fBWlI5BOTocsMSnEdTkAk1/N
+dCAGgXIdpN76E4xJk93GkpiBGRBBiCCP1Ly4QEpku5oy07ziQDbZib/AJUDOuZxCADkAKqB
tSxQEscUSYiWDgZqR2R0ycgWIVbGjISFHqqmiYe1AuaVpZNgi+DepbkrGQLIRiBRVoAGKweQ
DlAhyCxou8tyW2XLs2IWuRDi5c3KltzkPLnUDt720pS2gJ7QLxArPbf3P/bRAIJeoRMRVEeL
F7haRKMYi8pIfR7ENe1DpmfekoGMTHbN4WZDb3RHU1DId5CcZGBJYF2Ap0qD9UCdOoDFNunR
CBJkZUCG3Gm1GkB7xURDGLFs0GGjPmhjzRq0hS7rUXoXHqRa7uME5LxyNUJWjdnRIr+Cc4ip
Tk1bBMOXJkfKj5kiHJyHvIbm7EvGwNR8yMQBqA6Sc0SYxAxObImQ0xPdZaw5iRQ4leXACMSG
JIq6eMdZByUtybbMYswI70vdUt7fsM6foinkP6QprsJFR3QNWos4qTT/APTgpiR0AlxAVWYH
e/4VCcIme2KVDVCG9Ix24kCgNQB4fMWmcgMaYqJ24Uke8clEkF88FEmsZXxK/pjTEVAPiTjp
04LVI2xZQctEyAJXwsKIgAnkFkgM07OQsCSpHN2RLPR2RJqUDOgjhgQpRiHiQ1M/zK2HLuog
EiLlwjKPVtmurJdNxUkKO1v9UB4vFp9xeZCcfp5kv7qjGW6Jw3DSYIp72tHyp64AtqK0CZlv
HDBEyDOanFGEwS9BWyMWLmsb2+BH6bdLk1EjcH4UBOOqBPVWn/cio7W2WiQ8iBX5Vqu1Bgw9
5Ak0OHJAWMaEhUGNlJx2FESvgEYnIFahVObm2SLsBhksy6aMeZKBkOghj/OtOxEVubK9rDBd
Izfms3DkBCJK0sMnK1xIiO9OIvRDcL1rEGgB8PStQqAaveinOYO5uBmJ8KpLy4m2B+bStJ1R
BtI0kfl1IGcaG5A/lUiSzjDBOYa5SNCbU+FNtgxga6Yhh86AlCUzMsJE2KB391wC+gW+LUgI
93kFo3RqHJSO1Iu3TE4MiCNJeoWfNQmDTULhRMS4YfYnvz5rNMaPggQKc1F3e5ARYNFrLUPD
T1fEqexTibtiiAO7aVwrfCiS5FX7UQzwkKxQLNk6IIx7VUAsb4o10jCqAjIsG9S1BzLCWZWp
iJZrIywFmX/j/UD+3H+nIVkPmRZi3cI/jQM7BxXpTkuNTupCNmwxUSw1AUIoqih/BabAoELU
QK3l/CmZyzUsxWcWrjVREg4Hismd2ti7ptu4ZgLutZjo24uSZXKLnQ5ZgLobYBe+pO1AWfsU
q6QcStIIFFp2f6gFDM2/KhZ5YIyapqzXb3kBKTGblj1FvcUQO4SXiMWQ0vCJDmNv1LbO40pg
tF3/AGUNcXEQQ96KJiMGGVEYbVZEEGTUEl5kpPI0lmuoAzsMS3uyUqPMBxEg1/MmGyXBYyBp
8i64SAwKEQfLBoAfeTxIcUcKe5uUBoe0dWpCmKECRGM7k4N41GOp6XsimzQLrpsjAHpkznIK
WTMEQ1ZC/MI8rqfMNmqDUCNLYP4dS7g7z2CNOmVQpR3MbDknB6ZWHNTIm2ipcUVQ745qIfUO
X7qY9IGIomJeL0JUQ3rWtj1UDIEkGRBwa606SxuSERAkAXFwnNR4hZPVj7UCX0juvkiRc1AQ
3AWJLsquA/qKMYk/6ojS5OIRc0lcYKUdpy4oRVihKQ0tQyXTEGQ8Uh+ygJfaGXSdPMZoyEr9
NQbp4tE37V3wIm4TP0yu/wDCtAAjGOV0wHrK035BCnXUGWAiF/TrEBy+a1S6WPXItJo/IjoJ
eMqE3P8A+GhAjvVkQ6aFZOIgnuhOSad44H40ARUXOZRNsk0og5dqaW2GNhZawCHsxUYx6pCj
llIQJINS/NGRZ5AsBmQms2d1HbESXOCEZVIsiL5K3rTSxRZEi5UIE3ugGcu4Lpxc4Ik2GCi0
Q8iyuFrasS74sVGYtIXyTVOPvIsRHzGd6n8yLtXF0I2GKzAp/wASa3II11e6GyTShIGtxQLS
XcWUvMoLODX9Kl9U39MNSxZNcyLRcOKoDvGPeY4qsdUWtz+NF7GgGSYVyWYNAFUIUZnocQhG
fVqoAEdyUOqQpyCJ+6zoScDMBCUJgs93dAycZxAZ/iWo1yF1QXNsU5bm6YvVF6k3KAeuaoa5
qsixwGClXTJmzUtNuYqg4Jr1SuEZCpNS6G3EGMRiMUICkiK+pDAj7UK2VGfElM/UKqkiCaMD
imcgmj80RGZegrZM2ssTTBaTfHFCb6RELqNsGWPqCaJBORRJp2oNZEzk+25IIP7KjG7P7ECK
1ugSKiiOb3QG3JgLyCfzJdzV9ujV86MTV/XVGPdYsQKLTYhbcw5yGElUsCsH5UdFgCI0qnHr
dDemdcpiiffjEvYEdSHk7JhH3nuidA3DhErXMiIA7opCipEOT3gUdQJwfL8ylEvahB/fWqIi
12xVqkueSy5oAMUYQ6c5nD5UBCDzHixkQus6SBUJ4S1HIVdawJQL1ibMswyZnJ+xaQGyOaYh
ibMpRIcWKcAJyGzOaofasAtW3WjHtRkX1YDBTkJaQ9lqiNFNWl8U+2xk9BgEfMnqJLtkSnZz
mg9XCoE5r2KUmBkMcWUjGRjK5kR/8tPpNfEL/Mi0tbG9z+leYQIAQIkfEX95MM6IGuvcxyAQ
MSHGaJ0OcSFKUiNRtyVT6k4o2aAe16LzHaMWEgMkBGWlqBdEgQVIkswLom4zVh/YbH3lq917
rWx6sD3XTikfaoRIptktPkUQHJ+9VDg2DpzQYgLDUalS2Z+CoOLFS3fq9x4u9Cy8r6aIhBu9
4pfKvMMdO2zmR90KP02yR5MPEBc/MhI1Iv8AKqnSBQH+ZS6qkXId/wA6kDUHI2ThuxaI1ejm
jIT3pAu7RTAANYRXVJpNkmB6bgtQIaWJjddRxTk9icMXVmJ52TG5TmhTPYVKEXNRQ4Ik932g
n4U8hyZEYmwBTGtC4y+ZVJcuBZ3+HSgds6RFtVKIRBEYEWjST++hDUZEDvYlOSV9yYParJzT
BGUqQt2o2pZskz0NAm2440cWXlmR5tZRg9zXsRmzHuxw6QhqNSm5IrkmhU4IgjUxYxATd0zF
TkjYjMFARBc4YKQIDkNndCA6YtR+SZ6eVo+3XqUDLuknbkDh/wC4tyBk+9tEEYPF0Ab2qjE0
AyRb2nJAgP24oipNzyRHropCIAJaqL980EfiQ2T3nYdij9LAtIjqJOCEaH4jQOUw3BqNhHq/
XJQJPmEhyPCPhRsBgLKVRmeaevYKsFq3JDRGukVMvyoMwGFKoAy6pYRqnm0Qbv1SVRyJZExZ
lTG6D3emKc4oF3GKM4BzE1HJQ3I1ge+D3vypoSeJHYmD5vkVoft5fGjKUdUgSHtT3orWH0hy
+KMQXceKq0MNwvYBpRUS/Jig4Iaoa6xB/wBVpb1p3tRkWDNcoDLHmgATpjftToEUj7V0d5qH
Ki1SJMjXV4S6jGFC9zZR24lpinagMUxwTJm9idl5rNLLBGUsclT2FUUAT3rjsUQaAWYsu+bN
9qpSO4HEr6ZDuSW1M1Ex5e5n8E0xxwFwyMiXP3fMg+CcUGPNd61aYJyHe3+9Amxy/hURBjQu
vOeoBYP1E/Cpb27JnFD3qIxBazt4kOsGd2xW5uGTse4gSXDM38ydv/VGe3ENEhyaXUoiszWc
hgF3nyio6tIAsMUA1Odl02xAQoxT2OKBBd0TUtlcIwkXE+7L3f8AuIGbHbNJFSizgWYvFkMa
VP8ACjQszhqURkCRFqvdNcE0F0dncOl6gHNeZukeU1ABionaLNQjFGRathgtTHU7ADmgd06H
s+JPuoCRoR2hF6o0YDAp7xxN0IgsMT2J3qakFVFQXK8qIIheRy+VDbFIxbS3iR3j3jYckKUR
OJT8rrMLsRBuqphgmJ7UZEUGSHVoDM6G5KYlEGrrveHV+RAEtLF1OBIEiCAcpBSIgQzRJC0Y
J7h7IFrH2IkMHwzRiKnEoa8PtURKgNmzTeGxw/QtDahCjCjI724CIxs5uUS1Ps/UiBbFZg2C
1GkRSt/yKO1tvER9qIjFyLmyBl3jknlXJ01SSi9DiESLNddNA3tWknSBYtZEg3vREhxJ7Zom
uk3AQeLaaMCzok9MbucEWbB8m7qlUANTs+FA7UtJNSCapyDOQJ/zqQiAwyeqYBg9sVCMSfMg
xpeiEtL7kaTgRigN2Pm7hk0C7Qj8MVpsWqexElPQmyY4lXbBhio6T3qMiQX0XUpR9lnQiIdV
zM2I91QGk6iKsifau2ypRrpiqHmjpLSIoUZSkXBqnYvGhy4SGdEYaDWoAFG95AihFXAwXfPd
y8LqXkl9xnIuw7qOouWqpbe4W296OrbGGsJpWLgnsUQwfDJlIGpe/ao20hNCmoMQUQe89exP
GrYFR1yqRQ80dLgG2ToRNBgDRDVXVVuavQFuaaT6I3I/dQAoAAAAur2XT2NuSJdnVfUgSWji
yNRoNK5Jt3djAAWQeQJzC0wck3yRIFrAlk0IgFrn+FCPmSYe7T91OZyaWZzRBkWxBKeJJwc0
ZASzYHmnmaOzhdKcihq+CoHJxuhcCRqcFqcAnveF1SknOmlIlDZ+oGuTsD4kJYM5KJsDUDEr
UbHOqcuRgAVpd9wVZ2CBEq4BEn2DP3VOO3ECIIGLlkT9YRs7TPtudNB3lridUbAoYf6pm7ea
D+1UpzT2IX9SLuGJxQgKRuu1Pz9inM4BkaOBWy/Jqv8AEtJFA/ULMjpD5lRltlt3bOqIz96K
eVzg+KAixF60UQLjC5QdBmAFa3RnFqFpLGlXUSCQS7goEDRpsGXUAQLMugHU9DwjTB394oC8
sMmUSzk48kYf/BDw8kWi5NswhqlpGA5omO8ZN4f4l0zM5GpBHUiNBDCuKDsCAAGREu8MTknl
Y0IBxQJ6QLSF5smkTMgsCWUonbcxDPzWhmiLgWKIhbwyPeCxlI05oT3LZIDSzClESI9ubppD
REUYKekERiQxwTxLW1HFeZKIMgKSZ5KpYD/PUjqAoOplOUJ0Fm/cmgTIzmTbBa5T8sOWNz+R
ZiWJDIiNJgXuxTSJ3JFiZFQ2wwhtBh2lbNQ8g7WunpTFVPsQbtT2WNbFGJFVWwxCzTqIlm5A
xZapSctnR/lXd/5Wiw97vKe1CMRUjULrqkXGSjOBJdpAi6mduIkdzqEebdaIN4FiDf8AaWqM
QBTkQqVbNOOoPa6BZgbkBO3do5xREQ5FeaOqsgaNVkdQcE4UqjjB6Eon11W3LAxAZGRF7F1o
ifWEWq10HDAokO9uxadxyW7uCA29vryqQyaMRGfK/wCpEASBND4kNyVBkaunAEo+6Tknl0m5
GHy6l3iIG4FlqiGp2l/e6k9C4rTFUDkrTprkibzwPNaZtTJRIYNR0RbE804qDc5IguQcc1ok
aAuAMfnVzpNlrFDZEQlEzGDvZSk+lxgiBjc4p+82BJCjGRGkipvIJokg2KoHRjHrnI5Lbgam
A00TCmCpcoZPVAi2Sr0iyIPqKtzdUPYmNQ7etUjqMR0m7I6qg3HNfbb9hSlFiQSaiyfahokB
1h3r8Kk5B04KBltgRial1vSYSJmexAG1mH76bvWejJohm+xaiaG4H8qiW6fvRm7HMBv1p4x1
OGBbJGJcyvTBPc5OQhrBjHNQhEEiHjKJnIEYR5IxsAmjOh9YVOoPTJSlukAkUQkGiLPj+mK6
QSMz4iF/T2gAC8nuflRMIkczgSusvE2ARABj2XKDycigQMhqJvgxQ+xMXAF+xd1jieX5kdAr
T2IExZ6JwWWbYI4uGfJAgacO1AwxNcyENyDGJNxeqYA6cRihIG3hK1QIhJvUhGZAeoaqrJwc
k7PcZLUG9f8AtVZSrgTSqZ+lmd/4UN0g6Qe87Oow1dUqtiyeBeA9a5ZLLtQY1VQma2KeqLVd
dppzKLCrWWpiwwKubN6nUjpMpSd5Iu8XuPEhvzAgJAPL4lKe1UyBaT0dTEruQSXuu6AR4iiA
a+26o3PNAvzBknYlhUfyok1+5E+yLMAibMHp/uQIqTRMy8yEhEsxgeXjRoTIiuKl0+L1sgw0
A3C6pMxfky1T39c4igbpA/6elEAx8uNmj1OgXYm4GKEQJUNSTX5UQI6nzwVAU7sclTtdMan2
rOWVmQiQOrBNYM+a1XibclolY1ZaBXtxQalGZEMLJyajwozsMe34U7V+5ERDki5wJTzLjLAF
GW4aRq3vImMRF/D4UC7tYBOaPZdn3pxU5hC8zYgogAhqrTtkvj6viU57kg0y4AGkKpuiDhdV
JQOCdEYJj7U57karUS5uFlmu6bvfFNKoIchaoAOM+an9NuMYyrEHNGEpag7gnALekCwcmopV
WFbmyJiDGzJyXL2v+0gLAFCce7gcFIgOMSibk5qdGphknlj7U5vgtEz0y9aHll4s5kRmtQLh
3Yiq8zc2yYswINli1g/NaSA7d5E6RH3SDdCcDJsjVj8yINxdaA0jfKiIMXBxQIJJNwMEDIHT
mgYxAicD+8nFHpn+lAnqIqWp+pPYi8UIt0YFMztRXBi3rirO/NmTAuqM8v8APiTlNnhzQNgD
2qOkgAYDBGLXatqhEgUFzyTR0xJvI5IPLUGL8kDpcDGxXSwfBPGQBBZ0InrlibKG9syJhPCx
BQIBlGFNODHvzQOdskHo69dUCq15KlkOaZ3MvwQ1ZXR1S1GPeEasv7Rz/J7yBysEzu4qpaXB
h1QmOXUobrd6tbujuiokGIKBNo3cIRBYAO+CDWer5oi9bWUYggGpAU3bUbnBEs9XRdg/tQJq
DZc8QgLm4KGsuR3nxRnAmANiFpcEmr2NEZEkN4So6w5ZgIm3zxRfVSxN2/Km2yYl+mKlriQM
Cf4kZOwTE0v61Ev280Cxc1dNMai9QiQwGD/woByS/aiC3LsTQF/YhSkk47tqKTyZ8lbBAszX
dOag44IAipw5oxN60IojKHetIIhu1UIGeacdNVRnauKZ+xHMVfFVBA51UcYg1a4C0h4aai9W
QjKTirBRMbAMu1VwQBT2BoVyWZURJmAryJWiNWDPij9RCIEXOoA9Vf8Amru4NjmqhwzBPV6U
5IzOF+xCB70CfYtyMhqABMSpFzQsR/tV2IDdqMAXjcYsUASXNHTEjMepSEe61Sg9QbsiI42K
qx5FOXb2oBuxViTmAtMy8faUNMaAN2K2mX3oFiwFVoIAJ8VOpA6DHSaSByREpuJln5BRjEO4
oefvSREqHIp4oEVEcTn+VFwXwxBKPvXzqqnT67qIevMUZaibivrRHsAQiA2JZO4PbdOKuasu
csSrV/BGhfAZKJ8bFy9wiDTBlWhbFU9bJnxTC9X9SowOK0uLokEHMKIj0gHqx1I7fl6omhIw
AQO2aixtFatYmXq1QOGFMk+fqVXZckxUpZXRErm3qU9rGQp8yt4dPrQGTt6lqAcy+xSBHRKh
5up7GANHyRp0mimIgxGojSpA1l2siRcUDftK1AXdBiXrQW/Kt3clI6os2ClImqyf7k2Gf+1V
Yk4WCY17VQU9tV+KcsTkUMGTHpzL3/Kna1CjKUdMQGEBYogBokW7zfKtUpEzxJy97QqdUqnW
roxfSCKjNEEiuIXdEol+9d1UaTeJ7wZVpTpNkA7YclU6mwREfFhZA2ojpotNeo1PYnN3Z/8A
YgBURxb9hFwRKNmUgBph7EzGLZpncHFaHrkKqg1G19K0TIH2ohiTm9AgIiuJdCW25YsHRnKJ
EpXGFVUNEXF0IQemCJwK/FVFM1VMypZTlGkpfcVBjZ3dObG3AaSOaye6LezNSlG5PsQqWkzh
bgwBNTiVZ7OcCtMXrddUTWgOCvYXW9txbuuHUonAkEDNDPHCiJt/ogYiqDV5iiLWOGZVAzpn
ZHXK9mzQiGZ8KoxFXqUAOon2J4AuPCR3fmR6iX7wGCodIRADm6EXMSSExowIaijIGocva6JB
uPuQiWdmitJiCFkPYgGu9/3lqI9S1AjnzQalLmy1VkRkmYgkPS6Y3NU0eqRoXqB8qJJcxN70
QLihwuq0PvWTg9jCpVA5x7E5pRCorWzldGGOCY9IejYpjeV1PS5ZmOaYX9iYhM9MkDwJxZEu
zB/WhRyAwL1QGCugY1jdhj8yIAqB6kSQwjinsD9qiX1BbpcgO9LVTn1BXDhEaqguMmTkufYt
zUwMotEkKUj4iTRZoRYAir4/KgB7eaYUOJwQepROOXJMMU/qITZYKo6BgtIDvitJPrDlSN69
jOqlwiIEiCYIXlIYhODpADzdaYuGNTyVBU4rTK+WC5LIiwKd3owKY2Ivd0xYgiyFwQE9ScXu
hIVbDNOzGr5I6Q452RkRqe2Sp6wnxzVMMDmjg9gEWxREi2FFpysmxKIiMO1P9qshTh2o54Ih
3MjUrV6/YhIVOGS+31rCtETHprfNaZXxHYhIijU5IawAxU5UIJVR+bFDHkjSpx5IVoMUAcPW
yLt9yGj1rnhiiH7FUs1FyxJT5YKqxACIBYnOrJ3cYYIa5MGe10+2TGD3TVb71UrsWo0GaEXe
SOL+pASLAon7cvlWl+wph1dtkJWbBDTR8ygBgEdNTzwQqzposAEKvyRxe3JHcwxjg/wrpDRe
1qoG8sSaoFw/w0/ZVb4ldLADFaYlyS+aAJY4Mv8AN1QVNCVAC7OVqPYEGXquvv4VTirlOnFO
xXQkzEUZAgFjdEUL4shIvpB9SpQE+pEkMD7EY2YKmGSEfWhgjIf6VCMjdGVibZJgwHvKtc07
cgERY4oaSOZRLdWIWX+qtVlQXwWZwD1REqgXdNIY3CpWtVmVW2IWkdIKABYvgi9RgmJIATM5
zKNAXNQia8nRiTh/nSjEgRLUIQMrnFEl1pvmOScDsTffVXr4WTzqCaIaQAHw/dVYuMCQq1Ip
RPpFKMUwDDBUvmExvdhggDQvZQa5iL2TNY2VTey5G6p3U+SLhaRhfJUDP7CgT9iuFEmuTp61
u9UA5oXf4SjExfEBdIO3uCXUHy6elQnA1F/3kSKAUP8Awp65FCTY2NWTtTMFEScA1LXATxsc
WWlq81ahuUXF8xROxDexOHDYr5qWVbC1HVnJxairRkzE5Ei66QjqjetE+Z7CFZuScimQRGaE
6gg15rWzDBWYXOaYRqVzQqyzCpUnOwRkSZUoGWSjdnYlq/mTEFq1QiBXBOR68EI6HajrUQaB
mbpVaEXDVWnw87JoD1tij0vLFVBflgtLNlSqBF8mdRarkKIZtIZXfNf6pmVCiXpgiA9VrN5m
1iFe3sQXdX//2Q==</binary>
 <binary id="i_075.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SFLRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAMgIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTM6MDEAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA+gEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADBHwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBwAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9Lxms9Ckka7GD8ArMA9kKplTQACCAAPuG1FCSlgxo7J4CdJJSyUDwTpJKef+vV1l
X1ayvTJabDXWXDQhrnt3f530F53Tii6rJYHtYA0OIJEuDXMc5jW7vc5y6z67fWDGups6TSHS
3bZa+NP362t/Od++uNa0EBwgEHQnUn4f1mpKau11rAdQN44iNOd3/fVZLGgBsAh3I84jVqtV
Y7BSIjuR46ge1Spx/XsFVNb7Lg4bdkO98abP3klNWmve87GgNAl08/yf3lJ9jWgMc1xI0AgQ
Tz/aWi6mquxzZ33N0IdyCfpbP6qBkYJLHXtcwBo4LiHOj3Q1v5//AFaSmkXWOYW/4N2pJPuj
5IdzW7CGTOhECTtOvvn2/wAlXK66zUQ7b7ROunH/AJJDL2bg1oNY004PMapKf//Q63o/1hLt
7MtzW11t3eu5wAAGk2Pd+4ujx7676xbU4PY7hzSCPwXnIdXTcaHua/1gWmtxA3McPcdv0v6u
xG6R1LqHScHqFXp2jFBcz1QCCy136Kp9Ut9tt9ltKSn0Jttbjta4EyRAIJ9uj/8ANc5TXlH1
TyMD7PRl1ZFZz8jqFdlbd7g9ob6ldfTaH2GtjW2Yj9jv0d3r/rNdn6T7Kug619en9M6VkZFF
DnZ25lOLW93qsdbYY2w3Za7YwPs9iSnpvrF1IdL6JmZ0S+qs+k0uDN1jv0VDPUMbN9z2MXJ/
Vx/Vqc3o9WRZNmSch2Ww1PqHpurc9jWX2Pc7JfVfV/hfW9auyvIqs9P9JafGtoy+iFn1kuHU
Myyxt2RTrSypwl1OPjPp2+p9nf8AnOdb6j9//Bqp0jBo6T1RlzW35bqZrxbchrGCplkMcGXt
t233ZOyvF9T0rrvSpr9P89JTh9Tfa7Jy7L9rbzZtc0aAekfT7+72sYqjH+k5oGh1jzIiNzVt
dT+r+R1fNyOp9OsZa261zbGEtBZY3a19bHNJa6p3843+uqzfqj1Zz2B7a62tPucX6nX3OO1J
TDCxcvPe5jPbUwbr7XkMaGt91lr7ne1ldbfc96q5/wBYMXGY7pvQ9zanAi/qGotu7llEfpcb
Dc7/AK9lf8HT/ObXXfq39ZciodP6VTWek0gOeW3sD8h/0jdlMea/0Nf+AxN3p/4az1Lf5vnu
mYF1V3qOa59h9u9jS6ue3vHsbt/dSU9F0rrGFcaML620VWueGNo6rXvmXn9FRmX1Bn6dv59/
0P8ATf6Zaf1i+qFljMM9Le94rvG9j3ANLSJD/Uhv+f71zTCcl+211ljz7QK63O1hzX79ob/b
/MVvplX1v6ezb0myKAdpxH7bWCD+ay5zfSdb9L2JKYZ/Req4rd12FYKRoX1w9on6TXbD+8s5
z/TBrcIsJ2gH48uXT4/1u+tuMdud0U3QPc+ltrOP5X6wx39lVupfWTp3XYov6PkfaWvDRYx9
bbKz+a9rn7XOa76P6WtJT//R6H63dYxun9By87F9GzLrcyuot2uc22w7W2O2e79FV6ln7j/o
LlvqnfmdUwWOzjT6gtNeE81Ns3ktdVkW3YgdVTdsrv8ARpfd6rN7/wCZWb15/wBowrHMpa4M
i15a0lxaz1GPdY5nv2s9j1HpDnV9KpsbY6uHvHt0P0Q5v6TX2OSUxdh015RvxOo1478R72Gu
ullTmvDX1l9Wxz8Zrntf+ju9L9F/x9a6a+/GyPqwOrsqN+VjWVBtYI9j9rSb2aDa77Pbte+5
eeYrXjEJOjrHSzWSRL62sg/n+ou5+pfUBhdGzi95qvdbXktO0u/Rlja/ft2/R9B/qpKcwdYL
y40tLGvqa+qh41Nte6j3+5zPS/Sp23ZOTjuvyXH1LJh/0eNdzXO9/p/uKt12zFpzasllFd9V
tZeaaGsrO4v/AJ706S6r3fmM/qKGT1ZmRimirEttNo1a54bE6Hdt/SJKdHA6/fi4NowmuGLf
cCLixxBOrXva3a3fRu/QrU6b13qV9zA6ii6gGTtcWPbO1u+r9IL2bvd9H+c+gqP1IaMChwNu
gtsrtd9EAabW+538nfX7V17MPpWU31K20XWH3Psq2h3724vq96SkmHlWX0s3Vi4bi26zIO0A
fTa0em19b/Z/pvR3v/MVzq9OffW1uDl2YZaAN4AIdpu94/8ARjFn2X4bdlT3ttLWu3PLmUTH
u3Oqfu9zm/TftQsXrm2s1Y9bb6W6sbTcyxzZMNLoDdtTUlOFV1Lr2J18YeW9269npWXOJH0j
+iurur2WM/m2/Q/wa2239Uy8HIZTk1XWuYHYo9X1mkNn16j6tVdv6Rn79v8Ao1ndXfj5uTRm
PcMTKw5DWvdMg/pGi9n0n0ep/of0yl9qLC3LxvQd6TyLLG4b3BjgPSyK7Lca1rf0rN216Snn
R17qmU90bWNrY97HVPsqIgb3f0axrXbv5TFZf9bupHFsstxm3uaGs9R9jiTptb6hcx3qP/Oa
o5fScSsZOX07IbkUZNThU0na9r3PHqUbHe7fW1u5jVn2497MK1tlb6w9zNm7QEN3HcP+p/rp
Kf/SycLIr2XU5JIe1u2uxsae7cTY0+zbtd+coj0aqaQwVVj1Lmmugu2nbtdXc+u3dY172+p7
Wfof3P3FWx5bb6jzsmQQeTI+jCD1N9guZj0H07RUbRrtdJcG17S76HtSUgx8R1TWNtAbXW7e
InWSWD+V7d+/Y5bH1etdTmPr9xO0Pa2SDtY7bp+7/OLGxs2p+A4XWgvG5o3uO467/p7fpNWt
0LIxMnrFbWH1S/HeGubwGkhz2ln9Zm1JTPqeMcjKZYyxpaWPbe5pBeA4/o9uu79L+kr3JqMa
2lhG7cW8N42tA2tH9lql1vFp6MHV4L7KrMitpaTtcG1sJ200bm7v5332vsXOZrup5v1dp6pk
v31My34j3TDnHYzIb6jW+3Y2X7ElPQMyacG6x97S4ZTW00xqPWJLZc5ntqaxvvs/winjsi1p
a2Hx9ImHz9Hd6n0mqP8Ai++pvWOptszyPs3TXNJoddJa+4ODW21Vf8G31Wev/wCpFt53Rren
ZNVGJnMyLJ97cYzYxxn2Ord6v0tlmzb7/YkpzM8Pc7bkltldZjdJLp/N9bndv/l/nqtjZgwh
OF+iuedzrTJ3SPZPPsb+4r+ZhZL7dj3lrWa+m4Q/d/LbtZvY383aqHpekC0l3P0m/nGednu9
3tSUjf1DJstc7MAueYLrC2CWu7AbWt/zVYf1BzOqZGPaxtYyNuythdVWYH6Hc6n3tt2u/wCL
sVRrx6jw8tt3DcZ0Mg+1uhc36So9XLh1Szl1frMa0Ea8Cdrv5LmJKb2flV+mxoBY8OLq4fY8
nxfNzWur/O2oTuuZopj1i4NHtc7wI9rdqp5WTY6prbLnkzLm2PgNePzQ2He1Vci1rCXthzDA
mTodNP8AzJJT/9PnX9XaXn7DSaKRI9bIIfc4n85rG/oqP6rfU/4xUGNtyeqF9oe+WBweJMke
P8lq0XdFy6y4Xtay0fzdRDnOMzvdZs3el9H2M/nUS36q5r8F+RYGVZDKrX0AW+nYdo3e5tnp
2fSb9BJThZbKrLLnuaAPXEkCDA9ke1XujXX4PVHWVVtJcw6ySOd43wGfR2qhj5GRkdM6hm2+
91PpBriNA+x0OdDR/Ofnqz0q612P+0LjYbhYW1+n7faA3iuGtezc7+Wkp0frR1PJyqcO211T
Axzw3a0t9rgzcyHF2/3NV3o9FFn1UfgXtZ9hz3vs3lwGQHg7G5P2drj7WWU+xr/8F/nrG+sn
2zKox817fokskMLYn3M7f12vXTf4u8fEyvsNdoBrrNhcx2gdY0mytrv3/pb/AOWkpvXnLv6f
iVPLqs1tFdddV9hbVWSxjrbbcatzN72Nb7K3I/SMHqOBlftzOy/2V0XpzS+22xoFmUHwbP1d
vtxce232UV+n9qu/wP8AOLo85vS+kDI6niYVeVk3W7sm1r2AVveNrr8q+0vdiYjW1/pn01W2
f8CuP+sfUupY91ef1pv2u3AuD6sTCJbhY5aA/wC2ZNmT+nu6k6q5n2Ku2r+a/Wqv0dySno+t
42b9a8bGyOkWVNxqZc+q7cy4vIH6M6Orbtr/AJS5HL+qPX8VtljcR9le0uLanB57/R9Jz3O/
kfo1b+pHVsrrXUr+nYrTR028tNzA47q8bHYxv2eu3c1+7IyL/Tybf53/AIReoViqsCmsNa1g
AaxogNaNGgNH0UlPg2NS++0Nrkw/03wCC0ztdumNqF9YNtOeHOcQDaHvDvGDtdH7q9V+uX1f
oNL+r4jPSymR9oLNGvbP07mfnub+dZ/6TXnmdguvc4W1ONjnFxLjNYI09r91m3+WxJTiU3sD
6XV+lZ6loqebmnYN0tZ7W7XMbvb77P6i3Kq8e7I+yZfTa8dj3bL8mvIa5tI1l1tbxW5zP391
v/gix7MR1ziyymAwNYWBkTr7Yhrforc6xS+z6u9Jpz32W7LMgl1jtXBvpV0uP0fV2VnZX/6s
SU//1On6hh/WbJy32VZzKcRx/QiotadhDXfTa11v/TUB0Ft9Zf1G5mdlMsD6LrWl21oa1vpn
6Nn02qOb1bGqxWNyMu7EzMk+qw4e2wt2fm3ssLm/p91nqVu/PqVTN6/1PpmJiWbG5gyKzYy+
zSx5JdtcWN2sZ7dn6H/rSSnm836hdQxMTquHgXC6jqFlVlDGSA0VPfYKsjd9HY23b6isYv1Q
6u3pmLiOLPUpadxqtGmpIaxr2+/6fv8A0jFbs+sWfk4+Pe5zWW/Tc1jYrcf3bfpO9rHf8Wny
PrDa6l1WQwOrM7vSLmED8wbq3Mtbs/r/ANdJTTf9UevOwbq88Y+QwhrhWC43AfnPDK/pem3/
AAdTd6Dg9B6jjYtrcDCvyccuLw9oLTu2tLmPZf6b2em4f6P/AIv1Vc6b1Sih7crCa2iWbHsL
3OtJs5c05T7vof4P6a28DqmVk5zK3uf67Naa32Sx0QWe1vvc/wDP+ikp1ugl+B0THtursFuS
z1r3NrLrdzgXM9Sse5rKqtn01yPW+j9G6zmhmOy4X5lDsyrFrtDaMm+p7H9Tx/SdW77P1Cyo
eyyq9n6T+f8A5v8AS3vrR1bqmbk0/V/p7fTzMo7L7/0gFbbHbLLX+p6X6NjW79zmfpP8Agdc
6PV0iqp3SnekyhtN2ES1z2/aqi6hptez83PofZXmb3/zj/XSUi/xe4V2Pl4/VMfDsx8O8Z2M
597gbRUX492JlWNhnufZRZibGezfT6i9IBgezSe5MyfF0LmejdXHVcem+qpzTlhwj1RNTqtv
2mrJ3B+19G79E7/CVPr/AJldNXfQ6GMc2xw5awgmPEhqSln21FhrtAcx42kHhxPLA130l4p1
3B/ZXXMrpptIrrsd6O9xDg1x9Wj/AKD16HZ16t+W52EX5mY8uG7FpdYRWDArruyPUqYz/SW0
U7PU/wAHYsP609T6bkYYxyMW/wCslTfUtqad766WOdWMO7K2u9XLpdbvsqf6f+F/Q01pKeQb
b+ie91ofZHAOh/d+k7/MWp1ik/s/ouDkabMA5LgJMuuse0f5tdLFhVdZwnWA5VBYSIc5m0gE
DvWG1vbtW19aup44z8GlrywVYGM1m4Ro4Ps1H8rdv9ySn//VrnEbU2u6+2htMT+lY5w19rHV
7PTc/wByt4FWZn3sx2Zv6risLrsyPSobXGpfo3Zbu/M/tq51jptT7/Qbg22U5BrvwL2km1rH
ta1+M3+cbtr/ADKH1/4T+cWT1h2b0b6p5OLew1WPyK7HudEuaN3p1its+ntcxtnu/Seokp17
erfVzHZWyrFGXQ1237Xm2em+wAnWr2t/e9nqVolON0Tr+Ps6dY7p2Q7d9BwtqePou90fT/19
NcR9Wvqx1D60bs/MznY1T3GuraN73CuN233M9Otn/Vrv/q79Rn9GsY+m51ldgi0khpdrNdu1
v+Eb9BJTxXUekdR6HmW1Xlwc1jRX6Ymm1pmbKyfp1a/Q/MXX/V/pePkdI9XIdaxt9rhl+m41
WWRs2tsyqT9p9D3t/R1vr/4Rbf1s6XX1Hpr6aZfm4O29m2A6HH9Izdoz3tb6jlgUbm/VXJro
e57rsr02XNI+gX1jn2vYx9dVr6n+mkpxOoZ91/WnV4+Xdbi4YNVRtdved+0OxftOtmTUy1tl
tfrPfbX++r1fUcj7Nk13vLsZk+u4mGNj3evu/M9J3vr9v84h59nT+i9Od1DJtaWtbtxaG/Sd
b+ZTtaHej7Weo6x3/qNeb9S6zn9SsLsiwiufbS3Rg1n6P57/APhbP0qSn13/ABfO2X9aqkZb
6nUetbUD6T3htgs9PYHs+1ens9bZa/3rf6p1d1YOBXWcS26p1jjIbaKz+hacbaH0/anXv9nq
v/Qf0iyuz+aXJ/4q8zqZ+r4ZRg0Oxse+xjbfWdXc+0gXPf8AZ9jqbmsrsqq3erWh/XH62tw+
sWtZjPfmtportY9zNlTz67qmNspdZt3Mve/3/wAhJSfKwGN6Z+z6K724ZAc5mNbttft3NZ62
Tua/J+m/2fzL3/4L+bXPdOt+o+Nfa3ErDbXN2VsyCQXOgg0uzchn+Tchzv8ACV1/9cVe7654
2XS2vJFWNt9rq7Mb7UwtJ9z/ANPbU5rvoezasfK6bcMSz6wYYxcnAFnpZFdFdra2H2j9NVlN
b6XqusZ/MP8A0e/9H6aSnqOqY1fWMHJ+0Yb8TqeO0OpuL67mWV+6zazJpbRXkbWu2u/R+pV+
/YsP6y4v2vqWS8O9IUbMatm07TXjMZjt9w/lMVroHX7LqsotxG1YOJSwvshxZW5zxVRSxjS1
rvVfZ/N32W+pXR6/85Wr9vR7MumnMNoIyazY8Bu14c8ucP32fnb/APwNJT//1us9C63e1tVx
Lp3Mouo9N3hW+uq2jf7f5O9ZWb9XquoV5GH1Jrqen5I/SPtLq7KbqWbqcyjcz0cn6T6bK67v
+3EW/rH1c6gH02ZTanPJBbdDCO30r2GlzP7at1HNFU9NzWuDABWNjbGwPoN3Yj6fYkppfV3o
Leh4ddNDvtVIDvSyh7mWNe7e6yp9f6Nbreo27mMrcNjdXcCSNQzX857l5x9ZupW9DdZm9Ay7
umuyXi12PU8OxXGwvaX141rf0djvTfZ6jP0azL/rv9ermwy6urdp6tNNLHmfb7HuZ6rf7GxJ
T6V1HPoxRV0nLyAep9fuay5kgPrxnHZb4trZ6P6rjv8Az7rf0f8ANrRyMUV5WHYy37PRhfQw
mNArMNtqq+iW+i2v7R+57/TrXhWIfrBZnOyMYXHNY5t12U7c5+7durtuttn6Vg/P+mvaugdZ
Z1uo4ubWcLrWOwDMwH6f9fq/0lFn8n+a/mklOyX2WsLbK9zCIcC0EEEcEOC5fq/+L/6q9U0d
gjCu0m7C/QkR/wABtfiv/wC2VS+tXR7sPIZkUY7qWPrDTbjGzY10ub5bLHez85U8LN+sFFja
MTJtvybBGPWXl3v/ADDY2/dX6NX85Ykp6HoXT+n/AFM+r9zLsg30YXq5Ft5b6Zc50exte633
7a66Pa9eN5HW7cvq1/Ucpm5uXe63KpaSJre4OdjNu+m1lTPZV/ol691npGVm9R6L0O1xfivN
uXnubI3/AGYM2bmO/wAG/JyKn/115N9bW9Lb1/Kq6QW2YzXBrTVqwviLRW7/AAjd/t3s/nEl
Nij6u4lmS51j7348na1oYx+h2/pbLDb6fu9v8y/3rrKcvouH01mFn3Mw8K39FXgAgu2XTXba
71N1n6R3vtzX/wAyz+YrWff0XrFfTn52N1Krc2jGrY2msPLrC1tWT6t/+A9La3fe/wDSXfyF
z37HycDM+19XY/0WHdZ6l9VV1hA/we5+Rf7v9JTRfYkp27819HRn9ExqMbF6ezIBNg9U5Fjg
7ax94cfRfd7d1tjPZ6f9GrWz0brFVrMbpGV0+5mVWBSLaS19Dg3/AAvqOfU9rPpW+i9tqpdQ
wMjKZVlODwzJcy8B4DbWk8020M+gxj3/AJn+D/tql+0s/AzG/Y8VuW17XMttc021kH2317av
a3Y3+c3uSU//19H6yf4u8HODv2ZkOwspuv2W1zS30v5Po+pbs/471lyOR/i++t/TQ/Ix7Bcx
jCX2Y1lldhaBu+hczGfaz2+70/U2LvPRzcbMy3dO9XLy7nekWNs2NpYXep6ufkWutrot2/8A
abCr+0+l+k9L/R6OB0rMscLervZlvpc84zdz3hosb6N+99jWOdVYz9H9lf6v+k/qJT5D9cb6
7m4r6iDW6qsNAMgMa2KYd/atWfjY31ozK/1PGy7a6/a51FLobEex1lTPbtXpnUvqr0fH6vV1
HqWTj04zXh7enjHis7d1exrf07WY7t3vZs/nUa13S3VMZ07qfVMWuhzYvl78djQP6P8ApTX6
bXe1JT5vhtzOl2229Xw/tePbursbbY4bbD9Cz1KnObXZv/wj2PUbn5n2ivqtd78m6JusoeW2
sgbN1N7dz/a0fn713HW/rPm042Rj41uPfdaza3KFZGo5/RXjfZ7PZ6r6fSr/ADFxvTsXqfUM
xuNbQ3IDg57nkBoDf39Az+cf7ff70lPSdL/xl9Yx9tX2/F6hWTAGdW/FyAIn35GNvxPb9Hc+
1Fb9cOn39YdnOY6jMfU9tlONe27HL7G+m3I0or/SVfzr/wBJdvs9NcVk/V/qjrGkY5rLztFM
Rt/dbuPsd/24qj+lZlVmy+uytrZ3P2OIBBgt4SU9f9ZPrl1DqWMOnYGTZT0+uaGfpIvtqa0U
uGZZO6z2s9S3dZ77Lv3Fyb7jXcLqMdtbR7ajBfPiGu/m97Ufp3T6rHPsdvsZVBJ2ywSdo3ld
V0/6i5efXVnCBRq6ttT2kOgkbK9WN3bvz3JKefwfrF1HHycanpz/ANLcWi4O+jY98MFb/wCS
1dp9kxm53rurrty7XNIyHMq3ANG0uru2ep7v33I/1m6f0nEy8QWPxunPqpHp5NtRa4hgLa21
ZO30XelH8zv9XZ/Of4NVsDCyOo76MGo24VxnJ6tYx1NRrdtZbX0yi5nqX2WVtfXv/o1Vn6RJ
TXws52X0/qfUqqLs2uvN9LFNWobVWypt1nP5zHNv2bPeqmN1PJyLhUKLXVyA19rRS9g/O3s3
PbZ7fo/zK7i7p23p92P06luNIf6LKIpDHul+9jg17K3bnfT9NC+yWP6Yyq+vc57R9pY8gOc+
A1z99H6P1HObv3pKf//QM/rvVcO59tV75tfY6xjpezU6Fldm/Y7c3/MSxOv3uwrqbsq/Hvc8
XVmo6mxstsa55c39C+WWKt1QMF9gaZaXO0GsQfzXBUfToiXlu8OMw5sSYd/1KSmx1nqnV7KK
Pt9zMish7sd427xJ2Pbd6f53s+hZ71k49mVextTnxQ4gw1xc0/ynV/Q9v5j1Zc6h1xOZUyvG
J2NL37tR9GzZ9Jvs9RFw6m+1ofV6QPsMiIiBG3+QkpJR0mlktc0lz5DXHXt+/P5rv5SrYfWM
THyWY2bjjDcJByGNf6BcPzh6tbbffH/CfpFpt6VS/KOa7NtrIez7Tjh7TjuADRs9J230nvq9
PbZ9NWep9M6XmdMdjZOXi4tdsD173Ahust9GLaPTt3hv+k/cfX+kSUzfZjUm716y2z6IbkNc
K32RpWWj9K5tPs9dzf8ASfon+otSiyi2o24obkuc0bsWQ0sJA3Bl1v8AOVue3/tR9D9GsPqX
S/2d0rDw8rPu6hkue92PlXTt9LTZR7t72M/0drrPp/QWUczquHXv6ZRZkZhkViprn7WR7n2t
rDvUb/JSU9viZGJVe5lTajc0+5pAaRH9kNWi7LredtrDQSN4kgNM67vzF5hkdT6zkUg/WOq2
mmit5uJogvc/21Oez02021sb9Cq5zPer31S6j1xmVVjZ+Pk/scse71b6yanNDH+m51mRvrpo
2bN9OO//AEaSnua+p1ZB24eRRY4HT07WW/8AQa5AzeuVYbnHqP6MtaH2A7i4Mn0/Wsr2vc2n
f/hHLJqyuhY+QzHxGvussaLWk1udtqMFmPXkOr3tx3O/7k2enT/plN3T83IxTX0XIzsJl1oN
pa+ywsY1r9zMM2mzZ6jnM/SV5GzYkp1S71AHMyXNI1AeNh930fc32uUWWZbXOZaPXYTwwhx+
LXA/9WszpuLVi4/o4z32Vsedz32Gxzn/AOEfY97j7t35v/gatBwePAiBxHz9qSn/2f/tKSpQ
aG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIAAAA4QklNBCUAAAAAABDN
z/p9qMe+CQVwdq6vBcNOOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAA
AAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNp
eHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNl
dHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAA
AAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29m
Q01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcA
AAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAA
AENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJ
bnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AA
AAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVu
dEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhs
QFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQ
QwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABT
Y2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJl
Y3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJp
Z2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEA
AgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJ
TQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAA
AAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIA
AAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////
////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0E
AAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAA
AjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAA
AAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfoAAAAFAGkAXwAwADAANwAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+gAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAA
AAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAA
UmdodGxvbmcAAAH6AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIA
AAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAA
DEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5
cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25n
AAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+gAA
AAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAA
BmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRF
WFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVs
dAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2Jn
Q29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAA
AAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0E
EQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAf3QAAAAEAAABwAAAAnwAAAVAA
ANCwAAAfwQAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkI
DAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBwAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEB
AAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAED
AgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHx
Y3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2
xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEU
obFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NG
lKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A9Lxm
s9Ckka7GD8ArMA9kKplTQACCAAPuG1FCSlgxo7J4CdJJSyUDwTpJKef+vV1lX1ayvTJabDXW
XDQhrnt3f530F53Tii6rJYHtYA0OIJEuDXMc5jW7vc5y6z67fWDGups6TSHS3bZa+NP362t/
Od++uNa0EBwgEHQnUn4f1mpKau11rAdQN44iNOd3/fVZLGgBsAh3I84jVqtVY7BSIjuR46ge
1Spx/XsFVNb7Lg4bdkO98abP3klNWmve87GgNAl08/yf3lJ9jWgMc1xI0AgQTz/aWi6mquxz
Z33N0IdyCfpbP6qBkYJLHXtcwBo4LiHOj3Q1v5//AFaSmkXWOYW/4N2pJPuj5IdzW7CGTOhE
CTtOvvn2/wAlXK66zUQ7b7ROunH/AJJDL2bg1oNY004PMapKf//Q63o/1hLt7MtzW11t3eu5
wAAGk2Pd+4ujx7676xbU4PY7hzSCPwXnIdXTcaHua/1gWmtxA3McPcdv0v6uxG6R1LqHScHq
FXp2jFBcz1QCCy136Kp9Ut9tt9ltKSn0Jttbjta4EyRAIJ9uj/8ANc5TXlH1TyMD7PRl1ZFZ
z8jqFdlbd7g9ob6ldfTaH2GtjW2Yj9jv0d3r/rNdn6T7Kug619en9M6VkZFFDnZ25lOLW93q
sdbYY2w3Za7YwPs9iSnpvrF1IdL6JmZ0S+qs+k0uDN1jv0VDPUMbN9z2MXJ/Vx/Vqc3o9WRZ
NmSch2Ww1PqHpurc9jWX2Pc7JfVfV/hfW9auyvIqs9P9JafGtoy+iFn1kuHUMyyxt2RTrSyp
wl1OPjPp2+p9nf8AnOdb6j9//Bqp0jBo6T1RlzW35bqZrxbchrGCplkMcGXtt233ZOyvF9T0
rrvSpr9P89JTh9Tfa7Jy7L9rbzZtc0aAekfT7+72sYqjH+k5oGh1jzIiNzVtdT+r+R1fNyOp
9OsZa261zbGEtBZY3a19bHNJa6p3843+uqzfqj1Zz2B7a62tPucX6nX3OO1JTDCxcvPe5jPb
Uwbr7XkMaGt91lr7ne1ldbfc96q5/wBYMXGY7pvQ9zanAi/qGotu7llEfpcbDc7/AK9lf8HT
/ObXXfq39ZciodP6VTWek0gOeW3sD8h/0jdlMea/0Nf+AxN3p/4az1Lf5vnumYF1V3qOa59h
9u9jS6ue3vHsbt/dSU9F0rrGFcaML620VWueGNo6rXvmXn9FRmX1Bn6dv59/0P8ATf6Zaf1i
+qFljMM9Le94rvG9j3ANLSJD/Uhv+f71zTCcl+211ljz7QK63O1hzX79ob/b/MVvplX1v6ez
b0myKAdpxH7bWCD+ay5zfSdb9L2JKYZ/Req4rd12FYKRoX1w9on6TXbD+8s5z/TBrcIsJ2gH
48uXT4/1u+tuMdud0U3QPc+ltrOP5X6wx39lVupfWTp3XYov6PkfaWvDRYx9bbKz+a9rn7XO
a76P6WtJT//R6H63dYxun9By87F9GzLrcyuot2uc22w7W2O2e79FV6ln7j/oLlvqnfmdUwWO
zjT6gtNeE81Ns3ktdVkW3YgdVTdsrv8ARpfd6rN7/wCZWb15/wBowrHMpa4Mi15a0lxaz1GP
dY5nv2s9j1HpDnV9KpsbY6uHvHt0P0Q5v6TX2OSUxdh015RvxOo1478R72GuullTmvDX1l9W
xz8Zrntf+ju9L9F/x9a6a+/GyPqwOrsqN+VjWVBtYI9j9rSb2aDa77Pbte+5eeYrXjEJOjrH
SzWSRL62sg/n+ou5+pfUBhdGzi95qvdbXktO0u/Rlja/ft2/R9B/qpKcwdYLy40tLGvqa+qh
41Nte6j3+5zPS/Sp23ZOTjuvyXH1LJh/0eNdzXO9/p/uKt12zFpzasllFd9VtZeaaGsrO4v/
AJ706S6r3fmM/qKGT1ZmRimirEttNo1a54bE6Hdt/SJKdHA6/fi4NowmuGLfcCLixxBOrXva
3a3fRu/QrU6b13qV9zA6ii6gGTtcWPbO1u+r9IL2bvd9H+c+gqP1IaMChwNugtsrtd9EAabW
+538nfX7V17MPpWU31K20XWH3Psq2h3724vq96SkmHlWX0s3Vi4bi26zIO0AfTa0em19b/Z/
pvR3v/MVzq9OffW1uDl2YZaAN4AIdpu94/8ARjFn2X4bdlT3ttLWu3PLmUTHu3Oqfu9zm/Tf
tQsXrm2s1Y9bb6W6sbTcyxzZMNLoDdtTUlOFV1Lr2J18YeW9269npWXOJH0j+iurur2WM/m2
/Q/wa2239Uy8HIZTk1XWuYHYo9X1mkNn16j6tVdv6Rn79v8Ao1ndXfj5uTRmPcMTKw5DWvdM
g/pGi9n0n0ep/of0yl9qLC3LxvQd6TyLLG4b3BjgPSyK7Lca1rf0rN216SnnR17qmU90bWNr
Y97HVPsqIgb3f0axrXbv5TFZf9bupHFsstxm3uaGs9R9jiTptb6hcx3qP/Oao5fScSsZOX07
IbkUZNThU0na9r3PHqUbHe7fW1u5jVn2497MK1tlb6w9zNm7QEN3HcP+p/rpKf/SycLIr2XU
5JIe1u2uxsae7cTY0+zbtd+coj0aqaQwVVj1Lmmugu2nbtdXc+u3dY172+p7Wfof3P3FWx5b
b6jzsmQQeTI+jCD1N9guZj0H07RUbRrtdJcG17S76HtSUgx8R1TWNtAbXW7eInWSWD+V7d+/
Y5bH1etdTmPr9xO0Pa2SDtY7bp+7/OLGxs2p+A4XWgvG5o3uO467/p7fpNWt0LIxMnrFbWH1
S/HeGubwGkhz2ln9Zm1JTPqeMcjKZYyxpaWPbe5pBeA4/o9uu79L+kr3JqMa2lhG7cW8N42t
A2tH9lql1vFp6MHV4L7KrMitpaTtcG1sJ200bm7v5332vsXOZrup5v1dp6pkv31My34j3TDn
HYzIb6jW+3Y2X7ElPQMyacG6x97S4ZTW00xqPWJLZc5ntqaxvvs/winjsi1pa2Hx9ImHz9Hd
6n0mqP8Ai++pvWOptszyPs3TXNJoddJa+4ODW21Vf8G31Wev/wCpFt53RrenZNVGJnMyLJ97
cYzYxxn2Ord6v0tlmzb7/YkpzM8Pc7bkltldZjdJLp/N9bndv/l/nqtjZgwhOF+iuedzrTJ3
SPZPPsb+4r+ZhZL7dj3lrWa+m4Q/d/LbtZvY383aqHpekC0l3P0m/nGednu93tSUjf1DJstc
7MAueYLrC2CWu7AbWt/zVYf1BzOqZGPaxtYyNuythdVWYH6Hc6n3tt2u/wCLsVRrx6jw8tt3
DcZ0Mg+1uhc36So9XLh1Szl1frMa0Ea8Cdrv5LmJKb2flV+mxoBY8OLq4fY8nxfNzWur/O2o
TuuZopj1i4NHtc7wI9rdqp5WTY6prbLnkzLm2PgNePzQ2He1Vci1rCXthzDAmTodNP8AzJJT
/9PnX9XaXn7DSaKRI9bIIfc4n85rG/oqP6rfU/4xUGNtyeqF9oe+WBweJMkeP8lq0XdFy6y4
Xtay0fzdRDnOMzvdZs3el9H2M/nUS36q5r8F+RYGVZDKrX0AW+nYdo3e5tnp2fSb9BJThZbK
rLLnuaAPXEkCDA9ke1XujXX4PVHWVVtJcw6ySOd43wGfR2qhj5GRkdM6hm2+91PpBriNA+x0
OdDR/Ofnqz0q612P+0LjYbhYW1+n7faA3iuGtezc7+Wkp0frR1PJyqcO211TAxzw3a0t9rgz
cyHF2/3NV3o9FFn1UfgXtZ9hz3vs3lwGQHg7G5P2drj7WWU+xr/8F/nrG+sn2zKox817foks
kMLYn3M7f12vXTf4u8fEyvsNdoBrrNhcx2gdY0mytrv3/pb/AOWkpvXnLv6fiVPLqs1tFddd
V9hbVWSxjrbbcatzN72Nb7K3I/SMHqOBlftzOy/2V0XpzS+22xoFmUHwbP1dvtxce232UV+n
9qu/wP8AOLo85vS+kDI6niYVeVk3W7sm1r2AVveNrr8q+0vdiYjW1/pn01W2f8CuP+sfUupY
91ef1pv2u3AuD6sTCJbhY5aA/wC2ZNmT+nu6k6q5n2Ku2r+a/Wqv0dySno+t42b9a8bGyOkW
VNxqZc+q7cy4vIH6M6Orbtr/AJS5HL+qPX8VtljcR9le0uLanB57/R9Jz3O/kfo1b+pHVsrr
XUr+nYrTR028tNzA47q8bHYxv2eu3c1+7IyL/Tybf53/AIReoViqsCmsNa1gAaxogNaNGgNH
0UlPg2NS++0Nrkw/03wCC0ztdumNqF9YNtOeHOcQDaHvDvGDtdH7q9V+uX1foNL+r4jPSymR
9oLNGvbP07mfnub+dZ/6TXnmdguvc4W1ONjnFxLjNYI09r91m3+WxJTiU3sD6XV+lZ6loqeb
mnYN0tZ7W7XMbvb77P6i3Kq8e7I+yZfTa8dj3bL8mvIa5tI1l1tbxW5zP391v/gix7MR1ziy
ymAwNYWBkTr7Yhrforc6xS+z6u9Jpz32W7LMgl1jtXBvpV0uP0fV2VnZX/6sSU//1On6hh/W
bJy32VZzKcRx/QiotadhDXfTa11v/TUB0Ft9Zf1G5mdlMsD6LrWl21oa1vpn6Nn02qOb1bGq
xWNyMu7EzMk+qw4e2wt2fm3ssLm/p91nqVu/PqVTN6/1PpmJiWbG5gyKzYy+zSx5JdtcWN2s
Z7dn6H/rSSnm836hdQxMTquHgXC6jqFlVlDGSA0VPfYKsjd9HY23b6isYv1Q6u3pmLiOLPUp
adxqtGmpIaxr2+/6fv8A0jFbs+sWfk4+Pe5zWW/Tc1jYrcf3bfpO9rHf8WnyPrDa6l1WQwOr
M7vSLmED8wbq3Mtbs/r/ANdJTTf9UevOwbq88Y+QwhrhWC43AfnPDK/pem3/AAdTd6Dg9B6j
jYtrcDCvyccuLw9oLTu2tLmPZf6b2em4f6P/AIv1Vc6b1Sih7crCa2iWbHsL3OtJs5c05T7v
of4P6a28DqmVk5zK3uf67Naa32Sx0QWe1vvc/wDP+ikp1ugl+B0THtursFuSz1r3NrLrdzgX
M9Sse5rKqtn01yPW+j9G6zmhmOy4X5lDsyrFrtDaMm+p7H9Tx/SdW77P1Cyoeyyq9n6T+f8A
5v8AS3vrR1bqmbk0/V/p7fTzMo7L7/0gFbbHbLLX+p6X6NjW79zmfpP8Agdc6PV0iqp3Snek
yhtN2ES1z2/aqi6hptez83PofZXmb3/zj/XSUi/xe4V2Pl4/VMfDsx8O8Z2M597gbRUX492J
lWNhnufZRZibGezfT6i9IBgezSe5MyfF0LmejdXHVcem+qpzTlhwj1RNTqtv2mrJ3B+19G79
E7/CVPr/AJldNXfQ6GMc2xw5awgmPEhqSln21FhrtAcx42kHhxPLA130l4p13B/ZXXMrpptI
rrsd6O9xDg1x9Wj/AKD16HZ16t+W52EX5mY8uG7FpdYRWDArruyPUqYz/SW0U7PU/wAHYsP6
09T6bkYYxyMW/wCslTfUtqad766WOdWMO7K2u9XLpdbvsqf6f+F/Q01pKeQbb+ie91ofZHAO
h/d+k7/MWp1ik/s/ouDkabMA5LgJMuuse0f5tdLFhVdZwnWA5VBYSIc5m0gEDvWG1vbtW19a
up44z8GlrywVYGM1m4Ro4Ps1H8rdv9ySn//VrnEbU2u6+2htMT+lY5w19rHV7PTc/wByt4FW
Zn3sx2Zv6risLrsyPSobXGpfo3Zbu/M/tq51jptT7/Qbg22U5BrvwL2km1rHta1+M3+cbtr/
ADKH1/4T+cWT1h2b0b6p5OLew1WPyK7HudEuaN3p1its+ntcxtnu/Seokp17erfVzHZWyrFG
XQ1237Xm2em+wAnWr2t/e9nqVolON0Tr+Ps6dY7p2Q7d9BwtqePou90fT/19NcR9Wvqx1D60
bs/MznY1T3GuraN73CuN233M9Otn/Vrv/q79Rn9GsY+m51ldgi0khpdrNdu1v+Eb9BJTxXUe
kdR6HmW1Xlwc1jRX6Ymm1pmbKyfp1a/Q/MXX/V/pePkdI9XIdaxt9rhl+m41WWRs2tsyqT9p
9D3t/R1vr/4Rbf1s6XX1Hpr6aZfm4O29m2A6HH9Izdoz3tb6jlgUbm/VXJroe57rsr02XNI+
gX1jn2vYx9dVr6n+mkpxOoZ91/WnV4+Xdbi4YNVRtdved+0OxftOtmTUy1tltfrPfbX++r1f
Ucj7Nk13vLsZk+u4mGNj3evu/M9J3vr9v84h59nT+i9Od1DJtaWtbtxaG/Sdb+ZTtaHej7We
o6x3/qNeb9S6zn9SsLsiwiufbS3Rg1n6P57/APhbP0qSn13/ABfO2X9aqkZb6nUetbUD6T3h
tgs9PYHs+1ens9bZa/3rf6p1d1YOBXWcS26p1jjIbaKz+hacbaH0/anXv9nqv/Qf0iyuz+aX
J/4q8zqZ+r4ZRg0Oxse+xjbfWdXc+0gXPf8AZ9jqbmsrsqq3erWh/XH62tw+sWtZjPfmtpor
tY9zNlTz67qmNspdZt3Mve/3/wAhJSfKwGN6Z+z6K724ZAc5mNbttft3NZ62Tua/J+m/2fzL
3/4L+bXPdOt+o+Nfa3ErDbXN2VsyCQXOgg0uzchn+Tchzv8ACV1/9cVe76542XS2vJFWNt9r
q7Mb7UwtJ9z/ANPbU5rvoezasfK6bcMSz6wYYxcnAFnpZFdFdra2H2j9NVlNb6XqusZ/MP8A
0e/9H6aSnqOqY1fWMHJ+0Yb8TqeO0OpuL67mWV+6zazJpbRXkbWu2u/R+pV+/YsP6y4v2vqW
S8O9IUbMatm07TXjMZjt9w/lMVroHX7LqsotxG1YOJSwvshxZW5zxVRSxjS1rvVfZ/N32W+p
XR6/85Wr9vR7MumnMNoIyazY8Bu14c8ucP32fnb/APwNJT//1us9C63e1tVxLp3Mouo9N3hW
+uq2jf7f5O9ZWb9XquoV5GH1Jrqen5I/SPtLq7KbqWbqcyjcz0cn6T6bK67v+3EW/rH1c6gH
02ZTanPJBbdDCO30r2GlzP7at1HNFU9NzWuDABWNjbGwPoN3Yj6fYkppfV3oLeh4ddNDvtVI
DvSyh7mWNe7e6yp9f6Nbreo27mMrcNjdXcCSNQzX857l5x9ZupW9DdZm9Ay7umuyXi12PU8O
xXGwvaX141rf0djvTfZ6jP0azL/rv9ermwy6urdp6tNNLHmfb7HuZ6rf7GxJT6V1HPoxRV0n
LyAep9fuay5kgPrxnHZb4trZ6P6rjv8Az7rf0f8ANrRyMUV5WHYy37PRhfQwmNArMNtqq+iW
+i2v7R+57/TrXhWIfrBZnOyMYXHNY5t12U7c5+7durtuttn6Vg/P+mvaugdZZ1uo4ubWcLrW
OwDMwH6f9fq/0lFn8n+a/mklOyX2WsLbK9zCIcC0EEEcEOC5fq/+L/6q9U0dgjCu0m7C/QkR
/wABtfiv/wC2VS+tXR7sPIZkUY7qWPrDTbjGzY10ub5bLHez85U8LN+sFFjaMTJtvybBGPWX
l3v/ADDY2/dX6NX85Ykp6HoXT+n/AFM+r9zLsg30YXq5Ft5b6Zc50exte6337a66Pa9eN5HW
7cvq1/Ucpm5uXe63KpaSJre4OdjNu+m1lTPZV/ol691npGVm9R6L0O1xfivNuXnubI3/AGYM
2bmO/wAG/JyKn/115N9bW9Lb1/Kq6QW2YzXBrTVqwviLRW7/AAjd/t3s/nElNij6u4lmS51j
7348na1oYx+h2/pbLDb6fu9v8y/3rrKcvouH01mFn3Mw8K39FXgAgu2XTXba71N1n6R3vtzX
/wAyz+YrWff0XrFfTn52N1Krc2jGrY2msPLrC1tWT6t/+A9La3fe/wDSXfyFz37HycDM+19X
Y/0WHdZ6l9VV1hA/we5+Rf7v9JTRfYkp27819HRn9ExqMbF6ezIBNg9U5Fjg7ax94cfRfd7d
1tjPZ6f9GrWz0brFVrMbpGV0+5mVWBSLaS19Dg3/AAvqOfU9rPpW+i9tqpdQwMjKZVlODwzJ
cy8B4DbWk8020M+gxj3/AJn+D/tql+0s/AzG/Y8VuW17XMttc021kH2317ava3Y3+c3uSU//
19H6yf4u8HODv2ZkOwspuv2W1zS30v5Po+pbs/471lyOR/i++t/TQ/Ix7BcxjCX2Y1lldhaB
u+hczGfaz2+70/U2LvPRzcbMy3dO9XLy7nekWNs2NpYXep6ufkWutrot2/8AabCr+0+l+k9L
/R6OB0rMscLervZlvpc84zdz3hosb6N+99jWOdVYz9H9lf6v+k/qJT5D9cb67m4r6iDW6qsN
AMgMa2KYd/atWfjY31ozK/1PGy7a6/a51FLobEex1lTPbtXpnUvqr0fH6vV1HqWTj04zXh7e
njHis7d1exrf07WY7t3vZs/nUa13S3VMZ07qfVMWuhzYvl78djQP6P8ApTX6bXe1JT5vhtzO
l2229Xw/tePbursbbY4bbD9Cz1KnObXZv/wj2PUbn5n2ivqtd78m6JusoeW2sgbN1N7dz/a0
fn713HW/rPm042Rj41uPfdaza3KFZGo5/RXjfZ7PZ6r6fSr/ADFxvTsXqfUMxuNbQ3IDg57n
kBoDf39Az+cf7ff70lPSdL/xl9Yx9tX2/F6hWTAGdW/FyAIn35GNvxPb9Hc+1Fb9cOn39Ydn
OY6jMfU9tlONe27HL7G+m3I0or/SVfzr/wBJdvs9NcVk/V/qjrGkY5rLztFMRt/dbuPsd/24
qj+lZlVmy+uytrZ3P2OIBBgt4SU9f9ZPrl1DqWMOnYGTZT0+uaGfpIvtqa0UuGZZO6z2s9S3
dZ77Lv3Fyb7jXcLqMdtbR7ajBfPiGu/m97Ufp3T6rHPsdvsZVBJ2ywSdo3ldV0/6i5efXVnC
BRq6ttT2kOgkbK9WN3bvz3JKefwfrF1HHycanpz/ANLcWi4O+jY98MFb/wCS1dp9kxm53rur
rty7XNIyHMq3ANG0uru2ep7v33I/1m6f0nEy8QWPxunPqpHp5NtRa4hgLa21ZO30XelH8zv9
XZ/Of4NVsDCyOo76MGo24VxnJ6tYx1NRrdtZbX0yi5nqX2WVtfXv/o1Vn6RJTXws52X0/qfU
qqLs2uvN9LFNWobVWypt1nP5zHNv2bPeqmN1PJyLhUKLXVyA19rRS9g/O3s3PbZ7fo/zK7i7
p23p92P06luNIf6LKIpDHul+9jg17K3bnfT9NC+yWP6Yyq+vc57R9pY8gOc+A1z99H6P1HOb
v3pKf//QM/rvVcO59tV75tfY6xjpezU6Fldm/Y7c3/MSxOv3uwrqbsq/Hvc8XVmo6mxstsa5
5c39C+WWKt1QMF9gaZaXO0GsQfzXBUfToiXlu8OMw5sSYd/1KSmx1nqnV7KKPt9zMish7sd4
27xJ2Pbd6f53s+hZ71k49mVextTnxQ4gw1xc0/ynV/Q9v5j1Zc6h1xOZUyvGJ2NL37tR9GzZ
9Jvs9RFw6m+1ofV6QPsMiIiBG3+QkpJR0mlktc0lz5DXHXt+/P5rv5SrYfWMTHyWY2bjjDcJ
ByGNf6BcPzh6tbbffH/CfpFpt6VS/KOa7NtrIez7Tjh7TjuADRs9J230nvq9PbZ9NWep9M6X
mdMdjZOXi4tdsD173Ahust9GLaPTt3hv+k/cfX+kSUzfZjUm716y2z6IbkNcK32RpWWj9K5t
Ps9dzf8ASfon+otSiyi2o24obkuc0bsWQ0sJA3Bl1v8AOVue3/tR9D9GsPqXS/2d0rDw8rPu
6hkue92PlXTt9LTZR7t72M/0drrPp/QWUczquHXv6ZRZkZhkViprn7WR7n2trDvUb/JSU9vi
ZGJVe5lTajc0+5pAaRH9kNWi7LredtrDQSN4kgNM67vzF5hkdT6zkUg/WOq2mmit5uJogvc/
21Oez02021sb9Cq5zPer31S6j1xmVVjZ+Pk/scse71b6yanNDH+m51mRvrpo2bN9OO//AEaS
nua+p1ZB24eRRY4HT07WW/8AQa5AzeuVYbnHqP6MtaH2A7i4Mn0/Wsr2vc2nf/hHLJqyuhY+
QzHxGvussaLWk1udtqMFmPXkOr3tx3O/7k2enT/plN3T83IxTX0XIzsJl1oNpa+ywsY1r9zM
M2mzZ6jnM/SV5GzYkp1S71AHMyXNI1AeNh930fc32uUWWZbXOZaPXYTwwhx+LXA/9WszpuLV
i4/o4z32Vsedz32Gxzn/AOEfY97j7t35v/gatBwePAiBxHz9qSn/2QA4QklNBCEAAAAAAF0A
AAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAg
AFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8B
AQABAQD/4Q6raHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49
Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5z
Ong9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3
OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5z
OnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxy
ZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUv
UmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
L3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2Vs
ZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90
b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRv
d3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjM0OjQyKzAzOjAwIiB4bXA6TW9k
aWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzowMSswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0i
MjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzowMSswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDph
Mzg1OTM0Yi1lMjA0LTliNGUtODhkMi0wZWJjOTE3ZjRiMjYiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9
ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDozOTU1NWZjYS1lYzA1LTExZTgtYTNlYS1hZWU1MjM0
MWMyNzciIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDoxRjY1MTgyMjU3NjMx
MUU0OEQ0Mjk3NzE0Q0YzMEQ0QiIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6
Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9Inht
cC5paWQ6MUY2NTE4MUY1NzYzMTFFNDhENDI5NzcxNENGMzBENEIiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50
SUQ9InhtcC5kaWQ6MUY2NTE4MjA1NzYzMTFFNDhENDI5NzcxNENGMzBENEIiLz4gPHhtcE1N
Okhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0
Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZjQ2NzA2MzktZWE5MC01YTRiLTkyMjctOTUwNzM3ZWEw
NWMzIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEzOjAxKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0
d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNo
YW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmEzODU5MzRiLWUyMDQtOWI0ZS04OGQyLTBlYmM5MTdmNGIyNiIgc3RF
dnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzowMSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2Vu
dD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIv
Ii8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9y
ZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMA
EAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4U
EQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+gMB
IgACEQEDEQH/xAC1AAACAgMBAAAAAAAAAAAAAAADBAIFAAEGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
ABAAAwACAwACAgEEAQQDAAMAAQIDAAQREgUhExQGIhAxIxUyIEBBJDCgFkIzJREAAQMDAwIC
BwQHBQYFAwUAAQARAiExEkFRA2EiMkJxgVJichMEEJGhgrHBkrLC0iMgouIzFEDw0eHyYzDx
Q3OTg9MkU6PD4wUSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAOnbCyCnuRm82aze
EYk0QlvZHJYa3mGZmGZmGZmGZmGtSw1vMM1vCp4++54jPexqrs683maJrlXDziYjKcAeG2An
OJkpYaJHRsc9mshgceQAylshswgUMKd26o2b3qJPcZGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZm
GZmGa3E46ptqw3kWA61qiVsJwDhMAKWMjUDiM3HDY5EM2XYKY4BMXwNGMwMyaN7GUHLQiG8w
9AOIhPM2S3mGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGs2I5OouKczeSIsL7AS2QlEuA95M
gIsiJIFBZIhrZYAhHCD3mjRNFB4wMBskwO5xI7wh3uSwyWtmZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmGZmG
ZmGZmGZmGZgydatQhK5hc3kCEdHia3spkS4BKLZPYNhdxaIRLoHrejQWZCUX1xYmYElkgUoi
JwzDRgmO6xYwXetmS1szMwzMwzMwzMwzMwzMwzMwzMwzKypOpykmXFc9VnPok2DCaBog5m97
KCLKISEoGByARndyKTg2U0OhqBfYiEzRKAAuIJPcyBRaI60QDssgDApl67UaOlLT2YbYiEt5
hmZhma2ZmYZmYZmYZmYZrYDmqepti6QueKPUqK15kr8iYCIkTJRw2UWzZBbN5AxjxL0HQKVY
XQxnbX3mF+dYg+Y59fqInm27qsGY5A3DcTcShC7hMjAZSx1CY1ZVJi4LxlgdVIJjNboC+zmD
HQ7ReMzMMzMMzBhOfvPPQdih0ABKypDvqDoqs5eUFg4tbJyDhoy5QgyNkLArAzyKgSA8YNWa
lkTp7kBrseCfO31VXBWAuAlYC80cql3ahxsulVKKD9WEMuwOanAMyoQr4Pol9fcbdBuPv+VK
30zj+rKPruQ6s3uBic1+KOqruH606TneqGcJDteUB2C12XIIQOIhZVxrebNzjsDOJw90JsBy
EcCREQg5FobkCA0MJwI3ICDyyx2b3nWz0Yvnz52e+ccLfEzkKa4kcMTpEiI2AgsAUYqbVMG6
ZgqaJ/nTu7DjLoclVdCV+aGM+f8AQ0pa95zpTpEEojAhlAqmZNyGAdRhfnOA6XZzE+h2ULVl
sY5brGDgRejYeay66hEjT2b0wI1IOxnYXSqYsDlFDp9nIR6tQ52V1ErMdTCh04LkaeLZSy0V
S93Xia1AcvUGjgeR7KlK4hUSw6PjXzptZhzFjeVBKB1C0RDsf3XrDeLFNQHMn1vIXo8CuwsD
1+hkkHCeVbgxkpCbk5gRzoS4FzUS3GksdfFLRaypwl2tKpG8QEOwT0W7fL2QUkJEYzUOnwej
fJdb52VctELTqEmjFLKoF0zuldtxAvL7lOkBcn1HHlmOkfJP1TQixqBYEjhCUEholPbkdKsG
smwAsl2R2wqJDgHJDDq0wSbsCnq+qSOZRs60sn6vpyo3aEDc50gjjgOKAmB2RWkyJJpQoDYN
nWokiNcjf88LNLsnQQ2AuudNQBH6x4mKGDfT8f1ZbUt8ucTvq6gojjMEcCUOIohPn7atL+w5
7oSULzZzI+qgVDTSwSR3DQYjJPoQLmEJgoyGI8z2XIG7Wl6ERbeEK2te+cmjdUZOyrLMRjqR
J1F0qpj2Xox4apLarAsovFuJxYHQX1AEdSbA6KuT7Dl746GqskBIDMDnLRBE6KfPPFtCsULC
m28Z0VVZj7aD5MmpkIy0KNsDNbrpDw0lywZpMLyNJhb1mmCqi9IgvZlKkNhslRdNM4+zgUpy
wiEaUaK3DCHSgMDXcKcu9kS9WIMDSXtEWA5TFSjYGSrFL9AzJXMaUKjUmCuY08K4yUWk4MWv
aF8siJLl2zyuHY65OwLIa4R2dKkXwKYB0jHL3g1okivmBIs4JRGHEgFqm8gL2dbstVlq8ekN
4W08ArNWECteRkWWbYK1oVQXKlhXhaW4qie4SNmicWJGRdsJMEFzaKTY2hebUDRcmYOeC5tC
L6ssagJrWg0wFJGGsHXgUhE8BmGgjK64ho9aQeYrGx6nmuWZkdh9qDGkWlgJhYPQU0NaT0Oj
KuNHTZDrD0XFMZEcWPEFpkZrNbIRMIsW0LEiNHYTUDg5TmDyETeLjGgRYKu0p7k1KeGjwZJh
OoRCwobhHZmt7JQ3IXg0E2WODVVc05q2pDlhrNgFTqmEFhLY9mYKQ/DejGVyhIk2LrlUNwDs
tNhMQgwsMptaDWC9gc9rpKwAUtIObpIHR0VlTA8wwN9HDpDFiBJKBhldjetAJKamahvCU5aB
liAwi5AhdFBVtlShNhKOxCQmmeJDIlAEHhowpjG57NnDINGBSsxdgVhY1o3Y1Bxoa4S4SGMt
rznOkJwLAo0tiK9dlc6Oj7TnijlGRu/f7YU29sUrbajKYjMxfTqokRmIEBhgCZoyOoEh7CN7
GYylta8HGWgra8DYjBMaVmRCwIEVc5c6IcUORcYWAAQMEgzhCFQTbBXFiyBExMubrn7ockCB
zyztQSTbgdrBk55t0iVidYAFSWQxV4Yihiw6HzrsC8Xakc9R3XOBFjrmTBImIgDcJaCMpsm1
G0QUITDxzRAhCi8reZSStyHNjvBl5TVGzZolNDJAQeQbLEUwiZgmF2AHAidXGXq94JuDJWVd
xXGPVzJdsNCMr2Ui/kCJXpXDArzVzaFX2pIDS/NX5yqXoq5w8eqSOajerFSN1IhLCg31LEHX
2CJWyyAzIMyVZbVo0SxEaZSXOmADpzgJT0bhhAZISBzikXq1XZCxYzFTE0TAYIxYVNqYZxYp
K5xIlZVbp0gtSMvBXRyug3xXN3ExRvKssPPK7qhG5QIdieqMHjTdEBmTCt5ztdHlTnV80EMs
c1VOKlaC0WFyMmFEXwj1nyvUGs6PiQ4q7ZYRMMzdoqKbJhm2inPL2FUTuaO+A1FpUEraovQu
9DGMCUrErWsNWCD5fkE+dCaBSOiLBQcuELSWVsIMVNYdpyUUjshVPSnRE1szMwzMw1SXgjhg
3NORhkwaxhgY7EQnOYPZGDq+T6rlAUtyLnXUAOVj0cjmrC52KDXpiw4fq+aB9Py/cHNVVvUk
75W6EE7GAu9IorSdJSCRRTOneqnDrz8gydDrnOlOZb6GpF6oGFVW3XNhJYwWPoXm3pwXeDM2
M5mZhms2VPP9nyQksKZogYGKWIxaRZA3F3S85bq+NNQEE9YoXufCA2QhjOhvbhiq5bsK84Lq
qa/OdRuacvLGsvCrXsZlawsEvV1yleG4iTYVMbkPZ010hMYAZU1xPd0pxWvTOLKazfryu9T8
17ctZ5MyOaJxHgbcYhKm2EeYQvKEnqDBrATCklgF6ttS94/p+cAY4I9GrmTCmNaIZqAfBbJR
3AVQtYnPD6OInNvYkG0wqWHhmIOtnNlsAlLrr2Dg2uvWG5GgVytpSjtOB8wfP90eV2dzeCTz
5Bia7BvNxJa3A3DQxsSrZQcp33n4BpEofa8hnARNdJQdWJUtxTBBykd0AexlKwoC0zmrcuNK
ALWFZXF+sCvGn6Bst5UrQ1RvFKA9xIrug5ywLHVcQZAMhZMIlGEmqwDyjao8fo+cFrLXOneT
AUIbJEHU3TepYa1JIUjog9GnZHK3dscel0/MmgxILzKQF1XP9CVdFaVYTQsOqsk3SW+WiX69
R0ZS1/Rc8AiSJaa0A3rMJS1AlsC44aocHNTiEFIpp6seGCGiA52y54U7aj7I3V21eV9VYV4D
peR6wPLGwzW9m8HELXt0w+rRjLiti4b6Kq5ouuOsNFJPcQrdXA6jo/Pe0KavimPlr2C7kvhg
TNi93TmLOtGmWEBYMauWjl86aBzJL5MrgSUFp6EMt0zRaaTIMW8lht7nonQcoxXl4xztgXDN
CctubtQFaiwM7CxpejEhvEEXJYD4XqeNG7MhSNLVoi6tyyVN9YHEFbMxxw+soRTteQ7E4cLC
pHeYdVpo5UzstldloIXXjYhOj1WlrWUeFjYc/o6JvlLAdpehaPPBd5xotMgTLSpsDpSEwMDa
JR1Taw6SciBIaG9i2VUrnnzsbah6EySGh6n2INGC5sbChsiaBfK1wi/1WmNzpKo76pA+c/br
iKyDeiqjaiOhdgICi/Wm5wKPdNWsFdUC0Ngqli0jVjLi25mwOrtaayHU3SnCqdTzRF0BTq5L
HEqaaoiZ3Qu7E4gSVYXlDUqnR0I+sOjvUiEikw5tXDmZIQwPa5OqdrDnRsJh2lWi6c5y9COq
lAJ2dcKCOIDEgz0jnem5cuqbACkLJY6WrioUSkkjML05zLPenONd6KZXWytqYzuQHie8oTnB
uwOnyOHKMAsRabUyCVjwZJDMMzeiXacVI9ee87uzqc585UGTrC6hymjsqqttBID8yvprfZRu
hAdNLnpnR2vn/VhE2CiS98iKK3WjoZxmUE+g0VJHQAKq5oTmAlEdF09FcFoYRg5hGI5PCarV
IOzg0cvXFtR9GxTKk1tsACwEee1Xc0ZQ4QZmZhljX9Ceg7jMWXtOWOUGrZiUCwByFoNJXCx6
bi/QSs4/0njyk3o5vr7CrKm3pbwfAeIto4Do1GpFXltErguRKizr7I8+T9QoCF4FoekqYamr
Ab1XtGVs2yxWa5cPeQwrau9rC+mvIZ0HYXUIg6a7w86pfXkjyvq2bYtGhFI+a9r5kH0CJbJM
WZzcX9leTobEXsEyjImWTguwFzp3fNIIjHQczYHVALMUk1ElCw0VpLKZSb6BUWTsxDgEkxsj
cAMiDJQHs2UZgVmBAZ5WoaO/kM4OMRBJAKb3GZvNaN61hre5EYSGGyNQczzzSprMw1eUdwEn
KZAxdG7WsVOireYVOvrjrk4kUDVj7pRWJJFhfKELILK4FawTErit2WcqjRd8w7anAdCKgO5P
5ewela4LDvlfOlTp+dGwTdrInp1p5v6CbgaIvX25jk0Ot50GUKhdsc8Y6V3lSF5OmvAXD9Lz
Qav7avOH0wuRt6lkvhqJHSI0AxtPeGPKWxdqNKm62zrBhgRDGQbL5VeZ0Oczh02UbY/GOgkN
7EJMJEa56mKRacwGn5FbKxgJYwA1stgVnUrQPQTcT1gdOx2UtJ2PMlZuUwcXNC4T2I6+XDiW
4dEMVN1wZzg9aMtavrSQ7/Cj5/p0ykVvsKaydRLQ3P8AXFLC4QAyOMqkbKvJuLuDEL6oK7IV
w85SSL+54nR3tdy3UBKO0pCrKKZaSSmNEqRFyqlAvyVPTgmKhQBbUej0qz8luz0TVBagwWOH
No9Rxg/0PI9aNn5PoBC1o+QLnlDGK7GtkrJTB+85w50S9TakOV6dI5iz6bALUaMuBnEQVbEb
iaJpc+zu0t4UfJ+n1h5uD0cJ53nY1pVdLSWZOivKMrdb0b1vDW8kR2zsH0fPzLVHTZWrXdUO
kpbYUO6yZYU2HVH5GB0L3MTOo5yNWErnEg0gDNi1Mwi5C2QkiGtqLoy5gSJOISBOM6rkj0Ac
aIfTR0HepiFvJGzO4QRqC8do7wBPBk4l5QsOb7GnKymtkSnO3cFHcXZytm2wVKnUjOYqPQhH
nR+hqjW4rkEnlhfDgCOV+DoAyHG6fCxglsd0rMMI+zabaxHbNyc6DuueKjr6e8GhKyJH0IoU
7yxLxF0Jzi3R4UBugkU2yKF6t0FCQePRjqixx+xWszaDqZyKPbBOf6qLhUxvMOPR7cJVHiAf
rq9Irwx0HcrNlwsxXi4HAgcnsHskCOyHFNt4CaIyRGXQAF0crOqUtglJd05VitCFc2dMsqSl
6QvSZswRwnLX1XbDcDKmLEiW0D0wMtzMHKSg9KEzBEiDTd50YDWiLNMdkKvapC7rFoB0skKj
c0IstPhqi/iUQ7vRRFsmTmV+sw5A3ULFBq30V7lo2U1rMwyw5oTYnsV57rKwREHQjXdq+VVo
WBHJYbiTQsF7RHJYLgZwVrCjGbbmtF9XIFL9VO1KhpVE6aqp9jC8lQ8lJBcEUDNvYMhyCDaM
h2WFNkhMAUkyJ91w6VhIZ2MwKB4k2l9D0l5EhmiBlKJvUNEppxHYhwNIRAOSCRHOJuQxDpq0
g1EmFBkxi4yCIblEdtaDB0Qym6/pOfFhyES3JkE0I4TR9GZmAam8pxJpcJ2Gcn1oMgZDIa4h
fMUBywrLQgsWNcWm6xwNuDAFleI6EdYWe6tgbzRhPTdWHxOnOrPSOljFWYRVjYnJjBYhtlWr
Y1hoJNAwmgYNrQE0WAAWBCYroQqyAhssTBqO5qQzNAQviM7FlLgZwfQr0p6JX0PVFHm9BSrE
HrShEdODkrEdrVyiF3TQOwb5Bg6Kg6cRUx3bi4zslC6WuLtBLny1klejux4F3DZmb0amPYNR
5EWHKJDJENxloiIgROZyBZrsCe2MIlmYA1vAoTTNa2cgNkpSmuYic2qIXTIUVnuQtSMpmPpl
CXlOcseejEla0VgegSQiWQK6oOhLRvlhGsaFCs4a1OBKW8MzYQ2CMRzcT//aAAgBAgABBQD/
AOtB/9oACAEDAAEFAP8A60H/2gAIAQEAAQUA0f8AgV5AU4FAwKM4+COcC/PGMvOBPnqowqDg
QdgvGcZx8ZxnGcZx/TjOBwUBzqP6kDj2NptbVd2clRigqYkGbHjFLBeCc/stC4covLKcnwMY
s2FD16nhV7zUdgV5xVGSL9gACQhJLHAOMUgkr/FnBxvkkHs3PJXhW/kvfNNRgUDFXBxz8f8A
SBnBzjOP+xOfsNv4TALcgMG5KFUnM8uzcDlyh7MArK0gBnK9R146tw/PPHIY8Z34HDcMG5n2
WjNy31nn54IZiA3PZFYsHoqM7sOKD+QWf8eHOddnNDkAj4+cOcZx/wBw39vbor1mOMbhRL5O
sn3k66yez8uxVnmFKEEGanqFUzIzlsBBHHxycboxWdmIHIHUMKL2NeuUYFnqeAGI/iwVWCj+
Jfkoit2ZQoH1kf480mJXCfgHkg58/wDcP8J7hAsikLT+JQH7POkozZAKMvBgDywVDNQcD8Ef
Af5z+wmF6sFLHEXnG56k85abA/yYLxikHBxzMDOjIfrJLsequqp9tAWV2Up8dc0QPq7EEEYO
OR8/9wGBx/8Aj7oDVUDoxU4pfF2KorVJlwzFFPdi/DLynU454VE/g/8ADIjuDrsGeKtikqPs
HYjsw5Ze3DMikoGI4Bd2YkhQvYtg/kFIbAil0/i/QcfXmooEAuAADqDg/wC3ODNlxOHq1+23
PB6/PyA6riM3FBiBhjpwpX5IBYE5FOzug7TIU/GSbnFkaH61VqMy5/Ji8Qc+QQFZio+wBQef
l5cKERR9fwVTlqEAl2HRskv+Pgk8HAP/AJuP/jLAZ690Gr6DJ9gIwBQ38upD9R26gAsBwKMW
IVAoIASSdURMM+rtIjIJ/jE8X4H2NywYsVbHV+xZmAHVl56z5CIGZv5cKFGElSX5PJOBGOcL
i8Ac5/5/7ilADf0Prm+y9Mdi+CoOD4cBweg6jgKrKwVewYEHqmMCSyqifkNwA/b+RMU6pSnz
25yysRJWZArlF13ZH81ky+tSNVVRkwQ7AYkMoWXGpyrEAIRwgDNy+Cy53BAb4LYXCj/sieP+
ilGbd9VmLKOcf+yjqf4uVbqSxB4HWakMCwDMBhoMHVcd+5QAssgBDzywpBkL9kKVYYj0YkJg
JyfbtbZM02W+4rP5/sQy9i44f5Jn9RYZw4AYluWyeyhBK9uOP6Aj/svU9aOisvW9PZZtj00l
53sNtWLcCPNLbLs9ooHygHZlJXqvCgKe6BphC7Ca58EqOUdlCd8Tuzyi75qee4G57Uotpb+v
vJfyuE2PN2pmgrMSb4RGbP5INu6UaFixYdsnMAv9ncvPpx2JBYqOCq8hgQcSrAy2VKysHHJ4
HxgwDAAP/mfnr6d9HzSP2Pfqw9jYho6vrz3NwkGe1tfiszAkdjlvnPkr1PUcABe2BiAvDuHO
fYwAbsE1y+a2iwGroz15+p7tdoA9CtBM+T+w691BVhWMKC/iwIbz9qJpB6S2O6HQ7BSOVZOC
0+Q3wnVlxP8AmvHLAAt8Z9owuWCWZTrbPGJZHVXGBgSD/wBHI5/+La2Z60a7LbGxqfr9tjGn
Gmtu6NNDe1WLanqKx2eysZ8FNk84D8Mp4duUnxhKFFdcP1kLzwk+Dq6rXxRr+br+p7dt1g7H
GDuvByPct5fu0hkbpZP6FEOevqBtjWnabKG4IUMzEYh7E8YeQ/LdlCohIfP5Yfg8AnUoUpEs
rNdVE3LqB/XjPgHn5+ef/g9+2vMa3nO9tLa9t6b+x6OrcR9CrrIBPYm3ebTZm+AxXr2BLAgd
Qi8fyLk4D2wsVpr6/LS1fsrTY0vIl6vpW36t8YSftDln82esh338+iq/1tq+0+q3n7p3Ners
qCjld/QDnS8pZY/kqFr5CsbeSUampRHVXQtPhiG4oSZybluzYwKlGBEmAbZrc62te8xrersL
WFO6f03fcKby+3PWpT2LSzQ9GO7POc5HHP8AWlpzydRQft24belF3jOnrGelX01I8n0LbPsq
wYexMulWWTNZie68IW+z7f5M3ZDwEXrnyRq6woIa7Mdnfj5uvt7uxu2H88ctzKBbIwLtPQ+s
FNVcNIJjagtXX39rSfS/YNe+I6uth2RJrNBxwigEhet/PjV/9S4e/j0Bv59IrRR1n8pw+cjB
35RgjTorZZWjXkzPnenRqBs93ebT0dh6aGjNq3to+estLz/u8/3Woxz7aYtGIFFI7ALvb+qp
T1/NDTV83f1q/obe1o21Jae9Xru7veXg+CdO4II3RxrbFV+1lBAVhg7EJPnHUpnXkzVi0YMV
0NA3z2PUh5sHverE84WJKAnIDtZVuMH44Z6a6D8liVXY5oWUIqTzW9PZ1m0fb17Rnt6tc715
70KKAo4GLwAxHNNdWze82dcaTxt9uNMkE8HoVM6hZba/ZJWQDWsk6r6gU+9T7oftNu2/4q6m
qsPSq+hB9jY3ntJFF4NitIhyFPr+69Nk719pv1rwp64dHIltSud/STZTe8pZ0h52yrl6HX0y
RN6Etvec8a0B5+vsAgOKgXGb/GEJEQe2ro9m9X246cC9bVP8Q5fJqzFJ8nXjsKPoZyqotHqx
KKowIvB5IGxH6m12CHuCHorr6O1NpfsXoRnL9mYrL3dRxP0dOmffN86utKt8V1tXcH/5/Hlw
WAL0cjOnOEAKy9GUDjWbs+/srsbT6439nTbzNmVtkwpvDZbceFGP2UXF2XA3fSZfNtZqN+v+
ar2hUc/ee12H5KveVL+qvH+001mfTsXY1uuxZ0xH/KnXQfH8+oLefVcMFbF8/nPwLKNbzKzK
RKR3fA9F3/0fphaeZvzz6KnF1jkB1KfZ3E2GFZNg+iaJbVQ/ma/elqF/pV601KgmBBeZUPrM
X6ALy8ylG4FKBjt3m0fU3Oa7+0Cm9tuP9hXClavdFkx2l517Bys3c7ejs/bLzYNKuhHVjCUn
DbDh5bqWzZ3nfV8322p6ewtVyvchGpM/sOzBm0dRti81nGIBCxq7aT7rFdSp7URGx/P1RULD
WnHYF67W5EHydmRs2FUOMoxgOOi9QeHVmIhstyNmfK2k+MgOewU6UJLDSvVv9du8x1thFtK/
HBGLKjmGheuQ1NmQErB4E0cQAwwiTbzvPcv+vrj+JdWPh7Sq3m7ivXWuhmnGLI7EtSVOPpGH
Tjw3kazY3ja6qspah3NhpYoepTXnOXr7bud3w618+vkeglYodda0VZfrGp+RsNsjYoNSbCX3
KfY19lvT87UTWlJic2KlZxqo0YU7y1+QX3wWelau9m6/lvO1WZjqkqEd3iasC1q8jZflLBwy
70jLdlwvVlXhQMLOUTWUNPztUFg0sbYmygwOOmk2WXUWiDrVVlrT/M1TiPKjFVVeSDshgD3K
zZkXY9Vo0T3WOQ9rtlaLYU0dNsE9dYnXZF6Vwgg8Dh+Tm5sJr6+z71i2n71OU2WqZamjI7X7
H1FPe2qvsb6bJJpYy37Qh5EbqYhrKJV7V1pTirER125zc/iE2WOuCyq218jbyd27MSMvMqah
mzV7II7LdbbY7z9GRJ9DWQT3o863ozqWSdUsj6z67s6Ar0DTJHJWSvPPQr2hubOxFW2DUrUj
FeoOtuUm+tvS2dWehNg3mW5CeprV2lp9VPSLn/ZKuH0oqi7Opdfx9Yh9PltZPrklDhDZWvSf
34zH7AeMYcn9r2+KOoXFoFzyWtTZvqauzrp52rOFJRU28XUsH/X1DanmnXalFnvam0kakDn0
qImufQiTC0i245cedNhWvwag0sjMcinQFlIoAU16Ck22CrytaaF2oWRwvUlDX/HJ3dtK6B+/
25rpKc9rcp1G4WXSvKkwxIctzecKtfzUzZj0ftzi0IzzqKgeSqAK9ZbF9cpf74b2syu1CqvQ
GYDEzjShcWm7PQZPbsuH0ttBf1Np6fnPhX+X2zdmPVPbo+xvfJE4q7eTrSlHlHaA+fRV2TT3
GCNdFBqC278bNWm+vqU+3V9llTWrqg4y7CGJoZmx+3YctL61kF+xigZU68BiQ2x6KReG1Srt
8RPK2TZTH5KS1oWnHz7IZazxUj7Qsadmqqpq11+D8s7HoeCGCgf2O3rLee5D6lEm51lIed9M
RS3lPh/1IKNJ83dRbT2JqpZV6qvUaKlZuV7kLk1JcKONgcj6KZTaqyv6TI/+4IntPxsMKBtd
AHruQKR/CfNQ6oHo77vs9mli1JQ1AA68VustfxtgvrW15bA2vD6Ja9JlNiDYvH2/cFw81eMy
hAVg4JO3cTm3y+s2jLWjrpsNbxPsZvHCAzeRav8AOOyXhGrYJKAgAKbMSHvw35zI87ytNQAr
qQOAQygHd1JWgGVRrqn2UDGErPPJbd+w2hr75cA+ihGyOQWcA6o6yK98mOcT4tdSYun8eWw/
LHXiTshRKo7NRGWkVYFN9XSm43ZtmF9enwS7EABZcgHunfcsSvgzacachI2bjfErrt62vJOP
8k9UsZqqt/PuCMqOM3ZWNKIwPmqzHlksnBCuwxpKxOtICmr/ABTXpJNWs3wMkgrU2WVGVn5Y
K3DT/kjPnb5csS3DZ6Gu8bxoDXXLGR1ZUxfP1uD5qLRA3T1ZFRw4ZUAM+PwmAV0HUTP+RmUy
ZeG7HO/Aq4CydngtZzYvzkO5xK7dNZJ7Rei/Zmx0DRHw44Vjy05c5diW8Pn6L/KfdSOPZTm4
leO6naFpqylGI64QhLjjLbMwNvkv5aXXYYHjXd2UqVxPjOOQ/BAAOWjX7I35nWXfAmuQkUVe
JLQu0xOhYO88agGVv0G59e1i+NVQu/clk2F1UvtI1dr0WbW9X0VvSNrpfSpMfUDljNdP57Ke
1JAs7/yRlUZ3xyVw9RPVHK9ZLXtwYFUcEvrszI+yW+mvLMNdjkjQp9fRASz68vsX9csqypRD
M7eiyP6XlSWqvtLsoqu23ZWn6J7JuqQ+7fim1sFSrsWhL6vOYtheytAkOPgpyRyOGB68NyCq
K9ddc22vsYpLrWRAbWox/HsxnSyYNmj4zlnFlApNaBGc0rEzf7kZtmnnIDXzeANEGdEbLa2v
fXXXRG9HTJmBxlCO+tXmtW6ZQFT2xjzjNxJUdl29B31EpwYoedX4lUBnq/M7k9lWaxmRzSpL
2khOgAKedzPclUrm0FjsS3dej23j9LksbIj4NaXM0QY5UuJ0oE10Aun+Hz6fXk+ei1YFfRSZ
j6cGVNrXcggliyKXdm+7XUU3NMiO5Fsv6Wqpn6umT/stZGX6tpBqzJGmoxwnX89VB2UGat2W
r1ddrTkm2reHQGmo8Mel5NreiKCltWwN4MG1XYz1QW/CSL7Mu68npy2ckq4H1SZQxqfs2dD6
3nQrRO0EoP5sOyX5LqzNJ+JQn2dn7ZKnRouPyw/UAKy1nAJbhpdaAzij5WgekZzCSE3YqCeA
FqhKX6LKNa3hwyGlER3YEhWBne6Gfp3UJ6Y6Vurvfrw9fk9i70AM1ejQvKRTrQsAhu6462J+
qrxhGjm2nVVhaopW2vNG2YFnvArO8Sz7HwtAWlaZxLKA1JFXVCDKZH0rhqwZagz1pBqbEsjs
khY+QD6g6lSzYwIFUHMeqCtAU15LyyZ/YS/iw6/XBC60kQ9uhWnUNSpoFmuUs/MVCBTznxwO
2XkHTUXgidhm5IGn0gqDwRTnH5aceszTZYLWn5CCSgvIhRrNQ68UnjVXt91JB/R2XmNhnwur
IlSq6PXttbiSF2oH1mFpvpyI/wBegyelNG2UHen2FSByNh0zv3BPGG/UfemUU8qwzzrIrbIT
m82M+1I0ulToTpyHJ42FIvFgCFJKqVqygEEduG4iVEpUC5QUJ/sN9HTZginGkBiaxNJoWzoo
JAGAhDY/x0jT7aX6ypSjN3/kxcuo4KOUVpqZnuwHE3DBgZDhgyBakK8w7278tyMZrADY7qHZ
RGgK7quBOzTYOcfYooG3U5/sLmpsairOQDyHVXYOysxfvcknmWOrGc1AxWZV7hgtgqhktW3W
6p/Fnb4oEqxgQklMnu7ijOeeD34YZqulIfIJZix7A7mql8VFmnTkgHF/uQSSnwVYB5gpK/4r
33qU3uxCSOOoOT690kpAAGNP63vIcl0AowZiasPsIwcEqyswYcvTq0wrFieusATsz5jXgmGx
SWRujo20gUV7ZXYZGe32FyEb46dm68gLdic+vHIAPPKfBaRMwx4QFsWrpNRxTkMCFDtwVABF
g3WZ+SvB2kKr5Tqdc8Ba+mGem/2Xz9h7O6vyoJDLjlkB2VUU34Ln+yRRD01pR5i0VjN7qgUg
KMWbFkQ8z1mJcqo/y1EyRO6yygcFeVTqpJjgnwZyUPQIVRGC9WWWoFB2HC67cMAqldHbcOQj
l4ATrrUVUUSVwCFmUILYW4DhnP1LjHjCA2f2MXJVk+A3AsOsnUjBvhC/odzCqUkQcuoacQCA
oObzUbPIkRGiF5mexp1tvMueShSm1t6yP/stcBfQRxuBittlyeWY8EBC3bT9GsKy1kRnHIVX
4/yLg2hyu+gB2pkjYnc0rPFNKZx1PAcIfrC2JZXXszhMbkmaciiFhJCp3C31K3OMoCor9jei
kbtezblWWlXWihXmS2MG5Re4deW+rCwOck5wMnwDwvAAz1aiUZlqYYCbqIzOtQFFK8vRAswi
nhuvJ7+YQKKpGNJWFvJ70vAa7VF71uvV06YuyttOp4K/3pwWdAMkjmhjSaFDnShHLAtJCZay
cpFcf+AZRRzqFVLchB0LhaKJKgaQC1m4U1YsliSjfYZMvffnUyYOxZm66xVn54P4ycNGQUzn
zJVXG44DKWLD7HoFzieH4ZPjJQdhLg41OrFQT6jKSk1OWkxYIxyalXMlGVTssuAxI6vRpN5t
vssrfxKgi7skXpbYZ3WZ2V4YDk+Ppfka29Ax2MJ+UUu3meLtbewvnJ0Hkw5Hn66j0PLCTC/K
c4odC0UcLqsrqrLnGvjcMXDIG5VQZBDUth4YHrkU4GsXWvoE/WiHvdQJ69OrGvLo6haLQ4Eo
H+sHAJkVl2JKqz9S/GfWGxegDMwCUCqOwwJyu5VS2vVTOZUl2OSo3b8iyn80kvsOXltFhsV5
GkWai8kIMdC03LTNODlxyQp5/Xl6eb+ya4nuYisx8PwRsnXgkZlFxWmor6OlLNr3qPsbTR+2
WnV5tp3CNOsmJ6qoZmeaqfrmSyFsbtyVcnuqqthwhVsDMG1yC28P4MnDbHOaoVi81M1aUiXA
xtinY3Ql6ADuBjhgGI7cvjLwVVQDMnF1HBDT1zs7IUPMlpNxk1DB9QHFBBHYIGIKKlSV6Y0m
50Ov4kmPADduM9OP0bPwTUFkKlW8VWXz/Z1xXUsnDfrfn6jy1NuaJf3ZTZvaL5+ZW6/WyUdJ
rPRnr2pCEUVpSYN50Wz0NOcD9h+ytG5a5YiuM6vhoOaE4jgr8ko/DajTam+yjPtBXbpxkA5d
mocZfgklhDvg1iA+qWz8dxgSZy2sM6tggxxdJ2z7Iyym4ow7AJoVYuuQl2yUggoQs5jk/BT6
+WlMhCvJ5LHzlJWVAuHb1QBv6qt7jo7JcjHdPrWXzqmQk4BX2dB9a369Urr/AGN9X+urV/xJ
QR/S1lYffstvcBE2hOngbNtmAXlR/b29oGtG5ZfjGUI3DFSUKsjKq8sCp5ZySoJGoihttFqG
RkfZYkw6lXoGZ+3I+uc9fd8/7Jx1KsdToTL5rp6tFfSqT/rq5Wvm6sre6zgszMvJVwvD8dQ3
OaxU4Qpeyf4ZDnEB7KrfYrlQ1Thvw2rZuxdsQfATPSU/UpLD8fu1Qi4OQw2tvhkG/p+I6zYu
pJbkerZmTR8tnfYdNaGxsW2m8b9ZpddPVjqr2Obp2BDdSz4dWiOVZAJ92pCooQZA14VlIzq5
J4LLwBqqEWqL2upXK/8ALXA4ZCWKEDfop05mYeuw+rsD3dwLP9hZinvRZdNNX0J/63ayjO1O
GJVRwGK4WJxuWVUZba//ABLqDsFmnA8GaE1dl+6T9gUAYpwZEtThgwdS/ccb6Fg1EAarKPOm
2xsp5QIvoTkV2GQakuu602yjEpPWHeiquXltbZ8f9fXXeaAHc2NbS19H3PR338/0V2h9czlf
P1qZXw5k18GvL+NtozaO133Naqg1frGqsyhWDp1MEddfaRgLNPNkDtCi410E41Vpx/yJ/jnR
Jx3NVvK1iKeXpqaeWVHj67xz8lMKckDCyqexz5545W8TB9RkJKqTtqWyUfg8g1BLyHUMMKqr
xUM1FYMkaErDou/sEM3Z8Uv18e/13bb2KA9nE0zR86WvMeqtC9HOab0qy6VqtDUlAKvGbu/r
efrbm9vfsG3KracuPw0FTSGbW3PXXU3PyFomwWE+09jx4VPreDSSrKhM5A5+MZlArLsIpnZW
7bI5AJOcFknJ1yVA2VXhvF2Jplo1Vp69GNAYzf3nUf7jYxgQO3IcHAgA/kpWdKDZ815TE7IB
sWQnaTY1mcDFYHLQVcie4tbg0oCVuwzW3VdZlc20IhtAM4HBYt18ifaqKM54Pk+eXOzI014a
LPSPiSVp60pDoM6E57Pu63ly3vQ3fT2PF0xpxQpvej6O/P6PEqb6e5vjX19DV2N2qKqL8c/0
dA6+p4cqK0Xm4s3Pww2zTiVnVrzVlCK2R1ps9IxdWkEUwNFApF/P901XXsH1fY2dva2DrVK9
cBblrKrJShA/gTbhUDkpB2Uw12PpTE7yYAdyDow1mhubCyl9jnCxJ83XFdcJnX4NrEFqMN3k
WYYh4bz+62CjrqQW15BUX+LCaTTD1OEEjb3tTSTZ/bzs13Ja2zfX8TX8wI6q1drXiPQqy21/
XnoyhR9/ajFIzz/z/VhyPQ0J9trXaNuzKWopSicqBPllGOeS3coyUAZWGGYK6mssaymzaOyO
zmXA/GTOpycLVfX0oTFZT2GbWryult0M9RplUVT7Un7rxn/nRDMnrBeucEnQhQarbAxdgFU/
niqRnowLh0CP2Cvo262PVm86JOyv9lTjOODs1SE9z9zUiH6/s+tP/wDPacV8oeP5yev+xG1I
7m1Op3Bt0Z/u2dnaLj9a1l4Gcf8AVsIHn6EmnSvZMZ1AGwnLtM2eL4Y0GMT1VWYMOcly5gOH
lT//ADbsBnMyOZ5Tz5O2zeUZGdDiRZjMXaupI4xZVDy496S20P7ED+Wkn/r+y/8AlxFLGH2x
m3SjfVXvrraeSgaJfXdpOjduvDy+DDqyaVjPajhZQPzdbs8obc9zxNPRp5+9r3NZVS9n0fSg
nla6nfkJV126Jro1LRRWt5+umvrfOA8hqqGQk/8AQyhh7Gp3goysdc5bWm4TXfqJmZvDnClA
2ujgFKddSXD60PsE58aT1HFSvbq2NrzYtpTw+UWc+fqTxH1Uak0A29bapNTTEjWw2ImNufnx
3lTR9/6jvfGeTKdLV6tWswBxPrMnr2K5WnSe2hB6s5QAHSftrq5GS2rgCqUmj0Da0fpk3GbH
kzF/2nf2dgx9Dx/NhX0bbT2Zy8kDS0Ner37N/sIACJ44ZjizUn4Gc4f7c/GUQOu9rPq0TZZm
/PkANjsRd8FeTWnYRYkOwVvvZM8m7Fp9VhsEfYxOcvmxeEF2vcYvT0qUd9tWIuAbUZj532vK
+pOmfjp2/YtT69r/AM+HVhq+r2/NzywDM/32Fd8LQQfk7BECyhPrcbkY3V9RfrbVTtqyUa5P
CEUVZPwPFkaKWAwEsa7AS+z5sLJvanoefdH9GZ1/L/ImNLZCeJoWO9sNRfR1X7QYs2IvweFA
btnxx2GAcD+nrwNVvMztzNsQB1+plE3ZgFYYyhQOgHf+XjlmpvcroMhc1Xrn41s2JNs6ayLB
dccrJFC6qMH16IvlI6a1tfsKa95j1vOruaVfJ2J55ukYS9rToLDjPK7tlHnKX361m/Diovrb
KUbU2+mprWVX+vvPXZm2kRVi5WCuhy1ig1E+3NMrPVLM2TQ5vrxhrwmx6n42xH8e+us4+P7n
ubnnayfr/qbmvve9rfj+l4W3+R56IAeRjDk91AYOcmpJY8AOeMsA6/sOoBtW56z54ZW5UOzT
lVmRP5uoXG/v4Cv9n7FT69VZuS8x05pjy7EeVEE+fHmelroVVEDKlAOqqGGM/I55zY1o1Wmn
+NOmutmTwNBqy85ct52tRT5Oqw/0cQ8vHOJ4+v2n52qo2vHmux30JnXKV0Y6+4IUmz4dfbJ8
9WeskPWz/jovq2za9WlJxo50vedaJ+u+ktJ/tvkvuI7PRv1/Tvfe/YdA3l4mn+PLuSeOQf7l
VGf3BYICTwn82d1QKQT78Q1H4ZpDkqRjIuduh7Ehl7Bpnv4UOE/aGJaVOA7hl5bEfYk4fnCw
z54bnOSAGOcngqcZSp5xgHxgqkkABuQT8ggD5J7zmX3dYYvoz7FZ3SvjaDlP1+Em14jXiUkB
SS3HneOmpbuBjseOnY7lddNnQ3uuy85biefY6HoT2UpP0v1g7G75nnp5+vMdsVWCI54DFs5w
8k8cAJzj8nK7UtdZVN2VDm/rjYFleGwwdHQ1GGrlvsdTKx4L8tLsT4qj6f2dO6yVihAI4yxa
l6sEetppL/bxD/7DW4Te16V6kYFJIBGMpOUHAtdZShudjx/Hlc/iMvYzXY2d0M17gzoWZC2R
J+um1IFdkktvkA+g9Dqc96UbgK2bWxUNs7dino2qW0/J2G0dLYia/sGr12fC3Upr8lcGCyTc
KzLKiOyKevHxycC4xCrtbW0x1/PoxT60Wu1GIhsDYb0PCnt7275v49Px1DiMwaSQ51TkLMus
uM8hAmt+xFcJZQOgXumDaWF+Rapipnu+Kql9LZQ6E5Cd9/rUeooGx6TIh9e/2naqRfszipJl
vBcO0r1psAzjtcGmzVEnvTda7cpyttk21tm5UxWOw7cL0ZsiqzMqnutgT9qgbnpfWN3eZx5m
v+ZuFPrz0dVI7DIu/wCZGtPP3NPYTailUoU6hWnRoQg0Un/x/r6ewIaw9TkU2wXrXd+yfmPU
7XqTlSLMye2WAvQ9A57matgiEVEQMU+PPXrH3Sab7spxmXjtmt/lOkFzZ3p69ab2muVt5lBr
66iu9MptOxVn2nXIVWjK9EA2ELWQEzRVZ5rybUVRsKxTaaWa+zNnfq2LIc0/i6uWj9rhtbfs
stdy831q0dNO5O0k4T2qyo+2XanheadTV6nj0Iow1pvFPZ00/I8X1Dp0+gMIbxhVdjZqumlB
EfGDscbt1LquejJ3Agiit9YM3pdM2dnatnlaANftSMvQq+2u1EyqHeljfYmU3LnIb8XUVQjW
2EOepUnf7g5yQv2LmuolS2zr66+hR659qvI8A6U1MfUiDlBM1cL9kWYVF3pjyIxWp0TgguAX
ZmWoUK5YqnP2zuBi1gx/xuyL1cyUHs7NqskGi60zdXaaWzZkSj0tTy/LB3gFmiHPSVzmz+YN
QM9Q+urV8ffSy+kkBnmzoVAUYWQYNiJz7+7NPq3pehNHru7NiK0oJaGxZpadgX3/AD/Kn7P7
g2yvketew2P5G8OlHb7ldgWQH7J0ob+YGI9O/OwbMuS2GA+7Ds0dqUcxJISLMhQgnz7rGWw6
0nSWvQLHXUR1UUHXYK8qOAvBEvhkPZYFQ0xztIn1rR1ajzZIUng1pExFPt2NmnOuu3YavnRl
j+to67x3NWg3NNLQ4WN9dtcFdpXCbBQrsKc2Em8lWYrta6O8631djWnLdSPec6xnSq6Nhiee
vZJqi2YKm9tztuQdAuhqT2lt7Glotu/ux672/s71hxzqC5dqfQD5MthK+HWSPAzwoVZVotPP
LJ5+4CdtUBDUZj2bFb47Lw1HdZx1qrsV1oJH0jVKbWycnb+fBd0ltNXX0aGctCcwPNj2bTkA
fNBzZ8/amHOx3tZzlApGxToUpU5ElWFCzgHITjrQ9HZrtMn649FPh7MBre3swb06J107kwk/
CrR2xKsDO7l/SXievdaHY5Y/rQp+NwCPqHb+vv7TQ0NDzPW2AsxBX3r9dvwd+lF8P0WM/wBb
3mEfAnF9e2prjZGvtpZNyEtW/wCTrf66dztQaZ11a9GrJPMuwazf8f8A+XU4AgWcqZVNhKR1
dpg+psFmlsa2J/xX6zXU1Gq0oJOdLRiNr1oES9t55/uNbpH0UqVotE2/OS52PNoMbXrO10LJ
qxVgVK01+GzRX5jpq6xgslkzKpI59nW1U2Lp92TRJzQsRNuWVWzu6kVYruaNkp9gVf16z116
XotTsEYLA4dyAz0feebTkUGxtM+IGUsG7dyGnUqK7KLJJRW40ILj7ulqsfc8rmPp6ewZBQ3o
6iVpqQ+jd9azx0V16nL6igNN+frOCcweFGL0JYznh2YjNqqVD0sr+frLsbEtZZJ6PtygHrS1
CCcHABQ8rZhkPQeUo3Syo6MN/wA2dl35nWwWIWzMc1f/AOqBoMg5rrsvyKz771Cj7dO1dZVr
Z3mciPnZBRphgHShCfOSVmz0NvVhf9Q3NV9aslL2faDiPpFX2l0l0Ou5t7jG9UmyEIBlWt2r
TaWdPQ+tvzNLdV95dddX2kodySb4b9dlzvaTaVfM3Nms7F6JpR52vdYqJO64tAMdm68rmurN
jR5VrmWXuXKsQZk862kNkasIaev6HsvVhx37znlvQRHf0bB23dziHqOlJ3lZNRnnkqJQq7Jn
o+bG6bGuy0afKQkZzKBVgZLMKvY9Rs+jvs7tC18jL6V/k2KhKuSWi3C8fw9n0Spn+wPPTnO+
1fyPI1tCPdeBoa4JVQv7GV+rT2F19dFchtpUZgvD/wAMbe1JHf3fGslwq0mV5tB4tqeteDav
rpZ3MaBYpJ4VcDWT/wBj0k77JAGBAhqA2cDF/wDUVX2Nym7oXmOoBAIdV6Z5KLXPct9etR1T
E3IKd3fFX++Kk7YAbaqclM1TT+yB1NgVnKnyjCqIOB7Ghya9hSZPH2hTpl2QE9NvaK1lINZj
1KnviqvD1WExNyNz14Qavo7da8nCCB+oan8lbY4gbs3Uc8DPaY7XubLdgCVmtaNg5Y7EBY00
e6W8OC5taN4nNcyYt5VgNPztr7AoSMmSgnsh9jVkEy4+3Zqh7fXMl3HPZs2tKdowosNl9vXd
drzFNNvWrJpq1aea0oa3vWdtlqlmvbgck4ASRq3JTytor5nmo5OpRM88ATlINk41VgCMvL7Y
72oErKD9rB5rqEjS2WP08F6KpGGZGdOQsusti0ZJu+ps7Lf15z9W9DT19TU9DUtPugX7J4HV
jeDw9E7QdL7J7Dd11wbkKTt6myH/AN7vrU/sm+Cfe7pYqz85q7tFZ/Vp9EaNVfO2+mD0ddoJ
v7az16PTKU7BwSz6zHX+i+U3ddp7zMttbbV15Pexe84lZ01KBq+sP/Ys5XCSTr69L083xoxE
tSXf6k6nSk5+n+J1zBpT4VP7HjkHke7FUXUV6ipvN43nNa3lWGsA1iiNja/2LKR53T11fR3W
2r/0A5/qpIOr5f7EZaw3FmyCRn6+nA+p7q0tX03UX2qvWbuc1915jX3NMRemkWbS83cQeC9K
a3h7X3beuYXzW2W13pvbDh6O+eWq6/iRsOfI/na/lxLrpKGadEP1vnlhu2/ofkYNcxxUcuPM
2Rh8qCqsHO36zjizvzn67BSv8cl8qAMnFQPqQ4ZJxJD1A4zcpwuhQtm9BNjX6LoSWTV2USFF
9YGUIzkwmvAFOq7LJCPre1ffb/q8TXXY9Mf8fqlXH8vUc3howXZ2Rub+zJ55D6qNShdw7Tz7
SoO3XhNzYTNb1tnXr43o03xueUdlGHVs5JOnqW27ex11tOdT18EdVd68kBsE+x6tkHrCj7G6
1KaurViNdGPpAttXpml/7FfcDIbMWfPD+NFH7HWBEUPJRjyCThJGIc5HG5UvTRDdG/4+ps/b
62j5BfBp6uu3sXEJw8vXZD5EiB44GV8Wjrb9FDZvfqnq6uVjWR/r85+pAf7OihZSU/U/IX9l
3TracQzU1+dhGkIUs56swz4/p/fJSer+TpJp6d7/AF57/ntC+a2tXat5fnp5+t+wcM6EqPGU
9qgqx+olgQeMpuUOGmzQvDYRwt3d5qhqrMuubQp6Xmz9TV9DRpp7HU54k+vna0uzc9cFE5Wh
INuA2wBk6jpu7ZlOCm9JghfU2Z62r48A1RwR67k29uwd5L0Tn57nC5GfY2NZetdPQ2Btfpnk
2G7+r7+u7xojccZ+lx4rz3rz8Hqo/ab/AG+lqjqjbVFeEaegttehDKBn9sGQ17bFPN8ddAPv
lDLiZ3Vjv60fI3dmnlePHQl1bPb4XcXhT5UlwEcNrKT9DIOhyia9TOCInXqayIWihst0MhMB
vC9RLr63kx3i/gTnWUlREVVK1d3RmJD8YX5ajcsP4Jso1W09X6FBJz2a/nepNROSsedrSntN
Pw6Hd79cV2bPs4JbkAY3914wtxhrzl/O0dnN/wDUX/N8nym87VRFGAfx9j0k1Y2o96lCcZSB
4m++ptbmlr0fY1Lk6vlVsdfyNOWTvp6822GdtaCnHi1Jx0pQh6bVRF/YfQlR/wBr9BlnTb26
W+1V8n3pyaNYVwjGJYdGxvItNm8/0I59e/2c+sqNs76htqC5p6+tXX1fDlr769fs2dRXLRZD
NgB2IYMef/BJzXmRl1pWWvrVm0VAX1vVlow8+jX9JfnCp4IADMADwSG4PYdmHwCxxgWPwuE/
AXnABgByrfYB8tav1p+z7XNuFI7sMPPVf4tLdGL+StKpRjNaMoTgT57TUKLsiTh6K7O57Fvx
7NGRKSlm0V+zVlF57Og0mjsbeudb2vRVtDc3K7nK4+1sK/8AtVDLuS5Ho6jgCb5fzNTZZ/L0
+Wh6Un3dmjT1ffRSrJsTOq/H1gh1wllHPKhlAVicmhOej7+hpjZ9K2/saWxWF9dy0mx25wdz
nYgIew/hz8k/OD4zj5+eVVsC/wAr0WaIB2Vvj1d0SWwatGDDPjheDhAyUfv86dBbWReB0ATq
GCKAu37cZpf1dywStBS9W2tZoVR/4rlyTtaQ4Rm+GlFslELmm1Brfla+FjLC8yafSVeErJPR
9EMvZEDMT9rrg2UoPf8AORhqb/oaD6v7PsUEPVarr6GlSlFlNvqbPpUZf2vK1M9T9r2r49Hr
mvyjrtKLebuR2IDg4/wTxw6Er+FuUO3BoP22Q893fUT9ndGJ7lSE9csU9SDCOxB826/ZeTAL
sbHWftbzbG1+Cqy2fPeQKDoRxg558TYoL7GidSiCpYGYTZ9LSmuzv2v/AEAJyZ04DzWXa8t6
/aWVStmAfVAVf7YoPOnMvbZgNlf9RHKSmuGIGMhOW82TsmnsIzp6k8/I9SeH16LkfX12o7KF
3/G16vu+Ntag+3ZQw9rfg1v2r1Kiv7Z7FMv6e/sYGzjlkM1Hcg/aDnheo2tbWsrzdeSycDgD
FKcerCRjSPTKO5AH8gAMR14nw7XtTWn5d3MpqCfW2/rTzNftsT8/ld/W6tcBbn4xSozTqFv7
l3d039tpUNmzjODnHGfY5Ty/DpsNtLtWIAQ8rxabU2OAMDAYFbE3V1mj76M/+1bHtM1NPkty
OxwcKT8noepmrDb8rUueAyu/CPtTs3oFPvSbvhVhnB/oucAYcJ5xV5wdpv8Ar3tdDJg4IAFJ
lhfzoVfa0mnp1Dqefk8Ng1gC8qpkQQd5/srpef8AUrTcp+wd1f8AXNWf3VDc7Uyy2bm5YHOc
8jRfav7ugKS/WvH+yfr6OtFU1lDO8kLMhzXtryoP2LYTPO9qljua4LdcCDr9QzjjN29C/wAM
82JfimWfY16L7mzIp+w6TLH1PPfBbXdPnOrYewBDNldkBtmgXXmqpr7Ldq67uFEhRG1hy2tH
6l1ORSZmGB4nEsZ6NFEPJNRfzvoHk+1WB1dudR8EBQcrrpSb6G02NOoZZMMKHgF+Gfu3n+KR
dYtnbg+/PnZ8HQGrpUYIPc9/7cbjnFUlvGrHWmHSoFGTPS+5mjraewr/AK+GpP8AWvlvH8nV
F/R8+eaRvv7sQqC+rrzOzJZPrSa82KSOxpiwEqZPW3Bn1HO1zWtmB/IhzS8ROe2vC+lWQn7+
zmv7mjaJ9bSK6FFpb1qhda9XOoxBOueGl16N8FZs6rNVyja8Q7mzadtGCX9I2Pk791p6+1rT
Tb2EFPL/AGN4rqe1r0xNibjvn8c2fMhfD40AN+K6tf5OupA1Mh1zX2VplOhX1/JTeA2dWEPe
/Y12Fbklh1wKTmtrkPJsntWU6+7F1pKdkGuk29C1NbWv6fpOQt7NqeFsVzUhPXVbTGxsAPTn
gVRmRPMVQkERFRFx1Dz/ABTm35e1rU2LXLW1IsP5zLWbhaFsYnkO6mVG+3Rn9dfaYvmzRwjj
hpUCOd/P9mOjbtzn3ULNer53fNLTFaV8lGlWd9d92nMqOnA12qJ7WzrnS/Zwg0v2DUuV3JkB
u2AEn0Q4ju7e0b6T22927CEPCW9di29Odfa9Rtddn09q80HY/Q8w0S+T11DfbHBZSZkLh2uq
6/plSu5Mo+y6ZHa1NiwTXkFohYdUPo7glsygL6zJRcYgCd5E8cjjsASM7jGUML+bq3zf/WZO
lfOp2trFAUPDKUwc88/XSVVOba/Zs7pIq3/LOPj+gz+2BSQmy6v5nqOF9X2K3UQm42dMyCUp
I6uxG6U8ihy2vfXfX9Tfhmv+0bymf7Y3Gv8As+m4Po+VXPOjqD0N7ZBhAjU1G2yx2d1qijI2
awCPsbXbH2XI7HFZMkJPSZDNubH2PPYeZ8/bpbFA+qE1GOpUyCM1wgTe2Ta+koXT3dlpDkUF
9NWzruRt+ZrBUpKq8jG2r8619ly4PG35Gvct4OkG2PA8Oit+ra1Db9c39fNmHCaDLSTD/JtF
Xqf74MP9/jhU5M9O9MXTuuNrvIoPlZsMiqjKhOuxrPM8kHQ9zY1lnu6F2eXkUUeNOqt42wiy
8vY4JZKfmnomwr5ve1S8qF7BVVA0n7lSFdeV+OSiDD8tP4fbswQ/08HUfozMD3bGJ5mp49C/
0a2tI1qdz8UetuDbaO1XXkfU2SW2KWITnNOVVf8AjjEKNneCrr75YsjOPxPkaMeF04xI2tSz
eroyR9PZCbuxQNJunU/309ddix8rZZ9b9Q3XnP8ATdfj/wDLJLN3Q3WLagD30pUjt6NJ4LXR
l2mDmhJIWi7OkqlpMD/SexeRX2fTAp6W6w7v2Rps5pN226qpXYPNbfyUk49F6dpcrqTZGi6l
IMwKNM1NCvPyilm0w2vAOOKsq52GIwVPX2md/O5G6yL12NPVqmx5CMz+SECRUKmqyYpZF7Zt
7hmH9NVHk7C7NTaKgehpcv62hPKsuzrgtDe3tP8APgf1+0n2Z/WGg7p53nz2Nl/DlobGt6v0
qntIQPZaZn63c/aVymrGjiMROmlrVXe1dGRfWgKueqUi3SuvUoJUDOqqD8H+/wDQYCB/TscL
s2FznPIQM2JqfwEBxYhU7u2QVuPL0u9d3xpbMqeK3MdBZUHJXY4kmqVpNIED0Ft+Gv66b6Pj
+MupD/llm6k7UGqZLU6utHXDhc3IUVuWz0ItDH/DC+dB/svPhvxvMbPrRsn6G5Ea+prJjfwG
zu6pG7rsh+6SDxfK3GOz5uvsmngqcX9eQH0/MpFtFbTtLcrPB6oJn6EnPs+l1lsX/iNmyN95
J/ImSUbnZoi5bsG4/p8HOMPXn4zqc4IwoRiRYmcqKZxnlAQX1F6vAqNaBq2jIfV1Crv77vX8
haul/qYbCVzU1wMYADatX0NqcxGStzij5soY+hp7CbPn/a+qqDGC4UBX/XRz0foeMPNns32D
raEt73Wdp6u7tB9Hem3nebWannl1LjY09epp5OtScvEhJU0JJiAqF+MbK6srK2pJUr5NWfY0
9jXU7yhNqX3qyVCuQFBKiXLOiVda0maiIdaa7LjBQBMHPr/gUKlZjlY8K8gUUIBEDFIJZWBi
HY/g1GJog1IjNNNUOvsxesdjUYCOo64NcNn48pjY9NYTrvbFtjwvH2YuRweCM6/FeBNt3am/
nba1mAVysOCS6H7KY+q9a7O9p6uVhueqIfrukhVFVVC8g8YRzhHUOCMPCi3oyTD7TdqextE1
3dqgZLs6rVmTYrEV9jZC1rSrv0XHdcarzBiaNSX15oaLO6aISdvKKL9JiLxekhogltEqtNdv
srCpxA6D7m68q2fy7a4oxeVJS1TrqNLXXZI8heRpIBbQWxWJA32tDUPuScS9TWC09zSmd39k
YmHlep6FPN8PT0FA5zrnUjCudCcprSoJaMJ1HZi38Q4DZ9Yz0T2SHneV93AGfPBKgU2lnRSr
D4A5XGYEP1K+hNZWsO57AKrds0aRTN3Y8+KPegc3HNLKucGmKCR1IMw/L606vrMFE6szVRaC
jSJaa/S+qJNAh1toh2/1wZE8udGp5LG9PHp3Tx2BhoianzBsZPwKOdfydqOxxh6hV/sCOfsP
O75mptRp+q7jLH9NXtq+D52nnTgKqqCeMXByT2XFZCGGcYuEcg9c7DPUp9m3w3MPT2NalPQ1
gNvemQKuW8za5Hp7FRsS3LTZPZqMh6mrY+i0q0dmnjseqOcLngsc7goZnlZfKyUH6lGJA9zr
J16oiz6EqqocaSdlUhZqnYaDAPB1yf4GxaWuIu05nP7Y0pNkxwPrXsCOf/DK3JJJCnkfxw9h
jjjBRc7cjgswZcJ+OFArQIfyORR/kN8rRxn3VxNifHw+dFU8HL2JpAcG3JCN2VqDtK3fIu8m
3NJ7rta31ZZTwzFcnX4aobKOyn7AFFuV/lzKTOVlwFn/AJPq5Imem7vX1W1fd1qYK69Av1sA
Oyj6wsk5J/4/bOeuntOr2SezNvKimTspwgYwDYgAUuAoqVxLw7G0S7fOEL1I5HKjDVcFscAl
WZSuw64NlMFEofjrWSUP4zcmNVLJwvwCW5AB4m5QqAR1zY6jJ04Xq5KfBYsTJgHnRSV9dRG+
5sUZUazDQ2Arr/k7HjgseiMokykfGT/sB8HkEAZOmbCB1voQXPuAGpvv96Dkdiw3d1IQ0KUp
q/lTkf8A1VfXqCq1WgqiFraW6XhMxnznIzjkckkjrgNA07dh2BBRmHR8KuAQeWClfjCOQepM
rBguzwEpJyeDnYHPx5PlIOpYdSG4UFhn5FcspF2IaboUJlk1zqvPKhJt/MVxbFCnpTtrOScL
/wA3oqmTEhD2PBJmOmA9069sAZDNVU7PV82fJrUv49VxtURMd+xouowWfms+xdyG+zq4fJ1d
WnthcSyUkoBFQWRmoMS1WeGz/E2mxmnbGTnEYqfyZqj/ALDrgr+wQ5X2NZ3Tc7NwzD6EB396
caarbtn2tXc0X87ZrsS4+EN1NL8YNjgHZDD7QR1iyiCFfofNtCbkAu6ABmZcU8hlYllE0+sc
jv0Dni5CxdiUGtTu8HcheAqY6nnoAsJgHa9fc1dyXt6t8JR8UAlUYB5txXQ7KoeVdH9lsuaW
5p7SbY6tRf5ijBpklBzmtsrALabKWUZTXD5uKmogs+0EjtTaHv7apr+pr7Mvq5y2s7Iyx1Xj
p+deUvEjGv1kHc2vQ11Pv3Uw9fStU0ULse3pSG5+ybNW8/19i9hQhSQc6fKzdiyFWHDHvw33
Uzbn/wCzfnklgH4LB+mAD7KRXhIjhF4p1mxdGKQINOGU2CHO7HPsPKMC6/OclM2vCrRx5G2z
6P5OttEBSq0J6HNja0Nc+po6jUaTIfA86uzs7moFR1IYcNnbgSKkqQTfc+gf7baJ1N56pt7t
Nmmrr2NNjbvV50Ri1pBq7+xsUgaNDa1o2C+LRbqOuU/vJ+U2vP1LB/BlVvY5lN+ato+S208t
aGvg7MeCM7MCjEN37NPgNwCOGzd/jsuCmUAI4chgcDAMxHVyVybnm1nWa7VmaZ/yTflqqCvC
cKHJ+tjizYCcgMQMMDKcTVilyByquoDMctoau2P/AMx53N/B1WGnoa2ouxsrNbojLx1AUnIg
rm7uGeUd3wO6nXuyqs9lqa7OE3vxXW9gjirVbzNqMNieylZjtnH8dmgRUqr4N2RIcEFuB662
2F19KWuvU5/DAP49RgYBVYAgc4eFwjOM3gG2anHJJcvkwxNoFDwjh5khuWyqs046hy+r0aTA
EVLz+sBWDHE+EmVzr2VPglPlkPAHwiKSFHP1jFAxqzUK8nHp0SOxr7Rq9JFsMyAxPWzM+EHk
QpUmVZ4L7KJTe+sUpY0dKMOCM12+06az19aXpr32vSdHf0tid197WFDD7gxvE624GDH4Ezwe
Tn1kHg9WQtnQgcDkfxIbnCTnZc//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8A
L0JuBurrev8AZdev7HVPsf8A8NtPst/YJ4x3SliDspEy17vWhiS2r3RJftsyIvM6BSdyS4b/
AKVGToyuDoEYyBJFeroGBanc6iRK+x1QMmpYBFiegQG5uE70NEXJAFtvhTgEmzEoguGpIfyr
IEgaB0RJztiUzeGw8zJj60WBEY3a7py5anqQ7urdFjWJJca/CiTLGYvVAX0KYFg3rWw0Tk09
NU8ZdQ5UpRPeDarfFkvN4f7ykDVkeq6rf/a4wgT4zk61A1pUssm7DQ7uqht/QpckNA1aIk62
A3VXOg6Mse1tG/jQYizUr+ymdo1cdfKgC24IqpHLKTsG0ZGgdroEauDpGijEig/FEDuJPc9E
4H30Re5OmqGQobi9EDGnTYJ4ij3GyLiro3Ox1/MnFSG+5FripdF6A2GwUc7GtE7UGnupwBE2
APiQzFtqCSMyxAeh8vwr5sWbUaqhpLdW8rWR13Jv9lUD/tcgXaMiMdkWo+26oXOqAIZ7ehfK
IGOTGSkRLtBLaJ4AM9SdlIGjWFwjQCtwERsoxkKgPWkU4jr6EzV0CJkHqzCtUHsdHsqF5NT1
IltixVH9CZrB5NsnqSDpR4pjpb0p2BejlEDkaX6veQJLEarKVxf1rur1Tgkyjff8qeTgGw1J
8yY62JuF2xetCNVGLd4qwqUdOv70UfmeKVQbMv8AM0bVS6FV+1n/ANpJQgQIl3cav7ykCGl1
QHmNio0YAV9COcmjEkgdR7SNPEbImFZbdB7iclzq100XG2qMty5JoUJCsLVs6ykWiSwOyrI1
AbYruDxFWZE2cv8A4Vk7A6WTuzfiswO64dZilgw399GRHcKxxsh5pAadUI0s9dPhUgda+lSL
Va/+FESDAj702JYW1CJJfdmsgxPrRD5G1f4UwiwNG6qh9aDPUvRaHcrTw7Ikapvsqq/7RRFT
OLiLALIip1KD3GieFC1imNrSc0VLMXI2RPqCbJtyAgQXB1su3LL2h4aJjIPQyCr4behAP2Au
x3VHIOijlR7g1BXcBjdk4LXPQonTQSH7qA5IiMTQtZFqRegFmR3/AFBFjfwxoAyeVPQqtJqg
dECxIegQcshTImtNEXsKyA/upx6xqspOATUmyYSFbDZMD4QQQHqjCABerbBeKPhb1IN6U+q/
T/tc5m0Q6lj4WfrZBr2AXcCDKq9Orae8niC2yAiKAUfdM1TWWyBFemnxJ+SkTcdU79pFG2TW
O1kxiHCkQXL1Bt+VESJBaqZ+301ojOJJ2qpAUlsRoibk66BkBJpAbaJoOw0vRAEkEfi6nIBv
T/CmESYsKqJq59SYig8wUZRDxBoeiLVkSztYFUcbgC/xISJr+KBAobjRPiUDEOHZllY3pdfl
Q9FEVX/aq0WAkO+QBZSAHcAH3VQ5KvkDcA2KoX3cJj4wXPoWTnqgCHGqBNxT1FNZqE7OiATL
2ShqQ9Wsu4j9aIBx2ZFgJbEav7SBYPuiAHNvWnrmA1QpAkh6NHdSEgT6qFUjiLrIglAguTq1
ijGca2iRYsi4JPRddAarOhY0if5UJGhN9P7qZqtZHKuP3hHEkZXbYp4vjGgB3Tijg/eqScis
m8S9TptB9g/2nDUglQlyGndGXX2ETKTvVv4UeTkN9SVFqjcIgC51u5XiG6JkHcXeyIehupOD
IMBS6AoAbj0e2sQxJ+4hDKmL4t/EjUA2GzIkGliSu2LuwdHkJZ21utOmyJNQN0MBU+tPEXud
ypG0hUbUWJPcQCJGlPMjGMiA9HQNIDUkv+ZAylGRl4TErEggmLsTSY+NFji9KrLSzoC8jR+i
rpTIlS7rdFAk3oyD+G56FPSWxNWWx0I3Xqf1prq9V1TJzQWH+zkUxxICjAVADka/lTihKIIo
b7LbHqgSXB8x3RFDF7pouyZwepT6AUIohYAmwv8AtIEX2vRSoamiMnrudUDPTRAxB7aLtq1g
niDKTOdgERKLUYOpExJBsbOiMfWdGT0xlUi6NT23AQAFdFgzuHb+dfKLQMe4EaqEhIkxDyJX
dTaWycVD2CBBIOoWI8YqUS4AbxFUqDXcussXGodBmIaxssicQAw0Xi8qAaqBBob/AGW/2MAy
GcrAqXyvpzLjNpviB+WaBwaTXb96KP0/Jx4csakmxHuInZckibAtsFORrVifQqMCBUlFi/VM
PS6xs2yAu3srDkBDmlEBdrhk5AcHbfyp6sdLt8Kc22smNWLlqld8cSTQmrq3bod12jqdEJya
PH4pcktvYxWH0RMYgtLkHmXyuaY+c1DpL4Ucf6j1AN0Zx4jIEWFWTmOL0YiiL9pvF7ISJeei
lyRDFqi6cVAdwSzJpRF2cbIx3/Qso1kLRtZEy0qWCyrX9KyYPoDdAg5E0B0CMbProqBhoHuQ
gJgina9V4NGVKG/3LuLHbqhF6i66/ZQ/YW1v/wCMWvojP6mI+r+rlWHEfDD45rGI4uCJbHtp
j7CP1HJH5kQQAY0oVxc0I/I5oSaVfHAokbKQA7jCx8zqbDF6torMNEwYRj0/eTF4nQ9EGqX+
9eFidXday66ujlbVSqWLM5oGTBhLTZkTKw8SxcSgRRDTbZAFyT4WClzfUUADkdB7Slw/Ttx/
T72lJMG1IMrIThIxALv7yHFzFpxpkdWQMS8TqFhywEgdCE/B/Tkbu5C8OURZkZBoyBcjdlMG
BI5HrZEAG1Cf8SjGQZ6v1QMSB1B/vyTidRTdAaagbo6gh39KxDhHurYlNobF/wB5d0nOgO68
As19fZRbS6INyb7oSjVOL6qqp/ZZ/wDw5ckyzAkDcgeFT5aznORIF/Eo83K/HxgvKJuv9JKA
+WY4joo8RrGREoGPmDrjMw0jAOPUjlaIbI2ZCTOEQbb+ymFWv1QI9Lm6oXcudlIXpcICRYaN
v7yuTuLf3kImo0OqYHut1TAZVuUXHoFqqMALeKlnR5OaXh1OvwI4kx4QWjx2p7U1HGrva9ED
IFjY+ZkGFBQ+8UWoRYM3xKPHyDLisQbhCfGQRsbj7WMQR6FyYkgA70+FShMAwZt383Z76OQ6
h7hGJkIjR7/lRAI/QFtoyDFzZ0xN7lGjk6gUCJlbrb4UZg0p27LSz2TfehIFgAgPFGQP3pjb
VPCQIFwE41/tU/8ACb6mRjGTCB0/7kVM/RcoziX43HiHiwWHNwEQiQJylT9lS4uD6Y80QMhM
dVw/6uQPz5gxgwz4gO6SERYCimLGhHoRgxcm+yLH0hEunvFmYIRCLkRH/FbAVcqJix3ClGz1
fdRER69UKO9SfShx8YJMvNoB7Swk5lLXWRTz7YRPbHQImJeqABxa4GoPvKIj4QC5eiHNzEOC
0XD/ALMUJQBhyG8ojxIgE4ioJQIORN60Q5ccZajT8qyAdrqMhF3vopcsbzofX5lM8pEhIEDV
ifMsnMpO9LlERALVceL4U8YkAaEaoExc7Arws92ssiXj/EgXOOgFU4LiN3/lWTW0P8K/5InU
7rFmQa4spGJMZsgQ5JueqAkWkNNCgXd7/bH6T6YDkMf82T29xTh9VyynOVosP6RPklJHlhAT
hRp6VQlE4zHigftd6f2O41NgKlEsYsWaVEeEB+PgGLby881xfUfTkCUIxeL7Lj55wyhIgTkL
RXP9XAGfFJjE6UCEpkmExWOzeGSBCjKPwkrBgJXf/CnlUsPuR1bcoAjsI03UsTah/wAKY1As
CLJ5Fi7h9kSKuKqgDkap9NShCIERrI6LHiIPLqTVS5uaRLeECwV73Iur10QM+2GlHclYccSd
HbVf1Zx45aoO/KRUsGDKXyeLKN5RlUfkRIpkXxFnUYiXaGDeVYcpEJ1tanmQlAiQOoRi7ZUd
CNzqd17qk0MXrluiDX0rIdhAaixMxLjv3DVE8eMgSxGjI8kRSwaqclzoESAG0/wrwzsidtCq
MhKQYG5FViaiYIqpcYoLhCQqbg3UeOUXBFTsEOqPJB85nCLblfOP+f8AUeY3HtLIEy5JkAuX
d1Dg5O54d/R0fppuYSJAOhifBJU+4IusZsyAZlkSMdyhE/U/LBFRDu/vLCHLKcnYPWSzBMgB
kyn9RI/KHIXPtI8cYnPi7ZOPHFHgMiH/APTkI4/31x/R8JM3L0AA/wD21/rPqOSODdsRuVWx
2Uuw8g9kXRxhjJ7G6GQNbFNLy2r+8jJqfcVWTEeuvwrul0YWTlyI1ZWyGqcAgXQkDKMNT5V/
pvpm5OWVDW3vTQ5OQkkhwNEJGJfUaIiI7aH/AKU4NImzVJTY5SsBs3tQTzl8sG0XxUc5g5UJ
FfzKkTKt3RiIMNAApSgcRqN1hME5B6b/ABrLkcU7SLn4ZJuPk7To/d+yn+p5Yw5o0Y6j2kcO
aMj6V2wEh0OirEOdHWIqE0aprk3VLartDT+8IiUPk8juCPBM++vl8gxlG2x96C8X6VkbvTqs
SPWmuNFKJbIF4uvmRAyh4kHDGNSB1TgtsOiAkPSy+mMSJ8fzHmOijwQk/HxccQI6CR7pIfV8
5jnEZQEiwJUvqZQHzJOeOMdQuP6znExISxgJBn/Ku+YBDOvEE7hZOwFfuU/lyMeKJYDdvdWE
qRekRRH636mInOf+XA1x/wC4geMtIVbQqXGDjywNYm4VS3KPDIeb4138YBFXqY/lmhzcMaSD
AgKHHy93LC5FghmXLN6QpcZkcZBiPZTyDklwenxIDEsLDZVfK4QAYEWconLuKL6ULXTvXQIO
5H6vZXHPlJFezj8xHvKXB9MBLnIMRj4IFGfJJzKsihiS73B0PuoGILR1QGQZ2Is3uqZ4vL5T
dAt3Gp6AoSkX31QJhlj9wXlEbsdinMi52H7yfKug3UxKNBQ7IxlDKTtBqAIzHiNJe0nEXIqS
2RCJlKUONnLb+0gOPkkKVYsG9pO8eQW7q4pubiEj0oUHB4+hqu3lD2ZNGQl0TxLR1DuESe4N
4UYECMtpCoXjjf8AuogmjuENRqF23Qm1SsWIEqMpQJtQAqExL1HdCIJJ0o9VD6aRwjwB5Gzy
X1HNkAeMggToZDw4Lj45/TwHNxxAMJB7eaKhxw4DyRlG0B2xb2l9KBE41lLG4KJMy/V08mtZ
dzgGymTMPKgkaSbzpwb1Q+o+opwwqNXl7KzJaOgNChWhXzYxuGJCkeLkzAdoyqEI83DRqi4l
/IgGkDLwh/5UeLg4xIHzGqjGcjxSiwGFnQIoI0k9ST7SaZr7W35UYxGQejhvzIEwYswYrGUT
vkAhlAgWOjp4coi9QJOsYmE5yYmQBeI91ZGGUiXEgfCpS4gTzkVlLxKXIA7nJtQogcRMDof4
0DLgmAKOBkjGUJRlqSPCfKq+I/ci962sUSC2hCLTITS7ZCvRGBk9agRen/uIvkesk8OEEnrU
omHH2S02KxxImbetNIEbkJgL9GRALe09ap5eI3IssNyH3Uoh20/61Qkbg2QMSQRq2iljNpdC
iJchMSP95KnLMOa7flVZzO8w6/zJ2ZHEXNC1AiTKJIHlL2RliZRsiAGIDl6q7DR1kNaE9So/
N5ogsDIDUo/Ux5CJQDvoy+p+t5+T+mQSD5sj4I9yMo0L6KHICYT42eQogeLlMrZRicDj5vmK
PDED5BA4oyLmUfzo/wBSgoUbmPQoZAyHUIccGMhHw+9JCAjQipKHDxFoRufe801ImWXYS729
5ACZzvElYQHcLlGUjll+CrUm9EXkwuYkrKNAP0rsjWIetlLhkcyRlTf4kwcRnQDqg4r0ssiK
6BO7PcbKjFtggMalHtYRHafaWQcHRk0qgb3WoG67ZAp1CIFSakXQjGPcKA7ErGEJEu5LL/LL
ei67ol3sQ9R7CDRxJcgEftJiKmsjr8UEWD4inUe0jKEe4UkXqoxkTSx6rIREj1DGiEJA0qZb
E+RECIkXdzou/jBANiN0YnsyFCP5Vlw8zU1q6IiYyGhcv+yqRBq96oH5RD9Le6nlxEVOlaoE
xBiDQPX86MjxiOFi91QjCRsvDG3S6kxkInQE2RJlLusEQJE/gEeL5Zll4uRR4uIB5h31TcvI
WZgLVRlIkyJoFxfSwkQeZsw79o9lcUPpvJGoNDOR9pHjPDLMeUC6ES8TPxwkKxIXIYg1FQuT
mmRGPCMgbDPyKUZmopJiEDGZiZfc6lxzkJAFnlZdvGCZDtEa5BGcok8s3ceyiRaykRIgtbRl
kQ3Z2nR1kLl3CD9oiHlI7BPAPGPmOq+aTUu6xILRNFHFwJRIMuipchk8aGJoyjLcBYyDk0Hp
WNB6UO1zqN1iRhJOD8/j2LCQCwMTHk1hKhAWUW2IeyLVkiQw69UYGTgiwTcsiePUGsl8ziiK
6+JF6AG+6EZSYk3RJ5A4tVA8shLbGpqn4hKR1i3hCeH9R2eP8C+YI/LFy/VD+oKVG6BhOMiR
UUQDAk6rYy+9EQkcxohIkT0cWCYSEiC7JgG3K7amwDIQmQJC72qhnxgxak3oiRCVPuURAGLd
vrKBgTGMdW/dXj62RD1CFLWTW6lT5pERaxOpUmiHtGRuow5uIT2lGkl2xAg3a/X2l/reaXzJ
gs3X3U/DERxLWMi6MxYG5FVH5xEpWEhSUT8SPF80RgSxc1I9uSl9NxNiTSUei+ZyOAXL7rCN
JCrIgxK+e7TZsjdNk7kn0IkCyGqHBEiLUKxBAxupAz7B4g6kI0hbIroRTUpiatSmpXHK1gWT
Fz+FUXIGQtoVCGbmIrspdxDXZGMy8hZ9l7xv0VHrXoV8uRET1WWMZjQ3LI8vGcYEBwfSoyyd
3JpREuHN3svFG26xo24qixyGoWMATJ6toosRiQQQ1UPmuDcjT9lH5UyATX0o8ki5CkXYmVI/
vKfGeQZilXI/Mso80CXu+qyiYnrE6rjEJEx5ZNie6EQFlAOYVI9C74YyA7Xo/wCVMH7hVlZn
HqqgcgCKGJ/hWQmIgPY1yQ+TMWrkb/CsDN5A3K7mfQitFQ3tq6JmDGwrur6v+VGjFnVRVM64
/pIkhu6RWh6lRA7TE0ZHNzCH3Enwr5XICJAUILLGMASB4jWUl34gbmgdOI4ch1iWX9OeRGhr
+Zf1hGQDuNwgIHsLU0CgZef8EG1REqA6lCDMdTpJPCYfpZEWMQ7k3R5OU9oYsUeQABqVRENC
53TCJLUdCZDn9aLR7nqBspRNNj6E5iTIBvuQhxh5VZGczkCWpRPM4PaJsgREEg3Gvwo8kgRK
RaI9HiRIOJLAFGMZXqK7LESlGRuHoD7K+TPvjIsxoWWPFExEdCVjxBiDUkOFlzfTico3PGao
DjgYAVIldHRd5oPxWJHcK0FFlECUtAnAxidN5Ikl4kUZdhyB8JF/zqWYy45Gw3QDljUJxOQA
DgE0dCRmeSBvD+VdpMJSFUeSJzajq+WVCPQogjEi9dVdmBIj1XafQFjGRAC7ZmtTK4RjCZrc
WogImoFKsPyqImTSr3f4lc+HosyQGt6EMZh+iMj5Q6nOUnmNOgVXe42UQHr6r+VEyHh/3imh
MP7LiqMZlgbLm45Du4TXrA+dAPlGLiviPwqMjLxairJ4ycSuT0UcGcAF9PeUeUF5AhQl5gK+
lCMg7mrbJ/pzkTeOylHAiQNxZZctSyAiWal1GANQKk6ujLkPcRU9EBAERD13Qjq1UB66qho7
9EYxOWpx399YwhUl8m38iOXiBegsF8yJLHwg9fP7i7gXiG9ahiTiRf8AwIgyY2c3RBoBSMz+
8pAkTlcy3QB/3ZCPHIitRlp+ZYcvFOIAu2T/AJoLGEDhLoy7fVomJbZD8EwDuup0Uu1pisSL
om0jR9k7lE26jdRlzQdhQoMPDcMaKMpFq0cFZ/SkSjDxiOyM4ChDggftLGLggua/uIkFy7sg
dxR7pxUlzL1o5PQudlizC50H95SEY6t1U8g4jaTUdMA2xKuPDt/fRORBlcaUQEAMhV/+lH5s
KyFwuQtSRomuDoFEkkSB11Q448csSL+hZETEiaEfwphyGRFhI1CmxBi5h6kWPiNOiAEqtQHV
Yu5/WiGJPUuo8fhILtdR1BT8jta6nyfRSMpB3ib/AJEYc3HKMrFw37SjGj+YMUfZ1OyBnVAA
gQegTRAJ6lHSj+tdtWujEEiUrNdF3BKhhFpTqSO5j76AlIRyFSgI8naNSKqUSMiaAjVHjmO6
PhA1Qqz/AKkKlxYvdGHKXjKl07UJYOmkCYi8rllGDkCNBmiYxcimVg6A5eKdQ7it0Dl6R5gn
jWPVOAAPuRiKH/gvT9y5cfEIkt1QDWp6SFjIs5t+6o8YGT+HdYgNKNCbf/IqzEiaStIfkXFM
8cWnSRFHfzYRRIBxIcGynNmjM0azI4hnt1QplIbF1mSYiMS5saolqPXqFi5LGqAmWILAi39x
YRJESXI/iTxNjQWovFo2n7S6aEoHFmr2omAvRTJLkH7lE6EUZRnHuHXVkG4aAXH8SylxgD2d
F2A8PMHFbMnkT4t7rEE1/FOfLYLI1y11QlEgObboMWJu1guMSL5B05oAiQ4/ShnjnauoQlxi
JkdWbFlI0qSQ+6edXFQEMQwBsVkCzFNTJldqaIGA/pt3SQJLGVkASWBdhuhIMbH/AAot4iLb
FAXbVCUogk6pxCLu/pREY4ki7UZZkAiBd1hi0iXGykQHarMjEwjECuxWBsP9+5MagLs8ILgB
Ayk8tCCru2qFgf8AivdFX0ojo4spxMSK0LaKNjT1oOLaC4QzhGYlV2q5Xy8TAijhxmvmxPho
IlGEagj0siakgksKCqBJfpoi0DUbsUS7Ss51ZARDAnQ2TEM+vpTAEsaEfzLJruShLkJJNIK+
j+tbg/gpMdO0hEWMdSubKrnwoAhrWWVC2gTkRjF2yAq6PhlECzKXHz8YBFYGOjIwAcaSUcjY
hd1AaR9CkD5Qwook+ISZ0cB2riJJAxQN/TZSGhudlkZgEWqgDqHdGJAMAe4WWOm6yoARQIEa
p6AndF6BqehMCAECDRqKIHE8CxkbISYAxp9ycoRJEuguhVyULY7IGx0CIPhlSQUuRsYCgIoh
nSUR3SajIThGpFC7BAGXcRVA+LoiXaUg2N04N77JxEGG7oRLObf4VQ9aoYkEy1KPHOkwWB0J
KznICQrHG7hGGLTicXDunPJIzBo3ayJPNKRFWJt8CJ4uVyKkEOhwgiWVPUhKbEkMYixRibG2
yzI7AGYFReYkaARZdN+iAl3UcBdwbGVSpZuA1wu4PXtOqsd/WnB+7qh2lyCG0UxKuQLKceQ+
MdpZATcAWKBiam7rjgQ1TIEKhZrhfMtIWZVDAFCYlXZYclSLG7IydydkzsbhSiQ5GilxzOPy
yb6ImMhKIudkQZjLqjBspmvbF1/qSG427YmlFKdHPhgLumeg3Fl/UFBZRxBOX6EZQgACqyNU
CQ0XuTf8iHKYuWuoiTFj61WGcHvHT4liagkFMNNVSp1RCDPUphcaruqH0R5DVvKNfiggRMwA
qNF3BpAM/RNmaWLokcjPeqkZTkwtVGJJa/3LukHFjL0oO8m2NE5iSDohOFJAOQbBPM033CHN
ACpqWXHyC5YV8skROAL6gXXzOInjI8QJNQjPilEk9xPsoiTGN3Bq6InEZgU3dATBAdq/yqHy
5CQhVgwLItZ6RupHWw3ZAE1JRIDRLuSs7xHcfZr4V/vdAkXUQb1osYkVsFycwHfxGkRrHzIw
mH9n+VAt6joov1I6IsSC6lGdgFSg26KGNyKgqTUHRARcCzqEzoKBH2SubjkTiajZljFjGV3R
y+mjONw100PpsJRq5FlizbgIzj2kG5rdNMBzqsj2w0qgYAtpuyswsx/lWIAH6WVQ5ZqhMbsn
mbFnNAnyYP6mRjiMbgomUco2ou44EmmqAzi561TOGNLtVGTORqCu52KkJTAMS1XXjBAuaoAF
hbup+2jnIEijR/hTd12qEbmVSAQoyyZ6knRY7WO6u2rD+JGQlZwdwUIeI2Jsu6NKgkXZOZf0
nNCXOP5lLGvHM0csG9pS4OSZiYl4n+VGMeWJAr/1InMTlbGNHQnMmAepCyIMo6EXB95Gc4mM
9Tp+VSjGbhmaQ7qIYSEhoHZGBIJF5aoTYl6GX8iAjeIJQiNquKBX8rW/vIB6AkuoY61KiR4t
f8KkJntnS1HPtKUo2kaHp7SxkQSaDqgOQsTpsstxoiG3RyLNT/pUIhiWui1SaBAi40Q/QgRp
foEOQVcsTu6tY1Kfkq3mRMJEl/CiLD9all4QzgaIzkOyNSdCnoHLCDeELM2FisxVrJxTZZPU
0Tln3RJb9C4occXgwJfVvYQlLIN+KZnkbgK9SdEbyLIR7gBq71RHIxDa3f4lLt7xZg4QONZB
zRgVJ5CIvQL+mdQXP7qM5ASetKFZPKIPlG6AMxCtCA91GByIYAk7hPCYERfVkZO4ZgTZSjGN
TT4k9wPE6NWAFDqgxtRk798ahrIz11BcKMyZQMx1l+VOCQR0WPKXEtCKIRgcQzMylAAt91An
IcxNH7QfdXbPA3lA7/8AbRkxofv+JGIZwHfqhKMxUd38ieprUaMvCLfgiAWDlQBIdmkE8a6N
qm/81Lh5oB40fcKMsYnkHrqoy0NaJ2bpdUqTopAiugQiQWCIxodVlk0iLKhqbOqMTq91GeTd
OqFRXbdNKTg0RiKxFcv4VhVlIAk91twhxxGPGL1avvISNNX6r5ZoTdtk1R6U/wByIDvu6oXO
yIkSwPqcKMITMQbEafChlIcsDuO6K7JM1VGT12Q3F7rIUJoGWRoR+KHJUC5cu6cNSyiCIxkB
5U1A4YPc/AjE0AsboBw4PoEiibzkKsHqPKhGRYkeL+BGYLRIv5T8SPFGou4unMSG1J/dQcnI
2elPeTEiQiKEOUZU9KIFZAhxt8aPLEvAm3pR4+UkRNRWoQjxyNRe6YnIDe/5VlW/bp+VHQXL
LHIEtqEJezX7kHPawPcasT4kC/c1gUQKA9Xqhf0A2Xi03R5PKDZOC5T8nq2WQPitsjKAAmzA
9F/UHo6qHzQBKNYnVimFC90GqXU3sbdEcqsiPEdlEN0TujGQd7KJAdrKJN1KIoTZOKx13dPK
rLHERcg1oiJNLUoANW3RORWAuaArqbr9IWqfej9EZabboBqCro4yrEImd7gjVBj3Gr6rImho
nJbVkTcHT2UZB40fH2kKsCKjVHQak3JWEg/W7fCty1AaU91ChmBZtEe4tcgGtVEcZylWQjZk
YGRJF4u/7KaEn9qlvN40aED0dqA11T2Y32Cyi76AU/MhK+dy91F2wGgd1R2OvpREcXhrZRcv
12XiJawAoyPIA0RumiQxNCgLCvrV2AFH1XhYfijIUxZ3O6bwn2lr4GuiGxfRV0uyYFh0QqRS
qLsW8KB5oAgWdZQlQBjFGxIoEHpqu0j0oiQD6EbIUvqUJRsaFAGyyappFSby3ZAjQ2QOooEY
yliLg7p9LZLLxSiLogULAOmBbVin0VB6EdE1zvZfijk7nTohzSiJQgWIK+aAYZHwWiQhj4tS
FUA6uhEt6dFjENuiACaujGpYWN0A3abHf3U4Z7y9lOQCdGuhKUiIj9CcSeMaap5FiLgXQIYE
6dPdXhYAVL/3k4tLxbH404BINiDSPxIsKy0F3QIi5BYpgd8QpEgdu1KJxT2Tt+yiKyfVruhn
xQl0qiMIN6P7q7oAlqxYME5ADX4xQEKhYSo1P7iGXqBoE8T3aN4T7qYh92uyLFo9Soyixj/v
4VceH2tUW/FU9baINXdHkibaLpssqhlNpXFkCNKh08qlUjT9aJa2qu7IaEGy7q9OicggGz6I
xEmBsRqiCe8GyJNTEOAUMuIwiNR3OsOPIyNRACilxTizxOJdCOhqD0CY+ooDf8Vu1R6E8zi+
mqLVa/8AMqMepQ4+QGMTqFywBGLPH1INVmBrqgXp1/mQL3uN0ZRsLIgnE/gnBpqsC5xDgBEk
44XehRMh22J8Syg7WMTdPEvSgvRGxjKtLgoyhQgdz7lAOKCj295EA5PppVESLCtEQADsAibl
qN/MgD4jc7IOK6HqUcqk09KdsQzkauEZ1Ej6rebtWBAMXuboxAFauBRkDEkyNGH7yeRJI+9O
ATqaOgcgH1ufhUsgx2eiJIyawARAjoPuRZmHheoqvy7f7/00RU1qif8AzXQLF6J77oxi6LFi
Ss8gQLrtD6OgSLaC6oCHGqAAsjUoXJNAUIi4oFiIu1GFUZAd2r3Uh5tFg4xkXUjjUjGJ6Ic0
i1Wb0qQGUZuQzUQc+lGQkMYa+lDmgQYYu70Rah3utST9gYsjDxRnSqPIY1nUdF22Op3TXKyZ
2t6F3do1Ww2OiEwC93ZAEMakqQjMDRi4ipg92x/xIRPa25qpREqPYboCQofUsjUEMQgNNGTm
r7IwJxeoRLN/xQOrt6FVyWbcIgjGxARIYmyxMgBqSbv3dqiRQDWjtJARYEXLUogcogXPpQeQ
JNCtGtQOSqOJajb4UHqI6nZGQLBnIG3ur2gz0omArsd1byNdHcrpsiSELosaqv3riY90jfoE
QfOLIxJc0oE4FRY9UQL7ldRdEG1nVCHOvREj73ZAWYaLmgX7qj1oNfVPyCMtgUDx0iakGw+B
NEEiMXpSqJNS/wCCMjoWb0IGRartojxyDgWLoj7vQtlhGp1VC/RRADkkMEBOOIADE6oC4uWs
u0ehSE44vQ6L9CYyPca62WIFBUdQmYBjQ61RB10TxJMCH9CkGBiWcsq+AWIGo99AgkgWI8X7
SycVsTdZggixKABq7g1Q+YCTZwg5OxG4UdA9HH8SIiXD1CIFDdtSnZiA2MU0mD6tsoglsqEi
6PHPwE33TMCLvYIYB3bI+hHu61/dTl6nWx9lY+aVS1iquwoBRkSPBEWez+ygHyBD0pILxD/L
dEj0p2vqnJxaofVVDJhU2NNEHYG4C4oaAVGxKNWpQrMVY/ghlJx1QHl2VKSKIOlgFWLnqqEC
lkJBjA3BUuTjfGzG6y1dVDlSnANKIcLMnuAcjRSkGyfwmyE2xy0V1JoHkkDU2AClF3r9gOu6
ETYllA8MCIAueQ0jEBCEp/MYAVFFW3SgWIDKR466h05qR9ycHoyHc7/gjiWlf1KXIZPujkWE
reyjE13bdSETSzfwqAizdVETqwv1Rqz+Vk8ixAosdfRRGAqDSlCh3MGpqyk4BJLOLssohy2p
sg5xBcE/xJwXqK7Msrv+BUhIvC7oZVo4AuQiR2xNBLVEVL0qqxIG6jQsBVWEQTRt00qMWBuE
G1ubK3ka+if8FR9iE8bDQo08WqcB9S10ZjSpJT+bcJyaovUF+5MHobWQBr1UgO7rp+VYE1CG
la9VJ5AHZOS5/Uo/JJhIAV/nQBL9UaqYahBCZ3Zww2QPVFxSLprOozq8jUCyMog4yDl9/soL
XUeXljhCIcOPGhxwAjAWiF+tDuDGxREuQZDyipdDihER4ge/2iFLsJiz0G6HJxxbKsXXcACa
Ar2TrsnJYNUtSqMaSiR27JzGmg3VO2b6GlE4qSaMiKHfqUA1TZESL+gUiUXdiCxFihLEtY/4
EAB2gNEPYI0xvR0KEyldWNmA1J9yCEKxAv6VjOTEO4Z3b2EJNnFrAt+0g3nBY3ARyPbRmPm9
r31ibZO0qj9qCYkli+wKErkhgbD4VKMyS9COvl7kDyB9dvhVDIS0Gi08LX/wol2fb+BFwW3Q
p2mgXc0YnVEZCQNK3U+KMQ0hd90S4FaehCERYX0QjE9xqeikXIlvuiIjoUZmh0ATirlyN05T
QL5MwTAvLZccoMORsZnUkIOBVVoEQaxI0RwkwmXxN0BWvSyegALl/EVcEaELiEjcaoxEcpRr
EjRUBa3rUvqeeJnyRPbA+FvgRhOOIHhApRGEDbVXalQpCJPZ4QDjkETMiBeur/nWcaz1It+V
NzTenhKGMWag1TGIO6Y+HQXWksh2jZBxc9rW/MjiCQ7yFh+VAeE6MECCb6IQHpcnFdrgwNQF
mRlA1YURuDs+iEHxG+qBlXRzsiY+F2rRCflNCOqEsnkSx3ZdWZxqqlhofT7SlANWgI0ZCNiN
R4apiaMxPoR+WQTq9LruiDViAf5lifvBR7mtidVhKxu91kBQ1B9Cv5d9FWjmiAkcYt6SmYPH
ddtXsETO7UijKzokmpNfQg0mIojEFjE3Ui+lCiRfUM6IIdtkQxfTROL6tqjI+JkDEMWupYkY
hiRt8CAlIBkSeQAWomjyGu4UeSEhNrtsURKoibolq1IBXGJhgWlWjuox45AiIHbqtnDVCcgH
j5TlEjRckIisSGfZEiIkW1sieSYi9W/lWUjQXe6bjGNWB1kyBiKDXRDKeIF90AJPLQ3RlMmU
oFn0KIIZ/siBYAjY/EjKw8gBqqyqaveikRrau6xMfS9kBIAkWx295CThiD26j45Is8fTbJPJ
ozdgu4gSFheqOTScMG0VHJNaaIxfDXfVERqI36pxUga9Vk/dHXRAEYaFrj2pKLFxYtsnLYPr
smmWh6xVE8BHIbybuDJ4AvsRRlXjcaEIEPAM12+Ltkm4ZxMLETYFXjbcJ+Q4kEsLyR4+Dj+W
NZH95EykZGW1UDZtCmuTqtSLOmG5TlgbM1mRapkESR3I1ZEPQiqk9hobrKMXG+qfG9kMY1/S
hi4EqGKqXBfqmsTcFfggfCd92QAD7oRBBBr6PjXFxzIlLYbe6hi4IF9Uw5KClQpcXJF5Qcw5
feC5ODlBMpWPoQAJb8ENG1WHFJjrf+8hy80iAa11RlEHt2urs9oj+JDm+okYRfw2Ml8vhGMf
0n7DLhrIaDZFwcjWRIqgZggEOJGoQaoZiUGizWLpoEkGv8yAYjfUFMRQFnHVEwGJ0J2QetXZ
MNA/pTE/cnMREtronfIyDosXF7K4Emf0IENdx1/KjOUam/pT1EbiuqAArKb5N0UTMOAajdPx
R+VkBJo9tCgBMltJVURLig43cInk421ABT8cwOUvlAq2uGqE5AmR8x6ouaCrKn/khqCnpSyc
BxcrVqlF96FCrE/c/soyJLPXqn2orsDdE5EkXJCG1ipDXeyBA6oOWP3LGzIODQV6oELu9Sv3
RorXuRV1Gld05kSOiy+bjEXeq+XwkiLl5alSkSSXcDd052TA1shKfcT0Qzo1gEYfTh4AsSh9
R9R3cux0BQDsNlP6n6iePHEfefYiuTn4zHi+kh2xEmeZ/MsJDGYqG8Mh7iLxBe9Ee3EnUImI
f9KeIrp60MIko/02I3snlFpwrRbE3BQeRer7EJ4DF7SQy8W6LnLLxISiWFmbVVPcKoyDANUX
RAs1iu4udCEXIJ/QpQ5Y9khUn9+EUWGQie0nVcPNyAGUQ1fEE5uSEYxkSbjQfDkjISp7P+JR
nGJi9+SIoVceF/X7SjJugden7CRR1Yvq6I21UOSRDTF4l0QT1GigGAiz3upDf1IkekPqu62y
7i8uiETp+tAeZWJANWQJDMbrKId/NqvCaaKXJMh9t0INWOqckCWgCY2FS9FlAtJiwOi/zGca
UVTkiAOnrUvreWPfGJMB0Rh8vHkLkE2ZNIsOiOIMmFZH+FPyW2CaAqboKXP9RIRA8IN5H3Uf
EPp+NyIDwxHve+hCIEZAGIhIPFz5u5fS8sZHMxBDWL+OHaocsDdifR5/s7u6ZtAeIp/lyiNz
ZE8fIIjSJi6x5WmTejJxQ7GyPLxwy3A1XhYimyIkwDWCjIlw210DG+uzptSauiYjKhc6j3UA
L3LhkTYgXHlXXUjVZgMQPUwWIvqNUbu5cFHinKhs+58kEQHYjxVouwg+nUoT5jajChWAeMY0
iNl4/e9Sci36FZqrIUZB2D+tEAEg67oRkAIm9dEOT5gPG7Y5OyBiKXfRCWZBjYqBLCYoTYpg
zuxbohMUNi6zHi3Qt8JTCQHRE6asgQH/AOCAlExqz6KlKXRkGoURKjCh9Csw6JrtZSJLFVvY
IgIfUTPaDSPULkjuEYxMgeOXfrT3VGbykwdyd/dQ+XEAJhQbJgmBHJ9TIdnGK/mmsueRnK0I
6R+GCIEv63KHkT4R5sURPikPkjKZPgkYeDH419KDczljH2Qu6osiYkHltCJ/eX+o5pZcb1k/
9zjQjGgFgm+0xkHBuCjzcAx5PN7yMDEiYcY9EAalmDVTAjLXHREOzFjujDESJH3omUWY01Pw
oAD1gbLIkxjE2RuI6FGfsjQ1YLKw0fxE+8hK0olwhDEHliA5Id1PmlxQjyAdhAZ/yIDljiI9
sY2H/u4p6kg12b2l4vIyEJFxJGMQSRY6FUh6HFF3F2qB6UKVfSqAiOtVIkxpfL+FREuT5hYM
I2HuLtjjEi3VSF8m9K8W6zkJHkl5uiwiHMnFeiu3oTk1U5SOvb6UzCnhRqX2QjKRa1EM5E46
JpeFkzsHsmu13URi1Lp43/BQjM38Q3UYxDCNFhIUKMYxAHQIsgLoz+o5BAbeYr/T/RQwgaHl
kRH83cvlcEj9V9ZyEAyjWIf/ALnuKJJ+b9SRWRHbGR9lRykxez1qsAMfnxkMh7QHYvpoDwxr
IXrI9yMY8ZBLSjIW+CcESHflk7aCJ9lR44ACMRRv7TaG6+ZiCA7hEwHrtdasLAU/bQiakuxv
+0g0bUAA09pEcl9RsiYgdDsy7NbDqpGZci7aoAUbQ2KiJXv6kQA8ToOqByIEqBRk9RGvqUuS
VCSQ2wW56mwK/K9kDK7NRPCPoJsjP6ibHWI3XbTjFhG/xSTAOAVIwgSAX9SGQk/oosYRAc91
NVCZiwtS32B0wtpooUaRNx9oI3yosSGMaOqRqaujcMf0pgXdDldiCASbIZdwtsnZuiiTrqhi
Q27qIDUqUN/tlyzIhCFZE2UuP6PjMmoJnX4UPq/rvqJREz2wHcQpPySBJZiHsiIjHlIeU5Ul
/wDTyUuP6WOAj55XJ9xfN+o7xIPEk1ChEUMHInsnyqJPtSKAIpIAU2R5CHYMJen/AMAxOqGZ
tYGx/MjMwLWHR1BwHahC7HMqCv7qIkGiben3ke7tNhumHh/EI1xI03CMbj06e6q0LM52WPlL
19CbkehoRYKYFAI0KcObuWRLiJarihVx4Gvp7SEeSXy4Q0iO5Y/TwMtGIWXLc+pdooEOP5Zx
hU3qsnMctEcqR9o2XaY+lSkGy4yKD7AGbZROLEi5UOOwAf7PSgA4At1TyDEo4mmiaUSX12WQ
7dHRjL1elV7RG6d36EIUYGxUSa0+9R1Eu0oE/inJAHUrETc9KoiTcnHKhFwjzR4M+N+0Dyn4
UeHhB44kUBo0kDKQhxQGXIT5ivqOTgAjgTx5S7pEDz8X/bTynmTbZSjxyyj6a/lUpPdggxqX
c6xCHGNIh5Hf21CEWdgTIalF06x1RJs9P7BBsV8yLf06l6lk3jAHa/s+ysrNYLPjJjLbdByJ
A1bVAsSD0eiy4wQDQj0rEi2hsQpSDDF2ZAk+KvVZBwZUP/QpiLu9H3XLGPiEGp0TM0jfZ0GN
DfdeLT/eSl2gaOqRemqBaMQ/pTylEPujCHJFzojMGJyoWX9Q5Q0ANlKFXFGsyMCSH7a2UuOZ
7omqDUXFmHlaQAREKYhiGX/FAyHZGrapwGApFlIkgbDVAGQc6jdMKkXJTNS4ZS5CMmDmI1+F
fOYxHIHwOiEpHttXVMQxrQKBJ0WQ0qCjjMh71svmcnJI40xdCEATGdA11GNmFR1TFmO6H1H0
8jxTd5N4SFD6T6eMhxivLPd+3un7ChwfTH53MQM4cQMyZ/GuQR+j+ViLk9w/9yCOWpRD0lce
hGHGWJHmo7LC4iRQLjB0iP0LoqW0KBP9iv2GJsaFcgIoKxO6kZsfTSixjE9X3WRIaNou1PdT
iVPTZVvuCuypFAf51QiMfN6fdQaOT0Ev4kcnDKhcknJ/MuSUzi4P3IgbliL3UsR3j8QrHwvc
oz5pYxJYNd0YcEcYjzGp/ZQz5D99Ewf1p2fdAQMgWcqUeSsY3at0CQARYhCILAar5kfMHPX7
MTUxNK6KeX3/AGP4Gs/mQao1QkKAUIQqTL2VjxQxFn8yHzeQRpqalYgggI8esagCiDFjqypt
4nUBGhiLHVYjSwWVx0T6hf6ghttWVUDohxkdsqFTiIhuQNIHVTh9LwQ4WcfPArIf9tcnOAeW
THOZDjHzofUS5RhK4D9p/wD018oRYOSCpnliRhAkkvt7SkR7T1NGBXHLQwifwWIVU66LZW6P
/YxZ3FD/AAIxeoLyBuPZ41KRPdTSjoCV3pSpCcOmNJAVKYHLam6YF96Jge4iikXyOj7LtHaD
qNFyMzmj+lPF3hbcrLEiVGievmVtG9amJAjkichHZh4UZSiDiWIJqi0fCbapyHC7Kkmh6o5R
xkBQ2qhLkj3T/GKfj1vH+VZmLjoiYRIlAO6gQMozLZeyfeQjOQMjaQ/dUueJyjqPZW5Nl8nA
0qSdE/I0RG7odwi9A9vyoygByzvErwyL1IqyzPGSSxL6IzMwCACQ9W9pQMDkSGkNHCJk2N6B
U4e2Iczia/soSAMo6e0Ai88ZUYSGpVC7MwssuSVAQw9pQjCjhyUWqU5UZk216qMge0hT+n5o
iYPdx5Vou3jjhyRaQYDtI7oqf0X1Ay+k+oIlxjSOf+VJcn0keSU+aYDSA/y/Z71D6fk5Pm/T
83iEjkwUgwlHk7oi11xCXj4xjIehGW/2ehUVTRDZdUCdfsxubhGcYYymAS24RlG0Tbr7KFw9
aUxRk/8AwdE1AlXoQr1JehshW1CdyixeQeposQzgX3WVZVZccBQk19SBrkKhEkkEilXK9WP/
APYpjQ3aicxcO4KJIv6l2wvoaphEBq2WMogjqmFohgOicINX7DHEMTcUZCQlkcqLvcxmGkB1
TgHABsSGr7SxgcQBf0IRnHKJNXqsTFwPD0WXHOUItUPqjnzTYGkQsiZSN2JRj8kEm5KH1AMY
cAIMgaMuYcszCRJ+U1vzrm4/pueH+oY5Ai8B5UDLjOOkhUFCMYkHdkTCJIjeRDD4lx8dzKWl
lhbGgWZiZS0EaouGOxDL5ZEWJcyGjKDyEnBMJDWIUOaMXlGLgjZH6Y0nCwfdR+s4WPLwROY3
gFlyEmZo56KMoUhx9xOlPKo8sIiXJAgHfH3V8yJlhMDtlfJA6CioGKAu6fTZOKLqsmogdBqn
JZ7J3QlLy2Kkx7Y7NdSMyOgF2QZq1ruqnIWLUZU8TM+/uoRFJfrTg9wuUXBkQKsoGNATVcMZ
OIhySqCp1NQypf7l4tOv7KkOWvG9JahDUGqpZFMaLdk4qmZk1kWN1RDKLiJt1TYh07UCew2Q
f1fZRf1ZCPpKPeKaBCEQSDV+iMZjKE7hSPyyCdXQn9POUCxeNxXxqPFGwu6cxiBLoFLjLYkM
wU+UkSH/AKfRNH8ExN0cmYjUBdoB44AkyAC/075RyMuE9D4oLk4aCVcKtf3UPm2i8dkDQwno
hP6UiHFyF5+4V8oVOs9SVUEkJ7tY/aAmKc+pOS5RiDdYP3NbRDkNRof5F3eoL5cg+QYKfFKI
jUjrRZAkCWqMpRetFSL6lPJrOGqU8m7tjZCNS+mrol+8bbLIWKhyP4S33+FODQaJmruvF5UI
xNBQjSiAAPboF87k8I26qfHIsBWJNKISzDHV0OKDvKr6KgouiL1+wU9IUi4BD06oCZMn1QOm
iY1Oy/QniHP6lIAyMCdAU8hKupGqMZH7wxQkBWKiZUp+KAhITlqAnI7WRIiSBbZMY1JADJ5U
yCaIc6aBUo9/SsYO4uN0WOJarb+8vlcZ8V2X+ol28wrAa4KPJzA5C4s0/aQ54gCPJVxVCBLz
gcSCUwpr96eRcHbZGBBraTJ402Uohs40IVfw+xgFW6MjpVCH0fHmJf8AqMvm/XTynpAeEfEo
xo4oG0RlyHFPENCNYyNyofUPiGLhvN7SPDyRFTlGTdsgngXMtE0gxex1WvaKe1VUDg0MfMji
O7cIlnGuxUCBf8HUeMEOZP6UxNSECS1HDrWyIPdGVcupVLGyPFMPGQYp+IkA6GqlKmMatp+y
uPlPJE8hZ6eH3YL5cSCdV3SD6BR+XWUg5fRQiTTXZ14nfXdGdSbyC0FEAZmQayziSCTTdMZN
LZETBINjovmRiDHQNRZSwzB8LLL5UDydAP7yE5REZHYJvm+mJ6qUp1hPalUCCYkfi6IqQ1Qa
B0544jRxd1ESkIgXRy06p3Yb6KQgwa/o+NGXF2xDFydVxkxM4v3nRDAACNAAuXliO3kAkQPL
MIOGlCkuvvISL4u0wKCijzQPYf1I8cS4CZnJU4OYmVAfZQhQyF5IA3/sHeZER61Di4omItlb
9lfLgci1+vvKMTF4ysIVqvm/WTpfF2Q4PpAJNQMhnWTBCHiBrEaj3FjGQycggGoCwmxIsSbh
PEsQd0dTK5QlQCgpdMQ5Jp6FxgUB8o0CYCnGCgCG/hWIJpUG68XleyMhUt2jVVGJjeJ8SgJF
+Pko/slGM+QMViJsfMB5vZU+NhF6ghEAlwKHoruRVhou566BRjiXF3CGQOITXfVllD1oEl62
ClMOBeMhohOcXjaR6ol+3ZGJkTC4BqpRlV6goDkHaXMS9UDobIF2IPaB/EmJJkCWdOQGxr6l
W5PaGWRqxdDkBwMvKhlNvQjnymLioUoQJxlqaIcUSZEyAYaoEgRlK+6a3RESoJA0F1xy4zlG
YaUZFh+ZSlxSZouYXWHISeI0Mbhz7CH1H0ZJEq41iQgOcNJqvupjjJkZXJs3sQgo5EkijG4R
6LojjfQoRJqVGoJd2NlGIiKVy6pzMRlHUCqMeGMYbSIrJGGcpSldj2BDlnXGpezo8k6RClyt
8sRpEEae0iRImtD6ECb1rVNEmL63KlIlyzCV2UfmSAlsoFw76afkUIRYSiLdFzSfEWRILRNG
Oqu4bt9C/LsEePlLEEAHRfOoZEM6J4y5ByFbOuOQLz1ys6cMA91A3kLS1QnFsmavRZm0T+Kf
hi411qvef7lEG5oSpM+Q1Ve5EgPJ/uRBqLMEYAnEl2KyhEZ0/BZENKz9EJRcSGm6ImGD39lG
EpxEG7SN0AGk9AXsjExcHX2veQkQ4FUCbWAT8kxGB0Nz+VDkiXHVPwFmu3i/KpS+oieUizUk
F/TaMToQhOYpHubqg5bZrpxrVA8cTOQe3VYfJMIcZcTHiX9UmUrxl09hOO1jWNnkh9NNo8kQ
0TpMLjMvGDXXtTsBxeV/EVoqkBeIV36IR4xk9zoAs5SJOiYnOUaGAXzJSMYaRBaIQxHpJRBJ
y9oIQMSG3o4Qj9RysfEwDkn2V8n6GGECO6c7/wD0lP6f6qZlER7CzkS/9xESDka6LOJwOhNl
8y8o1IFqJwWLX2VGOtUIx1kDfZcnJLxWB9AU4zc9xOyLHJ7A/wB5VYE9P3YrXw7C67yS5fJ1
gS7VqnA8RYoxlpUbIghz+FUYlw+sv4UcnIFiLr5dIkVd6rHIRLURImJS9CE4h2KyPh2CYCh0
R2OllR60CGo+9Mzm4A2RYsgwbcnVTiRUWNzJRzDwjSQsyB+n5QJ9CjDn5AYR8MnqhHiP9MUJ
1IX9EPAGsl83nJnI+0e0L5RkC22iGHIO4OA9VIgDMChdD5pbiBrIbIz45GDh32QMpZF6EbJo
ScHQppAj8VOOTuKgLEvjEs1qKQByhCxFG9lCUaiJcSAUfqjITBFQND7KETRlkSYyl6cUD80y
uPvQM5EtomiGZEyLRAeR2XNPjAp2uE3KM+PRt047W8Udwp8BH+XQiNGP/cyRj9NwxzsJmrAL
5v1EspaAWAQeyjD6WEjyE30/Oow+u4jGR88A8fzRTjkjOEh2yjopSixBDSbzflREnNGwarpg
MWYWdihRo6lCZq4JUixJez6v5lORl8ucQJQiz518EZ+RPIvLdXNnTvR2cou7/eoQNCDdAmQi
YeLR1hxSyzPduCvBlMUcIxJaI0GyY1D03R0Gixi7GjgUKA5Y/cUYiID3cunMQUe0V0ZHBiDo
bhPxaeVCmMh4iiJVIoShrIoCQNqN/Om8V6jRR9s2H8KlA0iDbdAN4mDDqogywAHdoT+VR+m+
kEvl+aRoZfDiu8yjI+ZH5HM/IP0BS4OUZcoGNbFCZd9Q+67Q0QwLXVqStuns1lSRrZkCAPQj
zxh3DxA9PCiLUqN0DCjX9CkD2xJcJin/ALE/lxE5nyk6LOPFGHETkcyYZOsOTi4CzYiDyt7S
w4MONwztQOuTmM/mykXcnxFEfLYuz6J5NEF6vRf/AJXJ3XEY1/KhHi4zep6KIlAuXaYNYuv/
AMXHlMBXjNDJvfUOTAwMgRKMqSiYqLgBiS4ufYWMotIHxboQFnHrZSEaGEcQVKZPd/v3INaO
tlb0Cq/Kg4cufQ6kQCYgsWQxiSZD7vjXhqeqAlFjq6cD0Yp505AK9CiWdvNuVnINAX6IQgAA
1085iJ2N0Y8MjlbJlGM4mYF5G7LNhWwRpjBqEXWUahZcbCWo3VYF66OjlAhtWogC2T21RMYk
GOhWeNYuxfVSlLxyrss/EYVGqPPy1zDQjLyuji0Tua1QzOUtToiSQDHXcI/UcczGdDj5WkUB
KQBGm58uCjEBpatqmaurIgUa4KpKo13XcKAUazoiRJjLxA6oc309YE1jsEZTDY31C7ADxDzW
OSHHxxMz5jsmlxSB9DrwyHpCNai4UeH6TilLk5CAJEbr/UfWMJkUge5igOMtBmf2k9DoiR4r
ICWtxogI1DuyMHjGci0Xp+dR4+aWRPhIDhHkh3AlmKMOeQgWYAg1+BAR5AItdY8fJEmRo/8A
Knk1BUGyMRKkagpgXL06IRjbkLEoANENQtUung5lG8bmvsoEA1oNXdXFm9aJABIqxKoAH8TJ
2YIEyERVk5mJR3UDwnu26BGVxIsiMXEQ/R1jEU1XyeE58opk3bFZzk8jqmsnFW8SEywjo6aB
xNmCEaGRNAUJDtl+tY8gtusxWjBrOiJWyDoYwYH7ke14gOCNE1pM8tVEgmIvsoS0YMF0Xy3t
VSjaXs+hTZyPOSP7sUDURie3aiERcajomFMrldgd7qncNW0QydtANUcnA06IAAY2J3XJwmJ5
DYkFsSpcHHJuR8hA3x9qK+YJmEhdtU/0/LkNBIU/aTcv1EYxN2FUIgfOi7nkNG+JH6g+GFI7
P5lKPl4zQLEnJ90dNgV2RPbcoylAyapAD0CE4Fgzkmgr7CblA7aZOyEePlE4RFC/cPdWJkDI
kACxZCEy0YxZg1feVOWTbEKIctIPCQ3UBMvIDW6pEbktVSnOtdDZCJr/AM0BUyYABSepfS/5
kXgIgb0Vo+FEHvINSqUAspRMQcbl2QIj6EAzE1PRAA63KBk4xLR2Q38x1UuHh7eMdrrud9As
iKblCUJAvYKkmBG37yxkQWqCyA56w1IFlnFzE2jeSjRolCMqS8pRBDr5o4xKUamO6MCGFabI
x8L9oqmf1qI80mqFHiB74xBlHUZIm5GinMsALhSMQ8rROwQ8URIOmap8yazFn6Jhs53DJ/CN
GRaj2QJ9KHDwTreZj/OoiQy+oAMR/wDckseOJ5OXkNAKlyuKXygPqYju5NXKqbpw9a3TGrKM
QMSaD3lHhhGUowFZRB/qTl5c0TKkjUhd8TGRLNd/egnuf1lASkz7o58gjjX1JnDmucd/hRMJ
iUTWlEBMkR1N2/KnExKOkondRjM5wjvePwzWM3Eb5Xb41GXKI8nEGlxyIcB1KfETWoBDgKUi
2Ng+65cSGnJy26wfKnafQmPbK1aFFptGP3ZFGcnez6fHFX8r+tOQM5h4XKEM8AKEBPeMtSNl
UktR9ljKmhKfQWQ5NI/pQgPHM36LuOjllGRBls9LoRiGiDULIjIg0C7YtLc1orsNghIAuby6
p4zk71f+FCZvGhTtonN2qmFQvnCwv1Us2oaIG7phWyP1LOJsIj3YhGTW0U+OLM/cU8nxj9xR
MTQWCB2FirEl/wAUwD8krn0oymQIxrIG0UIfSNyNeRsPhXzJcsgbBiwA9nH7ATY2U/qhF5lx
Ak6BD+kDu0ljz8WI0Ir9sPp490OKIo7dx7lCEagUONoog3agK74mlpdVlZlEzdwiJRjICwOx
Txia1IZEiLwFyLD7Pl8ooTSWoRMC40ezJyJcZNAdPezQ4ryAsbFRhkQaRkP9/Gj9LxwyhGLn
lans4qYjURNJbouWZ8U8r6epdxc6EInSwXqWHIBlGLgi4QBoATEkjQo8UzFiN18zgIMJCgeo
TycA/pQiDQXIUBOhkafzKIMniNFLLxAsEw8RO7qqYVJTYkFEyhIN0p+2pS4+SQ+W4kDYn2sP
YVQZwlWPIPL8SYxY2LWKDUayBFI6qinCQyBFAjEAjE+tEC7IgCpp61xQarB2UpMxZEyNDK/V
OS5f8E5OP61kxBs6y5GJ9kqXNyho6DdGIkYcNhAHT3/7DLDknjyAnt1LozjIgC70KyJaJ1K8
Q+9MCvquXlJBlJ4kV7VCMRhCFa3kUMaOHdRzk/XRSPDPKQNRYoCEMRH2qosQXftLN+0qSG1n
ZGPIBKZ8+KM4s0jYBm+z5fJM/JlQgXQ4+OUTMRwj/wBv/wC5yr/T8w7sXEx7YHjQ5OdmgC+R
qWK5OXhIlxwJZtSfKiY8QqSW9PvLklINjU63TOBIW9C7ZUZi26yYvZtveXhPh2CM+I/MlGmK
nyfLxlIPjWoT8v04J0Kzg4at13F9a6qo0dxogJE9NqqYYgsizUqTqSnNUIcYJJQlyDPkN3Fv
hT4AACx3WrL5kIgSqKUDe/FCLACzMhy8YoaSiLIFrplX7PnRDPQlGfFUOuMcoAjOYAkN0M5A
MNVMxkC4KL0iDXVCNcQbndPEMBqdU2kf0o8k5CPHEPJyxoiQT8sUiLf2gQSD0uo8gOMCAQXD
/sIcf1XKZztWyBnOLHYusZTlyPqI+FFw0ScY6FkYxAYb1f4VlOZy/AeyiRVqkEsJfnQMcYP5
YB5n86eUcuY1k5dn95R/oAi53k6I4+P5ctGI/ZUuPikDOPlBchZGH9MOJGRpIDxYqXGzBy3o
+wzgBIyBiYyDhigBIxYMWpT2EAZEgWCynflJLHYrA/5Yrl6lyTvFvVX2lKdImVQ1nQo5FSH1
92SFHHpVx96kJNUOAyyLuQQW28qAyIYsTq6HGPGTZrqNRlMEkHylAzv523RFIQoY/CPLJck3
qXiPT7qxJ+yXKRaV0GJYIEWKa7oEiqZkwHpTE2P2CALSNfuUxcD9KnxS1FDsUPpiRLkmHLUE
T7S4OXlmflAtCMql/NNBgJNStUOWAxk+JAF4qRFCAHHpROVTogDWjHGqly5NEB/eRg5HCLR3
b+3wccw8QciPhQ0CJkA4sU8ok71UseMBqmROykT28RJEfUoSBGIFALp5uZVeIoGTGOEBcAIy
gWOmtEBIm74jf2sliCz3I/hQMZMQKFHki1dFMygAIhmHl99cs5CkQ45DeKI2+xzdR4+KJk5D
kWAXFwQ/y4sKbBcoDh6BcjPElnHsprR0aoKbG2oRAHd19lf8lxy+WZxLg4hB4Dg44nxTDvH+
dfMkWJaVC1l80R7hV9z7iPYwKeFrjoVGT5nF5DYqcJU7qOiTXSn2RxIk5LjZYkaXQP4KyIKr
ZUuj0KdHkFolm6IkhgfDuuuq+TxQePnl0QnynCGkby/wKBjKQJJoTc+8o8gAnVjA2qpTFPnA
Eh3EUIxMYtdg6pyn7kYmcZRkGIIKB4pmBeofIIyEBycY8wNf2U3JEx9II/sks/YfUnuWYIPc
hGTWCDH+pyEgA7JwH39anxydo+Zu4KhBa1GdDjNKOW6+0hV26XVL7n7KKMIAylKgAQhENySH
e91HgiDKcxrbFDmhxYcEmGY8Jn9keHiDzkW6D3pIcUQ8zWcyxyKhx7bblFh3OxOrKTa9U4BA
OvlQBOJNtisscgzZChXm/wCSGIEcXYImZcGgBsieMk9EBM0epFF3R8Wro1oQwZDCTSBq2rqP
LxgicxU9QpccnIB8TN9kDbIkpyaD9K2b7kKH1J2vb7KlgvSsI+OdjsEYiQpU9UP0KXJyFtm1
U/q58bCfhfZevRcEIlquuD6MSGfJIHMVGI9pRAqBEKnrX6Fd/s7gD0TcvCC/3VUjwGXDM2q8
X+BTHFE8wj7N0YTiYyFwaGi7guXnJ2hEboQHlXVSJsblSiKx4wwUpEN1TwIiWYtqiIhzxDKZ
FE5Hho1z+ZMXB2TH7Bx8MDOR0Cjzc5B+ok9NIhCIqZBsbmiPPN5Tlc6QBU+Hnn8rg4+4SHic
eX86kODilgDSUhjTyoHxc8wBOV6piaoCezumiO6R/FSOoFSKIxNfxTg4uKhCpOqubPZPMsSC
GBQAOYBujIG9llGLbo5wyMWruFEjtgzM1VLkfKIfpVH6eXbycV4ocgAEhfqspkiQFIM4IQ4w
GAQIo2m6ZhiNGVrD8UwvqrrAFzLRDYbok+L9CjUTkauNFZcf0IL8fFWTG8yowgGYMEx1QMpG
Eohgyj9TycgwiMREXxHhQGlgPQrUTfYxoq2CL12TBV1+9Y83FHkNyCGP/wAiJ+kGP004EwBN
OPk8nHNDj5f8wjKZFsllaUhdMbrkLsIRr6VLlleZq53Tk0s6fTQoAMeLl7eWJ1j7S+b9NyYG
JfE1UpyafWKeZEB6alE88hMGx1/KsODiAcsJWqpGRNaAr5vJd6AKUeOTZCg0WXKBMhiesh7O
S/1X0ksJQHdG2X5fOjKLDcEXREIQiTqA5U+Tm5CTfKdvgRMWOFchZfL+pj4j/mD+NCfDISEh
RinNSEDKu3RepYx5ZNJ2KJhymR26JocnebxJWIDsKST88fFRwHEUDzSyJGlG/IuysJn1o/UR
nIF7aN7KMHGQq3RExuRRWrqUAztunFFvuiXTrPkudBohGMsC7usuSfzS2oZbOu05c0qQiP30
OSReU5Od0Hun31XVCX3oHQKvh6L0WTqqBchjoiPxVbpxquqd6ahB6GR/uhAA2RkTU2Q+ljLK
Xin6T5Fsf1ogUB0VUC9q0TAOJgPI0Y+0jjIRia1shKBE/aI7UIzoLvuECS+2ixNf1LtoSiQW
IFJaZKPDzSwZqmgQiY9pNCLV8EkDKIJ1CAEYtrRQ44hg/wDv2rm4peKUqlEgPHQpuOZidnoh
FvmaN0UfmxlHjloxxWuyYxJjE1nHuf8AKp5R8O4ZZiLAB5GlH9pOZYg6kLtAkDVCUw0omra/
Eh8snikLYFkDx8w5oDSYr+3FNz8UuHlj4OWFR/0L5X1EmxoJGhWfGRKJqJBZA+pOQRLVOKbq
9NkHQY1XpVdKkqcTPOQFBHWSlyTuaACwHuoWMiRdRzbLVrILZlW102o0Kc0G6uCtC+yY0ReV
NEdiqLon11VaGZYIzNQBRZWiblGcj2xcgb+wuTnk5Mi/3ovvdDdMS1KItUKPLGp4fFuyj7W6
xu1CDS6pppsmNBsnNC9/Qjx8TznrIWdYmZEdBt8KE3Jl+lcB5YkSj2/F7CjF26lCLlh0QFO0
Ek9ESaAlwfa95aY2+9MY166r+mACLHVA88flgXfb2l44230RMaxJ1XcB3X6omb4NXZE/Tcoh
I7lo/wDxqRHIYEkd4OiAMiSKE7lB0z+HRNyceUdjWqPPxQxc+IWj+RdnIYgXjofyJpYSG/VY
mETrSS+TN4Tl4XsfzIQJAlKwKs4TzIA6lkfmc8ZGPlj3VUuP6U/J4Tp5pD4k5LyPVOTa8dAE
J3Yu27KHJwtVs46gqq6KiOJaRsU0+UkHqQjCWQexB1TQ5Jj8yJ+bMtfIuu+YPqQyESWugDAH
0FASEgdWqnz++iHGKR46mV0bk2WI8R0X+m46wiWDGpkfEo8MaGQq+/mUjG8dL/srIVrZWdxo
iyPB8v5vHzDGQfHD/uKXyv8ALkXAJ8Ks8jVCXNMcYFsiybjl8yViI2/bTPjEWA2+yyhKY+by
NWI8P7SnzTh8qPH4HtRCgiQNEavIigK5QXEmZ9FjoKVuyDAHoU5sg1RGpUYmRjFq4+b4l/mT
s3qWMTV3qndzdtEzCQNGZOBiRsWR+T9RJzcSqEw5Yz2cLuhGfoK/qcEojUkarjhJ4y5JMfT5
UYyAIKPLxcnyyfIQ6HLkJcZ80dD70U45JAm7EuhKHI+PhyGTKORjlG0mqv8AMERsAv63POQN
w9Ps6fqRLuNFJ/NZNKjCjICZ7DQjRCUSJAi/pQkE4uu6ioQd0J49z3RniG2ujFhXZMA34Kgc
bHRGhExYaIEyAI0WZk+QLNUIjkORmRi96ptlIxJi7xcLOQcOwN3QzpH8VmKRFN/2lMCwOlEx
DCrFVqg4JhK+4C4pQeHGR2x9HmXy4E5DzjxMv6hkfiP21Xyx4SXZtUOTn/p8YriR3SUfpeGG
HBxCkI0Eh7UkIO7andPbomEe0ln0XQFkI4kkXKbb8Qsoyse47j2MVyRwYBsdyvAf+Svk5LEI
gF/1I16L8ESg9zRkCWGiAkHiN0OQ9hhXt6Is4AG67xSPrRES/GKEFHAY7h6LtDp2+3Vlf/mg
1QbLuJcJ/wBTp6ULirI8HK+MrHqgRqEwq6AG+qMyCCbscVIQ5plqiMjkAmfIEKoqfvKYxqfv
TxJA2NU5BNbhOaLj4QTWu5K45cgGWIIZSAoSKMo8eTZeIISm8sQ0Y/8A8iI0CmSWDdxUzuTU
bIOKjX7AHaEan0KHygwiKE3iy5eXniRVo9UYQhlIVin5ItEb2WEZQAFpRDlVJn1shyGBkRvZ
DDij66lY/UwHFI+CY8x9hDmEe2V20K7TXQqThiTey1ba/wBhjCVbFjonF9envK7Se7KxtuiI
TLOSAsuXiEwaU8Sl8yE4D0PVMOVuhcFdnJGT2qotpcq9NXTUOrpmDMhGPidgpyZ3ojyWew1R
sz0ZYx+9FzY06oFn0ZeFuR3y0MfYwQbWhKxAe6FOnVeGUiaHRPieillD4ZEUQPEMT5gQ1fdU
eHkJlCwy0/Mr4yPkP2HdGEu7JTnGPZxyIbVEUDlbyQJkH1RxkOqw46yOpUfqeafzJXEWYRTv
ZVuom3zKZHze7FRMx/UkHJ6KUpkCIcudFLg+mHY7TkdfgXX7BHUocUo4k1M9CUMTkNXTAsBs
svIa9UBIn5gHhNB8a+ZCYjH2SjnyhiLAVCy5uUykA7Egf3EY/TcLyHhmbKM+Qf043YNGI9xD
iqXoHqgaiUjUA0C7CZQ8p2RES041d7oGcg9jG5dT5/pwxiXPGTVkQxJcPTVZmDAli9PzLxaN
cX9pSHzPmVPb0Tnjk0aEjdd3GR02WUD3G1GQEokHcG6eHLJAnkLC0TUH9lCcpnjkPFE3dH5f
PHKQLAi59lGR7iASqhgbAKYOn3MnFFUOCu4YnTZOPCrW11KxlQmzlNM57AaJhx/LgfOifqZi
Uo2EayWP0/ZAWp3FYcoy43Yl6oSAz+YSAAVE8L46uo8PMBKMfC+/uSQGT0t5nTwIIP2Gl9EW
GEjeQTRJEj4pXKEI1iLE6lS5Jgw4xvqo8kv6PAJNEayJTA2su2TtdbHdcMpTMBxyfIIZcox4
4tU7I/S/SDtJ7pkqVHJumIZCIuUZcgBGxWVmojiSzsWuo5vEndACQjIWCcgA7o8n08Dyy6Dw
v5sUX5JxB2GK805+slA8/wDTiQ49pR44RoSPWo8fmYlnujOJYG8UQzkW1WMZfLBFW1T8sjKd
iAV2QYChL1RJiK+1dNZrq+ilyRfkEXIk2nwIxOIcVcYkftImXLiQCTqvE8TsmYA6EX/Mql/T
dPGps1lqG3QAoZfgmFphgdyoDFmNdl8rSVyiNllfohjFm9ab5YzN5PT9lUkYttROZEnqmJp0
VSVEzljEGoFyEJfSMJswj5ZI/NgeNhrZ1DKVQfCFEvkDQrLheURd9FsNQVjzxkDpON/z+2gP
mRkf2S/5ldibOnBcdFVDk4uOPJKFzIPj8EVnMPjbjNI/3Vxjknl3PGIpCI92CnO5jF+qlzxJ
wcu9LqPDIgylfojDjBJIcNVHilJoarEByLN+8nmAJImJFUSZACLO6AMmG5RAkJAM7JyHbVNK
Qi1nTSGQJYEIZBwfuRJ48uPUgrA8JAJoTdPCDE3a6xOv3oFnIs6MiWmxAa4K4+aMmMogkHUp
pwMYjUKrUvrRB5jU3qVR2IcoBE1A6r8qYh0TyQEid1KX08jHkiHiHaJ+JESj3xJEnTAf8V+s
I9zkWD7oZV2XHKhYhi2y4yAXpIox0KlAEkRRf7H/ALL7LKLj9KMuSUflwFB5skIQHYSzmpQE
u4jYun0WUJEdQpcf1IBJsRd0DxPWoEl3jGWh3KAjzSd7GoWPIIyb8U0oV6Ff1BKJtZ1lIQJN
XMVy/Ug4cYBHGT4Sf+2hODSjIs/tMjLFnDsP3lP6iReRcAI1eQsBX9pCrz1CBJoKkOibgWK7
QIkpyGluhmMo6sdUwyDs3+JNaHmOlPfRA8IoOqjMaWWMxkHoAi9AKAarIgGXoqAs6NqP4llc
/cpTr2h29CmdHoFwxiHGAOQ0ogBIRjbI6rMinRCQaLuhhyPxi4OvwpzKuoXZLP0L1KQjxtjY
3RHNx47SZelGUQYzN9v2VlyHIEANItZSNIUY4mnxIy+n5ozDW8wUpQi8daWCjkMRA3bxSRLv
h2N1CnORNLbBTl+j+z1QcODsnhAkavujHkiYdTou8XuRUKtNAPaVQ8RYFRDYvcowmHB1RIrx
gp0ePkHzYGxl4o/Cn+okSTpJADlAkb0sjPgmDEmhCAiSTqWTyLdApcdmoTuyjCcmiCw9CE5z
x4OFiBufgRAeIPaxtigIn5fEBTR1jHunJOzQeg2VSGPiJQLvsmIcp4kyZAbrxVsN0OKNIliW
8yob6fZ84CtgsTFyPEiNOuqc1B0snDsdFI3LH7kCW8Qf1lfLnxSwxAjjYhREIHj4x5DusRHI
k3dDHsa9P5k5JFa7fsrq9a7oTYxG+n7KsLbaok2F0Rxl9z/KhCQLGge6rMh9rrulkDd7oj70
ZgkbhfLjyATFGOqy1JEsTZfUcM/DLujs4RYuBpujFu59b/YOOUxAHVn/AC9qMeGJ5AC2QBZZ
8848ZJoLllHLmkZC5AujLh5DKW0qV/Kh8vwx8cYvWZ8XIjDnMhMhsT7KxiSAKAhNAEtqgMqd
UIyDE+AjqnIo9dkXIrunhIH0HdFqgXP2vxzlH0FYjnJHVk0uYl7gFCTkksT1XdIxL1F0ACCA
sS5NC2yeTkEa2/Ihximr7IvLtJqjaW6xY9NAjLJpRq2pdMBXTdk4Tl2GoshI2uCyrVCIqTRl
DjiW3fRPKQL6jVM5MTsjVxoUadSjESpO4XABczFN0AWJA1QEovLUxDKXyuQAxPgq35VmZPMe
KBTAAixAFispRIj5ToixDarxCykZyLdTcJuCEpA0LhgjnHA8VZAlOZfimHLFx1QJ5QXszlGX
DMAyHbPRRjySdi8pQOSgYyIIH7QU+WJGJhiQbuhx5AkahOGMt18rlk1WDIylPKQY8cR+/NYD
ijiK5DdREogGRZEARnWlUOysj5apwSAjykZSlfJfLEAIbMsJQxiHJIQMZQnCVBZAiNI22Xb3
A3HsrISAqxBQs3TUJiL+uqLBzqdP7NXrcOqJ1Vyrlho6c62CYAOd+ieRteILKlVETFY2DpgG
ibE6IxMfVsjyc0X4wHESHCMogccAKACj/AiQ4iCx3dCRiWfxbIRNtFjkBE6I92Ww6e8i7MTS
i5BxUbzeyhycUyeeXcTOx+FRl9TxxlzmWQlcwb3k5qqONtiV8kiOYqYoiXHF3Z7IjAPLxG6M
SHErA2RMQ8PwdXFvxQ/1MQeIypPxH9lGUeYGOgFwuXkyjIcl4xOVB5M0DKYgAPCQ6lKQllc8
v+WP7yB+lfGG/dH8yx5IxmCWjEBosV82PEIzkKn0phTopcU5EOGonic+J7+YOjCJlKZFAA7S
Q5DIcYkXBvIEe6oy5X+YABmOiMePmIHVAy5JPGzUQ+TI4G4O6OQlFqDonmRyDaSY8bALuBAX
y+CbZhjKxqmvjSPp9pARkeoO/vKrubtRQe5OLIC3pWILT9FWRIYvUkf2af8AH7B1+wbFAkUb
70ZSDbUsCi16ZAVRiCAxvqhIuSdDqgDQa7MhGAYFv95LCIxxuPaQJ0Z0D9K3HwQl/V5WczI/
9LiU5mBBP4Ig20OgWGGUQGybf3k8BUrvIjs6h/8A5v0xaBL8020HtKPHEuIgB92RH3rrogLE
67KUoCTzLiYChPlrOz7pwK67JgXH4pjTcGy8Ru/q9hSHKAcKh7IThEDiHjen7EEZQiIwjcLH
6Ugzm0YyIDRUp/U5c2giJdr+VDj+lB45HxCBaP5ln9VyHl5aEDSJQK7vvTzjlo9ijAOBe6bj
kRLWiP4EFigATIdU7Jrapp2Q448YlG3VPxyxiKYyqUZcmJi1S/8ACmMDW0rGKPIOQEirbp8e
0mjKIETGnd6URYfeoxfukbqRNRCr6qcpOACwbQJ4VjI6iqBahUT5jcaBUQIFSWa6xIrom8Tr
tsRVAswvVBxcIi4/AFU8WhRMS5qwHmRzAMiaBmZRlyTcGmOyymTKAHZFmi6Er8lmAsFGW5pu
ynCMvlmQMQdvfXHwQeXHxhhLzOFITBIJcFkxi3tBroyb0i37qnMDAxoIvWRXzDM8szSEQ+I9
3BH6z6uZjKQpxA3/APeTmp0CayBNDopdplIWARjV9RKqHCY4y0PVMCW1QlB5OiAa7Gq9SPLz
ntMmhxaN7fJ76wjKImPDAXRjygcEBUC8pKMp5TMd7E/CgAKMwA0AT2fVAfY11ZOSwCI4xk2u
iaPHEG1SgOMxiLGi/wA8x+GiB5PqOSWrgoEcs8SdSnHKWFnq6/pyA0ch1lyTMpGtTdVYBqgr
+mBADQrLjBJDu9QhOQej+kowFdgozMXAq3pU8SRkGb0o6gG+5Xy4RProMl3RxmNlEzEZFtdF
2w++ywxMMaUNyf3FRyBRjdExJErW/eWJHcbi1EBJxdzt8Sa4/SF2h3dZy18rtJSMwYz0etkY
cUouO6R8wdMZuAzfxKIFRB8fWgXxZnZCIsNVLl4oHklCpiLt5poRJ+XJ3qCJA++subli2shu
jgDMPcao8f0/EI6VHdks5QlGMi55J9sQgYj5nOankkHb/wBtHbQJle+6Y23RMSv6kBKW+qE4
OZg9r2R0anpQI9e6fEbLwn718scvyjLzC7J5chny+8aZIACwoQg9ETtddx7U4LvZben7G10W
JDjZGES0ZVDoiIAkNdU0qSCEj4GuhDljHE2kUY8Ty5NDE9oUQS8KumsCgxrYR3Tyckj7kQA8
hqu2tLICIJ66ISm4I2WMWAijqNwgCS5LnoqAGR3rZEiIctVZE5Rb7nQBDRDgehDkJcg1fWKk
SO+NRsQiwzDPLQujICIhGlboyHg1YP8AsoyMqM4AuD7yjM8RAt0WQdyG9SeMsIxoM7qBi0cT
WcdQtv0ou4kbJyUWLBdLKcBxxhyS84FXQjD6mA9rtWXP9TKT3EBj+8hLi48+QXnyd0nQ/Ff8
V216KzEX6oE0AsFWnRUNfSnuOirfVGwGhRf1AoiLEX9a8Is6lrh2gJ7yBINWoojkOXBqD4go
kTEhKoAuEeKEmBDuKoCRJDdpOiwkSQ9H3RgSYjyl2R7yCz3T8kcw9GoWVZ/LO0keSExMDY2K
Mm8QuE8xXYKIybcBMS7UCLmp0QgQ51RJdhYpmruhSuhRABc6qoq9E4Hd0VR6XXhoavqqE1ui
S4Ft0NfZKcaeVd0fFd9E/EBgA4Ht/CokjGA8TqXFx8pEogdtiUTA1IauyMmcjROzAWCtUfes
fJsVmIgGnREm6AFyj0VaptNyrVNiq1qqf81Q1B1VdVVFqL9SbdMQ7oAxZrMnFBddFjEnpXRH
uEgLgoCYwJ2sgQXDXCxiKN61+CnRzI1J6FFxV3RJJBFWCHzO3GwTC+myYliLIVoTcXdDkj3k
isZJo0NpAiyMQW6qRMb0RyBIDN6U1yFUg0qFQ9QSiDe267Q+pIXaKkO52WJqHoh3WQO+id6i
h3CBhxCcReRusOaPypHXyoCEhMpomosEwHc9tUBJ+6wKJFdn2RqCTujyS485Qcya7e6hyMTw
yOMeIVkEMgTE1uylyceQ5IlwXqseQGEhv/DNPkNirv1G3up2dz609VEu8dQteoOiYSDqlVuu
hTGgCLAkKkS2p6Iyi4rR00r7uiQxbREzGJuF2yDnRbHdAXITCXqKe4JXdStEWtdO7elO7f79
q19SzBEh0urHe6k+kq7XUpAZDy/wyTSLylZkMiHDllS71WR9HrTMza6IcX/qxFzYp5nM6DRk
YiBMiGDVUsuNgKuaJ42Kfa/VFw8S/RDQjTRUrugKCIQAFBsbosMm1QN3uF3gsKhEix3RBDkm
2rKXIQ0b4oCFDQ3YsowBpI4uTqqeMfq9lOQ4eg1Tw7eSVB6Fnyyro/s+0my+Zs2yJ44iBJyp
usYmkbA7IjQLA2IX9Pky45X0ohByW3TOAyAuNk+11VmKAAfqqExa/VGMg0jsrH1I1YnQqlTY
hUBBeyaQKPTZXY9U0jZHGxaqPyuTJi13Y+/FAcmvmCvUqmmqOVW0RMBiTX0IBjKN33VjEnfo
rHI6rISxxNBuFpspxmHYm9roQiGANStRuFJi50Cxu9aoSe1aCiLO4qu+V6iL2VY0NAVkJGM4
2allyZ/5sIE0tJClL+tSjb9CIrWjokh3v6E0aUoSi8fSq6VRMKDUbsgBGpFxuhGezOiH7dyu
2Ri1ARdPDmlOtctEwmH62Xe8SLelQEeSQeQjj7pRaZdizj++ocnNIcmA7AQ0W95GMSIhmx2R
q8mqUDCzAE6K9Dr0T3ZwhMEHpt8Sc0REboFy423RyLgfpQEqE3WEJgzZ8UDodEYs2rlCTOyJ
kWZyToiMCdmuQgcCHYMSxXyxWRrd/wAqaIYgtVAECqrfZS4eOEpcoYOR2v7qMOWBhGUS0mYe
6jzRMhJ6GOvxof6iBhyChcECXvxRplsnifSCg8atcISZgbboA19KIlFxog7wH6k0Z5G4V/w1
XI+kj6GTN2XBCeJer1KbU3WlDQoiJN7FE1ILLIXZwV3PJw4GyBkxFKkIMaEvRMKaPZEnUOE0
7UZqBwg3h60C9G2yMhUG/VANdMC5a2y5OLtlxxNI9PjTcgPDI0rUIEHKO4qmqwuE5Brpugcf
T0UpjukAWDasgScZRNDdiEYfVAckSGzjSTL+hyiR0ifEFLI9/RDFiNE1bEDr+VXYg0RY66WW
EqAnxMhiQXTuHNKWTxmwNlnyEES8I1U4Qn8vkHhLs7/+kpSllGXHTImqAMYzwDGZ1ZDll/SD
sXsgRIYzrA3f4UYsz09anH6n6ccgN5R8Qb3UJcYEnqAT3BfM4yTI7oOWkLKHLwxE4eYM9UDP
jiQbhyCEIzaPIQwMtz7yMjLED2kMY/NmLPb+8seKIiKXqyjxyiCJPWKD0f71136ICJJCBiAd
Gdd2l0wDNYpgfCvFpuuShnU0u6yjHCtQLBdwoTdRMS4q7rIR9CJEjlKpV31vqh6PuRjIEgIu
GjsyJMQ4/ZZYPWXmNkchkI7ImIv0WN0Ks92VQ4CxAod7p8jlodkeXglkZlzA6ujGUTxtbIUU
eDuJmWMLinn40O0PqsjX2aIOK69UOLl5I8UpaFZfQzHK5ckEa+4jkLXZRnMSH00KylGWJfyx
7UOSEKWc1KcUjHTqstd0+iJPmRYGQOlimiXmPK9kRHwvU9fdRlNw1SdF/U7oikXWUBGLDW35
lMcjCLtQM/vqPFIvAVljRRDfL4Ae2A1+L41EwmYR4x2RhaK48qzIDk3PxIxnEP7eoKjzDm+X
h4TEa/8AcTyrNOQ7WXdQHQozwxnvChQPzCJUIpZvaXHLkEp4DFx2xf2/jWshoAhPkBhwAufL
IrDgiBEWIuhlY/gE4qg49SJBbZVLyKLOQLFEvVXFnXIeNxlIpr7sgalrBPZ9GRezWQJLEGiZ
mPVBg2Qp6VKlT+KJlSttURIlquNvZQkSQfaOgQ1Oh0ZSlpuhG53CDAAddVkZMfZFkS7uGdDM
5Up/MhUg6L+r3A7XXzAHx8GVw/iTmoOmhWw0CZqox5+OPIQAXZiPzoTjGcSDpJAwDSAbd1jw
wwdsh6PMpQAd/wAE/HGhOqYh2si1PZWL7k+lYcR7rSIRnKTB6SF1QuDU6KcavyAADRkMBqwd
fL5JZaSQjzHERbHGhx+FH5NIvR7t5U8z4R6nKjy8/HKcRQC0fjUZcZJjK3RE0JQdvQnFZAs2
qHKQTD2dfzJqxazokEHKx0QkNaEri+n4Q8SX5JGwQhBiTXLV0AzReqAApYIgWa2qewROvRVL
m4Tve6xx9Hp+yykWoJGm7IkgnLTZAXiLMjEekBCMu3KjIEh2odUC1dCo3AjVtlWxtupOHewT
SiQfwZNIUF/Qjj4dFKDV30VQQdWCDQ8IZ0BKNVUf8lZyNk2v6kHcjX0oNGis+qLkhkNvQgwv
qnsu4hlSqkD3OHaPXyrAwMCHZ7IkB22Wr6hOLt4kSzMaB7qtToBohxxi2uRQOMhOxPT3EIS1
sW7ghGEcpkVK/qGRc1P8KMiGGlExB+5Q44hye1gLKMHJhEUk1X9lGHLE38Q8oXYHhINE+95U
OYsfaBHiQjyvET8RZ0OXhkJQIBFa1Qo4F3sjExbJ0CA52ZPet1b0IS++KYCp/BauNUxmw9Cu
/UogUUQQW31VLavda2X/2Q==</binary>
 <binary id="i_076.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RxQRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAJwIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTM6MDIAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA8AEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADGGgAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABuAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9VTJ1Bx1SUs4ifM6Ib3aT4KZKE93McpKWkf7VAH3acJnOCi14kykpstdoibmkQq2
6OeU+9JSYkfen3gITXnupF2s90lL3Obt10LiGD4uMLL6OC7LzbSS6b3MaCSYDd2gBV+14ax1
jtRWN5H9Ub/++rO+rloux7bp+ndujTTc3ftMT9HdtSU7W0QoBok/691PQ6zqmjk/gkp//9D1
RCc7wKm920KuXGf9Qkpm54jxVbJubXW6ywwxgLifIKZdJ04HK5n64fWro/Scd2Fl2WHIuaCy
nHg2kT/K9tbf5b/+tpKZ2dby8ixzMGsgN7ABzvjY536NihnfW7F6RS1vVCHZrxLMPHG+5w/e
9IH9H/Xu9Jn/ABi5vDzvrT1vAsd0aijpOC2t7637vXybC0uZY2j6LfWa5vv/AEdf/B2LmmfV
DMb1F9n1gvspwpi3Oc9oN1h/m20WZJ/8Eub+Z/pElO3m/wCM7rdx/UqKsRrXS51oF7o/d2/o
q9q7n6mfWJn1j6fZc6sU5OO4Mvawk1kke22nf+kY18fzNnvp/wCE/nF49b0rqnT3ZlWcw2V4
b6q33NcH1tNzTbjxY07f01ex38hd9/inxLnW9R6iXEUBtWOxg0YX/wA/a/8ArMr9D/txJT6H
6esqL6zu5RhHMTKa3dt4EkwPnokpp5b2swMu1xlrarHGfAMd/wB9Wf8AU+ot6DQ9xl1ljnE/
B3pf98RfrXeMf6t5z2jbuZ6Qj+W5tP8A1KN9Wa/T6DhNiP0e7/Oc5/8A35JTqgBPGqSWiSn/
0fUbXAfHsFWcCZ7I7gXNlwg92gygu4nukpq9QymYHTsnM27/ALPU6wMPDnAexv8AaftXi1mL
dn5t2d1K51t1791mT+dro17K49u1vurrXt1ldV9T6bmiyqxpZYx2oc0ja5p/srgOt/UbPwvU
u6ROfjPlxxLP59n8mmz/AA7dySmHT+mZeH9VunfYus/ZamDJ9TKqbt3H1HurbU+5rLdjf5X+
ls/4NVcno31WuxMc9TymZfWmuNIa7KeftJH6Vjbrch2+ndLGsymfZa7PU9P0v9GKvqHVsXBd
0HqGA7KoZWLK66GufYLg513ve1r9rbGnbb6f6T2f8IuUd1UUUWNFRy8nLd6t91/re86P2/Zq
7KcdzW/pW/pm5e//AIH/AAaU919dM7Hq+rOJg10Moy844jsiukAlzMdjv8I3+e2enjY9Ni6z
6m9Js6L0HGwrWenku3X5LN27bZZr6e/851Vfp1uXlPR/rJV0rGot6nPUMmnIxrMTH3BwqooF
zLGWP930m3s+z4/5llX6X/R2eyizMf8ApqGMsx7AHV2NJLi1wD2WbT+8130ElN4W8acqRsO4
kjSts/M/+YqgepY9LGHNcMR75DG26B0GN1b/AKP9n+cViuxl1THMc2wWO9zmEObp73Dcz+rs
SU5X11f6X1avbt3F7q64Pfc6PctXplYr6biV6w2itvj+a1Yn18eP2PSw6G3JYJ15DbH9l0GH
DcakHWK2CfH2tSUlDpaDrqJ80+7XlRA9m3mCRyR38WpbGbdusc8meZ+lO5JT/9L021zeAhRu
Kd9jAfeYHjBMf1iPoqBZZc8tDvTpadro0e8j6TP+DZ/1aSl4iO/gUO99VdbrbXNrqraXvseQ
1rWt1dY95+gxrVYe1rdNIAiBoFyv1rzcrI+zdI6ff6F+ZkCu8tALmUsabsg2XP8AZS7027/T
Z+k/89pKaP1q+u9GJ0237O0voyWuoD7NzXP9RvudWwFljPSpfv8Af+kf6lX80vG3vcTsDnem
JDGuMw2dwXR/XfqdOX1Kvp2JphdJZ9nrAn3Pmb7Tun3bttbnP9/6Jc7tmfx7pKYADuNF6Gfr
ZnUYXR+tE5TM7Pa7ErrZkBmJGKasb7V9g9J9djMj1Hssod6f6amx9XprhcXDuy8irFoAddkP
bVU3j3PO1u791q9Wy+m14F2F0zD6fR1Smmhtbrr7W0tDqeH7XU3b3us32ssob/pElJa/rZ9Y
epY9eBgYra+uue6x8OApFNfs3/rrX+6yyz031M9OxTp651LAzaK+v9LZ0/NdLKM3FA2vEt3M
srY708mhzvT9Vnrb6/5z9GjdHvxcbqOfmmyXUNbVdUSzZS7a3IfX6zWte6mrf73uZ+lu/wCL
Vuypv1nopfkVP+yMuZfTANe5o1LX7v0my9vssZ/o0lMfr44HFwap2k3vf/m1/wDqRdG4Zgpa
zGLGEMY31HyTJA3OYPo+xv7y5f65Ft93TiHSwlzgRpo8s9zQuwDtUlKoqLGua57rCSCXO8YE
x+7/AFUWAhh3uPfgn5Ke7TzSU//T9LhwHdIPDRAHAAA8FNx1QHOMwkpoddzsirHZTiVl2VkF
za3uO2usNHqW25FwDvTZs9rNv6Sx/wDNrlL/ALVgdOzuq9Uym35AxLqsNtFfpV1VwX/oa37n
u9SzZ+lyPetz619Uo6fhNffu9Nz2+oWtmG6+9/8AIZtc9cz9bL7K/qll5m4WW3FlLnO1Hp2k
t/RAbdvt/SsSU+WeoXAlx3PeSXOJ1PmSoye5+Hik7btG2dOf96ikp3Pqhtd9aOmd5yWGPhPk
vSeudWdi7MLEcB1LJYbGPcN4ppadtmZZX+e7/B4tT/0dl30/0f8AOeafUy2uv6z9PfZ2sIYO
JeWPbQzcfo77ixi7pge6rKyNRn9QG7Ktc0NexxZtZQ2r/Auw2foWVv8A5r+cSU830PMqty8/
Dt37cp1de6SXFodZkZt1rvzrr6m277f+E/4td/Rm5tm217ji4+2fS3EH+ToP3V586lvQ7Ptb
h9otobtFB0a4PePpPaTY59n0PYt7EzcnqNQtZVbY4u5sHo1gxL2fpPe9jd37j0lPTZ+Nd1Bm
HbQ77R6JLHsa07g4k2tn+S/6PqLrAC6sDcWnT3NifMayuCr6nnYIqdU5hdQBLCIDmiN7Wv8A
5z+qu2symUUtsex79xY0MraXul5gexn5rd3vckpKKK23MsJc58OAc9xMAj6LR9FvH7qPHbyQ
2PZYGPreLG7oDmkEGJY6HfyXIm07vNJT/9T0xzuyq5FtVVbrLHBlbAS+xxgADu4oxIJ1ELH6
o5lznEuGzHs2kk+1rgxltnt+j6n6Rn6V36Spn8ykpyur5WFleo7IexmNYwMPrFrJAnXbYfbu
3fQd+k/0la4jqYdj/VnqPSKsn7Zi1vquxIlzq/Rf6WbiueR/gvtGPe1n+DqsXQdVw+iXZVeV
Z085F+2PUc19NYDTvY9zXux99lbnfT2f8Zaj9FyuiWdLyMDByzksvL8V1YYyl735AfT+q1AM
qd/hP0rLLPZV+lu/wiSnyOSWwANO6hA7Su6qxejYeGzp/WcPFz7cI2UE4DXVWeq1/qXfbeo/
acdt/p1bf+0t/p/Q/wBL6xun/wDNgve3G6LiE3UWChl192XcbQHejW+uceiv1Nj/ANJR/wBb
t3pKeL6M/Jr6vhWYjDbksvrdVW0Fxc5rmuazY36W5eu9P6HfflZjWAVtrvsdeXWeo9z3S6Hu
f/hrKWM+lZsqr/kLjn/W3qeFRXVW+vo2I+CKMKqpjjHtcHtaHXu+l9K6z/txb1Hr09KHTq91
LL2m+/I3/TLh/PYl+79V/R2+p6duz/DWJKc+/wCsv1YttYzHty67i4eubqGubUOHtf8ApGvY
+r+R9OxauBndKzLWDF9fNYWl9tnqV0kQ70/5hjMtzf0n+kyKv7a5nD6ZR1S9nSamHqWT6pLc
2g/oKmO93pP9T023XsY3dssss/Sf9qEqOuXH62Y3SsHIuPSq7yz7PIax9jx6eQ/7Pi/oG1er
/MVM9Rldf+E9Sy26xKeuGTmOrsd0no9VdjQ19dua2xxcDtFjN+V7aMhrvV9PfX/o7f5ixdLg
4Trcap+dl5GXc+sC1rrBWzcR+k21YTcev2u9qzgLQWGw6PrIIcDO9h1cf6zXLVxHMqxG2PLW
1tBLnuO1oEzJc/2tSU38PGxsTHrxsWttNFX0K2CGt1n/AKSuSIlYLPrL0V1jamZdZLjAdqGS
P3rnN9NawyqzSbfUZ6Y19Tc3b/nztSU//9XWv+u+Y2523FxwwFw2uc8uIBLd26a2/wBhqu5u
TdmUYhZ+jffUL3tbo0F43t2ueA72sb9L/wAhWuIsfdbeXem8tBMhrHkmD4gB3/SXW9HuyszD
poNdhvx6SwPLS0bZ/Rvc54a71q972O2fzn+ekp4z67dYtw6/sDSPtGWzdZPNdLtGs/42/wD8
8/8AhhA+qv2fpXTsfq/pNsyLrLGVXB2tbqix3okO3t9R9bvUZ9D2fnrV+uv1NyM4DqGCHWZb
Rs+zjV12wbnNxv8AS2srHqel/PfTQvqRhvx+m5ub1VtlGLhmui/Bc0sFocQ9l17LRsbZRu/R
37fV/wAH9BJTH6x5GB1DI/a1HTsbHD3tsyLL2autc73VN93pW720vtyMm1np/pfT9P1f5zhL
7RbY/Y0V1F5cypk7Wyfzdxc5X/rLaLOs5e4bHNusa2loiutod+iqo93821qypSUqIXsdU5GB
iF7Gll9FRIdGr/Trc1vpncyzdte5eRMxMix9bG1kG7+b3e0H4b1679Wqn3fVzplRgn0WS5pg
ja9xYdP3dvu/f/PSUnFD29PyK63Gl+S11LLGAB7SRttv3fvsa7YuX+qfS8X6udVttzHerdVT
Y63Kax3pUVN9zrWb2+pe6xjdvt9L/RU+uunzMpjQXVg+mzbVQO5BMep/bf70DNxvtHSOpYhi
p9tD7W7pZuc0fo95Hve31BWkpos+udmZ6t1FHo4+0ei+33PLtzq/0lTf0NfuZ7Gb7FlZv1ox
LMsHqmac51ZP6F7ntra76MTjU3sr2R/gqv0n+kVjo9Duk0inKxiTWSWZdlcMcJc/9G37Pl1t
Yx9ntfe+v/ra1asfomRVZc7puJf6QNllxxqreT7nbsCz1L92/f8Azf8AxiSnBf8AXLAe00Y2
FiWPI21bb7aiD2NtuXRTU/8Al/pK1tVnJbiWu9Ehz8T1Di6bDaDU7Yddn857N+5ZOf8AVn6v
ZlmK7GYzDxMy0VHNotL6K7HaNa6m5lmVR6jv38i3HZ/wH84t3F/xf41PRszpjMl5xMoNda9z
yXgsdXcx9TfR2Vs9n6Sv0fVs/wBL/N7Ep//W9Ia0zJJ+9EjTWT81B766jFj2sJ1EkCY/rILc
xry5jdlljPpNrfJk+5oh236TUlJLqqntixrXM0cd8EAt92/3fR2fv/mLyfrfU+mZOTkUYDfS
6N6jcUlnsFlmQ5wv6jsYP0v2atjK8f1P0tv85/hF3n13zLKPq1nGk7bH1taXbjXsY97Kn2Of
/b+j/hHryLOzMejpNeNRcyzI9Wuw7TMRJ/N/0e2tv0klOxlYjHdUoysqoN+2Y5pyBAc1ubiF
2Ll1bhvb+kbj+tX/AMEgYuPghmVbkUVU2/piwkD2mutx3V7Ru/M9ljVo9Jyz1Oq7pGXYKbup
2faul5ZggZAYyt2JZ+5bb6P6L/uR+lq/7ULLyAba7qshrqsiXY5mfZY4bGsdu/wbmv31W/4S
hJTmdQFl2Jgna2t1TS174Eh7Ws2Oc4+9+9zf7C9A+qtlr/q5Re6GucHUNIEEmTZZY130XVtq
s2V/y/UXGdF6S7r9+PjBzqKGNdfm5LhpVSPbkW73+31HOb6NP/qxdJmdbu6lm19P6PaMTAx6
9tTWMBcymobWfpbWv9P2D3vSU611LnZWNQ1pAeS9jf3iwe1rd37m7ciZP1i6PkVPwhnUVZOL
YGOrubDnCfdSwZDsb1Gb/d+iuWHgY+KX157Mi7qBos3l1ljnBzmGXMY9/uY36P8AM/mI/wBf
fq7V1frGH1Op1ePhXY4uy7LHClri1wrYN21/6xczbT6z6/5upJTZpLsKwsDrmMJDK8dg3Fvb
d9kvbg5not/4J+V/xiqZXUcaS+5gdZW4MryW7qnGwg7aaMja3qHS82xjd1LMz18LJ/07EDJs
fS7e6t+PUdPeWXYz5/dzGtdi/wDW+r4v/oZjqvV0y/6z5+L08WNxKh632m0HX0mOZux8Spxt
yKHWsP8ARr7bcT9F62Lds9RJTLpWcc+q+6tn2im3IONm49oaz16zHo9QsrZ/M302ezL9Bvv/
AMHvuXpAc8YBeI9R+NB0O3e1uzj+c2+7/jVyvUuhY/QDifsWk1Y1k1ZEGx9hdG6uwvq/WHvs
/dqtxq1qMdv+qljDSP0bvTFXp1Hl7OcUX+mz6f0HZn2r/Cb/ALQkp//X9Ddi22O/SWGxs6bo
0/qw381P9nNTfY+x7gA2AWyfzfD+09yO54awuOgGp+S5b615V+NTiWvbVGU94LL2mwMDQ19b
GslrN7vf6iSnX6l0zFz8O7AzqzlY+QALhJBcGOD6t1gLH+xzd3tXAfXH6vYP1a+r9jum0/os
vJNYa+C+plrGMsb64d6mVX+i/QMt/mfWsW/9X/rFjY9N4zrNbSH0iuuGkjcx7G00jZRub6Ps
/wAIhfXa6vrX1Vzm003U24BrymeuzYLAwuFoo3bbfZX/ADv6NiSnz3Aa/Jx7cawkMrBuY9gM
0lrm/pd30qtlljfp/wCk9L/CLY6h1DE62Kf2mw1dSYC3Muxx+iuYXbmPfSP09Vn0r/0e/wDT
7/R/R3+znGV13s3WMl75Dnd3SZbO0+/3bf5xGp+3GkY+LSBW+YyLPaIH0i2t3vekp2+qdcxm
4r+mdNDqsINacm60bbb3MH6Jtjfo1YePu/Q4rN/6T33P9VR6bhXmt1QeG3ZGx+QCJNdY99FT
2n/Sz9ourd/O/oKkjhsyfqjg51IrHUcGyyv12tBbcHWOcxl+923Kfu2bP0Xs/wAIh2fWS2t/
ovwRdmuHp2mh7/e8csj0/VZ7/d6f5iSnpPXDAAXsqx2GDbZDQPP0/wBG11tjvf8Aokf64WZF
X1RpeKQ11G2qx9rA5opt9rMltbw79I230/T/ANF6iD0TK6fQK8jqorfnFwIxGwW1xrsfdY57
LL/zn7Pof110lfU8vrP7QGLSx9bMZ7W49ha4Oe9p9L1K9v6T1Hfy/TSU+TdJZmWh7ulW225V
Td9uOWlhcN2x/wCkY/Y/dub/AC10v1d6j0/D65j31OfWxjKsO1uUALWWP9V1lT3QxrLH2vZT
Xb9D9Hd636SytcTgdT6r0LJt+zu+z5MGi1r6wXNgiWmu1vte1zV2WFdj9b6KMc1l3Wf57My2
Btj3YwDq9mdY4Cim276GNj/pbamfpUlOr/jJ6z0u7pdGNi5WNk2U5gGS0OFnpgNs3bwxl23d
tcxZPTutsd/i76s11+62uyrZXFZ2t9alj7PTZjtqqa/e39Nb6ltlv/Crnuo9FuZhnO9YV05t
841Jc4vewAso3sZ7fV/nGfpGKGLi2M6bmVCQLKg0gE7SRbjv90f1fzklP//Q6G36xQ51dYvy
LCSKyGlpOrg7b6m32s/0jq0CzI6xeGHL6dj11BxdV9pf7yS309C91e3+X+hWVf1PqtjbKGXi
lm+wOfQ0Vvf73t9z2+9v9hNRbhVNLi1z7hJZYS5z5+jpY4vsb7PZ7UlL5B6kC1jesU41Ve4C
vFo3uZGp97ane7/ru9Qssvbi3sZlZnVMh7C0NueaccEt3A7anuusd/IUXdVLg4vo9lW0VuaH
Fwj6U/vtSZe6xpfU33kHbpubI4nb+akp5Gp+Pi013Oqmu9u5z2idhP71f5ux+5n0/wAxFa+z
MAbibnUsc31reGj3ctsO36P/AG5/xaN1/Pzek5NuGyio1Zdbbdt1InZcBdadD6W/1N1b7Gfu
f4NZDLut3sa6t3p42MBJAFdTIHt9XYP+j/hv5aSns/qrRgVdJvxbGNuNdzmMLpFo1ePXpYG/
zm3+b9nprPF1PSsm+t1brLg4trcW7T7h6rX+lus9Wx+7d/Oe+xG6D1igsq6eMx2bl5V7b7wa
z2a9u31XtYyvHx6/f6bP5v8AwaP1vEfiC/rNEPuxq/c12oknYy5had3qVb0lOFT1+l13q2sy
XvcCzaytsnjhu72rqek9U+sFeI3E6di/Yr818Mfe4PfAG31cmytn6Gmr/RMr3/8AbnqLjMHr
XU6rzlYzGNf7pL6xYeAXWPdcTZvbG7dXUtT6n9S66L8jIxW1bLAa8i/IBcAS713P+l61tz/c
ytn83/pElOj/AIz8THe7FyabvUycdgx8uxwaDa9/6XfU0fpn2Mb/ADm/6FfoVrmOidRyunSM
TJOM64hhG1p3z9GdzdrV2vVehY/1iZb6NLsjqNVTyzIssNVILnG1z/T91bHNn89/8zV6f+CX
m9Ife+W+4+JkAT/K9ySnsfrd021vU+n5LLmOoyaHODW6PBkNv37fpPtdY2t/8hioUXUmrIxw
07xVJO7/AISgbeP5SqdHwr7fXstMsYGsaXfyTJ2f1f5K6SvKD8Wzpv7RudjV0Fm30GBrR6lX
u3B3q2e63b7n/Q/wiSn/2f/tJC5QaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVH
HAIAAAIAAAA4QklNBCUAAAAAABDNz/p9qMe+CQVwdq6vBcNOOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAA
AAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAElu
dGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQA
AAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARG
BDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAM
YnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnBy
aW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NN
Ym9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJv
b2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdC
QwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBn
UHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3Ag
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblBy
aW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRs
b25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAA
AAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+A
AAA4QklNBA0AAAAAAAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAA
AQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAAB
AC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAAB
OEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////
/////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////
////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAA
AAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklN
BB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfAAAAAFAGkAXwAw
ADAAOAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB8AAAAtAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHwAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2Jq
YwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25n
AAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAA
AFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAA
AFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcA
AALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB8AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAA
AAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hU
TUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xp
Y2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRB
bGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlw
ZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAA
AAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAA
AAAa4gAAAAEAAABuAAAAoAAAAUwAAM+AAAAaxgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFk
b2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwR
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABuAwEiAAIRAQMR
Af/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAA
AAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGh
sUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieU
pIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYF
NQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLS
RJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eH
l6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A9VTJ1Bx1SUs4ifM6Ib3aT4KZKE93McpKWkf7VAH3acJnOCi1
4kykpstdoibmkQq26OeU+9JSYkfen3gITXnupF2s90lL3Obt10LiGD4uMLL6OC7LzbSS6b3M
aCSYDd2gBV+14ax1jtRWN5H9Ub/++rO+rloux7bp+ndujTTc3ftMT9HdtSU7W0QoBok/691P
Q6zqmjk/gkp//9D1RCc7wKm920KuXGf9Qkpm54jxVbJubXW6ywwxgLifIKZdJ04HK5n64fWr
o/Scd2Fl2WHIuaCynHg2kT/K9tbf5b/+tpKZ2dby8ixzMGsgN7ABzvjY536NihnfW7F6RS1v
VCHZrxLMPHG+5w/e9IH9H/Xu9Jn/ABi5vDzvrT1vAsd0aijpOC2t7637vXybC0uZY2j6LfWa
5vv/AEdf/B2LmmfVDMb1F9n1gvspwpi3Oc9oN1h/m20WZJ/8Eub+Z/pElO3m/wCM7rdx/UqK
sRrXS51oF7o/d2/oq9q7n6mfWJn1j6fZc6sU5OO4Mvawk1kke22nf+kY18fzNnvp/wCE/nF4
9b0rqnT3ZlWcw2V4b6q33NcH1tNzTbjxY07f01ex38hd9/inxLnW9R6iXEUBtWOxg0YX/wA/
a/8ArMr9D/txJT6H6esqL6zu5RhHMTKa3dt4EkwPnokpp5b2swMu1xlrarHGfAMd/wB9Wf8A
U+ot6DQ9xl1ljnE/B3pf98RfrXeMf6t5z2jbuZ6Qj+W5tP8A1KN9Wa/T6DhNiP0e7/Oc5/8A
35JTqgBPGqSWiSn/0fUbXAfHsFWcCZ7I7gXNlwg92gygu4nukpq9QymYHTsnM27/ALPU6wMP
DnAexv8AaftXi1mLdn5t2d1K51t1791mT+dro17K49u1vurrXt1ldV9T6bmiyqxpZYx2oc0j
a5p/srgOt/UbPwvUu6ROfjPlxxLP59n8mmz/AA7dySmHT+mZeH9VunfYus/ZamDJ9TKqbt3H
1HurbU+5rLdjf5X+ls/4NVcno31WuxMc9TymZfWmuNIa7KeftJH6Vjbrch2+ndLGsymfZa7P
U9P0v9GKvqHVsXBd0HqGA7KoZWLK66GufYLg513ve1r9rbGnbb6f6T2f8IuUd1UUUWNFRy8n
Ld6t91/re86P2/Zq7KcdzW/pW/pm5e//AIH/AAaU919dM7Hq+rOJg10Moy844jsiukAlzMdj
v8I3+e2enjY9Ni6z6m9Js6L0HGwrWenku3X5LN27bZZr6e/851Vfp1uXlPR/rJV0rGot6nPU
MmnIxrMTH3BwqooFzLGWP930m3s+z4/5llX6X/R2eyizMf8ApqGMsx7AHV2NJLi1wD2WbT+8
130ElN4W8acqRsO4kjSts/M/+YqgepY9LGHNcMR75DG26B0GN1b/AKP9n+cViuxl1THMc2wW
O9zmEObp73Dcz+rsSU5X11f6X1avbt3F7q64Pfc6PctXplYr6biV6w2itvj+a1Yn18eP2PSw
6G3JYJ15DbH9l0GHDcakHWK2CfH2tSUlDpaDrqJ80+7XlRA9m3mCRyR38WpbGbdusc8meZ+l
O5JT/9L021zeAhRuKd9jAfeYHjBMf1iPoqBZZc8tDvTpadro0e8j6TP+DZ/1aSl4iO/gUO99
VdbrbXNrqraXvseQ1rWt1dY95+gxrVYe1rdNIAiBoFyv1rzcrI+zdI6ff6F+ZkCu8tALmUsa
bsg2XP8AZS7027/TZ+k/89pKaP1q+u9GJ0237O0voyWuoD7NzXP9RvudWwFljPSpfv8Af+kf
6lX80vG3vcTsDnemJDGuMw2dwXR/XfqdOX1Kvp2JphdJZ9nrAn3Pmb7Tun3bttbnP9/6Jc7t
mfx7pKYADuNF6GfrZnUYXR+tE5TM7Pa7ErrZkBmJGKasb7V9g9J9djMj1Hssod6f6amx9Xpr
hcXDuy8irFoAddkPbVU3j3PO1u791q9Wy+m14F2F0zD6fR1Smmhtbrr7W0tDqeH7XU3b3us3
2ssob/pElJa/rZ9YepY9eBgYra+uue6x8OApFNfs3/rrX+6yyz031M9OxTp651LAzaK+v9LZ
0/NdLKM3FA2vEt3MsrY708mhzvT9Vnrb6/5z9GjdHvxcbqOfmmyXUNbVdUSzZS7a3IfX6zWt
e6mrf73uZ+lu/wCLVuypv1nopfkVP+yMuZfTANe5o1LX7v0my9vssZ/o0lMfr44HFwap2k3v
f/m1/wDqRdG4ZgpazGLGEMY31HyTJA3OYPo+xv7y5f65Ft93TiHSwlzgRpo8s9zQuwDtUlKo
qLGua57rCSCXO8YEx+7/AFUWAhh3uPfgn5Ke7TzSU//T9LhwHdIPDRAHAAA8FNx1QHOMwkpo
ddzsirHZTiVl2VkFza3uO2usNHqW25FwDvTZs9rNv6Sx/wDNrlL/ALVgdOzuq9Uym35AxLqs
NtFfpV1VwX/oa37nu9SzZ+lyPetz619Uo6fhNffu9Nz2+oWtmG6+9/8AIZtc9cz9bL7K/qll
5m4WW3FlLnO1Hp2kt/RAbdvt/SsSU+WeoXAlx3PeSXOJ1PmSoye5+Hik7btG2dOf96ikp3Pq
htd9aOmd5yWGPhPkvSeudWdi7MLEcB1LJYbGPcN4ppadtmZZX+e7/B4tT/0dl30/0f8AOeaf
Uy2uv6z9PfZ2sIYOJeWPbQzcfo77ixi7pge6rKyNRn9QG7Ktc0NexxZtZQ2r/Auw2foWVv8A
5r+cSU830PMqty8/Dt37cp1de6SXFodZkZt1rvzrr6m277f+E/4td/Rm5tm217ji4+2fS3EH
+ToP3V586lvQ7Ptbh9otobtFB0a4PePpPaTY59n0PYt7EzcnqNQtZVbY4u5sHo1gxL2fpPe9
jd37j0lPTZ+Nd1BmHbQ77R6JLHsa07g4k2tn+S/6PqLrAC6sDcWnT3NifMayuCr6nnYIqdU5
hdQBLCIDmiN7Wv8A5z+qu2symUUtsex79xY0MraXul5gexn5rd3vckpKKK23MsJc58OAc9xM
Aj6LR9FvH7qPHbyQ2PZYGPreLG7oDmkEGJY6HfyXIm07vNJT/9T0xzuyq5FtVVbrLHBlbAS+
xxgADu4oxIJ1ELH6o5lznEuGzHs2kk+1rgxltnt+j6n6Rn6V36Spn8ykpyur5WFleo7IexmN
YwMPrFrJAnXbYfbu3fQd+k/0la4jqYdj/VnqPSKsn7Zi1vquxIlzq/Rf6WbiueR/gvtGPe1n
+DqsXQdVw+iXZVeVZ085F+2PUc19NYDTvY9zXux99lbnfT2f8Zaj9FyuiWdLyMDByzksvL8V
1YYyl735AfT+q1AMqd/hP0rLLPZV+lu/wiSnyOSWwANO6hA7Su6qxejYeGzp/WcPFz7cI2UE
4DXVWeq1/qXfbeo/acdt/p1bf+0t/p/Q/wBL6xun/wDNgve3G6LiE3UWChl192XcbQHejW+u
ceiv1Nj/ANJR/wBbt3pKeL6M/Jr6vhWYjDbksvrdVW0Fxc5rmuazY36W5eu9P6HfflZjWAVt
rvsdeXWeo9z3S6Huf/hrKWM+lZsqr/kLjn/W3qeFRXVW+vo2I+CKMKqpjjHtcHtaHXu+l9K6
z/txb1Hr09KHTq91LL2m+/I3/TLh/PYl+79V/R2+p6duz/DWJKc+/wCsv1YttYzHty67i4eu
bqGubUOHtf8ApGvY+r+R9OxauBndKzLWDF9fNYWl9tnqV0kQ70/5hjMtzf0n+kyKv7a5nD6Z
R1S9nSamHqWT6pLc2g/oKmO93pP9T023XsY3dssss/Sf9qEqOuXH62Y3SsHIuPSq7yz7PIax
9jx6eQ/7Pi/oG1er/MVM9Rldf+E9Sy26xKeuGTmOrsd0no9VdjQ19dua2xxcDtFjN+V7aMhr
vV9PfX/o7f5ixdLg4Trcap+dl5GXc+sC1rrBWzcR+k21YTcev2u9qzgLQWGw6PrIIcDO9h1c
f6zXLVxHMqxG2PLW1tBLnuO1oEzJc/2tSU38PGxsTHrxsWttNFX0K2CGt1n/AKSuSIlYLPrL
0V1jamZdZLjAdqGSP3rnN9NawyqzSbfUZ6Y19Tc3b/nztSU//9XWv+u+Y2523FxwwFw2uc8u
IBLd26a2/wBhqu5uTdmUYhZ+jffUL3tbo0F43t2ueA72sb9L/wAhWuIsfdbeXem8tBMhrHkm
D4gB3/SXW9HuyszDpoNdhvx6SwPLS0bZ/Rvc54a71q972O2fzn+ekp4z67dYtw6/sDSPtGWz
dZPNdLtGs/42/wD88/8AhhA+qv2fpXTsfq/pNsyLrLGVXB2tbqix3okO3t9R9bvUZ9D2fnrV
+uv1NyM4DqGCHWZbRs+zjV12wbnNxv8AS2srHqel/PfTQvqRhvx+m5ub1VtlGLhmui/Bc0sF
ocQ9l17LRsbZRu/R37fV/wAH9BJTH6x5GB1DI/a1HTsbHD3tsyLL2autc73VN93pW720vtyM
m1np/pfT9P1f5zhL7RbY/Y0V1F5cypk7Wyfzdxc5X/rLaLOs5e4bHNusa2loiutod+iqo938
21qypSUqIXsdU5GBiF7Gll9FRIdGr/Trc1vpncyzdte5eRMxMix9bG1kG7+b3e0H4b1679Wq
n3fVzplRgn0WS5pgja9xYdP3dvu/f/PSUnFD29PyK63Gl+S11LLGAB7SRttv3fvsa7YuX+qf
S8X6udVttzHerdVTY63Kax3pUVN9zrWb2+pe6xjdvt9L/RU+uunzMpjQXVg+mzbVQO5BMep/
bf70DNxvtHSOpYhip9tD7W7pZuc0fo95Hve31BWkpos+udmZ6t1FHo4+0ei+33PLtzq/0lTf
0NfuZ7Gb7FlZv1oxLMsHqmac51ZP6F7ntra76MTjU3sr2R/gqv0n+kVjo9Duk0inKxiTWSWZ
dlcMcJc/9G37Pl1tYx9ntfe+v/ra1asfomRVZc7puJf6QNllxxqreT7nbsCz1L92/f8Azf8A
xiSnBf8AXLAe00Y2FiWPI21bb7aiD2NtuXRTU/8Al/pK1tVnJbiWu9Ehz8T1Di6bDaDU7Ydd
n857N+5ZOf8AVn6vZlmK7GYzDxMy0VHNotL6K7HaNa6m5lmVR6jv38i3HZ/wH84t3F/xf41P
RszpjMl5xMoNda9zyXgsdXcx9TfR2Vs9n6Sv0fVs/wBL/N7Ep//W9Ia0zJJ+9EjTWT81B766
jFj2sJ1EkCY/rILcxry5jdlljPpNrfJk+5oh236TUlJLqqntixrXM0cd8EAt92/3fR2fv/mL
yfrfU+mZOTkUYDfS6N6jcUlnsFlmQ5wv6jsYP0v2atjK8f1P0tv85/hF3n13zLKPq1nGk7bH
1taXbjXsY97Kn2Of/b+j/hHryLOzMejpNeNRcyzI9Wuw7TMRJ/N/0e2tv0klOxlYjHdUoysq
oN+2Y5pyBAc1ubiF2Ll1bhvb+kbj+tX/AMEgYuPghmVbkUVU2/piwkD2mutx3V7Ru/M9ljVo
9Jyz1Oq7pGXYKbup2faul5ZggZAYyt2JZ+5bb6P6L/uR+lq/7ULLyAba7qshrqsiXY5mfZY4
bGsdu/wbmv31W/4ShJTmdQFl2Jgna2t1TS174Eh7Ws2Oc4+9+9zf7C9A+qtlr/q5Re6GucHU
NIEEmTZZY130XVtqs2V/y/UXGdF6S7r9+PjBzqKGNdfm5LhpVSPbkW73+31HOb6NP/qxdJmd
bu6lm19P6PaMTAx69tTWMBcymobWfpbWv9P2D3vSU611LnZWNQ1pAeS9jf3iwe1rd37m7ciZ
P1i6PkVPwhnUVZOLYGOrubDnCfdSwZDsb1Gb/d+iuWHgY+KX157Mi7qBos3l1ljnBzmGXMY9
/uY36P8AM/mI/wBffq7V1frGH1Op1ePhXY4uy7LHClri1wrYN21/6xczbT6z6/5upJTZpLsK
wsDrmMJDK8dg3Fvbd9kvbg5not/4J+V/xiqZXUcaS+5gdZW4MryW7qnGwg7aaMja3qHS82xj
d1LMz18LJ/07EDJsfS7e6t+PUdPeWXYz5/dzGtdi/wDW+r4v/oZjqvV0y/6z5+L08WNxKh63
2m0HX0mOZux8SpxtyKHWsP8ARr7bcT9F62Lds9RJTLpWcc+q+6tn2im3IONm49oaz16zHo9Q
srZ/M302ezL9Bvv/AMHvuXpAc8YBeI9R+NB0O3e1uzj+c2+7/jVyvUuhY/QDifsWk1Y1k1ZE
Gx9hdG6uwvq/WHvs/dqtxq1qMdv+qljDSP0bvTFXp1Hl7OcUX+mz6f0HZn2r/Cb/ALQkp//X
9Ddi22O/SWGxs6bo0/qw381P9nNTfY+x7gA2AWyfzfD+09yO54awuOgGp+S5b615V+NTiWvb
VGU94LL2mwMDQ19bGslrN7vf6iSnX6l0zFz8O7AzqzlY+QALhJBcGOD6t1gLH+xzd3tXAfXH
6vYP1a+r9jum0/osvJNYa+C+plrGMsb64d6mVX+i/QMt/mfWsW/9X/rFjY9N4zrNbSH0iuuG
kjcx7G00jZRub6Ps/wAIhfXa6vrX1Vzm003U24BrymeuzYLAwuFoo3bbfZX/ADv6NiSnz3Aa
/Jx7cawkMrBuY9gM0lrm/pd30qtlljfp/wCk9L/CLY6h1DE62Kf2mw1dSYC3Muxx+iuYXbmP
fSP09Vn0r/0e/wDT7/R/R3+znGV13s3WMl75Dnd3SZbO0+/3bf5xGp+3GkY+LSBW+YyLPaIH
0i2t3vekp2+qdcxm4r+mdNDqsINacm60bbb3MH6Jtjfo1YePu/Q4rN/6T33P9VR6bhXmt1Qe
G3ZGx+QCJNdY99FT2n/Sz9ourd/O/oKkjhsyfqjg51IrHUcGyyv12tBbcHWOcxl+923Kfu2b
P0Xs/wAIh2fWS2t/ovwRdmuHp2mh7/e8csj0/VZ7/d6f5iSnpPXDAAXsqx2GDbZDQPP0/wBG
11tjvf8Aokf64WZFX1RpeKQ11G2qx9rA5opt9rMltbw79I230/T/ANF6iD0TK6fQK8jqorfn
FwIxGwW1xrsfdY57LL/zn7Pof110lfU8vrP7QGLSx9bMZ7W49ha4Oe9p9L1K9v6T1Hfy/TSU
+TdJZmWh7ulW225VTd9uOWlhcN2x/wCkY/Y/dub/AC10v1d6j0/D65j31OfWxjKsO1uUALWW
P9V1lT3QxrLH2vZTXb9D9Hd636SytcTgdT6r0LJt+zu+z5MGi1r6wXNgiWmu1vte1zV2WFdj
9b6KMc1l3Wf57My2Btj3YwDq9mdY4Cim276GNj/pbamfpUlOr/jJ6z0u7pdGNi5WNk2U5gGS
0OFnpgNs3bwxl23dtcxZPTutsd/i76s11+62uyrZXFZ2t9alj7PTZjtqqa/e39Nb6ltlv/Cr
nuo9FuZhnO9YV05t841Jc4vewAso3sZ7fV/nGfpGKGLi2M6bmVCQLKg0gE7SRbjv90f1fzkl
P//Q6G36xQ51dYvyLCSKyGlpOrg7b6m32s/0jq0CzI6xeGHL6dj11BxdV9pf7yS309C91e3+
X+hWVf1PqtjbKGXilm+wOfQ0Vvf73t9z2+9v9hNRbhVNLi1z7hJZYS5z5+jpY4vsb7PZ7UlL
5B6kC1jesU41Ve4CvFo3uZGp97ane7/ru9Qssvbi3sZlZnVMh7C0NueaccEt3A7anuusd/IU
XdVLg4vo9lW0VuaHFwj6U/vtSZe6xpfU33kHbpubI4nb+akp5Gp+Pi013Oqmu9u5z2idhP71
f5ux+5n0/wAxFa+zMAbibnUsc31reGj3ctsO36P/AG5/xaN1/Pzek5NuGyio1Zdbbdt1InZc
BdadD6W/1N1b7Gfuf4NZDLut3sa6t3p42MBJAFdTIHt9XYP+j/hv5aSns/qrRgVdJvxbGNuN
dzmMLpFo1ePXpYG/zm3+b9nprPF1PSsm+t1brLg4trcW7T7h6rX+lus9Wx+7d/Oe+xG6D1ig
sq6eMx2bl5V7b7waz2a9u31XtYyvHx6/f6bP5v8AwaP1vEfiC/rNEPuxq/c12oknYy5had3q
Vb0lOFT1+l13q2syXvcCzaytsnjhu72rqek9U+sFeI3E6di/Yr818Mfe4PfAG31cmytn6Gmr
/RMr3/8AbnqLjMHrXU6rzlYzGNf7pL6xYeAXWPdcTZvbG7dXUtT6n9S66L8jIxW1bLAa8i/I
BcAS713P+l61tz/cytn83/pElOj/AIz8THe7FyabvUycdgx8uxwaDa9/6XfU0fpn2Mb/ADm/
6FfoVrmOidRyunSMTJOM64hhG1p3z9GdzdrV2vVehY/1iZb6NLsjqNVTyzIssNVILnG1z/T9
1bHNn89/8zV6f+CXm9Ife+W+4+JkAT/K9ySnsfrd021vU+n5LLmOoyaHODW6PBkNv37fpPtd
Y2t/8hioUXUmrIxw07xVJO7/AISgbeP5SqdHwr7fXstMsYGsaXfyTJ2f1f5K6SvKD8Wzpv7R
udjV0Fm30GBrR6lXu3B3q2e63b7n/Q/wiSn/2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQA
bwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMA
aABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDqtodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVN
ME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6
bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAx
NS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8v
d3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlv
biByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
IiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6
c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMi
IHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3Vy
Y2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIg
eG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4
bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wOkNyZWF0
ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6MzQ6NDIrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDE3OjEzOjAyKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE3
OjEzOjAyKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjA3NTk0ZWQyLTQ5YzAt
OTA0Yi1hMWUwLTE0NzBlYmU5OWFiZiIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6
cGhvdG9zaG9wOjNhMWFmMjAxLWVjMDUtMTFlOC1hM2VhLWFlZTUyMzQxYzI3NyIgeG1wTU06
T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOkU4NzEzMkIzNUNERDExRTRBNjdDQTVFN0Q0
NEEwQjFEIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMi
PiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpFODcxMzJC
MDVDREQxMUU0QTY3Q0E1RTdENDRBMEIxRCIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpF
ODcxMzJCMTVDREQxMUU0QTY3Q0E1RTdENDRBMEIxRCIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJk
ZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDo1Y2UzMjc5OS0zNDNiLTAwNDMtYjU0Yy04ZDFkZjMyM2E1M2UiIHN0RXZ0Ondo
ZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTM6MDIrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFk
b2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8
cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
MDc1OTRlZDItNDljMC05MDRiLWExZTAtMTQ3MGViZTk5YWJmIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4
LTExLTE5VDE3OjEzOjAyKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90
b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2Vx
PiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4
bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAA
AAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AHwAwEiAAIRAQMRAf/EALUA
AAEFAQEAAAAAAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAQMEAgIC
AwEBAQABAgMEABESBSEQMRNBIhQGIBUwIzIkQjMWoCU1EQABAwMCAgYGBwYDBwMEAwABABEC
ITEDQRJRIhBhMkITBCBxUmJygjCBkaGSoiOxssLS4hTBM0NA8PJTY3Mk0fGD4ZOjBcPT8xIB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAA7hJCSQkkJJCBQAQJBCSQ1ICBQEQBOaBz
UOII4tISEOKQGuAA5ARAUCFAhCQA5pGyWIz4WSGvLDMIggTgNDkNIeOSQkkJJCSQkgIICTXA
BAmlo4AiSI0FoiEF7UOewhIQ4sI4BCSQEQFJBAIi0hQQwQzmFPVvmhJG8kAcBEABAkCPSQkk
JJCBaOCAEWhSQ1ICBQ1IBAQkkJFBLSOTSFBDkEEgDkEFBwE4DUUIggCBXmYjGv0NEuSxvHJI
Ba4AKAQRySEkhJAQSEkAhISSGgoDHNEkhAgAQHOY4cAQoEKaQoIRCCghxaRyBEEAhICKGwWM
Qg1M3ULr45ApECKAiBFIKSEkhAgASEkhIgakRoc0ADRwaByACCgOBC5hHBgHliJFG8KSCkhE
IcUABAcmuA+KUbz/AEHNjdjB6EtvjeOSIkiApCLXCSQkkAOaAFoS0hBAggJqaJqAo69AtwQN
LdrGlNt9RFqtR506ivyFQ3NPj5z06Tz/ALsnLnEachhcgJwI09oHAkcrJCPnel5Ii6zmOtEn
Ae5ABKECgFISSEkgNLQgAJDRwCEC0LSAZ97HIIkR0lqUrSHHNTmMiEL5AMkciNFpY6XlNw79
1ewJICSQ5JDWPAGPjDLG8byHV8YXes5fqBwIJEgFIBSQkCJJCCAAAIJBBAmkCQIEmkXPb+cV
b1LIOkzeSrlvOa4DZZSqey5ENvO0B6QJowT0bSr2BzXAKSCgBAgaWSCIJR47qeXNno8HfCUh
yBEkhJISSEkgNTRNIEEQBICDhAtG0ZOMNjmsxwbMHZGXu2NA5PL6+ucD0+jQL2TF0551bd1h
yKmrFjXx+zOiciIgiSIkUNTmEUhaODmnPYevjnS7WVrBSA4hBSQkCJJCSQ1rmga5oAgIEgJI
yKbmDO5iwivNYjM/v/P+6NJ3NZp1WVg9Oc5S9EwjmO5i1SnsWYThcqwwHo/H9yTuYRySCghx
agxyRj4pYiQEHPYW5kHV36dscE4BBCkByaglqHJADSwAc0QJGlIIBGcH13HGa6w8ZZaiPtuY
6gy4tSuYtu3XNpsOOBlwm1AzBOcI0Tb6djxzmuCWEJaCQtJHJDMINeEFpylCzGdjNFKEsInR
SBLUFNIUCFr2jA5ogiBBCSAQiZ3HegcwYT6kxJFbrDe04zpjR53p+eM6rPhGjPQ1DL2amKd/
i5HTnPdlz/ajiEOewhcxwASEOiHSBEc1ecUckJyDopTr5A4KBI5I5BAxjxGCZJDmwzjQ9oxE
CBAEEFJCZI05/nfQap5/LsYZHbaSxrctZHZ7JjSyxSAwId6JxuiSdh5P2R1MU7AFiLE+XOXS
miDZgtMQ6Vrh0EtY5CWtonVPY4cWkY5AcEByBEkhzUAtTRJALUBBIRCCChqKIql1GRkde04e
z2CPN863QAyaMdNTRcppC1crYPTXUOdOzZzvREchjMuDciKFi1XLkeWw3zG4dTtZ5yOpmah1
RBCSAsUJZBQCkAogDmjQ5ggWiRQ1OQEgEhCBAAQBHOJ4cnJKOLrZICkIhBCQ6WJHpXO4vbGZ
NgxHdaXl3QHacdsckbepxBPS28Prmvo594fmaWUcxp0dM6ZwplinLVJLNhwi5DSUJJDWFomo
BBQiHACYPDgNJaFIDY5ObDHT0Cny+vzgCiNSIkkBFCRaWu753XOHvOeaD9KMyulw+0KVPo0c
NV7/AIYudZxfaD8Xb58yNfI2To45EFIDmPaSAAcUgEEiBaEIgKAoYmDrocJpQA5oGqmQctPW
NDXiyDla6cBFAKQ14Qi1wHDROsWpQE+rIT427nh6LE3SZtaqXOa2Ec522foB5rpObM/Zx942
nAiIIWpBLSOSQikQENHKFE8Dow2UhyBAxzQxOYQthzDH1Mjqypw3QckFAiDkNc14EkEteN7f
jvRy7yu9UOJ2te2UG3OWOwdWkDSy9cnty2CKwyAs850XOFLdwtw20xw5AiIYOdFKFBDi0EaB
CkBkrXBSICAGNzSLPdlmpjY8hsS3sM5vODgpwGgIcA4RjeB7Hl7vuH7kUcgIxJyw7OfWN27n
WCPpMy6WzlsNVVgavO7WIVtrH2TYLJBIVSzECU74kCQREEjSIEUNcEFNIkAGCbAKdHasGBsu
sg5zY5ExHtcJqQE5ok4CIIngGv3HC90ALKIsqvrmXlaGab9jIvG7HXtCkmmCYgamRdnMLTqa
ZoOZIBJBQJG9pHIoBBAUhqSE0gSCECBkM8RRgSLEEbRnH9ryBjFOGFAKACEhJEIcjY7jjOyK
3CbshLJezjAqzTFXd5/oS/crxlyOvAWXQSmhYqo1pcvSJXMcFAhLSBr2EqQEmuC0oCQAi0ai
AhIbUtZxVhytImuUr5i8R3fBEhjeMa9okCJBBBAUEdPsYVol0BGPz7sRiHRYU5jnmpJz2waT
6ALahvD4Xgh28eydK+Nw9Q0TUIImPjJgSMcCJrgBEDQWjUkFqAzIu1Tmqu/y5197lOnM3hO6
4URDwBzRqICChBECSLvbcL6EZU3PdAPBJFS0a5m5/QA52xvuIrbHj2hgYnyEdyW8XDDGGlJW
LWjx/Vlpj2kqRGEojKaOagFqAgmgaWFStJXFjbcRxmxZyDe4bueGC+Nw9gAg5DSQBFASQe/4
DrSxLVsj5n3ClHfmMSDewxsuvYMedtQ156kBrt5mU0cyiw1dHRsFS4HBII4Ij3NIigMaWBQQ
EgBjqRLksBYblUTooeYkNaLH6oocd6DiHMEOASRrHIaUhIgBv7BzHaWNYz58naNWNlY4GvqZ
ZUvMRqzYl03ni8V8rdsGM7YeVhZBasUbhKY3Dy0hc0jyx45IEYTRJzRNcwp07tQY8gpYHVxG
HY0KJX2K+iSYezCeceseR6B1GS7pjh3+gVTm9ivaDPn5J2OfzMZqszLJJ0+feJeasAxZa9oN
PqM0iFzQMPHrsO8vZt0tMkpl5jmktypcC5pHPjJIGElMTiVMJECgEIVefJLEduqMjiqlrHuN
KlpuWbt3zzbOuzamqYN+TljVomIE1ZGlYyWmrh9DkEQtZ5Zt83cOkdqQEbHEjoQZBJcsdGQY
XT+dDC2Q6/Xzdkkq3IB4SLE8E44MoGmOYiOmk5OY6x2NdLzoJRoMQ9U5CeBzB1GxlkjIkKFj
SPkbmeOswdMN6vNlNDgvScU4iHqMgr53U88SVY0OagIpC0c60d8Hgio6EZTdYeS24AcngWK4
t/H7o03tAmRsJ58/NOkzMIFhq1TNt6BMwarDKkEg+/j2iCnPENLXEnR8v1BHRniGRX6RXwt/
hAEIn63mO0KEcDTXn59xRO1lFXO0M4JCCAQJINmtMegxqcpTOIwmUmq2axj5XWZ5BNm2Tp86
DkTYEUpoQxImbVpmtDkzF6GmCY15CHq8bWHWq9oo15YiNqaWOr5HpQRTNHV31znOd6nnSAgl
nrudJ0GdoaZzcm1wJr5sACEgEIKBEEgvYjvdDH2ipJPQJ7cExWMUg2vI0p6UhOVydGgaUx0T
Pn1nnB1vQ5zzQeiuPOB22IYi1KA/YwWndaPI9mc9EYiOZAmuZ943W59kSmRT5rrojzdvQ88T
bOD2Zpab+eIuX6DmiFBASQkkIoCSASbB0u9i7gGmQlo2KJIH0iZRyj7FW+cxgdnnEGvzt41p
KLy6M+ctxmQisNiK2WNAqaHQQmTcvSnJM7Rpx0vWuORn6dxz2vccVYNAFCHSJi4XT1Dkt+jp
mryV7BNbke15UqK9aMZbFYoi/IZs2kiKnuZhHeydA39jE1y2+ElMxuFRvUS5ZZfM6xdrGZFZ
zC7XtPMxuyCjLYiLuXXnKGm/GOj5ndBZ1Oa6sZPXsjSnDXogJQikFqQ0PaNRBk8/0HCGzA1x
coRbBzOzi75HSmoGjbqWiHN1OfN3I0csqvfGdFv8x0pdqXKQg4FVjbBZtVZjQybYMt8tQpTG
UlFyMjiquLbTlEOjBkFzZbknTavMdKKxFIPKAXBBQIkgAkBakNz7fEmeo7xDWsUjT2q0Rz2t
rYZdxtZhIyKEuZUsZPFJGVkxGl2uPuFVrAPBiKVrPebOD0eAM2OKpHcxcf2IrdRhUkmBEp6J
XmgzRRstHYZMukO2cmQ12yMJ3NIkkFRtJgEFABaWmFxfT8qS6lG+Uc27kHVQ1KR6BznRUzCF
SwOjmeZTZ4SzDNCQ3qXdl+gOeNTLz7pUj17Zlz3nnQTU9A84xOv5Eb1uX0hSr6uOT6mU0mNO
6YWcN0rbfTE5p8MZe1+fvnQoSEoc0aaqJ2QxFoU7Y2dEML6ZymXvcwahya5bzyS/JBqmV6Bw
Vo1sTteUGPjYLM0s8uNfbNLdk5gdTqxFzVoaYjjWS+pCO6HmNwx8Tr88rUpHmVb0qY+lXtFZ
Q6JH2vM9WEFphZXUcyWWTWTXtV7BK2k0sQF5FZryBmhRO2NoJE44zjvXKJ5l00+gYdLpeXGa
ecjTxtYG9b4rujkoer5Ar6LrwzpBjAxnQiYrhq0VEaVqnbHhrCTXw9wkxei5kx6DqBct5jza
jz7ZPX0c02uq5LpyZEFHiO78+JdTFqnpmhy/UkbJwQGcjHkDUgRmKwMDoghEEUsh55h9HzZN
K2Unt0NArxWYzfgxHmrucow0MeKQfE+Il1WAitOtEkDmgMkw6WteNHlOhzzi3x1jcZkaBHJq
5h1HOxSl/o+U2DozBUI/Pu34clmrsOy63kNs0ykEFogoA1FGMIRat8z0Y8IgSJxHM9lxhcqy
2SpsZQJJKkxNOXDGwQF6h3/IFS/nbpLm7DSRhiJWtQ+td0ytvlxFCHHDYnqPmAy9n2ztVRqA
yNvdOaq62UTYl3MNrKdANTpDQ7Phtk79NIQkNpGUg5jsuKBHajLPR8zqG2KdM2TzqJfPvVPO
CrZrSkzSSNs8BNDReNkvsOrkq3TianRZpo28iqb7OfjNuzi9oWrFOE6CviQl+1kbBn8H6DwZ
TJA58LzoOu8+6sn5/RBR5vfaU6PX4xj2HuJNfL1DvFECZtaQitVGlniuv58oN2IyoNxhjWri
Ip4WGtxnQZBzsoaWA+UgbaI4PjDmW846fd5bcMtl2AyIprBlaV26CrbqClpWyd1Wcs9Vz3RD
eJ7OseYwegcKVnujNStBeOpsQWDnd6KsRc3MicNlJLtS+dDKoiyytAWZcagdRBz8xu5DQVaG
sTFO9ZOdtbspRil50hlilHz5tke5qGwOhFBdmLfScv0Rd5zQkOYnkjNJtOMEcZDarzkljPqn
YRYby5d5rty35h6pw5y0c4BZgnJLUMpuQ30cM8yFl4cWb+PfNKrpxlKPSsmTY0GEM0FA2BWi
LdNjQwPeMgnQ2G2jk9erOU6e3EUWw2Rt+w4rsmnK/Sc/sjYZJjHpbOGBh0DmztUypHpXDI1d
emWqsuiWdOBpRrtwilTc4bM1pYs5c52OxxeiZ0MRJo5LBnakl40ZueRsZldEUsk4+UTleQRF
lmdZE+MDmAEjmVwQ2+fN2xyVc1pMVGlSqk0n5k5Y77mL4rFG+VcLoqpm6mfSJxThNTZ5CU3c
eKM1Or8/1TtqfM7JLynctOJodjyQxiAXB4HMjL1upokGhVsF+bKuEleeMY4gcWMLMlREkDog
ESjC2IsS17IWPeDE6XOOXrzAjeZSA6V8yr1WodQuUB0O5h7Y2OUEPJdvxxQcpBjrUxRrWYiS
7Y3BtuoCVrLYznfQeUOOfE4klfIQR2nli2ZB81CIvz4umf/aAAgBAgABBQD/APLn/9oACAED
AAEFAP8A8uf/2gAIAQEAAQUA/wAPnDvPOecO97O9kg+/nCTvyM+7CTm23tsBObOAnATmznk5
ojPOfd6MTh3v7s2cHLCDobA2c84R6bw7zi2SEqhL/LbtWEaO1aeSM7OvGjmsIzQGEnNk4CcQ
7b/ERhGe+A+BhBwZ7Z5374c+usOe2DeLngZvAfUemvTfoB6A6G885v015Pto7cbYeZLRPyUo
/wDZGOMgzR3ms1mvQjFAH+Pf8N+dk4d6DA5veb1g9DjHwD58nAy7GsHoN7GHN+n1O9ec2TnI
HBgGs34+m83mzhOM33Kuo5gWkpLycAiUecGazxnjCNYfcYp8/wA9+nv6DFYNh9vphz2wHNZ5
9D7bzYzkAR49PpnnQbzvNk4GzfnYHodazYzx6DOWjm8LeJnGh/xkZhLS9zv5RvQ/hs4d7Iba
D7v8XnZG8A0PPoMOs0Bg1n1zeaIOyMBJzwM2CfTeb871gzeD33ms3rNj01msO8HI5rBnjNnJ
V3IxIDDzRHnX3j0AOb8j314zXlR/g3n03ngZvPqRhPoR6eNnWtDNHDhwDNem8GEeDnjB6bwk
4D49Bv0JzW8BBzY9Dn0dNyTH/XviKPvo81Pp74V2xzeHWfVff/AfUj03m8Os9sY59cA8nSje
bwHWcs+ntgOA5sHN5vN4CQSc2c3nLN7zfpvPGcjm8+uecsSokbJK2df9w9ivnN+QMPvrNDNg
5rZAI/iSB6Hea9N4A2zm/Bzxh1mzo+y4cGsO83h3gOb9N4M8YPB9N+hwbwYPPps+hOeM+mE+
Pcb1l+R9oztW63xC2t/Xx6ePQ5oH0H8jrN79N5sZ5z39Pf18ehIGcvO82c9sOD334BwZywtn
LNjNnN5yzkB6fT3z6+hOsOjh44NHJDoAaw5dcB0nUr1h/wBTkZ9Ad5vN5y9fOD+O8J9NjWzg
Pp5zfk+3jD7H0JwHOWb3m8983rN5vOWErmwc9yRrORA981m9evnAfOEnN4TvAc2MJ5SbONnZ
6E6HZooFrP5VT9owjydZrNYcGD+OsJw7wZ5Ga8YMObzebwnCc9seRFEl1jjTSELaZTHbUlZk
kZd4xCh7HiS2IxY7WtHGf2mXlR/aIiyMkiAHApzjvNHOPjWAbzz6awg6A2AMjG2BOaJzuSVt
R8mNdOMOtiLygHoBmvQ5r+WvQ4ND+Htmz6HefXzvJ7gBkdmxTvGk3hO8jLLkMiJEXdza7OpV
Fn9mkaSXt7U5Zkkz4IiUqxyL1nZXuskp2Y7UI9/GfXWazWDyNawjPOaxjpNcYlBAOdqxe7Vj
BdF0usiX7df494Tm8Os0MObwneHN+PYbPoTl6xxDnQ5FjzBCU5XwVlUqg3YswVk7L9jnc/7Z
meLgSSucASYyuHYMRBX9dmkrzr6a16kDB7eCDrNYNHH8tL76xhoTyl5+tBksjYwN4jI3v03/
AIj6jz6736k7zfpIQq2WUs53kcDSZHBHFhbbPNFGOw7sRx2LEs7qUR1vRkgBmKrhBTNgYiHS
wqx6idENWUTQD0J0PPoMOazWEZGSzkEy5K3FJG/3dOu7Y9FGjn1wfwG/4k4T4OHzhz6bzfqP
J9snbjHLPLK8NZmMaoisURbfcxxpf7R5i0rSA62fHorFT+Q+0blhQ4ijDxXDIVzpCf65dHD7
fXW8C+hz3ByQMUReKgfcda7KT46vIM/TDdkZrBv/ABnDjDxsbJwHzsZvXofcH03hbJ5F4tGv
KftKNVbf7KQLHbXLBK2ZlYMCqMzTJEmVKrzzRdNRjgnhaKXK8i/Eu3bTBmJcwVzNaqRCCuDm
9jAdZyzebwHDjluRJwYTnduFrR8jnSAGQZvPqP8AETo7Gbz6+M0N+2E5vCCfTfgnJ7DZe7mv
VW73VywVBYmnZePp+gSxkvWpVhg/Gvt2C2oFijkZurrGtCsvLOx6We5JPBJBLXjLxGTiE/4q
Bn67Waxf0cHjBms16az29NZGCzN7L7MNjv5QHhYB+kQaA2B5/j5/md7bWeM+mbGct4Tm/Ozm
sJy5YSCLtu45l2Z3WNmLSBM65E+CKTiwCvG9OFWlghkCRQQC72FKq1X9jhDdLdq2oO0ka32P
WdRBWp3YHq2eQxUZV/VqvCuBgzeDN+g9BrJmCqi6SQ+MbxnfljNWUfJ0y6hHoTrBnnfoTofx
Jz3wjPYDQzwMJze88ehB07BB3ncAuzO5KjiFCIGJk6w/LRKqmN2FOBbnf9bGG/YjMbV7smk4
Sy4rFj+rRxR52H628t+vGoX9gflfkdQ0DSTN1cfxVhv1Gs8YTgzYOHGHOXG+6QgkHwO5HI10
4zdVoVfb0beKdrvPOxgOE55wH1JzRGE5vD7kHAM45x9G8Z+zX3jawzM8cWLDyNms7IVIP63E
79fantXr09eokMFVrcnSR0IBb6iHsEbp56z0eugrJQZEkdgEjbUd6ZnvLEjDp6gkt10McIOD
WePUewzeEgCLyCd4gJcY3gdqQorhS/XqFq++DXoMGbw6weMOb1g98OawkZvDhzzmtZs75Z9J
HVFsMbMvxysVbjHxKx1ITILXTTWLtWolSl2NAWoK1JaNGzXllzreuNV6cigzSRWBflkrTdLP
LJZtSCOvemEFAFTJJL8efrdSVI/OA+d5vPry88hsHAcmPhRoMdLF/wAPGMfHcyjdUMTXB+Ee
qHyPX3zWfRffCcLYx9D6fQ6zeb3h9u5f/ozcY40iJSNfuYfd8xGWO3edaEplgnhKsLUYWv2E
Ak/IjptSv9c0cvdz3JvhmtxxwLBL2LAHvraNXVDnV9ct63FEqDF47Oaz3BwecGADE+6Xxk2+
CjS+MYeO3GpqgJyIaj+h5DAWwEiXebwnNkYCM+q+5OHeFc+vvh9N7wjBh8Z5ztIGlrSAyOpj
GKGQt9ytsN/59dsJfjZluTvE8SSyv3Fumlp57d4zdL27w/l9nQPS9qbE/dTIqXqzTJDFzfpa
Qgh87BxVUNsZ4PoQdDARjvxWMBRvQfzJ75sY54r2B+SeqD8if8R6exJPy+M9hoZ5zxvF9/GH
20dHeDeHx6DD4zeHfoygjt+pkjyRShjm55/rONGqiKSQtVlU1o5opq3cLD8U8tijRRolWkva
2W/+b76wPwGMfN61i72z2cqr+Z1PTQRvMjMU36A4PODPoT5wazfOQj0j+6XWs0dT/wDrtDc9
QFHXWtZo5rxIeJG/R4yw4TaSDRO8T3O/Q57Y/Iepw4cB9XQE9l0SStNTkiYOyyfIGxSwkW8w
h/X+wCvyrE9lLDYmpwRwwr+z3I4Jr/a2gZZBIzFig5P0Cn+vn7eOi9a5HZryWVTBblYpa3jB
JDHN9+88+jMFWDRU6GM3FYD9njehlo6hdgZKaOZlGgDmzgyUfb9CThIGbDZrCDg91q6KqFw+
5w+wIzwc+v19POEY2DeWqcM+Xei+NrMEyrB10jo1T4GSP4pG7NGyaVfmtWo7MUtolHnkf00T
lGgS9vuZakHlj+m9gdvA7MKuCuRnAjJzpas80Y36PpmG8LZM2KAFz2y74rFv9lPj83vg9t4M
cfap+3CqNgCjDnnYPnN+msI8aw7w5vDmzm/GEA4MPjAu1m6yBy1F0y3WMrr1Mvxr00wj7TpV
pTClacmGbl8UmzCiiCzUgyfsbMuEk5vOgldO0DghWV80DjRIceur4YY2jnW7VwXuwDRdg7NH
29clZEcD75h7j3Os7I6pqFD0l/2AZojN4NHCfC+VzWa1n0PuMY+m8Jzebwk4d5vwCD6jxmsO
aOvGbwtmlxc0Nd/YabtYrVmFpL1qU/JvPHrrAN5+uwfJ2ctpYIZ/2iuj0P2yCXElSQFkBadc
UiRVrIjy1YpFXrolil6yxGvW27dbFYHOWA52zEUkA50XH5APktoDWtjGZVENhGf1Oa8j3PnP
prDmvT2OHWgM36j2IwkjPfB7kbGssW4IGmvFU7r47Vn+H269FYDK9iSvPTsxdhTm/ULaqn6z
GIY4rHXPF2MLFGiYM2kn7C6LEHf2FFXv60uR2YXyzXjnWrIlRxrN53Ovw1zrk3KMJABsQjLN
jctZXncRhLKjxrx5wD0AwkDCcJGFl3nkYM1v0Izx6b9N4fObw+cLALb7OKLJZYrCdleecz2U
hgPoPfPrnvnkYSSeq7Sbr578kZ62T9itMYpGstZ2ufrlgxt2/dLTjftZ515SNiSZWsTxrS7y
YZzq3VjUImxneHdOMBR1yH8obydfmaSpxjggLskMcea/2eg/hsYSMJ9dnAcHp9ABs5rPYDzh
1jAEzzRQJLf7KzPISJ70/wCPFYskZs5rzgzyPTWaOaOgMoVmtXO1SunVfaMoxrJnyWeMYdTH
PM9ip1lFyOjrFJv1xAlrrrlVUdeNCwGeDmIi3nvpCscY23VuDb+kcejsbAC59G8H0Hp9dehA
z3Gs84TgHozqojYsTvDms9/Q5yAzuYpLTVBWiFSrHIe9s8JORwDZb2GAYDgOs34BOiBr6fq8
PGbsrkciXusmhzrobKSvFIxlgSOKjXE1mMAuBh8ZLGJYpawrTV5EjkrNuE6zvW+8MS3Twq1g
a9PGKgGAayTwPozEEeM3rDv1+vjPODPGayacIE5TOAAPHprNYfY7I7XsatWGx21iXOr69a0l
yVkguTPNP4w6wjNYNn0AJHjAu8OhhUnOogav1z1mTEUsqUUjwp4t9ggFBEjeEvsbwsqiWwNd
5AQOj682p0QIhGdwdzazpd/kD38YPc634x/IU7Uem88n1ODzhHodZJPzxIWkKIqgbwjzr0Pu
7KoZrFg92qVpesrNJkMeh3faKlY4BvNnSk7YnAvjTa1rG1gIz2bpqYtW1o/DHZtRJj9r18RH
fdY4DwSxnqYeVGmptBlRZLJyWc5CTIJoo3ShBHWUBtnOxY8oz/s6pQJAPJwfwX2Pv6jPOj5z
YXAVJJ0ZG55FXVcHgaGHWH014ZgiqjOZ5wkfZ3Tbn6eo/wAV2f417Wx89pRmzhJ1o7A8g4CB
gIJ0QSY9cwR+r9ascViRQv7HWWetS6a3ayD9UgGUOpgpZbuNJbrn4cLtIZpo4UFkWDWGsVTt
EbSyqcY7N3bFVO+pJwMCvpvz9PoD92bOe+fXYzzh540UjY0LjIGdlKvHLoZ9RhJwnCRonGCN
lu2VUiSTIFWa/Iwgr9za+OsfZfTk2gcHHWuRZdAKVwnWFjlKBJ7NZzFA22NgKzKzFyfE0wiW
G9JNfrWUmEkyJl52t2q1MZHW0AoUZC4Wwfe6SGCgv1PjB6DPqPGcSCpPy63gzY9B4IOA55zZ
04lMms1ms9s3hxsJ8WLEjyIvFe6tSI3WRtIe1Zc7ez89rWiF0G2c+nLba5HBvb4VxVLZ020v
gcMLDPsLbIxnCjvL/BIImrRdRZsGN5AkPVRNPP4jP5Zw3fH5ZJaZXkY6y2dsBtut3sbGDBoY
SM2u5bMSZLPZkeETBAACPbF98989gMB3/Dxh1hwg5dZ3WftKtOO33s1rKq2Lr1YRFX/YBNHB
y3gY4wbWg2aIwHWbzTNn191UHBGQelij/s2HkAb8aJAXtu9Z5alaKIWJyz9JGpj7hlB6ysIo
OWsltLtGYv8A+KsVwy/9ax92eA3X7DAkejA6WCSTPwkKx1IkyUEAe/tgwjAPuP8AAb35wEjN
5yG+Q2Wyxajgi7O893P6iawkPS/FJWgRcdwo/aLPGj9FY6JGvfPJHjNE59NE4G8DAAM6cM/Z
k4N4DvO67UplKgtYXGCO+w3QOVVpVnvNM3GOYTAK2Qxy7KjSp5EIEN2qYjHCd02Hyawb9PGe
dZKPsXyo9xnnF9wPGsOsPnPOtnAfPpr0/Yp3jj62qAksqpkaF28ASznl+xzl7R1g2FLciPBL
YBikBiwzeByMDDjy0P18oL59gTncdnHSh66YSzt/rltuWkk8ZTcJX6qQvNI5keCPQSJVJJws
Rgd9w2WDWYklgi2xqU/jYHPOs84N7yUbRP8A1jyOOHAfOs1hGaw6wjeEeT74cbepYxJksnDE
XkQQommJw+T3w12I2cX3JwgZsZtdfw8a3s/rvBrwAK3LUVOGV7PZ3KNGGpHPGwa19zGEu0kq
xDr/APTWpqr4HiTPmc40zDHl5GOTeJEyCKVkMTxsdDajN4fPoPQjYiB4awnN4D93nNYNZ5zW
eR678nCDkzhI59ELMsYlndykbNk6aX9jQrcUElCoLAbzf8Rn014/Vl/7sbDj+w2Gkk63rlqp
CgzuLL/GyuXYhEgCfPWZSYo2CtchiPzTy4wAKZAQkospjWIQIZdiOTmBs55zWbwk4N4d5GT6
Eb9FA5E+CfVs145DkT5w623jLY+QOeTSn7otFkXiP2MMKLySSMnHZ0MKkjCd+v1Ot4PT9VTb
dgQ0VOmsQVSEkl3lqGSYzV5BgryEVqDJK1k1p27aa3ke2xUaN5QuuYyGYSTFySyls+V4W624
s4Q7we/je8GvQgYnh959cX3OiSMI8b0M8ZvNgn3w6GE5YtLGZ+wnjMUyywQ+WBOfsqt/WbwH
WCTjjHeePTfrr+H6xZ1L27PBek5uFkLYyZKpbJICAPtEkmXH+EQTqsh7CJES4rYXllZOumcp
DHAPfHJ1JCjr1wUSKNnWSyrElftFnmHkHNYBqUYfQe/1O8+uhh2Cc+ugMGtZKwVJ4w9S1E5i
6y0YmiA4xEHP2hh/Weg8Zx+0qV/w9VM0V61ThtRzT2evVeDAkEEFcY/bZjBAbWdhG0ksXXWX
wdZs16deFABg8YcKnGfgx8DrFHzg6wEatwiwlbrSuXexjrtC/OPN/eBmsOhg9/Hp9ThObGE5
9T77y/IVrsNZbgIN6v8Ajzdd2ZjWuVI/a/8A/PwDBrCrcRrCCv8AgpSrFbcqg7TtbPaWIU4R
eNEbziozkgwRIyfjxu0S8AfGAtm/HJhjO5ADMwo2JBH1EpFanHADLAA16mgPcRu0/ZXuP4lv
spqkDxRZrTD0IBwYTsZvCfBAzWEeTvCTjZe4lTkq/IvYVm42Kk0K/rfYOG/ZQslHB7Kx2xO2
Ov8ACNg0p1t9dDRpwOokB98RW5PBpzULPYjlqkWAcVl3G4bFgldk6+0SvUyEL1tVDurE0t6O
NJu9ijS72HYOKNTsbEMfSMWr9bUgYIozzg8+jeM2D/HYzeec3h9zvCc3rGdQJ5Y5mX3I0JUW
QS1S7QQtSv8A7Czf1uAgHNkZrBxw8cJXh/HXj9eY/wBcss4mR2LQxySg14qyJaWZpbMO/nr8
Xn6+xehpUEDWetrJa/ZAix93284TspxBJYkke/aZO1cuz9v19iSCndkWGovGAe+/O9YD4G/T
6A5y9N+SfLDx53vyffGGH3nsxwI1iTsGYLGORJY41iIFu4qxy32ilKMLXXvvkCMJGa8KAcYA
eut5o4fHpsYAWP65AT1pjSPK4jlcIiZajSSv2Ly0bz9r2LxlnY9fNcgdZ2Y0bafK7wRrSnSa
IIvK9J2ENq7Vk7B61btZ7BpPxhoVUasdEMc2MGjg1gOfUHN4D4HthIzfkkYPc+SdYd6tXI4M
eKaxJLO8Jt9ga62O4ujJbVwtFJ+OJ1hs2vwqs9en1UUT/sXVQ0q4G8CE4g8upA2MA85s4RrN
bNfpuxsZX/TL8go/qf4cstqGGH8ut2s/TtFyuWPhku3kJ7UJakbr7OCE18aUHEE7Z11aeSxD
+uiRkSnGxaMMEhXBvEZ1LYDkDH5AdKMU69BnnCdgDAM1m8PucI86zWHwbU8pSKosC8zM2lOd
lQS7AvU9kHX9fz+vdErWaTtVmbFfP2znNQrqrzxVOvFftP1OKaaz+r9mkTdF3CCP9c7mTKn6
bdlyH9R6yE2/1jqJYqPUdP1om7yrFln9k4xj9gssZuweUPX5R9bqBbs4nXt5LS2JOdeKldm+
K1UujFoTCPr68Rm7S/NNfu/sF6GEX52krMJK9dhzm2FrS8gdEayAff7YNEDBg9PoD43m835J
OEnN+MJxtcaOlhmBnlAVc4+PBM3JQLrZP139lJB0dCsyqEUDQ7GCSTryCMbtO0ep0EHcO7NN
FkPZgJa/ZIIjJ+1prru6e9nbW7MKi6UL3GbPmc4yu+SpJA/VRhLk8gV2aRnnheRe3hl/JoLH
M008bxWyWwdFZex2Vap1lOw5kmUkHrpC0KbBk+6NCyliDm95ENNg9gc3h0M2c34UjQJwHAfP
thIzRGEbwjLMhSGGNjVYaYjAVZrFqtVWx2qTEWZGyrZmRV7HnJDMkwIXiW7B7E/6ysjQSy1q
z93chim7rsJy88pjqVqczz0Iq5oPHUPbXBOqScJTybFEkbvbEEtKSC3YnjvKzmSIiOCVVhnj
b4A4upWowy9jdcdXDJcuyHu4Z++7BrE+DwekZPxkYYgUrIgTFKsmgcQLsA59uuWchjSJkl+F
MjlWQL7DwMH/ADPvpcHnN6wnZ7qZo4AP9R3uxJJn9dKUTrqK5K8fIjeX+0dCA8tihLeqTdn3
Alr0IkWHvrJqw9XJZV5rFfjFY69G/OhV4bMMrC+pZrQZwI7VfhVDSXqKLbvo5JJPWFlvEeJK
iyLDF+Ok9oQRXez7NDLLZtyV+mKQ9ZXSCHsrK1acr8myJeT9JXcp+NxCjWWlcnyq7IMCNvfk
sFFnt68GWOzuWcWayFIbcFqaFoe7yPs68gSVHEbqWYkYc14zROTV4ZzI/LJ5eGc04K7ssshx
uIFqT8etJI0jodGJHeSjTikzrwM7iglul/8AP9hg621BItWyDY6i1FU39xmrRiSZ3JkkIJ9f
GdQITfkQcsYDjJ11d5hVrjI+vrq6QBogqgfsHaPNZ16dF1qy5FF8UYGi78QG8DTGNYwZbMEQ
m7yLhLYnmCJixs7LXnwwyKWXAuyIxuKzJCKF35bZx54UDdpTXBeqlVsQu7kubWoqwDhSC2St
JHHzUgcc7TsPzJsi3yBhWt8CoIXMciTBo7UsPO29Cvk/eFn+YT9balhkA/h49POdedXGcEkq
FI1je4RRmt5WlWR77skFuCaGfxlSA2JutrLBFzGGQ7aRARPG+GxFwsXC7ySySOsejXT5nSlC
iRRxxETgkHZeuj5PLFXsscfkp6ssL1y3KXKyMqoAkTupjL8uti+GCeRi7sCzIyq/3Foubd32
GvWrH8s9hkgyLspjHFfVGg7uI5ZlhjpvG/YSyUhWWWMTKSCdazxxG9FSPQ70N5TbjZHErYi+
WGnMZIzo4B4QMzwQiFJ3Lv2fVtbyH9etNMU6/rxS7KcZGiyx2+wgptL2tu4/VFzI3HXJQNKc
I3kspiha/wBs6tN28mBexUtZ7aoZO4uYbbtKj80Y6zrHX822f+wXK5/zJjBCNxlrsy15X2yj
kGhX4BGWztbaU67MWb06wgXOxiikrieAM0sLY8vieSzNXrVzWhaSR5eykcH2zfnR1nnWE7z2
yJdtCpEPFscRRnXgKBlZBuZtRqnjejfllGTO0LV4pina3noU25ySUNBet+X4yxLIOSy9nUha
ftjIf7eysf8A9F2Oj3/ZnG7zsjidzeBV6E+f/PyPFWDLAQc60f8AesIPkLNsKRKU+5YoWNZh
JFOifI4HKVWMbOkb/sjSyN6ayrG5PTXY5ILnUhXMGsSQLjWoY4m7y0Ee1K4ZiSQMGcvAYjCd
575vCxOROVbqLX5VY7OW60k8cTo6yHxBHwWaQSTb3hywy8I6xttFUjiTvZTNcdyGpkR0OvLC
q3zSSCtb4WakgmZWUgEHxng5r085WuWarw/ssr5Wmq2xQjAtuGEssylBJGFBJwExZ1MyyRza
MkfxgzPIJ+I32sJZrMQRsGdc6mOeMKem7SaWJKYdu4Rq3XSTSSvo7OgSd5vY85saAHpr0JGD
Wfr80L1gnmQ7WnXlhMCBzM/xxxppSfG9lkBEAULIWXOwr2YZpXBegIkhhEZRJ4lLWopFhg6w
Z+B1UjS9B1ckv/z/AFOrn6hG2Wqd6k8kVKyskMsZ1tc/Xaczz1XH5dh2+Z3j4sJCQ8oDyu6U
pnrzTRl4oE1lhyxUxstuF40vdaXV0ZGyGR4jUaRjUpPxhEBXvbkrLTrPPEN429bJwa/gda2c
8awZ+tSaqljskgNGXxVULZfnN74+kCneEbMZbkQd/s7buCGVnqRV4FTsaRiiNBwa8DlKcQHx
axueH8nEuWIj/Yx8bFXp5seOCOQdHA8qU+v4mJUFFmFu0w/IKkZpdfkkFpF2ixqK9n4o4meS
NITpol18kiixWhkzvqBAzefqAR5Zn4BJGaftVb5q9yWrgI1s+u/GKTs6zY9AjEx03Y/rgJ68
nS/C4FcbWxMIY12gA2LbEPB4TewpKmACRv2CBJnkKV4A8071T15X8Ok+HrrChrXYV3HbQha1
lrCfLCTtHElaOQXeuNd+nsV1YwQ8ZasAjWpX1FWjEs1G01n+umLDrZOZ6uZivUTZF1VsYOus
Matb4Y3g2GUriw81txCCKs1e6vYfp0okm/XHrJ0sMkUN2RxWmskZdbdFhpsGaOePTROBSTFA
WdKcCrMFSSBxyssGzoGRYSAxIBw6GSOZ5iNAHeTfdLEhIWo5MyfGaEpWS/K09iKBOP8AXQMZ
OpBd+veMo1uAr2knGC31khjlgYW+qJkE0sTUb4myRVdJYnhmp3Gt9fEGMEJLRofLecMaaEaD
Aq5wAwLmhrQzWEDCuyQMl6qu8vYp3REv6+/yoV6+E9jLas3pGC1VjkrXajV7McUD4nXVCB1V
XlapQxiKkrg9Y+/gWCKkQ5NVXa/BHFKAwyDiYOnADpCeUbFpbMgjRQyLtiCdBQZHhRTkL6Nm
ukokQV4fiMiQV1TOV2PBcUlJ4yWlrY0VVjJ10D5L1liuY+3kjM0da7G6yQvTtxzRX6zTw9bH
2MdhRtYvtlT3K5rwACeOEYo1nHzrPGHNZrD7gayRJGsd/bj+elE8UN2qJY+glSx1vcwakquG
wCN4+MSraXIIN4igr2JVqfUfHxaY7uyB5F2ywScH6tz+XLJwEKgRzn5JNDiQdWHYGupLQtoq
dYsgZLlpojWuQTGejXs5J1luu8TdmuflMoe5S0IKtgNFcqiO+ji1QinUiarIpguRMslaepcW
dQ5Qxnkj6WVff64fODx/DWexwn0OsbO27aGlHzexN2RaCPqGec9VN+D3HcVyIajpFZiZXNtm
ELn/AGRM4RWjztElhoVYmKRaka9KhsQoGjeJkag4Wd6rTyysEjC+QSGI8ylTLAFEcWt5XfUs
8QVp6FSYydfLBhl7OMx34GZ5kIk66GdZqtiq0PdlDPVrXIknt0n7C5XkgoXGW5fgWxWrzCm8
S27TVdCKdeSRneeN/TPGex8+pweMIw+x9+xuCvHcsPZmpKTL3LiVOmsyLZ7+ogSJ1u9fbqzx
T07JMT6lkcbljQLGWVo+3s//AMemnGvSYcrNdZCEdA6LzQaWqNVpnJbwArAFACX2kkDBo1UR
JL29lGg/YomP9t1lys1aZg0vcQiPtqrmaOrOkvUWoj+Q8a/2U5yXrorOJNa6uae6OzFh0ikq
kNPA0cUcvWM15Z0WSAjgRsVycI84MAwYM0MHjDr035JJyxOsEfd2S8pXilSMLH2YPw9KF/Nl
h/Jo/rhaSlfp/lVKYZF+0Fo0XCSWJYHtJPkpwkGpGyFJnKBBvCPv6jqI2gLpGk0j/L866QgZ
Jappl6zCJOu7CNHEfzDvOuMFZIj8ch5NFZnikh7VxAez6ywP66B1B7OMntqrkU686cZ6bWbJ
7QqWoTySmSKiFiWmtskxzWMb8erD13YpYcZGQkuhvWvTWe+e+aIzeazWEeTnb2XCuGMibcr9
idsu63XS/FZW6EPVTrR7+1G0bdyDEY2O9tv422YgB2DaRGaStXi4LMAzfYR1FE3bYCoJ7MbS
Wu1qxxv308htWZ7EsFYOY04Yo5GhXWGCaNJYu4hNew2y6qxkgftq1c9jUmUdZE+RdjPAVkrW
I5Ovjgb86GUWh8Ad3man1dy8p6IV4nnjqH8u1OYuuLPXKR4pxgDJrR3rFw7yR1RYp1YBh6e2
A4Tgz9j7CGNDsijCVSF1Y9wzLIjEOjGSCKUi3QlS7Uu1DJFCZKc/hWLR7YKc7GISpTCNGhXn
PHwUQPIOp69aFS/dC5cclhE7LFUQFIYwRW2n4Y1XCVpaNmNyRvP2OqAruGzpkpQPDbrymetF
Ks1CauYOwjdZqM0Bqdgsljto4Jath2aT9e6k2jBBHCkyfJFeIrmDuJfjFjs7C0KJhMZ2qqCx
GEYRh3jANhgQ58WsEcuSLKTG28JyWUIO8rMlgJxWJQIGBJ7P4+UX/Ks4Q3anzL1vZWKNiKzB
2lPtaAsR17LHCOJjn+wstmFHCuWLM7E50XWK5t2Vrxz2Y1eUmTI05MIUU7CZz2FB0wZVpTpH
LHIsi/sdcSQ9N0qcZaFORZ+oUBj2dN6/doWmr17gie1Say8Npbn5NKDoOmrXEghhhTYzwB29
b5HrJSpMe5jAjudlZkpwNHEp8nwSckuFSbiKv5QYTWBGtazNLgeXYQsOOsdgikNM37RMK7m7
B8J7WQr+ZZJJeaRU4mPmpDHXYVS2dB2v4UtuCN07PrSFpzLaisR6jqWVhf42WcUpGXp+r+ew
zRwx375kkdzyYs79fAHaeSKBJ7EkzdetpXMTbYBgigZ16f6+01xLrGkvdQB4+ypsAYJhN1le
RWpXKRj7FXWWq6TydlCIenaGvOFzicZctRrxFOiJo4+vjC2qwypKkkOjyLqCzLpxA2fjwku9
dDriPijJDJhcLgnjMkpBaOMJn7hBZlmIIKqzHq+jUVoIqML9nBXS2QwNWQNAY0dJo3rTfrPY
JNBYq/jzdpQkpWDLHZicsmU4xPJYDdhNWqwU4ez7MTYW4sSC8ZWRkSKpEnK5M1CEiFI4FOyz
EnCNnrmPC8hMNqBZo7lFK7STQ4GVWS5bRU7CwrT3KLZAkbpcZppurgDTqRx9x9OxgM8M0Upm
VZI5KvXVpJKElfgNbkikEgrnBAq4qRnHqQE/FI4FQKDA7D4CMauEePRxveWukhl6ChMO7/Wv
xI6NtrnVSGELNL81h20ledkKMGNqBZ0oWTVsU+zp9vBcptKk1AwTw0DaaGCeV6dSGlB2fcIx
2eZLfI2jnVwN89qy00hBjWjHNFGzKT8hTBIwwzEnr3XhKnOO3PPAew7aS4qluSiEKsUTYs08
bL/2lq9bZiHYmEdjUnNOGq4aL6e+XlZqtuWyjvNf+Cv+dJJ0PX2I387KKS8YBMfHFUnFjUZ4
AJw7ONKFkkj5EggHWNo54B+SNcSnDDL3lkrOrcj8YZYeYyq3ltgT1kmSgkkch7xZo0krzrUq
S3JudWnH2XYzSOAVZ3GuSqIazyyzcIIRGOFeAMzt/rJYnn9sSiRvjiRazhMisIw/ZZ5o5kQl
PkjiYV6Etc9au5qrRyUewlryw2IpISizXJn/ADJazCPBsZvO9SR6kqyu4ntRR1Ozmjfo2kks
L/y0NkHAdDWaOHzg1hOhWrfEpJAJJxo2ZvgYYItY0EbHxx/YYdQozEqW0hQlQVk+TSHQPhWB
UMEHL8i4qLYsZJNIjFvPLioLuaVdoF+X5JIuUjjhjSeeZ5LBI78ooALMTmOtIioJEHcwCasZ
WYtvFd905rEssnXK6z9dZTIZrkEVO2wwypQfq5hNjWq8UR7/AKkHs+0pT1WnkilfsZnEEzoe
mvwwxQdskku9HNDXtnkHYyaUR5L2UETv3iaTt5SILqTx5rPrrNHP2ASCCBTp4kMXzupjlheT
ue6rWEW4mGeORI4GxQ6mSQIHaQpDB8gaRknl4caFHmbSmSCNbFaSFQIiygsTnMZJLMw+Dkes
65tpGI0ZWJetG6dt0k9V35EJ4brubWCvyIEjEdzrJQa5+O1LHGUjM1E2rstytK43B+OOslAQ
kDEyCQa6i3WkU+/g+n1OTTCNQshDRwaX8Nck7GnXUSPyjYvGffY1rlgz9rUhIySWZuMLkZ+L
Ew+Dioi28aRpikrjOQz2DtJw9mrSrWaP7B05py1JhIte3A5aFkBUOp5hnRnGmBKyAwQGU160
UWRIFQg7nuojV5/lHYcfxJuAlD7FWxHXmj7qgYp+8U5U7G1O9TpqKJeoR0WluJKQwWOQ7f4b
JiBlUgSyMpkYxjQ6QMOy9z7eh3jMFDsZGsmWOq88kgCSl2q8W581ouXqE+POKPOhv9krCeqw
eKT5OZi0ArqcQaZoyzAcX+YRmbsRjvJK0Rfl0lm1JVvw/NXuUZIJf/W1Tu0ET9jVbGuwIsva
10RO3RpOv/OnsV6nxrGFDLMrG1ajXDLER17Ic/YLEsKzb5DYwEpjMrYng9ffipjrr8diPv6s
TGv1njsghpkKXtxyJjMxzf2JxyFeQ6hj/Zed+DhzWTysZYIvtmCskSRiRXXcjpyjjYx9Z2Ec
S/nIym5Btu0gjan+xy2J7qq9btYeFoMdxM/yBtlZE5Kzh2mjTGV2EdeQmOrtGgjhfppkWv8A
kfkrOumhoAFoaqMxlXBLEqsY9UUnkkqca8TW52D2Jt/IylysjRV2karR3H31bVWzDIkmgGfY
Ykgh9ZTM000V1eoisdpa7CSeKRQQjpU6FpbFiOENYjh+QsJZljyEHXTkjsfOA6zZxm0BFyZS
Rko3HOCsvJdIAWhkUYyxtJxLGHr5JBH1kCZFXrxEWBMneRBZtnihVXUmNip1JC7Q1KPMCJIw
hPLaorWnkk6p+aierXjtzVp3gqho5HmXHibfwvI1TrdiCb4IzK2GWTjFamYixyaZnlatLMsi
LxWaKOaPuegkix4GjLFwAGbI0yl2QpYTYsSdb1/wVraN+O0E4khkRYp7ETIWaecKioinIVDG
gPj7NpYkYzpjWcLaVpycaTeDZFigwnfr0AWgOUcUSpJXhYiOBMN2ohbs6AUdz1wI7WmzXbit
LJCYpRzBRH2K32gjjCQF/wDF2U58zRzSkfN1r4UZ4jRCSzOIJhCDK1eDcMfFUXww8s+iGXnH
8TB5UDqRy6is07c1UPbUY8olFroa88U4Jk+NACzO4BApbD0JmWJ5YwZkWQyRSpl2YWbFV4UQ
AEqfCgZ14Y9hOGM4mAXmNGTRHM4fuw3qkYbtKpx5YNWb4jM/a3GaaeaYurNgjj28IZ164k16
UUS9jHTrtJLHI6RgCMMgXWFmyJGYf7keaYkxRLqevN8tNVSCoy/HNGksfYVDAr2lYRQRuIIz
E1qbixnldmLbVSZC7qP9rCGvNxrXIKsUvYyES2Sc6tBOskJSndqvWZjrPcxxNiMyYksytHZl
IhaV63Z2AtVvsaICWRU5YFIaNSw66IC3NsyyhYwJSBYuxRLN2krZLNYkZIQRFDK+SsCghiVB
SeRj087PH0bgr08Pxx1qkWNJVhy72rqt6OzKlIBlZAGexIjxWYpEOgEcJC0rPI6KrV1aU3FE
adbqUQs61xHZeV4oVFmtXgcOOTWpjjypr5YFkSavzW3TGC91kccn7IiZJ3s7GvZeRZpuGRQz
X7XTUUow2bMMEfdlr7TL94QKPvIijBAiTkrJy69S8FzqvyGuU3gs1lZSwfSycS07Feodm7C3
2jflyxzvjSfHDFCXX8WRsSg5CdaATQXFjrxYbFNlj7OMM/aSvN+VLy/KZrFlmiKwyOTCSbFf
lBVcxztwCzeVdsS7xx7KECwWWOgzx1ohFl6aQR9TPyWl4SSVpGZW5djCVEb+AWGTsqxuzHF+
LkHTAJGaOrIz0eq+4QyxCSsZZOrDGL5GJ7CbnIvCGK0yLKBoqjkxFkc2GZqMgMvWyMMIzswg
vqrYfkKHlpSSelQnsrqJ+UyFivX/AHCscL1YGk7KtDkvZzEG7O7Rx/8AX0syioqDjGG4gM8a
7lQ4rAAKSCVdb8MkD1iJ4lgQ5YqIuakRoqkpIjZHa0CyurMsIZUqpDLSosUVnAUqVtlZIEZS
zAlqVZWW119VX+NQywxu0VAnIKfAyXX+aW/JKlGtE6hBHGz/ABpIrl+2vgySSAkFHXX2Eqit
5as/xPW7OWNI+9EataazYZm3tGSp1z3c/orgyl1VitdtWa62vnros3ZiPJ+4syBYncJVeR4o
ESJYj8bpzMW1J0weGM4UdWYhmJAAfmdDiNasukwASBq0cTtceo0U9brkYXKISTs3SSS7MWr2
mV5+6kZOpWT8prMa160wlfwFcBcmhEctWMSNaDjAkhPxKz/JUjaK/QSO72SSxRIhMclOFuqs
CeoXTfY2kWsIbQ6+PqrEmP1UipsYdnCCMjChtJiPrJp3fKfgyBXwRcT13Zmo8n7BJ8nX9tam
v9kjLeawRG8jzERhsgUHI9q/IMCdKZFXJJVBmslTVn5I02GZ1Cyhiw1g1wsBxGazzde7OgM/
DGlYNyXX/ENi/bjM0hhqhzQrccUcmqqy2RyMbKWW1TSSOKFkWaxPIBPGFE8uxXsusazwh7Er
CNypEk0uV7j0ooJppZaZldII0RZfhMd5/jqyfIqlHfE2rbTC+Io3xIymokDkHPid2jhQKKjF
+pjZL/ZnjaVdr5JYcGQLin7jP5E+8leFyQ64CzFDp5J0VjNyKy6IdxgK46hs6oyw2L6SI87x
iM7bB8ilRsFTsxLpaQWGFY9tbrVFS7UK1rzP2SqcYaw/c88YEdqPjJ5IVGGPKxZFkJn+NBpT
kfPVLrZbDR0q1ZRcb45Jy5CsMn6dWh7Pqp6sPIZ9hIDFvxw2FAoX5GepF9rRMVq3DAsnazAN
21lV6u3Yn7Ds9/nqMTZXX3tsOrabZUBueGNNtEzlINFIwhkrQuU+JCrq5VJeUdWZnFaXKlci
z39FWmkViAicYhrEQrlWGOdv6+pVy3PKZFeUOQ3L/Yc6Kp8ao2sL7PIHFTSdgkr2RXmOQxsH
MijIq8kzSKVlCMW6dEaRfj5Fm0ZBr7srU5TlYKE/brCyYyOpCSErAwCgJkh5LCoLQI6K8nJP
C45kJ02ujDHsf//aAAgBAgIGPwAuf//aAAgBAwIGPwAuf//aAAgBAQEGPwD6K6v6Oqd1dUJq
rqpVyncoVNVcq6urq/ohO6urq7pnPrV39K67RVy+ijHcbOU0JkDdT1KMZZCxNSERuLhXV1dM
90wdgqK7qtkan/bG1+jbpp6B6PWogGj1U5cKBMdFzBweP7yIFmHR1Jv9k6ummieKrROn9Dj0
bNbkKv1Kioq29Kn29Ja4ofRZcOiqcWiFXvOVI6Ow60WNjULrIXq9B1TXo6030dK9BYcvH0ae
mwQi7E2HRRPdN016GKr9DXprZGIvOQCbqZSGgJXLqa8UPUapvoD9HRMmFlf0afRjofpr6DN9
fo/4dPWmNVAMHdyfUjoiZcaIcGoh6j0U6P8AD0GsV1/RdfpM/o0Tj6KvTRP9yr0v6NfQjI6K
RHBElyED7qCbpB1HQ3QzI/Qsv8fQdOa+mwFPQt09Sr0sF6+jrTfQ26XUt1SbBaRgbBE6RDIO
qelw9OqqmHTRV6WTehxRTfQU/wBkZTIlqw4rGclJdaL1qo+n6vpLehRVXV9HwVfoK9FLKnoU
Trh0ADvFumW4PVbWYCyJlqaepA8D026LfSdfR19Hr9Klj6HBHX0aq69aZOqVKD06K26G9GvQ
/REDSvS33JpW4IDrcIhiyHQ/0z9HX9D60d1B+1NiDR4qsjVdpggLvqE0S7I0RJ0TQDftTyky
OSUxIx0Bqjt5Q5ArVCPnOQe2FHJCQlGVYyFQq+h1+lT6+mc+th0ggaVdD11dQHV0Af7Aevpv
6dVtgebjwTzl9qcV4lMS4W25CeNPWmgGkayKuW6kfFyjeB2XquQfpinrR28gOgv+ZNIncayR
DmJ4obZsbglbd4nhkeaJt/8AEo5cZBe4HoV6H6adJPAKt+Hr6OtZAKgUe6xguSTZAWAHQ3A/
7BT0+IVegQjc3T8Vd2+xbYVlqAhuLdS4niq/Ut2aQj7MdZI4cA8OBo47R+Zcz9ZP9SANQyBu
/AOrsR/iqVPF0AxLaj+ZbS0hfijjkf0clh7JXV0v6fBRiNbqMRXcegm7LLRgZFRjoDRMrWUq
fSV9OnpGRsFIl3W0fWqFoiwCBkADYxF/nTCg4ImcgwR/t5CJ0kf4YoyyzefGR4p5SBbQOfzL
bIcvXp7yeMt4Oi3HlFrsgBUHW4VAN2vFGjHrKcOGr1FPKRIjWMbCJUMotIehT05S0FAgTYB+
iR6ijKwc11QZjG69SoieP+wepP0Mn6WXFEs/rREIvORLaBghLIS3sDvH300Rt/at2Q7R13Ut
gERxJW0E3qXuuepFiq9Lgt1hcR1p4y2hrGrp36n1XMGAtqSm0NqraP8AU1GrLEXeJjR1X6Et
fRAfaifq6JkVohJmGg604ow+nqqGq6vRf0mN+pb7bXsiJZAZX2xLkr/x4bYnvSv8ql4mQl7N
RlcyA10XM4OrqgJGpAUY45bzqVHGYmpY8AjGePxJEXNwfdU8ZBGwkF79BjLSz6JtBrRULx+0
otZmDVUMcXMiR6gseL2Ij6KMR6z6uj1qqlF2cKjUDNwUiGoOl/pH9Cqp09XoNEiI4oxMt8+A
uu0ceKVNg/jW6vLqhOUWxPdroy8wOUWizfnROIjwQK4yAfzqXi44wMeWAN5AKcMYjiwkMWrI
j4kBig5Gt085bskqtwXKCZDUr+4wwAMqGuoUsWQbZwLEGiJiNwF3XLqdamipJn43TFqcUJjs
QLkeh6/QfoqjM+oDoGp6IwZyQiLnqUp1sB9N1Kgr6NvSJmdo46qOKIMY1L2lJEyJL2QAlQ6a
MFGMSN+pqoTIdwGdUF9FVn1CJjEQlK5AsjjMBKPeJF0BsjAcGRLkzakBqpDPhIB7OzQKeTAG
ljc7DdZMoDyySZuHdQj5g/q5Y9kB6lTxyABBP2JtSLtqnLFx9yOY9/7VW/o9XQ3R1mgQCHWe
kgVYAepFy54olr6/TW9B/Q4qnQZSLCNSUYw5iOyDYe8pTMTImsiaoGxsB61vyNFuyGNShKR1
uarETUWDasuagCic2aMAdHqjtyxmJWEaleH5Ly8p5TZ1LxTLFWxDbUZ1yEVlMuR86bwwfUjt
g09vPLVf3vk8kcQLGcJDUd6CG6sohGIbi7cUdoNKcwsoYmckh1CIDCNAy4/QgaRv0RHs1Kp9
qAJdlMtqykKsEKM/S4q30xXVwT+lj8pjru5pl/wwktRJ6goSBoeFQqxcG0vUuQmZ9nX5UQXB
FwnNA9PUj5eE/wC3xQJ3ZZOIxhHvqfmcRyebjCW3xZ8sH+HtoAYxjhLvRBYfGvAid89zmfWP
ZRYiOSNia/iUsTDGJXNWKIlLfIl6ig91ERat2CL0opE8FlyEO8iBXQIGpY0COQRO2AYEt2vZ
UY8L9HBP6T6KU9SeiR0t0FE8TREk1UeviqfTN6XV0mci0Yhy/Us3mJGs5EiQ9nu9pSLjiJMC
62yd5GpATSHILaErcKRHeNFE4IboSDzkKVUMUAwiK61WTHv2nJqApeWkBkxyqTIfwqHlfKgw
iayIG1wmyRBkKjqWRrC6aYYd2WjoTrIMxjwPtqU5SeETo9yvemWiiXAlKJ/YuaI3Sc9SeLiQ
6rfCo5ZkgZOYxIVOi3R1dDW6REXKEeCdPqanopVCL3JKBcgdXFR3GpAPTRSFm9Cir9A/pzxg
7ZZOUFeCHlKKMiGbqXdf7CnP3oMzAu3/AAoQiPCnhZ5DvD5VES1AcItYlwyMb6SPWsgq8eNz
7iPmfOeb5cheGMgPEH2Y9tSzxyx8Ob+sge4jhxYY4vJwk0crsZt7O5b6ExodXHtKG2PbIBa4
Kw1fbUxQwkkSIoT1rU9YoyEpSJhBqkXkqcGbh0MC5XH05SNWXUuD0TK6NaJ91tENtXIuojqC
uuUAqv3I0uL9FPr6K/RN09aoHK61Laaw5h9SLvtIcuixqLAlGdCjuatkIxen7VjnKI5ZNId6
QUAKFnJPBCQJAFF4ciDLSlPxJsfNuLGn7klGBx+PmwgRmZHkjt/0YIR8r5WPl4cMQIc+14iE
JNGGGsomQjVRgMsoiJeOsUR5nK+Yl4vQFBhucPvBsAtwi8g0vqZbXIiTfVluOPY9YvfpMgOY
0JRVPRfVevojA6VKdURNqKRJZrKPUQEPV6EeB9F/oHT+kQag0Klm8u5iamIvD4Yre3MbstuQ
c3EWQkNE5pLQ6I7g4duWv4lGU5bTHXg3/MRnuE4jtEIyi25+Rg4Q8xjkMeTKNrAVi6llyjfk
lYE94/6s1t8tvmDfbSP4oo5Ms/DIDASndlk8p5vLHxcdYvKnyLdE82M0PqW43IjBnptjzS5F
kmOWYhRvV2VCJgTODm9CgZXboB+gbSK/Z0Sk/UEwVVL1Kb2eyxsXJlqh6vQB1dk/RyyMTomJ
HWU8pEn109FujlZ+vob0wdQjmwxaRvDulMHiY3ElcX0KMZ2FQf61ujLa14hTgSZb4sOorLiJ
J3io7qliy/5cqx4/JJZ/L4wZHGHg5uw7SHnc8Y5McSwxnvfEhi8r5aHlgQ8JQjcI5Z55mL+1
tiCjOUt0tTdOS5PFAD7FLHNgWNBoGQ/tgDMS55eyH5ljz4+zlDphFzwVIgNxXPE/4ITxZTCY
sO6fiihjy8s2cMeWXw+gTZCQ1ubdBJNk+sk3RI9SkYmrkkkKBlbdWlEAyp0uNEKqicrqVOl/
EkfWUzv01r0v6PV0jxIv1i4W+AcVYjh8CZgQC2zUlOeUmpC5qwIYPQKUsJ2y4hCM47pgMItr
7SOUSBlqBr7qxwljjAwDAihPyKMd1uVo+z/Itr0FgLDo9ajOdQQ4AUvL4ZAzyBjKPcHZ7Xtq
pcnjqp+QyGh5sQOntwRJAZ6LmFB1qlFYHrTTDg0DaH2oqMPMjll/l5ePu5ehwhA11KJXFCIv
JAajh0XWTgAU191GsoAuwIon9AodHMHZNG3o09GnQ3RXp6+kiYev1IygGl/iqhwK1REonbGg
ZymxwlIvpw+ZDHPG0shccYv768OOUbiHIJ/cXLAyI4cExiRLrTMQRd0DPIHN4x5iET4Hiy0l
M2PwJgRjjpGFGTnowSj2tzV4FOaBHaXIu3RZAcF4cg8WZij+oZYR2T3oj3kJRjuxnvCoIRkO
aTPZpLblPhS13UCBhIEHgibiNlS6ZVWU9SEbv3tVj05rq9056H6ABoWJXWupUVfSv6dPQZMm
6LOjyg9TKlEVnkXiIy2iPXFbseSUSbl0+TISfqXO8vrVvRxSoRFyx6kTIEhqsn8sJbhQSNB8
6hHzENm7vDigYSBeyYmqYD600hTUFE4jtBvHRESi0iG3R5ZfLNeFkByxOuTmkPmUpeUybZNT
HLsoYfPRAMj2xb4U4LvqOiqyNQsg5pdliEqB36HYnqHTzFSxgEtV+jr6KdD+k6r0UT+m7Kq9
SqowlL9SfZiDVb6REQ8pHgsnncIG2faGpP8AzV/h6HWrdD/co5sR5oF14kJMZxImPZke0pyh
kjMGsQaGSiSZEH/UgQdp726ORCMfOeJAlxHIGp8UUBIGRo+2qeLImAcgEgcVknMygBYWHwpp
S3nhdNKWyWoKG2QrY6LmAK/tploS7Lm3u9HBSe5bqTngsfrFT0OSw1KrIMh4cnDfWnnKgqya
IpIVTfQtr9L1p05U4YyN8A5cOGQ8yQ89JMv7eBYd9u8jjFZyDNwHRTpsutVQP2FEtUrdB5Ql
SWPSSj57IZQ5RKMBJv3VLwwIiVLk/Mic+UEkOJSeTH8q3Ys5yyJZovyoCRmZHtCRJHzbkBiD
5JjlloFIZedzVPGgvSiMZUn1J4TIbhZCOYE1uhvIdCD7mDAlMmZ3P1pjbiarGDZ3p0GI0LU6
1u3PtuAESAWepQ2higepvoqqn0XFFMfuUsmQiMYhySo+CIjCzlj3T38iAxzjLcHJatESXByW
lpH2uWKMcZ9cmv8AD0V6X+9XbpNF1rHhjXcQ56kcEmGOI28SGHLtXEfejAgUqAXf8KEMYGMw
o8MYDD3sk0ckpGv+YZy2/uIYJ5Dk8u7xiQ914kIAvQxMWP8A8abbsNgUThIlLiQxW4ROyN04
NLkG/wAqIjWltFHdUtdUH18FjixO41aw+JAlogXUQPtRQPGp6OUM/RH19NPQp0N0U6K9BJTs
0bD0qpkXyE4oloYY33f8zKhhM5znfJGFIlDzAEogdkSDEj31KMa1aJonNV+1VHRxTLRH9qpR
P9vHol5mceUUiesrwCPEMj2RxXiwiTiN+MPiWPNCAMQeYXLe8qDlPU6kZMRcjrQymglIVdlA
0eIYNp0yxyqJgj7VPy8gOU0frQ2E8C1VA9Vk6iEIt6igdB+1U6T1qifgaJ0KOCW9XosuI6X6
OIREDXige6EwHRRU6aI+JJ8ndiO0SvBGOOKeW0o1MRLvy99YzlmZ5e1GlAVOT1a6lKZBNgOA
6KCyHFUVDtXFceCZ2Tt/6Lr+5CMWroFGEazIv61uxxETF9HIJ99RiQDHvOEPDAGtOJRNtt3U
sMQDkJYn3VGM4A5CAYxVmVVUsmhXrsv7gB9w2yH8aG47Yx5iR+6hAWFF1IkUYqJJd1Sji3pE
IH0vWnXHpc0AREC0dSm2tHimFAPSJJYBNjeGP2jRSzZYynHG0cW7WZ9j3F/dZZvLJUAACS8X
s7bBGERulMtWirdWf7kWalynv1FMwCehTMgSW4L/ABTE04KmtkBLuVIUfCJDCxNFszyjilKt
ZXZVzwbVjuQjDMODVC5ZRMZBnBdDLlAkxdmv8S8SBPEg2A91VLBfp+tyt0yndgjjlzxldbIh
n72qrZAqU2fmKoWW/WvpN6bBMVUs3FMCmRgGbUlVD9Zsm9FrIkl+C3ZDTQIiEhE6SNlFoeJM
uMQkeUEHnzbUZZjXUAfxqQDMKMjtrDGNoK4ppcvCiFh1suPWieC5S/F0Wev1Bdkn61ZwL0Tx
G06uVtNK0IXjSqZVDrat0Y82MuJO1+7767OyL9qV/wAKHjZpE6iPKiYEy4GVVDyeMgSvI9QW
7UomR+pHJkLRj9pW8UBsiLjR07JzQfeqVQZS05im4CqLBgyrf0iPr9MnhYIFxW4RINdERkFY
lnQlEDaaN9BzWjVNjiZHjoylLMSIBzI2EQv0sYiQeUnWHu7kAS5UjHllKkeLlcrtqtWVA/Wd
U1xo6IAvwVaqwBsDYIcSeLqzo1poExAA1UITeMSQ7VUMeMbREMnkXKYxBidShAi2osyFLaoy
3Mwd+A76nmxyEIu24i8B7PxqQBcxTd72UMcZloHs2i6jFiW4IPoqdGTDKh7cOsdBIHeLpiWB
RiLN6RLkg6L1hcOinQOvoLdMTE7Yd7p6lfofp8HBpUy4KteJ4qGGJ2xJ5j7vvJ54wNnZn7QU
Yl6XYoQh2MQ2jhu7001aqr+p6ok/Yap2B/ant6qJyfsTVouHrV/r0TujSjarG4BBLVPH2Uwq
QqrcR6ymAH1Ik/Uj5bHLdmy0kB3YITyty1A61klyjcfrAUvMSLEAt7RK35NC5f8AjQ21OpFl
YIUCswWKcBzRLEn2T0H1lAEsy91vQqn3D7UzvLgFHwhtalqoDKXkidT6D9FenqVPR9Sk58OE
TQ+17yaEd8hXdoUwkIY7tBDceWPtVLIAKeeLkRbWgflTmpOqunLmNgiGAJ+oKqa6YWQD349B
MhXQq6AJvYqMchcA0I1TXCs7aL16JyGA1UvL+SckU33+LYvH8xPdnlWtWH86LScVYMKBEGTA
kMNVDFASOu0FDITzT46IuRt4psfMdVvkLaJ7ApgHRmQ5gKIMK6qOpNE4+xUFOtURa6JnJupX
LpzzFAgCh9OvoUVeh+k5JlgFKEHhEdn+pBywN91kJmjGkaMQiREAfYhoo4ga5p/dHoo3r1Vb
q6t0/wCKtRMfvX/onJBerEssRMgWNWLFlWifgql+C/sPLDfnyjnOkAUTIieWVzwCMbRZmAKI
IZ7E6KJMmxvYpySZE30YIaRiKKlWLIsEDKgdMm1KOOViKobTuj10K3E04BbTf0LdJa4Q6/R6
vQp6H7VToxQhacj12XiZIsZC0ltiFukiABS62CrWUMJtji/1yVH+tPon+xV0XLrdVQJqEzcv
BU+zoAOlwi1jxuFjJiTImh0AXrTHVGECPHnSLns+8jGMDPJKpmboylUkVfj8KmZ04epVjfV3
R2l5PyxUiRUfcjEOQeCG0LietUYBVICDEONQmkXBUizyAeLLaAd/sozy9rQcPi9B0SS40HRI
IN00QTmir00VPSG6IJBcE1ZEXKrRV0TR7OqfRSozxiVxTM/RR1VWr6PF9OiIIqASCP4uiWbJ
XaOWPEoyZ5TNtIhARHN3palCZLUJH1IkuQStsCSeC8KBAIub1QzzHNKxRnMsJV60QHJ4Bcsf
WuaURwqqyEhqyAg4Miuc7nsVWoTgAS1pVPpw6K9FOltFeydVVLIMm9Gno0UpnRROpq6YhyUw
oDcJgh1qEjaUA31FMNVzP9RVDT09EwF9dUXUpBi0DRVLNd1/bxjuJLRkKgD21zMZSuboykOW
IooxwkRHe4sqksC4dSMXeVH195DxLPohjiNzWjoqsOrRGI/UnY7dPmQceHDgKkoiLiLuq2QJ
i7ihTSiW9a3CTDghKJBHFPrqn9AHouiDofQfprRul0RVwigemOMalz6gusGiDP1pi59aoKoz
jIwnjIIMSzuVuySM5cSXVacCE4ck60oU/wBvpUqPQy5NQGW0ZPDn2nvQe6jlIM5zLl9AU7lu
tbRQfeqTENLLbSVWI4+8ttB1FCR2nhGVk4bdDSFnQjJgPYiqAQEjVltMuWIs6B4cFt3UW2Pd
HMUZaq5EtWTxLe6rsRcejXpl0P019Cqqn0Tp+nJmbdt5R8SOSzns9SjMMN3a1KEg6BGqyOxF
PXfov62TguTdwrsOHTb054KASDjjReVzE/pAsdKujMBgQ/1ICYqzBOAzLg5snBJNluoTYFDb
GsqOdE3KZzvxCEtutasEBsYaF0BQi4TYccifa7qHiz2+0I3IRGOIHXqfiXUmAMibEcPakudS
jEcAuAZXRlI0FV4YDB6H0DSnoBcVRM9Qq0R16X6TKwAdGHem8getFu1r614UqRnc+yUCDp9S
bQKW6siYgN6/Qf79FXX6HFKJZyAfUUcGXsysReJ9qCjh86fE8sOXH5gCvu+Ot1JA1jIaoVcn
7FVnI42VqITFG4LdKoBaqGwGTChb8iLRIID1soRILuxlZCMYfWalUDLqNEx1sVUsiRc0QevE
ok/Um4qq2uydtpEqHqCjj3gS19ajPiOgdfT60E+q9fRVNbo4LiOj/BGOsyIhADQURkKiX7Vu
AZzRv4lGGd9k6Rke78qjKJ3RNiFCMa7pinHpdiX+5OKjVMXATH6DFOQeIkHCEpFoAO/Uv7fE
G8uJNCA7zd/IoQIaQiAwT/8A0VNU2ThQXKlDY8uJ4ImQFDy8ESKafWjEd2jhPqiJCq67rQhf
WmYuQhtgfWt0mfgdEBKYMkQclld1tw7SRcOpHHjMyLRiLoSz+VnhnEu5NChGctx4cFdAv016
LodDfeq16fUrdEHPZLstwutsgw0RhMAg0B4oZDUaPVHyki+6sfd91Y3cbZF29XSGP1Jwa6lN
T1j6FxcLHM1Ji0wfwqcsI5pVPCPwKv1FCteCEaHVuHxIHtOLp4i90/gynGQ7Q4p2IJFjQhbj
kd9NECC50YJowkX6jdMYU6yueYi31oGcjKWgNEwjGJvVbiad1tUTKkj2BxQOKIqxMr0QnknS
R0DIHNkJHDijKEAJe1xXKGKr0g9fonVMOg6t0U6brdIsOJR8M9m5VVb1piH1i9WUsWWI6ihE
kxlGVZXFUJwNzQ8HHQCQ/UqhgdVQ9HN9ypRANzPU+k/FTnK0ZMEduO5q3ZXODFzXUBbcUHBv
Io5cgfiFHwhEwiaxvynvLwsUufqjQfOmyzjHi5ClDDkOYnuxFHCbNt3eySKfGuTaw9kOifL4
zJrAi6EoY/DANd3BR8Qx3nhwUZyJfqosUJE7JRt1qNSwLAdSEsQ3N2uIWLy+aBGWR2wl7qjE
d3guPo0XFcFToFLqvoUrx6KJ9UZzLAacUwfHhBqhCHZjc8UwD9a6xaqMdwlIaCqEcnKJUEuv
3orx8TEUcjUj3lk8sWOUAygDWyIIYgsR00+tV0Xqt6LO/R1pohydAiJxIJkTEHvFHxuTQk0q
owhHdC5kUBAbepTx5DSQYrJDy054xoxZeHLzEzDg7J5SJPElb/Ly8OVt1v3lKWSZMz/mE/vK
WLcZk1ZnH5kfEow1otwi0CWD6owNdRqoywwM8VKLHmxQMMuEB4ysfdRjlwRhjjUSEtVtnMPq
VulASILxkdFJy71eyp9BXpronu6p0EdDAFbRzZPZQyZydpsF4eMARFnC3yBJPdF1GeAxGNhu
eu1/bT5MjznZjysez4a/UeEps023l1jg8g5bLkLhRwAHZANFqH4kJDcSLGRshlxRY5JnfLvV
5uilU20Epy1UWFFXo4IVumi54IeHgnWxILInNIYm0uvHlmEp4w+MtTd78UTIESiH5RR/dQx5
TLZCoM+VveRhiBMI9mWiwcJyZSxCrXl1oiEomYI3OWZGQhyi7VCEpx3vo1fkRDE/X/CqSIav
EkLfjeJF5CpZeNm52qDIqMBOLgMIi1EQ3LoV4kYvI2erKtEWND+zpAOoqvWrX9FuinQOi1U6
r0VUoeXBORmcaI5PNS35DX1J40xjiaoWojjLAu4k2oRhKcYY7HaBtW53I7x0+VF5jJCPdlQB
kYwyR3axFl4Zi4FRIKlWW4RcQmCeIdY4TLRlIAnqdRxjFjOMgPyhpU7SPmvITiIyqcLsH/6U
1vhjEyKkRLlOfK5A/AOqeVm3E0QPmZxwcImsj+Ffq5ZZJEVFAhHAPAyC03fd/wB2KEpAZco7
8619yCoX9VETCDg8XdEbY7ZXiXf5UYiG3eKl2ICx+H2yah+eQUpVkWDg0IUfCO3LGQMd1vfQ
h4coxyO0Y13+9uW/zEWJJ8INSPtbv9REwhF6RhS/t5JKWWOQUDCJ1f2EZSBgbuaRCHlohohp
Zs5pydufaUY//rpbYBoxjjDbm9tf2R2jKP8AMmEDKT1WOUr2KETY2RMS7Ixl2o6q9dF18EPr
XN0er0CgvX0DoHEKodUQH3ovwRkauS5RMg2OJp7yZvUjwTIksItR7OuQCln1QyHLPHEUnGJv
8KEoQrHWRclNEMLIl6cFnOIg5fDltgKkpjdR8sckx5eIYCIb8U0J4TIeVB/U3vt/+NExJ26m
yPiy5hbiUXIB9l+b8CJhCUuFGUnx7Zm3qQjvrOwHBb5AzfS7I8sRE8akFREsh6gQwKO1qs0g
KblDVqEsqxEoyi+89p/hWY0iCzda8Oci4NJmny8qj4kiZQLwkDUe6vGnEnGdRZDLGRaLDw+6
GRiIAzPEP+8sWMuXLsOpQ8xHI2OTCeM6xRzY2GU9mlaqczQyLp/tQAgAAAzWAIQyCpBuiRQk
ITe33q1E7MgVW6dVTP09a4dIRVF/h05JCgET9qxAlgA8hxkVQW4JyaLYDXq0ROTJENo7l/lX
LCU4izBo/mW+UNkdHuiCGfmB6kYY5wlIVIKIbbOPaHrTmm3VeJ5fJj8KViQ/u91TzSzbMhrS
IEBJS8rOUPMAC5iBt91TiWxY9AAf+BB8nIO7/wAK55zrWQjT8qeWUjKbCbkoRiXcOSG1QM6A
XkOBUTHHIRgTtn7TqoLNWNk2PG2m4f1L9UxAld0I4pAxBck1r8KMRlOTIebbIU+VCfl90R3i
4t7qGXNPfhkwnI92XtIEEkSrGQNEYGXi47xPeHxIxmKG6M8Y2yJpGPFM+wWooDNOUtopEPRv
eQOIQzYbCJpKIUiZvGI2RgDQS/1OgMow3PIjdV3Hur/BDroiCh1iiA+9Aa8emtOi9kxIB9dU
4K49apVVQ6OHR19GOAd8kwG6lEGjAIgOStmP6/Wjlz55CJ7sDtJPsrfIHcNZcyERSL+pMAOp
Hy4YxFCR2gE2GRE5WYr9TKzBmmQQoeU8vIHLlP6pxlxCKx4ohmArrRDAIkyzg7MgPZkpyyHd
iHbEjV0ROcZRJpHgE4nzdUSuZ9p7MiKpv8uUbSA4KUJyOwnt9p1GUGAGkjoo7JgSZyZWHuRU
zkmBIFgX4IREhLaKEXTYYvxnL+WSc3WExLEyATCnUjA2Nwaj514UhyRPKV4kY+IbERut0YDH
i6qn5lulzTJAYalbmEstzurFbhARnPtHj8KnkJaUhtifWjTUsegBwPWjQCLXQY7iEAKFDaHP
Uoxl2homagW+dzaPDoJP2po/qz4RqmjLwo+zFbRMxB1v+8gZcx43Lp4SpdpWRGTH2dQnj9ic
FAOCeCKcrVuiiicw3bC8OohGGMuRQy0C2Y7946rUSCcmg0JTH6kdeJU85IBblB/hRnKspF07
sepVgcpHFwFHLKAxVcRHV76Ylzop4pAEisZaxPtQUmIYav2luyYfEiKM/FECMok2AF3R81kB
G0gGJqWPeigSfWnxDfPgQwitI/CGTGZI4OfRw+IDt3feqIu6PGyOXIZBxtaJb4ZowiHcNIy5
pfmQyiIjKNm/lQftTLONIpyaD9gUvLxl+lAtS6p0HLmiC5Ag6jCPZiGXWr16HenFbpkdUXRn
OYYVoj4QBmaRCInllU0DsKql6ArbAGR4Np8S/wAmX2IjYYuvhvRFgUQSR1hUkJAXiRdQgQA5
sm0CJlkAHrW05ATwFVuGQfWgISEieBQjA0HaIqwUvCJBNB61z9sraXfQoEhtE7o5JnkiNxQ2
uMUKRHH/AKnQ4IDcVijMP5jOxMgNrR7KEIUAAoa/mQLuQWJ0W46XTQid0rCP7yM/MZmyG2Mc
0gfgT4cQYBhOXa/Khl81katY02bfh7fiIeGCGN7P9BiJtvFF1apz9qe4OqYIy1NVXWiMIO2H
lkTx91Sjj7cqRUo5Q8iSX4uuvghjGqjtDQFh1qhoFUaUKeR9TosezdeIKCOikzwH3rnBZtbI
lmPGyGPG0ifub2pI7iDJ9EwIgDeZRAk4dhVNfqTkmPFio4dwlv1v+JMAQAznRMzl9LLESGJl
ZTEZSDSLgEixTzk73LuiSw4VUjJjE9jiUTjmYmrEV/eQjJ98qyJqSVIAFrhuATkOBWi8SAdr
+pbpB00OUGtf3kfJYZcsf8yQ73udMMdzIgAI+JF5QaMIgVoERtDCxNSjHITIm5IpErwJOAbE
Cin5oODAE1FV416cxIqShPMP7jhEHYvEljHl8QrGEST+PcqBg9FQ0QujtN7qvQOGi6tVCdAI
yDoF3cAj61LGNdRoQvDmf1MVJDqCcUbQpwyfh+1bbmReR6ypOGAoFCUCIzjQnUhNkIjjjeZW
3Bj8fOKGZpzIxyDeDUNQBRk/aD+oqYlMSEBVj+VfpkYo2HtfmWSJlyntSN0z2NKoxlVtWV/q
QcMOJH7yMsQES/aHBQEINBqECvxIPuDAlyKIExm4Btf3UMhnMR4yQlv3Fq/1KOWUnI0N0CLT
AJCsX4rEJVJkGPWpsG5i/VVWccSKFO4DDRA7nPB3/Cg5AIoFA5C+6gPUpRfW/UgBcFgjAkh6
lAGTNS1VLJHtAbIPqSjI3Jc9OJ6cw9SOQS2GPNvZ6Iy3O2oHLJPCJpYyotxA6m/pQG8yhItS
yMtjSA5d2sk+aL5YnkiLBRxTDSZ5VfopR+Cr0N9fRZVookEs4qo1cgCoTWdb5CMZGm6zn2U+
nQTcao1qaBM6Y3QxwBO6/AION8yKg9ahKMSHNnUDj/zsh2xDtT2kZ5JMZV+YqRlCxoT6lOYF
JEuSpEmvAaJzc8VEbTkkLtaiYA446BeHG16hbRKLAMOUJvEDcGCbxWbgmnPxIm8ZBxVCGWHg
kl98TR/fgvE8vOGePGLVChjnExlEMQTUJ7vwWHg9utllJDkSPruuQDabk1+VeyRfW6D3JYl1
AyFpMSKn5lGBDxAo/BSESAeBQiAH4hCFjKiAJfbT61Eg/pxNY9Z7/ob4sWuCh5fLMbwWi+o9
heJig4fmj1FSxgAOHaVyjEARiBzNFyFKe9gKEGlfa2owi2SJDOamPwKvHtFOZbvWuHUutMa9
a6uCpQcFw6Kl2QkNKrdZi31qteCHhyAlEvWzIbS8oUkOCHtEsEBcmpRjGscdCetMH4OgiJaW
QJiBDqDIQiOzZRi4lHHBuG2vMqhmtXgsuSXaYl7mvKuUcupsmxRJHEBSgMZ5+1OVTEHve4px
B3mOoqE0ndWXWqBVoqX6PEwZJYz1WQHm4xk18kQ0j8S3457uMdR8qxPRjRZJPXeT96NOaPaL
0RJjXjZEgEQP+/MgIyL3ZnTkNMIuzk3RBcyJ+xOByxDOiZVJQIBMRxsnjrpp0ygW9V0ZYXNX
Eo90o4fMuZY+zMg83xrxpGMybACyy+YxQj4uNmk1g6M8kjKUi5J4ph9tlxbinFFW/FMmVV+z
0THDDbtYTPtTXrsqBtCsviGkjuBHBeLIOBSBRkNBT1pjcl5etXXrVQ44FMNKImIeTUDo+NWW
TneJozp5AEswH8yMc4AiQGH80UxBOIFx3YoNtpYqWOQjKJDGNiUwwiLcEMnhQ3AuEchjt3Fy
AaJvCEzoSV4nlMnhS0gahfrYxPH7QjuB+JPgPg5tQx2S/wD6kRIW1uCnDki/QfMCRx44ULd7
3FhADF6nisjgDbIkH60/G40TjmL2QYB9Yl0DKO0aEKMwXi1XK8WLGJqjkdn/AGLlFT96EZhh
ZxxW6HPDWlkcmEVNduqMZBiLg9DgkcWUXjvNgAH3D2uVbhHwwRUG/wAKEN4Mo3AovN+U3fpR
jE3WU4zz4w7NTauDUJKDW0IReq4+hT6+i1ePR1FSAiQAeYmx+ZetVsbIYo3l3tRFCERSNAyj
jB5cVZdcvZXXwVRVUsU9kI91MKuo4mbw8YIPElRG1nuQHQn5qQ3mw6kMZkNo0ZPGUftVhLrC
feYjQXVC7WK5a9a9VmK5jJutNkMZQ1EhRHLilHB5g9mQLxJ9nYiPMBsdi1GPt4pKGbcJ+Wbc
Tqf+mjE+XgxtxQjg/Sx+zFYYSL1usgIcmRHVdRqKaKWQEk/sQjKhtUae0jGRBiaA1ZkNtXAF
VLFUwF3/AIEBDmhp1e7JNku7jqVqvRkzbhr6luidkrkNQoZ4BzGkgBRvb6ZTyRsBs9alkNGd
TmK7ibUUpGLQz4Wpcyisow0GWJhN/ZKYiio7D6+lvv6KMeoqnSALlbQQZs4iyOnOQQBZDcx4
Fbn+rgEcpvKg9S3EVNI+sprk1J61zU4oRBomr1JigTpZAgKA2gTApLVAY4jJlF/6kZSAjL2R
ZbcwljmLkVCbFmjXQoSw5GHUUI5I+JEXdc+OQPAI5PDOOLtHdchbd4B4E1RAIkBomkGDNRbh
Iywyswbav7XzEY5Mci0JSG4g/MtghEQ4BCUYt6uCBEaFQlGIjsLuFmlCJA3k1FFzDrf+lMQS
DpZBwwlQf7yRAIpZhdPKLH7kQRt4E6oRfcTc/wAKeJ2ngqipTy5Sbepb8cN0vXRbZnbNmOOQ
rX2PbRn5KW6MzSBptCnPzPmMeIxHLB3lKXsbVhiJAPWR9SnIVoo7abpV0NO6seVt0xJvVGQR
B0Kc/cqU9CiAAqVsk7tZv4luyAFhxdHaAI6OHCjK7XDshIDY7MR/Sp44jaAdxPWtpLOoxFhQ
rgNAnd4QLB0UG+1Sc2sowFzZNGvWhEhiLrabNRW5YUEtFthISkbh0ZAbSbst0ZgnVbhH6xVP
hkWNwbfgROXCJNc6rdKIxz13BPCUZvQMVLLjJlr7wQPNECnWFsnSQsEYTi8ZX+vvKWOZIlAv
CXu/Cjj3f+RjGlCQEDMVMbHQpjpQqICqE7DhUKyoKIMKKoX7FQdDFOmIodF4kXx8RGhB9rD7
CGPy890TTdENMj35oHzmR5GpjBzfuzyKAgOR2Dlz+NZY7hHBEACI1Zbj3clgNFAzAlDKOYF1
OAHLE0HUiJwIJ7O1NkM4yapi37iB/uJCHw1W7DklME0EosUDudxY0r8CeZAjptH5F4kwSMYt
/KiQQI3a5c+8g1N1wbS+FbauLnupgAHN9E27dkdq1ZbAdpnEivEdlAykwBcItWAH1OjJ62A6
1SplUqyL0Fyn4myp2ooBr3KANCLSUjEgzlR1IAsSKLbPzOzM9gGb3ECIxyRDWN/eTZMcoH1b
h+VM7HgQyG4xcoRLOahlylhwNUcmKW6r0oo4/Mx+ePV7S8TCR4h4a/GntKJo4/JNAjtd6L2K
3YR+rCsQbSCjkjh2MwmJnlI721Uo9wpQ0NR0VVbIMKDXo6vSfpqjA0kTQNp7SGDGGOIMQBf2
pIZJRDzLgasvMTB2vF4gamK2EtPDIiXwnsSRnDcZyHMzRdPtaQo4uUJSBB1fvKVdrim6gPwq
JYbQLCjfGiSwZgD1Ko3RFyFOINgzXP5VNyNwqEwDSgC8qNFRM25getFqgG1gm/xoygT9honl
R9CgzDdUphWMNOMk4unC2CxFVvfs0Rcp7IatdSMoGcBrHmZcmUB+7Lll+dfrQf2ZjtI/2nmZ
GHsyP5YqkozIuJjafxIf3Pl5w4yA3xTbBIHgKp8BBPEGo+JbscvFjr1BbS0MnA9ko5MRG7qs
U8XobLdGWzOQ209ma3h8coFjFCQpxQ4XQloRRQkPUUPWrLgm+v0epUv0W6epe1lNIxjWv/UR
LGU8ki5kXqT7KwxhIx2xaTHh3VLee0HANmWTy0uXHlJhW3tY07CTXB9lAENCVDUFERD7bA3Q
gd0dxA60TKwIHtOAnvGRp1JxfgdUcvhh5MBJ683uKWR2jAuasoTJGyP3qRgTQkAEBvxKW4er
g6G62mixylKoayhMkiOMuRxdEi/+Cp61o3ELqUi7nRP9acWuqVHBCJLAhOK7r8EPFxA9Yofy
r/w/MEDuwlzQQ8TBHMDrA1/Mtk3w5BeOQN+dB5BvWt45Je0GZbidh0mLMtnmwCB/qRt7u5eL
hkPEZ4yBp8M14cyQReLckghkxt4w7WO4KjKYEXoBoF4saziLjUISk4ib1e/sqOQk4sUaiIvL
41HUqndqokWLdFVT6Ci4HoL9qu0er2kZl5Re8uVkJbgdWJBAWOUW3wBApVRgOYyBuLLD5/BH
Yx25Rwl/pyUchr4kNp9fZRmMfhwiWEjyiiiSObUiv5kROjWPBSjEvHfyuhuLFnDJo2jXd3lh
iRuMyRu4N3kZHvaXRjIAYwHAftSUjCO06i1fbktpIlHVjb51EyYmIsK/jUPCpkmeysYsdo3P
xW0669SYVCpUNRkfa4KQncHTVNE1FKBOdA5Ryu0O6AtvmImM7iQTf3EYEaE7Z/mRl5XzpJNg
WmF+pih5gRF4cpKEM8ZeXlY7xT8SEYbcsT3jVPhlug7nE+nubkIicsc9IVI/GhHzEd+I0ot3
lpbZHuHmRGTlMS8gezIe4oiAMBCpahqtsagUkatL3UIhuYtEnuoeJOJcMdAoyjDdjlXgIxQx
Yo72pIjsgfEhrREcVt1iUeHQ33plVU9JkZEOe6NVISybjK8RomMSTeuicBtxqW0TkgxiS7Fq
lAk2BNFPADzZARF+I/y96y+XNMnl5ORwiVPGXlkPZR8sYkHHLmBKYGki1NAiQN3CnFNuLxsR
WikHqLy4BeXAZomVLlRL7GJtSMvdTRLltBtRiHMjW9op3JbtDtFARDl7s/4kM2d/El2SKU+F
VtEUCEmeJFCqB5CzaoeIRAmrHREnLFxYA1UZYcgmWeUWdghDKwjK8jf3UwLwNzoyM4EjHE1i
z0PsJwXADjctwpofWoyxzlGQsxp+FQOXBkJA55MhDNT/ALgavxLxPJ5/CL12S3BA8vmIjhSS
8PzmA4jbmFFKXlconG+xwpZIk45APIS7yGGcNs4ih6/d3KWPITusWqPdQGygLyycUZiJlklS
I4D2pKP6cNoNQan8K/Vlsxi2ONPxJiRCA43Rj5eEpRjecuUJ0TIsDqU3RxTv0cFT7eh/QnMG
tYw9aOSdTIuSUBY6y7XKogViBR0OoghkJOBRv6VGJO2va/hUsbg4c/LLrE+dEHs3Ch5mAaJO
2bcPaQOOTAgubU95bYkmJsUTt5m1/iXiGQHtAUHzQUAKRIoWbVAd0Fi5RLs2hKMpC9WFCUIu
wJvEN+LIhGpxQLykQw2juoRiGjEUHUERKYEI2fimj+pI90afhQGGAg3eZGWTPuiQzAEfuJxI
07W4/wAy3M5A+74VCERvD21ZbIlwS9UYTiJRNCCp+XjQRrE8Qe7CSIYB/uQjjeUiWDXUBsGW
IHNrNbPN+XEZENuZ14v/AOu8xtlcwenwoYvPY6u28UomBjmBDSe8Vv8AJZvCzXON2hKvfR8v
56GyYtIihb2F4hkTGXYc8yE8pcWD3KHhDZ5eJdtJfD/zFHOSd0GcLfNzEszB5Ov/ABoNGWpq
UJ+amckgtsYiPVZPxUHDvTo6ujqVSxVOm6a/R60fKY4tKReRHFOdfuCOQ80RQVY/lRFjwQiH
likAdoo0ggQNV4QAlIgkB6xPtqB8w4nAsZOx91eGZic49mX8yn5bLFo5KVqx7sor+3zxJiaA
oCJJbXqW7cRuoBom2mR49S8XcQIDli1Pe5lGJIuaOvDyVIsD/CnAJlxF0DSRkQIjUv8ACo42
Hiy5sh9fdRwQPPIc3UEIA2vouUiIJtVbpEEipAugSw3AsB/EgWAloTdvfTzleo2p+0DqbhbI
yd7BMvEdjGW0k8D3ltiKk/avG8zIjKOzFqA+3uR8PIHOmq54sdJjRb8Mzd3jf5l4HnY7o28R
kfM+RmSLsKoDzLQmKEkECX4lvJ3Sj2CKppSJ2hghmyRJxRNjYsmhERGgClA6hCUw4tt1K2Qx
gGLsCmgRje5iLfPJDJ5mRzZtCSWCHqQ9b9DKirZcwB0VNLBchIcV1RIl9RQJPJYhMzML9A1J
0W93hN5f77kNpobvVAQLy+woxFDcyFSmJ5gBtqTI/GqOfUgWaZNGGi3wuKg//wAaGSMmMTWJ
fmHsbV4+CuSLPHrRPZzQG6Egf/xoY8kSJCm42ot1h10ClMyEYxFS1H9lShKLyjzdVPditwiY
1Zxf4dqEu8R2rEMojc4l3hdDzWWDRBfECGc/8xSleVox4lb5l8kq9acxHHhRAkEAkbREMEAA
ATca/iQcARLjcWZ/Z2otUR4WdbnI0C3ftsnZmsVuiXCzBjUCUfWv7jzUd3sQBp86bw20onxS
IkLB2P5VujOUoDuk7k3mIeHLQjso5MRAJrQuERt5dY3BCiIA+KTXSQdbDE5IZI7Q5fYhkyx3
bb/1IY8URGPAJk6Mdr7qgChdT8T9QsCD2qpsWKUvu/KtmKHhRPeIdPPJLJKVzL+GKC4pyiRz
R0K3M4AcqhYcUJVJlbij4gtaTt+Re6VW6LW1T6L/AHsnYEmO2IKfaRnNwP8ALPvJvDjuFBKq
3b9bf0pz2pXOiB3Dc7MKt8SiKEu5JsyHhszXRzY41B5+JHtoSJ5DSUdGKj5nBXDkDk8EfM4Q
TLtEDh8COKQecbuK/Kg0pAR1DN8ykCOXIDE9e4IQk7S4omU29090fKhORfFHs9aAtGAtoiQX
ES0SKoF3+xynBI02A/n51zTJA0614mQvwbVbpS5LCIREARCRc1BTXIuF1BMfX6lvuJWUQ16O
jrtDsE0scoRdjqqzYnQ8FyESBFWLovHZI69S3YyQBUbaiQ95bPN4i2kwGIQzeVnvDuDAOY/9
xTweZB8Yh4OG3LGQTA5hWLuPnTjXp3z4EOetT/8AIHqOiB3RkdHKDZIhtXogYkS6xUIcHVwq
y9aAp9SJlJy9hZREw9Wg3FczEGz6JyQ4qGV2TO68N6tbimFYp9So5JYiMGOLDKOJ9qKYpo1J
R815kU0fsghbZYj5me7dNuSO32YIzwQ8PHMCRxG0X7kENjRHskfzIbgKcLoRDgS0sgKMS9lL
ymY7oE06kQQfDkbvRHzOEkY5nmA0ReTeqtfeVGoQ49Xsymo5ptIxrEHh3uzyKPlfJxIiD+rk
AblQjAAbRWXFSwY+wKEi5+FCDHbq1URGJGrFCJx80iy3SLUr61vlIRx+zQlMAOolCEA0jqh2
joeCoHGuiYCy21a4RbQujjjIxEu0RdAyyCT2iRX8SYMC7MU8JhxdizIbchkNBIj8y54CYNGs
nzYTA6SBv7qGby0zS7dqPxwUBMvkAYE2kvFmNwgAIn1IEfV07BJiKqWOMSNpYypVk2YbsZPa
Fx8UUMssgliGg/dnuQhhMREd0IIgS7T/AFLtGhr6kTd7B1ukNrXY0CYEkmp9S27toZgGddp+
pCMwG4hAR4XdDJueRVRay/xXMXB7pqFzY414Bf3nkDIwj/mYmcx/6sFAyxmIwyAyAdmUf+dJ
GQiIwNYkNRTnOW4GVADykBbQPhKDOQaMzOVUbhRhqPmQg+0itbJtxxZYlhrCTdyUV4Uv0/MR
psldx3o+2p4MoqBTh/8A5oHEWi7Sg1tq3xIk3ah3aL+z8rGON65cugH/AC8a2xIB78uPvI4M
EtwFDIW/GnYMLkrmodIgvRMAdteb97mRncRFJFbYH9KNDS5TChOv8u1eJmPKS8QeYhAg1FyQ
10WJDovUXdbY1IqCAogl5EVZSiOCMowEoAFzWhCjAREBDXi65huNijybtCHqt0DKIF49aHMZ
g1sjjji3SIobhY5YyIy/1OP4UBAl4x5zeJn/ANOK8vjyDacxck6hM7smHRkETtkxAKMJZQZx
4aoTAG2jlnK2YtxlLTRRnmywcXgO0h60S1VRwdEamR601ifsVOm1EMYDzN27o9qautosvUqU
V00iCDoVLNiG2Mxz4x2Je/sUhiLYZE8mkT8qYgPdy4TuW0aiMSRINQuvDiSJAuIkkh/cTAf7
+8jFtpbll7yGYTOPJiNZGop3OVN5gNMWyQUp0eN3o/yI7sZ8v5Y3Y7dxCGLExPAa/MjiB5Bc
A0JTgtGXd/4VuIPUAhvn2jpQ1UY4zfQl4gLwMZEckr0uPbQZweOiG+TsX2pgGYMf+FcuvdKE
TdmIReg1TwAtUhDaahAGh4KWKAMIdoH23RlkDHSOrLbCEQZ9p3P4EP1cUMjVFSfhUagiVzub
5dqPh84asXBZBohrMzI5YHcWeQ4FHIcbAHm2/wASxDFXHhuetRbWnTthJmLy6wpbAS2q8Mjb
HUHvI7ccXNHNAozmGkayNUOj/Hof0OtSMzvyZJbpSP7qe/RQp3r0Bw+2oR61LICxhNiwu/vK
5P1OVGLO3dFCPlTRcbXd+X5UJAFzr/KmywO+4cEH41xBuEwGyI09pO5jWsWLfNNEktLQjh7K
2QyHaO0xqjGMi441dB485vE/0qI2sSHC2kAl6AUqiYmr0kY1QyFhKQdtGRnIF+rgmAbGOpOG
pfRb9wa0QyBIAJ1Tmr6jh7qLSAAqXYy/CgQCCSza1TyjSViqC/Fb5sZwrB+KkJECcddEJSBj
VkZRDkdksowll2h6xlc/hTvsnxZHIOYC8rN8alKgjabXI+Ff28Y0yGuRqhbYsYyqQa7pIzyS
5zWMXsozz5Y44nWRutozOdWCyHBkEyzbdU4Ae1bfhW2Qix4DagYhwC6OTIJTyzLk0/DFYoDF
IeJLaDw95ED6+jh0OLcFwTM5OqEcjmQqAE0cZJ6zRf5Xqb91QMuScyQIu9ujiurh0BeYizR3
Wle/cW8MG4oSiCJxs1j8y/UiX04ISyEiLhx1d7btWHF5OJ2eXG0SmOaQI7CFzIdoD+BbKAjj
f8K3CXLr1oyZxKz3TAbX+9OGYCutSi4ZhyE0kpwlfu9ajI0lLsjVeLlA2liNXRhANL/BGOes
Z2kKt8yjtJAZyuvjZClG0v8AhQMYl/e/kQju2gWajKo3dZuUZSG0G4aqERUDiqMpY5AHcp5I
xJw3MmoPdgmoW7rEkohvq/lUYwg8wXG4M6AzBpNzAIw2vjkGIQOLmxDjVE4xuJNALLnnuzGw
HdB7yGUgzqz8VDMQLkEdSN3dqlkZSpl37RKN/wASINSaunFjaiuR1qDuCLHisPigf3EpMONE
5+r0GKrc0ARPaJH2IHIBIsznVU2xNmNQtxMX0jEczhHNENIncPUoz9oAlOKdFR9a4hSkA+8A
/XFMRso4ACG6AIHZlYfMuqxiRQKUokOKsOJUqsWrJ6/KjFgRckOgw3mVW4fOmjTr4Iy7TgMP
e9tbc7CJtp+6oiIaANnPMo2k1pMxiV4sDKeOQdzXb7iGPI20d48EMGKQEY0DkMt0ZbiNHUd0
XIsUzsGo6MZNIacUIG7cpsmP1HVkI0rWT6BNECUrCWrIcSgXYC4W2IdrnrVRVZNxFi26ylu5
WJrE6IAlhUdRCjKZ5RcA2UZGbE6EJsBEXOqYRBjIinUpZIYxHISesVXimfiRyEiRkNUMcptj
i7NUJq+Hu1spGVSbIbeyQ5Aoyo/qNUSTWOpst0u1YBmW1ztFSANV5fZLlMwZCX8KPRw6CSbL
cbPZSnjpIhhqQExrkjdyoxMxGRDgoSlPfUUIqto5QAxa6xkhqN0aV6OpM4BFAT1oxFRElzwZ
VpLhwUWl65XKMQ4NWJ/iiiC4YUYOEWJIA+741GR40hWS3SyEROmg93aiMYqTSR0C3SO48FCQ
iHFivC3CIFyBYIht0sdge9Hvb08RshLR3Z0JRNRYhCOUNJwNxCPhgy6xVbqM9ZE1QlJ2l2TF
6raImEAHEpayR8WuOZ5W4lHd2jd+CAsAmZmsjASD2NbJt4P1VUjvrYBNEbnH1RCMi4D3DJ6m
J4J41fiokUOpqUxJkHcaLace+UhQ978SERExkfrQzSMqBowHZc95f3Gc0iXMB+WS342lAEPH
+RDaSXNljFwIhutDkaZoZOwK8MuTqyBBMwAxJ7UVy/U5XlqEEzFf6UfQMHoNVukPUiDSOqzO
XkJERPqQMRpUaunieuXEIGIABrV6hTwSNY1D0v3Uf1AGC58tDwdGfiSIjrFQxDDyEtKZPM3t
7VOgkdrgqZIatPrTkSJDWNUxiNvDT5k8gANRcflV+bQVH7ykwAJ6qMe6jujunZhZbmpoF2S4
1Zwh4h3U7TMx+JcsBKj3pE/MnlygkuyOHDE0ceIaflU4ZbVrKz+0pb5ExbTvISkJbLGJf+FS
EAI4gSw7xCO2L5Dcy5mCjGO6c2u9I/DFRE4GcdHoyiYQAyag6KgEX1uthmw4i6YZJEUc+pCQ
5SKE3JRMA4GpN0DMmJFOXgo7XlXadSfiRjt2vWQftD3VHaW0ID0Ka50NlzOOsIMbWktsKA0p
zBCE2nmnURf95Qw7IiMayH9SOQE+GBtI6l4BJhAF+Lk95DJMvg3WtIrbsDYxtBN291cwAapa
hkpZcPLF+WLd0KQcg94cEBKrd5eWAAbfftSKr0ljVbpa1frTfepWqCpGJYvT6+0rWs3FSBju
cVB/mQi8iDwCO0SEj962zJ6it0mjEWP9KeZOR76RW/FjiJD9ilhnHaTEgEWKjMR3PAhxxHvK
JmSYSpt6veTQILh4xqG+Lcn3X1FkSRrdbIyO4VcahCWSVeL1+ZNDkfU1dF9oB70a1RlGXFy2
4fgUYg2LMaOiJS27TWjOjsBk1wA5UoRgXmaE/mU9oDxsPZHxLaZ0q0Rf4uZRM6PVydPh76Jx
RLWfsv8AEgcoc6ghj8kooQxEQ0civ4pKQyZJGrAj+lECZkzF3ohIkEajUKIBaQ0IUhKjl+Xl
/HtUA7QBte6DWRx5A4kP95J4vkjIuJNUN7U0d8TIigA0QcEgW4BML/tVQB1MpGMBLIRyE6fG
hkySM8kze5f3UJZADmkxJ4e6pwgATL/flQGQNEV+IJieyKqUjIBqyfQKUgT4Tt8qMBTrorUG
rpo2tw3Lypib5A5/gRBkx1XLX1KkSPWnd0WoyoSybTgg8SIzNwEfDkw9lkHkQNQLqERDaBZv
3kZy5ZjVbpyia9otRF80Q1wDZB8wDnRbd79YDrbikTPg114cYAwJYk93d2lLHGbkGhAahQ3G
h0avuqhNBzCn5ES4kbmrn8CG2LDV0Q201L/1KJlzA3N0RCNQeNU85x2sSIt+8pZCdpJcECjp
yeWfakXDH41tgCeDahRy5YmIjY/zI7KmXEsD8SnLzAI3GhJp8iAEtz1qf3U8Q4sWQ0Jv/SiJ
VGj0RjGIoWFaIbnJvtHZKEojYRcG6O4SEY3lRlvBcSqBavxLxJMRH/BVNk1AdHRhkYwN+tHJ
jGyMHMgaSI99TjjYxJoDoyeelCBd0xDGw4MhuqBZqIG8hoAEZZ5gGVou5CjVt/YW22WNDwKO
+XLEdnq+JDHiYCNyTR+8pY8wIkbezL4NqJlElrH2vYT16wEDGmq8s0nG8F6fh2KRjoauuDIE
l2unBW4kVr1IeJQ6Fc+Qf+rLlEpDSmq3nJGNHYlA4+eT1bssjEnaRWLaLdlyykSeuiAjuI4n
VR3Q5uJoHW0R3EttYWKcRYn6lBoEz1KkDCLmO59XCeDlzfh8SZgfvKETEO91LdSUbaXUhIAa
BrspbmAFIjggDGhDkiTn5kccACG5i9j7qO6IL3L6oyIGzQigI91RBjuiWNSFEC2iMcoAHGyl
m3DNtYRbQH20IkNIcbfiQEgxH3qIkOVrmpTRb1WRd5AWZk8pA9TAgP8A6c4LxBLbAUb+WC2w
AnA96ycR8SLB9tZfhUSZeFusZVktuNzImvWi36b8K1T5ZEx4y0W+JcOwDqcIh5SiQ3WUfHdy
WH/Cq8wJqRotoJPWqUHEVW6FJWPH4kSZNrvBeqAiZAGu6QaqhM80hR7LXxpUB0b31tyAAFi9
j7yeTCMbDU+8nqOCYi2jVTSsNbLy8ogFpj6gpB//AGRJLRuXXLIMdHQMpAaXeq/SgG4/0p8m
UsT1t+VP2hxQMRtiO8oREnEX3kC591bJuX7zbR7qMsQ3SNAIjst8SHK3GRLALccoY3a6PiSM
2+plGNDLiSiJyDmwFSV4WEbZ2e7e8pZQSTG5u6O5njeJ0RMXBswoUGBPXavxyR3kiZLMdUfD
O4wuP4UZkiMpFvUE0DtFpcH93IjESE5al+d0IynGOMM8iH/dR8N90W2yNd0O/wD9tOAYyHHs
lERrIFgQiHMg+qMfMZBASow4LwpSGQCsTc7ShsHNHroy2iY5TVOazOupUpeIIGOlgjLLk2xZ
yTqiJGUYy1MX/Ct22eZ9QGATeWx7eIHKUSIhyauhKVHqdqDyvYG5+VRhkjkECXjEVI+CK8Nx
KRL7gGRyZZMBpxQ2R3kknaA1E0YyDUIaqo5lZvWth5QNKOmNiaiN04LRiGILhAReluJRxl9K
9aETIDGRX1qWME5tpIdEAEE0MWcfjQBjt6robnGr8Vynkep4fEvLOX576BZfLRiY1MRILnfa
LOb/ACo46CbdrVkJTDHR08asbhAyAA1UZOSwYdSD2Fbs6c7XAoGW0xMyKMwWzFAA/s+JHECN
xp1IjJkccRovDAlsBbe/8CYB5XdtwRyZDezo7qk97iFOMA5AcV2uyaQO6VWOqEgCDrwK3tyC
wpuj7+xbnLvc95GIJkOoaIwE94OgGi247EMIgP8AmQyHbjm1IMTMj3vYW6UQJvcVj8qaMayv
q6kJA/YpgszOI/xISBMZCgZc0d0jUm6GRiGo2tU+3qbVMSzWINSPdRlGW2XcHA96SAJBfXim
yv8AFH+VSGOU3NgG2pgCH00K5mCOQxAiNERiwSyNUmNo/wDcyLxY4p5c7tsB/TER/wBZCWbF
4c4dmr7T7MZp9eCOOEuWH1uVPKOSURQ8SpEA7p/vFc9CO8L/AIVuiImIoD/EuST6uC4RMiAR
2YklMW3NQiskCR+nPVu8muyy4waguR60erjRMBQcboEXRYMeAsfjWAm+9jx+VSPhtIy7XFOx
EkMjEk0JQ8Ri1mTSmAdQU8j1cVuxgAM7jgnDkH63QnIt1E8yG0mPGViVx3Xe6kDEPGjChW3U
js6rc53GwT2HF0JRBINnQPFSgaP6qIGEd0f+YNFt3uAOFXRsSbGQsiQeQh3Pte6iIVD1cB1C
eQHcdQGUYQlCMZBzChnT3IqWPGd8BQyNHbuonR7WTCQD66krw4+Y3ZDXwwOYf9ySObMZGbNE
dkALiQWJCfUKcCSQzjjREuYtxRDREibu+4fCj40AHFN1m+KS/Qm7f5kbxC2gBg/NKtkDtEpG
jgMxTmIEBd+CIxxEgQ+5GPlo+IxabU2t7e9Dy+bNGEfZxy3f/HlxxUTHJKQiKE9l+/sQjENE
cFKbGgsEYiPbvVHy2KUtopKfq9hVcG7guU8Rt29dZIxjQFiSLg/EmiW951zkyHD+pbsfaNy7
BvYUoQ7LuWc/gnJPlnvcUH9SlnmKyLg9Sclh13KJibUuwR2tExF0wESDq6wZJHdEzDkFmUoE
1JaRZwECZAHrRIDw42UowiIAltx0CG474k1JNX91ESLACiOKstzHizIFtbtRAFrepNEAPSXB
A7gZGx1UmcPY6upbyAAzy1KaMSYaEcU4qBxUtHtwRJLSB9ScljdRxsDj70zyiiGPE2yVpxr8
qeUw0TZwvBySiYEWGgXiYs4LN+lKv4U2PHKZN98ifwogY8cZbWE4h5D50SJc8jUoDNIbRUmx
JUseCG0nlE+83uoZpc0YkGR7W740MmTlcPtClEULuQdAqUdFw4NAUXFKyck1QxgRqQx1C0GO
Ab7PZRkdsQC4BrT4UXyUvti0flQyZDKhZzb5lEDHEwkNTX86l5fFk2xbsxBr7niRTZcvhR1j
uLfPFb8UfEOh2mMfxzUJ7o7ouDEd1M4BuK3UoAvkJAaNwskokZMk4kAWYIicDDbfcCy3wiSz
6fxIkBmoGFJfMmNdRBttVZuLNKp91NImMf2/KpbZEaVD091HnPqZAAvGNwLJwzcKh0X01H8y
cB2s1XUjkhuxyHMY3+FAYsY2UvUrFCYjsnJiGt8yzFyAZlgoxiDGZFSdVASiXhUFqOjIkg6E
Afmii5c6A8UzOEWox9S3OwlQ6rcbcUdo3OH6kRjMd5qB1KW7tgOXk34FUA8DdOAHNAjYOPib
4ltIoLEJmfUlAggQcOEZYB4mQyMZv2Ywb/M2qWOEgADtMh/BuUoAkA3nxRIlLbIVe6DGQ4Bl
ueQOh0ZO/wBqBJYa8UIA00cuo12klhIFCMQS3+CG568bfCsoYAnVc2nBM3KdUxDjT2lPZy7e
8aN7qEBkIjVmNvkUtxeUeD73UxGu52ApX308i0TV5H+FbyHJpvl3WUhORlDqIjX4k/8Aly4n
mJ+BMCck3snLeLNg3s/9xePlnW0S/ZHsQgmnhMRpIlyfekjOUwJEdl6IncHHWp7JbREdqhqe
7s99FrSNREcfYRqaWB4fEnfY/BOdziofvfiREWD0IP7yILbauR/UiI1e8SNEHG2MbGtx3+0h
Ll/bRNHsHUaIRjUxJ0W8CUWBPBYbkbxev5lnFARI1PWg5JJoX1UQDtFmAV3B0OnwoEEitRZE
k7n+wKIJEtlKIk0iy2iXO3Z/jUnkQAKFPKLPb+lctdtSg5FDY3K5XrcdacgxmaDQIyu9aaJt
zkrYS4/Ysnl8hGzNGhjosuKW0RiTuBoSy8McrMdsahBjpYlM55eFQruD1/wIiNj3f5EADIy7
way3ZgCQaRj3h7eRRxxkDW3srwfEBySDSk+7aEI+LE7bOWqjhwh8ZcGTqltFtFfWhGwsUQxk
CLafOpPJg9h+6gRF3oJakoSjLaQeBNflXMIkuC9UCYDbI6vtHy9tMBEh6gCo+ZUIfS7o+HMx
lrFto/8AuLfIgxHekUGHiHrrVbJARqwDPT2pIRpy0tRkTIsGfa6jlwjdHL/mQvH4k9gDUOzg
pgLmoH9aowEeFU5BbuyOgRLvKlH/ADqXMWFozD//AG0NsjEm1GQ3BmuTQP8ACiQQYG9G/Kto
x45H3osWTRhGBjrGIdESqZf6lAR7MFgByGUTJ7AfJtispMSeZnbVUjuOg4rske6g4IiSxGgR
DOBbgQnI5SuWDkfiRcETGpt+FCWSlGJaqpJn1D295C7HXiUNtX6qKZJApUGi5gTGNHFLLkcx
FX7Q+ZNGJJl1KRlFmo7fwrsvGo4KM5jcZakNtU/MOKByHYiQ93vq9TckKVCTGopROIyEZAgl
nR8OoHaiQfxQyqOPZOeUHmYMw/7iOUPlyuwjpA++iK7SeZw1fdW7GQDYmxW4giQtIdn8yLEy
cjTlKlllEPKkXH7qoCBxRZxwJVXprqVLdV1PcAA/JFtPlQLUP+/Knn2j16LmxEiVAzP/AELW
IJeMZDT41IiJZyJsHiUTCLvZ0fHgZlqCQomgNgYuEQ9fuQi1WuaBARB3AUI1QlkAETeBqV4Y
DRHZQ8rjrkBqRw9hGMokSdiFQN1ALcxIIqAf5kO6WYNdMzEmstfkVjIi46vaUTViHYhqIziO
13R1JzH/AN1QOZcdApMKablgJFQb8V//2Q==</binary>
 <binary id="i_077.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SIpRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAIgIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTM6MDQAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA6wEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAACfIAAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABtAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9IIaDubx4oN+QGVOcwtIGriTw0Dc5/8AK2woZgya62bzBcXOthu5jWj8zQN/e/tr
Iuf6t1d+x1dtm2oNeJG2d59kfzf0PofzliSmy3quO/JdQ1+6xjBY4bTG0je127+b9zf5SPXd
c46gbDG14PPkWGHsWZdhY1Nga2s/ZwZe5hb7/d+lc97p/Rsd7dv+EeiPHUMbMNhbWcV7g2y8
xvDBo33Tvs/9F/6NJTqfS408lH2yY+8JN9QugDbyCNDA/ecf3UUVOc7y8OElMAZP5FIyASRp
4eCffTXU2x7mtY76HMmfzWM+nu/k7Vj9e63XgYNj8lxpbe11VNDNb7HOGz2D83Zu/wCt/wCG
tYkpM3rnTTdXS7Jx22ZABx6/WY57twln6Kv3M3NVwWkPNLABbALiRLWA/QfY2fpP/wAHT/hP
+LXhf7QOJ1huYKntpoya7G7SA4Nq2t9Nrtrqd/6P6bmbN/8ApF6p0D6z9A6hjsp6Xks9Ykvt
xMtxryXPcfe99zt9eVdZH89vs/60kp6jGoZU1zGEue526y1+r3u43PcAG/1GfzdTP0VbEXZp
/GNVXoytz3VOY6u0DVjxBgHbO5v6N39hyuMJcNRMjU8/kSUjLdo2gCO+ieO3y4U3V8d4TbD4
FJT/AP/Q9RJ3Aj8Y4VbLxMWysuuaSWkvDmyXyZ+h96siSZhDymtfUQ8gN5M8afvJKee6pgOf
DMQhrWe4VWnbW+BpW70/d6W3a7Y3+a/45WWtGThM9Ntb7GvAY552sJ4fsdDtyZuO45ZxX2XW
MvDrY+hWS2GtY7b9He3+cYtZoa6ofo9ri2NsQQkpr1YdTdl1oa69rQ02weJ43H+sntyW1NEM
LrHkipnBceN236Ta073jp9Vt19nrNc8ekyA0jSNm9v8AOf6Rz3rkPrR1Hq2RW3p/SAT1Tqbt
rnN0NeOB+lsa6R6LP8H6j/8AhElLdX+ulGDlW04YHUepgFodP6Frtd1W5vuf6H59dWyv/h/p
rD6bi5GVnt6n1S12bnWPraGuA2gueAyqutvs9jP5uln6JNT06vp2O9tY9QxsutnkNhv6J8fz
bfp/y1o9CxrG9T6e14A23VyJ5Lffu9v0klOX0H6o9Sz+q5jTSacQG11Vl7XCky/9BW3c1vqe
pQ78zfsYoZ/1Cza7AD061lp37fs7PVrfA9XX0vbX+6z+b/qL1bHcynCDrnwyhr99jtA1rC4F
7v6rGrkG/XjL6jfTk9IqrZh+rZjvfkF06bdpyWMNddG936Sizfb/AKL99JTyPTPr51TpL6sW
+37ZishoxcmRsA9uyvKa37RiuZt9L9J6rP8AgGLv+kfWXp+cyenB1NrWl92HbJtYD/h6sarf
9qxv3rMR36L2fo/8GubzumdI+vWVbRYxvTvrBXU61l9OrLA0tHo5LH+62ypllW+z2WM9T/gt
i4rF+29Mz7ek5z7KbcGw+lfS4iymwfnUv9r9ln7vsSU+6DODDtyW+noHB7JfW4eLbNiBup+2
E/tE6ODvR3jQEb/+L9Pa3/RrgelfXLMxcmuq+uuw7dGUA115FZH6TJlznM+2O2N9SjbX/wAG
umOd0L7OOoi0/s0SDibPeMkhr24vo7ftH2tzf9fTSU//0fTi6ATroqz8xhtFe1xkTxKsX7W6
hu5/ZviqgLKXusvIJAOxg4PchjfzklNku9rNDLjo0oksmSRpzqs229zMoPyJrDwWVMk7nR7n
NH7jP5X03pdV9RvTrhTcMaw7SLi0Pg7m+z03+z3MSU5PVeq0ZNlmWbB9jwmvIIMgbB6l1r/5
Wwe1cl0/qGT6VeZdLc3qthc95+lVivFlmPjM/d9dtO6z/ut/xyX1kffbZidCqvsd+1HzeH7X
ObjsLC3a5rWbPVtrdvRH012WU2uaAz1BZW2YIb/MV7Q7/R0OakpsOtBaxrml9Un2RyDDD/nb
Vt9H+r2W3Iw8qxzfQb6dxJMu9jf0bNn9YrGyMdzKXAO2upEOI0IG9zHf5q2Om9R6vXUK/UAq
oDfTDmtj049rTu/qurd70lNz67Z9eL9XOpU1uL8gVl76GSbDQ6ytuRa1jPd6LGXe97/0S8fx
+oNr6X9m6c5/27Nc2rJZUXeo8M9tVVbayd9d3s+j+k9T+QvTn9Z6aevZGTlg01WCrGIgmyw2
0s2Y7qv+6v2y9lnt/Q/pfWXOdFvyMWq7Mw6+n2ZmFdZiNsdYzFsulm5r8b0mM/S5GPQz6Lv0
/qb67K/0ySmr9WOl9a6d/jAxsPIsFTunAPyngl1YZdU39Wb6keo+59jMev8A4X9NV9BehfWn
6ndJ+s+G4WgVZoB+z5rB7gR9Ftn+mp/0lf8AmLzroHWbcn63t6pbXVQ11T7bnwXGtgb6NN2T
dkOvt9R/857rPW2fzS9H6R1kvxDmXtOHjPdsZbkkVseT7Ksiv1C1za7X7W7XpKfG8pnUegZl
vR+s1uHpEFrwZLJ/m8nFt+lZS/8A1/cW0OqvHSH0SfVLm2jqW4+n6ID6zuo/0m53t/1qXp31
h+r/AET6x4bKuqMDHtBNNwcGXVOPteGPd9L+XW/9E9ee/wDMn6tftf8AZn/OSj0PUg1+31ts
bG4nrT9h+07vZ/7rpKf/0vUntY4Bx7ag8LM6tnY+Di2ZTSLLqy0ACS4bzt/Rsb+fs/M/wird
R6m303CQWbXAwdsEiN276P0CuUzuo1ux7I3Fjdpc9vuIDjtBDtHXW/6Pf+jSU6mHe3qFV3VM
ix9YxmO313QNrI3OPtdu27v3P6iB03rWX9Y2WObSWYeHYBWGzJO32er/AMLrv/8AA1xuTkvc
94aT6TdBToAQPoyB+dotbpn1nr+rP1POV6dlt+dmXip1TgwB9TKq2C3e2z9H+fs2pKT5uBe7
6yuuqa9+WyiyvYwO3CptddTnOZt+i6zKu/7asUsnpXU66/VbXVVZtJpF9tTGyANu/wBa1rm/
R+gsj/GPlFn1mLw13upaTW5xDTO07m7J9vqB/wDbXKOz7NxdsYLJ0MFzgZ597ne7+ykp9Uys
jBwsO7Izr6Sx8/oqXsssssfuexjWVu/Pj872exc59ZPrjgsw3YLMaHZNWrg6HsB91jXbhd/O
fQb7avZZ/gFyNWbdYwl7ifVml2wAOa0lj9zP6221dVb9V+l5eL0n6w4mRS6uu2qnqOFOtlrT
XYzHxdm/9JbS5jLanW/oP+N9WlJTzGb1kX3YmUxznloLrK3uLotDQxx3/uWbG/8AW/Ytinpt
N3Qcdja6Tm/ZxZXdd7AWPcbbGWub/Oel/g2vWf8AWX7F1DNy+q4VIxabrG1040Br3vYwV5d/
oVmxuOyy795/6Wz2V73+rs6V/wBQ/rJ0noWRn7cW7Kbhll1JLn2117Xer6HsbX69NDvoV27L
LP8AS/zdiU8/0zqTMZrMXEpOXm5NoFbQY9a0nay2/wDeoa7+Yp/mv/BF13TP8X2De23K+sGb
dnZ4ADbMcuNVbiC7ZQ9zf1qyj/QU/oav8Isf/Fp0+mnLP1izwfstO/Gx3vaXNLyz9K+CNztt
b/T/AEf8tdj9Zev19I6O/JyspxusYaMagUmr1Q9v0cSWVvYyhv8AO3fQr/4x9daSny/L6qWd
RsfTjNpuotMWum23fWdu91l5tY33s/m6aq66/oKqMu7e6+Wava4t2t2abnN9u3Zv3e7dtQcq
m1sZFrBX9oLntr1kCZ+iR9H3bUERsI26SDPb873JKf/T0s8tNLn3nbVSC51Y1mfo7v8Agv7K
5fqGZfl3NwGuLKQ8NYxoGpJ/nbXD6XuXVN6F1bqj8nKeBiMAIYdWgub/AMA5pft/0n7/APg/
U3qlj/VNha27qpqx6+a2UlzbAe7K9f3f3nJKcTK6Jayo/ZXPzQQAXNb72mfourZv3/2FYw8r
p+N9TrquqYQ6jTh5gfZjFxrcPU2V7nOG19TmO9vtXQ5GLjOZTXjViltDmmt7dHRG1zPU9v8A
OfnLH6YMijrvUcI1Esez1zYQC0hzy9jthH8v/CfnpKcn/GM4W9XqsILf1WtlbJkBu1llXvn3
ub6zlyLgdwP3GV3X18x92Ph5xHuc11NgHkJrd/J/mXrg3EkyfvHcJKT4dFt+QKaWufa+SzYJ
cCGmze2Pzq49RdZnfX7B6o1z+oYAGcxoNGTjmXh7TX6HuJb/ADbftXqPey22yy+r0fR9NYH1
atbR1T1w2t91Vb/S9d7a6WudFHq5T3Oa/wBGtlln6Ol3q2v/ALa6HpP1VdX1SzqXUHVZFVdp
se1xNYdcR9ofTTTV6uRvx/U9Wz02/wDXElKd0531a6TR1zOprZ1CybcYW+5wueYxcZlHtr2Y
tT7OpZd2z+d+zYv6P/CejdH6o/qTTdSfUpNLHVz+e8t9/qf17Pasf6zdI+qudjV9U+sOcWty
WNbX+kYwF4nb6O2X/o97227f0X+Ft/m1n/UXqFbqesVYRrqoqzHmoVuNgZVYX21elo/eyv6H
0ElL9AtwOn0O6QRj2Yu71205LnsFbi11rat5D2fobHuZv/03qfnrlPrR1qnqv1gxb6KiK8MV
12Na8nedwfYxm/8Ammt+gx385/hFb+tGZe/rOb0rBYyt4tIvynRvs3j1Kacdv+DZ+k2Mt/wq
w8bFY5grqLrcgud6OPVD7CWh3qPd+a2pjvp27d9iSm9fTj5Zc25hNdbiaxJDgCdvuLPpO/7+
sn9lXescaRwHbu2z6W7j/V63en109RJqZaW3taSWkSXf8X9H+3U9L7Pb6u3YPXJ2bvIH+c3b
f+mkp//U7TL6llYhcyqk31ucSHsMloP5u36Sxs17/UFlmYyi/Sa7jptn3BldiNm9SZVU+z1W
1BjTNwcNAf8ACNrcHf2f31mOrry+nOdu+33vBsYX7AXscf0dbWwPc7+Skphm51AqcX5V7xvg
Opp2OH/XH7Gsbt/m2fvpsP6x9KxxW669zMUuezIts3WWNBrt9PIbXNtjtl7a/wBHVvWN1rOv
rfXmFpaxgLDS9hx/Ud7m77WXerY11e3Zu/wmyu1ZPT8luR601GuuwTY5jWSCz3lgN30/3/p1
pKbeQ/Ps6XaLKsrKozHBwybmitodjbn1X1Ul9mRZ6+K/I9T1WU/8H6nprjXhzbHNiSDtjzXs
VFjMvEpzTXLLWgva4AkOBNbp9P2/R/dXm3VsJ+FnW1aNrfYWsBgktY72/pWj6LmfpPb/ACEl
N/pmLVj9OONeGXXZ11VZx3MHqg1/rFLWWifZc57P7C67qfSchzq6ej0UGsPJD3XFz3by5zX5
tg22/s/HstyMi9jPVuzcj7JT6NnvXM/VrGf1frM5LopwKftNoJDGl4Y3Fw6K/wDiKW+3/irL
F3mK19DbPsWKGOguscXE6D858+3/AD3pKcfM+q2Hj4oyer2O6xnPaGCx7DLa2t/RUdNwmPYy
ttbv9J+j/wAJZ/o1V+pHTbca7Pex7a6syquKWP0aGPcD6sA/S3W+k5aXUep1Ute7I202Or/W
L75ss2EfmMa1zWU7f3VhdI+sWPeLMsU2XbbSyivaXV7GAbX2VVfR2N2bav5v/qElOH9ecR1H
1gusdS2uq5lZoBdqWNY2j6Lfd9Jn5/8A1tbX1HxyemG9te597wGhjQTDC789vua3c76G5c59
cMxmX1Vrm2/af0QJviN5sJt9rfd7Gtd6da3cHPu6N03BxrcuzFquoL3U4dT35Fkusbc37Xd+
gp2R+lfR/MpKX+sOKPtVmdjA4/U8X9LkBjgWlo9zLTZLNub+d6P08hn/AAqYfWucR/WzSz7S
wtxgyDAe5r7XXF/0tzn1ss+h6Hp/q385+lVC7Id1UuwsHHb03ppj1KmuDsi4h0sNz3zt93+Z
/wAKjD6tM2mgOdsLBkGmHbARNbafW/e3Of8Ay/U/7cSU/wD/1cy36wYnVMKiuy1lNrLP0r3m
C53uawvYB6dbfdu/4xZGV9u6cynI+0luOLB6D3Dc0Gfc6uuHte36e/1PYtXG6fh9Vqvxh0n7
Jliz9LbqyqwMmp/p7xtr9N7H+v7/AGWe9Z9b29HxHHAs9RllkF53BwA27K2Ms9rdjn/9cSUj
v6l1TrRdZdkC80scXPAAssaNXbPZus2N/wCKrZWgX9Rpc2r0bXbmVtF7i07iAef5X9VQszLW
v3tltpduNgPuJ7S76X/SWba8uc4ngkuOmvEOhJT6N9RerV24R6eS0W1j1GVzMseXH9Hz9B/6
O3/raJ1H6sY/Uc8syrDVXjh2SeDuxnEmx9W4j9Pi5H6r9L+jZeNZ6b/SXD/VbqP7M61iZDzF
O/07o42We151/svXefWrOacOnDxS2zIcC5l4JhlVjfTcBt+mzLadj60lPO7Op4FD7ekX0luc
PtGTmzVAIduoxPUy31MrsxmtfXd6PsUas6vNyK8U9Pv68LWTfisyLgQG+59tDcPOzafo/mWs
9ln5irCjNyrHU0bK8fDa1911whoe727mM2vY69//ABa6n6v9Cx6Mba7Er6u/IEjIfbtBH0ne
nvY7b/n70lOT1rE+rtXQv2j9VbMjDysS1rc7pWQ6ySLP0LvXx8h3+C+h6tKzvq/d0yirOdls
ufiVXuADKn21V1x7vXdVurYx7v5S2Pr7gYOFVXlBz8XJzKHUOxnONgA0saKt38232enZ/g1Y
/wAXj6G/Uvq9ZYH5FzsgMpeSGWgVVNbV+77nO9N7UlPMz0zrf1utzcu/ZiZFjRiy0s3lobXT
S/8AMp2NatofUzA+wObkXZLnbnCm59mlJk/pDjtbt2f6Rcx9jpNBxHT7QHAjUyORP5rv5K67
6r9SyMsv6XlOFl+LW11D4O+yuY9Uuna51P6Op/76SnlH4l3Ts+zGvYyvNw3B4ePfW6IdVbXu
/nab/bY1dT6tn2Tf6Vn24V/8m7v00H9Z9Xb9Lt6nof0j7H+kWt1HpTHA34rGN6zXWThZDmiG
F306q53N9Xb6mx9nsous9alcJst9Td7vX9T6W7X1Z/nPWn6e73evv/4RJT//1hdZz8iu2rBz
cYZGJc/fXmM1NP5jTZTYbPW9v8//ADf/AAX6RZef0zJyAa8RjrWsE5O1zdg1P+Fs/wAF/wBb
9n82urp6Di9RynZeZQ4sBLAbLCxg2jad30nuZ/22tM9MqsDnYT/s4r2EZYdta4kivb9F927a
3Z6+6yu1JTy+H9VOiO6S3K6tkV1V5bA+n7MHm8Bo9T+eu9T0fWrH+Gr9P9J/mcf16nApzHsw
LS/HAAYHNax4c0bbGWtqc9rLGO3bl2v1t6bi4IrysOpt+a++1v2q6C3Hqc3d9m9Ol9bK6P5y
rErs33f4P+cXnRtay57cysPrseQ61uhaZ91lTq9rH7Z/mtqSmeFiHNzasVoJNp1jT2j3Wc/y
Wrr35OBiMdRi1WuyWgMDWh9pGwemK3z7LGs/lLF6Vi0YN5vquNgDdcgNLGlpMO9GuxvqPft/
wn837/8Ag1uYV+RlZVGGxj2U3vO2y2S81/4R2nt2Vf6f+wkp1fq59WXvpfZ1AtbXfZ6jMWBt
BI9llu91u59n+j2WLunGcb0bLgbG/wA5YAA0Fuv0XHZ7PpKjdn4XTcR95bXRRSwHdY6GtmN/
0fc76TW2W/TXnfX/AK/Zl17mYjjTQWTW8M2MLSfZ9nqsZ+l/8MX/AE/9Ckpp/X3rVHUupU+k
TZ9mYa32wQ1zv8N6TDu/P/P/ANJ7FZ+qXXsDB6MMXJrfX6dttj8gFhaXWjYz2O2u307Gu/0f
/F+quNda61xfa5zndzJPfz/NWrgfV/Lu6a/q99tWF02gibb37HWg7/0eDSB6l9jm12sr/m/U
s/wv6O30kpFj4l2ZnfZcFheHu9u7SWsjffa1zmbP+5FvqPqqp/wnpVrUb1hvTWOb0pzLMut5
FueCX72DaHY9J2sY/wBT3+plvr/4LD/R+pk5NDq3WmZ77q+k4Y6d0yzY041AkvFY21/bLxuf
c78/0/5v1f036S79Kq2JhZjrXbceziXANhxjhrGu9z3fyElPp3TepdO6x0lmQ200vbLHVVgm
2p4H0H67W8bq/f8AQWd+xsD7Z9tGO0Ze71Xa/ozZ9FjvS+j7ff8AoP8ATLP+qPQup9LzPtWY
5remZVX6QtM2Al01+rW/Y1t2O7/v/prvP2X0b7N6/rWekBpkS2ZJ1Z6Wzfu/kbf5pJT/AP/X
6Ou3rDnte1jKcYSwGgNtfoNLv6n9lFdh5GZj1Y9mc7FzKQLmCjUPO327W2Ct7N3u/UrH7N//
ABavYWLXQSytm1pPj3/e9ystxcVzzdYW7GH0ySDIfP0GucG7dztn83/OJKeSu6LXl7qM+2/J
fZoKWtO4tHvY5kba8fb9P9J6L1z/AFX6o9e6Nk5WZhtxj0RrHX2G+uu1zWMbusrsx8hm71vz
K/S/7cYuw659fOidOxHW4xGe6P0Yqe0BzhrZXZr61T6/z/Ynf1b/AJwdLzse/FdhYWVjQ+57
91tdVoLBl2YjqqdtNL2W+puyP5ur1fT9O2tJTwt2S6ioHpOG0ZLmetTe5v2ii2tjTZZRju/m
6sqn6fov/wCK/nf5zMxOu9cNb+sZT3WVuuqrbftAmxj2Wure/wDnHOdTu9m7/wBFrOb1V+O6
yjpTrmsvcWaPiy33foPZUzdW7/gql2X1h+rNnSPqYA+Tl4r2ZOTv19R1xqGS57v8I6t/ot9v
v9JiSkPXusYjnnA6yLXMxnephZmE4SJk7H12M9H1qvobWbFx+fdZYXfrv25mkvcHb9g/m93q
Nd6f9T1VZHUxlYDcS14pvrc4Nlm6Q0TVXufHpudZ7P8A1Gr/ANXegvFTut2UHqjqnOOLgVgP
F1jTs33bvp1V2e70Gs3vSU6fR+hdDp6Nj9R6n09z8+4hmPhve9zbS73U5b8Wp1Vu25vvqwv8
N/SP0OB+lr1czDuNNnUer0MsvLRVi4xawVUk/oK/ZGy3I0rr9f0/0ddVWNj/AKJiv9H+qPXL
cr9t9ZzbD1QS+vBqjZWHHfdjb73Prd6tf6K3+c/0nq+rUy1N+wB61dXTMnJ6Xbj3et9iyXbw
8tJd6mG+4D0me/8ASf8Anv8AwiSkL/qvfk5dFbbKsSrGxmsdaQ1zw61+619dLZ3vdXV6XvZs
/wCFWR1TE6L09j6L+oW2ZdTSZY4uD3f6K3Gd6VOF7v579PfZ/wAAuy6lhG2t+X1bqbum4wLW
lmO4B512tZuh/wDOOd+e1YF9XRgX5XSG2VV4zg659xE2lzXY/t09R/6T3373+n/ISU4/Rfrd
gV9ObjZbv0u50NaNog/zTC6w1N+lu9+9XP8Anv0/d6MPiINu+v0vH6W7bv2/mer9NU+p9Axc
Cj1C5myqx9A3ckANspftt/S/pWO+j/wdi7z/AJv4EnrhZTt+zCwY/pD0J9Ha5/8Axf0bP5tJ
T//Q7fGyLGkEe0Tr4ql1y7AqwjjnEN7cetvotf6xoa39+y2uW+xu76dnqfzacOv3wWPYOdGO
/i1StttcAWUGzbIdXY0ljwfzC3b+akpwLvq30fMoqs6dSWvyKn+izIr/AJtm7eK2en+mouY/
b+mt9SyvGs99V/6RdR0bpVuHRQ6wt+0Of6lwaHlge5uyx1Lnb/Sc5v8AxbLUPp+F7XmusYb7
mjc6oGotDXbmNDG/o/8AjGrVqreHiyy0PeAQS0bQZ49u5382kp4bqPRsy3qpzLTR0rDrtFvp
YVTAXPrO6t+Tn111W2ZORb9NjPTqr/m/0ti6XruDd1ToeRRRS2zLtqLKLLBAaTD97Z/m3bmf
+lFoU4eMx5uraGGyDDQGt197nentG11j/e/1P0qD12W9PuuHUD02K9jckmv063PcAy53rMf+
k/wf0/z/AN/9Ikp8or+oFWNZUetdWwqbcin1m0h7rXFjt36059bHM9Bvp73ZDm2UbP5yxek9
F6f0jCxWYeFazIbiNDTcNHONodZo9kNt9Vn51C5/6udG6R0DLsyar6c7JZROJuFtloAc73YT
3Nax9Vlb7a7n4v09n/HVroKekXOa/LD2MyX/AKWjH2B+My0A+i8VW+pbS1279N9lupSUl6v1
HCxWUU31OY3Iea/Xc449bBWPUs3ZU1ek7Y39G76Fiz8TC6hjWOvy8yrPxbxusvtLmOpa2fs1
DLa3vddR+k/Sfpf9J71LpHQOl419mXuZlZYGyyuskUsIG1zaaXvt9jn73+99r/p012bFp4OF
jMbYG2OuxMkkux7Tua2fpMp1HoN3f4Nn6NJTw/1t+s27prse0RdcYqYxpZUNh9zntu/lt/MX
K/8AOK1uJZjtvYxtpD3Q+AHAEe7Yy621nu/N9Jn/AF1R+uOF1Oj6wZOH1EhrKy5+LsbFbqnn
fW6kT+c36W99j1iMxaiSXOIPiePvSU2c7Nbl/pLMoPskmK2PJ18b7/e5O3O6qcB+R9tyfSaW
Y231Xxtc2x/o/wA5/M7WfzSC+rGY2GO3v5hrTr/aepjKyfs5xZ/QF4ea9rfpAOZ9KN35ySn/
2f/tKghQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIAAAA4QklNBCUA
AAAAABDNz/p9qMe+CQVwdq6vBcNOOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91
dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9w
cmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQ
cm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4E
MQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAA
CXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9u
cwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jv
b2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29s
AAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRv
dWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAA
QnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVu
dEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMA
AAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAO
Y3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9w
UmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAA
SAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQA
AAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoA
AQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAA
AAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/
////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAA
AP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gA
ADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAA
BgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJ
TQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAesAAAAFAGkAXwAwADAAOQAAAAEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB6wAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAA
UmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAA
AtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHrAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGlj
ZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5l
bnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVT
bGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRv
cCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25n
AAAB6wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAA
AQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxs
VGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAH
ZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0
AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRv
cE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAA
ADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAguwAAAAEAAABtAAAA
oAAAAUgAAM0AAAAgnwAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQA
DAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABtAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEF
AQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoL
EAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMH
JZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVW
ZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEi
EwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOE
w9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMR
AD8A9IIaDubx4oN+QGVOcwtIGriTw0Dc5/8AK2woZgya62bzBcXOthu5jWj8zQN/e/trIuf6
t1d+x1dtm2oNeJG2d59kfzf0PofzliSmy3quO/JdQ1+6xjBY4bTG0je127+b9zf5SPXdc46g
bDG14PPkWGHsWZdhY1Nga2s/ZwZe5hb7/d+lc97p/Rsd7dv+EeiPHUMbMNhbWcV7g2y8xvDB
o33Tvs/9F/6NJTqfS408lH2yY+8JN9QugDbyCNDA/ecf3UUVOc7y8OElMAZP5FIyASRp4eCf
fTXU2x7mtY76HMmfzWM+nu/k7Vj9e63XgYNj8lxpbe11VNDNb7HOGz2D83Zu/wCt/wCGtYkp
M3rnTTdXS7Jx22ZABx6/WY57twln6Kv3M3NVwWkPNLABbALiRLWA/QfY2fpP/wAHT/hP+LXh
f7QOJ1huYKntpoya7G7SA4Nq2t9Nrtrqd/6P6bmbN/8ApF6p0D6z9A6hjsp6Xks9YkvtxMtx
ryXPcfe99zt9eVdZH89vs/60kp6jGoZU1zGEue526y1+r3u43PcAG/1GfzdTP0VbEXZp/GNV
Xoytz3VOY6u0DVjxBgHbO5v6N39hyuMJcNRMjU8/kSUjLdo2gCO+ieO3y4U3V8d4TbD4FJT/
AP/Q9RJ3Aj8Y4VbLxMWysuuaSWkvDmyXyZ+h96siSZhDymtfUQ8gN5M8afvJKee6pgOfDMQh
rWe4VWnbW+BpW70/d6W3a7Y3+a/45WWtGThM9Ntb7GvAY552sJ4fsdDtyZuO45ZxX2XWMvDr
Y+hWS2GtY7b9He3+cYtZoa6ofo9ri2NsQQkpr1YdTdl1oa69rQ02weJ43H+sntyW1NEMLrHk
ipnBceN236Ta073jp9Vt19nrNc8ekyA0jSNm9v8AOf6Rz3rkPrR1Hq2RW3p/SAT1TqbtrnN0
NeOB+lsa6R6LP8H6j/8AhElLdX+ulGDlW04YHUepgFodP6Frtd1W5vuf6H59dWyv/h/prD6b
i5GVnt6n1S12bnWPraGuA2gueAyqutvs9jP5uln6JNT06vp2O9tY9QxsutnkNhv6J8fzbfp/
y1o9CxrG9T6e14A23VyJ5Lffu9v0klOX0H6o9Sz+q5jTSacQG11Vl7XCky/9BW3c1vqepQ78
zfsYoZ/1Cza7AD061lp37fs7PVrfA9XX0vbX+6z+b/qL1bHcynCDrnwyhr99jtA1rC4F7v6r
GrkG/XjL6jfTk9IqrZh+rZjvfkF06bdpyWMNddG936Sizfb/AKL99JTyPTPr51TpL6sW+37Z
ishoxcmRsA9uyvKa37RiuZt9L9J6rP8AgGLv+kfWXp+cyenB1NrWl92HbJtYD/h6sarf9qxv
3rMR36L2fo/8GubzumdI+vWVbRYxvTvrBXU61l9OrLA0tHo5LH+62ypllW+z2WM9T/gti4rF
+29Mz7ek5z7KbcGw+lfS4iymwfnUv9r9ln7vsSU+6DODDtyW+noHB7JfW4eLbNiBup+2E/tE
6ODvR3jQEb/+L9Pa3/RrgelfXLMxcmuq+uuw7dGUA115FZH6TJlznM+2O2N9SjbX/wAGumOd
0L7OOoi0/s0SDibPeMkhr24vo7ftH2tzf9fTSU//0fTi6ATroqz8xhtFe1xkTxKsX7W6hu5/
ZviqgLKXusvIJAOxg4PchjfzklNku9rNDLjo0oksmSRpzqs229zMoPyJrDwWVMk7nR7nNH7j
P5X03pdV9RvTrhTcMaw7SLi0Pg7m+z03+z3MSU5PVeq0ZNlmWbB9jwmvIIMgbB6l1r/5Wwe1
cl0/qGT6VeZdLc3qthc95+lVivFlmPjM/d9dtO6z/ut/xyX1kffbZidCqvsd+1HzeH7XObjs
LC3a5rWbPVtrdvRH012WU2uaAz1BZW2YIb/MV7Q7/R0OakpsOtBaxrml9Un2RyDDD/nbVt9H
+r2W3Iw8qxzfQb6dxJMu9jf0bNn9YrGyMdzKXAO2upEOI0IG9zHf5q2Om9R6vXUK/UAqoDfT
Dmtj049rTu/qurd70lNz67Z9eL9XOpU1uL8gVl76GSbDQ6ytuRa1jPd6LGXe97/0S8fx+oNr
6X9m6c5/27Nc2rJZUXeo8M9tVVbayd9d3s+j+k9T+QvTn9Z6aevZGTlg01WCrGIgmyw20s2Y
7qv+6v2y9lnt/Q/pfWXOdFvyMWq7Mw6+n2ZmFdZiNsdYzFsulm5r8b0mM/S5GPQz6Lv0/qb6
7K/0ySmr9WOl9a6d/jAxsPIsFTunAPyngl1YZdU39Wb6keo+59jMev8A4X9NV9BehfWn6ndJ
+s+G4WgVZoB+z5rB7gR9Ftn+mp/0lf8AmLzroHWbcn63t6pbXVQ11T7bnwXGtgb6NN2TdkOv
t9R/857rPW2fzS9H6R1kvxDmXtOHjPdsZbkkVseT7Ksiv1C1za7X7W7XpKfG8pnUegZlvR+s
1uHpEFrwZLJ/m8nFt+lZS/8A1/cW0OqvHSH0SfVLm2jqW4+n6ID6zuo/0m53t/1qXp31h+r/
AET6x4bKuqMDHtBNNwcGXVOPteGPd9L+XW/9E9ee/wDMn6tftf8AZn/OSj0PUg1+31tsbG4n
rT9h+07vZ/7rpKf/0vUntY4Bx7ag8LM6tnY+Di2ZTSLLqy0ACS4bzt/Rsb+fs/M/wirdR6m3
03CQWbXAwdsEiN276P0CuUzuo1ux7I3Fjdpc9vuIDjtBDtHXW/6Pf+jSU6mHe3qFV3VMix9Y
xmO313QNrI3OPtdu27v3P6iB03rWX9Y2WObSWYeHYBWGzJO32er/AMLrv/8AA1xuTkvc94aT
6TdBToAQPoyB+dotbpn1nr+rP1POV6dlt+dmXip1TgwB9TKq2C3e2z9H+fs2pKT5uBe76yuu
qa9+WyiyvYwO3CptddTnOZt+i6zKu/7asUsnpXU66/VbXVVZtJpF9tTGyANu/wBa1rm/R+gs
j/GPlFn1mLw13upaTW5xDTO07m7J9vqB/wDbXKOz7NxdsYLJ0MFzgZ597ne7+ykp9UysjBws
O7Izr6Sx8/oqXsssssfuexjWVu/Pj872exc59ZPrjgsw3YLMaHZNWrg6HsB91jXbhd/OfQb7
avZZ/gFyNWbdYwl7ifVml2wAOa0lj9zP6221dVb9V+l5eL0n6w4mRS6uu2qnqOFOtlrTXYzH
xdm/9JbS5jLanW/oP+N9WlJTzGb1kX3YmUxznloLrK3uLotDQxx3/uWbG/8AW/YtinptN3Qc
dja6Tm/ZxZXdd7AWPcbbGWub/Oel/g2vWf8AWX7F1DNy+q4VIxabrG1040Br3vYwV5d/oVmx
uOyy795/6Wz2V73+rs6V/wBQ/rJ0noWRn7cW7Kbhll1JLn2117Xer6HsbX69NDvoV27LLP8A
S/zdiU8/0zqTMZrMXEpOXm5NoFbQY9a0nay2/wDeoa7+Yp/mv/BF13TP8X2De23K+sGbdnZ4
ADbMcuNVbiC7ZQ9zf1qyj/QU/oav8Isf/Fp0+mnLP1izwfstO/Gx3vaXNLyz9K+CNzttb/T/
AEf8tdj9Zev19I6O/JyspxusYaMagUmr1Q9v0cSWVvYyhv8AO3fQr/4x9daSny/L6qWdRsfT
jNpuotMWum23fWdu91l5tY33s/m6aq66/oKqMu7e6+Wava4t2t2abnN9u3Zv3e7dtQcqm1sZ
FrBX9oLntr1kCZ+iR9H3bUERsI26SDPb873JKf/T0s8tNLn3nbVSC51Y1mfo7v8Agv7K5fqG
Zfl3NwGuLKQ8NYxoGpJ/nbXD6XuXVN6F1bqj8nKeBiMAIYdWgub/AMA5pft/0n7/APg/U3ql
j/VNha27qpqx6+a2UlzbAe7K9f3f3nJKcTK6Jayo/ZXPzQQAXNb72mfourZv3/2FYw8rp+N9
TrquqYQ6jTh5gfZjFxrcPU2V7nOG19TmO9vtXQ5GLjOZTXjViltDmmt7dHRG1zPU9v8AOfnL
H6YMijrvUcI1Esez1zYQC0hzy9jthH8v/CfnpKcn/GM4W9XqsILf1WtlbJkBu1llXvn3ub6z
lyLgdwP3GV3X18x92Ph5xHuc11NgHkJrd/J/mXrg3EkyfvHcJKT4dFt+QKaWufa+SzYJcCGm
ze2Pzq49RdZnfX7B6o1z+oYAGcxoNGTjmXh7TX6HuJb/ADbftXqPey22yy+r0fR9NYH1atbR
1T1w2t91Vb/S9d7a6WudFHq5T3Oa/wBGtlln6Ol3q2v/ALa6HpP1VdX1SzqXUHVZFVdpse1x
NYdcR9ofTTTV6uRvx/U9Wz02/wDXElKd0531a6TR1zOprZ1CybcYW+5wueYxcZlHtr2YtT7O
pZd2z+d+zYv6P/CejdH6o/qTTdSfUpNLHVz+e8t9/qf17Pasf6zdI+qudjV9U+sOcWtyWNbX
+kYwF4nb6O2X/o97227f0X+Ft/m1n/UXqFbqesVYRrqoqzHmoVuNgZVYX21elo/eyv6H0ElL
9AtwOn0O6QRj2Yu71205LnsFbi11rat5D2fobHuZv/03qfnrlPrR1qnqv1gxb6KiK8MV12Na
8nedwfYxm/8Ammt+gx385/hFb+tGZe/rOb0rBYyt4tIvynRvs3j1Kacdv+DZ+k2Mt/wqw8bF
Y5grqLrcgud6OPVD7CWh3qPd+a2pjvp27d9iSm9fTj5Zc25hNdbiaxJDgCdvuLPpO/7+sn9l
XescaRwHbu2z6W7j/V63en109RJqZaW3taSWkSXf8X9H+3U9L7Pb6u3YPXJ2bvIH+c3bf+mk
p//U7TL6llYhcyqk31ucSHsMloP5u36Sxs17/UFlmYyi/Sa7jptn3BldiNm9SZVU+z1W1BjT
NwcNAf8ACNrcHf2f31mOrry+nOdu+33vBsYX7AXscf0dbWwPc7+Skphm51AqcX5V7xvgOpp2
OH/XH7Gsbt/m2fvpsP6x9KxxW669zMUuezIts3WWNBrt9PIbXNtjtl7a/wBHVvWN1rOvrfXm
FpaxgLDS9hx/Ud7m77WXerY11e3Zu/wmyu1ZPT8luR601GuuwTY5jWSCz3lgN30/3/p1pKbe
Q/Ps6XaLKsrKozHBwybmitodjbn1X1Ul9mRZ6+K/I9T1WU/8H6nprjXhzbHNiSDtjzXsVFjM
vEpzTXLLWgva4AkOBNbp9P2/R/dXm3VsJ+FnW1aNrfYWsBgktY72/pWj6LmfpPb/ACElN/pm
LVj9OONeGXXZ11VZx3MHqg1/rFLWWifZc57P7C67qfSchzq6ej0UGsPJD3XFz3by5zX5tg22
/s/HstyMi9jPVuzcj7JT6NnvXM/VrGf1frM5LopwKftNoJDGl4Y3Fw6K/wDiKW+3/irLF3mK
19DbPsWKGOguscXE6D858+3/AD3pKcfM+q2Hj4oyer2O6xnPaGCx7DLa2t/RUdNwmPYyttbv
9J+j/wAJZ/o1V+pHTbca7Pex7a6syquKWP0aGPcD6sA/S3W+k5aXUep1Ute7I202Or/WL75s
s2EfmMa1zWU7f3VhdI+sWPeLMsU2XbbSyivaXV7GAbX2VVfR2N2bav5v/qElOH9ecR1H1gus
dS2uq5lZoBdqWNY2j6Lfd9Jn5/8A1tbX1HxyemG9te597wGhjQTDC789vua3c76G5c59cMxm
X1Vrm2/af0QJviN5sJt9rfd7Gtd6da3cHPu6N03BxrcuzFquoL3U4dT35Fkusbc37Xd+gp2R
+lfR/MpKX+sOKPtVmdjA4/U8X9LkBjgWlo9zLTZLNub+d6P08hn/AAqYfWucR/WzSz7Swtxg
yDAe5r7XXF/0tzn1ss+h6Hp/q385+lVC7Id1UuwsHHb03ppj1KmuDsi4h0sNz3zt93+Z/wAK
jD6tM2mgOdsLBkGmHbARNbafW/e3Of8Ay/U/7cSU/wD/1cy36wYnVMKiuy1lNrLP0r3mC53u
awvYB6dbfdu/4xZGV9u6cynI+0luOLB6D3Dc0Gfc6uuHte36e/1PYtXG6fh9Vqvxh0n7Jliz
9LbqyqwMmp/p7xtr9N7H+v7/AGWe9Z9b29HxHHAs9RllkF53BwA27K2Ms9rdjn/9cSUjv6l1
TrRdZdkC80scXPAAssaNXbPZus2N/wCKrZWgX9Rpc2r0bXbmVtF7i07iAef5X9VQszLWv3tl
tpduNgPuJ7S76X/SWba8uc4ngkuOmvEOhJT6N9RerV24R6eS0W1j1GVzMseXH9Hz9B/6O3/r
aJ1H6sY/Uc8syrDVXjh2SeDuxnEmx9W4j9Pi5H6r9L+jZeNZ6b/SXD/VbqP7M61iZDzFO/07
o42We151/svXefWrOacOnDxS2zIcC5l4JhlVjfTcBt+mzLadj60lPO7Op4FD7ekX0lucPtGT
mzVAIduoxPUy31MrsxmtfXd6PsUas6vNyK8U9Pv68LWTfisyLgQG+59tDcPOzafo/mWs9ln5
irCjNyrHU0bK8fDa1911whoe727mM2vY69//ABa6n6v9Cx6Mba7Er6u/IEjIfbtBH0nenvY7
b/n70lOT1rE+rtXQv2j9VbMjDysS1rc7pWQ6ySLP0LvXx8h3+C+h6tKzvq/d0yirOdlsufiV
XuADKn21V1x7vXdVurYx7v5S2Pr7gYOFVXlBz8XJzKHUOxnONgA0saKt38232enZ/g1Y/wAX
j6G/Uvq9ZYH5FzsgMpeSGWgVVNbV+77nO9N7UlPMz0zrf1utzcu/ZiZFjRiy0s3lobXTS/8A
Mp2NatofUzA+wObkXZLnbnCm59mlJk/pDjtbt2f6Rcx9jpNBxHT7QHAjUyORP5rv5K676r9S
yMsv6XlOFl+LW11D4O+yuY9Uuna51P6Op/76SnlH4l3Ts+zGvYyvNw3B4ePfW6IdVbXu/nab
/bY1dT6tn2Tf6Vn24V/8m7v00H9Z9Xb9Lt6nof0j7H+kWt1HpTHA34rGN6zXWThZDmiGF306
q53N9Xb6mx9nsous9alcJst9Td7vX9T6W7X1Z/nPWn6e73evv/4RJT//1hdZz8iu2rBzcYZG
Jc/fXmM1NP5jTZTYbPW9v8//ADf/AAX6RZef0zJyAa8RjrWsE5O1zdg1P+Fs/wAF/wBb9n82
urp6Di9RynZeZQ4sBLAbLCxg2jad30nuZ/22tM9MqsDnYT/s4r2EZYdta4kivb9F927a3Z6+
6yu1JTy+H9VOiO6S3K6tkV1V5bA+n7MHm8Bo9T+eu9T0fWrH+Gr9P9J/mcf16nApzHswLS/H
AAYHNax4c0bbGWtqc9rLGO3bl2v1t6bi4IrysOpt+a++1v2q6C3Hqc3d9m9Ol9bK6P5yrErs
33f4P+cXnRtay57cysPrseQ61uhaZ91lTq9rH7Z/mtqSmeFiHNzasVoJNp1jT2j3Wc/yWrr3
5OBiMdRi1WuyWgMDWh9pGwemK3z7LGs/lLF6Vi0YN5vquNgDdcgNLGlpMO9GuxvqPft/wn83
7/8Ag1uYV+RlZVGGxj2U3vO2y2S81/4R2nt2Vf6f+wkp1fq59WXvpfZ1AtbXfZ6jMWBtBI9l
lu91u59n+j2WLunGcb0bLgbG/wA5YAA0Fuv0XHZ7PpKjdn4XTcR95bXRRSwHdY6GtmN/0fc7
6TW2W/TXnfX/AK/Zl17mYjjTQWTW8M2MLSfZ9nqsZ+l/8MX/AE/9Ckpp/X3rVHUupU+kTZ9m
Ya32wQ1zv8N6TDu/P/P/ANJ7FZ+qXXsDB6MMXJrfX6dttj8gFhaXWjYz2O2u307Gu/0f/F+q
uNda61xfa5zndzJPfz/NWrgfV/Lu6a/q99tWF02gibb37HWg7/0eDSB6l9jm12sr/m/Us/wv
6O30kpFj4l2ZnfZcFheHu9u7SWsjffa1zmbP+5FvqPqqp/wnpVrUb1hvTWOb0pzLMut5FueC
X72DaHY9J2sY/wBT3+plvr/4LD/R+pk5NDq3WmZ77q+k4Y6d0yzY041AkvFY21/bLxufc78/
0/5v1f036S79Kq2JhZjrXbceziXANhxjhrGu9z3fyElPp3TepdO6x0lmQ200vbLHVVgm2p4H
0H67W8bq/f8AQWd+xsD7Z9tGO0Ze71Xa/ozZ9FjvS+j7ff8AoP8ATLP+qPQup9LzPtWY5rem
ZVX6QtM2Al01+rW/Y1t2O7/v/prvP2X0b7N6/rWekBpkS2ZJ1Z6Wzfu/kbf5pJT/AP/X6Ou3
rDnte1jKcYSwGgNtfoNLv6n9lFdh5GZj1Y9mc7FzKQLmCjUPO327W2Ct7N3u/UrH7N//ABav
YWLXQSytm1pPj3/e9ystxcVzzdYW7GH0ySDIfP0GucG7dztn83/OJKeSu6LXl7qM+2/JfZoK
WtO4tHvY5kba8fb9P9J6L1z/AFX6o9e6Nk5WZhtxj0RrHX2G+uu1zWMbusrsx8hm71vzK/S/
7cYuw659fOidOxHW4xGe6P0Yqe0BzhrZXZr61T6/z/Ynf1b/AJwdLzse/FdhYWVjQ+5791td
VoLBl2YjqqdtNL2W+puyP5ur1fT9O2tJTwt2S6ioHpOG0ZLmetTe5v2ii2tjTZZRju/m6sqn
6fov/wCK/nf5zMxOu9cNb+sZT3WVuuqrbftAmxj2Wure/wDnHOdTu9m7/wBFrOb1V+O6yjpT
rmsvcWaPiy33foPZUzdW7/gql2X1h+rNnSPqYA+Tl4r2ZOTv19R1xqGS57v8I6t/ot9vv9Ji
SkPXusYjnnA6yLXMxnephZmE4SJk7H12M9H1qvobWbFx+fdZYXfrv25mkvcHb9g/m93qNd6f
9T1VZHUxlYDcS14pvrc4Nlm6Q0TVXufHpudZ7P8A1Gr/ANXegvFTut2UHqjqnOOLgVgPF1jT
s33bvp1V2e70Gs3vSU6fR+hdDp6Nj9R6n09z8+4hmPhve9zbS73U5b8Wp1Vu25vvqwv8N/SP
0OB+lr1czDuNNnUer0MsvLRVi4xawVUk/oK/ZGy3I0rr9f0/0ddVWNj/AKJiv9H+qPXLcr9t
9ZzbD1QS+vBqjZWHHfdjb73Prd6tf6K3+c/0nq+rUy1N+wB61dXTMnJ6Xbj3et9iyXbw8tJd
6mG+4D0me/8ASf8Anv8AwiSkL/qvfk5dFbbKsSrGxmsdaQ1zw61+619dLZ3vdXV6XvZs/wCF
WR1TE6L09j6L+oW2ZdTSZY4uD3f6K3Gd6VOF7v579PfZ/wAAuy6lhG2t+X1bqbum4wLWlmO4
B512tZuh/wDOOd+e1YF9XRgX5XSG2VV4zg659xE2lzXY/t09R/6T3373+n/ISU4/RfrdgV9O
bjZbv0u50NaNog/zTC6w1N+lu9+9XP8Anv0/d6MPiINu+v0vH6W7bv2/mer9NU+p9AxcCj1C
5myqx9A3ckANspftt/S/pWO+j/wdi7z/AJv4EnrhZTt+zCwY/pD0J9Ha5/8Axf0bP5tJT//Q
7fGyLGkEe0Tr4ql1y7AqwjjnEN7cetvotf6xoa39+y2uW+xu76dnqfzacOv3wWPYOdGO/i1S
tttcAWUGzbIdXY0ljwfzC3b+akpwLvq30fMoqs6dSWvyKn+izIr/AJtm7eK2en+mouY/b+mt
9SyvGs99V/6RdR0bpVuHRQ6wt+0Of6lwaHlge5uyx1Lnb/Sc5v8AxbLUPp+F7XmusYb7mjc6
oGotDXbmNDG/o/8AjGrVqreHiyy0PeAQS0bQZ49u5382kp4bqPRsy3qpzLTR0rDrtFvpYVTA
XPrO6t+Tn111W2ZORb9NjPTqr/m/0ti6XruDd1ToeRRRS2zLtqLKLLBAaTD97Z/m3bmf+lFo
U4eMx5uraGGyDDQGt197nentG11j/e/1P0qD12W9PuuHUD02K9jckmv063PcAy53rMf+k/wf
0/z/AN/9Ikp8or+oFWNZUetdWwqbcin1m0h7rXFjt36059bHM9Bvp73ZDm2UbP5yxek9F6f0
jCxWYeFazIbiNDTcNHONodZo9kNt9Vn51C5/6udG6R0DLsyar6c7JZROJuFtloAc73YT3Nax
9Vlb7a7n4v09n/HVroKekXOa/LD2MyX/AKWjH2B+My0A+i8VW+pbS1279N9lupSUl6v1HCxW
UU31OY3Iea/Xc449bBWPUs3ZU1ek7Y39G76Fiz8TC6hjWOvy8yrPxbxusvtLmOpa2fs1DLa3
vddR+k/Sfpf9J71LpHQOl419mXuZlZYGyyuskUsIG1zaaXvt9jn73+99r/p012bFp4OFjMbY
G2OuxMkkux7Tua2fpMp1HoN3f4Nn6NJTw/1t+s27prse0RdcYqYxpZUNh9zntu/lt/MXK/8A
OK1uJZjtvYxtpD3Q+AHAEe7Yy621nu/N9Jn/AF1R+uOF1Oj6wZOH1EhrKy5+LsbFbqnnfW6k
T+c36W99j1iMxaiSXOIPiePvSU2c7Nbl/pLMoPskmK2PJ18b7/e5O3O6qcB+R9tyfSaWY231
Xxtc2x/o/wA5/M7WfzSC+rGY2GO3v5hrTr/aepjKyfs5xZ/QF4ea9rfpAOZ9KN35ySn/2QA4
QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAX
AEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJ
TQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6raHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hw
YWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4
bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29y
ZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxy
ZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3lu
dGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9i
ZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1
cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjM0OjQyKzAz
OjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzowNCswMzowMCIgeG1wOk1l
dGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzowNCswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJ
RD0ieG1wLmlpZDpiODJiNTk5Ni05YzkxLTU3NGYtOWNmNi1lZDNlZjBlMGI4MDgiIHhtcE1N
OkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDozYWZkMTRiZi1lYzA1LTExZTgt
YTNlYS1hZWU1MjM0MWMyNzciIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDoy
NTUxNTY0RTVDREUxMUU0QUI1ODhFMzk1NDlFNkE4NCIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVn
IiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVmOmlu
c3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MjU1MTU2NEI1Q0RFMTFFNEFCNTg4RTM5NTQ5RTZBODQiIHN0
UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MjU1MTU2NEM1Q0RFMTFFNEFCNTg4RTM5NTQ5RTZB
ODQiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0i
c2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ODgxZjRmYTktMjI2Zi1mMTRlLWE0
ZGYtM2MwOTE4ZDRlMDMwIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEzOjA0KzAzOjAw
IiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBz
dEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmI4MmI1OTk2LTljOTEtNTc0Zi05Y2Y2LWVkM2Vm
MGUwYjgwOCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzowNCswMzowMCIgc3RFdnQ6
c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2
dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8L3JkZjpEZXNj
cmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFk
b2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUa
IyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcX
GxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DP/CABEIAtAB6wMBIgACEQEDEQH/xACyAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAADBAECBQYABwEBAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAgMBAAICAwAAAQIDBAAREgUhExQGMSIQIxVBMhagJCAz
NBEAAQMDAgMFBQUECAQFAwUAAQARAiExA0ESUSIyYUJSEwQQcWJygoGRoZIjorLC0iCxweIz
Y3MU8NFDUzDyg7MF8cMV4ZOjJDQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAOug
tSlveJ97x70QerWpM0qF9Txfw/BIrJaLeKxHj0XgrPrETWx6PePWjxFvVLe94j01J96StbSe
tEnqQiV14uR71T0+krM1K29c971St/ePVvASvvFfWqT6sErlgDcQwsZVTZ8MJcTniL1Iemsl
onxETB71LFojx6YktHvHpnxFbUBgo8LMo1HomS1QwFaGQi45LWiSImSPRYiZqV9Pj0xJ6ayV
vK4akCItFRayDR5N9URM9QJVdgaXJ4PcRCZ94m1JPVkgP3oPet496blZnx70QSsXMOfTYwBs
6UH0gGQ+OO+qSUJj162LTEFonx6L1PVmSsWqT6YPT6BRjxxJRqhF1ghosAh0TYsoaoRrMeEV
tJQBp5miOVGQifeLzaCs28R4kET6xWLqhFKmBANzRHLaGcHsrJ9H1PmfSnQgasDOjU0rJHDx
7wSRWCTS5X14K+mD0TBPogYraBKrsGNfWXEk9jOJLSg2oSh7yZTTkZxVYkDkRBYma+Ft6Stp
8eVbg8EQD1mPA1RckNoTqGOlqoi4tI5i+1kj2/zknf63zLbOqGVsoQVA5cxsasO5Pogn01PT
4QWoBGlX3j0xILxIPCPAhLwjNR2s4z9BUBuMJNlViZ48ypoFZvBE+8Wgdz2fND1ozzU59HJI
s0+eerAhh7+GX1c3qzIDopAENmpj30UCXs2522t8y1jthhYK2y2h+2WUfihCENERkX0iBYmD
0xJ6fQe96gpasg/euUERUs2Jot6nglqwX9apC7UkZ/qHp9yQfLrBYj0EmEUapTQM3I7Zs5Ht
ZkjL1/HMY/eScZh/UMQ4VTTyQj+OY1+h5w59Cy+U7AaGsQGe9iS5y5pGyJN+PQT6LHve8QA4
xcDCpnt3gA+Xwx6ZIEagqNnPNa1bkoXRLennRLNBqAtf3iyTQQk1uRu4XRBH0XyZnxEWVCKZ
2Gd3PJtGvwfXaB8jr3vGC2xikNtdghsbPBvG9q8w2dCscplruonTRaD0+k973iK2qVBMAc7V
zzTEcgMw7k0tJMTJCTOQTA7EcjspCe7r5otBJE4YEQY1AfQ4G+HbWOXmIE+Ef5g67OaZJVaU
DkxgH0vB1jny3P7HlC+rlmNbLu6Vvkvmh1XI+OzzZ1RmayemsnprJFfeK29J6LeKWixNbwVt
6xHpSE1KGL5jnKjmuq4MICIGgcEKtwSObE6+PvDs3GESdwDjlGaA+syRkKplGVBiO96j5f8A
TxfmeuofKU/pvAimlkQdCnV4q5jMm1pg2h6PQTEeLUHQt5Xw94BQ3ooetQpMx4tEVKYp1ifW
qZWAR82cVtE1LBkvE1PWCQcHssnP9FU5cRFRnlOi5o5aicnTY91QTa30Y+eLa+SdD9F5/ZDz
Sx5DQ8fKM/6t84M91QZvhQ0xjc5bx9SqSpSIuA8YAKanJLPiVfCG5FYtFSkpMY4EYQmqkTmx
DqsTXBJaCY5MXDjKEgwBnUtYzRoykYZxNrDMfo8bSOIyu3AckbqCj+5kqHLL6+adD0mJrhGk
pH/UsTn6Hj5blfXODOceF4foswfWYmCB2AQEslGw3CCDUqCxg1gWDTHgXK9dmCoSSZHN6ixu
VPQldjwSQOEUNAlJPAnBWGDQQ1ueawTQ2sN8jiO64s1xkcEKr5Z5dlI7PUwN8YNyeya51Thr
ptnomDJ53uPHzVf6WuatbQAi9S9CUBrmoUYuAJnFyTQczymp6tgWOQJIGcY5zVzenCVAQuGQ
h9DP0heZOLL6AAkEuFDGMa+AdM0sgS5v4hhGno4AzoOY94ka/TDadzDG3yOQfQsrinD6Exxe
SfRqfPjHe897ALUUbPqvveK+tBAyeK1uuBzxAJg+gKmuiaKnNmNJgLILF3cUzNVJ4i9YIoWA
Gpg7Q1NTFht5RrDRzTf5UKA/OdpGPYXhu2fumsrNzDzisDx854bSWUBOa/UGHfqvHDUJzZrq
JyNhDUsQZT69YdyfUGE9njHVlAmMvogDdDzzRs8joYAPYx+qHvaMGfk9RzBk6WLtldBChqex
kTqi8lY7COTEaOPWho598gpIilWmM0uO1Sek5reHGMe5qYWnhE+que7TE7IfzHGyEi3OHwOh
54n0WJsOoY4DH1uooPUBJn+KIutNBQJggQRQOHwyva8V3wQTeGdBx/U86ciwvYbhYA7bPsOe
zvD3kjjit2B3G7RY4bXyupOk4fuOUOeq0EDpINBOgyiDHNmAen2odfvo+DBSbIUnOMHHeRIn
3iJ94klLH1gQRBVbgKgBBasFERDkHNJKiLQt23Dd6cXlFQPpuBv45yY7jIm1C1YgmJguyqcG
8gydf0vA9iZ2PrYwvjOeNDDfSKd/j9sZy23B8sQ+j/Nj3cYXbA3cIZvQCRz5tfJPM3fM5dlU
9HvEGpc+g28MGoagAvqjOYBQggajFfFAgaUDd58/7s53n/oJhZXa5w5ERoBTElaWgv6sEkHY
v1PNPH0LntV04uOp5kzFrwU0Nyhuu8r0gac14v8ALfp3LAOs5HphG2xYU5bqebOTfQ0hqTLA
M3boYsvpHiUk7qSUB2KiRmsolK0gb1c7RB52wExhuLAus5ndGMfQ5I77MdQOcCQAP1vA4vUm
Ykrevg9/FPP4wDr0efuM9NndWcw3p8aNdl8/6oa2cnWI57pOeF7LlNAJqFeQcywbQSmurHgk
+8ezNOTIktTvE9TDDjVGCG8Mzq6AAhBa5SupQUJntnPvK3OgwOgk8roLHJqPLAKTBETQv6sk
WrY3Te1zhaWqToD6Q6AlsoyuU6bKEdmyZ1+5zu+XxdJEwBPyKImxS/qGKHrA/AyEErQvcVxG
HhG+A4jxNB846m7Bk6L75ntSuSvagmYljAXcxTrDZuoQwu0ctndDzQCl6Ho94n0SSQRDrOen
UOfP02eB6YLI0cGoZrRlhPies4839/kutKruyc7jrKFCtjIv5sCQuWNP5xRmTOmPGiget6Tp
2zkCenwhDC5dGlT3iyB8ShSQVL83vtAWWJEmcxE0eT7LlDOgoCfVgtNblSE2jzGSyaenhODg
VwGvv8znG9yOcQMkYRp9x80+mAbVzzk6N5RouYUh2s/UFttspzqvXc4C2+cOdKk6YxF9LPPo
ADomkLH8Oq1uKr6YhKxmBCHCmRD/AI8VYhfQ53qz5+LaWCprSILOJFbU8XkbZ7pEXQOnkao6
dfMMfTrgksdBumbdxAys3ZyDN77kuvJvWxyOVoZAXwoHNHJ6Q07eGECKpjJdby4fpuNZNS4t
c31rDFU9bxnMMCK+zVTXRztQXifCEFEeexZH4EmJv7D5ztOmQObU28oW9JgOonsFW865ToOU
6o14y7kOsXIL4JbENcwSs3DaGLpmipRgwua67iSwfVG+t5TsCbtHEE4yT2jQJgRYRu7PM7x0
tRSVmFgK1xjotBYQcTGN4Whkjlg0IkVDVSZsa5V3AMekzOe7DlhIgPBdXHMEgqBo70aoqze5
eVwBgXcAQsoEXnPGmBaYwquqV5PqOWPUJBp9RzRjdRztsUacxg+EmUEbRkQerJ2q1alh+TGb
87sDtlGDKvoJAQOqGYmyA9I3TzcWJ6bmOjPUaGB5fpcwx1tDKCXGwCkWydemcAO15B0dgzpM
sXhEAzzcLG+2gYNp5K5bB1MkkoXjbbUgOljHIXMUppKuFdHxBZJwZv0yNwSxNrGB+GobC+YQ
6TY4M50mMNAaGvc0gMBJqvQL1PK7h0EjICx9rEEsPqMkznyUMvrcc50SvMWNcVgg83tnz5tP
0GhyJyc2aeZq55pvZm6J7MEOOzGVyXp1TIaV0TJH1WKJ+k4GzFDcJmaZZc6APQ5rQNIYYCKv
hEVdhAD4Vz1PaQtOhkGuskMIUIgmrksnXN4WyGSeoZgo6AXwN/FA43T5Rl211woRKgdHNZO6
2PlWydr8w+k8AI0uqa/RcnB2PuPgUP6TqGud6MVYq4AGcByoO54guVV0DqZ2garKQzmQdfnm
ar0uWZ+gkE6RcOoZNdBEUMSB5INhYJJB+8M80tI52fC9YbNxEAoa+Oe5t5cbYUXKLsCFyU2w
Ws74QztzJM5jOcMkPqnS9XidWcPzH0n56Xv5gy97FEd4zh7BITDB5+wucNp7ZQa4USxFfGjt
cwqdtjEKIp7QhZR/OJGsQPAaBRxQilqlZnxW0SW28Rg76yzRbEd5wTOWCueYZW+u6Zu1HjUt
k2Nb2fpHMZXS86Y1CjPou3zXRmNxvWcqUKKSQswK6+dQ68lClLyUvjOlOKs2mWmKmpTeuZL/
ALHGMxxcMiyMzi0uU8Rgz/FEU82EDUlCJmCbhsdB0XA7wYQ2gA3s0V1szbIUJqkPaljMaZUL
jMmcvzmkgD9ap2miv4tzfS8eQMBRmVCjKLdzQ6Hnt8J5dkSkoD3MdNgihU2DpBkzzZzMDRD0
Z8IZ+omAeReCaVtc5xXvAHFY/ZcqJwYJMegmYIaWqu6W9SgsG6wtrj6MXM3cs8BkAo8ESCTN
OeyzrkT7x9EBlvDfHdXhGLEUCWppldrJbGcOip3DfK9KHXduYRHEASupUKuymc8vp1NDwii1
23zIJpZp1yuNiHSZIgBstOSR1gmaQW1MzoRkLiQuvokMfVM8NtDaPMLHL0F4LAExHmXUBQc1
IIOR7QyrGlmjIAmXwfQC500M9S42K3gPS86E+jr5ukBvYYOZqHytZcxz7Tpi6TMCa+ysZp/P
HOB6dUxV0UibLyPpHbMqWCgdtQoeWlxmgFx/dxOqJt7wcYkh/HTTHFchYlOIJreSsXGE9Hgn
W8v35lZgMYmI8WiJDSNoSkyw/wBjwnZjNNU5lA6EhykMMgmy2CUWoK69TgfDkpz+ukctOgmZ
NGZFW1qnSr5zpVwJCy8nFGDrm5sIvlpHBCC/Lmvz7iIWoaFojxeaeLTTTFuqakzeeukTUhhS
zNxP2mMVM+YR052zndl4JpN866aFrEMsoxhzYxDRjK0RvIZyTRnCsaClTmRndOI5hguYdBXJ
aLX0zGa2fKNwGAsa7XK7psPcxpm5kGscidvJNTORsMpWqTB+hOYnq985LqfYxbDJ0ZhV2lQ/
P9XzA3W6Qe06JkedRGNfn9I26eqDYBcYssEGPW8ZWg2mSNp8iyTgsjqoAjVGNSmwY/H/AFNc
+Z6fW4R6IoNYVNk5yt4L6UwC6HlewOa0pxDrAc2EeUaCKUKMnoef742MgmIXTNqFWCAM1tLc
A4PTlMjaOuIqv5g8jlrir+SU6w3JydIDL8atOdqdu2Io3cZilSVEatlIJBRSmnQCSfEx6pHC
/QODMHSy7nQGxajuFVs6jG6PnTH2cs5pqNeMSjShSlZDep2gzcHMGnfA2TdXPgnTJ41x/ouU
6kGK2Ya63PiC523BksXdOWl6xme0JE3NPqDgY2RnVTaC5BECet4VMW5HreKxmZ5rC41I+jB5
XROjwmWjjUi5IaytQ/W813xTF6BM4H1Bmsxj6Jnj280VKxvAnbcsU892Zham3AuXMUHec6d0
5TavIuHT0jE02UhlHPQBMu5wKNrOEA7eae7Pj+uMdjZkU9WQl4IQlRsYoPGHuaNlj6hs4DV1
w0Kh3h3Hb0z5IL6NhnL+6zKNbr8zWEFtFA+eL7+OKT7wUyrAfrcfphWmg0eJJAZQgGEhkM81
NAIVVsuOVTHz280s4i8auLpZRrKKqHQc4soa3cfMt07unCjO1uvYNYJQ9xwTIQB0cjdMgPTK
mOpp5Jr6A9UTcBctyjOOYDO/qHttB0YpK5xXNdRggY2njJt0j4luHETf1j16SXBGMNcl165g
9KrmnTiFlmkJEhnZLeIanlZNFJcQ8qE4uvpiEL3oeLGmdsSsl7UsFkVjGDueObX0Am9n2Meb
YIQT3gLEWFMxoAKWhg9AbpSp6Csn4463Mz+OO42OcYN1ZEhtjyWRgalBZVtI6QnN7A8I/hfE
aTAZmlhi8K0HrIUNOudI2NewcdJImbDuon0Bt1rQLAil70ueXYSNIalCzIyAmLhHaKOA2hHB
pOeE2TeKkiRIeiI5jjutWOe6OrZ0LaucTkaZwbpMcvzzO2YnRGbFcPoxmVupWCZG/wAgZeFa
hWpLAYP4FJ5A2uQHQ1SL0g0X+dsfRoZgVNaQfiQCksiF3PFiTcuSslorYt6skjEwemskzWx4
RQAq8wc6QOKsdNm+INOiuSIvhUy6Jr1AyBKEQ5aslk2pPlK3cccEF6Slq2L3BI15SBkA5Kzb
xWZ8f//aAAgBAgABBQD/AOLn/9oACAEDAAEFAP8A4uf/2gAIAQEAAQUAIwg5rWDPGeNAeNDC
cJIJOs2DgUEDeciM5HWb3hAGf8JOzvXnPO9kYo8ed/8AfAw615z85xGeNa3hAGcSBrbaAzjh
/I2cG/40clmSCOOGbsnVERPJBGEbBGs854wR/siccH4P4C4B4860cK+SpzyMGt/k6wnOWPOE
z2ry5bHNcDAYTvCxzlh84CBgGwdDGbA2DPOEDfnRDDPGeN63g8YCSfxmzpTsHWeRhZtgkAE4
SNgggZ+MsWY66JVs3ZFVVUYCNne9bKgDN+Tg3x3mwMLfxvWHyN4xzZw7xfyDh/PjdqV0REIH
g5yVs/JGMpZWLwJHdDMJFOeMBwMcIzX8eTgwkaDDX5ziM5YcJzRJ0d/85MMknVMe22QzPI3M
aXZwflTrJZhGkMTMxBODzms4YAMIwLnHZ8azQxgS2sH40MGbxz+3/Drezm22WBwMrBxvLJKJ
E7SLavGCeK7LJkDl05yLMroRwTaqFPje9Ect78fth3jEYdZ/zwMBGyRinQA86GAZrywO2bis
bpLO6xqs16hEI+zqFlkDYqcstWY4lrwHmrEkHNEYrMMVt5s4N4PyWIkO968HegPGjgz8Z53r
HMobBhYAf2SFCnC1aEOQ2GmFoySK0s1eKRop0rrEsRkCZWkZy/qiWO/yZeLgYfxgwYfJAOhr
GXN+AcCjejvR3h1gwgZcZVijtSveu9jasyO+hXsLAtHk1bseyirrVgY4dtn4bexriB5A1mwc
0P4HnCfO95og7wnefjCd5recseRQBOHL7AE6FlPLJmPGVGlnFiKIRcVE1d2lEUYEiw8SSSsg
UcpsBrAxspA5Z5A5DXMbD7Addk+Ng5veaziMC4Br+P8Am/O8aZFztJS0MOo2aT2PxHBCxd+y
dY+t66KEgjf4xdqAwCkcjrz40PGb1njesK7Awk5ryF86zX8ayWSJ3RRxtyP6lHGPkwjRlOSs
hcxl1jkkeUIVlsPBHgrpYkijhjZ2CpaM8q8FrBbcjiqrhNgK3EgRroAADWj+AucdYPAJGDwN
bzQw5I6pkk7SZDFrLTiZJkT4pYoVlHGBpBN0rdW8EsDKPZ4e46GG1DMWAwOMXZxmObwec2Rm
yc/Ga8kZrAxGfnPx/GsWoI5CDq3L60ThxtSEZF61FciR5vdK8AUBtatJPLM4EKbdkg/aGzC8
jTVWBenIDU54ytsAaY6EUiSgAqPOa8cMK+AucTgGBTliwq4BLJgjAEs6xp2HcHnKXfGYkjQw
BgYextIOt+2nktulbV0dGmqQTHlehEFyCQBtHeBSWXYYhsUnNDNeDhAze80M/GEHP2zWEZYq
o806RsrxKWNJOWiE4sWqohM08KlUYxwwlnJRFquC50cEYyV4lYMyWCNg8VxZVkCqoA3njNeS
uAEYsM8Vo7x540LzzyskOMQuWZoqsfZdlNfEEDcrvFQkIOfFZyYnRgPPI6gtSRN1/wBlsLlT
uKs+ANqSnHKI0twv+c9qgBgX8jNYB/HnNHZAzW80M1mv4/OEDGRWHBQJHlEliuHFqCaacuyS
R1ymJM7ySStXHyI5crRsrKjB+JJkhcyCMvgcMLMbNDDBayFZxigZoZr+PwN5YtA4kRYxqqg7
I7Lua1AWbVixKpdjUpvIOzrJBMJFLRsGyOLZfq0ONSZHeBkxDtUkcHq+0sU5a3cdbbBhVsZZ
YyyJMg98TJOjBWOgc2Tg5a2c/Oa1ks0MeC7Ac+eMJwN41n4yMybRCrfnDD+3xSAsEpjZPWln
cuLHxInry5GRxXxkiAhT/YqJAUaNwNjB4/j8YBvNY2gLM5cRjAdMP/DtfsR9fsOLDLKKdRYh
E3GX7HBDFNwJNddukaJj+CyrznqRyp8Ro3jUK52oG90u47ClnXfYKlwmJGwx7xoUYhGTBZXA
+8G8G9EA4UYCak75uGI+zDrf8eBnH+P+awkDJZVjWRkOSzI+S02EdOGwjMQiK21uCZlCWGat
R1iKoXxhGaOMwTFm5ty8TztI4G8duCv3FSNew7W1cUnZq1hggHEKBFEQ1j7J/ZLEplWJWDxd
NLJVs9dPXI2CAWj4BhZrRiuG/YsoZWGuZ5db3lqk9TuevtNZgaVVtWaczV1kwrYQrakRI3LK
DvN48YkKwQofOHN/wfxvyAM/6dASyuz6FiL8KnBG4xOGZizyF3RGK/qMCIDrPxmvLMoxnXhC
Hc6VRYnEzKi6kmihj7Ptms40ojAZpMjqlchjMa6aTHPFaUTyT3f78iVkXrOmkmmiQIkkKSra
6KrKs3USxxy/ILzdTeWpvzLxx5mfEsuhRwxjL5132IwophnjszXqksE8c8dlCQtiVClplMVn
kWk4ol6vIfdHmv4DBgc1/L7I98DM0wQRyRc3gLl4QCyvPlapxDclVouaxr61PjFkUkDGHkLm
gBYsmVkRRliaGvF2PYSXZWZyYoBI0dPhGdaRnfEfTzMSnSRuGEKG+tesCEUKoAz/ALkhC5xT
YA12/QR3cv0p6rMOJHlo5GQ1rSSCWA8ev7G1109Xt6N6I3LPJOwjklZoWz0R5LEm2ty5FUjs
Z8fr8J//AA/H8eMmdwTCgDShpXmaO41yZoyfk5Vi4gDNeeOSjwrKir2NRZQeQAzWXJg2IBkk
iRR9r2JszKzOyQys8MEddH3IjhtVtKgUMzgsvSAeiT9exAzzgAwnX8Txe2HrZy1cfxe66tfj
7jpJqcrxurfjF3qpaSWOYbPOaF+otR3pUpR02acPap2Q6S14pVaNosa3Xjz5c+E5vPwRmxm9
5v8AiaNnyeg3GtV4RxKTKkaqqyA4NZsDPGiQcmiJC9ewljXS+Bli0AowcRne3CzAvPJVg4JF
CFEnEH2LuddpGQE4FQDyzp9+q1GRYXev4P5s3K9cP9jC5Pesz24+77SMH7BbA6/tp7Tk1ra9
v9bWRbFKauxBxCwatKsqvVVy0bxNX7y2jQxWa5q9mrSwTA44fU9Ma+HBms15/jXj+CMYgCbR
ErMhaeMSQD+uWMAwOZExiDhAOKNDXkkAXrBVWK8Q7EPNwTs/ZNLS6+dwKIqKCXOgzTxBWCbZ
I3ASMaMbEdSiLFdXYHnDo/x2XYx0oG7l5Z5IKoj4NFJSrTSZNCYphaFOTpbghmH7L2vXxuez
pGtKV2awYGK0wTSTRSQPEK3ZGWLYc1brV2o347EUw3nxps8b/k5vCcP5kcllXWWInljm6+RG
i2E0GEcKxj8YBmtYCdb3k0qQo0gZtbJ5cr98IvX9e9qaCCCpHbm90ka+XjZTMhKV3HIcmWLe
jz11SqIbY3HFoLxBx9hO47KGZimmoWudN+vYJBcsAAspmsPLPNYeJ+vnWarNCsqd/StBHjdc
jiHrWeAZFLJyn/tjkhaM1Z14hI5FQzVG6q69iP8Aq3/G83m9Zsfwc9aluOs1hzWAfwT51rAf
4/AvziSRQGOwBevCJuBnfqq0q5ZsxuUJOQBVksMfYCxxk9VkFUEZblICM6QPwmXcULK6E+e0
tCrU7Jy07gslXn7UtiJL3buXiu2CyzwZZm5P9TvrNU34tVVnXsOjSXLlSSs/kNHO6mvZVg0K
Os0XqeC5zZJlKxmVB/pzaI1/Gh/JBw7wawnPOawga/6CP41mt4NYfxdseuMBi4QRiWTis03t
sddEZsvdmIhAjRMPCqwBkbbjYFxF9BhYpGCDITrqlPodNpWQrD+c7ucNL2DMZoArrQhhROxm
g5EElZeAkHBpG5N9es2Ibw3rHjR87Dp47Md/rbFKbQJViuU7Rx0jkMqlGrTI7dVVjlm/zKmb
wHN+fBzYwyLkjxjEZDhI0jqTvGPjbbXeeM/J1/E0oVZXMzoCS357icR16yc5+YqV7sspZWVg
SBmgxb/yDACTi8IrEI9cqIInc1YRDCPIgYFQBn2hZ4ZLcolioWEisTet5bcjmVlO6dKe1Leg
mq2G/H1Pr2t3hrevJzjnadZD2Na71s1OZicIIytbYrGiyARGPKt5oG/9mfidb1n4JB1pjjO6
YzbMecWyMEYN4zaCnlijWHecgMDbyRwBemLNyUFioB/Zu3tixa6OqA9idp37JgDE5eN2XPHq
k/Y70EQla9eOSJoImWKCKLPyPwCypbt369RPuE0z1tvsNxxL6CKdo5GUcm6nqFo9f39S5Daj
Uu/RV4aFJJd5sEZv+O16qDsoey6yxTs8SSw08E8sTIyWBPGnH99EYfGcgCXJx18K2xIihlXy
BoquFlCvOrmPQDPh5bH7ktpHlkImg5SQ04oZHkVV7a2KvXVozJID8brkUjOxYe2KRpI18lwT
G2AbxGiVKDBqmD87ObOfZLjU6tCKW25Ne7B23VNDdeCWMirIU6ypJet9f9Y6+m8jpGv2GeSW
9088dS3Qls3ezABAJjZGDKBms8Z2fU1uyiv9dPTmZDyIIyrNxaSysg9za1hGAeQgxlADHbMf
KI5wJhKqLDl8cSb5AKqNorzKIQJm0sna1Y1F7Zbs7Dy++Ll395rVnqoFka2Veb8LdhWRYU4V
wV1vlE4ADvpYt8q1yOsT2Kb/ANCMCvbWbA2dvCvYyheMXWowqfYZkr5P2cViGvLFPD19KjTn
NqVgsHa3l7itQglj9Ct0tmsiO8ebHBJPUykZvN5vOw6+vfgvdJdqyS13jk5ngqazgv8AHjCB
jSAFmJBJOJHsjx/EkgYMwZVYPiQgYxO1G8d3GSp7Y4+vb5PrRURED9yxgjUGeXrK6Q4u2clC
k6l4YOEqumm8COPzkoUFU2JyQUdjiksELLldzJFdmatOdgU01W7+nHZ66lbuUZF7aCeqndwV
8/8AbdCx9m7SwliV5ZbDMH+vLEsMjnnHMjHYbIZeEk/LhHIHUYDjqkin651TS9r9YauYajrF
qTDm8L5IVOKC2esAqfCk5K376BX0tKQkNYewkJoEAjGAxeKrI0bM+ydAHu7Bns9apBVTF1sC
A4UUqdcagaGxMhDE7hjGzYXEPEFOcVMbz1khQVPR2Hmk7GUt3A5YeyrVaq3Et0JWaOx11VWs
dtQoSZ2fVQ04bV+axlaDihPJuqjdRLNBClu00r0JpORA1CxKxH0S7/g5vD5xqtVTz6j+G/LO
dleeABQ2zn7AJbZi0ViQtApAEaG9IiJXkcRQcc5FRxByzKleEneIPN2dYKsrMU6+q7L2H72I
hxjbXGKVJMifcltFVtjhA5Z7aaSAF1rIvFIvTYCruxYWB6tWeh2UrNNcnuvXhmmNt3uLW6zs
AJIfqvawV7PZfbaUEv8Au0LlWSOOSW1aVYKVZppYE+Oklh7JodaZGiWCFGu1vVX+0Qe+WxHN
C9yvGjdjAMbtIBjdlAMvfaZi9jsbUx90esIBxk/ZSQdbD/oHbxFWcO7qq/IKRtbZlD6mj5qk
LxrkSbySWOPL84msRnajPsDyPEYWZuiljVpGdpXdgpDFFK7ij9di6vF0RgUGjZQNHXibI/1d
llZpI5d9xIgep2FmKH5AEnY2mkWuSjWJJmg6cB7U3UsrxJAks9decjitHDFJNJUrRUIzOZCI
o0js936BP2NuwebnKrlCl168AvzPizdkR6uzxRxqrUm5FgH98PH+GG8CAYdDCA2KijJCdTTC
PBNLPGzryVeKwxJGivBGTdSKGOzHYwsDIqcE/B7hCZrNCSJaQWOnyXnMVGElcQ+Z7qq0khle
MgKhxU2Yx+4WOJVtRyE+wZa667FJCTysoqtZkLtBt8vSAJ1JdZOXNJ6Vd1syQQk8pX66KKlH
ylZ4oFOX7YaIRmQ1qTSNT+nndv6utaKp1wtV3s9LSE3eXZo3sW5wJZkMskilGBza6/k7z/oX
WHZywW4QSSPi34RJE0TuY4vXwh3YcwrZuval652aasgdXJ2EO54Pd2t3aWE3HEiPy0S4AOOq
qLbalrq3rHI4kR5KoGTdkxmSSjAJLNlpbfZsjSs6ZUvtWmedZ47H5hPAuxZuohQ1o3bLPP48
leyTViWNVdpXFsKLnZu4WKew1DoZgnXddHUBc8VmUr3Eq1ysgGCV89j8Q+iQdgkZsaUkj+Cd
ZyPP2YJi2W5ZAthnjZEZpKv9LxovrnKiPtLAkkL8c6eE2CldY8KaIXS0w79obJudksDmERWW
eDrJGx+nIxOlDGXqevZ2qQsVipoJDWjPZdyCS5WSAOo7CdzgbzJMXzagVbTJkwXkmtudnp0f
40wdDDIZEsgNFfnUyxPxMtleRbk/Q9OCkliCqrWrtmUjiLFmTfcwkxHZwDY0cB2Ron/xPrfX
/eQ28qJjSBlNpWeWdlMMnDLMsrKg9Qknk5rLKpgujV7uHYS/sSdN9ch3W9aHBEuyg1CrrVoT
pHYj7+OCP/2CRnn7+QGXvJ2WXs5S62mkxbCoslrmh7OVY/SI1adIpbcxeKZyW1owxNNLY6az
Eg8Y5G13hzrrKpBPfKyVbjSN2AeOA+TyfRLE9F1htTasIsPVg439IKtLLaWGCHvbCSL+CDm2
zasNjlH+fbJoEEk7yVwyooRdsbEUsbSyPAmWEeaK1641T0ojzgsbMrEsAJAwUtsfXkK9datS
QP8APlhIbY7P3RMQCUBzg2FHYGBjiQpoyxDBOmLYi1BL/bds/wD1etiMllqUs1fsIY4MBz6/
S99pekpe37BR+F2SKCh45xAypp66V1R6jIR32o4ebHDybIUUv9ci9FJmRUF+A5J2ERK2UQdt
Ior31MdfZbF/J5aHkaUYNDNeOTY8mlWx65pH8O5USSzaQO62JUiSKFma1tck07Mg2CVMzSME
851XL4fujYd72NBoqjpJBcIZHIVvkDDb3nyJiWeTfskOcFONzIDHdpZI1kdV6qtHIlP63Ayx
d99frrUeMq31SH0rTpss32ueGx2cYIT+ogKpNUoss0cbutl4ILNqew+/Gyy9RSEy9fGYq1xn
eOOH2GKCuyzwiuOwYhOwvCZl/LNg/bAQSDolldtLonyzncoBMjoysk5PONXe4ykoqhrvFZbB
ZfYcUcw3IKN5HvnOvDrbl6XhLIrZ1DzJ11qWUM5LY3/kyqMOyQTxJAXanCVzZ12SSBpSJIYZ
PZH0XtlmKiRL/RdWiuURbPbW4FRWc1alemk8gsTQws7dT9aqVIm6DrWNv61Xsp2vXT9dY4ci
my9Ooa9etYYP8uq491KFUvUlNmetDH2/am3bX8x1jI1uoIcOgmPpSOQO317m0dktIYw8ixwz
2WObIxW3kquqKFZm8MWcBSAAEOOfMOvaw5V+xV0nXbN1Bc9Z2Ndk69tn+FClSQCxH8KoIbW1
2MYiWvGkZUxy7m7bsJeu6kvH13b9tChoNDYfso2im62SKKW5bktyyEqv1WgTZ3m9Acs+0Uvl
dcY9joqMUs81P+uSzEoiQEtQqlJqdCCDu+3a/KqA5Xpu6xRaFvkHYePIK8c02aGvKJtRk8yg
ST85PX68irxtj8IRYtPMqMOaN5JY4gKFtHGJDRAEwtyi7rr/AGzpUk9nSFlp/Y2/+qxTlpiA
2sBLYTsA+fYccocLbCeMjj5S/WbhN2ShWKz1bkM9yuzS1CtQdkjtKSgWJJJnqdfzelHBVAcE
cjnuG5UWVOwqy1LnSOa8FchI7FSS1djryxNJp17+7OkSBUalwjfQOIu8vIAjAHPJAXi2s9b6
YEjfFZpQrRU+DsCXFpVye1MXZiESNwfXI2BSoWMtkgKhg+4dMaZb4ljjkNerNAiRx5288c8M
yBGZQYVJBO9Hxg1h8AciF0M1kaxMnTSxx9h3HZrVjLcI3PXX0nrvGZhKTVrS2prwr9XV6njE
tHs5p7EIEUEtwhQVIlZlXv64+ZXCCSCdPRHZhYN6+U6ws3fGGOPfJ+qO7NmFqrvOFLAMi164
yzWxQ3FhocfDGRXJDYayiWVY+Dzf12pl5n9zN62RlE0C1qjQ2OvjMHPism2L8dqpGde7Rwdh
ZEMKd1Z9tW88g7EH33gBJKUKbGxrGLbB4n9tkg5o78bjyTSM87SI/dy2KnXz1Oqo3L4ecvJP
L0tY1YPXJbv97MKNHqScklBp7jd4dcbQJpprsS9ZRgWaNYZLaNbW7I8l+Ssl2208wAypM0M1
q4swYkZGdNINFztWqyh/2UeNeskKAg/YrcP6RyNLkm1MjEltlaHJY01Xz2SbapC4lhZWkikD
jedda5w9pXFqGJGNrpkCxdurLcub9so/bXkjYYcV1rFJOHZxtgnWVIpZZZ6ksEj8kw6XAQAv
nOm63lPAqRQrWrUo+3tyWbNSRY5qc/JUXiIweIIOQK9bsrVpllS5GWp9hVdu1mBFq20il+ZG
jkMTGQqwVW/VdYfyp2eJKesqPOnIQTkHBMQJf2MwaF97EqEkuoyF40iMjM6IqlLFaJ69iOWN
irKVIfrZnjlkjDp/j2xL10U8UXco7T3wPY6FSRyziCCRrxhIzRBO9q2z9aKret0obM06FXIw
EjKEHvfrevqVIrFiCFuz7Oe+0pJMOmlq3SJ6zB8TyGIGdvCry2WWJ4RrPbIsE8zalmeRooGf
Cf2h0MAdlKjF2JP/ADKkOSfE/sduDaZYjljSvG2g7bKRidWqsp4o62KEsGR03c9fSMacOM16
tWZGV45IuWpdrPDIRJG7MrSEGFg2dlCZj2AInlYFVGb0G0QSAfzg0o2SwJzoi61Wh9MEz7lQ
O2RwBj1/WyvkbV66duu4+bQVB0tsw9F0ptS2IfVe64WRPG2xPMqDtSr0p4xOEjgrx2bqO00z
StFpQOT5KAh5Lwjl9i8irlQVOs2VxSBkqFjxfVi5KWlkD5VRHX4gdXj9ZUyFlicZVkR4Yqge
L1omSSeJgXx685ldGYTxFLbFYpq8/KEr+yEB5tEdvEwsN+ZWYvy8HZzzh1oKc1kcfsksW4eo
qWbNu43oZ8jijQUa4Bg7LhHr3luurlf8mumSVkaGGtT6qn2kytf6WzNORKBhiU5bikm6ySxB
Enadq0uHmciTWCMuSW2wefJq4rpCwKQrFIvpkSVYZZS8TRuxUFuJXxjiK0DTmJqdORlijHLn
ZU/3i69RJH1sZKoqxyT6DEnCcJYYUZ2MaMva1lDGSRn60D4j7JACtxPDu0DQfsVJ8kqcJzzg
/G9YPBjZhJGs1qf40cCWkAQJ7pYeoZ41r1660JPbLhIUTWgouqXTsoiJvrblZjWRXWKIM8gg
y/deWdYiBXrqFmALaZFqQhTcuszsZJZFYpGH2lWysmPDwjlX3iWJlmAUjxqbrYZW6+iK4A3h
GPAwnWIjJHKZJZYn2g4uznAAcBrlxBUHLEHsgdGSahUKwyKAmvDTIsV2L3QAk5IeJVsIO97A
AGEnWjqAkySdrDDdr9lJft9lL6xQer8ax2byyyQzMKtxYDGf17Dva1Zb32C5YkPedkMknllb
obIiuoJmWWtKXawhzsYxDajkhwzRtI1iqtcO7NJeKrGJrMidZCILFaaCViSIzoVJuaSRf0yw
7RlKD2eJm4rXlSSNc/7IwYtag3PdBKPG2BE2ANkg4wAUWYA47CEYezrAwLFIEUsZEMUbX4HS
aym6k8VrrbKkTSoFwAZvZ0M8khiMWBpD0XWV5pu6rtBf6N5Y4eihN60kM1q3aaTrsitSWoKI
hWTtPtcjMq2LGP11hMNMqpiK5FJ6pY7UDVZ5GYAOG79T/oNva7C+xtqumh69ZZ1qwQ4q5MqT
x3qTwHzkUhRqNpLCypExsQZ8d9TsFETcZPaujL5lkCu6RmVkljaSd4xHbciSzK2Rs9dRbMpk
iZhDWEUdVuYLE5FMqz9uGPWt+TK0h+u2FEnZV2jtzLyB1vkdsdZr9uJJrs8bdNYWGCysNuLp
4S8EVCKlCrRVxat2O47O9eqddJa7CSzJ13US2pIOvSGP3wxCzqWS2F4Ro0slJA1dY3kYxImf
Yg5vcVGbQkPxaBvZN13F7x54nDRUlZI1kj7Ki9eRTo1LRhlheN1t2knk+Na1MrMJG4KbxfFs
O0jMJMSNdceRmglKR1ptyQQpgiTaKFEzwofkVGVrkekYsLMnDsQq2KV7qJ6q0+w6WnFb7aN7
U95rEUqro8AxJ3vea0Kigt1dSO60cKOYShi6izKJ+4l41e7ltGOvR/xaVapZ7KzR+txIEqQw
rYDiKrUJl7S4kjCMBaVaYWetDCq0cxknkCR9uEhts/NgGGMdGtKY261YnXi+c9m0zJizyxh4
4rEVqJYZCFBr2JpsrfEil9keNJkg2bNcMj1HVYorIj5uhaZCC8aAyJp+zUlL118tz3ZIg/Eh
njdZrXJLTq194g9vv7sMTTX701X6/ZlN3o2rxrTEtZi7K+gdbBByNWbKVSVpemdEaxbCU0sR
oOqjMZIUsVj32XUL2ElKpBTj5hiyHJWEcd2eaRDSstiRVqzSTJ6ai8YhoZLGc7LrkmyeKKCS
Ri5YnKixvkQVVZnYJXdcNRZDPJFSYGXbUomryx+qUSFc6n1ytyfCfGvJc5otgAAmk82BYfDH
2YZ5ZyY1smGP3M/s/WQtJJLGdksME0u5ILZUwcpq/WvDh2rSBpIaayRZagEEksJJI8CFykSn
XRexndUrWrCH00Ywlv2+xzaZDG802QRcQIzsIga3ZWITWJZWihkY3ZrTS1accAjhEs8dqMKt
tnYDx2FsyF34ktsAg5RhdzCq80jXfHhlzs0jeaYzydensbsJHjE0qyFD+1Zijf6MfHlrCN57
FDvLxWXsI8HYLIXDskgBjaFZ1qqqwWFSKL5YRaduSQyFHkkRAYvjuUusApXlUlSSKVV5KBtY
05drCAZiFz9Umnst61I11si04ufy7luwddVCJJY6xZhRLYldwEQrnJUyS0SRG0jxQcMnlPF7
C8rEvLOTgQH9q9ZgOytxxjYVZDuTxh0c6mrLNYjXjjdvWhy13M9kV+sebIeujjS3PHXk7DsJ
rbiOSV3rugryMo2dB3XPdGMJR1k4etqMLZXgiikiiBFgJk4kjrzPcVfnSyxmLc0VpKyzdoHd
nmkCFopBDVZlpruqVCyKOIBzzqeP3Q2lilw/qFWYpEzAO0k7RD0xbDN01RoKMMj6VpMDlcks
IQ86O0IV5GkiiWe5K7O28PjLcqh4/VYwywQLJakkywkjG2fRASpdmIAzqrEkDTvalkiqWJpK
lGGrkjCIXu+hjE07zSV6rSsIo65MPsVapR+MmOQMf+4itosX206JkTV3x53Z3RZFvxKZY+4i
gWxcksGcmWOQkhlZcilcYJUBrxc8e1ODDate9fMJBAk5IpXkj1wbMkKriPxMUUZEXPJ5HK0Y
pbE4pCFW5hmgk00CEJVj04jjVmlkZkLH1roJGMu3oYUed536+RoYZuzqyv8A6FTK1mOJe2sv
KSACMRf26Krxksv18ckvY0aok785YuW7BZOZq1C2BPTgiLZDXjK2pYJoufgWA7yzJGDYJFi4
QhszI1OepJiXYyRcrACGrMtjpFY/FMVe0zx15jotuRikqNHCoEexk7giKaI5VdWiZQcdGZPY
Yor0Ks9uLkJSxxW0I0bjOnGT63GxsparkrNHLKxcEs+RJGcs2aqkGKVrXtiz2scnMrJaaVSr
HKEYSFIUYfC3Gs08rdw7KTg3ugkZsdSZXl7mi/FQ8jGGJEaFgYiqCKyoKtoxfu9cqr3K7SP/
AJT8ZBywrGwsMiRl1czFI8q3RXLdir5JaXnREU0Qs1IoLBhtLbjUZMKSBGjBRo5ozEQ3NVUy
6zfql61xtD7mZPLoweAxyZP/AFNMhSURuJJB6oXX2N0tJAs3Ks0tqOOP/wBikAb7JMRJ9isS
R2L1qQI9lyt24JD349cFyvbjtxCXOOjFYjeuo4hq91xSpRwQd0xN3yCv5VGhhjuSQOexaTJR
5Sd48LTPgA0YypTmGhRo4oJf7pf0l1ZypaKWAsa52hiNcKBky4+lxWGfqYkmkQrYm5P2SiJ2
dn9TMPXxamABZLqxk/qR3JchxRkJWAjRYklsvBoLHbVZbEMURSKvXe3L2AZc6qtG8di/8Z5+
1ada3ZFcguUWEbdZlGv0TJJ1nV3I0+u044j9Y68j7D0HwYw4QxW0sQ2CpfplCulJ9qAolmKx
XGL2FJ1RpySvfozSKKcrNU6ETIOgqIOw61q71zwLsN8CU4EGr2EzYYfNyH3J8JuPtUtDelMD
cnwRnclcrjwgB1QF1d8rwI2CNwwkiBJPJoZ44kCcYWUQztzWQEiIIyg/2ddajilquWijDcd6
WxSEidJM7Lf61obaVqsMU8LWbJ6+ekbIdp2+Hqs/UrJFb+uq3YWekfJpIAer72arnWd5XtKC
pFuvFYh7arBXsda5SW6wez0sKSOWV80uXGUxTjjLSpSTPXhVEKaH4z0kKZzqxElhew62WrIk
oGJIDnHeNyR4r24acctg/wCPBpmIeneQhrpAiuF3eUqOPsxq6RC7bjCx2SrSWlYwsrSVHqg2
VeWF34tHbeNWsSsEYSCSRjkHEGQgx9P2Ufoim5BQDjIWy+r0LriO7VtusPXVJUgl7KdrdcdP
Cyx9TUUWOv61Hal1xQvQhb1LZd+k7WJQ1qs1H7K8JqdlVup9lRU7GhAzFmO6VqSsny75xezv
oPn2+bSyTKryQrR7iRpeZ4ww+R+LEfIRzLDlmCO1WsQNXni2c2GDKxPW9VYnlF6uX+cdTxGO
RvGQI5V2KvHcnTK/ZRK0dtZ3sUIJMPRucl6qGFF9SIqsTRsLu5BqWQjI1JCSMpl0Dz8pI0gg
sPFPXbeM3leL5fqpPX6W80L9xYeOEwllp2GVbLmCJ7N11+PZkY0gp9dIJQsS1lHfCKOV6t4W
KKVzBcevLcatYqmeVANb6CpE8UXW1XX7L10FeXejDrkykxvtM6nsVEcfHXhcZtl1R8Q/HHb1
Bar/ALxPWU2jT64otvtdxwzMh97aTr+ssK/SIliz1ccUcscTCSvLEBtWgoBGkmWJWsz8SkeG
KMkuQeZcmZ/VKPMcwDMFBIJOipB0Ufk3UXf1fyyjYCh17aofXZtvYjWT2yyKFWQRFGKcbF+1
MIIy0lelKxhpRLFJSDY3Xo0V7rrHrBmjPYOG60khSxzpK83w40CJ2UIlLwLyQnjx1HZQkxMV
bquwDjeyNkBeJG2SRXBu9TDai6+jVpRdh2Ut1v1YHXHmdC40c9K7XmM/xkM0fIyDDXPOBmSA
TEBpGfHZRiEAuygltDemblrzrzobzf7a3mlGdHYUTcVYKABy4x9ldUGxIZZo0Vcm/wDF5iuR
q8mcTI1TrVOVfhxZ/pU0I7iAgXhMWTkO0pRwTTI8kRUjCNjoAZKewT31oRxIo1+iZ+5V1DL6
ECh2jki7SZpIufF9sVjcGKMkskSnvY2sqPCgjfEB+fibmpEsgamHnQ13aSSP47zWonVkT1tH
FLisAwYhW4Ni+QoAGxtjtmJGb8MW1ocNDCSRR2k1Of2Q8lC2rBiilBkZlDYrCJbBYmrXktTL
0qrkUEPJ6Suy05Fz4k2/iTAVoZkk/YZ2DKYZb0ISRDvQ39btulCN1dfs0fshWPYkjbI3BZuJ
CcgbEexQtGtYWRZI/wALEP2s6jSLkcmSORbdILITxxUDR+ddrTeEDpUetVoTV2i+KM7WSOVl
BURySfHncKI9KwI9Zbw20HnbD+CAF/XGDld/rpSf+Rs/OnfVCllJI7dhpZAG4iIEvFjQB262
iwjsyRjPZHHJVNo4IJtRxWlYHkBC2SoQO4tf1g+SWOAHXToRTpzvCtt/ZBaCpM84dghZ/DIo
GaVsmj4N0NmSQBSVbipm02OpBjfWXZFiisqVIYDPVNjPyYPHyvQtJDHDKzfEdXE4JbcZd4nD
7BLaVi7ZH1duVTyB4yO01X0YY9GVEU7ACnxtlzZzk+o3ZXSyTXhFgmOSJseENlkaauoWUWY5
UPucdP1MCnaKoLadiFQEs0g1dlMado7PMqptxo6BzqonSqWjGKm0utuTa7DsuSPsRP68XRWK
hJKnWySSD3pAsX58uJVZS2tRzQzpeqyRP6nZuMunlhrGDt4XeK2J0vQBXWKNsSBZkl/UylmM
VeR2rx0VkMssbRFnbsesDWJOqvwNdjlSNl1gXyVUHj4J3h1gAIodUtqJoYyI4lRZVTJX9Bkn
qc/cglgkUZBHPLHELESV5UGKQcmYjJpJgta+0w7JiI+zizkMcEmFS0tVJo6zrxednjo1o2lW
w0TS6GKRwZlYwVVij6uGTsnvdrWprTuSi1BIkmLJ5lKvjw/t6/VJInyUj6+vAPjDdyujzzaq
PJ2Moel3fIWoeCVixjsiJMlGm9jS4lWWZqvTNlXqIoZNR14xcrSR9svXTQSIpz9OLaz84QM2
uQxvLJFJpE0FLY80ZWYg40X69bR9z1q0cQUlsWKWUQ1wmNoAmEDS5KE59raQQzyc88jHZiI1
HOn9jm4wWzPkXaKIr7xJEF0PJbid168dVGSxaku91zqMokHAwyUOyr+xDrPTzAhYpegjbFWV
SPOc13yBazD7ks9c0bQwaatZISzGsbrC0k69NP7/AINaFeunksWIo0XL9x66VfsDcLs0ss01
qGO1a/WV5dMxLnm4LE55bOqhf2LX0Zp1R2uaz5csgWG7KafWyvkECQoqA5GEVlYtkjpGeZYg
6DbVbVsxCxalszTks3LCN4GIYqSJKllY/nRoti086cTsKu0ihR4urq1Iez7wW2DI6B5FVz5G
1zpu3iED3WOPJK5MbaCgLKG3wXQABuzrGJpnaPmXWkPZJPXeN1hAMTtwlovLFBFIli72NhDd
+x25RU7R7SmSeF5WMkrO5U7xihwO2uTYNNlGNo4g3h6teSQ0a7lYEA4oq1eaCGMSYyhCsUrF
gYojolm4gu7G3bDR9m3IzGrEhJJYYWxdtkc8So07tmiFVlAT81Klm45m63pYb16xdm/XaTMC
rcnPHbugz9genvCzEV1n9i4VJyQRsml06yasJJzavLI9Sn7JYOsnFh6C+pgtcyyyqEtWIn7C
SWtS6ZrF+G59fC5HEIFtSR1ZZZWkbcQE1VizxugU55yuP3rkVxJPI+QyRPLpt8lXFiJNOs8i
/wBcKxQliS5z0rqSxXjF3tQ2G9LItntYa2XLUthycI0M47IIBDM2NrAx1031hGj7ProrFmx3
aVYWLMwOsZd4NYu1PIjJHJaJ+JpztDPEQ8ejrblnWPXxF1LsMYppDGtVMWWNSJ5Zh8dA8j1W
S5HII4Vf3mhFaWn1qVVvyTVjdlsSOefE8c5FTH2M4yWSKaF6rqa9bRWNSGkUCExhbPFciucV
adp3qRtMYGLRkRxKLMeS2SMkuhFnmksSWrFavkvZSSMzHUpJbYOfgBV0SqkKN+TgUEU2KTz9
lHUqdx2FqymtZ4GA7z/yzQOR+CEUiaFSCGXI5CR0aST0k61Mjo11CwQDPWuSSetofa6pXkKw
J4MZVrDxFDCXMUKxqlGBXlkkdVrzF/sc0sRjWaVJ4YZclXid7OwDSswwMjdcYrtpOFbkwRI6
+S2XcvOSfWSdxRx9TH/9esWMll3MiLxxiVeyYVFztFRZGVnhIUSStpvOAjNkHkxzeBQTWgln
lH1alDZuVa/TGa7NJKzMx/OBji6B2VbZ3DXmlMsMsOVoBM03QVxHF1ypLHG0a07Cqsc8UuPH
KsnumyeGNhTriONxxHNgsttiYwHETKkkoBSKxI5knEQe0652EIuw8xStNMyOx4n4vIFCD5yJ
TMErxKYSFxlGwrZFSlllsJBBleH2S1wsawTKuKJMmtwQjtrxhWzfnmer1k1lpYmiYhlBIJJB
zj+qjCQMA3nXdRZvSU5utqS9p3cfXJ2F+S2wAxVLH4Ns4ajCSOhNIW6+tEY6qEQRXfWersah
p1YmgkrtHIkbPKyYJDyhkdDHOsg9YyONyQgGM+sXaCaNXyKSEqBEWt34KditcgGSzqDavQ8V
un2XYGR3MgdojG9RHkb/ACUkkl+vKHSq1dyjFa9WRzFSgkMaU6eX53stPHGGcJUr0LPsjLac
y8F7F69mORpA7XKpWTtElx5ZpjNGojKHDE4/jWsG2zpeinvvZhAqzzQ9Upq3bk46JEEXX0eM
fXRKLyMbVWuYFaCumGWqofsp/X8qwUWV2WB3BolyivsyFdggMrBc9iFdnUb8Ulu6U9nJyee1
6ntPFIsMLp6ZocmpPYndZa9h1mlmeJ5JTGyKtdnmTqVrSX42gJtzkxdpdiMHeXY3Ce4rUiLW
GipRN3Xrkn7Z5MbsC2NPPI0DSSdd1lk+yeeTKnYK8c9CKwLnUSxtbqyxNwAzymM7nPLZS9Ys
n67AWh6SmJKHWVqSWe2RRP2BrLHFLftQwLEt3/8AVFGrs6hI3lZpuwkU4a8xNDrprg/9btGt
a6iatHrljTBW6q5L7NjAfY8sirisMePPbNqSaSIj3WWSOMSUmihNqiWyvHaqwV3E0fwockoV
4o7EHNa8dZj8OISSIiEsvr77rpbMMleRCqArWqmvWWSRM/0rNc/KqdglunLXwsN7OQxsSjkQ
VXjWy0M80Dy24HqdjLEP9tAlmbr70dvq3ikerPso4IO2Og3QXJpGrVkgTs+0MrzBaGVqc9t4
a8VdBIBFdmLx1UGrX6QVoqpmSlbmsP1FZgeoNZI5+zYQdNXhbuLPTrG7tz66YLLLZ1iMpWSz
XSR+yrIf9yA5/vw5NCsrx0YgZ6cTMlaRcUWlmjAaGvcjfK00pWxFI7HlOzwV4C96NIoxPeEF
Oes6qBlzr602RdPQib7J/wD1dfNBPH2lSZQeRaBB2FWaF4pEUMa/XWZ4rNZ6ggkYOm1zuE9k
ayz8flaBsbaxeM7P2FhsLucY8sjRpG6Tp4Oqjt3p7Mli3HSNTr52yOCRH9CLlqP1xcec0Ffb
W4ovRSqVYIoblNUsTrOxmhQ3L7IhtzSyTWIcaZleO88YjuTvK0zMRX6+MPa61FawzNs65cTV
ncqpGDyWXRJbdiJYhEZJI4pWMYQcRU2XpRsFi0sf5Iwfj0jPs/L/AE1aRXrdktdAOuv5HXlg
W/TWZXhaOXpizVL/APbkSrqK2ZKssWhYrhldCSV5Y49bAbPtPERtM/R9VB1cNySHs27Du04d
ZSRUklWpFB2dd5y5K3pf6Ou62aeU1IwbiD01IfUshjYWbzqeysTyS/sx+I+16hWqNAhUwOit
DMueiZRBUksEdZMsKVAR8UaWm3IVwrJgB1o4xOCM8tLoQquKPGs/UEryKBgXfi3LlIpVh9qR
Y+yll5mOLnkduvWybs7U2Ozg9ZUee0YWNO0WCwBmeOQDI58kSOPLEsAx5n4lm3ryiMzdPSjp
V70nriu9rLOIVEslG3N1clqJbMc3XWo3WzbpG12CSjq7zLYhes8Vi4Y3kncxzTB8WxKwi61Z
hUimQ2LM4HXtMtQ02bPU3GdFUBBrqo4xatVoEqSwhs+MdEbKbBXANZoYSBkjsXWI4FA/gHGU
NlmcQZX7mvJJZ7GtVcdr1vKK7VeTu+rl7Kxd66t1pNmoBK1dXE6gMxeTruvWAoBne1AjGVo3
NhzlCw5ewBIjwSLjxkHWhHVmeTrer+O3Y3low3L9u5JUoyWnqfXVL2+iW4Yq9WMAVlFqKnq9
1tt5IOuMY9knCZJJcjrKwi+u1+Vfr6tdZAzpHRqxNdJW1PYkXJoJII4zGsb03WJU/aq4jmib
2wf51vn/AJUmmGecUnFOcd4AhAVdjCdAaztZAmSdw0b27lkwVrYErtD2Gdf1EDSRUV6leusv
ZHeXvl3yTgAGDQPVQNPdSmYsEsSx9vXE3XOu2I815fVLLYic1biQiOJ5XWlK8tCktZJmkSK8
ZJZuq6kTvVhoQxRhiskLsfhXizOUkqdkkiyxTMjUNK1OSJYqLhkjjjDFVyxfijE/Z/2tNJNZ
kgTlYeN5JI47FavDGtvtIS05jAFBIWsUuPpHg7GFQcCjPGlAONKFMkFg20U6tyLFAlqV6kvY
9pTyLupJ4ux7J5ckllnSrUaeXqalCnNBGZbUiJZTtvZRqzBy3kIivoQylvrvST17BRHRq8iQ
vKjV7kQV2glMYbYHgxTMrNKritv3BCEU/rJ0cc8kNOvEmocOlAPIPWL5N09cxyJWK078LFJk
OcP1E6b+WpPa3bKvHM8sbyK5Su0UhdvXI7BoIpCjgRzWexqvXkvENXs8GpSB4d6HvhzmWKbO
BVXFKZ20jgUppnhmsFcuWLcuSwXBkVSxKT1/VS146bzPa62aolCvEklmazDLRnhsV/iRiT1x
yx9j9ap3ZG+qNG4+v9VHJJ/mVrvW2ZbESnLCSTIlCbhdqxQSTTvLIUIbkd6YlYOJ66sz2/jP
iVChMn9UCOV9WgVkYWbM9dP9idQe4jCkzX7UsNePDZedY6pK8oIMksxIe04zxxLqPlEDRZ52
u246yT2AF/0SFaWWWSZiSzKpFhQ1f7PNXy19imnH+sNHQKOugRsSeV84GIDwxlwgOPLA09+k
8yR9arRnq4IXsXK7GvDHVmgtqAkEET+zk0bbUyKX7z7GqEySWZaVSCWz10n90bg5+BIQq/ZG
rNIwDH1g56gpigU5DSkNnpI5RntALRja+s5rRAOuOS14Jct0qsMU12znXdgsaR2Kk6RpVSJ7
1Y5LJBkz7PYsQpkRWO8juKcmWy5lEyvJNXRVvkNPPLIxwfn9TgPnY0HEgGctYhC4JN4z6Jmk
1NK3rNe1NNCsUMICkWY5Zci6GPX+ZMbXX1GihijVRNU5vGJUj7PsrKtB0Fy7nxq0ElLrbCRR
cTOPJ2oFibkna05a6w1nNlenvPHF9VdY4ulnFejSngnKKwkUIOJlXjxAIY74CWbQsQW5WWOH
01umhhksVdZUVm7KOqXD1YlEdfi/yfWOwv1+ZWRnjETIJY0absLUjyLNKsdabYpOzfDj3JFE
DI2irKCqIc+AdBdEA71i6xCAXAbJOwnhne7ZMsxZY4VnlllDyxPLBBM1WZZf/KdI+J/AksPG
4/EyHHrrIxitiQGwYq9gIsS7ARtyQlmkorMqVKYyQwQxR9t1kMg+wCftanZ0rkhv1inVX5bo
YaDuhWSeBEhsSzHuK87ydPW5ua1aQ+1IFLRuPXwYy6N20/tWWc5etSTEh2KiNWV4QRLGxFyC
Mf6BGHsX0tyxs2ZCpdmJ3mhurFtfiHR4g/8Ad7C60c5AAs4wSDV1OxLw2aqmKxbQRg2Y0gCI
EU5w8tLEuBoyQBnZW5YminlKiSEtYoiV6/XhMSMDOJGSPwAMbxp3Rodj3Pe07XXyOOX1wS26
4+uNBc6x4vj9VRhgns9l2RtUrwnSTuupWafvEiW32vVW44alySEdXIlivNaYgEg/sL0TLJM/
JIpxlx1EzOwd2JJ0MLYDn/AoOBWxQSuzrQKohJ66Jkb/AI2DxhYLgkGRnYDruTkRBKC4MkYm
jryiz10UrVqiVxdeystexIVIDqa6HIhBHIScdQ+W5YomhgeI7IRR4GdhdeqlftUs5f8As9Zq
5fYkhlUfWuoR5Y6CeoADO8TiYrAqXJe5h5R+i1D2PT07U19YEMfToqVa0mSqqtcivy2eqs9k
tnQYT11lF6Ba2P2EEZZ9nTNgG8JHIbOBd4EPERggV5N+kgAna6z2DKl9Ih/q1tNLrCxIG2Ko
MDFSoBLODjgrL8t1MjFnjhCiKWPGPNFqvGK9SUSSI0uQ14ojkZkYmCEvpdcRgwaxtEMqqO76
lbFuatHIpkmlrU0lE88xqw2O6MaRdvfe4kMwlirwpF3aPWWpHegsHqw1qOERqPCiVWM8IeJa
yagrSw2SM+zCz8ljyI2W4McIIwQqAIxjKAusXlriWz1SDGiXGUqSBoAHP+MCSMAGw7YfyXdj
+DxBMkamSJZ5CqtGEHLEUAgDR1gzQwHef9SEoSPAzWDD+GHIGKMYK0HJ4oXA66qy2pYawg7S
nPbrPM6gnW95NGsqJAyKjgnwC4Y4zlSh2CNnZGec7GotmvarPDIugQyjHJ35APEhH8BSxXhx
MgXDLoyMGwctknG8nXj4NrZo2tCjbA+FaGGpZz4dnfxbAw1pmIrS6Sm/L1viKRg3nIjA+Fxv
mCNhVrxSRnkM5DexnMbDrhZMsTxwxnvrayR917oLHXNBXWz3McUcli0FTnbLRSrsDNg5td2+
wigFex2AMFlbCcxxm4gRSjkHU4XGCQHCygfYuuV8liaNlfzrjhXYCsMAdTyl2C3JhJhVieAG
esHGB0Qxz1jX/9oACAECAgY/AC5//9oACAEDAgY/AC5//9oACAEBAQY/AOxdi/s9rezt9rp0
+qD6I8FdNw1TaLsKIFfchVk11dMn/BP7HKr+Cp9gTCipr7LJkwV0Bo1UwunetmXBVdVQ9hyZ
OkLz8kjD0wP6eOzt3si2wpEJxdX9gY+y6MgaHRMVf2XK1VyrlU9lf6DJymIJey2i7eytAnCv
dcVegTuwVEE3st9qJTp/Y4N/bwK4LsRqq30Vae2z9qeQTqzqv2KtE71RyTc6CI6pHwxUc3qz
5eMdOEcPjQjEbYijD2MF2IVTfirIqvscqidcVw/oHVcSq+y6/TDyNkJZJbiRbRMAjtuKFVVV
Qsnlzga6oDawPFDbrZNqm4eyg9nZwXAJgbLt9lVRMK9qYp1w4LiV2qoZESvwC5QAmNuPsL0C
pfV1xKMhUiwQyZQ8zUA6e1tUyaxVPZf2dns7PbT2f8X9tPZ2KieJdrjgvctwoy3OxUogO4s7
F0CAXPSFzHnHUFufdjlo+qa7XCcgH7EAKAJwnH2p7extENAr+x3ZA+yiJt/QdOyJNWRhMuRc
FMQGPFggTliNGBdvyoCGQS91VQ0KJBQBLzNBEXXnZvfGJ0Tm6qiQX4J41erHiqAh79iPFMfZ
GO07SCTLQHwoOFai7P6Ham09kSADE9XFU+1OnTEtE8OKeJpZ+0I+WWkKt2oaeJkYxDg2PBlH
GDU8URlI82HSeLoRJAMaxkOKcEAyDv2rbtLPwujlyU21KDQPl6k6IEWOqrZU4+1ymRcIU9/s
4LsXYn0VVb2EKic6V+5SnGR2xG5h2J8syIxoIuyqQD/WpUDSIfSvzKBl3gCEcWGb+plQAVMV
D1PqBuytygoPQlUF7raAq2Qag9pT6p02ion11VUwPt4L8UXLJoX/ALE4LNcraEQKNfgmA3fC
EwG3bfcmlQ2oLoUYSqGXmu8TRuC3RjGMmaQIqgxiGsGuUwjQd0aIRi4yC3D8y/VacTcGgCMQ
QTcC65bDVXB4D2cGVLD2bTQ+x1Uugy9ycplRVVaD2cxqeCk3KwaqyncANhNeKJBLC6dwfeoi
NQ9I3qoem9M8s8gIyIPSV5vqK5zU79D86bTRkfwCt7BqFxCrRdiHBe9dnstZA/eqlx7eHtBj
HzWQO0CTVA0REKS0KjMuZs11uJMeICBdyfvUh4dVzjaBVyoiESK3NYt8CaUTsIu+qG4FzRgi
TLaDaOqfGKihJqi0AQjCI5Ka1/MhKNZC4tE/UqnaTSmnywUZGRIPG67F79Qmt/aq2VA5XAqi
YsqILj7ap5W4aphSPAXTm+iyDY5i8b8FPK4jOcDEw7YphxdtFWILIDEdspUb+FR9PHHszx64
z5chl/8AcXJEZI6xN/oXLEgju6r/AAZmOpH8qaEmlrE0Kc/cqWVKJkAddFW3soG9lXXb7GI9
3tr7Nw6eComk26VGQIqdHW2EwCVcCV6l93yqRjFuITZDtA6R2LaJvwZAyPMKRC2iO2MRcolg
aVL8zJ42agiVEScHvA1P1IAOI/cGQAG46vVby4e0QjGRelkGsLgoCIZEmwqUJRrEql/ZS/sZ
UqV7lxXYiMdZcTonl9pVCjM0A1Uv9pJtx5zLj/lxRlKRAAe+pR73aiD9gXZxF0HmMkYMYv8A
4kW8GWHOo4vU80SWEiWmH+LvobMkSTqCBIKrSA1F2W7HLy5az7fiVf1h+KIPJkF4lBOgfZSv
YVw9lEAR9qeysqe2/tjlIcjRCDFxaMaKoJb8qc0i1AFsxtFtSjKZPNwtRPEENZ00Zb5uxAt+
ZOaA1bVSlPmD2KMZDaxqRQAI+XIHtNXC49i3GpUQakfgqF34WKrQ8E5LA8eKo3C6aIA1VfwX
uXBVVnRlDmw5KyBNYH4VwRcuRomFI8Aq8x4JgHegiEcvqZMe5iHVJckPLxRtAH95PMffVlKO
6vACiNH4F0WDdiIItxRcsTwou19VuhIxbUU/ZW3PPfj0Yc0frWyXPu4Bsr//AHlyEZI/tBEy
ixNpWQESMsNQb/Sn14IbuU6aKip9qCrX2vw0Tp3Tm39JjYpgGAsowxxBHeKMgCZH7FGEOWMA
HGg8W5bOtgwFgjklGBYuNU5jswkNEizqQygCJ6JE1KIlFwC4A1KBA8uPDVbnHN3VdScOJVB7
QhMHbPGeYH+JAuC9KWRERuIqAqYhEnUo72Te2vs/5rZjr2hHdyjhqVZgFtxhy99EceEjN6w0
DVjBHNnnukdOCcHhtTZJCANeJ+hGUHyY5AVdUEW4ao7Q5NGBZEzFJWF5LcCQT9rJpinEVCqf
s1b4lQG/TSiG1wxDEllunIzxktOPe+mSaOURlYwnyl0DGTA/cflkj38ehHUE0uaJ+8JoDzYW
aRYxHwyVDzeGVCq0Vaon2sCu0Jskm4gqhdf4Zvx9lm9st7EA8p7FKVKrsRmDUqREI7zaS2yL
Sa2ikW5LTx+GXjihJt8MdIcT80UMsYxnAVm5bb8uNRMZc3DRbg0WOtVX71wF37UZSbdaQ4jx
Iz3DypGoPdKeB3Dirf0O1VTmgW2DiFn1KDVNnTkuUZz5YRupYfRDbG0sl93yqtJO7s9VulyD
jx+GC8yYBkzAIDXjwdY4Y3i8QZcHKJIDinB0DZj9qBIEaXdONb8EJN2U4KRbmNQTdOag0Zg/
1IuCS7DROHADkkobWJqXlcrkO6D1hLmH0rZk/Qy8JdJTinaNVW4suYB1uiaDulaBtCap12ey
yO0/YUZ5J83ZWiGwbzav8sV0fsn/AMLdOkfEvOFSBp3vmXlY4bMky5OilOpyVbab/MoieMSx
nqehCGx3JtcJjoojHFx3qo42ro9FuzjdLQO4/KtoADWA9j+xyWCaILcSi9GWwdA04q1k5o2q
lKs5DpAsSuvbjB/wxRGIPM9WsAtwG4hVoqU4KLly7KUwKRYOiQENoUcsZRnOQ6TRgmnGwo1i
iGZ9E49ypSXFeYBUXIumy2HA1T45EgXB6vmXML1vWqetLtSi2yn5vpzpK7IQx5GmQ+yXKmjI
45i0gvJ9ZEnGenIOYLdEAxlZHZQcFzxobaFA3dUXauZ24WTxgB9n9Jmbt9rmyMxy4ofeUYzi
8TxRxRgTtoiNo38QKJ+24ogAXjGpT46QGt3VTXiE0tVYOfZX2VoyJBq2qrUap7DVbAWgNeK9
1ijkyy2gLysTxxv7txW257x7VtctoUzsZdR7EDE+7+RB2BQahb8FvjXbU9oWUM51Hajj2EGt
QoZZCQiDV9UICgFgEYTAlEoeX+nKNijCFSKg8UI7JRIpZeYBvkdBoERIVFxay3WiE240sTwU
Qag0LIRiAfcf3k9ZNZrhQweqiZRjQ5H3SA8W1CUCJwNRIVW+X6mF6EBDLCxu9wU8BQLm5Yys
dP2UAZCQOqaj95bpco7Vt3iMuBouuP3hV9jj+j2aqWKIJbhZUowqpTEnJoWunMiI8LfmRM8j
QHdsFtHJjjcjVEkkxNQ/8qaNymlYoQlIz4SPD2UBezt7A0XKqzaBk5LNcrZDoFzxQAqjkzSA
iLdvypw4xigiP3kMcayuTwHxLbAmTXeoTyDHjZPI8oRYPGKH4Il/cpSLGj0U3AAMeniuXHHt
omFOCqXPtEyWAv8AarD3sqLzcLY8zVFoyUsOaG2TOLlwiLjV0/BPE1uWW2QadzI0JQIkNpNQ
SjLHLdjJ5sZLiQR2S/UAeWI9f0R765cGzH/3MhEf/wCNDDhkJ5B1fYiJgCR0QBFPvW7CQJR0
6StuXE8rbiXj+Vbp4+QaxsEzS8Ovzbv6FvZX2RhAPuPM9hFU5Iu50qtrgxA5QNfmRnhAiDeN
wUJZD5QK2gbtp5SXAfxSQjOs9SA0U6d6+wi8TRbZyfbQAoYweY0Cp7fLhYdR/hTD7EckztER
VOTyRpAcAjGAf4kMcZfp6/MnEgZNbgiTKnZqUBwR0errcKB3Cu41RlqViPiiyt7O1N7J4j3w
Q/b3UMU5A5sRMZDvU9uzMKjpmOqKoORyxAummC/BqrgTohUitF5OWgv72Tghu7IKOTFLbMF4
yBYujH183zEULtGX99HLhcwl1OXb6lKWMnLHvEXigJkP3PiimN9CLpjWF3NXUzCBhkt711Dj
b9n/AFP/AAK3W3uanVPjm3F7t8yMm3S4InNBtx5QeaqYCurIgEAgsXThP7LOFyxBBuCt0WEh
dB76pzREQrI09yvfVe7VDEAY44O5tuTCgW2gPi7FZ2tI8UNzmrMLKUKt+KjtoTqmu1ECT9iF
KBEEuNFgncuQ/wDRJySaWkdSt5hyAtt7xK/3MQMOS4MaFu75ijFoZSTUEESZRMsEY7rAlThk
w7JQrviXgjCW3IBpdkcnpqG4RGWBBGvFVr/UokkDgAUAWjk0B6ZfKjERqLjQLlJJjrwZbMdY
yDGJLuj6mEvKxyqHNie5OCEcgEN/UY2EvHjQjIu/TLSS5WPYUZSiBE1Jey69VVP/AE6oF+k2
CMhHlNSXZ0AHiatVAm5FSpzEBa+qBZqapk10xdh/QGON5X7F/wA0QESbiykZnm7KsFtxQ3ks
ZNr/ACKIzgSmQ7DulNYRRBNeKEnMnvwRgHdnRcXqCnZz2phY2VC/YschQiYVKpvZKZYzakHr
8y3Z5GUSa8WPgQGEb5ZIgg38v48ivvI1eilk3bRLVv3EIGW/eHc0MU0QTKQIkLUU4TYGZDSJ
YbVxBCHmR3RNii0R5crEWVfwXK73CbJ9nFbtWILXkjPc0uI0XlZWM/f1be8qMG0GibK84vQO
wifGgSQZdiYGp42TbRdv4tn/AILCqd3JuNEYC+hUSAJajsKi92qma6IBJfU+zh7K+yWSWmiM
zUyr7GBiIgO3amAaRoEwtfJPQLbjAEYdUtZHwomIr/Yto4JtdERQoE9Q5S/YiezlTmp0TDig
1z96tUEF0OOiqiYhyLBTGbEceeI2jt+ZCTkk9OpR9Ow3Pzl+6t+KO8EcstG+VB4cojsi1Ob/
ALqOSUzLK9CaqRlLdo/BQaIMR1OeoLFOHTKIIW2Q93vQhGO6ILza6kCNulboSxTaYu90YZCT
M6kUB+lDZJo8BYt4kInlLVCoSeDISJY2JFC6MZvuNyh5UuU3HFbMvNw8QV9dtuz+nX2btVx/
oU9jM6dOqJ+C2O4jw4ptdAiNV5cDuncujkmTHsuncyw/1o44MIwtHU/EpcOK4HVM16unNexA
swlYjtRErcVQ00DLtuApylawJUkCEBxUpAtI0jxQlIAiVa6InaI8f7qhkcxjuAewr3VEnKHH
dOkfiRxYOWHiRlk5gaGI/hW0OJPb+FRcMI6ar/bzLZcROwXeB9nxaFSJcZBauiOKduIRe3Eo
PzMaFbsjmUqA8PmW53kTRrLdj0NYvQoBmb+tbMkqPQ8UDjO2QL7x2dxO/cf6n2blf7f/ABK+
1x/QcXNAE/GpW65RlYs76URnIvIlyENw2wHMQUPT+ng08jRcU2hSlN5TlQqlQnNOKDJlGV9p
DoSP4I7Y+9AlwfwW4WKI4hRDu2q4rywP8MMRcOUTYxFNVLcDJwwJ0PiTZQ9XFf4UfI3GNjGQ
Zc1HNI3f6kYwDcSLrcZEPUNUqn2krFHEKTkxI1B9tR9qkABuIupYssSAbHRk0QferuyEZ2Nn
syEp2sG7EWBhJ6F6IY5OCe8UI5+YbXjEn9pdNHdv4Pz/ANCnsYGq5514BPE0KvRFvf7WanH2
9ntJNgjkNu6OATWVbBbAefJ/UEACXJqEIkDfwCxzDdYLlAnpN0RponuyuwQJvxfRCL3kAgHt
ZElwShAd6lVHG7ka+wxsYkghe5edji2OYAlIeJAyAOQaqHmwGTG9RZGeOAxxpyV18KI0sPcm
cnVghDBE72ckKWHNHbkjeit/yQzFxg9PUnjPuR/oywzA33hPhJSw5qGJto3iT0Z7IFyFsm5F
t3D6EHO6JcjXmRM9eki/5U5lbpkDZdIfy2/9Td/jf6fl/wBCn3qtCmEXGq5oqyrVM1PYXsNV
T2f2qvsZeXHpFZHt8KEabitoNUIvRju7IqQhXHDlA9yOXLFoQG6R7e4i1Yk37Fj5XEayrRRL
MCBRO1AolmZW+1bSHGim1o1UJyruALLaYiqaIrx9soEt5gBAQlkLk2gOpYdoMcbvIe9UNBxT
iQrdrqMNxO25XmCgOjLbAHcaAA3KMcZMfV5ovOZqRIjpW71IJMrSuD9SERc0j71DFCYnlyc2
RjaXg2qtE7p/btk0co6MnD5lLBmi0h0taQ8aLinEL3a2QESTVzRExYThVkHBgBdtSug9LfS/
9ChZVlVbZCnFODQoNdChPFcE8qAICAJjLvaH2MPvVSw4p35Qnsys5UpSnIuaAFeaN27tLrcS
z6qUok+bnO0cRFOKgVLqEQ2/NU+7upxpdYxx7UJAMAGcaLmH2IHRV/BNLVTfqMWZYyC9PbT2
Y88evcwX/wCR9TIjFAux73ypjEZMcgxB0UsXp4kxJ5Ij+FEZIGBsXDIyxxJA6iFD00CImRrI
92IWPNKRzZIWdtu7xbUckztjGpJWVpnLjJeEjavdjFR9RMAyD8h1Uc+TEMcccSJ7aMZf4e5X
rqnjUHupx7C/sbIGyRB2TFx8PyKWHMNpHSKtIeOKeQcaKtvxQkAwNDIhFhul7uHeirHp4dvt
LhW9hALBNfsTs3seVG1UBHmiTVltBaL1Oq2R+9OuwXXZoEw+0lTjCRyTsCLOnjjP2miGGGEG
rmqGPJc1MSgI0x4qRFhRCJ/6hYy1AQxwPLiAiO1kxDtZCcqbbEav3FGGjAkJrIMxNkDwRk7N
qiXpK3aoYZmhg4jwkFSJY6ug4rqiIhiOPsl6eUmx+ni5A70yhiiWhGjBBuVyX7VCRFyGkNCh
/usEMkZANkGrfEmGIRg7EGin6jC5MrwvtC//AK+MmR6SaUXk5wccYl5F7oYITMs0P8SfdZGR
ADnaCdPiQ9PEfq15/GEAWcJtAgK7TqnFf6Bw5oguOWXeifmXlzxvGRaE+5L+REZIsQWPYhG+
j6Jydkbgip/ZX+Kbfs+yqf2Uo/FHQoEi6ZVREQJtogZjY2nBNByDc6pyW7Ez04LlFU0R7ypg
XIb7UdweMbn4igIgQA4Iy2jdqhlidpP3qIkHMj9rlZMwi0cQZhaUyn4mp967YuyBHVEu2lFG
QJO4Cg0RHBBhXQoiV9VKpINHZAtayjIuZRILsn0uE51TBx2hCRWTGCJSyyYnUBFqlQY6VUxI
c0KxPBGMYeZAXhIOP/T3KJjhMPUd5g0Ed4IyeFro7sfmHuvSnxoxxgYcZo4DEj5pJgdxN5cU
Y7idtlHLKf6jbREjj3kZxrE6aoEEbbEnj4ZJjUcF5crHpK3RpKJf7kJRsfaYTiJRNwdVkyyx
7vMDbSaRfwKWT0wOTFcR8PzIyI3Ta3uXQbvbveyq4BPYp1xX9iqVUljqETCRi10YGTwN1GIE
skhoLhOxrpSiA6iUd2vDRGrAX4oy7oqpSsSXQAVblGPcxBqcVLMDYbR71EuxyysUSam1Ezcw
t2JmsKheWH8vIxj8MvCiZM5sAhFgPei9KOAFQH3pzZEM5uD7lKNmr9iDURJLsFnJk8RJtr1C
mdzASYj3IFzW6xhxvkDtj2xWXIRtjtqFsygM4MZOzwkfB31IzAMgaCL7fhWOc4COUkCQiHmY
/DBD1HpzIx3MYzFY/EgJGwZ2AB/KpeomCBAfinFHNjdYoCr9Uj3QtuX/AA7CWq24njj0iNfm
UYTeRAYoBbZXFPsRxHpkXgfeqez3KqZGcoQjuvIsF1Yr7bjq9jpmcoacVRVRP3Iw21FCXYLG
3KxqdGW2PK9yF5YBaIck2UpRkz3jGs5j+BAc0Ys4kQ5+VEQO0mrraOYog1e/Yi46qAIDRnKe
6yZD1NyntKM5dWQ3KxYYxrkkCaqOGNIYIsOG7vrg9kTI2upALHjLHmFChLxaJiHLum2mqLD7
UYzG2N4yGpTDqfVUo9DwqgRK6hEgS80sewLzMEd/o/UAmR4S+JTkYuZTNOBdOACY6HghOPLA
GgdSxEEzzliY8FiyCYnPGGkNWU4esybIzHJKXSpf7LCMuS0ssv4EYeohGYkCSBSW5NhDR07w
j86HpsReArI6GSDCkakoyiasXf8AcQGSLCNAOHxIZiBsjYHijISiAOo9qllhkhKMXcksgJxI
hbfr+RR9ThlvjEhpISy5IxcOxKBBMnswJT7Zke5OQWu/91Sx+lHlwFN5DyJX6mScn6gSW+hd
3p/t6/n9v9qa40VfYwDoymeU1AZHs4J2PZuujEkB1KQHMLmVvypxOO+QeUrt8PloQE5SmWNm
p8y3GRJ1QBNZUAW0DlgKV1TgO1zxQHFRx4+NWUYyoI8TdTykP5UaDgVPJI0kXKBhbQ3RDPIl
1sFOG3j8awhqyk597KI1ZOaurO9lIHhbVAEU0dERDgcFviK2L8EAA4lrwUMD88Q8iHp8K2GU
tvhJ0Rk1AdxKjABjKzoSccl+B+VedMDaKRft8KIyNKEgxfmopZe5UxibMt0IDJpsNiPrUSID
GZGkAdF5cDzy6uACEYAPItVX3zN3FytsixNhohupPUIRwyeYoWNGW2UjGOkBQFc0iQLsVFoj
Ye0OspjAzwziwgTtaXjTPtkNeqS3xlOUX6ub9lb8kcgxktuJP5UYykBIwaIFa/5mZS35YYme
Uh1FvgQLmcXoJOHX+BF9rW7+7/2vL/p9qaP3lBhulKxFApSyR2F2a7t3lLCC0jqbN8COMvtN
HPH5lGUyK1lrTwqUwHjKvuC3yO0aDsRzODp2iKmRXcUIfeyq7qMYSAJDmPBYcu8ETuOCJj1T
I+4KED2ljqmF+xNuq1rFGTsI3ovT5MbiXmV7AvMkXJt7lXq0VrFAnWiMCWalLlOWA7dURhBy
yjpEKQyR2GVANXPiijHNPmlYuDRDFOW8uwiKupSA2wuB2Ikin/Jchobgh9qhhBI2ByOKlkD7
bHtdGOToFT71v2gTFqM0U2PnIoZGv5Vyip+5ebl5s+TpAq3wLebnivNnYcUIwJIchdVdIjVC
EY1OgrJ0Jeqm0COmNJfnRyemJmNQQ8gskc+TyoYpVym3yoR9Li/3M4hpTPLAkd5DFijiwYh0
xgK/tL9TIZgFzu6QgDkIBsNyIMi3F3KMiaGwai6jZteP9CiYqioykY1YKRy92sQCyaBJlMsz
8oC3CQABPUKugSRIuCNqMxGoq3BefkI8s1I4fKjkEtuIUgDw+NTgHEBF5H93mTjWgTHu0T6L
JAyMRGD0WHGKuLEaIx4DlC3EbqX4Llf3cVIm/BbausbFnJZR3VIudFtEWdAyq3BOaAVqjj9J
tMz1ZJDkgO9Jeb6rJL1XqD3RWKlkgf8AbxJ6YnbFvjUmkZZDQyJP7KE8s5SeoD1UcwgJEcbM
pTiDUOafuqjMa9q3OxNLriTdSIjUyrI8AthYt+CkIOS1AjuxkcSaIzmAeDrcS8Y9LIRlVbIz
2xB0W2BJcqEvHYd764oS2DzmYlOaHgiTpcL1OPHy4sxcDQl1cdjcUQ4ZEin2/wAKcvaj1QMi
IjRcxEvhH7ybs4aPu2qt/wCgzUGvsJtGzLbEgCQYA3qpY4h36mdihEDdG5FQtk8bY53meavh
igxYR0/mRIOlwvLjKgrRwmFdtW96M+mNiOK2gNWgRcVOqc1OoCz5toMIxIkHrRCW3aMYIiOw
KM5RLyJYhESgYh6cKISkwF6oyMvs4oHLkFC4HvUJGQGy0XF1uhkjGNpB3YqswRwJW+MgQeFU
cOM7Ymj6yT9T02xenzLfLT+1GMS7dRBW5tzcSqn7Cr0sQUYmbY+BvVERtdlwI1TsBLghEChr
7lRqdXFOTayeYcC5PamxDbAMNop+VCWg0Txq5suJUMm15SDznpH/AC0a7pgadndUTiBhEHpF
f/3JIEkykz7aXUhGTMLAWKGWTmdt1qJyAwuu0aNVvEq1HFVtwCaIJB40ZFi4/EK4tuvonsh2
qpY8FuhKui8vKSCOGpRxx593SHRZ5SJfaTZEyaLnl4j4lPzZAk2c9QPgUBhHKaM+nzI+aASe
jgEeZoipiP40cWMMCG3MuUPI0c1VA+h+xSmQYky1KAIdOAieK/8Akco5SxBPed+6pHNJpGLA
9ijDHi3tQGXShKYiCbABECRYNYINMl9Vu8wg6lynMjS4KlGMiIyLyTDTVGIk0iGYardkH6mQ
u2qAc7uOiiRuDGrdviRG7cNQhx4oYogzySpFuKM90JzhWeOMgZxHilBEEgDUhXJTAUPFUuUB
I1hcD+ZEzAnHQxKjixQPMdRRSBO02ZO4kXuSy2/g38SqKnVGcob8MKy4/Ko4QDCJpCEeHxoS
zGusRb60I4Yc2p7v1qheRpICwCkwALM5QxQdomtaOjucdtwUNDoVzF+1UfdrwV/dqrVAqLMr
l9r2HH2UsFzweJoTcoS6mv8AYpeoAPlx43+lb480vCQ1EMlpz+3avMESCTST6LZkluzMD2D4
Yp5F5mwFgiZVj2rbFtmpCa3ABbwCIfigahuNCoGryJNbqEceGWaU+Fh8yj/vIRxeYWgxQIto
vVbDKOORJlEe9GQZ+Luo8RxTE7pGro7WiTqa0Tmby00p4k8i7j+pHmYcEZNQXOiLkxk9B/fQ
ySFAeUn9pGYDnJJoy02x8COXIDsgHpbd3YyUzjjSbdN3UMGIxkcYbJIXMz1IVB+xOJHdA1iA
/L4pLHmhDZKNJgd+PhksmOAAgTuiBpGSJZwrlkXJfRGMZW6hZRyEbjoJWUWiA4vZROpL9qpS
r2RBJfV00hu4cHUXh5cslfsW+QoPvQFYjtCLEkdgTiDGRqXDl/EpCJdhUu9fComUuaRobpzz
G47PpRLiuicgcSnZhxT391UWcngujTj2ogUAX/JMYny5aErqIjxdvpTGLgioQJMYRbkiBVAB
91dx4lCLkk0H86eDSIvI1cqUI1m7yIADIbwWFaLkLACgPBOWY2J0P0p36bDRc7sK/asW++0N
7ludg7VUIEieWEwY+7vKE41BAIXqzION5jFPSlCECAJHiVyxroO1c0vpF1VwBZbQeXQjT6kR
u5tEAJE8Qg4BalVjxzNG3CL23eFY4CpOQ04KAYQhkO5rmTKU5kShk6fsU/UelgBkB3S4t3tq
YgRI4qfqJz2wlRwfD40fUy9ZPLulyxfl2/8AalBHyhu8qIjOQtuCN9pFaUCka7rRAYR+tcFA
Tn+FPlX6LmJsCalbpgmYcbTot+WRkBSEdIoOWXEjWyedGNHs6iJy8xhQpwW0ZfrScR6WqjDH
BibyNU4iSZUgShjJEdoEpkry4SHlR18RW2RZEae5bhYaFWr2LmcRQcNHiKfmX2ce3/21RAAh
hcKVBxTkVFIjtTSZjcvYpjLfIUcmiGOPOJdRB2t8K8yfPKQdvCiIhiCCNuqEYRL3nKV3TO9P
cn+yikGJbXVHQG90KOZFnt+ZHjCANDqEI7iBOx3EMqSJ7ZVqsInHfLaKxXqTIHaXNbBEv73q
UADpXSqoTXXVctG72qYVOr6qr/YaJ+9Zcuut0ah+PYsM5xABxxb4m8SjICIakhHisQiAR6el
Sx5lui8MEYkye24+BMQDGQtoylmOEb9zjh+RSOMvGRqByx/LFTxYyBKQblqIrdkBlqSDVD1X
rQTKUXx4DoO7kzLJLHAQGkIjQIQjD9TIRGIem4/Kt2eIzZpjmeoj8MESMe160K2+ZKPB6o45
1iDSRFCPhXJzEqL1rYrFEjnI3Snd37qBMtrjmiRyAfwLbv6qOiBMVsRcoYxNpFg3ajmzyEYR
qTJZZYAY4ZSLPeQVg76raSBGtSLKMoyeMhy8UdH04qgPZqqcK6ElbgH7Cunuv9LogsCbEVKk
CWs58SO6xog4cG2pCEXYC/FGIYSuZHSKaMAa9X8U0d0xINcUb4UN5r3QKUUQPtDIuAYnRlSo
NAEa1HE1XA6g0dRMv1OYUsGfuoxZwYih4EIwm8dpLBkA32t/CscqF40aiyzkNuSUmf4US7nU
A6qorqj2cVU/Yy5S4N+xNQsmMqXdkI3azUdOGbtR3z5sZ5YnvAoiRYljS31IAPMR8PLEgdyS
HpPT4jgAYZJRFfpkvT480t0xEAmV1OBkJScxER3R4pKOMSOSLSPDmRkG3PUe5edlESQ5EPi7
spI8+56yNvpTYosCAJyF9y/3GWLjb+m418fscqtzojMdWHm+nvImALC6E8zywi9KfLJA4KiI
5Y9nwKUJ7sc40kGuoxGQjeaGXSoxlMgCpIN1POYGWypm/MyIxmQ9PGkYn/3Midy/YETvGPUP
UIBo7w5Jtu+lGJFrIbqJgKakIn7nqqnd2RVpdPA8UASTklUnRElydeCBd+Dj80kIxrusCpF+
a0XCcksbg8VLbRg5dBuWPep+6pEO4s1lzn8dFyg11Kr0i5TgkRKDczd6RoyGQGosRQqBJd4i
v2LLliCTFmKAm8YktvtdDFI82HkPb4Zpu6TX3ldJiBYmrlSa2q2l5PftTSFBrZdkdWZEt7iU
CBXUpwa8Ef8AgJwaayJZR5xEEsSV/s84js2/pFhWQUgICJnWnFSnETEYn9Ny8UZkGBmLiqGW
XVjfbLi/jQzzIInUH+aKAEuY3YMy2YIF2aRChjkXJLkOwiPD8ahijSUg47AniXBVdFT71LFM
OJhj9qy4GYCRHYR3UMGTHtlu3Evd08ZmYJ10+FTI1ubIh+Z+UGLhRsSLi0UfTweIyf4jF47e
6nlEyib1UjCJJIbiG+pMdfsZGpM4hy3h+FCQeRjfsBQq5u90HcDgA1UBtJGrqjg9ivK3EXdX
Y6J5CjsxKaI3TnRjYLzcheT62U+V4iruuYXFT/dUov8AYfCg2pqt9LNIDvfEqV96EZaXW640
VIuL/aq0AqXLpwK2YdqxwyUnGIdbgBI9ijvxRO64ZEQjtH/JZRB2hJiERWtVwL3H8SG3S4R2
1CZ6HQKruFQsUWHvQifeSieNuCIlMCcbRAdx8yxZcj8sqe7xSWMYGn6nKQMYJoN3iUTnbew3
AVDqePHMGWMVI7qnhlfSRNGW0BxDV1DFAEymatV0PR+jgPPyVy5HG76lkzyhywBlvNWkyO6Q
mwIieCBkXIFVCT0lJiw7qDVBqFGcQ4sTwUcw2yhMAF1EzJGMX7QoGDMLx4BA0D0CJkb07Ftj
E7uIUcfmA7qzAuw8SMYhxoFCMiwLxn9vgVIkjuniqAxla6qHMhzUXQO0guyMo8oAoyY1rYrQ
cGKsbeLt6lLJLo7sSnl7whNnIrRPMgN0voiZAD4v7qBgHPBCUiCZ0MuAQjAcsdTeXyrHKAfy
6T20UDAMclALyifiW6L+ZE14EBES0/BctR72/ZTFvdqfnQkLhx7ljEyTS41C3RkAdAm3+9lE
9Ts8VlxgjxdtUCKAC6gIaCp/mRqwNygxchEC+pV66AVXP9i5RR/tTvQGycD3VT0Y3iGdMCBJ
6EafCozybvMiBzh9PAsfpJZJWaUz1fVJeXkkJZ/VEmUo822Hc+tGcZDJBmjwHwIsGBoQEfVb
d2cgjGIrZlpLJJiTxUPRYixl1yC3CTmN48FAE806MEQ5EoizMHUSeCygU5SaIwmNsIgAcKJo
mxoNE0S5fRE5G5qBxur/AAKMss9sQXjHpRm7uGonyAyiHbbQsnAYauap6SNgPCoSFABr4lYM
TUraKOPf9KG47TwspAhg1Cbqg7SUY1NalXFuHahHc0hX71z3JRlCv26KMoyp3j2qUIAEmxN3
W2UeZ9F8uiBjSIuozLHHN4k8D8cUYSn5kCzEaOpQJBgekcU8SBMxLgVqmkDtIeJ0JQ3A00ZN
tdrICRPmRDSf9lboUlAPWlFEEMCWEtFMnlk4AB7FGYPJIVA4omQIawIVLNVChPA0ZAk04C6c
j3OiQHVKHi7qnNI6BM9exaiPbdRw4Q8y9OwfEtuQRJkKEHcR+VFjb7nRc1OiDH+sD6UQGBGh
oo5Mx3RiHMb0+JHbDZA/eD8EVk9fmiI6YX6n8f1o7pcg0UdhfQxdCO54x5gT+4jOUTu3PE3u
g2ilGdiKBSwzLY5B4x4hHaSwJG3S654NwAL/AFIQmDEOxJBW8ETazGrKUSZARs3FHmr4jdNH
qevvC6afh9SG6/Z2KktpBa3FAxLEJjc1ATE1Z6olqVbi6eQAkS7di6v/AKfzomTABDceUl4y
Q8s1xmvaFtiQYzsO1GB5SP7UQSSRQGyFA46ltLA6cEPDKNYqIxE7Y3jwUcuQ8uolcgqUieUg
iIA17u5eXOL05T/IpjaHMSCTrRERithFJU7VKHiDFeWByE0loAhj9RMTkO8BePc3LFKFAxBQ
O5ybRKeTknRqJidsX+xFixGl3VXbVPoruLJwXjw1Tln7E4jQXJUzODxMDUgOFlnAGMonpsFK
IBodS6DEudBVDdXRrIYslIzlpWpQ8kOb7jd1vyS/UHTBSxRD4oRMtvZFEkj79FjBkY1owqhh
ETAEsPehAEyyRYCWkQCg5XYvT5BSQLbv4VMToZ6le4V4oyNISPD+JGTsO3RARsbcHUpxfbEP
kloEREkxOsqSZbgWIP3rZKj8zHlQB0vRAbgZA8vAImkJRvwohFi7kkHREC1gxsUd4saBv4lY
dP4umy0BUsZJ8m8eNE8Tu4k8ExLVo1h9SIkQZigJvRSMhtMA7ugRR7oyEDKFxIB7qMOnIYvF
+lvmW3OIye3YhAENcAhx9CJlGIOm0NJGGLpYbQe6gZmvBZCK8xohKBqCCXQkNU4qdStxNRRQ
ejF29yMGvoEzNLVE0YfinpHRloW4KgeXErmDPqnBcovR04DEaqZg3MSJFq1+OSMiBGhJkaPR
SLl3KclgKuhKUjIXIH95RljjtjI3PUyjikdkhYGyeJEpzPWOrb4FlwQDzzBpUeUR4N684xaP
EqWbKGw4iQBbdJDG4jMToXPKxR3RGw1J0Cu/anlJmXmAWaUT2uoZGdxQnggWDs8ia1Uhu2x4
d0Mi9QLAWRr7xomJLUpH+NCTEjhIIzm+4swHdUZS6hROYUFQCUZuI/Dr9acuxFCaK1TYhWci
u7+ZPjLA17XVhbhq6aVK1CBHM/4FSi+yfcEuK2yP6sO7pOK2guSagXCIG6ZNySjJi+oCnjzi
RjIclDQ/KsZyDmiOUsxTnT8U8GZ0dlJcUJzmABU7QxW2B2gJjkpO8iwG4/Ktj7xGjjVY5C4L
FF7LaHqhKPMRQhRJoZB9o4hB+HU3BOK9iZk717VRj2tVVr9tVUhvvCclwaAhQgX5pAOWWP0u
KIzZTWRlb6kZS3EHuDp+iK/Txnk6tUI7SZXkNCfBNDPnIEgWERUoQxsDG9Hl+ZQ3cxlVzdk2
2jveyBxR5nq/BeSBthYgdqOOJ3BzKT1JJUsse+XEGQxkuZcTZl5QNLU7E8i9KuaFTxiPMOmI
1ChGbnIAAccF5OLkGsR/FJAu54FORWQcHQLdtEoxGn7yBjQig4/lRyZS2QMBHxD4UJyDzkKQ
e3xrbKLmrlCGU7InonrE/EpYc0hE9wnpmjHI48vp0ZbZjW4N0AxBvRAksTWl/rWlm+xbpDZm
jcGm5CWOJkPvdRyzkYG+xRkeWcOmUboZcMf1JFiAGHzISPeFPmREnLVCAIAax1RMbjX+VbiX
JTG5VCnNSNUYzly6xChOEWiLDSiJbmkak/3VKJ6oydCVgdEDqNEJMxJujkFZ4x7ixTuxAZrq
lwnIIa5Cvu7dU8Xk32IWPAcFW5rSipc8bIGLGUdTxQPqDJ56tSndioDHGXmSkHEvD8CjMxEY
CshEMpDBDbjkay4lDdHbACr0QMpAYxqQxKJiNuOIaIVESUYxG5hxZSEYiLh2Hammdp4NUqUb
wNDSzoHGH3XD2HzIRlWV9vYjkEXAFRxWTyY7I7izX/Mt+QhtPejLIa3DWTVZrsmiOqrg1ohm
zYzOINH70iiBjESOVtQB4FzvW3uQjcivBDuv2uh6fJESnaMiP5kKuz8w6h8yhjnHbMdOQdM0
YG4/sRFS9verCzfiizwyCpJRJkZPobD5UQmIUiaxkLdqA1CJ0TSNtEX11Hsc/cqKluKoa3sj
EiugW2QcvSiMiG3h9p0QapQNa/guY2ZxZlMPQxKOjUICYHlNmTSN7kXTxoBpqmrXtTX9yIP3
6pkIaSoSVijHEJYsAa7bj40eSMREUDblEeoO0FtuPvZAhIxGIR01UsOEkQAZzqowlLeb7H6Q
UPTxlvkTzT0igXfj7lMSqxaIFX+ZNiPlRBoBwX+IH4tzIzykylLUpjI84ZtFvEiARqvOhkac
aOeCZ90gGkeKmA4iS4HvQ8zjTchEWZnFkYziDkA5WKeI28W4I48e6I7a/lQxxaQlQE2H1LZO
Rlk8f8iadY906VTFgbIylI7omkhcJpn9QaHvDxKjGJHPD+PEokl4S7/ej8OVSFuEgr/19T9S
3M4F+P0rdAv2ahVV04LMixaXBNGBkLbhxTnS4siQGeyfa6Io63SIHvR5rfcjUl6AJts34CJK
3+XtevMKlNEs/wByM5CgdiaCi3zmQAf8ON/zI7ImMT0mR0CnIACWEgEDwlTjEDaDoa1+FPYl
MC6qWT/2rlH22K23B+9RgxjKTyBd6fEpHK+SIsRpJZAIvF6AHReq9REc0I8seJU/V+qO846x
Bc831KZxRMQAZObSl4dqM8gG4h9zbv2UMplIQkaiIv4ty8zMdsYh2NGA7yli9INmOoMjeUUZ
AEj7UN0CAbIjvC1FzC/3KE7iBBZljm/XEbYoRi4iaiVk4NQb6I7Q4MQTwdM1eIRuDoUx5noH
QizHvf3FHHCfJECU/lRGCLDi1UCWIupRkAxDOP4UAwlE2kxogHtcGlEJxIETc2TlgQKx4Bct
NCdC/iUod/SJN/8ATkuk8L9qD249qJA5pXbX404sEW6gUWtI6pywFkdoEocRdHkMnoSB+8q0
I01TQybPwP0KUix31Jl1IxlhlkAs1AVLbDaIh5DtPdUZ5YE0faTyupSMNgazvZNEsFHDNzI1
UpY7sCfcUXH26yXls3AyusmEjkmNsn18KmwBBsV2i6YkFuCpZCrn70x/rTMSexbg8SA24n9l
SkxaAMpyNnP/AGkfUSY+pnJzB+mI6YKcJQEdwYgWbvcynOEtmKR5nqWPcUs1oipPEBRxYyfL
yz2xiaDaF/t8Q3mIAfSBHd5UTGRjGVNqicgbG9fd8SbFHbCN+JRiBuIqJGrui0NoepGnzo+U
B5YPWbyKjC5kQABosTEmeINTsRE+X3riTcpo6RDKrni9FRwDQ6rk07KkIAmgNSbMmxkiNSdB
RG5fVES//VAYyA+jqWOfM9P7yizyxysm7vDh9KExSMqF0cgPKA9bLbi6Qakh6/Curu/sv/7i
MRQFEHqF2/gRYkZBRjQS+ZEiYjMDoPSVUGMomoR3DcTxQaibHKvuooiWxx1HUoU3TFmQJqe1
HQHijMziI/ig8wS1kBjO7bTdEUqnkWahPFY5A8hDLZfdFlISlFzzQq3IO5JGOSHm5Hq4173M
jL0ePy8dohm/aUZbBAQoavfxJyC5vwV3/sTuqiv3IFm7VuBJkLCzBTi23y70uD31Nqel9M++
Q/6kh0w/01PL3sknA9y8oc0JCvYowqBlyRDgPqj6TCCZT2xAGoU/VZub1cotjj4SfCjsBM5F
5cKoefQxvEd4/GoiMQALKWwsZDS65wNkaykV5PpiNgcTm3UVsPNqQpZBHbt1sa+JCJoDYoPJ
xddpLVunnIyyXY8FSxqyc0BQ4aFSnFqgxG7R+9BRyY4bARzA9RPfn8iYhgLn91CxJ+9boQJg
DzAafIhLIHxy6ZjQfEpymXhtqez4FExi+M9MluLtpwUfTbiImodR3lmu95EKxs9tPZahUiI7
yNBdCZ3GlHuH7qjISE9BE3XSQRdDYamlQmJeXYt5LC5UvJxyntoC1CgRgYJpR2RdiR2oPF9A
9QjLez2FAtuKQAJe4/aURlZiWGtflWPJiLkkuyHp/TyIi1TE8zrmlPJI0LvRHzJCEeD1dDNj
O9ruEeWUMkQCX/g2piW4m6Y1aid/vVmdECJ3UUhPogCZEVA+pZzImII2iL3qsmLHHbAhoto6
hiHQO8C9e8jk27RkFAUB1AVqhIxG8WLOVGUskoiNTG4+lbMMQHvLvFct7FVRlKwsAiIuQdAN
EwxkbtTSiBz5N0oVERYy+ZRsJZCDL3FASNHLMjx4oksSfvXMP1JDlkaW8SMYt2yFYgppX0bg
jbsf+FSMieUOwo/wKFBFwGHhHhQYEdqd6/2IRMiI3PaVkxT5sExSIrtkqnbhkaR1iFsyMIEP
uOnxowjJwLS8QVJtPSXBGeQ78kenQK2qNXJVHVkdAgKD3pgQTxCO2QMQbWYojfERFpA6Iwyt
Mv1kshGIjGQsbhS/3E3EBQRoPr2pvNeES4BqjLpBsy3ODIBgCqH3lAhj2/yrdsLAOCbKGnmU
JFgVAxPaZDj8SH4qUBqtjPE0JN6qcWeptwK37SOJFUdBqt8R+mBWR/hQkNdFliR+mKSPvQiC
D5hItbwqQiWNy+ijKQ3gV95QJOyLBojgqVHdXK4JoUGqUTqgSXTip0CDkse6jyGMQH3WRgCe
ES7/AJkZ+r5shDxibD50JvR3INk2N5EFqJoxbQkppVOp4I44DcACH7VJnEnqE+5ymaqgA/NM
CI7pQ31FnKZiQiT08GUhhZtTcBEQBnM1MyKP4VIZAXjQvx+VHFMSGIVB8SDhuBQjZ+xCUXoX
c1YhbmP+Fvt393lbEQR7GIJZCR5Q9QiTIEF9oBrRDHhxk5dHO1W2y1TkbWFQKkp7j3bShE/Y
9FLJE8x7oCkanKTRrAIQlAERtJlKM+WaEpsTYEDVGJgdxsAGdeXKAEAGIfcWRgBV3ib/AEKE
iP8AgKl1wRpapQyAUkGP2LaRfQIEsQ3SarZEjYasFtiwpV9Ec0ptGRO2BvNSkXg7n5fChjEi
JRDSI1ClKQ3bQwL6p9t7Dgqh5D7AmnNhwAuqy9yLyJ7EYY+XjIqjktUmy3TG6QtwXOQBoAt2
0SbpPBbpTfeftRekXYF0I4w76jVPkO0XIXl4S51ZTmbAOCieJJfsVRTiuCgdxjHGHBB/ZVaC
PFMcm6dmipY8USI2FeYoT9SdobliLosbWCjlMtsgKwe66iMekUAQX1YaLmqwpHX8y2gNE6yV
yzPc8U0xu7bFMeX3phJj4gvLnzAcTdEwjt1DKO6LzcsToEZyNGoLVQIpLtsoyjKhNZkuzlCQ
iWahjWyEIwbIBzOEZTtqwbaizmr7BSM/nQlGAEmYreWZ6DpZAmTSf3/UnGcb5d1kdIxNCLv8
SEQGbhZAipuE9mp7DAtSo+xHaeaJIkiDH3Cx+ZcoeAvLRbgxB/qUYRApQR4KcZARMdRqtzud
Cf4lAEc8+csOPTtUgItxJ4rliBxkSueUSbqh5hwNGTQcsa9iYjYDYlOCJEWD1QYnaX5Rog5q
LIy4LaTtAuVihAgnXWiaMXkNAqnaD3UNgMt3AOxRlkLmQba1kbVLhULi50qhT7ApSxQMskmi
JG0R4di/UmaGkRQLli410H5kJHmmdfD8iM5ERF3KlH043ZLb+6PlW/KTInjooxG5ncJgOY3Q
JuOkFPmi4kORwukXay3HXRCJsypI421C29QF+KaZMD29ngUZiW6UbDX6kI/9PsTE/aEAZEiN
w6hj8uRkKAaI5IwGLaOZtQhyAFnJHYtu6g1IYpxzDgKFbSCB2Fcxcdv7qBBcaMbLYLCjKG1t
rgEDvRKD3sm4oy4f1ImFCRyn3rbIkbiXo1UQZc0b9oRiQZAmgBYfkWSTF+4B4vjUi4EotfUr
a9f61DBEAmchcad5RAmCQG2mgojzBjcKs2BNxwQeRLaohjIngU8YsYlR3Db2ixVKMgKujGQs
XdHmB4CNVKWSRqaAKGYSiIAtKPfZEiJHbr9S2mR3HQh0TOxqGoVKc2A7sbX8S4JhVPFySza1
UhkjzAdjo+cREk1MdPnQjiLwN2W3FFuEpXH0r9We4VYOmAPaw1VyCbhm/IqHm8S3EkvroEJC
Rf8ABbTIQ2O3Fwn3jp4du3cjGYMD2iiBuZUDVT7gAOPFSOAvLWRW6ctwN4moRGMkZGcxaoRi
Yl40qtooWeuiMgBImpDrfjkY7tDZGOUiRgeQjqPzp5Tg8i0QO786Gxzx0C2ggcaG/wAyYvXv
BOYsJDWqhCJA26gJxDRjLiscNdHH7skCQ72QJ+4IuKlSIDiFxqyjlxtKEw4Y6oZY8pBqtQey
qYA11s6YAsblGRkH4KWYOI4xSXv6oo7y5Gl0RGhFn1QaDvqublbsTyyV4MhDcDI6tyraJx1o
6MYyEiKkgo7ye1qoyxTaTLbMgm5an7KaOqEptKMhQfEU+0A6D3I5I7TOIegQEYHJOwFwAoYy
GLcypZUCickf04Aym76dHMjLGRGDFgLkL/c4wxHWBq/fQwmjn8U0aytI3Doby1NR+4i1xYmy
2yIJkWDcVHISNhLEHirNAixuCp4/DUU4qAxQG8y5vcmq/TcdW7zEXALFyrAG6mMoFOmJ1REQ
0ZF2coku1LaI7WBN3ujMhgdf5kOYnd3hwXmDMYmNwxoFunmBiLG5KOQSlCADxekZIRE4kXlV
0IYpEyuS9/pTSIAC2NvnGzUJinFI2rdbDc1d6oRJfdpwUeL0Gv0IklgzjVEEtEWPEprjVCQD
wIIkFk9MKbSfLGqOPJ0yuyJZ4yqNSg4oKjtBXK+4nVCI5iTXT9pSMJ0FNun5lE7YS3WJNaKW
SUgM46IgcpCaWEEWcaFFsIbjw/MpAQjjlx7PlQMiRHQNdboA0qSKsqH3gowOGO8a2dchEMor
5Z1+WS3RDSjSv91PR9RqseHFAxnEPMvqhXc6IgduKRs6G1v9wQ248FOJk5hQkLiqGoQBiT5r
SJFHHgQOMiIGjlHczS0JMkS7dnBBi7WTmR7Bd0A/NwfiiSfssCfnQFakd5x9MkPOcZAHjLiF
DIQwyDZJ9D3UTCZjKtdF/jQdnv3vF+RCU5PCZaQNaeJOA401/Kml1HpA/iQF6V7UWqb3qEXL
k8Q4WrDS35UJVGjE/tIREjXgUfMBltszW+ReVIb58XYQ+hGZoW0sflitwYPcm7IANTqpUIxi
GGkiEYkUNlt2u2tiAEKbgKM3dPeT7qu32KEIlqVCFKBUoLumJb3KHq4EbCWyAVIl4lH1HpgC
JdXZ8aMm3SDmum3qUYge/wB30owlGkRbWi8zNGRBJAH7skYAyiBoDwWwynFrF008hlxiY/xK
UpERlMNKJj0/IpxzBwS4kOARlDbxIyDaUOSMhoY0UsWEyxiZd49X5keTmkKkl+bxqGfAIiHT
kALrdGkhqERkiY5wOWQFJokBjwCnIkOYsxrdOSNqAbSyLjnahWSRuSfZExhuhE1mTR1EYg5F
ANApxYkxvRghuyiPiiBzBbTOR1ftRi3aGtIJrNcHRPKPLLhf6kGaHDi31LdGhu2iGHJEyryn
gERI0m0okeKKfGDKdgDRf4cnbxC+7qQ2EAlyvKB6ddW8KclwbOmZhdzwTsGvbihQB+NytoYn
VhqiBYWC5i0h3bIwAN6mlkYyHZuuyca6mlFvmNsJW/8AKgBUcdVLmYioJrudGtbuKrqDi7UR
EpETFY9o+lEAn7f5ltL8wYm/yrfEvAnREx4UinkOYrJCNDkH2blP0s+qBt+yoyPJ6bIR5i83
0zQizuBwTipnTsUpylycO7F0+eWz4jzcvw7FciI73EfImyeZLHdwK/KuiQiTzCcSXHzKH+3i
YkXIBFPFzLdjnOVNXC2mcvLdweqvyppSAkaCS5TufVShlAMWLoxxHdCVQjtfmDNw+NTlYAsp
yruix4BAO22xTk1QjA8xi5JopxJ1Ne1CcA8QanRCMSQOBDV+GKbhdGjuVGWIsbmIQ8y7s6MJ
BxqeCLRJBqJDgiHbRijEmvg/vLpI7TRcA2l1HEASW5SKkEd5RhtEsZ6p6Apv9yb7fqfzFv4W
K2ziz66LoBbjdCMiH0CBA3ObIhw+g96aYrLQVUcWEbYxuWuVzESiatIVVAx7yEe7eRozKY2x
kT0zkH2kdPlrcRKRH2RCIPMGYAFgFUij9n7SBDgdmqfbapKG0HaOFAqlgRWqE4sCAwZ42RxH
rFUCHL0DKtU8aGJdQ9biHLkNWpX4lDLGokH4rJt5QAwZY5eolFpBwQXYHxrycXLA1fxBOZkH
sspRy8w0IZBt257aIE54wlrFSgf1ND/cWz02KZJsDYLzJ4tu24/8qEjDyyLuaoQY0ajmqEYH
nkKwKnGL+WLNZ1LOZAQxgv4n+VEvSR1WTyeecw3YAiSZUTRyk8YkWXmykTNmrUMthDB3dquv
0pSjLRrKOP1UxtPKJi7npVNQz8Uxl06oVqLpmB4hCE4mmh4IgVBFDwKnCUd0o0chWYiwaqrU
adnw7UA7VsjKMWhE80pGkVL0sJbZWEohub/LV5Pt8v6n6v8AVUomNXuKhAH7ETOoaxupcxEv
dom3EjgaqO4bB2VDpoEZJ+GjsjIQJkb6MuoCRANao5Mmce5nKEcdCe8dUe6DoCzqWMZNoakJ
BxuREhQ1eI1QgW97KVBQVCZ6HinAJ41Q11W3UCnvUC7bTzDigYPtNaKlCNExLFSxyNANdFk9
FnO0A8hKMCHclj/dT5Lgs3H51skxiKAPYLfCUZA6PRT5/Kh2BPETkfGQ37y3Z8sQTVhWSABy
Tlo4CMiSN1IxZyfhWzLhJ3ttBDfNyyQEx5Mo0xiVJFGTboTHMzVbwr9EtB3B70Uc0yZ5ZSob
RdShEiMZdQA0+lO1vuUvU5ovzNGLcvzJzAVuozwRbe4ICbgg5O5uNFIvQXCsxQx5pEwtE+E+
Fbo9MrPdDc3uRpc1KBfmFOKlORYEttQy4+WcLi25EENKJ1QGMbp+HgpZsrRxQpPLPT4MEEfT
+kBxYBci+T40REvu+2qt2/U/UjOWSRkXd6VKEKyc8pAoyJjlBOsTdMQzChZ3TvynsqmsDdY9
p/UkNwyA/soxpPKRzHQFSIYCQqQP3UDuc3+z5pIEXOiYjds1KYHbwpX60IyO4vVjVGj6vcob
qxPLYWVJCbaMqmmjpgC2pQI0qD/eQmeIshCdCLe4oGJTglSe1kM2CO6eOh0LBROUbZQoXP5U
IOdsbmzlNFojVrpssqPTUoGT7RobHwoQhI8GjwQGQatuP7qicm3HjAeNnKBA3nQHj8K37eY8
eY/Ktk3mSXeV4n4E+OUhHHaMi654u9Pe6jjMdnMCyAhY3dUFdCFhxnm3HczMQD40BR2WYTAE
dpEZEPtcdSLNIPf+JCrAUAAD1Qk7gUbitoBDVZMHY3AUMOS9ovcy7qMSASDbVGIAqqULou0g
KEFboB4kWRzQGyY6pafWv91lOz07d6mXNL4P8pUBx4YUjjjZvjTv2Ii6sOn+1GUSNpqQbFaC
YpVPIPK4AqjKR2Vp/wCVCm4ilRQp5QYtwUgGOwOH0KchyamrP8ScEgaNULnDduh+pbZFgbyb
RbYksblcWsaIRA5dAT+8iR7iUxAP2pmYFAM7XBqqU7AmLh9QgxLDQrYSQ9jcD4U46uxOLouX
kVsvGNfqUp5BtqAI8UTGwuq5NoFgjtoLg6/SjkyDdCN3JCj5AJNgIhm/9RCWSIlWpMqblHGZ
GcRcCwK5cTtqSjtxMR2rliNLIggEm72QyRDYyXLaFHcd0e7HvOmlccU5KxZhyxYBhflTrJjL
uYvH7VuYRiQ/3J41MtaJ3caC7JqjtQIi54i5UcoApa4NFH/bY/MOQASBNIS+ZRlLq1As6oHK
vtdbslIjVCWSkI9OLWZ8WRDLIkCA5YCgiPDtTViXuNUwoXrofmTgbtfev8KPG/b0oi4OoW4S
PLZqKOQkxDUkgIEz1coZMp2i47yA7wtLxRPd5UJbSYn+pHadgi7Dj8KMQZRGpCEndizFGRBp
pdEOWNWFAjJ3HaiQqUFmTSBdUDkWB1TbWbVUqeOqDGo1dEihlQ9qABAeoieIUK3FferV/rUq
tKVAEKFhUvR0w+8Lb1SNZISkNLjQLbEM95at9SfNkMyOkOw+GMkISjtERaLCMj/ppxy6sFQa
0R5S2g1RJi3DigRFhrwTGoWUyZqfgjDDjO4jlyE/wImZ3E1cBiVqoY5h4B9p1Zb4miM4hzjY
04FPJtukdECLvbsTPtA0QILvZ0SHrTRvlRq5FXA/42LHOgxvzPRRmDyyqPcnjUFc5qKpxUmr
aR/vok1I14ppR3Ehk8RJ/DwTzi121KJ3Nwb+JWlw04ozwgShupLVQykmMsndQ5owFoglHfkc
9hWyIO2PTIF0wiS1HNLI44s0jrotoADXFfzLcA4PG/0okcpJYbuCDFmo7IElyexGQIiPvVJM
PddNR+xUqf6k8X3cU54pm+5DaGCfaCQhIDmFfeVHJCJLUIPFDJEuGt2okXFinkx9yc8oNgL/
AFoxmWFa9iDvKNWAp+deZMhjajMFGMCZSj3j/ChvJM53I0+WCB2mMKcxR2SJ1qP3UJEEiyad
QLp41B40R7AjAl3JATuaaKpdv6k4qeLssYJ3boEgDuqQNYvXsU4yNJOPeEBBoQ2gsUIiQbUr
cDtAueKcu/Gyoam54oiQd7k0CNQAKAaOh6eQJApCQ6Y/AtkBQFqXKjEB3vI6fCm/+iMqxA10
KIlVzR0ZxgJk0Lh08qxkXpcJizGkSeKZxwvr1IQiAYG79ijjJERwZGUIAkC5oWW2JAlKgIp+
ZAeYCKgj3d2KMCC3GXL+VAig7UGoT9xQhto7A+7vIAk8tBHijGIclbtohrfmKMAKxOrBCABJ
f8VKOYHzaEEViyG5thq4uiIy3R4ii7eARcEHupxQlU01Q0KEgWI4cfjQMTtMw5joCt20GOtw
wW2QlE6A2+ZNCrsHWzcSR3dKIHJUAuxNFtj0xoAAQ6MY4JsaBrfVNHN6jbLK9I32fmQjFuwK
wcJ2f3KRZo6vf6U0XPBWelUI0BGnB1QkkXfX6oog+9NQPYXohFwTGFWH7O5TA1/rW2QahYfY
gZXA2sdGKJapuLJwxejA1CBYx4ubrbJmNyaoyDbQWCObINuCBPN4m+ZRxejxCIBZ3rL/ADJI
44SjPMKZZAuIk9W1ObPqjHQ6raagaJzRtVLERudwQvLrtfkP8y2Rk5aoowK6ouzXPU6eR3EA
/N9CDYwZDpJunmRE+HRDLjBiH5iLLzTkY8C6lKUnlEtjB8KYh+1cr7Rpqmk8WqTLREZQcmSI
ceErGcIDRL7SBL6Mij6ic4gXlDwH/tqOX00DITDkRG4CRQMoSMhd+lihkyQMd/KZE7hEjuyR
On9aqHCaNAmkbJgu3sQLUeo1UsmWXlYwRtbveJRxYotjj9646oibEmq3YpEwJqDp8q3F7V96
fHFzLvGrJpGUp3EIRf8AOi+KQBFI2Y+JDzIWpu4oGpPBObIgNtKeHdFQLIwlFpizWRDs+qib
zPCiaoGoCc2UItcgfevLA2lh9iE7EnpWXNtfbEkdqyepmXYsQa7vhROOEoC2y6JsQG4MjShu
eCAESGHKHcH4kPU+qk2J6Y7SyfIv1IbfSY+kPyxHiWT0v/x+IxiSRkz0efw4v8tR8g3vGXfJ
7q3xNR1R1j8yDD7EKEf1rbIcps9kYikomqMD96NN0jeS6R/it9DIGbmRFIjQ/EiZxHMHcBmR
OMhnZ3UfT+ojuMjt3jp/Kt0ImY4xFvpTybYdeHwokDdu+4KMiACI2H91bWYu8jqflQkNwoBp
X5VGcpNAnmjcwl8alObSMhbQo+VGg0Asj5shGUasaOvMGTy5SvjGsh8KIjAiIPVZEWPG6Aav
vutB9iB48FQv71GMWf8AFeXpBto4/EhRiakISp21Qofu1QBDHSK3yDVYEVdGUwwOraIxiIgD
UID7yEQLdq5mVbItV1uauqMo8s/60ZGQ5RWPiPhRnPqNtSniG7R/EgTR/uQLkEMzcV5Pqgxj
FhlAs3TuRytGWy4dnRj6jHyTfbXc8R/3IIzx7Y459Ij0/lRkQ5NkQCqmhso5vVAGYD48Y73x
ZkM/qAIQiQ0TyjZ8EFD0/o4j0+CJ25Ig80yjU9i3GRjOJp2KJ5o5pFsmkZfGhONQbELfDWq2
nSzreJDfQSAujsNO1V96et3/AIVuvIipRjuAOrh6KWw0GgC/UEtwPKRRyogQLgNNzoPGtrsJ
AENaq8uR5SGB1QJJHp2cnsQyVnU7KVksQyR8vCJ7WA/Lv3IxjExYtXVbcOPz8t9gptRh6nFL
HkLgBmr8SEgXiS5au1DBlAMAztzSLjqUhv3QegKowJ0ohTae1MTSxQcMNGRHCrLzR7gCqAgu
5RDynMdQGi5jGEWcEl/3URjMjLiAw/MnMvtOiMRLcWruPKhF3oAff8yrZHcLW4JsYYcTquMz
onJZqMuBRkSwa6lnJqHZHLIuDYcELIiyAN/wQJ/Konu3Y8EM3pRthIAsCy8v1EYyzNSUTQf6
ijjlSMaRa62k9gdOaNQ9hURAH1E5NsAtu/zIr/fevybZ3EDzV8MPGhGENmKDgGm4/Mq2e7aq
zDVkTobUdCQuNe1f7fO5yxLwl4we4tsYsNCCzIbpO1luDk69iYsTr2IRBYaFX0/tVme6aPUN
VuJeO5yAblAg7ZGh+xHFGTGV5IGRLAgVF0JsdunYhCcqtqOp0MmwtCoEbxRnm35MRLwBDV8W
74FlkMphixN76oCG0SsZxvId1bM1JQDuQGLKct21wTbT5UZSvI0KEJc22395FxfRaOVehpZX
fRAB3NEG2/ZVESLA6hEyMpl7OyIGMHbV0wHYUREPWwQkB1UHuXZx0dB33NTgVSkVtBY8Sn1F
iU8qNouAClhBJJ1CGIlhGoB4lMCcmTQikU5LPZAu/FcBoqGoW3ICx1Qh5plCI5YuwDpgKako
8onIij2CLkhjUf8AmWz0sdxB55AUiP8AMW2AGf1xNew/MvMzTMnsBaHywQNhwKDlgbcE+vA2
W0UALhEEOdGoHQkCRIVTZC2UUbUjxK/atwNDQp5EgDUJyHAVu619HRLfihIh4i4/mRpthr2I
EjljQgh1KIeHCRDAhAepyVFojihHHumTaR6VWLsNpibfPFCL8s6GQkX+iCnk8zce4CBuHxrL
6fOxjI7hOVp/Ajlw5GjCsokUPihBRhihGGPI24mrSl/1N6MN/mmu+Tbt3yIlg2gsWQ2giVi9
vzKM3fdFzLQFVFCHdlp7iiDTsCsYA0dnXLLcDcfxIsPusy1BFUW/+iJl1Hin3VkXZRlJwGot
kIueA4rdMtq3BNAN2p5yc9qLEExTRAJshiMtsezVHFigZ5RfgF5ubUMwpRWJ9/BNdCzJzT3V
XuQ3AOOKYAVVSa02grH6v1kmfm8n93z1LPHHDB6d2lmsC3ggpek/+MgMcT15QGMk8uYnV01n
o6ANO1FrDigCGerXRO6hsE1kQwIPEqEwNz9Tlvp3IEi8XFbOnH2ownF4cVtN9AAteP2I+I2C
BAePekUBmjuc2GqIxYgBQdv1LaYbdpYgWov1ZEvUAryuUMavRbMcxkjwIf8AaUDPHCRvJh0t
0qccgJwzoRYryMURHECS5rP5lHyQM0QCJRPHxTRnzbqvHusmkNz8e6u3sQ0IsttCDS2ix48I
25JFsgNSGRYg1YNVSy5oGUIXFt0/BuQkGBBqAXEUKbzYNdBoMJC/uXmA8wtEDqTZYmJNXdbi
dwBtooRagLnhRCIDAUdGcYuXqdUGBJOiMX2+5Ezk/HigYxaI0T5CJS8IqU2GPlw8XeP1IzLm
RuX5lQuO1Fqe5FvvT0d2b+6mAd9bMuKqfvRIDx/FY5Qh5kxIbQ25z8slDJ6wgZTSWMMTOSxj
Jliccg4xY+TYH5YZY+NUcHtTXKtXiqE8XAXB6PdV5vt0QIDgrXdW6DsEQXcaqBlIbo0rwTyk
X7FUO/GqaMI0+1WFuCkJNIy0N1tDnHqQiH5oVBI0W6QcihZCUaFrKUJ0LVIuPlUYiBkBcm58
KiAKEcxKOWUb1FUY+n6h3kMpJEmYh7lAYzt8ZHUXU8kKCDO1zuW7GNsox/UEbP8ASgGYCyoa
LVHzIb915DqCGXHMAGhgaSdRxenDwj1EWco48d40lwQl1SPFbYgRHB9UCeqwVRXVyhIRrX/i
KE6gyrVbB0ipQhHRGvMU5NEZS5pHuikao48Rca8B8qMi5e6eIpxJv9CLgDdSiu0dVQj7bKwP
BVavAWTffomB9yjgxRM5SIFFCM8ssxbccIAiZS8Mv8tSz4AfNlUAkSGJ/wDpxn415k5GRFYk
837y3kuTd0RUHgEdGQLP9jqh2qn2oDHGRD1IUaSi9uP5V+pMiI6iseTHMyOWsN3BfqAxajKI
iNkNGots5uGdzouQuniSAdV1CzfUqxftF1esqoGNxcDVPBh2IxiNpIYTNlzSqNeP1INGjX4I
yBq1EMINY1JvTwIRYDJIUIX6jncHcaSURGO3IKObn4VE+lyxn6fLyz3RYwI5cm+KyyxxHlyL
S20m/dn/AKaMZ9JNuH+miQSDpHVEEMBc/wDmTC+qjEjlFwL/AJk4cRAcAnVcsdrmqL1A4ojr
etNFESiYRLNKwRjCXmZHYytD6FGMyWfmNwAgIVjoVKUqSHSvMNZSNRwR847CeKhKBjOMrB6r
rIY2UZZSRjk5AHVL5VKJiQXIAKfczpy5l/Ui7gcBZClDomamiYVVT9+qiIQlDD3s55YRiP8A
EUfQf/HYTmmARPOOr4p+Yo4cMRP1PekamMfCt8gYvU1dz8qEqgJhzdrF/wBlf4eztk0f3l5Z
nE5NIwG/6eRAR2xJLcx2sjCeWXmxvtG6P0ok/YSHdeXiEtpLU5V5meccUZFuabmK5vUHII32
C/1LHtjKRgGBnwQlLGjtjaxJdbRQhqpwam6Y0JVwtGdM6rXgnmETJmFQBZeWCKWcMFI98Co7
EIZMkjv4aBTGCJhN2mJmpB5t8FuyMSbPw+FchMhTaGqURGJJlykm4BQyDERjyFpT0Eu8tkB5
hdtz7rqUcgByi+qiRAmQoP5kPNg79R1R8nKREmoIBLHwyUoY9xiDWUg0j8qfbWRuUARGPaSw
RGTKIyOkXk6ERA5pM4kaRUDOYxxtHHEN+0oQjJ3LEkufhRhK5qZCv0oQfmBp2goA04FEguGv
wX6kv1Id1qS+PEgCZTjHpjKzfEmlhAkS76x/nUMcJeWAG+lu9NeXEACMnG3X45TmhCL7y5m9
vpVD9qiWcam6rJ+xmTsC9k0XL6APVbM8DhxCpmRX5F/+N/8Ajx5eIUyZL08KOPCWmeqQ6ijP
rBL7z2qU82Y8ocCIcOolpZZyPTLliPm2rbGRg1xBh+0pRrNjQSkZSIX+4kPLlKJiCdE+TLvJ
0h2/Gh5eHcQX3ZCSgIwEK6RDN4UROVH5QSdUYAAk1rU/tLa7dmlEdznQBAEsRojRnshRzx7E
+puE0S0uAXXK3HtRmC407UDDjUFGBMa68PmUpbTlhFm2Gv0rHvif1A8XPSgMZMZNcdqkYEmT
NEmv5lLJmDTycoL0gy2wyCU42nHmp0+XlUckiZ7NLKOOMowjKrkc1O4hj2xBBd9WR86Mp+lI
ba9pHv7Fly4ZeaJAwiC4MPFLahMx2mpc95csiOBFE8ch3GlaoeYI5Y2bVCUZECXUR2rYC7ao
z27wDtfvMVthGMRoWdEyl/YhshuIs+iiZScvQcFObmUwbEo48xAlDpY6LdcR7y2Zg0TaS3Y5
AjQhExJPDceVEZo7TpIVCH6gIPC6cUFhVOXPBkASPsKjiyy24pkAyNo/EiZSoB1RqGVtwNAj
myRjxBI6fzKUMDV+9yjKR8z1MrRieQf6iEpvJy5dCEWERRlLZQUDqHNsBNgH6VLJwCdhegis
eM0IFQiIg8sd0gB0x+NSGOUcZAoZHqPgxwQlDKIyPVjttHzyUZnJHK+guvMFACBwr8KoCXsj
jnzRP3hGRNdNE8xSKi6oQSdESCx4LW238UYEHgxTQHQHYURMokxlQvcI44RaMw4Lvu/kWScQ
ckgOWMu6T4EBkpMaC1UHu1QEZNfipTjBpcVGT+WdZDghX9UUItyhDKG2mnu+ZcrGOv8AdW8R
cjQKOTADIRrJuqvwppPGXAhinLXpxUPU5AxyyIiD4QhKBIEqIxnGMwdbEryco8vI3KDZEzba
CzBV5gE9gLJ7cRb6lOG7a/Y7qIFKMX4oxxT2FnqHElvyuYQltkLBEikCXZOYbj22Q84bDZ4l
mKfHz45Fg3UEIbJlywo1UYsd0aEnRMW7Toi3MeGi/wBnIPrAmv8A6S35Oq5Q9P6cb8kqCF6o
meTf62Q5gOmIP/T/ANRGUzsh+JW3HGouSbolub8FtdiTYLGBc1JI0UjcNRkIgSlORHb8y2jC
MeN6SPhR8uRhklFpEG4+NGU/U7JS6No17qj6eAjKJJiSbH4udRPq8wkTaD8e7yqXpsWIxzwL
CUR/xvRYB4oHa1q6utsKvVO7OKkoeZkjwAdAwJJB7q5YSdquv8PTihIDcLsbqOygBvqEIRI3
3fipCcT5Yl9qcS3QZmHEdCfJWjydHyomABIINPkkj5wAOhC8wnl4BHGYGOHiVuLsLSGi2Rcy
/A+FQltOPHGhlZvlRfJ5sJmzdK5qPwX6mKMge81UNuEfbVkMUeWMQC1hXwryspO+hAFXb4kP
JecLlrhAy0NCpGX/APoxhn0kO59alHINshd0Gr77ISwQMtA9A6limQZxHM3EqMhEmUZNfioA
UBHMeCfEeePUOzxIxAJgKnQpth7SShu3bQXDqLSkIxFSBZbITkY0d0ZScuXNKuns3YyjCEZS
nMtERqSVDN6yY/3eUAREu5/lY0cHpwSCWJ8PxSU8Hoic3qJUyZ6OCe5hXm5wZTqTKRdRiAAC
NLlPLhZbncaBYog1BdPYAXREiT2R/dXncojKvExP+ojtltjfcabk/p5GGaIoPGD3kMOeco58
YJlI1FfCvLiwY8usifHJGUpWDEjgjuc5BqeoomNHW0DcbmiG2bAXJoAFzZTU1qubKTI1uiIj
dPj2osNo4GqvpwPFbJSO/un+ZbczCQsR3kCtwuiRcpj02btRMXMZdURf6UI46Yo0eXUUIzrK
yYBgmkXhwai27QSKg9oUW5W7oRIq64AqtuKZ6lCEgzAAfEmDwMC/aFIh5mR5iT/CgTHZIipj
R/mXlYIgRtuF/qUpZskBmjxNSy2gg8JLzZV2UewIHwLLlkay/wCakCW4cFjjGfRQ8UJmoOoX
6b46OZXW2ReYuRZASJkB2/sqlAbaq9TqEIGw4VqhADdM2jGp/LFD1PqQD6mYc/5Y+CKEyfL9
P6cv55p9OJH0voD5WG0p9/J/qTUfUSG+crDSK3SFDpwW3JyP/hyen1KTF2qDxCDi6Gc0xgsz
3W6UiQ1iVswR7ZE1ZRllyE4ncRNA6kCI44/9yQAFfDuUYY4Ai3nCjgeGafLkBJGlLeJPXJJ9
KlOeRup1mzkPt6Ps8KNftcoSjAF7EGqqOa7Gqe734IwjEk6VdbxCO2wF5EhHfp9K0s99HR8y
W8SN7FPAPGzHRcFQI6FWdcw9yrZbo3N/egq2W1wi5LJiX4FBr6i7oxLbOCePSgWJBD3f8qAA
G0UoK/8AqIkAggVJ4fMtorI3N6pscpAswptoFuyOSdTVQEg0JGr95SxYxtMRtAspOLU2nip7
QAY1YpiGc1H/AJUcOSsZNtIuCjHMWgBf+JERlFjWNNFtiO0llW67ShDFEyme6A6EpRH+5nzG
Tc0fg5lKfqZ7YkU4y+VeVH9PDGkYg0YLy5bWlQnVz0L/AG3qobscmMWPT8i2xDbg+7RGJxvE
2ZDHM7om8L7fqWPZ1iu11PmMcbbpxOp+FecxkZByCjvbazCPTQoygXGOsCdPlgjLJMzMtNNy
jhJc9jsxURHHkyZI3JG0ftrLCPpiC5G6TRNFLGMAjJ2Llys2PM0TKJ24xXRDbcfj8yETfUiy
ALtogRQUACiclQ7PrX5UY48YaIp2BAC/DQrp0b8VwXZ7OKqFQLaB7k8qjguxUVSnZRkXrQMd
UMGUHFkJYPaR+FCOWQB4d5bt43G7ry4ZBKZDgdiO2MRLFr3pQ+D41HzJHLIisCGMXWzy/LjK
t3X6bkHQlbSKcQhGAD2EWUMvUTEM+hTvXULzI/4eQOQBqpHGdr096BIaXFbQx0nrT4UI5Jbg
HYPX5ZSTgbcZLPdM78WK7LOgMcdx46IZslcgdm7UNxfKQ8Y6/Ut2ebsGjEdIHwICA2x70tAo
zBltiQSGuYqPnS8sQrS7IYjJ9oDOixc6qWSGGJkC5cE7nXm4cYjEliIxYR+ZGRMp5WpJ+krH
CUwAw3NxQECGZjIipXlASnORuBQISySJIFtKobIR3RHURUqURQkX4ImeQynLiU2KO45S8JG6
xk9chskGZwjPcD5hpSqyRyRcikZfEhlMqGTMeoHqRLuNHTgWKDh90a8FOW3lBouruvbveD2f
2JmoNVxTlUKdnI19nD2R2kwkTccEYSyPDa0i3Ecu2KO3IZRlpJ3b/KQyeolMiFYseb6VHJhn
PzLPmk+5GOWf6pFwQ1VkzT/XAL4z3o/Mp+rJAxMwi1YssmWIIALB7MEdSiZCrUIXB1jxDvHq
UcQ5gB1aUQaDkUkdFMgORzRbgiNUEJF21QGMh9SeCnlnj82UY7cUTSEZn/ryx99GcpbZEuX7
fhRESCB/x0qINZy6iUTi5pA0RnlmZTJsdEMmcnyyemI5mHxoY8eIACz1KicYA4jRUIfUqUsp
BjEuKtJHmA1LvbwyQgcYjIUidCpCRERIN2JhkBBoR70AWIFuCBkeU3CaAEUHRqDHQvr4Vs3H
dLQUCjEz5gWbRkJzoYjqCixJjEu4FX+JCMqAsYyTT6Yk7QauoEFoiLsLGS5qRfmb9lRx5QRA
u7FARLgUHu9tPtVK9qAK5aLaASUJ464iHkNPpQ3XUpk7dtiUZSIMiKEnqfp2I5Rn3QBMRC8Y
n+Ned6yZGcHbjMQNpBRxFmiXJo5l4uRQxme+MOkWXlRYNf3OpRyxM5gExFxZDMIyxkS3Rho3
j3IY5sbEsf3lOPpuWM7MEd93q6YBi9ZdiJFOEvetoBM5aUN15+cMRYFSgdQylG4AojgIcygX
b3Kg5tW7EcjHyxrZMSycXbRVJMdQhAE+8fuqFwxDaJz1aBRYAE0LqOWcbnnKjGMWavvQG0PY
tdCUZ7QKCJsqfepCUqSFVImUpEczXW2UZYjQP0u3wI4Z7hAHvdQRhgjz8Sgc0n7AmAoEQBWz
myBGQ7HYizFT3yJkCCOCMpHndiO1YjEiUiXkTdE34dqk/UaEC30LHK46hF6UQzCgcvAn9pSd
hkZgNQpCJEnDMoTJJk7GHEKJhyxIG2IT2bUrrHC6rQJgPtTk/YuCjHEZCepiNFEZoGM2vohK
MgwvEB5FGWXHIYz0xHMPyqWTJuhhiHiNT4YbVuygjCJPKMix2lSlHLsIJaNxFviQhhInksAe
Vo/EhvIJ7w7PFjQz4zvxd48H/b3rz5YoHFPpI6fzf9xQnt3yjysOofBNRz+njI8xEov0fSgJ
xBGokEcoJxS4CzonLlbGCA7VIPhUjmzkCPQDIB/ngoDA89h3Tk7xkoSyAA3BGoVkYQNDccfh
3I7g0ouG1Ry5gZSiT+kKO/RvmjuDbe7aMVoSmB+wC6FK6DVROkjXisYx4+nqetD40d8XI7ou
t8w0eB6k0AQSLlA5C51RIFLogByfuXKYyyBv0+xA5cQFWMYmsT/mIziDMdg/dQ5vKjEAxMqV
XnbN+SI5psO6v0gIxLMRT9pASk4/tRiC5Ol0Y+WW4nVTk3NuDRspT3sYnpU9znUafUsRyRBj
eNf3kXjzEsOChIDRuNVCGJ4jGGJlXcT1okO3bdSG65qUKhh4RX9pBg5GqAhCJ5QK3ouaUm1g
F0y6P7UXRDptSmF05DlVsvMArr2p6dgXkEgzAcg2Yp4kQA5do6ZBShkNCRyRHhUfVHIYsaRa
svh5EPTZcm8ZIkGAiN+PwrHkjk/SyAgOQXkP+5jQJiM+En9TFEbox/zMalkwEiGVpjGAwj8i
34pS3CkoNt/OhLUprkCoU/T+lahaU5DUf9tGU5yMvwZQhOZ2kvICJMv9NDDDDLBix0eQ/mTA
pwjKRYd4qPlACd5EEtPwy2rh2f3kd3IwrSv0p4yBBoCbhRw4YbpHryir/IhCb+b/ANLEzk/5
nKsksuI4oihkRXIU0WbXihKQdtEzOAix+xXoqKUZAGRDHiylIiMY8NZH5lLyRtgHMYDT5FA5
wZyJsXeJ8UlslPbuG04zeq8qIj5cA21R2zAHElmQnHJvBsEGqBcol7yDOqmh+1j8qO4sQPwW
KONxOFBKId1u9TuybtNPhUY5DsiegaMmE3IFSKpoDdw3VCB2+X8o2gqshv8A+O8q9KYH7VoV
093j2p4+wJ7AXXZoVX79FQU4qTkg2BAqiQJRD80yeb59qEMmQbRcyNygYkbTcIjHIHHFwYxb
d+dHYazue/A+PepASMjiLMQ26Pe2oCBfHPU0nFu6i9SeKlliBHNYSNYt8ibId0hqo4vT4Moq
TKURzTj0rJ6n1ROHG7wjPqk/i8CGH0+EZMoLBg4fv7s00HMcEzWURESk3gnlUoET3APvPQ/g
xp4634oPRThAA0atkINCQJJdib+L5FtHOTYCodHNlxgSJaMdaf8AUmpZcs95pyxryp/T8gcv
A8smUDKEQ0azbn+Tem/BOI7iNAgTydi5WoqUTu637tsRftQzRykueYx8HxqWPMd0ZVBlXcUM
ojHJjoa8fEjlnIQjikSXA6P8pHJlx/oM2OXi/wC2pbhGO61XKYgu7EJ4OBa9FOE5Ax48GUox
/UcAREdJLfI7OAdynzTMiD0i8luxDaBYSP7qIE6AWigJGUpNRy9F0gNUsbJydoKcgmIoC6LR
AiOmVC6YAH4kQTy6qJNrC9fnV4dH9qpR/YPYyY2UseDHKUH6ihOUMkYEF6GVT8K3R3+bIsCx
jRRGQNskDISNZD5VAenYAsJ6cvwo4ROUDoR4vikoZMeU7pMeKcEBzzAjmJXKKcFwQgYmbsxF
lVGQizCkx1Ad5HMDklEMGEiIyXLGGJg8NV5UspnKJecw0GRcExtA6GS5upqpzVOKNVfrFw7s
OxbcOOAMaSIA3IzyEQxRvKVkZDMBilUMXqsUcG4+mMTuOn+rNTx4J7zDqJoPmWSWGXnHFSUY
Vr4VlyZIiEInbGPeHzxW56cERKW0S14IGWRotpqmhhPli0pHqQl6r1ccGMdGAP8Anl8akJZp
DDAvSXK/imiRmGSbMASCAVGO0zJowDraYCTh6ii3gBuAFGVWG2oJLflUpQIEZXHamqIixK2A
MAdO8gHEH0FT+dHe1LE3KLRd+P8ALFAS2NHXULbEAy4si0QDxNUQw99lSRICYyI7FWVOCpqm
FUJkicCdpiDUS+KK0/w316X6VQO64EqpXarOnunERVESi5dEwxvgqzDdRRGSGzPLlDOCfD1K
QnSA6QzP+VViDJ+FUGuKOUd4qLFOmnIA8EACCTYL+tAwjI44H9QcXTbBihICUHeXV8MUImG8
kMcgHDuo7MnlmV4igqnyHftsNIt4VQU4pkSaRAqUZxlygOTwWSWPL/ufTZpfqAgxIPiijj9O
d0jLmEhXaPBFEufcKKePH6fHHBWMp616/j51LPA7PTQDxhFzM/5azZBEYMcnGRy2w9O7Z1qU
/TZvNxNzv1E+KKn6XBgBMRQmoWSHqcYw5MLDKD0v4oI4Jx/UidsXjRRlj2iAHMPDIf8AT5FL
zAJZBF4HxSb/AAlnEB5I5ZQg/Mfm+BHLtLShvgIkjbkj3VAZYtl28wieKcBjq6az3UdpqNTw
TCHMKiiaUCSaU0UhiO4Vuub8Cg5tZ1Qv7aCi4Klk9yDYewn+pMYmvFGj2Zh+8rjp/t9j/wBa
D6ql0SdDdbTQ/wBafUWCIlQ9uhRNwUBkxRJ0NN3zQXJOUJixJTQ6ryJLutwJGKlRov1ZAjSS
O2RtcISkS8dUWk8z2uuC2yDhQxREfOmWAOgUpBnNdo6SfEgZio4J+PFUQ2Y5ZDeTBxGPeUzh
xzOKA5pSG07v+35clmxYoTx5pAwja58cUauH5h2oGcSBK1Dr/Op+q9TsMI8vlSD3/wC5uWzl
hEzEh5I2UHTCXsxzhjlMgvKEBSY/zJrH6nFglixHlyxk5A8W1E+mxHNIxpNmEvgW+PJkzRD+
Jx8PwIZMuVsgAaIpWPe5UMMMM9sCQzs5+VYPVzJ2SvBqfWhLaBCWhFfhUTIsWLs7J8W6LCoB
t4ZqXp/UkShG5NwqVQBuF5uSQ2Gg0KysDIFxF6VRa5NtFQ9porF05V/Y7OE0Q8vuKeg41W4U
Io4Keg4RuhHU1DobhQfcy2SI2ioOvyrW3DtVvvTBAFVr2oA0ZOiB+KEjUuzaI4ydsRqbrcJb
n14fIjOTmTal6JoyJme7KhRiavomjzR8COWUmL0gLMEGkYh+YDVGURzHU+zdkGxiwF3HiW+U
Y77CWvsrX2stzAOXLBDN6XGRI9bdMz8igMPpI454v8SGhKnCGKeOQMSIxDxk3fhv6FH0fq2j
iygT3xO0k/8AbQ2QOUgUi7UCjLFtnlm0RhqZRmflX+1zem59r0s/zyWUZcEZQnWJdwfFCajC
MBERrEHurz/TgxlM88gbH/LWDNneQnJt5rQqeYxfdUTlWng2raBa0TWiB01CAAbtKmI0lIMT
qsb0mKnxTIRlGZ8iQ6OBT2dGTE4hHlGiLuTqqAU07FRwCaK4Js+tVUEkUATsG7asqBwTVh+y
gQKDjojVheoR2117ERUDXgnodD70BYam6Ie6vbVdWnbZ+pEo/gjLUpgft4qtTxQD/cqmroSF
u1bnL8BZAxaLW7At0pPJkCNdUy7U+qr7am6JlI5HNH0VVS/9Ag2TuxRkYuZFytgYSAYNeIQx
zjv2ndEnqj9aE9u6bERiDwWzD6Yj1E47txG3mHc3Ld6qEceWJo3SxVbrgjCQBB4oRm0oRAAH
BkY6RoVVAxqye5svehaib2ThLqAJge1SjINtJBA4qJBYreRymwv+yqR7aJmAHidAly5oyZiP
7Cqnc71VaHsVOUKoIcao1eQuULIEFx7lS60/4KsG96YRB+1ViPvCpD8Uwx096/w6e9P5ZJCe
OOURwKIOI1vRCRhINoE2wntKrEv7k7FW/BMQfe1FYqoP3JoiwpwdTlkyGcshcg2j/prtV07r
s9l1KcjYU1Uxkh5kS+1nDfUtk93p5E7QACeXx70M/pfUTlmjzGRNGRySlKWMESMolzX/AKaw
55Yxkgzjeek/HFf7ie2EcdmG0/mTSDgr+pXXag4J3OHAoCPEhknslCRJkYggmPdW+sasAV2p
xfVAAluHtb2H1MIu4aYH/uKoLaIAO1i6IhubUGysezgtxDngnFB+KJgDW5NlqDwCBJp7luLl
NUvxTgF/wWpCswWtv7V//9k=</binary>
 <binary id="i_078.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SEeRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAANgIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTM6MDUAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA/QEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAACUHwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABxAwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9UgKLxopHhQntrCSmDhpEKIjRTcRHCFulwH3JKTNImY1UYJ0jRc/1D634/TswYzs
W+0WOFdVjGy19hMem1w+h/1xanTupYvUaX2Y7w8VPNb9pkBw90bvzuUlJ7XspY+x+jWNJdpO
g1XMdb+tOKMd9NTH7ntLSTAhv5x2+/6TVp9a6j09mNdj2ZtFFpEtFlgbBHu9+z3tXlHVesM+
1+4glzQHOpcLGbiDsa3bFltf5qSmplPy8jLNVDPSgfRDyQB+dLv3a/pvsXRU/VW+/wCrX7U2
ODXEHHbMvfX/ANzS4/Q9Sxv6rX/of+NVT6lfV/I69mWG3e3pweDm3vkusDfc3ptL3fyv6YvX
LMZpBbB9MjZ6MezbG0N2/mtbCSnxToGGepfWGrpllgY67dqZcWggbtvqR+97GKjRk2ua8eq5
7S/2kTvDB7a/0Q9u5zWfQeu7zvq7T0L6z4/1iuy24uFSZI2usttJ5rrpqa7Z7Hfpb/8Ari5K
/pXRbPTfj9dxzY47bBktdS4hstY8WVN2/Q9jnuSU51LRvbbJcQHO2ExP5rhuc3/of4NWsV9Q
vbS5ri4y5jHO3lxAiC5orazaz3/TVs9IorqDqr6M3eLNrcdznMBENeTcdrP5yyv0/wDCqjXY
zEFFpYLGtOpOmo/nWu3R+buSU9b6eJ/pWf8AbhSS+2YPj/57/wDIJJKf/9D1QqJhczkf4wOg
479j3OOu1zmlu3dO3aPduch1f4wcO9w+zYd2Qzg+l7zuP0Ww0JKejzLqsbGtybN3p0VuteGC
XbWAvdtb+c72ryLM/wAcvV7HPGDgY1FZ0rNpfY8CO7mvoZu/sL0/H65VdWXW024bxWLTXaG7
onb7GMe6x3u9u709i419H1O6d16rJxOnnGzbLWiAQaA4n1muONbuqo9zGPb6P9H9P9Ekpxqe
vfXVzWC36t1Wm73guqyGFwPu3O/WNjfb7vcq7v8AGN1PotuRVT0ajAy79bxY69wME+70n2N/
lbbK3rsHfWfAbkvuY3Oq+2Me1xddBD2n0g7Hwci306tzm2fp6GfzrP0mP+mr9Tl/rNn/AFUy
bsGjIuyeovrrfkPybYdYPWLNlGZ6Qx3+yqn1GVbP0P5/86kp5fMtPU6H9RdjjCNzz7Ky70LC
0S/0Bc6y3fv+n+m9NZ9dORQ77QNzTWPa46jXTbzu9+9dx1HFvrFFVtVb8HIG/pl1QaanVhht
dU2yyK6bWf8Acb2f9dVIGuplbKq6nZDdxdU+sPeyZ3WN0pb6jHbP5v8A4P8A0aSnvP8AF7I+
rGJvayp8vLgxorH0nQXMhvu2rV6tl9Nsxn1DKb61Lg9rWOBIsYdzWPcfb/015/8Aszq2N0ur
qbnu+xDWs+qd7i9x2fo3j1fdZ7P0r/Yz8xTq6H9YesU+vQ+ukGWkvtdyB/Nta0Ne32v+kkp7
C3quL6ri/rgqABMMDQTP7rHPs3P/ANGuPz+tfWNz/TNNh9S57KrajQ31IHt9Jzz/ACfU/mVU
x8u2i92PS4zi2bmuLfVG6v8AnG1/6P1Hb7Vdr6izMsDLOBJEBjxvEv8A09FjHMsrd/pPZaz9
9JTk5WN1zIuptyhkY9bfZW60seyXyJf+ke7b/Uag4f1byMm+x1wZkBrg5zLQWBxeHOa+KR7f
cHtW7kOF+A4VkY9tHpvodU9wY9zX1va1tT3Pr9351L2ez/B2Wq5jZGVTnXNyHe4NYCS0ARXv
h26sN9vu/PpSU0/+bWZ/om/9vP8A/SaS6P13f6ar/Oakkp//0ektxnkEspxccmYhu9wJP0vo
hiWNV1EZLDZdUzHbusyGsY0OLWDTbu9zdzR/LVuvUuk+J+awfrD17DxXWYrLqXmmGW12bmvD
zt9uPfj/AKWn2/zm9n84kpn9cfTzMTJzK3Pxup9HZY6l9btrtm0XW4d23+drrqazK/43YvOc
r605L8nDyGND20FlttVsOD3t+mx7oFnp+n+jWl1vrNV4zchjnMy7ahjvsBa8XVvP6arKs9n6
fF99deRs3v8A5v8A4Nci5554I7JKfT7svqHS+l2V9Ney5ppsyMJ9gJkBj7X5HSrK/W9Rnp1v
342R+kx9norzB1j3l7nOc5zyXOc4klxd9Lefzty9GwG43T/qVk47bfUDMV9mSanVhwsvDZr9
2632/wAxs2V/6Reb7TtHMxpHikp9f+r9NfVPq307CuY/HrONV6D32NO+yonc/HxWu37fp77X
/wA7/NpndB+r5s2Zt77ckexzhLQ3aS/Rvu/8GWP9WWdKbXXjbvtWRkMZRlY+DS65zaQ5rX/a
8h38w527/A/6H0l22Ljtsxa3PHqlmgyHtlz9vs9Sxzvf6/5l/wDwv8hJSO+vpmV9WdlxdXgM
aza8zuAYQ2p0e5znf9WhfVWqsYFn2dxsxTkWnHsf9Is9rTvH5jt7XrVrx63YFtLmg1gx6e2W
gTo3Z9FA6LRsx8loEbb7C0cCIG1qSnga24mHm5v6E25Lb7C6x8aV7uKWtdt/Tbt/vTvpwmXV
+li1Otlz3bpb2907d373s3fQeulGPUHuL2b3gkPc0AwCI1/6lQqptY1jWMDSA4FgAYIMQwNZ
+c3b+d9NJTgX4wDXtx21VtIhxc8/Rnc6Y9v/ABm1a4yMb1/VvsaLBe2oUs/ND2l9WR9Lds9M
e/b/AINbdeLNWjGBwHtZt0bpt2ua3+0oXYWJdZW/JH8w71Knn6LXj+au19jra/8AB7voJKdD
7H1L/QM/zq//ACCSh6V//chn3P8A/SiSSn//0upuyTXjZFjHVttaCWOtnYI9ztzazvf7N3sb
9Nc31UZFxrZ1rb9g3hr3BjamC0s3W4j7Mfbc17Lv5u/Iv/nl01/Tcp3qOqLK7A4WVPJLgHt+
jubs+g7+bsb/AKNY3XOg5VuZ08VU5OTj255uzsem0vr9PdubbeLC36e79J/1xJTx+b9Xel5O
PXXgXXVZpFlYa+t9ozbWOfYz7NVXvzd3+myX49WMz/jfUWO76nfWdtza7+lZbAXAOeanbANN
znXR6bWt/rrZ6f1/rPTfrD1N1GE+691n2cU0NLjTTSXtrwqvQ+hU1jW+xn+i/SLpKvrzcKxZ
m4mfgbh7LbWPczjcHFzWt9iSmt13ofXuodBdh4VGTkPba0OY70LC6tsNa45f6O/02uq311f8
WuFo6J1e3qTenHCvGUHt9THexzXBpOjrNzfax7V7LX1+vL6fbXZkV12trh5JP537rqXeo31P
oepW/wD4tZeX1XrIzWYXScludmubWWtZZW1gaHP3Muuf6trsWr9+69+Rb/ga/ppKanSPqW/B
wHWddyqza8H0Om1WPorYB/g3Pxns+0eo3+c30v8A+MWt0jJxzTjW4lNhoztltDIJLDrRdTbV
+Zs99b7f8J+jss/m1Rf9W/rBnNA6v1ZrdS92Ph1wCTp+ky37ch/9T6DFpYfQMDHqaLbL7nNA
AHrObU2DO2uqr02pKehmquotseytsQdzgIjusS761fVXpN78bI6ixt9pFhrEluo2tdvANbd2
399ZPUPqd691lXTKMZ1Wxj/1q66ay82eq7YRf6lPs31tpfj+nYsPpf1COXf9rc+i42brnsPr
MDvd+892Q/3bvpJKek/509Mu/S9I6Tl9UY57ovorAo3D6X6e1zGb9ff7U7eufWlzw2jodWO1
wJJycljYj970GWfTT9Hwc3pWI7CyPTrpY9wx8bHLnV1V++wDfcG2WW27/UssWgwsLAR30SU5
Luo/XOwmacKscQy95j/wJqjc363WNc+vKw6Ghh9j632Eu190tFLG7fzP5xbGhduHJ8v+luQM
vMrx6Zd9Dz4AP5ySmp631w/7kYH/AG1d/wCSSVr9uYf7jPv/ANiSSn//092tjHBxMkg/TLnF
x+J3LF+uGSMDoltlb7X2uc0Nb6j2y2dtz3ek5n5jv+mtzHr0JcNeSfFZH1vwH5vQMllbN11O
2+to5IrPva0D3+9jnpKfM8zFvw7mgEta8b63tlshw190/m/RRuijNyuo0VV2PePUa+0F7o2A
tfYXf1tm1dFgdIxMjBZTbbZfR6e5lNhA2A6+q1rd9+PYz85vqegodP6fR03pma5lwuyGOHqG
uCW7ZDGez3Mc33pKV9aer5WFm1uwG14+FksluLsD2B7Hu3P/AEu93q+5n6Wt1f0E31c6rn9Y
+s2JmZ201YEWubWza3c53oVWPa3c31Guv/7br/rq9kdKwOq4eK7JNnpVbrg+nV722He+tsh3
847/ADFt9Jx2YmPViYOG6nFc602PeI921rjbkPe/1fUY399n/B/mJKevc0hx4mdZ8lE12WWb
ariyOay3cP8AVyCHjWoOc9u0S9v0g4hvu/sOSsLDsbY6LILC8GIc3T6P8tr/AObSU6WLUz1t
x1fs9J0H2kA7vo/2lh9BtY3qjumFhZbiUvY8yNph/u2Af2HLUwjsta0OkOaD4a7vd+Rcvn5T
sH68B7Ca2usbvYBO4ObW1/u+l+kbd/npKdrr2U7EyxXs3iwB4B8G6We7+Uxqz7Ot7gDR6TWu
MNa8y4A6tn911nsXR9Q6NT1DIqse6PRBY8DktPH9pEPT8JmMMEVBtDxsFfj/ACi+d+//AIRJ
TgDJsyabaqLPTvq9pkAiPa72f2Xe1Uuqte7BGwbnP2AEyT7bK/V5+l7VpXfVnMxrHX4tvrVA
H9XI2uPf2u+hu/19NAFrsc+nfTfTWCHC5zN0SdWu2nc7932NSU899kzf9Cz8Ul3n7T6T4t/z
H/8AkEklP//U2bcfMFr3uy/TxayH1Mrr/SNdscz0n2btl+PZ/Pe9nqep+h/0T0C/C6jf0/MN
9jPt+zdS+ppa2vazdtpa7d6lbrmv9J9n+k/TfzS08zAulllLNrhYC7kDa72vn83Y72/8V/OJ
YNGQ2rdZL3VFzLHkgbixzmf9JqSnhMvPN26uo/ZW5jWuuGM0V3ZAI3PqvezY76T/ANKqlbBm
V4HSmsGLj9RzKxa5ojbUwmmsbv5T67Lv+2107PqHlkkjIYzc0t9Qj3QST6exv5rf5tnv+gxX
qPqJhjNousLn1YxY6usFwh1Qb6Tmf22pKcT6v13NrOBmOHr4T341jm6EuY5xjX9+v9Ix67HE
tbZgltYLReX+2sRIMt9zoVn7FhYu/JuDKy53q3WOhpc8BtYfY530vY1tanX1nAnbS2248foq
XuH+dta1JTXGPcG0WAurtDAHgCfDdp/W+mpHCtdWX/zj3NDHNIIJhu0e7/P2JO+suMSTXiZN
u07XEMa3a4fmn1HtRa+r25DN9GC5zSYBddUNR4tbvSUixsDNF7LLbHFrDIdo2J/kn3KPUOkW
9R6ocissqFWwG8jcSQG7msYS3317fprF6r1zruPmGmnIpDWbXuBrhkEe+newOf8A9d9/9RdE
Ooswuk3dRzHMrFW99jx9DSPoc7mbv7aSnVF1Ne1rnS5xDJ5Jd/KhByskV301TqSHeJiSHKl0
ag21V5lxcXOG6oHQbXe/cWn3NsVXqWRYM6y6oFwpDatwOg93/k/ppKeiL2gSeEFwqvaa3E86
9+fFV6Miy7ED7PpkndHGnCVbX7pnkE6JKbH2D/hP+iEkfe/ySSU//9Xc6p1rqVNxqqdiiu07
GNeyxzvcHQ55Y5v01n0fWjNuspoDqX/bGvG0VvaPVqlrmne9zfVuYy327v8ABrls7O6hZTZQ
L3Sxst53b6rfW/nJ37ViZ2TlY199FeQbK7mstY7cTtDw3IrdU/8ARu+0M3ups2f8Ikp9Ot65
nDHL2X7CGA7vSABG51G73uc7fvb+ZWubz/rRnV52HTblW5NV9zWXMFhrO07T/gfdVu3f+k1Z
6e51/wBWMK3L9zshzsY2wdzHmzfiWun6W7IpZU//AI5cf1iu+nqcuaPVaZIBlrrLtz27dv7t
Wz2JKe46X1TEdl0DDx4romvIrc42tY5rhs2mx3qsd7bNn6Jd61tdtQ2GWuHj2K8g+pdF7rci
hzHfaGkPoaJ3WOY8famDX6VdVr7G/mL0LGzr24npFwbtIJgiQ0+2H/y3u/m0lPKfWe3KxuuX
txMj0bXuGQRPL2bcf/z1R7Ny1WZ5ws6zFDmsrvY2z02O5ALttFbx7qrsidu//BWKj9bsbEL6
Ax4fmXvsa5vL3MYyymwN3+3Yy1/tuWbmbG24WfkPBqNlVOUQD7qcpm9jj9L6Lmf+BpKbmZmW
mzGxstoeGTW5w1fFjmb3ljR/ZYqXUc/Iy6egdEe9zqcjOe/MY6fdNzbKanO/m/Tay936D/B/
9bWtf0m+7M+zlj3Otj1LAYJA+hbW8/Q9T2vez/Sb7Fm/WXpGcbMLqeGxzmYd9LNpBLwZDfV9
rfdW+9v6R/s+nWkp9dqbW0+kyAKoAaOwH0QsXCvx342dba1tlZyX1Pa0h24tjcx0fR/qK7k5
+L07GdlZNzKH2e9rL3BhLyPbWGud+9/mLlPq8bB0evKvrNQzb78mJ0cXPcWXNb+ax2/9Hv8A
zElO/hWObmu3atsJrdqSB+5/5BatdbRZPy+Sycd7Q5z/AEX2gvJaAYE+1/P9Zqq9Q6/nt6hV
0/BNLLixt+VbcYpxqXHa111/+FysvZ+q49Xp/wDcj+ZSU9XCSzv2xhf9zcf/ADwkkp//1uOy
sxhyHbdQHvaDHt2PJfM/1XfRWZkGwsZkxNTi6prz417XbT+67Y9quOpFup0dZc+oO1DZ0cG7
f3kIs34WTW8uDqhVZUCIBDXWVWbeG/4dJT0nQOsOpxR0XqRNFOTS7Jx8txJ2bnB1H/W99f8A
24qn1i9HKwKsmmsYzsUklpMPdbbYxnptb9DZXtsfW/8A0X56n0nB6f1bo9P6T0+qYLyyjdud
W9n87VjZXp/pG12O9Rnq1/zX5/6Nam+2q6vI6li/s7Aa330F9eR6h49Jtlj8i6x3pvtf6tvp
en/mVpKc76i9YDesNbcTvLLBW9sBxlpc97Xfm20tb6q3ul9NycbNfn9QyGvJIsx8VshvtMvy
rGj2uqr/AJ3/AIe/061x31MZU/rmO193oN2uLrInbBDmt93730V6fkdHdmmuzFNLaLGtGRkh
8vNQO5tbWe306m/+DJKeOvttzeuPyXAtGJjguaQZDsh/qbbD+/6fuWrT0eyyaCW5GJlUlmXi
v0BDnbqHV7P8LT/OM27P5pUasl/TfrX1WqqwXOyAbGOLQWem0baHOY/6D2MaunwLjd0dtVm7
Eor/AET78Wz07wNzmNyaLo9TdUx1XqVu+n/oklNfp/SPrV05oP2hmf0yp7W+nkbmZTayXb/Q
s/m3ux2bP9HTf/omJvrf1bqNf1Yb9kc2vIysqqhgDh9p9Of5zKdVDWOttZs2N/mt9fqLPs6J
idU6hi/tXrGdbW3KFbcbJuDmOLj6dVbLWNqa1+V7K/0VDELqGZk9P+tFFWVhl1PVrRZY5rg0
mwltbx636R3oYe7c9zW/9t/ziSnGb9U/rPlG3q+Rac2ms7a7L7XNsyJn24ftv/8ASX012uH1
P7BVeOqsdXj11VOYLJttqcQ1pxK9gf8AQ3N9m+z/ANFV62VW49L+04lYz8mgEYddO0tbvA/m
w930W1e76Vly5aj/ABh34eXZh9QxWW9Krt+z2ZbiHFluze5tte3fdtudtst/zElN9vXuu5m9
vRenOqpfDG53UN+jT9OyjBhu/wBv0fU2f1NiF07pdvT7b785n2y++51lmVc4Gx7trf0orBc1
npN/0f8AMfza2D9Zvq2Mb7VginLtcIoxsWH2WPP0a9g3Nq/67+k/4NV8N3VcyzIu6qymgvbt
qxKB7aGiXbH3/SyLX/4Z+z0vZ+jSU2ft7P5X+eP/ACKSf7Gz/Rj/ADSkkp//1+IZbW3p9uwW
fa6sl5rc2HDaG+6yD+c2xlP9hQotyTbZS+L8e42Vl5AgkEODxu/d2tW51rpbrctldIGIKqbX
uH0AA6278z/ho9qzaOm3vaz1n7QzHbdAiWPvuLqG/wCjsf8An+9JS31UwM3qXWRgYWSMNzwX
Gx4LmlrIe1llTf5z6X9hdh1z6t5udiufjZuNkZ+CBXjYONVspcHDdb6Bssse/Lftf/OLP6Z0
6/pjBnUtF+RVY9oAAbvayn9I381vqfpbKdv809b+F9eegC1tVDMg2hrnXUjHsNjTt/mntYLG
tdXs/M/RpKfP/q3W7G6jWcil4ba0Gqw6NH54a935nqOZ+8uzxcmjOutPTg9tjd+0P3Gprj7m
5Dqh/Ot/SMftZ/Oof2I3WOFNLfRZ6dz6idWucR6dd2v0v1r2e72IOVkW9F62+rLfbT0G6XUW
UkltLnkNf68Nc6q6t/t/qJKaNnTsno/1pqx8rc05rqsZr3+5rqbGjGovFrZ9WzfXvs/0a2rv
2jhZFfT99NbXvt9QPMNcW1Ns9tmv5mz2MaiU9X6Pbl0sxsv9o5t1lVVVDJtM+o3dkuLA5tDd
tnq/SZ/oFr5HQxmWRePtFL7jbU5zthAdSKHM/wC++xJSD6wfV/f9X823Iva12Piuym21N2Ob
bQ316PTMu/wrWtfb/O2fza46v60t6oamZ7zVlXsdivyWxowhpzLtw+i/Ls9nqfmV1Lrfrrmu
wvqXm1vJY66ynFoa/UuaHMdYA5/876lOP7v3F599W8LFsnNyfSNeMBa2p7oe6CGO3NH/AGm3
f9v2foWfpLElPo/VMS7C6XjMwup2YvTcCl1/UqcUtrfY1/6as/tB7g6p9jfzat935/p/pK15
4/qmRmfWajqGbUxwyS3LZiEn0/omrBqeGu9nsZUzf9P/AA6P9ZMu3Jyaabs0ZuPZW7JqaAGP
NrvpszWB9tbmYvobNu/+a9PYsbqjcu6p3VrwQb7W+k8N2HaGubX7a9tdX817GpKfScCxtmeO
oYTvs7Muxl7GhrS37JW0htNrH/Rsufv+02VbLvUVnoWdm9Q6UL84h99j7HCxrQ3ducXsPptD
du2r2LnqbbMfAyHVn9Dl7H4OocCcisXZ1TdQ/wBGjLt3Vv8A+FXV9Eqq+x1UV6il4rfAj3N2
Sw/1WuSU7/2Bvh+RJaEWf6Mf5x/uSSU//9B7umOuzcyux01W0ljj32tt9Tf6jTu3e56oWdD+
zZNzDZNNrgyG6AV4uytjdv59j33f6/pF0lmI52a8McXMcHNLi0taPRsj91u/e67/AKCZmNdk
W0uLOHy4kAS59z3R/m1MSU5zOoMc12KGbn2ZF2rpGtvh/VaxXasenIm1wh1jHWeJne+hv9b9
I7Y1ivHp3q7LBWLA+8vJOvtLvpfvKNVFTX1wCDZaNHTJAdblN/zd+5JSbCwMVjmU11w30g3a
P5Hure535z/0X6NZ/X8J7MovLA6u5xIgEzuBP6QD97bsWl0k77G2mQf0jGiCNAR4/wBZTscL
eoux7A5wc4MDIOjHN3k/ydmz6aSml0rpuJiUbcSmrFdkMbU+2pjWO3sILHO2Bu6tt/p/S+mt
iv8ASt9Ue0OO51Z5a+f0wB/e3BBxMB7KDTYAxu0gES4yS0Ndr9L2sV2sWAe5u4wNexP3pKfL
P8Y+XmdQ+tn7JtP6DErY3FYIA3W1svuuc+11Ne9/0H2b/RqrrWHlWYJZjYfTjYyhkfb3VH1S
+0uc2jbcKcZ11npfoqafS9Cr/B/4Veu9e+rHSvrFhinqTCX1z6GVX7bap921p+haz9+qz9H/
AMX9NB+rX1E6L0IMurY7LzWO3faruzohr6qB+jr9Nrv0b/0ljP30lPj91BxM22vqeLfS6oN3
Mc8etWSf0bnMuGy1vu99Wxi6fpI6V1Wp3TCbLWWn1bqcgBtglkMtxfRDNvpfo3f+YKH+Mzo2
TT9YX5e0mrObvY8DQuAZXbV/Wa79KrfQv+dPUMCmwdJHUBjt24/Uqra6Li1g2irIvd+sfotv
pv8A8J/11JTOnoeXjXUC7c5+JW6iqp0PHp7mWV+4e3/BrRd1+z6vUZNWRY39qdRzHW4tAG7Z
VYWtbmWMduax2xv6Kn9J7/8Ariw/rD/zz6PhjLyz9koucGNbW8OsDnS/dcH77m/QWV9UMHJ6
z1+o3Gy2x7gHZNhc4ggfpLHOfv3vrZ+8kp9P/wCdnV/9FX+H/kklvf8ANvpX7j/+3H/+SSSU
/wD/2f/tKPxQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAAAAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIAAAA4QklN
BCUAAAAAABDNz/p9qMe+CQVwdq6vBcNOOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmlu
dE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAA
AA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJp
bnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRA
BD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29m
AAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0
aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3Ju
Q2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERi
b29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQg
IGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAA
AAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNs
dFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBn
UHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAA
AAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAA
AAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1j
cm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAA
ABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAA
AAQAAAAeOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAA
AAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAG
AAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABw
AAD/////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPo
AAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////
A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAA
AAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAA
OEJJTQQaAAAAAAM/AAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAf0AAAAFAGkAXwAwADEAMAAAAAEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB/QAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAA
AAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9u
ZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH9AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVz
bGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmln
aW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAA
CkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAA
AFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRs
b25nAAAB/QAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhU
AAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhj
ZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24A
AAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAA
CXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRz
ZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAA
AAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAfsAAAAAEAAABx
AAAAoAAAAVQAANSAAAAflAAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABxAwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A9UgKLxopHhQntrCSmDhpEKIjRTcRHCFulwH3JKTNImY1UYJ0jRc/1D634/TswYzs
W+0WOFdVjGy19hMem1w+h/1xanTupYvUaX2Y7w8VPNb9pkBw90bvzuUlJ7XspY+x+jWNJdpO
g1XMdb+tOKMd9NTH7ntLSTAhv5x2+/6TVp9a6j09mNdj2ZtFFpEtFlgbBHu9+z3tXlHVesM+
1+4glzQHOpcLGbiDsa3bFltf5qSmplPy8jLNVDPSgfRDyQB+dLv3a/pvsXRU/VW+/wCrX7U2
ODXEHHbMvfX/ANzS4/Q9Sxv6rX/of+NVT6lfV/I69mWG3e3pweDm3vkusDfc3ptL3fyv6YvX
LMZpBbB9MjZ6MezbG0N2/mtbCSnxToGGepfWGrpllgY67dqZcWggbtvqR+97GKjRk2ua8eq5
7S/2kTvDB7a/0Q9u5zWfQeu7zvq7T0L6z4/1iuy24uFSZI2usttJ5rrpqa7Z7Hfpb/8Ari5K
/pXRbPTfj9dxzY47bBktdS4hstY8WVN2/Q9jnuSU51LRvbbJcQHO2ExP5rhuc3/of4NWsV9Q
vbS5ri4y5jHO3lxAiC5orazaz3/TVs9IorqDqr6M3eLNrcdznMBENeTcdrP5yyv0/wDCqjXY
zEFFpYLGtOpOmo/nWu3R+buSU9b6eJ/pWf8AbhSS+2YPj/57/wDIJJKf/9D1QqJhczkf4wOg
479j3OOu1zmlu3dO3aPduch1f4wcO9w+zYd2Qzg+l7zuP0Ww0JKejzLqsbGtybN3p0VuteGC
XbWAvdtb+c72ryLM/wAcvV7HPGDgY1FZ0rNpfY8CO7mvoZu/sL0/H65VdWXW024bxWLTXaG7
onb7GMe6x3u9u709i419H1O6d16rJxOnnGzbLWiAQaA4n1muONbuqo9zGPb6P9H9P9Ekpxqe
vfXVzWC36t1Wm73guqyGFwPu3O/WNjfb7vcq7v8AGN1PotuRVT0ajAy79bxY69wME+70n2N/
lbbK3rsHfWfAbkvuY3Oq+2Me1xddBD2n0g7Hwci306tzm2fp6GfzrP0mP+mr9Tl/rNn/AFUy
bsGjIuyeovrrfkPybYdYPWLNlGZ6Qx3+yqn1GVbP0P5/86kp5fMtPU6H9RdjjCNzz7Ky70LC
0S/0Bc6y3fv+n+m9NZ9dORQ77QNzTWPa46jXTbzu9+9dx1HFvrFFVtVb8HIG/pl1QaanVhht
dU2yyK6bWf8Acb2f9dVIGuplbKq6nZDdxdU+sPeyZ3WN0pb6jHbP5v8A4P8A0aSnvP8AF7I+
rGJvayp8vLgxorH0nQXMhvu2rV6tl9Nsxn1DKb61Lg9rWOBIsYdzWPcfb/015/8Aszq2N0ur
qbnu+xDWs+qd7i9x2fo3j1fdZ7P0r/Yz8xTq6H9YesU+vQ+ukGWkvtdyB/Nta0Ne32v+kkp7
C3quL6ri/rgqABMMDQTP7rHPs3P/ANGuPz+tfWNz/TNNh9S57KrajQ31IHt9Jzz/ACfU/mVU
x8u2i92PS4zi2bmuLfVG6v8AnG1/6P1Hb7Vdr6izMsDLOBJEBjxvEv8A09FjHMsrd/pPZaz9
9JTk5WN1zIuptyhkY9bfZW60seyXyJf+ke7b/Uag4f1byMm+x1wZkBrg5zLQWBxeHOa+KR7f
cHtW7kOF+A4VkY9tHpvodU9wY9zX1va1tT3Pr9351L2ez/B2Wq5jZGVTnXNyHe4NYCS0ARXv
h26sN9vu/PpSU0/+bWZ/om/9vP8A/SaS6P13f6ar/Oakkp//0ektxnkEspxccmYhu9wJP0vo
hiWNV1EZLDZdUzHbusyGsY0OLWDTbu9zdzR/LVuvUuk+J+awfrD17DxXWYrLqXmmGW12bmvD
zt9uPfj/AKWn2/zm9n84kpn9cfTzMTJzK3Pxup9HZY6l9btrtm0XW4d23+drrqazK/43YvOc
r605L8nDyGND20FlttVsOD3t+mx7oFnp+n+jWl1vrNV4zchjnMy7ahjvsBa8XVvP6arKs9n6
fF99deRs3v8A5v8A4Nci5554I7JKfT7svqHS+l2V9Ney5ppsyMJ9gJkBj7X5HSrK/W9Rnp1v
342R+kx9norzB1j3l7nOc5zyXOc4klxd9Lefzty9GwG43T/qVk47bfUDMV9mSanVhwsvDZr9
2632/wAxs2V/6Reb7TtHMxpHikp9f+r9NfVPq307CuY/HrONV6D32NO+yonc/HxWu37fp77X
/wA7/NpndB+r5s2Zt77ckexzhLQ3aS/Rvu/8GWP9WWdKbXXjbvtWRkMZRlY+DS65zaQ5rX/a
8h38w527/A/6H0l22Ljtsxa3PHqlmgyHtlz9vs9Sxzvf6/5l/wDwv8hJSO+vpmV9WdlxdXgM
aza8zuAYQ2p0e5znf9WhfVWqsYFn2dxsxTkWnHsf9Is9rTvH5jt7XrVrx63YFtLmg1gx6e2W
gTo3Z9FA6LRsx8loEbb7C0cCIG1qSnga24mHm5v6E25Lb7C6x8aV7uKWtdt/Tbt/vTvpwmXV
+li1Otlz3bpb2907d373s3fQeulGPUHuL2b3gkPc0AwCI1/6lQqptY1jWMDSA4FgAYIMQwNZ
+c3b+d9NJTgX4wDXtx21VtIhxc8/Rnc6Y9v/ABm1a4yMb1/VvsaLBe2oUs/ND2l9WR9Lds9M
e/b/AINbdeLNWjGBwHtZt0bpt2ua3+0oXYWJdZW/JH8w71Knn6LXj+au19jra/8AB7voJKdD
7H1L/QM/zq//ACCSh6V//chn3P8A/SiSSn//0upuyTXjZFjHVttaCWOtnYI9ztzazvf7N3sb
9Nc31UZFxrZ1rb9g3hr3BjamC0s3W4j7Mfbc17Lv5u/Iv/nl01/Tcp3qOqLK7A4WVPJLgHt+
jubs+g7+bsb/AKNY3XOg5VuZ08VU5OTj255uzsem0vr9PdubbeLC36e79J/1xJTx+b9Xel5O
PXXgXXVZpFlYa+t9ozbWOfYz7NVXvzd3+myX49WMz/jfUWO76nfWdtza7+lZbAXAOeanbANN
znXR6bWt/rrZ6f1/rPTfrD1N1GE+691n2cU0NLjTTSXtrwqvQ+hU1jW+xn+i/SLpKvrzcKxZ
m4mfgbh7LbWPczjcHFzWt9iSmt13ofXuodBdh4VGTkPba0OY70LC6tsNa45f6O/02uq311f8
WuFo6J1e3qTenHCvGUHt9THexzXBpOjrNzfax7V7LX1+vL6fbXZkV12trh5JP537rqXeo31P
oepW/wD4tZeX1XrIzWYXScludmubWWtZZW1gaHP3Muuf6trsWr9+69+Rb/ga/ppKanSPqW/B
wHWddyqza8H0Om1WPorYB/g3Pxns+0eo3+c30v8A+MWt0jJxzTjW4lNhoztltDIJLDrRdTbV
+Zs99b7f8J+jss/m1Rf9W/rBnNA6v1ZrdS92Ph1wCTp+ky37ch/9T6DFpYfQMDHqaLbL7nNA
AHrObU2DO2uqr02pKehmquotseytsQdzgIjusS761fVXpN78bI6ixt9pFhrEluo2tdvANbd2
399ZPUPqd691lXTKMZ1Wxj/1q66ay82eq7YRf6lPs31tpfj+nYsPpf1COXf9rc+i42brnsPr
MDvd+892Q/3bvpJKek/509Mu/S9I6Tl9UY57ovorAo3D6X6e1zGb9ff7U7eufWlzw2jodWO1
wJJycljYj970GWfTT9Hwc3pWI7CyPTrpY9wx8bHLnV1V++wDfcG2WW27/UssWgwsLAR30SU5
Luo/XOwmacKscQy95j/wJqjc363WNc+vKw6Ghh9j632Eu190tFLG7fzP5xbGhduHJ8v+luQM
vMrx6Zd9Dz4AP5ySmp631w/7kYH/AG1d/wCSSVr9uYf7jPv/ANiSSn//092tjHBxMkg/TLnF
x+J3LF+uGSMDoltlb7X2uc0Nb6j2y2dtz3ek5n5jv+mtzHr0JcNeSfFZH1vwH5vQMllbN11O
2+to5IrPva0D3+9jnpKfM8zFvw7mgEta8b63tlshw190/m/RRuijNyuo0VV2PePUa+0F7o2A
tfYXf1tm1dFgdIxMjBZTbbZfR6e5lNhA2A6+q1rd9+PYz85vqegodP6fR03pma5lwuyGOHqG
uCW7ZDGez3Mc33pKV9aer5WFm1uwG14+FksluLsD2B7Hu3P/AEu93q+5n6Wt1f0E31c6rn9Y
+s2JmZ201YEWubWza3c53oVWPa3c31Guv/7br/rq9kdKwOq4eK7JNnpVbrg+nV722He+tsh3
847/ADFt9Jx2YmPViYOG6nFc602PeI921rjbkPe/1fUY399n/B/mJKevc0hx4mdZ8lE12WWb
ariyOay3cP8AVyCHjWoOc9u0S9v0g4hvu/sOSsLDsbY6LILC8GIc3T6P8tr/AObSU6WLUz1t
x1fs9J0H2kA7vo/2lh9BtY3qjumFhZbiUvY8yNph/u2Af2HLUwjsta0OkOaD4a7vd+Rcvn5T
sH68B7Ca2usbvYBO4ObW1/u+l+kbd/npKdrr2U7EyxXs3iwB4B8G6We7+Uxqz7Ot7gDR6TWu
MNa8y4A6tn911nsXR9Q6NT1DIqse6PRBY8DktPH9pEPT8JmMMEVBtDxsFfj/ACi+d+//AIRJ
TgDJsyabaqLPTvq9pkAiPa72f2Xe1Uuqte7BGwbnP2AEyT7bK/V5+l7VpXfVnMxrHX4tvrVA
H9XI2uPf2u+hu/19NAFrsc+nfTfTWCHC5zN0SdWu2nc7932NSU899kzf9Cz8Ul3n7T6T4t/z
H/8AkEklP//U2bcfMFr3uy/TxayH1Mrr/SNdscz0n2btl+PZ/Pe9nqep+h/0T0C/C6jf0/MN
9jPt+zdS+ppa2vazdtpa7d6lbrmv9J9n+k/TfzS08zAulllLNrhYC7kDa72vn83Y72/8V/OJ
YNGQ2rdZL3VFzLHkgbixzmf9JqSnhMvPN26uo/ZW5jWuuGM0V3ZAI3PqvezY76T/ANKqlbBm
V4HSmsGLj9RzKxa5ojbUwmmsbv5T67Lv+2107PqHlkkjIYzc0t9Qj3QST6exv5rf5tnv+gxX
qPqJhjNousLn1YxY6usFwh1Qb6Tmf22pKcT6v13NrOBmOHr4T341jm6EuY5xjX9+v9Ix67HE
tbZgltYLReX+2sRIMt9zoVn7FhYu/JuDKy53q3WOhpc8BtYfY530vY1tanX1nAnbS2248foq
XuH+dta1JTXGPcG0WAurtDAHgCfDdp/W+mpHCtdWX/zj3NDHNIIJhu0e7/P2JO+suMSTXiZN
u07XEMa3a4fmn1HtRa+r25DN9GC5zSYBddUNR4tbvSUixsDNF7LLbHFrDIdo2J/kn3KPUOkW
9R6ocissqFWwG8jcSQG7msYS3317fprF6r1zruPmGmnIpDWbXuBrhkEe+newOf8A9d9/9RdE
Ooswuk3dRzHMrFW99jx9DSPoc7mbv7aSnVF1Ne1rnS5xDJ5Jd/KhByskV301TqSHeJiSHKl0
ag21V5lxcXOG6oHQbXe/cWn3NsVXqWRYM6y6oFwpDatwOg93/k/ppKeiL2gSeEFwqvaa3E86
9+fFV6Miy7ED7PpkndHGnCVbX7pnkE6JKbH2D/hP+iEkfe/ySSU//9Xc6p1rqVNxqqdiiu07
GNeyxzvcHQ55Y5v01n0fWjNuspoDqX/bGvG0VvaPVqlrmne9zfVuYy327v8ABrls7O6hZTZQ
L3Sxst53b6rfW/nJ37ViZ2TlY199FeQbK7mstY7cTtDw3IrdU/8ARu+0M3ups2f8Ikp9Ot65
nDHL2X7CGA7vSABG51G73uc7fvb+ZWubz/rRnV52HTblW5NV9zWXMFhrO07T/gfdVu3f+k1Z
6e51/wBWMK3L9zshzsY2wdzHmzfiWun6W7IpZU//AI5cf1iu+nqcuaPVaZIBlrrLtz27dv7t
Wz2JKe46X1TEdl0DDx4romvIrc42tY5rhs2mx3qsd7bNn6Jd61tdtQ2GWuHj2K8g+pdF7rci
hzHfaGkPoaJ3WOY8famDX6VdVr7G/mL0LGzr24npFwbtIJgiQ0+2H/y3u/m0lPKfWe3KxuuX
txMj0bXuGQRPL2bcf/z1R7Ny1WZ5ws6zFDmsrvY2z02O5ALttFbx7qrsidu//BWKj9bsbEL6
Ax4fmXvsa5vL3MYyymwN3+3Yy1/tuWbmbG24WfkPBqNlVOUQD7qcpm9jj9L6Lmf+BpKbmZmW
mzGxstoeGTW5w1fFjmb3ljR/ZYqXUc/Iy6egdEe9zqcjOe/MY6fdNzbKanO/m/Tay936D/B/
9bWtf0m+7M+zlj3Otj1LAYJA+hbW8/Q9T2vez/Sb7Fm/WXpGcbMLqeGxzmYd9LNpBLwZDfV9
rfdW+9v6R/s+nWkp9dqbW0+kyAKoAaOwH0QsXCvx342dba1tlZyX1Pa0h24tjcx0fR/qK7k5
+L07GdlZNzKH2e9rL3BhLyPbWGud+9/mLlPq8bB0evKvrNQzb78mJ0cXPcWXNb+ax2/9Hv8A
zElO/hWObmu3atsJrdqSB+5/5BatdbRZPy+Sycd7Q5z/AEX2gvJaAYE+1/P9Zqq9Q6/nt6hV
0/BNLLixt+VbcYpxqXHa111/+FysvZ+q49Xp/wDcj+ZSU9XCSzv2xhf9zcf/ADwkkp//1uOy
sxhyHbdQHvaDHt2PJfM/1XfRWZkGwsZkxNTi6prz417XbT+67Y9quOpFup0dZc+oO1DZ0cG7
f3kIs34WTW8uDqhVZUCIBDXWVWbeG/4dJT0nQOsOpxR0XqRNFOTS7Jx8txJ2bnB1H/W99f8A
24qn1i9HKwKsmmsYzsUklpMPdbbYxnptb9DZXtsfW/8A0X56n0nB6f1bo9P6T0+qYLyyjdud
W9n87VjZXp/pG12O9Rnq1/zX5/6Nam+2q6vI6li/s7Aa330F9eR6h49Jtlj8i6x3pvtf6tvp
en/mVpKc76i9YDesNbcTvLLBW9sBxlpc97Xfm20tb6q3ul9NycbNfn9QyGvJIsx8VshvtMvy
rGj2uqr/AJ3/AIe/061x31MZU/rmO193oN2uLrInbBDmt93730V6fkdHdmmuzFNLaLGtGRkh
8vNQO5tbWe306m/+DJKeOvttzeuPyXAtGJjguaQZDsh/qbbD+/6fuWrT0eyyaCW5GJlUlmXi
v0BDnbqHV7P8LT/OM27P5pUasl/TfrX1WqqwXOyAbGOLQWem0baHOY/6D2MaunwLjd0dtVm7
Eor/AET78Wz07wNzmNyaLo9TdUx1XqVu+n/oklNfp/SPrV05oP2hmf0yp7W+nkbmZTayXb/Q
s/m3ux2bP9HTf/omJvrf1bqNf1Yb9kc2vIysqqhgDh9p9Of5zKdVDWOttZs2N/mt9fqLPs6J
idU6hi/tXrGdbW3KFbcbJuDmOLj6dVbLWNqa1+V7K/0VDELqGZk9P+tFFWVhl1PVrRZY5rg0
mwltbx636R3oYe7c9zW/9t/ziSnGb9U/rPlG3q+Rac2ms7a7L7XNsyJn24ftv/8ASX012uH1
P7BVeOqsdXj11VOYLJttqcQ1pxK9gf8AQ3N9m+z/ANFV62VW49L+04lYz8mgEYddO0tbvA/m
w930W1e76Vly5aj/ABh34eXZh9QxWW9Krt+z2ZbiHFluze5tte3fdtudtst/zElN9vXuu5m9
vRenOqpfDG53UN+jT9OyjBhu/wBv0fU2f1NiF07pdvT7b785n2y++51lmVc4Gx7trf0orBc1
npN/0f8AMfza2D9Zvq2Mb7VginLtcIoxsWH2WPP0a9g3Nq/67+k/4NV8N3VcyzIu6qymgvbt
qxKB7aGiXbH3/SyLX/4Z+z0vZ+jSU2ft7P5X+eP/ACKSf7Gz/Rj/ADSkkp//1+IZbW3p9uwW
fa6sl5rc2HDaG+6yD+c2xlP9hQotyTbZS+L8e42Vl5AgkEODxu/d2tW51rpbrctldIGIKqbX
uH0AA6278z/ho9qzaOm3vaz1n7QzHbdAiWPvuLqG/wCjsf8An+9JS31UwM3qXWRgYWSMNzwX
Gx4LmlrIe1llTf5z6X9hdh1z6t5udiufjZuNkZ+CBXjYONVspcHDdb6Bssse/Lftf/OLP6Z0
6/pjBnUtF+RVY9oAAbvayn9I381vqfpbKdv809b+F9eegC1tVDMg2hrnXUjHsNjTt/mntYLG
tdXs/M/RpKfP/q3W7G6jWcil4ba0Gqw6NH54a935nqOZ+8uzxcmjOutPTg9tjd+0P3Gprj7m
5Dqh/Ot/SMftZ/Oof2I3WOFNLfRZ6dz6idWucR6dd2v0v1r2e72IOVkW9F62+rLfbT0G6XUW
UkltLnkNf68Nc6q6t/t/qJKaNnTsno/1pqx8rc05rqsZr3+5rqbGjGovFrZ9WzfXvs/0a2rv
2jhZFfT99NbXvt9QPMNcW1Ns9tmv5mz2MaiU9X6Pbl0sxsv9o5t1lVVVDJtM+o3dkuLA5tDd
tnq/SZ/oFr5HQxmWRePtFL7jbU5zthAdSKHM/wC++xJSD6wfV/f9X823Iva12Piuym21N2Ob
bQ316PTMu/wrWtfb/O2fza46v60t6oamZ7zVlXsdivyWxowhpzLtw+i/Ls9nqfmV1Lrfrrmu
wvqXm1vJY66ynFoa/UuaHMdYA5/876lOP7v3F599W8LFsnNyfSNeMBa2p7oe6CGO3NH/AGm3
f9v2foWfpLElPo/VMS7C6XjMwup2YvTcCl1/UqcUtrfY1/6as/tB7g6p9jfzat935/p/pK15
4/qmRmfWajqGbUxwyS3LZiEn0/omrBqeGu9nsZUzf9P/AA6P9ZMu3Jyaabs0ZuPZW7JqaAGP
NrvpszWB9tbmYvobNu/+a9PYsbqjcu6p3VrwQb7W+k8N2HaGubX7a9tdX817GpKfScCxtmeO
oYTvs7Muxl7GhrS37JW0htNrH/Rsufv+02VbLvUVnoWdm9Q6UL84h99j7HCxrQ3ducXsPptD
du2r2LnqbbMfAyHVn9Dl7H4OocCcisXZ1TdQ/wBGjLt3Vv8A+FXV9Eqq+x1UV6il4rfAj3N2
Sw/1WuSU7/2Bvh+RJaEWf6Mf5x/uSSU//9B7umOuzcyux01W0ljj32tt9Tf6jTu3e56oWdD+
zZNzDZNNrgyG6AV4uytjdv59j33f6/pF0lmI52a8McXMcHNLi0taPRsj91u/e67/AKCZmNdk
W0uLOHy4kAS59z3R/m1MSU5zOoMc12KGbn2ZF2rpGtvh/VaxXasenIm1wh1jHWeJne+hv9b9
I7Y1ivHp3q7LBWLA+8vJOvtLvpfvKNVFTX1wCDZaNHTJAdblN/zd+5JSbCwMVjmU11w30g3a
P5Hure535z/0X6NZ/X8J7MovLA6u5xIgEzuBP6QD97bsWl0k77G2mQf0jGiCNAR4/wBZTscL
eoux7A5wc4MDIOjHN3k/ydmz6aSml0rpuJiUbcSmrFdkMbU+2pjWO3sILHO2Bu6tt/p/S+mt
iv8ASt9Ue0OO51Z5a+f0wB/e3BBxMB7KDTYAxu0gES4yS0Ndr9L2sV2sWAe5u4wNexP3pKfL
P8Y+XmdQ+tn7JtP6DErY3FYIA3W1svuuc+11Ne9/0H2b/RqrrWHlWYJZjYfTjYyhkfb3VH1S
+0uc2jbcKcZ11npfoqafS9Cr/B/4Veu9e+rHSvrFhinqTCX1z6GVX7bap921p+haz9+qz9H/
AMX9NB+rX1E6L0IMurY7LzWO3faruzohr6qB+jr9Nrv0b/0ljP30lPj91BxM22vqeLfS6oN3
Mc8etWSf0bnMuGy1vu99Wxi6fpI6V1Wp3TCbLWWn1bqcgBtglkMtxfRDNvpfo3f+YKH+Mzo2
TT9YX5e0mrObvY8DQuAZXbV/Wa79KrfQv+dPUMCmwdJHUBjt24/Uqra6Li1g2irIvd+sfotv
pv8A8J/11JTOnoeXjXUC7c5+JW6iqp0PHp7mWV+4e3/BrRd1+z6vUZNWRY39qdRzHW4tAG7Z
VYWtbmWMduax2xv6Kn9J7/8Ariw/rD/zz6PhjLyz9koucGNbW8OsDnS/dcH77m/QWV9UMHJ6
z1+o3Gy2x7gHZNhc4ggfpLHOfv3vrZ+8kp9P/wCdnV/9FX+H/kklvf8ANvpX7j/+3H/+SSSU
/wD/2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8A
cAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAA
AQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDqtodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
ADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+
IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhN
UCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAg
Ij4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJk
Zi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1w
PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMu
YWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOmRjPSJodHRw
Oi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBo
b3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6MzQ6
NDIrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEzOjA1KzAzOjAwIiB4
bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEzOjA1KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0
YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjYxNGNiMTg3LTFiNTctNDE0ZS05MTdmLTMzNjQ1NmNjOWZjNSIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjNiYzUwODU4LWVjMDUt
MTFlOC1hM2VhLWFlZTUyMzQxYzI3NyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjE5QjBDRUFBNjc4RTExRTRBREJBQTlFMzE3Q0NBODgxIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdl
L2pwZWciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiPiA8eG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RS
ZWY6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoxOUIwQ0VBNzY3OEUxMUU0QURCQUE5RTMxN0NDQTg4
MSIgc3RSZWY6ZG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDoxOUIwQ0VBODY3OEUxMUU0QURCQUE5RTMx
N0NDQTg4MSIvPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0
aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpiNzE0NDM0MC02ZjZlLTBl
NDEtOTRjOS03MmFmZDNiNWYxZDMiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTM6MDUr
MDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2
ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NjE0Y2IxODctMWI1Ny00MTRlLTkxN2Yt
MzM2NDU2Y2M5ZmM1IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjEzOjA1KzAzOjAwIiBz
dEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyki
IHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDwvcmRm
OkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/
7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMe
IxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMW
GRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwM/8IAEQgC0AH9AwEiAAIRAQMRAf/EAK0AAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAMEAQIFBgAH
AQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgEEAwACAgMBAQABAgMEABESBSETFBAxIgZBIxUy
JCAzMKBCFjQRAAEDAwMCAwUFBgUEAgICAwEAEQIhMRJBUQNhInEyExCBQlIEkaFicoIgscGS
siMwosLSFPDi8jPRQ1Nj4fGDkwUSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAO39
PiPT49EwRFqke94ifSUreCYnxFose96StosVi9D0T4r6fERaCa2gihBFM3QxTDE9mAoEIPcG
kUG7QzCkEVgBBnxaFqZ5x4UqlgxcqQRgtb0Jv7xdmTn0D3vHve8e9Enq2grE+Ii0FfT4973j
0x4mayTMeJr7xHvSei0EVtUkc4xogywjecAImq/ngJuchzzJos7axx2f0GMIzAjodhJw4g4m
DxKCLSFoFapgcXkE+kI1GFNA773vHve8RMeJj0EemD0WgiJg96PHppYn0QXsO56PQTMQTEeI
9HhfIdzgWY9nFhg8XSGsOagVT3e5XSE1D4zMLssA5BDexjqNXB2DkldJMuYAw0WkrbzArPvF
gN+GyQ4d573j3vVJ9Hj3qyT6PFor4msQe96CZpYkdefNsnJ2OqvzWqalglPR6CseoJ4nR4Jn
JtYw6LNcKCnwfTW7kYP6QdT0KIaNDluU+gqnN9UVY5yNts4QnXBObJ0Fzny6ecI2mSlvKmhr
81qH0n3vHonxX0+IifHonxX3oIiYPR6D1qQJoFVM7P6IJfP0M06LX4/riVS8oaaPOBOhQxBG
xmBoM1W1RdsfWD2tS4S1al4hIdjF1yUHRHJZ/e0OA92y5xTPTUMJpupnmUgIg/mDikDLs5zZ
9c97x6J8R6fFfTJHvSVqSoOpOeNhP5wkfTs3gYO2a4GT6LPzjx9Pn5gQ+lX+ZWO/W4ODpclH
dMeGlgXrwVP6g523A9yb8xYvb3iqzXjAYIwZQtiplr9CkYZMiRhdeRmoaiY3zCC+yIQYIYZI
vJ9J9WT0x4mPePRPiJ9BNfeI+VfVeDOP9NSbN6Jl6fc3PntvoFzg836Vlnz6u9hlLeOD2dRU
zlD1BSwcQE/QB3fP7B0JMSxugzUjZFheNa+CI6OMGp0iGFrGYvslObs7YUI6+YYOiyi1GmDE
2FdYVYuY34HYt6sBPC8F8nI34XgkV8eFepyHPfTQnGdeOBrnOkkwtsBDn1uoGKfP/o+OYOqW
AV8psBB/AGxlJLlwDfXMemlhvywywipEnT0iulnkC6XPuGh5YZLNhhvZzwvlb6wJ7GcLaeDp
GhYHh0GSsacZC50A8S5pwBg9czwN6UDbRooWSJll9PmtcPbPcEX1KmjpcpcPlZdjodfitwlf
t+bM8J2ALCi4cXmArCnZnOrddypksS0Wa1GDHR6fmzFuApprWg9KxA72e0SGLjJlZFiGYMx9
Uw4RUoSmuMzLNDKSvcaJnAN5pDQK/Pu6zTDe5/xvL0yy+lzXQFNvMqdDReRPinEAvqwX0MzV
PoAZ8c77TQBo6ZTEv0IwPS5+iW5jqss5a7qp0zCjZPNdJzhzxbdCIXZgwyalzEcZYMz2j4QZ
gZbVznAY73CaCxheH7mfLtBEWn4z66sl63CTGS8ZvH9vwBtZwxEEFY7RgVQGbsycRFxnpixG
nmMndypqDAiyLnWEPWyTDpcDcGRHSPYnljaeGc9jbeKYzOXYcvQI9WsC0edLAYgSppeE2r3D
2XuM3yuiBxEE+t4oSkg6NUAtYXjMZPzZ13z/AKnlyPWoe9Ehu14Prx8x1jiUmVz0WoXZUfOj
pUxq3HlmsB85il0qmVuAKOZOqA5S+7lm2dZk9k6mUY3tKRGmsMzjOyZ7FyiRdCTPrqQZLzHj
IV38wW6bOcPemSpxFKXgYlmNwKnzRhr47Qrmtok194mPSMdrhbg35UJy+ccRExJ55DcGdY3j
2pzuyVeDYtBPAiQUMMwxPJ2cw02lXAWRs5gsSJJHEi7qxABokPENkQTwqQlT0xJdZy4r69S1
6WPYeyI5dfrMIxSAGElfxAL0K+tU9NZOg0R657O0+QMylvERbxGig4SVuxqaODJt62A+aFAs
lYsYvUtBNHRTGW1HSmdpJmbc1wNGTiXnrGabQkTs1ACS0BVJAPxIAFqUFNfB4jOIzx6hmBoy
NYu+kE5H6AgcRHW8qC9NihYYNtqTC3N9tx4hb1D02qHZAQV6ZrojPYPkBjnQNaorjZAGLTHg
AmqAWZ8erWpMqiHq4KZ0w+VAdnHzuh9BDwhDrrcuQ3/Y7QZOti5VYOpp4YzYKZQjWWFx+rxQ
aqDovqqZA/HVax88U+oUPl2r3FDFJqmMbL7OT5zi/XAnyg/Rbpz3RaFg1U0zR5lhIc0snXEW
xNGiTDg3o5gJ1C3N5ptqcuI7AXMUN5bc6I4VzrKGEfXqZmlbwKDBI9axTxZIm0AqFoXVeASg
+uMZDhTJ5nv+OH9EmOc91XIbR1xOcbNqFShvDXNdnB0x0FFxBtEoSqozQFg5x1WfjOip9Iwn
G9pHOMb1Tm1evxzOGVYFksAFyvnAFfGaOhyPVjFJkifXK+mCIvQretj3p8THhl5BcYA7QDck
AKM+F/n/ANFRMTI7nBOPmWwPtOTNdeGXewxnTPY9zoz4cmnGVcSUG0Z3RbBBQhKHqlg96LEx
Hggr0Eh6bhgraCIwTzYNPagxmS1B+9QIQBi1feImJLU9J6npPLFWK3QoalPGBWLUrWniyzKp
l4L6AGPVGrJ1HboSaDGVqmpO9gDQuTdOkNzZRnHFB3esk8Dm3iJrYi8JjkI3HZEyIaijZkpa
2cFOEw9b0ilfBK+8UqSBl/CGMEWuXkagaUXCAsUMitSGtSYC2r4t71CcvT5w5x7P1zKpqZxS
Jkj0WJ10eiGlC+OQi4i0e8e1cvpjd1cDfPVv4Heal/VoXi5ARZgsUBxTI6HmiurzO+bFosI5
2tgHmFBDvgHARbwYw0TbX80ZrPqkgdSMe5HA1YsFmtiPWqC5/o8Q5htPx0mTDBkj3MgHeNEe
eqmNsZ75yye9iHvM64HomKg9jOOOwO56RjDjKIsRaBny5Bk6jATn9/KOb0s2x2xEXAfOdPzo
vViRdzSaMZDp0DJqZYaayXg8CoPrMSKsQ+Yhh2CXrcpW4yyLwTgXgODRvHKZ+uE5voaNEZ2n
jjjqLpCLxi0qeNFUYTYdS0gcWGNKXKRcVyR1IUNEg21zB89/MOYCyA6Tc5npS+ZpwZOkTx6J
kHEyI5vQ1OTP0KIv5a4c2SUd0M7SMi9SHrDXGvTILytTLzd7wpYGgWUPzBpGU0BrD1OaNPbw
OgPRJABysBVtNgzr2GTJFhq9LFfXQLkmgY6hDzKFzVQeocWrqgGOr5zoQl6EJ96D1LeFjDKX
j0lYv4TBpVMke0E5++pJn8/0agBVzQM1a5g7KzBy+mIA6iKpm6RAhHsPWMwFN053qMRs17hd
CMBg0hlqLjMEbUeEKSa4OxbC1iLgRtwLs2IMnp4yM9kopvC0S8e8WiJIpYJXwbjvveJj3jw7
QWrNxSj9DFH4YwCalJuYqQJRDn+r5ggHlwsnAUYIIzes5faG8bq+KOka9Ym5CBKsWFpdkGJq
grLUixiSAozAqUlgJZguKQA36XJtAgvlRhHM7QJWYzyh1HB2aWJrIz0VgsRcwW4SmMszUSG1
nhDj8NXoYrynWc4Iw9AsF44FDpVTF1GtoAF4gCGCFSRYm1ZLTXxPogmayTE1Jr4RcOZnG8Ln
847i3NbBs+949mt5YyKdEk/pIxtTLJOrBsWydAaFahWs1PTWwQ4LmfVmBVDXCLLaqIQp7Cg2
riPtGwoQ3gEMQBLbxW9ZJ9RYbri+NcSBBkcql113haxqlSW0DMJp+E0dPKEL1INP5Wsak1CJ
qYWgb74jFve8K5TYCgtPODvKsjY5gr71isX8Xn1haKKjns2Bmc1kftitDBUBGrbMEbA8RQ6E
WAM3VcXYEm3vCbWZqjh/FBySoALaZyukiqPaHM6w2eqR0qy8gy5LwlS9Sh6Z52/P6fAHu+4/
6EM2ix6JqZFqMDmdpwJBZVDPZmkR68A7esEtFzCytZYyK6CII/gBRwoazVFx66wi65ky6plT
I2MHTNd/E8MuZugbr2Rpho94hJ5Q53J28As3U42DYwxpnOdEqOLiXiLmql7xrcL03MHRfQOF
7wmwrhAmCYLyGqMhugEWaWLsrkNGPeItWxe4yHMjxGwueziG3lBVN5DO1zRnkdY6lNiogJxU
QUusL6OTpBAKsm46gc1n8p41LgGHTquZeJ0KRnNr+NnIfABYx9ofQKqBs0ALZHaMzm+jwDe7
/wCZ/RTzCrRcBxHB9RynTDq0XCgOAPMEGb1sTEUGLIsHzqZqK+JcAo1oGBYclGAnOvtJSuE1
cyszWxDxLhKFr46RrM6EGVZge8Opa9DAE9LNObJMDsnIcz0Gec0LsJC9vWGGoXMvA7PHM76F
85+hGne0g8Pc5Uy+n5DrzxliDIoGPHQoaIFSgUmONNXpgaxwASVAFUOBbRuZ96yQ2q2de5k6
ZzGtASnP7gjAMswMQWxbq+Z6o8BrANRrmzGuwmcrzWzyJqHqccTrJGJ2fGnYkwN8UeNJCz5x
AG1U4jt+YudWjx2UdUhjuGz0mU6LQ5QraZC+o0AieQEui5rfHjLNHJqmVKXoEvQqpX1hFyBu
bfR8WwdVk6+YGuBQwgbGMFdQg2ut43oiuJ0WAZ26LoAikZ5PMbeWajNbAa6VzN18nQOdr1WY
RsYS51zAEzfzS4Bzac6pjWa8E2cRg6Mw0DsgpslajxzoleQSHVNgwTTzGDU8tJxyBwlYvQsG
SjObs5QNxJ4Zzei5w6ImO0SzNQ3L9Dlmf69RnpeW6E14lg8FQwTI0PGD5TcDebXHa3IRLDQk
R0h5CcQaYU8dLyXvHN7g9AS6htQVw9d0RR27CGV0OQc7foWzNedKKec8KQyiT4ihyq/pAWaA
BMO5BAaZjEGydBlae2cJurWNWlUS+jmbJxVSUPdBg9Ga7VTiEOYhLBLHE7eW8dYqmM2dHn9U
vyvSOHDL9akccLsKDMb2OKGyam7rAkbHdkTA3iGnocuodzHK74zIyAST4JObyB0hOU6sHDIz
gq+gKNlEMu8uB2cbSMibUNnoeM6A2eX1GDmbdbAgNfPELBgL2nFdIdXbD0iKaBRefZZzarmS
dGSska+drhAs5x6kgNKc/HOvzthY4ZDsuPNzsuT2DbNnvHP4fc5hzXO6ljL6rFzz6Ob5/snY
Z2IMS0dJoWZqYtW4j51NGywNPKHFVxGi7ivCgNFEjQzpOiY5XcOgUviCRJUFveqH3c7VNRV+
BUg5Gch3OMuBGOhqI5bRzTjy+U6OVCYHy3ZZATX+d9gXzTHBLV0Db0R/Pjuc3hO/FuT18Eu/
i9sSj03OFtpLGO1WX5w62lSgSDKfOrUGdNhkSLrMgK2YCOKtpArjbNp/R1TntNhUT4f6dz5x
1DmK7nN6xuESzDoa5j5T2k+cLbTwg/S8l9BMD2rnmNprdAC1PHM9w0Hys/s86L2asdVs831p
oc9u5plA6DgQK2igU6Dnto6HOzuhCBoyC5zocg3n02TzK7h8zNr1MNhOQgIINgkYUNiCbpGj
oGsrXEjEdFmZIcR7UVBJayZWmsgPt4TZsuYBDT512hldcm2UBQpzOpQxs6GHojaT3PHECZXC
BbsMdbhaI0VDFH+YrrjvNbeOBcXqbm5jUNpxW4n5bQNEt5KaOfpnHVixz4yaph+YcMp4emZ/
mHhJ4WmZmzk5R27PPeNlvmijOZcorMNDWZolOI3sA52w0XynryCd5voQAtUAIgXSA38P8f2P
AGJZe4bXV6MEvc5zuf23LDSc1BV86KLupHSZztzTrFBHbytY0CCMToIPHMKsJCLoyGXqYzxm
7mJsi2jm7ANsTQrj76xyYutGYem4QlazZZipCaNoimF0CZzDesgBFpapk9os4esBgGcHi9GL
C3zHb5wggzmlp5kjFM3xs8/YI1Vd4PoJ6RkZPVc0P9HyvTns/M2BiTKm61m6x7RUcONS1UBL
QA8Zi3QZJlabKpL1bB2c8g0BYgavjHhsGFm6FFNNVoGroKmWE6pe1TDhvUGVzLj4GIIn0BcD
e+eGOUbgp0GYyN890fOlzMqlJBBoiK8K6NykyDSOYbaoZWsQwTOexzf3MlwBPN6JorGGLaSx
QijShdLQTKibIZZbFAto6RUopHxkCFMuUG8joE+tBn5eyoZ7fvDZQmBsAMUaAYtE+J+e/QsY
+dH9Q2w5gQtx6pnt7XUnzKmpjhREgOfZxDe0Ob6clTTUF6slFrloe5pFY0N7H2zRWdSIkbIV
Ygwi95C2kgvckibiz5m3KUHapgVw+LaKjhYLCYP1CFFNRUuYBQgW1RmayEtWCLU8ZvE/TKny
K/aMHP8AQbpykEAcDjdPzwv6YOp3/nG4bSZrA/Z6BriyKDKEQeMDWNDVV64TWipn6AmwC7dR
U9ygiHXCeY8ZbpRACVsBMloCVwsDDKjRdVxUTsCxohbkBY0kxElKmkFN5Bkpc960FfeuetMl
akoYXEfTeNOe8eQVNDtDgT/RiHAG7I5wWH9J+eCkT49sKa50fR5Wof/aAAgBAgABBQD/AOtB
/9oACAEDAAEFAP8A60H/2gAIAQEAAQUA0cOAH6fx50cOfyc85rx/Os14I1mt4B414+2edjxj
E59x/GvA8ZrPOAec0cAAxh5ZiB2Xr9E0kpaRpdmyysbMjp8qwwWVyYvkHDEGKsiF7DaitFiA
/OvEqmRSH98AxHAxrPLPkbaZ40UOTk3HK4bJBLHiuQI95OSXj9owPN6//gI3mhms3mhm8GHP
4wn6AAHDn2HgYdb8Yc8A7Cnlm94W1jHw7aWxJvJmULO+mdU48nJEhaSvXDY0xdxXlja1AmyQ
EV5IyDXlev6gZiRjNygg5FDLXVWklWRiSDCVcJKzRV2cy1WKvScIkTLGC8ckTKYxw9P/AIa+
mvprND6eM158Z980Bmt/T+cBBzYGE55Obzxofbe81i8s/hm0HtxLkl6ECz2bBHtOcmtP7J3L
FvY4cccqx6DWXWPo+vYr2ddHEreGEytKJDK6rHH1sAMFqtVFWVd5AjcQZkli3G88jFlRy0nL
ODqq2SWe9KuTyyuIVMkaMqjhN8T/AMR9TrevoRmsPnB4+v8AA+/nFwjP4A8cc44RvAuE/R2C
pPM7NIQS9hAJJQXll5AxtucOVXh61AdeKQQ9R1xu2YoAi3q4db0BdpfJnJXHljY9UUki/YiB
1MeuJ4JhJJZZw6GUFDIBGzB2BYyR8m9Y3LOGVLBQrC0q7h+P9d5v6nCM+2efr4zX0+30B1hO
D7fxvAd/Tecs5Z52djJ5AolYq0jbSWfYV/DqfXJHwjICiuomKcIo41m7C11lNa1f74w8XK5j
e7XCZ2CORECzfr7EN36A9bLAkFaM7eeTThgGfgy1+AEkakKyphcKeROOOMaRBcg0IAJvT9Tn
jWHN5981mic0c0RhGHPOec87O8J1gJOHD9t+NnPP0PjNnZOXeeFnGS8i0jDkW25Mbh/asrEn
KcEYiszCd+gogRAcViZjkc3LJoxIk0XrfsIJFzgY5OksJFZ/ZpAOvNiu8bQ+t9KVAdj8fSQK
VxkY5FGJRPG0TQ+xiGKMF81I4hGHj4/U5veaw5/H8ZvCc3n8k7zZzwThOPIqAW0Yi0Bguwti
SJJ9dDD9D9uxkaOKaxGMDGTLKqFHpQTEgTyq4qQhTas8U6Tq5HetCsMZG8WFUAhRMbZy3WLi
1WDragYT9TRklfsqoloRdGvGfpJ0SRJI3jVwY2Ys2oxGzivCNC1Ls65RM7lH85VlCvyX1/U/
fN4foSc3m94c5HNnexoHN4Dk0gjHYXLCP/rBcHclsp9nXd3ljiEMqyoCcO8Jw+CSMYqR2nWR
2AYPjRyLOVjk/I3QVinDO50nUURJJRpJXUbzW/ozBRvYYZfomYw9KkNqSxUriTsqbqlyqSvq
K2KdV416yswbrKpxKcOXykNewPWrRjK+yZCzRh5EyE6l96/EwjNYRmvpryRg8fT7ZvzrCNZr
6azYy2xJkRZBa6oZHWmSZJ69SA3J5n6awjLh8CW1FHlnva8Rl7wIW7qUiXvLfIXp2Q2JA1iZ
nEcErkIip1vWNdfretgqxx+AqjehvHVSAFw8cYDLktqPLNbuJnki7KAey4CbV9Ma92JaPtro
A7y8wodj2MrX4LU1gsgNqP2AEQy72LTJ7/dGrCc/D+m//DeDDn2GH6Mc8jBgH5SSKomkkfFR
lxw+2g2yxFRYjmE1CT0Sq4dbEirH2gnYPM5ImBx5G2ZZRizyAuWLecR40rQdfPMeq6iGsUX8
V1mwMjd3w+D2BJWtKqXPbGxLouPNFgeNg6RS5LBGuCOLiUrgP6EDWqauvY1Uy1ZZ2qyhxpfZ
aBDSPppU9mJDM6gL8X66z+MIJwDP51jDNE4wOEbyaeKEf7HXjJe/62LJ/wBk69lj/ZevZq37
B0sgXvOmIHcdS7C/1TYJ+uOBOrXD2VKLJP2Pq+T9700mW6daw0sM64dkk88b7lWZgpDRWXjc
X5JJOlmaSqp8a2QNZoHCNm3AZFVWilS5A4ingaKUwMFVGWwjwS3ZX4jtP6rFud2MIyNVyWdA
0ssxMJkQzWnGSSuzcDqBAwrRoqeiPl/8R19DrP2Dvfhx2u1uTgyMSWJ+nnD9gTti21eVQs1j
QlsKXsPIvgDesjkZHlnEsTIVDhtkgKwGBI9MqrkUTsej360PgbBGta8ecPjLrgOsUIDwVgY4
q2zDFnaRr8azZCzJ2VQRSdjXbP8AXjBNuNiLUO4pYGxJVcmrvJPUFrQNLgp2DnxbHH4ln1fT
+d5/G/Gzgw+QMP0PjO/naXsfprCusrUp7DL08kIPVyFk6x5Vk6GQienYrO4bl9vprYhjeWSW
EwpJJG2eSwhMmJEGxYVXGAY1y3PqTpF1pTm/E1uGMv2EQAvpKbYMuCwOPyodJZjDC0Mnts9j
s+uezYf9c0svUQxlOljK/wCSu/8AHBEXVeoLUjhtSDliIqZTEaXGUbCcRxj1/O8JzeA4N/Tx
9N5/OsJ8/tvUFJCuvpXoSzw9H0rdjLX6ynVEkELl6VeSMVYQJK+xaqR67Lq2VSp0VAyrUlsv
ToV69e9FI0Zj4RmOYMzIHETiFZPwq0jLgp1UerYSBE7VQidsDjXJeU7Syn2PHk1ivJGWgGe+
vpIfkRrVYqkNgyRUpQOE6spbV2paZoLViJUuRs/KF8kUavqizLApxKyLIBx7H1giFG1r8frv
efz9f5JGH7g7xjk0Uc0fYfqALT9B2UEnWUpaa1BCgljEos9R2yzVIe4hdpJFS5+ydhDMvddl
ZeWqsnVr187ND0jBYo1grVhAySLVXP8ArYHjQVlWSaR2eYRUDlyHr4hLBFupK8EUt6yxWeci
JyQ1h1C83aT0yGU6yJEZ0eRHil9kEdhQqWGaGOcM1uYFHvWoVqW61kSQV5X+DGBJ19iI9k1i
N6fYKtaO/VYl1F4MVyJtn2jgHUtyzechjSxrnsTi92JTFcWR2lQYHUjlrFPg4cL6BmXd2CK3
HEVgxT4OsksxxnnqMqrhKldXvGQ1V64KkUZZJJRDHJZZTDGixJ5d1SIRlDi6LOZVkYTOiPzx
GKgtAjII5GMoVflLI0kqgSc+JkkLUY/yXj8mOVQ4jnaeAyV4kdPXFbAlhsxTZNShJSeepIsp
kKyyB+whikhpc4oxFTlX400diOeXkGOcjqS0I2m7UgHtZmwdqymXsRJhuSgPak5G3IrPcmOU
7c8bjubAFbsGnZ5o1E1vYlmk1NcPG7ddI61r3xv3DRtFft2xcg7WhZ//AKeF4oe3MYguxS5+
ydl+cF5quQ9gk5qQR24b/VyxN8uNUg9kqtFOwqIFxo66SWFkMgmKlUi3H1s0oHS7jljWs5je
Z46iqI+nM0UPUOqydNE2WaywRoZBkUkolZ94xIZpAuMAyK3qR5Wkgd1kRo5Y3rzCc24wK/Ww
/wBMkEeLLLHNFJHIygHPWvG5d2/yScey4Q2pw5kmKpMwEEbzN/lNuLpkdousiQyxVK8FPt6l
mUymQaJNksqSFy1zfCtYiVbVQSyRVpLlOO32VVoexQy9lUuyqvbL19WR5rEyaDkpvpuxCkqr
r3PTAZ19tYW4T++SC1GzvPqFhjRwEwVUeWIL6+PntWLXURSFBQUgogXjmhrsjxjBdnWIcYKc
0sckTxtJIqlrATGYMsfFIIZCuI/PHKOJbMyxdWqCGSNsljkDr6pHdJ4s+TJ65+sid160Av1s
JK9dXwVIhjVIdQ14IyEVjHEdou8sRxNH2tWXq70fcs4a+JDNP7Ygq8LmhlKH5FNp5KkvWyAo
4sFo19GdpbjgrySu7gLxMiqzzNIenCmw0iRR+6CyLEKRWEbTIWLTIxsCMiGFJJB1aiSzGBrR
32kZFpVk0lhvZTKtXC7xh47YaWP2Boo53eGFow9bkslZWlag7RtGzMkEsWetg0SGMK3Ms3CL
rVcs3JcRWEjJG5jLHPVFxJG21hnh3JYTI7DxF7TMGvTJkXb3Hkpe+WRk4rDL8l++6xLlf4M1
aOv5lQnV+xJFjWrDD9duoF9sdsxpYqrV7uJctX1kXsJpbVgjEA0Bs+TnRrvsJK0blK0MBv1A
zOnlVdmXq/bInXwKrdXoUKaVmiJ2c7CgbB+HMuPBNBL1raqgqS/5Z2qHnXj9k1eFYIXnjaME
GGNIwqeBJHH7hKnPjpjGGHq4LK6luvWNZpbMMbyfjkUQxODNxfg9iSQLBK5Sm6B6bcfhHSRE
PLXYJWSKU1m9KWZTYHNYo68nsHfoQshaOxDZV4rdl52IOoPYJY4EpRHhYS0jrlh5Vw4SWwHW
fjngHp29N89lHqlce1OIiEloxSJFWhrjQzxn44xVXi++8cHOPjuE5y9Xv44GEEDtljWOrPAu
SyuM5BTHKsioyCOWXDI5Jlnjb2t62jk1wdo/QVNKpJHYkDGWnBG4ukwFGimzlJnFEJ++icd9
A8uIAXNBhFDEjW5AFlgCRzWWYxSpGLasarc2wSAIdNmmOEEZ09ivfoWepeN4LtWOBrtCxWlJ
5/lsKSTyUAg5RRWnqdQ8uJVir4hY4wYZJOBJ72LfLYz+8sZrDNZhDc/xBvWPSJ+yk9kFjduG
JQoAGMBrt0EkQhPtVJFd+PGNW1J5XlxUSJ7DvkF2ORZt+PUjCPXslQCfr54FuduwLUB65+MX
rfD5ABB4Hkdgr5EsUwZLTq9ieKV5JCkNm7YqWTeFmG1Lx6lFJH4Bius0BgU6p2Jq8tLuZLsN
upUmr0RU6+LsSj3Px2N4NkEHKH42G7+SNPnWp1Z5Ky0uyit5ZhbnHWsaKOjRo7YI2+Sg0+dp
GWMsZOCr6p4XV4hrGOWht7VSVpUqOzLEsrSRiM6dw1KSU1qERaWorFEsNKKdlkFSUiOtPJN8
CZpbFfnDW63g/ZxTQv1UklvOA+O5OwDy/E4OQPI72FWJ0ON/Y9iDc73bEWXEhu1xBNUks3oJ
KSqd8QxOhmyoLbzfn9Yh9cN2aKTO0vRQ07RUyjQGHeA6zr0DPWoRGPqEEQktRStLCK0tMyyQ
KNq6qcChA6qVTyx+1hEkSWONstx/31VBi15cACfiGVdt8YOwXjkiBmaVVxy5EPIPrWRqoxgO
Sr446zR14BeIOqwXGsxwio/JdMRsAnA2bOiNtoHLNWRDX7G7BlTuRK/uikigucX+M02X4vVZ
bWfceRg0Ry80a5nsQUji1VNm2qlO2I+So2SV0uiNDXXyrBDTNyePr+tmdF6349izUryx0ppY
pF/JSmBfEg2iaCxqclXGXWTxlpqf/pK+ZAOMg00KgYEGKpOTBgvxw5bfDbIyyLtWMgiE3sA8
yAqIZGd9AEqdDQxow6+h9MBvTARgBtkhdqbVhIFezJYMvGsk3xJjUrTxNbLrJ13awob9gyWG
5DCBoDDsleO/1uuRL/2jgMsy9pyrVbTlpeWHbAccLMT1MaerqoRDFavLWsTd37gbsdqtMi2I
q0zSrrABor4UDgn/ABkIxsnU+2mR6hkqbV4jyUAEljiyyLJLIwxU1knMZ6uWCJQIkOwrYfsd
aAXGQb5FQo2QVObTT75EnieOgCq6JPaXIjILkhE0lth8iRmlsywrBMojryhxISmDixKqM+2f
lg8Ch/ow1k7dUioWafr7q5EMYqHA3hDBQDh4DFtiCJu2uZSqz3pYeoSMpTSKLrGSAKiAEeND
NDI9gxj8ZR4ZfNheL00HEA45GTBVJfkIo2KmIZ6gcMQGANxVdEKGCwhADxI/LPW2mVxmmOPC
ThjAz3sp9rep9AeNDZzxrZAHXVMloVslBS4ryRTW5BO0qTxLWMYMg24PnznnDg3nV2a5iEVe
1YahVE3eyCSyN7YscADFiBiB2avRaWRF6mrJ/pJEf9Oy2Qm88xqoWpdgkmWZJo3I/FRsqo2o
0HGw292l80JA6A+CCcs11fBARgiZsjhkZ/j7LQLpYEUepNhFGHWERkmRAWnAwWFbA6gcvzLA
57Aw3F6mOBicUA5LLGit2kTLc7Sx6kuzyJKJRO9Opbjl6Vvl3+sgsVLNcRTFSMLA4wAwgHFB
yEcpKXVxzGjBZie7L2UEVlXQEAEjQOgBomif77c5iaN3Runr0rjp0HVArRpobCioY69erHKi
yQ1XJhUAkqNLh0Q66LqGFWD1Zrxrwyg4YwTwAHjTEEB1Ci2M+QMNlce0oAtIce5Fn+iuv9Ne
Q7CR2t9l6wvd1Rk/7LXC/wC6vwWGypXa+G7SvJaa5Q+O01OtFWhu2CscMkzitEsU9KuClmpW
W3P19oWP1Z5Y5Ynhc6GDmc0QaMix2a1/0JWv168N1aVit23qe0OQz7EEkc8rLLgpTuvTdCoy
PqoFEtB0EkzQSqyzwsRFFJMrLH+NkNrF/LAM4nOHjiNkjRZQDMhHvXUdtXybsYojJ39VTL+z
w6b9mkkefuLfE9p2TYbnZsA/ZsVPZMUXsVHPsBit2GcexZJenu2sj/VIsk/XfVn+HJwbWf8A
6B8+1GyFJLUhjiSpBQY11kerJ70lW9dmvCOCewPdQ6lbv7BbnY9V2F1bH612MbSdVeUp11tz
1XVyRWLlJJgKVSPJKXy45v02XLX6p2MUTxtGy+cirNMnW9XIiVeqijZeKqZFGPdiXP2GdSP1
+63G/GTHMsgXro5OI0QCMLAAPoS2EXJbWhZ/ZVR//wCmDZD38M2S99FEWs9hcjfq+wbE6WRs
i/XpCI/12NcXpljWv08UEgijVPUgPBRhjU56kOesrgRuYLHPyAcbHE8ZFO/AdCd1SZh19Z4I
rLK3YiQHO4WquRRMWhL2Hv3Y+rStXsdja6zqaVVFCqAc5gZqHb0q7haS8BWiGLpCTrBICbVO
nYQ/rgW/X6OFFigEYkPHJLqDLL2Cjvxy7PC0XVkrJZlWRg0aFLsCK/dx7HbsUfvZEebu3XIe
wtWBb7SaFpZUYsjiNIgEZSB+u9c8cXBCNKCdg+CG3oRnjjRrrgN/bFAOceIUBhw8NoY3kcW9
Mv2ZJNpsY8vwbBmlem9CVH9s8OWpZjJ0tFpq1oVeppTySTS/r6RxVY7HsJlkGC1KB7d5s8Ul
faWH17o8BVhZkKqtOwrR3CiP2VCQydoYRU7iSdbPY7WDs0jTsv2RHUW7Fhq8DiQT2eR+ZZMV
GyY4+ulDXemmnWbprUMLUpUi/wA6uyP1zgTddZ9jU5lxUBENN5Mk6qwWkmFWKpMz1g4JI2V0
C/jNYwXW+QK+ARz/ABwk552WzYJcjOC+h+IZnGgUJtakg6u5G8aSK990T1WYo2fp1WKt+yyu
+aBypOUqpeWLK/bRbXsYWxJgxMoAmbZimtAxSxyryINr3On+zaWWPrLssjV46r2CBFY7MwRL
2dp2jr3bgi/X5mWv0/qwUIVavUQ4kUSgka5+UAGfsnyYq0Xa17UdyfrlBlmeOGPsGyNJ/XSN
kxQ9gUbs+9d0rKXmroUgXydABBrOOMATw0NjbbJYthXFbWMRg0FMgUGVSPYPU9aMj4aZ8eIB
VAxK8KFKiC1Y/CKz7Pf01qWWL9hRo7HBlVQyhZpRhuzELflBhvgJF3jxsnaUrKwuQ8Uo5Ru4
xiSAJ58ljskXKLSzX5GCdf0Vu28fQRqsVCKFFjQEjeNEsgVeK6OBtjiQwy8p9B6GlYQ/rEW7
PV1KdavAiyvBG61aEXobra5W309WeGLrasTsDke9ciQrHCzEHRA5a3hbyxGFiMH2JO+Takfw
OXLmvsLDC4OArmxikbLpjMpw9bUJjgijf9jkoIzFpDD1ztHX6F5xY6BImXoaoQ9BFJk1Bd/F
swmO8TF754nr3t5auPGtW7Zhh/07bZZvW2kpepI6s0TxNvD5zwCANb1nPea8YXIcZbHKr177
i/juieFdQZdHjR/KtrWcAccBZHAKp9j+JQeRvD5wbGeDhAzj4VfEj8Q3/FiQJgrpLzUe4+t+
wj0Z2YrK+CZ9+3QNgYt8Jk/cTLl3ubfGeUysCwLSOMr3bMIHY2Bkl+zJh7SyUXtZ0zr5fkTG
CYD+6qkPwbiWq14NUUymwlaBr3x662JzLJ0ceoTrCSSAM0CNDW1TA6NhIOEKQutyKDF1zoW3
47dS2UgTLL/x60/9UE6HkTAe14wBrWKNMFGyPCjWedqq8tqQRh8h5E17Cwk1vWf8rPFt8FaX
+oMTEc4IceHmwqxkLDCmWYokUzQWZJzByXasWGwdZ+QIPg6wEZ0Uay3XeKFP2G0ZaqO8WRdv
2MWRd3Z4R99FG965JaswKJZqekwY2jmxgOvoyqyuZUwNKZYrHmGQNmiRDThjkzstCtScvEQS
Ou8RA+PsLh0BO4yaQJkXEg8NtOFkksxxH5IaTe2U4zayazIqJK8rMPxkARWIALEXOY5sfOyT
x0fsAvjCud5Jwqq7iSOFOMi8GZRoec/LPOhmiD08LAifkL0YnrltFmJBPg6JbOnrlrHWT881
sr99HZUnF3mvLICDECWhUuEAwNikDPGX13DDMEexf9c1SQewDNZd8Q2PxWWYtBXsBYpbBaVk
PKVSxPhaznUMoB4qy2Ig0IQJCih45IyzbY10QfM0/ubgMDbIbWHWcvAPkkqvZye6MqQ1ZQ6W
4WeRkcYARh+2jikcq8LStBEqxRMN1dMkw05Pk+DvROiejVuHVz8bQB3ryTvFOHfJywBlPJS4
JbY4jSqeYG2UY8YcX0VJ23x6hyyLhXLicq9o/jCvJWYIYvX6xIrx+xAA0Bi8ALKfcspXNq4K
ayI/holY/wDh6RHd+OvynCklgMJ2CScAAwDzKpdbriBJRzerYcL6gUt1ZY2ddYVO9ZGjl4q5
giRxwkcKtTxXvIyT6Gx5xtjOt6V544IFrxpGsVsvtlYYRhKjNgZIhdJANe48veiZJMdLzIQr
zJ1h3nYjcqbaXqpSkqnwCcn/APVNr1xA6sKWdId5D1MuS9SQvx1hDSnk6o5jJ2JhokZFonaN
E0O5mqrJJ6Wx+WBeWKV1rAoGeAB9u+g5IFZliiMix2Z6wXs2cy9c9p5InR/OuqhZp5VczOeJ
kYvFXUrD3df89E5FVllPXdMOSwgJC6uZk2scjHFBBZgMnBCxyjcbDHU85YXJ3yiiYOu2QISX
J3n8dlCeSyorxT8JqU4sQr5xlDLbiKSpWkdPjPLlSktccCM0DlyiZA6xyKWkhdZtsnFl02gd
yhtArxWNh7OB9alsQEZ4wDydHGOz9s7OItU/sR46TxxxV4nSOrGB5bOzrl1SrIWqVY1QqUSQ
uyAycfGTwxyxQdNXVjXjiCyBiC3qg5owfk1eNTGWKyEgupDCaEcoXUiYKAkoLSRaPr/ORFVY
WaN/vn/EX5gBLXCiCKVx0z8GGsJy3VaRoYpJFjijiXXjNYQ2W6EdrJqtqNPiho66OqRshx1U
4HLAsrKkA1v+kgBlXeIVGb0CDsg6Ukh4uTdpCYrfX3DIgBQR7kxovxljUxCNXausgeSQcLMq
ExcCF8FVLESoofsqaM96Eu1qQpFJZketGXatpRZdVk1t1dlYHasv5TPxjUbVTxbkOb7URn8h
o5s67fQhkJ9VVtP1sxFpW2PthAYBQM0c/nDJ5XbArhU6eBGyeo22SeJvczI9qZcW+QtXsKsj
exNeCy6AGEAE7IIySQKOStnaUEsGpVMEwnhV0sxs5qWlDSDJeyiWWnalsPKSwsCPlQaTmByA
3jqHMdCByEg514+SRUn9thlgRCGj2+1Iz1IwjAGMzRMHWVVLxSCQiRtrIxDojccSTZ+47OPn
Ul5GCFGEnX/+9RrHcBUIZc0Pp/8ArepY81mvHEYyAiSsGw04jjdfHyaBwZIIi/xn4qAcGlyW
QqlO/HZTlsMBxZ1laQyRsXCtYpRzRDo4Il6+OvTTse5WJJLE9yZaaw5QT8uydIIoZZGmgkEk
4YKqpogjUCu7fHXnCFRTxGXXTEReGyURirpKimVwA7BlYNBMQDNMnqlWTcccoCsx5VZgVRgV
nXlEY1aJayhqq+pxJ+Lxh0UcV2c872SxPmUAOuhg39D9s8Z4wIMk0RJEjZ6PwA4KvdTrdm7M
y04oJblFuyr0x2l2aOSokbwvGMviVb9YMzT3PWbtt5ooIZZmSJInszxhqjpHD284kmo1fdkT
sj1p19SKNKu1rIVIIaRZAA6uTYjDR0n4NLH4dGVipVWfcPlY+CSxiRHR+LoZWRyZA+mXIoic
iDjCyaKQ8AxjaKQCShykGAD/AMHOTsTHWfmo854zX0IG22QPAkA4+t1zX5HLnXV7K9f1q1HC
Rx52vWxzqtdZK3X02qieN5M7aoExAs0MrcHr65pGqGayhaSVrMtmT0x2XPu6CqDT7GlLFZrA
/HrF3Cqug/FIyzyQqNPIunkcirKnykU7eNWZY/MsYIVf6oIAmCtxaVTyNcSAw8VRkCw8iEI1
IrlRJDDIlN5hVoVAAAoB+h4kEDCdZMxzmQa4Afefx9C2Ft4PyAIwgEesYRrCNE+RG5K1uWrE
TuyOQ5BB7UbrU2dBIBIwswRu4JMiqqdfEXluKPZYj3P+vKVp95XV4+vtR+sIVyORckZRlRlZ
gxOb4kewiGIIx3g2CR522Rk4CcIfbx8sWEqRCu1qxhhCi4AMmkKJBV5OAAAo3hbWM2l95dw2
wcnby7sXidmIPjD9yTnLGYAFt5vYQnWFyrM6lpLAidgFKIEk5Li6IBUC1GXrxeJZJXjzbSTx
11jW1JCB16niT7Dbccv1uw7vYi9kKVyvZmrNxr12GGtyyCoY1WM4IDnrXQiAwKAWjAkKoSEG
BAMAABHnebAzYzlgYnAdZZI0vFSPpLLxEcjMLM/mHfFR4zsH00X3i0QAu88hm3v7kkaByNxx
BIO/xlQECEq1yuZMrT8ssSNG0cjSYAVlJYYxDDsmeraJchQ2mUev0q0kleT0RxScYaKM3Q0Z
oG4EkdbWNphvBDuRVGKDgGDWHQwYRms1nkZobBbNaJ+7Mq49uBQ3Yxb/ANAAxW4pTaP0+2Fg
BPMGPtYZGWMsIz7BtcbT85IBoLLxcTLgYnOQAZjsthJ3yzZ2G88vwIONvJNos4DZYUTQdcxk
hYAoQuyRxt9dPatzRTNhh8fBZ2qVCss1YvEKTJlKBDJFEqr6956hgQb8D6bOfzv6A4STm82M
BO94XUYZY9tYiywvyRLR4Z4jXcteSt+xIVJkmXZw+MsSqqu2zCG5RRpy4jeTsEjkYA8wpEmy
JXBrPzw62xxtfTxof8t6PjTflmgA6bEcRjnWHgsBMdkIxJgIJSTPQ7n4QfF69QyVEVVgjGMm
cPCxRg687APk5o4d6BIxrMSYb0OHsowD2W8PZvt+1K4/Z2GP+nbOC7bbAbchjqX2X411W+LO
Vr1vSnY1o48aLykcRWuIi1hDHKp5BvGWp9GOQSmtEQU0Bhy4SVsnauriNCTIi6FVjps3h8gg
YVxR+TgctDiBrDGMMYyeAFVbkiKDajiGKFXGZhLx0yjWAn6aOiozQw4NYBrOa408a5Z7BYVa
ezKfVaOGjZKp1ZxesjBsUVGVhBIyJUVmhT2uRAVlYzQzFj4IG8mk45djkd2Cx5+JepMPd7BL
bX8VsSaHedqTL0cJWCJdDB9tby1MfaqexpEJrvDxZxsxniVfmpGsYHB9t6CqpbQ354sBgz+W
yA8JZq/mKTkHAbJ0Jiif2RuwUl1zmoDTxLhv1xjdnHpu0Yh+1dVhs257XzZNR2FdlqOZ1HHA
jHBGoP3EhIxyvptFoe0nuR1pEvcrUjrMhLq1ab+9SpFiz6cEosyRHkL4IsFAI622yHsIx28k
h33nbGqtaIWLPWVipCgAZrD9pwOdNTz4gGxXDyRJ6ledgsMx2uypBOHCoyPYI0To6Mi5L2EC
EdjFr/Tq4/ZUvavYUnAvpERcViLXAw3HLzW0KPfcI1+xktifOc3JjOuGeMx9RRinrGlVUmvV
ULNq1FbIaLi6gZrWaxgCs6j09rHodi5EtmwqnppC4kb1gMPdPaKxU+FmJh67Na0oWy5e2Cwq
R80i6dN257Cxxdnca1Y6GsWs1Y/XGD9CTjnSy+cokN9FA53AASVZSFVom2mhhG8IGIPKnZ3l
xXKy0DKZOqjKjrUKL18aCGjDxsdcIUpKjQ+tAwgiUxQROAKpgkZOBTZlckO4AaYiXq7Ekldb
FmGWLs4nyd09kRG6kp4gDBjecAAy2NL3Ee6toM4sxFI+oQNG6srWZBCtaR5kkL13Ylnldmdn
Jz2MGlcGpRkIsdkqHr/Bz9cVy6LwTNZrLAPrsz+qTrycLaDygq8hkwDkzgrlZuR0rYw1hHka
xfoX2Zjwy1IVjWcmW7Mwj66YbmsyzR9daMcvAOssjFdM9XrEX1zMgPs5K0u4p5I1jkLcuvkC
pO4rzRWhMGoF0gRkjrS4j7G819LuvT2B/wCq5BxXSarQ/IyQRNHbkHKCx6TO4s1VjUxhYw88
kUZP4vLJO8ccbLFfsvZ69lbP1xXeRSWWSTWRsTn8T/8AC0YElpBfVIRjtzdQQEIZnVWSJzgb
Dve8HkgaP8e+LnIsbLWBnilkMLWHZTDtHksK0l6Ew3I7sKgseaHcFUcbN6ULMQXFqU+mVyI3
8vXIgzsLUck8BZ165l9MMysEOshfF3veGQDLb8oe02teWBY1gZjD1ljk0zcVvOpWrK06RTvC
W8wT6MHBeVmLnIr+1VgYSWWEEefrsv8Aah2pO2UAZvLXAw9hLC97qpW1ak45/GyEr+G8KzDj
kRHHCBgbFzY1LKXtS3mSCK0nsvTWBZazMENqfn7XLCcWaAY86dlzlTzDxWOx3NbSQuvwnQub
Z4FdlgPXNJppKv551gX3V42iaNiZIZBxjfSvLsyTHU4aVbtVrUN+AJBUZAnXuzT7LmxGWFWf
48qqrxwPpZ0cTclGTf8AFRMCyiWveZQtuNkl6aUiwHHx4P8Aku/pYVWhfXzaKCGRts+uJ2zp
EwDOpIeEyqqhRrZZlUe2JAbo37T65Dq48ukrAh+wjlc1LJKWgolWMjIbLxyaORORnU7aC1pM
nKXKMqrE1cK5uMGMPEu8zE6O4JWjPRFnllWSO8uxizbyvIXSZuKRghApJEREl1UmrddFILCx
rGQHXN6y2phsdXv48yGKSYrPEU08RWRkSHjOoeKSohFlOMvXsYper5PVEKjPKhizL3VqRDHO
ILCIDgby2sRxxRUDKoADLp5oVx7Jx0Lm5dq046/dvLP7pfiWfwuO7qqgo8w2sBKz9tSqmtzP
HhJoBshUE9MAYbkfOHrpHDzxrJj15Yscq0lmOKPNDACMClj0MjQT9rHp0fkU/skCpXk0XLFg
N+uOCVXWyVWaCTjbAWOzZ5tXiZZl7lIvi9JY1DNEs0Kloy0bqavNXSFfYs3FGrrJF3/ViqKS
yCzQlOKfBAyVuC9x7Gek6/KqwzpEBpiw2HYKnlizFFLMeLco1dR2l1KcKrY7i511CvRh9R9V
0K1sAYD+RK8JWeOWxLy61gwKScCOTYkI59WdRheQnSSl2EvGM23r/GhqvYaVuTVo+RtxCRa9
doJJCgNWP5K2Ioos90UeG1HLGJYgkM8kj3JCYoZFjr9l2EzWawDyXiTIksRo1ywk7yH2Q9dY
Mc9MiSKeF+KVWjaFY2V4Q8CweVrhcu9dFcSh1klfs6dIQpNarw5Y7utAl39jMstjtJJYuios
AzhQ8RwEALyYomj6uJEaFiqIP+KdvYl7HsOugrdfB/q10P8Aq9hl9StwjSjy6EsjkjGZfiOV
LpxJjOjFPEj9NYVlBfXaxrLHw+TWWETZdi+LE3Ims4SRNPDXDtCqIwpqYEvWYyjiTQvKmJcB
TqxLIexIxpORmL/JiBWOZVkYl+DSLE0LQ269+lPRs0OzEeQdpSsBkGlZ0SKRePrDqtQZZWKG
OXtwZ5v2RIktd6HD23dop0C15AwrdiiV1b2g1SQIGxfXFjTQrgm92AkY7Kr/ALF35lbq68gC
V5ZWgqRQjScOwIWYSDiTsoUJcti8VaRmD8l0rqSBvOnch4bCE2YzLBT3FIlcpLckiFZkD19D
Sto1pfEQkfOsYzVOxdoGvWTLlYL7adYzSMRTidvXk0xWFdyyoWRG22alWxZQwz0Xl910RzZe
pWaJiuxmKv2skKVeyhsiSCSQVh6FjuQOe9ulKjWAwZmwa0pYipCsuUq4V51aUUpHgmMq6due
JVPApDGIZooku9xXrJ2n7DPaMVDxQhr+uARBgEbPUmdkRuORSZSoIduTbXJSFlJfioJHkYDy
Fdmgj6+5J742Ekd+MwFb3OC08sphrqa6kqSRtDrOukEktWxo9tLHLH8Fi9brZndK6VIIGkc3
Ji83ZlhB1qLJOyASbdXSu7yXIFlxKlhZYhzksxiaS/8ArES5B0lsCvHapz1XBgsdlLOOu64r
D+wE141JGGhDNWVSsUNOwM+Hehyl2MscsU62Yo1lRuuEzRGzXjyxaQZe7v0x2e47KYfGt2pK
HSwItiGM5EyoEmORWPx97emST2ROSC5cAHWSTqACALVb21wATv8AKonuN+m0UMZ/KhfWCOy5
sQ055YWBZ5rs61KaLtDwzyRXkMbdXI80XDZWorSIVXJZhYklfhHuRpO6kYDp4nZ3DJLFwJT7
uPMCRxgxcJrERVzXZnEcapfqxWENRVg6yrBDgmQn9qWORevUyD46RpB1j2pafXQUY+xZXWTr
1keKnBUrQxiaWK0ddh3MVZpextWynXWZhD1/COOkFCQM2PViC1aWsn48mQxDficOJOLYRyLE
4TGRBE0z0bAdLMYjsMM6+UpL2OnqjYb3xSR1Y5RIYWilLOJOwrTJXkqtHVdeTIMHJj0xNcej
i6aVewsHKaH02mBdE/HsZBJa6pIgnxZZJJYjAYSGxa3kV3wVYgFji2eCm92FelHF+y12Xrew
juPelFEw9nZnyeJnTr+tkgetRYS1YUhgu3IYFjk9rwgqZULuvXqqydbIqv1kEU8cLKytESjQ
MoGs85+TEl4wiTPLKCB+XGcAhVfl6WB1tQqar2RGa5b5HZqBZIIyEkNEiTx36TQPBG8jx9bZ
Ig629XaSSQSR9iXkmkWapaRFscTxTirwyo+QEujBfX/mIMnZYzpuczCOtOm5eplZY0dXFxoZ
l6tElieVIhbHsHZWu261oP2aeGKx2/aeyaeeaREYt+uVJo6vYxEzVovU7WCTAssuRU0gVJ0Q
zwmdkiWETzBMqWQzx24mKyowZEkC1o9mrBnwKvKNK6YojJYqot9jHLcXbRzJxz1fjYDe6s39
s22xlLK0X4oiAxcjL20e1ALZCyrnTyGQWqcU+dh1prnrO5+I0nYWbwsofXVhhRKFdY6do8rP
Fzi7Bo1zIIKyQlBGHvWUjWWTllWrK+dnSkFGvAfbCWYiZv8APjdkzrr5WzaZPYxTbQQWq8/W
dVCsfUQ3Qn6pDWl679dh+ddkVMtRNYWe76BQkkbK3Y1uK+2cwIiYy+boSOEFTJauyItPtooZ
K/7BE8klr8YpiFLggawKct9hXqDu+7sW5espWppodhZURs4jVpVE0LlJpgffF+UkwjVGbxDp
WmdZomDq0Z/Pq50SV7AieOzWnTsemmisRRTo3K3IOuilrxNcKrI4LnjwAIbp5FeLanDGrA9b
5FIbrVHV+yVZIL1cV0indYYJWaiqPkkLez1CTLVZ2rU7EkJ7OINPUmMDSW2nEAIfsoHkThLB
B2SzSFZpQP1wt8nTsFGsGtdzalM3xJ3l7FxHTjhnbDGwHX9pEY4bIKiUSqirEOx7Ro0mhllk
o9XHVWJCBFsEqCuly0kvyK/IWOwRTNVl1LNsKtcSPJCBibFZ9K7FtCwAYbCSKiB2HBQr1Gx7
VUtPNKLck44t9h9kY86lgxs1p4khtRri2m5e+A5LaYi3LzbvHAZI2fK4MlFGDCLy1fZjMxCO
xUyM0igqG5ndvt7de+ssc1M8NdjWQxRV3nl6iH4ktbsS09e8LMg1GixwyG91ojTvfcJOvbhB
2KxlYbUkeVezu1jH+yGRT2Vmxi/Inep1SV8mjVSgHInakjjr+uckT1pNz39rN60jySZGVpVY
6i9cUaMktaQSjRDeMpXVjBnRiDIxqUfHbzxKpM8rMq+k6xcRG0VX4tbk8MbzRKOxclLs7sr3
JAbIbse1cSXac0kTVFMtYomEmAUTuANuSVULRKSGhKEJyPfwGG/+s9oHqq6yDsZONbrKMCS9
tZWGSF3cdPEQks0KCXu+riJ7r59n9iFZKtayEa5Y9rdTRmkA6urMl+KtSXruTLDGu4hxWfj7
UXSSAjCFC6PrnAFmsn9tuo3pscnijsNpZCGeeV8ozgxytIs0qhJC6kEIcjdkPXdysOWe7Bgk
lZnIlrY1t+GvGvNGBZUroHr1fzjClGmhJeKGU52Ntadbra7JXnZ5JUQpLRnMjuu39pJFpKzG
80tlJVAqzosMVgWJQEQdp1s3YxU7LV5+tsHjJZjuzOywK8bWGpVliirL66/e9jZlvIplfoOo
brave9ilqwzrGykl+omhRnhhji7EGxNXj1Es/YLdfslFbru0tz2xLyCa26qD59FxlE1Nz7rV
hHopMqR04Y5ZuAWRj5hZ8kkMsU5U5sgr5NXpxbjX9Pj0n65HXWv1laOLuOmWSm8LwOV4545U
7LRvSZUeGbjLLZjEwk0z2HDW6rWZbMaV4fUjSWI1C0ZmjnsVTp4mwQSBfUwsww2QnV9eprvW
g4CjNxigjhhvwqk8Fz01aE3FJr4eSrGmV4+eKvFO3/X6U9msem66Xue1nnDuvKZAhjIDWg/x
Ib3zOvq1R8iWYpHCiGTsSiwVIJENOUlEPEOAX4H0XuK2I14vZfipgBiot65WJ5pW1kYXlECa
Zj/q0RlfkJOvkMYchRYkXjWnl9kxV07TqGsr8eT22aLQ4wIHUvG2PJHGZpH5Vp4GSoyuE9sT
x1a1hP2DrJoEgIfIncPEQ8N2FRURW+LCfTfR66p1/EVNbOxhIEc7IexcbwSmKrXmkhkpWZXk
pSwu1ixHAgeS9IalR17yeJ73UVo3y9wFmNS56uYBOqvSQTRwfHBLGaCLR7awkdWlGWkrgMpI
UnbDgfi9gji18JES6/CeTTVQF9EEfOxPxEkZQGCWSZQrnGiIC1nI6SUNTsWWcTwTnFqqMkqL
IDGUgs1+Ny3FI7LUhkp+FNhZnVUSUUuuqmKEQwMsjERTnhcnhsUx11Noh1U/uh1El4c6qxia
hYheC77jnSzCbr0bZ+x7af1UpGdgu+U8jFoy5ev7yepgWCG47yWbXYLXTt+9Zq8MMtiVVWtW
Id3H3gtkS9qI1ngtLbooGMikRjsZQ+U1k4VgwVlJIYFuI9Pa0q0t3s4lFW0ynG38UO4iglIs
9lIPbVAcxu0EqTK83GMutdbFTqXPBuHvnjmdjFoeOMxIht1S7ywIIXI9UMKyxJUYvOJYp37U
PnXWQ8nyLAmjnaVJF5VqoRRLCOLHivYuzQU//wDJdqLJ2LVXM3TRzQJDKylGD5+12BDVsMjR
jXGvEuhC6HrKbE3L0kJoosj9tfZ5TyfOv+JWHcXojEoZZJ4nSRSdRwyWup6myQ0bHSTljcjj
mmrj8Yo+KuNiIfnx/qv7/wBC/GrQyCItLXAhZFWtUheZ7KyLJSXcUtBCnxCFocflTU2r5BKW
FCRmlk5ZYm4Rq4WJ2Honfm1x2SL3hsdF9dFmZO8JjZHRj1sheVIklavVeOY12sJWrwNDZkWG
tDyZbtRFgpiSKCyqvOpUTRgBll5vBxKfuO3tylVfiFjjKhKUDzgSsmNRntm/VlqnmeUMK+ji
JZbHrSWEnnc9gm0eX626MvYQS1L/AF7CSKyzo8XtaaCLRA/AD8Il/s5DXYMV7Cyhat6WavLB
G1PsIeLdNG0ccyh7VSuiwIJCtSMNDUhjee3/AMVhRmh7S1RtwfsFFxZ72mZU7mpIJu5qmtTu
GySoLelSLFdkWqpUWqUVxLVd61ilcZF6+ypqyMCKMm4PYlZOy7KpbuV2KZNFuvHATBLVnCmD
8p45CKkicV3x/ZZpPnMVJVmcxUTYeKERVvTZgan25WXtl9+RV4kdpPc5LowPvmrVWVuxVfka
BP64Q03cRSO/VCSGpPPvKqsXEgiVNnAWIiLcvWu7MCve7D+uGhyeu7FYZmaWarpaVZRIZ0MF
Ksy6TYrdNGGitKPZWAOXOsFhrNGxXmEE5MHV2JGfp60cHXRxxo9jdqCFC3Y+Vgi/qST1vbhW
eOfqHZ/bZrPX7u7EP9a2HMlq9PT6CyL0lZPXEwkjVUUSOUZSHDxOCaSs9u2lKrdtNZsHeQKv
NbywLXleaG1ZksyRWRsdq703d8qMQbBLPQg9TrX2/a12QN4zpbHrmhh09+0kQcnhWX+vsm4Q
Uwz1wj8YQoOsvTv8rsEJj6hF3eVUweyWL8o+spAJLdsAU41ISYxRdZ0g/rvAq3oSOOBWbLka
NZs10V7UTet05VKPujmaiC9bw9iMmSsF42UIdl4KwaOKWpHYqw9E0uTfrLxN0nS/Fmtr6zFJ
zWUFX2rDRYKfUo2VBz9m7UWbJxQSIC2UuqBy/wBghJtjEsLFG9yZwAMUPuCJyXM0K1OLRdhW
aepLXZHo/wBUotROt92a+kZIoR+od1IVl6ibnAJCciTZ34tqwuXH5L1DAW7ah5VqiOGd+PWw
QFpLkavGiOUv7SlRPqbsTtfYGaNo0VoC9mdRI7xL651KQVa+0ZVUQQlbAHJYIQi2QWaYsGfh
wXisEADiULssBk8azQUHILrsIzCVDrEDErsH9p7V68LEkt6vUkckmdZ0PYvnfVpKuFuSwxSO
VosFdIlSuqSGXr5VjhlshVo3nPWVJKp+SPl36ENojryk8TAvYi12KcgVtelu0sJJd6lyoibY
7DtQ7fPm+B2YVLNqJhZrwgWZ4BI8cP49hUPM1FC12QpDE0GW9kRTspmPN0lG4wVEJ5mxGqF0
2lgqQWKKwOtoMjbmi6OXIsKELL+LupVK6solKs8CAZWbJV9MyuHDIvJkZxGhUAkN3ss3zdg5
BBV4QdoKwjudxcbvWj+MS0mUYQgs2S7cvxEjjKncT1sj76FjFeR3eetu1CzKi/jeYRmuJHMs
cTTmJY0gKyN3CyLe6mIxQ9ldSpUgsAv7n12Chpbsergj/wCzo6gKlbDcp7vFYeuiHq58rdpz
JHGXZjI24NPMwAjqjedl+DQ8TCz855V2ZmIZv/VWX+gDR14niAywJCyh1wkEVh7GYAWCfXLY
RXjqyefBA8ZvFA3+02EfteJOQVnsOtal1iv3Mr5I8kretFj9sswh6x5I5qksRhiEklqs1eXW
JLYUVrccb154LOR709RJIzX0rICiLvEij29eJct9glSvd7KSwK7kTcR67ZJfsQRJGn/alkyv
4jYH5F/xXCstSBDI92rGqJUIMlcjIl9UKhZKNba2uxZZbsxWOtUYF5WAlnfcoccYP/Wx0Rkh
UyTReyL1/wBHNWNZgJtf9l1BMLq6NCvMBcGs0Tg8Dtuhp3ltVZK80Msld5pXnY61Eo53vUtb
ouhMqSVIYqfZH2YeQybkWrRxyTDp5fRboTR5QR4jXbkhkRAZg6+tSwEceIfM9+vXjvXPlTb5
510OiIz6rDKZu0MbQ1yRnk5XIWKIeyz2I/rcxiOopM9xGKxqNvH4aMNVeIiCoha36IzPMAxq
KFMmjYLK6BB7InAVR+NiQqgIKVm00kIlhgjYNXiIcKTakADxni8YGkG8AGteCQD9s7PpK94d
r1V3r3IOJG8ho9L7Eo9Ei4kSxrIAV7EcXcNtXxWYN03a+yP3oq2xEzhrMsjrZOe2SMP2kZMv
aGN7Xazys29FRqvCzvBHHDgSb480cXKeoJqyNqF1VUUn10SWe6WMzKTJU0DP/wAIk4mRdqCT
JGuxXVRKqhpZGIeuu4ZXIljG43RecQAGxq8cVlYqFjnhXYmPCzFKdRsHslQwaMoUJOeQ283o
uvMRqwzeOkcq3/1X3TUP16OHIoYoUAGj9pfC97CYbFnTNxKZ5JQyJJT7xwYb0MmWL0cGT3pX
Z55mYKrZJJpmba6YAAh4CoSlEJh6P+jfEa4jRcXVksNGPXKhAoFw8rGSwIj7q0BIsrxxY3Ds
usjjPyX3GlcOqQaInGsRQBO/GSD8mduEseyrHRtMOKHc1iVTLW5cZayo8SjUcccb81UPpgwK
qGeQRlsKEZHvWxjec8a/jiAFUHNazQGOoOdzU98FliDKjjEIQPVBAhcs9SzGYepvyYnVWFH+
A0os9LZqxTaDcic3rEbKyNy6auVPH8e1WaSRakqRzwlexsR7rylmgpRGPK0YkNhOK1R+Ei8n
JC4yh8WPck8D4scggiRlE8kvvCcllrbkqoQZF1MnLjw3luJ5IFZg5qSNYWHiSNtxIxYwuMNk
rsDWBeOFRi70xLYMK+POA7JU4o0APGsYArKinO9ppFM8XNVrrJH1cyJLUgrsErDJYecMXWV0
EpVI7DII7cJWQK5wxnKdTmtKt/bSh9Eezw//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAI
AQEBBj8Aumeqqf2nT39u3sr7H9vX2sA3X239tf2KezcJ5SMdmQ9MNB2c3RY0ale4fmUnJJsQ
tQyxhlRsuoQkC/R9UTiCB5ndECAINYgmoR8wlHTRNMMJX8fyowOWIsbKREzEGxen6kZHk7mq
BaRWefhDREGshZzdM5clxWgQESZkUYJpOCjIgynLQ3QiaUclRk7gi4oXXcWysT3LMTiSBWO6
yJLS0dF5dr6LticI6u8kA7Bq3KkGLZA/itP/ABG/wK/4LKidvYyKIFEROoG4TCoer6I4hyfN
LZCU+RhqSFjYXA0ZCIJDCja/nUTOLHzBl6HEKFwSmlHE6nqEeS2XmiPm+dERjlICpCzgaSoX
WNjq57Shh3HVhspGVIs49yMXJBLgsoksWqxNWWUCQTRtVLkamq7i7HtOtU5HdKNhdkXi0NHu
VH0zi4q+jI495s9lGMWe+5QyYA6jdA0Iao1P5U5PUVq35UZ5dtDl7pf4XVN7PH2MmTWTftFN
7egVPejmQ5PaB8v4lVXomdyqSqqBzoUcjnSwCrEgPX/wRIkYl3ERt/8AsTXBvoyEB3S+IlSl
KFAR+Zen5TJ8Tso8vLG3kBv+dGMe2YseqMZRJ5IjuDeYISDYysbfzIRLF9BSJCZgZGw0UJGA
cm4UjycYDRPcURLtr2gWTjuxs+qHHOI7tmupRIrduiEYcTG7lCfITk1YgvRGQjdgAmhIxDVC
9OJ0reqYhwBQxu6iIOxrajoCdjXIboYB5AsH1RjmGyB6fF2/4O3+HS37dPYQq+5E7Igk+5Uo
1XRLE9WTTDvromAIFqI8hHc3udEmbdevy5JnMyNXZCMHct4lZcjAu4iCvW5I/wBqJetvyxQa
myz+IXCEwHlC4GyIb+3LX5JIOe4X6hD7orjESA12/oXKA5shUNq7VKYDuZxEFAmQOrAViqHO
DUG35kAag6RCPGQCwPcNvwJ6gmjbBPNyxpE2QJkM9gLBEkOBUaICAZntZRlEBzbIv/SgXEAa
yqx/SjCrUD9e7/B6ftP/AIFPbT2+K3Wnvssjc6hHuqbBHjFS/gAv7gDgLF2c02/NFVnmJXY1
Uj5gKiJqnIxILFkZyYCCYB4g0bZRgNrew6p40B/ivU4x/bl5xtJZkmmgCs5G6jAgVqw0XIHZ
9t0JwAlN76oTmak02KjiMARXxQo/bU2VO0ilNiiO54uz2WQBIFHfVCXISNIRIeqyiXMi0i1l
q5tSyljSdn/1IHzGW/8AoRnyEUpHVE/iHhaf+DT9mns2V11VV09jql0N/Zt7H9jr5gU0hQar
IEMAjgKi50K7g4lVl3PQUJNkRI4wG5coxEsiTRjVihGUWlGs5bL0uPuhE2F5MhNu4+ai6hTk
S4P8EQK7oxNxZEGNDSQUojymsP8Aans18Vlcm3vXGWeMpDIdEQwY0k2iaDyiawfRYOBiHJuV
lDy7XQkImJN53WJIkGeRu6BgcBWh2WEgCeOtmr+ZSl81KUH50AS3GNTqfxIxIy43qVNgLvFG
D11F/wBSMK4uB90v239rfs0NPbVUTksyLfaVVsd0cZJwbGiv+zdPCB5H0F0YmYjMXidHRgXI
NyEA7RF9ygdhWt3TCIEDYMgMDZh/3oykHI1FkI8XxULISmO8i+wKjABmTaGhWIqNU4oqIyjS
SMXbUHqpTgHq0gN1EkHji9ZC6P07vkGEiiJnvFi1F6vHzZEDuiRou6IYdWJT+kYZddEBKJAs
Y6FPx8Pbq6PIOPEAu10Jm8y7D/UmYUcVWcWOAGTUA/Ss8sQaAMozDgChIHb+ZN2nK25/EiGr
TbaX7Hh7W9r/AOA6dOawu4sgDF3uxTRiMbNdYek1a6oTj2iVcVHkjY/v9vVb+xvuWXliC5ai
I4JGQuSasjIxcanzOnAq9jUAIiYbEUA1UqeahatEZcZIALiB1QlyEHklSMWs6AiK7plt7Hkw
G6cV2b2CUKVqjzA5wkO+Mq1WJMYAaIiPICyMRyCuiDkSfZGRhHr0UZuWIshQgi0gmIdt6o8X
GwJ8o6LhF2FW6rGRoDYqXFEUIoTuhAh9JMsR2wdpA1/yyRM3xZo9P0xRORxpHPp3fsU9m3tv
+xT9j+C2TaalYyrFGXEa7FRjKJHHqdU/FwmczsF/dBGPw+KPEDaoHseyJ5LDVARqDrssolyb
AIykQH01Ri7hlOmJIo6YSlB79ShCIxI1Dd35lkSC2rokkAvSAuSjKU2GwKcB5blMTVO1d/a0
mI6pgQOgVblMm4OL1CRcoy/4wlFraoxP0+JNn7inlwubGieMCQLABl/cjLHUVURDiIA6Gqb0
CALkuj/ZzjpI0AChycs2gPhFFEiOYZnFmUjCkqEn/tUXOT/v/KjMUYvsAqzMtTpEFZ4khrHt
f8iMsBhkCz9tp/4w9j6tZCRuE5LItZ1U126IUIH708qA2W4FgpGApKj7ISBq/wBqEh8SORoa
Is44x9/5k9t3Usg5h5XopGLnVjurgFOS/wDFPr9y/ioziCXDADUp5dpnUfNj+Jeoe/k0I8oC
bT2nKOLFvZCOWLmpGyETOgGqYSBK8w+1eeIbqnjIH3pixIsUWAoqQHWiZgCbUTkxBjXqqyBf
3ow4wW0YU/mUnpA+U3ZYvEgaupPJ5COhus4eJ0dGE5XD4iioQ4sa6I0Lx16IxaXmAw1dp/t/
w/Ypf2V9mXJIRHVd3KI7Oj/dBbVZZiRBoHREhIADWgRMng2sl2ky6qkhQ1ddsh7kCJCqfOAe
rum9YMLV2R4zyPK/4f5lKE5s6PN9FyjkF8XAKLxMTcHT/wDyImZcg0LpiPB0CAR0TAOT70BP
ewu6Bo0KRHwozMzEWMR/pXGJXapP7Qb4f3Kc5swsVIGTONq0+VTNi9HNUJhiCGLLtoImot+p
AwJEZVEtCoSHKYyudbICMXmGclYuRHXRvyo8jymJCtUDGp2NkeOLA66spcYkJB+3wUjFwwqJ
Uf8AIo8kCATeIC7u6lANPzIEgSJq7d35FUYnZB44kXF0ZPRwX1/xvR+mrzSoZD4Fjychn7/6
05L+9V9jXQqw1CcLZ9F2kxHQsjITNOqfMh63QjOREQ5YGqqAX1VqISiTGui4+MFyzk7qROIk
NEGuzPc/qWx0lp+VdpqdkASPzaItiQ7VQxkK3/8AFY3DV8fZv+wyjFgxLsUGgBqszAONgiIw
iH0ZeUINRrMjGZIxFARRRykDLUMyyiAD1qhGMQwZyRR0JPGJ6WRMzEnRgshf5dGRjERBFiRX
+ReqakGzUUniGOn/AIoiJaUfsTiQzCYyx8CjByzgu9bS/wAB1sUPZT2cxLRaTMKW/Yu/Vim4
45NcbBd8M8tNAjOURDiFyE8RhCwe8/xRQMZAUsUYSGO0hYrEkePtdmCEIC91xkWDVKkZEZXc
bISkJMfKW0WJDG7owao2sjI0NmWQelgo4kncCqGmQcj2l0BKVdgnEnGwWIcbmyBgRlGwJ0Uc
jGJazqsg/UqkojqTVXj9q9Il4fLou0Y8dsgv/aegZCMy8jtqjd9GqgxZr9EQJmhowRcuXaq7
6mflOywiwAFtyjGcXeylAAnIuen4UBCLbsmxbqap26P/AILpvbWy/wCZwDtl520Kr7OTm4SJ
ekAZcfxMUcwYcUKkGy/s8YiwY9fzJ5NEoQwHJA1I0QA4ohrLIxj9iaTt4OEeWAGEXJbZOQRs
E1j1QEQ0LGQRhGPdLzTNz+VfhjQAbLPKjt1P4VG5idRoFERj3AP21KHLLjaLEh7qRLZS8o/6
8iEzyCIke6T+VRwnBhT1AayTR5BynQhHKMggADWxKOB9xRMS3VAEZHUrGbccvnCP95wNV2TM
jsyyMjHH3Jw5A1JVJFnoEOZnmLMmIpusSHO5XqQBxBtr+lRjycbxGjV/mRjKOAuhjOO6MQ0j
uCoGYH4UJUrV1Eg5FSYEPoiQ4a6Op+5NiN2/Z6f4AYOpcfIBKEgxipT+jmBGTnCSwPCZAVyF
clx/Uc0DxmRaUTrH8cU3HFgQ4a1VfE7oz4fqs41aMn/lUXkGPmrRZ7eYKUOP6Uy443mQWXdw
tA6ChXKIgmcoFnu6x+Lqv7gylpojxnjEflIRymXBrVGEZZA3JNEcOPLY3H6U3puBdigeMCPH
E5FyxCjIgR4tI/8AajGXGxJ8yEJSEsxSIF1jB4gmhN1iIimrJgO3wQkSADsnjIuViCx+1SPL
MkaNRlQGUd1iQwlYBCLYiI0pVShCRMBUk3QlZrVRBNYyc9U8SjHJy+uiAiTExtKKEuaPqw+a
IYsgYHu+UovABtUGJY0ARlw8hZ7FRPJ3xIYHUKMZQyAo67ZB9jRZAiupWxKZ2I0Tv/8AKMQa
hV9lwqyATmQx3TAgrGyqQnBBdWTs3RF/s9uNyUeIyAlE6KPHcAM+vsdYkuf+vMsrg6piBjsy
HIItMWIXIOOQiZDEF2AdAcU4yp3zBeTqQ5Jd0S0TZ1MSi7i+ylERaMrFRlU5b9UOOLB9rqRk
aEsH3UogCooQoxd8bhTBvcAIzNJPqNEJSrKIYo5MAUJS7n0JRlIHCNU/lA/cqxyBLOE1ANXu
sfpnOrFRhyREWFTVdDYnRlyEWAaqaLkn4dFMSgYwO9AjAkO9Dsnn5rkhHM0PldF446PoVnEe
nLSUaIQ5hnD/APIDVPwl4iwTSHihzAeV6I0EoEuB0Q/+ueyEuM5O5qgJgZigRJFtAsqXsyyn
JiTRHF5dU5P6eiYwy2ugIhid0AZUFtk5NeijUsbrESGSMsu4Wc3df3ON21CEccf/AIVbpogh
ZEsAoyhI5i6PKJNObOVxTvSqJN6iMfBMH44vRgzofUCY5OM1lE91EOPh4JHkbykUQ/5AwMrR
2QxcvZR+jhKhLzA/pX9vzGktf8q0jM3G6lAkCY+8LIBox00KETQxpiET9PCt8jf/ADIiUTL8
1kfVDk0a0YhNCZO5CPpEA2JPmRjyjOUfisChKEco6Rs8kSeLFy7FGE+NybFHhgBQdyIlJo7J
hIObMspEEOz6psgBusz3SCMoEiI0UpMZeJQsH0VS5OqEnp+5ABiLuESQCyGJNdEDswLIRkHC
jP6eWLGoOylHkDcg0P8AUpQAPaLqc3qSzJwHG6iY90dlm+MyKA6Jjr8SNe10QONgNZG/5UcX
3pVAY925oUwFtRVOcgAToogxk4OylF+7YXQNSbgEqJm8Z7JpV6rPlFIhx1UuLhAjOIvZ/wAi
ONwDe6xke5MO4nREWBogB3NcOuHjkMCYvSxUZcREovljr+VGUZnjmPIRuEeH/wD6ETLiFuQD
IIx+n+lykfiIb+Zf8mYA5JGnGLR/Ksaz+pIoNkeTkm8pFyVGThwDV/N+ZAgsTUNuhHN5SOJX
cAQRUFH6jicGJsNQh6tjQtdNCUTxH5rl0cMTEmuyMiRExsyIfNrzPX4V5cpNuoclchYOWUfB
MFPEWDEpwGl1dVHdKgUQbGp8V0RRjKrksylHjIbdBzkQ9RuiYTEANbocZIlS+6AA7nZRjKXd
KgAQwmIysxZGMpVNfEoxJdz9gXaWAN0A7T+YUR4ptOMgWmL/AKkRfqshY6BCUA4FwgD2yOiG
Pk33VqrIvI+CLinSlUDK8bMgYiu6DjIHey7oALOEGJudU9Xisib2KqKImURIsyHNwn+3I5Ra
4/AhySOMibeHnigYU2ZSi+M3qyZ6ixKJNSKxUAHE490Tc0+FDmMDLhnIiRN4n4llGXY9vFEY
CUdCpyMAMtWRnM98nEI7/kUpknu32QPlOr/7VQV1VKNp0QoxBUTySxDC6lGBya7qUIxBmKii
M2uKg/CsyQIvUKdsBYM6OMZEa2qu3IRHuQhIPgP+pSTDRUU2Bc66I/C1QyMJlyA7soGJdx96
C2CDFyHYKRjT7liIkv8AELIwc9BoshcalYgmONZdSvUDyETWJQjx0nvf+VYchMiavohGDnLz
HZSjJwAftdB6gULKlQQjLjmBVjE7IiNzdEy8sroTi/adE0hQG6yx0sqapiQmyd6ALGJ7t+iM
c8g7jL+lZAil4snYMjE8YjAG9iyM5n+2bAWTiTMiZ0ECwG6PHBvVNYPuEeHni8oFz/5qMA8T
e+n4kXOTXKYBhKx+VATOUNyjxPWDkOfh+Vc8OOReRJjBqOoy4DT/AOzjlZ/wrDmBgfDJS9F5
G7mwRlMeWgANKfInFkSXOx6osQT9rqpYgqAIZzbZZTJlsNEZQGJl9iHPAVFysbk3WIg4FKIT
k4iLw3R44wYJuOZiCbsifNOQbI9PY7LKBYtUFSgOPKUdQoy5uzINgq6FCTVFHTM43RJpsvSE
SInzSTAON9USB3WqipUqdUYhyJXRMIiLC6jCZrIMCiQKbqRltROKRNXG6jDSQYtopiJ1YBYl
3tkhK4OvinZhKoC9JmAF91i9Hv0REX9yyANdCmPbumbJ7HZYig1CMIQJx1NkZTiwjUuiYDI7
rGUWkbnRHj4yMQe42RkWAijzSDg+XoFnGs3pH/chNxlciLqUj26khPJzCNI0YpiWbRAcc8DK
ju38y4xxy7iBLkLVMj+NCWQHKNPmTiJjO1lOGU8pC4DR/Ii9tVTTUUTAsDdkzt7kHL+ChIyD
AOf9qaAy8d1LhJwEA5CMD3AogdpFiF+KVHGpVbpymUWN09zr7Cns91x+n3YUTSNjUK/uQqyM
51J+9VOMjRkI8cxjqLrKRvYIgE03Tk0dk3GaNUoETc7JognKxuogB5EVUiZEAr0xIkR8qcku
aE6rMnqAUX8pKYSfGwKji1an8LKOMxmbhenjq3VdoA9yDlNfoqHoPFdzuTon+0oiVQbjohjE
RAs1FGDVn9ypWl0OAElzUIkl4AMwXPzmOWUTj7kTKu5KESPcCcV211p/3KtOqoA4q4qo8cj/
AHuEAD5jH50eXhkYk2OiEfrp5GOpuuQcHD6mIrIf6UTGLB3AuytVPrsVUBiqCnS6D/YUJzlg
OmqyhqGJ1VKtdPEhxoUJGgIMS+iBjICDOQbr0wRZwoB2q8vcojJq0CBJDEe90wQakjZE5GI6
WRALyuQgQACan3r9yZEM7fcjjJn/AHKhAiD70Ho2qYSeMjVCIp16og7PVRyYSlQNVkA2mieK
OOlH0QDV3VWpV1GXwij6omNYkLDLunpojASZqU6qBIoLL1ujuj0qm1QAodSrvutaJmvcIS4y
wa2q/uxtRAwqAwZAioao1RnyxIEy8aXQwoTfRlyZG0CCReyJftO6IBYff+lEt4+CdwXsiI1i
P3qPJxyIMTVtlEcMRmKckTVwjHl4AJP5hd0OKED3d0n7j+Zcs+NxxykSwP8ApTVbqqXFqJqt
stHOi7harKPHxgRkaBRERLuLExq6zqZRDt81EAeyexTAPlX3qTwPgmmMZKMuMZguH6qMDcH4
lf3LZCWg1WWlghyZOaOB/SomPsosetl/ZYNpp+lYzbtqTav4VImBaNqUdSnINI09yhhE1Idw
pHlIhhYDVRnj3QK9SEu4UI6LGHG0Yb6qWchxm5AUZxmJCNMUTIenABg+pT8kyIPQBYQIEwGc
7IyM/wC5ovU7i6Ji4xpkvRy7r9bJnVD7liaHRF2ZrrdEyLKkgSpDHMDVf2pGHd+5enygyYtk
LKXGatYfEEDkRxk0kBoPmUwCYzEXoHEkSaOjtusSGrU6lY26FMJX3oiBbYKXPyARzLRBuwXH
DjYh3kp4QyMhiDqyzMDxiQBAF09CT9quctB7GkFOce0ccXa5KdspTGRJ6qRlINA4s9fyqPBE
98nqVnE4OWPin5Q0xaW4XcXO6aQBCAiKJ2GQLglAm6pdASDgF0AYilk8TSNwoFrjRVXVORT+
KdO7alUtogSKDdRg4fQI4ipVKEXCcUcp9U13TRoypU7lNtqmu+iYExPS6MJiU4Cx0I/UiYRA
ibxC9X3fci2uid/erORqmApdUauiIlHIHVS5OGVWPaUxjkA5KlLl42IcgaqXLCTyk7A+UKQ5
4CMgWBFP5lKUpgwkKBDjhJzGNzb+VFzUUYpgzaOU71V23o6Zh71DhiRlMj7EIZARhRxQLAye
EA5IsuQQAxxIDIRLkiIF7K9vsTOW67obbNRFpN0Zcs7mVGZ6ImLzDNEgMFjLskKyJu5/CoGc
/Uc9stXXp8gAypE65I/Sc4pHyk7J7bp1ROQ5CB6Ikl3sPlTjROftRbe+qiNQq3R3RJqSUevs
Istxuo8pNfuTfejS6Ae2iPpFvHopGY8GTG6yRiYsNCgQHGpTggrHUJjRYaO7J1oQnCoVZxus
iX6IwjJgdRssQMoNVqomIPHRibOURHkygdDqpRkRIxN43Cw5ywlQSZT5YDsbEF7/AIlr4lfu
iFXS+qoGCr3HbRT+onENENA7FGR7OONSh6PlNHe6McmnPUaBVkZgUEjUlMwI8E7Noh97J7nS
ykZ3mGdYCXY7uaKXPE5QlFiBSoUZBomJcNVyoyBbkg0lDnhWcQ/2LJmjZ9X+JHRHdNfdBAoj
RM6lkddEBqFVGrOjWo0VmOvihvdFxTRFw4Tv7ghWmyv711Tg10ToJrqlrJxpog2tSF19nVU+
xERodHQYsTQncpndjf2YYvKD5E2/lRftcVATwkRBqxuEONu/cXClHMh/KFyHkDyneV1OBjGo
oR5h+JelSTHzapmJ6BahOKhA0dVA8Qoz4gJ8ZrjqQjD6iGJlSj/0qIiWaw1UvU7XFB0QLPEu
wki+ljoE0TQ1vUJ8Q6EQfeyAFgLtUpoFn+0Iz5pEQGzkOoCMC4rkaomEhG7l6FTy5GhKXaCX
ARYXrRHXZOddPYQ2tPa/3KmpReouF/BVUpE303XbbV0XuViSCpA+AdAAMig1S9k2JD3TgXTK
zKzNqnP3KnvQ0ZXLhYEEe5GTUf3p2st9VZY63Lqgr1RM4ZSNSSqccSNaLm4JcTgjKDaozBEC
a43b8KiAC5ZyLOsCOw6iiJ5JCAHlN0ZUYmj6hVYAaW/pQdmFmTh6aq1NCgdN2XFHNpQoxpVY
yiDgAXDG6HpwGUfjRAJlCJZxuEJGVRbf/MiDUamxVXEWYjVM4PW6EOPuy02/mR45zYRrLp+h
emR60iHJAp+VDCAhEeUCwTDlYtuyjyRIlA3D3HxIgyMdSBZDiiDIxo5pQIGNYS3QO/s8U6fV
ddU+yLKt05RemxCb3BU0GicjHxugCXATip02VBdCioFWychMFZEUTEp5Uj1RZNPTVXDKqDVG
1lkL7KU5yEREPKWifhIraRRnxT8uyiQSTIPqzofVHJoNl1QmYgSkxyFEIS5Ix4gXyBr+lQ4u
MNLjIIk1wpwgCYgsBINI/jTGrdEQzjVODQ6G6YX6py9NkHeQ2UZAnjkKsdPzLmkJPjIxcXKn
L1AISjUvWv5lDIOZDK9/xIEn3FZSHvT38NlWlPisE8QCdNP1Ixge+YrIfCEDiSH+1H/kwlAj
/wCtu3+ZOImTWqjEcYfSq9acTP6e046w/FFDn4ZepHlYx2YqWVKIRleNPcqaewewyCYBnCNG
dMfbayswThEA1TAW3VKp3RYo9wHvXdNk1XQ7XZNGNrheW5RPJ2iNzosvWo9QAXZD/iwMpfEZ
XC9TOPrM+PR14JmrZD71D6XjpDzzOn5FGMCZSkRlHQRRMxGIMaE3qPhUPpvp4NiT/ckKYon1
/UjrGKfkAjGNyTf8Khzz48XPZB7/AI+RAcnJEEikRVYcMRLkJq4qvU4JCE2ccUq5KXFyxx5I
lpCypf7kWIB33VjloQVHOB5CC5HX4UZckO6emyA5iYmZJLDJCRmDAF6U/mjJf2mkIgBhsmxc
6omJpdzoiQMmuf8AtkiNNHRjAVNX6fhQ5HBlLfzI8s4kyN3srCP5aJ+KRI2T8h1+xCQAMZBp
L0+MSEISevlr8i4+Nx3sSfBchBBgQKDRUsgrIv7HVbJyU4r4IjVSDsxdES5Ij3ojLIhPEHt6
MmhxliKFPxRDkX0CccrnVk4lIjZOTyEeBCtO9SH7U2ROtQ6ixJ3GKccT+AqmEDAnogeeJEB1
qnM5A6BnCMYTB2JRrHSujqt9ka00W6kHrAdwXPyEVIIgv+Rzk8vJHtETZx24KfIQ3Lyg0Cc9
somo+ZD6rmkBEWiS0XH4VHjhFhGo2WEWMnqRsoifdzy2qf0rH6QHjrc+aS4+TkiTOR7pNVk/
DA8sDZrj88E0uKX2GiYcUstXBAUZ8wxjHQ1quMQjFie+VmAQk+WNomqwjxMDrqsuLlxBL4XI
UuaERyiFSI+c/pTcgMBrEiv6kR5R0WQBMnZ9E/HDKc9ToFGXJAEgIANECwCrQDVXd9kOSFJE
sQ1F6UqxNlIQ7TKz7oTjLKQjiIC+XzLvPcT3KoZM6fVVuUz+LJwHUoQjlgWbV0fU42J0dYRl
6b7ovyZSDimqf6SXZK8RcD8SfkBA1MjdBiTLUxBKbGZB+ZgEAQB4yf8ApTAxp0KlySaUZfcg
IxiBpQIW8Fe+i8FUsN0ADRA5VFgqHtN1ahRsQLBGmvl0VBY3T73CJC+ojGkpElETIJJqy9KM
m+njLKQ6oSgQY9EZQI9Y1lFE8sgYO+Oy/wCP9MGgPMRf8SHF9O0uWfmknmSSS8pbD8KAwE56
yKaIDCyIsqtTdWBdOA0r0TO5TGLlCMQwO3sIiQ+qI+o4oSB+IgP/ADI5lvppH+31irvDSKaM
cQNlUsEBCJnsQE/IS2yAlIRj1QgP7kiWACjLkAg2iJJbYJ8n3TnWqMYxtcrMAU8E06PsqTAD
XRhxsQfiR4ZkkChI1RPHA8Tl3d6ockj5jrdZGstBdRcX8UOaRAyHlF2VQC1nCJF5Bj7k7p9S
indwtgnBZAxuF3VT3fT2VTaLqiQNEa92QKYFkJk09kuRjKM3BA6o8nDE5SHYEwJlykZTjs6e
LxkfsUpGb5EmV3dGfICciwBUzwARlKpJuSjPkPm+LRHlBBzNSUSC4BZ12+K7n9lrm+qOEvEI
ZhdSnBRhHzMjzESiZWAKI5ptKN4y1QjCR9XQblEC33uiMGbX/cpCIzI+EbrLn/tkfCFh9OMp
fuT8gBJeo0/Mjycse1u0Au5RkwBFm0/LFZQBPWzoUYnzHoiZPKOgCiOChfuBLUUXLjUOojlk
CSPLSiJMms4pf8KI4+cRiASA9V3ES2kZZJzF4i+yi/E4Nsa/1LAccoxaoZlF+IxDgB7MocMC
DyM0t0JSqd0QdLp3omBd013WJqNkwtsmayG+6ZvBUuNFam6c1CobpiGRpQJ2qtCsGF0BYqYJ
qzgipR4TJpQLB7rmgb4geIRGLsC3ReVpHR2dRFg7yQIl2OzIly4t1UeOPcxeQsAoRiSIipI3
UhyGQNWLaIY8gL2dEgRI6J5DwUSJiMvsBTyk8dkHYSCpRYnjzjQiQNUfpvpfppT5BTLkcQiU
eb6znBmR5IjtR5eURPJGkJarMEOakoxBMATXH4gjH6dog6i5VTkx88nf9Kx8siQZSJ/yqpPV
AkF+qDRDDUrEANsqCiaNEXUOf6Z3hLuiNQof8nilxyaso1/yLKHMXalCpy4Z+o1qUWJDk6Mp
CUMAPN7k9R+Fh/WnMSDGhGjqAYwq2UdUOSc5HKgJQjdFB09FWrVWxXccnNGVAm0QahVvfqmN
hZ0wWyyP2L9+6NO1UFQqhWqiAGC7IgE3op/U/FMAeDKZFwCvXxJcuzWXJxmB6EbFR4gSxD4b
IEsK03TuX2BWRLkb6BEZEjeyZxHwCb1iDqsD3cY1PmTRpLqEDkR1P+1Vp1FlXuGizjaNwjyA
iAB2qiBIPuVA8nJKcRcL0OLTtAWXNEx4ga7y/KgIwEIiktSU0QAFuuiaQ6rEAAdE8dEyJ1N0
AbIi4cUKHJAy4uQ3IrE/pQfleO2ITcUKyIeW6cCpDo9twVA7hMYORZd3HjONiFEgOY1L2dbI
ghm1TKg9nXRN9yog4snKLVGnsY06prhF67KtETlQERbSoktihUOqpxZVKqURcIyMXBq235UP
TiIsG8VmWP1TMNcVRzInZGT9o6hz+VZS5Y8YlaJORWPr5E/CPMUDzcnpgdarLg5G4xeUkB9N
MSahnL4ioSg0pE2tX8qw54AcsWGY/oxQkI5cbVYOH/OnMmfT5FjA1mKSReYJ2Km+EQfK6lGT
jrGgXqc5BrUy0QHGzdFens/em3st193s8UAajddFJ9KqpdtU4UIgtV6dFkTUiiNWDFcZ0I9l
aIhH7kzoiO90AKePsIf3JyaNQIFdU+qc0dUqSgWqUwuUYknK5IXIYk9pFEZauKfi7u5HIkVo
UGN04lZPZO6uiwyWUIAAe9ZkmO2NEZzLzlcyL/zKhJ8PKmyPjosYHqCQjInKR11BQPJPJrAe
VY5DHWLLyxfQtb8sERKREjW6YjIEsCf96Mudxwi71/kT/T8jbvd/yKBAjyQh5SNlj9QMWsRR
f2pjk5JWGoWXKW5JGgCbjJHC/lJ+JRyBfGvir1QfRP7C108mWhTpx9q2CMTUMVLjj8N/ZAgs
ylkKAXRjoxqojYm6ciisog2kqBMinaqpVk9yjSgQl7OicUZd3mCcBwbIXc3ATNXUrkgS4kXb
wXlL5fcg4GMakNqqRTAVGi7hULsOIG6DyL7Jmy3U+WdYCtFKJdie3an4VKMB22iNXCAF9Qi/
uXjoD7GDvsqg+ALq5p0WNCRumxBIosCLkMRYfmTwMo10NVjDkyb5qqUebvc3dpRTjhzl8xKP
NMMPhGkQoxiGch5VUYA2iH+z2BMyqgjE3QMRSNyUReMw76Ojxkb/AGhMzEJvtR5IuJE19hLO
RZSyGNWtVEaKUGtIt702qdlDkHwlZSsdNkJaLIVBTA1WH3pjXKqaFt1iLXKbReFk5jTQrKQx
iDXqmjRv4ol+4DXojPRh96k29CiK3+/ypxfVO106qnPuVmQ31Rhob+CBibWTzbKdfeiDcaFP
9q38EQHHQLuTVc/YrhtlL6g9pjSP4nUeOReV1ywBfEJokMLFCLV1KBIqu2p6IGqjIuTGoBtR
E8tSZMCBur+5N+w+6rY3CDUOidq6qi+72kIwOpuVjxgEUBTikeQOPEexlI2ZYvcOFCVx5SpO
QZR8uyjONG0R5SfNZGYJ/gomJNbowNxWqMZ0eyLCykOlAjgKlRe5ABRJqBZ/Bdvgg5sS7boj
V2fogTVMKhUsd/ZXRHbRZLkm5eoZVDEe5RcEyIp4Jo+ZtdvlUosxH2q7G9Vep2sqnSiuzXey
BI7AfMg1BGzbLIkUfELmPzAuVIBqE16Lt0sLumI9xCbQ/YhEVGilOdI2iuThAav2ptEGTKle
q7bIEXQjIsdgtMfvTbphoi6MQOrpkQdVICgs6NaoRlcB49PbMDa64zftY+5YS8t0YiwspE1I
qCgDIRB0N0YwOT06IAT7wbLKW1BZYzsbLsq57hsjGVkR5YrkjEPgaFSJOjowNHN0QBQm6wy0
eyCAA1QJ0Vk910WMd1KMg2RYHqnAYlRi4ABYlVLSK7oudG1TFwRoWuvHZEa+KEY1lsKqHaxn
VgmjSR0NmWbOWLMu4ebZTFQCTXoqV+5U7Rum+4ar1OU4Qag1UeODNtuo8goDT3rHW/tD0Tum
jSVwUNeSNCgJM5VajcVQxsUJO5GhVdrIGyZT12RiSHIYdEIEu1EPZMOxZMbxJA96jImg0TWq
5IQEe6UrRCynIDVrotM+AUZRL8gJoQgJC9yvUBeP8YokFhQMEzu1yru65AJUO6ANTb7E4N7j
RZWlaizrlji6rQC6fRHVk+60qr+zLUo5AvGhLojUWqhGTyiKNf8AzIA8Zlo50R5WHCW1tMqX
GQ0hpZVIBHvQMqNsEZfDEfuR5BKjoEAiRsNCoD+ZDl47fEEA9AniKfwQ5PqADEHyp4UiBpQI
sXAQpUVdAk9GXaaoPclnTgOQhE6prNRlIgd4t1XqCNxVkBH4LlASoQaugDUPcIsG3QBsqIzh
droS+IGpWUSwB+1CY0umRBF1OBFHosYCh+LZR4oF5fEQq90zqht7DPjpyCw3Q4+T+39RGg+W
SxkMSKsbELEFov8AYjIS6FAbarEggbptwwT/AGIxdim1u67qbqjEFMqrwTAK1Sp4+YVBKMBU
y8xOqM5RyyqwoEJkUZh0KJDOOiaZsvVMRLG8uiHaMTXxQEBgd0TLrVSEIvDULj9M0ADgoGz2
DUdS45lsqE9UC+TGgNAU0Yho1LIAdoNypRcmB1RMrGoHRdJCyr5ooiweiLh2qqhmXqxcy2Ty
FRQ+K9WzaouatVtlH0x2m8uqi+geica3ZFu4FRrU+zEikgQpS4xf31RcgMffRGDuCLe2UwbE
u+yHHx9sBeR1/KsYCup39vVAiqqMZ6SXp8kfV4wKEXCOAOUTV6UREqPZ+iY1pVRIoRcrH7Vi
bAaLKpIN1jp/BFdEwC6n2Eih0TPXWimC7TDF7KUDQaeC9AnIix6fKnFYg26qo8VUtIbXTcge
qiOPjAkKReqIliPwiqIIpqFhEkPcCigAKH4nVQCzNVGZ7m00RFHNgV6cuRj8TLEAmI8rC6DQ
Iid0DEPAUQlKjX8USbEqJIfJGViTbRMTWSMvi2QkKCTONit9FHkAYkNKK9OpE6josNQgTToi
LvUKtWsqoTAsUdpfcgDQIUoqWTq1DdUDAezquqb7fayfEPZFqvp/tRjUbFf3A4G1CUMIZR0O
oZNPjkBusc2O0qLTHd1UMLovp/FdNE9wqU1Xd9qB+EIYl9VLkqJR1CjNnhK70TGQH4SRdf23
kbU3XqYsCK1R9aQjHbVEREiBUYrOmA0FP5kQAxFlMRrN2wPzL0uRg1TvT4UJNjiniw3CaUAS
RUjRE8nFHEeU6kfiWMYgbaLCQc3dH4YknJlGMQ5NHURGRDIRnFzodEX9/wD2rcioTb3CcjsK
aw+90eM1jdVLx6aISgKST/cg9Colrj2TYMQiMWB+9M7NrugL1qgjI2AUToR7eqIvsmKK6e1l
UO2icimyE4ExI0RMg/7kHiw+YXRjn/aez1sg5dMLIzYMA/uXKaRjxmh6IEF4kKhXpm4NhqEI
8YLjy7KWsjKoK69NHRnPKUjaqIjBpXyluu6WZFohdsSXOlAEc/NqDVYhsYByApTM2JHaNXQl
JyQX/wDJDmqTIsdgqVzomBdhcpmxa53V+1AluhQepJYMnNjookWdiiYuzsw0KDkERU9Qf3IT
GgYoSFHQji4lc9UKvEnRQkaxZiUTGXZyUD6FYmpjYpnqLq1Q9UXvEoE3UxcMVIEF4S+5Urqy
jIx8xoFEtU0ARgbFADT2dEXFEGQJsUJb/tWThVHiF26pnDbIkVkxZ0c4mPC7TBHk/FBcnL9J
xmWJxY3xP/2LDj/t8kD3xAbL8y4vp+QuREZEVxXH6RMeOdTLRkOaBd65f6Vk9DopThyPGjR2
TnljlIBouyxBEhE2uVKH07R5RUm9E03JNyVGMAAwcA7oGYY7uvXIaMrHcJolxfZTZjMROJuj
AsJPVqMgCcizOE4ka6IuaBZH3LDa5TQDndAyNVZ2quSPKQBIjAdT8KAF9liLy0TAV6qJleJZ
lGcA41fRUq2qEHaWiweoseqMdBqdUDQAjRZydrAIysSgDUbox1aq5AI6m26/th5a/wDahLnk
Q9hdGco4xj5B0+b29P2CRcKIv+z4Kl0xL9UQxIOyfRZMWdU+xNKAE9xQomMi0rxJRlCIHzMj
zcIadz1XHw8oyLUy3UoGsSXAdwhgWOyHIA8mquImOMgGcXKMY2Z5eKaILFwZHV1k1rFCMBQM
8mQ4ojViRYLi4QXMQ58VKZ7jK+ynygd8jQspGZGLuCbl1xzhZqrIjHfqqWOiAAeVk8jXonNE
QK9ViwbojADub3KT6mifUWKBnoXdHEF91hb/AOVKOhUh7wu3SqfcfegDcXTSIRjGwsUN0QDV
lyR55kzkWDCgTwccQrkaf5UJt6knvLdMA3T2sbH2VQbVEEvVFjQn2Mf2a6eyq/gnFSndyqX3
U+PkDSGvRSjKwLjwUGahou6ugRJoNESQ4q6IAGAN0QSOixjIidsRugeSYJ0jEp5mpHlF0PTu
ayGwThzVmQiYmIItdCJahJIXqRpKNvBS+mkHctGtkCAQAAx3QG904JjsiY1IROTtQpxF3usi
wOyJPmlqnRbXRUHuWNk8rixVF4obj2VNdke0JwGPRVDIkDI6BHl54iUjYaRVE9iK0Tn2ElU8
sUD7A2iyApqFGTNuhqPZ19rr96pdV9hpRzVBtTVRjbJerCpJaUenzJpGnIHiUYagarI22TaF
TjuHC5IFwJB/epEMSDfosotW5A7giZ90zV+ijIOSLAaKfO+BZgRZESL65CyjgHkN9VPjIAiA
7KXG1SCy/wCOxPdRMdPuREkRopEVc06IBlt0TewISVqp2ThMydvZZPr7O4JnfxUQNZCqESam
v7DlYRNBfxQAFSg1h7AAsjVAdVlqzP7DXSycUZUVU6rroqVLWT6r5RoUCe5AxJcWCPHItyRo
yECe3ToVEu3Jxs/UIg0E6gLomUcA4cv70eQ8JA+9GWOO4KcTDkUZAwiZS0f/AFqQPbBnpuiQ
TizMpTNQzAHdTnyXlQeC6r/lGP8AcAunKjNnA0VAunsf20oq+yifVVYnRtlX2HIgJ8wfemjV
d0ogaB6rbTouMC2YW7rdObItqWZdAnIvd1kR0CYJyuiLlDKqZM/s8U1l0TIFPsnRJqDZbMiY
lzGrKP1XEGNiEJEVIZdwacTjIeCBie7iP3JzWjsipc3JLCEWPFEVt86wNG/68qGVXQli402C
JkCX3WIr0TYO+qMTGkavuqBO9fa37HT9hl19twy8w8F5qqZ4eUyIvdf3OdiUYiWfWxXr8hly
AFwLsPxKMY/TkE0dcXJKTRyBAQ0Gvsx+I/uRIDAfehnUnZGTVQ09hJQOLjYqT+KjK2jLtrEq
txf2dPZ0X8EHqCmZY6PdUCqv4qXEz8fJ3D/bFGFWNIlckDqHoNR8azf+3M1OyDG1lQeKMxJm
uE8rnVNiPFMvKx3VKdfYGFSjsh1Xh7e6nVVkPdVPUlOB9qIEQPEpu0NdCpJP3J4kEIkHCNve
nyPRdpkTdk5BGzmqcktsjGQYSvJYRcA3JuoyMiZSOuy87B3xGyOVYk1BsowhEDItQWUIRqIl
0DuFWyJNrAoYlxusiXNvbRMgH8EDL4g7IQ3siHYppX9jKiZUFN0G39uycr+CjKIaUCsojIjR
DliaVBBuCj8srhYG9x4LE+SVvFCQFJUITbe3f2U9lUzu9gmdirqgEpGwT9x6JxCp3XfNidAj
nI9HRlKZL6aKRjNmGqPFySB5YmoBYsqQDFgCdCqMz0pqgIsADtuhGMmkdUQZPMfCqmuya4XU
2CBnWKclhYNoUOPo5964g9ASJdUIBh26oC+ixGuyP03DJjaUxSvyxUTIvOdS1lX21RFxZCJF
DqosHlCiEn73cITiC0mfoVSoK2OidPYH2dE4uq+yqbT2njkRVyEeXiYcg00QkaFu4dUDYx1R
lEu3dH3KMtw/vUZEtoUA7KlVWTdEaknYI4xNNyiXjENR6kqU3dqmn+lD62U5QjKOMeKW3zpi
QQNQsZEh/KeijyMZccateq7YtI3dVLNsrOVUqnlCmZ6B1x8oOMeShYXUYgPnF+oRMpY8cadC
VlxtIg1IQnG48z6IEyIFyjIGmxTvRvuQ5YzaIoInoiD3B6LCADRLl1LlJPb71dp3Cj9PE5Es
JSG6bRkOOB/vcga/lioxlWUj5hU1+ZYmsYDRMP2JEVL2VagX8Udjom4iTIVMdfzIwnJ8g4J+
ZOPNZkHLE3HVV9jLqq2VFdVojHKqeUw27rzv70JCYoNLuqTdxqWTu8Xa+iowHVGGQpYdCjGR
iIg0ZGxNx7lkA/VlUFuieIAJ1OyfpcIkl30RMS/KaHYflR5eSfc9lUONS6lhACTUKhEmhBCj
gaWkFl7aot5lN7fxXHMXjIAE9SuMuCQAyl2EjQjQoxkWEhQao8biT6rEPGQqGQD+IGql6oqL
E/0ow46gnfVYT7SJLkLDtp1IRxHdKjFHkmaANTdHmk8uTIkEqXLNoiIv1UuQyoaCL2WQlUeU
oAsTqR7aIk7IyFwUZAV19hIGjOgAWN3ZAyCB00ZD93s8PZVMmURFzWrLKZZrjoi3IXPlCYzx
nb3o5cgeJqSKsiBIEg0UwT2mLg3KBjIsKSKhMkkih1d/mUuSZxDBGRsuyViYs+qaFZAsVlOo
FvFEcVSNdFke6RFWUpCJANon+pHizPGX18pWMpZRdmd0c4MBQlDk4i7SZtkCLuhK4OipZbLd
OpNa6ABETkD4BRgYvQNJSOgiKbqMx2mQpWzrEnIiyyBA5NWqnmGMDU9Co8rhiH/7V6nHSTui
HxOrJgTIyuTQ0+VelKRxDdo1WT4RayiMWfejrkzOLDRUFQ7UZREQxNCD/UoxGg/YkxqyjxGs
5FgB/qRfTT2AO2VfcjToog2AZk2qYliF4Knssn9jmj2VaZFGcfNH9yiLDlqPFSnGOQgG5AP6
0YRm/q9wyoYn5e5T4ZnHm4TbeKPDKxL+9f26GQsoPUMQW3CcOCKlcwlQxk7Hr8SLXZ2FExJD
aIi3UFdxqBTH/Uj3ZPovSNJEvRYyIqAXJ3UjyMx2ClycXJShZDIudCgDQIAKtVT2SJUzKgAo
d1HkckEBoi5ZHNxEfwTcflhWqEyR6gqEatE0tVYyDRmGbwT8dTBOayauiOYL2ooiLZGtarMm
9QNT+VCM44xsInVA4vyRLuOiA4yTEH+4eo+FFzqozIIjGr2sgeiAGntIKBmYjI9vzEpxfVYn
XRHSwGzK1kQ1XqURcxUSbbqiDBx8RTX9hILv7PTMxGRsNlLjJcgUk+qMZl5QoQUeAMDxSyiZ
fKVCYYx5BjNrI/8A6yfFQ+pDAUjPxQ5Ih4S7okdVF5gSZmRwYg91tEQ1wFOJfuqiQCwIcpwP
eiAwyLCXgogijIiwuBRcZIcEO/j8yM6UAETqaKjVXJCQbtcEbqAFiGr0XUIaK7+xtVIS3FlO
EBcBlGZcSAYPupk0AuNVgAQJuEwugY+aOvw/qTyOXJGobUKr4ToFnxMI6lCUT3vWP+5RniGj
eijoBUEIN3ECmSy5CY8cqsPKuSMQ0eUMRdF7x28yEbjZ7oH7V1QDKllLIExarKHHwEyL2NSG
R4pFyauVI3YMPehT7Ebg7KThj+9PobqlAah0N0ydN7H0UyWFaAFlCeNXaalLhqeQaaSTziQQ
WMjqFixNHBGiHIWJ63RiZHEly1nQjEvy8Ac9Yol3OhWPJJywAIWTuLJzR9UJRpCYU4UBYB+i
xIJD0GhRESzMDHRWclRBI8odrI7E9qx1F6L0muDbopRL1k48E9w1yqe90G0T5MOiAFGqw1TC
nRByY+kWON5BAmLwZ3PmouWFJPHI9WWZMQBZkSZu2yMCxhMM3X4VI4gyiWvYfiihyxYxn9xU
uAm51WABEQbrGXllRmcFEHtiPi/2qM414olpEfKUJQBGJpl8SAZ5chBk1QGRcUUTAtjVgKfm
Qk/mARfRPv7Jg2Yr0vpogcmXfOrR/wC9RJk5Yv4ouaXKBibCgXddSApJOL3UT8QQGy8V3EAd
V5h0QHHV7p2rsphnDm1VKJg71WeTVrtFZXHQoR5IiTeV7/lWUQAJ2GoRsKO6Jg4ixB8Cqv0Q
pV7+CINrocp0LIS+KBqOilAUJTuzE01T9TktBEB+qNHJo42TH3BXIceDIGVasZG6lF/7R3Qe
w+xERFBdERIbXdEQuhl5mqRVOLaqUgGyDEOpQIcxBssYgEMQN0YntmTU7IQkKSDxLMhF3IrX
T9SHKA8eQl3Tlm26LLjs1Cd0OWQaXxeKE4nIRNGRhOIkZUQ45xxANAEIAsCCCdkI35YlyX+F
SgSZGBZyVGRPbIUF0DyFxKwXbqgB73RETjLdnUeEchjmKtf8yhDjfm5ZFy9MfzKPJ8TVHVEs
5sQU+gTAJxd1k6AJAG6rIFf2qPrdNMkvcrvL46OiOGEpjRhRZsc7tq7eVTB0kfvRIYuW6pri
WhTOfyiipF2NVHn4vNGpG7ponHfoiRQEvTREAu1gUCJB5XiomQYtUKdLOuXhkfMHHuQkB3AM
VKdxcDT8qIYgE1B6qAgS5FkKlzWTKgLDQ3AQI1vqj6haBo0lDkiPMFiadEIC2vVZCkZC3VZk
1Pl0ZBtVkasHKE97rlAFwSyI43iS8SpeoDlcu5XHOLSxtoUOIgRJ1NyhEEicJMSUc6iFCKeU
oxgRSsV6UnhGQ7ga5IgE7gGxCEraGieYLSBI8Vy8Ycv5T/uUeSDZRoVD6iJryeaPX51GYDhx
TxQhE0+X/ag9DsgiaPogTNhqdUTwxPJy2zkf9KJnLOZqS2v4UHPmH2FM/RkSAjoRd1uNExts
jRtihlbVEzLPYfEV2/8Aqf7vmQ4+OIJ1kn1d1yBw+ROxRJk40Aou410CMYggj4joiAHcV0UC
WBlQxFysAfL/ABViQzVLBO7eC4zTu+1N9qMJVEnChKReMpMdmPwoyLYSt4FZEvE2ILKXLXFy
4NHb5ZIh8SKB7shKFTGh2QnxUekjoomcQctqoN2MaqJnIylECg2QeBBNkWDPUlRxrKJcITJx
cJxEx4wfMUG+Ki/G/amMmiCwAvL86M9jVQIIAxuf9Shl3E02qjHFhAvRPxDIHuNNUOOJAhLt
nE2kjxl+wdshf9SwmMg1J61TgkgByTqpAwOQDuEJRJgRaqIkG1y0KoHErsvT5JPIAgR0/Cv+
MCBYg3cfhTTAMwT3dF/cmAdtUZyDR63P6Vj9M+DXKMMTKUxc2/SvW5IgGekRb88l21RlItWj
IGMX8UATpVl70NtU5NRoskfqOWTCPljYLCMjiS0TGoUWAgSBlLVdsZc0/hjGy9X0Y+lb0n7v
5kWaWVa3/SjjUm4OiMWJl4qQ5CAQLC6yIcGlVjMmNXjG6LuBdNI9ugFSrEDcf7UHi43dFj5r
dEdCNtE8hliQxsgBSfH+5Hi5hlxmpA+EpoQbiPxaLOUch1uomYMeOV/+ork4comQLwl0RzHd
C1aJuUu5pTRQMQwDe8IkntAqdUZ8sm4z5R+FDi4e4N59IlNIGcxQbP8AMpHkcjbRRgDUUYIh
3xBCMiXGVW8UGGNi51CLhgwZenEdvHUdEPUdy3vR4pEFxTdZt2GTxOyE4SMj8UbBAGWHQ7p4
62N0YsC48EIyNWsgIsRqUHNtApc8o9vGCZbocsYR44/BO8xEoiXNLlB+Vgh/xg/Iaky+FA8r
mRqdkSaAW6okgEvZRh6bFq6AIelR/enudQUI2GrppESfV04L9BdNGJpqh2h0ZTPaKsj9L9NI
iEaTICHKS5NQPiAT8ksntEImMS41/wBq6bKM5P3DRGpAFwi71tLQJgajbVGEsgTelEACZbk7
olr/ABaqxJGoDIEHu6pnf8Tp4zBg3cPxLEm4spCNGqieQlnauxTmoFj0U+OTFgSxspzbEvZV
LtsgxKLyEibVTsH0O6HDyFuSNIyOqx5B2g9wakmVDlAhj0HyoYkmIsDYLONid0IAPyzoP9yM
pnKRqy5J2cOx0QcMSbPQ/lUMwMRcPVkMPK92UWHZOhispAyFgGcJ4y+3ZDgMRNxV7qRFeGVb
UiFGD4k3O5UYiT6sbMEx7DpqCgYMY9CiS+zIRyGZowXJxRIBbuKcAmTMd1QubSWo31TRo97M
sKU00dR7RUOW6LAdoOgUOP1Ow7pwixfdEFgDqsYh9CVSNVI8sxE6AGq9L6fs45X+aS9b6gsA
1LkuhGPve6ezUCEXxBudUzlnZ+vlUJh8Q4OxY/CsaOQ5DaIi27IMHTzOT0FbJ4EsLE6H8iIl
RvvTAsVW4WNz8pDqYf05yrHoyec6ndPuLhCRrEm90/FE8nJH3I8kmhERrFTyDuDIHT9KOAJB
1VIsTYf7lWXuZQg5B+LwVJ5QBYGyiJh52jEVkVUYR0CJMcdEZFsm7epUuTnOR0KaFehshiG3
GhTyYEWGyBfNrU/yoiYIk7soSkLH3qhxxuUCHlF3JBrj8y7HJidbkIRIeMhUFDk+n5DDIueP
r+FenOvjZ0eLkiY1Yk6IAkPGzf6lLh+mDtee/wCRZT7eSQpqYuuSHm0J3JTxdybXZZiT8t9l
6RByJv8ACGRkIGZlZquvUjGUauzWT8wYWJ8p/lQjwSiOSXlMqInmmJzdhGKfmOIFsk3mkfcn
lJn00WUIUdgSbr+0/HE/aVnImR/EXx/mWfLWYNHsu1g32Klui7Ylo9EARWrOmYX/AMynxkMY
yJB/C6pIj3VXe7fesaAHcVRAPcVkS5uzf1Lj+oh2wMaltkSGCu43R44nGO+x/Eo8o7jqhKVj
q9XWMpNAim4RPHyZAh2URKpltVEy7ok3KlGkpyBApSIKdwQNjVN+9V//AKRETQ3Ov5UIiPdE
2N/zoiZ70JULfvTkinnOyEYl+OGqJjYIy3NlHiub7MgWcOO4rkcARhc9FGZeb3J8qfRlU1NW
6KLxDysuws9x0UBC3RRiTkT5UBMVCxPGDEVy1XJHhn6ctZXICEpyckfb+JCMHKlKJyAqRHdY
NcsSUBEkOvT4o0JrSn5kJGshc/7U8ePGJuTeX6VES4xLiJd2rkhy8whER8rXyUiCREa2K9Ny
THojDIS5NhVCMIyEdy/+RRlKRMiavooiI7tckJNU1LbogxqLFNix62JRMgGBceCPFD4jVRE/
ciWF1KIqXKyk0d2qhh3C9Syd2l1oiRUi26qKM5I0ZH6SQeGjrki1qDomfxUXNPiBXa0n8rIu
O4IRmGmvTjWM1jxwE5AMWr/MhxiLT5dPlWDPI3qspxEJ3EkBp/FEh6X3TgV2JUizmYYEIcg7
pm5KcA13R4eO/wARQ9Qt+KzoAHtsyqHACkYjKMaO9lx41y00dSyDA7rABgdXQYPTVZtZCcqR
FlkTlLTqnvIXTwixPxKXL9RyNtH4j+SK5eTlGMI044O/JN0YR4yZTDyI8sY/ikn4yZGXw7IR
D8YcuN0QYvEjuJXJGTS45nKG4RM5mb2fRAAVZyjPll3E9nGV6snkTvsqRBBqqHGMhUGtVkCQ
bFE8ciXqQpcnoRlyyqZSrX8GSBPG4NSi8cAENxqU7/ZqgxxKcgmWycgtqVLlJYSpEdE4uBQF
E/HkD0fuRMKSlI0F6FGIck2e4/lRBdwapp3ekk5Id7+CMhJgQRKOqjMWBu9FI3yrIFdtX2VK
FRi+gDjdSEg7VjsxQ4wQCTdDj4pl+huhMEAak/65KQcSMbzGn6kY8XeRSc52/Qo8UuMSlI1D
WipwjQRJZVLjRRLODqgOMmIiA/iFkZEvdqn9KcO+kTdHkk+Ui5TAgzPliu5yPudSIvIKVDfS
yg48hoNUOQdoapX9o5SjeO6q8ZjQqofdRPHyYTl5dv5VLknyGZ5e31NAB8PF/wDjQ4uDjpFz
KUjnKUz88kOaXNKMphogPEAH8KMuaZ5JDWRcpompsBVerN+ME0Bo6EsnjMoPMF6hU7o2RjB8
umgWXLMylcgIPLI6BAyiK/ERX9KxDdVjEvM6aIer7jojEEdqeJcqrHxTsFUUJTufB6LGAfdU
AfRPIgDUlH6TjIJEXy+H8uSYMZfcEAPMm1upByDkau1HUBoD71MNVzV2YICVcQwI2QagJZjd
ZYvAX6FAAmp1UZmNTEVTD7eiIIaTULuHUQWvRlhOrVHRCcARuTt+HFYcoeGkjUp4zEeN/LuP
xI8cT6YO2341hAGUtB1U+XlOXNI3Og/KuQxFTI3oSu4MB9iyAdjQaKIMazDl9kMXiAEJxBkd
S6MoyEpyFBss5vLkJ7WCykGlKpBUhFgSERIjtqfmYfMpckWjFqMoEkgksUJkktfqEIkdsqJp
EDUIEkZfwXp80BKBpUKUOKI4+WIpRyjw8h7TUfM6lyc8zLhDiEGv+ZDln/6XpxocUQwAYAaB
dhx9PuI3AUiXkTSMbIZEAEuQ70dGHFeOoFwjMloixTsC15Mqa6ozPbOTAHdDKVr6IjiFIm+j
KY5uS4cS/wBCAhyA1se2ixNCQ9EBponNjqruv4J+SbzekI1P5V6cD2A0gLj+RR+o5JShxxtE
Xkfxp9bHdZHSxX4VIAYgyLg3uo0yi+imRENcvaqFCQKDQIUcA1Ov8qMXaEkPimNdkByDuEPt
ojGXw/YgCXA0btQjSNbIGPc9ysOYCRNG0/mUpcYEuMnQ6fhR9OZYaGi9OMS46OhP6gxBkO2L
d4/MubEuA5JRk2RJf7UGiRlToox+EG10ZO5gwMeiiWZYiLSIpJGdTJBxXQrKUijB2OiMhPuk
TXf8yMCMSNFxFgzkHqhl5bMEPRODGmyEpPIgMT1XqcLCbX2UYcszMmhOn6VOUZEEqMneWqAk
GAsol6ArLjIjI6qZkRJxXcIzj3cZuG2QiDgeibllVnxd0NALAJ7PfZXdCEASIUiANT8SJ5CY
g1kT/Shx8ZqbIzEWOpusjHEitFCM5NIACvcngfEaIxJxElUujD6dpTN5fDFGUJGfJPzgVxKz
PdyG73RBaPgnAtdUodRomcMuSOkpEsT1QiC9fcFyTk4jTIgs6FSxLA9EBAPElsiiTYaBDGij
IkPiwe6JjlT4ihI0ezKMneUbkf6lExrQVuiZHF9R/pQAIkB81UBKES16UWH0nGBOxLWRE5Zc
cfNLr8q5sXEZGpFkwIbZNVtCovUAu9gjkcY8gDNdAh5xepOjoScziR9hQDAw31TXZER7QgBM
uaEblR4b41JB/wBKziDIx+EEoAgRkKgXXd2i3VAk9oNKIvZHigb7qnm6oE63CxFhZkB7lGEJ
j0uMjIf70OWB84BCINXuDZEwaAiC6AFQDjAE3UuTljSBYHqjyz5B6YcGIssOOPZ8zomRoEeQ
8Yc6lHl4Q7FyOihIxbjPlApVSBDlxTZGUB3Rvv8A+COEBXp/tQMpdorjINEpsQGvLr+FATmR
x2xjSi9Li/t8ZpKZ836EMC71lI1JUXauyyaiBs11SoWb1y/yqcpSJ7i210DIEA2Y0Tw7hKIp
JRLPKVWt+hAmOLfCPKjx8bCUvMdGUZTcCOhsUBEPm4BGgRgKEOQ/RVo370HBr96EZAUsoy45
Ak3iKoRhc6BCXNpVmXo/Tdsh55xFVgLA1JopwiABG50db+CrbbUIF9dLLj5pFsSBarKUoRAc
MH1RMXcmouycxIIpQrsjUXco5NGtH0XoAvKN5DyqcmLAsCb0REQ+Vn/2oiRIkLgdpCq4k7Vs
gAC2urKYzdyCFRhWjrK0jqu4UNmUpyAIOi2rRk7dvIAVP6XkP/rrEyNcUZQNNCpGRdywbVRl
IEyPcAdH+VDi441vI/D+pdkWB1jb/MhI7OU/JIRHUsFjLni+wqh9N9CTheXIEI8kMyNQNfnk
jj3DZRD4g3Laj/QjzTAELAM1lGUoCR3JQ5I8Y9QdoAFCVEcoAJqDe6kAP1tRM+SAyp/E+wRB
r+9eZmV6fMuWuRyPXVAGr3R58izMQBoFxGIsG6rEBm+z9SvkdSmLUs+yMcmmC4G6M2AGhl5m
+ZFi4NcmVyW9yBajX2QwJcaoDlGtJarHh5A5oXG6wicpSvIB6lEGLFnc3r+FTh8/nfb5YK7j
Tf8AlVPvReQcAsNEeOXfibOsYlmopRvLfRdsXIuQaIVxj95RZzyToC+pU/rJkGRsdXUpN3SN
ioGQAIGT1qiZkRhEVbVSEWbqdE1waEdEQWEZCjXRAkYiBp1XrcpsGOqiYPy5ElhdShiYiId3
/qRJ0uFLl4O6XGCcTq3wqMjYFpDp5ZRUsa8TO52XpVEYFgNHUjDzFo5D4VL1Lmz6oAROZ+xA
s1HK5IyJjGJaI6KMYDOciwYbqU/qWHLLulI/DFShwHLiFH+EpoxOIFWoy6nTVcf0s6kxcSNi
6lyRLEfYuPjkdbWf8yqCBAH7lGUpSEJSyxiSYgAqUoU5DEkUsylLlJMf+sVFqE3RJF9CiH7g
fcsno7OpGF8jp1QnIgEMuWEiwEXDKJIMvvYfMjDIGMqsf9yk9BE6KVAXs6Eo+aNl6hq1JqMo
UADMrOeiwiHJqoT5OPGMgxIov/cWNqIGcxM+CyxBkRQoyh/7RcqXHyjEg1DXRqx6Kn23THVT
EpREJh3GpUcR/bDgl1DGTaMsvhHwhNGDh6EdVxiccgKktRNAMI+eK9ZsQT8SMwXkfKxXER8R
aQ6ITZx9yjykExGgR5caGoJWUO8zuB1U4YmRIJ3FlxSkDGRDkoxEWkbyFJJnd0YxFwXPVcrB
u8t9qwz7iWaN2RYCIlUl6r0o1e5ugf3oRbHqUIiwQ+q5eQwPxxArNRP0v08pc9sp1ZR4ZH0u
M1kyOLTekIjf55J8qkPICtUJEvGzvZfT/V8UvJQ4DT4UDCkwGkOqlzc0jOZoG8qwBGUqALKx
3KmQK4s/UoxB7gxMhWiD1IDDdAE/dZPGu+y0d3bRclqyP6aoFwIlhRTiZA0YC91kS5uGV2yH
apxFciRuspjtxcIk02YUXLADHFi+5TnzE02C69LLjkNTV1CIH9uYvosnYDRS6Rp4lCHIXiI/
YyjBxUPJDkgGmxxK9KQ7gWtqgAc5axsUO0g6k/6VIckSREMAuPjETlJ5RiF6xLMbOnMpVqGG
6wiSCNSHKOcjEDcIkuT1QnxDsBqwsE3JJyBSP/cgBcEYxG351CMqvEPtZckY0AHahDkOzeC4
4y/9eWIB0BXLwwkdSCDUUXGI1aNyrK/RSEqMC5XLPkD8UDKm/wAqcBhfrF1GIli4oNyU8O8/
x+ZQjIAg1JKxjMSIRnMgdFlyPHgFQBr+pPKA7f8A7DQspw+nlKfHCmR/zKXLyh9BRipiPaxs
E794NLLk+k5S8eUdpAcCSl9PMPCZMSB8MlEGgNS9alEkeBFlkbBF4vkQACsy4FiBYoAhtAU1
9GKaOgqr1ZcrhwJlwfFQ5JA99RsmpRmG6EoRMS1SKhcfIGcG3zKIYvI+9CMvKA0nspMxby9F
ycQNAHB3Uowi5Ir1bzIOKE3fVQ5HEhEP4I+p5Y1BOyHHxC+qzlO8gG1Rl3ScVqu1+PAAAhRg
DkwqShzEd3JKngjyS8sQwUOTkhlKIUvTtdhRQ9OTckBQm9fmQjzwxM7sKFDj5D2vQW/zo8P0
4M+p8w/WjHkBpt/rXYBGERcrkjyyjhIW1K/tsJx11XHyTI9MluqEATIAAB1yMWxDlRDPIih2
UCSZkyupxcAmxHguOXxQeMgdSFdeK5CKEhnOylyO+Rpug0jkf+u5RLu2osE+u6dyRoH/AKVG
RBM5V3Zd8xycY0Gn4VGEI9xHaNkPp+M/3D5pC36kItkTd0w+EMCnIuSUDVxp4LjkS2JHh+VQ
5uDy8kRMny1XHMEEgNLxCBgSI2A6pjsoihEd/wDSoiMhjFkzX1TysmHlTaN9y5ZZESifKLfi
XHLQW8WQakzf5m/UgQSBYsgY6XB0UZ4sY6BAB2PdkESzh7eKlIVYsYiy7RiJVZ1KID8Yi7H5
kOMUa0gjwcgaIIgBuyjCN43XEI6ycoO56J4l8pVUiNlAmgiHKmCTMyI7XWMXgIjuKJPcTKh6
KWHdYPZRhyywMCTbzRHyoxBAjEebUlTMX5JgCtkSJGMn8qIkTOUakBGmJqKqMZAHquKb+WTk
boGPipmEgCRR1GTvQZLiuByfw+VYQDkFhRc0Se4SLQRPILlPobIAGsqAKGMWbR2RxcSNz8oR
zkGO6lARoaghRnIOxpEr0YyESbkWH4UeQ8glxwDyc3KkIyeJLAj4WRIiSNzRCXJLGc7PdlHh
+nlll5ihI60qHZETFqlqX+VMWan5lkD3cFQLk/g7keAhsqlqMVEu4BZgFOMqMWETdvmTOQAO
4aBAAuQAAFkS6ysAnuNGTdFPjjF8j3SGigcnjxVKieaTRrcAkIGBcbmlEwLSmx/MiYuSBdYT
uP3IDjDOaqUwSJzlUf1ITjTGh96PHNi8a7FS5RLsl5ICjSWMTjMVJ8FEk5S1UZOQXLNVUvRR
ESzkn7U5LhqrkegAZccYR8xdwHsj3FwK6BcbdhJckWUuPKpPaUeSeM2jjiVxjOkS5BspNIR4
6AGIuUZECQA/cpmMhCJi6JlN2dMBRmcCtEZSaMYSDA6qJlWMhT3rke58qgZHIEVO6+k5RQCT
OpEVYuxU5MGmclMQFQUDq1VwQdoRvs5Uga1v/tWZicTSI6oSNZHZRmfIPMd0I8YtqpR42JNT
uyxaUQLu7LI1NgK1XqcwALaa/wAy9Xk7Q9B8o+VA8T4ahOaVaiblIM2cNZD5vs/zLl4eQ+bR
6KRgXgJPAi7KM4mhuTqVkzy36I8hoDePzH55KIJJdAdaBE+4AoUsBZN1ZcghGVZVI/qR4xXL
7U2JyiWUIkEmTBwLKPHCLxiLWkpSxALsXXLLISqwNNFnGhYlwhoGMh8zkqRNYvr0U+Tji5Em
cKMSHdTgYswoQiYRcuzFQPITCQ80blyqTJi9mQgJi5uhx+sBOwYLkhCojeW4UAB5SWUy3dI0
XG8aAIGzVUsqOKyG65OMx8paMjqvTAvXKNwyn6fJlMsA51fuUxCRJEA56oQkRnF3A1CkZkQi
C9dlwwhyPwxPfs6HGC8WophnliWdRjQAj71xSiT2zfG9FnEB9QU8GaOguEYMIy+9OjkXH8FU
k/vQgSZQuIiydsOIM4fuZDjiMJaPqjycs4jiFwbrDj4hGBYPK81MAOGYA9VITYYlt00T/bhS
IBRMiB0I8qxjFybNQfmQkSAYahAs7ipR0A0KJxEQB4uv7YEpHyx6IDkiwFwd1OUbXIGizMS0
iDVCfJJo/uVPtTStaqpQPRlk5/8A5XLjMxq8otdSjE2iftRL0eoFVFmiMgHXJKB8lhoWUpSZ
yCSQFiR3zlfxU2JLBgApCbgxYQHgMvMnsGJKyNM5Eug9guSZYhkOWBxkSzhS45QOQ21QjhU1
AOijljxg/Fr/ACIchkZzBp8IKJEWM7svRDgReh3UHAJuyjEe7omAfqjGRaJopvEZk0kp8nAR
2juGiIEjCY00/SpRfMSDF7oT4ThJmfRlHjnMynKncTjX8qhx88QOMEGUxaQ+SKOPaYhgOgTE
nKxQibaBbw3+VAxT8Vz5ghzeXljbY/nU+XmLAAsOv4VPmlXIlhoAjYDVkCe0A1WXEDyTJ8xD
f/60eblmRjV9AfwIZEnij5Y/MfinJMIYsKEqbxIlFw5CJ+GVyC7osGGhOixMg8rkVihyc0WB
DQkLN+JSnxikqN4/MozIpGhAoiNdTosKn1AwG36l3NhGwvJR4OMjOf7vxLGJYS8x6owAJLLj
gI1NT4fOoEm4DKl9QVW6Zc0R2ncbJhIgGhbqjxgPjIvWjJgXIJIAXJiMCZMwFSU4n3BxJwoc
ljkHex/Ih3A+rJqoS1mSw0opkj4WB3kVASrT968aKWN5DRQjBpASJLoA1n+5Qk7tZDDt2a6i
LyjqpZxobF0fqASSbgoAB23UYt1CYkFrsiJeU6qABJL3U5GTDkNWRE41j5Z6lPHlxlq644x5
oyHJYl+1T5eciXIKQarKMwWZA3BCE4aXQkNkQbLE1joQq+4hVNLkr0OKT8XHToSnIvtZdxZk
QImZlRz5V631JwhGsa3UeHhl2ijmgZGDVtlogccpGz1RhE+nE3HimJL9EDoNRooyPdGVBIC3
5kImT/hlpFOCZA6vZYAh4nIBGEo48nyqMi5atLAoSjIu1QgcqgixaiLB4sPchUyL1JXEZADj
FPE/lQAHlNB0Ts/VObp1yk+WUSw96EYg9rGR0RjI1kSUYhgQpmIeZLnojHIGZl2g6j41CUpG
UnFLABQESAIVa4dRwDnVrKER3SNguLjZpSiHUCC1a+5Hju0MiU8S0iaELMVbUr04tS3ihGXm
xq26HaQ2yEpC4QA1ClIlgLOi4Y23R0qsNli7MLFS4xUUcld3cHYNZUoHtquHUg0Q5Y1AoQER
qzhHjlpZU8WZemQwNjo6Li9yEWtsmHuQ+l4SYz5PPIXARqT/ABUcSTyWNGYLHjJkXrFAzA44
X7qLj45ycScxINGCo7vfT/MpYd0mqCyylIRIvuEYuSQb0IKwkAGNCEeTjB5ACAMf9SPDFxkb
Y938yEgDMn5qBSPJMZn4fh/OhwyiDGdYS8PMhKTxPzC6xjMxB8sT0+ZYCLEDSx/EhFnDAgsg
RLzEBtEI+YGj2URF2jEfaj3dpu1VSJYXKHD9KTQtKcei9Fu5/N+FAmLmrHxQDgepF28FnEsY
3DXQOhNUcSAAbIccY9srnVQGIFLm9FyQ8xlI4g6KPHIvKf3BYndnfZCdyKCXRRqWhcHcqTgC
RDA3cIOKAuVJz4BcePiXQPVR47chDsoxA8xAQDW3QJq10JCgNkQso1PRGU/duhEu8vsKGA18
VGZGtlxCgqf/ABXLHR7KXETWH9KEohnqgQWJQlIVFiniao1rqvFc0Z0IJAfZAk01Aujz83Jh
AUELzl+SKI+l48ZH45d0lESkRxk1PlC4o83NnMUxA0TRjjEaFS5cxGIDE/7YI+mzChJuQqAl
97IMcZalNJuXIV9yylARkfNTzJ6xgag3/QhDLvnpcqMeJjyRkC52QEhcVQAFC4cKMBEBryUZ
/HAGIagL+ZAxL1dlVshooHjie5qiv+VRMhkSzllKT4zn2xHiu0Y1+1EPqD0U6sHFT4rh1BDU
2UgNDoiSHDOHRlroE0bi6M6giKPJIM1Ynf8AMoTPljVGRZxKiEpHtGmimQMrKRbyouWMtSgJ
aluqg1TQKJLUQkKvY9FxnV0InVTkDeij4IjdMaqUWeRqEBMVjogW7XUdWqAou4INFKMTp96j
yaikuoTg1FQjxfEKhX8VQojqm1U4xHkAiX3Thg3VYi+h3XqfUNyzthqP0o+lAQhoLsvUkc5d
T/Sspu5s7sf1IccHAGmylKIlkKk6LvDA2I+JR45FiaAl2RhyM4q42QLMP+viTQJZ3GQofyoy
5oZzkXoU/GcT9iaQfqjIxBGxR5NqLTI2REnx1G6NGsSNQ6jyz48jGyBEgJSqAF/ela2rfpUS
aRADEVXqZFrvR/5VKMqsSa+K+nnC7h/AhS8HdSjGpZHdEgtWqLC9PchEFnLHwQg3kFSmMQYs
5ancmZnAoiJAlg7hHkqIyo+qykPB7rjgakBRhfE3WIDnojIh2DKGz2QAPbEE0UeNi5BJQGy6
quqmb4hlLkjEuoTsGquw0epUATVywZTibEP70Rr1Ribx16ITgSDqyf7UGDqifVT5oxx+pI8w
1ZS4uQd0S2yHLEtKNgpcs5PKRqOqcG+mqiDRyA9FHh4QZTo5Nf5UJ8sWjK5N2XJx8MbRPigB
2yihIO5NGs6jykmRmKv07cVHjkSBIsaLskOTQZCrLD0zkKyLH9OCaYymLMS9VGJYHUFNIt1R
wcg32ooh71RhyFsqx6IxiO35jcqWXIDjpdHlMji9BZCIlr7v5llJsbN1RPxZD7GlFcsKG5+x
cMh5ixCmZVputnRfQLNmJNkHu644M09VKRAxATx39yOQclA/KNVEEtKUn9ywgMpMFKZNYCuz
herId9VxxqY/EApTlqe0KBHiXXJLQ0ACB2FFS+iJ1TxoXXJ1Fx1R4qmQDkHqsfKAS4CxvVCV
+qJlSjsstDdHaxR16rGwTBULK/iqXRn5OY6sjGcTLil5eQB3Vb7poAvurZzNQwUJcwciw0im
hSI0RANwpwcjGR+5Vo9W2TE9ou9VnHtbbtXpcpHqCoL3Cah1dnQ5YwYjbVNxAxO+iEeWbS1T
ZDGNToyAD5P5iWCM7g0TQkeODVD3Cc1BtJ6oaPWuqEREF7mrKIgwYd3ijzYn0nAfRml8K5jK
LcrkdKr0w4lCOUQOiiAKzofEIb6AoxLgspEju0KjHUBmXG48o+9chFQf+u1ACLgmqYC6kHcG
ijA/DQBPZqFcguXcokC1lIhgwqntqUxsI0ZRgd3ZAC+yARF0GRhN42cBRq5NCpAn4jREC96J
ycHdgQ6zBemiL62GyMql7LxQO10+iDLbqmkXax39hhyREonQher9NPAaxKfkIMdYjdYccREH
2ijhSkzxkxEliKA6n+hd0WBoCfiTs7ak2QnxmossecilEf7kYaAaoAyBcUxYyKMoggRa96oj
WWoNh+NPItIEkvqgGcCrjRUIY3pqhVgbnVRMu4PrWizi5rYUogw8+jL0GDYt9yJI8VxTbz9g
Oy5OKMaQk/2rjyoQHBP9KMhYCxUmi5AJAWRcgG2ycjzRce5FjqoRFQTdDa6L0bdAk36I6g2X
JyS8QnBqboj5izprAX6osaMoh6g0K0ciqBBoyJ01T3rRf/O6EbSFmRyrJ6o8kSTKWhrVASFE
ZQqJWbReKGycaKzFYzuEWXchT2P7H1R+5ePsZE/FFM2J31KciMg1H0UZRB7vMCiYGkrBCEIE
l6EBd3HOINpC6yHFIxZ8qgJ5kxDbp+PKocyFihOQPLDWI0TEUGg1RYMNQqVezoQLRr5goxBc
Cg2dRJFAGfr7DCES2QBID0K448YJjGeUnRljIjlj3U7VEsXFvejSpAopSN2U4kMDUEqJ1FH1
ZbAoRMiDmWRJFtUHsdliPhF9U4NlifjVrUWEtLMnJZwnd20QANU0i0iCQo0oydkRGmJBomiM
pBRn5ia7IkUJqQqiqZqjVFheqD/YsU2ioqI6svlTNdOar+Csq/YgPaRVASDgozjHt0DUdN5X
t+FDIOY0YUohD6iORiaRLMyE+CERA7CrppxEvGqPGDgDSmiBm/Ietk0QwGg2UnFGo6mYAkGR
7gLJgD4oUvV1KUoljQG6jxzGQtShQ45HwV1//9k=</binary>
 <binary id="i_079.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1ODQ4QUM0QTY3OEUxMUU0QjMyMUI0RDIwM0Y2N0Y3NyIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo1ODQ4QUM0QjY3OEUxMUU0QjMyMUI0RDIwM0Y2
N0Y3NyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjU4
NDhBQzQ4Njc4RTExRTRCMzIxQjREMjAzRjY3Rjc3IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjU4NDhBQzQ5Njc4RTExRTRCMzIxQjREMjAzRjY3Rjc3Ii8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAABbHAAAjuwAAP0eAAGcpf/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgDIAIxAwERAAIRAQMRAf/EAM8AAAIDAQEBAQAAAAAAAAAAAAIDAQQFBgAH
CAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAgEFAAMBAQEBAQIAAxEEIRITBRAxIhRBIDIj
FQZCMyQWwDQlEQABAwIFAgQDCAEDAwIHAAABABECITEQQVESA2EiIHEyE4GRQjChscFSYiME
M9FygkDwFOFT8ZKiskNjJBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAwBMBAAICAgICAgIDAQEBAAAAAQAR
ITFBUWFxgZGhscHREPDh8SDA/9oADAMBAAIRAxEAAAHQJLggMkqFc6EulYxhhcMIvmYJCLYw
IyADQDPBDAhxgm0dCYhz5YPDATx0xpDxQ0WNJFixokcLPHghgRVHBjRYoMkAWJOfKBriCsap
kgBmoCYRoFs50smYACXC+WDHKRdEFg2TCLprnOGYdqb5gnPl8aCVDbNgzTbCPBECwQiBp4EQ
MLJ4SSMLA0QANCEAnLglszhwRIoomsWBAgrFYumICZ5qFs8Y5mG6ILBonNlo1R5kF4unSnGl
IIvl8MEzDcNokkkWJIDHBiQAgh4oaXxxABBJB48cMNKQwslcsiyiahYKhSPDCwLIMQQaBVKp
XLQguhmObJpDTwoAsFozCCqJLhdMwQaosIScsWRJtmuaZbCICHAm2MPHiqUiuaZYPHFEgAlo
omgZxI4MUUhpBdFCisESZRpkFsrl8EqDSCRBmnTGQONcwzaOoGCSsIAKxIZzYoSJFFUsG+Wh
BVCO3LI0ggkEQUhpgFkkMIYeOfMwulkEUKNEWALEAEBhlgeVgRosAcLIKJeNgzS0VjHLR0he
LQgSVBhYEHEHZgl4riAjny2bJYBJL4sAujCRZ44AItjAxp4ySkPFloUPLRUIFFcEQXywXDXK
woSVBY4pFocc+bBuGUIFFksGWVzYNcAsjBRnlMxzoy0Zp0Q4YEEQCCSGEGQACfJy+VSyWC4E
IAIBGEgjgSRJaBK4oQWy8axqlQxSCuVB5cMorHRl0wyAyRYZTAL5aNoAE8IMQScMdudgNLIZ
AkQCMHBChAs4UMWWC4eDEDBYIBXNUWLGFckcVTiDtSDTLpYBODOwKYBdJPHNG2dEVzIALBJA
sQUwTsC2QAKFCzDLZsFcvGkEQKAJPAgAhHCECTxpgGkVTwoeLM82jOPFsgWPKp83Kw07I2zV
OaOPPpRdKhRCNYUUzWDIKhbCM8gWKKB05oBkgCBIJJ4UWTSGnjwAYRBJIR89PFYqGiQLLYRW
LJYMw3zBBNIvGgWjlT5Ua5vGoOOfMsyTsjfK5oGkNIPGUYB0BcNAaLFCBYwuBDQgiBBRHgEF
gMI8EQeGDBp4g5grFMk8SZR1JbMIYOObNgUMNk6Ik8cafLioboZWMEcCdOd+VioJElUtl0WZ
5pHTDwQQCQxpAZAwg8ePAHhBI0EIEg8MLgR444uFgg8GLLAwQGKKxSK4wedOWDxBgnz05ksF
YzQhx1h9ZKJhFYYKBLZngGEaJ0RYGDy2OGBEgEkhBgCimESCILQYQwYOPHjliCkaJfPCh4YA
I4aeKhnFsaACXzRIEmUc2UzULJ044kpGAVTww8IFiDGKR0xXFnSm6NPEgAAjABRy5iHPFozy
waxJvjiwaIkuiCyVBxaFgCDlhBB2ZoECRgZ4g+RHKHXnbmobYRBJBAQJmGeZg0MkAMEzzLOa
M0tFY6A+nFApCDUNkwSmc2cmCCMGkFYIrjS6EdodQXQQRgZgmQZZmmebgJYO9LBdJPEHMHyQ
6YyCoEdWfQysPIPFgaQUCsGeAFlIWZZxpXNEqFY0DQKpkhHTHOigAQwgBhJWIGgngzvTsTnT
lC4ZRplU1DGGjC6YhmG4bR9BLQszR5Bzxy5kFs7s50vGqdENCDFlc8EMHhmMZhzpxgotiiqN
APCiAzwJ4gcAEQPPCysEQEfSDoT5KVwRBJYO4ONEhFUukDiqfQjuDNAMM3iwcGYJeN8wi0dS
bhJYCFiAymYhnlExjNEAEEixQZBJ4eAQQSSGQNGkiSqGIDJOuOmPm4AgWPFDhw8ziAC+dUdE
bgwtGGfPj6yZx8zMQaVS0ePrZqlcrl8YJOcOIK4JUK4sMgYLCAIJBDLBXJJBJBJBHAAklkQC
MNQ6g4cUCeIBDGEADzYO0NEvDywWDmjhDQMEwzwkuizvDRMY5sAtEjikVAywZh48KBGiRx4U
EeDPAhEBAEgjCBYw8GWBw4I6U4cEUEGAeLQs2R505JyR9ILAwcVz54YhUKAw6ESMOzPmQokk
0CgSLGBDBAs8ECCeGAAhDCDwkcSLCIIPBAkjwC2GOK5qmALBICPEEmqWj6udAePmxwh9PNE8
EcUEcIXDpAjozbM0+UFEkaWCseBJDFDQDwoEkkIEg8SCGeJCBGCwAgyAAiQi2Ui2ahhiiQTx
BI07A+iG+UQgz4WePpg0onNmOZh1xbOMFn0MWcMZp4II8SKCADJBJFAhAHhgAIwUMPBEEDAA
RwAoMgkAugHTF04gWGLICJOgPsxpAmWUjZOCPm59TMcrEmAXDxnFMYdyJOMKYR4kkAI8CeJB
BPHjwsYKJDIJJACIDCAACJAGiiSSR5tlg5kSACEGdWfXDQBFlEyy8cqfNztDHNI6YoijnzHL
QZcLpxIIIwYCeBPBCwgSAwQTwRB4kWCMPBgAjhRJ48QGQePAHjoCwc6JDACOzPphqhCSuUym
OPnxhHUHKnYGGUjsDIM0uFwyi2ckAENAPBEAkEgkAkAjQCAwQgSSDxIZAJAYB4IkIIgYWDUH
mUVAC4dMd8aoQZBnFUplM+UjjbJIMIunfGaZ4BmmWaBhhBEBhEAniSASSCAxYJI0MAUNFhBH
hQ4MeLEFgulwg8WxBoEHbFEWbJqlgWUxA8zioMOAONNgEsGGaRePrpzZzRsnAlY3zACJDDEk
kBkkl0pgCxo86EuBFUvHi4VzMNcQSNBCLIAoAzDx4uFkAWfSRYQ8aEAVjHKRdFGMfNjNOgM4
QUjcOlOmPmQo70+bgnbmGZwRJYPDB5aNQ2DYFCSQAhh4EgYJIJAHiAjwA08NK5BmiiAR4Y07
YgeWQjwABVOaPHInJiAhpXINA8apjmwbRyBmF07k7MrnhI4rkDxgYkAggkMUeIIJPChZIJ4M
EUNEBniwViqZ5aGEEDjuAi6GePEFU5s2jCPjR48EAeNIQVSCyfVC2fGBJrHcnSBhniBAJJI8
pgngRgA0QCNJPFcAkEQMDGlYEkYXDMIM08XwBgk78cWSRZz4RfKhyBROXMksChRcK4IZdLZ9
AHHyQSbZ2RujwwASCCQAhIoYSQQCQQANDK5XGjAAxgkpDBogaOKgJBBcLA06IsDyTxkHzgyD
qCDWPl5ZMcrFo8LDOxOcO7LJwpinjWPoBtFUtjRZJXJPBiAASCwAJCPABBCgggRZ4rihxIJV
Lp4SLHkjBog7QeNFgGMAY5pGqcsfMSqCeLRUCOpMs1TfN4484kg6w7stighoBIkEYQIEjiCw
VSDwYsEYQNKxSDPAigQRhmF4eVQy2QEeDOwDK5QKZJ4AziRZxJhEhgkm6dCYpaNQMk+cFk6A
6o6AqhjyARYscAIGAhBlYcCGCVh4IkzyuWxZREkDDOKxcLoRYIGhiSTvzwowjCIMoyzTLxlF
8A5YSViwdOapnmYVTRDOfDBO/OkHiywKEHgR4AkcCEMIECTwoolgIplYeAUSkVwwRJJYNMUa
BIszywQfRySBJxhglcrmoXTUJLRzpzxjmifWTnzgTcLZTCMEojzqzvCwLIPCwwiBRAQZAkSA
IGlcWAGUjNHiAhAYR4IWGeHEHhwgYOPoQRARSOBMsUVzXNE8YhsGwQIDLA4+fmWWQDbOPHna
mmdOCASCNPCxAoYQJEgnh4QAAoAwgC6NM4UaRJJhnhoskM0QBZJaPohBIZ4pnNmMVR5SMY0T
tzdPHzo5o2zeCMw6QrGUccbYJ0x0YZB4aAJKxUIAEDxg88GAKPCRxnlIaEZYRcKBUPBHiBJJ
eJLIsg+mjSCQiBZyhmF8qHEiDVLZ1BsgHy4wS+deXzSEmMVS8NNg0QiDxAoywQQiyWwQjxUI
FhDBB4SMDBAMMoiAAiS8KKxcHjgBh9LPEngwSofOhxrHz4pBDC0GdIbx0py58zMoM6Q0R5WK
5YO8LIkUPJKpXPCQTQJAPBFQtCQCweEAlI8QZ5QKhTIPDxowshDhQ0sH0cYAeJIOSObHFU5A
cdCVzPLRtloeVAjkyDYKx0RzxYOkN8gEEkAEgaUwgwwSwIACEhFgQIEGeGVSiWDHHFMcPPBn
h48SPLB9IDKg0pgHzoWXjjgTSN4YcmCbQZlFkcVTpzmhR2oRrFggkgSeGBCiyVhh4gSMKBWH
ChQkQWhRA4WZgJUHgihpZPCyyWiqPL51BWIDGCTgC4ckJGm6bxQLxzZtmGWTUGlcIUdKUzWN
UUVjwosAkECRgAQkaIKpXEDRhmAkhhnhJJWKYZAscSSWRARJXDGnciCQBhSOeMMxiCwd6aBc
NogomeVi4LMcvFUtEGuaIkUVQgxgkgrjBh4zSmSMBBBFCgAywSZYwcUSwZ4sMYJFkigy6JM8
uH1EpkhijnBJxIsk2T6qZY00TTDFlUzSicoNK5jnZnRFsSKMozyAhRBJrjRZRBKg48CKIBPF
g8IFBFUIgWOKoIJplsskFAgoGMfWyoeGgmKcoc+SEd4daYxrGwPLQZXEmSfOzCLBSOmOkNs5
UrCRI8I8OKwoI0SyVRIA4SVzSEgjAzxTK4oEslAsFkMqFwA0TNIKpjlg+ulApFgriTiioUAj
6MaB46U1gxZJRMgSfOTFPBm2dKeMwIgkgSEMGFcaNGgBlQaKJCLRRBMM1gyiKK4suCDNGl4y
yTZNYzjOHlg+siDLHmYVSydmc+YJfNU1zRJPHjx4zyT5cc+ZBsGidGMECDwoSNEBkknho0Ea
IGiBoBYKYoziyEVRxhlMIgAuhFIuFY1DUHFAI+zgEAiyuWQwQDFLY41Rx48ePGScAcuYZBrm
+dqWRRnChpUHhCywSZxSLggUSIPFwIkyhZsiTFObEF0vmAaJpiymUhxrlU+gBmUQfSiAjxAg
aQQQeMQ6IMaSeIJIOYOAOJDNE7I7UWUgASBJJdGDSCmUgCyOJM8vCxooII8UzmyiWzpyDFOR
M4EsCiwfSDAMEtHYFo70IMggSAMBPBGOPFF40Ajx48YJ8lOdANs7o6EYZpdAFiB5ZHBEiTxW
JGFgkxSsWgjCMstFYplgWa5eBODNEwxQkedycuQXjdBPqp4kI8LBDBBJMgaWgC+OPHjwJ8lO
JEHXHbmgEAQEIIDHDxgkaeBEjQhZzxVGCz5uVQgTfKgsI0DHOpLheOUMQ2zQMM3SmdcPOvCH
BBCgBwBJBUMQ6gaEePHjxByR8dNA6c6othCRIRI4eSLBJLB4I8QVCsYBzZfNM5MyDeCLxhGG
eINM6UyBppGgVDIK52BhmqePopA0MYKEDQyCSTFNIujDx48eBKZ8ZGm4dAXgiuCEOHkkFUUW
hBBaBGGUCEcuAXSuXC+MPnhhAAjQiyViTTOyOAFFw6MvAjT6USEMCKZVLA0gUVBo8tjzx48e
BEnx8rHWGoaogWJKpaL4ozgBxTK5BoniyQSWSoVjjjnjqDJEGGLJLhTJLQRfOlOcLZgHUlc6
EtBnbAgDjxmFUYMHlQYOJNQcSePAgiD5WUjXOmNErAlYMugGOcwWi2AEXhAoskAmqbBmnx8M
6MyjeLJzxQMY8dod8AUDMOZNY5U6c6AePBOiBAKZzpULRolAzDZGjDXL5dGkngQCucAYZqHU
lsrhmcVxoZyAstCyQx5cKYoYSGaZaPnxoHVF4siTgS6VjpTfEFEYGOGiRRTLQQotEHhJcKxU
BCMseSaBeNE0CyePACzFOOKwZ1BnGkWTwk5444rlI0i6WiDxmCzZL4JYFjgy2bhcBFGeVzPO
NM8rjTqDrjSIMsSWRo8tniiWTSAMoqiSscyQMLJ0R1RYLYR4AWYhwhYLg45UtGia4k5YqGGJ
PDTYKJRPCwTpCkXTVJPCjqC0ANK5jmUYJnhjRRBbNA2TZEhF0smoWAQh4BgnzsrFUsnhR9IO
tCLI48LEmQcmAaplnNjwTxhDRZRGkFoulkzRAIQAZVNwkUIFDCsOLBVEF4zxh4QMDEiARx0h
1gZ1QBnmgOJDMQ4AzBJZEnaHfjR48ggUZpxA41D5yVxpBTM0YPNE6AYYZUMo8LCCCIHloqED
CqQXhpBRGCwASATxAZAJ4tmubR9HLZSBCEjisc2cqdccQMOvO3HlgceIBKpyRjjDhQjwwAvm
SVTZOhMkzzNFHggSQhIwaSeGlUkslMAaAAEJDJDEgkknhhBJ+jCBJUBKxYKAwUWzFOBOsO2L
5eCIIBEGIZhnnz8oCzxIR4IuFwUZ5IkkEk8ENDKwIwgI8NFiwwAiueIJPBHgCTwRAJ+jRZIg
AzR4kQXimOK5nHTmmWwgSARBy5wRlmabJnlEggMcXSmSCALHAkHjxIJIYwgEAaICBIJAIGm6
ZIokE8CEQSfokUEASeKpSPBlAvix5eLJaCIAIKZ83OUMsSeLIoA8WRQYRBB4g8eIJIBDJIBH
AjAAAwRY0UCXzUPCB5jCgiRYZ+hyDxAZAozyueHGiGEQWBxAoojjMPkZSKAJJaKwBJYADPAE
hEggHgzwIZJ48AEECCGCAEQeLI0YAVisPIIPDD76PHiyCCBZklc1isbIBWLgZVKRaKxyx84O
6Mk5opkhCQiSBgJ4IIYVxhJAwWMIJIPAgniDxIZ4gAAeEACLDGEEAn6OPHgTxBBBUMc1RpcC
PAFAEYZxhHHlo+pEGUfMTDDFhHgzwIYwgWCNJICBLJAwWLABPEAhDwRYs8eICICDJBFhH6RF
kAhCyQQjPKZsDBJmGWNN054olA5s7Y6skWUzDOKMIUEeDCDBFhAEhEjzvTrhhBxZxhSBCIIA
PAkixoYJIQJ4kAII/R4sArGUZR0JeGHMFU7UUc+ILJJSM8SPMg6Y3yBYRAg5M+bHgiAhgB48
GCCWzRKpZGGyaZtHy8zAxJBBBAIJbBBPEEkghHiT9IkFIyCgVjqBYJcLYYBlgmaZQBJQMMsH
0cuiSCqENMg+RHggTwJIwgIkgeGWjRKo0rnUHSHxoEgWePAHiBgZAo8GSAESSfpMqmCbh4MA
EaMJIM4rmAZRkFk2DlzHOkPphIkMMyiDx8cIPEEghhDwxBARvFo1joDBMsyDvj5uUBZAAQB4
g8SeIPEkkEHgj9LECTxAZ48QMKBxhBmmUeNEAxTMPHcndmMcsUzvTUFGMfICTx4AkIgkMk8a
B0R1ZcNIMgwRp8rMsIAUQeJBIPHiCCRhABA0/SxAokWOIDPBGKYxxhUNAaEcyJK5cPqJuBHK
nEG2debRmHxAg8ESAQMPGgdmdSZZjEHYjxhAJJzpxplFAWEKIJAPEABHgzwIAR+nQBQskaQG
MBOHMQEyCTROYKARYNc+kmkCKMU5QtH0cI+dGScqNBFEjDWPpRtFwaeMc4UtH0AcJAEFMxSk
fPRIIo8QQCQCESSQeCP02CKBAHnhoIJ87KxAIBzJlkF4uDztzfIAGBAFkkQUD48LBFEjz6Qd
OaJZCBJFmCcEfSzZPAlU5A3zKPkRTIIFHiCSCTx48eHn6WFCgDwwIIYAfNCwLIObMAIYd2Zx
zx9MNUk8NCCHFMxCucAZ4BBJqHcnSGmAGSMGBGQfMz6abR4g5UtCTPPl5miyDwskg8ePEkjD
9LgiyuMGBDDxB8kJN4wTlhZbNgsHPF8+hls8eLIQ0YSZxyxz5mGUSQdSaZ1BfLhUFl4sFsWc
wcAfaAxJkmiUisYh8uKQsgg8SQCGEeGH6WAFCh54MMA8fMyoOLJw5pmicubhJ1J0Z4IgkAaO
CGiSsOPjRlBnWFo6AIslA1jYLA88QfLjqTqTPKBsCyBZ87PnooWeICBIGBAkn6YAFgFg8NCF
hHz0YCVjEOeLoweXzuS4LPEBBAHi0OJFhnGnzYg7UaWhYk2jdNAYOJIKZ8xPopz50haFlYcI
Pn5whSAIJPBAjQTx+lwABpJIYQBBxZQLJkFQpmQVRp1ZsnQhghhngAxg8YAeIOFOSOnJLxxR
1x0JpjCSwOCBOIOdNU7gYQZQRbBMQ+WGCCEeJJJCDP0mAeGEBDBokrHzoqFQAyykVyTw0vnV
msUxxvjioIEji4XiQisfMDXNM54pndDy4aBaIDCIMw+RHWnbjATlAjSLRWMM4A5wE8SGSQGf
pQAgYeCCHCDOPnhVM8UWDSKB1hUONM8aINQ701jxJAkk8GWC+EcCeLZwp3Aw1C+Xy6EQQKMc
+al4+lDwjOODNw2ACqYpwpiAhAkkDT9JCRp4IIIMWUj5YINU0hRzx9CLgkQZwRaLYwArjC0E
eK4s8MNE5ISZhjl46E2S8XBww8AJPnhqHKH0U1gyscmcwdoXisLMw+fmOLJJIGH6RACJDPED
iBR85OaO+FnPGydGAEAVzx4MaSMIIGjRggyC+VTCCOTOmMU7E1ARQsMYUisZR0hnHMH0oYSV
jhzXLg8rl05c+YnjwoIM/SgAQwMA8GSLMk4U6UIUZh1QgSNPACiBoBpjADw0ceBKoowCmaRn
FwtlQ+fmaEXSoGaB0wotnMHcjiqbZinLmuSZB3hmHxwWQGeDP0oAEEECQEEQJM0aSIKBqFUq
gEgHhQwrmuXSAjwYQ0EEyymWDILRyRyAB1pcMIqCTaLwBnCjvC0bIYk+cGoWDNO3ONPnQog8
GGfpUUSGEAQMBGAFMcKMcYXhBQIJKwwrhiwi4KGmgECWh5UKxIZWPlxzwQkvFoohGyaBdKZY
NIslEWdsAfHDpDZLZrnykwBJBIYR+khAQ8ggMEAMAIUZooM0wTIK4AAIYkgSXQRRpjTENkuj
wSkXTKPm5zYksiCyOOyNcgaXiCwOOWOVPoxqHAm2eEmgfHRQk8MPAn6WEhDwxZ4kEESWR4YI
IorGSUQgRYIgEEsHjGNQwS4aBuFotCiuOOCPnxplMql4646MQEXAC6eLRnmEeLBTNkyC8Yx8
9FniCRoJ+kiAgxgBB48AeDGhigSmVioUghYsrhgFUtABFsMvGQZR0xbKoI0pnNGIVDLOuOrB
FFsgkthkgFg4040642y0KPnhzpB4AIaSfokEshBAEnggBZB8eOlJM8yzdOjFnhYggMQIEFYu
Fg0y4ZpwJpHdgCghY4485sxztjrzPGGiVjxaKoZcHFE5E1TRLBxRxgkE8SGSGfocQMHjgSTw
orkBGKc4ZBQNU60aCCKECgSsCUygNM4un0EgYZZpDhZXFFosHz05E+iG0VC0WSiWRxAZ4AeY
QJoHFnIigAQRo08eP0eSAESQLKxTFgl8gAqCQCRIs8LFkChZXKwRrglY1y8GUwi8MFFYk1TF
PmZ3ZdFFkAEshiwhgkExCTOOBJFCwzwwkMk/R54AaKFiiAioZ5fJFiCuAEQKBBAFiASRAkvG
iVxw0MAAaWQiRhfJOfFFwUeAHniRY8WCc4MOLM0AUCLDCJCJDP0cePAgAgnhQoE8eIFFcWQQ
LBAAECiAhIkcbQsUOGHimQXjxBZLo8kogiysWQxQkWWSuJMozzihB4IUQSEMALAs/RooAA8Q
GeFigxgoQVhYRVPHiBQAAo8VyCsMNMYSEWQTOBPDB4suFstDiADNLRIkqmMaBzZ47Q4g5ArE
BHiCDwR4skH6JKIokAaPGChAYwgoixQAoE8AACKIJEiCAhYw0yRgQgSACGSCWiyWQC0AECUx
BTM05g7Y1jijlRYAkIIA8eHEBn6EM8SNEhl4sixRA0QVhIBmCyyCeGAgFcWKPDCTNHBmgeDI
BPAAhizx4cXBg0sAmSeEnMAnYmcUjmDNBBJFCwiRh4I//9oACAEBAAEFAlsLOLB2r/sYosQw
NzcJV2ytg7ZBGSi3bWE0nWyt1l9/jetx4LT1Ab/HoZL7FqEVczbrEstGNROjkgvUw/Wbq01n
LgbQVjuR7rrVvbx2a+x2g5r9hoC4U3WGMhEQiIjZ8nWIU7U9TK9oZJEXMPwoEaH7zz/CiCfU
b7zAYsPAEXHxjhpk/BBMIImJxP7g3E0x+OwVc9DOqKu0TKXXLN+dbTaJANYKevTCG2bKMhqG
dS5jHISrXvQWs5I12HitsDVX1yux1lBKta5MrLCrWFa0/j+xRyp26VXbFt5TYZW09oBWCtN/
1wsWu+ztVhmYgQoMGrM0bWAstHWvcKvlQBzMxWhbkkTn4zFMeMeFMByR9EZBggYxQcdRCkxA
s6iGmeJ5xAoy34qBCkVsTqry1MKn9ushsjKGZ0QpVxVlpYpZfHV+vZSSWowlNfUoQF17lsXY
ChNjZJiX86FyF9pgHqCeBXVU8vWVWHwfrd0P1bp8UAmqjbNVuVx7RULDYsCVexVX/foJHSxd
fqj7VlfcfnNTarAmQYvEfqs7r181cF9BgJgInEBhxnPCtzkfFdZMWsAf0ZmflYcieW17F69i
chHGcy7kVJiUPgoTLW7TLpMGZEIlqp5W/ICkgFeEVVraw2zYxK9Ot119XEal/O3kIexwDWWG
vrt4RZ+KYAZsRAjEoO9O30j6YI/WKT9OnZdv+e3BDpe0Q63rt+4n0HDeo2K2r9Tv9v8AW+zw
NP21Z/8A+3NnS9tbWar/ADeAz9a7tpex2qhX7iiU7uvZAVJOOvZp3wB9LksgwPl6A0OgCP8A
VAyqs1r8OLDYKGM/WafpuG8b9XouiU/4xVYHdlQ+TkdlV3wM9jzKwzHOWs5ZMdeuRaiGOyrB
n9i5K2iVADrkNWVhxnwVQ0ogXGMZZwJanYVZqcdNlLqii6d5WW1iIHq2E9mvlGGAWOJgQqs7
8F27Z57F57HXfsPWi+f6a7B9VsrHo2VXxUh/3VofX3lFY3Ndglfs3l2t7vNGt7jtS2F8tf8A
VYzQX3mdrIP7xyS0GMfH3Ng/5Nlgza74RrqzYwBIGIUbvrpB9sMQZK/UbqqC5XgrCsOzNUvW
CMQYuVnYx/ync4E4mMtdWFOrYVJVbgdc9slUcjpZpTWt36Vp9vX1Te1rJwQ4EdZ1xOmYFxHU
EO1mpbVtK9FHsKb260tG09d4PV6sOmjTY/58u+v6a+tKtPZAGk0s1Hi6Rx0bBV4FKsrH+jEN
8rsKx9wZTcDT9tcJes/YrJ2ARbZXmKvHUq5H+Fe5meaQDOwS03fmHtKjWchqmYNXxSwINRxr
1d1/TPRdWNSe1tJCujdejTjqVbtXiWqOvnWuxdhqHZRYlgYEggN+RSt6o6U2q+mqSm7dqar2
wYi+qxKrEsEGCrS/UouP6HWjQ17Kd59qqtzZhaPcVNcHHyJzCZkfAggHwZkTtPzBGVj/AJFP
IB0YQMJWsNn5HGT9FuCeqLbzcT31WIj15sCrOwnZcdVliLmnw1kexrlOxuFem7YujXaiA1NL
KvxXx2G0Mi5/B3ErbtC/kr2NZAv7C9dC0Mj1ho6At4wp8rCE8ZPYWlDZTU5X/HTXaUSq9ErQ
Er155hBhE2tA3tt+Wn1tdvOl7WssGguAgYGZhMbHxzAWwLDPJC8PwRmm7r4+AocRskhpmfar
nDdcsBLOwr1CTfajB1yp7ZfOFAEsQtApztPYKU33W6r3Prcf7et5rexJC7nKWhjuXOi+m2z5
7fyZ8PGqDRQuO4A8isNur8qPwi8zZp4do7YgNTDCTAhrHY1YliFZXkjXdekOD8MIIyB5b6bW
d9X12rrzvmOTnUY9ZmHBjATrMT6nGcTE8bRyOtuTSU7KmIpwtZleMYSdcwAqwRTLMCJnyWnh
n5HUxWAjkGBpgNNin/FsIoc124rWztp0ALr1KRWVE9p7KpSvam9GraujWEvHid+88FxFWs2N
nRR2enYK0dq9dNiu2NXz+v5Hq01WNqjDB2VKLejixYlPkP6FobXUYmDMcMk6TqclhP4n3KOy
wGZ/oGPjAnRTAizrKtdnseoqQmC96K9exWy2uJXdlU1+88V6Qucras4eFOjcdNpP8qDAQPZB
612i+srwNKoD3FgpLWHzpf8AtPRpNWeyqf26km77lAKLaFlp7P6te+uDYDfc7rqW1rUrK0Bx
C4MHI3w/WvhkuFyoeVHMP19wqpPgBI1lEWtBOogExMCFYyLGpi04jUDsNfjqIJmZmZ3gsnkE
yD/RWpIt1izNQyzx9l6LCsOlvO2tR4kb+3xq8TXxLKzNgWE0bKMNl8WVVZX1vX+j3emzs4rD
swDansetbbVl731wdA/7CzOT/wA9d12rExHVY7Vif5BGN2R5QybFyjV3WC7CVuPO4sq9lT5K
nE7/ADgTos6iYE6iYE5nM/KflOZkzmZhM7z+OZ/E4+FxAfjMXa5S2ud0M6cYmRF4PbMwDPGh
gpSHWGT6/M/VFJtrRrK7VxrN4r0tU/JwZuem1dgbf/N20xtXbQqd7VbY2rrJyx6zH4+i1bm2
TVlbdLvLdXxzoDAODVytLO7UdA6vFcMv6/gmt7aymJ7A2gbZx+3wNuoxTkZn8fImYPjtLLAA
u2CGsqYVWArbs0pKN6nYjWoo7LgEQCDH9DadUNNojVWvNag1rhvgxMGZn0e6Z7cq8/m2qowa
wleuA70VuVvupNnvNCqzX39TYWcR6anmx6qm1f8A81WHT/la3mr/AM3RUo/53U711JWuJiX1
gh0Oegz1/MZnXg8Tr2Irlup1s12euxXQq/sdNYns9ETQ3daz+nExB8Zhm37DXqe33NHn2vYW
3Wr7vZqoffvt1/T7f6913vcT1vvGNp9/65QP+o0cL/0OnG9vq+LU9g2xX52nYQnhi2UxMYXI
nZJfsV0pXuvbLb9h5X+Tay9BiHM/kLOswIRP+iUrvC51Oh/0O9WlHunMo916+51dWE4+cczs
BNjZUm609Vf8iZWuJ2BPQTAzYuY4GW1K65s3fgj5VmUJXc9bet9vure3s9NY/vtNT/8ApK8D
/qNftR7vRvd2Al/utSuzY91TULvfbHV7fJMKQuBH7lguSU6Qt+RCmdQJ25/baJsjHorX8fla
eMQiPKxDaqm7YV3uv8Mt9j5TZussN5snpNMXNvb2wdir3O8o199WoTd12OTM/BM916tt6nZ0
9ih9bTrTSqQPdcGqene3Kzr73vazp7/ag+21BsN7rRwvt0eG7dtiazQUp3sqBh14ddotFsbW
sJOk7KmncssV0YdmnsK3pqc1id+KqndH1GSNkFNzAr2aPBZdXGOT2Cvd7a6+oZUNkn/xi8BX
E5I7qAzr4/JOxnaHkg8T/n1ITM2PbiyhN7arss/6DZ8Gr7nc12399dyahfy+wtfx1ev2ng9f
qJLatIU+u9xRp6+57W3Zdbfy/ea4eu/yWUt+P8WOALN6tWqvCm/w7A9l66tNXURCdyqyzZ9X
6yx9rZ1O1WvoezienQRtOita2UJ5JmBo3yIpOYf7X1vyu3dSo7vs9HZrtWnsGUz9x1lu09k6
ECsCd1U92n5ZxwCEhZjM5GQJ/cRW/VKjBUeioxCqARQnUqoH0ciACEz0eDp4WXNll4jAEtiJ
K7rabP8AdJRp37d+y6hjH7qgeaurXsNbrV1yy2hES+4N6T2G7DbGqtuNmlWjN7CjpR2M2KS9
deps/se1Lja0fZlLH99qhf8Aa7N01B7myXeUACKJifwxOP5P3sX01Kf+goqrb/przH/6D2GL
vdezcC5gfICxZZVVcztTeoUZmTOzztj4zyEJhEP3gTExwGj2P2SzrFKNG4a8t8WJyAIfr6Hq
doivzmORDiYwcc4hbgKjTrUsOyJ2MyJkzX079iafpVQUrqVRKA4/WcRBYs9tay6y9jq0r0F9
5J295l3bdiyxrOjJVWzsu6KUps3dh9fVcUV5mzt0ay1ez17GXbrM8qmd1M9vuvTLLQ0ayozy
AvY4I+xmYzOpzXayHu7z8mHPwRDBgTvx2JOJ+BHEzPtVY5J5r4Ls+W/KHiJZDOhE62maP4Xd
qpYZzCRP4b4GR8EcgcjXYtr6mqrJfrOlOqGgRFgUrKzliZ7wZ0ta7toH3u2atnY2LgSTO06x
WrVNfW8t2lqXUts+/qSL/wBFYs2dq3ZsGzYkHsLK4fa7rSv22yi7Oy1zKQV/w9bkWtG/GBjG
4h4nJLT+R/bmZOeWn1FOB9/P45nWcwCcr8EHAXgcFMwM5j5YYnXq3i159knEJ+OIzZgaG1cD
mLq1hakOafQW3Tc9G2umt7HZ1L0vpvrDNFJBsbiwLbXp0rTv7dP69hcNWSYvM0fT37i3+l3a
jqJ7KlvbJc2t9EsBM8z9XNOYMzjOcHoMli0IOSJyZx85xDGJxgwACHr1QQQKYTD9cz7BHACz
OYOBMHC/X1MqwyEnbozGsj9to0x+P3P5zy32MdF5mpSJrrdtbHr/AFVess/j/pPXTR3bNW2j
aTYprfKscn+fbHwey3LqnoKESnRvvmj6frcN39bd1tgeXzoZuFNirbqCWz+YCwJ+z2+PqZ4x
FzOBDBz8Yz8CETkQ4nM+525IGFz8MIpUQmfcAn1FIjE4n0KmXsz8Fixo1bLZ+hD9H6+FIhxD
mIJqaTXj1/qNfUmZbYZVbmW1rbX7TV/V2fV7v699YzHtVK9bcqtn/QZW3Y3665TsWLPW2+Of
tDzb1/k2qdzZW6m4vRQ6na9h/wD6MTMyMc9eMYnXM/hgZlhF7wORDkTMwBMgFzyP7c4h5mYG
yq4zwfn8sfUzw0EUfg2IYMGcYMxPw6E5ajr0yIRDO34tPv4zPV+vv27dPRo1Uhl+RAcMj9l/
6fWDV0qCfWP5Nb3NwCel/wDd/wBHRa0Hp9nr+h/82hsVLVtbBeatD7Ev1xVZRYp1tcsNnav8
l2IDMzt1JJIBM57fz/J5gn8nE/gYEPWYE5wISJ/4qIAvxnk5zggYEBAnGTglSZxMczE+z/5Z
MVnmuSJhYxGDBDP4Anq/TPe2pr1U1/DNGOQSM1HrP+jtPSr7o2Tp1b+yNm30K5s3Niqs17R2
WuV0c6oOx7BCk9VkJvVv5tCzLm1q9LOTjB5mWgOJ/APAmJ9jM4n3O0VgI0B+M5mOOI/MzB9Q
GAcnt8fjDFhJWZnMPf4zzkTE5yjZXymPDBmc5+56n1uJrUBPloTLYcZUgD/odktZop/m9tjx
KthXU6amrtOolFudksvjpstZt3/LKOta7CZp9ZYvf24K0CHiZn3CRP5PJ6/OR8HifyYvbGTD
Fn5fGMTPxkCYM+h2jTn4E+51+F4nUkeFoFzK1BIVZXRP8cOtT1agTwMCuhfYPWeiyteoawOA
GmYSIbFjWiM/O3trq03WPZbWMr7S4fr01Yl+95mtLu2ngX7avWEo8ybWscmwJXsbLLTq29Ld
219k/AWZzMZn0MAjtBicTiYn4fHUYxD2I6MQqcmuwTwu0KHBU58bTrCsVCY/YHBE8Vlk/UvM
T197I2lsLDW+Uo7RNFYtNYHUMq6iME1a0ngL2ePqv4T/AFWnL/TahlXodZX/AEaUlVQVcQ8R
zPOVgabEzPHPcbXkjtNYN0vcu9tiLQbSSi9569Qd49VS3cqoO17P9jYfXHTccm4Mmdm0vqE4
nJC5mOfuGKMTrwq8DJnQknT2lBRhMTMVcnwNNX1amr9M9n0rbHPq7Qa9AgfqgWDWrKv6/Wan
X9Qtc/Rrw2jT2X1+v2XXRTZWCfBFpPVtRO36iCW1r4/E2VQ+OruJ17sirLE7TosMwIsAmJiE
RlmwuDXs9T3Rx+oc+y9pq0rvX+ZwCDfr+NVP4swKKOUrfr6LV/8Ap9l7CulWa7ZtZbta2nYz
69+WBleuL9e/123UzLZOpwqOSursE/obWR67bn+s25V6XbeV/wDOW5T0ekkwQMdp+tU0/wBf
p4GrqLCoEwcYaMGEA+D9gLhes/tI64dCBWePtOq9R1Eb7/FoyMY0akhvIqQhcBrFIy0wZiEn
JzK14xMfGIRLU4vq6t5BVXve9tvjsSzsxlP4uzG2wjkozSrV8cufM1/ZWa9N+y17+q03s2Pf
+vK0ptONU4mvX3fRAiEFTWjTxrBr1IzLmeLMFSidMwcGw5nJgELfBYwriYjdTMkjHOIPrrg5
EA4K5AaF8luF4x+JB+0cYIJigkWj8i0uzZEYguimIPxXid4YBFH9Nykqm3sowNd1fsqqV1mJ
7RQBGz1/8QCCFSpbL2aHkfcrVSPVatetq+xr82m1ZHxqL+egIgmREAMInEyTPqZnXJZlxZnP
E+5jEXGMljnhhAeS3IMOZznPJH4/x9E5wBwwGM8M8EXIIC42Ri9kyHRuqq8BxCkNRI8S/CCD
4fPU+xtWD2dBPnPV1/YrbZ3NW7d/YcXoqIqs0/DDWiLmAIIxJbvKlLvVUe2nrtds07z1Td3a
P1nzB9azpn1oxPygKzPGSZ2Kxc5OJjEQ/mxGCuQAZxODCxnbBDNngDgAEn4MY5hWBYRiBFhY
ALiFwYcxalaf2zuWsNqmWJ1nMcBgBhRjKJkLwfxhi/0blVRHtfJq2r7TbV6vcWGuu7dut9lt
autrXN5mrQ11NADlAo+P4VC5orr11tGLtP1v6yPcBN2rxT+Rkzx/ho19VxwytlfoRh8WfieS
SoBbOC4mfjkwBMZSfyBMEwnErb8RyeJ1GPoNmJiPjBLY4mfxQjDRJlcMeGZZ/P5BeoitiZ4y
8zmL8dp5BN3TNrbfq6L0X0Pr0lWhppDaqn2/p3vQ90sLsSozFRjHNSzs07Ga+nZRrU2bFtlu
jZVq+o2XvpsbI9oiLT+OUI8llQQ09eo5jOoYGDmP9iEcr94aHPUiclj9dYFGCR2M6EhhOq9Y
vI6c/jhyYzRnb47TiF1nkIjWIFGyCyXq58nWAiZLN3xFbtGJEDGfjP4U4l214i3tKsv7WmVb
lby32daD/Y0hbfe1Qewu8nstlSNlV7ZzMYlbkfH8eq1Fttv2nuA8yin2jmz9Ont+7ZWdvWr2
arF/LTTN2zshW9b7Gu9R/a4yFBAEEJh/tUQHEPPx/EAzD9KhjTJEGSSAIGWD6zmMcB3Jg+xj
F7hVa1evcFeHHm6Sy12hsDNQ5V67/JHblCerkwBwBkxrn7eYz+MyxQ63a3WfgWazqtr1hc9l
1aa2l+0gFdFz2P6w7EH/ADtzV3U2Vt0YKXzOso9ZsHXGyutQtjOmytvZdnZE1d5RG3bqo697
amFLP2tb1CodVM4OIMz/AMSYcwwfZE4g4+D9DMEY8f8AirHJYiMxxyYjlAephJmH79FMtcIh
zbCjFulgKeQntPGQK9cZCP2TTfsKLgRRLLKgTsMEazsaxOvy/wDay8b+u6W2/ttE1nnjpU02
r0o1RYblq1qfXoCdv3R1nv29nfTa9buUVhQJo9vOlVgT2Gq1iAX69n7+xK97RZOvq+2odPXm
2/lfsOtbdZqWWJXXkiMpnbEMGS2MHqM/RM5wATAII7YHGO+ISZz2sJaLmdTPxEsvURXt7EsG
/wA2FbJf/wBia+C1dkrT8WCVzyBmsuWs1bTkvtvKrwQxzDwqdDK7Fn+OGfxmcYeue01b6rsF
2enoy3rQ+juN29lUuwprXVoTetqNd/tuvq6trrsei0Waz/W+tav2NrLreyRxtaWrso3l12yy
2PXX2tYMbdWxvVRcB12L/wBX1W5mZhHwJzk1z8svifx3OfIBPIOz2jPBJdViklQIftkGOgw2
MOpCsOtpNfaviAdzaYjKID2jKJ2QC66x3pcmEVeVSywWV+LXKF1C58naBgoQZfIhg+OJgGXa
4cbPr8Faa1e/W12sWqoJda+Lvwlvfw+pxVrINS+XaQtX23q7NXZN5FlPv7BRXu+t35t13Ile
zrWWt62oxdDVnth4qxrWu6PqagS/Y3drdQa5GCM8GDJ+C0/mxlE8hgeGxYS5lacEc+JZ9zhZ
2E8nJnXEwSbakJahZZr/AIrTYB4bhZVU3bNdcFvctnJ7EUYQmxe/UqXR2VcqqLGJaBOFV547
4ef6P4+o6h5t21VnC2IldFaN7TUQPttZcb3xRtl66fZbFB1fesbH9l3fa9Npble76u/TtZSD
q7+3rHR/6OjvtbVe1cb7Elg802vKtWv6mx12NRFp29ny6en3OuMkETuITweBZ9P2wQJgTgwJ
MDGCII0/lgZ1wyjM7cFiR1WZnVVXtgZ56Tb6MexSK7CGw5z1UdWihFJFmW7A1hhFraA4bOJ5
J15H1D8ZmzYKqrbGewH8fErUbVlffHZvAwdkGOz0msK7a7dJq3tTYHo2l9l6bXtm1o3UH6gx
NDY9mqn27uU3urbXvLGibfkasM+3WR1MJ4xFOZ9xsiMk6cYEU/5MhTkmdzhcmGL2LYyCw+BX
x+UYDGCA9givmNYoNu33N4Zh9hvteT1YxuyKuEisxg+88kjB79kALda5yTiZgPxnM9tsd3LA
SgG5/a756c5WvJTHTc6+MXsV1yqmlsBvIk9d7FU2Lf8AocPT7KjcHsKUS/T0q7QjJQe3RdjR
0Lhb63YSVeovrXT1DW3UQfXbgFctjHlEY5CgzBjK3fqZ2acfC4jZiERsziVFZ2IllwEFvZtg
kSvlue25k11V8P2ZGwLWpZocwdp1fyYbDZ7Dr5Ecx6Zk+RMKfKILFndZZcMmxVXyEy2411Xu
4agWONnY/WqNneGaqd2dEx+tU9V1VitW4zr4Vbdm2xjZhtCmu2y31To/6rh6MJrWhvGFqfdN
VYT19Vnb9dzYylBW/aMuJniDE6LG6gJ2MFVjAA/B6zHHYZ4SWX8reYLbo3kaZzLSQFbu1b4V
3Lxa27IzA3KhhHC4EftbbW/5XdGiHxtZZmIfIGDQBouuWjIGR+oK9e/+KcYy3bvyRmZlpDjx
G7YJTXF9nls78AiadPFdSdrLWcjLLu6Fldi6gs17tW3vX6uxWrG7Qt274xXuWJXsb+zsa9Hq
b7ZXp69R8nkt1B1gIy+CK/xFlgJhAgh4jtO88mIvM4EB5P01iqLGzOvaN0V1MLrmwMW5yoWD
Kg8KtoVFyWsUEd0WM0YpgjoaqlYuXZQiCnyABTz5U8n7IM74jfmyMEHmSH+8n84ykxSRNu5K
KtFG8PsL8n41wr2Uaj+FPVWdNeunCadUbVBXxXR9fA6MhrJabtZWml4dlEJ2h5bN4CJ41v7Y
ZJbyYeJniZIDkQ/X2foYh+7b1Vs2l2IMAAXtmfjYeuISrNj8maBhP7YcNHZEsc2RevX8+7Yw
GzOQayAS7ZZLApswvdizY713dGsZcDBFi4b9p5Ycx+QPruIDPbt2Z9lKqbLO1p+sATR13LaC
eOi3Z2L5QnRU2VriXkgM0cLHorMFXRvYIxoFmX2LlqFWyba1uLb2jYrzK5qzLOI91aD9/XMs
9iYPY2z966NuX9m2bWXXvZGFq4W7m12zkdnUkYJi5cN1iZA+4V6LxjkBVDgFlLdi11aGwYVX
YTIlSfm2FK9CqBWW05hp2GP+vpeHVpEGsDLF1+tyUBFvzNyzyDxPLCZ3iNk/wLADsUPbt+xX
xsPvIwcZ9ZR/ic9R5HZtepVFVaGfrfkK8TEfpHz0vcPRst1t2ie/nKU1AlqGWtaLVeW3pUm1
v3My9ViqvYFvJ0MOBAeM4Rs5c9QLHBV+0wpjDlG57t2sXCra2Bw2Px65VWJiMAzReoax4xsa
L2UmytW8vYZDEZIoBAZFY+fEG3WZXv6zN+z2qBfC2o8ZNpoddlfIlirLUhz3GOjj8XL+Papy
3+s23D1WJNfr3osAs2b7Jq6djSnXTCrgQrmYl+uCHQA31HY19hsSnr32WQzWClkVAdFisvfy
2tXb3dMzr+R/uI4BUtYCW6CNOggAECqssy8ZeDURPGucEj/HFTMCr2fEZ+s2XqqH+ydWp2vJ
HOJ5hATYWVw47CWE979k1omxYsq2dqyzqUU2ExUqmtdwtKmXXpWw2tkMEv2W/QaNU5LUkz9J
zY2uOlldqknrNPSNlopqCbXrUeHVpWMlRY66YqVGg/qs2DTO9ZHvtcDYsZlUnu2mnV8M7Uph
AvDa1zL06zCiY7T/ACQJZkpcGtW8TL9OpIf6X8k5B47duOq5JATxoZX1ZckwHtLWbOCRbqV5
19ZKlurIU4imtV2dwFvPYUWy4RjbdGpbrqK6vfS7N4HWLq2PLadik6tiLM7kbW3yG9d3P+t1
YeIPjAYmtTGqSL1xn4NaPN3T6pq80eApbW/b+r2B2Omwm1ncv2MG1iqFsa1omp/7K0yqova4
BQyVtFSuFQIoGfqKVJKqWC/j4BjYpr7A4GWy/Us0Unq7glV4qVmjI8Wm0TZp3DNY+yqPSy1L
KOp3NtKVs2bGJ7s2vrd229Wimpg01tjoBZrZt2alFVnke25nOvbctu4tFltWtd5+qheDXZT0
njaH6XAmJjkifziAQwBgbl7U6L4fsBAV/qP1eMN7gUdRA3WagM0EzKVArH5S7+5FZgEllbQL
waTiqsYCIs8YgQmWU9j+o5h1sQalcWmuNqoY+ja0p9eixkWtlI6AFp0ImCZhpZWO216sWxdB
gafVoHp0KRNrWqlnq6DN3VFN3SDBnicwCVf31dFTe9jYllnsNxjobmydg2K884nXgKJiYmIc
THMJn8cY8ZF7s0V2EruMDZ/p9jr8exczrD96iK0q/FUTKdAo6FnGIV+Ah8nWdQR1XHUYVcDx
zoceGBQJWmCUEUdRe7MyhpV0JACzd9xTr2f/AKNsp/0NWfYe812mr7LYtsu3aqnr9oz2J/0C
Kf8AYGybG9VXrk2b+w/q7FV6LaXS50LN2ahe1rXoo2BVaV9bxp1+IgPPy+czPE4n8/c4+MTe
sdGS5XXwqwNREqBC/wBDKGX3Gogut6gIoJ0KuzV0TPJzDxOABiNgnJM/lQDOR8E9pgiZh5nR
YPsEZur7LY61n9mrv5TLmsZNnWepjAYw49cPw20c26osWzavNjVe18WrZbsbltKrXTrrbUvU
EbXrrEsbX2AdAN1v162T9DozrYtNDby2Kap5q55J3naDHwfjgTEPxtUiyvT/APaAIP6jPc6Y
spelxauv1nr0CFXcwdIRkHEzz2E6gReT/KriMTjyZiOZ2yB1+MmYlmzShs9jT0v1/wBg+wpW
h/XX09HZgnsjxXq32N/o7WpT0sPepd3YIH8EjE0XSqLspTS3tbZT7ljP3tNijB1u29Wg3+1r
aD27M6Xr0O5svY6nHhhQTxzmLMwmdxM5HAgMxBgTb18GhyyL/VmbChq9kAt/cNZSpoIY4MOR
OvLDLBZ1iqoBELABrMjsMhxDsfl5nisceUmBmMb1uuXb1WqYKEqX2VlAbU06oz9C36t0Xvin
8zaiCz2W8bLrMsRkL2MyAO2IbmcY4Cu09dXVbc60k7VbV2mi8Lqeuu2JXrfrxDwcg/sQn8s8
5imNGzP5UzHw19aQbyNbazYobIH9dn17arpsVMpq1QFr1MEkmc4Oc9lSNtc1NYRnEa7EN3Pk
ry9iIv7hMsbvK3/yLZk9AZ3Kqbg8S1VP+Owf66qwW6dVc3t5KhRc/fy2eM726Dd7C20dXw2R
B2lnUJMHC6tsWiwtXrWLNXVb12k244l1Cn1q7N5XRusGl19qx1athEakE/r0/HcZ7wPHsXB3
actsRdrBXaWJs1vFWtm/xqyXU2Rf8ZBg/ozMyzme/X/6dNf8VTAHRaODMtPyj092WpBFAEsY
TZtWlPObWMqsPRurRD0AUXSzKzz5i7TwW4YW9pRfUsDgrusPFbXm2p0WIytVt0YfXs9ctVy0
1JZT6u2xtbV7NlZ+WPReqexq6k6sKVmas+x1rdpU9TulDo33aF3r9jXnq67KqU6vEWKPhnOe
wEyc7VvRW/2V0fU3RNIXguZcrtXqPbrlNmzvQys65CIWampiVU/1WEZ93WruqYWpQbNQcOTA
Z9C22sT9wkV2W9tnZSsXP5bQqCxm7Qs6wEtG2HrZrlrKvXelbhG6idyIhi2lpXttNt++u/r0
cr6etV1PXUtUfW67Gn1+jRNv1+tsVj/mtlraf+aZHb02dvS9Ro6x81QFu5Qo8lTQUw0WNF12
A8HD6iuPDX1NNaEcw0OR4LIbrAf2MQ7bPEtyWJZWBdegX4/XVhZr2B+pwT1IYMunZ2FY/Nf6
OYZuMRse7tHkUdqdYMGW5aa23sGnYqdRljZUphVETY9vqUy32F1jnY2FjWOza+6e1u3S4FgI
LKJ5qgrbfWJsMxFqzuTXUDCmSv4Mm3mKlNooo71agNaeSFxGsARrXMN83Ns1Jsew2rI9lhCW
MGU2eTV99fTNX3GrsQ7A6tsZDtdcP16jA1dVlKFLMOzcSwDLU2NKqolaiWARyR8NcBD7HXVd
jc2bbK9vZUf7XEPslxo3KzrzFg/oJnsJaHe9j1mvWZvuK6vEzulriyv29dJTf84tuqWu1K7J
cy1iy1rTidSYtZ7dLvE+vtQpYD42E6xeW19gJW23b2r327v2ateA3jCpuXVzX3q2r/2ekJ/s
dOLdr2TZCiealH2va1sbAxHUgnsTgCFjkcQew3aZX7/cDV/9HWZVvajS/wBhQT+7mul9hlzd
DWO6jgOgPknBnjSez17fD2uniCxrRjWvMtz1Xr29T1dQPhTx8GNmewUmqtBnq3bV5ns3DXvu
Upb5qWQa9KK9w1g+5a5ou8bXbHc/U8buCplJtnezP7M7ZNrRcmYURgvY9QMCJtfg28ex3su9
mYtn42vC9hbzMIvs9sS217ytbCMiid0nlZTbd2Acyu/rGsWyNTicwdsi56zqeyAGna3X9iWu
FZjmfl5EXqDzFaZ42vXUWzd03pa0Stgi2/lY/wCM9MbsjOOmYi4/oM2lI16bInXOs1RHttl7
NnXoqtQ+vTuNE5tptdsMDk4RAZTrnsuv1BrQtsAO57BfynOMNH4nbkmF+ExAvYO3ZvG8KWKp
c9sSm5Vj3VOXsqEDw2mNY7CfxlcCETnB4h+sQdYtizS2WrP7qzwN3Wvi0YgOVJyFb/I0NnWb
+lddK1s8r+l1TrvWaNlbkYevHSK2YGEX7/ouXsjaaqCj9a3NVF5rM198Uqd+D2LEru/kXpC2
rS4/JRrXVqDbXUn+zqJsurA8jEkfHMxmYGf4nRsCszxkH8clmn3CqzxIVYLOs6CY5bIIB+P5
ABA6icfB+AJwIzTzvCTnvG/JVMz+JsIJYNLBiI64apWZycbmqHGzrtW/qB3q18sEUdvnHw31
a3Patk9jYlettkFgj5+yHeDsSJmL2aHVvWNUzsaKiz4EAhPzngZy4gTIa9ugJmTFnEzCeOLY
3BAn4Bu2Y2ccwTPODBifcMMwYJ1z8nOcdhjAesZNeRYjLKVYJs9cVf2qvDW/mjZO1oVbKaFH
6508+EQf0Exjxt3hJZuljvextvif3W7VQqr8DQkTvDMyuzoW3XacxrXZecdsTjI+OYTMzsfg
GHIgut6mdRH7ZrdVGZzDzPqETMxEQsTr1BPBkFCAlfcfQ7D46mH4cmKPy/lsxYVzLBiEdpWF
EJE4D11flf5Jra/+CivosX6z8ZhMsbA9zc3fUrV3b7MzmZ/HjOBBifiA3x/JHwoh4n5T6gx8
AQYEHaLnPU55g+gSpCjODgf3cH45ghxgTW/usvyla5RrEaHxotrhiIROcCcxzyD2nUTHOMDE
dMqVILcHCsErUCnEdT1weofMCj5axVhtyQxm5dhNy6w2VhlpIzFXgrguuK1+zFhPBn8TMbBC
5MaHmY4BGFmJxOsCMZiFRMQzA+FHwCJzBmY5lNnjiXMz/wDk/Zo4ZRB9H5xGPNQmJzDxD9R0
zLEIiWKG6AiksL48AbK5zHtme8RMS65K57XbHj6PZd/+b7a9/wDzttVVmhsVGfcHEM5MOCAB
2+iCPgDI5gEfJM4nM4n8qZy0MOPjHJmMH6mfgDI65jKVP1MwMuK7HEz+VjZIzPs5UFsdsTBn
UZnPycTEzy9QaPSoanPRQoY4mQQI9yrHt7wAtLHWuftMse0lvZWkn02sLLx/aZfqBx7Kvps8
QfkTOJiCZ+MQKev2B2mcH7nEHxiHU2ouvsmfpbU8dmZ+EH19QiZaD6V8QMZ/OTBzPqCcmHtm
cQYgPxxD8HPx/LfYIhHxbWgI9n69GNOQ8farrV9/Muuvsmueka3x12OzM7EB7DNiq57PWUqo
n8S7U17ps+j1rRf6bbrjq4P8GdoMmZxM5mfg/H8fwIi2WH1nqtagrZU8azVrVRXcm/obVVu3
5fIvMI5yZ1E+pmGflDO0VexbImYIJz85OR8Nn4MNqLL/AHWrUf8Ae1NKeYfue20NnaOp/wA9
iD6tz1uJeLVBQsbFQN2YBktYJXWOtZpd/XZK4h+/ho2J7laK6D/c2IIfuff9AD/GDKNd7VbY
q1x3VANrZ6127bWX7l1c077HXb9ZXfXu6N2rZxMmMRP45wGwCZz8U8R8mCCfz/EzBn44n8mX
E9cEtb6lbWf0tvWhDVR5+0/yGV9hMwYMtxh6gYKwJsbIhckL26gMDaUSXextM9actQnjXMY8
t2x3cRtmusBlceyoS7V6kzHwPxj5gJABEzMzMyM8ZNxK1a3kfSrpc2esYP2tqaokog/yaPub
7LfYVVbGo34zOZjMaDmEYmTPuEYitwGEzD95+OPjMHx/N9njq9f7G3bZVXJ+/g0JAuIBOJky
9jl9lMbe4zT9pK5bv3PNWvarZ7/8e3sguSM+ox51+iwE7p2BEIBm1pLcmtUNdPZnGiRxjj6m
eZ9HHwlYc3otb5admlCG23RVaN27xWbvqP2XpfUWybXqWh1NisVvVXPX7p2Rv0+HcYsTOJ/P
YzgzAE+/j6+crgH44/q6iYxBz8YmPgTae1Kk9/sUWXe1osU7X4m57CuubCa6xGtSgW7LOofI
U8emowUnsjtmXU+6aAe8rOgu6tZhqBb3n4+uCz6M/GATifjjHxxB1h+/W0N+5t6Z/wBlRoaq
PrUrSQwneEqZs+o07pRo6+svsrWfcXE6iED5HxiGZhMyPnr8GZnE/mA/A4MM4mJibDsNjdFW
wt3r6hOo7ePqqJ+NtlanZ2O9jubCAQKAxbTQLWOIcdfdWXpQm/vVyn/oNpDpez19qLzPaV99
L+TBFPP84mZ/GCZq6duw+t/z9GNbQ1axsf8APUO1vrvb0Sn3r1vTdTamCZz8Z+Nv02psH2Xp
v1ZdpXVJ9/HWFfj+Mj45mZmD7z8NxBMw/H1DAfjBgmPj2N5W/wDcFkZTjHV12MWWGbF/msyc
pPxA1Qvl1upWZn4mXen1LJb6TapnodW1Lljr3W7/AJ5Vf2WjRXXF+m4n3BmYaaWgdh9HUpoQ
DhVhE6ze9TqbQu9Nv6R1P+get6LNbYQ1Tww1QoZuawu1/SgW6ns/TKwai5Ifsj44J+pyT2n8
/OJx8dIfv4aA8zPI+iYZssn7t1SmG5VXqCNhKlXYv7A5wMSqqxolDdarAk9aOCZmfzD9KFgl
lqoE2qGXf1RfTZX0th64/nmVoWbUprqgIiATj+hlDze9VRev/wBvqNn1/tNfdrnEKiPXNFPF
7H7m9qJsUbGtZr2Z+OR/Rx/QYSzT+Y3weJ9j4HxxP43W/wDsqOY9K5bpWlttlsP3jMXWsY+u
1+qb1612d+1mky+POYTBOJ/AxB9bK5GwYnsGoXfwdjA+OYDPX1+TaW9VsrEGcAnJYztA8DT7
m1qrYNkXeu3PW+xTdpB+DHpx7Zu6k3CbenrbibmnZr2w/P3M/GJ9fI+8tG+8ww/H1FMPwfr2
ZZNzTuUROufZV7DPbc7MtbPPC1Y1LENez7H8fzc6mmPLUgAHEzxBMwTM4It15tazA7enY8v0
NylB8D79QmK0GTq3FkG1iK4xZsqILCZW3AyT8e70PPreq3H0ttWDCWPKvy2yAZZTmDU59j68
XpsUNTa0OZnjEx/QDOTAPh/uGHmAcQLGgbsD9eyPXe/QNoV7KZlbKdilqrdN6loGMM4Nmvqt
ZrW2ok9fqt2CgQ8HExD2mXgMDrA4MH01StP1axZuVC2japKTkwHE1SyadRLF2FVdHJ29r8U/
Jqu2UWc5X65hGZ7b1Pjv9HuG3XJjPPWgnXxMzuI6T/odFvH1jfc5yYDicQQA/HMxGPMMVYPg
Qz+SOPaVZ3lEtXuAiVnZHlDLhqtqwtalSsNhnGlqeG2lqiOI33nI+vjM6LBUAEAAgEIy89z6
sshBldfewIEXWxj++W7HQ0ubSq801zHwPnZoW+rzWet302FsT2e2VOtWK6T8P9q2RdRXbXuf
8yAmxrX02df6uZgYwfh/tvjE5+AOW+oZ7tlWyllxgzZc5a+kKqKTaVL92Mp4eqwSu3JqDeM/
HHyeZkCB4Ggg+l/ucBhv+gTHqyBfacLUMm49VuZti/U1worgbE7HJZooaA/Pv9LzV+k9ktc0
m/a3VPzdsBbRZiB8gibunTensdFtZz8Y+AcQczImfhxyPqD4Bg+DHYAewNlu1tWWU0jctYG5
ZZdGstIQYA5PYiL+UK3VzQ3+gb2+uJb7ytJo+yG2Q04x5IeD+WVsuWLsHqLVaZOf5uP+H1VS
lm+0XpX7HY8dXrKTKa/GhYrKkcxaoJYCUHAmZeJ76mmnb/5/nVHz7TWcU613lqVjA0ZptVdh
vevCwgg/KnqTgmcxvsfH1MwZ+M8c53n8dL7fQM/mDkLP8jyv1+F2tWjW0/V+r/bVPTUA7H/P
U2zY9ddrwNYJ5Hn5A69OxtWafq01B2XJJwEYwVPPqdYFJODK7WADKY4BX9Qa7JWWdmltvn3K
avEFtvaU93i6y5W1c/0MZuXiqmvVbcr/AOd2vG6H44m4iGjQ2qteau+t7gxsYbkPqdj7LTaq
z7gEz8ZMBn4yz+8jkYz8An4H02ZtqGo9guH1vEYNCvuutXUD1m277mzqaqa9R4ihs+PuL/Xa
9hq0dYQ6uqJXUijBwQJhli94rsVyDDSjTwWBeYx4q7Fmbi4/5lyJ7HYFWt6nUPXVu6Ml9TxH
bC0OYiqszMzMzDPdbJ2tmmoVL7el9Pf0Nlb6c8ZjHn3Hrzauru0rs07C2H+DgfGxqGwbul+u
3SHPyBPxln90xBycfH8j4K5nttV0s18i/wDDF35DdSxavWhOkzMwjn8iyhScnKkxm6wYMVI1
YmIhzComSJf06V1uz/kosZsWd4pDrdTsbe1eK9aj1NLPYtCdhYFj7Sifu4B9kkG+Wh3lCj2I
J3/beHX9Rr1qrPRVX7WqvZ0vQexSifsUdUcGPLOUb1va2rUCitthbW+/5/8AH3OqG0yRCBOf
niP/AHcQfS4+R8H64m/rLbXRq/5hWRGr5tqVq/XjrFWHgZncTMzyeQPxBfhCMqBAIeQqEQf3
cTAMKCGoxxlbKegStQa6+jexsBXTqxSfxl21VXXue0vutN1zStclNzbWW/swarmauqUsXe0+
2xZQwrem4b2itG7V65Vlj7NSVey2zEvoceyytdHs7UK+8rj+91sU72zt7Crx7SxatIw/An84
ln93ws5+OZz8cSyWVLOvYdBHSGhFlPKWf3E5gMfsIDiEiZ5D8ZINLcdpkTvwDn4DYmZ+UZQQ
9WZ4OOjTb9ezEEAbnvcGyx7bOh7UamrXWaK/H+5VXZbddazWv11davx16GpZG9Rq4u9aqGzW
2gK9+9Fr9/pEqabV8NYOygZL6Nd7f9Frsr6vrtWrRrTYsXM/6TYxX9/GJzB9Yln92f6DM8zM
EcQgRFmxYtVb7JY1t2MtQw5BWZDzP5sPjqJ/ItbPdgGdjBdFadsTy/krcg8N3hByCcqOdvYr
oT2PtX2D1IP8Etin9m2XXKK0OZksaPXMVr9MuV9Rrlb/AED9qPWbCG7W2guu1jrdXrg69jLb
r3eSbufDZ5Fu1LfaORqV49W9bVYnu7zZvGEQ/PEtH5FiIM5X6P3iYEIPx/NrdF65lloqFlez
etPryJV63x2Y5s+rJ2wTmDmAmNjFbGFhlycI+QZ5VVxcs75Wz2eultGwlqrZmA5jIDBXYH4m
9rC+r2Hql06msayfzWq9WeIABrU3WWa/rQkwgCsGFY5OAtP2xnUdfar0q9azLdqscWdbKdqr
/wCiqlTN41Va/rdhV0tm8Va9trM4M/mY4E4luO4HP8jAhHwPjPxsdvDScp1Ex8cRxCJasxFw
ZwGaZgz2fOe0pOVsQxrtcFtiko1Xsjbu6nko9dYvh8hzU4MzgNaDBYRMjH/Uf2oGzYvjR+xJ
MpQmet1PHMCNEUBgBCS0xwBy31fWrqur42O42sNT2Nbjaejza/C3d9rYqVS3v78UfU4gmR84
Evz5RBzBBDB8CYPwoCBLkeFoYbaxDvauTua5l5zBzAQsIjGYyW+upw2ewJnnHmOpQ5NaqtHZ
lX6v1WQ1eyBmrcstYH47mBsDe0q9+jW9IdY20/sblwRSyjPrNesEYaN95/Ja1jNFzlTAQIbF
h7GdVKe10fJKksW7i2UntGqEusWoe4vFl5yYB8cQT+fymxnzrYM/+IwZ9HGZ/MELAQMJZ/67
972FGzR/02Vs9/R2t99RP9qrH15Sw/x/LHJM/lvvjr24PTLN1j7YlW0uG3KJTbUVxNus3VbH
rthG9W23TaiHLqRBnr9Qtz0NsbUspfbS8H8p6irsAOsvH5IGMrHFijIHPEZbia6esGYSALas
pbQhuJrMoQJGdEG7u+OO5ZoT8rMCczYr73eJlKs6xLQSZnE7Zgj2rBakzmFsTb9dr7Es/wCd
TFvodoRvU7gmp6IY16q6q8jLYEZ47rPuFhl2M5Um4xmxDbtAtr2ungvY6lNyXVdQmQCoDC6s
tNd8qwBLKQD9vxNZxGqQz3z2ZSv8/Ur+DHEZsmtI5JjfdQjDMX6OIGE7RcddyoeHX8T11jC+
19grOWYzJn184i8QZ+HH+YzquQmPhvh3MYZJ4Hdp24yMZGGOZmZzBCOATgxvpYQYSZ9ll5cc
DKxMMGXqoU9qj2GIk2B+VTYgnE6c/r9pVR/k6Tb9bU6Ufjs6/ZSYEGZkw9iADgfX2RGx1H1f
alNHr2J1tZ0V/a+0p8c+h2+ODBgTPAgMwI//ALfjPBhnOeggQYfECEP/AAMRhCDOs+ogghBB
YAzEZcQ4M4jRsgOoxjK6vANUsHUVNBgxTiOuQMY7Msz3APWeYRLMshhWWeorbYvU1XlRgryf
pUzAMD7jfX1BiHiLkn2losbafwJs7JZyfgnPyOB8CATDSz/2KR8AiGdgfkWGGdMzqMAcHBmB
ln4xMcfxnmfc+wBHBgEzGzAwmYlmRYFMCAReIigl/s5wpxFtj4EUqsXxwPiJZxnJv11snTrM
cY5UY+Gg/utuQOGE8nZ9q7w16Woq2e869jP5+QOTicQfCISOwl2ewM8hnbkk/AHxj4U4mJ/L
OQWbA+4WwmTOQFYRiDCDG+ieSIBwzMD24I/JFiMuBb+S9nYghlP4s6mPkxgMfwHM7GcqUtOU
swfJmZ4wDCnCVMIg+CuTbaoK58jbNapd7DxHTvs2b3owfc1YU5jZEGfjqJiEQfGIn9mRLv7y
TDxBmdslfgR85ZYIYeuGz2K4hBYBcRmMysbGMrB2C4yDDFYdngnjzCIzvKe2VbgkYQ9o3EH2
wYtglumYWM6TkFXgfMW0zyHIb4WEQ2FixUDHabNyqNshrPU6nhpm/a18cdW+4wgn8/xP4Ex8
cTYYC4mduQ0ICytsEfcxmGHMaH7OIcxmHW23qEtDTgTspjkZGITz9TOZYTjmHEDDDAYZjA34
1k9siLkEnnOQxMBYw/fGcgxnwTZFcxdnDK3PYTgtaH6vSpRrMFa0EvuQLdeOnr6Bmq7yz2Ww
wrppAp3mXzlZxMTExD8DOeIDO0//2gAIAQIAAQUC/wD67z//2gAIAQMAAQUC/wD67z//2gAI
AQICBj8CXef/2gAIAQMCBj8CXef/2gAIAQEBBj8CdmCkyK8k+RVBReS01ZMLC6cFSOS7S6rq
muj96lKxKkAdxzR3IyC6vdRUSA2iPG3cTQrtPzVTkU2S7SEWFqOuTf3MGQEYsEIxFB6k7syG
6Xcc1td1uj/kC2clDFb/AKkDLPRSlOgyVa9V7gvohON9Ftn80T8sKeO/2VPsdFt1RB+CMRYI
VotQu2yErI1bRRBLL4LuonyC5A1fwReoTPXVdpqfUVGRPcV22XbVB6VVfktwLJ4r3LtcIZaI
1ZDU3Zcjy7KqHaGz8kYQHct+lwjWmiG706pwvcgGmF7U7hdwQAFMHHxC9uQt6V+5NP0JxV11
x6eEKmPlgw+ypjuZPnLCq2uu6rZKg2hOgTRHpmiWDJlQ+aE280IyoiI+iKoLIkj1ZJ5GgRjD
09VH7wvS1GXdlmpRkaGq7YsDZANXNBsslPdco5B1GQvmtsVu2uQthG1e3OvHkU93W+I746Ib
Ikpp5dEGLKlSc0HX+QI9zhCBkt2HTC4VZANm6pME+f8A0jXXVNLKyNUSU6omBwqj+lbIiqZF
8ANUSpDJqqbXC/koCt1WZQhBmjmqgnXRbjc2UxaQsUAVGDNVMamyc1rZd4RGiH3rust3GXOi
lSy9vk9GRKO2VChBvTZe23fkE8fgmb4hHu2tclPLl70RBOSIt1X+WhyVORwOqYEIe7y20Xte
437l69zafmt0DUVCMeZ56aojkEoNZdvIEarqumLZ+G5Hkv8ALP5qvNPydMZbvPEkUHRdyLKp
TEKlUw9SMpycDJAfqwaZugIhl25og3XUXCBRIUyns6ESEzPGyDUimh96p3MqUQJ9SDjzXVOL
JwF6fNUTZrc63D16I/ghHkPanai9x9wy1Cjvmz0ZPcKlPA10E9lRb2BCEhToCmhYWT7iT0ot
kovHUj8084kDUItKdfSJL+a+osiIzG7Qo7eWHQKvLFuif3Rt80BM9yv4qJtuD+AYkIPlRB9V
tzCLfFAgXW656qR6Yyo2ieWSHJdPQFPfouiNL5p8HTlbStsFVVTBbzmj0W6F8wq/FCBNMl5o
kFdB8V/LQ6phMOtUyYIDGQut71Bt0Q5h6SjAeqOSqFQLdKAlIWW0ii3cZZ7pvdPSq2znvGRX
qVJV1Tym5V16itwfxfhhZUCNK5LuTBHNPmgM0S3xRe6ByCqpG+SrYJ8jZSayJMqpjkqhltzs
qnaF/H3DXFiKBUCqnAVbrotq7o0VdWqnHpN1uGHmmBdCtCu+KeE20gUWds8wtvILZhHkie3N
HbktcKIHki5FlPiiTtNQjvi1L5JpG+afJHiNMgf+gbLVdy8kB96AmityOLILbqmCIOdk5V3G
DfenCs6luqjH2967f4wu2UgdUR/Zk+ioQeiL3W1/gmGV05XVPOhFkF7rOQn5C2TLbomzRjOi
GmqqfJAvVd1V2i6cwY6he09DkjEZ6LuNSaJ3vjXD1bUIGW7kGYzXcKqPFKsTSMs1RVKcfaMd
UAPmgGrhE5IrRFNZbc0yAFOqFap3fVVPkr0TKyCCk3adUN1WyQ3QEdaIhwNFtoRkVUjzUSwL
5hSA0opxmfVng2i/SNVWuhR0TIZVUZR+KdOKlREkPcDqkcL0VD8U912lk0yhG7KvhqpSPaTo
nEXl+o418VvB1wYCoQp5lA4Voj1XciQUyfI2VRVEKJhddc0w+LqiqE+Je2a2Q1urL0kqLyPc
EdwtkgICi7TvlZCYO12O290O53W4pm7TZMAV3BWT/oyTcfpzyQE7i6/jK3J5UAyRIJqic0Yi
NVqUzVRE7sg83rVUp08bY1VftCTZSgTSVlqtui6LdE2FAmKOwumPzVfmgG+OHQINmnyaqd+1
dgddxZ13OVQIRuWdkZn1O6Y0RII6IP645pzbMrb/AF75le/yy38p9MdFOeWRW4T3SFo6JhJl
s5PmhxvbNXTOiuipZX2yyTZrQLpjbB3WqoE3i6L9qeKqftXZk4qE8YFd3E62+2iPaZdnbDRA
H1ap7stEz0XaQ6qHIUYvWy2mqrR1OLenwe7EOwR92LFboCyaZf8AFfxA7SjulNjYWVjt+9do
W420UhKomKJzH4ru7xqiIBigdzJxJxkj3Mrrby9z2KeJMZLtuLsvbke7x1worq6ur4ZKyqFb
x08VbJlSSd6Y1T4VFUzphJXXcH6rebpkZOwl4TRpFTlHu/SEImBBOqeoiahbia9E5qnHyRcF
lHkEKaoaotR/VgVRaJjVZGS3GvRSj6QUZs+i2cnfHJUCqrYU+z6ru+SuydPMsBmpezJ2XcVf
xuKKhcdVtj2nVerdqnwsnxuqYVFFZjqr1Tyqy3ROwpp1jqvb5ZtILdxcgIx7ogrbkiY2OS9W
02IRjPu6pzUfpQhAMBj1wbNWRZUorrb96MTfVSttyK7T5rcSzXXqTSkQTqtkeQH7G69S2z5A
WKs3HmV2ybjHpijwQp1N17ZluzYomUu0iq7YOeqnH+zPsNlSRlIXC9MlUSHwRlxzeTelb2Vl
0xbCtFQozkaZKXKeRo5RCZztQD0NmWyTvkfFXCRMbrtJCjxkjYMyu4RPV1sHI3JoU4Ljwu+F
VtjVdwYotg5oEyu6ogmvFGcC+pW2JvdNL5rqt0DUIDfuifpKjun3H6RVZqkF3ccgtg5GOQKu
tm/ceic1JsEdg9X3IykarIlF0JnNUbcdUHZ80WVBUj71WyFaBMMkTmVPzpheioXX44NKQfRM
Cz03BbeMe5yalRPJLfrxj/VGMdsISyFfvTz5JPpqpTmZbI/SCpPOUAKAICPJ7n7ZKM+Ue2Tk
Uzrp4BPiH8sMui28kDEr3GebXW2TxGQRA+DpuPlkBo6He4lXuUTzSG/NkZT5WAoIqk38l28c
/ku0bI9V/LMyVAwC1w6LonwofNXcaKlOiclnoF3F05sclWKrZaeSpQ/qRgB7k/1FVyyTinRR
Oma9uPJVrZpvq1Rlrqg62miO1F74Bu45pto/3YdEKYWX4KRKupjj7Jp48pXtlvd/V0TiTg3B
Q5Iy27fpzQO33H1Rh7RHJ9Mo6LvHtR1kieb+y/7eOpRPFw8ppScrIRjwvL6pPmjLkjE6BDdU
LMNZdxfb4Nse6S3S+r6U04A+aHsi1SEZkPtpFbY1YXQnzQ2wGua2gIx4pxEOq/lPucp9RyVI
MosGp9nudMZjdqFslCU9vwR2xYLRkAKDqtoC/kKG6yfjXcvzwpdE5KhWq/ciVdbrBaIiXaql
VlRMK6KvyVFTLNbnq6uqUGQXdjauqjKJ7gozccn9jkrb0rdzzJeyO12zZDduY6pkXn7Y1kh/
KJ+SjHiO8/UbLskQei9v+xAy4/1ldoVbL3J12he5arIOnjMw5I+mS3cvLERB7m/0TRpEJ+Y2
DRVHPRS9rtGqEx/jl9RXFxy+Phpifc5BBdsZckh8FujxgBeoBbTyMDku6r3Vvij1W2Aco7oM
ArFa4aHDJMPim9TYunCBZUonnHcBZE56IJmYJpGibF/vXtgOAanH88Lp3pg/3FAyHwX8PGwV
V+SoU3FHd1yW/wDuH/gEB/W4A/6yu81TP2plMpx+oIPojF2AupS4y+SeaHdUfNMPNGEQ8kIx
lIcZOVgoR5JbzC0s1VbuSTJoSfPC6oaoQhJibrdOToaIh/gmI8mV1rh1R2yIRJkmyX5qqK7f
jh1VLhfimN10XVWxd6p9zsndyclaydqqicj5rp9yaVBLNetVDprL81RaqnyVPkqqhotFr5IS
/tmg+gIQ/rNGOlk/IdxTWTund8OQhc3EMqj4IOwozJzyGtxgAfgvzQZ99imLyf6RdQ3gcfEM
l7fAN0v1Gy74v1C3yPwQEe0BPF95+SrNui1Mcyvc5eR5Ss2SrVrKvxQEc7STv3YAVXVXwoq3
VArYv9+DKqqumiumuemNnfNDE5K1E4j2rVcYJBcr1Kng7sLDF5nvyh/qme+QUZcnYFu4e+Oe
oT7yY/VAqM4ScSXRUwlxysQy5OA1jkVJxRAAMUwTtVb4S26uvT7n+1fxcZBe5iuOMyz+pMF+
KrVdChycZfWJXXNdF24OVs3Ws6b5qtsse6SdlRVXRdUdxqtQmWuDD4pmVaLtDKyu3RV+Cdn0
x/FdCgfSeiZn80CbH4rc7F8KHzV3VcPzTnBrqXNIPHjH3rbwi+qEpd3J1x/8jij/ALkJAvH6
4L3YGmmHRXXDyx/5IzMdwstwH/JOFE/2P/kU+N9sbN0Wx3zXkpxjKoupVph1ywZ2AVAm+7Cl
Sq3w6Ff6q9V0RwpQLVepWWfVdE2Xh/BVTYVvou3Dpj3W0RBq9lqU+S9Q+Sp8/BZVVmCb71H+
vxG9ydNU4rLXFrKUJWkKqcPkVX0TuE480ZHJPDuZf15/q9QU+GI3DLzRhIPE+oLs9Ccnu6o8
ma90Va46KHIzErkyoiCWZM66YOUMH+ay/PD8MNV6rqydOV0Vky6LomyTmypZdVW6rbEZqiqc
dSq1TL8kCfpyQAr0Q29pzCuqrRarXD81VbYDtF5lNAVzlni4T4DkFJRwAzhQr2X9RU+M2Iou
MjyC9zl9RyRp3jNES9Q+ZTm2QXbREXZcdatVcsv0hTkMzZVwa6Pg6JlUVCvTDqq4a9cKUGP7
Voqqpth1Vfiui81Wi/aiAXGqqmCYVX5LQ4MqZX1Xd5hZpj4NVaqE+WkNEIwiw8LaYRAPzXZc
5KMmczrIIytEKcvghuG6Ua+SO8AbfSjbYV2Rbd9y7r6oz+DIzbt1RhcAOFyTlQyN11Kvh0wf
LVaeGp+S8sNQrpjngX/9MKmuBy802DBXVbqtlTDp1XTB/vVLLqr/AA8EWkHGHVVVSwwZDknF
ybDxOt2A4XFFCZoAVvDaIaFe5Id8vSt0p+qrZrjAlQ0KMWefHmu4s2idRDdqlJ6ZKUfqIUI5
FW8Fq6rpg34qt15JhfwWXRUV64aLqr4Gqrh+aumFk5X4J8NFZlVPkE8qKiay2nt/NCVCrrun
VUk4yVQ/kv44oT5fUbIAZHwtgNFKTIzmamqu3VcPEDk5UCSNoV2jxigRnK643/UKr3IByMho
t0Y7ZGvchxgWqyaWWi0lJbj/AMkJsRD6QVphVW806vda4U+aD1T5FPh0VAu02Tm6ohd1UMrK
gVvgrMF+eFKdVqtVQFlSLJ/xXdGiYRXnQ9F3liMke1Vqeqr2nLyRACIPpCrbLBvbCpxp6rti
mxomPzw3DDcbJq3pgDL4L/soRjNyfXkmyXRccY1D5okrfydoOWaEeCgQo4vJk2UbIb7dFx9o
jG0Wvjf5qqZMAitE2P8AikOqrH5hVp0TJrr0uEJkMdFWIpZHTJPE1WnmmYHVHdZbIxTy7+iy
ZWYJ9vxXpoEFomlULcylsHmreRW57Lth8V3Cqo6bbUZryWX2PRbEy3A9oR4377EBDbSIshqu
2VkTaSOI5J/SHVfV9MVU7nTHskF75pRiOqMjqqBCEe3tHzVeP4iybaVb7kwBki3FJFoEIdhX
pVgANU8uQAdFul3SQAVYgru4Y/Jf4IqnDFNGAZVAVldPgaVVb4UwdVsui/DB1WyfLovSt0TQ
/RktI6J1+COS65q2FPsHZHkn6RVbOP8AjhoFVdUOQhwC63GTvg1nW41K/BfunbyRlK5sv9tS
oc/wkv8Ax/p3O4V6oQTCwTFekOF6Q3kt8AxzT42w7VUq1FQIK6un8LHD8E5wb703gODRuc01
gtr0XUJm+KD1yweyp8Vdefjodp1UhOu3XMJ4qQ5vSyt5YVqmVr4Am6/BOa6Mq1IVRVRp3z7i
uSB0Ray8049WqY2wp8U18WwrfBhVUXdg/iFfgq4OVRB8NU6Yl8eiojkUENsrXKdUNsyqLb96
ZODTxEi+S7oJvSU4qiDSX0lNt7hlqF/NeWRVfgqVV6IBgyoiwqLlf9sq20W2Id00rRuUSJbB
GxQj/ajtj/7sbf8AopnjkGa+Hptmtrp/kVuywotF1Tqi1TZKmHcr4MqI5Jr4VGHlg4K6KqfC
irgJZIVpojktSFuGd0a1yVcsCFbD0+KtCqD1XQlxz2j9KsZE6UQ3cbl+0yq3xQHMH5jkt7f8
UZTPboqRX5KtkWorUQiBXRbI1/sSFToEePjmTqh3buU12ow5OOQlK7BM4rW/5J/uV6KEquTc
KNMB+OLlUw0VL4gq2Fb4FfmrJnVfmm8PRMMOuDhF6OEw+a6qq80A61Qky1wz8UZ8Mmk9U3JI
+aqTJAxjQIRgEebiLz0R3XFwV0OSeN02qa6vRWqVL+xMdzZqW0d6lLb7kj3GWi0lC62mLnVS
aA5JE0NjHzTGhzQ01C4Wst3ywbLVUw6Y/kqL8U6omwfDt+Krg5RZdV3YUKugBgzpzdXTAUT2
K/amjfNMyb7lTK4w06po55piD5+CsXCZiMP49z5ppyCBMosmhV1GgD5IA8239sVI8ROu+SdO
u1P9SqjychaEKqXF/X4vcjG5ddsdrXGa2Tga0qjy/wBfk9vkzjkUI88G0nGoW6NC1CmuQon7
lAzGdEYiJG3NdVZMLJ0U2i6rz8NU+DldUxxqiybNMiE0j80Dor1KGgXqutiYoxohxmhRkA0l
WNYpwnOdgmjhegXbXVWxYrdZVockYwK/lXbECOqrIGXRbYeqxkicvxTjkstzVCbkDHqtzBkw
C1QMyYRP06r2hH2f3ldv8gJfc9VUGIyeqLEsFt559ul00ZbuM2Auj8yFWqrnYBEfXEtIYUTq
mDqibwVwrg1sK4tZ1t+lO6aXwVLJijGGSFW1V2jkqHcjsNQv5DddtHsnNUY3Cv5Iu1bFAyk6
su1UKdeoYu3wVbIThF4L0bBqSu6YjrVSflPwW3hAGpzVb6JvqlZftXt8fHvpRlsP9MS5I3LL
dzQMRJbQHKgBHecorvP/ABW3a3ks4y1X88Ryw1F0Rt2vqqEKUjKPJmAjybWjkinArmVH+4KB
9vIOiEgeuAxbLxPhRXXqRc0QVckyrVVPwThEA+SIfzRY10RJHwVAy0kMlukngEYzjUWW+YQP
F6V6XzRlVk1uqbe5Qy6pq1uiyIauat4emi92FePMLbD/AJdFQ7vJWNbuuykCgYd01v5v7G6W
UI+kL3OK37ghzcbbDkFP/wAo+5Dk+k1Zb+MnjUdre81CjIGPIcoRTEMc91ETKPc3xU4RkWyC
7o+aE+LtavcnZn0Ql6xE9pzbNfkhca5qQPEIw/Sf0r2Ju7PxnotfA2SfC+N1QrzWqYVVaPdU
WqrhRBrob9bKnzRdOVo1HQcuu0/BMnzCLD4LY23VkRZSgZdl0zOyu+rroLIuzZL0+TIyFSsv
FZ16WCYDadUz0VB2xsFtg7lRjKW96yCEXpogeTsgVuhfovb5Kw+9e5xcZlw/Ne5x/wAZC9rn
448gP1ZqHHDkl/W5Y+koHZD+z++PRR4hwH3ZnNVCt3Li/r8FzdlSnmtxHuf2MlGEmD2Fl/Wn
C0e0lUwqnxcmicr806Pb8UWTPVMbdFT5YklBUXUKnxTm6b70IipKZEbX06JjHtGauiX7PvRa
zZq9Guu6V1VxkD1W41lkFY6uFRayurVtJkI3C25/YVsiNtVpKzpzVkfchub0qfIweWSGoW2R
Pbqhsq1EBzFgVsiHggwEJfqiiJBxkck9l/FyFs4o/wDk8QjpMBcJ/r/2hx8Y9RJX8nE8SaTj
ZGVlt449y93+w4CjP+v28nHVHef/AIqJke5q40wZUxCY38ATYdE6vVVXau5UFFXDqnJQg6OQ
Ke56rafq+KcWihKf/oibobTTRTDoNVGTVTSGSvXQq3jlIozTmjLbPtzdEQ7gM0AM8HjIg/pQ
pfJOaaL25V0Kvf6V3AFsijKPaToiDYZ47v68iYj6Si/DtmPrj+aE/ejOP1ZEICI7Qm9LqMMo
B5+aH3+BkWVcHbBsKXVcGzxZadVqmAZPnhS6rdbpFk0bJ9r/AIqoqE8QWCJ0FE2a2mo06rd9
y3RZ9UQQ5zQYOy2C116ihLRZ+McUTSN1qq+kL2YWzK7rFMKJqnqrVzKjGQfbZVFCniXCBNCa
qekY/NUeXRe3yREeU2fNS4+IduqMpz2aKXtSeHFBn6lcHGJVnLfMJzARJ/StsG5IGi3ct/oq
nlUn1S1VLpimTKl11VMOitgxXXwdU6dVV2CcprELavxVF+SeUvIBNH1Lurqmtmy7hQZ2TDzW
44dop1RJyCAsCu0sdU0i5Ga66dFZXwonW5Snm1EZTlU2XcjCNyu7DTooiMn1CkTLyCIl6ck2
RQaW5NOXRHZSOa2l65poVzVQTq103sdou63SDR5JKMOL00TMyIlrRflkq2VsarXC2B25XxdO
qUVaqkU2YR/BdyOgXaq+nRdtgtxLITvHNEioVVJ/Rk1156pxcJzlqtVGcY0ZblFo+brt+SlS
p6Jz9Oa2xktVW+Sth00wvTBlMR9ENUZHLJGZK6Kl+iNLp8hde1DIrZNpDRkJcQ7Dkt0Oyf1R
QjsqfqVeSMPOqYbJD9t1/hmZFGXtyJ8keKP9eUZSz6KMf7PJ/HG0AnlAARsmyyRfJUwsrIIL
quuNF0Tiyp8Vf4KqDfFOcHqOpX4rdcZBaaphUlbUXYokJm7TZleqEW7k1V2iqeNdVuqJdF3d
oFPPAGVIlMzlqOjulUW0W2PrNyiwumBYZlNkrYeSqE8T8MJzvojI0lyF1se10/34CLsnApqq
yaN3QiIjzbDdDu0TbR8Au/1ar1iXQID3I+S3U81WipXci5tkuOF58pZjkE5L6Jtt/B0wqcKX
VVRVQTJoCuqcmhstuuBaiY0KoUzMyDLVvqVluAoV3uhGNSqJ03qC+Dptt7nJbFQtqhutkU9G
zTUkVJOYuBmnYjovcF8wt2y4sgax/aV6QiVZfgEDmiuPgF/UUIy9YRkqKt8wt58gjFnzZTYb
eMLdyEl1SJVm0GDmDqkGTnh+IW8OAPpQePb+a9w93RS5bHJCR+m6yLXQ2n4YOu4hHaXIR28b
lemuFQvwXce06r1PhfC/kgf/AKkU3zRpfNGMSy7rrdnkq1KttlmtfNDRANU5ruvk6BEgAbq9
/gpNbRe3QFPK3ROD2vZR+5CRzQLl8+qpFimYIxky7ePyT+ll3MOq+ldEF1VSrJ40BFZIiU9x
Kov9Vdcb5ZrtjTMqUeEJ+aTy/SnEVutqqnBiUYxlXIlS4uQbOVvgfJRAp/3mthluHRbfknDe
aLGtiyDZfNB81EQpEruDnJOyMvuW6N1+7VHcSehQIoM1W2DwlROak4UCrL4JgaoObprx6p/p
XRbh8Au4VX5J7InVU9QsoRPpXdbQrdIIyAovTVftit0QPJdxDhNMMMiqFNKVc0Z8c9zIk5rY
fVqiBJhZFySvR96utw+K0TyPzXVFr5IzN08eMml00gY9ExDuVsMdoaiDBuq3yN75LsHxPhdM
0vMLY5k1jYox5PVGiPJchC7tmsz+Cd2EskXyRlL06KJ2dpsmiXZBkQwc2VLquH5IBlVMAyv8
U0TVAE5rorLv+CayIK7k0bLtsU8jdMO/jNaoaaovbVO9JZHJMMk8jdPXYV/GPkto7Zy9RVZ9
aINJ9Sv5pUWUYp5G62xLh2pZXqtsYEyXoMkT/j86L1xW5ke1Z7Ux+aYEl6pyKLdyQ/hOq2iN
ESYiQyimHEIkFQQnLzT38f8ALHs/WE8GPkv9xcIRBHVaoblts5ZEVpnqj1yC2hxH6XTfVqrv
quuqC16Inb8EJbSY/UqxJ8kD83Xmh0Vl3ZJsl10TZ4FqEZqy/Fdgqu9pHPRAbO3NSrTqr3Xf
RskwZhZbYCn6igLBbwaZp5B2TmLKoodEavFPOn6QgYQd800gzoDkfdL0lbYRj/ukq8wjqwXd
zSK9cvBVMyqHGNV3B1u41EEbit8LaeP+IPE+pfw7oyCA5p75hNZMyDKvqGSCdsHIRAFeq+F1
5ZrqqrbkttlVMB3J7KnxVQy7XbNP9yayJ3LzVBh/FFHfwGb5BDt2HMKq2Dukc9F6rLNNKjXW
+B3Emiz8lsZ9D1TykDNl/HJ0Zcs7Wjqugy6KBEmRkOSXJqIBQ2QkdNyAl6wjROD464stUUYK
v2Bj96LAHk1R3VC80c39Kch5HNOiVd2yRwOmWNU7VT4ML4M9FqmVAyaNV3/EKnww0VKpgqCq
/kXuCTHRfT+K75EubWXbAR1TGG4I9uz9y2RtmU4G5WVmbAOHZDbADUpoEAhf5Cu7kkY5hO1l
b7F0+B0wqW8e8W0R42p1X7V3ZIVI87LaCz6K6uiSmXRXXROtEwTIpxfB2wdrp2Tq9k5Ug9Ud
2S2AbyLsqcAbzXfx7fJfw1Oq20Y3K2yHd0XoqK1TcvFKHVbo8HJKJsV7kht/abrQa6BfwclP
0lbZR7l50XaKdVEPTVNOfkuyVc13S+SLweUsLfaRayEvmuqYKt/CxsVP9KAAQq40KApTJDQK
lseuDqhTYdMGxZWbXBsH+abczrcK+SkLGVk86vmtCq1VlKTUF1I7O3VOiZHyW2plkSg5eWSb
iHe1fNCMjvMqyKtQ5IniDwNhmq8bDVNtq6MZDuylohulTULbxR35qL8dMyU6y+06rZP7GUhd
GLfFOfJ11/JAZIhDwPriU+Bxvg67jVVfzXuDkaP0gIbpGT2CHAHBNaqQuEBFbRHvyQJltn+l
A76NUJjFo2DI8Y+K81+S6IzJbIKXJSbonYAm5I01imEmkdU0/mm3v5Ls4yeqDxAiu2qaHG4e
6YW0+w6+FkOSFNVX7AhS1BZlHIaIkF6eB5XVArYaIY0Vlt9IRBZtVcJlty1XdORJ6pi5fqto
tYLZyREpRQ5fr0RkbC4XaB0RNHCi9FKW6iaJ7YLdJOqfFeeapTNViCqrtDLZJM7ZKQkhLYdp
zKcBo5uqRNcB3MFbwv4u4ocYFTmq/ZchFHzUb7l+aKbC67vkjRAi2FcGJqqXTAV0VF3P5JjR
k25s0KOyoq5o6snnEb8zqnipcV5o1VBUo7uQQbJMz9QidpbEQgf90hhdCW0r0GWqkdpGinzc
gHu8npVPVI/Je9yF+V7lbTI7RknhHeTrkmk4HRNyz3/BVy8TmyYEPhVEvRPGqJkKrtijHRA6
/YtqEOivmi9E6pg5LLVlSi65LdI1yiiZfAKl1U1GD+oZrcJMV1CHcmmVSqqKIbfiE4qFIZmy
l3Am9V3NXVBiA6HuS7MmQ4+Osz81/P6SjtnsaqkDz2Hb1VLZKiPJzcfY3a+q2iA7UdsGOa9I
dULN8lQxQ4ZUnFPyUBsU8/RKwR+5VyRcL0po4dES245Bd0dkTZ1UhskZTzywIjNtVtMvVV0+
t1Kdd3VHKV3Qf1Ly8bLyUaUGio4F6osuipjSKDrc26WQW7kumJtbCpsneqFKZrfx2zC7T3Ii
XxCM/UHsqUiUTCqpSS2/epRia6p9xc31UZfeUCQH1C7u4WIRPHxBypCQuEQGEcihu5w2bBS4
x3ceRK3T7536BUIinHJEFN7gkTkF6ShTC6DgEizrYwDLVdvxxNKOnKswVcOgVC3RVVFkwW03
V0EY6I6ePiQiKugAmKtVd8vgnzTqyoAEQTuOTLsi+5Vgy3GVUByfNONVQ/7WQ3l1LdIdF2lm
+pPKVTdDuHm63RRMafqTsNqLBEGnVdsg4Xt7tpBoth+nClF1XqYKhXb3SRcmA0VC/V1UpxIg
jNCMh7o1N1Q7ToaKistr7fJe2OUymPVFR4RH1fUVL8F3FmwIiKp1XDrom24XRrULtlarI769
Vt292pVKAoSGf2AloonW6aP3qt05uaBR5CbfJMz66Lu7h0X8ZYIxn3HRPKLf7U8LZFOc1U1V
UNoc6IQ4yN59WSs6Zk7MyOYVPSjG4C3O3khGXpKeJoVU/FVuNFsjLc+uS7z8VtlyAJ/cCeMg
QqH4L+SVNFs44htSnM/grml1amQXe8el1QUVqqnJTLMIbwJfcu6OwrfCQkfq1QLiR+ll+/VP
cZ6qyMs8GTYmXEqFyiTLvOQT3OZU37gt1iclEt5hUiwy8dPhg5LmwRN00lHis11sciAyR73/
AGreT/wQlEtI5JyardKTv9KpQZL8k8Q4VbqlBqr7uoTTPkU+q16ogH4K1cl2ksOq1XqqmItd
dkaaFPsqt1Q+QTXMVuJyQlknjRVk/mjKqZ6rUhUiQVkEN11+KojKVyndWonCoh7kVKW7t0xf
CuDLojKA2T1CahKs9EcnKi3cmEe5RJlQfYFqspgijom0UW+alpGlE8o/FbYyuu6ZcWRArtTE
IZK6AIjtzK7MlUDzTOwyCLepa4UFFS6c1ODYPJk3yVS6c2NVQJ2+C77NZUG1bb9V0yX7fvVy
QqnwdcL4UvgXHktAaK4RJrgF5YNkvJVN17vCX6Fe1sO6yqG5NUbsLOq9rqBBBHTBgfEY6qWZ
R0+SmTlojKXqlkjHY4OaPawkrKkfNbpN5LdDtbJdF3lbnoiHujV3sy/TRUrjTPDpg7Fl0Nlt
aq2g9ao1bonIogu6+SIFwuqemFVfCioq1wosseuF8GwsigWtcqnzXcogITlRswhmvS/QLbtI
BWwCsbnB2r4jhJ0I23Jo6JgKqqp811Q1Trao/V0QEpjyQowF1QME6bLDoMvA7OF7eSoqlPGy
1Wi0TE1Uqu1FRajNUA8HRXWuFlRVywp4CNUyBzCfNPd1UMnNUNtNU5QimN1+hs1JpbgUPsJP
QIiBNfwUOM/44WT9aFD6ufNbphm0VKaYOFtW4GuiLDbIp80yrU42+KKGmH5LQYUVlsyVE+aZ
ENVZrJdM0zroqL8UAM0XFBmhKFlbzXkmxfJUxfCniYWVlRGMR5ob8gm8bptVNyA1WOaOAXRU
uu6yoqqi/PB88aX1wbC/irh5pya6Fbz5YVR6+Ciba5TmJBdmRY2utpFytB0VLYV+xc4dF5oj
NbfpVkSmTKuNfARI106I8j9KY6KNadPsqYZKy6quLksy6ap2rjb4rqqp8GNAunVaKqZkdV3l
M7OqJzc+L0o+f2HkhMerNFNg+LuqY3XbnZCIuaID3Wm3wT790/0ruh8cWZuuHRNhWuFMOiYL
oPBVao2XRWODr811WvngGwZUDquNq5J1Sng16KgYaKiuj4Gxb715pmXVBbtFSvhbNHNGZpJM
hMj02JwbCcWquuabG+FsALKl1QKlsPzxr8lZl/iPmy9BK9BDVWzbVdV+Koq+A6qmHRXVk/8A
0W+cgB1Qj70fghIeaG6gweIQyBWZW43yW5/gmeuRVO46qyAZtMei/kgJLtjtPROBuATELqqq
6/1X4eLrjthEmSHJ/YmJcuUNE5kNq3SYBOPSV739XuObLeePY+XVdU4w6oq3iZU+fh0xv4Kl
bamQVHj8EJGqbAe0QYjJPyyD9Ey6Ix201XUIPdXVaomwTSRkbGqlt7iFXxMU8uIbpWKfGmSq
mVFRMrsqhUCcUiPqK9v+t6/qmt0pGXIbj/VB+TaBaKB9ZyQ44zMpGs2XfP8A8fh+mJuV23KI
kE+eDBVKpbwOn+wfDPw76xlqE0CCTmUBOpiKqmFmxZNktAmgafqTzL6KgpqhuRJdGMSwsy2/
qugFVUVMN0ywTxLhTHJ6QHVEyZMgy1xe6ddFdGERtGa2bgNCjDl9f0reJOf0ru4zBdknOZzR
nO0fS6jxf/jj6pKUtrkDtTK6pTxfkqKqdX+xlNn25Kb8e2Isn8D+EJ9yZ9vRd9jovb4YXzK3
8nJuA+lXZ/mtn0i665K1c8O7wbTZDjhZcp/bg+SdVw64UomcDqUYwlu647BLukuPi5JP3VXK
P60Nm0EE6qUpd7arvi/RH2o7X0RHJxvEWRJDF7LaG9sBcnGdXVVXGts1ReWDYn7Gqp9gTxR3
TyC2f3OJuq/im72BXfUoyjQC7p8kwq6By/TqpSJrkF/rhv8Aqw2/14h85Fetm0VJEr/+qYlL
pg5U28sG+eDfYMB5qEjEmIuuOcR2PdT5Iju5LoiNI+B9tV2RZlySN3V1U+Sp4HCquipVV+5a
+PP7OAFs0fcai7AQVsi5kLFPIOZIXbRbkJ3b6VZugVEPwQLNI4txU3fWEHnuazrbyQE+oREH
E/0nDlj0VRjXCngaI/5J+V5FdvGAjLj5JQJX8XJ7ojYFbP7kG/cP9EJwluBw6eAyrCZvILfG
W6OqE5VjKokFb4KmHTwUVsNP+hPdtbNCMaEm6ofij1Xtl31W8HtGSpQCy/HAV83Qa31FBsSD
UImI2yPyRleI0R5pBh9ODHNGRJ2O7DRfwxbz8bSLRTQDDw98Wn+oIy/rzcdFs/uQpbcP9Fv4
pbo9MaYT4zmFLhnU8ZZkZ8Ue8Cy747fNUTrp9jph0+wr4Jxnmg3yQgpH70Jm4TfPF4iqJlQ6
LpmECPT4mw6q/wAFuhdGM/A6EfqKAyzTC3jaQ/5C6ePo+4hPxlpfVDw/2YZGuEoMN2SlDkDS
Cv8ABMmt4tMa3wv9nyl/gjR6Klk8slLdLZH6UzvhaiBNCto7n0VBmot9hE6Ikiq/VD9JR5GY
SqAtFSi1VfkobcqlNLNP9gdw3R0W7j7ReKE43Hqj4HGcKqyqmnSYsUYyr1XTBr/YurI+AeLl
IN03JJic1SyM+OsBknkLaJgEd4K3S7eILbwhhqiwd7qO6ubIN9gxVEeuSgOKDy0W7l4i2vgn
ym+S3ST6JtU+vjMojuhVAn/HOkgtwscZ8n6RtxeyYjyOiPHO4T+Kv2zi2EqPqhtoL1Wwig+p
ULuiLvZbT2zJvmv5KxzRMLZBbydtc0OPi7ibMt/Jp4aY9xXbjGQuFKCJexw6aoAXNUOPPMrZ
H4lObBACyr4uiMh6DWK9uZ7+OhwdGZvKRPhH9iIrGh8l54U8VPAfsu5mTZiyrYJx6lLfG1l/
9oXty9Oi3N8AhxCfwRmO5BjfLB/HTF1RSnx53CayER81W0UZ5rpmtoLAL9uqomy8RgU8vSaS
8tUJAuCo8HH/AJOT8FGAyGL4S45jtlQp+CdR9JW3lixxr4Q18T9lDVdvqVc7JrJvVLojKQ+a
7cs1m6qgXbzTGTHIhdx3HX7Q6LbKoK5eaMyAA8YIg6KlSgGTRuvaj6bbghEfThtiKqt8ASfA
ZRHdFf8AjcptWJP4Lk/tXj6ePwbMjnjVEckX0KYPsNsa2xrhfA/ZUBIhmv4qk+rom5HGhRn6
iE7CuivRaLuwZ7qsvvQByyXVHtdlPbHbtyXVVTZa4Ph3L8sZ+RXLKQTC63n1Gy2x9c0eRvLD
srNPOT9MSPA6bipI1KjRmxZPxHN5Er94pLwOz9Fujcps/sK5/YmWi/8A2E/ctxO2K7fgXR2g
FAT+rJGQA3mgR5JHssEO1GQm0tEXroy7vvQZbs9EIRDbvqTxO6RuVW6a4XarOrNjS67kGwmI
lxySfyRy1KG6wVt0XYL/AG6LdLsgE4G0LdIlMD4p8kqCK5uef+TkfZ8FL+rPP0+CYlHeG9K5
PceEiXYo7Y9o+o5/DFkd1sk4rHXHTqtfAUKs2X2BBXRNP4KNF201K3ZKH9SAO2KHFDLPHuC7
ohwqxj8F/jBJXbTyVcNQnirKoVFri4oMGR+9SH1SpFS5pf8AFSie+Jl2qx8jRNAJ5y+Cp4of
0eI0fvUICoFEOeHbGXcFHljaQ8Hu8IHuR+9AT49m3M6qQjl4CMjdRasTh0VFXC6P2JGSJFsk
HFAUCfmmQZR5G7jQnwOnZPph0VRfCqeN8dCqoyzTmgTBE5J41ToRjFuOJo69pmiBcIyAeIs6
3S7pfcrLPD1Aqi9QVZR+aO31ypFS5eU7uafzC3XR3UkKwdS4ectG8Vu3Bk8S8cNEZ8gAfND2
ZmJH3rZyR3R/9zGqMheFV11wcYVwP2TH5og/SmI7cCCFLj+WDKuJVU2eH5eAYVVlZOi6JyX7
ZZpzRe2O56JvSdAtSt3LLb+1GUJbIWAReZpqU+5h1TRLiwC38gPmnEogeajycnIJQhVlcPqE
G5xHNES5xKJoy49p/j5GXp3jILsgWGS7+F45ar1d2iJi7p+bd0DL/FIlPtL/AKUBxNxcb1kU
xqp7swyp/wBC+ac4dFuAXctBj+C6rpouh+zrdVR0TAIAp42CG6m3NSjwX/UjKc3JQ3fFCfKN
z6p9kY8aI4uIGvqW7keTWAsmHpXfLtOql7fKwjQr/OnjzBQO88jHtTzhu8k03gUJRYgp9odF
d3KYydPvk+q/kiD53R5eKO2PGezjsqqHEDeq/LH8/Eyb7EyIUdtiHWvRUVbYOU9xh0QXamKb
FmxZVw1WiqvwRnyHtzRhx9vF+KquqdNucIcO4yEEwDdStkXJTyo+S75phIjqEPam8c3NUwlv
j1UTCAJjkpe/xbJBF+N9V/BPdxw+krqjtuuQbdxJ9SEH2QjclTnyHfL9ZUvbi0QWfCQyjQJ7
Y9FTECMX18b+CgeWQVadFLdbJboywqqK+LY/mqZKq6JnXbgxcEZrdE0VMdpqNcDCVl7nuPI/
SnN9Vdd/aMl2ld7Ls+ZQPJ6+nhL4VRIuUWfqF7hDSzwjOFBYodLKXuZruAgAe1lLk0FEZHNV
x18TeOTXQKt4eiJVPirutF1wfDorVTvZV5A6EYeo2TxlRf45CYzuhEBiLplT44UK7vmnXF1z
TCr5IQ9vv0/1Ty+5WomsPmt0zue2L+DrhVOLH5oglds73BTOX0TmpR4z/hHqK9uNIRF17b+r
8FRVWg8I8vsaJjh2m2WF1UsvWmjN3wqmVbKmLlahPFDjMbipyVkP1BHomUuXiLHRNKnIPvVc
10w6LdH4hbSdsx6ZKU+ch/oZGMK7bk0RjCG05lWQMmOaYKuDi6a+PVdUdF1QkKEZr1bZRs6h
KY28oyWwFbI0e5F1GEblMLRp4K43Q8sHwdP4aqTXai3iW0pub15lXJHRHZx/EruitwjRBdAq
BvDVOu3Jeg1QoWTbmHVeqLqiLTMCMwt0e7yQ4+aJ2SsV0wrVUsnHxRL0IYIw46yJec0eQgit
HT7q6BRlK/5YjVVor40Tmp8FWBFVHYHOq1KlySKnISfllboE8jUp8a+AVYthqPEyvi8x8V2T
ZszZPCQK74u9k/8AYcftQhx2GGuAI+KdAm6ondGjdVdkw7hqE8nfQFbBE+ar3eadFELabxsg
91TCi6pjdHrdDjZoLUq1F0GLYOqeG6PJA90aoczVRkSjxwNtFfxvg/Tx+WDp7qqoi2FMCuuF
118HRPkqX6q10+Dmi6K+AOab71RVOBqqhtCqo7hvbuRE4EiRoAjFtugCrbC9E7rcBXwMmwkT
kE/IHElOB7Yg0R4OKT+Sr4NF1xb7Dpiy6KtvCcaJ0xTj4+Docdpvkqr9R0VU+aur9y/FOLK1
Mb4+87N9KEj6MWwbDb4Y/wBcGr9yhxGe2iLE49fA+F8fhg+D+D8vDTBvBTA4aoYeadMqXQ/U
rVQfFhRXRO7yxqnVMa1GDm6qh+PgEc1REfeu3unKkYo8v9ju5clEG+NEfGel8KJ/sK4PgzYO
miFtwdBMPEEX9JVLrqmXd8Fei6I0VqLysvJO9Aq2ODYMaHwVq3g2R9S2v/umUT9Isjtzshrq
t+6uSe518NfBXCS9Iwp4q4jwVWiog2Di6rfCtE11oqhEps8l3Kg8k4vmtxKunuuiZdMDHSyv
TNdtFdVwotpV8eqddts05PanHaNUzU+kLtq/qK3kNIqUplGMGIVsOuNTj0VMR1Cpdd3zTP4x
hTDVeS7VoroVwZMiybNUvg6bJbnZXpphX5JtV0CKonVFXCqquvhC/juhuqy2RZx9K3TWgyUp
a0ive5RQa/ih20Fl7UM76rdP1IiPpVF/rhRdfBpj/9oACAEBAwE/IbhXl6gqmLrJMq96qE3p
0e2IW2+SBRzPqEt1lY6nNs2eSdWNpmaqaqDU0MlQ3RW2+o5u8j+JWuPLG/mUqkzkRjMzmPcY
fG4ogt0EGBtnqETHyMzM6HFJ6nyMOL8zEjUMkLbN0PaXkbzEpq1cDuMH2A0V3F3YR4Eo7QgH
PiIFgBviME73PqM6SFtb+YNdAWVxO0JfqjxUYtH0Ltl7wa8kvAv9EbQfgSquxdQMJR29VFac
8g67IqA17eEQM8w2ApWUeJbab7mw1FRvNxXCY/tFBLvuUSq1Ns6Znhg7hZPESlmXFvTHQ4Dx
MnOSGkVGtIB0yzDHHJMFhiDkeYz0zCccxAXuV0ZQFxlXtY/9mJ8Dt1CZrllilesoKSiChcIj
m9RbypyO/EtMsLAjI4yf/IyVWrKlnW1w9+4S7HGOEc3VtN/M5wWTpCXiw6YkJsGm46yBll4G
/My8rB9wxm/61KNMF+fqOUBzn+CKKVEtKBbND3O7OZnKnz4rER6tvLE0UDnyRfA2PcoevGzG
pQMF8VBJXhV9XBhBvNyl5FtcwLw9kFEqLRNwDOP4iqhrNZzGHY+2cYXLx1NlRrM28t9P9Shf
p8xvj0l839xGsRxYvkwzZkZt71Aow+yY631CvtMmG4XDp4iboztzE4Dm5YM/MXODzNszGeUT
M5YHELaNRbzzHVMWWWf73Dg8c8TCbJjEy9AxD0trHApg0z+AS5WDkjKVJgIlsL/ZEeZOc4hV
W2eLFlwMzKLhziJGw3beIDd2rckuE7YiPXRh38MwltbzEPrGmYcrbCJRVtBtfcQ/fdZArtqJ
eu47iGtny45hQ6NtSgySwkHN2M+aG1qN1fkrUwzNYM2yyqiGW6g8HTGarK0OZ8ATmpcp0dce
maQdlmfWXaCXcG3WOeXzKQldnuXCgWBv6mUMnJ/Mw5Z1/wBjU6aBuFZ6PcxlIXHKvEdK7cdR
BsB7ZrUdZItvuhMLpoAzLn8wSfuODmPdXLDxKuiPcwC6CGZ63LMjuZXNfiACBUUlFXBBySnZ
/hYyyNvC3MQYx0Z1PjT9wpHIxNCgaB8TAuddxvVKHdbmay0omQ0tM1TQ1XmAtocSletiWMsc
vMLn9GUIGB0OoCqXtU4wMEIHS9WIWXqK/wCM5QJFuIU+IuQbVuE7z6Yh2H18RThwPDMrXEtC
j9iWxFxrLHjKaPlAFyKY5CBkjpRuLzEBZdWh/snhMuXe+4ayXxwJQgFszhgOwkMQ5lcV88xV
Z3hAV58FSzXyDfqBmFbAmQHoyfMseHDlFE17S4lup1hArW1iVBm1YQeRgtlr4lVGYXaq+4SP
SB/TGbHhuH+ZTJMO54HGZQmUqvd9DcoKZaOMv5i6ZrU1C3zAEP8A4u9/dqlIKYsaBqF8gNO0
MlyyV8aA2mQ24vLMaVN7mcsdhFtM69z+EmIxSrbLAq9tqModGC4YTEIBuyG/EzoDnx5l8C7Z
eovdpeaXKk65qyDzazqZacViZ1rVJXM1pIyXUQ7gGcj1EMlG+FwUeR0eIYVFqVW2q4XUrXoR
6B+kYbec7iyXPeqlAqhvhfzA+nJOaYX4mHZDdTAgAyeZhq79szFssW/qYwSi8OIdIt0/JLZl
rakeSs1AP0TB3ENrfmbjjqGQaaGC5Dolq3pzHAtTHEka4YIUCZF+oimRdi4+eQqcmk2/xkKC
F25gerYos9xh8BtosJTCcwnK9X8yi1GqkNtiWZMqzf3maq31BuXmKOLhMwuDOkdXPFEKOFib
rz4gGEz0wod8RcjuaewlFvEqHWdkUEpTDxLULMC+oVTeiPCxUEKrh1D0eTwlGYuWDQp1bMjF
+J1k4c3MjEUyeYrLa7O5kVrBca3EnD8zId8y+NMmABy9Rnm6mz+bhVQl6gNnwkaubhHxNasD
qX7LiuB7eIUuLVRq+IsLS7Gf9wqWAiu00aduicd7HEIFrc1szK5d6gf0lABq8PxF/lGIMhuk
JvDiWub7iMJgcBzELscy2FmBd+swXlbfHuKJex/uUf8AlLCj5BlrkJTUMaFcSqjsNS2UTexU
pT+R+YQopE/RX+OCCRz8QjV0uouy4oziVGVn/FEcmdCODyOYG4JnDrqC2OjDB57xAtk4i3dF
+o45DVyszel9eItWXfn1NitYrxBUDrDiW2a0+GEWZelxwzBdMLKX9b3DLBZHTERXyyyumA0z
Hyu5ehdY+bGNxBzCa0taOI20tYj5QhPZdQN1fUWebm2GT8UrEZToYXcvSw4e/cKHC/YIV/qD
NQFzfcVAY5uUHXRzPi8kZqHbKaS5zLR6NSyNmBlF/RDmdk9/qYELZxN6LVMcZEWQe4I51oEx
nKgur4gwkYNRtVtRFv8ADmaGz5b1E1e4ZzC/8PKBH55ZV3qZcweC52f5Jc5ntGgitAytlqDJ
itKgrAD6SmZpyepXdY0ENXR4hXI35lh6czH21MDhKaWu2EgWjgBZbvohNF4eYYJkLXbA3gGv
EK0F3mybJoYowV8x+T8DUds0u+ood5UU4+oa9AMYj82rhnvYrbLUiqGAcC+Ik0uaYtXRo8QT
1OHFwhum4I1sIxMXFAYzSsIZFuv1MCwaFZaFcAdzePE4xE4bcncpmhg5MyMAbp/cuFswkQvt
xbEGw0zzQGy4FA4BOzWoygcZ/cMZKXUyRqY4v1ERfvc58Vh3C7MEwMZTuZ2V68xw8FXLplId
Ihih4lyxMXmCLLrNS86ckGKZy5eWG4qd/JLe2EA7GmHk14G4OVE36mB0blAZpqEgS3nuGfNP
ucTLbuUeJzCqG62xeC4KI6J7cokYvH+k68SkSNnSXyWeInAt5qCVwfMarrbUTtvzgjqkSq0z
kwFjnuEvHaOXmGD/AJhWJ4wMaVx7MJ2IDdNnV7/EuqRZ8u7iKW2tvqICucxOSMX5IwFKkDSq
bPMpWfHmJmeQvUCO3nM6cHcNBWkqpLb9QfRMQvwc1Ey2weNwvHCnMzW/cctGfoLdEGPM47qE
MtG5zccPUqiWMubMEQqqdJcsa+CPMvT7uiuuogFfcQh3GsetS/H+FDMXMSDq36RP+IWtLSlt
H+FoRomJ5mnGYQFWfcQ4X3KJOkr1VlW4DUbMjeK8xryxzOkyhGbr9sQnhqtMqK8n+pRnYoMB
YPZOLcZol8WLMox1Ki9dzY5NdS6/TxGclivt4xABuBvEVtQ4w13MiTQ2fFTcxzSgUyca9wOY
BqR5uVDhtHJDF33K7zaPEfY7HEupHqtfiUglO4gDTyy/FX4JRdk9w+9Qihac31Lqqs+pb96D
LwBodQOQ0+I4WnMGSrOV4gAcuo+HpGeJcSJgN1ABVCLuFXllMHEGrDcsFSjNxxBvHzBv8LgY
xKAvwIj5C/UV1MCYT/GOo0Si7mVxKFVBcZlJeDl9wOJuMx3bMxd2alxp8IP/AKgj1rnbKxsS
3QmLIwAuoKsqNqUa0XAOwsvdTMBjKNRa4CBUozUx2R1xH0ActsxSo+JRq61L90L+ODqzV/8A
IQEN0PMXutwm2+ZatmShQsObn+wZ1Byp6osjlm9+TqpjQjToy+J9Ri1PfiKK9cKJa1BdhXEw
5G5o47EyWddQJtrMCcFnZNHRiUFF9IhkvcoRgaBLzwZhh0vAzJXJmA8S3DLKN8QC5Jg/wKcl
MdbSEYUdiEGC9wuxdztlxriWnX/D0g+oUWw0HP8AnMsYJ1NbLiLojO8MZwShLWupbdRUqeVr
SKbulPaEvTBgmZd9fcSg8keUYdlQgWC29MQlK0xi5e1KshMqKaRtwlZ8wqc/4wa83slzDO4Y
rf61Eq9NLeEqzk/1hNnYgNvMVvqJFZWl1j4uWLFfl/EulhPY8TZwOKceYq6C/IhaGnM6356j
F+QIU7DjMR1FUbZRWXBZ/wCwIB4jiUVDijGA8MQNRSr3ca6qZ6gGiBZEK7MQA2PTNFqUnDhw
kXqK5VF1BSzivuJ/Aiq3II3TUDz+pd5YuL0l1luFvg5mN8ryy3SXMtli7+ISYln+F9PBiWMk
8sQgT5jwDwIPDh7jk9YIm5fMBTpCwnUxfZmWERFgRU4ssTa17lcVpnzUY6OOJe9HWe5z9MEl
Zu/iAKcnMpI/UlqOVGYILrwx9w3yJqz4mZB00loHDc9Vdxg1JzvLGy4UoweYIHImYrxjmWrS
055COauupvYg8/xPYPE4LGyHRfJDiVaKcnglIqucZlFvLs9MqRt4YZhZjRKYBjggdlRuHlqe
5ktJYolekzqY9Rc/4dNMtFKlNmO5b7OpMT022PEV1jznmKEY73BkZrvqEKTezA5gmFhlOoVW
Q9LgdS6lk5OnqZMOKkORU+MeglyWAUMxa2eo+S3iLM3CuLxxLy3jtihs5h6BzOwyzKzxWfXk
TC+VhR+QOJfH08fUDXNgGY65OKcSpBbzX7l9ZJ5yowHiboNq9xvLyKWyu9gyy2aPM/CAQPQE
O2p4RosZV08TSXSO5scQfyCVzyHfMHLffqJJgFezDwf6vEdCBbiKFMa8MrE7+Jenxo3KjQRG
JnVmswMyojKXU8txQbjlzDDh5iVrAlzroO5UVT1d/wARZazA/wC7gBNt31eQhRyFUFVLdB/E
pVU6dJWFG35lr1gkqMC+ItK55hYwrCwzTxGmedKWgjHxjiYDRzAlwuNzmV9kLn5Jg/TDlZcs
7W9fnqLaLLmpe7mg3EUG5EljMQ+eJWSmJloKuYvZ/iX4MBKylMefMt1rwMaQwBZr3D75RxY7
qKSl4B9OoIEnI/4Ae3mJGDLsnjiVxcSWq9wSGLxCC9OodQaGjuXIuA1MjGalxr2+JlL8jzUx
n4Shl+OI9C+zaQnKC7sQrLXauJ2x4RoUWzcKfiUtzZ4yYQ09qNCnXNVOU3wXMQJpSn8QLa3D
q4jem8yhrGORctTMWoELidwtnpe7jbmVV5tiDKVglwuyjhjqFZQ2PUHKDHe5RRwwQzAu8VAv
ZXUtVhg7qZLL7VuBUurqMK1Mo9v1DHfkgttEgvR4EOr58SoR2bg9F1Gipdsv45hh3oqgvmhn
n9pdocU0fSJ2NY7ZLmN4VBolagbwte+ZShN9nqVFBc1A6i1sxKM7ICuzlV9I986GIqQSym/w
wjeBAwtwHnDlghAnBWSalKxkEBSVz1XxKML6HzCrNOBcXTG0sU+e+cfkQ4ILB5BFbWhq4d3g
XmP1m2IFzmFNcvU0YGYJDGTkl18iS9JDgpGNXiPMpHEuzmW2P92IiNxhcR+3fj/MWf8APaYe
/wBwmQybeJihRSOFZmkAtscYWsG5g9wA/lAxDVs/YiU2vCN6BwRadDqVFkur4gzlcuYl7Ibr
j7gkyeRVfMBkM3T+Zes7eYbLvlc5A0OZSDXbPfVzke4zMN14noloX8fuOlPbi4HcLw3/ANRL
eN5o/wBRfD+V/SclHScfUKq5DJLcXB0DeY7lMVeCDXTagPNSiqF8jtAEDwGL8yuvQiGtRaOF
S+uJlvOFLODqeG5cnjuFMxvqX5t1HENKjhpmCjZ0XNf1GA2dtMrSq5WD7Y9jLr9Edh1VDfEE
9+uMZo1XVDBMJhPEEqFLgbl8OpdFQ1G1pjVVcxmgh9eJRoGYBfb3GTVc5Kg2+LvaWR21fBFg
cONUMXHpN5XDgHxqJPwEp0DdrxLVEeyD0988/cVp2QBGD+ZRL8axH1W3zLajw5lzBbm5RY3T
cWB1+u4jvZzolhyq9vRKsgObmEhwVj8z7FL6gtydVqUtgumqiIYK685YsI99TI1E+SZVlo9f
4ytZoqziIVF8OqmT7NG8S1VM9cTRrwRT37dfJH0QkPhLID4o1T2Ok30CwWK8QdhpgkfFyMZd
K6ztPcukPHT1Egy5/wCZhaBCpP7hon2TcZfBM53YGgqNd0FJzd4ivcsrK0maP57Ic2p6VO0T
3qHCQtw4XFRbZP2i0edFexz3FPqFg5PaYf4lDe7jy7lSC4lCHNwOn1HrE4zn6hRxBdUYTgzN
21FJ1sAEVo4Ci4Y9vuWq0Vxaox5HEYr8L3OUBq6lJcnf/ZVs8byy90eiOC7lkpvLvMFw6VPN
+2qmQpbDMzoleI6O9swQbN1mcBbxNzZNvHqOzUrVS50AuqfMUdyjB0+3Ny1q4ZpidFcsorxi
8wHFvFRbfzT6jwNNdoB/MY/wUrum9TBVZfgfMwM5Y25jh1LVTF+IGF7iHLuRkB4ahCsNlcvm
LXe+jNE7HF6YluKK3cQUEL4B6uZvWsf3T1Shf7lXsXBgg/4xKPhFW1iOs1ze2CFcX8Tu4RhH
6abGuOpZnK2NVLG3xVhi11YteDEAhZusfMonApoz+p/rHQZRhSgcStOh9PE5HPmVGDDDr7nJ
dq7iWVvN5iozX4mSAB61MnAPgl+Qam+cnEsnd6IMqxTuL1pjEbRPNK5lhvQ4HHzHoHnSD3r1
m5eLXX+swMqdKbjlOZ5tLsxBXTkizLSw0EyP9qXgelygJkWDPEBwrxUFg0HMrbrq/wCogxTs
8SufQZYlm5zlgZe0t8DMVa3edQXwOkNVrbymElLw/U8D7heRnEtJprUuuL4/9StU9rAHJ6RF
SnqkuFqe2YN0jHNMbKzZ4hrOXKXK0ba0lfnJVl6tlfg1AL4s4gAcdEIrgcThJ1CMs3osjFiy
fnTJqqK3US3yw4IR1TruATZ4f9grTT2YeaTRplQSX8jzNptrxflZdRgrAnTey5f/AF30eoR+
QGZ95z06IjaY1THzB1Iy/wDtETcwCFWaz8vccJUXbOPUOLOVFtPMZsnH/wAmBir5xGgMucyl
OVrmBiU74gGs08wq1G9DNX0JUcNQYbyTzVa6nipYHiJ8/uW9MflCw0W98SkqoXzzUutr6mWS
8YjeS64QYWi/GZh1IsefZr7gYsV5iUcmkFox/MZyEXFTOxrXcVhdjn/sx+Q33UBL+BB8bFHi
UIzMv9k8/wCo6UlfcsbbOXuK7wO5dYz9QNl9kTANYiCXYckohC+aImx+4KrLI7ry4mHJ+nB0
V581E5O39iKEkyE3zGuGIo3IRGIJZaeptcyuafBswIxiopfzqIwXbv6lqqg2wWR8kV4HcYJS
yg5tCZT45melmWF0/jmOdLzHqM/aOxU68TLmqgusBjYlhpcdNksFcHMywKGwhVDL1OQZ0bgF
LV0VXiagUbJf5mHH0SqF1xc1BxebjWd1YCYMPBdwGWc7D+bmOMLXUFQ3Np2SiXWz0VX5gF62
XAljrxAZdQ6w3rpKG48R0ujqZzAvfMClK+bxKavgU6mDC4g0C5LKc9eW5TYfdS/XPylF6pwR
rGsq1Upiy6i/i4fowTyVrPM9MBmyoRngcx0cPUGh08sfjISaF4qWKnJy/wAQUS4ZuXMh1agx
5BgobueE/EaaOo5RAqgH5l3IfBUztv6vUAFwmyLR9oU/ogBsOB2agQxdqXxDloXgtVHOMoK5
fMEnda/tKJutTgtMaoqjcMt9GHl4HiXdm1UwuChmKd2ocXe+mZ6YDncQrHeql2XGxB+Lw3LB
hDAGXK8Mq5r3A7G+ypS1RfekDWaL9Q5VtyQ2ODiPyc5mTA/JFeT+GWXmbBriIBVIrcoQd9L/
AFLV+CKo14alBVp09zDrBxBXOq4YF8Z7ahHF1VNszpP98w28dThgdgIQTkv9xNNeMvHZ1qFN
etgbicmUVbgv1lRPAMf1A5loLsQXBt+mNlUV5YvIL3Li5Dp8yx2U+YcbsallEpd+EqHb8Dkj
9Q0wxvuOEpNFnUI2yOIYd1LTAKl+wYtVtafuET/wRigN1ln0CxjDauzPUf7d9KE3bta+yGHY
2nNMSPIPC4RmNsZzLFKBZzCg3Ae4OHKJMeMRzcrXJu+ofg0zf6+55I7/AOR7ivLqNOMyy4B2
qbpw5jAprzxG7eONIs3h7iF/biUMC4bUYHc5i78QDu9yyxjwnRSnKkCyi3upXI+MMKMLdf3O
QU2biW74bjcljYlbrPHOIYMkTx/M6RA8Mru4+XpDiAD8h/MbWOeeGGLdxcaM1RyRXrAalTPg
8QMuRZe8n1LhQisCwW+X+IhDDNsTXKnLrPn/ABQswCYuMD5jal4fiYoflLt0edRbtLfCCxsm
iA6LYmCED337f5FNhKUNPUIr3GjNlrKSiW+cy0HB8EEmjc8YjQjeR2RrPNJu4gMb+8bL28LS
psEc/sqP10Lowy4OTcVttbZTtsUOrXFydSsXk9ThpRjzB3r+JuDld1BYdzYimCaD5cywuV9S
6qtPfuWtVHVZuVdXchC3eA3mV0+uYhd7TiYdXF3Df+4hu47KxFy+uFykCx9Tctu/megNY0TL
BsleVwjf/EEr8SAcTXceoVaCGK75QTJprmMtvgRv2uTcddsEP7BTO971iGgNZq9QFEP0lqQ2
P2mcBR8ywpz47jTdt3GBU+z8pdbYp5fE/wBzMEW9yjl+PMy7Hipp45lni5JdjZ8fUGRRw+SC
WLgK/wALKiCwzDxHkzEdkMAD6JWodwv+3MTVEo6lI6BV7nj0pcok3WxRSUo0ZjVZUv8AcCNX
fpTQy7VP6g24shUCFSUcPUZp+AEigW1cpmVTzReo+DMeOuWGjplgOry7i2suEqo/9Sl0RBkL
HTr8RdCCYqK5w+ckSpyapKdNQrqztzMlsjxoDmqibM6O4PDk/wB3BUelQjtZrk+4BdnTqYuc
5xuGIHLbt8Qtxp57lbyYMkdr5LMyp1R5KtjF4dMcTOza31MrrjzqU2lniYaoXTcQqvhiKMjn
iof7Kg8CM0Qp4y5/uP8AQS9T7P8AsTuh5IVsUW75mog9s93+/EFGY2tYqwl2fIQdzZziWoWe
sZlD4hwf3DC4FVU4iRlVu/EtpjxBkGXgjFM1MhjdvT6lWILPDKUVTBrHxCzHPFjpa+EPOZFs
s9Tbs9bUHfb21xXh6mDAvHF03m/MGGa/N8sDGAY3uF54t5nUPYRcUeyZMaupfhqv9uYBRZW7
qYLlpypl8s8iAyOJZwOdcJi618cSxtDPCLCFvmtepjnPS1LYqBukuJ0z4lDJl1cWT8tQDi91
hiLbQDFfzLD5YCdv6yjW1zOyy5Y0bvDCi2A9EsBQxx/MupT1OQKzFnOXslt3hDbAmH/yCjde
3EW9l1AMnb5zKYv5O/UvjBy7hr+nuCBC7VzE5NcksuDX+6lgGWLDmDNm6t4SsGzN4xXiX/4T
N0JoK1AXR2tzdnawz8UWcwbA4PcFWzE813KaJbiV1KzM6OisrA3w9xKZVj3xAgi2xNnux6+I
pA4C6uIKQWh/cPQrP6iI2FsWQ15VZsAEQvB7Ivd4gceoHLIRgK4B/KOUNAOagEjnEVBM+D1G
0xgbNTVZtePEowb88zAUr6Qop89QLil5ZmAuhs5iDBVXv+4gLt8pgofAqJemIGKKq9cyu3w4
+JlKR+v7ma2V5lU5NoAJXpWIM7+ItD+yN09tFS0l6N/E31jqc6KioFSGPEWcb2Jgezj/ALGQ
VK2IcZ9gh8hnxDJxGWAQyzHojDTk7ShaKX3H3NdcxDYNLFdqVbuVYbJV2etX8k6aY/8AENUq
dOfKZPbauApHpM+MzB4sCuJX+iAlm8uYJivmoQJTqFD0LKUnhDS3RH2mNbXFuXJEl4rw1xAu
VlRu0uvUR1Oh4Iji9cTBF6eIJ8YOBK0HtF08QbbDHmV0zTnnEyJhvhiGkszEjCP5I91sooy+
4oh08xvmJs7KDx6jKidFmMgPjy9rlCt/Ex3RyzZdvG3xB0TRWJiw/US2FrdbZ8hn/kVb/wAQ
LYd3Kzm83KZS71Uy0nhNjt9ky2pxHRVe4YUo8kMYL1uIsTtal2a2wqowWtIB9qjLt0ydoDDA
yTUOxfRjDEy2cMStteETLAHgajrGCTCL2O3EGUKqLi4YrqBrGHRMw2bsmtPepSymxHqNW1wW
Axxa/UQi4y/6YcdHDqp1TNM642Zfsm19TywfHuOwg+TuDATAzC1DCjUV3nuAC1xC0auqZZio
fIzHfmAwo9sTtMgk1ab13HMT8kI19XuEnMOqTwOGKFYxY9vbv+xi+xPFkyH8G88RXqEntByv
MFeXhgwKwX/rczjo4LUFlcPJUVGZ5bRX4EDChF9iYg+TOIGjsq/7i1tKI76cor8tEHATyK1X
xNkKmDX9kT1T5jMw14mdMvIZgnwAiJyIXXTO5130TWnMtXAJDoHpNUXkQUqXl5cxLALnjKC4
ApxEKDP51AyathpTxKtX14mKqV0ME6H5eIgKpT4qJnGyCZKdft4jCMroZdNjn4RKyk53DHuF
4Vp8QZwgCpvCkQjX/CjpcUs1uPEr7hjYHyTGtL8v9whXZwXip/XgkcLbX1Mil1r+4sA7OWV8
C6HH1EdZvaOPUs1XgW/lM2bVH1eGvEIOHh/EcPGbR1qN6V3JxErGuXeIIqybLlbLA1BBUbaQ
tpvm6TMeuhuWzLyRSBKXmXYZ95gMnHuMDGvqLmt7ZdHqlDaPlCsRR6lZs5XhjUMIApkV0XEo
2ueoUN0/xNDeNMvSd8QjqTN7mXC24tDLG9RkcUamscRUM2bj4sQGKarcvIyfqWwFnc1GHuWh
cg2yfe7HM9wU7+YRdCaImxVvtCQYnl9zJD5gqePHcta+uWpXrMS+Yuo/+TDGvjBGqLLo58Ep
Za7GO4CVVu5aNsOX6zLscVe31zPOO0x+5nDB/HuWUD2+pQcBzW5Ryvk3LUNBaeiLTJwFB27E
L1E9h/rRKZTUt/U3wW3qszzQu3qBi1vgETDSmOndy9uvb/2U73KLRvhAsu0qxUy3viNj85wK
rzAYFfhBWjjmV2lxEDQDxKGVvjUCyChHTV9RDz8xJwVyx/06lOeGez0wy6l49oO8KnqQ0wRu
l5I2dDPfEus+6lVSt8zTWHMCPlUuXgISmOLmGDWeZYVy5gHdcdanxlriZyU9dRk1PnYfEzJ8
WQVktZlUxpGxr7+4Y5NV8oKlLHnghxB0n+1yik5lJnM0r/FGp5i7C+JmTtuLY2GI5GmGl7Uw
OiFzvAMZgxGOGGcQEFtyvs8x1IDVRWTXnMsmAycPiDx55conTwIljLwK4O5YNm7se4YpNp3x
HuKdzTuHI1u5zxMTq3rO5VFUduUTeyigrPthKw1WbmBlwa7lOtLq4gXLxAusNe4WMe0z1tiD
VPMt0tn1Mmt7TNCnxM0Ge5eR+mUNThxolqqeYorjEW4JiAXkzHwKyXCnh0y2i2x4iDN47Td1
3KnQ6ljnPKUjYlqmIFKvO5ULsxgEZ4jGA/qAphmfcrNlDYDlMK3BaNknAYJw4nF/Yi1It86h
pMOJjX4dwCchsl9cFsrqH+bDktAcrKjOLO7/AFHwW6ZI+XCi5nD1NTWP7Qip6Du41wBfhAt3
Krt9M51Umr75imVk+nzFMj34Y5AELrbUoBsOZ6KBn5gnh5PveJk0XJKzAy+SpiU9kgvK7Zh3
OQSentEu6istqj8VrhghdNwtiC2QWIGamGcGe0IjuaZJl4IA1bHUoSF3iHFo8wPZRAxc1Scz
UAW9u4UeoJ1ILMb6lXd8TLjEGxkcsovtmEDfwiFW+Fjty8+YlrXmW0V8ypq/cSb1F5qIAXaR
u5uvPFQOIUEExvxxMHpBXEQruDh+YVQ15rcXb5rc1DHJjVn/AKmQ/CL9wpYju7S2xmeGAZal
ExxBj9JkzK4iHPiC7TkUTA9RccQ6OIEmvUZVuX/EJm57hGS2ZnhBtgP6j3M2qCvRWd+4YoWF
5aPMp8Z63qKGcVjVefUWmkG14ggUwi7hHaNwGYIfsRlTo2qOuEtDRa++ZeV0YxFx1AKKGOkD
PTmMltBvxgSnvU3XVy2WiFC1d9TR5IHEJW+kFYMymVc9xNughkmOiW3gMUSq64jVQ/PmYGWF
nBWiEoqWlsuouHmBbo7Jbur5l+mHD3NGXMyvCSwWfCEt7QbZVzv9TeSc7qaLV9nPxCgf8pue
bj3DOTbqEeI15z/E4JhuMwZ06TFceY92N7yvUELk5JmtjmFwrV1YS2bfFUzWDtlNx6RuFrIV
VqJFHz2rHVEBv38EsKCYlPmo0O1vqBCkvkZbujy7I4tWy4IsPcrMMHT4lX+1pXLdNuxs++oQ
rKe7zO0nd9VRR9OLqfWYnHa/lWeyV8QCAUcpljELf+JQ5ddJX2TvgQN7JzKrTDCOTd7GAaRR
STTecxk0rMTWeyOKr6gOWrhopnmeMJwl3EtEJij4Sx2Q0ONTHHE8hELY+Yimi1Mg/EJFzwxV
S3FljHKXbYqWxeaFEbJYAZ7/AJhScGPnqVXS9/1HA0W61KgAZtoiJbvNrzEC951z5lo9c7mU
fJkgUzUpZrAxMH+G3QdRWpVH5hhKU0pcBATkMVB96l2A277jnWDCxmL2JbraDN3y6gka4lft
C+HoKrXEQjr+fUXODACPrAt/NQyVO4NxXUmrI1aR8TSr8nHfcSYUjS9hAt/3GOpUVB9f8gqh
4DAvnuVItsX8jMxvCroNfMuVNuvi5kE5c79ymxZBhviAjmjcxWMkQFO5YNgTWIvM3xMheW5c
T1e4KVVHcpc48SyoI6FZ/Eysb4mMsEIl/mH4nMWr1mWHDjuXwGZkVt8xytrlZKY+UVeBlOjG
ReI2U41dQutnkhoZyldZDl1HwAB9oUdrq/5idF2Gg+ZS3PlZW4iqOlnETQEuXkl8mTbj1Utr
RWR3Dk5KZrEo0jrioZtYMeYlrcVhsZSVWmuPUp/2hg1EtHk4izsUNNsBobRm5v5F4tguOuCJ
T0Gdl3DCJ0MfeYalarnMvI7nE9wPcMCuqgpG9m+fmZzexXT6JbA1mih1uGfkIB1jUaWJmzqD
IG0vfmW0RT4eLjXIdGRcT5E0DDMAmmqKp8RZg4158TavbSkIDeunn7ih52uqmotb5jlA0LBa
gP8AaNPaUYIgHwzRTOSCuIK1lkFwQCPDNiLgH7mB/USqjJzHORwcQAp+oi05ZzLQw8Sl0fcs
Mqm52GdQSLVTmNoxzZq5mzx5e5a3pcaYlGpd8XNszpye4nJ+GowJYo7TFMK0rqVlnQqhlqNO
B8v4lsj45Iw7XxFoNtLf4Y/QLrH/ACNm7bHF1DNYjDyS6C/tMVl9AzuXXZd+IyWl074lukfS
MuJwJuyMUNXaX0S9Th+5Z8TLLcZKcrlqbjDv/iISYscuW47vqRSDkDyidyN8H3DGy1loqWA4
TG91RgVjPA314iiml1/uVE13Zb4cRFZdhVfmWjvzPy+WUQh2oGyyjkH3qVJshUUJ9K/4ZY83
TP1FI8+iWnFSxPEOLfEtBkwosMH0xHOcXDNd2n4QxgaKv/Uoayw/G/EwKjU/idht0zRLzOl7
S14dR0aDERy675i51m+oEH4gPU7uDYDXUDf0xFE6OEmPPCuIHhX4WsCwmCxnRqG5qcBY8MCj
XFqMl1eUG6h2ef6jUteH+pkGzhhLZYuLVAWz5f4ljBTpGZ8Jm5ULyHMbkThdQJCwtdubmYWg
FuYjaaC/xHA2u7v9XBDQa5IRFhoPUSQgHD+ZRMs5YV5jOhOeJ4vxgM5nLO54m2Pn/Ay0Lpi2
ATdSicd5MPpOCuoxKsCa/G4eqvgCBb3cat4ZfhSAfxmLOkOmZ0Ec4yyl/wAfYnmkiunbmNfG
NZi3goNIfsb2viU0F/F28wdMFo0dw+yU4qOoavbK4ORNsnMwwgeGvcuyr9D1HfHGzA+NwREb
GxmMl6KzBiLvxFixTx/iLB4iwG3qIop88Qqs1AhZ+Jatn21BEy0wxU6Tds0y+0YCzBSRPEOJ
z1GsCVNByb7l1rnKraxcm3mKP+xEAdrmFsPwJVmToxHOLm3SW1fYtrzHCackYClMkC5YG2TE
JMmzGfMAMxhR+IapB0N+0FKEK9HMErgyxEy9daS4i4DHtj6hCAs+AdxqRyrpgbFHfqeY+oRD
qpXzGrm+N8xSMwRzHEBB6dzSFnoqL8A/FyhAZYc9Q6iitKPFeo1K6MxF4wvqc/TA1UGBFicm
10wSMGKNvcXuF07ExxeYJN1yPshborno3OrqM+YiWVGR4OJtA+OWFInRQywYGxV7hSDqd1zm
DSLTB/SOzAPWE9NVuWZW66lR01LhfOCIq57Yh7Kqpdk+hmvq9hGpGXlZxVrcurBWoXzmvmBQ
4lByxA54VYkwNt1t1MWva4jawRd/RzMFSq0SuF8xry43AWb0uV5/3UMMbe4O9Y7S1NDPMdEW
ZrUMl+drxHK1y2wxQrehgeYN6Hv3nuoFI5ddoxKroOPmZBWf9VAwbmvUBs0tXC+JSwtUHcda
V4PUKaN1vJK/7Yg5V1A8pzLYgCVMEvmaoiLjCuL6me3BXcyJTbSuo9hVS/4l8sdAxjzHXN+p
TIWLG4pTU9s+JfgTy4YoEowu5bkm8RLa75pR6lh0H1BIXg6iPlfEqcXdQc8q2D3hhh+dvNI3
Ub5HhzARNDfJFBNtITLbgair96RY6I5Uz5lkz3LVuNRDkQOIiKVoi3YCOmmzgm8LOe4W1WdR
KoDtL651zPjEVFNIHHHiByl1GuRklJgyhm1eVxcgI55miXwIMOPRGNZDdypX0RRgSWtnk8zF
jDZpLWKg5cvxDuWBrUQy1yNr41KYdtpj7jNXyBqHkuy7aP8AszgHkyqZgtsuZlMoxeykXDcQ
a5MIdTbkVPdf4S3GUrqKMcyxzFrbA0x6j1nmr3HspasTmaqg1CJg05mGOl4AJckARiobRjqQ
V1a8qB+w3z5i/BuvipgRwBuYrqfRhi7GeIRl4LuYJpPW7FvMwlLnz9yniMDh7tJSY5wXDFhB
tlLpjFDYcMy4NmjWT54gsgOSCvak8UOm0SDXwiRpddwTQ5mUGe2PJASg9pnNupa5lXEIeh2c
w4rvvmag+ZdO9IOfXEWfmPJKKlu8ulcQs4VKZ2qrcSgmSOJckMEr1t/xoe2FtMr0AVfEcGF9
Qizl+Uw8p62pQHpv+Yg7rwRxLgVlt/Md0yPk+oqhtra+YiBtDJ0sWImNt/7Us2GYNPiUC3VQ
5qMaDQ7SZxH/AHbirrDxPUdiqZfA9Cf7LidGVbRlGQobk4iC2E0MRjX5EydG67voinkuv+wq
2HhNhz8y5yzYsdVXwQAyW5ZCBAKsWhgQednE1p96aqVSxhIsMOHpgD0kOx+irF1rO6a6mQxM
tH0x4RcVcq+QTgq3uFtcc8UY4gqcWS9b3EYtrfbFMXVukBR/nFzoHgnAy8TNXmUzPVSq/SDM
tigCsz+azYz6nEo3BLFx2w9wK874je3HcsxdFli6e5mG7uIQBZtj9jwItzO/mDoVMj/RK63O
sy0vgbdz54DuXuR5l01wJQE7WeIiUrmwmKyDcCcUXT4dQ1Q0Iwh2jmIwfMGWzHRmExuzHPm4
LbonGriWsOzFRdmJdVLnWacwiYNG2o0birlAIUcr+5hPtdkvo+4UwrzDHGxDUDl4iK3yQGL+
IhScynTdV+3ECH+RiU9nTmCuI044+5xmCV4fMz3NfxKnCnJ7mMPYH8yooGFQ3A+QQgDzGS+4
EuRt/uI+FXXNKAC2YLzc3gDe6l3ZyDw9ylkhQi+YH+ozlWSGoiqNrLQGKXFnTPcCR43c2MO4
FMn8RPR2+pnuIDIFriUWdNEFMY8TJDNnWo2ZJZmpZU+XxMqHpBSIabiz0doywGC2nWVyqOTB
KCxevcy2wZP0ReC/gXMlH5SLTkZo/uIW/LK18zGwxt3MCUq7TuUQGKqIdJm8nMpC+qfqXUTp
ZguGtLW5x5iBR3Ml+2H1RzyeiVeqb/pO1QP5S7Xa7btx+YWgwioJiJZKmpgrNv8ASB3YacEH
3mnuO4g5SOHpi734J5EthSXqsRiuu0NjQdsocC6ixF1tilvCl5ht6J8R05FA3KMoxx2/7Crb
s5xORBvwQNlpfjENDZ5PxFWgYQPuUGk7wVH9duREzDO6Mxww43xM842KPysL2OWlp8y7jyt/
Et6as/7CPjL0QtnWYYMTW2Pkmy5flKCPJAB6gQpxyR0W0Qe/eB026go7OCJN7lU27zS1gKW2
TA45gKQXfPEGzUyB6IOY+Go1Uw3PIi56wwBsReLxfiaABhLyTJV5xLTwOOWYGsHcLLWWovIX
vLxiXyAY7JSN3XFe4VbbnzMVVV/u5UrZ85+ZudUXZ+4q80FjzcJFyYcLzMsa43HLmYFYPmck
NpsSkaJvO/ipt1T3WZak4AecxqwpV+8wAl7kGd/Y2EWSI2n5qDphvs/xegZJsmXUtRqLmMaH
UzYcxs7X+lR0hA+JmSxc7lRqunD5ZQ47RFnhfshGGuyZYpTdQuhCoZkLojZZDt4I4QsgVguq
xGtufwT+6ovMe8Y5ykYyUOVn/ItdlVyEZWhZdTb0i5HbAEGquTiWXC/mEaXzGksOTRcwTDFG
a05mIatgaU3kmfWrqaYF2OPLxLhBTiBQB8eZhWniNF1nDqMGrehxUyMpNdPcZl/MWBpT7SxN
s78IfNjcIHFbr8QoAOOcMj0vMFuFw3UQcOYui2XJ4lgHQmdq+kUdzJYvIPU4ArsOU8oYtkjx
HZ4qFf6hiyisRuG1pvF8TRRsmyHV6niFqDkz+pTKitamoDBq2WLMZp/Uv3Bg3/Uo0t/u/wDA
trZuVEhaYY0liyh6ZntnuEmzlPBwMtqV7xMEq7mDm7w0/Uw7tfO5mszT2jGofMfia7ucV9kY
pfRbCZu2cpL1HqudliNLiU4h5uLZUxMXCIZyfsyxBbC8QsALLvLYIcek1sYvNqI1zy7RjxrD
9o7qnh4jmX0xm47bn3XuceZy1mH2BapiXqDbuuJT6rgcQG4XeyOIqcHKMtSDmf8AJRZ28dQa
yxnPMsD4BlzEuc1w9ymujmaIZeNV7gS9lMuL2vEO04PhA/II9xrdLRYkp3uZLNR3Jgm3a3At
ZO7nOflqXtvgw7laq6P8RUKKs4PDBF5Wu69QoTU53Z6jsK93uBt4DIeZg/OTt5iGgV3q/EGj
mIaglVXgZcQa2NRA9o1MM918TGfgdR4sThxDJ02f4a26dTQo20GYJs9SpEvg5Q0IJAxogxuZ
4lbb1/rCvrkDUzoDFpSSUIbxEni/HmLrcDH95YLBWuU/UhMVz/gcHJG5UZj5jHHrlxHthnpH
3KeOmTV45Z9gLj8RqtVT09SkaHFfwl2aM1Zehr/uYnCNdRO+prmXLUF9zXqYnhpXiNLtsaPg
m86OHExirY6lwARTHNQuq3EXMpAvUveSuLmigMrzHg727ERFcZLipheRHBO+eGGY5cU8wtMn
lvEVlRTk6lvY8cwmRRx0EFfwYjAdk4EmXmNi/oEz4VzPC9wHZY4bl5Wwaq+DKCCaVm46uByN
Y/cx1kg3ycZ8RvQ5/wB8wq7tAMDRg0sfUBmqeiHkJQ/qc4h34gzktXxKb0cBxPbNzZYzMLBo
TRM0qZoGbb3T9h5n/pSkBRKI2ICLQNn9S2tM4jmqReCWMLymlg0NvEoQOk7WAf3C9cWJZ+Ok
grx4VCho+oAMf/KRznNbz5NkqWF1hKvfGav5lwBVLrsuVpmvN4+IiNqwanStS45pwng5hoJf
PohAA6RbVekeSBh/UuqQDpbgBCpnjbM+DbgRPOnpFRRx2DxFVRDiKw3X+jEAL8iFA6XHPxES
C8VjHmNaB0+IJfIfialvaKAu3eo7TaZzEgPrPUXI0Bu/UUUGXY1M2bomsdyi0WFWPVxwUrY4
YUYX+TNNXRv/AJCgEHC+k4mTDFRBjkz8jEb4Sz8w+wrCcDcT8BTg9yroHJUdqBa/lHg65axW
BV2Za8eIhRBd236uBmnLf8S/1nBn+4pr1oov3LfUcD8Rl7HLP/SjNNRbZfiZwZ4gWDG2V6OA
QQqtR+8vAQ9YQ7iJumMqrx5P/IVlrkQR63/9BJoBq5gTpk0S/RO+QiahbOOpo4BzfMO0YD2X
ENircOIrAruFoGcMzB24YLgPcpBsmbozhSKtWdJuojfOYCU5uLznZO/EDAA1UxaX4g/Ih6iV
C96eYVFYqpSjyOmY0JbQMEvPCXY38ceIgGjvMPqm871cPYlOLqO+AydsuqnrucaCwEWrynfx
HpxXnZK7xGf+E1EpMulaZn0a5cQtglb8zQXbHScouDHtmF5VL166hAHwNQKCNNp+RLHxUXuu
kZyLDwESnudJ8xiHeunuUM0Wxb7bfqYGxj7ni/Eu5sHJBueIbIRqJpBjRElL7TfKecQ/Vi5S
h3AEObCiDcuNypUFomUKNyVLlx/KRl0fi+pkI2rPqLKbD/1H+EFo+4XSyn6BGlGjJTEBLDRK
laiSzXFzHrjPNSiu93LBGTEyzZiN1whONE6k8x5h8xEWD377lSkry+YpqbgHwaiAQGCW7Xb/
ABGFhNQhLmuOYIA5aZToe0LGzmHGHaWFqXWY3f5Vp+ZSGrrTNszZTCECU9Mvyynm2EepUqWM
Dhhi2ueViAu5blyy7+IkWg5baiKYLcN/zCiqFjOJcnaOBYgzDxv1OQ14rvzBgQ622USu5Nzx
5wdzQh0iBmZ1My1cty+IYy4qB0vmWtHzM6cMKydr4hdmOI8egSyaruF7f/Nu8N6/MybbZy+4
65eF7gtUxpWDELLeQ/6TCbyWjDfqEOTpDmTAMGiCrCHCL4YunTZNyXn+00Ro5htp+iTD7k3I
J217mGH6hD8iIhb+MouXUjrSm8QIOl9xyzwnTfCxcLLcQgXDm11KOr3THqXacYNdTKh0/aUA
80q5ZensSptslGOyXeswU28VPphw9XceZEdsuwfDJ9xU8G/NkBMGuX7j8sljiph5vKZzfO2P
zEsqpojJjAF2E6NM9v5mbOoOWWKPqNqczRHKKEPKVWpjVTHGyLDQy4gvCJ/aUOwgmvt/8tDv
AkopQDV68kVcMZzxHZyfVEuUZn/uGNg/khkBhzKtVnXUxuA9TY2ogW/E2s1qLKMPzDARrcSC
8wszlaIBuvuKwWTQuZGtTVTXUqDJDlBV9SyQzVqeJbFZ5RH1QZgK6Yvl8zRjZdM2ePByOcyx
nbzioXFt/uGKcp3OQf0NQwZ3BxC7LDNuiX1wxXj4jEUeP7kC8thxPIeOHs8zxZcKvj4gjZ5V
tPDCOqsnCUJv9HEsi+pOI8JZkiymz0W/Uc0VZc+5jKXwpczP8K+oO75lEL+Z0cRMTaCrQ35m
DMo7+5WsuCYvDE9ZHMRjADiGMStf/QxPpFbIIuVY4gqvDgiswQ3n0f6zP4EQhzXKx4lVU32T
McVljVu3RKp2c7grqipQI5ZlLGZBs4nVqWkoRyN9xU8cx3wiuJl5HEpreJDrBGfqUm48zAMr
07loAvB8QI4M31ELRxjpXct152KxKHaNMix2jmIZGWlWqhs9yoENjk+YjR3yi9krpv5lXvhz
ELRsT9Tf2aItpXGVmFhocH3MyBVwuIFq+hLnsdkNuMdmpwFhvqZmtjjNRHq5Q67iKtDcen5m
XRDKyGDC9URw1MMxfpAl31Nk8lRCjADwZu0HTmGOmIyq/wDqqYiGasYNoX8mUOpk7fJo/wDs
aqQQQc8wJSt8yhRGtTLUoeAzM18OZV234loC3iMH+mZszdZJdTAgg3qMlB5ILluAga3dMUAQ
eZcYfkl27Ci1UtP/ABNSg+g/wwJiw4WWxTD2KruiTIzeHMSbxWCmXLfF+JUgAzdfMI9a6a8R
ipL4DMFBp0s/8iAyjW0C9yhK/wCCqpd2DxqpiA7Vi5mf3bzUIYVYVzxBYu3F4xHaUhHD9sD4
jKkUqzMftvBUvWJxuW6fmUBrjczy1GmoWKmELZi1f6lAVG1O4LyZnGPiLTgsKYmH1UdOof8A
xeY1iMsdyjuW3+kSbp2cfcb9JXaB4dczaamWEoBky4qs48ppMOpXwcyoulGWG7GSAtur7nB6
+pjm4tNAbUqirrZ1M4gPde0VQD/xgjhhcyjRpF0qqFSu8YOENcSaOJhQ++ql2LX3iA2vOzOL
i1wly8seGwJQjyYk3d7fcs0KHMI8bz3HiViv4gloq4Azgi3A0K14heC4DfMUF1SrCAtrzH9p
0ajoiJLscRPc6FopMj2MEoBvrRgzCvDNzwRTjNRIVqptqxjm8QqbDcZ6UuctiwEcDcvLY8zK
MM+VuDhVmnmpkC9GYJqC39RX/wDRUUfcUHCz3B2YXIX8dx+Fr27h0Ra5Q4R8klhL50Spszib
otksArBuUK5Yh5T+YzUmzE1iWqm4Xa3UoBnBUVjX9xKJS2HcB8DIkR839y3ZdStWMYmQGeVI
rch+50J8pDnrJwgUVGgWzz6jALn/AKTN9sUV8QV3jNXEaAWGTlGpSwQrXuHNoZGCUjOQG10p
BZECWSXuMnr7fhGqweSUQU6blJXq2cypU9SLWRO9/ceQdvhgxWihbv4htrS6L+5p2ump3l8o
HA68zPSWlCcs0HfLLMIUyjpysL3oiwx8TcEZA5uUB8OeTmHduH1AcFLwzEO48jM/1yRGLFla
HqYCXPyRWzBmCvtBl/57jUQU7h0WkUy2tmxfUv8AzAgrNpVVYa22+48n3FcCpuWuJjH0eGVd
S5OZmGlWN1EQv2EAWYFoiupGPcpRh5/qDSF/aX0VRUPouG5U5bgKsiDbbZW5jAeTuvcQLbfq
IZVuf6l4zK4uozAksgI+RsDts9n3N1koJhA2g48TniipaVKFeKzuNILy4iMAeR+YhtE4eYJo
DC/wEG/mkJ8hBJdNj2R7w34nAPeZUMBFmFqm7oaI6SdcS6jbioE9uDLhr/FwKUhXR8dzEFHq
W6LrxNQU5ziZwnALwS5sf6xMXhbHhlucw0nCHTAUylu/+ykT2Jk7jfcBFysEQCN4f4ZhqOom
aLpm145h7cZWOu7fiBRdtVMCFuhDVikH4SU6mzcswBlnhB3b3EVqyqLPzX/ss4E4JuEDa94i
1d0b4hTAhAdD7Qxpdph3Kz/CYsMi39w5VDpFwmXHZ/yIcmVS8MtFkZbqLIDzLw30cS9kuwss
+wHMcb9HxLWkxL5bWJgRGrmRfTnuQ13MVctS4c40PuA1W7uZl03oNT9TVeq4hdM5NmCe1e0S
i/uXoVTmLrQfKeCBFuIIT4DMrb/0xrcpddn+HJZuZbjxiBiv8TiHzKrR4dCOa+e5lrnnM3Iv
xPgF+Y8xApSoVYhLG9RAHiIYltB9MNzXc/NqWGpr/lxAq5YQexKWtXREqJnYMwT9kv50ncEg
ysXl5gLlXxUyr2HCZu01UInks4vzK8yvDwqb5Pgz5jQMcCNAwPUsXl44ltCzy+4gyLa29E2n
F5lpO+W4kyHTGbltizYQNaTksO/LHi/mYkuBoVCOjsl0Sz6JcCz9oLGGrSIeOJjFQXCnEM8E
XcA8wrJfDLNxxke1xir5R/VSqe3VYiVysKPxMkJO3MBbHeDLN+kfyM81Hbaun9kp590Qs2sY
rJcAD8umPKE9g+Zg0w8GSRQ9o8mZ8yldlzMl2sBapiyZllrD/NQpq0/E85Kyz5hFRXA6jqDD
zn1ByaMcgA20XkVY4hY8SwZZF/4z9TCmHZmGcGZuu7P1PGDvqa8lQJNC5TwwBkvmU0DeDl8X
Chh87+c7mzNA9eSc5DvDDFgvcPgcdsxvJK8GFh+7zLuFciG73XH5hgtj4KYEutjJFWW+Fcey
dGLrSMUDsMzin7jz1KA5gaWxbrbRBkaZ8TGAa8PxKdB0cHyQgY9v5jt9iRAWVWLwSxPVc5nE
L1mUW1maP3KAp3mNM3tiQvAeIVnC28+ohlThtx8QETA6/uPUFMiVmLHeXbcVlBptf7iQQxBV
ShteuSUDODljyWtmpdUL5hZR07uVsFZCS3meUrqLgsicDnV4lDW4qYUWO2uNs43MUZ8GKF1l
3Y7OYLQ2PpLrpAEQJXcuyIvfTV+PMLYMFH68xIXKAdM4DZ/ipUGyFFkNu4Y4JyiTsW84ZaEo
LjNFbHKBN5pLA6AXnv2TdAb5EPiu/mPEXFRUPhf9wQd3zLsi+GBVWltlTzDQ5mgBjRGOrB8y
xatpltg4NxW2gbmlSRqSziXBWDd1LMHoqKmQaydwg4ljq49Wn/W5RSXpmDgvYJfWF/n5ijBZ
7XOmUUOamZmW/wBz9Mv5lllVblWJnF5aY0QPx6gFFnc2rbemGxnxzcWd/DuIu/JZWMc/cChc
uJnVS/cDl08Rhbt7iQHjVjFHfC2HxP8AyIEhS33OdqPcl8XLzntK1uvM5DSOCMFs3h7Op3yc
KPtglwwo3cdaFvmj7FOrdQ3cvK8RrX7i3IeSB20/4XEan7mfqBVzOV0Ke4AVdcMMqbcDddzM
WLeU4XmvHUoF6qhOfiANrb35jRLeIuSYE8rdy+xfHuXjK4hiu3fqIiV5ODPUMqPZlUb0sYY3
H0vhB4PzMM3ZyxSuqdsRBW28THI9JnJh6ZvPJqMB9i4o4Sd/zARwuC5OIRDQGYpzANB1AFFb
/wBxLWuOHplJDZuAXOmrlBenZPHYZG7lgfecKlmf6jzevEAbaHLiJHY45ja7pI2wB+o5a35Z
Q3CjWfqXmGOYSMliicmD/GQ/DHccbJdAC4RgBi/MAXe6iNAQC0dxWwvGv7n45zLQVn8kpl0Y
QvybJR9yc6lSqi7MRlX19QqoHth0cf43KRnzoJI4o7uKTfQnUK6cM4WZGY2r18xCwv8AvU/3
H1MnvyxAcj9vqWFFeqlLC+UOIsrAunDFj60H7I51Eg/7L3OY8zDy8cwOVdIBp55g7X2IJsUe
5SF1efEC7vXX8xBxHLqNOna4DKaDcz3biFTRzUxLoq3dkcR/KOJcOIIeleoGpT17lhd6N3LE
PhHfzE4C4Cssw728VMcG3ZC0ta4ZR5WnkHXcC7BwzK89cypvLqA+fMXb08ItJrklIu3llHUq
USxd4NYYP+RME9FcQa2Ivv5EBvmTXFVx1HbChow16OJQTA87gp5MoF7Hw7jMr1DVS9lyrMEj
myX1FlEC1yxN4Dtl1srt0eEsTgocqczOhT2PuVxkKXB4lBHycJSXANwGyw8+ZWzk5uKKWD7+
pR3O6A9gpxLGLhqv9uZJzUF5fwVEabj9O5fGhxD0PfubZEOPiZ5NQ8j4D+iGSwx3PWPOogWj
e5Wir7Jwp/vUMSHLUdmx4nztHMat3lubXVPqMw3ANFObuKJZfhEVRxzzDkZqK2bUMqd3lG+b
tS53EzuQiI2bESs1h5ihTvon3R3DaKjasJXmWKgW5Re1EwaeJSUr1UyXx8Sg3/2WokZxcpg3
gYHZ8sFD9jubsFMpiRlPEq7XHZmJh6aixH+C7hWmtsXBQg2sPgEeKxXn/wBiRsfiX8RzLFxL
4JYFRX8S5yDa+ZQZX+pXY1v/AJKVi1zKbKr8qnTHeJq+ElJha5gWrvuDLfbtKRne6/5CrIr3
EQLLbzvE86RW1MHBOQN8XFRDBwMVhWdPUQyx4hlwHUrc1WaG9xqGdIZ0Bvt8VG9pGzviMfHp
lZsK/wB1CtHGyxLfplAcXzjcGbedRhpvmV9gxvHEbjDBdk41a+G+YxlOq+JgihLdklx/7QXx
fiObUssVKcfMsF18y+xAtKWCZc7mo4YHBCt6Op4KXDPCZKVXaCT9IyBpdS4cLOIDnOj3AuJ6
hLD/ABF8y5vEXHdEEZzeiNWbS08SpjZp66S4QaQcvnxCyWsczyLnkBh9yzZrZTHiAo6z7mRb
81AVY17gnthfEV6NFYIKAqNX1nLL1d445nwUeDTuAMP4hRhFmjEVasDvcwNXaK86clDFWVp4
vifl5jcTcFQy7A6WLj3MuWyWrpOrjTafUXtBQ/L/AMiuXC8JA5zAYcrXuXGr8kVLilA8l+I3
s87qA4wF3FSz0YtbFx1EwGEtN7gDM6vlrmGLKeNJ5g4OGVqv9StZuF44rUxoPZKSzx5EoMRO
5s1xzKbZlPnqepR3ic9NSFmoeULlrEFZ4MXz7hSlteIFIxSY4qLF+Yrbo4lOPkwsvUqYmOcu
iWdutNxa9vp5/qcNXomBslimvuNhMZq2VMlqHzcRYYOkcRCMjNxgZLgjmwaOIgAqo7O/RMWO
nEsY1FK8N+4qN58w4DkV4lhR7/5BVgD5O4gxybeXqc8Y6gUOHXBEvAobuU04aHqXXnDFais0
P39SyrteczPauCLApY8cwXh9OIYEFFjA/cRoxHFubeeJ0ivN3L7FWr18QRsmx/UbDePzAPHl
mMs2uFmi3ueUDfFxWtb4iGfzDEVRAXCb25gSXZs2qNts/n/Gy+7XEKWtRhcaho/aas6jYoYE
VVo9Je3mAeAHLz4jIHPKBRdm5SWwcpUoygLtxEc7ZjA/UyztdwrK1jHEDXcNR8bOGXFz56jV
kX9KYU2dwlYXMCo6xL/wYvhlaj2D/ETaKe4rxzxHMptqszLokBiv9Y1v43KVo3+45oUqLydq
I9DzlzEjGvKCT+JTmpfhqWHj9QXgcPnNzQhrw2zrke83AGDvs1EUGdJX4g+aQizJwsN1Kq7D
sOH3Ucec8GbebyZxHLl47mTrmXFGAxdRXTZ4iHS5h5IkDN3uWllz9kxUteEIsYEbyPSB7x1c
VMBqvcKq9vU4eZRdQMkG8y+7DStcytM4rltwvJ1Kzgd9TiuiFnqLdhZURQ2agNxcGGyyjfme
OHRHPeqlomRPgTNjjXwEvS17UoLzfcvJYCqENXQaO5qSmX7hethE2i37Qjb8pn7mOh6/tP8A
ZT1MSLrqACvnglcP2lsG3EPti1LMnTqOzXrzMccVDeN/cB51gjfBfe4OmvaFthGo6YQYdVzC
3fN4ilrUNTKrctRtj0WVYwmta4THhiStHmmDlUQKcdgj4HEwlPuUH23CxZYXF0iX33udQja/
pxMHGowNUPU3DmAvDPC/qWy2g9TI8XzPT5lZv9sfEAYX/hR0+ogoZjYZInrHcUgp7oBL9IHn
hAljbJ8xrwFcwqgj+M1nWYBtDSUuklAX1RcGeoU2xhOMSyivBPDnBD2WxlLJTrqIu4MnmIMG
M31AE3kLBGmVfEyiwOIrcN7VE5LVgnwcReI+0uviXQHrhPLMaKLxiUV+oCtfcWHHk5mqSrLM
hTAVws8wAyDH3D4c6lisDlgcYe5ibMQNk1NEtEGhWt+Lg3ruqV7TKLUuoIGlwWwO6lKAWLPr
xMGLCx97H5Wnb33NAHbw+oN9/wCEEMVTv/subH8RzbkwVHQvhLHu/mAbF8QbWaOGIqqq8Rhe
XE2Py5uJzqLfM+kM4bh2ZfMebmdCvMHPfkntCt+pSWRn4lwVbK6FbTfsniPFSVG22neon1xw
OWVDZ2zLJ8wZK9R0OfpSDq0OV6gsTtGDA7cR7q+lEAY7mYY7PEesQoOD+WYlnREKkz5guGId
KX1EK7zcZVX3srE7ScUGumyUXenHrxAioLO+Itg/VkVkf8mwA8TKXp3LOcVLGB3/ALuUOCPk
jlbAl1Mhz51B0YdOBgBrLR/UuzYFTsLqatm/FyjLdY/UxRD0Y93GKNt9XqO27zlfU9hj2kew
dUwey2viGhHdamQ9jK+4QhYJh8zhVAP+TK76jcKWK6UHnzLo2vmo2UP3MFUCHDKusRpqvUUK
/if6uI4+mX4itjzKySK05ndTjf8AMUiZgv11MpiU9TQFMABAfUwwQyeJeuDKwV/w19TA6uRy
RFbDUfymvmkEiiV0v/kIOzQin8717ZcNrTB1MEtYPSHSoTSPEcycFuKUnzEVvIgQUN3AoNqp
5wzs+nmDY2eZSzo9TdepRgL/ANcwwur/AN7hqrDme/rhD6gYyVhplBjHZEDCfMC0GoxuWAKa
OiPEfDy7lULOhpDD+IihZjhFAi3MTzG4/mVqwXluVzpED35lg00dR1wOZrvX+1BoJh4uWtYd
EpKVXGw3tqVS1SVSBK7iOH65lK257gOVa3c4BmJ3riNVBp3LL5l5px1K8x57uVY7eGFWp6my
UHTcdISl1/jWeyALr4/xPNvkLkJWPUdN5cJv1G3KuDioQjjnb4lRUOrvcyHg1yPuXlTuzbxB
jCxnUhpZ8cpdkZvHJAtZRkl8U45lb8IHqJX2MgJtBOOZaE1UHXuAsn1UjwHscXOZyeWpanYi
zP4xKta7dVEHe+IJacfmAKZ9XKYp+8Mr8yh3rW40Vz+YXPr0LjnN5chLKcT8JQxGrwgPATpQ
GkitJZ5iq9vEtHNUO51hRZwRez8suLQeEzC2ImNDB8ZmmN9VEGrF5lK4TozfWAluvrSNjj2h
W+IVBPjxKS8+yE++IZFy+kO8aJ0a7mL/AHKhXyxB5gpOp4Sh7YioqFgWGiwzBys20W6XH3KU
SfueZZD/AOjcqoR6p2oGDt6jFVp3xUHKOHESxDF5NzE9t40JX7sdwAuaFb2wZfzBdf1OQpnn
T7lRjzg/Mx6Bbs+Iv+JgbK09k5ZHti831UWaMPM8h5jgbxKN3vsZatY4GHDvfMEbPU9ZVtEp
262iVpnS1mZE1Xcr3y4P0zPCMP8ALA0gYRnIIFNe0rEwl3mUQWyf4i1seMMnuCsgBbM9svS1
xVtA9TDd3+IlXDvdBMa15JY5wczAplfOpvn4TWla6ghx6Mto5i3HJHJ5OYnB3E84/wANtRLu
VpLEz1wxA8/4K/MyI6QjCAGmFSdVrjvMTe4d9mDI4VzjcPIg1bJUE0wt0mU7N3KkNpCq9XBq
LX8HiPw6Z8HiLDkI0O5diUizhyTGJMH9J3Bqd/qKJrq3L6lKvmCuoVFJraEELWfKVYjvucV6
37itve/E2r9Q2rzqULXPmYMotf4IIrHPcLSVViCymMTRgMbojYcht9QdR3Bn5gyNv9XBckeF
RjTUC5gMbH5JmmNLp1OmVGLj1YzqLltn5lyJ3/uZWLfRhYujzGlafU2D+4YVruFOtnTiO8EN
X1xLLpmV8JgU/MN0bSvbN3UWpZEV7l2RXUwa2y7BkdHzFhr5jsgbHqLHNqylUncW1W7ePUMU
0pl/UqIdbU4qh9n+oCDY8HUSEs8XGcgY9zKVuRiaQrQsHuJYXTDMts0xC2nEfVy/9IDAr/DK
M7VFd1rawyvgg+ya+UtBKtvjniIeXRGs6rxK0GPLKZZKCW3pR7QqVv8AhRgCq37jnUAMu4NS
Q3n7NSXclb/1eYA7ibJiZOokgdSjcDK8uIKrpm8Pcujj0eyFCmndLI1ja9dRdg6cy738xtNU
eIr/ANlI5Z864g3j/wBSpyz8TMQzQlPSZX7lK41H7QTBK1zPJ9TIhd+OYm3MVF56hFYZIu4F
lYweqmztZavSbr+oyOXtuIGGHm/4lhbnp1+IUpuhiAZwfnuVSF8hGq+hMKmsQlRUVviFskKb
TwZh2qoGhtuDUAwaw7MyrOZHcsS8HuC07Pu42p/6gXtXaGIYy3xN3LEuRc5INX+BFiFcss3/
AIMCDV5BZ2yzhOolZVXU/wCC+oCeR5i7SxOAbiPAPOQ0dsa2dxo2WNyjnQzNI+UsN74l28QX
UZZav7nhNudS84iQA1/gXOiAr/HArfiVt3DDBAupUTzMc/EZpMoJ+/1PDicPTC21Qf7U1tPy
ZjScA6eoqYC2VuLy5WEjEDiu1jOCzwZmEQzf4jTaq9EBhoq4HCMLz4jGagRFxwxK2q4LxTi5
vKsYuNQrxg+xcOIHeh7hi0A6uf6JcUphj5Qm7/nERa6Zh4swBc+UWoy9x+xxG9+p6CGCLOmq
/G41X1KGdAJDepwVEccR/bODzBsVZAtxTMbF+o6s4SDPIZor7j2+4rF86lvkg+L6lV2nO50G
XuGTOOoS9VL9y+jUzfcH3BpzME5njUqZiC8Sk3tSzGt6evGpZWcT+09szwgnzWf+SqHLwaYq
/wBFC2bjK69JdJm/BAdc5V4JTXWWRcVqLljn/B/YiKtlb6mLG4G6qPeUmY0BD8pT2ieSOMiX
OVlNQ9FmEe4llYvcvUUwqoFfLM27vI7Mb8nRjE+Mb+BLN7P0RPjmUMHHEttuVBinbCQsFt93
Urif+VAMwcrRF1vL/eIit6loI07mDu5kA0MAMhmG5OB1cviDB35mGIeVTZg/Ebk+4GHn8S/e
e3+OvmUReYFWPuErtlHMJDgJVQe24hvBfPhjNb6kBsOTzHie0sA2/b8Th/ZxBxAsGsIHLjgS
E0p3AoApi+IYZNIq1OiAP0SnRLyg88k9Nxp17YMBaO25hjMr7mTMBOmLhT2lNV5JB9hhamO9
LTl9x5wiqxdRlljcnUytdoKibjwQ83ZdMx8x4l2WBthQqHUVRcy949TmtMPmINg1JphQbdic
k3f9PiOL4lNRc4MTGhqBklyQEIsVxcvpjph8P8RGaiOMbiVgUyqMNnMQu6x4mE8dSvQllowy
/wARItPklPUwZ+ItVCwvjqWOL8QR4YAvmJGEVVMe8/EYMXDHMO1CDfmJl+cEDabdxkBTD5eZ
eoDVAmaC3rmJHPg4qYCMv19yr4FNJVEqriQIKzjA0fTANOCHygDLIjD7gYzmFy/ENxEA5utz
nduY/Y0RzwBJZIIGsQELzp6lqm7cBHEykvcdMvUV2tuR7uamuRzAUHPMIiOzDcek7O9UQ+Ar
KQXOx1Mw6mRYr8pAFoW0GNw6uFzao2kaqIVp3HDAqLLNtMv5+IN/epZA97bNnpmQDN4eJRcb
mXmGmijrE9om5WOIaDBOQYXKZmmeT3NOdSjmNXcLM2iCRmjMSLiWnYA/iWHPnoOpfvDjMznB
6y/xKbqf6Zm9raeCXLbZ3/MPgZ8rKB75ePUaqV9nEIHFWLpHsai7NiQCtt1fM4BbBL+hRHtu
FdcY7PtFqghuQMDN6iBmaRlasmrYoLwxtXZGrc/1QD2MHu4Nj5R8W6H8zK47b6g3IXB6vaTc
tu/uD0O5hGSdDEIrmAAxARtlgHNReo/aEvKtxPwGNFzjfI9+Z+P+HNr7iLUuFL8zZPCdVNZc
ktEl2O5c6fKcBtrARWjDiUrVZnjUPEC/b1xH0DdS/knwm7lwiXfEvZLpVYl4E4+JdMLTYX7l
rmBHd1ab+kql25+OJlFjm/hKDy55nNDZ5gbQ5c5j1cMGm+ZTgA5tczyHHCJGhODMwWQ/SNit
TiiYt1Ge31KNPZFAfEuIjjE+Sbp5SGaVyQhB8i7mw3ZzGPRqBZw7RPudzKnuLOkjr9B2lFQb
Twx3ODTkhKgYa0vojNO2l2viEsp08pKSwO2NyjDUP8DKyL3Qtht3tODpLn05F7NkuKmqicPu
KhyKbU6gwanOWupgU0YLPUcnxDgPllP3Jiy4HDs0Spa8uoF5a9ywaw4T8OZgzMlv2T5xYGWP
YcGn3O1xMy6xAEWOow43NAtZi1mRzuw1Cq63x17i0OV0ftiGmXBn7hFLCxcuGDZ+WN/Qc+Xc
SEfxMQ8xJhLmZdtHEWC0XVIuOqWkw8UwGkqoscRGHXcWYYKllPUfYWQpFfudSOalFeNzBp44
YFrf/IQY3dzN75jqBrTKwxmMDK6v2xJTRh/ti3jkGnm43WA4KLKxjfLCLD+E13MvcF4uP/US
RczmuzP94mYAaRB7Fp2bPmdviOnmMgpiUx2hAhAKFWfKNjbW/nM3V3LlczGS6ZVwTcvxKtic
33Gljh6YLa8I05zecSs0H7lngldkLf8AUPUDv/Atl/EpiOBuW6jbuEE2wjMpg28QqU7L3Bek
x8oLtGFy07qYx1Xd44lbnbJEWXzuAUWXojyBP1BNLdGILojKQmoCVhcOhhLlcpaORxLmUp7g
nXz3ElGTcKdLPzMIPH/FRcKxLAvDJPNTKcxQ2sUzHnDomVuY/JLNTt6lwIwmunxCjSWi4RqN
UPKw9Uh4HXucU8szM3m2V9WcBAWxxLcKP2tDFdqWVW7YI0Hd2Ixe7b08nzBqrvNwEMmkn5w2
AqrDFtjaZ+acQc2s7F5JQBVdMV4qcyQTEJg0XBbriTAAFbizuq4hyj1Lt3CzKl/7JU8kcJtf
uW+2BN71Nv0wlMuYiNzSprAi0DTyuvEq8x9RdAruWFLxAa4psepg/cbcMVR7gitOu4J75uYF
nzA4PifNcxNJuBTz3Emo/sz8GoRTc8U1Bz4Jb09TEuMuAvIhmFXK9b5LslSPBFvxKD+Y6o0v
Kyo1seiUTwbIXLXJyfiJ4TAcQinMMlTUFW7mfiADdC1LSnHWQZgdxcvKITLZepbIVcw3+Fjv
xMWBHWuoV5vL5zUNRp7GoID9Cz0S6cjVmh8QGJOd83DVwJVfzE2Rdf35jHA6qGaK1cmUovkb
8RA5FbiuLKB5Yguu9yhh+YUoTHGu5ehqe82VuUm8yv8Asx4x3HK+JgN2zwxKte2OoQWx4l3H
uwogUcQt1LfEXGcuXmYnI3L5XQzKrjFxGhZQr7alatvN/wAQm7pDXa/wzJDfDKhNrmLyxAGn
cR5zPoJ9TbLLlyWTGIUNPSLyLQ2uJbptQPYYl7DEdHQW24JTwbbmfiPCzLe4YB6cy8XzzcXo
rmZuByzr8R/qIUoXoI0jWmDMUaO3BlmRFWAvxAAoPIpBQnNkxiHXeWZ/gBW0UcYbLzOEBHxA
k0OaIxYupVEWi4+OoBp3Sh3K0lV3InmIrHteYqBCZYzHqZz1W4sFEyyxt+oYeO0tynx+4svU
tWOIOc8w1wvUuy0RmvqOCZzmAuuZUaYT7mk5hBWyfFkJXfeeIQjXijrCo6keVx1KcQtdWUj9
YxJTVZ9xGxx2iGDxK88tzF8XJWpRWhvIpkxHK0MBN7i+GeIRJhgSzy4ZWrfpAwZTB7mQPylC
bSP5foeWFoa/dSzLHCk/UsPtFl1O3AQQc00WxVgfR+YAnyauvUrkgZiusRmUY3Ba3ERTUOPy
3GwBjWebpbGUwBdDMtS4juLlYemSZRZFXDojLbfUEBqHAj06mEvHNHEHxpnZhR8cQ3Z/ATFp
9iWZx9x3ur1RLoznhcLo2OZ8YF2AINcrqjuAW4lHKC+lSkEwSg1ohV4Z0wzOQc5PzOyVxH0f
zMPl9w8G3xBqmuok0mVxiAHPcaAZcwheF4gcLtZsc1CrCfMBjdbjq5G8RgvQxzp7qOzg4dwK
X3jjS+ZzHPZHVx0owzKqdy9WUrd9wXOHhlQbZMK3Uy6LjzAedYqVF6CvrMuVu3cuRKeUwF46
axKBYvLnMo2VNGiUCHk4/ca4LqJytai+HUWE5gyqWob8RS0l4yRdGX29wlyhh1OQsqP8RJTM
xush2+plpeLX6mXRTNnzFW7H24mwBtwxcPVxOkqvNylL+E365qXGL3UTljueEcFh/U0VDmc0
NwpjTM3iW8Bk5nqqKbFxFS8eZtOUnf7QsHxczzhzaEOS9SyHwIgaHLTEYxfcdgwS+1ygZaXE
PD01OLgM3OQx7ji4uEANS0l7IZ8seZ5ihBKGskQrSwuoBjvSIuWE1Q9zDaxfRnuDV2ioJUGS
omym4FKquNSuKhXUbgonZCrFcWouK36uYY0MpCZmK8sY8GmGCvudyH85WzFRb5kwiG1f1COW
9YDfqMoC5jpmP8LM2nad/wAQqegB1Kc5LXhMU6cSxpfUF7aOJ0YluAjWnK8zx/maCMsXPFji
aeYqau3qIXz1HnruLlgve5s+0+S+5VjXUbcjg8oRi6ZlulZslqnTeZgExRG+Eo4dw5WrH3MP
Msqzs5lLXCCTN3AI4CGYYuJUHyQhZT1LU7xOFcfMeqS+KqBYWO2ZMUqZdvM3MRVNP6bwOovK
KzPEoqfKVkb3xG6jJ4icJyw9uFOGPYDC1ruDbjt6IceYzAeSyJFK12R92dNs0lA01UQUVTI0
WdQxqW7nJcNRI8HExPMvgIDhb6SgE2xHFkBc5OMwqy0bevmDx0q/uIzON1O/VeIoQebPddst
LwpsXfuKNvVkTn6iWjKUUzXXM/0qLA4j2MDklwcx1HMsr7dzGBjzE6+5TmXHEr9u4tv+bLpw
Wnv3CEa+B7isndGkQbPasEDA9Qgwpjq458ESsJ/XSyW+uIoXe5oSvUQYNPMyYr9QrFxoijWu
FwdWbyDH3FXVNsRwWqSzhPpzErbzAzD+y5dIs4bX8wS7c8S5za1LO3MIAvZ3LvcsPD4Tw/Dp
gBWQC2jNQFg0lRzKvdDueGM/SPq2Rcjf8wTlyZc6PS4iuHmKjfmDTVeZkHDpgC+SuH2+JijL
O/bFF08QzURrOa4+Z+RO4CI7Yua2S2x3VVTJCf8AZZWMv5jTn/iBSzjcLDIsrr+YZsDCZhyd
zCMkRSVxDeT8xa7hyYltmvMpWaYC7y7glY/1K1czWhdndxw22i/CO4DriMV4BmNDg5q6mBbW
S4i/cu3+EobPVSkHPaZwI+JoB0lDnFWExIMGjtBCITMbH4tfcuMV/oI2wHD49wuVBur+JX2S
+OIGgZTKlxEoVxvzjpVp3LmlVLNfdgBgrbMzcS1FKY2ZzAdKXxCAe+8BNts8lYPqZNQsC8xM
N1zCqbYEwbZS3ji4oek5OfE5Gu5ldalyvCsyqq/LdnJKveODXuDSBtWOm6Oh7lpn+7+ZkTXi
e29xyYYbqrg6zggOQnUoumNYlEvXQTQP8A8qy7ZYT23xLa8zVNbTwxu5yVPEMJy1ZDC/nHxh
lirLD9SlTqBDSzlnTxuXSk4nsT4LiCq7cQ8D2jrdZmRiG5xWSN4SuZLMnwl/acu1TOQV8iEK
y1iXIYRslFim2JUOOnuJrS/zAhe4SF6zBxqAYXfcwKoHVxztyyGHvUQQqNeoWaw8zleBffiU
o9G1jhWXJ+IENdlM/d99zOLoI5BhBVS9XqYhxjUbtOM1Dl7dygLRN4G5WOWx5sdA0OoTVte8
U+JkCVl5PuVlWjKyVefvzUVbVS7YdkcDPaJokoZ/MxVfNzzSntUteo4f4IaZYWa2xXbhLLe5
clXCtTyncrVUWOaY8JSStw46l9b+JscdxL0yPUsu8YxDvzi5YmVySkWOD2xRgyaZeSGEORZi
4MPE+z3UoSr4uZWcnARuDp1UzM8DW9n8TVoGoELcLOi5mtyxTMblFVboIMmvlNj0XKGbrol6
Bi+4qD6BGcvMS7PqA77rB3GMpYrzMkGeoBaqqVUMx/A6mMEdGPR+J0qvMzX+ZmXl4np4Y6xy
zjqYgT6D4gRS1uEhj3U1T9VA8o94GLmiZLU2QFmCPGhfDNtodM9MSQ6FSwYPtizT3HYa7gg6
Kl4siRNML75uNvzmKKfG5Jc/KIUhNBppZcLKfMFdJgr3xNHTuW8uCDTamZrGu5WvAg+wQQv5
tmHqKB2PJAltDqX41BWsgmmDbMaGjqZOiXtxzc8Y7gyGuyL3ekzAu+eLlpLW+4dWQ6uF1aup
U5Mvs7jmGJqfJUEKODEUyFH4omCHj9xPH1L5fc25bnweZU6bI1Q1/ohvnhjthUu2+c9RihaX
6ls9dtfUrId/xB10dSqMKe425heEzVvuHZqKiWXRvzH/AFW48n5jFxaEUi7AfcbFfxMCtPMs
rvuY9RbwESezUaXv41DwC+4i/wBIrU7iDJfMtnacS8q+78y2K3pmPtsjsHmf0nMoFH+9wF/2
SwVzUGhrzM63fiFibOJ5JNC+cko5RxuAbWNeZQ4o7ZZR1uAnRhGvSEanTmDaHmYAeWcC5aT3
xlXNdyxW35JccuIhyDwQXd1GxYeCC9xGfilDPxDaCQJva0VKMeJhuuJSWtn1OQEiFPnyOw9R
5tYFxFMs5HftZThd8J0eCEOCtW7jHdv5XKsYtq8fqFqx5gwr7l7Lz+JSZZ4mCWWT6pp/E2dO
Kix5rl3OqXiy6/xjKHiJvTqc23mDF4lKLxzLLiJ05jxwlWEI3sgaoe2Gv3EunmW6YZVvYm/1
YgpcQHAy7GfcGEDrBTj58RIrJ33Ld5p8zFwm+6jFfIxigW8QmFtFdVh1jMQrEf7zACF8kboq
dVAFy4lXs7JpDSiB25YFtFZ0eJYBfJ4lkVgcJqaMXChnLzLHSr0ypq89w2Wp4ZU0vZDksQ/u
XltvxGV0oRvXLM5Y7XHFfryxNdHXavEJK1vo5jrdTsvqYbF07uPpvoOokGzjtqIh8om1hBrG
IFPb4j/6gpneCb2/BCuMS7+EHF51ff8Aierwn3MTtaXubQTwHiWAc5jfsjNGV3xBdYb3mouJ
o3UetJ1KYDEs5o1ZF4AzmYj5RQyfUxmptcZglZY8zuD2SoEuzMxkar3OTZn9pMFDFL3yRfql
BAdWYgDAVw/mK3KxwR3gywNg+hEQ1yEPN9xNmnEFk17lM1zCCfhDc2PEKPaMdsGagVfwZe3d
c8RaXPZUBsuO4thfU1m+Sel8rxCsP0Wy28Q4qWObnMuD4EvjD/7YrvQgARym4jBRcMsl4Jz4
AZx9VK9pzpxAv8Jg4/DE2oxfH/kbXTPZE135QY3iVqDQ3BtkKc/3MijScz4T/9oACAECAwE/
If8A9d5//9oACAEDAwE/If8A9d5//9oADAMBAAIRAxEAABCQACCCSSASCCCSQQCAAAQASSCS
CSAQASSCSQCSACCQQSQQASACCAQQQSCQAACSSQQQCSSSCACQAASSCAAQCCCQQCQSCQQQAAAC
QSSCCCSACCSSQAASCCACQSAAQAAAQAQQQQCSSQQSSCASCACAACSQSSSSSQSCAAQQQCSCQAQQ
ASSQCAQASAQASQASSACASSCCAACQQASCSCSCQQCCASCASQQAASQAASAQQCCQQQCCACSSCACA
ASQAASACQSSSAAQQCSSQCSCCQSSACACCSCSSSCQAACSAQSAACSQASQASQQACAQCSQQQSACQS
SASCSASQACASAQQQCQQCCSAQQCCSCCACCSAQAQSSAAQCACSCQQQSSAQQSAQASCQCSSCQAACA
SAAQCSSSQCQAQCAQAQQSASSAQSACSCACSQASASQSASCCQQSQSSQCQSSQAQASAAACQAQQCSQQ
ACQQSACQAQSSCAQCCQCCCQCAQCSSAACQSQCAAASCSQCQQASCQQSQACAQQSQAQCQQQSQAQSSC
QSQCQSSACASSCSCCCSQSSACSAAQACCAACSAACQCSSCCCAQAQAACAQSQAASSSACCAASQCQQAC
AACCSACSCSAQQQQCSAQQASQSCCSACQACACSQSSSQAQCASQCACQQQQSSSCQSCQAASACCAAQQA
CCSSSQQSCCAQCQSCAAASACSCSSCSSSQACQCSASAASCCASQQAAQCSCSQQQQCQSQASCQSCQQAQ
AASSQSSQCSCAQQSQCCSQSSASAQASSAACASCCSSAASQQSCSSAQQAAACQASQCCQASSAQSCCQSC
SSQAAAQSCSSQACSQCCAACCAAAACQSQQQAAQSCSQQCQAAACCQQSASSQACAAAASQSAQAQQQACA
AQQAAAQCSQQQCCAASASSAAQSCQSACCACCSCQCCCQSQAASQQSSSCCASASCSQCASAAACASSQCA
QCQCCSQCQCCASCCCAAAAQASCSCAQCSCSQQQCAQSSSAAQCASCASCCAAQQSSCSQQAAQASASCCQ
SQQAQCQACSCQSQQQSQSASCQQQAQCSQAQQQSQQAQCQAACSSSSCSSQACSAASQAACCCCCCACCAS
QQSAQCCSQAAASQCCCACSQSQCSAQCASASQSCCAAASCQCQCCQSSAQAQQCSQACQSQAQQSACCASA
AASCCQQSQASCCCCQCASASCQASASSQCSSSSSCSQQQCAQAAAAQASQQQSSQQASSSAQQQAASSQCA
CCQSAASQASSASSQSSCSCACQCASACQAQSCASCASSSAASAQCAQCQQSAACASAACQQSSSQACQQCQ
CCSASSQQSSSCQQQAACSASQCACCCQCCSQSCQQQAQCQSQAAQQASSSASCSASAACSASCSCCASQSC
CSQQSCQQACSAAAAASSCCACSSASAQAAAAQCASSQCQCCSAAQAACAAACQCQSCCQCCASQACACCCS
ACACSACQCQQAAAAACASCQSCQQSCCSAAAAACCCCAQCQSSCCAQCAAAQSQSQCSCCCCAAACASCQS
CASCAACAAASQSSSQSSQCCSASQQASCCAASSQCQASQQSAACCQASQAQACSASCSAASQCSAQSQSQC
ACSSACCCQCCSACAQACQASQCAACCQCACQSCCCSASCQCCCSQCQCCQAQAQAAASCQAQAAACSACCA
CAQSQCQSAASQSAAAAQASQSCQACCSACSQCQAQCAQSCSAQCASAACQQQSAAACQCACAQQSSQASAQ
SQQAAACCSQSCCSQSACSSCAQSACQACAAQSAAQSQSQQQSCASQCQAQAQQACQSASSCASASSCCCAC
QSCQQCQSAQSSQACCQSCSCACSCSACCSQSSQQASAQCSSSAAQAACAAASCQSSAQQQQSCSSAAASSS
QSQASSAQAASAQCCCAAQQCSASSQQSSSQCQSQASCACCCACQSQSQQCQSAQQSCSCAQQSQQCCSCAS
CQCASSCCQCSASQAASQCCCSACCSSSSSSCQQQQCCSSSQCQCCCAAQAASCSAQAQQCASQASAACSQQ
CQQQCCASCAQQSSCQCACQCAQQAAQCQCSQCQAQQSCSAQCASAQSASSCSQCAASQCCSSSSAASSAQA
AQACCSQSASAQCACQSCSQQQACSCCQSCSSSSCQASCQQCQQAACAQCSQSCQQQQCSCQSQSCAACAQA
ACQSAAQQACASSQAQCSAQAAACQQSAQSCASACCQSSAASCQCCCQQSASQSACQASACCSSCSCAAACA
CAQCCCAASQQCAAQCQSSAQCCSAQCQCCQAQSCQCCASCCCQAAAQCCAQSCSAAAASCQCSASACQACS
SSACQAQASCAQQACAQACCASSQSQAQSAAQQCSQSSQAQSQAASAASQACSASQQSAAQCAASAQSCCCQ
ASCCCCQQCSQQSSCCCSSCSASAAASCSAACQQSSCCQCCQQCSQCSAACQCCQQQCQQQSCSAAQCCAQS
SSCASSQCCCSQQAQCSSSQSQQSCQSSSCQQQSSSSQAQAAAQQQCSSCQCACCSSSQQQCSAASSAQSAA
QQSCACSSQSAQCQAQSSSQQASSQCAACQQAASAQAQACAQSQSAAQCQSQSAAQAQQSQSSQCQSCQCAS
ACSSSQACQSACSAQQQSASCCQAQSQCSCCSQCCQQAQAQAQQSQSCSAQQSCAAQQCSSQAACQQCASAS
AASAQQAASAQACSSQAQQQSCSCSASQASCSSCSCQQCSAQCCQAASSSQSCSCASSSCSSCSCCACACAS
CAQSCQQSAAAQASCSASASCCCCSQASQAAQASAQCSASCACAQCCASACCSSQQAAAACSSAQAQAQSCQ
CASAQCAQAACACCCCSCAQAQSACAAAQCQCASAQAQSQSQSQCCSAQACCQCAAAQASQACCSQCQSSAQ
QCSSCASCAAAQSSQASAAAAQCQSAQQSCASQASASCCCSQAASCSQACQSAQQACQCCCSSQCQAAQAAC
AAQSCASSQAQQQAACSASQQCAQCSAQCCAQCQCSCAAAQCCCQQQQSASCAQSSAQSSSCAAACQCSASA
CASCSAQASCSACSASSCCAACCSCAASQQAASCCASCACSCAACSCCSSASQSAACSCQASSCASQQQAAS
SSACCAAASCAAQCQSSCCCASCQQAAASQASSASSQSQASCQQQCQQSAAQQASCCCCCQQCQSQCASASC
ASCQSCSCACAACCCQCQSSASQACCAAQSQCSSSCAAQCQSSSSSCQACAQCASCCQCCSQQCQCSCCCQQ
SCASCASCQSSACSSCSCACSQCCSQQSCQAQQAACAAAACQQSAAACQCAAQAQASQSSAACCQAASSASA
SSCACCCCSSQACSQAASQSAACSCQQCSACCCQCQQCQSCSSACSQASAQAQQQAAQSAQASSACCSAQCQ
AACQQCQAAQCASCASQQSQSAQQCSQCSACAACQAQCCCQQSSCCCACCSQCSQCQCQSSQASQSSSSQCS
ACCSCSSQSCSCCCSCQSSAQQAQSQSCCQSSASASQAACAQQQCSCCSQQSSAQSCQSSCQSSACAAD//a
AAgBAQMBPxBtal3y0EIsNQAoXgR6jTOkt2qvc3goQGvBFUzWrQ9VE5AZuA2a8xd+UIK7IQcF
xSuo/qipmcdGvaSsIbMine4oYu4PgSkpdGrQv9IdlYAW0IZFwMRRrGeIfIQFsuOagmMiLw0i
ZTBe0DghRhaFaKavmb3rcm2uevmIRApGK8q3GKxbo/Me4nBoAoXDvEY03DKOxCCDQjK5xRx7
lJXCFLK3KyA3u6WXcJGLk3YZQ4hJdBAsGFXuXDTKbQ6pIApWFAlyXJR8EGheQXMNfKFk8PmX
3AlXnJzN5MqlIZpmGgF6MGSb6wXLTklDCVGQ01+YdFhAXYOaupfBjk5Og8QOC2tXycSzEACs
exAoZOQ0VwkVGjlNlzcThzywMlBSP/ZU1S31cK3ZTuPGtR8EGmoGw7iCaPHB6lcD46MVYXIL
V7h2JFiwrHrCHTcaBYs+kqiiC+N8SssK5aiLVY8FzVJ3a8vEsoOiyJdhd4r/AHEAk1LvqFF4
AQVU3SDsC+ANRGh2UxCKpoR6l98j3jEagflP/QZzCbs01WJZMpFGVCFLeDu7LLCWrrZAAyql
0Ndy+MA3dg85JmEFxKxg4zE3Agq6dEvXqEvO/wAJlh3bQqaSGdxADz52iMqlTNdGfuKgjB1x
ckOnJPaYmSEnj+Mo9Qo2xDksdsp9SujRHR/yIARFtDWJQ4bxN4pO7l3wGoEpTneoauSOtr4u
NuI1ashiEGADsU1nh+oYsDRpbe3Iy+lDiUb44lwLKwq70B4h3cSuzpUV2xti8DniVP7VikNR
MPCq0SizuMHWgenUxgivaVuJNcXQckQi+WoVsHLKaxLMieKi/h2QT1zLrlbCOM0PMZOAqoLq
o6C1Eyq8lhtCWwbHrcO0Dm7EHhjG42YrLVkEWqVssZvQxjdw1LWYVdOQ3l1DEwG0yilEbfYg
6EeQ4mVhZ4IBbYK4iXIYxGn4jMLRscTIbIt84iyhOZa8DnV6+ICmCqTmoMG7a5jbQ0o+pajV
zOaYrYRkW/EwyEMeTGUCIZGfiFvEcJWIAQq90bLimlncAaOdXmXqR4MTZ1FXJz+4S3IX1PR/
r1BZW00eTiUg3WMgjWBrRVcdQSFy9XV9wKBUpsPqBgFKtBmAAWiAzSSZfJAtBkpQY5uUkMSn
B6kCaVXdRMYYTfGMrVUSuycIpA1ct111FwzFWAmyJL81arZruysQeYLGrHUEvbRqo83uHPIC
7C71jmVNY5UK6qAIdYjiZaJRsB0xWASoCYEWrHWWowCfINmjUXbvBwGQFbYR2CjNfFmWXBwp
iu/6h2HNuW63m4j7heRC2GZcqWSRX1VY8RUVhut2QQiBLKEHziWrOHYy44zLNMqaYcIZvO7h
f9RQyFbHDjxHGZDVIem5kcGCN3usQwLG8V8q4QXA7FXpeIGoK1YPMURtCuK6LVQwAY1e3HQv
UIhuBYv2McIVWW0HD1GhbzdwIS7hVX9RLLnQtqFIeqT8sQyR9yI166XsuURRsRPi8x1Eu3jV
EUDV2PGYgxazJzEqpDZGJldGIIgHg0uZBoG1C/czFS1U5iug1o8QRdlk1AwNQAAahBuYYOcs
uwF6bi6NhwCGYha1mXKTB1Pf9THleATPuKhVWmDNwauS8BXZeIQS61O88QGLcFlp5loBSzeB
uKTY8nzgqXSHZ5uOUMhnnuxjVOAAAtwu+qjaKpBbz2ypVTKig5YaibVn0PUOwIZdJXHzNbUP
YbKleAj0Xq4fFHJoKPEetSbCuDUJgUBbQcZNSgu6Fq1r7ZeiieM+W5obNLWbfMzr1QW0cV5l
6xQsIniumCsAsC38oa5mpeRDVe2WYVmkp0b6lCKoiwO3xFxaVgQYxnMKJRHEGI4mBvIOM1B9
QUqMtmofStr6PMsGiiO1iyZhkVwidkVZRUNJxh6lroqYTl+ppQumk3sg+a+B4uYJpVtihxzm
cVrRFGrWX1G8NtacwANqI1b1bAfXwlj8qhrybJGefvzE4JDrhihi0iQknqncYUEFWuf7laRz
3wxM5oAaa4DAD1KiyZsXMohZDTzZuWUTh6trjcZeaWKlmc8RwcmkW8MxWqNCF21up2HV7Gpg
hAWpimDgEMc/lHuF8mVFvd9SubR9OYORgzX+cXVbjr6M9uIoIpQNv3K1TrKZ7Ug3E3IB7hyS
q4njZocOA23iXTtHJNHTAQDvJr1jqAg1wXF+4UwmlsOxBiG1pgbXTUtwrzspc1csEEI2cB3D
4MAd07cSxNcAKTiWpcs8tK9StBF2yg3FEBkO8m7hlp4OHjESHUYyHRqF21EuEDxG5QgKtAaw
FZYzd6jZLlkaaM1DFmgTH/sd6gFllhixjacMV1o2mY+IkDNs7Tsizm+lF+XwhmNG+Ku5qAc1
wuC5anwZaDvuOCraxKR3C1W3U25qMw8G9HhCqAOna77RguYNDg8PmG+UZOT6lXoZ0Dioz0WG
rDaeY/CBSpnwxBb50TToXRDvaGD5l+03NZ12JT2Fv0+bgJgFppE8PMMEg2gD9QTFEub2eoc2
lYnTqPACnux7UykATSxnJ9xKyFoGsyuIarL17jvvwvIbGjmWEAc8NMWM+Asn0weIOVIHeyoQ
fWpUp+S5eaBysfqFoEOhe3MrBRbcC6yzCAiubaUZaE5BpP5SygWQUePPuE69lmo7KikKMhZ7
UzYl5swAJkdRpRqnUWolOoMLaRACbun1Mx9WNcxhCAuHk5/xNFEEHECoIKrPUaoKxR+4v6Wn
EIYGVYZSahoXxFlcGRR3L+jkjXshGI4lI4XiGlBYsvp3DLGFJlXNPxLhQSBwFazxAYoXTNvc
LiJRdbfaBHqBYY47u4Izmg34OoDbg0O4h1UA8hLm5bqskcHlnmNB4+t0vmBVp5TvuUtAbj8p
UYllHBrmczlYjfGuiV9arLFqAUAOiuU7mitU0WLvGPM2XWlUfG4NfpjUolwoAXBW1wlQqxV2
6dpF3ADStX3K+2LvAA4uBDQcANnxA3cIlvwQKxQxG+33LjiGgul/mNqOp2Ro7uCe1MFTblhA
djWbgC5MwFZxOUcX1FrUL0Y3lmVLFodq7zD+TOzTKkatqYqCgLbJm5wl1ZxETbgawS5QA0Dc
AjOcCrriLR9HCOjlH1yFgrn7TdORMpdU7Ioo1zy/EIAQ8Y93CE0cNbkJqCgmn4j7UIRHSJ1F
GH+UE8bqJ6YpLr4jIzGxLIENg5AzSbqguozwBQqDERrkxFqVwlh+JQjaCTwNx+JVxu7vW56y
vgTmZRf4jtE5hz2SvcjWW8QRIBne+4xeNFfiI1jVwryRmqOSbWAPElaunVzNhUviN8URxG8S
KKcM8TvPVqteI1xWRy2y6hrhzhOHEzRHSismIhqhUvZGZRUZFTo7iru805VsShO0syGqHiVD
Lc5z61AdHEIMl2kJqOMOA7KmPwCacnuWdQtIyActRsBUEwU9XmNFgtyIltJgZmJdKXZ+YjsZ
BhsdXDQkZB+viYNsLWCuQJo4Vq93zGtF5AylbYyBULpVuDuIqeXAviB7qB8rcE20KH4oN0JD
NHMVjlTzA4q5XFXGThlqAOy0Hmua6llRK3LX8ZmOzdKN8O8wHNlZdHu5wqA6bq+MHallMDi2
fiNUToDl5uPwDUdgeJZMtCh/qASl7dwVbUct3fxO6WcFaR9xuuMzLg8RuG5jOD3fMbLSWler
fcbIRktgPTMfG1uAwq9MPsqlgxiNsYhoHNZSFMGSCrAV3KIVSag8DltiWTS7vcBkheoNI9Go
4WDPUqtTTdV3EgboxUr0+4KObaYzrMZM2iLzW42XYoZKsLRjS6ffMDCZ4e3cQuiOQ0YuDrEl
DdEvfFbORq2ZpVlsLmoGhMBydecR1KoEG8p7h2wZvHNVLn+NmWjmiWMC4IPuIJku2wblEXI2
zuCXqgNK3dQqotBgC40BoKpn6jkcWjlm+xgQATCYeZhPKAbscUSt/NEocXtAihLXrR5vNy+V
eqMD1cD3mI+5SJ0J2LI6CLrSI5uDh/pElBDqTp0zSZwK10SYE8UmL8sGZwow+ZUGhBXYHMM2
mOyX0cRzqANreB6gGoWdcDshWgF8zyhwNi3WDroiVKR0UuxYJpZPJvsShfePuHktoKAeoOLb
AMI+IqsRbQtOaiCTiau/mDywFkibY6sYZMIajCJCz1BUIHfLEtFjQeIFlk0mZfunTuMm+hlM
eHEQAhiAaPGIl6Xa6qG8oS7djZWMf7jgThp3UrwOuJTWPM7F+Jdy9Cc29bqomWnpGqwcPiP1
17uEbFmmKWJXrcVKVOrggLV2mQr/AA2NPYchWLJeTQZirVyqM29tW3vcFe99cGnD3mJdRqcK
83CvBqZHiWAwCitsQsBroMEuAQRZXRp9x+gKp55gVoWlYYsQA01V3T7j/QmjhrVkOQgg5+4P
0JvYkHGi0fPuJb1trwh2sP7yUJ05vMGjYpkhYc1AIUTI6BPMcmPFF+XERrAWgDZ2Nw3ZGRvT
CNk0uIPDDzDDrlDfzoh4IzdhOghTC0xKfGo5KbPdeWZaZcoGk3beYoIy4GkWlso0g69kHIsr
JeSVp5oNLKMrhvAHrcUhSrUY9IW6piywvviDiohQUrBWJlAGgB2ZuEjyjew6qZAhgJkdksGy
g4F4U7h4x0fb5izYGNrdME0FRq5gQAPQMSm4a6MjnPqP2FkzYVF7LWd2Q7ItLEH6g5WB2So0
wxdZxEIArwwQ4vH/ALK1We68sOXjjCuIcBCAua8CWGtGA+QP6RGKdDUZhQXwFVyxlNLCDvFv
Mob3xLkGYLRitsbiI9vfuOCCuITMFOOkGCLqslV7hw1Q4eIsOza8UzyP3DZTWsP4jXXGoyTf
mKYN5cJBSbpGvbLwA0EyPUpi4INV53zMtgsHUEBpeyg0mENIVzf2St3IqWtbu8xybDkor8RD
Z0gXm8ZmZG1YKc/SCCkQZa37mDGK+zpjQsVLAiy/rKvrxcauHxcV8S+ttT4uDS6pdL2IrgOo
4UephQIpVX2US046Cht5zr1DooFKyvlddR4SiiQaU4IcEoY7s9R1wK8DWlxeF1uKvD/pDJ4j
72TWq5lIsc0NMY6jTRRbU5RAhYXwB4Y0TcVzF9aVBkTmBvykJgFyINQOfhAZLvcplZ45UGhe
4kXHaMPDPMtwKBgg6IV6WpOR88y3ofqCHuPEM3YydoQGKUhq3UqcUKDjzcARRdKvB8ylfqGl
iEoqYK4qvM5LRaxcZgg0BR1UsUXWvMdUOzqV0rHUEQVu8y1TVtPiXAbTLn6iBNmLHNqU4VGV
jW0I3sC8XPmLAGk09JVWQrUCFmZeUh4iAVMBOW2bDXEQoL4PMvQydsGXhXqCiUBV8/4UDouD
hGseJXgDjAchBQKdPCd2TIi2jai++4ZxllCxDzHShZsaVqCbTI7AvdXMZAlW7dm4JaJLhepw
w0ThuY2QQLb8SzUTQ7rgq/cf1hF7ORfzLJm3izXmEuiwCrzV3DgqCm93dRDF0tGh3K4QNfkh
wdwDAfqDLHZfUB4wCwtYMbENNFDN1liUmKoUWxvGSGULjBqysXxEA6FDxwODiCDtqxr2z3CT
ohrzQ7pDlIqur6IDbQGiHhGYLlO2GltHyQQm6DheooZxAMruGEAIsp3ZBFNSgOfMQjDOWonX
+iWIRNBV8TbDmmxYy3fUPOfnq/fuLGtULFpzHC3Ycr5xKEiNLmcwOXogdka+LgVUDqUkD8we
YpPMjJ4lC/Ve68TGMcoOYNyDmzW+5RAVGmRwyihxDQUzuJNBd+ZXBdwmc9SzQjK2le+4xRxP
7jktW+tX48Qq0UKm7YZvxB1xjgZS7WOgmq02HErVrVCyH3l1GhKLr7monkdEECIf1K7wpiEn
AEaajQab5lfV022PomSNZaqW+YUxSCAAONdxrigwXmtcSuAluyR5d3AKBTjlMTrLXlYGoFVF
Vl2SqJTbS24xEmep5OorFEMOC7lbHGwNMsseGocdm4ZnEpKcMEYxo15RYhhj5fEcwtoC30FQ
vwjZg/VjAIBZpubxZYAXK5gAYbbrL5VKYyoqpwP1DxAWpFnkhgs3KA0YEZw5iqZdIIhqla4W
wWjvGcZbL8iBkOuxmNX1ATdBhSdncoshzWkf+xTtxysPPxL2Ntk45DiE74EFEfef1FjbwqKH
hGJghF01xTiVb9jBbDdR5pCrQEcjLcFdjd/mWGlOl3Cg0dLgeYGstbfuHYMtlke5PV5mMW26
UmXg7SouAN5M3qBiAO6luCwZaMwHApoSCub9j/EC2QyZf6nhhop+5csKMgRZwjShKZQzhpQ5
gyyniz+pkOTSX8ZeYDBz5IUuzavEuwFSEK1K0uNFYqIPE1VxBpVnLM1GyU7jEQjDTDDYrVuj
EAjBkOT3KRemwpF8yszRdKrG4jFpaLmnuHAZLo2Hw9ykGhXnESy8rHEWoLbmMQVYObvP5l+Q
lCg45l7AFq7z7gyl7AfDXEbgFBo4NSmtTCxVYmH6Oh2Lj6VUsHT6YssbHqUc6vpEgCYCWMSc
uWBZ7hywBApe/iYwcFdBy4fiUPRekcnSVbTd4xeTHEyMRRunMQ1inY15shoA/Fg06Yq4LOOi
1bih4KvC+Y6UuGRUiM1tYL0JaALBwKDmFUAIpDdaPCOJazb0meSAkAWCqTWo+uxeQ5c0cwzy
4bBRwQQpbip1mVqqVZo5OV+IMIK2qe9wKkQUZo2D5lEVVOb9Q9lJSGNyOmmblCtvmUAzB5GU
FGFFZPMXCsjlzD1a783C5RwPLxLUjB+ob25P5ls16OokYJVJeLbFsIoUGQHtMy6uajC6zPCk
hpXxB/NSVR8wYHHY0jp9RQ4g8lxj5gt2CL6OXbHWWuWW6oHfcr1oOI3cVz3/AIKKCAlrB9Mt
q7wzY4NxQkNhsfGIokIWVJujiPgpdJioDsVXQzO2LXwrxBeUZNBEShfFIaWMxoIjI0KcfuBa
lg1A1o2yrybNTd9kxogHgnslJAuuHG+ZdNaG1XcVs+KNv5ahEq0uXqcuyWZ04jNM1cIfVJmW
xtI3iKsC12blq0gsSnAd0OR2qLBRpKGOqgBewBFvCPVQ4RWApjiCLtWs2NIjuF7AADR3M23l
GrljzFqrgvPhhmeJEaXjEGALbWM/zNNHS73RuVQMOHC/3N3tUmy+eIKplW9tdrjwAnmjpJmE
9At6tGB2qkBTyjdy8UdZV13TmYzUV0c5uALZdmRdQKyVS2xsuWz2o0F+GlgI6Osww1YQiU1A
2nuZGCXjG6GcEYsW75ZYKL1fqXCRfGyxUbeEoo+Zv0Vcpwuv1FYXOUrTGLq0q4rYGKoSsrBd
9L3T7BHvPhbnOLgOhF5bspBvCHcAuFDqAARwwBmrNXALZpu07thSdcKtnwx4YArYL9RqPr60
4RlRN8NDU/1GZ1F+c5i07nGMFslD3AY21VNR6SpKoeZgFaRyZmLImrkTxLIyKj0Allkcvmr0
TRB0YSti7+ILxAFyu1v8RlYFrYke0L5IMg2ZHT5hZEKiuV8TNoNl2QVgU7TceXjk5hkqTZZe
ICRHboYpUfVBlgPupXpVmjy5QGeCiTn5J5B1QN8iA/XBkb9QWkzXDDXBsfKNQaeZcpvF8Rqx
CjiPEytbcwtQmPhLB0G8hjQo0UKrx8Q64wVW27ZfNJQ4bxiOHKbd7SIyUbvu+X7lSBbc18Eb
MwXQ5DeOJZBi7sCeCQpzIWbDzdR7CROmslt8xadFsreGVipoZijuA4g0WWc5vEGSbmqJ8RuU
MpbGy3xD7ASC2VaUTeTKWRPDLVbbitZ5xib1yzUYx82zV0MIEmxwAnwGtOtko6I0NI1pOGXb
PC2tbIrQ2YKjaxpuAN8U5Benr1KU2rKVK15xLsRZQGDF3aYhzWGNJo3+5VLiGJXWsHUWxUYQ
vM2UW1diNZOJnBCrRa9QGmoJugu8X5gAcBoXys4isz0S0HmuIwMgXPGX/CVFYS1VVCUMLDrg
mWM60Ea7grgdGxuY2HuChyXDJbDEU2Yj5C5wAZSQYmCtqzGVjcEN+7nLH+iFu+7VGs8MSqCt
pc4N7gdQtq/hDqPZspihnEqqQlRQ80hUacXKpV2FclwiMgc9x19zmKloJddTEw4VjcPNw3Ja
FbemayNAF4INe8DawoRcM/jaap/ZF8/UgfDqO5nghnlvUHtYkZ9EZryYcsGS8vqXuhtcHwRx
E2lFI9TLgNlDUu5lZ2PcoisUyqBVdgN4jdUyBeSoFKCt8niYAR9vzLeULk39yqQFN05p8x2E
YG3WMSpjtCueYNXdvJ2gQzFatLPD6HiFypQCDjnpKIoYWnY54hBh88k9qCA8fwXh8xLEBlOX
W/MWjEDbQuq6uMEEsUvQrNRdWACIXn7lyjTQwrJFakAlLFIjeIZgCiog3k17jkZh4gx+I3kG
xdS56htRw5V51zKKcdYw0jA48aVxdnqMMBYOVw+EEBxAjGsQkFDIq08D3MrEa6lYqgxCNBpP
l16nI1y4U16hAXQtgUV9SkQXkYQ8bhlRaMEqj1yRF2yL5bx4lP8AiSxVCFNjrfDHMRTCtWpb
w7jRCwSqw3eoKeYOgG2l2l6Yedk7rpKNBMqxd0ioYLg74RzbDQ6iwoxTdMAELWkufQReCVrH
HNUcKomynInAAbE6IC7PMt3Owm11fNwVIoisHRqMGADrXdbgurTDa1L3ocLyXCjAi1VGOYqO
Akso+eZSoa9/LcbFDAJJXFkytz80h5S8LsmreCIVCKD5TsvBLboLLasC1CjTd5GlMalDcu2g
gQaiUDyFwzSMBb0hYGoVTdZuNYU1w5iqrTOIIa5y+pyDeiVtfQLVYuMFARsSVLSF7fPiWKrH
WMkQCJQ+Ut6VHDhzGAKDYKqDyCQArxjmCkNiXPviXoE2a2d3tieIqzUOC5iA6LQcY4g6RVDz
eo1ZFtWkGU8ngOB5rcdVDLi2OZRhhkvK3Bc2Y011iLgLaLlt8wPCnZk+5fANDnLmpUqrJRav
NwbQcDyHFREYewPvgqXqjKlooZsdcEy4LiovBdLHotVg6oJGWjnAwOIN7RQixXDlL9yDoALz
KwCtgNDGb2wXLbW+yvUVEJZ8Bq77m3AtdtHxzDQMwXfyL1BmZArhRRX+K648CTtYbucMKnbW
6GVC3XB9k5iYQLwbR8S9ViwCgDvMuBkbs+nJFaPaAoYBV33EeaGVAvo1DQZG9Y9O4CguywOg
zVMBeRTiV1LbqOYAcSlGqzKGrDxjiO3Fdq5xi79xkeIXgnVRr9izxcWukOkoZcMeJVykIPXd
cQC1CLQHJGgdkyFSwcTPTAobExHiSK7Vmg4TkYxbBsbvsLYtxoQqCbGv7h37tEUbQMXKY6KI
EfDxDASymN5oqLBSAoBpEt37gJFL447e4rdVeRqI5PZsqWJazyxHc66NzgpxbuCo2Ng6YmhG
twmAvo+YMxaC3YZscx6PJyCO3ECm0uheS1m92QUOaQhyaK0RHN5qUjIPBnDKosAZSP8AM4kp
bh8yyRFlg6gD4l14rdYRvNWymodwxQBrEnde4VQRlum/sgUFhUti7xZxGUxNI3T9bmdL4AYP
cR5wnNxgADMDaKNK24rAcQLRqlBw/wBwIG+kHzcKK4Ztkr2VGRDVrxHpzKtqGgpNVzCKjbL4
dyQE4HBoLuiM4KDRDxrFwzRqhZq+M5+5QZAsQNlEwRSqsjrhqGNpHdZjy8xi1B0js9JemqC2
3I/UtEKCiOxU834mkLhhWOC2ZAZlEj2aMEIdTZdAS8FI3R9MRFWyM7+FytDVXfNneIRs0dgy
fxKIEmLEMonLB3NVTUcCAwrkttdEMja8ERfdtxcoGxWudSxyEx5JLmNhpWpi+XP8Q18TNq3i
1EsrywKXoCZEqMWwgmAOjuWRpoNL2QjQueYTlYv9W81lpzBAFNoMHE592R5HwRAsUQrPAEZk
HkwPNc+5UoBJiHL5j+isreWW4NDQZRsBqFUAFL48neZpGqpRI5wmANrfiJWgUShXKdxt05YF
QTgALtT7gKt2uXpLfj2ULPC7jN7rf8st1cSZxmqf6xR8kC6eW/xDwMBVV1aEpp31RtHxmFk3
SgB2+YZBZkSwNUDmGVipaRQ3glAjg7V5JQVpZ7pxKWOUAPolKrAoyZe+YomQOrUO8n9wMoBC
3T4i5gViEz9xGWO1cL4YZuYGp5K5lgDklx5xuVbqFwcfNxUuuXxXtDAFE51r3qFsqNC+x5iV
TWcyLrPUAG2PpsnThKXvPIMRIDZNL7l6SYjVKeCPZKIqH+oAUEGVV/U92ipdnOH9xmDpKVWd
ViJKVrbHLykJ4q+qDkGXN31pQascvxP/AFX9SpmDoK8/bNELZAmeiYm2F1in7EAWwKYYL5GB
ikcZABv2/UrcvsLTyp3A7UGmg9UxiTRyo+azFaBpLX7iFG3FB8+IaK6oWs9BG4IvazYHiVPv
RgL/AJmNs0WHxDhNBr6liDoThlwFRV9D4lDQBzqViCbrSO2AoDtWi8hb+osI9QUBQqaWE6ZC
ps7CqmNtAOTTkxMVZcpS8GhUuYGX+ATLEMmrNVLO1pePhkUHceQVpFTORdysoBLqCbqDsbFh
ZVjqLADedAeLbZdcjArk5K4gidsHDiDMouFTtA7b2WbXJ2mVxjKpoY6VKgzTXpElqBBwcAZU
NotmyUv+IQ2bKWrHw1AIbjS0YenzFFAy8qPgagI1sPY8oTCQ3hkfOIMjPxKorVVGbArBx5eI
7ZmDVYl8Qa2FtyL6i9rcVfygorY4MAPg5jBEtzj5EBnt6CNJ8cR3AmLJj7IrBGRt4LizVYNF
WnfcMytS7v1CDACyq76ZkoZUJRfBeICKAWbUFytLKXXwosMiC6F13eZUVQ4nP1EAicNlRbaa
21XOYgYDsFV8QSE82C7ynK5cG140LXh2/UbdZgzSYzdKsIiB1y092vEMr9heB20ZOp/7KO97
sV/DEa5bAYEXjUJzFZbupipYTBbXgWVOYYbDHrNxoQhp3XGqxLJCgMqfTKUWioF/cRtovAL+
iYmJFGw2L9Nw2WIBZ8LMx4SqDlo6f5hyqNCjGdNw1FwdlXS26ag98EzaLpOIe+IbdQovnqoF
Wmxcz3MI7NkQNUiUDSXK3513gV08fEvSFc2Q5EudIJlv3M4xxd0U6g0bLFPTTbGx01mOHChq
ISuDm9IK6h0TSuAvaM7mWhvaaT51Cexmul8DFUxMA54S3yYN3VBohNEquKclOTzB1FGEpDi2
Ek2gFj8RtVrgUCwKtTx/bEaCbqBX74gKvHAs6MqcJqsH+uo5bMyqJXjklTB4cV+SIEjFsx4M
5iFrMBLPGRxHQqqyovtmgE1gGjy8MTRSHLTUPPiJIusMU89w0gRQqZP1BwihXaXtYyJBpGzX
2mQgCm8C6zM9TdqYvUujpNA3RepQkA2m3dXAEWNwKb6gwieNNpKbTMrWviFqV9Bp5u4uxlyb
H4ihSGMFA9QcgOFa1YEtTWbmjLsWOYFbK8TKDVWhR7i5YAgy0c2DWYknZqR4yPcHPvNXwHn3
F9llcC+zRDNRY4M4YOKn+0P7jAIWy1ddeoShiwXbxiMCiwVTI9VHuNJTmr6n5m5N9Msqk8Jx
KfRZRhzy7gqx2efUcvrRfALcbYWHNesL4hhjDUN+iW1mqcRuEUUjkSal5dR5BKb3bBDx3Enw
gR5HiAJuWQXeh5xmEhxB4w+YWWfcZ8bDh8H9RSauXk0eGCgF+yuxzBoiqLg5Gu4liD2YXFu0
86q+Z5xcBaRyul5ab2MH0EsGhzqGrusNr6uCUqqAOMQXop4AC/BMaWsNFaYhWFTtT86gzT3B
UEUFB2TXqFYwN2ar5iBNRZHJodSzgC6Vo9kyCaCkDq9xcqdxQcNdwbSyXAD6VAquYrAMeGGx
ohuFlcwWJagbovsxAcQCpWrxL4l6SlKciMZsUsVRrogBlhebvzFAsGhuXwR3Nz21TqK+51Tj
EIDNyK78y8hxWs6QvMhVtmvMXAhWjB6vErUE+p2x3LVuUFw6eqhZNnq7D7SlTb0qGPDmAKzS
rq1T5I2isRBwp7hZN0rbXwYOQC22ywZfC4RhX7ic4gRoussFWZs84XdumE7MFaMNfMeEo4Cf
VR0CtYtN4qtYn/tpql/Ap6mHmivsolFhYoXSbHuGgw3SgYJywnaDlh6galUq3l4ZQypiNq+I
6sJm8quomC/hm0nLwmg3neXmIJeMyid02l9QaWiNuAwUIXh5mO4aBQixg9nUI0OgXqKGAgs1
alyFnHo9x682swW5IJLDsgBn7RCStoUA3XiEBvFTbwPJ4i3VABsxzdfUEAYGqvAzagZYKPED
A4aAWEQicQg9nkQfwWLSpmBBrcoCM8D4FjjO5uoPEWnhIvZnWzNvmZUOTJv5hNDmMHwJRxVZ
LpfiUIbwBC+ooTApbXo8umIo6wl7U5JFJap9MJY5LUcnQRQkSo0Cz2JAhDbZtCFk+omfMHl9
mEdY4zBPHIG1vslTWvkN+blmxYGwvWYnn6KOD+Jyq1qdESoulTZx6REV3rwub3CKNlJ8Gpbo
ba4H53DOpRxU0HNXLiIxBY9cIWTxDdfYruUQpuK1b1cTIWphEXasemrZLsPkZuBaDRLtD4uJ
NGFrm9imYEsTDJj1UcrfQc621FkMJcTI4pjlcorpEdFRgG9oHkDe+JQLW6N34qAgHs5dWJRZ
umXu0vGJQT3KLg8D7gEohKWnfMTSNMFRnzxHs2UoMxpwmrVefZCzdk7Fe1ysBAq4T6SXA2hi
qvVQyQq3XyD3Ky6EFpVOeDxG3fxF2YrJDV6tJ1ca9XlwxgVI13BZrdhQ1BbRW9xjojUWHBSj
T9RiWIcAvLvctyEwFrWb8MqRKsMb4AgzFFpY9hCoGdgfyGNRskSjJhxR9VLkLtR7lZgOMltf
AygaRctL3opZYYgIHDqoCVcRozbzN2C2AAMaiEtDZeqRxi+YtSDd4z4Z3KNU2obeEhUWpdXp
5aja9ilVxn1ApUaDieLl7adlQX4GZtBOGQ6LCykb3DpOgTSrXDUHciXXceCoiyLOVRY83E2A
fFYaiG2OF0+IBdCoI3j2uXCwTIr48wGA7fkCKuQNkQeVlGko0av3MxpKkZE3GkCUcUZX1c7+
5HI8RcZRrOXtgjQqsBdnhm1drOFfMSzAKcD3GAwJ5n6igNBtSXnLzM11DtX4wMNEUyEqnV3l
myQ0jk+czwjQuPjUAGrDLj4KlxtFmUo2pBXpBCrb7ld5Ud7BhL4haGBalg+5a0AmHBf4wCPh
oaXp8wFWCrtni8oXYZEJU4+k/wBylxQOHD5s1LgRVZC6dyxR5dYX+pmrURkBZChWQKMH1cA0
Q+DkdbQzOFmd2fE4O/IX3iVWZS3LBu8QDL5qIuj7MPUoArO70PcVJ1vROXteoYFGNwLzgNvq
VwKBW+rvZB9U41WZ3iUraBoO7wXzLxhzVoBa5lTl3Q0tLS8w8Sr6rAj+JXFW12No+463r2wS
sY0bhaowHCt3USYFRHD4Y+I3JfO1kLMuqQZ338QVGq2i0HklSUnMZS2lStAM684hqGaMObeM
QqLA1osowsKto8Be2jEzO1bTTt4mKvFq0BRwXNPxgbW9wlqCIFKd64hksC7Fg84l7BcMC/zH
EtRhpsvuUSwBWxjqAWqxgc388RRguwWz77hDRLqR9GothgNC6H+EIeDdDWMOirgVRbdHhG7a
0nEc/UFNC7GxynEFcCpkLvKoQjJYi3LOJe0toMV/5KVVaOQgwdQ0nzVD1mswRF2tZZcNaiEE
aagHaOYgK/mCxXkpiY3yyuD2DmU4mug06NwAxbLTDoqrqFJReYxvDmUoSq5iC9hVQV70GwRz
ec3NJBQ0HfInmNa8MOSriDrRkETP4QIJi2itda/cuS2mnp6gYvgo2dmZ/uCMgrZSAJQ9y9CF
FBJgM4KZU9EExF2ML7qIQtr/AFaiATxpVfOeUAzlD4gdQng7cy6aOI503fnNJtXPpGpFNeDU
SDtHKXq4iqS1DY3TlxAQCFsKXV05rxBh4l5BLpVCdegC2uc3UQo1WtnTwXLbwyF5HKvcsoMl
wMoqtzIrCmGFGNxAsioMWbpKj+8yFUr1SCsgKbyWxD9xCsBCyoS6uQwQ3n+JcBpW+694iDxK
Y6y7gAQuwUtRuAUKSm0eVwRrBU9h4JRB4bEHBXcamqGoLudkOEoX+4Dxrp0DlbmpPiHjVQLZ
NqJfrxLgst2E4Sks0FzwMK4LcwLQSCwb7Y9aA21VKdbgdAZFLF9v/IlG0Npl9JbIFMhQdlxL
XgdLVzXaXu6nGKfhjAKWix/CCKw0H3AMowjnHC8ygSWwJ94ZYDYFCZ4q4IQvIt9E5YkaB0Ws
71AaMHblquyIlZULxBXiJAGyVrOPEuq7AYr3hcBlK6Ks+RlQzS497y4JdAX9sDxMIqjPj8KZ
VGkRchpxzLleLMHjtVMa6ALvtxh3EEVrU4V4rE1GUbDKh+EFU+7UeEwdSi1QdN6uYNm1ajjX
xP8AS5VsVTwbt5lfVAUNc+cEBPAzPk4mYm82lnlcYjF22Z1XMHOEAwOSnmn5Yath6lJbFm5T
nLUJeImQ7jBHgJeYOJbC2rjcVAlhct+XiOLtsXfVyoVWdAD0gnoZrTK34img+QDORz7gMyIE
tdYdtxKwCULHFAYCbDkAFQGIqowiLzcZYFx2m33oNktnJTQtOzvqJsGiS08IOFraoorBCEwK
1l5q4OKnQChpobiDYS1mhq+2BYGqx0tIxRYDb00aCpTwEKrDVkXG2VRMDj5hg0SKZf6gARYb
EAbquIOdKWU4pcw1CxmuFuKGNwqKtiec1+oYX1MLS534lonSti3uYKcxxYnwqObNqLo3WoOg
JhJffiF/gqrwVe5hpleB5Nx4pnoW37jggXA8ughxXXNBHke4ubBdN3wYolzOnZnCOJziOENp
zQy5gjYa9mpdBe1CAx5ZyAjmttc+3qZ2iteHoo37lIQABmGMkIctgrN24jy1ZjxRym7jwBZY
V7IgqBgVPhiICngRFdD3Ew1awU+c1MPCCKDVukYUJSrHgb5ZU5UQo01zTDGi6DF6NNTn3ybs
0KKIMhasGXept9Y/QLaQOgzCiDNz1f79xLYFwQS3GVg+iBCILbbfJcfvDVBvHmF0vzRjwSoe
W2cmZJQQDV8RykrW/wBxjcMWVphSEU2KHJKroB2+5gPRrwyxCFcovw8lcxu7RWNVHmBynYuX
Dh4jAZakfY9QUgFgINfBFRaoKCuNkBZNGGbDOHioamJ6vJ/Ew6hdO64MyyzlOl9vg8SxhhA8
2lxgiqfJH3BIi8uRd1DvYXIv7XGY3GqZSjKGoojEcmn/AGVbAX4Ou7I7MAlF1j9I+gWAXMcy
DOaVAdx4QeSfgeooVoZMLjgeJW0pd8L8MHVSOAKTxGEIFFZqj+YLEkBo23VeJlCVQJvpslqJ
Kmh7yk00BkSzwvUTaYyXItP3Kgm2NkxpqNFYb5HPMsHNtkfVG4n29Ogcj/cWaGDGg0EfqswG
usR4AF0I3yjstwS5LGhVVHnUImKjOpmxlpvUomAXLcHpHeghWFHZKayE5KXNdzOiwnjmANRY
L1VdkZmdwGl5zFWhcDquIm9MBQ69RXqBSjTGICNVENicY8woAHLvGYtDrQdZ1ATWUBYZt4gu
ABHdVMU2ittz2alpdQj1ppn/AJMbFgxid+IpyGKTr4hiA/yJmKZ4ihorxMDhxElmx2ShIrNM
3IGwmvUuFXteccZikqSUdWgNNZr3L2UBwTYpzKO8AVXz+YstqDrNtY5lgC5NNB1zGZeyBZbm
/FQOVV7g5ROITGA57+ozLKtQr8wKA67h0fMRqgMeMYKCVNRsXR0Eqk2KAyZ04SWUVFab2Vfv
MCAsscm7xeZQ1wyPPMMqqjEw4riLanVUHdkK3obPhVQLMW1CK8kxJcylPODUwY0U4cr/ALiw
Ews7r3KhRRWKFfKJsbU3t8zDwWEFejmBLS7WL0ajAwsVhopiFDKaLbo4INKCw0J6zCiqwA34
i+QBW6ufMTqYAx9okF9d9YgaIBTnAQTCKpVdESKFM1VjqCgFMLSCEUmh0hqLgK5yQIm2kM19
RTLSNN4PmpS4AFK0vUryGVjNupYGVKi3rUU0imGhzmIQzNPZEYcSbTzKeCeF37lCdgV0PCoJ
BQZVI9QAChNUsXsym7ZpQg9TXgOQo7QTbHPTtoHl5Q7EFjorYy39Kszf9pduFAwWv3CWLMpL
Wp4P1Dl17EprAeHcSGDmai8MwiWM3EFubdxGNsCGqvEXdaKSsvUxoIecqe+4Z66NRu2zEPqp
lQ2ZtEX1bACnpuMdyLVbYvTEBRRwHZjUJUbkUFry4mBYFspXghi9ansBm0m4/NLiAvY0YrRX
yAOT28RjucXJxYuJjylBTZ0Kc+YcNK4wKmTzxFWyGtsCjuXVHM8r0kQ+pQWK5wVUInCliAMF
3qHtlUdSxoyi0PEqnkLRzfggwDTQsPEQYFCLgWDlFTcx9wQNrtFazmJ2BaCBcuZCrvw1iOVK
wAqGQ0yrrZCsINcq+o0oCgkL1mZ4FjkUDviCAWxe7mV9S0CmExDLo9eZzYZo7uFDSbUwowRa
JY+S4ZALyObIxuLgB/Mai1WVIO1jNDVRUrK8KF5xMgS3bFLBFNOTTmKhpkXL3MgZAFXP1LUM
puI7sgQXAM7KTOUJanTcHW2UXZjlI0m6dAd14l1bBDRkw45zL2PtirePCb0m71Wi7gvEtMzL
wzCV12k9sEWChdCGOCtTGBuel7uK0Vp20HLP/ehwy0w+CFxL57gH+LppTOo1WZReNwLYhYAb
gWQhrPSwEYFVrH1B+7eAx+Yq2FSYocL4SwwIAP4GX1LYIt4p08wmmuBt2NUHiUBEGubezxKz
AAWCrxZu5xW2GnprMoMpEE4KzGoks4b5wSyCAxwnZi0oREy+wMsKBlbk6+MbJnO6bLGaJ6qH
m9Mph4V2ykGCXEpONQ24S4pmi7SVGMBcCu0pUJti16aK4xC0N1Ercc5lC4ltye4NBQ4rOoII
LGmoEhpaBmLavTbystoIqATEpItyzZApWxfDxFRGW4P7hRG2sTbHVTBM7Lf1GDRsGF19RwgK
ycTllIBTIN35iAEzxWYwbFW+pV5cSIAAsN0jVLDVvmX0iF0LLFX5DVEuRO3RM1LHNVV6qWQ/
IvUQFZbe1/EDpVLtRxFviJjwncbJOEEyX1B7jQHCy4bYC0LGDuOGVwqhb63EpmgszX5iBYaG
wbee4vpNWYe1FTLV4Hh8/Er/ACfC6qP+OrPbMEADBWXyxDG9Rfkgjmo0G6Kcs98AIpGuCGSr
OvmVOw/wRQQbDmtYiDAHdtX5gotKLMX71PRhGxh3csCkeouCWsNMYo7ZsrSLNKYjJwWy+KOK
gV0XAnW1ZZqh474OUOxYi2Wsq+Y8MXqI3LVXFCdBR15jDrpeQGrhpmb11xBoqaSKcuAO4420
BAgayO4GxIamdYOKhNqU8UCoLYhhcFKmlA9wq6zKBQisGufMZTMQLfbxKwejgtWaM2sUiDIX
8szIMrjV2XxL5BUbM2cYjCqQUKohFU4d9mFUCnMNicrbiC7jtHDECFAFe4YVQLdN9QmBMUPP
DGW5g23EkG9gWPEaVCmFMoTCKoVZipQkgUnddRaLaXF/EGBbbHMZKEYcj5YjACVicxXbPRnP
IwEdgevzHNWbCJegdp6XmOtfl7PDDoaGbNq7hIFOQP8AdxIILk/8g0FcMAfiWkNhLggPyITg
oL3S7gkFgbS+GI0pQb7Fag2B6NW0ealMQo2YLui9SjAAZluaYRZ4i0XOZlqtRDnuoxzn2Ods
IFdbOcHNlTRQELOacwAQ3XR4P8awDlJeGWO/4ivRiZqLDzB++0sEVI3DAYgWnq6nyMboxQPa
mmiOUlOwowwmMC0kdr2Q7gwpw6uVDMwbK1RiAzIxGXwHmZQeU0QvhKVeybK5hssgalLzKCcQ
Ru/6ZnfmgLLedIeeqBEM2beJhQMGyPPDlxFLgXOZ+KniMMKhnGe4AfGmgVa0rdy/StkKB3XM
qEomuX9/mXKuEDBgXkuUapw4rGiISy2WatyMRRtBC67Vcf2wX8WTINFOB8czCwlsPfmCghb5
RPFZD9x0kGCjn5jCoVaMQqlNrXzqAoEDLii4DBpdZfBmNansx3glrSirDTn1KAFcgb9rEqtJ
F8jqIDYcqLXMwNBjs46ieYGj+iMxyB1TwwchzwP5S6XjpfEGKrMAgOr6VgULiBQzbCZijTBn
3Hg0tlLnmIwELs3ZqCT4FFNQItvKbS8dy2TYVM/uIA7+JhbKqJkp8RlwEFireYaTWsCkaxLl
uSkB26eI2z6jetxloVkaaQcxF63zQyLDzIlYyJu4UeUgt3niXX0rC8rP/WJlJTSy8pfBgAX8
wW605iFB88Rf+VJHsF4qXPFKticsoSA6Ab7sgoyXctJy3DYlQoACFRLaBi7tPUMtKyjHphHM
XMg4xqWByLFAXznSQgEQ2p9sufnnFuzSmhlQ2HiilKMXqJmQaWWvFBEC4EqsNCaPG2ItMtYy
b4QXSphruWuUPMGbQQuGBzL5jwt66mMd82uhpzw1KzfEQZrbfMoiIHA7oUNy5aRU1a83nEYy
oMhdvmC4jWx9VKGHFyeDzF1SbcsQ7CtGbwyxFBnYjpBT2qMLMNnj4iLKZcsWxvwiuFTcNleh
UyJQNOL+puADeOJU0AyL35g4Jc019QdS5duH4mChwcyou2C5epjgYsFj3UPrayNsCYNeaMjc
2Ou1qpuAsrONFatZfEpC2KGtP3K6hWGYewtz5/iX1SaUt4lZTVQn/YFCFwiYXu4gCyS3svFk
GojQsQw85gszbv26Q/bBK0REmS3itflK71KsLjZfMQcU0vIH3LWVKUzfXxGUOQN1KVFAAOxu
LdcMU66qULKrSm3eZwIFeBeyX/0zIEA4oigdO2E2zqsQYK6UErzUtNWLQ+ojWOUIHGbjZbA0
bewmx2S1ghl29saPxM48wwDeTUdL0S4tvN9wNvAsqmAyZio27imjR0eZc4DlZ7s5hDVS3Ra9
VEjOCYqmzeogKKMjONksyY6Lr0YDIoaKtgPM5BCoetlLmgCtUuVpJUNcSEQ4bb51EM2ID1b0
RF6JV5diMx97rCCxrmXvA45TxzLUTGZqitLgZkhQV1rTHc2UYefUMHgk5HVx4LCXaHhjbbYt
XiumGFA3Yr1DaY0RevEaivJOoGR2YvOOZYFoZDFQ4CiIjRFri1UOsy2h7JduwiEGBcPUwo28
PPxHGTe+pQOE0gq/c3PhdGvERYOxepr7C83mIwRW1TihmDoFnpxL9aGTzUC1bWxVlDmKKFo5
CDYlRTLZ3xUZC6AX551BaBrubN0SyRFpdt948y4ukbVUvNURNNSVqtchi0qioMPRVLSqRS6d
5auoyEhHt0xp8RiVblBvTyxY2cOCvB3L+4wdbnliEvWhkNucQhRTJMVe9/iGBGNm79sNoyZ5
WnG9RpUdLwB1P9QxTmTHcMCKYwznUKoiiFhgIZwKvuZPwtLl3mI2nAFRw1dwUG1sFOAgW7yi
1O2qx3E+EBRQGHPL5gdQVs3bBa8S7Q10TShzGzZkpRTNC41Q3prmpfLVTAa8jgl0E0U1jnEu
WrUgImPMISdghS8vbi4wYqWgVclF2okXOIWGww0+piihyJrPA9Myk5QrSX2NXcB94uWNAmB8
R1abxsvK0vqUq9IICbu8OYpakQrheEj9RBx2IQj1w+ZoCQ2upp1UCVqH5RJ4ZadsLOdOiJar
J1plYq2EDNsrtwMqYmQ86qyR7IA7MZ4RyHdeJUpSRx4dwsGW4dyoltlqGUhwLK2YdTJN222s
xiBtr8hjUU93qM5BKlWfmKVKcUxabY2bD1DcvSF55gDMXnbXmXwivBrJiVCBlljL+ZlZGjPL
7hh7grVgai0EKVV9xUrnbwWUPMBS0gCpjTomYUCsAHaMRC60p5ORmNOqFnaaLOYg1eL5vsqP
qSkvFz8xlrxaKS8lkaiKMvftCVnUWsyIWWaq7gYiwaadJVocBHDV+4G4tUVWPKwQ64474hWP
JXk73r/CHe3vg4moOaGBpH8BdSiQemVWRYWZQWdW0B7g5OvKxcoGb9QRBLLcvjkArmHTyoWz
XGgvuG1WvybOcc8wVTXAS5tWfUHNiZYXnMS8ZhWGM+tkvREGZ5AudJhhiQGWrGnGBgyVWTFO
8QIbIkqvCFzD1EaaDcQ1KAROIoYxAExyGzm9kpzMQ1jfCZD4rPaxiOVzFCAldGmHbkjet4Wa
9TSAxVBbBQfzKL67gXHrZ7jWIlULujzCklUgfg9jcIReF0lYhFt2bl1hlYsjZzFAGgpvjqUb
uw5OJmhDShz7gcGuIZu/EMgVWroalpdTRmZ6h2tHBv8AMyb2W2DGKRzbVvNzAEM2dvjEOkWM
OB1LFJHPt5mJDblbEodD2OPiIxRbUtRnibGQsflF7xRF0sFVP8JkrVVKLeZcoWKLOMYiTiaW
FmtvMUmeqYU4ph5tBCqOL1Gjc1zX8xAAbsKNlly0aK2xW1VVxizNptEc7NepiYEYXTS0OfmP
QKgMORYB3RsRtB6ViKSsxEaMf9lc5pFvspcwn0w5unYLetTfQ4TWQjW/mWHLhlQJbVGsweCD
cVlhuAFM2JzEylxkdjLxGikWd3jeUn+kSjoXLakpNTljQ4TmKgqjEdIb4WvcBNVIpB6M6hq1
AIoZWuNfeQrbPWaal8MSthNhqKckq6Q7iypCyYWxuqJcNRRdrB4OYupZaqzTZNvcaB5MrOLR
lrjMQqh8eraVGL6zaR3T2l+LUIK1wFwy6UoLKtwt3MqohZ7BYtUEJacUw8Gz1KNCreK1nZCv
93VcQ7rjCBYjQVfqYM8JfMW2NxZkYYGgbxwSmqUpQoa6Y+AIsbI1ic3BXkWrUZa+0vURC6F8
wVcOKy5N4eog5AMlPvMREIIejmUcAsVpgmkrM2ziKCbc+iWJFLJBs7uBtJwWLdS9nbAprzBY
NvO26lMs7SAF8R2qBRGH3Dd7MRbCdsbK2UOqhq++t0+UCgq2Rn2Q2sskZ4v3kvD5jAApy4jx
wltS0BIToTqswCw5wKPMqubqrtdLzuKU3daAaViKs1ZUxnNq+IiCt8fqH15Vi/W4pcNUu+i9
Q66wH5BxEFqDB/GXZE29RJ13fuGWNJeHR3FcWwUcANYjSY6ygT1zDy5MA5eRxABWiwo8qOIo
HzFqnJZLObLjRte5XfXnrqnmVotWHyyB3OVIhyPIYn/rwcDgojLGS6VwQHCbXnmXQAthO2Ve
D3K51kvHmZRPoQHF5qJe2merdxmPQPtg4gKaieAcgbHuFriKl+QRjs9AWx6JTCpGHHas5l4B
s0fv1L2/xmRWLiNtbvD6pZmqcJ8iwQtHKQ27UmaiKKtAD4G/MfqA5s1WV0yvEooRd+NkGCEY
ruIXRCB2UFga5GKi2hGhXxorqMckJjyAxmAWmDoZ3IZXaJN7oOJfTbij3+yDxESwMM+4YsFs
ru/cvgtg5QNQGXqXRggcRGURXzbECCmcDkmS44ux2QJXIVmKsixrh8wgxp8K+JUqBkqp5ZgZ
AQczMZcab6fEZoBLbS+MELNbVioEe46UIZcD4iNSQacyzdF2Y9RXglWVxUYeYtI+oGrmABYP
MAgUaDSnGYtyzTZx7grucgUzlviuvZiVfaQutfNXCmq7N2j0Yvyy1GgWzYRe4foRX9lwC1re
YPXMQxly1dZ49THGgoUpVaYi/sNbp3S4kylXpUOGXzaEg9AalQJfICcPFyqoDYSlvTEqUE0q
hjrUIiHpOwAQOJ39EuU3ylZWDz7J/wCZidG2h4laKpcdSqyK81xAFpX6JqTJpgFY1ec5jHDI
dIx41xCg4yxCHVawBbjEmZXYcxiG6EDXSKyR76BoCUD4Q25CMtnGcyqNK4Y/DzBh6jKrW3Mh
DzIgetwyDtVrX3vEYC5IHbgTDuYWl38S1nfZTVXqpeUDYNbdmM9y2C4Eh6aLm+hoPag76qOT
4XHo27XKQEWAQB3Q5I5Yq4fNXEPUTKLy5uFIgNWi2HaAZx42wZKGbuBsFhw1j5lJSe0PgvNs
fUpTDcaqOIUuzxDBN8+iGXdYt6u4itwNZA36ggOrhHxDl5KQ4P5hhd1uK4uBTqCA4OocFGJ6
dMSzdHKUVChlarq9xtgA0a/coUyk4C7DzGoe4MUMV4gQq6zzGW2iqGkcUw1rwDbAy1ejuMs6
2baK4gbtSr4fXU5MOVcg6hw0Ck6hGI+Hikci+Q6fEQlSpJgvcJIOA510GQ8zMbZooLYeKlXr
cMYHKxhh8pAAEOn/AEm24g49CYLmRrnIw0DEuxGLa0F7YYVJMhh7Kx4JICyCrf8AIA1jQEPz
QxYLIrWyd/zCS6LIqXzPI+4eliiW0+4apyYFpulKZkF7xce3yfUwy2odx8UKyuXqNu5lmK7D
qNmBADTfrxKGsWrouz1GKWFC/QiiRhuLc21FY0nANwbeoty9aXk317mP8zGjSnLiCqKDGE2T
Rv8AReeM8SuUKmA9PFQ0yoAwdJFsDhD2IW76hUi/zN9VG+y4HIJ0oRPmVGvXOQBnUdqBC8Kt
4lfUokgK0k3jITWI4UjYsJwnTFiY7FbU1eY0NG0egbjCilHlPiAW10eWVRq3aKfExmI2S8xG
0nDGfMOAsd4zBCJrGZWZDsD/AJGp5RjQqZqsfMUF8zUoHFQCkoB0hDU75x4IIsC1jj7mCO3K
Ywy1rdtjdPFsQoWVsYx7lmqDW0rnModHJf4gJM4LWsNLA+R6qJ4yNKeolWAl2s4cR4IeMAdx
QNBw2GdwaWg4VdvrqXSFXWv1DqAZOBqFAdqPTDjiZvrFCzrtFSECxSv1mWeNmWxirbSzDeCG
y6ASgQ5CTyrmAKEzJVTFkJonE0Z1TAgVCxDzh5IyKBCSDWj1CLIYDB5tzGgNCurcdENILEmW
mzqf61jEFf4idlpurqZGCNLEoGax7imyMX5jaAplPEQQtpXcNXKCvHN8R6sXQFk8+IXfJe0c
eSfmID8RL6Aad4urhmiizFCYLLS5s8EppazZEauQZTCry0NzqXQNlr8TK4K5iT3Gitkb8ma5
loZYWWgs31qObFII96l2WNBRudHxMblBGwXV+pZIJQXxE1KhUFAdt3fECRqAABkLlRQzTxdx
0vSxd2208RrjFaHRkMdRvRSaazjOaIfG7FrfuK4To555lkWGecR3AL8ni4BV1MepS55cCoJ3
IaU5+CBK7to6rpmYNFoPPcLSntHLjM0wr47iXKw3sf1LSuSwf8giaVVvKFVQIu3s4YkSGbco
SuwOPbcrrMZDP1G6YPIPqFtqLpT7Y6lRkMomofRqF/AmLB8i4e5lVoNuhjxCwz7fDuAhSUb3
rimo/ZvSKEdMYx7Vgh4JEY8SWT5ZLYz54DVxxm4IXe2NnALLZd+5zwJps99QNGZqKq4dw4YD
dQSixIcBDdYrPTlcyKLhkI7wsGNwjQNVV4hGaKHkYZWkqZC33lMQaQ/cTDO2PwhauS7njRl1
DkTzAW8+YovF59yg8NUzl1HyegKh/lVXsQxBnBUs5GGorZFqLntfibV7cEGWeUyCGWJuuct7
iJgy2YA5xfctJzzoHpmFSoqs3WYhNoJba5gsVSiDDjcoQ5mZp7ozUZqRazIOlePcADWVbgOi
mYedpWgGW/EBmvwLDL57ZTki2kF03GZhGAd7c01mDgVM3saXLvnju1ShTcYisVGWUq7lB2Kc
7Y4ziIU543FTAG0UB23zGroWlSh5NRDxMpZAZQsI8LuDOgxQUN82kvbFdUzXmKtK4qsD5ZiS
Kk7SLDAJ7XANkZq2vqKmFZsGvExBDNWSFMKxqnf1ElBTlizuAggq9i/FyvxK8GckRb7dVCtm
F61T1NUDEUTwEQVdFmOOoBkBgnK4+JT3IrRb8EvgYOiw2LxFGwRzUQ9tHacg3nmLWXGnvBXc
IlxhyoUKXiEgmDlTofHqGoIGgXGY7fCUaF8WZirIgbIGnYYhUupjHDZ6mgQKXOGg2/UTAnLA
h5ocxapYnRNXRs8TFwjijsDy+5fCVADyLcKxWyhOec16hUXeA0E98nuOQsgBY3gIDNYAzjlY
kq1K2GBeYEmFBbIHHwf4hZanYL54gtgx9pzSKpWF7jWj1JmdnDPLB6ihxphSuLJYYSs5Za4u
BXUtYumGpC8ilc0dRwq1YmHKggbUL5RHl8pgru+jSfK4LkoAopk6hnGoKwgtgN+ZxYbH7SyO
9wQFrfjua59AKN2vvM1ge4MdiOEJnGmlyzjcNV2DjHSBLEAuaBc6ExOmbzO2RL3sF4NFtrcP
KXj3jIhjPMpmW6vIrja1FWbBYHgxDKVRS0nW4IBoafyzUTqHepZqAtrvxA7YN8K8xkDapktQ
6xxD2UoLDuBLgNAxXxGGpgs5riMkFuWsbhV6NSireYqWtR0Tpip7k5NYHMcwDkGN+YndqFwX
xDbE3QwC+txetMOc6rWpQBBuseLI2ychDBW2YBa5jT4EIa5W2RyUIYUrhJke+Ikr5icC49yq
YFtKdBwxOkLWArleepeNjcahc4qEIwExMKshWJRb64rcVwKhVjmxKCLW5eO1RUiCyQWvcCsw
AvdlqDUYDBzKJxgxUeYtTGVLsuF7BBTAnD9soJEKNgxpBiygAwN1mH3FBKNBtIafISBYwutc
btu1bzAvaaaKuPbG1ZQoJQzgY2aEkBrFLKrErZVPJP8AVP7iuplZVKvqCQIw+UdgkzuvO1JZ
iLAxZfE1H4UbD+plnGtKtgl66jUDkecwmbQ2SO7ijQstG0cYMRkGS2sFnSEvoS17cUZKMVIm
W8dRTrVaoVdeEsY2grppU1E3rrvNXFkUKSSzwxVz9tBRCLSjM3ZiP1XFnRageWgUr1pUOU4K
iCjobuUi6AJHJ7cwhVaJx8nXiYkMGoNHdQqoJUq3lnBGdWIYy7wQKqnbMj1mX6jku4vlTPNL
JWN2MU2cljOpVCMJxy9w9ZQoMEJKCwVLVb/wczBoAad37m02zDQsBQJyK2MexVstLlFDDu/n
3Bd6X6YqMk3UOFMS6ooLLyrnO4aLKI4Wx/UbwWT8B/MEpytWo0lS6dnet2x2zkK4NVLsC5rL
8QPFw234dx+JVgh9A3FIy8TZVxEqxrQDqhqYxZyd3cuACpV0j1SNTQWI9kyPmDezaCy2ynDF
7UWQBxVmnMLqu24SnSLk0KtaI91uIGFrp9I3EGjCZlVmPMd7xlj0No5CpjyftHMoWgz4H9Rb
UIlBfJrcxPLSkU5vHfmNFtc2DRzcxHwRiejiW4MCTVMm2f8AvkNAFcAbPEDq9G7/ADMoCl9D
CAKigMPqXDRMs+84jll4NVnBhSQ6AlAlqq2/crK4WCjzomCgLprgD+ZbArO1a8rH4lOaoOlR
IirJea1mZRkExI1WOJfGDHGjzQXUHjaAPD3cIzUPk3qCqMubGoOHbL1nyxyolAsr6jACrVQG
UZAHSxLcrtiXdgRNAaKvXli7BSAWOAgo1SdAc45hNFbSqGM2pcoBZEORHDDhYDb8XAgil8GJ
JCyrf0lRY3mi61RF0KsCxZDMbkBSkq+ZYiOlUu/PVRExx4EyvV7l6W0wV7vUttTwH7IQsoE7
qFfS6QilxwUFB1ZlG52WquuiFZhg7sdvUTr7WNujENT0BtXU3x1tRTZ4hcslrtGkJkvKkUnt
EUt/IfMQoFQyG+FdywVRYXlx+JXJc2gy2vUprHdxW3U4DMB58OO4LTBW2f8AURFKJsKL3CA7
GFkbFuWHbQIpA9OcyoqvYsPFP8ThiFAyVgWK0pdDFGa/EOYQOcmjJ4+JWbhs4eY5HhwC8Cl0
vmA2FVG6Xjh9yoEKjj2BqPLg5HPGUbFHaGHMQX1AoO6lPBQTM1zbUpcFYF1oUcMqgF0EENWP
c8H2/wCytmrg58ZgNYKbOk99y+wduGu4MaKIdV5mPAiFOO4cCyScGOAxEDBqycDeoEnVhKyH
qNgLxCA3lBRti8RPhzCLt16LXbi813B/Mq5cHA3A8C5lULnJ5hUivqAkyKcew9UxYjLQsvqU
ARato+o6sgS4ILwcj4hRRgdTyOSHjHTpyhSfkiWJniL5RxXFTLZPwXfgCVbyZ1LeXD1e5qQN
Fse8jqYpAeujnIwiohViwnAwJ4lAKXxXgRQYSDRvWqgQXW0Rclt1FpBiUSur4gAMewDgzGo8
o2T2XuCy4LXXNwHllMDoLJ7uLV2SmB+o21Bbkq/pmZW+UCAtDW4ChkVJTg9R3VyOroqUYrSI
bWnO4oMyssXrg7gNgxZg3N2iAkKBCqfPPqCoh3fYfR+otkkiKtqsRQ20Uiv8pbGCyWKuu4NH
RkRqyNCC+EA0PGY6esCvLPiGrRKHTnH3Hnrejk9FeJelGWbNdFq4qMQqFCHNswY1A0tDkqX7
IJWVMI8wxCWxVQwuGYnygx9PLqEZLrgg8Zs5gYJHacMC9SzQZojG8KzTDVHZLY5xfUvXs4VA
aX+4eHhKpQ8MbwMNp06qIIawN8sX1FlmwVcNXDS60N3uvdzGxJBc7cdTz4EoL5BnJ3D1zDae
ya/mthyEWbiirejc5Iyz3jEsAq3LQ52XKcbYu7grVqPMjrIpDjS5zea8RovtNLhxhNQztoLr
TXCGMbBWlnTUqzksrbxA5CjWoVuZU3yaqJZUvcpjO/iGJaAr4j3U4oGw7qERQExEnzEzgMsT
WhLqW6AW0scwXyuvYVxYx3FJnkea2sKPEp5O6yqnBRLeplChYQR+AjXOlpirwUpWpYMu+qgW
PkhAUwdSg7JXOlYq8FwG5RiIElLOnzKuhEmhHLguBtEiaXvUCcMFCzGYrwDDgMZl+sq8POLv
DcxAk0Y4q4tgtHBg9MrtRIUnaQS0HBUPuoLVRccHKypcyNX01+4KQCyKscWpmGG+sWYZzbLS
OwrSNjZEID3mdxzYGtrsZVg+yrjYOfGoMrg4DaVm5dQSqlvv4glhQEZL0TJmQJyOFC/3FKxt
UnnGXMfCz0M+aEqZmMlojr/pDiyXEqGAc3K0GXhWtF8I8ZBBRDo/KW24psX5UdJz4LR78MbI
eDD4Vj4gJpLDTzRHKFhgpqrLOcy5FgA0X4G2ATpQYB4K5YoGkAqsF7Mwe11iArnUdiqAtuG+
cw7UKgQJtLMRYXSt0reSn6T/AEf9xjkBwG7hVzGWJllUt15MLZexsqJmNRRC+JTNupo1nnnc
ZGUUYbLUXVXoQBbjR49OYMIhvTJvLMAK/XLz4iZpgcxa2xyFqg3VeJUCB4/+bB8lZyQta0g0
jrdRA4zLLIefiYDXiWzZTzA0bkVgC0KuVOXwz0K5Z5ipWk5A2VZmv7mHYGhd1paxm9xLEJrv
J6RcjvSrLNvNx1LWhEswL48y/XG6rRvL1GpQcUbpThAAoubTkqoCUKFFJ5Xoh1QhkZbmmgLI
PlgvgKdjA+BBMUOYXq3xLXNWgl09bS2QThFvyLKgTVFKftceJvQig2pUtnFuI5bbBd46Y7gA
BVEVQKxd3H4BM2LX1mVdKLHh/HzLLuQtSCAiUJJQdt9RlQQKemXJ4gLIKmhbV94hbDGWQDUE
kihXs4cQlmsFrKN1xElIiFxuw+EMY9KHQVFb3KdJI3F91ABrCa9mJWK4stIxYRFYJkBhe7zC
hUrJR8jmVj4WM71tqZCU1wDnwYjbUNBXSNfMrICrqDasEHxx0IJeuGeJU665Rw3kP4l21mSr
THNPMAO2aN6YjzHCamsw2WZZt1zX+NEDQ5QXkNfzLiqE68kak0HI4Zm1OBn1AoubBBwQDGD4
Sm6LpXmDQMXgmPuaBBYV8NGpPB4jt1Wztc36MBVChWbXdSh6dEslF3z/APBxBNA0eKfErSPd
o5HWK9wSUYoFXFxYkrbG7Vl8wQzwRtu6xnEDdKaM14+eJg66MFosSquEBG77GrccQPj1nrkm
2BuHYXTAVZcLF9FQC4mEYDnMt46ArU8ynjWgB/pLWE7GMQEJ6WnXiKe1VbAOMOYQCmA2yjC6
RDj6hjCCHBTMZXU9q5RmS5K2qsyBcUAhquRreNJMN5aAto0OpfwXzwb5XcPg2uSLnIzB7cYK
NGEjMgF0UqZa4gxwTAc9lxVkVj8nqFFyxFaco3rxFI4AQANBbFrm0BV3aoEY360fEtFBwCl4
Q3xBV7bTw0wErKu4OscwiIJrnYvAyiD2DeOH/ZjCWrkr4FwLZXDbWyMsYlKRYVgrmh8orKQX
S8YqOPxxeboKmIqQAZWEuWHlZthG0Q2Sx/txzMlrxLm8zrysyo4RRIXkP5gIgbj+EOr0q209
B/xIpMc3BGlXTEFjYwOyM5KPMsEWug49x1lz+45qBzzLFl4aTlqBVWrb1Kg5aqBFcY3Ckciw
xDmGacutx5cHzi4Y8s1DFkQILl1ENQbuz5gjmyZ4qzZKrvrRmsytCFlcHtRLCVKl0zQWwRlp
RKJQvCajnZ1NVQekKugygU9OYgcoqYq/ESE1mhNeo4wFyBwYibdSOCXmlUwmbd4lJNCiXl3N
qGLwL5jLGWA4I9ErS6MTNQWRbPuYyDdmrZljZ7hth4uceZQmIvKL84l6sVVzThAnCMr9ipRi
Vo02HcpgVGybx2TKNxULE0weQVIaHli0tYAbPmVepU8H/ImEJDhksvOieYEOhlrdMWdAHkuK
CuZ7e6jEDa0Q1hnMerTo8jy8zRMlb67CDOKyFQ7tZjEUAFt08VMWPZr4Mc9QDKBdRKyl/wAR
eJyVYV6g3Y0hgXBTQVLYuWrh/dihR4VC6BBXZqghrz9AoGfzEpTZyeeGjEf0CwvXIXEsClYh
RwdSr4YWlmrrmf6DFUTpm4ksWyp0/wCTxp11G6XbxASJFHzC8qzqLpQX+syqCnKYF8ShbHBj
bOi2+YOPcAirXeGVReivCIGUY26DsjMyO1y+JRFngf8AymTGpO3lA4tJqGWWlzAaZNZKU8VU
MGAS/BhiHJKCzY7H6iMYBoN1qu5eMKZGQdxzoF6xxcIBcW+ZUoIxWyoAZKWLhX3LSaKeLrxG
qHZwReRp1eE6qC2gvZzU6JQLhiUsChHb6iCBL2XMSKEd4QG/zdgRPQrS23GliigaRvWbHJKl
yRRZS78x9XeHiPhztGOriwAWS9mvuATK4hxyIIEO0aI/pWq4dF7nGpduO2WAJFVMs2MENZMo
FN4OWCDjRrDavQ8S8uoFi8aSQquhBgzznMLUFUll6oaZwkQht2cTWIu2HQH7ipTK2CMy0txd
cA841S8RcCFoQ+briPfFpACNpWrlkhlBHXKISgKgWrKz6l2FZogD9wy5dcUq7vluEolNSk9v
c1usahPX8xwiLy05P5lf8MW0eOYlg40AZqUV2xULMDoae5ni5cnUykzxWYiyC6rzMVA1xEIi
jovUBwdH9RHjmTV9Mxoil58x50GEe4OS7K6uHgcnlG6xvz/8FuFY5GCzVG6k0Vk8S6ADiG0+
Mr7ls8QqiA8XBOSClgGB/tEsA2UGRu2VlwAvWe6qNEorg5hFSxXSBiLGlvMQbzhkIwKjCu/g
mO5gFNnUA9WLRnMslqWjFSZkAZIgasfK45CjwRJZBu9Zi2EVgcjfmVALbGj7mAWFRu4YZA9U
jGPgYMY+5QhgWWQgVcjVZeKIArzmoPFrKXBTbs4fK5aRXuzi7OJdht32MLLmImizGwH5lKtB
zh89EJuC0Fp73AbVlXvJTc37jZHayLMZYmQWSaN7ywEVd8HtfJIDbOIKbFGypcGMYoAWtBqp
latAp18wRa2PLIXv9Km5aGezDCoak30t/mV0dVpkL5YMKEWtSu7TmWJyHu13o8+IIPYVSF7c
AiUEFBReMooY+ErJyqc1qLQAEd8nmeT8IYyFllPiMooGEPMugDhRJyt2lrvXMBzp4xEtJeVv
1FDS7xiLXQ4EBtgMviCODWOmMfQ7UkI2oVdWvf1ARqafEDGl7/8AlviMjs4hBZDaX3BZcTAK
aOzm8kpaGMyLbR5lHdFFF2zaOQhIqyGk64zAYLK3dso3jJvJcuAAjY5xopgiLmtr9QbDMpNr
6l1IvAsS+BhVuceKgQU4v/IxBHFpd+LmNwURaai6GnntgUoOKM/DBDVydxzDdtVRZEFmo1ir
+SWJpDZ4gChTpcEPcgvB+YLgRowStx1JFa5bezMkc3AYVambjXNAIUekZVr8qL1KRZqmrCwW
RdXw4v3lxUygZbchXupi5enpvHiC7DpJjoXyhw0DAo4weY0+jBX93GFpIWddijcGxNpU4V8G
5RxEVOXfKitxy7AYpXXbFVd3az1rWJQrBY0vhqLSn22Cc5xW45FgKVIdwXgVyEDNUaYSBWYD
GnmXbBLLb0ZQVxoMAriJUEiO9PAqE7AKrq1ykrLulbsaYAbDJh59wUsIdwd4cCbZUrtXBCGt
ia7gaBoONIcVYYWoN9XA5yYqc+KwzAHkAwrG4q/idX6iqGxYZXUpOD/62i71slgwLOdkMxeb
CouXb4qN+pwVjxVZ+kNELm1qN4XYilP3LoEwthPmVKhxbm5cWeB1zMVDkuGNnOGnD3mPcJ5E
6JzsxkXeuaMONNFZ3cCo0vGIghXtMxFEVXWPmXZU27+KTEpIpp1IcaiLJ+SvuDRWFVX6YbcU
JSzLqN2Y4QM9VFMnwsBxUXrRrFVcGWLMwukOlhk5YY06HqpSqE6CXgyl1k2vxmHwtMXg0XVx
TSK2KCLsQ90QqlxljuGe4TleX/qL0pvCpwPiV5L6ZdJlPqIFrK0C35bhfWQlVevXqGgrlAWL
2jBNRMOxfDdWepS3yKq6b6+JhpgiLRu3hmGMK4HKFauJRjfcoMIrbEIJ1FSnDzuAm+6cJ4vM
YJbalD2zmCBpWkDzeYdXYuAqp7fERIWUeCOa4bn/AIcHktI9LmWCoJ18PUZTlsY70wm5UalW
ZgGcAM+53gvOKlgMn6gVAssbokY5N+iKaW0NUcyvUvG9+YRFEKr1Gw28zQ/+OCnV3xLFecdQ
bKcj1DHc8UY4+8V1DVdWvDTcU7A2W8i+Yr5Kdcy4INFgGVTdHiF4g2pE8HNuXtDbIBVzH4h7
MaDt5ZZkOBSvMcBSoRtmdY7yP0y484q7dTQuz/48xea8VPeJskBRqx1NJFMLBRpj09rKrHqK
MBumVuNgnsrR/aYQnxprq4FLwl3Nm96haKRv98Rb4aKSjk3zUxfSrKBwVLaJDgJpy9y9ZC21
aXEbgsRvxOohRY38VjDplZjF9kmWjMAKWsooPtlwaF2FDqWAQildYxdTTz3ImS6uiNyLsNli
/F4h9B1ir8SkHxBG+MwMLy0l8nUNlQiU4UN5qU3HrKnY2y8OqVcHIL5hq5pZm7k+YHCzsAYr
omoZ/hdDzLeNwEmu2niUqztFLw3uAreQWDw/qNLWDJUaBWBX+opH5QjmOPLUx0G0oBHazsFS
mDdD26G6rqoIdJZWq+4YBpB0+YoBxbRMRtbNV18RFTI1X5xQrs14WVU2iMwC2P5RRnf/AMI6
x3FqiYJhTNWLiAXVBViXO+IMWlXUdeQlQipZdOE0TJAYFbxjEoGpes3DAoB24r1L4AF2MxGK
tKcxcLZwDxBwj6b3GXKo0dkItqstPMF1sLL29wgF5ihbgY4NOkpo2cwYWrs1UeOYZwkTTpOi
V1o4sIcEFitppEM0jZBC02u0a1MgEpR60wLkTTYrzC/kocL6lUuMRhs53BKuwJqpS4oFjF+4
wmFTYPB64jNy7Iuq/lLaKp2600VlV4GDq2cEtOTL08LfMzOMQxvpMLxSivi+Zjp923Z0RUpD
2bbHzbuEwz1O3ocxDZouxscV5h8FeosQzXZKU+QGK8sU8h5DlxxBFcNt2epaQrxpXJFxziBM
nL6llirUBr5S3zYQB5eUzmSYLz4iolwV2T5iBBTm6T/SsaBqPhjoyi07lbVDtf4lVi7KOp3S
yBYvBlruMLkZA+yoXiVaDDQQmj1HcFzYW5gx0KpO6xChPbpcAdROwgIZT+JkOelXQCmQGlrj
EA9CadnMZhSn+2EurV3cy1mXj/AYRm8eIVl44gJsGhxaEyilLopYTGG3BB0+Y0pDTGV5vmUA
Eue/cy8B1qVFh6Nf3CXlV4b+CFewg2wOCT2rRjUthEtLR5inIFYH0qGyXAzFncqIllyOQv8A
iABRM1NnFHcLraRXgCHuOlcZUL5LTAiHKgXm+Y7SI2d6JVNCUoFP1FIDIWBixgMHSa1ioLch
ELRuLkyvyXnwQLsAurHIZcwCpA28yje86v33GNFsCo5rqoAGu1aqOhCvUqhBXzLRQq835tkN
MIAmaItpADJg1IMj9zY5OUKajmK0m1VHHgNj2wV9QAVqTkNCbqFYF5PxHEQveHUjjMSgjczY
8lMsG8yKmUCIPPTEpkqVbl3DHYUEMHRomllOgyYgL2wkuzPeZdsVsMxdZzup5X7IoCuUfeUi
mv2ywAqsCDNmqiK6YPXzaQ5WBc1iHQxYCtF28S4r220npiXY3tNt6vMX1rYVF2cDCDbBHI+9
zztlfqkvGLqy9j+ZyQEd10yuvaRuz2wmKLR1LFlyaml7/wAW4qIYIvb5lgeXYTKe10txJotY
USmj/WBzRZfZqECq2MQtwc3KOgfc9rLMUryivjmDGsqlBuELWcpiRGXL8xkxsoAe1hFAWjv0
RE1pohaDrojUCMg0/sMTFohgEzVRimFdLYGu+YFtUfBByDxACrUZFVn/AFj2W3fa8LeyFYq0
EWeq3ECpU5qmAF3LtqD2ieTqH71oA5NWMoVTwss0uNpVPUZS80RTshwno5jrV2BKTdnEpcqa
xWNkLCAYivDcRC0JzLbIyYs3OFRHEfIYmLDRccc1Uz3wWEIxkqlt8+Jsbs7W91hZaXCqlKd5
eiAg5K7A3gZzHMxdYbLRFlW5gbV6LWB+W487soEKcBsgL2No+pVApxFvp/iA+nrx6vcRWDl8
46nakFil1xmKlfX7lW2EQ9prei2Ey11TbXFoGbWpf0z2/MJUAgIZvmJZGNnAc4lawZy0h8xa
qOgiSoCjYV8HmNwkbVSt0VqYBSjFvdPBc1f1CjiYUuJNLYwuYR87Grzn8xNhlxeQb5jzCxkU
zpeZSJ6ktSqzxLjhahx5xK2TQmoTdzx/5YF0crGUIvDxKzCtyYsO+IjKAK8A6KxmGWhAplUw
EthtZjw6YHQUDxHjTMosEUOGGUgSYqNljm+CMy72r3pReoVFVXJjuXZqwy3DDiDUFhhLLTXX
LANCLxMdE8y0QnorAGdSiAkq664g7mN0rMN9RuQspU1nHTUR1LVL4GNLZReCK4XOIyItSDHH
qXMwyaezMXUwrC4TnMI4rE01LyiW7ex0iaQ0D4EpoItq88nmYp0N5DTG4LnEdKhRQlNWV8Gb
hhxyYe9XAdXlDsdc7hdYcLmXRbUWofUvR2xtLADQUAyko38qQY4xLt+NXPLrkmczaSpoKYis
FeAXVCmVjprAPij9y3XhToJxmvxHxyKrCfyJbEVxZVh5s1CY6VwnXKIg4tdbHNRrpmxX+EfU
6/Vi0m8Sw8YZroK3ZzcrYKVDJfdSxRJZTDQOqn/vH9wRWuja94CC1DlZbBW1NrdTZYMKNfNz
AoFi+8RBUyVcXtEGxtP3UvHKXGfLeYk4o5B7XG3QnKB4iVlEM1jgwoYAgGB1VfqFbbwRR7/5
L6wgtSrrmF0pGHRLlWqjHdhzAY3LotjRd4OfUTobHKL9RVbYkzkOuoFMqKkBdA8S4SPauvC5
cUstpdF8GdS8KBNCnrhuINXurdt7hSkIMAfJ+oncFNSDs5Ihax2fMs2ZYqYXKNrGCeqjlvyP
FQne9qBPijMSYCs5G/cWErVSg3CnMx7luKyRFyqisHzAWOlRYmUGVuXVPDjxCLsrhQXm1goF
Kwzi9AMzxASKTnfUEgRdmhOQxkyQ0AYEzv4jtrsERpOl4hI4My+IuIsa1LxfOGqqoOHBCGLC
CwpAvsCCwHrlz5lMaEWtzR3NioGleyjFw4XaA5KrLcHpRIFqnGxF3c6hFfbqpv8AligH24qA
0cLBwukiALbiqr24gI4OUmsPcMICVU21ixHoDZQ/IhO0LBQ0xqoPE0AypwHLKPw4ZrCdxyAI
tueSgggK2JgfCQm7wsVXshZ5bNgv3Ci5u0Jxm4PneUHqyeaGg5sHKDgYM1zUalTeYE5rbnON
Txog7PUHwjxrJgMpinJUdNOf2lQ9ioUnYA8RhRJQKY1q4V0ZRHXggDT84cY9RB3aTSNW4iEg
gJrLWT+UoZS+42Ap9SiCcl6lTpxMWt3sh2Fh31DEpFmQ9swtRbRSumXhlsWqbzm4kUBwFzY8
N6gHbFK2tnRPEuSwIqThALMwMycjKCGMmstR8Iu9pCytQGKK5ilE0pQHnO4suhRlF5q9xJTr
ALgiBAw1DlnzDHHzgppPLAXEuLQOOMLKCIuctl8PEqykTZkdMsWVVmBSIDIlHepQrxp0r45l
gIGWAfGJf2UZTAXkrULWoWpQa21LhCKxlM1ZzODZaGqP0qehIqheTMbNQyRM4xG0w8nECKnl
gBXCyyCOBRsr45hQvxlVIpkTJwQW0GP29y/YOyLBPXMJajEdFjVw2cCFL9n8QbIMhBc7MHMF
ZYc9fLUGaGGRkdjxEcyXkwW4zMpD2JmLpNeLAnZ1HOoBuZrzBaEG8O3xmOLLgLFVy3N8RAOc
kxEOrNfjlgRMgIHm8/8AWS695HS3iZdsNM0UGj8wiqBUpzj1BtQMUgLCVQd27h0Wp2NSrbzd
PD3cREAWRaKn5wzK6joYR/gmbwgWBlCUUTblTu5bLMOqsypWrjngljI5TrxM6JnJ8wyA+Qs9
kNZWWDp/wAndcEdDNXzBsbxan1Cy1PAw5HaVShrqbKyVtWY2dRv11FhvGe5kOMLC3NxmKxoc
h5Yy5YFuoGjXMHkTRS6c2g0iBbTbmu7lsRVEgFesy+KYMbdEpClbMo+3iD7jiA2vfmK0bFHk
MuNwjC1TVyyi5TKbBWMvLKiCp0S8pzcCpBi9MvLKbxFmamTkYZBYHFQ17lqMArNGqqBtRomL
N0nUW8ExwnF+5SUQsFWwY3ya2tVXvUBBWqd9VXEOxa72G4P3uKFBy5i1AAM4d66i9UOhXC0l
ve8ris6U4nJpJtsmlmMEvzGWuBOhrNTJdH49VKCeQBpfRBdFUJjSvqcAzg5rGwagzalgG2Dm
JKDVvB6ghBRQHZ8xyCTBxeG70y5WCoXpz8zHsGFmD4uMKCxTQ8c33AUC6ppiv7gHVloKpvzD
Qd6ytgmOOItaZjwHied9SpAr8EoEj+W6hRoC15I83BgcJN0QAtbgteo0si7DlrBFVpHPGYgh
HJ6DDwEaaI1glJqlfY6qB8AbQu4qI28IWOXiXiACzIN3AHjsGuarmX1WhTiBlihALXbGJR2v
zNo/iJa7ovibLzWmBBdlUxglVSKGqwi8X5hmIIsV8UxFVHWi0uVL4VYVvBFtNsRKG6wgHO4K
rNeEK1Qq65gQhNrt0oVm+5ZQjc0tK8onBU4at+ZtsDTN+Sx6glJVmS66jlI6NUMkvAEbhQgn
GtZW7aY1hnwNPGeJQdmXa0eahMKu1wo3gdsZLjVaK0yoQLhxWDCKzG4XcCxa3N58LnE0RrB2
JzMHgDF6vp1G0LQpf5xFrANhVb91B9trpj3bE6JlCy6/ETDGl4OR2S7RaSU2jycEv5TkcHhx
AxBFOR246hPyZq/xxC4ylhXTiLMC7NqbMxMjVjVUB6wSh3DabmIVb8vqF40TYXT1nEQbem6d
3DG0K2wR9mI71NLGaS4NgoRwS0IRVX1fUvHQYrJr1AtA+TdS8KtG2jNfMAm22W9/4tSL3UxV
jKaPZmGBiqHJaPMDYZlaWjq7Y8ty/rFrs5YqKEXRPv4gCxi2fwlAh7Rbb6iXBwJdpkhMFF3N
jxD1tfb+o3vpQAoc/aCESak1jAzAYwBwXiBWqvPmK0hRVQbE43ccXpETDiOsc6Iag2lNxdYi
1FB5vED0a8Id0HfuO4NYGgU7GWNtRowrIW4uAqv619uTzElCzmsV/ccDeCpaRrIByLG3DmY8
MbEKlpMOc7byI51fYiOMZhgYURRhTT3MBjkVFvvLBZjMtuU8vGoBVqzeQ4B1MwniF2Z9QhFU
DKrbea3FS2Z4GveolxAQplDwSYhZycNerlkG7UhqCohlsWfLMe0dqA+OD3BQACqH6PcdUCiX
cEkxKTK7tfB1FPAaIMh4gEQW4UKB7W8xWQAX/muIIqC50G/c1GMlCL6uoyC7IJW8uojyWHKX
75mEYGkPPlmqqtLqetZiCimV2Z7vMrQCaTkV3dx3P2nIeJp8ML55K9RgZcV2U14lkKpVK4DX
iONaLYTq7/iUaTiwZ8uVlsEooVF6vhiQLDscEKW1BCNC/UIaxSvmIoAMBRe+Llun0RFWEcNe
YIC+2IdqXJ/rLLlVizV33G2ga5fPMEsA7Ocx1wFgvbqoy0o4WsF6hoBRQfyzC4JYum/DBSS+
scufJKmC8tHw9R0TgDgXxKx7cIcs6iJANtJoeI9FE0EyDvmUoAgKw/UGhq+YHV1ySks80ZiQ
oB20HbRZG0WaQGjUuCIWLQu86MEqWuilpcGe4IsUngvyZiu5RUXgc4r7i/o2jL/DcKHIUDaF
3KtoyD2blbQTknLfVMS9VHmmf4lDnAHLJzZUtE8ls1/cRuxbBgPbFRTpg8fe5RJVpGZmmoZV
UdN4+pZVRYBcY5hG9anhfnMoY5CVI8Ecpajmq+GOVgZf7TiWFQyhen2EvwXYBVeLggjKyzHw
ZjDFt4XdvhlYGGb+uLipS9AkLhaQKA5MOvHUMGd/AGSU400i5GMYZSUK9Fj7plgTJouj2ohU
rq0caqMLW2kwIeCVIqezwV2QayCq5V3bEEw6b/hxCtTW7S3AuMxqS5dg4VFt+I2HoLgDlgc+
iCB1aqYaSWWYnRrptqK6blLYIIqKDbUqNJ/E0uQoAquLjjiRsuniOppnGW5/7UFbhFX1bOaq
0wRDUarl8x1nY+SMDBPvMYZoyCNe4OQrIQU7JBesbYnoIO3nxEhWmTD5CUWKHprNZgrAy0Sx
ZWASps5wgG1QPw3DuJrDE5DZx/2YAMcVFDeM6IHgXoY6ra1uvqP1WyDP3F6Z2lpq5TwqKqXb
JLx5Q2Ws8vCH5N0dK+u2OURJoCqFaywEDNVMj0riOGDO0v2hiuNBT9DcQ3c1EqxtxVs+uJeR
byABCjBWeRebLqOm1GXTfzuJZC9Ot1UUe5eVCw62ShXiXjn3AqrWcMlckBLFHatvjxLZUF/6
G4a2aWzYfN8QQyNhafiyCqKOAR7Iqxn8FMiuviDjSt8vT1OHAYW/jmchEFZcFwBA2JbCt6zL
HechnwOfuXNA1kfkMwKCwwGlPUPzauQOoAoDgFyVv2RpgA2bSmrSLUozGcNyqqOXFuPuJBpx
td9XMhKGS3huVlGiimPOo4QULDnPrVw3eAzT23FyltzA1nUEWvAxo4t9ahBzhVRDkrSThSC1
h6MByILjinYQIEpKERemJ5aFIdk8Lk8viNETnAPM/wBTLSwoc8wrVVYziXMMua4jYADotMCI
rOX5jWTWgYukYdvFy6NhqtMMBoq7/mWsPCq7CKF0qMFVxCuAqyNE+HMAm1b2ZSmC0ut/EGxK
S3TqZKa5QSDbpVVuZCD2bmJCMmdYxAeghQ9tzCs55H2wiqOUzh54jzKwpduuKQB2TU3RY1qW
vnV5WGCMwaaHqFtmt1/IZa2iuc8X1GBaBeo1pqArDK7FpuYowDJp7lhOLW7v4mSRSY3MeQBo
/wAnEKk0u8qPiULdMKGPSCTZq4fZiYKdhXdpQky0sAeVAit046xohcHYbtR7g9jJgoB0p6gF
C+43S9kKTVujfs8zDWGjYKfMMcC8MXIsrF0UHYunqIKWGUAPwjAHDWr6zAJZOlB+4wEl2Ut8
MuAACgWgi3LVU7GebIyo0NU+VM3girazjNw2po9FDy83HJZrSqOwZhmUqcvC5SqklNDnLxCa
C+WsH1UpBwNItkJVdstlPh6h+u83J8HqUQAJRdu19RbRQA8ViEWKyONuPEulkZTb5pmJYtoA
OmtR8jLGzi3cxCjkOI8iOGZD2uKgMNzFvEYYZaKaYTlBjk3OUAV1zA5VlzxBAYGxkvA9kDFr
Mg18MsMSodDg+4YKxkt77jcZRZsOeZnN0NKl0gtnx3BjA7lFRxdzAARxbEepXmMV6hGgNMD2
YnZKjriHJsDfQXrxKVbUYJWGIe9DWPobruIJrhKcXH0B024aJTbTdqV6Zl/YAEILuzmUWhNA
AFcdpREAl6yVq9Q0kvWlVj+pQb8wsvxKgHfIFI+5XWPCt57XupjEWu3J8MNRI2YbfiEBEply
J/Mf5tuJA2tw8QNLF3UQtphta1GAKuqLJ8yorCks+HcAES8IUDvO4ay2wFF4ECiUlgU3bAJR
KAL+qiFiiXrK6sj+9i6A0+02CYYQ7oYnCrsVyXBkhZld2HoouoFRA4YBR1x7iULXaBV7vUtg
N9VpHdEoAlLwq8PUwE2E9DiXl6gVRT/UtWhBclWjj5izjCrGF2qxdpPBf2Mbg8AU7cxoIJSh
hPMZNynwx4lqiC7TVd1GrZrawtQ8xgasYwWtSkLPno+I3W4di9fLEwT55uDqsUUsvPMe98mN
arzP9FgZJaL+YkdBoGJGgM3FQ206qdsPUVFZO49LSsQoAQOKxUNCOPLywxKtIUfMYIKAs3wG
N5iY6PAc/mO65FN2rUAoN9Jo9wPTRAyBzMJ26zzqh3ArpFoVUW87huZYG0r6iKwfVB0RsnNc
4PLuMBapgK7W7lreEjY7Mdw94PFhfaVga2PfzMwZ8vU0inkM+4h8IOBjylvLsgggaoxNM5s1
Rf2gmtNF5F3d+YBZ6bBXxBSoF1lm+qgK9TipWOohkvkulOhYGGWtZNLERWoI/RnDFtWOQq7N
ahVqyL3SucwCNo0817YkBU9h8gRhhbbAVVENlsF4OcXMAWcgYb4oYlUKOjdwjnhNzWm7PMWf
YCVSnBLXkYKz68wwUbhdgc1LWnEih8LCS3Vc5j26lIqsKKhUVN6aKMaG4titVoHXfETc5XZF
GeM6lkAXsYqNL4TH3Cyy6lrg6zxC9soKs+8wCWxsTJ5aiDqPRzcNi42uNYhyo0bKSuzmDGQP
QfyqDMIWiqIB2qW+PJFN0DKlsfEunIV+SMVVQ23j0MtIWHTu5WsUrlHRP/ZQAclz5uX2Styr
Sjn8IbBE4Mxvg+UxLxBhdUnyXDAwGMaXdzNFuXlNsADfmX4UHdbbVkB0zJ2t3bKfRQHiwK0T
Nbi+fiWVNGgsu4/NPkL4iLYWtGljxRXK5HsOYF/kdTgCOfHbbo9RtvECxXmKyyC8YpNEF9hC
tIQCqKMMV0XxBWKqy/UCgoC4YZyzfESWkFghXFPqUACy2MJ5R9gtlLXBColi3CvBuHBp7teT
nU3d1sTYvzxAd0qWcvCxRd68uOimBqIC0FYq9stInwgdS2FxLV23s48RN2cWypHwPmZTlAHY
d0RV8RRw309x8uPo+CFpWuAO3MRLJ4gtH6jIpwz29kIIgjErYBIKwgycaca3Ml2EXzkcGWJQ
gDe5Vf4lDC6accX7eYjbMwPvTuZHYCCml+IiQtgxfHDzMSot3ViK64ZJk+42gmCisv6ji28E
jIEOVqK+yN8idBFIC+nwToPrKtxKoy5uyHXUxggDAGQ+ZjAqcNywogjjn54iV4G14l8kDspj
7lpYDN+IgBScCaJkYA7swz/UH9x+KrNQcPUJdXjTPqLOg4MJ8w+xbfHrZYy0pTdCLFJuPQOq
WyOLl+jkFbzrcpKCmAahtDRbmbjVbdcdMMH6OpfC72EEe6x+M7jA7UYpL6k3df4j52mXw8wK
EZmVTwAkSnYb9+/EOshaYDoWwgTmaPkogmAasazW0NR/2AUC/thhMGVrI0lJB53BaJvIkSsL
WoJZPyxRPipvc1iob3UpdMHBzasuZaCdKsW0tQ7pd41r4zKDAtAJsd3NmJY3TLzUolZbImG4
m6ssi0nQSiG2sshW2qRosOcMoAUQGKPUs8grSvFSvUrnInyRYDyAV1VNXEoBYY5AZt9xARas
yg1SGfuKaiHaCCq4oqCeKslSyJOtZsXE0ZVORHexuYEBDhgwBcP1Qj14mWqDg7paSIaqsDaL
4rUsAVCxQyefMFAEfeoSA1F1TwSlQRdZf2xlBVHGwd7lqcjQ1fhqC50iHJ7jhUuyI/iJAoPD
4vcA3zjKsfuBoClLV1fqAMhy1DW5Wi1cauzOWalgrP0hfhMZVa+uIBo33oZTpMiFKL+YrC13
U6iw4sQNjVYQUytlBmUjV7UlYrX3BqXBc3zLCNW1CBYo55g7WRt/iY36GAEBhXxCCac4IeYu
MZ3yejtHDK7UPsigr413Rw7ZjDbsDnSXqWGRHZZXsYpAKLjlzniGqL9VFSvqGpzlsl0iQ5NZ
DmzytxKKxu+fuUEhbDubhrB48wTZDZnv3KAM7hp8tBpriPlRZV2/Me2BB3cOjQy1ES/QxRUi
mQto5gX1jwsO7YqLSYy+PUVssGwC8PmGKK6zo+EuvtqqwlX+kWT4HBPkl51qNw9f2h2Z8oM4
iIoVYcgeMylpKzX5mSxCYYYLYvBHRuyY3uC9v2sFxXjMIRRKSmnO455gPq5qXBN1MY5Gu4uR
bnq+ucQpUTbLQc07IhMuVrCoxxFBDTyorKgMYAooB7qDI4ID+4uEV2odV08w0A2QLXxcGLSb
pL9EFaDg7r+4ADoATTUVmI73iUuMaK0+2KNs3Q3/AChUdja79ag8F2ZyerhqLzu7HxFA4Cst
zHm5rdbZlM03wFykGA5yXH84GJT/AMyy0MFX3EswJSBVQ+Eb0QJvBzYd1CJvKoIhIcYuYAcJ
t7hYQWiY1MGw3BNA5DCnCKrV/wBzdFh0J0rcMRtyC4YDZQoJSmsdsHk9kCXaHOoCuxWuB5ty
wgt0FBQ5jHGkMjqt5i4hRtBsHVTOjlrIYaUyVKEcVGjR4TiPlcA6DiJGBqGAPTWyM6EvAqgE
V4oIFxYBQW++oQL+GUrNuWKwUGupaxTHhiI1c0iyFshg5q6Ng7iYNllGyv5iOS1izTniuYEl
y65OO4IGpelycHuMAubK5eZgQC5yU9gRNeM2jR+5e6ADtkZSMCshQv8AqKqZVbpe6/EXbQbN
9jMu0BIrStvjxKY1kTlXuYx3uXlq+4KNLaKLYcLAGMynQohwZGADVyjorJiP9RuxlW089wXE
CC6sA/EA3TuXs7g+haS5TdyWlWnOZUao8hbfSykSirQTFSl7htwPphmAcEx8MsDQ8FqvySxu
KVdW46uBhbpPBKJgptZM9zKaMGTZ9wWo5aDLFZar9sJoQGabfVwwQMFnJMZFXMGjxCQupjE/
3CYEcrTxuK62qMzNhXwxyN5rAlASq+AIpgHPuCK8twpQvX/ZeuzkmRu0hmQ8LhWiZUKCEGAu
rgSYp7ww9KgJFk3FP4EM7t5dNVYtQK2R7FHsIouA+2jt3DKBZacmeC4UR00LnRHi3IlDH1GI
BhLgbdzCwlzY9wDQpMS9mjlyQVszOCcXDdcVUkmlED0tmWCDbTqMw7GGUQ0AZSm16JCz9RAG
ha4cPNQ8IM65PVdSuwvtbQGpTbdiu89QWCje9OPFzqZoVZ7eYGuLHAuNRXABJQd74mY0GAYH
zMgYZg1+KcwF1BafqrNRi2GAUd23HgGoNBctFkGtUIa6zj0SuFtAiXhU4PEth2OT0nDABgNW
ShMAbbYqltX1vEXkZ6YEWbaye5f2JuLvylrSwJCOrEWj0pzY4GNihFW+f5IpyqdWi/cCLaGK
2PHcxHIddHjmWVVVVSwC45ilePcpSwJtY9viGmqosj8xBovTVQzZDjCXinQMsvTbs2QYd8Fa
+GGpvHdMlRwqQbaZtYN2H8kr5+2BGUwtV5hjs4ZsOQ78xgoL54mjDSMJKDtm6liNFGomIntA
UXk3LNABiG9sgpu9eY2DQoUFtPKVtEV8nol9pbkrLCdeZbnLUDwq+Yu4jJBZtp7j4DJtbHEW
ItWyU44alWgld299viZ+7oB23GcmmkoPtpl+Sg4v6mAoBw7mkGOV6lUdoRE+GUaMUZuyLeEW
ahzTS4wvpsLHLbXzGbijz5lV1pfJUeAWZVnV8RazXdigbuFEgxpJs7qG0BQwf5MzAEF0yeEV
Mca0/cyjjZv8S4gUW316O4YqYV2X0bnbxEtXLbLTZ7NxwkW97gtmC6xKQGV5ZchQKob77IhH
lBEby8RtXBgJ2fxDbRdvJ4HDBuDg5iVb4Q28mxLyF8kOghA7oslEQybrzOoI1Um1PUcpxsp5
oeZmgAtrI8EzjAtLRPbUEJHLBq/cYC5234gUBxi2B8yijdl2pFAa0XDC+prB21n5lUYDrx7j
qhL2fUuoKeGUs+TxC8at7Y+pZtUJYN4O/wDGXWGg/mEHldkbVXWFg82+EAM2/PEBL8yFBgam
H0jEoXSuU2mtq3Uc633Yy5GI/uM+QcFRilbSDju0rUhMitaRfxAXDVhauBPEq2BZU1bqhi8V
6gXTO3qGnNzJWYI27S+F4qXwumxq9bYMFr/Ekz9ytpb6N51BuNlVZwwTfTUZADyuUECw1G8m
xMxdY7gKLjCs4Jd0gUJdxBBqsUfIx64iV0alTSmouR5jWGltgS9TALb5Lnq5UCwFjw0+YNpA
LbNzA+JiG2r4h2uIxb2v3EkRpIYt29yoA0Hm4U2w2q1mYMRmLBEU3uBlNctCCeWskTOPvJXQ
MQFUziObx1CycEdCzMeMxA8j6hA0zTm7/mBe1uA9wqBFKiJgOIaU6TqYUtcio7tZnA8jFPC1
FMAGQgz2kbPDRML4iuNt0IALAHFj+YOtoc1ggNLi7f1m0qhlbKdMDQuc6Oog4E1vfzGixVcU
UczAe+a1c/8AeIGkcmXqK1AOBP5jWU8iGODrxB1R33plbRE+kDc7I6sW9lqqnkgYhelAgI3U
wbsK4gKwCkyJlb19wzR2IZQXzFwKVwxYuDB0rFROPCgI54UxBZwjRFzhmMDFtQErtlS6bHJC
PdsjLJbfUB4cLeEzbVOb6nSE0rR+JazRfXZGu456j3oFLYQs1myPtPwypUCuJYgUbiovOdIQ
iJtTaeKiDaO6ADGLj15XtXlUHWwVtXxDo0mr/JnUZKCqnI/SEI0eCs+iOkLEc117ifHoB44i
60jwjEWWtx9M0bqJ2L6JVEp4LmxbGmBi9S3HEDrlCLp7lMWk3YcqoFgS1kcOOoiXVJGzUUKT
JGyBueLENQ8UUTdQ4gljWLgZWQVDfyREJsVoLyxDZZlByXxA6goV0fzLLeSWNfFwSiQbBaJ2
M0W+TUrtF4cfxN8+xgMqecKuZ22jlNfEBBTRz4I1QrOFNk2a10tk8T8ShlNuN3CAD3AN5r1K
0XJt0ikoo38QWlhW5hI2mbmi3whWwp2OmXIn3VRMbb1QOqigCLE5jiiLqcttvGm0WwtltJWQ
4sgbEDbZSswGrsAvXiV8Cwhx4is5AWy555YSqiLcHVS01qlVHlzGRmxleAsBaIq1IdAbg1qr
Y8y7MpuCLZ6JAKUrjFMqh62xatCguCHYjSNLWMsjmULqMTvIFi+Opi1JKjTTcyWgU2APECgH
iZKTBaCmBTyQuQtuf2bgG8z6a2xL4QLA8Fo6hJLjDIolQF7Dw46mhtFriPa+RS/wOjtYq9Xy
UqkUPEFAYxLmgvuKD5MdoZAl9tB2MnDXuZlUA6S5T+CUjguM0tN8sGEQLmWrzuoUg0OoitQp
8K7gei9ilD+RMQWHDhT3WIrKwObS4F27tXMA2UCqYsgzQrsDH5lhVkFBdQCWnem6lhwHASgQ
3kivaoxQxGh8G1nt9IbHYzNoNgh7stunJAdHDiYuYbOoK54G/MC67XUprGTGUWF4U1Ci2mtT
GLcecOC9rFKdnd7x2l/UxHnDmYXJGWbgarSuTyR7zJItNaYomwGw24ZMyiC2tWjTERNQc7ZX
iUdKB3sYlkA7mvoQkxbdW9Qtpnh3mDNF9QTXPLzKNDeTVSg4HbH17BT+4M6DumNm1GmOw4Vi
MQ84FMQQeDKamqqRhbdRzAI1GXBBUGgxzg5qVL2qsVSRpBI0q7MECuLMVbFByBXy8wE7SInE
BdRBdvcJKtWxlxFWRZuqo4jETjcBGClisRbF8sRYFKeZWCxtaR3LQbBbo2q8UwW4Sl2Gx8Q1
8IRYUL9R0iw7Vj+BBNQIu4Lm759kRYhgJYxLDPIRaJrUaFziCZCVdlGeoGlSTcIcFR4guxNy
69rsgoibKwu93GrtA4w32xsy3eT3Lravp3LYKfKo4F3C8OFxFpcilJbv9suOsjR5qWEWGodE
5Ev7GdpVVfJMiBvggi3rEt5m7laChqtURlsFyaxA6s4E6WExXZwJVcrUIMCNADKtQvQChNBj
UtSGR1Nl6Q0G2bQnb0wF8DCynNxxDsoyM3WJSHfVS9Q1LlC22UlZwMhVM4I6HzKAsCEi7Tvs
mKxYNItrfUJoaKqKybYd0RrVF4BrEwYk6FfM0YW4MzWXMwkt+JTOk1HJtjOsBhPMJ+x1CZW+
pTdM8OncVZTUkWORNpAuoa+ZvuE68CDiIwXY+BlCRC6AOM3LxnQQsj11CDM6fuIwAF0bZQBq
mj1L2crhql9S3p+ooS0/aEPXF5BzGKHbauAPW4L4zTIYYj9Y1dphfEeRai7VrP5l7bXUcrVJ
TomqjbdcBOIxotJ+4q2qgK5AGpW/66NeWRh7JA6t/MsFDwzl9wU+YXG5kQcE/cCHpwaXMhAM
cM/NwucoZHRGlLt8t9I2uhgaz1PC+2MEUjUYRYHF+YGNsJfaZqANVgMpbLMAwNdi2wVFK3W8
QKbFzdy6BtQzuNQo32rEBixFtO+mAohQtbcPmo6dWuEb3TLNw0VDrVQmB7F2gySMkL7Uu5XL
SAcm+/xANsNKa+BiMjGiq+ezKhtAaKBjiEkjgCe2ao/KMhpuOS1vAzpBBdrfZGRa6o3cCUTA
0ZuYM03XwlIW5Z1GUAKwPXi7ZsQF+EtXAq/mMgtBdGk3nzD/AAVnpigcFlKZv5h4Bbv25PMA
3o4Vg5q9/EZlgBYN+ojAXAcHywThC3XDl2mZwDUDOXzKzKWA7jyK2a/MAQL4Dl/ErFptjcxh
ICxr5ZiLzhqXlWb+5yWCpSUsAMHKWdQ8YYMAXZfEppJpWMdiVIfMwFlufMyBaKhXnAxj0V5l
G4B24loF9EYFqas8BGOYQW76IDG4UFsdtMewRu4li2TtzGMjmX3GUBjgW36icTmxRANIJhv4
3CCmbdv3UDwsI00+anv+n+o3BHH6hEFquwczFB8EjI59bl7bkw9Euh55lDD6ZVHHMAUW58EZ
DTC6v3LsDAgrfR3B5UBIDwKcsKIDIFDwU9QlCCQwZ03u9wzaVmtFGgcMI1au4CtKOoFDNkGn
o3/EWx0xLSrZvuLQEvIAgFysaEfZIqpVBQs7jUg03sBL/MPJwChXhErJOaa8REAUtksr6ji2
qLHzEFiq8NVDlFgNo1Fq8U7zuLYOTZo9wD0e6alkBkG2XnBHgIQvtRKkxqIqdoOQp+ZVegT9
pVIO5xknH1DUJ2DIIEHgOsVBuBGyeWaiYoa43ZmYIIuf2+UE2EAOBeWD3DyaHvmApzefMpQg
axEJrGffMDVahdVA8M5gNhhczuSDpTu5bDaYAM+IxdRKbhL+UeGtJa1Rcx2BcU2eYJAQEWnA
KohW4d1XL5hMIwrqWY3Rd8y1Zs2hU2y6BPpjTlJTT8GdynvgVwzHk8AICWsuVhbpC91e4AaB
vaLHQxoAGCUDpL1ZL/8AT/kKEs11zWO5jKgqvVsWct0V1DgA5INhpLM1u4opXZJXNlNw71yl
RsHxBl2BVXl1iGA2qoFwuXzpIKbNvOBpEuQRxbyYXObKrHfxxcZStLggXY8QVhnwKM0ajlW4
9hLTXEBw7DaA233LgjMAVQwnuNBkbAPN6gxwJL6++42mWK0SjaGyYY1shodqjachsXbYj0oF
q16IkHYxUqvcfZScwU2sIKquO93C2u1S3NyhcIctdsEXA308Z7iljQ4O5bmlAWyDqzGBu4bJ
kCPJzctikWVk1jZDQqsRcKaw8QgyALWsG3qXJZlUWUHp5qUAOMSgIUKKwFLw8SwZ2vI5B17Z
bgzCtWQQcaELaYWreTuLGNyhtcMREfmabL1LdC2aXYfcsJ+0tZR4XqCpOb06a41TMC+Tly9R
Wc3mLX5ELyR7XLjFlGcYObIto4sj4CdREuYcvHuAsCrVkzXHYx9wCsDgFgPPuJXu8kOGNYlj
BVai7UeeExAcnYnmU0t8ghiAAyXs+ZYlQbwZbn+uZSpdpXgjOO1s2lQbHKlRysLYyLsTUbCm
TRWPuUG8jFQVM4yZg5dn7lqRS1AJb2qW2SmyksgGcnIEs+IC7Lz8rjJwwEAZfkgXSzYZXcXH
H13V+Y7EFdorkfUZ1UJlVtPcAG2se2IJNRZOGzuFSzZo76lKbRwy8Ygj6aVLP3ByHxi+nxKh
RaQAdFdQcAbU/mDuKmedyxvtpzLINn15J+mTWaxjlGJvipaZVHCTLFqSsIOjzUTVH2McxhCC
jRvKMDYr+qGgIA21MyBoHNxq8NAZ9y0KRhWDoHxBajUI2ujpJzj4K0yuCRBWoLfAV3MYIp1X
4h/LxLYfBL72msrLBhrjqUMPsjUgiQNhvuWLazzE5lOkUynwhw0lBoOIa4YBw1xOcIVHIafD
L6hbZfiUcZ/cXJu6zKZhKpoZQfMzPABWNCnt1EUYDxhSo4DABAjK27gNxU12QTmio3WV7Mx8
oC4xTDTARW7aW5iBoeXJLgimBgTJBVd6S6BTuFu6n/kS0AoTy1EXlXwwjUyFstzGd/x4m4Kt
o4RSxKOAwxfIm+IsRtQClVCDgcFbjp4eCzzLOkDfYriDvIVL+hBmdVtC0PzKCXMIO+o8uxvg
HEWZ66YW5eYNcK8sE2hDV4+YA0JZptjIgGbzPcgTkRALKsopj4VkS+L9weqTo8zMFAHP3ALs
TJnZ5iBst46lwKr0KAsbdGh9wCXsfKMgUGGIYOhICuAMTa9MDCru9l8QZ/Dz1LtAIz3fCSlM
5f5CDCRR7rKNZiJFmFgHLTmXyDaBky+5YYcZGW+mNriUXKZsgMAdrUFBSCUV+oAJJZWhmvVd
UbhQRQNuCXqqZDf1KrGwEYrF5i8C/mKZSr1cbMuVXks9XFhYAZNKg7WWs0XR7Jk6yzDtemDd
G7gK8TDEDOISy3tBbikN6gTNd7vtsQ/CK+o2stgObAuOVe5stdJFMArRARSwpIq5NXgc7lLC
kltL5g8hRvbb8S47Wx66YsaC1tP3DUkKo5PxPIwLO1QleCIYKXqCkZ023GWLMl+ZQNrXnUQv
TCMahjYZ1E2iByTDpYyS8bJSdMfL7Ev+oHRvmRdAxBUkAzXphi7ILdirgxjoTN1jMzf1vrle
YDespdsZTiOm7G7fCWcOgd2f4jlP2IMBELyOPUMmDunX8QnUedb9TGS6VrDqWNjWBnMuwmcB
31FBwhmcwEri75e5QISUDD01Qoal1Fi72sK7Y9uJXBXbk/mIFg6lbXXeX8VLrINWYiuyDQwJ
kxCaHCee7zKThR4PlM39GKbWs7IBwZDEKKzcxgAbY2GzTfWco/prwIMB7iFXdWZbAluLhks8
IHw+ZV+oLMnIAVzqYuy5Ai7xbEI8NrXwYdnwjorzq4eB0Ilm/pLZEWgRoKZ6lXS7oDtuEJEW
4TfeLmfBWMw5CV2KqDzlbI+6mDBTUPlYrsR6VE9WOIMfXJxLr3QSjQ5bYBALDYnkxK0UXLW0
fLxUT0pHm8suUEjbhlwKrZn6iGgtwC79wFFDzqIuCi5VbUEorG2sS0FdYf1AXC/B9TC/Jvg+
IkJToIbA/JxLYPhGNwzqgqhcR1GCm3GIjFHrHmDhYmLjmXQvFfmHoA2wwPIVLiVNV0y8wzxC
TizopjgVp0pYhpsatjWo7HQnFV+YCGYGx2mm5yE4cc+40gujD+3iMrUFsaqCEAocmBUJF3pV
2QHD8nmWCTKmiuSKArC1dr8yiLBXZOAm2cQSixyCMsGc5dkNTJ4jr09zJZHbMxsUgxXcCilL
B5jo0es71iFCqvJ1nqACBQFzdxhqfHYXKkNAKhUBlbiGFZ8ZZcY7m3LwpPDcrKYSxpD3fMoo
KoCvEYRLJQLgKzdrj6jhSVhoQ2LWeYMNrCxuyzAwAl1EW223ucyRVKHN7uMuGs4Ld9kQhdjZ
XZzqARVphz2VzCKW28vvgxxMbJGC3O6jRicUOFWTbXNZldCQgNrrd9wzAS2WNRlg2v31QcZR
IFi9EMhcRg7si63jdyufwFh1RpMLTXQNd1HbWU/gCztCwBpa5RjwARYNHdxZkaM4NS5gdzAy
t9kvv/yXgVV6GJwdvSBkrrqYkZaOqgaDBz3CCdpWnUpwXQeoALb8YouPvxplpYsUzkmbPROo
xBrvIEokuy33LI6exYYkMVzTyxSlVLhrzK+CpH/kdMVVLZ6iApagDCTAGG8q7l4NHhXd3AVU
ilZBqA5YXTcZsjoNNGbjnwmrO9sQ2fRYMrlVdDqZoccc1LzdQRvuJ3BKxnEvps1rEdRpwGbm
FzS5aEFmyG9OTAlblrHFSt3bjPLFF4e2GI2pSNeqniBp9HzKIbaoGpx+SJdBZebPG6YMwYKA
FvyzO4LrBc+YhYDld0OOpZb7LJmd5a8wNxjlD8JUkNK5djx7iyngEG3nIw6iWDJj7qbTdcrA
+bzFS8gabR1iCwGAw10sQH2lUuBjJiNS4oH4EOT9agA39wwwmw7gZSoCuGLfWy4iwGDo1uHl
PixC8ArFwDEhrBWAu8hGzZQEjRChGSPBeLc4tLXZuaG9QKXt+Y0RFrJTfGeotCq3Ra86rqAm
4OBTLy1sNZhasAwX8Mv/AMWOTsDPOTqHKAGOzlv1BjRry5lMjWv9I4Bus8kAEyn5+4TZREhV
3eZcT2D0QlAuddkuHQA+lUuLFhVPuESn7flxAKws+So3+FC6Oah4l7Lt/cNNFOXcN1ylFcMB
BjipdnmBeDop359xmVuFNY6SbQDhP7Yulb21u0JRMKo0dfuawra9QwRCsxeNx1ERWPDFFXGw
zXVxUuwql4To2XTuGa0d8RAJAV5K9TQnmXqeoIsXB3rZM5OzbiXqhQTLUoYBldjbfCEXCsb1
OS5Ong34g9XIwznm6lYwK1FefXibfZopUyHkqkOb9RRTGCx34mAIYbZy5iK4YSpeviFYRKP/
AEloj4vB1GJnpNnUWzhi+PdwU3VS3FL1HLK1Z4hVOBX7QQAWUXxHEW8YLl4xCgUhmBDgXx3A
eSFRw9S4uwnHEqQGjuxw1A1lGwBENMnsB4sa8y7HVXVeRuXLqRdCiH+Va6ZtXZGwISrJNdwk
Z4aa69yxUKd9j4gLKwaGnqAPRblnieV/EqsaWZ8y8cKZH6haBUsq7XZglAuHYwjcy9wAU29R
Fdg7OIl6ZMm4OdK8qUzEOrDbDF1WFnmo3nJFaM1LICvUBYx2IivRermRqxGDJatPMBVAuwq+
pVGAKgv6jJoCuvEb2padGNxRaXLmoMelsPEQ2A0jmxgoMBxiHQURq5ccRU3IXuZIbGysd3Kh
Q2o7OaqOFKdGDZu+5oCkijw8sXAyYgpws4ZYONBRgpGMqUIdcxRfR+3Fw8IDWf3FheMG4c2o
0TCfEAm0wuzOoQQBbUZPBGIIAJd315iHA6of2QcFhLnI4OSPtdHHDmJ1CjUi+Y+JWaUw9yoA
UByF4ly2cAbtYP6DGpkFcoUE3V2VKwRVFjdy51ZZWtVAobB+ZmGAwmz5jN2L+EpxLqKJabeN
4h4F/FfKlse5WD2EtX+ILvcWU0eoX7PkLRoE0JSgpvrMG7wXARgt6HhZg2PJTd7wxC0K/Brz
UZ48gXPgjYgXw3Ei29OsxG3pCr+Gf6DOGvXq1zDVdK45xzDa2w2jGlXbXUya1ocR+VQ2v6gq
zh9oAB9/qKV2uH1AkJW7t/EBpam3BI5Vq2Lg6hSKlWAm8RYyGYLilglq64fErBtyMQttMrXZ
HcXQMgnUo3BSgzBpIlKbpS3AbU78REKK0vOTiY1B8L+SXwBlyJTyTDjzgxZ6mQ5gp48x6QMl
q51KgqPlK8J1bXNo44mAonIkF9RHN1UshILin8wlxrg7vUwZHTsZyR83GDdjMM0QgjfkYlmu
4NlxDYJtTIcQljSTd/mC1W+Bn34l/M8QnFEar9oo5V7lbnF73JdqbHkmDqw5mg4qMvmmCpBu
o1KAKqpQsL/EFRTlisJsiSUPyLjAF12NY9ym+UUQYI0V41v2yqw6Eas259QAKjWdtxUgAsc9
w8hTFzMtLdgYJt0jkB8Kg4HHkcHI3iLZAvcBKtxjrpbX3EaNSlPYhK+kHYi3nDGItlcKOsR9
xpN+oI2dlgpbeKm4VebMygKzRXZURsditdu2V1fSGvhwrvLEo4A3AAbnNSgABpMRNKeAm4I4
V0zEVTHdv4gjjd/aEPTacygujd3ajEF3cCzcoJRrs2MRibrNgOQSu2ABheEc0vx6dLChu6i/
RCFGccW+rhJc1IIvu7ywplQtXF34hE5IWv5nMByqBCCuhcE0fMwCrZ5HqGyErbwlyOixwSxS
LHDNeoqFhyCgg9Nq9lhxcULJViz5hcM1V4+YpZoDBL7IGxwofTEHHKWO7ZkJCwi7s6j0oyIY
dOI0ofje+oqpkwSvuOpLYoWi+Z63A/aFt9MjmpVolU5VMQR3BRKvFKXnIUDEz+Oia6CUFQPg
V44lMN0qUByAxbLUNigD+4oG2x5PSCYCNGVfMRbOuj4jgWLde/USBFcNYh+ueSscNV6OEGXw
g3nGecwFVRzwEY2mMBzCMLbonaCMx3lJwfwi2KfaAFCubUJe3qUYYwccFRwOiIWcBWaiNmLR
kekqIyLM63+oBqrXGFJ9RGqNyuAx0mDVCYt5i9ytYbglQDgcPU8H6QksWwtbdzpAp4y1vQut
fUtIecx8Qq6XUJwOF1xGakGjzAG0o6WZi2jViceJgk12z8SpDWl7dEUFSmiuzUIQ9Y2c3CG4
w2IdKeZtAtlT8VLMKc8QnVdwgpKpeFsLkRnG6f5iNlC26HOoilyadCvUOgRq22O4BsowwcdE
VlLuu/iLsTUW2vmXWZAURNwqU4Rqq3EAFaebMw3aLwXAComulaqsI9TAjS+8MWyiX7Tl6NS4
Q6IKrsMVwGybD8xHDNdFuYmBgFBSDFC1BhQgYRBYzg7mkQXg3CVLmLqviYZWyysZ6lMsGiqI
7HrYYH0QjCsA4cMGzusau+sZgbqyhbkmVONyxKcjQhxQILOC1e8vbGYOfGb+JUVppe4B86mC
o9UsoL5JzBZm+HxGBJeLxawEM2tXZcuB4/21GKhCIPojtbJtP7jWBswRqJWcBqhtp5IrlLxF
HQA4siTFMJg6GUxTzizWDuWBRFFcvyVLWVfBtbEbZDYpj7hCLq5Soiosv8xp51U5b9S8sIeV
2+JgyE0wM+Ser6hobAd8yrtHMX6NVXUSwcCVYRUiNXh6mjVweDKKvs6MEUmwwurY6FcyvzUq
gwKT+8zCjg1G3lzxOWFwtGW1slnEvSc3h1AR2+kxK40mUxRv5lggFSr9RsG8VWDjiOgSbUa9
subRtR4d3LGxOVRK8hAmteogRhy8xlXJL4wzIhaK+V8w6gZSvzKXEXImhIWMcAKtu5XF1O/k
qBbfgHvxEYFI6333PCJGnOYPYbG/wYzBwZOTCdhOcfzEDXLJwXmWqrbp4rs+Yf0I6zLo9lBK
fmEGKVWLv4CFqEmB3t5jZpHa9ixmroVTbClaAJs2y7lruX7otLruVG8zAUaeJWNnSmc8LFIB
XdMf+IAVUsBz7lTlLjmLBJgqT5Yc0rNDi64ldW6lioGnv1FwbMF4EVEKOHX4hUcjoPHi5ljZ
ejXMcMpRZ+F8y9gDCGTpUC4wE/BSN3Bc4Wl7ZS0Q4UunZBMU0i1mvUtc/UyShNe4bwUFhzEV
RWEXN8s8IvG3csGz8Huf6yUW5ED7gqqVch/MNjVvsgoF2eI84B1tzLZFVsOSGyhkqN1cuxNf
MGEvd7PceHzHE4S3KKiKqvHiNR9nn6sjWVhoAMVCqOmuMx+FLdg9RZn200kR1NjlCDwKAN/M
Fo2mzw+YLQDkzfqbxFp6/onhQB33LhBLs69Shohwg/McSigV/wBgboS2tWOvMxM3Fp8RzNNn
cJRZHcWbOGG4Nl2w31cq9Z85ATP1AdkKVMYCgPBB3aKA8RB5gTN+KlbbZYmcDKvZL8je5kGz
9TqIFWFIwfcNF05E/FsADZ+pXmBBsfKgll9ufqHsKc8GHwFEAZ2vzMVEuhtgZn8rBT9wQC8g
eZzQVZ/UwgAvLKToDliog2bHUdQUpl2ltKFZXKpWtgM7WzJe70I+xyrAQxLCTu0OYeZbaquY
pxOYO7stdU5JiAXpUX+ph5Fu9jZ5Y5lqbLsT3W4YFDgFGflgGyP3FYFXS1iZqUHQVD5Azb3H
FlXsLjIGDdp8FT/YsI1tGKvSy8/TuNd9HG5eG3NPfiOrYOHfiA4KctxEqAvO2IsVqXUKAkoL
DjmX4pplUy85lJWGih0dS0DQ0X+om7ZKTCVKJANhbj3AwcZb5vqCKGQ7IgbjRuytJAUNuKiK
CduV++YkIXlpnMVui5aMY8wEXUsXBiIzWfKol6uVebiKTYpw06inM5ZIigDRZyyos2FoH6h4
gtN+XuNY1LY3dQtoRf8A25lFNgbLgJBZltjcGC8PJWIIRH+lRt/5R4gqalnas8kWAnJyXziC
0SodsUM0ayq91UtLbxC18wV7L5VFdR0Mo0vZDVwytRlKwnUHB7MmxOfiEL/I3RRCwVxjqrfE
3AcKJdiLAK8wwsXwfKF1NvZ4lCqymzkYyaHiHEyiorDENyAKkXF+I6TtrQLgeO47IcHbofmA
JW7bLY7ESIpwHUWuUMBznwwvnAwtjKIrp2DUZgt2DEtnKKwOAsosvqKAnmw7iIC+AM/cBF4W
F7a3POg9UVC81bcQGXZkbKeZXTJa+FdRLPjYNvqPsD/bmVdNbSgHPJmypcfkVr1LHk7wvfLN
5DKlcvE2IbTioa2qv5LmVzgaIZCvcFzDwDfEW1sb4qAAURB6VAZoXhK3LU7ACU23u4wuIcjf
o6jzFLGxtmNchs6imgNKtoqWy5K181DMAILqNyorbZldkQrAiltrca0IdHFPBLuYMd2/cW9E
GM/YWbCzrNIfHM2v8amhVyDV3KeA1LjO4VJQpzrqCICnTPwQJE1Id40+oqrC3QzaxRs2wdHu
IpwKLGv+BimgGbq14gBQ0B0w0VhzkUz3GiQ5rSJFwhNGmB4/UEh2WC14XxLp02jeYwoEw8wU
JFHN0uNyw2HKOBRcE5GAol7RsdQrYqz013xK7EW5tN6XHaP0ImKTVYYwJpoacl0ssjpU1c72
RBVOow2RuD0VRTmLbAUBL9o65OmYQpw6HiUVchRWfygiDrcXN+IJ1K+rlGTZ2fqAdrdW0QrL
a0KlQ1Rbm3I4SLWlCisDnE/2mGZdpSvCw0ursZplEjTZMfNSuLYzS6OoLEosQ3b18RjvkwrW
T5lF2Uol4R0vhjJgDjDxETgW1ivuWDZVubO4yp5+1dXDCWc2NxMTiWbE5IwkNzbn4qWhI7S6
uu4pEirFeuJvEMWNzABhltavNy0yQ7W/qNbYewjvqVpNQc5QEArIMD+UojpEe6SB0QDQTuDv
QUSvRNW1VSyC8o8usRVbjur4GDJ7LRlHm0M2BncBDoGKirg9he1/2KWhNj3Z7iJr/HOSBUlC
DBJasmIJQspexXcHpGiWvaBtmwLi+mUrs3sbpzGtA3tZuVpBW/PiOKqc2Ar1ApVMvLK/D3ec
X0wZErVVb9y2A0hC8F1B33vTiJDTkHTHgELkxnzDCGn+NRAOOItLniOCcqwE+Ntxhh4otuy6
mylB1RmAc/UCgzMI+3zGgHVrNCNIS04bEOg6ruBFINcGzeSHVZeRrJ6mfA12BiMA+GlziM+Y
48RA0Ob/ALAzWSsYMyjCiLd6ZXng/wDEIUG0RRFr11GgRritrXqV0fr/ALKgzgHm3Ew6yKMj
vcq3LTz8MPAg+dnM2HspDvOPMQBRj2qZi0ovOvlmQ4tMI7uIXVLoXh9y6gtgfEtW0q/p1FR3
o7WRJMveXJZmMrCjRcqbilLsVo5xENhoZYtiZmYFWmdxvFVZVOnMbWzIID2SqjJcuvcGQoN2
/iIgApsNVCBkEbYAzr5gJpoO9D4ggoA5V3CcnRZrHiKxVAI4sZpMBgDz8SoLpy5zWfMGbEp0
eUgNtZopXlTOqboRXZ7lYDQbGN9wBro1VQ8RJYmUs3BBjWTgnMzxNMjN8xYoqzgWnmYFUAVt
DNQaAXQxnmZmCWFxZr3cEQpRhwj4IFBTSiVHCg3KRqnuoPsLOJ5JhXcwKwebmZNaePiBCmko
YubW0yGz6jAVKDguWCkRa2qiCgtF6F5e5VEu0MreAHEGsLZbmz+pjXbRFoOm7YrvO79va/xH
RNCFK1dcxCk2+gRF4DgIBXC6dyggNcpyjzFkd3lJXuxiUWKmqB8Mqly6zbXpFVFDm+xO7qFV
3Za3uvUvoWDbmBDLWTMrEMra5OsxhSdBgX0hB11uw+DEr39Cf//aAAgBAgMBPxD/APXef//a
AAgBAwMBPxD/APXef//Z</binary>
 <binary id="i_080.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RVuRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAAMQIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTM6MDcAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA+QEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAADkEwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABwAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A6sgubDBv527YIjz/AHVFrngQGFkaAccfNdDd0zDtA9npuHDme0/P95Rp6cKnOLrN
7CIhw8P5SSnANr2+MHzI0lWKn+0naJjnXX71o5NOBQx99zTXXW1z33kbmhrQXOe5wnbtaFzf
T/rG3PvfUMd+Pj2MD6GvINrmP22Mut2e2n1K3s2Y1e+1jP0l136RlaSnQNzy4Q2ADImQJA4U
HWODokgdhKg0UOtqOEB6rw4vqI9pYPpP3/y7f8Ir/TqcTLBpeDTkAbjWYMt49Rv8nd7UlOdu
dvkkwTGp0USTv27ontMFbbuhNnRwLZ1ER8EM9BG7RwHbukpygwEzGokeRKs7XE8hvHxVp/QG
Od9PaWmRpJPj9JJ+FjYb2OsyqqGn6Tb3NaTr/OD3D/NSUj+3jp5axoD37fUMn6Lf5f8AKU6u
t5TjNgYwbdxEEx+6NwKB+zqsm19lPUqLXWF0CGvDT7duzbZ+Ztb9JX2dBa1gnJsfYBEuA2c7
v5pu3/z4kpqWdSy77AG2emeA1nPHvlpnd7kR7nY9WO6x7323WtgWOcS0T+6T+cq2R0R1BDsr
qgZ6jobLRWIn2NYxjmve76DX/pf8xTyhgVV142NkOuvxsiuWWS9x9wa+nftHu2e//X1ElP8A
/9D1VN+TwTqNnqbHelHqQdm76M/m7oSU859ebjh/VTq2TW3Y845qmtx/wrhQSW+1n0bPpLyi
jqGc7LN+HcW3dSz3tY0HUUgtayD/AINrv5v2/uLt/wDGf1GyyjI6dRY5v2XFF+ftedkWP9DH
xvQaW/pLHOdkeq/6FVP/AAq4v6iYbbsnOv8ATD7aagzH3GNrnkustqmWeu2ur+b/AMJ70lPV
4+TdgdWsc5rhj1+3HFbdrGMaXsrYf5PqOe//AMFWkOqGjqWH1BjmjGYWNvJENa247bn1un2+
91Xsd7P8IuZv+sd3TR1LPqrdfmX2Nqrx7WuLWbw+tt3pf4Sj9Haxn+leiZz8nL+qtHXWVUsy
cepuRdjteG0NlwpHtqfu9fJp2ZP2L1K/T/7bqSU+vLK6317H6VWG7fWyrB+jpBj+3a//AAda
H9Vrur2dJxrOt5Fd2flMF+yuv0vTa5rH+g/3O9S2vf7/AG1/+jFUzfqkOo9Ytz78/I+zu2j7
JtaAC0Bv6G2N3pu/qf8AXUlPP5fWusZl4dZkPoa07vTpIrALSHe3R29v/GKo80kG253q3uO5
7rjuLtTtlz3bvcu0P1P6Cdp+z+9n0bC4udr/ACn71Jn1U6MzVtMOiN2kx4fRSU8rXZWQSxtb
m7QCGta78NFeqyspltT63/Rbs2t+g6RIc5n0tzPzFr2fVSiT6NoAMQ17A4fyp2mvcgn6sZLW
k/aA9/O0DaP847va36SSnPOVlPLnuduc5pa1ziSGtOvp8qWIX/a2G2dXtfqJnXur2P0HPYfT
dt9MEucS7QknX6DdyN+xuostFlTqxsexwGuon9LDo/NZ9FJT/9H1VJJJJT5P9b8a5/1l610h
webut10vwXja1ksYzbXbY/Zt9S7G9JZv1TwDg/Vh/wBYLy5uPT1OkXAa/oa2OxbLNrN3q7rs
z6H/AAf6L3r1/K6bgZWTjZOTQy2/Ec52Na4S5hcNr/Td/KXluL07qI+pnSOkVl1rcjqmTRb6
YLmssHr4+N6uyf0Lcn9a9/8AxiSnHo6V1HqXU8995ttxsdlrGuDmte707ag+ird+bj33fuf+
fVVy8bK6zRX1HEwTRjWvxun3UY1oDHZGz0aX147f5uh21vuu/wC1Nuz1F2f+LrEw+pY/UPtw
aA3IF9LgSNrshvqZeI5r/Z+hto99f9tUP8V2BnZ2RkvNWNd0lmY22173Obc2+k/aMe2llf0/
e6r+fd6Wz1P5fqJT6rUz0amVtZoxrWw0zwA3l2zdwp+ozcGHRx4BWVmfWbCqusxsUjIuoMZL
piqmf9NbDtzv+CoZdZ/pPTVTpf10xczqL+nZOPbiWB/pU5DhOPa/mutl4/m7bme+mu7Z6v5n
vSU75YQ91rSS5zWt2E+0bS47g3952/3qrm9XwsJ3o5GRRTkFjrWVWWBpLGAudY7Rzm1+3+c2
K8s7rnSGdV6dkYjXNovvqdSzJNbbHMa8bbAGv/NsZ7H+5JTlXfXPEu6Q7qXS8jEt2ObW5uVY
7FAe6DG/LbT+a5Zo+tf1vobl3ZfTqLq8en1gMO1t0NeHHHtftf6npO2er/g99So4f+LLqzc2
uy/qFdVOLAofW31nkfu+lksFNf8AW/TrXP1J6uyy+zG+sGRU7Ke197zX73FoDZc+i7HbufUx
lW7Z7GfzaSnP6d/jHpYCcmy3qFtgaKqKqW1u3GZJ92z0v3bPU/62mZ/jB6xk9RYaMfHpwXPa
yrHcfVybS5wqd/NWsbj7P3n1+n/xiF076jfWaq6631cPF9bc15fW29xYTOxosrfs3f4T9MtJ
31Q6v62OMp+D1LHre15a/HZjvrIOrqXYbanP/qOs/SJKf//S9VTAynTJKURKz+h9Exui4lmL
jPssbbdZkOdaQTvtdvf9FrPYtFMkp4b6o1V4P1w+snRbXBzb7RnUNaSC2Tus/q2bMvG9zUH/
ABS4ttHQ+pi2i2jLOU8OpeCxwAY3Y1vqtbtfv3t963n/AFayv+ebfrFVkhtH2f0bMcsEk/RP
6Ru130RW/d7/AOa/zN9rHNe5xsc4Hhp2wP6u1rXf5ySn566Z1jq/RbbcLIocXYzpuxrAWuaA
d14fp7fUb9Kzaux6v13F6j0Pb0mxrsrMbRsrBLH0XOtDamvdu/n2ux99bt36O39Kuh/xh/tl
luC7DxX5/Tsrfi5uI0bmusfrhPua33tqqv8Ae/3+nd/MW+n+jWN9Wvqf9Ws9llRN2B1Pp2QH
9RwfVa4B9Jc2r0sjZ632Xf8ApK7N73s/l/ziSn0Po2e3qXScPPaQftNLLHR2c5oNjP7D/Yri
4Z31jd+3Ri4uPi3fVvDLKmZ1L3z6r2/0bG19DMy22fzleMzI9Jn8/dVZvXR0dT9ItY8NY1xL
WsYOH/nM1P8AW/tpKdZJAwsynNxa8qifTtEgOEOB/OY8fvsd7UdJSkkkklP/0/VUySSSl0ky
UGZnTwSUuuZ+tP1yxPq9l42PkTtyG2OLw3cAWBu2s6/o929n/bjF0h3TpoPFeG/XnLpt+u3V
KMl36H16QXE6Mb6DMa5zR++39Fd/6DpKe76d/jCt6s1uP0PDt6jnXbpqJbW3HaP8Pl5Th6Wz
3fo2en+m2f8AF76nX8b659PBz24eDkV5Dw7qVOAyx2S5sBu91tj6rsn02t9no+j/AMV6a57/
ABb3W9Mzc2v2utuc2t1jdR6dTX3NdS/93KfbU5j/ANxd1m9Q2spyHbiHPBtLSQQyw+m/YW/R
2Nekp5TBzLupGn7H1nEY2SWsx67PtgGu7Hpf1B2T9he9n07K2sq/41W39ZrHTz6uSH5D7mh1
tZ9Sqm4nZRh4rvay70mNfZmX/wDG2fyFy/WqqLx1o3NdR1DptjSbKAGMvqscK6BlU/zfqU7v
5/8AP/4RZmTflsxsKi/MN+/HORTS1gaKhaLGOa4tA9a17P8Az6kp9O+pfW2tvbRfZsZ1Yvy8
alxkt9QmxlLP+s/mf1/9Gu4XivTPUoGHkFgFraaLRYPpw511zTSfzNnqNcxet9H6g7OwqrLQ
Bc5oc4N4I/NtaPzPVb+k2O+gkpvpJJJKf//U9VTJ1lfWP6x4H1dwRm5pljnbWsafe7T/AAbf
z0lOqkvPav8AHL0SxzWuwsppc4Na0NY4mfhY33f2V2PTut42fhsy9luM2ydtd7Cx+n8hJToL
wb61fVvq2Z1PO6pSz1LDY6zPx2kusoc4nZYK49W3Cu/7TZFXqV/vr1b60fXfp/1dtx6L67HH
LBNWQGg0NiW++zd7ns9rn1N/wa8mfh/Wy3ql+DgY2Rj2X2B72UF4YwbnWU/Z8zc3difpfUpr
tu9P1P8AhElPatxqx0HoHV+k1DEx/RbVnPtawEtqHph91jf8J6jbfT9vv/wnorVysZmX08is
+o26sFo7Egj2c/nfRVzpv7CxejDoeJmOy2te6ms5Lw51ljXerbRXvDGWei1v0Km7FkepT002
dObkMf1IB+Vbj1lx2VuNfvs3b/R+m3Z6uyz/AEdfppKfPc/Ivffm2vd62RbjZFOWQRG6rJ/R
WWtEbW+k2ltayHvcCXzuNLGU/wCa3c8/2WNWxY4NxeqOuc2y7IzbLMrQg7Md0sYXD2v+05d9
X6Nn7iyM+m6k+gSHu/whbH86/abK/b/msSU+r9T+r1z/AKvdCsxG77MbEZVaGkNDqXCrdb7/
AKX2Zu/I/wC3VHpnX8fp2R1bqjhY3EouqpezbBc2tnpsfW20s/Q7X+x/8hda7ouPl/V1nRso
fonYrcdxZoW/o/R3V/uuavH+sU5vS6mdB6u+l+Nh2ix9VILMnJP+DY/d/OVf92f9FWkp9xrs
ZY3cwgg9xqFNcL/i769mXsyaOsX7sh031gkenVSB/M+pP5jff/xa7kEOAc0yDqCPBJT/AP/V
9VWB9bvqfhfWnDZRkW2Y91BLse5moa4/v1O/nG/2mLfSSU+SdN6UPqrkZmNkuabSwudmNGx5
rbFlUWvDvsnr/wDntln9dWsz619YyMrC6f0FjfWDTYX6WOLGA+p/On0/p7n7rf0n6Nd91j6u
9J6zQ+rNpG97QwZDIbc0A+oz07/pt2v/ADfoLLzfqXS1rn9Hc3Fusj1QfaHOaIFrfTaW49vu
e/8AR0fpH2JKebzus5PU8XpfTulV1Pt6hSzMybshrb2VVABl25lo/SWet7P9Km+vPVLqenY1
mPa79Sz6nWhwG2x9bBaGWhg9Ox/6enfu/wDRa0sX6v8AWej3gU1Ny8eyz9IAQ2ythPqWejvD
W3Uep+k9L1f+tb1y+XnZn7Fxa8+tzaM/JzaMmqxmx/rX1i7GeHWt9Rv609/v/wBEkp5jpufm
5H1iw8y3dfYLRca2e32sBsdVW36FP6Gv0mf6Oleg4nT+nfVyjNyH41+XT1F3rZFz5e4tsG5u
I2+Hvv8ATdbZ6mRZ/PP/AMGvNqcmwdRofgB+FaLGspLXE2AuLWEPsO3d/V/cXtnUMLCx8WLf
RdTxccuwCkOPuc53qNf7vbtb/wCfElPknXHY3Tc/qNFFrcmq6yu8OaQ5m6bPS2uqLW+zf6nu
Wb0nCu6t1nEwQXF+Zksa+wSSA5wN1373t99iqZbhZlXNpJcyy1xrEE6bj6f8p3tXqH+LP6i9
RwMxnXOptOOBT+qUH+cm0FrrL2f4LZU7+a/4X/g0lPpbS2NrTO3TmSuZ+vX1VPW8E5eDFfVc
Vv6CwNa4vaD6n2dznjd9L+a2u/8APi6BzHMZtABAgkjTjvARmEloJEHukp8g+p9PVOodf9F9
AD8ep7bKLgRUB/Nu3t+k5vqOb+56q9XwcJ2LUG2X25V0APutdO48ktrH6Kv+w1EpwsTHtuvo
pZVbkkOvsY0BzyNGmxw+mjJKf//W9VSSSSUpJJJJS3dZ3XOgdM67hnD6jWXsJDmvadr2uE7H
12D6LmblpKFrntrc5jQ5wGgJ2j5u921JT551n/FR0sF+XRm3MNjmgV2BribLHNqqAub6XpNs
yLP036Oz/gkP629Nryvs1WZa2vLppbXZk5dF9dNjh7vWbn0stra73em2m7/z4tS361dXy+sX
9K9HGrxKhuOQS8uftLT+rB231Pd/hPTVx9f1jspvPR7Md1ZZ+kxLqyx5sI3QzKabKN9tXper
W7H2fpP53/CpKR/UP6vdIp6VjdVGLQc+x1z25LQ1zg173Mra2xo/0DWf+CrrXODRJ4VDoOBd
0/pGLiZDhZkMYDe8AAG136S46f8ACOcr5AIg8FJSoGpjnlOkkkpZOmTpKf/X9VSSSSUpJJJJ
SkLKoGRjW45JaLmOrLhyNw2yipJKcO3o/r9QoNtO6jGoO8Da1r3v9or0Ac/021M9r/0XprS6
bhtwsOvHaA3bJcBrq4l7v+qVpMkpRIHKYfSI8gk5jXbZ/NMhPGs90lLpJJJKUkkkkp//0PVU
kkklKSTJ0lKSSSSUpNynSSUpNqnSSUpJJJJSkkxHhonSU//Z/+0dTFBob3Rvc2hvcCAzLjAA
OEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgAAADhCSU0EJQAAAAAAEM3P+n2ox74JBXB2rq8F
w044QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9v
bAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wA
AAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQf
BDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVw
AAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAA
AAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAA
AAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAA
AExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABC
Y2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2
ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZ
AAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcA
AAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAA
AAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklN
BCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44QklNBBkAAAAAAAQAAAAe
OEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAA
AEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAA
AAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////////////////////////
//8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklN
BAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQ
AAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAA
AAAAAALQAAAB+QAAAAUAaQBfADAAMQAyAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAA
AAAAAAH5AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAA
AAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9u
ZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfkA
AAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9u
ZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2lu
AAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAA
BmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRs
b25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH5AAAAA3VybFRFWFQAAAAB
AAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAA
AAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlo
b3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGln
bmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVt
AAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAK
bGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQRAAAAAAABAQA4QklN
BBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABQAAAAAAQAAAHAAAACgAAABUAAA0gAAABPkABgAAf/Y
/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwM
DxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAO
DhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQF
BgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEA
AhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRF
wqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3
x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFy
gpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDqyC5sMG/nbtgiPP8AdUWu
eBAYWRoBxx810N3TMO0D2em4cOZ7T8/3lGnpwqc4us3sIiHDw/lJKcA2vb4wfMjSVYqf7Sdo
mOddfvWjk04FDH33NNddbXPfeRuaGtBc57nCdu1oXN9P+sbc+99Qx34+PYwPoa8g2uY/bYy6
3Z7afUrezZjV77WM/SXXfpGVpKdA3PLhDYAMiZAkDhQdY4OiSB2EqDRQ62o4QHqvDi+oj2lg
+k/f/Lt/wiv9OpxMsGl4NOQBuNZgy3j1G/yd3tSU5252+STBManRRJO/buie0wVtu6E2dHAt
nURHwQz0EbtHAdu6SnKDATMaiR5EqztcTyG8fFWn9AY5309paZGkk+P0kn4WNhvY6zKqoafp
Nvc1pOv84PcP81JSP7eOnlrGgPft9Qyfot/l/wApTq63lOM2BjBt3EQTH7o3AoH7OqybX2U9
SotdYXQIa8NPt27Ntn5m1v0lfZ0FrWCcmx9gES4DZzu/mm7f/PiSmpZ1LLvsAbZ6Z4DWc8e+
Wmd3uRHudj1Y7rHvfbda2BY5xLRP7pP5yrZHRHUEOyuqBnqOhstFYifY1jGOa97voNf+l/zF
PKGBVXXjY2Q66/GyK5ZZL3H3Br6d+0e7Z7/9fUSU/wD/0PVU35PBOo2epsd6UepB2bvoz+bu
hJTzn15uOH9VOrZNbdjzjmqa3H/CuFBJb7WfRs+kvKKOoZzss34dxbd1LPe1jQdRSC1rIP8A
g2u/m/b+4u3/AMZ/UbLKMjp1Fjm/ZcUX5+152RY/0MfG9Bpb+ksc52R6r/oVU/8ACri/qJht
uyc6/wBMPtpqDMfcY2ueS6y2qZZ67a6v5v8AwnvSU9Xj5N2B1axzmuGPX7ccVt2sYxpeyth/
k+o57/8AwVaQ6oaOpYfUGOaMZhY28kQ1rbjtufW6fb73Vex3s/wi5m/6x3dNHUs+qt1+ZfY2
qvHta4tZvD623el/hKP0drGf6V6JnPycv6q0ddZVSzJx6m5F2O14bQ2XCke2p+718mnZk/Yv
Ur9P/tupJT68srrfXsfpVYbt9bKsH6OkGP7dr/8AB1of1Wu6vZ0nGs63kV3Z+UwX7K6/S9Nr
msf6D/c71La9/v8AbX/6MVTN+qQ6j1i3Pvz8j7O7aPsm1oALQG/obY3em7+p/wBdSU8/l9a6
xmXh1mQ+hrTu9OkisAtId7dHb2/8YqjzSQbbnere47nuuO4u1O2XPdu9y7Q/U/oJ2n7P72fR
sLi52v8AKfvUmfVTozNW0w6I3aTHh9FJTytdlZBLG1ubtAIa1rvw0V6rKymW1Prf9Fuza36D
pEhzmfS3M/MWvZ9VKJPo2gAxDXsDh/Knaa9yCfqxktaT9oD387QNo/zju9rfpJKc85WU8ue5
25zmlrXOJIa06+nypYhf9rYbZ1e1+omde6vY/Qc9h9N230wS5xLtCSdfoN3I37G6iy0WVOrG
x7HAa6if0sOj81n0UlP/0fVUkkklPk/1vxrn/WXrXSHB5u63XS/BeNrWSxjNtdtj9m31Lsb0
lm/VPAOD9WH/AFgvLm49PU6RcBr+hrY7Fss2s3eruuzPof8AB/ovevX8rpuBlZONk5NDLb8R
znY1rhLmFw2v9N38peW4vTuoj6mdI6RWXWtyOqZNFvpguaywevj43q7J/Qtyf1r3/wDGJKce
jpXUepdTz33m23Gx2Wsa4Oa17vTtqD6Kt35uPfd+5/59VXLxsrrNFfUcTBNGNa/G6fdRjWgM
dkbPRpfXjt/m6HbW+67/ALU27PUXZ/4usTD6lj9Q+3BoDcgX0uBI2uyG+pl4jmv9n6G2j31/
21Q/xXYGdnZGS81Y13SWZjbbXvc5tzb6T9ox7aWV/T97qv593pbPU/l+olPqtTPRqZW1mjGt
bDTPADeXbN3Cn6jNwYdHHgFZWZ9ZsKq6zGxSMi6gxkumKqZ/01sO3O/4Khl1n+k9NVOl/XTF
zOov6dk49uJYH+lTkOE49r+a62Xj+btuZ76a7tnq/me9JTvlhD3WtJLnNa3YT7RtLjuDf3nb
/equb1fCwnejkZFFOQWOtZVZYGksYC51jtHObX7f5zYryzuudIZ1Xp2RiNc2i++p1LMk1tsc
xrxtsAa/82xnsf7klOVd9c8S7pDupdLyMS3Y5tbm5VjsUB7oMb8ttP5rlmj61/W+huXdl9Oo
urx6fWAw7W3Q14cce1+1/qek7Z6v+D31Kjh/4surNza7L+oV1U4sCh9bfWeR+76WSwU1/wBb
9Otc/Unq7LL7Mb6wZFTsp7X3vNfvcWgNlz6Lsdu59TGVbtnsZ/NpKc/p3+MelgJybLeoW2Bo
qoqpbW7cZkn3bPS/ds9T/raZn+MHrGT1Fhox8enBc9rKsdx9XJtLnCp381axuPs/efX6f/GI
XTvqN9ZqrrrfVw8X1tzXl9bb3FhM7Giyt+zd/hP0y0nfVDq/rY4yn4PUset7Xlr8dmO+sg6u
pdhtqc/+o6z9Ikp//9L1VMDKdMkpRErP6H0TG6LiWYuM+yxtt1mQ51pBO+129/0Ws9i0UySn
hvqjVXg/XD6ydFtcHNvtGdQ1pILZO6z+rZsy8b3NQf8AFLi20dD6mLaLaMs5Tw6l4LHABjdj
W+q1u1+/e33ref8AVrK/55t+sVWSG0fZ/RsxywST9E/pG7XfRFb93v8A5r/M32sc17nGxzge
GnbA/q7Wtd/nJKfnrpnWOr9FttwsihxdjOm7GsBa5oB3Xh+nt9Rv0rNq7Hq/XcXqPQ9vSbGu
ysxtGysEsfRc60Nqa927+fa7H31u3fo7f0q6H/GH+2WW4LsPFfn9Oyt+Lm4jRua6x+uE+5rf
e2qq/wB7/f6d38xb6f6NY31a+p/1az2WVE3YHU+nZAf1HB9VrgH0lzavSyNnrfZd/wCkrs3v
ez+X/OJKfQ+jZ7epdJw89pB+00ssdHZzmg2M/sP9iuLhnfWN37dGLi4+Ld9W8MsqZnUvfPqv
b/RsbX0MzLbZ/OV4zMj0mfz91Vm9dHR1P0i1jw1jXEtaxg4f+czU/wBb+2kp1kkDCzKc3Fry
qJ9O0SA4Q4H85jx++x3tR0lKSSSSU//T9VTJJJKXSTJQZmdPBJS65n60/XLE+r2XjY+RO3Ib
Y4vDdwBYG7azr+j3b2f9uMXSHdOmg8V4b9ecum367dUoyXfofXpBcToxvoMxrnNH77f0V3/o
Okp7vp3+MK3qzW4/Q8O3qOddumoltbcdo/w+XlOHpbPd+jZ6f6bZ/wAXvqdfxvrn08HPbh4O
RXkPDupU4DLHZLmwG73W2PquyfTa32ej6P8AxXprnv8AFvdb0zNza/a625za3WN1Hp1Nfc11
L/3cp9tTmP8A3F3Wb1DaynIduIc8G0tJBDLD6b9hb9HY16SnlMHMu6kafsfWcRjZJazHrs+2
Aa7sel/UHZP2F72fTsrayr/jVbf1msdPPq5IfkPuaHW1n1KqbidlGHiu9rLvSY19mZf/AMbZ
/IXL9aqovHWjc11HUOm2NJsoAYy+qxwroGVT/N+pTu/n/wA//hFmZN+WzGwqL8w378c5FNLW
BoqFosY5ri0D1rXs/wDPqSn076l9ba29tF9mxnVi/LxqXGS31CbGUs/6z+Z/X/0a7heK9M9S
gYeQWAWtpotFg+nDnXXNNJ/M2eo1zF630fqDs7CqstAFzmhzg3gj821o/M9Vv6TY76CSm+kk
kkp//9T1VMnWV9Y/rHgfV3BGbmmWOdtaxp97tP8ABt/PSU6qS89q/wAcvRLHNa7Cymlzg1rQ
1jiZ+Fjfd/ZXY9O63jZ+GzL2W4zbJ213sLH6fyElOgvBvrV9W+rZnU87qlLPUsNjrM/HaS6y
hzidlgrj1bcK7/tNkVepX++vVvrR9d+n/V23HovrsccsE1ZAaDQ2Jb77N3uez2ufU3/BryZ+
H9bLeqX4OBjZGPZfYHvZQXhjBudZT9nzNzd2J+l9Smu270/U/wCESU9q3GrHQegdX6TUMTH9
FtWc+1rAS2oemH3WN/wnqNt9P2+//CeitXKxmZfTyKz6jbqwWjsSCPZz+d9FXOm/sLF6MOh4
mY7La17qazkvDnWWNd6ttFe8MZZ6LW/QqbsWR6lPTTZ05uQx/UgH5VuPWXHZW41++zdv9H6b
dnq7LP8AR1+mkp89z8i99+ba93rZFuNkU5ZBEbqsn9FZa0Rtb6TaW1rIe9wJfO40sZT/AJrd
zz/ZY1bFjg3F6o65zbLsjNssytCDsx3SxhcPa/7Tl31fo2fuLIz6bqT6BIe7/CFsfzr9psr9
v+axJT6v1P6vXP8Aq90KzEbvsxsRlVoaQ0OpcKt1vv8ApfZm78j/ALdUemdfx+nZHVuqOFjc
Si6ql7NsFza2emx9bbSz9Dtf7H/yF1rui4+X9XWdGyh+iditx3Fmhb+j9HdX+65q8f6xTm9L
qZ0Hq76X42HaLH1Ugsyck/4Nj9385V/3Z/0VaSn3GuxljdzCCD3GoU1wv+Lvr2ZezJo6xfuy
HTfWCR6dVIH8z6k/mN9//FruQQ4BzTIOoI8ElP8A/9X1VYH1u+p+F9acNlGRbZj3UEux7mah
rj+/U7+cb/aYt9JJT5J03pQ+quRmY2S5ptLC52Y0bHmtsWVRa8O+yev/AOe2Wf11azPrX1jI
ysLp/QWN9YNNhfpY4sYD6n86fT+nufut/Sfo133WPq70nrND6s2kb3tDBkMhtzQD6jPTv+m3
a/8AN+gsvN+pdLWuf0dzcW6yPVB9oc5ogWt9Npbj2+57/wBHR+kfYkp5vO6zk9Txel9O6VXU
+3qFLMzJuyGtvZVUAGXbmWj9JZ63s/0qb689Uup6djWY9rv1LPqdaHAbbH1sFoZaGD07H/p6
d+7/ANFrSxfq/wBZ6PeBTU3Lx7LP0gBDbK2E+pZ6O8NbdR6n6T0vV/61vXL5edmfsXFrz63N
oz8nNoyarGbH+tfWLsZ4da31G/rT3+//AESSnmOm5+bkfWLDzLd19gtFxrZ7fawGx1VbfoU/
oa/SZ/o6V6DidP6d9XKM3IfjX5dPUXetkXPl7i2wbm4jb4e+/wBN1tnqZFn88/8Awa82pybB
1Gh+AH4VosayktcTYC4tYQ+w7d39X9xe2dQwsLHxYt9F1PFxy7AKQ4+5zneo1/u9u1v/AJ8S
U+SdcdjdNz+o0UWtyarrK7w5pDmbps9La6otb7N/qe5ZvScK7q3WcTBBcX5mSxr7BJIDnA3X
fve332KpluFmVc2klzLLXGsQTpuPp/yne1eof4s/qL1HAzGdc6m044FP6pQf5ybQWusvZ/gt
lTv5r/hf+DSU+ltLY2tM7dOZK5n69fVU9bwTl4MV9VxW/oLA1ri9oPqfZ3OeN30v5ra7/wA+
LoHMcxm0AECCSNOO8BGYSWgkQe6SnyD6n09U6h1/0X0APx6ntsouBFQH827e36Tm+o5v7nqr
1fBwnYtQbZfblXQA+6107jyS2sfoq/7DUSnCxMe26+illVuSQ6+xjQHPI0abHD6aMkp//9b1
VJJJJSkkkklLd1ndc6B0zruGcPqNZewkOa9p2va4TsfXYPouZuWkoWue2tzmNDnAaAnaPm73
bUlPnnWf8VHSwX5dGbcw2OaBXYGuJssc2qoC5vpek2zIs/Tfo7P+CQ/rb02vK+zVZlra8uml
tdmTl0X102OHu9ZufSy2trvd6babv/Pi1LfrV1fL6xf0r0cavEqG45BLy5+0tP6sHbfU93+E
9NXH1/WOym89Hsx3Vln6TEurLHmwjdDMppso321el6tbsfZ+k/nf8KkpH9Q/q90inpWN1UYt
Bz7HXPbktDXODXvcytrbGj/QNZ/4Kutc4NEnhUOg4F3T+kYuJkOFmQxgN7wAAbXfpLjp/wAI
5yvkAiDwUlKgamOeU6SSSlk6ZOkp/9f1VJJJJSkkkklKQsqgZGNbjklouY6suHI3DbKKkkpw
7ej+v1Cg207qMag7wNrWve/2ivQBz/TbUz2v/RemtLpuG3Cw68doDdslwGuriXu/6pWkySlE
gcph9IjyCTmNdtn80yE8az3SUukkkkpSSSSSn//Q9VSSSSUpJMnSUpJJJJSk3KdJJSk2qdJJ
SkkkklKSTEeGidJT/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8A
dABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAA
MgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6raHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pO
VGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRr
PSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6
MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5
OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIi
IHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0UmVmPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYjIiB4bWxuczpzdEV2dD0i
aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxu
czpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5zOnBob3Rvc2hv
cD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29s
PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M1IFdpbmRvd3MiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTEx
LTE5VDE2OjM0OjQyKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzow
NyswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzowNyswMzowMCIg
eG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDphZmUwNWI3MS02ODExLTFkNDctODY5MC0yMTA3
NzFmOGM4NTYiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDozZDBm
ZTc5OC1lYzA1LTExZTgtYTNlYS1hZWU1MjM0MWMyNzciIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1l
bnRJRD0ieG1wLmRpZDpFOUU2NTkzMDY3OEUxMUU0QTkzRkY3M0UzMDY2RkRCMCIgZGM6Zm9y
bWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIj4gPHhtcE1NOkRlcml2
ZWRGcm9tIHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6RTlFNjU5MkQ2NzhFMTFFNEE5M0ZG
NzNFMzA2NkZEQjAiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6RTlFNjU5MkU2NzhFMTFF
NEE5M0ZGNzNFMzA2NkZEQjAiLz4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxp
IHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6ZmFmNzBi
OTAtZTk4Ny01ODQ2LTlhOWUtZDY2YTg0OGJhYjY5IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5
VDE3OjEzOjA3KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3Ag
Q0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDph
Y3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmFmZTA1YjcxLTY4MTEt
MWQ0Ny04NjkwLTIxMDc3MWY4Yzg1NiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzow
NyswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0
b3J5PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQg
ZW5kPSJ3Ij8+/+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4Q
DhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+QMBIgACEQEDEQH/xAC1AAEAAgMBAQAAAAAAAAAA
AAAABAUCAwYBBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgIBAwQBBAIDAAAAAQIDBAAFERIT
BiEgMBQQUDEiQEEyIxVgJKBCFhEAAQMDAgMEBgcGBAMGBwEAAQARAiExA0ESUWEiMkITBBAw
cVJiciBQgZGCkiNAoaKywtKxM1MUwUNzcOHi8mODYIDw0ZPDJOMSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AKD/2gAMAwEBAhEDEQAAALvbh6eeZYmvNmY5eD3zz0ya/Tb5h6e++7B56MXusyx9xNmHuJl5
rGzHHweYDY89PPPPDPzD0yxy9NWTM92a9xr98HvjI2748g37dOZsRMCchbSR5o0kjCDrLSNC
zJmGMo0z6q0KXzP01+PTDzLA9z8D3H0eZaxt1jblr2mePvhjh5ie5a9oe4mL3w989GHmXh5n
hmY454nmXmQZYGXvnp5t17DDLP0w245mWmTUm/BqNm3X6ZyI/plgHr3E25Y7yVCn1Zjc0F+U
eVsKjdujGTHM8z8lkPydrIWE0Q85Pho24bBr2RzVhv8ADXtiSzzHb6avJHpGxlYGln6aMs/T
XqkYGrZkPcM/DBlqN2Xnp7s1bTLZ4NETHIz836Tc0ZG5q2DDLQZ7q70tJFLmXVdL0mi7ougP
QMchH0zhWyJQwZ4jDDA2eKsl0PM3J0e2onm/KLuNcSZpNm6HgXWUecaNU8VuFpgV+yWIPlh4
V/lhkQMLPWQMbP0rt0gQ49xiQFh6US79KLHofStkSxrg2Q5/T0vpQa+iFPZ7h5BnYHO9BR3p
tAAAB5jnqM9WvAcF9A4UnRIes6KbUbyVvp7A8tKKxJ8eTFNFnXaDqWGYAA89GPvvgwzwHkOv
L9W1ZeQqHItfabeWkioyLyRQ4nS+02JdqiUTUDw3QNO43R8cSLvxyF/S3JsAABjkA0m3U8K3
i+o5AhSYF0RdtbLOrpbmmJlpT2ZZIMwrPM647GdQ3wAAA8086W9JFHmrLca88hl7I0DbGzJO
t4bvMMzc1+ES3hekmKyNu2J6e4Y7DzZp3Ei3qbU2gAAAHh54wOT4/seHM73nphpu6bpyfXW9
cQZEuQQ50DaZ4boJK7D5735mABF3c2RtHvhs1btRn7C2kjzTsM0XYbs4+RM8j7jZqy9JGOIb
McjHLzA9zkajHHZmR88hncV1kbQAAAELaY871XKFFz9pVnnno6iw2eG7m7erLW5qNRca/nvS
llR9LVGnrPmeg+xb+A7wzBUch3nNFfss7o52V0nhzunqMTm8uhFBnf8AhRaeiwKDy0wIPm/W
aPcsyPlK8I73ee+Y5G3zPwwxwG+256+JIAAAPPQg/P72CauY6XmzCVGsDrtGyWUsOZXlvydz
TkW8ruoLqH5OPntnH6g673THJzHIxw9zPQPPQ89HnoAAAePRr9z8NcSwFbhaiomSvTRhKECZ
mKuxzAAAADHLSfPJtLbkbmun5YyuKq7J9lWWBorMKgylQbMi9BD6I4iXoiGP0PiPoxZbAAAA
Hhq3RJYY+np4escgYmTGMS1PqL1UzSS5jE6lS3QAVVadOrZ5mAAABhnifNJFlyR03IdJic33
XEfVCh13vBlpzHRVJE6iNfHMa9tWbdfRxyr+j/PfqZ6z8PPcBsYYm1q2gDHIactgw9whG2NM
4w7PVRdOcnSdvHOG3dxUkDdNoydO5TcdVYcZDOyqqoQ7CRtMeh5PsC4AAAABXcB9OgHFSOlp
DlPrXyX6yVvz6wjm73CIXVzlqKPnev406W6o+qOe72gvwABhmNW0AAAKSh7ccbznS8yWUiti
kyxrLU6HnMYp9Fi8vXnkCw1EO386I53Xc5lVX9Xkc511VfkwAAAADHLEct1NQfOvrHy36ufJ
p9ZflTAn4n0zfCsDmPn/ANL+bGPV1nUl9J89DTUltBqLMkTvn2g+lKW5PQAAPPRyFL9Jjnzb
3tJByF103pysXtPTh4/0AfPIXXxzncOwtjgtvebD57l3dYV1zDuDaAAAAB574eQpkE+b/Vfk
v1M5G3v8z5dhf8yd/P1bCi4LuOHO07Th+2Mq+b8uLWfQ2JcxcfTRDvMyj6WHQn0Rq2gAAAAA
AAAAAHnoAAAAAAAeQZ/hwnabvT0HOcD9S+bnd3nHdgUHzvvOBO66zneiI/yH6/8AHhb0W4v7
/h7I7ONlmYcb0nJn0C+4vtAAAAAAAAAAAAAAABhmAAAAAAMPnP0n5+avonyz6YUfA/YKUh9R
XWJq+W/V9R8UkdpDOb09Xy50c3j8jpoGesmfQ+B7wyeRySjiQAAAAAAAAAAAAAAAAAAABx/Y
c4cN9E4XrzodEjwjS8Mj0HnB978wLeJq1lRP6y3OA87KaRbzHlS884u+L7PCMT86uSS2naeg
AAAAAAAAAAAAAAAeegACqs8gAAPD3iO3jnx62tOmOH7vlox9IwibSRxu+gKbrbKvLrbE2khj
GJ8bCAdWgTwAAB56AAAAAAAAAAAAAAAB4GEIn+RtRYe1kokvKgiVttWFxX01iY7vNBKzqag7
PZz20uMtUkhIMgdZ8+6gvQAAAAAPPQAAAAAAAAAAAA898K6k28Yd1D5qGd3lx+JbQ5XVnIu8
HybPtuKLvKj6MjS5OZBws4pZQIEoyrtEMu5uMI7KVR3JmAAAAAAAAAAAAAAAAABBm88U3Lbs
SPhOiGPR852J2ucLI3aNXhjjo9OWo+0gFPMq4pfxa6YdFT51JO04i9gSNZs73ibs6J56AAAA
AAAHnoAAAAAwzHnoMchj5l6Ycr1vHnB2NZILOnn7is6/kOlLyyqpBK3afSLtjwzRQ9Rxh2FL
IHNY+9CUMyxpjZ5ngXurbrPLSsmHR2/J9ISAAAAAAAAAAAAAAAAAecN3Pzs5Tbr9NlpTzjy7
stRKmRZZsyxGqstaYseM6znBOoehOZvaSwI8TMb9uqQdLW9xxhjnhsLuZCpTt90GaegAAAAA
AAAAAAAA89ADX8/6/kzksbaqPOv5TrDu+O7Hnygvec6El+b/AA01VzWHP56vSk6KgsyskRJR
oz1SBaUvTHfcr1dWcjLizydTToZ0VjVZl40bj0AAAAAAAAAAAAAAETjeu5g3QKjtjhdXU1J9
BjSZRymM2mLyRTWh5q3YnNQLfkTbO02JSPcT3L3E867kumO+hzNZSV9xypDl+SC45i85M+iT
+W6InMMwAAAAAAazY0ayWg5ExBkG556AADQRPmPX8seSKvSbpUX6Ge9HhmQ6q3qSjt664MNW
yAQOVuKc6ipuKQQZPhnHYGHZ8f2x2YI/y/6xyhzPV8JmW9HlbE3Ojjn0+wqLcAAAAAA8pLbh
TOrqdZazKD0vpnNXZf8AQc3fE5X+FlH1+nGwVGdNzV5bnFeXk0ofpkKOXzjbI6GBV3BHz08U
dbChWJRwbKlL2uy9K6yi7iv0y9Jr+i/PfqBbgQZw4qm7rijTX4+Gu5xkFz1HCdcWaummwAAA
AFV88+o8ucN7t1Hl/Fvybrx3E/dpxMpHIYnUZQZxjT2/KFvc85fG+juOLLHdQeHsLTrLPp+N
7o4f3f0BbR7HM5Dmuw5IvqqRsMK/boGLw3fTPm31IngAct1Ph8w1XfLlzur8jZ0HK35a2lWL
SXqkgAAAAFfznZwDhZk+nLyFsiFnUoJBl6b4x6Hj+mKfnN/SEmy1azdynQURSavdQ83RiX1f
NdAX2rdANvsOnOh5/oOeK7DRieMPT3xmXP03iu2AAANPBfQ6s+ZbbOnJl7Tdua77DMAAAAAA
atooOf7yMcLC6OuK/PqaswuoEQrrutxPOm07zZR3XMHU0VzUHK67ypI/k2EXXR8N0p0MiDIN
XP8AUaTjq6zpTZHz1jLDM2SodqfQZuvM8245jLT6bQAVXHfRoRynae5gAAAAAAAAHkaUMIc/
E5OP2MY5iH1mkoJm6nLKin1B1HH9lw51VbrqTPTiMui5rsjqcstZpgydZyfO39EY4sT3ctiD
2ujsTHXvGvzLE888G7LTsMgAAAAAAAAAAAAAANW0Q/ZY5+i7vEpOJ+k8uc3GynFVhtwMe44q
+O58858taekiGuHZelVtuuoOU7+w9AAHmORjjt8PMgAAAAAAAAAAAAAAAAxyABFlDm4PZD5r
F+pwT5hYd7QFloscDlYtvUi+5/ti19AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACp3R5RD57qdxx9p
bUhA7fiOkLgAAGGerYegAAAAPB6AAAAAAAAAAAAAAAAwrS1cnAOuiUdmTGigOxrOVlGfX8D9
GMwAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQtFlRHJ6rXSXEqPsJG/RKJPPdSOf6Dz0AAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAr4u/A9qeo5I252UgpenrbMAAAeejz3HIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAwiT
vDXQXkc3YzNRqlAAAABjlhmAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAANO6OSAa9mOQAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB5756AAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAeegAAAeegAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB56
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAMcsTIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAH//aAAgBAgAB
BQD/AONB/9oACAEDAAEFAP8A40H/2gAIAQEAAQUACMD/ABhGFSc8fyisFHkDCSQsDLnkmOCW
bjyWBnlkALy53nIUz8qJOAZCOJAezAFnIV5Fws5QSOT3PJmfjyYZGA7OGEx4RyRxyOxGBmBZ
1XO+EZ8nPnlW5xQOQTnBB7FsBC4JWUoGYqAoiAOEc5/P0849iJMjto5ksxqH2B5Gw5xp5HxG
HfGIGcdg3xhB4BJPxwCoCkHOeDzzgbOxwhcHxnYHORwG+SSM7dhynDcBU+TyWz/QsM+MAAL8
cHGPGKVAZuAWGclc55HCB1POAZ4yTGqg8hWOFySXPJAYqDiOFIUDFlVT54skuqMW4xQbBDgt
oSbSDJrgJZ0OOzYFYhUHEddVaQRrBHKGbkY2AHFcdpZBgYEDrgK9wOAB8sCMKk52UE8nOC+A
DgcqVIw9+xDAnF4OBCRGxUngYQeAxABJzn4PJzkAqTz2U43LFgeSBnKgfwO3IGcfCjCOc6t2
bjhEBwDgoigvP1k8nkEkn9UcNnyGQgSk8pG/95z8n+qowOf1jKqTixqVttyB8HjOyMOqjJEb
AhYNEOTE4YD+qDqSg7cEnkgEDswUBVK515xQvAVOWIJPJPLE/KiMc4FHPC9iDz8dgPlgOQGG
cNyCQT/t/wBe3B7AEDCBg54APC88qnLccYvIAPOEAEBSXMcaSs7j/wCsjAlVCq/CtGzKTMBk
jY5DoZSq8Z/9IUcZyqJaflk6tL/XHhkAQMcVuM7jAAc6jkqBhr4IuSY+MIAABBKEnxYB2JiG
FeMIAeeVIhHa/qsyMUHxz1HbnB84FIJ5GAsT/BIOKH7BpBgMhyTtzwxCk8E4eoxpVGGQ8LL/
AF8p55GHrwqhsAINt2cyoehbiNFDyIrFmjU4qgZIA2A9sP8AUuH4XqB5kGJMvDklbChZewL8
R4kIGPXjcWKfbGDKOQMPPjXghYwFMXIMJKmtyBXAHj+ChGHgZ8DA44cTSYtdVBTxKoPcSIc4
XkRAlYgMZDwY/wCvUnAinFUYU/uYy2FWw/1IPLFXwx/IiAaSP4AUYvwoBYsAmJ26oBxK3VTK
ryuQ0nx1WzFxFJ8zP2aFviIBmllUNLbgjVNiXDvYceOwBV8iJVaTpdiHWBkkfj9Aef0ZEbHr
Kckr8BKoIjrdTwRhHxx8FEzoM8Yy3NTqodw9uaAxpEWfhWDZ4g+WYnVIJCSsyyCvKjMIeWau
uNAy5JE4Ahc40LDEjIBQZ0IBQMAg6lD2CYyk4YSwalwEp9sSArk1WR8VWXEJdZFkGJr5yZtZ
JCkcczxx05rEsOq6FddWVUrwILFObyXKFoRU9E0YEPUiKeQ1tfIZGrQtnVcvQsI6xUZ2k+jj
9eB+sgJWSbqBOBgsDN7uVoVet3aWY7EVeGtYEwRmxpljdJ48tWQAkAaOZOBJJMIq1pXRT2Gc
DCowxKR4hnh+PGueJeBEuLGuFVUMgJC4qnkuoPWR8AAxo4yyKqggc8jn5OD5wBR9J/TqCeq8
jj9OyjGmiXLXiF3n7LN1zyoc5VhJBG2SQSc7eSxb2DLDRo10j5pTFlj4J/IhZ3BSLy/kTQjx
Y8Y4XgiZvC1G15FH8fPP08c5x88ZwOCq4zrGoDHAq5/GWL8EBk3cQw75sG+HCb6B2O2gBTZV
ziWYHzspzkfTavw1jJsbko1tiV47zRQYkizgssEaokmcr9HHz9BAOPAjApLFiWmBtTqlWj0m
u7S4PPUsOwikWtGNgBDHXaVpp3CauRlNOR3Vm7xqoRp2Eya8yRmJ+6fYOfyHZIxNsYlL7di8
e2oxQ29xNYkDSyOe4WKvIRHBH18S9VTqxjD4sckeRqeZZjGEtuME05P5MoaW+ArydmUr07rG
8z+Rw7B+zFYV7Zw319n5/U4YU53QjjoaNuFtF5LNJZOpsv5aTN52kWFFszzNUZpIqSAL5hGe
wJvTGF4ZHEuvsiaP7BKqLe0SLJ7UkpaWSRmhdnFQoiKgAQ8uf6RzBlH+15H8SSFi0gw2O2JL
3WdVnhrpJWkNiRQ7jI5cd1J8iqnlXtIX7Kz4ru2QZwftSNYVn8rrFJI49rsCKlq5esTuXl1A
IE7t+Tr0JsyR94WAKoYoljsKVlaMy9lVpQrveruH07sr/XYtRQLe2csuCRi0jEGYShlLOndR
iRqjjl8IHZ14aIqM8jc/GcqqkRMEj4HAVix5CkljID1UtygPyx8Z7EBlUgFeBkfTnhftk8Z/
J9yjZooHdcC/8jTRwVDGSdTA0q2VKxNGJKiws7ghQzJiShlROJeBKNZKgt/VbtrDlq1JLKvI
xo3zqVZ2QLGg6ueMDAY39XbsMJPEcgGcjkDuVQllVhJ8uiIBjKFZVOckv40xkHMZOELzGF5d
ELRnqVkCt5E+0eOSDjuFT2Yi0Ax5jdQ0thpCgaZ6MSVoHjbxWLMASAcqKayV7CzRZCZEWMNw
mwgNpI1e/CWMX0TydI7MnkkJkWRSSWZOnk6CSxGGjsh8nmMeCRuksrYrWXQQEl4WCIj8Q+QM
zSEhm4RWjLcBgVdEcKzMoMZ5cKOOpGBQSWTkANgUgokbR8fYBB/Q5ceZINjY3ng2c9hlIKkq
mEFc0NBBXk/4nmkJieYmXXSSNFF5O09mms9mMK3YJJIveatVkmaLb0IzDaglP67289Wu92yT
HK5ESFz/ANbIGGpdhLruAtCKHDApJgDBaYGCALjxcq0a8FeM8Z54EhKKglZuE5ZHclmK8ScO
kJ6lnJH8gR8lgFZeqFz2ZJEQ+Vfs29ilZ6tgWoPg57Nt4milhmiqqvYsxBVQxqSRQw243dmf
ywPCnkgJgj2W5arFJPYkfUb0TRz0T5diYIY7N61IYwWbQ6TZO8SlI/0u0K9xLXqk/FX1p2hq
62vXIUDCAARhQHDEmBEzoueJSRGox68TibXFkXVnrPFLGWiulVgndBWk5WryxhKM9cHPFGEU
8mMp5Gl5DMHDr1zxuUhldm+fslVOcADZ2hWqwo81/wBg4SrwgHxxQiJsrXS1H+BJUx5TFFVs
RMxdEgvWDan+SvrtSxLc2dgxMaEc9G3Vkrz+u0ls7BVVR+ryRoIrEMrfqV5zjCM4+j/Tj9SB
nAxY0UdEBeNWxqLMZKJEb6+UquvLE0YTHHVhRWpxdfwibHiTg6mNZPEv2ieB7TsCz6rpz7EV
8AVgSeDQj72fJJC0rLJFbpL4pqghq62dLVWSsPyZ60sA0OwqR0qt+ptEmtwRpuLkk9n06OOK
slqu5mGwjeMsyYa8JKqq/wCDxhAP6f64R8AD/Bk4KWnV72q4TPYnUYSQSTmh6m5s7RhngbtV
sMkC2LcU9CtOYXtiPwxxNbli1cdbVVbskck26meVpO7enp21fghB+wSAK1utaX7xPH+JZDGv
bLCzr+34vsUZeIhgV56+tQtJP7BArRa+QzVtugeavMyKEU41aWxAAmssX5q1mu9as1lYJSx1
6Rr67AIdb9llDLr6MFGvnZeQ2c4WAHcZyM54zyR48saLJsakZl3sakb7kxbSVzZtx145t1Zd
l2UqrUt2ppP12G9p08X2+PtT3VO1H5U+ycb5F+B4rWuuRBJJobSKFJDAH06ov4vsNadM1drz
VLfl8sijzRq4kuOYKm1ldxS9hmqpc2Vi/J5LEJrdI30csk1Pv8q3OeQDAyn7DsABJ89nwdhh
LZZkshYktHEjZknolzsm8Lvb7Fp7TSLNZhaC1Mpv7BXymsVlRWrOKbSwBtzCif8A6dSdh7Fa
soXbvRrGRwUrT+eP7PzxntEBE1mAq2o/37bXV4qcUcrNpaZq0twiPFDO+vu7RnURVJbjVtdC
X2ELNBsaKI/48Mh9f1VVovaa6RPpKj2rcKLHFnAxogcEQ54Pbu4xZGOA8j6p7ENdTuK5kbYV
hUk9m2Tz1/bmL17EVmLbSahlgh9dONoNXO1vQVIbP/5+wM2esuQ4BzGk08arsbJBkfmGvM4h
iLFdbEqSyiCJVaaX/rG+3s9el2vsKzVJtSkry+0xNFXoxh7UChYttYrI5iLbfcTMR691XLq9
LO2sq9PYqtikGKnWXJxW3ohGo9OrL+R+oHx+jRBgsADAcfX7BRtWY/xbfn9h8leJR2K1QkUm
4sRVy89h9dppJmu2P+o1+pS1etjmOO9VW5VvaqWo0vkJUTloaTkTTuwavaYvT20iyh0mitD8
r8uTCAftEfOw1lW8tTSx1T7rF0ipHi5UcyVvbbbPu9gsS2d0qSLp51jtXNVJNAtaOKxskQQ9
D219xIoZ6S2qGj1UlT/A6f2ZEbPZbSSWBy7vKixM7NlOyyZDvkqQSbCfZR1p3iYXJ0SbY2rD
uksYMgWSnYhWzP7FWVYt7EuD2oZF7MJH2EemvRxergv/ANbX+4eeRyM92jc1KUSyW6sfirbZ
jLtNhGj6p3M9aGXpPrJPJRMEXb2iCRY5l65WlZHo+z2xHQkeWp+s1qKLBuYia+1hkdXRh9lg
GG80Mvk8TBZOMLedK3rlqdoPVFSOT1UnJPWdgrS6jbLFD69tWktw7OJkgHeSvEuLH8dJMGus
ANVljMUYfKf5SHm/9fP0kH9PZa/5Gp0cavsFHC7RlGw00Ru6OmvRb9QLY0qdaAIOe1kDVlAH
1OhsXhq/U4a6ooRcltV4Tf8AYYYxCnnl8dMreuu9iLa2IpdJu0vR8Hn7MtKrNk/rlN3raapX
IjQfofgD9CBmy09i3KnrE/Wv6xSUR0KcSNXgfOicT1YJ0sevVZTV9e/HfpN9wjjAc2x4oaaZ
o9nCweL2D1ixLc9b00tGLeVjQ2yl702pjmghguRlfar8M2uSRVPqMxQA8jL+4qUct7BLMlMx
NBdseVO/lN6s9tK9GnaWTUzRDQbb82t93gHOPq4+gjk/ePOc85uG419NgLWvkLwMoJH8e4xD
zpIsVrWsJ6ckEMMftF6tPrP68eucnI1KrIwSPaXprNyi8cckFmJ3V2KxIHjkRnjjTlG+cguP
qthXmWaH7Xzz+vHz/j8fJzZxvLVp+u2kkrQCGH9Pa4f/AF53Bn9alEtL+c9sSEatee/qMDtF
l2Ly1LH/ABzQTSI+tuxcx2istaRDCk0M6QzFcHAGzsRT2vWbXkpftHXOoGD5/XcV2sa81Ax9
OscAHke6O60YyFf1WSWSrlxzHVtAmZT8xycCSwxj12zlSOoYrmbevFDlq6ixkct6pK/l/YBI
DJ9yZS0V5oVsaS4auzHHHuMDy6+OFWf1SVuMswCxBu9JZ1k3BxFLsEYDv1Pr+3WB7exPluT8
UddGJ59LKKG5/bvZa8y7MvxbpyK8MkaSJL69Raahr4qzfpYrQWYrvpp8y+o2WtXdZ+FVdWR1
k6lJ5Wk2E3apqWbzX6czXowyxs6IP+wo8/m1+I71aRv2n2m4KkkVnzZprSPUQsRLdrxMmwhZ
1IYfow5WT2GxRuTSPeu39FG8zVJojXpJGLwDppqlhn1dDyR5PQrztHQpQYp7H+qhH5HOAg/s
vHzntWpNytU1FiWbTVZ6kqnkFEOPBC+KoVf0J4G/Bk2Pr16KrJa2EsOwpz6/axrq6JW365FL
ZqVY6R/2jbe1zVZW9w2PGo38l4v/AMaJO7RrJIMiZpArBsVuR+wkAgfx+hHOV9SkdwIM4+v2
nXNXzsTlOnNdr66WSjNr70lgcjJI0lUDge4U6caRxyytqNW9KKO2kyp8ITyEkMLNOY3g2p/7
EEEfY+efvgAf4B/gfx+nznzlyqlutN6beWxR1Hir+214oNlUtWBJQsrYilsRV12XuEMBEG33
c1erQ08FvYzWZKMUqp2IbkATkhoJvLHdVvPr7IkH3gQR9gc8fe4/Q4PnOeMPGduApB+j2ar+
StXRSgnw1ss2tc0z2Nf2GzKqasVkQVY4CLtaTOy8QX4rD2Ry1aRwLxH42v2EhyGQSR/dVVVf
8lschQ2yjIWwJEZJAI5mXIraNgYEPfsTT2buvhax7XViw+2SO9fY0biyW6lfE3OtTJvY5Rln
YXrD6vWTsL93zvr6vjhsugWzJJFsLbqaGv7sKVtkwHn/ABef8Jhzm0nMcI2VePJ7kUUSbh5s
r3InS1sadFH9tmWZ5dnsxB6vNJHN6s6LPNLC1Jqkk02hrT4nrkYSPUSNkOn6HZy2Fj0dRQHl
WFI/7vaEFmSzbAWtGY61SQpJRkZof2ZiAN67Go1mRwdo8tZLpXKm0khi2Fia/Jp/WJLRqapK
6LXUBwqjb6eC7He0tuodfsWrGnvqs2HaUlKbKKYtFC+G9UrI1k3WnkWuurkZ5oe8tqdDFWs2
QkuvtcyQyrKn7LtLAr0odn+ZXhKc9oxJ/XkCQD1tQ9tuqYWCh5wpldQrTgiaCFo9pqf/AGXj
eLK6L1hvrAX3JsKqTTyLEYxurgL1x4KNbJrbyatLDzJrZpKs9V0ZP8QfI+xzgIP08jOec9sn
6azXWVjuTL4Njci8c3Lc9QM9ORARa7mFgMlk5ZhyJmYLKHnhewUgsU6exju0LFJxalUrsJQa
u5dQN5GGdxatNL3rRSotaMldXTrAxqsYGqtiBgwJ+wOfuc8fWRyPEmBVUfozhSzIAPG2MvI9
ybpTVikm1cSGqv5lGROjhW400pqayjPI0SSKVjK+Rx8WJBxrJwz7tWWLV3DHO6xzJstUgV0A
Co7H8aYM8SxVv7LAhIib/h1cPkEMDMgTs8WsvtJF989ufo45H3Cqk/p7sxERPyWaWDUsHl3V
HwSKT2sO0lbXuv43ZnaB1CknicgZTmRLG1B73giz6a0ssW8lYVXUofXyXj3FxGmkLMZ28cVd
A8l+IpQqoVilH9ak3Qwq8dtZyp/Yic94di/8mGZ4WMoDxWXvZJGYriRsMpp1iILLCxXJSzRy
r/xydVluoHXZJ0n0D8Wt0j8uSx0Lha19+ZYgS/XyRUA0lrYwSx140DFnUq6gGkSsK2kkNdyU
/wArj6yPn2+YvsCPns3AdhmtqPct7vTTSw/iLXyPgMRxncLEzErKGEdks2POpp7VOxpymCxt
DE4IUZRlVIHDF4f5QMuakSvcjqxyU7o/GsRsjRwort2EcWuncbCKQ9VII+988/dPPP6yypHH
7BUazM6lTxnxz6XVD2JIgy7Jmjv0dhZsWIWJKKnD8AMgZJCI229h0gSNrGv4DZYKGlM5Jhkb
wSBhJGrEJLxLpwy3ISDF7FQd5agLRa2Eeaxw2Um63opQMqy8oDyP8EDgfd36s2uqoGg2mrnr
P/oR8erbqCkILEViPepAsqVpZHrpwsABRl4VOALcYR90p8WtbvRbqGmlH/WhA8gkaJS4IKyL
FGxzSVpLEqAhNzH2OxL1n1QC179lYY9fxIFPBN6vWaOTlQQR/jfPP13VJisBtbboyQym365X
Qzfi9aiqljWBfwtrSWxiVTWVLECivPHww5I/sZ4VZdyFNLUy8xWVXyBH/DgjVi7t44CO9nkk
q3X0xiHzZwiWrs9T+WR0rR7uy8x0AQxSsUjuzASaux3rQuB/n7Wc16cG0q3ovKS8N2CHXWf+
ivFqtN72ueu1Z1DLs6sqqkCAxTxQNFMsiow5IKtv4uK8c/izW047J2khirwhSk/YZDEVRjKX
mYK3p03e3k6eSGK5JBXsbyAS/l6p31MavLbs+Nbt52k9cLimrDI3DD/N2bFothXmpWaexjha
/I0qSJ1ymOh9YFnjNkpNeRIxHHTMklaNVjRionnJzfXAICrO2trRrU27h7EcSxRdvK/IRA4L
MAz+lr1k/S5XM8F+OSGfU2Kpm6www7mwCIYnYJMmtqQbp+NbM0ifelmSJRZjKtfiGLfLYbbg
LfBK2oiQyn6gQcaeI5vdxPUvW50v3p4TXm7NzEjM2u0lH8WKNIky/wA+CzL4YII57prJwhKq
jsVzfnsEDF6skkdYSeaezMzNUhDRh+pEhzhifUonU/r7Pq1nxorSxVrNmN2lNmbWVGij2F/l
qEbSWdWeIvuk8DdTc5f3qxwje3FxdzcQr7TaUr7TZZofZJnNPamd4ZWOB1wMD+l6cwVbXs06
Rpfm4tINjXkBVpD3PiynHw9CaM1pb1aHK9rzZcBau8QeJoFZOQkZmru88budzEor6PgbHYWF
marGsMJRpysUdeGWGVkXnkMOfV4SsP6363mW7ThUtrFsGHVLHly55n8PlFOBa+UNg6irKZYP
uWJRFHtNoOWYsf8Ak55OAKDFHI71tRdkFHTJEV5Ve7chpeUsuBLLBPFuNTNXZZDEdPK4a/qo
Zk//AD11xX9cIfXVqBk211Y5a04gTY7BKlehuXuEyq63L9ejDs99PdPrdTiG5G6ttD5qGtkZ
LZRnv7CVelD5kuzN4y8k8ZCla48k+ij6QfqQDm11q2Ib8j1nlv2JSkErmsers/U1F65prSTV
hs1mmhk8i/a3TMIduI47CkBhywSCSRtNqGnLUqkbm7Ck1cIplYJhkUNB2lDSqZkDdpoQ4s+v
0ZVo0UpTy0alhhJDTPsGz8R0Mh/HnSOnlq8J57WwewddYaukmyNDXbC9YsyaumLdirWSFNhF
ddbMM0dRZGB1Pjjy68k09RoqyTzvPIWKksAtbnzevTCWp9PsOkVgddMTDHXikVVD9q0OLOGb
Tu4q62qhjXaVS0uyijWF2ki+xaqx2U2HqImknqyQOqyk040WOpbFVbMTWylZExWVJJLdYybD
cN+Su6uFtbFAB16G1c8UVzazSS6+/PblijdJGLvJ7HKTd1duWKfbbQ2rDupi6gisx8y0oLlf
Y0Jq1n12mYVXqMC+RdhWlXPEO2ukj47o2TTJ2IVisnUFuTTjLz6iqtWn9LDkbSjYilkaaOSC
eKOJ7IlC8sdQTWm3FjutDW2Zsho1ofuXNXVnOz0ZjmrVGNiNu0SugimtzyW7t3wmxL4nkEjC
q6hPW7DCSaYIu32TxLWhaeXU0YqkPbnC/Y7yEl4+YlPDkgkdScpD/wBpNvIjPVrSwyXOI455
sbYugszLJBZMJWlKes8aoGdXbggoXw8c6CqbGwVQo+qzXSePdavq/wDdHMhlaEq7axJuaNL8
qQAAfdsLK8zRR1JkEqT+cJX/ACo+XBlzbkl6amVU1MQp6S2qXp3DR2ZJ7FjX69YYx8G/OKta
gJF1+z6li4kIJ7sp6DkHXI8k9WNINjIsj1mgmAInjEtp0eG9Veju5ViWuSslhiZUIALM+EcK
kfLenVw82c/Xtdd+Sl6k0eLEe9aFvJp4D+NHGsaYT92QENua7qYpkZZJOMgjrmOGRXmNRrVm
CitN2stOPx3huwM0tbV0y9iOJUXgZtpvPagQrXv15JTYpy1JkVWcoSUIOaCBln/GRrH5HjDy
rJFfmm/FszBBPLUjyedpHiMQxzyqngfDZxKGrQu2aat+LRMhzjkqMZuMBBH0bSl5EnhCtqdX
PaaKJY1++QCDEjINZUQ7zTOp1T2oZ72sYx19Q9aVRyLFqcC0EkWjakhlhmSQ9+cdgV1sgn2c
NhDEmyisSb6Ji7QmTIYSWfpzFZnhbTXZpoIopeWWwghP9ZatSQ7evGtnv0aJlV3bliR1iHOI
sYk1aCW3EqpF1U51AwHJUMmR/wBR9HGTamhM8UUcSf4bKrBtdUbFjVVtUVdZqM1dg8EjLVj6
fjTREWfEle4lkbGdoKVRfFQhjjh11ecwzbRkegl9I6b25iwHZOeo9eSUPEkbGyF4YQxq9yHt
uyWrdASQQTycQclQwWKI8es60wp05Uxv3+FwsM7tyeeFbn/N8aBpYVkEmppS4+virkVoJzd0
TcfgWYn3Hm/CBHjr8GG1GI7TzC3QcsGbsSD2xn8beroWgiUKrd2yxUaVv+vqxRew9VLfOEjr
/OLHwNZqpr8ms9dVr6qqr+jqxJRsKHOByHbhCT+wPXRga1hT4pGTaak2YJPX7KLBGI03tcJa
1k3Ek8HjkJKEo2f7s0ARUkmClrFdMu3RFln2Mhbtgzzup5C85HXeQ0vXrrzarVR6+L6CRgPO
FOcVcC/sjIDnBQT1Vc7/AFwdTHJG9stPE3VMVC4UR567bWOZWjlTZR3IHsPZL+MnJKv9aens
T2F9fuxtptEsTcDn6WHOKABnUc/sSsW+ggHLVNbCbH1yKzkXrV54buptV3NTxRvD5Hqokcuo
lFiPfW7EUjWvIJoIHnkjXwes1nmJAOAAfXx+3FQTe1FO6y0atRP+vS/aiMcYsQrYF/VxqG1O
z8dyGevr/XYGh1n7xu3Qib/ZZWQQta2sQrewSCSXd1pYdgastquEEH0kchW4H7ju67WGaaBV
e/EgRYLCNp6bmz6+8Ura2JZ9Czy1/qdeMX+PtNz1Tt1/ZLT/ANw1RAzRMsMyRlZ17WNqslie
xF+ZrvD+N9RAIAAH7ZLLHEsu1Ja1vrCSNv7bCG7PLkH945D4jtad+Fo7uzrl9pArahJr9uGJ
Yo+P3SWj5ZLVStXhtsjPUqy2Wq0+Y2nihyuYg8siySvTrzR7P1aOXPXtcKy/uskixpdka+tm
kvaNhBNHPJNjPAWnkhAoVw4/QKB+7bhyKtKugrS6+O0NjHDHMjOivRISAS2LagAfX/JP8/t+
3RnEClYf6xRTRyNNr6KNDcreSShGjWfrOAcYw5P0nn9qkRXVV6tYcJDHKLCUkZUsyMZKUHij
+yx/ceq5dV3r06IRcNeMn6yQP1cgH6+f3IHn9ZWDP+j/ACw/j97gjJl/Qr/Yfx+/Ec/v/wA8
/aOD9tOD6efn95I5IH7/AMfP1E8AHkfv384F4+0f2wc/+Kk/+CduT/gnFJI/aOPoYYOf/AuP
/BP/2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8ArJ3syZzSquuPsRcsuA1V6aLa
ZEk89ERvlTmVSUqc125U5rtkfaqykX5o9RLaOu0fvReZb2lPvLjiV2zyCHUX1qu2XNyu0aVd
1SVPaVuf96rI/eV2zTSqpIgcHK2iZ5hyj1ml6lA7yQUXJcWRdyStQiTUCyqNWTg1VTe3tV34
hPVMeyKpwb2ZPyvzTkbibocLoaMjU8qpgSXonMtGH2oDcac1uFl7Pply5Fwms5RMTuIX6YEr
ONU22uiYyL6NRRMgQXv6GJbgj1VFgmNeCHHRdVtVeirJf8V7CqHpRa4WjegEfaq1Gn2oVton
AcnimoAi5Zkxd7KhugDp/iiDREjTRUvxXLggGZMdVZjxVAEXcoLi+iLVJTksBdPGobVVrzRH
EKtAinZmTg20VmQMQnaptwXsK2ofu4piQBqu0OKIgH4EozJFD2VSK5NdDmvDiWJ1RDHcTqmc
V4aKpJewCcRL6lOXIW7aH0QBPM+gklUf2qoL3dNpxTE3Tu6INALc00df3Jnt+8puN00fvQBN
UzvWiDsCrgGxXVb966bpk5sbAJjQpgW9qv7Rqi1teKYe106I0XUW1+xHXghwXIo0+1PZOAwX
PiEBFV6uKIAYKgqETwqn1OgXPWqetdE4DrZEM9yuYQBKJDGqJIoKvwW4mhLtyTAsCatdk4Le
25QcOStrdLfvRoxjZ0BkFLgoa87IS2mWqBHeNQUwq6FSeATaBQxuwD2UasCdLq6IFX1RrTgu
kMUH0uybVFnYVTNW4Oite4V2qmBcaOm/fzTs6HsQcsOaaWlQrVQrtKIBdlz1RcOqB+CJB+xW
VqcURdcOSalUBY6JtfQxtrwQAFuCBlVNoeKAapomGir9+qI0C0TIgB2NStX4IkIOz6rc904s
iYipRiA5mQK0Z1t4UfSiECGqmAoENvCvFPQRKba0XseCEhYa/wBKAA3EWJWyXSTYkrpOt1Eg
XN1Uun0QlYjQKO6gDPw9FH+xbTTiVtJc81wbVbrubohne6ZmfgnGv2pz7FTRMyoOnigQAQUd
eSZ6cE70GijS6IvzRJiZSOgW4xZ9CjACqL0dMVZuRQYMycD2qt9AuBKGtLpwiDQpr6OiRZAX
4JyGPNWoNV2mehRcvqqWKogAC6eoPNEu4dPf/gnXtQgCzppCxu9V0h2sjONCONnTU5OicnaN
jZXf2oMa8EYhx7V2qKrnhwQEukhBmZBjuZEyqol+kobuzSisnlU6I0YnULsiQFkxsNChEdMr
sg0hW7oPpRbgdypRE25pyaFEBWZEangmNeKFXRL7k23Zj14osXfU8Ew6jo63yuLMuJTgWW/9
yPOqAe/BA8ExDc1/iq0HBcYrpoOaIFW4LhxQIFFZ+SeQdk7NxTytxRasTYpgWJQjK6266KgD
m78ExNFQ1CILlkIyLR5LpqpA0aj8U7tE97VAR7I+1EZD0mzJoyIWyN9Sml1TA7IW0YyQh0iL
8UTviuovMmujoiQHtQnHu3QAkCQRRW+h1B04AJXYfmmb7UCJEEaGsV1CnEJwuoJ1Vc0ZeZyR
gOBuji8mAMYvKWq0cXPNVIL1ZbgORCqU4qRojLJQCyYFpaAi62y6Z8OKeVvQBAOdUAqX1oi5
c6piqphZO1VQIHhccU7MiGugNqcU4IbiaaoiLudU40/xTGhFCEYxi5FH0TMxPFSEzU1C8WB8
SQvFMxBJZlLZ0mIubL9Se6JuOaIANS9SmjAAexSlioJcLo7T1zoJXP4l4uZ8huXKbHDYbgcV
KDGLVkOSfIGgaqLx7FlYImEdz3HBPHpk+vt9X030TziRxZXvZUCBhXNkoOIW7IZS1lKR6YhQ
wYAJHvTF0MIiRO5kvCcHbcoPIl6MECKtobpxQyoAtwDyNygSC2jITwgSYjcTcKMiaEMX4oHQ
2+hZWCZVFrK1UaBVinA+xO1QqaKtlSp4BVOyOoF0wFk5iE0QAOSqH4IU9FlQAfTqBSy3AVNy
qehnCrIIZIjpmzBdn/D1NbK64oHVdJYLw5ECEDti1UMce1LtGIu6OUxAiHLLxYxA3FgDSQUp
B5HvexGJHWKgHkvGIHVw0Xh3IoG7q28A1dU7V4JgWGo5oAlomrBBzQ2HqOXpr6AGcmgA1KG4
t8IVFyW2R3SPdC6MU5//AHTDBtbjJOcTNeqrinEHUVQG2ROiFTE8CFSYVCD9LbJ5TPdFSiMO
PYHbdJZMeeTTie17U+TLKUj2Yuy2xjMcZOUGiSOPaUZZA5BBe30X+jWqa3sXTVESCnkJajPz
KzZABsgTtldyhCPVtrI6RRiIkOalqN8KBEmMqAmqkMX+bwQyzJfUcUcbgQiHI5KefJSOjqWa
chIE09icGuqtzUoRbcBRRjOYO00/tQl6t5lgNSj4dTxOi2u3FPlzB39pUo4TswjXWQUjIltC
box1NNyO8048k5D6c0YgbSLNZXcitUwYE66IdQ3avUfhVZVNWT7jAChLqPWdh1v+JDaRIcWZ
MSOa6CN3BbjUk0kUCbrdcmwQltdhTiFYsdEQQ9aJ5MSKALT7vpttpxf6JIF7qegILe1ZpyLU
cm4UiA+8lzYowvutk3Ub5V4e8vClqIvJxM1rqiYHrjH7AsmV98BcHVbT0wsX/oTEUBaPsWwt
UpyKGy/Tjuk2ijOQAkzzLtRNEMI09vqTIlgNU2Jpk0fR1ulM6uHoqfeXQNgaA6fiQDCXJHcG
OnFM3IFbpVkKBkHo2hTinMpmdtUJRiK3BQI6QLgIDskakaISxzdjUlShKVZhnCaWSWTHEjbu
syAjUSRMbi7rbIMSdVsLVW0acU9zw0TksTpwQ6gJCiYioQFGPFdoeqBhETjqLSQOM7ZC8ZBG
OSG2UddCjAF5mgGtVlxNtmaRe3zKblmOlTRHJIuBYmgUzYElpGyjLawo7dlGJDAhSi2wDpAo
0m+JQhKbyNdo/uUSQ0RRRkDudmRBrEaBSILudLhDJGZckBtCFtJDa+31BMzXQI7CAOD2CEnc
8BQJyGe+r/KhIEgaRCAkwlqvDMmpV1UuDomcMLaMiAXa4W4EeyxW8148PyocJIxiW+JFjukC
xHFRJpy1THs3HJGYtyRDgfvW0SoL1P8ACqF2u4TybcBZB24um2sI1YVW8FibuiZEE6EKoejV
TxNSq0lzV/Vv6IiJESC/tREiwA6e8gTYm9ApGB6iwiNCtztOTlmcKMnYcefyoESfYHb3kJsB
N7cAjI120c2QxyLgyugezGHCqEh2TopM4Dkl1LHMUlqhinPbLHxO1/p7QeoqUZA1qCUQYu1A
eaFuFEQ5k9msnlKvOpW4HqFvYm7RJeK9tSOBV2hoStwNAKlEk0Kb96tuAonMbI8e6nkaRRDu
AH4JqPoOCrQg3V66JjX/AIoSMapiCOSIPSKNzXZLG4CMRrZdUq2YIAVihR+a19UzL/gjOVIx
DkqO1hHwzIiVEQZM1L0VvYCg9IwsEwBBNAAf5kJmHWwiBrIlREg0jWQW2sZPSI5LoY7qyiUd
w2yewUYwi8LFgqRvx7q3GoHaHFZMJBpYoTwgSq/VR1DcNpYOPoki+i2iTHieKMCH5ui1zqCh
GR6tCjDeGN0CATXgjERrobKJjEnmt7PqVGY/zNALMUdwI9iBk7ceaIfqjUOiLMHKEpdgCyLF
gLKod6A6gIvWLvVOQxOuioXIK2XIW4kiJqjES6TVULnRAuCxqiY0PtTM0xYhEyDEV9qErL/1
HcNZvUnl6HRlgjuy6Dki8SIEgSIoKqfjSEpGOxxWTe6iAX0rRMAQeZTE/dV0M8gDKVnrT4UA
XId6myJciQDup5SWy2jHl3lEyF7HX8aAlqo+Unk25JVA4H40QS2oRc9IiTJSnDHsIL+IX6lj
kT4Zx1lOyjhyecxzyN7P41tx5I5CKnaQfoGWNt3Pmt5rGR9i3RZyhEdU5Up/YhJjIlAyx9pA
DFW0iAj+kZE3JQBHS1A1ltMTT7k4hX2I7okvyW0xtW1l1Bq0QL9PFBuyLlFw7WVb60QIoQvE
l1VTRIiH6lujfkgTSQ4FMaoyjc8dGXCT1W6QbghEsdUX4rbJgOKLCnFf9x9SMewzkQ9EMsRt
ckMeSqj5PBIyk7ExrVeLPsyoXDp2vbgnJNaUQi9SbrFgFJ7QSDZCUZABqi68MEijSW8VlaHP
3lHJJgALJoHd5iYpVoxfsyRzSyGU5l9xOqh5HzUTlyyO2Ex2mPvoxlZmfVeHDdKYoNQjGcyw
NYhwEdoBf/FR8xGRwwGjkf8AnUYkuQKn07coc6EaInBl3FyRGVEPGyHHOPdFiVuA3TZjMoMB
6KGnBBwFUBvYqRHsVgnaqNAqwHBGOMsDoUNxfiOa2mD6AjUI/p9IFzwVIPI6lbA4Iuy2y6eb
XTfZ9iPB7oVc6LbQHUJiXe66Q4jQUTDtNVE8f3JxEyjGpkjSgLOrn1LkAlMAyke/MGMftUd1
Yg2ZRhQDRMKnkqgylZ3o6g5ES77SCtlRIBt39q3Y8plRpCdVPI+57C3zLfM7QSwc/mRzbt2K
Ic+xSyAvF+kHQe6qPtChkwxH6Vd0rLdIde2wtuQllcZZuXhcBHHMFrgngoPHcBUg/wBSEYhg
LAfQeUgPajHHLcRf19Q/oYBO1TqjRiLFVkCP3osep6exR2ydrqhpG78UIgbZakJtujFUHULF
bzWA0CIA6SGI0QMCdhk5HAesjgwmsaS5OmIcjXRAlj1AAf1LtMAaMXVeo8/6ljMZMX7I6v4p
KkthFT8UUG7wJKOOLkzqz9lSnA0jd1LDkjuiKGL6Lw4dkyaHH5FuykEgs3/hWSOMbDhjuyZb
E/gUi/ViNzchCGOspRp7AtpjQMwWbzWQsCdoJ5ICMw5sEZ4yMsDaFkDIbZEVjwPo3GAJ5rpA
Hs/Yq/Qb9ik5YNVZJuGkSADV2RmzVaWrLEGG2ZN+SofuQjcjVAZdRQf1KI2vGVIkHqb41G4Z
TPidYG9pWEVlEZAnUALpltBuO8R7m+KhmHTliafKVGIJJHaHL4FnntrMF9xY7Fux9MAGlxIC
8QuBt2RiO6AjOReZPBS3tIGZYN/SgRCLixb1LmwUp+XyDLGEjGUo23DtR+o8gidstpY3UhV4
03m3xdMVDaxJlU6LF4QMtr7jELqDI6gcRX8KyTEXEBcqGZqwZgO0VEyiYsBcVWXI0mgwDKYb
fGYMTEXTRp/MEMcpRAg2w8yvLmbGLASLa96SbwzlEY79sLmKljwZJYierHDIG/8AZyIxGLqs
SHLflQllmIzNREdX4JKAAYSq2vqjGVRIMRyK8DBAY4bjJhWsj6L+l/odofet05CI4kpt+6XA
Log44kpjHbwcIPEbSbrdKsjYIxjSPKiBcvqXUYxk41f6G2MvFy+7HT55LbLAX5FCQOyWsSr+
qIu4IWZwzTqSpQyyEYAuKrJ4MxKG0h/sTSI2g0csV02P7/lWTJVp0DqG0/owBJakiQoxE+qF
x3m7u5TxEAY81pcwpRB3EFnFFBiHcB7hRkcRjGO0mQDAH4lCeIP0uZGt+5BCJgJyiGBt+ZA5
AIuaMGl+dSgJyxiRG74vjXj5J+JK8B70veXiSpEttoiCCOYVJOq0VC/qKh+QVIEOm2n71ZWp
qj4GMyPF7J8mORJuXZbJg7TdzVfpiIiBS7qQ8xuEY9mtynxxlEyLVWwnqewNvzIS37hwNT+V
RPiHa71uF+rnkCLEgVXiHLGEReUztdSGHJ4hbTsuhNjExvSikZtujoCiBiAA1JRx4wMUC4O0
9sfMmBqbuqyB4kCkfmReTjlcK8vU1umKNAIZA7+xQEPyi6AlRwXBopZ4gDIZWLfwrZYEgOGW
OD7qO7NdShOgINdV4fliJCXTJ/eKxzmWIlXg7dlTlGAEnJ6aUUMRn4Wch229P4l4E4ODAH2q
BHTDvtRvlURinvMj2TRvmmsufzOMBjtAlosM8UdsGZ42KgRGJECCY8R7qjEREAAOkWHppTir
fcqS+9MSCUKcvtXD6e/LIRFg+pQjjrjAeeQloxU/NiT4oAubW7qMsZMIu8Y93b7skBnw9Pel
FDLhluhLVRx+fIJdwBWVPlQ8KUHNRVv5kc0HeVzEuCoAeYjGU6CEqlEAicXpIm6MswMoRLV7
K3SJpaIshsmYh3LFlI5JyINBFz+ZS3yO0aCyMyCIRD7TqEwDl6v2V4uVzOZaI0CjgxgRBpKY
UMUZb9xYlmKuPVyxSA3XjI6FRwyB8QWkRtojNuywZYcb9s7mvRYonsmQoK2UIiwAQw5ZCM8o
OwHVGGRgYSoP5Vkw5gwcGDarLGMgMjPWq8v5mIkZwkDQdqPfUMkREzjzcgFeJPdvh1RjpJAi
X39JdEEt4sgLOKKW9tzNBxYoZo9qJY83+hWvpoTH2LcZE0ZvUY5YBv2XgL/Mo4csZQLOHDBg
sXlqmE47sgPZlL8K2xYHjfavFmROI7okyGDy48HGO7DUe9vRjjfIZXH/AJlEk9MdLgIygB4k
unHHug+8vElLdOR6shqw92KEY9TUqsmI9BkLnihAfqwFXjUBCIo1S10AAa1BP9ijI4pTMqmL
GwR8PFIMWo7U7iaOKe+YDMCowngmY47SJZkRnLTxSG6J1UMkJRAjou2fuVfViOeG4jsz1CaA
G015rDIOQD9yxzDbXBrSqxzOoRju2xwgAV1Xl88QXyxBlKygQdu0OOKMRtEphok8ViyCu1t4
+HvqWJtwlj6SA+ijjG6Mohh3XKZupy55/wDUUPLiQmZyYxNTH8SGKb7riXAonLtIJegq/vfs
G4EjlouoAo4iawFBR2XRjJ21OiEMkRFy4IKMIHxCKsP/ANkkYgiPGdpD5EYeXgYveZO7cU2Q
+JCAcCXSxX6cpAcInaCnM5AcSXKOM5pGANJA1/KgROcz3jLpiflVSCTcCwQnma/8EUZeXEZx
AAclvwKT+Ucatb8KpgDCgLoRliEQdXW7fHH5ibHcO0/xqO3NGeJ3lIdr5VeX3+sPowZIW3sf
tWPGSISlJjIHd+JY8bvsiA/FeayTb/MNdGHdXlPN4x0xEscz7pHUscn/AFIx2k3p/eolhuiz
kXWGTu8aoSEQDGxCGWEtkI1JZ6ogEcdz1Lp3N3pdDDs8XbSJlqFjyZIeHOQcx+gd0g4qQqBw
TQAufxo48h2T4IGMgXt6og2N1LzGAboG4HaitpBjUO9LIUcSqQhgw42iP9Pp/PNHGWg4uf5U
RMxlM6yQ8M7T3mOil4REY6Al3RgYGYlwZP4exuySaIYfMT3bA20tR00pbIg1ZPDOJRNnp/Cq
1jyDoCJLSsC4T6yFgFvyQMaeyy6ckcQNzJCODzAmTpE39cyzDWHWNbLGAHk9H/tQHALzERU+
JI/avNeXZpYpb4j7FISIHhy1t+JY80SBGcteKx86n2o8kRqZABF4hgbAvuXjeVkImNJRlzQn
5qW/KC/T2UIi0Qw9DZckYHgShDy3XI97ReNnynGT1NKol86l/t4gZWrEU3FSxCJxZ4liTQIw
yzkGs0uz+JbJkCcaRkT22T6eq/UxRkb2RljiI7j1PZvhQlDGARRAxADJ7fRnOLBy4fggDKMe
LVKAzvkI00QhDFERFqIbscS1qJtobgy2ZIAxGlk8D4fK6GSGcxlGzBf5n7h60H7ys5ZxtNFj
mQx3NZRkNQj5jykRKE6zDtX3lPJnk8sobYLN8SywiHxzImPYVjwmIG00kLFeGcphKIrCQeLf
CpylSQP5vlXhxBB3AncKMmce1mkjCrS1OsggfQY5DuyAPtCl5ieF5zk0Ij+pSllxg5BIAA9k
KGaMB0hi3ZPwIDEdmQViSa/Kg42ecgDVumbd1PkjKOWBaYA/jUs3lcpgMdRH2IRzDblx0kTr
+0irN+wNZZwagxKg/S0h2QgDpY8Uxq/ohMBpEdpY5YyQQzsXEiFCRrIheJKBkYlwIvudAQiY
ZzJhEjqDdpACoJqbt+VDEXi8njkFf/bQiTuI1UpEttBLqcnEI7i2tOz4ihjGQTMi5laIZSxw
l2z90h7qy4RUx6tvxN1QUHOyRrjnq/8ApZEDkPh5YXAsW7+Oa8XHEADtS725eHcZe+P5VLGG
yQlN71+eahliXEg/q/8AH6D/ALVPFAOZhi/NVxhnrJQgKEAOePph5kjdDGWkPahk/wAvGaxD
IEN00pqFVSkYDeZACTWW0EbXciI4fEpZcgIYvF/Rlxu26JU4EiW2RDV4oHG322UYzpkMiBIU
A+dZIkgEncSHJPyLGaSMw8TcOjhydMtH4j3UcT7SSQABVNKDiNSR3St2MbZAkP7yjiJcgOP6
vqmqJT+nJjiATdjyWSEztnE0FywWby7sYkEDknWMAtEy6mQlAbS9JXAU5ZC9WB09GWY0iVOT
EgyPU77kzsOKsJEGg/uUQzGNp6H8qjHJMCOMvFlDzEIHbOpFjEqPnMR2yDdHvFbjA7ckWmX1
U4bS1wOHxKMNA4P1CcbF4gHc3TX3ZetmI3ILLLHI8MwmNv8AUoEgAT6TTiqWUZRB2wLyZAya
DV9qyYwd0TV+Y9GTDIsMkTEkXqmm8sUj+nk7sh7qqhtG6R07KcuIjQ2+VWMQbEBbcxeExQ8F
4UpCUZF4uePY6VkMmDlgOJT5A0ZRI49SjjJO2R2ufi+H6vy+YjAyx4zGRYcVjnBhvIkSoyiX
cBGGSIlE3BsvFjibkLJ4Da3pOLPATgdCpT8tOIwyq0u1H5UcYMRCIfeD2lKAbI51pIFE3arB
bojdI3BFF2jIkhyTRY4yAEr7n1Q1JqajpXl54q5CQDIChk/RLaoiReQABPNPMiI4ksmGaBPI
v/KnctpS62Qk8tQ1vqrKAN0s0QAOShHaAYG7KBjeI2yCeQatPYjGRJlqAHW1jHmQgRUH0kcQ
p4sm7IISLnsmI+FY80JPh8wAX/8ACskcMnzM8W1KbMDH71HJIEvUUTUJFYvVTzRiTGHaLNUr
F5jITHLiJ2Pw92XoMs5lk+Enp/Kh4GKMG5OhQD7EZbQDqQE3op9Sv6PGxA+NClKuEIRBEu8O
HwqePLFokAx9vocxBXVAH7EIxoBb0vwU8+OJMZdqOkVllkBnCEScYLDqKHncZcSO7bF/xwXV
ESJ7UDSQK8OeMSjoDyQyYduPHtYjmhgJAhk7NO98yLC2i8LBhBuOrVkCMeO9QHdbZwEeMtAj
Lc4AcMqVBXSLJwWmNE8aSHaT/URB+hVTzl7vEil05r6iebE/g56zYO0ghEyYDi9VMbSQB27C
i6y0gWBJYH3FEyAD8Cua2zDi49qbgo5325i+2PxKIhGW40Gv8q8bzBYv0iVh+BbMRMno/NCL
l+A0TCj3dN9x9q3gXuVLy+SO0SrFOLH1NPv+paqeCdBMXGiIgY5cTuJG6hhzRiIx7W3vFY80
ccRHaNwFBT31HJKcscYVY0E/kUckASCH3FGWSYgBcmwRx+VxyzT0memH4F4md9p1lSI/6aEs
m05+OpKAhFwaCJs63ZiIlqRjRbXp9yYvUfuQYkgi1jRVB+3isUgdkgVtNJDtD17guPU1v+yc
0dRyVPoRx4oRlkN5d9ROY20F2UcYynDjApjgKlAzMskY9sEEuUZY/Lk+2P8AIvDjjLNSMQjm
kJxzAMCbGS8SZG4VrUD5UJDIL21W+0eJ4e8mx12khx3goSsC49inA1OORBfQHsSUvMSvGlFi
LgGz6qM/v9cIxDAWA/a34IiAMj+5bZdMiiR2RzW4SJPBdVDZOC4RGMxxYIljORZwjI+ZjLUn
tE/Kj/t8ZzS4kiMV+pghuPuu/wCea2icYZJdyVF+pkidWFUZwmJHhZEYcYPClUQchAl3GIZR
maD3pVQ8l5aRnHHTNkFn/wBOCDNvarDRRAubLGIFoZx1SPZPwqUT2iWNeClMnsycaoGId2Mx
/an+qKSETbcVDGDvlI6W+ZRye9RuaEDMQJfp5BARLv8AcgfMZBEysLlHH5WG3F78g5PxbUSB
uiDw2h/wLf5rIQZ2jqEZxIk1veothgWHvDh8SH+6Jxh6mFlHN5LL4kZcDQBEym8o1BC6P3ob
m3angj5TAdtOqerfCt56oxNHuSpSDEi9dEZbqTqTdl4QlunhYyFmRxxiGFi/ePSsb3mUYHs8
eRW2fahT7PqclZZGoCaFSBQ2UcWaREsTtxl8qkY3kGBN3+BGJYkdmOgJ70pLEY49+0baaleL
5gnHEXA/kXhwA8MGnEpjX2omLHiDwRMIiE77gLokweAvILdF6UABaJ+aK2ZJbJmldUIxyg8W
Qhjck0JZluyMLgujDGXEaNZvxICMf0zQxJurMIRrwXmfMSl0TBKaLMZUcrEGrH/FY8sSWlLa
QLBNueVHAW4UYkEHiPqbJkOgXmMWQvMRtxBU46l7hwi4dh33r+VUFL0qjL7WWIXnYFqAKMIg
DcWoqoUodUdpeRTEOyM8lRLU6KM/Kw6ZguR2fyrbJoTB1ourbCZqZnqRlkmMjUcFHHhxk5DR
+78y25hJwQ8jSP5Vjg42+8AxZf7aJB4klSk3XKwFmU8gO0wDh+I/01jygmWQEEk6okjaXcDm
o+YMzKEj1hjQoSizSrT9voX+jdUqpDiRxUJEtGRG+l4qbkNucfLLqTx6sU+qJuiwDGvsRaWl
SXU8ko9MQ+7miW7LseC3Sk5NwmjK2iBlpxW6NwfsXS4lG8VKRoImroSAaQtOOi6pGUbwmP7k
7AkWJC3gDfxAXXj3G267LreRALCIb+ZHIwMSHk/JbQ7gkhtB7qymhkWFdCoktR3FijlkNzMA
OZRxs5L3LqODISBJjHh8qI4epr6xz9Niq19pTAMPSAXquo0N1QA/Ymt7KKEHPVKpeqEgftWD
NEtKeOrfD7y8InbPFUVrNGI11dVO4iwBU88g0ZkBjxC8SYaUy7IA0KMiHYsnP71J3FNP6UYS
LkjW7LLCDbYyJLoYyeiZ7PArbkAnA2i1j76MojaAxJdkZAgNZlQGWrByyG6D7qh3CIesixal
PdgjtiwnoOXvJtNW1KBlqWY1qUXO4izUi6BkDHdQSUdhfLAXUIS7UKSq5I979gDGmo+ix9a5
FfThqzOumgQhsriHbBPZ91eDOZgJEbSBTcFu0kH6bSUI2bWy8v5UAxx9uZf8qjrw4UT6AuQi
SGkblF6VZTIsAgQCGoebqW3vVXiYztrXSqINZQsscZRczuQW2oMBImjGqO6ggWLhTnCPRiaE
W1KxwBMhrSoJUou9gwv+ZQiB2jz/AIlixwJnMmjrZPpIL3RGgYk3Uag7uGjLHlxAnFM1awQj
MUNp/UmERtX0bohwbg2KOWETGrxr2Vj8vmyRcUEzqPcUsYABgWBrVEygZz2sZPu7XuoQbaBo
jtufuZcQAnFnQNwdVGcQwFCsczaUaqYDbT1DdohjEnB09vuqEIl5AcH/AAo7njt7Q1JWY2Eb
jmUYbjxI0+eSJEqxrRGUzKQFgAzfOscADUgBY90eyf3Lc+2Mql6v8KOMPISNCUGPLg6AloAK
oQeoFkAS509n1GcUyBHGKcyVSoTBMD9ix4cZG6RUD5aP/wDTBoyp2ofMowJbKYDxK6rGNTUn
kFS3BUAJ0XIh2Ra7OiIjrOn9SxHKWMQhkFYijNxWPIxFdOCjkEtomAecXReTxLtS/wCZSYG9
xqpZJa+9WPyp9x+wN+VGIeW6stOkKBx2erVoo4pjcDGhN1KG0kRvoFKUgfssFji7Rfsm6IZg
1uaxycgSEhLnVBiN0a/YgRr6+1OPrg1tfoHJkIjCNSVn85iO6FJxavT2URIMeGiquKlnIfYO
n7UQL6JmeMA8tBL/ANPqRnSGGNBw/MnJ3bqFHZYaIfcm5VfgiKEDhdeGxO6TxlwCE8knkA/5
U9iDU8fwrHLIN3SASqEED9y2vs38R2lOLg1ZwmLgytqGTRNLGJosUW2xlJzz+VRIs2qlOJpK
oCIyFhZgt4Dx4u5RYsDqpxEAIRHa/tQrpVbCaxsn/Yrv66cYdodTcWXib/0srwzR9yXdkjkx
jfgNpCrfOqf96B3AcjdHF5gNjlaY6m+dDJhlugbFEZmjDILn3kMeIbMMatZ0NG0RIvKhCYom
RqNFvFpaqJYgOw1f4pqUDo7EKRBG4O/BljjGRBBZ1t1PesPmRjBiIVJCLAk3D6Ot20OdFulQ
DQdKhPG0vDuPdJUQbgB1hLtEnaVlx2cuKNQoTI6+C8SQYG7oTFZzG4ngO4gDwvoo+JMAksBr
Vb4l8ZD0QIsf2868fYpT27/I56SieJR8pnIIlXBlNpRP/Ln8ayZWNK7Rf8qMR5cxkK+IDUfm
Uakxd+qn8KxGAAjIOAOaBkHiRtPL40ce7fdpcPhWyMgZ6sXQjc+1Ahqfei1Q6LM4qsg1DEBk
cUWc3HAKcQRtjJgQwB+VDc7FxFltjUhy5tRbRIEm4H9SBkXnG3CqAMiWs2pQaIrcNdvjWSO2
lC7+gvTaRIH2LHnIeIxjfH2IiNrDgEIY+wGAOhKETLrJe9aIz0jUjioZZvIzJcVZh3FDQCLM
tpoO7+35Ml2DspxzARIB6DdCESY4936cgbVWOXm5xkY036mKMpTg4q77SPyqH+3nE4IsC95F
Rh5cvHGG9iMTYqW0MDYptpBBrJGLudRwQMSHa90QO0+iMpWOilJuiVwpeGdoIbgVI5Awj2So
RgekgARo/uqc+FDHUIREgxHUQGH5l4kyBoNXKESKatS6jBuyNdHUoh3IcnkPROGsgwUo+ZHV
iBEadoe6thhu6mYBqINjO4VANWksmSMJBy8XsPkRj9pJTYZEtV2oPlQJlV6/aqFxqqaft08Y
jucN7CUYGZExX7E2TGMmLJ2oH3vfQOLNuxHsw934JppFwzgg9lCYN7AlysksgaBA9hPw+gEa
SCmGYgOWRy5CceN/vCaBH2Il66oMangoxi5JO0gfzIAF3OtEJxbdqBzRgBuEaMOK3ZIndch2
/wDyI9W0G2q2FjEVrWvyqW4PtrEcluA53U6MZcbt83plGBEcjdMuayxzw254k7pCjoR8xAHd
SMzQfKtuLpAqBzK8LHIGZHWxqEGaUTR3LbisWDGXl2pgG5UgOqQNQ9FulQkOR6/dMsBcoTEu
khwVSpCcAN7U+0HgAmlFuKAdn4qhB+lRERyREoHq/tQiCIwYEfEEcmbpjk1F4+72kcWQENUH
iPeRqQDpxQ2ggHisRnjLkAn7UIQDRjYeihaoU5kOW7OpK3eZkRi0iKBh7yIgOiNFOLOxd1UP
GWvBY5hmcin8yjHjYaqRmNmwBtKhSLiTHcW/uUsbgRd5D2fEp5ZR3aRH9SLyEix6ZCypTdR7
sEASNp1bpUZvQk0rZvoTzik2+9bZdh3ESGL/AASRM5zIiKwf+5SlNoE0Df3qXmc4iBH/ACo6
SPvI4ogOe3IafChcgXP/AJVDcSTGhJ4evh5UScz6sh4RCjHGWEC0QC+741whLUrdGXQ9q1Ty
Frx4pzjBja6G7CABq70Q7h1I4JiXYXV1Q+jJlF4ijKeLEw3dqRNV4gy9Juxf8U0It+vAPim/
a+FbZx3SB6gaEFVBBFLuqOBpuoVGOQC7gByoQ3dkBwboCUxuNoipRLCMdFJuSaYeQshABmuE
IggAalHDHJE5DVgthnQd1RkAQMcqnmVjMg8SSRub+VZsUK6zeiOdg9WGjIARBM5EuDVeDjBr
WUjw721ePtbG7fL/AHpq8tEzAl6CpUJENQkD6Fezqj5fK8IyP6Uh73u71KMMx8WPdkO0VM+Z
/wCWHBtbqUtsjHEKRiHf5kCKPQHiflTyJ3szRpVDE+yMR1A1f8SjMlydRr62UyWEQ6zGMgcu
ToD6DvoiZrwtELc9BqndhYMnLkaABDwsR6uNkKDGDQglmCjKU951Y0QaQgAGDVQG5+JTglhY
J5VHBSxTO0TDLJtG+IL7hXpW64NNtl4cQ8JXPaMZfCjkmIR8yR0vQT//ANE2HrjK+41iVGfm
okEU2Grt7y8KEYSnju3dXgYC+aDiUo90HurdliZznbf2pH+xQjGXXICRgO6AtkiwZ5D2dldN
QNUc2ckAcOKkIvhwaRBaUvmU/MkdU6RvQfMjIPF60uphm21dYZxBO020ZZ9/ZMiQAeoKGDsh
nJbu+6jJ3l3WpD4kagTlQRD0ghjkRHFiFAKgn3v+onDkjQ8kAweRYaLbbaAPoMUTANMVpf8A
AmmRvFHtKQ/CmyZJbR3WoR8S8Yw6JSAi5Yv8CcwjviGjJrH4UZTj1SHS1XT5QA3afgjEUGO3
sXg4mjxmdFuB3R0lZ/ViNGmQPuRMep6mtiuqLPUVRDF/3KQiXEamtkDGLavP+1RjNhLl07ih
ihDdVjI2CqQN1QAtj14lOCHIuj0/bwRxCYls1CZ3dEEA80TIbMhL743/ACIENkgaORtUcm8w
kLA1ZQxiJyeI43gWb4ERjJjKXRHiPfWWWGX/APRMtAntbk/m5Pk7UgKykT70kfMReIxDbjGj
qJkX205lTnCQE7COtfjUJyHiZJjXiUTkluBqA7qOMgtqNVHDAbYxFEfDjHwwLk1/Isu+e/pL
EBgEJCXUSKm6nlmRIkHcZVRFfhjy+BVG6UgzHu/GpSiGiDTQhCA6XrIB0au5qVEmL2YC4+JE
gUBZ+P0j5rBDdI3HP30TljsFnNCUcZMshFho/wAKYkAHtEV2/BjXiZAd8bRJf5V+sDAyOvBZ
o4pvKYO2GsQpZ/NHZGPaBpVeHieWkWFKe6iDXKbQZRnKO2Ug5Hqdk3DFwRcKWWMyZd0I4s0T
CWORDXcpmcPTRHcGEKzpqoeZO4wtCPZ3P0qOaL/CxFFHdYXPNBy44oiRAIq2qMcZ2xHZFvzI
YRIiM6SAo/4kTGZMj1SJqXPdW8ULMFuYSkezEdolGU57ZiwBYUUYQjQauqydqglRkCCwLlbS
+yIqdH95RnBzHGdxazDtLIWYSPSOSjGRMZA2ugQQG+38SxiUTME00UYeYi4EXA4fKvDlF4z/
AMuNLf8AUU8s4sGYS1KJkeYKNemwCy4TF9wLEWRgzGJqTcMpRcxEqS9gRl2TWMJAVITYyIA9
O5i9EwAJasjaSANWs396Fo/YsYjI1NQoRAYy6j9v0iGdxZHNAy2SoRL/AJZ92KlulKMybWLK
UzJmrtvKS3yBERUDUn4pLdu3F6f29SiS5k/VSnyqIIaBAJiNShknLwsfAdpPGLy96VT6yWSW
MeIRUsoSwUaLktRbMgIJd26itu8NjLAM7LG8iTEXAUPDl0GW0wF0McWrQueyvElkMiIvta6l
5mdN8mjHVveU/DeW0EkniPjUwScgIr8KByFgbIjH/mToSbQipOD85eQqhKu6Q4MUCyJx0ALS
bipSABrUushFpBgHa6A3PEXNy62M1TV7/OiIkCOtWUGBIBrUFf7fHj3EFghmz4hOcQ5Fz8qj
GEPCiKbWqt8hEgWcpzEAcInc/wAq8aMJAm70MVOQiN8qCh/NJSgA+Q9Mft91ERIZ9rk296fS
ixszDiqu2tLJqbfvPyrqeEhYM6xwMRsAcnihEUAoPpmMgC4atlLMZiMsZYxI6SgQOn4Rr+JV
Ajjh++SBiGEaEx/l6ltiDFg7mpQzZKwx0ETxCYUAsPXbf+WzHXtdlb8hbLX93vLJ4cRKOQbm
dCbMBHqHBQyCcREkkHUn4VCW15brm7FbQ8iL7aEAdlESgSCG4yk3wrcYmGQxJ4FbZUMt0W5q
tdtaqUQN7yZzp+BRBeRLGaeR5BHMTW0faeypZJOe/SpqpEXuSeaMRGotdwn7IH2IiJG7UFiW
C+bldY4Rj1A7jo0QpxqTIbooCOtZBqqIAkYn4P5poiMDGjuQw/MmMwK1OjIjxI5JkCNKqMQd
spUDPb8K3QLm1L1R6SIig0XDmapqkaPZBxtL3W6TNe/8ynmMSRAUJs/qfExgeIO0D3gEdkJQ
k78n+ZNIGt2q6A2sOJ/mQyEcREcfiQjEMB6+M9LS9hXjYo7soqX7w/8ATRAxSlIEu1w/dmsm
PIZCWQMOACIyYpmUDQx7LKGPH4kQCwOjLJiMi4evILHOMnyaS7v5VtyhpmN7B0c8DtrY6/Ks
hkdzgml1KWYSiR2RK5Tg1sxTdngFh8nEvUEi7owsGZHHHGJGQBYDUKQyRESGLPUOtxNeBp/E
pEh4xf8A+t62ln7rKe5wGvqHWPzERu2OKf1IvKvJAxcEXbVAYoGcZHr4stssRlE0NKfnUdn6
c7yBsR+BPLITEWLOAFKU9R07Tr+JVJJ9rhXYn7UGk5/4pnHEu0UMYacpGwqZOowlAQn3gP7l
QsqlV+nLJG3eDfxKRxdrhqPlQI6ICs5GxQiAAI2A/YGNitkhujwKlLHDZOWoRyQBnG7auUPL
TETAmgnRyuiAxi9Ahl3mWECxoYyPvKQjHxDoXsUJyJEYUkOH5V40TIwPZYsd3wxXVKUsZvFu
0t0QCHoeBXUxI4oyJdg5ZZfMyJAg7D2Izj2ACX9ilLGdrFpR1I7s1j8wA8ZBiTqQqRMpMxay
mJ49kYhiDyQ3AtGwFPxdS3Y5MALCv/5F4QBMgSSXYdS7DT5D+5VoSHqmNtQurGHt00UjKW3E
XjEHRleMha1GW4gSDUAqyJcMdOCERorW10VS7aEKMQHJLPGn8qjABhEAKoqVSvJNcoDgmka/
SM54+o3ILIY8cRGIsB+ybZBwbgrqxgtUHULZcc6qWyp1C34z1awNImKkIx/UiGyY5UcfD/qI
mDzh3QbwKeZ3Y3Z4DqDrpmGj2i1wnhTiCssnam2PMlTmKnKWA735kdr1gSxL1ZRnFmPb0Aqo
eYixqCxWbZEDI+6Gt1kzCR3ZO0NP4luMht4N1J4SfimAYka8FzKAiG4hbskmGqMo0YFjZRkQ
Jb5Pu0/AiHLCoW6559J/CibkXNiqm/J0CCXs3FSMixN3qV/uJQbd2CU1kK09HsTXTg/Z+3GY
DSNyq/vDoHJByNRQp4xJgzPchGBBhPQ90/jR8NwTUyFvx40PCJhkxlyDWJHwKEc0RGRNh/Mo
4wenvBbRHpMWD+xTEqMSzm34UMWOI/R6pFztZbYke1kTKTjnQrTa3LcV0MG9qOQjrNGKc3HF
PqTfRbckmGjcEZCO6TF9yxCJLVaI0+VF5VOg/rTX4FMgQTuPCgZDFjJ+KTdkKRnE/wC1wluq
+SQQjENEBgB6QyoqllSpV0x+oKdPsX6eSnArb5iEZk0cUICEIWibngonHFzE14AICQG6IqdF
KTVlI9PJf7dhCOYGMy9weypwLxnAkOTQ/KmPUW7v/iTExNHKgGHNrrbCVmoCowYgalCBkIua
I7JBtZaBeGAJAipGi8QmTGkeLfDuTkio1VR7WW2EZSOjKEcsJAza47nvIxiRKcu0Ry+lwROv
BO1VUfUnDmEabhyFVvjQ3MSo5iTBqE/0p4kxIqLF2WLzMoiFNkyaiRCerHsi7IvepCBk4Jsj
GR2mXeI4KM4ntURaByRkbkOhDKMmNtBr7vaRjuEzM1fpZbXMeDhx+HIhhHakHBW3PilGNVDN
OghUDvOnaoo/0hVuab6lNCAOOv0dkmMOBQOMDHliKEd7/qKcJyiGLgGrkI4zGUshoGiSSut4
yFZBmP8AEt2ME8SBQqLxYCpY2+KaMgCIgtEnVbYvGADgiq/UlGQuYlxL+JQFIRAMshFafMjI
zIxw6hFDzU5E8PYO4mIdUp9agkO1lGeaPVHWNH+ZGe2AxxFXApEKXmMGPwPJA9Uv9VvhQhCP
6YsyMc3VE6v2VEYx4wdg/aj/AO4pdO15OH1iFjxlzPLNpQ5RWPcNsp9TcPrny/l8hbHmyATq
zxCGHDDbhjQNQKRgA0A9Hut0zug/CqMTAuLkmnzIbpbZDWI/rXls08rAdzWqxiFYbQx5fSI4
rbfbT6y8tGAcxm5PuxC27ww4FAxYgUQySiK8kd2MdQaVFuxSBwh+iVgj5jMRIY6kAUHuxipZ
5OBItCL2j9N0PVnb2mo9nQ3NuarWf4fqVu53ijLYGJveirEM1F4e6MWtEmq7YHJT8rLGNlnN
yj5Yg48UJMwruQ8GGyPDj9Nim+rd0ywW3FFm1kmjJzG4FAtpymMZXINfk3LqcwFAXumEaaoQ
mOojpF0M7Eyydgu5X6gJe8Zf3o55QbPsaAuN3+ovEm8zKVJcCo44hhEN9anLkk5NBHuxCOWZ
IAU8s4tiB6QLlAmLYzQcFHGAzUC8HHWUO0dHXiZjulOxKgBcdmKEcuMSpdqoywMIirWIUpkA
baAav731sZzLRjUpn24RaPH45IFv0xb2qIg8RIvs0+ZCAeDVLclGJO1yHHvITIbbZf7jIOqV
hw9NA3s+tm0lKvsCM5FnsOSiB0CPCyGLEAZwFXu6GORJkRUij/KhPJUmka9X4VjwToMZr7Am
AYeofQIP9YQj3SdEMYqYkIk2iHKy+YDicnNeHuqGadckgKHurEXAjHjyWTL3hT1VbD6VPqog
hyxZYxaM6BSmbRqfYpzsHp9pREgwsFtieyP3lE++X+uxQUspQhHdKVGQ3x2tXbz9BOsi59Q5
9IHqOf1rHEDU1l8o9Lfb9ezzSpupEHh6SX/+P+X1+3/YC/8A8iDfsbkMeH1bS6r/ANg3
/9k=</binary>
 <binary id="i_081.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RypRXhpZgAASUkqAAgAAAAMAAABAwABAAAANwIAAAEBAwABAAAAIAMAAAIBAwADAAAA
ngAAAAYBAwABAAAAAgAAABIBAwABAAAAAQAAABUBAwABAAAAAwAAABoBBQABAAAApAAAABsB
BQABAAAArAAAACgBAwABAAAAAgAAADEBAgAiAAAAtAAAADIBAgAUAAAA1gAAAGmHBAABAAAA
7AAAACQBAAAIAAgACACA/AoAECcAAID8CgAQJwAAQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MTM6MDkAAAAEAACQBwAEAAAAMDIyMQGgAwABAAAA
//8AAAKgBAABAAAA/gEAAAOgBAABAAAA0AIAAAAAAAAAAAYAAwEDAAEAAAAGAAAAGgEFAAEA
AAByAQAAGwEFAAEAAAB6AQAAKAEDAAEAAAACAAAAAQIEAAEAAACCAQAAAgIEAAEAAAAfGwAA
AAAAAEgAAAABAAAASAAAAAEAAAD/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABxAwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A88ynxn5BBMetYZ7Rvcuq65jV1fUHotxO25lxAA4IubbbZu/lN9OtclktP2nILjoL
LNefznLr/rvktZ9Weg9NIDbX1MyXVmNzAKhSN39ey2z/ALbSU8Tc5saPJceQBp/nSli49l9m
0cQTJmDAL9n9Z+1F6c9oypeJJa4Ng7fd+afUh/pp8m9n6Kyp8XwDcR7fcDvb7R7P7W7/AM9p
Kde/JzunY/2N/q4r8kh9uLdS1rgC3bXbjXE+p9me327f+nYm6F1Wjo/Wm51u51WPW9rmMIlx
ez02tDi5u39J+f8AmLJtysjLyH5OTYbr7jussd3J0Gn7v8hi0vq1YynruPdbW/Iqa5xfRXV6
73NLLGu2Y7v5zakp7YdK6j9ZcyvqfWA/F6QxoOH0pzz6jgG/z1rWtY2v1/5x77P02z9H/NLp
KMd5oZTQxldLSfTqqbsaB/Vb9FZVHV8rIcXV9F6gZEsfcKqQ8/y/tNrXVs/4X3/1EHK6Z1zq
dj29RzhgdOJgdNwzveREOpsz3VVbvVf9P9Hb+jSUu7Ir6m52ZmPf+yqL/T6bRjbnW5d9Z/pb
WVfpcnY9n6lVX+ir/S32Wfo1cGRftf6uHktrIBAs9Sx8d/Xsue2n+zX/AOCILekdLbA+zNe4
N9MXPc59oYBoyu3d+gqb+bVT6dH+D9NGGBTWCKn5FTgBtLL3wD9L+bfvZ/0UlNvGfcXN9Sss
D9DW7aXN8P5svb/00f0gSC120gHWdPuVPHxeo1udszWuaWjW6re4fvObsupZ7f8AWtWDRcGN
c7Ot3O0G2ugcH8xppd/03pKW9NskDU+HmdVOsFvDmuDSW7pGoHLPZP5yBaXsBa+g5TXs9NxD
mgvPhY15qrc2z/tv+QrGHiY9OOyiuhlVbB7amNDGNDvc6Ngaz/jElJftj/5H3uSRPSv/AHG/
9JJJT//Q4Lp2MM/rbMGw7W3ZG2x5jRhf7+fzl0v+NUhvUMBoYA/0n7XR7jXu2116fmNf6uxc
10zLGH16rMthtdWRusPhDpLvzlrYFOZ9ePre2zLlmPPqXMBgVYrD7cdjnfRc/wDmm/8AC2eq
kp5P48J2jWDpKNfj2UXWUPmanFpEHtpu/tJmN/SBvfv348klJKmuI9o1EQB4rofqNS531mxH
AQWC21xHdore3/0YqJw8l2G84WK62nF2nJurY5xFjxtqZZZH0PptZ/g9/qL0L6u/U6no2Qzq
Xr2Pstxm1OpsaA5j7Njsh4e3b7d7fS9P0/7aSnbraGmZlzgYP5e52obWy46aDQxqIB+aMWPG
6YIafojQkp2VvHtJ2A/+dJKRV1AuG2HacN/6MqXok6E8yZP4xtVgUuEkOE+MTBSeSwxIIn5a
eaSkddTWv3EBv5AeOJUm1hoEf2Tx/wCSSDnudBbMzqOwhI+oBqCG6fH91JTAtYHkRJiCSeB3
/wA5GxgyCSQZOo7f+YoDrC4aCDwAefmjUOcdxJmZiIKSks2fuj7j/wCSSUvRf/JSSU//0fOH
vJutcwxLnCZMwSV6z/io6DWzoB6m4D1M295DwOaqT6LG/wDbrL15O4N9RxLo9zod20K90+oD
Oq19Axa8vGZhYlVLWYtBJde7vZk5DvYyr13e+rH9P9H+fckp8Z6ljPs6p1N8NAryrJjiTa8M
9P8Aeaxqq4lbHW7yIY5zgHnj7/pLT6xvwOsdYwdoDm5VgDuIbvftc3+y9ZoteylrZiNIGriT
+7+a1JT6T/i5fjvoz9jXCtr6R6gDonbY+Pb9H/zNdlFTzLIloMhwiSTB0Kzv8W3Rm9M+rNRc
P1nLe6/I3fmuMV+kz/imVtY//hvVXU2VssEPaHDzE/lSU4NtbWGHFu3sdQY+lymqdjufs3tc
4/mBwP5D5rTd0/ELiKiKnEahsg6cfnNUh0ykgy9+upg/+dJKaDmTHG5vB8B8lUsrsL9rLAzd
Abo0mR8Ctyjp1FJn3WeAsId/BHfRRYw1vra5hEFpAhJTzMWA7XOAAPJhpb8tVN1jdoDLWl0S
AXCZ44XQDFxtP0LPbxLQSoO6bgl2849W7xLBKSnnC21zyyP9o59zlPHbaHCdGt4+H/mK3f2V
gNENx62g8wIP9lM3pGION8eG93/nSSmnub++PxSVv9jYfjZ/247+9JJT/9LziwgOe2RHu/jw
vof6rVvb9WulCx29/wBkoJdPM1scvni5ocSBqZIA8ST2hfSPSKn09KwqXt2Prx6mOYdILWNa
W/2UlPj3+MTo1mF9bboeHN6pGVW+wgQf5t9Zd+a2rZ/mLna29SwOpV0Mo3ZjL21102s5uBb6
bNtu127eW7611X+Np2Z/zhYbHEV1tYcd0D2sIaZZ/wChFdizMD60Oy+vVZV1P6w/LZksdYRZ
teHNda2pkV+n6zRbsYz/AIOtJT7L9X8CzpvSsfAsh76GAWWh077XfpMq13tbt35L7XK5dksp
ALmWOn9xjnxBj8wOS+0Utqbc54FTgC1x7h2rUKnqWHfY6uuyXs+k2DI/lJKSVZeLaAWvA3Dc
Gu9ro/lV2bXtRWuY9ocwhzTwQZBQ7KMbI2usrZbE7S4B0T+7P9VR+yBthfXY+tpEGpsbNPzm
gtOz/raSmbqSX7m2OaO7QZB/zpUtjgZ3H5/6hSIkRMeaZgeBDnbvAxCSkNz7qGmwTawctiXf
2dv0lTu6zbU5zTiP2j6LpEH7gtOdYTbWzMBJTlftzcxrhjlx8A46T/YU29dp2zbVZWPHR2v9
kq8cakmdgHwUThUFwdtiNI7H4tKSmv8Atrp/7zv80pI/7Pxf3PxSSU//0/Pm0uuyWY7YY62w
Mrc7QBxd7V9KjQAFeA/U6ujI+s2HRkAFpvbaHOALWikutd6m7+U1i9uu67gUWWV2uLRWXgu5
BNTW3XBse/8ARtf7nbdm9JTz3+MX6o531hoxbOmtrdlUuLHix2wGt2u/1Pd/NOH0f+EXnfX/
APF79ZOjW0CjHs6g19QebsNjnhlrT763Bg9Sv0/0b67H/wA7/wBR7Ph9Yx8qmyyDW6kA3M0c
Wn9z9Hu3Lnn/AFu6m0OutxvsdDXjfdedtYr2bnWNnb6u2z/Rb99P83+l/RpKeG6t1r6z9R64
7pL7BTbj101212yWstDGOe9ldcV+65/p+xli26Mb655eHZjXZdfTn9LaBRi40vORc3X9a2Pb
ayp30Nlb2enZ/gFsfXk1sqxev41lbwGNpBDBZYa8g/o/TxnOq+112Oc1/perVZV/O0/4RZnV
MvN6fVSauoPys3GqGRm4FJroJLX/AMxZcym/Mx3XM9OunE+0epb+l9GxJTuf4t+uZvV+iOt6
g4/aPVcat20OdUNtZsDW7bH/AKw25tlz2fzy61eQ1fXLF6B1rMppwTbZbaG5dzLBQ1m36DcG
hjH+nitfZbe6nI377bfevQug/WfC6tj22VNvaKLnUP8AWa0ODmCtzv5o/Q/St2PSU69+Tj47
Q6+xtYcYBcYkojXNc0OaZadQRwQuE+tfX8odVfi4d7sZ1TQ0uGj27d9nqM3fo/SyGP8Ap/8A
BJ/qb9YsOsZfT2OddkMr9XGZr+kawfQa57nfp3Pf/N1s2JKe6SJABJMAaklYr/rBacW+z7M+
p4YHUB20OcHBzvW9Kx29jKW+m67ez2KrT9ZKMqvNDqrn4baTDjtB3CW5DPUe5n+Dey39J/w/
/BJKeiZdVZOx7XbdDBBiVNee5P1yxei0MqxKGGgtn03ja+4td6G712O/nPZtr2V3f8It36p/
WOzq2Vn4zzvbjOY6l5EOLXt3OYf3vTd+ekp6VJJJJT//1ON6DbfiZORl0PdXcHipj2mDq5z3
u/8AA2rfxet24YZZVsfmWi1uVdazfY6t2wVUuL/bs9Te+1/+F9lNn6L9GuYx3EPfIO0kz3G6
dsj/ADludB6Rldd65Vhb2001sDsmwkOIrMO27Zd+ks9vtSUny+pGmmv03mp73FzqaDsYRDmt
b9L+daz6H7lKL9Wf8rfWikdarutpdXYcal1R22PrYHUNs3tbXZ+jY/8A4y7+dXXVYP1R+q2S
Mbf9szspwspoyQLrGNAftdTRVV7G+x/6XZ6ln762MX6y42VkHDtqLLGjc2qxj6rCzj1aWWj9
Iz/i3JKeV+tjD1PEZmDCy+kP6eW7LMqj9VLAHseMh+NZbfVXYy7b6npfov8Az3xwx+q4uWS7
DhwqD6sl9z3YvpE7asxuY+z0Ps/+j/Tfzn6H0fUXoD6T0jqt1uVmX52Q4n0t7tjGsd+kp3MY
/wDTV7N1b2MZX+5s/SJm5GG3pD8V7K7mB2+xora1he8m79Dj7PRbbTZ9Gxtf6N/6VJTxnROh
dLyLbMvKyb+p5T3ksfj4xuxja7R/qfQst+l9PZXQtb9ofXejINGJTXdhOIFdIx/sjmt+iP5j
0n02bf8ACMtuXYYuRj/YAcZoqxm1ksqZw1oH803bs921RPUKaqqrn2forhtZ48+32/vfvpKe
d+sfSOrW9Ax7rarc7Lxi52Vc4tvurqIbsx2WUVY32nFZb+kfvptup/nvU9BUsBt/1eopzAGU
5GWHfaLnVtv9Gojc3bV6lbd+5n6f3+pYz+aXbDreHgn1Ly1mNH6S0kjbodkV7dzmu+jv/sLP
y+mjpmb6gIL9oNTwdrtoLvQbbPt9Rri5vu/MSU8z1/LyKsvB6hj12Y7cmhlwsG5obfP6Wumw
l1radPUqre//AAmz+bWLjPusOljqmSSbASAZP0nemfd7vzV0v11zz+zm1GycjKsa+0T7tlY3
mz95nqW+hX/g/wBEsPo+M3IzKcetp/SWNa1p7jwcG/Ra76b3/wAhJT1Ofi057g/JxK7LpJoe
8F1bHO2+pZ9m31tsus9L3+pvXR/Vvp9ODutZ77Lw0Pt0G5rZ2e1gaytrNztlbVTpqPqVsLNj
WtcCP/Mv5SY4YzMlz6nNayi0tcy6lrw709u6I9N76d/0N/8AoklPWpLP/a9P7r/80pJKf//V
wukfVjMvwv2g99OJTkWO9N2S9te6tu53qVM1ufW91Ps/RPfZ+56fvW99X8anpb29aGRXZiAs
x3PYXgB9m1221z6q2+lVv+n/AMJSg/Wb6xZYxqsPEd6VgqBa9pP6Ih3pMx6mS7bYytr3+pZ/
O/olzLOturffVVX+iy5OVjW+6mxzZrqsZ/hKLnY77KrH/QSU9X0HApyMy/6x9Q+1POXZkfa7
GXMq+zGp9rTVl1/ocxuN9hazZ9mut+hZ+r/zaN01uBkfXXEf0DKOT030cq2/FLHsdRvDWOZ+
nrqd6Ntz6/s/+E/nf8Gueq+s3T34GRRm+uBkVUsvbYwPD/SZ6LHXX02VXve3bWyn0/S+01f0
xZuT9Ys3OpuaMi0faosz8qxw9bILPoVB1Y/V8Sn/AAOLWkp6Xq/XLcv61dSLLW24HTq2CsNB
LB6IHMe6y717Lfoeyz0v5DE/Vepeh0rF6fiuLc3MJuY0CXtqP6Oq17fn/wBuLHwMM4vS2vuZ
6VeS1z77nPiADupoFY/Sb311rQwMPLY3Isy5OVkFhtI0IaAPQpGp2Mrp/MSU73Qco49deJY4
mitoY5xlztxgeod37yzOp5VeLn5HTHuc6vp1ZfXJ0eyyXj+U536P3KzUWlz2OcBXZuE+BcNm
5rv3lifWGi6z9n+j735tX7OuLiZ/RWnY95d+dsruZ+/sSU6+HhW3dI6Xdk2PdbigW+mYLS95
NzX2Nj9K+t381uf+j/4xH+ueVZdfTWQ5wspY6t7XEDSGbXMH0tz9/wDLVrpmTX1B9+xgbhhh
OOwiINelc6u/Naz9F+4hdf6Rm5LcPqGJQ/Jrx2PptayNzCP0jLf+Lf7/AHJKeZ6uxj+qE4zf
TrtqrBYDP7zff+d9Bvu/lrR+r1L6Oo49lQrDqi66x73hjXNI2ejXc/2eo7e/6f8A4Gq+D0jq
XV84uoxnFrag31K2u9JpA9m53+kfub+ctfB6V6lWYTRkMsw3BmU7cxntcTvfS4tDf0Ntf0Hv
2f4Tekp6CvqONY72sueRq5rGC1w/NnZjvs3N/wCFq9SpDwcrP1a3Gey7IuLWueB+j9R2xtl2
P9OvHZU396z1rv530ll9QZTW6n1a22XghzG5DW1Oc0/6Kx30v+sZq1Pqo3pjupn7BWGtDXvc
31rLtrnH9Idtg9Gmx7n/AJr970lPW+g//TP+5n/pNJFSSU//1sf60PwaTkUNsDr25drQWukG
v6Z2uadu31H/AKH6f+jXKsJe5rW/TJAB417L1bqHRsfJuZTbjUX5N+6bLKxsop/PbTW3a31P
5azupdB+qvTOi5vV8fDa+zGY4Ub32Om1xbj44Mn3sbZY2z+Wkp4mps0i+9gewundaJb7SGva
Pv8A5pdHhfUjKf0o9RZ6dDsyt9lNQZZYK21+8+vsa+vc9tX0N7Nn/DW+xV+jO+rvTegsuzfV
yep3h5dU0tBbXuLGvqtt9lbLGs/SN/0/6X/BroK/rb1DEacQYldGNXUK8S6tzrnDSf0/qj7P
ZXdv9j9n/A/pElPOjBpbZU+60XW2e+3ItkVs4ZY+qmT+57bbf8H/ADNCv39QwWvLenMyOpNd
tmyqo1sNo0f+sZHp/u+302K/jdO6bfgnJNX2J+I7c5+CCK3bh9M4svv9b/Ss33fzf01ZxXZV
1L6GMa+q6LK7H6GW/Q3V7WWNb7vz2fn+mkpzKMvqhupZlUU4lV7bHV7X+rYTWat250Nq/wAI
z+bWbj1WMoyMG5r3X4pffiOMEloPucyP8LXut9vqf4ZdFlGqnpmKMul1GU99jMYWbXOJLh6z
ath3+k7bXbb/AMEzesuulrutdFtcWtpynWs+0tO8j2GzfWB/ga/z0lJsbqVFWKKWvdQAw25u
QWhrWbvZ9j5dZ6v0/wDB+9eg/Vo41/RKQwO2PaQ5lg2ug9ns1/NXk+HRXbmPGXc2/Mqc8145
2iCXSbjUz2Nd+4z6a9J+ouQ+7p+Q3dLK7zW17tS5wa11uz96pm5jN/7/AKqSnQ+rnQf2Jj30
er6vrW7wQNugaytk/wAv2e9X8jFqfjZNbGBpyGOD9ogkuBbOn52qKS7cA0AjuZT+6fAflSU8
V9T8NuRVn4mQHGW1lkuOwOIf7hX9Br2uDfzFZ+o5tffmPsrDQxrK2O5gAvLq2O/Nbu+mxq0m
YGX07M6jmY9e+i2svYxvusNkTsrrH5u7e76W9/5in9Wel29Pwz6zQ22wMBjwaP3T9D3Pf7El
Oykkkkp//9erjf4xsSvNsPUMLIcHNc0vrcxrw2fb7HkV79v7jlV6l1vpfUfq1n0Vvcch211N
TmkPD67WWNsc1u5vup9Zn0/31nPwOn+rXb1G31n2B7sgY8EMYwkVsrvP6u6zIY3/AKx6iq49
WBk5jG0Vmho3Oc7eCK2SGTvuDPW+mxnuYxJTQpdbdk1m9xe95rrBMGGDbTW3+rs2tXVdWa57
zhY7XV0U10xa0aFsMbG7851bvo71zzsIHqGPitmxz7PTPEn3Frvd/KXTZHud1fZ/NEVFkaQA
AxrR/ZbtSU62CMmqlwuqMHbtk6OafoP3NH7qQyLani6o7g0EgdpH0P63uarfqDI6ZiWs1sqY
Dawt02mHb937rHPcxZ59rC3fEOEkNggf2klOn1TJpzfq1YXWOZk4zDY57dd7DuZdXt/4p/s/
4T+bXHHJyn4OLhYO+/ObNsM0aKGepT6e/b7vV/kN/rrpvUcKzXY8Fj2Q8ROn0J2rGs6fT0O5
ubkU3fZG1Nxqcmt0lxsm231WY+9+O91jttH6v6GRX/hfUSUkrw+p3PyRk4+1r64ZXY9psNp0
3bsT9G3j3r0L6m9Jr6Z0OikBsmXhwETv9xOq4DH6p0997TVkZuVbaJbjMLHPcJ37nNxt7vd+
/V6W+tep9MryK8ChmVHrBg3gAAD+R7fb7PoJKbOidJJJSkklEuggQSDyRGnxSUySSSSU/wD/
0OYy/sVr7S6yy+xtv6u4AVVsYHfTsrPqWPfZ9D06/wDt5VrKmYwDWNcLQGtaXNbLJO8usHvf
6m4bWbvzFrjoWTk5f2cOrsyTZBZUTDdeXW+yr/pW2Knh4V9T85xa7djg72sh0GXM2O+l6n8v
2/8AbiSl+m4l3/OLAFrY9xJ4Oux/5v7i6OrCZa/IqbW577a/cKnNZYWhu3T1drN/9dZnRzdl
5GHeHCttWVW1xa2JaCN5cXfo3N935i6u2g1uc+h3qW3tIl5Abskg79N38n2pKanTr2NobW5x
F1IDLG2Nc0tBB+mx7WOd+6/Yp3YdLsf7TjvNjS6A0EOMO/lT7dv0ULMzczBqNtsMpZ9E1uZa
0b4G5tbzRfY5rfp7GoNPVun2bXh5xLHta5zTLdxd+9vGz8z/AK39D1ElJcdokF4isAh5Og09
0nf7W/QT5t2BfgXspyGl+wNrsqdLt8ttp27Jd6tVlfqV7f8AqFTZ0Wmu9+T6797yX2Emd0+3
6P539pqsY3TKWEtxqHtb7iQxx3HSNr+Pb+ckp6D/ABedNqxMK+wB7rrCwW22fTcQD5u2M27f
0bV1ywvqljWY+JcLZDy8e3gABvt9n0/zvpv+mt3WeElLpk6SSltZ8k6SSSlJJJJKf//Z/+0k
iFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAPHAFaAAMbJUccAgAAAgAAADhCSU0EJQAAAAAA
EM3P+n2ox74JBXB2rq8Fw044QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0
AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50
U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29m
U2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsA
AAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJv
b2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAA
FwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAA
AAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAA
AEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRU
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQ
eGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQ
Z1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9w
UmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0
UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAA
AQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAB44
QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAA
AAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEA
MgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJ
TQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEA
AAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoA
AAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB/gAAAAUAaQBfADAAMQAzAAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH+AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3Qx
AAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAA
AABSZ2h0bG9uZwAAAf4AAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAA
EgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0A
AAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNl
VHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxv
bmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH+
AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAA
AAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0
VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZh
dWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAL
YmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcA
AAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJ
TQQRAAAAAAABAQA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABs7AAAAAQAAAHEAAACgAAAB
VAAA1IAAABsfABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAL/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgI
CQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHEDASIAAhEBAxEB/90ABAAI/8QBPwAAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEE
AQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw
4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKB
kRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj
80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDz
zKfGfkEEx61hntG9y6rrmNXV9Qei3E7bmXEADgi5tttm7+U3061yWS0/acguOgss15/Ocuv+
u+S1n1Z6D00gNtfUzJdWY3MAqFI3f17LbP8AttJTxNzmxo8lx5AGn+dKWLj2X2bRxBMmYMAv
2f1n7UXpz2jKl4klrg2Dt935p9SH+mnyb2forKnxfANxHt9wO9vtHs/tbv8Az2kp178nO6dj
/Y3+rivySH24t1LWuALdtduNcT6n2Z7fbt/6diboXVaOj9abnW7nVY9b2uYwiXF7PTa0OLm7
f0n5/wCYsm3KyMvIfk5NhuvuO6yx3cnQafu/yGLS+rVjKeu491tb8iprnF9FdXrvc0ssa7Zj
u/nNqSnth0rqP1lzK+p9YD8XpDGg4fSnPPqOAb/PWta1ja/X/nHvs/TbP0f80ukox3mhlNDG
V0tJ9OqpuxoH9Vv0VlUdXyshxdX0XqBkSx9wqpDz/L+02tdWz/hff/UQcrpnXOp2Pb1HOGB0
4mB03DO95EQ6mzPdVVu9V/0/0dv6NJS7sivqbnZmY9/7Kov9PptGNudbl31n+ltZV+lydj2f
qVVf6Kv9LfZZ+jVwZF+1/q4eS2sgECz1LHx39ey57af7Nf8A4Igt6R0tsD7M17g30xc9zn2h
gGjK7d36Cpv5tVPp0f4P00YYFNYIqfkVOAG0svfAP0v5t+9n/RSU28Z9xc31KywP0Nbtpc3w
/my9v/TR/SBILXbSAdZ0+5U8fF6jW52zNa5paNbqt7h+85uy6lnt/wBa1YNFwY1zs63c7Qba
6BwfzGml3/Tekpb02yQNT4eZ1U6wW8Oa4NJbukagcs9k/nIFpewFr6DlNez03EOaC8+FjXmq
tzbP+2/5CsYeJj047KK6GVVsHtqY0MY0O9zo2BrP+MSUl+2P/kfe5JE9K/8Acb/0kklP/9Dg
unYwz+tswbDtbdkbbHmNGF/v5/OXS/41SG9QwGhgD/SftdHuNe7bXXp+Y1/q7FzXTMsYfXqs
y2G11ZG6w+EOku/OWtgU5n14+t7bMuWY8+pcwGBVisPtx2Od9Fz/AOab/wALZ6qSnk/jwnaN
YOko1+PZRdZQ+ZqcWkQe2m7+0mY39IG9+/fjySUkqa4j2jURAHiuh+o1LnfWbEcBBYLbXEd2
it7f/RionDyXYbzhYrracXacm6tjnEWPG2pllkfQ+m1n+D3+ovQvq79TqejZDOpevY+y3GbU
6mxoDmPs2OyHh7dvt3t9L0/T/tpKdutoaZmXOBg/l7nahtbLjpoNDGogH5oxY8bpghp+iNCS
nZW8e0nYD/50kpFXUC4bYdpw3/oypeiToTzJk/jG1WBS4SQ4T4xMFJ5LDEgiflp5pKR11Na/
cQG/kB44lSbWGgR/ZPH/AJJIOe50FszOo7CEj6gGoIbp8f3UlMC1geREmIJJ4Hf/ADkbGDIJ
JBk6jt/5igOsLhoIPAB5+aNQ5x3EmZmIgpKSzZ+6PuP/AJJJS9F/8lJJT//R84e8m61zDEuc
JkzBJXrP+KjoNbOgHqbgPUzb3kPA5qpPosb/ANusvXk7g31HEuj3Oh3bQr3T6gM6rX0DFry8
ZmFiVUtZi0El17u9mTkO9jKvXd76sf0/0f59ySnxnqWM+zqnU3w0CvKsmOJNrwz0/wB5rGqr
iVsdbvIhjnOAeePv+ktPrG/A6x1jB2gOblWAO4hu9+1zf7L1mi17KWtmI0gauJP7v5rUlPpP
+Ll+O+jP2NcK2vpHqAOidtj49v0f/M12UVPMsiWgyHCJJMHQrO/xbdGb0z6s1Fw/Wct7r8jd
+a4xX6TP+KZW1j/+G9VdTZWywQ9ocPMT+VJTg21tYYcW7ex1Bj6XKap2O5+ze1zj+YHA/kPm
tN3T8QuIqIqcRqGyDpx+c1SHTKSDL366mD/50kpoOZMcbm8HwHyVSyuwv2ssDN0BujSZHwK3
KOnUUmfdZ4Cwh38Ed9FFjDW+trmEQWkCElPMxYDtc4AA8mGlvy1U3WN2gMtaXRIBcJnjhdAM
XG0/Qs9vEtBKg7puCXbzj1bvEsEpKecLbXPLI/2jn3OU8dtocJ0a3j4f+Yrd/ZWA0Q3HraDz
Ag/2UzekYg43x4b3f+dJKae5v74/FJW/2Nh+Nn/bjv70klP/0vOLCA57ZEe7+PC+h/qtW9v1
a6ULHb3/AGSgl08zWxy+eLmhxIGpkgDxJPaF9I9IqfT0rCpe3Y+vHqY5h0gtY1pb/ZSU+Pf4
xOjWYX1tuh4c3qkZVb7CBB/m31l35ratn+Yudrb1LA6lXQyjdmMvbXXTazm4Fvps227Xbt5b
vrXVf42nZn/OFhscRXW1hx3QPawhpln/AKEV2LMwPrQ7L69VlXU/rD8tmSx1hFm14c11ramR
X6frNFuxjP8Ag60lPsv1fwLOm9Kx8CyHvoYBZaHTvtd+kyrXe1u3fkvtcrl2SykAuZY6f3GO
fEGPzA5L7RS2ptzngVOALXHuHatQqepYd9jq67Jez6TYMj+UkpJVl4toBa8DcNwa72uj+VXZ
te1Fa5j2hzCHNPBBkFDsoxsja6ytlsTtLgHRP7s/1VH7IG2F9dj62kQamxs0/OaC07P+tpKZ
upJfubY5o7tBkH/OlS2OBncfn/qFIiREx5pmB4EOdu8DEJKQ3PuoabBNrBy2Jd/Z2/SVO7rN
tTnNOI/aPoukQfuC051hNtbMwElOV+3NzGuGOXHwDjpP9hTb12nbNtVlY8dHa/2SrxxqSZ2A
fBROFQXB22I0jsfi0pKa/wC2un/vO/zSkj/s/F/c/FJJT//T8+bS67JZjthjrbAytztAHF3t
X0qNAAV4D9Tq6Mj6zYdGQAWm9toc4AtaKS613qbv5TWL267ruBRZZXa4tFZeC7kE1NbdcGx7
/wBG1/udt2b0lPPf4xfqjnfWGjFs6a2t2VS4seLHbAa3a7/U93804fR/4Red9f8A8Xv1k6Nb
QKMezqDX1B5uw2OeGWtPvrcGD1K/T/Rvrsf/ADv/AFHs+H1jHyqbLINbqQDczRxaf3P0e7cu
ef8AW7qbQ663G+x0NeN91521ivZudY2dvq7bP9Fv30/zf6X9Gkp4bq3WvrP1HrjukvsFNuPX
TXbXbJay0MY572V1xX7rn+n7GWLboxvrnl4dmNdl19Of0toFGLjS85Fzdf1rY9trKnfQ2VvZ
6dn+AWx9eTWyrF6/jWVvAY2kEMFlhryD+j9PGc6r7XXY5zX+l6tVlX87T/hFmdUy83p9VJq6
g/KzcaoZGbgUmugktf8AzFlzKb8zHdcz066cT7R6lv6X0bElO5/i365m9X6I63qDj9o9Vxq3
bQ51Q21mwNbtsf8ArDbm2XPZ/PLrV5DV9csXoHWsymnBNtltobl3MsFDWbfoNwaGMf6eK19l
t7qcjfvtt969C6D9Z8Lq2PbZU29ooudQ/wBZrQ4OYK3O/mj9D9K3Y9JTr35OPjtDr7G1hxgF
xiSiNc1zQ5plp1BHBC4T619fyh1V+Lh3uxnVNDS4aPbt32eozd+j9LIY/wCn/wAEn+pv1iw6
xl9PY512Qyv1cZmv6RrB9Brnud+nc9/83WzYkp7pIkAEkwBqSViv+sFpxb7Psz6nhgdQHbQ5
wcHO9b0rHb2Mpb6brt7PYqtP1koyq80OqufhtpMOO0HcJbkM9R7mf4N7Lf0n/D/8Ekp6Jl1V
k7Htdt0MEGJU157k/XLF6LQyrEoYaC2fTeNr7i13obvXY7+c9m2vZXd/wi3fqn9Y7OrZWfjP
O9uM5jqXkQ4te3c5h/e9N356SnpUkkklP//U43oNt+Jk5GXQ91dweKmPaYOrnPe7/wADat/F
63bhhllWx+ZaLW5V1rN9jq3bBVS4v9uz1N77X/4X2U2fov0a5jHcQ98g7STPcbp2yP8AOW50
HpGV13rlWFvbTTWwOybCQ4isw7btl36Sz2+1JSfL6kaaa/TeanvcXOpoOxhEOa1v0v51rPof
uUov1Z/yt9aKR1qu62l1dhxqXVHbY+tgdQ2ze1tdn6Nj/wDjLv51ddVg/VH6rZIxt/2zOynC
ymjJAusY0B+11NFVXsb7H/pdnqWfvrYxfrLjZWQcO2ossaNzarGPqsLOPVpZaP0jP+Lckp5X
62MPU8RmYMLL6Q/p5bssyqP1UsAex4yH41lt9VdjLtvqel+i/wDPfHDH6ri5ZLsOHCoPqyX3
Pdi+kTtqzG5j7PQ+z/6P9N/OfofR9RegPpPSOq3W5WZfnZDifS3u2Max36Sncxj/ANNXs3Vv
Yxlf7mz9ImbkYbekPxXsruYHb7GitrWF7ybv0OPs9FttNn0bG1/o3/pUlPGdE6F0vItsy8rJ
v6nlPeSx+PjG7GNrtH+p9Cy36X09ldC1v2h9d6Mg0YlNd2E4gV0jH+yOa36I/mPSfTZt/wAI
y25dhi5GP9gBxmirGbWSypnDWgfzTduz3bVE9QpqqqufZ+iuG1njz7fb+9++kp536x9I6tb0
DHutqtzsvGLnZVzi2+6uohuzHZZRVjfacVlv6R++m26n+e9T0FSwG3/V6inMAZTkZYd9oudW
2/0aiNzdtXqVt37mfp/f6ljP5pdsOt4eCfUvLWY0fpLSSNuh2RXt3Oa76O/+ws/L6aOmZvqA
gv2g1PB2u2gu9Bts+31GuLm+78xJTzPX8vIqy8HqGPXZjtyaGXCwbmht8/pa6bCXWtp09Sqt
7/8ACbP5tYuM+6w6WOqZJJsBIBk/Sd6Z93u/NXS/XXPP7ObUbJyMqxr7RPu2VjebP3mepb6F
f+D/AESw+j4zcjMpx62n9JY1rWnuPBwb9Frvpvf/ACElPU5+LTnuD8nErsukmh7wXVsc7b6l
n2bfW2y6z0vf6m9dH9W+n04O61nvsvDQ+3QbmtnZ7WBrK2s3O2VtVOmo+pWws2Na1wI/8y/l
JjhjMyXPqc1rKLS1zLqWvDvT27oj03vp3/Q3/wCiSU9aks/9r0/uv/zSkkp//9XC6R9WMy/C
/aD304lORY703ZL217q27nepUzW59b3U+z9E99n7np+9b31fxqelvb1oZFdmICzHc9heAH2b
XbbXPqrb6VW/6f8AwlKD9ZvrFljGqw8R3pWCoFr2k/oiHekzHqZLttjK2vf6ln87+iXMs626
t99VVf6LLk5WNb7qbHNmuqxn+Eoudjvsqsf9BJT1fQcCnIzL/rH1D7U85dmR9rsZcyr7Man2
tNWXX+hzG432FrNn2a636Fn6v/No3TW4GR9dcR/QMo5PTfRyrb8Usex1G8NY5n6eup3o23Pr
+z/4T+d/wa56r6zdPfgZFGb64GRVSy9tjA8P9JnosddfTZVe97dtbKfT9L7TV/TFm5P1izc6
m5oyLR9qizPyrHD1sgs+hUHVj9XxKf8AA4taSnper9cty/rV1IstbbgdOrYKw0EsHogcx7rL
vXst+h7LPS/kMT9V6l6HSsXp+K4tzcwm5jQJe2o/o6rXt+f/AG4sfAwzi9La+5npV5LXPvuc
+IAO6mgVj9JvfXWtDAw8tjcizLk5WQWG0jQhoA9CkanYyun8xJTvdByjj114ljiaK2hjnGXO
3GB6h3fvLM6nlV4ufkdMe5zq+nVl9cnR7LJeP5Tnfo/crNRaXPY5wFdm4T4Fw2bmu/eWJ9Ya
LrP2f6Pvfm1fs64uJn9Fadj3l352yu5n7+xJTr4eFbd0jpd2TY91uKBb6ZgtL3k3NfY2P0r6
3fzW5/6P/jEf655Vl19NZDnCyljq3tcQNIZtcwfS3P3/AMtWumZNfUH37GBuGGE47CIg16Vz
q781rP0X7iF1/pGbktw+oYlD8mvHY+m1rI3MI/SMt/4t/v8Ackp5nq7GP6oTjN9Ou2qsFgM/
vN9/530G+7+WtH6vUvo6jj2VCsOqLrrHveGNc0jZ6Ndz/Z6jt7/p/wDgar4PSOpdXzi6jGcW
tqDfUra70mkD2bnf6R+5v5y18HpXqVZhNGQyzDcGZTtzGe1xO99Li0N/Q21/Qe/Z/hN6SnoK
+o41jvay55GrmsYLXD82dmO+zc3/AIWr1KkPBys/VrcZ7Lsi4ta54H6P1HbG2XY/068dlTf3
rPWu/nfSWX1BlNbqfVrbZeCHMbkNbU5zT/orHfS/6xmrU+qjemO6mfsFYa0Ne9zfWsu2ucf0
h22D0abHuf8Amv3vSU9b6D/9M/7mf+k0kVJJT//Wx/rQ/BpORQ2wOvbl2tBa6Qa/pna5p27f
Uf8Aofp/6Ncqwl7mtb9MkAHjXsvVuodGx8m5lNuNRfk37pssrGyin89tNbdrfU/lrO6l0H6q
9M6Lm9Xx8Nr7MZjhRvfY6bXFuPjgyfextljbP5aSniamzSL72B7C6d1olvtIa9o+/wDml0eF
9SMp/Sj1Fnp0OzK32U1BllgrbX7z6+xr69z21fQ3s2f8Nb7FX6M76u9N6Cy7N9XJ6neHl1TS
0Fte4sa+q232Vssaz9I3/T/pf8Gugr+tvUMRpxBiV0Y1dQrxLq3OucNJ/T+qPs9ld2/2P2f8
D+kSU86MGltlT7rRdbZ77ci2RWzhlj6qZP7nttt/wf8AM0K/f1DBa8t6czI6k122bKqjWw2j
R/6xken+77fTYr+N07pt+Cck1fYn4jtzn4IIrduH0ziy+/1v9Kzfd/N/TVnFdlXUvoYxr6ro
srsfoZb9DdXtZY1vu/PZ+f6aSnMoy+qG6lmVRTiVXtsdXtf6thNZq3bnQ2r/AAjP5tZuPVYy
jIwbmvdfil9+I4wSWg+5zI/wte632+p/hl0WUaqemYoy6XUZT32MxhZtc4kuHrNq2Hf6Tttd
tv8AwTN6y66Wu610W1xa2nKdaz7S07yPYbN9YH+Br/PSUmxupUVYopa91ADDbm5BaGtZu9n2
Pl1nq/T/AMH716D9WjjX9EpDA7Y9pDmWDa6D2ezX81eT4dFduY8Zdzb8ypzzXjnaIJdJuNTP
Y137jPpr0n6i5D7un5Dd0srvNbXu1LnBrXW7P3qmbmM3/v8AqpKdD6udB/YmPfR6vq+tbvBA
26BrK2T/AC/Z71fyMWp+Nk1sYGnIY4P2iCS4Fs6fnaopLtwDQCO5lP7p8B+VJTxX1Pw25FWf
iZAcZbWWS47A4h/uFf0Gva4N/MVn6jm19+Y+ysNDGsrY7mAC8urY781u76bGrSZgZfTszqOZ
j176Lay9jG+6w2ROyusfm7t7vpb3/mKf1Z6Xb0/DPrNDbbAwGPBo/dP0Pc9/sSU7KSSSSn//
16uN/jGxK82w9Qwshwc1zS+tzGvDZ9vseRXv2/uOVXqXW+l9R+rWfRW9xyHbXU1OaQ8PrtZY
2xzW7m+6n1mfT/fWc/A6f6tdvUbfWfYHuyBjwQxjCRWyu8/q7rMhjf8ArHqKrj1YGTmMbRWa
Gjc5zt4IrZIZO+4M9b6bGe5jElNCl1t2TWb3F73musEwYYNtNbf6uza1dV1ZrnvOFjtdXRTX
TFrRoWwxsbvznVu+jvXPOwgeoY+K2bHPs9M8SfcWu938pdNke53V9n80RUWRpAADGtH9lu1J
TrYIyaqXC6owdu2To5p+g/c0fupDItqeLqjuDQSB2kfQ/re5qt+oMjpmJazWypgNrC3TaYdv
3fusc9zFnn2sLd8Q4SQ2CB/aSU6fVMmnN+rVhdY5mTjMNjnt13sO5l1e3/in+z/hP5tcccnK
fg4uFg7785s2wzRooZ6lPp79vu9X+Q3+uum9RwrNdjwWPZDxE6fQnasazp9PQ7m5uRTd9kbU
3Gpya3SXGybbfVZj73473WO20fq/oZFf+F9RJSSvD6nc/JGTj7Wvrhldj2mw2nTduxP0bePe
vQvqb0mvpnQ6KQGyZeHARO/3E6rgMfqnT33tNWRm5VtoluMwsc9wnfuc3G3u9379Xpb616n0
yvIrwKGZUesGDeAAAP5Ht9vs+gkps6J0kklKSSUS6CBBIPJEafFJTJJJJJT/AP/Q5jL+xWvt
LrLL7G2/q7gBVWxgd9Oys+pY99n0PTr/AO3lWsqZjANY1wtAa1pc1ssk7y6we9/qbhtZu/MW
uOhZOTl/Zw6uzJNkFlRMN15db7Kv+lbYqeHhX1PznFrt2ODvayHQZczY76Xqfy/b/wBuJKX6
biXf84sAWtj3Eng67H/m/uLo6sJlr8iptbnvtr9wqc1lhaG7dPV2s3/11mdHN2XkYd4cK21Z
VbXFrYloI3lxd+jc33fmLq7aDW5z6Hepbe0iXkBuySDv03fyfakpqdOvY2htbnEXUgMsbY1z
S0EH6bHtY537r9indh0ux/tOO82NLoDQQ4w7+VPt2/RQszNzMGo22wyln0TW5lrRvgbm1vNF
9jmt+nsag09W6fZteHnEse1rnNMt3F3728bPzP8Arf0PUSUlx2iQXiKwCHk6DT3Sd/tb9BPm
3YF+BeynIaX7A2uyp0u3y22nbsl3q1WV+pXt/wCoVNnRaa735Prv3vJfYSZ3T7fo/nf2mqxj
dMpYS3Goe1vuJDHHcdI2v49v5ySnoP8AF502rEwr7AHuusLBbbZ9NxAPm7Yzbt/RtXXLC+qW
NZj4lwtkPLx7eAAG+32fT/O+m/6a3dZ4SUumTpJKW1nyTpJJKUkkkkp//9kAOEJJTQQhAAAA
AABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBi
AGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAA
B///AQEAAQEA/+EOq2h0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJl
Z2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4
bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMx
MTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4
bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMi
PiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5h
ZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NU
eXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFw
LzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9k
Yy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
cGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTNSBX
aW5kb3dzIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjozNDo0MiswMzowMCIgeG1w
Ok1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTM6MDkrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURh
dGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTM6MDkrMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5p
aWQ6ZDA0NzI0MGQtYjBmYi0zZDQ1LTk2ZmQtZTE0YzBmMzJkMzY0IiB4bXBNTTpEb2N1bWVu
dElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6M2RlMTYwYjAtZWMwNS0xMWU4LWEzZWEtYWVl
NTIzNDFjMjc3IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MzM1RDQ1NzE2
NzhGMTFFNEJCOEM4NTJEQzU2MDA2RTEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9z
aG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlE
PSJ4bXAuaWlkOjMzNUQ0NTZFNjc4RjExRTRCQjhDODUyREM1NjAwNkUxIiBzdFJlZjpkb2N1
bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjMzNUQ0NTZGNjc4RjExRTRCQjhDODUyREM1NjAwNkUxIi8+IDx4
bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBz
dEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmU4Y2Y5NWIwLTVhNGEtNzU0My05N2NlLTIyODNl
YzdhZjFiYiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzoxMzowOSswMzowMCIgc3RFdnQ6
c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2
dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5z
dGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkMDQ3MjQwZC1iMGZiLTNkNDUtOTZmZC1lMTRjMGYzMmQzNjQi
IHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MTM6MDkrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJl
QWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdl
ZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+
IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkgAAA
AAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxci
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQO
Dg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQ
Af4DASIAAhEBAxEB/8QAswAAAQUBAQAAAAAAAAAAAAAAAAECAwQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAQAAICAgICAAYBBAICAgMAAAECAwQAERIFIRMQIDEiFAYjMEBBFTIkUKBCMzQ1FhEA
AQMDAwEFBAYIBQIGAgMAAQARAiExEkFRAyJhcTJCE4FSYgQQIJGhcoIwQLGSssLSI/DBouIz
0RRQ4fFTY3PyQ4OT0xIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAwM7QzR8kDifX
xelNnhfQuCK7BoiEY9gwejQc5shcmjgOvz82EWEeRaOZeO4lrzDuRMUfoS9MVdeq8dCSDkSs
P5GfaH2HzFeV7CCUUc6u4stcg1koRPYo1siDRyjVawnVWkr4rB51naGaSEchJ1HL9ebXJdZx
xiooPbC0GuaIqOHWWXitp0oC7SIiw5rSO1SsnU0ufnE19jVKyyRjJScgSZStx3QZ5qaRlmnm
ZWmJfoqXo6UhaJHCWq8wKINcriBXxgigIryNJVGtkaefVLVQFapN23Gd0XeA77hzFUBrXBLL
YiKrrtAtWcqU7bBgyxyoD0WIWetZLfWSSkkaoParxs9XPNangZhb6LItFQ2HEc9ANhcBxsPx
bBouy7BoOGgkcRadRaXY61shsRPMqruKSskCNJlPOad+iI9XEnfeeehEnn3a8GRNc0VEDcoK
0nVsZUaKDmvHOjBw5Bk8c52tjnGnUrwgd3DzLifn+n0zlui0YwYICtUe5qiyV1Eq2nmfDsyG
MbKmfYsPKzbDSFXMEnzUNFmdpkyskFYqnndK3UHNVxY77l+rOW5roecFY5gigWSqEsaA4EFe
14OEHtfELZq2Del3HGfYmB73RjBYxySNGtHjVHjXq0Yr2iPYpKkbieMcNlryEbkkGtcCQySj
JInCyRzCiKeZ1rFMndFcOq1WqY/F9TygNUAEFBRqiDkVwo1w8AVopJJHYO6VXDHqorJIhGCg
5HDRHDJWuBkgNHNEkaCOVB45SJXAiPaIOQY9qD4ZEHSK4UWM8zpXqQ7ewtg7VWSHJ8xs4wJI
wAeRqAqKCPRwKjxxIDB6CaeZsnVLIwkjcCtcwYK4RZUGPjQcqShHKgweAiuGKiiiNHoOGqgL
G9CKRrgBB8kUwIgeb0bFQk18bTO5xZeNI2KFqp2XLlURwIqDkegPjkF0IpCfOUEHdacl0lPo
C450YgxRXAMewJGDhUVQfGDhrxzWg58aD0ikHMegCMHoig5GDkGEjUQmdFMKDTzKtdqBPEGj
lvQS/S7Y0+H73kzmRyAKojHtFmgnLg2MROpqmN3/AD/SDmSsGKOIZEcRslUaStGyNCQQEVQV
EaDVjBVBY3gySRpGsqEbJmEbhg8Gg5rh72SA9kh5hXt1BLECiIoa/bZuyN5TsOQOXcijHOCB
yqLO2yR2lkOrtJYI3ukIWzRiMnaMY9SJZEGK5Ro6YieNIyxEDBgpAEyVZC02CQV8SE7mIKiM
HI1BVa0SRIywsYWnRSnl9WaEe14I9uoeiWJXEHB+icIcm5miVCauQyxTBdpXSZKrjudHLvFp
aqFhGykLnKViRo0HjRyDnRvEcqCRyAxHtIUnYMJGkJIpDMjxRriOOZCKOxCNekhG2ywimHhK
jjyuOVggjher5bvTp1APPfQuCOX0qGgQ1L2eJcrTDHtiHWqWwdxZsPKzbalFt9DOZpRFF0zS
FsoVSwpBYGjiupYcy8VVvhnx6gYk2iwzmbKmKbQc/F0DTAn1nGMushlP02lB01ceqA9CM80j
mhFcKO7PjtA3uvqXw4fuOVOEu0pB1aRo5WPGuWIf6LxHopfFBQAAGqAkFkKyWQhfIEaSg1UU
FAAAAAGjhjxAURHAxXA0cEaSIIj1GqoAB40x7Rqqpd9E829MNIaDsfWzzy5HIIACo4ill0i5
2HGdwWgAAAARr0IkmQRVURQARQGsJSNw4ABFAAAAAARQRQABEEHK1wAACHjaSQDhjyT0zzX1
A0QAzNMPJIOo5UEcDUUJLmTIbno/JbxpkbxQAAAAAAAAAAAjkCm28ECzBESoJFK4rPlrlgpv
LRmwmwZbDXMiU0Uz4zTXMkNEozkyxqeQQywhJCF71fyf1YsAAAZPmnrHlBNeyexOVq9NRMLS
odidTbY8VQCOQIaekGI7ZjEfDnGymSpqOo3RQAAAAAAAAAACnW1GmZX1gyE0mmfNKEUdlxTW
0FdLCFZ72HnDXsIxzTS9U8u9RHgAAczxW9zxX6nkr5ooRFro+ZvHbvY8URQAARQACOQGK4Is
zYQpyOnEUAAI3JEWCOQAAAAAEUEFBjZUIW2AgJwqRXwrpZU8dY9gNUNb07ie4FAAA4nmu74s
ynK0ZIxC3v8ALdGegTZWoOI840YaEJtLiXy+tR5YEBQAAAAAAAAAAAAAQFAAAAAAAAABFAAD
xtXwiDg7Ls+H7gAAAKvnvpnCnKxWYQjsQiXKch6fLyzDTzsZxsbHF9KdFmYeEdjo8RMegWuM
7MAAAAAAAAAAAAAEUAAAAAAAAAAAAAA8eiliElhsnX9hhboAAAGNsoeTr6RaOS5D2Dmzz9ug
hezOm5MZaZuGQzsojnOyg1Dk+e7jhDofQ/OO+LQAAAAAABWLJA8kAAAAAAAAAABg8AAAAAA8
gidEOW5YO32a9gAAAAAAASJB8RMM43uKZ5nvpbLT67Ce5n5p0fFbWsYOjzvZG2ZyGkV7AIoA
QFSvBnGpY5pTsbOBvgAAABWLJXUnq2qRlkGyWHgElOuahFKAB43G9po6nNdcdjPHAXDKlNCK
HEOmMy6TU7eCSR4TjQs4umdPFI44/K7XhCLo87qDLyulxAMHoBycrXPQNnyfcO/k4PpDcKcx
Nl3+bKVCdoSI02em4LrSzHRpm1LzWma+TWpnR5NSqdo3IqF92SwDPiOipYOkXOs8670sAHjT
HwknYct051mTXzjoM/F6AY6bDNLa5O4dFkZwW5IMQ38rPvm7vZE47i7WUbOryLy1d5qyaVqi
wxEapJep7JQ65LxYfDAaXK7N44d8ucWK8bBd7G6Q1qWrnE8WdnnRZlG6VL+BMdLFhOLa6kBz
VTUojbk9kze84/tSyAeNRTQmhcYwlcyQ6bGflm2zMC9WnDPlgUbTa40e4wOqCCqwx+T9K5sz
kzYy7byJzTwJLZl3Oh3DDk6HPMGCfIN65yYbtvM68n4bo+cGLFfLOi/CNfZx2kuL2HBlkhBJ
IQdKyyb7qriysDSjLbti6dW4WSOQ8cimDRidGTOHD4IlJLNOUv56zlGK9sHLt9Bccf2mZvHJ
Q9jWMGp06GFWW2cnN3EZhmSGg/U0zl7fRqcq/p4TmLHRuK1seQc72TjznoLUIuJfcZVi5qkH
MdjTOUfPWGyRWhbESmzYr3ymlkC3A4vPzQ2ZcDZPI2PUklrWB1iuoxIguG30RwXW6F0ZPWYa
BmuL9cnOVx+iyCDcZoBmIGs10BA4thJGoQzRkkQo9YphVapNZoWirk9BhFSWUJLVZB7ZGnN5
rnA9zh1mC4alyGYjlgmJGWHFGrPXNHT53aPK45EFmY8VyzFDay+xNyxXCWrl8qdenO6ZNapZ
R1VrB2TQw9jJKkSQlq3moX3VJSGSmG8VbQ+nYzS/LRuEJnxm22lKNsV806exzXUmJXu0hk1e
QnqPwzPHRksschLrZXQErrDSvZjmH07eWX54phzkYeYxyQlqdQR8iEPRY+odNUk5U563DqGk
+9tHDzaPMmr1Hn/og+hf4suQZG0TNA1ILuOQ1aNg6K9mSl/O0K5RvZoRMSYqdBxvUEWFdmNr
c57VM7KvZ5TsU98w6enjlqElIrBbIur5boC81zQRVFpXco05q05Ykz5DzWzX6goRdW45S3ej
KejoUR3O6eCdJDeeaNrnozruCs1zH9E5LrhfN+44QftYfQBJidAaHPXudH6dHSJnw2DTt42m
ZWRucWdCRRFHquf6IfUu1yTQytcwMzRzRdPLtiY+vmiSJbGWFgDUi3xkmdGaj8mI2sRsJdvJ
TJOkxt04XqqCkeVfyBlF7DqoeM6sw9mrWJ+lwL5Jg6Gca/NJsm1XxsA1cwsF2/XUh28WqVtO
LVI5YLQy1VsDnrkG7w/Y88S1bOebWtG4sVbCkN6nbMnI1cknlislWlfzCzZglFc2wSTRQl9y
SmXoSRFqlLSNSXG2zUtopyk+fIUcliiT06xq1IJC1dx6p02lzF00MqxRNCnmIE0rCLcyNsa2
rfKNLSUluQTkdivMMeIWa1lSKrPIcq1lo67PYhY2sbdM+5XcU+f7njiSsNEiliLaX5yO3lPN
N8lAsq2YZRv5hpXueuluejeNlwHD156xnQ3KgyByDGuCVqzFdz3FWvcQrTtcSJbQl2KNE3c6
lIT6+fMOsQSioyYidIDHrTG3sHWMHTgeFyGwXdKjMD8zQNV0s5icx3fEkO5i96VJ7AcjH0iF
vF38woNzGkjNVTPqXoiHeyOoLYBxtTWxh+J0HOldFYPYoI9rh1uCYLdCUaku4Z2X1GeZEt3R
KIxhZvP0jClcwJMmkdPU5uY36txDnNzJuF+lo5xLfzt0TOJBdehpmtKx43je0onLdnlbIAAA
FO5CcSksZ0OxkbRzdDX58s9ZxvYFkAw+W0KBWotiGNkaCNkJ4bMJYSV5Ey2p0O1naxix7dY5
eSig6dqGhlyvMlvTTHM6NxCTN38AtyMcZ+fs1C3FS2TH0CkN182sXdfH3DpJ8+8OAAAAAABr
g4+vuZBo9Fg7xR5Tq+YDruc6kUAxMmd5TmuYxTh6S4co/qVOa5npOcJeln0zJrb8JZuc9ROt
Zm0C7HkbZjU+xpGdK9hdt5cxHDIwuPleY6Wc4dFahM7Z5vrjIpI0h0UvDLEEh1Glgbg8Y4UG
DxjwBBSOQp851/Oku7y/RGbkWoiXpMvVAAwnSxmS5NMI2VDVfDEcPDFZOrs8/nmhXrSlqvqx
lSxHGaDWWDTdJUEp1LpDYsOI8noWFd2jlFeKhZLcL7hyna8Z0xn09LHNhMTYFFoHUdHk6JMA
IxyjHqDRwAAZeoGVcshyt63fIbAAAZNKq8XTo3jMrXKJZrT2jz7SygtQQTks1bWNKG3UI6Fj
PNu3n3C+kcxWdJAOkrBpWM9TYoX1ObxdDNNKzi7BVlo1DoM9GFh0GgYck106e6y0OAEFAAAA
AAAAAAAAAA83gzoDc2OHnO1p8rKdjawEObR6iOFJdrA6QuYevgltszSSeULTXIIpGIyVo2SC
Q3LeLZK2B0fKD9fJiFzrd0hZpqZm44MzdrbRqSooAAAAAAAAAAAAAAAAHl1HQolRbDyo6d5V
sI0mgmrjorEA7Vytsu0LNQ06GlkmxpZ+uZ8csAxk1clUaI6GwSWKrx3M9PhlKOzXLe3hXzUr
UQ0JcK6au1g7xcUAAAAAAAAAAAAAAAAAPIrUm6Yc0U5q4cEJajgaaNXQrlStcpidRzPSEFPQ
om1laOWae9ze4R09XLGw2GkZNGRuc8RZIh0NhxWydnDNW/iBswZ1ktzZ7DWtYvWlwAAAAAAA
AAAAAAAAbETjXHnUEsJVfBEKxykepQlLboFIalmqWOkw90p17lQ1srRpEmpm6g6SGcoxWoSC
QYE0aFiBwOSRpclqoZeF2GEUZ1jF0t3oDB6JrgAAAAARQAAAAAAAAEUBFA8xqb2aMg2ckgfL
KUrSQkFiKUjgs0zU283XII5GFilccZ2pQ0CRytH1LTylDrVSmr4SxEqFiSOcR6NEw+hyDn+j
h0jcvU7wAAAAAAAAAAAAAA1wAAAAB5hC+uSpGg+cgH1n2StfjsFarp1yxsZm2U4rVA0I5bJh
SacY4SQZLVhNiGGczm24Bj8y6XH1M02m89aN3LdKVNWvZOhtRyAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHm
tYQSGyEMF/PH262kMkiiNGvWnGdNzPWFGK48YLSLKwsJ7Ge0usp6BBHbjG5mpVMSTWaVpLEx
mWbqFGSayVbFa0dFajkAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOAW5jlqvNqmPndnyBFp1Now4LlEs6uXqF
bp8HYJohhXWV5WraCmRT3ckbYx7ho2ufkNpcu+SI9o9ixCpI8jLMxUsThtPa4EUGPAAAAAAA
AAAAAAAAAAD/2gAIAQIAAQUA/wDWg//aAAgBAwABBQD/ANaD/9oACAEBAAEFAO7kH+23oM5x
WLHmwPRR85Zj/AzaPI4z+Nk5tzjFlPNs5NnI5yOA7yALEtNuc6RSkTSSJliWUyfeFBzppCL4
kAyNuZaSOJOw/YLE78mJpdfLM1HqUr4rfa8gI5iMBtAgFrtyKjWnuS356d3q4YT2dIYt0MiT
zsWa9JifkIF3igBmXWMraHIMzMRHMEKSfaxbaE7COV1yzQOKrhiDuJQACTgYevvAf9sBrABg
JxTrP1/6CIavRvBcLENyDYVYA4fA+J+kWg05EmAOhj7S9HjW55MZizSoEUnQ6rRvRyRkgqp/
YLEslpVZx1nXGxkFeGrH79n2ruTi5OhgZVy1ahqI8tjtLdTp68Zbr6LkU6qjmoAcsodhnJgw
LNiOwKsunUnN6LRnOJB+h8sNcR95J2Aw1nLiysDnIbic5yzvix7cccZwQP8Alv7v1+JhGvLP
2mKNLbfdnHx+NG0cqQxqda0fio5Y8DRGGT1GG71ttr1KOsVKowALSADEP3UVT8i53NWk0/7A
7xu01iSn0NybIa8daL7CroqYEOvWM0FW06RV5pLXYN1dJokBDtNLFApt27jw9eYZ+WmLEr7Y
1SNo2TkXEJAfexxBzfng2yh0g8k8Co3msDNylZRinQOtE6zg4zvJN9sRgIJKkZGQc6YcIQTr
9nl5didHAy6IXf24NaPwA20CoDbXUDddbKCpYGTyaH3Exqcl1yHll+0JvjXhlst1nUx1MHFQ
rbyRSH+5iCWAUozgsO8nYJ1tWO5NJxI7Ht46giodlM7Q9q2fj9tpavZNh6+YtF1NUyJDHENH
FbR02vGFTvQAZtY3EliOQ5aDbOgwk44FULtRgZQgfx3Z32i+c153sxaOddFIMGie8kLdoWbA
DhA+EUIkxqLcXX7UaNVb8eRKkqypVf0Qdv2hc/dijeIwxyThGiuyo620D19SKnA8mz7DyVuG
HRxD502PKqN2HaR1Io0sdjceapShsd9O6ddJ1cITt6L4l6k+H0svLjgQnFIAdjmthU0DwxVJ
ZuWabWhxCjUhG1d+LjgLfdxwNV7bs7dpSxIdiWbiAn2dsSeyHhRoYuhldGeWiR6Q4Gd+Vbsm
PnyQ28XW5JI0EdqWMxeyRpE1J5VorLq9ruTLC7O2KTofU/VuSkb2jlWhcPAi8ixAKqcVonQx
McmsQVRP30GrfdMze4tMJO2spX/X0GR9ZQjMtFQjQ9iMaG+S1K4MVb0Kx3raN+ddGDtDuHso
3JVwoLENcroZuz6/ke0oCMdt1wWLs6tiV0OyGXDG+3iHGMAKpOcNkojH1ADtdDshzzZ0inVY
ES1owtZm+y9K01s5vefUA6yB61dbNuSzLClqZbZjWF2Vs1mmBBYYuwVLbQvuTkScVRlGIisd
rgDDOAYrGcku1Is7juaduEByYOotTGn1NSoiANjEFmIUKWGF2B9ms9hJ9gKzBHH+tTcv+7gV
bPePjQd6WHTWJMi6TrUwdZ16A063BKNTYT1GRtqjnkzsF9illYBlBJP0Rhvmefb/AP7Qx6IA
DKNKN86HtFLtrJq0pNa1vCNfDzhlWaCeGOCevYMecoZE0M+uADCBsseShi3gAAaVdsCuQ/sT
QQH9is5P2V2dor9uIv2nbWRF1HY3TB+tVRkNatVHrV8kU719gTiR4xWVn8EaUxg7B+igAKp1
y8ICR45gE4pBHnCpBMjb0zZIInyWoOQftVCP2bSxxoADrPAVVbYUcu2O+y0Q3/yAGuti915D
wH7TakaRiMJYA5rP8UnjDSSq0M0zSEEkb8KSCNg7yM6J+6Q+cABw/wDOBPbIn60hyH9cqHI+
joJiVK0bIqjF1wYAYrKVKsWQ8m8qx0CZBxAUYOALbQAbXYGBCCMPnNlSHD4WYFCVb/DO/sAJ
Vm1mhjcSeIBTQVR4EZJ+h5MqefV2LobxU8tbwrofrdYF4x9v7DRlks+ASdgnAPP0H+Pr8QDg
84A2AaAI5BU5bBX6Yo8wkrJGdqeXISlWWMOQAokZCQSru228ceBwIvMoCdjbbYJrgW0zIz54
IB2CGKP9ua8ps44bATsbKBMAGMAxdhrgWxIwsankT4xSxwqxz+YsCdXtC6m+akgnkM6KsY6b
FgO1lMdRipzYPw2NDzmxhOHWaJIOguyUZgf8hgMOgN4vnNDEU8otCIsoxWGl5EFd5yCnZ2OO
FCAvJgQq4CdhdFSXLs2yDyG1PhRxVsBGmVSAOQUDTSYCzMGOcCcVftEa6dAAiPzbelBXCu3B
4sHJCEZtN9iT+fgdQaMAe7VWNBYMfH9gLpVYZrfw+oXwQNliTn0OKNlUY5ocgowADDy3sAcT
oecqK01mJfWoU7Yqw2FLaLMOR2S3DRBXFVlxkXZXbEaIHByv3N9uFS2a2oVsGlJ0Qj8CACfW
z59WC6zWMTvS7JOcwByY4TISd8kwKwCsSAq52ZIunW0G26wRe+Dwkich+0bUHNazZwazQ0Bv
4cDx3gBOaOteTvYXNlgRrOOx6yo6VEe7o7A5lAmiAH/jPwdWJAfSqTmvIdGYuhIXwVckpsEe
dElCwzyAVL4uieCDAq7bln0TWgWUBWbiQFDEEKowDyTooyEqSubfFcKfO+1APYkEmJOT0SZL
MAISRgB31lLFll0UJXDva/V04YBhGsAxguioGKDn/wAQOKrHIU2cIBwb3vz+vRl7h8g6GITh
UAIBGr6BVXGcSMAGnC7Kaxl8IuiCBjAlNDPDYI/Ojjb0FIHgZouRsFfps6bwCXIJbGVMQfc3
Ito+xlUkLrPPAbwMc7JA99hkR2/Vt/2qzeyPve1WusjySt4ytXkmhJIP+NnSrvATvZwDwCMX
bYFbcFAlewfjDtd8gMUg4Bo/rVfjGT932oYyGZjhHI68LzVwW0G8fcreAd5xG/AHPnnIKwZQ
w8BB52RjPnEYAu21y2xA+jcweTcV5AkbwlcGsRyMZ25F94h4jkSB9LrMLp85G2n62QLKezSC
vbsy259awbz9d68RUb8bJYA860ADrR2djGVQF2QqHlE6QP6yMklZ5dkmNQ0sHQ0UT/8AnLm+
up/i1fHEjQPhhtipYFn5N5Drp8VNYijY02LFpBEcCsQFCYw8gBsLEYPtbmNewliwA5E4W447
EBCSQSwTQxnGvYwHJCGbZR9YftwNxB+hH25eD/lBjpOPOkN2O2uewKDmtHq6Yu2UgEcfcoi2
NHOI1vWAscHgMxGIBgZcpRKDLKJ5GXZK6ykgNrQfEQorJoofvZWBCHXAAMh192wusPlFLjB5
ziSSrFFVlzeygiYHiMYeeLBUUBuGKPEmnxOa4xQL9S4G/CoqgMxO1OgCVz64B9xj+8ceQ2uS
N5IHK+P+35LN9dPA7ks3gFULHoKSQRFtZ2kKm0wXYQEaUMqjGYjGIIjQlgmifaqivKp6vpqU
sF/9dmWfp+nsRzxQ8WZdFttgBBKkBOQbkcOmIC746zj9unJOxhG8LuMUrsFRgAAYjDxYMmE8
AhBGvu4LkagApyziRjJ4KjNaJjJI2uezyug/I6DlyrlGLcn8Pmky6wFzQYgHiZ0NdjskHOqo
yzPHD64+BYfsQaCydnEGyU2ynw3k8AAkZ2jPv+ViyyJF13io8ZyJF4mMsXUsArEvH4O9Bd56
3RidldYFYMGJLaYmNjipxzh4bkMAByRVI4HAGJOw32huCnN/ZyDYo2S+mOlCkA+QQVJZgTx8
oAp+zH58kPHPIGwrKBxHHjcXdzkBmyWOs2RiEDOjpGCskbAhSD+4OPyAfI+7CusA5Yw4nTaU
eNfxQ/8AAqzLUULEYkdSqqv0LL5CkEbJkCciygt5La1w8cSMQBgqhcCAD6KGOyEONo4fAbmi
h1GNNyQudiQ8VfZSUcnLMBG5KLms5FsJZCq7xpc3zLFRgCcPHMyEBSTmzmxl47uBicHNs2dF
dZHG7z1aojh9Q0YvH7ZGR2PDeRKGZwVZU8HfJDs7BxQzYpBVptDqSZKscbZ6M022RgwQnDvG
TStGGzi4AHkkbVt4FCkaJKnbL5VBo7zX3EBcdlIY8SiKw9EaHjGCy7JBAUeAPKhtsCCOWm2c
46G25czskDAAwbQCb4j6JyI23G1IPzPBwN4+3FbP1yE2e2A8a85+3x87zqd1ErpFZWLnKxVB
vSp9qqVwzBEEzuNuzddHYSlE82ucrEc9lJhiK3HRwEsCwBYjPdBvSEsuFkQLxbAugFOMuwnI
MT92zoqucQCdHEXjjKWJiLAq2MmsLNxiZgGMZz7QfGggYyKFxNlY0BaRFzhtQgLf48cBIOM6
r+SeGAgqSQpQ5+mVB7B8f2aZ27DzuuNKQHkn0GjViUQCKTySvrBLHKQeaxXRliWBgUrjbUkO
NUkGGOYAyOuCyoLSx70rqY4MNWA41SLa04dJUgjI5ABpN/cc5SaYqSVskrBYJNe0MNWzsy2Y
m5E40MjD/sKdWEIhs6KyKGMmQmZVBm1+TIB7yQHPFZuOB12qoB9cAXlxODfKz5sa0CmjrRHk
frsJgQfH9pH/AH2IZq5UCfQEjfyq+8SJmAmEcbSu5O+fSRM15VABDbIbPOec4jbDDDHuSlA5
FQpjQyDEDsW5gqxYA4WcgyTqVll3GwYxwIBofJJCr4lZFxFRc8b8Z9Q0CNjV48/Gh2taJcan
Ex/Bj3+JGMaumSVGYGGRcVJNcJmwV5iRXt5cX/sqCQEJCrg5bHf0aQXtOyuywArDn7YnG2fu
eKfjC8vMuujEyASSyHF1obGRl2k6DrK9asuA/d8hG81hRTggY5+PLoQTArHLy9ajBEuepcCr
gAGFEOAAfONfDxmwADvPodeTg3mzhY7DEnwcKjOO84jehmsteLQYMT5YMoHMg9V10lmWl1yV
0+H7dANSr90L6jYNjLxCciVCEuFjDsTnS1DYu9bJ7lA0OI+XfnY+TYA+OsbkM0d55wD5NYTo
r8us1mvjrzxGAefltEPZAU421KbU9ZB+Xd6vr4a4+P7DCZqMq/dHslmOiTo65ROVwhS1WFpH
qIacPWqiVPm8YwBxiwAkl2Hze83gIzx8m/PxJA+Ov6CsGHx/zn+fkmTjMCMY/cdKtGRo7PVs
71+RALgYrhs7yRU6+fkzqD6inHCqrg45CgKLC2usrBn7OR5L1OIQQawDXzawqpzgM0c1nnWf
5x24gTxnFkRsVgc2Ph42SB8+vPynPOfQZ5+O8m8S8VADDBrjEdH9fdTR+Pex+yhYh4SA7ALb
YkZtdLIymOVlMHarWHRQT9h2qeB/YEbx4+WNE6lE3gQjCpwRqMGuRZQSuHmuJL5DqQrhs3gI
wEHCQM2PgcJ8b8A/HfwmQCYjagPtVbUGjN1CcK3yfs1QR2yNl/8AiIn4yIwJ4hd+YyC36xSf
8cTXYGWZSAyn5CQPid6/o/X5SoJ4LvCoIkrjkGKlJQMltlALp5my4z8qVmW7awWZ2D2bCA3r
HEX5tDsCc/OBMU8b4SCdnU4PuJIO94rKMpg/kVgoh+Tv6K2aTaU1lEhZEaOynhOUjcV30tBr
V2tGkMSnxoH4j27tNKsLi8yNYvxPD2cvuadFxZFLEgYGVgrcvl1/SI3ltSDEjMxrni8H3CEq
SjYhZXDOcXmQwcn1FlVCg4kl1K5z8CVuFjfvOsddDexTUGal/wDjfJfRnpWFPKJmQ/q8fJO6
qCTsmrR8HicTfqVIiUR4q8R8B8msavA5epF65jMkv5k2NLPIIHeIhhvQJ/qlQwMSYY5AeKkf
jKWaqNvWG/S+CKMERqB6tj06JjAxY+WPC4Hpl4zsBaONokgMOqUrbjA4/J2vcTsbIPNm0f1P
sI4pO2uWTfpzTyPJFBv9eYDFJ15+AGv6DQxu4ijGJGqZNGzqLlitJFfjbGsSghtj4fQJKpJc
DN/0eIwKBmsKA5wGzCuGMg+va+oZJE+uJxVK4UPOTzMd7Kg4To9WCtuLXH4n6djv32mHPwMp
H0WrnYVTi9goQziav+vu69mpz/A+RiQB9PndFcGpByzXyPEr5+MeSI4P9Qj4/TN543xVsKjN
DU424ZwdEYSC3Uo72o1AHyd1D67lpCc5HbOQi8ieQLVLJVusd601eQSRA5rCQMaZFBurqKcS
D3R8t4fp/bj5NfJoYfklY+3WctZri/6vQSaQeB8n7LVDJaXxIfu8k6AI2Cc62ZJYunY8FySV
Y1msSMTZGSzCRo5bDZB7FH0b8kAqysN+f7AkYAeX9hKu5GXeEKMZRv8AUQzMPlv1xYq3ol2+
1O2GAEL5ABO6Nt68/XiKLOy7KOklnt5JkntuGWd/VSlh9UccJW73dauIO9LZDbitZVBQf2Kr
r+ym179AYoOeN/p5CzD5u+gaC3ODhQajiklPE7U8SCePVWDYj7mUBj2ibbuGYQ9lZR6Pa1Gh
vfsMrBzYIrdk9c17TF+lsS2bv/g5wpm8YT9yRF8/T65+fv8ArzagswyJJW66xYat0EkAtQNX
sAbIKBv19uMt6VzYVPurVjKZqk8LhGLVKkk0lOhGlXveiigWGXjn63bWC4pDD/wU+xYK8g6l
DVmDHoFRIR9PlIBC9NSEwrVxgVVH7B0K2SaMgZOrt8oOrSp11hBHJXT3NRi9UVevJIk3VV8p
VkiJ263qry5KnCb9epPYlqNCqf0Xuwh0scmEy8/6ZIABBDShWBBHzyeZtk44aTKwBk/X0cdf
/R18AibNWAtLBFLF2H6pLHJTrlbNamGjp2RHlutMzpDYLlvsUFk7qnHFZFteu679fYvN8pXf
xsSPYmStMZbcVislLtIJcguxzSf0r0gjgju2XMdqyTW5rE7aKS7wHfyuGMn0NAMZ+srvZuwa
MY/oyyxphebPyE2siMcvTmCK5UWG317wsrRVo2/MjieT9h6+BZ/2qNX6u92XbW+zrUHjsSNd
vdPU4VzH2VfF7NyY7kTn5Lknrr1Xd427KWCSx2VqeKtG8q0lf8v5praozSWVyC1FOc7CL2JD
B6rEFKpzaaJWYJIJCY8PYmJq9iOxH8X0G4nOtWJU6etaSvWj9UW838fyI+fxu2jALtoahuRO
lntVhsM5itDerEImhmJUP1qXQem7KN+goqrXumptNZ63qEer2tKCGq008lSpT5t+0+pqv7VW
lMN6KVZoYplijWJN/HumZYo7bVrRYmxHAyyyySxnomlefLFhYQZ3SOO4k0VacTRnRytxjs/m
wGRi1XsRkgQo8awi1YNdJ57LN/tzEY+3jtR25iidV2Bht/FzuUjyCwz9dSOayp3l2f1RR2Z3
SpcLPdtpBHHZKW2tW/ZFOsmMfHb2VmQys8NCSeu2xJY6w+64rBvhe62vYzsEk623UuyzGpwl
sdpGWZhB2Bv0zWmm4wUHtzc13tXbnSmliyx+xXYHpXJJYVs7Ec28symGB7DWDZXyksSRh5wZ
pYXat2rV363sRcj7R5RMtmT1m3JWbp2djPasSzpI9K1N3MERnnnnPVdkxgu3bM8hszlI5Unc
djPXe3d5irYaKz2EwSCpMZXpSNJV+E21nJ+3Z59DHdhrVJLLr2U62JUsyQ0qMstm12Mky2J7
Sun5hMlWXWWZmkNs01ebp6s6QUxAj2q8Jv8AZmWToLLyyvZiTH7KNou4srfl6misb2+zloyd
r39rsnqtFSyxGb3ZWEigqSOOSsOI0RUjlmk7GB1zoHL9ZEugCBjfyR9pWsV2aXlleRVWeyOb
yAgvpeosyorRzXYq3VSLJMa0ZHZVoW/guRl10Jay5Tityisz15+xsygLOkkdOu0taSURvYuy
S5WQ6nrzmvSPBuulZovhP90m9517N+RFZglaXuRFFIxsPPHbR+nrvBBe/wC+jLNWEUb6Hayw
wQdnYQR9jITc9MVSW1K6iUOaXVPbajSWFbkEf4/ZSulKlIrvNYaKYd2y4bDl4rssmRWSV7Ow
pgcjlsbgjkZqPWdixr9QBBXjirRmYqX7CvG0XZ03LfiXo+x61qE8ylyB4KMQkbZ0VNmCx3JI
Lc3a1lnsPOZS+4rwhkudhUuRFgXSWQLD2lqqFv2C0EVaapWimqWu2/GMsVGxIavTWDj1oYcF
WR5qSj0fCbRl0COrhYyLLxZmdsi+sE1ZOtTubdh5e1kZ27WY5BPyaWIhE5rGWlUTWwQ0pdui
ovdtrVVAvEi4T+Hdrl+tSR45DaryxBapDxB2rSpEtjsEavLKZGOwa1G1YNVZaMB7jsY2n/Yb
zZH3vYRtB+zTaju9PfMn6/YebqOp7iK72Vyn6G/5posrlTVpjhH3LVk/31hBS7IXM7qrJSe4
6tK0hCyOvGPjzaQaK8lBUL1ckXB5jJJHBATZmqxxzXJJRBTMmV62jAXT42dLN5UUowKyEk8i
VhDObjcKcQCO2PyOfYsV14WrGVUwWcYs7xKvH9VeOOSYIqt2VSMx91TLR3OraPs+h/KtTVZ6
rjkGMjbjm4xSlnev00suVKPXwGjcqEzQRSiRIAL/AFnKV4pIsKEjZU9Y1+Wam8mu9iGiOZcs
rVKyyOsgCTFfyq3WVLkfWl6lntXhn6ouTO0m8D8V5qMQ7wNGSImLqOEQlEYWwLAmjWRa1eKN
RHoxgbjJ4xsd5bG7SDbVmXjHtQR4jYgSWDK8RBI+kZXkZUWAP7Q/8mOnEv5QM4HVSNFZtRSW
6k/TdjJidF2aN/q7qYzJUlg7CvIt79flYMrRSQVLlzIuupUo5e1rBorqTFR9/wCVYNiRLxRV
lAdElwdYrGDrgr1aSwIYwBNWjs53PUmo1auZJaNKJMvqqZdjQyzVPxY6heZ5a0liC1A8UgYc
WdOKqrNGDtItATBGhLHNHi8KSv6hGYkZGiAdV1pWO18fCyoNlNKyuorRMwMcgbFUBZh68hIE
auUZZn5MzM9uszCrRl3X6NWKfr1fT/rdRxF0LxTqAkYZTktmrC3+wqOLVevbr2ultV06PsCm
Wuvp3TYq/iUCtqw0fV2zYpdHHFidfWQitWUk7aMBj+NDy/Fg4pEAqnwCQYiNfxSrepxV7LMU
Sa2kjvEkgj6QuKvRxVmMixS3K0bSWqvrZypCM21K6iL4gJlrFhAq7jdWUQwuFEbM6yOmf7EK
f9xsjvozOLKGKfbWmjdWSQOvLSoCDxJMxIyKUKUCzCRTGIh7D0vXpHBHDHioi4D8NE48Gs7b
tHDmV5DBGZ3SBkEsqQQQ2I7EwTzpCbswgynVWukbEFd70+3V1kDAEsCyPxDN9xXzvzGSrHWd
khaDZQ3qyWiRyhhkkgaS5JJG6MFVhGe+mMlwIGjVVVEPsZ+S5Sjb0VoNR6VQ/LauRixczJck
iI7FVx+4t8qtouAg9UjcZ5golh17iUJJYBJHCy/eYwznp+oNhG6Wm6V+no1jywysMMzbNlhi
2zkdpWwHedx1ErPB1liRq1Rawf1QrYllnNGEjEkVjLKQwKJKZYwACT9D9wzizHQ5FQuLJjFS
C3LPIDzxRpDIHiZQ4lrtXZU5qGLSS8d84w0nlePGH2NPJCoMrIgxGj3IWlEIKDkpPLaso3EF
5fUsqspiuxB5OydqydrEVNn8aZSZeWzFpieJX2qAQ4T1sw6vrXlajFHBWLbxnAE85CxSSOfz
EXJe0jD17dewoO8jnILEGMWfXlhnnlEs5DyRlRIi1IJgBMMsSHnWcyNEx4eeZIwW2SzHxcyj
xyQFJyZBIpSWVApqRPlWyExJleSWvFMLEAgfieUiktGeI5MT3FgRUPUqRxysrESkRsWyNgXo
L75TERisxCgSZEE0NFuzn4QUpWkqx/8AMEKTL/JN/wA0I36F5H7WClTclGlcu/VKIYo3/iYt
rve3SjUn7+9PB11bsZFXqXMrdKjPNE9d+svyzGMfdE+duFSVpnSGJxGdqRyeXK66aebWMpAg
m9c9dwWAVR7AcsrqepLss20sSB2glZWSTmABntJSe2K69BJJLaVgM7CZHeXcYFmEMinlYuV4
M7K6LGS+1VAUysBxR1TIgoHTVWhqPGCijQaIs8RVM8KOyieSeM+qJQqkoNqgazMCJE484ozH
JMF9p5qgQMoUB6VgrAG0nZdgtCrZuPZsVoAE6/s6cFdpbN15HtJL2s8jJ00kT3GXRQ6P7BLD
FEs4lHKSWawSsMJ2aiKBdfjjzJHHVumaem/JEkRmIztGeMRPwe1PwhjcZIx52bbrJCzSQ37C
QJHI9megixKeIFyxxM9mwFMwU1SpF3ZKlSvtDIuwx5u/r0nEhKshNcMMPJc3rBmzl4ERo3NE
B4jyVjURTj+UBiZAIg7c5FDAeklRHzFCIyMsoMv7dYm5nqrBXr+ouyZW6eBMq1YYV/YOpnSW
1LLx6h2966Ibwv7N2AntdfYljany4lxKoHExqqr2MhZ707SDqVAWtIseQzBHBVstQzSoxf12
5AzMnEuVUu3OeD2JFe621ZnirGFabEpJOVq2QjxT04mjQRqKS8a/ZwoyoRihlVQCvkZXh+xp
AZ+tblXcktxJBBATiuMdtfklnmjVkjBOW5/TGkk/os//AH11/gfrg8cNSR2aCWCX8exLkdC/
LPUhsdconcN3som7KvFZehQ/ZkjavarWlSTQDK6/s3VfgnpwpuJrUoZ4bqslyvIYmEUnriRo
zXXlZk08d2wA8aBjVh9aA/dEyOazF1+7XZRiKcWq5mjdOM7MsNMBp4AWyVRxiRC9UKkshBhu
SkQo7jG/lNaZhXtMwqwKxDyI6NEQChILmOOvWaxFSuzVVitV7BlYIEdWH0Z1UGL2RtL2FuPE
tRLFCklu56V9NkObPS9AsA/CpThI6dNrPcVfevfySxdcOzB7BpuNS6Hj7KKQXf16WJoOz6Sr
dmg6KOJrn7HFVsV/3KBG7j9ihvVf1jrjwHFBfuCnFJOJWpQGS1I/FVkla5VA12VxateV2kEE
byPGXKRt9quHx3kEdWwjR9nGbEEjatJNH6+wY+jrYg8wZcADCQs+QgLLXIOdsONfjtI0LpQY
BLkjfiqq8FQgIyqOKMpRmPVLpGigaKbqoyUN6qfx47BI7OMA9o5h6q2rxDWdhS9mdEhLZ13U
iS7IosQXoZWWtSihs36aie/b036x262Yb0hEtlpKl2vSgvwdfLJUerNJLUkuzVY+ngS/e7Xo
6IX/AO+x1sC1Ks3f01N/sjacqGeii12ssAIuHuM0VSKWaS5LB1ZjyNY4sHEIBvEDRBHcstyO
KWwpZbsZSzGH9Vydlk6VBKmygBIyclZkJJgOs7lisbShhWjbIpPutsfxSzckZS3/ADeEgLJK
qxVxFJREYBWrZAVexjw3bMc69yGP+xhfJO3qmwhgeSK5EJIkKTZTh/EE9hphIWjhtyCKKK3J
ZNqF3kp3JqFqa2lqO3XSeHqrhrSdnWX8yt2tNU7CG92EcFyv0jWr1vsX6yKSpH2ncPMocyPv
aUog0leOQG3IxavG4zsLbTSUKp3pmjXZdGBClQ2mLl1JtAm1TYywd1Ay2qMjeuZhPYpVIq8A
K6SVWM0TMHReEH/Ht33CEWQIG9VVBGL6NBXVZHITIdpITzdQ7QxpF65Ia6pTd3gE9yISXIZV
NOpKG6z7G6aRHHWWa+UKumUADBZlsPG+dhfkmbtG5mlyWCteR5btao0UYkhSPtAsfXmpdyb3
15Kldp0Sf8drcckstGOnAtrs9h1LMFUZLpW6z0Rwta9IIdxbl1FHEzNGqLihnCInIEBNCRiX
XI3UZKoRqDso7qIvVjsiKMcGkj3HBLO7mkGXIzsBTuALnawkovjHZRk1iVjYZpViP3RcdakW
dIaYWGCtMhrVI2Sik0H4brkThMlMTIaEDGvNIhaeE5Jeqhq9wMfJXFsPDd7F5/xI+Qa1FvAS
g+1cnlZ2gmKixFGyRyPE47KfUf7F2qD/AG8INvtZp5prcjmNDuGEPNLoZXQyPUgsGKSpbeVe
SxWSkWVqjRiFdYA5TSqSihIwrMu2deCBuTR9ZJ/2LcYFeyrRyddWdrV627Tq/NYHZhDr1hCp
hZizQJPDYpy1ZHZWwJGQ6+oIVL0oiITFsM76oTzSS2asdyM1rtXIL9hMa/BIXhikSXrJuMAl
jyKOOUR04Y8o/eQPhN60t27MjLJG6BueP4BRSSpJ0dposqli6soQckmk8FzkRUEBXyKSVSQy
5RqyDObfjS/jwx/mx76+GWWWXRWvrGADaUKrhgoXnwdc2++Qdarhb98CQdmjRWOr16wrFq8n
IwIqtHIWBYq8A80wcs9fXsm/1NKKoI1YhElkq/raMkXV11UUa4y3SMdur18j2FgjCXKs1DIp
aFoT0iMlj7CMrbOPZHpNogq9mbOortXb4dmTAxIeGVFRpJThY8iCM0Rh2Mi8DaqhlEuPEuCv
JIZakiCSAxrCGXK6ERmBvYZpIlMxMlyw9h44HsJXQhrBctWjDIeRK8g41yhVRMqrjqurkscd
WhNuw55DsKbzvWlEMSoAIVUPEu0E0cQlnlaWoS7wjxl6MyVSugqqlmuNQnQCnYuUDNNXrMlr
O7H/AFCyqsdy5G1O/wC4WoabCaKuBH+NGLAFxOvgkhg+HcwtJLBEEk7GGKBZGRsljK4DhZCN
EYxxVaQBAp0pDSAIszNBNHC2cUfBXdajzLglewfUGaOgkQadAIhKcggYIp+4H7FiCmMAlJ41
LXa/JrMkuXlMkRLbhEnoNeSaSXiLSO7CkQ6zyCJFeT2Ksjmqqs0KKiDJBtLlZobRrKzQKViw
AD5OzQPTIPIAiTqI0kYwxkW4lrsZgsSOOVSUS1/h2cS1RXHsW46GvIoKyKxjJXTEgHQOtYv2
MiA4dKNNtiwWrX/JaP8AXrSrNXtNl/o5WWl14Kzfi1jPJYsNHCqiCsWzgOMsK7lu1YopO7Rc
l7W1Jg/JmZVkieusfGWMAW1BTrrbcUZ1E6IklYK7D8eA2bay2CFkCbGUwnsXyM/xc62OyKvS
+uf5rS867LoctHoZgyZ3ylROeT1XZnon/r/Dt0RqsU34p7K0HWQjcjEMzMQG5ZyAyDyuyDHE
xT+P2yupIT2N0lWur3jb4PduRZ28RrtcsSiUQrGjNrIo40K9xXhR/wBkusZT2E5Wi5yHrl3H
1lVs62NVluRlOwDl42XkZqW8lUxNXlWZexrsrRCWIWpksJVqOs6yCKOzeezJ1RkTK8gZM3/R
cEoVBxkCv0SlZ87WJZKgUEVUPtrKVHwsCzPIKFqJLCSGWRZjg9emQAKwwRu7RbOTOgmrPEHk
tCR3qSyQVIBGemgdQ7ThvY2u0jWanYuNDJBdkkEgjgyOOGRD1sLFaDo8NME3KSBgOMaaXKIV
W7lGTsYowK8ckYQqSOwkSOKjbijk9fNbwMQWNnf8mKsZbU02UoOQhcA0yZIUTiut/wBLs6yi
Xjo9Z4nztpxDThTxVYJIrBl+FidIxM7yvF1EWTU6ypL0pnlPRtzj/XywHQ/dZ65K9XzurF7J
6/X14ozAgSKCxO/WxxqHhMhke1CJrUCiXpqkstipDE09SfIfyQkLyjFtgGPcuW0WSBPAffKq
7ILNZJscB2UfaruouQgJHGC0RMcfY34UKXX1wkaSvU5A6UQScR1j8oR8hG8181yqJBMvrn68
8GB2O6ba1l+2rGskqLxX4Sx+wU4NCzKqRvLJK9CD1oyxq2lLIoU/td9JH5eP13r6klOGka81
poZRK6RRWu+irQ1u/vLJD20lrJ0ilmjmvUmoX61lJIIs/ESMNAYWm/myKXUfsLGd5I8WRcg9
RjkKlbJCY7OrKVc9kyrC0jgxVfy6N6oolRNpWqsSyqkY0RDstQlLX/JwhsG9Z7VBEq4CDmxg
0caNmOH6WqHBVsOUrOTD3UrvLT2y0ODzfEQ8BsKlhubU6m5OAJjmVpNKcQjOxdZeyiQu/T9h
Xggsd7VCydhbmNSFpZpKkdec0o2jpTRQlpWc1mDwxhI5Yp5WWSykJ/LimUwxOfxJsgi9Zlqh
8siSCSg9iUfkyMbVsQ40gZAn2Wqck9eRDFN1FiOSj3MiC1BHI7l+JaNgEXzLbFRP1iFuA+nw
YbBjJPqGcRpl2Auj8bnWvNJX6kq1pNVnnWUpSEyVKwrw/FkABYKscDl4kXjZdwFJGJIq52My
Q0lDMKqFlS2IOvhuDbyO5qzblshJiy+uRaJ98LM+REosL7ys0bw2vW7y9a5mghMaB/WkK8gg
LZJXhIii0ndWp6ywmS21m1FClOw00c4SOuw5T0XeHrpx/A96cBLPYe2OSRkeWOKK0Ypn6t4Y
qgmBIw7zn5B38p38pAI/1FUukaRr8j652ZQDFtpAFUWHJxCfYjsD+xpJJ1hbQ6hqxkuzQCQF
QygnI4x7IIkNN0MYnmdSrj3wgSgaCQTeqFmIdh/KQ2mbYE3iseEjNGsqkMnY+qCurI0ViRGm
oyuIWlLi0yQt+S88PLlEygMXbUkbRiwZZmqwPJZqQqIoUHL4eAQNf2L3HjkWRJFgGnZS2XoS
iKSZNELYiWfrm8ElTiJyyJCQp+6jEjRuVipWJmkrTttxyE8CyqkJ4sAEYaZZY1JZyhVQTEyg
tNqOJzusSyTxiWKzXvRyTBTLFYsetIwE7osxgYNhN6EzySRrUupK0wiEEsaZ1kKRJUUCJRr+
1u9xFK/+yjiyH9g08X7TRVLPb9faiiljOKrFknX0zLqQ6IHhWIVYuGdeoFW7Ijdc1pSJU5pV
VUMnJchJBg3t2k5cgUjCnGOyCVeSUbjKgRWQkcbhx3NZ5WmiCVuu9jSb4y9raSSZ5JGaDtVW
Ox2CyZFHLZjVJFrxQz2569UcIUKr/azo3sbZUF2xgBgYrkcrq1TuFZB2NpMtsTKF0CAoHEsB
pqBhWjK8s1GaGcP6mMEUexBBHYi/FsgokqqQ3LlGqg+S3ny2TLshkDow0spOdivsqRv65q8/
3dhel5U6iTyPSnZ16VHQ9XWiWGNFEpJYwyJldSQPH9sYSXnXTHYPEjF5DF5BiSGW1KS55n1h
c0pH3YNEVZ1dbLKlaHhNXcRFDxD1WdUaP7FaSMchznZmkQohjJLs2yVLBIgH4EGJQFsM7i7F
Ckkcrmx2fm10zRmb7UVlDRcic2q5thjbZ6ajiD8uv7F5dyuGISs0ieoKwjZs/HIYxSELG8am
XSEszFdKeJyM8c6uJi3ZFN0n4rMXZJ2C2KruyxjlWml3GAoaQqERkGK4wqBntyAjYZy0b45O
uzigyEM8vaVpEsUIPWzGYY9yMY0zqtW9YaV7sjrU98VenYglAH9tM+ngqSTJLHxaCuLUs9qn
Rh9/5BkXgI3Un8NXaWBopXi1mtLEpzrkKwXgGNclGbfp0hHXMzNAeIt1z7HZ0MkjNGmxiA4V
ZFSP2LFtJCoUJrmCNz068hhrxUYYPbeMUq1SJIrGS9dXlH48+xXiURLAuS7LdfFJJOD/AG1j
rp2mgMVfr5rccrVLqwRTNLYf2mEPIziCN5WrbVbqkzOWVHcNkCkCkPXlzbR0wTiBeM0b761h
uCYLJPMJApHJUjUc0eJZAAdF0biqabODcWCh2dFbl7Fnhe1XHW9lUC9rGV91UlLlxDH2UzFr
8iB7ll8rLLYmoRmOL+yfnjSzqEkVvgOwuu87SS4y8SzRosjvIyfRi4zqmhjWO/Hy7CVmmm5G
OQ7NFf5pOAWxIDkI1Yfh65V81ORI+08vW1iJXzgGxUwJtW0FLAZvkRyTEbmW8hJFUrEqhZNj
t+oR0jqTTLBasxq90Rn2yzmr1d2znV9DJWlH9DY3/S2d5xAOSRlXkk45PJNJgQAzkKIgWV4H
U142McKqFkY85ORyZnJ6ZC1iZClidW4wwNGyv9t0xg1ShAfeIdiIEZOHR2k5BNMEAaRyAw2u
BpDnNmLR7fiBgZsljZBGwniryJT7SS//ANhp1kn6fqqwjQBVA/pk6/q2ZRzZmlNepLLk3WSw
2WiDCFZI8mbmwjtQ1mZmK+UkAZTzV+jRnsSqDJIrkQwRkKijLfXqmVoigRmMaKQpACh1kJqS
CQofWGIxRpU2mD6uu3CM0fE7QvybYPrKt3VYNNGWeStQhV6I/iA8f3HaVqq5VijV5OyrUxPZ
msuPJYKywSwxGeV2kBJyBPLk4HPLo1AmeIgzgkQowaJ2XB2CMoCiSI+GLDE0+RqqFyQyqhW1
GihuOAeAu84kLDybA6l/X/GrAKrqcuw8jGeIi9bR0Aoj/ra18ZGdR89m1YLs7MQFI5ouM6sI
obDRlQCQyZCwOCvyjK8DJCnLpgBNYYqSVGKOZqxvl3qYZwR2NNk7WJjHLE6aZC86sIX5qGjO
WFLoYNF2AwcQFKyZGTsmGNvzoVZZBK7SJHlqwJSIptVEZRTUCL+5lRmxQAW8EsnKCwsAs2Jn
dNiQREs0DRSRs5EoBySu2ut1XcxghojgiDy1Yi2TSevC/lakcrpTq1ysCHJqseissawWoXUN
I2RLye29aN/9nB7Fv1pUisIHsjT7UCDlswzSr6I4xG7qYuamAD1fAAD+3sMVd2YkxbwIVJi+
5/rGOLx+xmMwTEsRS4sahZzoVbB5SENWkcu30au5VpHMjBAB7VXGmBaPkqfUmN2M6KwV5Yla
f3iy0ocxqzJWUrXbi0iiQmiSVqMMeF1Z4AAFCOpXOvZmq/3LM5IT7T4Vo5CrII43ChoY2Mkc
QfLCIme5hiySMHVmrQwAYsCmssaKDGnOTjGGvQjPzYfXAFkD1x7JanJUeSFxbSSMsc9eyYYi
staJmj6+N8Wl68hp+vIowRMYdCVwoUuzRkxyOymnAQ0IQR5vCdZsfJr+yl6ixzXrI1Lz1YjH
DMzXevlSu8USCKZ5DDC3Cyx5s28ryITNDHDkURSVn1FxTk21L+2SRa8fL/VwOZevlQrDdXJb
ViPJ+3RcgmRlWdWf2IFI8susMTckQ7cFVYOsfHjmmIjARmEkjRKI1hOzCCI/gw2Cp1/azy3R
DtyIYrJavFGXtBHpySIMqcZJxBJKlmqnNjK7U4ZWkMbKwWQy+3nHFMALJJkV4iTIgxHkwFSz
WYkFyyZnEcLyRrTYBSrO9hnju2FMciOu2XA/h29uIhz1hXU88SJHc1GV0qKSJqcciceP9z//
2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8A+bIlj/cLrJy+hTl+yIofzJnxbUpt
7Eao5gkAd6ljEuIlgNaIkkgvZVq9i9kHJHbsmubs7JxTZMT7Ea3TOrqpKDAtqHT8hcGrBPE+
ItHK34UAx6RuwR6jTQFOZmtx2LqkZObO/wC9ijUvoBuuN3xlQv8AyIglx5Rsji4ClKRDRBJJ
Klx8EzxcJpTxS/MpF5d1z/qUTIUN61XqcrTncAeELIBmXXY/tQixx0KI+9DE3uFLm5B1GkY7
lCXzHKYRBYCuEIqHD6sXiKk9Lp/Wi4s1UeWMZcncCJJ48BAauZARpDjrbxJuTk9QmwAZkSDi
e1M97r3hoNk4Lf5rE1YUTD2nVENdVFRUKTRoaosbrI02Qe4CazWTuMbALp2VTVOAG0JujQ1+
1fNRIeXqF1IVAuyd6/YnLx2KZw73Ui5OVG2TD7d3XNxSvGRGTaJ6t2+FVD1oypUXYhla+y7f
qiRLMansXHx8JMptTs+Ff3AYycasV6ceV98uqiMjQWk1UDGRc0KBDmWo95AGr1I2XE1K6rFm
IuET5tNEeEyMeOER0ixdERJIG4WRGURQnRDBjsTVAGoGtinBJpUCyBelyFERF79qOf2FHm5T
QWiLn8Kcv6TvCJ8qy5I5S902X93ii+lP6U444xHYAgYkBqEBUN7qncDoiSz3cIvKrum0NCSq
VcfsQkF1UWQtqE+h0VKC9kHctUlACpN+9YksO1Vo1kKF9dU7U0GqEhRr7J4kEDaxRLXoAe1Y
U73XzgZ25D1bLrrsqAEbhNroexbGxUpamx3CYWKhyxPXOLSHd5lUunkaEaaLIcjSGhNwhhIS
nq1k1+1V+kAe0qOTSjKxu6EpViDePij+Vel83x4ybp+YjQ//AM0Vnxc2cDoQhWhuhiAN60/K
umVdRdGgLVIUca9Qtoo8fH/e5KZAWgPxo+jxCEjcyLhZyJ5OTUIS5D6XHIuQT1EL0RFoigkm
ErWBTyN0B4Rui1QKUT2OinzS6hAPLdS55FuOJ6Q7AP4YxQ5eaLTAGPcmNwdUZ8kwIgVD1/LF
YcEfS4dOWfiI+CCj8weaUyKYvdOAzaMsWvuj6k4xG5KE+M5x3FVsyYCqaz3WTv2J9QEGqHdk
e26IFdgnkaH9q7SsTUvULHFo6lkCAO9D70wj3sokFyKMrUK+bEb+rLuQeh12TFm32RHhHbqF
1VK49TIGvcn0NVEA0jAAbokh++gdV02W43NkwvqdExNPpZPM+wb+TJQJAq2LliPwIS4oZgh2
FwhGXGYS3IZR4xP1BAF+woRIJJ0Vj2FV0FwmybfuQMJaXjQom7Vc1Q4+KJOXio66uvmIqWpH
8KNbJhWJqN0C/TshhQfsWErdyoe8J9Ao/LggCf8AyEHT4kPJ8nw2i1JzHnQGkR9y9PiHq88t
BVn99f8Acc0BKRLgTNh5elCRnxRDUACc8/HHUDGqaXzBptEMv7nzE5HsLIZiU20kcgsOOIjG
1LKoAN6Ji2RsV/muz70/Ym1TGj6JhoERrq9VkNLlCQVyKuyjDcUKDRdkzOC6pRE6hfMmwHJL
vKBrTUWZPuaG7K7kbuUBqN7FcMbxjBz8JKa+i5idGjtZNJ22VbJ3TqzAaujLjOYF2uFHGJGP
icK/U908KTBeQs6HGYvOBo9UZzAi/wCz4F6fG9bmxRFQdv8AcnFQ9CDVFgQQgATW4uiXdCMa
HbdRJ4sM7OoxDDkvMjVUF6urEhmIRkwDLNy5VCYvond3sgZmpuEZGQlI0hAeJRjzykI8hdiO
lenkIccBQC5KMeOOItGZ91evzcpnzk1cEsgByNoHCxHNENdyyeEhPtBdMxb7kG8Vaql7FAg0
RxN9UDIdUbJ5OH0Ra7UTy0QkavrsqVO5QANQUcgW3CaLmO267QKgXRjDgnOY1IMYrjHHw48L
9cmNvxI7DZMbbJgWBR7QvmXArySr7U/7VWg3AqmNe+ihFgA9VkLWHcEbHZlMxDuBkDdMBZEk
O26D1ZMA76qPpgTkzYxD1RHpFz7ETycbA3egKyZoE9KIs2qd6f8ARQ4eEYgXJqmP/qmkHD1G
6I4wXfQoUYjUbpgSdVRwd1GWoIqCocsbyiCQtibAo5WWUT07I06k7gNoFlyyEXsDqVlxHGYP
+OlD0g8xUyIuPggvU5X5JkuAhDg4vQgaOLt+KSE/mJynLvWJhkdCUDwSHGfdMYyCAiOAtY4M
VhyfKcPJR3FFkPksdjxzMUP+eAvVuQICU4S7Jg8ZTy+VyizkwlkE8vluSLbhRB4+TjEtZRLO
gQHpdCRo26kJ8sQ1XBCcc0airVqq8womPMJDYKPHxZTLtkBRdVkBEtqwVK08SYh3sSsQGPZZ
GItrRbAarqAp5tFi/SfsXzQZyeWVPasSPYU7B7OmcA6lqoEk1sFxgB+kfsX4RZc0zU5Fjeyp
4hp9BXfsuMyEeMEPKVy4/nRxLcYPQDT95ZnlAh3Uog7GRDBqD91Asx1T6KluxY1fbs/EmoJb
uiYgAkM52QZ3CrUbIRIYj9iY7XF1xH4AgBHW40QZgDcFAnZyycDvKefKARojwwiTN3jI0r+F
UGR90OZOoxmDxxk19Fm45JR1kKuiT0ny9yDu41CLO5Ol0XlV9QnxB7UC1kCC2+yyNkx4xOA3
ZCXy3JL5c3AiXD/gkiI4fMAWJ8SwjxRg/mayYfMRAN2on+a+alMHSJKBPH6hapkXTR4Yg3s6
LcMH7gsjwwy7Io+nxiFaNRAyoT9qD2tWiJABHahEmshQKguahAP3oBi4oCsRUa96bTZfNUxB
5ZdXtT2BKt2NcfkWpFq7KJjIZPouMchykYhyuTkj4mxiTvJOR2ntdM1TVwgQb2TErYrh4SCA
CxPxKoy4x96nLmDcTUgzfhxXJzckWHhhEGyvTRBh96Dk9wTAvuxdMzvpZXYDVB/uN0/2hOdE
XpvTZR4ocNIxZ3RHHxxgSKE1KJ5eYkCwDxb91f2+SfcSaqI44njjEikQan41Ll5Z+nHtF3T8
3JLklf3Qm4uGI3kalZSHSRZE2AqPYsnPVR9EXLDbVZVBN+5NWupVAxGqce1NoiAKeVManRUF
UHoLVTszXRlIME4psiwqNkSC4+9EEuOxYxo111OQPtTSGUQbIn5fllxn3T1R/wBax/t8oiKH
wIHk4Y4D3Tb4kMg5FXRf2MnJroUJGr3RGu6+a0HqyD3N/dRiNTcpqlrBOSx1Gy4oYuSUIxDg
Lj+XDhuqQBp8OS1c3cKlrICzfTOHIQIyFJHSQ8OKjXribb/EgHOEbApiaBNotyg1SU2mgCBI
oLJ5AY3unAEm8uiqQB3oYl+zZRgQxkWB2CEj8xUioATylM67IERzJ1lVHGEBLdnVBoiDQ6BO
KqtBoNlQ27UQT3LF37NESL9tliblMK0qVYmi6Q5ZwEZSix1QF3shJ3e2y6qFB+rYhSc0VRRm
TN0mzKTU3QlZquNU4Bx2RJ1sr6N7V+0hdI/9ES7E2GjLE1e4WIv9zKrRaoQBfHRxVFhXTsCf
VfMRcknkk0n7fMi9NjomL9qYVBs4U/mGdqROoK+IWKn8xxglgHL7J7i11Qv2fSfop9FFS3/R
OarsT0PZv+FWMRsiz9qYUYU3CbUaXdVobqJ0Eh9ijjVwC6LjSwTRFtU+uxWVm0QDN2oE/wCA
iH6RYdqAJpqsgXD13VKnUaJ3ZtEwAcalEja26DxYoaFC7CqJEXA1KuREIFjJBuklr1VS5KIN
Q9NEHDaogU7d1ifYnOm6vrQaJgWDuu2IqiQalESYyuD/ACoM/cnLR0BdMbgoS3v7EGIEdUaC
7hc+j8kmbSqd66bIhrqgJDdiyHildEzoCKFTIYgg11dAVCoK9n0bFdiomotl/mmFymt9yYEf
tCJxfdkwt3J612WQvatmTEBxvZAi1u0KBBYyIb/YuOTCsQMnQ1IRePtQJp2o5ChsXXUAQEZM
wTR6in1FxqukURJFSsg1aIxvqmFG810Iij6rqI2BC6qaBBqAo9lkzW12QmXkexPj3J7l0Xrs
yLDHcIACpRBNBon0FAnsVZ3oVQsGoFjcrZPMHEaK1CmlQBVsdUzdO+q+Yf8A9yTgd6JJqNEG
JY6FQi+QJBcLpGInU96YmuyYHxkBhQKzdt1RP9H/AF+jSmy2TrbZZWG+62G+iqSxQo4Gg/mR
AsqhxqFkA2wOqGnYoRjWoeroasGqhKjbph7EImTDUlNo1Nk7diayZ/EdESQTJHY2CcuFQMN0
0SHOqrTbvRIOToAgEhOu7ZMzjdV+xCMb6lDIu1k4Z9E9BGN+1EPTZd6BTRDg6oABi9liKFXd
r7oEUVnKGV9kx00RIYnUIZDp3Rlo6+YiS59SdW1dd6AZ+zRRJLHQaIEVDIi7i64uN/EXbuRX
+X0Vsr1+i6fVBtFddi1P+SBAfuQkKy1LrwvI/aPiyT6lA1L/AOOlVDatqon3RYb/ABKJo2ro
gUAr3LpqdSuqvbsqh3sdE4LEWTu6cH2FEsXb7lk57l0lt3RA9qOoGqiSLWCqaoiQd1SVtO1O
Wc3Q/anMu9HawKY1RYvtuqW0TEM9XXYU1joExonNyiAahdSoexO7sibEhZE+1Gn/AKJ5eEp2
6Xt2L5n/AO2Vdbqle5AGxudkOKIePHGrdqiDYAMnsGQAJ6AfvKbUI0uGr9DIOQXqG+lghvqF
q4TydtEWiw3TxD6E2WZj0ir2T6Ox3RGDNWi77CysX1qjI1x2ozrGTF6VQjE1CePSSGJRck/5
ppDp0HegYAB6FMHfTvXVU7BMJe1AOzJyXc6Lo2qsSek6oDXfsTktVAu9URYA0Tx01QfRNr2I
7aKotqmiWG6qUDKg7UXZ9FWp7Vs9kMh/1RbW4QILBrFMjEig8yfHEdiYviBdHH2JuxyiHL6l
fMSESCeWR+9Hexi6jsCOxcrGwagQkRfRR4YgEyckDfyozmTKZuVRc3pxMjEP3RHiX/RdhVk4
00+i/cu9V9jmyYlwsYklzSKEubzUEXUOBmkD1dwT30XSam72TUc6AoghmsVPmfpkcR7ExFNU
S9dEcj1XZM9dFUEjVN92qq4AsiTcWKOrImJoqih/agBVGMVavcsdboC5N0bAmgREi/csRJMa
vZM1Bon20WVmKJZyt4qhqE5ay6Rdbkp9exMCzUKLO6qPanJ6VZyi6oER5fvXzD68kh8N1RA2
3XJjWUrEHtUpRoOMdT3J+BS5p1e3YFWhWvs1XJzcn/JzAiIPuKYtEksmTt/0RNW7PoYEV3/l
VL76JgA512TUfQoSH9yY8ps6PPyOfMIklwUeSRcnTZAhnKhCXmkATqxUhKJnmGMpeV/dUsBG
UHIjKxYKHHQzFZd6FHLbOjsbJ9bgpjQAXWLuGuVQs2pXVUaImzFkX3oiCiGoad6vY3TmXcjV
gsXrqd0NtxVVB71SgOqGJcaoZG2qcOe9MaEGiozI/eU41uiTSqvayaxFl/kU8RUIZCt0aN2o
hqHRMB4tExtvqh2ofevYzLljKLyE5An2qyAP/VGPhegI0Kh8tCT8fGHnLWUlsmp2FlAEPAGq
hABxENSylCLExkSfajRnsqGo2Ts3ZdMTb7UCL7lGIL7rcnQIMS1juvUnHLYa/jWDHEHQ3b4V
QYjQa/iVTRiwXC7jqBIFQjjIM1CAowoaVRIAezp3Y7ImXmt3IA7qtRsqWeiMWdtU5FNDqukX
ug4allkaAp2DaIgUTlVFNEUIg9yuD3IFO9DZNdt1tqQmFWsVjIMLlNv/AI6k1mQLt2J69QWR
r2Lqo9u5dn+apV0z1uB2qouh2VVOoy0WIqoaIFha65mJfOTk+G6AFWudU3i3H+5RlE9sUZSO
JNS25TRNTd1iHJN20QmA7i5FymIoubEeKpjvRNYDUJ3bsKOo7UXiexYuWGiBYBMD3oAB+1e6
5YNqicSDvsuP5jmgTPUAtkj/ANp1wIcQkWkPhihz8wERC8TVisXo10K03XZqqGvandjoi908
BQ6FANiTcLtsiHpoExoXYK9lRUkscaapyCBuiR0g6JxdBxaoTgYncJyXJ0VA7ql+1ES0WQXU
QdkHFNUSO5UFSmNk8e5l4tKv/KmJqCmFVlcjVE6E0QZwBrdZaDa6MrA7ptArf+i5705JAv4b
oA3RuCNLhCAHULyI6WRI9g7EDb9iyoxID6qMYlxGidHliGeIbtP4UZY41dEmhZvYjp2FY6Pf
VMTVMSw3QOm4WQsbFkGiSBr/ADoRmSXNWquIRcUF1HkJYwNe0LMeerIGJZXVSzoMXIssXdDE
s6Ni6r9qrQImNd08hVCILPshEhARYtfuRNE576IF6ahODa6yNiiQXXUWRBLi6eLgJjpbdADT
70YyOrjcLptqVUmuiqe51WsU+gWQDtuqhn1RrQpg7/cmNYi2ybEB9kCQ+jqtXsEWLEohc4qC
JycilXRZ3NnH9KdvbqmAcCtbIglonbVDXKwNkJln5KgbBVjRO1FwRIZwSWNfhTFt8f6kRWJT
EEsaHVMSKFrJoh+1As5Gir0m3e6Bi0ZbH+JCRDtc6KBlFnlQ9igBpEIxlWJoVGMKCNMUGHsC
bRdRfZf5p7LElnshKRKszqqIBp2qhB2CbUpzropb7IOAGDU1TNW6YimwVB9tkTI0X9sudyCn
lUrocnVWIPYgan/qmNO1eIdOuqEnd9kxBYiiyFhRBhTXvWILPRV0+xNfbZECgC7roF3fROZa
96ocgbIFndDtTNXZc3bySP3rb7giBH2oAl3oxNlYts6jxwesgAO0qEJCoiH72+ilChk/hAD2
Rr2kWRbpIqCdT8KGRvoER5RWuqIAdXZt1lE/lPYg4ajhkDMNsygY6lg6Byz0VdNESS5FUQ7K
7qvtKAFk+6qe4LRgmN9/orpZOAxTmipqqaXTG4sqBMxB+5dX3J97I4sSb0REmGSPmalECNUD
Ybpm7iiMdaoAAsgR3oyJbYJgG1RDOmqCLqlR2ogMWonsNAUQaasiIgmRDrq6ZFCtrMnBZkdz
5lzSAd5y/atq6qt9NP8AUnYyOoP9SLhu3ZcMCaROZP4fqRwBeMQTq5VnrVD1I5E2AKIhEudD
ssQXaobtTR+2yd2xvshKIJF0DN8jpqiCGDP7FANQHpC42lGIN4gVT5GmwdEiY7QQUG5AHuyo
RIb6pjfvVfajFrLFrXRMvCKuq8kRoxKpKJ2qmdeIfavE/cUat2qhd6qhZroBGjpgPtQyjQIk
B0xREQ3aiPNonJqCiLg6oEOmuyqbapiaqhftT4tKzov96A1GiOYEQNUHtuqVa4CZASDlkQEA
zFtEdmXIXrnLvoU4Jc7JpEFrbhVk8bJ6sfaj8ydHA+pyTLjDpiNQquAdbOukPr7FORIAH20R
i7Nd7qzhESatW1UYcbmZ8XYhycnWbAk0dOfsUIg2NHPhUYEW1VqI9Nd0GoV0zI9qIJdVjIR3
RBNNCr3uFuNlWAk96LwsDsul9rlMeMEdrlPxwwI2JTZX3TAqhFLgoUA7VHftXSY46FkeqNex
UMSe5E5RPcGWM+LLcxNvyyQli3aU8AZA7FemOOQJ1uEYyBJPhLKRJLSsDoEakoO5bUpoN1XB
RY9p2R6bLIwsspRYu6BIYv8AcqGrdyJa1yg2tnVq7KhRjquWLgtKRr3psnpoFamrJzbdFgFx
cIazzpuMvqSEBcAl901i+mn5UwFmc2RxDPKoRmWkTpdU+xPKVDojiRlumlUXG37iDBybLji9
TKvYgEGNNldvo7FZf5KoFexDcJ4Sp2rIB+5dcSANECIlhUKztqiRdYiPc6ERDVHKB7Doh6hA
egFk9z9V7HdPLqTRDfQyqmIoUzexEGA7l0hgNE5H0WCbH2ogB21TDJO5PsTANsRdYxJB0KMK
ubFcwZjGci7UunL1dz3IkMNjqUIvezbrF6OAG3+NccOGPrckYCLR8Al8fIg5IjKoEHEQFAEu
QA5P0ZHzQoiXdte5PKugAFXRO9nunNh9qDCoKDTEdQEzU2vVF4jGO6GNzQdyhymIlzzqZpv0
FQpMcA/S1XH5lSf3IETHtXUQYNbV06sKqwVgrKoB9iYU/Qlk6oiydU+m1ExDN9H+f0O308xL
EZyLxdyXRJMm7D/KhEvjoLVTSBMjQGLBAYuxr2/jQp4pUioe/EM4p9PFzAly8Cnd6M+iqGBc
P/MgBc2fzfn8ipba7IgC1t0Hje+7oeWVwnIZ9N1ASDRBqDZTxAHFA4Qb4fof9FX6tA+67P0H
f+jf9ByTsZTkWbtTChPvBVL6GichwL7rj4y+rPspEDqs57PqSYA4VqiBvXu+HJCOLje6ADdN
t1/cPbTZf5KRjAVq5ui9e0rAh2FexDlYDINF7l1xiHha+5/QBPEudkxjTd1bvVnVfrN9Sv6N
wXH6PkkC8spVuLqJJpuz18yAAf8Ay/MrvXWq45RkxibuhMSfKqGQqdlV/sVNFyklnDA9qxlY
WOq+5tkGq+iY1fdEFzRhopZOARRq1QmPCNTUqIN5XZcXyfEQ0WzA94+HFQ4gPCAPb+hqPop9
S3t+h2JOwVTidjROCKaq7/TdVp9c1+s36DkfWR7qn4E412P8qY6IgyDIA9UjYAKMWaYuOz6k
oiJlIkMwdlIyvoO5CHhfUIxkWIoBqqlzaiIAc6FNFwbELrmTE0qpHij6kwek7L1uQtXOZHYm
H6lp7UTQjZFotVUVRQ7J2KYinagHY6KkiE4mw7V1EEbhOqfTRV+o67frcgAoZEg+3wIXcXZb
AX7kWDl+kFRDEgEB1F/E1/qz5BHGMhlZgrMXRBBLHZigSDHsQbWwZF3yGmqNKncrEBxbtXJy
B4ykWjPsCEeWHqx0lG6sRuCFQ/UqWf6aX/RV+q5Ttb6GKJFAb9ioaC4KrUoUev3pgaFHq7ju
iBLuTBmjctqq/cFWp7lYEajVdUY9ypEEpiMdyqTCoQy7FyH4jQ96b2K7EX7U501FFx7ZB3Oj
qOOo+rOTtPiBI7UxujV62TweZhWS9TE46A0RNwBWjURYIccou1WGyHHGOIDMt/qNp2onjDyQ
BjGVHANwomUCZ/cR7sl1g4nxR90/CgSemViLIx1FVVOC4R3BY/qDgOCKlYih07QpHkDjbVCj
DTdYxLk/cmJqh1UsUa0/anMiwsFcl7oD7V2jdOLap4kMLjVAVHaiOrE6rkF3nLXt8Sep/YnN
zZAHQ+LVQArUMFx60v8AV5oxrIwLKT6XatUMZM11PlmI8g5JNOllOJ6eIWgFLEMdWCMTcWZT
+YkC5iBElN+hylAE7spQgMX+x0OMyJmA47lCRHYomLiIoSzEqImfHZ02uyf7P0zGoKcBiLEI
kVB0Vf8AzWnayBGlxuUbB7+xAW7exXJK8KYRZAtkNQU5hTfsRMSOrdMA5NH0WLl9FybGcrd6
zjVzVAPXQoNqWB3HvLgFD1xP3oNbs+rycHERxwi8TIeKSMRUmvemNR/jwqfy/ISMvCT2LklF
8JSpTVT9TjxG51QlKLTiufjPjEnAHuldv6MTkOqNivCEWsS6aJY7GxUo8sCYaPp+dNiQRoh/
aID3OyrR/qYvXtXVT9FZU+itVajKgVnQeJ+ile9AGLFMatooyBpVwpyLAEkilDVDV7sFQCJf
VAGgNARVcBJcZA1+qVyA06iT9qLU7VQu4qN1GTs+pLLGM3rVqoSM8gND4v3VnF6VCEol+OcG
J7UPrEgZHb9DjIODohIRYizfWrfdOJFnVZOB+p1Ct9E3o0jX2+VM5fTuQbe10xtsKFcAtHMf
W5IkeI5A96csi9xZBzlHUDdAs9aG9kXqTZHj5PDKg0YoSxBF4vdCQuU30OaJy57qomMJEjfp
QLMdVi9R9FP/AAWciweRDmoujq9XNm+FVFDYlXroOxDnn/8AqIYJvq8fOBUdMu7yoijb60Vr
2Isq220TgkdyJvvuqUJqoRNTBGDuNPoMj9mpQPLIQBLRiNviUhkGH2oNImH3LHiGI3OyaRFf
aShISI3GiOcTGI82ieJcHUKn2/qO/cnc92n6jI6CRB0aqEXypd6Joh21KB0Hs/dU5CT8YHhN
6fWlx3Nx7FI2Z6dyYC/2BHYhiRVAgu9K/wAipc23CqKgJmcSIv2qLS8cQWfWSoQeS+PYoDji
Y8s3Yu+IUI8tCGERqfiRDdNXlq/uKMeVnIoso+FnTcYznpoiZ8RI0ZDjEjxzZ2ojCXIJ1pQC
X4ZfqX3/AKlIX6iPvRBq2xZaAWAVrfYpxFpC31+SIDRmcgRsu/UoYkBtHb8yaIcC5AWNG0dP
Or69qi13qUJGZEuJnrpFR5cxP1IvTZDEERAbIIP1Yhoktoq2dzEWWXzEYxxsVLh+WA4+IeE+
aQXryJJJoLhGPIBOMxRtEZCbF+mQ0UOOUiSCSSDdv/BOQfES3tQjcbhONNDosjY0dcnLIeHp
B3+uOSFJwH2hGM4mI+5AcUDImy46POdJx2dcvHMESjIxLjtQAD6rqOJspgmkhqjxiWQgTGNd
H8KY0/Z+ZAMJR1IpimnEjUS0/Cq0JvshCsnNUIcsB1eKJGiPzXy0mgay4/6Ewt2GjoSmGe+7
SQIqDb/wPlOgkQDTdGWJxqhWhqhGe7OdVMQFMvrsQ4UuaUPUkS4EqgflTR44xbYNdNEMp/N8
ESeZuqPvAKUYwkZR0AN0B6MjnQOFPm5w3KxET3ogyyr4hqjGTxYEoSI6QHJJZDlkBOErQNQA
jKMcZO7BGWHVogXAO6nsA4BUgekE9yq5hHzbIcMJiRj2uf0WETlLsQEmiToVhLpnoDr+H9I5
oAnFkxDDQpxY/oOVizyJI1ugTJ+yy9Pji5ud/wAyi4xxq5UJcgIlMmRe9T+kJEYvqWCcxsXU
uKcRKEgxBUp8UxL5di0TcKUWJMHy3VTR3fs93FR4SMwTQCjfiWXGHj5gNEzFuxCLPIbXRiQ5
DmuyJgC/IXPeuLh4wI8/LF5z1jAoEEtudfrCrMXp9Po8Z6Y7G5R4+Ni3j5Dv8KE/U9SOj06v
hWPNTkh4SbqXGKSFQNx+jL60R44TaNh2MsTP1IjTzICWtQh1MU0r9n1ptUuWL9qYy6t0Ixgz
Bybp50Bmb+E1UWszBrU/RAckscrDddPGMRuapiMeT3Tr+BAAgk6fQJ45RJaQR+d4Tlx8w8Oo
mj6vOOOflhKlV188A9RVkYRJkN3um5JSfVhVN8rwEwFc5nqKMvUHFw8VKWr/ABqXBKInzkAv
3LARx4eMiI7BHpRlE4khoyGiMo8g+YhdpUkgP+3nW/YsS8JHSVPqzkJYlqFT9GWPJCJL+Z0e
aPIXgGxu8l/fYwmXAGkkZ2LhqrgcswIPb9f04dXJ9yEsY4jxDVEQNRp9EXLQep2UzMdMS3Yf
wockR1CrPYrGUhEjdM47EaVFUAY5CdUOTjNNRqD7v1J1Lk29q/zXKZSacYkvoQEZ8cQRz9MZ
P4BLxckPjUOMWgAO/wCrg9bfUGx+1cXNKWMRWosofMz+YlEF3rr8SE4CU3kMX8Mn9xcXJGRE
+QA4bZoOpcZ1FFPinSUXoUeXin/fjTEJpZYgAuVKXPEGnTE3/EjygRHwblS5Ocz4xf07Rf4J
oenAcPDENGIrX/5JqXzHK4gYmY7vKp8jtKPXJyvT4eIRgKAaoxmPTkN04LvtVASDuWceVCAJ
LWJqm+mBidTlA+YEKPJG0gzaMiYAvIuIHtQLWNAUHaAjWiEycuMOADVn/wD2R+gOanQVK9Qi
RFyLqU+GQJjobuPKhJmOoTFScZky6a2XpucnZCMfBKTjul9BE/CRV1g7xBzc7fCgIt1l8j4k
5j6h1kF1hzHQOJIwg4m1Mlm1YaIZOOLmpjoJfUnUkgl/tQxv9qMQemVJMo4uePhiCQff+FMb
polpyoDssJR9Rh4hQuvS5D1aPdHqAnso83JE4mrKMomB4j+8xR7L/QY8bDC8jqylCcno3csO
TjHJwyNZb/iQlMtHjLgN+7xwgj8382cTKnEJUj09P5FQ2v8AQeSQAnrJE8EsHNWLvFQlIktZ
0OTExkIs+iHLCLHjpKZpHFS4eZiYUhMD+NR48v7UjQrj44yHqTjlM6Yx/wCPjUpCRBdrstZG
5c0QFq3OqEuPklD2qEYz/F2qHzDlyOoHdAk11XVQGxUuQMTEPVepzz7ohSwORBcndRMIGctA
N1nyRjCBNW6pfmQlMnkOkRQIYExNmFkchjMfZL8CEuPqi2JjZvj9RYGRGNOo1RwLmV4mynKV
mU4AlnIg1m+JNzyIgbTFQpD5brMqymRV/g9xDkmMpSFCH/cQ4vmAcuOjtVvKjGIMIBwO5CE5
ZGNB3Lkn8xM9McYn4h/xqQ5IicSH+04xX93hAYeIGqgIENMeE1WLiUzcDRRu8R/iS45SuzH2
fTPfKTfaixL6GzqLB9l6vy0ISnPxAlpf/wBay5+IcU9gXdRhInjEDjKOr+8pxPJGPpjoIpKY
PvZKPpuJRLkrPnDGJr3e8hyccgYx2FUMZGJpjFPyUe50R4YAxj556N7qw5QePRx1B0JcHKYy
9+4P5VjKYnLU2D/AiZCIkDqBJCB6uM2x6SyMc5TjGIFW/wBa6ja6lzTHp8EXAkfMfgUYwAEX
YHb45KMpzEoi8bIehEcnDGpibxHwqPHxg8PDZgb/ABqAczyAMwe34lAxJ9EOIlGPNPLlkKEa
IksDYkqpaIqR/wD5oYa7oCOmjsFHkFZBwWUSal6Oqh1jrtsvRmXBuUZckAAbSjqFk+Lfa6kZ
AQk7CR1+JCMTmddnRnItsAjKJaRoxrdRyJoek9qJ5YnjDbs8vexRPKXiPCUPWhEi0Xufyozj
0gUYCjL1IgQ5KyaH9CmMjyAX453J+DJMInjJ0NQ6EuPljERtA1dGX/OTSdEOTjicLS4hp8UV
KcQQRoVy8nmPg7x1SU4TAmTUS2ihEjpsG/jQOpdjqFHlAdi0q/ypvM7ncqIlQNQfTMUfIlya
mqqATtZkDGm5934kJcxLCgnDpkvS+WmTxCh5JeOX4UIQ8ctcqfjQ4+UyJ+6TeaC/7gnEzPTl
qyIiw5YihsJfDJenOBAlpe3mgvV4puxbGanwHr5eQ4xOkP8A5JIxlLIbb/Ej60Y8nGdfMpfM
cEpcfKQCAD0195AcnKTCNXBVXMjVGR6YM5J/hWMaRsZCkpsuSWL4xJuoBzgCXBNENWNSjMSI
qajwqMYdTO5lYv76PKwBL0AYN8MEXgaUJuw/EmiWIq4oAoXPLOkgDQBFiAbMiTVH04yO7VX9
viMBd5UdSh83xx5DKWQY2XpcHFhF3Z1QOE05RjLUSNViOWIlGrEr0TKM3GhqEYyGXFLwT/qR
AIiBVgi5sGdBjXQIDkhQ2AKnKcXhIN8T/wDxoYSjDTGQyNPfkgJCMyTQxFPyr1ZFpCgpb38l
62XREjpN5fGhy8ZqT/jJDk5CPl+aPiaJJ5B/8ak0nk9ijMSxb3LqU+GZllQ/D+JRznllcqcp
AS5QOlizrLjkDwSiDywuBL4FLDiMC5lKR1+GCfjhSXgOyyy9r2QjLkMpbCv5VCXHGxfpOiic
WOxv9PMPilXW6Y30RkGaJrkqRcVZX9mgVCxXr8oHJywiYjL+VCEphoWg3SyiIARZg2qEDCLx
JqpSmBGQLH3WKnzy1kwk+i6S8jZiqBy+v+pFzQMMUHAYDw6OgAS0fET/AAwUI8dIwLzAuWTs
y5mr06KM5CtW7gnLsTe1PdUIyEcrE7LwQMhr/CnlFnsApARy94GiPEAAdCzfiR6untVKvdkB
xcZk1QQKfhQhB4chLmmqlyZ5NQBqOpQEme+iaPKJDY9SacYkjsUvWjhyy1NH+LNckfleaM4R
6o6X8ihyylGMOMjIP5VycfPFzGJMQdT5cUZyYk6BFyQ4uP4VEAgmVDus5gmAqyjwwx47sW6m
CBjyZAmgo7+ZejzRBJo4XqQY8XJQk7oQDuIgvo6ETFmq4qVFwzBy1Ubyi7l6F0YgXJY6KQkc
R5gEIMZNbvQyGJiK/wBKLBomx0T80YkixNaIQgw4xeR8UivT4QePjeqY61JKAgWj2prwP3fT
yOfPLpG7rUahrLOXXjaL1yR7KkaMnBDboFtLLj+XDZAZTr7yONyFGcnfQizoOandHEP0jsqo
RDgsPu8SIl9ui6ZZMFKRo9WsiHfaOpUm6QaOd0ZEiIOpWM+cRI0NiyMOWVCLxDg/ChxCUcNi
pz+SlA8RBk2TMf8A24wWHLEwl20cfAjUgbogSI2IREg5NigHc7BGfJ0gJjD1DHzTt8S9KIHH
IaCgTyjEtrYrAwJB8TMylP5WJ9O7G4KwmDFqWp+8shUEMSsIvXsT8fJjCHYWXX4h5hqhOUun
k+6QWJAB+xwgL7BZEgAHRem3TibbhDm5gOSMrh2xRjxmMOQDob+pShzOJkNGemUVM8gEyACA
PeR5Gav2DwosavfsTEuZURgQ7ijJmYj707flKBPhLUGgQEAGYFnqU/I8dqKIjIRhv5kYT6xH
XZdMAJ1oUDKjXGi2GgKINFKJ0sfo5Q9pyp7ViRXUDYKeUDGIiSJWXUCzWNk46XsLqRNGKJkG
xiAjTp7E0i4ez6+VPJjiNFORqSGiNXQjIl40Y6rEUIoQP5kzODdjVdIy/ahHHEbkKAiSByUI
0HxKOFZRFjqm9MA6El0AIa1k7J+XqB92rpuXLi45Bs28y9D5wDn4ZeGUg84r1/kYGXD/AO3I
jJve40ROJBifCaFEcMDgdQKBRM5er8yWJNhH4UQZ20FvyRUsAQDqf4UWJExYA3RjlPpDAH3i
gZRkDY0RAyi+76J+TqAZ3TiNPhX9uLytvf3kIR8R8RQENNlH145QFHC9XiiTxG0r38qEp0LW
NWCiZTFfK1PzKMosfTNhsngGhNpANSvjQ5zzGD144ROq45VlHzPJwJe+onil/ZiTKcx73uQU
iI0FZnYoe93oE6rKBrHsqiQC5o5QJDuUcGJGhBooTZ5SAJBFB+FEziC+hGqrACjU0QHFMiR0
NQhKQE5FdVQLd6DA03RFkDv9HK5rnKjdqxdy3tcoRkSeaTmtiE5qNQUx6SjCZZ6ubK4YhV8R
LP2LpD16RuyBLDemqjIGm3tUpcQzjICovE/lQEYlzVu1EcgMjQgC1UCIxjKPZcIkjr3XqzgI
gebxBRx01Reqbk5A+wqjKMmxYAntUuKYGMhcX/KjyccvU4xdqSb8KlwchMX8Jk9JLLl4g4vI
UJU4fKxwER3lYRjPkkTWhQ4Ixbk292J95f3GMrlv5lkIB9KIch44iZuQNkxqpRlEY6umwAGi
LRYdiAhEBkHGqfZYtQqfFICcBQgin4UJQjjGVmTu8tlHh5P7cgRllr7q9Hki0a4SFwh1eqJW
P+1RnOQEY6f1LkhCIjxchto/wrOJyEo4ygNfikhLjDRfwmyMo0Oo0Tipt7EKsY6FeJhV16cK
liZEoAnwoG9Ky2WIt7wWZDh2B2TZMBU6flUpS4pEO1C4TDjmRsgJcEwHYnVR4o8UyHYkjVHl
FhfvXKBQmcv2rGBajvt+ZAO5Gp7ETUyKeTh7LxUuXRN9L2RjKr3OyoDMj9irv3f6ESH6TQBE
8nGXmXY/zIMIgDSITAN9Qnjo946I8HEcMC0hqSsbiVSNVjEFrSB0Tcde3uQPJWRsNT+VYShG
IEqFtUf8UTTLx91R4/lIgc/MaACw800TI5c8y/JPclF7lB9LBF6glA0wAqNX+FV+xMDROzi1
UNNwgLIb6oE2KoswzwINdkJk5PcBABokDIS1cIPow9qi5Y6Adq9OhP3oE1J8yzEXlGoXLCJb
jIBxsH8yIkwMbjdCTsNG0VLBQM60rujMEgzq/wDKoQJ6NfeRjGkdBuUDHuKDmuyJ5D3OsJcJ
IBuLFEegRu5RjD5cRY1kaqJ5OICUvNEURj7VMu3XJ9DdMC0WBvqViSDDUJxSBNNWKykH7lQd
xQmKztIhARAPlb3lGWWIjeH+9NyccZH3rSRlHjBkd6su6wVKdiug5oE9e1VVDdH5vgAmY1wN
2869THCJFT4W+FAUORqTQlDkEcQNQXUpk4geEdiiS5EeolE1XRohykdUqP2K99V2InzH7FU0
ZGMqsaE7JibmydnTNTtVaHdUuyDe1NKQB27UJgu4RjLwyDEKcYir0J1isiNLIRAoLjRPQkXd
OA0tAFqbKcpGwJJUuTkILnXVSgInqs6MGpGntCELSB2ZABq9NP41DiLkOHkLEfgQlx66KoaW
hVSSHuF/ii7RpupRsCGMhcJomPLF6Eh5N8SIwYGhYCyGJeEj4TWikCB6rDH7VyWxzJJ3qiZR
d6jZMbAVAUYxFS5L6JmI0fRZwi8ZD7FqKsXN0SfEA72C44wAtUjUr9icrp8SPLk0Yvl2soyI
Yy0ewRhOIcGoB8v4kDxzAOsSnFN0xRJN1gzjM5A3/cQMaQhYf1LCMsuMmodCLYzsX2UqtI9I
IWFZPQndAPXVAO8IWZShlf2oBxkKFPog+iPDJjEuxWYqxTi911Fn3RHlHhJUSTXVliDfTVZx
JA1BqsIgNCijAFzKpCaYdrEXWAPSbMuosB9qiYEsHyG6BFK2WUxdckYlpT6QfxKIHUbE6IxI
YtTtVZsCfvQcORTLvQjQSfpeilIh8KVNHQJIEuyyPTUWL6KpxLvVHK+6e+5C6JHKZAaygDcG
p3Rcudk18aoRYeEy7FMBhHIv9vvIEE5Cj6BGplEVcJw2JoxuoywfjJo6EYxaADlt0KED9qMg
Q+H3yUQKMKpo07VjxnLnkWDeX416WWMT5gOo/DJQ5fVJgKYA6fhR5PVlIGz2B92OS9OZEeQD
IF/GfLiiSDmCx0AZDg5i5ZwQqpnpsoyiAMwQDbqWJDAVpquvws47XWZf2XRNow8I7UBUmRch
SMQBIUrVlkS+VSb1QllQ6KRFYzu+jJ/2qosbIy5C0QaIi4Hh/wDwQJoRoixOMae1HKZINgUG
OI31WRrIa96IBIG24UgGykXHYjPkNQC3xfQBEObOurqkRbsQgxD6eUJ3bLV6BCMZiRFyd1Dh
hE4QOUnvNAgUOia0isDr/jKaEdrIybqAJBJe6y5C8+TqPYmHSd00WftRILbhY3JTCjlcUI1e
gezqPEAwFDIXQa2qBsNFOflhERHfIrk91ze91GJk0ZFu5F5Ue6IIf3e1QjKrEnsCykSABYUJ
/CmILDa6jChlIiIfYKl9XXqyBJLsAylySkSZ6E+EoSNCR4r/ALqHC0wdOSNym+Xzhxi8jQv+
VDi5eX1DCTA6x82SExLOMCIuaGR8SE8gBbvKpr9ypsuCc5YsbKPJCXS2iaIpA9T7KIiD/cpj
/MjHRqmzlVv5UCAImTgtssntdSMYAxFjupDUVHePEqB3Dh9FkTXQqM5MRpuoT8L3WViRUFdV
tGWIJaldFx8bsIB33JUZtWUfYvEMtYvZZgEQBo4uoT18x7Fl2OjPCr0bVGUiICWpLlkZAk5U
cq0+SRJETeNUXZxcWlREyqQKVRhENLV9fwqkQ8S5kgQHGpNHTsDKVtgVGJuD7VEmjim9EMrp
7hZbp9fKsrkaIcsemUCCoyIqQC6ANno6bZSiPFJpH2FckQXGR/amoKrjk5Ztr/jTkMdN0x6i
RSjoSk4I3vRGcnfsoyhyeLj4iHp4SiCxJFB/tXHxSA9PyAfzL1uIPGj0s6BnE4nU2Qy6qa0W
PHEAG6/735cZQFZRFZA+9ihGYMgATIGjkqEYAASkHOgQOpCYDuQ4IHKPCGkfj92KPHEZAxts
V1dJuXWYcNSA9qYyyn2KMBs796LEAxoUOLjdxWZUixyNK2RqIlqk7IxMgCax7Qg5YWpuiDFw
C4OrLYxoQoB3AABGn7yxiKk6aBGIcxAcko4l6sHUIPcVOiyyGEdTR16cQCyMD3LKNSzVQE5M
TU6svHlE6BHjMaxNJSN/woTjHDEggbhcnJImMwSYtVAyLg2pZGZFNDoEDRzVMYkmpookjImp
HYj8NIgrEmkTdZRLBk0izpqFrJpJwGiNRqv+34xlGFS26jkScQKIgVbVARl1clANVPl1xHde
K5BJ2yIyG7yQAhBwXz85dRMuR28puhHjiTW/8KEeSja7p+DjMtyQw/KpcOPTGsi1Mj5FOPKM
s/8AHiQ5jEbBqkqERRou12JKlH5YgcoiGbzGPUvS+eiYcgpKJDMUZcMxIH7QVWnamuCGPtXq
xkTwTcfED7igQxllQE+FBtApGBabNH2rl45MTGZeT6rpZ5NFvNX3UPVkYmTYgaoxcHaqfSNX
UZggGNt/xKc3cnatVKU5Al9LuUA/aX1fyq9d9G+JC7gu/wDShkwl/jqTfeg//FyuQ2kkeEkk
ipkfD+4ql3N/9qnyPVio1oZAy0qncgyNxbH3VJrn9iPqyIIrjuE1wSSWL0UuIuc6illR8iSK
BB5FhvugQwIoe9SEi4jZlKRvKNtkSSALsUAXBBYNv8SiImlyR/KokX71LzEBwXayjyRccpeQ
7XQ4ubjJhrIXQxkG7aFVshixGo1TN076r2FGfGXnKTXqyA9MTL9UTRoqPIZEHk8MTfJEnqNG
Oy9LRmXJCPizkAG7V63zsWMouDKg43Rh8vVvFOWn4FhLkgZGlw9VKHJCJ44ggUr+JR4+PjEI
igI6cgOlepycUOPglEyp1TPurmk5Iux8IUnAPKABAnT4keTkBykb3FlxxPikCDI6lDklCIkP
FIUmT5V6kOTkcUcSxoF/22J5DFgSSiJ8ZFVPjlxyMZ+HsPvI85bqOt2TGpIupTfrI6Y7fEpy
lWUiZE6/vqM5PJiMVmaygDFkJZF/d2Ts+VHCAjIEyDBQkBR6tuiZUArSv+pEyq1Ano+yjEBi
yjEFzGT+z3UdxVlIVjKIMqXTxoX1H7yZiJD7HKEb51J8NlGJDSFSDWiiKuPsUjE2r2FAmgfu
ogKgE6ojQgo4vSX+a8VQiIl8fEUYSdjcmylGLByQC3auo9ixlHFrMqB3uLIy445BragouOlq
j+pHksIjGMVGMmNKoy4pmJ3XWPV43rqWX/cfLch45nxcfajEyMu0JgZASBDkIHln1AvFygOc
RNL6ofMQkW4/INVOZoWt2/Ryc0qCHJKTC91hy9PAbk+Kijw/L8g4vlzQmPjl+JSlLk9VvDle
KlzGQPC4MpaqIhIAQpby/CpfKckn5OPwvcxU+KQBBf2oSHTxEaWRY3AIm7nJcnyfJFjxyM4S
GgHiQ5C79uq5vmeWlGjDy/AjyzkDJycSHR+Z5ZDh44hyNZfhQjxcf9uFOOJBJITyA4wzzdMO
pz0nT8Sm8iMS+zxTRBGtf4kDEZTLVGhKxI8NZDdQ5ZAdUrbRKlycpxADhdfmNBs6BlLpNxss
ADREmlXKcB9mWRDGQYdilDlje0lHidiaGlQVLrfLSxXJCLhpOAhsQEInyirhck4+IgM+gQiS
53WQOAOmiAxeBGUqoSPh03RG4NVAaGSoGaw3WT4vYDUKTFw92uuOBNCXftdNTGwpVV6a3Nkw
Ng/enLh6kWUpNejqEzICUiwqA341jCYJO0lkDIDUuj6bzgHZ6gr1RH05WmAGEgEH4jF7rGTA
3HYjxF2jX1NEZx5RLIUD1ZRhAGdWfyoYREeOTv8Ai+ifOTiJ5UOpdRAJjC50RycRA1UuV8TG
oKiCTKP8XwzRgIiBYswdnUeUHGcCx2+JR+axH94MOwjxIcRIE4h4yB/iQhNhUMofNcZfj5gc
mLsfd6VDhlP0moX8L/iREOSEvltIwuW86lT1ucho0YRdCXMcovQOwHwwgniBLkl1FqyiPd6l
6Qpj4h2/GjKXVQsdHUhSoq3YhQSAqY3NFGWODl2NaBGIAJbIkVQzaTVMj/BFRhF8I1I0derK
moJXqHS3emN7ogRyprZACh1J/lURkAGeu/xoaF6FS5I2yLE3OKjKQdt91LkbEy23Wc6hq+xA
5Y5yAJOyIg5BF905DMXcoAmLCo7SsjV2tZEh3iashXuQeNeOTF9fiRJrt3occiXjYLAjGEgd
axl+ZQhfE33Q3OqY2a7ap2qUNJVpssJsxIooGPHGfHB8xuVlw5cXIasah1HGRz1i+vmQtKNW
7kI8/Ba0gFlx8j17mVWk9HClhEyiQ1UOSVY9mijyTDbBBvonlWUCWB8N0JTGmiMYeEEdO+Pi
UYktAh2XIIXjUd3mWMh6eVBMmn5kCf8AkBYNqCmjIyjoNIIxlAGUfMbEIiTZkuOLws3ucilx
cMSTIimn4ZcanyDh9MxH9zjmOg//ACQyUuXjAiTQccB/GjycnGAZlxI2H4VKXORKlGGTH4V6
fy8TAG8t/wB1Ey8xcu7qLFpAaUCAJectNB+aKJlxgSmGZ6utg5Ae7r1YxYTuQhx8VJkU7/Oh
xsc5XOiEAPBQkakLZhZkHBpcoyNKvtRO2t+xMQSDYsiJhunp3WMoOZWJ0dYggB3bRetaUDbc
FSixLijUHxKDO5Itp+VRyNBEPJHAPCNwgSMquH0dEKbeF9boMXcarnji/hnHsHmUa0dmCg0q
7FGILRBQEpOIi16rJnalETAOzAv2qMbSJeiYg56oRIDabrkjxTMeWAeUSemahyOBKUbMrA3D
7LreO0bg/EnmQQS1Okp/l+cxk7mMihx87bCT3VZCnagxyOoFXQwgZZWdBwx1H0ThEvmSCL6q
XpUkbt7o8SyGWJ/Mo1d9FIwJDhmV7qIdmAel0YHXVC42KaBL2eyi5xnG87usDKM4EMQz0+JC
R4P7hqS9P3EZgOfLEUiFXxbRp/8Ams5vl/CsISeIGRIuqUJFcroawiKexS5QIiIHTl5pe5FR
9cj3hjsoio70Ixb1uUajwx91CRDGW4qjKA6jeSD0BLPqsXZrB/Eo65XbRbCywckPQkoxP/JY
ErrK5OJhiKrkEy4Jp7UYEUFgNj51wxkOmRd9mXpw/wCOPSTvIKoaXZ4aIGQAL0G6LC4qFNrS
+5VAYUdT4yMpGLd4KxnEwYnEHZNPWwUgKijFCUQ73/qVmbUaIzg8gTUHVRnh19t1NiXBJGjK
MSREjell/cEeHnAZ36ZfF6iHpyIjEXByiieSIm99D+6spRY2MW/mRjA4iQcA6o0BF3iarHmi
cB7UTxkZavssybVLIHhYQBYv4h+H6eSbGRBeJ9qMA9bssuKkTfUgoDlIOoYH8yJ8pNCE/wBx
QLBo6j+lVi5uCiQ4LVqiNO26GVXoCzOjKMo9NZRNLIY31dEAsNQECxJFe5SJBrWP+5NaRByI
1B+JVDlmFbIGJOVqVEQhxgtESYmLAmXwpoyYt1SkXNfKjNicBR6ZS8qPLym5etShkQSAXNvw
qMLUeiOrC3agYASI1RADgXGqizh6EG35UC4lEVHYfxIln94myEpSrspBzEEOSFGIIDl3/qTS
FgzhDmkCTGJxOoRJqCcnvfqQEQCPN2IYuS95W/KjGgNnCwiS/bsi7sbujsRTuUZcscjHVcko
8YBiCY0sUGAZupYZGPERjTcKPIeTBxoK/mQBFRSll4XXLDiAqaP2qGJYvV9FhiCCGKHL8sc4
SLHjkekv+JD1I+nyt4XQPAQ+xCecAY2JD2RHpyi1HjJinyIkNCjPiiRM6m3+lEzJxdjpGqwI
eRqa2HxfTMEUEi/YH8SEwBKL17U8S5Nm2+FYSJB1kNisR5aA7piGA/x4lQ5ObWDprHbvTa76
LN+oV9iAIalAbOhiYxN6CiJHh7roSlBn8oTg9RsNfwoA61O6kWYDqA7EOTkAc1EfhRlCYhxQ
FWFS/kioSnImIu38SAA/txYjeTeaScAxjGldR70Vx4zaMKGlvxKUiXgBQixQkJAG50ICAi3f
/WhreoLD8yYNE1cbhfCKtpEIF6RNtGRPlNtEZAkTsyym7gUUZSL67oc2b5P0OxiPwIfLhzyT
pa0UIgEAEuTeqAiKC/8AUnJYj71nyEAgUAQmzRNqppS/tgAhAi30csRUmJZCNxWnuqEGxse8
qPcE9gE9xoQoc/GQJxZwdVKZFD930A6iQZOQ8zQInjlmBQRXp88TGTPZ0JYSLXxDfmVAZQOp
CJlAyUODiPpxycNqR7yA5TlynxS3936RygiUXMZkaLF3iWRlGwqPb5ckST3boSJBG+qqXNx3
I41O6GuuyD0A9qMQSO/3UDKxoBqECNRSl1iKSvSyHG4IHmIrVA5MYnqpT8KiIRJkaM3+nqRz
gOONRKQPg+GSEgTKVnNKfiUOM9MYhySaFQHHExyo/vFCXIOoh2QEAA5Ypz4dNkTKPSAS2pQY
BiCwTChj5kci+VR7UQB2OU05RhEamlkBkJSNYtZCLBuy6II017EGoxuPMoGByGgRmaRYCKmA
XjBgDoZLqrlT7EZeUUA1Rl2My9SVR2rMigLMgKgijIAafQQbaqcDSJLwPwlcZB6zIAFQjK4A
B+tNw+NWWN2RiNGcqU5DIgNVNiGKkcaRJp3+ZEEDrNHFVHCLNruoTFiP2fTPniRjMnOBt+NZ
AtVwR/MpR5BprQA+8i19UAz49uqBZzY6oHFqV1KZ3J3VeoanRZWex0KlM72CcNmbFCBDyleI
RiDhGIc1WILxd3P8qjzcIi7u0v8AcvS+c/sfLy8UYik5A9Ml63y5E+OOka4o5Qf0yBJxWqB9
MEgWFSPiRhAenCzyNZKEJMcTVqu6A5Kcdw38KbF1ISDGJdYkxJiGDFym44AtRysXxibCOiPi
5JCyDxJm/UDTFRMQYZBzRlISFJOwKeAYEs3d4kOGd/L3KjgEl+xSkRmZVCiMhHd1CBIjkHi6
EOOQaJtoyzPhdj/sQlaIpsgXpdOPpBJxlG0go8s55iBcAj6/LHeJQloE7MdQuSJ8RIkO76Iz
fplQjuQk/SAw7CgLgXURZtPp5YyIEv5UITP9s+GShESzjI6IiLFrlYgg6rp7mCpcXVSR2sjI
HQgjVMQ4GifIBvKNUBMPH3X6ggfD7oAtFRDsSXIGgTN1s9qBD/t3J1DIcfOIycgGMwuD5ng6
ITI9QR8LFGHG+U9RcInlJkbgoSg45K0GkXUuTkJkGHSExpSgO6kOOIhpSpRnymUMveOLpiRk
RUjy/vISkX3IuyJxxazlNCMWFyApuHi9/wCtRwNpNREmraHdSMi0NAEGeMxYqMiSNCO0KMh1
RiKgHdHkHEw8p1UTIjJgIv8A60ZPlEmrITJaMC793lRjAmPFdxqoCQJhWqbUfo5AXIIUoTDS
jIiu6tqpSPhlQfRLIPjVbxBcFMLk23RBG37Pp5MhKQMiPYpf2M6Gsi9EIw48feY9KeQcClq/
6U1BIX3XS2RqSuqmgIQGl2b/AFLFwwuf6kCDlECoFAEJG0Q7HcpxEUsIi/4keeU48bUhHzH8
CHJMGRsDJepNhKWgrRNBu5D1eEuDfxL0yH1A2ZSJg0iMX7kImBId3KeJ9UzuGbEIh5CT2ifK
suOPTG5lUoGDRMqsAAgZkzkPDKVUDGFxXvTNg1Ad0JNkTcnZFm7FIhwJsaaqMiWpRkaV0COT
kGzWTGQlKR08QCi8iMgwB95CmT1fRDiAbIVI90+6seMeowZm3R4mkZef8XuKXuEM3lZRmQHG
hXYLDRERliTYoB3bU/ozKMmz6pBtVEm5NfYgBTKrd30TNHlQP2oEhgA/eosNRdCQsfpkzO9l
UtE+UIlnBqCUIHjiSdWqjHjIYV7QjCIIYWG/vZKoqbnULGUpS2lv8KnLm/tRiKSAu/hRZ8Nz
V1HigzyN+xEcgM5kMALOsuaL4dMIMwqjAQIgGARIJBj0iuqzE5QkLsf5UOocj6EYlNOQEj5e
9f8AcCWUbyiGMSUBDjDSsRQqeA6o+EoSIIANgK18SMgQY0YEMQhOUC/xKPIJYG7eVaGQsO0L
GUbWipRFnYhACjlnAd0ZTDTDES1DLEUbQ6fEmkOoeZMQ8SaOhymIerkVUZMGBq6LUeoP8qDD
1ZMzg2RMAeL8NXPxqRqa5H+pOSMSvThQxuyFeqNiU+36Q8grIaKUJO5YjsdDkFQL9xTqMe89
iJPs7kDYvRCOw+mYfqyon5A5FgjEliQze6jFyTYIS5PEaEp3LtRkx2crsFlx/Kw6p8fVyF+k
e7xyiiC4epfVZygPWk/UR1BGfNLKGmgH5VlAPMUEtCPgUOKBjDWZ1I/EhD5OIlyCpkfCpDk5
ThIu1DigBaLDPcqU5xMTUlia+XpRnwnLjm7xJeg99RHJHHl80D/FBPxM5Ftio0OYBcaoc0TK
5Bgbf6kMpDsDKPG8oiNQ9Ew5OrsY0QqZNfdS6SJSbIGoQjEsY1KBDyBFUAIX12Qcgxdxu6dm
EVHCLAnGu6c3iaAFR5eI+KILC7jxKRjEQns7n9xCET+JeniQ9TKwA95f2jSNhqU8yclEu7di
HDAtCPHlMaEqhZXVfoI+zt+pQqJzIEasNfplzcnKOo+E3UeCHQB4pNUhAyDAa7/EoiNYCwGq
NGlI2RwFOOhOn1DKhJkVS+yORJINQjO4BTAVG+iY20KEn7GRrRfMckB0ykRXVvOgWpHcvRY8
j5AuAIl2UoxhKRaxsieL+3Fmbb8KMeSZkDeRKnwzqOVjxHZeKRxkYyAH+peiXMXsKF0eUVgK
gPUI5Dc2rVepGJMxrshLF++hR9bpMg+6x42I1e4/LJNNz8QoUx5ZYPY1/KjGIMQaAm66pSbU
boYcpnEF8QKspc0Y5RMcWNDRHilxygbZM8UI8hebsAgWBytoyyBYjyjVCUSSXdtgiPFiasFA
wiImNDEW/EjLjAIJDntQMTS7C37yxJcyDSWIo4f2IvdkMRU+HvXLzzFZ0BP1Nlen0MmH1ZSg
QRLQ6IHlk7aBERcRiHYbBMzD3iv7VAfNZDjubk/UO7l1KJrSiJn4TV90AAykRTRAi4LMoxIq
VzSlLEYkAi7lEu8RYyu5UqeFGUDlORZtQjn1bU19xOC1ViA+TX/jUeWNZRYP3LlgHebEN4Sj
8wWIjUqUKAGWtEZE9Is/8KE2ANy2yyIFCvxUGq/tcmANSA4IURLk9TZGJPsunapOhU4CVQKG
7KMeUCRDVZqrpLDSIQPy8HBrOXu/lR5Jg8gvWjoQiHLO1mKjNgDIdTCiMzIwxDF/5VPE107U
B4Zz/YiSGk9zUMpR44iIFMgLlGRjl7OldTZSAJiS7L1JlmtFt1xly7OIKEeONWqO1ADX6SCL
foyDqsjUEuQhGAaIsPq973ssHvY/7kHDf5p2Ys7IZUy1QMdSsh1AFie1RmCGh1SQ8xbWinD5
qWAMely1VKHEX4onpbdZNkGax1+FUNNiG/dUeoxEdd0eUly2lHUeSWTEN3VUQ3QKE2cfEpmP
eHQjI9IDnZ0RAZTjojAtkdB5XQGJnR8gOkfiWT4ztiUGAkOzQoHJzqumgjRGcrTaq7ZV7kW2
0T8kXifEWcLLiaPGK06f3kZEAxAIAarlSmAWAZizt+VCMut7g2WYxiW8K44CQk12LUUuOQNa
CWn4EIiNCXKjGMQwuNWWcA8pWBomnITkKADwgqHGOubhy9AAgzhOB9Pf+pHM7jFdPUTvoVlK
jUWwIXGBcGpWJBBdHji4rkVyRmHGB+0Iyk5NQRorsAKki/4U1cRqbJnbteiESchv2rkEwWsS
FGMdg3sURiRjIZbALPIUvHdMA4NQChI9JloqvjKjojx696AHRq6fJ8Qxk+vxJjpVkZu0ZaHy
/EpMQRE23QlHXTZVlS5BugRTYKXFIAuDez/EpRbHjiayFgPwo4nKAHilTIrHjIgLANdASfIi
sxbL3Vx2Ej5hqyhwTl6BBePL2nxZ/AhCQHLAUzid0Jxia6myEJFpG2x/On5ATFrXf91f2xgB
WZswWQDzI8RUQBpqtv1VjxgTiSAe4rpMiZByG1X9yJAZgQoiQkTusRMjtOhRkCCxYF1lKRJm
LFT+WlWU4lj5XZYktUudLq5lsOxBqkdrSQiJM9DugAQYn3hVcsp2o50Z1Dl4w4iaDsUoyrkx
if4ooSHSAKf7lIkPqC+pUC5xlZAGVBVzZdRY76Kp6RQI5As9XVA43ujHSw0WxBpTRDIdOneh
KOtCVHdqp3ogYyaAv/UpAAzlHVgoZh4E7KQNIguDooANI8emjr1JvU6j+FCJgaUqWTYliBaq
MYD04wFgPEVAeYRq+6PquBGhFgUIg0BAAF3QDuw/VpSL0JqO9OMi2p8SDXHYgMcS3U+6oena
35VTUuA72RjEkcmj2UpzaWgYW/CiDdySO9BzUijbhAsWNSRdAFshqF1Gp/Ys+SxPh97FPECI
qwAYLilGPUY3NvwJuQvGF0ZckWHlG4PgR45CrNEnylCOFSGPuuPOiC5AAdveVftWBBBfVPGk
LMgLpyTT7lF6A2QiLjfzK/sQi+LqUZGug1CB5esWZ9vdQhiwkUeCBaIHUU0j0+KXcseJhxx8
Jn1X91A80uqV4xXSMpDdVYNUBrpg9qbFAMWJ9rLjAj1E/cE36tLTGRZ+9W1Z11Bqs+qyrLKw
uEBKLDtRJNSasg1HLhkImXSNU0AMj2CoQzLnQGyYuA19EHi4NQUQ5qocIFdXshCEi3YhHInG
dAURENEM8bfmUxKTM2P8qEiKNSiBjWMxUnddT4DVCURk9xqnuBune4sO1PKgHZoiOPwDdVsQ
8So4lqO5qyxNTLVZSLSjodU9LVQOXW9BohGUXeoGiGIDRAfvUsqGzbhMKxvRAxkHiLao46+J
du/aozIoLaocl3voo7gfYm1/VuRiSHNFLIH/AMkW0rEbIjkiQYgdQsV4ZVsAHREnpUiyxjFx
uqwevsQMQx0AWR6XOtlQuDQt/KsSGiC7/wBKxLEGvaozvHTRARDsXlu6cnrMjXs9xRl5e5GU
gJhw7IVoBY3ESsRRqhYsSX1XUHa1WQcvSgRljUW7UCaHTsdEgoxPiG+yJN9E7/8AkiciTYpm
BcX2QlMgGzjxflXGIAZCxWZeY5CK6AjxIziOkVcKgwhKol2qMDSRegKMowcC5CAIA4jrMaLD
5cEyFRt/qQlzkS5JHIjT8CIgMZMCQV2/q0w7dRcjsXrREpQt2U8SFMTRw7FkIAsI3FwyAlAG
Y8AFyVyTxEZE0DUqmJxOi9NhKRLF04F7GNgjCRNWpoU9MZD71IagNT+VdV700QkJZkBojRvc
QMTifd0dYSAJBv3qQBBi37FKcS4di+hWPIXJ1WDviHQO9aWdYTaQuZXRi+T/AHJ2qAwBsmNZ
Esw0UxqLdqJk4OpWBqDqj3o1psi7xGpKEuYZEWkvU44gyF5z2KOMnkJGRe2Kw5OOkSOqOqIj
IHaJUeTAR5Im41RjENE2qo5ASMaMRuuiIfVMZNFmbdRnxl48YaR0/VyMHmSe4oDnPpziGESG
JR5JAzJDPZkRGHWauboynISk7nu+FSiCxJtdvzLKVNWTAOQHlXyqMYRxINA70CY9MpDKJ2Qe
T4lmId3RpiwLEVf8SqcmFFAjwmLmOzoiLPcE3UvVl1HwsEA9DXHtUhAYxNe9HKoH2oZOQzDu
RER/1RjIFg7vuiMm1O6L0ItuUKX1dFnFNUQ4DGkSP3upPHpOyyudQnOuiqKAaoyLFrAKfy5l
hmKEbqRED6cT1TjWg/Cj6wqbf1LPj5GkA4+IrLNxL7kYzi8WcSCLREgagm6GLQB2UYZa1JNA
iCKkmrNl+p9JT4ONV27fRMGeNSAwYqMOeZOxFSPzIyIaAtVdMhI6hHKnZ4WCcgkG27piXc6X
b3VynkIBIYBqpxAzLsz/AOpQkA3RV9k9DEGh3dFwYginf8SjtKj3uhxxkKC7VAUYEPsez4k8
fCNDQISiz6hClYmxPiQkegy0FUJgkvTsQN4mhWfHSWoT8kcidQpRlUg00DJqkvY7I4yDiz3V
Xy+5BqS2CPVbeqykCR9y6w1mAqq1exsyd3RhEj22qjzcDDlfriPA3wqUuKOYj4xE1H5EeKUS
YA1yCcgS73AH5UKh3owQMeMsBWXvfvKPNzzyaogN/j/Qtrf9GQ1N/ocD6CSHDn9q6TiX1QAA
IBqBsg1ZHyD+VAwDhy6Gj2ZElnNQTR1ldjpsjOQF6NRijIVAuTUMjhKIq/Z+6tz+1QesRK3+
1TL9MiQ2wWBFJeGWoUTk4B18yi7M/wDiKEwchCRFNH/9xVrRyuodOKMCaHfRMTUINSJ1t+VE
Gg7EXGIuCsREEHVYxDyF9k8fu8QW7oRmBEvUBO9NSmZ6oRiH3TwveiA80aEbr5jjnSEg/tUJ
YdAJFvFEqWfEJA+EC7IckoPK7EWWIDRGg/Sb936UyOhJCJtjU7oenB5aH+ZHkmbVliLICA7h
uiMchrsFER9o/pQJgOOBcgyNZfkQqW3sH92KMZUkmJtZATFGqf6USGpUdqFa5exGIPi3/lQL
5SBaQKwIDiv2qUqyhI1G7oiDRxcV8qhEkmUqP5WCqKhwAVkD1CpPYmNRKz7o1eOqkwY6bsqB
nFDsiTc2KBekvENV6gqAzBRnCpFT2L1pGhLMhKIodU25W1a7KPJwdJJOQOqPNxyEeSPiiKn8
yESHeQuCEOTEZip7FSx/WiYF5y0Gn5VjOGWRYB2WEI5SjRx4Qfd9RPKRINhpVCJFY2TChFwf
5U8OMS5HoT4QiJlzpWyc0OnespHqOhpX3VKQA2IND+JYSbs1LoyIa91KmURcjV1FpdJ0RlFx
o/YpOHaxOrqXGSIzsRLX/wCtNWoqWUYTLC8F70hUhHE38qxkGI/ahyMzfejK+qjKPTE3Pb8S
DSFQpSJYJodIATk3qmJI1CAI6BaR3CyjWpvujFyBr2/hRkY20RkCa1YKIIEhQkEMQykZFgSG
b+ZNGu5/UhjHNyAasw9/9BoZAsZAWZdRLnUGqxlUAuA7hMCz7p4aVcL1SB6ekpFkR4iNRUIg
i5qsDFw9feQlG2vwoY1enYgZV7LN+ZAPWR76FFz0E6ICERSpBqUQ7XoNAh6hcMhKPTM1VYnk
4zYXcfCmmDA2YhZwkJvbEuyJoGtuiTeOr1QlIlgaAoF3GylxtRakC/sWEA71QyF/EUSQSLbI
g9PbshlOO5BKbIES0/pQ9MhhVnqFlKkbHtKMYRLPc0KyyAhFgR5q+4sSwDA4f1oN9/60SQ2J
IlIhhdaObAarp6sUXBbdAxiDIjxS6v8ASiZTyGzUH5IoA1EvL2rYC6icgSbRN0IkEM7jRCAi
+VqrGW3fVASiGB+9EyAGRdOCIzerapwbu4s7INcUUXFTqd0ZEnsazoy5oUkL0RHFHGErntQq
RW5OiMoXJqTdD05dca9h+HFepOOEolpAbrLjPTK0ro+o4rezrJyBsEREkgNU6ICRAk97IsaC
pdSlF5Rm5BZ7oOSDpuEDx0kKl7ISnO/ljohidOoGhJRnLw7NRZEsJF4n+VQbb6afq/8Af5My
CXgLOgeOIi/tRIkAbmPlJUYkUepKEielqDZdlg1CQgAXkz70QYe1kJcodjbSQWVaBhALIAaV
NCj5e/VE1eRuexccjelkcXIpEgLE0ETQ7OgGrpsyInECINDomIZrbJjTYaOjxkOAi9R2qwJG
6tUW3JQyiRPSQ0QMGfsp+bFAyBiRromDkaxUs4Si5e1R+aKciQAGqjHxQIATh2DgRBQONra1
/EgSe1hunHSP81GcpZAH/EkJE5PcaFVcsaRUMrhx+tSjMX1N0CCaaFV8W0Qok0Aat1k77lk0
D1GpJ0/CsrhlkJYlmFbKD1NnjsgYRETGjG34k5Jlqw0KA8WX2rjLPIGxUdOl3vVOImUjUoSn
cC2hRkKOsSJEe8yxMhkbA7fCixYlDMPIXZGXHzTiBaD9JWdZMLXf8iHlnpRYTIOoKxYbkmyY
PmagglH1DKQGo0KJHJKL6FGJ5DIPQPVGbvA3DaonQm6MeOh7F70msUQQ5OuiMSBnGh2QhxxP
JyBnFwPxIy5ZkyloLR/Co4Wb9B3fqRxkGJqsvmecCMaMKLH5WJcec/zZJj1GRetEJRqAdLFF
yMrg6uowAt5rImAYHxOhEjpjQ9i8RYeVkIkUJbLVNwkYEUepcqEpnKJtoVx7SAjRFnAATgts
CmLCMb/EmlEYy1RlWLf48y6ZOWpojlI/a7lRAlIB+r2KIhAEM1d0JOMpeV7IwhN5PbZviUYy
P9w0CaFDHxPU1QI1b7SpSBLgVrRB6g0H9axLyG+qFcYnW9E7uTZHqYWLV/dRIJIFwf5ViXiJ
a+ZGPGWxoTqfxrEeEfaogl2F/qD9W5DxcM+MP1ck3kR/9XhQk+XIS5TmMIg1eQ0QlPkEu7T8
KlCEvDUOGssojKWtHqnERAivUCap+Xk/tnQUCkIkxbzAoyESIWivDW+LIk3PlUZcgaIP2KIg
5ELMsplgaDvUAXcDxeUoAUL9R7ESxMd11PgKB7qooLvZ0Qag6AOjhEQiAxyCykTS4a6ciUSz
Ex0T8dRoXQnXKGgQHJENcyHil+NOJvP3RshdxUlnR5A5Bu+i8Rj8IFCoxM3HumypE9NQXuqX
0VI4vcblant2/Cv4tFhyFgTpUoY+FqfrX//Z</binary>
 <binary id="i_082.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RcgRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MDA6MjcAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfugAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAV5gAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO6rbWxjWaEgQfip7QeIn8EE12B5
LGyD5o1GLdkOLT7ANSeQkpgarZn2OHbQIFrCwbn1M+IAn8FZysW/EAf6gewmAfowfgqT8mxw
7mPmkpDZ6Y17jsmY2h4kiD4wmfuBJI8idYUQ+JMSkpr9RyW4dRtFZsqa0l9gcxoZ23PFpb7f
+LWPRn5+TTO4OIs2HJx659n0TZVVYC69mv8Ao6Vt2bp9ggnlNXjnZsrAAb7YaIHwaElNbHwM
OsMdU1u9ggWP0cf67WbG/wCcxZmW6xnVLGOE1lu5h+fv4/dW63BsLo0APdywOvUPxuokVvLm
2NaT4h0Na7/OakpubnHZ7QIaBHCnRaw2FseA3cfcq9dJDWw7ceASiNocyeYHHyHkkpJTBy5E
FhOkRxAWrDNxECCVm4bGtsfIJcG8cRGoXSjHpYT7dD46pKaUM/dP3JLT2U/yfwSSU//Q7izP
wKLhTfk1VWuiGPcAdTCXRuqCxt73kENvsr0IGjXfoon+Q9cI3HrszywiTddtM6fScWyOVd+s
HTvsNWMcex+TU+62shzIIcwNbthv0vU2/wDQSU9Z1r6xdNoIxrLS2wEF7Awvdr9GWj47lRH1
i6KazY7LrMSANrmvP9Wt7dzlw7nua8ueHAv1AJMuH0fbu+ktPoHTcvM6jVc1m6ih7XWvdo2A
d+0u/f8A3GJKd0/WTBsMV72gzrawtED/ADkQW+uA6v03A6g1kHz8SsL6xU2YvW73PljMp/rU
ESd4cBvAA/OZb9NY730gOhnunwgHv/Wakp6fJ6pg413pZNoa8QeHOGvi9jXNa5Sq6xhWuDKc
tgc7RrS4Nk+QcGrkXQZI0HdoJEeX9VzlFri4AOG5hjQ8T38UlPcO+0kgPn8hWX1elz7scO94
fuDg7XsP/IrLHWOo1tFVeS9rWwIgcfF+9yK3qGXnXsfkPaWUNJZDQ2dztrnv2fSs2/8AmCSm
6xzi4zzGgRjr7XCSBHn7zt/ghUisudBIJAgzI0Lu37ysXcV6xyDE/L/pJKTY7f0rnRBDGtk6
akxGi0dlr3Eglx47lUwwMDnNBLnw6G+IUh9bsX09xxbZkgNDm6/unt9NJTofY7P3D9xSQf8A
nTh/9xMj7m/+SSSU/wD/0ekv6R0etzcgtfTYx5dLLZh87pk7/wCv7UXIutspNQyr2FzgfVrl
7/5I9Qej6dX53sVTc519teoEuMHymEqw4jUcSUlIHdOqdjsxWWOPpuc4W3V1uLQf8HX7t7ff
+85aLMzGqxBi/Zw+ke3a0gNPd5cJ+lv9yg1rnCANR4DupeluJ3NHlpKSlsvI9Wv0hju2DVj2
FoLZ/c3NO1VWV2mGueSNC3c1jjH7r9zWe7X6SsmvnsRwPima1wsadA3ndOv9lsJKefyfqtQ+
+y3HyTWXuL/TtZI93uhlrXfR/rMQ2fVi8GRa3xnaT+Ry6FwsFk+iQOCQQR/0tqi6t27cNCPA
66/R4SU41P1dY1rvtNrqndgwBwM/yiUj0yvBrfkC1tjNu1wIAcQRDdG/Q22LXdvDZd7o4Jg/
l2qrmVsdiPsdW54Y124BsDaQ5jtJ37m/TSU0cR3ta541c2C7xP53t/tK7va941jaBws3Aya/
sRe8yQQAB4H+V/aV7e0MLmP95Aj4+WiSm6AfotJnWD+RSo6L0e5tlj2PbcXB7i17hEy72N/N
a925Z9nUTS0PI+iA0t7yPpf56u4Fz8qw7CQGtiGENOpn8792HpKbv7E6R+7b/nD+5JF+yv8A
HI+9v96SSn//0t8f0lxHcnjynn/ORWt0IjuZWRZkXVZNj6rQTvMsOs/+ZotPVLftAteN1YcQ
W8e0/ntakp16WkxAmdPkUbY+dWEEaOniFzuV1O/1rPTseKOzASAWnxI+i9qc9Qpqr9WkW0ul
oJfcSwT+7Xt/SN/4yz6CSnaeLSSfTO0GATMz8EzWWDQVwPHwWK7rJrLvTLXaObZdt9xP8l30
tqyrsi99g/Sv2PG1zC9xA/zi5JT2FhrZW59m2tjRuc52ggalUaup9MvIFVzQXAuAd7PaP68L
msnMszNodc5jXNlwIJl1Y9+0f1VXFAN9Ya8kWk1tiCdw+h/ne1vt/fSU9Pb1rplT/T9Q2Eid
1Y3NAIke+fd/ZVjDzcfJZvx3hwcXMDeHBwHu9p/rLkaqHNaLjtLGiACRIILv+p9zFdpsdWwv
LAXvlzQACYP/AH3a1JSCmW05FbG6Mc4MB4BaVZdVfeykU1l3qiWBpguIB3UuP0fez+b/AJaF
hU235j2UOA2sEggkcgztG33OauoowsbHAaxm4s1a553EH+R+az+ykpzW9CyX1tsteyt20B9V
YnX84l8o/SMW3HzLcTIG5r6xZWexgkO1/fWoAI/FUuqZTsX7OawN9he3edXAAbvafpf10lOr
9no/1ef/ACaSx/2nZ/o0klP/093qWThV3tZZRWWgPa41nQOn2vbH7r1jOBI8LSPjqP8AzBX8
3pWWzI2tZ6hte5rS0QBJ3Vl1h/koVmBnVWh5odcGugmsFwmPpN9vvY/ckpoWVveXbG+nAnQT
8d0/1VC4UspDrDvJaHa8iQ7d4/uq5dVl0tJtrLGEaPOgLQfpM3e521ZeVaz16tT6ZYWtcOC5
rnaf2XOSUxoLT9LQAlrXAamR9EItuPk0Pq9at9Ye7cDYC3dBb9HcP+pWz9WqGVYpyrmtBtJ2
F0GBWBvPHs+l/wBBaHWqBmdNsrYN9lTTbQ/uHbdzo/k2M9qSnjhUdhcRBqdJnwJLd38r6SJj
uaxltEw9r67GO7gifo/coCxzJIJeXTu7DbI0/qurStLmVhjWtda9ji95BLh+dsb+79H6f8hJ
TIZTa7H+s7aLCNI0Ljzr+Y1r1efR6EuB3EA1HtoWuexzZ/196z+nYOR1FzG11vugua8tG7Qt
3bX6+z1fzPzFbd0677R9luD6XsZtLSJ/Rgfo9+391/00lN76vDd1e68a1tpaC4fREtaTZ/1L
F0L64cZ0/Isf6u1h1djKyGuBDXuIn3CHRsnb7vo71vEFzpjk8JKQtb28oBVLqWI7JqrDX7HV
2buNToZh35rtrfatK2m0ajZ4hpkE/PdtVO+xjaw8ODS4t2bxBmfUAcx39T6KSkn7AP8A3NP+
aElr/asb+R/nNSSU/wD/1O6DjxKHkNvsx310W+jc4fo7PAzKJOhOgA1JOgAHcqtjdSxMon0X
kt4DiCAZ/wBfzklOZb0DOyGfrV7LLQ3aHkucY+LlGz6oYb62MF7tzQTqBsLj/wBJlW5b5lUc
3qHTqWPqystmPvDq3HcA5u4Fp8fe1JTyBy304FdLI9NtDvTOvuba99D37f8Ag7W0/wBi5dUL
K6rNpgQ5oAPcN0XK5mA/9jNqqtZfdiZPostpJIezJAsr9Pb/AKT9G/b/AF1s4lzzjMLyG2tc
5lx5c6xh22e4/S9ySl6vq90xjbLb97gHkMeCJZ7obG3+T+jRq/q9092Y3JLXAU6CoT6b/wDR
2vLvzv3q2/o1fxb91IidOPgiC0ztM+ISU1m9MrrvY6smqutzn1tqhkOcNj98fT3Vuc3cjsx6
K7DYAdzhBceCANu17fzlMvBGnxCg9wJ7ifwPikpGyinGbOOG7NXOZwZJkmuEarIIcduoPy1+
aCAAdDAGsf8AVQpMcCC3XyPgkpTrLrbCLSKd5IY3dvG1ke+vRv0t3v3rPFXrsm9gbbpvjvsc
XVvrP7n57P66uZM2V7WuLHTpY36QcRG/+r++gACt4DXbmvLpDpJmN30v7KSk2yr9xn+aElPe
P9YSSU//1ew63TdZ0fNroG601OLGjuW+/b/a2LncTqLXSG8VgPhwBG1wkP7ez3Lry74z5Lle
p4Gb9qZnMoZjZDmkbKhupcPcLMbL93sttb/NWs/RpKb+H1W0PFTmtLO0aafyf5SyfrDg9Q6z
fuxMTFbXU/a7JFrfWdpAbcTs2N/kfpHoWLlub6lN7HsyIkAxug7QQNp3va1tjP0v0/Tf/wAY
jva1rbRW4Or3mC06NbHs0SU1+o9Od0zpLh0ybcptzCcqmfVdWQ4bfTj27Hu2+xn/AAini42V
6FNWSfRbBfcbYLy53vez870f+E3tRPt9uJX69jmkMbtZ7faz+tr77Nv5qysV2b1PKZj1D9Wb
NhrfIEH/AA1jaockp6PAzawdrGbaidrix5c3yd6VwZd2+nUr5PHh4wVkVYl2OQ2rc27hra2t
aXAn6R37nMq9v07FNnU34znNe92aXQNrQdoP7ws2O9zvofuJKddsu7+7n4/BRttZXU59rhWy
sSXvIa0A/vOdCp4nV8bJvGKWvxLQR6rbQA5rCQ3cx37/AKr21f8AB/ziyuq3Ou6vgdPLHB9Y
bZ6bzuJss/NsdO306mfzln5+yxJTuNtZcwW0ObZW7UPYZCdp8JPguLxH5HTrvXrsg1OBsjQE
Ej2OZDfbZ9D6C7XGysXIxBmNeGUEmdx+i4HY6r+vv9qSl4cWQD7tYcdfgo7SCHO+kYmDpqZj
/wAyUKs6vIeTTvcyYDm1zX34veWer/1tGeGthpcHOcJMAjv5pKS7WeCSbY7z+5JJT//W7d9h
a7zSe1tjQ6Pd2J5BVbKsNTi6HOjUNbzp8fapte7bIglx4Ph+dx+ckpHbjYzzNzdzwTtOpALx
6boaz3M3sd73sVSzpeA4t+z0jGtrZLHQWsLSf5u2D+9/hfob1cstAeQG7tQDHJ3B0f8AUq21
lZbJIIGrZP0Z/d/c3JKeA65hZ9XUK6sqp4xN01uYC4OHL3Sz/Ce36CP9WH78G7IpcDkuc8vc
48nT0/aPp7K3b/TXU5lraWFs/oTILG8NM/T/AODbWsPM6cbcfJxatlX2l271ANCTtfXZv/N+
j+kcxJSPpudZffa/3PuutLXwPcA07K63vdsrr+h/Ns/zFpdSpLcPIvOM+1uwuFZe6lp2+4bn
Un1Fy/T32dI61TZ1ZgDG6WH6WwPDiy7cPb6jf5/d/hP037i663qXpa/amzAcH7xq0/Rekp4r
FNzOqB2x1LvcbaGFxdseP0ja/tDnWO9T6XvsTdXdlY2e657nuNsvrvd7S4NPp6OZ7bPaGfpG
/wA5U/6C6O/Kw89gwqv0jLXtYW8Oa36QsxDH8xZe1rf3K1k9U6P0u/MOPgZ1WJdWQPsuW5zA
0uG9zKrnep47vT/fSUi6nm0ZVNFlL/RfZW19rWiB6gGx87Po7vpVo3Rsix1TMMM9dr7ze1u4
hu8MdW9v6P3ehv8ASfZt/wAJWpdO+qj7XWPy8muyiiA5tZ9pcT7GvyHbG7P5Fa1sf7Li5rcT
pxZl9VqbtZW2s11VMcD+kvt1/V2f6OtySl8jPz+kZnT+nPONkvzHNrOPXUan1NJayt29j7G7
dv8AN17P8Ghv+s9Depuxseh2XS12x9tfM8fohHu2pU/VzqFnVrc3qdgc1wdutrdBcSNgbjt+
lj1N/lfmLbrxaKrzbTWK3OjeWiHOIAaNzvz2bG/Q/wCuJKdDYPP7x/ekq3ot/wBJf/nf+YpJ
Kf/X7HMrEknuhvaBW0tJAaZ0jXTuEfLIDfcYnQKs+4mplYr3tLoe5xEMAG9ryElIXvydjXYh
Y4lw3+oD9Dnazb/hGfmbkLGyX2Zd5Zcz0TU1lzgwFrb/AKLw9j/ezZZ+k9H+XZ/o1G2rez7O
LD+mk1taY3Ae8t3kncx7E9rQ+tskDQAOJjX8139ZySlXB1ezexotY4B76nABwPudfssDdu9/
+D+moQKSWuEVky0j6IJ5aP3G2fufv/QTWjKLKjj7QXO3XOsEy0e30yyN+6xThtzXVurOzcGu
3kamdzNoH8lrHpKRvxen5tR+1MlhaWWEQ1zCRtY6yyN36P8AM/7dVO76ldMdki2tzqw2TZTq
d37uyxzt7dv5/wC//IWs3HcLC0NiskHX85kTp/wjbH7G+r+Z/YUK7chvte0BzXkNjjaPokbv
d9EpKQt6ZgNcHtqIsaZDw5wcD+dtIVkV41dLMc0NfjtLiGOYH/TLnvfu/fe9znWOU3QSHtna
7uOykw7gWzHcJKWoqxaDbZh1ip1gbvA0B2zt9v8Aa9yObw2rfEMcRq0Cdf3v7SrO3NId2bz4
R5olLWe7dMEaGSRHwSU2GvFjS5p3Ecgf3IZ3F0M1844g6tUC0VloojeTInSR+c2U4sFbwYLa
3GHzy0pKbO+7w/1+5JS9Bni//PP/AJJJJT//0O4vYHVk9iNJBVA+qGNFYZ6we0DfMQDt9R+z
3fRWm9oe2J7giDqq5w2b9zSWnnmee6SnPoZU1lTspw9SkFr93tAcS5m/Z+6/btpVXKFzcl+2
1jqQAa6nskNLTt3epPt2rRyMUH1NzS4PYQ7v7Z3PaqddGTjPabf0lTmGsW8tsJG6iz2ztd6f
6Gx/76SkZ2+mLHtdLCZgOdGk7miN9rP7KseluO7WGOBntuBTW1Cm4Frh6ZgQ8mBPtLv7LvTe
7+R6quODnF3tMtBGveElNUgeo4F5JsDXNBHtaG7d7WvH0dzhvTZGyxotq2ugeoxwM7Q8H9I3
b/g3onpywvH5o48uVAFrx6jGgEt2h0QYndtSUxrYy4Nc76THe3Y4yx3+FYHt2/1XN/PRmSSR
9EE+1w5/13KvWLa7JbXDC+bCOx09ytB9YcGzyZPw80lLFr5I3Ejse4nVRhjGkNftIH0XBHtB
DtASDqCNQpei0gh0E8iQkprMcSIshrXiRPAP5p3IrC1xFTtN8keUf+Rcp/Z2t/mzsnkaFp+L
HKDbNutoaHNPLdBHj/JSU6HpM/kf6/NJD+3UfvV/5zUklP8A/9n/7R8wUGhvdG9zaG9wIDMu
MAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAA
AAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAA
SW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAA
AAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRC
BD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRp
blByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0
cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAA
AAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAA
AEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMA
AAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/g
AAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAA
AAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVt
AAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5n
Ym9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAA
AAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklN
A+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklN
BA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklN
JxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgAB
AKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4
AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhC
SU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAA
AAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfsAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8
BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+wAAAtAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAA
BmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRs
b25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH7AAAABnNsaWNlc1ZsTHMA
AAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3Vw
SURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJh
dGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAA
AQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRv
bWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhU
AAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRl
eHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAA
AA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGlj
ZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0Nv
bG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25n
AAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhC
SU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFgIAAAAB
AAAAcQAAAKAAAAFUAADUgAAAFeYAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAA
AAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/
xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgME
BQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFi
MzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0
pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyEx
EgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVV
NnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAM
AwEAAhEDEQA/AO6rbWxjWaEgQfip7QeIn8EE12B5LGyD5o1GLdkOLT7ANSeQkpgarZn2OHbQ
IFrCwbn1M+IAn8FZysW/EAf6gewmAfowfgqT8mxw7mPmkpDZ6Y17jsmY2h4kiD4wmfuBJI8i
dYUQ+JMSkpr9RyW4dRtFZsqa0l9gcxoZ23PFpb7f+LWPRn5+TTO4OIs2HJx659n0TZVVYC69
mv8Ao6Vt2bp9ggnlNXjnZsrAAb7YaIHwaElNbHwMOsMdU1u9ggWP0cf67WbG/wCcxZmW6xnV
LGOE1lu5h+fv4/dW63BsLo0APdywOvUPxuokVvLm2NaT4h0Na7/OakpubnHZ7QIaBHCnRaw2
FseA3cfcq9dJDWw7ceASiNocyeYHHyHkkpJTBy5EFhOkRxAWrDNxECCVm4bGtsfIJcG8cRGo
XSjHpYT7dD46pKaUM/dP3JLT2U/yfwSSU//Q7izPwKLhTfk1VWuiGPcAdTCXRuqCxt73kENv
sr0IGjXfoon+Q9cI3HrszywiTddtM6fScWyOVd+sHTvsNWMcex+TU+62shzIIcwNbthv0vU2
/wDQSU9Z1r6xdNoIxrLS2wEF7Awvdr9GWj47lRH1i6KazY7LrMSANrmvP9Wt7dzlw7nua8ue
HAv1AJMuH0fbu+ktPoHTcvM6jVc1m6ih7XWvdo2Ad+0u/f8A3GJKd0/WTBsMV72gzrawtED/
ADkQW+uA6v03A6g1kHz8SsL6xU2YvW73PljMp/rUESd4cBvAA/OZb9NY730gOhnunwgHv/Wa
kp6fJ6pg413pZNoa8QeHOGvi9jXNa5Sq6xhWuDKctgc7RrS4Nk+QcGrkXQZI0HdoJEeX9Vzl
Fri4AOG5hjQ8T38UlPcO+0kgPn8hWX1elz7scO94fuDg7XsP/IrLHWOo1tFVeS9rWwIgcfF+
9yK3qGXnXsfkPaWUNJZDQ2dztrnv2fSs2/8AmCSm6xzi4zzGgRjr7XCSBHn7zt/ghUisudBI
JAgzI0Lu37ysXcV6xyDE/L/pJKTY7f0rnRBDGtk6akxGi0dlr3Eglx47lUwwMDnNBLnw6G+I
Uh9bsX09xxbZkgNDm6/unt9NJTofY7P3D9xSQf8AnTh/9xMj7m/+SSSU/wD/0ekv6R0etzcg
tfTYx5dLLZh87pk7/wCv7UXIutspNQyr2FzgfVrl7/5I9Qej6dX53sVTc519teoEuMHymEqw
4jUcSUlIHdOqdjsxWWOPpuc4W3V1uLQf8HX7t7ff+85aLMzGqxBi/Zw+ke3a0gNPd5cJ+lv9
yg1rnCANR4DupeluJ3NHlpKSlsvI9Wv0hju2DVj2FoLZ/c3NO1VWV2mGueSNC3c1jjH7r9zW
e7X6SsmvnsRwPima1wsadA3ndOv9lsJKefyfqtQ++y3HyTWXuL/TtZI93uhlrXfR/rMQ2fVi
8GRa3xnaT+Ry6FwsFk+iQOCQQR/0tqi6t27cNCPA66/R4SU41P1dY1rvtNrqndgwBwM/yiUj
0yvBrfkC1tjNu1wIAcQRDdG/Q22LXdvDZd7o4Jg/l2qrmVsdiPsdW54Y124BsDaQ5jtJ37m/
TSU0cR3ta541c2C7xP53t/tK7va941jaBws3Aya/sRe8yQQAB4H+V/aV7e0MLmP95Aj4+WiS
m6AfotJnWD+RSo6L0e5tlj2PbcXB7i17hEy72N/Na925Z9nUTS0PI+iA0t7yPpf56u4Fz8qw
7CQGtiGENOpn8792HpKbv7E6R+7b/nD+5JF+yv8AHI+9v96SSn//0t8f0lxHcnjynn/ORWt0
IjuZWRZkXVZNj6rQTvMsOs/+ZotPVLftAteN1YcQW8e0/ntakp16WkxAmdPkUbY+dWEEaOni
FzuV1O/1rPTseKOzASAWnxI+i9qc9Qpqr9WkW0uloJfcSwT+7Xt/SN/4yz6CSnaeLSSfTO0G
ATMz8EzWWDQVwPHwWK7rJrLvTLXaObZdt9xP8l30tqyrsi99g/Sv2PG1zC9xA/zi5JT2FhrZ
W59m2tjRuc52ggalUaup9MvIFVzQXAuAd7PaP68LmsnMszNodc5jXNlwIJl1Y9+0f1VXFAN9
Ya8kWk1tiCdw+h/ne1vt/fSU9Pb1rplT/T9Q2Eid1Y3NAIke+fd/ZVjDzcfJZvx3hwcXMDeH
BwHu9p/rLkaqHNaLjtLGiACRIILv+p9zFdpsdWwvLAXvlzQACYP/AH3a1JSCmW05FbG6Mc4M
B4BaVZdVfeykU1l3qiWBpguIB3UuP0fez+b/AJaFhU235j2UOA2sEggkcgztG33OauoowsbH
Aaxm4s1a553EH+R+az+ykpzW9CyX1tsteyt20B9VYnX84l8o/SMW3HzLcTIG5r6xZWexgkO1
/fWoAI/FUuqZTsX7OawN9he3edXAAbvafpf10lOr9no/1ef/ACaSx/2nZ/o0klP/093qWThV
3tZZRWWgPa41nQOn2vbH7r1jOBI8LSPjqP8AzBX83pWWzI2tZ6hte5rS0QBJ3Vl1h/koVmBn
VWh5odcGugmsFwmPpN9vvY/ckpoWVveXbG+nAnQT8d0/1VC4UspDrDvJaHa8iQ7d4/uq5dVl
0tJtrLGEaPOgLQfpM3e521ZeVaz16tT6ZYWtcOC5rnaf2XOSUxoLT9LQAlrXAamR9EItuPk0
Pq9at9Ye7cDYC3dBb9HcP+pWz9WqGVYpyrmtBtJ2F0GBWBvPHs+l/wBBaHWqBmdNsrYN9lTT
bQ/uHbdzo/k2M9qSnjhUdhcRBqdJnwJLd38r6SJjuaxltEw9r67GO7gifo/coCxzJIJeXTu7
DbI0/qurStLmVhjWtda9ji95BLh+dsb+79H6f8hJTIZTa7H+s7aLCNI0Ljzr+Y1r1efR6EuB
3EA1HtoWuexzZ/196z+nYOR1FzG11vugua8tG7Qt3bX6+z1fzPzFbd0677R9luD6XsZtLSJ/
Rgfo9+391/00lN76vDd1e68a1tpaC4fREtaTZ/1LF0L64cZ0/Isf6u1h1djKyGuBDXuIn3CH
Rsnb7vo71vEFzpjk8JKQtb28oBVLqWI7JqrDX7HV2buNToZh35rtrfatK2m0ajZ4hpkE/Pdt
VO+xjaw8ODS4t2bxBmfUAcx39T6KSkn7AP8A3NP+aElr/asb+R/nNSSU/wD/1O6DjxKHkNvs
x310W+jc4fo7PAzKJOhOgA1JOgAHcqtjdSxMon0Xkt4DiCAZ/wBfzklOZb0DOyGfrV7LLQ3a
HkucY+LlGz6oYb62MF7tzQTqBsLj/wBJlW5b5lUc3qHTqWPqystmPvDq3HcA5u4Fp8fe1JTy
By304FdLI9NtDvTOvuba99D37f8Ag7W0/wBi5dULK6rNpgQ5oAPcN0XK5mA/9jNqqtZfdiZP
ostpJIezJAsr9Pb/AKT9G/b/AF1s4lzzjMLyG2tc5lx5c6xh22e4/S9ySl6vq90xjbLb97gH
kMeCJZ7obG3+T+jRq/q9092Y3JLXAU6CoT6b/wDR2vLvzv3q2/o1fxb91IidOPgiC0ztM+IS
U1m9MrrvY6smqutzn1tqhkOcNj98fT3Vuc3cjsx6K7DYAdzhBceCANu17fzlMvBGnxCg9wJ7
ifwPikpGyinGbOOG7NXOZwZJkmuEarIIcduoPy1+aCAAdDAGsf8AVQpMcCC3XyPgkpTrLrbC
LSKd5IY3dvG1ke+vRv0t3v3rPFXrsm9gbbpvjvscXVvrP7n57P66uZM2V7WuLHTpY36QcRG/
+r++gACt4DXbmvLpDpJmN30v7KSk2yr9xn+aElPeP9YSSU//1ew63TdZ0fNroG601OLGjuW+
/b/a2LncTqLXSG8VgPhwBG1wkP7ez3Lry74z5Llep4Gb9qZnMoZjZDmkbKhupcPcLMbL93st
tb/NWs/RpKb+H1W0PFTmtLO0aafyf5SyfrDg9Q6zfuxMTFbXU/a7JFrfWdpAbcTs2N/kfpHo
WLlub6lN7HsyIkAxug7QQNp3va1tjP0v0/Tf/wAYjva1rbRW4Or3mC06NbHs0SU1+o9Od0zp
Lh0ybcptzCcqmfVdWQ4bfTj27Hu2+xn/AAini42V6FNWSfRbBfcbYLy53vez870f+E3tRPt9
uJX69jmkMbtZ7faz+tr77Nv5qysV2b1PKZj1D9WbNhrfIEH/AA1jaockp6PAzawdrGbaidri
x5c3yd6VwZd2+nUr5PHh4wVkVYl2OQ2rc27hra2taXAn6R37nMq9v07FNnU34znNe92aXQNr
QdoP7ws2O9zvofuJKddsu7+7n4/BRttZXU59rhWysSXvIa0A/vOdCp4nV8bJvGKWvxLQR6rb
QA5rCQ3cx37/AKr21f8AB/ziyuq3Ou6vgdPLHB9YbZ6bzuJss/NsdO306mfzln5+yxJTuNtZ
cwW0ObZW7UPYZCdp8JPguLxH5HTrvXrsg1OBsjQEEj2OZDfbZ9D6C7XGysXIxBmNeGUEmdx+
i4HY6r+vv9qSl4cWQD7tYcdfgo7SCHO+kYmDpqZj/wAyUKs6vIeTTvcyYDm1zX34veWer/1t
GeGthpcHOcJMAjv5pKS7WeCSbY7z+5JJT//W7d9ha7zSe1tjQ6Pd2J5BVbKsNTi6HOjUNbzp
8fapte7bIglx4Ph+dx+ckpHbjYzzNzdzwTtOpALx6boaz3M3sd73sVSzpeA4t+z0jGtrZLHQ
WsLSf5u2D+9/hfob1cstAeQG7tQDHJ3B0f8AUq21lZbJIIGrZP0Z/d/c3JKeA65hZ9XUK6sq
p4xN01uYC4OHL3Sz/Ce36CP9WH78G7IpcDkuc8vc48nT0/aPp7K3b/TXU5lraWFs/oTILG8N
M/T/AODbWsPM6cbcfJxatlX2l271ANCTtfXZv/N+j+kcxJSPpudZffa/3PuutLXwPcA07K63
vdsrr+h/Ns/zFpdSpLcPIvOM+1uwuFZe6lp2+4bnUn1Fy/T32dI61TZ1ZgDG6WH6WwPDiy7c
Pb6jf5/d/hP037i663qXpa/amzAcH7xq0/Rekp4rFNzOqB2x1LvcbaGFxdseP0ja/tDnWO9T
6XvsTdXdlY2e657nuNsvrvd7S4NPp6OZ7bPaGfpG/wA5U/6C6O/Kw89gwqv0jLXtYW8Oa36Q
sxDH8xZe1rf3K1k9U6P0u/MOPgZ1WJdWQPsuW5zA0uG9zKrnep47vT/fSUi6nm0ZVNFlL/Rf
ZW19rWiB6gGx87Po7vpVo3Rsix1TMMM9dr7ze1u4hu8MdW9v6P3ehv8ASfZt/wAJWpdO+qj7
XWPy8muyiiA5tZ9pcT7GvyHbG7P5Fa1sf7Li5rcTpxZl9VqbtZW2s11VMcD+kvt1/V2f6Oty
Sl8jPz+kZnT+nPONkvzHNrOPXUan1NJayt29j7G7dv8AN17P8Ghv+s9Depuxseh2XS12x9tf
M8fohHu2pU/VzqFnVrc3qdgc1wdutrdBcSNgbjt+lj1N/lfmLbrxaKrzbTWK3OjeWiHOIAaN
zvz2bG/Q/wCuJKdDYPP7x/ekq3ot/wBJf/nf+YpJKf/X7HMrEknuhvaBW0tJAaZ0jXTuEfLI
DfcYnQKs+4mplYr3tLoe5xEMAG9ryElIXvydjXYhY4lw3+oD9Dnazb/hGfmbkLGyX2Zd5Zcz
0TU1lzgwFrb/AKLw9j/ezZZ+k9H+XZ/o1G2rez7OLD+mk1taY3Ae8t3kncx7E9rQ+tskDQAO
JjX8139ZySlXB1ezexotY4B76nABwPudfssDdu9/+D+moQKSWuEVky0j6IJ5aP3G2fufv/QT
WjKLKjj7QXO3XOsEy0e30yyN+6xThtzXVurOzcGu3kamdzNoH8lrHpKRvxen5tR+1MlhaWWE
Q1zCRtY6yyN36P8AM/7dVO76ldMdki2tzqw2TZTqd37uyxzt7dv5/wC//IWs3HcLC0NiskHX
85kTp/wjbH7G+r+Z/YUK7chvte0BzXkNjjaPokbvd9EpKQt6ZgNcHtqIsaZDw5wcD+dtIVkV
41dLMc0NfjtLiGOYH/TLnvfu/fe9znWOU3QSHtna7uOykw7gWzHcJKWoqxaDbZh1ip1gbvA0
B2zt9v8Aa9yObw2rfEMcRq0Cdf3v7SrO3NId2bz4R5olLWe7dMEaGSRHwSU2GvFjS5p3Ecgf
3IZ3F0M1844g6tUC0VloojeTInSR+c2U4sFbwYLa3GHzy0pKbO+7w/1+5JS9Bni//PP/AJJJ
JT//0O4vYHVk9iNJBVA+qGNFYZ6we0DfMQDt9R+z3fRWm9oe2J7giDqq5w2b9zSWnnmee6Sn
PoZU1lTspw9SkFr93tAcS5m/Z+6/btpVXKFzcl+21jqQAa6nskNLTt3epPt2rRyMUH1NzS4P
YQ7v7Z3PaqddGTjPabf0lTmGsW8tsJG6iz2ztd6f6Gx/76SkZ2+mLHtdLCZgOdGk7miN9rP7
KseluO7WGOBntuBTW1Cm4Frh6ZgQ8mBPtLv7LvTe7+R6quODnF3tMtBGveElNUgeo4F5JsDX
NBHtaG7d7WvH0dzhvTZGyxotq2ugeoxwM7Q8H9I3b/g3onpywvH5o48uVAFrx6jGgEt2h0QY
ndtSUxrYy4Nc76THe3Y4yx3+FYHt2/1XN/PRmSSR9EE+1w5/13KvWLa7JbXDC+bCOx09ytB9
YcGzyZPw80lLFr5I3Ejse4nVRhjGkNftIH0XBHtBDtASDqCNQpei0gh0E8iQkprMcSIshrXi
RPAP5p3IrC1xFTtN8keUf+Rcp/Z2t/mzsnkaFp+LHKDbNutoaHNPLdBHj/JSU6HpM/kf6/NJ
D+3UfvV/5zUklP8A/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8A
dABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAA
MgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pO
VGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRr
PSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6
MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5
OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIi
IHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rv
c2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0
dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2Jl
IFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEt
MTlUMjE6MDA6MjcrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MDA6
MjcrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjAwOjI3KzAzOjAwIiB4
bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmE3NzBiMDA0LTk1YjEtYmQ0Yi04ZmYwLTZkNDI4
ZmU3OWM3NyIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmU1Mjg3
YmI2LWVjMjQtMTFlOC1hYWNmLTg3YzczMGFlNTk4NCIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVu
dElEPSJ4bXAuZGlkOjQ5MWY1YjVlLWI0YmItMDg0ZC1hYzJjLWU4NGZjY2NiODEwMiIgcGhv
dG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5
NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpT
ZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4
bXAuaWlkOjQ5MWY1YjVlLWI0YmItMDg0ZC1hYzJjLWU4NGZjY2NiODEwMiIgc3RFdnQ6d2hl
bj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTowMDoyNyswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRv
YmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9u
PSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDphNzcwYjAwNC05NWIxLWJkNGIt
OGZmMC02ZDQyOGZlNzljNzciIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MDA6MjcrMDM6
MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5k
b3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4g
PHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRp
ZDpGNDM0NDYzN0FBNjQxMUU1ODRGQ0FBRjMwNDNEOURGNTwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+
IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9y
ZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEB
AAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNS
R0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAA
AfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAU
ZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAA
A/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgM
YlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJk
IENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JH
QiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVog
AAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAA
ts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0
cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3Bh
Y2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIg
c3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5j
ZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVu
Y2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABM
CVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAA
Q1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZ
AF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDg
AOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGL
AZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJx
AnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOW
A6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+
BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQav
BsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiq
CL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3Arz
CwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2O
DakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+
EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPF
E+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdl
F4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtj
G4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/
H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8
JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymd
KdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8k
L1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUT
NU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtr
O6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIw
QnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUlj
SalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EG
UVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1ka
WWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2Gi
YfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqf
avdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQU
dHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4B
fmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhp
iM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NN
k7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6u
nx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqP
qwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbw
t2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPU
xFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE8
0b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p
36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c
7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY
/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIO
Dg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+wMBIgACEQEDEQH/xACjAAACAwEBAAAAAAAA
AAAAAAACAwABBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAwADAAEFAAICAwEBAQABAgARAyES
BBMQMUEiBTIUICNCMxWgJDQRAAIBAwMCBAQEBAQFBQEBAAABESExAkFREhBhcYEiAyCRoTKx
wUITMFJigtHhsiPw0uIzBPFykqLCQPISAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAA
AO7pToBsrAsqBhQGWsMRhcuCxbBE0CIFoiodAwoLtsFRgg2QgysJuVh2B1hyDSLqHG3a6Lxa
+eLPJpGNFgazUFcouisuyoWrRlDejQNI4ARQA7MeyqCsLLkhdSwBdDPNFCB00Z60CIhqLsaC
GLCJUNFoMZQ0Vg6GIVgaJk24tgrpIznYpLiUwhODp5jg7cukaxLgwOAlIEC4aHZ3FZdKSaEP
NdVC5UDIIawIAiEi7qBWsRkXB8RDREwaIUUsxAWYElEDLsliYIMEASERyu4JzdjjF3YgyQu5
QWV+Qz0uzQ3Ew10FhgQgnVDDXCCYDmq0jSuwY8jO1xFLaoG6su6shBsM86MOROvgM0ghiELq
qJRCVdQuVRZDAouy1kIAmRclg02hVOoTbmiF71HmLfmC1ZugCRWBIwXd0XGLJLsc/LpNT8+g
oqgViRBKiSWVdgM2ZdRJIQShx6dDNNVCKfYitFCFa6MkeAEISSWBViWQGCyWFchV1QRIo0Z4
By8+/GBsxdAuVAzCwrGFVBGLcAWnLrNGnGY+s0NV5BN9XC5ITnb/AD56Hfz2muVZFFjEQqCJ
JhSqLGljKzgaRzWOALJUoKggZqIuqhKkJKoKDZYMhjwdLmGpijIQkHUoZYiNGQKEAenM8O7o
EpYJiw1r53MO9flbPWcChPRN5aDtziPH4OeA88kN+/z4nocHN2mc92IvTlI6OngQ705DDpVg
SaMIJNTubR1i5JHa0eZ0HfgPFRtAUyjJzupyzUJUVdEMqyItyy6KyxYseVUaqMhZPszm4jzO
DdmAbRgt6QmPF1eIaQGCiuy7sCVQje9w/QDfNer8oQhsIDWQjUDYwVdwApQUoBpARqfzyOkv
ngdrZ59Z1efm1mqxYKMnCzqw6MRNraPS+BUwTVoxvGyUGS2Hl82nOXBI9Gd4x/kvaeWMs1LM
56sgJUwuH0jP3jMnlvU5TzdrAaDVEqCAVgGIkQLEsSMAxIYNqCuoGNED0MO4IkGNNdj4BjaG
Gd6SNTFGUBwwZNeU1rSAzRmaMzejo82XYA3s55m9JcwPkuWdXJWo5Zkw19YDJzulRl0WoTj6
eIzNSI+LovkdjKcMjooqMWRWCcICn0ARWKsrA3oYFGZhh2Yd0QxbUkIDDMGA2Ngcbtw4pd2z
in0mmnRFliCRy6oNmdJqmaGrKMDsoEzNY8c1GxMEgjRdRop4WGQCRJMMCusJzQ6dHOvokcXR
0ljGKEJJsMY9BBgRdD7lj4BhjFj7WY2VRdgwB6iN5ZXBkiwE3nNma6Aauh1VQwYQMKwZdirO
xFPsG5RJVkqQq5YxTREwxLo6BkEYWezQKiItkFQ4LRqxmFjs5qap4BQS4QhsEB5BCzUYyhsm
rA013ig7O7ME1GoSJgHcIq7hR1CXcKliHRQCihVHQNFQEljRPOMWoTVM7AxuxJmIN3RdSgZI
MQYCec/Ma9vO6BQpIfDEmfVnGWhgQqA2jj0jdOPWPsLAy6spNaGgiYlsqEsbKZVhXYkhgXJC
gYIMqEsLCq4QhhdSwasS6qgqlF1cLWcEEyF3LOLg9J50fryaRVjDUSYHeYTYqhDzNoF6TNfR
5240lksLLoQRqnFjIHJRJdBXIHBIuCRRLMGrzjaCwxlB2uwiWQcGwbglyoDLokkJdQqVCyGx
fF7fEFa8WosIk30OcBpJNoI6Rzb6oHPm3MH1+H2xxUZlSzINatoYHRJKCFgBELSiEAqqDKsj
NHIDGNFXBLtcHVkeMtAGrkjzDou5ijvu88w7XNwQYeeGl2YD0gcwzo8LqcsRqS8rPtzGyW8w
aldYXpGBKaIuMs4PbxvNxqow49mAdqwCddeOxzMZnUCAZ0gg2grUJDqw5zyxmrRgabK5bCZW
JENUA/ZiYGksoNW0SvXnLuNEHUI/O8cq4amZ2B5GqFAQG483QEbdUBK4Vd2VV2UVWUlnIOkz
nuLQzMMUQhIYI0YYx2KxcgklgOIDLBaTopQsaaxCoLLQ0Qlkg15zUblgsJiXmLfi6BhZNAut
CBTA1AyqFEYiW5tpvfHBCVEl0XdWXJCrqxfD7vANBC06NdATiht1HHB6RUOwRHSZqYoKkkNg
sM9akiTU4BoQg2IyokcjRnLhwXKMHZj1EJmYYESbQz6BTwgnUppcAzBpzaD0DKIWJiSrhRSy
iEgauA8PucUa7G469acJk04lDRsS7GgLIQLsgQek0gawVXnIJCPaoi1mQtOpJanrKYrUY2VY
Jio6CCoWpyR7cYnSYsg8etIJrIxb8XROuwWCqYBVyEEqLuWDViXk2JM3QDccnK1AqigUkKWd
DY1JLqF53pG49eINYMEshj3btZn1SCvOet4xzLCFlncPQxRSmPE3pxh0gxVGwvfzdwN5qDoW
ldrndM02DiUQg3LBpglSxIJCUB2VsybziZ+1lOUZrKPUsyXpyGlNNF0BElWFi188YxLANeLq
nTaphbF2UFiecT0MhctAVrIabM4lTwFuQ8OB0RKtCy0tYLHflH7uX1SajEkllXVlK02Y62qA
AXC7tYrrc3cGh1mJXSgpGuzFW6HNrdmJh080PI5AJRhz2XQ3u+e9EWeF5NfK6ZdiRj4/o/PC
RYJDHSKVpzAmHSOQ3o6xW7JoNeLUk4ut2wwYfQcozdlGoYYkSUwBh2DRrBqgFWSysssvZz9R
0bqFyrKoqLEoecDpZiwc8wZ+tZhr0FHl79LjPP8AW55hvzJN/R5+0MgsZxO0o4+/Q8xX0KMv
G62w4XaZYjL0c5hbo0me9EEGRFI0Qy3pzjYgw6lD7TDRhXRoXbDI1SjRRUL0CZrq4SSyrkJJ
C6lgy4SSiSUXVZzzuzn9g5iRedDbg1jaSY61mMOmGNt0VTzBhUVLoG7olFRVwS6pRoixCU0C
isgTEigZBbcbwce1RTAIsqs2SoXJC6kJJCSrJY2SpRcqFcnr5jy3Z43SE830HnDZ2fP902rp
Y1iXGg0tLGQhLsu6sklBLMS6liilgCcFw6LlGA1ZF0QlyWBzt4GWNIjFCaLEjXUhdXAcvPWd
TTzNBuiHkooDLgMyYjrX5lR3MFZDveY9R50mzZzTrXShlrs0aM7i5IVRCFBIuxhcqEurKqUX
JRcqgqghUNjINkq6KBiw6EQlMSPurNsuE53R5Bg14NJtpJGok2bzwMNdVZm4nosp5AXpCdXe
M6+r5I7COb0TqImQc0OiI3oE1BdF1KJdQMasl2AV1AgMQZLBkhKqF2NDINl2lxVXRKCgW3QV
wzVRUTmdNB5bXkI2t52waAsIxNmvRkaczk+lYeSZ6Qwc/RAR5T1/mRHX5fcMx6SCz6shb82w
0nz9gY3YNgRDGwpDFSQuCYolqH0VA3KClQuSF3Vl1cMz7sCQRhrYa5IQbo4+P0ec8n1M2Y6d
nlHGvQFQrF68ZmxalGpuRwRI1mdDsRvy58pqoXg6KhtdzzNxc4jdRiVdEUUhY43hcrXwRi9/
NOjs4LT084/aBujAK7AsxKlGBLElXAWDZtuoSUAnBoowZNonOc3Ab93G1m6susxvlgqshEa0
GAsmccQVzQN0azEHGik28znpSa75iDv35x520Zt4a85nJw2Zt5nTQYrdAe/wXHoojUVCEpAg
OiCDNrjNRiVcs2jBLsbIJQVz+ikyq6Fnnld3OIvRjCNajUtWgG6EvnXjLfShva5vZHy4JXz+
gMu7OenpJMk2co24FpNnX813jpqy4jmyQ9Hza2HMcVGMl2bfR+K9YN5iqBeW4BraBuLBumEO
GOCxLg0MtTSLYIoWUVLMVbVBrIDnF1OaZsW/iCrjA0akHZ0LcDkrKP287cPfk0lreJArzx0O
LdgbMm008/uYjmxNmnueb6pr5fY5ZhtqQu3yjNvS5DS2noFb/MZz16yzhN8+J6g+d0RgEIFj
QTAsZVUXIINjQsjEFW5IGhNk4/WceKnqcZ50e1yDu7+ZqB5GzIOmbUa92DuGNmujDx/S4Tzi
e+k5WmzH516Tkr6HMI9LDq8+qGUkB+mrC62PuhCfnDngHRO55/q8cytf1TD6TPqDUxYMqDKC
w2LgcUZBsSyBgt12ULKFAwCgS4x4+lhGlSThESBh5XHqdGLcVaYNFQDc2mhnI2JMKPR0eVzd
bnirog4rQL6u0CmTQL6efkG3zemgN2L0Zn16LMwG8itBlqaAhZiJ2pYMq6IY0JMTEvS40WuD
aiy1jBOd2c0Z44zxwCuR34edT0sg70XkNx3wXhOhMCTop59nRQh5sdOQdOed0HTURit+DsiH
AA5PO4h1NVds53P9DDkdJglVdFSWWVWNRoSJowFtFxam5DQEEI10NPHQ0Hck9CjIZUrSc9hq
Cz6QGgt4BVDPn6aji4/W4TzyvRc057y6xnvpmcTT1liU7Hl5NlnLrtQ8527aFSzFkcClCMoS
KlUSEslwRjc5mhbAECxZZqYEtqwKEBymWcPoakmnh9FBvYphjHoIBz6c49TbM7AWaICjXKIf
WfSBZCZG60i5KCqQOhsuABqLGZotDShNI4hIkSBpJDQwYIMlA1RFHZDxsRS2rBYtoxDxMYvz
DHIILPkcK06kBBSjdnhEo0FttYxbIc55EK3qEujscKmlMUYINWSxsuxgYsECXCrizQq4WaRN
OZ9CoRBuz2MSxY0ktCsVmoCoFTUlEqGpF8k6IOEzmwQFuAbUsBThKYt5j5u8xjBzm1WfUW1b
jE1OoQbgMejHrLNJmkJYF0IV1QRgYItACEBGLIjVw0DCBhCAl6h1oYLMQNhqYHViLz684Eph
UlEW/MNxbsY4gYVCWUEhWlJF0mDlNoKrUPalwShofENE2VmduPWRyTLrLDVRUUyrCG6JLEFb
kjrUYyqgVrgDoo0JuwkvEVqzvHUYgLaJkZAGCSSY6M359NBiVnN5/YwDGCk12jQCUhLhACbA
GVZzuhIK1JIJbVgKgD4h4YnCUahlqcKp8EGNkFli6cQmmpCEGBknQCMIO1kDpoiGJArYoWrQ
gYI2Hl1UCSKHFjE043UVTVFWdhZ9FiWkwArMVKoLHsWMsM5tEcZrTpWAzNRskhIQly7LsDAo
4DIQF0AwBAZYGU2gGjUKu6NLUMCuQrPpASvWJjmsRUZBKn2L5vSQTNGGos+gQOzMC/OZpYky
VcAExIDKAOoGMEYogBEqDPMw0iVF1dBFdi5YkurIVQlGIK9BGRprG1lI0VdhOSYcGy5ULEoD
dWCJ0KVqSBWjGAjricvWqzYkwFKMDaoyAZTBAuSWwSFBowjiBoIHYitCzOeoA7Cw1rI0szuF
i9Ys4QVGAdVC6uiSQFDxBsYMPIR//9oACAECAAEFAP8A80H/2gAIAQMAAQUA/wDzQf/aAAgB
AQABBQBFvULx1E6ToJ1E6idZ1E6zoIc1M+Ja+IUcTTedhDmRCk6EwrKlSgZ0JgUidROtDqZR
Eq51lSiYVYkZzQIAMFfbbyaLFb25jBttB1/Vvu9EgWB2EyUzQGrAAH70YQTLBKj9itAg0QpP
U2v7RU460VWz15C89ZmpOwlf8RGYCF53qdjAxrvC5nymfIDCymEfsVMInM+0A5Cw1GUzoTCA
ZUbtPV7Wwmf9NzMfZnqNF2fXXTct5vC7j/ETsAbJHosxdBEIMU3M2ov9gwhKk2AxBmJAgAI6
m3A6UDDRZSYo4NiUKiiVMR+sJqX/AMWS4UMKEzrU+8owXCCIaMsTtUs3fHbm4HqdlliEgzsI
9CP/AEMg5/q+cHct6GSrXPFE29Gr6eb43ztRARCLnQmAAH1v8cbQnUOAqkgJU05hDEJ+oXmX
SqTACAtAMbi/5AgHJuFa1MuAwGcVwB2+ly5f/IgGdVnQQ5ifGI619SSIWBhIEDGdiYOwgPN8
d4SrK/8AP8rHfw+bFc/6OWCPqddMfOlejJnOR9GJz00ZV61a0GEJBm4VxqhXTEkxSOyXfW59
iIzVHtijEheYldWYduC/XnMUVAINwEQnhfv+HP7diCCCefoD9LhfgPLoAy/oYeAft1jwmKBC
tQqsCkAEmfafg3GYwgmevyJ6M9v5+uQ8fk7E5glUUAkD6DkWZ2InYz0aFH2AYZsAC8z0EJWF
hEMfQxv8cwFg+3Ji2AP8l/eKCpVTZuBbHxwCpSxx+zDnkyuAJYl3CTV8EivkMDEgPQL0e7Qt
xcZlA4JYCwACeJfN1AIo4/DQgWbhNxlUz89RCSITcIucxRxRE/PvQlRp+4aj37HNwSxEAJgs
RyTLFIbiEtBzATbFicAWJVryUnMIxK5lYEMCiUIw5BF3Td4NBLBgW51Ai4uwPj3j5uhJr6Dm
DmMahaXL5s0PvcuXcFy+OwnYQ1HYS5+8Vmrm6EInS4UowQCx6vP2x3XqzZUM7LItn4hCJ2JC
qCepmQ4DWWbkiwg4yPUu/Hmr4yJ94B9WHBuirX0uBOSKihphhx9GUMPRh8ZCm2sHm/yTUZoQ
CLInBF/r+DcBIhP0rkjlhCLiqKIAgWFSYVlQKWnwklc1EAAnp5y9nnX4FKlMwTqqrdWSoI6k
Q/ZgQUW2tYQpgBUXwnJIBTyH/rgMuAyxDAJxKE6yhM17P/w0XulmGyACQFMKKYM1lXOhMOdT
42EpgPtBc/H3nEJ4AF8QQiIDKMGYnQSqnFAwkmeoH4fRRA5GIN5jhQbYmhYIIrqGgUdc+pLU
T07RiFGdT/x8g/U/axLEsCfIsP1H07Hvgf8As/4sgJCBR0EOYgzhRZQ+lQrcKGqIJTko1gc9
oRLMC8ioKncA/Ks7idxC9wuZ8k+Uia6Wvq5zrj4mDj/HsQSebBgPNm9TS5dgrmmQEDYdhkpg
YBctOobYkF2M7GdjL+n5+lzD0H/cUlWBBH19Gnx5hiINTYcfS5ZhP04ncWXUQ6rDqsLsYB9O
0IghFTqTChhlmBzA8LX9OJoB09Atc7JMB57gkLQWuoFH8uRWYVQwEQGtEEQUvWwKEsQEzm+1
ziH/AIOf1yYr6QbmWxSK6t9H1RJqx0JRTDlc+IxQVFiFhC6CNoLfTiyZyDzCZcBMsidiYCZZ
ncCfKpJYmC5+OZ1qN9l+/wCTdetf+tVN9T1vn/zU2SSYBU4jX2YlUFMoapoRM+V1B6otLQEo
2VMCzqZ9o26LD7UpfZne+inEvz5375H6djPR/Qyxd/6mrM/p9AZP6Xqzif2N2fH+rkyn+v5g
fT/SDs+3peDTdYd9DMPXS5+lGlcdCZ0nUwgz1en4VH9VhF/qKSP6q9V/o5kL7cDM/VkxXmFT
YUwobCz8Gp6QOtD5PunUiGwVskcQKOxuuO21dc7ipQflsQZobA4QiXz9wqG/jee3+i2W3p97
7QBjAdby2cZ9Im75+P8A+pp1X+rsCf6i/Hpv8mhCElVDEFmKiNwPjRh4vG2z+vw/62JazVkk
Ev2EHt3UJ/Q9HXP+l6J/9VmG39H0Fnd3JbNic8qHbooaHMQqe3m9e+Rw9KPP1Mo2QJxdz1A/
GrW/a1PMZhAsrkfqelzp0ZqK5ELHoFiodBw6iZp2C5WwzUALBOZ7wD6+v7VFVgFFHhomwOYI
BX944IgSKGQ3zfUKTGEzUtP5WVD+kgfyKST+wKuBDyKeu7A8Ap1JCqAGaMnFmD9YbE7NLICq
rHFykT2JmG/qqsP9VmZP6mMTbDRP6HtVscR1gVa6m9VJz85YrpaxLM+02FopBKgEkfqVBZRG
sTzNawfQEH6e5f8A+t81JsgZsO2XiTdG/mHMb+I5ecHgN1hax2thqbBABAIsmdC7YoAP5hHx
+o1gH6xiWCmxSsS1BeUfsCdB1DE5gHuSRAVBZuQFYcTtFOfXq5NAspqcllA6/I3YjrMq6ZV1
tQFFZoP1KWQpDA0NCCqQ86J+wKWwWoeBk6rM/ThpCQoTRNAGQmxPaSPYSSZktt41C4j0Zvp/
QHbyml1LAktY7EEWQ5YlWaruIOo8fjfR/N5lwzZQy+3B8dQ4SIQpagdSCO/6DdirCAqIt3pm
aBWz1gJ6hRatZRAQTQGjRWHYqIHMRP2FsyhfjSlh5DMemLDpYA7WV4DEEf4G/wBUFD8sxEcl
hrpomWZ0Vh69eo9GuTPvuW/3N69qhvawhszBj3y/wxx2Hr1Tvnpjpnonh3efC5fTy9crZSSS
VUCZ5sZ5P550GWKZra32E9vlTfPUFHGR0d/F6lVsPQAqaoGzBboCXWj26zuSHMYwdmnVTCLC
da6go3SyAJyI72VZewAL4gdFP/a7UxP6ZsKUmBpySWURkACiyhHUmcGHie5SFB/Va6dXtO7t
0Sf0FI9nViHb9cRRx2zIPoxETRHmzp50P9VCvyr8+Wfn1w3/AJpYnxtmV8tnxeVWcAAXDlsf
WM9xtPT48PQF8+KgUGTIQZ/u+Kkv5Ur+heeoYk/5QfftOpnNiwVPYBmEVrgrtYgBadPjKZte
APRwSz/5PfRTUBiDn7Kw7EmIQQrhTmzV+0ZjWyLtgrEqjT/1nPQ9qam8OB0bw+Zjr/NGhX+U
QR/NIP8A89ryzGGezvo759nfMzy4atp7WbEN6NWXza6M4KooMsQwmB7aejyFifDoAo9WcV/R
b6+lQNdGH9HyjVfi0Ulus+7CyCCIRR/SwROncLnUbOHAmOjhurLPjZU8/oKn0EIEJd9BAOCR
asIDwxtvsUBJKiwOoFEkTIc/6OWmmH8rHM7+DHQZ/wA8I/8AoGN7FXW7B0ILbVCzsozYw5Ja
jzAHLyzr5QBtlmNhlu/+rkYuWaNq7Ej1JD6YvrLFt3jesoT6tGHz6sPkYxhoRm+izvmQrZAM
UYNjhodP5vmJ0/m9J/prY8SkHzrf+nnP9TMT47KZoIi5ENnm0OAm3nZomDlvgVDuwKYqFZ+x
cFxFNgNU7WPueoLKOXWiG4/8iACol0Va4ahYLPkEahDcfqsfXNYm2ZU6KJ3JDfMZidqIufHc
GKkqD1IAh5Hxgg5CLkoINR8u0+CfBc+JlIuj2gW5Ql1GRgQ5v5BbDJocoUIihrIhzBhyUHs0
LNZDGLQndRNmChmtlZvkC9tOAeygiqYjr3JA+6xbENwwUykkHll82odA37E3LE30PdNGU6Hs
Cq2iqGXQwsa7GWRGPadSZXPMq4MmsmiEII7dr4DGux+hEszkhWN9QQaEYgypRIl0TpUXRSf1
+jGE8EGGC4WMZyxcFNU696p3Sx15AEIgtQCSAOQyksDOFYE2Twn3U/FuSJYnZZ6W67M3Yq5O
d9gAb+xAnNxVscA1OALB+nUEdRKWMtS41tB9hBd/muQeCLhSBee0MuN9+asAByCHuWCTRhqE
LGVZkhO/uwA0UAMKIFkFCJZEJJiMexIIbQlkYU2hEUggOTARFM3ciDQkHVjPl2npF6EBQjW1
VC5gJLAm+xga4paAQXRolRUP3F0VJFCG/p1MI5A5uozqsTVGC8gusap2WlBII+jGojl4aMq5
XH3DcQ9jKclVsbKEf2EMtmYAMKInej2WuDAnYE0rCp5m6tqxLLp0mbdSujElxdq6edAcwi18
YnqJ+RWBN04AZGVSQCGY8gRvsPuTATRHFVCvaZZ9JdQcE8yoOIwqff6NkrlcESCqbzG+pMK1
F00MD6AfDz1eAVCrGfHYOZEI1snWK2kTW4PQwPo/7cvVoDhkLXysAF0UK+gOmT2yqqt2JhCi
H9hZgcaGqZ9wDho/cFX0wNnLNyijdZ8m09FfM6EFQBFr4jPuwW4poDmAABD2UDmuOoqjQqgL
H2NCN9wWl1DOwhIoEkXAeAospmACAO3BYmKWlAxQAFULAtE/ZRoZ8bzLMZgAxl7L7vK6DNgF
xYGK010QaKeWZy3YIAbPZTGOaxWDB7MdSZmC0xetPGf+zBgQPvRm9/NqIpFZNYbqIOWAN8gs
bK3AtlQLB/UXf55BEPEupYMM5MIJIU1VwLRrjrU6tOvBTnqZUoyyJc/NEfTmVcEHEAnqCt5i
pQ4nlRHDd1HA7idbLap300dXCFxVhT3gYWjdIn6nyde4TTp39Kn5956ONGNBSCEHHEBtlPPU
mEAwEiAtcHM+0AjCAy4QYSIWWdpdyzYInaxc4q4Ya+pqcE1cNQfQnj7wmoOYpueoA47IQMe0
zszU22RLFTYXVGb0J00UB8vNshzbWhm2hdc6Lp0Zxz5GrbAf9dSpvZ1igiAUCOLAgPFmyTLu
c1ORGNhWhNyzPuGoBybFmCWIZ2NXcEsQtc5n5H3JlwywJwYKjFVFrLFVB95sQcvUzDDOzEPP
oH6YsVYH99gV0I+XP5DfnxIceAkp4EEbyoJpgt6YtWGnXbz/AOEsTc/9lkw9yVXmhXAK1Qss
CYCDBAtgCAVCtRQTPjBlEHb5VZUDD4iJ0a/jAhQAdRBnAog+5gIo0B6f6RvH1MZp7gq+T0jV
CyV/sYAen2v2d9nK6MANtCc/XTKyMhIhXsnqBWZCyoIUhyCn75lSuqBx5wE2/wDnltMvLmir
9mXgpZ6Aw4KVfNk38bUKEoT0f+0aOPoh5AlWRUR0LVCKKkQLUPBb15IG9eZC+jMkvnDUfRFU
elAw9PbQg0+qKTviI3pxh9WYh9+Xf5FIb0Lem4ZN/Y75vFNL2oro2R021bLN6OxhLlFfsQhL
FNBo27Llh6GU/wC04HqZ9tc6Vkok/ZsmV8FHxjpTkh8i3x3yDLIh+9G57VIfynlmFW09DE7n
SJu1ptmzZ7Iza7Aw6oUwIuobp/Ros/3Nwp21ZRjrorKynuxKAls9LUUAo85VX8yKd1A2+Vix
YFiyvhoe3Y98dSU32p29TCfI3bsZ+zwv0gZSlsV/Og4xY9cP10zchXYh1ZOq6Bs3YfET3fY0
2Jbuy0HUsmIJOHkAAwyANiATkQ8zkQ3AOKBjFRPkEsV6R/8A0hGvVTeLFWTQq66A7EqWGpVc
tuw9R/UaoVJ/VdBeXrOex08ZHzeITX2Y047vlnowtFzOpVju7F9WD6ns2gBmbAEdXmGqofUo
jszKU0eJ51B+IAEFpgmTjTAKDn2BAGWDfvYDBj0skgtLuMwjAZn0hTMyyuyaM3hwRmXNUl3P
vLF/mcwrUoACo5pct2Zi5Zu/Hr/9zV8gC22YK4sqM9ArlSOlNloRkdiV6hAjj49SDAAoG/6i
nXXMDPzkqdH6FtgwLGzqAC7EhiAwsfbReRnqq6Lt3bNwulABHbQ4s3yMoBDOjbEdF7Bhl3LY
5quiGBGMyVoUN2xCOQNAuo1615Vpzl+3nRkP7Q2IBGqwAIBUuEmc1xWn/ryoKtVZr2sp9OhI
0DdgH7F0eyhDBjLJ0P8Ala0RarmL0BYKLh6sBN9B1+XqdNw640IWWfjMmKxMI7QUZme4KEFG
IOq9dcWDZ5kq3c9tm/6dBbeXP5MNh1YaL1NldezKmhmYBRn/AGRbO2WfVVIhYFvN/kMiSgIU
kXxPvDQgFz8idSJQoEVpYTJ+0+Nuvx8beBn0bBLOIU/AwLNpTklACYzFHYkhqvq5YGiLYq5W
DQ3ozNHS4yKpHLAft0JCqAVZrZgHIuN9sRQayxuar2GLBNGVVf8APnC6p6MQi+PXn0Kljqy4
lGDBqPDZjqCa0ABbYKAoW2ADeam0ySgyxuCeYIRFtYbguz9obMb/AAdQrLpY7CjogLKOpFRa
fP0UrrfydurkAzue4CFX0PdlKuzaKyL2dUAKkOXWn0Uks3Rg4M7ExQWcqQfjBF3mbvMsRoAr
1+rL3RV6FwpLrPEUB9h/UuEB0LILSByrckEAgG1ZTXnpzoANc359XGnizYaIAqmPyaMIqcmA
QrBcNifeLNCQmpYrmQ6U9aLWj+llXTRu3m9Vv6XPyZEAsxZ67Fl6nsSdqBsmMitOiqVyAHxk
PozfIrkvoWsMCUt1WhGIZgWB1ulJMyVgdVJcL+grrRsr2DDjF7fc2pClcxbPyc6dCyBMs1cL
h8bZ5ZtCPi20Ys+QCv6GGm2BKrixKUYxln6VOsuyDUsGGA0QCZt41bXy5DPb4DNtEzDadzo/
IbowplpeirUDlh8ZJKt1ZR0TPsqLQJ4X/BgC7ORrsWV+xIzBsLAVARdXhw3m2TlRXRDR1Tu2
QZHyKs2qBdATHtVxv5GKsWhAWPZV9XzXLaj5TmTqul5hjNlRtPQB1yfvlY+TIAlB8aBwwZQY
RAZdTkwgA8dYYPvZvYlNdVA2uenQh325U/sb7ZgA6UoWwEJDc3XIUfH515Qgv+pfz8xmddXI
+Uq3yJEBDfHtquXhmOBUIEE9nnXXJw4ItGJJJKnRT0Pqy4Sg+iDsAEmXamYmMbFHoTRdCo83
oObuw0GPr6bWGDajrmdFKIXfy5Zo+7g5oDRNQ1dcgSj9Lufkziu1T0ftly+HU16bXUDPpawk
KMwe9fsp/YoQ6qvU38o5KfqwUd6JmY6jRlDr/kOyMOxOZ/byZdM0QCExRbUJ7fN8ep07ltBC
w79GM+QkMFterP8A63cZ5IF1dbDEnP8Az0H7KePhHc6hcdLafKQeGKEsqJ2GXnW9HRRmQwP2
r6/cVCvIBu7hE6iytr4XFcT2itVzZ4T1JowC246ggsevc0qM5JDXp3Aft/2UOyN1G46viQzN
2iVeCBnybtA1SwTQVSbmtOnrQJvspZhkDmlkvYOrgP50AbTZsw2u5DcRVAbO7fMTzo5Y5i9G
N9AwzRVbbIo2OZsVat21fPR3zXqn0+x+8YtC+wjP6IX2EN0TcFxjS4f9fqsT0YK6pmiTcFX6
uZl/Odpth8Wj+dV8/RgUcANmPjK2wsnoWKnsHdQfQzfJk6CNyqgA/wA7zM+vA1gAELEjmUTP
6eIGjMnx5u3QH9iGsUwADZegWmPM1HVrs+dQ2hLK/mHzZK7vpvnW2bFQoBLhXxVurYln0A6b
qwMIlGEVAYolToJUdAYNhjoRDzNjwnW+0Mbzre3l7rl49UZzoofytrMvF1Vv5wpP5a0fI5bT
wZTTXJW3ZVIb9cWLa+1V7gERP8c+vfwjrHUjdNLGO7NpYAUgk0D/AE8w2BP6rw/U9mVeuaq6
gFsXZq6kP6MykVCZkD3/ANTLQeb+cmLP5cy3qwxp1/Xz+bRyctEO338rMDmAUzsQjgVCDKMC
XOgnIjEwmxvkmq5ZnPLPVdF9O5TZHKz/AHMKvmfYH7cwfSwAfViF/wDoKZ6vT8isWJInQ981
IOys6lV6DNiEBGmI533K+h2Iy8P/APodQ0QVG+zoNMXUiMGMKaMMUcRcyz6ZsqupWA84+RtM
j4O88v8APXIe0r8H8z19/O2o0HpzByzVCcAFO/nLD0eV3by45hVQsF7BVJM/KmwOfro6ooYM
GNE8wuaTN8t/Zguufm7Kv+vhPz9bMB+mg/R7UK1QUI37BqcDMs3+hoX1w2VHwfs+LAKo+R/S
ube9Qunq3H+p/OYuTVKJpVZ1P6HnZd/N5tGHn8xXT0+Fi2fjChVydPX42+Xyfzi7LigO+cd3
c/G3fDzvnp/q/v0Nr5cxGxUFOF1yGhGPRMXKhXDg/rC3AaoGsdpdz0Z6jZPjzRthenoOcKqV
PIb9gmdT8EG/oIZUH09fiLaDwa2vk1MTxqFfykJl/PDRECKUVouSie7zl5tkya+8lZ1Ovi+Q
t4/5AHxFjEPDMZnPQOy5oCFciBlJYCnRl1zRaGYUkT8aeepiVDEy4QDAZ94IIQCDiylOyrm1
qKtliuBG0m++oHk1bVyK1K1PeD8X88g4VK+nEP8AyP3ufaEWaF9RKM4r6XGIRNtfk9Pvz7ef
xagabBstf5Q/6DwAeoLgjNwJuKGVdCqma3kyahhqwYY/ISAZ9pzODHVSZ9oLlGwaLNQLidrA
IM1W1V+gc2qHsn56r1dFcDDoz79db42+MhPM2OmYKoIAZx9KMqVKlfSp9v8AjV/8Pdp08zNT
5oNvMe2e/tpj/KdRj8wJ7loM4oIDKdBmnUVHw7xcFWAQKJf0v6MLg+n2NgxjU+4DUVJiQ/dl
FBR1C0CLiwiDme5G6qSQ4BndCaufaESuPpX1uXzzZglj6c/U1PtP7LsqOxrwsTl/Swv0E6A/
z9dE9GKdnPVQXiPbC1ZDYuEiEiAy5cEJAlAz8GwfwwgLWQZdF04DEhuCfsSYDRJnNfY32lc6
jsj76rh39bTTJS51VYBZqfgnniXPwJVyp+P+F19ahnr8y+jLXJ89f5zkp78hr5uZi3XbB+sd
iRdxA0UsDm3AHHEuifuPsJUAg4lUWESE/RYywfb7EixmZxDEMEK3BSwkEM/VtkG2fmGiQYqm
mikrg+xKn6EWfq+i5rp7BF9DGLoplXKMAn2lc/QzspY8z3+EbJ4W/cqK0yVNcMG1Hl1omjDD
owK6Gs24vj8GWYGMDwlgRoYx7Tmr4/J5hqXUuAmz9xUKi75/ANQEy+DxL50ohGIPa4ftUUP8
18WJzB9OJ7vS++ldThZFAzPRFgdWlfUjjb1/Fpt/R53/AKehYf0t1Pj/AK7zLR017B8Sp00X
zLl5sOfRf6/JY7ClbpMirBCQTxOIfufvxL4hlzn6AcG4bgMuCXDZFGESoDxc+8+306kFl5ph
O0AdN+fp+RLn9TQpliVIySzfWcJBm1KDahuv4lz1eRd13/nehG0V8jEuxnszeZP6Ga+f0YKW
/oYO2OgHpdhCCSQ4CFyM9ltGBDfa4eR9wQYDLuEw2ZZEvhYQPoDOZzBc7cEyz9Bx9OwEPP0o
wz7nTQppxF5nWVyPp/YIVfK/dAWit1Kv1ZdKHygTP0MYu4BVuw+8JAnq9vnxT1etvRoq3B59
hl/O8yLl6GOeDknRQ3fzp/2EqI/rnlTbsiZw+bJoMtMmXQGNwbFcA3zxOwEq5+OboXc+4oCW
Cb4NQ1LhNwAkftcPI6mJdE1HqZv3RCQxCsKAigGVCPoZ/WS/P4tOup9PQZuHCmiesNtBpyuv
aIXQ/wCxeft9fpI0bV2Ia/Ojs+Xib/TyB859bMcWq0YXkwXJimqefz52cXKumoKaejGD+gwm
WuWqmiADG5lGVYAJlwUYywTmwaLQ3KhMupRi/Tj6DifeA8GioAjoybVc+x+4WWYfvPx6cRtk
MznvubOevVkpgCDCxsr2iAXk9lXUlm87T/W8vX/5nlMy8mOLH0FCz46HVRonr85XbHzPoyeF
un+tjmE36ltCFf1ERX0efDjoiZN527wMDPyQwIJAufgGCqNg8kLAA013xxi+7AzhwV45+n3g
4Jn7QcgfaEfSuK5IqL94a+tCf0v5xfXQKMhQPi1UzfJkfqACxY8Vn/2Db0AQAtn5NOqaehmh
9DBcnDSqDMEYY5vDsmAOzaMFFa+hUY7aM1kxNFJxKlkzeIKligOwqHmAcAcgERTyxUQsI7Ki
+r+oSfj0ZE1ZGy/oMJl7gzKVcMsQVCovrOIFlVOZz9LF/lvsODZh+/0NShPT48dl9fkBTz+k
5O2h1zZyrqyWqnSO7MVQMdGAfMdoR3jt2ObopO2gGZ+U5qAvq9HaDUVr7mE+bXV08Lkr5vJk
VPnpTkp/33v/AHdyqepy2PuK+qw0IlGfgVHdVjPufWk96lsyVVvH/sPg+qM+bKWRiH8/rbJ+
COQRzAJQM6xnUAOGFrCBBxBCP+RoT0+g4g/0NDt58nZ/d/P+BsdnynYegYYtmQfkOv6zHqW3
AGqISjsWZiCW0aH53GOIWbasYzlxqwzGmgMxfqVbQxM3aBIMGoeUKdOvbs1ZIzxNkzA9mDQM
jBSGjn41xVttdtEyz84K5e/1aFs8go9GjjyNmqQKgYdSVInk9PdCIoI+gHOmipDmWA87ANk4
BXQDLsV+4uXOZ+YSISTPfhrtn5PKjD2ebXF/P6d+3t8r5bNm6ldNHTxauVPsDzynObYsdWYB
GU9iaCAmAhY+rGM6gbelVzrTRxmdGx88w8+Iz1dFinRgA/XVmY4ediGGKR9QwIDHTTpMfaVG
PtyD6+n/AGM8aUf1ifh9voOXm0ZiV0RfL5sNN/H8WSr1IJLq1r1x2Kzya/IpFwCaOMwzAHX+
hhgW/pZkY+nVymqtBVaNUq4v3l1CZ9yBDBc16Mr+LJGObUuCAIpy9C66+ffcL6AT0TPctMtl
7Mtx7Yk0AbjIEGujsQrO1DPNOT4vN+rIs+FDPTqclZy5z8yLPRo4RizHTJ2GngqZefQDfz+V
Yw8yz+d6Rltq+iajXPZPVrmmDMzTLNi3kPw+bXEd+xRU6kbHu2P2/m+vr6eJt6Bmq+vXSNvp
u2f8zFQvm84gszoBO4E1NzOyFXnrDDcJI+lifaOvYtjM7U6YqwOgzf2+Tz6L58fi8z4M2nm8
mqD0YaIcd3KqAA8V+09fobu7uZiUCashby4GLqEIsjRwiH0aen0eROqjRiSA0fMVarG9C0P6
HuL+j2a6FdpbdsvSPR5vP6go/q7LoSTE1ZDl7H2j4aOX84LaumaDZVK63qT8W6bLtl/U2ZI5
YeXx+QZ5Zo9hKl88mE1KshTBxOITZ5skTn6c0PsVMNQg2U7g+dWUdVgzXIL1aa4qw18ww0Uc
EKp31+DPsSAOzehQieVfkfzo4zTMX6/S2Y9Whzx8wVc1YLPl7TJQY9mDzqZn5skGmfiyXfb+
Y6UJ9h4tnRmz0C66MHFkBwoycpp4fSdn9aBNfSHecAhyIVbSfx2HxetBv7WHn84f+t+6/wBw
gp/axYptjorXHbqFLA56AmjdcG7BhNQGZlqB4JqXcIskGKYrGPmmigtkSgIO4BKK66eT49fY
oOe1hybOABf3N2Tx9U0+QvmgZFRH+T2sWbD99enA08yJjv8AKpy4phO+jH1667P1JUn9epE8
DKuqaZa6Pjhvj8jzsWHM/lehc9vY/wAru5J1xJlMB52zyXz6nNs9V/2Gyf0aYeNQG/k4aD3+
ceXfHVvnXt09GiibezWYezbNfH/RTUfIIwn2hPNi4pM4hAMIuUDGAsGaa6DTR/lzHyIjEO2b
6IQUca+fNx7P5J6Nk1qr9d3BKLzg7aZ58LqOren5F2w9fTBfm0OfmQOVBC+YknycOBX9DHLu
2ZVT+y59VOeVTwZBFzw1y19OOmGigNP1U4P1003CZtpoGbblSpZmaUUzRW7YZFlTECejdcE9
mzaa+JC++vozyn9H2/NqvdoqlT/PQ/J0FE8ki+CLgHAIM4AN0IY3MEIAawTmE67YAzLYVpm0
z2uEWPR4fPsD4Vzf1/z/AJgcXyfyJp/r6ndJ/wDRy1f+gweDpkq+9yvj0RIqqR9p+GFj1/z0
1GIQn0/xv2H83ddGd8t9PU/bH25bJ/S9K7RTALmYALMTLFO3WfsZ5vIxPpLfN4UZ3yyAL6BB
/R9RdmLEfyfM67btn629Hk1xfDzdpj/OxMy82aS1jXCfoLimXUH3Bh+06w0TfKrTvm6tm5cM
itAvWOimDskOyk6iwynt6PEsySp6NSF1FvkbmrEtl9/H5fP8RZlI0NnW58poasJtknoGfo0w
1NGf0cTo/n/n66T0eXXByLFcgkRar5Lg0ImWbu+HiAmeTNDh5uvmQIwNL/T9ijF3LvmgaKH+
LxeX9/Vkzrl5sMp0fzsn7Ds80HJ+/wBpxBPyoMZuoz1LkjltAI5IUfuq3UEqoY0b7DLktasJ
onbTdicRYHoyZNWNTt1Zbr+P6DpnqohPJMuoSbzapooJ33+HJGXbLHNc03xDJv5nWb4FIvAA
UGnJ8/l30bz+IZZNn6Gi+HZmz/nlZ8a5z3e5zoub6AZrmEzZj4vOBgEVVrj0prEbsq8ShGP7
Nwe/7OwJ83r003ILSj1IBnQLPxqaJUPijsoxfsalUfoYQI1KPmvRQenoyUheEcm9fKN83/m6
jQ4knIdJ/O9B8/oT0K4dQsFkEEkrzrsuIw9ueze3P5PP4KK5scYfcueePr83qzf+b5dwP4OY
j/y1zZMv515ZaFdcfS5XMKp6gH05V7PVrvp4v5Y6b/zceh/m7vn4v5vSA0LoE83K5vntGFlx
YYcugpSDM3s3UsGASxNgCMx/1ZqPk6qpXRaXZGaHVe+u/wAbFwY7dm0xqZejoXUaKFqdeQab
TNdJ/VVk9Hq8r9LDzw+9xF9uJQ/0M+ze1Sr+vWvnd4UzGfl9epHlzY76Yi/6OotdNsxn79lb
L+rtT/0NgmeuOzeVM1y29TK431Ye8+0Lim7H+f4NIABOPoYwn3FGdRY+/Wx0MajHjioeYoo/
GTDFZW0s2LMemmYUL1UMI5ZPRl2OwhzP+x6M3dir5ChGDGbYroMtGy1IBA4JX9MyCPT4E209
flbzZ+jxL8CgdmbRj1czlTidA5V6TPMgedwcN3zL7uMv4/iZBr5fPrNf5eJbT+ayj/T3KnFl
PhZf9ewZ0sf61M/k8zEAKFIhFS6g+jCfirlwEztGjCGoyiAQErCLOqlIrEjUsgzsjb0DAL78
Xje056+gLphhp8Kfy/Ttpn6vT6MZ5fTvs+igTTFWi5srfsp0VdlwdkmgBlGfZvvAmy7Hw4fH
j/IXDbfw+bTb1+FvMURW0z8QxdfKGA8uAIyQK3nzcL5EEzHxjtcXQxWBgAWa+XPRs1RFJIYN
YJMFiXPtA1y7h+0sGfY3wTQVgZcIjC5ZjA2g5Y83a0vQkdVDEAc+lWdF8e66DIuoUnNPjT1Z
5orP58dovn1808umzvuzZrn7s3c0zMCrf5xDYJImbLoEsy2Qq4ZSAY2SupwzZM/5/nSAB814
HXgNUudoTzc5Vg0DTsPoeVyPPJikxnCywTVRatpcvgAQjqWFjMdRcIjRuI9zsJXZQODQjlhF
airEwg0oAmg6O3vTqccvVMUITPZCxYazQKkbkfCnZVAFAx8SITpnCe+ZVkYaq4Yd1UnNgQwJ
gaipUxlokGCVPsATfWEERu5g7g9mMBuKbB4mjUVoipsIjmDUxHBJhU1VAMsdWtASAJR+hjDh
1o/lAYVpdi+aFy8Apl4P4ZgBj6V2mngf/bTFfM76kTJgxDqF0fRmrjqRMu6uSAbAOq8Z6brq
FLEr0dFULsCJg/xwtcJuKxBPIYQT8LDdLCIRRoQDnrFNGwYaDIek7rGAMZSpvj7TPUQkRiBG
C9xQCVbUJawmEwgR5yQhoWYwJmi0Xwtu6q7h629G/wA2QVYCaajpohY6VmqEuoC3YAy9OWpa
qK94KINsFw0xbVGEPV88iVUBUQopilszdhjyjxoeJ+WgP0HIM/KjljGDCCzGQmUWDZuZmG6s
pMK8ZrcfMGK8YWCnCgrAQIeR8bwwwwk2pFKRZYANqmhGnY6KzMyfqyPWwDIiL0yJIb/I2Q6q
EBgB6+3QpkqMD5XOmWXWMISwilbPKqer7P1XzaPu3oDnz+f1DUZlkd6DKwg5DT7AfsKr6KSJ
VygCTzYMa6QmAkw9lZGJlT7HqGhUR+ASJmwZSphY3m9kCVDPtDzCVJJIa+Q/dSr5+lFALArF
+w0/Yq2ypfyLQNcDksoJoAgVnt5dNtE8uaHjMZu6sMHfRvsnCrRCpqnozKuVQZRsmM38qhw3
fNezRSKUxgCDF/Unk8icEKaDAQiVOYZYl3EbrA4M7KIfuSJamfGbKskTS460TxMX7J2+hmhP
WyYPuBMitMuSu3Xr59Pkzta2ds38LAnUr8wFS+dHTNU9C6BcM0dWtQYSIVqbZgrgKTZgkWmX
MGacxFC6F1BdAY+KNBwFPyNxQblahqAAywsBBAimHmDgmwa5YAhNOQUgCmALGAEDQ0Y1qUcE
cRkE62rLUQlW7LXMaEXGAr/xIJAzAbdf1pTn+mepFz0kK3mRyHU/L9gNkJ1x+QIi5yzaHjsy
FC7FbojkGh6LJwv404g3TQYAhtRRX/FVqNUTLbPQX1oUjUfRlqGw91zigIBBAwjkdrEsWeI4
/ZIKgVTCFvrwv3ZQQysCrMVVhAY63EUSloiGfjThtVJIcFas6van0YZYrs+20Ty5roKtgSPW
zqj+inz9ilV0TSOOFHDL+x6iLyPvOpE0QMqVSffXNs/WvDa0XUcOtheF7Bp2GbMAFFCA8Pln
pERUX8g3CLjKbdWKpRA6xjKJPUz9gQTCyg9rhPKaXGXhSDCKYHigZ1o2tGEQLy4sFeq5HtEH
PrDLhhjttMcfj9TcgAgoLH2O2Cuv+jn3+LBJp5eyeb5eiEXtwopkRTQIB5uh0X7rXbQL3Bsk
BivYQtY/On6H0J8uPk0d8KJKqYBK41GhXI6lRCBX4CDsBR4M4ADCFQYVEZKILAgGgDasrKf0
dhyGHXMzqGHRaVmLQ8HRusskAddAafX9kxIC+4MGGgC9uPnzUDTsO/Y7OqakAxDQ0L9MPn7E
GaLqs8np+YsepC3OhpQLWreovpddrh0z7VUMZAyghZYQLRl8KLPMEP2UCcGfYEckc1COLofJ
x3jMYqWCCAr0UdL0AZc6IY02R/ZTOKqwfoCGIXkkGNXYNFE0+/pQaYYaHTP05gp5fRc0/TQh
dFVI+BBQAwVYowCjkv7HARTRHMCm7/Z7oGy1menzDcIzNnvrt591YOmoBm4OmHh0Z8vwl9nX
n7T8AVM77VRI5/JMEIuKhhBEYNM2ZQHBgRTGzaZ9xCCr6oTMlIgE5qoFqMDNCV0ZSEfDsxEP
YP241FhRU8+bJHCzZTnqjD0YhtUnnIZNUPVsVaA9CAVii4gIPJjgQXGABK0zn6XFIIA/U0Tx
1jfdQnYMLDAFuYfuBxzYFaN27E82ZzLuVAAYRzQgzFNkRFdlK6oYCphXmuQpiWJfA+35miBx
QgoxlDT4+AgCjqysoEHUQqC3py7DAtlr7R3Pi0/UNXo6i/Ulq6F8fLozZedzrnYlT7AmMLJE
ANigVIED0B2MJFcWTOSA5SZaWwoihPzFAIMaoOJXI+1GlBtgYeDXPBLopjYCirqM9zdirNKQ
Z3FD7Q/QTqBBKucCUBNB+qCEMJmA09HnKTBW1Hl/TTYANQMYWuFrMB8HqGQzVi0JJAUVoTAT
9ENx157Dt8gs9hPuCOWDRQerBry+6nhTDFdScyKI/UjkECWZmJUAowgGEVKFEV9DRjZiwKAM
BEsUJcv6XPwDOIeZXPEVG7gCdjjv+jqAqj1eZy+abIikqqEMrEsPR/354bDVGWLKuOooA2BZ
qGyNAxKLwFagKAHLqKzUmDOFORYJYCO5MACwNUDghgCDnZ+Ooqiz9vzZsmCGE3LqHkmdgAWW
HUCf7Jr/2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8AfTwK/HW3RQMoSiGjbZii
+5JLsdiVcueJFX07H4F4ZUoStCtirgq4Hy9zUn/x5e8bkNPLSGpJzUMe409O5E1ReBJMmfFC
iohz5Ea7GxRSldniqDjS5c/ATXzYkip306b9cstFT+DQrqV+CxYtJTp+XX8elEUqapFxHbsc
ca5O86EPFERD+Y8uTpbQ4S21dIx9zN1TmGQkSfiOplFHvBGTqthObnebjTLikW6uJpk3T0G3
4QONNSdHcaR4Mi8FKQV6Qz8z8eje7/gSUXSPqNIla9ILvwLnf4IgUqSpapYtJNlqNN27Efcz
P3PbxlJa6Ee4mt3qfufufU9KeOKWt/8A3CaUtXepBJLK2KWHldiyiFK7ElfmrkSJWHOlPAbn
5kvUl22HKhCcjhyNxUYoUVGtdxJlOtzy61/hd+k9KMg36VRKJdyCtRlCSMrO42m62P3Ms3ip
iNx4e17fPvlucnjxy1SQvc9yaOVjuL3MUsUz04tfgyc8OL3Tub9IOxlg0pVV4Hr3pFSdLbMj
RalVG2xWkHjc3RRUHlZKyK17EP6EEDT1JQ3xoyZr0hHfpb/iRpXWhXrM9ZPEj42VPToRqVOz
6b9yNyEW6ULnFtpqqHllHFWaF7mShK06ka6DTXj0k26SbCz3ox6VE4bSFauiIb8hPfQ8C1yt
HZIhOJKVoS0XH+JKLnZFD8js79EWHTzLfL4JsdiERBS5BHTv1qVUiRY3kjQnQtXbpp1kklkZ
JNKqktDKjSqd0IjpElzF6TU3x02H30JbSWwqNsW5WiKKncmFKO+o9BjVYQ5t2KW3G1UsU+ZE
EOr3KljyGUIZKt8Ppxb7uhRKPEXNNHj0/wAS9iCxPSDt0qeHXYqSQQjdlY6Vq/ghFqlh6RUX
F/M5TLaoQ7QaJdijlFaQdid9z8WOlS0blKFLkSbSTMHmU6V+CiKoixUoTZHPOs2T6w1KehOP
2u3YnTpSniXIy8ujZWrgsU+ZOpJuvg3Py+CSiJ+nS3Ww42Fm6ZTYivLHQWMUcMVVTY7EbnG6
QklRkb/I1S1IShDURloLLK+hL3JTiCnzK3n+Il8Lx3XRsi5WhOpQgsMoWoQyjp3Kde5Wr3KF
RtVexDRDobETQj4HFakZWdnGo0nbVimjihWO7LyeZX6C7HYb+g2lqJRWbEvyIe+gnEyOEPTr
26X7fFxUQL4nFE2R9emxf4K9PS/Ir07EKpFiRwp7Cc+XSfioVJbkqLFxCq2P3LKygWUzaC1C
wnpqSrETSSNJuPuOBLXdG53QsmV8yIoyjjpfpf4s8W08XZiyWgmrP4G9XRFSvzI+GX0uUKVL
FbFCCGSulCSpc2glr4IG9dCdWjg64u4otQf/ABJ59LGtLlxY33Ra9iWQnfUe4qTAujqR/Ab2
TFkqKekOuJR9KuXsiX5dYRXpeC6ITTJmCZLwVKdbFivSrqUfl03O5UsLpsQN2Y3NewofzFWX
0iLDKuoodWP8TH6voqTGo4VWbRoYpam/SmpU36tXaO+0nqonZmcPR2FFNzHLddbnH7suxCjF
E/uPJvZ0J5cuzPXCXY/3PTGo4qj/AGlLdmymXF9hTk2/5kep8ootDVxRC5NCyWvSpQ2JPVjI
+eLjQ+yPEl4QuxNcfEhZJ/Qla2+CX1tM/gcbCTKVSKajfzEp8xtOexMRCPCpO5CpKGpmREug
lvcS1KEaCoUt0y9vFfbc44t4rsTllTxklPlgu5kk3VQ0xa0lmOWCtRsdaimGmPLJJO1yZrNS
/kNu2xCotloOW1sz1OY+ZKU5XghelxVM/dbs4aQo1P8AiDj+BK8hccu0MdVKJy4taophXc44
NLyG/cfKLLQ9SjY5VJVlcXFVe9CG2ntoUbla/wDSVbjZirElHPTsbjHShXWkiSr4kTCEn4ES
LFV7jUVH9RZOzocXUU1aLeZx6YvVFCHZali3X3JtI4l7sq6/Ij6IhJ+ItGjPC+N4JSJVI/4+
wdZTGpnuJ5JkOWuxyansV10EtrPuKWk/zMstYgzmsVXkVrsqDxagi++w3MNWJSnuyIiaDWaj
8xqGluNqrtLPU/8AA5W+pKUeBSO7sVcLTYocrzoJq8VTMuTSx0oVyabIVWLFYQu5GSfdqpzW
dFvceHsuXPqHMvlcV2t5PxJxq5PWvBk40Eldkf8AqdridlqNCdxPXWelKkfP4vdfeBNuOx6b
7ibXIWeD47ojnLydKGeWahpUZD1Ow3NdmTk0oU0qNOPFjVIuerXuWcaSy6SVULKrrTxHKhmd
Joxyqp0k2nVVIvN4FLVF5jxmtkTldDhNq86Dm+iEpuPFL/I47X3E8l8xu3gJXaJnwHrSiIxr
l+ojL7VpJCptI5r2ZLa8iOMPceMyrFaTqhPK2hfWiG24Ia9LFGmo23KEPJKupS+qJZKUJakF
ek6k5OIqyMc02Toqk4uURKlX6e7F+WonMJEtmkbGKiG6mXt/qwM1eg5uvkVpqoqSko+pSE3e
lC0v6f2k5JopDm8kKXsRFX5iTVHVwcU5e48XZ0Zk0qpxPYopnRDpR2Qsl/mOHLEqvLFfU4rS
7uc4n8DlkpGnbTwFli9ZE3clU2YsWp/Ec+RallQiz7XGm5W/cvCQ21H+JyVN0JTE2MspqhJ2
0RCvsPsdthuIUHEhXEr9xaoouw1cTiomMna41ujLGav5wJTL37DjJ8WocjftZaCayabdYLu3
H6nuy1Rid3oS9NCVbUXgjJ5r0tymZYfzKB4cKzCe5zWMpa2/+QsLJX2PT6snpoQqadx83Ggt
Y12PRXcbdHP3aCxx01ITl7Ea7D5UySox4LGqo29RY4fc9JoSofbU5cfGsnKGn2OTTxb0Qkk2
NLE5ZW70/tLtbCh01ZVVX2ipFBLVDxbiNyYqqMfJTsQlArv/ABOWniJueyJdEylrSijtYdYx
1TIVmNP5FKE/Njg7bIibHK7ZVkbErUh3djscsRyr1TGsUnO7Jf3KyRxap3oX+p7j/S34npsr
tFFX5CbmZoieSoko7kPNSPi5geeUPJuVI8XjCdFBk3q6GOSy9WqdCVSbE5YynQtTXRQNPH/b
x+rOOKhLo2pWO5jnk+SUrpOeNVZqg1xj3MdexRy5oTMzfxGlDSuKik5QllOh6Foep8uzIVIv
sX/wPVVLccTD2LxNCG67kZLxHMU+0l/a7jcWsLHzZFU9JrQlOcdkdr0GkrW8Syr+Io3sOl2J
KhDqmdtSddydhYq6LVPHQdPApRm7MsW6wZYzCxhNHBfNE51ejexF2/tXY+1227j9zJTk3JPG
PAolBeETLkqRtVmWWWMp28D0qEriWKr4CVYSrsLDFy4qcXlKMMcspcwlcSVN+s9Glp0nHJp+
JOOTb3Hi7q1KHKFP0J4qDFvGF2JVMlZx/wDUjLGrOMNvcTShojUhMvX6k/QSjuNv06EeUlFL
OVVkLjTR9zjEyN6u6E4UWbQssRNO1/EUuGRd7iTuiIoVG9yf1PQX1KWKE1TWhaTYfJRy2OVW
9mNPS1D1L9xK06FnEzf9P8g/bywai2SUySQKqW40s72Z6ve8BvL3W5IvoN8W5ElhfUjFJIWb
8CqFkkk0J8rOYHqyiIhfPo1Tk0US8yG0h1ZKu7EZYynqz7SFicXioFi0pRPG5OCkl3KISeLZ
XH6sb4V8RpJ8dqmK4WvUT4Q/AoqlUp8BUiLExMUZmnrVHBuO9yipNRJ3VYOSp4jmHA3dCm+w
9HszutCCSi8TjMTYWgxZLsS9ekurLaGhc9TgopbPxRQpj5sohrI/xKvyLiTdtRbMo4HL+VD7
q7C0ZxdSWNplzknVFLkuptJDJOSYtyqJaJxVLFEVVCygsiVdFyjZdx4lXJRQx5xNBt3mx+NB
NUSUVEtBqLWO2wvmQ67FohFLjTZPewoctXZ6rlFPSP1LQ7Eu55DxtBchqpFdoPSoOP5dFJK1
E/wK0J60cbsjKvc5fU3Rs0TrqV6fgfh0qVIZuVIWhGvSuo1EdLVLFukHYo6CwTvVpjlVc9zF
t+MFLErQTdCgtSYrsTlfYxi2pSpQp/mSU8TbdlPty1Lillx01Kv5Ci44VSHbUhCKopQ7ilzJ
FyiK0ex37Fj8iEJLpUj45E58i3W3gV6T8FqH5dMm6JWE19NiNtWcpl/Uh1YqzJ3mxRQysw7y
LYhInFTv4jmjZK0FENbamvmN3nQxapDJSVSk/I+3QynehKddhp62G5odtyGPsdtzeB6FSem/
SgqncclK9aHcqOPCvS6Lkppsgr0qOVCXSnXdlaDV1uKngct/xQvc0dvI5Q/E76ExUvCWhy7k
/Q2auhPXY5Ow9eQ/wIo09Sf5rDXyOKlsc0djwoQeUGaVK3JanQUOhci5L0EyhR11OxPzRQnU
pobENyJRJ4lRFpJ6puaHKJ8R4lGmVsKHR6n7ftqI1Fjd6nJtt7Fk1sVxjwJxSXiVo+woydCj
T8iyXcfLFfM+1rwI4PxHR4vFyJTWsoSmjujKU50EpqqjW/Y4xRaFbXRExyHjN0QnJKddhNxS
i3K67iSvYayyac2ITqZYreuo8VlwhzQjJrKex9na5lKFBuQlVDp4EOh4HYgvVbGzT1J+hY3b
6QVuURVFLdNzv17lShZQcYTRSkdO71HydB1dTjLhl2yeU9mUuPm/kZY5ZelkKq6PFqjuN1gu
2lpqUUd3cl+RGV40E0/lUTThMavlcbydiUo8DlaTk4Jxahsy33OV2rxqJxCd0e68lEsheXXK
PMTP8TJPxRYiaEElzsM8Cnz62IFPWNdjvqStCtypK1I6eJW/8OunWTOVdQukXa+Q7vsXSQvV
D7Cj7Tlk29kcKvuxOUlELY8bPQtHHTcyxrKUpqoscnTseZVzWUrXMnNz0NLxEljyUVZ9g+lU
OPAh9JfSI0I26XI06Ucku5XpXo2ulOlqm3St+tirjsdiEdunf4J6StOmbfyFljbKkjWVlUmY
x+p/SqyNQk0RMboftxEDeOutUTlfG6HjsNYLxY3j9u48W5UzCW5z0dIeguPgx4oVZ6eRktGR
xklryJ12Kv5EkwT2JJJQvqVVSpQvUgUX1O5Q8L9bG5PS1Sp4dH17dKdJbLqPEmTcnpl4DrrQ
vSLIfG717DdnoYxSXF/+YvKiqOWKjcn9WI/bX25Ku7ZCs+56n5IdYW5CcZb7ixvlqcohY3Ze
TvqKTyMuzJjwJehN30e2nTiqD7alSvSND1WNkQiXR9JxU46iacp9GnZakyVfgUK9IK9Hk6JD
w9u83Q+WTcfUl0bsh8roluCVkelwnZEtwlSExTkyE2lqpF6nCuc06OxefAai6HjFnEMamu1q
DSdULlWdtC0wyVR7FERlbUeas7ChLk7kMoShPK9h4t3+osYtQeDZU8jPxEnZuOjjUcsqS6QU
qymhGrLE/QnQqLJVeqJShCrex+ZWw1jjCWrFi1R69Fi35EvJCXKZNxpaCejqhYqrepGLjJDw
TiKMmn5i43dmNttvVCfKE9BvkJTcupJi5xeL5bKpCxl+IttRYqWty0jSQk1XU2m0ndncnGzu
tSXdUE35CyxxlNwxLKj61KFaHgLLHGWriziFBQ8j3FNrCjRjjfUSV2ZVqhqqgeF5ErGw3pqU
ShajfJy3QU5OWtWK9NCZLjyyyfGNR45OU6HF5NxqQ34nLFrYl2HkqcnXeCHJLdSro7TuORNO
WrDeukXOLd9YHivF9ybweGsnHHW8oTaU4kJ0yuhK35CmvZw5OEQppWpT7fqZQqve6FLkmJ/p
Y3xXNWF/M7nLyghJV3OLuncTThnJKWtTiprWF/zD5OF9S1iOkiJuUp0qiELCal9DNtwqnZuS
m0wLF73HScWo7k5OFGpNk9SU4adDFvVXKZQnpuNXklJtJ3MZVe48W1ljsLJ43JSS3oeiOIv2
qq6Q5jHJOqexkm5b2ElELQSijEn4+Q8iiruLJuYdUN6nC8eQmlDuvASWj0FxV97jcNRebsbT
VKwjJu2hDl5CmHCoJqkbHJfp+oq/5HjTI/zN2vxIar3IdPAopnQTydMhOaMx4rk0NxfyqLHO
sWmx6SnTYozcqinXJzpI3LuTaT+2PqZRFXqJJTuZtizXmJvaiG9GxN3vWxGjR6nXQtNInQyy
dFoR/MxcVVHJqWyHjQiIXcbUODlk50oJKrZyx+Ryu+4lvUn5senjqLQhKY17jyfpSvsc9NRr
K7s2NXxmvj/SSo3kasx6rVE0g9O+osomVoyco2g9U8P5RP21Dm45VIoxS/ChEUnT/wDRKy8x
pv1JE5UrqJq+NxS16fmYv6HPG7uiWr9ZdBdyhPz61t0zWsGzlkt1mhdW+kjx7k46GUUdzi02
LvRENUVylUhTVxYU0x12Oy1G5nGbMnGiXyJ/AUKz1JrQhvSxxxcy4aGr7ISVG1BxmupWkbjl
TsNqafUda3glqpllZq48UqO7E2zGmtTKl7GaeVYcQUegtHNxTpQT1N3i7DUeVzB2bVURFtNR
K8KklaQroWX6lcfJQtCPmKrSe25litNSMrzQUJS9dSexW66fmRPWCFcllHTplGxli1aaiyms
2PL8zL3Jq39CUpZlNZ2RKlK/iJJRBDbbZCoxLG7Emp7FV+RajGm5+g6zsdvqLHceKVdRKwt3
bIrPcWScbHi9RN179xp6O2xGKqrtirCdR4/cuw3HHFaf/oerT8jlEP8AAxyly9WVUyoY1KhE
rHwVjLDNTVRFf9QnRNUTMsbLews1Z32I1WuxlX1bmjU+Y0/t31HP26E/+hjFJ1FjdIbdaU//
AMjfj2MUrq77F5WnSxsSPuVrJKoU6RYoNPZk6aCof2z9SG4Y3iqsc6seDVUpIQ19z0HGpOSl
lrasl3vAk1C3J13IdEtR1TXdwSqHFUe4pVtWTBMP8SXR6Fqbrcav4m28bDdstGbwTMvRHqVN
kNqjbsYuW/zJmIdkKLzWHoSqp7kVpsSvGLGKeNNyPlFjjkquz0HWmoocp1gT0YnMxcSUsnKI
sLG67DTolQope423G2wnFBRbYknpfpUuR9SrqSzuPWhljFMXMiaVjy/MbdZY8cFRalZY8W5W
ShGXZwcr9mWXgbVOSopFx00O7qJuihSSnM3RjG9RtV2JV/wK1yG3aC1BJaIc0x1HEMaePhoU
ddEcbLVIiKd6MdX5jVjinPZ6DTVO46wxPRKpSptFIMW6zRmWuxOW1IFi6VsyMlDwu1sJN2sx
qbnHJytGP25l1KfodNzll+vcdksVK7kuaPyFFNZF4de3ShJS3SvWomvtyVcTL2mr2RZW2OeS
5OaIaiOV0QlYlEZKW9hxRyN6opUjW5DhR8xZKMnuY4u/zkypDQndr5mNb3RCbTehi9UxtVyb
G8qxZMWVuyP6bkukIX7f+JPB5NOsE5qN9BxpcXGqfc1TY8XUhqm+o8VP+Rwd4p/1DdnZJEJ+
IknR/iXpshQnN6HKIY8VVZ6q4lk5StIootH/AMw22t0hZ4OLyc3V7iyvFF5jm6UEtUmzFhZu
tCXZIT6dj8CFcp5lDd9fHphk1Q9v3cVc8pMlNm4XiUbkbyOzGiLrQ7sc1F31Id9TiqRUcXQ+
1zLbQeMrux5VhuPITT8Dv2K6aIq1GwsfbVrsh+p6ojJJLsQvoN40a0RXeItYUpLZiyxvqiMY
Su2JXdxZKrd0cm3aCW6uqY8nVbkqyFPnBCcfiS2odlI1lVaRoY5Kqf0IelicXf8AEadrRqPK
6cnD5SZJppPUl0jWCXDcfcQri7JEfBJLIv1m3SZrie3ClpxQ/sj6ma1l1POo9UJxGw9kN3Su
XoN27k6wJRpcia47n9XYm8/iZViKKg18xyr6nclodKC463P3MqPKmKJiolF7lLakD9zH7cre
I8cnZiSpluKPObC527HDTR2Ka3OLdrD4fU40TV0NYUd5EtdRyycao4pSlVp7CxiMctzHHGmW
AvcSlfWTjNNdSVV6aQVdExbzoLk3/kY4Kw2rMp0goU6U6Ijo1dMeM1VjyHEOtRpytkNRRChw
lcdZfyG99zw00IbidBzoLKUltGxLck+LoKH4l/PxHT/MlqdVJCdV2G/k2OayKNWNO2NEjtuU
Kk/Ihqw2nCkxymiU1sJrSrSPU12jYbmuLPTVNS6jbpy+1EwvwHWmWhD+aFLkfLyGsaN7DSjG
NbmPJwrR3IdleSMKqJFj/MylE9dx4y3qzGKL8TFVtTwGkmsVSRJ6dO5PShCxqTxklpJakwWq
VOxT7czyHEKClX3MoVGQrMTbjucNB5q80a0/9w92tSPcmXbxFkl6ic76FFS0Mh3X1I1pJvWz
Ja9E0T2IxpsVr5ipXSso/cyosNBqa7dG9demxByh1MaS12MscqQtKoSTbHSRPLS2ws59Sv4H
KuXlKHjlZ2ElCglfMhseWKh4vXUeeK9aqzg8GndPQr5mVtjBKsXeg4U5J2G3ooiIYsHR/ke3
lfFpohdPz+GekPU/Z9z7X9uRT5lhSJ7Hl0bG4rFGeq2glgjk3DIyymdNBw6s5ZuuwsI9O4sr
cVWdTHjjEUZONooPKWo7GLblN1ZKVMVA4omUsvkKqljmjH7qdGoHlloJN/c/OC/Ve5ri1KId
NkzxpQ0jdEq6Goh4mTxdcHVboWG34MUUm5Lcp2ZMUFWO9jHN0m7Flg2pvNmhZWgyzTSyXnJC
nJ9hRjG7HinRycW0nqSl4MVK7kR0jpYl0+C9TjlfRix5cuJyx8DFOnt5KJ7k3gnl+ifrx4/w
PAeTytpqPiqfijj7c7tjxahLXU3auNN0fclVh0cDlS9x1ruhqyvyMU3rQwly2qnCjxMpq3Yx
mZSbm9P7hSfgJu5ng6yrDxd1dkpenR6jeNW7KCco7pk40bX2rUhKNyNLCxxnkqH+5V/pX/SR
iq2SMsnGWcVTqPH26NJSjhm5yw/AhO2hMeJxhTpBC+onh5iya4x9zI0Wr3PS4K1g7E/C8npd
CyVUySR7Dyxr7XuP1LYhqHi6ZCxycta7lv6v+n+BlF4oZVczDRei+Q8lJMW2HCjIxhtPWUTh
XXsJ8YbpCJeM01Wp608ElYxpxU/UVbJSjD3MbMTVKKrrUbukqkF+lB54/a77HJ4xi6IjLGuN
n+k5YJQ70scm/UrSOil0aIxTb18P0Cy9xNcbxqLLGi2FnhRqrW4s1k1N/ElerRo5Ye3Cypkc
k4kftuzsL+ZHLH5CTG2qOkDheQ5JXmSl0oU6UFnipwf3eA8VlSrgpi2iclxxYs05TqdtBpng
eUfwW8FKy2Eoaez1OLvapOL7NMx9zFVtkkc8newkqxqRkk0h0mScVM7GOOVHeGYvXLGEyHXL
26rWUZJ2xap2M8laYKdI6ZSrOSEvTFji7aF6lUJ4UWRydXFSVrcoQPhZ6HHJRl1n4OxG44+0
c0mxFyH0huxCu9TLFeni0090ZrJ3rUWLxlOzRCRDiGcZbeDjpQn+FQqWKfFlktE2cspdbmOS
pxScv/ScJpkjP22uSdtqmddZlElR6Cx+o8lrQRXQluFoLJu+hCTlVRxbhXXwV0Jaqvh7Eias
zwsIpoNsnET1PArUfJdkY+5jTJKH3Rh7btkr9+jx9xSnQyxxb/azV9VkJNy1qzxK9H//AA57
tQhfMh6oj7Xi9NjHPC+Shv8A5jL226pzJR12Zxxsepy9xS6nFOGLo+TnxLEKxOvTv1p0j4KH
FujsQ7I47EMaZxIRs0QqdIm5hmr45KX2FFe5FzinL26b9PL8/joV+CfiwStk6i2RslQxcwsi
E5xTpIsFbKtx5N0bJsiYiSCXb4KfBTpfrPSDc8SULdXFktbk6i6SidSeuWES2nBjTi5hmOeF
cXcx932nGeD9eIuVOToVKHl/Br/BeDv+nxMvbz/TQaizGkpar8idqNamLiJd4FkT/wChOXkS
lD3ZDqQqdIZJOnww/LrDO3Tt0jUoQcXoX6VsdukaFCUQvu0H7eSaSsx54qHlcaxSeX6ZHj7y
iFRojX4uWbhEYWerK2L/AMC5wmqrBQbxS5qqe41EcqPxX9JDomZJNxNtB+7h6eF0LF3mpL1F
HkWJuSUt8D6T8uk/DTrJQuclTcob9OxQkrYoQRJElB5rKcLPEg8vgl0S1Iw/7eP1E6vJ2k9V
27FyJnuUfwSZe3ljpOLJVOWP1E04aUNpkrJn7fuVnUfuJ15yvA/cijX5EJVnUftpepqcmY4L
eneCWiMXXuQxOJWxONji9CPhj5FS5H8Cem/ShHwV6SSvPq1Ppzr5knl8CxTa5TYlV8SXA1jH
Y48vXloSjb4VpktRtKVoPDNPl3UEOy2FHzIxUturVkP9prPBUeLMn7i454u16jxWVb0Ob00P
TVuyK3IVRNpyRjdEzL6UJJ61OxJXXpBR/DJB4dO/8HFNenK7J+JZRPGz8RqZeok/t0HSqVyc
vVkep37kuj0Jn07Cm25KKClxNjLm5eNOKuzL3Gr0WPZFE5H7mSWKm6oc55SjJ4elQ5G5pMip
4QTkuT1mpscPZU5b3Ofu5JYvSxRqdhxRvYXCuJDuTuLZkdJ+RXrXr3J/gQeHSelRxtQrdUaH
hlMqqe6GmVqW+Ft+RGjVKH7XuJQ9SVcc1ehymHoLLKafkU8UcXXHU5LN5Y6LYfFS4mNTjyaz
xqsWPLJt5fMrKQlink3RHDNTk19ovbbbxm+w1jVNO45mdJFysc065b7EZX1R/tYt7tjpHjYh
ZpOKNCltvdnrSjWDnh5n4EMpp08CpH1+Dx6blNTv0aJO3WpHStzv0XuYr7qZIqvA7nj08vge
L8h42aZyim5R3VtGJunc5NzGhGjqxK2PchUTu5GtFqxxVas5ZrloU9tQ/mNtTOjJwT/wIapu
Tkoe/Y44uY0HxxcNugsYd4hmOObokTlXxEvaxp+BPuue0jWC494JzzTTEnE7nPF+nVCaVySl
nqUFPSSfgrcuevLyKS5OWNvivXpJ26U6dzuKCnxfvYKU1GSV0PHLHjnENP8A+uYsHeaRQeLx
l9ybe3m7ISmmgldI9UpH8ntaDx9tQrQh4WnUWOWTcLUjCi3Iwq1dsayfLIiKHppkx5tJt3Xc
p7SxejYn9LCeeNFZDxwxoOkLuN5F6HFZKdj1eR6voUTRKO/SCvWvTm3CWo8PZpNJP3fclrU5
Ki0EoKqhONulynV9Ox2fwdyl/jeWWPqSo1Q/c/8AGXLBfdg74tCrP4C4+qK0Fjm47WO+5Ob9
CshpenDEyc3Rxe2gnk/SitMFZEKmOOoqD9KWPcfLJKNDdEe2k8Vd6npq0/uIybcWOOCSnW7J
9z3YZ6ssvc/p0I4xOx/t413IiYLJTYSyTZ+1koWSlPT/ANpKdyhQp0SetEh4teiPSJJy3Vo4
8uPYyxwxmNfAyl8fZS5VOLUNbFlkvqeqmOuOqEuXLFuJWwsrydutb9I1XTco+s79X8CaSruZ
JX40SqpPTn+17mVPV9uU/pHlj65+7TiyFMu0s5OFmrpnLPL07EYVxRFqVkibmWLq+wqenQWO
NEvuyVhrFWEsVbf/AFCxbcaoU0SctjWGXHDUvGOOmg4dNX3PTRPfUbny1IrlllbFWX9xW7ox
KLE0g5PKjPTZExBP12IycwXglOm5GLHm9Be5mvTj9o88tLSP3M75V8EZY4Ou/YWfuRF4Zi8f
ThnSOxLdXtY5LXbccqcl8xSli50FjldWPz+CNWT+rIvbfpUcotRfHJi/bvjVrUx93NRmr92Z
xOXt5OU9jl7jWeFMcl2/nHlhX28qqDn84oNJt4xTWB4YzzxucPc/7uLqux/WyEpydZFgna7F
iJKncmz2KKHscbJuw5mPxOKfqeiKOt2RjVxVsTUr+Ziycpf6j/bxr3OSVdkivmRycKxLt3Fz
fN64ojGMcEVappMGS5JvRKo8fdbwjQT/AHI7Qx4e3lyk9v229DHHR5KTFYquSSG3SXVjfuer
JuMMVWhlg6rFelbHHJrknDxHxxhO0lUvHuV9LdK6i1XzhkSSVN3oS1yyvQSdcnotBTi/VRQS
0+KtQqiCNBtFf4EZnL28r3RDXJRroOMbrxkywiFlR6UJxcPHfVGH/ke3iscnTJ9x5Uy4XSF7
mLb04mT9yOU0k/dlvIrYmwm6jybHDhadiFE9zimnk/uYli6fy7k5+aElRKiJakWGHpyzdHsl
9xxxrGpyyrkJYenHUpPiY4ptc3DTtBOLtvUSftpw5k5e6vW7TYfDFt+NBYv0pu7E8qq6gnJS
th5tS8V6UOImTHnbQeSvk4Q8sq5OtCMX6plTof7q5SpcD4KcVY9MY5RVCwbo6T0cVZk0qp6n
7ftOMV92WpzzeWWzuxPjMb6FF4EkSeBWnTy/gUcEZKVuT7dGcfd9qd3A/dxnkrYoU0SrljuZ
ftS/a95T4MeOUw3QahnDJulJKa3key0Fw+5XZ+3NMb+JWmK85K/c7PsJbWMY+927L+YWGLpi
q93+olksyzssfTiv9Ry5erUiSHUt4Il1iYQ1hjpqOY4yPmqY2asLXxOS0dNzHJVy9umSHjkz
FYumN4JlLHwOWLorant4Z5WahKhllgqK5XS5VUdNoJ+5McYxK8kLKXRyjDJOW1UXtLJ8sqtd
hY4r/cy+xY3ZOf3u7KuMXYrXruQrkbdPLpfpS3SvRxWSGJzEEOpxaro0cMlR0qelel6EKg1k
p7ktTheR5Yx4EN1yHji1OVmjetW6mMxBy+2VCEptfufuO9l3QslfVC9v23/u+5Rf0oaxbcKK
65fzGKyjll9WylIuURX5kfUhuF3Jie48s1jineTP2/b+9qmw0lMH5EK2VKE4pyPHKZV6DSdC
G1llZKaiyiuLqLCIxdxtIr6otNCHf6G71S0OaXKLubf2mXLKuNl2MVjL/mk55QnjbcjHDlin
dlfapoRn7bT8UJ4ZpzpqRoVHluLk72J0PInrDY03rTp2KUkjYb2JK+R3Iyrizl7dCMlMENSm
c8G42ZyVc8apC1TUpH2pImOTWjOM12RPuQkYuOKdl2HleFRGXve44zy02Rj7WL7tjz09tJLx
OTv3Zy9zKq0R6ceOOk0Pur3HxabHy9Mb2OeeXpUpYnjuJQ1uJNStBZe7TDHQ9zDFtqL6Hue5
j/3Pa10hDT3FERrQhOEzHF2tJOCXp+pCUExV/Qma6GeTct2SHs/xHm7WUEvJv+VTQUqW6NQT
HFrYft4Zcoi/cxeLhyhPKtD15cErNmWC9yj1RE8nl+p1McWqq7PKelOqZDL9KdNjuifbrC9S
JScadmLPBytUcrN6M+1tJXKojiN+1pXixzoqrVCeM1o9yFLa1ZLdqxoYNq68uKIW2pkPLKi0
Qvb9vD1OW8neSFOWT+Qsfdybd3ghLFNYqxq+0kpxkcfexnHUX7KT8CYrtYhuOxxabxdmPhfJ
UR7mOaePu5Lcyaj9v3JWU9x4tPdNfbkVTjtoNQ43Oddk6MSTnN3exKrirkx4i51x2ViMUlHY
Tic1DSi59vqvTcXJersTqtSXfRGfu3be8GC1b08RYZOMkrFPtVO0nHKPEUugsnlxl1oX/T9O
lLldChN+vfo6kngc1fU/c9vb1YkLW6OeN1ocPdUOycHLFnHOj0KMfJRlutxzLT1IxpnEpqzH
g72abgWODWPuYus7f0CiXlEyrf3CxyXDNyntQwy5K1Urz/KYvOtE+Kt/8jh7Ue3i/wBSuT7q
lZaoTViFQjUho5YUzVj9j/ycaqzZy9qOLPUnCd0L2lPpunQcqVjZzVC9v3IxyX1MMMa4YKId
JPGyHjEd9S/ysbv8hJqf+P1Ca80jxrUXue5jOOhOMOEqTYWLrNZsStBzZIplyWy/SZavI/e9
xRjh+I+KnLHX9RDx4t1nQnLOX2qzF1aSr4n2o8vodmTqjxGjwPHotuniMhKp2Hlujn7bpqiq
h6kNSiFYqvMrVCSdXoT9Buws1lyTdUxP3V60/S+w8Vqh5J1mDhm6P9THjdKi8hO0XUGPvcee
W70IVtCrJWg3JEk29xWyRj/4+anF2knUx91U0eQ2mktxrNNZaNVkyTp4kKj3sUh9tCfn2Emv
yI1ewkvI55qWrjXNe3gu48VlLVneSFidx4YOctX/APkbyp2VR6bOhg03xtkhe5VJ2yEscZhz
HY9OCxeV0Tgp9rKrWwmvtZFfu4f2/f0ex2JZShKr0qVXSPkx5Jw0SrkP429U5HOpI4drob2o
hPNN4ujSHKhOePgbNFa+IssVW8D9t1yxr2JJV0ePShUqpasx55eR6n6M9dmLDHTVD5Yc4sPL
LHitBuIWrLeLJpP8ohNKK3OeS5ZNU/pPTi433Jzp2FVd0TyiLjXs5zjbLaRpvyuhpqX+YvU+
67i5rlyq5RxxUY9uiz9uuWLt2E3roR1qcWcHrVGftZ+08FjbJ2ZRwUdStSVQ/Ho3NdSFqcXR
r4oGm6zQ4O2jEn5jyiGxY5evFGHt4JPld6KB+1k0o+13qLB66/p/sM/Yzxa9/Gzm6Hjmoepy
bSxzpcSauTp07dOWVdkPk+LVkzLtUy9nJ0dcThk+WzHlkpSQ3njGjQ+GUTo6n3T20Jz9vlgr
tVY6r22rNpuRcMceP8ysKMkktBLP1Nak2OXJcVdyNe04xirTq/7RZ+8pbqh54Ss0qJHNy8pr
j2Fl7uMLREaLp2Lkqq67FKEvzJSrjVdOLurFfkStNCrGidjxPA5Ykt2qzivn0eGqMU1TLUkh
xAnjfUeOSjxFli5jpKUNCcQ9yHZ1WWxj7nt5WUPcw/8AK9uvt5X1hiiFH4n7XuVascW/V3Gn
lEdyMc0tnJ6cuR618z/blZapj9p1xdGmL9tTjg/U/ETP2Pay5Z/qS0NcdxNtw9iFDS3Odyfd
Srdi/bcpnHDB57tH2QtmZZYVUfahqGk+8C9z3F6diNutekEdZV30qT8ipFhxY5K+gptqNYxQ
a+TG3fchaFZlnL9R6aMScRkqjeLURTbpy0gjL7cXQSmcScXWbsVYj6k2y37nDOuOV50PTZ2O
Ou403MngLNtpq60Zz9uvsv78NBf+T7bX7TpGqyJxU5Yjymu2pVK0yat7qwqw3oetL5FVDsSm
70OLTgy4uHD46mXve8pzzczcj3MFO8H/AG1H82LE0/SvmckuWOkH2xN+wo0od+krNiyeCndC
xVtEb9a9LEq5S5XTpfTrDKfImBJ1aHoL3FRzB3VGTi5Yp+4WTxbwbq1+konXU4vH0/ijndR9
D3HhmuMNJMy9v3PuxtOxV4pd7lcU8Stl8ycaPQq6LQmZx2KX7CxdIo0xPG7PyKWZGxyf+57W
dMsHojP2o9HuVj+V/wBJjnzXuL9SyRmmv23o39onE4uzRji3E3aJy9Uqki5UxLSelENeaITk
440XSqIdth8VEnKIepwxUJE9KFfio+lShL+ZJ5daoTgq7adJjQjKtRwiGPcjF203G1RXf8sG
CypmrbQftzG5li3GPKJR90vRzU9anZ7GaxzplZ/6R/vZcoojmseUXQsWnhN5R6X5E2a+pNnq
irrjQ8ENK+xxd9GVJ1RLOOalH7eSWWPczwXtpOZTEnfGhxctCfShUoQKSdOkdYd10qLv8EdK
fMr0oRt8KT0qbtiyd9CLDW5RwPxN4K1GnWdBe5im27rsZJOMluc/b+5KW+4v3K5Y2ZxSr3Hi
6FVGxWqY3jdlKDTqel2EmqOrZN3ofvY03QslfUrXcr9pyVUySdCddBxr8Hj0oUofmNNngUuV
6LNWVyd+nkSiq8ShKJRt0lVRXQoeXW9hbvpC0IV2csVzdKDlQ1Uv92g2ycfqZZY1exSFkn9o
ssVywdWT7VE36sWTvqx5W7ieMclQSe9fAlMbV9BrJzy0PEpqPLJ0Izxb9tumaHhyrcT/AEu5
M0dz0u43nZ0Ft1lVJ0JRQqSutrlLo7dI6NP7Xc4v7dC/ShXUTxIfSXYo7iWnSdDynpB4kr9J
KO76JSXpqc+TTXpWwk05i+hOLURYjGmCt3OeKTydxOIkmKLUdYxFx+1OpKoK86sc6VIVMk4g
lVE5LVRxi44ynBumIs1SDuP28lEqjIzpWjHNrNn7eVVoyVpoSRoxqKalSUd+lEbdKdeS0/An
o8XdEfUh6FOm0EqhDodmReCtihE3L9vInr2JOyZOxxxdew8Um9HPY9LpFyk0uYNPs0VVZoUl
ZFblLEKrHg68roSVlqctCMX6sqUFny9S2Jyq7EOo+LTR+RyuyY8jjpozHJ4ytWjLHJU/T2Ms
cWuSu/AXs+7TKKO1TjnZ6ko8SdUV6QeBTpPSUVU9GidjkvMmJT6Uv1iSpGxJOxGWvTy+BqYc
2GlpVIWTtsNb0HxdZ0Hk3TJQylthrKidkPCJiuLOLdf1JXM8ctPsXYZGtykSWmdRYp3uNEtw
hT6nqPiu5lyUTWD93283gv1YlanpIdR45Jv29x4Paw2vIbydHoc01i0pekR/KJ9j1eRQRKKj
c03KdYgSS8ypCN0eHShHS5J+A9yhOhDJORJ5dW8b6C9x7WFluLF/qJmmLuc2u7Y2lONWhvXG
jgcquhzxxmTkv1KrJW8QStSo83oPjbQfuVyye411k5PTYS8yWStdBOYSueJKegk9SWyfuygi
28DacpUghKxBehQc3I16V6R8xp62KWGU1OOSKdLlMi8nc5Kh36SqNE26dj+2fr08NumWMWqh
5qzcJGOT3oNaOo07NWFSEPHGj/GRPVFcvIULjqhUpr4k6alGu+4uTotCEoS2K2HrI93ZEtlX
JHSIpBO5N3A1jTNXRlN3VEzWTuz1adMl+jOqjQpUT+fR+57LjfHuL2/ex45W5FK9+nfqmi52
KFKt6lVDINi5K6QyUdzxK9O6dTyn4MXplRk4v7HMCTZS0HFrQiXk1ojF8YSdStJRzz9ec6ii
ncpV6CasrwY8VxaV7yRmUptPVNaE0JLEFSFSOi9zCzZKoVFLO5eSE7HqyhOlSN7Ea9JyxU7k
K3wXO5W5PWfobFelLHc4vyZJKRTcnfpKoz+2fr1Y5voxd/u7nFoyU0VjJ4KuvgLTHc4ZOYdN
JFGhLrsVrAtjLF1WWhXJ8ZsUx9VkyfayayvXU/3UJXPT5k73R4FbFCvmdiosloeBaUObb9HB
yVE7jWLjK6Fjni1njRydkdiOk+39y+pPuqH26T0b3J1KlCxMdY0PzJ2O5QTIgakjc8oGmoWj
6fiTceTtoL5iwvKljejoxY0UfiL3MF68WrdyfcpRI/AvV3G35JDcR2Fs9TljVXG3fQbwVRPN
KHsNux+57NXrhozL23i8c8fuWhuiRlXHTsP2vcUqaU0FsLCUsnZFejRxfkyXbVlOrT+CCOkd
aCPEgl9KqhShKIY+vkLpA01XU8UOaZIWS+5nF1aJK6mW+KleJi91Bzxurix9xxH2D2yqLHKp
S1iUS/McPklRRUREFFe7JIPxK9KKRSlPc7GOSfH3MLNGPL7koYs36vayuloxZL7WhUMsUoyi
hxzlZ4Ua67lOkIyx2fXt1fVNW6V+ZY9JCqu4iU7ncUHl+ZsTuUMW1TP0+ZGP3K5+4lG6E8qp
akxRihiy2ocW5Xcyxf6XSO5xeuhCxnwPV/3MbmXKi0RunYSTrqyHk1itFSWP2l6U1OLsVcLc
pd6lHc7FOviU6OenchpZLuQrdK+ZKUN6laiJ+DvkibJE6kr4Kk9IIXSHQpYrU7FLFTy+BLKy
c9PDQ4uiIKfMa1QhvVnN6UOeJyutV2F7uEcGrkVSTHi6Y5Yzj5E2P3Mb4OvgPjVqqYsmq4qq
W5zfpc2K9Nuk16WuPQbHvoTBK8zuWdxw4WxFCqNxFxNPyJ1R+fWfkTr8FjuV6UGtBJ69J6eX
5/E31ghFitydBrTUeSsZYrFtNXdpHjlQw91Vxxo/BkqpGmUyP2ndf6TL2v05uUZJauUS1YTX
mVPTQgXTsP8AP4n2LUKyUJJdERtcoVO3Tt1nrT4LE/B5fwp6NuxDscIfF18jdMjFQuwvc9lS
3cePuxDpCImY1HG5j7sNZY5Q1/SY+/7Xpy9p1XmTrFV3JivSBk6MnRWKUOxWZktUkc6lOlqE
wUUEblLo46EblCHfpbouk9KdJNipQqVJKVZ9uh//2Q==</binary>
 <binary id="i_083.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RjbRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MDI6MTEAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfqgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAXoQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMwYeVcWNprsfZZqwBpgj98H6Gz2
/TWriPvH1coruljXX2OrcdB6IG72/vV+qX7fzFcqyWVNtGPmXCyxoDqvUqL2uJ/Rsx2em70f
RYz9J6rP5t6zOr2h2KykE2W6HcQC0NaeX1ja39J+az6Ff/XElL4mTvczFwG1/aC3cb7jt3O/
0FHrfo2/9/VnqOf1LBw2WV3W0utkMZNT2bg4te1rHVMtdx+7V6azWVMtGPmMs9JoM/pDtEsH
6TZe4bPU3n9Cz+opZPU6H30OymetjNG3Y125wZOv6R3/AAm56SnrLc1mJ01vUMuS6qqu6yOX
F7fTdWP665LJ+sPVcu5jbnuxcV1g9Sqn6YZPujb7nbWf8Yu2GRjvay8ECpzNpre2dH7XUs9N
c1k9MZcLXY7K7M02G19L3CsObaWtr9AujcxlvqM3+pv/AODSU0bupNxcmoYDTax4b6tZd6m9
znENYy2Gte5W+q05mXdRTjthrK3WAOOhcD79wb9NzK1VyMK3EyqnenRS5r2hmx252/6T/TYA
3b6TP5zf/hFM35tNr7cjdcxsixgc5gc2DDarK9jqXf4SrYkpiOj9QvqsyLWnGfWTtpOpkAfz
cH/CO/mlf6x0+3JtpybskOxxjMDWBpc7c0em70qfbve9/qImVbQKK7qad11hDaLrGvO0bXte
arLnOc+2trvdc/8AcWFjdYzz9nx9/qNpe047nfSZps21vb7m1bfzElOq3FspbU2ljqjh202s
c2R6oJ9O6phHvdbb6n83/wCi11GT6gx7No22Bpho5C53Gycd9c2OfeKgN77yGtAboDX6ZbYz
+T7lLP6xS/DONi2X0CtoNdhcSTGmx7p9b03bv3klJrHsqeC57Q384OIiB9If1lm2dYxmuDQ4
vJMbhqJ85XPueT7nj3O5nlE6fj3ZOQK6GOsJIJDATpxqkp//0Dso6XRRVezItIyJbS11bQGk
fTrf6e1l2R+bZf8Azyq9RxhRc+k2texgDgZAdB1awA/u/mfn+nsWpVj4lQe6pgY6xw3H+UT/
ACvo/QWN1trGdUyayC31YuaedXN9vf6PqNSUl+rttTqXYfrbzqRW5xrbIO6Gt93vVhnTXW59
3VLm+pXSZorsJsNtjR6npe7Y5+38/wBqwqLnMs3em22wbSHxq0k/Sd/LauvzHN+xNfitH6J7
HVtb7QC1zdztf+mkpqWZ3VWS59DahbU81gwXwAXSC7c+tzN309lSw39Uc3JFUkekNlbgAXNr
IG8Vg/n7t/01vXuz8hj7Lm1V1bvTLW6u2OI3/pNfa13vXM9Zpsw+oWUu1LCJI4II9jvckpsn
LsyOoY5q3emwn0/VLjPpt1bNm6zZ+jW/9qFIqooa+19gDg3RwLvNp/mam7f8Iub6J6WRm3h5
LopcKWkxq7a2wu/qsc5n/XF0FuS1lj6cSkb7CAS4+nAA2fRjd+k+kkpWR07FswHnHtqbnXMd
6hcS1u3d+k2ud7a6v8H6m33rn2YGUMhp2O9hElkGQPd/1Ku5mUWB7XDaXRLC0iX1+0e1/wCY
z8xXunsvyKq3VMFVTATk5F7g47iG2ZD6toZ6ntDf0Vm/0bf5pJSsPDoG43Pa4hrrLa3tMBrm
+jjbg/ax9bZ3/o99fqKnk4pBO61ltLKi9xoeLJcPosa7+sW71ap6pdQbg8+lTc8W0G106B27
2+7a/e9v6VV7cjIaH5zS5l7nMGKCIkueN/t+j6T2exjElOPfQ+vabBr4RB0/eb81f6DYa8pz
S7aHASASO+klq2MrAZ1DJsDz+lbtrNhEsNzQXPpe7+p7P+trN6PW1vVn7RA9EEj4u80lP//R
0LLH8ViSxhd5Elzdv0fz2ta/as/60UbraskHa4sDCOJg+Sv1D9K4tk8BU+uBt2IXMO52OA58
ax7trklOFjHZdXIA3PDSedC4LsskM9CxzGDcJfJgEbf+p+iuS6ZS7J6lQzaC1rvUd8G+9daX
sLQyxzffo5rjJ2/D+Ukpq419oqfpDm12ODOxIH6P3LA+sFLRbigHcRQwPeeXFuh3On6Wu1a1
R9aq5zNHtsFDIHtDd3sbH9Vyp/WmPtNDQAHitxOnYvhrnf8ASSU5nQHNr6vjuJBa92x41giQ
f+rDF2XU3+k+uln03u3CQDDZjv8AvO+iuG6e5zM6t0kFrwR4DULr84vfZj3kkl7mtaANPH+C
SnE6vWGtDgZJaATro4EjRXrXX1dErqJ2aiq3sA7+c2/21Yvxqvt9lln8xRte2sD6Tz/NtP7v
0fUd++g49bLi7EcZqscHCQQ5pg7Za76SSnWwGhvTsWt/scxk1b/Zq47v0Nzmlnf6FiqZFlf7
SqPpg14oc+AGy++Nu4+n+ZV/b96s42Q2qgvc4VNAhz6xvqdt9n6Sh35ztv5qxm5zX5DbmVej
TWXPDBw5419XUn8737P9Ikp2aKMXEbttLn5Tpe4bvoz9Hc36O7cquPh7epDIYS7163b5jQte
HHj+U5VOmWWZHqW2mdxnZMny/r/ynv8AprTxXAW6zoCGg8Q4t3/9S1JT/9LRr/nH6Ew7nsgZ
tbH42SGyd1Pujt7v/MVZxd5me7jPz+KcMrbkvDYY11bgRpBgcj91JTzfR2hvUmteN7XV2Nc3
+SR4roPTaK7mGxr2tbAshpe3T/COf7Hfyd653AZZVkB9bTdbXMVN9peI3PrZz79q6H7Zh1l2
52xzWtccY6WSQD6ba3Q6x+5JTVoa6uumou9z73usIj3Bg9nCy/rHL+pPaDIrrrbPy9TX/PWt
tDOqei0lwrBdJ7l5WZ9Y2CvqRczl1bCfM/QdP3JKcWk7L2vGoHuAPBAO73LuLvfXY8D6D6y1
p0EHbazb/WY9q4thqL9z2kBoI9sRr8V2V4/QbB9Gyis1x41n0+f6r2pKbN11uOw+lVuIeHW5
BBe2ik7d+Q6v6Nu5zv8Aof1FknN9fqVzHuY5+M9oZktZ6YfW4+m51lbC5jf0n6T9GtttTbS8
3gOaAZaQHA/u6WB9bXfy9ixHPwMey7Pc1zaLntqY1o9zGjc5lrdS+z9IxJToCtjRt2tNZGxp
fpLR7fZbX7VhZdJqtLLQQyoFxAMyGxthw/Nct+nJ3N9Shwsof/hKwIn/AIWk/RWf1UPvbUwN
aA95abGNLRtBD9rhA/dSUzxcZtdDWyQwDQtOhn84lqt0MDbQ0SQA3TkySqLa/RIfbYWOiGww
uaGn8w/m/wBliv4w98jklsfBJT//072K+z1HaSWmB4KLMzCaXWVudZuc4AulzC5vtc9rR7f3
tr/+uMWMeuWBz4oHukavkQRt/d3blc+rz7HYclx2h5FfkB9It/rpKSYvTMWoerW91jbHAOLg
W7A1wd+if9J72x9N617czGre42ZDKzXoN5jQ/mtn85VWutdmsb6Yfj7Hmx08mPaxrR+77VLK
6e2x/wBoqn1CA0t5aQI92397akpDRdRk5V+RQHbC9jQ4tLTI9z/Y7471ndXrZldStmWGpjWh
wA108HfFa9H2ZtzsCvIbbmMIdayNp1DdwY10uWXk1k5t7gQQ9waCCSCB+7P0vckpzj0axzg5
lrHOLdxbq2JP530vdt9y6uugWdMw2v121tBImdPY/wDzlg43uyfby4EHvzwVpV9Tbj1V0Wtc
fS+i5upLCe4O33JKbuWHS1oB26Ex3/12qr1HGryui2BtYbkYpGTuAANtX81Z7h+dSh5HVcW3
qX2ZjLBYR9EjQbRL3uIKB1XJdj5tNlDhIpfTJ4IsBreD/YckpzulW5FVj349hqtBaAzSbDr7
R6n6P/OVy/MymX78o+o9hhkFwMH92Pzf5Pp+mq2F079o13U0uDb6Ied+jSx3s91n5nvH/giB
kZOVjNdh5MWOH0HOO5zWuh26u5p91bv8xJTuYudTmg12D3OEmsmAeZgfmvr/AKytYTAABO7Y
/YD8D/3xc90u223Jhv6MVVuG4a7Q4t32N/etc321re6Z7aKexMPg66uO7lJT/9Tnbj9KBqdQ
uj6GCzp9TpEHc4zpBBg7lzuSIkA6yQdPA/8AfVv19KsGNRiZNpZXW0XPqYAYc8l0F3521v8A
00lOviw9xcW7YJaJ5gEbj/Vd7EV2XUy/7P7nWAgP2t9rCdW+o783cqrGm54yQLaWMcG2BzTu
dtE1OqY3c53qqVLmOtdsqLbnHdY6wDeAfo73M3bXu+iyhJTiddxGZXVbnB5rslu50Hwbt2cK
z0+t+Rk+jX7mtkweYA0d/K3qfV6A7qBtD2sq2sFl1hhgeG/QZ/pLfofo1b+ruPfRmMdYw+m+
djxB3Ej26fytqSnHqJx7WmyRHts/kkfvK/ZZVj1nJsALmNGx3PHZqrZT2nqV1jWO2m9zm1aT
9I7W/u/ST31tseXOc+kVtA2PZLQ3xb+/vSU53S7Lrusi0ybNjy5w5l3dTzKtllz2+2bnsfGo
lx9y0sXGrpa5wj1Hbf0hAaS32nbz7P8Ai1m3BrhkbbQG3WvcxztBun84/mpKV0nOdh3PcRo+
t1VsyBqImf5P0lo9QwftnSMS6kt9aur9Ft0DqwXfo/6zNqxHNJfv0JsO2GmQX6f2vcuzxsI4
2FVjFji9ri3cTBa9wa5zW/m7f5KSnIx8ZuJ054rbvssaRY86+4iP+2/d7FqYzTW2tgEbAG6a
wRH/AH5Q6qyrEDQ9svcwSW6iW6MLm/1/oKWGN1FRHg1w+f738pJT/9XNwOn25XVaabGGtpt9
7ntMAD9I6Zj6W3atTrr+pYuUT68McJbaxjSHbiXbf0n0P3Ni3Kcvqjx7HUZjezt2x8fvOY6P
+oRKMurNBmtsUguvc4NdWz/rj2/u+5JTjdCruv6ffnZAtynOvc3aw6v9rG7tu6pv6H6Cm3qm
PURW1loIgCv0wxzJMb7N7g32/m+krOVmOsrstqaW0t9tDWDabSQYc7ZH01z7sJjL672OBe0t
LmPlwD2x9Nrf30lNW576sq6vNBaGudttsO4taXk76K3n0n7/AN/Yt36sPfliy7Ge511boN2Q
6XkRDdlbmua2tilRn9PuqNWZsZZS4lld49wE+6N4/eV/AzsV7rDiWVubSz3Fv820vMV7j9Hd
u/MSU4nVaPsfUX1vd7pFge0wZcd/s/lNcjv6Jnuua9mXU0sJ/T+nLrB/3Yx/bW63+Wy5jP8A
g1oVYbcvIcINh3b7LHHc1uu7ft/0jv3Fn9T6p1TpuQaH/Z7Wkkssc1zDHP0GO2O2pKbeRi11
UVY7XTa9r9120BzuN3H538lc5SB6jmNLA0H3036SBw5df0fFsyOnfaOq/pTdNjqXAbWNbP0W
D3VXbN3qbVyPUKTblWu2Gq1oD/TjaQ13vb7T7voOSU3fqzgi3qxvAaacU7mg6tNrvbQxxP5u
5dbkGporta57XMgXBri1z6x/OV2fvW47f0iwvqxS2nphtc31H5bnOFQ/Oqb7LG18bn1O/TbF
qfbnkOaLHPcHQ9zGtFhbH6JrnZMMZt/Pv2vSU0uq7n4BOhsa13qWDhz2WgNfr9L2NS6IZxaw
Y/Rk1z5A+38qbqVuUcN7n3MfWwg7PUbc5s6NNlrWV7a1LowBwmuawsBJLQdNJ3T/AFUlP//W
vU47LbCbKgC5+2mmw6T9EOe/6Wzd+5/xSs5b6qX/ALPFhe1xFmUToHEfSY1jPbXT7f0n/W6F
YvyW9NxjY5sZ15Ic2A2AD+awTtx6/wDA/vrFx3F/UKsE2D7XmSXOI3bABuYws+jt2t3JKdDF
rsyck2nRmMWmkDWbj7mMLf6vu/kUq1kdHssuc6p1DN491jmEvZP+jb9Cz+R6i1a6a6menU3a
2SYEcn6Tk+06JKeW690txyGub7qRWCCSC8uaPTdtadvvd+erX1XpcMfJY8NDHPb+jEOGg929
30HOf+4rfUKHWZ4c4BzAwbB5/wDnSfpTfTysusAt3BjzrLSfo7mH/ovSU6IGsNENAAAEAfJY
OUW43U31ZFbgLQ+zHtZu4J/SMtg7P+u/mLoBrJHjqfgq+fhnJYw17fVqO5gf9FwIhzHO+k3d
/wBWkpH0qxhp9FhltQAaTMx5z9L+uua+tOBdRlWZJeHDKD3h5kQR9Kon9709np/vrpsOnIba
LLam0Ma0t0fue4n95rB6bWMQfrRVRZ0W91wEsH6I/nF5gbamj+ctc38xJTmdIrqd03ErDm+o
Gn2PcWiwNP0q3j+ayKXn22N/6hW8k5FlZaBa57Dumyut0bdXD1Wv9J/t/kKl08m/ptAxCzIa
xoZdjNLXOFg/whZdtdv/AH9uxSv+ztBbYwUEkNcHV2N7/wCb/JSUge59+ONxssqmXbxU2v8A
semQ71HNdtrcr2AP1VsVmmSSGO5jd3WYa6/tFlQOP6jnQwvYana/RLa/o7WfvLYxrK7WCxjx
Y1xjeOCQdrzr/Lakp//X1uvXsaTk2tEt1rB8B/Nyf6yJ9UulWY+K7qeUD9sz/cdw1ZVPtZr7
m7/pK5Xg1dQsBuG6qshzhwC4Hc1rm/yFsGPBJSOOyHd+awfSsMaeA91jv7LVYMTqNEGl/rXW
ugbaj6VbpmYh1zv+3P0f/WklIM7BOTWz07PQsqJLHhoeIP0mPY6NzUsHBsxmu9W713PMk7Aw
f9U9Xi3RRcdjS86Bok/JJSKpn6NviZP3mU8SSPBSra5sMDAK2tG127Wf3Nn/AH/cmrcHW2gc
tdtIPwSUrbxosDrPTurZfUWmrHdZWAW0vDhsDTH0vo+g5y6MjySLiwbgJg8JKfOslmNS2sOY
11tbfSvLJDpafT3b/wA5Qp6hkMua+u+59VLd43u9oIBO0bw5zkJ97qg/895e+R2Dp12/u+5U
zZdZc4PGrvaAAAG7iGw3akp6D7U8Y2601yWbmMspHDvc51NrTt9rf3voLR6TDcOpjfolpMHv
LtJWL1LHtZZXiemaXXPa0hji6sgD9Idn7382t7FY1jA1gO1oa0fAJKf/0O7xcUY9QrB3GZLv
EoxaotsE8H7inNg8HfcUlNPq+cOndOuzA31H1gNpqHL7XnZTX/np+l4D8HApxXu3WVtm1/71
jj6lzz/1xyo9UP2jrHT679teDjO+0OdYCxtl5Irw8et7oZZY2z9N6a2WuE9/PQpKX2/go2gl
hH70D7zCnu+P3FQe7VnP0hOk9jykpnCbaJmBJ50/KlujSDp5FOHfH7ikpUf7EwEGQn3gDg/c
U4c3z+4pKfMut45xep5dAkbb7Cz4OPqM/wCrWfTZGbTMOLLWF4Oum4c/vLpfrq3Hb1Wu2gtd
c5n6Zg+kHCBr/Xq2rnA0NvDmOl24EN59w12pKey6hjsdfiZzyXl++sB0e2eLW/1voImNAB3a
EuBgKoOpvtYGuwb2Dl5MtaLSP0fquazbbt/wbf0a0LhWLSWkbTBhurZIl0f2klP/2f/tIOxQ
aG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA4QklNBDoAAAAAAPcA
AAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0A
AAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1l
VEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAE
SwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51
bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAA
AAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAA
AFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABO
Z3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAA
AABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAA
QmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEA
AAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAA
AFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BX
aGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0
TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxv
bmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAA
AAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAA
AAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYA
AAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYA
AAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////
//////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0E
MAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAA
ADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAA0sAAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB+gAAAAsE
EQQ1BDcAIAQ4BDwENQQ9BDgALQAxAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAA
AAH6AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAA
bnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAA
AAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfoAAAAG
c2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAA
AAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAA
DWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJv
dW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25n
AAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH6AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAA
AAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEA
AAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6
QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVu
dW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAA
EUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVm
dE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0
bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0E
DAAAAAAXvQAAAAEAAABwAAAAnwAAAVAAANCwAAAXoQAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4A
DkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwM
DAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBwAwEiAAIR
AQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEA
AAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIG
FJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePz
RieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYH
BwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcm
NcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dX
Z3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8AzBh5VxY2mux9lmrAGmCP3wfobPb9NauI+8fVyiu6WNdf
Y6tx0Hogbvb+9X6pft/MVyrJZU20Y+ZcLLGgOq9Sova4n9GzHZ6bvR9FjP0nqs/m3rM6vaHY
rKQTZbodxALQ1p5fWNrf0n5rPoV/9cSUviZO9zMXAbX9oLdxvuO3c7/QUet+jb/39Weo5/Us
HDZZXdbS62Qxk1PZuDi17WsdUy13H7tXprNZUy0Y+Yyz0mgz+kO0SwfpNl7hs9Tef0LP6ilk
9ToffQ7KZ62M0bdjXbnBk6/pHf8ACbnpKestzWYnTW9Qy5Lqqq7rI5cXt9N1Y/rrksn6w9Vy
7mNue7FxXWD1Kqfphk+6NvudtZ/xi7YZGO9rLwQKnM2mt7Z0ftdSz01zWT0xlwtdjsrszTYb
X0vcKw5tpa2v0C6NzGW+ozf6m/8A4NJTRu6k3FyahgNNrHhvq1l3qb3OcQ1jLYa17lb6rTmZ
d1FOO2GsrdYA46FwPv3Bv03MrVXIwrcTKqd6dFLmvaGbHbnb/pP9NgDdvpM/nN/+EUzfm02v
tyN1zGyLGBzmBzYMNqsr2Opd/hKtiSmI6P1C+qzItacZ9ZO2k6mQB/Nwf8I7+aV/rHT7cm2n
JuyQ7HGMwNYGlztzR6bvSp9u973+oiZVtAorupp3XWENousa87Rte15qsuc5z7a2u91z/wBx
YWN1jPP2fH3+o2l7Tjud9JmmzbW9vubVt/MSU6rcWyltTaWOqOHbTaxzZHqgn07qmEe91tvq
fzf/AKLXUZPqDHs2jbYGmGjkLncbJx31zY594qA3vvIa0BugNfpltjP5PuUs/rFL8M42LZfQ
K2g12FxJMabHun1vTdu/eSUmseyp4LntDfzg4iIH0h/WWbZ1jGa4NDi8kxuGonzlc+55PueP
c7meUTp+Pdk5AroY6wkgkMBOnGqSn//QOyjpdFFV7Mi0jIltLXVtAaR9Ot/p7WXZH5tl/wDP
Kr1HGFFz6Ta17GAOBkB0HVrAD+7+Z+f6exalWPiVB7qmBjrHDcf5RP8AK+j9BY3W2sZ1TJrI
LfVi5p51c329/o+o1JSX6u21Opdh+tvOpFbnGtsg7oa33e9WGdNdbn3dUub6ldJmiuwmw22N
Hqel7tjn7fz/AGrCoucyzd6bbbBtIfGrST9J38tq6/Mc37E1+K0fonsdW1vtALXN3O1/6aSm
pZndVZLn0NqFtTzWDBfABdILtz63M3fT2VLDf1RzckVSR6Q2VuABc2sgbxWD+fu3/TW9e7Py
GPsubVXVu9Mtbq7Y4jf+k19rXe9cz1mmzD6hZS7UsIkjggj2O9ySmycuzI6hjmrd6bCfT9Uu
M+m3Vs2brNn6Nb/2oUiqihr7X2AODdHAu82n+Zqbt/wi5vonpZGbeHkuilwpaTGrtrbC7+qx
zmf9cXQW5LWWPpxKRvsIBLj6cADZ9GN36T6SSlZHTsWzAece2pudcx3qFxLW7d36Ta53trq/
wfqbfeufZgZQyGnY72ESWQZA93/Uq7mZRYHtcNpdEsLSJfX7R7X/AJjPzFe6ey/IqrdUwVVM
BOTkXuDjuIbZkPq2hnqe0N/RWb/Rt/mklKw8Ogbjc9riGustre0wGub6ONuD9rH1tnf+j31+
oqeTikE7rWW0sqL3Gh4slw+ixrv6xbvVqnql1BuDz6VNzxbQbXToHbvb7tr972/pVXtyMhof
nNLmXucwYoIiS543+36PpPZ7GMSU499D69psGvhEHT95vzV/oNhrynNLtocBIBI76SWrYysB
nUMmwPP6Vu2s2ESw3NBc+l7v6ns/62s3o9bW9WftED0QSPi7zSU//9HQssfxWJLGF3kSXN2/
R/Pa1r9qz/rRRutqyQdriwMI4mD5K/UP0ri2TwFT64G3Yhcw7nY4DnxrHu2uSU4WMdl1cgDc
8NJ50LguyyQz0LHMYNwl8mARt/6n6K5LplLsnqVDNoLWu9R3wb711pewtDLHN9+jmuMnb8P5
SSmrjX2ip+kObXY4M7Egfo/csD6wUtFuKAdxFDA955cW6Hc6fpa7VrVH1qrnM0e2wUMge0N3
exsf1XKn9aY+00NAAeK3E6di+Gud/wBJJTmdAc2vq+O4kFr3bHjWCJB/6sMXZdTf6T66WfTe
7cJAMNmO/wC876K4bp7nMzq3SQWvBHgNQuvzi99mPeSSXua1oA08f4JKcTq9Ya0OBkloBOuj
gSNFetdfV0SuonZqKrewDv5zb/bVi/Gq+32WWfzFG17awPpPP820/u/R9R376Dj1suLsRxmq
xwcJBDmmDtlrvpJKdbAaG9Oxa3+xzGTVv9mrju/Q3OaWd/oWKpkWV/tKo+mDXihz4AbL7427
j6f5lX9v3qzjZDaqC9zhU0CHPrG+p232fpKHfnO2/mrGbnNfkNuZV6NNZc8MHDnjX1dSfzvf
s/0iSnZooxcRu20uflOl7hu+jP0dzfo7tyq4+Ht6kMhhLvXrdvmNC14ceP5TlU6ZZZkepbaZ
3GdkyfL+v/Ke/wCmtPFcBbrOgIaDxDi3f/1LUlP/0tGv+cfoTDueyBm1sfjZIbJ3U+6O3u/8
xVnF3mZ7uM/P4pwytuS8NhjXVuBGkGByP3UlPN9HaG9Sa143tdXY1zf5JHiug9NoruYbGva1
sCyGl7dP8I5/sd/J3rncBllWQH1tN1tcxU32l4jc+tnPv2roftmHWXbnbHNa1xxjpZJAPptr
dDrH7klNWhrq66ai73Pve6wiPcGD2cLL+scv6k9oMiuuts/L1Nf89a20M6p6LSXCsF0nuXlZ
n1jYK+pFzOXVsJ8z9B0/ckpxaTsva8age4A8EA7vcu4u99djwPoPrLWnQQdtrNv9Zj2ri2Go
v3PaQGgj2xGvxXZXj9BsH0bKKzXHjWfT5/qvakps3XW47D6VW4h4dbkEF7aKTt35Dq/o27nO
/wCh/UWSc31+pXMe5jn4z2hmS1nph9bj6bnWVsLmN/SfpP0a221NtLzeA5oBlpAcD+7pYH1t
d/L2LEc/Ax7Ls9zXNoue2pjWj3MaNzmWt1L7P0jElOgK2NG3a01kbGl+ktHt9ltftWFl0mq0
stBDKgXEAzIbG2HD81y36cnc31KHCyh/+ErAif8AhaT9FZ/VQ+9tTA1oD3lpsY0tG0EP2uED
91JTPFxm10NbJDANC06GfziWq3QwNtDRJADdOTJKotr9Eh9thY6IbDC5oafzD+b/AGWK/jD3
yOSWx8ElP//TvYr7PUdpJaYHgoszMJpdZW51m5zgC6XMLm+1z2tHt/e2v/64xYx65YHPige6
Rq+RBG393duVz6vPsdhyXHaHkV+QH0i3+ukpJi9Mxah6tb3WNscA4uBbsDXB36J/0nvbH03r
XtzMat7jZkMrNeg3mND+a2fzlVa612axvph+PsebHTyY9rGtH7vtUsrp7bH/AGiqfUIDS3lp
Aj3bf3tqSkNF1GTlX5FAdsL2NDi0tMj3P9jvjvWd1etmV1K2ZYamNaHADXTwd8Vr0fZm3OwK
8htuYwh1rI2nUN3BjXS5ZeTWTm3uBBD3BoIJIIH7s/S9ySnOPRrHODmWsc4t3FurYk/nfS92
33Lq66BZ0zDa/XbW0EiZ09j/APOWDje7J9vLgQe/PBWlX1NuPVXRa1x9L6Lm6ksJ7g7fckpu
5YdLWgHboTHf/XaqvUcavK6LYG1huRikZO4AA21fzVnuH51KHkdVxbepfZmMsFhH0SNBtEve
4goHVcl2Pm02UOEil9MngiwGt4P9hySnO6VbkVWPfj2Gq0FoDNJsOvtHqfo/85XL8zKZfvyj
6j2GGQXAwf3Y/N/k+n6arYXTv2jXdTS4Nvoh536NLHez3Wfme8f+CIGRk5WM12HkxY4fQc47
nNa6Hbq7mn3Vu/zElO5i51OaDXYPc4SayYB5mB+a+v8ArK1hMAAE7tj9gPwP/fFz3S7bbcmG
/oxVW4bhrtDi3fY3961zfbWt7pntop7Ew+Drq47uUlP/1OduP0oGp1C6PoYLOn1OkQdzjOkE
GDuXO5IiQDrJB08D/wB9W/X0qwY1GJk2lldbRc+pgBhzyXQXfnbW/wDTSU6+LD3Fxbtglonm
ARuP9V3sRXZdTL/s/udYCA/a32sJ1b6jvzdyqsabnjJAtpYxwbYHNO520TU6pjdzneqpUuY6
12yotucd1jrAN4B+jvczdte76LKElOJ13EZldVucHmuyW7nQfBu3ZwrPT635GT6Nfua2TB5g
DR38rep9XoDuoG0PayrawWXWGGB4b9Bn+kt+h+jVv6u499GYx1jD6b52PEHcSPbp/K2pKceo
nHtabJEe2z+SR+8r9llWPWcmwAuY0bHc8dmqtlPaepXWNY7ab3ObVpP0jtb+79JPfW2x5c5z
6RW0DY9ktDfFv7+9JTndLsuu6yLTJs2PLnDmXd1PMq2WXPb7Zuex8aiXH3LSxcaulrnCPUdt
/SEBpLfadvPs/wCLWbcGuGRttAbda9zHO0G6fzj+akpXSc52Hc9xGj63VWzIGoiZ/k/SWj1D
B+2dIxLqS31q6v0W3QOrBd+j/rM2rEc0l+/Qmw7YaZBfp/a9y7PGwjjYVWMWOL2uLdxMFr3B
rnNb+bt/kpKcjHxm4nTnitu+yxpFjzr7iI/7b93sWpjNNba2ARsAbprBEf8AflDqrKsQND2y
9zBJbqJbowub/X+gpYY3UVEeDXD5/vfyklP/1c3A6fbldVppsYa2m33ue0wAP0jpmPpbdq1O
uv6li5RPrwxwltrGNIduJdt/SfQ/c2Lcpy+qPHsdRmN7O3bHx+85jo/6hEoy6s0Ga2xSC69z
g11bP+uPb+77klON0Ku6/p9+dkC3Kc69zdrDq/2sbu27qm/ofoKbeqY9RFbWWgiAK/TDHMkx
vs3uDfb+b6Ss5WY6yuy2ppbS320NYNptJBhztkfTXPuwmMvrvY4F7S0uY+XAPbH02t/fSU1b
nvqyrq80Foa5222w7i1peTvorefSfv8A39i3fqw9+WLLsZ7nXVug3ZDpeREN2Vua5ra2KVGf
0+6o1ZmxllLiWV3j3AT7o3j95X8DOxXusOJZW5tLPcW/zbS8xXuP0d278xJTidVo+x9RfW93
ukWB7TBlx3+z+U1yO/ome65r2ZdTSwn9P6cusH/djH9tbrf5bLmM/wCDWhVhty8hwg2Hdvss
cdzW67t+3/SO/cWf1PqnVOm5Bof9ntaSSyxzXMMc/QY7Y7akpt5GLXVRVjtdNr2v3XbQHO43
cfnfyVzlIHqOY0sDQffTfpIHDl1/R8WzI6d9o6r+lN02OpcBtY1s/RYPdVds3eptXI9QpNuV
a7YarWgP9ONpDXe9vtPu+g5JTd+rOCLerG8BppxTuaDq02u9tDHE/m7l1uQamiu1rntcyBcG
uLXPrH85XZ+9bjt/SLC+rFLaemG1zfUfluc4VD86pvssbXxufU79NsWp9ueQ5osc9wdD3Ma0
WFsfomudkwxm38+/a9JTS6rufgE6GxrXepYOHPZaA1+v0vY1LohnFrBj9GTXPkD7fypupW5R
w3ufcx9bCDs9Rtzmzo02WtZXtrUujAHCa5rCwEktB00ndP8AVSU//9a9TjstsJsqALn7aabD
pP0Q57/pbN37n/FKzlvqpf8As8WF7XEWZROgcR9JjWM9tdPt/Sf9boVi/Jb03GNjmxnXkhzY
DYAP5rBO3Hr/AMD++sXHcX9QqwTYPteZJc4jdsAG5jCz6O3a3ckp0MWuzJyTadGYxaaQNZuP
uYwt/q+7+RSrWR0eyy5zqnUM3j3WOYS9k/6Nv0LP5HqLVrprqZ6dTdrZJgRyfpOT7Tokp5br
3S3HIa5vupFYIJILy5o9N21p2+9356tfVelwx8ljw0Mc9v6MQ4aD3b3fQc5/7it9QodZnhzg
HMDBsHn/AOdJ+lN9PKy6wC3cGPOstJ+juYf+i9JTogaw0Q0AAAQB8lg5RbjdTfVkVuAtD7Me
1m7gn9Iy2Ds/67+YugGskeOp+Cr5+GcljDXt9Wo7mB/0XAiHMc76Td3/AFaSkfSrGGn0WGW1
ABpMzHnP0v665r604F1GVZkl4cMoPeHmRBH0qif3vT2en++umw6chtostqbQxrS3R+57if3m
sHptYxB+tFVFnRb3XASwfoj+cXmBtqaP5y1zfzElOZ0iup3TcSsOb6gafY9xaLA0/SreP5rI
pefbY3/qFbyTkWVloFrnsO6bK63Rt1cPVa/0n+3+QqXTyb+m0DELMhrGhl2M0tc4WD/CFl21
2/8Af27FK/7O0FtjBQSQ1wdXY3v/AJv8lJSB7n3443GyyqZdvFTa/wCx6ZDvUc122tyvYA/V
WxWaZJIY7mN3dZhrr+0WVA4/qOdDC9hqdr9Etr+jtZ+8tjGsrtYLGPFjXGN44JB2vOv8tqSn
/9fW69expOTa0S3WsHwH83J/rIn1S6VZj4rup5QP2zP9x3DVlU+1mvubv+krleDV1CwG4bqq
yHOHALgdzWub/IWwY8ElI47Id35rB9Kwxp4D3WO/stVgxOo0QaX+tda6BtqPpVumZiHXO/7c
/R/9aSUgzsE5NbPTs9CyokseGh4g/SY9jo3NSwcGzGa71bvXc8yTsDB/1T1eLdFFx2NLzoGi
T8klIqmfo2+Jk/eZTxJI8FKtrmwwMAra0bXbtZ/c2f8Af9yatwdbaBy120g/BJStvGiwOs9O
6tl9Raasd1lYBbS8OGwNMfS+j6DnLoyPJIuLBuAmDwkp86yWY1Law5jXW1t9K8skOlp9Pdv/
ADlCnqGQy5r677n1Ut3je72ggE7RvDnOQn3uqD/z3l75HYOnXb+77lTNl1lzg8au9oAAAbuI
bDdqSnoPtTxjbrTXJZuYyykcO9znU2tO32t/e+gtHpMNw6mN+iWkwe8u0lYvUse1lleJ6Zpd
c9rSGOLqyAP0h2fvfza3sVjWMDWA7WhrR8Akp//Q7vFxRj1CsHcZku8SjFqi2wTwfuKc2Dwd
9xSU0+r5w6d067MDfUfWA2mocvtedlNf+en6XgPwcCnFe7dZW2bX/vWOPqXPP/XHKj1Q/aOs
dPrv214OM77Q51gLG2XkivDx63uhlljbP03prZa4T389Ckpfb+CjaCWEfvQPvMKe74/cVB7t
Wc/SE6T2PKSmcJtomYEnnT8qW6NIOnkU4d8fuKSlR/sTAQZCfeAOD9xThzfP7ikp8y63jnF6
nl0CRtvsLPg4+oz/AKtZ9NkZtMw4stYXg66bhz+8ul+urcdvVa7aC11zmfpmD6QcIGv9erau
cDQ28OY6XbgQ3n3DXakp7LqGOx1+JnPJeX76wHR7Z4tb/W+giY0AHdoS4GAqg6m+1ga7BvYO
Xky1otI/R+q5rNtu3/Bt/RrQuFYtJaRtMGG6tkiXR/aSU//ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEB
AAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABo
AG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEB
AP/hDpBodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/
IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0i
YWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1
ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRm
PSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpE
ZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29t
L3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21t
LyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNv
dXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rv
c2hvcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8i
IHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4
bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTowMjoxMSswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRh
RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTowMjoxMSswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgt
MTEtMTlUMjE6MDI6MTErMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MjQ1Y2Mw
ZWQtMWNhMS1jYjQzLWI2MjItMjkxZmVmZDQzNzllIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9i
ZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6MmE4MTUyNjQtZWMyNS0xMWU4LWFhY2YtODdjNzMwYWU1OTg0
IiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6NGViOTUyNTAtYWVlZi02MzQx
LTgxNDMtY2FjNGRlOWNkNjEwIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBwaG90b3Nob3A6
SUNDUHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyI+
IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNyZWF0
ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NGViOTUyNTAtYWVlZi02MzQxLTgxNDMt
Y2FjNGRlOWNkNjEwIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjAyOjExKzAzOjAwIiBz
dEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyki
Lz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAu
aWlkOjI0NWNjMGVkLTFjYTEtY2I0My1iNjIyLTI5MWZlZmQ0Mzc5ZSIgc3RFdnQ6d2hlbj0i
MjAxOC0xMS0xOVQyMTowMjoxMSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUg
UGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRm
OlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8
cmRmOkJhZz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOjM0Q0VBNUZCQUE2NTExRTU5RDJDQTRBOEYyRDZG
NjVEPC9yZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+
IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9
InciPz7/4gxYSUNDX1BST0ZJTEUAAQEAAAxITGlubwIQAABtbnRyUkdCIFhZWiAHzgACAAkA
BgAxAABhY3NwTVNGVAAAAABJRUMgc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAQAA9tYAAQAAAADTLUhQICAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABFjcHJ0AAAB
UAAAADNkZXNjAAABhAAAAGx3dHB0AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAAABRyWFlaAAACGAAAABRn
WFlaAAACLAAAABRiWFlaAAACQAAAABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAACxAAAAIh2dWVkAAAD
TAAAAIZ2aWV3AAAD1AAAACRsdW1pAAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0ZWNoAAAEMAAAAAxy
VFJDAAAEPAAACAxnVFJDAAAEPAAACAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAAAENvcHlyaWdodCAo
YykgMTk5OCBIZXdsZXR0LVBhY2thcmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2
MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAPNRAAEAAAABFsxY
WVogAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQWFlaIAAAAAAAAGKZAAC3
hQAAGNpYWVogAAAAAAAAJKAAAA+EAAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3Lmll
Yy5jaAAAAAAAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4x
IERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYt
Mi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAZGVzYwAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2
LTIuMQAAAAAAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2
Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk/gAUXy4AEM8UAAPt
zAAEEwsAA1yeAAAAAVhZWiAAAAAAAEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAo8AAAACc2lnIAAAAABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAABQAKAA8AFAAZAB4A
IwAoAC0AMgA3ADsAQABFAEoATwBUAFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYAiwCQAJUAmgCfAKQA
qQCuALIAtwC8AMEAxgDLANAA1QDbAOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMBGQEfASUBKwEyATgB
PgFFAUwBUgFZAWABZwFuAXUBfAGDAYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB2QHhAekB8gH6AgMC
DAIUAh0CJgIvAjgCQQJLAlQCXQJnAnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC1QLgAusC9QMAAwsD
FgMhAy0DOANDA08DWgNmA3IDfgOKA5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYEEwQgBC0EOwRIBFUE
YwRxBH4EjASaBKgEtgTEBNME4QTwBP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYFlgWmBbUFxQXVBeUF
9gYGBhYGJwY3BkgGWQZqBnsGjAadBq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08HYQd0B4YHmQesB78H
0gflB/gICwgfCDIIRghaCG4IggiWCKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJeQmPCaQJugnPCeUJ
+woRCicKPQpUCmoKgQqYCq4KxQrcCvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL4Qv5DBIMKgxDDFwM
dQyODKcMwAzZDPMNDQ0mDUANWg10DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8Omw62DtIO7g8JDyUP
QQ9eD3oPlg+zD88P7BAJECYQQxBhEH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwRqhHJEegSBxImEkUS
ZBKEEqMSwxLjEwMTIxNDE2MTgxOkE8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAVEhU0FVYVeBWbFb0V
4BYDFiYWSRZsFo8WshbWFvoXHRdBF2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y1Rj6GSAZRRlrGZEZ
txndGgQaKhpRGncanhrFGuwbFBs7G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc9R0eHUcdcB2ZHcMd
7B4WHkAeah6UHr4e6R8THz4faR+UH78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUghdSGhIc4h+yInIlUi
giKvIt0jCiM4I2YjlCPCI/AkHyRNJHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3JicmVyaHJrcm6CcYJ0kn
eierJ9woDSg/KHEooijUKQYpOClrKZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2krnSvRLAUsOSxuLKIs
1y0MLUEtdi2rLeEuFi5MLoIuty7uLyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIxSjGCMbox8jIqMmMy
mzLUMw0zRjN/M7gz8TQrNGU0njTYNRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3YDecN9c4FDhQOIw4
yDkFOUI5fzm8Ofk6Njp0OrI67zstO2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE94D4gPmA+oD7gPyE/
YT+iP+JAI0BkQKZA50EpQWpBrEHuQjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpEzkUSRVVFmkXeRiJG
Z0arRvBHNUd7R8BIBUhLSJFI10kdSWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JMKkxyTLpNAk1KTZNN
3E4lTm5Ot08AT0lPk0/dUCdQcVC7UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT9lRCVI9U21UoVXVV
wlYPVlxWqVb3V0RXklfgWC9YfVjLWRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+VcNVyGXNZdJ114Xcle
Gl5sXr1fD19hX7NgBWBXYKpg/GFPYaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk6WU9ZZJl52Y9ZpJm
6Gc9Z5Nn6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpIap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbbluEm5rbsRvHm94b9Fw
K3CGcOBxOnGVcfByS3KmcwFzXXO4dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3s3gReG54zHkqeYl5
53pGeqV7BHtje8J8IXyBfOF9QX2hfgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuBzYIwgpKC9INXg7qE
HYSAhOOFR4Wrhg6GcobXhzuHn4gEiGmIzokziZmJ/opkisqLMIuWi/yMY4zKjTGNmI3/jmaO
zo82j56QBpBukNaRP5GokhGSepLjk02TtpQglIqU9JVflcmWNJaflwqXdZfgmEyYuJkkmZCZ
/JpomtWbQpuvnByciZz3nWSd0p5Anq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopajBqN2o+akVqTHpTil
qaYapoum/adup+CoUqjEqTepqaocqo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4trqGvFq+LsACwdbDqsWCx
1rJLssKzOLOutCW0nLUTtYq2AbZ5tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1uy67p7whvJu9Fb2Pvgq+
hL7/v3q/9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NYw9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3IvMk6ybnKOMq3yzbL
tsw1zLXNNc21zjbOts83z7jQOdC60TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHWVdbY11zX4Nhk2OjZ
bNnx2nba+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vkc+T85YTmDeaW5x/n
qegy6LzpRunQ6lvq5etw6/vshu0R7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozzGfOn9DT0wvVQ9d72
bfb794r4Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQ
AwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwM
DAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQR
DAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH6AwEi
AAIRAQMRAf/EAKQAAAIDAQEAAAAAAAAAAAAAAAMEAQIFAAYBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQ
AAICAgIBBAIDAQACAwAAAAECEQMABCESExAxIgVBFCAyIzOgFTBCJBEAAgEDAwIEBAUCBAUE
AgMAAAERITECQVESYSIQcYEDkaEyQiAwsYITwVLRYiOD8OFywkNAorIz8dKS4gQSAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAEqTxWOoEdzrnrkXM0UAWpJmTAyZ1jQayVT0XebA
etHn6RSxQBenINZLHVNRdLVFmb55rTnaBeYVM7h8M1IqRWYND0HlfQmfldU6pzl2JIZfo/J+
mHZjiRXUA9EHWFwSCLlujiSrFMa9LlQmgXl0R6PM0c4F0rDueOQ9diRUtuEc9xI2NnK1yQWQ
FMe0FKngfbxNQaxGkyNLNdNbN0FBCmgwYpHbEToWMjeyNgxxbqwtURgDQKgdAgjWmJITdWF4
mwMU3OFCgzRMBolynQjiqhqPIHFirFDZ7KAtepCAnXD7vnmzXDQBnQ0Q036EAKnaPMres84J
Q+ECF4okJ4Yp6HI0Bgaq4+9lFNJdZoos1coTMEb2W0AIVHjSCuUDogGa/ZuiSJTINBJUY0MH
FhdQvYJiThcNUiZwZLrAi1gKmxlC+klw2B7jO1Q0GkLCJ2/NNHrez3xVqtxTL1FRnG1aGTYD
oJRuoserQlclCmtnCN6FzjOS1mgV21Cbr2GzqaA2RAowVaxpgQAPZDQjNiOLVmCRzxBKXCuL
uE0XKH5domKcLjNQXAyqal66RnA0LmUHSyikzojWhSRheCgBDkU1c9c2uVXGFSIFH0NMHRho
zA7YTK0wLDqHNiiBYBd1hogTlW02BpEoia3qQEgQUWgpW1DovYo6vrhnAHMKnoCGROlQRS1q
CA7UBp6K5fTTcGxxAnmaShO6KoyLNqPnxmilR1L2S4O8oyDSKkG2cd8aZsE6wxElX1xNHayT
Ht0FIvJzYmQLsFJq0uKCOEBPaBkxeAcWgno4u6g8aDCzRj62K2XHZc0yiWB8nY5QwidHIKem
HlPgixpFc05TLadsZM2ZMkTKwpavBurcHY4BptYhoC4AExmSDoWNEeaQLm3IJc7cUYPYqTqj
dZSNLMBxdcjRlF00RMTS5Sekswi8PvIsiYtHgclgvkayhmxbhe8BGZXKNP5rRqWtUVA1nmry
ahoLq2KAcUEqlAGkZCtKlNWXghhNhLhumGXiwRalyRC2Ai0rjo1nhDTxHR0qNTlCLDBiZR6A
AmDMC9Yz6MQIaCTppNrMC1h2CVkA2q1B5uw+DgvBTosV1EHjVIm0Dx9tIWjQ45TUVL5+hU86
Ewipgwc4kU9HwyFacACQpgFSrFa1GVYXZCGZcAo6WQKssqjQRQdezBbGfUNQpssPoDGDR1sk
TcR0DQaWYFpqUHAWQshMeeA8gTXoJm0hn8/VL3JcXC6iSZew1KjICVWTDX0c4p1uBzMm6/lb
wKpYFYuqSqaBETIgWhmaZrXXqJL0IegDLBnMlXKcyAy2VNwXTJUZuQhGTpIma6syaDS5xQg4
AxDRVpJwQy9nNE6Fgr1uJ3cDbHZpJCLywmyEgRxB0ytPPeMrN0UgdC0Kz0j/AKPzfoglCLCg
6lKE6DOA2qB00NI0Em1BAskNqVzFLnGVync8jTzjFmwuhAr1DDpwJd9QdPQgiOwwlxGL3FcD
lamYLR1iKzU7bxd4PatyFGxCZuGQ2mQgnMGVm7GQUoWhWaSO+g856Adzns4CUJSRNqgFWRks
GVNEYjGS4J8dupYtxrGTxKFSqNj6YgBjLFL90DKxQjxQkEKEEXt3BJGQEg8AyJ6CI6o1uZmk
WuMpSLSIiuMeXYXLM0uJ5GtjlIvQpalxjXx9YcEbhAnVNBB9IRfG+CRYoLuL3CjcGGOgUIJo
JTPXgtooHKqUKNsiYOr3HMLGCsqsmZUgwlx3LKtLlSrtGEM4DumpvHWgbioi1qiArMCNNZxQ
cmhDHQOArHUK2jg+rlaZoEHwlcwR5VmgCG7GXGyuZhoEaI5CMFDB2fpIihpsDsOhBQNDTAbF
604k1LBGk2xERhl71sSO9hVgRTEXeUKxMHoBjdEmeWHs92DHdEcOg2AbLWTABeAdbQU7uC7e
LomsGbnLspGhW1B+gsU0YJnjaufpl5E8ANWgwrPCIyDA3o0BcEU6xrAb2uBIMgRgDAkA4i17
SVmgyDgZMtbQzilZg1mlWA9V5D0KsDtWxFIsOV4JidMgxmATQgwj6TBs2KAZSdRHqkgUU1iC
+ZXjN1svTDuZzJJL2KSPhVXSUFZIAbYR0Cerc647gyhMS0Boy+rYPYRCQn4RbXuXwN/AIrJR
xxDVK9cRfrWEhsgAsJujI72POUOEtSJIGepDFWzZUZSHc7RRNCK8DbEQWT2kDD009QA5wgvD
IHgNQoRHM5F1QavSTmQyMwMhVldgllRozLxJe/WLhKMFcdguNs4wuURSZZqaggBNIQlTWzX8
4C9nvjJK8YS7C4OL0ItWQzaDJvrM8VVJQYtNizC5BdNhAbCQIVzzLJsr3ODIOCR9YzZkxJZu
dK1Ruq7JJR2LOKtGXNIDlXOWUZXLQF0Fj7+ILGA8W0QkGlGaC7MEKZurmFGYuMRMnn121iK2
4DM0LmDc9MUDIgNoQxaLFacAsIxAKPqMEx+vQvoZxDeJhtj66kFGw3GurxdUpDPZ4YxNSktr
MmPQohggrhZrnGnUFAtK2CVvArqJtE9WheSiCZUrj1hlDhImIEWbKrtcJxtJmffSoPtLtgBF
gvE8LUtUtHcaQkdc8iJ/PJMtoHcagtZoJQwwjhspk0rJOHLtBDWoUhtN0yREGGKsUUSKI1gX
OA5mwO9Kk2txRN/JCDKQBVqw1UkErnREG1GjrDk6RwO06B9zPeBxWxepAFIpBN6GKWVzzXxf
QefBmrY5/LqbKy2iZ/OJFb0YBvZ2iMpyA07UsEZWaMYGaM2YyZGF4qa7izJFp4hI+YbpVTll
mJM8b64E7dwYGRnJuoiJ6WIt1TqdwzHHI0Mq49KljSCJYm6sjhRkEc7QzxlbuOaU1TKHsIiZ
YqOgBUNdbidXMeILeo5NCnNqsnkaEGWr3FbDMbJhkLd1Soj0Gq2kme4rU0EYe95ke0vKNHo8
8EkXtUqNhYiayMmAchZtQ6lmCUNHIF9HL2RwtckbQuIJ1aHNpMnoutlE5G0mZc2qTEyW2VHh
YizQee4u2qyeTHYZYd4BNqPmkQRA1aydahC5KyTHcTMcWwN3JMmjwQejSxawSB0tBErF6DZA
kL1tASeXF0rhBbGPrjma+oAGwIgU0DEDc9CovIywhoHnl9zGIaFsk3igq3n6IWwrF2Fznk4t
UrWeKPpOGtPQWDQ4NwFhia2KqygF0FzhcbYxgZQyHXJUIZXSGcj0GaIitINtaw9WpDkSKC9D
DKa2ZtBUNHMJoWosMkgbUMEMrQ23MjbFEHZEj1sFXZGLOgME7pJYAweTiakDtQ5tR02snqld
rN0wHMJhGknRbj2InuC5OqgZ09cik8H0EHzUSeXPOzFSXF3CFW8861anUsc5m8FsnVyghViA
Sr3BcQYTusH3M3WF4cXBWhkzpZCLkGYPFqksrHPMxIiB3qTuZ+8Z5hmLVosN8psAbBVCnGAI
zQoRZjOEbs2KKMmE35saiDuWZ0xxBgMkkAAe6ghgUHL06S2e5mBCcE4DVCg72KEDpGixUotB
YLFvJljlQsyg6MEpY4wzHlwmEBJ1zU0ggOIkI0iZAx/RwdAZEaoIl7k9WBcKio6kwQnQw+NV
pNs0sxtQzK34roZ4xwDNChM5oagGsJEYWElDiC2AUXroAFSU4J6PL9EQq1YHOW0NriZEFnVR
JhUxpzUhJakPJjIMq0HXGkt9c84NlYHUvBfQYXpQVc9U0Rr2H6ZMnIaGWHMqYassqb5E9gUj
RsedE/nktqtGfPoKGBPoLCD/AFgCpIFk3M4uIxQBDCFOsybTVbhbwMGNrNJbHAEV6GTa8moQ
DJcwTmQtvyYL+hwPicZmd6MJ5qvpCGZsiGEU7PIV5YdvnaI4sw6eap6FUwybxBLaXYGY5MUz
HJM96joa9bEd3HWhcpR4Atm6axmlHQcCPi21ib44eFRjiUA2ZqJWJYAvo5YjU4TTOIxYoDmQ
yVMePkQbVsVsdHFA0yMGqu4UReywyOlBns0sPkzzGlHcd1eJIIgZI9APTxwyumCcuSaUYdx0
2ftjbk8U8/s4gpQvC03EE9Vi+gB2VOLtA4rUlygA8WEwAXuC5qmXOQSlhVnOuaXZJBpS1TtQ
TYLM6SGq0FAm0TM6y5PXIJ11lDmMoZrRk8aGzlbgsLrAqtsndaBTJ0VzI5won6bK1gsxYyEP
QJnnGQ2IWcVN1gLAZQbwpV4JAiDG5RsO5D6Ql1Wx4wyE3HImBlMKQhiFraQrB8sIeKnKSQjY
CIgTeeGGC4cWooZC5+BFmg9tYW6cStjqXqTFqmdXkQ7JOEdZfh+a2Ix9jMMcZgg6Rc9AMrIM
AngRbDLplTCRBQPMpHFIMdmtiLjIY5jyEHFx6bIC0AsODjgbK2yVgbR0WgpeeIAxQw7MiMwr
QR7TzdMnrQUt0kdbhPH9Fmmc7nODVl5H2knDomTLxvT+cAV6DacRk0VYOKWYoLVd4yetcCRw
QqNooxetiCDIcjZw5jglM2yJdwclzJbgNnpIi0HdEndFjl2EBWvMEKujBbONrlprJE9JHdJF
C1MM9uLk4wq8swG6LFcXcCeQloJrNdnDYuIDqzQEJpcqEy5exJOaReJvQhBRXFtFUxfKPmkX
qcqsJc9HogYO7uO7pK9MlZ6SEX1zMaixQTYxfTxNwv3Qdask90EzHFMzWkxY1LGVszBMxJ1L
VPOqkWPQDFomYU6weFuGRh4bSMoWklwb9FB61bnEGUaUbRMqjq5KrOKdsJeqL26SJniO6SvT
xWJGTa0mXa6Y3Sogz6jxwyjOJFjo6SIniOtxXpkr1oOnoB4ZEyVnFhdpxUZYzBG/GBJrUzng
1bcJj0zGUJkJqmFYmZkZRMICswiJg7TNV+LHT0kdPET0kRMFRQUtbpKZevUwCbfCTluICYYT
p4jrcRW1S0TxHTxHTBZJxQy1GFiwXODpMgB3RuHAZQYKi4SVVk7nKiZQMD8xIS1ZLVKITzdX
OAekFondMlZ6SvTx3dx0WCAaGYiZ4iLQR08d0wcE6g10wT3cVpeheekjp4ju46YkgDElMjZ8
+JUoQEFuBXmQB4XsGfRuEHcJV7N1BkgjFihuWiIBWI6TfpO6JImJKzHEzEkLXUNHu4nukiJ4
rPSVnuIpepeQrD0xxWkwFmOJ6OOmOO7uJ6IJ8z6LzIoanBKCAXBbgsgIahkiEoP5oxrpvklC
Y69LFbVIMmi53dxHTxHTBNZ46OEJu422XnuJ6JOiYO6eI6YAXoQt1uI6eE7FCMzFiO6SO7ju
7iJiRXD9HgGX0cDi8gwM0K3qU3RPiMRV8A+zEklGcoWphR4DxaZ4iLcREyV6ZIiYIydTy45u
ovnWjiZiTotB3dJHdAIoikz0E93ER0kWjiYmDuniO7iJ6CcbYSPKz3AumhaIgh5Bg9LE2MFw
nBJjixgsgy0OORPHT3HdMHd0kRMEdMGVjk0jTvMndPHdMHdPERaCOmARRlO7uO7pI7uO7uO6
ZK9MHd3Hd0kAPU8YNxQHEyUrK4ZhY56FzP0QWTsZYxHWLGBcsYBDRieOmJJiYO7uOjpKoP8A
njL9hg+iJmJJ6JJ7oJ7oJjuOrYAS1bE93HTHHTEFujie7iY6SInjpjia2g87j+p86LEpYBQw
Sxw3PRXE0EzmpBTZgWjuJnrGjIoDSGQ0CgNA4DQLinlN7NNbQFYJIbBJHJfqwX6klurBcchG
JDYvw5CcPgnU4Jw5L9Ti/D4JwZDcPgnD47yHqPOmbNqhR3oVvSw5o4ZDRLjMGlp5eqKx0Foi
T//aAAgBAgABBQD/AMaD/9oACAEDAAEFAP8AxoP/2gAIAQEAAQUA5wuVJckjCGI+s2mS8DNq
96i7lizNPYxVrvYEqRB4icRlrZHRs7ITABVgccEXbVfeuhu9ROAHGZUF32Naq32m0Q99jYO7
Gq5lyJXFUEMQi7G1Zayi9lHnOLcQXdpRup1rn7oeyfYbgFtx7EV/FUOa+sAtilK9XdsruptW
1F9iCM9sscKGYsxEmQSUMEFcew2CYBM4c5wkRAbDJPtgYdkYI9Td6/sW+YBIAynXUiy6pBdt
9sqt2bsOo4LU7BZ6b6189yto22ujGcYZTCWsyom1uvabNoEWbRjVa/Ys/wDX9Q+miVttWRr7
LLgK2DsM+xsIq8aKqP1Zb1ZCoBLEjkZQ/V1c16uxLOjQWzWrQu6owpIal1KP9fH6wyRhzaMk
z1Pk6h5xbSMY/wCcRgkZBgtGd8YSQILDqslcYmK81PjrbR8lgWFopLNfexR9hrWKCkV7eyz6
21e5v2q6sfcZ1JVj9SHFlgPQH42qS32H2PYtdbaRWzZ41GfU2JXYNu1tqy2aWbkOFbT2pIfj
7F27Cp7AaWYI4Rkc2OustgOj8TWRc1favd0Sh1dLyBdRExtVELWlG07Eezf1m/Y1th6kXke2
E5sScU/HmAeSX7ObCvc55Gk2xnlrjzjGgY1dlakgCqqy59rTbXyis2WV1GnWsEPbYmNeVa+9
7WpISyqvW2VsropOpWS92gtz7zKAASPqByRK0t2r+1vZEILuqGRW0suUXPRYl+tZm7tlFDds
cA5p6tnYAxvVll1K1JspSb9B2GlomuyFJsTrWQ67tdqWCzxKa666js2tWdXuq31sW1a9kbG6
yJbpp5bwIz2wgHL1kJIwrIJIIgh7jjXFSdpiCxbKye3Zs09TtZYvbE0aLBXUlY+zqsLadWvr
rbebMufrlt+JVKsikfGNW9wyWoK9ZLA+/sNTW6Sa1hvra+tcZQR2+x0muxdBlbaArslmJBkN
UASAfJYQWaQjvaiEKq83OUxaVR2bXsytVVbH6vZtVV4d6zYsvuFL/Wx4t2stTfc00VU2oYF9
q9bexNt9i2bOvbq1qrqVIyIyzqRsbNdWfvXDG3nc/t2Q9zksxGI4IiSykN3zY2vDn7rK+l9j
5W299NdV+58uIwi51C3Vsyq1VZKtNikDqM17D3Gy7ZVd0yx/LagFli0RZTX0rxfht/mxQ67d
SfsKjNWUDFaezLQqh6lGNWCtNZSyvaVq7t4nDc7lNjna+utOU/W7M31g0UfX0mirUo183rez
puvXXqfZhxuU1FtSxgrbjd33LHFOxOLrpZlv1tgXUXaqZXVs3bnqL2vL2A4SDhhcBGN/Yrwi
EknF94XGSmzKtDUUIiLbXRXattOs7KCmCvtn2FhsHS0N9aKmbZ6tY9HRaPg1d7oLfsLQgtJW
hpbUsrczgGbhZGBJXctdMv1LGtVKqde66lLDsLibKHHesLZeXPe2CpCcQIiyuRq/YDxftGyp
FsalG8dL3nLiSCRgdgfPZNd0Gug2NVrUdYRFFlmC1hikstiVM2zV5TtVml2Yk9QSRjOACTk/
JTDQYRZPTBZFmzs2rXq0E17FhKosIA3bcv8AGr2MFIIFRIfXKY5FmJ9d5A6WgKhOOQMZ2B1t
pkzS2xYBliq4BCrsqLa7WnW1Yu1rdetKrdXaterQUpfqeN6frq1seG2EpDCyqHCtCgRYCjaL
Sp26Qov11Gwej3p1qbDyQxOUohZbfGv7rs37F0jylUfxY+9YcNzRr3E5sX+XLCwZAZiMPtIm
QTxNY5RWOdDn+dbWfazlX2dxytmtssMBW6q4dyqC1iJYk99WokX61lNn7b1K+wGZbmLXPDxB
Csx+vqaPI3ZGU5dY7PJVaU8hd7Kbat5PDRsLdhsRcNxts3Nw1pR8mRQFsqkLQ7M9TV5sIWRU
sZKdWsJtUoFRQ7/Yn/QycHBgxqKAXgsJC1MFU2JWj3O7dWFcwtbf5kkE+8DGgD3EAD+2A5ra
llhr+vWf1qcFT3uNS3XU7TXYi+MWkgdxarMAHVkrIAWB21rh1r2dZ0sp03NFX11a7VuuuOQW
Wc0dJrbAqqZgUglxrQd2ztbqcLupL1q94LhEo+16WW74ts24Z1ZQ1iFSGga5Dr2V1XVrjYrZ
FLNkXuzIiC5i9hiCOF9qDJ6hnvsnKlCoobZezXtqcNw3Ug9VVh2JAluxyIyOx6NgUSgIbVtN
mLsFc8y5dqX61tl99p19NunZi3BH+lVzAFnYuWVmUuA2qflr0Vu76KHP/VqRfqpW9gHkqoLr
o21Kt5FTPt64rTdKsm7c5YlrLnCVqxetHFbG1nbXCOuza9eWMWyqCfKCi1ux/XKBmJYnqbLS
wTVS1PDWi7thVWHI9n7QBA1QSzMAKqyz2FVq+sQDNqz/AE6ZaQpLyBU/UgYXkewUcEkCCRWA
G12DW+FVMZTbRs1pqa9ZuTqbK0sQaq3Z9hSChUkBGwuFQUqzUBQtbKGs17RnbeUbA2SFqzW0
+w3elQa258JBAYnFLoi2Fn25FddqyXYNr31d7LbXNrAG5mcayADWBJpcVJdecDoossRDSWts
rqXq9Ijf1mJIMsgORGdc1xBYVvmprWTYiuNavom7X2KpZmzVAqrZ2utSukqCTXGQDkEDkCWh
Vk0R3Ume2a1xqsOxsIt+4yAXFhquDlvIsRBaioy3SjGw9k2GBpdWypuyWfsVNYLbV0dLyPZa
Cd1Ysqpe5q/qpDUpU4Uwwhtgsy/FcS0DGJBbYt6iXLKEzQKO1bBDWpIvrVssu6trapsHautd
bZew27KAoj2HYp1ibNcQNdiq1sMFFq5UPlX9mKAtutsNwgqAnwjNqkq9FIGbZ5WQErBy1SMj
FAY9eVgGp27V3IxkY6hTpb7Lm04vt8GxVlFYA3tlq8DOWtYsVYvlyEYOGWxlOtt2gNeTVUpb
EhKdhmXFKXIqKgUnLVFliVvrVN8jcCcKdgFK4WBITsEWtVsPZvrUHkLg3m7qWLWNXrjAOLCH
e28UV0I7PfsFFSx7C7hFqAypKntfqLXravD4tmqj65QdpB0s0mFf622jEGpKHPazUNuU6AjY
pNNtgDYw6hYngY3B1VD4yEDqc2tcsU0illdaIzMe1IJz7JG8oaFYdsZSrJc3YJW71UK7LrBG
pSu4inw1k/HYH+ejaVeeWfrltVINrVtW8TZJxywxX6gNOHri8lXhtVDVRr67JsGoRQiiwgEW
sQEhQVkpeFrPZibRWlZex6rKbdevWZLbUrNb2PblbGuzWdmq2zYDWVFV2zJcs5rjpqbgVzbm
wnkU19hAbPCRjUnGHy0usLMdUwRJEDoDjR2pJC/ZqCoblZNl1bI8RisxylkV32VLaP8A0ssY
LGXD4JYtV7bwbH27nZrLHNb9DZWOtsy5x3Pbjoqyj9p1ajbffWi2VsGuJAXWkrZdSmHdrOHb
JNr2eNSzF24HUZ9f+uqblNddi7jgU97S6rTVJNtOzYpv3UuanhFWWtY2W69SrqlmF2tb2xwR
XrowN2pIgQS0XD5aHssRnYwCQJMGQ6jPsWPjJIKOFO3b5mXlrk8RDhsJM/XMoYuGc++wSKur
uWpeKqCSuuQt1TJmvWBTta5rLkAtBAY4lq4Zn62FvrfyNp/8nvN77Hlhq3LCoZ3VCbUYBlXG
cQxg1C1au1tippWsdbUVc3rWssPxNLWsws2FzYnLb4FKQqMFqKy+gh67NqLlNhrZc3ddVyDF
3xfQ5yPQiMBC4IKrZ1sVuL0VlslX/Ep1iCzE4iqQtbA6hVWqdmtBOWBXr6qqhwERFLMxzYSR
Q05v1zVYvLqAIGA4OTU/V9cqunWAdd6eJsLKVhACdnWLFKvG1jQQ2QGxyTXp6wUL/bc2Atb2
AD9ZTSx8ODYcYbAwo1XcGthl7QlClrERaqSTdamur6+tYVbcBeke18mz64fHjOcCyAkKzdDY
DiCVtWU2xFitBLiSOxJ4Tt2U9hqVqcdGBWt2U1v1rQDCO71gSeM4i+1dcd22aLU62NAI9uM4
wf2LE1ohOQJNS49CMVo6NZY/a1gMZefbAV7aysSH8eNYI2ryxJLHS6eDZ1gCNTWZhoapB09i
vP1Ngrs59drHNslsVVrdGsbDX2NIEWrFmxw/10dAOZTBAwTFrTsOQBS5xzK/YKQ7CcAJYggq
oGCVdbM0jKduVAxiIfJAxUPU3Gs1/wBd8zdrM1a/YAC92BKwS0duvImdCzy2KshkAwniw9WS
0mwtD3rKKBNqrE86zyLGZxbZ1odvlXHep7FRbgcsoJwqUxUZxtWPUHY7F9aLXVso5sq1i2D6
6uE00Q3STaGOXrDaIKv1MzhHIM4pV79vyuaC3Rjm31LWJzHDHJIz8jnNJAtKngthMC2yHaxs
pbgjvcBAY+XYdQE+wCl7FBxJGN7rPbq8aBIepvg0ZHG1YrMgBJUd7KwKXQAuRJWW1gBWywbC
zAr8qyZqtXxmuth2trzzhgHpRdvZdm06lDW2jqsO1KA5MDzjveQGgZta9ZFI6MScjAZyyOuu
Dlh6prSVkZsqA21HkbAFgAHGHXEILaj/AOVZ4YzgEZtKsMsrWOuLIct8egFg6+PfBDMOIrXG
aMDiWYzpkCzWICFc2bfEiyWrBLtw4sLVkAtYYZV7PBRa2Drto9JHzyiS6FgK78DV2BtdDl48
WWIbAi8MxGUIxAUVK+x3PfGlsXhr0LpqoGuYCJznH+SUsCsYsDOwjbIK3GGUzhOAyRECAdID
woDBJz2G2/zrsBw9QKmnA6wqzYwk/Y9iASRCjHGLGGQ1LHy6x47cbfzs4GVSS0BlIll+Vqhn
1a+uWWBspcdN/wCVIkHSJV67qXx6FbGodcFtiZdebLCqlEWMTxOw6UJdssSo7Gc7cluU5TUA
87QMgYwjHxQYX2mcAnNqM2AA/bIAHMtIyoFmrXogJgEHCSDbSthNCVC1yKaFfqQANZpLANn2
igLGR8W7QC8gklHPfXsBx3UZaxiROuTIqR8shLGInxtZbbV46+YoftmyCa0STpV1kWa7IUte
vK9lGy1a2S3QdmPXxWOTmioUPa7NbaFFdhZYnAoGGRisAukf9W5HUYVJNiqMUQqgwSIUsM2I
neBUDhpwnJBzXHa4ewiBhc4G522YCssc6gDY4r1BAPxP2YnXIgE4faBiqvasHtW3N0st4DYQ
2UcsAetsl3Zms09fqLGE21spViALEsSynrlVhrsTY7ha0dX12UAuoG4sXW8qst3VFtsWqusF
3VwmISRAxhGAg5WtaVyR6MYLKSVIIAAyDiQM2T89r5VWf2xuCVhtCkxHCEyV468qCDvEzrEy
rDNr5ZrqFT+zfaP1rPIVWhsgwCcQxlNfbB/YLL3OhajsHPKbKnrp0hnuuUFnbsxDVsBIVVao
A13UAqqcV3FCLe2bNtahtiGWw2EEg9z0cNc9bhcpqAAAw2DCcMYjznORh9pMjhVGQOtlhJts
FhdC1NwIsWMYRigNmoB4TIxJk7KA+dcDqBuEMKp7pXC3cuigMQpb7W0m1RkkEkMOcUyACBRb
K0eyjnar8d2sOR7bcDKUK1vYFx0JPiuXA5e0mcpPwvt4rtXr4yQ7MmWPwFBNaqFBkWt/m8jK
YUVu/UEQyoMYcQwNfOcZBw8LxK+yMwxhKuvVbFCspivabtavxLMSKz1NYZdZLmAV+yjWZT4T
jVucNRUa1XaxTKkq1yucmRvOTercFzLMSoJwFhgeF1EYqq9VDkZdWrigmS5xaabHDkt1bsKG
yylqjtUyKnka5PjRfJaayAARjM2WwrITBOf1wMXYQz1p5WAwMADamLaDjHK+T/8AbscMAjFE
ANyQOrJ2BC+QQybCHuy8gkAZqMG1rqWXFdqsS5XwROzsXqz2ErpKcewIKi72oOudoGw/ktaI
JOMM6yeMWZ+uKmuT5OsNaiiqgfIKJJUWLSoWyyjWD/bEFftKbQTWwtRRlEBFUqJIKWg4RSw2
6gxZIyIDM2U1dz0DGuEUCxsFJGeHAghjGVYY9H/tWRkiQB2LDEMtaALk+IvADWCDC5C59ewF
YYEW0Aiul2sYECwApcqldDsRufEa4jK5GXcUPMqDJw9OpIODgqsn6+yLNglLgJNoPVWKvMAj
yPbsnW12vL2VfX0WV7+pWi6d1lD2AMK5wBUXoDhAySC7FkJ5ZYCgMZ6rWAAuCABEe2IFxwJQ
wBGfHHB7cEiBgIhiBinHaLVBOXgkssqBGSM1Eb9ev2LcsZxgYsUst1NYr1gobbIOa64rkLts
Rq+xIOEMASThBgtyinNUkWbk/rUt3Vhyw/0rgqo63bzeYtrv10ttBrbjkWuR5KW706jouxYh
bOrALaFBWlsNCEX0dWdCBX/e9gG1vkipB6xhOTOLEtHYTB5yDjGCiYAMI4sIGeRhgILIwjdq
gOwGMZCrzqdvECqoxfKlcY0db1ZstrCZWSW2nlqBCIPjvlRSQAI4eRnMkYwAxG41iFeFs19O
QHPxWDYgjHVWzVRBZtblHj7f6bCdst/tpgGpUJuDPKOrhqTDVup7OrM5bLajmvULG2SDZQ7K
J6qLkiZw8FowjlWkEMfS2wEV9pnFghqlYtT8VGIVZdsKaCZPU9UHz03KsiCWHU/hH7L7HYJN
ikjLfk9XCx1GzULKyOZ5kHCol1GMICfEVAtZrT40YJtWf1uLIUaUBxXbyLpaxW7UqBsocL1B
t1av8VLJcGqsXx9cV2XFuDFjV2KVNltBCuRVWCS1KqMa1sKswqYKhUYIz3ZVAwkxxhdcrPPI
xfZVIIHPjgazENeB4X7EoGkL2zXcBq4K2mQisSApzrIamTARS7GytSMUErcp6XqQ7AHJAPkB
JEZ1YmtBGqoDVMTVcet56nLCA6HgGS3Ip1w6Va9NJ3rC1iUd706plgWOsDyOglLFggTGXbJR
uwNNzEKhBZAVPlAIS58bXYCkOApAAJDmBkznOMoOJBxSew98sLZE5UsHYH+J5II71oGNyFF1
tm1HUnqHHeOwt2UpM9kvJxOGQGFGOD02wouicI+TAAKSD5HOJZGajM91LDNxD1qbtXYAbQPg
DAQRghVu8Pk2dmlm1gDm7YUXX3a3QFGV0x0ZStvACOHqGNQ3W345romQ2V0omC2sgWKcPWBJ
IiW5wcZ2OMIVAQ3UAKcIBLkdmDFtewlthh4nPPs6mM1UW2s/WW+bbfZpKfYID/7CghrP2dj5
AXk9aQS9UKiiTczZtgCwyM/EkZ2+Sf2JKnUsi2iGGygbNRv84+S/1jhF47kV7JBqrHd6gK2+
z/qZ7UbLotO0rAhGzxMCwEEscAuZbq+Kq+iVgjLAWXxuARlRCuo4B5VjMkejRIGBsU4Tw9vU
08l7EVnoZK3dpcMTSGYy9F1VnbB1OXalDEaVCstVaGxYW8gpqpDHqDDZZ1jbJLwSYIwg40xL
DF5NZIbVhstUQV8eyeGrggmAzdUsu6qT2C0dRVS97bsBoKmYKWFDq7nbK3R8NOFEUW7VXTyd
ioR2gYQRhWRbVAAnKTIBGKeB29CerAghZhTlhlPGz1eK4tVTVQtlgeu2ggDvOopLX6/kzVqd
a4wqWxZz3AHZdhZylSBDAiQXK5d8mZWAOEzhWcIEgCRM6HbxuOw20JqFL2CtSuNM2nl5kkla
LChrgr9vWBbE51jIBNZ64m0UxPsbeps8mHYr6mryhaIC2IFZu4NbjFUEXa8ZXwUgBROHIx2h
q2nEOdpxGgv8CXEEkhm6Y1YtxdKlQ6hBWbXtQfHrwmEQRE1iTsAi+hsYsXWIusIQMe6KpyzX
Ry+q8rq7DD9Wzu3ZDAJ+u7FLGgOA1dIdUw+xMso5JOT1zVtBH2OuLaWLDJkK4mmlrX/XKA2V
g2ljgUKg8qqNhgvZWWnYWvK3FilgCWJDp1WsDoARgYHIOPwSYsT2AbAMv2S9ttoTP2GA84kb
Coa9lnxjwfapgEZx18/TF6lbCkX/AGHQJez2UiFYksHJXcsYJ8mwLNbdgByexWqGLvUHU1VK
um2OBH5mWmcsVukECDnY517Du9ZRhbVv0mq+yBnJzQNaCxUfKddA1iCwhAFMqvfFZp8rOtFz
KZDZHFwHRZjAOYGWCSIDhupSM3djlOrWWa5sbw2s/gvk03E1Iaxw2QAtRAN8hEvJyy3afGru
OfqfCuhktgYAcAEbH/KPkgPSeQYLMWytpCnggZocEmSByonBxljYSvWYHAFYg7jVdfr95Hb7
imV6jqE+QChU2CDVdUR4Wy5SjO054oVyqioQPlUdR2K8zdYS6ezeyn0J7AEduy9h77cLbVai
ldhrnCkYrA4fYxNr9MCE4Ehr1iq4moqwZVQQ5AFKkWtPaAADI2GcjqWxCevBYnOslAyujEhw
QdKyGsIwQCsdgpi0SSSDEgiAsdd4dV13KWb9iWaXYk1rLWJwQVwFgU2nBSyu6t6a1ywWkgzl
Alr7i76oPi2L+i4hhZnEgZ2GWN8j0Z+0D9qudo1mwkHNMSmIpYkFRIzZ2Bms6PW0MSoYXaqv
ia61FGl6Jsu1R2NinO0sPiNpsQc9iMI7Y0YVJUcGpwMILPUwRwwdSVlMqzaAhCS0jGgsQAu9
1we7bLNrMAQo5vpKqymIMxlN3Q0bxXLna11YYLMiXstWitKDFKqzD2UcKQckY7E4zMDZsXOf
fB1BQDtroegODgGJ2m/zKnNNTXSrAgc4RxaJCVsw1tatUc01mQC1cnxO2bdQR1XrnWM6AtYO
fcHjE9DX2dLWrJ2QAm6vb9oTZuqX/erGVbNdxr5LgjN0qcB5AEleAYzQZL6xpi7H1bqzYnXB
1yxvl7YOACZVmXNeoudg9atUQFHJEmAcjHABAEkSSSWdoCAMa1hQBn4kEMEcPVXWY+KrGe2G
cgYam7AmtbdwA632nc1MjKzFF2WWwlCCpBFans5BxgJmUr5wqsJOPyfxAOKrGu0gmwsc+uqB
RCcdy2WT2aAysJPOOQo+tZv2rqwll91QN9Fb0z0w4JGcYBlSMTWAK9rga6ECCSOcBJztjAjO
APcwc+M0yLAOQRnWciMAGO3e92g9ScA4ET7+jx03lCuFZRVuWU4Ps2urkFgcYSUjAcPsjABT
DE4kZcssAZqpnNhwtVknG7dvriniBVhZt3rZ5XZVIJcLWS+GSdN+lo/2p33hdKXTf1lRYHUj
AcCkjXqaI52mY2a7HDxgg4AM5x5GDnCYxjyOs64IsVwQBLAgetSThE4OBOcEzOAzj/03UDll
gMeaUBxuoAsJHYgqOtMkMwJAHKzh6hUKgdB2C8gqDt3dix4aCdCf16m6DYQM6r1UHqXcdVIJ
4ysidCz4XoPPospbaRbBbWyPJVuSKNdmxFVMYLl1hFtKFc+OCCs52xjy8YDwWjFHY6oLMFIx
eww4zCCZxWKgDDkKMjAMJgu0rfw9lefrWnNWgLlgkhTCtws/q/kqYcnKCLFkQOT17ENAexYu
sDOz40A6X/IZb/1ZZxxwACsBWDiBAGvcVR7S+ac+VuDu6yvligPq1q9tfRAWg+RJLu9qSUAk
A4AIjGbkwMJxgCF7RoE9ngYnAgDNhYShSR7N7GMZqlN22UY7ewcpcPW5AXYdhYILsR1U8OSp
AjKKvIXq66rADJywAlGICwV6YeGaYvvAUfLHWDAJ0kPiUEnaR1tUSLRzU0M4gq4OArlZIIsR
V+tUOXlTZ812dYONepVro7Eueqks+VVvYYgBTAmVYnJONJJjILFxGAZpSb47hnCZZtrJr7oi
9AbpeewUzm8RNKrY9vjOIioo+Q2wFvUEmYZiCrdRlYadcdUKnpvKFB5Jz8VAjFYliwC23Fje
inDj1N1prLtRUEr4B3mBvr4TYHxAIPX/ADHTAuSoEtH1tjK9ykgzhXstSMDJrYlWFxirVWFL
Tg9guKoJgY/BIkmId5b2zW6pYxrUbd62PUsvVBW7vXldihFcm7uzNszZbXooClKVgGCIz7D/
AKuZzoCzmMsIBrnNUnyKvy+zQeInFmDONUDUJXL7TisMZA2fEY6sxq0FGPASvnNxp2KXIWw/
AgB/j0cQQVkqsD3pLK9LWPT44JYRHbNmsEAqpuUupPhpqE4eMIgJ7ycvB7LOMW7H+tbDKKzY
+21rP4AiVa5bK4UXJ2Vl8dNSyQqg1VgEMZYwA6Mqnj7Kucb+sjrEqqk5S6htM97lBzfA/W4w
9gKkZnCwT/R0tBCMM72MVDnK1Iu/NsFKiCLauz6pZcMlrAZpdTlyqMWZ6xgALadBLUxXhIY2
181yHsAVXRMMzsDsywCIbIECRkY8BjADDGgECV0NZqwynyhVhG65bctaatwuzbTtlVSmp7Eq
D7iPlLrYthNjogwAnN89MYBzr61hA0lWsI/SsgHSYI6t1X7PYU1nOAq2FRVsWQlyZ8TlgnOo
A+OL/wBJTLP667oMbqSq/KQTfUS3ieAJyApn466t2oHXXrAYd2QqWcpUTlif53MFFtoR9iwC
yoAqoOASCIyMu4bsCCR1RYOlUHvEBbCfIsxYfj+ozrXpWKw4rsusAbV2LSmvTUrXvY1NfjUE
TXZzt9tixdNai25VUFu7mjXBxNWlrFq6lUWyv7GpK2ZCFAJJBY1a6+NtZupR0NYYK9sHWWxm
6ICAFyVhrAitZygIUs2JepFlyEJ1bLhWVWBn19RfLqiK6kJQ1BGRa2cADGiN0dm2FKvZ8jrc
DkgSMUZxlxkj3fsWUEZ9VUejc46w4MhvjnHUbq+f9mnp56VFm0Sy1vZldATPcKM3NhExLakX
Y3gzye2vXaX8laAbpawOGNQPj+yJJJkH37QaayaLbnA8r4L5ACZFgChwQpDMvYbDdSQ2VucZ
AwNbdiIytwGLsWqr7NrUDXqdQ6CyyogU3oqLXhK5ZeGAqVH+wX5sZzSLdpxfYA5By0egAnqS
dZqqtetri1u4oY/YqmH7Rhlv2F1tepDW+MsadVQhpCBTOMQqrYDlzAD7FizFXOauoHbY8VGN
de+AOM0Nf5J0Vzuso3LWtrHt1UFlkWbF9K6+2t1e0wRDsuBTv05ZsC6yvqw2IYu3xs+WCVzt
1NVobEUHL6VDdQpDDPqqw9rjslBJWypbBfXdTbXXbYjFa8rqTptmLd5D4ywZdIww9lweln9o
4EjNOlrHGtZllT05YJZdQuPEqMQc+udU2Tqgk/HGAYNNeBLXZVVAy+R/s1FV3YkJs2dK1WzG
rrrWumlcr20Y/mBlik5ehSzvOCc16a9im7SuoddmwGytLTV9PsPmt9ctAReubBheo6GgAWMC
5QEQ2IzhWcuLOSimfrdcprU2EMVKkNObiSNNzO6hF2q01bPN2yQaaV+NUrYpDICcWM6nHkMJ
koVP1CFiCTm1ri2uwEMWsOMxgcZoUi3ZKgLsWbPZ9vbVKfsmOP8AZ8W7N1prZ1zf1W6ENKVu
SrvW77SIPO1rfW11Oi6tZA16hnVQPsKgVgQ0x9e3oaKyRXWmSSQwDSBm3dGICF23IQuRlNil
jX2IoUrcnQOROprG62qxlNtcGtw6M6T171ntXZtAWV6L5aQb9lZRQK3iM1QRWBiicnLfp7jh
+o2VLfXXldKg66k4CVW/Xpey9QrQCbKHOfU0QCBDgEbNVbC2vXQCyoZRajPrw99yLabProEX
VNZY754y5qpadPVsTNefQwBtxbjIyCWzRiZznqCRhyc/sdmpkxD3y1UdbKoZmClNh1xtglGs
BHLH6pFGWr0etxYj12V4LKrsZLqjevZKw36+nVZWxrRbts5YQLjydfhARgYjO+dgxAGQDgQA
QDkAYa63w6WuSNGgYNWvBr1oHboTsFDuWWFrAVVWY4ewbRpZlbK2D136i2YdE9l0grJrqmQo
yk8xGbV0KbWkMj4aXOatfVIHZpw9jn5YgC3bVMpZNmpvrmUDSv7X1kPZXBaFPeQQcrYFtZGr
rMWVq70P5VNZrRsHOOa1B2tdcTapbGCkWEMbU7qFEp2AAGSZ7Ytl1ZT7AgV7lLHz1jFdWzsD
jhWCqxweQYqMM2NmG7MXrp//AE7TdtmygspqlghjWvNGKVaqhlBkwxIKkwCcb2pbm6zojCR4
1YDXC43km250y3c2A6fa1gD7fWx/taYbcsdtNRc2pq2UNGOQqOezWck1SIOdiMorLWV1t+vU
4h1VwzmvKrCa9nZfyDSvtwfXVhbNcVlr7kWYpSxgVqHeoCEgsoM9jlmm4w1N3amG8Tky6DWZ
0yzarryos5Qc7N3jQkg0wcLRZ5B5ell2W09AtRJFEO9zUvT5bAslWLQHJDEAqQ+VhVNil2tH
xVoAfNdHuss1q3Xd1EY2arKDSQyowAHy+r1mV+MjN9+mu3AUjCAGYRgTn6+kzU6sNntXZXYt
i2UKy1tYq+StbLt6tA2zsXFda4BaSy3fGvsQVcnNduyj2YGcq2jWq7akePWtw6aA31JULLmQ
1qXNVfRLLFpRrzdalQdkgYzk2rR8mtkswIZXXO1rrZWwVbbUyr7D4ttIR+8gA+yrltp2tpq6
1+RCOTjCD0S50rWtT77PUJbCZZDM1iKNTWNtuvHiAyIz7Qk2XV2KvYghhYtqdcWVP1yEVPaa
bT476zV4y11irTsqrWIWWnVQYjVKDdQM/YpddwcX2qBQltja6dax7tnxw9SVudMLsrDeuzs1
qtR4206OikgDduN1iUxggC2wVLQR+waFKPUzYQc6WFVraSldyXa4DW0FQFLZHbPGwb6zTYOU
BW3XtUrr7LKugmIqoecOX3sH2vFYqfXB2XQqVqyqNQvVOTk5br12WfbOBU6kivLLDAln0nZK
GNeytdzUOjpYG16zjatWWSMUuUVGxaCWrqSg7VxttKI2xTYe1fAEjOxOQcu1mDMRiFDiU1vg
6a6A2MdYWWPvbBGUUSzBQC4Ucu9SFtkAEAqmeMDBUubNwrGjLnd7V2MxZirFgFYlQi/Wsofm
EGRhjF5JJxs2iotNFdq16bVt4Sw1qWF1T4IgYTn2LF7ypkzlxxOX0k7VOrUOBVsr0uoZNsHB
bWTcFeurZRMO6Bn/ALA423Yz96WC0EKKSblHGAE5zltorHd3cUAEeNVQWbVyqqjZvFNcO2Vx
17A5e5ssqIB/WXqgIuv1Vux/NQ7bd1gp+vvuNNKV17vRcsIYhWkp1DXpWfrKzY4GIkZwMb+q
f1EEEcfYA96rzVati2jqQWCyGKlGVhkQdiiy3atWxHbjHJ7UKfJp2DLqxav+lD17CWBtauzD
ptJ1HJ/VUWnVUGvRoUGioHZpCtWFlbv9wScnJc51xvJ104IRePlsPVUtauyorltix7l7CMfO
njX6/WE2uqjXSciMKAhNepcj02KVtUahVnQoWaxymlmn1BX24HpYSFX+oGEcbVZZd8Lmptis
fsFh2BVWGVKVyQRxnE/aU9ssY9tvXWrKSO+u0pXYCHRXF+ngv2aj+7dDbLnLmZ07up8xGeQx
XVZYjllysk2JIWIyFPo4pfPDUCXsvKLdXZMC5zY1jlWoqLBmjEWVAa61ECIqmyz2zn0k+hGO
vxtbxFrtdwbK8t806lbAqI9TgHGQDhAj7KhfBRqeR1FaHrYzLSzNQbK2ABABwjL1LpsVlLLr
mK1sY0eUuW5LKdsgLsV5Y6tgWvCqDHatKjtFnXYq7Ha1it+whrqC3pVrCvJkKRAyWw69FdZ7
WnVpFa5stGbN4RK1L4B1QVlsbXZ01KFqQLkQc4yBnGADCBm05VGk5UvZSgYbIZz9e5VlyQc9
8I5HGcer1rYtitQ60qVFYkUdlr8yPU4YZAwgxu0E7GzIOu47UIaag6OLNYHBrvnhtIajYXIv
6uLZ/SBRqCANewYaLGXUHjbk4CMEYBJ5zavN9mvQEXqBl1wrGzaQSrMagEQ2ICXse2tT1jIO
RkZHp+c/G257AGUC5DdrEUGtHFqcrHODOP4H226ej02q4AnKyJvNa5rqAhwexxqx23U/01ki
yzgE2MyNeuJtWBjsq5bYGCxCDb87di5MTYeU2F6jZUF9g+YSRzg4EGIOalakr1Ic9Rs3yX7E
1J2yxlRdUrbsa2qvlAjOxycnJyeTkj12Ebt4x2TqF62Tc1iLXb2ygyk5+B75HPp+HqWxb9O2
ths2Jj7F7DX1brmReizg5BxiSu4oFlILXarkC6iMF7DEsRz43GFGGWIwWterWVUvlmuoKU3h
ij9hquTgOCBg5MHL9Sxlpr8Fe3sE4ZwBnAARdrZ75Tb0t1FHgAjIGRkZAiPQjBhjL1wKrMFB
aIFiKUWt676j2rw4pn05yYwc4cnPfLNWtylNS4YGdsnJz8khR9vsi6yi6zXs194FiamyzURm
bRYZ4dhc82xXj7rHE20xbrWU3WdhsL1NiWFR/mu6X2OBnvgOfHDm0SFs7Fu3bEUKNzYISDH1
n1ikqgCxkekZHrGHgKSQyyL+1dgY5OWGBVX5cpBRInLZ6UghP4EHCM5wcZ74fbrgGHL766E2
92/Yc1oGtHlseqyhk3b1Sr7Fjifa1ki/Wtx1XLXAyrVBZ38dttflx9SwYlVwxzcqUqBYASYE
cgwcPB2SHLBYeqXvcIlthZ9DU870oAMByMj1OED0sb5gcZ9gpC07NRAvrw392ocq/uBOOSMV
YWMIORkR/CMjIyDgEY7hEvZrMPxNo7NEbFlCMrU9WNIBKGZ6k7NsDacZRsyNi2uKtmkVeats
UKF3GBGuga4TiOZOdcveFJ5dYLkjNu1iaka63Q1FrrM4OfQngZ757ZB9CQoolznvhQMLvqFZ
h9dtdavrdvK/rxCiBl09gP4j+EEnJ9N61a02bq3CL2LsVdpF57MLnclLAQYYBO2WVDv3qUV2
VwrG+z9dwPHYuOb1VAXNCgWTwvXJGRlrNYzAKbXAF1sC6Q31WoHZF6iTnt6H1BGH023PVF6K
IyQPQ5wM5n05mwE2fiMjOMPsMgD149Oc5zc1TeLqrKWBnF0bbEu1DrkPKWOCroysHZR5FK2W
gtWhJcgJQ7hqr2Q1W1vm084zANr82RixkQYOdYNvxW1eL3dHp032H0dcVVR68esek5OVP5ti
OYGcYc/EZHrGFh5wPQejf1UZGRkYRkZGR6MoYLpaysyqR9swAVjjFuzqcesjFRsFRJR0RbWB
TRMu9KMrU2VhC/Y2fPUEvBIT24njPbLAxFhC5Ygut+v11UQMGRh4yPSPXjNiwImvSK64z29I
/hxk5OEv+16Tkzj/ANVyef4xkYPQ+33E+VLE7AgieApcNX0V5xDOWDqNatyodwx2ypv2Bbij
NQKKjOJ7cR8sZyTMBqg+U6ik1qFUD+I9898I9JWy6Iz2yPU4CJkenvhGAQIyMjABlo+K5GcD
1HoCfTjJGSM+0ctsIjMytGeRcFoTLbXJWwlkJxvkdFguXVpg1lbLW+VCEstYRVHC8AdQPjg+
LWOTiAsUWMges5yPQe8zgw+2xcKafrFbrzkZHpxh9IyMGOfiOTsWMia99r24MtY9R7+knCf4
TgxyQquCN8TapBD9evbrjWFjIhSpIsaZY5W9oDWEAXN4oJfWqCr+BwZ4kjO7YthGFy2UpAHp
+cnPfJycmM59PspY0gKsR6D0A9IwD1uMYAO3GBVGcem5IFZDYIk+kYc5yMjOcPs6dT9mipYp
nHJznBXIZVGMrxWD1p7d6qia9inNis1ipZbVDCsTKrDROD0kxSoJUZ+fSPUn0gYcucpVr7QO
yi+n4E5JycnI9ecvEtWCBA9I9L07LUpraOQM9vSP4e3o6Fh9xXGIApfnCJCooxwsASAxA1hN
usk1vWPJ9iwOaylmVRAECvkkYOW6LgJ7UVwBIycGH0P8DzkjPuL+q/S0ix8Bn+PGTk5OE8vB
sX29TGcYwBAzjIGGMHp+SMjnCc+8rBpUzj5yQWIPYjCBPsPrSvlR2RbHHSws769arigkzOJ/
b8+5g4KXUoOMjI9AM/J98OcRY6VrvbHmt+u1zr68cAcRkekDIH8YmwekerTAHHpPoMJj+IGf
Zp21UWSwEkmPbPyZGSoOjZGyCrZ1Unc1/E1DggnqvMUgA9cUAGEwDiP5RkekHDn3V4Wn6yrz
7oUDB6AZxh/j74eBXyw/+GMHpxh4zn1jNle1LgpY5kgkk8tAk8lgOuif9VMYgDrvJNSHx2Wd
SvGKfl3lVPPZcn+JwA+hycOM6qv2N3kt+l1lq1xGCPWMPpH8CYFI4zn+H5j0jPz6Tk5Pr+HA
K7VYW23nIMe4tIIhpT2oJD1FspCrXtS1JKlgZWJMcTIXj+AmZ9ZPrHOfZX9UsmzYorCV4P4j
+Lkda1HQuAZ/hx6DJ9OfSB6Rz6sOPsdcDYtXq6c4yjLAMMAHrmqSWq+a9bOyFa0sal2pRCWU
qZgt7gkjn0nJyR6/kZ7ZOE59vuV+T6PXFjjkenPpA9OMn0n02J61/wBYE/w4wzg4wYJ/j7fw
Iz7OrtVeFYyCROOpz8gTlTMrVBzXX/ouzT5HTQVcJSrYuEo0SBgGQuD2yfSfSTknDk5coC7V
Zv2fr6Tr0j2wfxMfxs6nBHpOT6e/pz/A5xhyfXj0OWKGXdrKbJEN2gADqyghSMABzW3rKcfa
rdTtdCn2VxKOe5WaQJyOTIyFwMAO+BuBZnfC8DyZ5M8mG3j7LZVaPqqw+wrLhswPnec74G57
Z24LZ2ztnbO2WWDsr8d8752ztnfO2ds7DOwzthecD53GeXkPnkwscLgZ35t2UrO8xOw6uSqw
wEqWwCCZJ65JXDYzGkk5qgM7N1r7HJjFcxGf/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oA
CAEBAQY/AHLhSQqqzKuOpKcrU6dRY5ZUyo/BrB1ZVyUsrlDlnRG3mdD6lBKyLr4kpooYN6po
hOqqjFzXUpcuN5OEtx/xy8tGOYh2od+cE4tp+Zw99NPRsv6iQnWR5ZOiH/bpXYTxaWp3Yqim
UOfSBzKbuhZJtQSnLdWhPc/jxbhfUbbJEt3/AFJWvW5yzcN6DeFki1G7nLH18yDfwqToVcx4
dNjeURNigqxJQ+p/QNZKs0RNZ2HjEohqEQrbmLSs02Y5KzSI/tuSN6KyFll9NydloT9Wxwcp
Hc5Q1iS2/KRvllSlyVlyU2MXrJ5GXt/3VxHk3RXY8cXxwVU7SQ8nk+o4ixGNVq1oJ5tyZZY5
LJ43i6OOXds3oJ4utssH/wBpyxorkx0F7as7snLKZ0QlLS2ZniqvVanZGSvA3bpEkOzrA1jd
KnmY8vqaqzJ5b33E4uibMjL0IxlRSpl7Tpk1Qh0h1MN3+BQKLkxPkVxdDjDfQTiGeZ0Nxfqf
sKqmwrLZD42etyGpLQvmK86yYVmEPVXGn6E50xwq+o3bDEWGKo9dTkqt22Hh7a7tkLDPGd2Q
qvoPlio3ZXexCfa9x9Kie5jkqPC//SNYvtxImEQ2VXqdtmqmVabOyH7qxjLJNPHR/wCcizKK
GrMWLq2Q69BY1rU5Jw8dhw+TxvuisponBJZ/+3InPHi9V/8AqTi6vQwxSh5Ua6oeDdRPGs2M
k25WqOL7pvI8vbr0kTeLT6DmmT+lM440yenUw9jJTknDaOvhc6nkXKEp/ETaUEQmKLbFXCep
Ryy32EKr0E8k8XdNnWLkYYNxcxyy+60HGJekDxyctr4STNhJU/xHjNHYS+xXRjnHLHYUO1Y1
P9PHvdJHy2qUpjr5n8OLnhqtSNVoOjlDW5Oqozhg2nlchuE3VlVR2HNNSXf9Tnq/t0gxzaeO
bujH2/aVNzld/A0F7mXbirCj4iaUtbHFOru+o6RPoJwmtGcvdXaqo7VTYbVxZPGXjDcDWN19
QuavST3Id7Hc3k3ZITj6qwzkvqMXkoxTsfyJJ5WUizyX01ZQ3JJHsQPQqcZiCmSfVEMluuxE
8TT/AOofvZUww1Jpni6JE8GouLHBJHam4rRUOeb5ZvbQhUWiJZxXczlk5yViIhuwsk4a9RwL
LKjyUVMsnGWLVGhYYvuy+pawPJtzsJw4Y8t/DPHqY5YWX1MaeLaOLVVsU+Y+WXoTKybvQfFQ
tluJNS/kQ/bXSpjjhDbaoLFXSgc6kNGLxbWLcpHB5qVZix9zJJuyOMzicVV7nBKMbChS2u5+
Rl7jcv3MmTj9WNUKMuKivmL3c3ORjirbIiO1qj6iiiQuVMFqccc1yerJTk8yo02oY8farnqT
yoTRroXZMutGXUaDlQ9SjuO5d/8A1Qfx44vivtboJpJOaVP486PTqJpS3RIeLxS0VbEkKnQl
uhu/uYmnRizmrsPKa6IbdhTg88V8Dl7eOWOP3YjzyU6wcbS6HCGpaFjaF4RpkWHjadRvPuh+
kDzxxpi7aH00IxxS3IaUr9TqWcIXuZfbVM55fA7KF3Bj7U66nL2XOV2pF7nu5RFasaiqs0cv
rzeroc0v/wAm8ix9rti5x96ujyHxyjF1Rlg3RMxftpdt2yXlP+U5ZYVtI8lisZ1YssMllFdm
S0+FmhrVaO5xxyh5X6ELJ/EmnJXKoiYJ10UH93kNJeRFlroRJW+x9P8A4xP3MU01SSf40zLL
BJY41Rln76lP6ZI9v2kmvukjJ0ixzyiu4sPbjiprYjX5GWHvVpKkeGmhKISlN1R/px5NSRlE
9DKbu4pUQxY+4lK+llPDD3MaNXFlq1LMWq4t9yOWP/15vXQWNOKXd1ZHtuU9IG04ep9UHN5p
rY44egllbYTt0I+J0FnhfHcx5aUGsbuZ2Grt/oQ7pGePKuToxZTKfzIbVbHa/ST6u20aHFNY
rK52KOpGf14kRayIwxuJO/QTJ5cc/wC5GKlPJKJHjSdyZ9SjcXKUW5CVrTT/ANwnprsWHFyf
+Y4u9DT/AOqDGtNjH+FUd5Ms8/ryVhe3XqjjbqJXkaV9X1FDbnV1FlTk7wLKYjRmXue5ismv
pQ1lbYeftvi1oyLNao7q+Y6eckY02MeTl7nDN92nXw452OiKOuNUSnXYxxycaNasePse1jzW
uROSWOO2IseM5ug/axrpJ/rN5K6g2wxokrEadSioQzzoxJy8XYbypj1Hjjl0pU5ZZvJtQJp0
afzPbp1KxXpUvTY6IWLx5St7CxxolrqcVinGpCjLJ6wLllGX9qHydRpOEzkm4Rlk240HyVqJ
7kTToOKp9SNjebu406tG3k4ZVeqKO/zKUcF//D8zk3LmqOGGCeKOL9vgZNOi+ZE12HlbZjyz
etmNx2YzJllNFREqsaGOLcTVnLFziyGqZbF3S6iSMcKMa1d2V+OoupyzvjYV4JV/mcU6HJ6D
xvi7PqNJtQ6HP3aNfMyy4LH27JvcfuYJNq+41xhrofx44pPc5a9RJslVkWLxcO5DTRO2hhhX
i71hCs2r1JTUqy3Mfbyop+AsVZKFsXEojqym9xt30I6jVv8AMLHB11ZOSfPoUlSPrcgjQn6t
kVVSV6smZZM+ZZvZkzDtB3Nx0E9Cc3Jb7I9B445dxzeGLj+4eLS2UKP/AOIl9zVCXQ4qKWRG
ishqqeVyPp23JT8/Ix5K2pxzcLqRyhXMqpt7s/04SikDaqmJadaCeiOGP20H+hS7G25kXtYx
GNxvlGKZzVUxe0lSfkPFNf6Vp1Z/rYJrTJD/AIVGOrEzCKOa+RMSmkJoeWWmpljliper/wC0
hqctDjl9taCWOTX9RapaiyS+lUbG25J+aKVS1PWT5+o9F0FjjZXJtGpxV18DjkuslLK6ImBJ
NU+YktNCrtbzJiVqbkRP9CGhVrsTjWOlCF25K0akZXR+yRtp0rKEm3klofyt1VsR45ryZwzq
3YyxajbaBZbaEt+XoNRasldCHZ2IypJTOxPP5CVWkqyZaLQUWQvba45/qcnTFscZcsuiJwVe
o1xlRoN6zUSsmS3RaM5YukXJzmJsOPYb3eVjj/EsVrAnECr5mKxfKkM44q4pcLYSWlkS3LKq
5yhY5K/VHFRQWCo3Ulv01KL0IGvpZW2r0HokcvtI3Hk1EDT8qk/E/oWhDyrHwRW+hA1cpVa6
EL1SNtyJh9BYucW9bFK9WW+wWOdX1JxxU9TsiHdbDeMc0LPF8c8dBPFd2xCutBRSLJjTUPVn
JKfMaaqLFWbucsMm1tJCknOZV5E2m/MWWfbjqY/xUy3Evcy5YqyZT5kJ1HGTh1gfQxyeVMrF
Krbc7aY7MTarqnY+p447KyG5nJbsSl+SEotVmSVnVIl1zemx3ZTkzt7s3d7F+TdxdtF9xxj1
O5StDnjZUSQ+WMVuKGQ5ceExTYSjixtKcFqJJVONtzlhXJFVQby+paiiu5/Hiu37n1G0vPyJ
0HPpJ0HoR/xAnNRN/wCJeh+w4OUnqS6rRMlLvdx54t1+pbMcUYk6y6DSfctDu7XNBpua2Nhp
1Qni5/oXkeWGU46pnfVZVoc8voVY6oWGParFaqKEY4uFqd+cdB443VFJCU5Ma+YsWqKxOuiI
1Ykrq8l4X/H1FXUqNRL1ISjNOCcnXc5N8Thg3DVzn7lJISqrDmiRxlVtuTlmuOpETGpOEToj
ucMhqdhO3QbyUtWRx9z2oxm6P9POJsnciaoaz4qXRsbwyT6DWTT8qmTk4KyIS82Ka7kKIPql
7EZV66CS11P1kTxXotSMseL2ZZfQPldC9n3HyxsmxYYYw1qrE8aZU8xaPUWGP1KrfQ57X6k1
x2FLnTqWkU0b2G8XHQq/6CbdG6yQtRLFHJXkxyyxmP1IxSU3SH0MsdZoZ5ZKXF0T8xu8HK3Q
rrY66FxvKr0RDIWlzLjWXCKKupTKZJyp11FjtYheUIWGH15fIXuZy4mug1jRE36FknuL3PdT
XtNxyMoymK49RYZVWVnszk1GO7KYp5I5ukWSKXeos8sm/IfLN8H9ME5OWzuosjkmkN5urIxt
oRYsQ9Sr8yE6bCh1FyUpWauX/wDGPLCvK6MconGKrZk40egtivxG7bSRYhuhM0XoJNSlofT/
ABu4+/5EXitBYWx1HCmbMXkNmXtPWqEbHPJ8ZP8ATybaeomroaKW+BGTlSdCUo6op8yD+Szd
vUfJS9+rK1kywWlSWiEpTKjzzxbbcJ6D0UwS2RjV6smJxVWfxabbEJzjeRZNxxcqLnHJymPG
fJkyYf26l1lir6jWNNjllXYbVeJwyrJSxyV0Nqrxo0VVVSC9B7fqLoKash2P2D3VhVvc6HEj
ZmGaVbMlxsLFWyHhni07qdSavqUpG53y0rC4NqaORw5McLN3FoObaCzdVqlsOFGxLyaS0Jyl
7eR3KVNhe7guxv1keq/QpFEKZhWVjzgnGkPUSt5GGGkw4ue17GNsVyfoZN3b+Q8tEjL3H9zI
eanZFnExJxWPkxcn3aI7nMaHHCiIbjWRJOXldD9z28ni9lYeOflyJycpOguS78qo5S76Ca+h
faRjjk8UtKKTOJxxf2seWf0qxwwVN+o8X9SuzaGQ6vQeTvsZUjK7R/J7SpqiLvb/APYifSCz
Q/kWLfYcvCZOWkeHCPJ9Saveosk6pzf/AOInalhYUTe8i0UUizOSmlCWTDoYsqZP5Db1dUck
iX6IVLoi7dDjlVRUaX0uuLHDr1LfAqm9UNb+g5ddhZNxFkz3Pe1Sheg88rtup/Hjlww1y3Fh
i0vbVup3ChDWalpUE8lyzew8lTLYjUtb4D9yy0JTef6iy9xafSc2oSrx6japihOafET9vKu2
hD9pZdULJLi3oJKg2qt1sZJXislHWZqcnocH5tCydcPcvrBS39D+RKK1ZKsPuda1oN6l4P2C
r6E3L+Y0643Et6jburFKQxN0b3P8yK3OL7lsTjbY5ZeiG3R7DTolYqPHoQrqhLXkYubChHI4
2FktLDTUPcdYgrWT/DwlfSvicnfi2/UWFlldonFUXzOm5DcMW2o8070FyctqhW70KqWupLXc
e37Sl+QmbHBUbK1kTxxlZ3ODpFmduTOTl5LQfuuuyOSUbjh1eiFGpWkKWT/c6bD9pucrpj9n
3Pqxt1RSsFoixd/4kX8vC/2Fbjn0Etcj9VqxNUgb2IanXp4KFV30Kv0KVfSomvgRtqKataie
NCrGk6anLKWp1IThI6i6nmKPu0MsUoyVuo1lRkb1OhRT8jqKs1Pb9reJ8hYxCRCLQRRQNcpb
rCN0tCHruNtTsPcrMukoxxq63Ym7M5DckOJdTDGNKnLjyROShdCPby45dSMYyxWqHllGOKrU
i8H8jULQXtKN2yXkvJCeHatStcsddR45abj8zSuhl5+H7DWpHwMFtoZOzVhy7WIZPz8OqLyt
Shy9GONDklWzOJBBe10KaHJOeouX3WERMREiTsZbOqYvIrVkKsjSutqlnT0Mef2qERdKzKXI
Hk7KrHnq/wBB6Szkr7jTbrZEq4lM7izVIhQLGYoL21Vu76D1YtruBQu3R9CG76M5YfA7pTJw
yoccnO6FpOisLHRIeSsJ5OSVk1K0OWOWUq/UpRobhudhOPMaf3W8P9sUMpSNx5venoNe3RJS
zHm5oU1IUPdbFq/IlUaFQUKZOmpP0qRO7alkqrLDnWw8VfckVaQY7YE6IrZ5fIpaBOaxQU0J
TVRPjD1kpMazQej08jq16CehK118P48bzUS0Q0rPUlVOUw9StUTedEYpqE9BNVSUmXUhiUXd
xYvFwicKToXI9zGR8bXgywsnVuDm9bSQiqcFdCuhCVNxVhkqDHNKJuhRdM8z/bKvWg3sW/4Z
yj0JdpoTsLJqVk6DasiauTd7CamdRvRl6ErSiH82QlCOhyS7v6FIliTsctG4gaumTaLkamK6
F9dSb6Eai21F8hp3dkJOrZ0IX1P5Dzd2L5jadjLFjeqIdyMFL1MU6xBq5E8fpY3K8i0JUlHa
67M716kXR2uNiW5zskPPJuFYxWqEtjdsi7dx1jocivxEdupxyrCI2P8AbH1ONm9R5PyR3VNl
oitJFG9DJuvkVvsUpGxeKEOvUUX8hJ61ZSiKXsdRLRKoklKRllE6oiOoschq6RFZZindIabr
ZpbE/wDMm87FF6oXXcxdnNUIoXsqlDdLYbn0HDo7DZ0Q/dyVFYlWYop5CU2FGhLURWopSxbu
ztoUleRDctEO7HFsf1FnlRCx+5k3ZNy8birYpZCMm3WCbJog/ZBclMSiiOnhUxV0UpKOKtoQ
9LlKdCfkLpoYroKLCobol3Za44V6ClI5bE7iepi0qWNJGorMULIRXTQxzn4i3OTsh5NVyqh9
R5aLQ5ND4rtG26aIxxXyFjjbUikMj+0VbOSGh4vUhVxdmVqnoRlRkpKXqcl8j+P7psiHpSB+
7lpRDrQi70SE44ibdChLMvIbiiV/D9h3a6EWNSZKX8Ma301Mct1QnIpYm7VqlW0Y4zKVSoki
SBoUVkxxevcKLodYkTv0ElZ1Fk9ydRocuZszqTLnQVNaigxwX3XFi7rYnQhlfQbdjtsh55fc
PGJnUbmiJUsWLcMTVfIl62K18JxcrYbrSsHJXejMljRvUWN5uL20OXOTsTm6CSVSctSr8I0F
jjrU3k/YeQq0uJu45uxFbmMUiY8jBv7S0Ep3uXqUpNZP5G62K1IjwjUmNBeRLpikl5shoS1Q
t2TNtDHBVdyNyXRdBqbUggUV6CfxE6qa1FC+lT8SYr1Mscb4uwmlUSQ8lqLnbGrk44KXBDiU
LHV3McFEFLF10RzVGcqrpuVoUqOvc9ENxKshKKajyWNtTk1XWSeVJtY4wcsprZD3IR1KMSYo
otS//jG/ToPojZExKHlMIeWH0qJ3MUpT6kb6+Q4ciV8ibspvUxSutDzKDxmquakvKNkUcwLC
Wk6eY69DHHyEppFCULFQ0kUoPbb/ALiNfL/3ELQiYe6EnvRsxarjoNt1bsOTmvpyvGg/1FGm
ok6zVEu7dENJN5O8EuU/6nPRE5OV+hfWhBxxuhY5q9mPjDRSnTQc1ybuLtqiYhsbjpQWCcRd
kU/wOWSqrYieWtivqyiliHoitI8Lf+MiByyJpoQqFPmTP1NSYu7ybjyG8m7UQ0qNEusXZ2r1
EpqJq8XIyc9Tt+J9Sb1oS3V6EqrRk83DipymiY6G86kXixMxqZNuFJovMa/QisVIpG7I+ZGN
YuYvT5EtnQeTIQpoc/dlxZH+nhaiRLSeT2LJNlVO2w88Ve6VCGrUUjc1W45rUfCq21/aRjk1
umRklkPtjWo3Fdig/MbdlY5OydNCGqXZC0O5nRanam/ChMWP2EMbu3SBFPUtCFi/uf6GGLti
oHj0HWrdyG59CNtCbNXMd2h5JUQqriyjk6DXtrih8sm8ndCVklUypZXFDFGlx5NUxTZlk1Eu
iGqOpF9I1KO10TPoUmov8EVdVZD9u7eMoa3KvQaRHqY4P6XdjjWxL+ra+Q+OCS0m5wzXHLRq
w8sXym8CaddTJ5fA5JRi9TlMpanekyijyMXjXTYi3VDrMDdFLohvKmKWm4uNPQWONN34KfUo
6LUuR4eR/tktUHD1qeZI+lhOaEJdRNmTvUlKfI66D3+JJDqmTjToT9KVi9Sc6xqcrL7UrmU2
Gt0NpV0NTN6pUkbfyLRCuNqj3Z3Vn0LeRD118Fgqnte4qp9rGoIdiVoJ7ixdPISyfLN/SPLl
Lbq2L3Mm8pP9GU3d7FXR3Ryao9hY41fQxWTgbx10Kyv0KNMeLVXZDxGm7kJRuj+NU3Zyip5/
gc7FEdWVsf7ZSqL+EiFI9yu1Bu1yW67HK6RRebE7cqick3EVoRk4xdzFY/Ef6E33G5roQ6vQ
yerN96jhymOZlFVXQpFBzInDTQmn1Zjmqw5Mc9/DKUokSipybjqJYrlokR/G8aVbF7bffgog
eqYq021MXbiZcsoocsXyT0JwcZK+LEsl6Msp6FMmmSnUmKyV02Gm4yLVG/ClhIrTQuLU67H+
2PoS6TYmJZKEt7eY6tzRCbsbHJKjFC7j+hD+Y8dqE67EzdWFNmxbmOCbanuMcE51TJS6MhKi
uKrb2JVxJ/d/QslJDjpQa+RWmxTS78ISncjVWOD1Q039LiPCrpJOhUyydYtJlhMuIjQnGjd4
Ek63FEXqyMh8Up2YuLeLV0d9G6NonF8v1FR4+Qqr1KqUSq6wcsl2j42moli4T01E8qPUlz0J
VVv4ddfCNribgt/4yHVt3FMQiVrbw5PRQhw/pKOK1IaqtdDyqNqvUbmZElRqw51t5kty9NhN
oec20HOtCq8hLRELR2MpvZGKjTQVaPYdYaVEOawTZrcm730LFHO5au4tzF2fQSyVjPGydUOG
Ye5pNid9Drcft5Jw3dHLJVe52dzWiG8lXRHdVKrf/aTNcqpDyi1ytHoSqopRbDTqVxRtGxk1
lMWHXuyu9h1r8JE47lpcu2yaxucW6k3OvhWg+lj/AGzJ3ewloUP1K+g1pdmTi7ox4vS5lqNK
iTOhyVBclD0k8tSIkeLtsNW2QmZZ5X0G4qytmNpzZCVoG0NKkVgWTm1IE7NCleprJ0/qVhob
ddhxcwzetBKBYusOwpoU0udT629xtur3Hjja0jcdidxZOmONSipnVMta4ldFKZIrVP4kp16i
x4t5O0WZ3NLKK4zYeK01IiG7kOeKVWtTilLVirhbEpvkPk2VuKCtxbH+2NJWdWRiXohir6GW
5D+0bVZujLoNKqucYveCE4SuzHJZSm6NCxTnk4qVuiF6koSyl5bIndSNRK3MVRxcTWV7iY07
MhWIRx+ZFZ0ZM+pei2JV1SRYty7wPEpfFyjHLpU5NUkTsRqyHcpRbo/1XkktRYe1jCf3ETJG
k1Fhm4aVCjTWhNillqjuuaMo6jbyv8yrq6VOUSURyyVR76Ep12KOXcrYTEJ6Wg/2xxSWT6Hn
oQ7Cadh6WZlkqrJSQ7xUyV8osWjZ6naOKbj9vPX5GK9t9if1bCxT7YVYuJe5h6omXTQ544bR
I5enzGlQc0Fu3qTAsVrdEvUlP0Km5adyY11K61MWlBao1FGjLBuHi7Equ5EeEtjlURN2iXTY
cu9TGGnNztocW4rQjOqepS5MFlPQ2T0kalJddhf1qJ/GSlf0GprsQlQSkhuJKaeK2P8AbGno
Llofp4TI23q4gaydMlD2OHs9+W5l7mdfcaG8mn0E8XR3ipDV6SJO24mmVU+ZPFKXoLJKdIJW
KSjQb3K1bcKCXVRUSaomXuTrB0K16k5WxsTFdiq9di8Fbido+BtQTmCftzRxdK6GMOSNSSMq
p6GS0ehLrskrktccMdB45eSFN4JtN0P+mp3u3wE1fY5QvInNrHG41h3Nqj0FyaiaoSWSa2Qk
lB3L4EUaG1SCFcq5eo+NTqQ6ov8A+MTdtWS3Ld/Ima7Eu4+NWJRGSYsVTF0ye0kpS39zqNbo
5NWrJKOX2qyFbk7EZqI8KaEFBzZaCWO5Fh8lFaPwcqYRk4lKlNjsmNRfoQ1R6ljZ6sp8xRLM
W7wbEr7HMiyi6ki0eCxmjOi1ISqhcnTREpQmUVGjlbQtNdDzv0KqEU+q1aDp3RQ5e9k8n/aq
Ij+OFi6LdE48cU6wkTKlapC5Z93kUsLuhMjLTUeSqlqhw6LQnUh/IhQ18z/bKKxk4JZGotib
J3J0fhv/AJULGIbv5EvEXBKmhqlNSBjOR2uOg1Nxqa1a8iboU2boV0Zm4uN6QKdTr5EYNPoT
xjHU42euxxyxtqY0hq0GM2gaHitVU4u6KlSByRHqJtytDjNdBvXGtBrRfE8tSX+hlhhZKak5
udjtrkiGonQWr21JTfRFaTcbxylrR0I93GU7QOnX08OjMnueh0Opf/x+HHGqdWNa7EzJWwsM
X2YuvUWKqy0eh9Lb3gpjcyUQlYnXcof0OSo9iimaMnKk2HkmlF22NYPl1FyVcqFKwJohkL4k
WWpCdRRXZkT0U6/9QllpSBu3QhxCJxxjLcVPOB0EdPF5aonwh+aFpFUxZOsqqHCo6olX1G8o
6QPJtorl5pXOWScK244pijk3VUSH/dvsUqzf/ErXiTjVRVExMjhU2KXEzqyqof7Z0X9Dtu7n
coyZTW5xx0vUxm7aOWOUNLUWKcYrYv5mMpU11HzalkaFFVGzehOg23eyHGUY6EZZ0eheW7mO
SquUUIsckqWkfyGmOvwJb9CvocvgV+JLdVSCJ8ithz6DUwObEEIiaEO7I0HClsQt1sfwuj0F
nqhzZkCVouNPykv3xaSckk3XzOTXoPfKyLRJGN3pqcY7nqRNHaCMrDrMVFjg6J1Yl0EvWS1D
/bJ1VGjqlbQ7iU6XMlPUWWWjmIE04xZO+v4FHwKaoVKjgxxamaiizuTaCmmxh7TviuWQnudb
m41Zaiim76EP08LdH5Ej1T0KaIuupQ6lPVH9CVfY66jTiVaNiWLqVuXpFxZqjxcyLObj28PL
UhnJUe/QXc6WTsv3FWpep2VyO5JCxxVNyG5WhxpRxjAt2cMXOTvBi3duqKlCnwLfYOGlVu52
5J+pV10nU4TGWuhOOUt3FUQ1jbQcX8VEUZjli5m5K0OOh3OdlsNOYboZ5caY0Wxv7eFcusGX
utfW6TsISsylYGdutyHfQlqqJjSp1WrE/iiGNNUZE1ixyW1SqJ+BLE1c2Yp9UJPwUumpZvSd
DH2X9nhi9BNV3IyuRldFKpaIlLzTHzxTWjHk2sVokRPE4r0giJl31FhjXNqyH72bqrEuHWSF
roTYm3Q/YUmgmpTVScsqvRDbqRuNipexS4xIcU3Ida0IePFKxXUp8fCbtDWLvuLDLWuTFhhC
WiZV1Jxo9SW4WxE0Y0lcl18jaTyoQ9OonvYqpbKEzA8cn2n9wlkqanb9N2PZWGk436HbdEsk
TVaVREoekDkSRn7Wb7o7fQywt7mNuqJzw7bNuompi9CiroxLGiVoKu47zuJpWJTiGL3M6t66
jSRKqVoXsWjqf7Y9zoRZ9SumpFxK3kY6OC5F2NHF+phxVW6sqLfw6FiVlR6DcxCH7mTc/b5H
D3ErXOWDnoPN22FoeQ0/QpSKl6yTPSBK8EJIWj0ZbqmN3k/qUXqLK2LoNLTc/VjzdNkeRTTQ
hjisEK+o9mSppQw0c1F72NHNfIeGdVkqGXCZxtFWNRUSmfDuqVtoQqzoYq0KwlqzZlrW8Kui
sfsHqVnzROpt1IdWtjDFK7POg8dSjtsOGSzHFKiEilCvht4OkjhQtCUyjhq5/Hm7ur6Ha5Su
2S1bU5LQfk2S0XjzGt6C8hO5K9C8JFiX5wNKj0FW5eY2IdUNYq1BptKKJCb0Elq6iiXJSxC0
FyUbMS21MG/qTa6jzd3RjyVKzAlDa3JoVouhKf8AiVu7wfI4qqwVTudYQnuUtJGq0LfYU1tB
GpFyzSJbc6MWTtjUmPQlFDYadtznqreLrOxe3hS452IVxL5MrtsKGKlVTzE15QRF7meSXRD+
BoWgSyuTZIoqDydZsco6DrCQsUnG5q9YYv0IaqtRpjjGu41ldE26vwh66FpZNn1Mk/p0Jzrj
ojLHZjS2geOTjjRETKN3pBjCq9XoLEWo1iqukktzKqNsoTENXP2De1PCWSkthTapLVMWTNdC
WTPoVpNhY3WhCpoRMdTeShKJKW/qRE9B7j4033JdJuPJ1i0kzDO121/7SLN3MlFNjoxbI42W
6uOXXHUXUoojUabGpIstWyXZHFf80Xr8yrhJ1PNlKYTUn5DTUpfqUUZoqpaKUnVjcz5iijWm
482rURnX6hJXd31Oaq7MaiYMZl7bEJX1Ja0KuHcbSiNegp2+ZHUhWIP2DVYTqSqzuRir3ZWU
ybjShaxuLbQh6+EqkCbuJQUr5ExVne4k44Q1uPNuMVSELKb/ACZMlaCynzQ2nXUhs7LyTfoS
3SzMklM2OTqnRCG1ZEx/zEt7dBNMq5e44pucdv1JaFGp1IuJfMabVa4iirHtYaj6rDZ00R16
nJV1Hlk6uiRlnr9skZUyka+BOHa0q9TkrpWGsrXRLY3xhdRp0S1Qsb6FIUeDP2D3krQrTZp0
Kq9iJFxddExKaojK252VdmJ5OeVxKy0FxVEUZFhbpUFWcdRe1hDaqv8A+xisawdyIa7boh/A
jasErWtSVHUvQ8xK8KxikkjjZsiJgaimxV+ZT6Vcl2OGKhPUbWnzISrAsndlMlS7sUd7sTTV
CrsqCiuw0lV1liorUge6Js9CtNmNuX0KqRJKW3MbEpysq+RCsjiPB0nQT0sxIe2kDzeuooIa
hkv0R/Qt9kDpBsmRpsLodfkY5tw0x5OUlWbCXtqdJuJZUSq0f0Gmu3QWTUxRmMOMTocVXQmI
i5RVepFz9RfNihihw9xY42VyVfoKKvWRJ/AkWdodTqiXVscT1MFj9TU5MSj1OOMtanHK2m5x
oNeifUSvk/hByyq39qEkoSJvNTJ2ig3cWpOVEJp0s0UnpsKh/Qh0dkhZYfZcla3LU3HFI1E9
UzljVZfUhYWizFivgQ6tuhjPqbwTNC5+wb6lfCSWpeiEsVRVFhOXGyRySeU30E1i2tRIam5k
uonZPUmaIyyaroSplaCmxSr08JVNRQqvUxbq4+ZLcNuvQlfTuRNdzqi8mc6k22aIVRY66+Q0
tDKL6Eb3Y8sqcVY5Q10uQ1Db12FFGlUmau4nocVdKpllNZoZY5Yz1Y1nKRTJcRJqgspIxtNS
boUK45opqP29EREojH4GiE1ZkL6nWRmGLdLipRFGfqQX+wiNWeW5QhqvQpVvfQby+pofKka9
P7S0PqVojnk5bshpuq0OSVLGKiIKnaoG0mov1Fjiu3G7FWI0I00IeqoNJ/TSGQ6TQyyzelEP
GWqkWyGpqyXRCwxd7nnqRZnVjxWMrVofbxbZRpiTS+BCSUX3KKruQ6RZkOvUhOzoiH9VZMsn
q3EEpdWz6b6HarCmzuxYtytWRd/A4p1Vzk9LeYm7vUbvQpVZEbEZfEi8CbvNBVmboUKZVGLL
WPC0dSh+wopuLcl6ktW3E2u1VY3Y/REDSUtup3OU9GLJNJp0IyU7jx9tCbdCc3LRx9tccLCX
qyB45aDSdLITyct2ZHpA5cTY5ZOcX8SUoiw4uLkJY6nmJ5XtXYhKUh5e23inp1ImdyjjSCMn
L12GsasmfMbscnUbcoeWO0TqyticXR3kcNpi53Q1jKW8HzMWl3V5NEJtTcaapoY4JQkK0wXS
xd5OOEvqiPDHFaCm6jzIbuoqcb0II2N0ftH0sT8URboQPLKKscQSrKrI1ZRdx3erIVMP7iru
Sruwsfbq3cbzq9jk0dSolMPITyyp8zsfbjRHLd0xdxPJRjeonlkqHH21Rn9uWq1F+gputC8b
ldLEzT5CcyrqB48bakwRllE2Qnj9X9Ds7XqTlKXUrSaoq6IeKdFclVkik6ord7D066EzTYfW
yHDlMjV2MHFXc8zuoloJ0y/oRjQltQjj7czucvcrk/kLJK8VKXig+TmLlLHITP2jUy2RrqNs
SxUCxSl6szzSTxxZDlN7bEw8mTjjV7sxxfbj0ErzZbkNQjk6usdCUrMj4k6IQo0ciaVyMnWL
EZa/AWHtpPNfcUy8oEs6zuPPJdiQ+Kpo2QsU4FSGrwVJux4tUujHFN8SJXN6McKXuRlimkKV
xdt0Ye37LlOrYll3cUY5W0Hx0G7t3Or0PMayflQdJW5MUdjyJx1Fy+27KV1RGqGmpP8AT7Ut
DlyuPBvllqL4kLpQ5bGPFDx9ZIHB00P2j5aWNxzYcWX6siKJQPk+PK43dRVkzC8iMZy3ZxST
MeVNPI5c6ERTQh2ZxxuKXTU8tRQ5w1FitbD1FgnDXzO5TkUSeT+UnP3nYWPtrt2ZKpO4pIxX
Jq8WGrLr1IVd6k7GXK+g3jjlR0yRx91clqoFj7GLeWXyJy7I1ZM8snqRvqLYcVm5frI1aKTu
RjqQroaTYpulRkb08iNRuO7M45fA5Y6lBZxajH7fqhZbi1ig/RGSdKQjLo7IWSlw7CeK8zbw
0+kylXLEq2kChduL5N6/5SrgaSl3Rljmog+pxZLoUXpaSXV6rUxU9sy2zittRpJrBTUSTqt9
SPcwl7oj28KvVne/JKhdzqYe7y5NoqxJVa0RyVM9mOXPuO7Kuelhy4zZduC3xGlilNyfuT7k
TEwS3V3Gpp8C1CWkThikyYprJMUK+gsMFyepMQmrMSsnYjJQ0Q3BMU0aOVtymSc1pc679DHF
eovb+1U9D+TEl3Wg0+3qcZ5KLnKzxdTD3FbVjxmeg4rU2rBljWth0oQ7OIRVeFvtHGSamhP1
V0YqRuRjV5fUQnTVH925zmjvJkse7HQl401O1RtQXuP4kvQ3KpUG1kuVpJh5Qd6X+Uf3YJyZ
J5dunRnLFNxcylQ9GKW3FjuTRxxq9Nzlk67EPwluFqZcO52lakRDY+VtRxpcp4RFBFUJbCyx
VG5JeVtBy6jlzNSlI0EnRasiadDk2j/E/wAxyWpW+o8vbqtUQ6Z7HL2/pFk1dVM8XpYeWVE7
Daq3uYY71G3SVDIF8z/ElWPp+07XPg1oUXhY7sZZPGBwom7Keg4cLUr3bDWVMm4SOOTvsKVG
ssibsi6m6H7kduOu5DsxN6nJaXW4qJdCy9Tlik3v4RPhxxPpgqu5aD4KzqJRXUgjwVY0Fyot
xcXqObKnkZccr2REODLpQfmQnQivkxJLzFjatTHNXdyN9Tu+l3OSriLPBQ9/DvajqQnK6WIm
o2q9TLLTGiMckqaj2lUJ0aVybvfw/aPJSqn+okRPH9BdyhlHKIuUbTWpT3GQ3JLd9D+Nepyn
ubsYPNLJtNudzJTCTpBy9x8sdBrFN7EOPKw8F9OVGjmqtDxX0upGmhOhWpShuxJepS7sN6iT
RF0yMaJMSwXnJolsRmu5K5Do2R7an/EnL6bQPCHlOrG21xZ5GWWykberkpUeyJ+BRxKqJY0n
UWOuJxZxfxHinTYTtBw9pd25y93KN5qxzk53ZOOSa31Hjg1ERUyTvFfMxS+7QmbPwq4Wo293
HkW+0fHuT1OOXatXBxWSfURqn0MXnLeUzIlE5PTRf9R/K8uixVvDtrkzllVs5asa1SlMnLGX
NSnbjaEJY5V+Z3OvUV3jY44/TqjnhCUyVcvcjGpCTTENukWP6HLYjF9X5ktW0JbaRydPbVup
xyp1IwVC0onL4FP8CMn5sXuRGG+/hQeM1yoTJsiVMNUNunQh1c6Dyv8A0F80clRKskp1eg8p
qqixnljocnjEnb3MdG10od6v1GuLSRmrvJox0jc1vIsnZkFD9sn+m5S+zIn3sOE6k0JxbWxO
WSbfxkSTnN26Cxvk6z1Fj8R5s2xXzJspOOhlinLmBtqWmJP6YtqdriTlo7V1Epc2ljbTaTls
nGi1RwyUMxyTaZEqWcXpqhL2ldwic3V1Y8cXLWhDRVwupj7WDb3ekCwxUJeDcS3Yj5I5KxCO
VOCq1YXGmKol444qyqJ5YwslKbE4hoi7+BSxaXIn9XO5xiheqs9htU/4+0eLU0OOdJsOL3kW
XuPl00ISSTO5zA8cXV6EJdYMMEq6kKUtG6Cxv5EKx+p+0yntc0ZGVXEKRZYs5clKqPLNzlk4
xWv/AFE5/XotTnku9kuiRGL7U6ETXU4nHG7OOVK3Ms8VDSo1qP3InQir8hJ40W5yzcR9g2px
iFkl/wDIeCsdttmccm2lpJCjGDjPLqhe5lDWi1OLHwqugpyWJPuZPNixwxSi51Oo8WrOkilc
MneTl/IuOyG2pWjF7XtqdcmhRY8vDH3Ml3YmONOU/IbapuSiKeZ+rexjqk2h8PqWjIyU4u4r
PHRDdmycnOS+l6EZMeKdistlZH7uXomJJUxqZ5R2pSvMwpGKVSlvCEj9o3j3J1G3WPid2LyX
9o844+2tP+0/lzU+4/oWyF7uSq+hOTaS1sfx4uFZ9TlkzltY55UkeU8hZJeaI30M/atLoRCp
VQLK6OOKTbXwG8rNaE4wpHK5R6IdOL6C1i6JVzvfdZEkeLehPhXXcaxcvVMcManQjJNJOrOP
w/A8f7cYGrCjYijYsdJ/UywejoSnD1FkqZa+Y4tJxyUM2HWujGrkLGhTHyEoX/ToOFxzeuhl
yypKouokl2ashaUIbG7n7T/Tbxyf1J2ISvqjhi5d8stjnlT2sPpX9+X9xzy+hCV4sU+p2H7s
azU5uzQ21OwsEvpIdZohQ+OSu0Ubb1JmGQqx80cccfVCfuOFuxYq6uxvK2jO1Syckdqh5EPu
aXzMc8qJVk6F/BwIfgpU0oT8fIWeNJ08FuxZK0nJeOeOC0lseGWMPrqdfIs52E4jyMk1Dm51
0ZLUNOvVEOmWzJaholOg1llGG2pxeTxkjJsTh5ToJrFJ9WJK96CTcQqyVtMSSiVchuh+0eTu
76mWKxn3MqJ7DU/6eP1Zf3GOOOMYK2xxQ8noNtziroXt41xszgqQjin5snL68rIebsrSQ/Ue
bUPLfwqiVik9/FLKTJ3miEmqxJGCdScqu/kQr/gbQvFZRPGyFnhKWqOOTmbEqgnqQ2Jr6Xde
Mq71MfcVGrsSiUzHLF8scqykSvixtKHIsZqQ4JwdUcW+3dlaFcjtxbyX3FWy5SeRzzlJKV5j
nW4oUwJ5UfhP3H7Th7a75hSQnx4fXn/2CwwUYK0CxwTj5MTdNxr7EZLB0ydX0FnZIpVu48m6
Y1bE6vJ/oLDHRU8xLKydSF4V/A0yUpgX8txL2fbb86HcuCdIX/aKVR1n8iLoeS+Isrr/AI7j
hjXLfQQ/1Iy7sdyfCo1Ejx1TFi7KxWnUyjuqTg6HH3NNUUclIS6lkz6UPKy2JyxUCWWFEWr5
DSlEXikjcy2QM/oftJyo692osMKe2vmU1v4UddDhjVu4lbdCwVIFX1Hji4Sv/mFTuep1Kfh/
UkhF5bJyVZqztcdCcLK4lk/q08vCn43hnZj9rH6ZuJtW2JVBvHKHscc3OO+p5eMD4qZUsoqN
mOOSlbCapLmDi1U7Ve4uO0MgsyFfzODyvfUeabZKc7nToQ3XYftJQlXqSqoh0JRYt9pwwsrI
X9zuUIaluxLc5ZUG9hTcvV6aowxwdL8RTfX8qFoiW4nUhFMZjU5W3E8fp/DX8EHK6yt5nF0y
Wmj8IVEPJ5VmwmrOpbxeb2goqS2Y8koeVRtJPHFWKOHNKkt+pxyXqPSNSJc6ji40sZyepxx+
lqqMpXwHRpxBRS0Y5pRp6kREkFr+F9B+5lTzJTlbobbP0O6qvJLtojk9LIyeUJJWR/KnKX4L
FvwU8Hqd7bWxRDWOUE5Km6E8axcrfx8vxPHKqZSq0yQsclLWpkvbpuxP3JjdixvFJ/A0Pk4S
3Fjg9ZaVTLHNeg/c9tytehDfLzImH1sWTXQ+lEpRJ0FKl6snFxWpGLldSrSm3Uxc0lfA6Lxs
W0McfbpFxrJyrlKInNzrBDcLUnQ4YvtVxNVn9DFr7lP46/gk6keDxdU9BLCVgJ+Mv8iWjtxR
BT8HLJwlds4+2u1OkaiyxplEOR55JdVj/wDITdF8iXjfVD45U02IxfrJWsHcpQ5UbDyxxpoi
Wqt1Emq6tEzMak17aiwVMZKKTY6F/tGfod2mhxfxE4uPHG5/mehj7vuy8nbFkKiVl+KvjL0J
evhNk/gU+JElx6HF6eFL7/kyyn4Iucs35Lc4LtwbsPFqi0IdNJHxcroJZy8VahyyUNOy1OOc
JP4nZmue1md2thY4Yqd3oc84yjRWFC7U7aDyxV3ew3DIxTIbaTo2YVcyLZXKVRG5+0rYWqIx
VU7wSqLUdaJXJycr7ULPL6U6dSYikeHXXwr+Je2qzV+P8iUpXIbqtCdi6S2Ijji9WT4NPYS2
/DP46jzehl7uboqJMUVmsmKWpdxjoJtX1GprqTjboN8XK3E3jV6jxWWup3qUtRNNYrqJrLly
WgsXKe6FxylF1ucU9ZFFI9Ti3TyI0F8j0Gnclkq6JWtzivpQsUjFr5lF+TydEjL3dG4Xl4vH
KzoPP23xy0HDnpJ3RirEe7k8mnStCFZEmK0b/OWDdMrwLHFQo1FjbqJJ0VmJ/TOvUUOhVTOx
DUPZlK7qSGlCZDSvZEZ1knHBTjWo8YWMbbHa5g+m5CTxkxl/TVtmL+JO5QrcvoJItQne41jr
RHGa6yJuju2QiBfjgXtYfV7jhCw2XjPhB0/Bh0/O5Y/WvmiIsUT9DHOGlllCWVxcnLX6nkjs
jlYlC7qs7mZRRPV6iemglZqrMkqpqm5utUSnD2YlrqPjNBP4FSPiIvoUqxY6q49ydj+R1eqF
SG7/AI9/wZ5Jdvt0T6/lxFlf8LF+Gv4IyScnJYJSKVRVQljXLJ1IbcFLMXXVj5Ku+g4ouh3O
hFJVmclXRyS4UI5KjPPYbzvdSNN6+h5F/BH7SSSHVu5xTjFfU/8AtLU3/LcUyyol5iWrrl5/
l0U4xf8ACzH8yE4pLOOSllqlVJxX1apkOXNkjlOhHxFW9h5JULxstBLJJmWUcdCWpWuxO5LR
18PQhakvyaKUY3xT3IS/Lcw1hT1Kfl7y/wALMfxy/wAOXnFRZW2HMQvmfTQ6uo4cJ6DScrXQ
oqncnCshJUx1RK11Q2fxp2uRcxV4VUKa7dB1oy5fQ5KysWuQJRb8fT8GWb0sjPPL73+YlqTi
qsWDqtfFoxqUK/kUqNP6jJvcfSyJW1jfqOku1StSYUJRUjF2F93QSeDU6pEWHCUOk9RpX1Fq
9XsdBRVbD06EK56EOwkyYv49Pyfb9rGrydULBU4/lqkyydkVqiiS8U1oYZJ/lfqRbZ9GRiUV
hvcc2shaLoN7aDcRI21XcT32MV0OLUsxxVE6+o6W+ZRQsiCkwVuI/aOUJepQoV/IgyyThpUZ
Ofe7J7E6u/5eK6jnX8S/tfjUj8fVWMcrTRwf4kXkooepUad9KDxamayNav1FKc2mKEuyoNt9
qsUUNamKS8xYq6KkWgoRYvoNJ8kWh+FvyKFTH28XE1aMveysqL8E/kKbK34q/gj8lZq6dTys
XtuX4nlqxzL2Jm942KUW48cnM2FjY3auN5rWgssV5ja9SMqEaECXU9IHGMY7/mPPNwkdrTzz
cYoWD+q79fC3hX8idPxR+bluqlaVG3ceztoVVC/kWgj1qKNdRK8EOklFPKsjWpG9CCXcmIQp
qehD/MXtJ1ycvyQs4Txw/NbWn/o809i1PCPt3JSsVpNSE58yXWBUgTmTlsKfUhWm4hJ/EW+v
gq0X5rydEqsz9y6dMUfyNd2f5jY31/8ARtboanU8iFoUurji39SWo3Y5TqLqxLQv5jWNehXQ
nRFPUoQJK+v4K/k/xL6sr+Rj7eMuqVDHGIhW/Df8bkSErt/hv+T0/DMUyrI+VWtTyJWt0bil
6irHmLipVxRfYhNzsP8AkaWV3JyVW3WB4qqa+ZVEaG/QvDL6fk18KHF04XY//wDXlZUxkWv5
irFRInX8iv5a9xKuBys0UpsOtyL9CqIdS1FqY+5hqrifuvhluLGfXoXprAlgqE9RaQNz5EHo
X8KfjgyyecJKqFivuYsKNq8fmpP/ANJA8crNVH7eNVNJ2Ib9URpokOn/AB/1DUKVdeMfVg6N
MSnknWVoduTk4OsjyunoKk0G0dUOan7dh7eFSp+njsbiaUjX3Z6Iy973E3jjadyL6j/BU/qd
fxRt49PwU/D18LkVjcfQp+CMprYw9xWykt5s/QadtiYruSkxabrUji4IVtid9x8rqwlkqOsa
HboUpuOlhp138P/Z</binary>
 <binary id="i_084.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RfjRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MDY6MDcAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfWgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWqQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ACuGy3YeR2UpBbB57LV6p082OAaY
cySJ1H8lY4BPPjqDoZCSmTASYgDuPPsrLSI2ka8jT8EGtjjtkEntHj5qx6Ty0O1HifL+0kpk
yNHNHxhHayQHxz2CEwhs6R4jyPCt01tAj/XVJSqmOncDpwQiPx+5B17hHppBgxI/11Sy8mnD
rZZYx9rrHbKqqhusce+xv7rfz9ySnC61j572tpp9mO8ONlw1gMb767K3fSss/wAB6Saj6r5G
5vpXWNxXsL5cQHNMB132mpssbs2s9jv/AEmo9Zysq24UOc2ltMWZe2bBS4/zIc/a39M38yln
56I3oLsfCZnUk1XMPrZN77XAMa73tawVPqd6jWGv1/1j/gUlNG5vo5WPiYFzyzIbueyoix7W
kxcWXg+jY/2M9WtrfTp2ehiWoWViW4OIx0P9KYva9rQWn6Pv9Pbsc/8AwTLrPV/nP3FqsOLm
4T6HOruy2FuWbKaq5s27S6670mtbubj7v56xn/Xf8HR630f7CKhTbVa2w++horL2uJ4c6r6b
P9Hv/wCLSU0XZz6Buo3V72kWVPBAIHtZ7nWWfm/4NvpqWPnbm2MaxrnmtxLnenILWndsgVt2
7f8AB/8AVqTbbmVYfUT+kFLjSd4Dtrm/4K6t/t2XM99L3/uWIvq5WRU13pWE1bnm5rGEEt9+
6QW/zbR7klP/0O0vo9ZpB0dqBPB/kuWVk9NYWwW7Hzrpqt9zQdRynLGPHuaCQkp5oY4aCCde
08yrWN0591bXyNnYu58JWyKKRqGNk8mApgAQO3ZJTltwgCQ8TGhkn75CsswMbbuaCJ7yef7S
tOawmSPgUN9wq9rG7yOfJJTGvFa3QyfOVP7O31Ba0AWtBaHxqAdSAp1Weq0kAgt0cEHMzG4z
eNQN7nukVsZO3fa9o93u9rKK/wBNakpqj6u9ONVFT2nZQ8vDAYa5x3D9M0fzrff/AMZ/1r2K
t1vB6h1JprDD9nLgKK52jcT/AErJZpv2u91VP0K2Kp1L62Ow3eg7HdZkhu9tYtDLQ36Xq5Vd
bXsxK9v0Kr/0qo4fXOtdR/T4nTsZtbnEi/JLrnkD9wfo/o/vbUlOqLcPpuEOnYNdt72ucQ+k
Avfc32XW1uP6Fvp/nvud6NdP6O1YmVScsVV3Gjp2JjhvrWPu32WCIZub7PtDv0Xt+zVf9eWn
k9bzMfpjbL6xeQ5tNlx0D9S5rHafQb/om/zn56xc/Mp+1m2n08pm4Gm2ymC4R+ke7e/fva79
Hvez/B/ov0daSlmY7cTFz6LrK20ZVItp3v22Ocw7qrG07rHervZ/M2P/AMIm6Rkizp+Xg2AO
cyq26oEAxFVm73H87d7kKq4X2V1vpqPqHbLWAWS79G07n+o1EqrxPSsbfVcLZ20WNd+dtfW8
bYb+f6L3JKf/0fQA3VSAUoPdR80lLEiJJgDUnwAXNP8Ar99X25TaP1j0yYdkmvbW3+U5jnfa
Nn8r0Vo/WLMdRhGiq01X5DLGsLfpAbdnq7tzfSbU97X715f1fDZhZfp0bnYrgDRa7X1APZY9
rw1v54/d9iSntn/WGvLzb2dPz327P0jnVbmsLJ2bWeq1u7+wq1rszJqa+0l17yNxsc9zTu92
2p2/azY3/Ct3vWV9R8nCw+oX5PUb6sbHupdQz19W2u3sc5rJGz9Hs/Srq+t9Cyr7DkYd2PTU
K4sbeHFlcGXX0tp/RW7mf4K1n84kp5/puRbTc5tOVdfVW6wCyw7XVhm1ob6jf531X2fSf/ol
f6hiZPU7MbJy8mxlbQDXWCWtIH+Htjbu3+/e/wD0aycF9nTswUstba9lxrfYW/oyXE+703jc
30v8J6/8z/hV02R9mv2NzS+za7cLS4H6Xtd7trq66/8AR7K2emkpxn9M6bXUWU1ssFribXzL
XGd0MFXs+l+a7JV1lGbO1texhH57Q0AD83bv3KWOyllrjSS8lxbXaSTYIG6XOt93+Z7Fdtst
ux2PLm1gRvBdBkfRb+85JTjdTbl29NfVMsreLPTbuaD6f0va4u+ixYu5wYGgN27gQ4Abv8+N
66dzSS5gdvbZI3TIIeCz3/ymz+YuVrDgG1u5rJYR5sOz+CSm1jeqbGMxwd5+hA13H80Oa1zk
Z1txcHHJa5wO8OEgbiN/7uz9G5iq0W3UFt9T9j6yACBrI97XIpyHOA3NaNuoGvbd7dT5/mpK
f//S2ML6x5GI0G5xuxzO1r/pcHa2uz83j6K1W/WbEIaX0Wt/eI2uA+Grd64x1bv0Y3boDoby
JUsZjm173EiQCWxrpo36X5v9lJT2l+f0LNYwZNoArIe3eHMMkR9No/z2bll531fxM7qECqq/
DI01IDCR72V7P89Z2HW59rQ+H7dYJhpP0vzvzkmdZtab7g4jHForIHER6bn6fS9ySmP1h6de
419PbVj1Y9lYx8EhgDKGz9J93859P+ker/xy6DMwr8HodGNW8vPT2VbnNBL3Cke11dcje/d7
/S3LDryKXl9d5ecaxrzYGEh/t22Sx35t3vQGdc6i1rWYuVfTRWA2phc0lrAPbvse1/8AaSU6
HUhh5mPXa+t9joc9xYw1Ww/bud6Voa61/wCj97LWer/LVJ1uU7p+S2l4uNdcsyWDRw/NbY13
52mx6zcz675dmS02N+1Us+kXhrHjX3fZ3Ma123Z/p99di6PBf07JYzOptaGXiHEQN/iy5m7+
dY76f+ESU4/QeqOsOxx3Pta0AjxMfm/yX/uLUyrqsMMuzchjN2ri6G2Ef91qrd9vu/k0rmKc
Z+Je6ttmw497q2WDUAep7Hf2N6uf83sUXm/JzbbyXS8GqXPA+kXWtybHs3f8WkptZP1n6P60
UMsfoWhxBkzz7H7tyoZTA7NvsrBDHO3gHQyWgv0H/Cblp04PTcnHLenOqoeTth4LbXHnbS6W
+n7v8I/2Kbun4uNtqza7625M/ZbnFrXMLZG22kNf636RzN/0P0X81+ekpxNhge2QBOnYT+cp
NEsIPYGCrNdGQxllORd9itfW0tptDvTu2uHtbYzdXs/P3qxR00P+0NcTXlVbdmG7bueT9Opt
k/6P9Ky5JT//09FnRM71Nz6S4s0ECCZ/rbUQdBzdrWPDA5wGhcGk9/5r6XtXWRrH3IX2bHbY
bW1NbaZPqAayedUlPDdQweoVM/ROF/6VwtFElw09tToarGP0a2vptVLnuY7c5uXjRvlthJ2R
tc31q2O/TbP6P+f+kXUZ1WU91L6CXCrebKg4NL9zQ1g3Piv2ubu9y5nJzspnWW4Wcyuqw0kV
sa8lgLx6zP0pa5jt230rLPS96SmnU00Zz8XdBrLgxz2yH1uDmVvLWlvvsY73/wDCsVmj6v5t
1ftsqDSA4AF2gcPZumtjnofU8V73Y+U8bHMf6Njd28+nZpU/c0N+heP/AARbvScx/oU41hMv
afRcfET6tB/q/wA5U7/R/o/8Gkp5/PoxqGBjGV1HDHo6tY8+nV7q3WF3v3+7az9//rar04js
fBpArDXWtNg9KXv3ue/ebP3chu9jba/9H6asfWprG9Vrawhj31Cx/YOLXbafU/zVs/VjEptx
3vubLnPlupGgADmu2/SSU4VHR+oZDSxtLw2w7ffAkuPLtfzlrnp3XXy+swywyfeIJn3SD/KX
UgtY2BDWjsNAFi9e6q/p9mBc15NbrX+vS0Cbaw394/R95SU0b8Hq1GHbfd6Dm1N3uGheQD7n
bmNb+YqAZf1LGpFDnXZFAe+xmjA2ia/Rf6jiyva231P+LXSZHVsB/o0zvpzqX2V2tgsLWiHs
d/K3ezYsf6uYb2ZDmWbHNuYQ9kSDWW/Qs3fSYkpq4GZczp7X3O9XFNxrZzureBvG7d/grdyJ
deJpaYe1jnObAiwCwbXM3H6TN43egruQ2u/p1mDU1tVOJbWG7AQPUO5zGiz92xyyrK8oGsOo
c0ueQANSXD/BQ36Nn8hJT//U9COiG53ZT3CP70J7pSUwssABLjAAkkrmut47MvMxs559IYrw
GXwHQ1x9vrsn+Zc/6X+j9VbefY0VFryGVRuueTtAYPzdf9I72/1FmuyyMmqqpnqPeNzdvBH5
r/b/AILd/hklNaxlWTjupptY9mQC2p7TpLT7Sz97Y5qLTaarce15ayusi20u02t2urud/Ja2
PcrVbcPCZe7KebLq2m7IDPcWNA/m2CdtLP8AR1blzeT9Z8qn1DQ2nCfW57RRaPXueS4fo7mf
zFNP03/S/qJKZZba+oO6x1dzt+KAzHxHaidawLWz+bs/8+Ld+qT7f2a+x59zrXNA8Nntcf8A
rntWd1PNwsv6tsGJX6DbcltdtTfo1v8A5+3a/Rvp/R2f9trd6PQaOnUsdyQbHjuATIH+btSU
28izbU2uQ51r2MOnZ7tv/Uql13HGbj04QDa/tdzKvXLdaw0Pv9n8t3pfomfvq5XWX2+q8zsJ
hkabz7Z3f8Gz2NRu3CSnnur1W3PorqpZVnifVFMNFjrAf0lR9rf8C6x/7n+EVnCxb6bL8MPq
bkuxx6Jb9EucCz6Tvd+b7lrvrY8BrxIaQ5vkQZa4FTDGbg/a3c0yHQJHwckpwOl2PowXZrWM
vw7v0ufhvg2scz9HkXY+7221fo9/oW/9aVjF6RSMC1mUwihl78nGsa73ek/9L+Y7c39Hvr2P
WljYmPRjuxmjdU5zy5r/AH7vUJfbvn99zvoqzDCNRIAgeER+6kp//9Xv3QhPJPyRrBzoguYX
uDG6Tq53MNH/AJL6KSnGzqHZN7AGm2xzhta/+bra07XX7PoW2u/wW9WhgMxa21Mucwukkgj1
HR7nND/3f+LVw1lhLWAizkOd74E8/wBZDY0uO1pLnAkFx4nv9JJTWOFi34VuHBqxrmllhZo6
HcxY/duf/XXON+rnRMKxhycmlrvoPtss3ueCZ0oc1tNfs9jveuz9GWem5m4EncTBnzVB1GDl
Yz6Kaa6r3sJa8MbILeGzG7a+Nv8AxaSnF/ZHT8nof7M6PkOtrptdfufqHvMjZbY0M/m52s2r
oDaasdpFbnua1oNdY3OkDb/J/wA9ZmA51Lo0ZS8tdWxsAtkBznu2fFQ6HnnqOHfRku/W8K19
Zeww7YXO+z3afyf0Tv8AiklOxj3RWA5oZOu0EHaTq5pLfajte0/RIPis27HtOKW4v026ua0C
Xg/TdEsbv/PUOm/aKy4F4Ld36TeTuEfSa5n6NtPt/fSU6zgHCD30IHKZtbdsCdOPihYXUMDN
aX4dzLQCQdh7jQx/J/lKyfLlJSNgsDYkk6cR/wB+TgW8bvkiaIZAlJT/AP/W9Bs1B8lXB908
EHQjkK3aB8/uQHNDACB8SElMXOcfbpryTIM/JPXtDA9jm+nqHHz7j+ShF5Do2kiDrxqhF/u3
AOY8/nDQ/wDqT+2kpO30qwWtDhBkPc0ubI/ODgs4MB6plY9btHVi6uOef0jP3v8ACf8AQVP6
z5dzOkktvNNotr27Cay5s7Xj2FaWHl1ZmLRkbve5mrwIIcPbY3/O3JKc64WDIrYymy614AbV
WNBHtPq2vitm2Nyq5XS8roOa3q1LfWx8p4qysZurh6hEeg38/wB/u/r/APGI3Xc9uJmY8OdZ
ZY2SAdvtB2e/8z+r+jVfp+eyu12dmTbkNcWPaB/NsMFlVNTztbt3fpLP5y96SmeF1PId9bH0
ZINLA049dDhDmtcGX1vtEu/SXO2rpr6Kb2OruYLGlu1zddW/uOj6TFyXU3Myuqs6nWGmo1NZ
TYx3vlk2125DHBu33u9L2/zS6bAz2Z2M29o930bG8gOH0oc36SSnI650/H6djWdU6bWMbKrL
dzGe2uxpIZsfV9FmzfvY+tXOgdQ6hnVPtyK2txmAMrsk7rLG6XOY3X9Xb9FqN1fBs6jhuw2P
bSy6BbYW7jA9zfT/ALbVZoxq8eivGpGymprWMAkGG+f8tJScHySLgNTp2nzPCE1oYS42O0mQ
4+2CiyZiUlP/1+kwPrNffltpz6K6K7D+jurefYT9D1WuLt1bvzrP8GtM9U6adG5dRjQ+5cfd
0rJ6ZY4Zo2h7Q5or925o+luc33bWO/nFSszLXDdQ3c1x21vA3T5ANSU9pZ1jpk/z26O7WPI+
Ttu1O59eVS77LY1wdoLGAOg8+5hj/pLhMqvq9bBdlstoqJIa5wLeewmG7le6K3I6hlNppybM
R1dTnerXy57XN2tfw1zPckp3cvoNuYXOtz3hxILYprLfbqPV3y+z3fy2K9h4j6adl1gyLNxJ
sDBUPlVX7VXqx/rDRAdn42S3ubqS13+fS8f9StDHN/pAZIr9TWfSnb/0/ckp5rPx/W+uFFOQ
0fZ3tYWTw5oa8+mf697PTco9VoaeodQuf6gw7fTNr21uG2wDbdsft93uDP5CufWUBrsLKpO6
6m2AG6+0+/t/wta3GObY0WMJ2OAczsdrtQkppYF/TstosxWVbAAGANEgAbWt9w3fm/SWkC1r
IA0/daAPw9qy8vplD3Oysb9XzWAubazh8e70rq/oPbZ+/wDzjFPpGfbm4vq2M2sGjXkyXGAd
zm/m7UlOjITHaDqCmcDEtPwTgyElMgdNEtfHRKNOE+nHZJT/AP/Q6z6zOY/HpxK2GzMus/V2
t5Gv6R39r+b/APVazehYlvTOu39OyRXvvxmZVRbEepu2Wsqc76Vn9X/RrcxMa9+ZZn5dfp2u
GymrnYwafS/fcpdS6T07qLduZjtuLRDXkEPaCZ/R2t97UlOd9a8QZPQ8ls7X0bchsmPdWZc3
+2xz1znR6bOkMw+sXmcLKb736t2El1Z9Rv8AZ9St/wBC1dJ1rpmVn49PTqbW0YEAZNji51xa
z+bqra72u3fnW2WLQdjY1mP9kfW04pYKzU76OwDbt/stSUwZ7iI9zCJa4agg6hzSpkd+4WX9
XPVb030rfUIotsbVZaCHOYTvY73e787ctYRx46jukpr3YGDc4Osx6nzP0mNP0vpdvzkUDaNu
kDgeQUxqNdE8A6JKRObu0mU2PTXUzZWIEy4TyTy5Fj4aJxA1CSlBpAS2jwTkjlIOA/uSUwcN
YPCW/T+Kk4ghR2gadikp/9n/7R/0UGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAA
UHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5C
aXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2Jq
YwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJv
b2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4
QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0
bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENi
b29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9v
bAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAA
AAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABM
ZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50
RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0
b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9u
ZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAA
AQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAA
AAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJ
TQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoA
AAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////
////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////
//////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAA
AgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0E
CAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAA
BgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfUAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB9QAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAA
UmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAA
AtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH1AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGlj
ZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5l
bnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVT
bGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRv
cCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25n
AAAB9QAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAA
AQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxs
VGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAH
ZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0
AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRv
cE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAA
ADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFsUAAAABAAAAbwAAAKAAAAFQAADSAAAAFqkA
GAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoL
ERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsL
DQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDP/AABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAAD
AAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggF
AwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMm
RJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dn
d4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHw
MyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk
9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ACuGy3YeR2UpBbB5
7LV6p082OAaYcySJ1H8lY4BPPjqDoZCSmTASYgDuPPsrLSI2ka8jT8EGtjjtkEntHj5qx6Ty
0O1HifL+0kpkyNHNHxhHayQHxz2CEwhs6R4jyPCt01tAj/XVJSqmOncDpwQiPx+5B17hHppB
gxI/11Sy8mnDrZZYx9rrHbKqqhusce+xv7rfz9ySnC61j572tpp9mO8ONlw1gMb767K3fSss
/wAB6Saj6r5G5vpXWNxXsL5cQHNMB132mpssbs2s9jv/AEmo9Zysq24UOc2ltMWZe2bBS4/z
Ic/a39M38yln56I3oLsfCZnUk1XMPrZN77XAMa73tawVPqd6jWGv1/1j/gUlNG5vo5WPiYFz
yzIbueyoix7WkxcWXg+jY/2M9WtrfTp2ehiWoWViW4OIx0P9KYva9rQWn6Pv9Pbsc/8AwTLr
PV/nP3FqsOLm4T6HOruy2FuWbKaq5s27S6670mtbubj7v56xn/Xf8HR630f7CKhTbVa2w++h
orL2uJ4c6r6bP9Hv/wCLSU0XZz6Buo3V72kWVPBAIHtZ7nWWfm/4NvpqWPnbm2MaxrnmtxLn
enILWndsgVt27f8AB/8AVqTbbmVYfUT+kFLjSd4Dtrm/4K6t/t2XM99L3/uWIvq5WRU13pWE
1bnm5rGEEt9+6QW/zbR7klP/0O0vo9ZpB0dqBPB/kuWVk9NYWwW7Hzrpqt9zQdRynLGPHuaC
Qkp5oY4aCCde08yrWN0591bXyNnYu58JWyKKRqGNk8mApgAQO3ZJTltwgCQ8TGhkn75CsswM
bbuaCJ7yef7StOawmSPgUN9wq9rG7yOfJJTGvFa3QyfOVP7O31Ba0AWtBaHxqAdSAp1Weq0k
Agt0cEHMzG4zeNQN7nukVsZO3fa9o93u9rKK/wBNakpqj6u9ONVFT2nZQ8vDAYa5x3D9M0fz
rff/AMZ/1r2Kt1vB6h1JprDD9nLgKK52jcT/AErJZpv2u91VP0K2Kp1L62Ow3eg7HdZkhu9t
YtDLQ36Xq5VdbXsxK9v0Kr/0qo4fXOtdR/T4nTsZtbnEi/JLrnkD9wfo/o/vbUlOqLcPpuEO
nYNdt72ucQ+kAvfc32XW1uP6Fvp/nvud6NdP6O1YmVScsVV3Gjp2JjhvrWPu32WCIZub7PtD
v0Xt+zVf9eWnk9bzMfpjbL6xeQ5tNlx0D9S5rHafQb/om/zn56xc/Mp+1m2n08pm4Gm2ymC4
R+ke7e/fva79Hvez/B/ov0daSlmY7cTFz6LrK20ZVItp3v22Ocw7qrG07rHervZ/M2P/AMIm
6Rkizp+Xg2AOcyq26oEAxFVm73H87d7kKq4X2V1vpqPqHbLWAWS79G07n+o1EqrxPSsbfVcL
Z20WNd+dtfW8bYb+f6L3JKf/0fQA3VSAUoPdR80lLEiJJgDUnwAXNP8Ar99X25TaP1j0yYdk
mvbW3+U5jnfaNn8r0Vo/WLMdRhGiq01X5DLGsLfpAbdnq7tzfSbU97X715f1fDZhZfp0bnYr
gDRa7X1APZY9rw1v54/d9iSntn/WGvLzb2dPz327P0jnVbmsLJ2bWeq1u7+wq1rszJqa+0l1
7yNxsc9zTu922p2/azY3/Ct3vWV9R8nCw+oX5PUb6sbHupdQz19W2u3sc5rJGz9Hs/Srq+t9
Cyr7DkYd2PTUK4sbeHFlcGXX0tp/RW7mf4K1n84kp5/puRbTc5tOVdfVW6wCyw7XVhm1ob6j
f531X2fSf/olf6hiZPU7MbJy8mxlbQDXWCWtIH+Htjbu3+/e/wD0aycF9nTswUstba9lxrfY
W/oyXE+703jc30v8J6/8z/hV02R9mv2NzS+za7cLS4H6Xtd7trq66/8AR7K2emkpxn9M6bXU
WU1ssFribXzLXGd0MFXs+l+a7JV1lGbO1texhH57Q0AD83bv3KWOyllrjSS8lxbXaSTYIG6X
Ot93+Z7Fdtstux2PLm1gRvBdBkfRb+85JTjdTbl29NfVMsreLPTbuaD6f0va4u+ixYu5wYGg
N27gQ4Abv8+N66dzSS5gdvbZI3TIIeCz3/ymz+YuVrDgG1u5rJYR5sOz+CSm1jeqbGMxwd5+
hA13H80Oa1zkZ1txcHHJa5wO8OEgbiN/7uz9G5iq0W3UFt9T9j6yACBrI97XIpyHOA3NaNuo
Gvbd7dT5/mpKf//S2ML6x5GI0G5xuxzO1r/pcHa2uz83j6K1W/WbEIaX0Wt/eI2uA+Grd64x
1bv0Y3boDobyJUsZjm173EiQCWxrpo36X5v9lJT2l+f0LNYwZNoArIe3eHMMkR9No/z2bll5
31fxM7qECqq/DI01IDCR72V7P89Z2HW59rQ+H7dYJhpP0vzvzkmdZtab7g4jHForIHER6bn6
fS9ySmP1h6de419PbVj1Y9lYx8EhgDKGz9J93859P+ker/xy6DMwr8HodGNW8vPT2VbnNBL3
Cke11dcje/d7/S3LDryKXl9d5ecaxrzYGEh/t22Sx35t3vQGdc6i1rWYuVfTRWA2phc0lrAP
bvse1/8AaSU6HUhh5mPXa+t9joc9xYw1Ww/bud6Voa61/wCj97LWer/LVJ1uU7p+S2l4uNdc
syWDRw/NbY1352mx6zcz675dmS02N+1Us+kXhrHjX3fZ3Ma123Z/p99di6PBf07JYzOptaGX
iHEQN/iy5m7+dY76f+ESU4/QeqOsOxx3Pta0AjxMfm/yX/uLUyrqsMMuzchjN2ri6G2Ef91q
rd9vu/k0rmKcZ+Je6ttmw497q2WDUAep7Hf2N6uf83sUXm/JzbbyXS8GqXPA+kXWtybHs3f8
WkptZP1n6P60UMsfoWhxBkzz7H7tyoZTA7NvsrBDHO3gHQyWgv0H/Cblp04PTcnHLenOqoeT
th4LbXHnbS6W+n7v8I/2Kbun4uNtqza7625M/ZbnFrXMLZG22kNf636RzN/0P0X81+ekpxNh
ge2QBOnYT+cpNEsIPYGCrNdGQxllORd9itfW0tptDvTu2uHtbYzdXs/P3qxR00P+0NcTXlVb
dmG7bueT9Optk/6P9Ky5JT//09FnRM71Nz6S4s0ECCZ/rbUQdBzdrWPDA5wGhcGk9/5r6XtX
WRrH3IX2bHbYbW1NbaZPqAayedUlPDdQweoVM/ROF/6VwtFElw09tToarGP0a2vptVLnuY7c
5uXjRvlthJ2Rtc31q2O/TbP6P+f+kXUZ1WU91L6CXCrebKg4NL9zQ1g3Piv2ubu9y5nJzspn
WW4Wcyuqw0kVsa8lgLx6zP0pa5jt230rLPS96SmnU00Zz8XdBrLgxz2yH1uDmVvLWlvvsY73
/wDCsVmj6v5t1ftsqDSA4AF2gcPZumtjnofU8V73Y+U8bHMf6Njd28+nZpU/c0N+heP/AARb
vScx/oU41hMvafRcfET6tB/q/wA5U7/R/o/8Gkp5/PoxqGBjGV1HDHo6tY8+nV7q3WF3v3+7
az9//rar04jsfBpArDXWtNg9KXv3ue/ebP3chu9jba/9H6asfWprG9Vrawhj31Cx/YOLXbaf
U/zVs/VjEptx3vubLnPlupGgADmu2/SSU4VHR+oZDSxtLw2w7ffAkuPLtfzlrnp3XXy+swyw
yfeIJn3SD/KXUgtY2BDWjsNAFi9e6q/p9mBc15NbrX+vS0Cbaw394/R95SU0b8Hq1GHbfd6D
m1N3uGheQD7nbmNb+YqAZf1LGpFDnXZFAe+xmjA2ia/Rf6jiyva231P+LXSZHVsB/o0zvpzq
X2V2tgsLWiHsd/K3ezYsf6uYb2ZDmWbHNuYQ9kSDWW/Qs3fSYkpq4GZczp7X3O9XFNxrZzur
eBvG7d/grdyJdeJpaYe1jnObAiwCwbXM3H6TN43egruQ2u/p1mDU1tVOJbWG7AQPUO5zGiz9
2xyyrK8oGsOoc0ueQANSXD/BQ36Nn8hJT//U9COiG53ZT3CP70J7pSUwssABLjAAkkrmut47
MvMxs559IYrwGXwHQ1x9vrsn+Zc/6X+j9VbefY0VFryGVRuueTtAYPzdf9I72/1FmuyyMmqq
pnqPeNzdvBH5r/b/AILd/hklNaxlWTjupptY9mQC2p7TpLT7Sz97Y5qLTaarce15ayusi20u
02t2urud/Ja2PcrVbcPCZe7KebLq2m7IDPcWNA/m2CdtLP8AR1blzeT9Z8qn1DQ2nCfW57RR
aPXueS4fo7mfzFNP03/S/qJKZZba+oO6x1dzt+KAzHxHaidawLWz+bs/8+Ld+qT7f2a+x59z
rXNA8Nntcf8ArntWd1PNwsv6tsGJX6DbcltdtTfo1v8A5+3a/Rvp/R2f9trd6PQaOnUsdyQb
HjuATIH+btSU28izbU2uQ51r2MOnZ7tv/Uql13HGbj04QDa/tdzKvXLdaw0Pv9n8t3pfomfv
q5XWX2+q8zsJhkabz7Z3f8Gz2NRu3CSnnur1W3PorqpZVnifVFMNFjrAf0lR9rf8C6x/7n+E
VnCxb6bL8MPqbkuxx6Jb9EucCz6Tvd+b7lrvrY8BrxIaQ5vkQZa4FTDGbg/a3c0yHQJHwckp
wOl2PowXZrWMvw7v0ufhvg2scz9HkXY+7221fo9/oW/9aVjF6RSMC1mUwihl78nGsa73ek/9
L+Y7c39Hvr2PWljYmPRjuxmjdU5zy5r/AH7vUJfbvn99zvoqzDCNRIAgeER+6kp//9Xv3QhP
JPyRrBzoguYXuDG6Tq53MNH/AJL6KSnGzqHZN7AGm2xzhta/+bra07XX7PoW2u/wW9WhgMxa
21Mucwukkgj1HR7nND/3f+LVw1lhLWAizkOd74E8/wBZDY0uO1pLnAkFx4nv9JJTWOFi34Vu
HBqxrmllhZo6HcxY/duf/XXON+rnRMKxhycmlrvoPtss3ueCZ0oc1tNfs9jveuz9GWem5m4E
ncTBnzVB1GDlYz6Kaa6r3sJa8MbILeGzG7a+Nv8AxaSnF/ZHT8nof7M6PkOtrptdfufqHvMj
ZbY0M/m52s2roDaasdpFbnua1oNdY3OkDb/J/wA9ZmA51Lo0ZS8tdWxsAtkBznu2fFQ6Hnnq
OHfRku/W8K19Zeww7YXO+z3afyf0Tv8AiklOxj3RWA5oZOu0EHaTq5pLfajte0/RIPis27Ht
OKW4v026ua0CXg/TdEsbv/PUOm/aKy4F4Ld36TeTuEfSa5n6NtPt/fSU6zgHCD30IHKZtbds
CdOPihYXUMDNaX4dzLQCQdh7jQx/J/lKyfLlJSNgsDYkk6cR/wB+TgW8bvkiaIZAlJT/AP/W
9Bs1B8lXB908EHQjkK3aB8/uQHNDACB8SElMXOcfbpryTIM/JPXtDA9jm+nqHHz7j+ShF5Do
2kiDrxqhF/u3AOY8/nDQ/wDqT+2kpO30qwWtDhBkPc0ubI/ODgs4MB6plY9btHVi6uOef0jP
3v8ACf8AQVP6z5dzOkktvNNotr27Cay5s7Xj2FaWHl1ZmLRkbve5mrwIIcPbY3/O3JKc64WD
IrYymy614AbVWNBHtPq2vitm2Nyq5XS8roOa3q1LfWx8p4qysZurh6hEeg38/wB/u/r/APGI
3Xc9uJmY8OdZZY2SAdvtB2e/8z+r+jVfp+eyu12dmTbkNcWPaB/NsMFlVNTztbt3fpLP5y96
SmeF1PId9bH0ZINLA049dDhDmtcGX1vtEu/SXO2rpr6Kb2OruYLGlu1zddW/uOj6TFyXU3My
uqs6nWGmo1NZTYx3vlk2125DHBu33u9L2/zS6bAz2Z2M29o930bG8gOH0oc36SSnI650/H6d
jWdU6bWMbKrLdzGe2uxpIZsfV9FmzfvY+tXOgdQ6hnVPtyK2txmAMrsk7rLG6XOY3X9Xb9Fq
N1fBs6jhuw2PbSy6BbYW7jA9zfT/ALbVZoxq8eivGpGymprWMAkGG+f8tJScHySLgNTp2nzP
CE1oYS42O0mQ4+2CiyZiUlP/1+kwPrNffltpz6K6K7D+jurefYT9D1WuLt1bvzrP8GtM9U6a
dG5dRjQ+5cfd0rJ6ZY4Zo2h7Q5or925o+luc33bWO/nFSszLXDdQ3c1x21vA3T5ANSU9pZ1j
pk/z26O7WPI+Ttu1O59eVS77LY1wdoLGAOg8+5hj/pLhMqvq9bBdlstoqJIa5wLeewmG7le6
K3I6hlNppybMR1dTnerXy57XN2tfw1zPckp3cvoNuYXOtz3hxILYprLfbqPV3y+z3fy2K9h4
j6adl1gyLNxJsDBUPlVX7VXqx/rDRAdn42S3ubqS13+fS8f9StDHN/pAZIr9TWfSnb/0/ckp
5rPx/W+uFFOQ0fZ3tYWTw5oa8+mf697PTco9VoaeodQuf6gw7fTNr21uG2wDbdsft93uDP5C
ufWUBrsLKpO66m2AG6+0+/t/wta3GObY0WMJ2OAczsdrtQkppYF/TstosxWVbAAGANEgAbWt
9w3fm/SWkC1rIA0/daAPw9qy8vplD3Oysb9XzWAubazh8e70rq/oPbZ+/wDzjFPpGfbm4vq2
M2sGjXkyXGAdzm/m7UlOjITHaDqCmcDEtPwTgyElMgdNEtfHRKNOE+nHZJT/AP/Q6z6zOY/H
pxK2GzMus/V2t5Gv6R39r+b/APVazehYlvTOu39OyRXvvxmZVRbEepu2Wsqc76Vn9X/RrcxM
a9+ZZn5dfp2uGymrnYwafS/fcpdS6T07qLduZjtuLRDXkEPaCZ/R2t97UlOd9a8QZPQ8ls7X
0bchsmPdWZc3+2xz1znR6bOkMw+sXmcLKb736t2El1Z9Rv8AZ9St/wBC1dJ1rpmVn49PTqbW
0YEAZNji51xaz+bqra72u3fnW2WLQdjY1mP9kfW04pYKzU76OwDbt/stSUwZ7iI9zCJa4agg
6hzSpkd+4WX9XPVb030rfUIotsbVZaCHOYTvY73e787ctYRx46jukpr3YGDc4Osx6nzP0mNP
0vpdvzkUDaNukDgeQUxqNdE8A6JKRObu0mU2PTXUzZWIEy4TyTy5Fj4aJxA1CSlBpAS2jwTk
jlIOA/uSUwcNYPCW/T+Kk4ghR2gadikp/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABv
AGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBo
AG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOkGh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0w
TXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczpt
ZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1
LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93
d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9u
IHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8i
IHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpz
dEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQj
IiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8i
IHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1wOkNyZWF0
b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVE
YXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjA2OjA3KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDIxOjA2OjA3KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTow
NjowNyswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1YWFkMGQ1Yi05MGIwLTBj
NDAtYjlmZS05MDZkYWI2NjYzNjQiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBo
b3Rvc2hvcDpiMTE4MDg2OS1lYzI1LTExZTgtYWFjZi04N2M3MzBhZTU5ODQiIHhtcE1NOk9y
aWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpiNTQ0ODE2YS0zMjA5LTkzNGQtOGJlMC1mZTFl
MzQ4MjE0NjYiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9maWxl
PSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHhtcE1NOkhp
c3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIgc3RFdnQ6
aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpiNTQ0ODE2YS0zMjA5LTkzNGQtOGJlMC1mZTFlMzQ4MjE0
NjYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MDY6MDcrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3
YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8cmRmOmxp
IHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NWFhZDBk
NWItOTBiMC0wYzQwLWI5ZmUtOTA2ZGFiNjY2MzY0IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5
VDIxOjA2OjA3KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3Ag
Q0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3ht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6QmFnPiA8
cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6MEI3OTJBNEZBQjE0MTFFNTlGRDJFODU1MUUxN0Q5OTk8L3JkZjps
aT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9yZGY6RGVz
Y3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJ
Q0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BN
U0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MA
AAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAA
FGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcA
AAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAI
DGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhl
d2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAA
AAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAA
AAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAA
AAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBS
R0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVs
dCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAA
AAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAA
AAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4A
AAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAC
jwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAyADcA
OwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwA
wQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkB
YAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8C
OAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MD
TwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoE
qAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcG
SAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8I
MghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQK
agqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM
8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MP
zw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMT
AxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwW
jxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEa
dxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQe
vh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgj
ZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8o
cSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12Last
4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38z
uDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5
+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRA
pkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tH
wEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63TwBP
SU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdX
RFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ff
s2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9o
lmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx
8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7
wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VHhauG
DoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q
1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+c
HJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n
4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4s660
JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA
7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXO
Ns62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr724Dc
BdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDq
W+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5
OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAA
AAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfUDASIAAhEBAxEB/8QA
rQAAAgMBAQEAAAAAAAAAAAAAAQIAAwQFBgcBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAICAgICAgMB
AAICAgMBAAECAAMRBCESEAUxE0EiFCAjFTAyMySgQiUGEQABAwIEAwYDBgQEBAUFAAABABEC
ITFBURIDEGEiIHGBMkITMJFSobFiciMEwYKSwkCy0jPw8aLi0eFTcxTyQ2OD0xIBAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAYOCRWGIgymFcYEMAWVwurixkCLCIysWKWEkISCRl
UvKMBLAVx1CCAZW4gyi4vGe8spOkq1DEdXBlBNeO80VJBWuYOvkMbEqqLrKOgLDCtNWYUyDS
QYqCI4EsBGkYhiloViNXYAMBnrcaNAEEMFglgYkdQI4Bk1seeq6ylfS5XWOS/cyCTp4CnmdX
gCdnmbSwpqORVfmNFvPuL8oYW/OxfKLTVLYbs+5DlrdQWytghgSAFgesN1LFisAOhA8IzK4j
QFpVwRgRyAkuGAiFiIr5h8GjlGyrLnOzZx9J3+Vk3HNs7rnmt1ZErTQNydVZZq5/QOeLCM3Z
55inUymeCHpqtFJho3qcw21BkYiMwDGHVWC8YqjgYrB5AWhbSOCEhiEkLowRGAaeQdGvFtON
TcRNF2k6nC6dBxT0rBN/M2i5+jzhsXoCePnQ54deLcU17MRrprB1M2VjRK4ero0IZBahmwdC
opTRUAi0AsIjmEcMBJYVS8lBuBVckHdLCMGHZHGgYBNBy22bTNxrbTDZt5Q3oMHZK7jyhOKq
myWekMCWIaci0GfFr5xa1NR6bhdNjj25rDoW23FcWHYkhXRsUxrZCqnZUYjqhRYXKlvrA8sK
3scpZnK7QxHFxTLyZk1qU2MRS5EDkpFynO03uZef2yVl8RmxXOYqbuuWaEqLOPtxGq7h5gV2
dM51Xa5Jd3fOdU4Y0Zjo9Tgds2SyF4sQkhEp1gypchQLwURoKLgLtFoCSV1aFKiSB1JbASAM
LGgGEJDAGQgMJIo2LYpTW1INuVzHT0MpzW7uQyV6+Ydyrg0nQ6HNYfdwayyk2lW3LYeonKh6
AGCEqF0YKPCuWQqZ4KHADIQyEDAVLYVliQhRxWSwQkBgDICHEaThtNGeiwlNVJ1L/OYz2GDz
d56l+XeOuRBROYbdHNqOi3NB1KMdxWnQpM1l3oDy060O4RCSQVoBoCSGAhBJIQGAIgwgJIBo
FBRIBlBZpxah5IEHEUPMJZj2ZxOTTpMguIuzpaTn37aCpn2Hn7aaD0fCp1FVJBHUhkJop6PP
K+hVUGZ4e1EgZCAyEkhDIQGAkBJIAiDYrOWdJuTnO9m51RoS2grpOM7D+Z7B19fHsO5zV4xU
tGoXN1mMLdWk5fWALbMrl9Qhfs5dpzMt1ZNOZx6rKiEsPbRDpDBWbUrrBGh7GMCSEBkJJCQg
gIJJyTq4vJYz2W/570j1nOo5J2U5fZMYe4Wiywx65lDXmtNd6wdhrMN0sAWQz1WQjV2CDSCm
b8xnZrDnY+zyCQsVx1HeokZLiu+6GYi0rjw9dDAQwEgCDAiQgKg891/FlVbKQQDRYa/WeT94
cGztUHNorUfBs5g3Q52s3219IsryazmJbWI9Fgz32h0ZNYi3ZiDOQvQ4eX1uYZHrciRgMtgL
s9x2uNspEp0Eoiw9rCCSQEIJJAiQmbTkMXG2uY+B3uEKwA4ENXufM+sFJB53n+xyHjR7Os83
bUw/Q5vYNUrU1NjsGwbswbakLnqhqy6IZXshksekmbShxbK7CFWFLADXUgsrI7JB4Ie0PK2m
iSABhAYCGA8/6HCcanTYZcXVynnxsrKN1nqjyE3Yzreh+ee1OgJQUYL9h5V+3zjndnBDtohJ
XdnBWsNpq2FYtQsORhkcAR6SyGHAe/KMQwJGHrgIykMdSSQ6LVE6XQ85rO7OJrOhMim2VWDK
QZbrCc3k+i4INeTol3J6HLKQlZy/a8T0xbz+jzznb8uktr05TJh23HO6GKG7kdLnGfVzNJ1d
vK3D1WMJNGQs2Z7hqBjNdecg5Pa4wzBiQQYCBVoMUsElsGtovIozmi7HeXSq0l2djZdgU69v
ntR2ctF4dCElS1HHq7GU7l3C7Q4MPO5fSgwru55XzuohMisbsPVzHmtOXQXbedpOvLKTVVw8
B2MeMFqI4L5oNGS9SLYCqxLSoX6zmGQJFgsMFtRzPYrkSMNZVaOChascfZn0Az1UHUfBcBTW
WPn3HA6vT5RYefDfs4th1V5nKPQvxOuX5tFhk1Rjy9fQ5xa5Bdz9amM6bSjZfvMF+qsz87Ta
Z21oJR6VDzRrsBdSSLNJnZtxhjwDpYUtXYUObB2Ryuyq0WxLx1spMFmHpkrv5p0lpI+zBqKc
jIOUsBU/OJQ6ibcsPXaPL+hNRxkq4Pf4ZcYDoXYthY1VZbSmU6G7g9A34JuOeOjeef6PKcrp
68M3Z88S/Nr1mHu+f1G6Z4YoAU2u4jSCs6lbisNmeD5qrCjsczsE59dpXbXYNqysLTqylqo4
uPbqDzu5gMZNZz+1TrK5bkGoYjMkG6XO1l9vPQ3nnE32ZCWRENj8nonOrRi3fymPQYJeVLZU
beTuoK48EHSrMV+xDDZr1nFPZhx6+7WcOjuZDhWaFG9DWpiffhG4va4hptx7wZtvQOQexecW
3p5zmXVWGOjZzybdZM+e3OEWWlDb2MGjqIcpe7DhN2XOG3fc8/l9H5ss7fB0iVbbjkGxDRd0
uAdE49BKLqimND1BaCFoDJspMI3EanQDn2bOaWW0WFNh549uewbNchxdWW43dXh7zp2Bhab6
zz9XV4RYM2o0bMG0F99pRq1OUi+CJaABuOdWU6RVeCeZ9LyzkyOdfTh6Z5Xbv1jcH03nSmyj
QKl1RVJD2CyEhAQYCCAhAOT16TCxwFWbocg37uJ1i2vLcZ8Pf4Js25dJp28rYXxgZ/Men8uF
2Q0dLndU6jq5JISEBRkD5P1Xnjd1vI906AXjHawVMcG7WS7qYOkZJbzzTnuY5SaMpozsgsaH
r4CAyBgBJASSABBFkKvIex4JxO957uG40uNy+rlK7KNhoxa8x2BIYvLdvjllzZjb2eN1jfej
kigsRkK3z6ivy/p8h5vTR3jZw9+QW/M5csYv6ePQZuTt5Z3atxOdn1cc62Lp5DnwQ9gDAQEE
EIJCSAAIICCvn35Di37NRBbWFSDm9TJrBS9B1bc7nmqk6hq4fe4pb0+J6I6YEFeWEpswmi5W
JRdyzj9ihjs87VjOWtgN6qDoyxDlpn9Cc7scvGej8z3+aadvL7Jy50IXQwAIAGAoMBBCAqTP
bhHV4Y13ZCxuduGNVoBfnDJaJg28MT03N7RyOZv5g3qfP+iLSIOyAXFsxnQhIvJ6+ca2jQYK
OnmOdtz9UbkdXIW6eX0Tia5WdikaDznY5ndK7zCSQJkJIoyiEUqQSAkQzJLAKyEfPaV8/RvG
NzmTL0uUbKuZzz1B8n6I1XMp5/BqqNXf5HZHEYNDKKad5ASAMAQkWGFLWghMFDE5Q6cHgIGh
IjkEaCxWIASCQAkBIAZdOcK1Yjdk0ZCX5+mS5sBtHP2HF43UyF2vlUlmnFeem1+X9KeW00aj
pdTNeRwohasvIhDIAyAMIIQSSBkJCIAEDwQaLBoINJASAEIIQCKVJJWVYbVMOjRnF1DYRaVK
L9LEp0UnkaekDlXdtDDi7dYvpsFx5q+vQekaEKGFTyF0VxZIQghghAQCq5RHhBDANS5aa4PK
wXSklsrhcrAAIArAEIBW+cCviMfWTaFbgUh0AayOSxOT1Ich91RfdgrOkvOuKcHdrL7EhFXn
GnTn0jWUkulcLJISQhEhJAEBgiQrjMRXUgYAjAkaDqQRTABlAJAJKwpeQWysdaiZ9JhWxsDn
1Ic6rpOcGj08PKVdVzH2Mek0mtC9cPRKyMZeg0DrKCxclZ0tXL6BZBYISQNIKSCSQkhBCCAq
QgDSuGlWAoIBJAV2UhueoaVgSu9ip4AqXBZKi0LCGuo2ChjDX1OQUaFvL6Cx5j1/je6dlCCq
yQnN6uc51sYFrWh253LZTcSSBBgAyhIJJIAMASAkkL1MFV6wwArurBoikSu0ioyFFssFtMIM
5NEFYMPT5RZZm0mvl6qRA1JZFY86zUHsZzOkQxRr/O+gK8nRJguurF4XRxmbs8MHrH4+02Sq
0hBBISSQEMFjAWGFykADIRCgWUkJgYtZYFIzFSFXKxbABgLk2UnH6nJ65VLM4tdyC3Z4ZuT6
io4npPLbD0HG6PmC30/mO4dcyEBgpgEwdNDy2qzhHp7uPkPW28/oBgg0UkkhJISSDhlIpAqO
gRIEwgEhIYGzFYXiIPlusMx0UhNbHG31Mb8m+sy8jsUHO640lpppM/nO45l5fs/PHN6fG3Hr
GzaCEQgMArKcvh9zgj9nB6UYgkgJGBBISAgWCGpWAqMBAxFDgAgCFBYJBVYFZZS+ZYP5r0/l
TX6Hy3oy9WAkZCvn9Lni6efoG5mbvB6XO3lmbRyjzvQzdQ1dXz/bLhIEEEBoMPnurDob4Bqr
YUrfDPdZAwEkgDBDRIAIQBpBK7lEBgtN6BrshVLEIVgZFLPN9bhDd/z247xrBoWuDcDs+YHN
eom7C5tpOQ6+TB1TDVurK76od849pJIBXhVbISQgMhJIQowZVcAGEkhcKaDWpJICQFQBgKti
CkgSOBareYb82XIbOetB1NXC2nbZbysuTm+f7HKLOry/UnK5fe8ydjBsoNHQucx2aSVG5gkQ
EMJJASQgMFJICCEiEgUcLBoIeTGgg9H5649FKENK5WL5TnNo5inVnIY6aoxEciLdASEyveo8
BIQDz3N9DwDq9zhd4TzHZ5hbqqxHdbibzoPTcMyMPFA8ocsAgYIGBRikHiOESAZSFTARoeUW
sF19ULSsCYg5qQ1V5qDeuKG7dzmO5d5O09SOPqNxrcgaBhgFdBPLep4pl9J5fvF5sAuLfDhV
+gpOT1OfSegbnay+SEkhIINFI0EIGADCQGCsCSGBkh4+rt5zNoiDUvlHrSEQoAPBXgNK1Mar
7uqeYPpweWu9EDibN0LLUI6xQYehlPOdni7jvyQMIFjKNh1scDVXQdm3ldYcgkVgILax4CGQ
BKsESEIIDISSFivDy6dnknNmvEbqdPXOJu6znNp64PG1sAX57TtdjhdseCEEIrBwQQaqysTH
dmOddoY6ViuGSChgLCDm4O1kNmmm4hgHEhAwFIIYINBAlINEckkJBC8iCcDu+ZKgdhzPW+K9
camkAGU8lz/S+dJfsoNPofMdo2EAL1uGQikwV0YCuBSCAwkkgAwBISlng0JBIQEwEkJDCAwA
YAikhkGAA0WGkTKc7Db0CzXap4n0GDGevnE6pcrKZvH+j4B1exTvPMTteYPVtxO8JapGVgSQ
imQIIAwhASLASFYGBhYQFkYaGAkIJIQqQgwgIArKERQsCSCGjka+YXdjNqJDCjF01PObepCU
2eeMjUejNrCEw70PId3n6TsyQMhJJAGAaKQEgkIIrgBEAZCSEkkGKkgZSQgUkkgIIYBWUgJA
RAwQ5HQ2kR4SSQEkEDqJzeoDPdAODCKYcKjTYdGyAYBhoKy1WUhBGAhJIGSAhBJAEqSEQBkG
AIJAEgDBSMASQqEQkkBIIf/aAAgBAgABBQD/APGg/9oACAEDAAEFAP8A8aD/2gAIAQEAAQUA
w4JE/B7CNwAe0MAyCOR2yA0KgzrF7EANAuBAAAIMz8K3AGYyEQjhVBgwJjsMgRGYTjwRmAED
kTMB5Dc91xYEYWOjv3xNaxKqKd50Du15f7FWj6LrNy5qZXsUvVsbjMtdezYatbUQPbQAz7Vi
VpWJbs1hdf8AjUm5EmybXY61CMqF2+ss3XW6MMFgY+TE/WMcH9jADl8YAVQSM5OD+sDdoDgh
v2VuCRgEBgCZ8Q8FRz2OeCGHPChQMgZIXJXKwMGhywjpCuT0/YIO7uqrsJW6WKVcZeGi1YQi
RdOwKabrrNTRG1dd6nXSat1dcu2PtJF1cRbrJXq2w/fQSaiE/kWE6Blr15qt6Gy7iqtmlT29
qt7c6f1a2Cpn7Kw4isDOCMlp2hGIcEsVBP8A6q+V6LBjKAZB5WNwQYMkZmTj5CgiY5/WZBgO
Zww6ABVUQHgryeIQMDmYwNvUsul2xZXZVUbX1qNepiHcGh9u2rVIQV22G+3+ZavWBlu1ai4y
jPYuzq172up2aLtltjSupCJQB9utiltGxtmnUrh7CFom9Yhs3brTVfarf0tlkMfsISc5WYBm
CACAckn9cMRhl6qpyoGFAiw/IJBODB1zWxzwJ1JPyKwAMNMHAUwg4AyfweIqwLwUJmGz1wFB
xgTf1DYNDVZUvNjbejV9abOv9lDVV1FESsV6qJsbN+y63MpfVpsteqjZoTWpdX+hWpXW3LTY
oraKqqSexBABHPAmRK1LT+RPoapSDrCMliMG7H/38ZVocrBkQAwAMFVcr+xQZGOMZJIIBirw
MkKcnIwRyp4B4HMxGGAMALxDjsPkDjgQ4ZikwScKsOTL7t6ua95Nbe0yK/cMqUe4rVl2Nbcr
2fW7pZdrYRa/XbGwKrWodPZCsW+12nf/ALDZzs+x+2hlIbUWvJ1MLdhXVSwGnsOlmjsoia2w
4NFtZ+y7pgEskBY2dgGwCRmdxljghWz2yQAoOMjqHB6nEJwMmfEC8fB/YHLEYVoiEAfHOTgi
vAnTECkxVKzBzyAAYQc8CMyhewc2XipR0siX2sCCCtbM50rcLrXi/V37NZ1bSvfat1kr2tbU
CUlxSWVGbdqK2XKxBSwiwKwv6zYBY6lq12DZqeqjavVzfdcHutWcZZBAMHZqBa2vCA9oxKgE
NB2AwAfsHYAxAOy8Ef8AssPWdZXUc9pjMIGRgFeuMEzBigEdRjr+oh5inMIE+QBgZ565m5t0
0SzdPTZrUFerGmtyVTtYtVSD2dFFdq7VqlK7XfV0te2tQ/1ex1EJo9buAVa6O1+jsatzVsp/
Vm6nsqf/AFltZFAyaw91VYYMwVQw2Sv8ex1dOpYMI6KYQFOxXhw5B/czqgBBUrkjpAADkZ4J
A4UqEP7EKyjkwYD/AP7HIALGAARRxjEBAhAYIs6xQM5aDmYxL7koRvY7Flutrf0FkUC9wXo1
+7W7iAet1CbLsbbv6vUpRdmimNZuXs2sKjStjNtWa1tepVuMaKdlBs66XV2p0HRgCePW3hbP
Z6y1Wq7Ke1gIDCBnEDOJ9t8J4cNOvYsOLa+6BWg/YgjJYFuuLF/+NV5qQxq0JWssepUAYBIM
RAS6EMp/XBMUNjDTIx8BeICARFEHE4wIzKF3Xs2Wp9cWKotSbm1sXtqadt9m0FplKO9lVi01
UVssxPZeyakjau737qtAu3tH19FYR/8A63sn3EWX+2rUbF1+03SwPtUCqzTtFNqEbVN1TU2K
+ICso1a3ia2sV/6/W/mIyCoIcEFsYNZLPW+RU+OhAzgZGAOAMRiQT1EVuwK8MpJwoAwAFAHf
q3TnuRGJYYIOVE5BwSOM5GAYMA9TNpLLK9fSFb4OfZrsC2rQF67G0NTXpFOPV6vdiAGPE3/Z
dW6PY/TM9dqi3ZVAi2q2nb7QodWt7L6cXVCza2+7F3Y2ZTJVtDoje4r4P6xG/bWCEbdNbz/r
0+nJEOTHUMCMErmZJYh41YVWUVlVYxS2OGBCEMjueDAOoGSyI3YJifXwnwVUhVwFrURqgZ9e
Aacz6uRUMfWDPpWdesHMKzBBd+i369faqqwGzVrsGv6hlvAVTPY7xxXp4q2KhWmprtcdPWGu
rKGFjqBZRbQ+lrNVLLtOpdp63srXmyodtiumsaJBttWu6iw9WHx668I9rlquc5g8PWGBUhh8
sAFsTkVgDriHDBa1WYUQAE9Ss+lmC0uAKnJIZSQZhIqwA5Ax4AhEK5g4g8ficQrmdYa1+z5n
UCfIwBPYWutdOuaC7hB9YtGppoksuRI1t2C9SnY9tWFf2u3cDWzT6H66Ol2qt9ZrS3X+oald
trUDY674P9HJlLhX7qdfI6kYPjOJZWCOsxy/wV4CnOMH/wDZjCpMoUlkQTHOIyBgMzqBAJmI
2YPGPHXMAwcefjyQDMeDCcCmp3s/nTu+rlqNIi5wen30o7i9Njat2Nm2n056H6KwKbdiLo6q
VbG9VTXbdZtvT6tK3qA1/ZWX0Uncs735wewzqXr9fav6TDDmYgjICHr56ZnWMgz1EVHLNQ4Y
0WMKqggwJxMTEdchTkTAgEHM+Yq9ZiY8Y/8ACc5PwzosbcqEbebFW4TL6v6l1/X064s1327k
oq1q7msJdKNYs+1tWW33OiKzTIrWzZdbLmyydmhBMavMFRKVP1n/AGI/mhGYJjkeCoMKAw1i
dRPpWBAJiEeB4ExMQqDCMTBi+eIPP4nPgz9jHtVJXYHlqO0Z9hIuze0bYqVq9Skha0AIrE2t
1KrUt+ytcAXXs9rkVBENzbTUMp01VaUoauzoHOrUYQqV0Cn+i10wjnrWzh21blnRungjM+PA
/wA4/wDDjziYHgughuWLarf4Hn8X7mGSosbN3W11Hsqpb7PWSke8rMv93WQffuJb7fasn9Vr
yl2d9bcWpX2ftWze/lqrvS87ld/0nuheu9aVLRjYyj7RDdesrvsYOlf2UWfzWJbSNu8ltft/
/JzM+DzOfA8ngD/OOYPH5x4z4Zg0OJnwlpVwc+OfBYLNy07AqqCJs7wz9Vt0vH0pdsIZ3saY
zKddnlWhkpoqsFfWKxMsZ0m0bE2dW5Kb93fqFH3uTZc7jDZY4CFjDjsQMk9te1bUsYHOvaRT
91n0f5+P94/wYP8ATnCgwkYPJ+IpGU+PO/RbsJr6y0Jt7Rttp1dZBu+9oqFt92xZTq1KuxYr
nW1/seqquoKowUpxYerVIWZdZHX2D52lbhcM7tQKyDgDJYcgmFzF5moKmpNRKLrmyhxZ0x+v
+Pz/AOHHjMEOMW7nVl3UKjcoIO5rgXezoj+ybs2xsWSy+6qD2ik135AvuU1b1oib1ZgsVxvb
Q0jf7N7bK9oNLltZEoMp1snZVi1VB7rWK0A7N2yA2RVjKMVYbtS1+xsWx1GQoJK6tjy+hqhW
3BlYyWQh1r+o1Xa4a0WCV2VdU2XSvIx5Hkf+HjxkTZfqnyWUmdCD0rID1W2LVWou2KqQvsFc
bOn2lZtVtW201o2RnEqtNa7Ie6xqFZqNX6WcKwq0WZn1/rhopEqZMPsV9hsKCdnE/oSDZ1hF
tQMevXbCraJ+VstQtsuUXk4OQSrF+wBJnUAHsDXsWIPg9pj/AF8f4H+CQBd7TRpie80HcMrr
sVM6vUQxIAYhRtWFKNYJqU0WDZX+XXVWfZW+zoESukX7ln0nW7GrJMwGFesLKE1qUgqLFdZE
h3K0F77NjfybLj+TXQdtVQbHZyxZEVTG1EMWqsKKErbdqIiscYOAwh7CKTOxBJGOxMzgEkxd
O56RWRBS7H63/wAY/wAmZgIhIz+Pb+xt1Vv2t6+HJJODo+02NRtj/wD0iBb/AG29fNLZsa0p
X9dla2V00jOq2zdGquWVB8bViJXou7bW4r7F4QVrKEax7x1lvBqBjJSxa/WSNvO7fVtuE1td
Qtdxj6VrhdWtWNWFsXrEKuD8NWtispS0HJYZnUELnJEzkftK2aq1n+uU7GugNuBdaSPuH1Ym
IP8ABnPjiYhjGe7Z64bbYRA2CfBImiAdm/Us64Oa0uQXt9aOl9pa7ZrXYt716nZTQgDkFgml
exo1FpXZRBLditB/TfZBr7FgFfr9cHeZgtN7tRr1JFUsCqEmsAEhy6oAnVCBU5CkN7ABNgcg
ZjYBUkNnBzwpDTr+jqLPXKGLfXWGfAOT1/yQfIEx4PAttYU7jsdg92hOB2EyJmHM9cC2ynwU
QzZT/iscvBonYDrqas2W7tr2BgjOk1rVWf8AYVKLb79h66CleypFhcWLZXtOKNKpZWO0CqoF
1psHdw2AbrAiqwaOEwqgs3VQCqz22S6E4IOPmKIWw1YrCkiJcUTWsNgpe+kWo6LZ0WrI6/8A
j3kezW+m5dTU9cbdjbWqzUM/CkiF+QeNepmupQCvGJie507EYbl31tY1lnW0tRT0jJkVbIQ0
jtP1RFbLM36qaQ2zTWSzqTSGYf8AE0rJrCWlnK4BODlstUjA2Vqqr3THWbxxKzkkGcQZhGD2
5dWQ/kMywWWQ2u8Lsy9W64/3mGDxfeK5de9zaSdLt+r6ix5wIczGYPn0OsHu/EzCAws9bq2N
V67S15samps0s/1spsde1FR16+ynt37FS1vU1WKy2WL1damlmFWoFWtVyKCtcJssg18M1T9g
GsayisTsuT3y9PeoEhxkkHEXEaAcYVqjgAwczOQBgcdQZmcf6x45m5sh90KpN1lwuqYWbnsN
OpAyMsA8aXrzebbGR6/Zbij1PuDnsp8cTevQzc17RWhG4Usylev2s19vBDS1gQwPVHahixcq
TW9jYSoWduuBWjKa7WJe+oT+gGCxwV7tP1LFACApl6hbwxg+RjJ5mJU6AYAHMAEIMyc9/wBa
d4/ZVuU2Pz54/wA4nsNf7KkPWxdcW2/SdabNfet9Sxi+pak9d619iwaa1VX+stL36TVhSQ3q
r/v0+JuWiujRu7WWiuwUesrp2N+gJtKvFJVSrpZXnCryL3rJQ4VXxKWBhDYXgO9az+kmLrWP
Pr0w1jayAN3V+iSpAw6EN7KoC4QkwZjGLgQkZbgYGFPOCEI5yMWmVua0o33Vqb1tXP8AsgED
1+v9mAs9hWSp/Vqx+w1q7Qoq1KN3dsYU79jDdYmtSCfT1pXpTdYdndUsS0EU2s77Ka9zWaLM
HqemUbRqP3JL2zXsOVlN7ErbzWAQtjMrGtIXJXutcO1a7JRY5XWwCtaxlraYCKxxN1Q+vWx6
4igiECAwnJOMjiAHILGHkY4axSMn61OJr7TVkeyu+yn2lbk+w1gF9nSWTZocAg/4+ZdX3rvr
ZTWr5r17WWyhnWygpY6LVT9v2J631f2XUUiqYm7Q8qqrZ0owVAUbKU2hdt6QRXcl2sqzt1PY
NT7Gs51uH5DUXKsWzqz02u1emBDXXhrQXpazJtrEu2a1B3LZ/ZkJtrNnYQ0KIQxh+DmCZIhL
QksV6gpmYM4ldhmR1Z1RRcCKjOQfz2nfmu51h39kxPZuJ/2dPWndoult4WW1LZZQoZgCASCb
tOqxbzXUVBrfXFP1YmBDPa0K12rvbND/AHGyEky2sMtdl2nYlld1aoWZaB121zWGKWFsqjZX
sbK6LSakte5vqxLbtOgbXs6HL+ysIOzc8+wkG04pttJuLChRyAIyiADsABCAGNZwZnEwcAYn
MU4iMCt1iMFJylpQpaRK7+1hsrELqSpOSwmQB25107HKsdRy0U/u9vUX7KmtNovHr/pBVUXT
2RqmqxbE8WatNpXS1hH1awLEathlg1S2B6L6Hqs/5K3XrsV95eOlyqCqMZXaVelqmqv9lq0L
se02LjY5Z8AD8AEj6LWg0iFrp1kBJsLBgQMAETjsVUjXp73bevbVR+whyIOSPjiKclWYqf8A
2RSHsKkdsihVYmwLFasJkkAwsxiVlyOJa2K9e/KDYcM1jMln7CvJiXEHdrFtLdydW+3Sq/7i
3FnuLUUe7uJX2qdG9ugP/YaexGqsobhgAANjVRxVlUPVk9lUFt1j+rQFit20y1EhoVsB65Ne
rbaU0KBF1EETVJmxplqwFyuJ2XNuvdWvJGP2bkB3R7dm66diF7LhcGfqDhYCAQuF64XgI2GW
sZVUsEVCZ0RRloACMGBT2YqJuWHrVGt47n62PYI2GVg1mq/V707Jt8FlBBQZwgYPwEr6vtIr
1+5vLVOlyDmYxG12cjWYJ7SstNcnHQTA6JqXW0nQ2oPXbpI9XvBdLTYAVJUG4l4sNQ19yxtb
Srse7QUjW1lc1bNCptaOrdVjq2QwwI1dnSqwhrWGyv8ANYq1esW7T+m/v1MCg1kBpWB1cShc
TkryYSzRMANkFSc1U5V6Ck2rmD6yy/sUo2C9a2q0XqpuYJtg8be24bCxG4YloRw94rl172s2
c4YTS3bdazWvruRTmZIhcz2FWUqByScNkL6xwNZvY7BlW9sqT7a5idutid2kRdyphr1dxbq0
s1+tbTajsLNukmdAs0dkBduhq7VODp2VJc9+vZVsaHU1WMGWxmOmjpQbE/rGQqHj4FPC2VOQ
tSAfqARmZIIGFySUNYNd4I2tjCv+za4EwQ3X6dmshWQgTd/+EHvVcillA6gTriZHSxnuZ0YT
mFSIMzQ9gda1NjXdf6SCNl5tX9qq+WIzLlONC8Gpbbkn2W4CtGqcCxOr1m0EbVqKt6WFWS2l
NGky1a1ofKSn/kZDmH12uxuoepq7rVXWtvFu1RVZVWH6JuFV+4fWQCSAQUbNAMbPZVzCOhsY
MOvBXKAZdgqg7AWW22MKCTZVfQxYqx9jQc1N2UZBsy+vqkNTfWAUXitATYRH5ShLDtbnrKjT
VoI7nR5bVrSpEZ7Kga0uRgwsYG9yVrICZwWI6+uKLsXWft9tTT+jTgehzWlJI0tcsurSxNC1
Lz1pvNc3iX12u7KjAONhsa2zkhq7UK/WAkbYek00a16vS9Nn2J9I/aEnIUsEDCbB61JkgIGC
hABWCbWIShj327TF7klCU0qHa7a12tDJdUarbbC9LalmS6rhF03Wp7mDuz9Dh2OCCwGaNNEK
Xsa3Wyos5w7uV9ZXRVsbj1vY1gAtqUx6cFSBEbnBE1yqXMSCxaZMDDILdqf2SvZYR9jiy4lP
stK6YL0EOD1Bj4EVyDrbIYWLyclS5zrbQrs2rf6G/nX6Gq6n62yiMCqCOpsg1nrQkTouDVlX
12KDUsU7iWdEIwvJ1A/9Fmr3XY17q2psHf2dSW0UXAj5VddHGxqpU30WOU19gharix9faalR
qKNa615Ya+tn0/bsBEFVdljbCdEKr1Y5V+IDllAEOSSuIxYkqxgVjOjs31sT9dkTTaxbqRXX
KyGOgiirbrC7BBDN8UoXdtd65VuMFtYA2jsp11YW1kp91n0tUWIpAC65EOkxZ/XWZXWXA1qV
LU1kGtRLetYOxSJ7BEaraqVba9W5jr61OlRVdZYbmJSttlmsBI2amodHDSp+sL/Wy7ClU2kL
dcnoBNtOyWBRZvdXJ7VpYWsf1i0Vrv1MHOfqZbAV1rLJXo2YXTC1rprK9Gl6qf5dh/4dcQ6d
BA06oNSmLVUk4mzUpp2f+N6ioavdt1zo6/8ATafU3WW7lA1r6mKWbY+zWtX/AJPsFi1WYF75
Vm56DPBBAM64gWYMt2sMb7WKvcWVOov1ftg9c5fbrr+r6Ky6lUlmu19131iVXqzWWlV5sG1V
9ldTYZHxBYba9U031fRTkYjAGWqLBtLchpeztsWlF16z1BxK7/sTXo/ca9dcSsmLqswWhVVt
atoqKqJTXX4wIQBAJgTBjLlN6ti1R4LFm9UfrX2L3LrZJbS1OzrQVTcUh6AvXucnJgH6ZGMC
ETifHg61JI1aQUoqrb8T5ntXapKrDYuSS5AHsMY1a2FX2FoGdS9vY7lZqvpIK1sa21LfpuyD
4JEM3tdbBYwqILMyPiLiaVAtd6LJVpmJWqDyfgEEHGL/AGgV9XY+5ceMx7SjexpQN+KlQtQW
DKRdXZoJnVAQZE9kh+2oEL8BTiWZM7HHEJ8fjHjHgiEYBnui3TVq+qi++qhTuXXS2xGnr9h/
t2DroSUA+ywP7SnKardwy4iUNZTobCsCSI3I+I/Ui4sttihhSy9VIaetBDDkAeeczIgxMz2N
bU7fqbAtWYYTGKT2HEcnNWTKWYLr8VmxhY9rCVtZm+n7L+oRjYFKsrJ2BXP6kTmYzODOf8Hz
dRXcLNbclvqt69rvXpRrAAtq2hbLNPVsX/rwJXpuhuQWVV5qtY9q9SwqdqlhZq7P3AA4+ZeA
EtPZ6gev1OHrzjRUCtSMf6J54ns7G/pS4qPW32PWZtblgv1Nmwv7Rp/PWZXSquBmVDCXoqi2
zE1GLq+FOygAI7E0EopAmR0PEM+IPB5EEAMwcGfiEzYr+yq1GS0EBte8mpGUjkBDYZvV9Lq8
NTUuQ/CuSjqSVPz7CwV0EHuwtVKrOyqONdQtVQORCcTIzxCyqHuxAMixlRb/ALLWAJlV9mu2
tsV7NPsl+vZ1WsVdy5bThSuAZrglwRjZsLTbZXb11Q/m3qmrFY712mrXsVVabeumq31fp8nP
jgT5gIyfHMzCYfBjz2uorxQCfWgWa1WVgOYnxvIrJqHtEXCdu1V6ZlZymZ7jY/dOTYj/AM2s
f2HYTRP2KoxMwnM6gkAAOpJ6B7AOL6Vurv00TVsQ1NqaVNupX627WbdruVqmKBnQ11glErYi
mvD2P1SxiArKz6uBTbT9ou076k2bb3bVRbdTdVnq+4fRBjycjwM+MmCGZmRDxLH6rsElX1cW
6Fv0bDwD9QRLl7VUdlsU5FbgLsPiardqWm9YLNmivu+5WiaYQZotLz1qt/QTidoXIKsTMy67
pVrJ1rzDNmzpVexez1Owyr+fZqGT5jKM1sChsImoxZNxh9erYGbe1fofT9myCu1LFxxvg17n
q+KmrRj/ANbV/Z5xDDmAzMBHgifn4JxnYJsaw/tb9Z2foqLNUMFDG4gJMerpenyOb7aSJpti
vZcJU37N6rWBnsW66/ydc4v9bUVh8BOVUCORN1sReJx49psdT6/S7vu670XU7CW1bbmwOABU
psNOnZjoEv1MCrdpNlNbmq3XsF1d3qj2Q36ttO1VYns60c+suKHE6n7PnwT45mYcTkDOJmEn
GTCeLLcwAgfUpm3pi2vR3A4s2q0Wi1bqhYPsQ1sbq+ya/Yi3i3qGNVgpp2vZ/ciKHfWX/h9s
wCLgxkK2afFHOeIDiZwC+TtnOwAR45nuK8DUZW12UMN2pUo07BZQlYsajRFL/jd71bGmQyYx
Pap1t9YSa5fq1XKyPrXV6uvclWpRUv45wTMeSBDiEeCZ8TEOQXOACHszmYMPIfQrss/6ylLQ
lWvX1YrTR9ZI4qYB9gEolT9t7UstT+e5W0tQO2ML7WwG1Qxc0dxrgCj58KMyxsQS1ft3+R4E
3dYbVOlQaKD8lOw/hCoKm17AOMNjYr2HITdqNKkL7iv/AI/Wr3CaxEAxNpWO1SvWqcTK484E
MOI3xjzzDNu0gJUUT5DE4HHja+v66KGNy0qq9SYQRHTrZZWG113aq5Xv6ts2db7k1tcUo2ce
0bNtAyac5QdVg5JOAD2a1yq6dTKh8Yh4PxMZnwBL6FvWmtkUzEKzHPsw9p9XS6OPHRCeJgEf
RVnqMcTiHiHORx5JmSJ+M4juqLXi6xycggD8m9S7OVQLZcdela1HEVRLEHW/f1ke73NqrUbt
mx/tqv8AXbyNXjMccewIN1KYXURTeohijEsbsQCAKLb9jznxmZ8YnHjjP4ByPwyAngQZxADM
TBg8HmA4OYfB8EeDiETYT7ZgKpEdwq2/dbFNVJXrfKqegVOGtrSG9QnsPZ7FkcMTXqV/X309
PVttWxqlKDQ9jVeL26V3WM1la8aFfIGAvJJ6qqwfK+MeOP8ABEHjBmIPB+DMGD4mZmZmZmfH
jnPYTEMEJ8GNxK8lr9mtInsT2VS43GsrNWqLJRQlSnpWNjeLSit7DagXX1XpddoLXY24zI9n
eKw7V2YnrybdvaV2psTpbrv2OvX0rJMQR+Sf1RR2YADzmcQfGPBB8HE7QkQETMJEzOZk458D
5mPBXJIM/bPEzOIYYOJmbN31rs7S1j6ti9vqTXWln7LWWiqtavs11i2y656dReq1qs3rAus5
Kw2NZGU51NU32PpBKMlZ6Gv7L7nCVXuGt0z/AMqjAEY4AEsSxmpGIIfGBB/omMRlWBgwZkQH
gMM5gOYTMwETImROwxiHnxz4zyTORMnDZm6LGenVTFti1To9hopYHstYvNzmvVYxK1QD5zNi
n7q9v1W5WNDR+1z6SjsNDXrFVN1Vm56nYNvq9NtWje7Nq9MzURDb8BRyxySeS2YDyDCZkziY
g4nMGc/mfj6gSKlE6KIFEIGB1U94pMJMyfGecz8EYmJzOZ8Q/M/B+CwAqXsL7FrUGyy+qvER
RGqHYquThRkTEwDMdBd0NSVW1Ka9myJ6+2VVV1oeph+Swm3p1WmjXtruqZmrY4APDOqxNxHu
JwVaBgYPGYfGDMTH+DiCNCoEVeACIzKDlTMAwV89cTHLGGdsTiGGcQ8eL0LoD1qsZ7ratZVN
aDw2TGwIYrI5Ww9kGSSO7MojWhQ2wgNm0qldysw+wXK77tKr3sZk7A0BmGFgIMuV2H8WxY1W
klZxCIpnbgWZPjPgHzmE8/MEInGeZjj61nQQ1gzkAlhMiEAz8fj8+PjwSI4wOv6isZReccFw
I/7LVr2LaQIUGVHIAAs4tvuYR7LWDttFH1fYFX0dqsPr3kadOyCErUho4GPkHOTbmK4MvtsU
a9rOc5jtg/YRDf8ArV/7A8ZmR4wRADMCdQTD/jE+JmZhmRMiEQ4mOf1HjIEOTMRmHZ/tY4MR
czAEd8xQ0wDMjHEzxWmIY3MFNeRTUR9aCMv6ta5tyUVbesSxSOCHtKV+t3RcRgG2kPLO6Gq5
rCEUFkyrOKwzgw7BMrd2KNxxABCOZkeePB4/xzMT5nMxk/WYYcQQnMI5MPIsbotOviP1EVQZ
gCXdmi12gqLM8YwACBhU5nAnBLnrEPYTII9jr4ZQXF7jvrZRQ4abbYWvYancR1urBjqGFdYQ
jkWVs6NQ9LfqStbFVeuqC93lAvV+4z4GPPzCDPiDExk/MPn8TnGeT4MExDmJm20COr9v3E7s
xwJxGcAfMzyFyevFdTozq0VZe3WVFhY9xUUtmXIGroDT6LLLSFADkS3qarV/5fTbAK5GTCTB
zATNpGVK7+5OtczLqIoStVik57qgr2a7ACDDx/g+BMz8nwTM+TkTIMOMEwwnEuYhKqwieGOY
qc9QI3zYn3BFIVVgAAmJ+OJsKWqLFi7hwjfrnstCsLy2CSGIKlS2FuJ+zV2G17kcW1nEyBFE
WxGeW6tV0bX3KRRbawwcu61LveyNp1duyk1bgL12o0z/AI4mJjyRMTHjEJwcQwkCHMOYy9gL
LEi2K0JgWEARiYcxKUUhSSBiGBizItgIzGpHcjhwQEK/0ACq0OypQ5hBad8HLEdSybYIZSAf
UbPZPgjGCQBdssdxG7IYBHq7HBQ7z3WAems6X6d1R1bTXYmwQU2CFS9WAIP/AIOJjxiY5IJh
zk8QzJmSJnM65ILgLYDCQYcwjhVGCwEDGZyHorcrr1rBxCxEU5m2vSx2Peyv7KQwZKwqh8gs
OK1nWbmsrlqXQ6uydeyuxLkPE9j7AZrZg2ld3pXmcT5jIGgRRDGrQza9XTais+tcfYfQaNv7
Kxs1IKrhYPPEx4HjPgzMPyxjZnzOcKQYIDG5H1kQI7FQysBiPWrBKwowZ+M58YGAmJuKGqsG
H02Fmu6/XaQVe8M8XCq+wlQq2PsIod13NMW0WVsh9buGqzcuSqp2JsTgestDwfAnHg48me7p
UgkuwuWqlrrbn9bRZXTmZEzM+c/4wc8z5hWH4bIg+MDJBM5mckwZzYcJVYrrmFgJ3hbMau0N
2vCi9gF2KzGZHRv2PqyvS5OyNW7VvbWa79mwtRo7F819EVBUAGJ7fUreitD31vWX3LsVmqwu
GX11oU1tlSZnwRMGYhE9qv8A9esBmvOW9XoKijjxiYgHjMz57pkjgjPhoeAcE/ExkYB8ZGfi
YhjUvW67S5yrBlMwwg+DjFl1Sys1OpqQi7UxZrq9DkjHUAsBWA6E1v1K3oVbZUS/2CUhtw7T
6umqbXM95qFWqbmizDalnerx+ciZELARjme1/wDgR566kXbCqAJ+MzjxjziYn0p3nIJwIQZj
ICTBEJgIx8A4h8ZJmYwBn0BZXeRA4MLS5mavYvsLestdbAcgjIZFI7HK3Bm2DLUfNd1yKtgs
GxuV0har9tqaa6go/X4G6n2a1aL3rRc6F2CCCOJ8zAmBCMwie2dfpKlp63WFNInOT93exnVS
1se2wJS7smZmEzPjBhh4JIAOMATMMxORO5LfYO+QDCuZlZlRGVTPrIKfb9h5G6SL9cuLdck1
YghrBLU82qeri9ZXsClrLK0VEtvtoZFqyfsqYFJ7TdVUrKsyIoVbVrai1XXPjsJkQ/Gy7JU4
stbW0G+4DqvY5Bg5jKGAVc4EGIPnHgzmEmZh5jcwrgiYyCCISZkgGzgnsf2w3cQPBkgHgHEM
7RXUz2iY2KW6vpWjp2ityeJ2MYhl3dl1va57WZGSIy1LQ6lA/Ne66Gne+43+vV33dJBVp3Wa
6sRada90ZHV1g4nxM8MoYLUoI6w+CIMQfGBAyzEx4M5n4MPMB5OZ8wDEwckGMsC4C/LIIAVj
ARlQgKACMEANCFExk37KVncew2UqHmlYarsGfJ7MYcg2WKiXHtYBK1DnardBrXZAbDE/sGcO
9yWKxSAJGfA+3nTDdeonWYxMTEAExABDjyTM8KMDkwWWB/Bn4Jh+CAAGjHMBmYcGGZhmBg5n
yPrGCDjExcLWsrWWu7yuhK2vrL36mmnVtNayjdlPEwc4M9icJkFqqu9nrNVe3tq5rk/YAMWn
rZ6/UGw7evrE/hSLpUwaVEXS1wVAAmDMTP8AjOJgmc5gnIgmZxBDiAiZEs26En/Y6pNdldgI
mJ8QmCcAkiHBHAgnzCOOIxIl9mCmzYZZvXsxr3njVbCFdnYQ1ex2SNUkjqCcQCe2tBYATVT7
dhFWtPYVh6BY1dleXS2g51KkppYkkQcwcTGYcwfHjgzEwZ8eOfH5+Jx5xMYOTOwnYdXZmK2d
ZTubGtZrbCbNYx4MOQB2x+eM44xCDgzsYSY9YsgSDWoBUKodK3B9fq5TT1kaYgnM9ohpuXuW
9Iub8SxOy20AblicIAFrZQpBWK2QIDz8TM48fnzkTiHEz/4MCFAZ1OPq7w0BhXWmPXXPr3nb
QKfYa4g9hQSNqsk7Nax/ZVLD7S4wex2TDv7BavfvSJvUWBQDMCYOQDBM58kxQMAYODDkT29A
sqUYPqHNV5GRu7Vqt1ssYFRWb37jbOF3lKVsSASfAM4hMahTFVlH58YmDM8wmAwHE+YfGZmD
M/C3dRZe7Gs9jwAXtY9MBGIbNkQAsFKwdCXelAbVEFnCsxanbZJVdWwVlYn5xM5mJiYgGIRD
xMmW1rbXYnS2hmWxLOyNVS5WqtD0Rjser1rWf1VtYDtWNfbtBoudwhBGIDCDM+Pn/HEOJxiD
P+CRBOPH4AjMSK2WpQ11hVeo75JIn2OI1gEa8EJZ3Dsc/YQFsMpcGWdIbHU6m/ZW9XuMmv2X
YpernKwdTAMQTJhGYVxDie0rAtT9ToWB6OJgGfMxCBLNSuxdn1l1Qq2uhGyuKLWcYgOZgzBn
EzM4gIPjE4hHgDMxiYmOQAPP4IZQCSaKgzdOOJY0DkB3JDOcF8qWYzsYAxPQrKbAJsk9tDTb
YW71JyfW3z+LbUY3qmr3txSPZXSj2RJrs7CE8cYM9pX21kInqW7HHODnHggeFOJvevq2JW1l
dteyyqmyhr17PtqIzOYcQrCDAwwBD/gf4xMmZE/A9ReW2NN6n6qEOxX1LKJZ2JwwnJgIYtzA
DnoQckTtk98R2Dj0zAqUUn6lx9S5FKifSmf50iUVrBBnwfknM22UUIer6dxq2fyIMTI/xxPa
h67buxmlSWiKFUGA8YghmMkGGfgfE+Z8T8A+M5mJxgYxZWrIQ9VttKOLPtrZLAx6hgayxp0H
uNXqTB6yki31y1V2NiLkDGIih56z9CPJM7AQPkeByPwbqlZr8rcyotlaM4pDJQ/er8gmYgMI
5PyZ7as2VICleuuE8KQJnjExycCcTMExifj4mROIP8fjHj2FBw4ALBSr0uG0iSKdFMJUiBoF
4s5TYJ+7KmNyamwdF+rpyM85HjqDABOYSZnhRLNWmyLpPUL/AF2xaR6vYK1aO7TchPUQ4xOB
DDifE2AxV6wWoH6j/I8YxPifjwTiZzCcwEggzOYfjIhnwHGR7BBVa3BssCrqXmu6l+9WTBmE
QDj2VP17RBUg9ogYnUswynKw5IEHM+IZg+AxyTCIQYJxM85mZmHHj8niW1s4SmvtxADmETEG
Zz4xxicCY8DxxMHIGDxM+DDLrFrruc22MnaD17V6rhq39VZ30yYCYeJme51g9fJHrdOrZT+c
0Wcg6ez3Q5MJgJimfM48ETHImIRAIQJgwfGPGJgwjE58LBDB88zmDMz4z5E+fGIfGZ2GGMyY
fkz2WwLXQFjreuVVtXsm9UUv9DZnWYHMPwTNkKaGXn0LWLZta1d9d1VlRo2RRbTal6MpigmK
BPgCZmfAOJ+IMznwZnwJ8CCfE4gxhcGYnEIGPBxAMngeeMGEjIwZmZmZkeDmblxqqx2Pr9YG
YzD8e61ymzTs3Uyn3biau1XsIR49psBUAZn9XrLTRNrUW1dyi6q/VtakqyumYp5OBPyB5AgB
844xMZE/ABMwcnMxMCETGIIJ8TiZhmR4xmfHgeCIAIZmDmCYMJm9YHuoQu6KFXxdTXYLfVUO
LvU3A+r1baAScXWCtN7YFj+spN16qFGRGE29NLqibK7PTXE1kcgHx+fz+fiZmfBinzifBOAZ
jxiAZ8cecczjxjEB58fP+PwQYBMeNzbrRVBL6tIrA8Yh+Jx4sbou/wCzZzVVdc3r9EaqAeDG
HHsNc17Pqn62/MAwRCeBiZ5PkczEwPHHg5mJjBI8DJn48AwGET8mYgnzORMzP+TPjxnh6ibt
XXIAg8n5xOszLFDrd6fWeyiinXTM/GfGDPbXKz6T9bKjYRyIIFOcYmITCeYD4+ZjwIRMeOcz
4gME+ZkxTxnzzMwmZmZxMmHJM4hGZiYAnOfpXv05FZgUzqZ1aFXzh4VadWmGwcw5HgZh+cx2
ID6l2xdqeuNWxkwmdsRW4PxVUtQyDMc545mZiZ4zyeJnjOZkTtySJ2zAwnYGZEJ44n4EyICI
OYc57ETIh5AMJhOYITMw5mZ//9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/ADUV
yThzyTg1yWT4oHHvQYpg3ejVtKpfFiqosa8l1mosFlkE5DBUKu6OdlyTlYqgrm/Ac7phZM9c
0+OaYV5KtOaYWwfFVDjJUsueS5I/YmkhkjgyyRMpaQLk4Kc/cPtQDvE9RdEwiRCwqmi7ZO6n
PcmRKQ0wiCx/Oj06pGuo1LIfuN8iO1YAVJb6YL349MJUiMVDWdDXc+aSibxNyLRC1CbQAxut
G0wB9QqUzaifUaBk/wC43juSFoQF/wAOpN+32KDEomQEYCwTzEiMWKENnbb8ZuhKbmbO5zQI
FZUJ5KpGm0QKugJ7gBvIX/lRnsAmGMSWRnvQltRFtIo3q1SX++favpq6JIIGSBGOK6SCTigC
XOaeVkWoFUUwVEwqTVVL8hZZVumuyrgq15KuGCp9qa/cmL1sqWTYpm5rvwWSewT4JqB+FHfJ
ORZdVQVSycYJmvggBcXCfFcgtT0yRc83Q94tlF2dEHpiLgFUrko6tsgmzhED9TKVtJ/Khu7t
Nt6DGX4UIyjpjKoibCIWkHVs7YYy/wBClGO+PcApE4qcf3AMwKBqoQ246Y2EYeYrRKJc5rRA
u3pf+1NIyE8ItT+tFwQDzQeUqmoZDWZXrhRNGMncscVpgToHzVSSDWl/yomLscrokB2rWpQj
ty0zGE6B/wAKPubY3IxuRyWv/wCN+o9sPzIg1fBAFjFahjhyWk2e+KLVN6qvdRaQU+SLeJTC
6clyqCmJK6aE3RDEkYkqt0Dbkms900S45phdEBZtmqeKDVBDp31HLJVqFZ2QbxTkhhhinzTn
FFrFXTvQpnVAi4QQMZ6dNQMytEwDOFBI1/mTnymskDOOpi4zf6dC9yExGcKGTatMfpUtwQEd
sYjp1n6lKZmQInpgC7n6F0wGqRHuE1A/AjsftQDuGsyP7V7v7iVS5kMf5pLc3dkiO1t0LmhK
1RDEVBC25zI9yHn7k37fYBmaOTVatrcwGqJLRj+FATnqLUYoGe5LViAHCaplmbLR1Re55ox2
iZSzNlXK2SGaBiIhgzBfqCPIgMgYyLj5I7lNfcqDNfUeWCowBFCndjZk1nWkFsSc1zCBlRZ6
kemgomjUtR7IG9KoF75p3qrtzRzCBNsAmsV/FZYLNPiqu2QRoQUCKov4J/sRewxCINsE+GSY
BA2RejJ+BZZq6B2oPu4nkid1wXpAr24DSRSPJ17e45fNHb2+k4MtrbMdUo2IDgfVKacBsXxU
/wB1uF43jF6lSEG9lnlKJen0I+3EwhL05oxjtncozvR0Nv2hOUjV66VIH9sJiRcXiQtw7e3L
b3BeKqJNW60ODLFkwNU8pVAcABEuUzu/JUauGARAFc0SfmqUPeju6+u2jmmcgoPJkSQ8RaWC
ZmzapV2GOaOrBckWqcHumOK6qA2BR5WROOKpUi+SzBVcDZOPEruscVaqJHlGNFZhdNlUIZm6
aVzV1yRBoFkeD3BuFT5JzQIEfNOcaJkG8U+CLUTCnDptmU7RiDYXLflU97dmDIWiwCxjIYRr
RDq1zPpkNKPvQIJNwXRhDcrIWsVpjMSAHS5qy9ixgWMfxLUI0kX1HBHbmZBjUCn+VSI2nkbS
d/6kJQIiBbuT6yCblDZgSJ+qZohGQYs9UQWBwo7qZDk4bjv/ACaVpbqZOzsnEOnM0C1MNOJB
ounbJAxQEh1XxRhqo4LeEkQSyrdTjq1B6g2CkI9LHBExOnE81W+YVmlb/wCpOStUOpDWRJnc
J4hzinsCmiGMqkqjucP7lWpzTkOmNHqtQLizJx4jmtJvKqaKFLKl80XoLoABiblVwscSj81n
/wCK1WK6mOTcKKqpxcp9sE8zZGW5J5YQBU9zcOkhzFzf8CMYgHvDsrvmhpB04sHZEjTKNGLi
jobUB15jL869n9yNUYmkj6UN3bEJy9VOr8ylszeIarUXvQlIkUlE3Mf5lIQgNMg5kbt+ZB9u
MmrW0kJDaiIypKIFYn6oo7kAHsRmvckHnE2Pl0oE123fTigNzyEPCUKD+daojQLA5p51iL4/
0p6sRR6I7ekGDloGq0SG3DTYv/pRI3RKU6SYWCd8bsnAY5p8VqiNMsxigYxfNB4kZp7E3Qk7
PYi6Im2l6SxKEhaxZViQ1m/uWokh8AqVa7ogiuCdmpfNDkmFYm+bpnJDWxWoksLAW/nQ5WCr
dqZhOFmjg2CFaYhVNsEDkisu9B6qgYBAZJwslRMrVQBHubh9KEduA1kPIjyxBWobjyN43KOt
wAGGK6ASTdrKGzACJ1BzcyTUbGiO5t7oAJ/243CbZMg9IsarTOJEr9V0JQ3iN/I0qF7f72In
AltY/wCnUokS0Qk0XwZCLg7Ilgasjs723oEZFpANr9P6iJiQxcOWb/qQlLynFMC0e5NBiTnQ
ISgDOJ/3ICogfq21KMqxlcGv9K6VoMyDFyHtT8PoVDSXmlZgh7OzEj/1CdTrTpaEi1AtOk/x
Ti2Seiv1PitWAQ0kjVVuaAlHC5QDMCXC01kTgVkcFWpxGS1AEc+ae7XZAgauaZmayd2QOIUg
KPlRMDQXTmyJlfAp80HuUCA+DI80cGThA3eiZ1WwwTfJMuS7kyM52Fl7kZaIiwUt/eNHoMyg
IRaNpGw/MjCEYtAlpD1KMtwEbY8yENjbEQKGl0N2dDGoia3R/bgS2xGusZrVvat08kIbH7SR
mPKZCpVP2oEjQylghq3Bt7mIjXSht/uJDc2wxE301/Kjs6nlgI1LhSjt75iR6Tgv1t33MqLR
K+BUv226CZv0FOal2ZB3io7ZpA0P1Sfy6lq2w0ZXOGpOMES7asQmehQAJA76Kki3eVq1SfN0
ypVE2KZnButMWcWBVY9Qu6JmGYUi6ZiO9B68u5EgMDcqpcg0Tu75Ik5pyO44JqFrlVDg2ZEh
AXpUogmnchprFPdkTGyJFRyVbNbBMV02VkWuuafDg/AyNguiJO1E1YFDcm8Yn/7f1Izm0WtE
I7cyNvbFTpyQls0hC85YfiWiG5r3ieuQQ0nvP+pAVMiWGcv+xSlPzzLlZo7eywl6p4hajuSB
lch1GG25a8yGJK1RjI6RerMo7sTElmkfUhI0294f9QVYyAxkQwX6UdcsGqokbctUbABHVExO
rrc0Dqh1QlY3CEhpfEMnkBV/6kYkEG4WYGKYips1UQZDUzsykBNiB5TQun11Z3f1KnAuWCpb
mr0RADlA2AwsEZSqT/0oOH5hM9PSEwyVIgAXNkw8qaNsigLfYurw5JpU7iuRogBUZJwWGSYA
V5UWohnyWnSRWqoDdAssymN7ssiFSrKiZc060wLPihOUiTk9E5qcENzdm5kdMdoYwCE/3AaR
HRAdIhH/ANXcXtbENPpeQqSpS3CZT9IwJ/Mpbsx0RsPql+VaiHNgMgnsvZ/bkGZoZYBEO8qm
RKf7lGM7CpH+pNGgwAsjv7Qfbmf1I5fjUd+HUYESgRZa96RmTF9MfJF/Soj9vGMBIOdVwpiW
5IHDSaIl9Rzf/MhtmRaNhgPyp7vRRqwmzRFQ6hKMaRPUclfwQMaM1U2oSMS7+pitsMGkdPzW
nVK7M9Fy4MQ6YhgsgmDURpROS+qkgugdPNW5qoomJRJq1s04LLSDTFOB4Kg6lXvrmjRiVbvW
k1yTSwWaoO9OqCic+CFWa/PscuFODmuQUd3f6t0noAwWosAVKBAJkC8z6fypt2u3Go/EtMA2
LDNc0f2+ySZyoSMPzIRIDGv4pn6p/wD4lKIpuMNUsPyozppjbUKSl/6aHT1yDyOX4Ex+xaD6
hZe2CZftdykQbQmVPa3TqiwkGUpExGm/1KR23MZF2kg/QMHspPOJbAUf8qidncEzMdUcvwoT
mKQDRGX0qUZ4jxRjkWFFkylBuqUeknktiYrITD4LTjr/AO7sZpj9idV8GQY3wVqG6JjQclVw
cGVeootUYpnomgDIom38VqL9yqaIxIfnwcUKzVRTs803bqHQ3CHkBRZHgydDa2i27uFolEya
e9LD6pf/AM0YRGreNh/f/wC1BG89R0xD+efq3f8A9agQABGzG8vrTeef0RqVqkY7UD/NJe9u
bplgGCO2T7mouIkYfmQ24/pi1PMR+ZGVa4m6MmYfxXUIyMgxBFkeoCZtgjEkPg5RhEsRU6l1
gSMKOC38ykZBjyVqDAYqMjQArpk4EhKJxZasWdcuPerJk3KiAwyQPyC0vVOTVAn5oZYsuXcq
DvKrhbsMVVNwb/AURUt7dxpGJ9IQkLMzKc6aiGH5UTMARiG225+aSIgdJZnyXs7RMpypKYv/
AFKLzEts4y8sSjtft9R23taK9zfl7cbNdRjGEQY+tnkfy/QuoRjtGpI6f65KBmwEBcnpKPsR
EhYEWUIxMpbh9QpEfhio7kj7khfVzUnHRN2A9KEpzGRa4/pRlgTRPfmnOGSnCQJJZpXoFq1D
yu3gm4UDng3B6uFUMgCnFzdaWrd0ABQqiqT3Lmb9l8QqiyomPYNTJy9cPw/FbhUsmFSEDGD8
025FuYTQ3TAYgImspG8ijCPTsxNZZlfpR6sHxQjL9TdNRAeWCO9+4GvdnaA8sVJumA9NogL2
5zJEKMhEOAbOg0+iF4ikiURKchCVQIysngTmSTcokkE5Jy7IGNXGCMx5YliUdJwYtim9oamZ
+FVXs14Mydvh1VPi1TG5sOAMCxRxReDhNv6tsmxZwhN9QIcMmEQFUBCEGcZIEgh7hNGmS9jZ
cz9U2pEf61KH7cA7xDykaiLfWjKZbZ9e+fUfo2V7X7YE6CADHy/mnJEy6pjqMRb8SEtsM1s4
oTkHgTpkSPUjIR1EChIRE9uBPMMpGW2JRlGgIao+lThCLAl4nJaRfALREEPQxZzVEmErZJtJ
729PYr/huaZZLl2iTZaIY01BNMEk1OaqbLWTQ4L3R1YAZp4bZbm3+VaDtiRNWTQjGDYCy85A
70CZmTYVVYavxIQmCclLb2XG6RQ5KOzKBjunzS/vR24SMNsB9w+uZWqI07IoAfMyaJI5WC92
XQDQuWkmEpANQDNCLnTiE/uSAydec5KIkQ8M6BvzIGAHtzGkt1dR+hT2twatJwrIfiUd0E+Y
NI5KZAeJiagpmLvpfFu3X/BMSwzTCxxTjhpJ6cE/GqclmWiEiIPhcoT3C0Yii07JLNUm8kJm
Op7RKB3ul6ximBJyGCLPHmVWuRdWd0DgnZ+9UiwwKsCSWCE9sfqAsc2T7stUiA6ju+nEck+3
ISMrRIVbO7JpSMgLDJX8FT5lUsL5cAHcm6GkMYHwWo11XIxVARkMgpR3NycQ3Q1ijtaj7eoH
T/h6dihpgmN07uFnl2NMJNpqE27ICQrdaNodA8AUN39zuRcele3+ziNVjMj/ACJ5yMpc1q3i
+QFEIiJEI2CDO2bIRABp4oGwyF0DIknFymhUHJdOOBojQiYqx8qLhmo2FFVATk0cSjGMdQzt
VUxWYCc/JPRkzOqqW3reTOAAidflLM3/AFKUzIEioYqoOnO6Nnf/AAblERwTyZyn1JzJkwcj
kv08MCqyIfCy6hIgY1VZEG3JAwm8TkhpmSAqtIc0NQvkukuVq16tydwqnkpQAJkfKm1mQ+Se
VMhimFAPUUIhnxQuSfFAhnyZasTdM57kREOMXRyBojj3XTScmzISiGIOkvksUM0XI05hVdle
qbFAYle23XZrF0BvbbAmpOSbbn7UQKOM1u7W2RuRLTnIZqcJ7Z1AOGRiG0szLU3h/g2GKJJu
aKVKYogGhuEB5jzR2oCgubpseSOuqbRKQHLBHe2gRE1LpoEgjBPu104ogLI4KtBmVKUnLPiq
UzUZzBfMIaVrAflgmJYlGRvdSlSL+CuHGArRMIyMs2QeEua6wQiXBa4K1bZAEsVcSNyAjKNj
cJ7hfci0jyGCIlJybhclQUzTjzDFEyrLGRuiCb2cqpR0ls2UtJrKhN6Im6f7PjuaDNNLdBIw
j1IREiHxIZCUS4zTRQuJizo6vMUQ6lp7h4oS3ZNKVaXCnOMtOmlVr3pHemT0xsAhs7MB7Zpa
n9SAme6iEQNWvAIRFATVCWGeK/iURNyMFOcjplYHFD1HEm6r4J9yQAwC07byfABPGIAGJqnM
yB8l+ruEtzQEA/IIaYaYD1STykxBKER1NmjEMHuht1OXJDS4ey1CpxVr5KtBktIBWZTX5hNZ
P9oTYZqn23VSvdAEoC7XQcEDAoAVJTNV/iXVEI7AEpnzfhC1SnIjvovvTWKiJSMoYg5L9CDl
qyNgV1TERkKIRlIl6ElEmpTGgxZEmOuIFHRhOAjES6QAyIMH7sESzAZm6Jcmb0QlqtWv+VDS
OkFnKEYGwr3rmgHoENuIYXKZu5k8k8g/MpiQGwCbY2iWsTZGW5NsdIX6hM5Sqz2KbZjoibFm
ohrmGyBZ0ImJkcyU4oOSLdRzTm4OGaf7UAWGWZdSgXcE15JzUZp8slX5rlzRF02OScin2IEx
BatWIU4z2IkT8shg/wBMkI+3MiQ6y7N/7aMYkgRLxB/uUTreQvRl5eu3j8K3HSMVpjGAibyJ
eRTalUoi4xVyUOd0A7rbi3mPcn260wWggjOiMSQ0q+CJ256JfVko79NQDGUjpEgi425vkUSz
YEXUiaCx70ST3Ie2HOKeQoVSpKMzIahRkDM6T/BNsxeOBkE+7uNE4RTyOuYwNarTsxIfIIHd
lpe0U8I1zNU5FM7J2AyxKeJqKuUxnUYI6pBjgEYgOPuTHpDfNODQfcgW8wdOPnZMwPNd6IPz
WHMFcs0wLn7EJyDxdnRjEB9upbJaQNWTVQhJxIh2kGqiAUc8+Xa5dolETYbknth+JT1HWxYE
rURTNqJkX4UqnW2HZ5CuSHcqxCJ24jUPuTAapRsHxWr9zvS/IKABCO3HqxMjqKfbBANZAJhT
N0HsUNMvBB4l0BtgwBv1JhGMp4mVU8toEjEAoxgDEjCxQ1z0xNgtW5UhdDRAoCjKRcoRHluw
VQ7WBQiWblVExBK6gz2WknqCAlIjkEzObBFq4KEhRwmxzTjC6pUKxV6IiffHhKIDiWfpZFyx
kGIBupR2j17hY0r/ACqG9IjW5B1VRBiJTlYpm5dh/gTjAmMyOkjNRjuzB3RFpE5oz3gDGLmU
cSB+FSAYaSdDUIb0KvBvsVAAq/YoGLu9ghd+fD+C93ajpH1RTSiRKPqa66QZGS0imFcE02lc
k4pxUBNCJMo0T7pcnLAoaQOZTksrrVKAfMIGIZqhHUa4AZpjRGJk8o4BEaWq7ppSpliq4I3k
+BWUcaJwS/MMixYRzp/1LW7giiGk0xdCUg8JRYPgU/2G6f7Lp7NgqM2CepOKDGuS0yvkuSew
zTguBULqOpsEA75MjSt/iA7rXoBir9Luy90nVE4YrcMS8ZyMhydMWPdwbhdDcnJhCoBx/Kr+
PExkHGSJnG9mRlDbET9RrRShsafcuCLujDcDbkSzI16FFz1ZITFBgiLjBVrh8kWGC1R8pwTE
8+a1Qq900XqKqWZsEKsy1MJHB1REyNk5LDlVNcZrrDgVWmDx7ldxiylGeNRyRji6o6ZnQ52V
cFVRmzmPTIrJzmh96y5Aq3fVlR2Ct4p/hy25RIagOCpdR2tssSRegdbkN4CcNLTazr9AdKcg
eCdVWqR0wFSeSkNukR5SMgiBuFpCrlDa/czcSpEnD+ZUNOXEbcP1J4xjl+Nf/I25Da3Ij/bj
SikST70A4F5T+taQKg0FmXu7ta2dREzQUpgs8XV3QzsAtIcthgjN3wbJe4D0SvFYVqtRLBrh
XcnFGUgNIzRMqDABESuukHvTQBL1yRMnieaOk3PVyKfE3XmdSAzTu/Jd6ZNkuSlGb6ZX/Msl
/FZ/YnNe5PgsNOafcPTbkhGJ6jb4WuN41Pchi9HKlLaid0Gxl0xif71ITA1yvpoiBQ5J2+SD
xvZDVSH3rRt1pXmpP08gnBsrOQad6gZMZgMW4SJLEijXRlKEYxZnx/mR1gSBoBkvf24g5B80
8Ro14K1BfBEl82dUqRcq1DVY1spEmjYZpx9qD1ByTSD/AEoGIobgpnAbDFPJ5HJNFov4p5la
NbSAqjLUTg7UTxchENpBqSjKJEo96MQB3objUN+8J9JL2K/gqJiGTY8kxub8OaZ2PCvgrUdm
TioxUZC4N0DunU4qBmjKOFx8AghwbozIfKOC0gaRgyEwORWkmqFE0m70CWpbmtUZGIwQjqcE
05KRapTBxVQjG9zwEccjZBn048yhL04A3RLMBinBbdFgVq2y2YKIkKoPWMqGiAEXBQMelSq3
cqSZuSZgxo+RQYuRimjdOayxZWDYINDXM5+WKMR0gXZdMKEuSUNZdsCi4eIRDUyRhEAAVpRP
UhE2kKhVDBPgqIk3Ti2adDF0a3wRI8V3o55pnN00boV8LKgL3ujiDUhO4MAfLyRG4NAFin1P
yQDFs04mPFOC45dmUMxREEMRdChKIoEIbpfSpiZGhnKO5ttKODIPHqNKrUannZSAsa8CQNUc
DjBOSGFKmrqhcYBYBsk/ll9Quvb3nMbCQWqJ1D5rWCaXigAaBGOZdCRxFMkXqBetECRTEIA9
yaJ6pVYoklsSxotUiSDmqktkE0YEbYLEm5VI6IZk1XVN28SiYvI4KkQHVWyogDF4jBSIDSZq
2qqFcuFC7/cv4BZp3YKlE7VsnOGSqy/4ui5tQoMgSA/yRIFGqiKdWJyRiAyYu4CcDxRAHhgq
G1WC6ZM+CacdWZdOxXTJjkUwrLJRMqTxHJTGljAsFS66h1YDkiJDU+Aupft9uBYmzF4qJ3Ym
W09WuyEtkAQlZc+JltvEj6aVQ29wGe3mfMFGUTqGBRcYoxlV6JgCYGjYSCkYFxjn/ShXkiTK
9mWli4XTG9091gJPRA+XcFs6J5U00JKbaGoC8jSKrLwTykCcHTxBMrZBNBogUt/cn1kjEFHV
I8qp4miAP/NF4iuJTsnFsaq75r8KtRPGpZCRpX/jpWaCcOH8V1VyWrF3ZOKtU4IfU6YjqxCb
6s8lpkBydUqmkAy6cc0ACHK5G6b7lWjp5eAQkSwGSMq0xUpzqTQHki2JcrUMDVDcjQgsqlnD
ghMJe3uixFpoxnV6SpitOoy276ShOBeJ4vOLnNP7YJGdURAMDgE+BTi2fNHbmMbL3A8oHEXZ
Ve72TsKXXlpIEg8kQDR1qiQ4uFkonwL4o6qxJq9k0anABNAaQMAnl1HmU4q2CvpBqwVPmaJ2
cdyMqRzdCRm5GWaoaZKlBmuWaZivGyyJ+Sjt6mexZwmmIGrxkPOERiq+K/4Ca+fcm+xXpkiB
StOaNXOLoE3IQ1f+aoWipRMgDg6aQciiduooRDvmqGlk4iws6fDMoAeQWCk5aiYSqCyEXZsU
RUlnJQBDMiMb0QEizG697bruQYT5j60xd8TVa5voIpEoFx3MqEF0BpD4oGUCJYhNoK0SOgml
bK/TL1YMnxzXUAUJQcTGIWkyPimxwRpeyb7As3xXcUIO2fcnucwgxfkExBJzXSQGzX6hMjiy
GiBGRkgZG6OjzD+CazXydXBKAId0JSgRE2KYXF0wZ81TDJCTsY2Q9w6mxVA7q1Qq3TGncuWa
YhW6c06FGIxUQMVJsbBBqoGbOuaeILBVQFnNENsEU8xWkkOMUIA1KBbqyCYhiLISdgauhK5x
Q5qUSGnHBBx0mhHem25QiBQggWURKQkWoHdlyBVbFOKsmA+alub0tAApmUdIfvxQ93qhYx5I
T2zqh/lP4kA5fA4LmDRPQJzKuCMoi1COaFaoknU1UTWtVrjWLs6YbZD1dMInvTmBfNA7riRu
hjE5oEf+SPtnruCm3JEZF1KG4a7dZAIT/bnScRgpDfkNsRxUdo7omQGB5BSmIDUxIIonL9OS
pR7oNVrozEJaReiEgxbA1T+2I7gsY0dvwLVpJDOWqy93bBG7djaS9put/Kuk0NS4ZZl7LSC7
IuPK7C6BYjVYKtBkqXx5IEsAmFOao7ogF5HBkNVwjOVHsn1A/emAqBigRTm6eJrG6Y10YI6c
cEwqAVty0lphiUDItkjCBYGkiixJN1VA1ayqW5FGLscCU8i4FA1m4VsgYEkWlHCUfpR3Nqkc
Y3MUGwvwCMmwqi2CAAoiDINmEQGGmryBqm0iQ7sk3svjkiIbTAXN0dRMZEVBFE1SOaZy55Jz
UYpozY/ShuGhnQkFGINrobg6RL1ZoHVTNkds7moEWKLVgag96qzYoS3IjRIMRzQgQPancWR3
f251wBfQPMAtVQRcKhMRKh5rSTW8UNzQNekxP5nj1pjdHPBdKZjW6kXtghc5koEWFkKIyp4J
zdBrPdEzdhgmAoLdydmNmX1OfFMXAAbxRBqDcqUH6ZWRL0RAoOdVtTFNJqUNJdq1UtRqbMq3
ss+SFUZAO2KYCuWKqLIABlUfJA458kJM8TSUc0J7ciNVWKbNMQKI9IcDNEs3cgc8EWClsi/f
/Yg0g1qgI1EiU7MT4J2aRozuEwD0TRHgUNR78Fqq4xWjc+eIQOt+bXRgAGAo6kYghjbBAgs2
OaInF4nFa42yREiTF6JmeFx3r3ALX5hT39ofqUJjFGTOxr+FRMCTkv8A5LdQ6dOGo9WtEEDk
q0ajChRi3cVLptmrODREguF1eUWQe2DIEUBshEVa6AFa2UjKgPNaYeVlqodLoS80gRRNaQvE
0KANGuVHdiXAxWsFycFUl7hlMHCoQGJDLvunBrZFy4wKY0yWjFQES7lj3KO5G+KFS2CbW1TV
SI6iyYCtqKMLsHOCcOYu9ChU9ybO66flihicAi98eaacQYnvBXRACIQ1RZrkIR0eIWmR0i4R
1SYHuUjHdZ7IR935hGMeqtSqIGR6cQbL3dmWqGITaaoOLWWTFkBKnNS2pxBegLIbeEES9ShI
AkDAKW9AGMpDqFgpgvpFkz81UOq0kgfnyVWtgqg3ocXWoVewxREy5KJOFGWIDIGLsCz5oGxe
p5I4g4FVLcsFX/l+VAAVfBOYaSBcIShMk/SbL2pgEyxrRGBcxlWJFlYas1UuZUUoEtiEIn5L
QLDNao2WfenFc0P3EbzFBfT9SOzOIMGbViiYmvOyBIcvXJM7A4L3t6TRFo5oS2z0HktOV0JC
Ri+Sc7hL5LptzRIv3JqnI5ICRvjzVCqWu6DjxTGqexUpAtuRwzREj3J2NMinidTrRIvE3U4V
0kHusmycOVSpVHQy+1e3M1FpFAte6Y4YqvlNjyUtqculqLTCWkRzxTU7+aDfLNAEOOacCmS5
sUNoir4/5ooksRGhYpjHm6cG/JOHJay6gYhG5a3emII5FMbi6LOUBGsibYKktB5IE9QFjH/Q
gduDSxJDFEiso1R1eYWVac1EmumVX+krXsEsQ7O6rAyIxAuqbZACAMD3snj/ALkvTyWh+sZ2
UzvDTIUfD+VNu4r2oQJylghGOCAiHa/JRhYhiUC9x3oAB6/JRapxTOK3ZP4o1bFRkOo5ryiJ
aq1G6tbNUFEzd4WoBk5kQcUNILWJRGoVsLpseSId5G4UoxLh7i7piCOeKo5fHJCBsaOKl1UN
KP2rTOodnOC0yIYs7IaGIiECfPcdy6WcUZHa0+oURjKDDAhNV3YOmAcJolhiomMqg1TG1yM0
SI1KAZmVqIGWNgiDiobwFARXkgIUEgDVCMYkkm693eLyAc5qX7mctELQGacDUU0hpgMVS1l3
1QdAP3jknahDhAmJDDko7bGJlbnwdRLsxUXLVZ81ARIcXrX+lFy5Fs0QLYshGQaUrnNSI8sh
RARNRkquniGBRJBQM/Frp3AGJKY2wkp7Ygej1fUnYnvVIt3KjqrldMQrBT+aY2NkCMFqFYmg
WqdYipPNSjKbbIqJ+o/gXtxlqjgokXBcKO6LhnbmpA0IqgRUij9yrVxioyqGNGWThXrdlZVH
Y0wDkYqpFOa0xbVKwQBLlqp9RBwXXIGGYuobLWkGii8QcA+SaMQhLdl+lGujNCRYQj5I2iEf
blqqxTM5zQwRjIO1Q11KNmoE7McVlKNGWrSNQpIIS0hxZWtwO21xQqW3Ehx9SB3I7epm1g9R
TyqXstZNSVrc8l7cmsbo7cag1T7h1SwATRjQ4LrPgExqbKq0AdLJoRERy4c0/YIzWp/LRPK4
QGI/46UYSvKro+yWlieSOqspXdCUokxCnAVhIPEHAouOojDknNwmBobppOIjFGUjQFgtTVtw
fiyJMalWqjMB5HPsQ34FpQkozHqD8MhitctxoC22Lle5HbEdvDM/iTA6Zj0mqJItgERpMXoj
YA15p3vcLWbHzJyCIblH9Kv3Kl+H3LXlkjo2/wBTPFat01wCIagsg5VagVomiNEcs05omA7B
4OjGEjyQJrz7AeLxNNQRauoEsrOR4JpCot3pxTSmkGWZGIWluBALSD0zTWThAyIbmEXoME7d
NnZOn7FFz4Hjt7YtI1UYhyy1zP8AzUtykdoWBxUZCTn8XUhtTJ9uQN1EGQGDg1QG20vxOqw1
c0NxnIuEQzAUqhE2kLIh6R8oXsSP6kM+GKbAog2ZSq4BQlGNeSOBBq6ojIuRZ+arfttwmK9R
cNZioxmQCbA37AjLGyMsoJ2IFyRmhprV3TG2apijEii0xoUzl7p5tKOaIJZjR11lwU1LWOKA
j1UutLY3TYLl8IaxWNYnIo+1KIyJT70w4tWiMpsSMaoxwYrbBtitRjfmiI7kgMAgROQPepQF
SRUqUSMcVCVyKOmPqyQ3tuko2WmdNwfairKUsQpnF1pPcFqFRZdVEG9RcoKvapjwltkCTNUr
Qeqrg/T/ADIRmdXPFckdt2AyQEi8TmogXOSfS5ldAgaWRL0KAR3EZGylOXlGK1Cwch0JxHmD
nGqEQG+pGYoLFHbiHIqTgmevx5QNTIURcsxYhEgsAatkokeUiyA+SoQCbOjrAGTYoGwOKpgb
oVqCr3CeJaUSGKD5VTo1YyoyrUvRAin3p8TfBB/mokUdV488k/AAC6BRkTYKe9dy57k9kJwP
/ghuQNcRkVKcag4ZFDdNRGpjiyhuQ6okME9ieac0OAQErLktINPvWiNhdaTYqJiSxwUZGoZm
Qlo6p3KoBpn9qEouRK4Nkdxwzu3GqdcuOXwJbm0OqNZqWqJfNabEYFGNmTZq9lrNwtNgfvR1
Dyk96iQtV6h0K4UVV7QwTerAFajYGhyRiSGNsUxqAgHDxpp7D42fhyVC4FPkgjtycA3IR29s
eWtblEHwQjuASFwRcFE7E6FD3BWeIRHgVpgOt30oEjCyBkO5UNBgiUZ3jdSJuTVQbEIAyI7m
Rls7hLegi6Ed0MInDNR00lGr80YnzCrYr226n09iq5fCJKNPNdGP2LTKxuFQ0OKpcYLnkiBc
WRFeaMzdhRSiaAF/mi1XDuolVstyTOHpmoiNC6AIwr3omxuhE4eCBDsBxYDjImhwQzIr48ZE
0LMFpFhR0f2+75hWPdwjViEQCoziTrCEpNW6ABcjLAKteaMNWmRDhaJ/LArVAHRIO9wFHb3R
04HFPAv3cJRlYlwjWpq2C1EB817npZ9P4lz7Nn7uFEezzWkGgutAk5xUR5CL80DpDmjpjhYq
hXdVWuhIWxQI8FOMrSFu5MJPE/OK0k1FlKRLMDXmtRqSfBa5uMipNjZOWH3ovJwjN7/dxvwZ
lCNgZBhwrw9lmlIUOFV7kh0i74ob+1UCrIbkT3jF/UqhMwWkY2TkEAXTGoNKpskdPmjXwV3a
rKofUEZwlzQlgDVCRLPmhuQIkQWOa0TLvR+GrBm7PLhQrPsvkmBvZHNaiATmtUf9yNQjs7g0
7sLviEwkDO4Bsy1xHgjBniBcpgavgi/gUxwLAqMr1Youpyl6SpbZhpBxVA/3KDgR5BCIJcFD
F8HQIDMc1DmK8aXPHZic3HDNOFt7pwOlQMck0qoy2gRKNaLcJLkWfuTRxLOUJXa/JNgnbplU
f3KmK71FqPdkx7/nwMSKnFGOo9JpkyjuS2w8g9E0I4u6on7dO0XTAsI3WL4OqqlV7oJjOxbF
Nu7zxwif9S07Zoea6SHKJNTJMpRJ8FrsAQtUC8b6ZJtuuouR4LTOJAzLgKJFIi+Kb7FGEfMK
lBrk2Tm4UAMuww4QhG22NUv9KrxO27SuDzUduV8eBBq91MQpKVslETHmNDz4Fr4FeQSXREMc
sF1y1SKhuC4KlGRNMiq7kiqKQYiqiMhwrZYN22du0IR80kwqbkqqZVx4HVHUcEDWX3BMwdZM
qqhoUYYkP4rTOhATRkxOa0g3xWkBiMeBzFOacUZARLuVGNmHZluGgi7I7m5/ubtZd3ohwfsU
4tIs1QUImWpqcX4DbiDSvepSMWBGPB05AJz4MbLy1WlqJuN2Va9vVIsEd6QYCwVMU2KcUWkF
wPk61SID2VSWzVK96rV1VPYDFaQdRFz6QmgARZ2TiWN1oieoXUdvcLSFjiqJlKN8V1AFRi1B
VOufBhVEA1KBnT9vG0fqP1T+M7N38AWqFT/BiINAaoRiu66Oa0xoPsWkdc8hZNFyPU+CaNU6
u5RmTQByjHb6YN5cVUF3qE5kQ4xQjHr3JBz4p4uGNWWtw+Ga9uZEdwBmzClLIJ/qK01pVGZv
YcK8CVk6yGH+LuqcTxonRkbL+OCZnibNUpyGdDbjaVynNY8ncIRGNynlQLTt0CeVIqYNQIlG
O7EmT0L4KWjEuDyTPbBB7ZAoHyhPfv5qEYUxpZGIGFVXBNIdyiGrimHBsESECDXJMK/Cc/D5
9ipVFybhS3aaI1SkWAQheZ9Ec/xIe7UYAUAVgdyzhO5Llk0g9VYAC66ayNkwqusIACgU8zQI
yxddVcHTABkYiQgwuVLpM5g0nG38+2jqpJGZFIeClLBkZF2JUTg4QVOIsIjNM7/E0m6YGquq
HgwL/Aur/CjHaoweRxQk3eTdMLmwRY1kjCQYioOCZvBabC4yTmhzVq5p+Etv6s1KYi+2D5nQ
jMMDeWAUjubrxw0hVmWNqVTRGrbJoSjNgYSqCMEYyFTVSAe1giDT6lGNboAJ+Ddrn26Jzfsl
se1fsfwVeGayfhWyoiT3lGZ9dfBGRocAjum3pBx/KhJq4hWRJTMuarVPhw1mvJSE6xIqERBi
HeObJxR11zrgy0kau9ANRfxReyJI07mBFHQBYMXFUJG5uqJzdOZMtADRs/NMODdlvhOrcK34
XTvTs8s+zy4aIlibqtgGWkjoyTt3PgrePFnqq3RYuRhkjCQY4EWVk30/eq/JAkAJrk2ZNjzR
kSwjRs0S1BgvK3JNTuVqioQkGfH/ALUwDBVR9s6S1F+pJzmgTJyMFVcuHcqVGKbt1VODcG4V
T58L24OA9bcL8aLnwb5KqonNymIeicCqqq8CBIg4FatyRlkVzTtXPjqqwQIAk5sE5f8AgiIB
ibkhOQSMUJSkA+Co9ci6HuF4uE4DFBPHDBAv8k8Da4VW5hGtV0jxWIIu/Cl8kTuENkERAMM0
5JHjfi3GvB/h14Oua/h2KqiADUqVlEmizZPbgQF1eCYiyYJ8k3FiFWKZgyAiAi1CpQ3Kl6Kk
a5p6FByNQuAn+TImQoXtdS2ZnrHl5jg8b5JkYkUFyU4DKhZX1HkiZnSE8QWBbkmBq7k4N9PD
Nc0/x+SbVRPwYJlyXdw54Ba51kbuu5U4dJtgne6eRBHDLg/CvAgXZwgc+FEN0Dy1+SEmobOm
iGY35omXmNz/AGrJWdrobsXjplUCyjuQPSa8K1UpDHDgYihOKEdQ0nvug7hrOvpjzumMvAVT
QDPinJ6Tdz8eyf4D/YnVR0xseFAnATFuFVdOmvwIReeqJsCnwTqMvD5owJ7kDgaFES8ylEh6
KUB6Cidyn3IYAWVvFEi5FcUTzXtu+q45plRMmQBWqMRNs1oEBCf4roHck4OFgybAY4qgVUZT
NM1qiXwVP8Hyz4tiaIAcTyROJ4dyIifEIA1IVll2ZAVIqB3Lb3ScWkFPajQj7lGdzGhKpit0
PQmpR76FGvemyxTEMMEbFiaoTgWD1UZggviOGQwV6owfqGCZdQrgRQo+zuaoi0ZVTbsRE5hW
dap2WiBogHYPVNEvmybH/At2OYTSDhML5dozjTVcYLLjIyLPQA0XTuaoc+AmCQRcBMtza+k6
ge9QJuaFafTNTh6hUdynI4lkXYItYI/MBEnwCNKZqjL2n7gVXg5oyE4SoCw5soyzD8Kp7Ktl
o24lsRmtUgNRr3IaqgppPEGmrJV8CnB1hOaKlfiX7VODrMKtO9U4OnsuXCq6gCVQNwfhr+oN
8lEiVLkISFwHdCbOY9Mu5Sib+YKtTgnwxCoFU+GC6atcJjFhghJgwuhOBcH7E9gF7e2e8qIZ
6oRJqMOxVPiOFYujpGmV0dncoBYoAdT4L3GYZJ3bkn7dexzT8Oa5rVYlOLnNcwn4Map4kjkm
kW7lolWJseDEOEALDjTsOPSXWp70UXuKEK3SaSQiA8o1j+KKBjQsxWk/NMayGS5ck4A7igYj
TOAYhNMV+SEJPokWYYIkyYFE3fFCRqcBZABumh+DHdA6gWKJytzKiCcKgWVK/wAEDPGoHwyX
VeD5IrIqt8VRX4d3DkiTVrJwey8BTknvWxunlH5K7KVQQQjDF6HuUo4uaooSFJ7f3LU7Saya
AL5BOaVetCgCXPDvujuAdcbdy8x1Cy/UJEWuUYS9JY5rIIAepDn8AoAWxIwWmNRYFR3Ny+Hw
2evYbg+KpUFVoye/AHw4tdatotnFNuDQVQgqnYLkBhVaoNKJVAzoyjiUBK3AnO6nR4g2PNNG
IByZlQ1GOaeRYqg1J5CuSYh9vEBeV4CxK+5e/EOJeZsCmeiBdmLhA49sI96ZAM4FSUAMOD9t
1Va8eFeDt3rll2KY8OfHuVVUOFqhQrTuGvB1IAYUR25mouUAT04pwmXPBAHuUoh6XdaQKyDf
JaoGoz/1Ie5Ezf1DBUuM0w85WouYviU0RUs6GHDcjYM7lVFQaFHNaD2M+wYis8F43HNCZHWc
eFV0kGORQJIBVCScqKx1NdsUDIeOfwG4Vpx70wumuAvKaJjTJd6pRV4MFUOuklk0m0EUIR+5
EyDGwHchpchgSECzcuL5qhZOz1RiIiccPTIrRMEbcrCV4lS3IEO1GonNQ5JdRiA0vsTEsEG4
HZgXJ8xQBo6AgxP1BCTVeyDXy4ZKiuromPmVQSbEKIIIAqU2SqODpiHCt8NlS2SK5rUap07p
mqqhNGwsrvVEYokGnNO1bL71yRe6Z6hEsDVR0SZroRdyz8ynTYlPknK052UgJUDAtyREqhUN
DigbSOSZiiGcVCs8RRDbI0vR0XLDHND28MMUdQuaDktYxqyYZp8ceL8GIdWT42R7TP8AA+7g
6dc+F19y5KqxQGCzCZMDTJMXH3Kr88FSyAyR0dU7Mnlc1KrY4oQyxXJUTZIvipSyBbNHUS5O
ourM+K0Slejf3KMSCZi5QFpC6vipB2DuVGQo1UMAbpvtXWxNgmiwdVvZVdHjTsPxLcWIqgmM
ejP4DXV+Fk/GqYJhgupVTBc1Uj2yKqprki3SCtZkK3Up0Iwqy1yNTgCo7rvzXTUjgCmyWk0B
Dk9yZyfBCANS7k5IykHN35elRnZsQjSn1LJ8FIZm6JmOkYheYq5XU5ZVHcn0uRZ0wp2G7WQ4
c+FeFa9k6pAJtY8F0l+yyr2r+HAsKomQlKeGEUX2iMyyaA5JwCQcF1CUTzCYE08E0mIsUNQa
TcO7gY4jpH+aXAQq1ihGAaiL3FkY2c0dB8fBCRF8ckALyrIp06y7T9hvhX4VTo1JCD0bFaoH
VA+YFCcDe/YLXwQ1ebFVVOzSxQwTHvTM4yKcQAJQp3JpR1d6fR4YISEACODp1yR/FUEpyQTk
twtWPAviEQWljqQAJZR1UIC0lwcKrkF/BV4P8F/iMnfwCGDZoxOCO0S8JeXvTyIBCfUmCvdV
mEREmbZLpiIj5rB+5MZfYhqIlFMToPNPcGxTXC7k78GTp3X3pgGHYjP6KFFrj7U2G4K96qjt
QpmVSDaTQjFBovPF0RKSEQWjihGI0kYku6FQ93VTxqmTxOkpjJ+F+PL4tbqtIi4CcAtgqBjz
TE0tTFOXBydG/LuTmTRwzTNXNEk0wRMizqpfninFRm6eJ1D5LldaZSaIzWoEF8FThZVpwy7L
qUD6gyO1Kmkt4ICBdi4KjJ3dEyjqJxXTEBOYh0ZAmEzlZExnqGRRjOAiBYiqDEEHBdVsFz4v
8ZlfsknCyYXN00q5MmsLlVJBGBuhHHmmQ1ACGCc0ByVC4+5F6EWTnHFVsqOxwTAVF1plRxfm
gBhi+COvdYZGqsJc8EXhTNYOjVUVbdhlzwUZAeYVV6HBaSaxLcaU4MtJoV7m11geYJpExnka
IMSJN811BgLFOFz7TYpvil/kycutUlRmQMi5TCwFVQEMmLumLlMA45LpqmNSq0dBz3OrNn3J
gXFwjIyaIWqJfIJwGRjA0xCeIlQVYppQMgMMV/tyBeuCrGQfC6dr2fjz4PG8fuTYhbj3p2K2
y41qtYAExYo7Ew8h5Cck8i+QWp2ZCZoSr240VVzsr8K/ArxEtQa74rVCNPWotldaCfFGTuFQ
3wVU5pkiPlS6ZmOTMqBOQn+5CxatUKBjdDkpR0t9yGKZrqyLC91QVCJId05FV3cXHCWrEGiO
RoosemXTLi3HuTrktrdBDOxdARZ5VkcE8jQWCAAYZJlRP8D+K703Z5LkqWUg1ZBGMwTyZFxp
kck2AVBXFWcrSenPJfp2jjmn3DfBB7ZKRrIl/BMMETK9mvdOSWwVPkjFvHFOODcK0XjTgeOk
yAOKfZaZzwWvfLk2hi6MyAAanvT7Y6oF4jMKJ5NXl2uXCIyldnXVeVFECgavGnaZMn4W+A3D
3IhDEouE8bYpgK4Suf6V1xBBDkoRgGA4AYqQwZSIqATdPZkeeSYDvyQxeic48WVfkqWw4cuJ
1RrLFNszIjzWr3QTzCruASQm4kBbBCmk4gJ+y3AsKKMMzqqq3XP4zLknVOLcGK0i5qV1WNwj
GPjyQlkaoSGKzVU+HCdCAS4TxPeGVSHT5Y5IRIsboHhzQpUKi5KqrbsOn7DdlimZaX0jEoSu
WZUTqqpZPh8DJVxTvbhS3Y+1uMpnAUCMpVJL/wDahEXQmaykK0siH5qBJcgNxoqr3gWMLsHc
KhdvU1Vu6qMPMM0YTevlIsUNJq/zRBLEGoXLhbi/F+FE3wv4KvDkqcKcOXwMuXAcacH46Ykg
QQ01JLIS3Km4CIIopRLuD9ilA0MfuVOxMTsQQiAagt4KUG6CK5IxkA+BTG2eSEhd6g+pCUD4
ZLuVRwsrdh/g0TcMxwf47drlw/FKyOI5rXIPEGnETHlkHQ9qWk4oR3A+Zsniz4jhUIwepyQi
K6lasqk8CLHNDVUPeyjuAvZ+5DcjUHt0+BXt8l3J/j0R4twYGkaPkowAobyQiBQcW3IiQwdH
SGdHQHGCMpip+xURlLJAg0yyXS1LvkhGNhRuMgQHZwUYanNmwU9qV4l/DhTtV4t2c+1lxftU
t2GsuXb5rTEiW4cAUxcgp8SMcvgE2GJUtvaZrOgIRMicAiZVnK/LszkBer2TX1i/CnF+Ldt+
NE+SKrwpwrZcuw/Zz7GfC/GQi7kk1uy1ysLD4HJGMrFCVYgXAWjajpGOfaO2A+kVZZ8gnkBF
7VdPw5fHHB/krcHRZVPB+F03a5KiCfsamGrNX7PLjaysrKydj2CQHbBGejS9JHkjOTtG3Ncl
VZ8SIkly9S91UJsu0yqnVK58OScVHC65qiqmHbcp+PJU4uOP/9k=</binary>
 <binary id="i_085.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RkMRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MDc6NDgAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfugAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAX0gAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO/jwSAS0HzUuI80lLBvdKCTGnxU
k0knTQDxBmUlLwmaHA+7jySM8kwPL+KQDud8t8I/ikpy7GbTtaAGtcf+qcmJBdGwacwFi9U6
zkYWd1an1m7220jEbYC4Vi5o9a1rGN3Orp3bntWZ13NdZg4t7nzl12XUtsDHVuDq9j/tVTGW
sbj2Pf8Aon79/wCi/ma0lPZNLDrA0HgAomytljQ9vsMlxGsNGklrf3nLmX/WX1LsAY9ppx3B
jct1wbzuYLHPc31XOr9Pf76/8L/OK70vO6flZ/ViKXslwsObXNgdVU30v0zm7vRZub6tVbEl
PR+tiFu1u3UaRAQA5mg2gvGjm+f/AJksmzqPRMdm67qHqMGnp01vdYZ7cexCv6pmdSdXV0mp
rGWEV5Fj3B/2fHh26y2up+77Xe/eyrZ/R9nvSU6wtx8hjvScywMdtdtIMH91yY1wIDRHisTP
6jZ0jqPT8HFaxuE4A31NAdZG4tfY+dv0me71fU/nPUUPqxm35mTmWXZgueTDMYOJ3QfdlVVW
F3p17fayulJT0/2Ufuj7klZ/Sfuu+5JJT//Q9CjsE8T8kgE6SmJEHmfmkI101KclR1SUykfJ
MGNJB7+I0/IoEHduABnTwSkk6jX4pKfNepMut61nuDocci79Ie5BPsDT+5T/ANBUrbK/sttd
zm+q3Y/FIg+0F9dtbXN/wex2/Ytrr3VcXIzMmizGdb6F1jWXNc2t/O1217G+ps9v5+9UaOou
ZawU2ZFYDoFINZ3zDfS9b02Ob6v5ySnKrs9kb2+m07jJBEkbf+pXovQ+n5PT+j4zd4ryL3Nt
uY5oJII3Nx/5Lasb6aqdB6rVl5DqX0EBkggMqdV6gGm59YZva3+QrPRurOzcmhj3ufewuN1j
w0Ah0+pUK53sb/o7Nn+D9NJTnuDftFmMyys0YVxP2dzAHsLg11W1zdv6OyhrfTsf/LYh/VOh
2Le1xaWvazI9cnRrq/Uddjem4fTs/Sf9s+osm0ZDrjkOsltotoyGu+lseX12tY9v0v8ASelZ
9Cz9JUuo6Hebek2NLh6otdsaNOBu2/5luxqSkv1j6Nj9RwLbaamOzq2FtL+DP0n1Fw+l/I3r
iaumdTpe25uNaz0xu3N5H9TYd/ua5dt/zh6dQ1lVji99ljnEVgAVjc52/JscWsr+i7euMyvr
VnDOuf04sZhy/wBEPY2wwNfV32N3/wDRrSU9J9if/obf81ySl+283z+5v/kEklP/0fRISKi9
xaxzgNxaCQ3iYEwoU2i+llo4eJCSmZ14Ve3LrYWtb7i7geMf99/lvVXrd91WLaKSQWUW3e3k
7NjNrf8Atzcs7o/V6baGevW8OY3Y4MG+XN9u3T9J/wAIkp6Ct29ocOCpAe4eEhVMTI9Z0sb6
dLJG1xBe5w5c8N3emxn9be9W9S0GIkAkJKfMupV/5QypIFlmRbLDodXu/N+aHk0WDOsa0e+u
8mGwTuJH0Wtndt/kLos3rPUaeo51eLj0urodYLTYGNJazbvfptse3bZt/PQW9czWOcxuNSHP
Yx4dLI22gtY1+2j931PZ+4kph9WMUenYH0tF1FxZZcSDsH7v8j3b/wBI13vWj9Wb6ra77mfR
osvqDyWncRY9z37m+30/f7Fyv1j6szIw29Nqx2Nvte19xqDQNwMNq9ra92/d7936Ktdn0fpd
fSOlUYUMfZUwes8atc97vVtA/eq3O2/1ElPHuvdNrwQ9riXFmjXtkn/OXQfVizfVY+dWXBp8
Pex30f8ANXMW9OvYXFjvWqY0u3PZ7xr9F7qf3Heze5dH9UMS6rCyTaQC59D2gAgAe/u4nekp
ofWHp1bT1N1bw1tRrLqQJj1A2w7v7DXWrnG1hzBAn2me5jmQ1dZm1XdTzb+nY+8vy8i6zJdX
EhrT9lp3by1jW10VMZWxz1pX/VqjA6e604dDm41f02s9S2Gj3WPiHWf8LsSUy+xUf6Rv3JLQ
+3Yn7tf+b/sSSU//0vQgdRPB0Kzug5RvwHtLdrsbIyMYtnj0rHNZ/wCBliuutrZq4xHkuX6d
kZFOR1XpdB2WWZjbGPJ1DLmsbY5jHfnvuq2JKeky9gAtcWgVh3qB5AaWOH6Rrt39XcsGvG6M
15ycfIaK7NRYyxmzw+l+dt/4Rb92DiX49mLbWH02DbYDy7Wd2/6W7csv/mZ9WdjmHCB3cu3v
3T+9o7bu/spKb2FitYwMYC2kTuceX/D+T++r7tVn41OdivrxbLjkYxBFV5ZFrNo9tN7qv0bv
b/N3bP0n/GKyHMYfbufI5EbUlOfb0/Asz8ll2LXa61ldlljh7nbi6vb/ACdvpfSaquL9XsPG
Y0ElzxWWG4D3bju22sa7exno7v0K0M7MoxKL+o5Msqx6jvAaHPhrvzHtP+Gc5jW1fvrkrPrv
l5T9uBXVjtscG1i4hz2ifp3Oa7Z+l+h9HZT/AMJ9NJSfE+qDLesZGXn1g4jGllVMkepY5vp2
5Ddd1eP9K2j3fztn/BLZs6ng477sV5DDVVDA4na7a07amv8AzXe301HonV6uq4m/cPXqO29r
dNfzbNsu212rG6029nU7AyptjWiozJBPrG6He5u3buZ6bvckpr9PpfkUfbmuc3HvbuqOhIc9
sWU2MP7v5n79a0Oj9VtNr8a2htFbgPSeLN43M12vitvpt9NZvT8bJFeeKPUOPXYyx1PtBrcG
ks9Ox1m6zcz85rFpVdPowqm9TdY5uFuIeLRDg8jb7XV+y2v3fmpKdhmBVgbrsdrntv8AddZP
uc4nf6hc6WMZ7vZ+4jjqb626g2EabXQHGdI037v7HqLGf1fM6a83Ney3BYxrHY1hDXC0uhle
O/6X6Vjtzv8AiFWo+vOO3KFdXTmMrLotuZbvAH0js/R1Nc5JT1v2HE/0P/R/2pKr+2a/9E/7
0klP/9PrLBjYu277KbWsJcXVNa4sLRu3udY9jtv5qyumXU39Uys6iwOZta9ziImH3sZt/lMf
b72u/cVzrPUx07ptmQC31gdlTHH84nQ7fzll9Cw7asJt4BG/F00hki/1v6vv3pKesx7ppYSd
24auj8UU2bZLtGiJPyVKiyMcg67PcP6sw7/NU25Dg0suMP1DXRLT/JckptCxpGhB+ar5ThSz
1XaVzroTqSsKzrtGPk2l3p2vrDv0NJ2WOjndYfb9m/OtfR9BiB9XuqVZFln2/bdlZhfuvY4l
rayN1eDj7/5uprPdTs/n/wDCfpElL/WfqWI3pL8F5cHZgDWbw55LGuY+13t3va9jT+ifZ/hP
TXKnpHTmdOY22yx2fbtfW6v04rDmiytl9Dnt/Q5Fbt9d7bEut09Q6dnPxMm6zIABfS9zi5r6
3aNtr3j2fuWsZ/hVUqzhRi2VFrXl7dr3Oax3tHuDPexzme4fTpexJT1n1H6M6ltvVbLvUbeH
U0tE67Xfprn8sf727Kdu9aXW8alzq7XQDZNDxwS2TazZ+86l+5yt9KbfT0nEryZ9cVB1gPYu
9za/5Ppsds2qv1mWtxMgS77Pfve1sas2Ors5/wCM3JKaP1XDqcTqIyGD1a7Nzy785npfo938
j2/9NV24wPU76MvJddivpqczF3n0RbJcwvx9zfZX6fs2en/w+/8AnLNOt/S8bFO61jjY0tfe
HN3bX/RYLvzW7Xba1h5eB6OPe9jnZObkg1F+jGtpI2uPOz1nVt9F7/5aSko6gMzKubUfUqHN
hALHvmS3b+e33qn+xclvqPeGhjgWVBkEu3n37AB7NrN63KWdNq6XVRQ4uvoYZAZsa573erZt
e/8AlfQ9X9xSG2z09wBdWCGS2HAu5+n9H2pKd77Ji/6M/wCekrP2Z/8ApD9w/wDIpJKf/9Ts
7cHFse2yyiuyxmjXuaC4fNUL8QV57rnBw9ZlldQO4Mr211P9jJ9P9Nst/M+mtayC0tmAZEgw
dVzvXHnpWR0u+nc3FdktryXFz3kfuF3qve3bYwWb0lNzEyqv5g31sa0E2NJ2PAd7fZPt/rMe
neK27TUbMrSNbgCBEN2Obva9Yv1kpzTmPymB1VeK6xmPkViNp3bfc4hzbGO/RM9Kxmz0vVsT
9H6W/qFFl9+LVunS6Aze76f5p3bvd9D/AAP81+kSUx6t0p2ZRY3Fbe14AaRc9tjXj6btljGt
2/urOwek5eG19r7BVnP1rrb7tm0tez1Gt/wvt97P9H/LVj7PTg9RfXRgZb7+fa5zWudI2+td
k2V02/yH2er6aJm9M6x1DBou6bbSG3tJuDC4DducDX9qj83b+l9lX6RJTm/WTrIyqKMS3a7M
x7HOL2Rta1w2vq3/AL25tb/5CN9Xvq3lZWTRnZlXpYQc2wNcfddHuZ6bPzaHO/6CoV/VPJZk
txsixhteTtx8abXkD6clwqpr/wA9eiMpsNNYLfTLWgbD2gARub7UlOTmfWbHovdQKLb7i54D
m7dstMPe8zuZX/ZVWvr9Gfk49bXV+oRYWBhMO0b7XteP5Llf6303OyG024rBZdS47q9zWhzC
ON1n7r1zL/q71nGy6syvCtqOO71S5hbYIEl2xrTt/r7nJKR5WN9gzrq2a4r9KmEyC21vurd/
J2ufWj9OdbiWvwLXuJY0WY8z76j+Z7/8JR9BV8q23Iz2PtIsruqllTfbwQ/26/S925aTIssr
qcz0aqj6lVzm7rXWge7Y1zvUbRt/nt/88kpvHqWTn4n2HIJF7LRtAn6P08Y/ymaf2Fs4+LSP
e4loaPdtOkk6wHfS/cZtWHTUbcgW1tcyzStrBqXD6e7T8zf/ANtqv1N2T0PqFNbcgdRuyAbb
sR1DA6toJLb6ntBr+lu9Oq1JT3vpD/RH/Nb/AOSSQvtT/wB9/wDm/wC1JJT/AP/V7cgme0rn
vrnYR0ynFaJOTkMZJ7bJt0/ddo1a9fUcOyHB+0OMCZ5WN9awLT0t1UWAZD3SNRozdrHwSU9G
2mh9TxYd9NgaXiP3Wje7/o7lj9JznVMFe5pc573XUNLSG7nPe00uafd7djP+FV7Cy2N0dBDt
NsgHTTv/AClPKwun5wDSHeq3VoaIeD/I+j/0HpKavW7sa2huPZX6r7H7ccPbuabgN2387bsr
3+sjtDcbGoqrabLGsAlo5P5z/wDPcg1dJqpyGWPtdeKGvLXu1IEe5o/e9u+tcz0b6y5IsfXk
12uoa92y8iKWb37mi1rGu3bfo+pv9iSnrX3ZIpLTW11p+gx7gYOm19p2t9jPpWemqNfW+mMs
bW7qGO15IN773bHuP/A02bPD8/8Am/8ABrVqdVkVB7DuY7z4VTM6bgXezIxqckdxZW17h5ue
Rv8AckpsMzcW1u+uwOYdNw4/e0cpUZ2HkOe2m5lj6iA8NIJbOrd22dvCw3/U/wCrVh0xCysm
XVMssFbu/wDNb3N/7bRMbo2T0p+7ozmWYxILun5JO0DTf9myvc5jnfuX+xJTHr31XZ1B/wBq
o27gC4V6gb/32en/AKX/AAn8tZWMGjJo6U2t4scSzVu15aCGvGTZPtprd/hf+tLsKc+my0U2
V241p+iy5ujo/wBHewvotd/1xc0/6xdPsqfn5Zrxch7jVjV0uLr2Uj6bbmS1v2nfu9/0KfVS
U2mZuJ0esOZU7KybSGVAGC+BG2v/AENFf+Etf/1aojEttvt6jcZfmODbrh3I21tZUP8AR0N/
Mamw7m9TyMjqNrvRxam7WD81u33Pdfdq31Pd7K2fzVf/AAyvdHOL1XqbbcRrxi4FDsd9zpAe
553NrqY76G3e+x/+Eekp6X0KvEpKx6bfBJJT/9a6B61RYW2Y79A1zgHAzp7S3c138pQyPXGV
6HDXVg+sGgGR9Pb/AC2Q1HZa4NDWuO4nTTwCGx1mVe8NADGOI9TiCR7tp/tpKWe8ua2rMLhZ
X+krysZ+x4AO33VWNt3/APFbvTW5hYlj6Yyb35W2WlwaKN86/pXt+l7Xf4Fc9bvNw3Da51Ld
zT+bO9zm/wDSW9jfWLptONUzIdYHMaGEhheCQPo/ow73JKb2WK8bpeU7aGiul8NYAI9p2tZ/
aWH9XOpWZ/Swbg1ttLjTZU0Q0NH0NPc33tVnrnVq7+k5VFdT2tyK3VNe+GHc8ez2+785FwsS
vHxaqq2Nq9jd20BpLgAC55/Of/WSUgDepYdjnYFldlB1OHeNoHlRfSN1f/XGWK5idWbZY1mV
j2Yjvz90PY7t7L6dzf8Atz01ZdU2O2iruqhx0IjgpKcbo+T1SnqGXj9SyvtEXWAUua1uxgO+
vJruZH6Gyj3ent2LWx8x1ma6h+xtFsfYng++wsaX5Rc3/RV+z07Wqr1HoeJ1Fo3Psx7Q11fr
UENeWWDbbVZuBbbW5n76oZ3T+t0dVxM2pjM/Hpq+zCuqK7A39+xtv6N2789zUlPTWilrdl5a
Gv8AzX8GPIrMyujdHy3PuZSacgDR7K4JcCNr9p2t9T2/4SytajKqmPNgaNxIJJM6/wAnfu2f
2VY3bhz7UlPIWdA6nbgs6WyvfSXt25LYa1rA5z7bNu4t32Odv/lvXVYWJjYONXh4rfToqENb
4n857v3rHu+m9FY1jQAwBo7ACB+Cn3CSkvzKSeEklP8A/9fW6l09/T8U3ueHjUAiQAYVzGxm
4/Q2lzCLa5veCIJLhvcGGdr91at9fDR0bMc8S2uvf/mkORKa3lldVhaWFocW8HiR7fd/0ElO
C/pWc7FfnXbWHZ6hEkvcCNePa1Q6R0zDumzKrc8tMNlzmiJP0mMc1v5q3euuczpWQW/ScA0f
FxDVUpo9CplLSDYxoaT/ACoHP3pKZsxnZmfTkkBuNiOc9rCOXRsr2N+j7VdgB0kTGvzUqmmt
ja2tkNESdJ/eQLL3B0GpwJMQSD+QpKbG7UacoVzKy4OLQ4x9Lkjy1UhvPICUS0zz2mQJSU0c
HIzbHg5TKscuBDMUEusJHLjkP9Ol+xv5tVf/AFxaPpCSQfiB4qFLdJc0Md3bO4f52iLJlJS4
IgDw0UhYzcGTqRI0Mf5yEWknQ/I6qbSQNdPHukpONsfBIWDcI4Qi/SGmQkxpcYII80lN2Skl
B8Ckkp//0Oq6xjHMx3Y7yG12ADdAce+8Dd9Bzv8ASI2DY6y57rKRU9o4a4OadfptcGsf7m/6
VWLmG2l7Gna4ghrokA/mmNFDFqtrBdYAHRENMjxd+axJSDrrgOnOYI3XWV1sniS4H/qWolld
RyG2NE7iPcOCPzX/AMpS6mP1X1efs7m3mP3WH9J/4Gq+M2tuVo3brIjQT5NB2pKbpA7qLx3n
TgeKmeVBwLm6D+CSkW+xo+iCPAeCcuA1Jj4podqI0/gnAM+XgkpcEDUnQDUqkOpPrsIyKHMp
J9mTU4XVkdnWNaGX0/8AbNlX/CK0aq3Q17Q4NMhp4B+Cl7twg8HlJTNo1k8dkVsHtKC31Qfp
Db4QiQ6Pb28eCkpIG6+Q4RWQYQWPdqHN2n46FSbYd+nCSmxp4JJ4SSU//9n/7SEcUGhvdG9z
aG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAA
AAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAElu
dGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQA
AAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARG
BDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAM
YnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnBy
aW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NN
Ym9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJv
b2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdC
QwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBn
UHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3Ag
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblBy
aW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRs
b25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAA
AAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+A
AAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAA
AQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAAB
AC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAAB
OEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////
/////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////
////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAA
AAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklN
BB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfsAAAALBBEENQQ3
ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+wAA
AtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwA
AAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAA
AExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH7AAAABnNsaWNl
c1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAA
B2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRv
R2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNP
YmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAA
AAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51
bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAO
Y2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWdu
ZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAA
D0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xp
Y2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRz
ZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcA
AAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAA
F+4AAAABAAAAcQAAAKAAAAFUAADUgAAAF9IAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9i
ZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/
3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAA
AAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFC
IyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSF
tJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUB
AAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kST
VKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5en
t8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO/jwSAS0HzUuI80lLBvdKCTGnxUk0knTQDxBmUlLwmaHA+7jySM
8kwPL+KQDud8t8I/ikpy7GbTtaAGtcf+qcmJBdGwacwFi9U6zkYWd1an1m7220jEbYC4Vi5o
9a1rGN3Orp3bntWZ13NdZg4t7nzl12XUtsDHVuDq9j/tVTGWsbj2Pf8Aon79/wCi/ma0lPZN
LDrA0HgAomytljQ9vsMlxGsNGklrf3nLmX/WX1LsAY9ppx3Bjct1wbzuYLHPc31XOr9Pf76/
8L/OK70vO6flZ/ViKXslwsObXNgdVU30v0zm7vRZub6tVbElPR+tiFu1u3UaRAQA5mg2gvGj
m+f/AJksmzqPRMdm67qHqMGnp01vdYZ7cexCv6pmdSdXV0mprGWEV5Fj3B/2fHh26y2up+77
Xe/eyrZ/R9nvSU6wtx8hjvScywMdtdtIMH91yY1wIDRHisTP6jZ0jqPT8HFaxuE4A31NAdZG
4tfY+dv0me71fU/nPUUPqxm35mTmWXZgueTDMYOJ3QfdlVVWF3p17fayulJT0/2Ufuj7klZ/
Sfuu+5JJT//Q9CjsE8T8kgE6SmJEHmfmkI101KclR1SUykfJMGNJB7+I0/IoEHduABnTwSkk
6jX4pKfNepMut61nuDocci79Ie5BPsDT+5T/ANBUrbK/sttdzm+q3Y/FIg+0F9dtbXN/wex2
/Ytrr3VcXIzMmizGdb6F1jWXNc2t/O1217G+ps9v5+9UaOouZawU2ZFYDoFINZ3zDfS9b02O
b6v5ySnKrs9kb2+m07jJBEkbf+pXovQ+n5PT+j4zd4ryL3NtuY5oJII3Nx/5Lasb6aqdB6rV
l5DqX0EBkggMqdV6gGm59YZva3+QrPRurOzcmhj3ufewuN1jw0Ah0+pUK53sb/o7Nn+D9NJT
nuDftFmMyys0YVxP2dzAHsLg11W1zdv6OyhrfTsf/LYh/VOh2Le1xaWvazI9cnRrq/Uddjem
4fTs/Sf9s+osm0ZDrjkOsltotoyGu+lseX12tY9v0v8ASelZ9Cz9JUuo6Hebek2NLh6otdsa
NOBu2/5luxqSkv1j6Nj9RwLbaamOzq2FtL+DP0n1Fw+l/I3riaumdTpe25uNaz0xu3N5H9TY
d/ua5dt/zh6dQ1lVji99ljnEVgAVjc52/JscWsr+i7euMyvrVnDOuf04sZhy/wBEPY2wwNfV
32N3/wDRrSU9J9if/obf81ySl+283z+5v/kEklP/0fRISKi9xaxzgNxaCQ3iYEwoU2i+llo4
eJCSmZ14Ve3LrYWtb7i7geMf99/lvVXrd91WLaKSQWUW3e3k7NjNrf8Atzcs7o/V6baGevW8
OY3Y4MG+XN9u3T9J/wAIkp6Ct29ocOCpAe4eEhVMTI9Z0sb6dLJG1xBe5w5c8N3emxn9be9W
9S0GIkAkJKfMupV/5QypIFlmRbLDodXu/N+aHk0WDOsa0e+u8mGwTuJH0Wtndt/kLos3rPUa
eo51eLj0urodYLTYGNJazbvfptse3bZt/PQW9czWOcxuNSHPYx4dLI22gtY1+2j931PZ+4kp
h9WMUenYH0tF1FxZZcSDsH7v8j3b/wBI13vWj9Wb6ra77mfRosvqDyWncRY9z37m+30/f7Fy
v1j6szIw29Nqx2Nvte19xqDQNwMNq9ra92/d7936Ktdn0fpdfSOlUYUMfZUwes8atc97vVtA
/eq3O2/1ElPHuvdNrwQ9riXFmjXtkn/OXQfVizfVY+dWXBp8Pex30f8ANXMW9OvYXFjvWqY0
u3PZ7xr9F7qf3Heze5dH9UMS6rCyTaQC59D2gAgAe/u4nekpofWHp1bT1N1bw1tRrLqQJj1A
2w7v7DXWrnG1hzBAn2me5jmQ1dZm1XdTzb+nY+8vy8i6zJdXEhrT9lp3by1jW10VMZWxz1pX
/VqjA6e604dDm41f02s9S2Gj3WPiHWf8LsSUy+xUf6Rv3JLQ+3Yn7tf+b/sSSU//0vQgdRPB
0Kzug5RvwHtLdrsbIyMYtnj0rHNZ/wCBliuutrZq4xHkuX6dkZFOR1XpdB2WWZjbGPJ1DLms
bY5jHfnvuq2JKeky9gAtcWgVh3qB5AaWOH6Rrt39XcsGvG6M15ycfIaK7NRYyxmzw+l+dt/4
Rb92DiX49mLbWH02DbYDy7Wd2/6W7csv/mZ9WdjmHCB3cu3v3T+9o7bu/spKb2FitYwMYC2k
TuceX/D+T++r7tVn41OdivrxbLjkYxBFV5ZFrNo9tN7qv0bvb/N3bP0n/GKyHMYfbufI5EbU
lOfb0/Asz8ll2LXa61ldlljh7nbi6vb/ACdvpfSaquL9XsPGY0ElzxWWG4D3bju22sa7exno
7v0K0M7MoxKL+o5Msqx6jvAaHPhrvzHtP+Gc5jW1fvrkrPrvl5T9uBXVjtscG1i4hz2ifp3O
a7Z+l+h9HZT/AMJ9NJSfE+qDLesZGXn1g4jGllVMkepY5vp25Ddd1eP9K2j3fztn/BLZs6ng
477sV5DDVVDA4na7a07amv8AzXe301HonV6uq4m/cPXqO29rdNfzbNsu212rG6029nU7Aypt
jWiozJBPrG6He5u3buZ6bvckpr9PpfkUfbmuc3HvbuqOhIc9sWU2MP7v5n79a0Oj9VtNr8a2
htFbgPSeLN43M12vitvpt9NZvT8bJFeeKPUOPXYyx1PtBrcGks9Ox1m6zcz85rFpVdPowqm9
TdY5uFuIeLRDg8jb7XV+y2v3fmpKdhmBVgbrsdrntv8AddZPuc4nf6hc6WMZ7vZ+4jjqb626
g2EabXQHGdI037v7HqLGf1fM6a83Ney3BYxrHY1hDXC0uhleO/6X6Vjtzv8AiFWo+vOO3KFd
XTmMrLotuZbvAH0js/R1Nc5JT1v2HE/0P/R/2pKr+2a/9E/70klP/9PrLBjYu277KbWsJcXV
Na4sLRu3udY9jtv5qyumXU39Uys6iwOZta9ziImH3sZt/lMfb72u/cVzrPUx07ptmQC31gdl
THH84nQ7fzll9Cw7asJt4BG/F00hki/1v6vv3pKesx7ppYSd24auj8UU2bZLtGiJPyVKiyMc
g67PcP6sw7/NU25Dg0suMP1DXRLT/JckptCxpGhB+ar5ThSz1XaVzroTqSsKzrtGPk2l3p2v
rDv0NJ2WOjndYfb9m/OtfR9BiB9XuqVZFln2/bdlZhfuvY4lrayN1eDj7/5uprPdTs/n/wDC
fpElL/WfqWI3pL8F5cHZgDWbw55LGuY+13t3va9jT+ifZ/hPTXKnpHTmdOY22yx2fbtfW6v0
4rDmiytl9Dnt/Q5Fbt9d7bEut09Q6dnPxMm6zIABfS9zi5r63aNtr3j2fuWsZ/hVUqzhRi2V
FrXl7dr3Oax3tHuDPexzme4fTpexJT1n1H6M6ltvVbLvUbeHU0tE67Xfprn8sf727Kdu9aXW
8alzq7XQDZNDxwS2TazZ+86l+5yt9KbfT0nEryZ9cVB1gPYu9za/5Ppsds2qv1mWtxMgS77P
fve1sas2Ors5/wCM3JKaP1XDqcTqIyGD1a7Nzy785npfo938j2/9NV24wPU76MvJddivpqcz
F3n0RbJcwvx9zfZX6fs2en/w+/8AnLNOt/S8bFO61jjY0tfeHN3bX/RYLvzW7Xba1h5eB6OP
e9jnZObkg1F+jGtpI2uPOz1nVt9F7/5aSko6gMzKubUfUqHNhALHvmS3b+e33qn+xclvqPeG
hjgWVBkEu3n37AB7NrN63KWdNq6XVRQ4uvoYZAZsa573erZte/8AlfQ9X9xSG2z09wBdWCGS
2HAu5+n9H2pKd77Ji/6M/wCekrP2Z/8ApD9w/wDIpJKf/9Ts7cHFse2yyiuyxmjXuaC4fNUL
8QV57rnBw9ZlldQO4Mr211P9jJ9P9Nst/M+mtayC0tmAZEgwdVzvXHnpWR0u+nc3FdktryXF
z3kfuF3qve3bYwWb0lNzEyqv5g31sa0E2NJ2PAd7fZPt/rMeneK27TUbMrSNbgCBEN2Obva9
Yv1kpzTmPymB1VeK6xmPkViNp3bfc4hzbGO/RM9Kxmz0vVsT9H6W/qFFl9+LVunS6Aze76f5
p3bvd9D/AAP81+kSUx6t0p2ZRY3Fbe14AaRc9tjXj6btljGt2/urOwek5eG19r7BVnP1rrb7
tm0tez1Gt/wvt97P9H/LVj7PTg9RfXRgZb7+fa5zWudI2+tdk2V02/yH2er6aJm9M6x1DBou
6bbSG3tJuDC4DducDX9qj83b+l9lX6RJTm/WTrIyqKMS3a7Mx7HOL2Rta1w2vq3/AL25tb/5
CN9Xvq3lZWTRnZlXpYQc2wNcfddHuZ6bPzaHO/6CoV/VPJZktxsixhteTtx8abXkD6clwqpr
/wA9eiMpsNNYLfTLWgbD2gARub7UlOTmfWbHovdQKLb7i54Dm7dstMPe8zuZX/ZVWvr9Gfk4
9bXV+oRYWBhMO0b7XteP5Llf6303OyG024rBZdS47q9zWhzCON1n7r1zL/q71nGy6syvCtqO
O71S5hbYIEl2xrTt/r7nJKR5WN9gzrq2a4r9KmEyC21vurd/J2ufWj9OdbiWvwLXuJY0WY8z
76j+Z7/8JR9BV8q23Iz2PtIsruqllTfbwQ/26/S925aTIssrqcz0aqj6lVzm7rXWge7Y1zvU
bRt/nt/88kpvHqWTn4n2HIJF7LRtAn6P08Y/ymaf2Fs4+LSPe4loaPdtOkk6wHfS/cZtWHTU
bcgW1tcyzStrBqXD6e7T8zf/ANtqv1N2T0PqFNbcgdRuyAbbsR1DA6toJLb6ntBr+lu9Oq1J
T3vpD/RH/Nb/AOSSQvtT/wB9/wDm/wC1JJT/AP/V7cgme0rnvrnYR0ynFaJOTkMZJ7bJt0/d
do1a9fUcOyHB+0OMCZ5WN9awLT0t1UWAZD3SNRozdrHwSU9G2mh9TxYd9NgaXiP3Wje7/o7l
j9JznVMFe5pc573XUNLSG7nPe00uafd7djP+FV7Cy2N0dBDtNsgHTTv/AClPKwun5wDSHeq3
VoaIeD/I+j/0HpKavW7sa2huPZX6r7H7ccPbuabgN2387bsr3+sjtDcbGoqrabLGsAlo5P5z
/wDPcg1dJqpyGWPtdeKGvLXu1IEe5o/e9u+tcz0b6y5IsfXk12uoa92y8iKWb37mi1rGu3bf
o+pv9iSnrX3ZIpLTW11p+gx7gYOm19p2t9jPpWemqNfW+mMsbW7qGO15IN773bHuP/A02bPD
8/8Am/8ABrVqdVkVB7DuY7z4VTM6bgXezIxqckdxZW17h5ueRv8AckpsMzcW1u+uwOYdNw4/
e0cpUZ2HkOe2m5lj6iA8NIJbOrd22dvCw3/U/wCrVh0xCysmXVMssFbu/wDNb3N/7bRMbo2T
0p+7ozmWYxILun5JO0DTf9myvc5jnfuX+xJTHr31XZ1B/wBqo27gC4V6gb/32en/AKX/AAn8
tZWMGjJo6U2t4scSzVu15aCGvGTZPtprd/hf+tLsKc+my0U2V241p+iy5ujo/wBHewvotd/1
xc0/6xdPsqfn5Zrxch7jVjV0uLr2Uj6bbmS1v2nfu9/0KfVSU2mZuJ0esOZU7KybSGVAGC+B
G2v/AENFf+Etf/1aojEttvt6jcZfmODbrh3I21tZUP8AR0N/Mamw7m9TyMjqNrvRxam7WD81
u33Pdfdq31Pd7K2fzVf/AAyvdHOL1XqbbcRrxi4FDsd9zpAe553NrqY76G3e+x/+Eekp6X0K
vEpKx6bfBJJT/9a6B61RYW2Y79A1zgHAzp7S3c138pQyPXGV6HDXVg+sGgGR9Pb/AC2Q1HZa
4NDWuO4nTTwCGx1mVe8NADGOI9TiCR7tp/tpKWe8ua2rMLhZX+krysZ+x4AO33VWNt3/APFb
vTW5hYlj6Yyb35W2WlwaKN86/pXt+l7Xf4Fc9bvNw3Da51LdzT+bO9zm/wDSW9jfWLptONUz
IdYHMaGEhheCQPo/ow73JKb2WK8bpeU7aGiul8NYAI9p2tZ/aWH9XOpWZ/Swbg1ttLjTZU0Q
0NH0NPc33tVnrnVq7+k5VFdT2tyK3VNe+GHc8ez2+785FwsSvHxaqq2Nq9jd20BpLgAC55/O
f/WSUgDepYdjnYFldlB1OHeNoHlRfSN1f/XGWK5idWbZY1mVj2Yjvz90PY7t7L6dzf8Atz01
ZdU2O2iruqhx0IjgpKcbo+T1SnqGXj9SyvtEXWAUua1uxgO+vJruZH6Gyj3ent2LWx8x1ma6
h+xtFsfYng++wsaX5Rc3/RV+z07Wqr1HoeJ1Fo3Psx7Q11frUENeWWDbbVZuBbbW5n76oZ3T
+t0dVxM2pjM/Hpq+zCuqK7A39+xtv6N2789zUlPTWilrdl5aGv8AzX8GPIrMyujdHy3PuZSa
cgDR7K4JcCNr9p2t9T2/4SytajKqmPNgaNxIJJM6/wAnfu2f2VY3bhz7UlPIWdA6nbgs6Wyv
fSXt25LYa1rA5z7bNu4t32Odv/lvXVYWJjYONXh4rfToqENb4n857v3rHu+m9FY1jQAwBo7A
CB+Cn3CSkvzKSeEklP8A/9fW6l09/T8U3ueHjUAiQAYVzGxm4/Q2lzCLa5veCIJLhvcGGdr9
1at9fDR0bMc8S2uvf/mkORKa3lldVhaWFocW8HiR7fd/0ElOC/pWc7FfnXbWHZ6hEkvcCNeP
a1Q6R0zDumzKrc8tMNlzmiJP0mMc1v5q3euuczpWQW/ScA0fFxDVUpo9CplLSDYxoaT/ACoH
P3pKZsxnZmfTkkBuNiOc9rCOXRsr2N+j7VdgB0kTGvzUqmmtja2tkNESdJ/eQLL3B0GpwJMQ
SD+QpKbG7UacoVzKy4OLQ4x9Lkjy1UhvPICUS0zz2mQJSU0cHIzbHg5TKscuBDMUEusJHLjk
P9Ol+xv5tVf/AFxaPpCSQfiB4qFLdJc0Md3bO4f52iLJlJS4IgDw0UhYzcGTqRI0Mf5yEWkn
Q/I6qbSQNdPHukpONsfBIWDcI4Qi/SGmQkxpcYII80lN2SklB8Ckkp//0Oq6xjHMx3Y7yG12
ADdAce+8Dd9Bzv8ASI2DY6y57rKRU9o4a4OadfptcGsf7m/6VWLmG2l7Gna4ghrokA/mmNFD
FqtrBdYAHRENMjxd+axJSDrrgOnOYI3XWV1sniS4H/qWolldRyG2NE7iPcOCPzX/AMpS6mP1
X1efs7m3mP3WH9J/4Gq+M2tuVo3brIjQT5NB2pKbpA7qLx3nTgeKmeVBwLm6D+CSkW+xo+iC
PAeCcuA1Jj4podqI0/gnAM+XgkpcEDUnQDUqkOpPrsIyKHMpJ9mTU4XVkdnWNaGX0/8AbNlX
/CK0aq3Q17Q4NMhp4B+Cl7twg8HlJTNo1k8dkVsHtKC31QfpDb4QiQ6Pb28eCkpIG6+Q4RWQ
YQWPdqHN2n46FSbYd+nCSmxp4JJ4SSU//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8A
YgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgA
bwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBN
cENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1l
dGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUv
MDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3
dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24g
cmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIg
eG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0
RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMi
IHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIg
eG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRv
clRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURh
dGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MDc6NDgrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgt
MTEtMTlUMjE6MDc6NDgrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjA3
OjQ4KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjM2YWVkOGUyLTU3MGMtNDg0
Mi05NjVkLWZmNmVlMzNmZjEyYSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhv
dG9zaG9wOmYyZGMyZWNlLWVjMjUtMTFlOC1hYWNmLTg3YzczMGFlNTk4NCIgeG1wTU06T3Jp
Z2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOmU4MmEzOGRmLTdmYWMtNTQ0Yy04NzRmLWRhMjYx
MzRiOTZmZSIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9
InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlz
dG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmU4MmEzOGRmLTdmYWMtNTQ0Yy04NzRmLWRhMjYxMzRiOTZm
ZSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTowNzo0OCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDozNmFlZDhl
Mi01NzBjLTQ4NDItOTY1ZC1mZjZlZTMzZmYxMmEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlU
MjE6MDc6NDgrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBD
QyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1w
TU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxy
ZGY6bGk+eG1wLmRpZDo3MzhDNUEwMkFCMTQxMUU1OTUxNUIyMDA0RTdBOUI5MDwvcmRmOmxp
PiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNj
cmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElD
Q19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1T
RlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAA
AYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAU
YlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAA
A9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgM
Z1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3
bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAA
AAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAA
AAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAA
AAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJH
QiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0
IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAA
AAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAA
AAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAA
AAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKP
AAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7
AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADB
AMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFg
AWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4
AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNP
A1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSo
BLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZI
BlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgy
CEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApq
CoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2Qzz
DQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/P
D+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMD
EyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaP
FrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3
Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+
HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNm
I5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhx
KKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3h
LhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4
M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5
OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECm
QOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fA
SAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9J
T5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dE
V5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+z
YAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iW
aOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHw
cktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vC
fCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YO
hnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDW
kT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wc
nImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfg
qFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQl
tJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDs
wWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42
zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF
3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb
6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4
+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAA
AAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwM
DAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+wMBIgACEQEDEQH/xACw
AAABBQEAAAAAAAAAAAAAAAABAAIDBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgICAgID
AAMAAwABAgADEQQhEhAFMRMiFCBBIxUyMwYwoCRCQzQRAAEDAgQEBAMFBAcGBQUAAAEAEQIh
MUFREgMQIGEicYEyE5GhQjCxwVIEQGKCI3KiwjNDw4Tw0eGyg0SS0mOjNPJTsxQkEgEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADqE5ARAkiIFAKQESAgiBQEkFFCBQ0gDk1wM/Rr
Eacwa4PAJGjE9CTiMJIA8DU5DXSyEakRC2euBPJEXkiLwRxzsIHPJG5yIy55aSQgUJJBQQUC
IggKQGuQyRECRAkSNPAHJCq2qxHHK0YSRqTRz43D3ROHFpC0gETojRfnzllQNJ67wJRuC1Ac
q8o9r2jU4kSegSMmJUgFJCKQkUBFCSAUkJJAKQUEIxkeGkKaB9exWFHi64UapYilzSLRyaR1
Rp3AnPRfq2coi2aVsjTAWY2OHyVpiaK3RJmOzCpYk0CVtSYlEfPHTLm98nnrzEhBEEQFEBDR
4REkhJIUbiNcUNDyNRQ0SIiLyNr2Yji97B6Azs5+kG3lbpy0ckB1E/O3zPfWsnSZujyh0mjx
3Rk8Ft5nO0AQWaGabFXPlM05/Xj4Z4DmbNQmvnaGOT9VnaYpoJScpAZKAFETXAKSEWge1EY5
pHJIRBE1yInlo4MQ+KTPOYlpvFcrok1M1FBFo+enKSxzRFuvFcD0MeiYtPosIig2YTClttA/
OmOmcLhVpatE5OwoySmSW9zmJTsZcBHSlIQICkRBEanIaiAoIJCCCAggKBAHASKGYW/gmAC0
RsQDbNYlvO28MT2oemSDrVTojUpaMJDUsEyXz1h9e9TM7Tz90fr8/tEocilhdRgmC5pGyNcW
bdHQOnBQkkFJCIQkkIECCIEkIoBQaSKMjwCEJCw9zMOWku0iVNjHV7DxtLQkMs23lYakRB1+
Zrirz1CepfzTI0sK2aFexmDJ7l0klhkLDa85JXswnNs2oTJfpkxbmlOX0kJIiIQUgJICKAkg
JJCSQmkCcx4kEIhCq2qZDTTTKi2GGfYfAC5SvGg6nIW7VHSI6lSQvxmuaXOb/NFVs+ebUFew
WtvnOiEyxSJ56NknglRXzdnmCzY5Jx17uV1DrEkJIiSQkkJIBCQgkJJCSQgUMTwNTkBJCy9T
BMNr0MTiRysRPHDdInqE09jK0yvUs5ZY0svUNDl+n5oLXgqzsRJ0fNbhepvRVu48Jfp0pDS5
iWsBSIfeo3ztUkJJBCIgkIFABQEiBJCSAUCJJCSAgQLB3sEw3JBnr2SqWvK9utKR2K2kO0JW
jc6/SLd6rfJec6Dmhj6VoJTR2nl6ZasVLZjZ/Rc4GCasVingT2jtLP1DrgUBECSQkkJBBCQg
mD2NYJVZSw+GYcigIoAKBz/QYJlR2GENqDQM1lhhGp4yvcLTYlTyPG2uVOm086+N5zoeYDFJ
IQExk+zgbRbtQTDcPfwibI3sYznRyDmvI/YyN06AJBCQkkIJCSQgox9SLPNeIuETIR2I5Bxi
kCkhAgGboxHMybDzNOm0wxsyGPZvgwWbrSPP0+NLLKe6bV2OQo4PTceOMkYmvYSbWDsGtI0k
3H9Pjmnj38Yz52dOc2enYZGjNpFxJCQA059snSQiEDO0MwGPt82b1nn75tS5shdjoIk0YZRP
gmEHNBVtZhnUoQXJ6LDRfVpG3BTRds5RJ+clhD2eH1gECQc70GUYsepGVY79Yh2qusacc8Rn
hMKkTLJJdnsme6/AZ9+jObKSEkjNsQvLhSEkgZepRHc51WMZWjWRffBOPlqWi3PC4U0UwAUN
z9CucrOy8SY+nmmlj22E7jZM/N0M0rEXjc1+Z6YCTyrj7GOARyCq6lYltttFyGWIyqdumO6G
vbLbq045pRzrOgyzXQQUEV6F7nTqy0hQQalppA+vMZkWvGVDacVbiIk22EpABQyKdpSsVUWs
jWjMy1bjK8WmjH5zpcUz+zz9wr2BGPkqWSPB0c4pzR3RG3nl+TngdhHBKV7FxhVmiI97ETur
Iuto3RySECCLjOy407Z0MwU1hKKsw6lW5462Lk7xvu52I6p0d0LmkJaByaRAozXy1C+ChAgC
IKtXTQigCnczCnczgXMO9SOgNLXKVd7CFonHbGPeNR1K6Q1dFhTZIwemylbRbYAkgIgq8n13
LnQ3cawNt5e6EkFTB6lHKz9EjnqnWA53ep5x0Tc3QCnEjlREkiFKEnBABnZB1Ffn6Z2D+f3S
SJ7hmfpZpnCvIT07TjJ6HnNYLZbRk2L9IOlUvkTJKRsWeN2zXigBZmzIzYVWQkUQJmwsJeb6
DHKujh7pY06tkLmkQKEkhAoEcoMjVaCcMYBxA2KcDXhEPJa/MFiznSE1mlcFtc5KdiaNwdBM
w5hstwzpbAKt7L6wx4trOLN7P1zMDsM2VHGVjoYYIX1B6DzXs5l0vOugpq44WPrZRi9Bjaxq
PgaXC0hQQUEFJCSQkkNimaNagKGaMkCRz/O9FzwiNoxHaOWSiJ5r9RzfShZJGYFqzUKTbWcL
q+c6cbnadEqsr5B0WfdtihMRNWAK1XQojJI7AdGh0JYSRHJVpmjn0iHSyejGGFxdTUPMUoGl
CfG0lTCPAIggMjmgEqYLTIsorwMYaV6pZH5NeYhed8tWChMc0bjbOaR42zUKnWcp1JJl6ecD
C6PHNpsLxmec4vWqdshp67jF0bTCpvZGwOc0haWGFnalQm3ua6AjlilLpY8DmtJxG8NeVEEc
0YLNdFhQ86bFilqmY2fljocGo8kifXNWkyyOg2Mwl6rmOlJQgIBDcHe5s0mT1CtrK4LK08Il
zLFUvmfKItSr0xjyWYB08Uw3P1IB96naC6N4qF/nTPv5+qN2s/QKlqCcltVphrU0iu1kW60z
SlUsxA08ukTY0050E+BdNTkerqnJRzQDmNI+/nkt12NNDrub6QCBGlIXOdHjlhU9QnTWkmfY
gMjXRKmTbgL/AEOfOOr2ahXlrWyOVqH3KmkV2SwFfn9cmLuWCCxjWS05jS4WPJI5KJbbFGSm
tIV8vQrlG1FXI5KZNGfK0jekz7hnc13XMGc16I0iIrSN62EJBCLSHOuZ5C+fANw4jy7JFjnS
NzrQ5SkifpWjHZq4JbRI5PI/SpzCJQ0FCqW4DI1DXHsmiJiyIu1prBnuuxDRUIyK2wyKPR45
nxzNH6srjM1KINmm2uZBicTMThdZldAAsrFwUoTQGMTYzQ0uZ18HOPbIWITMZ2tmWC9Mmkl7
Bumpl2oxXql4ie+YjtiUgBQ1OA2CQDcvUolqrchI5qOYdSMhGpFkI1BnzFqkKpqwqczrk9Mk
iaRobkljNTB8kVwsblx4EEUs3WrHPvszFeWCmaRzGnVvjBmRXaAyzUukuLuVSd2brkNbRqFt
sFwuPigNGbMcXpc7YICEBrgZMmiDIqaXNnVWM+2V8G/QKutTpmzJmaI+O60w1swmTozygaxo
7NWYSQEDUXjdyjtmuEhoIC0owm3csmoXWGbHp0DdvYk4KJrl2V1gdbhpkjo5iWOzWKt0EfnW
wRanPNOtt8/rFlpQAWhQJBxXdcoXtbmulMituNMOO5UI9BbhEzQaY2fvZRlC9aMjp86Us5u/
Gc+ugjMd09AlltaIyUkaHgjUwKWR0gOTb16OLPWNOYsaWaMo6WUW7MFgZBfkHTULJEpCTsNg
lslFHlJCHqMfXLwLQoEaWkWTq4xi9dyfWAt1LZQra9Uyd3Bvmoq84A5FPF6LPKGjS2AiRoUx
hKE8gmWeWJIph5iJMkBJETmkCKG0NAHO5PRZZlzWQXHsvENcWSNPthvp4sHTwjO145g6VDVJ
kkApCBaN5fp+PHdfyvTk8jSHL06Jm6VKUV2nMXVFXJq0NEm3qNsdA6sOYrBGZSVYZkWq1SQd
o0nF1UQX1VcWDTRcVSckCcMyNoHPxb2UQwKuX58PqRpawnqR45amMxE+0wfq5OoJABQImuaM
43seNNDexNksz1ZyTM1WGNFswmRbVM0nZNogfHojnQUDcWfOWnseBkiIoLdYysvrkcOzuKxz
N23TLdWsB5kqm3rc/tk8hISQCKYGXidZnFLZpsJYZ6JTlgvDLcWgU2U7Rb0Kt0iFOUmdDIPa
URcd1/Hmht4+iWJ4JC4achZDHkVe3GURqRFKcTmTzuzgG3q8XoHR3sm+WSCAORGycEBY4egh
JEFa0jnqvWVivsc6831mXSaOTAIdLE3Caq2gaGAbBYvQ3yG1VzSycrqCxMyQ5iWJ5PHEC7Ln
yF7mdRo21WsEzVTNGbE0C0AixJSgNA0royRI5zJ3LxztrdJzunYqmpPm6A9IChe8iEwIDHGW
UgOLSEhDgCVKuqSrR0apg2LFApizKVrlboB8ZwgQt3CXeDxPY45t1eYkoaTShaeSsaMwnTwm
g/HtkdDatmToSWSrddGSJswY3sOZs5AOqKAa9gGDY0aJpWeWedSsi8TOjlOLpasZf3Ma8W2O
pk1jl+nCSQIoQchtS6TNyeorHMXpoC/gaeeWemgtgIIXB5yLLryvLNGStc0ypbUBO9jhVbNI
tSwSFu4phrighwDTuZ5y9WwjorWdogJAwuQyvaaZ0GuCG7XcQ4/QYxJewd0nq5+0NhqVzqVW
nHROpFyGK6UjbeQw3YiCKS4Y9u84aShJAeWvOafGSdphLEbWjo4yOlYAROaSmKQ3Zq9gRBEk
0dm3KZyvT4PRjgUCQSDQ9DGvREHIYpAMLyc3V6ymYnSUITPnyrJ1FihplS6QOexwiEIEjU4j
SkEtIgUFzXnMpqJGgjq09MNl85HVvxkEMkY9FhemyibC5x5txRygpX8sdt0dESIDNFIEEDQ5
ETZWASQS0hQcIORmYHYxnN9VFYE4ITmEcWPEQAlpCWkJCECB7mPOXScApEMRuGnV0axXY6kR
tkIInxjYZrpmz7FkhdNUKkLb5fZK0aHkTiBIESSBUuNKr5QNc1pI/P0BNeiN7SJ7XDwkBwIn
NIkUAlAJAkUJAj3McY5vIy6etklXcxtgvxp5lULZK1jWcY1bYxht+ndL0kLhtaRpU2FKNa4D
S0jk0iSA4tcKORgxj2GBLcnDOJgvDhpKGlAcWoJaQkQlhVrA5BDkgJABQRI6KQhKBHib+OVN
3I1SeIopXRMIIFbG08cuWmTDnMJFcr3BEETHsAkQOaQtKEQBIkjbI0jTyVrEjgogRCEkBBAL
mocCgkEJah7UgIISSHSwzESLQ52hnmfoZm+QGUjyQFr2GTm6ERec9oGSIkmDCRRkkZHCWWRR
lkwzALkIOAHB4IpWjXVbQ4hwmuQCCBFAY9DC8CIQ5AhRaJpQi1EhgnDIxwxpAM+zllfoMLXH
PgkLCKACjDnbKPU1YM0dgcSQIgDJHFQWAQzIDkUNJRG4gSRAkRFrgoATmkKACggkOEiBMcgE
uGJxGlziKRyC4IihfADH1oSLQz4S/bqXCRBCBBkTUtEtRSsIbEM4UiIJCa8DQQJroh7okSqF
48JARAiUBwQmsxzbOVokqBEg4JCHJIckBAgKRCQRwKE4IrhyKzLVcbHKCO/VthKQmPhMLZyb
xcZFIKSKccHNCARJALS0QQCCBoehEIBDSUMeECsWYI7JnU9xFLRr2QlECREWuCkhIgJSEkhy
DgoogQI2KZhUdTvgs17I5AijkBjaWfeIY52jrMU4kUNSQkkBrmjSkAgBTXgSQS0jSURGQga5
CBYPQA81yWRG8cUgFgJUx44hCSQjGSYscVyAOBJBFaIyQgDgRAgzxczCy2RpLYq2gpASKAAQ
FyIk9pG5yAHAQKEUgJzAlrhNe0aiRJyEkglpCkQseiFTIDmOEghIOHSxyH//2gAIAQIAAQUA
/wDrQf/aAAgBAwABBQD/AOtB/9oACAEBAAEFACBMfxxPmATEwIBMTE/uYMxMeBCcTMXOMzPJ
zL1c7JU5I46/kFYwIZ1wepgqioohQQIM9cEqcdOMYnyOhMGuDBUqw1iMhAIYzkEpmdSJ1JgE
6mMrYKmdSJ0MCmEDADTq2PB/liHyJ/WfIOf4cTIn2cd8zOZiXf8Ae3yxgiscF+MwtAZ2xMif
3PgEiZGMjKqB/AjhvwbAzzMTiEqIGzCcBoRmf2cZyMmZ4/8AhOZz448cQmdcwD+BHGGzgwLg
+Nn/ALGOCVw2MQHj+zxBARMiHBghhaZGScLSWdgDAZmZhYYtOUBBTtMmE4mYpwGGQcwYg4Hy
Tyf66nHg8fzz5584E4gEwYf4YMx44myY45HEIgHBwIxJIJmRAZzAPHGcS/8A6x2Ra73EF6Z7
gw2KZhFjFWAY1wsDDk+Ldiuoo6scgzHOcQ4xg5IBgAmODBM/y48D+GOSPAEyPB5g8mfMxNr/
AK2PB+SM+My2yulP90hejYpvUQYg4Jgm7uLqrX7O660sErfBIauEL1yBATlbVy1fcAdLCPyu
uWlLtkrNDU2PszCZjBZkWKysOMjM/qc5/hiY8ceD8+TMeTOzQMZ2MyYbFEWwGGbjivXT2t32
1WV3V5g39UWDqw9qrOreqP6696z66xrNU/F/tdamVe1qsI5Ht6LbZ6z14pVmQnmdqjFFcBUQ
2AnXpwcdReWa/OB7Eiev1SsHCt7LVrlN9N6X2/XTe+5aadnY15r2m2rmZOP55/iPn+4zWdl+
zH5YLEBMwGEZmOChINUVQs/raHbXz1b174q9lulwlH2NpPZq279LWUG3cvexLarPWqq6t/FK
Wqmx91qbKie13ErT1W2L6iqmPVyUKk12MU1rGlesywIFm3tpQuvnHtPY/dZ6uttmwEY22+vW
o2gqetawbfvFs6vubT00K2xciBEBJnOP4cecGAcYmJiY5JAn2CAg+eoMwJkTj+JloBS76v2P
XdX1rLF/aR9Omk7IbYF6Chrm/YZ3d9Pc3Kk/2f31slqNool2zY4rrvZrbdLYei3V9jXsQW1m
dlMzGsRRs+116Ds+5vc0VvdN3YvfW19V77tbXr16jNnXF9F1f1Pq3fVbdtLbrfiF9VRSlecT
nPbjzVW1Y8gT4A85nUGEAETPjMEInWBgICJzOYfiw/hsFDsU7dgWytlOmlB19VCpvvp2dFTy
ciI7KUH2Brn7/jF37xUGBGvrm5tT19WvX7Kn9cs1mK9m8tY1rB6z2qC106e+7Uev2nd6aKGU
VPXCAJ7DZ/X1wczVqVm2tvscyjfuqOp7OjYg+cDGP5YgEE4E7CdhMidgA2TFVvGJ8eM+CBOg
yVedXnYAe02DTpcGZQClkDfVk02q0WkO1yslkzgVOFO0a3rVAV64CpS9PrNZKqmOBdSt9NNF
1T6FCM/tKERxWof2FQXV9aQWIfW29fExmFJu+vTYS7VtpscOiMAIvwMY+ww+ytNP37P1kQQ+
APOIVnUQhRMDGBMTH88QkiDtBmdZgT/0NhCCsEZUEnJHwWzNK+uuz2dQFjAgjOckDsBMzsMe
vpey+sCsX7jNZpW2FfYWbCXV3bL3Pfs61i71Vz+x/wCj1YA2dvXDL6ywOmIRCJtatdq+3UVj
4DJy6kEL2Sn/AKv/AOucTM/vzzOfBhwJiZ8Dxj+WfBhzj3qL0JIUZLGhvrIbA5NZUv7M026p
7GKSYMYTMBZpgE+m1gFKBlbWrVdZW+recrVbTXuVU6PR8EHeIZPXAru/iy+qRze5PVfgiMJ7
mkmvqSRmFcyvLNrhgOPr/jkQTA8EiHxnxz55mf4ZEyIePBzPegzoWZKgkWsWB2qK1a1blWVH
/ZQhgc/Mxk1rhxhTr0m62mpaq5tW4BQJTsKW1tDc62k8k5l9asqazVWbRNh0a66armAgICVM
WQyxFsW/1xN1vrXE/wBdewTQuqr/AF9gT6b/AK/4Y8Y58mczH82cghmM/KAcYAmRMzM9nrG5
KtC6u292ZqrEVOisUpsWzZ0rlbX9Zs3tf6i1G/123lfWbZjen2EFnqdkT1nrTUI7dV11a291
7Lt2/XTu6rk6O6LVKsoo2LNnbVSxq06XUUrQ13LbT9aqB/iwJ8PtV4YnIw0Ukha7Cei9f4jw
fBx/H48ZgmY3yMecmEEzAAm65WpLkB29bW2Dbp3JFJUvsO0PtNhFs9ntNNTd28/uOQNsk/uS
osy33pSmps23O9WZqW1rYGDHausbcG49TbFWZVuG3Q9afrTRsU3UDE2RxaSRcVOvXjpxHAFm
0pNYLKD7Gml6/ZaUPsNefva3TwP448HxzOYfGOefLfKkZyJ2GSwnbE7CZGN7qUL65n2UkNai
j7tWN+pYX0qGZdLI1giqHVgwXGsiluAPZBm29XV+6xKSjHXI2qwM3Nj2WzrpdD9tB1Nsl+xU
0ALdRLR2UsQNpu2rrEmnM/El2rntrz97l+9Z6lWOfsH1Tk+ef5Z/+HEKAz6xOizqs6rMDx7m
810Z565BQ4QEQkxbbFWu1o4tsYa+woq3LKzRuWqdff8Auns3T7P3AQbA007GKgdU2lZfYYxH
rVgtCVs3UxMB9cjoWGNheotuUVVMqU7Ht0SU+02L7tl68bFi/Z+WFblTMr9PjPkY/kZn+GPO
IP5Ge9OGzyOmMZi1uQTmDtgBhNQBhs3OJVV9r0prg0vr9PZojU1gCU7NTNqHsW4T2CEbAPaH
OGbsecfio1WP6NDjpbyu1d0e/ea5SF6ar16zbW7Ze/Ux8ytQTxnH+H48Hyf5GYnxB5x/LHg/
JE98AXycrgAA9dRO6WKA/P0ma7ItDHmkdZq6dlkqQ1paodPWMPsrqQJrIM2Ym7lnR+yfMcYV
SCEcq2nYWo1uGablbdwWYkKTuluuMisDtYuGAGAuB1P1GY/kPHx4x4EPjIE7qf4nxmf2Z7xm
7k4iqIs1OolgP22k9GQg9Qs7EnQrrusKitc4F6savUVFKUbKa6FVuPO07s1dz1mt1cNkQECV
/k3rsEVcWfI2EQ15P2hnI2yQfiImS6fmD+Sgscf4jOf4YMwfHH8OJiZjs0+YbEUjBi9sY8Y8
4hE9vhb6R2q6hovB1Mdrf+ywgwgh1VvrBGNGxq7v2GZlyTtHrq0b4p19cqVr4lz4l1nYvUC7
VMpF7qF6sa/xf1arCCCfixQyW193o16yNusraysjrnOCqqGlH/Z1X6j8+OfHPniCHy9gUFjj
JMs2fyWoAKwikGfMx55h8e5S03a6KqrgMq86dP2Lsoq2lewfWb6ddHY7es9J0vysWtioVid4
E6esy/brqgRcywZWxv8AJY5NpziyrKop7YbPqG/K0AEcp1/Cy6sHW6ireXtCwJULFyGNXFTl
bPtt+vPjPgHxmE/wM7AS28GK/Zb/ALGWummlQGZucr8Z4z55nzDPaV3sj6uyWHqttlT0zdKV
20W7VJajUtZ/9XvF9qj9Ybf3XLTWFXV2VWrY95Yk2PZ7Nw0Kfu2VKiKeN77DVewa5y+a3xBY
xgcxXLH1BX7bxKv+DfjVj7911CU7fQU8dkAli81qwjilj1P18Qz5nz5PkQmXWCpLbWWgP3uR
v8VQwEw7MhwiwLzdaERfjxxCBiW2KkOzS4GwhguAL7JSHdAn7VU/Zrw23SBZbRZETXB2w1uv
e35YzPQ6xa5depRgBWBNL7DJalmq86qSwOWQmAHt6fP7Nwmucz2d30avp9bI3NkCWs5qrqLP
V6vT+s+t0DG9Z67A1NOtu1uPJ4hurAR1sXHgeDNty9+8MVNsgXUXLYrHMrGAWwAwxdfXSqMd
u1cYLYf+G2PxW6qyunY+lv8AYWh6vZd3fZpyN7Xaft04f2C5r3KoCth3N1K5YSXUEn1Gr+tr
5GWPFjMtO1o1s9uu9cHdYHbq17sys7T0Yu++5QRSP8nvOxQN1TZcFq9U7I1vXrSek+vM+quE
hT+weuZnw3K1HrsauPqyPGJiEjCjO57JMULhhpuSU2X7Vbpj79YjewuK1a1uwVUKFlme/gwz
3DFNNFd4KHi02AJWS50WKKuCdasCrUqdU1gLdnYWo22uXM9J68bFgChY+QjsxoFpD30tW31q
ylNfp9K5p+tE9c//AOi//jWAG9y3+NmASxy76y7HbX1thp+ik/SrMvqeoPsoG+6np5M2sDb0
z+HnMMLKu5ugHWNDI4IqtqdHABMTVLSz8BruRAThfgDtZ4xCJ7VO2nrYrsSxTb7G+htcMv2B
h9QXtZtlq1sA+nYbqLnMJBi19n9RdWqnmY5tz1uI+q1O4Qh6a66ib9IRUGEoH6/rlRbrcdUP
5e2Oarbiya2o97atArUDEAEwIwDD2Hrxrv1H1w+d1f8APrEfdx/DOJdUh2WAZdrWehrNZXNV
dlRRzntApaawYxfkuAuuv4Q+DNisW02UGU+qwNjRYo+sKzSbGg1yLRrPtU3VVVa2+v1iwhgc
KdPTstr9aH+84MGCSoxtDql9hrapgG7BmrcEJUrXAiazENaMzgT2ln+JayzaiCtMFYl+ArBh
42KxZV+rR0z5M2qksT1bn78jwfOzVk0nKMvZbdRks/U7kaTYNFgNeocj8Y7sqis2QDAhIHg8
wkVn6tU2jrCZ7aoLX67TzWlCzQpZK/aaj2igrt6lwwK6mtfR1E19arV16IRkKeeMbNYevaBE
rbDMliMwsrGszuM4ZDh7j+PxXZpjZc69NdalRArGZZCofPe0QWPAcjCYmfGZuZ+n1myRt/0J
mZ8EZBDV2ZzG4BYCBuBjPxBgBQ9lijqBPjwefDAEb7ChNIs1ZOJdr13rVUtSvU5sVSFPxfV+
rf7Csts+m9aUgExza5Ra9hHIHHtrDXTp7C2JagDarqyKBjZvtRrPY7cTc3HfU2ms1ijPbwA6
B4y9W+4oFvqthwsNjZN7qK7rTb2GP4X4NesTVvocrOPBwICDHUEPs01Ml1dsfAftFaPYEi0W
OyqFHkwzHj24H62ngIZjEPxkQkw5m9S91NHrT2AHgzbtUoHCtT7Dq3uNmu3V1bWXYrrq2AKQ
Bk5tQFmVQRV+evd1i2jquGGJbV2H1PWW1q2CMyHtWRioEfa74OPGc+NlutO0VG9rMWohYCNb
+P2uwryy7mzfSbnctVt3VMvs9uP7HYMq3LTbosbKxmc+CwE7CFhM5871S20aNrE45mcQHMxm
ETHJ5gGIT4fLKR+fZgLEYrqr9duhtgX2joC/ey8EwuCayCKsh85TWuAAYEcR61YWIayzh4F5
WgkUa61nAhn9TM3RnX9hX0v9bd30wzEWbaG9aWuCoqLxN3TXYR/XMp/0zMf9Bbg+jbF/q7qT
pb41zRs1XoTC5hxOJ2zB8QmWH8UIIMzxnJLDJIATbpcpZ2gOfDGw2NwCma+C3XnAJspfulvR
6drvrWBiS/dR81joNcWG3pwoCts+wbWGttJdXkGEKY2shiUIsAA8Zhz5M2VzV7Pmv0F4fX39
5Vq1qea0CJDMTExMGY4Kgja9RVdBq36z1bezTECWD6xBWJ9azgTInE2KzZTq021IZwJ7D2iU
T7di27c9lbbEuZJoX39q37rzPmEcfsCmoblbN9ykg8bla2ULq3sdWt0r6HOvUtkf1fVCjq2k
x+wchwDPY6vfXoubGt7Aoq+z0zH9rpJD7rRj+7pEp2RYv7FeOwmZmFhLCrL7VCafS/kyVCzZ
1ELPPnziYnx45Hi2hLVLnStrNbLxCcA7DxbGI+wg3G8ikuAxM2NhKKtn2u3c1dpDMNi0YCtV
QGW20hvXbBdVYQETOZevanSqrts29etLE17GUC1Am/trZ9W80uXZRNd7BdTsvU71q4dVpZL6
jFyD3LDV0Hr2N9VqsWgWCyrrHu/Gvup1d22nW++z6ycQ9oS0ZmICFl3a+y6FjU39jVqaar9X
9D/4fg30JemvT9CPkRbOwOCCq4/HBIhIySJ/6K0rSSIHKwXPk2LinbRaWc51tu2l9HbXYQZz
CAw1R9W7t1Kwo65tGHIAurOa71D1JjtRSbbhgD2j/Wn3Gy/DKpYgm5hTbtX32XXhY9jMEqIB
wIzEU4/xd9xoKNpjZqbDyqnaVz+KWgPdpVhtqwgysBF7AkeMTEM/r+R5iEZ5haEkBNulj/RO
J/6D7CxGSASQrMuSCjYNlxZhYxnrtyyq1SSCJgzdRq/Zkl62FiT7Sy0g2WonVMZD0lWv9i+l
Rr/+jBm9vau3Ro67WbOxgR2wFsGDXTe9+hUsrqUArma1QstvZvtyv1Q4hOYktPDf/wC+pWo9
iCz3E80nNgPjJ8EmKc/wzmZmfBELTIgOI9VTEHjInsN373sV0ZFcnR9dayb3q76z1mOVWei1
e9uMTJn/APP2NPZQcHYrM7AD1IDbsE3L6zL7NlQgDW+r0OgxVTGDPHf8dZyErsCtsN+GTCzG
a5ZErrJb9YdcHOJZYlcS+kq1qO12F3GA/drpsNrfNYAP9QHw3wvAVvGf4ZnzGEzMjJKifagj
7GJ7ip13dhEezUpoRvs/VFu/r7Cbmvq9vp1++v663Zs09RNWsiEeLFDK4ZHB7VbNZWz19hW8
Elf6Gu112yLLazQte3rXLYjVUsXC4v2Oq6tmWKoVtplgKRK3dhQK6qgO32DrnExxu6Q2Ur0P
1g726ll16W3WZG/2/Bm/KpiWByoOYMg5j5xWRhlhfhXXAIM5mM+TLyUVtkkh/sdlCNvezenY
q27a7K7GsudK9Ku9tbbpuoeqU6VtgsFdQ9ICupnnPg8z5m1YrNX2Mu1zYKB/kr/4HgJ2Nl7M
9Tuh27utJJ7Lt7Cwu1jaqdQrABfj9dbSldaS/sFopdp1HUnnHH9Mcj2SnXXVXtfuEV+yDBqe
TZUD3TJUgA/EU+McmOrd3bANgETZbILMAesNigX+3oRq7P2K7F6lXUP3Ttu1E3YqJYr+xfuC
/WVFz9WxYtlmzbNH1r7MpRK0PzxCfBzK8/vJSylMdraVW7W3AxIYrW1ytubbrXUwD1GzYv8A
ZbZrY9lHrdL/ABa1RVypB5aImJsutaC+5rskz8cY55xggMcL7R+00aw1++rLvlca1bglXIat
8hhxnI79YtoaHJgYiZWOwMNVLEmmoi12hrxN72D2Wev9eioPjfpzXdc/YX2hjsq0+2t67Dhk
fMp/XrNftfVistUWr2nLa6EVHiYh4OYZY4X2dDBqnsWq7WoDEV1CMbFU33127d9t7NWy2atR
oq23Z9iugu9QSvWWmzu7kuhyKgO15DOnABAn2jqTypBDcn2G2KltsssbQQGva1T9tQ//ADqQ
lwxK2CT5BOHsYAB3FiMCPmWpguxWWWtmhyzoK1X23uFE1Vb7tfcrsUWCMAR7HXanZZsw9M90
w/K1ZB1rqVBNT2NYM6XZ714UnMMJMzAMTYqI9hqYKmlLLgOowDCJv6peqqm4rr6Yoq3dgKlX
Det17d29q1KnVTOw745Y19ljH/IoGMEz6K+r/iKz+DMAN68FgyE6FYC7COTQQ1L1n7FOTgAo
+RsdhFXsoIQJcAQ4McZGwGEVRYn0sDs7doh1GsWkikOgZNDZa1OxxvadW1XdU9Fx+OSRnKtk
5M7NBnPo9bvsfA/s/GRMxv8AjvOzTWNyNSnWsNmM+CzkglSFysbbZG9ge1r1XbVmrt10UD2N
MG7UZv8AW1K7wYOFKcGVBmbHDYI+2pZs71SLfcWdK8to0llt1rAtKqtbseyuMqMqhANi9q62
zGJBetcgYivao2dncsDp7BSu37BGcU7IbbbsLkC1WKxDrqWi1XGcn3HrzcpXkjgZWE5mTM9R
WrE+u1v19Ynj+2JwMw4ELfi6rcL0euUeyUBt8Bm2MNbu31yrdruC2K0YZArzH7dlqtECtAAq
mzqr1q5+iwBGswpwKgWOJ1Mv1BdLfW2mJ6xVKaSKLGTRob2Gy9Pqti60sfyGc67CMMN9gAa9
K7G2k6jaHQXFma0mPdext5LKDNx+qIo6sJW+Ir99fStVq0dSRh19xr/RtNlQFLhicKTAJ6rW
++/IwDxDjORkyz/jrv2rvrFtNhKstvaPexCZu1y1lN1O13C3qAp7BQGai0Kv4y+2pEusdrqg
XqzsKFJKovYIhx9L4IOf6wJ1E4xvIH19LH6+iqfVZkP2IFTEMdtDYyS3XJI1wIKBFoWWaaND
6gFtj1R6nTuqbb7s5AELEtRS9j66J9NN7UWjcTpXece6X7dbsYrdZ1BhwAAM+u1RRrwTiGM6
JPvpzb+dWoCtQOG9lqgADqawYjkTZRCtFn1vV9dygNWwYy20inU2i42mUC4Etq4lYEtUtK9V
Qq0BTgQ8QjxxDNkEo1SJr+pcGu1QzACIIarRNX7EUson4GXdRX91yQb9qhfYrG9tXHFW0NvX
+tmQKa6GsOvUlCCsIbdRRFrRDU7Te3EanJMVsDv+FdReaHriSOBZaqL/ALBMn2VAN/tayFft
ASCtzVrpWdqmJmwC2tan50jE6Air/INnXNJ1LB2Zch7FM2HsQ+vsDJYzkvhk10KIoUSsAEfF
a8dZiYnWEQjjZ/4Nj69A/Vv28Rb62L2mqa+5S0++gw/S0ZAIcsTXWzNSmTXrqrLW1orfqdYF
bNEWPTq06qWWEnsCpQ5NahNreAXJYgAxeBq+rv2G1fWUUKAAJ7F8KQc2hiaNewudkV2LuV4s
3qgNHYXuMYqdc7FSpsMq1hGAeodWvq++od6LarS6WKCfrDpVY+tsfbga/Z2qrxGIYqckIRHX
asb9ZsEjGOIY11Ss1tMsdDXYUNoBsDVK63agx+0abKzVajKuDv8A1Ee1II9jVE9jrMtu1pVk
+8rZqNtLoditIlvWt37ufyioetmyiDZ3rrZ2zPgjM0aPtuqQJWZmZ4v1Bc76FiqdcraFGNxM
hAVax8miwpZWwao5E2yrICLUbCHWI+trFmxpMy6tjV2KoIwcbdXdNWwW11IEjWla692hQu+O
1vsbwNPY27bpkTEOIxONmq69h6qpgun+tNq1qn9bd9uvaqKosVq7gN7Zrvu07tffo2Yi1Owo
1lV9TWcN6+gI/qykq0q3U+uvR9fU6Q4ZSuQ/1JNneqBey6yf1iAQfPpq07DEPI+TOcuCa9qw
I1Ngtlqd1avllzCCD67ZrNGUK7GzX+prvZ1+t2K0WE1UqsXiez16idU5RlybVIWlTTFbJbaW
pT7CjvT7Gpnp3GzXuJPu4xMw+OYMz2gu+g2uw9O2RvtiqywjX0c1imut0r1nsNNwsXXuYkos
ZfyYgLayfbW6dyCpvtqrOu9myd+u4Oc5LN4EVCRRosRpan1DAnMOYZ/WefbUfYtfSljbmCyv
NgoCsrd9eggTYrcvUD9lVhdE7kg4l22VmtTY4ehqhUBYljh3ZCYEIS7Vs2J/oQ6bXrb9Ztbe
trmrf94x+JmTOZjnxs0iyuzK2ekvw3sFU03o317I+urYH1ajA1ay6zrVrIdpKtZStuvLR9ct
26Es/wBj0sf2e7aurp32Pqa1Ndd3Vzb6vVsDf+dsJP8A560Sv/z6BmTR1Hs2XLU13XtT+KYW
dAYawZ9U6ATb1nuqt9btkfp7OW1bhPpbs1N2DZZXVX2au5SVXHdqmEouLHZ2sGvXd3R+jHbD
iz7HFLBYQAv44oryvWex3KqKrStr6tllTfeepIEyITMwNk55Yz3OuKtrQt+u7cAuo16UdNj1
47b1Jstam27dJNuxq0rVVjEYBpfppat/qFY1eprSxF1km/bWNf1G1a6simGqoH6yZcux12Ts
WV2JsAaWgCi1KIawZhFAUGEqCBCOes6wAT61IfR1nY+u1jPYaFaa9IatGwRZ/jtptWCuu0V6
9NbM6qKe+X6qFXqCoJLkivVViiBRa6VV7m0dq/W17bCuuhPUdCP4Hg/2Z7nX+3X1nHfXCNRU
ets3NbvFqbOspV6bFdPBnBm3rVW1t65c1alNc9emKvrJnQCAgDIM6qY1NbK+uAoYhLNrMqBA
yzQKAIT4OYBOJjnEwJt6KkWAqNqte9ZaJYwOrXZcn67JBwt1gYUksXsPfX1uK1Cj5nvtvNer
rfYy4UKcTsOpmDMwmfJ5ywnub2RNdMvojGtaAtg5hXMvrSuvSsOxcpsparZR/HxPmN1JtTqb
WM16hXS06RwgCiwKjuRmHM2dwNZWvUBS0t2K65XYXPgTMBmZnPg8zGJv0EmnWrsn6qVulSvZ
WzoWurtrNjWSqutV65OppjuqgQEGb+yaa7KftdKBUiAlQuT1OM8TEIGcAeDme4sL7WsO76oV
anqrsi4AM9zeK9X1uK6QMBhm7WdjO0yJgm/efsupq5uHEYgA2kl7a1n7DOa7LyxssRtzYZK9
TWKBECzbstaVaFhlVa1r4zByZiZExznEwMsgYbHr7Bs7Ok8pqqrVvrgs+so1SpWxuCUBCb8F
72zs741QuxftuATDX+SJiatfY448cwjkzIjfG0xN+kq99d/xBz4/rapqvcqFiWcn6+712tUG
ZKuh2JY2zr16dzXmoBZ2IlrYVjYZXrklKESC1RPwsB1ibdvZr11/2Ntgq9guTv0ZG3QYNgNB
tYPYgBrMfZtA/cirrberczX1qUJYcTEIMtqEv02ywYy11QVlrRo1CrWss7NgCbO2tChLdi1U
VVVh1r1GYOvGs/WduCeSZmf2TwY5wt7l9jSGZSSAr4I5hGRs6aPY/rqyzau1WF2B2R8Q7HYp
cKhubJsX1VYXWLdZRsFmdSwAVICWOYyqYahCcC6j7DZr7Ye7Q26y9O2ILbklXsdmuUe2UF/a
0sje921je63WFbWbR0tZKZQ1ULM5WsLB5sTKvp9n9hrn7dbXro1yFVGrCm+4UrbX2lFfSpgO
unQXPsd7pZQ52hXUUmDgriEZgEwJ/R5j/wDCwf5dDHRRwpDCtsEiFVIekxkwLtVHJ1MFr9qg
LaLEZe5oQpXssEq1NxGsfdcpqdjQuCYeZiEZDUOCITkvTS8f1mq42P8Az9bGz0G2AfWbVRX1
91tlnoNmsPrX64099FXWehooETJGOZjgiFRi7RZrdLVettmxzZZlF3BWpW5r7wrYFfZdasrX
s0Wfd6rp9qjJ6mE8k8CDOT4tx9b4F2m5C0HK1r1atw0RsiAQqDGpEfTBjanP6/WYCMEM9uem
uFP2V31qn2VitbcOrZAx4xxGXMIMyfAmTCMxUVZgKdzVXZXY9TfRBuX1t672NbgMCM8mGW2p
WnsPZtcfUOzatxIOrUzWNcrNtbDbt+ppIqrUBAqSv8K928Cv0eqAERFbEG1W0F2YLlEFiGZB
hl3NRAFtK4CsRVrqQThoLGMWxhBYDOwENgEaxsjlSgz9YLqMD3GwS9zkkF8at3WUOGSm5czI
hmJiMoMZgG5zmAjxzMQCGbGjRfG9PajHb3NY6/tarJXtUOMgj3t7d9TSNi0V9RsXLXff7TuN
i+3ZOvRSi0FS2Bi26mmbPs2tlYNr6NP1aw8VuOiWgA2gCth3/ZQgbKAWWo1V2ufuFJqTH+Pv
gC1TP2kyGBjLyGKxLA4wse6sFhADk5z7Msz/AK1tho9Tss1vrSkpV9dktDzXuDoMTI8MwUZZ
4KhGQzIzM+Mc5h5PAGYQrS712raf0noOvtVCe3r/ADr2rNeX+3dKn2bXKlsfcwXQ1r72WitT
t7Iprtvd2wWPrPXsa1UBR88Re0UkI/K5QJUFjLXgr1H0h0VwYjgqpJN9aUmrcVmp2aoDMZJt
RDftWvKtMwiKksJC2p9h166kr4yApl9COF12pbXtrVgwmZmHJgnGWmxYlQp2638YnMMHyYPO
My3UrsB0rCux6tjLdDqW1mA166lg1jZsJYmumbPq2bGaz8p6r1ZaKABkYHMzEUiBCQFwtiMp
qLF+2FsuRmOyyC8Wh6tpDKbEZbKFvq2PS9SyblM0vYWIWuayJqu5r10SEiKuTLeUe8020ezV
2B8D426ncXVbAbX9uyjW3KrV7DIxCRK4Z7W239pL7K29X7O6xsCH4exKl19zX2DjgTGZjwJ8
QgEW6CutVFlVNlWDrN02lcG5rFFOyA1vqtA2sqBQBzBOZXtoSlqEDHR0BVaQsasdS3/6Dgqo
yLNKtoiX0NX7G4RNq57PwsC61QNNKKDYoDXZCdmmQIBLSFXf2A1unaFtXlTBP6sqSyW+u7R9
C2o1b+5rin3WsYmzVcKg0OZ7+kjZ9fq1WVJq0CUWuSCZ7BGar1nYbaupbGYAZiATHOBARnEI
zLKKGOzp9HNRRrLMUrWzPp19a8eR4bUVi2pakoLgMzAg5VjxdQTfSO0HJwMdFxQxa9nM02bt
fsWVEAkBIFhOIBDPYMV1b9cHXqTB1L3dTCTBwCBAeGCsraqOG9bXP19rWavZuWVbKWD2+t9+
voualrtzNcKY1i99hNmy1KdbXTU2lsvHxnjMstrri2ArfsNGUO6bDVWfsqIdZrLTqs4/1x6t
6y5n1vWV1EALMz+8wHwoAiMohCsFrwwxjsM3BRNcEWcwRjhNQ5U5xq/9tdRICgeAuIfgDx7V
iNR7C1K1tPXVlTxMQKSOsxDgQ8TAIKidQYFWd367dOyri8hksUUat737NNBSez2ik9c/S03u
rl1Aa5JgdhUGldCVgatIf6a4VUi1bUlR2GtzBBOIJg565gmYpIinMyAFsERlMPBUho+P2mYo
wE2WK0UcVdsik9LKGJX+AxCZ7TnW1gXaqmoJwJzOcqDjBmBkqIQZiFeOIBMYJXM9npWV3LuX
JV6mwrt1vXPaWo+zo2EjVsPU0Iaf0gGAXC4HjGCYZmfMx4+IJiYmORjwBFzkDAAzFGA7lZUx
axSDd1DCp8tuoTSD1QOZXy1DAV58CEwnEe+pZt2o1WgoF4xMEzEA5AMIhGZidY6kT5hnxD8l
RkgEbHqte8WerasbN2ytdzEv6+4i7WtrJXM4mM+AeD4PMxn+Hyc8zJmYBzA3KWLHswV5YAAW
nEpDAUVAj6zmrP7e/wAU4zF+OwFlWwxZN9FFXsK3L+z11n+yZ423c5YdkLkNo0gXp8f0BBwY
cTEIhGY+Z8DmcZBMEIExAY9dbTe9TReraV9NmomwbagVTnyDM8AQeM8+OIBjxzMHI+YCYvJc
fkgw1jy0tnXp7UovQAnNev0t22Vruwz1PVmxGsHREVq3qZSuu5FWuQi19lsIAdy1upUxKjAM
wAVOYDCfBHhlyOohBPjHPMwQBOMfIPEtoqulWtVSB4BwczMGZxgQkCDyPBMz4HjPAmQYuQHb
mtGayugClgQ647W2YAXDZJPbhzkjOLL1VUvLCoM71UEC1uo3HInrdUWWitUUDBmOVXEGYR4x
McniMlzT6bDFVxAOcGAHOJiEEEZgA8L4xziY88w8wTH8MmYmYvgAEdSCF5fhS3OhX3uGJtjg
CIQ1pJBYJjKkFZWCHXVpsavU1s111oGIjuC223d/W1YjGfEzBiA8cYzOZz4xD8ZwDmcx76qw
PY65sDdh/Z8DJPWDx/ePI8DzgQif1CSIIPA0eo/VYRkKm8sYcB/XhOo5lih0tcIKf+sVMSNJ
nlusaquCUGXoJFygRTxa87/j+vZbbRUKkPyRAfGZmEidop8cxmnYS63pU217Taan1N9javrt
eiNsLW6MjjEKDIGIZxATODM+RiczmE8Zgh8Z8ZwQfOMzcXK2GUqH2X13rlNv2Jib1YDaeqGU
UViBABuqTV0cmmsk1oTcOByFcmIpL1IB4/swwZhJEHMxDBAZkRhmYEdVYf6562rF6KL0BUrY
BxMwZ8cmETPGczMzM8W3BYl65Hj58ZnYeM+FmDP7/u5Cybi/XdoqBbUwcYBlv29bq2tFNQrW
EzaICq2GqQmVZDKTlySGySlYCZ8H5MGZxnjOMTMPBPPg8TiNMcYPi7WawVVmtFmCT8QmDxg5
zMz5AwJ0XtgCYgz4GIYfGTMmIecw+MT2KN9umFV/r5FhWF0eLXmzExDN18ITzSOtZAAAMzKw
Hf8ArE/ojgzHMxnx8T5ExDnAEIM6nHWYx4E4xmZmROCDxOxgYTjOZyYCZnwc5mZiEET5nM5M
wROYc5h+PZD8NRQ8Rr6Y23WBUyWEA4wIZxj2Jw1SF7RXkMBBxHzKEwhmeARAcljOxELATuoh
dcGxcdiYDzmZOZiWWpVA6uohnx4zmY5/vwYVMwYDA0HjHgnjM5nbABU+OIuMz+8Q4x7LP0+s
bu6iMOAg8HxiewPazSqywAUsuWGGioGfKiFzAXwUzLa3wVvELXANsFSMGCsGdRgKJifEyJxM
xlVgdPq9YcIPAM4z/Qg+Z/cMxmYnImRkTiE+P6xknidX7DEwPBMxCZ7OxRR6bmw/FjhYH/LH
j4hm/wDjbpABL26uxOAOopCwgGBQJjMxCohrzOjA5OEUNFAHjB8f0yK4RQinxjyJicTPPx4z
/AecTBB5yQZmZzApnUkBTADFBnEYmHiWl7Ru6a163pa+zGktPqUNWQbf4ewrBfQH4XVB1XsD
g4pXCmYn9+AODxAJgCfJ4xjIInxPmDnxif3Bz44mYDM8/PjPJ+R8TEIM+C2SBP7PgDMAmIpm
czEOJaeqNYKqdwW3V+sX66FI69Li1KqqDnxiH49m3U+vOUjKIBwoGMcAHHWYmOO2ISDBMYnY
CdhkNxnj5nx45nMHHkHHjMDYPzMzPHGOIIIJ/eAZxMTGJiCDyQYBMeNrP12APXsU/Ylq3Cij
2oWLYrKh4z4zCRjfP2WaC4ohjMAF+MzPH95gIEIBnTBh5lgi8wgxSyxbBjI8YhgxiACZEvNx
rf2O9SaPcU2GuyuwZPjJwo8f3kzMzAYYfkTif0phMzzMwwqDGUqVJyDzclVirUitWODOYZaQ
qXN3t11ApMMZVYVNlTzBmZEz4z4Y+M84BAEPBVeAMTJndZkEZ4GZ8QAmMyg2Gp5d63Xtj6O3
qHV9h2CmfM+IJxMwTExMYGIAIAJiAYOfAmJ8nEZZYpDZ54LFSGQcYmDPmbP/AFrSfutqurZd
qszuGCnhFXwc584hPE+J/Y4OckwHwBCgadXEDwfDMFFmyAVpscqirGqBCVskOnQXUCD4/rEx
4GBDAcQ8wfOJiYM5wJnEH8DL1bqjkxGBjcxMhefNy9kRmN2fxsqS2frVxNaoGoYXBh8DmEeM
Ew8eSYDDMTMyIOJnMYZA4FlZeJSieOZ/UxA07iBgZ8zmDHjIyMGH4GRO3gHnMBgaA8T5JhEt
TvXTay2gLhOrEDEz4xCMy5fq2jCTM8oYgwIcfxPwfHGBxMiEkz+vGOfgcGdRMYOIc+XQsFUh
WzlsiKSAM4HaDGeDCCICQVcidgSCJmZHn+1OfOZ8z4l1NV8/QqMVFU+BD49hWSlFhev7D2Pc
ys8KTiEwczE+fJ5hBywhWADAXA/r5Hg+PiZ8czBmIAc4MPE/rifM+JjEAnEasMehEUEOrZ8k
zMxkp4OfH9THOIR5+Ifj4myvbX0G7VNjJyZzFPGZ/QJnMde0wZ/WJmfMIOcc8kYM5HjBxOAO
cwTMzg9l8A+PiDxkTiATHjgzAmOcnB5mMeBF+Z//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//
2gAIAQEBBj8A4suqr+zRBHabFMqqlU3AqtFVUXiq349VZW4dxJ6KgXVXtxd+FEz14XTP4Kt1
fhi6Z1f/AGfhT7evNXhQLLhAdCgx4Utw6J+FOFfJdONeAGa68jHFDp84rxVlXhXg54PgvBMh
gnZWw/Hi/PRNly0TnieOHFuG2eqCfAp7cjny4PyNdMKnFE4BAy8lXkrinFwgceNKp8eNKlA5
YL58PDh/D+P7K3G/JA5SVbKtV0X3qqy4U+PLTgQKEoER1bZyuP3kxlric6SQFR4rtkFWbdAt
RNeqpZMfQqJkxUYkEmZZgmBrljyuLrrw8vx4tydf2TJeBHEPwqjubhOmNaJtHY90ZbcxIR9W
DJzblBkH1WZRjpYEt5IZZJyARdYv4rtlfMqlWpRHVRNd8UxxQj0rwM5WFuqO/Ov6jcptx/JH
8yh+pMwQakFUHHuLKhWpOvL9loFUJwE5CqqcJzI1CIdlrfVtH6MkNyNj96LGgR2zMagWfBag
XHRQjGgde4ZHUK+SO0JMJhyRR1EzLkBPZroiB9yY+kKMTCUTKzV4R0DUGQ3J90yMcEYEs2ad
wQqyAKbVW6oQ2JQEHnI3ayaRc3T44qIgai6r5lCZn2i0fzFHf3Q85+kH6YqzZAIxlJiLrXtS
cWKM8gale4SRA2IsoT9wSEsH/qKO5bVUqi/h/H7Cn2BAtgq341XThRXTK3DcicYlCNgCm+mp
JR2dotEXbFCIPdLND9PPujMsCpaKTjUFaBORlZgmnJ5AWyUTGT6rqblnBZGIAIlQiVlAGQMY
SYabJ0NqBbdz/KtJPfGh6hOQCnjGKpsxVNoOmMIjxXdINkKKnxWczaKO/uFsS6MdsmMBZsVE
Tc7cO7oh0W5OJAIFCVPb3ICcZ1f6gVDSWicDZQkJ9r1h/aUYyIO3CjKMLaiHIUYxFhw/h/H7
aqsnHNTmkDkVIQrEGjoOxa4W44/l6iD4KPtxMpGpMQ7LbnENpOK93coAO5S3v040VJC1SviU
YwYxiXINVLZ3oaZTBEZD8yJMCNJYugwYip1Y/wBBSncRDqU5F3+5ag4I+5M2ktivUPirjg8i
AOq0g655Ix2miSKC6G7uEuzknNaNuOrAmP8A5UIN3OxQ24i1ynClAnTiDkyMTXqEJl/K6nAx
JBFCboRCcASmavx/h+bpuMgZmeouHwf6Y8h5qph9hdvFUPJI4AElTlBtDlGEDocM4T5renOc
oziHEQWEkN4udp3CnHb9QqYmiIsMGXhiVSr4J3DirYqful9V0NJaWYR2zNxIMQUQMMUIi5Wl
nnL1FDdDiFqLXHcmBhVaTORp813bhMgbSKx1XdT3CwkBipA9xiKCyIdpD4MjIQEZm8hQujXV
H58JSHqlSPmtUqvd17kqbYuTivagNEBQZlZ4IWMRZqLQTpkM+Hl83+wry04BlX7B7FUKqVmp
yFDLtHmi1zdNY5o+96DRwpHbnqhHA4r2y4DMHyT7UuhRhMOYmqcUBTfUhL6ltbkRUhpD94Ig
lgneguEID1GrqJFZEXXVHb3LSClsadQgaPkpSlHSRTSVGUA5NxkjK72CILDNSiS+AQlEdpPk
yBGNeFURYtZGBDEY9EHxthROz0qi4vZFh5XQkAxChGIYkVl1XqL6NX8Xufs7Kyqn4bW2CwLk
oIoOHyZEOQU2K7rEWUdxqTDtZUVvNeIoyb7gjSqcHyKiAPNZRiE21UDMIndLyOK7Awa6BjPS
LF6FayBua7h3daZfpiJ5iylBr3Ri1wtQLGHzCESQZxp5Lpw6omQ7mZ1tbcRSI9SOm9/FUF6s
suiJesRTqsCy/wCm/wD7n2lf2DbJrJyAcgqHzVHHVanY3ZOxcXTC5sShKQb/AILam/8AMawu
hdxiUQK9bI/jQhUNsUaM10BfII7p8ExUmuQW8VOcnAjQeSE4h+1RlQeF3RMpEtZ1n1Ri7SFS
r4VKkJEAEM5XaOyL1wR8aFB+FFLcPqhbJVoUxYDMKpoUIxq7hHU6v/hf5nPX9hvybdKWcJsU
+4bdMUJDcrkaMtLlhbFGUp6IxD6j/wAqLhx1QZ9QNC3RXYYpxfIJsRcIWKlQEPUFRiCz5qMI
hgBwEI+qRYIwGA+aBGAZS/T7jxcvF81+CKJIckMShKOf+2tR24yZzXoowjIEtUjFAPQqpoAq
8JQmBIHAqQie0lwF2jUDfBPQNSqlINrTiBIXoP8Ac/5nO/2tOFeaJFwbFahUByQpOWL2TS7n
ocE0CQ5tdCEw0TYoaYEg1DBaSDEYyKMIAzAq4sqbRYYsq7ZriVGY7yQ5AoYoERJe7r3N4d30
xy4E4o7krQt5osjtg1diEN7auMsENrcpuCgJxWohhiVOQptwwwYIG6InEOcRdRjCwUXydRDs
So4PwIuibAVTg1wKuQBfqg4d7LoVf6G/rfthZA4i5RlFo7n3qo1RFXFVqIJORQvSoOSAjN6M
XQEZkDFkJTlq27Hg3xVA+C1SF1qmRW2aOotE1j4ImR1AVZS2RLuPcI5Lot3bIcRPajHcDh/g
o72yQ92CkZj+YAQWupRkK7lHNGRhYnNFRlkoEZJplsioscODi5TgORcJxB26sm3XyzXaa9U7
+QTsW9vX5a9H2VPs6q/C/F0xoLon3YgXvguzdiW6pzOLeKJkAfgu2DDoUSJGIFQLonWCY4Ii
UREABmN00QGOLoCPxTSNcl+Ci/piHr0R3hIwcMAEW3XIFY5qO/EV+pEhbwOJVD3hM5ifkoxM
We5TPioSjd6ouGRHwV/JA3IKgcW4ORXNNIgPmpR2ZgRFmUhIvI4ldSg1xir/APbP5+7+0W4U
HAQF9xw/ROfBPH4IF2pUJ6F8Fl4JolwaPiu1ibOiXd6MFqIMQOqaZJjYIb8Rqib1sm9sg54L
bJpcUQEXiAHohKE5CWb1TTeVWc3VFKWEjcrxxWmVRVAxwahCqKhODZqBazYpxYoTAcYqMTcm
o6KJtEBS9uOsigKED2g2AX8yXxKl7ZeJ+9B6BZ8P9O3/ALvKeav7DtjBimFlkVQujIAFs07X
uiwOm5T/AAR11MbHAIQckYsgA/XwUYyIER9K1bfgFrxjiE4HdEYYoCW2SxuEWovFGX5ZeSBN
HyThDyRp0KAF+iriLLS9lQeSiDUM/mhD0wGARL0yR3pUYWRMiwOCY2QANgnlUmqLY/Bf6f8A
zv2Gn2e2GqQS6IbwfgRYLcGog4ALTRgaoyFgWBzQqwyUgT8Kokm900S8pXaiectIbCqG2LDF
GJqCKreH0gUBuvSKlwUS1EFuYVKDyq2GBQJLklMQ4dERqDgnA/Gi3IX0lwFUXXlRRlhZ8FJ8
MlpeyEWLGpT4LxRAcMaoB2JVadF/pv8ANVP2FnWf2MABVVFrp2UmDHIqRcgtYIkBg91GAFHe
iAxayLZWCAIQJqbFuiOmuAHCem4BW9MsSSwVLlOccEKKWjMujE+krtoyc+lrKjDOOX7yj3ac
FuxGSC/BMRXJSiQAQSiWZAHJ0AyfFXfFMzIhl/pv839gYU6lPI6kxYPgqHSV3MT0+wc1opzx
wzTPVqIgiualWhB4Rb/cgZAhwjMi5YsiJXwKGmrVKEZBg9wq2C3ZNaJQ2tuL7m5Jy+AWo3yQ
Aq+KJ/KCUJRNZSqAjgZVAb/xJx8k0vmjIuDh1QPSnVbhF0CaVX4onEIhtLl3RiA7BaSa2ATY
5K10wAfE9FRig4cE1Ct/2+X/AKvNX7ByqFVXtbQ1TxOAWuVZYkqlvsYyiHAC3ddC3aDmg7Ci
NXD1RJAAiKHFSBlq6hAN4ISoS9hgjCrHDBZ9UQQ72NlEl3jRrq3my3Y/ul0DI2xFlEs+qqfD
JSyZQoQHt/5VEijokXNGun+RumFKYIAVACMGqBUquaBCIvQ1UgakXXuBwTmpbgTtT5qlSmFm
r0Wp8aMUC1QQxXqH9w9v/U+2PwinGFChDbNSanIKl8TiU8qRFhwbHk8OSMtoORcLuD9E4AAw
qtU9xjcxFUYjZJj1RJ2jDJnuhARLnNwEBq7fqL/So+1DW9CUNZ0gWDXQFXewUhuPEbdQTTUE
RtxiBgTdGMpUlcBQhgTXwQiLCg8k9uiAhIxc1bFMLwDKtSMldGq1CnTH+kmJZkeoLFMyAUpZ
AoiAcPcIbeYZShHCjrS1rqtHshp+KY1BuonbiRRjFek//HyP/wBz0/aGRrkOqMzeXydRjKwq
yexKM5FybdAgc7BOE7J14kBAp+RlXFOQwzKYEUyTYYqgcGyaUS2ZVCHV0Hf4OmlAzb92yEo7
RBwBUjAATAOkFF6Gypde4bRjXzTAeaYKYGSmQzOQyqdJxCeFn8U5HRk2LpmqUAA9Cg7IhSL1
IYeaO7OkrxOaI8gFIYvhkg+bBRlMgybFdwA81SZHzQMN4GUfTEijr1x9D+nF/wD8fJ0Rq5FW
QlGxtzR2xgowFHNfJV8PJRgKHFR2x9V+g5NUz5ITmDHajWIz/pcAMDy6g1Ab+CnHdkAztJsf
3YpxPULMgQGiOqMTbIBEnbJ80QB7ZARB3KYIiEwBiUH3SSciv5ctVKsUY7bmTNd6ok3JdMMa
Jz6pseBUj8UZbIIeskKdqo48E9yK1RIoETUtSlURIEAZ0Q8VVbYFtTEIAUAjYJrZobcC2LlP
uDXMWaycx0jqnMhFuiLCUk8YVF3T6f8ABf8AraeQjMLRuhpMQMQUwoAacx1fTZGWWKMZVOa7
A0hg92TksbMV3xpaiNH6Bfy9mmBJQ3P1E3GERQIABgOG2BmeWZj9RAKIAoMFQVTzDA2dNE6T
miZTctYJrklCUnINxg6NoyFXlYD8qEQRTFsEdvaLFqyCd6J2ZHd3fRDDqgBhwJxCkTiiWGoU
L2Wp325Y9U+keITadLC4NVS2CIPrJBB6JnelSgnUQfzIFrB07U6J/wBMGH1Ep5DS+L/2Yqsi
SgxYhOIvHEmv9RMSHyXoLey98NfLtl2dSGUiOXoiCPBSxojKNRfSiYgtK/QoEeaoXBwTvFzm
tJkJEYCwTBV4PlyzqzVUTInqmiQGNyokyBmMEJRtii1ZNRM1XsVB7GwUREEA9wa5KjAGpHcf
7CIqzJ0xtdD9PtjSAHfM8jNdTYeirgpnc4JtyhQ0GiY1Yt8EQaSOSaIYtV1W6CiSCe90wLOM
MFEA1ZyhAM4uV04kHGiE41hN3JwK9X/b/wCZy7B/eW7EVYvzOaEVCY2IYrVEEwOIqyIEvhUJ
hUXqms6r8FqJZOQw4EvbFObyryzjdwjixbzQkXqLMjEAmtESz6bpn7WRnU6aqO7INGNFt6pC
OogD+1pQMYEYu3aQnkAHRF/uU92IptgklD24mTX4MmKFWDqQjJtd0TANGIcvmtVPFV/3qTjt
BdOzhaR6nqTkgUXwrRbcBXUXQLARsg2IoWZOC6aVVQ8ZQI1AhM1Pa0f19SpyAycGB1RIzC3B
IuTVV5Rui8V3IxwKM4ihyQI3DFrrVr1FAQLDFPM+AwTCyYCpshE+iN+pX4cpErYFamD/AIql
RwBD1OC17lI5dFKI+oM5yU9uY7H7SVGe2P7oUip/pp+uIOl7/wBFSBvGhQhEP0F0INWQ7vNH
2o6dV1XiXuKpwHpWSD1jln/SREYnSWYeKE4h2RkQxJrJMg3wQlgyMpeqWHRRJBAijEh3NFpj
hQLtJqgJ/JdpcdFWq9Kchl6R/seU1wKAe5qq8rJ7g8HdU+CZU4PKiqGgLJhbmYhwhuRYG1bI
k0ercBHcqBUdFpj6eq1ROnLJAEuc10Q3oUiT6f8AmU5RpCVQhv7oAP0gqq8FqMmiEzitjwEn
ZyyntSLm4RF43DJsY5rpiERtUgMEAHGdEJGVrBNu+oKI/wAMVZMF1C8FSoGBTGieBZeqyoXQ
JJ0Y5LyfyflkDkmt3MyB6Dkqs0yMdyY/3J4ESBTP1ZM7BMaPYoCspGwCEp0icEwoPsAZU7hV
AXoK48oGGfAx221vioT/AFExIx9MPpCAGHGUPylicCmwBoxXc5Fl/LIkIkEoSjWuNkZiI1XY
IyhFgLsqXUWxuiGpngnAYJpUBN8lE9L9FqBccC10NdYnDFaoUPQppVAzVQfEISFV2FovZX+h
vnyylkETH8zqBIYsOFSiRYYlahDUDZin06DkjHUe7FEmr4uv5Zr1TkA5lPLt6BapSMjgCtZr
y34PxkDhUeSaT0oCRly5K/HomHDcf8ycWVAxUoj6ghOdAHocUH7Y49XR3dusSK+aLBDBjVCN
WzRi+FCmZwgXZsFpKBHDu8k4dgbqsQeoomZZBPcnmn4KE7CQ+KgbkURwC9uIMwMRZA7suzCI
QjENEW4U9QR7CHo6fSYk5p/cboqycjJCRGqOYTbhaOSEtsv04Xoszwrx6ouKYunADdORiQHV
SwRjCQJjcLqOIjp7Gvks1uNR5FlpJqMk912v1Ri9BUEo19NKYpsGDBaoFi9lp3AxBqQtIiSR
i6JNZS+SBd2KfE3ZeCjp9Ms7oSBHUcKh04osz9hIDIraJFni6lA0MD8kNrb9e5boFpxN1GIs
Aqc7Fao9kvktJlpOEhigN0a4YSFUJRNDzyhGkiKIx3JPWjLwTmy9va7tw/BR3t+RiBXJl7UD
/LxliUdDgnH6lrnOlAxxQIocQq8KVUvejIMThRkSO0vRXA/FUPwUDEnW3yRMYEgYrTONfFRT
Z5i6lLbNXqLrSQx6qcTe6rZ1pje/kvcrr26gZhQlE6ZDDNNMvEXe4VZsmO54MiBIk5Ie3HUT
mgSCDiMk74P89HJdEXzRjH6JX6FGGpnuVKbdm0CQ6EsHcqn2TSFcEI7/AHbUzdCcG0yq44Uw
XoXcAEaOOiJ2iI0xCA3C8mqqKW5OmkU6lF5mMSfSLALXeWBWqZoLBaZLUaD81/4EIECIizDF
A4CnjxbJbj17SpBnIxR1UeyeMm6lF5FxY3Q2xpkDRgGv+ZRPtDysn0COBxKAJIxQhI6hIuVq
MBMG35gESBQ+RRAoRYFGfTzRhIOJCqO3INEEmEsdKZqHFmElIgtPI0im1Ayywb+ktMQNWeKE
ialSlcWDr/T6/wCL3OFOFeG+MqpgalGX1bpr4IGNQ32miQByWh3CePmFqVUybLgDw2oD6i58
uFECZGmCL1JUompPpGAXdXJ0JQLEG2CJtIXHVdEyMTaylAHEghamQdqKQFnYJwWk4UTiQFIk
JyKlA4RVMFrbp5qA9Iw8VF6PdO56KU4h5igCbeNIYWRIcUAdNDEpzcpx8MVDbvTVIL/S/wCa
mAY5p5bjHou7dtZNuHXEcN7b/NElCJelhioxZhZjmhEUCbL7YhmIvxdnTEscjxhMDsAZdUyJ
AoLlUVRRO1cUyAFjQhA8PBagGEqjzUgbjBSBPVgjIliMEI1JkbqIyDJjipHAH5L+WP5pPqKA
39sf0ooCBJm9iMEPyxqSVEguck5DALtDxNXRjKIDmhUyZlsGRMaSGJQr4lRxY1UgLClBgsf/
AIn+byOgEAPrizoGVom6AuHfgS/2T8j8K8NRiHGK+XDd/QygHB7ZBESDEUKaDk4AIuKS9Qvq
CnOO3p2oNVVddFRe5K0cOPRQ3G1GCBsTRlqwaikJFwfvURIYJuHt7cfc3zZrD+kv/wCjaOqs
ajtIQFnNslLemHEhpiDl+ZadqLHxQLsXUoyqWuEYnyRlIMEWLiSoP+KINEZQufimkapv/Q0/
1taLrwQ1SAfNOJxIF6rtLhbZJojGVRqKjMBoJh5rrwfkIwTc1ORnqbBdxZXfwXbFyo7sY13A
CwqxUZTpIhpDqmjcBzLJR3DLtPzXtzIIJt4KMoFwZVAyXbGhtF0BtjtJZ8ENsCuJ5DE2KMTg
UXvHDoifpNVFs7oHMcDubMtM43Q2v1IoLTGH9JGEaxGOYQEQwgGZaiGNz4pwKDF0SB2mjro1
Aq0KeI1AXATMeiZvNH8xF0DLMK/+F/aWfADUYkVBUjNpwndaoy17JLeC2pA9Sy7rghkPBZlH
pwHGip5p8rK6qVSvNqAdlZvJaRcZoRFSEdqIEgKI1PfcGqbcL6ioSnE6dy7Ie1IS0ikRcIsC
PFCTsGqTYIsdUrOgSLl3PXhnyERrKBqjRnCOMo4IRFJW8FGr0CPgpGPa1pDFCBLzevgiJHTp
oSoS2ywkPinkLfBHahJ81GEL4pzTNBquqhnwTbgoEdIbOioDYW6oSlFgC7r/AKX9pdFd06IN
sUZRGvbl6onB1DRSJNAVd3AdRrgiHpkmdD4L7uYGNgqh+q7ZMU3q8aK7eCYydOTRGG2DuyGV
l3QMCRYqlGRDjUpTfuGaMyQXLkhCZrnEDSgYDSAQQHQhIPKBoDYrVtk7chfSgTMyiMzRaJTb
bj9IsgQdO29SenqQhGkYhgOFL8Loj4Ldg7PmnlJ8mR0lzZas6+a9uVKUfFF60UjtkAG8JV/8
KY7ZjI0Ben8K764l1GET/LDBijsRFYmhH5StTO1XPVS/Ubg7jQBECNASCEQaDAICwCAsTdOA
TJUBkCagWVAQ2C/6TfPkZCGFz4oUpGzr4MVHSXIAQNiQx8k7cHXVOaDNdVRVCdMFRk1zkgAC
xyTyLNclS2YEmILBrIT3hqkagKnwR3YjugEdJIFqZpySz1rdEaaeKLBpDJAirKnwWvfgZxuw
QhGJAIYgiyMiOx6DNCAGiFGEVEEuWuq8lPNT1UfJWqE4r0GKO5OLiVQCqRAPgpNXJkbGIPmF
GBjpx8Uw7nwCO7vf3h9IGCmTUlkBOgAp1ZRBDBsUZ7JEsWX8yJ25DDApzRVrVCGAwXbFgMU9
sV/0tX9bhSyARjGpRBLi5PVESuSGa6jIl3s91ENgAjHCVl+HFjZZjFARq6cHhSyBJpZExLMm
ma4pwQ2alsbNRYyUdwh4iz4oB9JFGTIg2N0WDB6eCaQfqqii7RdGPz4H3AJxN4lSMIDbiaiI
RAoVGALElkMhRX5CTVGWBr4ojHJdofTcoDiTssJnB2UoyBG47f8A0oTk2o5okVlkjvblAK1F
V70wY7QstLdqeJMTmF7e5EbjY/Uy7A0cijqpgixvRwrprvQ+CZv8PT5PqRlZkAq5KT1jZEAo
kG1goy1OMslFi4ZlGUaaVVdEFqCOq7IxIqcVXG6cVTtXJao2xCIDfihSyltg6RkhIFpGxKEd
zvibGP0lNGbmNYF2KYlzHO6D3Kr6wO0o7RppOOKJy8FkFnkq3QCNFYFHcNY7dX6qvKWyQjEO
Y11IiRrIUOC1BOfmqVBRINER8ygR8UAWMDc5IN6fpa38SGoaIQwQ2mJEVYhNVR3YXjYr29wa
ZtfNMagi6pUoUXh9y/g/FEEOExkA2aJBBLUCYtqKjLTTojpyZkB6ihEeYCIwTYJ8l0RANcFp
OKtbFeOPVEAsrvktG1+nrbUjq3DAjJl3bhlHFR3JyZg9qlNs9u3Gz1dGUixleP0lCINT6VGY
HZLLA/UomJfUAQgF7u2HnHDMIg4YHBWo2CJLuqmio/iu4oUQB9Uqni3CiIN1ZiKAoNQYuvak
aigRBzYFMKj8U8qgmoaiuxGGKDGmZRs+aGT2RicaAhPpJBo90KF8USxpgoxkCH7tK7hTBfyp
t0kmnFjmF5oC1bq/0p7pwdMs0wIkHqbMnkBImxyWlu03AU5wiXsF7gdSExaxRcVdOSxyTX6r
oV3YpjjUFOLlGJrkgSLXKYRc/JaRJgLgL1MPvTO6YHSw0sEHuEQUMWsv5gpeJQamm4Rlgq1C
MiO2dR1KBwKNKD4pmoMQn9TJznQLUfTGpydNgFW44UrxL0YOgcyVIC4qPJCTMQaoE1aqAdh0
RgS7o5xociFcVuu4Ua6EoF8gu64NkISoMFYVTGL+ARlaOCoWIXp1jMXRLGNKuqUTRxsmf/D0
+b6uNeMgSpR0uHIshKMQHuykxxXdXgIH02dBi4zTrN7uq/8ABA3dXYrUNwscF2yrkyd7YFAd
VqKc+SeNYi6ltu5wdEeqJoS6Bd3yTDxBUNwUnA/eq4UQY0xZP8ck0RQ3KEBc2Q/NMVKrwZMF
3SATCYdSYg0LKIK8V70bG46pvU2SzJR1WFwMlrq+eCbBCWOCBdskZPXII4NVBz2kXQYPI2QP
iCiLgp/ILSBWX3JnJC9ZiAvVh8vzcKcmkFnojCNsVKL+mRojRN/xRZGcQz0L1WjctgSrrB0X
pku2VF3BynMWzVIkm4RkYkAivihA1j9MrIxNZWdCIiowMX13Kk1XxWoS7icaoEyfMMgYntFF
KBNqAdU4oMVQIKt+iEpVIsD/AMyAGCMp2GCbSWTSp5oQ2n1SuUQDXGqopfvAhkA1QWKDYqY9
RiHZAwjpBu6JILEUKoakGmCMCHBxWoekmnkgRiPCqHVAS8AwVydsmqMH9NvBUk4CNHIqPFDG
crpzZsUZZ4KiDhW5gSWYoPkt3aIYS7oqRPwTVBxC1AahjmiJdpGdl6x8VSY8HVDZF6hAtais
nMQ3VPCBkTbCITEt0CEdwmYFfBaYY3dV7twotRMadVSuaJbTj8EdvaFR6iiZnuN3TAlEZoaa
Qb1GwQ1d8xish0TKMY3JqEZE9PAqVavZAlxG6L0iKAIUNcUxBKYFoyunyTSsaKUZDtJp4FSi
LHzV6J4veiMLY+aaVGQN0Hsy0y9PVXaJotWYdEEuM+qABrmhAWFytOIxT4rTCQhDEipTe7L0
6fN9Xu8ojKQEjgU0pRbxWqJEgEP1EB3RoTmEJs8SKhEDtelERAkyaiMN+NRmtUC4NaK1cFoE
peCaTjqypuUxcLSdwAnFat3d9wnAIRhtkRDVQnCQbEG4Rq5NhmvcLajYMnJLpnYpzYImNWTE
9uQ4NZlTBRGFyogAAAWCyRTj5rWC0hREggtVPMMLlME4HiUKokimQQIoFGWEgqWXu0pitXpI
pXELSF1OJuEIxIM8cl7kQ5KO3Oj+kFCRIJshlkjL8qDnuxCYUqiQKgVZO0pSyZPGD+JQMYiJ
8HQD9o9VG5e269s7fcD6sB+8u93bAotKTPR6hlGMTQ1TEVijNrKU7AXRhaWBRANIlui0S7C1
+qO3OIk3plmE8tupsgYwvcI6ItPI2UtzdLDCPRNYYNdD25UxwK1SJlIZoSJ8inK17hEWqNSI
2xq64ImoifgmPxVE6u61TNTQcOvGikM0NQYdU4oF+KYi2KvUKnmhCUmaxRlqDMaqe3E95Paf
NGIAl43Q/lfNNKQiDldWrmndxiF7u0z4hAD4pwKNRFw5KDj1J3YRv4p5BwQSSbsjIbTRwqgD
GMWsmkIkXBZMRpf5r+HUn5pSge0CoxQiZOAfgjeo+YTD6lPSKyNFufqJeuNI+a3N7eDxHzKl
PZoI1YlM7TjZrrRvMH9L4oEfEKtck8u7JCMe3ULMtGI+pX1Ou4uBYA1RjCkm7XRO6TIxoHsm
syoVW5VbqgcomY0jAMobk2jIlmxZO78MuDqihNwNLg+aYVH4qtskdUXWqIL5KzB3RnGsQ3zT
M2ZdY6V2OE3plGhTTFrFdwbotO2WOafcJZ6la9pwX9KcFtzEeC9sZ1UQA4CY4l0IwLSHwZPq
EZZld0dUMCLL2zUD5KpDC2YV/wDB/tch+7jKJsQpwyJCEfK+aqdJBoruCKMo7QD4yIxJUNsU
leQQEe2c6nwQ3naRsDioiQtlmtIcEYqpIOCaRoBQrVPuLMAFKcY6gbAlCEOyP7oWrelpi41E
oe3GsccyjtzhqBoxFkwOmRxXbuRZNrBxWrc3GAqzf8y07cPcDPrOEkDAORiLD+ivccxD1KET
fMp3Tp+D/JaYMDcL+7J8DVHVtypmF3wNclpAIiMCgHHwXtxoCanFAk0xZantZv7ScULoT2yx
HqGa7xpkDjQLTtnVquQhIuNJc0VLYPiiTCtmNk+2RFyhHcFcZDNarghOaHAIUrclUFFpmBIy
+komPZkAhpLHF8U7f9vr89XP0RnGkZVUHoAxcoNUGoXtyAlpKEoen6ggzggimBZQhuUDOWsw
QiIvDboMlGIHU+K6qoTVHVdoY55rvFBd6IRA0gWRiCNTCguvZkGiPqVaqjAYhODezI6A5xQA
JezZL25P3Z2QluHyDJm8F1Vk9kwqV15agFs1qMe5OQfij7EO4m9yjA3xTB/NGOL/ACQEi2QX
cadME8Yu+J/sovQ5BdwJF0SR3GgTEv4JyChE2sEHwTYI7ky0YglT3SWBt4IG0XTN6auv9O39
dHkfgy1Ywr5KL1rXEsho9ORTWfgJRLMXCMtxrXF1KRlS5GKGnz5KoiY8CLojWT5qsXIu9VKc
Q2uRbyV73VSvDg7JiAQv5XbMekp5XxTQ+Kfc8nRy+wPEz2wxxAWk/FPGyIrSxTOxNAtLtIVC
Gu4wRwQBzwV01sKYrVOpyXVPYBHYgWB9R6flWo+mN0NNkzVFSFb/AAHt+8q8maZMFHbF5u7Z
ID71GLeayILoHNMpTNBEPVbkmYGngnjWGLIB6nhROtL1RJFXVDWZ0hRgLAKlExqq0ARlHtGA
KrHz4fiv/wBfaGqWJQ1ASknkmd+gTsfDkrwr5cfHgTEMbxKkNwlzh0UgS4GSeFhVihIXBwCJ
tMVIC0/FCMg5FwiNuIivclUnNMEwWmAqUTudxOC0xoLkLNWeRyXp/wAFvn6UeP48KKqlgIMB
5IEYKI6LuFRigBYU4GJvMsEDIVmXdO79F22a6MZF2twZEkMBZCMT5hCUyZaS90y6LtFBiU76
5Z4LuJpaMQgCGCbcYRNpLRCplR8FrlXclc5Balo2qjEhAykwuQmj8Tzs9cuFU6Y1QkA+3LHI
Inb+CqWkcSqufNgtcWDH03de4aPcFAxDvknma5ICJpihosaJidUrsjuzLVYDBPcuvG66FSlk
v4Px5qo4qT1qUSHIDcKcHQhuB4gP5rQG7bNkgH8ine6j7Bcv3MaoHd9QUjEmEhbJGMp9xq5y
UjMmpogGtigWdVDutMmAyCpQPiiQHJxTEMmNehUdcv5UagKtZA2C9GgdbqhicxZerScV27mr
wTsT9yYipyWoF61VB4F1UeaMt3cAHiiNqTkXKZ3KqG8Uz8OiPVGcXLYogu6MgW/dK1SkdOAU
SbkOV1XijprMBvBOXIl6pHJCIZgss17kgNA+JTtSwKIzVvo/Hm8USKsFKTXJNUaNWpCbBdF0
RC1SlIPRgWC7HBzdGe1PXEUIldaNwaJfehKJ0+BugJCqIAdbkzRgQEJNWVap5XRErfSmeieg
T2GXCoWS07ljYoRpqFicQpQZgbS6J9J8WTyjLxTAkFNqpldDUK3RLkS/KE0WAweqruXuAqzA
JuCtUwJHAjJFosRjdMKR6KmHIQAtYDOjtx+ShtRiJbsvU/0oQyDLqUSR3fSE8qmdShEC5cJ2
qUJS9AUdrbLNdrIxHZIZ4o1dfwfin5pHoUR1KIxQkMBZPGuaY424VDrtoiJY3TkOMsU+zuSj
0wQM4jcjnG/8SoGBC0RDg+qijEUyUjKnVNLtbHCikdupwOACBkXL1eqphyMQ4VJFrxQe6Yhx
1XdF8lWLOv5UtJTwaTIGcC2NHQjAXxwTxImRcBat2Jg+JUYTcCz3QIlX5Jwq0PK9kd3bYuKe
KO9v+o2CG3AkTJ+Si/mTmhubsqYBSER2i0gu66y6Jo0cUUhIeErrcjKsm7T/AMyIFXxX8DLo
qclaOpPkVIitSi1DRAk0IUtGGCyIXXkoqUIsnywVmerICIDoUTRFZGpV2H1KMCQxofJRESBk
AvvT58nRU424t8VQAHNOLoQlZe5td8Y/H+KK0l4td0Izk0infw5DOZYBaIS0wfBNIuQaPkjV
zdlL9Tu2+kHBS3p02drDNGQLRBaIQlOTFkPkqoyJYKek3oCpb5L4Dx+pOAxV1iK4qlRmmNHV
xxlmxRBOKoogBO4YXWqFwqUKY8WTCi7hw6JloAOkJjdM5IGCGrHNPqBMblaTzshkeHgnz5S8
QJHFatsv4KMZgmITS7SM1SSoVHbdgA6G5Ku3kLIRj6QKMpa5MYhCMC0LMLyP7yG0O2AwFFpH
qGKENwO9AVpjRvuXfLyF0YQOiFuqMfUyhDz41BYIj05oN3PmUZyrFUOkZpxJ1LSatZClyojN
QPR0TKgxZCUC4xAQBjTNAx9KcFAuq0KeXxQBk2HCi6Ikhy7BFovIqtK2QFuqBnVsMFrhbHom
xHLlwcJjy15GkAfFPo0ywIon1EhaCNJGKjuagQQzYrQJHRgMAhDbIeVCQnkTI4vdUD/etMaH
Nai4hHFAsTIIl+42ARJLv8VS5XuTDA2CAGHHTSlXRGaZnGC0ihxQMou104ojIl17kXLCrIAl
yBZBqNQIiiEwTEE1ZCJkJfejGJchGnxVUxNRYIRiCH+KEtyRe7IdETbJEi4FETI1BqgYRv8A
FPiqgI0WsDtNCAne9NJ5HPBhwckDxTCQJF04x4M3E8jXCp2yNiE0jq0oSA0gIYlViRmQi9yK
LRAVevQI7e3cACmZ9SOn/wAWaqVS693ftgEwsMOQk+FE+CKxQiJXRe6EAG0hzVEQswByQ3Nt
syEBItLJXqjEFiUJbEu4ZpiCDiSvb3QSMChoo/RPKT+SsAczw6cJNdqLRIObnqVGEo6XpRUx
XXhqjJtN45rXGVRYWXt/qKN9SeMhIdFWyz4F0VOJJYGyeEiCUNrdqDaQ4UWqZYCpKbalqKpz
miJge7qpe7GJJDUwRiBbFAk9pNSpSoQT8kZD0siRTwsvcnQA0GaERhyyBxTCQdPcoUrVORU2
K6qQsa1UsXIZMTgnt1XYdYxBWn2WkMVFxpBuiC0xmnERkycBkzKx8FaiZOboyNgHRmKAmijI
B2KB6WVuDruutLOMSn25GLWZ1p3AZRe6aRIQO3JwjwG4B2yFT1WudZGwT7QMdyFfFaJlzg11
WykxLNRlExemATY5c7OAcuDXCIDCRwTCOpg5IwQkMLhSiCxItmtJLm6jRiBwrhyOE4DhB+1B
j45LuX+5a2YYogVZi5CuytQp8c1M3jHNEhGLsCFtw24atcmJwiF1Tmp4UVfjw3SL6So7jgSO
CiRcFCEg5A9QXXh4VTm6zTEOFSj5ogMCbeKE9uVHqAhKR8lXtl1RMKyGSMJggi2aJ1ODV+i1
kVFAUA9ckRAn2ywIWuERGWJxWkVy5O4sTYLU9PFRjsnuJYr+ZutMXEVokTOBsck7HxXux3CI
mrMiTvEyx8P3lWTzQApmTZCUu6SpwryEu/RVJrZV+KJuyzTBOLlTiaMnTMpHJSmHqVWiER6i
u7hZOT5cm42ShXu+9MzkWKLvZPxrysQ6tZZ+KYHweyMxAD96P/lUY7hoMRRHcakQ5UybGwyR
nr1E4ZL2xcoTwCA0aoStIIElhmm1B2dkd3diTqLRbBGO3HSJVNVaqM27pL0hVAWrZAIF4le7
KHtixjz5HieD4qvxRD3WrJMb4JsWdB7HFGtclJsVFnqqh04zRfn3BjpUaOHoEOwOmAZ+FvDm
/BUVKpyvHhriHhKoazqW0bTDAqOqxoVKLEEYmyMoEkAshG+q/Re3KoR23NauoaTQeolaWpkm
A534Vx5KcSBR06e/iiiXVPNAE3UpXJo60yq6O2fVFEZKIajLwQAXXmaRZT0yEnCcYGyGCy4P
hy1TqtFZePFpMcnT/wB3IF3Flq2u6WOCYPZiGTmhQhgmia/fxoWXXkpzNxHE0srMtPAj7kSB
VGWSfE1dVyUnuAh1ICFaCwVfguoqE8iwOKIO46PeGHxV3IXaPNM6eZK0WGKkWoC4KdHnomvx
68WJXTh3RBT7Y0bnyKMQKxwsUIxBBGIwQjKpFz9vTklkV4cHNlRUuLok0dMOE5muqyEI1Ean
xWk/FVsqYKWm+AQnKJfon2gQ5qhIuSbnBDVhZHRQYkqIFgKumFQ6fC5Tcvy5MhmrqiCyRWfD
NVWeQXfGuYuuwMc8eFfsH5X5fNFkGLlFeSAzK0t1Vu0pl1NgpS+o4lVuqeYKcURliMEzmJJs
LFSBmQBUOowi8ychRDXRrBCADLtyT7hJ6LTEMFm/Bl1VeDcmQV2CqXHCh4MVROq8Mv2GvGnC
iOBy4A4CvCJCr8VuTJdqRyVaoNTNUvmnKJKgDEHTUr+7j5hdkRF8uBJwTB9OS1ZcjLrwbh04
sqIJgu+Yj0dCEDrOLWCBFlThS/7M4VKBkXWSjE1MlJqSFG4EG6kDgi2JJCBT5oku4ug5IZVL
gGi8Qn4Fk+KpHFCAHiRyOn4u3B+DcJTFSASyEIS0xGMVq/UTPUZqgc+C07kTGOEsE8C4+3ry
tzWtcoh7oBnbFR3Ng1HqGadtJxib8JH8wLqPVVFkwCYXJUmq10HpVADAK/DJPKwsnap40414
UX38GTKiqjE1iaFGX6bd0P8ASahD3CJS/MKAruLIENLJMKcfBVtxpyMxJ6ICQkHw5m5PDjRE
C6MeiJxvVOMKELqv5ZD9VGMwNUrshFmbiPiiSanLJalIronCFboAjry14Nx6ZqnB+ApZZcK+
S7CxQiDQX8efpw68PFasTR11+w6cLV5TI4ihTyzWqJ0yzXeGbEYpomqEzgs+Ms2YKI8iUCau
qLJEJ8AqcacK24OL8M81VUXVdeBbjW/FuZ7cHVOXpzZcBivLkicRj0Ri9DbxWmQ9yA+rFVBj
0ZCUR5tyMgEAaiyiAaRwQZdSiBcoOvBUvwbi7+SunOKohw8OPihroCbp4lxmFZ1RNx6claIs
br8fsacOv2BbAIB6kqoTsChh05T0WpVuV4o4tRdAmCoFknxXYWKHd4pjESGaaUCHQq3M5pwb
JEEOMitWzM7ZyuE05CRzAbg9/sArcLcGPJTg1+GoTLZHnmBIOyc5p8VUsogV1OeWXVDMqPk6
fouqPLVXqr/BdwdOFVOOLppWQiMM04/Y8+SyPVML5pk3Fl4IwgWP5gpT3J654OWUnHa18lSZ
ZZnMo/uhm5TLArwTLRK4t9i6srX4UXXHhVVVeDLw5+nGqpyM6qmdkOApylxbiyPWiM2DjDNH
cnJwSwBRe5KNcEdW52jIVQAxTcgqibKqKqqKl1W/IyzTcKmpWXCqpXn6cleSop+xvkQgWdMB
QEUTbNJRsM0YfqoHbna1FriXibIcrdXQPBkHzY8j8a8gLKqomBd8ExoeSiryE7TasHRE9t2z
TbsTCXyXZIHw41HHwTfbsQ4Tj0ogog2CGqAkTiUNOKA4sjJUURlxIPkmyoftG4F+LKnLUsmI
E/FPE6JLXCRMBiFp3PjZPcGyr+yvYIXQbBAu668hyQNw6E9iTN6omxTHtkLxNEx+KZ04x+zp
zVTCy7xSypYJ5Jom+KeUu26YCiOmhwTSLr3DGpuMFQM3GnCvI5H2Z4aoFiENVxdEj5oOhyGO
a0mgP4cDqDqrsLVWoCqbrwdPy9U/2LqvBlQPLM8t1+HPXi/2VOEogsSKFHY3Rp3I/CQ/MtQX
XqqcjqP5SU2GCAVVfl6cacjOqJsOR+SirxZM7LNsVQKtibLxTBW4HhdlWqpydeXJZ8R7gcix
xCvJuhIVA5FK8a8dTWLvkgTVqJ2KdtIuV8uX8ONVS3CnBvsRwpwOfCoomZVVlTg2PF7cDLNd
eHXg/IwWX2e4OiIsUMghTogP9nQzbj04AEkNkun2DDjbj05LJuR+HVdVXlyT48fFMn4/
/9k=</binary>
 <binary id="i_086.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Ri0RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MDk6MTcAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfugAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAXegAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/APQp5+JQ7BrI08lPxUHjRJSEloPt
cQ7nnn+yoiwuJkkfPRTLGlxO0bo1MaqG0jyA7nhJS7rA0Au+EjzTB+6COOxVTJ6hgYwa197G
AmA0Hdr/AGNyrDrlJd6WPTdkujdLG6a/yklOo9wLdogn80eKEWNcW1u13mXH+oNwH9XdtWe3
M6tZ768IMDhp6jtR5HViYVdcvtY917MYbXNc1pnnadIH0nf1klNm5toJhpI8e38Fl59lO5o9
WuawTsncdS32/ozu/MWi76vV3gPycq290fBs+Ox3qKll9Jx8MQATIho0G4f2dn0UlOJbfU5w
A9w1LtrT9H933hrOylW51rWvaIkSR+cfuVlmI0EvcwAzJHMcGGu+klfU9jSHN12y2RAgnRJT
mW5uRW5zqqoc32PscOIn2+z/ANKI3TbMq5zy50ACIHjP0tz3PcqeSHX5Gx7djmgQyfbqf836
RVnpTWsyO5OySAeZOiSnW9LJ8B/n/wDqNJPuf4/9IJJKf//Q7+ZKHa7IBAqY1wPL3ugD+yET
WSn7JKc5+L1ex2uTVSyTArYXO/zn7UM9EqseDlW25JHZ7oH3N+itUeCRSU0q+l4VZllTARoN
JEeHv3K2z2V7TwOwVbMzsbCY197i0PcWsABJJA3bdEDF63iXZLMf3NssJawOb38z/L/NSUns
qc0ktEt505Hxamax4eDsJDdZHedHBW94EeacajXTlJTRyM51F5pZVuaI+kYMnyVOzOxsmW7X
EyZLvaZ+jtb9JvZXMrp7nuNjXhwjUO507/ylSODdVUHF7B3LQQ5JTH7OHtLseXEEl1ZHuHbd
/K+igZ9NjqASIDTBnTVXsNhexpdzqWnUcn6SPk5VTGNrsbukQO5jxckp4XIqJznuIgwD4z7R
/wBBPiHbZId7gyPHv5KxnMrb1C4VnQgaHkQ1CqZLt2urIkECBM7klNv7R5j/AF/tJKv7/H8T
/ekkp//R9B28pynIjsoOckpkAqHXc63p3SsjMoqFttQG1rvoguIZ6lkf4Ovducrod4BQsDS1
zXtD2PBa9rtQQRtc1w/lNSU+fs6113q99dd32ctpJsG6ssaNId72P3qw1z3FjGNxxbMsE3OI
I9zPaHUWV73fzb7f+tK/1rBq6D0453TS5lNVzTZTYS9rW27arvTs9ttVbttf56x6OrUXZVt4
fVVdYHVsFe7fFkbaqTZu9W2vaz6dPpv/AODSU6vQesfWjqPUHvz211YOMHC8MqDZsImqhlm5
7vVbu9R/u+h9NdF9ur2kkg+IadQVKo1iptRAAAEsED3O91jtPzn2e5yC+lkPcBHMcA6BJTXt
63X6exjHWSQ3SJgn3aGPzUevq+LcQ3dsJ1DXCCucyhYyxrQ4AmSNwOvb+yoOszABLW7SYcZJ
An4pKegf1Jm01DdXYABDhB/r91VyLHFsyX+EqFGXXVS45tlfpDQPfAAn80OKBbn9N/weTW0O
4h3HybuSU5GSZzLoMsPIHkAPaosE3NiSS10Ge0D6Sja82222saSHA8Aj7/6rVLHqLiC36Qlz
jBMy3bZ/mpKbft8klHdj/vn/ADnf3JJKf//S9EJQ3BRvtbS3c4EgkNgDWSVA5NJqFocHMPBG
s/yf6ySlXOdXRY9kb2tcW7uJA3LI6hm9buwQ/pApbYd3q33kANg7Wimt/s93+ktVl+bbYSGM
DW8R9IkfynEf9QxU3VN9NtD6mFjDLGObug/ve73pKeWt+tvXvUNORbRdWxxbdUaWem+PaarN
h/S1JukNZSGdQxMXHD2W7a3ZNmwNeBoWsrbusazd9Fjqt637ejdHySTdhsaXa+pS51bp8drn
PqQ8booxbKg0Ndj1F5pdBDyDD91gf9K/d/o/0XppKTdO6neLHV58PJLib64qaLJ99Xpv3bm/
9NbdT6rKhYy1r6wYJBBgj832yuW+sfWMrptW7Fg22hu17mh7AQfe7Yfa670/30Do/wBYRlYj
MK3Nfbm2uJeLKxW4kSdtD6/a9jGfv/pUlPQZeNj3Xl5dDQNoAGhnVzjP9lqo5FdNRDA1rd2t
byQBoPdIO3b/AFVWf6rCSbC0n6UE6/KUFwqdvc8EgNcJ2zqR7eTvSUtlVfaH0+u6s1VzHpmf
c6If7t2327kE0YdL5aTPBJdOs+I/76iEVNY0+l7hwToP3tNShbQ7nQNAiTAjnskpM17I21sD
Q7lwMGOA9vtLnPRaXMGvO0yHdz9+5VfUqYIMdjMHv+duDU1d43vLTMQYkj+t/WSU6c1fvD7h
/ckqn2j+Q38UklP/0/QL2Ne0tcAWnkHwXMZ+fj4GM/JsJdQx22lgOrpP6Ots/SfZ9N71tdUy
muxbKqXzbaRX4ENf9Owf9a3LnM7J6LhdQw8nqlzyKA51GM2v1GSf0f2i0/yfotakpLdlfZej
2dV6ra+54n0+m4z311Nf+ZRfZVtfa/8A099v6L/RrH6+63GwcG7GusY3JcbnuqcQd5a11UWT
v2ta9dNj29Ez+mzS9junfzbmXgsZ+/sf9p2u/O9vvWb1DD6L1RleFXn0ghw+z1Y9jTxp6Hpb
ntc3Z7fZ9BJTV6D1DqtnTjk5s5bN4FZ0Fhr+g+3cdjbNjvos+nYz1FtW31VV7rQX0SIc0asP
axi5b60dac2u3pFVXpEhrch8gDYQD6DGD+Tt9TepfVPLzPstmLlB7sNmlVjwS2HaPoFh/wBF
7H/8XZ/USUk+tIZT+jvO/wBjjRY0EBzi32N5cxm/f6/qrlsf1W5eO6tpe5tjC1o5cQ4e1sfv
LtusYjepYlOIxxORiFpedupokt9v0dz2tdZsYodJ6X0vp2W251oyLahLWvHpjc4tZXutf/Ls
akp6OroeK4+q91jpMt3QDB8doTWdBwzLgHQ0e2tpgaf1tyNR1EGnfY7eXe4FgA40c1jP5G3b
7kqOosyqhbSSALPTc13M/u/9JJTzfVMSzEeayS0T7XHkMJ3Nn+U1vtVMExta4aCQYGh5XQdV
Z9rovFrmsNDSQdYMS76fu91f0FzRtsZWzcBB0JPnqkpQsfBB3A9/xSAJnWPu+YTAl5jQaake
X9ZKtziJI7a8keHdJTP7O/w/Af3JIu9v7gSSU//U6W8txA91010tdJ9R21hIBDWs9R30tGNY
q+HX735mcPVtyPbVRAdVVUPoMr27mer+da9dBl0MupfXY1tjTqGvG4Ej3N9rliUmpobXW0Nr
a5zQ1ghohxDmj+2kpjazGZRfRkY7MulxFrqCNHPY0bPb/VasvHybQ/fh/VujFH5r7HMa7/ot
rctS5xOjSJJ/BVq7X/abGkzt2FvwdumP7TElOZ9YOp9HozGZZxg7qbYBYAHONe39HkWO/mKr
WbdlX87as6n6w5HUBkYTmBoe3dQ+feSHN312fmu3fyFc+sD+n4t9N+bQ2w3tLGu2kn9GYO6H
N+jvr2+16pdNb0yy6zJww9rqyK3B49kO9++r6VvvdX+ekpfqjrK+mmoEhzvTN3JMbvY3f/Wc
1LAxTkdMxHWsN3qZJbaCS4bC4Mo9TXftZcyv+p9NG6nidSzMUNxqza2uDeZDTDT+j9ri1vvf
+7/waN0Wi/HxaWWj0zVaLD/UtLHe7b+8zekp3sXJyPSuH6C5rX7GFu+oOD3Ftn2iWXuq9Ha/
a+v1FKpmy/IOZ6eN6jA4+jcXNbWwOLcyy57KvTdsbscr5xHsM4jKiN02ttD2h5J3Pd7D9P3f
nt9NCzsLGZi5Lr2bqsmtwyg467duv7zfbt/7+kppYHUMPNssroaH0Uvfji2QRYWtZa7b+bYz
9K/3/wCEf7/5uxA6n0YN/TYYgfnVCdP5Vf8A35izvqwW0YZyLXAV0V7rnEbWtufoaxJ+lXS1
jH/8Lauiqyn3s3bHV16bC8Bpdp9P0/5xjf3PV/nElPJsk/RgawWnQg/H3JBrS49u8H/qfd+c
r3VMRuNnPsAiu4iyBoNef/BWqr7QXQfcO3dJSTazx/EpIe53gPud/ckkp//V7e/KgOa5jnTy
W+HhJKwqg6unZYQHb3ka9i99nfb+8ta7NpFllbK7HPqkOfsIYD5Wfn/2FkdRFOPjnJrx2Xuj
9IwDa4j94b2PdZ/xaSlzbT6e42MA51d2+KpOzcavIdYHF1b62tD2CRua58gf2bPpIDuq9RcI
Z0e6CQRLWtEHn+dLP7HsVXIr69l3h7sUUgDYGerWA0A/R9m93/RSU3M7Iw8w2MvwsrOr2N20
tDPSrewv23s/S1XNudu9O73fpKlS6V0vZRbTUx7Mhn6Sz1w1jHfmitr67b9jKm/vqzi9Lzg5
xtLK7ACYbuc094e/a385CN1eDV6LsrHrEw9hdI2zox1X0va73JKebZfnV9RNxa77XuLnNhzW
x9Fv0f8AA7XLr6GOqyMZk/o3UuqLZJAc39NTuc87vo769yAeqdFseK2ZhyrbPYKq6YaSdYdY
9v8AN7v3Fdva00+0e5rg9kaSRp/Z+kkpNZ9asfEymC9llbLaPUNu3e7WWsYxst3fQWX9bPrG
zMxsejEtnHyGC57eDyWtZkNYdzNj2fzX5/8AOfzaq5TrMvoteRaSbsZzmbjAJG7Y5v8Ab/R2
f2Fz174Lj3A18ElPTfVp2X1DEcHOaxmG5xx7C0ANsdLt+36LvT/M/wBHvW9T0uke/IJvtedz
y4mJ+H0nf23LL6DU+jAxcOvbvuJsyC4HRjSJb+b77X/o10LNS5pGgM/JJTmdesrbitNg2bLf
SrPMt2tc/wDIsEPY5of2HDeTqtP6zPIrqqaNxttLg2Jjea6N2v8AUuesSttLm7g0tj6O07Sf
AEJKb0N/df8A5hSQfR/4z7//ADFJJT//1u3sJYJkNb3cTA/ziqd1+M0EutD45DPfB/lbfb/n
KeZ07pubf9otrZc6A1rdzi2B4MY/aqOT0LHtrZXtrLWOc4NLSxp3fv8Apn3bGtaxu5JTRyvr
F06pxY2zXgs9sn+yxt1n/RWbk9ftsrecXFuLmtMWlntaR9KfVLWu9q2HdDexgGM3HrgzDQ4G
f62xzlXv6T1K6m2qypr97XMbtsB5G38/Ykp5YPu6tvArsusYQS91rWta0j6Hpn2+7+RWqWXh
DFsNTgA9o9waSRqOd21n/UroOjdG6lhWXG7GtabGMABbJkfT91W9jlX6xguOdN1T6jsEF7XC
YEbuA1JTldKsx6c0ZF7dzaGOe2pn0rHRt2NJ/O9+5dP0/NFtJnHtxnWFwrZbDt8N9b2ZLR+Y
38x/vWFi9LsflsLQQypwe9zvbEHRvu+k53/Brqm44OKxrwPTrtNtZE+7fX6RDXN/N2pKczJr
tx+m0hwba+ktN45BD93qbf8APXNX0jcdhDwT7XeU6Ocu6B2tlw9skuECIA1XPfVXpTM/MsyL
gXUY50/dc8mdn8prWfmpKek6HRktwa35BMEb6g4agOHf93+StAv2EuMARr8PFK9h9r/WcwtI
hxiCP3djfb/0Flde6h6NYxcUC7JvO0tJhobHua935u78/wD4NJTX6lkUZovAkeizS5p+jb7r
KaRP8g+pZ/1n/hFi47H7Gkna5zQdIGpC0cqtmJ02nFdZvvL2vuOkku3WXWPH+D+l/wB8Vcgi
ut4EgtBnwkExCSmW2z98f6/2klLafB33N/uSSU//11Y/JFnpiLbJhvoWtfr4Na7Y9R/bWVik
B919JB1bax4H+d71tnpFbM/7dY9tpscdrDW1u0u4dub9LYhdessp6Y97LHseHsaxwgncXfzf
va9vvb9L2pKaNP1rfx6tVxn6MtBj+y4P/wCgrzPrOxrRvxLQTyWOBA/7c2rE6PiHN9V+ca7S
39HW0hjmjQPs3exnu9yPm9DfTjPu6ZtpexsvZqwWMHueG2t91b9PZtSU7R6/iZDY3Prr5cXN
4/rbUMWsyDvoeLA785hB7/yT7VzOA3PtJuxb30gvZU1t7xbufYHPrd6jGNf6Xt/lo7ul3ll9
uTj0OspcGWX47i0gkB0/4J7v5xJT1zn0VC0Bu5rSDWwkSS87vT9R29zf5vffZ/Oen+jVK19t
hDb4fcbNznNaWMbH0KaMdrvZWzd73v8AUuteuUy8jL6XWw0ZNzrCSNpJe0AAQ+tr/wB9y6fp
WF1ltLHdXcPVsP6OkNG8ae/13s+js3fzf0/9IkpKf1lrq8c7nN9rS/6ALvpN9n0trdz31blD
1K+jUDFzXY2KHH9AKn+mXg/TsNTvfW7/AD2f8Kj9a6lV0TErc1rK7b5rrufAawtDZd/K+l/N
s/PXJ499XrPycuqnPstJ323bn89tfaz/ADklPYOLnte3Cyg6wNBdJD2gO4+iHe/91Zp6LaLB
Y97i8mXNaYExq4OI3u930vcoYfWsXHpZTTh+lUOG0uB1PiD7/wC05XWddwXaONlZbyC0pKc7
PwS2r021btzw6zbqXeb3u3Oe1s/RcgBrS4N2mSCJnt+7tW43qeFY4NZdPkWkf9V/KVjd0252
2/0XO4/StDT/AGXuDf8AopKcD7LV+8f9fkkur/ZvR/8AQ0feP/JJJKf/0Nq3PbdTtb9IPBbt
8j7m/wCaqvW3Nu9DHeD6by6wx4tAa3X+0nbU71/S13bi3juFDrlTgymyskBri0x5jw/lJKaO
GyvDzjSywOqve54by9j2sa0hzo2+7Z+ar2c+x2M6qondeTVuM6NP0nSsnAx3P6jVYZO3UzOk
hzne38391X+oZDqb6hW3cCx51iJls6fne1JTQ6bi315lrXMDQ00v5jWsvqAZp+bW5bTXljMw
lv07Hem0/nFzWt7fmulZtOdbkZtbHbWs90z37s2u+krfV3214YFc73OAnnSN3t/dSU3MbCxK
smm9zPUuxmF1LDuLfU9u3Qu2+x3vUsHJOFbbTlb2sdfYRfG4P9d+6utln09+5zlVxeoi+yuQ
WkOABJ+lLTvGv53ta5Wcyvf9kcda6rvWsM92Ms9L/wAEekpVzd+RdkXND7HlosLxuDaJ/Q4t
bXS302fzln+kt99i48FleVc+ltdW+xzmtcCK+Y9zGLs7HB+LeNpEVObvPiRtZ/0lxmBQL8ip
pG5rIsfpyG+7Z/bekpK83XurD3V4zwS11mM7fugcOa4O9PapMfk1Me8vdlAmGNawF8zHt2jb
Z+ctPqNN/wBne6Npa5rxIPBOx3u/N+mhdMoc7NqhsNrJsce8M93/AEnJKa32x2YRT06h+TZG
5wyGCnaAduh9Wyvd7kwzOq9OsYMyh+Gxxhr5aa58NzfUqb9Jb2Q0My/Xrbtfewtewe1pc0/z
u1rfp7bPcnbVZmUBhc6prXkv2uAJgbWgQNj/AM7b6jUlLftbN/0x/wAyr/yCSv8A7Fo/df8A
57f/AEkkkp//2f/tIMRQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAA4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9v
bAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wA
AAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQf
BDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVw
AAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAA
AAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAA
AAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAA
AExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABC
Y2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2
ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZ
AAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcA
AAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAA
AAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklN
BCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAe
OEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAA
AEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAA
AAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////////////////////////
//8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////
/////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklN
BAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQ
AAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAA0sAAAAGAAAAAAAA
AAAAAALQAAAB+wAAAAsEEQQ1BDcAIAQ4BDwENQQ9BDgALQAxAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH7AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAA
BAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABS
Z2h0bG9uZwAAAfsAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAA
AAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAM
RVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlw
ZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcA
AAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH7AAAA
A3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAG
YWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVY
VAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0
AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdD
b2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0
bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAA
AAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQU
AAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAXlgAAAAEAAABxAAAAoAAAAVQAANSAAAAXegAYAAH/2P/t
AAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8V
GBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4Q
FA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
/8AAEQgAoABxAwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYH
CAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIR
AwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKj
dDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX
5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKS
Q1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1
VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A9Cnn4lDsGsjTyU/FQeNElISW
g+1xDueef7KiLC4mSR89FMsaXE7RujUxqobSPIDueElLusDQC74SPNMH7oI47FVMnqGBjBrX
3sYCYDQd2v8AY3KsOuUl3pY9N2S6N0sbpr/KSU6j3At2iCfzR4oRY1xbW7XeZcf6g3Af1d21
Z7czq1nvrwgwOGnqO1HkdWJhV1y+1j3Xsxhtc1zWmedp0gfSd/WSU2bm2gmGkjx7fwWXn2U7
mj1a5rBOydx1Lfb+jO78xaLvq9XeA/Jyrb3R8Gz47HeoqWX0nHwxABMiGjQbh/Z2fRSU4lt9
TnAD3DUu2tP0f3feGs7KVbnWta9oiRJH5x+5WWYjQS9zADMkcxwYa76SV9T2NIc3XbLZECCd
ElOZbm5FbnOqqhzfY+xw4ifb7P8A0ojdNsyrnPLnQAIgeM/S3Pc9yp5IdfkbHt2OaBDJ9up/
zfpFWelNazI7k7JIB5k6JKdb0snwH+f/AOo0k+5/j/0gkkp//9Dv5kodrsgECpjXA8ve6AP7
IRNZKfskpzn4vV7Ha5NVLJMCthc7/OftQz0Sqx4OVbbkkdnugfc36K1R4JFJTSr6XhVmWVMB
Gg0kR4e/crbPZXtPA7BVszOxsJjX3uLQ9xawAEkkDdt0QMXreJdksx/c2ywlrA5vfzP8v81J
SeypzSS0S3nTkfFqZrHh4OwkN1kd50cFb3gR5pxqNdOUlNHIznUXmllW5oj6RgyfJU7M7GyZ
btcTJku9pn6O1v0m9lcyunue42NeHCNQ7nTv/KVI4N1VQcXsHctBDklMfs4e0ux5cQSXVke4
dt38r6KBn02OoBIgNMGdNVew2F7Gl3OpadRyfpI+TlVMY2uxu6RA7mPFySnhcionOe4iDAPj
PtH/AEE+Idtkh3uDI8e/krGcytvULhWdCBoeRDUKpku3a6siQQIEzuSU2/tHmP8AX+0kq/v8
fxP96SSn/9H0HbynKciOyg5ySmQCoddzrendKyMyioW21AbWu+iC4hnqWR/g6925yuh3gFCw
NLXNe0PY8Fr2u1BBG1zXD+U1JT5+zrXXer3113fZy2kmwbqyxo0h3vY/erDXPcWMY3HFsywT
c4gj3M9odRZXvd/Nvt/60r/WsGroPTjndNLmU1XNNlNhL2tbbtqu9Oz221Vu21/nrHo6tRdl
W3h9VV1gdWwV7t8WRtqpNm71ba9rPp0+m/8A4NJTq9B6x9aOo9Qe/PbXVg4wcLwyoNmwiaqG
Wbnu9Vu71H+76H010X26vaSSD4hp1BUqjWKm1EAAASwQPc73WO0/OfZ7nIL6WQ9wEcxwDoEl
Ne3rdfp7GMdZJDdImCfdoY/NR6+r4txDd2wnUNcIK5zKFjLGtDgCZI3A69v7Kg6zMAEtbtJh
xkkCfikp6B/UmbTUN1dgAEOEH+v3VXIscWzJf4SoUZddVLjm2V+kNA98ACfzQ4oFuf03/B5N
bQ7iHcfJu5JTkZJnMugyw8geQA9qiwTc2JJLXQZ7QPpKNrzbbbaxpIcDwCPv/qtUseouILfp
CXOMEzLdtn+akpt+3ySUd2P++f8AOd/ckkp//9L0QlDcFG+1tLdzgSCQ2ANZJUDk0moWhwcw
8Eaz/J/rJKVc51dFj2Rva1xbu4kDcsjqGb1u7BD+kClth3erfeQA2DtaKa3+z3f6S1WX5tth
IYwNbxH0iR/KcR/1DFTdU3020PqYWMMsY5u6D+97vekp5a3629e9Q05FtF1bHFt1RpZ6b49p
qs2H9LUm6Q1lIZ1DExccPZbtrdk2bA14Ghaytu6xrN30WOq3rft6N0fJJN2Gxpdr6lLnVunx
2uc+pDxuijFsqDQ12PUXml0EPIMP3WB/0r93+j/RemkpN07qd4sdXnw8kuJvriposn31em/d
ub/01t1PqsqFjLWvrBgkEGCPzfbK5b6x9Yyum1bsWDbaG7XuaHsBB97th9rrvT/fQOj/AFhG
ViMwrc19uba4l4srFbiRJ20Pr9r2MZ+/+lSU9Bl42PdeXl0NA2gAaGdXOM/2WqjkV01EMDWt
3a1vJAGg90g7dv8AVVZ/qsJJsLSfpQTr8pQXCp29zwSA1wnbOpHt5O9JS2VV9ofT67qzVXMe
mZ9zoh/u3bfbuQTRh0vlpM8El06z4j/vqIRU1jT6XuHBOg/e01KFtDudA0CJMCOeySkzXsjb
WwNDuXAwY4D2+0uc9Fpcwa87TId3P37lV9Spggx2Mwe/524NTV3je8tMxBiSP639ZJTpzV+8
PuH9ySqfaP5DfxSSU//T9AvY17S1wBaeQfBcxn5+PgYz8mwl1DHbaWA6uk/o62z9J9n03vW1
1TKa7FsqpfNtpFfgQ1/07B/1rcuczsnouF1DDyeqXPIoDnUYza/UZJ/R/aLT/J+i1qSkt2V9
l6PZ1Xqtr7nifT6bjPfXU1/5lF9lW19r/wDT32/ov9Gsfr7rcbBwbsa6xjclxue6pxB3lrXV
RZO/a1r102Pb0TP6bNL2O6d/NuZeCxn7+x/2na7872+9ZvUMPovVGV4VefSCHD7PVj2NPGno
elue1zdnt9n0ElNXoPUOq2dOOTmzls3gVnQWGv6D7dx2Ns2O+iz6djPUW1bfVVXutBfRIhzR
qw9rGLlvrR1pza7ekVVekSGtyHyANhAPoMYP5O31N6l9U8vM+y2YuUHuw2aVWPBLYdo+gWH/
AEXsf/xdn9RJST60hlP6O87/AGONFjQQHOLfY3lzGb9/r+quWx/Vbl47q2l7m2MLWjlxDh7W
x+8u26xiN6liU4jHE5GIWl526miS32/R3Pa11mxih0npfS+nZbbnWjItqEta8emNzi1le61/
8uxqSno6uh4rj6r3WOky3dAMHx2hNZ0HDMuAdDR7a2mBp/W3I1HUQad9jt5d7gWADjRzWM/k
bdvuSo6izKqFtJIAs9NzXcz+7/0klPN9UxLMR5rJLRPtceQwnc2f5TW+1UwTG1rhoJBgaHld
B1Vn2ui8Wuaw0NJB1gxLvp+73V/QXNG2xlbNwEHQk+eqSlCx8EHcD3/FIAmdY+75hMCXmNBp
qR5f1kq3OIkjtryR4d0lM/s7/D8B/cki72/uBJJT/9Tpby3ED3XTXS10n1HbWEgENaz1HfS0
Y1ir4dfvfmZw9W3I9tVEB1VVQ+gyvbuZ6v51r10GXQy6l9djW2NOoa8bgSPc32uWJSamhtdb
Q2trnNDWCGiHEOaP7aSmNrMZlF9GRjsy6XEWuoI0c9jRs9v9Vqy8fJtD9+H9W6MUfmvscxrv
+i2ty1LnE6NIkn8FWrtf9psaTO3YW/B26Y/tMSU5n1g6n0ejMZlnGDuptgFgAc417f0eRY7+
YqtZt2VfztqzqfrDkdQGRhOYGh7d1D595Ic3fXZ+a7d/IVz6wP6fi3035tDbDe0sa7aSf0Zg
7oc36O+vb7Xql01vTLLrMnDD2urIrcHj2Q7376vpW+91f56Sl+qOsr6aagSHO9M3ckxu9jd/
9ZzUsDFOR0zEdaw3epkltoJLhsLgyj1Nd+1lzK/6n00bqeJ1LMxQ3GrNra4N5kNMNP6P2uLW
+9/7v/Bo3RaL8fFpZaPTNVosP9S0sd7tv7zN6SnexcnI9K4foLmtfsYW76g4PcW2faJZe6r0
dr9r6/UUqmbL8g5np43qMDj6Nxc1tbA4tzLLnsq9N2xuxyvnEewziMqI3Ta20PaHknc93sP0
/d+e300LOwsZmLkuvZuqya3DKDjrt26/vN9u3/v6SmlgdQw82yyuhofRS9+OLZBFha1lrtv5
tjP0r/f/AIR/v/m7EDqfRg39NhiB+dUJ0/lV/wDfmLO+rBbRhnItcBXRXuucRta25+hrEn6V
dLWMf/wtq6KrKfezdsdXXpsLwGl2n0/T/nGN/c9X+cSU8myT9GBrBadCD8fckGtLj27wf+p9
35yvdUxG42c+wCK7iLIGg15/8FaqvtBdB9w7d0lJNrPH8Skh7neA+539ySSn/9Xt78qA5rmO
dPJb4eEkrCqDq6dlhAdveRr2L32d9v7y1rs2kWWVsrsc+qQ5+whgPlZ+f/YWR1EU4+OcmvHZ
e6P0jANriP3hvY91n/FpKXNtPp7jYwDnV3b4qk7Nxq8h1gcXVvra0PYJG5rnyB/Zs+kgO6r1
FwhnR7oJBEta0Qef50s/sexVcivr2XeHuxRSANgZ6tYDQD9H2b3f9FJTczsjDzDYy/Cys6vY
3bS0M9Kt7C/bez9LVc252707vd+kqVLpXS9lFtNTHsyGfpLPXDWMd+aK2vrtv2Mqb++rOL0v
ODnG0srsAJhu5zT3h79rfzkI3V4NXouysesTD2F0jbOjHVfS9rvckp5tl+dX1E3Frvte4uc2
HNbH0W/R/wADtcuvoY6rIxmT+jdS6otkkBzf01O5zzu+jvr3IB6p0Wx4rZmHKts9gqrphpJ1
h1j2/wA3u/cV29rTT7R7muD2RpJGn9n6SSk1n1qx8TKYL2WVsto9Q27d7tZaxjGy3d9BZf1s
+sbMzGx6MS2cfIYLnt4PJa1mQ1h3M2PZ/Nfn/wA5/NqrlOsy+i15FpJuxnOZuMAkbtjm/wBv
9HZ/YXPXvguPcDXwSU9N9WnZfUMRwc5rGYbnHHsLQA2x0u37fou9P8z/AEe9b1PS6R78gm+1
53PLiYn4fSd/bcsvoNT6MDFw69u+4mzILgdGNIlv5vvtf+jXQs1LmkaAz8klOZ16ytuK02DZ
st9Ks8y3a1z/AMiwQ9jmh/YcN5Oq0/rM8iuqpo3G20uDYmN5ro3a/wBS56xK20ubuDS2Po7T
tJ8AQkpvQ391/wDmFJB9H/jPv/8AMUklP//W7ewlgmQ1vdxMD/OKp3X4zQS60PjkM98H+Vt9
v+cp5nTum5t/2i2tlzoDWt3OLYHgxj9qo5PQse2tle2stY5zg0tLGnd+/wCmfdsa1rG7klNH
K+sXTqnFjbNeCz2yf7LG3Wf9FZuT1+2yt5xcW4ua0xaWe1pH0p9Uta72rYd0N7GAYzceuDMN
DgZ/rbHOVe/pPUrqbarKmv3tcxu2wHkbfz9iSnlg+7q28Cuy6xhBL3Wta1rSPoemfb7v5Fap
ZeEMWw1OAD2j3BpJGo53bWf9Sug6N0bqWFZcbsa1psYwAFsmR9P3Vb2OVfrGC4503VPqOwQX
tcJgRu4DUlOV0qzHpzRkXt3NoY57amfSsdG3Y0n8737l0/T80W0mce3GdYXCtlsO3w31vZkt
H5jfzH+9YWL0ux+WwtBDKnB73O9sQdG+76Tnf8Guqbjg4rGvA9Ou021kT7t9fpENc383akpz
Mmu3H6bSHBtr6S03jkEP3ept/wA9c1fSNx2EPBPtd5To5y7oHa2XD2yS4QIgDVc99VelMz8y
zIuBdRjnT91zyZ2fymtZ+akp6TodGS3BrfkEwRvqDhqA4d/3f5K0C/YS4wBGvw8Ur2H2v9Zz
C0iHGII/d2N9v/QWV17qHo1jFxQLsm87S0mGhse5r3fm7vz/APg0lNfqWRRmi8CR6LNLmn6N
vusppE/yD6ln/Wf+EWLjsfsaSdrnNB0gakLRyq2YnTacV1m+8va+46SS7dZdY8f4P6X/AHxV
yCK63gSC0GfCQTEJKZbbP3x/r/aSUtp8Hfc3+5JJT//XVj8kWemItsmG+ha1+vg1rtj1H9tZ
WKQH3X0kHVtrHgf53vW2ekVsz/t1j22mxx2sNbW7S7h25v0tiF16yynpj3ssex4exrHCCdxd
/N+9r2+9v0vakpo0/Wt/Hq1XGfoy0GP7Lg//AKCvM+s7GtG/EtBPJY4ED/tzasTo+Ic31X5x
rtLf0dbSGOaNA+zd7Ge73I+b0N9OM+7pm2l7Gy9mrBYwe54ba33Vv09m1JTtHr+JkNjc+uvl
xc3j+ttQxazIO+h4sDvzmEHv/JPtXM4Dc+0m7FvfSC9lTW3vFu59gc+t3qMY1/pe3+Wju6Xe
WX25OPQ6ylwZZfjuLSCQHT/gnu/nElPXOfRULQG7mtINbCRJLzu9P1Hb3N/m999n856f6NUr
X22ENvh9xs3Oc1pYxsfQpox2u9lbN3ve/wBS6165TLyMvpdbDRk3OsJI2kl7QABD62v/AH3L
p+lYXWW0sd1dw9Ww/o6Q0bxp7/Xez6Ozd/N/T/0iSkp/WWurxzuc32tL/oAu+k32fS2t3PfV
uUPUr6NQMXNdjYocf0Aqf6ZeD9Ow1O99bv8APZ/wqP1rqVXRMStzWsrtvmuu58BrC0Nl38r6
X82z89cnj31es/Jy6qc+y0nfbdufz219rP8AOSU9g4ue17cLKDrA0F0kPaA7j6Id7/3Vmnot
osFj3uLyZc1pgTGrg4je73fS9yhh9axcellNOH6VQ4bS4HU+IPv/ALTldZ13Bdo42VlvILSk
pzs/BLavTbVu3PDrNupd5ve7c57Wz9FyAGtLg3aZIIme37u1bjep4Vjg1l0+RaR/1X8pWN3T
bnbb/Rc7j9K0NP8AZe4N/wCikpwPstX7x/1+SS6v9m9H/wBDR94/8kkkp//Q2rc9t1O1v0g8
Fu3yPub/AJqq9bc270Md4PpvLrDHi0Brdf7SdtTvX9LXduLeO4UOuVODKbKyQGuLTHmPD+Uk
po4bK8PONLLA6q97nhvL2PaxrSHOjb7tn5qvZz7HYzqqid15NW4zo0/SdKycDHc/qNVhk7dT
M6SHOd7fzf3Vf6hkOpvqFbdwLHnWImWzp+d7UlNDpuLfXmWtcwNDTS/mNay+oBmn5tbltNeW
MzCW/Tsd6bT+cXNa3t+a6Vm051uRm1sdtaz3TPfuza76St9XfbXhgVzvc4CedI3e391JTcxs
LEqyab3M9S7GYXUsO4t9T27dC7b7He9Swck4VttOVvax19hF8bg/137q62WfT37nOVXF6iL7
K5BaQ4AEn6UtO8a/ne1rlZzK9/2Rx1rqu9awz3Yyz0v/AAR6SlXN35F2Rc0PseWiwvG4Non9
Di1tdLfTZ/OWf6S332LjwWV5Vz6W11b7HOa1wIr5j3MYuzscH4t42kRU5u8+JG1n/SXGYFAv
yKmkbmsix+nIb7tn9t6Skrzde6sPdXjPBLXWYzt+6Bw5rg709qkx+TUx7y92UCYY1rAXzMe3
aNtn5y0+o03/AGd7o2lrmvEg8E7He7836aF0yhzs2qGw2smxx7wz3f8ASckprfbHZhFPTqH5
NkbnDIYKdoB26H1bK93uTDM6r06xgzKH4bHGGvlprnw3N9Spv0lvZDQzL9etu197C17B7Wlz
T/O7Wt+nts9ydtVmZQGFzqmteS/a4AmBtaBA2P8AztvqNSUt+1s3/TH/ADKv/IJK/wDsWj91
/wDnt/8ASSSSn//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQA
bwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIA
MAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOkGh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20v
eGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRj
emtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0i
QWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIw
ICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkv
MDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4
bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25z
LmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpwaG90b3No
b3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRw
Oi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQ
aG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5
VDIxOjA5OjE3KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjA5OjE3
KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTowOToxNyswMzowMCIgeG1w
TU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo5ZTI3ODAyNC1lMTllLTU0NDAtOWVmNy0zNzM1MGQ1
YWE2ZmMiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDoyYmNmZmIz
MC1lYzI2LTExZTgtYWFjZi04N2M3MzBhZTU5ODQiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJ
RD0ieG1wLmRpZDo5Y2QyOTlkZi00N2RkLTI5NDItOTQ0Yi00NzliNGI5NjIwM2MiIHBob3Rv
c2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2
LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2Vx
PiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1w
LmlpZDo5Y2QyOTlkZi00N2RkLTI5NDItOTQ0Yi00NzliNGI5NjIwM2MiIHN0RXZ0OndoZW49
IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MDk6MTcrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2Jl
IFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0i
c2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6OWUyNzgwMjQtZTE5ZS01NDQwLTll
ZjctMzczNTBkNWFhNmZjIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjA5OjE3KzAzOjAw
IiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxw
aG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6QmFnPiA8cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6
QzNBNzY3NTlBQjE0MTFFNUE4MjhCNDkxMUY5REE0NDU8L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QmFnPiA8
L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRm
OlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAA
DEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdC
AAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHw
AAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRt
bmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4
AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJU
UkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBD
b21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0Ig
SUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAA
AAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbP
ZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6
Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNl
IC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNw
YWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2Ug
Vmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNl
IFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlW
AFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENS
VCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBe
AGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADl
AOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGS
AZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6
AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOi
A64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUN
BRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbA
BtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+
CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsL
CyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2p
DcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCb
ELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPl
FAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJ
F64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuK
G7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/q
IBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSr
JNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQ
KgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9a
L5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVN
NYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuq
O+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJy
QrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mp
SfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQ
UZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllp
WbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1
YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3
a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRw
dMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5i
fsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VHhauGDoZyhteHO4efiASIaYjO
iTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2
lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8d
n4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sC
q3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4s660JbSctRO1irYBtnm28Ldo
t+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRR
xM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+
0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v
4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o
7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p
/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4O
EA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfsDASIAAhEBAxEB/8QApwAAAgMBAQAAAAAAAAAA
AAAAAgMAAQQFBgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAgIDAAIDAQEAAQIAAxEEIRIT
BRAxIhQgQTIjFTAGQjMkoBYRAAEEAQMCBAMGAggGAwEBAAEAESECMUFREmEiEHEyA4GRoSCx
wUJSEzBiQPDRcoLC0iPxkqKy4gTh8hQzYxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMR
AAAA9bKhcqwaOhdXRBKgCugizsDGqClQuxIApCSUSrouSy6KhdSA1GAIYYNQCxlFSxB5+3IW
LlC1PAqAZdFRRBYabsj0APDPRrdy9w+0EeoG4SSEqQGrgN1CUBg1dAkMDuoSXRcFQ8KgV1Ap
ULsYUoyKlWK0ZtQhT1CqOipcMtEJnoQCVEGmwzGuweKM1igFQNFQJ1Y3bm3AVps79WIVSEko
g3RQlBKtMBoxBu4SrsWyoQLoE6oZdQsbEgQgrqi4vCbn8qjpq5yToZ+cwalhmVxWKRsEzC1p
nt7BNsoAiUKHTlLyjYVrYN38vYbjVR6OpCSQlXChKgZdEqUWJ0DVwlXCSrAAlhEgDXOOs7SO
UB0QzUaAEi1aNByNPR1HL0dAzEemGEN6jGrSkTnYBRWYFMgmHRSNGYHOSQhJgorYVt5281BV
nopIVdQuVC6kBohKkoMQAbWNB0g40OkrKwXi36jmM6jzz+ztWcu+kgWd2UBwEqsFi2lsWZcu
iqtYnB0M5mjaEGTBNNMrJvWYk6Ui8PT5ZGqYFYkJ34thpsIekqUXJCSxLmbObEpUFnYZmDpa
DkH1oc/S+xY6BAjqAuQZdWUptGe4sKSyroQ3KIbR4TSXNhvWBDUAJY20zDrSJKWGsqMqnLB5
27ACwNQmrsDVn0hGoz09XRckLq4BTKKuQglCpdg0dAHIVJRcqBQbLqQGygNFZmvRQleqxNPg
vD0ueKuUBn0KCaBBCdDXJosNTDCzUJz83SxmXB0MBTVuE0UBfm1EuUerq6LkhLqFyQklFyQk
kJV0SrhUlFyqCixHWhocqFyQkkJY2VRQz592Uyxgi6uF3Sx4CJqIWEs4NIKKz6FnL5XoOEWS
2AXViNSnijYk9dLoq5CXVkkhKuFS4S6sqSFSQg3QGbPzDqKzQ6B8eHprzvCGxIVWUdWS5RdV
YCtFHPawgF6EmYWLHMowrkKG84FphfL38sjFNFkJgNBwNFR6qXCpdEuQuVCVcLq4SXRKuiqv
nm2uCg6HPVRrB5CFbRJ2+BZ3x8yg9aXP3hWEDGUWaDDGZxzFkGohIpixsoQljnHqoSgIRXL6
fKGkpgJ1YspBpAZ6qrouURUkJJRLqFyQurhVXRl8d63yQiFCnl2DlHvWJDbnEcv0XNOcwu+d
B8UOtdjKUkdWMTXmHMdg+Ow6xc5htRWM3XzGjrSQVSC1MArldHAUYNCESBsYOYJHp5dFyQkl
lVdEkhLqy5VEqUTzHqEHi9OjIa+lnMvNtynK6a9A5F9MydS4IVrWZKfYoXKMQmBUGh9qoZBg
7TgYaFN0mKtqhJUJYxYnD0MQLFMKFZlmSjTVrPX1cJUhJKJKoKDAqqBSoSrEkqFqZDjef9t4
o6uFWkbeXpE6vF7JpJZBjVACVlKck54aEGUX2ZmEJBYgY4NIOxDTTQAEuqKWyjFlcsW5YlNS
4JZ6BbLh6mXAauA0VFS6Bl0XJC5IXVUVRUVVwvyHrcJ42unzhhrcdD0OV4RIYNi7CuWCptGB
e/McwmEVYkVDWC8CCOuaWGYzTWaD6hCo4wSdDJWmCmlCI2iemqUSSFVdEq6Kq4S5Ac7eYdFm
VBOEnMdGc6zY3lEdrHmcatXOQem5nK2HQ6nDadmhMhHRUhAZdmMxN2iZb0IKEaAsc5s5GkAq
0MM1aVAMug7VQ4UWRsEbYGEMM9EN0XKhJKLGQupRJKK5XU5Re7DuAz3jOfzehiAKoQ1NO7a8
Z0VhsMV6GBPxsN+jjdIaA5xyBSaYqBxSws15johgo3IVBx5DHKoSyTQwwgwl0MqwGmowjWJ6
eSi6qyXUJVwoCAuZANONlAvRRd0AWXQRzsHpHHkdPa45qXbDS6oKKZjXz+HmPQ9vzHYNmEwF
jLKq4XUEl04znVlRwipdArOFAyFMAi4NkElh2l4bEEeooqBya+ea2c8zbUQXlMCSEDRwXDAk
Ei6oipLCkhnrakqyWL4vZ4pzKJZ0un5mz1k856IgsAGRQdUJTahBW0GyAEGASGIVwQhoB4JE
0CkRxpcSVD2FWIOfSJyy1YxoBYRDnNufjdEgdVZyNigMxccT1GnxnQPSCrQCVCac00mOn4y+
R08pyc/U5IQyidvidY7CyMTNjTnTqicsdtmGuhjIlqiAqxppsZdIGiMGUNBBUCIaCGUe0q6A
ExA5u3EXKzieUvtm/coRfngznpk60nlLoQTHtm7JtynSvDsIB5javF0jlYulwzTyHpKA4Bvx
bj2LM+wl3AaOgLKGbPqo46d+QzkMDGxCExEkNDaCy7Gy5LJRWeuqUUB5zn2hxPO9Lmj+j08o
9hCee5nsUEss5wsrxNfYMyZdPny+v5HSeyDLpMG9QGnhel4pwRuyAzSI9Bk9CNaAj6ghVULq
gGShM/P6uA5YPQEYsF2QEU2gCsCWJBjTAGUR6uoBfK6nFCZdGPS3EduuToNlUwVTRMg7BMnP
7AmY18M3+fsCqOjp9ny/pjUk7NGW7PMbNOw5zeqJezOgPXnabJnA1Dz4dBJiEogAANZzuX6L
hAFVgWFl3LKlGLuUWY2ExdHo1Ao05daC4UOFzevsPNH6QTN3OT2jnY0JG0DCu3zOiV5X2fmT
kEzoHLf6GGLVoESzmMGOzajTm5CjrqyPNcwZzudHFsBjoc3L0VG6c7cMrNRbSWTjdvnmWShF
ssXd0WwYDRrDsIGQWd9L1EuoN4ezCF36EZjdRn3ZYbqy807g+ZzHrx8m09RMSzPezz50Aw4j
0R+U9AYjBxqBiDlDVDPQee9Kcfoc7oDt2Xnnb0ZMR1w5WA6HX528QehA1PPcbpZGXl93Ocan
oBq7BKqGDcKqGUwSPQZuoswTV540bOP0TStwkasxMkF8TuicLT1bMJ6WGVGzhCsJ2KhiD0+d
tNmgXis+pRxqYs2drhdoxaWNBYkzdn0UaBRAaydELk87AbO9xOudC87wxKGXB10nAN2I0kFF
0wAGVBkqj1lGJWbSsyqNQ4LEOEAMglUELUWc2GoiZnLOcZ2Zc3SI4PU0UMoaHZnYDDUsb6Dz
3dF7cW01MMhDMuU62HbDLrETicn1Xjzp7VEdc12aKVAhGzLxvRcUUUMgMEEpCiCHsRMCqsTG
jTzDVUg2hhBtZJIBj24TaVWSmWefzlzzrZ8NHbfzukGujLwa+ieZV6rnmDqNSOeuHZEbDU6z
LquFY9mc5/n+pzDobOZ3AlIyD9JuLgWM53RWccWJDgwMkGVcE9kNUWs1GPn9LlHQq6Kg2XV0
DRQrBv55vKUNU3ATznoegeLnW55r2Gsur5Yk85nXLB0DbmfkOlefSdFcgenC40UgyctvnBRq
WemRh2Fbs2YdQ7DMe1oLqhyc/T5wm5RYXC4UPVCWcctSyc7eoOWJKgjLGwRNQ3mvynTHnUdO
+dnOuvi2amYTOrOV3Thcr2PmjLBoPfi6xtVpERu5fVKvCBfZ8g49YXi/RGTk6ucUJAP7fE9Q
TN06AZLBK4TLpzjOP0eMNBTRlVZGZbPXC2hNMhnw7lnPvZRjmuzOOkjHm6dGXP0OSMrPZoAD
HaOe8JY0aejzmgg6HNT1BMxaWlFDOfrWI12DaeevdhBMVghdgAyjp+h5XVIK9BZCZKkKWzMJ
4/TwmUyMG6WaGZSPajeM1DhIsxYZ17OQOHkJO1fnSO0fnodPOhgyw0CD0PF1s1HGHo0LybRM
2qbTMbkDk5nDrqgMu3Gc7scTrjOL2uYZBgg1KKcnoHXbeIrs59BRDBl1YGdxHH523lmyrWOJ
ZB2kz1HN6wGVmmjAzSJnVrWcU+tDml0LMDNSxIvUCYEGpeM2v86g9Dk4gHWz4qHguizXDf1u
fsNZZXhZ9ec5W7N0Q+XtzHPU1INSA9fl9U6SNpDGrMqEA2pYpbFHL5/V5xYMAbAYQwM9XV0U
N0VIQuFQFGspJKGDnSbl5UG7m3hGisToc56QSqgBckqWIQVpOn0ceQ3O5nULWxJzurz+gBz9
3JG4uhgBEhK34Oibujz+qFd0VVwKLIvNAKwXuPN6AcCVOFkVHr6iQr52Y7U4NHZzJSOz5s5u
VzjHpa85gdszjV1+ec+WB0Nq9otGrOclZiDLoFgUdHCzcZNmrqnI187oBUUB5fYzHJq0BLKF
9HN6MNjBIBUSrEizwkwEBuTr5pmcvQLuWEQw9lyumk4zelRhDdlL5HZymVjaLGLBtdjIqDOb
1MJyB0oOtuxbAVuo4q30JDUAinCB2ub1idvj7zlaLaVJAhITBxevyinp74fSEyZNkMujLpJD
oRy28wDucrtAcrrcQeQsAo1hwTPW1kM0Aqw6qEG4BDoAHQyBss5F9SzlZu/Z4tnq0HLbsMxI
6qjhVrQQGWIRs1CtsgWiGAowBKGLhUcrmbcRp9LzuwHY2SQS4ix2Kc4yLvpDnigZx9WYLZh2
i1aVA3DNlIofSBNzOYR175FHeLiEdmcp5urK8MpArChlrgWeAGkli4UBKt5nKnCjjAcmDsmG
FAnKooTA5hu2DzEwINBnno14lZhYtzk1I1CR20ByeriI6jFE5YEYAke5iMlsUQ0KN68BGyZi
NDMsNNIo26OZR1m8Az0I8Jx1j5DTpJzNCqQLfh0gmjUDzNMBsRKNbDQKVGnLo0HNz94jk7Gc
016+X0g1URiR1hMJaoc9umGWaUGfJ0MhRVZJUGmppXP7vJMz66wa2WZMvWyHLzvozJ22Yy7K
jGbVmkc+Y6A8uztlzNAeLoQx6RSdFnDUejb5jSdvRxiOmOPWU1bjK3VYvQyi+fm4ozFt6pwd
vWUJ6xQsggUlEsbKEoJF9mdO5hxV9+HFnVhmxdmHH6DVDKISsmrKcPO2hPd5vWDF5Csu6HnF
+j4ZqTihburnOW3sZhWioJBmkyhqwmQag3oO7YplmGcsDkznmdesC3oo6GjkEdu+NDulwWnb
HmMN95CNFKsO1kMtZhFCLYDDNBIDPqwmsZZOX1OKc85Cdbi9g1WlwUCw+fv5Jz7PMek5z0nV
w7sBsaDDk3ryA87r88xdxXoCFwuwK1wggPjGbi9rQefPfxzbEaCyNoogAc3KwqFAxKi4cI7O
s6g84jczI43aMWoCsrTRztmU0GhhfH6HPKHS44HUUB0mraCQsF8fblEpck6BIcdTFqxmrRm0
CRXoJn2iak6cRx+/w+iatOd5n5muwlEovh9bjgtCzQzmqO9y8+gyl0rOVodY8IBoLRYlOXEd
OudDos5ug3uyaR9qsbQEOahxlw9HnjmooZhvOdTRh2hEBGJsIRi7CRGxRjsesiXEAbMusi2K
HHRGHH1iMTcbzYjSoi3qMHL388sl0bW4dhS3AAwKKYlwvn9TcebLs4zN163mFXWh5zN6/lmX
Vj0GyygDKIYwHGPl9fkhriwFagNfQxbwAfiK0YSNt5FDX8rcayoylP5ovp8PqmxFOI3LoLKQ
4XV5nXIYmVCh5hTFlgwDbsW8XVGYKBhGBYXT5XZH8voUcvfl0FksjTx+nlMb9+kyp14yOU8a
RAVx+1zDKLBAlmadqSC53QyGKEQAGIHT5202kLRfM6fOMmlYjdWXSP0Ydo2xs5O+1DRkDM0H
EzasoOhG81SaTMblHOHQoAiILqZ9BV1ZikMUOkDSYtBaLz//2gAIAQIAAQUA/wD5oP/aAAgB
AwABBQD/APmg/9oACAEBAAEFAGHPyRDCeTmYhJz2cTygRXDTmFgILFheBgZmfcAcHtiZJ+CZ
nM/pcziMI31g5chQleIxAFCkwj4PJJYRgcA5FmQusP8AWCSCMTova0sHsB61LWp8aidiTgqe
w6hiRfr9zWorCsFD7iqRc9gFpEHEDcZWOMwfH9Qw5yfnEKgwKQQ04JI4/rHAMzx9/OYfr4+g
CIeYcAsyqFUsecX/AJQAKGzkiHMLQsMkS/AoqsrCYAHflHJlxyFLMx5YEYdgYHQwZyLPxbOO
wVW20wdqtR+4Y1psuQ5AJJwcMOcfwaHmEZGIIfvMOIeZwDMiGZxMwHjM7TPPPwMw8EHMzG+h
lz/ZiuHtcRo2cMR8Z4P1t81PShVdco2bHnjci1WVewQXFAEt7QdmbxAMqqJY9avbe2ezFimD
hmKKuaqUsesKIWIXttYY8/8AgJEPct/WBD8DMEzMzMJGEZQWZRFPYD6xAeCYfjPckYhhlCr5
yYxhDENXOpM6GEgS907Ps1BrdgKx2GydlQBdYbRVYyhBhFZJkNFCmNU5a2ggYwWS1j0AgUQd
FOuillXByM44P3/EzPwwMZxgeTtzg8TnA5hEbgC1M44MZczosXg8w/ZhPGZksygYmDGIVdQH
wmMVENtYl22lcPsQY29bny3OR52tNea+CXCgOa4rEsgsyaclEshXB5WF8LslmnQVodihVa0L
EbkEhq7cPW/4jM/pvv4z/A/GYyBj1AGODAcfH3MZHRYAACZmH6DGf1mZ5/tmyVCqOBDYik7F
c3N1+qboStt12HntaNmdQbCOeyRGtwUuYIjGPrjHj4Q1lsKY9fZ+v4qzANy5+uoznA227A1K
J1rjIOqISE7qdexnRc9cjDff8eIf4EmZhOYfj+s4+DmET+4BBkjMNqgvuVAjcQRt2wltp4dq
wH9lzLbcrUjtEV2lensNF9dmLo1I364MOqI1KKFRGHjwCCA1mYtVawAmL2BbJnVCOOnU4fGW
tXF5Qs4BJVQCuSihYehGv+IDJMrD9/yI+SYAROYZzP7AHwZ/TEg+eks+zUpfdVRbv39m3XJ7
s0VuxKmdXytLwaryvStJOivWjUoCqoAU5AyZiYnWWIMEAB84Y2MEQJAmGC8nIP4g4wxC5b7s
rLwVWAXLyHLTqDCuIijurYdO5IwZiyf3/X8T8YGWEH1MY+COPqNsUKG3qhH3NgrZsW4rLeQM
xYi0qNW8yv1rsP8AnKAmnUhFaluqwTkw4E/GVkgAmCK2R8HMYYF6AwuWJBVQIFDOVbJRiK6z
k0giyj8mAAYEBlyblURcA85vIgDGByDWR16mZeH+OfnGIfhsiGxRH2qVjb6Zt3bmj2O5wgiC
wk02kV6tjONJSyadStWi5CgTEIEYYP8AZM4+MZgWVjDATGIvxnPxYwEsywKLllOSJWOT/lgF
lWEYjkYsEZeMSzJioQwYhnA7AgE8lG/DuxHd8H7/AJZxGvrBe8gPuXQ7RY+dsk2lhXY0r07T
Bo816lQBFaQJ3PjEAh+xyRz8ERkGcEQzmf1/cOFdRmBeGYLBYDMxrcEoTaxEaulidfBNJEQf
ic5C/kMCf1b1xYOpP4lvyFgYO4WLns4BIDdmBlZwpYGeXg/f8GYKL7mUFrO3TYxZqXOyeuti
+sAZfX1iJr1IMAAiBcT8jFQCLjtgQiYg+wPgnEIyLFeAkHOT9A5EV27HkU2GE8XOcmwqBfa8
qurUC1fLZblotjKPKjKtYKPUylgc/wBiMFJtAIIMAyHJe3phgAZ1IdCyzhiEABGD+MP3/DiP
WHnjUQBZxMDLcMVmDMfAWDHxkT+gYYOJmf0IOJ2jIGDVlIvaEZnRw3Vp0Jn+zrYLOwVRMGNk
BL0JWxcq65LAh8+Nbui5W1W1ysWsrORAnaXIoLfRCg2p47T27ACAfmBg95WwClsT/Vg/f/ix
mc5H8hkfH1M/InWYwMQCdZ0nUTA+MAR/qwksVOMnLlsoqhVRCCoi5j/QUGL+BS3sSEniWNXi
XVdxZUVn+J2yWsH+XBnVSVGS/BrGQoHfEP38H/zAHrg5+pkfGYD8CH5Hx/f9/Fv+IPQWwZwB
mWghFGIo4GWIEcmDOAuYFmMxc4JjrLUyjpzsKPMmIACy5ypUR8syAEFisxZg/Z+M/OJj4/v4
H8B8H4MzCwENtYguryDM/OZmZgIPxifc8aS2loEIGCRZmKWJ6gj9dDPCVhX81BMGTPsgGZxO
0LYjsI6Ai4MWAxB2xly1a4JX8A6gEAr3GCOZzD8n4M+v5H4zzmGWWJWLNysRt2kRd5Q7bq4o
9grODMwGN9CfcUAfPEMxmGsGNQuWo7WjVGBrhQ9XLLg4/wBicEDkCGZyScRrjkv2Hc4scO4V
g6rg5Ias9oGIUds9SRz/AODPH/iPx7fipW7BUQRyrw9hAxB1rVsp+MiDBg4gxBxMzIhM/rPw
roGN9WTdGYxldpXVaLAnUAMYOIWhOBezMCcDEYgxzllLADq0DoCjAnIAGDGJBwMf3OYf4n5x
8YmJiGGZhntTY4RI6oAjCODW+WJ09mzXcQzIyCYD8ZhJhYiK2TmEiWN1SoAVgCGFBnAiAF8c
ziMyrDYpZyuSxhUknvhuIOrAqoisuWOY+PHSSFbJmBD9/IEx/EfJ+MT6m97OnVj/APsPJ/8A
YNol/d3WCr2FBKPpOOhSIwzZdpKE9hoIX/8AY6lD/wDsN7Q+62S3rtt9qnIEzAfgnMGRFM7C
bLkVLwOZkwmfYrmczJlhwqhjCOW5VuCftyxrCkqhyQOAv5Ac5BWlSA2CuUh+/jH8D8Y/iYZv
bP61F9tjuATMDKqImpY0Om4A1bgGoFqp66kDZ1KqqiCD9Sqvu2nUKNcuTA5hJneNbiPYcNcA
o2Bi3cR7V2q2HlxA2SGEJAC2qENoIFmYzflmN9NGP5OSGwVUr2gxkVqrkZjtgdmFdD9gDMrD
MfOP4cn+XPx7Oo26jIe2DnoZRWC9Faim3b0a0q2teyWHU8ablGLEXY1v+c5pSvs3q/VhYxzA
wyGEySrGWOMG0wWTIMFP+8u6ldkJBshot6TzdkdGgbDGz8Uc47id/wAiMFszPFzr1IAH4kHl
cqpUHNnK0jtMKPj+/jPzxMTMzMz7PwSJmMAR7XR/XtOcauqdhr6RRY2tTbVbTqGbRDV3u9ao
KrK+q1jdqNS+u9SlEYQgZKjLoyyoWmN2hUFWQAsSACwlL/kHXJFRhSvCL4y1uFVhi6juP13w
F4yFgfEz2mDCoItVlrJwoCkksYOjTusx2XXcmEjPGCPgQfxxAIPkzEA5mzr17FW16nZpbXsu
pv2XU7Fd6OU1xN2q129hTYyUK9E2dsi6hEZwfgoCCgEIi4gXm4lQzHIJlrgBTitQ0yBM9ozK
Z2TuHwKrg0BXBQMDVCoJZTCuA7OJeMpaBivkkEIHyenYoiBdZilj/wCOGweD8Z/gTMzM5hP8
czJmZZSjrsUN4HtsR6vZrVqnZ39y39X2jxNu6s3113HSULV/cBhGY331MwZdgCzv2sYKLmuK
i1lAvguDB7lINq4QliozK+wlT8djCYRgYEYicTaPWFgIins3EOPIcgBiJ16Woi5wMH7/AIZh
h+gZmZnB+TCMfGPm1gleyf8A9IWtrrFWyVUv3VFZWalU1MijMB47CFiI2TOvH9WAxlAjA5JA
cqTCi5FZENAM8DrdWs4SusYCgA98A2ETyFgTMZKgRmFuxaa2iuoh6FQqhe1Qi+MsaSWwROpw
RMfBEM+piY+cQTB/gZ9fCk5OCPdUlL1YCMxyuwwDbtxmkpviDqnY5DYgbMyMDOc/FoyGrBlu
KwSpdRXFYmH8ogKlkOK+6ojcjDR3WlbPZsW/6Tkjfsy2/Zn9u0t5tlkA4qqTPiRS1RAAZbB4
2njQLVWgl1SiYfHxn4zDCIYc4zx85mYTMiEjHaZELBZtpRtz2fpxqtbr2VCnXssi6Ld9CtTR
sKWSts1hp3+A0PEPE68FMBlIbJ8hVSRrjt4TnrYZZXeB0VQAoVfrbZnNVY6itFAZGbquFVC3
etAA9kr1yT1BhVsl6hAAH4IRCIOJ4k/8GZkQCY5xHPVV2AVSwkjE3Pb6+tL/AHW07/8Ad3Ot
XvtpI/t9hm1faFG3tr91SQ4ROi0UC2Wew1dZbvdeQaW4BUqq6mkgEMswZ9fGDGHGwfHSiWKo
rwAp7NXAuZYvDMDEKxnE7f8A6V1us/WYT9KlUs1quzU1hQtYI/EMMtnEZQwXWqUqy4UKIAey
oSOrYmf5Zn3P7zCZchsrprsZ6nUt7K+xaX1rGL1FCEAOEyw5TBgvaojcVp+0zi3Y3LCmta5p
0wkLBZrbzUum4GA2EYjDAqcYgU464myPLcyDJAM6LLTYAlhMstUFkqeHTAgqZG/VY2LxC2B2
MZQ7EgxWLR+FFkuv/Gqx3iKDMKIpYEBcqSDlYfv54mJicZnPyTiHK2Vmx9hkrYHVoj6+pYfZ
0V02MVi5hKmfhikrND9dKLDpPKm1C1zKrY7RNZSyPqIE2dOL1IBBBxg2ARrTkNmwEkfUYwHE
tr/Gh0sJVQMDLKuLEAbI7ZWMw72uxORg24jXdmyywPUYHAPZlmS8XOMkEEg+R8H+PMzDnGeI
SBCcw8S/sl9f4sCOtnsEWNsWs23US5p5/IsewmMSvJbzV0UB1smrQfJsaxuXXrXrdqU9hQgg
qyE1bEbXdutrEFnAhsACXV4Fi5bGTbGvYRtiyK7uzs6wNYZ1bDXMRkZYqBjsGyI2WZVxFYxX
YgBFIdSGGSxCxDgKFB6lmzZjicGD+GIc/BBmOTgRrqwdmuu16gKz5641WnaV1dXD+s1bQ/pF
j+msAs9ds1l9dwNLUy+4aUFdVTikdYHOdt0UV2dle+iobHvahNf3txfX2K7l2bcIzOTbkLZX
2nZ1ItcswYnxEhkANVaGvZRSnjaGrqDSDBXy6CKTlycYcmtWEUuJWKlUIvYqAA2QQQVPZRzF
GB1b5+jMzMzMiHmPaiK26zt0Zm/0qDsPjyOYWcwsZ0DHq6zy7CyrZQzCsL/X1WHYL69io+wK
FRCgwpBlvCo6gbdxsuE9bo2WWPUELkmBCIWYuxfHdhOpJVWWGo9r6EVFpRRs1nwgMgQ8kkRn
YxmLBwFiY6jCjsyj6LMJ3Bgs5LKY7yvOOygK3Pkh+DLtoq629hmEzMsuAjJ3PciYJn0MCZnM
+gOYBMED8cCvEFzKdimu5G1uq6+saxnEGJe+E8/Fpy9dgRqPb2q1PsNfYljc9ThlGT2JZecF
VyST2AZy7hz227Q1Id8F7+x79eTP6dTlAsVVMVAAuDCTlerDLdSGw7AV4MKZiYLdWwYY0NLe
S6x2lO0RDiPcDCRMkQqc9CAVMCHOEELoACGhBA6gQrgwACZVhVSEjIpC2KGdcwOALeU3q1UW
rg9QApAh4mrt21WIyurHEYrG/JR5cFTPHhq8NHAllZwg7hVYFsmHsqkmcMPyz9qzuEVuWpuJ
8V/UU3CBb82LaGxcItj4P31XBE5hHFyv1s7qKAryy8tC8GRAgadqqpZ7PXrL+3R5+5sdf2dh
5rMLF2fYIHr92hNG9q2gEGAgw8HEUkRSCLacSuxgGRs229V2zYwesfrsMzGVxgZnrXZqGP4k
cdMOiAtajTqAAAS/cqtZRBgE9iOxJUGB1ZkVJjIZLAox1JAhIYghZkscZJGYQROIxUzqYePg
n4up8hvsZAuEUngGbG6tAbbuvs1vUs8TT1qzusq11jm7vTquAS6shV2B09+5Wp2VsUGc5OBE
YqEsDTYQQWlGtsrsm8KpWhfX6kkjE4zmekJa9ksUpTcwXSsJGmuBQiSxFIOt3C6YMbSUzYqC
BV4YAtbYVOcCt1A7YJsPXtiFmwy4AJCZUwM0Z2WAhlYhQxwvU4MMMP2xwHBezJwCc7e+qBUu
27tD11euhm9trq0au1ZbsUV+OewQGjsFLuGLD8qanssNfWqr2DU3qQ0ODDxGYBq7VtGxQqna
pRVDpa22vgpGSBxGOZieufxbQKQ8kLwBCBCogUCcGMx7bFdVyKnSuzgumScBmK9VUdeww46q
DwXxPIAqKoRbAIVGVUKTiMQJjg5+DyT932dV7ZPON241I1nd9Sr9d6r67F2djw1b2zdc+kQm
2GBG0oaliBB9jHf19BSKC83dMWzW8tFQII4l64NVjK/431P+LbQ8Nt+zdauAJiFAsAw2hrvd
fQpYqoH8PuYmJZRlhU5l9Qrj9Zyo7KYWmWD46lvpkhBz1DAjoQAwIgBUpDgzxtgiEj4JxLrB
beMS2xa13dh7rdbTbxazd1o1vALE8i+zoFbVAi6lya7GXG0q13DBOloFzUjFeJtWCpE9vcLa
b1ZfxIYZLoarNFiZ7Gr8fYr3owp+OMFWMrpzPW6qqtakAE/P9cziZxMwzYXm9OrPwwJgUdnU
YQ4hJhJjEl+fhTmEYGMRScn77GZmYcY2belWuGMHI37TjXqa67X11Gu/q7GsKBVDASzXqvC+
q10gXrLK7yu12WypC9lS9EUw9lHtNtnYTT3bNW2u5GrDKVuTumq74yLa9ytkmCD4yorUwVTR
1/JZRWBGdVCWhiITMzsYDmM5DdoTiWgFLCrG9CrBlWZyzMMklkBgIyRyQAOwMw7AgkBViDEB
y3iGD8NPZXZapF64Ev0GtOh680k/RhqQw1oYakhXEeq0MjuDdpa2wKfW+K/tyXCjd9nWlZYk
8D49Xf2lGVYkzp1uqIB9jW5DJ1uXTYomriDWYzXqSs3bCUr/ALtp6lFUUjGMzgTuOxl5wobK
3WssZ28TVHFo7R15S1BDaOxtaCwwXEktmKQ8K4Z8JAxJ6r2DFSpMy2GIUK6NHyAc2bAAmDLb
69dG96BE97Viv22m717Wvax+owmIyzr1loDr0YHfut85LksIchQDKCy3Ah1rf/W4DKNlKwu0
bW2NVKtinaN0LVJG26elLoKwptauwkYIgYxnZDZtlnrtCstnc3j/AFhv9YqLyyz862TrbTSy
W1HK9RGTsSrK64EchoVbr/SgxlVmrBEyRFKw8zHCEPHdDY196LUgC5AFSlm9m9r7HRphxK63
c+syuwXwb/bVUWW/+wrP/wDQXGN7va6/9fa60srVXUtjbtNlzdoA2Apn6h61enxV43rrR1Rv
8l2vxXVHYEs5Ixc+bB2QItyVaGl7Cq9jY3lBwoZ3gHF9Yd8PU2rYhpdnsFJ7C+7qBWCQebuU
JZ7OoAAVY4yyHsQuICSyLyWULYoyqEtySApX8TOvFdppeq1VsG0toHNviZja60DY2q2uq0q3
RvXUIBqa6jTQ/vYBGxpXW3f8baJHo9rsvpb8p6YiLUUgAx7L1tlNrVPnT9YrhatepF8Ct0PV
zlDe5KXvkksNYdat7ZvN67myoq3LmBVzrbFxGtpUuNvxBmCMSFURlUQhy27UpTT2OrnNbttC
l+jWRwxpRTHRWlumyl0wP6yAAW6gHsFYEoCx7EOBgfXkAgUEqoBzxbgoqCuoIia9fKs4VfYb
eZ6/RZjWqLLACjMFK1oLqbQ0zCTCfgsI1tYg+yoYX1V0Wm3sGXqDsIq6+9Vc1xsFJdeycH8z
DeqVF+R/lUA1mxWx1TWy7GvZrtf+/qNZqbAsBViUDFPCTLaUFdtb13Ur5abNTpK6/DKsrX1L
ADIxzdrV2hlspsIUH/IkL17OqqwijARVwcGBSFHMAIOOLegJsrybVVVdcbGwFGrrC++vxqrH
B7cGtXHUiAFS95xd7ayp7fb7jT97ZeLZaxqIe9tlawN2xjuirw2ewQj/AKgaW3ta6OVanYa7
VZDijsHH4p1NpYYJyJqhmufqbdhwm7RVWWv0ab1q9Xu1H1y2JTtj2RvsX3DUrTusPXtsMnlB
u5Y24tc7hbfF1lO9nExmFZbStq267qe2YoyOFgRRCzFwcJ1XA4CAORkN14vGB1sJNKBbHpQD
XWx6qii9nQl3z2GPtC0ziMA0s1rWcesuiepWL6ysKnr6EI1xnY2xqLte0v2axMckkfHrbf8A
V0LymlksZz11w/ltGLMZnrkztA+Rd3WDr6si1LNgrE73Cgr+uh7MhyGpqRPOO1YZrLtiqkez
3BTq+pUPs3sHsFgYKCCIcS2ryRqGj1mmw/lHfJBALHMB/EMrFeC4JnEbBhUE3UB69im4MjXV
nTvvtLHgDkjj/wCOAYo4MwCRgMTifYA4x+fslf8AaIOWBhRsdTCJ65WzUoWpFCqKV7aorS7Z
Gdh+BoOBsD8F8gLatdVKblWF11bx6oAo8Ryldha+41hU7iivo3t9i27aYT1Y8d2w4E18ioYJ
ORPsHIlqBxt1shGQVwwz1fIjYcKSJ14CYmDg/A+7wosfVoFNYVATMgzrw30DmYwvYQZyX6ii
wui4gPB4t9hTXZYvrqs/8xBLNWsvfqHXLj8tMBNRAAiXKrODnyGutj2IIms3W3YUGjsqpqHy
Ndr+d69ZKwllmU1iGsUrNuh7VWkKUwo91rlXRFY6ql7O3ldAFVSM+RRPMIzBoZu0+WjoYTgq
Bgg4BOecYBDcnAwRDCJfX3rNjFORGMwM/wDxOcZIjnCliT2IBHYaTZqJEUjDcPvE55ylzYYE
hqktX9CnDLxjMrXxxnJp3bSFXJn+TLjuzEV2IAnqwQUqItsJUWbO6la+32lau2rYr8bLLV/M
3KDteP8ATUOWpr/X1vVBu3OJjMBBhImY691ZMO6srKQWZuw6jA64coozhe8M4+DxLOT5O1hJ
z2IikFWgjnMwFmOoYnGmSGbiIBkqe1qhk2d1q3/eMTcpaWb9wmlttYWAazK9mfM6FK9jUvax
qLDF7d6dW0mOcjRyLFIhOXxktrZY67qy5IYZD1gtu2qKdFlN+5eGXQrZayxVVsRFs37bhqa7
1E/fIB5m5WVscAovCgnr3OSMlmhIE/D4MJGDLBhNVi92CQqkQHjJhxg4yFaHgjJmpldk5BCk
EjJXKn2VXj2SeQBjGZ63AtGOyKM/VLMSKfJ2vZUF6V1g6+NXVPdWRs0G4W119AEUMCJ/ePhj
xYpLeytQwFa006bLLE6hd3drrlVFt7U1V0gMDPIogdDAZsVeSoKcHPYCWErDY0HIyJ0ODDgw
y0kLaT4NE/7D9s3HY4zBzCcwk4JLHBApUfuYYHiKcDb2V1q9itPZatlDI5Q5OM6FbCsE56gi
1ytVlzM9d96HS3nc7Nw/YotNlT2LTsgs6p27V2Kyu7Fqy2RMzMdwJ7PeSio2s1i1Bprf/TvW
sE1NNMtelYstewhiSTEVyae/j+5sJ4r7OpZshSWEZYgM5adrMM4gfMJj8rtqBq6H/wBowYwx
BzMCAmfQ5E4Y5mMb3MCnIIntq7nT1Fd6PfRVbPZXUEpSWeqtaUJXJ/FNzZ8rAzCyixKzX+rc
tHVJ7If7NRs1ITgcM3bP7NSu1prSt3YdiJtbPiSxmsufYRSdh2mvv211qf2Nm97FrqYidWL1
aeEWiuuLxBidlzuIWD9QwJMZVBYBoDACD3hxgsAfKDDYCNlwatdLq7U+iTmEEMFMKgw5yPv7
O1hNomZTPmqMXaqUf9LXwfYa/W5tO1qF0lZn17BZRhdkOAVyUZVZyhIJzo9iyIMbyLZX650l
uQlGx2q29lqteu6ll13W2n9ikO5CLt2ix7LiZ1acZrdZqKU10oyg0n711pVDPuYzDNYlr7mx
F6s7sqHurxRmKTFJMzwQIWzCvJqtcNWiysvAAATMQMoPZQOymGxVjXoC22xN1YscOcBzM4Ox
SbYvrWY/8e4lPT2O1nquhq0WW1AfHZXV13aWW0mAStO00lArDALauRR1rucApTkv7Suwyvsr
HbfoL3z6zYGxV7TYqsu5z2yCQDqV+R6Kh0bidewXBBOJg/DghNQDG5YFqFitA+XDCE/iGUwv
YW/3YOMnIhYCBWMs6oHuVQduwxbXaNdb2Fd6rh+vjcNajktr2kpqYmwxV+jMmADY+B5VlWwA
GvsEt2jUUdnKrkr1CX2NYUqqRbvXIXq9eV2LKqUfUJFJLMEBxYFRhYWpoGEuo/Ypwy2MIUGK
bbKg2OxzkiAEnQrAFX4LYxrr12cIpPxgCcCWYFes6FPZnqjN+Xc9vK5C2CZiNx5RCIYRmHEt
VWhor8QACYGfxEP+K/bEGdgArCNaFS20uyuCFtzLFczyME7rS1d17S0M1lZIKsxhvtcIldUb
9aE64AuXsbSTWFFYAAUTbUYDNXVr7gJDOs36skuGgbEJJP0QcxpVgvpKjxMCbBNloxgk5WY5
xGQFNLCr7Lmy5vGhUMeiknXnV1IZgvc4mMziO4UM3NZYxgUZ7K0hv1wp3EaNtFS1+Vt2LGaz
Yqrl+2LA/UHtTkbCKRakNvKJWsVmUeRgguJKWZSwHuq2GJrWODqOYmnEorpVCCqgAAgi5MpY
4AHFilsbCB67FCg8QHMOBMcEjOqoZtIpi29aatd7LNhBgMcyszIPw7YFCgX7xZ9jctIn/wAg
wJUkzGF4AxXCQDd7Gqpv+iHbsximvAKdWVWm7o2k31PVHv5N5Bbd2WAsuytW08XX2hH09tnX
1u2wT1LdU9XWYNTVUVLVXA2a2VGhqrENKEChS1KDKsFn7usof22rn/pLa9JXswwQWEtKuli9
n2D/AL9Ry9Z7LNxAl+CS3bLPmDJAxjRVFr1FHh2CbL6kIijrDiVnMxiEyw5C9BHbs1pezYtu
AOAFBPVXEsJ7YONryGsevZWTSrWNUxgosDBbQpF3Zxbm3RttNXqNZgfWaIb9GhINXEWvECuC
Yy8DqJ+MYYgry5ZFWy+jF3sddJZ7YEP7G0qu3csfYtY5JItIGkg8iIe65jtmA5D1hqrk6nUC
qHIC7rLY7NiFpn8uJyTXhKQHr1KNd7CrATrkHGR/mAIRiWfWzhaGQrKKg2zcqwLZlS2CwEXv
nx8OO06ATjHBhMyTD2jKWPiyQiqRWogGJ1yTXiMMRgoAIxk4suqrF2+oNm3tPGttcNmHmZJn
aHmYhByM59bV2ZbWBrDWSul8FQAwVI4//QgAr2iwrFPlWxCIcQrzheyZL1PWDU3deqBqkWD7
IBA+xzDHIE3T/rwDAz699nQqFsx0UEFYzKs7iZhxjPAwIRAMQnM+hkmc5ckL5byP97TwkQrS
sa2sGy1hNrdcsA9irW3l2dfCOMlqrSpoYK9SqeqZ6qTwC9hCqMz1VbhTrV4XWKNi5CjOTtjF
VX+3YAyuwP8ATRsOr7qoWKmZ4IBi4EofquoWqdWy30M8ZM5MVhjOY5XrZ3s1WFNtWxwEaxGH
ZgBkY/EhhO4wRicTGIABP76nBQEkCHgPdUI21SgbdyX2bQTazxnUx761Z9+go2yvb9o5a9lY
exKz911by7Np8dhNiDsVChssOpEbg6dRtsF4167PbWiD2/eazC1H7rNhutenSRb2y20pIsb8
sIdViSwTCxMhtcZXWpZ2qRQvXHx9QgA4MDcu47l/GmhZbbsbNqXV3EftAMIvYhQDD1zhcYGT
zM5g+C4AOwgj7jNHsdo9pwbI23rrH9g3azZutL2P2CtYV1bpfqsgIUxQDNbSWwJpU1gL0XbY
GtvvJ7DIhmCTU5qfddnqSh3sPr7AaKN3XWnZD221g11qFDt0JKGrYq7EZrAYFrGPYI8qAB0a
fJYlSoo+szIJMGMkr3sIAewLNy9r7dWpaKw/XXvX/aQQSoEbmNyMLhs5u2KqVf2qgt7K8n9u
7NtzFVbrWd5FR9+1g+xstPHaxXTswuk2F1FE/UpUqqqqls79o7/c4D+vJAUdYR1fb+nhYZKg
kDBKzGZQ2W8Ld7S0qpHgRV/euYdckKV7ELgWa4dr6WVixADGVcvTSHbQo8deODgKOpmAJkAG
D/LbsHbYsVKfW0DJ4qZlNbd2gGQwJYgCLlV/GGtcex1mZ19fcwX1Sz/na6CkUO2ynapdN2A0
mZRojCV1qbAMdVyGPXLADOAAD7KvDYIhP5euUmLiZImwvei2ollqaBCs6YHVZhsoSWUcWAG2
o5rNSHdWloT1C/bZCgkj2oUVEnJJlFTltHUTp5kUllZStyxL+pDFox4/yl1i1LkWx3OxsVJ4
6Qy9Sy4z1Ss/6xjAQzsMd68FpySe0IeMrEVar1Oy2NHDo3dVCbHBtBDMMlhny4llqgI2FBm+
oatKQwetg2iT4ywAzzsNX47GJIBy3+TpklTnpk69eWUhiyMl+pcXcVn9ruYeSrEEluqr2HtY
x7RVDHV1h1r10EFFWDWkKEAarq9aYhUmYIHsNhXOxs9B6/VPZesZQVQDswAUKvTPVQRnPadK
sFufxmVnAhmZgwgGGqswV1Q1VZOrrk2aWuwf11DA+pt7P6/YBfU2ANqi7xVBqyyljqVhEyc8
5vU+JgOiFCvUEEdIagT1/wBmpptmuvu7cX6iAWVY75ySSJWQQz5I+vYOTYWmnWrvRWUqH0YS
ZmDBnUiNxNvZ6DZfA1tbu2ui54lzrWteWd2yxGARkhcMxcHLYG6vYbKMWuTC2K0JmSYTMgnO
fkzExiFRkqZzMNh6qnl3rdewDQADaNWR6+gi71iY2PX2LBRYB43z+pYVXWsZdSmrXe2x7GDN
WUSqyqqs1qxFWwoyciAAA4WAAzdx5yHY+t1AIuSpzgQx8lTZmKtizY2uq32O4FLLZWqEp+Cv
tVgk2321Aqw/2WpGyHdAW6/j1ODZWpFgw1rRNhsrtsAu/ZBvcDdqyuxWZkGfYOYCQSxyTA0B
EBEJAIE7AyxgCrACwtkqVCeRZ2KQW7Fo1K6lRdZbHuprrrTUR6ynQ27JD7vIr+yFz2qCOARn
A2dUvZr+rbyIi1r26g2kTzYIuUlLK4VRhfsIkbOCQQ3ESyrtde7qmqHVakrQhnFdQqBK5ct1
QKRYFUdjhmRoKzCLVhcEDpghgQ9oVb37C7MW4CJtWqf22wN1TEuoeBAR1bJBzlhMmFuO2J9w
EkE5LwEGKA721sa0yxLLUDS+xZsbdOutm7t71mvrJrpfbXZbW1YGQQa2xgmcLP2qRKb0ivW4
IBBqIhRwBXYBXWOt95yxJN+WRde2DXcEUVg4HUfWwwCLWVijrB1EAwGBz1YnDYK2KfI4i7Ni
gbNc8lDELWIFhU5R8E2VkoKiOuB5Lln7LAV7RwPZsgX2qED2KmDbGDtL1F1bKAHLhAucE/kT
Kia7CQK6sLXrF7Js7SUI+v8AsCuurXN9juoCKtVKBvIoLXxS5G4S8PqkC2aW5rnSsawN2EF5
BXDqeJZmyWatqu9FmRqAVsgwUPc8wV4mCTdVmNc5cMROI1pAVwSDzzLHpzsV1B316WA02ePq
uh8brDZaIu1YsX2DKRt67wPqEdayOlgbtdgM2e2CgyxpdFU2gC58C85TYRAu0uUdHLqTOMV9
SMHx7pKorLVS5VjyVYMBglSSYM9R923ojUVN1PK1oQOglqayyz2Ourrva7FLawj3dpUwMLGd
ckh8gMAw7TqogFRj1EG2i90NFgIXrMAh1YAdSASq+RZv6rdybVPYrNZrFIDMp1q3L+voEs0K
w1mgVh1FJbRcA03KAb6om06EbvA20lYptVqazDQ4GLlXX+jTW52Ne1R57EK+0sWL7RMD2dfW
vdoI8iMWtssAbsFZQGyxcZhAmUVWTatFWulczZYaqwi/U2vZ1Uvt7ltzKHg8qyjaKmuq/aep
ErUMDBwCCYwyQp7YAhHJqBX9dZ4rFd9awx9W4CxLqwXAPesp2rxs3Uoj2UMMUTWRRQxwA0E3
bhRUvscw71Zlm9UZR1sYVoQ+tXhvX1MbtWmstdSgvayGy6LtWLE3nibQi7LNOCzamuzW6CCW
6tyN/uWJdYpp2by67/Qf9Mmqv2NfWpw6GxSz1YWp+zLrjsABHZa13N6xzba5mtosx1/X6xFn
rNR4nqwtqqFQdjM4nORwc8KTnJyW5B4LEw4gfMGDABDWjw6Wu0/52rjY1DdP+dfhfXWSsKJh
ROsxgblVb67V6gQtSQjVltLXC1msAeBgcOsu1K7m3NVtdqdp62WzXIZNLA13ZultNflMr27A
a9ljHuQx37CoRNZLJsogjnALsZWMnW7XtXSaK0UkKAiiF1Qb3sBbL7Nl1psNRTdUhNlcJs2i
JtuWXaEXapMD1GZBgExmAFRwIcz+2JijIUZiZzyYuRAef6BycAy5QAihbGEPMPLbtvWhwrFd
ZS2rq1G3XAI6kgqcGcNL9Wu9d31wpt/VtwtNzNRVWKdeqt3b1OpZNv1iVCnRdqfBfUq2li9L
4oNnk3uHzg1o9ra3rLnXX1qtWvy9lQHKjkHJ9le3nrw8bkBepYVieMWBVwALMf7xBdcg/eGV
2qiV2sQbtkG04H7iY/cpn7dOTs1CDZTC2IQtlYi9HhWATBwo/IAk2D8c4Ygkn7XlfbN+FRGc
nt65/wAw/SKfxJJi5wFMOFnsivjpVrnwlVrvSdbT6ef7m7Z/s0yPBYoMf8WAj1WBbFscik9v
SevQgNWLLVRlQBnRODwMZHtLEF1ttykXv08y5TFh6MhXyEo7LDZHtBh6NGSqWU1AithF86n/
AHli79crlLqwUtrJFilXrtEFjrE27AKt0tP2zjI7LiP9eUkoSQcCAHrvsX2FAUfVPrv/ALmH
4V4zkQcwFxCZ7OxfHQrqLl7XUYOlqcWIcnZx56ABUchtpbGCNiw3MscMb9DWay67x6+ro7LW
3FWLVqlYc4Ab8fZb9mNHSZRsadNkv9QgRqHrlNlqgOxApsNS1W5esklrUC3qFW6vDFOyYLgE
sEYgdlha4llQQIjAVHrW96BNu3stlTtWNbt0TBsXrW5MJyGHVqSerAA2WBK3Tu41lMbVZRrq
1V9NgLVFiACIFGD2lzgLcEssLYFikPoMGpoUK6YE2ubdViaDnOw+K6mLgokSlGv0qUrr2XFt
tan/AKFlmErY+QV5b2F4qp0dcu1rKAnBtYBb2FjVhSQUEG7TmrbqcE1Mu+3ZxW8CWzs6mi6y
K34s3Ic47qCbEEt2Rg2IF8oCLYrzGYPIF/2w2dXFhC12grY2HpbnJDbjYRWPYEdQ3YW6RLqP
BbSwVBgKQQSMTZOT4mYOrA3ZNXr2e1kceWt067N1LNrsxrLFl2HLNRWAvXEFaWW3P0RAWLqa
9xrQyDHVXBXYQO6llDDsUUo2048T4JXmFOw/Tcjwupre1SS1j11hAw/J6QZ43Wd/GtG1rrcL
fV2m1NNRsNSp8j581oHmMF8rtbKF+3b8WsWJawLsRGUlawRDib3NdbZIPLnqh2gJtN3XWsDJ
2Yxg5nYkXEM9ICpcksQdfXr40UIIBgbKILK8JW1nVQOxXCqDxTb4bWLllwk3NU2uurYYLLNe
mja81aJiWnFiCX5W3cdgV69iQFR8qLGVSdVJW2qptZQa7HySpKkMyPhryTGR8gGfkZVU1jn1
dBP/ABK8WekONj11lIqdkNOXPW7BQkp+McdlrXErJJBGNwBq8AHsFlj5LNmW2ZOkwIUPjkEv
gAVswJEZFYW1KQgK2ZywJM6hiyjFrlTWVD/ixwSLGUOCM8AjBPVce4bA9flqATiwE2DIO2rC
vauIink8nJ66ys1r6RLLrEC7X8aKPwcfhUWA7EhSCdWtrKtjSsQLU4OprBXCkns2WIMILzb9
fQhXQurPXb69uWIwWJKEyrDRlzNoErblWJPW1SxuWxK8NNMFSBMMJc3+nXwi5TJbqow0e1Sf
sD/HgL1YS2wKA4a2h2esBpcGIqfsh7FVGYFxPZt5NzXrNevSCIUIJQeS8YTZdjFCCDkk4bRp
yDkTOBeAaXYEMxaY8UCIAOJogCo9Svs6ig1HDTlU7FSCua+UI2ux3NkD9u/q6nPUkkBSqnNa
/l9HZAKW4NqVKYKxLSevGNZWgyYcCbbBFrsUqHxHuQgMY34nWYlQoKrxCMpsNKiWFDotYuKx
Opq1Cqw8xciBjGHfeA6gMBOyg5VjZ18ewcl0PUHonXs1ANSMzkFgyhrOuesrGRnksey9wtaK
lfYiXBXpqGB2DQYDFUJyBrsB1qrCDyDF4xYFQsDgpyEEJlgzVeASzHFdhZXChunWvT5UAEBm
A3WdwhOACSTyWZSA3k1VUVAERlIVuVucEnspRjh3KBbGAqI7DMEJylFdn7T4gK5L5dA5a05r
3eGVmj4JorzaWJn4ACrJHVRsqfOq9QA3X8S2mjNcx/LPAn0661bQ6iYr8oZA5pShVJHHUY2E
DqoxGVhNatocCZn3Npeh6QBlBUklSy0r1Q4n5GbRNaUlGlgXA7BSpgcoKGLxWJJUkMAotrzY
4OErKgKGZnJOm/Z/tvs8iWECy0+SN+K9V6pwu4T19iCDluqKMaiMAKbXldIRbEJCa/5ew/8A
swDOpi9sevrKhiTOpwO82HddkVlXKYnHekAL+QikE8df/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/
ADQf/9oACAEBAQY/APtZjwgrPhKjxynGPsZf+DHgE5+CJtkyndgJdWufVc/RZ8MqZG6dTCLG
GJRJcuT5LBXbHROXFtAq8hALAjVHUmAEasagCX1KcGDpsn2QyPincl9k4MnQ7IGtmI0C4yTq
VJTVBfVcrdssyFbuU+2Atuq9X8Ofh4Eup+x1+1HhH2ntquVvgCoQ9s/m9XkFAbw6JtlKbbws
x0whTkz6GERWXwiLQ3zRsA1Rg7oNoVzAPEfepjWUThkOJaEQC5GiJGaiQnb5IZnZchZmRqZP
TCb9vyKioCra1+PEYGqA5ZXH4ArGjfX+Nv8AadRlN4R4So+w5wudhAwPHzLfCvhjxCPhx3IC
HIPoifasxEsUbEB05Jq2miD5JQlxh+qclwu0OdQMJiGfRG09Qi0+acO65Awnd3ynBgqdExXc
QGwyY4RHtRYYhflx/wBT/wAPLD7Drp4N4kZRI+LpyWTj7E+P8o+qjHjcjFO34+q3hI+x5r+1
UDiSuPLkdeiBr3QuZHGuoZWFnIyJZ1yFeQGOi7+4nABgJ7ep46qQTYjA0QceaYF3CLY+9czY
wZARYP1KJD+YgL70+nmmJ5E4QvbJgKc6KB3bLGn1/hQjXVADHi/j/Ymedk+nhGd1MlY+z0TC
KjJTBT4Gx0Drkc3JPz8JIRL4Tn4B0GBA3Zcm8g6lyBLAI3FSQ3a+iDk1Ni7ASrVAIIGuycUl
m45ZAVEw8LiwA2MI1qWmRj/lTkkdPAHAOQmHx8lmdkBUOAJA1Vb310TO52wjDvhk/ETHmjXh
nULjX0ddENRuh1Xq/hucpgPsP4OnZ0wU+D6/a41+JXFOVJHzUOdl+1Shsb5VacgCBIGQmry8
1pGrIvYschRosEjZNT2rEnDphWtRrqiXb4I1JL7qHcauuRwAnqx5OCR0QaW+5VNBx3OqIM+e
Uxyn1H5SjkoHQ6ryhVqCxOUXsxT8mI3Tg/TCIFo3XGxHGpgpwHJPyCn5/wAFvsQnTY/g7Jzq
m2TD4qbAIipeyPESdVEDVfq6k4WKhxlTbOoC5B3Gq5CTaS6YCTltEXEdU9iuXFyMFYHmpMbI
gVaMrjgFENjC7crjUMf7EGixk/FMzbFbjBBUOD1TtLSoOMOhopkHXqmOuiFhiu26JsXEFOPq
oyc+SYGUQfN+qES0pnZen+G3hPjHg3h9yH1RBsxqmyg1XeGTVIrXVk4ON05JTGG3WfgAsWO7
KaGy9EpiwAR5W0lAivzUVA+z9yMOtmR4mUQ7eScknQkpgYZCPBjldNkANTKP6U35U7QCxPRH
caoAB93Tt2jDLo/xQjtsDKFiNWKBdrfgm13WP4cHCBTfYlTcQmoDYhdteJ0dWN7htkbFy+mE
IHV5KPEHkh2l7ZPRSG801j8l6XZPxAZQPEE+DDwcfadm3KIEDdCHG6IIZE7LYaIlpCbwcBgi
0FFg5fChwCi7k6BayMKplhlAlmJjouILDRcSA7sbHKH6tFzZmH1Wf4jjXQ4U2lTZdoXaRUIE
2NvKF6X804+QDKcdUIavXKcmU7Smb7TeLeBBnwhY8I8A5ZyuVoou0gjYKMDRCHVrKQmTmSp1
UFgnC13fVZwHLonqhv8A1/Mhr0CGatL9EGn+YaIgw0goNkLLjbqvh+KP28smdzsF21+ZTA1q
PNEm/JtAtfNaHf8AMvSbN8EIYdcrusvS6YBzsF3H4bKPmseD6/YnKY/Dx/HwCFt1HjHhxrNl
U3LnLaJjgaJwOJ6JxYl4K36lQN0HyjOFsg8pjk6IMifg+iPkyNQO1AO7bIGwbbdAb6icIlgK
nAKsdNBoqvJZWjGFgen8fDy+wTnyVeLufy6qaGcOX/6ENDoRsnz8dVoE7+a7ibKKiclRjwe0
BQGB1T6ohm8Z0+zuoEIvlPhbrzwuJE7pjHVcbZThGPmssUBbtG+qbBViJZkwThb7ovBZVbLJ
xO6cIHVfeEHE6IyxJ1RlF/i6LF+gQDMfxU5ymGkgndTJPyQzlmWJCAl8rHT7YJgjVAkORglY
8ZwfHqsSpn+JKZBpCwpQaQd1Mp6xZQzogltygcncowjZird2sr1abpyU4OU+CyAtgMzJhHVQ
pErCfC4siNpK2jKHP82HQePPdHrqEx0DorizfegPvynLkFa4/H+LEj7Z1/gz9nHg+FGd0Xy6
fRDVAOw1QIAO8ZdekErAC0jCYZKDphhEFMnZFsJ9QgTNVE7BTOJROwQDy2EC7dExE7oA7oOH
0hOC9Ruvj/Ff7Pdnp/H6eMhwmJ5PjojbfCnI18CQJQfZOAB1Xl4AblQfCEGyh4dEWGUQ7HQo
gyHUyOmECArQ5/BcsHVPkcs7Jqk9uq41HM5IK9Iw+evo/ozKSB5leoIV5Bzhb/w3Alds9EXH
gK7lkQykQsmvV0O+1uiqxJImU5UKI+0XZ0Yl8lEHzLJ81ON0SDH5mwrF4OFGli6AqGBwuf5q
9dFk767+Ijz6f0IG5YHCMsyY1Fuqn2xw3ThnGIXC4bY7qNfGPBtFC6KPsYRaENCApzuplGFm
Ew2UlytmUqPDLBRgaogmU5jZXqRGqYdtULBySmgh0YwUXlzoiQxrr5pj8Vgbf0SVWwLMmJcs
hyIBz5J2b9PVCoeZTjIhVsNpff8AjWtaNBCZyfgm42WHRPFkRYvWE6+/xn5Jh8lP0TaLjMP9
VYjcCVIBJKyxGUQM7jCc41ZFpc64QIxsDqvOGWT/AFPp/obeA9oDtMuhyEDJKapBByFxIZtS
gD3Fp2TAeZQoa8/buWP6qlQX+xP2Jwn8bEaBVB1Dn4rHh9/hY9fopTpk740TaJ1GNQirWtg4
VnhyJK2ZPQMdR/qR5iSGZHiBxxxwSiRLsHRJPkRlkGLVWf6A/hxPffUDRDj7Xmi1ABomvWp8
k3uwfohx90C2gMIWgn4FcrWDfzH/ACpz7lHfSUQb2t5DKb2/at05FNxAPROLfArlavG1fr4v
9hj4EfqYD4oDQAfZJ6yvJF07s4hEnKlMM7pt9URydNWxwXRBMgujrtquRINjA+CYjqXRNBgy
6tEKz5z4YOPp/QTcByYHmr3sSScpvomLwoDnR1IZ9UGaN0Jb4yqgmQEeXuM+AjenK5GScJwo
lCoHc8KtNWc+aYLEbp1JUwoTrk87KlAXALkBOLCYU43WVunR8yU4KlEmdk+6dP8ARAgfBRrl
GxgTnP8AhRufzF2CYwcHZTDiB/oRB1HxRrR21IRiBg7okyTl9lAHHC9X/D+g3AzWVyXLeFM/
giTMZQ9z3rCtTh1YsbgREH/qUe3eoOLFG9CDYBwAh+/UV/TmVc+1FbCHwhcEH3B6h0XFvih/
7Hu6TUdU6jIUSy6p3TfemJTbqZ6qx9ouQNVytUljsoex0DqO3dRYE6siHlsoWqHqAycQSuNS
/wBzpkzriJ811WyMYygHdkbHD4RYToECfXgrkc6MgXzkDH+JGWI00Rer7HCwzQAsf8f4EfwW
yCnp/wDztIP+VdvyTVsOWoKrSo81SvugtURoqm9Be1MI3qOFaxUaKjRLqo9yg0IcQF+0A1b7
af3FX2fZ7j7kOPV/eQ933e62ldky2ZEjXKf24tlPexI/FMVK9LB8oMHOgThWJADlwnD9SsCf
mVhijAy4KiSSm/4IGgbdB8bBMzMhKByFtsg5fdZZ8o0I79D/AJlxMnZQH0JWIUw2mqNQePTZ
WP5QHB1TCpMJt9Vr/U/xo+wfavg4OxRPt151EuNlW1ankCHjRD3LAQy42PqwibntCp7fsUcO
7GAvbpX2g8cmkgoUIchsqlRh1+6zkBgfsspWIGCiWdN9FAYjVFtNUAPmgYL5UZCclxqE22yq
WAIll2lMdcrMaLEqMLGFCc/JBg4Jx0XKvqG8p3c/VEjtdGwLA4ZASTqUDgg/REAMTuuLsZCa
pAJ0X+Fvi/8ADhN/AsGANgQ7Sv2yDa9YdOLEGuAq396bGK11suVHq2NqoXN2tUerUoe3/wC3
UuCON1X3KljWT1T8ieUz9h/B1K8lFXf5okwNEAA9Tlw6BMxhliLadUwDNELiSwGyFuTbhEhy
E4EBdvapUaplBldApxsi0A46IOZtDDKn80LJRBYhl27aJ7YP0QrUwZYaK2Q5h1yNn6LJx9H/
AKLa5GAja4bkXKNrk2AZh0Q4f+wPYAxTAZOP/aPEfmBPcf8A/NGt7/ucR+fKFfbBFz8lR8tK
fxhDwjKKMsTqn9T6JvgEAzgQfNGpiwDo2qM5qm/Nl0LGaow7mGTM52XeYKgwtx4Om1RBMaBM
ytb9MVfonw2vVfeiA4dDpqP86A5OGl0bOAeqHAgi08kCAD1fK/rl/T/RWMrlUHifU+/8qPIs
BpqtcIMMYWWB1VSc5cwgDDfZbTx6aodE+h1TOwJk7Idzy4GqPaxTCD0Uy8g/5UbNCBMDRblM
cI2sR5JqBgPqgCwdCWA6LiLMDquIvK9ca7pjcymNoCDCDsmrO6J0bGifi9l2j1aEJsBnCHAE
A5t/pXqOG+D+r+iMpX7VvgVU0s9b4dA2l8IGgcBA2xtlUPDiwZ9VBIZB8hZQ+vg3hPgUSdkT
ltBo69IZdpIGzqLnzKbn5FkXsCBsECRnqmqzHLpsL3KRAHmuejsjY90yE4g5OycicpzYVfTC
aheZ6py42ACJtjV9F2liIB0/5VJzFmVeVm46BcmDXEOnBjZEmXwEGhtCvr/FJTXi3RcTI/Uu
iavffT9KetuIeAML8r7tKa9Rd0Swq+mWQ591fkh+2eP7XpBnl+pCrO8T/wBSasAIH01rk6Lj
yfim9sEk6pvcBclweiBrrqu0oAgHw6+M/RWsJiEBcF7yWQAxomZcm+CLhtkJcgoAlpcpg3mn
1aGwrE/mhZyXRYRYpiSCV3OYQAYj+ZcwGOgCgu/3pifki8bFGgJAObIy51dNJ/yosHBwVhWg
AvCzo3xf+HHgaAsTgq1Ce6riVxEEZqjSgPdkhEihs+HTWBCd43T4ZOUxdzsuDv5YXcHaIXZT
GCv27E1GtfSF+sDKFiWO2iZkDJphk4CkJxK8k/jT2ge2vdbwbwegFhqE59WyYruBPUaLtvJ0
KZjZ9ijf0jZDkZ3Oyw++qAtUEadFyJkfchxLNLbpsPl0zTpqmJLDPmgKjkXz/qR5DGGR5w6j
OHK41d9eqIBMaLtwBkr+uf41rP3ciiaxuURYZynIR41FiE9WD4qCt40Qd2yo7S0+SmSjzwjc
gB4c5C52gjUhf7VgLaaSjy7fcfuGh/mqvuXdYCm5QAsTpAXH09SELe1blXYeHkoyuitbaPBz
hMJTHXCtaoDgQmvVrVyCokgYCmHTD5lfuPOFOuAmAYpjoIQrUgHXyRMgj6ocmbQrjRjCZnJk
nZMSCctqgB6d0QZ2IUBxVcrFvPKLT1QeXwNXWNPq/p/jWB9Ni4XIS2VyTVr3DL6Is1Bb9IZE
2LhpOyd2Gg3UyV01KjJwm+QVfaI5WZyfNEkudAUPcIBZcgP9ymDuE3u14kH1KAQeiwSRumNA
uXt2PtnMYKHIuTnwflKNjbC9U2lPyLoElOAu1urqLB1c2vNi0Q7IVNyHhgm9yGgSuQuc6lSx
rhinfja2iBBIsIB6pyZG6qXjK5AtU5TWklEioDRVoRF6uf1On4hxsuWA8hAjVasTomJB2Gq4
i3nujOcFZ6fXxy/2Y8evh6vxQsLHt0ZSLHloApBB2ZEmCdcFRYn4ruJBOxR4Xx6XQAFS2oLI
UNC259KPEg2MNsqn3JsINf8AMhy1XKCTIUenVOM/RVuY5QUAZqRB1XL3CKjcpv8A16Od7Jvf
qD7Zjt9QX+3Z+mCnFg4ynd92RM9xZCo7SMFSOTZKNn1h1FnbI6oEuu0u0kIEwcoktDFB5DTC
ak7hOIOpWHqDBwULEPuiGRIcEa6BBi0SDhGXJRNgzhmCDYOqEu5xqiKhg+WW0siGJLZwgLdp
1TOR13Q42ItgOs9Pj4R/AexZcfYo/wDMU/vX8qhdtXbVdtWCBcus43QJLg4hY+ULtuW0dYF/
JNZwdimdwcrkO07hccWduQh0IcAS+6NfbINtQogpgnIFuiPCBXQ6f3VYm0PhynH0Q964NaDG
9l+57R4X+ToE6rY7uhUF2klE5KDhzsEYbzUHEsuXuWM7YWXFmFd3K42LgQoIkjKGW6l05yiA
HJ+SDhgdNEQQX0UODbKOyPdy3dSUC7vogHIGjaouDElkJQBkolnbB0XdIOEx+CYl5wsn7HGu
mUIZ/sNWSifcexTVhoTqcKM+L52Un4JzLqPkvS6f27EHbRN7obqMKQCNF2FiI80S0nKx4W4v
yZWqXrYjKJkbvlCwDkb4XeARsIRnjbHG26qBrhfzJ9dlH1RIHmu0nEbIOc/eiDYEqgOMk+SF
ifTojDkEOOiqYD4dAENsQnvqsuNitXCd/PVEy5WXHRW5F9kWzkrpso7WmVYEDOgwEDTGHXEW
jVAAMYZfGfNdBCz0+vi6NiNcp3ZoDIV9yThx4ca/Eojwd8qdUxnZTDKTKPcHGicF9gn+iElD
ZN4cbyDldtiQdD4ECWyVyoY1TOAiCe4/cnkEpzrrlT8PAMq2NiQDgyhcFwZBQYv96jI+SMym
dNbfAyjDhOTjREvC5CXQLQRjZEkwIZccg4BTwLBA3L+SAaehUsCERj+1QxLsnGBnzTUvlesu
7Im3uSuNrtXRkxIYalaOuPuVHROBPSFnr/5fYIrqmsGIwN01oP4r9qhdovcLiO2uydQZX+5c
Art703t0sT8kbcAGwTqnDAaxKsLFjXJIhk3tVbgWFxquPuVdtQhLdLIkF0d05+SxC6L8FypV
/JF/JkLaI7jKBsOInzK/cEEFn81ElpW7RCc40T7KC/7Zx0KB0KavxXIHtwycn4hPnqhPwUBv
xZGrAE46IA25HVPgAx/4rtDdEQWBxUqxMAfNMAXC7YYyERSoYpnbyUhidVxYF0Kh9yUS/k6J
btCesnL9E5Ef9y7cDAQJLgIhy+i9fgfEEGQh7FYvbJXGojL9UGCnCIfuOAgGcGAMhC/vlv5U
GoI6LtDnoJVgA76aq5Mc4L6Jhh87pmJZOIZAEvXrB/wp8A4fK81mEzspnqnRsBnRMfTb6Jnc
CFUAy0he7Utv8lJZbhZ8Le1rYOHTELsB6wpEJrP+CcAA9UTwc7gLtBB3C7yXGpC7bRlkA86H
ZD7ymZ+Mhk1BjKPEGxMkqKl+qausla8GnREAdh+KhxMOncg7aFAmao2Eg/mUS5wyLiNAi7A6
gaJ5DfVBhJyGlfD6P9knZH3L+owG0CYLOUa09Q1QeeqFrd19zp4G+bGKjqhUkkWd5R2tlXeY
cfBOd07O6cfJCtaydFSpi1QACj7P/sCHiycYMrro6ZPW3G403UxYZC/c+QQ96uAJZZY6OrkF
jYSn1WZ8IVL2sweShgvLphgry+0WAI+qsLBrNCFXJI3Qljh0zRoT0Ux/aifgyYQd0GLnUFEs
JU56rDQwCZu7BCky5IWHOFB/FRJG6kO66bLX5fZYwnaN1v1RYgEjKAIyfND3GB5adE9S41Gy
NqydEf3TxbFRhUOA/wBUDvsrDoiNVJxug4MSwQ9+3pIgap7mCuVTx9zdVrc82+5OA40TsuW+
D/qUZTYKt7V4qYLo0MD8qrS5HCu6hNgaqWA0UHyVQfS72RJioivkPsx48qliiPcEaFHjkQmI
ko87ci8jZTgpi06BQdYCfIsUzYMjcJ2ciE/5vmiQXIhzl0PzHbRc2nddp422W7y6bXIUfFZ6
eDeJD9tc+aLI2tAAhbDZfvWDhD2bwPylHkcpiJ0QLQfigay0hVNohcdSrVZpJWYR94h6iRVv
UU96t0CbQ7o+4ZrTTquXuAH2zBrsP5UL+1bnQ5GoQP0UxCmQfSUDodUPcqHbKHuM5oZP8qdm
I1MqQ63/AAQbXVAWE53TgerXVdP4QLZgrTorA+kaqCOgTu1tk1o6o61GEThx8h4blO0fcht8
XR0rvug3zOU8AbqR8dEwiMrGn9bfYtYfBGxbc9U7N0XEGBog8g6Ie3YAghdlhWg3QryfiMlZ
hNdinAcjCYRojwL2OfJHkQb6jKrU4sWj/tXEBgAybICJggfNfsVmomxXQLlVzU+qujKvu1Pa
UGlEfmEhMdExLvlXoziwNVxYDQ/+Sd9IZAn5JwA4+ScQBJdA4bRd0Ltf7QGh8S5+K/bOmqbQ
fVCIP0QILgYhAnVcQ0S50CJM7INO/VAvxKL50KIJctDLLDZBzIVZ83QDuFO+GTP0/wA32B7I
0kqQnCHB9y65HtKZZW6wmb4qCR0T1L1RBGNVy4DnuFy9wuA/EDRASeqJsQiPbPK+A2AiSXJl
EH4eB9i57RNQd0RgOg2ESDBkpgO2yqaB91bImUCaEhncrH0QBBAKHt0mXJ3Keye0e2uLuNE/
iKgyZCmEDscoIVGTqqg5J1Q90SRlkyNSd2Kaox96YuSZ6I9snCkMw80wBraqLyQuoyiQHB1d
v+ZQX3B0W5Qy400UDu1Kd5Bdivr8XT2LeaatgfJeSvczUL7ky5e4ZOBuuyg+JXfX4hAcuL6l
cfbuCRp9lsjVdpbouQ9QT8vgre25FRjquLtqPDzXQKthEoHBIXdPVOJQZ4yEasBsv/0e5U+4
CX41wD/Oh/tmlTAJwgSQN0SDFQ/mv3nfUN/2o392XMDQBftiKjVDpqgiT8FapgCv3r2iCPTK
jAyidk7QjYoMARWENEbOx3RrXAOdUwL2GoQqMiSyM9o+iku+roiud0xH/wApgO7WV3DzKIfE
OupDOjDHU7MiXYHUpsPg7r1H+pRN+5Ae0WtuFYXq4b1BE5fIQBQqr10pFWRByJTJxjBKqTrC
w6NbVJA1C/2/bcdVFagbo+kbABBiHMCJVeVha9hJ6rmDjRXudCwHRNkL8F59EOIL2yEPcvZr
j8rIc4sNtlxd+QaUa1z9xRy7wh7mu5THB/K2VJPbgaIvL7qwPaR9yDlgQ4R9o4ADdUAGEsyn
RduNU9i/RXtXtFQHTu5jK5/m180d9lxOK/euAzqVysO3dOJGgR47KYzG6gMDqd1IcnVG9QSD
oU7RUMUbUE5U/AqLYl07N1CBiWl90TlhA6IsXqTITajAQ5GdFnRvqrG8uDCNyHaWUVZWGiZ2
HRds2Rqwtc6jdD9yvedl3Vjqu2uER6R7fcG1deatWtXIsV6M6p+Kx5koc2y76oCojRT8Vb3a
h/asXBGn95ZBX7nuuAcBMAADBdC1agHSwTu41dG2QBIRuT3DD9EWMnPVHlIBRBYDl2uVaotF
dj/pT83PzK7zjfVfvWALr261aYFen6lSocHKFjlCpw0ptE4q7bL3dSWYL9wZEFft3gHX+ZCO
05KtUBxaeQ1T0kblCldMpiJrkJrBgYcL/b7qDf1IiwnQFCHIz1UCdFZqsdSiSQQyFAAau8yg
cMmkV30TAOC+Ee7EM2iaQNAi5cflVnftlY036qzM+jokgE2wiWklVJ+aaud0fbpJ/NYIe5es
CQFHzReQmIfYo+7VxYhFzIyuijG3jkKbVB81C42AIMMcIg+3XuxEIVw4YkRARbuGQ+y7iPvX
Dl3QwV3gjbZMDyGT0R464GUKt2kS26Nahvdrh0eWXlxKfTRAAObHXC/Y9pnwQq+1chqjTCHu
HsrQFzuuIuQQe0mETydcqmTPRPk4hB+0+aNSQeSZiXkFAX2jdcSH2IRta0MjY5yuQBf8F9y3
3WxZcfdbjoUSYB1TH02GqHKRgeaJODMZZOLPyhAEvbJr0QD7wiKDt1Vn19KYwCZHVZNmwBla
7/F0Rcs6FQ5C7hBwoBbZEMTsN1yIZz3RAX7dNMeSYYUnwbTdAjVNTVcfbq7ZsTCfmKgRAXd7
hfoU5uW6le3W5FgTvCFfbIs0IVFRaxOOiJuQGDugKgngYO69BfzRLMDogQSCNQrXtNsP0TgM
Ssci0LlIs+EQGDy6IyxTKjb4XcGhw26NsBWqQ9LMeiZxRw1C2Cr1/cNRocCyP7tuRHxXP/17
9uAAib25EflrBXJ70bFbGXVf/wBIcD0uJCj8qNjjRftDAm52Zfs0sP2qQA/qQqZr7lYHh5pv
qmMjQqzZH5TqhQhi2qkoAzl/Jctg4XIzENshPc7z/wBqe0AqSWTVE9EN9mX9d1NeWyAbh1T3
Jhf7mMBlyFn1AyyYa7JgE5DrDeDlEvGy26KwILOwTvAhPYyMHqmdOPg69UbIkDlbDao+1YCt
SdNkzsmx4Yhe57eRlk4LCsyhcSforVOS7nZGoIB3VgJYmd1Jn7lX5z0Vba1VvcrWdQiDPEZV
a/BB7do3VgJZAyCE1ijc9xGCi+EbPkpr24nZGnskW9z3i17g4H6VytIpPEqlwONwzHYIEaZR
cuDpsoTDKx3bo19wMRqnsJthsIWrFqpzJHyQMM+VyZwND/mVSa9WW2yBq7nRQC7/ABWOi8lI
hGo1wrUcxlA1JYaIm2FnClDdZzkIsipGMJ7BQ7bIhAkv5Jyi35gjUnAXXC9PxXQ7rclblXOg
CnNyAEZcO56I2JgyCf8AsVgA9Q7kq/EQSfkpL7KjmBtupjZMf6urAAjkVUn4MripdxC6/mdc
xBKkwrP6Qhck92AFuwhcbH09vEYQFi/RdxABzlVqc5JGyD6z4ThQmKD5GEBYOXd9GTuz6jVf
tkuARKfIBwuRDbVRaAcoVDMIXqkYXKx7jGV69Gz/ANX2AbDtuGPmiDX4hcaMKpnndShr1X4o
ABFB9VONFZzLQy5GZLrCdvgqkawyewazZGqi8aOECQRvOUB7R4tB5TKBs1n2QaAURnmSq2uX
sCWGyr+5rll2mCH4lXuamoqI2cpyS5y6lVGJ6Kthkap7T9FUQaiSjSBWskaumpG6t7J9pj+W
w9JQve5tbbQJ0BWXyhVmI/BcsjC/fA7bZIwFyMgIGsNmqPHDtGwQGw8JUBRB18D+oSE5wmY/
DKJIe+lTonPdseqL4080QY6oEnOT1QJkZGyx1+D+n7BrrkIiwawgp1HxXmhHh1fC+KhMBI0V
ugMq1drKfog6BIO4VdimkEyEQT0AXbJySUOdXr9f8K5MeI0Va1Ar16Jql6gOOpRPuMXnyRtU
d5gNsh7IcETYGZWCV5bw6BGQwQcwQPqidK4OiNdAHPxVrvB0UerRC1fa5nVf73/r3rQQbM//
AGoW9uzum0QABPXYfqX7Z0GF7wBcWqWCFKOZZWsR3kZ6lWtZpgLyXmolRouqZkanGPmj7bOQ
df8Ap4LcdVodyrfohk7SPihy+SDAthim1fC0/wDn7NrHDo+2JYOX8OiE+abPh1RAX4pmzCvU
bv8AVbap8vkKp/KHhA5aGRqA5DhymuA3RBrcS0rhWzVK/bvqIKAOdD/Kia4EAbokUJGN8oNb
gj7gBu+C2V6SD5LifzQj+gHPVVpmtJLox5qdUwlMNMpk4s3TRC1GBGy7spkbETgnojwD2qDK
e0auv26yHQsWCJfyC/c9206DVcPbqavHVfuWsRY/ld0yjwFhFbZA6fzK5qXbCApUOMv1WkM6
3CYDqu5oEFOxIOix9f8Ap8evgS+Fe27rqplN4R8UzY1Tg+QXVMdIXuUtg6otqg/xQtXSAEAv
cg1oZr1C81mVhGzYCe3pAJjKcmGdnwrmruSJVaEgEnXKq5BoNAj7dAJ9RVRSo/c9zJaRVVrX
1GfirU9093tliofoSmbBkpyXJ0T6lH7HVdxauqt7dDFoJGyasEyXQvZxXRNAbUo0oX9w/wDS
uQJ62KNhJObFO4IWc7pnlNqiMkYKNQIOWRBby/0rZpnJC5AfJdNQE+Gx1CDjpC1/+X8G8CRl
HXJZEEtCkqCn+aCJHgCA6D51WSVYPJcz/wBqMO6HlhYyhe45WdqgL932gR7lPylGtwa2G8IR
xG6lyjfGkpxqWVjoICktUaYBCeeielyD5oV94uCZtqj7g7hioMYVTUYyNlbU3YoEWyICBz5r
Y7IywGqZo1J+w5RDv7l8BcjnTojexcCPiqRgMhSubmCNGX7nvdxGH3XEByBgQE9iw0rsiDgY
KjBTCpJGoQPuBrCAVCIEPIIx/iTAx9XKIZw2T/2qSzhFyw+9MfTum00WdPq6YeJCs2QNEQds
pnd8p/gyZ23XVM0KyEME5TBTqRK+9Z8k2CF7d/bDik2ZXtxNfbOp3X+5QWOhK/8Azio40yRE
pqzU4Q9tmYa6ogZOG0KqNBJTD01XRZM7J7ek4/UFUsbECZZcKgVBVDtumJEaKUwwQ581uv2z
cfubLu9WydoTn4I+5Ygfpr1R933nubYCLju0QBMDQKvtQz5PVHgeygcth0RSRjyRBacBNWSg
fdd7aJwH85TsvuXF5yyBGfylSXIhcc1BnVMTGycYOEQBCepewyF6eqyvJZwi5EKwd3wiSIIZ
wogrooTgRqfAJhgJ9U31TvsSndgQ4Tv8U4szIklM/wBQotUeZT24E7rlzrEAIA2FtplV/bAf
Lq1rEzEeA5AEDIOqeg4jQKFEfzJ7fBDpKNdETXAXce4QKoEFuUEf6ULVM6vlV9y9g4goe1+4
HOFJ6q1z6a+l9/1IgFhvqu7Jl10CHKWwgaxa8k6om+TrohyYEHTZRWd0wnzTrZfBXJ0CnATu
BVzxTAuScpy9m1xhPgIt6BgJmnfovh+KYJqg9XT2zpUJj2U+qYPZlEBOdEzJ3wMIvbKbVaht
E+igsuNCBsud3K/tQBK6IEXjZNS7lephsybmwGTsh/uE20hAm8atugCX0XdUdFawDg6jCxGv
hgl0O1zqgOM5RDTkHRBprgjqg/q0XGowZshdzwMgbFO5JyiJ7k79w1K4+6JoMnBCt7fsR7dS
xIMFGGRffRFnQGGyqxyBEBcRDSVBjwnwCJ6ZVrOiZfQJmIIwDGUagu24wsMNkGLAfBT8DouN
MDXVeo7fF1Hg5yp+iNjhlybKPGusBMK2NtHTVqX1TekkvlP65YsnJJJlk4l4Cca6aJiQFxqX
ZGwA+a7gCnqNIC4gMVwEWOoXHiWIfyXEV7jLHAXeXvonMEqYYSv26/m+5cL15PkFcvbsOJxV
U517XdgV7jUL/lABj/lQgu7IacdUxhtEabFx1XXHVMwDogBrARsVxMWqWZPDFQe5WDkcgzui
RC1ZR81HzU4tDphOitfp/wDVd5c2nyRf4eGyZWJPzRYgzkJ98IEh3x0ROugQjyG6Y/EZRNZc
6psy508JC6KdFiUx00UVdt1A81ovuX4phZNui5AAwmEujcw2ArGGdRiueqYHOiNnDaDoj2VD
4Jkyhy7uoR9wEy3b0Q9wx7lpY4YK1iAECMblEWtWlcEwuQuAdRkpzaTLrewwyHESCiK0YGHG
6FRkBz5rOdFEtlVvqNV3zU4ZcGYnBQIJG7Ie6Ktb83kuBqzahYKgY0R1HhnC7saqgA7Rh8qY
lD26ntp3HzQ6pzjC+5P4WGXCtQaHCBxLMuTJ2gsQECQC/wBE9YCiG2Rf5rA8J8HJzhRgricD
VEO4JkFDlr1XdfJ0krj7dbWqDkwmirbldg5WHwH/ADIe2Bk904/5Vxclv06f41UUHpgOWj+Z
B7Bj6iMhOLQiW5bJmjfVGHLR0VeN68mc19TlNZyQXcCF21ILyTqntViejoc6nn8EY7RJ80AK
zky+U+mFNSUDYkD6ohydWKLfmTiE7ea5HBOEfZs5bB6FBoFTCBGEwEgSCuIdtSgxcM6cQp1T
HTwmRsrEBjouWSS1RqhYQTk6MnyEd113WV0T6L3CP7EAJ46Ie3IfqhxeoACZiGz1TCBtlMIB
XGG+9enwNMnVk1aZ/MpLlHkV6oQOeqPuVPMaNlVNgakfNMLFtZTieplCtrEgIkOE4rYvLoNQ
k2MDVcTU+akCpO8Jr+58kD7ljC48CbeaLe0BbQkovSoJzsVNQ2XlekW36IR8E+N+qs2DghSR
x1Xf7gGyAq50J0TVrjT9SIBZz6TojMbKYH3ogDHwQvtFgVbjD4togLnA1WHfPkjUGCHXlhdF
htAj+KaCuVhLwTgp88tpQ41etSwGVy4gHoGhRATiHRHhBRGqNjBbO6vYCQSXVAQM5GCiGlgA
dE7MdGRNnHkuN/nuoLfpCxp9XRr7Za1oBOi77OTlkCHfZEVjdOzr0h/JAlm2ZTgaK1/csxse
uE97EtoEO0n6p6e2PNFqgbhkAWYR5qNEXLfegTjpqhxEHdYlEtOqDmAhyIFUSbgAaPlQXJlh
shxq2yyxOWCINjKc3t5OsriS9dkGL11RNbaw/wDlT2IfzQbTZHqrz31w2yAJyAR8VvDAlcgu
eIYHomIgyAp0UFPk7um+5CtxkPvH5UP2gxIHTK5WIHdI1XEBiBnKBB81Jx4R4AozOHTZB+Cu
QGrWB5oaNomwMyticSn1xugOMncL6ZOXUzspk6KNPDCIWyfTRSY1WITiSU31R6oNlSR5IgsU
wc/ghGNULXvx+q/23sDnRZ41xEJ7WLDR0CS7rdYQTKNFCZG2AAuOOqJtJGy6IsP7UYm/yTGS
WAB0VYbyTBm1QB9IwifgUNExh15INgIE25GIIQsMVyEfcYOYT5TaJhC6hQpUyECIlvNMROhU
1epOV2h3ktumJYKfT5oQ2yHcXfKyfFvB0+ildEwU/FOFFfimiu6e15KY92smU1aj4rLdEQCw
QevIblCpw7N5puTkJgE7E1GqzURvKYFxqui2G6hvNMGIPzTyi7siWLGXXaTXXoVBfq6PL4FG
2tZ+CfQfNCIRrgn016prjjU5OiehzqE5lHXwar+Sewcb6oWtY8Tkb/3kw9JkMuqjK6qRlQUQ
CjU6hCpA/dExiEKU/wD6VHcMFft8HGhKtR4fCcz0K4ly28oFg2H2T2x/X0r/AA/ij5pl5+Bb
wmUwC2TGwda26Jqe23mVOUDd3GykyMOgTYBtVxL23KJFXJ3wssMABO86HZY5ExOFbjUDkZcO
yYEn7kCBrqoPEkdzrLoRhOcbohEOzSuRHZiMumqYOB0QFq8SN0bO4IgjCFas5RB8lyYSuLyh
a1mOhROAT5yjfNxDH/KpcbrloicEp9kOWDjzUtYHJTCU+VAdMclMfginAhkQZLOOgVrOwAcv
0Xue+7E+mraKlq1awcWA6IH8rI7NkJtsugAWbOgTXMaD/wAl8PxXROpymWJU4CcB01Ax6pyX
UVYnB1Te5bGV23fcJ6DyJlEkMekJiSbdUwexwvQY1OECSA+inPRMZK5GxYaImtOROOUpwBXo
EDRm10RJ9RWHThwplbMgRb5L2+H5sgboVH1RAPJsshep5UzwyiLZORsgXyWZBgBvuj1kBP7g
84RYcaD0jCaxE5HRcgHJTF3GyhTLqASPwTAMFGEHULGE5EI9dV1U4xCH/re0czcvp+lEAPrK
5D1WeNVQ64TQdyE5yTA8l5DBVSfSJ+Kbp+PJdCu6zLsoDsSss+ghDlYoMTJnVciCyt2zoyat
ACeqcn06MiQS5liu4Z1wnLBtsrlYkkhPxBLCdUQAAN05JI20VQ0spwtvJFwSTglFrMThHUHd
EMxzCd5OhXVN9U2US8KMBAGQDAQPp3JQEVcbIA54o8GAGdHQAsHeWVeU20XeXJHyXdNAjYmN
BoiDI3TMH0Kd5RcJgXbDokhrHxfxZBxCjI9LLkTyf5uj7vuVe1sDUFWIHcxZVBc8RpuhYfFE
aagIVIJFRJCjOE2XfK+DJlW1AbDDCWQBHH+Y/wClF7j5ImxNodCg9stVyCThWrWdiiSx8ih3
AjYBScIEAbOmIdk8+TrqcOnM9U5LA9FGPvQgDq6+i6/REkMMOuDR+P8AKiCR5HKcf/KlEHAw
U+Rutjl1qNSVktoyGXdVsdGD6KoDkOgDlpVnzUl5T/ldR5AFOmbt1QCBBYvhAY80AG6rsBPX
zQtYMXclM8dE1SiCCR0QDv0KgQmYxqgdUbH4LmAzHCFaempZAWHx1KsTIbVdNN0zhrBkx7jp
bGF102VjYgH8Exg/gs6fj4QZWU4lWroVy+iIE9GRqQw8k5lS6AqW6ovbyTv5JrfEoVcB0zZh
kxMtgIRn4rLM/wBFIQjtAlA1DrkKsTlDYbIOHGiYYfCDBnyE4PyQGOhRlvNAt5JhpCrMgO42
Vw7he9cDGSnhtk+U/wA1yMDqndxs6FddFiEAIAVTXRnbdapxVMAyLHyRNw/Vdvhsv2/yAzYb
o+1QyRLKt7YOqLB/NEHyXE5BMIG0zGyazsdkRUdu2qc4UYGRqywWb/pdbeHmjt4ea2KkOnNQ
n4h8YTGg8mTigBCbjx61KYWsA3mnHuggekEJ6sZxhRSehhGLeYCNS9RoGQPJz1U+oyykuRoE
Ws0ZRczuja0kQEGcWQmUOTNuFzGd8ogP/ahe/b7YOuqjD5VNQIB0Vm0de+TssYw66unsXOqb
fATn5I1cdo+KOhQBx+KFdd0NfCMLom0WyJx5oByBbDI31eAudwSAcFcmhoCLBn2T2OmFa47Z
caKlCzkuZTWDDQBMMthMDA3TARoV/h+rpjUqFMEqCoU+G32+qzGqgrQru9qtj5Ica8CNQmN/
og1iKDLZXrsCj/uZ0ITe3atmzV1NT8EAAX2ZNb2yQJ5FQDxBgo3tU39zR/T/AMq5M33IPg4b
CFq5GnVGxLkmUwivuj6prGQnIJQsQ7qPgtl7lbF3wyZw2iHuNjL7ry8J8HrBGiAbiTCzAVuW
NB1QnOmo/uKTycy6FQERYuAMrLon8u2Fcg66ph6jk+SL6Qn+AZEhia6iKpyWO+y9R9PTdGZ1
C7THTLp3PRHuI6JhadisAtkpjX5KcLICzHhC3fwdYjwz4kIsO5ak/RGTZ0TUB4yE5qJwuTAk
L0AU1KJLGu53VvcOhhkbkuTgKpsSMFk1A1ayThD26hw/cypahgH4/wB1OQwTvjDShWlgTkry
W7barnUObnBwgbNGmi41CJU4PxUiOigJ3T56pqwiSDYySUbVDoA/8EK8mdEUr2jJXKpIbfVM
YGeRRFWAJINnTVLvJKgORotB11T2MnVPl9VjR8dUWt81E9QnAjYymtWCsEdXTVsCFMNomIyp
DeaJFiJ3XLm4xK5QeiHKrdQmFm81FgV+ChY8IyoknKwxz5rBhdCm03RGwQM8YQrWBquDdlPq
uREaVEqt79tBIpqjzM1Dsh7dCaUsYr0T3L2AmyP7fdU52TGygPGyBIL6KKmMkLLD+xChs76r
tIY5C7SzaLjkap6mNityi1c7Iix4ky6/b9v06ndAHQ4EhQWOG0XZZgdVUXu5JATkdPkiN5ZM
JCIZySwdGpAOrrtjdORJdihY7bIHICf7xC9Q/qUXDDVMI8k2SExqyiF22BdatqQYXaXD7f6U
XkhEmTrDhMC2nEH/AFJhb4mV2sR1TmsnGqixqX2QFzy2A1WlX0IwmFqndYHwKZiBuyiwfQFZ
cdFxqfNBmYYdSfILtLPDIPNTrsidGQJOpJKPuW/NFfJfzYqNSU/u2PIl/JUasnNllqnQLDJ2
BGZURuV2CMOtqqnsU9d9eiFRc/uHOy5UYthl/vA0uPqm9svumOdU+eqcphCLB66FD2wOL5TS
bPKEYVXLU/KEz/BSdZTggDZD3H9OifNSWf8A0rjbBwhys48kHDjUo7GRsgQI0WFxtVz1UVbl
su2zQifbIt0TGtgTthFjjQqMdE4JB+a5ECxMSEXpJ1ELJqTh5T0tXryLIGt+XxcLR3yApDeR
1TcjMSHRDhviuQbidjKDy26x5sYXGwJBGoda1OpBR5FxofzJ6kFs6JsNhb6BGtlWpImPgh7Y
ipglAbBc7AGwMPKLBtkJdsPlcifmgMkpsbp9D9EOI5WOFy90kvIqmqz7gY/uqPmUwnzXL3CK
/RGtLGxGqDUJtjlouVGnqnLAdU4IKkQUWKEqSPkhU1BJwUXpLJ7Ah9F/tXDHIMLiA7bEShzq
ageqMKCSN0TiUCO7yQIcAa9UNZfaE7dfh6UfcpZ+jspNh5rMrnWps50Q55yvSJyiKxuEGnyR
aYcLiSakaHC5VtnAKYyOhU1LKXb8UJA3dekE9IXMEhk1bN5lAUuA8O6YjkR6W1XO1S+y5H1b
EJwC2gCYAxqUJc6uu4fEFMaZEHC9UlCwtyALs7hEiNz0TEMXhOZP0RFSGJk7LIPRAS741ReS
NEAKtRA2k6DKao7TndMC/h+37Y531IwFZ+77k269UOzIV9X6pXIlq6lcKj47+DIPogAnU/FP
AGieCgzjyT19y0wnLEiAWlMGL7qfbPnWU5BFU7gnbosjH0dAe4HJMIkODssnqqisVMphLL70
RZGz+SPKzbBkOZcnLCFAL6HRcgHmQcLun6pwGTmHyWQEOcTPFAVPE4JTg8qaWZSDCyG6oDgC
SnII6gldtnB3LsjW9QXDmGQ/bDPkGUAILsnqeTKR8WUO4+CJJIqif3H6MjFQ+uqAIHVD3BH9
ib25sdUDrqN0agdjMy7jyA0QADJ7lgEa0evtjJEL9v2gbPggSf7qHImm7qTyK9HE7hOW4ZA3
TVAA2C8lCnJROWULdYhMzJk2AgdU2X+icqdUxAPRd1APJek4XKpGzEIwDtKHJgEKjSGTASc+
EDG6t+6HAlO5B0RYT1QHH5JyO6wkFMPiECzld2NCuZetsOuT8qnBQoW4E6yuJpS2pYspE7BP
7bu8eSN3xkap/UD8HKJdgch3QtZiDhoTgE7n1Bchcf3WYo2sGGVztJOVxq9K12RYuEAYG6fI
Ekpg5/SA7OjYj/ctouRfkmE7krquVywGq4e0GAMWKL91DIZc6CcOXhd1rC3nCenuHq7OnFhY
FSAQ28qaEfVMXHwWR1BT1LgokJmzqm08HON11WMKDKLgEpgfCPgp1Xw/FdueqDRuyDZTg50U
ZQ3RLt0VnI8igGjbVa+StZ/R8WKgSBCcwdAnJ8kxwJQIAhcLQRhNSzg7rkGNR1XGx4hGtbOa
h8Jvc7nMgoGotWUOBD5dkDXO2i5FgNhDq1SAeWAQhxqIEMYRr7gghjv/AHkwiggEqMIVqCei
AI41OXyVADgI3OuAuRh8BOcIlGtQSKiU9rcWCIrbswI7lU2DgZC4iucFcgIGi7bGg2XOt2GC
OqdwQcIWtV/7pXE1MZTuxOBhDhcg6seSYWDdQpqCu6pB11Wq1WCSmb7lD9U8p6kF06dY0Rcf
FdEX+CrDlO2V+CLkeSHtgO+FME4KsAWAz1V9HDoWGuU7g7Jg4A1ynJcrDIalG5khcfSAHhDl
3Hz0RPthnrjCHGR1RIJ8gqjNQJ+Kq/wXFgSyP7lIdnC7bimxK5vo4TGbHQrjYSMtoj7/ALoc
DA0QpgHCciNkwHaF3fBMzrLDVE+33PsuNhx1CFn7iU1iQRtKElnZEgyThdocD713TuCgOIAy
SCmENsgCPiExAj6rtt0QrS+YJRqbd2m6c2D7DVTUvqNFLv5Mu4ldtlx5MN2DIWpbmNWyiDUg
jXC9UiJTOCc4WmPxR18I+K6jJ2QJOdFmUNUW/KMBE6nDq1uhhEDUYTa5IQPy8Hofmg28lMZf
VAP3O7jZcye0yBuVIg7qwyQG8lXZ1lmyUQDByqtpDJ/JGwD12Quau2AVbbO/+FH3CDPpZCh+
J6KwoOIAYAbom5kQAhTkw9wYTCVBY6FOUfa9gjkYX7vv91jPknaTlkf2yQWdnQaCi0lEe5kS
SNEGh5Z5XJnDYgpy4KkjgPmmcOS8IOxALBM7ApgzD6qLTlDuZo+K2B1R4gdU9qEkfenc0f70
9fcjz1TkvpP/AIrgbPv/AFsgLEhjjC7Xq4yPSvUPT+KNhj6pyHKfRWfeChy18Cdk8gmTsgOs
FWDu6Gzq3IzoVGMfBfcgH80BqPuQGCcLuPpwBhMe2p0QPRwV7lLO5HkgNBjdPoRqsNglV3mE
GdtURXOhXczjVkwqA/RW9y0ioivVFgxtlMfSIVhQsKk5hUscggPqytWWt6XTnAGE1Gcyj/7H
vy/pCIED7k265AtxydVY1/K7gpn4hZh5PQfqT82LSwdd1+KAp7jbEyhStnAEndPUOy+8JyDH
yTWHadSFLdCiW+HVHlXOFxlz8ExIjdNHkEwDhbtg1RJhlx5s2Tgr9TZYwmnDfD1ItLrkJOyn
TREWwT2oAZG6n4oVxylMMDJXpxkpoc6osM4KHMyzBNqdQn3h0dCWTkP5LLcZZNxc5sfNEmh4
6a4QsBgyrCocMxZcccSxfRNZn3RrWwMQgGYVT4ZCuuSUHIJC7WYKor+WbJgWJ+bI8ZGjrldg
DAPUqnEu31VbD8id86IixgMxQpvAK4gOTlGpM1TOA/0RTan5ognuEPojaWGyaXymZ+hQ7QAz
MExDk6ZXHDZTVEu646n6JmlC3vPaoynrYiyJHuPshxsST9yiP7F0+aYoyQg3egLDq61x/mVg
/cdNUwIIGUOuqBZz93hKBJkwAjbizBvNCuW0Thn2QqRlkLN6TKFjnooDH71yd93R26InY43X
LI0CgzlkKgObmAjUjjZ2J6I8QHJkprABe2Pbq5kkBByxOURYEPg5RsROiAgDVMGxC78WMNuj
YybYH8q7QXKFq4zav+lPQmhGQuXusWQtSprXDFSHbdQX6InUZ6ql6yL/AHogDI1US+UWyExV
agTYZC77m9iGLafyqKv0KFva7X2TkdupG65Ex1XJoGqZu0hGtK5yU/EkbqIWSW0VKv6iwTF8
ZzKLW+GEGLH6JxLZTDIRNL92gXqHp/H1IlnZEhnWWfQLJxCc6IQgCNdEAWA6qfUcMgLZEpwH
fRDQYIXFmGnmpPVOMauiEav/AMVAdAEORITkNashco7vy7lOYGoG6Bz5rkWjZQGQBHbZcXfz
TCAMogqoZx9y/sR6InfVPqcqlKH+8E5GsJnwq76lkQfzIH9Oq4CSCM7IxLwjVi+6bf6KrF93
wAia2EYCa/qKGwXc41qydpRqZeeiD5fRTBBhtVcMAbHVPWmcoDiHOF+5chxsfSnLph8Smd1x
IBGr5XGoFSZJGi5UJI0IhYPo215JgIBxqhDZnCDgNgNgow3ReaDQ2qAJ3ZMSxy6BJ8yF22JB
QL4MFA3Yk6jRBz+CnPTCAP8AajxEs3/1RJLOhUlyRCyjYkEASCqsdXCFnzos5y0FMCW0JygT
pqjaHMAFAu/ESU+oidVGeq5RGUCO5kS0lN8U5PkEBXIh1SoEiT5pzrsnKZ2fR1YH0gK0M2E8
wMnQrlU8gNUTp8kfcGigs2VyybYRhyJcJ3jRVr+XUouIspPIfiuIDjJlpC5DJ02R5B3Q932w
1NxojqAzqD8ChDupAB2V7GDv/mRPPmHd+i/bYkAu3HKf9s+h8H9XFFnEwmgkwiDrgaQsQy66
Jsp2LA4UeRBRtIC5AkzIXE6pxDAdUCS4HzTWGMIu/JN+XPmi4gZAyoMnVCo0EdSjWr2cSev6
VxGRJHVNYx0UFzgHCfXqi9o3W4Cw9amdIVWyMeS5E9pRI/Mr+31dAOwGSixdOYAd0Czg5CYl
Ph0Cdcuga5Vn2wiZDWLunH58BMT0IQABclAAZk7r9VDsm1BZcagEEMXR5iavCduQy4RLQN9V
sDICJDWc7SqgZZypMbKw6OEeNBUESeqB2wpP1TnGitryLINDY2VTYC1jMLGn4qwODKeocBeS
MyZCgO+qdpRBkp2ncLiTxDY1TVEbgSnOcFOYGWdA6tIQJgdFM6OjSlXLu6JB9LYXI4JbKrVm
oNQgKlq7hcrdzoGwYkwUA8jROc6sm30VqAs/3ICsVJxuhYGMNshV3JONkJ+C5CScok50UQcq
z5IwuTHhWDpK5mxAGQuyH1RAIcYdSHDaL6OjaO7Cc2fpsiLeoyCFUyQEG0hyockIkgzkLuM7
IlhwsPqnNoxx2TAuAXB8kXckhVr+USVswhOcFM2QrUL1q75RBtbydPVyQN0eRCADE6hdweI2
W1jgr/B+KPaj/wAEDUOLZZOzaDdauE7ZUy6vvouRDvgoMJ0ZakmSCNUK3B4nZAj0mCF26Lic
NKF6wxZ/NG5DHXqnOSMBcQM+ryUAVBypLxlVaQFiTqUxPmi09U/TTZEHLMFxIJB9RVSO6uh8
kKgTlWaeiqT2glQ7LBAT9JQoO55Gko8iyA9RZwUAAgKhjl8L2gdttUbERgKQTGU9awRjJCcO
FiSdkQM7BA2wqBmnCchydStCNkQKsQVaxDjAKwwdQHbBUfNTWMWKPuOSLQBoycP5BPfB0Ub9
qclxoExEDVf4f8y//9k=</binary>
 <binary id="i_087.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RgZRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MTE6MTEAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAW3wAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANQuyG1vc6ljGNBLnF5MAfnHbWj4
OPda81v9Np2/T9zhoNzvDaq1lTn1vAuLpDp+hGojbLW/ylf6a1zcqtsbt0gxoTLXNhJTaq6W
5zQa7antjQtkjx7bkRvTrfzfTJOoMngafup+iMezpWPU72uLSXa6gHX/ADvzFoNHuJ8g0DwA
SU5d+CcemzIuLBVU0ufqSdOA32/Sd9FZ7M9hvbQ6lzXuLWjUD6cR/wBUtrrNNl3TbW1CbGRY
1v72w79iwMm+jL67VZV/MuspAA5jaze3b/J+i9JTezLaMS59Oz1bGN3bgSG/k/6axn/WDNYI
Zg1PP+kBdE/CVf66Q3OdEbjRrpp9NwXOOtdu0Pc/LlJTqf8AOTqEGcCjSNdzo/zYSP1pyKai
6/CrBBiWOIif5Jl3/SWHkXEVkEyZ0VnCfcza8dP+3+pYPTc5jrGNcNf5up1e+3b/AKR/ppKd
cdde2gty6aq7Sw73B3Y/RhtYe1ztjldxKGv6TSaXCxrmMAPEgGHfkXJZdl9mS8WUGifzA0sY
CBrtY9z9nt967XpTA3omOwmIoGo8CJSU5mFmdKxGWV5Ie94eR7a3OHthv0mHb9JPb1zoW8AN
fvkCPSIIJ07uWJReGveHngiD/wB+/tLPovfbdo4/S3Azrzpykp//0Nj2Oa9oaQNp1DS3+Cu9
IG7LoPeJOvgFRuuZLhIMz+cJ/wA1Xugu3XVRPtZx8oSU6eAA3EZHJHPmVZ1HyVXB1pbxtaXj
4uDi1v8AmsCB1Xq2JgBlVmTRTkWwWstsYx2wy02htr2e3d7ElN/1GBwYXDd4SsPDZac/J2Vh
opyoluh9xcGlzY93t/OUb+oUV1bz1HCawiRvvrEny2b3PRehZ/S8qzKdiZlWVkvLLcitpLQ0
N9jns3jc73fT/MSUh626vdaCYeKgY7kb4H/VLlGkOPHBOkdyV0H1jcx+RWWP9RttJh7NBG+F
zUukOAlrhLZPjzokpWQ0QI0cdD8f9Wra6Ffj4jKyH12WiX2NZS+0kkk+l6rC/wBzWbVjPI9F
26S46MPmPNFwcluRX+z8qwiqALK2V3ve+sbbXQ7E2tY1v9f/AIxJSfqja78s5FbTW4vEN9J7
Z/MMWEfnfymrp8UlvSQK5ltJgGBqGyub6kKsNzaMdjq6R/M1OqdUK2t/R+p+mfa631P630/0
i6GhzndIe90bvRcTA7+n5JKeLY5raH2btWjkczpCr9La71QeSXgeHGqd1u/HsBjV4EDXj3ao
mENoa4DU2DX5Qkp//9G9ffjtbZD2tMO408Vq9CP6WuSZ2H8YCw8i6wstcWRoeXAditX6u2fp
q9wg+mTHy3JKdvEr9BnpNoNYBc4uEbCSfpN3O9T3Kvl9J6TmZtWXkY9dmbXNNNj9dSH7WWs1
Y/Z+k2b2/olKjMyDmnFdtMSdwEkAf5izrLs303DGeGWhzbIIkkAN9Wtrfotss27GPckppUUY
NLS4VhjSHPc8ei24Bm9ttXq1sZuax7fT/m9//CLZ6VhYlfpdQw6Kqrsmmv13uDvU2FrXNrp/
NpZ7fof4T/CrgupHMpzMnpYuIxsjJD3V+Pqu9SqzVu/Y5rm7/d6frV+9d6HPxrHOcPTqArqp
Lnh1eyoP336Q+v8ARfzrHJKcPrbH0upqfE1Uw8SNCXukf2WrGFBFbCR7oIA+UrS67ZOTdfqK
7K2PaHaHVxr7/nuaqduS1uNva0tLIJiHENb9IBsHakpq5VZro3mRuMAkKn+lNlbhbbX6c7DW
5zHCfpfpKtjvzVYy+o41tdYYLQOS53BkabWx9JVBfi8H1AB9LV0pKbNmW1p2Oc59j3NLjY59
rg0A+m3dabNv0/3123Ti3I6OCwEB9L2ga87XMj+y5efuuwWkOdJdMgkOkeC7XoeSyv6uOyJL
qsdtp97tYaN+3e4fyklPE01OyNlTXDc4SJjnT6X7quV0mp1dD5FwfOwannmR/nMVQX0w3bRt
cJDSO+i1m5ByMip7cS5raBFhMEw4be4Ykp//0o5Lt1b2Nlxe0idDEhbH1bbuz62GIbQ4R4kb
Ge7+Sscjl3cEiT3la/1cfHVWiYJpeB5Rt/uSU7LsoWu31M9MVuLXOBAc4tH0Rpu9m5c/kusx
evUEPPp3VNFocTBE3VuI0/nNa7GMS+szcSw47GttrqbdZ6jwdWWu27LGmfY32PQsew21XUdR
Arsroax1xeSbPTc4/aP0jv533erZ6aSmWZ02/K63TbYB9kpaywvjUvY4/q/8vc7/ADGIl2Q9
9tXqXm3EGU0BpaGua2Hs9pZ/Osc/9H/N/wA2pmzIbQai19tz5rrNPJEe2zc72Ve399Zl7sb7
U2rL2vbXXZbZTXLmbq/0dNDbWf6Njf0trvz0lN/6wVmwPcJl1g3NIgiPfq35rL2ObDdpg/f+
T91ddjYfTn4Nbbq59RjC6HEBpLR7WPr2/Q3Kh1jo2HhUU5GN6rWvs9N4e/c0Atc5u0OH7zUl
PKW4VYcGBznE1utOsah22GoIxmOEN3xALvdqJH5wWrmUg5TCCJ9J4LAOdRqfzdu5ZbbvTx7H
M0cXsAnng6x/J2pKahYN5AnQkR8F1vS2l31J6hySG3aDy2LE6ZiV5lT7clznNa+GgGO252sf
yl2HT8aivoOXjNbtpDbQW6mQ5gcfpfvJKeBbY+stLdu9jg9pInUce3+sFbHWs91gBc33RMN2
8f8AF7UbreNgYVVIorIstJgkkw0cu/qulZzXiQZ1J1HgElP/04scdpsHuLfDutL6uPjqrByT
W7d4iZ+ksF3qCu1m4+7k/wBU/S0C3Pq+P8qtsb3qcCNNJc10lJTq3UY992U2y1vpvcW2VPqL
wf3mu+j+f9DYudvqs6J1gMDXWYDnMdU+9pIkhzmeu57WOe5n6f07HroywOzsu25sUsefTaZA
c4Q3v9L6Co5OQ49Xos19K+l9fpjWDWRcz2j/AIN1zUlIn0U2Ndmsvv8Aszhuc31i1rNv87Xt
aG+5v/CJujfVtucw5OQXYuE4nbiVmDtH0jddYHbav5KqZIvovyXHHORj5LxcbWAnbY0AVOtf
u/Q/Z2bmud6dn6P9J6a0nWW43TMfE3m3fY1jTvL2kPc639G4+59fpfQ/kJKdCvN+rDH+kzMq
sfYSIbY+3XVu3czfXWndd0HKqsDslj6AQ6xloIhw9rLGWbK7d3/bi59/2LFbn0DHEbWXfZ2+
wXYzDuy78c1ljvtGJvZ9D8yhXMjC6RVXbkGtxxBWzKcwvc5pbWN7LG7vd7ne2z3JKQ9fw8LH
ay7Axr6tkzY4u9Fw4cKmXbrN38vf/wBaXMZTGtqDmyGn3ObroYj/AMmvSekNvf0zHOaQ+y2l
pyG2Q6Xu9zS4fQ/mtu5Z3Wfqlh51R+xkY14Ids0LXfyZf76939b00lPJ43UB0uhmOcf1rXTa
+X7QNx9jPo7nexq6npeaMv6t5mUGCsj1GurDt0bWM5O2v81cX1Wu+rPupsEPr9jmnQjbHtcF
1n1Urn6pdR3aB5vcO/FX/mCSnlesZTcvLa6twcytoawgGDrJPu/eVRoJI1niT4KTILQT4Ame
6IG6jXXntKSn/9SiwvkjY7vrpHx/8xWt0Kx9ee2Gl+5uyOwA13vP8jb7lmtBO4DvPtHeR/r+
ctLpd5qsshjXXPrLabHTtBA1a9rPpb0lOv1POx3W1tFgFgJaNxgPLv5f+B/4H/p/8HndSc0t
qcwh1tVjb62ktAIYYtpsfr6frt317FYxW4+Gx92ZV9ocdvoVHk7h+mu2Fv8AOf4P/gaUb9qd
M2QOmiIgzta7/qUlObjZ112dbbRiuYHNa19e5rWtfWA8WDd7m/o7tlmxiPIwhvyHCrCcd1lb
ZIocTIzKGu91lO3+lUbf9JbRs/m0/VMukYl2RittxrnOpawB7Swe7YWsqDW+/wB30/es3peR
aPWzMy0nHoBDX2PJDXE+f73/AH9JTo52Qyvpz8mp9YeWl+O+5st1G5z2aeo/2e9lHp/p/wCQ
sbotmVlOb0vMa79k4r678p8A2VsEO+zOaHNf6DrtlmX6TLPQ2PR8r0cux4YxtLKGbMOoAFlb
nlrvWsfjOdW21zmbGY/+AVLp12c3Prz7nG6rCtrZlZG7e3a5waytz3H9Pte7/hPs+9JT6Dde
PtDccj+cl5eAC0Hf6TK/wcrVZaZcBrJnzWVn49v2MZWIS/JrIcHmCXhrjfW18bGfzn56N9X8
tmT0tl+72hzg57tBu3u3c/vOSU839eOjt+0t6tUBq5lWYwaEyIoyf+j6Fv8A1pXPq4/0/qbl
OH0nDLLviGuZ/wB9Wn1PGGVZlYtg9uTSQz+yBt1+j9PY9YvQmvZ9Tstj2ltjKswWd5cD6bv+
/pKeMqd7W+AA07q1S9ocBOoVNoLGaHX7kZggtOvZJT//1c7GOb6jW3VvfU4gElgbtP5pOv0V
0fTelW1VPtzBsdZIqAlngfWe2z1LK/d9Dfs/qK70fodfTottvszMtoI9V5cK2k/6Cg/+frf0
v/Fq1lPO/aROndJTXLMK97sK26v7RAe6pjx6oH0vV9N43N3sUD0fDqaHPybGMcdsuc1omfFZ
X7Lz3dfGcLmtxRcLi3e/1NoYGPpa3bs2O27Nvqemurox6K7H5DjN9jWtl5HsYPc2mtv5vv8A
e/8AP3pKeY6hjdNdUabLLXs3gjbaCIbr7m7PovQPsuJbiVYDK7cm+zKY6mhlgYLH+m/dXfZD
rK8ev0/WtsZ6ln+jXZkUu1IYTzJDTqo2YdFjQNjWOaZZZWGtew/v1Ph2x6Sng+p9JbhYdb7C
91hew0VUfzFwsYL7m11Oc+6qrHtZsudZZ+l/Rfo/U+hLEyKmdNdiXY5qa1ri97nNH053ltDf
axjHbX/zns2MXVdRx8djacWhgaWlz3udLtrHavjf/hMm5vqv/qb/APCLmerfYarm4dj2VNdt
seXmJaD7a2j+W9JT03Sbbf2djiRa/wBNrnHcPpt+i31P5bm/SWd0DK6PhYO+yxpvdkWVmvIL
nWtunddTRQGWNq2uf/1z99N0TPtxqTdZSL8S0utryMd29waD9C7F+mz0/d/Mep6nv/PVH62P
6bdViO6dZTZkPu3VilzS7bY3d61jW+7/AAbG/pUlPQXdU9XKbUcO2p+1xbdaQ0Q0CxzWVu9z
nfQ9v01WyGO/YfU4GhquP9ouc57YHu9rfcgZdN+PldLbZcXWUU+5kEk2bmtdYfzfdPoK6XOr
6JnOAnay6O2ku/en27UlPB43SLszFZf6ldTCYYLHBp0OvtR3dH9OxgGXQXucBtLg12vHo+7b
b7kxZ0h2L6gre1tTQ1pAdtef5MvG5v8AXVrGv6ZQ8FmHv1Hphwq36+122Da9JT//1uxFrRIL
tRyeVVymO37ifbwrFG02bGtBP4adz/VVl2Oxx1JnvwR/mO3JKcasF10ct7+Yj6H9VHFeOxxe
1mp+J5/klWXdPAk1ODSe0QP+iUIVvpt2kEENmQQW6nb/ACXt/wAxJS4yHwA9rH+OjhH4uRK7
GOdrUGgfnNdOv9QtVex0CTG+faY0/rKbHhrdTxx5pKQ5DvTFj3u3FzjY550Abw1rW/u1sDVy
VrhmPtybi1pvJbVviGsAivd/58Wt9ZMyx1Qw8c/rGQYju1gPud/J/cWZj/VmgVMyeo5Xperq
K/z9v9Vsv9ySmXTc7CbWzGfdl0hkNquLycVurfY+GfzDnfzr3rR6i9nTWUVW1MF9GXXlUhml
fvd6N1btv+lZd6/0ra/+DpU7MjpVGF9lx2ERt9zgJjxft93u/qLn6qb87IbgNqfYa8msNbse
SKHO3Ne2W/zXscz/AItJT2WY4O6kx0EvF7GANG9xFbHWFv8AZ371axmGzHzKtv07rAa3EOje
Gv2PLS5n5/5qHXRaerPtfBrYHtrnTV5979v5/t/kq5g/zmW+WHdcCCyduldTe6SnnXdJ3YzG
UsFnpbTDwDoJlhNvsdypU17PUDXBpeRsLdoEgD2ez2/mrqmvxmN21xsmIaJEnzSfi41ogsEa
HT2nQyD7UlP/1+txrm1aOnc76XsMADjXcrTMpj9GbXuPDA4B3/bdm16oZDq7JpfBBMFp4+CA
cLGc4VucWMJ9wNh2x3DmXOsrSU6/rAu2bSx8xtfpz4KrbRnNsftm5jiSHGxk6/m+jZTt2t/r
q3U2oNbEP2aMcfcR/VcpnT6Qj4pKcS2nJfYwAuqGpe1zQ0gD+VX+j9z/AKP01C2/ZU7edgAJ
OslTzOoWPsIrkMB0jSdvx/NWD1nLeyhtVXvvynbWBo1jm13+akpDXnOduyg3fffO0Ej21MJa
0vsd/N1rW6R0x19n2jOJbjgBx2yC7+ta73MZ+/7GLD6eGtw76MuazjEsdIglgizZ+99Fy6vD
NnUSLHTTgMINVcy54/fvd9FzrGu/m/8AApKb/TfQLnnCo9Chum8AN3Hj/jXfv+o9ytPoudXt
Nu6wn3WOk6T9FrJaiVxsAaA1se0eSkfikppux3UEWPcH1N+kA2HeH730U9RDn5FjTuDrJkeb
GKxa6GEqlh2CcsNAAbe8Q0RHtYf+/JKbwYA4kEDdyA0Cf6xUw4jgk/FQdbWxm+xzWM/ecQ0f
9JIvAAe0F4dEbdee+n5qSn//0Nq6wPd9E7hIBnX97soOY8tne7aNRI4B/N4TOdrH8rXjiTz/
AFk9biGAkxyYSUwFNgr32EEnmR/0ePzU1eTlNca6rnhpBbA0bqIPsdO5HlwBg8z/AK/yULa5
wO7WeXcJKRMFjYOpGuruR3bp7VmltmRmOyXscG449CgEd/pX2tn99/sb/IrWu2k7QZIPOs6/
BEFO525waXAANOvA/lT7klOZgYP2jqPpWD2XurNjTLfawHc1zo/O2MXYU49THexgAaAA0TtB
HhuhqxGusaZa0CDo7dxPxCJ9ryQfa1x89x8e6SnotfBRcQOdPiuf3WH6biPAbjIHzcUzb7mP
0a4cmQ4iUlO/YA5hn6IEl3hHdZfToe7Mex4fW7IcGuaPbo1jXBrv8J7vz1We59kFz7R39lhA
+7+V/KT4jm4fqiqdtpDi1xJE661wNySnaZjYznC19TH2ECXOG46f1lYiB4LLq6ptaGuaBHJM
/wAEUdVoOgEnTgiElP8A/9n/7SAqUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAA
UHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5C
aXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2Jq
YwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJv
b2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4
QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0
bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENi
b29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9v
bAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAA
AAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABM
ZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50
RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0
b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9u
ZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAA
AQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAA
AAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJ
TQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoA
AAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////
////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////
//////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAA
AgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0E
CAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAA
BgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfgAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAA
UmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAA
AtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH4AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGlj
ZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5l
bnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVT
bGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRv
cCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25n
AAAB+AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAA
AQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxs
VGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAH
ZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0
AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRv
cE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAA
ADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFvsAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAFt8A
GAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoL
ERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsL
DQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAAD
AAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggF
AwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMm
RJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dn
d4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHw
MyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk
9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANQuyG1vc6ljGNBL
nF5MAfnHbWj4OPda81v9Np2/T9zhoNzvDaq1lTn1vAuLpDp+hGojbLW/ylf6a1zcqtsbt0gx
oTLXNhJTaq6W5zQa7antjQtkjx7bkRvTrfzfTJOoMngafup+iMezpWPU72uLSXa6gHX/ADvz
FoNHuJ8g0DwASU5d+CcemzIuLBVU0ufqSdOA32/Sd9FZ7M9hvbQ6lzXuLWjUD6cR/wBUtrrN
Nl3TbW1CbGRY1v72w79iwMm+jL67VZV/MuspAA5jaze3b/J+i9JTezLaMS59Oz1bGN3bgSG/
k/6axn/WDNYIZg1PP+kBdE/CVf66Q3OdEbjRrpp9NwXOOtdu0Pc/LlJTqf8AOTqEGcCjSNdz
o/zYSP1pyKai6/CrBBiWOIif5Jl3/SWHkXEVkEyZ0VnCfcza8dP+3+pYPTc5jrGNcNf5up1e
+3b/AKR/ppKdcdde2gty6aq7Sw73B3Y/RhtYe1ztjldxKGv6TSaXCxrmMAPEgGHfkXJZdl9m
S8WUGifzA0sYCBrtY9z9nt967XpTA3omOwmIoGo8CJSU5mFmdKxGWV5Ie94eR7a3OHthv0mH
b9JPb1zoW8ANfvkCPSIIJ07uWJReGveHngiD/wB+/tLPovfbdo4/S3Azrzpykp//0Nj2Oa9o
aQNp1DS3+Cu9IG7LoPeJOvgFRuuZLhIMz+cJ/wA1Xugu3XVRPtZx8oSU6eAA3EZHJHPmVZ1H
yVXB1pbxtaXj4uDi1v8AmsCB1Xq2JgBlVmTRTkWwWstsYx2wy02htr2e3d7ElN/1GBwYXDd4
SsPDZac/J2Vhopyoluh9xcGlzY93t/OUb+oUV1bz1HCawiRvvrEny2b3PRehZ/S8qzKdiZlW
VkvLLcitpLQ0N9jns3jc73fT/MSUh626vdaCYeKgY7kb4H/VLlGkOPHBOkdyV0H1jcx+RWWP
9RttJh7NBG+FzUukOAlrhLZPjzokpWQ0QI0cdD8f9Wra6Ffj4jKyH12WiX2NZS+0kkk+l6rC
/wBzWbVjPI9F26S46MPmPNFwcluRX+z8qwiqALK2V3ve+sbbXQ7E2tY1v9f/AIxJSfqja78s
5FbTW4vEN9J7Z/MMWEfnfymrp8UlvSQK5ltJgGBqGyub6kKsNzaMdjq6R/M1OqdUK2t/R+p+
mfa631P630/0i6GhzndIe90bvRcTA7+n5JKeLY5raH2btWjkczpCr9La71QeSXgeHGqd1u/H
sBjV4EDXj3aomENoa4DU2DX5Qkp//9G9ffjtbZD2tMO408Vq9CP6WuSZ2H8YCw8i6wstcWRo
eXAditX6u2fpq9wg+mTHy3JKdvEr9BnpNoNYBc4uEbCSfpN3O9T3Kvl9J6TmZtWXkY9dmbXN
NNj9dSH7WWs1Y/Z+k2b2/olKjMyDmnFdtMSdwEkAf5izrLs303DGeGWhzbIIkkAN9Wtrfots
s27GPckppUUYNLS4VhjSHPc8ei24Bm9ttXq1sZuax7fT/m9//CLZ6VhYlfpdQw6Kqrsmmv13
uDvU2FrXNrp/NpZ7fof4T/CrgupHMpzMnpYuIxsjJD3V+Pqu9SqzVu/Y5rm7/d6frV+9d6HP
xrHOcPTqArqpLnh1eyoP336Q+v8ARfzrHJKcPrbH0upqfE1Uw8SNCXukf2WrGFBFbCR7oIA+
UrS67ZOTdfqK7K2PaHaHVxr7/nuaqduS1uNva0tLIJiHENb9IBsHakpq5VZro3mRuMAkKn+l
NlbhbbX6c7DW5zHCfpfpKtjvzVYy+o41tdYYLQOS53BkabWx9JVBfi8H1AB9LV0pKbNmW1p2
Oc59j3NLjY59rg0A+m3dabNv0/3123Ti3I6OCwEB9L2ga87XMj+y5efuuwWkOdJdMgkOkeC7
XoeSyv6uOyJLqsdtp97tYaN+3e4fyklPE01OyNlTXDc4SJjnT6X7quV0mp1dD5FwfOwannmR
/nMVQX0w3bRtcJDSO+i1m5ByMip7cS5raBFhMEw4be4Ykp//0o5Lt1b2Nlxe0idDEhbH1bbu
z62GIbQ4R4kbGe7+Sscjl3cEiT3la/1cfHVWiYJpeB5Rt/uSU7LsoWu31M9MVuLXOBAc4tH0
Rpu9m5c/kusxevUEPPp3VNFocTBE3VuI0/nNa7GMS+szcSw47GttrqbdZ6jwdWWu27LGmfY3
2PQsew21XUdRArsroax1xeSbPTc4/aP0jv533erZ6aSmWZ02/K63TbYB9kpaywvjUvY4/q/8
vc7/ADGIl2Q99tXqXm3EGU0BpaGua2Hs9pZ/Osc/9H/N/wA2pmzIbQai19tz5rrNPJEe2zc7
2Ve399Zl7sb7U2rL2vbXXZbZTXLmbq/0dNDbWf6Njf0trvz0lN/6wVmwPcJl1g3NIgiPfq35
rL2ObDdpg/f+T91ddjYfTn4Nbbq59RjC6HEBpLR7WPr2/Q3Kh1jo2HhUU5GN6rWvs9N4e/c0
Atc5u0OH7zUlPKW4VYcGBznE1utOsah22GoIxmOEN3xALvdqJH5wWrmUg5TCCJ9J4LAOdRqf
zdu5ZbbvTx7HM0cXsAnng6x/J2pKahYN5AnQkR8F1vS2l31J6hySG3aDy2LE6ZiV5lT7clzn
Na+GgGO252sfyl2HT8aivoOXjNbtpDbQW6mQ5gcfpfvJKeBbY+stLdu9jg9pInUce3+sFbHW
s91gBc33RMN28f8AF7UbreNgYVVIorIstJgkkw0cu/qulZzXiQZ1J1HgElP/04scdpsHuLfD
utL6uPjqrByTW7d4iZ+ksF3qCu1m4+7k/wBU/S0C3Pq+P8qtsb3qcCNNJc10lJTq3UY992U2
y1vpvcW2VPqLwf3mu+j+f9DYudvqs6J1gMDXWYDnMdU+9pIkhzmeu57WOe5n6f07HroywOzs
u25sUsefTaZAc4Q3v9L6Co5OQ49Xos19K+l9fpjWDWRcz2j/AIN1zUlIn0U2Ndmsvv8Aszhu
c31i1rNv87XtaG+5v/CJujfVtucw5OQXYuE4nbiVmDtH0jddYHbav5KqZIvovyXHHORj5Lxc
bWAnbY0AVOtfu/Q/Z2bmud6dn6P9J6a0nWW43TMfE3m3fY1jTvL2kPc639G4+59fpfQ/kJKd
CvN+rDH+kzMqsfYSIbY+3XVu3czfXWndd0HKqsDslj6AQ6xloIhw9rLGWbK7d3/bi59/2LFb
n0DHEbWXfZ2+wXYzDuy78c1ljvtGJvZ9D8yhXMjC6RVXbkGtxxBWzKcwvc5pbWN7LG7vd7ne
2z3JKQ9fw8LHay7Axr6tkzY4u9Fw4cKmXbrN38vf/wBaXMZTGtqDmyGn3ObroYj/AMmvSekN
vf0zHOaQ+y2lpyG2Q6Xu9zS4fQ/mtu5Z3Wfqlh51R+xkY14Ids0LXfyZf76939b00lPJ43UB
0uhmOcf1rXTa+X7QNx9jPo7nexq6npeaMv6t5mUGCsj1GurDt0bWM5O2v81cX1Wu+rPupsEP
r9jmnQjbHtcF1n1Urn6pdR3aB5vcO/FX/mCSnlesZTcvLa6twcytoawgGDrJPu/eVRoJI1ni
T4KTILQT4Ame6IG6jXXntKSn/9SiwvkjY7vrpHx/8xWt0Kx9ee2Gl+5uyOwA13vP8jb7lmtB
O4DvPtHeR/r+ctLpd5qsshjXXPrLabHTtBA1a9rPpb0lOv1POx3W1tFgFgJaNxgPLv5f+B/4
H/p/8HndSc0tqcwh1tVjb62ktAIYYtpsfr6frt317FYxW4+Gx92ZV9ocdvoVHk7h+mu2Fv8A
Of4P/gaUb9qdM2QOmiIgzta7/qUlObjZ112dbbRiuYHNa19e5rWtfWA8WDd7m/o7tlmxiPIw
hvyHCrCcd1lbZIocTIzKGu91lO3+lUbf9JbRs/m0/VMukYl2RittxrnOpawB7Swe7YWsqDW+
/wB30/es3peRaPWzMy0nHoBDX2PJDXE+f73/AH9JTo52Qyvpz8mp9YeWl+O+5st1G5z2aeo/
2e9lHp/p/wCQsbotmVlOb0vMa79k4r678p8A2VsEO+zOaHNf6DrtlmX6TLPQ2PR8r0cux4Yx
tLKGbMOoAFlbnlrvWsfjOdW21zmbGY/+AVLp12c3Prz7nG6rCtrZlZG7e3a5waytz3H9Pte7
/hPs+9JT6DdePtDccj+cl5eAC0Hf6TK/wcrVZaZcBrJnzWVn49v2MZWIS/JrIcHmCXhrjfW1
8bGfzn56N9X8tmT0tl+72hzg57tBu3u3c/vOSU839eOjt+0t6tUBq5lWYwaEyIoyf+j6Fv8A
1pXPq4/0/qblOH0nDLLviGuZ/wB9Wn1PGGVZlYtg9uTSQz+yBt1+j9PY9YvQmvZ9Tstj2ltj
KswWd5cD6bv+/pKeMqd7W+AA07q1S9ocBOoVNoLGaHX7kZggtOvZJT//1c7GOb6jW3VvfU4g
ElgbtP5pOv0V0fTelW1VPtzBsdZIqAlngfWe2z1LK/d9Dfs/qK70fodfTottvszMtoI9V5cK
2k/6Cg/+frf0v/Fq1lPO/aROndJTXLMK97sK26v7RAe6pjx6oH0vV9N43N3sUD0fDqaHPybG
Mcdsuc1omfFZX7Lz3dfGcLmtxRcLi3e/1NoYGPpa3bs2O27Nvqemurox6K7H5DjN9jWtl5Hs
YPc2mtv5vv8Ae/8AP3pKeY6hjdNdUabLLXs3gjbaCIbr7m7PovQPsuJbiVYDK7cm+zKY6mhl
gYLH+m/dXfZDrK8ev0/WtsZ6ln+jXZkUu1IYTzJDTqo2YdFjQNjWOaZZZWGtew/v1Ph2x6Sn
g+p9JbhYdb7C91hew0VUfzFwsYL7m11Oc+6qrHtZsudZZ+l/Rfo/U+hLEyKmdNdiXY5qa1ri
97nNH053ltDfaxjHbX/zns2MXVdRx8djacWhgaWlz3udLtrHavjf/hMm5vqv/qb/APCLmerf
Yarm4dj2VNdtseXmJaD7a2j+W9JT03Sbbf2djiRa/wBNrnHcPpt+i31P5bm/SWd0DK6PhYO+
yxpvdkWVmvILnWtunddTRQGWNq2uf/1z99N0TPtxqTdZSL8S0utryMd29waD9C7F+mz0/d/M
ep6nv/PVH62P6bdViO6dZTZkPu3VilzS7bY3d61jW+7/AAbG/pUlPQXdU9XKbUcO2p+1xbda
Q0Q0CxzWVu9znfQ9v01WyGO/YfU4GhquP9ouc57YHu9rfcgZdN+PldLbZcXWUU+5kEk2bmtd
YfzfdPoK6XOr6JnOAnay6O2ku/en27UlPB43SLszFZf6ldTCYYLHBp0OvtR3dH9OxgGXQXuc
BtLg12vHo+7bb7kxZ0h2L6gre1tTQ1pAdtef5MvG5v8AXVrGv6ZQ8FmHv1Hphwq36+122Da9
JT//1uxFrRILtRyeVVymO37ifbwrFG02bGtBP4adz/VVl2Oxx1JnvwR/mO3JKcasF10ct7+Y
j6H9VHFeOxxe1mp+J5/klWXdPAk1ODSe0QP+iUIVvpt2kEENmQQW6nb/ACXt/wAxJS4yHwA9
rH+OjhH4uRK7GOdrUGgfnNdOv9QtVex0CTG+faY0/rKbHhrdTxx5pKQ5DvTFj3u3FzjY550A
bw1rW/u1sDVyVrhmPtybi1pvJbVviGsAivd/58Wt9ZMyx1Qw8c/rGQYju1gPud/J/cWZj/Vm
gVMyeo5XperqK/z9v9Vsv9ySmXTc7CbWzGfdl0hkNquLycVurfY+GfzDnfzr3rR6i9nTWUVW
1MF9GXXlUhmlfvd6N1btv+lZd6/0ra/+DpU7MjpVGF9lx2ERt9zgJjxft93u/qLn6qb87Ibg
NqfYa8msNbseSKHO3Ne2W/zXscz/AItJT2WY4O6kx0EvF7GANG9xFbHWFv8AZ371axmGzHzK
tv07rAa3EOjeGv2PLS5n5/5qHXRaerPtfBrYHtrnTV5979v5/t/kq5g/zmW+WHdcCCyduldT
e6SnnXdJ3YzGUsFnpbTDwDoJlhNvsdypU17PUDXBpeRsLdoEgD2ez2/mrqmvxmN21xsmIaJE
nzSfi41ogsEaHT2nQyD7UlP/1+txrm1aOnc76XsMADjXcrTMpj9GbXuPDA4B3/bdm16oZDq7
JpfBBMFp4+CAcLGc4VucWMJ9wNh2x3DmXOsrSU6/rAu2bSx8xtfpz4KrbRnNsftm5jiSHGxk
6/m+jZTt2t/rq3U2oNbEP2aMcfcR/VcpnT6Qj4pKcS2nJfYwAuqGpe1zQ0gD+VX+j9z/AKP0
1C2/ZU7edgAJOslTzOoWPsIrkMB0jSdvx/NWD1nLeyhtVXvvynbWBo1jm13+akpDXnOduyg3
fffO0Ej21MJa0vsd/N1rW6R0x19n2jOJbjgBx2yC7+ta73MZ+/7GLD6eGtw76MuazjEsdIgl
gizZ+99Fy6vDNnUSLHTTgMINVcy54/fvd9FzrGu/m/8AApKb/TfQLnnCo9Chum8AN3Hj/jXf
v+o9ytPoudXtNu6wn3WOk6T9FrJaiVxsAaA1se0eSkfikppux3UEWPcH1N+kA2HeH730U9RD
n5FjTuDrJkebGKxa6GEqlh2CcsNAAbe8Q0RHtYf+/JKbwYA4kEDdyA0Cf6xUw4jgk/FQdbWx
m+xzWM/ecQ0f9JIvAAe0F4dEbdee+n5qSn//0Nq6wPd9E7hIBnX97soOY8tne7aNRI4B/N4T
OdrH8rXjiTz/AFk9biGAkxyYSUwFNgr32EEnmR/0ePzU1eTlNca6rnhpBbA0bqIPsdO5HlwB
g8z/AK/yULa5wO7WeXcJKRMFjYOpGuruR3bp7VmltmRmOyXscG449CgEd/pX2tn99/sb/IrW
u2k7QZIPOs6/BEFO525waXAANOvA/lT7klOZgYP2jqPpWD2XurNjTLfawHc1zo/O2MXYU49T
HexgAaAA0TtBHhuhqxGusaZa0CDo7dxPxCJ9ryQfa1x89x8e6SnotfBRcQOdPiuf3WH6biPA
bjIHzcUzb7mP0a4cmQ4iUlO/YA5hn6IEl3hHdZfToe7Mex4fW7IcGuaPbo1jXBrv8J7vz1We
59kFz7R39lhA+7+V/KT4jm4fqiqdtpDi1xJE661wNySnaZjYznC19TH2ECXOG46f1lYiB4LL
q6ptaGuaBHJM/wAEUdVoOgEnTgiElP8A/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABv
AGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBo
AG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOkGh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0w
TXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczpt
ZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1
LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93
d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9u
IHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8i
IHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpz
dEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQj
IiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8i
IHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1wOkNyZWF0
b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVE
YXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjExOjExKzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDIxOjExOjExKzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTox
MToxMSswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1NGI3MzcxNC0wYWYxLTgx
NGQtOTdlMy1kZmY5Y2Q5N2E2ODYiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBo
b3Rvc2hvcDo2OGNmOWJlYS1lYzI2LTExZTgtYWFjZi04N2M3MzBhZTU5ODQiIHhtcE1NOk9y
aWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo4ODRhODVmNS1lNzQ2LTcxNDMtOTBmMy1kMjc4
NTQwYjczNGYiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9maWxl
PSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHhtcE1NOkhp
c3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIgc3RFdnQ6
aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo4ODRhODVmNS1lNzQ2LTcxNDMtOTBmMy1kMjc4NTQwYjcz
NGYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MTE6MTErMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3
YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8cmRmOmxp
IHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NTRiNzM3
MTQtMGFmMS04MTRkLTk3ZTMtZGZmOWNkOTdhNjg2IiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5
VDIxOjExOjExKzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3Ag
Q0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3ht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6QmFnPiA8
cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6NkIzN0Q2Q0JBQjE3MTFFNTk1Mjk5MjM1NTY5NzM2MUI8L3JkZjps
aT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9yZGY6RGVz
Y3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJ
Q0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BN
U0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MA
AAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAA
FGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcA
AAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAI
DGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhl
d2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAA
AAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAA
AAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAA
AAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBS
R0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVs
dCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAA
AAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAA
AAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4A
AAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAC
jwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAyADcA
OwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwA
wQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkB
YAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8C
OAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MD
TwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoE
qAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcG
SAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8I
MghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQK
agqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM
8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MP
zw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMT
AxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwW
jxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEa
dxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQe
vh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgj
ZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8o
cSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12Last
4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38z
uDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5
+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRA
pkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tH
wEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63TwBP
SU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdX
RFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ff
s2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9o
lmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx
8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7
wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VHhauG
DoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q
1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+c
HJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n
4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4s660
JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA
7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXO
Ns62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr724Dc
BdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDq
W+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5
OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAA
AAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfgDASIAAhEBAxEB/8QA
qQAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAgMBBAUABgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAQUA
AgEFAQAAAQIAAxEEIRITBTEiECBBMiMUFQZCMKAzJDQWEQABBAEDAgMFBAcIAgIDAQABABEh
AjFBURJhA3GBIhCRoTJCILFSEzDBYnKC0iPwkqKywuIzBNHy4fFDU2MUEgEAAAAAAAAAAAAA
AAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAAC6UkDxcJ6COZDhYs4gu4iTkUZGKI4FwyAOMhUs4Dj4GDMT
D5E85QMywXPLHcsgwOCIGBs8QEDTLZHwvI2cctWE2DqV2oUmc0f18ijF4TPi/BV6xxlDdIpd
dgpS5xWvKshdaIplckpRf4z5uyZ/XzM+NHjNZerlBKCDZRI0rdPUKSZpFnOt1ymqyoWJ8Bzx
ExZgVzeJIElhCtAbKYHEpBtvr2xVPRrFJ9eoejLzMnou83x6EPOQej7zvG5CBLYJEXaqWhlh
BF7L08M27dd5ITAYGkf0wd3cdk6uETZNhidImho0NEzqOjnjaluqLJUhEoieTI1MoLAAJYQ7
RMe5sqMlULJDhN/ToaICbFMy0yAzpk6q+kFIwWODjYhnACySq+GkGJGjhbWObFquwFwkR0ET
3cd0SdibdAW3NuGXESa1yndKuTrZAytZrCZHjogiO4BlZqQpBhasZazQSqTgWJYkWG7o1LJN
a1XPPofXLRpYBQs0w2JcN6eNfi4mYkW5DyDW00M3UoFyV2Ce7iJmCeiTuiTgODDr7mMJ64wd
cGSpkbNIRWt1BPQYEiYAkIKmgQ5fGqht0SnbpGCD64ZLeb1qrZCrWK5gV2KGSJCK7kBvr2h3
TxtRKwjGSvYruCYJmjnaNIstEzgMQu7ju7iJ7joniMPc84aEUrhbYlwqjcQVqN7PFTEnFEgz
BlZbgBejQLTSIuqUkz6mgBm20XTWsIsHUL+YYk9IUFJQU5Iyyphc4eNHrIiWlAp1WwG9Dy/R
vUC2xTiJWw7pg6O4kVrHSjiz53dyA71LVFkUFOtZyCxn26pXasyDCSe6AFuUHo5jhzeslQOS
FFsCnYGyaFqpaCo3KJh9wD1NqiBZA1gmW+jjXgwIieK9ms8Y9Fku0b2eXe5ZY6JO6OIWusP5
Aj4rwWqUPFbFW0QBKK+Rr5IFW0kTBLCMYDjuGJsrKl6gZqdRIrarnFRQyC6oRt2qN0mhfzDJ
CFlqncpER0ljjEscPG2mVkiJgPrNHXaV0uUL2eWyXYJ6JIifPF4MOwbhZTi6Geg1Lfkax7pv
hfZDWKoFnA3MMFViqct0CDmTuhpCyUK44Ld/z7z0M5t0HN0MsXZQ81r9K4FmaeYYAGst1XoJ
iJLImA3u41waB0dAttewPs1rJcydZAq6JHT3A+N9mB4H0GtJgjZkVafXKsaVs8h610jsfVyi
zj7GITUtII6eFkQndxArakFioGViWaZULRzQaV31rRq3Kl0jN0qB5zg4lcwcYtLCmAM7uNoQ
EZAQJtU7g+1SulylcWFNUizMSRESEiWGVybAt6jE6/l/Sk1rZiKGsgrY21kCkWABaDBPTAQk
QurbqEdBC2RAbFGTK0DrFKwegu4+yTQv1TykTItqrhUZo1gggB/dxpItKEw4SvdpWx1yldLp
QodymnRKRLajCXVkmeyrnm0A5Bc9X5f05zcfVGrlRmVGJFqeA+CkQZqCNBg0nKAJXDeXA6a5
Cwbwu9V43dnznoA69iueRi3BTuLIttr3jMVeql7p4epYFkVgLt0NAdeoXi/VspKxKAvgxYiJ
WV6mxTKmT6PzwqSA9BsUoGXc+yEQIKFe9QBkVFxtQyAmqaTcmC3UVw4q0j4TJYBUjJFY46pm
lu+b9GTWtY5l9UEu9SI0dDz5GvSqkbPUuLyyEkOEr3s3SDuUbppLOTPVoiNXwlZJZJtFTtge
d9LnGMqwg9RpZdstUH5JeFOgUqN1JmwMjiAyaN5ZnMNYIPAAT4GWcKmeBW3hLeMueo8v6Yf5
v0nlCgXMFc0R56PFC7BiuLgQbBC+EraWffOvZ+qaXQkfXWJwHwrzvpMALc87uB52nlmYSfQj
szYrFMbmYa11LzPRcrmVJEQfKHB0lUrDjOE3lQmEJFkieekTM8RMEP8AVeX9QWPI+v8AKFAh
4cuALRVJLTc+DQ6pxrBwHDLBFpLidPK1DSz9HNF3Kqi6GTojMPcyCvqVONOu3ihf7iKLljqz
KZcuYuuSPcZfW0gS0RBkQsugoXaVwqNXAchZEJsqK8sEGYId6rzHqxnk/W+aMsSg4YI6C4VL
JC6eNAS4goElqyO1cjVNSldgzsz0vmDPDQrG/nA4u5WqkXYz7I8SgoPGqHXtLGXTMi3ZIzM/
0fHlQ9YB5hhSStgGTcqXisBiG1JgpXARr1DPbotK3oMvWDxdvNMHtjjETp5hEjxM9AfdxojM
BwQEMHjtHN0DZq2aYvG0QMq5StlNltJqrSseDDBz7clK3azBNzNIv28rWNMqxDiqsLErYefC
xVCmIKspslJdmoO6BFDMDdnJ1jmqMPUzdEfn6GWIIeM3MfXCaohorIby+NWBkko4Jc8dp5ei
bNd6DPYgwMfdAxzSs1rWXsCa97JH8DSnX2aYk6jCdadIz7VlhVC7BWZCivn70nmi9NXPMMtU
yKttJCmoBiZLujT0hZnJ2hQ0BuVq5ItTKJljIDeAzogieHjU6JGRIAOSwDRoXDcGUlexTcPg
BKPn/U4AvRxtM1pz9IrRYEpUmWA9smESSBs06hrzlGaXYtkviCC2FOqTkXElN1dwCLVYVI3S
3TbRHcni56zyfqx2Lt4Aqg2kK7uOmeOieC6eLciJdWAByp4jXydU11MIyXVyGOG0Hj6PnyxF
iwUquhkm/l3qonVx3HpBrrA8tvLMfSi8ZxaOeC06pco3INh+Nqh5muR5VXqM8wlameVdPN0S
tWcgnugP2HjvZFrA9DgGB08DxQdxcRPQF0cWJMSQODrFewJ1866axABk2a90tyNMZk6NYVoY
2qJzNrME6ORJoOXcH1nUDrFa4Z+r5/bKWvg2DYrsSFI0yj63y/pxNmJI6YE4noYPGs3csxwc
k7iEZ6/yXsC3ibuMeYKOOnpI6ZB4uJ6OLQTBJdIuwlx2nlapojLTOslSDCOJUfGPsY2iN488
tKssMzUr0jZyNWscwZEZHoED8LYzTerZ20BhaWSb2lHDh5I/gg5gGTn6IHhV2aYfAwset8h7
EsYu1inm+AiSURJhJMwQXHwUDwRjxDRkHXzLZslVth5VoStK5DBkGcx2Uejz64DL+PbNBFRx
R36dI0Ct1gSlhV87o0AdXIrmvq4fszu4gV1bYbB4Puk4SEyvJ+584ZRA0b7Pxvsw8LbwTz0x
AUjIRAZJxwzo4mGiAbpFzxguC6Xp6mOqrAe7LuFxCYBBglZWiAu4TQSmQazq5XequbEHkl3z
7r5QratA2LKrBqQsTO0K3GkPILkxJ3TBWCQPI9p5JZ9f4314zB3sA8/PQM4TJIICIJHcHF0J
Ek44hyGB6ubrHZRwHyN85diQJKAVu4Tj74mTT9N5UivKSzdzNoaQtK+FZMmhoZBaGu0Z6Pyn
pC1cVYM6vq4RpRlaZqEtp3dBnSEC/L+z8od6vy3qxvnvRedMGegOCA44kiZ4Pp4twQhxxAMg
gbSGFruaVtNNcWgxJICIgxDKCHZGpjgA9Y7SRYOz6l0TcqmWKbAKSjvlTVuYh6mxQvEZutWP
PWQqnq21rAQLaU616gXPO+joHnPWeb9MWfN+m82YczBwyIRg0HukLp4tFnSaS02TltgZaraI
i2DAeaRmqvVhJHB3FIsygDI38sqMtcaGZtYxmntUwE2K4rl3AN3L2BGZq0y1p4O0XEsAoee9
BjGtabcFN6RefpLK4sUZ2pm3y35f0/lzLIeIS9YZDxMzIfDxMFwu6iS0L7oGixIEnIDBkaS5
C4ZO4JAruScCkDSQRbOnRBtXrJkalcjJoQRcZXaWGDXG7+PrAsgzGsLyD1JRSL8ZYF6vVA1O
MBbq90s+U9V5gyGp2Sj2zxj29BRn1dgjN7S4rTlMNRlT0op8QCowFMhBjJQw9Ha8v6kms2iX
Q0uM0NTjE7bgxh3IMjM9ZXOziYXMbWAxY0FlGLMCc+/VLWpQcaxi0r+Z9dVMjF9X5cv7vlNU
2c3U80atrN0xN6hoDMDfxjzV4GgpgRnS4qL2HFHtXjA9LdgLug6JEAQgkZA8nO7BQ9Xn2wrc
EcJQRPcR3SR08RM8AccdXflFS0yRCbGcV3Q8qy5xpWvLaJuJW0V5j1HlSrtZXpxvnPVYp12t
aFX6F8fhbfnBbqYFwSUNbkkaL8dhsdi8etE4J6ZIA1iIJZI9IuYMYauLw5vGn1FxYkZCgOGy
iCz1eCzyCFVeaQBQJwdfGBh6QvR+Z3S2NIyhpBUGZHrvMF30VDSFYGvWE3qesUr2XqjPPehy
Dzdll4oV9SqVX2zKY6Nkx+1uNKYkIeIFbVlcWgRBwKIYGWkNIFkHTHENRJZKnBdmlJbio0ZV
uIKziWQk6xnKVcIRaUJeu4NVYtFYTWaGXY4Zq+V9KU5Eirq0Lxn6ebpBVLlQyrJmIoalMITM
F6rJT53GmoRHcMhdMiQsJFjIAzxjCiCeEjgYYuZEjukIZgZMSSMiADUA5GjkEWqMFw8wh1Nt
4z7d5JuxgaxUqOoDfUeQ9WVpmuLvzYKV6jdGg6DMI3FebsGcNquLJ6yOnizMyQ0DJHmFaLYi
QeBXhwgDPHSYksCTuDiYIDiWYc9wQ8AAHVKGQ9BEOtFE9O4UtdjSM3TzyjS0ckv12VRnqfPe
hE0GwbDVwVnU7pZmJAM+InuIguErtQZ3aXFAeEYS7QUxx3dx0TxHdBAs4q19GoQZgQMycnpD
gSCkYGJkAKFnFFubaO1BEZOao0BqCWkCIeLqKFLTskbqLBnOfIVpSxNindHyHDJqwWRACzyz
DiCO7uMuIksuSQzu4mO47p4jpg7uWLmiwtgjg4WsIFwW+S4ZEAQkqpWhdwYMKGLgRhjsmXZ1
0AWksJDqw6XrFcuA5XI5qrJQepozu44HAHKiCNchyEh8HGXZrEWOqkWeTI7p4EgAsjUcMkHF
SjsQZLNBYgQaVo64V4aAJQIORcyi5YCqMVNgBzrZat1iDRVgt21uAlnEJfAk2QJRd4SdeDmK
cH0iN7pOjpO6ICjuO7uKYnAC3JEMBQ4qwFy/lWy0iwZWszx0dIPFAIMSCMVx1ZlcKJrlbPdU
NRbXC5F5pWVwHUr2wbjHHd3Ex0ndHE9EkdMCq9sTM0adsZMQGUcTE8dEwRMcF3cUxkDg7ghI
hfdIbuYcQyT0cdI8TIwDSbSCgRCCZAr2McrgZj9LF2DtCoo0c9WodehozlkSXSR3SR0wd3QT
3QCPCZujnXh8RA6RkKIkmO4ieWM5PFdRqIlEF0K7BkAotsoSaZY5GtOORr9mNLwV4K6h4Llm
LkxK2NoVS6ZSZWnRvEVLFgt2waP4GhM6SO7jumDu6Du7iY7hIyBmaWfcLMTwZrqFxFdx11Lj
gZIrm8ZMwgIeghbSFCyRK7KSGnIviEEGgSEtKxlxxrYBEVCheTbJIYKGgiyRvZGyGlkhkJEz
End3HdEnR3Hd3HdwEJsKMXQq2yzEyExbTp7junjomDu7jFWcA90nEBEM7hMnJ0lAoWcVoYJz
RkUyYOhgisbeWU3nwnrLCj10C3o0bQQyRJhwzlyHyZG8kCzyJG8vhvK4MCyBGnibw3iglqWh
dEk9HEx3E9HGJ3AEtqyYmBsRJIzx0iRKiWTKzCUyBc84Txwc5MkxzQJmCTWQRoMbwCOlQhQM
BdxA8QBx3DeiAE2pMuzagz3tIvjWIfZoNLfVoLXIMZwEd0cYLJWR0wQfcEQSQYGR0wQDAI6S
BIgOnmAyMkdxkFEHC1YIsIVMyLB0iJsQCfER0SQpslfm8CRQEDOInoOgwGCHBFAjjrSWJqcW
JrGN4OP/2gAIAQIAAQUA/wDbQf/aAAgBAwABBQD/ANtB/9oACAEBAAEFACoDBDgLiEDrjgDh
UIKVkBl5wwmMDrMGBcswMCZhQ5IAmJjJxx44qnAEYrkVsCTmNyFXAABYIwJBx48layIKjPHP
ECQhBCiCoCeJRAgwUBHRQSMjpPCYFxGAC7i4u1ixoCZOTH/l0DRS/kwDGrcwV2tHqbHhPdag
GSlSSVaA4JJMOMOxR0yR1wUKkDJgyDAOScwDC/MUCcZ+Yy4hR4AwmCT1yADOhACcmsmLWQBU
IKgYa0lhrSLZrEdqwP8ARQo/3auRt0GG+hgGUjuuW3NQEbmrkFWA5lltaM2642fIhhUAt/Hb
Rjbr5Wr5lg+iLlBVg66drgoCrzCRM85mMnAy2zahW/bYK22Dm8g0XsfDcBXVcHr0wxOhkf4J
/ksEOmxg1LINS0Dw2hvBcsKOVWm1YEbHisZvDcSKbRLrWVi5FQvUhbllFnYtq5W5RrhtgOLL
LEl39hKpGs6xbjPNZO7CeawqLbQO1jHsRA5JXZZI2w5A2gR3HlS2zC2X2Hva8K5Ov1atlBLK
elRIZhhtSpGsVB2LDBBA4hC5LpntUzNUpKosNfaEELRa1oKkxUy2ucNYSFB4GTB+QSxJwKx9
fwPxuXeKlQTLK2EwAy5mgA0ZsDcc2wNgnyS3AYqCzU5ApGBWIEhpORWOzKcCloaykWoE7CFD
15q0ayhFRC2dTdsViJtdW0bktqHy3widH3iqBLbqw11wjbGyQb9kgbW0gOzeJZfa7UuxZzgh
wQ1gA79hpnrD3JRgDWc2bfOvRa1ZoVmH4sJgXqLDwP0ZnsbPI9FRzvVfXqMAtn1zBJYxm7kK
pbNjsyOxIUEksACRnIBJMyIHOXtPZLBl7GypYzZx3Sou1PdFcqI5UOwzOe/qlPi5hTMckWWv
2KnEYAkqCHwqMOFTLupVqKwGOxUCNqgRtmohNqq0axIZQCR9gjdbNoE0Un+3VVRVCeq1rmCI
TZf+TDmbBBu0erDfUmocj4s9YocWTdJ8SFsWNioucA/c8TIy3JyZ2BmVaEYat+o7AQPUFT0y
XxPVatcu9dqk7A/z7FhwDgj7M3rVxQAIeBtt1qY8M3R8EgA9bDgO7FlJ7dsNTa3c0KSKaxDW
uFWusUqfIMEK32DYNjqKaj/bp/8Axxv7Hjt1SpeqfoPxuVlbPVv9PYPiis/UHn1SMK3wTuf/
AJ16uLWKgn6jGRwcsWcsykAKrAoxHViuR16jq012VRb7R3A2tsgvcJc5aK+QWBC8T1wxQsYT
ZXtQwyrE5S1cFqwbwFGTkWHKykfbBEzwcKSqkVgif+LZJ/e//wDNq1Dy0qFDsQta9UzG5YgH
9W/V9dWwUX+ybNaqQpXA9ZZ2VvncPWivKy45D5hOHOTCMuOIzDH1jEit8kKcTxsway1ALWJr
2LA1ttvZrGgv6xGDKinOsv8ASCROCLfi8xTAR0XE2HAXKEgZiHEGTYdirFd9LFlBZskJ88CE
FiAcBR4606baYBQFmExAoB/IP4Mcd02KEVrbHKhX6lgD65cRyBNxcrWrZtHDk4yFctmAETsz
E9hCVWWZMIbKk4rLNKdOmyo+rsLV+nVVs9ZbP8rB7EqWVhTFLZ1SBVkgk5GwxVXYFMqIDmMx
M2Gbp1LFYrKJUQkNZIGvWqjBjcBP/kAbGcFcQD6kZ3Vy5AAEziZnH4z+c/i6jsHqL2Uo9RZU
Z6cYabalq6FEtJ62YMC4sZWBCYnR1PPToVZ8d2OGyDK2ssaijZpWirZBrpcLfVtAX03d7a2m
u3QhFY6wYKGwSQJsAQlsYBVGZT9M7DkqcysHKkylmmefmfaOpKhSuxwIflOGHwoJ2aVCj8E5
eH9JnMPxa4S9GNgasdtURpaxWV4724UNjKk+SwsYACFOY38W5BQiMw6r1C699a2D2teV9uGO
vtraLrCGvtR2s2KWVSLCiMxoDLUAckEzdbgDBXAIUkFCBcT2ypFXLgYFZzAozk4UEx/h8+QE
mI2QuOwx1qGb0+fwvwP0iHP4Pxf2NmqLCUc51ckv/K4gSrqbtjPa0kMuAz9jEUIxQqeuSzdQ
/JYAnoTPX6oRu5Z0UAspzZZcgfqY1aZtpsLVNh9c5haEz2Z6g/Za/rCAstB7W4z+9CAHljUR
kvaT5NgzOw0BOD/NApgGDRjuPisY2V7ZxkHifH6iwE8qQMpn7XKRZ67P+jYqHbWXqrjnYdVG
vZWbbmIZ/wCPBIJhOCFJLZALcsAIr5K4zTcKY2/WH/5VAH9hsFn2ttlFu3lr9pT5mCqpVkwG
xCePYjOu8RsFGJl7fZmGc5NRBATmlE6FcTGBlRO3LtixAMhcTXA74gBG5W5ZpWXY5x+M5hIm
Y9mZyT0gbBSznc6rd6/mx8SkYD/y2/ilil+07EseRjIyAHUkHqxMIJmSykGH7GrTWwV1U1rX
VWst9rUkX2gd1NYNigDlrUyzYxAeeSPZtmi1fsn1YAE3ue4IMPWUERQWdCuHJEwZyYwINjZs
XAAJM1Se+eLBjaqGJaxE/aYhMMscAB0huVR/oELoYrqs3lZX9av9xGYg4cjtukqjg+d+UGWP
y2Wig5ZiArMJ3+wxLAogcqdZ0AKkCy7NdejfdZo+isrZygttdnChUmvapLNk9lhnswPGc4BI
icS0qXIDHA7a/ULYMmo4XOZxg8ByCbceZcYwhOooDZmySLqvhcvf+TNq41oEtsHjRYVBn1ED
IYPLkLY6aumtIPAqsVo4s8m3xW7f3WcO5ImRPkhyB2YThn5yqoptGQR2KlVn+u/K7m+Job3t
L3uq282UdWoNiF7DFA7VsXQEY+B7QHrY2D3Vj9Sli9o38sCV9o4+9OMMeDUrTx4P3U2H+2s5
g+dUsTxNo4sqP0qrFa/g/jf8pZEtsSuqtQyIw/yUkNoUT/j3U1hglOVjIGCqob998HxOWFpZ
ma1sR/sh7CfbKjClMD7llsIAfM6ENah66dui1Ne/6tYfcaVLbPuKVj+yoDew21uZQRKwDZVn
qIRge1+q3I0UYlvWtMjCmD6mvImc2VAx7qy3+ikK2ymQ6uGP96Lgqpzqtk8Ta5t1yCjMqqCC
D8cT2fv7aLh/2HfxX/2LaET/ALDSYf8AsOkA/wD2VBLv+wbUv3vYWgW7Amvu7eu/r9xdyixy
kF1rPsntr2BxYy8bIchAMA4VWYzgqwKwZJYAzoRCVZrEdlsosrTU0f8AUw9bsV3P6+027Gqi
JVUhc47U9Saz9IcY9qjeK0kxOoNrCxRwcqIoGaz2Yoe1Esr6sa1WHEJzOxN6kGI3Goec5lyt
5dIOCVVgBgRgSvstC6rYSi5rB6SpUb1NCj/ilwnq64uhrAWJTbN/Qo19anUuub1uiupQfhSW
st//ADkAufi1cjkBxhFUGYJbhhjqGBALAT9wcixk8Ovu267p/wBi2kH/APQbTtd7bY2Jr1A6
xHVqQfJRykzPanFRPZq1DAgBeRAASmchTGcsddmUWNCvGIRlgf7a+SnA0wB+GWm+zAH6bK67
Vp0K6bLUW2q303Val3tZLLjZQ/ramsNFOvWdKi6E1a6rt1NOysAMPfltdcwj7WiICSVyiqRG
bC5UDoWhT62OFJDEqOHOQtIY1a9WWWkBaqw9mPGrc65LtR8H46z2y/8A1iecMYxwCIBKq8xS
04BTIDjgmHE5wM+ZD2Ze2dbhOJsVsLe4x3TAZZmMeFXAzNhHMS/ulyqtTv49dL/psXn/AEK/
FlTvG0rMVU+OtQxfcwqIOxt+bTmAnOPoP5NhioVgoURgI2CQOoGcMMhEBCBcdkigdrDKyQUc
h9czgme0Vm1SvCqBFjU9YeJWBChWWhVNDMbrNhIzpPJVnyJitibquSMq1Byo+LK3eHRJi6XU
hAJiEfdXBN9vUKSV2lFe7ZSlos1Hehh0p2rG7Vn+utifwwBDV11nfKxBhbAI5BJyYQCFZcvW
oUVtlFVWtB7sQXGSwyQfs3Oc4RB2ll7IzX2wO8ViRpXP2BOOJvlv8y47DBXhTX9rG10dTU1b
XP2PZu1Xl7WV5DJPCjTwUYpCq9J5DZFH8V+ID+XbqpsJlGPHbUG2O5A91YRZqbVV9H+Glm39
tddNdhbaOBW/Iadsy10AstPdf42liucWJ8EEMMkqAx+kynS9uGHPUhRPqZ9QfqpVsSwdmXgA
5ZABPWcXkjJIzuMBVaD3AeYwarAVpfMsVLK7KMBfsUzWHyBZ1gHAIAQf31mKATrkCDgNsVKf
NU0HP42G6pYSKaWLVdwqrv1me2LGyu+2i0e7qat7Xuu9aDZtftq2su3AJcMLvkSshq7XbrXg
t1AKI3a5mQVWozB27dS0tusV+1hU+TIS0jFmG8ohWwzFmQhY+BsmlgLMmet2LK2Vg4m0O1a0
guKV720qGSgCVYDhQAys0oH2Q5hJjAGdzjiK7eVHZlyRNXkcYu2HBa0k/wCmzNYucbfYNaT4
qmAq9nY60eu7VWe6QA2QHsARn0qgKl1TyijrsGLcXbYwE3sg63Js69qyrhXTGVI3wFi165Ss
KiIwM2iodmYj7YR3Eawmdjle4BDBhYApbE8riV2dTrWsl3b7cTasRa2tHdrOxZux+2NMIbGb
+trAKqQO6gBTXcT47Cppsn+fkB12FYghex1HEOZsIOtnyDWrUuxG4CQQXpqVGqGAuyvWzc1/
PRhMPT0CfHqVK61vrrHmpXvI2w/VNWvxo97WPtAPVroe2zlGUECvGAebshTZWHTYUk7AAFgY
eRQTbz5jPMI1qxb8EXVtBbRjzID5kUi9AKXBCAlTxPdAiWOTAXz9shmyCC3M7EhKrTNfZsrj
KQ2MRySWblCvn+YCBNPiMeLP4XcrWGdq16rs/wAf41JYMAmOqMpUCe0qarZdy6oozoNjWRgS
eQ7K+zs7bGU1lE2igopr6jata22vlVYrMoy4DTboCmtPs1QBdRjCsAuAUnUzrwFhUCYYwjMI
zEQ50+HoBNXAHur2e/kwV4LKSFR8VaNrBtJwKdMl01q0ApVyWUAKxLD7P5GVCTsBeXDBtImM
rMgTKWa3ZFqWpa72JvYMfIDVq39bdS7uSRPqy7tZuRlCIpBsopAQW4IvWbzl9hCtj7APjtVH
lRDIxHlAhHKAGfXu6gw4Uo+J9izHBLHPYTt1heEkz5hPOcT6xUmr1DapLUgT2RzsAGJyXyrB
S1g1qo9FfXsiEXAAbC9jTXGqTIyHtZSagE2RkKW6n1quxAAn7TYJJr/lsqVfw1lChr26LDr7
THMIwN7ZKJXZ5F01LbDVtZTsbW/Safaox2rfto0haLQfG3Zo46vaqh1A69Wz2MPbPRzLKj3/
AM5ZKwQxpOTXljUOgo4apSGqwzp4zCGnVoPnUObdYDwYnsQBsjBikx3rCrYwI3LId1iTtEFd
4mVXIjjMdxPLWInZmrUi3JwQxPqeEZewe81D/a7EsxbsRH/l1Od1fHt7KMDq2Gyj5ntaszI8
mprpTX2MvaLVWo2mY7NTYqZlKNnGw5WPhpWIjAAsXLZMBYlVQM6A104a3AUhsO7ADuc9swk5
tODkE9JzMtNIYv1B/Vjj2hH+rAhUA9T1IxBnORDgwrhkU4U8serOocKDipOsSfUD1RJSbBYP
Tk2FOHGVDfVgM+07NuVWeSU2ATBxtVmyjS0kqhIJZsAWtbZrnjdWu19CxhVlyiWo0tPFnRl5
MMcGZHbrFYAMSa6c+VhWUsTioEJlSfG7L0wLepIEYGYwMGapxdqt/QBme2TG9kmECfC9uTyS
xWN1lfbC4yRG+TkMnMTGQMQ5A9WT0m4c2a3D+w3HrNfuCDTatgLAi1vJtX6vjFFoErbyKG5A
5bE23xPrXVS/SWXAHT2lqen2FbVZTuUZqiqAkhShDsAuT1yQgHAW3mqkf2kiMCY7dqtUZjEK
SqmXIhhqdY1ZAyMj50ctfrqq1Y490FXcJOD9lHYT5gBaPwcAgKsGQSTDMExcYCsSTw449Wcp
Nqp2GvW2PatnZeshUd6jqa3ak0umyQDL6jXdTZ9R1gBjEKKs227diqvZvEy9zTpKForWo+Py
u2rYRb6x8Np7SRqbe3itARmCKwaKQZYqsDlXxlbcEvgLQSsP8i4VTaxgsJOASKi0XUvM1dO1
DSv9XOPb0F3/AMZETV7J/jOGXqRC3E+J8HGZ8RhCAYrgRSRGyT6tsqYQCAqqu0HO2a6rptan
RNT2d6KNjz2KMrdWzx0NNtNgMGFWzDKz1a9arbs7PtgUXWQiWXCqvTzaK1RVmYCYQDHopYXq
FuxwAJblUClrgoCMDg560Hi9lReIxyK1PenXrIpRFKjgs0pP9WOfY1jyKVnhrK3WNXVaay9b
c4BI+CeQ3NsHVoVQBiSB26q2UzierME2LSGGwyz2Rsrsp2e0ZfLRXVZUqWKtqdujES+tCKkf
LWhA+21kq07r2rqCP7S8tbr7FNY3L62T0yuKhmZgOYICYx+u6jpuLwDmHLSwlLg2Vvc9i5C6
uWO12yHAg+awGcoFXKmV8ArNYq1HM9gSG/koLqfZWNkMCciIuB2AHyVzn65AHY8HjCsSv7WD
n1rHtmbaw9TNmoWVhUW3VsDM41841a31/YtsPbsqlqtgEEG3XZ0p1UraxhWlmy1j7S4mrQbZ
exC+tuDa6u0zxZYlQR0dV756z24KX5GXb6t/Gov5FZQNpThcE6zdX2Wy3OMc6ag3uAYVDCvB
bBxqA/5p7FWyB1BUgbVnls6KAAxgIE7ck5KgZ+WK4YqXIBhYKoBMHUv64FZ+20AaVx0pYZ3d
FLYGai5CLTUwpu22tusp1a7K2Zao23SV/wCQ1RB7OojZutuCAg2GssbhWcWWr5VpqTc2MpZt
lVNzRWp8ti3BtdbhPa69zw0+MfZIHTv2lTAjYJNcq697irOZwD69csBAoioCxGF1R1oM3wTa
rd5cxWllw2QZgiEnDcT4KDBDNkEMoA6gtmwMVXydEdS+iFyJsL2QllAbCpsMDd67W35tad2k
xc9ta60vTtDZS7XUyz1txev1SAf5KyE061XYrqUN2rajW2dg6/pMEadeF1q1nRYakYNRXG0y
S67iim9mUalBb/Nr9bfWUPNr1N+vOOrYMspVUVQFxywE6jHr1bp1YjqM/wAoa2NeuP6eM7zH
zBgF3mHVswAiHGCDjAjLwpGQBkEdsMAWCxD9UPVG4s0+0U5Fg7KdRzBqqV/xpj/EgnttU+HD
A6uxdUdfxmUWEm8OCoZlACzbvZVwbK9H1YYVIECg4wc4MwZzP2hAhqVp4AIteJfs1ULf7PYJ
da+xcPYx+lnXBGQASQrBktGvrPv7Rn+3YBG7sAUbu3nWGKOJut/fYoA2iMFesIMyYM5GCWC5
TqB26xAQ/wC1ijAyVUYUsO+op7ITjad0Su6xYluy08u0B5drtsvc4tpS2xu9VlN2tZXTsFT/
APLWyAr0xLj5rNPVNtq/AUfi7c1aI3tdMK3v6RKfdV2u/tes/wCacNV7UWxdkdW9jh7dncaN
qbQD1jvdUDCOorsXxvYjq/XBJlKnpvNiAKGKzkHW2FqfUPbXnsSRfZuglrGZs4IEJ5DnBJaB
cFSO2B2L8qUljqApY1Evm5W7+uKuK5t1myurlQcQ4LVvgo4w9lVe3bpV2Wn11fa/VzXqewso
sVaWXY2zeUrVJoVh0CgB70SbuyGqcuzUEtZp+vDtYlOtZ2Fiix1FHVzsP0Wu6x7VQhUawG2i
kjZ0HUHXwXWqtWOJa4IBUyvBTcw1wAh6iZzMsW9bzqEHHthnZZQHcqwGDCgmCYVWBTF+wAOb
LVM71qa7cpsnCaxwowZecH12OleMuMgfyr5aunuyIALnVx7IivZocWIAnXbLV1V6lflWvWzZ
qV1G0OZ6x9hNg2WE2McKFNm4qrZ7PWFUGWG5qV7LJ6jaFm16+6taa38l1Hlp0tEgau6x2bAV
2EZskAy7UqtlnrGVHUddsYg5lZCLby3wS0XJKAdvXBhqk8e5ytxK5Y4nxCEYt1UALDgQjlWJ
LBAxKkIwBuDsuqMQACXIVPriOlB4tYrUjCUDyOw8dYtrC3Dxn2qhl9c//wBcAgbgZ6AzIGvs
S6x7r0G5UtvrVOfkbViivTcsbUFieRr6qddF103WO1XYcXuOprqEBJjsAun1/wBJAZKnLW5/
HzLNap03PUkRNKwNajFWYTJMysGYqlj6xca0/wCwDNf1B6idhMDGASVgUTERFLHhkUgkgx++
E+rrnNiGwaK5lPB3m60dUzrV9Ix6KwgGRuora/rrAkVhAMDd1sv/AKVqj+wvuXS9ZWdalTUi
5E22YNpH6ZBj3svsPW7iW1+1pK2+u3O9dozQMlADj2Oz46fWa5a8ZECKp/PEYAjc02LXqVW2
rnGSVGAOdcYs9coGuJ78ga+WI5EU5DYhz164mMzriYINjL2KQo/YoxReH7BYrZf14AlZ+21U
bEGlYoaxaw1rMWYmADrb9k1j1vekCEhYSjB9HVIbUoK0W2a9nbLHCn2LHy0VlEViJZrVOKL3
1dm9q9vT1n8bar12VFDU9QE9i6vf6apVpUgsJ3AIYGGeUBvn8ex1ldLbMsRiZmMjT/noDrr/
AAf+wKfDxnIwPjIg/l9s5IIOCDksFypwVwTnBP8AW+AzBQG0j9KsdmbAw7R2w2cAfacZapXm
1WKNjXVLql10K7p/ztTabqAgA2axalF7az03V1i8I9ifYMTlT2Nvr9axxX/Z7LWRG09zozhb
6d2+zV1tVTdsJWtaKOW/i0qAVGLOQFWfMxw6hl9hrPRsg4gYmKGJ13IbSBGrP+wEjVXBmC0b
iD45gbgFcA8L1nUNAT1R8TrzyXJsyykTSKha2wQexwANx271lHXAU2DMLEn2dTvX6cgqbkDb
tVVjers7Vhjj4GzXr3r2s1X1jTsa5D9+uAoIYvLnVE2Nmy+6wrXPWbvRPZbx2bPSaoRHOFQY
ljkRmzAGacfkR/j22mNqg4BTBDFVmmrWXU8VE8f9gYmo4BLJCcQGENFMIBIxMmOQCt3IZSBa
MggswPYAM1BOabRYy9UWy1nOQBfQUNViWKxzPqs2CtqVvdr2JuWxd+praLqqbz7GgL5tm4a9
NdZv1qr66nfTu617SBSJhWWqmhp7QbV1hq/zVNkorsjeuoG1fXX40f4GAF2Xe447A4gbBHx+
DPme49ea2RsGx8j17IdpMhWM/wCwEGv9jxOuYCcdsEHIGFIyIkapSxU9hruIicLjsmID2apX
B1aTQlrl4bcy3YwaNxkZqfpWouTas6RAc7FCXrVTfVKUtfd/yVs9NFSocCcETZo12XV3v8Nl
e891pOY5yLNhUrfvsX3lPDTrtcavQ6zUeu2tjWuc4lpxVpgnZrsBsI4HbyLwPy5w1yLZU1RS
1kQJ68kblbEg8z3xJBLZBzMsp+2VBJYvFIMV2LL8sWBUvOuRxhCs6wHJ0QhttPD2PLLndra/
GiVXswJQAQ5ytTZ8TAipiv8AmancXWRCpwMYYMpN/bNw7JtaP+ivR2bKArjO/tuLLLbSmlra
xTZ9eqIh6PVtqpurG61uRVs3IlWg4cLYgd2C1atosgAH6Nk/fXsJPtaAlmPrpZXZrf8AqM9+
xgCidgR1MUBwc4IyfiKcFOS6iKyCB8r+1aBXDZi1sTrUtUlh+trMGDVU169VmzYtCBDq1qFp
QQ0Vw69RH+SsF0aur2l32p/2PLt5q7LNvZsgsuQK7PNelSqiMlZjuFfac7G1dqW1xss1G1dS
bytq6dmLfVsGofYrcPWti+I6t1xU22Xr/wAf63BRD+OPxef7awVfdqWxbWUPoKDtMpTWE98R
k4BEGCSwIBWBcA9SQSGrZp3ERwAQvXPGDgjtNSx02FuFw3dtu9Kkrfiy6mtETsuQ6zuk8tcF
tZHkrnlqhOuxHUDcObBG5inC63UVEgFUym9uvY+nQdWbtvZX7EiwkKXILDt6rKFqaWsAwNlR
ZTfXaKVsc0+vYMlcE+IxAFg5pYkMuZ7JUTa0D12byP8AOBge+/8AkIYwKcsewbCxTk4nyAsX
hnPY5An0x3ijBJ7Edgdaw1vbWihAMNqquwVayu51V/NUCttZBBYAAKveIXUeNjNZ7qxu2E7J
7eMgq2vQbWoDKbrVVLLdrarovr1pXs+QJcpFmsGL0KgLgQ691SevvwMkzgi+vutjeamlijeu
2fvSQRmZ4cErairAcO3Ur7alidTt/p2cf5/292SNglc445yUBIzis5mQZ2Bi5gJJYNkhsBlJ
LVglgzKoArBVsO4ppcEIGNrWKGrRp4ahAlangnOADkfWLjKu1Y3bO+1bguB/Zp15S2xKq33G
uuG9r1F9zStialJscur3XLWLrWvOl68KNxadjU07Grs1LO1YIKyxE8m8SqaFq99dWBZ0QDaq
LcOt1fYEOL6zgbyF00Ux7DZH1Pz70qbxhphgeMAkEEGA9ISMEDC5n8R26n6scAnC58lRdSSd
dEd6GYOSGNTAFqQ8asISST3UgWLGtXr5FM7IoGwsN6tL7K2urfEQvNKsHU9ntKXXxgdaRNVt
BTZdh7tp7y1Vlia1NZtOVUdlN6eHY07h3Q4Ky0f2+18f+LV2BSdfb3Ng1+vJi69SkACE4Zlt
NzZVr1Vq1rRdi7qXPz7ck7fMVvo+QSBB2wMmcwCJ1EFrhvO+atg9g2YxHY7FWUDGa2tYWvrs
F1T5DpW6piX0ObX1LFC6pJbUuEXWdZ/luZhp2NBqXknQuaNo2V3PrEVGlHr9dVYle/6102dX
1dOumxvatl1epVs2bGhfrNXXZY1t4WrQoa4UoljWAJbuqXp0Qegcq6tw6q7e0QHW0PWq761P
h/QVBjKBLOIxVpgi67m2e0fG2Dg9iYUHVgsXGDkRSIGMTDN2qBdNcqrLXZrXoxbXstsfUrmn
Uzt5nBY3TF2D3yoKnu5hZ8KDCqn8BgBfY6J57zLNhlC2WGWWvZOzVTU2bUbd2tdW3d+zYb1n
rESvYtXW37wNirc2tZVDUNE9myge0cxd/qptTZX1hwUYW63duqD6blvkuRleINi1emzlV3Ap
s2VD+xVDd7dvHTspsVl8mj7WWMp2P39oM7QIJrrJCaykHVLkarRdCpg+hLNaxDVRUYtDgiq8
M2o7GjUtRwwrlHr3vJVEXuwCMBO7Avt69bDZocknByIFMwI1q9gwJss7EtmbBUqr9QCC5sOa
Ce/sibt31umK69Qo9ntPXHY2/Z3vr6nXhNZ2NWo0rrrS3y1KQwOzrdUuVq1CqJ249nqdlo3X
S+m5Eot9zgja3NmLrb1pt1L0sNLrdVWldI5FDf21UVlgcj2wZdjnPr66xWKUExXn6ZFQJr2F
73tSsFSWTqsCEzgDX1mtajVppBMeEiEGK89kgv2TTuVzQuRqAMkLzs71dENe5alehtqz6V4b
/HawbSvWHTd1/wANyKunZZKdZvNVRb/yGpclybdy6W3YEsX2qPbuvrCuMVSFCwNdakBa41j3
7NXah63BrpIetBmXoyy7S2PJU1x1C5ZtK0BvPl8Nn2Ge2hYWBUKKMNZRnxie9rPVC/ZNrxr/
AKnaDZIP+ohjt2yy29oOzDSFlY8tylb7iur67fveuta1hzGIMxidcnZL/wCelir3M7n19li7
a5MvtFdenp2bL8Ac5yZn8dVgAnRZ1GXTo2xsnXOtq9loos1zfR2djW0xW0epRBShG0oqmtV2
tY/bVVu6YAUcupYCvndBs1zX0eu/q2lsMb7Cer3WWXa7mrZsBJ1gPNSR4lxn27hxRqd2/wA0
fTtz/kdYupWINarFNeoy1UayRq6nFGjs7Fmp62nWHY5LYhIn7H6xmnYZtya3IR/MuPUsx2gC
I+stxRVQGD5xzM/nmDMGSOiFs/jd2BTTrKcinMdFEYjFxayyukoNytunr/bNQatiu1a3VgpE
s4JOZ7HCWKJ6qks+4WFC1P8A6FpawlizaxHn1/4Az2TIl9Dkz+xgKwFsr7pRru4bVLSisCCt
AUaqBErUwYyYOIQIxMGSCJ1GLPW6trf8RqKdXVq1krYgqMDMEP4Mx+B+fj8fvkCbLm+1FUg8
i0Ars2gSgMxRMRFLA+nN1Vde5o2D2JpGtel1bYxkEe1IO3rJlNGl6q26mvYNAIZUFZzKCq7V
H8B8b1ZfbOxUg/2XvKtgV1274QJt2pP9F4IexYRtOq/6VjDnBzjgjH4YzGWBMzD2AKgKODnJ
qVS/kM8lgLX9R5xBaphtQHupHlWCxDOyzsJkTIP427GStECQFlb5NwJG3d/edu4gbmyRTs3g
02Xmq1+yX01eK9NnSZPdU+B/d3YvZ7LNepbLETrXexWrC2WN9tg1dBUjptUjCz3IdLArkVab
lRUqSwIsqNee1IhuwR/sslWnsOSYMQfadYRiPnBIwpDA8svEYkEcQWKSE20DYECFnrWwRfNF
bAyDMmFWnV4EeHvgG6L2MJeC979g8AiMSJtOErdQ7GquWUug1T/dR7LX6DfolnsKiLtewpRr
rr3Lp6vj3QF2/XVKFOMb7E169Brr1R/9kj6+Rhv0/wAOJ7TXFj1IossqHVqmKprCxqvW1rLN
eqtaUrKpUqmhu7nMEEyS2OXyCzYh5g4jNgLmMfsinOTGVWng1ycBT3sQnaCsuxSZ5Ks5UjAm
J1hWdXzu3gV6lbJSR9SwWMWJ3NgBqEBCgA7bMRTqiyur1xaL6vWDv6wKa9jZog/zbTaFNlZ9
vr1i71ditUCBL2DWXWf06RdbgvGwAPZU/wACZePsdULarKR2YTtabA9wF5cylDhg+AbOzZ7D
iAljiHID5jA4AmZgEOSJWJUCJ2xCCIeIWILkEKoya+0KAwKwPWwDy2BRs7HWnZLjORbWHB4V
mYgntNm3ohzsXp2BUntdXY4quIFW+apV7JDfaq3L47aZ4ar3Gzf69vbmnZ1PXPah8uaSXL3B
fBrLjYL11re4t26h9TiXqCERSz1gwqSLQRYhXFi1NXrupIJJZc3HCzsDAxaEkKjZnxCpwfrC
TnmdPuP5ckEgDPH79cwHs4J7EwnJ5z2MJy3UQDEzgkiP2hOI2Wm5cWNS/RQYnBF1QW7Y7Qmx
yptUavsDTZW6W1WUL23HvzdmvX9W7GwBK6VP9m5wuqt9zpohht0pRKf4QqDDjILxK2M/yoZ/
nqVmWmEUQWVCYVh27Fs5A46xVABAMOFDKTCGUZYHrkgAgDgnnOYOCQcCpVBSYaZIAJwPhQSF
UgYmTjjLfBJB2rfpcyFmvwx2+xF7szWDFaO71UqAut1F2rSx1ti/Rss3KNhL7AUtsZR69mXZ
s7rRVWAdlwbPX1mvV/tM9mn01MNQRmdMFVBKVlj4QFakS3WLFtQ9hUBNjWbx1L2RcZVZyIqL
BCrEHzKFsAHkpYeKox6isCkzlZmZGchVrGJk5ZsTMYExQQXPY5An7EHAJEaMcmblowXJncGf
aMhiVOw1qmMq1lQlUZdipqjapZa7fu7EzaVFX1dQO3Z2QM6KCjsKl6VgrPZDNGiMa4E/8m10
YoioPwYVBjVKYaGytFibB+BxCRAQIM2FVCz5hUGGtTDQhB141dwjF8gqCqIY1QadWhJA7nBB
x9VWx+oVRjsQRgjBJ+IxJDcTZsZF3Lgz44FLNKvX9mXSQvTqdmppVV5BOZsNaTdYWmyw8ldt
ttexahnpq+1tyFE2FBbVQtsA5DsqTdvLU6WfCDx/5fpxMQTAh+RyRiKPIQMQ/jn8YmJiFQYa
KzG1Y7XUGpnYDrlwIrETiLl4OJ/5KcHHaFiQ5AjnjfbCBVdlqSualTWSvXRR1rUtclaHcrJb
cQE7V3UuWLBWXaQ1WaN6VG+sM/pUV2uRTHYM+vrsjVa9ufEhnsKglWuMIBMfbn8M6rPMme4g
bM4h/DPgAsIg7FFAH7/nIEz+f2xx+7dbrOteMET4BGA/Zh+wIADLkjMyQT8twLbVRS77NtVA
WeAE1FKVu3UUPsXOvLRSFj2jsSzSynYydXetV/U7DpRrXm7/AI6y1vX+sr1BZWACqYrcdQcx
xaDuWM0qgzO2HbYLEFp0UkI4ZQDB84fMxP8AzPZjUMAYn7n4/GM/jmZ/NuzUCjVsFrrwddOz
V2CM1vVnZYdgAdvoGAn75ljCG1WG1elx1KFwldahnADWGLZk9eoJAFetZe1XrAsr1KYAqzIy
1qgKqADM5YKbTCSQFAiLzWSD7BQTVwAZkdrKksngYRB1UgGKqrARO0zMxrFUpcIt6AC+toCJ
jn9PxMghuVTX2WcarzwOoxtrPJtiea/DbBASxbpWjhuICYTmWcDYsCoqoWXHVnxHIcN0A8yZ
o81p19CusYABJ7dGyuCLGISgEsFEudKx/pg2Gz/ocQ35FVjNBjG9gvWBBMfcnA8yY72MwDkl
YAJj8ZhwZUUKC+gzya0xWZ9p3IhsaedRBbXAcyx+qsfqq4F42RH2N1GXdvwu8TBtIQXDHaqQ
irWVScxX57MGbJNnE2LXY6vZ1ZkrlmwILb7SNVpVSGmrVXSvYSy6pDdtoi0WeYgYD1lgidIR
w9AsCa1QBqrw9AIal1KshnZs7a9rav45AnBfAICqBgfq4mMTJCguINhxDuVAU7FLDpW0NSQU
KI9RmKRK2wCezzEIBhqrMOuhl2ncDUwNQ7O3XC2IWg+kJ4JCjZtBF7drKkFaX2EtTq9h9Vld
TWCmpVijoDZxsWq7U0l5TQKxiATn9RGZcoDC16ztuRKuVAmMWfoPAUhh+MQDIZCZgKH2a6jX
fUzN/mceHkWbyH/lBW1V1dquqtGOwh12vZ5n8fH4+I+MBQAxBjEiGwA9vubDNqzErYPewYjV
HNihBo0m0pUvVBkWW10y1mdq6VKU67Icf+k6ho9dqy221raD/WDMcj8Y/UIwwQwAZgA612w6
WvYx9ZS0GpsJBZ7Gpq7i8prFbCCHM/aYn7dRG4DsI1yLPKzk2ZDACEr1YmbOwXYZV67U68mX
LldGt+1Gv1l+0EjM7NQpaVVIgmIBP3mfxmZ/BhH42eq7NPFYM7fYfpwPx+4jEmAsY2M8GYJj
Bs4YTJMRAYEUQD9HEJxM8x2lr5YsGg6gswJYNnOBt2iqkOWFgImlYWgRcGvA0Si17W8lRra5
thaQRRSEGRBOc8/+i0xibvb/AFUn+uHEHx+D+jEyBGBE69m7KoXmDIU9SCCIoBlK4GAD8foz
+SeL7AqhhnJJLGAoIMMGcY3bi1iKVlq5GvZhqCuL8hE3hTXXV53pp8YpQKMkzMAMExMfoP5M
MzmbjhdmknxD4IxAeM/p/ey3oVsVoxwGdiQ32SwmB+C7Z7iC0LF3VMXZQwWgwsJ2BgI/OZY2
BaQSqgs5IK4AcZisZtP1rOLbqteoBtenrTnyVkiW24rqJTZUdm16QJkTPFan854/GYJ8/ofB
nxPYt12tfHhWNFJxxHuqSPv1iJvMzKewxy9YcLSgBdsEZQlgc4nlyVZsOeA9fbsJhQCMkeRl
Is6hrlA2dkFd9QKt/Wsm04jWfbsYHnyLMAAsZ7W7C6lBKphAS2bQo2dcBBsYI1tbsVpYQWFi
qloiYA4n7fk/qPw2cn52a++zqHFKmNnIJAu85ia1rRdGJq1IcfoyScx1CsxrJ6JGpJZVIGOO
iCMVRVDkZaK5h7qDY7Kj2FvkO9xLVsDXkQhgSV6uYX6G1zfsV1hAGLQYUXhksRSy01q7VUIo
AURaVDqPyDD8j9J5/Q6wjn2tjLbqAioZhBMWYEGIPxj9BvUKG7RmhCBVbkqrRa+WQkheFrLO
axkKRDWRAp6sFxkAB+p/dixDZAdmMVlZLCUr3bytOpWAvbBJUHKpNuk2FQ4GhVYD/dgJZDXA
MTiD9ePyTgdnMxxZgTfrDXaqBK1h+F+R+rH4YAMS2GXK1DIKOCO6qC5b7KGI61jEABDFcMSI
SQCexGSVUNMGfYlmh6FWrUI4wl6vZZRSBAqoAGIXEtYZTvPW4AzHsCEWO0CGAD8n4/QZn85z
CcQ20mb96NsUK6zkQg4H/oueFB7EF5gYBOQQCOIck9V7cmI3UEISUUnxgC1OpCoV6LntiIRn
hT2rIGDOimHWrU9kEHjaImSUQl6FaGrqaOygPAymK4ndYbEBN1YgsTDbNYhvUTzqZbsdZ5j1
UuYQ0LuILckXJC69drymxwVupuWxR8H4H4GfzmH8cyw9QPgmZHZiCAVnICMYMkt2yOJkAZzC
xJBJLcFUILAMcdoFAHQ5E64cCeILEpXPjAnjGSFWAZVWneKxMPyC0Utg1nJC4FdcK1gAVGLX
VnCq/Ys48gOdwCy/by7XWOUbv02rR4rlbQsK35XDZIDKoVhjP4PH6XX7FgJ1PVQA74MRhls5
AInLQgwEEsSQOIxMGCoLCMfpxAFigGEvF7KPKcMxMUWqxY572RrCILa4La8eWpVFimeWsQWI
R2UgEhmdoFeKWD8mZ47ZbuCUtEJ6gMogYRbSGFoh8TTx0dlGup86rG2CQlxIFqFnvJIvsguY
wWATus7AwMM2ErOep7SvlnzmtQSvUEkiEBQCMVidsDrwqZPZRHAjZ7FRgfU8iBRGOECqYQMA
chQT0OCpEZBERTFA7dSB1Vo6CKikisQfJDmfbKnBYLMjCclQASoz0AgRgv3D+Q5DTvwjKQeg
Vm47hAHWfBDGNnPczy4bycDHZixJ6wKMZOckxCxIAgc5bszDiKesKkwZxjkomCMggCMwMwCx
QCY6qMZyM9ex4Rlb7M2FBbPPU9QM4nc4UISVVmwDBXz9exOIHJisSATMKJ1CwfUlAwULCSIC
Wn7sG69YDP5QpwwaYIhYRe+O9ohssAS3Lhx1Wzs3/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf
/9oACAEBAQY/AN05U5CyQdAVGdVlkGtJ1RDuUGOUCcYDKJBy6bomwm6ZTCW10UHxXEa6oB5T
sognCYh2T50hTBdbsupwuRMLiCwGpUaQuq2dbNqpEKCxRPuRdaMEGXRM7lTPREk+K1dEO51T
lyWTPJ0Ty5gBPqURk6o6KododAl/BO5A1W7e5Gwnk/knOELcj5Qg5JJzlEVBbLr5S3VfL4sh
6DxRervoh6AGKc7p3cFdNVvOqZmfdMYBT1wMojXdTuphQs+SbKYFYTjKz4MmsHATDAwnHxW2
+qLfLon8mWZ2KyPFDJfVM8rITv4lfrUleu/Gp3XL8wEeKcEAbumPcDnaU3I+5Tdjun/MqB1K
ggjRipIAAySmPcB8JTfmBtU9S46KUx12X5b1IfOqABHgoRDMDojMge5UqM6kIhk7aSiKriYL
5Va2YpgAwWGGq8U63Lo6Erj8U3ByMIkVABXITuOiILs/uQPPG6FTcltkGLV1cp/zC3RfOXGC
puUwuTsSndz1TCzAYK3O6YAmPJEnH4QnFU7P9ybgcSgTUgL01YDD6qaweqNKEACCUeBI3scp
iSWgprEg2HzJq2zCAFiGz1QJJsTgHCAJ/LtoWhE17nJxsv6lySCj0XqLDRzqiBAGEZYHMugQ
CEX9VtiEXsQdgiCSBlyU7Z1CNssIiUBWxBxDoG3dLDAJKBPpBhhLp+2XsDk7LnYDoUfXxIwH
I5Lj3LmtxuUbCxtZtWQYxDqJRbLYTD47rlaDPL/Yq2rY8hvlEloxKZ/AJzkYQcydkRBZB7Y0
dDjYeSdp2Q+9PgdETlhhPljIXEGcnwRaRsgD7kCIWZ+yWwETsnIkz7f1+wkQTrsuTu5XqMKb
O+iIZgNUGhjheCqDDS/RNocHKBOkOnboWVjhh4p+D7FOzE6LB8k5B6uiah4wgA/LUpmkSxhC
rO+BojoPFZbYHKg8gUOThkO80M+US5E6Jqzu4UAEs5OE+K6jVemRUsnwRovFGvB7NkdVuQVy
7RIseroPc8h13TyNjui/ct4Ov+RhuRy/hqn5u/zF8oW1GGQe7l43CJA6KNNEAzEwEQQzOu4A
wBMsoOdUJ8SgREwrDUoi9n6BCw7h/dU+wVr81oTDRCv4i3l9oduuAhVvUSw8EPBlMaI1BhE5
KBOzlA6FNglOAzaogjCLFMP/ACE+2B1UlurItD6lOT/5T1L79EQQ7ptlDHRPDHKDBDTcujSz
8bQAYdEHSSGT4DYUEEnAQDyc7K755ex9k4OklFmJ1TM8Y6qMHdAY1YItB1dEalVD42wmqVEH
JdEGxIOqixDFiWRJtG7SjWluRbC7gaUXMtBT7aKoAh/cjq0rkzmX1QNTnPsJOAudvmt93stb
6aQPH7VrDDpwH4j5lyGQnM9E9oP6k+xb2SI2G6Yz96DjyCtWHaV96MODhAkl9EHc9UWwdypM
jLbIDLZ/3IsY6aJ6kYn/AHJ2MnVAXgnBCHcN6sW4jcfiX/HyfNiUTbuirGAPpCtQdzmMCyCD
nwfCAGBodFGhnqt026sRBAZAATvsny5QfWQFxIAs0dVE9EzzqnMjYLkfJSPScllDEJyPH/1R
rCLVAJyQiwj71sVxJjQoEsZRvbHGUWDj/wAobezj9FfmO5UIn3IDVp8ftWIEdFYHJOFYDJT6
hEfUjY6plY5IC3sdk2WwCja2NU4cP5pxB2K9IBsMhbEwmMboBiGk2xCAAzrhMLOTtCb3qYFU
bWqLVGAdShXt1HbaOITVuSKmA+/7SPKxD5BmUDYCpw+URJOjBOQI0QDcugVSIJkwuhUF13Kk
aOm1GB0WfPKz0KcEsQyksBvlGzkDSrKIfQohnt0MKRxY+/2HfUqGnUoujvonAhVLJ2Vvq9Kc
mTomCj5jhAa6nr7BXQSft8gOiD/KYKLSw+9By3LDIj6grVORI9ln1DMmwEI5ajwRGXQJDjQJ
y6AxvbKFQHIR0OyclgBAynODL6IZCFXTlnGoCFQwD41Q9MdVxFY2KMBDkA2n9qp7D0jK9IZ5
3THJXbD6QyZT70YzXLKxAL6FAmRrojPEPrqiat/b6vUgATL5hOTJ2JhE6bugHCcZ0TGzdU1L
unGqYQAjxQf3BErpqgNGQBEOfNHbdczjFR7SRk/bIQsRL4KHbHyj4oW4OBtKAuGOxRbAGU26
Yj0tB6r9SBwNAFY/2ZCCWG6duXQ6IhwzOgHg5YIsPTuqsH8EC+EAzAyiCC41VeJglidkTYOZ
lAAu+OiANibAT/sTVD13wjUsAM7pgHIOq1mQApGIVH+nHmuiYQysW+gv/tW5OiZ52wgJefcg
HdobCAIJ6psdE1snYrDgIFnFtEQR4IekAiUH8mXqnorB2+9Bj78pis+SAT6D3K1RGhP+ZNt+
jcAWI0Oo/Cv6cMcGCEQajxXJ/FdVK9JYqwNWIym9y9UHoj0CfQ7oCfLVE5r+FEHXAQhqaTn8
V/UoJ2Q1sNML1GG9yFe2WGmyBHcPryWcfuoHudywfPECCo7lvGFZu8fMIm3cg5YJyYMAtEKw
d9jgItOM4VeQkgEeCnBXUq2H4E9F6mPu/upmbq8oMzo/VYY/tZDLHAOUzP8Aq/iWwf5mRDct
zhkw19ycFuKc/wD2gcOn+KbcPOE20oEfFB9SoVicAogY9vSvtb7TokF5whbKxG6PqfqipwdF
ZhHL4plYhy6ttunOBLonq76JzPgjicHVB89UT8raZXXbUr14EhBnO4Adf8VyBlwyIPZsD9L6
ocakeKtU1PEZKwfRo2UaWepGHC9A5N8QuNRxs0A/yKlbZFZWoCyu40EV02QjJypkjdSPTHij
bAJYJrZ0WxwUzvEBSGA80HGcHoiQyYe8qcpsuqkBm+KIwR9ynQwgPcoVhsS6O3s6JwM+1/tE
K/Q5CsKHRzXdPYTsjoAigTurNAeAEWw8Ik46S5/hTau0lSQBsEzkVy2gXIYd2RGC8f8AqnP0
6JzrphDLhGpAY6oH5th/qRcDoUX94z/CowM+KyWOdVBbpqjYjRVtQtU6jKGpMDdfNKYpmVjP
qq2y448d0Q0mHQLvuX1VTZhDh0Tg/wBvqWQyLy2ohv3UB8oeCU4mwLIuRXaEwbknLBtFIMQg
8oB8qS74ATa+y86oiuDqmJQqJP6vtyVHtts8nCO4CFqwTlF8lSj4jR0eLlrOBhX0l26olwbb
JxvJ1TGRmVybOE7uNN1JaYeUGfaRqifmt7lOHwgTOgC5OAAC4eZXIE2Y6Jh2wR4z/cQgVDwK
1NiuPFnwSGKmtT8U5pW77Fce5S1X1EsqkHbIldti1SpnZSI1WHcgJiR0bKIofE9USG64UE2t
voFIIPgnzqCyIOLeRTCemXCAxZ8vKMB9F6ghyg/qXQaqu5wp0wnAbZFo9hLRqiNvYbWDaDwU
5P2YWW9jBMVcnBlkT0hA+woDeE9SwpZiiR4ozOExGusBOzPETCI1GCyfiQ+Cm+JwocEfH91c
WbqEAHQpynToU5sbW+pyhQVDjU5RNgHAdca9t2OXQoaNyMSmD4xhA4qcoMgSI2XbOwwV4eyu
5OEWJ3DIOROQU0mXg6JocLLunOfgiS3iRC0rUahVIORITa/cj1TmQvETsqtDQmMlN71MuY9n
TKPihUZt7evtZ23TvCcB0YZOTKmQdQuRDiyJMOIW/tqQr6A5jKIJRqA3VGcYRGHx0Qt5EFPy
nTZMWnKMciJAQJB6oERuF6W5ajVfMATrhE1L7lWDGxaCU1O2ehILId7vgUFZY5ZN27g1eBqi
OOC7MjZg9sIDA3VBqyfKcyFTSfNEjAQlyfCVYE+o6bKfMrQAYKepc7IQS+hwF6g7YTlgi/vR
b5RonqxB0W52QBEDRQ8o1l0/xPsfTRA7q13ikD2v7AKlrFC1veSym48AFHIv8FLsiHfovQIf
70ad2pG1lyJ5X3TogF2yiwcaFAkHwRl0RLnEohm3OqJDvvgIwzZO6D16HomDZh01h6d9EzMP
pOqBJJ6/zLR64iS6epBI0Ke1RYHquNO2wGKgoD8sEVkAgQvyxSla6ko/md0h88RCJp3rAjPp
C5dz1GXsRxRln1KDnjI1XaO4I9y+DeygdskhE5J9ykMuVauTmycOePWFJ8A0IBwAgwdjqiHY
HQIMZBxhN8UWJr5o+shNyc6KpOQJQxnKJ16pztC6qu6D6hEakufs8RXEgoEkgblDl6rHVAEQ
NAWXyk+ZUVI6glP2u5ahyHkIVuQTgo0zUYKZekMfYCFZmbJ3QY46K8TugXB3Az/EiDNBPmhV
sh4TMGMBcSOR6HVB4Fdyt9v5kQTOy5DWWBUkeGya97dvujJb0qouOcNyZcO12iTlgNFWp7dr
cw4A6/iXDudkVIzYZqCh2uyfQ/vJQqXjKcZODhdupDEEhM2Mrxyu2c6IsWfVMZbTdMxqCMKC
64j35KfUKtiX1ROWlV9LEnPT91PylZLogGNYQIyExBs4WxP3IOPNEaDX2GYEFAZbKNrFgNdk
CJBDj2Sj2v8Ars1YNsutOjh1/U7dbnfC/q9oi3ROKW8E1O34uV/TqAvV3CAdoTjuWfd1zp3C
dwS7odwRYRYImoc7r1EkYOjLjWGy5dEw7pxocIszQ6IB42AzuESZJwgDG2hRBHq+5DjnVBxL
OW1TE8QdtELYG6J1GF6J3ZCxLPBGEOJZsgqtuz65AIP86/MFQSN5lWtcQRrklW7tPSKFh5hM
CCXTkMyoDJBh0H81lU/CD96YCd+n7yBHqTnyDupDVKYBqun+bVCWOGG38SYxtp/lR1476IMz
HdS06p2G/ROzdAi5hsBAAGAznVNghHXR0ytQPyJcEqwscQmsHByCgBgaewhWapLnylClaEm0
AaKtbW4kiSmPdBsSQH2C9NXaQd0Ca/ByiSBVvxFWp2SLWrA2CqXI7hZ/NAdqps+0wgPrt8xd
FWJw5jqvFWJLPgonl1A0Zci50ABTafhyWRDFgAwTvJwMsncgDTDhHQGA2SgB6SIcyp9VineJ
cBZYtDosG1JCYBydVzoIwQmFKh9eqrbgKt8U9nDPDDVGxflYuSWYps222Qht1VzKZSEGLz8u
iNjBGWTvjcJqs5yjudVMoGoHhghGxLEdHf8AZWACcZ/xIniLEZQADupZkzxsgGgZRfZOY3CJ
EPjqj1Ovs4kvaspgG+zxvUWCN6S4wUad0SIBRvQm9/pcsGQt3e+K1wKNyLKrOOcEjKqB3b1G
bU1t/EhTthrE51Qt3BMQ6FadtgNkA7HqnBcImodyhuyNeuSiAAOgVXJL4lGGAw8IEDjoSEHH
VFg5JnoFlwNkCNVxcMPq+pcQMfVuuZlxARcsTsHTExqskV8GXqD+EwgKVB8E16vuURUltEby
TqgRndVdvTn2SjIEqAeOqPEuPctQOn8yDMdcrlqjaCRL4R9QZoByiRIQq7WJyCsTuFl1sVJH
kiQYESnI+Cn5dE3X2V7nbh8oOZTuPawyuvsJrgiUezY+oZ6ogNAyfUV2rEtyklVJxbC7YGKl
z5oHQpxaDoos51RGrJpCqP2cdVyJYA4QaMuOipx0KEwNCiakdVyJ/sVzzUZ0ZQxqNlxdjh0Z
jGxdFnDlsqMblPn4LwwyDht2RIeg0QDQBKB3wrOfCWlHlIOGVbYGwQbDZ9kqxGksmsGf3Il9
IH/sgJzK+bkMgBnWocsXWcIAwSYEIDzBbVPaKDVslNkalDiR5oPYtq8r5gH96MghFsaKDjzd
DR8oJqlgnN5OUPU4CgewSiEK1+Y/chyy0oFmD+/kvyzbSbBDsDu1LFxYtyAVQRztTBZsKszy
A9yHgPaxwULGKuxTnDR1QLvbouRmxM7wgcNNUOVXIwW1QgiMI1IcaPlQWc+SLMBoQjaxn9rC
dnpoNESAwGgK5yPEphgTU/5kAzHQ/wCpBzyfQJgzPCA2nOURUBhEp3d09SxP0lV56RGVx+YA
ekJzHsu2OLJrFx96uOMDzQtSd1YDBkJrfPoyazcHcEhC1BC+7VAEnxOqPTKcM2XTkQcrG4dE
ZbATN5qS2yDl29/2iVzOWTkM6r3RaKwQnQtyYs4AR5ubGA0Qm/KsH+vkYQ7XauSTA5FyKhdm
p1tqoVmw8qfYxl4IV+1bFB6X2UQEA31fNllGBgjBQB92F6PeeqDyRkppcGYDfwo0vh4PVCjP
ZAVGPgif1LLkz5IEn06JwWGMrIjVSxYpxL7ZR5A1GyDByvlk6wozrKBJli6j2WBMEMiA5GiJ
BA0NRlMQ3VRc8tHMMiL28SEINm8v8KLFqj6TlAYBydkBT1jdGPTrsgCM4AQGqYlmVvBAY3TA
uLZTdfZJbyTC48/a34oR/WquYCNrFgJXEB7HDKhdiRGqHdqXIzXT+4oBFzoyPcMAnVVeQNEy
t2ySakllOfZ4pwPUzMNQg2olVDsQcIk5+ATAmy0xgoWFQ4+YiCytarwHfEItWNxgoVNSwkEG
f3UatOyD1s+kIsCH3QIBLDCBNSBqm4lzgJmIfRQCWyEfS5OqY4GEHHVtUOAM76Kn9LkXlpXJ
iOhyuiJhm1RG+qwS25TBxGAU7ltig+DkEIsNHBVrjYsFHzDLqvKGx1T6FO7nfCBaRltlBG7F
Es42CZiA/n/EgVI1cH2NUeKAIBfVl6bBsYTm8Kv4f1rc7rPkuNXPLK5dwObQBsqd1nlP9JDu
VsXz0XIuB0Xc71hxADAsvTYF86K3cOHLAroNF6MKdVW1ZbP7quQSeMhygbOXkokkADyRlhqm
B9O6qQ9okyzIGpItkip/mQf1t1CkTlk4BnUYKPqIqNMp3AZmUD1ASgZsNIZk0zLJgWb4r0ji
wkvDIMC2PNB/U/zIGg9OxRPcqJMKvdA9JLHafwpx4n2HkQCASBuuWGlPUR4qAHAkugZJIZ1/
Us7fS6IBFRur1q7kZMJiQxzKrxMa7hfPBwWlAGxEyUBW/JgnNzZ8jZNUxudE5EHRaMA4QfJ0
T9U7YKMMygyUAgXbjKYxq6jRYezsHVLtxD6bo7iQ6/KLhjjquRLGyzyJwU2pwrW7duFt91x7
zHtjXUph81oCe0ao8RFSwfCexYOxVxQ5xMoiwBsBDrnaQcBmC+WdSugDNhNYiA4CcliMI6W0
IwiHYMxZ3TEno5Tci+TsnJY7ZWY+KDHwGq5ObHdOXbqvUTO4TbYIhE/EqLeSDWfogASwxMKr
5AEphKqSNGdAZ0UmNAIUFvvTl1M+aYkt4pjb/wArkJdcLhw+U4wVME65AUkMMMMryhCpk5Hi
mJzhNuGBRaSNUHTlOd0DUewvhmUy+HRFN2LaIE6ahNaRq641+Vk7EUPqqd0IkVUfGAqElt/Z
KqLlta+AXDtYP3LkRNvuVg4dWtAcQgAW4hiUKnTUo0sTYkRoFI82ROuB4IMPemsI3T5OmqLx
umqB4qcrqFMDogQHHSFGfxLBJ8U5MbItjUJq+fsI6aqpdyybK4O1aj4oEu/RFpJ94TDOcr1e
S5EMDqc/4VyPxTdwNUiEHGMVATGvFpD6KLN0UWBBwvDQLI6KrAOM2ygXABQNZNYPVSAATHig
KliuNvBca6F1ytomszHDK1XgK4LxDLuUcsQfejS0gH4piJRABBGLI07kmoPgEQS+AgNi3HIV
TgD6UQB4rj9SrSkABydlUOGGSOirxgMjUmTIXG3z0dvBWF5D4dAfT4LkQ9QJT8ZOpTMA8EhC
MQCZR1Oo0TgBPDJ3cahkwDBANjUIEDyhlAB1lAksycZ2T/SV45T8YTgltkbGABBElUJfC+5X
fQsmBZNvklMqvLnCLk1YBgCyBJcCcocbFjugeLNklOHJ/t8qZtU4eu5dOJruogIOAal52Qrj
QJhYkNsrMXYuXQ9oqPNEbfehcY1AXMWY23TB7MZhcD8trAu+E4wcIMWJ0Rpiwz1Vn+bIQYOd
S0IcTw7gwRuh+ZQmo+obfvIV/KtUiW6q1qj5gPTqgb1ckOg/uTEcQEDDYfqiSJJz1TN6jg6J
7ECuwlNIGjoGpaIZB5uMkIS77ZdDL6hp/iRpZyAiZOxQALjqnaQdoT2Ac4AUOD46fwoCW06p
myMqRBQAxu6Duyd/FAa6gbKuP/hMMK4JzYpiZ3RcvX4puLHc5T103X4ghyqG21QMDVk1qiY9
6s7kR1FW/Cs9Ueq4vOgMLLHQI3zogWRIMFWWW6hHl69l6RGyNrqpbX1LluompzU/6V3Kksxc
Doqdyhgx5ocj6hnourwq9wekiLOmoX0CBb16p3jdChPVlyIHqKIOP1BUNcMgxZOfmaGQDSzo
WkC2SUQKvudERYATAGv7qPM+ACqSzj6VkDZ0LEYnkRquViG6yuJ1RD40woALdU1iBYjDIPYA
jRfNWj5hAjucvcndynynjwWzIsM6hVBglwSquHPs7m4OqG2eq3JWCVt0lMIdcQ/VMd0A3nsg
BZhom13RYeaYiQD5IVEBpb/coseKifFOCxVn19lgzPhMKiYKHTIUFiNN1MjZAg+ScAEsPgjX
ugRMIN9Wdk+mitVgShfuNYvAGiFnY4lEktUSFa9n2HggMgDXKsBBEAr8qSalkHgalGlSCQhY
iWYoDjNXQ4w4wMLB8SgWdvqGiEMRIbqhYyRlMz+cIw9LDzTEMNXT2DtghQAJzqnJBqmrTkQj
awDaAaJrcYOyeobwT/cpl07AtjdEl/AINA1VSMt5rKu51cBORBwRCawTO7LPn/7L1OOqw76l
OBiYUuXlv9yAIl/ghLA5PVAWLKpLyNAzomLNvhHlUm2WGECAZ+Kw5GUzQ3seXQICHCLEyfBN
36uB9QXKhBqZcHH8KsxHllPDWDB0OI9XRcLBmliuugCNWY4OyIrpupgoUBYHLo2wTgIM4scj
ZEn1Wckh/wC6rXvU3eWBcujyoQ/ynV09AOTTuntnfdfK25CbQZTEcYYqDHiss+dVxd9nhB8b
DPsBMTuiBrgQ3+FAHWWH+5NUsB9KJf7wmqWJ16rexynq56AFcjCeATgpk4+JQDwAchV8A6hd
SB4LcbL1Bm2ZenG5Twd9GT56oG0BAh2zhNUZ1KDS3guIydSgTmqByETkBwEAxA38EwOPuUe9
SJbPsNhogQ7uuGgP3p/qeUL1sX2Ve+/qvWeroc6/KcqJ3JRYOSXdcqsLVZzun5Cw26onToU5
EgOyta+H+Cq7dFY2+exfEt+ytxqyFxVqj4oG9fTaZTVHIiXH+tTHQLlS3q1GiPKpBy7IcqsT
gjVGpb0zlciGO+qBMhtVxAlEOYgtITCQ/mgYD+SHAOa/FNYeKYiDvKJdt0T7kwLkJrQ+qy74
ZNUerdk9aN1wvzL2lvl2VfALdUYSRodEY4ga5T5sdQVY2PHizjqiAHHxRLY11WT4FR/tTR5a
p2iGTiOi6nIRsExjwhB2PFHV8FOZt0gAICcT09hFsHKIqGHRWJPpLklEkekMzf4lyrYmg01Q
FDyoIFbBWcDlltIXLOjIMRXQFBh6gJDpictB/wASgO/RSWYZ0U4Mlc2FajfZUAGRA1QFh6jl
lMOGCkuBMdVxqGW6ymypqCj6KudWTF7EFgMIWZw6iLFAiH1wnaxXG3kVsAY3TyESM7prCTIa
XTnxZRGriE7cn1MJ26zooAESoL1GiszQICoWaA6hUJkshBroRuP4kSBxI2yiLg2Fi07IESya
ADojDFRnWVutwt/BTogQGIwiNR9Wq9UeMriJAnxRYOCMaoRu3saru0hODHVfm0HKnc06ojDa
BWqYfRPxejy2f8SrYFuRHp1KchhqExMBWuJsAz+C5iGDyvWY0IRAmofi2V+Z3eQqJJOyNrE8
KswAVDcNUSPBO/KxA68VUubVILQ6uTknyRWVkpx7asHFg/vXG8VPVMNMHKqLEuuNACXRfPTQ
pz5FkLEjzRYQZAQx1dEiTjC/8T/mUuzsZVRHICR0XpBnGhKNR9R8guQyxB1VC+QoKq/VAETg
uuLx8UKcpGU/HWVgg6sncytT8FoPegQHKIdy7uicbJrRCPGT8E1oLJgW81qwDoNjDez8yoEQ
VGzDZNoNEeQassSvyyXAGUSbcbDX6SvzLhwzjiNf3l+XXtGtWLk9F+VYMd9F06YUfKyyxBwu
Q+Y6aftWR9TVOitXtNxByqvncf7lYVHHjLKte4GAycGF6QweCdU5woFjrhA3cDdin7d3TEgo
grt9x2DMnB6ugxDqbEln6hWNx6cT8z/iXGo4kS65FmOFHuVhBLYATFwvDC6nJ0UyRjZCz8m0
RL+nTd1xBDfT4q4eWhUJLx7KPEkOmJjdWJhg7nKsSVhyd8pnxonEk58U7ucRLJrO48EwLA6h
O2vuROWOeqJMjQHRPoBLJ7eS5CoY6ogviEATGnsY4dFg7b7oFtfJW7tABY5CNeXrfRWNxrro
q/X2z81ThVp/1S/aI0HFvxJv+wG0oj2rRw1CbkPuTizkaLjxJJxDLiKmta6Jj6SDl1WncAvY
69F+X2xxZAEgzqzoUIqCwHpKr+X2tJJ1+levucT0ARN+76bBgGDJjawt8pAHGpT9ru0FTkWX
rsLjapiqF615VqJThwTli640DzkIgk8yJdNufNMREsTMphDSTv8AupgWnZNYzvhPYuAnwPFQ
WB0RNdNWQAIJ64Q1cpwG2Cs5yFQAvCgqoONgiBVgzMrG0Eol3C66bKRKAYfrUADwWh6lZK/C
LZCLPxw/VPgDVNUP4YTAyzgIdMhMS4A81q7jy9jOwUEbdUzO2SjUAbh0e4/5fcaG3TWPmNUO
4LON0b9qaiS0CFIx8x3XIyDgouwqdQgTeRlkwLnKN7E9Q8o8A2pQJaZbJqU/bqZMlC3ct1Ya
r5QG8HWH803GExWPcia9y1dgm7dgSMkjK496vG3wK5fNU/SVx4DiPJE1epKPcqPzKdM1RYlx
odEK9wOW8ihYRp5LkC4CgSdVJJOy9U+C5gNQloz/ABIAtyU5CBECquTjdU8AsptsFWsWfAbV
fADqVMbblEh3TkvY5XzM/V1xZtzqmrLboZcFF8frQBMGLNhHYYG6O+yIHmVIYnUSnIILe9Vh
ic+wgIkDJXG+GTQR1ynrFhhD6ruuJMDNSjxHpH0nV0e+bet8YTWPIHX+VQXbTcIkDyUD1EoV
q7mT4LlYsBgHVc+9V3mq44AGijH2m9khekspJKJsXP4RJRFfRU4ADn+JGx+cuSf9qHENGTCB
OkMUOJAGwhEJh7l6a53QDPbPmpsz4CL3JGuiIF2G2UwsbAwQVTwTonA6rnygfrQl2UFhonfx
XpPvDJ+PjsgBHRMbeQQg+CieixJ+COXCBcvWU94QYjomvlvNBtcL4J6/Lggp6FhqFBYo4JUB
0adztyZBHRGtXrbUnCYnkamELNwv9QOHUnjxydF+Z286jYoaWyQiSWAlG1cEt/6qt+7NKn0h
ADAgKfZ/U7gqjet+YGyPHtk+YXDhxfDqO24EOJXE0bcsUwpO6cwVw4zhEU9L4IRvepJzyeVy
Jcjdcx8xCByxRq0ZLymZyNUwfwUQBoquJOqr2xDAOh8SuhwXTvB816g7wLFUtlxC2UhzW3wV
hWos+uifAUFycw6BY2ITlwOmQs8qj+3rUMx0wnfHRDPkmNuLyyBsWOzqLE/tIscDZYcvhM4c
aDqq2DvroWQOg06+xhkSE19CxbVOYAwneSXCNtkDaHw6uwBqSxXKzEWkMEDZg2y50b0jK/Lc
H48v2Ue9S0tysDp+Ki/J7UUJm2/7KYFm9ycHG2FstydEW7lu3aktUSibF3OEaWLAhgyNL242
Eh/qC+Yg6uP8vFHgQRssGYDf7kT2iABpguh6gSMsgTEuNVWtDyLIUuHfVTTk/knoHrltUa2E
ZZAirvpJTUpnVspmIKcD3quuAixZmUZ1UmCUePkgCQVQGCAnC41EkOcovPVECG0qp9wK9JL/
AAQJDvjRAO7ynPwym0QYCEACHCe3qbbRfLg4KIAnJZc3NiY8vwoET4JhZgfNBpHRNqiu5Oph
MRouWKDVcmEKNFVvHVC7QRJXIBzsrNDhdvuW7g9RxsVx7hlmDYVT2yWsTmCEeOnxQqC1RJDp
+QNUbmCB5BNYvYyV2rCoGhddv/sVipI5Nuv+vYTaQwzxRqGrcSAgQeIebOnFnsPcUTX03Ecc
wf2kGz7pXK5LAvPRVFflB4u65OWsGEQCiLeSwpDHcZV+JBl26L1AjUFVYgv5JhnZCGIVi+sO
mZhqnPvKJcAieiBdySqizeXsF9CE2pMqQx0PRNnWJQf09Ahw/wDCmD7k2o1Lpx7gsN9y28k9
R4KfmXqjqiKwDrhdRsntV/uWGiGW6sRkAokBtSgDBOirUT0XG5AKNgXBwVS5DvBK4RnxWfJW
YPddutoPghaxPc7b4Gir+bQ17Ic1b5n+nmrdutAbATbwV+4asTqVGFYa7BE2kgQjW0ag7FW7
NrDlXTQsqdwD+rSsHqj+YeNnZ0BbHRAtyXKoFTunOmqdmgkqti7c3TDVWGTWH+wacRMjxRNZ
Ojyv2qzxKJZ294RDuRuMovJUhQBxOycDEMIVCNvZQEPUymDD9acGBklPUeYXIh+vVHrgZRGo
OE5fqOq1LJyc5lHcwxwpYtLaLkZfyAQD+m2d/wCFZcDdAgdUAY1YbIDbGiIRDsbQgSXPRc2e
5+UbJ7+qx+C3L6rjbCIZ2lXqzAynBcAaKdN0L0Ppf1LS1RpqFw7ZNQfmRty5d+wep0Y/QhSw
nUbH8Kg+KtAcjPRcq0LYdMXmHC7lqg8RDZ/jRBIcaIdwBnk6LjY+qhadUSDLOuOXDhyowF+W
T67bbKtj8lZnVN7wiQG5Z+yxDg6Id3tBzggbKwIIuMgrnidlB41LzqnqHLKC52TWzluqqBhd
FVskvvATk51MqS3TdYnqg4JbQLQ/qUgv/b5V+F/NOR4A4QIElNU7vu6kkgaFfN6dtGWZ2Uht
t0DUSdEw10Vyd8o9UKjQugC2dF6pIhgg5TbphNtJV6WI6IAwTB8E8cSH5Ber1HRkKmAU9u0C
0hH8uvE1wy4XihRuWL67hfsmX0QFAS4boqgRHxTbSy7gAY3kkbrjZxLEJuJ5VD1RLgGtmIOU
KiTghHTjjwTguLK9RipYw4R7hDWIAHh7JTFek+zix8fb+ZUYHq8Eag+mp1TiTuMLdOwCLhy0
PogPN90yrYPBWSNlZ43f/T7GINT73Q+/VN/9MsP9ykt0QbGqHEYTA+Ly6hi2qgPbDgqpAl8I
c4GhRMvviB+BObONkfu9nIe4o/cU/wBLp6lYYpyHbRO5BPyh0LOZyHQE8Rq6/pksI3/eVe4J
dO77oxJX5Xe/4zi0oCzW7Vw4OgXNnqNSI/gTlwdioZF/CNlzuJyQgQSK4FeiHdqWsT6qjKAJ
bjk4hC1WLjPRA9ueRNX/AAqoPqez2H86gM+QoKjJU6ZWy9MBRn2mpxaFahDB3B3CJaTlSWI2
hY8UTmp2hdt8sPYBitrOfFEAt1/mQA+9NqgzvkMtD8EzMN04DtlAsx0JQmVyrDZqSsEVO4Yo
jR8lcqDOSm+oGFLD71BY/qQBOUX0UYC8F+ZSn9IRZs/vokEWGjoccjKjPRMAQQdULM/HVHt3
sxzOVwpX0jUq1qVYtKvT6qmAcMmZijxk66MuFzIwRkIdjuf8NsdAj26Zr8ro0sGsMupw2E2a
mQRom+pcr+njqjZzYEsANkxLk4aD/Evm9GOCFaDj26Q37X41+aR6rbjCbJUoNKCmKphj7EZR
tUf1KargRM9GTM/ioBLqoYWcyMY9X8aoB+EJl2wMP70CWEoT7kHHEaMoZQ7n3IO7+KlnyygQ
g8sXDbIsZH9uSDh283Vvu2XEPxGf9qA+OyBY2AwAnsZb5f8AcnkCuQjxPiFyMBEYrp1RP06v
hfm/9aNbVyCga+BfQriM7jCIJ9SPaZyRB0CfjPUxYI2/KtOokLj3K2qWIYhXtZxU4heh7PgA
JqV4UOSco2m9rZK/qaYIyhXkHB/pn8Q//XZDvdstcZHVGttMkphAT3JBqj+SH7WAAuVn/Nvo
dkDnZRlAOKl5BK4wAMALC6BBi9LHHRMc6KEfs2qWYof9jt19B+f9myfNdf7VUQNRqqDyLu8o
NhvZQGC77os/iQhqTqMrkHO42TByDphMWDa5UQ/mnYMnBOcKD4onI6r0kxsYCJJc9MoA+o7b
fvJqNWWsiAZ/UjAZmCIfkThcr/NbROcDQI67AIVdzsEbWmp+lf8A+n/rwf8A8lB9Q/ZqudfT
uDDLjWTrYJ9CgCXGhCbtdwcdQQm/MaxyQrcrnuEQULUqIiEwz1QbA2ysMOqNbmLRUhfl2sWM
FjB/Am7k1OLBGufBM/hsuVD8oaxGE5Lfyr0lyDIaU1ZfJ2QHav8A1RJtqD+FD/p/9sljHauf
8vNBzqrPrqiSIoIRqDPsIf07fZdXrmtqyOqNGIDsmLEj3rt2BgFpWzrc7rtyw0GAs+Yn/CnI
Ozos8+CckJifTqAEAz1xjCLAg13wttyEHRhh1XEZ6JxO8y6csGRL6wOqF29Z2QDRqNP2k5EA
P5p8r1lqDQIV7Y4U6ZP7KBsONrYf5kOVS7QH+UJqki2gdYsdymNSdoRIcA4HVFwQXgBcagkn
LLt2b5h4MrWr85LklMfSdl4otoq8WbUHKZ9QQhbthrga/Uj2O72+QJizSCsfKIX5VIaShQAi
rPBz++q2tccrD1VcL8yvrY+og6FMDxBOqH5VpcOdwqWf5T8wVADggOrA2axEBXri1pTWPq5H
/CjbYOiTkMPf9iEKO0aLhbdE0DPnxUggrt7EyeqFssFEDZduoGmFAnd8fwpnfonMbsiKuSJJ
xxQoMDNtSfxpyXODPFAkuNnRDeSYQNd09saoisHqgCRYJhAOU8hpA0RNcIitSbHA8U1/SWkK
TC4DBMlfmO99Ah3Lk8vp6I1Ik/NZDjWTqmAb2MRC5UgpxTk0kBdq/ZcWBYhjlcrdt4zh0xoQ
R6STKIFwBpCLdy3hVGxJsRqTKFrn1HFXWwqpDkbQoE5PQIDt6lmH+pAduzmokEZTACt8iUa2
Bu4YbIXAFbVghDkWYQrHLEri5BFgSChyDtLL8zPbOAuY+UmDjKcWcmPcrncuCmJlP7eUljoq
2MCWKJLkiVapcEbrtUqWcz/ayLnAghDwCqcN1X4eikPsQn5CMpg/HU7lMMnVCARl9UIn3Ikh
jsEIYndO5AkTKNrBwIAbKDVA38FYhmGn/sgZOpC9MYhD1GzBx1RuJ0PivyaTZ2LIfmYEuhXT
CqKgAABfMFJD+K+aV8w96iwPmosIzK+YKTUkF5aF6S46LuH6uRhBzNZKJaXzugDuwZAZIGq2
C5vxqJcwEe32BODf8X7qNu9U2tcPXuVniuQuTYY/mRtZ7axCYHj01/vImzeO6AAdeoxcQNkL
Goc5KYeSNB8+R4hEmpi0NuPwpxHHI0WxIB+yWOTKs5wWcocoGquwEnE/512H+ouABhECAW+/
2VLctFLfenAbqUDGwAED+FM8qZAwQpEbhROiLHyQGTsUQTjJUSB/b0oAwcynOOksndzq0ABG
IaAIKAD1O52UOaXyEO52xJJQBkv8qHcNiRkhDiWOg6IgnOxQFrTh0/KB8U9iW0DSnAMZT1OV
6gPejZ28NP3l6ZZWsK8HgjdAETaQR+EIAhHlAqHCBOIDlG1i1a6akqw7BtwrNgTCBtWpsc2M
WRtUzpr/AAK1O5UcrfL+yjWhHIaFE3g9cfwLhUu/RVtcRaQ4VeM7lctMhCybB0K7naxeudML
udu1WcEnaqFdTAXXUe1kBYZRqzAZCnDap6Ampn3LtAgfMGYqoOpA+KlMPwvCkToDhPZ3HVQI
KLR1TOY1RYeMIkBiNUyAyn4v8ZXLXVtE9gwyDlBvhqUY8QQsMNEbF3Pu/hVbD5TLa/urhXAL
r1hjgIkA3IiGAZceRqNN05INtQnFcDBQbOg2UgnKtoGjdCJ1QnOJUWdtEbCwKEMCzoVq/GoZ
0C3ulWOljlE2xWQNXQFmLnBgI148OgwSgLBiSASRCJ7VjSwmpBcFA94Dm2n+dVuzA/N+JMDA
00Qv3ZtmoRZvzKiQjQjWEKxyrjqPbMHK7pEcLM/7y7bP+ZU4HVEmTaVyvYVG5RYg1DMRunEv
hMZ6ojITEy0okYwPNUqY4n1LtVyTceyCxAYlMES0JixOmVumAK2IyEXadVkA/chDj3L5m5Jq
Zabf7l1TVkiZRveumCGQ4hm3EOhDlMTLQ+h/YVgWHAygQSNSRqrC25c7JvqAjwRcswZAksAH
B3XMhrakIEB3wiwnVNUAjUqRA0OU7QdRoiSHr7kY8lxsWGZT/SNUTX5qGV+XQyIsRqpD2PRi
gSDG6I73Y5DRzP8AiVj/ANcmldBlUByBnT+FOfpwdQFSpB4E/Nn1LhDAMN0aiC2CuZcTLQVq
QcI1OfYD0XcBYEsgeQzBCA7VeFD9W/8AeT96/LXJz+8gQG6hQuisSOVSdIYKrDPwVnLAe9Wu
0xIwuwDnk4W4Vzto0KSz6M64ggOnHkiS/J9EA77hMzV2WJGn8yZm8GUnw2dH1ObZCIDtrKZ3
Bx0/iQbL6Ll3Gc4aAncP1DLkDxBX5loBwM/4k9R6LxYdQmI4tBCcBtwgK+Sn6gj6STo6AAL6
oA1PHcqAT5JxRxvhE8fJ0wqajVMWbU6q9rdsk6EeoN+JVt3O2wOSZhN2RzsNNFYWDdFbgHFy
9XO6H/Y/7dha9Q4oMD99Fu2G04wh9DwNZ/cRE2o8WOF6RILGxxULgWtxEF5tb9pC16moBgoC
3ygM5hW4lxh1Z86E7qpBe1TJEQg+oE+xhlWBIH4QdWX5neD1+kJhVqnGo+z8F6ZjCZvF13Ts
0Bf9d93+Hs7gj9aMv5MyABfwZAkudQnz71Fc6p/f0T5J9zIuABsyiJXyQ8LkCQem65mz/s/K
uJGcHqjZwAExswySQq4PboM7riKeloKBAhSP1LGU/Hw0U0nRGHCdp6rQ9VAAC0XpA8QgTIwy
d2eCF/qCIsS2xXGgDNnCa81OiFrZGDsrdvsPattRLrn3q8u5fIOAFUdurEMAdJTWrxoz3J6K
va7A4AD1Dew/aXLvWL1MV+lCvb7YNREIce0Nsz/dX9TtsQr1qWJq7K9QCGfG6FrEOM+SJaDk
J3Ysj2e7sDQrtitgbVcMIT8xVtAvnUkEp7mlAMlf8nNsitUW7ZcSCdlXuMQ+WXIDxZd+GIYM
V2AJtofZ3CYCy3hhHhXkeie9jy1oNESanjWW3KbuVNR02XoxvlFobG5Xr1+IQqSQSdcI14uc
yR/hshE6l3hAVmxHl/eQtYVyxf1Mmq9idAJQ7nfHGmRTVNQNGF0UnOu6YMuF7it2denuB04M
ZTaHZQVmUKmOqjTKYBcSWCaS2T4KS2oDprTDynIh2Car5coduuREIHh6zkru0MXqcdF271sK
45VOrKvZofXaLdKouOdj8P4UzeLP/lRBHFohC7AVHVRUEHeUCbihMgMzIXJ5ZBGERX/j7ny/
vfhWzZRBllXvdk/1e3IHRBw0yNFzsWBD9f3UR2wC0F8ujw7pA2x/dR9ZDQea4i3Kupb+VV7d
/SL4QpQv+I6IWEgQQv8AsPn/AOEO8XNiMHT9qns7mx3Tf/X95X/G+Hj+FPYAHdBpbyROjS65
dq3E5OxKNO/6SYFvpQvcgklq+CBcA2mNlLRLGUDeG+pfMwGMN/Ohx+UZscINUG25TqVPw1Tj
Iwn0qHK59vuC/LGjIcizYFiCEA79wZCPL/6TjVTUlodcq8Ki2AQ5b95crd8A/s1TjuG3kjVw
fJpRcQerqKNbRGzC0KwIIOgdcJ9M+76Vfu9ykUJIfdG1Q04X5wItyM1Gn767fdEkEGp8UO2D
6bAcuiBIaogboM4sYA/nRh3On8yA+a2u395b2rI1DfhRcEEwIdClpraOR3VqWMM4Or1QIgtK
bKLSGgI9wA50Xet3eQPbDV5BTJB11Q4htg+v7KFbEB8eKcqlqzxM2Vu3Y5kKTjDLvszhpHgg
8+znUMBnzWAfvRrU+Dbr5pHVF7GcrJbQOpYDRt01i9Tpoyarvs7p5JO6t67MuIubVOB9Sra4
NKCfXDhCoDAR7JXgp0TjOq7jQWOEdajIThgN122sWdn3R5fBGWfX8IQ713Hbf01OTX8fcQGA
MfZdspgoE6J9VexoL1tMCVw/61Se53cVIYAq/b/7Pas983M/3UO2Dz7Oj5qj3jR7DXovUZ6S
jsvT8vxQrbP0thkZYlnbZC5cAF1+XaXmpX5YB4/WR9IQFflPsbRHlAGArdutXcaInuDiRsP9
SBoWq8HqqmzsIOsokwAHV+2S5t6mI/1KriLBkNGyu/OJZD2X7Qy4+C9UFnGjpgI/WvSHOG0T
XsB4SmNzGNUDzYZMKXJGrLkAOWjhOAxGSmpQmrydAECK1NxqzqRO66+xwn3ytnTgq4sdCyIZ
pyi89ECxLZP0p8jRcSPSZITVDD9F1QsQOQwfaW+YwFbnHM5WQyBpjUrngV0XUy+wTkvLpwYE
jd0ad0chh8FDudo86/hGh/aTjzCynMoj6Wwj23xnzQGdyFWxHorvurnLiAFS4BbUKlw3Ptlj
+6swNl34gkFeZUq1jnbUlcreUN/eXpZjkJrGRgIWrUuN0CC1qpjYACOJySjUlk5uC+6NBZ3L
lcO2ONRoExT6JtCuiOiYZ0TnPVbohjKcvSx1TWJLo17YbkXdNp+teP2H/RSiAAajAQDQ8AZR
qA1tGXDG/iuAOYZA2MDaGH8SI+aXfZWp3PUj3Df1aPt/Cjw9I1DOCuRoZ+awwSh3KFwULfen
O8FXNQznydemsvCBsGcBgrc8ESFxrBEADCrxeQA2JTAiIj/Uu8OMlnKbPimwjytqzlWDcrCA
BACYMQNCgbNY6uxVq1IYhm8UOBZ04kaB0LDJT2dvuTh8xMp111TLwUrwXg6lMAy3ZOgTplQI
ROgklHjapGkr1AdWKA4kk4ZMakFYKlZXTdZUFZTuo9gFR80ErcnKeJwykv1QNYGpeUTSQIcr
jynRkwvxb3pgXJOmqqbiWZgp1LCET3PTXfLL02PC01sIB/uqo42v3BnxRFe1UdTK53HqJ8l+
WKwGwgB8Va2tRHipBfLqlRgoioM5b/MrHAsJKbqZ9hIAYogCDovVnSog/wASYxQhiMl031aE
r1BidRhM7kbIcK4G2F6X45ZAWtxB3U4dOnHscp/cjop8tFnxTDOqYt0CZvIpqwdei51PKttN
WT2rwJ3TiwJXq7Ys2soEVLdC/wDmTWz1TiVhelYClmXpAwm4huhTsQdk7sBlHP5VBhO0uuR8
kw+U5KJHzGAN0BRz+N8LjSbZRuQBXcqoJ9Ik2MBWF7SMbqtORYlyFwANwYJOy/KsOfYvIJzR
cb1rbtnFnhv21U0pUxBEhWrBFbY0dfmH6pc6ew1EBWvYNyUSBlkXOi4mRgDosewk4AxouIZg
fJAi3i0L01dpcoi4zgjK/qep8BfKzGCVbFhbKesQuPEkDJT6bLHknK41xqVumGikck5XQ6hE
gOg+PuQaX0TYJlMTHRNcAjR0CKB909SQ2E4Lg5hDnV3wmbj5LIWVlePsZQYRpVzbUpyeVry+
wTY6ozA6KwdgE4g1w69QPrnCIq71xbKAJcjUCFyNjOHw/wC6iSS+kK1SSQACXQt2rncA5TXN
e4+BaH/ZVR/x9+SKWgWb9pGxNuFvoPyg/sK5A4ky+6rSuKhuiJGmUACwJwrgHG+EMAmpws+J
VLNJZTuVCt1AQNJo7kaomtDtKHGjQWdOK4PkFgThCtmIefFQW8kxLjwQFSxqZATLqm03W3sc
64ZFm6g+zZFphRponlzkbKfJStCDqtE8M0BPsE5GcLLIv71q26epjdOLYWASV668bewjC8Fj
xCbA2QA2k7BOJoDrlEgMw9M6IuX2if40bO4GyHaIbUHCEAt9WD/EnvRheDYTC49sAvgp7f1u
3sfmr+6n7cAxOEK3fu9rV9B//NV7/bL8ff8AxpgHFi7PIQtiJZPWrjVzopLGyY+rjXRG17N0
XZvSv9PSxgpupUI3/DkFcjBIyhxq7aDVEEcTUf3VyIyGcYQLudYUFrjC4gnxKf6RodVJYZjd
Ep7Fqot6Ron5MV0K9WmiJ3TtAyUSJRaOqco/euntYY3X9iuLNXdSI0T/AHZXTZDbRaLgBOqA
GPYTohKc6YT2GVBkaq4JDAMg5m0uyOIyjYmTphwjWxEl/II8KggYOSEczqmkhVBeoeSq2Zx0
XOp/LI1CNL1F+3U/8gOf4VcVAsDPRGj+q2BsFIZgxXIiBHiq1EjKveluP0lf1DO67ViYcu6c
YMrCsDMJmdk2D4KTJynedQphuq0fMp55bASmJbZ9Uzg/eibe7ZB9ViBohxDkKZdSvFenKbVE
HCd05lQfBNqg/vTBca4OUJTgwoyiSGQDI2IZtFywThMS/goQaeqlZjLpxgbrlT5sZaEamzNL
oH8Pyhci4Tgio3JdembbjVTjLDVB6cvGWT2p6TJP+lA2rDRbov6b93s2+kwq8SXzYa/uogjw
AOiNQSKXgy6rWod9QU9nsW8Mrm5diA6LkkVBcaAoFvUfV1lMAw8V2zYw8vuql409hR03KbUf
cpDnxWLOULVcnXwQNn8VALnVOA9wXdcs3GUSPcuRg7IaHZOcrDI8SpqLdV6gQV/8IkEIEBwN
k+BsseKcS2pQcspnYo21UiVDbFbEpiQyYmUxOEwlM6DGdl6oCZFsJ7Z1CJwBgEotD51C4j3q
GQ5NY9NEwYDTdCppD5GUO50biU1hnZcQDx0bCAANQJBHzIVNjVy1rLiSTcFiGb92ymT/AHg6
p1MP8v8AEiM1gAjHL8SsXYAMAPqTG3q7hZiq1GG9gLQLaKjezxT4fKYe3Cx7MvUpxFCHTvJw
uoymPvWfNRFN90yYLHisJl6SQoLr1B909odFiCVlmWcJxJbCJtHgo1kboPJP3ols4XLJMrDJ
wGITgMUXB81kOU5aJdOC3XxTAxrXqhPpR4j0s84Q5PUbjVMASc2aUIhnAb/Ui1ZG2V4IkCfv
R5zUYOECY8EeEgqvE/1KBv3gmPzawyAIkmD4LJs+iALiuo8FUGa0rpiVhTnKZmHIIb/pN5hO
ZTNA1QAigyd1GPYPtYWF6T7lJcHDp7BhonWZRb5d052yjY40CYFgylMZBTgsyy7oEoipkqdd
9F6dMp/mUCRkFEs53Kdm8NU7jyTh2OgQsOXq0AXKgrQGGdyiLWNmwPpXEg4cgf6bowQ+ER3H
awgvqm3ljlHjFqZsn5T1RA+Ya7urGlWBDF9/2U9reRUh/FBsGwj7Tk+X2yB70NzlMxAeeq/8
fZ8ftnn8lceKapxiURlQJ3Xq8XXpygMACSExkFYlA6hagboz4IM6PdJjA/E6cn01yOicVd8f
sqpYEHPigC3L4pqeojIEf3k78QJbH91DkXOoKctwGjJqsWl/9iJ45XoqWOjLWowQiRU89PFC
prb06BOaGr76OvmdxLdUxkbrD9VqHKgrnR7DVUqRqjrPsc7YTV9I3OV8yfKLwBj2YWje3qNE
wDV1KDBgun6GfZwNmsd0GIOywuS9FoBwVxNAfuT8D5J71NU4AW52TsyLjOyh+gQkjjBGiNah
qVMlcqiN90Wck+5F6nxwnJYeLqwoHGpKexnontqnpUivuR5ADlrlBw+3koDIsEQSzZ3UVDtB
ZT/YIcSSQV6kRxQcIkP4JiDK7Q3Mq06+wHVA4IWfNMfesqBJ+y7FhDapyCx0WCB4Jn96j2AD
7dm8ke7b5rQ3RepmGyhw2GKi79CE54kbYRNqhtGKcghpRGbEQTp+zVBy4GibZeKgltUfvTYJ
iE5sZOMBEVYtr/KmOWzsoJ6bIcjIy6cOWGQhWtc6oHuDlf8Aw/3VDDoERPUaJzZqhRPUosHK
9WBo2VhciA+ieoEr5XU08FFfNSG9naGrq3j7AUScBOHKDBq9UXPuWSo+xyxKJIdsog/cspwY
0UX8isoYPmye1SPiFFgH9hOuifBOiCP5TFTR23wnPbjVTQgb6LB8EDxYf2+lAEM8kjKNg7HC
f5WRaeqcByTDbJgcovaAJCJBcCHOi5kvYQNE7O6fHReiKmG2XO5dtyhWu6Ffq1Kd2CYlzsuR
fZqh0eQ9PjK9IdM8HKYCPY1pXyJgFAD7pzgbIWGq6Ls7clY9fYPZA/QeqbfBTARJIOwIQB7Q
t4IvUgnAQrawFtjC3TH4r0lkDaguNxlPW1u2RovWTcHEKoGM+2Qm4s+yiFy7THdsov2y9Rru
FyPznTYIDbRMI3TZT4Rt71wdgcIVq4GvVCoYkCPNEVncBc7YOAEBSBq65chWmHK9OMA7r1SQ
ntgYTdsuclNkk5KZN9qPaACybuzU4sF2iA4FsjZP19g6/acYOPsA7YClBxO5T3DbwjbkylnG
C6ft3NfAwosO5XqAhXvUNeoXOhcIuHX9Kr12KNu7Vnx9p9ERohiFPsYmVBYIzGuqgQFV7Ho0
rkDLIghrfeEeMPnVEkg8Tqp0XpDDqgLSbKwq/HLdEK1BNyGQ5EH9HOV6C9dsqvaJarORiUD+
kAAw8lSXKz5dEOY9P3lEEM0BlF7AjBy6Ap3H46lH8wOPAFAd3tQYc4dPQsDmqH2uvtc4Tken
Tqvw1TOoD9SjVnI1C9IYao8AwB9y/MqGByYQAaxICcHkfcmIh8OjxBFQuVpOi41mx2Q5GNBq
P2V6hjCDD9NWwbkanOM/UgAfYP0RLOtBDJzmqJB9Q9ydvMbIDA6IjOqYS+UxAL6bJwP0PigH
iuVYPhOTGy+KBBg5UDGSv2r6PomIJ2D5QereOUCINekovrr/AOqM4LkIltcdV+UPnKMO2ui9
XzHZAuX6+zfr+kyhMGusBnVWl/YCf0QL+SL26kbqXbDIMXKsH2QZ+pUH/wCVYiFyIkqP0JAy
fYOOM+5Fs6jT+FPbUY/mRqzAaLDMHfwRNS5P3J8FOa8mwUAddRlygSXIjZHiHJ1RpRjYCH1K
/Mvbla30lCtc6unMlQtynP6R1Q2D+ksqnEewFT9sBs6qdd1jywUx9NTrqvTNUxixMHopgIyG
Gmqd8YCf5umExqQFlj1TAj2Qon7GWRcOy5VJcZdekwnJcb4RsZ+9OS+zoglnKaxYamMIBgYY
EogjlZi1tkadzdmCahAI0MqbEvll278a3q8g5/cXIUblgaBczk6ex9FOD9tj9mfh7O21eQNT
P4ZVWlboeOPbNh5L01NuqbjCBw/sYoBnTHR2UwRnxRGQcoWsDXUNLo+pgBAO6yLW2wi+6YlQ
PEppNhhcgGsExuQTKetyGynF3K0sBqvVU9WTC7HDFcctJRMdAdkWYA6ojXR1Jg7I1+Z/iEzQ
q9sZzZEmSUxDHVQQK64crjWwqTgDVc7Byd9U2HMDqq7jWUGk69EQDjREh3TWLvt+l6J1U2LC
tcldAfY7oqX6Mi5E7rZctU232OOBr1KIhtggYYweiZo3KA4iHRNSx6lNk/rRIq8sykMdWXKr
8zjUprWyNUOWMAIuDGBouVjrhE41hcrQSE/F3nCl5+5c7OdEQBDsxz+8i+4lPucFAs7YRsAB
WuXwjryKirxM4ZFwwKYy65BvVBC6M5ZA/NMjZBqsupRscrZR+hb7Dv7KUqW5ZQ9XLdsP7YUq
PtkGV/YJyIfKcFyDjJQerPM/7VyYgDzQm06lP7yIXIea52HTopnossNQES/ggDooIQeAThMx
Du0p3PEJ3k6IgRYzugLWCzFYG5QvX1W2Q7ZHzZbRHuX1+nwTVA4kar0wfepezqlnEHB/2pqS
8I8KhhmdVAAXqsB4KT+mgKZT6Ls+LSiAXmVKn9FawLy6bCNbHqQj6eNX11Tb40QBEjRE2wfl
dNpqmIf9SnBwQnsCWLOgJ6Jhh5GqLYEHdRB1QBbwUtGEajRAAGMpjJrhEiOmUJdE/hhkCQQ5
8UCTI6ZTcvgmI6qQxGEKu5J1CL530VgT6hn2MQ4Xoqw6r1l1Gn6WURyDjIKoADyrjYl0OdRU
s0fpDoF6gwtKPIORg4hVoLSXJlNcuBoviF1/Ui4jUoESBHmuBL7Mt9051XQT5oF2H61n1H9a
Y4EEjKqAX/UjWuTqeiyCTKBdicujuuBwJCljsESxN9AcBMzaIbnC9TFk4ZS0aoAEAbqsjxH+
VTlOW81oPYxMqbIFwxUeoYhSoIY4Lpq/McOtHbeECC26ixCw6bBWU4I8UXBt4CFXu8ZFpcyE
HZxlll/YP0O7ZC5O1RPghYtjG6fzbZPqg4D5XIhyYA6IliBhtU/9nQNSABndYynsyhiWTWE9
E59QEFAAZy26Nj7k9gWUMDgFSOR1KJyNnTAYLB1htkW951Q5MQcBEtATCrbFY8CgMk5UCPii
BAeNFBjdSHdbdAicdFEkpyT1BwUQavxxsoeoyzpjzDTJUggZzhGxsTMS7BPUj8vLHdHjc5cC
f9SB7dyHPqfRRcHxAXG9AToZ/wBKH5lGrqQ4TC57der2QFe9z0ZyEaWPqzMq1O7IvqmfCOyH
I+CG59u/T7LEgvllFUKgk9NQiS/jlCQH0KxFfvX9imLsctlRX9SJceCAEkovJGAAp9IRAL7d
UWE6unHzazoh4otIIygGL9Fq+ifO5Us1pdk5HR0OD+SJJFhqCuPEk7JjVn+XVSJPRmUyceaO
jhQ5J2QqT1xhNUzuUHvjdE8gQdUQbYwosUPV6XecpnxoeqPIqWxDp3ZAGQNE2TiCiCOuUIyE
QzV3TMSMdFNX8QpDW0aP8qewexiSiK0DjBQtx9yJNWfR0HqCAq2NHtV+J2RrR3GdpUh2ypDB
TlZHsynq+XcIjuRsmD9SUSI6nCDmU3xMIMQXySo+Y4Q5ZOgRIDtugZ6Itl5dOZcQFId8AojF
XXplz5shywIbCrPR0xPghq8J8sgwfZAs+6YRuMIuHGIlOMgQ6y5/WgTrnWUwDAZRJEOzqAQH
yE7O+UzMdkQ+MBAM0LkPmCZnfKDMNN/YQBKmAfvRaB96AJjYJxrvlA5AE9U8yIGyPqJ2GyAs
Tx1KFc1RLfBSB0hFwwKAYdAhPgEWDdOqG+uiGsYUz+pO7ssOyINXTtn4JySHyocRp/MnY2hi
dECJ3mV6QRs6e1X/APKZmLqJL/FOclTJyhxD5dAhy+myLhyZ/wDZE40ZGcJi41K9LjYpxM6r
jjV1qXymYpgY1CwQgwfohY52KEsLJgJ06rDpySwy4TzJWHfRYICJAh9kTYOQjLahl6Q75OEI
8TqmEFDIOrIgDxCYaboF48MIk/KcOvSSDoSiwBtqP5UwgWlk058UxcfrRszVHvX37psnQnCc
/NjorMMZZSI3Q8fNMQx+9OyZyLfS6MyUx11wuQDPDIvXSVALrONF/9k=</binary>
 <binary id="i_088.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RpQRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MTI6NDgAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfqgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAZFgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO2ulxkRMobjpu7jy1UrXltmkHxK
Bbc1jdzi1oGkkgD5bi1qSkz7C5s/chzYTIaSeIA/1aq7BlZAJqc2qru9p3E/9d+h/wBtIzcH
GrYX3F1jOS6ydkDv+k2sSUyssYGt9zJJ+i39If8AwAPa3/OUDaxgdY9xrqYNzyWjQcfm+o/d
r7WKzSMd1YdTsfWeNm0t8NNm5vtXP/WPD67Y3JyK8g/ZKwH00VucGMDYl19TNjn7G/pH2fpU
lOxg5+NmXelTXa21oL9tvs3MB2+r+7/ZUet5eZR05t3TRWfUtbXbks/SimuH+ta0Nd73t2+n
Xs/PXG9Nwf2ll1Ydl19rbnmu7KL2kENHrvNDfVsd6fpt/nXN/wCD/nF3x6bgnpn7LbU1uG1g
Y2s6gBvv3TLfd+d6m9JTy2D1X9m9Sx2nqNz8G1jjk/a4eCQPY+mmne6qx7tuzZ/OLqsDMpza
2ZOLk15WOXFm6oDbuHLe217fzmrjMDEwLbMvCtfV1JlLxS3Lc4llVH0m2VM9rrbbHev/AEf1
H+pX/g8b9K/Q+prcam3OxsNj21Mewuc8nlrnt/Sc7rnVu+k1v5np/o0lPW2FxrcG6OgwfP8A
BVGY1jGNc7IJkDWIB083OVlxDq3EatLTxrpCxOqX49OZTW7HyL7H0tLfTufWwM8/SDnvc1JT
qEXnVlrX+I0/Io7bZBtpaR3c0w6ZVLolu83hlD6DW8NNVtj7DG0P3B9zQ73b1qb7gY9MfHck
p//Q7W6sEkREnUqpfTW5oZaxtrTENcA4Ej6PtIV572gl0xrJJ4HdYud1Jt7nNx37MRm023Al
j7w5/ourwXR7KmO3etl/9Zp/0qSnT6a2mqu5tJBaLZIBG1hLW7q2tYNrNrv8H++uO6wM6nr2
c7GDyGPc8kEuJYdp/Pn9Ezft9Otdd0vZTg0g7WNFdY2gRDpe3dtb+/u/z1K3CxrMgX2tBsaZ
Y54B2mNpcz1N3p/R93tSUg6Q12P0nHNzNlkOfYwc77HOsdA/tqt1qv8AaeE/Hqv2PBiGD1Gu
JG4VZNLXNtr3fm2Me+lZ7upZnWuouxOnk/YaWlt9zz6bSCPb7mD22Xvb7Nn82xEa+zp+VZjV
ltjQYLSNrIgO9jBZT9CdvqJKYfVLpt/TbLn3bXucGht+1zQGFw9TH9+136Td6u5jEf62Z94f
jdOpcQ239LkNby9oO2qv/i/bZY9n56t05YtuqaWitzXB7mggwG6fnPf/ANFU+s0Pu+tHTm0h
pvbS6wmyQz9G6yyv1Cze781ySnk8lluDaDjvdJaRO3adv5zXt/dXSfV+3D6b0857n7bshjS4
D6AaP0W1u4/zlt++6/8Al/QWf1yt+S4XMhz6HD7VjAta47wP0ldjP0fre71Pf9NVMxkYWPTQ
7a++8MLJlrBuO3v73Oj1Xfy0lPcdF6hXkW34okhjRYwuG2QTss9v5vvWV9aOv4mBZVj1ON+Z
WwMtxmkhjAHNs/WXs+jbtHtqb+kTfU+l1V14ZvYKcYMaTBJL3ve23v8AR27/AHLGyfqc+ms3
3dUqdvk/RcbHWEzDpPu3P/nElL9J+uN2G7Zk4lduNYZcKp9QGAA5vrPNb/o/R/RLt8V+Jk1V
X0PrdXa0WVubIkO935xXkuRVZjWmuyA4HWDI/wCivUfqzVfi/V/p1WRLbRSHEEGQHudYxrv5
TWv96Sn/0eszW15FpoyWTjCxrCwu2i1zgXBjv3qmO/wbffYsyPtAxrMqza1+L6brzG1pZaH1
7m+36W3YtDqsNpDnGdtrTWOZt19Bv+eiNoy2ScdlYrc51gNgc9x9T3u3S+vZ7nJKR4tlL2Ox
2X05AqYG7qnkuhpDg67T2u/qIeVnuvynYFAFm5pbY8a/SaXkN91bW7GfTs32e/8AR+mrQpyC
x1d4rG8FrTUzZEtd9L3v/OWBh31YPU7LrqnnJFZrfUCGyB9GysODvU9rUlMMFmd0XIs9Goux
nkG5jAYloO7cxu91djf9K39C/wD4JS6l1OjM6pQcJ/q1ikG4NZueXAl1dXpOd9Otnvt9/wBD
9HWr7LbcrKZbX+iN1g2gakNnVyXVOj4WVmWZnoNa9jg11lfscWw3+c2fS3e73/TSU1ci70qn
WPO1oYXbW+2ABu3bG22JrLX5X1zYWGWOxm2Vx/on0+H5u+y9P1Su29hx23BldoDTDIJLva2s
zv8Abt+mqmBlh3VH5D/0L8LpppyHnXbbTuqDnOH0m/zT2pKcTIv/AFvIyarGscy1/edN20Bz
fzvar/Tqbuo3U2PrPpVj1Ka2677iXM7+7ZS3e9XcV2FfWPVNVntbbXY5rdxb+/7xu+g7/wAC
Wl0TMqyy+1lbvTpcGMeHbC7Qud7W/wCB/dSU2+mUV9JrsuyLWloaG2SIgzuZWz/Sud/IVPqr
cOyotf6DXFr3OstL63sa4hrXPtxfU2Ms3e652L/xiB9Y8xmNnUMrYWBjPVIaZ/S2fRf7pa6x
tbPYsbJ6lmZON6D3EtJcTa0wC13t1Zt/P+h7rElNMWU15D8fFcxz4IqsHtaHRFVu+za+vd+Z
c/8Am/5xdT9Uup41OKcKms+nW91hcXEvcbHa2e72en9D6K4zZY57asSqHuMae+XfyWs9y1qP
V6O0W5tdtFhA9EGA93/kXP8AzklP/9LsHvrh1Nu+2CJc0BokGW+6W+9v8hRqNW71PRyC4TBc
4uP7v82Xbv8AoK2RaHHU89gFE2gaGyT5kBJTVf1CsAbabT3MiNO4O6FWuvZkFptwmuLeDZtL
vk7cpWXNNrwH17QSZc8R90PchW5OFRYxmRm11PeARLtNeN5az2N/lPSUnZk2Ue6nGY0mBIdM
D4bdqJXa5/qucPc4gwO503ITLMOze1uSLQww702kxI7mfdu/kqBextm5ria9n0nDb9FzfH+s
kpq1AZGTW+yRtd69QEQ4A7LWOn9x3pfR/kKjm9NGJ0DqZrG7Ie202WGdxYHhzWf2GbVoVNYz
G9bfufiveNsSfpGtzXcN/mnMRaji5FWY26x2yxjpa0a7S0s/74kpyPqaKb8vPc5gMV0VtDgC
Qwtcxzf5PuYj/VDbXhZDbTDKrCHO8NjBv/zVV+pnsyM5z3FrSykB1YBBcDY7+z7Vp9WtowOm
5DcVgrOXY5rWce553W2u/rf+jElOJ1+x+YTmOeWVhpc2sQDLSPS3O/O2tCyLHBgdj2kstDi2
yt+ha5v+Ce1avTsMZ+ZTg8U47vXy7PpQA7ft/wCuv/RNZ/5BaP15xMR5xeoCsNvttNVpiN4L
TYz/ADUlOF9X6mWdTrstu/Q1E2uBDjJYN9bXel7tvqfSV/r/AFb9o9Qx8Vsvxw8MuJdLHOft
91dm3d+g/nfU2/zn6NN0zGrb0vMz7GgB23GxiDDdz/ddp/JqVWvFx8a030w3YJDJOzd2Ibu9
tiSn/9PvHZLHXGsSHiSQdoIA7xu3LEyjsvewe4biAfIrPwcZ3U+pWC+LhhsF9eONtTH2F0M9
d1YbZ7YW2en5r3F9noB7tTIc4SeTsP8A5JJTgdSybsXCuyKzNtcbXObLGy5rPc36O33blLpG
JkX23O6o572WS3HwR7Ppzvsu2H6df+BW1kYOVXRaPXrNTxsfSMdjvUa8+k6p8/4N29ZLrWdP
Y3CyXZDaK621U4VINjLWv/Qfz/8AScu3T0KqvUp9Gz9JZ/pElMcTHdhdefSzdfi5FbaGtDxY
arqw679Jt+hT6H/XPUvqW6cNljPeNpLSwgjTa76QXLZmY3FOGG47+nsYy5rKafSAE/z1x+zu
f+lY1lfut/wn563ei5eRm02DNJd+k20u0FmyN0X+n7PUb9H2JKYPxH4vTn47z6j2NcQ895dO
7876W5V63Vsr6q4n9M2ksYD2LGvZ2+Cu9Syq2mvGsEy8aDSe7d3+Yq3TMRue7JscHNpvLg49
4l3tbP8AX2/9bSU1fqdVjfZMxz4gZIDXEgaCuv2/2U/1lLLs6rHpiGUmxuw7t9jya9sfS/Rs
YrTPq7X0rCsGFa+0l/qW+oANC0VbmbP9HtVLLw8l7a8tsOsoMuaJl1Zgu1P5zI3pKW+qFDcL
ByrMu1uPkW2j1hY4Ataxv6Jrn7vzt9lqf65s9QYQDi41vebQCDDXN9rtv8rZ7EbEpxX5bRcQ
a8tvp7pIa4gD0935nvrb6PvTNycbJ+tWdh5LGGqvbtAlrg7GY023MsafpM2e6r8+tJTmZk43
Tun9P1Z7XZV5BIIfbpVr+82lZ7rG+owxusB0eQAY/d9m1a3UMe/LcMuwWBl4O17K3WM5d7bb
Kd7qXbf+DVV3TstrW3Cn2x7S5zahB/47Y/ckp//U0OmZORidTbkfZbHVbHU3OGuk7ht3N9P2
O/Sfzy6RnUcV72VTsst+gx5aHEeLW79zmu/krKu6Jl5Rs9T7NRv+i+tkuGv0j6u7c9zf3aqk
9X1apxMurqb8izJyaJ0LGsrJLfSreK2e5voN/m/ekpvdXdPTMtrXFlja9zTqDLS13t/e3Que
u9bPFONQ0uymbhU9jtpkN9S33nd7vSb7/wCx/hFf6vlOfiODnOaAQdRpJO2Wn85jW73LPY4s
z6g0gOY2x0N84r/6bnJKc4Y9TbfUvebL6GlpNxDC0TOws+lu3D/Cb3rZ6X1SnEocBo5hILSZ
77vbP76uuzLcjFfi37bq7BsLn6lvz/wnu/fWRh9Ea6mqm9oD222iwtLgTTu31tY4j81qSnM6
v1DIfda5zi3bD2cO+lOzaf3nu/PXX9Kc7GwqxY4udjUM9ZnjZb+kc50/yfauR6riPzuuZFVT
W10NcyoGYEVNAcypn9rbuXQ1We4u3bmPLGmCZ0Fbfd/1SSnoLHMfS5x+g5hB0kwVyf1ho9Fr
cfKyLwx5AFGK3+c/ddbdH6H3f+qvUWxkdVtxsjGxqWscwuay/fJPvd+Y5pG3Yw73+1X9okAm
XN/O44SU8azDzG1tyM0usxcdgdkOeHVsfeR7W1Nfte5v83vexn6fIV7p9dBx78guaOp5jP0+
Q925mx4Za7HbHuxn+xvret78j/S2Lfya6bKLGZDPWr2lzqzru2/pG7fzt+5vsXMtybLsSg2M
FbzWC4loJifYxtn856fptZ+ckp1em+l1HCZa5zqAHvrfiG6G1uZ7djHVD3+33/8ACKlV0qh1
r7X3WZRDiweof3T9LYNrG/yVnV3Px2ZF1dr63D3P2wJLSIf3/MW3Vaz0G7Wlu73xrwTuE/vJ
Kf/V717YcUzwxzCx+jXCD80ewCf9YQ9qSnlet499Rrpe7fVdaz07XwDrLLNvtb+k9yr3U41D
czKyHFtXptAg+8bHfRo/dtfa7fX/AMIt7qOZ02yp+La/1nO4bWw2EOH0XS32/wDSWZl4WL1T
pxa2a3alj/8AhG6N3z9JuqSmGJbZZWz1DvD/AKFoBhw82x7XOV8GyvG31MkMBf4y0u1aP67V
yX1ez82nqI6SJNd7y21m721vZO7JZ/Ya7d+ZYur6o2hlWPa6WuFjSwNOklzWsY6v/CbPpsSU
5+FY2zGoe6AbQLHToS6z3u/6TlIsFAsNjoq2h3qt5a4DZ7Z/suQ7bLW3huPXWK2yKw98EH83
2bfbt/rIN1WVkPrHULmWY7CHnEp9rHFuv6exo9W5v/BtSUwszLH45yQ4nKe9rgRA2l1myqtj
f5O9dYNXOEyA4if6vtd/0lxVtmRZk3dRpbtrpyzZtiGQwhuxse1rWu+gup6FlW5GPa293qOq
d7X6TtcC73bR+8kpt5V3oY9lv57WkMjU7nfo6gP5XqvYsDrdX2fqHogQw1V+npoQ1v2d/wDm
ur9y33htmVVXGlc3u/sfoqf/AAax7v8ArSyvrV9nbjVXufFuO+CAJllo2bXf221vSU85YLC7
IrZ9GxrJc7j6QqsbOnv929btljIniNBzwNO6xse0WWOx7CGstY9nqu0c1wBvq2fyvWoatjIe
TiseIl4EDvJCSn//1u5szHuMhu0fyyex/kNUW5zGuAuLGT9GSQXRzsY/3PXM2HErLnvtv9Am
G2MM7dxhoyWx6jOdvrf9ubEfplmEM5tVO51tlm9pf7jZDX7ttnuc3a1n6Td+j2JKW6h0brFd
pfTdVb082N21sca7Qxx9rZa33Nr3f4Oz31qPS2N9FuLaR6WZvOgeXuY536SxtbNz6Katz92b
d6a6ZtLfQbSZADGtkHUQNvtcs9+EabmV2VVvxGVgNsduLnWDdtZk1NLWupqqZ+h9X1P0ySnA
6F0CjC6g6+ux9jHNsYx72hsM3bC7cxzmve/b+arWRlPz8l9bPfWyBTW3/SOHt92v+Bdus2/6
b/g1Z6hblS5lTycm1np11Y7PUcdzfY8tYBVi1MYf56239HUrvR8HE6djsrD/AFMnb+mtII95
91u3T9FW9/u9384kpxXdPz2Ag41k9iGzoPh8fzlG3D6rYAKcaxxAjX2ie66/aI81GNfMcJKe
f6Fg13dNvqfrTdbbur7RYBub/wBJysvsr6X0uvHxWzc+1uPWIkuedrXWO/f/AEatu6cTc81O
9ClzTHpmHCxxHqP9Pb6X0W/T3/8AW0S+nGx8dtz+MLdkMe4yQ5rXe537/wBJJTRHUm0X5Jc1
rzW5tTrON3pj3hrW/Rb6r7H/ANtYnX8huR07IO6XPIInxlTNdpwq7nAg3F1hA7Bxc7a7+Vs9
NZnVmn9nuceGOrcR2+kkpB05nrZAMfTtrsAcdQRDXLWtvFWBRa5pIaW7Q3mZ29/5KwMG2w5N
YbOriCG86/8ARd79qtZ+dY6huOGtdtsPplsgzuNZDz/IhJT/AP/X6PPNZZbY1zC1oJ3AtOrT
uOoKJ0tuO/LL6tpcxrjuaIEP9vtdG130fzUXMwXbbIoIc8EEtrDpJ/qfnK1hUWs99g27mj2m
ND5tb7eySmw4lok+4khrW9yT2/78o3YlF2w3sFjqzuaTIg/2fzP5DlMMl/qHXTbWPAGNzv69
n/UKSSnD6xdb099VONjvsZmyymvFBDvVrE/pXN/wWzZ71Sx8L61ZrgcoNwKXAB7XOBc6P9LT
Vvst/q2X7F0bAH5ll+sVN+zsHaZ9TII/tenV/wBaRCG8wkpYTEuM6akaT8EMWwSBVY48ugAi
TrySpv1G0HV2nyUzBCSkLrCP8DYTzoG/+TWd157341WFVLrM2wVw2J2t/SWc/wBhWr+pY1WW
zDdv9e12yuGgtLtotLd0+3Y1zNyAGC7rm/RzMGn02nX+cs/nHf5vsSUvdhGzCFDGvY9g9m5o
gn+VtLva9cx1DDyK8e3GvqfWHsIlzdP7Lvo/5q7dc99bci1oxsWhhuut3llYBgOG39K7832s
37NySni+lOeMzDke512xw4Ew5p9v725rUed+VmVg+wXks8pO1/8A0lXZi5oubhGl7r32eq1k
bbGlo3Pc5se1jJ32P/wa0r9lfUMqwQSXDfERucxpOwfu72JKf//Q9FsHM+KHAcC06jghEf3j
7whiAIHCSmWvxTEkcGHTAPmnaXRH3FRBcTJ47CISUtVVXVWK627WNnT4nc5x/lOc5SThRsJD
SWiTGnxSUxj3EnskXQJOgGp+STQA0AGT3PmoZFfq49tYsNJe0g2CCWg/ScN3tSU5dVnodR+0
5Ne2ttL7anRO9z5yL9zv8GxjGMq/cVnplDqsGt9pm/IItucdSXP98f2ZU+phpwHtG0MDRJJ0
2At+j/0VYeADU1p9g4PaA32JKXBA+R1C5y/IyK8uxlwNtnq+k17B7rHvLnVVVVRv211N/nP5
uldJGiifS9QfR9XaY43bJ1j8700lNHpPTPsgtvtDTnZLpusbrtaNKMWt/wDo6W/ufzlu+xcX
bWTmZxDPeLGVwBJBAh3+avRI0/IuO6pVQOp5fpPB3X7nbYJB9rtvtSU//9n/7SJgUGhvdG9z
aG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAA
AAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAElu
dGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQA
AAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARG
BDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAM
YnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnBy
aW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NN
Ym9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJv
b2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdC
QwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBn
UHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3Ag
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblBy
aW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRs
b25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAA
AAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+A
AAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAA
AQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAAB
AC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAAB
OEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////
/////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////
////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAA
AAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklN
BB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfoAAAALBBEENQQ3
ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+gAA
AtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwA
AAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAA
AExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH6AAAABnNsaWNl
c1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAA
B2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRv
R2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNP
YmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAA
AAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+gAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51
bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAO
Y2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWdu
ZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAA
D0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xp
Y2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRz
ZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcA
AAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAA
GTIAAAABAAAAcAAAAJ8AAAFQAADQsAAAGRYAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9i
ZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/
3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAA
AAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFC
IyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSF
tJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUB
AAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kST
VKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5en
t8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO2ulxkRMobjpu7jy1UrXltmkHxKBbc1jdzi1oGkkgD5bi1qSkz7
C5s/chzYTIaSeIA/1aq7BlZAJqc2qru9p3E/9d+h/wBtIzcHGrYX3F1jOS6ydkDv+k2sSUys
sYGt9zJJ+i39If8AwAPa3/OUDaxgdY9xrqYNzyWjQcfm+o/dr7WKzSMd1YdTsfWeNm0t8NNm
5vtXP/WPD67Y3JyK8g/ZKwH00VucGMDYl19TNjn7G/pH2fpUlOxg5+NmXelTXa21oL9tvs3M
B2+r+7/ZUet5eZR05t3TRWfUtbXbks/SimuH+ta0Nd73t2+nXs/PXG9Nwf2ll1Ydl19rbnmu
7KL2kENHrvNDfVsd6fpt/nXN/wCD/nF3x6bgnpn7LbU1uG1gY2s6gBvv3TLfd+d6m9JTy2D1
X9m9Sx2nqNz8G1jjk/a4eCQPY+mmne6qx7tuzZ/OLqsDMpza2ZOLk15WOXFm6oDbuHLe217f
zmrjMDEwLbMvCtfV1JlLxS3Lc4llVH0m2VM9rrbbHev/AEf1H+pX/g8b9K/Q+prcam3OxsNj
21Mewuc8nlrnt/Sc7rnVu+k1v5np/o0lPW2FxrcG6OgwfP8ABVGY1jGNc7IJkDWIB083OVlx
Dq3EatLTxrpCxOqX49OZTW7HyL7H0tLfTufWwM8/SDnvc1JTqEXnVlrX+I0/Io7bZBtpaR3c
0w6ZVLolu83hlD6DW8NNVtj7DG0P3B9zQ73b1qb7gY9MfHckp//Q7W6sEkREnUqpfTW5oZax
trTENcA4Ej6PtIV572gl0xrJJ4HdYud1Jt7nNx37MRm023Alj7w5/ourwXR7KmO3etl/9Zp/
0qSnT6a2mqu5tJBaLZIBG1hLW7q2tYNrNrv8H++uO6wM6nr2c7GDyGPc8kEuJYdp/Pn9Ezft
9Otdd0vZTg0g7WNFdY2gRDpe3dtb+/u/z1K3CxrMgX2tBsaZY54B2mNpcz1N3p/R93tSUg6Q
12P0nHNzNlkOfYwc77HOsdA/tqt1qv8AaeE/Hqv2PBiGD1GuJG4VZNLXNtr3fm2Me+lZ7upZ
nWuouxOnk/YaWlt9zz6bSCPb7mD22Xvb7Nn82xEa+zp+VZjVltjQYLSNrIgO9jBZT9CdvqJK
YfVLpt/TbLn3bXucGht+1zQGFw9TH9+136Td6u5jEf62Z94fjdOpcQ239LkNby9oO2qv/i/b
ZY9n56t05YtuqaWitzXB7mggwG6fnPf/ANFU+s0Pu+tHTm0hpvbS6wmyQz9G6yyv1Cze781y
Snk8lluDaDjvdJaRO3adv5zXt/dXSfV+3D6b0857n7bshjS4D6AaP0W1u4/zlt++6/8Al/QW
f1yt+S4XMhz6HD7VjAta47wP0ldjP0fre71Pf9NVMxkYWPTQ7a++8MLJlrBuO3v73Oj1Xfy0
lPcdF6hXkW34okhjRYwuG2QTss9v5vvWV9aOv4mBZVj1ON+ZWwMtxmkhjAHNs/WXs+jbtHtq
b+kTfU+l1V14ZvYKcYMaTBJL3ve23v8AR27/AHLGyfqc+ms33dUqdvk/RcbHWEzDpPu3P/nE
lL9J+uN2G7Zk4lduNYZcKp9QGAA5vrPNb/o/R/RLt8V+Jk1VX0PrdXa0WVubIkO935xXkuRV
ZjWmuyA4HWDI/wCivUfqzVfi/V/p1WRLbRSHEEGQHudYxrv5TWv96Sn/0eszW15FpoyWTjCx
rCwu2i1zgXBjv3qmO/wbffYsyPtAxrMqza1+L6brzG1pZaH17m+36W3YtDqsNpDnGdtrTWOZ
t19Bv+eiNoy2ScdlYrc51gNgc9x9T3u3S+vZ7nJKR4tlL2Ox2X05AqYG7qnkuhpDg67T2u/q
IeVnuvynYFAFm5pbY8a/SaXkN91bW7GfTs32e/8AR+mrQpyCx1d4rG8FrTUzZEtd9L3v/OWB
h31YPU7LrqnnJFZrfUCGyB9GysODvU9rUlMMFmd0XIs9GouxnkG5jAYloO7cxu91djf9K39C
/wD4JS6l1OjM6pQcJ/q1ikG4NZueXAl1dXpOd9Otnvt9/wBD9HWr7LbcrKZbX+iN1g2gakNn
VyXVOj4WVmWZnoNa9jg11lfscWw3+c2fS3e73/TSU1ci70qnWPO1oYXbW+2ABu3bG22JrLX5
X1zYWGWOxm2Vx/on0+H5u+y9P1Su29hx23BldoDTDIJLva2szv8Abt+mqmBlh3VH5D/0L8Lp
ppyHnXbbTuqDnOH0m/zT2pKcTIv/AFvIyarGscy1/edN20Bzfzvar/Tqbuo3U2PrPpVj1Ka2
677iXM7+7ZS3e9XcV2FfWPVNVntbbXY5rdxb+/7xu+g7/wACWl0TMqyy+1lbvTpcGMeHbC7Q
ud7W/wCB/dSU2+mUV9JrsuyLWloaG2SIgzuZWz/Sud/IVPqrcOyotf6DXFr3OstL63sa4hrX
PtxfU2Ms3e652L/xiB9Y8xmNnUMrYWBjPVIaZ/S2fRf7pa6xtbPYsbJ6lmZON6D3EtJcTa0w
C13t1Zt/P+h7rElNMWU15D8fFcxz4IqsHtaHRFVu+za+vd+Zc/8Am/5xdT9Uup41OKcKms+n
W91hcXEvcbHa2e72en9D6K4zZY57asSqHuMae+XfyWs9y1qPV6O0W5tdtFhA9EGA93/kXP8A
zklP/9LsHvrh1Nu+2CJc0BokGW+6W+9v8hRqNW71PRyC4TBc4uP7v82Xbv8AoK2RaHHU89gF
E2gaGyT5kBJTVf1CsAbabT3MiNO4O6FWuvZkFptwmuLeDZtLvk7cpWXNNrwH17QSZc8R90Pc
hW5OFRYxmRm11PeARLtNeN5az2N/lPSUnZk2Ue6nGY0mBIdMD4bdqJXa5/qucPc4gwO503IT
LMOze1uSLQww702kxI7mfdu/kqBextm5ria9n0nDb9FzfH+skpq1AZGTW+yRtd69QEQ4A7LW
On9x3pfR/kKjm9NGJ0DqZrG7Ie202WGdxYHhzWf2GbVoVNYzG9bfufiveNsSfpGtzXcN/mnM
Raji5FWY26x2yxjpa0a7S0s/74kpyPqaKb8vPc5gMV0VtDgCQwtcxzf5PuYj/VDbXhZDbTDK
rCHO8NjBv/zVV+pnsyM5z3FrSykB1YBBcDY7+z7Vp9WtowOm5DcVgrOXY5rWce553W2u/rf+
jElOJ1+x+YTmOeWVhpc2sQDLSPS3O/O2tCyLHBgdj2kstDi2yt+ha5v+Ce1avTsMZ+ZTg8U4
7vXy7PpQA7ft/wCuv/RNZ/5BaP15xMR5xeoCsNvttNVpiN4LTYz/ADUlOF9X6mWdTrstu/Q1
E2uBDjJYN9bXel7tvqfSV/r/AFb9o9Qx8Vsvxw8MuJdLHOft91dm3d+g/nfU2/zn6NN0zGrb
0vMz7GgB23GxiDDdz/ddp/JqVWvFx8a030w3YJDJOzd2Ibu9tiSn/9PvHZLHXGsSHiSQdoIA
7xu3LEyjsvewe4biAfIrPwcZ3U+pWC+LhhsF9eONtTH2F0M9d1YbZ7YW2en5r3F9noB7tTIc
4SeTsP8A5JJTgdSybsXCuyKzNtcbXObLGy5rPc36O33blLpGJkX23O6o572WS3HwR7Ppzvsu
2H6df+BW1kYOVXRaPXrNTxsfSMdjvUa8+k6p8/4N29ZLrWdPY3CyXZDaK621U4VINjLWv/Qf
z/8AScu3T0KqvUp9Gz9JZ/pElMcTHdhdefSzdfi5FbaGtDxYarqw679Jt+hT6H/XPUvqW6cN
ljPeNpLSwgjTa76QXLZmY3FOGG47+nsYy5rKafSAE/z1x+zuf+lY1lfut/wn563ei5eRm02D
NJd+k20u0FmyN0X+n7PUb9H2JKYPxH4vTn47z6j2NcQ895dO7876W5V63Vsr6q4n9M2ksYD2
LGvZ2+Cu9Syq2mvGsEy8aDSe7d3+Yq3TMRue7JscHNpvLg494l3tbP8AX2/9bSU1fqdVjfZM
xz4gZIDXEgaCuv2/2U/1lLLs6rHpiGUmxuw7t9jya9sfS/RsYrTPq7X0rCsGFa+0l/qW+oAN
C0VbmbP9HtVLLw8l7a8tsOsoMuaJl1Zgu1P5zI3pKW+qFDcLByrMu1uPkW2j1hY4Ataxv6Jr
n7vzt9lqf65s9QYQDi41vebQCDDXN9rtv8rZ7EbEpxX5bRcQa8tvp7pIa4gD0935nvrb6PvT
NycbJ+tWdh5LGGqvbtAlrg7GY023MsafpM2e6r8+tJTmZk43Tun9P1Z7XZV5BIIfbpVr+82l
Z7rG+owxusB0eQAY/d9m1a3UMe/LcMuwWBl4O17K3WM5d7bbKd7qXbf+DVV3TstrW3Cn2x7S
5zahB/47Y/ckp//U0OmZORidTbkfZbHVbHU3OGuk7ht3N9P2O/Sfzy6RnUcV72VTsst+gx5a
HEeLW79zmu/krKu6Jl5Rs9T7NRv+i+tkuGv0j6u7c9zf3aqk9X1apxMurqb8izJyaJ0LGsrJ
LfSreK2e5voN/m/ekpvdXdPTMtrXFlja9zTqDLS13t/e3Queu9bPFONQ0uymbhU9jtpkN9S3
3nd7vSb7/wCx/hFf6vlOfiODnOaAQdRpJO2Wn85jW73LPY4sz6g0gOY2x0N84r/6bnJKc4Y9
TbfUvebL6GlpNxDC0TOws+lu3D/Cb3rZ6X1SnEocBo5hILSZ77vbP76uuzLcjFfi37bq7BsL
n6lvz/wnu/fWRh9Ea6mqm9oD222iwtLgTTu31tY4j81qSnM6v1DIfda5zi3bD2cO+lOzaf3n
u/PXX9Kc7GwqxY4udjUM9ZnjZb+kc50/yfauR6riPzuuZFVTW10NcyoGYEVNAcypn9rbuXQ1
We4u3bmPLGmCZ0Fbfd/1SSnoLHMfS5x+g5hB0kwVyf1ho9FrcfKyLwx5AFGK3+c/ddbdH6H3
f+qvUWxkdVtxsjGxqWscwuay/fJPvd+Y5pG3Yw73+1X9okAmXN/O44SU8azDzG1tyM0usxcd
gdkOeHVsfeR7W1Nfte5v83vexn6fIV7p9dBx78guaOp5jP0+Q925mx4Za7HbHuxn+xvret78
j/S2Lfya6bKLGZDPWr2lzqzru2/pG7fzt+5vsXMtybLsSg2MFbzWC4loJifYxtn856fptZ+c
kp1em+l1HCZa5zqAHvrfiG6G1uZ7djHVD3+33/8ACKlV0qh1r7X3WZRDiweof3T9LYNrG/yV
nV3Px2ZF1dr63D3P2wJLSIf3/MW3Vaz0G7Wlu73xrwTuE/vJKf/V717YcUzwxzCx+jXCD80e
wCf9YQ9qSnlet499Rrpe7fVdaz07XwDrLLNvtb+k9yr3U41DczKyHFtXptAg+8bHfRo/dtfa
7fX/AMIt7qOZ02yp+La/1nO4bWw2EOH0XS32/wDSWZl4WL1Tpxa2a3alj/8AhG6N3z9JuqSm
GJbZZWz1DvD/AKFoBhw82x7XOV8GyvG31MkMBf4y0u1aP67VyX1ez82nqI6SJNd7y21m721v
ZO7JZ/Ya7d+ZYur6o2hlWPa6WuFjSwNOklzWsY6v/CbPpsSU5+FY2zGoe6AbQLHToS6z3u/6
TlIsFAsNjoq2h3qt5a4DZ7Z/suQ7bLW3huPXWK2yKw98EH832bfbt/rIN1WVkPrHULmWY7CH
nEp9rHFuv6exo9W5v/BtSUwszLH45yQ4nKe9rgRA2l1myqtjf5O9dYNXOEyA4if6vtd/0lxV
tmRZk3dRpbtrpyzZtiGQwhuxse1rWu+gup6FlW5GPa293qOqd7X6TtcC73bR+8kpt5V3oY9l
v57WkMjU7nfo6gP5XqvYsDrdX2fqHogQw1V+npoQ1v2d/wDmur9y33htmVVXGlc3u/sfoqf/
AAax7v8ArSyvrV9nbjVXufFuO+CAJllo2bXf221vSU85YLC7IrZ9GxrJc7j6QqsbOnv929bt
ljIniNBzwNO6xse0WWOx7CGstY9nqu0c1wBvq2fyvWoatjIeTiseIl4EDvJCSn//1u5szHuM
hu0fyyex/kNUW5zGuAuLGT9GSQXRzsY/3PXM2HErLnvtv9AmG2MM7dxhoyWx6jOdvrf9ubEf
plmEM5tVO51tlm9pf7jZDX7ttnuc3a1n6Td+j2JKW6h0brFdpfTdVb082N21sca7Qxx9rZa3
3Nr3f4Oz31qPS2N9FuLaR6WZvOgeXuY536SxtbNz6Katz92bd6a6ZtLfQbSZADGtkHUQNvtc
s9+EabmV2VVvxGVgNsduLnWDdtZk1NLWupqqZ+h9X1P0ySnA6F0CjC6g6+ux9jHNsYx72hsM
3bC7cxzmve/b+arWRlPz8l9bPfWyBTW3/SOHt92v+Bdus2/6b/g1Z6hblS5lTycm1np11Y7P
UcdzfY8tYBVi1MYf56239HUrvR8HE6djsrD/AFMnb+mtII9591u3T9FW9/u9384kpxXdPz2A
g41k9iGzoPh8fzlG3D6rYAKcaxxAjX2ie66/aI81GNfMcJKef6Fg13dNvqfrTdbbur7RYBub
/wBJysvsr6X0uvHxWzc+1uPWIkuedrXWO/f/AEatu6cTc81O9ClzTHpmHCxxHqP9Pb6X0W/T
3/8AW0S+nGx8dtz+MLdkMe4yQ5rXe537/wBJJTRHUm0X5Jc1rzW5tTrON3pj3hrW/Rb6r7H/
ANtYnX8huR07IO6XPIInxlTNdpwq7nAg3F1hA7Bxc7a7+Vs9NZnVmn9nuceGOrcR2+kkpB05
nrZAMfTtrsAcdQRDXLWtvFWBRa5pIaW7Q3mZ29/5KwMG2w5NYbOriCG86/8ARd79qtZ+dY6h
uOGtdtsPplsgzuNZDz/IhJT/AP/X6PPNZZbY1zC1oJ3AtOrTuOoKJ0tuO/LL6tpcxrjuaIEP
9vtdG130fzUXMwXbbIoIc8EEtrDpJ/qfnK1hUWs99g27mj2mND5tb7eySmw4lok+4khrW9yT
2/78o3YlF2w3sFjqzuaTIg/2fzP5DlMMl/qHXTbWPAGNzv69n/UKSSnD6xdb099VONjvsZmy
ymvFBDvVrE/pXN/wWzZ71Sx8L61ZrgcoNwKXAB7XOBc6P9LTVvst/q2X7F0bAH5ll+sVN+zs
HaZ9TII/tenV/wBaRCG8wkpYTEuM6akaT8EMWwSBVY48ugAiTrySpv1G0HV2nyUzBCSkLrCP
8DYTzoG/+TWd157341WFVLrM2wVw2J2t/SWc/wBhWr+pY1WWzDdv9e12yuGgtLtotLd0+3Y1
zNyAGC7rm/RzMGn02nX+cs/nHf5vsSUvdhGzCFDGvY9g9m5ogn+VtLva9cx1DDyK8e3GvqfW
HsIlzdP7Lvo/5q7dc99bci1oxsWhhuut3llYBgOG39K7832s37NySni+lOeMzDke512xw4Ew
5p9v725rUed+VmVg+wXks8pO1/8A0lXZi5oubhGl7r32eq1kbbGlo3Pc5se1jJ32P/wa0r9l
fUMqwQSXDfERucxpOwfu72JKf//Q9FsHM+KHAcC06jghEf3j7whiAIHCSmWvxTEkcGHTAPmn
aXRH3FRBcTJ47CISUtVVXVWK627WNnT4nc5x/lOc5SThRsJDSWiTGnxSUxj3EnskXQJOgGp+
STQA0AGT3PmoZFfq49tYsNJe0g2CCWg/ScN3tSU5dVnodR+05Ne2ttL7anRO9z5yL9zv8Gxj
GMq/cVnplDqsGt9pm/IItucdSXP98f2ZU+phpwHtG0MDRJJ02At+j/0VYeADU1p9g4PaA32J
KXBA+R1C5y/IyK8uxlwNtnq+k17B7rHvLnVVVVRv211N/nP5uldJGiifS9QfR9XaY43bJ1j8
700lNHpPTPsgtvtDTnZLpusbrtaNKMWt/wDo6W/ufzlu+xcXbWTmZxDPeLGVwBJBAh3+avRI
0/IuO6pVQOp5fpPB3X7nbYJB9rtvtSU//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8A
YgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgA
bwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDov
L25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBN
cENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1l
dGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUv
MDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3
dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24g
cmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIg
eG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0
RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMi
IHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIg
eG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRv
clRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURh
dGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MTI6NDgrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgt
MTEtMTlUMjE6MTI6NDgrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjEy
OjQ4KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmE4MDNmOTk2LTA4MTAtYTc0
OS1hYTZhLTg3NmE1YTU4MzA5YiIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhv
dG9zaG9wOmE3NWM2NGFmLWVjMjYtMTFlOC1hYWNmLTg3YzczMGFlNTk4NCIgeG1wTU06T3Jp
Z2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjJmM2VlZmIxLTQyOTUtOTc0MC1iNTk2LTkyMDVj
MWMwNDhkNyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9
InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlz
dG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjJmM2VlZmIxLTQyOTUtOTc0MC1iNTk2LTkyMDVjMWMwNDhk
NyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMToxMjo0OCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDphODAzZjk5
Ni0wODEwLWE3NDktYWE2YS04NzZhNWE1ODMwOWIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlU
MjE6MTI6NDgrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBD
QyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1w
TU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxy
ZGY6bGk+eG1wLmRpZDpGOEVDRDQ2MkFCMTcxMUU1QTE3RUU0QjNEQzJGQjFDQzwvcmRmOmxp
PiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNj
cmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElD
Q19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1T
RlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAA
AYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAU
YlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAA
A9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgM
Z1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3
bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAA
AAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAA
AAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAA
AAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJH
QiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0
IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAA
AAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAA
AAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAA
AAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKP
AAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7
AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADB
AMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFg
AWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4
AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNP
A1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSo
BLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZI
BlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgy
CEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApq
CoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2Qzz
DQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/P
D+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMD
EyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaP
FrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3
Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+
HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNm
I5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhx
KKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3h
LhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4
M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5
OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECm
QOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fA
SAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9J
T5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dE
V5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+z
YAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iW
aOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHw
cktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vC
fCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YO
hnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDW
kT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wc
nImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfg
qFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQl
tJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDs
wWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42
zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF
3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb
6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4
+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAA
AAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwM
DAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+gMBIgACEQEDEQH/xACs
AAACAwEBAAAAAAAAAAAAAAADBAECBQAGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgIBBAICAwAC
AgIDAAABAgADEQQSECETBTEiQRQgMiMkFTMGMKBCQzQRAAEEAQMCBAQDBQYEBgIDAQEAESEC
MUFREmEDEHEiMiCBkUKhUhMwsWJyI/DBgrLCBNGSotJA4fHi8jNjg6PDFDQSAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPVCIMrS9AkVk6l4JKG5escUtWC1Ikma8X7uOpeh09xE
i4NNLEWJUi0lBTfilY86PixGT0zfhfQm1wqDHKyN9End0HLMZwxy0jN1LjfLSHlSwxUditTy
LNVIDpaCojVKTMFqzBFhyW7pKRapHdxaK1DTJgIiKjMq2DSIgSEs02y4JzWvBSsFk82jrZxt
DyzCGhmaJ6GuO2P1Jxea2OjpIUcCWnpIrMlKksL0bqKwzInZqpBljlaXGdNLlYJUrE8V6aE2
rJ3LrjvJWHAycVMfgUmsL3OAnsNA0CZK5uqZ1z0SeZBr+iz9AF5r1eEZTWUyBBqvnmBaKx6H
c8l6kLYJiYniFmVRgc5Jo9j3NGM2TVZSdJ6YO6eKW6wChRFOrxaawWpPERUBddiwIhyi5icV
tXie6xW8cTja4jyxtOh5znSnclYa9Dj+lLdEkpOceVzva+WNmqPDaOvgjPofKehGWAlLVnjg
mAFGXGNanmbHoQ5ID0lwGCdTi0igKRc4EZBlJmp3VsQO4CvK2HW0NMgZeAzkZ56YOScO95/Z
HOrxM9BwyIGfnSkH0s1o1dkZCZrxaovPhMW0Gq/5vUDZJ1Q3rPJ+mG+soPSm0WWYAHyNVYwX
GREKXoa7ixQ3L1GeX4YsscpQlCoyVBSShETBw72E9hNsmK2PNKaGIWYWsO+j8n64v3QWjlgu
DtEPHpb2cKetwNY1WVGC3VUMIYSi0aqol3UCaWQ8G9DMll5grpZDJo0tBC54MiJ88bVfP8ev
0fBaR63s9oLWLEFpcqIoynX4rW9ClSUBlrnGg9ka5WayYuJ6XPEBsuinpF2SwbgK2SCa6i74
qrpjESOkLkUZL4m35sRKHRA10FDOA4AFsZTJucEZ047Qywvx6ivSDx1sIms8RMWIiYD+w8Tu
HpJDYLcVyoy0Ii1SaWgqLsAOZlY1GV7BemBdPRoKmvJE1QK9mVDscMJoZ8GrKJg8j4HoZ2gT
570GSYO5i6ppJ2oZKzSRZlipcbaIqMb47E8emy9XIPL1vwOLlAVtUmawX1sfSPZWrYm1LA69
UmIqEArng9nObFLrOmpYdgkqGLVtx0RQX89dA7cHuAIcQEOmxF73LUkQ0+myXxtvzxl+kwPX
GCVvFHsXToZbl+NTCfRAvAcAPgdNtc4wdJsAXJnGctsZwjBKk72L640bU4vcFyKXoUzGgiey
ncRLQoq4qY1RkGRaeDVihZBxM86HTCega89rjXTJh8XPHSLug4uMIwsUf8x6PyIT1XlfRiWF
tZINpSDToMgXObQGWS0CtpvGtS3GaMrR5+noM0wubEUgjANeLnqnAmJtWQaD2WHIRUFW8AyS
AeowQy2mKk8Sh2e5jDBFNIQQ21zNLNDac83piuUexokynBkdpKFXVNvynrPJhfRef9KZeNqZ
h1TcLmDc7QT2CazoADkIWmqAxwzmQrolMhfUxAh88xXTEmbGhg7JpGyzDASjOx9jGNADSA5z
PGYLcgwndCpybeWQk5kGxr5WsDS0EStw3A5vpZPFG0EjWPkbZQLYxXMfzT0/lPVeaGvQYe0Y
2XrFMQfpVzFefKBIag/wigiCQKkXYGlYMDzjJCor8UP3BK0uE0c181S5pzSoUQFdxcvwGga7
FxaGZE9ChDs3SUEqDKaD+DY180Vy4y1NCxlxWjQQBLkFE9VATX1ljV8+wqO62ZqmMS1RmaGK
WqiP6HntoelMgbzW95waCvYh1Cg2pQpW61Aq/QVdEQO6kyMkzKHrqWqdg+gzi2grYYhXhuay
TWYBzMmPn+kSEJqcq1QpQtnCy7ahM0MJweouOwwDiLpiAYoa9W8QA/nGHHcnbMtB9I1NbK1S
162FcLYyxOREL9SxaLpBh9Um3GG3zvGNlemxTHKI56otpJExIlZiAd7yVi8HTSDrLyH5Wg1R
WwzKvD3Z9DRooQudVkGEipWlWDP0b2PNbqWqd5r0fmiwSANzZytUy8T0PnjW18bYCdZEXxNb
PE5dRONW5ICQL0YGcyvsG3K0lPNbOCPjpqHoVGgALsVFxaHCdmriAtMAqJuBWrcC3NcAsXil
7cUoeoO0ycwsUoi+gGA0maFqXFWqSW816bEMjiCN7ZxdoV876fypq62dpBMPQyBkUwAQbKIE
0cULZW4SBkGdXH1B5dPPKULwXXytU360GH4UhIpJbokgRaC814tEVLRWTpix01oFjrAiTwAw
DEKNojUWkE2mc4XcNZusE8sIoTY3MDfIyNugA9LmdjtJhjcABt4vpxjD9CM8NLQiZmC+svsH
nk34Mlhqoydap6yh6A5tBExBMUkmlggKEsdFqh4nPNC2AybUZypuwjI6NOAw+4suaC7OW8UE
RMYKpBs0XEYabIDU9BiaI0KtQybmOZ9qlKDHY0vQK3D8Pjzudp5YXqNmtL+KL2pYjqyQuYR7
itqkd1QazSBaKwTWRE1oQgi4RmmXU0F2NMx5JmGw9hegKWJwKh6iyujkGicLIuo+iGScTNYT
iR5wLS56Q5SAbmsJ4W95ssIyBG7572I5wpDUgZ5la0E6KO0avmdjECQsQ4LPFDiOevoEQzCx
S+fopC8TUkd4K3HBnpMrHGNpmjIOOythM837DAKbN63L9NgGfrjFidANJ5Q4VuNvG080y1GV
z2VwmL9WTFROIHl6+eT63z3ozrX4rW4jytC1I9Fi7xkp2oEiILDgYS45PXp3AQziqnqBXoBG
WwHmuFLsmMTO9d5Q1ir6IuwjUugbWMtnNbNi+Roha9QtKxi4T0FgxYVAURqpNpmNSRHsahkL
UFhFXQQH7BMJaiNTQUYuP5G15ouHWQGinRM2t6FJ4gIbAybyQYXaWA+hz9coARwdiEEo0LmQ
Laueeb0kCM5wxxqBDzinAMgENgKob2ji6xapBkDhc4yVgFZYD2s6ed70fGatsZIHrSWydmgi
0jokDIM1LhbBeT3/ADZ6DWxNcWzziEKuHMyzQAfWGFqrJrLNAG9zzfpCemDoniO7jomBAkAD
4WyMy0zOktL0EVwOlXBHNJhdwJUoBdI6gMqLYPTU2C5BkOreCoiyY97cXmnClF7jtBWO3fLP
kYOzjDfp/P7Bn6CGoZmf6dMyGGqkWXCNwkQLMUBeo8ntmrESd0SdWYJjuM7M18U1YVILZ+kq
KEMURctxaRmHnUSjaUpgFh8VFIzd0lTl3BWC9WSl6yZwm1BbJ2hmAXcwhymhkDWgvQoUfoyi
DmaOBW1BOdEZm53pFDCcdIBhkpkj0ACLDknFE0E7LCejkJysjgrhauYFGM4BtX0R5q2pngiz
QoMVzRJmkGFq3FV3Ey1asno63UNZRlMYaSbJ7uAdxBDM0c4Qeq8J20XTHQ0Mo1hxU04SkzNN
dQ9bKtRnMbzh3hFKWtJCxlSRyItCdhauxQ2yggLQYhUBABusIFr4+gNt5kGqkWx5lbTyx8e1
mCutR88+k2sCbS0zZDcI4OLhXFmSez6GjFJIGeoO1uI6YF8reVFWEWSqs0OTYoHazmRwSrYx
aYB3jgXavGeR6QB+44RRi47jLCpACscXoRUl1NoteslqE4DkegTHE26l73EeYAwyC0aMhBwU
4g4HSUVFF2VjcOIpPUsTE8VnoJxtfFFHAELU7igyBGbCuA0MbXGeHxJAybNC0Kz0nT3ETMCY
zoBhiKZkxcsm9nmjVtAesk4T08RFuGKFglFnPAMGIL8SAdoqHiwDQSskGqwsbBcnVJmlyZrJ
1bwVVdSBo7eETE8UXMEMZUwnt5WuVieK2pJuUIMie46YkmO4hZqhkDfQMzUztQqm7wSp8sqb
iBrLsFumA1akE0Xcs1upYt0FFwPrl7hqKMovBF5EF28bVJJ3Ez3EzWC2c9nmn5z0nnisTBK5
xA4BoA9RFsJXuK9Uhu1JQp0wR1oOpeCk3qdmalTyunIi8kkXwtHNGNbzzJvjNBJRsFbhzRvJ
0KhOuMoyE53XqCzSoDF9PGG17Km8zSwz1oOnoOreomRfSOzdIZ5sgGSteuCJVwWcR0ilGQgL
dx6WtoKdMERbivTxWL1I7uApaSAXgmFMP06R5u1aDXofJunoz1KTn6KYsyuUCMSho0VoGSaO
Z22sQe81r5IVR8BoUWObDuPsExNTq8sQ8IpWZ488vs4xSeqF0cZsHprsFqFELDtx6sd4KxMH
RPEdPHCvijCswLXNUppYusGAxnmdktKHa2V6c0CrsEIPZAFkJC3DgKZS4xWtCvRwsk1YPXZA
Yx0Wx3ZztIiO4rnPqGj3cQvdMr53f84NRYIUwgmuwiyNrFWKWhg36SM7hjGuVkYlYxbG2UDK
nLoNHWaA62Y+aGfzZ5Afpc4R9Vl6oQ8JHLLslKGGdalik9AWthEU4IcJLmv1iGE83A1MwAtk
shzoMjUKyBp1QeFvYBcB6DNLXGijkbDcYJlVsf7pOsOAwxyEKmua10WCoHuPMsvogTXkYvk6
YAdjimis0VSsiDfVZIjRYMC24Mx41pMsWuU8/wB6Cx55qpDXtQhQJ1xlJrHFt/J0jKbReJHQ
QbgWCY+jlAD1IEKJgbEYI2I6hmOplNGbUOjrggNyQStzQEzQP0wBztdErNpEDNFOFWhBkKA0
RagTSuwR3SV60g5mSk9B3TwonrrADLnByF4Jk7AgAH8gCYRgFegtE1KZGtlBLVgKwrc0LA40
UDqCpBVPVoQQllDNN8SlRu+U2bUQwT3QWraAXm/UjEzBMAC9QWsLJC+lzmRvhDGZpcmY4r1o
IraCYnjhGgyNa0HT3ERaoHz+xiD9jUE6koR08VxdzDJtFSxh3NABlyKEVA3lg9EHRCKrvgFI
dsIy/cftSxPRxM1scuaxlwzYUDqVAmhQdogwc5kqmq7gbwTok7ugpatyJniOmDomDpiSIkZk
BE4OyWTMWdWBWrxbF28sSvFghAGNXI2coIMZwBxEPXLmCCCwMpahyGFXQ3TJHW4itZLzPEd3
FVW6mK5m5w6upYLY+kZ22xc6YkmLDLcGoxKtRvlpGYTuMcuwVRfwwGpnaQ5wLgsvaQEYtQlV
gZiHjgwb0PQZunkiWig8UtxjdgyxcduM89nBPUCyEnuOiyRdqslqzBPRJHTxiJv6gAhqnR0k
TFju7jqXoSFmCvXgju4r1oIiYI85tYRuOjId3cd0wCS0oMBd1IzRnXDrvIHosdvjNcWaOveT
0lbVB1OITaCwc2q2XmOA2owdEwTHcd3SSA6QHRpcmJgju47u47u4p0XLd3HRMHR1C8TxSwym
RQGiPT3HTHHdPEUIuZC0ZoMR6jK9JHnc3XMc9LhqxU9gNyhnh1YMpw8lbdJw5sT3cRPcRPcR
PcQgSwz3cdFoI6eK9PHUtBF6WLdEnd0HZenliopYNcLOWLaufrHTWS3dx3dxCzGaecO84YFf
R5RmUJ6cz7aOUZb+c2dS1T3db1IpepHdxPRIMncdNZJ6OO7pIiwxR6JO6YO7oJ6JOiYKd3E2
jieiSO6AShBimpj7hPn9RUda7itok61ZOjqCHIMheFYnG0CDjk8L4u3iGS8loAeo2eui1Tqz
U6JqW6tju6SOmSs9x0dJFYsT3QXraCI6Tu7jq2gr0XI6eKzMHVsMWVdIZOqkQXaz9gL3VOmt
jprJ0WgzMzZROGWpOxbienhXC9L5szX03hM1ynq+tUiLUIr1ie7juji01sd3ULdFC0xJ3dxP
RJE9xHdJA7CL3iSJjjuniFmsYfZXYBrtpCO3m6ZwigC93E93HRPEAY4UZnjp7ia2gjC3csxW
K3BOoOHqK2grFoI7uO7oJjuOmOLVtQiIIdaOO7uOmOOmOOiYA3GUtEwTHcTMcdW8EdMFUNCo
o8k6cAwBiO47p4ie46Ykr0wd3Sd3cQm6mZFbVKmDx//aAAgBAgABBQD/AOtB/9oACAEDAAEF
AP8A60H/2gAIAQEAAQUAIIBwYRMAEYMKduIwAcjGV+GHZoc5wCe4jEgDlk4M45mDgrOBJKjP
Q9oMgZncwnAHeFSRjtxacGljpSt3sLC6e4xNf2GrfAIZxAmBnt0GOpPa+4ojXcQL1nlEFgID
ZHMTkuO2PrGrUg1TxuIeQmTHbMOSGPfM7zOJyEJGRmfjIyx7k98iBiCfnPbtMkQE4755LnkJ
kGPdxi2loDYQqvAgwaA5XXVTgCNwzzUTc2hrUXe1NqAszD12xhKrq29b7Ftis2tjy2mM7lgz
ch8QQ/L4xt3VKn7FRUXV48gMXljng5JmSIrgwuQVfMDCA5hVDOMb47xgRB3gBhwJiEZmIWwM
zvDkTHY4yfjGB9s8xhWzODkCm2JS4BSuG2hYbpWzNLdmqkV79VjG7E5s0LEFTCGz/wCw7DT1
mqtsoOpr123rYuwa7X9LrXEmsTxwVdmpTKnt1I7WUVMUrRQVWYWFBDXChA4NjxCFMQZEcWKE
ucEOAMxjMnMwDCDMYmTxMbtAxn9h2EMwZiEkRywi02vK9ZFJ4KLdoVgblzHGy8FOIEQSlsnc
33DMzsctjU3f9FqWBRAQOnuPXG+z70wkmIGL3cA2h7GvT109/Ypp95oWkNkv8LjHTv0sUAg9
M4PIY5oYGGO0KDJSeNRCoMNXeyrtgxh9ie/eCHt0OBMgntM8TnJyDPyc451kh64bqVVt8zy7
jlUcwU1qTmANkI8FUZVVCyFwmsJbZoKM65sHuKK02PeXtPX2222L/XaNn6+xts1ddmzw2a+d
FgMLYjWlgGIb0vsuaN8Kew6/nYfEX+tlypBazjPb6g8xK2Yhc4PTExmGsTBjEmEGBu4YCErP
y2c4jAYySeLEMyoG3EhsusmCoFJYrrKCtXfxGeIwooiqmMS/Yrort93ssbLt3Yim5S1ysR5C
OKy5FFdGu9x9bpjXrHTb9clttilWv3bFo0PX2bQu9XreHb0LaJraT3Wa9Qp2Cc01HKDoYfi9
SYA3HcrV7K6tkldTbKn1u1kDY1V1jfFmP4ZmI5GSQAGMDPn7ZBMJOCTMnBdK1fbbAzZEQsFp
QQVklauwrxCpnATxJPFUZ9QMie0tY2cCIK7CLmbyVa9t0p0X43NWsr1rdhtTQroXrdXer+z0
v17KqvJt1ewrrGxjNesXG2jAqviLf+KhgVHX8PjkMxFVmLopOzSsbe1ljex1mdLAYGOec5ie
QTyCFxMiPDiECKczIMIAg5ZYRzZDSZxUyuoKVr5FalWd52ENiCeRIrgmATHSzUpsFnqjHpvr
S2gWW3G2qo+yvxVfc09Ubr9kdB1vpqvr4rr7t+wlJ19Df2hsslOtdeeQdns9dfbfr1UpWPid
uhlpGV+N63xsxsZkoTyXVgW4C7VQUoK8zxkzxtjjZPG4PF5xMaMQSfjsADkBiIckvclZO7r5
GxS8rQsVrAnxD5zPG5njQQmtZdva9IPuNQSm5LkBmD0B7S1A6ez1xr107prWgUNbbt0W1+lo
apRMwTMssWtN/wBy7Q2Oz+kvxY21sbJuVg2yU5alZWzXrCa4TEW3DZHW8ZKf19rSAwouBfTs
extJnN+u67GsG8YgMzMzM+OjxsY+IcTvgZwDxN2uLQvrMs3qtealxFgHYHMfsNz2l1LLu7lz
U7BQPclg3VU0aH/8pAIVAJ+ISBNncNU3LrbmIbFJuA06rdu6tFrWZEGc7OzVr127tu47hVco
xilgad93S66tbOLGytzz0S5qJ7WqGmrdyHTYDFa88d6zhVTseWU32E1MVdbf90yV42Y43if7
Zw8x3AExDkwjEHwRPvkKcYmGyc4tpFiaOkatkTBhntq+O5uOqjCkrdagste1ddClXcxRgE4A
GRfWzpvK9BexCW7EPievGodaq77HvMLhmVV3tt9i6vu7hucPwGsU23s55a9vrfWaVl7qeA5f
VriWsJV0bkJZjih+u8M6+qym2k8XuevXtX2Prgdf2VDBXBX56EKZwBnA9Gxk9z2E7EsmBg5O
YSZnuMyrI2O+M2EHM98D5TX3BaDkq65Z7K2yhJhYAAq4eqyuLtIZZVXdXuenqBPq75T6059d
bUrbFStZiwzic+zu8Wpx70ci5qqMs1VCfBIMPLNNDvWi1ohCmWsIvArbcA3rbTiNjFZ+rgcd
jeo1g+zdYzDJBxFtZTpe2tqNO3p3laVnhSCtBCiziI4GSYeUEJzCIQMMcQERcCMR+wO0HID7
Ae5UtY47LqbJR6LK5p1P40GAcS2wIBVmLsNXCtV63LfSbLjegcrGck0a9pNg4oGYzDGe2dwT
3autslubHlVZb2KjuFyfVt5LbH+63NxtvYuu1azciX0bQm8IwyFwi+z9zWi2XWO4JEUkN9oZ
gZo/zbR269qkfwYETIMGDDCrQnAYEkp9jgLtb2ZTTYqfgl8ANj2ev5RtaKtXR7CypWpTYamo
AiEgR3ZTfspURtvaujUVfjeCptUKjkrWQS2wputd4q2YPOe1c/s/Daarsnc1q6QygrbTxHIz
E0nFd9rA2GxcGwtZ+0FCWI808HcGYZ7j2YuJZpjMPEwEhg7EjBmRkEZ9EWNwoEFK5FYE4mOc
QEk4ABOIWBj8YeWbbq6Vs2rtlvX1VrbecVqcqMwmbKsymvYZqtYCKKVIsrcvYlYv3mcvuu1N
Ou3J76gUtsLUiyxfCc+FsPTaQW4Irk2+QCAsw93XxtGSfWBhU16k7SKG2L1ViGaAsQ1DIPK5
S9nTWDYlZZ21U4pptjYrPJPd7r01sSGBnwTnIzCCD3mWhY49CW/eEI7D4jEk9hDifknIxmbG
wlFdr37l+iNda9fttbXFade5LK/iGMCYaiYKFz4kx4EDb16mzZv4Lr3c5nXxdSKIbOy7WwhT
2F8X2KGHdqBfxicW5jyYHlz7tBwVe2rt+GlWJF9bWr7JCq0XeFjWjy2zyE0Ms3nAZeTGuhcU
qqro152FXivuaGcccmypli1sZbQ9UxPifEzMkj0xI3VmYM47zJmcw95y7KDNvaSleV+9sUat
OvRqk17tBP7nyERVHJc4hIxzXMabu34Ee4mPytPq9TmqaFa374Xgbxx/Y7JfWQNqoFNhMPcj
kFjBak8gz7t+9ZOf+qpNT07Gu4uEcV3Ju+vND0WbNZpqcPe4K7pDHSr5O7BAr3JX6ZQ21+Nh
FZl1tdlb1mq0X19avttXZVs1qGepkHzB8/j/ANe11dhmYgxMQ9jkCfjkAt2+FFVN25bcn6Vz
Xu66+TtUqDuZwtTclvyjKCyitRDicjHcou7cbLHYlvWaKmK6qA5I3FvdARXFtIIvRZ5qCp2K
AtV1Ialww12DLkT25ZtvXrzaSVVXDWXbR/YWwcNgMz1kK9dhaxX52bjEJ63iIU+1/bX9UrJY
qNLgSReAWvAW7dAD3M7PZSZsFXPFgBjFVD2t6ekU6hzPtMPn7xhCI7Ko3NpsauubTXWlaezI
81SH9OqsDY1yBt4yKFmziUWKUMwcc2J37gUvUiwIOWjYngz25CFQy31ip/iKziC1xDdUsW7W
LDYQTQfkTgTduNuxU3G5rOVYYrrEieQqa9oWwcc1ks/YT2BAfQTFbceajnNDl+6JYoM2Kba7
Luap4brH2XFQa+xh43ArpUxNTm5vo0Ka93arnr9izY1oO07Rx3x33eZWjT8k9ipFelZzo9kr
GynA0R2bUSw3gysjyXopWoBRmD/U2bNNU3XpuR7qmlyV2yi2yqU3pYq9xkAezAdhuHnRuVqy
72uY+0jAvWYErUaDqtuy4Sl2y9bACsj9TeTho/DEHIPGUbAaKRHtCRK7dm2qkpU+FKEE6jBb
wwMdVdBtjWKXazi/X19kbnqSB4HSWElgnIU2mqpUrd1o53UipEB6t2m3tcYiOyVX1NPYnM0A
QN8d9BlNB1aWFmowXx7wapeEewFVOZgg7e+7mqpIaqxLEpZtqj9VqnpsFb2V2ab13L4kx7e7
xPo6zvYjVGcK54ayWrrSB8zVf/T2Azq8u9bK8ClNX3NmBkkYEIYHGJTY9g2CFnr9autW5GGq
svTpcUKrSaixVrFEe1Od9NHjTQa0W0+515Zr+zeuzni0rWlD1Nr67c7RtBLVuuZ6dqxZXcrT
IjmXK9e0FTFaaps3sE6nY7lD2TTRkdWWc1ENtQjPW8JxFyZs3JXTVbzLLbZaupYqvTxJVWD6
FlUpusriW4Or7AlNvY/Y2UbZViL6ZTVq3J+u6kJsEFbFK7T1bV+LNS0cW9ehs2H/AL+4b/VS
A2AGuK5ziawBdtS1rFrStEV7mqoqpB2MxUqdXcKDtVueXKMK2T60WV+0Rxu+yDq9hdiwY6to
QLppXSxBGvfg12KyKPt5DHMAPIkgVWsmztUtamuxS3ZS1o9YsRtS0Rteww6l7SqgV1sTxstR
ZtM5r1bVZvXcbtiXr/mBlsknijC/1xxtrYla3FZTcwevadlVKgzBoK7STUiBCG2kJOlst/r6
NM7VOC/sKb7LGpuRlLqHvdolFjTV02DmpUWrWfYK1LWtq1hT4SGdaab9u64UayVpyIWzUa+y
iq2ib4YHmMPYXldfKBUMcua6+CxBWDp7IRgEsPeOe/Ig3WAgoIpPio8ll4AgB5ETgpnAR0HE
9635BmHNKyde/wBSVPRwSrACIThWPj1nD130VWrteqyRqmoorWHW13SoqwJyTsWMoJKbOofJ
TtoP2/VlkNhFGvbZhnwUVK7FFFfJABEOC1eY4uM11uCPrmxToAD2bMldWfGmzWINqot+xTL7
By2dxXAr5w12VlirKFAjuBKTmwHuvFYmwoTzvHUk9hLj9Cg/X0yDXbclDW7XFf3tgn9rdafs
b8G17HNbO6VjKbIZH5GNRVZNHwVqBL7VrQs9rE8jy76aHxbRxRWWSt61JpWlWYWtBXtBrq9w
NdojjbUKn0HXhvj/AJvrF5N7MA67VvwSx3r13AVsBmUKVAi31lkCxeInIS1yqbdhsuX613eR
GF6rYjUGu56zOPGIqGfbi7oka4QZccgtdSM8rRhOGJztjZBIhX6s6eDUL+XYpayuvXKIV7cY
EMNbZQMBTjjt1sSLhVYXzFPAnZuABawIxKkhURPsoCrukGs1cgyGZICuCtqU4FVZaxUaq7U5
6vrdlku3SG2fT4Fu4oZK0qWD/N0ZK7rRkOy+K3fCrpMbLc2ELyi5B3HCU22oLAzOtV5EtAz4
wQ1RAZ0VHyw8lwQl2PjBIrVQzZCi4OHtA2Noon7dkY9+5jjKluDpUUqHwe8CiAATEMMpGEsQ
OuzrV2DNus9dgcMoMQMWrWkQ25NAdnHLGwMlGGXrUgqwgDZufMdQi2MHFKqq2YrYPlPV0nHs
9ko2ney2lgK6rQ6VWrdXsXutShrD6sBXJZgvwuCfavw1nq4wWcL2BUrhjYpgqcqI5rwbOzrK
6y0r9VsOtXqKeN2rWkuYpLG5tho0/ABmzo1mwXaoX96gQ+wrym+HIcEcu+TgE5Q5n5toSyW6
TgNqFXWvZiaxJJCyqvnKqwvTc+rIBkDsyhiy8VAFj7TgRa3OxtDjNhq2upTE0AVr9nk3aaBb
du4g+v1WtuTQQT2tApiHE9YMzPeKcHfJZ7uCPsPh+fJQ4UKWVVuUVMSSCjq3EAMLItwpf1Tk
0FVJ2cFdyum1rFKWchP3Kshg4GQH167CaFRjrhoKcRayIExDWSQGmIoHIiAYhOIWrheuZUwe
MQOBPLiG88bLA9VZyi5xnD3uAKbVVPEzXavNtvYrLVrXiyrVparslftCw2tLlx3CRd6deUWe
7H/GQkD1eYO8wDPqJdsjnZe1zGtmCfUkNyVsRyC3dGf+0+Dr1DYurrRUNfa17EF11n7D11bO
vkRqxkLiCZWG2sHzVQWITmZE5AzyCC5SfKBabjjzvC+YLFEF9XH9mDZYQ7WJ+0zQWEwNKSAc
nHI87bcNevBtewOgTixBwmmG3lHEWKGPsC/7Woy42Gzb6Xj+uoM9sudRe49ZY3JYMY37QiA8
ZdSXsavgj4yprMIULY4JsU4IEx9jU3L1ehdyezZpA3kK7e2KqweTev2H19j/AAjkCX3HKi0z
xCOtNZUUWudUZCMAXInnCt52Mey8MBcWaq154XBWjMFAwKFE8KGeJJ41AZBhRwnclOxJ7MPt
fg2WKbatZ25gEgjAs/ztHyoy3uFK7dYwbAZ6LIrE9gCdVwqH1YMX5ZlRHdnfsBdXk2LlQr22
AhWYgMr8WDLOUyuVtKV+uv2KNcexqsm3tVLW72X2EBZ6tA1/7EsXMrUvPEctSzAUgz9akG2t
5xPDgrCxACe0IAHLECiEdiBApgAzjuRkYGCvY4ncwsAgYYYjN+TsrgTdBrtBBCsGlmOVLBkq
+Pd0nnx4y0dvQZxjE2E51Xgq/raitCpPYPil34rTaGFjES63C+pp8+17b1zlw3YwWsp5uxWo
tFE1iypsbtamzZ5wBODKeWuoZuDQkQ4nJYGELATmJ5ROeZmWEEFhkEGYQQsBMjOYG7B8zl3D
CfbOcKF+wEuP1x9Je6C8D7XKGr01cUkrLnHjp7V/YD2tZsq8fazvPQEKOQBJDDY9XmypONYJ
nsj93flNIWKtuBVc4noKlC20lj7LQDFqzUyqFZKzgKwatWL1UNWNnNjPpEzlbW1f2akcJ+yY
4szwM44gUZ8XcKAcZnx0c4BOSQAAYwBC1sZ4yCKsA1hZgALeJzMK2EtVcRxKDYA4VNyTGZ7O
oGhDyQ1kxUfXtDZO0M10jMRDNygvVbyFjk8fR5NhpYlKSDeoLhcQkCblvltBBWviq3uOfEu3
rqTTSJdWjr7OkVbNYCxnAKvkero8l+3ZheKmNnNqJYErBUbFlSefXjKZ8HlA05TkJmZJ6Wf1
d7sg32Mde7H69wgqsINEWlDP164ta48dCwuk8iw2rixkaXqGTVOaZsAtTqhrKEQA7eAUt+zk
PdSUW0FQb7krr2zW9tmZ6BuLLdDa2HsDXCewt8dVxBCoc2W4RmCj0+m1z5XHITKz26KNhQef
YsVAPqK1WexsxWq8YAM5WBa5acJ57Yw7lcwrmcRGwsZgJ5xgWpDdWC+yoh3LOR23yNxyP2zG
vRUu9gedm8qnW9yVj+0Dht+xXR/IuWMKuSqsSU7ay8UaxVtcrj1tz8QxzsDNdZ7VZ5C3upAX
Yw1aPWIxBnqKnWpMiA9rEUwFWXfuL2o2GXCq75OrU2zbXWKqhmAQZz7l8X1/YEsHpBttSqum
vfuBuDBjzwPqwTAZnUtyWMO56GXHsznLM0UmZIbvHwI0/IXs7GwtTrOzWeuoe1aLGpJxfbWi
+vtFlQ+QO4xL8hKey71f1u2C2toqqUkHN2eAPawYqUMXUHjtEeLGY8oQJSATFBM4xWC13thi
FEstSGwif+v654/TI8eeYj2AD2FptuACnGW9aGs3r3ADXhrfqCEliWofO4ZPG7+PWhzDnOTM
mWrlSzE/J5hSzQuWhYMwBBbZCRfYtY1myK7m3Dj1GqS+1oVWFvX2LNtbFf0toW9UKkLAApfj
YqKUlq8lVeFumAKwBL/6kgNtCVph0pHD2mU1s/Sti+yteBwgrGOC42mrphWx7j/UsS7ZLaSe
LV7T4gMsUumypS0BsqjGelp4N7G8V6/EEYtRv2HEVg6PxVRwEzXDgQw46EZlg42MwUl8QtxO
ACEEyAfZEoNcBW2FFr+t0Wt2q6yge0KHtZk9vWHp9ezja5I4/wA4vAAJWQakM8LibGoWtqr4
Vg99jPGv7G/AuTvcvYe5szYQDKlAvVuSYgxDPcbVbLTUzazgGlyZoa63XKoM8c4CDAjnC+zr
xs0L2AmgnDV9pZ91YTLhewAfBZssvI2dpY9pPK4jlbEL4zmbPZ2OS3yBkkADlMgN7HLWUgtV
o6/kOnS+u3kdgqglqhwtpNiPVXq6vomtMGYAcKGwJ8y2lbB/WdhNj+lKZa/J2KSBZ557Y8wz
dqiTsU5FQgxMie4p47FVhVLOSizVaw6CNTYvdsdsdu2biom5VY5RGFWvX5HtbxVbLB3VUMcs
R5BhiY3EFQBPvL9ims2b3f8AfZJ/2OuES7yi48yykAjsOOGGVCgRK8j2Wg9lXrdisCutcCi0
Ba2EACK/uNblTv37G1u8XmjUqMqjGBOWJyBmVyGMYK8esq2xgU6qgrsk/sfEH/j32/4zP21z
/wAkbRA/Ydm5tDaUO+bIj8hRxacAW2LXrvrstWN+yqa/sNpbrLAlVu3bem2Ba66xdvXamH2r
SThAx7sWCQnMYfXCgVplONUapGNr6aTa3K2Fava+tRZTQ1b5KHK1M0GoJ+qoI16yUqRQ/AL7
b19lD6LF9c3pTX/3uu12/rXbVer6XKUa+trJ7K7O5q3GtNbfr5V7CvCxhYzJBQqQEBlrYW88
V1Vs8VxPJwcHJXZCmo/UoCdgWLxDBobCHdmZdlA9aFc0NkJyxtVG5a3OFVilGu/nuTyVIrfr
2agtr06ramDeLXtZhX9lHJcgg2IuYwCqhTK90yZZiWHFdOq1zUatWlXsbhrJ2nceSws19xll
92StpRzasddph4byRbYjORSj0ez2G0fV06ya7l1FhQvzEt17DsUcnpr1yYz7FNujueQ4EKKZ
xCxXAN7ZDKGFTBK7l/0OfLlDDpBks9XsZo9Rbyu1SlauuHdSz2oJkWJapFuo+WLHjgtK2Ndm
Oa1IyDY2PFrjYs8/qt3BKpy32CI9iKGrJbI5HMbGTUpAr4kBOHK6ODm/tPVshbZQvr1UcmXV
DKNF+A01BXUUMKFEOtVEpRZsrWqW1earx3Imru1vH3AL7N/V1r9r2jbWxZ7UcP3xdKNgs/8A
2PgS3y3r62rCiwwd4/ckAG2w8VvAllmEsfktDArrVKzAATtM9mQONnVau7woYtAIRAk2dcOF
DV2VjIGJalnDTcPQq9vdHjQCwtTls6tDE1b1hex1Ra6f+saPRp7AfTtRGrdCTZybygu5mbo3
Y7DAn05WAQAD/wCD2Ku8VMI9YYbeu2tfbsNTVrVbe/Ymvoa5q4vPZFUbVSxErrNttpUCgjgI
uY2Y7cYzFlrsVmtyRXmy2ikgVIEXoQRBnGzV5EziBWEByO03KAEosOQA0sZ2XS2TRcmGHv7M
HOW0dh69u5vHS55HXGK9v05dm9ZbXYU2VTXpv8barNBVrpHOsD5hGOZfXmv1WfMpyCSJk9T0
zMnO5YqxdnIVjjcC3VLsfalzrj92svZsO6bDs9lbL4qlCDWw1tS4KKGPYS5gBY/MWWgBS6uL
QZqhPJUgAVwT36HuBkEg4tBLZzM5LOEl/tCL0FdlaXJL7lUPZxnrtrjPeHk7MAvpdNrr998y
tGL0KI7AK+xWINqoEbWTZ7ILPLzAYsfHZMDLKBKXNGzU4dCZ8fy+Z7VSFrdmFDZFrFBdUGR3
dVW1VLbxsK6TVuqVAeFSK0YW1ggIw4rapmweZ2LgFWwCsXsgDOw9UoddqwpXpliog6d+QxnY
UC0Ng7O1ZTbdsWWOVsY6ewab7U1iVc0rp6z7LNSqpu3VBdL1VltepXXRVsWFtimsKHLcuDGL
q2Z2arKK7bbp4xZKKCzCnXSZaFlUvcojblTN63dRl/gTMzPT2Q5UVLxWvODYWVrSI1lRg1ae
arWkcCxuwD2BoLmUpaMM4y5VRsWYFxDNbhrBWGncD1lZSu883QcVNgUhwVzmNmYM2ULK9MFN
Th/Xa5nCnVW0WW7P6hGseWzs0o9FvsbXK6y01Gq+qxNhW4OLTSntKvFptVcliDC22qbC9ivr
VCLTyir3ARTwpl2qxbx0ALSgbmwlW5sBF3LgBa7KttyxG5B2VQHRp8HbUGmojl/RV5FuY57H
rVRewA8hGCRwHAIcsy+RHzK3wbbS7W8/HaAJUC0scousnJ9cBKqrOV3YSxyWrfsD2zD2lL81
sqBjDhNn2YQoGssSutF3tpCdX155Vo6JuuGmpSopFdus2tt0Xyynifaab0W+otLAqDBWojFR
Nq3LKFVCxIPecjLtdmlelqKXr9eorv1ah/2fdt+hUs9tcxHt9gDWtNlYwQ+vS5CCsbOxzqXs
9zMZWgWvVRbt3sRteu5mzT9ghqo2udrbAA2X52qrlLWAa8GeTMW17DvmUHjTbgzQCm9wRXqM
S/MFH7svFVU9jPxVX42Pxt0Oxs9TyNPqLSa/U0LP+t1iVVUT2tzUixGyVsTXr3FxYursm29i
LWYrqXPReLfIFuuUvYzreoDAsykcZ+eUv0S0/RtB/UsLPQlQTY0vJt7OrYtjkSpjfdSPHWXA
AsDS5ozhraSzHxd3Y8dfgu15DK9vsjq6nM9hTzp26AUrdxft6zoAkJaalARfaYDVE8fmaORd
bY2NbMotYryPL/8AJT9czMf4EZQwNYBSvBxgAZg+d3TG1UabK3o2aEU11PH1demYOXZZYk17
gI24Aw3KrEFRY475aEtnlbLdka7W+0OKdnZtmxq3WKV8Ir1Nu539Je9HqfXtTs8oe8YMJa7Y
vQKtDBQCpDgMKOP7QPZWyQ1lZp2ktj2VNLs13IoG6RlAMtqaysWOF9qQ1teERiDPX0lRlSmo
RiokFcFyoDL8bfsVpNft1JsctSueOAZg5/MHeGA4nsDSEq2q2svWmkMzsSxJs5QKGVK3rbx/
X1qYsyRaMZYCMwUZWWeuusI0VQLVcYNAutenQgAAEfEDcZz7l+zYc79mCqL4wgVXrGNMq7ZI
UAiDjhlJFdI47FDWV/p2HZCsqtQ3l1q3Wt+43bOWz/o41tX60LYCFg1gInZKzmy3Il1wqqsH
NnP11V/4gAALBRkEH4xBO07T3VxDajcbti0XWDEXMfjFfvj7WEmnVsHCl+dhJJJMKrMwh2PE
CdoDPz0sGAwGG4kFbEHdk2/9BqvzV2AG1c1VWki1VjMY/bK57QERTgNVYti5wjA24wLWxXVV
5LkADo/kPLggc8K2VkwpNBYWjBO6/KOF4Whymo6tr/lhkKMAnqYpnsaybtDX52EZJHEs2JlR
AcxSDM4rpLEa4YL9hCQSe5zGH8+0bKuQAQxBsLhanLXUDF1rFbfZ2KzvSP1tW/lAoYoiiKBM
CLFYs5XvSmCew3mKU6+o3js1BERFFmACCteqcqCf2qT/AKM3Gu/j40B5L2bW48cnP5/P5h+W
gH19klYp19fGsPsCVwwyBgKSPJXnh/8Ar1V71IFEyZk45xhD07ZHwPmYm1UXVrrRBtdltBqZ
gL9ZWN2yhYKptux9dum0Nr7H0HdcfU4BAyKxxc/UfhLAybNodkXjG+FGZeq8Tjx6h4sUJs2y
yvsbK/rgm4cQKWJUaOwxUdwmZ+RPyBCsAHLfHku4hdZGCk/ZjMENstxbXxgMZqL/ALDMIxFU
g8gJmE5J+f5EZDV8A4K2chgEm6pVBc5lPFbiPrgBbFNFlblYro4AGVikG1mxMkjXdlFbBtkk
Ad4olgJRVypPFlJMdVaraThXQoRXaXEeH1A5KJXyyTiCAmZEzK+7P/ruWD6ueNpUZwcEgTZ4
Mmq3faBE0RbyLMWB7ZyX4MMJGEMH8PjqWE2qOQFfNkpA2lAycBiiSkz2O6abq9hLUqp4Eqam
qZXVfmsZd0djxZV2UUpplWuGTOxgP1/qDjNqcjSpAtsArtZ2sVuNatk7p/z9GmKbXwMYHQDo
xIDN4qfXs1lpGRug07R5QE4fiJayFUZ0suRX1dLiqlkUDsCcQ/25GNCJj+GcwlphiAmJx7bu
u1Ts3HYDB04iFhm7aFCs1j21XFHoqpvB19hR4iGf6JrDCMexPZmqtOrWqbAyByIg5cuXc9zw
lh4JdcA64dfLEbjNyzK+qq8esV8l5EA7zJhaHvPZWfTQpNdOJ7egPVUeQDVqCe/AkhAHubho
a/FlFRYGsTiwLhwf9Iw6GYmOuOncQxlVl3dXgKV4qKzkUkz2PJiQBMiUbVtB091L6yx8wU2O
RLlIXZ2rAugONZpFbAABiMUpxYEkAZLYE3d1Zrq2xcdRKdRXyyMRFcXWU20outZWXImOmDMC
ICZg3bmMAy1PJU2a7yBC3ZSSGrzNugN6/TsEwCeMYmPODxvmY6HoOn5MzMzYUPUg/wA1Rcdz
H1PINzXKMpACEFdPYeh0ursr1FYVkZIVSL9JXIPK65Ml1EtcJWmxiuzZUNZvtLtnaulOq9ja
VNGqt+yHqQl77RwRGKNbYHCDC+vuZ0xMCL8P2FriqnRrBafkjt7Ohl2EUoGJwTxIu4rqWJdT
rUrW9RHEsBHwZYSF8jxvmZExmEQTHTExiccnEJQSxkR6bGUn5RsN7DVUy9eDLkzyYOjbZZao
AWpQTYcQsZr4N9jjFzbgAO2rh7nFlV9rpRa7LoCmAEFVzLX41az87gpYGghdUsK+7ro5Dj4/
APZhyfftwmqnCj56d57GkWVGzKseQYuYORHqFK7F68L6mZk4GOGViVM5RiIcmEAdPx1OJZZX
WLPYkx9i55b5GYl1rqtzFJZexFhDz2dKkc8ALPTVnzZ7VsQLT9LnVKdbJhwo45jMmBYoHJAO
eIzd+aGWWgDabGrp1vyK8VsXDUH7ACazBblPYn6gYVBLM37mZ2g7Cy3vtWu1fLiewitlAGI0
rlrv2rg2xSCIvzeQHIQjxpCIYcTHXJ6H4dwzsgJNR48q6w1tTSm8m6t4VxNq9ak2dl7YIvdv
WVKmuo++ZYV4+x55qXxKLCQxOeHcDieRI4tGrCkhRLHULvEz1oDEAcL6RbWSVuQ5r0tQkZlp
wjnC2N46PWqWMOJe+FYTYOablIdWXDWnmmRHZk2rxzFOGUHtd9Yo5HikaFjOTmZeDOMTPTE3
mVC22hh33RSbL7BrALWn+goZ2JGPYay3VuoUkcZr1lnoULVQpBLAKt5Lmxb7CrGdlJZWnCYx
OYwpJlmAFWwwgc7wrL6xcXTvPZaZa2nWRlAAAHa+1AfLU7bz4Smtaqsw9hYxsbMuH03EblX9
hcSLajyllY8xANWsQZn62ghayFPkEa1BDcsa8iNsPPM2FtYAbDGLardPYU2slqkNkhdbY5vY
zBaKbPIt5VdcGwU18j7H1ilh665hXrGpKgfGo+u1aTNhis160RbnCktgkARQswCQewY8TYMs
xy1gU/Qr6+tluC4gryLKsrrV8CBmOwROYtt09YFtl/8AcbC2INhhBtOZlsle9jrw2uRWhyw2
A4NL4rt+8dlGvQ4xzIGSyh1L5SPbllIxxQwrVD4YWqEHyiLOXHpdpa9p/wCp05tes8F1iV0q
lgeV6T2EHV1V1tmrYHsr7KrbHKyxQQiy5uKoFLVsb9tWMNIeChGKqxc/JHKADiMiOC0KMytr
OStYU6ZH7IUYxiMuY31CNlfY3ca6GZjWvjpZiXpTitjdhbkeUluZBfAr2CIrlYOVpCYWxTL6
wKKTknuORwbbVf8AatjvxOeUPYtkCAKI+xUgPsWtGbRra9vlpzMy8c93epw+jS3Pc3XQ6nrb
9knXq1a73t2nKLhKuNyjvvk53dkrTq1tVTgtNfS4t4KM+CoR9SpmfRpYfpV4Okpn66KP16mU
0VmbFRS7WQedWAVT3ZxLiSKu1fsHJt9fR5Lt+zjRhmcuAC2BzPLOG5drnxWbBYtf1K8WidgV
ObmD16zfZWAG04CAETiIdl2YtcD+xsY/YsUfs3S67YsmpQ4TYrrrppyaPW9qejBUu2nBsqGK
19fRG3dx2q9dY4qoSpdlQsD1oFzx2toPsoDbtBDa2vqiuDJhAmJiYExMTAhnxNrV8xpRkue8
Kyv9TsBlqZrgqkD2dY83r04079g8tADs74jWZDHBGDCxl7EooYnGFX4Y4FdzWQOeNKjkgLDc
J5vyQ5E2tcJBTaQutsEjUuE/WZj+nWQNWgTYCjWrAFOogVOhGRbqV5qqONvcqpaiypi2wgh2
XYljhlFZsvvItubPrtE2U62sKoT0x0x0/B79cYmJeuGfWNr2IRTp6r8NfXWlZfSLUVRVVuOP
DqlTSi5XMYMpUh4QQbhmqvIBBCqQWyCurkFB3N61W071ay+xbLLGKTyyzx2G6t63p20Y5AUD
IsKZF1GdrD12MUr1Ofg6CMiuBRVXNwbD7NAFaFAFYcC1haDXtshppoQULtbNdS1pMdRPwR3h
mYOme19Zsr1PXbdd3bAg6GbGRVtvzNFZSg8ghXs39R2LAkuoCFuLlyXJ7d8aw42V/aA5ss8k
stKozkvylbEnn2tpruV7tnUs87kWBbA5qS6zfAv10coP4YzMdrKkcWg1bBciVkNLraKjf7Mq
vg3t99TVWilbHqj2uyrskRHR4OmYemOwEHT8dumP4fn2lvCigeS6nGLUIjIxQ/UkHBGAwPF/
rY+WAJ5FiSgy2vWEr8qC6xmDWRFzPHLNRcijjAqqNqsPUupaqeNQrLqlPWa4be/GOxnzDmZE
/FzPW1+5rWVefya1d3C7Z8jbx1aXIFdScqmDMAEY81bM2bwroWxkYh6WNiAYGCJ36gzPf5Oe
gns7edupWFFC5WxPqyjhccHIaDuxGZt1lbEJMU4dhxlZDtV2r3ABeWLK1ZUhAD5FjxskfYHZ
QBK2/wA8K08dedIDORMzI6iFjn8X+voumtpV6w8NRa4VovIAW8mOXybyqW76AP7G600OwsR1
cd/4FcvB0PX8/nIhPaxwlVjhm1VPjqGK3K8GZfHb3QdwpzMgDdrzEb6jkC3Jk1GBAAxvFA+s
44uC0wonOPM5AVidhcCk/wCeORGSdcAjE/EOT0YxUC/wM2151U7XAthU2t05OwzIliWBWrU1
1bFx0aXqpHVjhR/AzExDD19lbxqWvyW0VhpxEKDO5TlG5ZwQ/ICAAzZAMOVatcjI467HypjG
9gPUzJbk4IUnxiN8sftxINqua9UlqzjAuqLa68U7zExMS9yi1V8V79D0IllYI3mq12q9hsWl
y2a9bbuFXorHmt6auuV1V1zAnbP5AjxreEO0BDstDsuQLrGHlsAbasBNtpXX2Ht6fE9hZy2K
HYRL3QLsMT+yM/sJNpKiXsCksuOYMuxi/tbWGaEsF1c/tJ2O82bK/wDyDOV+OKy3fpSxNqh4
bUK23r46thggVmlSWJsa4IrEHRmCLQDYw+T0/J6+9WtqtT0uQmlr1gU1qARDAOuJ3h+zFQyV
pXZBWgIRc4EMKIQAFGAJnJZ+K2Wc7NCsLXiECYhAmEMs16nl3rlMtoFLW/YbVYUVFoyjCMUu
RlKbocOuMVtgBTntLaK7VOlWpFAjUjjr1LllACEpKmZ1wZ36Xu91qqEXvnv/ABEH+/sEXipH
Q9p+P4EiLnM7dCMTExCMTtDF+N5/HRVX5Lak4V56D+Bm6/kvcYO4xC0jvxRVsDLZoPhvYVjF
QZq6CQAqtPHLMxh2IIndhrZ5Y7rWDKlC156bFnBaa+CY6ZmAIYM9Nt3Sn19BmIRmYmB/DExG
MT4/l3mYzdPZ2Bn9creQfHaDp3nx0ufhUWy25aKxY9ljKOJpfMuwbNdTVtbisa6UZRWSHbiB
3jBskqpKghlYFa0S8cZXXxidhiE4lSM9pmenfHzB8dN64BaU4IP4/HUz5igdTD0ttSpQQRkG
D7OZs87tnRpCQdBMQCYz02QxpvvFcd3Z3BMsQ4DskrsKNUX2LbMNVVaxIHCwss8gjUER6nw2
u0cusTV2LGq1+ACAHoMswxD/AB7ZhIA10823O38TMzOJkzOTkgZgxMwnp7Is77i2a76Lmy+s
BRuX+OlQJrLisGZhn4HTJE2rSqPf/pTrW7KPp7C2PWayyGsLVZc+tSlMvIEryLrFV42EPJ4Y
R0P8O0dwIqhQIRPifmYmIJv7ArTQRkpx0PTuZ2hEAhmIBg46noSAEU37e+We712pgADG+4a6
lCWVcKvcdT0chRfZ5H/TViqF4zKs3ESiynXv2rfXaDai7VChdrkUV8WHLBQQnF4TAQehBzB8
9BWBZMw/yziPr/sXgYBHTHXHVj3wYF7QDpgdNgnxaNDqlroNmgMRY3FKmNz6lWBmJ/XEGemZ
kZt2Q2xhM8wYWIQlVlqXb2zo6NepVjtt48O3kpWv+qkhLCoSGCfEPXIzn+OemZmZj5MACgHq
ZgzM7wmEwQwdpmZ6ZHTcsSbWz+vXp1pY9SgJ7S0pq6mvmAAA5MT+v8LP6IHWx7gqCysgceW3
Zmv09B5AdpsnFe0eRqY+bBK2klvAYc5hhPQn+GJiY6nocCJ36YGf4A9SJ3xg57w/MxPwfg5N
/sQWOlUUsq2qbZ7L/bY0U4jEOcKfrMz46HE36ERdtbnRKl1a/wBpXOrpPsMlddaz8bYPi2mG
NdCXYhUb+/7D9TDMwnEUn+ZhzBH7xRgdMw/xMMORBM/xt7LQS9l1CW13o1VelQKlNnmu1lxV
LDhU/rnrjHTdpssNdFjW+12gyev9cWgwAJiCMAV3xwOsMuVUlahy4GMCQTifMMZsRQT/ABHT
EPUAZnfoOvwOhwIzDI+38Mddm5VOojcI9QZ9vktNSARAAhlx+g+J26duuxri2urSqRQAAB2E
zMmN8e0rK2VIQ2DDcFfCw9CexgXLY6CHt0z1z3JnIkZAHwO3Qd4ep6OcKoJiriGY79MdN7ZY
vpKwohIA2nHDWTNnS7u/TtMdAJiYmDMT8dSMz3KMa61wnYxQH2Mmdoe07wnrmfEE/HQzEOSV
H2HTE7wTP8My1ssBjr36AdD88EnfOY5+uzW7WaOeWOj99gdTmGDpjoJ36fnpvj6sASVzPGC2
Uh6GEdT179B0dwo74UYGf5Z65EYZZfgGfnp+OvwIRmEEJopYD0znazMn+PboT0Ex1zPYAmoE
xgTBy4/af//aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwCVrGyj8U7ym18PJZlf
8fCMFBYT4KKBrMyOihStAEHnr4NgL+9Ss+D2xonX9ybZR4NbOicSnXO3kBurCthQVyBlAXJA
fOf+lAUv6jof2b0HIvKEE7rzTyoKlOsrdMyZQnJdMv8ACo08ZloUYTCXTa6plum1UR4f3r9x
Rl1sUzMp8Nl/emddE+ycBwVAWJT2GdPCTGjJwpKmUyPcOTFR1V6dyr2tr/2pqA2OrSv1L2FC
Q9aeatcf0z2suWkIWxpYdV6QPmsgIF2GGQAt8kH+CUwuBMoAEnyCZj9E1aFvonIZQU/4IuFB
TEz8PyZYkqU4C88hYbdZYpxMSihKL4A+qn6JtF0Tu6lAhO+VK6rcohmU40KE+a9VhCYByvTR
eqvFPc+QGUwBB6osHKlYdYynAVOyPM+atbuxQQG3KA7IrW1YJ+7/AJl6WJMbYT3D2Ech0XOg
A7LufMKIUDwFjkY+Bk2UxqGQAAWJWPDPhoTumIDnZNV2G6ZPUumtWd1OSsaKd1AXktkwkqfA
KZ8H3TD6I/u8JUSoDnZeqOiHTRTAR4h+qgE/JTbivVYklOB80Qj2uzDe6x3/AIU5MnUqLM2E
O13j7vbb/uT+HXwr3ACX9zIVA47hBzNSw/0WXrIqCxNiWGOKguScZRqX7liXFdAn7/ZahwRs
hXkaWOlgycFwcHwG/i7+fgT81ClSnUGU3hHhupCcFYKz9reLjwiUzKVnGi6IbKCpzuuikx1T
CzlEkgeac2fyTduv4IfaCv6liSnZyoDdVAdbKTCszVjJKFXcvkJ+53xQbEJh3n8gh6zvUjRM
XtYQm7YFK7nKrblY8jI8Lnt+5oTkA9xpO4R7g7lQYPE7KnfAckNaujqICzjKYOTvshZDsdz7
IqficZKbcoNKkgImpBCZO+Oqgh/NO8qfB/GCQVnRlsU6yo+eyfw6KFC6osWXK5ACbtA2OHTX
OThEVGqDv1CyGGi9IkasmUmVNmTievgbXM6DVN2qCo0JRtfuFvov6l2bAREn+aUTyHTyQckk
ahek41MqsON1yt7iI8e5ftlhVya9f4UzyIIdV7eAMDQ/zLnevCggn8y/SqRW4M21WHqTCIs9
aV99jgIVphxwK5bjKGvwhkxRFeXMe4aI8HFdWLJw4bEob23XGtZsckOgLjOVHxmPCVDAHw3J
U6LZcd16jjC/phhucr+oX5SmAFQY6oOHbVOKtVZUW/Be4hEOS/VS/wBVNX80wjw4jAT58l6a
nDuUau84KI7dXP4Ii8cQEO32wCR7rFU7eKEzugGxgfBf9Mcq92H/AClCxkERZv8AMqC/tyUO
2KHiIDIdwenlI5ZXLu+37Ue32/SLGaaH+Jf7alpaxsWLlEDbC4iCNPhHgTYAndloB8gp7lR8
036g+q4CwsTCyzYUKfgyvk/iSNFiBunGNVH/AJrp4NSUT3C/RAjAGi5PJTMwOq3I8JhSVJUA
t1+DdHkJOqftWcjQo8xxYe4YP8KLAVO+iqexVq1yao8iC8HdGw7Tg66KpcClZs3h0+A07tRa
qFXAHI1IOi4/7Z+7caNi38KHd79uDGK2CFC2GcQncHYoXrc/qYrov6o43qeJOpZFi7yT4dfH
rt4NTlLvKItcj56I8pH2wgK1AAD4XKrAwquWcKFv4dPHP2si6ZRgpgZGijCL43QR/UsAdl7x
0Ra4nqhoMgqZUCdlDVXqufkpnqSvcAye5LHUBA+o1JZ2Q7lC4OPh6o1OCq25Pb+5Fqc6Wji6
Pd7vbJo+AuHaDNADMu5cj36/CbXIAEo07Hp/i3RtdzYy67l+4QKcXNjoyJ/2pP6Qg3Gp/wAS
I7t3sdAeRXGrk1MkqvcPuKrQ5zbzKcE9FwvB0Oh+CpbB8K3Gpnoh6SQZEaIWr6a8RyfcKpFx
j1Ea/lQrBGQqi+fgnx+SZMMpm80VnzKnCcDGUbYv1X9QxsE4uaHdfoX9XGK3HhhvNRlGgltA
vfxG6FLXre2XXA0rYHCArUAUIjZ1QKY8k4J+r+EpzhcqWcHoud3JOmiYED5pq9w1GvyQ5WcO
z+X3IUqGqNPDLJ3cI3ufIHVcbEjtnQaK1RoWdZBAwvS43VOxQ17Par7rJu05lze2pCF7hgTk
IcXYQFyuSXgP0XRGuv2nZcL+8QfEGuQUHQtxFmOqsCBUtDI0sX0UHdAkvpKDQou3yXvH0U3/
AAU3M9F7iVqSv8K8k4+qO5wsyE2ic5TE+QTHRaJgWI1VrWLjIHwBixszodqlnJ99sIEQBg6q
WIGHyuVshn3VK4YI5Cy/U+ElwmoeJT2rawOLPCMwdFqykQFX9GwpewDPl1+n3fTfT+LwwjbQ
BEOeNcBAAM2qswcgleUFHS31QNWIG+HTFmGjYKIHp7nbkjd1Xu3fjXD4ZCoiuyI+aFeLg6vK
r3a5Hu6hCwwceBXRW+SIr5BBwXdiVe1u5Q1BgO9vzfaiTXla0lxuqgMNgnBz4yoKd5Xy8ZR6
JwPmn3X96G6wtmU6jwHEDzK6rt2EFlyPuynAfqneHlOQWeUCdh4TgKGKNu2Sd6rj3AanR0a3
AtUomljQujxsCn7gLbBClO2aCupldu5zUwVkAJzZ1ZixtAW1jtlRgZVr2g2DAoituVs9E2Ez
gp7SPwXbpT7iOQ6IADi0AeDGzAfiuZxohUNx69VbskuaGD/CfCceBcQ2EfSO2QIJHqP+FG36
hAuSWBTu/VBq9JXIZ/BN3CeByen8KAp33sdHZZJ+a/8ANYWF8mW6bXw38P3Ilv8Ah4EgtupO
MLtkHEHwgOSvVlVfAGEzOTjdNwIqfl/iTdz01ON4Ql/1bAV/NCHl4eoPU5XP/b3NX0X9YN/E
nDW2IXPt3JGo0Xq7ZcahMQakYhMXL4he0jYlV5ZBCgfNSR8kKcnDuAnAXIFjqOhXHBrCYAMc
vqEw9rwi3zEr9zqtSYrkdftVgS7faiDk+1HtieM21TVLVwasmMPCDF/1Ax+XgQibFgNSj2v9
t6r63GAuV7G5OpMqB8wmME53UiPxWimToq9wgWALsudA3GCNvh8kX/8AVOzKB5KVh1P0TgIk
+3JK4/7cOd1Xu9z32IJfw9MFeouVRoNc+SN6e53ZGncFrEGCdB+RdvvXoxAip1QsQA2Ongzs
jymhy+i/oWcmeitWwm26sDY0JwxgrIt0KI/TAbZPftu+qigjdBqghAVAcGV6mZYCNTguuqrU
jgTD+SrapfuCLo1ZwdVyBkZCA1KfB0VLksXk9F3DoS4JR7lXgO6PcEWJnq6rQRPqQsC4wECM
uUE5+qHZ7WKmbblMMph9FsWlEgp4Zb9VLhbMu5TmQLVdhuF77fVODaOqLWL+aycKV7fBgYQc
ea/cU+QjfuGAuHbHp0qNv/yL1gG32Jyn3W/gOMkbKKARklP3BTy9y5WtyOmgCapcjROfkgKV
YaFGprOLLkLOM8TlcR7wMBEe0ZBCBtYn+9PyP1UXKHHucd01rAndHq2EwBJTkMNFQiDZymOm
qFuLgOSdUOYB6lC/aAc+6uAP4lFW6jBX6kkH8FxPusfmhyyfUwyqmwcmAhT7rmf5USzsIWWG
XQsDn/lR7nFpLF3QtuEO12yxv7j0RcZw5Wz74WPmpDjTRQIXn8/CZAQgKgEBi/xadfFxBOqL
wja5exitNSiGJOldKhWp2x/UA9b+4lUIgAkEI2OKh1XiXjTxgsncrOdEzJ6wUO3UvxE+a4g+
rUpyC4zsULdupHetDnCBsDzPqNinoH80TXtuBiU1uyXTGhB2QBBL7IWtDoGthPTRZCliNwqX
+7HyROrsAF+lYM+CuTA/xFFjxsMDdVcY1QdzUzYKvd7bTJXDVwHVRepAGDpKIzDBMNYTkOzO
yIo/Eh2KNMkEMdE2wXOugn5ogwaqcaFamu7aoG1WrYO6Z26ovk7YUzCfCg/JULs3jK+Xg2u6
8kwX9yODfQK0evHQBWo3qsHsdyqcTBcH5pq4FyZTGQd01QABsmefDICZ8+ELhU+qwk7Ik2bf
dNWG1ynsGoM9V+p9owFOqFRS1m2TW7Vy3Reqlx8lAu38qJ4WI3Zf0qG5rl0LkceOnRCUzHzV
a7B0AMk4QsIuRrhEVkDIyEA3qAEdFx7gFgR80P0zzFg4Gv8AiRpQFtaqtzu/FUGsEq8YMFWI
k1QIq8MPmrEtWowNZRvpxduqdDkmtSp+SJNYOi5YoPtZWrYA0wPNCvao1a5KcuBsnwpPzQJM
aq3eNXFYFn1+D5LzRUFE2MalGnbLE4tqiLEio91j/pTdr0gMWGv86F88qlVaCDuiQNSfDdcq
loT8isfNYUBGxgBW7mWLJwXsV+p3Km1dxqVxpQio0AT8SvXXGCEBVtz5oQSNwgCLMeiPpt9F
xHI6QCjXt0vy1BCOfIheRZZXEZqIVB1DfVAdF3MEDKtxijs4XHBOCq2lhACtcjomJzKNmPph
cCC1i6uT5BcS86LqfmQhWRyrD6BTYlAOxRGxY+HF2eCfNfpgekH3f60aEWNQZI1T1yIZ8Kcb
rOdU3bEiVWjvck2sFH4LJUEr5fipX7wuRLDVejH70O53zwo+TBP8KAo3HRYllS/3N+CEMxyr
RmAsfNGUHIDoS/g6YVLar9Kri5Mjov0zArJQBMnQ5VaCOIA8SDqjWzdEBUci2FPaJOwIR5di
4H1T2pej71T1uOW5he8E+bq/GQ6JI6ur3BFT/wAFTuVDitguYgEOu/3dzlTIMoWrYkiRqvXB
6KJ2bZOABUGSVbix5lAVLvLbKxIzlOIFddV6gGKOla0Hg50X6gnt2gyzfxI1AckQv6h41Al0
D2pFvu0TA8QToMoiwZ8t7kObNq6PAel4scI9rskX7182aAjathytqF2+53BxsRPVvu+B3UqA
9UL96a7KtawBhDcQQnDsyGstKO5XqgicaJkfmhEgrDbLI5aBB3qRlNewBT9u4Hc+0/6bJu6O
PeH/AC2/xLmD6hhlW7uBkaFfqdsuPuqchApyYVb9vOu8I0NfpK9djXZwp7oXp7tT5oOK2fOE
SKgDoFag1kK5OyJ0JTaC0IMSQ2qrQQbl0WPRiogJwMFcSWJ3R4iHQZnH9ysdMkoUrtPmiD9f
/agXgfuQIwQxPganBR7P+4pbiD6L5qa/zIWFhOHTco14lG3ZqbRh0/cpxqfkEAzUEhGQanRG
owzB0SMkyq1NXq4HWVWlDFQAPH5IgIdur8t0Ld0yNFxqZGQmxEI9chF8MjQiAcIg1YnVDhY1
uMnRZ5VGHVTdxY5ZMASTsm1CNrkGowv0uzA/MMp+56id0WDOhW9M52/mQvT1Utmp0/xIHSSX
0Rv2sGD5JjZ7ahMy4dseoo961uFKmbakogkWXLhU/JewT0TDtj6KzjCr/Yq8swdOcKtWVK6l
duo+1h82TanVOdFOuF7pEwmIcV1BZMBOjo2vY2sWLYAQ+rFfqWD3wnrVuWX0Q4nzqzyuVspl
w7teXbt7SUKig4nBEMrV7fesDo641ve1cAgu6B/3JPDR8oUAZh6iuAL2OeivXPASeq4H2uh+
mB+VegsdkK2D7uoXyWFUivOltTo6Yyn7YkZ6Ko0KIbGqFqzGERYgDV8uspyQpsB5lA1sLMfC
MalWlyzI8QAG2Ve3QtYmVNweiBsAdHRpevKls9ET2PXQ5qco07leLwxCerg7gpu4QeOQdle5
GrV8kez2yGHlxLoHu9r9TtHJHuQv2b3p+avKQvT37RjBhEHug7elEfqCwM4ZMDgBwUTpYIjU
KtWcEuu32x9slM0IMG6BYBGqcEiphwEQMnUZ/wASILu0Puqi9pdyrEWcndcaVxquXcIN9kGP
Eard9UdABJK40IygCHIMDov0+YDjC5Uu5GBqUXDWDujQBuMrlYtrEKWIHyVqEem7hzurd3kz
Sdz/ACJ6luOuE9zPTKAE13XoOshYPt3W5QjOERqETLPKBpNq6IC0WtDKtu1FhkPlDnXjfcKD
HR1DkKKzo6h+UE7JynDvoFYk6QuQJjIKt3da48D0TDRHQYXrqLDyX6nYEbaqQxBlOcnBVbPL
u6AvWt/IsWXOlZKca67Kb2RuAepOVMA/igDsxV9ZZinP2hwr9w6uB5Bcu3/Uq5xlMe2QTCNW
IfLhcSIaGXIVIf6qtzO4Tg8rTlAWioknquPbYHW26eyzBRuwaqNAWqVy912gndB/cUO5SXDW
7ZPGU/8A/md3kHkUe5XtntHUmEbXOWgZUYCEONXLLjyYDB2Qra5IGNl6gCCI6lTjqiCPToTt
/Ch3BBGGX+HdN4EtLLk2sfJc6z6XQLMXcqV08MJkUD0RAwT9EXyzSva+4Oqu1eJJB6eBARsT
/YI2PmPNPYoEOE16jzRvSQdlLP8AlKAFGsQzhVrYyBCLL+9WrkYqeqqRmrA+f8KIOhXco0Aw
BurlpYAfNEuxIjzVbDJVbgMDusBiMpmGDJCdsQEOqFsjRQC42QFoTEpgUO3QwPxKBuXJQqSQ
Rk6Lg/zZZkaarlU2Fs8QcriRY21cwpknCq48kSfcdB0Q5N/cEOIeoyrE+0YA3TmSSnNWLLiH
5L2j2P42bQKtmYgz81w/KfwU0g/cFy7deQMr0doDzUCoTwTsExoC5/BesMUz4KIBYHVTLYTd
0TbBGUO324EefgSSx0TkNUYC41wMo1EgadUCdVZVr0yuVgLHyXIds9uwxauVHeIH8QXp79Cd
jC4/rh/4Qhe/dsb/AEC3LO6A5OTUFd0jdlWvXCaZK5AuKiPNNCbY4T7l2QLOCg2gXA2L0ys+
Jt0hGgqT80Bn8FyqNNJQJapOSufMf3r0kEMvVrLZQHFjv5Lj3DjAxCLM2hUCDlAYqqirsYdV
q4bLpgY1K5VHr3WB7Hx4lX5F5hk4qTSwYlFgC0jdBxOq9spuKgRsocKUfMouHBRp3Bhc6/JB
vdoUwuV6ibdSuFY2Xp9xx5qtWJsZJ80KjRVrl7BRonEN4esZhcrVBIwnBIDyj27Fn12VL19V
qwTuEKmKsy7lpkwdFX6n6I1O34Iil37Zk1zxKxBxsyLQLBwn+iw9h8lwFWIyRqmPqJLlekNp
KYmTshKJQqMkOSd/yompJNTNUakkgw+GXCDHuK9L1s2UCLE7BCPVkKLNbNXgJrBv4sunZhq8
hfvZAkkbAIQS2wVeBZ8uIQqSK2OSAvSWOGde4/8A1+JHRWBxsu33KGSZ2lBT8TnKZ2JRpY8b
DFkRcG2zINJIcr0/MqugHyU2xLCSU3GBgarlq8BB86qoduMlNl1GUxDLogB802plVqcu7Idq
594JDdVar4cQhy11VbvBhXqMmE2a2cGqIMag7JzYG1MNllLkD3HAXcrUjjXUdfypzgBcmcga
L8vTVMVAUSXYBPmy44F10JYJzNaiUOLwH/8AiuUyJCFRAGSURyxh8oD96DREk6pg7ncIWBBK
43BF8kjC4zVsE6o8iaOWATkYgD/Uv/1t81Hjy5CoMkaqtLWB4/3KHPkE4qSE1aFlhvNMsKUR
18JE6FGP1K6bocakNhQ1QVyvZzsmqG8k4DdUScnwpdnDsfn4HZSidkCcBAVYm0eQCqxDBga/
ze70qhEcSu40i59J2XC0EYVR81cYklk5GiFGcdFVrGoGSMovYn+9AdusW1UY1RnJHh1Q3Vay
4koknJkoGsEFBsJsWJb5LmC3XK9bggR1T10OE9SK2eQUTbRVAztqtbcdTv8AlRt3LAWuXbCd
8bLhcA6unr7hDblSJH4L/wDU6Yi30QNcHVbp70c6FemgbXVAirMvaCmAFR08IKYnwtu/i6cs
va69qiix5LCcD5FEWAciPNDfB8GVxbZwAiLQ/wDbiubRXTouV6mCSf8AKiBlGs2IJfzQ51BJ
l9VBZoCsDJGqOOOC+V0CPceQFP1QLO1k2mVYgBlPmPA2JgSVfuN/6IvARYlj9F+m/FtUCZ3B
ymAh/wAERxZ8DReos6MeRCY4QsCw6KnbMuXPyQqAzJwWZE+4K96uwMsv1qzevvHRYH/176LD
JvCSF7gmNgD1KZw/hlQfBteivswUD6qbAfuU3CLlwvTomBkLV00k+aYBgMklQ8rqMq1dQXHz
8N0QJNnVLEt+oGI0dAPIgxsoHzQKtysRy9QbCFdoVa/NdwWkjUIUNmu/yVrF4LBWOrz4W6FQ
NPJWrgASFjwHby82RIDg5XpgICCGmVDEv9E+3RODkyEOmyJJdh9UInUIA46Qt9wv1oFT7Dl0
Tftm4/NSQsM4aYP/ACogEmxEOvUHeYh0a9sC3ODXNSv/APmPt/H8ilcaOmdlN0Dax+aMvtK5
AsBhDibE7rjbkUwBZMKmZdDiM6o2Y9UOVj8ipKPIydE79FJTlwydvqsAdUeOUCV+9A7Fim2U
KoInVcbe4e3zRpYsdQnGCmBVbAEkliU6tbUQi2oyyDQ+vVEkuVcHBAKMyrjoquNGhXucGF5I
2JgI2uYJeEzkApj8mhkSSzIVoPUSwRrYkWdrDZllyRATnJReQdAmZmVdScvoiKzY4K48f1au
YeR/KuIettakMuVhyscBpdG9rMK4Gv8ALVOBGCFa9vSKVcA6k+yqx9v4ot9ETx4sWlEwgML1
h0LCgBGqftM43THKkOV+GEwyF1KYfMqBG6zK67+DdVOF0TEQcI7DQahAbaFFgIRdctYPgH9q
B2wV2/8AdUBg8bjofuQtWSZT/UIE4sEX0LLHuyq3fIl0BhdCcKzw4UKw0ZcdBqgWixcLDFCu
CZTgS6IOAgQxYyCmqxCsD7BX8fttRfr9qbCvqGp/iRFpOxgr3TsU7TqvPdM7bqojiETUzscL
9P8A3FCCB6b7I8u5z0lMMnUZ/msgxE6dURi2w1ssD2P8/CfBgs/ATK1UZ3XlhYTDGyOibbZQ
jhNp4RhEZXNONUzshOidAWwTCd3B0VqO74Q5+6hYMnaTlGxHtlHLGSf5k2WCBcg7oFxGHMoj
FTsrG2SIlZyiNCufJha2EKAuKwEHKAfAkqwILdFac7r1ZMjp+ZBg7K92Dlk9TI0RswqTqBqj
SxB3TmRo5yuQEbJhhnYqtTg41KHbNTyEyrC0OWw5XKhZtCpHHoUDyG+0ocq8Wl88lgYb/wBq
ywWX8IhOo8Z8GZgo/wDNOcLTopzqm/esM+qBbKJ/FMA5UVLp+GQvb9SmswKfQSiVBjZDuhwa
2EjZUO4BdRk7rifULT5KcrgCxsQB/mVBlzjpVOoyNFYEYLIuHcogSAPogdFPyVX0lAt1T2Mb
o2NuIJ9OrhMQwBm2Co9um5TPmAOiFKSXTMww+qyjWwcFGtfVXTyXt8gcp6ksm5S+uyDzWsur
fP6IWH3FxK4iQC7BSSBJAaUGDA5PRAceYMA6t/EvacfHEeEp0woW1QrxYoyvTYV3GUx7h6tC
c3sfmn5G3zUh/mUzelOBUFZHyTqU5xqjWrMxQ6Qi+iuMhn+ipYNjC9TOgR8yiDgaqg2Bsf8A
KmOAI+ayjfPHRX7nawTPzQadwrni7YWPAUMG9Y8wmJx9ER+ZVB9xwyHKRWfmmBwVzBf97r9f
u+yuOpTMwGB4bpyWyeqAJcHNihWSOuChrKtYbK2hJ4jROyJaWXE4OmCyIrGwRsPdQQsDH4/C
PwTmeixCdZnZH0uFyFHrjKfgMZdEgV8lNASdinMHZAH0dvU5Nk3atav8pdCvePMbs1gm7dTO
CgSHrq6F6/doiHZlNyyI5FcnICZ4fKNCc4fVGIIIOyvQEmoJ4lS77qJOUTqNFaxGYHyRBL8j
9E/RXeA2N0a2kY+SIAbZ0b3AqDqjyKLSv1DF6YQtoZdHgXFI6FPcydpR0sZlOWIEDqh2wW6n
DfwIdqntqGCzPhhlxAkDPmi5YDXQoTjB0VKEel2LJqDjCHatig5W80bCKDXqgK+0ydECZvo2
EeZAsibFwMDdafmx/wBHwt9CpUfVT7tlj/1Ux1Qlq7J2gLlWrBO05CA7lgLaASuNruWeMfyo
9ulDbu4Zcq1/TI0B1QFjBMEJiXruUeJmvgQddVhypwmEod2maaIEBnLW8kAIl08OmfKxhPWC
QoIIDIRBCsTAZkSY2ZDLkgMqV4tEpgEYbRT81av5XI+aczK5NJ0CYaZUyu53+4WGKKJUJmRJ
ECSrX3MKYDSntHRdsH1Csk+SIOAHPkrWID3LudlGDhkWiXIKcEACZRNxlctmcGFg4/6fhdsS
nTAhjITESmAfooIDZUyUGnoi4dkaAitfxZW/T1DOcoijknJMK3e7g9RwSudaAWOohZMTO6NL
BhkHRHt/n06hFwtGWQiHCaC+EQYdX7N8GGRpljBKhfuQG67dNCf3BFtThAPoiBk4RZ+oVCQ/
qEIMGPixlHawb5q3H26Jr+lvaURlssoD7Lt0OWdP93gGko1OLBijQaGHUsTqMonBOV3L6NCs
QQLW9ITlupXKj743XtPUqWJOgz/1IOB0VRl5dYHt/D4iMucKRIwnsHBDIMMhvqg2dk8MTKZn
UEHkuZPq2OE4yNUDaQJZsphondyFIQtxmoLKhrIBDrlW3mMqQbJhT6r2oRhHiY0CF3awTO75
PgSZYQgRBJVK7VJTAZIY+FaHDLi7vMFAsPTZyq20IHg3h+nWbVMHYq1tj+CLV9uCmcvqg7u8
HRNtA8YRiUTWBaUCQ0O6GhKduJuq1DRg9ELtGgOpRsME6qMAOU9h5Fas7gIuJI+S9un4otDK
SxX5lInw3JWJ1W52ReGRD+RCZoXJVqYaUbVBgsrEw/zRNgCGYKSyYo7pjIZir9ytW7ljxB6D
3WXdNieNjD5dNlQJ8XbCYRbdcLZ0W6J3T42RJhqoWJiqiVTuVrIhEgAHdVGCdVUHIClP4VuK
xcfJ1xf0kN5FCtpJwnoPVromh4LHKf8ABP4MUKn7nYbsi4mpIH8qqbGMKlLH2l2ZVDNxqv3I
CsPn5IcCzZ+SAc89SdkNeSdy7tCeWwPNf4W+SMumoPOHQNgSMHSUDykp6mE2o1Ts0ZKe0IES
dlj5Iz/YrD9F+pUEWoHYDRfodwAWsfSTr/AnqGOtU++ExctouV/SOqtWpcDNtE3Z/wDrGYhl
XtES7o0GmydOFhbKLMpHzUh+qn27okHKclWYQAFOSVIYthAguH+i3fUKhLkOE1ayIlQWGyd0
xecJzbkHgHRDjgZqgSHITgerdCpHEmOSa1wxAZgrXPdJrWQGQrZ7i++yPctAqJXbNR7SWP8A
EFXvgNS/u/hsPTbkhxI4uW81zJ9su0FEAwSxQsQ7EsoDNJfqgBl1EddynHyGqHGTkl1yOmHX
u06o2taoHmiDbnYDFUKUozE6oVrL6BCp934p7x1Uv0WDB+TL/gvcQyYsmLeaPIgDEr9bth+2
Z5DRdu/RpXLuFgEO1SpsTDo37VyQfswwQPeNRPmU1AATm2pXGpipZXt3GB0KIBh8aJgZWEy9
QhQnBZkyIBd8DZORqZRb3Ex1ZUAiXQ3RGXyiHh4VQd3QAgsmEEapsnfZCxnZ0/HCJAY/QqwY
gA/gicFOYbCrzJLDFXd0Lmk59VlXuekA6BXocWqQrkH1djuCzdFz7VXp3g9gPtv+aq7gu7Am
or/qRtKNq7ZM5WdM6IABySiGEaolnf6IgOT+KPOEWxod1/hZZJd0SA5KAA1lfq1HK0OTohxI
Yhwco2tbiBsIXKhJruzBAg8SYaP9K4nuF+mFy/UJfAnP5ap7WZvmXXpJJyU3ctYzD/5V+h3W
7nZsMHZGnZo4f0hGtvTyw2y53ry7uhKtURYEhce4cagJ2Kvd2Dux1R7ZkhG1APTgIE3FSZY7
LiSLdVhYTMPNMjEKJfKNR1zlAxGypHo1PVDjJMAI1sZIwvZymS+Vz4gF8INMSOqfB1Ww1LoP
jpoiBsi7lpHyWNJP+nioKboiLVckwDshAkSyYHGHV+5rUfijas/qe+oxZHs2dj7XhQMZTVjk
UKEty3hNBDyxdMMjXZAgEPk7oCpIGqHLKkOJLIAFiNtyvk3yRaRstgVapHqOCiMkIHi4GpCg
Hq6mwfZAgAECTq6e3q88rLtjonId8uv3BcrDJC5tOiFrH2/VcRb1DdV7X7tFbnyJGtRkoDtA
9vs1938SaosRXB1Qsx9Ik9VYSyNban0iuUe/ccajBP8AkQvU+7TZMTHgVJkLZ1x3+iJ1KF3A
hiqhvJEkYjwfwbHVHa0jqnIjWEDbA2R1qWXKjcstgoBjxcv5rk7g6pq43XMBwP3fwqsEHZAI
Vr9xnqhYFmP0X6tAB3OyQWGSELmCRKAGmV/U7f61Pub7VFjWwLtaF/T7gBDuyECwGoMIgglg
7JjUcSIRDxjiEBYkHQYWT7U4gOgCwiHVqkM2F0UafsKUqYJlAbLiNUDU+rQL9YVbu2wcoy1B
NrEL1C3cvkk/9q5GlR2yPSGR4QLHRW7tvbvqgbmDD4wu32AHrU43KEMcID5p0S0okonVCu0v
1CmHXCrMHcTuhucJtdfBvH+Ksgr1S7rkIGSF1OVOcOv1g5BMtoVqx6I6QwGqHa44DbQuHcJF
bYCFqyCu32zjJTs4VMkXLWqNX9KOw0XUyQuLNuj3OyeJt9qfka/JEV7hIMKos5fcJz6S7wvU
QbHIQI7QsRglf/XXD4TajZYciUTXGoBQ+B/hD5OPkpUmUWAN6yyPb71G/L5qG47BOag+aLR/
pRZ2B/FV7ddA9n1K5Wzkas66YdBy46J9F5LK6aLhSeUErQug5kFWvUtyif8ASuR+SYHxZEaK
NEwixJRDyNE+qexApXJJVj257VvSa6N+ZDudm5OhGOK4k+t2nKd3IXKwapMn7kSbf0bRVzhU
vUwRko9f7elDvXB4duQ6FKjMlDZ4KmXTEgbOntYE/VRVh5ItUt1TEM8AujxDkl+RKINnAy0S
tfbsixz+9ZPVCwDMZ2VbDBHi/wAVLiWJBTGZymMtsjagDnfZWsaSZG9SgOJ9WQgblgN8oV/2
/bJOHPVC/dLPLdUCMkYRJOiBrFdkDqiTCLojTVGtYbNkSzEyDuvWHf2gIk+0ZfZPniXD9UAM
okuPPwnw6eFhgv6VIndGtbVsdjEI8rO8cftC9InJQEil4uEb1cWPtscH+Zc+4HP2VJhfqd2z
1H2q1a14gDCHZBcwYkq97DiC3DkEOyIIyd0XiuA65vC9BIlPZyEWoSELsOsJ7WeugGqrYUPE
Z1co3s4taB/CEeI9Wr7rXDIh5OickAncqQbdAF+napoftJ1ULr8ZBwXTA501QIjyK9RjRce5
7RqEKgO5bdAsHbVca1YoDLDLov7cG2tv4aIaAYVQB7kBqhUbJ3Z0Kiz8tQgBAvBJ/KEKiRWs
kQEb2JYYCIAHqIDvt7U5LlpQq0oApjIXLwdOhcB2gp54kOCj+rTkMAlNSjPkEoE2AY4AlcqB
zYuw0lClwxJNp0qh2621YatQLjU8qHHyTU9pyAq9wh8Ekh0OJg4bH/OrAZIhY49wYfBZfpEG
ncBc7OiTUc2BTVDHomtLI1sAKnQh3QeoHyXpAFRkDdSJ1C49wCrlwd1+KNjeExPKxEJ3Q4fb
hspiDY6Ic6WfVpT1J+ae09E+CuVoUWB8LE4EkIgDCJdicKT6Qh2w/rt6j0XPth6nQ/b/ACrj
XTXqt31QqPaZ805MiA+B/KiquWIKjJgrjbSQU5+S5DJhPdsOrTBLQjR856KmGeE7Nr0QfyDe
BG6AeB4voi8SzJlxBZslGlK8rAty0Rv37PQSww6F6NRstldulbcgR6jWSxR7vZv6G9za/lVz
YF+RYlDtiGMqvcjiQxqJhfq/7O3KhL27Jn/lXHka3aaWyFaXfRfq0qD27SfP7lStmBILj/Kp
+qmVAZGW0Z1s2qJEdUCGLanw/qdzj0Er1dwk6MEzWK9Pb5eZTV7dQBGFyIlnYbo8QKV0ebFG
l2sTg6oW46IQ3ROasdxCNuR4jQq1XY4bzVtdFxdgnySquYBj5Jly7R4nUJgOVRtsvYeR0aGR
pevA19oQ5GTBRsWLZIQsDjZPU+rZcjlVqR9EAdNkAAHsSSUwzqqiwkYfdMI3V7HIKdFBDwI3
RrpkI7r3GtTlWNbl9Ahyu1NR1T3e51lAtxaY1QpUekQAmqSDb6Kli9jaSCqdz/buJIsBgf4U
Ld2s1+6vp/8A40CG51Lx6bI9pm0JRqS9NAZTYnPmgRbMhk1jCOVEl3Q5CfwTmfJbQ6/HCse3
fOHTkgsN0GGcbInuWAbIEmUBWpvUZOEO32qGpqXNjCewYBU7fbGuUKkYAdOC62OyFRjJTHGS
dFYlhJY7rkZKIPtZAVDP9QnFl/UDdU9SCOngbj3Vn5Id2jOIKrXPJhZsSuVAx+5v8yeeRQrY
ODsj3LBy3pCBOTouRgSpm2mgVe4TIONE4kaqxH1XE5RH4qo+B9vDzQIHzT6ldfDohXFqyF/U
qf1AwFRMLhe/G7zWwZcuNbvqGKPcAY6DdEn7kXYwhcGMnzQYhwICDCNSiO2eR2wUC/u9yaum
iZ5Q5ZOFgL+tYk6Ae1NSmcEqzB23gIju2NamW6//AJLr9PtPbc7ongz6srG1hzHtqje+aB/m
v3qCnGiO7Lcs3zRcPP4oixbylcQdfwViNIlHQIgyEbdo8f4dCuJi4yEe2Ljlsj2rxU4Q5HiB
bKOoOExyIRtcE8cKFWqe+Gb5pnj6ocgZ32RrozFXo72H7k/yTKpQCIqOTZQerUOei59ogvIQ
eE/wbeD7oG4m0AgsyHYt2h3KksLZXpHC5wyFrl20R/f0UhyICNGI6o8SLR7SuVmqWJZPc5eF
l3KcwnMg7KYWu6Jsfqoa1hJdegcavEJr+e69gJ3TAMB4GJOSpYprQTjZAAuRkIEw2iqPtdAt
BmEBuiXfjJV7gariddl5ZTZKcHjfSybuj1PFhlEE829pPuVXD1ZCoL1AhemNUeWSdF5K21XZ
CD5o27gke09UCZGqNcOuVSQdwgOTF9FAIZVaFy1OEbWD6osGZVG6ZcrQE4kFQuvhPhSlTgLk
/tlc2YYAQrsi8It7kPJ0+px80W8iyYlrVhEdF/CMLcDRE/vWdEeRboFv8XLQZ8lGN01g40T1
HIDX7ggXew+X+FOB7ZXEgOFAlW4xa44uyDlrXw+qEeaywb6ry0CBC3daMUbUljHkpyUQegXR
Xt0hWNmkwntQtowXEVIqN0QB80bMXQsyP2kaIkkkaKfUcpnA2CM+QQA9z+oKvGWDHdQgDhAC
OnxWtaWkI2+yURiuhQ1I6oA66hECScIRiBLJ2L7KwALiSNkBoS5ARbSQU/zZTB2TAMGxsvac
fh4N8OFCNDgz4EZCNq6BGpgEEkKwrjVV/JbUQyp26yAq1OWhsgo9u5/qUy+oTl/7k2pR/coO
UwwNU2yH70b7kp0WMmEJYk5CHK5LaEx/0pqiMFAYJ+aYy+iNcEaptDWVahg1P4IlVuTLuCuR
E7IkjC5VzqB4eWiB+HzQces+kfNWIepLh+iYPG6awL5ZOC5GNITkO51RjOLLhmysCftQfDxv
/wAyDYGUW8yU2f8Agpl1n/0/Yg1i1cIi1X46hF6xsjfQhAgOTko2H1UZBdkHDOYQB0Q7vbyM
9VyL2oYNtalcn0U6oN8llkwk7rcogQiTkKtTglMMbIN/YouZQJDyiZnC83BQ7js0KndqYGSh
d4MFlHtGh2QbJVtNkQfzYXVF/CdPCV0TPhUoMiU38KLmE5EbotogSXB0QJEaeSLYd+rLuO3H
DnZVDZ+kIhmG6fL6IwD1UCQcLAzyz4t8RBkFEEPVGAxhGpmrF9MIAFgWynqGOT1RG+VA9Lo2
qDYJzXO6/VqDwsfXXRC/a9VDmh/0oW0P1ROp/AKJCIbwPUSr8vaxZEX10/7UAM6IxhHRROyN
SJOVUyGJdsL5I1ODkr9EWgF/kqjMMUAFZwrW/iIfwNjg4Hj08SVbapALI1+Stu7EBST6v3Jh
9SiGxlEkPsgBHIMB5I2ctiN0H/BRIGUzxomEES6bLr2nH4Jv2LZZfqVGNF6hkITg48lJcaFZ
jRVgDr1V64Duv0+2Xf3VXC44W1BwUWPoLx1/hQvUP+YfmQvUwdE2iswwg+q3804ettwrcgb2
aLHP+FDcfVEktst5QhiFiTquOVwvkYPREajBEKtjkM9tG/KuVhnTVHYYQ4mcIkYd26oD8xZM
FPhAUhQrXOgdGxYjJPXws4iwcFecuuIIIQFjFlxDvuuIczCr3CMfJF8ks64YtkDUocpB+oW5
KDGbCAs6fj+wwpW/gO5T2k52KJYkuCCE5ORpohaGQMkbK18vWEe5cByXd05PIHNSuXbse2dA
7hZFx1hcq+m33V0K5EIkwTLKJbdPpqjxLtsrgHUgFCJ26IloMIAH5IIAiFtsn1MDzQBY8YR4
+0FyUKZKNfyj96sCGAEEIQRy1KrWeNJjdR8DIVQ7NTNpPknIY206eAu3tz5I1JdvamGSUQRO
Qp9qNddwq1BaS7pwCHyndzvqE5JdO8rlCyMP+0NbBwUL0wMqQeOhOqZvVkJ7f2Kr266ZXqh9
tk7/APkjxdskfagMWGQpqQ+Cv4a/vUYCfcwuMip0RtYsbYKcOWzG6BeCmGAjbUBCXOqj6pyY
RFC/lLIUYl/tV7N62RODXRWszW1sUKn7rMuJtNRLq9uQ9Rj4CdPA2+QRIDivpQHham4VqEOa
HHRAw2izuyDwdFywfzKpI9QHJx5KtTtAQImHKk5WzQhLss6fsW+Cw6Li8DIP2rPzR16aLm3C
+oyjBI/v/mRBCLnyBT/acoXqYIdk+tifogAmsHQc+ipcB12+1R2qXZOTPSFOcKTL/Nl6mrU5
Oq9MA66LjUktpWB/zriSW2CDwE7A3OpVwwZsohvTkosXJEg5Vbge0yqkaiWX8QkFGty5Gvi6
jVGx0H4o9zQa7n4K9yp4i0HqjzLl4Oi0qOiAdy0KxvjZfpPyYHj5L1gvUkI8QuJDnICfbIX9
mWPt/asSPqiHcmH6I1OAW+Sca+Fu5TOtTgobbFOcarGFWlSQ+QgDoFyRsrTnCubHAKancnQW
DhekAnWf8qN79rkfMKe2QGcymEVAycOg45NDMibGbSAoLJyZCuRoESC2pVr8YDsDohJsbTYM
rVLvUwSvd89Vl4z4hAaBVpl5PkFUdHKfxLiRITWb/gjDDH0TQ4EIiwghmQL+ljViVYDNcokN
K3KOo16JxrBGwXt0f9kTa3y1TdsMBqVNz5YQYkHdOTyIVQQXJYhAmCFCJJh0LASMjorByDoE
OqciAtvCx2R6S6s/3FFg56p3nICkORCxB0QJA5aBWA9JKeI+aJ4u0Si2GVrHJgBWtUAgjGT/
AIlWCAZYrkXAtI8lfZ28k7iEDpunKJ6IeSJKrUD0vPlVR4SuQMaKxdoTfgiRIMhQPMpq/XZc
CZBEhDlViYU4Tn6I2Dh8rjvqFnR/2Jb5I8wQAW804wogPJT2LaeaIBESEzem2D5IcpdDZWJ3
cBGQ26nCk6wuWty87IDbw45NtEOzXGrqWb6qD8jog5DjZMRlMThNB67KGO65cun9qrLoQ6pV
gHm3REggZYdEOQeFxAYj2+avS5IJI5aCE9QwEDdDudzDDiEyKjKNsEBX7pwYr8vHjqVBVhgh
ajZkDqGBCFXZ4RLenDf60DU7IdwdI1RDmQsok+s5CEx0WvtfHhAde38Vj4jYAzDDCrahBDe1
H+mA+GLyjzPB9xr/AAoTP59Sn7diTXJMlDu9ohiNd/uXFxyCavvEsrVtB8k9ZKJz0OUBhgIR
scaJzojaxYAOXlG7E19tWRrbGWZOASAup2Q4zZE2AK6nRMRB3U5wsuNzonMj8FawgAMxhca7
41TPPhXuUDAn1lUNpDCEAPCtDZuRk+SFa2BIyhTWyrUaZ8CWdPaG0XU4CsXzlOC2jogSAA//
AMlW370SMGAq7DrlGJ0ZcbPIeEwHpHtKYjGWVXPpf96+aMqBK0Hh1XkpDJtfDlQOA7jVvuVh
UcWLsE+T5pu5YccPb/SmEV0JyhaoYCcq1HLAO/8A2oWl30yU9wxCPd7Iz7ggwAbIXqbodVWp
yR8kGwuIknAGiHbBc9xM0j6uiB6SfmgKwNXT1zonOdStnUSxcnqplxlZY7nwkFDkX1hHbPVD
R/A1vIOExII8DYwAvU/EOj3H9Iw6qBmkl1W1c6+aZ/qi9QwwVGDJQsILwrVyGhEswf8AFVOA
II0QsQhBBroMfmVbsxGE5HpynAYQyjJ02R5l2K4hlgfRNxIOHTF+q5OpsF7lunXLB3C6LorG
1Rytqj6chvmgBNbOa7uhyPK4EhEVBrYwAMIcz6dl6jWgGHyie2XAyu0Kgtiw0Lp2h2+qFaFy
SAynSAVlif3K3duWAwjcA8aQPNG5gAsy5Xkn9ysDbC9LkbrjpknVGY3TYZQfNC3EkeSchmkN
lAu4Oq6CAogH5lDx+aBC4DJlS4lB4YPZWs7m5Jfp9qFTDythvquIlsoathMMndWD51QFRhHi
fkgbHiBBBTgsGyV2wA7gIVPRdAMKpA0kK0NCJd9ln7H+aliBAKiSEw1TAOd08dU+AE5LhHtd
kcdrbo2Ae9Q7HVlTubifPwhdqo+0Ep6mbkw3+ZNcBs7Idjst+oYJ2X6ncDVObWLkocTwNfu1
KrSrFi4iKsmsJInzQInUp0AdYCr2gfVb8SUKQbHJKFavwdhuv6ksXAT8Q5UVA8kLNxbIGqPF
6kpn/vWW3ITAOEfSx1R6o1ZqiU7s7IeEp0Ea2hkLHTJ6I1Gb+kLi0aIbiH2QefNMCxypMmQy
1mFY6AIyAUYHUokE12dNdi8hVFrOzElVFcJiRGyIGQMoB8omsPkLX2t81wN31T17jDQBTdwN
dVNzZEy2wEoCotXYlE94idCdFa/bqxgug/3Vx8laulbFvJ/EXZ+Y4k7LjU7gvo65VM2wegR7
tn5Zs+qPZ7FOBEBguX+5ubE6DRAVHzK5Au+QAi3uOXTHOqNdKwuRmlcIivuP4IWtJGmx/Zi1
SxAZcSG46rgcmQhborNkIAFmymVT0ZcjmyAdxSr/ADK5cndNsvnKdnG4VnE7IN5EKwZmEokQ
DqyBt8lMdFU1xWR1RcPsgAepB0VmLNMptclcXAH96DB310WPsf5rn2wxEWCel6WfVEm1WOgR
Nu5UDoE9+4R5Ik2JKFgDY4yiAYJAYobCqcBnJ/f8HI24vqq0d+OoVe0cn3dEb0DjUqA/kiAG
GFLtqUbD1OYR4kMJsAuTGtrZQ7rsThEljY5P7XkyrbUOmOQFZ3DiPmmBc6nwAbXKFdBC7tyZ
7lxWnlVWbLs6tY6IbErMNCJHp3Qd2ViMthEPDyE5kDC1gO6kvsrVyThZlpdR6heI/MhYgnIt
uifszOUNX0XyR42BtujfsRvQ+1ce7/T7h3x/hQwXgFEnTRASP3KtQQ+GK7dMcrgLjSSBhV5Z
n4CLjkNijelWtoy4kEHuH8FTtB8SpHkn0Caoc6QhzZgpbkdDDuh26iKzbYIUqGAGP21q1ixE
Fc+53jw/KDlN8JI0Cr2q4pr/ABfchXDSerqw0tkKdNAga5O6JPkgOUIw8JxA5aqNRAQGqyx6
Jyc4dWNZdw642DCkjzW1X/es+p8lO87L/C6LDLgprBwMBOfQdEO33DyoC/LQoFmNhpsmt3GM
asEDUvapE7lduthytWY3sFy7vuM/GCag2rgqt/ttBQB9toB6ovLbqfd0RHZqx/MUbWsSBi2y
FD782vuU5Jv29fzVQv2CLb1X9ShqTll6S5/Ydf2XEQbFTrCtx0YbqxEFyVU2OrOuI1kFeo/R
O+UWOEX3+q5DAhtVVp6IjUZCc5xC5Fw5wrCwyW+aas6GE0fOUemVp7UbVg6BVNjmZTB7FsoU
IDZPmge33Hj006oW7tPUNpBRJoRYYCtaw9Iq9fP4YXXw5AencI1vbhcSHVbVIs2olAiRcSOq
oCGqWkYU1d1xLVGmigv5LCBY1fULjYOfzBV7fb9xMkIcg1mkfCBqVP7J0afbQfiVyydUSQzn
HkrA/JAkQLEIFnbLJxCDiW/BbaBWf67IAGEft3/7kCZfbVMHcdECzg6LmH9wYYZEuAd09vWL
YT1wYLr2/aychwph8JmfdcggW0hTj+9OA371doLyT4MfhYJjI2WOPREVLvonYBDlh0WKnH1C
hwRkYC5dwsBlekORIKap4jYQq2vh5XKpcHX4eW3hn9gwVr/lCNifVaSCuRDbBDR0XRrqS4JQ
LMRqjYwRkFMNcEqfouQkCSuIAL6oBn3dHpkBNguMqpDdUcm+mqFWf8UOQIAGiFQOrlfJPoFO
iyp11Q+7ipDBEHGifQ+L+LCXUfBhWBy0BCly4OCjezgBMC4GAP8AUiSYyzqwJYHV0BQOyDOT
sMJr+46eDeD/ALSvbBmxTDRGmlcplMtohegmskJgIKPRT/5oEDOQV0wyIEbBT+KNR8ymZt26
IAuQQo8nQIltECDNsriWkZ1WDhkR/Z1wOygu+6LhwBHkpDbqTOhX6dc6FD93i3hxqHvaB0QB
kjJ+Lqr9viXI5Ut1XDuXPAROAvSTYDAAj/EvS7H7UTa1qnbRC1ybEaL01b4WdTVxupYD5oxH
knqNWZY4s7wnZAZB1XKofZNajEZ8S+KfgnpXlYmY0TDtGclT2yOq9pAHRSC3kufaBJ+6rMnf
zfKBFm/vXpOMbFYlnPQIkAEHQ6L0gOC6gQ8ugzMTJ0ZGX2RAEAuUDp0VSA9pdHlWXY9FnRHt
92tqkJ62+oZbMmw+oVqipIfOyqbA+vDaFAcSaEEVDaj1IOF08eRR71tX4jYfsK1Z+4cMqGxj
M7puAPVe0Mm/YEEQjEVLIkCU6wsJiAmCw268kSYaXV7ZFzrs65EZw3jjwwpqH0ICJrXOWXGw
woaIZPi2oQYZyollS2lTJCrerWqdequ8gl8IXmNVzIzAAUWIeWX+F03cqDPz/wCZGtHAy5XA
bQU0MNVd5L4CJqI2Tux0lCz/AAfo0gDJQqNF0+O1zikAblAa6/sZ8enxvoPAnW0BcAPU7Qq0
2H7AtisArL9MSmvk+0Fen6IvkYbKfXUI9uWt6gNFe2rO3+pHiXIlEWBJQavEgYWuN0+hMpzK
ET0RbOysAWLyEDBOuqZ8Y6IV0AUeHGvvvgIPnXx6KNfgNu37sK3dP3HXop/YkfsgPCnbOQ5K
LiM9f2FjsEH1kIjNjohyPLYIvC438+Wqg8jb967NrRyDEFHjjCNbY0bdS5jI2RGi9p2/9q6a
hcf3p6kEoWEDVEj0vJaXXpnqiS5dNp4Ord3uaRUbfFPiOxWb9w46IVH/AIHlcsHZOC4PwX7j
wCw6iqNj7iMbfsLAZR4zbAA3Vj3Xc6J6+2pCxKkAgwFy4uNQqhy1cE6Ii+WXG4AqmGMHSE2N
QSsWx+KLFyd1uoBfouI7dz54XIt267JnJ81PidaDXf4m8ZwFf/cGQPTReX/gadkFh/eh2/1L
WjyAXHlaszJyt1cjLMPmqtMT5oHUmf2BqPdYKx4vZzGy5morR256/wDUm48wTBGqaz1bILPP
2oWJFQTFcug1fnoqkByQxJ8I0PyWxOS2CgAXA6r8fgjHwigk20TCG8Y+Iduvv7kBeqHLgfse
v7B8Mv1PtqcruZMqvdsbCxMD83hTtCeMlRqUBt8fImE7tsubST+CFax266DC40zuj3bh7H2n
Mo8KuSc+aNbkF8hl+pT0kaaInFhghS5c/JA2EswKJsQ4grP2+D+HT4T3PkP2L7Kvds3GsJtv
g6fCyZP8VgDJCvax9VzE4VvSbVJDgdEDZqx7RorWOKh1fuF3taD0XK2Rj9gaAuGYJyH3TgRg
rjUsDkhOYqFbt19pPp0ZCtROpPgYyQuI1ynFmILSgBL7/wCZEYnC932v8ba/soTfVN+wbVdf
Dr8bWdgwDaqtWPKw+gVu5c+msgPPI/lQYMNkQINzxCpWuklRoiyHwnyVu4zsWC/Uv7SuVC6F
zDIl2/KNSrdwiGb5nxOs4VtBkhYCfEaoDXRZH/1t4T4Y/bOf20Lr4uhUYA1GqIb2MOXmuVx6
MdP5k1TLsAVTsvFPUfNE7+BQ8vhlc6QSu0BjbX+ayB7oyjWoEb4H8y590NUan/8ArQrQMPEl
nZW00KJEAFFzlmQ1WNNvjc/smTftH+L54RvxAfVWqwBtL9QuA914YYCPcvFlfuCORb5BA77+
BPRDy+KtqzWoL1Q7vcPHtkgIdrtj0a2/7VXvX9Nc8d0w0+A1OF3KtGqcDORsgBthEisEMvky
YFidU50T5GnhEnZOfCP2JKx+w6eAOoWfjYhxxdt1ysGJltgft8BYzxx5rhX3HX/MuLDzQHg2
5A8MfDCNAWOmya3rJymAYD4XROHnzTj6/wDxUwEKl2Mwv8Ph18XP7LqvPKYfsoTqPjv+lLek
FtlU2JNrSXz4OUzTbdCrYk+NK9XQb9vQD3Esg4aw0UonAoyz9vhHg3xt8DI7fFCf4BUeDfFC
9o+nwVImswrhvng+NOgP/gKbuoWwQvVhbBZe3T9n18XIXLUofFPw9Pj6/BHgeI9TQr/qAgnX
xPQfFP7JxLFMAmELWFlf/9k=</binary>
 <binary id="i_089.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4Rg1RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMTY6NTI6MTIAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfmgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAW+wAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO9+SkONdEGt7yJifNG0MaSkpHY5
h0Gp8YT17x7Q3T94ohHgkAkpRIaRJ54TnVI7gYIP3ITMvFstNFd1b7mgudW1wLgBo523+S5J
TN7BZW5joh7S3XzC5HOy7MLKbj3ts9S1shoB4B27nO/dd/IXYk6BV7qKrTLmNL2ghjyAXNn9
1x+j7klPFYvXOnvFrrHXV21ENgN3Fwn2uqrYf+gr3T77epNtNmJkYbGgObZd7A8HSNvt+j+f
+Yg9M6V0zp2bY/E9W2wNDbXuILKnc2Na+Pfdb+5/2nROpdPpzXu+1OsfXZp6Ysc1gjX2sZtS
U08jqdOM4sZ1Wqsgn2Mq9Vv/AFywvKJT9ZKZaMk2W1Wg+nk00z7mx7fRpdc53t/zETB6R0mi
2acOqA7aHPHqHQe73Xb1q22PAALyIG1rQdPkkpybOpG+8vxsLNydrZZurNfA27h6v7z/AN5a
lXTcR1jcp9TXWwyHWAOcNrQ1jIO9rdv8j89PUKmFtr/pWNhjSeYP7qmM5jbA0Mc5xPDB4afS
d6aSn//Q79rWgQBp4JAxyNo4ATQ8+XkEgZOoJhJTIuaJJhoA1cdBHxKxeqdcqfQ6rDdaC6Q6
5rNoI7il1jm/9ubVY+sHS7OqdLsxK3Bthcyxm4lrXFh3em9zfo7lxLfqn1Vtjjbh2VVtIN9r
3At9MH9K5ri9/q+w+o1jPppKSXdYyMeq7HxbX2Gxp30seXafSPrZEt/t1U7E/wBSarrfrEy8
FxqpostttIid49Klv8lnv9lS1sTo+M+ipmNiMxse72783bc+wGPTfjY2JY7Gb6n5jMi1/wDg
/wBWQ8X0MW3NwcLdQxzmW21H9zbbTjvGrn/pPRZuqSU9eLGEaEEePj8P3lXys0UhorG+x9jK
mjzcXS8/ya667HqvZlNrfiBrdrXvZQ0chsiWf9TsUMel+dY7JYTTUHFrdwlznCK7ntafzdlT
Ka/+ufvpKaV5bW4yBWylzwN0NY3XdP5rWe12/wDloLLxlgmgOeBpuAIBHjuu9L2q/m9JdZ1L
Fv2Mtxag51zbfc71Ic1lnu+nu9iq5zch1xpqsORWdXiwhrWAfmuePe/2/mN/66kpiys0NHqO
Zx7WiY3TH7znP/zVOyt+jqqybe+8BrSO7df0m/8AqobMVllxDn7qxt9OnHG1o8fVyR9P/i6l
fZXWyPaN37swPhtbtSU0sTFqsL93qVWPJLTW5xEDR2p31s/qq9Th1UNG1vuBjeeYP0v6u5Bt
zcaqK33NBJO1o5EfyU9WYbzNUuEgcOj+ydvuSU//0fQUxE+XwTiTp4pwRO0EFw5E6pKW26eJ
VHNua0Oby9xdVQ2CIeG77HPd/K+jUr5P+xYXU7bRvdS5r7K7XPbW57Wu2tP0mtefez+cakp5
zqwuw7tox6s/DdZZfitNj6mh7vo2xXurur9Jzseyj/SKf1ax3PtyLHki40NqcHNABL3mx5/4
H0K9uPVWtfOpp6rSMW/dXofRubywxB2/9+VT6v4z+nV2UZZJstsDKckndXaBO0Nthm1+rv0d
7K3pKdPLhtRc87fQLbaxE61+z02t/lbmrXoZtxqqtAWMaCAe8e5Zt43MjaYIP6QAEs/su/kf
QWlW0mphHBaCPmJSUvYPZJ54KoDDY2zQOfWAIrJLzM/uu+n/ANc3onW+oN6X02zPdRbktqLQ
6urV0E/zj/penUz89657Hzn/AFhNma9+T03AoAaGi1janO1c82vLR+Y5iSnoXVOEhvt+AnT+
T+4quUyprd18OB1LHO2NJH0RqWLDfX02203Mfm5dVEEua57KA5nua51kVeo5/wBL2fo1Zqfg
9UpsZj45FwiHur9YHv8Azrg+v6P02JKbHT8197XHGZh1Nqh1kXbiz80G001NZ7o+l6imOq4v
qsY3qWNU5xgltTrRPg1+/apUdAxzX6WbXXdXIdVQK2NDI8fRaxtiuVO6ZhvFNdtOO8c1tLWn
TXaWs9ySn//S7Q3XWQC7bPIZp97vpIrQ3QDsdDJQGuhw+Cmx0iUlNhluxr97t7q5cOxIAn+q
5ZOX08X11C0NL/tVFrn7QSxrLWv2NfH0/wAyz+urtza7seym5gsre0tsrdMFp+mzT95v7qxa
r6cg10YeXa67JYHYTMhjvaR+kpuuua51F7G7f+NSU2+t+l0xj7g1wbku2MrEQ175cbWD6eyr
a+5/7lalVj1sxm0ti2jYAIMhwA0e3/z41c30jrjX5VtvVbfRsY57scunZTc8+nez03T6THM/
Q/8ABrbxqPSY77Nex2O47q6a3tDWTq9tW/6DLP8AQpKSm7qLHlsMyqBO91n6KwfyN0ejlf8A
gSBn/We3pL6qTjbq3s9WvfPH+EoY6fpVf+e1bddjYzG23FteoG9z9x18OXf5izvrTZ0v9lNv
zGW2kvaMVzPYd7gXj9JaNvp7W/pUlPWNc17Q+s7mPaHNPi1w3f8AUrLyek4dlwpGHW+sv9cs
DfYHn2m7ZP8AOf2V5676w/WCxlMZ1tNdTW11VUOLGtaz2t3NZHqf8bYug6J1sfWCz9n9Qpqt
6hsmnKLnVbxXu2tsbj7fUur9V769iSnbyKsN2eyh9rTdt2sx/pkAamz0x6jWv/4W6tWOoftK
nFa3pra3WF3vde4ktbH+DY536Sx6xDuwLH4+JYdthBtfjkj3eLHv3Wt/sexWPtd7afQZZXd6
RLj6wD3Fzvdv3v8AouYkpz+s29dfecX9otqrdDS2msAgkTtsc3butd/I9iq4WCcc7rLTcTqd
zRr/ACi7cVt2ZDeqNGNk3P28PZi1SHFhB92Tb7vd9P2N9NZ3p5hcKvs9rvTP6V7WGIB03fyn
JKf/0+waPdKm2Y5TQZ55ULHEef8AFJTNtwY8abnDz81g9MpYzqeGARsp+149Xxa4+j/7Ltet
RzveB2J0XN9XzMjp/UczFrBYysDOxrmgSyfe+S76TWXF9Xs9/wCYkpbreGK/rRk3+g23Gvx2
vyWvI2l5b73bfpb37GO/rqg/o5dkUMwR9pZkNc9mLYQHDa31HtqudG//AINlq6HrTHnJxcpw
DTk0+k9kT7/51v8A0XWMVPo7Z6jj0EkW0NtLD4Njbr/ZtSU5rMTNwM6g3Y92FXeXNY4Pa5+7
bv2t1dtUnM6h1LKZitdXbjdOvZkuqtcIfW47LXB9v0mtpa7e2x663qnTmdQwTjuf6b2uD6bf
3LAfbZ/5Jc7gUP6ZXa7LPp5OZNPrNG76RLK9n0ttW5u73JKR9U+plf2yx3S7jVjOBs+zPY61
7A7VraPQ3vtos/wVlio/VzpeS36w1Nva308S33yJD3Q6KahP865rXfn/AKt/hFqs6l0ttDaM
/Aqrycfe3IewFlbjtG10Y3ovay5zW/o/ofpFD6s5z8rrj/WDKanMe4MaBXAhntpYP5trPzKq
0lOzl9Oyv5zHqOHSz6RveHl37n81L2qhiY/Ucu0VtIDAILi3e0z7g/Xcz0/89dRbZj4mP61t
oFDoHu8He1qm2t4BBG1gMMEjUdva36DUlObfjdXBa45j7iBHp0ltDGkce30rnbH/AJ21iNRV
lWFrMq58jQCthIAGo9S+wN3u/lejUrJ2sPDnmQNATymdba2wNFL+RqdrW/i7c9JT/9TsyzVM
ApE/coEgD/XskpFk1mA4chZP1kfdV08ZNZiyi1kz+c152PYZWy+HNPJBVLquAc3AtxmODXPA
9MngOaQ8JKRddc2/AqfWDussZZV4t9rrHf8AR9qyOi3Os+sdrdhZ9loeX+JDywM/k/1VY+sF
VlPSMfEbafWxqy/eNN2wbW/57lX+ptbLhnZrnOda9zKDv1ljR6ofu/Oc9xSU778usaPeGOcY
mJcC4fQprbO63asbqfV6cLKDqqnZb3V7KqK9x2hp/S3Xem11nt+hV/wlf6RV+p/WU4WTdjOr
FF9TyJc33OrIG1we72+m799io4mH1vOy6ep1Yu6onQ2vbXurHOxjtz/6vtSU1utVMGRVn0fp
MLOAdTby1tsbn40+7Y/T1Kv/AFEp/V6XddoBO2toc5/hELcH2FtdmFkVMbXkA/acUkGsy9jW
PDgd1WQ21/qVWN2f4VDb0PJxOp4haGtpLy1uTX+dWxpiqxp/w7vov/kJKbH1y6qy9tXSKjDr
SX3PHDK2AvM/ylq9F6yzL6fh2XlrX20sBE6l8ljWNaTu/mms3fy1xnUMd9mfl043vNtrg6yw
+5zGEexrG/6S4/8Antb3QOk12dPq9Wx+yuQNrQC4yS/3H6Gz6CSnfys5lVzavtWPQ58hrX+5
7iBudA3srY1rf3krHW+nWXXU797QHWmJ3e5myql/03t/m9z0Z72WMdWaKTSeWOaHN/zSFUo6
dRiZD8vDYabXNO9jCdrx9LZscfznpKf/1exDjBPYFMX6HuR2/gmaz3SDAA4Uw2W+7tqRwkpq
MzKnWOaTBrEuHPI9vthTbl0vDGncBYdrX7XBsxLfpM/PWffh9SfluGBmMxKQ3dkWPZuDXA7W
e6PpOb+YiOxem1bDfbdnZMAPebXNa/SNtePU5n6HX6CSmr1Fn7Sc6vGqfZZbU6qxrWmWvY5z
HMss/mfb7vz1Z6L0LM6diWCy2puRkWCx1Y1Y1gZ6Yoc47XOd+durVkXvYwU41Po1t4Y2GMCq
bsu2qwP2ta6Z9PVxntW72u9ySm11CvEuNb8pgzHUT6TKq2ODP3v0uQdrP89NXm4+x1jT6FdY
gvFjdT+67Z7X8f8ACfyFXZjtc79LufoABY4PLgP3m6VV/wDnxSOPi1D1XVtMax/K/tR/0ElP
O/WXp2R9rf1BjDZTc0PrujQSBva7d7mO3f8AVonTfrVfjObVlgPwnkC6D7m8enawu/0e1bbc
mu4atNj+XMZGgPt+lb9H+0sPN+rLfTfnNeaG16voMnfr7PT3fzH/AAv09/8Ag9iSm3ZjmvrF
GbWAaXurdW6v6P0zY6zT95x3OW7h4lWFR9npc8VhxcS6HElx93LfasLo78imi7JpOzDrMEMk
nHsI3+p6Z/nMC+duRV/g1uHKdeWOqaz7OR73B8n1PpbK6tu709vv32PSUxu6v03HLq8jJcHC
QYnkcta5o+ko4vVa3sacTHvtpn3WuIGn7+6wu+j/AFkvsmGbDb9m9S+wtAcGSwOmPVu1Z9H8
9aLGNe39ZbU8SNrQS5pIP7ljRt/6aSn/1uxiGmEzp2naJd2+KbaYH5E7SCPadxJI9vu1/spK
cuuzLtqZdcWO9Dc02PGxpdPvaPzfa3Zsbs9SxEZVkCGU1enPNhEuI8WfyELq1l2G9tmMKrGn
22+5rzXYT9P7NP7np/ptv01i2ZNxebrL7bbdeXFxBPYO/lJKegsr2gNta6ydATEB3wLv+rQ7
rbeHMFvhNrf+pbvXNOfZadw3uExtPcn832rRwW4/TnvtzLbabi2DVQYdDhI9S0u2t2z/ADaS
nRYbLB6VVLqb3CQH8a/n8/RR6+mMO37Xb9o2AxuPYmY7LnxlZ+a/0cE2MLnEvcC57/6rrj/n
K3X9VrNod1Dqz6nGSaqm7j/afv8A872pKdl7MHDEMfRjWESN51Pn7nN/6pV6MpmU/Yy67JJE
vAprZUGk/n+qHOcq1HTukY9dLAyzJtqJPrWnZuLu2z9Jt/se9WqX+mS6pjKg46tYIGn5g3bn
7ElNDMxqumWMy+nvfTc8jdRulpa36TXbifzvzXrYvxXjffibGvIM02k+mQf8HDBv2Ns/SM/0
Nv8AN/o3vrVDrDsC2sNyX+m5mrGsg2GfzRW79/8AlIDetWi1j7STUwQymdDptm76PqO/OSU6
73srqD7nNrAaJcTpP8n973KdOfiPre5lzdtQBe4gtaJ8XODfzlzll32vINz/AGt3F22STHx9
35q0aOp041TxRiRW4AlznFznR+97fc7+qkp//9fsbfRYzfk2CusGNgIk+DLHe7aqWZXnZZFd
WT9kwy3WqsQXeDXWD3WN/tqRx65aK6mhkSS73EAc6OUnY9jnex9jNJJkH/oxtSU0bejirDdX
jn1HPcHS4AOAb+5G73f9WnxunYuM0Cytt1h1sc/VoPcMV0YJdBtc+x3dz7HDdH8hu1rU1lhF
rqjADewGkebklOdldKF9nr03lgI9tAaIaf3WubDW1/2PVQMToYndlkiddgP/AFTvpLYjsJHc
aaFQe+CCdJnQ94SUiZXVjNLKK2sEyYGv9Y/vJpJcR58eCmbqwNz3AAckxA/rOUan0PseH7i1
pADQA06/1vzUlIL25G0fZ9k994J0+RahtdlizYHSQYLyNo/qV1s97/629aDzitgenY4+O8An
y2o1eVh1AWel6RiNdXacD2NfuSU89n411dxxsfFfZbY0W7mtJL9f9LD/AE9jv5z371CrovXH
4nrtx6XPc3c1hcQ/+r6Mfzn8j1F0lvWMdg2mq/yIYQJ/t7ETHzXXe5lLmtnVzy0H/Na5ySnl
8To3W8n0zmOOJW0yPUAaddS2uhnv/wA9dA3pGO5kerYTwXnb/wBTCuFu47namfiUatvt2nvr
CSn/0OvbW17GkuLmkA6GOVNoBd6VALIEyR7Q3j2h3u/tPU2Ws9IFjdjyJAdrr/Kc1Z12XkUF
7cs13NuguqYzY3+25xc9/t/NSU3Bi3OsJY5jxA3PDtztdQyG/Rb+cq9uLZcwNte7He0kljHS
9wB9vvb72s2qscymuoMpcK6zp6VY2w50/mNn6SqA1F7zmuv2NkV1yWtDyOTV+j3f20lOicNr
dzWbqyfa54J3x5WWb9vuVanGwILhra7c0WWuJskE1uLLLD7f+toXq5jXNrbaypzaxY187xsB
c32VN3Uufp+YsjLuGbn+niOaK6Wm17iTAe477Pe/9xySkvWesZWO63EqxgxjB6brbfcSCNu9
kwz3f9cVmvJrtwMTNyg7Hsg1bmsc/eGx+kr2lrff/KR8GjHsYOoXP+0Os0Bdq0A/Sbsd/wBJ
afqQ0CW6wWjTjttakpq0WU2sHo02tB72VuafnvRW0uc0gmPCCRCI59rbA5z2CgiDvO1zXfvt
scdj/wDi3bEOvMxTZsbexzvjpJ7Nd9FySl662x+8B+8jgO0B0+CDYHsIdWQR+6Z1P5nuZ9Fq
NXuayHnedSCAG/2eSkpnvP0Tzx9yLW7z50CA4uDR5xM8yi1u9mo0PwEJKf/Z/+0gRlBob3Rv
c2hvcCAzLjAAOEJJTQQlAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAA
AAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJ
bnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhU
AAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAE
RgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAA
DGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJw
cmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdz
TWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZi
b29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJH
QkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAg
ZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAA
AAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQ
Z1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9w
IFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5Q
cmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0
bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAA
AAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/
gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAWjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAA
AAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAA
AQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAA
AThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////
//////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////
/////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAA
AAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJ
TQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH5AAAACwQRBDUE
NwAgBDgEPAQ1BD0EOAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfkA
AALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxs
AAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAA
AABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+QAAAAZzbGlj
ZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAA
AAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0
b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRz
T2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAA
AAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfkAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABu
dWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAA
DmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGln
bmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAA
AA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNs
aWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25n
AAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAA
ABcXAAAAAQAAAHAAAACgAAABUAAA0gAAABb7ABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAOQWRv
YmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBER
DAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHADASIAAhEBAxEB
/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAA
AAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGx
QiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5Sk
hbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1
AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJE
k1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eX
p7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDvfkpDjXRBre8iYnzRtDGkpKR2OYdBqfGE9e8e0N0/eKIR4JAJ
KUSGkSeeE51SO4GCD9yEzLxbLTRXdW+5oLnVtcC4AaOdt/kuSUzewWVuY6Ie0t18wuRzsuzC
ym497bPUtbIaAeAdu5zv3XfyF2JOgVe6iq0y5jS9oIY8gFzZ/dcfo+5JTxWL1zp7xa6x11dt
RDYDdxcJ9rqq2H/oK90++3qTbTZiZGGxoDm2XewPB0jb7fo/n/mIPTOldM6dm2PxPVtsDQ21
7iCyp3NjWvj33W/uf9p0TqXT6c17vtTrH12aemLHNYI19rGbUlNPI6nTjOLGdVqrIJ9jKvVb
/wBcsLyiU/WSmWjJNltVoPp5NNM+5se30aXXOd7f8xEwekdJotmnDqgO2hzx6h0Hu9129att
jwAC8iBta0HT5JKcmzqRvvL8bCzcna2WbqzXwNu4er+8/wDeWpV03EdY3KfU11sMh1gDnDa0
NYyDva3b/I/PT1Cphba/6VjYY0nmD+6pjOY2wNDHOcTwweGn0nemkp//0O/a1oEAaeCQMcja
OAE0PPl5BIGTqCYSUyLmiSYaANXHQR8SsXqnXKn0Oqw3WgukOuazaCO4pdY5v/bm1WPrB0uz
qnS7MStwbYXMsZuJa1xYd3pvc36O5cS36p9VbY424dlVbSDfa9wLfTB/Sua4vf6vsPqNYz6a
Skl3WMjHqux8W19hsad9LHl2n0j62RLf7dVOxP8AUmq636xMvBcaqaLLbbSInePSpb/JZ7/Z
UtbE6PjPoqZjYjMbHu9u/N23PsBj0342NiWOxm+p+YzItf8A4P8AVkPF9DFtzcHC3UMc5ltt
R/c22047xq5/6T0WbqklPXixhGhBHj4/D95V8rNFIaKxvsfYypo83F0vP8muuux6r2ZTa34g
a3a172UNHIbIln/U7FDHpfnWOyWE01Bxa3cJc5wiu57Wn83ZUymv/rn76SmleW1uMgVspc8D
dDWN13T+a1ntdv8A5aCy8ZYJoDngabgCAR47rvS9qv5vSXWdSxb9jLcWoOdc233O9SHNZZ7v
p7vYquc3IdcaarDkVnV4sIa1gH5rnj3v9v5jf+upKYsrNDR6jmce1omN0x+85z/81Tsrfo6q
sm3vvAa0ju3X9Jv/AKqGzFZZcQ5+6sbfTpxxtaPH1ckfT/4upX2V1sj2jd+7MD4bW7UlNLEx
arC/d6lVjyS01ucRA0dqd9bP6qvU4dVDRtb7gY3nmD9L+ruQbc3Gqit9zQSTtaORH8lPVmG8
zVLhIHDo/snb7klP/9H0FMRPl8E4k6eKcETtBBcOROqSltuniVRzbmtDm8vcXVUNgiHhu+xz
3fyvo1K+T/sWF1O20b3Uua+yu1z21ue1rtrT9JrXn3s/nGpKec6sLsO7aMerPw3WWX4rTY+p
oe76NsV7q7q/Sc7Hso/0in9Wsdz7cix5IuNDanBzQAS95sef+B9Cvbj1VrXzqaeq0jFv3V6H
0bm8sMQdv/flU+r+M/p1dlGWSbLbAynJJ3V2gTtDbYZtfq79Heyt6SnTy4bUXPO30C22sROt
fs9Nrf5W5q16GbcaqrQFjGggHvHuWbeNzI2mCD+kABLP7Lv5H0FpVtJqYRwWgj5iUlL2D2Se
eCqAw2Ns0Dn1gCKyS8zP7rvp/wDXN6J1vqDel9Nsz3UW5Lai0Orq1dBP84/6Xp1M/Peuex85
/wBYTZmvfk9NwKAGhotY2pztXPNry0fmOYkp6F1ThIb7fgJ0/k/uKrlMqa3dfDgdSxztjSR9
Ealiw319NttNzH5uXVRBLmueygOZ7mudZFXqOf8AS9n6NWan4PVKbGY+ORcIh7q/WB7/AM64
Pr+j9NiSmx0/Nfe1xxmYdTaodZF24s/NBtNNTWe6PpeopjquL6rGN6ljVOcYJbU60T4Nfv2q
VHQMc1+lm113VyHVUCtjQyPH0WsbYrlTumYbxTXbTjvHNbS1p012lrPckp//0u0N11kAu2zy
Gafe76SK0N0A7HQyUBrocPgpsdIlJTYZbsa/e7e6uXDsSAJ/quWTl9PF9dQtDS/7VRa5+0Es
ay1r9jXx9P8AMs/rq7c2u7HspuYLK3tLbK3TBafps0/eb+6sWq+nINdGHl2uuyWB2EzIY72k
fpKbrrmudRexu3/jUlNvrfpdMY+4NcG5LtjKxENe+XG1g+nsq2vuf+5WpVY9bMZtLYto2ACD
IcANHt/8+NXN9I641+Vbb1W30bGOe7HLp2U3PPp3s9N0+kxzP0P/AAa28aj0mO+zXsdjuO6u
mt7Q1k6vbVv+gyz/AEKSkpu6ix5bDMqgTvdZ+isH8jdHo5X/AIEgZ/1nt6S+qk426t7PVr3z
x/hKGOn6VX/ntW3XY2MxttxbXqBvc/cdfDl3+Ys7602dL/ZTb8xltpL2jFcz2He4F4/SWjb6
e1v6VJT1jXNe0PrO5j2hzT4tcN3/AFKy8npOHZcKRh1vrL/XLA32B59pu2T/ADn9leeu+sP1
gsZTGdbTXU1tdVVDixrWs9rdzWR6n/G2LoOidbH1gs/Z/UKareobJpyi51W8V7trbG4+31Lq
/Ve+vYkp28irDdnsofa03bdrMf6ZAGps9Meo1r/+FurVjqH7SpxWt6a2t1hd73XuJLWx/g2O
d+ksesQ7sCx+PiWHbYQbX45I93ix791rf7HsVj7Xe2n0GWV3ekS4+sA9xc73b97/AKLmJKc/
rNvXX3nF/aLaq3Q0tprAIJE7bHN27rXfyPYquFgnHO6y03E6nc0a/wAou3FbdmQ3qjRjZNz9
vD2YtUhxYQfdk2+73fT9jfTWd6eYXCr7Pa70z+le1hiAdN38pySn/9PsGj3SptmOU0GeeVCx
xHn/ABSUzbcGPGm5w8/NYPTKWM6nhgEbKftePV8WuPo/+y7XrUc73gdidFzfV8zI6f1HMxaw
WMrAzsa5oEsn3vku+k1lxfV7Pf8AmJKW63hiv60ZN/oNtxr8dr8lryNpeW+9236W9+xjv66o
P6OXZFDMEfaWZDXPZi2EBw2t9R7arnRv/wCDZauh60x5ycXKcA05NPpPZE+/+db/ANF1jFT6
O2eo49BJFtDbSw+DY26/2bUlOazEzcDOoN2PdhV3lzWOD2ufu279rdXbVJzOodSymYrXV243
Tr2ZLqrXCH1uOy1wfb9JraWu3tseut6p05nUME47n+m9rg+m39ywH22f+SXO4FD+mV2uyz6e
TmTT6zRu+kSyvZ9LbVubu9ySkfVPqZX9ssd0u41YzgbPsz2OtewO1a2j0N77aLP8FZYqP1c6
Xkt+sNTb2t9PEt98iQ90OimoT/Oua135/wCrf4RarOpdLbQ2jPwKq8nH3tyHsBZW47RtdGN6
L2suc1v6P6H6RQ+rOc/K64/1gympzHuDGgVwIZ7aWD+baz8yqtJTs5fTsr+cx6jh0s+kb3h5
d+5/NS9qoYmP1HLtFbSAwCC4t3tM+4P13M9P/PXUW2Y+Jj+tbaBQ6B7vB3taptreAQRtYDDB
I1Hb2t+g1JTm343VwWuOY+4gR6dJbQxpHHt9K52x/wCdtYjUVZVhazKufI0ArYSABqPUvsDd
7v5Xo1KydrDw55kDQE8pnW2tsDRS/kana1v4u3PSU//U7Ms1TAKRP3KBIA/17JKRZNZgOHIW
T9ZH3VdPGTWYsotZM/nNedj2GVsvhzTyQVS6rgHNwLcZjg1zwPTJ4DmkPCSkXXXNvwKn1g7r
LGWVeLfa6x3/AEfasjotzrPrHa3YWfZaHl/iQ8sDP5P9VWPrBVZT0jHxG2n1sasv3jTdsG1v
+e5V/qbWy4Z2a5znWvcyg79ZY0eqH7vznPcUlO+/LrGj3hjnGJiXAuH0Ka2zut2rG6n1enCy
g6qp2W91eyqivcdoaf0t13ptdZ7foVf8JX+kVfqf1lOFk3YzqxRfU8iXN9zqyBtcHu9vpu/f
YqOJh9bzsunqdWLuqJ0Nr217qxzsY7c/+r7UlNbrVTBkVZ9H6TCzgHU28tbbG5+NPu2P09Sr
/wBRKf1el3XaATtraHOf4RC3B9hbXZhZFTG15AP2nFJBrMvY1jw4HdVkNtf6lVjdn+FQ29Dy
cTqeIWhraS8tbk1/nVsaYqsaf8O76L/5CSmx9cuqsvbV0iow60l9zxwytgLzP8pavRessy+n
4dl5a19tLAROpfJY1jWk7v5prN38tcZ1DHfZn5dON7zba4OssPucxhHsaxv+kuP/AJ7W90Dp
NdnT6vVsfsrkDa0AuMkv9x+hs+gkp38rOZVc2r7Vj0OfIa1/ue4gbnQN7K2Na395Kx1vp1l1
1O/e0B1pid3uZsqpf9N7f5vc9Ge9ljHVmik0nljmhzf80hVKOnUYmQ/Lw2Gm1zTvYwna8fS2
bHH856Sn/9XsQ4wT2BTF+h7kdv4Jms90gwAOFMNlvu7akcJKajMyp1jmkwaxLhzyPb7YU25d
Lwxp3AWHa1+1wbMS36TPz1n34fUn5bhgZjMSkN3ZFj2bg1wO1nuj6Tm/mIjsXptWw323Z2TA
D3m1zWv0jbXj1OZ+h1+gkpq9RZ+0nOrxqn2WW1Oqsa1plr2OcxzLLP5n2+789Wei9CzOnYlg
stqbkZFgsdWNWNYGemKHOO1znfnbq1ZF72MFONT6NbeGNhjAqm7LtqsD9rWumfT1cZ7Vu9rv
ckptdQrxLjW/KYMx1E+kyqtjgz979LkHaz/PTV5uPsdY0+hXWILxY3U/uu2e1/H/AAn8hV2Y
7XO/S7n6AAWODy4D95ulVf8A58Ujj4tQ9V1bTGsfyv7Uf9BJTzv1l6dkfa39QYw2U3ND67o0
Egb2u3e5jt3/AFaJ0361X4zm1ZYD8J5Aug+5vHp2sLv9HtW23JruGrTY/lzGRoD7fpW/R/tL
Dzfqy3035zXmhter6DJ36+z0938x/wAL9Pf/AIPYkpt2Y5r6xRm1gGl7q3Vur+j9M2Os0/ec
dzlu4eJVhUfZ6XPFYcXEuhxJcfdy32rC6O/IpouyaTsw6zBDJJx7CN/qemf5zAvnbkVf4Nbh
ynXljqms+zke9wfJ9T6Wyurbu9Pb799j0lMbur9Nxy6vIyXBwkGJ5HLWuaPpKOL1Wt7GnEx7
7aZ91riBp+/usLvo/wBZL7Jhmw2/ZvUvsLQHBksDpj1btWfR/PWixjXt/WW1PEja0EuaSD+5
Y0bf+mkp/9bsYhphM6dp2iXdvim2mB+RO0gj2ncSSPb7tf7KSnLrsy7amXXFjvQ3NNjxsaXT
72j832t2bG7PUsRGVZAhlNXpzzYRLiPFn8hC6tZdhvbZjCqxp9tvua812E/T+zT+56f6bb9N
YtmTcXm6y+223XlxcQT2Dv5SSnoLK9oDbWusnQExAd8C7/q0O623hzBb4Ta3/qW71zTn2Wnc
N7hMbT3J/N9q0cFuP0577cy22m4tg1UGHQ4SPUtLtrds/wA2kp0WGywelVS6m9wkB/Gv5/P0
UevpjDt+12/aNgMbj2JmOy58ZWfmv9HBNjC5xL3Aue/+q64/5yt1/VazaHdQ6s+pxkmqpu4/
2n7/APO9qSnZezBwxDH0Y1hEjedT5+5zf+qVejKZlP2MuuySRLwKa2VBpP5/qhznKtR07pGP
XSwMsybaiT61p2bi7ts/Sbf7HvVql/pkuqYyoOOrWCBp+YN25+xJTQzMarpljMvp7303PI3U
bpaWt+k124n878162L8V4334mxryDNNpPpkH/Bwwb9jbP0jP9Db/ADf6N761Q6w7AtrDcl/p
uZqxrINhn80Vu/f/AJSA3rVotY+0k1MEMpnQ6bZu+j6jvzklOu97K6g+5zawGiXE6T/J/e9y
nTn4j63uZc3bUAXuILWifFzg385c5Zd9ryDc/wBrdxdtkkx8fd+atGjqdONU8UYkVuAJc5xc
50fve33O/qpKf//X7G30WM35NgrrBjYCJPgyx3u2qlmV52WRXVk/ZMMt1qrEF3g11g91jf7a
kceuWiupoZEku9xAHOjlJ2PY53sfYzSSZB/6MbUlNG3o4qw3V459Rz3B0uADgG/uRu93/Vp8
bp2LjNAsrbdYdbHP1aD3DFdGCXQbXPsd3c+xw3R/Ibta1NZYRa6owA3sBpHm5JTnZXShfZ69
N5YCPbQGiGn91rmw1tf9j1UDE6GJ3ZZInXYD/wBU76S2I7CR3GmhUHvggnSZ0PeElImV1YzS
yitrBMmBr/WP7yaSXEefHgpm6sDc9wAHJMQP6zlGp9D7Hh+4taQA0ANOv9b81JSC9uRtH2fZ
PfeCdPkWobXZYs2B0kGC8jaP6ldbPe/+tvWg84rYHp2OPjvAJ8tqNXlYdQFnpekYjXV2nA9j
X7klPPZ+NdXccbHxX2W2NFu5rSS/X/Sw/wBPY7+c9+9Qq6L1x+J67celz3N3NYXEP/q+jH85
/I9RdJb1jHYNpqv8iGECf7exEx8113uZS5rZ1c8tB/zWuckp5fE6N1vJ9M5jjiVtMj1AGnXU
troZ7/8APXQN6RjuZHq2E8F52/8AUwrhbuO52pn4lGrb7dp76wkp/9Dr21texpLi5pAOhjlT
aAXelQCyBMke0N49od7v7T1NlrPSBY3Y8iQHa6/ynNWddl5FBe3LNdzboLqmM2N/tucXPf7f
zUlNwYtzrCWOY8QNzw7c7XUMhv0W/nKvbi2XMDbXux3tJJYx0vcAfb72+9rNqrHMprqDKXCu
s6elWNsOdP5jZ+kqgNRe85rr9jZFdclrQ8jk1fo939tJTonDa3c1m6sn2ueCd8eVlm/b7lWp
xsCC4a2u3NFlribJBNbiyyw+3/raF6uY1za22sqc2sWNfO8bAXN9lTd1Ln6fmLIy7hm5/p4j
miulpte4kwHuO+z3v/cckpL1nrGVjutxKsYMYwem6233EgjbvZMM93/XFZrya7cDEzcoOx7I
NW5rHP3hsfpK9pa33/ykfBox7GDqFz/tDrNAXatAP0m7Hf8ASWn6kNAlusFo047bWpKatFlN
rB6NNrQe9lbmn570VtLnNIJjwgkQiOfa2wOc9goIg7ztc1377bHHY/8A4t2xDrzMU2bG3sc7
46SezXfRckpeutsfvAfvI4DtAdPgg2B7CHVkEfumdT+Z7mfRajV7msh53nUggBv9nkpKZ7z9
E88fci1u8+dAgOLg0ecTPMotbvZqND8BCSn/2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBk
AG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBz
AGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIw
MTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVu
dCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4w
LyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3Jl
YXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0
ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTY6NTI6MTIrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIw
MTgtMTEtMTlUMTY6NTI6MTIrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDE2
OjUyOjEyKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjk1OTg5MjMxLTU0YWYt
ZWY0NC1iNzYyLTlhYjk5ZmFiZTNmMCIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6
cGhvdG9zaG9wOjI1NzczNDY4LWVjMDItMTFlOC05Nzk3LThjZWJkYzYwNGEyZCIgeG1wTU06
T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjE2ZDdmMGQ4LWNlYmItYTg0NC04MjVlLTAy
ZTZkNWM2ZDljMyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2Zp
bGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06
SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2
dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjE2ZDdmMGQ4LWNlYmItYTg0NC04MjVlLTAyZTZkNWM2
ZDljMyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjo1MjoxMiswMzowMCIgc3RFdnQ6c29m
dHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6
bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo5NTk4
OTIzMS01NGFmLWVmNDQtYjc2Mi05YWI5OWZhYmUzZjAiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEt
MTlUMTY6NTI6MTIrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hv
cCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwv
eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+
IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDozRThFMkVFRUFCMTgxMUU1QTE1Q0RCMjM4RkY0MjY0ODwvcmRm
OmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpE
ZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IM
WElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNz
cE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVz
YwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwA
AAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmll
dwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwA
AAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTgg
SGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4x
AAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFla
IAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAA
AAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0
IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZh
dWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MA
AAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAA
AAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANc
ngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIA
NwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcA
vADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIB
WQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYC
LwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgD
QwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwE
mgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicG
NwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsI
HwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0K
VApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM
2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YP
sw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS
4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkW
bBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioa
URp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoe
lB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwoj
OCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0o
PyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYt
qy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0Yz
fzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85
vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNA
ZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVH
e0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdP
AE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW
91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9f
YV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+lo
P2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpx
lXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7
Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeF
q4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQ
bpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kb
r5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2n
bqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCsziz
rrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XA
cMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXN
tc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvb
gNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp
0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4
qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAA
AAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREM
DAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+QMBIgACEQEDEQH/
xACsAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAABAgADBAUGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgIC
AwEAAwABBQAAAQIAAxEEIRITBRAxQSIUIDIjFSQwoEIzBhEAAQMDAgQDBgIHBwIFBQAAAQAR
AiExQVESEGEiA3GBMiCRobFCE8FSMGJygtIjBEDwkqKywuLRM1Dh8fIUQ1Njg8MSAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPUQwBkIRAyQkkFWwFUYEtrcYqSQQJUhkARISCBg
IvM6nOEqlJpSuDLVYLcjFspsAtilSWIHRgznZbgXHcHLvNitWWKiFIa0DpecC7rOY9xuNQBJ
JCGQMkDAAqoGAgVJBZGJCAxFLJIAyEBgDCDFupOTTs5haOTpNA52Y9W/DJ1uZzEOz1PPejGz
aqTLbnyG5eax0KsQOj1PJMetyedB26uVqNnV4fcCWYV0Y0xGGkgYGACARoJHgpkIQxJIGSCh
wAmAhBJCSSADATl9UHldvaoPJ4duQfq4fRld71D0ceGjlsxiPU2nCu9DqOVvuU5tuklJYlWz
D0BHcC2KxLqbRWVh4sLYjkBgSpICAGQkkJGBJAQiEIJJAEqQyAkgIpgK7AcldUKX5+k1UtCh
bUC6wqtptLLKbiBwJDWRkvBckDKwWGmk3vzLjc8YMYAZSGEghBIANJCQggOI2jzzHfmBjTz+
RkOvv8huPYlGGAJAQAMCAg5/I6xMtgg5jCU3oKrUE012C6KbB0RBglxXpyZToV02ltUqHFjB
0tDXDCEEkChIYhEDBAiQkCGbj7KDOFQYzCHE7i3ZeiexaQMECJCQKNUeYaqbaRDAM1altUIo
agd7ULhEHD2GOxucb6khoTVYc6zbBWhEvotNAJAQRYwICgWViSAObmYjTRkJrTOhrq58I115
y3FhR6bmeqLpkrNdooNAQiAZxal2gxdLnAJ5xtyDeZrtQK7qaTYKqC9a3GFpELsZZbYUXuwZ
HEYwrtrY0lIQGBkgDGICCKwPFZuthMk0wpZtIurrbTj358Zrx9ZDn9fGpfv53TLqLKh7cWop
rv5419dhF3A4Rw9E6OPoVGZaoDRl0D5M+gp2a2K1svM15QKxSxJAtU5GpI9uaw1sSCQiB1IY
SGQgIKfP+lh4dvZUHmNXosZxps65l0pjN3F6+AyauB6QN+XWX02Kc/qcTrmDXj7YYYCGHIs6
AEAoK+Z0GM2ixBjSRnNojxQhYPKay+vHWdBcymts+klotNRkBGAIYCFQxSMCRYYAHOIuzEct
L8Zu4W/qnJo1csHoOL2zQ+fSWCu05W7HqNmmq4CsgxRhRZSUZt9RQFuK7rYVFwSVwep0Eyb7
Dn26QCWKNXYgbM1J0249h2ZISSEgJJISQkkIFYCUi4GCnUDheh5x5lutjMXQy6RvS+d7hLWg
sakfLswnZsRiK4AysSq2oUEGd7CSU3CEgAYCkoKj1nLTXaYtO205+nRnGGdDo387eaRISSAZ
SGSEkgYIEQFKIDHpoINyQ42D0XAAnOtOl3eR2iOrAqtBivtzHRdLCEAsCkNbVhggE5fIPUL5
287KcfCeg0+X650aSxhx9rGcXR0yVrsqOSe3ecXV1YYdOi8aCBkhDCAyAkhJIRWBzzLTFk0c
868zOaKq9J57J6zgHQ6fB7IbBBkfMM1dhthYUNCGQlV3lDv0+OJ2tXA9SK1wMpGA6w51Z2Dw
dR0udvBko3bTHukDDCBwBypaCAlULUoI9tVZrlNgRIQEHPrvzirXjOgbKg2NBK6bjRz+mTLr
xbwQkqq0UHRbLqJJCQwHB70Pnr+04o/SqxFuI9I4vR34Buf0NJxbOzpMGrTBSVABjN2fj4js
JzLzpHBedwZrBRZBnBCCCVXQW/PoJVblMWmvUZOd0IdLmdSo5mqYCnoZOgI0gefvhj15+Wd9
+BuNt1HJO6/moesFVwJIRHUzK9Q5W4z4uipTL3JYGKuXjoOhRdkMWbeDl6Okxh1abA20OdRl
YBjkIgxWDlYV3Ipfhu5500rcFV1B0BWCnyvoOaaulxNZ0AVIlgMllyD5NFpVxfRYzzT02HqO
p5z0I0EJJDGtDmp8FRvy8tjfvz6yGq0qz2UF9GvGc2vpYSFbAGMK9V50zIB63DBB4rEkUZlg
vE7VhyGvylyaOUb+Rjh2NuDricfoqV6sG4Ae0V2ICHFRycXjez5Zh6Pm85vrzQ7Pf8Tcezy5
euciroYjN0aFNGOy0q7XKuN6cZzr28S018nVacfZs5poWVgvp1nQhUjCBkA8hIrAhUkw7uIb
NHOynTfielPGp0eYdHueZB6s+e6JuRHEaQsatRr+MDuDO5k810eSLdU4UtQKFC7u+d2nsWWg
Tl3oU6FsL0XObs1gDZmpN9uK8bn9fOcuno6TnadBNiGAdGGiwsikIAGDAPL6uc5QSwy+k8/6
Ar8T7vy5zejze4cZu5yQDHeOdJM1kpOpdzNBq6XCQzU09IwVe68ULEhCAO1Vh6S07zmzfzhj
ic0TKxomG07WnhA6o41h2n5cOlXmBfdmsLBAExgGQhBArAgUDxYcHZl3mTucHvk4fc5B5fpp
vBq5u4y8vuc8z3djIc2ntYy3Vy95kyb8Abu9Dp1JWcId6o4vM72U5Gmr0B0NNUKcvQtOMvbx
nLq1kq2HoGXRqhzq+nUcfRvgNWRTe1NplJUhkIRAiKFSoBCBWc4HRwbDL2+ZQd/l9HOcW7Ns
MOupTRz+hkPSmph8G9TyW+jOXYrLTsaVqM9ujScrZdlEw9jEZL8206t9Dmg5rhef1UOfbpBH
AGUQhhITAEAd6rDNCBWkA0AEMBEYQxQ3U2nL4/pPIndxUWHf08/pnmNdlQtOmgvlVh1bo5JI
ZPM+uynl+rn2mmtAcz0nDQ9Ln5LGjkaeYHqcrrnpHS0ra2FL1QipcGMBSykioXCoFsxqbLcG
oAKhggymCpbCqWgqr0Ui6M9ofK+roOHR0XNm2tjDye9wTbRYDJfm1HfKsSKA1vSVVashjq33
Gfi9nijvkBYRAdDn2nq7cHTNFb5zmrm557SVsECER4IlxFcQRbM5Zbm0FJkFMJBAQmAhIlV9
RSysWKQcSjo8Q9hKLycDvcELLSB+b1juSVhurrLs1lpXy+lzjTq5POO957t0nElLlhAAUc9L
2OZvLcr8o5NWfUek3eb7Zqai0aCkfNXeUTUBgc4749RcDAQqEQBKkhUhUgrVkGDQyec9DwDt
9Tjdgq4vX5ZMPQoOJ6XzPsDRVYBGoQuQWEypyzENXRM3Z8/0Tm5vX+YENekyaqNZ6LTgtJ5z
VzRrrsJ0u157pnVbi3nbGUF+WvMdecLYdY+e6JstybSkSEEBIQQiAIYWSCpYBY6mfzXqfPln
ouF3DJ57v8UzCtiv1/C9ERXpGbmQ25ueC7mW0i9jhdQ6KG4TbTnOXo6vHEq0ZDqWTSecujlG
cwt7PN6gh16jRfWC2Z4PzdsOFo6lZdow1muCAMgAQMpUhWDSAEMDIRM2oFVjIc/MynFrtQ73
Y4fbDg3oeXtHNNSZ2Db0e0eav9BYcS/bgF28XQdVsu45OD1vJNRWk4VeioLabhOlyu+XLIGQ
BaQEBDIxTh6ZEAIwAGkUYQEBhAAPFIxBFSxA5tCHJFgOJZZUdLucjcamzaSzg9So4uzfaVWX
ASytQ+e7/nznO4NPa85vO/q8/rNWbfmONg6vOLuxy+qcX0XN6ReKYXyolsSFS2ge1IWFHKRC
GFSQQYKRUagc5LzUtec1vhJqt5mwFnOczPRoOZZ2d5nutJz7dalVleI3UYWNdNdpoK1FvH6N
p5rP0spjsMDATv6vMd0pw9rCUdni9k0QQaADFcR0TxYdmniQ69OK40bedeaCAWCm0ZSQQwTN
pzmDbQpvXCp06eWDonn7jJt1Wi3ZwaK66TQKmGrwobhlhdl2Mc+6wiUbrBNCIHFrU4eXvcwx
rURtWTqHSbi9ku0YekKXAishXyO3nOQvTuOZv3sVPYTnjpXmMNBGLiBiSEi0X1mDg+owHF0+
ouMe6mg0V56zUKKzTXnYlFtYHa4otUFi16SMFCLII6VAfPYaBXQa+bYSnkeh3nmLrM49VvTN
eGjoG+ivOTVnvCywvObOWPbYJoSwjISiCDMsDBAtWQ1kmK6/EbcygepLCttEFEcESovSXlTS
sMqhcqOO1SlzZ1LKKIEqwdlekqOiCEw42Lu8cq9H5q87fL36zm66YaYrEIsFVoWxHLVhFsQC
wwIIAyMFWBXyOnzToUrCx81hdZnQtoF4jvBbEIsCFhoQ1jE5sFDi49lZl16GKdFjCsCItlZR
l2XHMt6CGe6MczN3qTh9jk6TtYt0OXrPNOlZz+gKYRLUsCQwBFCVYKspICQNCrn9PGV6E0hz
59JU2vORs2kZaqx61pN1nNQ6lHP6ItHQJzbbqC/XUponPU6U5sOi/JB05wKjtYqXBcvSFOhC
ZNPPM9mbSdp62HqZACVjzNhN6YmNm7kdkRMyG5gwJISSBMBK2hkTbxzq5MSiq4JYFGpdBQVG
kgbx1TLm73PMenJlLKKyFV0GWdPScTo6escc9mszl6Rr8zl75Lx8mhDinow1V5KC3p83WX8v
TiJUWHvt1Fe3E5e2LUAxhYQArWXyAhEG4e9zgXsAPTBqXBXCwJagmqzUE85DZgVBguor06t5
RuqQ0rhQ0pngwUFgijxgG2uFi05Dfzs5HZQWCqFihiyyliwVuSOxSyE7hKkqhE0W0l1HL550
McYnQx7zmrfnK7LdxjfpMc2rpcgriAvosrIZeUNv0nP3swHQEigYQlZMFi1lrZazccxNGZoY
bNlZnqkJKdAstqLL+Wh0Kc4Ohpw7yS8GcvDppbaKVzj1MphbfCm5kBLIccdOsLxCMCE1WFEu
By16MM+toGECqyiMCCSEIJAYVYOkDFptqKq7bSvStpkx9Phl+PWTFZ2egeZz+wyHmX2aTBs6
mgo11MMysB0cxCtxsexjHuWg0DMDa2FDoV4wa5n0BNgK0trEdgEqB5ACLBwCBbFFjQrDAIBI
VYVwgVt0nOu1Wme6yCZtylTECvCEggErBVcCQsSwErLQrRQIrMM9ZFRyUnQCFLCt2JRVdSOy
MEFRoriMkCGQYKBmAGKMIgBruyE1nKpsXEp0DzLDoTKTVM6muc+o6a8wHUPKY6L4ri1TARwR
XJHViGEwuYI6qO2W8NkIA6kFML4ii5daiSZzSchNLZdYEz5zfThuNYEGjwqq0841Lqylz4NB
pFJLAwAZBq7FKGaCC5zC+hyq9mLJWSyKwYAMayWFGGeomUs5UzEYMRFasVb1KyM5oJQaZdBz
n6alJsrJn0wwXaVIwYqFlRbRy8Z1udkJ6duF6A540XCXyBqYERlCS5Ut0EJg8RhojhiONAB4
sCyMSxGDJCi+i0YQgo0oUX16iHDkOyOd0SV2UlN9ILqs7FyC0UOBMPQ5ptbJjOxXi3HnE7PP
Mg2QTu17Tk5+nSc/T0bTBfqAgtQJUhrsrIysEqxDCK0JFdAiQcKRmBGsqcqsZgSVllPPyHYs
4vSLEiFiqga3rKs96mbX0FMz0AtNFJ0sDajLzHzGvXgvAb+iV3rYQowyFRoKi1uR1Ao6kZWG
RmKY2cvahDTbh1DkgWByBIGytxnRxQxMW7NaWqgCjgy57sw1tENy4yW1UazOzEtmUFru5i18
/oCJn54mjF1By+A7tmXWVmkmgqowUjMCLXbQaRjzHSPIuOkc14wZSshhmDCyMK6kiW0hMhZI
QOkP/9oACAECAAEFAP8A7aD/2gAIAQMAAQUA/wDtoP/aAAgBAQABBQDn45+R8ZPwYVEKTGAI
M5GP8cH4z/niCYmDGGR0KWGwZWxsq2I9iqRks9hERiW8nWCzJJbAKwsMWWZgPKsQyPid2Y8k
9sTmHsIuSUdM2WsBZY0VT2Y9URgmuRsbLj12yRrerrA/l1fj8fPOAPnHyQPgYgmfkfAh/wB5
MOZtAC58KHfnsWPZYzq8AYwUBh4xXAXI5yU7Aok6DLla1bdAj798G7d1r9psLE9qxCb/AHC2
12CwZZV7TYLrFpLxR3a5WMACpRV1Zq+EwRgf4/MHzjiEwnMPz2xAeQD/AIEMP+MQTEI53ahG
IMt4LblJjbCqj7FVS0ezDBW7jxjOxs1UI/sg5p9oqyiwXVMvFusLEGjrz+OghtLXaL66pWc6
lSvvU1Lpe0QgFLIP1F9tbB9ipK695UFXsle7IeATrOAOggBx/jB/wWheZzMnA5hBgQwL/gsY
hYHOf8Yn5+bl7JZQ6n2FvVfI2V2EA27abIQVOntWBNi3Yl1rWRKrHNPrtqx9apq6OpEtsrQW
b9aiz21Yg3dtj/Q9jUN68WNbotPL4iPY7Qh39xwBttBr3Ow0duxE9VtypGWtVIXBhImP9CcQ
wHjGZ0nSdYFhIEU/H38fcKzriAf/AEMQwie21e9WrTT2XW13f2DqtxZiac5r07LjTo66hQqs
zDNm3r1TZ9wElu7bZC5IFrCKmzZKfX3WvrempVa9TWoU+ooN1ehqLPFUoI61pgEsSP8AtIUd
QGYAnMVcTqs7QHP+SJ1Ex8nEzCTjE4+B/rA+M/4MzD8murtclXXdqpa5qnSaVVlj1KyVoZc4
QXW7Nl38tzyzR2Ayeq2nP/lVolXr9dVqrpV2C5+iz4KMOxIAqBZmwAKnwqgLgQkALgnIikGd
YDFM7CdlgI+eZmCGEZmDAp+OYPnPxnE5zn4InP8AnEPxgS1FasamsLN3RTZGpqDVqNiMQMRw
qswbKryrNkdpY3kAC9EH7t+pByG/YitQrEdB+ldasEAhK4LgQ2V4BBh7CDgZaE8gQiAZgH+M
/OZmZ+M/JmeM/PHzmY+Mw8zmH5YcOD3ssStX2bdlqUWuctP1MYDLHMwwIxP1LhCSmPI3JK8E
YR8FXAUWEdUP6DgsQZ1zG8IJs6qd1MJsbDTzbE4gmAZiDiZHzx88QAYn38fiH6zBPxZclct9
ocv7e6s+v9mNsQfBh+CJzOfjaetRY9m3bTr9J1YQdoAACCA8OcAhRQOzhQBVkkAgmxMMSBax
K8GWAtFOFu2CjG6wnqSGVQ3TsqItRRRYfGYFgA+CMzrmdIBiYmPgiYIODMTE/OeNrc8Mt9hc
xr3r1GttM02fYUULft3XtsbYQIv7evvKbSnK/n5P+D9busLLaK6a1usuLJXbg9a1ySHaKMQn
9uLClShvIoilzOoMYiMFE6ZJVAtz2Kv9uwxr2WeC1UD22mBW7plRVrsSPrNsx8fnMGJmZyeY
PnPMzPzNza6LcXcrQzAiuof0OZ1DTZ2kWV1OxchZ609tlBheB8cQ/wCDHsAO1yioXDs+Vz1y
kbsTlQWJYcz/AKhPLUy1bFPY5ycE9uArmP5ksUPhrAIFudqtehg+j+38tqslTOK6q0hEQEHJ
/wACEgQnMAP+OfkmZAjW1qL2oYtfTW121bbBS5jdFW/aNgQV5b9YxZp6OsttiY+fucQkCNYF
WyzpXq3Na+wM1rYIerFu5n/EW2PUa7PIuQFL0kLr1diDBXWpOcKMEA4DBRb1MWm3OOqqWc0V
hFYgQAEEYinIMAAmG+M/HMIzMEfBg+D8GbO0lIt3rroVsZv+MKjCAZv2BWDZ5CafKHraplyw
YFn9DqlR9QsFhvGQfgEGFsv2Bf2duK/XVFK7RlKCCLspBlxbZXSh9oRK9l3iVBwukobqMAAx
lYF7awfKHKG3BpZ4mnWsaqlkahQFpQl7NgSl7GUGEcjOWIgPPZ/gTHxkfGfgfJnsPbvVc/sF
d29lUC3tq8je7G3dqC/1XuEp/YVOSVWuu5i7komvoa7bAqpXXqe586zG60YEsdojGIOqEKg1
CbLdjF2yFFagGN1VtjZSoNuuxp0rb2GhpKq0VBXK1i621UG1sOFuYhwMKGKo9NR8q5W12IAY
rgRkWyVVOU8FIhZBFI+OwzkQY7YaZmYSc5mZnE+5iAY+XGRuVk7L0uYNdhFow1i9FFdbJXST
F0TK9e0ufVK63amhaX9XbZR6S81JsXN4mdiNOsIrfTHhuuHxNnsasrq6umrZVgzJ5HuuQ1DY
/ksXQ1q/I6gq24Enldl/pQTxuzCvm1a1U7NSFzZcaNcLCAoFnaBLDFpsKurVwFSuFjEZU4JJ
EyM//j257mZEzmDMxMzEwf8ABhGR7Wtk2TkzIE+5sKhT12v/AEJr6CKAlNY3/diiwbHtNldT
1woU2tXuaustGw+VufPaqzAL5jgYNjHZzktzNkm+w1saaNSyKgWWZFdqLPVP2A5ltCOLdU9s
CoDZbKNaK9tLZo6rGV1EAlQFJJL4gsJnYxgSAsIIOJ1wxPDDMyVXsMeWiYMxABCM/GSIDMmf
cx87GvXemx6e6snuG6kGrWt2D6+iyjY2vb+xru119ruOadU0IKramdKjaz27R2em3cv/AG2j
pKW5zNtWanU2Xa5sKp2T009UEhQIczmYyNn1pKaNDVwHgkza2PEo19u2VaapFrUkrRWDs1ks
bGPScA84MPABORli9gBNygM9ZUuVCWByywVIB4avjjE5hGJiBYBj/OIY+tr2D/zdMBaqKE9g
jvVr7NDsttZgCeZd6tr9moOl5HS9yNvi2tiba6nrC/mw/omK9y5l8VWmzXIvVc/JEBOW+iQJ
bYwVcmKjsxdQf7AFey65E1TF+lQTGCsD2CdiY7GNsIks2lDJsbUf+1p033NerYJ4ssuuCf51
+MfAnMEPEzmZHxj/ACxChfJe2ycL7Ck1inb7N7azTbW19nxltPf7XbPVNmvxPoh21b16U6qd
ayVjDKdT/XeSU1VAE+p2mYYQcnmbN3jCbNVxcmueQGLQ1kXUoUL2B65gQCFjl1GckSy6sAeR
itN9pXQQE1VpMHPUFer9xWeyjkATP+McziYhEwZzAYZ9w/DXLZaFCrsHn2BKatdyqtdvr9on
THXe2dbWq007WexXB9R5F1HbyMCFFgMUDrZ+m1YcvQP0jfQzMQCY5YnylFMfWqA/ntsZFRDk
wgGYADYBttKxTlS1hnh7HxogVlEwOzM5gbClxgWVKDfUI+1Wof2QUL7Zp/6TfGPgf64/xky1
v01tfxh7FWbBJfYo8ujVr9qrKraLbNvadKgGNaLWMi+9kVK06w9Sr/8A66iSLNcNbZnzU48c
OZz/AIYfsfs5xaHsZK+pjZxksMQKAWHBU5K9TkdmtFaN7W9nO5uOMbzlNfcUL6+4lNMLP5aQ
P49dymprLPDr/Ih/zkTj/OxYUfyqy2WNXc+GrpcAbVSO+5WtoSpUNmuS6K6DUrKWU2WsMZLo
QByvbobmH8+h+xVuM/GIBzMQ5LHM5nIOMBa9gt+2MQsomRMggMSOxw3XBSt0tpqQVbNSxdqt
2/aftLdzXrje0pA/9hlNHt6rD/ZrfIhHxiY+AP8AJjHLowl9eXqIatNRmfohXep8TEqVRgSW
7TXPZq16V4MDTgC37saz+XVTotX7V4mYGmfjMbGRnLYn5LBY+3SANxCx3FM/rHa32laFdmpl
bZRY+7lrNtsPs2dWtdjVRt2TSVdUXe5YizZvuldbSrXvcj1JY1+n1if/ACdSH5MEGf8AOfk5
j39b+Vs2QVah+VOIWIl1KXJsUNTY7Mj07NnbVQPb9QYgxjnBUMB0RdVzZKwQg+OZ9widTHBD
Awie09g9drb2wTXeGSnZvVbzZRrm/ZeV621Y2voXKq6SEnT1xLateqs7GqrC/VBG5QxWui1G
0a+1WhTWi0qgAJg+1/5cfOf/AKf1N3i3YXNdli2012hCHNkFggck30JsTc1BRYlVHbTU9QeO
uWOROQO4B2w7UitagPr8ziAfH5Zkrn9etLPZaqTZGjZcnrdQouprVBK0UPr13Faaa5+qqMdv
qF8g92G4qK6apdH1Ezq6viipMQLCqzrArCYnMx/gf7MM2WB2Pxsajxq7BZUWWEgxW6mv/lbV
TYm76oo+jffrSq+q6dcfAAIt7ralpj2/uoyOsIzAJnmfj3O9Y20dh2nleV22NKGJozH6qtm9
rVC32YY1bN7hze0w3dd9gDcllYduo1RfEoRBgZE4nInOcc44/wAD4Z+PI4iurfGZx8n65eyz
eWsr7Ohhbsaph+lTlqzF4lxZa6x3teiuwX6tlJ09pXhU5EIDKEjkKUP6Z/xnAzkez9GLS+rZ
WwqwPU69fhsZVF/tNesvdvbR/hYGjQ1lr/j5vOqXW20pR67cssr9a9bLp1AKqrCYYIJfu00g
+2sn9+0SN5nT+hofjiPeizzF53IOcwsoYXc5GIPhuRUoIooQvtetbr6MI21uaoVkIlZBlisB
uO2dQdUUqQSseg02q6WAD9vqMWIt12d6tnLfA+OJiFewv9dr3T2Hq/A2pUaavYLtX2V+vdDR
RWoWo1x/Y2B6qdjZNOqK0rejNRdhjEwZjI5jsqi32Vam72VjM+4HZTbgAELWAOpnmXJvGC17
lKEUrxPs4n3McKrJKLxZ83EhCz0itSE3nCav/wDP0FSRkW6xqZO7PYxAuJfYRMLxMgxgrC6u
3WNXsGAGwjgMcowMsda3/prWNva4FWzVaf8AAljBVtcAKwMzk+MMdqxUrS50Zdi22LqlmRES
cS/YppW/3AlXsNm2bPtNlI+1e5fatna3CMwi2OwquZYGYjKwdsgABzMxfg5E/MxCAr/F14yt
DNYTg71YbX9RS1dXMs/Veq9rPYhDrDyOBMAQiFlIVjLtGi6XaV9M1trZAG28T9q32URn2Wyd
oBtazyU/4YZU56NcoiIZ9xxUrtdmLWxCqBMTAxvdrLxr3UtVV5KX0BYbNPxt/EjFNWlR/PWQ
taCDxiEjt2gxnIg5mFgzjsBMiZIgJMPA7AOtqGE8VorWfY6nLjsnriQnExPGFs2LPLseuvRq
swiEHBGIzdQ1zvK9dmhrpIs11EpDuPaaroyXOy2Mpf1Ox3o/xiXq7OtKREMKmFCZbv0USrc2
bChJgAg5NmtS6/xWJKKSk2trpLFZlT9YoMAM+oADGwJ2EwRAOB1mDDCAAM/AgP7dQSUXF1rV
62j7EXjJJR+0dkrTTdMnYqUpsVOfb3CjW9VSto3NazWbS21eHiDJh4n6YLKIbgAgZwNdRMGb
Sdhs1+K1HBHo7iHGfjIE+oJtbtle7/ctaD21DS72wVbNm+8UaV5mtqtSeI19KRZtXMhF9ogV
mFugYNG0zY1raiHDwYwQM45bJfiLMmfkGE4AzAYME8CEiCc5tAI2vXvqvRsHDC5jWnY69iU3
eybX8FGzZWbK9rZspqTWpLIw2NY0W6u9+puUQ2gnDuVoyFrUDrP2AOY6903NBnU1MjevtFWz
ve+rQN7LccjbuJ0vcbFLantNfYGzqra2765tmy31HjVdZ2rbW2KWo3bkXZ2bbahtbCmkByLa
wvlpMd9dQly2HIUX7tSHd27NlkFFbV/sOh69oGPboZnk4xjtBGPA5hHx9/GZnMuYdcB02NAN
BqbVbawdJ7atmt8jNA4YepftdsUKVOYcha9H90rUBCmEsWeRZxksgBBM5ijBZFcbutrUTZ2h
Y5JaDGIpMruKn1vti0fZoQX+wwBb3PbIxg4VSK6mXxYaxwymvE7Eqt/hZtm7bK6NrRfWVY2t
KpKK2dGd2KufGqATiDmDAgP7CMQTyAGgzM8DIIxkkwjM2th9a4e0Ku3sdQJdv6pX+Wq/UuqK
XrgNqXeGynaW1AKzDWDPCBBUzR0YhK2wJjscdre4JJGFZe3s986ybGzdexrIlSli4YQ4E565
5RyD6hltZdakDw1S9wXt75BJlTKqlCoWs9jWBLqXZhpratVy65s3NlGXbYV3bNpqb/mLcOHd
7Q1inLzMJyRAMRvoZMAEAn4GIO2cmNPdllsqUPTu1BXo8XeosK/caT13KwldpEa9klPsnEr9
gWi7tRh3K0H92q0OxRBs0xt1Umztmy1WdpTq2qh1aFHvWHkD4BwTW4WdxOpJYkHIMGQPW7TU
X6+xVsJs7DKXcsAf1FSkKgUWWXMEJUm0soYgM7kLRb2fRvcU6gwdcdrNQB00k7L6rWlnrlM/
855wIfsckfR+uYs5hmeOZn9skz3dZfX0/wBqN4Eppr32FGBs1JdTsVPr21tkvoLbU9V1Dpey
wHhnsYfsYzso89xhusMpvAa/eJi7f7a9wtHtnZt7W1nvbYotptWcsQSIMlsYhx1Q4nrK7hrl
mMKYnTBIjGvAtVWZ1wpLA13OdbWqVCK0j7WmxXZ0wRfQQjVuLWrUtcuezdv++EjHGBMckkAZ
EB5+43M5ABzOMnAm5X5NbROW2QzD1HZ9gcwif/0FRW+nHbUcmu2uuwbXr3QKzKa3yy5aNWgh
pQAjrEDuUoYR7gpXaYC6zvb6Wzrfueto26bte2lznGTjJmcTJMQ/t6O7KPooS/rwTt9teCyl
2L6oncPLGVQmwUb+uwNXu7JW0uWSko49Zs2EerWsc6tjbqNK7d118N7H+eYABJMxBmfUxmDA
mfhgTAQAXELkjsCNbFe/t1s1fpFCOISZ/wD0DFqlYg6V1rsrgMhY17WrTcbKjUa7egG7Ywe0
NO7Z9fYqlm7yzKsHPa7TtCepGNxLsTYTV2E2PUW+av0d9rXenFbuhVsYmpRZc/raadap95AL
Nq55YA8Sgs1mtdWWrCn/AJNXSQVqsyvrXaLo0gWBKGG3aW/+Xa9Wnu2SrSqrGVgx8ZhPxwZx
jAmV+MCFgITmZXOePoKA22Txo/8AVvDExPc1qzV6VJsrRFQkJZQxdHZutJFmxs+nouWv03WN
6jXm/wCuFCavMqYqt7KVrB8msV8S+poDGs2KGIjNSqW7Liv/AL2bb1K+oqJsoqTQo1h/RW/r
ywX1pETRqWM5plgstlldSGjgpUHWhSAMCDAj9TCOsU3CMHI/7RF8sq7dcGDkYzMGD4wISYWw
GPHYTAMPALCdsrUHZFZWO1X4tjWuW2s/fuB+ikAZJNo/fX5Fx/SjjcX6DAwqpnsdYPRUTTY7
KELIqjsbPW/9tW4l7Sv223rNsezr2Am6lEq3/VAWe01kd1utahK6WRXtegeNFfBDZnObq2sX
Y1h119RlrXTo7LUiw4MBXB5Hfkn9jnGCIAJzgTmHMy2AcEkA5gIMBBmcjPJwR+MicxQvW3ya
2yrDGxavTU3RTYtgsTdQPq12OXBVlvys1CoeyFetpP8A1KFIAwLcFfY6jV3JeWW51azU1y7a
+EG/c9Y19uraVaaS+9q0WsfRabmj02nQfabCO2v4po7Ae1QM9RAH7LZkjEKgw/qQQRkEctCp
EBIbGSMGY4xCQBkGL95mTnEI4zkDA+DwCBBmEnOWLEnJ+wDj3VX607Fq2KWvF9fSett76z4K
sr17OCC4BiDx2N1aUojwfs4XqAWg+93XDps0PVZWjPZQnUV8G8Kyatv89+lt6zzaathVcLBt
7b9Gwla2lj63HnpetyasQAiMndUzAMw1qIdirC/suMHpMYOJmBjGJnMwYC2cmZ5yIRiDMwcE
zjsRAXh+jiZEHBHM9hX5NTPSxL77JcBUvqTmtjx7BVQq3ZHXKsuJ2xPXHN64xM8cZtVmO7p0
2VrV4XVWjbK1qtoc+x12V6v6Lg19yprbVYbe2KmstZnKKJ6pMNT+iK5M4MOJbYBKrvIt4uul
NJRTmGcTM7CNYFCWIQbeituGdtuyJVsTrbCOSISMAnOZnk/RzAhmCIy8tiAcrjDjtNvUtS7Q
q6tsozXetr6apAM3681UsygpkOoAL9B6cA7HJH4J4ziOSI/7StFte9gG3KmavQDtWhrKPV1t
RaiWurQdiw6lUAInrtg02i8WLrsSRHfA37yqaW10dQAOITPyRCuYEAj6wcpWFBUFfGqjOIDz
iE4mcT7nOZjk8QCEcYxGjZzzEYAcmPWjqwSi7FL2qOsBmyrNWAVdHLKysy2z1B/7AeeITmMM
gLxcwUKoVdkktWR3FdQN+FLWnsSWJTMAGDkTsMUWkvSOldQGJa2F9nYRbq2sLa3D15mTOZyZ
wBMzPPaEjByWUkzuIR8MDgDIwADDzBDicTEcCflQYpBhnsA6Wat5S0EFTGGRtIE2Kcxv1baF
XT1OA6gkFyq4MVRLdiuqV12M7DJ3LStunpDrYaTGKMuzU9N2SD2gDdiOsdiJSCG0jmsYUdps
OAN27u2mMP6zaW1CQIGDD5e6qsP7GkQ+xYyvdZ2B4Kw3UKf6qJn4AM/A5mYMCZ4H2cY+44OW
5K4xwBxPb1/9KTTt8uuY5wlpZzWcNsWWANYCPUU9iCFBbuUA6u72SuoVs31aWStqiJZvotdV
1gbVvTYHs9TNIcBlTMBhzLTzr/8APTRVqzmMwC+x3AKe3lexfCPRu3n3XHWnC19xktLld0X1
lWRq0JFVRCOw5M2dO28U+rqU/wAdEOZxDBjH5OJggQfB+iMwqoiryeIeT7AZ01GD61sAczZY
JTWk8YI2uwjN2b06MNewMV6lG2Gbop8aHbUQbNjmywOt20qFrLDYLGD6Oyhet+w9loWadtbs
WzyzDD5J01PkqsaK/G3fkbl7sdKvtdvNz6V/G3V7rGapSuxWzw8BrEQD2mozDJAoYxakWMyV
qLKrD1aGfc/EP2Zk/HaZEziEkxhgA4mQYRiew7HXUYPrrFQng7bKKluqU1smdt0FY5f1466p
YZjI7O7Wlq9WWt0revxndcebVfX7i/15F+q2u+pd3rHj2aPYevt0rq2LDr2qH/LWJDUlxVZd
1qv2iS3ay3oNaOzMfXsVIZ8fsWot8ZXY2bQ1G3YNn1N1qV6WxrVLZuXv/wCoyIm9sAoK9+un
1utW3UQ8TJg+zwYPofXMzPuZMzwRkKpgAjmXV4pY/tpP/wDIJM9iSKb3/bytCSYihrtRAlJx
G/UIvYMvSPfUj3bCudi9mW5i0obq2sa5ZULAukaz5xRdYlWzTs+qsofXoREv1iDWRXNO1nO+
wFd7OBp1eOvYclnE0m/7gQIYO2NWspTj4IBjUVut3qwzNqX51RdUyWgziE/BMxmGCHOecA/B
MEI5A+OoEcZXdpZbtDTIcEz2XNOxVipM5sIVfVaRuP1COLXCircs/puue2x8lnvlruYWEazB
9fvIE/rDCv8AZ3oQ3UbLkPWbUspZbdex/JtObH0dVVqfTqZL0QX7Ny4NnIV7BpazK4wSmje4
q9eqwWVqDfPM0NriFnM5BNYcHXozinXr/wDTmBjiHOZnnqS7Dj6+O0/OTliMAzGYRmY4t1ks
euhUXiewt7mwLXQMKbCWb01uUxCP13SyVjY6ldkLX5iS1xjuZVqbFij0+08o9TsowpuVtZjm
7aYPfaBq0Byl+ml8fStqca5s2KsJNpwtFavZbdX2ejVBDVhDR17arUtabiZksMLBidecCHiY
4GcYAl1hqq/9doRB8Hic4Bhn4xiLnB4gzMCAEHn4BM/IMZgF79ncfpbwChC+lPViOSMx6ltT
e9bfr2sSITytZcaHrlaYpqVQQ7K5FoZBfsFKrbVtbYvQ0aV//TXYMtWlq2allFtIbG+xFKL1
fti0W4FmrY1dR6ypEVVwIQIRwo4BEPMBhyYRFHB+/HVDiczHJA+BiHE4hxMYP5JwwwZgYxgY
+PzxNoOa6kIqvANbV5e0KR6gEWKFEY5KAYetWX2Xrqi1Ppdgir11NcSpMCohU2KMeXMus7Lf
axRkMUMBr3NWwuZ69a/MYLYhBRt2kPUFNdVZ72DJa/LaS4zqv3o5xiA4nZYCpjMAbdpUK7Ra
JZaYJxOphJgbEzg5Oe3GQZ9fGeCRlvvqYqnBZIGGAcRoVIglnK1HEuVcY6PsEgelQCbNmwj1
7VfXz0IttpaKlpAqcxaSStYWMGI8ameMgtjG2rJsFMNaW61WLk3iDaVatL2BUuoItyJvPmvX
TrK1JcI1mnrerPVAKqi15HS4zxtBWuErXqK1MbXSV0hC2cQDHwcwjB/GMHOYBPufiwkTnJvr
U+ctK2LVstROcTuwi7ALu6lKdmq0tjCcW24CXK7Gj1OztHR1F1KrKwR/OWi64EWnqRUsezXr
h9lqif1NZP67yQ7YezAOGHs6Hrdl7KRhUyCpILciu7xvob7IdsN23K+UIEV8HV//AFCE884B
4IMxAIcgfhtrXQt7CuN7Hmr2LF/6oW5BzMcMTnMLcdv3ziPyGIIsdKhXs9w1tKCzdpDtvVoP
7GIOz0tq20tPsglZPs6Sj3Gy5NbZulfrAgrQIkwIcYZ0QNsCbD7F0Olk16KxwivX0WAcWbCV
inb7tsUC+rZ0LKi1RAKhG5AySXCldbZKNq7CFLKgpbXAde3fVbNWDMYmZ24ZgFt3maHYtSLv
3qLNm21kbsVQlv5WYLpMD/IICMn7DZmQxMI5CAQjEGSScNava6qtQrIrCytDWpHR93XUWXCw
tYtTbmxVeupWprXVqAyqzvgG/gbHYdrC1jqkZu0JChbUZbNmtVay14iHrW6iW7Gw4WpmFNXS
F+sttyj12XDY1Lq4VOAVJc5h/cUW21NrbKWV2VlXr1KXaugVwLmdSYeCzTY7+J7XRsWWB9a9
Vq0neV+qqBroqQdUzZtMW/8AlRlyWyAOxK8jPI4mY3IUcOCGtAD/APoVKP768f8AprhtvZti
auyzPp7Yen0/ZadDT1x5EUu1kDZgJjGqtlvVgbf1vFLPVtW1xrLnCazE9ag4C9XpdomvUgSp
zEqUDq2CKxPLWCrXM20trS7SsY+OxYMha/3ZtRbqa7GqbS2E2EYvr2U2pcpUZJxCwn/I8TZ1
UtSlVsCevFZRAkIbPXM6KRVTUkwPhoIojDE/OJjMOMWATZpLVMh7CuyU6lzNoaqpXkKPLz2L
EFIXGDYIzNiyw9Reqk2qWL3AhOxFdYANSEdyUqOSqhVdcYBYKAezKv8AUrmp+8YogAstl1VX
jAsFu7p03D+Lb7V0CoV2ANsKLBr3PQ9fi26Fts1blZHTYeutRv6vcDhgxinBAEZXKm32FJr9
nQx/r1VeA/BEOIAIAI0HxjjPLAGMikWVVF6NStE/RA13L28te2PK/YPmM9YdbRjp3lmvU0Gu
oiVP1rUrLrFqIsLKabLFrWuud7DDW0BUL+pgZxHsUsWqgsUny9Q2xaxVbcigsa9cCwgTZB7g
4VHBbY9bVaK7LdW4X15Rer7Pr79l6tKikHM4Izydmmg3exVzQjopqqtg16QcT84MBM+oPriY
zMYAz8Ex8Szs81dQVtdYWn9JBa1XBu6A7HaLUtg6Ks6JFURWQGx2ICuwTk2C0wgMFxWTb2Jb
JB6wE9RxOzKHvqhcgsRnzWGVEl/HWCQbCNZMqAomwubMmKSG1XD07OtXclZsoetLca2wCHyr
L1Ix1g+vHQTZrazkFcBgCrAAsSVLCdoM5yMgwzMzkg8loTiVhWJ6Kb2d7a0Ily9RkGCpiUr6
wkAtcM4XDvCt2KSqjska5Jb3ZWBwcGJ5gc2Z7lQ1wETZrFu1ZU07NgVXY6OQtFplesyha1mT
CsOZgy/TDtsV+Kxgca2zdXE9nXgVU2SwtpPclfTV2UsV62R8YbGBnMyYDiBF7fkFQT99oJic
YMzmYAnEIGXYKLdliarOtLXVvNfkOrswrVB3VQ+wJ5SStgaeMMiVoASAMMYMZzAthAUABp0y
P2Meyuqt9l7oqkkVFRWKzERjFQLODMwv1lm4ojbl7HGzZE1dkBadkM1NTnb060L6r1oCc+uu
YrYiMtNVuob6Osq3dcayOjj8dgFP0DyvABzMHM/X4xMQ4gmDMzMv64XXVI37yvXpAdLPJWnV
e7GeasxFfKhRFTIfqo7nJKgF1JNlKx9s5bauK+e2JtMCL0y1xUZRwq3M7axcLrgRQABDB9FQ
Y9QeHVoipSgBxHtqBF1RZmXJ4FlYdXTrZpuVuzFHJrtV7dS4p6+q2ucwwcjByBwQBMcNkzAm
OIDDzMD4H3iOmZsB+9amxUr6z9VTKBraCWRTUCheLWwhVzDUGD0ERawpWtcGpWAorMZaK3av
XsB1UUisRLGi0tYVVVEIEzCQIGVhxG29dZ56LE2dkU1ja2SLLth5r67WinXSo+Id+3G3eUDK
bJp1OtgzgGBo55zn4bOWdEDb6oT7ByBuWmU2+QW3VoP6aYrZX8Z+M85x8fk/ewjdtTiy++tF
c2NKNfsSQC+1SGp3cv8A1LG3Gydwz+18f0YJ3Mg7ZLf1dpQDYg1uweuisNbTYKhlw7APb1jb
lQn9tZUbyRt5RE9omW3+8suKFGex2psDCu0wJiagZU4BYZjDjcRRYxOdFz5lGSIO2PyBLL0r
Nu2MWXW2leYCSK1JNQIXY1bif49iAEAfRxnGYCMA5gxOIfr6mxW4WpAYLq5s7tubLrCfIZnE
NrANc5BtaM2YADOkKDIRZU9qNdbuY/cmpmWy+yqhbdx2LXCHYBJ2LMm5892afvNPXsYXetcN
XTUhq1Hsl+qElVSIPOmFcOQBMGbOutrMvUoxzVbiu7e6g3WuaVJS92RQlzm5QhX7CNinW8gq
1ijjiWZxzPwIRMYHEOIMAczGYeYysKU28s2w5QLDXkeOBFEbGWKAEzBxnBLERBkVoznU0yhc
K4v26qy9xsNzEgIWjUMIKXynrtuwU+k2GK+hIn/i3dq6Vqli1uFXWrFm3wttzj6iKMgdCr9o
X5bJNupXYa9etFv2cjssoBc/0vmzZZRbfbaShwpwNUVkvdRTP71ATerY3bo8nlEzmfiEDAAM
xyeJnMOcqJej3U7mlZroMhivYKxywGCTh7DFsAnfJwcsOFHKa7E03UUh/YGWb95D2Ht5BOCK
q+EpOaNPEHE/BZVB20h2mYvY7AKMgAFGWA5hXgYUKwnYQ5lt60pbsvbABnGCGIAfl37QY7AA
kLSIX6jiM0QFpaQp8ggGIc/AjOFHlsdj9NXa08FkfZppi+xxY/samW9KfJnpGIYgHLYgUMOj
ErWATgAVOWp1x22bRXU1vBeM7djmAEmrTtcUaISVVU1hrUUteY1thjcMDmNlQB1GSwxCBgEC
HJIOR1wLrq6Qd29jbY7t1zBCYTyCTMklMQAEqymMMlFJC1qABxbUzDokAMMwMO5wK1zXWxCq
iCzeoQ3eytdyzllJJrp1jW6+NzgwAE115g1bgRp3tF9fZiwalUa0mKTGfAL9pnMbE6xKywr0
bXaqhUVK1BOCM9Sr855ZhAMl1JHUz9Yf1C4x2nbA8tYl97PBW7tVrWM+yi1EHjEAIgEwBAoJ
prp7XWVM3kUGoqT2xCeADHBAwkBmRm/uVq1jErRJftrXNvctIJeydCkCMZXT2ZzXrLsPZexB
LV0kmvW6TkHOBcosS+lq3JIik5CL1XGeoLV6tjyrTrBVQsJxM85DFY5IC8jgQDgr1hAMLdZ/
VSR/YCTtWMVNpXDGeatB5FICuQ9rVHqzFmVFGyO45BGFsuqrDbjkh2dsEDJzUD1r1r+qatpl
mu6Q12Y6vGYA11v3VMQtgvtCdkJu1+rU6hIXVqAC1BEpSsWBcWGyxxr80VLWHYYzkg4CsMtV
TYB61AXrpQXUMrJRKkiqxgUCHEP12JAYlhkzPIzGJMAwCIw5dRYjahEr1lEWsAPcK2PmeVUo
orRiLb1rYsWljhUbu5WtjBXfH19gBkgUwKBFVnlPr2cUaqUic4WEiYMWkZHVQ9yqLdrpPJUY
hCg9jFYRgSMwcwEYdUZNerHw32FyzFVilSVJjEtAozZS7lNdO3UAgH4P0xGDiNFOCQcghock
xjgnGCAQ9YYIgWWButdLAKgEHcnqzTfqDa6uylEa9jp7CT1euOvhTJqE2vXpYn/m7RKeqs7V
6VVc/QTt2ggmD8do+45JtUSzZZiwYtUgLAATLZwSRkzELIJ2E8qAi1SQrOWXMCgQjnEUEjHI
4GSY36w5n4/BIhUEfj6ABE/5EjEzAwBIwSo6rgAczGGZSThMLUxFVDCBJ48g6GqzoiKCMxKw
oExAIRDgBuQByBwBEWFcQgkdhBRblqMQoCD1jFRCRgvcINi0D+o4bZtJZbnnhsxXr2EU1dCB
GYAmwAA5bAxgiE5GSB+Mz8cYxiZwc4hPAOZzGOIDmHJYLmNnCVuwau4TraFWp2ldfRXorche
BBABGGPjMyTAMTMWMcFuYAYeD9wjleIRmYmBATh8CNaCAXYrWgKrWsZhnxBwddFiaoQr0MZk
WdiZ2/WxiIGzAOABj8Cc5IxAcDOCwEGcdsAETgziDGAZYOFzEpEFKgmrMXos7jGQYMQFZ2Wd
lnYQFTMiArGKidgICM9oXYHnBMBgzMAnHA7ZXiYn44gYsehY+JQK8CdwAMmFeVQwjEIBja6M
QhECQJiOBmyyushgQFGBiEgMG5JhJwMwkADJB5hP7Z4JnYQEiPegKPz5LOotczLRpls5cHtf
EezOVIAXIxlra0h3KFB36wD7Gf32mDa2SVbccrTfK6mWHEC5+D9hsgYmORgfGIogBEZQW6cK
wLf/AI9RkLx1yesCgFiqwMMFhLz1jhHg4B7AjMYcAGDiMVmV7HrhtmtWcqQGAIdoSSGcoF2G
sLUhlWzowuURSSSRnIndYGzOogUCZEsFsanaeDRr6/x1Y/kABpwwVc1qoiBMkgDOYJkwNkE4
hEwcDgAn44gYQHMZuWuZQwZjWMr+F+uY7BYbmeJUATjHKjy1sWrAlhrAO9Wp/tJLWXYqqsEM
fdrrL77kBrrimlaZYBQlFy3QIFjIDGQdevjt6AjawsRnJ8hDBnMQEwAklJzFLAkZhZsm5lIs
YwGwzqSDWDFrQQDB/UTIKhiAOQeDxGMBzMwEEhsAtieRYASB2AIJgqYiupVDEBgGII6Q7DNA
hyC2WJhJzkT8uyhXpuslepXK60UAEliFj12Wg+tUkaVIKhVA5l1a2rVSlY6nFu3RVLfZoAdi
wvrXC6llHV1VItiytVaZWfrCcHnLdSQgDdVwVXsVBIBICrARgiZw2VMCrjBE+hkzAJOABBmK
5z9k8zKxBgkmL2xxkCKEWNsICQ1k8WYK8S1HEVbbG8TBbSa1otc2ELnqqxqQIFxGXkoGC5SE
md1Lfc5wQZdd4lv3L7Yz9oxOEbE09pqXQpfWdMBq6axCwU5E719S9YLdWBR2ig4XIhXJJxOY
FOAuSeJhu/EycjImZmdgITyvEXg9cxQIck9DKrw7Zg5BzOwA7XWlgK5QCy9Z1E6iFFExiWVZ
B01JxWoa7h2YklsdSZnJIODiUvm7uTBYGAAEuVWreswKTHqKRV/aioZoqtXX2NtyfLe87Xg0
2bImSZWbDP2IKt2C4hBwwzH4nBigEcYGDMHIXlS0BEKwEzHIJ7DABOSoImQIp5yIiAHiBTAs
8Yj2BJ4+7YCjY3MBN25GT+jYYEAG1FDbAUHYZwFZoL60dt6kFNulopUgsgg5hERkTYtutCtf
aop2rzO6lNhabAzdANI2rVpWOdXTWmEcWaixPX9imrTWvUKOc/k4IPJGYCM4EYTGCCIesH0G
yMZJ5MP11AJAYj7yIsBIJEzkZiI0FYmAJwJxLTUVqt16l8weNRWxOlrEtagiWHCuY1n727LL
G3Noiuq6yLpiuV2Ug2PY4StlH9S1xNhLlFV6HZsBUuSa7Os8zeNuwFOuXNdcxifcDc5EJhEH
EHMzxk4MBMzn4xmNmA5gUmdRC9aQYxjLfUXIAPC5hIEDidwZ24zCJ+sDTPwxmxuMQVJCa7uV
6UqNj9cMxb9Xs/UWNmq3/g3XsiIXowRdS7K62UP5cE7IZW5Oqr1l3Zqty0iJmDiVq5FVAdq6
1VM84yBxFAEYzloMkbFTPXXZsa9lVyWqRCCZ+eIrchQYRibCWsKFamtdwvZ/EXatcKBwcZzg
lRjuwn/I9hlcEAkTOZnM6yr+hXDTtMgxiIAFlp/a1ywVgCLirPzX1LVo46sT1ewAKw7C4KX2
7Gj12OLKQuvrhXi6yhrbK2jWr47mDWUoCDSqiuzLIqj4YgRWLTrkdSQ/A/CwxkVoNWtLc8Lm
EgTmZEPMEK4jdsV4CqecHKswD5wCMZyDiEAnsMoCRzMEkjB7yvJhOJzlSZhTGUyzIDkqhYkq
+FNrRbsKC/avTsslms6sAA1rDurhGq2i02WR9etmqc3r1uzWbLrGQK+dFCBfeiIHdnptLwYA
ZXZxcGYNmW3FF89bhGRiox8EBRbt0Vu/sVIfc2Him0xNpkNO2rRbamhIAGTHB7KAIDmDMH3z
hBCDDgDqQ+TF4gxOQCTPJP/aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwD2a+zb
jX+wkKUh4Jnd7lGAq9QU8pHkjtqclUNESHcZCO4kUqTlUIbROAT8k4q+lE5Lf9VXyKtbyTxv
oiZjwTkFOBfCY0PimC0Tg1Tk2RMSxHzTl6fModvc4Jc/woA9IlbwQjGg1N3Up3k1UZCJnI2A
TzIi1w9Vu7xfQOy9Hx/SV9qn6YirEBORyA1QJG2RNnVbjWyMiOoYQjtYM5wP2U0fSKCIRG33
rcQKWVT4BDemjEPqVWuGRBC6jtCftwMhiRsqER+acyNbrqAmLvlF+38UCYEEaVTkFuYW2ojc
lPEVs6joMFAyI3SLlHbViw8E5L6IC7/SVMgsHsjzqWVVj2X4U/Qfiqf2ATsQnzzsnFdtybLY
A5+CiQJE6EKXcfqmOmJwUd7A2dDIKa40Kk7GQ9IdbpCoDAA0VntR0O420GwVKrqJBGV1GR82
QFjHFCm3B8gCq9Tg0YhMCNwPp/iTjuDcRYRoFt7u6UhkLfCr3VgG+Kbd1CqAJrcomFdxUY9z
0kseScB9CUQKAqlslBXT/oX429puN3f9ERcoy20GUIg+q6EhRrIFj9y8pSNP3UPsvvFC66nc
aIduEn7laZAREpdX1YogB0jD1K6IyJwAEBLtmIP1GjKPbcEwDKpHkn7kmTwIrkn/AGJgDKX4
p4gQF90qLd3O81KMOlH75kSM/Sf1UYwgSLRei6XJyERA7AcBbd0q6J+qnJVBkT4ofyiRG2EC
YiJB1/2qMZF5AMSFW5VwwWqv/wCAsgYQcg1YKXbkDuOWr+6jKE9kYBjCQb/EiIiLCgMVUoGF
3ooy7pYHAwm2RJ1Q2gAilAmkQDiqbfXQLb2g5Obp5S8mVywQEWiOSzJ8lEGi3d1yRzQMO1Fz
cs5W4ksS5AR2weQekkRCIBBuAiCCwp4qJjZ10qpZMKp2ZVCLhW4c/wBJRV/sm7YN2rKU5BnH
V4KR7J3Rwts47ToUIwi7fBASLyymAoi1ToFImMnNAE/p/M66YkxNiAgNrA6p+5ImQNQLH9VR
JgD4obYhgECGDrlpzTGvyRJ6ZE00Rk7Em4Q3UaqmXpZ/FbcPQoBuDgOmehsOBZXWpVeHP2A3
n7NFX+zSibNVdPaFK7luAA7oFDj9lXBmayKABDlaalUuclUbxRepVaK4C2u9WQBLAWTD0q1C
mscuttALpyLVdW8luHkrXqUBSipRlcJnddNPFOB4LxVlpwt/4CeaawyjMnbEC629sEQHP/Un
kBKY9yewymvzVMYTs3LKNWATyREfpJT4C22JCFE2VuIY5QADUdCrk4NkKsB8101fKOdSqe7C
q0QnkQt20keKaOdOpUiQrH2a/pW9nrPkm7bAamq6u4AdGREwIyHx/RmXc6W0ViO2DQDRHZSO
SQniAAc1dF5O2ExF7nKYJhUvXwQ6gAnao1UpSlQnC6TQOQOa3S6Q1EA/vRZ3JYBbixwjtcCT
BAXYVdRYeatVbSG1lzQiX1BiHW4ueTqoERo6fGlWKoY9t7jKeIrH6i7MvX8036MezyTC/wAU
Ns9j4KHVu1JQ3EEaoh3mRQBHcTyW3tB5M0pL7kju/v8AWgQKIHWvs0XP2ASaaIAMjERIiNF1
lo6C6cOH+KdhtQb3Ik0FlWgstpjR/USy3XCLBz8E+3FkXB8CmIKAEiAeSiAQW1ViXuFuh2zT
CYx2AXitpiGNxlFqC1+oFbe00gQm7o2y5o9MpeYZkZEbRcPVMAvSP7CRG+SjKjG2UZEXZPIk
VoAmgNkTd7qpDC8sqXb7TE2Mk5plAAeJUYipJugOX6FrlCQuDVXYvhbCTtGiIJcg0Wpw901h
pl0Yva6ZmAqU7U1dE7hTmmdgDcIQjKuE6vXRPGvNM3SUREAhvNbi0gRROBXJRMg3bzKjp4Ey
c1dPERAdERBIu5ogJkE5/wDcqDxC+Su6v/YC8guqYd10gyAt4raOgZZOXOhJW7uUIsi3RFXr
zynXWGjllGlNf0DmyMzSjol3jJeeEXDRzyRkAdur0TwAEclAgbpaldMT3dwcsjL7ewmwKYDa
NMIwkWiU8IUOZUXpAxRMYgaMr1W4guqimEMDVGZ7rRa0WRMTQ2AKJ2kH6gS9VtJYCwKcG+Ey
HNNRk6rZDaP+vttwp7XUWJR2OQ97LrK20YGvNHqAjomjTO42RJLz0iVuLyPNbjQC4CoHGPBU
yusMbcke4Rag4VKaIfn7DaIQN7stmtE5sbKUeRZESjt+knVAN0i5Nk25ibBN3JMRj6k0IsDq
ardSPxQm8nN0O56gFayq/LC6Ra5KckltKpgDEaotOmCQqylN7iwTksMBEdQq7xTk3+olb95f
VlHb3BL3J5h3yqKzlMFWyYK3C36J1s7Vo+p8qR7pvhNEONEeg7aUQ2xaJuiIByFsjSP5Rn9Z
POVU0A8dQt5FtbOnkeSaNJyPSoiIDksXCEIm2UWkwCluc7WqrWRY8k1yyrcok+JKn/UEvG0V
KNXjQeKjAG2FopSGtQgXEibR/Kv5fNfc7oJiamRQ3BzaiaMQRjMk2MBAiJAvFAvGOtVYE6g0
XqM5G4eiaIjEG7rYTuJqNqFhnn/gW3aTzsiSbIlqa4CJM3P5QEzbfGqYAA3cJspnTxtlcwmy
j8P0VOJHJTiXJBRJNSnlQlFyWUdoYHKBlRRMBb3ITl1B7BNEbY8k3dkwdy9Uf6ftBzEevn+V
DtxA3xJcn/Kp9ucW2ljL8qi0rmnggDeV1I5PANStUAXeVmQAwpCNzRDdcCo1JW/uW9XvR7kq
RtAFAmnbjjVGTPCXzQaDzvOqMtoG2wWgGiHbj2nJNHt+0t0yO3Gzf8ltgDOQybLfveLvseg/
ZW7aHIYn/igJkRATQhubJoEwB5NZA9wiIGQnAbmdEDF2OgR2RbUlAb2bAQNDqcq9OAGidMKh
OKEpz5FOKnIVvYf9C8QQMlOarU+9O9kGJiRUvn9mK26KzoAsMVR7P9PDrF5Ef6FGAi0O59a+
4e79yWvNbd3qDMdV3u27iVT4yUu39MfSu3pcosKKoZB6VdQawBPAAGj1QIP8sUCHb7XVLJQl
3ZOY2jhc1JhuLWKlIFi5cIgEE3rdN5Jm5PZCL10REu4N+GQepZnFAiQQfAoS3iT4FSEZ92JY
+kSCNnOBZASLEYXPQh16WKYCgDldJvddTlM3igMa8N2FzTiuoQeVMKthdXP6CvsMjGYqQwK6
BvF1skNhBsaI7R4o7Yk/JbQTGRsWp+zJS7EC7UHSt03AhVjRR73e7YlPt0JuVExAECLMh2wG
ifSylPaQxavJCFxNgUJFwHYnkVEu7BkAMhzwlsvceSAkalw3gn0Dph6pv8UJyFBZUDceeqMg
XkcRGSiZRDNSjF1ROE4DzNBlPEMD9UkJSP3WxhVaMfyxUWiA/KqG0u1CE0SwyGVS+iYX1TnN
GQ1XPRPIsMBMA3NVI5qhfwTbiXwFSJIGXRAGHO5ByADYldcndY9rXhXjzWnCodET7cZPyqmH
bYJogRiMof1HZpONJDJH5kPvwfuRPrTRIc1cZXchJvtzjuNaL/4v9H1bTWf0gfqoVG4WqjMH
kQMH9ZRl4VW6+4AugDRhTyUYhtxTXRXbjGkS9QpPkMiPpDe5ACw9p0z1W4AVsSgREzJr+qgJ
z/cwEYxDkUt0/vLbtBFnFggIQYD6tESZdbOWQHkVREOHTPVVjbLqoDeK6db6Ju5PcBplEduN
7GSbtw82W8DbyAW0sIaqsg6qQaNyXqJZX/Rc+FfYJNhonPT2xg3/AHkAAwdmCh3+2HJcEat9
SiTa046f/kTzJiR6ZRuVs/ou3I96VDP+GCj93vt3ZV2aBD+nh1SciR/NNQBNWFVCUagUkVui
240IQ3jqlVVobKQ+OFCTdIcIR1KkRk8OXCvsAipyhASaZNXGEPqhgPtCqLX2h/8AMj9wsPpD
YXpchEH0YiAseSoi7ABAC5XIoxetLVZGUYu5YGv+hdU9uuKLrBk1iSyDQi+MqoETyTj46ogl
xqUMhGlP7F9qNW9RTBALluDkLcY3FXQhMSBegeiH/wASUez2wGkQOr/Gpdrtz+53z6pu5X3J
O59JXbIvG6lGWWMU7uI0UbvLKB1p/wAlajKJ+l2ZAXotefGvsM1Ed1UZCLG4IoVunIxgKCJT
AOuSY5TBXYIRgHfK6oknmgwEQhul4siRGqFKGtESMp42OuETQHJKPUxK6pf9EQEal+SMRGq9
K9P6YuKYRANTRGUi8p5TXQYhiu5C5MXj4hS7crmyMTQg3shD7h22IiU0y/K63Au9oqEJahCE
TtDUZOI0F3F0CPSLBasXdEXQm9rjCBgDU1OGCDU9uzp8LVARprLCuSrM+FzTEbTyWqKAl5ID
Gq5K9ApTlaIdUiGwEBGJDaJ+p5XDJzc0qU85e8obi7WIorGXinMbr0Begey36IFtwzHK6cBG
VSCQT/uTgMQfgtpLAZPNfd/pyIzBYxwWUJyixsUQAwF0/boCth6qIzJcxx4rqDxFymNlQO+E
xQOLFSmKtEqNXo4/QHlx5JxdPKY26Mq4TpjU8ThdT+AVfciD1R0R7kYxAFBF7/rLaQ1HGUIA
vNnICqKLAGpTS7oMsgVQ2ducydAw/wAyr2PiHTGJj4kL1D3jg36X8UaVsvA/NNejHyQlOTxG
FtIDckWJlE19yEh6StNqcOCgDRzU+CAe91emqydSulHnRT7YJJNAEIttMI18SgX9s1TmoT2T
hPOTciUOqpRiCKXLpo2OcIgfSLmg/wASahkLc3Qk4DirItXLJgKAItcX0RcsI6ZdUc8rn/Cg
0SI6mgU+735DeR0i5ojHtgDncrqnKXJAAE826kI7ZEYcsiZkA3thdRJIu1FY+/8ATUQ7U4tu
9JCkNz7juD4RIF0Q+0moVVehyjGQvYowlZSaTHTkg/UNVCWNE2iYnFlo6ayZ+rCJIZuonwU+
5U73YFAHT2wQH1T2R5r7PbLMHlLP7KPVRqkh0TOXKI9RK2xjulIM0QzP+aSBmSO5I0johEuR
+C6e2TzQBk0sujvkS+hQ3RJajYVYDbpdbBARbUUW4ziDyFkxJkD7luERoyI2nac2TbTL9qqp
ERawZAlgQn/uyqsfp+3IB5A4W6JaUcoV6405kIPcX8FQsW+CqHbCve40QjKvNGM47ofmyhMS
tgrdEAAJx5oSVavZOyIu10IQoZlj4Lt9tgcKnCvsmc5bQcqkx5r17i7UUu9PeZTLs7BCe0tI
O7r+XARB80WYDFEPuDc2U0YhxSqDnzCrY2VWGRVVsvknkBJ6mLZH5kJbI9oNhGR6pWMQNqce
kjKcqiJN1zVLpzb+wQAuLlEs4XQwyDouqr5CFbYRk+aoVuibr+ZESbVCXZYxlhfbmHiLv/Eu
g9WYrUcMphXJHJOfBiosLBwUPYHGXbEz9vt4tVVJZXp4pqnxKhEhmAorf+aqaaKsweQqV0At
hAkCI1l6V094GIqALrcZEgUqTf8AZQDxaJDuhKJLyDgRqnMIyAFZG6Bp2yKsDudWqLlOOHPj
z/QUVnCpfT2nRkaAFbIx3tpqjHux2g/BRh2i55c0Ks6e1GTXqiD6sMgxuwW2RdqppimqPc7d
RyQ7Xcp3NNVX3IjGPFdQfmg1kTLpuIqPh7c+92T/ADJVYrbIMdD/ALVauaI97uQBkT0vhkJS
LDRbe2PunDUEU8OiGi/mS93UUCX7pNmBdb5gRibRkTtH/wCtEGc5TFOkCMaf/bghCAkJVQMg
Ig/UbISj3jE2pZdZlM8ywP8AhTRAAtRUpwZN8UHO6WgTwAA+K3btoVZsToV6z7/YZw6o5QBi
WxwyCcraRbKcVHsHRSLvEg1RJrf3KXc7RoKl62UjOpBp/wC1b4A7TU+K6baFbSK4QACh24li
A63Evq3BjY4X/wAiJEoCQLcvqQlEuCjdhRaKgQk7gCoQ7bVGPaoqrqHmu2OwNw7h283Q7ZFh
6uaHb7fbOwfEqMu7F3+kDchGY6jgokCIgchGPZjvYs7Mie+DrH8qJ74hE3BFSyftx3SGStxG
0aKi5cd0pCIGqI7Y3aSNlWTjQUW0VKchtEAXJyNUIs1XWEypdESO0ckX6iblAHwpwumVqI7C
4/KUYkNOJYjiSLraA0pmpQJuV3SSzxIHiVKUheoTMjKFRL4INQjCAZz+CBGekIC3giRcLqut
rUN0D2Sdp94W3vH95DbOMibK1s6qgYkWK3gVDAnRAzkGKcF+QutoLS/Kb+0ZEW+CiY2Thc9U
8hUIwbdI4QftAjGE0AxGAHW7ulzo6YABBP3JNkDKIi0R+Y3XR1L7e4CWSF1ylLxRi9DR1+KE
qk+5BoNzdAbSXtlAkeSt8VU3QpVAa1dAHP4InKunTrxtwBiK68douDZGUjS6opOHIIIUyQ24
uOBJjuGQnhSbOAj2yOuzIzlURpHH7y2m2qfGUCFWrLqDhO2wnRP25Exeh0/eW2RkQMmq3XkM
WTyYSmHIUhOtaFaxNQVCcOkipc1UZ6j2GRCjvDFbI1Kcl+Wi0X3JDqsumDur7Huy1OTwf4ok
SMpEsBoPyrdLtAaGY3KRj3ZbwKwiBEf5VTd43W2cyGtr+8vVRORu5FNtZqsgGoL0TgJwfI8C
c8K0QcVXyXVfhy1T8Ho+hTPVOF9w2jd9VSyoaBSjIUIIZS7VxA0PBsIz3NGIcnl9UFPu9uxJ
ERyQhKhjmyHxVEycZT+9ERgScBCffNfyC37ybaETu2saZK3AdNgcqXcha5ihE2GqDV0KHbzD
2hF2AqqIsOFSA62xG+Y0R/lE6IPQm44MtpgPcyP2u4dp+mXUETIQiT+Vfb7Qr+ZEkV0XUUSz
DVMKg3KofB8qoYPZOrhUonIc8aWKDmvBuDI6q1V3JwDyiFKM2jInpR+KIzhSlMsMqUo2KYyZ
M9eal2+36+5XyUpSFBQA3X3YVihGR/eKu7LzXK6qQXsmA9yu5wAgx2g1dPLqKYUAwERKoKOj
1KpYKXaa+eLOOMe03QQy3dwAac1SjXJsiYRd6AmyLzLaCiBgL13LdKZJN9FWirIOU4stkbnK
AcmRLAappFiRVdEn8U1AeeVumKfBABgMsto8Aq2FlXxZXVk6bHGyc+SOqqE/GqMZUjKhW/t9
XbOlwmJoRf8AiQMe5QaUX80mcThSjIsOZTzrI+ljX/FFepwfzF193tkSAiAQShEerJ5lETqD
RlvgGgRdbO4eQP8AEvVS9FQGXJbQGCIdhdWd0CKNhUpqqhkQ1VuLeCrcFRlKWyOWUof09S3r
KMj3pHzYKspP4lPInuA0aRQB/lzNGOVHuCk4kEEoScMNcLdCRmchMWYUG66pIFsBdcIsNKFA
xG2T0YrqkdNpVC4ezoClGBVTE/FRkQHHpZMKHAVVQbyNKLaDsiMaJ4kyOjUKBDBOS/JMMJhU
cGRY1TPZc9VXPB1S6qnPBshVxWqANXT9o7SbtZMC4Olk3flf0xan70l96AaBo45ICUnawP8A
pVb2QgTROKpgWkMo7xvJBB/KpHeCAxACL2Z66pwK4xwGgTivJO7JkwsNU62moKl3u7IQh+Ue
qSP247IY1onKY+5k4DJ7tZbhLaUIf1Eni1JIESEgdFtA2jVO3vTVqjTDKpbUISNdENp8HomJ
YtayJrJ7IEuGohIF9SqRMRcBFwz3dDfYVJzVH7cGkDQjKqKZCYG9gEYvXKBGVZGllzKYVLWV
V4JhdfgnZFPdOqJjY4KgO2WEixBsm7kGGoshIyqcBGMKyanmj2wSSagnkpdtvSSEwAJX3Miw
CEtwfIsuZT+4I0odAtpNAaFNYWKDNT8UzKsahAkACOSvUPF0CC76IhxS6bttvlZfzJEnDpkw
6WyUzvzTumDhA2QaRv7lLszrTdFekEc6r0AIwEAYD6hRir0tRXQc10C3Fxur5JpGqsKoPPpJ
9KEIkAvdfahtO2hmTSqqQNGi7hCXdcbnYsBZGpAlayGDlERrqVQuDhAEOAvSOD/NPqntwrSi
vw1ThF7CnCtl25BxzXbkTu1fKoKHRdMSZac1B7tVS7wYdsncCjjmE4qMlbhJyaICROnko9LA
0Ex/CgBO2HVSGR3Ha9E4NP8AogH9WUzNEXJQyBgWTCIc0ZCMptyGqqN0xkmq7cReITH33TuW
Tmo0VRT6RZlSqaRqOatbCdRkKMermFv7ZcIx+nlqqFhkJmcZQb3YQJDNnCJBtTwH6iLgoEPT
PJWqDQlE2OGumhI1rbKE5zIbBK2nuyJjUDAKjOZfaXAR7kSTKRNG6YxRjsMkCQYTF2KiO0SQ
S0icK5TlNclPhV4UtrxqulUWioozb0lkxvGitjOEBdgh4KUJBwRlS7cwxHxCAHS6hPtGpFRq
VtlEg6piSnoXTA0TOT5utoJfkgNxAGHQJO486qMpQBIFBhR2wBAuwRd4+ZXSXGXuu4JkHaWD
aJu2Ha5RhMNIe5VWviniWGq5pzdMb6Cyv5ZU+5A9JoQrucrlogPgmtzQ6n1TipNquq5vhACw
t/CmDFzeiEpMZZ0T9Ia62ymCcgYQEJAmVKf71KUZbtnqW6NRcIGpmLAZXSY8zp+qiYlycAK4
96KcCqqK44WdV9jTgHrz4Tj5t4KcQLWQ3VLGqJOAuaKh3AGBDP4Jyg/SIm3JF6ujPsxeOQvw
K6qJ4gS1ahReBZrokEOn+ATRJbRAyHxR21JymjIg3dGci5NXWx2EroiUesDplzRj3ImLZITA
0VU1ufC4KHNS/p5WuFSjmqeMmAQEryo4qWXVMgZNf9KesmxYrpDA/BDqrrdEiowt0IjdhRhJ
trovMjQ4XTMylL1EBkZEmL5K+3L+p27h1RBYKLEzjYAF0DDtyM2LA0TR7cO0DrUofcmT+yGX
1q7rReCK58KF+Bcp7rw4D5ppKcAWDmnJHa1HodF3I/Bc+EAbhynFwi9soc8YQlJmTxiYy/Nj
95N8U79Q0W2UmiLfwoN0o50KJNXyjIBgcBEM3hVFsYX3qmJudF2ySwdVwjuiJD6gVOUW+0T0
EXZDb6Tkrae47XIFAjEYo60TRDst06TyeS6Oo804kwyAjE+RKaMa8kPuQAeyJnLZHEYjcVlv
pq6EmABsChDZe0hlPMgJp9X9/wBVN2+1IA2IKaPaMtl3lu/0okdgiJsGZv3kYTmO3HlWSBrK
QySqBWrxrZN7uPNeKpwc2T2CZUFFqvutQyMStptUS5LYLSo/Ht7rEMU5PRhdMWAXgVIE0FQF
KL3p/wAkIGoBrzQn23hI30RPdBIGn+pdE5Qa+4UUe5GQlDOroCBJJwiJCxypSEXlyTzG1zYJ
y325BhE/wr73ad3fbhPCkxYJpjbLK6j5Bbey43XJTEP+vhCpEgHkf+KEI1eg5oGcf50vp0RP
cPVgptwHNVmup5It2xtFiP4k8pRjR4l9zOumB7rfXXY6kO4IQ2i5LF/1E8SZE1cBqJiGbXK/
6qjA5QeO4iyJjCIPIVV07sUXm/JkWemSq34WTZ+Ct4KvALaMKuVdlUrlzVLohECha6kQfTOg
URaRUe4KRJvzQlGpzwhOxBYsg+bBW6RrwIvqyAQkdbLRXomZENVAHBsuo1wQpbqSa5/yoSyu
odIoSVs/pZ/bnEPHDpv6jtORTdlbe3ExkRSXNCH9TEjmnMq4BBX8tpDAAR73cjtfJuXX3Ijf
3X6XqI/tLrqNdShGNBlM902dE62gsHqNUQx2mzUqhDudQbJohMQD2VKLkqqtwtBonXivmmZ0
zJtFbiEwquQ4HVVVbYT5VRc2RbyVfNeSlFgIyLrfQoGQ3S00CqCYHHNRmPTJSF2qrMRRkIu8
s0TGosPBGI+pM/moy5/39KiTSgvVc103TEOhOF5VK2mgNxlEx9JZiboGXod3tX6UfiOS+7E+
mtNFEzhEkXBC3CMQ9AAGoFATiCCnHclHlcLfM/cIqCaALbAuxenJSPcmYAVcZQgA8TQE4ViO
XgnyD8100rdbSGkL8K2VZCvlRbolwFdM9rJ3orO6L31R10Q0Rdc+AfjXhRciqZsmyiDREGqZ
chRMLaoNfDcId5qxLHmr+SL0YIEVlkBNoiCLhEEMCaJgbZVS6eXqOMJj5IxuQQ6DDpDAlBvP
mnRPkE+boUd8WZMQUOV2Q2A19SnBiSbIxmSIg+aaU2k/S6DdyAa+SpGL9NlLt7urARnM7pWZ
VDClFAYC2jCJFXVQx1WkhYppesXXgt3cL+OE0XkdAFWLLmvFclTg3CnDkrqy5p/Y1T6ppeRT
j3q9U2UB8U+V3I6VHiFU2K2QNMAKMCOs1kUSKRFD48B3Gc4W5mdBixKcGqclyKeSkDmpBTCh
QfiIiwqV1BpiwF1Vw5sdFusMLdN3cgBQ7sKRkNsgdUP6iIDR9YT9oxpURkWoiO5/TUF5RIKj
tLDMVu7dRlEs4PwVPNby7MwTyAHDXhuFDHOqMohoDOqH2i0cy/4KpJPCqoarQI1W4osUTIU1
XRFPYIElepVtwoq+SqqJ1ZPqgmsqhABURi3qCkBGhPqNljcRZHcHkKBRoxzwLLaA/mtToSjf
RlWvJSlfQLn+Cp8UGN1XCpTmnfmSj3JAHADIACvhhEDFaLudqZqBugiZDdQiQRLfy3tGhC6p
zA0dbe24jzymNib3K05YXTQnF0JN0/UEJR9Nwj48C2EIXJLkoQBobhMAwNfapVElcgmNQqAU
WPJN71ZMtU9gqcWJujwdUqFXyTv48HW2YcFE3ALAlQ7gAkDdMLcCwdEiheoCJvJMRUXa6IsB
6gUQmfC1RAZlyVbFDtC5v4JolmVhQJpEVuEZRiLsUSzRldkRhEiTAckblMBVFz5IuWOhQjtA
ChtL68kCOEudEwILC6BBdzWqEhom9l+NVyTCgWoHtePC3CvDRXTW5KreCqqI7rSk4CAIGx/c
gRYp0xyiAKErbhGrAG+qMizkYQkSdpyrNzRT5OExsto6pm0Qvud25t4JmW0FzZso9zvG+qEQ
RuGEYt1GikCXByqsyoWB0VPLVML5KY2+H+FCRzbCg4c81bg5spyJrooyn0xJU4AvsJY8k5LA
JxbjRdcgDo66Xkunt15lbZRLcCVWYHiV/wByKrbg3BkBZU4ePGzlOfNO/gFZMUO4LihQNyCg
Rih4HQBS7gIJiaNohXbnxR0RINSiRYXdVNBqur04VKAarZ2i0MyW41nqrspdwVkBTxX3pV7h
vFS7UxU4fCeMuoVFcJzTuD1DVfchUD1IgdQR6fBMqedEMC1UKOohupB7oklgFLaQNEIipkah
GErN7iqek0Q7WT6lEEvx2wkYk5W7uTMiVSAPjVUiAPBWTBdPcMGuNUD3HnL4L/tjjr7FFq/C
qonVbFXppw1U2sEIm5KiA1aGvCRKlz+SY+TI76bTRbnbkn1RbKjH44Q7cSxkWfVOTagCunEC
yj2nAJqQu4e4zRDAFbwL5W850sqnbPCl2u+x7Xco4TM/alWEgKMhEe9Ma8kS9Rhk5LcmUSK1
DqthZOUQ/R8VW2AhIgsKupEGp80ZipAsnJYSqScIA9x20QhAGWpFh+1xMpSAGXK2iRBOWoni
5BTyJGgC5+KeR2jUromJHkVc8aHhXNvYsvFMmwmPvVA4K+SYUUoxpqhzymNyaefA7q8tUY4k
mjSl+a6qlWdzZQNnCd0ZPTCEo1jGxKAECSNbLd3C5vtCLCpoAFAv1yLydSJueRZP34kgYARh
HstGQZzddBG02dCMx581/wDG7wcWjJESD9s+mQyjEMGytsQN0al8qoaWiBdCRIIOBdVDnCu5
D0QBHUdEACXavijgnBRiKE3TuXK3OxCBZ+QKftwAGpQ3SZ7oN3KjByvvHp2Hqs7fsSRlCUh2
xUE0ojfcAwH/APRGRk5lUE4Q3uJRuQhIAkjLr/z4V4vj2uSb4pivD5JxbCYFzhTBqWNEN1OR
UWNDQr8UDeqNX05Jnbkq2Qowe6hEF6IUTalSiKbSqlNM804FAUC7YHkpA1KGRonl23OCyYxD
G3JDZJwcIduZ9VW/hR7XcrEikspoy3duRodFtJd7nKJgH+aEtrmxf/khAWGSmfqNhZWd0e9I
dX0gpySeSBPkEAWA1XireacFgog6PxYhxotpG2OgopTHc3yHpBptREgQ1ygRJoZBTKy5FXXP
hVcly4MR7B0V2TWRlfmijRibaKPdmWNxHgxLF7IdyLbrFNlB6E2CE5egFySnCdOasHQiaRlf
wRYvF2DJpSQEbjXVMfEo4TACnMrZN3whCcX0McIE+kWKn3px3DtxoPJROwiJ9Mrv+qiW5KUC
TFvTr/hUoF5Uo4QiAwFKXUTUE3W6TyOFtiekFmUe3H0wuUTF0CGGq3yIGiYVeiBMWHNdU2Bu
FtBfaGAVAjhlZ3XLKLWyq2CrF1KTExFWqT+6v+zL3FV4cl4LVO/7vF0/Cllz4OvDhuI6wGBX
Ph9oBxlGF3CJq2ECVso0UW4GYqFuBDhwSi1zZFg4FSicoGvVot0IunAYnCJLBveVUPEXOQpO
SY6KMQSDIEEahRjHpAZkJSk4OAt0Ds7jUkt05PIaUQniRQBFrKUhdBrm6kAafBPKnIJ2aJQc
dLO41QgBQB25qirVHAVLrdd05qF4p1z4S7sYmZGF/wBofFUVuJThOnuvFclQqq5FacHRBVuB
NmUpeog5UpTD0oEwZ9ESc2RBruCv4plKBtIMiYjoNQ38aIqNU7OgwfzQn3emA1XSKGlFu7ca
6lOYhzkKW0VZ/FDvMDVpclCcWfJQ2ycuHQjIUwU9vxVbroG6N3QMgziq263C3RoLPhMKh6pr
AqMiABIhnUQTV2YWQ2xuL8OSfCcoYQA96ayAOFS/H0j3DhTgF+PGnDx4AHKvwpx8McDtLnRB
y5eqkAGWijypeqMWqcrmqDxKsyaQcWK/kxIkfpAW7u9Avt1XUGloOo/4kwG0ta/+JOIuyr0n
IKaApqjEi6l2mp8UdpKANTqmBUZlg3vTM2hOUzUKqbfFGQFRUtdlKUwwwMp7VyhHHJAxDmOP
BOzEGqhIVWnE1CDnwVLogBzzTCNeSFCBzVVQ34VCovxVPPg3BwqoII1TigCqU4NCneicVdfi
qoppXBKazpjQuzlM1DnKMy8qCgW6AG3QiqH3CxN9AhLcC9mR2E7vgnlKuWTE0TGioK5KqaaL
000RPbLcimlQqQ1qESC5OECaasyc0CjGBc3oqyY2QjMvA2KEwdwwyFKG6IZsAJygbqURQ4Ql
3iT+qCgIQthW2oPLzVZIgkouXVQfeiCHC6aAapgW1V6KhfgytwfhzXgmTBAk0ymMqLoifE0C
IkW1TXITgM6D1UoNWN0ZNWIdNEtIYN0Xupi5EquqgE4iV9y9bC4W+XRG7lfbFTkok15FVgAN
LoAAB9OFQuuYHJdLyRPbDnnRAGLE6VXUqVKY5Q7l4yoE0TXRc0XObKlx5I18QmLtzQhOvbNn
UJxI+1IMeSEXdg7rw1VBdAjK/FN/6cGsnFFX3plVPKgTbwToE0Yk8yqAOhGcQYnRWWjJjlMm
+PFlQ1XNMa6hbmTFhogZSAOhUJAmlDRbtstp5ZVO1JtShOUCAQx5rbAM2FHvAbe5Eio+oJwD
I6DCPdjHbuxhAxDROSmN7uhEYvxLpyQOS6RUarbEmMbuKUUnkZPSJNnXXJ5RNa0W120INERS
Ur807V0RY7pH6Qm20K2N4LcHMckIExO02KI9RNQq/FB7HAVaaL7cy/5ZL7Xdcwl/fpQjM7oG
kZIhvflMKAXJTXINFzKrVPdkxonJotnbDAZTykQFQ0wSjumSOdEwmPkgJEkDIq66YbHrukcf
spt24M+4L1yTIMi68E4RBLunzwZvNEM7ICZoqAMuoAspMAGqKaKMjYi6IdzyCgYswOUSWiyY
DdPDKA+0AcuMp5RFcJhYWCc2TgjaqW1Vi2q/mSZ7OiYhjgrqrqSmNInKMYOXvh0QJU0RLEjU
4WZEfSFtg0RnVk24EE4NSvSI6C6diiwDNdwjEEzgRSm0BWAYrc1RcouX0VQAyEbflIUYyocH
ktsy4+SFWFwUZuSWqERGxwvBeCYZwmkjGIBkbA6JpRYGzImMXiDVbzEt4uo7S71cVQlM7uRQ
AiBzT7qLZ/T1GTdeqXuTjg5onTpxRU80Qq4R0Qk1Bcox7ZD808pOypUaLZAMGsF0xLyyhAPv
GVu78iZG9V0hzqUdoZOa+CcltUaFsIFhVdBBGUXePNVEzNnElslF9C6eMhBrRHUZITPTrI1K
q/clIXGG/KtJCxp/nTzJkNBYJ4u/O6O4itHF2TRgExmI+F0BImXi66YvGzAJxEaBz/tXWIuS
1L0Rl2/U1YmlP1UbgA1ZNfLArL6oHd/Mj9S2G8dbFDtSqfp5J3etuS3R806dOzqlE+eaeArc
r7REwSGcdICqXjo9/wBtdIAXLgxFLMmjERV0/BuHJM1FSirwdFjUo0rldMX8UKEk2ayfudtp
g3KwFSLnVEylfAREannVDKuiRHd816nBwP8AQuoN+qUD2oNrGyDCUY5iPp/xLdKYloCGR3xA
lkrZEAkhxhNKYAxHKBfaLgo7iSNV/L6j8EBNhM6WCa6JIEQM3Ry2QEwMiiZxbTJVBsGpuUAZ
ATjUFBpM2q39mQj3z6gPqKMZxI8Fu+rRBjSVwF/LA34fKIbrdm8EN1O4BdPeJLMhKNRnkn7k
gAhHdezhUPNBjZc18l03wTZEz7Ue7HWCEO6D2pHEls+4N3vT+zWunHnxbCwiCzICAvdkHiDJ
lQAJhTmV+YqoYE4Q52eiJkCwzFMxOaLqJGrB6IPLmE0zWOlAiQDN/guobDj8xRBBJ1TSrlrl
0SYSOj4QMyQBaieiaIEecv4UTKT/ACTgOOSeLGWhTNtCYPNx1RF6LcCX0ITg9WREOiRBv1pF
Vk40FEZA7YjJv+6ncbXrI/wobJbgLnT9VekOptQgl0NX80AzuaqPd7dJsEN1I5W8AdyEql67
Sh3e0f5U/UNChPu9wbB6WCtvkMm6Y+lC4VaFdc2BxlRj25S7ccyYf7k8u4e6ZVBOiecBLxCp
AUtReCf2qqirxpdMCyHc7tNAm7U2a7LqYko1tcBPJ9uCFtgL5KabkjnRM3iBQFPGABCqAGv/
AMkZULOnjEEBdTxywCEmkTE5un7ZZ7goCdToQnZnyB/qRYbiaECgVKeAqn29Ru6LlBjTQrcR
ER1sUw65aBEnowwunAbxXSW52QMnmjKQEC1AgRG1BI0iE8jvlkmyovHK7j4+KrRrLQclHUBm
REhzfKkP/pZC+7CRl2peqP5V9qZ/ZKPKyaxV3dHK6gN2qBlAExsRQqhbACYlc0WXJXXLg3Fk
zplyT6J8/BPJxHVGQl5Bb3xZndAQiwlcqtQLI0YmyNKa80BOJjE2kmdzgpj/AJclGgiT9N3V
ZEF6hXRMTUaBdF8Ndb+5cUdnTRiTzJb/ACpjCninlblVPIMMav8AsomYkBil0Ix9LVJRjvMz
iEQtobtjOZFbmMonKsUOgrqO3wqXQMg5wZXTFuSf4JxQ6LmtwpI3KMDU4RJIW0GiacSSLody
IBcVCMg0uzOhQ73aJMDUcv2kIdzyKYhwbHgyqLZT+5Nlc1QWVBxf2KLmqp0TdsJ+0TEOXKEp
H1BEEjpq71R2l3QgTS5QowT5C05fUUwDMXqiCDI4YIu8fGi2i+SV0kONbJzEE8kSSzXQMbmx
a66h5hVL8kxA5Ot5xlHaOkZNlvid0x9RwnkdwwEzF9MIFhFsxqumO+WXXVQYAVAH1WG4dR6e
aIhHd4ponb4J3kU+5jzK9YIGq3TgDJRlEUOAvuyDf3+pVyvtyNqhGMg8TdSMv5nYl6gML73Z
O7tnTBX82W4jGU8KiWU6Yq3gU59RoExvwpbVWt7NVRX4kEsSE/dcg2itno0GGXSBLUm6/kgx
a5wET3O4ZSwxREvT8FtiTNs1TmIbmn9T+X+ZDq2jQJgQDzqg5DnAoiTOhwndm96cwk8tVthF
gMlVl7k+5iTVbSx0ddVMAXTyci2gR29tyNaBAUB/VFEHPUMqp8gqD3JsJgmTsusU0W3b4oCM
RSypTkqyAPimEgSV1FgcJiHClHBCMXthkG1qyrV0R9OFKIhE9uQqjOMXc+nkt3cBiBQDmr2V
c1VQmAqbFU80wTn3Jx7lZO68OPNP5I8HN8IuHbOi/VHqJu62tt5hVLBUiJOUYwLm5FopzERB
uxXTAyF3dl6QwwrCPNETY80NnnIlmTSlihFUC5fVgt85bhhbmHhlHd2zyTdt4kZNk8pP+yni
9Mm61Iyap5+nIQ2imnAfBVorhlQuyd6ZTGTkYCYSY6Gi6CDMsAHr+2gTNj4J5TMhyonJqMJy
xI0R7ncL5A0Vc1Qh2y0jcrcC8soGzHPFkIjzTCqYVIumsMhPKXgiGfRAhqqrU8k8htKcmuVc
KlDwqvFAcHVeAlEEjLIgm/zTBjJO5INUJSDHCewRBIoMJp+nAyrXVIqjJiQyMgQmdUJTbiDy
QIdyLpjRPMgjmj9svIYsq4wmAACrMRbCI3v4IXLL0nzKcNXCYxd9FtjFnTRNcoakpxFny6Ax
qua6osDV054MfcnNGATPQLrJbUpzVHnwdeK2n4JoVb6lWVrMhSuUQBRMLoAhkZAuCdeDm65K
9010QBbjXgQ9ChKAtci63EuLsmuOQW3tkRHK6YyJzVMzk5VC5VfcnZo51Tq6vTKomwgo/bJd
+lrLr3fJPMFuae3JbonrNk4mQNHynNfFdIZlTzVCr00ThwhIC/mvudwsDhPEV1QlItE15lA9
qg01W+fU2FdhgKhsnR+a3AsQLKpromAqomVmqU3arLVPKRJwEN1wEZQG7kidprk2WwScgVZX
sniHAuhLcwOi3Rk5F6U4BXVuFBxB+KtVPw56qZNKJvTEP4rYCw1CvfVVxZYGqqyPwVKnmmDP
oqrpchN/6pygIjccAL7ndHULR0TGmVsh1SHKgW+TA+5VqrUKrU6Kx9yBj25VyV/MiIjV16gh
1jaD5sgI2A/vuXWaBEljyTQDYBRc0wg7nBVGbKcF6p/gm1TuH0TlwTkWTzLNlbRSOAnzogRH
pFS5TdMfBOCCNU5LDAFlzyyY1TsT42QFH0CaMSdXTEbeZTQAMbOV6gulVTohVsLLmvHjW6lC
IYmlVEkXOEDfULpNdMrqVLlGida+K1+XAVd0NdEN4MI4LLb2ofvG5RERXU1Xq2+AVS73L8Gk
rVwFZyhLueUU2nAkkUTAKgZdRd0xqDVHS6ZqmxTC1VQscq1rp7AKi5lAyL6JpkCOgVL6rllE
Y0TlDRaKpYDVWMvgmdgcLddUV1W6uVTiU8z5IbQ0dU13XR0pzLxQBv70TJxAlGJjvibp+3Eg
G40VQ6pdESkwTVJwi9wmNAq1CoHQJtyQYNzyhAEEZq5Q+Cpc3XJO3iUzIAAMclNOSeI8yq50
TxDDmqyI5BOznmjhBkHqTlBzQfJMLCyMjfHJAN5pwa5Te9UtlPeWAnYAJ5lzjTgQqFmQZOUz
0WrrUDCrhVC2sqqguuqisE/CiaBrqnkTI6K20LCMXYhdJYEsi5fL3Va6q53EXFGREvLVVR5Y
TG2BzXoKcQbxT92QgEweZ5WXRERGFU9XwV2VLhVLeKo75TJmfRlum0BoLrbEmmpTm/vTOxVa
80dFVfiuS5oNi44UqdE2blEs5wiX8UDemFsgTHV0RUtzTRLNd1tkd05YGFXwTGqZfNDPyTsz
rd3ZCMYjKP2i8VUqp8FyXgnQKsEWTPVbYDzCcll+KYYvot0DY3C3OS+UCTXARkATqgMlAbXO
ConbtaxKYkOgAHJwt0hbCbBV/BbSXHJESrkeCZMR5pyaLpHmg+U7bY6mi3T6iNV0hgNEPlwJ
sUx95RACqnTDKfCcImdIhHG3XKpFmym7USCV1E6nCsS+i2kimBVU7bg6qkBAJoHqCM51LuU5
KAsNV8XQw+Veui6aKpeSrdV82TfV4INE11TGjZTDqfRPtPNek+5MLmwTkvwpi6aN+aMpSJJu
AFuZ4TXVTtmoa6Yh487ow27Ym7Ju2L5KJIcgJ/LwQs/xT3kblUumzqVW6LrqHUbFbpEMtvbi
JardUxOMJzJtAqQBOCUdxB0Cs6YJhhVCtZaFMmIvYocvctTpwfTCYhdSzIhAksbMBVEdqO4j
6innIscWRAeWqLjb8UYQcnMj/tii1TqsbjQBV/8AJUDnQIAP4KokQmkDu5pjXRlT3po1QkSz
4Qleeq58KJiXV0ZZNlUrJJQoK3GUwIeQq6aJJ8bIgsAqcG0Xgi9kYxiAb0CcipTGiBHvRBzl
XfVU96+SuWTgK4ERhOqByFZfIKoqrptEOWFQXunTfEptPcmCqKZTvQoN5ILpDHVFj1E3RBl4
rcz8yhECmUxwjKEOsXIT2whAR6j6ThEbCSLtVSMgNAeaB2gEWTtdSPZiBO9c/qojZVAEO160
QLORpRac1SowrseLngcR1CEmM5FqKkH5HCc0L2wsvqhqFQOSrLTgQCyqQyuyI7dU5odE2nC1
SqMAPinwLhPjAX4orxWH4vdUxjg6J80S90+ENEwvwf4KuSqpjcWT/lRBuV44T1VlVbj2whGM
QALNwaIYcH46cGuqUAT54XR+Ssi4BJsdEK+kuANU0tXTMPxVMI7CSMJmbmrjzVQ7Jo0BXVhW
LqoZk7r8V+KpfKdlVFD4q9lW6YhwmJorqtXTNQqjcALHCDHxVQw5IjGE5qcMrMeS2l/MJwEe
lxyTyBPzVbJrlAyFRZeHteCbg3Cqr7kOaccOSoqFOeFfJO9Eat+KAampshko87MqB3uupgdA
ql3W64Cd2Oiv7lSKoHOmiYearcWVb3KLX0yvwTFO1E106rlHVVRBquSfCfGEXDKl1+KFBuyo
yN0ZC6qQyZ0WVSyvZXVw6d1dX4VV7p1zVEOnpOeLqqqVzRq5Cqzqi+auiB5Jnsi9UwDc1Z05
phkGunlSqf4LqW5yDqEB8U1k66Q5QEqSknFlqic4Cqn9wThM17JpJ+HIcAQmxy4W80QD5BPZ
7uqF0z1wnJ8VR0zH3q4HIpwQdBldRB5MqUJyjomNQi8gAidzoAAnKcQCsGyukjkvUyeXcL66
fuqsyfFN7Fm9jTgdUNtBwcIxYUWE4NcLqLqll818lU1OODfFUfxQkQ6YJhfBQB80zO1k9F/0
VKovVVNMYW0VOqcFFwT8lyJ4SkahkIxsbhdDQ/FbO7fDChQo4NgnDAfFUN7qhDpyST705oMJ
26jlNVc0B22fUrrnQpzInks3si1Dh1UAobiByATjtkk/UUCzedE44Pni6ob440VVdF/ehyuF
TKAA8V9zti+EHFsc1QU4ED3pybYTRDDJRl3C5dVsVWr2W03T45JyQBddIMvgmiG8LrdVuS3S
J1YrREAbzyVAACmYyBTHpPNB6sG8VTGEfkmCMdaJ8vVk+PknDmQsQhKT6OSwTRiDzunkDyIX
pIOpTEMEGDqzPjRMRXVUDL0htXTMCmA2koDGSUdxbRB6vlbbpmbldeCfCp5Jsqqpw8Ez3vwr
dPIqyIB8k2fmmauENThF6JwHVqJ3Zk0K/rIykdx1Kf4J8aINhOK81uTmj2RlgG6BJJ10Q2R8
11C/zVb81WTcggdxHILqBpzTRsLcNs7fEJohuac2XVMONF0B/FGZkzmiBiXNpIiQplFpbhii
YONWQl7nV1euiy6o3mmN/FOSWNgmFnZdWE7miD2QBsFSnJDXRPgLxR0T4TpzQFa+C8E59ycM
yrZO/gq4V0aXN0A3mq1dVoVdc0wrLRdY8lTpGgRAXTVbahslNc5T2TSlSVk0pOcBCJjQ5RpR
OPgnNrppWwmFgnTG+ioKogrVElotkovLbD8vpTipyUQK6pjUFOLZihMF4SqixYPZkGDSGqrU
6ImVCEDuArdOZeGXTbXNwgxAbCY0J0VaqofwTG6J1wgqFtUMr9Xh/wBE2OaIFitrE6kpgCHz
wpXnwc2CccSLE24acKoxiGj+ZbY1l9UkZS+qybCuqqnBzVAvtAwg7E/FPEBPIkvhDaKZRVDZ
Bk8rZUiCS1gV6WTWXyUtwEmDgHVbpAgGwRADPotp80do8k5Dk/FCMjtN2AwmgSCD1FU7h51V
CScEFN3HMdMrd9s8iyBPai2tlZkCU6F6ZTCifCY3Vkaiq8E734GzJrp8pncla6piL2RJogxo
q1dMiOD2VfdxqhEeooAWuVyCYONE7uhLuSI7VwAmewVSqByiAKquMqpDalMOrwTFx4pwaJyQ
FRF/NS20FbovGmD/AMl6jGOiAJEoizrrDcigCemIoAmcXYBbweZdEAUFlukXJFjgrR0ZRq+O
aeVBomAc6qgc6cK8GaiZAOrpj7kMKpdOnTAtwta3Dlwc3VMKtZIE00CrThoVdVVeLovKIOC9
l64uchNGsTR08g5Tsx0dbYYwMJpXNinLnknJ8E0KyHxRBJjyQJBJJQl3Zs/0hFu3UWJqgIUD
eDLd3Kx5lARsbqQgerRHubQdXQ2ncw9Oi1QcOiGBexFSmuDdOSBHIQjIdI9IX6vu4McXV6LR
rphQa8KKnuTq6wtdOFkEcBUKbXCG6TD8U+CqHxVESap2oiinAclVucIOHTChVa+yRdbO3uGp
TgF/BAemNyZIRegTRbcahCZPjyW4AF7hBhTCBjTmgWcrcib7taofJU9RsupHeHErh1skOkWA
VLIyYAyDB1IsxItdDtxpTqKDkE6IENzdOA0TnCpYJgFXgybVeF0dcJiaroPULFbpggG4NXTw
rryTKqAwmBZlQUynBZXcjCEu2SxuEZdzFUNsSYmh1RlObRwBdCBq2eFDXITPROS2i23CeQtY
JojyTvVMR4KpV1ZU95VbqiuyNA5Vr4TYTvydRNyESercfShuoJWRjkYRjpZMgM6oE20QkGcY
VDt8FuLnKcxqgCKKQegqEABRFqAXW7GSgboSbDoRPpewTCi1QyXTig58PkmPGldUAajQ2W/t
kwJuMFF6HB4DcWVqLnwa6pfRdVsoRDPhNqnuyqhJ+oKtQFXyT5T5C+ZTimi1K8EJG6uq0JXN
O6c8Hs1lI1qVGLVNUAAxCrF3yhGRLCwUpE9WECA5uUJTkwNWTM7IGYthbm2jkhPaSxsgJxdS
AvZkxw6cmshTxViCKowFialAAsVukKC6IALmy3FwNAo7RQCrovlFztAryWyNxfxQ+K3M8Rdk
8S6pfKYBMnsF1HcdAHTx7ZcarpOwHACesiKuV1PMm/ijvIiNKu6pILkvki9ig/kmyqpiEc6K
oogmT1ZEZVC+ozwdkaL0r//Z</binary>
 <binary id="i_090.png" content-type="image/png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAAfQAAAEtCAYAAAD+55JtAAAACXBIWXMAAAsTAAALEwEAmpwY
AAA4JmlUWHRYTUw6Y29tLmFkb2JlLnhtcAAAAAAAPD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlk
PSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4KPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9i
ZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1
LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPgogICA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9
Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPgogICAgICA8
cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIgogICAgICAgICAgICB4bWxuczp4bXA9Imh0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iCiAgICAgICAgICAgIHhtbG5zOmRjPSJodHRw
Oi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIKICAgICAgICAgICAgeG1sbnM6cGhvdG9z
aG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIgogICAgICAgICAgICB4
bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIKICAgICAgICAg
ICAgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNv
dXJjZUV2ZW50IyIKICAgICAgICAgICAgeG1sbnM6dGlmZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS90aWZmLzEuMC8iCiAgICAgICAgICAgIHhtbG5zOmV4aWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20vZXhpZi8xLjAvIj4KICAgICAgICAgPHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD5BZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyk8L3htcDpDcmVhdG9yVG9vbD4KICAgICAgICAgPHhtcDpD
cmVhdGVEYXRlPjIwMTgtMTEtMTlUMTY6MzQ6NDIrMDM6MDA8L3htcDpDcmVhdGVEYXRlPgog
ICAgICAgICA8eG1wOk1vZGlmeURhdGU+MjAxOC0xMS0xOVQxNjo1NDo1MiswMzowMDwveG1w
Ok1vZGlmeURhdGU+CiAgICAgICAgIDx4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPjIwMTgtMTEtMTlUMTY6
NTQ6NTIrMDM6MDA8L3htcDpNZXRhZGF0YURhdGU+CiAgICAgICAgIDxkYzpmb3JtYXQ+aW1h
Z2UvcG5nPC9kYzpmb3JtYXQ+CiAgICAgICAgIDxwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPjM8L3Bo
b3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU+CiAgICAgICAgIDx4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPnhtcC5paWQ6
MDIyYjk0NjItZDcxYi00NDQ4LWI1ZmItYzYxMTI4NzZlYjgwPC94bXBNTTpJbnN0YW5jZUlE
PgogICAgICAgICA8eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD54bXAuZGlkOjAyMmI5NDYyLWQ3MWItNDQ0
OC1iNWZiLWM2MTEyODc2ZWI4MDwveG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD4KICAgICAgICAgPHhtcE1N
Ok9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD54bXAuZGlkOjAyMmI5NDYyLWQ3MWItNDQ0OC1iNWZiLWM2
MTEyODc2ZWI4MDwveG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPgogICAgICAgICA8eG1wTU06
SGlzdG9yeT4KICAgICAgICAgICAgPHJkZjpTZXE+CiAgICAgICAgICAgICAgIDxyZGY6bGkg
cmRmOnBhcnNlVHlwZT0iUmVzb3VyY2UiPgogICAgICAgICAgICAgICAgICA8c3RFdnQ6YWN0
aW9uPmNyZWF0ZWQ8L3N0RXZ0OmFjdGlvbj4KICAgICAgICAgICAgICAgICAgPHN0RXZ0Omlu
c3RhbmNlSUQ+eG1wLmlpZDowMjJiOTQ2Mi1kNzFiLTQ0NDgtYjVmYi1jNjExMjg3NmViODA8
L3N0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ+CiAgICAgICAgICAgICAgICAgIDxzdEV2dDp3aGVuPjIwMTgt
MTEtMTlUMTY6MzQ6NDIrMDM6MDA8L3N0RXZ0OndoZW4+CiAgICAgICAgICAgICAgICAgIDxz
dEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKTwv
c3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD4KICAgICAgICAgICAgICAgPC9yZGY6bGk+CiAgICAgICAg
ICAgIDwvcmRmOlNlcT4KICAgICAgICAgPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PgogICAgICAgICA8dGlm
ZjpPcmllbnRhdGlvbj4xPC90aWZmOk9yaWVudGF0aW9uPgogICAgICAgICA8dGlmZjpYUmVz
b2x1dGlvbj43MjAwMDAvMTAwMDA8L3RpZmY6WFJlc29sdXRpb24+CiAgICAgICAgIDx0aWZm
OllSZXNvbHV0aW9uPjcyMDAwMC8xMDAwMDwvdGlmZjpZUmVzb2x1dGlvbj4KICAgICAgICAg
PHRpZmY6UmVzb2x1dGlvblVuaXQ+MjwvdGlmZjpSZXNvbHV0aW9uVW5pdD4KICAgICAgICAg
PGV4aWY6Q29sb3JTcGFjZT42NTUzNTwvZXhpZjpDb2xvclNwYWNlPgogICAgICAgICA8ZXhp
ZjpQaXhlbFhEaW1lbnNpb24+NTAwPC9leGlmOlBpeGVsWERpbWVuc2lvbj4KICAgICAgICAg
PGV4aWY6UGl4ZWxZRGltZW5zaW9uPjMwMTwvZXhpZjpQaXhlbFlEaW1lbnNpb24+CiAgICAg
IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPgogICA8L3JkZjpSREY+CjwveDp4bXBtZXRhPgogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
CiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAog
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAK
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
CiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAog
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAK
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAo8
P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+7uXuBAAAACBjSFJNAAB6JQAAgIMAAPn/AACA6QAAdTAAAOpg
AAA6mAAAF2+SX8VGAARPbElEQVR42uz9dVSVXdv2DW8gKIqgoGKDXViI2Ch2Kwq2CIqEiEiK
SAgijYB0d3eX1KK7u7uRUsKa3z+sNc684nmf+/3u63pxjG2M01Nh4VrHcfzm3Oe+bxsIIZjV
rGY1q1nNalb/2Zp9E2Y1q1nNalazmgX6rGY1q1nNalazmgX6rGY1q1nNalazmgX6rGY1q1nN
alazmgX6rGY1q1nNalazQJ/VrGY1q1nNalazQJ/VrGY1q1nNalazQJ/VrGY1q1nNalazQJ/V
rGY1q1nNahbos5rVrGY1q1nNahbos5rVrGY1q1nN6j8D6Hl5eTRVVlZCQ0MDsbGxcHBwWHvw
4MFbjo6O5R4eHuXa2travLy8u/T09Hb19vYyV1ZWoqysDGVlZSguLkZpaSny8vLw9OlT8PDw
4N27dzAwMMDIyAgePnwIbW1tPHv2DB4eHkhLS0NWVhYyMzORkpKCzs5ODA0NoaOjA319fbh8
+TKWLl0KKysr+Pv7Y2xsDNXV1aiursbQ0BB6e3vR19eHL1++ICcnB0uWLIGqqiooFArY2Nhw
5coVEELg7OyMt2/forOzEy0tLWhqakJ5eTkqKipQUVGBlpYWpKamYt26dbvOnTv3JDExsTwi
IqI8Pj5eOCQkBNbW1vDw8Nji6elZ/v79+/LIyEiz9PT0hampqUhISEBZWRlaW1shLS0NXV1d
5Ofno6+vD9++fYOHhwe2bdsGVVVV9Pf3Y3x8HBUVFcjMzERubi4iIyPh5eWFhIQEREZGIiIi
AvHx8Xj79i3Onz8PAwMDUCgU3L9/H5aWlggNDcXIyAhaWlrQ0tKC7u5ulJeX4/3797C0tER7
eztaWlrQ0dEBNzc3UCgUDAwMwMrKCu/evcPPnz/x4cMH2NjYoLi4GOnp6UhNTUV5eTkaGxtR
V1eHxsZG5OfnQ1NTE46OjnByckJ8fDxiY2MRERGBtLQ0GBkZISEhAeHh4Whvb0dERASePHkC
d3d3REdHIzU1FYODg7h48SJYWFjw7t07hISEID8/H05OTli7di3k5eXx7ds3SElJQU1NDcXF
xYiIiMC+ffsgJSUFa2trPHnyBAcPHsS+ffvw/v17CAkJAQCkpaXR2toKHx8f3L9/H6dOnYKH
hwcSExNBoVBQVVWF8vJylJeXo6SkBI2Njejr60N3dzdNhBAEBwcDABYvXoy9e/di2bJl4OXl
RVFRESYnJ9Hb2/s7dXV10f47ISEB5eXlkJKSgq2t7TxCyK7JyUm26elpEELw7NkzHDx4EA4O
DkhISICenh5evnyJpUuXgp+fHz09PTAyMsKbN2/w/PlznDhxArdu3YK9vT2+fPmC2tpa+Pr6
IiwsDFNTU8jMzISwsDCEhISgpKSEuro69PX1oaysDGFhYWrv379Xc3d338XFxbVLU1Nz18jI
yBLqddLS0oLW1laUlZWhqKgIeXl5sLa2hqOjIzw8PBAVFYWwsDBIS0tDTk4OkpKS0NTUREVF
BcrLy1FWVob29nZ4enoiNDQUDg4O+PjxI0ZGRmBpaYmPHz/C0NAQHz9+hL6+PqKjozE8PIya
mhp4eHiguLgYvb29cHBwwPv37zEyMoKenh709/ejsLAQaWlpyMzMRGZmJgoKChAZGYkPHz7A
3d0d1tbW8PX1RUtLC+Li4uDu7o7W1lY0NDSgt7cX3d3d6OvrQ3NzM/Ly8tDV1YX+/n709vZi
ZGQEdXV1eP/+PV6/fo3BwUFYWFhgyZIlCAkJwc+fP9Hb2wtnZ2c8evQIRkZGcHd3h6Oj4z+V
g4MDbG1tUVNTg8HBQXR1daGnpwednZ2oqalBaGgo6urqMDQ0hNbWVtTW1sLExATHjh2DqKgo
/Pz80NHRgbq6OhQUFNCehenp6Th16hS0tbVRU1ODzs5O2r9nYGAA7e3t+PTpEwwMDODm5gZt
bW3Iysriy5cv6OzsRE9PD4KDg+Hr6wtDQ0PcuHGD9v3j4+ORl5eHmJgY+Pr6IjY2Fv7+/pCQ
kIC5uTkGBwdRW1v7t6qsrKSpoqIC2dnZqK2thaSkJJ4+fQpDQ0P09vaitLQUMjIy8PDwQHx8
PFRUVJCcnIwvX76gq6sLY2NjkJaWxq5duxAeHo7x8XEMDAygpKQE3t7e0NDQAADs27cPubm5
yM3NRV9fH6amplBUVARWVlYAgIGBAerq6tDW1obBwUFMTU3h1atXoP568uQJ+vr6kJeXB1NT
U3h5eUFaWhpcXFzQ1taGn58f2tvbUVhYiCtXruDp06eQlpbGy5cvERUVhYGBAXR3d6Orq+t3
+o8CekVFBUxMTODm5nZaSkoqHwBZsGABYWJiIsuWLSPc3NwDz549G8jMzDwaHh6OgIAAFBYW
oqys7D8C6I2NjSgrK6MBvbu7m9nf3995wYIFI2xsbD+XLl1Ktm3bRp4+faosIiICKSkpPH78
mHPdunWEjo6OiIiIkI6OjvO5ubkoKSlBd3c3GhsbZ4H+XwJ0Pj4+NDU1YXp6Gn19fXO6u7vn
jo6OghBC+x69vb2Ii4tDT08Pp76+/gURERF3Pz+/waCgoBcuLi5ISEjAs2fPcPTo0f8xoDc1
NeHz589oamq6f/nyZXLgwAHi6uo6sGTJkoFHjx4NdnR0SFEX279ddBcXF//HA526MKc+cH8L
9N7eXgwNDdH19vbOHRsbQ1tbG/T09GaBPgv0/+8APSsrC1lZWcjIyEB9fT2cnZ1lV65cSQCQ
I0eOdAG4P3/+/Hf8/PwEANm9ezfR09M7/eLFC1hbW/+/BvSqqirU1NRgenoa4+Pj6O7upv93
gN7c3IyWlhbU1NSgtLQUZWVlaGpqYs3JyYm6efMmAUAAkNOnT5Pi4mLh5ORkjI+PIz093QwA
WbFixdeUlBTVvr4+zu7ubhqQOzs7/18Benh4OEZHR5lbWloWUYFeW1sLPT29WaD/XwA6BwcH
duzYAX19fXz9+hW9vb0MY2Nj8zIyMvDs2TNUV1djdHQUAwMDqK+v3/HmzZuBQ4cO0a6bPXv2
GF2+fBk2Nja4ceMGTp069T8CdGVlZRQUFFCBKEt9/UuXLhEAZOPGjaSurk4pJSUFaWlpSE1N
BYVCQUFBAe0e/W/Zoff29i7r6+tb1tzcjPz8fNTW1qK1tZVuYGCAaXh4mC4xMRHa2tpQU1Ob
Bfos0P+/AfTS0lKUlpaisrISzc3NF0+ePEkAEGFh4ara2trtubm5UFZWRmpq6ksWFhayZs0a
4uTkdDEwMBAVFRUoKCj4f1xy7+npofv8+TNjV1fX3wK9pqaGdjGVlZVheHiY6cuXL8jNzf2X
gN7U1IS2tja0trairq4OlZWVKCoqwsDAABISErY/f/68HgDZunUriY+PN6mvr4e9vT3Tvn37
JhkYGIitre3pqakpNDU1gUKhQFZWFoqKihgcHPwfB7q1tTWCgoIwOjp6rLW1Vai5uRlDQ0PI
y8uDjo4OLC0t0dnZiba2NnR3d8Pd3f13QNfV1QUhBGZmZv8S0LW0tODk5ARHR0ckJCQgPj4e
UVFRSEtLg7GxMT59+vQ7oIuLi8PT0xMxMTF/Arquri5CQkJQUFAAZ2fn3wFdWloab968oQGd
l5cX0tLSsLGxgbi4OA4dOoR9+/ZBT08PwsLCNKC3tbXBz88PDx48gICAAEJCQpCdnY2UlJT/
I6Dz8PBg+fLl2LBhA+7cuYO4uDgEBARgZGQEzs7OAICcnBwQQvDz58/5b9++7aGnpydHjx4N
0NHRcTEwMHDU0dFh7ejoQHt7O86ePfs7oOvr60NeXv53QDc2Noa6ujpkZWUhICCA27dvw8HB
AV+/fkV9fT38/f0RHh7+O6ALCwvj9evXSExMREpKCvz9/fHy5ct4Hh4esm7dOsLNzf1LQkLi
bXl5Oa2a0NfXR/tcS0tLkZ+fD1tbWzg7O8PLywsxMTEIDw//l4AeHh4OJycnGtCtra1hZWUF
Y2NjWFlZwdDQELGxsRgZGUFNTQ08PT1RWlqKgYEBODo6/iXQKRQKbVNRWFiIqKgomJubw8PD
409A9/DwwI8fP2BgYABlZWWMjIzMHxgYYGpoaEBxcTHtM6+qqkJQUBAsLCygp6cHdXV1DA0N
4ePHj1iyZAnCw8NBCJk3PDwMV1dXiIiIzAJ9Fuj/HUAfHBzE4OAgCCFISUl5AICsXbuW1NTU
CE5NTeH79+87BgcHER0djVu3bukqKioWZmRkLBweHkZzczMaGhqoK2M0NTVBSkoKPDw8MDU1
xcePHzExMYF79+7hw4cPeP78OTw8PFBaWkq7UEpKSjAwMIDh4WFUVVVhfHwcN27cADs7Oyws
LBAaGgpCCPr7+1FQUAAlJSWYmpqCEILR0dGt+fn5LL8F+qJFi3Dz5k0QQuDj4wNjY2N8+/YN
HR0daG5uRnNzM+38rby8HA0NDXB1dYWnpyfH/fv3qwCQTZs2kcrKStMLFy4Uzpkzh6SmpgYT
QuZQgRAYGIiXL1/CyMgIhBDIyMjg3bt3/xLQMzIykJubCwqFgqioKGRlZSE8PBzx8fFIT0+H
kZERrl27BjMzM2RkZEBMTGyRq6vrLQ8PD7S0tKCtrQ19fX2oqKiAmZkZDA0N4ejouGhwcPB2
d3e3an9/v1ZAQACqqqowPT0NBwcHGBoanieEmFpbW591cXGh7YySk5NRVlaGhoYG1NTUoL6+
Hrm5uUw6Ojp7PD09L7q6uiIxMfFocnKyaVRUlGlqaiqdpaXl6tTUVNOwsDCG7u5uUCgUPH36
9Iqrq6tpamqqQGZmJgYGBk6fOXPGgoWFxdTAwOBtcHAw8vPz4enpqcPJyWn64sULpe/fvz+S
lJS00NTUNC0pKUFoaOjW/fv3m0pJSZlaWFgcEhcXf3f48GHTvXv3mmpoaBy8fv26JABTMTEx
6+bmZseAgABTERERU0FBQdPXr1/72NraOhYVFdFTeztKS0tRVFSEhoaGvwS6j48PLwBTNjY2
03379plycHCYrly58piUlBQCAwPh7++/8PPnz6YeHh4aXFxcaG5uxvT0NFJTU3UBEAEBAXLv
3j1LY2NjFSsrK1BL8zk5OVIXL140FRAQMLW2tl6RlJSEt2/fMkpISGgvW7bM9PDhwzY9PT0n
TE1N76uqqprKysqaCggImAoLC5u6uLiYfv36dUd9ff2N4OBg0+DgYBlCyJyCggJcv34d169f
V9TQ0DCNjIxUq66uhre3t7iVlZVPfX09qa+vJ9nZ2T91dXX1fH1934+Oji7//PkzRkZG0NjY
iMzMTBQWFiInJ+epvb29qbu7u6mLi4tpbGysaXx8vPTLly+hoqICOTk56Orq0oBeWlqKjo4O
hIaGIiYm5rmrq6uqg4MDxsbGYGFhcdXW1tbU1NTU1MLCwtTExMQ0JibmTU9Pz7KmpiYEBQVx
lpaWmg4ODup4eXkt1NPTw/DwMA3oBQUFSElJQXp6OtLT05GbmzsvMjJS19LS0tTPz0/y48eP
cHNzQ0tLCxISEhAUFHSYEGL6+vXrm0+ePKFCdE5DQ4NOZWWlaV1dnWlFRYVpbW2tnKOjIz58
+CBvbGxsqqGhYdrX13fKwsJCcNmyZaZubm7hg4ODq8vLy2FjY4PHjx/PAn0W6P8dQG9vb0d7
ezt+/vzJ6O7ungyAXL9+PaOsrGxJYWEhDbZhYWF49uwZCgsLF+Tn558JDAys9PT0rHJ3d6+K
iYl5FhYW5ujl5VX14MEDXh4eHg4lJSUxVVXVY11dXXxPnjzhkZaWfvLs2bNjXl5eTD4+Pkfd
3d2rXFxcqqytras8PT0pbW1tR+rq6tirq6tlBAQE7q1du5bH1taWx9XVVTkzMzMzKytLtLa2
domFhcXmV69eSeTl5b0pLi4+4+zsfIyVlZVHW1v7cHp6+tmVK1fynDx5UrGxsTHT1NSU/dmz
Z2bx8fFVZWVleh0dHQubmprQ2dmJgYEBtLW1YWBgAJ6ennj37h3Mzc2XXrlypQgAWb9+PVm6
dCn59OlTNCFkbm9vL11/fz9qa2vh7+8PQ0PD5VpaWgeSkpJOysvL77OwsEBOTg76+/vx7du3
OZ6enry7d+/mMTQ05BkbG5s/OjqK0tJSZGZmIicn56C5uXnO+/fvq3x9faOSk5NX2NrawsLC
QvTp06dVhw8frlJSUopITEyUO3LkSPuuXbuIlZWVQV1d3YLy8nJkZGRAQ0MDb968gb6+PrS0
tIIOHjxIWFhYyOLFi8mFCxfqYmJibEtLS+Hu7p7IyclJli9fTjZs2PDL398/knpDZmZm0poD
m5qa0NraitbW1ltHjhzp3bt376/y8nI/ERGRr5ycnOTIkSOkurpa9dKlS6UcHBwkLCwstL29
HT4+PolcXFyEi4uLXL9+/Udzc/OpX79+bTxx4gShp6cne/bsIQUFBRvs7e1x5MgRwsjISG7f
vk2GhoaKt27dSpYuXUpCQ0Pr7OzsPjMxMZHVq1eT69evP163bl0ZHR0dWb9+PTlz5ozSxo0b
KwEQRUVF4uPjQ1atWkUWLVpEFi1aRACQlStXksLCQofGxkbU19ejqqoKFRUVaGpqQl9fH/r7
+2kihODTp0/vlixZQgAQOjo6snTpUnL+/HntkpISFBQUMEtLS1O4ubnJpk2bCBsbW1VZWZl1
XFwc+Pn5Y+fNm0e2bNlCbt68SdatW0f27dvX1tLScp8QQmdvbz80f/58smnTJtLZ2amWl5fH
LiEhgSdPnpA5c+aQgwcPkq9fv0YeOHDgy8qVK8n69esJAwMDYWZmJsePHycBAQGyL168GFu9
ejV5/vz51+npaVRUVDAdO3YMS5YsGV+6dCl5/vz5FCGEUVRUtG3x4sVEU1OTTE1NEX5+frJ4
8WKyZ88eUl9ff25iYgKTk5OgUCjQ0dGBjY0N9PT0+tasWUPWrFlD1q9fT5YtW0aOHj1KZGVl
RSUkJHD//n2oqqqiqakJjY2NaGxsxMDAwC5/f/8i6nsdEhJi3t7ejo0bN/quWLGCcHBwkLVr
1xImJiayb98+kpiYyBgfH7/1zJkzrZs3byZ79uwhFy5caPX29j40NjaGnp4ejI6OoqysDOLi
4pCSkoK0tDQUFRUXCQoKkuXLl5PDhw+TkJCQcxEREWhtbUVeXt6pq1evTnFwcJC5c+cSGRmZ
3JGRkbWRkZFzHj9+TNavX0+4uLjIpk2byPXr14mcnNyDbdu2tS1atIisWLGCZGZmVklKShbR
0dGRCxcuEFFR0RVv376Fu7s7nj59Ogv0WaD/dwCd+iGNjY0tMzIyIgDI0aNHg1asWIG7d++C
EAI/Pz8YGhpCTk6OusrXZGZmpp0fGhkZEW5ubgKAXLhwIXr37t1qLCwsZO7cucTf35+oq6sT
6q7G1NR0H4Dd1K+lSklJiRBCJA0MDAgAws7OTiIjI8njx48JAHLx4kVSWVkpp6KiUkX989bW
1shHjx6VMDIyEmFh4b74+PhMdnZ2Qk9PT9asWdPHw8PzZO7cuQQAcXJy+v79+/dl1LJ0T08P
qCV7IyMj+Pn5wcnJCZ6enru2bt1KAJB9+/aR8PDwxRQKBS0tLRgZGUFFRQXi4+M3iIuLt7Gz
sxMAZN26dURRUTGhtbV17sDAAL5//87g5ubmu3TpUsLPz0+qq6uvE0LQ09NDBY0I9TW2bdtG
AgMD9YyMjGBnZ/d+7dq1BAC5efMmycvLI3PmzCEAiLe3d0FdXR1bVVUVfH19sW7dOuzatQu8
vLxYvXp1LQAiKytL7t69S31PMy9fvownT578oKOjIw8ePCCLFy8mPDw8pLe392JHRwdtxz84
OEhtKMLAwMBJKujevHlD3rx5QwAQUVFRYmtrSwCQNWvWkIiICMmkpKTzzMzMZMeOHUROTo4A
IHfv3u2YmpqClZVVIvWzpVAo1h4eHocBfJ35OdMyMjLw4MGDSgCkoqKCtLe3086AXVxcNpub
m3OzsbGRpUuXktTU1Pu3b9+OnTt3LklOTr7b0NAgwsHBQQCQ1atXR+zcufMXAFJSUlLY0tKC
7Ozs392M1IdnfX096uvrUV1djYmJiXtXr14lDAwMZMmSJWTz5s0kPT1dlBAyz9bWtggAYWNj
S+Xh4dGbP38+4ebmJp6enofXr19vAoDo6ur6/Pjx44Cjo2MOAKKpqdn848cPfPjw4REDAwNZ
tmwZefXqFblw4UJDamqqREJCgh0AoqysbJefn6+1detWIioqGj9v3ryCnTt3kuPHj0ccPXqU
ZGZmXn/58qXOzH3Yvn37dp2rV6/mmZqa7hAREUkAQF6/ft1cVFSEhw8fxgAgKioqhBBCNm3a
RACQK1euxH/79m0Z9R6vr69HSEgIUlNTERISIsXIyPgNAElKSiIiIiIEAJk3b54G9WG4evVq
hIaGIjg4GGFhYQgNDY1fsWIFuXjxIrl37x7ZunUrMTc3f3vx4sWjdHR0/QsWLCD37t2L4OLi
IsuWLWvt6Og4dOPGja8zfTg+q1evtpi5hjoJIQuGh4cxPj6Oz58/Izg4GDY2NnBwcEB0dDSj
nJycNfW6CQsLS5mcnGRvbW1FREREF7VX4MCBA4SRkZFERkaGfPr0CVJSUk4ACCcnZysA3RUr
VhATExPT58+fC9HT0xMAY8XFxefl5OSCAJCoqKhwd3d3aGtrnw4NDdWQkZHRMDExkfDw8ICz
s/O/JCsrK1RWVmJoaGgW6LNA/98D9KKiIhQVFaG/v3+5vr4+AUAEBQUpBQUFrNQd5bFjx/D8
+XNoaWnB398fubm5ePz4sRkAsnPnTkIIIUePHiVsbGzEwsJiY3h4uBI7OzthYGAgv379Ih4e
HgQAefjw4fj37983cnBw8C9btoyYmpqS4OBgsmDBAsLGxvbL0tJyTUpKitacOXPI8uXLCSGE
UBcZp06dSv/58+ey4OBgzxnYluTl5UFfX58CgGhoaJQlJibSXb16tWIGLCXW1tbnVqxYQfbt
2zfW39/P1d/fj56eHvT09DD19PQsJoTAzs4OioqK1OY+tmfPnuWxs7OTDRs2EADk5MmTUba2
tvQ5OTmYmpri6O7u3mViYtI88+AkFRUVZM2aNYSRkZF8+vQpsLOzE9PT03Surq6a1AeTiYlJ
eVlZ2dz4+Hi8efMGr169wqNHj1oBkJmzWNl3797hx48fK6ysrOKoD+nv378TVlZWcvXq1ea6
ujpkZ2ejvLwcAQEBOH78OM6ePYtz587hwoULxw0MDH76+fkRHR0dsmrVKrJgwYJQd3d3NDc3
X1dVVSXGxsZk3rx5hJWVlbi6uga5ubnRGt/y8/PR1taG5uZm1NTU7AkJCdF4//59xMxDktDT
05Ply5dTF145AQEB3C4uLnj06JHP3LlzycaNG8mVK1fIokWLyPHjx79VVlZCR0cnibowkJCQ
6BAXF5+mo6Mjc+bMIfLy8ik+Pj4wNTUdAkBiY2NJYmIimakOkdHR0TNDQ0Pznz9/XgaAGBsb
N1+9enV0165dVrGxsejr69Pl4eEhAAg/P/+qxMTEuzdu3Kivrq7eU15eDn9/f/T29tKaLSsr
K6GnpwdDQ0MYGhrC3Nwc1tbWJ1etWkWEhITIzp07ydatW8nQ0NADe3v7hatXryasrKzE3t7+
WUxMDCQlJQkAYmZmRvbt2zeycuVKkpKSIjgwMIDR0VGNBQsWkNu3b5OmpiYWWVlZwdWrV5PH
jx8PP3z4sAEAOX/+/A8jIyNRFhYWIi8vn+js7LzC29vbLTk5eQMzM3PS7du3SWpqKo+amhqf
i4sL4/bt2/cAIIyMjOTIkSMEAJGTkxuOi4vrpQLdyckJampq0QCIra0tMTU1JQAIExMTWb9+
/V1+fn4cO3YMp06dws2bN3Hx4kVcuXIF169fBycn5xcARF1dnZw8eZLMnTuXnD9//tGVK1dw
+vRpPHjwgNZQV1FRwXrlypVU6oL89u3b1IXX2K1bt7Bx48bs7du3Ezs7u8Xe3t7yIiIiSadO
nZIFQI4fP/6lpqZmhba2NsOqVasIMzMz8fDweG5rawtqOT0rKwsJCQlITk5GXl4ek7q6ejT1
vnnw4AHJzc1dlpeXh4yMDD49PT1iY2NDqJ/9lStXgo4fP46tW7fuZWJiIg8ePIg+cuQITp8+
zWdubs6Zn59PLyMj0w9gwsHBIeLJkyfDp0+friwoKICbm9tlbm5usn79esLBwUFu3br1+cWL
F5CUlPynevLkCWRkZFBZWYnh4eFZoM8C/X9fyZ0QstDMzKwMADlx4gRpbGx8UFxcDA0NDVy/
fh2vX7+GhoYG3N3dUVRUhPb29i379+9vYWVlJYGBgYSDg4PIycllzZShDLZt20ZWrlxJzM3N
ycaNGwkTExPh5eX1sLCwgIaGxnZVVdXy69evk+3btxMAhI+Pj7i5uaGsrOzqunXryM6dO4mJ
iQlhY2MjDAwMhJeXN0hZWRkvXrw4NrMrbuDl5X0oJibWAYBYW1t3zZRU7yxdupQcOnSoJyQk
xIONjY2YmZm9JoTQ5oh7enrYenp6Nvz8+RMeHh5QVVVFS0sLm5mZWSkAIi0tnZiYmOg2A0ai
pqaWlJSUxDAxMYH379+vX7duHaGnpyfFxcWEEEIsLCwIALJ37966mYYbvHv3Lpz6YDp8+PBX
ExMTqKio4PHjx9DW1sa2bdvaFixYQACQly9fRn/9+pW5oKAA4eHhy/fu3UvWrl1LlJSUCDc3
N4mLi5PNy8sDhUJBcnIySktL0dbWhra2NlRXV4MQAk9Pz++/rXicO3eu5sePH6udnZ0fc3Bw
ED4+PsLFxUUWLlxIlJWVzZ4/f45nz55BSkoK7u7uKCwsREZGBkpKSlBTU/P8woULX7m5uYms
rCxhYGAgly5dIoKCgmTPnj2TKSkpzwkh2+7evVsNgDx58iQyJCRE18LCQisxMfFJZmYmrl27
lnTt2jVy4cIFQl0YqKqqEkZGRnL9+vUkY2Nj2Nra2m7bto2sWLGCMDExEQBERESEdHZ2Cjo7
O8Pa2vrBokWLJqhHIDY2Nsrx8fHo7u4+vHv37vaZsUrex48fQ11dHXV1dWhpaTmdlpYmOzo6
uqijowODg4Oor6+Hp6cnvL294ebmhvb2drx//96RnZ2dNDQ0EC4uLsLHx9eUm5vLycfHxwmA
bN68mTQ0NCiPjIzg3bt3ZGbROHTp0qWOhQsXEnt7eyF/f3+UlZXps7CwkKtXr5K8vDz2ly9f
nl++fDlRV1c3JoTAxsYmBwCRkpIibGxsREpKKtfY2Bh5eXmYnp4+tHz58ulLly6Rrq6uA35+
fvDw8ICQkNBJAOTdu3eEEEKEhYUJMzMz8fT0JHR0dMTDw6MrKysLsrKy0XPmzCEbN24k/Pz8
ZNu2bYSJiYlwc3M/ZWFhweLFi7Fw4UIwMjJi/vz5mDdvHtjY2BasWrXqy8zumWzcuJHQ0dER
ExOT0MHBQbbfnp2XlJRgZGTkObWb/9WrV0Fbt27VFRIS0ggODr6bnJzMu2fPnm4+Pj4SHBy8
xcbGBurq6gDwcGYR7ldXV4fIyMjDhw4dInPnziVycnLGkpKSePz4MeTk5BAWFobw8HBkZWUh
Ojoa/Pz8Py9fvkwOHz5MWFhYSGlpqczExAScnJxEeHl5ydatWwkvLy+ZO3cu2bBhgzcdHR3m
z58vMLNhKCKEMNjZ2UFLSwsUCmWOm5ubAgsLC1m2bBnh4OAgnp6ed4qKiqCmpva7CuHTp087
LSws8O7du38q6s89Pj5Oe9DPAn0W6P8rgE79QScmJpCWliZOPVN8/vy5iq+vL/P169fx6NEj
GBgYwMDAgNfU1DQlJCRkn7KyMi5fvuxPvSE2bNgwFRsbe7a6uhrNzc0yPDw8X6g7UCEhIbJw
4UICwAYAIiIi4Onp6bZixQqycOFCMnfuXMLCwkJ8fX3fFxcXS/Pw8BAGBgbCzs5Obt26RebM
mUMEBQX9OTk5AWAnALJo0SIiKipKTp06RQAQNTW1ttjYWFRXV0NJSakDAFm1ahU5ceIEsbGx
WWBrawt/f3/aDdLT0wMq0K2trZfY29vXLFiwgMjLy6ckJCQgPz8f6urqDnPmzPnOyMhInJyc
ktva2rBx48a51Pn88fFxQgghjo6OZGYhVCcpKYmMjIwdQkJC7WfPniVnzpwhTExM07GxsYp2
dnYICwtDfX39uwULFkwZGhoOr1u3bnLTpk2kqKjozKdPn/DhwwfG+/fvm1DfVykpqY6SkhIk
JiYiIiICwcHB6O3txfj4OL58+YK2trZ5jY2N9318fH5paWkRLy8vwsHBQVhYWEhGRgbtHHtq
aooICwsTAMTZ2dm9trZ2XkFBAQoKCpCamorY2FjEx8cjOzt7kaCg4FcApKurixQVFREAJC8v
jxBCCACyZMkSkpKSssPY2LgAALl8+XLWgwcPIC0tfUFLSyswJiZmz8mTJ7NWrVpFbty4QQCQ
R48eEQ0NDTJnzhwiJCSUV1tbuzAsLAz3798/KSYmdlZFRcVjZjdLvnz5ciU0NBTXrl3Dnj17
ugCQW7du9dfW1nJ2dnbi8+fPAlu3bu2b2TXe8PX1hYmJCd69e8d0+/btnF27dpHg4ODo0dHR
ee3t7aitrUVcXBzi4+ORlJTEnJOT43jgwAEiICBASktLCQsLC9m7d2+XgYHBcXl5+dXU6oyv
r69RcXHxquvXrxMAPz08PBQiIyPtZyooNQ8fPlzFzc1tNlOCD62srMSbN29U6OjoyKVLlzpt
bW1vXrx4MYmDg4OoqKiQ+fPnk8uXL6dKS0ujpKSEobe3V4KNjW1y7969ZGBgQLitrQ3j4+ML
AgICsqlHHh0dHWTXrl0EAFFQUCCMjIxERkZG3draGjIyMiFz5swh69atG3V0dDx///79RABE
W1tbIy0tjSE8PBwhISFwd3eHu7s7/Pz84OjouJmNjW2Ck5OTEEJIQkIC7TjMx8eHz9jYGHZ2
dqBQKNQ+i1UrVqzInamk6Hh5ecHJyUkyOTlZY2hoyGnx4sXk4sWLpLa29mJmZia0tLSwf//+
ZwDIrl27+iMiIgRcXV0FVq1aRdjZ2addXV1fWFpawtbWFr6+voiLi0NcXBx9cnLyTWdnZwoD
A8N3Pz+/BmpVz9bWtowQcp06WtrR0UGCgoLIzDURWVFRAWNj4+szFYcKqmdARkYG4uPj0dPT
I3b8+PEp6gLG3Nwcrq6u8PLykvP09OxaunTppRs3bjxPSEgQcnZ2hqur69/Kzc0NlpaWCAgI
oBkNzQJ9Fuj/q4CelpZGU11d3d7Hjx9/AUB27Njx68WLF5XPnz9/qKqq+lBUVDTwwIED1PNs
QTc3Nzg4OKRRz5F5eXnT3717R9/T04O8vLydLCwsnQBIUFAQyc/Pp854Z/b19S0LCQlRff78
+U8JCQlSWlpKjh8/TgCQ9+/fl6anpz9YtWoVAUDS09NpDxxpaekSQshyS0vLZzM3MyGEEDc3
NwKAGBoathQUFMDa2hqPHj26RwWilZVVQXt7+5KEhASkpKSgu7sb09PT+PLlC7U5ivvq1atF
dHR0ZMGCBdNRUVGMKSkpoFAo8PX1xaFDh0oBEA4ODqKvrx9mZ2e3ivo+WFhYkB8/fpBr164R
AD/s7Oy8bWxsxA8dOtQBgPj5+YW6urrmACAHDhyot7CwELGwsDA5e/Ys4eLiIhkZGaqnT5+O
A0Du37/fW1hYeHhm5voiGxsbAUB0dHRE7O3toaurC0tLSzQ0NGBoaAh9fX0YHh5GX1+fPrUE
KSkpSVxdXann/9OFhYUxK1euJJycnOThw4e03YigoCDJzMy8FB4eDn9/f0hLS0NMTIx6czpQ
/97Hjx+JkJAQ7YHf0NBA6OjoCAAiJibmV1VVdZ2Li4v2fRcsWEDExcVJUFBQ2Zo1awgLCwuR
kZEh27ZtI2ZmZuT06dPU6gEhhGgVFhbi0qVLMDY2Xvj06VMCgCxdupQoKCjcys7Ohre3N27e
vNk38znqlpSUYGJiYun79++bqa956tSp6YmJiZs+Pj4wMDAQovYgKCkpkcnJye2NjY3Izc2l
ldzt7Oye8fLy0noBuLm5CSsrK5mZbpguKChQ9/DwqKFOe1BLzDt27CBxcXHo7u4Wp8KFhYWF
ACBnz54lFArlQHJyMrukpCSZP38+ofaYMDIykhcvXpTdv3+feu98Hh0dndPf37/zxYsXtPcu
LS3tW1hYGDZu3Mi8bt06MmfOHMLGxkaYmJgIBwcHefz4cQ07O/vnmfevzM3NjefYsWNtM2ft
zbm5udcXL178feb3xMLCYpuSkhKMjY1RV1eHmpoatLe3IzMzM5f6mjdv3iTUz09VVbWHQqGs
CggIQFxcHO0hGhsbi7Nnz6YBIHPnziUSEhJky5YtRE5OjnaUxszMTHR1dVunp6cZmpub6Z2c
nI6eOXNmnFrtO3jwIPVabi8rK6PPzs6mjQYGBAQgLS1tBfW9oKenJ4WFhQ9jYmIMqEcIISEh
OgICAlnUXg7qvbF27VrS39/vqqio2DHjBUBKSkqcfv78udTPzw+SkpL48eMHbt26FT/TRxPX
3d09PzAwEFFRUfjy5QsjGxsb3rx5g5KSElhYWMDBweEv5ejoCDMzM3h6eqK7uxufP39GZ2fn
LNBngf6/C+gpKSlISUlBcnIytey1W0JCopvaTMbBwUG7gVhZWYmzs3NGRkYGk4aGBgoLC08d
O3ZskoGBgZiamob7+/tjYmKC0djYuIm60w8JCSEPHjyg3YAUCqXp/Pnz1EYccvLkSbJq1Sqy
YcOGH9HR0QoaGhoDv/1aqmHGhg0bSE1NTSv1wcjDw0OKi4sJ9eEqLCxMCCErdHV1ISEhcZSD
g4MsXrz4e0FBwfmcnBzk5uYiJiaGZoJhYWEBDw8PDmlpadpDdfHixeTWrVsOoqKiiIiIQHV1
tdDRo0cJ9b1YsGABqaioCE9PT9fYtm0bWbRoETlw4ACZM2cOOXz48I/s7Ox57969y6c2u8XH
x6O0tHTfli1bCCMjI7ly5QpZt24dtXyZX15evtrZ2Tl34cKFZNu2bcTKysro169faGxslGVk
ZCTc3NzfCgoKrgQEBNBuwoGBAQwMDKCvrw/j4+OorKzkuXnzZuG1a9dGmJmZRwGMnT59ekBJ
SelodnY2hIWFJTZv3jxy6NChESMjoxEhIaERQUHBcGFh4eXCwsK4desW7ty5gzt37uDu3bu4
e/euxcGDB0cFBARG7OzsRpydnUfU1dVHzpw542tnZ3fNxcVl4NmzZyPh4eGUoqIinDt37tjO
nTuDZGRkJq9everp6em5My4ubsmuXbsEDx48eC0uLu7a06dPr4WEhFyTkJC4dufOHU8tLS3l
4eHhLSUlJZCSksKpU6dYzpw5Y29kZDTCx8cXfOPGjRUVFRX+gYGBUSwsLN/27t074ejoyBQf
H4/x8fEdRkZG03v27BnZuXPniIyMTG9jY+PlnJwc5Ofnc925cydnZsfsPzU1tbCtrQ1FRUUw
MDCAsbExnJ2dxZcsWfJrpj/CYM2aNdd27NghSE9PPzDTWKc/PT29yM/Pz0FMTGycm5t7Ulpa
eiQ1NVUlIyMDAwMDCAsLO/vgwYOIV69eTerr648XFxffjI6ORm5uLpu8vLzQggULrikqKjry
8fHZrlq1StDd3Z1JQkKCD8C1O3fuXCGEzCkqKpp/4cKFm6dPny4SExMbSU5OfqWnpwcA9HPn
zr3EwMBwDcA1ANcEBQWvVVRUsERERDy7evWq1o4dOw4nJyfvEhYWLubh4RlRVVXNKS8vl1JX
Vx+XkpIaef369Zc3b95skZeXh7GxMW2Koa2tDRUVFUI6OjqDMjIyI7du3RpRVFQcUVVVNYqJ
iVlDCMHExATGxsbQ19eHvr4+homJifkpKSkHjxw58m7fvn1ja9eundyyZcvHT58+CVpbWwfs
27dvZOvWrSO3bt0qq66uZhgdHaUvKSlBdXX1JUNDw6ETJ058PXHixAQfH9/H7OzsY6Ojoxga
GkJycjIMDAxgaWkJe3v7eQYGBoaXLl0aMTIySisrK1toZWWF+/fvB7169WrM1tb2qba29v6z
Z8+OrF27dkRbW7vxyZMnLYKCgmOZmZlWV65cKefk5BzZu3fvaGpqauT4+Dj78+fPoaiouLm8
vDxkw4YNfYsXL54ODAzkCQwMhJ2dHUJCQlBfXw82Nja8ePECOTk5sLS0/FuYf/jwAZ6enrTm
0d/CfBbos0D/XwP01NRUmjIzM+Hg4AAKhbI0OjrajoODI2zdunXfd+/eTZYtWxbm7e1tNzU1
RUcIYRQQEBCUk5MLXr58+c9jx45ll5WVrZiZZ18sJSXlCSCMjY0tTENDI0xISCgMQNjSpUvD
HBwcRKWkpOwuXrwYxs3NHQYgjJubO+zZs2eXPD09ISoqSgEQtmjRojBzc/OwY8eOhTEwMIRx
cXGFJSYmPj5//rwFgLDNmzeHeXh4hG3bti0MQNjevXvdvnz5siM8PFxQVlbWZO7cuURERKQ8
Ozt7bnBwMMLDwxEUFAQ7OzuaAgMDOZ4+fZoIIOz48eNhMjIy4YGBgTYJCQlISkpCZmbmKhcX
F4dHjx6F6enphTk4OITl5uaejo2NRWhoqJakpGQYKytr2KlTp8L8/PyEnZ2dYWlpefnFixdh
iYmJdhMTE8w5OTn06enpYomJiWEhISFecXFxYaGhoWFeXl5LcnJyUFdXx5uTkxNWUFBwS1dX
d6ePj0+Ejo7OBB0dHTE1Nc3s6+tjrK2tRV1dHUpKSlBfX4/Pnz+jr68PY2NjKC0thY6ODv3b
t29ZL1++zG5pablcVFSURUFBASkpKbh9+zbOnz/PqqOjw1pXV8dqaGjIqqWlhQcPHkBMTAyP
Hz+mPVg/fvyIjx8/MomKirJKSkqy1tXVsfb19bHm5+ezqqurw9PTEx0dHSzBwcGsU1NTjKmp
qeDl5cWVK1cQHR3NqqqqCmNjY8TExICbmxs8PDwIDAzEvXv34OvrCyEhIXz48AFWVlY0T4D2
9nZkZ2fDwsICiYmJ86SlpXHy5Ekm6tn7TIe/pr+/P31GRga+f/+O0NBQlmvXrrFeuHCB1dPT
c0FFRQW8vb0RGRl5afPmzYSNje2ng4MDn5WVFUxMTODk5ITi4mIUFhairq5urqqqatmFCxeI
mZnZeRERESgoKEBMTIwoKCj0jo+Pc7S1taGlpQVRUVGsMjIyrOHh4aylpaUIDw9Hb28vzM3N
YWFhgZKSEtaamhrW4uJiBAYGIicnBy9fvgQAuLm5QUxMDPPnz4eNjQ2ePn0KALh16xZ+/PiB
srIyXL16FS9fvmTw9PRkra+vh46ODujo6MDCwgIGBgbQ0dEBAI4fP47GxkYQQqClpQVOTk5E
R0dDWVmZTlBQkDUhIYF5cHCQjkKhsPr7+7NmZmayZmVl0aelpaGgoADDw8P4/PkzbQa8oKCA
JSoqitXX15e1pKSElUKhwMPDAz9//kRfX99ve03opqen5/j7+0NYWBiioqKsQkJCrOfPn4er
qytSUlIgLCzMev78eVY9PT2W1NRUfPnyBYODg/jy5cueioqKde/fv2d99+4d6/Xr1xEcHIz+
/n50dXXh06dPMDU1BbVBzt/fHzo6OqxhYWHIysqCgYEBjIyMkJOTw9rY2Mj48eNHyMrKsl6/
fp21paVlvru7+wJLS0vWL1++QFlZeS4PDw+riIgIa0tLC0xMTLBp0ybw8PAUUqsoRkZGn5KS
khj8/Pzg7++PiIgI1NXV/VOg/7Od+f8k0H/rTT8wMICOjo4/Af3Fixf4+vXrLNBngf5noGdl
ZcHGxgbx8fHIzMwEPT09XFxceBobG2+zs7MjMjIS6enp8Pb2TqDOpNLT05MnT55cU1BQQGJi
IgghUFBQAAAsWbIERkZGtIcZJycnfHx8oKKiAkFBQezfvx9MTEw4fPgwZGRk4ODgACkpKQAA
GxsbnJ2dcfHiRTAwMGDHjh3IyMigOYbt2rULwcHBWLFiBQDg0KFDeP36tdr+/ftpO/rIyMjL
QUFB8PX1hbe3N+1GDg8PpzXivHnzBgBw9uxZqKqqIjo6GhQKhQp02vy9lZUVIiMjUV1dDV9f
X8TExEBDQwM7duzAlStX4OvrCzMzMzg7O+P169dIS0vDr1+/kJqaisLCQpSWlqK8vBzV1dVI
S0uDs7MzUlJSUFFRQQvPePHihSEjIyMBQB4/fjzV3t4uQD3nprrx1dfXU0vtGBsbQ3l5OV69
eoUXL17g6tWrcHNzw40bN/DixQukpqZCWFgYJ06cgKKiIigUCtTU1KCoqIh79+5BTEwM8vLy
cHNzg66uLt6/f493797h1q1buH//PvLz81FVVYXIyEi8fPkSnp6eKCoqgp2dHQYGBpCRkYGN
Gzfi2LFj8PDwgIyMDMzNzZGYmIi1a9diz549CA4OhqCgINzc3HD37l28efMGBgYG+PLlC3p6
etDV1UX/7du3qxUVFfMkJSXh6ekJPj4+sLKymly8ePGbn59f2sTExBqqGdDY2Bh8fHxw9uxZ
CAgIwMXFBXFxcVBQUIC2tvY6eXn59Js3bz62tLSEgYEB3r59C3t7e5q5TGdnJ0ZHR8+1tbW9
rqio4Kyrq0N5eTlddXW1aHx8/NrGxka0traisLAQrq6uePToEZycnJCdnY3o6Gj09vbC0tIS
Ojo6iIuLQ2pqKnJzcxEcHPw7oH/8+BG3bt0CCwvL3wL92rVrePLkCczNzVFZWYn379//JdAF
BARQVVUFQghevnyJDRs2ICYmBrKysjh//jz8/PzQ1dUFaqBQeHg4oqOjERoaiqSkJPT396Ov
r4/mvRATEwNXV1dYW1sjLi4OQUFB8PLy+hPQe3t7MTExAX9/f1y5cgXCwsK4ePEiBAQEaM6A
ly5dwokTJ6ChoYGsrCyMjY2ho6MDPT09SEpKgoqKCpSUlHD+/HmEhYX9JdCtra3h7u4ORUVF
eHh4ICcnByYmJnjz5g0iIiJQVFQEExMTiImJ4dy5c8jKysKHDx+go6OD/v5+yMrKgpubG8LC
wigtLcWDBw/Az88Pfn7+SjY2NvLq1au+ycnJQ11dXeju7kZzczNiY2NRU1PzD4H+x53538Gc
+n1nwD6HQqEwUs26qJA3MjLC6dOn8fz5c8ZPnz4xfvnyha6jowPFxcXIyMhAdnY2ampq6C9d
usRobm7O2NvbSz8wMIDPnz8zdXd3M1JfOzExEe/fv4efnx8sLCwYX716tYIQsmR4eBi9vb00
oOvp6eHBgwfo7OxkrKysRExMzO+AHhUVhcjISCgoKMDJyQm/fv2ip450/hbkNTU1s0D/Twa6
ra0tYmNjkZSUBAYGBpiamiIzMxOLFi1CZGQk0tLSYGtr67tu3TqyceNGoqGhMV5VVXWSCshf
v35BSUmJZqtpbGyMJ0+e0OZb/fz8oKSkhCtXrmDfvn1gYmICHx8fJCUl4ejoSAP64sWL4eTk
hAsXLoCBgQHbt29HRkYGzdN78+bNcHFxwZUrV6ClpUX9s8179+4lS5cuJQEBAYZfvnxBc3Mz
7YPp6OhAQUEBQkJCkJiYCKqtLQCcOnUKSkpKCAwMpN5cKC4uhp+fH54+fYoPHz4gMDAQDQ0N
CAoKQlhYGFRVVbFt2zZcunQJ7u7uMDMzg6OjI5SUlJCYmIjv378jNTUVGRkZyMrKooE5ISEB
dnZ2yMvLQ3t7O0pKSpCdnQ0KhSJ86tSppIcPHyZRKJTTubm5KCgoQH5+PlJTUxEdHY3CwkK0
tbXh8+fPGB0dpQFdTk4Oly9fhqOjIy5fvgwJCQlkZGTg9u3buHjxIu2Bq6ioCCUlJTx58gQK
CgrIzMxEYmIi1VgHhoaGuHjxIs6fP4/a2lp0dnbi06dPEBUVhYuLC4qLi+Hm5obOzk6kpKTg
0aNHEBISgrOzM548eQIdHR2Ehobi4sWL2LBhA6KioqCsrIzIyEgcPHiQtrtITExEd3c3JiYm
6GpqajgVFBSkT5061WNlZRVQXFwMERERyMnJrRwcHJzz+fNnDA4O0g8MDGBqagq+vr40oDs7
O+PTp09QU1ODuro6goOD6cXFxWFiYgJTU1O8f/8ejo6O6OjoQGtrKy3YprW1lfYgTU9PR0ZG
BoKCgtDc3PxfBfTk5GR8/vwZ/f39/2uA3t3djaSkpP/rQBcSEkJpaSkcHR2hrKwMf39/blNT
0/NOTk5LhoaG0NjYiObmZlRXVyMmJgY1NTVYtGgRnj9//iegU3fmXl5e6OrqomVN/BXMqZbV
HR0diI+PP6avr98dGxt7p6CgADU1NWhqaoKbmxvvrl27bAUEBLo1NTW709LSuKjPhby8PBQX
F2+xt7dv2L17d++jR4+6o6Ojb2ZkZKCnp2fO9PQ0fX9/P1JSUhATEwMrKys4OTkpiomJ9R4/
fvxzfHx8Vn19PTo7OxEcHIyAgAB4enruPHLkiL61tXV3WFhYUF5eHnJychATEwNvb28UFxev
cHNzu3Lp0qX7ampqNtnZ2aisrKTZQP9Ws0D/LwK6mZkZkpOTQUdHh5iYGFAoFGpX9GN3d3eZ
/v7+nVVVVaitrUVZWRl+/fpFgyQjIyM+fPjwJ6ArKyvj6tWr2L59OwDQPLydnJxw+/ZtAAA7
O/tfAl1AQIC2I8/Pz8fY2BgIIcjMzJS3srIyrqio0FFSUrru7u4O6plgVVUV8vLyMDU1RfPW
fv36NQIDA/H27VsAwMmTJ6GoqIjs7GzY29vj2rVr8PHxQVRUFG7dugVjY2OEhoYiISEBzs7O
SExMhKamJlatWoUjR44gJCQEzs7OcHBwgIKCAhISEvDz50+kpKQgNzcXZWVlyMvLQ1FREZKT
k+Hv7w8nJyeYm5ujrKwMubm56O/vx4ULFyAuLo6MjAykpqaipqYGsbGxcHV1hYKCAi0Cs729
HZOTk78D+tWrV2FmZoYbN25QrTSxe/durF69GhcvXkRUVBS0tLTg4uICVVVVqKiooLS0FDEx
MXj79i0sLS3h5uYGWVlZ+Pv74+PHj3BwcICpqSkiIyMRGxuLgoIC2NjYQFVVFUlJSejs7ISG
hgb09PTg4eEBLy8vaGlpITIyEiYmJpCSkoKpqSn6+voQFBQEU1NTWFhYQEBAAK6urmhoaEBS
UhJMTEyUFy5cSJiZmUltbW3k1NQUAgMD0dbWhqGhoXk9PT1zqDf23wFdS0sLzs7OEBERwYcP
H/4W6J2dnWhoaEBmZuZ/NdDDw8MRGxuLtrY2TE1NYWho6P9vQD979iyioqJACMHAwAASExP/
x4BuZmaGJ0+ewNPTE7a2tjAwMMDAwACamppoQI+NjUVrayvY2NggJyeHnJwcmJmZwdbWFra2
tjQI/LOdOXWj8PXrVwwPD+8/dOhQykxzZ8aaNWsQExODnp6ei2JiYrSK5kyTqbuuri7CwsLQ
1dW1Xk1Nbei3Y3R79uwp8PLyWhYWFoacnBxQKBTExcUhJycHTk5O8tTmT6r09PR0u7u76fz9
/REUFHRIVFT0J/XPWFlZSVxcXFR1dTWio6MRHx/PYWFh0bF06VJa4+bFixevFhYWore3l+YQ
SF0A1dTUoKKiYhbo/w1ANzAwQGpqKtTU1PD582e0tLSgubl5fktLC5KTk1FRUYHi4mKUlJSg
pKQEhBBISEhg6dKl0NbWxu3btyEuLg4rKyvY2NhAQEAA27Ztg4yMDC5cuABeXl74+fnB1NQU
FAoFhoaGtA/Fzc2NBvRt27YhPT0dT548gaamJlpaWmgNYsPDw7Lnzp2jdqLzKygowM/PD1++
fIGWlhb4+PgQHR2N79+/w8/PD9LS0jh37hxu3ryJpKQkbNiwAcePH8fdu3cxPDxMW5AcOnQI
ZmZmMDU1hY2NDXx8fODp6QlVVVWYmJhATk4OZ8+exaVLl2BmZoaQkBB4eXlBT08Pnz59wufP
n9HR0YHPnz+jtLQUtra2NHvJsrIyvH//Htu3b4e+vj7Ky8uRmZmJixcv4s2bN4iKikJJSQl6
e3sRGBgILy8vqKmpoaSkBHl5ecjNzcXAwABqamqgqqoKKSkp7Nq1C3Z2dggKCgIhBBQKhXYk
sX37dpiamtKaIOXk5GjJXVSgf/jwAcHBwWhubsbY2Bju378PUVFRSEtLY3R0lPa679+/x+XL
l5GZmYmqqiooKCjg3bt3KCgoQG5uLlRUVBAQEICKigocPHgQkpKSNMtVTU1NSEpKQkxMDDdu
3IClpSV1UcYuKysbBOAHNzc3aWhokJmenkZbWxt6enpo9q3T09P/Y0APDAykRdTm5+f/W0Cn
BtDIy8sDAN6/f4/bt29j4cKF/xLQa2tracc/f/x17Ngx1NTU/NtAj4yMRG1tLQwNDeHp6QlC
CFpaWv4toE9NTcHHxwd37tyBsLAwTp069X8E9MuXLyM4OBgpKSlwc3ODlZUVrKysYGdn928B
/cyZMygoKICVlRU0NDQwMDDwl0AXFxeHm5sbLCwsYGhoSAM6VTNgg4SEBJKSkhAZGQkHBwfM
TO8gLCwMk5OTtE3B1NTU3+rHjx/49esXl5qaWjPVxvfIkSNRt2/fRn19PauBgUHqzKROc15e
XiIzM3MrGxsbUVdXVyooKICLi4vhDHxT37x5oyIpKUkYGRmJpqZmTEhICFxdXRESEoKgoCCk
paXdpE4FycjIvHrx4oUPAHLs2DEyODh4//379zh06JDfjHvhlLi4eBaAX9zc3CQpKYnXzc0N
WlpaLwGQZcuWkTNnzhQsWrSIbN26lVRWVt7+8eMH7bk6ODiIz58/02KnZ4H+HwD0pKQkJCUl
ISUl5S+BrqysjKmpKWqkJNVpbWlfXx/P4OAgGhsbUVhYiJKSEpSWlqKlpQV2dnYIDQ1FV1cX
+Pj4IC4ujoSEBERHR2Pr1q1YsmQJ5OTkYG1tjaioKFRXV0NfX5+WaBUQEIDTp09DT08PBw8e
BABs2LABubm5IITQxs4GBwcxNjb2WEZGZnxm1rnSxcVlo6urK7q6ukChULBnzx5s2rQJqamp
mJ6eRlBQEOTl5SEkJIQLFy4gKysLp06dwoULF3DixAmMj49DU1MTy5Ytw8aNG/Hx40daOpet
rS0CAgKgrq6OI0eOQFRUlJbs9OrVKwQHB8PLywv29vbIzs5Ga2srPn/+jImJCRQUFMDIyAhO
Tk60Mztra2vw8PBAWVkZ9fX1kJeXx61btxAfH4+srCwMDAygq6uL9n2pQKeCs7y8HHl5eZCR
kYG2tjasra3R0NCAwcFB9PX1gUKhYGZ2H3x8fDAyMkJ2djaSkpLw8uXLvwR6aGgoBgcH0dLS
QkvgUlBQQFtbGzIzM5GXlwdDQ0PcvXsX6enpqKqqgqKiInR1dWnuYq9fv4a/vz/S0tJw5swZ
yMnJobe3F9PT09DW1oa8vDweP36MGzdu4MOHDyCE4NevX/j48eNy6sjikydPOr98+bK7trYW
fX19mJycxNevX0EIQWho6P8VoGdlZSE/P5/WlBQcHAzqtVNWVgYbGxuIiIjA2dn5HwK9oKAA
AQEBSExMhKysLBYvXoyMjAycOXMGdHR0+PDhA8TFxf8h0LOysuDj4wNZWVm8ffsWnJycWLhw
IcTFxXH+/HmUlpb+y0APCwtDTEwMoqOj0dnZCR0dHXBwcCA+Ph6/fv1CbGwsXFxc/hLoVL/7
vr4+DA4OYnh4GBEREdiyZQuEhIQgKiqKQ4cOwdvbGwkJCbh48eI/BLqysjJevnxJy3KfM2cO
ZGRk4OjoCAsLC1hbW9MWuv8I6AYGBrh37x7Onj2L8PBwvH79GlZWVhgaGoKkpCS2bNlCO0P/
O6BTj99yc3Ph4eEBBQUFyMnJITU1FREREYiJiaEpKysLvr6+cHd3h4eHxz9UdHT0Ujk5uTHq
jpiZmZm8fPkyysvLC9nZ2Wd3795N2NjYutvb23c2NTVh+/bt0gDItWvXKpOSkvaePXt2gp6e
njg4OFyZCcIynpnj/5KdnX26qKgIqqqqWLp0KXbt2vVwZqqnsqWlZWFra+tmAQEBAoCEh4dr
vnjxYj49PT3ZvXv356ysrIMhISE4d+7ctxnHxriAgACcOHFibN68eSQxMfH158+foaKiUjfj
XzCclJREGycMDAykJTc2NDTMAv0/AejZ2dnIzs5GcnIy0tPT/wT0V69e4evXr+jq6kJnZ+fv
1N3djcbGRhQVFaGsrAw5OTlISEhAcXExCgoKUFhYiKNHj0JcXBxBQUEICAjA3r17sWrVKsjK
yuLDhw/w8/NDfn4+3r9/j4yMDFryG3VH+PDhQ9puOS0tDQkJCYiNjaXddIGBgW0zpayeFy9e
LHJzc0NDQwM+f/68LyUlhY2fnx979+5FSkrKn4B+7do1pKWlgZ+fHxcuXMCpU6cwOjoKTU1N
LFmyBNzc3LC2tsbPnz8RGBgIe3t7BAQEQFNTE4cPH4ampib6+vrg5OSEN2/eICgoCJ6enrCx
sUFWVhba29sxMDCAL1++oKSkBGZmZnBzc4OioiKysrJgZWWF/fv301zOVFVVcefOHfj7+6O1
tRWEEJrf9R+BTlVWVhbS09NRV1eH79+/o62tjRZI8lug79+/HyYmJkhLS0N6ejrevn3Lraen
x11ZWYn09PQ1Hz9+5HZ3d+dOSUlhp36uL168gJaWFreOjg73z58/12RmZqK8vBzOzs7cEhIS
3Lm5uejs7Fz27t07bgsLi9UzTXTbjIyMuJOTkzekpqbizJkz0NLS4h4fH2eempqCjo4OtLW1
N8jJyXGLi4uvMTU1xcTEBIaGhtDU1LRESUnp18zDjNjb20vo6+vDyMgIJiYmMDExgYWFBd68
eYN79+7h5MmT/4+AXlRUhKioKBgZGdEAde3aNfT29qKurg6BgYEQFBSEmZkZcnNz/wT02NhY
ZGVlITs7G87OzggJCYG0tDQ2bdqEzs5OZGdnw83NDdbW1rh58yYA4N69e78DOvW8PyEhAXV1
dRgYGAAhBMePH8fy5cvR2dkJb29v2mJXUlISy5cvR3x8/J+AHhQUhI8fPyIiIgJxcXGIiYlB
a2srLCwssGbNGtpDtKKiAr6+vrC0tPwd0KmphpWVlSgpKUFFRQVqamqQlpYGALhz5w7c3d2h
rq6OiIgI+Pj44PLly38L9E+fPkFRURFycnJwcnKCjo4OmJiYoKSkBBcXF1hYWMDc3BxWVlbw
8PD4S6CHh4ejpKQEM0Y6MDExQUBAAERFReHg4ICIiAgoKipi9+7dOHv2LMrKyv4W6DMeGbCz
s4OHhwfevHkDKSkpJCQkICoqiqb4+HgEBgZCQkICDx48gLi4OJ48efK3ev78+boTJ06QW7du
TV+7du3LDByjFBUV8eTJEwFWVlayd+/ekV+/fgnKyMjgwIEDilQ/BlNTU6ElS5ZULFmyhExM
TBx0dXXF8ePHNzMxMZF169aRrKwsa6pPSH5+PqSkpORmLI89vLy8MDU1dZk6yuvg4CCXmpq6
a8ZEp9bKygpfv35d/v79+28zORtuU1NT65mZmaf3799PhoaGOCYnJ+Hg4FA0477ZvHv3buzY
sQM7duzAsmXLcOvWLYyPj2NkZIS2c+/v7+doa2vjnpyc5FZRUZmjqKg4R09P738a6Ix/BHpt
bS06OjowMTEBQgjD69evZ4He0dGBjo4OVFZW0hpDkpKSkJiYCACQl5fH5OTkPwQ6tQxMoVCQ
kZFBU0lJCY4dOwZZWdl9sbGxG0JCQrB//36sWbMG8vLyMDc3h5+fH2pqamBmZoaioiJ8/vwZ
XV1dGBkZwejoKKanp2mQ9PT0hJOTE1xcXODi4oKAgABcu3atYMYkY+D58+cIDg5GT08Pent7
BQsKChacPHkS+/fvR15eHn78+IGAgABal/fMin7V8ePHcf78eZw5cwaEkH0GBgZYunQpdu/e
DQcHB/z8+RO+vr5wcXHZFB8fr2JgYHD6wIEDkJeXR3t7O1xcXPD+/fuj8fHxKmFhYSqurq4M
GRkZ1KYvEELoy8vL1W1tbVWCg4Mvq6mpITs7e52Dg4PK4cOHVdTU1NRqa2t3ampqPhcREVGJ
jIy8WFRUhMDAQBQWFopFRUVphYWFqbx79w5VVVUoLCxEcXExioqKUFhYSMu+pp7/Njc3Y2Rk
ZGlZWZkKFxeXBoC3PDw8Kra2ttvKy8vh7u6efuTIEcLPz0+CgoKS9fX1f549e5ZcuXKFyMrK
qjQ0NGBiYuKoiIiIGS8vL+Hl5SWmpqbmM2fFkRcvXiQ7d+4kPj4+Ic7Ozi3Hjx8nQkJCn21s
bI7Ky8tTTp48ScTExKays7NVLl26pMnHx0cyMjJeEUKWGBkZqRw6dGhq69atZM+ePYO2trYq
X79+XfGbnPIPAMicOXPImjVr7q5cuRLLly8HBwcHli9fjmXLlmHlypXg5eXFxYsXMRPx+rdA
19XVhZOTE60ZizoK1NPTg/DwcFpetoODA5KSkiAmJoa2tjZ0dHRgYGCABnpqBnxfXx8+fvyI
t2/fIiUlBaGhoQgKCoKLiwsiIiLw7NkzrFu3DsXFxdSwG7S3tyMsLAxsbGw4fPgwCCEoLy/H
6dOncevWLVhbW9Oyx4uKitDX14eDBw9i6dKlKCgoQFpaGmJjY9Hc3Axra2scP34cAQEBkJWV
xdmzZ+Hj44Oenh5ERkbCx8cHcXFxtEVva2srzMzMsH37dvDw8GD//v1QVlaGjY0NvL29kZaW
hoCAAHh4eIAQgoqKCuTk5CAvLw95eXmorKxESkoKAOD+/fvw8fGBnZ0dLf/89u3bOHz4MFRU
VJCRkQFqmtr4+DiSk5NhYmJCa4I0NzfH3Llzfwd0CwsL2kJXQUEBXl5eyM/Ph6GhIV69eoXI
yEhkZ2cjKioKERER+PTpE4KCgiAhIQEzMzPY29vD29sbmpqakJaW/t0Z+m+B/vXrVxrMHR0d
4evr+7dAp0I9LCwMb968gaKiItTU1PD69eu/1LNnzxAcHHw4MTHx8oULFzoBkJycnCg5OTlw
cXEJ0NPTEy4uLpKXl2d68+ZNHD9+XHEGsKSzszNqzZo1/TMeCMUvXrzAqlWr+OfOnUvWr19P
SkpKdDIzM1FbWwtCyBJzc/PBmUpAiJmZGQghp2/dukU1upJKT0+PnDE9apCXl8f09PQyHR2d
bzOmPCYlJSVGzMzMZMmSJURcXJyrsLAQDg4OpQDI9u3bm/n5+XHw4EEcPHgQu3btgqCgIIyM
jKCurg4NDQ2qLOTk5IiysjI5ePBgKi8vb8rHjx/fjI6OMjY2NkJRUZHN399fhUKhqLx9+3Zb
eno6vnz5wt7V1YXx8fGNsrKyqjw8PCpJSUkKX79+ZRkYGEBxcTE8PT3x5s0bSQAqBw4cUCkv
L+fPzc1Fb28vvn//Pqe5ufn8vHnzVACoWFpaKlKnVnJzc1FbW4vXr1+LAVABoPL8+XOVsbEx
9pycHJiamiI8PHyJjIyMCjs7u4qRkZFKREQEtSH5haCgoIqsrKyKlJSUiqKiokp6errK+Pj4
amqI12/1vx7oLS0taG1tRVtbGyorK2lnbykpKVizZg3evXuH0dHRvwV6c3MzMjMzkZyc/DvX
ubS0NBQVFcmdPn26YPXq1RPPnj3rd3JyyuDi4spYvnx5hri4eP27d+8WxMTEIDY29q2UlFRG
YmKiFyEEk5OTtPOp6elpWmIUtRJQVlaGiooKNDc3i2/YsGEcAMnPz7chhKC7u5vqTT83JiYm
bN26dRkrV67MCA8Pz5icnGQJCQnB69evuS9fvpyxevXqXmFh4f5r165dOX/+PNatW6d/8+bN
CT4+vpqVK1c2bNiwIePDhw9eP3/+BIVCWSsiIkK2bNlCDhw4QG7cuLH53bt3aGpqogsMDDy/
Y8eOH6ysrGTt2rXk1atXCV1dXUupc/337t3z3rFjB1m3bh05cOAAUVZW3mVtbb3v0qVLZOHC
heTly5ekqKioaP369WTJkiXk8OHDYZGRkXjw4MGdTZs2kUOHDpHNmzeTe/fulZSXl5/Ozc1F
Tk4OcnJykJmZibq6OrS3t6OlpQUtLS3o7++nq66ufnrx4kVqIhlZsmQJOX369OfAwEBERkaa
UsuDoaGhtpaWliUzo37THh4eIk1NTfPi4uJCmJmZiYCAANW+tSMzM3OPjY3NO6r9a39/P82p
T1BQkMTFxSnw8/NTqM5q9fX1NBc2Ly8vsba2ttNbt24la9euJVR/9KdPn5LR0dFj7u7uEBcX
x9OnT29Q3QcB3MU/+LV27VpERUWhrKwMKioqfwl0PT092Nvbo7a2FlVVVaiqqkJzczOys7Oh
ra0NfX196OrqwsXFBZ8+ffod0GesWDE8PIyqqirU1dWht7cXVlZW0NXVRUJCAuzt7eHq6gpP
T8/fAb2srAxNTU200R8q4MLDw2nGKp6enoiOjkZOTg4qKipQWFj4J6Dn5+dT7VEREhICCoWC
yMhIREVFQUREBCdPnoS/vz9tWoFawfoj0Ldu3Qp+fn4cOXIEW7duxZEjRyAtLY3IyEikpqYi
MDAQnZ2dyMnJQWFhIU3V1dU0oN+7dw8eHh4wNzeHmZkZrK2taSOTjo6OSE9Px7dv35CQkAB/
f3/ExsbCx8cHPj4+CA8Ph4mJCebNm/cnoJubm8PGxgYKCgpwd3dHRkYGLCwsoKenh9TUVISH
hyM0NBQRERGIjo5GQEAAJCQkYGFhATc3Nzg5OcHHxwe+vr7w8/ODjo4Onj59Cnd3d9pr1NbW
0mDu6uoKHx+ffwj0yMhI2uJBS0sL6urq0NTU/EspKChQZ7sZz549+30mWyLqwoULmDt3rgA1
q6Kvr0/l3r174OHhUZwJryFdXV1k+fLlZMGCBdPl5eWbVFVVsWXLFn5GRkbCxcVF8vPzdRIS
EuDu7o6YmJj1srKyVFfDEB8fHxBCzlAtnWVkZJ4bGxuHAyBcXFwNmpqaGB8fX6apqfltxqnz
g56e3nsGBgayfPlyIisru6Gurg6urq6lM1/zux36li1bwMvLi6tXr+LSpUs0CQoKSgD48tum
PDc3N5uZZ7T8kSNHWrZt20YOHTpE9u/f/7mkpESJEMLc3NwMf39/8d27dxNmZmYiKipKhoaG
bkxOTu7Kz8+HiYkJZGVlf9HR0ZFly5YRWVlZQ3Nzc3z9+hUdHR1rT548Sejp6QkDAwPh4eEh
ubm5DhkZGXBwcICZmZnw1q1bycqVK8m2bdvI4sWLSVxcXGFLSwv8/f2Xi4mJVa1evZrs2LGD
rFq1ihgYGIRPT0+zBAYGli1evJisWrWKbNmyhaxcuZLs3r2bpKSk+I6OjtLPREqjubkZTU1N
/zlAb2pqQnV1NSIjI/Ho0SM0NDQgJycHBQUFtFGfPwKd2uGZlpZGW9X+VtnZ2Xf4+PgItYQa
GxtLc0rbvXt3vqGh4VxdXd0YNjY2snHjRrJz504SFxd3Jj4+HhEREYiMjERMTAxCQ0OhrKwM
BQUFKCsr06Surm6xYMECsnDhQuLr68sbFxcHCoWC6upq+Pn5eSxfvpwcOHCAbNmyhSxcuJBk
Z2e/LCsrW7dv377OJUuWkPnz57fPeL7/ev369XYlJaUAatcnOzt7KwBy5syZaUIIampq2GVl
ZYuoF7CZmZldR0cHw+DgID5+/Ph1pumFbNmyhTAzM5Po6Oh3kZGRkJSU9JrJ6y4TERFpnfl6
0dLSUhZhYeFKAMTAwEC+urqaiXoWRqFQTDs7O2XWrVtH5s2bR+Tk5Bx5eXnLZzzE47KzsxdH
RkbSOs+tra2hr68PY2NjGBsbw83NDXJycr0zNqAh/v7+Z6WlpYdm5ttv5+bmnuHk5CQ7duwg
ubm5q8zNzbfMnz+fnDt3Lik2NhaFhYUHr1+//mumtEeOHj1KZlLPWp2cnC4vWrSIbNmyhUxO
TpLExERCT09P7t69m5+fn4+wsLB3AMidO3fIrVu3yIkTJyYkJCQsExMT91lZWVVQm3Golqon
TpwgmZmZR1RUVLB9+3bcu3fvNtVL/Z8BHQAuXLhAK62rq6v/DuhGRkYwNTWlvS9UmZiYULMJ
YGJi8rdApwYXtbe30xrzWltb4evrC1dX1z+dr/4d0KmLCeoseHV1NQoLC1FbW4v6+nqUl5fT
YP6PgE4VdcGsr6+P9+/fIyUlhXYt/FZ/BPqxY8dw7Ngx8PPzY//+/eDh4cGhQ4fg4eGB6upq
5Ofn/w7m/wjo1FK5jo4O3r59Sw3Gwfj4OCIiIiAgIABHR0f4+fnBy8vrHwKdCnVzc3OYmprC
29sbMTExtGdAaGgozTvir4BOjTR1cXGBo6Mj7O3t8fLlSzg7O+Pjx4949eoVAgMD4ejoCDc3
t38J6FSlpKTAx8cHWlpatGvm7+Tk5MQhJCQ0OVP+jrp37x42bNggQI1inp6efiYoKAguLi5F
Ojo6ws/PT3x9fZ+wsbHVsbGx/erv7z+lra2NDRs28DMxMZGZVD/DyMhIJCUlobu7e/Hr169T
AJAtW7b4Ozo6ghBy4c6dO9Q8C1l/f//UGSvuOl1dXXz9+pVDS0uLCnQTb29vY6qvvYODw4b2
9nb4+fmVzkRSN1MrYsuXLwcAWoT22NgYxsbGMDo6CkLI+v3797exs7MTRkZGcvbsWZKenr75
5cuXzJs3b25iYGAgkpKSiefPn/ecsbUmo6Oj1xsbGzE+Pj7n3Llz+TPxxN8bGhos+/v7mZqa
mqgjwb3UZ6ywsHBsSUkJx8wR2J4dO3YQPz8/YmZmRg3DKpaTk0NzczPHnTt3sujp6UlWVlZh
cXGxIxMTE5GQkCAVFRV49uyZOzMzM1FQUEgrKChwXL58eSU7Ozvx9/eXdnR0ZNi4cSMBQCIj
I4mmpibVppiMj48vq6yspG0gqY2p/1FADwkJwYMHD9DY2Ehrvuro6KDFUVLV0dGB0dFRVFZW
0iIpf3uDWlhYwMnJCc+fP0+jRiESQmj5y7dv396cnJy8d968eWTBggVET0+P6o/9Q01NjVdW
VhYyMjKQkZHB8+fPISEhAVFRUYiJidEkKSmpw8TERFavXk22b99+dPv27TAwMIC3t/fxZcuW
9TMyMk5XVlYaJCYm1qxZs4bk5ubed3R0jJyxZg3Jy8ubExwc7DgD4zFCyI3FixeXrVmzZsDP
z++QpKQkOXXqVKmLiwvKyspgbGz8mHqxnTx5kvj7+4MQsrW+vt7J0NCQGBsbEzY2NjJv3jyy
ffv2VzY2NhASEiKsrKwkMzNTsaOjY2VxcfEnHx+f9bt27cLChQt16ejoyKlTp9o1NDQqNm3a
RJYuXUqGh4d1qYsLdXX10oKCAjg6OurMnz+f8PLyEjU1tT3Pnz+nvS82NjYIDAykmed4eXlx
c3JyjgIg5eXlWV1dXdDT0yucKfMVm5iYPFu4cCE5ffo0qa6u5t6+ffv2RYsWkc2bN386fPgw
xMTEDnFxcRE6Orqvr1+/rklISOh/+fKlg4KCwip3d/f71Cz3w4cPk2PHjhE6OjqyePHifA0N
DaSkpHBR/d5nFgH9ubm5SE1NhZKSEpmB/RcfH58eDw+PJltb21e2trbzgoODUVdXR+/s7CzL
xMRE5s6dS3bv3n1327Zt+EdatGgRODg4oK6uDkNDQ7i7u+Pu3bughnBQIU6NTqXKyMiI9mfa
2trw8fFBVVXVsqdPn6KlpeVPQG9vb0dnZycN6G5ubv8W0P+o0tLS30H8t/pnQKeW1NPT05Ge
no6ZKtefFBUVhe/fv7O7u7vTUw2A/qjNmzfj+vXraGhooPW9/DtA19TUxOvXr1FTU4O2tjaM
jY0hLi4OZ8+e/beAbmFhgY8fP9LOO2NjY39nAvWvAN3Z2RlOTk5wd3eHlZUV7O3taXbP7u7u
vwta+VeBHhMTg8jISFhaWsLQ0JDWy/FbUReNLi4uNKDn5uZG+fr6QkdH5+L69evJ4sWLSURE
hN7169fBz88vOgOsLw4ODje3bNkySE9PT+Li4kpevnyJXbt2bWFkZCRbt2793t3d/erz588w
MTHBli1bsH79+osAyP79+6ObmpoYCSGnqTkNLi4u4jU1NZdnNkwtFRUVzENDQ0vevn37beb1
zJubm1+zsbH9YmdnJ6qqqszV1dVwcnIqnankNW/duhWbNm3Cxo0bwcHBgbNnz8LJyQlmZmYw
MzOjHpHIr1y5kigoKBAODg5y4MAB0tzcvNnMzOzSzCZoqq2tbYuxsTHWrl1LZsKtPhQVFYEQ
wnnhwoXm35iSBVJNxdra2mBqavpqzZo1hImJiRw8eJDo6OhsCwkJASFkQ3Bw8LeLFy8SXl5e
QkdHR+jp6ZNkZGRQW1t74ujRo2TDhg2ThJAD5eXlOHDggOWGDRu+l5SUiOzcudN19erVxMHB
4UJqaipCQkJ0Z0b2ZJSVlUHdXJw7d47s2bOHACCOjo4fR0dHmaqrq1FfX4/+/n5af9d/HNBF
RERoO/ScnBwa0H+7S+/q6sLAwACioqJgYmICa2vrP8nd3R1GRka5VN926opu0aJFJD8/Xywg
ICB15uyGCAsLk6NHjxJeXt7hT58+7ZycnKSjvtbo6Chyc3Px5s0b6Ovr0/ThwwcddnZ2wsTE
RMTExLZSd2pqamqP2djYCA8PT3hdXR1+/fp11NXV9Vx8fDwLdTV77969V2NjY/D09BSmBlp0
dXXZzJ8/v2r58uXE3Nx8UU9Pz31tbe2jcnJyqKioYFZWVp7+TXzj19zc3CMNDQ3zPD09KzZt
2kR27txJ+Pj4yLx58wgDA4OCqqoqLl++TDg4OMiPHz8UqG5vhBDcvHkTy5Ytez9nzhwCoJ6d
nT2Hk5OT7Nq1i6ipqWkAsABA7OzsPo6PjyMlJcVq4cKF1NI59+HDh3HkyBFs27YNFAoFhBCM
jIxgcnISnz9/luXi4voJgBQVFSU2NDRAU1OzcOaizf/48aM4MzMzOX36NImPj1985cqVxUuW
LCGXLl2KMjExgbGx8fEVK1aQ+fPnd+Tl5W2rrKxEVFQUS1lZ2WFnZ+dzS5YsIZycnKS8vJwW
nrN3796M1NRUJCQk5M9Ewqby8fHlzOxWEgkh7Pb29tkzgT1lM8coSz09Pa+Hh4ezJCYmYnx8
fKmZmdnETPmPmJubP9LS0sI/k5KSEnx8fBAYGAgjIyM8f/4choaG8PHxga6uLjQ0NP62XKqp
qQltbW18/PhRVUND4+uDBw/kBgcHV/1mooOmvr4+9PT0wM/PD66urn/qdg4PD4esrCzbpk2b
btfX1x/o6en506Kgvb0dbW1tf/n/fxNlvOrYsWO3OTg4bre1tW36I2SpoiblUUcRf6vU1FSk
p6dzu7q6DomLi6ccOnRo2alTp/BH7dmzB5KSkujt7UV9ff2f1NXVhYKCgmMAbouJiQk5Ojoy
vHv3Du/fv4eBgQHU1NSgpqaG6upqtLa20oB+/vx5ODk5wdfXF56enggNDYWpqSmYmJhu6+jo
nA8PD4enp+ef5OrqiqCgINqZ+R81U5liUVRUvO3g4HCYmnPwRwUGBsLDwwM+Pj7w8vKCi4sL
3NzcaPL29oauru4WFRWV2ykpKRsDAwMREhLyJwUHB9OqYLq6urSjnL+Sm5sbx61btyYBEH19
/Shvb2/k5+fv4OfnbwVArl69Ku7g4ABra2sPAOTu3bsuaWlpDEJCQpSZY6sgdXV1mJmZyc/k
vVdlZGQwlpaWws/PD9evX4ecnJzYzI7/R21t7dq8vLx5R48eJfT09CQsLOxZeHg4WFhYCBsb
26+enh75lpYWyMvLT8/Y3yZ7e3szcnJyjgAgUVFRNwcHB2Fubp4/E+70xdraGnp6erSjKAMD
A5q/hq2tLWbyIcJ37txJurq6yLx588iFCxcIIeSBp6dn88yOPJoQgrCwsAP79+8ndHR05OXL
l7p+fn4ICwt7ePjwYSIuLk4WL15M9u3bl5eSkrKqsLAQSUlJOHnyZKqSkhKRkpIiAEhgYOCL
mpoahIeHx65Zs4YcPXqUvHnzhjAyMpIDBw7EOTk5ITY29vCePXvI+vXrf37//v1NfX09eHh4
rm3YsGHw+/fvbw8fPkxm0gsvhYSEIDAw0GL9+vWEhYVFWktLi2EmXIucOHGCBvRXr141ZGVl
sfn4+CA0NBRUJ77/OqD/Nm61qakJcnJyePHiBRQUFP6k169fQ1pamkKNxYyNjSXbtm0j7Ozs
JCEh4bqKiko2AGJiYtLU2Nh41srKik9fX39bVlYWvn37Rjc4OEgbSSgvL4ehoSFtftXa2hpO
Tk6W1PPW4uLioJkccty6desxExMT4efn7youLt7i5+eH6upqVFVVcQkKCn6fgUwNIQQiIiKC
M6XliZ6eHjJv3jyyfv16IigoyBIcHIzW1la8efMGOjo6NocOHSK2trbE09PzJwDi4eGR/uzZ
MwBoW7hwIfn27RsxMTGhpnNpJCQk0ImJiU3ONKxEvXr1asGjR48uRUdHHyGE4OnTpw0AiLi4
+D1PT0/cvXv3x4IFC4iXl5f6jRs3fGduemJqasqsqKj4cebnnA4ICNhqa2sLGxsbWFpaIjIy
EsnJyUhOTkZKSgoKCwshJydHjRcdCA8PD9y8efPIjAHFXV1d3RfUdKrXr18n8PLyJsw0FvYR
QvZXV1ez6urqpjIzM5Pjx4+PHz9+3IOOjq4vKCiIKCoq5lJHczo6OoiVlRXVKONLY2OjkISE
ROxMReaDnZ3dGWrqmK2t7aWEhISNXFxcZMGCBWTVqlVBK1asqLx+/ToRFxc/7OLigqKioo3U
7G0pKSkyNTV1itoX8Hfq6OhAdXU1kpOT4efnB1lZWRgaGkJfX59mAFRZWUlr8vqjioqKUFpa
yrRr165fAKjzuMY5OTm0CRCq8vPzERMTA1tbW9jZ2cHe3v53Cg0N5bp+/XovAOLq6ppPhdkf
5efnBykpKdy+fRsiIiJ/0vPnz5+sWLGC+r6+PnLkCP4oPj4+CAgIQF9fHyYmJjAyMvqTrKys
vKiVEiYmprP09PT4owCAi4sLenp6ePPmzZ+kra0NBQWFAmpfREZGxnaqs2FHRwecnZ2hoKDw
t0D39/enldB1dHQoAAgnJ+cw9Yz2j1q3bh1UVVWRmJgIPz+/PykhIWGZiopKAwcHBxESEkp7
+PAh7t279yfdunULBgYGsLOzg6Wl5Z/k7e29R0BAYGzp0qXExcXFpa2tbV5paSn+SpWVlcjK
yoKOjg5ev379twtDc3NzjqtXr07OVPCirl27BkdHR5iYmGiysrISBgaGfCUlpWAODg6yYsUK
Eh0dbeXt7Q1HR8fjM0eRPaKiooF79+4l8+bNIyEhIflRUVG0yGRCyNbBwcEXN27cKJtJ7ks9
d+5cDAAiJCQ0ODQ0xFVUVMRFPWd/+fJlQ0RERODcuXN/Llu2jDQ2Np4MDw+HmJhYDwDy+vVr
MjQ0FHj27NlhAMTf31+NaqpUVFSE3NxcJCYmIioqCtHR0UhOTp4bHh4euGbNGnLp0iUSExND
AJBDhw6R6OhogfDwcJ2Z50pfQEDAfjExsd3MzMxk/fr1JCcn55WPj4/S6dOny1atWkVqa2vt
1q1bF8/MzEx8fHzufP78eb2zs3PgTLKif1RUVDIA8uzZszEvLy8GQUHBEgAkKyuLVFdXU+2x
ywkhcyorK/ecPHmScHJyEmtra91Pnz7JHTlypIyOju6nh4cHl6ura9pMImfup0+fmAUEBEzZ
2dmJuLi4yosXL7BlyxayePFiQgghdXV1ZOY44AcvL++yrVu3IjIyEhMTE/+dQKfuVqqqqmBs
bIynT59CVlYWL168+JNevXq18cCBA7UzcZuEEEL27dtHZnZpb+Li4uRnVkZf5OTkJLi4uHZd
uXJlqLi4WL+np+d3jkVUn2GqZsILHlI7PM3NzccbGhqQnJwMCoXCv3///mHqudGDBw8eKCsr
D5eVlV0KDAzUmzNnDtmxYwe5c+eOAQ8PTxOA78HBwdGBgYGp1NQ1UVFRIV9fX3z79m2pvLx8
MPXB6OPj45Cenv6cmsnu7e3tvX///smZ16KVmrm4uIitre3ygICAxzP+7L+OHTs2xsnJSe7c
uSMdGhoqQ3WNevHiBYmIiPAD8G0m+tOhoaHhGfXftmDBgjEAP9jZ2UlERITZ1NTUnK9fv2J0
dBQTExNob2+njRH5+fkhMjKSLjw8/PiVK1cmN27cSLZt20ZWrFhBHj16NDw4OLg5PDycQo0Q
3bt3L3n69CkRFhYma9asIXx8fF6vXr2a8/Pnz+u8vLwxjIyMU6dPnyZXrlwhvr6+N16/fk34
+PjIvn37iLu7e+uTJ08IHx8fuXTpEhETE3t45MiRgi1btpBdu3YROzu7BZaWlgbs7Ozk6tWr
xNzcfI6EhIQcDw9Py65duwg/Pz/Zs2ePhKioKENUVBRsbW0DqRGq2dnZ+l+/fqX7rcnJX2l4
eJhm5enr6wsFBQXo6upCX18fLi4uyMrKwo8fPzA1NQVCCL59+4aJiQmavn//jl+/fnGcOHGC
2ttBioqK5P5q55uWlkbbKUZHR/9JeXl562VlZQknJyextbVVou5qqAsA6u+tra1x/vx5bNq0
Cby8vODh4fmd+Pj4Dq1cufL74sWLyYkTJ9T+CPNjx47h6NGjOHv2LF69egV1dXWoqalBVVX1
d9LS0nrIwsJC1qxZQx4+fHhOUFAQf6U7d+5AXl7+L+9hZWVliIqK5s6UeUlfX5/wz58/8fPn
TxQXF8Pc3Byqqqq/A3p8fDxOnjwJNzc3ZGdnIyEhAYWFhbCzs8ubaRwd3bBhA9avX08TFxcX
Nm7ciLVr10JLS4uWjvjH97igoGCDoqIimenaTpGRkYGkpOSfJCoqCl9fXyQmJtIWUh4eHrT/
jomJuXflyhXCzs5O7O3tm3/8+LHmjz1Cv61GUoNP3N3d4e3t/ZeKj49fqaCgQJYtW0bu379f
KCkpCSsrKwQFBTHLyMhErVq1irCwsJClS5cSa2vr5K6uroXh4eGIiIiYq6mpqUuNHF6yZAlR
U1Prrqys3FFWVoba2lr09vaiv79/cX9//9Li4uKXO3bsqFuwYAGZO3cuuXr1KqFQKJa5ublo
ampiKiwsFPvts4iNjY14enrm19XVUU2Qjh08ePArNQFz5vk8kpiYuDQoKAiBgYEICgqCh4cH
rbIxU+1wpv79rVu3kt27d5OVK1eSmT6ktra2tghNTc3h3xy5Dc/0/WhPT0+rcXNzUyOESW5u
Lk6ePBkxk5z53d7enlBTKi0tLfdGRUWt3r59O1m0aBGJjIw0cHNze8nGxkYWLlxI9uzZQ5iZ
mQkbGxtxd3cXLi8vX/To0SMyk9L5Zf369WTjxo3kxo0b6cHBweju7p4jJibWwsLCQm7cuDG2
aNEicvPmTZKbm3tp8+bNi6jv0+bNmwkXFxehp6cnUlJSxNTUlENfXx+fP3/Gt2/f0NfXR/9f
B3TqyI+xsTHNRUxKSuov9fLlSxuqveCuXbuIlpYW7SKTkZGZ/vLly7XLly9/ocalcnFxEV5e
3szExETZgYEBWtmvsbERHR0daGhooAGemgvu6uoqPXPRjru5uYlSHcmSkpK8t27dSubNm0eW
L19O7RiVIIRscnJyalm7di2ZyUAnioqKPYQQAVFR0RYAZP78+eTFixctdnZ2KC0tXe7s7Jyx
f/9+oqSkNFZRUTEnJiaGWUtLq+T48eMkODjYvaysTF1ERIQICAhMm5ubf9XX1ydnzpxJ4ePj
W9Da2rokISEhS15enjx69IjIyMjUlpSUbPP29n50+vTpJGdnZ6KhoRGkra2taWZmRtTV1fsA
HIuMjER5efnphw8fJisrKxNhYWHy/PlzlR8/fmwZGhrC4OAgrYLx9etX1NTUgFoeioqKgrOz
M9zd3ffa2NiI79mzR/zly5fiWVlZW/z9/ZGVlbVRXV29eqYRhtjY2JBfv34RCQkJMtORuzM+
Pp7aPMVJoVDE09LSdsxUTm6XlJSIl5SUiPf29i4tKys7XVJSIh4UFHTBwsICaWlpQmpqauJt
bW3i1IkFSUlJ6djY2Jc5OTlMjx8/Rnd39+Lm5mbxpKSkS1SDCGFh4ZMAhhkZGYmSkpJJRUUF
+vr6/mFpur29Hb29vSgvL0dsbOyfgO7r6wtHR0fU1dVhdHQU6enpaG9vp3mbU93nRkZGEBUV
ZaatrV2rp6d3f2xsjGHmPf6ThoaGaOllf9SPHz+QkZFxSE9PT5xa+vX29kZISAjCw8Ph5eWF
yMhI2NvbQ0dHBwoKCrh48SJu3rz5O129ehX379/njYmJeV5fX7+9vLwc5eXlKCkpQVNTE1pb
W5GXl4eEhASaD0FRURFaWlqQm5uLzMxM2nx8eHj4u5ycHLWOjo4Vv3VKo6qlpQV1dXXIy8v7
nb/Bb0OBamtr79+4ccNbWlpa7MePH3P6+/tRXV2Ns2fPQkhICIaGhn8COjU4p62tDc3Nzejt
7UVWVhbD8ePHxdXU1G7a2trCzMyM1ghnbGwMfX19XL58GRQKBRMTE+ju7sbo6CgGBgZoYB0b
G5uXmJh419HR0amoqEiQOqtMFdUkqLy8nDbqOj09TZuP7+7upn7f1TExMeKampri+fn5m7u6
umgJgH/UjDsmqqqqUFFR8bfq6uqa7+HhISYoKCielZV1rqKiAnFxcfjw4QPs7e0hKSkpvnz5
cnEDAwPx4uLiOTk5OQgJCYGnpydMTU3x8uXLe8uXLxdXUVERj4uLW5OamoqcnBx0dnZicHAQ
vb29+Pr1K0pKSnDu3LmFAgICMtra2m9TU1PFqeOF1N4Mc3Pz82fPng179erV5PPnz8Xb2tqY
8/PzkZSUBCcnJygrK+8WFxfvu3TpElFVVe309/ffGhISQpsUCA4OhrGxMVRVVaGhoQEtLS3o
6OicpKOjm2ZgYCBaWloG6urq4nJycmrUoK7s7Oyjvb29W27cuGGqpKREpKWliaCgYMDLly/R
09OzzcTEpEpWVpYkJydrDQ4OIjAw8MzBgwc9TExMGqKiokK3b98eunfv3rMxMTEYGBhYJiYm
9nTPnj2itbW1eygUCgQEBO4fOnQoi5+fX/PEiROK8vLyuc+ePdtYUlKyTUhIiLCwsJCQkBDC
wsJieurUKfH6+nr20dHR1b9+/UJFRcX6+/fvZ0lISBBBQcFgFxeXi7W1tfDz89s10/8U8Pbt
28EdO3bESUhIRJSUlDwghMwdGxtDUVERsrOzmf6jxtb+HaB3d3fD1NQU7u7uNGOZ0tJSWlMP
9YyvqqrqoZycXLqUlFS6i4uLU1hYmIi/v396aGhoenFxsdy3b982x8fHC7x//z5IRUUlPTY2
1vfRo0eIiIjAwMAAGhoaaA+DhIQEeHl5wcvLi9aM5OnpiYCAAKY7d+58BkAuX75MbG1tT+Tk
5KCvr2+JlpbWVQ8Pj3RbW9t0CoUi09jYyDDTyMd25MgRTk9Pzw99fX3XWlpaOGdKuGra2trP
nz9/ruTp6XlGWVmZ5p9cWVl5ghDCNzAwQKepqYn4+PgFQUFBnNQxm4SEBM7o6Oh9hBD+L1++
cL59+xb79u1DXl4evn37Nre1tZUzLy+PMykpiTk2NhY2NjYwNDSkJ4RwRkZGwsDAAIQQzo6O
jmUAEBoaipCQEERFRdEPDAxw+vv7cyoqKqK7u5uWh07V6OgozSwkNDQU0dHRmIlyhZGREfbv
3w8JCQkkJCTA2toaoaGhj+bNm/eFuiOlLrJWrFhBjhw5MnDixInVtra2OH36NHh4eBAVFYWw
sDBQKBT09/cjISEBiYmJaG9vR1ZWFhISEuDm5gZzc3NERkZCVlYWtbW1+PHjBzo7OxkfPHiA
4OBgpKenQ1RUFMXFxUhKSkJubi6mp6fp6urq5l67ds1u5cqVRE5OLnhkZAStra1/aexAVWdn
5z8Fuo+PD6hGQ5OTk7C2toaKigry8vIwNjZGc0VrbW1FZmYmhoeHWT9+/Ej7vn88Q+/p6aEB
4a/09etXxMXFQVVVFd7e3vDz84OnpydcXFwgKyuLu3fvora2lhZ9GR4ejvz8fLS0tNDG22aO
htDc3IyhoSHk5eX99n5CdnY2rly5AjExMQQGBqKxsRHJyckwNzdHbm4ufvz4gcnJSZqPAyEE
vb29oFAof3nkkJ+fj5ycHKSmpv5p7DQtLQ1JSUno6uqCra0t7t+/j1+/fmHmHBIPHz7EgwcP
oK+v/5dAd3JywszsMUZGRuh+/vxJr6GhgYcPH8LQ0JBqMgRlZWXk5uZCQkICAJCQkABCCLKy
shAXF4fa2lq0t7ejtbUVQ0NDCAoKAoVCQVFREeLi4pCRkYHMzEwkJSWBQqEgPT0dNTU1EBER
wZo1a/Dw4UNQKBR8/vwZra2taGxsRF9fH/z9/SEvL4/MzEz09PT8U6D/1jDrr9Tc3AxHR0dc
uHABcXFxyMrKQlRUFK2J8OHDh1i1ahXU1NSQnp6OvLw8ml20vr4+nj59ipUrV0JGRoZq84rc
3Fy0tbVhYGAAvb29GB8fR35+Pvj5+XH16lVaDGpRURHS0tJouRDy8vLQ1tbG8PDwanFxcZoh
VXJyMhwcHCAjI4OAgIBl/v7+nAkJCUvs7e0RHBwMf39/BAQE0PpEqJ4fLi4u8PPzg6qqavrh
w4en7927N//FixeQl5fH5cuXO2xtbUs7OzsRGxsLVVVV9Pf3c5aUlHDq6uri/v371EkR5rKy
Ms7S0lLU1tbC1NQUt2/fBiGEeXJyErdu3QIvLy9+/vw5hxCy3tzcHO7u7hgaGlre1taG+vp6
5OXlzaVWpyIjI+dKSkri48eP/Dt37iQLFy4kBQUFDitXrsSuXbswOjqK0dHRhZOTkwgPD4er
q+vc1tZWTn19fZqZ18+fPxmnpqY4Z3jIQc2eiImJoQXueHp6qoqIiLTV1tZK/a8HelNTE2NL
S8u8/v5+hrq6OgQHB/9LQDc3N4eGhgby8/PR39+PmpoaGmCocYJ9fX2wsbGBr68v4uPjUV9f
j5KSEmrjDwYGBjgnJyc5s7KyYGJigoqKCggJCdGcepqamtDW1gZPT08oKSlBR0cHenp6MDc3
h62tLezt7eHm5gZbW9stfHx83QDI8uXLbx08eBABAQH4+PEjCgoKEB8fT80Q5xgfH6fLysrC
zp078enTJ5rJR3V1Nb5//w4nJyeoq6sjMDAQKioqoFAoSE5OxsjICBoaGhAeHo6rV6+Cl5cX
Fy5cwJ49e2BsbIygoCA0NTXN+/r168qGhgbIyclh3759qKioQGdnJzIzMxEeHg5/f38kJibC
2dkZSkpKIITAx8cHBgYGGBkZQU5ODgAgJCQEcXFxcHZ2RlFREaysrGgWqv8q0K2srGBgYIA9
e/ZASkoK6enp8PLyQnBw8EEZGZlvfn5+nbm5uYpHjx51UVJSClqzZo2iqKjo+itXrsDf3x98
fHzYuXMnYmJiEBQUhJSUFAwMDNBCeiYmJpCfn4/o6Gi4u7vD3NwcERERkJWVRU1NDb59+4au
ri7cuXMHgYGBSE9Px4MHD1BRUYG0tDRUV1fjy5cvaGpqQmxs7BE1NTVFXV1dEEKo0ap/q39l
h/5boE9PT8PR0RFPnjyBr68vzfSFuvtLTk5GWVkZTE1N0dXV9bdAp46eURcDv9W3b98QExMD
TU1NWnk2LS0NOjo6YGdnx40bN9Dc3Aw3NzeoqakhIiICbW1tGB4exvj4OH78+EHzDh8bG1vU
39/POD4+jqmpKYyPj+Pbt29QU1PDggULICoqiujoaBQVFSExMRFHjhwBAJiZmdF+HqqJDtW3
/v8E6CkpKWhra8Pbt29x584dpKenQ1dXF6mpqZCSksLTp09hZWWF+vp6NDU1YWJiAnl5eTh3
7hwCAgJQXFyMuro6Woewvr4+hIWFaWYlSkpKNJe6Bw8eAAAthjk1NRWPHj2i2RF3dHRgcnKS
do3n5+cjMzMTvr6+1B4GFBQUoLa2FhUVFVBQUMCWLVuwdOlSyMrKoq6ujrbw6Ovrg6+vL2Rk
ZJCZmYne3t6/7dOgOgz+bwL68ePHcfHiRfj5+SEgIOBPQKeO+ZaVleHJkycoLS39E9CpBkF+
fn5wcHD4HdB9fX3h4eEBb29v2kbKxcUFBQUFa2xtbfkOHDgAOTk53Lp1C+7u7hxTU1OLqRWJ
Fy9eoKioCDExMVBRUcGjR4/Q0dGB0tJSxMXFITc3F42NjbCwsMDVq1dpR7nnz5/HiRMn8PPn
T1p1Znh4mLO9vf1oX18fCCHr8vLywMPDg6NHjyI+Ph4WFhbQ1tY+fPnyZbJt2zYiJSWlJysr
C3V1dVrU9OTkJKKjo/HhwwdkZmbi9evXtMz57u5u1NfX0zI37t+/D21tbcTFxdEmWyIiIlw2
b95MkpKSTP4TnOK2tra2HsrOzubs7+/nyc3N3SItLY3p6Wmezs5Ons7OTp6pqSnameWMfzqs
rKwgLy8PHx8ftLe3Iycnh3axDA8P00p6tbW1K1pbW3kbGhowOjqK8PBw+Pn5ITs7G9XV1SCE
IDExETo6OsjLy8OFCxcQGhqK8fFxZGRkwMTEBPr6+lBRUcHLly8REBCAkJAQ2NjYwMrKCoGB
gdDU1IS6ujp3QkJCcWZm5vHIyEgkJibC0tISnz59gp+fH3p7e9HX14fx8XFkZWVh165diIiI
wK9fv1BSUkIry378+BHKysrw9vaGmpoaEhISkJKSgsTERNy5cwefPn1apaqqygOABwAPFxcX
j7u7O09cXBxPaWkpxsfHMTQ0hHfv3uHo0aM0CFIoFISHh8Pb2xuRkZGwsrKCvr4+DegaGhqY
nJxEdXU1ODg4EBUVBW9vb4SFhaGsrAz6+vp49OgRDSi/BTo1F93V1RV+fn4IDQ2FpaUljI2N
YWtrC35+fty7d49mZuLi4oLS0tL1hJDllpaWePbsGQgh2Lt3LwQFBXHmzBm4urpCWFgYR44c
QWxsLK2M293dDQqFQsvaTkpKQmpqKs20IzMzk/bwpCZriYmJITU1FRUVFZCQkKBa9tLmOuvq
6hAaGgp5eXmoq6vTFgL/aGf+7wJ9amoKTk5OkJGRQXBwMAYHB2ng+1eATq2MdHZ20lKo/qjB
wUEkJiZCTk6OZowyPDwMGxsbrFixArdv30ZDQwPc3Nzw5s0bhIaGori4GO3t7XB0dIS7uzvV
EYxmidnd3U0zOElMTMTjx4/BxcWFp0+fIjIyklbtuHTpEgBAUFAQ5eXltH/DvwL0vLw8pKWl
gUKh/ElZWVk0u9srV67AysoKxsbG8PDwkLp06ZLupUuXPB4/flyVnZ0t09PTg58/f650cnJ6
u3///ipzc3OvyspK9qysLNr1YG9vj0ePHkFfXx96enpwcnJCWVkZCCE0m2cq0CkUCp49e4bE
xETU19fjzZs3yM3NRWRkJCIiIlBfXw8dHR1s27aNZueZnp5OA7q8vDy4ubmxadMmaGpqwtfX
F87Ozujp6UF/fz98fHygpqaGrKwsdHV14a+OJH6roqKi/08B/Y9jmc7OzkhOToapqSmOHj0K
OTk53LlzB7a2tujp6UFFRQXi4+P/j4F+4cIF8PPz49u3b+jt7UVXVxfa2trQ1taG7u5uGhN4
eXmxf/9+pKWlob29HaOj/z/23jKsyvRf/z4BxQCxFbFjjDHHFh1s7EZQRBQEKZUQUErp7pBG
uru7uzslpEE6LNTrefGs+z50xpnf7P3f/+fY+/fsF99jwpljwVrrvs7rW59zdJauru6vly5d
+jUpKWkpdeaXlZX9Hwk61eYtLCyEmJjYr8nJyf/9S+5fvnxZMTIycoSXl9fqzp07RFhYeGrr
1q0RDx8+JPfv3ycPHz4kbm5u1lRJqr+/H5mZmTAyMoKioiKCg4PR3t6OkpISJCUl4eHDh0hM
TMTAwAAFntnS1tYm0N/fP48Qsk5FRQUbNmzAyZMnISMjg5iYGISEhMDQ0BDFxcVQVVVFVlYW
RkdHkZOTA0VFRZpIJS8vj7y8PLx//x4mJia4c+cObG1taSQhtbZFCIGxsTFu376NwsJCJCYm
or6+HsPDwyCEoKSkBNu2bftLQVdQUICvry+srKzg4uICT09PaGtr49q1a1uUlJT6tm7dSqZN
m0aYmZnJzJkzyYkTJ8itW7cIHx/fxuvXr+P+/fu4fPkyZGVloaWlBUII8vPzER4eTht6qKqq
wtTUFJWVlfDx8aHdumxsbKCsrIzc3FxoaGhASkoKdXV1SE1Nhbe3N7q6un4Qo/7+fgwODtLM
7ezsbDrj8vDwgK6uLh4+fIiDBw/CwMAAERER9J7vu3fvYG9vj1u3bmFwcBDr1q2jXeiio6Ph
6ekJWVlZWFpaIioqCr29vejo6MDAwAAUFBTAwcEBa2trTE5O0uxrc3NzyMvLIywsDAMDA/R3
xcrKClZWVtR2AtTV1eHg4IDY2Fj09fUhODgY8vLyfyvofxTz/wpBp8pqiYmJfyvog4ODtOFP
fHw8fZmhgir95ufng4eHB5cuXYKJiQnGx8dhaWmJZcuW/VTQy8vLafqchIQEzp49Cy0tLVRX
V+PLly8ICgqCkJAQnJycEB4eDklJSaxatepPgn7u3DmaYV1RUYHKykrKevZvBZ1CyyYmJiIp
KYmO5ORk2ubX3d0ddXV1iIuLQ1RUFAoKCmBkZPSJatWsWbOGlJSUGBFCfrGxsemi/j03Nzfp
6OgQycvLo3rx8PDwgL6+PlRVVZGSkoK8vDwUFhb+raCnpKSgpqYG9+7dw8OHDxEREUFfRqSk
pLBgwQKYmpoiICAA2dnZtN3nHwU9MDAQ5ubmNBmzpKQECQkJSE9PR3NzM+rq6v42ysvLfwrf
+V9B//9e0Pfv34/U1FT67H727BlOnTqFoKAg+Pv7w8XFBZWVlf/Hgt7c3Izs7GzcunULKSkp
//0Fvbu7e1tHR4fo6dOn6V7qwoULCWMymzCoQ6S3t/ch5Y2rqakJHR0d2mGMgtzn5+fj2rVr
ePHiBUJDQ1FTU0MfvIxJ9XnPnz/fePjw4Y1379795c6dO9P4+Pjo7ExZWRkhISF0P7KwsBBq
amq0yMnLyyMzMxOjo6OwtLTEjRs3ICwsjLt370JNTQ01NTXIy8vDtWvXAADz5s1DQUEBhoeH
UVBQAB0dHZoXfeDAAYSHh/8g6OPj4zA2NoaysjLy8/Ph7u4OT09Paqd132+//TbM2FlvSk9P
bywsLGxUVFRsAkB5D2+gCGasrKxQU1Ojs/CamhoEBgYiIiIC9fX10NDQgLS0NFxcXODr64u2
tjZ4enri0qVLkJWVRW5uLoyNjbF8+XJUVlbi48ePGB0dxdu3b+lqA/XX1tZWNDU10TAU6iBP
T0+HoKAgHjx4gOPHj+PRo0fIzs6me7NFRUU0j7ykpIT2QPfz80NpaSns7OygqKiIZ8+eQVlZ
GcPDw3j37h2Ghobw9OlTcHJywtramjb52bVrF86dOwdFRUVYWVmhuroarq6usLKywsWLF+lV
Jjc3N5ibm0NGRgYPHjzAp0+faELho0eP8PXr138k5v9Vgk4JdVlZGczMzH4Q9O7ubvpympGR
gYSEhJ/uficmJiI3Nxd5eXk4fvw4rl+/DjMzM4yMjPxLQe/p6YGTkxOUlZVx+vRpsLGxITAw
kHb5ExcXh4eHB2JiYv6RoFdVVaG8vBylpaV0b5i6bHwfhYWFNGUuOjr6B7ex2NhYJCQkwMjI
iH7u8vLy6Pest7f3ITc3N+WM51lUVAQ7OzvBOXPmUJsZZNeuXaSurk6aWqcMCwuDmpoazMzM
oKamhsTERGRmZtIuin8l6MnJyairq4OMjAxERESQmpoKap1LSUkJK1asoE1b/k7Qg4ODYWNj
Q/fRe3t7kZmZiZSUFNr3+++ioaEBFRUVfynq/90FPTc3F0lJSXBycvpfQf93FXSKAx4bGxvL
xMRElixZMpWVleWSnp5uo6CgELVgwQKyadMm0tvb6zI6OopXr15BVFQU1tbWfxL03Nxc3Lp1
C9bW1nj+/Dk8PDwwNjaGkZERvHnz5vSNGzecd+3aRZYsWUIOHTpEzpw5s/zs2bNgIFJx+/Zt
eHp6oqurC58+fUJBQcFfCrqFhQVu376Nu3fvQkBAAEJCQnB0dKRtKgFgwYIFSE9Px+TkJIqL
iyEsLAxubm7w8fHh2LFjNJClpqYG9fX1GBwchK+vL8TExGBvb4+XL1/i5cuXsLKywv379wsY
e8Hvw8PDmUZGRjA1NYWmpiYmBQWFbzNmzCArV67cPHfuXADAokWL8Pz5c1rQq6qq6J3c6upq
mgHt7+8PX19f2oZVSEiIFnRDQ0Ns376d/tm+Fzdq6rerq4te62tqaqKjo6MDCQkJePDgAR48
eIBjx45BTk4OOTk5IISgvLyc4u2jtLSULlWGh4cjMTGRttJVUFCAhoYGdHR0MDg4iL6+PgwO
DkJRURHLli2DjY0Nvnz5gvT0dBw5cgS3bt3C06dP4eDggIaGBvj4+MDCwgJ37tyBgIAAHB0d
4ebmBhMTEygpKUFBQQFfv35FbW0tbZoxNjb2w7DZX4n5f4WgU2Xp7u5uVFVVQVNT8wdBp8re
6enpiI+P/ynE5b9K0JWUlHD27Fls3LgR4eHhIIQgJCTkPyXoFE6WQlZ+P1xHmfvk5ub+FBkb
GxuLuLg4JCYmwtLSElpaWjTfvKGhgWoLzL9161YJAPLs2TPR+Ph4PHjwIJjBleg4dOiQ84UL
F3rz8/P35eTkwMPDA15eXjRu93tBp5zk7t279y8FXUxMDCkpKfDw8EBISMg/EvR169ZBR0cH
kZGRsLKyooeA29vb6cvZPxH0uro61NfX/6Wo/2cEPSwsDL6+vjA0NMSDBw/+jwW9pqYGBQUF
Pwj6/fv3UVJSgsbGRqSmpsLGxgYyMjL/K+j/joIeFhaG+Ph4BAUFxbKwsBAeHp4Jxm4k7O3t
ISkpGXzlypU3TU1Na/38/KCpqQkJCYl/Keiamppwd3fHyMgIxsfHV6qoqBBWVlYye/ZssnDh
wikJCYlOa2vrpaGhocjKyoKoqCgePHgAT09PdHZ24uPHj/9S0G/duoX79+/jzp07EBQUhKOj
I8TExDBv3jwwMzNj/vz5qKqqAiEEfX19XHJycjh//jz4+PjAx8cHMTExeHt7o7y8HG/evEFD
QwNcXV0hJydH+4UrKytDQUGBD8D4jBkzSGRk5KPc3Fy6+tDV1YWhoaEXoqKi9mfPnmXi4eGh
BV1RUZHKYOf29vbS1CrGUCGnlpYWV3JyMoe3tzfa2tpmpaSkcElJSXG9fPmSq7Gxcbatre2S
Xbt2baurq7tMGeF8H9QKU3Nz808FPS4uDtLS0pCXl+c6d+4cF9UvZNhkzm1ra+Pq7Ozkamlp
4Wpvb+dqaWmZ7eXlhbCwMFRVVSEoKIhLW1uby8LCYsH3gj48PMyuqam5YuXKlVyenp5chBC2
vLw8cHNzQ0hICDo6OlyBgYFL37x5g+joaFYvLy8uUVFR8PHxwcnJCZGRkQtfv37NpaenxyEv
L0/bvg4NDVE2qqBMEaihpJ+hWNvb29HX10cdZszJycnLtLS0uOzs7LgcHR254uLi5ri5uaGx
sRGEEERERHCoqKhwZWdnL/n27RtGRkYwMjKC4eFhjI2NYWhoCLW1tRgeHsbIyAjGxsYwODj4
t5k5FfHx8SgqKsLbt29nnj9/nktYWJjLzs4OQ0NDcHBwmLdy5UouYWHhRS0tLQgNDeUyMTHh
Sk5O5mAM7rAFBgZy6enpcV2/fp1r69atXImJiXMJIYiPj1/y9OlTrtjY2GV5eXmzFBQUlq1b
t47r0aNHXDExMexFRUUoKytjvXHjBhcALjk5Oa7W1laUlZWhrKyM3jz5IyylqqoK+fn5iIqK
+ltBNzc3h4GBAYqKihAdHY3JyUmusbGxedXV1Zg1a9ZzJiYmoq2tXe/q6po6d+5cIiYm1tTf
3z/t4sWLUFRUXJGbm4vu7m6EhYUhLi5uvpOTE5ebm9s8StCpSyUD8rSWmZmZq7i4mJ1x6WR5
/vw5V2Vl5fKOjg4oKChAXl6eKzk5GZ6enoiPj4eenh7XmjVruNzc3LhCQ0ORmZlJbQrMUVVV
5frtt9+4du3axaWsrCzh4+MjZG9vz/T27VtMTU3NGBoaQlFR0fyGhgauwcHB6f+qh97c3ExP
vdfV1aGsrOxvBT07OxtxcXGwt7eHubk5Ll26hAULFkBdXZ2uCIWFhcHV1RX6+vq4ceMG5syZ
gydPnvxU0Ht6evD+/Xu0tLSAm5sbJ0+epL3Li4qKkJubSw/uycrKQkREBKWlpbh27Rq6u7sx
NjaGrq4u+Pr64smTJ3j16tX/Cvq/m6Db2trCxcUFhoaGcQyi26SysvIiFRUVmJubU8NozAkJ
CbCwsICtra2woqKisIeHx05lZWUEBQWhra0N9fX1zC0tLcIiIiLC3t7ewgy2MQghcz09Pf0A
EDk5OTI4OEj8/f0DHBwcMDQ0RDmpXRQXFxd+/PixcHh4+AZK0IuLi2FgYMDu5eUlrKOjI6ym
pjY3JycH79+/h6ur6wURERFhaWlpYXFxcWExMTHh4OBgYXFx8ZUcHBx8zMzMwqtWrRK2s7P7
5fXr10YvX76cEhYWfnTjxg3w8/Pj1q1btGWquLg42tra6AGi77Pgr1+/wsrKyp5yLePn59/J
zc0NU1NTeg3m/fv3MDU1xd27d+cdP35cGIDwvHnzhF++fCksKir63MPDo9nOzs4rMjJyfnJy
MsLCwtSOHj1K9uzZQ549e9aclJS0KDIycuHjx4/JoUOHpk6dOjWlo6MjJCUlVbF48WJy//79
oaKiot++73EmJiaCYaSCrq6uP03mdnV1oaysbBs/P7/21q1byfLly4mIiEh4dnb2Pnd39/Xa
2trNSkpKRFRUlMjJyRENDY0pMzOzxuDg4E1ZWVmIjIwMv379+tc9e/aQS5cu9VlaWgqPj48v
YOxtb7lw4cL4vHnzpmRlZacGBgZkQkNDceDAAfDy8oqfO3duSlRUdKyoqEhYSUkpT1BQcIqH
h8f+1q1b8PDw2CshIdF75syZqdOnT7/R0tISJoQsnJiYABXj4+MYHx/H5OQkhoeH/3YPvbu7
G21tbXB2dp73+PHjgVOnTk2dOHFi6tKlS1NqamoNMTExOxkCx3Xv3r03e/bsmZKRkRnJyck5
9sesjFqP+r7EWlVVRWFU/zYYPepTWlpaVQsWLCDbtm2bevny5WNCyE55efmJuXPnfuHh4ekt
Kioyfvr06dT58+e/qqioGIeFhaG2tlbpyZMnhJeXd2rz5s1TnJycU3Z2dgWEkMv6+vrk2LFj
X0VEREYUFBTu8vLyTi5YsGCKl5eXeHh4HGhra5tmZWVVsGLFCsJoB33JycnxGBoa4qAE6Gdr
WG/fvkVRUdHfZugJCQl49eoVnj17dlRXV1emuLj4/uvXr6eeP3/+SFlZGfPnzzeiyusUTMTS
0rKQELKxsLAQurq6aG1txdjYGMLDw38VExPr4uXlnbp9+3abrq7uhpSUFGRlZaGpqem4lZXV
69mzZxMAxMrKKvn9+/dc1tbWlSdOnJhSUVH5GB8fv+7OnTsOhw4d+pKWlnY4JiYGjo6OFjw8
PFMApm7dujXl5eUllJOTQ/lQmJ45c4YsW7Zsat26dVNz584lV69eJWFhYcxNTU2ChoaGZeXl
5Q+cnZ07lZWVp1JSUhbn5eXheyfDvwrqv8nJyflB1L8X9NjYWBQVFSEqKgoqKip49eoVjI2N
sWLFCoiJiSEvLw+pqakwMjKChoYG+Pn54enpiU2bNuHq1asIDAxESkoKiouLMTw8TLtOUuuX
58+fx7Vr1/D69Wv4+/ujuroawcHBMDc3R2xsLG0bXFVVBVdXV0xOTqK7uxtfvnxBSkoKrl69
ilevXsHMzAw+Pj549eoVAgMDadc6b2/v/xX0/4mCnp6ejsLCQkRGRsYx0KKTCgoKi27fvg0t
LS2a2ZyWljbz6dOnnmvXriXLly8nvLy8H/X19Y/Gx8djampqrre3d8a+ffsIZSEqISHhZ2xs
PMPPz2/e+fPnabjMhQsXyPbt23vi4uKuMzJFZWFhYfLLL7+QtWvXEjExsaFv376t+vTpE+rr
69efOHGiYevWreSXX34hR48efVNWVibc19fHf/LkSTJ79myyatUqsn79erJixQqye/duIiMj
o8/CwjIKgBw5coRs27ZNAUAhYxag8dq1azh79iwdv//+O65du4bJycm/eo+YXFxc4ijWb1RU
1EkXFxc4ODjA1tYWERERGBoagpOTE8TExHi3bNlCKAKTp6cnoTjC165dI21tbdctLS29WFhY
yIkTJz4KCQm9B0CePHnSFBMTs0dcXPwL5QWuoqJy/vr163UM/GtpQUHBtp+ZbxQXF6Ojo+NP
h/bExMRvenp6kzNmzCCXL1+eogwNHB0dj1+7dk2I8TqfVVVV3x8+fPgLg9DWkpeXtzo8PNx1
0aJFZN26deTWrVvvAZD9+/eTN2/eCDY2NiI+Pn7G9evXxwEQDg4OoqenJ/T8+XOoqqri7t27
XQDItm3byMTEBLlx4wahHJcMDAzAy8sbz8zMTHh4eMisWbMINzc3efHixWE5OTn8McTExGBi
YvK3Zfe3b9+uJIScun37NiuAjxSJasmSJRQk51llZeWMBw8efKQsKxnGMp/y8/MP/YwXTkVY
WBgiIyORlZX1L6OiouLWqVOnCID3oqKiIwsXLiRLliwhERERW7W0tJKonf/379+TM2fOUAYQ
Wq6urrCwsFi/devWOuqzZwjjCCFkvY+PTyCDETD16tWrA/z8/I0AyJUrV0hnZ+e6lJQUSwY1
7b22tvZ76rsnJia2RFBQ8C+xqHfv3kVUVBSSkpJ+KuixsbFIT09HYGDgxSVLlpCFCxeS58+f
UzQupe3bt+PixYtGHBwc5ODBg252dnZhW7ZsmWSQDtOo6kBXVxc+f/782+PHjwkAQtHCBAUF
h/Ly8jYNDw9PV1VVraMMj7Zv304AkMzMzID79++HMRjo34yMjORnzZpFFi5cSLKzsx0tLCxY
Nm/eTNauXUukpKQo2lnKwMDAkZaWlh1VVVW/vnz5sp0iOjIxMZFNmzZpGRkZobOz8wwAcvr0
aaKurk4AkJs3b3rFxMTAz8/vp2z4PwZFZUxPT6dFnRL0M2fOICkpCbm5uRAREYGgoCC0tbXh
5+eHyspKREZGIj09HV5eXpCVlYW2tjZ+//13mnoYFBQEHx8fFBYWIjw8HFZWVnBzc4OGhgas
ra3Bzc0NAQEBREREICQkBP7+/qiqqoKqqio0NDRoRgc1uf/582fa7poQAj8/P6xbt45m43t7
e8PV1RVhYWEIDg5GaGgovL296YHg/9uCTiVQ/0rQJycnkZSUhLVr1+LgwYP/x4JeW1uLrq6u
fy9Bb2pqQnd3N4qLi+OYmJjI0aNHJzU0NBZJSkpCVVUV3t7eVAlGfMGCBWThwoWEspu7cePG
cEBAAKqrq+0oBODp06fr586dS+bMmUNevHjxKCAgYN+cOXPI3LlzibCw8Pi5c+dCAZC1a9eS
8vLytdra2oaMB4ps3ryZOug0v337tkJKSqqUwQ1Pmzt3bgolbqamplqMg3tw06ZNrQw7wWrG
wWYiISFxf9q0aeTYsWMkPDz8ChcXV+yWLVuIiorKQaqcTsWjR4+goKBAkdV+cGRyc3MDg32s
9R2Pnsfd3R2RkZG4f/8+zMzM4O3tjYSEBIyOjm7U1dVtBEDu3r1LCCFERUWFACAvXrzwycrK
wqFDh8jatWtJRETEL0VFRRzHjx9vYpg5LP3y5cvJbdu2jc6ZM4e8e/fO8vnz570bNmwgqamp
SwoKCn7ICAsLCxEbGwsZGRk8fvwYT548+SE0NTWvsLGxkWXLlpHh4WEdJycn9XXr1sWEhIQw
VVdX31y0aBG5dOlSFCFktqioKD/j9wupqqrC5cuXvwEgISEhPm/evJl24MCBdADE2dm5LT8/
H9bW1izPnj0bpIYmnzx54pyXl8f+5s0bBAQElFBWsoQQYmVlRVkTXh0YGMD58+f5ZGRkxtLS
0si2bduowcu9f2eR6uLiQq1Y/gzNOWtsbGyRo6PjHF5eXiIiIkJCQkIIhYJctWrVTcYmQY28
vDwJCQkhc+fOJYsWLSKPHz++KyIigr+Le/fugZ+f/1+GkJCQBeP7mUQIWSMsLBw2d+7c4Jcv
X8LFxQWrV68eXrduHfn69SsREhIie/fu7SsoKJhJQYYuXboUyMfHR+7cuUMYLntS0dHRMDAw
AIAWaWnpb/X19XcEBQUd586dSwwNDU1DQkKOHD9+nAD45Ovru6y2tpZj//79PQCIrq6u4F8Z
oFAHPmV5/DMxT0xMRGpq6vVz586ROXPmkAMHDhAAREhIqKeuru6kkJAQjh8/brRixQqyfft2
hZycHKirq2syMTERJiamzzk5OeojIyPUutqvcnJyvvz8/MMlJSVk0aJFhIODgygpKa2prq4+
vWLFiqlNmza9bWtrO25jY6MEIDo6OlqhpaVFdv78+URWVpbcv3///alTp4pcXV0tsrKyZqal
pU0zNjYOef36NbGzs6OwvXVfv349X1NTw8GAHWUdPHiQ3Lp1i7Czs5MjR47ss7KywsePH5GQ
kPBq0aJF5MmTJ+Tq1auEnZ2dmJmZ+cTGxi4IDg7GP4nAwED4+fmhoKAAlZWVVKUIp06dQlJS
Ejw9PXH06FFIS0vj6dOnePHiBQghmJycRH19PQIDA/H06VNoa2vjxIkT9Pre5OQkWlpaMDY2
hsDAQNy5c4fmWkhLS0NAQACXL1+mt1qys7MRHR0NdXV16OrqwsfHB25ubqAALgMDA/Q8yrdv
3xAYGIiNGzciKiqKXsP8nsLZ3t6OiooKuLq60u51lO98RkYGjIyMcOTIEairq0NQUBC2trbo
6elBY2MjkpOTIS8vj8rKSkRHR0NeXh537txBb28vampqkJycjKqqKnR0dMDMzAxnz56l2ng4
efIkTp8+DUIIPR9EGRlRRMe6ujrw8/Nj8eLF9GbKHwU9ICAAr169QklJCQ1XysjIgLGxMbKz
s6GsrAxdXV0aWkZVZ9+/f49z585BRUXlf66g5+XloaKiAnFxcXEMQZ5UUFBYJCwsDCkpKWho
aMDIyGjNiRMnahkHJFm9ejWV/RB+fn6Iiop6MLJ7S3t7e3Zzc/MohjnAwzdv3sQyMrzh9PT0
LYzBpSHGTX6Ih4enmImJiSxfvpxQCMHr16+Xf/782XTZsmUUF3upmpra3KVLlxIuLi5SXl4u
a2FhcTU/P//a5cuX32zfvp2Iioqu5OXldSwqKjqZn58/c//+/dXTpk0jr1+/zt+5c+eItrZ2
ZHFx8QyKckZFWloaIiMjcfHiRZw4cQK8vLw/xMmTJ3H79m3d6dOnEzY2NuLg4HBKXV2dNqWx
tbWFj48P4uLiWGNjY2Fpaam8YMECsnz5ciIgIEDmz59P5s+fT/z9/fWTkpLEmZmZyYEDB77a
29ujra0N/v7+dQBIVVWVIwO8EcNwWiI7d+4kzs7ODoODg/QgExWNjY2Ijo6m+d979+79IQ4f
PsxLVSUIIVvT09MRGxuLyclJFBUVPV60aBE5c+bMSHd39zwAWwEQDQ0NV0KIIAcHB2GIMr59
+7bB3Ny8lcGcH7W2toarqysOHz48xM3N/YWdnf3bgQMHyOvXr5c2NTUhMDCwhMo0T58+TaiK
hY+PTxIhhPnJkycXuLi4RhYvXkxYWVkJAMLOzr6NnZ0dbGxsPwQ7OzumT5+OgwcPoqmpiaa6
/TGam5sxNjbGQgiRu3r1Kr2dwTB6KPzy5csvQUFBUWfOnKHnOObNm0f27NlzfevWrdi2bdtP
Y8eOHdi8eTPY2dkxd+7cvw0ODo4XjLZSJCGENTs7Gw8fPkRQUBByc3OZtbW1OxjWkmTRokXk
6dOn0vr6+oiKikJra+vuvXv39qirqxMBAQHCxMRELl68eGPOnDkAACYmpgZOTk7y+++/E3Z2
djJ9+nSio6OjlJGR4bF9+3Yyd+7cUWpfW0FBoRUAMTU1naAyzp+Fv78/YmJiaCvWP0ZWVhY8
PT1rKPONW7duUSY7kS0tLRAQEMDFixeNFi9eTAAYODk5YWJiYuPx48d7KHOdkZGRxZ2dnSgs
LMSLFy9O7N+/f2jNmjVk+vTpZN26dYSXl3fR5s2bLzIuha6EEIyOjuLp06cICQlBTEyMPcO0
hDCqEgUhISFzSktL8e3btxna2tr+ixcvJpRB04EDBxo+fvy4obKyEgkJCSw7d+4sFhERIcrK
ygQAKS4uvkkIocBW+zdv3ky2bdtGvLy8aLettLS0Yz4+Pvin4enpibi4OJSUlODNmzewt7eH
mJgYfHx86N19SUlJPHv2DPr6+vjw4QO9mfJHQa+pqaGHX3t6ejA5OYmwsDBIS0tDQ0MDZ8+e
xbNnz8DHx4erV68iOjqaJgBGRUXhxYsX0NHRoQW9srISDQ0N9GDn94K+adMmhIWF0ZdkajuG
ir6+PlRUVNDZuaenJ5ydnZGZmQl3d3fs3LkTW7duxZkzZ+Dk5ITBwUFQsw3i4uJ0wvH8+XPc
v38fra2tKC4uRlxcHBwdHZGUlAQHBwdcvXqVbr0KCAhgyZIlSExMxIcPH+gtE2p+pru7mzZJ
8fT0RGlpKbKzs/HmzRvo6Ojg4sWLCA4OhrOzM2JiYtDd3Y2hoSGUlZVBUVERTk5OtMnOkydP
kJubi8nJSSQnJyMpKQmVlZWIiYmBg4MDoqOj/2cKOsWafvXqVRxjd3TCxsZmjrm5OYSEhLBh
wwbs3buXm52dnSodV9rY2ASJiYk5Ghoamrq7u+PEiRMe06dPJytXrjwhJSUFCQkJSQBERkYm
qL6+3p1RamuTkpJCVlYW9PT0hqjLwaJFi8i8efOImZkZcXNzI7GxscTd3X1hdXX19fnz55Nd
u3aR+vr67QkJCRt37dpF5syZQ+Li4p4ODw9jeHj41IYNG8iOHTuIkJDQdjk5ORBCFtrZ2UFP
T8+ElZWVMDExkT179kxVVVUd+yMFKyMjA6mpqcjMzKSpdD8jRY2OjvJRbQMnJ6dmf3//tTIy
MpCVlUVYWNgqPz8/eXl5+cHr16/D3Nz8/qJFi8jGjRuJpqYmOXToEJk9ezbp7e3Ve/v27bPt
27eT6dOnfyspKeEuLi6GmJhYFTMzM7G2tr7t5uaGZ8+ebefi4iIAyIoVK3rt7e23GBgY/GAb
q6+vD1NTU1y+fBk7d+7E/v37ceDAgR/i6NGjZwCQ9evXj6alpf3O2Pk+ERAQsKehoUFi2bJl
5ODBg8FdXV3YsmXLHsb6UXBfX99ayl7x4sWLPPHx8YuNjY3bARAzM7Mvra2tu729vR+vWLGC
qKmpPRcUFCwEQKytrc+3t7cjPDy8nCqfpqWlEVVVVQKAmJubD1RVVfHt27ePACDNzc20eMXE
xOzq6elBWVnZT92uqKlmT09Pmlr1fXh4eCAwMBClpaUiIiIi5Pbt24SXl5cwMzOTo0ePksLC
Qtc5c+YQVlZWMjo6Sq5cuUJYWFjIhQsXDp8+fRp/Fby8vDhx4gQ2bdqE+fPnY/78+ViwYMFf
hSZjC+J1dnY2GJzoU/39/csIIUyRkZF3Fi5cSJV3PyQkJMzOzs7GyMgITE1N3RcsWEC6u7sJ
9T1rbGy84O3tjd9++w0Aavfv30/S09MJ5Sl/5swZlY6OjmnPnz8nTExMU9euXVsVEBAw786d
O+8YFR/3oKCgP1Wc3Nzc6GoUJd7fr6tRwbj4rr9z504bZZrBwcFBuLi4vmhpad1TVlbG7du3
n7Ozs5MZM2YoCQkJgRACe3v7CkYr5pu3t/erxsZGWFhYHFu9ejWF5iT79+8nO3fuJK9evcKp
U6duACCXL19+X1lZuayhoQEtLS2n0tPTN1dXV2suXbqUyMnJkSdPnhAARFhYuDY3NxcFBQW2
DMctMj4+TmbOnEmOHTtWODIyMqeyshK5ubn3d+7c+bmiooIYGBgQAERLS2t/Xl4e3rx5c1JB
QeEtAPLo0SOya9cu6tId0N/fv/hnNrI/i4aGBnR3dyM3NxcODg5wdXWlCZYODg6ws7P7qaD3
9vaiubn5LwWdqj6Nj4//raBTxMa8vDxER0f/pwSdEvCfnXudnZ1oaGhAXV0dGhsbUVpaihMn
TiAjIwPXr18HAPDz8yMmJgY1NTW4c+cOYmJisGzZMhw5cgRVVVUYGxtDamoqLl++jDNnzmDh
woU4e/Ys3N3dUV5ejubmZnR1dYEQgocPHwIA9PT0QAhBW1sbWlpakJ+fDwkJCdTX16O/v5/m
iXR0dCAvLw+VlZUQFhbG7t274eXlhcTERDDIcvDy8oKUlBQEBAQQEhKCxMRE2NvbQ0BAAGFh
Yfj48SO8vb0RFRUFOTk5hIeHo7+/HzU1Nairq/ufJ+gmJibUVHocAxLxeXJycgV1k7W0tERE
RMQeRmmP6Onp5ebl5XGamZk9vnDhgmZKSsrMy5cvuzMxMZErV66ENTY27lZRUSllZHSFnz9/
PrBixQrCycn5XlRU9LylpSXfkSNHPjFKurT/bGpqKl2iVVNTU6+qqrq1bds2Mm/ePGJiYrLj
4cOHm9jY2AgHBwdxdnaW6ezsxMjIiCUnJydZuHAhUVNT+/3169eoqqrC0NAQxsbGOFevXj0O
gIiLi6dGRET8MORBeS/b2NjAw8ODnpj+GaN7YmICjo6ODxcvXkxmzZpFTpw40a+kpGSnrKxs
d+vWrX4uLi4yd+5c4ubmttvJySmLyrAJIXTfUUlJyXNwcBBxcXEejBL8h6SkJLuFCxeS48eP
k1evXm0xNDSElZUVrl+/TgCQs2fPRlDTqtT6GRV3796Fra0twsLC4Obm9oPX8+vXrxEVFXXm
woULhGE2k3Hw4EGnnTt3EldX19qIiAh5Rm+xKj8//5Cenh7lJpdob28PDw+PNqoPfv78+WQ2
NjayceNG0tzcbKumpjZFZUz29vaCBgYGOZTNa3V1teC5c+eSGAc0IYQQUVFRqmda+fLly8fT
pk0jTExMxMzMjMyYMYMAIDo6OmWEkCvUiuP3Qf07Jycn6Ovrw8zM7E9hZWUFCwsL2Y0bN5Il
S5YQDw8P4uTkRCiL2IyMjC/z588nq1evJsbGxoSqQBw8eDD9/v377NTWw/dx/vx5XL16FRcu
XMD169ehoKAAXV1d2ludghlR/6yvr6+5cuVKwsLCQlavXu21efPmeB4eHpKQkODd1taGkZGR
TYKCgh8Y7QcHyvmtqalJb926dQQAsbW1pd2vrl69mlVUVCRaUVFxA8DIqlWrCCGEzjb379/f
NDAwsMnT07OA0WNvO3ToUD3l+hcSErLE39//p1klhfOk8MI/E/T4+HiEh4fDxcVlKQ8PTys7
Ozuxs7Oj2m2Surq6izdt2lTKeO2SgoKCnYODg+ju7r5DMS2mT5/eGxoauklJSYmHcugqLS2l
M+rc3Fzj2traVXv37u1i8C+Ctm/fHnj27FlSXFyc4e/vb844R6ZaWlpcly9fTlV7bubl5alQ
1QN9fX36u1RcXKxXX1//5Pjx4xXMzMxETU2NPmM4ODiiAwMDb9XV1SmxsrISQ0PDKFlZ2dY5
c+YQaWnpR3FxcfTw2D+JsbEx1NbWws7ODpaWlrCxsaGJif8Ogk5tmLx9+5buwQOAvLw85OTk
AAASEhLIzs5Gfn4++Pj4kJGRgTlz5mDdunU09bCsrAx79+7Frl27AADnz5+Hn58f6uvr8f79
e3R0dIAQAlFRUQCAjY0NvVqbnJyMmJgY3Lx5k35/KPw1NTuUmJgIal3YwcEBg4ODoIxUXr16
BTExMUhKSiI8PBy+vr7Q1tbGvXv3EBUVhQ8fPtAbBZKSkrCwsADVKqqtrUVra+v/LEG/ceMG
bt26hfPnz5dRB7WVlVV2d3f3hsbGRmqdaEZgYKAnBZtZtmzZh9mzZxM5OTmSkJCwn5eX12r6
9OmEmZmZnD9//gMzMzNZunQp0dLSul5cXAwJCQlzVlZWMn36dHoa9sGDB50TExMbtLS04qjX
paoA6urqEUlJSfeoAZn169d3rlixooPhjxvT1tbG8e3bN2ZTU1MP6v+1trZuZ3j2Ii0tDVJS
Uti4cWM/o/y3T1paGmJiYnSIiIhAXFwcNjY2iIyMpG+KlCEItTJFfal7e3une3h45C9fvpzM
mzePbN68mWzevJnMnz+f7NixgygoKFxtbW3llpCQIPPnzyebN28m7u7uffv27SNz5swhJ06c
IG1tbdczMzPx66+/mq5atYocOHCAsLKyNrm5uSk1NTUxtbW1TSOEXGGUN79EREQYREdHIyws
7IcIDw9HcHAwCgoKUFFRgZ6eHvrn/G6da3ZVVZX+w4cPe6nS4tatWz8GBQXxOTs7F65bt44c
OHCAuLi4SCgrK2fv3LmTrF+/vs7CwgLfvn07ISAgkA+gY/PmzWTdunV9xsbGGhkZGRAWFi7/
9ddfW+7fvx8UERHB4e3tfYqTkzMfQJmDg0PW+fPnyaZNmwg3Nzfx8vIaOHToEFm/fj05c+bM
h+rq6nMqKiqfFi5cSGbOnEl27tw5vmrVKvLbb78RHx8fDSrb/j6onq+Ojg7U1dVpNsD3oaur
C0VFxfalS5eSxYsXk5kzZxKqShIREdE5NTV15dKlS6mcnJxk3rx5hJOTM3/37t3k3Llz7+/d
uzePGha7desW7ty5AyEhIUhLS0NcXBy8vLy4efMmEhMTkZ+fj/T0dKSkpCAzM/MHRGp+fv6C
kJAQ31OnTk1s2bKFbN26lfDx8dVLSkqutLW1XUoIOXrv3r3c5cuXj4+NjV3u7+/H1NQU+8GD
B0cpr3EA+QDy58+fPwWAKCsrk4iIiPFt27aRbdu2ERsbm6IdO3b0r127luzfv5/Y2truef/+
/eK7d+8WcHFxkdWrV5O7d++SuLg4aV9f3+mvX7+Gu7v7T8PBwQHh4eH4O5ex5uZmau+cLzw8
PD8nJ+eChobG5dTU1NvGxsZuy5YtI/PnzyerVq0iYWFh4YzfCbm5ubrc3NyEi4uL6Orqfm1u
bj4iJSX1cenSpWTNmjWEnZ29b+nSpeTly5eksrISJSUlhmfPniULFy4kCxYsIIcPH65JTEzk
l5SUHP3ll1/IlStXiLm5+bynT58KbNiwgWhqapJPnz7tFBISKty0aRNZvnw54eDgyF+3bh2J
iopq0dfX/zh9+nSyceNGws7O3gAgj6p68fPzJ5WXlyM4ONgsLy8PL168WPjbb79tkJeXR1BQ
EEZHR/+lwx+1YllVVQVra2tYWVnBwcEB9vb2dDg6Ov63EPTGxkZK0Kd3d3fPJ4QgMjISGzdu
/EeCTq3rUcLOysqK58+fQ0ZGBgAgLi5OE/8EBQWRmpqKBQsWYNu2bTTam6InHjp0CABw6dIl
+Pn5obq6GgMDA+js7PypoFdWVtL8h7t376K2tvYHQW9vbwdlmb1s2TIAgJOTE32GE0Lg7OwM
RtUYYWFhCAgIgI6Ozp8EPTU1lW6hDgwM0JsuFKvg6tWrSEtL++8v6M+ePYOqqipUVFQe7N+/
n8yaNYuIiIiMdXV1HaBsG0tLS9HZ2bnbx8dn6MiRI+Tw4cPkxo0bdaOjo8d9fHwAwHXGjBmE
m5t7avfu3eT8+fNEWlpaRVlZGfHx8ZicnNx8+/ZtIz4+PiIvL0/09fVbXV1dV1dXV6Opqemo
qqrqhwMHDpCTJ08SBweHfEdHRwgLC5+dM2cO4eTknLp48SLh4eEh6urqZHR0dPPg4CAmJydZ
QkNDA2VkZMjTp0/Jo0ePnDU1NVFVVTU7NTVV886dO8YzZswg/Pz8xN3dfaGxsTFMTExgYmIC
Y2Nj6Orqwt7eHgUFBUhJSUF7ezsqKyuRnZ2NwsJCtLS00F/0lpYWfPz4kbI65FNVVVW5cuWK
yrlz51QMDQ1V8vPz+aSkpFBaWrrUw8NDhZ+fX0VFRUUlPDx89cuXL6V5eHhU9PX1NT9//rw9
MjIShw8fhoWFxSM1NTWVLVu2MGtrayMiImKBkZFRzoMHDwgrKysRExP72N7ejurqalRUVPwQ
FP/bxsYGoqKi9IRtdXU1vXNM9dnHxsZWZWdnq2RlZan4+PjsNzIyQk1NzZ709HSV8vJylYyM
jPkBAQEz3717p1JeXi6Ym5uLlpYW3Lt3D2vWrJne1dWlUldXt9rIyAhNTU2Ympqa9enTJ46P
Hz+yj42NISAgAMuXLwcAaGtro6amRiw9PV3Fy8uLLywsbENOTo5KYGCgSmNj42OGQc6BJ0+e
qCgqKiqMj4/vfPXqlYqRkZGYra0tjYf9PiwtLWFlZYW0tDQUFhYiNzf3T8FgkfP5+PioeHp6
qoiLi6sICgqqZGVlqXz48GHD4OAgzpw5Axsbm8dmZmbnVqxYgY8fP6pYWFisOXPmDISEhHDr
1i3w8/Pj+vXruHz5MpKTk2FkZIQTJ07g5s2b9JRvREQE4uLiEBoaSmezYWFh8Pf3R1lZGUZG
RnZFRUWp1NTUqISEhCw5cODAL0ePHu0/c+YMmTlzJnn58mVRTU0N3r59i2/fvi3Yv3//IADi
5+dnx8rKip07d4KqrDg6OgoMDQ1xp6SkqERHR6vo6+vjwYMHa3x8fFSePXt2XFxcHBMTE1BV
VYWjo6NceXm5SktLC39QUBBcXV3/dDn6Pl69eoWIiAiMjIzQAJ2+vj709PTQUJ3e3l4MDg6i
v78fzc3NSElJoQ2FGhoadt28eVPl5s2bKurq6ipZWVlcHR0d+Pz5M9LT05GUlHTZzMxMJTg4
WHd4eBjZ2dn7ZWVlVR4+fPj09OnTq7W0tFTCwsJkamtr0dfXh6qqKqVHjx6pR0dHa/v5+a2N
iorC27dvebOzs1UbGxtVS0pKFktJSSEqKupRZWWlUGVlJSIiIjj7+/tVTE1NrzAzMyMyMlKF
EHLE3t6+EgCpra11sLS0nCEtLQ13d3cyY8YM4uLiEv/27VskJiYiMjISqqqq2Lp1Kx4/fozg
4OB/JOhDQ0OorKyEtbU1LC0t/yTm/50Evaamhtphn9nb27vsw4cPMDMzw5YtW/7LBD01NRX5
+fn/loJO8UkeP36M6Ojo//6CrqKigufPn8PQ0BAKCgrbODk5d2lpaXG2t7ejqqoKFRUVKC8v
R01NDTo6OlbZ2dntevXq1S5/f/959fX1qKysZOHi4opjDCC5BgYG7ouIiNiloKAAR0dHjI+P
Y3R0dFZlZSUmJyd3EEJ2tre3L9HV1UVpaSnKyspQXV29wdLScldoaOiutra2meHh4cx6enq6
jN57rpeXF4+bm9uu1tbWw8PDw9wU0KW7u3vu4ODgro8fP+5KT0+Hp6cnNm/ezEUN161atYqk
paXJNjU1sZaUlKCmpgZv3rxBTU0NDWDJyspCfHw8TQPz8fFBcHAwUlJS0NHRQX+xGWV3WFhY
4NmzZ7hx4wYuXboEbW1tJCYmQlxcHBUVFXj9+jWuXr0KZWVlxMbG4sWLF+Dm5oaOjg4+f/6M
6OhoHDhwACYmJtDQ0MDBgwehrKwMGxubfceOHSMAyO7du0lhYaFgW1sbEwUIofrLFP1rdHQU
jo6OkJSUREpKCn0YV1RUoKioCOXl5TTPOz4+HomJiXB0dISxsTG9OpOdnY3MzEz4+vqiqakJ
GRkZyMrKwps3b3Dr1i2sXr0ajY2NKCwshKamJhoaGjA8PEwb9QwODiIwMBDTp08HAJiYmFAr
kHBxcaERonFxcXj37t2MgYGBOZ2dnRATE4OcnBw6Oztp8x1nZ+c/HYr29vZ49eoV7OzsaEHP
y8tDbm4u8vPzUVZWhoKCAmRnZyMlJQVOTk549eoVHjx4QPfzKEe1U6dOwdjYGAYGBuDi4kJP
Tw9MTExw6tQpnD17FpcvX4aVlRUEBQXBzc2NhIQE6Onp/SDorq6uSExMRFhYGJydnREQEEDP
oAQGBiI7O5sedqqoqICCggLWrl17dfHixWTGjBnk0qVLHVFRUdzOzs4oKSlBZ2cnkpKSPLS0
tKoDAwPXODo6oqioaE5YWFhVeHi4JzUMFB4ejoCAAJiZmUFUVBSOjo5QUFCAnJwcRkZGIC8v
DwsLC+Tk5KC0tBS+vr54/fr13wq6ra0tEhMTwSiTo7W1FR0dHT8wGKgya1tbG02kk5OTw8eP
H2lnxCtXrkBJSQlZWVno6OjAp0+fkJCQgNDQUOjq6iIkJAQ9PT2Ii4uDlJQUpKWlcfz4cTx/
/hzh4eGora1FXV0dMjMz6WlpIyMjVFZW4suXL6iurqYvqOLi4vD19UVFRQWqqqrg4+OD5uZm
GBgYgJmZGb6+vhgYGMCbN28uW1tbV2dlZc1VVFSEq6vrjPr6ekV/f//q7u7uzZTTWlRU1H9I
0P9JZv6fFfTjx4+jo6OD+du3b/SF6suXL4iLi4OkpOR/StCrqqpod0tK5AYHB/Ho0SNs27bt
fwX9Hwg6VXYvKytDaWnp/wxBV1FRgZ6eHsTExLB48WKoq6ujo6PjB0Gvra1FVVUVtLW1oaSk
RBPH0tPT9aiy971794inp+ccd3d3iIuLIyAgAJ8/f8bg4CDz5OQkzM3NUVRUhJCQEKipqaGp
qQnFxcVITEzEs2fPEBwcjA8fPiAwMPCXkydPUn0vcv78+ZP3799HcXExBgcHWTo7O/Hu3Tu0
tLSgpKQE9fX16O3tXTA2NvabsbEx29mzZ8m+ffuIuLi4THJyMn3QJSYmwtbWFsHBwaitrUVZ
WRkyMzMRHx+Prq4uZGdnIyQkBOHh4fSUIwXi6OvrQ1ZWFgIDAyEpKQk+Pj5cvHgRxsbGyM/P
p00x/Pz8cOXKFcjKyiI9PR0GBgY4fPgwDA0NQQhBeHg4tm7dChMTE8jIyODcuXMU0nGJlZWV
8b59+4x1dHSupaWloba29ofJ9qKiIlRUVKCjowMjIyOwt7eHlJQU0tPTadOWzs5ONDY2orq6
GpWVlejs7KT9y+3s7KCjo4P6+nokJCSgoKAAaWlp8Pb2RkNDA/Ly8lBVVYXh4WHw8/ODi4sL
TU1NyMzMpPfBKWIVtWpiaWmJq1evgoODAyoqKjRRzN7enmaEp6amYmxsjGVkZITp3bt3uH37
NqSlpdHR0QELCwtYWlrCz88Prq6ucHBwgLW1NWxsbGBjYwNLS0s4OzvT5LL4+HgkJCQgJiYG
rq6uiImJQVlZGdLS0uDo6AhbW1uIiori7t27iIuLo/dQT506BQMDA9rKdGhoCNra2rh9+zZ0
dXVhZmaGjIwM3Lp1i7Zm/JmgJycnw8vLC/7+/vS6YGJiIm0P29/fj9jYWNTU1MDS0hKXL1+G
qanp7aKiItLa2ioYHByM9PR0VFZWoq6uDpWVlQgJCUFISAiKi4vR29tLVcQwOTmJtrY2+iD6
V4KenZ39jwTdzs4OsbGxNP52ZGQEGRkZKC0txejoKGWq9H9d0ENDQ8EYgkNzczOGh4fR19dH
Wy2PjY0xvXnz5m8F/c2bNz8Iek9PD96+fYvs7GxkZWVBVlYWBgYG6OjoQGVlJZqamtDZ2Ql/
f///sKD/k8z8Z4IuJSWFFy9ewNLS8uDU1NSvvb29aGlpQUBAAFRVVWFhYSF77tw5nYiICJ2E
hAQ68aivr4etrS3k5eVpQdfS0lolKCioJCAgoJSZmcmVkZGB3NxcREdHQ0NDA6amptOioqKU
goODldrb23dWVFTgzZs3aG5uRn9/Pwghi9XV1ZV27NihlJKSIvB3trH/K+j/b9TU1NB+Gf+W
gq6srIysrCxMTk6isrJSXEdHp1VaWrpFTk7uhbKy8kwvLy/cu3cPISEhtJ2onZ0dNm3aBH19
fUNVVdX9jx8/xtu3bzEwMIDs7GzExsZiaGgIHz9+XBcWFjZTSEjo2dOnT1v09fVbo6KizkZH
R9MUt56eHrS3t6OhoQGVlZVUxjivpaVlHSEELS0th1xcXA7LyMggIiICNTU1sLa2xsqVK3H7
9m0YGRmhoqLiLwWdKqtSpjKtra148+YNhoeH0draisePH+P06dO4dOkSlJSU4OLiAgMDA7S2
tsLMzAzXr1+nb8qysrI4dOgQVFVV0dvbi8TERFy8eBFGRkYwMDCAs7Mz2tvbMTU1BWtra+zZ
swfq6uq0Q9z3Yl5ZWUkftENDQ38SdMpa9e3bt4iJiUFBQQFqa2tp6pe7uztCQkJQUlICHx8f
JCYmori4GMHBwejs7ERBQQH4+PjAy8sLMTExLF26FMXFxaipqUFjYyN6enrQ2dlJG8P09/ej
rKwMQ0NDKCwshK+vL5KTkxEREYHw8HAUFxcjNDQUaWlp+PLlCw26UFJSgrKyMvr7+6Gvr08L
Kz8/PywsLJCfn0+7mKWmpiImJgb+/v40ljIwMBDu7u6QlJSEiIgIKisrER8fDxsbGzg6OkJc
XBy3bt1CXFwcysrKoKOjA15eXvj5+cHU1BSbNm1CXV0ddHV16Z3ZuLg4REdHg5+fH0eOHPlL
QU9KSoKPjw8CAwPpnf/S0lKkpaUhKysLRUVFcHZ2pjP4oKAg2NjY8K9ateqLtrZ225s3b36h
DFPevHmDvLw8uLm5ITg4GElJSXTVqKKiAkNDQ3j79u1/qaDb2dkhOjoaIyMj9PDQyMgIbRSS
mJhIs/T/bwq6srIyoqOjMTg4SF8senp6NvX09LBT1rEDAwNoaGj4Dwl6X18fmpubERUVhays
LMjLy8PIyAgtLS3IzMxEY2Mjurq6/kOC/n1mTrWC/k7Mvxf08+fPQ15enkVNTS149+7dpLi4
2Hh8fByNjY1ITEzEnTt33NatW0emTZtG5s2b90VJSel+fn4+SktLERoaChkZGaipqUFDQwP3
799fu3Pnzm52dnbCxsZGFBUV21paWjZSlrJ2dnZMQkJCiXPmzCFLly4lGhoaE4ODg2dbW1uZ
mpub0drautzY2Lh93rx5ZNq0aeTs2bOkr6/vyeDg4PSWlpa/XAn9/7ugfx//1oJO3aizsrLg
6OgIPT09PH36FI6OjggKCkJjYyN6e3uRlJSEBw8e4PTp004sLCxEUFAwXV5eHo2NjZiYmKAZ
xWNjY3j//j1rVVUV1NXV4efnh+TkZHz69InOyKlpzZSUFHh7e6OkpATJycno6OjA6OgoRkZG
kJqaCgMDAzx48AAxMTHIysqCmJgYPZVpZWWFysrKfynob9++RXNzM3p7e+m///btG/z9/XHv
3j3cu3cP8+fPBwDo6+ujvLwcO3bsgKioKBoaGrBr1y7MnDkTu3fvpslKnZ2dqK+vh7GxMe1o
pq2tjQ8fPsDOzg579uyhjSsoQf8+M6d2Rv9K0Pv7+1FfX4+AgACkp6cjLS0Nvr6+iI2NRWFh
Id69ewd1dXXcuHEDqqqqGBkZQUpKCgoLCyEhIUHDXJSVlWFlZYWysjL64kWtslCC3tPTg4mJ
CUxOTmJqagpZWVlIT0+HpaUlDbUICQmhe93u7u4IDQ1FR0cHSkpKkJ+fj+vXr4OZmZmefjUx
MUFzczON06yoqEBCQgL8/PxooEdISAi8vb2hpKQEQUFBGvCRmJiIuLg4yMnJ4dSpU3B0dERK
SgoEBATAy8uLkJAQtLS0QFtbmy6BysnJ0f7uMTEx/yFBl5WVxZMnT1BQUICOjg7U1dWBl5cX
TExMOHr0KH1RTU5OXk5tiWhqarZOTU1tam1tRW9vL4qLi+Hi4vIfEnQnJyfIyspCWloahBAo
KirC1NT0Xwq6nZ0dYmJiMDw8jKGhIbpPPjIygpKSEoSHh0NFRQWpqamYmJig4R7/RNDT09PR
29tL0yeDg4P/VtCVlJQQFxeHsbGx761qZ/T09DB/b1n7rwS9ubkZurq6AABPT0/09vbizZs3
iIqKQnZ2Np48eUJftv8zgk5x1Kurq/9RZv69oNva2uL27dvTT58+ncLYNukpKCjYMDExgc7O
TvawsDCPmTNnEgC1GzdubKXYHhUVFfd6enqQnp4OCQkJSEtLQ09Pb/3u3bvfsLGxke3btxdO
nz59ijFnEV1eXo7U1NSFSkpK8RSRkGI8+Pv7D3z8+BGDg4O4c+eODePPuzg5ORsYoCDS39+/
7Ge0SQo087+C/v8TQR8dHUVHRwfCwsJgZGSEFy9eQFlZGZGRkRgbG0NzczM6OzuRn5+Pu3fv
OkyfPp1wcXGRyMhI/8LCQvT29rK+e/duZn9/P1paWugVi5ycHMjIyMDBwQFBQUG0oxj1RaM+
aAsLCyQkJMDAwADu7u7w9vame0bGxsYwNzeHv78/vLy8ICcnB2Zm5v+QoHd0dKCxsREVFRXo
7OzcPDQ0xEcZw7i5uUFKSgpsbGwAAC0tLRQXF2P79u0QFRVFU1MTtm/fDlZWVuzevRuHDh2C
jIwMurq60NTURAu6lZUV7ty5g6GhIVhZWWHVqlVQUlJCVFQU6urqUFhY+ENm/n35jxL0jIwM
9PX1sX348GEWtXIREhKCjIwMpKenw9fXF9HR0cjNzUVfXx9UVFRw7do1PH/+HJOTk4iOjoaD
gwNu375NC7qKigptldrd3U15r3MSQlgJISxDQ0OzqYGpgYEB1t7eXpakpCTk5+dDRUUF6enp
aGhooDGXL168gIWFBSIjI9HW1obu7m64ubnhwoUL9Gvy8fHB1NQUtbW1NDe7qKgIcXFx8Pf3
/6mgi4qKwtfXF2FhYejq6kJSUhKePHmCU6dOwd7eHhkZGXj48CF4eXkREBCAt2/fQldXF0pK
StDV1f0vEfT8/Hy0t7ejvr4eJ0+eBACcO3eOLpsyhsges7GxfWCsa1pXVlZOy8/PR0ZGBj1c
V1hYiLdv3yIjI+MvBf3BgwewsrKCoqIizMzMYG1tDX5+fvj5+SE/Px/FxcU/FXRKzL/PzKlZ
iJGRERQXFyM6Oho6OjpQVVVFQkICxsfHaZLWzwT95s2buHDhAh48eIDKykrk5ORAV1cXxsbG
yMjIgKGhIYKDg/9S0GNjYzEyMvKD93x3dzf6+vrw9etXfP78GdXV1SguLkZZWdlPBb2hoQGG
hoZYvHgxQkJCMDExgba2NgQGBiIxMRHKysowNTVFc3Pzf0rQKTE3NDSEoaEh7Zz2r8LMzAye
np5zz549m8ngExScP39+fnh4OPXn7Pv27SOsrKzE1NRUrbCwcPHDhw+7GcCtRhMTE9jY2CAv
Lw+NjY0surq6Roz1zyRlZWWWW7duyQIgv/zyy3BnZ+eB0NDQ/TNmzCA7duzoIISciY6Ozp02
bRpZvHjx8Ojo6Oz29vaT1PaNubn51nPnzs399ddfuxhrlH6U2+D3UV1d/d9C0GNjY3H//n1M
TEzg48ePLF1dXUzv3r1DZ2fn/wr6f0TQa2pq6NL0vxJ0Y2NjKCgowNDQkL451dXVYXR0lC0+
Pt5x0aJFhAEnSe7o6Jj77t07eoKWEIJHjx5BSUkJjo6OyM/Ph5GREUxNTREYGIienh5QvbTC
wkKUlZUhKysLtra2SElJgZ2dHYyMjKCmpoaEhAR0dHTA3NycBpF4eHhAXl7+B0GvqKhATU0N
7Qnd1dWFrKws2n2O0fdFVlYWuLm54e/vj9bWVjZBQUHs3LkTPj4+kJCQAAcHBy3oJSUl2Llz
57/M0Ovq6mBqaorq6mrY2dnhwYMH6OnpQWJiIh4+fEgPl1G9cGoP9I/9vFevXuHx48fIyclB
e3s7CgsLZzc0NODNmzcICwtDQUEB8vPzERgYiKioKOTk5GB4eBiamprg5+fHy5cv8eXLF8TE
xMDDwwN37979QdCpgSVq1qG1tfWQq6sra3BwMBobG/HmzRsMDg7i48eP7KOjo8jIyEBJSQk0
NDSQlZWFtrY2xMfHIycnByYmJnB0dERCQgL9u/j4+ODSpUv/R4L+4MEDBAUFISQkBM3NzUhM
TIS8vDztvZ6VlQVpaWmcO3cOoaGh6OzshJaWFlRVVWFkZARFRUVkZ2cjNDQUiYmJuHXrFnh4
eJCSkgIDAwOcPn0aDFMZvH79GpmZmQgMDERAQADk5OSgoKCAgoICvH37ls7QAeDChQuora1F
QEAArK2tYWFhga1bt7ow9sQ/e3h4/GpoaAgTExNYWVnRPIji4mJ6HfF7QQ8MDISBgQFu3rxJ
9/Cjo6Nx/fp1PHjwABYWFkhJScHbt28RGhoKX19fuuTv7OyMyMhIDA8P/0nM/yjohoaG0NXV
haqqKlJTUzE5OYm3b9/+IOifPn1CdXU1jh8/Dl5eXri6umJ4eBjh4eE4fvw4nj59ioCAADx7
9gxxcXEYHx//x4JOHdQRERE0C76xsRG5ubm4ffs2fH19UVlZifLycri4uND2q9TKKVW+Z5jl
wMPDA0FBQSgrK0N6ejqNuvb19UVERATU1NT+VtCHhoZQXl4OHx8fupX0TyI5ORkGBgYWM2fO
JOfOnSOEkMUZGRkIDw9Hc3MzkpKSbrKwsJA9e/YM1tfXszCsco0BkHnz5mUyMTGBm5sbAwMD
IIRslJWV/QyAuLq62jo5OSEwMPDEjh07CACSkpLy2MPDIxwAsbOzK2pra0NBQcGaEydOEADE
wsLiZXBwsC0DrvM5NTV1mqSkJPj5+WsBEFVV1V5/f384OjrC0dERzs7O9KWMGuCjBH369OnQ
0NDAkydP/iTot2/fRlZWFhYuXPgvBd3X1xcNDQ0YGhpCe3s7GyFky+PHj38q6MnJyeDn54eZ
mRmam5sxPj5Ot1b+StApbv1fCfqdO3eQnZ1NuTAiJycH8vLysLGx+fcS9IULF0JLSwvv379H
VVUVSktLUVNTg/7+flRXV0NVVRXPnj37k6BTvdCSkhJMTEygv78fY2NjmJiYWHb27FmKbjX1
7du3fcPDw/j8+TO+fPkCQsgKQgjk5OSgpqYGc3NzNDY2oqioCL6+vnSJtry8nPZ0LisrQ05O
Dvz8/NionqW3tzebk5MTG2XX6O7uzhYSEjIzICAAfn5+ePnyJRszMzPb06dP2ZydndHY2MiR
mZlpkpiYGBgTE+M+ODhIuSMdCgwMDPT39w/8+PHjiebm5hn79+9n09HRmenp6cm6bds2tsOH
D7MFBATgwYMHYGdnZwPApq2tzVZRUcG2b98+NnFxcY43b97M27dvH9usWbPYDh48yHbixAk2
FRWVWb29vRgeHoa1tfWetLS0QDMzM2NpaWlUVlbi69evaGlpQUhICEZGRuiH6GfWoUNDQ/D3
92d+/PjxleDg4MDExETfly9f7klISMDY2BgSEhK2RkdHB4aFhQUGBgbezMnJmZGTkzOtqanJ
TVlZWeH8+fPnFBQUrg4MDHgkJSUtdnNzAz8//2wAbADYXrx4gbKyMnr/OjQ0FL///jsAzDx4
8ODs3NzcGRkZGcjJyUFqaiqqqqrOREVFBWZnZ5uamJggLS1tZlFRUWBgYGBgcnKyrKGhIZuJ
iYlbUFBQYEVFxdP6+nqEhYVBQECAjXrNe/fusZqbm6OmpuZvBT04OBh+fn7Q1dVlk5SU3BAS
EnIxMzNzZmtrK2JiYlZKSEi4HT9+PNDGxkYjNjZWTFhYOPDkyZOBTk5OtpWVldDX14eqquox
NTW1QElJycCioiLe0NBQODo6il6/fj2Qm5s70MfHR1ddXf3+0aNHAy9fvhzo4ODAbWNjcyQq
KirQ2dlZw8/PD0pKSpukpKQCc3Jytra1taGnp2fmlStX2ACw3bx5k62jowM+Pj60NbCKiord
7NmzyerVq8nVq1eXnTlzBt/Hnj17EBAQgLq6uh8EPSQkBK9fv0ZAQACcnJxonn9wcDDExMQg
JSUFfn5+KCkpwdzcHGpqalBRUYGqqioeP34MNzc3vH///qdi/kdBNzAwgJGREfT09KCqqkr3
1GtraxEbGwsRERF8/PgReXl50NfXR2FhIT58+IDPnz8jNDQU/Pz80NLSgpKSEuTk5GBsbEyD
O6SlpSElJfWDoFP98v7+ftrzu7KyEgcPHoSuri4om9uenh6awJafn4/Ozk5UVlaipaUF/f39
GB0dpfrwoJ6x9+/fw9PTEwEBAXjz5g1KSkpQV1eHzs5OBAYGIjY2Fk+fPv1LQe/u7kZhYSHt
dZ+Tk/OPgjEcuefKlStdAMjt27eJhIREyr179wLz8vKMCSGziouLuxkbLe8JIecJIfD09AwF
QGbOnJkJABs3boSHhwfCwsI2U0hjGRkZd3Nzc0RERFynsMoeHh4PtbS00hnAqnJra2vY2dmt
uHTpEgFApKWlDaWkpCwYkJ7P4eHhi5WUlHDz5s0mAERMTKxKV1eX1gJZWVkYGxujoaEBb9++
RVNTE96+fYuenh7WGTNmsD19+nTho0eP5jExMbFJS0vPos6BBw8eIC0tjZ+Nje2XvXv3snV0
dMwghKCwsBC8vLw4duzYTABsfHx8rEFBQfTlfnR0dHZdXd2yHTt2sAFgc3Z2nkYIQW1tLZKT
k1FeXo6rV69SZ8QsQghrf38/Kioq0NzcjJKSkmkrVqxgA8AWEhLCOjAwQOF9Zzk4OEBZWRmK
iopsOTk5s8PCwvDixQs8efKEmZ+fn+3evXtbXV1dg8LCwgIlJSUfOTs7zx4dHaXbDX+M/xF7
6FQ/UUhICNOmTYOcnBwSExPh4+NDmw74+/ujoqICVlZWkJWV/ZOgq6urIzY2Fu/fv0dnZyc6
OjowMTGB3NzchywsLISJiYncvXs3tLy8nDUyMhIJCQnMYWFh6nZ2dmNiYmIup0+fduPn53d2
dna+3traOp/ybC4uLqZ7aOXl5SgrK0NjYyPS0tIeSEhIDPj7+ycZGRmZioqKDoiIiAyEhIQk
VFVVaYuIiAwoKSn5Ozs7w8PDQ+Lq1asDAAYuXbo0oKOjc6aurm73hQsXCAcHB1m7di2pra31
r66u5lBSUmqZM2cOWbduHbG1tTXQ09Nz2bhx44CIiMiAlpbWwPr16wfWr18/4ODg8PjBgwdH
Z8yYMQRgQFlZeSAhIWFg7dq1A1evXq0uLy+vXLt27QQrK+vAnDlzRpcvXz4iICDQ2dzcvDIr
K4v30KFDn1hZWcmCBQuIpKSkE7V3Sl1k+vv76UnTgYEB2rebiq9fvy6xsrIqWrhwIZkzZw6Z
Pn06OXLkyFRFRcXOoaGhjQICAiMcHBxk+fLlZMeOHSQuLs6mr6/v/vHjx8msWbMIGxsbYeB6
yevXr92joqIgIyMzAGAAwICampp9a2srR05ODmpra2d7eXmZU3+2e/fugYCAAGfG0NoibW1t
3wULFhB2dnaydu1aoqysbJeZmemzZs0aMmfOHHLz5k3i5uY2MGfOHDJnzhzy4MGD0djYWISG
ht7av3//AANYNHb48OEmCwuL9Q0NDSgoKEBBQQFKSkqQkJCAwMBAhIaGIjQ0FJGRkQgODj53
586dgYULF37+9ddfiYODQ/vw8PDOuLi4e0uXLiXTp08nfHx847a2ts1z5swhLCws5Pjx48TQ
0BCvXr06smPHjk8zZswgs2fPJiIiIt+ys7M3Gxoa+nBychJmZmYiIyNDHj58WMPMzEzmzZtH
oqOjc54/f97Azs5Otm3bRt68eWN04cKFcgAkMTExe2JiAqmpqVHbt28fADCwb9++gaKiIqWe
nh4We3t73Lt3DzIyMq7Ue+/r63snJycH8fHxdMTFxdEXpLKyMoyOjqK7uxsRERHw9fWlB+9i
YmKQnJxMC7qkpCQkJCQgLCwMfn5+3L17F8LCwhAWFsbZs2fh4eEBQshPxfxngm5oaAgjIyPo
6upCQ0MD0dHRKC4uRklJCaytreky/MDAAO3k9eHDB4SFhYGfnx+ampo0BOjp06d4/PgxnJ2d
8eTJE0hLS+PQoUN49OgRwsPDQR2+VL+ausxcvnwZlpaW9PzM6OgoRkdHQQ2MURRBKiP/2e81
PDwMDw8P+Pj4oLu7G3V1daiurkZtbS0qKirw7t07KCgoYOHChbh37x58fX0xPj5O/zyDg4Pw
8/ODtrY2zM3N/3EwVtrOrVq1igAgS5cuJfv37ycMbwXS398vExwc7MMwlRp2dXVd39vbi5CQ
kCsM18PMefPmYdOmTXj8+DGePXu2ae/evWT69Onk3r177kZGRggPD7++ZcsWwsrKSh49eiT+
+++/JzJMocp1dXXh4uKy7uzZs4SFhYWIi4vrcHNzmzFQuZ9fv369mGGs0sTA6VapqalBXl4e
CgoKEBISgo2NDe29Tg0Hl5WVuSxbtmx05syZw6tWrRqcNm3agKCgYE9KSgpaWlp2CwsLa65f
v56wsLAQLi6uoby8vDBK0Dk5ObFs2bJkAAM8PDxN4eHhu/z9/anNJTg6OqpS54uurm7VyMgI
J4MxwRYTE2O5devWAQADGzZsGCgrK3OdmppCX18fxsfHt7q7u9cAGAYwLisr29LQ0HCVyqYj
IiJ28fDwpG7evPmbgoLCQFBQ0FELCws4ODgc+PXXX78CGFuxYgVZtGgRmTlzJvH09Gzo7e2d
9Uf2BxX/YzJ0Kks3NDTEzZs3cfjwYdjY2NADTFu2bKHXv9TV1ZGXl4eJiQm0t7cjIiIC+vr6
sLCwgL29Pb1y5O7uDjU1tQYAZMGCBV8sLS1NNDU1cfPmTdy+fZt1z5493xiISBoHefnyZeLl
5bXT1tYWtra2sLS0RGBgIG3zGBcXh9zcXJiamo4DIPPnzycXLlwglJeytrY2ERISogwdsg0N
DfH48eOPlJ0qg3Q3+vr1a2hra+dTK3fy8vIkJibmyty5c0sZRjMNJiYmv54+fbqEUaoimZmZ
BACZNm0aSUhI0CwtLT1z+PBhAoAEBASQ9vZ2wiB81RUVFZ3k4ODooYhf586dIwBIWlpa1bp1
6xqYmZnJy5cvCTs7O5k5cybJzc11eP/+PVV5QH9/Pz2IFxsbi+jo6B+8qrOystTZ2dnJxo0b
CT8/vxMnJycB8L6wsFBdWFi4hWERann9+nXF2bNnk507d/Z6e3sr379/P5/BE28+dOhQ+KxZ
s4iMjEwhg4BmRhG1zp49S9zc3NY5OzujoKDgl7t375LNmzcTMzMzMn36dLJ58+Z3BQUFm2Nj
Y3cvWrSI/PLLL0ROTs4XQCcTExORkJCgPwdHR0dCCCEUulNVVfVUd3f3yYMHD1K2l35ycnLf
GAfOYGtr6878/Hx61zwkJAQ2NjZwcnKCvb09oqOjL1BVH3V1dUKVFnV1dVPfvn2LJ0+edDJw
u87v3r2TWb16NZkxYwZRU1NTkZWVxdGjR4sp+8xffvmFMv7IKCsr28bLy9s7Y8YM4urqetbT
0/MmGxsb4eLiyuzo6JhTWFgoykAJk+rqarJixQpy6tSp8by8vL1dXV2/bdiwYZKDg4NQPIGj
R48SGRmZOZqampQlpv6iRYumAJCYmJgPo6Oj9BQx5V1eX1+PsrIytLW1obOzE5mZmfS6Xlxc
HB1/FHRxcXE8fPjwT3Hjxg24u7tjamrqp6L3V4JOibqBgQFUVVWhpaWFuro6fPnyBZ2dnfTl
oLOzE11dXT8VdCrU1NTw/PlzKCsrQ1lZGaKionBxcUFxcfGfwEk1NTVgOP79IOi9vb30xfav
Kg2MYO7t7WXq6+vDyMgIPDw84OvrS7cQa2pqUF1djbq6OrS1tSEnJ4deZS0oKEBfXx8t6B0d
HXj37h09RPhPgxCCqKgoGwBk+fLlU3FxcY7v378XFhAQiGCYIKnHx8d7MXC4vdevX0dnZyfC
w8PlGKu6mbNmzcKqVatw7949SEpKbtq6dSuZNWsW8fT0dGdsq1zftm0bYWJiIvfu3RM/duxY
IsNrotzf3x+6urrrTp8+TVhYWMiVK1d09u3bZ8Yw7flcVFS0WFZWls7Q+fn5q54+fQopKSmI
i4tDWloaOTk5dGWkv7+fqa+vb3pWVtYxISGhCerMZGJiIidPnjTU1NREYGBgIQcHB+Hl5X0n
Ly/vu2nTJrJhw4b3ycnJ+x0dHXH16lXw8PDUUERQMzMzfxcXF9TU1KCzs3NaRkaGC1Vx4OXl
Jbq6urtDQkLw9u3bzdeuXSNr1qwhurq6hDGPMNzV1XVIS0sLCgoKfjNnziQCAgLEzs6OzJo1
i2hqan4YGRlBc3PzHD4+vm9btmwhZmZmJYsXLyYHDx6cio6OPhkZGbn0/PnzaTNnziRFRUW0
Y9/du3c/ODs7s1HPwB/jv72gUwM5ERERyM7OpkH3Z8+ehb29Pd6+fYuysjIcPnwYWVlZKC8v
h6mpKYKDgzE+Po4PHz4gJCQE6urqUFVVxfPnz+kLgo6ODiQkJPIZaMvh1tZWHmp1aXx8nMnX
11eK4p5PTk4STk5OwsLCQuLi4lSosmt2dja9B0hZ+5WXl0NXV/fwyZMnQxcsWDAwb948QvGw
2dnZybJly0hEREROfHy8vr29vdvChQunANAe2Qwy18uamhplVlbWb4y+ZrS8vLwngA+M9kAC
gxo3DIBkZGQQQghZsmQJ2bhxIykrK9szMDCA0NDQHAbXnAwMDBAmJiaip6d3MiwsDMeOHUsC
QNzc3HidnJzOrV+/Pt3DwyORWhv5/fffyfz58wnDmS4jICAAlpaW8Pb2xsDAANra2jAxMQF7
e3usXr0ax48fp+P06dM6DI/514cOHYK7u7u0urr6yevXrx9kZAI9nz59wtDQEJ48edLOOChG
HR0dexks9czOzs59z549yywtLTXU0NDAqVOnfqXeR1ZWVuLi4sLf0NCAwcFB5OXlPX758iUx
NDQkjCyC9Pf3S/r7+/szensVNTU1MDAwMJGUlGw+ceIE7TUtJSVFLCwsyLx58wiAT2ZmZoiI
iAgGQC5cuPCtoqKCqbW1VXTx4sVk0aJFREdHR0BBQQFKSkqQlJTE48ePaZHQ1tbGw4cPXzI+
sy5CyO7Xr18LASBcXFyTk5OTN0NCQnIZw2dJhJAV+/bt61+4cCHh4+NjYWNjOw7gIwsLCzl0
6BA5cuQIWbJkCVm+fHn9yZMncfTo0SpWVlZy7dq1Lm5u7hFWVlbCzMxsLiMjg8jIyKubN28m
FG5UWlq6vr6+fpWamhrOnTsXSF1Oqc8UwBAA9pMnT6K7uxvt7e0HVq1a1Q+AFBQUBBBCMDY2
9qeg4CO5ubn0TEdCQsIPkZqaitDQUIiLi/+XCHppaSliY2N/EPTvhV1ZWRkZGRk/TL9/H5Sg
CwgIQEtL6wdBp0SdGpq1tLSkwU6VlZU/DGJRszp/FPS+vr4f4q9+l97e3ln9/f3TqCl5Ly+v
Pwk6FZWVlWhubsbg4CA6Ojpo6BQ1O/I9Svk/El++fGEKCgqKYpgU9Y6Pj3MlJCTAyclJlpmZ
mQgKCpKxsTEPFhaWifXr14/19vYuIYTA3d3dj/HsZQLApk2bEBMTg+zs7O3U5VhAQOC1paUl
cnNzr1NobAsLC2lFRcUKxhZFGWOtbt2lS5cIExMTkZaW1lZSUnJnZOOf7O3tF0pLS+Pq1atN
DAx3jZ6eHlRUVKCgoAADAwN6g4kx28A6Nja2orCwECIiIiVcXFzk4MGDhJWVlWzYsOFXTU1N
7NmzJ3T16tUkIyPjnru7OwICAvwZyUx8YWHh3LCwMNja2hZR56+wsHBcZWXl/NLSUqSkpGB4
eHjnzZs3CeMSRNTV1edOTEywvXnzBhYWFqKWlpbEw8ODzJgxg6xdu5Z4e3tLMYBWdosXLyaN
jY1Gra2tK2bNmmW2Y8eOqYqKil1qamoWDPT3Y0LINDs7u6BZs2aRY8eOafDy8uLIkSOyy5Yt
I2ZmZrQpkp2d3buurq7Z1JbNH+O/vaB/77GdnZ2NxMRE3L17F+fOnfuToFNrMRSOk2KLUz0z
NTU1qKqq0qGrqwspKal8yq2ps7PTr7+/H4ODgyCEIDY29ndKHChDkt9//5309fXpjI6O0lOv
Q0ND9EDP0NAQ2+fPn+eGh4fjypUr2xYuXNi5f/9+2kt93bp1hJmZmejo6PhMTEzM0NPTewOA
7Nq1i2hpaY3q6+u3WFtbl5mZmR0QFRXFxo0bpw4dOkQWLFhAli5dSnh4eAg7Ozu5cOFCSlxc
HNLT01Uo//atW7cS6gJSX19/ta6uDq2trae5uLg+sLOzkw0bNhAhISHi6uq6gZOTE1u2bMlm
ZmYmAH7duXMneHh4YGBg8IohZA03b968d+LEiVu+vr7iPj4+rK2trfD09ISfnx+9zsdYccG6
dev+aBP+gomJifz+++/aKioq0NDQQHFxMV6/fn1yzpw5ZOvWreHd3d1obGyEiIiIKsPakyQm
JlLZbN/w8DAsLCxQV1cHbW1trFy58vCiRYtoL3ELC4sWBqJ0pqysbBr1OS5dupSsXLmSVFdX
izs6OlYzKhSZ1HBZbm6ugIyMDJGXlyeMSgG5fPkymTZtGgHw3sfHh11bW9uPcQCRiYkJlJaW
Hti2bRuZPn06uXjxIt/Jkydx4MABXLt2DW1tbSCE4OPHjyCEsCoqKgYypoEN29vboa6ufpSD
g4NwcHCQvr4+6aioqEQAJCkpKbGgoAALFy7MnTVrFjl48CCzqanptY0bN5I5c+YQU1NTc39/
/1tOTk7iNjY2N27fvo3Vq1fXbNy4kRw/fjxCUlLyE8NfwPrSpUtwdXW9/euvv5I1a9YQTk5O
snLlSpKamuquq6u7naITnj59mlhbW5OXL18SGxubgVevXkFfXx+amprQ19e3psT+5s2bK8XF
xenS+Pdx9epVeHh4oLCwEMnJyUhJSflTZGZmIjIyUkJCQsJMRkZm88OHDyEhIfGn4OPjg6en
J759+0ZT876P/v5+fPjwAdXV1fIJCQma3yOSvw8NDQ0UFhaCEIL3799jcnLyhyCELEpMTFx6
69YtBR0dHWnKtOaP8fTpU1hYWNB0uj9Ge3s7Wltbwc/PDxcXF3z9+hX9/f1/EvS/EnVGGRad
nZ14//797JCQkGUhISHo6+ujLxE/C8oTvLGxEU1NTaivr6cNm6gNk38anz59Qlpa2iWGDwWJ
j48XefXqFTQ0NBQZgp6ampq6bu7cuYSVlZXU1dWZE0IQFBSkwshQK8+cOYPHjx9TGf98XV3d
BIYpj6uenh6CgoKObtiwgSxevJj09fXd0tfXFwZADh8+XMZgNcymEMI5OTmWb9++Pc3CwkJW
rFjxVVFRcUZoaCjk5eUbGWY39W/fvkVJSQk9o9TZ2Um/70NDQ2htbUVhYSHv8uXLhyQkJMjD
hw8JExMT2bRp0y+EkFVbt25tnz59OhEVFT0WEhKClJQUEwBEUVEx4/3794uePHmCTZs25YuK
ipKVK1eSjRs3kvHx8VP9/f2QkJCAvLz87jNnztDVNgcHB7VPnz5N7+7uXqmtrR3CxcVFtmzZ
QhYsWEB+++03EhgYKMQYSLbbvHkzSUxMlC8rK8OJEyfEFixYQOTl5Q0AxGzevLnR1NSUuaSk
BKWlpc6M4Wy5w4cP4/bt24pcXFzk7Nmz5Pr162TatGnk+vXr71RVVWdTjIk/xn97Qf/+kMjI
yEBSUtK/FHQLCws4OzvDwsICKioqMDY2pnc0vw8XFxeoqqq2MSY3iYeHh5eZmRkSExPx5csX
+Pr6SjD6SERaWpqsXr2azJ07l4SEhJxqamqi2d1NTU0YGBigvlys7e3tM1NTUy8uW7bs65Il
S8j79+/JxYsXCQBSWlpK+Pn5CQASGhoqmZOTc5eFhYWcOXOGEEKUCCE3XF1dTb29vacZGBjs
XbJkydewsDAyf/58smLFChIWFkZYWVkJLy9veUJCwtL379/D0tLSeseOHflXrlwpZtySyYcP
Hy7n5uaivr4eL1++7KFunjk5Oe5VVVUz5s+fjxkzZiQxMTGRV69ePWxpaWHJzMzEhQsXjjEz
M5MjR44MlJaWXrGzs5tjZ2dnFBUVFdvc3Cz49OnTWmNj49qOjo4jFPZyamoKT548weLFi7Fk
yRIsWbIES5cutWSUqNPfv3+/+9GjR7vV1dWfBgcHezJaERMREREicXFxx1auXDkwffr0LxMT
Ew8cHR3DGQ5n3UVFRdOTk5NRWlo6Nzo6et+hQ4eqbt++3a2jo/OE4VT2prm5maW0tFQbADlx
4gQZHh4mlBXm5OTkkfj4eAEAZO/evTXR0dG7s7Ozd/Py8prv37+fPH78mAAgXV1dhBBCtm7d
SqZNm0a8vb3nqaura1F7t83NzTxRUVFKDO/4QSkpqd+FhITAz8+Pe/fuISAgABkZGUhISEBZ
WRmLhITEa4bD2xAhhDc6OlqS0asc/Pjx400HB4dyRjn+RUpKytFZs2ZVMDMzk6ioqKuEEHBz
c+cDIAoKCnd8fX3niIiIGAgICNgEBwdz7tmz5y0nJycxNTVFZWXl1dmzZ5NFixaFJSUlISQk
ZM+aNWsIHx/faw8Pj4cAvixZsoTU1tbqCwkJfaLsOAkh5NOnTyQsLGzi3bt3J7OyspCZmTlH
Wlo6hDrkz549u3vv3r1/sr09cOAADh8+jA0bNmDFihVYtWrVX8by5cur586dS06cONF19+5d
jps3b+KPcezYMdjY2NDT6n+M4eFhlJSU3N25cyfZuXMn0dbWfvxHNzl1dXWoqKjA0NAQUVFR
P3Voy8rKmm1lZSXB2JMmGhoaJ+Tk5PDHoKhpmZmZNCfh+8jMzERaWpo+Dw9PrZqaWu3ExMSq
oaEham2SDgqI8/XrV0xNTWFqagpfvnzBt2/f6MQkKCgo6uzZsz1+fn5pdXV1LFQb558ENZDZ
0dHxfab6j2JychJ1dXV3Fi9ePAiAeHp6GpeXl+9euXKlE0OUtRjY1zFGuydRQ0NjNy8v73sA
JDg42Leurg5hYWEQFRXFo0ePICoqehLA+M6dO0eeP39+aevWrfcYbcQ39fX1M+Xl5TeysrKS
1atXf+zu7lZzdHQ8wMHBQTg5OUlJScmK0dFRLF++vIrR8nIJDAyU3LFjx6dFixaRsrKyqz09
PWhqaqLbPvb29rC1tcWrV69gZWWFkJAQmJmZJS9atIh0d3cTCQkJws7OTtLT07f19/fjxYsX
3YxkRyo4OBhubm5hzMzMZM+ePbe8vb2hpqa2G8C4s7NzxMmTJ30BkIiICKH29nbJnTt3Ppo2
bZrA5cuXibW1tSYLCwvh4eEZLysrW1BfX6/KKLMTQgjZtm0bWbduHYmNjb3DSGzs1q5dS4yN
jQUIIXj+/HnezJkzia+vr/n169cLWFlZi0JCQtZFRUXB0tLSnJOTk3ByckqmpqayiIiIOLGz
s5POzk7S399PVXAH2NnZZ8+ePRs/i39bQXd0dISVlRXCw8NBiW9BQQEKCwvpYOxDqwIgzMzM
5MyZM64uLi54/fo1qqurWXR1dV8xMi1CCCFHjx6l3N4+vnnzhsY35uTk0NhRRpYOCQmJj5Tv
dn9/P6G8pvPy8oisrCxhZMFjw8PD1w8dOvSOYUn56fbt22TRokWksrLSXENDI5p6/fnz55OT
J0/Sve758+cTaWlpg8jISISGhsLa2nq6h4dHOgCyYcMGYmNjwxcfH4/c3Fzk5eVJzJo1i/Dw
8Iz29PTs9vb2homJyak1a9a8p3qudXV1079+/brRz89v47Zt2+oY3vJk7969ZNq0acTAwED+
7NmzklSV4cWLF3wUWvTRo0dQV1eHnp4eHQyP6fcAyLlz58iePXvI9u3biYuLSyY13Xro0CFy
6tQpwsLCQtTU1PLGxsa2Hj9+fJTxO3zasmXLdHV1dcTFxd0+deoUZWMrKi0tzTF37lwybdo0
EhISUpmbm2vOKGkTQUFBum3x4sULv76+vkNU5eLGjRvkypUrZNu2bURZWZkqsRNDQ0PS1tZG
zzk8ffo0KzQ09PDt27c/Uz//b7/9Rs0f+Li6usLW1hbW1tZg2Ln+4OUdGRl5llrZefbsGaEm
gDU1Ne0qKirkV69eTQCQ1atXk5MnT9LWmi9evJjq7+/f5+7u7j9//nzCxcVFLl++TJiZmcmD
Bw+iHRwcDGbNmkX5t1sqKChEUjMTKSkpPurq6gGM965zYmLi9xcvXnQxLkf1jY2NrmxsbGT2
7NlEWFiYbNy4kSxevJgUFRVJMsA7PNzc3AQAefnyZU5LS8sSapKfYtOXlJRQzAPIy8tj69at
OHToEA4fPgxubm4cPnyYjqNHj2LPnj25FBzEzc1t0c8y6xcvXsDHx4fuVVN+ACUlJSgpKUFv
by9sbW0JAMLGxkaMjIzstLW1oaWl9UNoa2tDXV0dcnJykJWV/ZNQy8rKQlNTU3nWrFlk06ZN
JDw8XNDJyQnfh6OjI3x8fGBsbIwjR47gxIkTOHHixA+tJEbbI4n6juXl5T399OnTD4LZ3d2N
8fFx1NbWwtHRkbYMdnd3h6enJ27duoWLFy/i8OHD7xglV+Lq6jrN1NQUfwxjY2PY2trCwcEB
f6xOvHz5EoWFhRgfH//HlqrU6lxbWxu8vb191q1bR7Zv306kpKQIo0X2WVVV9WxRURG6urq2
HDx4cPD7duCTJ08KBgcHpw8NDaG0tBQaGhrQ1NSEnZ0dpKWl86nncNq0aWTJkiUkOjparKio
CLW1tWtVVVVLGe1CwsPDQwAQUVFRx8ePH8PPzw9aWlpnV6xYQRYuXEi/noGBQU5ycvJsisQY
FhYGV1dXaGho0G6GOjo6TLq6unarV68ms2fPJmZmZoQa+Hvx4kVmenr68a6urpsHDhwgq1ev
Ji9fvszfsWMH4eHhIS4uLqKioqKy+/fvJ4sWLSL29va7NTQ0Qqnpf21tbfo8uXz5souDg8O2
nTt3EiYmJmJubq4THR3NPH/+fLJlyxZibm5OZs6cSWbPnk3s7OweCgsLA4AdYy4qSUlJKZGN
jY2cOnWKNDU1HQ0KCrrBxsZGzp07R6SlpV8AqPnll1+In5+fgKen5wLqPVq7di3ZuHEjAUAO
HDgwJSgoOOPq1av4WfxbC7qZmRmysrIQGxuL58+fw8DAAGZmZvTDYm5uDkdHxxm7d+/uY3gX
DxBCfn/37h309fWnP3jwgMycOZOsXbuW8PDwEE5OTrJlyxYSFhZ2k9pFzs7ORmNjIwYHB9HX
10cNxnDw8PBkz5s3r/nQoUMN7u7uDbNmzWrYsGFDg4mJScO5c+c6ODg4Oq5fv97T29t7RlRU
dPuvv/7aNG3aNMLCwkLc3NwyCCGrbt++7cLJydng7e3d8Pz58wZbW9sQDQ2Nghs3bjSoqqo2
+Pr6ilO86fHx8XVOTk5D7OzsDTt37mxwcHA4Vl1dzaylpbXRw8PjCgcHB9HT0/MvKCiAkJAQ
zp8/r7x06dL2DRs29LKyspaJiopOI4RwVldX4/Tp0wtv3LiRD6Bx06ZNjTIyMvoMvrb0vHnz
yJo1a8b9/Px+NzExQVxcHMrLy1FRUYGCggJkZWUhNzcX5eXlCA8P9zlw4EADgJ79+/d/kpaW
5svNzUVhYeE+GxsbpV27djXu3Lmz8dWrVw2jo6Pru7q6xC9fvty+cePGhhMnTmTv2rVrmri4
OExMTE7u2bOn9eTJk+EVFRWz+/r6NkhISDQAaDAyMno1MDAw6/Hjx+UAGgA0XL58uYWTk/Pd
mjVrunx9fZfX1NQY3rhxowFAIzc3d2NycrJ+cXHxvmvXrjXs3r17WEtLq7WkpKRh9+7dDRs3
bmwQEBAIcnJyQkhIyBltbe2GPXv2NG7atKnR0dExv6ioaD3VMw4NDUVVVRUIIfjw4QM+ffqE
T58+gRCC7OzsUF5e3gYAjQAaxcTEyqqqqpb39/eLqKurF/Py8pLffvuN8PHxkaCgIGJoaEim
T59Onjx54lNXV8f17NmzJ+fOnWucN29eo62tbX10dPTOPXv2cDk5OWX4+vo2WFhY3Pf19dVX
VFRscHBwaCwsLHysp6eneP/+/YaHDx/G1tfX7/7y5ctVAwODBgkJCffy8nI2JyenuFmzZjUA
aNi8eXPDixcv7qekpGBkZAT+/v5m1OWlq6vrWn19Pd2rra2tRUNDA0pLS+nBU3d3d1hbWyMw
MBC2trawt7eHhYUF7OzsaMMae3v7ff7+/g05OTmPKysrp33P/S8rK0NeXh7q6uowNDREswQa
GxvR1taG6upq1NTUoK2tDYWFhQK8vLwNQkJCCf7+/sspgfw+KPc2CjJVV1eHvLw8pKamglGB
QG1t7ZLVq1fv4+Hh2dfV1TWvqKgI+fn5qKqqQlNTE4qKipCXl4eCggJERkYiLCwMCQkJiIqK
om2Bo6OjER4ebsjBwdHAw8PT0NPTw0N5X1PmMQMDA2hubsbLly9hbGyM2NhYeHt70xEbG4u8
vDx4eXmFbNmypcHDwyOzoqKC5Xu7Wwq6lJ+fj7i4OAQHB6OsrIy+6JSUlKCoqIhGHlMXiX8S
1H/f1dW1VkdHR5ibm7tx2rRpjXfv3m18+fLlmSdPnqC8vJwaSt62e/fuqs2bNzfu2LEjyMvL
ayYhhN5woJ73/Px8NDQ0HNLT06ubP39+Izc3d+PTp0+ftre34+PHj8jPz4efnx/bpUuXUqhn
QkVFpaG8vHwtZVwVFRU118XFxW3nzp2NmzZtalRVVY318vJijYiIQHBwMMLDwxEUFITz589j
x44d4ObmBjc3N06ePMmyYcOGL4zL7Ie5c+c2LF++vJW6FBw4cCDb398f5eXlUocOHWpjYmIa
3bBhQ6OKisqZ0tLSJZcuXcoD0CggIBDJqLId5uHhaThy5EiKq6vr05UrV7bz8vJ+zsvL446L
i8OLFy/MADQ8f/5cYWxsbJaBgUE9dfacPn26gYmJqeHVq1fRdXV1YGVlVVu5ciXVsp04c+ZM
Q2Bg4JXc3Fy8fv0ap06dktm1a9f7ffv2kaVLlxIFBYXwmJiY+S4uLr9oamo2iouLN0hISDRc
u3atQUVFpcHLy0usoaFhbktLy09bM//Wgm5ubo7CwkI8e/YMd+7cga2tLZSUlKCtrQ19fX1o
aWnBysoK6urq8gzEIbG2ts6jSulBQUG6hw4dsj5z5oz1pk2brCUlJa2NjY0venl5oaKiAjk5
OaisrERPTw+oshuD78xsbm7O9OTJE+Y1a9bA29sb8+fPx549e/Ds2TN4enpyCAsLc1y/fh1t
bW04c+YMfHx8UF9fb62goHDD398fHz9+hKKiItauXYuSkhJ4eHggJCQEQUFBUFRUpKli7969
ow9HCwsL7N+/HzIyMqiqqmLy9vZOP3v2LNmzZw9ZtWoV8fLy2uDv749r167h119/xY4dOzA1
NbXs2rVrbIKCgkyEEJSXl9PwDXZ2dly8eBE6Ojq4e/cu9PX1NZcuXUpMTEzCCSEYHBzExMQE
Pnz4gPfv32N0dJTmK/f396OmpgYnT57E1q1bF+bl5R2UlJREREQEEhISKDof7t+/j5SUFPT3
96OjowPi4uLYt28fJCQkICAgADU1NWhpaSErK4tFV1eXaoewPHv2DExMTHB0dATVawcAdnZ2
GBgYTLO0tFy1detWWFpaYmBgAIqKigCAp0+forGxEfHx8ZCTk4OTk9Om6Oho1oaGBly4cAH7
9u2DiYkJ/P39ERQUhNjYWEhJSeHy5cu0WUxISAh9wAcGBiIrKwtDQ0M0gISi4UlISGDhwoVg
ZWWFgYEBkpKSUFZWBnNzcwuqYrN48WKirq5ODAwMKBym+759+yAnJwcVFRUcOHAAqampiIiI
wPHjx2lvAFtbW6SmpsLDwwONjY1oaWmhp751dXVRWFiI9+/fIzk5GTY2NoiLi0NqaioWLlwI
ALh27RpevHgBCQkJKCkpCUybNo1s2LCBlJSUaI6MjNCmP9T6V0JCAmxsbCAhIQE5OTmoq6vD
xMQEr1+/ps1jbG1toampCW1tbWhqasLc3Bzd3d0oLi5GUlLSD6XrhIQEZGVloa+vj175CgwM
hJ2dHfLz89HW1kZfJOrq6iAiIgJFRUW4u7vD0dERTk5OsLa2pislDg4O8PT0hLa2NjQ0NKCo
qAgfHx+atMgY3sKKFStw+PBh1NfXIyMjA7W1tYiMjIStrS2Ki4vh6uqKuro6fPz4ESUlJUhN
TUVbWxvevXtHw2Ha2towf/58CAoK4tOnT+jt7aWH76j98NTUVMjLy8Pd3R0ZGRmgrIapHnhX
VxfS09Nx6NAhxMTE0ENxTU1N9DNETegLCgri2LFjNBWReq3u7m7aOIYS6n8i6NTPW1xcDH19
fUhISGDDhg3Q0dGBnp4eJCUlaeeup0+f4vz58zh79iyOHz8OKysrEEIwNDSEtrY2xMbGIiEh
AXFxcaisrERYWBg2bNiAW7duQVtbG8XFxRgeHkZBQQFcXV1pxDUFWRkcHERbWxsiIyPh4OCA
sLAwXLp0CadOnYKbmxscHBwQFRVFC7qHhwf09fV/GIp0dHRkERcX/8SYvWni4eGBiYnJJn19
fcLItO9Qk/EiIiI0KfHZs2fIy8uDkJAQAEBWVhZhYWHIzc0FPz8/+Pj4EBERgWPHjs1OS0vj
bm9vZ/Lz84OhoSEA4OXLlyCEMLm5uQEA5s+fDzExMbCyskJTU5Otp6dn7e7duys3bNhAgoOD
XwCApKQk/Sw6Ojri0KFDSE5O3tne3m4tJiZ2QEVFBUFBQSgsLGSJiYmBmZkZ3NzcoKenBy8v
L3R3d2NycpKLemb+GP82gs7NzY3GxkbO5ubmGaamprSgFxQUQFFREU+fPqVRfOHh4XB1dcXr
169haWmJ4ODgZdra2mnU7rOOjo5XREQEgoKCcPjwYWqlAY8fP4a+vj5cXV1RU1OD+vp6aGho
wNfXFx8/fqRRpA0NDTA3N8eTJ0+wZs0a+Pr6Yt68edixYweeP38OHx8f3L17F5cuXUJ7eztO
nz4NDw8P1NbW4smTJ3B0dMSXL1+gpKSElStX0taN3t7eeP36NU2Ta21txZcvX+Dp6QlPT885
z58/55SUlORMTk7mLC4uxpUrV3oA9MydO7fbwcFB18HBYYapqSn4+PiwZ88e7NixA58/f8bl
y5dx+fJlfPz4EampqTh37hzExcXBxsaG06dPQ0NDA8eOHcOxY8dWOjk5Sb59+3YbIYSa7p3R
19fHTBmv9Pf3o66uDi0tLcjLy8ORI0ewbds2pKWlQVRUFNHR0YiLi0NsbCz4+PggICCAsLAw
DA8Po6urC/fv38dvv/2Gu3fv4vTp05CWlqZRrerq6khNTcWHDx8gJycHJiYm2NvbY3BwEDo6
OgAANjY2vHz5Eubm5vj1119hb2+P1tZWSElJgXqgSktLER8fD3Fxcdja2iI0NBS1tbU4deoU
du3aBW1tbXh5ecHHxwc+Pj64d+8ezpw5g4SEBKSlpSE8PBxRUVFISEjAmTNnoK2tjcnJSfT1
9WFwcBDj4+MoLS3FvXv3aPSuvr4+EhMTkZiYOENJSWl0xowZnQoKCp2HDh3qBNAJoJ+JianT
wMDA3dvbe1F0dDTExcWxa9cuhIWFITQ0FCdOnKCd0CiRtra2Rk5ODo0YVVVVhZqaGu1MFhQU
BD09PdqGd+7cuQCAgwcP0taWCQkJwdra2r0hISHaRUVFNCe7paUFFRUVqKurg6urKwwNDSEh
IYHHjx9DQ0MDJiYmcHFxgZ6eHnR0dJCbm4uMjAwYGxvTpiOVlZXIy8ujd9STk5ORlJREY34p
GuPIyAgiIiIgJycHDQ0NBAcH01PelZWVuHXrFh49egQvLy96PdDb2xseHh7w9vaGj48PHjx4
gPXr1+OXX37BnDlzYG1tjby8PLx69QqRkZHIzc3FvHnzcODAATQ2NiIvLw8GBgb47bffcPXq
VZSXl8PDw4NGflLYZjMzMwQEBNAQq6qqKsybNw/Xr1/Hhw8f8PHjR/T19aGrqwt5eXk0ZlZN
TQ02Nja4ceMGEhISMDIygsrKSlDvcUxMDPbu3YuQkBC0tbXRqOekpCQUFRXBzMwMISEhdOn/
ewH/PqjPijKG+qeCXlpaCi0tLdy9exfr1q3Ds2fPoKmpCWlpaVrQ5eXlcfLkSRw/fhyHDx+G
tbX1TwU9Pj6ertysXbsWV69epb+H3ws6JZ4AYG5ujvb2dtTW1tKWvz4+PuDl5QUPDw+srKzg
6OhIC7qPjw/tC9Ha2kqjtru6uphqamrE1NXVOwsLC6VqamowMjIyIzk52dbc3LwhLi4OYWFh
SE1NBT8/PwDgxIkTUFJSQm5uLgQFBWkfjfDwcGRnZ+Py5cu4du0agoKCcOTIEcTFxaGmpgYB
AQHQ1tb+XtBha2sLAFiwYAHu3LmD2bNnQ1JSElVVVaf3798/PmfOnM7KykppaWlp3L17F6Gh
oUhPT4eTkxP27dtH2TdDREQEsrKyoBwP/fz8oKmpCUtLSzx//hw2NjY09+OvPtv/9oJeWVlJ
R21tLcrLy3kkJSWFr127Juzo6Hi6ra0NjY2NOH369GoLC4uxyMjIfA8PD043Nze8evUKFRUV
UFJSgoyMDN69ewdCCOzs7MDLywtra2u4u7vDwsICQUFBs+3s7JrOnTvXZGNjo5OQkIDg4GDs
27cPV69exd69eyEoKAgdHR24u7tjfHwcdXV1AABnZ2eMjY3RZarOzk68fPkSDx8+xNy5c+Hj
4wMAWL16NQwMDODv7w8+Pj7w8/NjeHgY3NzccHR0REVFBe7duwcvLy+Mjo5CSEgInJycyMvL
g4ODA7y9veHo6AgRERGakEUIQVpaGo+EhETT2bNnya+//koEBQWnIiIiDCwsLMDCwgJ2dvZp
AQEBMDU1hbOzMy5cuIB169Zhy5YtmJycBB8fH5SUlODt7Y179+7Rq0AAwMvLi2fPnmHfvn04
dOgQ8vPzUVBQQGNa+/r6FvT19bFSE6c9PT2oq6vDu3fvUFxcjG3btmHVqlX0wxQREUHvLF+7
dg1Xr15FYGAgysvL0dXVBX5+fqxduxaCgoKQlJSkTSQSExOhpKSEkJAQDA0NQU1Njb7lT0xM
0A8ZExMTnj59ihcvXmDlypVwdXVFe3s7Hj58CAAQExOjMLR48OABzMzMEBkZiZ6eHuzfvx9c
XFwwMzNDfHw8QkJC4OPjAwEBAezduxdxcXGIj49HRkYG4uLiUFdXB25ublhaWmJ8fJzm+A8N
DaG4uBhXr14FJycndu/eTfvNE0JmeXh4bGFnZ58WHBw8TUhIaBqAaYKCgou8vLzQ0NBwmBCy
mxACNTU1bNy4EeHh4QgLC8Pvv/+OlJQUlJeXw97eHjExMdDV1UVxcTFGRkZgYmJCE9hKS0sx
OTkJHx8fvH79mtozx6JFiwAAR48exdTUFEZHR9HS0sJSXl4+LSYmBomJiejp6UFrayvevn2L
mpoaFBcXw8fHByYmJpCUlISsrOyfBF1LSwvUEKaPjw9cXV3h6OiI+vp65OXl0d7zubm5yMzM
RFdXF+1d/+7dO4yMjCA8PBwvXryAqqoqTExMEBMTg+bmZlRXV4Ofnx8SEhLw8fGBvb09jIyM
8PXrV/T09ODr16+IiIjAihUrsH//fnBzc2PdunWwt7dHQUEBrly5QqOMDx48iFOnTmFychLe
3t7YtGkT1q5dC3FxcZSVldGC/u7dO9rO+OXLl1BWVoaCggIKCwtRU1NDZ3mDg4P0Bk5/fz/S
09NRXV2NnJwcqKqqwsXFBRcuXIC/vz9tDBMREYG6ujrExMRg8+bNCA0NRXNzM9LS0iAtLY01
a9bg9OnTOHPmDJ2xUquFPxP070X9n2Tq/1MFnTI4ogihVFCEvcTExGkNDQ348uULBgYGUFhY
iKKiohm1tbUoKipCWloabt68+Z8S9JiYmH8s6Ozs7BAWFkZhYSHTvn37pi1ZsmRaW1sbs4OD
A0RERP4k6DExMejt7cX9+/f/paC3tLT8zxb0PXv20LF3717s2bMnfeXKlWTBggVEWVn5a09P
D9zd3bds2bKlHwDh5OQkt27dOn3jxg36C6ipqYlHjx6hu7sbX79+pT+Ap0+fYmJiAoGBgdDV
1UVlZeUiY2PjuZaWlkhISICLiws9CKOqqori4mIYGRkhLi4OX758QUVFBaZPnw5fX19MTk4i
OzsbBgYG8PPzA2M/EXp6evD09ISpqSl0dXWxYcMGGBsbw8rKCkuXLoWzszN0dHSQmpqK5uZm
ul+WmZkJJSUl3L59GwkJCTA2Noa/vz+ys7MRExNDE5IqKyu3CQgIUIMb77dv3/4ZAFm4cCGx
t7fXTE5OhoWFBZycnKCrqwt/f3+Ii4vjyZMn2LZtG9rb25GXl4eysjJYWlrS/ts1NTUQEREB
Dw8PvStL3ZDV1dUhJCSEmJgYTExM0Gs6lO1mR0cHTfJzcHCAgoICYmJi4O3tTWNaIyMjcfny
ZSgqKiI5ORn29vZIT0+Hm5sbVFVV8fLlS7x+/RrNzc3IyclBeHg4YmJikJSUBG9vbxw5cgSX
L1+GoaEhCgsLoampCQDY9v+w959RVW3rti5cAUERFSOCOSfEgDrFLAgOM2IABUyoGFAESZIF
RSWD5JwzDHLOOeecc0ZBEdNU2/fjG72XOdea++y11jn33r33WT/eUiwEGWP03ltt7Q312boV
GRkZaGpqou16e3p6cO/ePcydOxfa2tpQUFCAlJQUHj9+TKNPTU1NYWNjg7CwMGzevBmvXr0C
k8mEs7MztLW1kZKSAh8fHzg6OtJ1zdbWVoiJicHa2hqfPn1CW1sboqKiaCGkGr6ioqIgJCSE
jIwMEEIQEBAAbm5uWFlZ4fjx49iwYQPlw7xlZGQEXV1d+Pz5MwwNDbF27VpERUUhISEB169f
R2VlJTo6OuhO7I6ODnh5eUFeXp42XtLS0kJFRQXa2toQHR0NDw8P6OjoYNu2bdi1axeWLl0K
TU1NlJSUoKKiAt3d3bQ5TFZWFpKTk5GTk0NnmyorK8FqpPwPBd3Y2Bh5eXkoLS2lgScmJiaw
tbWl6qPw8/NDY2MjWA1X9GTIHwVdX18fBgYGsLOzQ1xcHFpaWlBcXIyHDx/izZs3cHNzg52d
HczMzEAIoVkLUVFRWLVqFfbt24d9+/bRgl5WVoYzZ87g9evXqK2thaOjI2RkZFBVVYWIiAhs
374d27Ztw+3bt/9S0O3s7PDmzRvo6enhwYMHYEGboKOjA2NjY7S0tEBZWRmenp6YmppCbm7u
nwTd1dUVUlJSiIiIACEE2dnZCAgIQEZGBsrLy6Gjo4P09HTK1hkPHjwAPz8/Dh48CCkpKcTF
xeHMmTP/qaD/M6L+P03QKysrUVNTQ/voU8SzvLw8JCYmorS0lJpO+H9F0Hl4eHDr1i2Ul5dj
z549WLRoEVpbW2FqaoqbN2/+3y3oO3bsoENYWBhCQkIhLGc3UlVV5TQ+Pr5DUlKykepEBEDs
7OzO9/b2Ijo6mqqR/6Wga2ho0Pay+vr6+PTpE90xe+7cOaxduxY+Pj5QUFCAgYEBKE/3nJwc
fPnyBTU1NZgxYwYCAgLw+fNnlJaW4syZM3j16hUIITQWtKqqCj9//kRkZCQAQEFBAW5ubgAA
ZWVlhIaGoqamhuY7BwUFITk5GQ4ODjAyMsLNmzdx4cIF2NraIiEhARERETQ73NjYuIqFHGxf
u3bt7KdPny41MzMrYpGOSExMjMzbt2/p0723tzfu3buHtrY22gSkr6+PXuxu3LgBPT099PT0
wN/fH6KiovDy8qI55qmpqaBcm9zc3PDlyxeMjY3RLPLOzk4MDw/Dzc0Nb9++RXV1NTw9PREd
HY2qqqo/CbqPjw+Ki4uRlZUFNzc3REdHIzc3F2FhYbCxsYGjoyMqKipAQSNqa2tRVVUFKysr
LFmyhF78KQ9xLS0teHp60o1q/v7+uHDhAt6+fYuwsDAkJSXByckJCxcuxLx586Curo709HTc
vn0bPDw8aGhowJcvXwAAt2/fhrOzM1xdXWlLRVdXV1hZWaGwsBCJiYloaWn5k6BTrnkU/MfT
05NeaPj4+PDixQsMDQ0hNDT0/z/PwiKMBQQEUIyBOVNTU+y9vb2YmprCkydPsHHjRjg5OcHM
zAzq6upoampCf38/VFVVUVxcDEIILCwswM7ODnFxcdrGtKysjE7fvnr1Cvr6+pg7dy4OHDgA
QUFBvHz5Eh4eHjA0NKRT5UNDQygpKYG7uzvi4uLw4cMH2hnuHxX0srIyhIaGoqOjA8rKylBV
VYW9vT1SU1MRGBiIuro6FBcXo6+v7z8V9Pj4eHR1dSEuLg7Xrl2Dl5cX3N3dYW9vTws6hUSN
iorCmjVr/lLQz507B1NTU1RVVcHZ2RmXLl1CUlIS4uLisHPnzn9I0PX19aGkpITy8nJMTk4i
LS0N3t7eaGlpgZ6eHgICAjA5OfkPCXpwcDDS09PR2NiIgIAAmlMfHx8PJSUlLF++HEePHsWF
Cxf+KUH/R0X934L+b0H//0zQPTw86PDz84Ozs3MIy4jl97y8POTn51uyxi3oueKkpKSzrFQ0
XFxcoKur+5eCrqmpCUIIFBUV4eDggJaWFujr6+P+/ftYvHgx1qxZg/DwcDx48ADKysoYGxvD
w4cPkZ2dja9fv/6doJeUlOD69euwsbEBIYRGRDY0NGBkZAQeHh5gZ2fHnTt3YGVlBQDQ09OD
p6cnysrKaMQl9cBbWlpCR0cHly9fxq1bt3D58mUcPHgQR44cwZEjR3D8+HHs2rWrhTX+0ayi
ogINDQ0wmcwTq1atIgDIzJkzb86fPx9RUVH06MyNGzfQ3NyMsrIyJCQkoKGhAeXl5etMTU39
ZWVl/bW1tX27urpm29nZ4dixY3BwcKAtKdPT0/UfPXrkr6io6B8UFPTq+/fvNKCFqm0NDg7C
398fzs7OyMrKgq2tLWJiYpCXl0fXUnNzc1FcXIy8vDykpaXB3d0dCQkJSEpKgru7O8zNzeHo
6EhTqKKioqgUGhwdHbFu3To8efIERkZG8PT0RENDA+Lj4+Ho6Ij8/Hx8+/YNzs7OuHbtGm7f
vk1vBhwdHbFhwwasW7cOampqiIuLg7y8PObOnYuSkhJ0dXVh+vTpUFZWhpOTE9zd3WnOsbu7
O2xtbf8hQW9uboa9vT0KCgrAZDKxcuVK2NraIjw8HK9fv4aFhQW9+Jqbm+PmzZswNTWlQR2f
Pn1CWloalJSU6NErdXV11NfXo7e3FxoaGigsLAQhBHZ2dli5ciW2bNmCnTt3IjMzE2VlZfSC
ZmdnBwsLCwgICEBERARr166FmZkZkpKSICMjAzMzM7qEUlJSAj8/PyQlJWFiYuJfFvT29nao
q6tDV1eXptj9q4IeGxsLGRkZuLq6/m8JenV1Nezt7XHp0iVkZmYiJibmnxZ0qrwRHBwMJycn
tLa2/kuCnpGRgbq6Ojg7OyM7OxtlZWX/RwT9H6mp/58QdMrZj+ol+X9S0CMjIxEUFARPT08k
JCSgrq7u34L+31XQ/+iC8/TpUzx8+DCENcg/9ubNG4OzZ89OcnBwkNjY2Nzv37/LGhgY3MvI
yMDvv/+OgIAA+Pj4wNTUFEpKStTDz+vo6MhONSoRQvY+e/ZsQWxsLEpLS1epqanB0NAQq1ev
xsaNGxEUFITbt2/j+fPnSwkhO+7fv4+mpqa9hJCtExMTbJycnEhPT+cihPBTzF0/Pz8QQhZH
RkbC29ubrqtGRETwA4CioiLdlW1lZbXUx8cHTU1N8wgh4l++fDkYGRmJsrKyrT4+PuIvX75c
fuXKFdy6dQs3b97EyZMnISYmBgkJCZw+fRoiIiK1AIiZmVkLhepLT0+/unXrVgKAXLp0ScHA
wADt7e38ISEh4gkJCeKKior0ohMXF4dPnz4tJoTYnj59msyYMYOsWrWKtLS05IWGhs44cuQI
vcBLSkoiMDCwbs2aNYSbm5soKCiQDx8+SF27dg1JSUnUNTtACBGPjo6Gs7MzWltbxQMDA8Wz
srJWZmdnIzMzk+4ubmlpQUtLC2pra9fFxMSI5+XlzUxKSkJ0dLS4l5eXuLe3t0BVVRVaWlqO
FhYWipeVlVFwmD0bN24U19fXF7e2tl7g5eWF8vJyBAcHw8rKCq2trfyEkEMBAQHTr1y5gocP
H9IjSU5OTti0aRPWrVtHE7WuXbuGRYsWob+/X/znz5/LuLi4oKenN8fHxwcuLi6orKzEjx8/
EBMTIx4QECDe29t7KDU1Fc3NzTh8+DC8vb1XE0LEh4eHkZCQAEKI+MePH+Ht7Y3y8vLjDg4O
D7Zu3Sru5OS0zc3NDdra2hgbG0Nrays6Ozvne3p6ir948UL83LlzUFNTQ2NjIyYnJzE+Pg4T
ExM8efIE6urqUFVVxYcPHxYQQtZqaGigpqYGhBDhgICAFUuXLsWOHTuwf/9+ZGZm0uCggoKC
9YaGhroKCgreW7ZsET948KD4rl27xJ88eWIfGBj4+tGjR9PMzc1RWVkJQoh4V1eXsI+PDxIT
EzExMYG6ujp0dnYiNTX1oKenp/jTp0/x6NEj6Ojo4O3bt4iJiRF3dHQUt7e3F+/s7BQfHh4W
j4qKQltbG7S1tWFhYSHKZDLFKysrV/v7+9OCPjg4+EdBnzkxMYGkpCR2a2trcSsrK/GgoCDx
yspK8Xfv3vEnJCTgypUriIiI2BUdHS0eEhKy28LCAoQQDA8P04jJ1atXQ0REBCIiIli+fDmC
g4MXDA8Pi1+6dGmumZkZ3r9/vzI4OFj84sWLKCkp4cjJyTkqIiIiLiwsLK6qqire19cn5Ovr
i4aGBgwPD6OwsFAoODhY3NXVVdza2lpcU1PzSGlpKSYmJhAUFISgoKDF3759EzczM+P18/PD
5OQksrOzKQrhXjMzM/HIyMijFy5cQGJiIgghaGxs3J+amrq3pKQEExMTB5hMpnhjY+O+0tJS
FBcX79DR0dmxdOnS/y1B/89O6v+MoKuoqEBMTAyHDx/GgQMHYG9vD0IIuru7UVJSgtTUVLq3
hBL0VatW4fz589DT00NNTQ0+f/6MgoICuLu7/wmBbGVlhdHRUTQ2NoLCowYGBkJCQgKHDx+G
jY0NXFxckJaWhsTERKSkpCA7OxuVlZX/FvT/roKupKREx5MnT3Dv3r2Q6dOnk1WrVpFFixYR
yu4zIiJCfXBwEIQQtvfv38+ZnJxEenq64q1bt3xFRER89fT0HMfGxgS/f/++wMjISJmXl9dx
165dkYqKimTz5s0TR44cSbt58+Y7PT29vRoaGtqrV692XLt2raOnp6ejrq6u47Zt2wZVVVWJ
vr5+4N27d4mcnNyPK1eu5M+dO9fp4MGD5aampr1NTU0b1NTU5hw6dChTWlq6+/r1695paWk6
bW1tKCsrC7x582bv7NmzHeXk5BxfvnzpyM7O7rhr165BW1vbdEtLy05paWly9epVYmJikqmp
qflz//79hMFgfFJUVNxz8+ZNPHz4EGfPnsXs2bMxf/58LFy4ELNmzaoFQEJDQ1sDAgIQExOD
V69eyfLw8JBZs2YRDw+PU21tbWuePn3at337diIiIkLOnj0b2dfXJ56bm4uioqJtL1++7KHM
RiiTnQMHDpCbN29WSklJ8Xt6eqKoqEgNgCM/P/8AZSPKy8tLxMXFyYkTJzTU1NRw586dbTIy
MuTGjRtEQUEh0N7e3ufSpUtk//795MmTJyM1NTXbqE7nGzduQFJSEtLS0rh48aLzgQMHyIsX
L6qLioocjx8/Tvbt20cePXrU39LS4nj+/Hly6tQpkpGRoVFYWMg4ceIEmTZtGtm6dSs5ffp0
e3R09Orq6mqEhITAz8/v0KNHj8YUFRXJvXv3Sp88eQIlJSUUFxejqqoKrq6uzwQEBBxXrFgR
rK6u7pyTk7NJQUEBAB5cvnyZKCoqDgFw3Lp1a4Ourq4bk8lET0/P4qioqERhYWGyZcsWcvny
ZRIXF6fU19eHkydPbpGQkBi/c+cO8fb2dmUymUFycnJETU0tU1VV9fKePXsSFy5cSPj4+Iid
nV1udnY2dHV1UV9fjy9fvqywtLRs27t3LxESEiIHDx6Mf/v27dWWlhZMTk6iu7sb+vr6UFFR
gaamJjQ0NJSvX7/efe3atQ/KyspJtra2Lg8ePCDHjx8fXbt27Zb169dj+/bt8PDwQEhICPz9
/RESEhK+bNkyekRu4cKFhJ+fn8yZM4esXLmSXLt2jTsyMhJ2dnZBt27dIpqamiQyMnJvYmIi
hfxcbGtrG7J7926ydetWIi4unmBgYMDx8uVLqKqqhoqIiJDdu3eTAwcOkOPHj5MzZ84Qe3t7
i6GhoQO3bt3yXblyJdm9ezdRUFAYT05O/q2pqQllZWVob2/H+Pg4xsbGMD4+Pvvjx4/zbW1t
C4WFhcmGDRvItm3byKlTp0hMTMyjqKgoyMnJXZSQkCBbt24lIiIixNraWp6ahyaEICYmBvPm
zYOgoCC2bNmCzZs3b5aUlBy5dOkSERQUbNbS0nK8evXqmKioKDlz5sxVS0vLaU+fPiWzZs0i
06ZNIytWrCDPnz//FRoaymhoaMDk5OQBXV1dIiIiQvbu3Ut27dpFdu/eTaqqqky+fPmCjIwM
/YsXL/acOnWKHD16tCk9Pd1pcnJyT01NDaKjo71PnTpFduzYQcTExIi0tLSGiYkJoqKiNt+6
dYvIyckROzs74cuXL2cfPnyYyMrKktbWVkcFBQWyadMmsmbNmt27du3CxYsX/2VBp0T9r0ba
/leCbmRkhLt379K+4KqqqhATE8ORI0dw+PBhODg4wNnZGcLCwggMDERTUxOSk5ORkJCA6upq
uLi4YM6cOZCUlMTz589RVFSEqqoq1NXVwcXFBadPn6YF3cbGBrm5uaiurkZZWRm8vb3h4eGB
AwcO4PDhw7ShTlVVFdra2jA5OYnBwUFUVlaitLT034L+31HQb9y4QYeCggLk5ORCpk2bRtav
X0/MzMzI/PnzybRp08jy5cvfxcfHGw8ODs4cGhqaMTU1tZsiXi1dupQsXryYPHv2zDEwMBBS
UlK21BzwtGnTqpYvXz4CgHBwcBA/Pz9tJSWlX5ycnBS1jAZ+zJkz55OjoyP5Y71+8eLFBADh
5uYm4eHhj65du5bLgr2Q6dOnk0uXLv0aGxtbymQygymoiLS0NImJiaHdkAIDA3OdnJyaqP/T
2tqa3Llzh7DYw99OnTp1/PDhwxAXF8euXbvAy8uL+fPnY8GCBeDl5a1lY2Mjv/3223cREZHX
ysrKbhs2bBhhuTpVvX//flpeXl40y/6U7Ny5k0ybNo34+PgkdnZ2LtTX17dhuXD1z58/f2Dm
zJnk2LFj9ceOHStnZ2cnMjIy/kwmk5PBYEzNmjWLiIqKklmzZpHZs2f/LicnV7hw4cKx1atX
E21t7YPTp09fR72HGzdukJqaGvpz0tPTS6uoqODLyclBYmIiVq1aBS4uLsydOxfz5s1zo37O
2dmZCAsLEwBEV1eXBqgAIDk5OWalpaXeK1asINra2kRRUZECFlRVVFQgLi4OJSUlUsLCwj+o
34mKihLLy8vDu3fveJKSksw2bdpE1q1bR3h4eAgHBwe5f/9+u5mZGU6cOJFG/c7t27fJ9OnT
iYCAAHFycpKNjo6eLSoqSqZPn0470V29epW0t7fvvHv3rjD1exERESQ3N5d+vebm5ipqamqu
f/gMPltaWjYbGBgItrW1IScnp5py1qLwlQwGg3R3d5+l+NmlpaUICgpCZGQkYmNjTVje7cTf
358kJSXRoBpJSckLR44cgbi4OMLDw1FeXo6CggKUl5cri4iIfGZla75ERkYWnThxYoLlkFea
lZXFnpqaClVV1Qrqdbq7uwd8/fp15o8fP9Da2ipCPUOUW56hoeFrd3d3UL7WO3bsoJ8Blg98
i5GRkdGCBQuIhIQEWbduHfV5fKqurl6clpaGhIQEeqa+r68Pv//++0YlJSUCgJw9e5ZQz668
vPywkZER5s2b58/Ly0uuXbtGWCZQJCAgYC81i25paQlDQ0O6B8bOzm7P+vXrP1PXc3BwkL4u
r1+/DmONhJJZs2YRb29vQpH1tm3bZiojIwNCyLLg4OCoPz7rYmJinzs7Ow+XlZWtERERIfz8
/DTj4cqVK7+Pj4/Pz8zMPCIgIEBY17UIwNiSJUuIvLz86sePH2+mXAFFRUW9L126FMeyRyYR
ERH035k/f/7906dP49KlSygvLxeUkZHZKyEhITIwMLDij+Na/0i0tbWhs7PzHzqhU+Cqx48f
o66uDlNTU4iLi6NLMlTWcvbs2Zg1axbS09PR0tKCkpISJCQkIDs7GyEhIbh58yZOnTqFBQsW
4NKlS0hLS8PAwACysrKgoKCAJ0+eIC0tDYqKilBRUUFTUxMmJiZQVVVF+xpcvXoVRkZGcHFx
QXFxMZqammgMbV9f359E/f+koEdERCA3NxeSkpL/oaAbGRn9h4IuKyuLmTNn/qeCnpqaCicn
J/z222+0oN+4cQNPnjxBRETEnwTd2tr6f46gi4uL08FgMCAmJhZC4TMJITWmpqYZ1IMgISEx
mJOTg/LychQXF2+9efNmw5s3b0h8fDwBQISFhYm3tze6urrU16xZQ5YtW0auXbvGduLECVHW
A1tJCBHy8PAwp7zBBwYGaLCKjIxMoKmp6d0dO3YQLy8vsnDhQrJjxw7y4sULIioqSry9vaXf
vHnz2MLCgkRGRpJZs2aRWbNmkfz8/FcNDQ2gPNwDAwMJIYTs3r2bwnOCELLz7t27HwGQrKws
EhAQQFl8+gQGBoJFCIK5uTlOnz6NCxcu4N69e7hy5UotOzs7WblyJVmzZg3h4uIi06dPJ/v2
7Qusq6s79/37d/T396++du3aex0dHXqhFBcXJ3V1dfcuXLgwxs3NTQICAvSePn1qNHv2bKKv
r7/z5cuXM3l4eIi0tHRvS0tLKevz+E4I+XTlyhWyYsWKIXt7e8jJybkuWLCAnDx58nRUVBQf
BVxITU0ljx49IgDIihUrfrW0tLxtaGhAfX09qqqqYGlpCSMjI5iYmMDGxuakpqZm9IIFC5Io
VO20adPIokWLyNy5c4mdnV2subn57djYWPj7++9/+fLliI6ODtm1axdhYUhHPT09kZycjNbW
Vjx+/NiPuid8fHyKPn36hMLCwgMUNtTR0TEzMDBw5YYNGz6z4A+MioqKt1xcXGTnzp1kYGCA
iImJES4uLuLs7GxkY2MDc3PzMFtbW0KZVWzZsoWkpqYeSkpKWrVt2zYyY8YMQgghk5OTZM6c
OWT79u0trPpg8uLFiwkLgkNd71E/P789+/btqwdAli1bRigy1Z49e8jExMT9jx8/4vfff0d5
eTnu3bsHTU1NGBgY4ODBg/WcnJykoqKC2Nra0hjU3NzcE2FhYQgKCgKTyaRdDBsaGmBnZ1fL
Eur68vJyPHr0KIGFxD3Kes44oqKiXlCvT0NDg7S3t29vaGhATU0NVFVVQ2JiYoiWlhZh+cGP
NDY27rxz587k7du30/X19ZtYn2uZoaFhrqmpqXlAQMByAwODxtjYWEJZ/d6/f5+UlpYuj46O
RkREBD1vXVhYiObm5tnu7u7RFy9eJC4uLkRdXZ3eOPn6+kJQUHDj9evXB8PDwwkfHx/h5uYm
Bw8elFi/fj24ublx7949EEIoEAtnSUkJGw8PjyEbGxtJTEykBXPVqlVkZGTEw83NDffu3XPT
09MjwcHBhMFgEA4ODvLw4cOn1MkxLi5uxvbt28nNmzepjePHyspKPH782IuaqNHT0yMzZswg
y5cv/1VRUcGvrKycw7IIHvbw8ICcnJwL63mLsLGxmWliYhLGYDDiODk5ibi4OOHk5CQXLlwg
CxYsIPv27fOxsLD4HBwcfD4lJWXBoUOHXl26dImsXr2aiIiIkA8fPjj9M45wVPT29mJsbAyj
o6Po6+v7S0Ffu3YtVFVVoauri5SUFLS2tqKhoQHZ2dnw8vLC4OAg+Pn5wcPDg2XLlmHlypVI
Tk4GlXEpLy9HZWUlhoeH8fnzZ5w/fx4AcODAARQUFKClpYV2l+vs7ERDQwPk5OTw8OFDtLW1
YWhoCBSApbu7G7KysnQPQklJCS3o/f39fyfqfxT06upqTE5OYnJyku51KSsrQ0ZGBtLT0yEp
KQkAEBcXh5aWFvLy8nDhwgUAwPXr1xEfH4+amhpISUnhxIkTCAkJwaFDhxAXF4fa2lqEhITA
wMAAAKClpQVCCBwdHQEA06dPx9WrVwEA165dQ0VFxd8JuqKiIiIjI1FdXQ0vLy9s3LgRCQkJ
GBsbg7y8PJSUlBAVFYXs7GwEBQXB0NAQ5ubm0NXVhaenJ8bHxzE1NfUf4nn/ywv6li1b6Ni0
aRN+++23ECrNnpeXt/z79++LhISEfgIgW7du/RoZGakVGxuLkpISjlevXsXv3r2bCAgIEHZ2
drJq1Sqirq7O9v79+/sbNmwgK1euJMrKygvExMQkp0+fTnbv3v22u7sb6urqEjNmzCBCQkL0
qYSNjY3cunWr9OXLlwtiY2MNs7Oz7WbPnk12795N0tPTn0pLS29PTU3Fmzdv/Hfs2EEEBARo
lF5ERIRed3c37OzsaG/eHTt2EA4ODrJu3Tqydu3a1Q4ODjA2Nj7FwcFBREVFyYYNG8jevXtL
vn37tpEQwv7r1y8QQuiZXCUlJVy6dAnCwsK1LOHquXPnznYA21esWLH9/PnzqKysxIcPH9jy
8/MthIWFp1hNcgQA2b9/v56bm9s0MTGxX3x8fMTHx8fk+PHjZqwpgRxra+vzc+bMIYcOHcqN
jY31AkBOnToVRgiRO3LkCJk3b94vX19fI2lp6TczZ84knJycx2trawWozALlpczJyUnWr1//
vq6u7kBTUxNqa2v/xJhuampCXl4edHR0RJcsWdI4Z84celMiLi5OeHh4yJMnT+oqKysZgYGB
uHTp0oVFixZNrlq1ij5V6ejodFDz7R8/fjxx6tSpCeq0KC0tPUwIWXT48OG1rNfVNTExAULI
Ag0NDcrv2bW2tvbFnDlzCAcHB81FX7lyJWlpabnn4+ODCxcuVPLx8ZElS5aQ6dOnk99++41k
Z2fvi4mJWSsmJkbY2dmJoKAgERUVJdOmTSMSEhLvvn37dqimpiaYn5+fLFu2bFJAQGDb4sWL
Q4WEhMixY8c0ODk5Yzg5OYmmpmaumppajZSUVKKNjc2jwcFBdHV1YWpqCsHBwVi0aBEEBQUh
LCyMPXv2NHFwcJBVq1YRHh4eCtRDMjMzT4SEhCAkJARBQUG0KU5iYiIsLS0bABB7e/umV69e
YcOGDanTpk0jOTk5l1l1XQ4dHR37VatWkQ0bNpDFixcTCQmJhT4+PpicnNyjqKhYISgoSCgP
+rt37/4ihEh5e3sLampqsisrK5eyMhQybW1tnIWFhdxMJvPG6dOnh6hMCABiamr648OHD0vr
6upQU1OD1tZW9Pb2oqurC+/fv2efmJjAtWvXEv94Kj579uzPL1++bL548eJDTk7Ojxs3biQs
SA7ZuXPn0ZMnT+K3336Dvr4+vn37hr6+Pnz//p0jKSkJs2bN0po1axYREhKiKXwrV64knZ2d
QR4eHoiMjFx59epV+m9NmzaN2NraDvb29gqGhIRARUXFQ0REhFDP7dOnTyft7OywdOlS+2nT
ppFdu3Z9EBMTq2YwGDUODg6Bvr6+8zZt2pTCwhWP9vf3IzIy0puLi4ts3LiRPH78eE55eflC
BQWF1FmzZv08cuQIYQFCvq9bt+7jpk2bMuPj44+wSggFFGuA1TP0paKiQoCysf1nIisrC/n5
+eju7qYpcH8r6LNmzcKDBw9QX1+PtrY21NTUoLm5GampqVQvDJYuXYpFixZh1apVWLFiBS3o
BQUFaG5uplnw/f39tKBLSEggPz8fLS0tGB0dRVtbGyorK1FQUECfSFtbWzE4OIj29naUlJSg
oaEBV65cgZ6e3l8K+h9FnfL+pwS9vr6eGuelRbykpARFRUUoKCjA7du3wcfHhxMnTuDevXto
bW2lR14NDQ3x5csXqKqqYvfu3bh79y7dbMlkMtHZ2YmwsDDU1tZi9erV9DTTy5cvMX/+fKxY
sQJJSUl4+fIlfULfvXs3Fi1ahMbGRrx+/RoXLlxAc3MzPnz4gNraWhw6dAhhYWG09bC7uzsU
FRVRWlqKgIAAvHnzBm1tbTAxMYGWlhYyMjLQ2tqKvr6+v0Tj/pcXdGtrazpcXV1x/fp1X0oU
PT09qfGweCplfvr0aafXr1/D1NRUZv78+WTJkiXE09OTzJgxg2zevJlERUVhYmJCad26dWTd
unXk8ePH7CdPnhRjibNbamoqLl++fJx6mJ48eUIb9N+9e7f26dOnaGhoQGxs7GnWSZgwmcw9
1tbWqKioOL548WKycOFCkpycTLZv305mzZpF6urqnv769QuWlpYEAHn8+DFhMplk4cKFZM+e
PSQ5OXmuiYkJDAwMNlIAGC4uLvLw4cMDOTk5mJycpNGLFACGEAIbGxsAqGTV0Ouio6Nx5MgR
UE01T58+xdOnTzkPHTr0GQBJTEwkvr6+hJXhCEpNTV0iKipKZs6cSVJSUnTOnj37nGWf+NjL
y2s1Nzc32bFjR4Cfn98jFtzkKyHkA2tx/xweHn5UQkLizaxZs8iJEydO19TUzKQgD2JiYqSi
ooLMmTOHLF++/Gdvb6/T0NAQent70dnZSXO1WQ02u7ds2TLAxsZGysvL6WmFgYEB4uTkRFiY
w68fP35cJyYmVg+A5OXlkdjYWOrk11pfXw8zMzNoa2tfOHjwILGxsSHi4uKEl5eXtLS0nNi+
ffss1n3zcXBwUPDr16+gMggGBga2dXV1JjNmzCAbN24k6enphOI7Ozg4OJaVlamzNjSkt7eX
zJ49m2zatIlUVVVtqqqqmrtv3z5CMedTU1MJNzc3ERYWfjc1NXWkqKgomI2Njezfv//dtWvX
cPDgwZccHBxESUnp0cmTJzM4ODhIenr6Yz8/P4SEhJx8/fr13YyMjCUxMTFIS0tDcHAw1NTU
oKurC2NjY4iKitZT9396ejqZNWsW2bNnDykqKjoYHByMwMBAxMfHgzpd9/f3w9vbu5aV8m5g
1WTjWeWIw729vfD398exY8e6tbS0iLm5OZWWVs/Ozoabm1sXAOLq6kqKi4up+zfo8+fPcHJy
wuHDh3HkyJE2VmapNCMjA69fv+anYDpZWVnk2bNnBACxtLT8MTU1xVtTU4Oqqip0dHRgdHQU
Y2Nj6OvrY3dyclrx4MGDstu3bxNdXV2qJPXT09Pzx5o1awgfHx+ZnJwke/fuJQCIkpLSjg8f
PuDTp09/skXt6+sDIWSJiopKJhsbG+Hj4yOdnZ1EQUGBzJ49m/T393tlZWUhLi7OSV1dnWhq
ahJ9fX3CIo0RJpPJ9/379+VHjhwZ19PTIz09PdTr/5iRkQEpKSkv1vXuz8rKws2bN1FUVLTf
0tISixYtymV9fsO1tbVwcHBwBkDk5ORIQUEBHj9+rMQiLZL+/n4CgKSnpxd2dHSosbz0swkh
C/Py8k5v2bLFjMFgmK1evdrswoULj27cuIGrV6/+0yErKwsJCQmkp6fj+/fvGBkZwcDAACoq
KvDs2TNISUlBXl4ecXFxGBgYQF1dHWpra/9hQS8sLKQbCSmL3P+nBf2Pok4dDvz9/VFbW4ug
oCAoKirSU0bp6en48OEDKisrYW1tjdevX2Pv3r2QkZFBa2sruru7oaSkhObmZhBCICIigjlz
5tBjtPr6+qivr0d/fz+CgoJo47D6+noMDAwgNDQURUVFMDY2RmxsLD2yGR0dDUFBQbCzs6Oj
owMWFhaYN28e4uLiMDU1RU+VZGVlwczMDI2NjYiLi8O5c+cQHx8PJycnODg44OfPn7h9+zYW
LFiAlStXwtTUlN4A/G38lxf0sbExOgghYo8ePRqldtOurq4Rnz594q+trd3N4siSnTt3Dtjb
2x+8c+eOFgBy584dkpGRQZ+My8vLJeLj419T9WtbW9ud9+7du8uqMY50d3dvOnPmzAmKgz45
OUnMzMyoh735+fPnvFVVVfPd3NzaqJ9hMpmPmpubERsbW8LCepK3b9/Su+ugoKAIDw+Pldu2
bfvEOqmQnz9/kiVLlhAAJD4+3r2lpQWZmZk8d+7ccWWNof1sa2v7raioCBMTE7RPOCXshJC5
Hh4ergCmWGnbL25ubmq+vr60berJkydx9epVLmFh4V/U36VqtQICAqSiokIjIiIinZXa7D10
6FAfOzs7OXfuXMHt27fzWQt5Qk1NzZIDBw6Ms4SVCAgIEB4enq/Pnz+PXrRo0XsBAQESFxd3
qKCg4BRVP3R3d6cXQlad0OfOnTu4dOkSAgMD0dzcTI2J8RsZGQ1STXatra001c7Gxob4+flR
43efRkdHq7S0tMaouvMfTjBfEhMTw9XU1DwBNLOxsZG+vr6y58+fV7Hqm6VpaWmrT548+Y1V
3/8QHBycM3fuXIoHrWlgYGBKlSIqKyvJ8ePHCWt64HtMTMwENdd/7Ngx+j05OTnVZGZmllHp
9OHhYdLS0kIAEEFBQeLs7Gy+bt06e9bP/+Dj48sDMMTHx0f6+vr8s7OzWwCQzZs3k0ePHuXw
8fERSUlJkpKScjUoKIi2NI2KikJ0dDQSEhJUVq9e/Zl12qZLSTw8PMTLy+tuZmYmR2hoKHJy
cvDx40e8f/8eX7582UZtOCQkJCrHx8d1Dx8+PM5KC9fV1tbq3r9/vwDAr5CQEDMzM7NzAMih
Q4fem5qa8srKyjIpLjzVs7Bt27axqKio4yxTnk2LFy/uB0BkZWU7u7u7eUNDQ5ccOXLkA+ve
J3v27KGen581NTWMxsZGlJeXo6WlBQMDA/j48SNKS0u38fDwDE2bNo2cOnWKuLu7E25ubjJ/
/nzi5uZGKMQxtdFiPa/lHz58OPT+/XtMTU0hNDQUBgYGMDMzg7e3tzhVYlFXVye///47mT9/
PgFATExMXrq7uxvOmTOHcHNzE2tra8JkMqlsT0pfX9/O8PDwoblz55KTJ0/SZart27f/cHV1
VU1LS9NYtmwZmTt3LrG0tKzYt29fzp49e4iNjc0ZQUHBYNa98v3t27d5QkJCwyxK4Ivu7u79
M2bM6AFAmpqa6M21iYlJVm1trQL1vtLS0jqzs7Oxbds2iImJ0WNgt2/fxrVr1/6puH79OqSl
pXH69GkUFhZicnIS/f396O7uRl1dHbKyspCYmIiuri709vaiqqoKtbW1/y0Evb+/HyMjI2hp
aUFlZSWKiorQ1NQEf39/KCkpwdvbG8bGxkhOTsanT5+Qk5MDIyMjWtCvXr2K4uJi/Pz5E4QQ
+pAhLi6OefPmITQ0FJmZmRgfH8fnz5/R0tKCoKAgtLa2QkdHB7W1tWhoaMDg4CA+fPgAVVVV
hISEoLa2FhcuXEBWVhZkZWVhZWWFL1++wMbGBvPmzUNkZCQ95vr582f09vZCWloaVVVVYDKZ
uHLlCsLDw2FmZgZnZ2d8+vQJCgoK4Ofnx7p162BhYUHDjP42/ssLuouLCx0REREPqLozxf0e
Hh7eY21tjcePH7dQYqWsrEzKy8uLqe5eSngpgVdXVye8vLxk+fLlJC4ujhgaGpIZM2aQDRs2
EAcHB2VdXd0eXl5esnTpUhITE0MuXrxIAJDly5eT6Ojol8+fP+egGoFYQJffWTjBK5cuXaK/
LiwsTFipOXLy5MkHAgIC35YsWUIePHhA3N3dyYoVK8jixYvJ1atXB52cnGBhYYEDBw7cW7hw
IUlLS9Omak7UTrS9vZ1udvn8+fO6Fy9efBQWFiZHjx4lJ06cIM7OzgleXl7w9fUF68SHyMhI
Dk9Pz3CK9X3s2DHCYDDI0aNHSXx8vOO3b99+u3Xr1uSRI0fI3LlzCScnJ9m6dSu5cOECkZCQ
qO7o6Fg7MDAAf39/s2PHjhHqM501axYRFxcnBw4cIBcuXFAfGhpCUVFR0P79+4mQkBDR09Or
cXV1fb9jxw6ybt06IiQkFLN161asW7cO58+fx8OHD6GgoABVVVWJTZs2EW5ubiIqKkr8/PyK
Nm/eTJYtW0YUFRXbVFRUuteuXUsEBQVJXl6eWkZGhtjRo0fJb7/9Ro4fP/5xx44dLXv27CEB
AQHhDx8+pBqUyJcvXw5GR0cz1q9fT1atWkUaGhpUs7Ozj4qIiJBly5aR2bNnEz4+PvL27duY
nJwcyMjIJLI6jMnatWvJihUryNGjR4mfnx+jqqqKX15ensyfP5+sWrWKnDt3jqxatYpoaGgQ
Y2NjsnDhQrJkyRJiZWVVpaur+5GPj49s3ryZKCkpvZGVlQ2RlZUlx48fJ8eOHSNXr14lSkpK
+mVlZbOmpqZEFBUVO6ipgc2bNxNXV1eXiYmJjb29vWhoaMC9e/dw7do13LlzB7dv347duHEj
4efnJ1paWkRfX58ICAgQfn5+4uTkNNLR0cGVl5eHyspK9Pf3o7e3F4ODgwfU1dXzxcXFye3b
t6dqa2urzp07R1hs5xRXV9dMFpGKDA0NrfPy8uLev38/WbVqFQkMDDQMCgqCqKgomTt3Ljlw
4ABhMBhk165dxMjISDU9PR3t7e2yly9fJhs2bCAMBoN8+fJlLSEEJSUl2jt27CBcXFzk4MGD
5NChQ2TTpk0kJSXFqL6+HkVFRWhsbKRhNlVVVdd37dpFtm7dSgQEBMjChQvJli1byMuXL1M6
Ojp+09XV7V69ejVZunQpuXTpEtm0aRMRExMj3d3dt3p7ezE5OQljY2McPnyYOnGKbd68mcya
NYtoaGiQ6urqon379hEBAQEiLS3tHBER8fDw4cNk/fr1hIuLi2os/NHT07OntLQ0HACZPXs2
OXToEBEXFycUWhZAkbGxMVxdXUNXrlxJuLm5ybZt28ibN2/CUlNTuVRUVJLZ2NiopjjqPv7y
/v379aGhoXb8/Pxk3bp1JDIyssbCwuL94sWLibS0dFt4eLjhmjVrCABy/PhxYm1tvfTevXs4
fvw4VqxYgfPnz+POnTu4fv36Pxw3btyAjIwMJCUlERISgo6ODlqsqdJXe3s7uru70djYiJqa
mj99/7+DoA8NDdFuho2Njejq6oKfnx8ePXoEb29vmJqaIiUlBZOTk8jLy6MBNJSgl5WV0RyG
0dFRfP369e8EvbGxEePj42hra6MFXVtbGzU1NfTo7cDAANTU1BASEoLq6mpcvnwZpaWlGBwc
xMePHzE2NgYLCwtQniCfPn2ioT9tbW1QUFBAZWUlLehMJhOWlpZwcnKiBV1AQAAbNmyApaXl
f19Bd3d3pyMqKor/4MGDDAAMAIy7d+9uHxkZgba2NmJjY+e5ubkxADAUFBR2joyMcF+9evWC
iYnJyKVLl17x8vIyxMTEQlxcXLSsra1PCQoKMuTl5Rmtra1nPDw8TvPz8zOuXLnCyMzMXBoW
FnZo27ZtDCEhIUZDQwNDU1OTAYCxdu3aE1lZWWv9/Pxw4sQJBgDGzJkzGYmJiXsJIVy///47
IiIiDgJgLF++nPHq1SvGnDlzGFJSUif9/f2XKigoHD59+jQjMjKSkZGRwZCXl2cwGIyTZWVl
B8LDw58oKSklAehiMBjffvz4wTk0NESnEXt7e+kxFCpVGRQUtNjCwoKRkJDAyMnJYQwPD28Z
GhrC+Pg4cnJyEBISgoiICOTl5cHW1lbi3Llzx4uKihhlZWWMpKQkRlVVFTdrpG5DV1eXpJyc
XCnrRONCCDn59u3bmampqejt7UVaWhpqa2sZiYmJD+fPn08EBASmHB0d5RMSEo4pKSmhrq4O
fX19iIiIYDx//pzh5+fHU19fv8bMzIxx+fJlhpmZmZCZmRnMzMxodrWBgQEsLCzmiYmJnVi5
ciXjzZs3jMzMTPaMjIyz1tbWF+3s7BYEBwcvvn37NsPW1lairq4OUVFRiIiIEKmrq2NER0ev
V1ZWnhcTE8NguYhtnjFjBiM5OVmMEIKwsDA8fPjw4P3790/U1NRczMvLg7m5ubCsrCxj2rRp
DFlZWQaTyURJSQni4+N33r17lyEnJ8e4ceMG48GDBwxnZ2dhFxcX/Pz5c2Z9fT3j4sWLDBsb
G0ZzczPjwYMHjJqaGkZtbS3j2LFjDAaDwQgKCuI2MTFZv3v3boacnNzx3NzcVb///vuW5uZm
RmZmJiM3N5fR398vQdXCent7YW9vv9DDw+OMhobGeUNDw33h4eGYmJigiVsGBgZ4/PgxdHR0
oKWltfnWrVuM48ePM9zc3BjJycmMkydPMs6fP88oKyvb9uXLF9qCt7u7Gz09Pejv78ePHz+Q
m5vLyMnJ2TowMMCelpbG6OjoYBQUFFCe/Qxtbe1jv379wocPH2bX19d7GxoaatfX169hoWBP
nT17lhEWFsbIzMxkaGhoMOLi4pYwmUyUl5cjOTl5n5KSEsPOzu63d+/eYXR0FJOTk/xeXl7i
srKyR+Lj4xlBQUEMIyOj42VlZfSC3t7eTs+iNzc3w8PDg+Hp6cm4c+cOg8FgMPT09BjR0dHc
LKDLYiUlJYaRkRGjqamJoaqqyrC3tz9I0c8GBgaQmZlJNwXm5+fPvXz5MmP16tWMoKAgxsTE
BLuvr+/hkydPMry9vQVZxlMSz58/Z+zcuZOxdevWk62trYc+ffqE6urqU3x8fERGRoYkJycz
2traGNHR0Q4LFiwgR48eDVFSUsKbN29gbm7OuHr1qoSVlRWDEIIfP35Mf/LkSRGr3+bDkydP
zsnJyTHq6+s3f/36dU5mZibv8ePHGYqKiozCwkKeuLi4NaKiogwHB4fdjY2N/Ddv3mQAYEhL
S0s4ODhwWVtb4+LFixAQEPinBf3mzZu0mEdERGBwcJBmYvxRtP9X8d9N0GtqatDR0QF/f///
zwX90qVLKCwspJv9RkZGYGlp+W9B/6NTXHR0NA4ePEjPMd65cwcjIyMwMDCAv78/jbW7c+cO
Ojo6cOHCBdTX13M/e/aMJm1FRETg5cuX2LBhA6SkpFBbWwsnJycsWrQI58+fR3JyMnx8fLBp
0yZs3rwZVVVVUFVVBQCsXbsWaWlp8PT0xPHjxwEA3NzciImJASGEnRDC7u3tDQBYtmwZNDU1
MWvWLJw7dw5OTk6QkZGBmJgY/Pz8kJKSglOnTuH27dsYGxvbIikpSQCQtWvXkri4uIDPnz/T
DSyDg4OYnJzE8PAwPWP67t07+Pj4QFdXF15eXoiIiEBbWxvNk6Y2A1SMjIzQjSIRERHw9fWl
yU/m5uYICws7SmUd9uzZM/bq1SucOXOGZmArKyvDyMgI2tra8VQGYt++febnz5/H5s2bkZCQ
gJGREbi4uEBFRQXu7u4oKyuDtrY2zp49Cx0dHejp6eHJkyd49OgRtLS0oKenB1NTUxw9ehRL
ly6Fjo4OIiMjUVVVBXd3d7x48QJeXl6QkZGBoaEhampqEBUVBWdnZ6SkpMDLywsKCgpwd3eH
j48P7OzsMH36dAQFBYEQgoiICDr1WFVVhaysLOjq6kJKSgrc3NyUUQ6Ki4sRGBiIy5cvQ1RU
FGfOnMGtW7coZ0K8f/8eubm5YDAY0NXVRXp6OuTl5WkWNDU3GxAQAF1dXZw/fx51dXV0Wi0r
KwshISEIDw9HSUkJVFRUkJWVhZ6eHjx79ozycUdwcDA8PDyQlpYGFpcZKSkpePr0KR4/fgxN
TU3IyMjg0KFDsLe3R3R0NA4cOIAjR47Qafa+vj68f/+epn8NDAygr68PYWFhiI6ORl9fH4KD
g2lbWAsLCwCAnJwcfv78icbGRrS3t8PIyAg1NTWYmJiY9unTJ2hra8PU1BTBwcF4+PAhwsLC
EBUVhYqKCgQGBuL69et49eoVxsfHaSRme3s7hoeH0dDQgNevX0NVVRWlpaWoqqpCRUUFSktL
MTIygm/fvoHqgTAzM8PVq1chJiaGx48fIzAwEFlZWYiIiMD169fx9OlTZGZm4vbt23j16hWd
Ph4aGkJCQgKcnJzg7e2N+Ph4nDt3jgb0jI6OwtraGkePHoWDgwO+fv2KkJAQqKqqQkBAAMbG
xiCEzOnq6kJHR8c8W1vbYE9PTxvq2oWEhGzV1tYOVlVVnff48WPY2dmhrq4O4+PjqKmpQU5O
Djo7O/WpZ0heXp4YGBjgzJkzlEXv9JycHBw+fBhXr15Fbm4umEwm9u3bB3Nzc1RVVeHSpUsA
AGlpaTg4OOD169eQkpLCkiVL/ilB/9uT+eDgIE2J+2eiubkZKSkpcHNzQ29v778k6AwGA2Vl
ZWhtbf2ToJeVleH27dtQU1NDT08PhoaG0NbW9idBNzIygre3N6qqqv7bCnp/fz+6urr+Lej/
u4Le2dkJKSkppKen4/HjxwAAeXl5BAUFgdXpSwu6s7MzeHh46J/39vbGihUrsHDhQtTU1EBN
TY0eS0hISIC9vT2OHDlCv47w8HCwdujw8vL6DwX9ypUr2L17N4KDg1FaWoq9e/fCzs4OPT09
fBEREVk3btwYffjw4cX29na6Vk7RpAoLC1FQUICPHz+ip6cH79+/h5eXF549ewZXV1eEh4ej
vb0dnZ2dCA0NRV5eHr5+/UrjKUdHR7k+f/7M0dfXB19fX3h7e2NkZASZmZkQEhLCyZMnV507
dy739OnTk8bGxp+dnZ2XOjs7Y2Jigm44iY2Nhbe3960TJ05MysjIfLKysgqytLTEq1evkJaW
hp6eHtjb20NJSQlubm6oqamBjo4OTp8+DV1dXTx//hxZWVkoKCiAgYEBVFRUYG5u/idBpzCX
pqamsLa2ho+PD86fP0/XrP5K0N3c3BAYGEg1CdI2myEhITh//jykpaVRXV2NwsJCvHz5Ehcv
XgQAHDt2DP7+/igoKICPjw/u3r2LwMBAODg40NhcOzs7xMTEICsrC0eOHIGxsTEyMjJw9uxZ
FBQUoKysDEJCQtizZw/8/f0hLy8Pa2trEEI4RkdHuSgCV2BgIKKiolBVVQVNTU2kpqZifHwc
RUVFGB0dRUFBAezt7enNFoUYra6uRlpaGtTV1fHo0SNcuXIFhw4dgqOjIwICAnDkyBFISkqi
pKQEhBDU1tbC19eXthalFsGgoCCEhIRgYGAAkZGRKC4uRnp6Op4/fw4lJSVqIoLmdqupqaGp
qQnj4+P4/v071NXVYWRkBD8/P5oYFRUVherqavj4+ODs2bPQ09OjR6NYfS8z379/v+zjx49w
cHCAtrY2GhoaaPvU2NhYqKqqIjc3Fx0dHXjx4gXMzc3/Xxf0xYsX01ayzc3NaGtrg6OjI3x8
fGir1uDgYBgaGuLOnTtQUVHB0NAQvn79yjY2NjZ9amoKnp6eMDY23qyvr19pbm4+qaCgoHP2
7FmOS5cuoaCggLZ9/X9D0K9du4YrV64gLCwMg4OD/7SQ/1HQWdxuiZqamvClS5fyCwgIzFq3
bt2sNWvWzMrJyeHu6uoCy82RJucNDAxAWlqam4ODY5a4uPiBtLS08JaWFr7R0VH68y0oKDCV
lZUNf/jwYXh9fb1Cf38/Ojo6UFRUhPb2dty+fXuWpqamg52dXXhRUZHNH8ft/i3o/xb0vxR0
6iRlZmaGdevWQUpKCtHR0fD29sb+/fshKysL1twp7fdcXFyM+Ph4SEtLY/369di9ezdyc3Px
69cv/Pz58y8FXVJSEubm5jh8+DDk5eXh6uoKe3t7SEpKIjQ0FGVlZRgZGUFISMhcGRkZtLS0
YHx8nG7WyMnJwfHjx5Genk6P5nz48AFBQUHQ0dFBSEgI4uPj6dEMc3NzMJlMfPnyBRToY3x8
HO/fv0dLSwt8fX1pkTIwMICcnBzOnz8PNTU1NiMjo/nV1dXzCSHsk5OTiI6ORnt7O3093r17
B21t7fkWFhbzBwcHZ42OjtLpsvLycvo1BQQEoKioCI8fP4aIiAhiY2OhpaVFg1Pq6uqgoaEB
Q0NDiIqK0oIeGhqKgoICxMbG0mz4O3fuwNbWFr29vUhNTYWDgwNSUlLg6emJW7duwcPDA2/f
voWrqyt27twJe3t7xMfHw8jICIaGhrh79y6Ki4sRHR2Ne/fu4ezZs9iwYQOUlZXh6+uLpKQk
xMTEwNraGl1dXcjNzcWmTZswd+5cODk5wcrKCjY2NjAzM6Obh168eIGUlBQkJydDXl4e0tLS
cHR0xIsXL+Dm5oZv375hamoKbW1tyM3NpeESmZmZyMjIQGNjI96/f4+PHz/i58+fHElJSact
LCy2paWlzcjIyDhdXl6+Pj8/H/n5+aitrUVqaiqePXuGixcvQkhICM+fP0daWhoyMzMxOjpK
zwzX1NRAS0sLwcHBKCwspOeQExISkJCQgLy8PHh4eCA4OBjv379Hd3c3vn//jl+/fk3r7+/n
pDYAtra2KC0txdDQED5+/AgrKys4OjoiNjYW+vr6SEpKQnp6OphMJhISEmBiYoLo6GjExMQg
JCQE/f39dAf71NQU9PX1cefOHZiamtIbrtTUVIiLi8PS0hJDQ0NwdXWl2QWioqJQVlb+hwSd
WhjT0tLg4eHxTws6Pz8/PYLU0tKCtrY2vH37Fp6ennR2JTg4GLq6urSgt7a20s2q7969Q0BA
AF6/fo38/HyukZGR+S9evMDx48dx8eLFf1nQ37x5gzNnzoCXlxcSEhK4cOECzpw585/G/v37
YWlpibGxMVATBVQn+D8TjY2NqKqqOnv06NHvvLy8ZNasWR/mzp37fv78+e8WLVr0zs/PLyM3
Nxcsq2p8+PABHz9+xPDw8BIGg9E/ffr0dzNnziSzZs0iBQUF1d++fcOHDx84i4uLnbdt20b3
Gm3fvr2uqalpE4Wkbmpqerxv37531Pc3btxIKioqzAkhmJiY+FNMTU3Ra8+/Bf3/UkF//fo1
+Pj4wGAwaEctc3NziIqKws7ODmlpabCxsUFXVxdCQ0Nx5coVxMbG0pShqakpmJiYwMLCAlFR
UWhubkZTUxMIIXBycqLZ51Sqf+/evaioqEBUVBRaW1uhpKSEjRs3wsjICKWlpUhMTERzczPs
7Oxw9epVpKSkoKWlBba2tnjz5g2OHj0KERERlJSU0CL97t07JCYmIiIiAsXFxUhLS0NSUhJy
c3Nhb2+PhIQETExMIC8vD2FhYaiqqkJzczM6OjoQFxeH58+fQ0ZGBgCQmJiI0NBQyMnJQVlZ
GdnZ2aitrUVsbCyuXbuGsrIyMJlMxMXFYXh4GMrKyjA0NERFRQVN6qqrq0NBQQFKSkrg5uaG
qKgo2ov55s2biIqKgpqaGrKysvDu3Tt8/vwZDQ0NePXqFfbs2QMeHh7aoSonJwd1dXXYv38/
3elpYWGBR48e0cKRlZUFX19f3Lp1CxERETA3NwdlwKOsrAx7e3sYGBigqKgI1dXV6O7uhra2
NrZv346jR49CV1eXJp1lZGQgNjYWzs7OqK2tvRUVFeUhJCTksWTJEj9nZ+frTk5OsLGxQUtL
C758+YIPHz6gv78fAQEBsLe3R1JSEuzt7WFra4v6+noUFxejtrYWxcXFSExMpE8PioqK8PDw
oK1Ph4eH8eHDB7S0tCgcO3aMnD9//oednV3V0aNHiaqq6oe6urpdFMimoaEBbm5uOHjwIJ49
e4aKigp8/vwZU1NT+PXrF5KSknDhwgX09fXh5cuXiIyMRElJCe0WRmVvAgMDoaKiAm1tbfz8
+RMtLS3o6+vDyMgI59jYGNf4+DgaGxuRnp6O1NRUeqGgTvTV1dX0BigvLw+mpqZgWaWCEIKg
oCC4ubmhsrISlZWV+PTpEzw9PbFjxw7s2rULgoKCiIyMBCEEKSkpuHTpEqytrTExMYG+vj7E
xsbi+vXr2LVrF27evIng4OD/VNCHhobQ0dEBV1dXGBoawtvbmx7/+WcFvampCS0tLf+SoJua
miImJgYVFRXQ1dXFqVOncO7cOeTl5f3Tgu7o6AhDQ0Ncv34dJ0+exPPnzxEXF4fw8PD/ZYSF
hSEwMBBlZWUYGBj4h21i/yoGBwdRV1fnSVlsc3FxkWnTphHK7e7x48ej9vb20NfXR2BgIO1K
V1JS4s7Dw0ML9qZNm0hTU5Pu169fUVBQsGPLli0EQMPevXu9qUkEOzu7oYaGBhQWFnJcuXLl
J9XATDUZnzx58lt+fv6isLAw/DECAwORl5eHpqamfwv6/42CHhISAm1tbezatQsuLi5oamrC
0NAQPD09sW/fPrx9+xbFxcVwcnJCaWkpPDw8cPnyZfj5+eHHjx8YHh7G2NgYDAwMoK+vDx8f
H5SUlCAnJwfNzc2Ijo4GGxsbAODWrVsQFhaGkZER/X4GBwdx9+5d7N27FwYGBoiNjUVRURGc
nJxw8eJFPHr0CPfv34ezszMuXryINWvWYPfu3XQt7o+CnpSUhOzsbBQUFCA1NRWpqanIy8uj
Bf3Tp0/IzMzEs2fPaHhCf38/MjIycOHCBcjIyGDmzJmIjY3Fly9fICMjQ2M+XVxc4OvrC1VV
VTQ0NMDLywtLlixBSEgIbQxTUFCA9PR0WoCLioqQn58PR0dHREZG4tWrV0hNTYWuri58fX2h
rq5Oc7b7+vrw5csX9PX10Qt9eHg4fv36hZSUFERHR+PkyZOwsLCAi4sLlJWVsWnTJhw/fpzO
QGRnZ8Pe3h7e3t502NjYQF1dHW5ubnj+/DliY2MxOTmJqakpaGtrY+/evRATE4OKigoCAgLg
7e2NjIwMpKWlISws7A414kVZ5TY0NKjX1NTg0aNHYDKZIITMn5iYmEs93C4uLggLC4O5uTl9
7xQUFNCWrfHx8aiurkZrayskJSUREBAAFogDDQ0NmJqaQnR0dCDVVX3y5El67G14ePhhYWEh
CgsLkZ+fj/LycmrGGoQQ/Pr1C+Pj4xyfP3/mKSwsxN27d9Hd3f0nQafEvKurC01NTQgLC4Om
piaMjIzw+fNnlJWVwc/PD9HR0TQwJiIiArGxscjJyUFRURGysrJoG83y8nJERUUhJiYGubm5
sLa2RnV1NahO87CwMHh5edH0u4aGBjx58gSbNm3CkSNHsH//fkRFRf1J0G1tbTE4OIjh4WGM
jIygvb0d5ubm0NDQgJOTE50J+FtBNzExoRfE5ORkmJqa4saNG/D29kZiYiJOnz6NZcuW/UMp
dxMTExBC6K5vZ2dnBAYG0tjXkJCQf0rQtbW1cezYMdy4cYPG7/6jgi4jIwNra2u8efOG3qCG
hITgy5cveP/+/X8aExMTGB0dRU9PD3p7e//leP/+PWpra51nzJhBrl+/3hgQEJDd3Nzsqamp
OTJ79mxSXFwcSM2td3R0oKqqClpaWnjw4EGGoKAgUVFRib1w4cLskZGRa1+/fkVWVhY0NTVz
WGO55RUVFWhsbLRhY2P7KSAg8IvJZK4zMTExAvDj1q1bzePj48unpqbu7dq16xMA4uLi8rCi
ogJpaWl0JCcno6SkBPX19f8W9P8bBD0jI4MWdCkpKTg7O4PJZKKgoADd3d2orKxEc3MznJyc
cODAAdjZ2SEvL49Ghnp7e+PixYt0mpBK9bDMa+Dn54eKigrk5eUhKysLTU1NcHBwgIqKCiIi
IjA6OoovX77Qdb6uri7cv38fe/fuhb6+Pn2CMzU1xfHjx6Gqqopbt27B1tYWDx8+xKFDh3Dg
wAEcP34cDQ0NIITQhiyZmZlISEj4E3moqakJPj4+tJBlZmbC3Nwc1dXVGBgYwOjoKJKTk3H9
+nXIysqCm5sbycnJ+PLlC65evQoODg6oq6vj7du3iIuLg46ODtra2sBkMrFgwQL4+PhgZGQE
vb299K6YSndRr8HPzw/Z2dmwtrZGVFQUVFVVwWQyYWBgQGcZqM+REILk5GQ6ZTcyMoKUlBQk
JSVBQkICLi4ucHNzg7q6Oo4cOYJTp07hwIEDkJWVRVBQEGJjYxESEoLQ0FBERUXB09MTz58/
R2hoKCwtLZGdnU2PRunq6v5J0KkTfVZWFjIzM6//9ttvREREhBgbGxNtbe2pV69eXe3u7kZh
YSF27tyJmJgYDA4O8oyPj/MVFRWBNYeN1NRUmJmZwdXVFe3t7WhqakJXVxdycnJQUlKClpYW
NDQ04OLFi4iKikJXVxe9IUpLS0N/fz/Mzc0r165dS+bNm0f2799P/P3908fHx3m7urroBSEx
MRHOzs7w8PCAo6MjbGxs0NbWBkIIp5WVFeTl5fH9+3e8evUKTCYTHR0dGBwcREtLCzXChrS0
NBgbG8PIyAhfv35FV1cXfdqpr69HTk4OPRlBIXNLS0vR2NhIn/izs7ORl5eHmpoaWFpaoqen
B9+/f6cb+5hMJsbGxpCcnEw3xG3evBmHDx/G/v376RN6cXExrl27Bm9vb3z//h09PT00fvfD
hw/o6uqi0aIBAQGQl5eHmpoaLehv3rxBR0cHYmNjERcXBzs7O1Dkv8bGRhw/fhy8vLxwdHTE
u3fv/k7Qw8LCcO/ePcyYMQMvX74EIQQjIyP49OkTdHR0YGhoiNraWkRHR8PX1xd6enr/kKCX
l5dDX18f58+fx6tXr+hZ5vz8fOzevRtXrlxBXl7e3wm6tLQ0AODkyZNwcnJCREQEwsPDcevW
LXh6eqK/vx9tbW3/abS2tqK9vR19fX200c6/EqOjo6irqzukoaFBkpKSziclJaGlpQUnT57s
OnPmDOnt7V1aWVmJ7u5uvH//Hq2trVxBQUHchw4dSlqxYgUxMzMLdHNz0w8MDFxlb2+PM2fO
QExMrAMASUlJaSeE4OvXr+vXrl37g5eXl5iYmFgJCwsbAiDh4eF3Pn36hKdPn2L37t1lLCfC
95OTk396r11dXWhra0NzczNaWlrQ398PJpMJLS0tREVFwcnJCUVFRfj58ydKSkpgbGz8Hwo6
Re47deoUeHl5/07QW1paEB4ejg8fPkBfX5/uHaAEXVVVFcnJyeju7saFCxf+UtDnzZuHjIwM
EELQ39+P4eFhtLW14caNG2hvb0dmZiakpaXBZDJhbm4OV1dXEEJw7949LF68+H+eoB84cOBP
gj40NAR1dXX4+vpSIzh/EvTMzEzIy8tj6dKleP78Oaqrq9HW1kYxwGlB9/PzWyouLi4cHBws
XFNTw+Ps7CxQUFBgHBsby3vjxo1pVlZW+6uqqiR7enr4hoeHT6qqqtrfv39f2MvLa09paelc
KjWamZlJi+fU1BR9QTs6OjAxMYHv37/P09TUFD58+LCwtbW1cH5+Purr6+Hm5iYsLS0tbGBg
IKympiYcGhoqrKKigv3792Pfvn2QlpZGamrqrfz8fNnMzMw3eXl5qaGhoVdzc3PnJyQk6Ds5
OTU4Ojo2uLm5NRgaGroVFhbOJ4Sgs7Nz1evXr685ODg0BAUFNQwODj7Pzs6eceXKFdy7d28D
Ly+vsIuLi/Lo6KjozZs3hXl4eIQNDQ23hoSEzHd3dze+evWqW35+/qv4+PjfVq1aJWxpaek2
MDAg1NTUdNzLy6va1dW1IT4+PubDhw+rU1JS4O3tbaypqdloaWnZoKWlJcVkMmFoaAhPT8/L
CgoK19LS0ja3trbS4zMVFRUYGRnB8PAwWltbMTIygqSkJFRWVs6RkZERVlNTk/Ty8jpgbGyM
/fv34/Tp09TCAAUFBaipqdF4XRUVlQUPHz6sunbtWoOenl7DvXv3GhwcHBJGR0fXU4J+5MiR
1adPnxZ+/vy5cFxc3FyqlPL06dMClmscKSwsJN7e3v7p6em8Y2NjKCkpETp+/Liwra2tVlRU
1AZzc3PY2dnB1NTUUktLq8HKyqrB2Nh4l76+voGvr2+Du7t7g5eXV6O5uXmDnZ1dQ0pKSmhr
a+uc27dvw9bW1s3Dw6OhsrJSs6KiAp6eniucnZ0N9PT03MrLy0lOTg6Jior63czMTMHf33/b
ly9f2Ht7e/Ht2zfY2Njgt99+g6SkJCQlJXH69Gk+V1dX12vXri3avXv3bBkZGY3s7OxcIyOj
2RkZGVy+vr4NlZWVr0ZHR2fX1dUhNzfX782bNw3y8vJ5dnZ2WwkhCAgIOKavr99gZGTUUFVV
pdbV1TUzOjoaXl5eYW5ubg2RkZHBUVFR6h4eHg1v375t8Pb2bjA3N2+wtrZu8PX1DbW2tt4V
Hx/vnpiY2FBfX28QHR0t8OLFi8jw8PCG6OjoUyUlJQ/U1NS0Dxw4IHz8+HFhMTEx4eTkZHz/
/h1+fn6O+/bta1BSUmqoqam5PTk5ufj9+/d49+4dxsbGMDExQfciVFdXQ1ZWFioqKsjMzMTV
q1dhYmKCtLQ0REZGIiUlBW/fvqX9uDs6OpCWlobbt2/D09MTw8PDfyforq6uePToEfT09NDZ
2Ukv6pOTk7h9+zZu3LiB3t5eVFdXIzQ0FI8ePcKlS5egoKBA23cODQ3h/fv38PT0hKGhISIi
IkD1PqiqqsLAwAChoaFISkqCn58fpKWlceHCBeTm5iI6OhoiIiIwNzdHTU0NxMXFAQBKSkr0
JsXf3/+fFvT/U6I+ODiI5uZm5Obmbq6pqZkbGBgIMzMzdQDfX79+7U8ImU5ZvbLGJPcRQs5K
SEj8AkA2bNhAFi5cSDZv3jx169atw7dv34awsHA5y3iqrbe3F7m5uZvWr1//g52dneTk5PhL
Skq6AyB+fn7KTCYTs2fPxooVK6oAkMjIyI6PHz/S762lpYUuNSYnJyM5ORkFBQVbTU1NG2Rk
ZBqMjIwalJWVG1xcXBpqamoORUZGwszMDE5OToJHjhwRvnv3rvDg4CAPRe0bHx/H6OjorX37
9qktWbJEODIyEunp6fTmrbu7e4G/v//BqKioBF1d3StDQ0NLhoaG6A58MzOzHebm5pbJyclh
N2/eRF5eHkZGRjA4OIhv374t9vHxEebj4xO2t7cPaW5ufkpNSbS0tEBFRQUZGRler169eqGk
pCQcFxcHa2trODg4nK+srEy9du3avjVr1ggLCgoKe3t7C3d2ds7Lz89HUVHRn+K/vKD7+PjA
x8cHvr6+iI2Nxa5du2hBl5WVxYcPH+Dl5YXo6Gha0K9fv47u7m5ISUkhMjKS7mTu6OhAY2Pj
3zV/9PT0HLh37967FStWkJMnTxJ/f/8KeXn54tWrVxNFRcVL8vLyC1evXk0Ro3Ti4uKCKerV
9evXSX9/vzyVhi4vL0dpaSlqa2vpkaG+vj6Mj4+jsrISFhYWnrt37ya8vLxkz5495M2bNw5x
cXGiFL50165dZMOGDeTEiRPk8uXLDqdPnwaDweA8c+ZM4MqVKwk7Ozvh4uIiAMiFCxfI169f
79+/f/9PBLhp06aR0NDQyszMTGhqajL5+fnp750+fZpUVVVtePjwIdatW1fFw8NDdu/eTdrb
24mEhATh5OQkt2/f/vz8+XNF6j2bmZmRwsJCMnv2bDJnzhySlJTE7O7uvk0R644cOTLq5ua2
0cPDA6mpqU8oDKuWllb3yMjI7pcvX1qsXr2asLGxkYsXL3a7urquNjIywsuXL6GpqYnExER6
5Iplh7hFSUmpZu3atZT7H7l06VLk0aNHOcTExPDHkJCQoOP8+fP8goKCf/osJCUlxz9//rz/
+/fvc0xMTAwWLlw4NX/+fLJt2zby8OHDhsrKyulDQ0PrDhw4MEmNDQoKChI2Njby+vXr91++
fBEJDQ2tXLZsGVmzZg3x9fX1V1BQgI+PD5ydnZOp+yA1NZWcOXOGIuTR9qQs++AuQgivvLy8
7cKFC8mcOXOIqKgo6erqOlVSUvKMep9qamokPT2dvr4uLi72hBCOnp4e/PjxA6qqqli6dCmF
B4WQkJAxFxcXYWdnL/jtt9+qKSc0AwODaltb2wIW+YwMDw/zRUZGbl63bt1n6v44deoUqa+v
n2FraytKufudPHmSeHh4oKioaPvatWt/pxziKAgMRVabMWMGxQMgiYmJhJOTk7ITziosLNSm
fjY0NJQ8e/aMzJ07l6xcuZLMnTuXLFmyhISHhyfX1dXZUe6Ny5YtI8uWLSNJSUnOERERCAgI
QGBgIB0hISFgMplQUFDAgwcP6FS/v78/4uPjERMTg+TkZFrQY2Nj0djYSJ+eGhsbUVtbCwsL
C+zZswcWFhb4/fffQTHtv3//jvfv36O3t5cW9AcPHuDevXtoa2tDU1MTKioq4OvrCxcXF3h7
e6Onp4emer179w7p6ekICwujed3Nzc1QVVWFvr4+YmNj6U55ap1KTEyEr68vhIWF8ebNG5SW
luLOnTvQ1dVFcnIywsLCEBkZiYCAgH9J0P9K1P/ZGB4eRlNTE6Kjo6nmRz4JCYkWAERbW/tB
aGgoXFxcUFdXh9HRUXR1dbEPDg5ySEhIXBMWFjYyMzN7RTlyMhiMtMHBQbGjR4+Ospzzmvz8
/LBx48a5y5cv/w6A9Pb2kidPnlAchQcLFy6EoKAgVq5cWcVym+ywsrKCoaEhDAwMYGRkRGes
3Nzc4ObmBiaTefD69et/WgMkJCRIbm7uxaCgIJiaml48duwYmTFjBlm7di1RUVGpiIqK4maN
FvLZ2to2AyALFiwgHh4ePgUFBVz5+fkYGRnB1NTUKjk5ue+URXBAQMBLb29vdHZ2or6+XpWi
D/Lw8JArV65E1tbWzqyqqkJ+fj5ycnKMREVFyezZs8mqVavI3Llzm5OTk+VZWV/2O3fu+M+e
PZsu9fn7+2u4u7vj6dOnQ+zs7ISPj4/Mnz+fzJkzh5w5c4ZUVlbK9/b2orm5+U/xX17QHz9+
jMePH+PmzZtwdHREWFgYbt68SdcrJyYm6OYqeXl5vH37FpaWlqisrMSxY8fg4+ODwcFBlJWV
oaCgAFRN8o/R3Ny8XlFRsY6iaFGkMw4ODnL06FE5X1/fOQwGg0JD3jIyMhJkZ2cn06ZNI87O
zimTk5PzQkNDERgYiMbGRhQXF6Ourg4fP378U2o5KirqFIBvXFxcEyYmJs1r164lc+bMISdP
nlwmJibmAIAcPnyY+Pj4EHZ2dsLGxvZjzpw54Obmnk3dnGNjY/RN//r162JCiOjjx4+/rFix
gsTHx9O40XPnzn3PyMiYJS0trXbkyJHPZWVlZOPGjQQASUpKKkpNTcWxY8dyAZCHDx/2ff78
efXTp09zWCKoYGZmtnnVqlWEm5ub5OTkKPr4+MyeN28eWbp06Zfa2trb9fX1kJeX/8RCyA4A
SH/16lXpr1+/tjx+/DiFnZ2dZGZmqmZnZ8vOmzePbNy4kdjY2BAAREpKqldfX38+VV74o5nK
t2/flnt6ek6w5uHHLSwsmgEQPj4+kpGRcbS8vBwsjjtqa2vh7+8PPz8/+Pn5IT09fcabN29s
qc5YNjY2kpKSUtje3g4rK6tzS5YsIQICAiQyMrJ527Ztn1knhXBbW1v5+fPnk5UrVxJXV1eD
uLg4cXFx8fesDZy+kZHRStZ7J+fPnx/bs2dPaVBQkO3AwMDOEydOjPHy8pKMjIw95ubmdiwH
wwA/P78t69ev/8bNzU3i4+OfZWRkPJw5cybZsWMHTaGTl5f/2tbWdnDfvn3FAEhISAgZGxsj
/Pz8ZNq0aSQtLU3+69ev6Ovrw7dv32BpaQl+fn4sWbIEK1aswPLly28tW7bs87Jly8imTZvI
0qVLyYwZM4isrCwREBAgW7ZsKfLw8Cj++PHjfi0trVHWtSVUn8Dr16+HCCFsFB8BAImLi1vr
6enpTgGJkpKS/Ht6eowWLFhA1qxZQwghNNtAWVm5qLCwcM/58+eLWdavviUlJZeWLFlCDh06
RNrb28/cv3//HuVE5+Xl9YFVP30/NDSkfePGjZ/Jycnk1q1bhEUv87G1tUVjY+Of4CLZ2dnI
yclBfX09UlJSEBUVRZebqHr+3wo6JcKVlZWoqKigCIxQUlKCo6MjPn/+jImJCYyMjPxJ8P5K
0Kurq1FbW4uOjg56vr6lpQUjIyN49+4d2tra0NjYSBPKGhsbUVlZiSdPnkBfXx8xMTF0w1p4
eDji4+Pp8tDFixdhbGyMmJgYREdH0/79oaGh/9uCTok6tSn5Z6O5uZnOZHZ1dbFnZGQoTZ8+
nSxZsoTExMTo2dnZwdbWFpmZmXQ5cXx8HDt37sTSpUsRGRmJR48e3WSxHToIIY937NhRCoCU
lpaqBgYGYv369fzLli37zs7OThITEwOUlZU9AJB169Zd3rp1K5YtW4Y1a9ZUASD37t0bsrW1
xYsXL+gJloKCAnz9+hXj4+MYHx8HIYQzMjLSffbs2TRk6dGjR0xCCG93d/e1NWvWkOnTp5MT
J07Y7dixo521HoU6Ojqiu7t7Tl5enjvVBHjnzh0SGxsLHx8f9PT04OvXr7C2tm6nnhUVFRWX
5ubmGU1NTYiMjGwQEBAgQUFB5NatW2TatGmktbXVqLKyEpGRkSuEhYWH5s2b911JSclIUFBw
3/Tp04mkpCT58ePHKicnJ49Vq1aR/fv3K718+ZKxc+fOCSEhodGhoaG5urq64pTtcUdHB90k
GBYWpk9NHf0x/ssLupycHOTk5HDy5EmYm5ujsbERJiYmKCkpwcePHzE6Oko/PGfPnkVxcTEy
MzORmpoKPT09xMTEoLa2Fjk5OXQq7G+jqqoKaWlp8VxcXGTFihVk//795Pjx4z+Kioosvby8
hN69e7eG2vV5eXlFHj58OJWyk62pqfGqr6/Ho0eP4OjoiPr6euTn56OgoAC1tbVobW1Fc3Mz
JicnZ5ubm9eyEI6+paWlsLCweCUkJGSrpqYGKSkpTU5OTiImJkYiIyPJsmXLyLRp03rWr18P
BQWFWTt27PjGwcFBLC0tCWXT6uLiolJdXY3Y2NgDly9f7tu3bx/tD6+pqTn87ds3tLe3i2tr
a4+cP3+eUBajaWlpHsPDw3j79m0uALJr165eVVXVl9LS0p/Z2dmJkJDQzvLy8kWysrJk9uzZ
5Pjx4x5btmyRWbBgAdm5c+fEhw8fjlRXV89QVlaeolJrly9fJiyAS5iurm7ZihUrfvb09Kx6
8eKFA8XTpnawBw8eJLdu3VoqJSWFs2fP4s6dO3j27BnU1dVhYmKySUREhHBwcJCAgADXwsJC
CAoKmpw5c8box48fZ3/9+oWvX7/ix48feP/+Pb1JKysrQ3V1NbeEhMTwunXrCJW1KCwsfJeW
lrb04MGDlawTZ/2PHz8QGBiYybLnbZaQkLjDsoxtHRsbW/306VMcOXLkBRcXF1m0aNEjXV1d
UPa/YmJitD2si4uL6IkTJ3KOHj1KNDU1cenSpScsy8+AW7duSa9YseLX+vXrib29vdHKlSvd
2dnZybZt24ikpCRZsWIFkZeX/1BfX7/t4cOHiazNA5GSkiIAyJo1a0hvb++bHz9+YHx8HBMT
E/j06ROCg4Ph4OAAd3d3yhwo7eDBg4SDg4Pw8/PTmNYZM2b8tLa2vt7b2wtnZ+cD1JjQ1q1b
iYSEBDl27Bjx8PCI+fbtG6+qqmomtYF1cnIihw8fpje0qampC7u7u0+vXr2azJ49m2RmZhKK
W/748eO4gYEBeHh47J0xYwbZvn17ta+vb+jixYs/6OnpXa6srISlpaU4Ly8vkZGR6f3x48cG
BoMRHxkZ+ayvr+/IrVu3qPuczJgxg+zevdulqamJkxDC9eHDB/wxJiYm8PPnTzQ1NSEoKIge
kaPiPxL0P0ZdXR0aGhr+EjtJxejoKH78+AEVFRXcvXuXJo/9bVavoqICLS0t6OjoQEVFxZ9G
wyhE8F8J+h8jPDwcTCaT7qKPiIig+0H+Twk6JeqNjY3/UjQ1NaGjowNTU1N48eLFO9ZzMvbz
5889lFdGZ2cnent70d/fjy9fvsDQ0BC6uroghCArK2sXi5FQb2hoiN27d9cDILGxsaX29vYQ
EBCYtXz58m9Lly4lBgYG1vz8/OoAiKGhYWh1dfV8MzMzMBgMqoaeQo2pdXR0oLW1FcXFxTSY
pLy8HKOjo3PU1NRqFi1aRO7fv0+mTZtGREREXmRmZsLd3Z0S6i5CyOaCggJDVtbp0++//86v
q6sLJSWlS9RGYN26dVPNzc1SrD6o2bW1tTNfvnzZSAm6nJwcycjI2MZq0D2oq6v749mzZ2TH
jh2Ek5OTFBQU2BBCUF1drczayNZYWFjg6tWr0yhSZHt7+5d9+/aRFStWEELIxZGREaxcudJq
7ty5JCUl5eGlS5cwe/ZsMn36dGJpaUl27txJPZenf/z4gcHBwT/Ff3lBv3XrFm7dugUpKSlY
W1ujqKgIz549Q2JiIm1gUVFRAU1NTVy4cAEJCQlITU1FQkICCgsLUVxcjMLCwr+rNfwxamtr
kZWVlUaNYwAgBw4c+FlbWyvLcvQSVVBQoMAUZN++fWTBggVk6dKlpLKyMiQ5ORlaWloCUVFR
y+rr6zny8vJQVlYGGxsb3L59G48fP4aent4aikC1YcMGj0uXLqGvrw8NDQ0QFRXFxo0brWfM
mEHY2dkJleoWEBAYdHd3n9/T08MREhJiMW/ePPr18fPzEwaDcVtUVBQeHh5QVlYumDt3Lu1Z
v3v37p+VlZUpUlJSU2xsbLSIsHakKCsrg4uLSz7lO33mzBmyY8eOr6z/XzQlJWUZtYn57bff
iJKSEuHk5CQ7d+78va+vT6etrY1dW1t7CgDJzMwkhBAiJCRE1q9fTx4+fEh4eHh+b2xs1KEY
2mJiYkEHDx5clp+fLxkVFbU8IiIChYWFaG9vx40bNwAAM2bMwIwZM9axs7OTWbNmkefPnzs+
evQItra2aG1tRXJyMuLi4pCQkECnVSlyFKtZZiM7O/vPxMREYmFhQQD8HBkZWfbixQtMmzat
BwDx9fWt//r1K8rKygJY/vx5kpKSyizkaRxVi718+bIzGxsbERER0TUxMcGhQ4fIunXrCCGE
ZGZmEgDkxYsXTTdu3PiwdOlS8ubNG1RUVDw4dOgQWbZsGVm/fj3t5//kyZMXACxZMCAHX1/f
ZUFBQYfq6+slWETBBuq6njhxgggKCpLly5cTX1/f487OznB0dISZmRlycnJACMG3b9/w+fNn
EEKgrKxcTp3uz507Rzg5OYm7uzsREBAga9euJWFhYZsNDAx4hISEyMaNGweVlJSOmpmZLXNz
c1tWXl4OQsiSK1eu1B05coRQ96ewsDC9IfLy8sr4/PnzYnl5+dTZs2eTRYsWEQ4ODsLFxUWu
X7+eWltbi99//134/v37H6lMyt69eyc0NDRw9+5dqKioXOHl5SXnz59v+vjxI5u/vz97b2/v
2ocPH/ZTEB+KQvjmzRtrQgh6e3s5/1Zox8bG0NPT86dT+R8jMTER7u7unEpKSktTU1NRX1//
d4JeXl5OldjQ3d39lzE4OIjR0VGN69evG2hqai5ob2//S0Gvrq6mT/9/+3UKD2tgYLDUyspq
aXx8/N+J+R9FPSwsjBbxP0ZERARCQ0Px5MmTpeHh4XP/VUGnJh3+1ejr60Nra6vG4sWLf7Cx
sZH8/PxgKqPW2dmJnp4euv9gZGQEExMTyMrKQlpaGs+dO3cqWKfkKA8PDxgYGGSzIDjdxcXF
cHBw4BMQEPi1fPnyr25ubmtu3rwZBIAcO3aMxMXF4devX7vFxcU/seiAxb9+/aKzKRRMhsKn
5uTkoLy8fM+yZcuIhYUFCQoKImxsbOThw4cGSUlJoDai165d833y5AmuXr0qwM7OTpYuXUr6
+vqeqampgcFg6O/YsYPIyclR92RyQEAA1eg659SpUx179uwZ379//2c2Njbi7e19MigoCAoK
Ci/Z2Nh+rlq1ihw9epRwcnKSp0+fFhUVFSE1NVWeh4eHMBiMMn19feTn58+6du0aAUCKioqI
oKAgWbp0KSGEXAwPD8e0adOez5kzhyxduvTBpk2bOKiS6bp16wgfHx/h4OAg7u7uZSMjI7yU
nS8V/yMFPSUlBYmJicjIyEBBQQHi4+ORnp6O9PT0P408UFFcXAx7e/s4AERERIROafPz8/f7
+/vz9Pb2rqQE/fr16+Tr169kw4YNZNasWaSnp8ckOTl5/eHDh6e0tLS+NzY2Tqfmnm1sbCAh
IQFZWVkoKiqu2bVrF1X7Lt6/fz+PiYkJmpqaZr59+xYyMjKGrLozIYSQ06dPU/VQR0tLS8jJ
ybWx0jz0YmtqauqXmZnJd/r06YCbN2/+cnBwIAUFBYSDg4NwcnKS0NBQ+lRGCCHr1q0jAIiz
s/PD5uZmqKmppbE4z4MBAQGQkZFxZTHDt8TFxeHQoUM0xpQQQlasWEGWLFnybmRkZF9mZiaO
Hj36idWRSqqqqsjcuXPJoUOHCPV7VVVVlQ4ODuEskUiMjY0Vra6uljp27JhUXFycTF9fH4aH
h+Hm5obLly/j7t270NTU3ETZZ4qLi+cLCQnxmpmZ6VlbWxMHBwclX19feHl5wd/fH4aGhlBV
VYWamhosLS0XyMnJ1XJxcZHU1FRCPTClpaW38/LyFh0+fLiZtXGpfv78OSwtLWNYKehhf3//
g/PmzXvHzc1NrKyszGpqapQPHjz4i42NjZSVlYkXFhaenjFjBtmyZQtpaGggRkZGVBaEhnYk
JibK//z5k62xsdGktLTUOykpaYSbm5vw8/MTJpP57Pz5806sOvWgtra2qLq6up2GhsaXlpaW
h7du3fJj1RnJx48fyaZNm8jMmTOJkpLS4Xv37uHu3bs0tSk5ORlMJhOZmZm8RkZGAdQmgBBC
qN6F9+/f0/ewgYGB8+jo6HZJSUnCxsb28+bNm24RERGiGzdulDAxMbn26dMnxs6dOyfXr19P
j8xZWlqS27dvUwvaaG1tLZ48eTI9KirKIy4u7u3Jkye/srGxkStXrsRRnGgrK6vXM2fOpH7f
Jzs7G3Jycjh69KgEi2v+OyHkaG9vL7Zt2wYAfVSdndo4SklJFY2Ojs6hMLt/jMHBQbqem5SU
hMTExD9FXl7eSh0dnYIDBw788PLyCujt7Z3zt0JbU1ODysrK/yU7vKKiQlhOTu4Tq3Qy1tzc
fKa2tvYvBZ0CnPxtsDqQr4iLi/84d+7cj9DQ0EtMJvMvRft/FXFxcXByctI6dOjQj2fPnvX1
9fWJtra20r0B/2g0NTWhu7sbY2NjGBkZ+aeDELLq5cuXbQDI/PnzycDAwDGqkezz58/4+fMn
fvz4gR8/flAbzsNpaWk3bty4UUhtEBMSEjZmZGTAz89vLz8/P1m2bBmJi4uzMzQ0pMbYSEpK
CmJiYm5RJ2QLCwv5gICAaDY2NjJ37lxSXl4e8u7dOxpQ1dnZSW/4WKOw262srJJZpSOirq5O
ABBdXd2kgoIC6OjoRLAwyDXnzp2bLyMjc4dlYT0wNDSkoa+vf1NYWPjntWvX3ufk5BSzSkVl
1dXVc8PCwo4YGxvHbdq0idy8eVPt7du3aaxGvXpdXV0AqGdjYyNfv36lN/yqqqpx9+7dw44d
O3ZwcXGRK1eu9NrY2CwJCwsTO3jwIFm0aBGZnJz0vnPnzgQAEh0dbert7T3nzJkzqaznSOPa
tWugAF+EEGJnZ0eVVImrq6vAq1ev8Mf4Hy3oqampKC0tpceIGhoa/jLevXt35dixY5+ok29d
XR0RFham6oQ5RUVFF6jGn9evX5OqqirCyclJ2NjYiJWV1TcvLy/65Jyfn+8/NjaGjo4OtLS0
IDQ0FJ6enoiMjOS2sLCw4OfnJ6xTcROABA0NjThCyJm7d++OUQ1gt2/fJrNmzSLz5s0jAQEB
jmfOnNGgGra8vLxoYVZWViZlZWVt1GtbtGgR2b9/P+Hm5iZXr17tHBgYMGUwGISHh4fs2bOH
zJkzh3BycpLr16+TpqamROoUefr0aVJaWlpOkdTu3r07ZGlpSf+/zs7OJC4ujkybNo1wc3OT
gICAoLS0NLl58+YRLi4usmTJEsLLy0sEBQWJuro6WbJkCeHi4iIaGhqVcXFxFzZt2kQ4ODjI
kSNHyJIlS4i4uDhpbGy8STUSFhUVISMjA9nZ2aivr+extLQM4ODgoFLHbbNmzSICAgIkICDg
JpPJRFhYGJydnaGpqQkNDQ28fPly6ZUrVyapNPHKlSvJwoULCQcHB5k7dy7x8vIaKCoqUqJe
B4BiABMCAgIkJibmTVdXF1JTU4XXrFkztXr1aiIkJESmTZtGUlJStJubmyEvL0+4uLgINzc3
oepr4uLi44qKioSXl5fMnj2bvH79+rOnpycqKyuRkJAAdXX1Vuo9uLi4DKelpSmuW7euk2oE
4+XlJUpKSqleXl7GfHx8hAX0IJ6envS9dPny5V4rK6s5+vr6eP78OVRUVHD79m3cu3cPmpqa
u/fs2UOmTZtGTp8+TZhMJt00Y29vT65cuUK4ubnJ7t27SWRk5E4/Pz+LhQsXkhkzZhARERFy
5MgR0tnZaR8SEpLEzc1NeHh4yLlz58Z37dpFtLS0yNq1awkPDw+Rl5f/qq2tjVu3biEnJwdh
YWGaK1eupJuNkpKSJJWVlREeHv6U6jOIjIzcamNjgxcvXsyXlpZuYfVZEC8vL3UTExOYm5tD
V1e3jmoonD17NuHl5SVsbGzEz88v98OHD1x/W8/t6upCcXExTE1NYWlp+XcREBBwn8pAXb9+
nTQ2Nq79W9FPTk5GfHz8nyZn/hienp4ICAhwpbJWkpKSpK2tTfyvBL29vR0VFRUoLi6mxh6R
lZWFrKwslJSUICYmpoC6jtbW1s1BQUF/9/e8vb0REhKCsLAweHt7w9fX90+RlJQEDQ0N6nDx
6dOnT+KUHfQ/E1++fEFSUhLtnf7PxqtXrxTnzJlDZ+u8vb0XOzs7w9XVFS9fvsTjx4/x9OlT
PH36FDo6OqKHDx8mIiIihIeHh2zYsOGTp6enVX5+PpePjw+Cg4NnvnnzxnXmzJlk/vz5hIOD
g+zdu5c0NzfrtLa2TmMymXj69KkOC5lMPwtqamqhFKiqo6ODbqD9Q+1Y4PXr14Ps7OyEnZ2d
rFmzhixdupSws7OThQsXEklJSc+8vLydDAaDLFiwgPDw8IywsbGRBQsWEAcHh7cGBgZ6VFOp
mZlZUnFx8fGNGzcSLi4u4uvr+4sSUgAkISFBvrq6Wo2Li4vMnz+f2NnZPZKTk/OgGku3bNlC
ODg4yKFDh4ijo6PY48ePBahDyqpVq74uW7bsd9bhrL+9vR0pKSlbVq1aRQQFBcmhQ4e+L1iw
gFhZWdW/e/du5Zs3b8LY2NjIokWLyJUrVwhFprS2ti5tb2/n+tt+sP9rBN3JyQmOjo7w9PSE
l5fXnyIkJET6+vXrRFhYmBw6dIh4e3s/dHNzu7lz507y+PFjkpWVJbdjx47Rffv2kcePHzNT
UlKYfHx8TC4uLubNmzczEhMTwwB85+DgIIWFhT4DAwNobGxEd3c3fH19YWNjA3d3d1hbW8PU
1NRMSkqKSEhIECEhIeLm5pY4ODh46sWLFz/FxcXJ3r17yW+//UbWrl07ce3atVeNjY1ilpaW
ZMeOHV3Ozs4OxcXFjA0bNjCnT5/OlJKSCk5PT5eXlJQMuXjxInPmzJlMAEwpKSlmbGzsb58+
fUJqaqr62rVrmYsXL2ba29szRUVFmdLS0vr9/f1KR48eTQDA3Lt3b3RQUFCVoKBgCjs7O1Nd
Xb0wICCgjJubmykgIJDv6+tbq6amxpw3bx5z48aNTCUlpevh4eFLnz17FnLz5k2mvLw88+HD
h8yEhAQVT0/PK+rq6sybN28y/fz83qanp3OGhoa+2L9/PxMA8/79+8zs7OxjlINbZWUlysvL
/zRL2dbWtkdRUTFFUFCQqlenmpiYMKiO5+DgYHh7e8PT0xM+Pj5ISUlZKi0tPcDqhB3Myspi
ZmVlMc+ePdvL6sidKCkpwbNnz6Q2bNgQt379+s8SEhLEwsIitr6+fllHRwfGx8ehrq4uIi8v
z+Th4WHa2toyCSGzy8vLYWdnZ/7w4UPmnTt3mAoKCkwFBQU/RUXF2ZGRkSqKiorMO3fuMFNS
Ul6VlJQgIyMDb968wb1790wXLFjAXLBgAdPGxuali4sLDAwMfjMwMGBu27aNmZiYyCwsLISh
oaHkpk2bkmfMmME0MjKKt7S0jFy0aBGTnZ2dqaWllZqVlTWHOrFRndLBwcGIjIxc5uTkxLx6
9SrTwcGBWVdXZ2xraxuckJDg0tbWJuXm5sZ8/fo1MycnJ6qiomJOVFQUXF1dLdetW8dcsGAB
08/P7+nU1BTq6+tl4uPjmcbGxoY3btyY3dvby3R0dLzm5OSk6+npyUxMTHQsLi5Gfn4+qqur
kZGRYbVu3booAExpaelEQsitFy9enFdSUgpnfdYDU1NTm9LT0xEUFDTf0NBwTExMjEhJSRE1
NTVRMzMzVFdXo6GhYautrS1TUVGRmZOTw/T392eqq6szi4qKJPv6+tj/9pTZ3d0N1rWAo6Pj
n8LZ2RkBAQEiV69e/b5v3z7i7u6uV1RUxE6ZLaWmptI2uZRlMCXgfxu+vr4Ohw4dIpKSkqSs
rMy/sbHxTyn7pqYm9Pf3IzMzk95YFhYW0uWguLg4JCcnIzo6mu/ChQutioqKpLW1Vaq7u/tP
Ne3Ozk40NTXRTX7l5eW0gVBBQQEKCgpQV1eHiIiIGGFhYWJgYDDy4cMHDA4O/gm69J9Ff38/
pqamkJ6eDmVlZejr6//T8fLly8tycnLk2LFjxMHBoTUzM3NhSEgIUlJSoKWlhV27dtFTJ8eP
HzfYvn07YWdnjxMXFw+5ePHi0sDAQCQmJsLf3x/u7u6wt7eHhoaGOQcHB1NMTIyZlJSkTq0F
WVlZKCsr47e3t8/asWMH2bVr11cTExOfkZERnj+CplpbW5Gbm0sLWWdn5/THjx8nAyCioqIk
NTU1Pysri6mlpfWR2pyVlpby1tTUPBUSEmIKCgqSvXv3jjx58oTZ1NTEo6yszFi9enX0+fPn
46Ojo4UzMjI4VVRUDKZPn87U0dHJtbGxSdi4ceOnPXv2BCcmJk4jhPDJyMgwAcQmJSVpE0LW
MhiMLADM3bt3M7du3coUFxdP/PDhw1EvLy/+VatWEX5+/k/nz58fP3r0KDEwMGiKiooSiY2N
xfDwMLKzs72XL18eM3PmzDJXV9eUtra2ZVVVVQgJCQkUFBRkcnFxMQEwubi4mK9fv2ZOTU3t
/fTp099Z4f6PF/SysjIUFRXB2NgYsbGxsLe3px5cmrPu4OCA/Pz8/dHR0bLFxcUXfX194ebm
hvj4+PPl5eXywcHBsLKyWlVWVnbs6dOnKCgowJIlSzBv3jxcuXIFPj4+Dzk4OIi+vj75+PEj
Z3t7O9ra2tDd3Y2cnBw4ODiAVT+Ci4sLJicnLxNCZL28vPZaWFigsrISHR0daycmJmQbGhpk
P3/+LGthYbH+7NmzSElJwY8fPw4kJibONzMzQ0VFBX777TdMnz4d0tLSyM7OxokTJyAnJ4f1
69eDj48P169fh6urK7y8vJCdnY3Vq1dj9+7dCAgIwOnTp+Hn54fff/998YULFwAA4uLiCAoK
wvbt28HOzg4NDQ0wmUwAwNmzZ0EI4VJUVMSiRYuwdetWqKmpITw8HK9fv8aDBw+grq4OY2Nj
pKSkIDAwkP56UlISvWAdO3YMnJyc9M/l5ubSKdDKykpUVVXR/25sbISRkRGioqJk3759K33g
wAHo6urC29sboaGh8Pb2pkcZfX19Kce286KiokRHR8eDsirV09Pz3bt372BcXNzCuLg4PHv2
DAsXLoSxsfGMHz9+nLWzs0NNTQ1aW1tRX18PdXV1aGhoYM2aNfD09MTnz5/R1taG+Ph4aGpq
4smTJ9DR0YGKigquXr2KtLQ0+usVFRXo7u6mjXx0dXXBx8cHPj4+eHh4wMzMDPr6+jA3N4eY
mBht+aurq4tt27ZhxowZaG5uRlBQEPj4+MDOzg49PT3k5eXRNePU1FRkZWUhOzsbxcXFCAsL
g4KCAgIDA9Hb2wsvLy8UFxfj48ePiIiIgIODAzo7OzE6OoqAgAAEBARg27ZtEBISQmhoKF2L
LC4uhq2tLaSlpTE6Ogpvb28aQ1pWVoaenh76ZFpQUIBt27Zh2rRpuHTpEmJjY18JCQlR44tk
ZGTk+ODgIMbGxvDjxw+Mjo7OHxkZkS0rK9ujpaUFW1tbREdHo6SkBF5eXtDS0kJdXR1iY2Px
4sUL1NTUoKur6+/Sxp2dnaisrISfnx/9XqjxNi8vL3h4eCA2NnZ7SUmJ7MDAwPKGhgbU19ej
paUFY2NjaG9vp5tUJyYm6HrvH4P1NcGioiLZ/v7+S52dnSguLkZNTQ2amprQ2NiI6OhoXLx4
EWpqarC3t8eBAwdw48YNhIWFITMzE/Hx8UhNTaU2DQsJIYeoU/UfG+9aW1uRk5MDc3NzUJuc
4uJiVFVV0c8CtZGIjY2VbWlpOUl10/8zQWUhh4aGMDU1hY8fP/4rMXdyclJ2fHxctqqqijcz
MxN5eXnIyclBWVkZGhoa/lhu2Nje3i67efNmnD59GufOnYOnpyeSk5Ph7+8PT09PWFhYQE9P
D/Pnz4ekpCRSUlJQWFiImpoa5ObmIicnh5rflh0bG9sWGxtLl10GBgbw6dMn5ObmQlNTEy9e
vKC73u3t7bdv27Zt0tLSsuD79+9oa2tDfn5+/P79+7+mp6frDwwMoLCwEKtXr0Z0dPS2zs5O
vvv376O+vh56enq4efMmUlNT4eLiguTkZCgrK2POnDl4+fIl3rx5A1tb282ysrKcgYGBIITg
/v37AAB3d3cQQuDp6QkAOH/+PJYvX46DBw+CEIL6+vozrOxGHSFkEyFEtK+vj8fFxQUxMTEY
GxtDeXk5Vq9ejTNnzuDr169IS0tDfX094uLisH37dvDy8mL+/PlYvHgxHBwcMDk5+Zf+Av9X
CHp+fj5sbGwwOTmJ6upq2NjYwMLCgl4MXF1dkZCQAA8PD9rMwcnJCV5eXsjKykJ4eDieP3+O
+Ph4PH36FHl5eZg1axa2bduG3NxcpKWlOaqoqKT39PRc6u/v56B8swcHB9Ha2gpbW1vY2dlB
V1cXdnZ2NBvYwsICFhYWqK2tRVVVFWpra5GWlob29nbo6enhzJkzSE1NxejoKHx9ffHmzRuU
lZVh9+7d4OTkxKlTp5CTk4MnT57A3d0deXl5uHHjBhgMBp49e4YnT56guLgYhw4dwpIlS+Dh
4YGTJ08iJyeHmxAyl/JyFxUVRUhICDZs2AAA0NDQQExMDC32X758wf379zFv3jzw8/NDW1sb
WVlZMDIygpycHFRUVKCvr4/4+Hj4+vri+fPnuHPnDuLi4pCSkoLQ0FAcPnwYnJyctDteXl4e
qqqqaNtI1iwnioqKUFNTg4cPH8LFxQUvXryAiIgIdHR04OPjg9DQUCQmJv6pHyI5ORn5+fnT
q6qqnuno6GwKCQlBamoqjI2N+aSkpOaHhIQgISEBGhoa4OPjg7q6Orq6umBlZUUbDTU2NuLJ
kydQVlbGypUr4ezsjKmpKbS0tIDJZOLJkydQUlKChoYGlJSUcPXqVSQlJUFVVRVKSkooKSmh
nZ7Mzc2hpaWFhQsXYsGCBXBycoKvry80NDTw4sULHD58GLm5uUhMTIS+vj6EhIQwY8YMlJaW
IiAgAIsWLQIbGxu0tbWRm5sLf39/REVFYXh4GMXFxbRnf2BgIOTl5eHt7Y2uri44OzsjKyuL
JvGZm5ujubkZg4OD9L2+detWbN68GUFBQRgcHERPTw+ys7Nhbm4OGRkZ9Pf3w9vbG35+fggK
CkJBQQGam5vR2NhIm7Xw8vICADQ1NfHmzRvt7du3k8WLF09FRUV5/vjxgyYFUjCgyspKJCcn
Q0NDA/b29vQJ1MnJCU+fPkVZWRnCwsJgYGCAiooK2uOeRQnEu3fv0NfXRzdh/TH6+/uRnp5O
0+diY2PR3NyM+vp6dHZ20kyCrKws2NnZ0Q6Qw8PD9H33x+jq6kJsbCzKy8vpDUFHRweysrJQ
VFSEPXv2gIuLC6qqqggKCoKIiAhWrlyJN2/eIDk5mcpiwMvLCzY2NhgfH8fAwACNM6bWrPLy
cqSmpsLe3h5v376lJ25aWlqQn5+P7u5uNDU1oaCgAF5eXigpKQF1ym9paUFra+s/FBTdrK+v
Dz09Pf9S9Pb2oq2tDXV1dcjLy0NGRgZdXqBGCqmgAFEbNmzAyZMncfbs2b8U9GfPnmHevHk4
c+YMDZaiGtuysrLQ3NxMNzEGBwejq6uLFvSPHz+isLAQxsbGsLKygpWVFaytrWFlZQUpKSm+
sLAwzi9fvqCxsRGZmZnztbS0+AcHB/Hp0yf2+vp6rFmzBu7u7igoKICioiJqa2uhq6sLGRkZ
hISEwM3NDSkpKXj06BFmz55NC7qOjg6Cg4PR39/PNjY2Nquvr4/t6tWrePv2LVjNrQCAAwcO
4MyZMzAyMsLPnz9RVVUluHHjxt9PnjxJBgYGjo2OjqKmpgaurq6Ii4vDyMgICgoKsGbNGkhI
SGBwcBDp6emor69HdHQ0hISEMGfOHMyfPx98fHw0++CPPif/7QT93LlzcHZ2RkdHB0xMTFBU
VITx8XG2kZERGr0oKyuL/Px8FBcXo6ioCOnp6bS3tpmZGT5//oy+vj5oamqCwWDQXtE+Pj7I
ysqCh4cHUlJSEBERQX+9qKgIiYmJePPmDVJTU6GkpITq6mrMnj0bwsLC6OzsRFFREV68eEHv
mNrb2+lda1FREZhMJvLz82FrawsrKys0NzdjbGwM5ubmNNCjvLycpga1trbi+fPnOH36NNLS
0jA8PAwfHx+wOqmxadOmPznitbe3o6qqanZ9fb3j3bt3HQ8cOOCoqalpaWxszNXS0oKIiAgY
GxvDx8cH4uLiSE5OBiEE1An9wIED8Pf3h6SkJA4ePIgnT57Azs4OALBv3/+Pvb+Oqmrt9/7x
NyiCjYEBdhdiYXdgIRaigoqKYiMCCgqIIIIgIiDSIN3dDYvulAbpkhJQFGN/fn9815y/vc99
6r6f84xxznNux7jG3iq4WHPNeb2vT71fW/D161fcvHkTgoKCUFZWxuXLlyEvLw8jIyMYGxuz
tbnQ0FC4ublBV1cX165dYw9XAQEB2LhxIwBAS0uLFaSGhgakp6fDxMQEL1++RGhoKEsHS0hI
gLu7O9TV1bF69Wo2QmcQoF+/fv1LqmlwcFCgs7MTaWlp6OnpQWZmJjQ1NXHw4EGEhIQgLi4O
9+/fx8SJE6Gjo4OWlhbo6emhsLCQHetRVlbG/fv3MWfOHNjb2+PXr1+soCsrK0NZWRlKSkq4
ffs2ZGVl/11B19DQwJQpUzB58mSYm5tjaGgI2dnZePjwIdavX4/MzExER0fj2bNnmDt3LgCg
sLAQ3t7erKA/efIEqampcHJygrm5Ob59+4a6ujokJiYiMzMT7u7uuHjxIlxcXP4i6F1dXcjL
y4O9vT0+fPiAtrY2eHp6wt/fH2JiYli6dCk8PDzQ3t6OxsZGFk50/PhxtLe3sxkQf39/FBcX
o7W1lY2OGxsbYWdnh9evX+PNmzcwMzNDUVHRrRs3bqz28PAAEaG7uxutra2sCxbDon/w4AE8
PDzw9etXtLS04NWrV1BVVUVFRQW8vLygrq6OxsZGcDgcaGtrw8bGBpaWlnj58iU4HA4GBwfZ
buo/d1X39vYiMTGRPZBXVlaCMeMpKCjA5s2b4eHhAWtrazx//hympqaoqKhAW1vb3wh6fX09
IiMj0djYyGY29u3bh0ePHqG8vBzLli3DggULoKamBnd3d2zfvh3r1q2DgYEBoqOj0dDQgICA
ADg7O8PW1hbfv39nEaZ1dXUsha6oqAgJCQlgZrmZdHtbWxv8/Pxw9uxZBAQEoLKyEg4ODsjN
zUVjYyPrWf6fRaAyHfo1NTVobW39f17QDx48CBcXF3z9+hXl5eUICwvDq1evQERjP3/+PPLT
p09YtmwZ7O3t/y5BNzAwwMuXLxlAF09HR4fgr1+/eKqqquDs7PwXQZeUlGTtuYeGhgQSExPx
9OnTjVlZWTcaGhrQ2dn5v1fQZWVlISsrixMnTvCpq6vfd3BwqL148WLty5cvPyYnJ0/7/fs3
IiIiki9cuFC7d+/eWkdHx6fOzs6wsrJCdHQ0myZ89eoVBgcHUV9fj6dPn0JCQgInT56EvLw8
NDQ02Oa1yMhIXLx4EaampoiOjoa/vz+sra3x4MEDuLu7Q19fH6WlpYiOjkZkZCQqKysRHx8P
FRUVNDY2smMsRUVFyMjIQFJSEtLT0/Hx40dkZGQgPz+f9fZmxuaYP2M2qZaWFtjb2+PVq1co
Ly9Hd3c3i5bkcDjYt28fnJ2d2c7d5uZmYQsLi1QRERESFBSkWbNmET8/P504caIxKytLJTc3
d2ReXh5iY2MRFxeHjx8/4ufPnzh06BBWrVqF+Ph4ZGZm4saNG1BRUcHly5fx6tUruLu74/nz
52hqakJJSQlLCduyZQumTZsGfX19dgN69uwZSkpKmBEXWFpawtXVFRkZGaisrISTkxNWrFgB
FRUV+Pn5ITc3F8XFxVBRUcGpU6cgISEBa2tr/Pr1izVIYNC2hw8fhpKSEpydneHu7g6m5t3Z
2ck6dfX29vL/+PFjFBGxUa2mpia2bNmC9+/fIzU1FUZGRli0aBEuXryIyspKuLu7o7Ozky0V
MJ+Xo6MjPD09UVVVhc7OTrYh69GjR3jy5Alu3boFKSkpxMbGsoKenZ2NioqKv3jbX7x4EQYG
BmzzztDQEAoLC/HgwQOEhobCwMAAioqKkJKSwp49exAeHo5Hjx5h4sSJkJCQQEhICBhjC0tL
SwwODqKqqopNdaanpyMkJITFsZaVlbH0sV+/frFRcFZWFjw8PGBlZYXZs2fj/fv3MDAwgJub
GwYGBpCcnIyXL1/i6dOniI+Ph6ioKHbu3AlDQ0OEh4fj27dvLJOdQfoSEbKysmBqaorKykpc
vXoV5ubm+PDhAw4fPgxDQ0MwaU8GHhQWFobg4GB0dXVhaGgIoaGhuHPnDstut7a2hpGREYyM
jLBy5UrIysri1KlT2L59O9zc3PDjx49/1dGMYXCHhobC19cXTMr/27dvKCwsxKFDh+Dj4wM7
Ozu8efMG+vr6sLS0RH5+PoqKiv4y2lZSUoLo6GgEBgaioKAAx44dYw+iVVVVEBMTw/z58/9G
0JkDf1FREQICApCbmwsNDQ2kpaXBzMwMUVFRqK2tZVPu/5agd3R0wNfXl31Ne3t7eHh4oKCg
AEpKSjA3N8fHjx//VR/vf20xzpXc3pR/SNT/Jwt6eHg4DA0Nwfg5tLe3Y+nSpf+QoBsaGrJ+
/4wBEZNB+bOgKykpgYjQ1taGb9++jUxOTuZVUVFhfd7/Vwv606dP8fTpU5ibm09nTDcY5ylf
X1++2tra04y9IC8vL40ePdpxzJgxAABnZ2d0dXUhPT39L4Kura2NQ4cO4cKFC5CVlcX58+dx
+fJlls4zZswYVtA1NDSwZ88ebNy4ESoqKoiLi2PrfpWVlcjJyUFOTg68vLxQWFgIBwcHVmhz
cnLA4XCQlJTE/p5JxzP/z0SP3FQcb29v74ja2loYGxvD2dkZlZWV+Pz5M/Ly8hATE4O4uDjE
xsb+pa4ZExOjNXr0aBIWFiZpaWmHZcuWPZ47d24b04mcl5c3JTs7G4WFhairq0NZWRmKi4sR
Hh7OuCshMTERFy9exLVr13Dp0iVYWFiwphJ1dXUYHBzE8PAwysvLsWXLFixfvhzPnj1DS0sL
WwvnCiv6+vrg6emJ169fIz09HQUFBfjy5Qva29sRFRWFoqIi5OTkQFlZGbKysrh16xbOnj0L
JycnfPv2DUzN8ffv38jPz2c3ARcXF8THx6OjowOfPn1iN0fG0aqoqAiurq6YOnUq5syZw9ZZ
r1y5AldXV8TGxuLSpUvg4+NDdHQ0iAi/fv1CWFgY7OzswHjMp6SkwMLCAs7OzizBqq6uDtLS
0vD29sbLly+hrq6OkJAQ3L17FwoKCsjNzWVtRmtra9He3o6HDx/C29sbRISWlpYRLS0tPD9/
/kR1dTVMTU2hoqKCI0eOsLAGS0tLnDhxAoKCgjh79iwSEhIQHBz8N4LO4XBYIw0mfV1WVsZ2
/ra3t/P8/v2bp7S0FEZGRuBwOPD09MS6devAx8fHWBDjzZs3+PnzJ2xsbPDq1SukpqbCzc0N
kyZNgpiYGC5evAhpaWl8+fIFKSkpePbsGYaGhtDW1ob+/n6e5uZm9jNUUVGBs7Mzli9fDgDQ
1dXFwMAA6uvrERcXByMjI2RlZSEkJAQMc314eBhXrlzB7du3QUQoKCjAjRs3YGxsjL179+L2
7dtQUFCAlJQUQkND8ccff/ylFt3R0YHW1lbezs5O3paWFqSnp7OHlM7Ozn9V0F+/fg0TExOY
mpoiLS2NdZBjVnV1Ndzd3SEkJARXV1dcuHABAKCtrY3Kysp/V9BjY2PZ56qjowNr1qyBuro6
TExM2OidO+f+bwp6e3s7/Pz8MGXKFGhpacHCwoIdrT116hSbCfyXM/b/0WIaT2tqatDW1vZP
Qf+/KOiKioogInR0dODbt29ITk7GPwWdu968eYM3b97AxsZmpL6+virXvYvCwsIUWlpacOrU
qUHGn5r7XwsAWL9+Pcs2/vcE/dKlS7h06RJu3LgBJycnvHr1CtOmTcPr168RHx+PFy9eQEJC
Atu2bYO6ujoiIyOhra2NjIwM5OXlITMzE7W1tSgtLUVaWhpcXFzYIf8/C3ppaSkyMzNRUVGB
+vp65OXloaKiAoGBgUhMTGSwjcLfv39fVVdXB0NDQ9jZ2aG8vBxNTU348uULhoaGUFRUhOzs
bKSmpiI9PR1NTU1Lrl+/3s41b6D09PR1hoaGqK2tNZ42bdpPAH+4ublFZmRkIDIyEhUVFUhP
T0dsbCyICF1dXRgeHkZ4eDguX748R0VFZdW9e/dWvX37dn5GRgYKCgpQWlqK/v5+/Pz5E+Xl
5Qv27t27SkxMbJWZmdmq1tbWicxmyGQY2tvb4eLiAjMzM6SlpSE3NxdNTU1ob29HX18ffv78
iYSEBJw6dQq3b9/GzZs3WUH/8uULOjs7+bu6uvgaGhoQFBQEHx8fNlItLS3FwMAA2tra0N7e
jt7eXpbwZmRkBCUlJWzYsAGjR49GfHw8fvz4gUuXLsHNzQ0RERE4f/48xo8fj7i4OHz//h3D
w8OIjIyEk5MTSktLkZubi8jISFhYWMDT0xM9PT3o7OxEWVkZZGRk4OzsDAcHB7i5ucHOzg4q
KipwcXFBfX09mEas8vJy1NfXQ0lJCQ4ODhgaGkJXV9fazs7OiYzv99u3b6Gurg4pKSmEh4fj
169fsLGxgYyMDAQFBXHy5ElER0cjJCTk3xR0pque4aXX1taiq6sLRDR+cHBwYkREBMzNzZGW
lgZPT09s3boVAgICSE1NhampKd69e4fh4WE2GxQXFwdvb2+IiIhg06ZNuHr1Ki5cuIDBwUEk
JiYyqcvZPT09swcHB6dXV1dDSkoKAKCmpoaMjAysXbsWEyZMwMuXL1lBj4+Ph4mJCZKTkxER
EYFfv35NGxgYGEtEUFRUxP379/Hjxw9kZWVBWVkZJiYmfxH006dPw8nJCT09PWhqagJDoGto
aEBra+uStra2BR8/fkRKSgq8vLzw5csXdHR0jBoeHhaora3F4cOH/yLoDOo2MzMTBQUFrNMY
cyjz8PDAggUL4O3tzZoe/T2CzjRxbdq0Cc+ePcPbt28RExOD2tpaDAwMYHh4eEZNTQ1iY2P/
XUF/+vQpbGxsEBsbi+zsbFy4cAFGRkZobm7+uwWdEfXc3FzU1tb+XaL+T0H/p6D/ly1paWlI
S0vj9OnTUFBQOCggIEDLly+n3t5ecRcXlytcR7WGR48eZZw4cYL09PScdHR0YGpqivb2djQ3
N+PDhw8wMTFhN5j/SNCFhITw7t07JCYmQk9PDwcPHsS2bdvw8OFDxMfHs2l3pvba2tqKzMxM
pKSkwNPTk30QiouLkZSUhMTERHbDZywSa2pq0N7ejrCwMKSlpeHjx4/sJp2cnAwbGxuWvdvc
3Mz6RjOpe+YB7erqWn/9+nUCQGpqagU/fvxYlJCQgFu3bmHy5MkDvLy8FBoaqhsWFgYZGRm0
t7fjw4cPSEpKQm9vLz59+oSfP3+is7MTcnJygeLi4rRu3TqytLRM6ejoQEFBAYsnDA4ORmlp
afq8efNISEiITp06RVVVVZJVVVXIyspio/jv37/Dy8sLZmZmKC0tRVVVFTsv2t3djd+/fyMz
MxPnz5/HzZs3cfPmTZw5cwZeXl4M4xtEBDs7O9y5c4dtrHNxcUFBQQE+f/7Mzth2d3ezWEMb
GxsYGBhAXFwcEydORGRkJNra2li/+D8LempqKoaHh9nDjLe3N5qbm1FdXY20tDRYW1vD3d0d
Q0NDGB4eRmtrK2RlZfH+/XtYW1vD1tYWZmZm8PX1RW9v719Smc3Nzejr64O6ujosLCzQ2dmJ
rKwsdHV1oaOjA8+fP4e1tfVfBP3nz5+wtrbGuXPnMGnSJMjIyCA5OZmFC3HrdDOrqqqQmZmJ
6upqVFVVMZa3bCNaU1MTGKqUjo4O3NzckJGRAQ8PD1bQ8/LyYGpqym5ELi4uMDIyQnx8PMLC
wjB79mxs27YNN27cgJycHL59+4aampqRly9fhp2d3TymLh4SEoLLly+Dl5cX6urq4HA42LRp
EyZOnIjXr1+jv78fra2tyMnJgZWVFQoLC+Hh4YHo6OipzPNy+vRpaGtrg4iQmZkJVVVVvHv3
Dnv27GEFXUFBARcvXkRERASKiopY8cvJyUF3dzfrVlZZWQl7e3tmVGvMwMAAn7u7OyQkJP5G
0M3NzVFQUPA3tqjt7e1HQ0NDVRYvXgxfX19cvnyZzTjU1NRg3bp1WLhwITQ0NBAQEIDdu3dj
48aNMDU1RVZW1vrGxsaHMTEx6OrqwtatW/Hq1au9NjY2kzgcDn79+iWal5e3PC4ubnFYWNi6
ysrKR/b29mvNzMxQUVHxsKys7NHg4OBhX19fTJ06FUZGRrucnJwEuRAZlWvXru0xNDT8hwX9
X0bq/xGFrbm5mW3oq6mpYYOStLQ0pKWlISkpCUlJSX8R9T8L+pEjRyAlJQUHBwfExsYyQCPo
6+tDTU0NEyZMwKFDhxASEsJ2uTMB0D8F/f/xGjrXbU1m0qRJNGnSJPLx8WnYs2cPzZgxgzw9
PV8VFBSMtLKy2lJaWjq/srISiYmJ49PS0gyioqIyfH19lWxsbOb++vULtbW1MDAwWHDq1KkF
ioqKCxQVFRfcuXNngZqa2gJXV9dJZmZmU2bPnr1AX1/fMDY2dpWJiQlOnjy5YN++fQvevHmz
ICYmZoGqquq6kJCQgLCwsIyAgICMzMzMxJycnCU5OTnw8fHZFx4enhEREZGRm5urmpOTw5ua
mjqOw+HYBgQEZCQlJbkWFBTIh4SEZMTFxWU4OztLxcXFHYmIiMhwd3dP19bWVvTz81uop6eX
oaenl5GTk6PJjRJ5Ojs70d3dzUaR8fHxKC8vF5OXlyeuG9cjBwcHnDlzBsrKyjPGjx//DQDV
1tbO6ezs5JORkTkQERGRkZCQ4JOfnz+6q6sLzc3NaGpqmlxeXv766tWrvQBo4sSJZGNjM5Cd
nZ1RXFy8qr+/Hx8+fJhz8ODBuzY2NoPbtm0jxp/9zZs31Tk5OdaVlZXIzs4elZSUFJOenp77
9u3bG/r6+gu9vb0zwsLCMgoKCq4xm0l1dTWCgoJw5swZXL16FVevXoW0tPQoU1NT5cLCwozY
2NiU9PT0dH19fa3nz5/Py83N5WXG31paWlgsLTfiH52ZmelqamqaoaWllXH58uWMJUuWyEyf
Pn1cdHQ0+vv7BW/fvr3c3t7+YlxcHM6ePTtGUFBwQURExMvh4WGBX79+ISIiYoqBgYFpVFRU
RkhISIaTk1PGs2fP7ri4uIzhNipKx8TEZJw5c0YyIiKC39LSEra2tnj79i0CAwMRGxsLe3t7
uLi4ICIiAvHx8ZdSU1MzLl26pOvo6Diut7dX7tmzZ+kFBQUXSkpKoK2tDU9Pz5EvX75ccP78
+QX5+flziAimpqbC+/bty54wYUKGpKRkhpub2/6goCCEhoYqycnJZezevbs1NTX1dEJCglZw
cHCGm5tbhrGxcYaLi0tGfHx8RkxMjH5eXh6kpaUhISFhoKiomGFoaJiRn5+/xs3NbeKuXbsW
jB07dkFkZKS4sbHxgufPn1tWVlZmvHr16pKhoSGysrJ4ra2tgwEUL1y4MO/SpUsa8vLyI8rL
y8dERET4TZ06NRtAjL+//5vExEQBIyMjsUOHDmXw8vJmXLt2LcPHxydj+fLlGePGjcvQ0ND4
MDQ0tKSwsFDGzc0t48mTJxmJiYlXHjx44CgpKRmvoqLipaWlNXf//v2TNDQ0DnV2dlplZ2dD
WVl52bNnz3bt379/3rVr10bIy8vj0qVLkJOTQ0xMDMrKytiacE5Ozsro6OjU4ODg9MjIyIzQ
0NBkOzu7WTExMQgLC8PHjx+hq6u7QFJSckFSUtIMBwcH1ojG1tYWL168wJEjR3D69Gl2nT17
1nXLli00b968DCcnp7pTp05lA8h4+PDhh5KSkk/Lli3LnD17dsaNGzdeP3ny5MKaNWsyVq5c
maGvr59x69atoZUrV5K7u7taRUXFi82bN2cuXryYbt26ZeDk5HT12LFjA+Li4n3Xr18/vGXL
Flq3bh1t2rTp64sXLzJERUVp1apVpKGhQXFxcZ+EhYWz586dS9evXy9KSEgI3rdvH40ZM4bM
zc05bW1t/7CgMxmJkpISNDY2/qud/n9eVVVVaGxsxNevX9HW1obs7Gy2wTA7OxvFxcVIT09H
cnLy3wj6yZMncfz4cbi6uiI+Ph5+fn7w9vaGra0tdHR0MG3aNJw+fRpxcXHIyclBSUkJmwFg
eOw9PT0ICQlhZ+qZsTUOhwMtLS2YmZn9U9D/Jwm6oqIiu1RVVWUYe0smxb548WLy8PC4mZSU
xAIOnj9/Dltb2+tiYmJszf3YsWM/iGhVf3//KUVFRVq2bBlt2LCB9u/fT+Li4rRv3z56+fKl
roaGhtOMGTNo6tSppKmpmaWiohLMeGsfPHiQNm/eTIyzFuMENmnSJIqNjXXu7Ozcu2fPnh/M
a0pJSVFhYSGysrKuLlu2jACQqKgoubm5sT+Xuro6JSUl5TG/P3XqFEVFRbF//+7du5S+vj50
d3fzcrm6CAoKgrq6OgwMDGBrayu2b98+4loYJpmamh6Ul5cXMjU1LeYSy6i3t3eRn59fCANn
mTVrFkVFRTkNDQ2huLh48aVLlyoYZyYGzzpnzhzi4eEhXV3dlo8fP67y9PSMZdyi5s6dS2PG
jKHZs2fTggULaMWKFZSRkaH75s2b3cz7PHfuHIWEhBA/Pz+NHj2apKWlA8+ePYszZ87g+PHj
uHLlCl68eAFdXV1mhlR89+7dxBwo+Pj4aOTIkXTz5s3+V69eTXz69Ck0NDTw9u1bfPr0iaVl
EdEUZ2dnAkB8fHy0ePFiGjduHE2ZMqUoMjJyZW5ubqKYmBjNnDmTLCwsfOTk5PLGjBlDGzZs
oPr6+nvfv39HbW2tCuO+9yfkKbW2ts5UVVWdOXr06G4GxvPmzZvM4ODgOV5eXvDx8YGnpyc0
NTWhpKSEhw8fQkxMDHPmzHnNpeVRYWHhEWNj4yYuzCTL0dERdnZ2/Jqamsni4uI0c+ZMunv3
7vfc3Nw1mZmZYxmL4XHjxtHly5e39/b2jr13714lc581NzfbPHr0qIiB4hw/fpymTp1KPDw8
NGLEiFgfHx8YGRm9ZNwB+fj4SF9f3z0pKenmvHnzSEBAgPbs2UPm5uasE5eioiJ9+PBhgZGR
UezEiRNJRkaGpk2bRuPHj6f9+/dPVVdXl540aRLNmzePpkyZQsuXL6eIiIhlZmZmKxgHLCkp
KYqNjaWxY8cyLmuDRLTVwcHBn7mm79+/p3v37rEY1nfv3u07d+5c9NSpU2nt2rW9RUVF7nv2
7KEJEybQuXPnSE9Pb9rDhw/x8OFD3L17F4GBgUhLS0N8fDyysrLg6+ub/ufPjEvkqkxJSZkd
GBg42srKKmbv3r20aNEiUlVV7XJzc9vOuLQxUyPS0tI4c+YMZGRkcPbsWcjJyb1l8LWenp5N
Dx48YN7Pl7S0tEjmGbp48eIdTU1NG+b9njlzhvj5+Ymfn58UFRVlHz9+rMxwFdTU1BzNzc1f
AaBly5YVBwQE7Dlx4kQZl1BHxcXFxPQBGRkZfY2Kiopk/LsvX75MJSUlxDyfqamp0bW1taxn
w//JysnJQVZW1l96CP68CgoKEBsbC2NjY3h5eSEoKAhWVlZ4+PAhjI2NkZ+fj4qKChQVFbER
e0ZGBtLS0rB06VIsWbIEW7duRXR0NIKDg1FQUICenh4MDg4iODgYmzZtgq6uLlpaWthRQ6ah
OCoqClpaWtDT04ORkRGKiorQ3d2NtrY2dhzy1atX0NfXZ8uy/5WCHhMT809B/78h6EzKTUFB
AcrKyjLTpk2jBQsWkKKiovGGDRvSGK/y2NjYWwMDA3xWVlbYt28fTp48eXTjxo2f3d3d6fLl
y4xt4b22traVYmJigXx8fHTixAmnFStWHB0zZgzx8/NTQECApYGBwYr58+cPA6DU1FSytbUl
BsfJIFS3bt1KUlJSjP80TZ8+nbiuXvOWLFnSp6enR9euXSMuIej9hw8fhI8dO1YCgExNTVmQ
ybhx4ygrK+tFSkrKqDVr1iQDoBcvXtDv37/Zfzs6OlqsrKyMRT0y6dukpCSkpKSgrq5OjPF2
nzhxIu3cuZOWLFlCfHx8tHTpUsrKylInomlycnLRq1evptjYWBo3bhwdPXr0V01NjaCdnZ3s
2LFj6fLly+1BQUG/ue/11+HDhyUAuIuKipKOjo4OHx+ft4CAAJ06dUrv9OnTtQDI0dHR29bW
1hsA6enp0a9fvxZu3brVhQtSoB8/ftDYsWNp3Lhx5O/v7xIaGoqAgACEhITAw8MDr1+/hpmZ
GczMzODm5jbhzJkzzgy28OPHj8Q9QHwF8P8NPnN/+fv7s6n2jo4OhISEHObn56eJEydSV1cX
HTp0iMEmnnv9+vVJAMTPz0/t7e2steqOHTt6UlJStrW2tqKnp2eagYEBR1hYmObMmUMCAgIU
ERFh1NzcPEpSUrKFEXhm05WSkjq7d+9erFu3DtLS0vjjjz/Y+zUuLg7BwcGXJkyYMLh161bi
cDgf1q1b933Hjh2f37x549TT04Nnz56lcw9vPxh4zcqVKzu40acSA+F5+vSpXXR09C6Gl25u
bl7f398PeXl5+bFjx9Lt27ed29raJBj86Js3bww7OztHL1y4kObPn0/a2tqMfW57T09PtqSk
5C/uv0tExHru6+rqKr58+VJKSEiIxowZ84GIFgcGBkasXr26S09Pb7KmpuY2GRmZ/sTERGKy
QRYWFtlExKehoeHC/dlYP/nRo0dTQkKCcXh4OFxdXQ/z8/PTrFmziIjozZs3xPXTTvX19YWD
g0MnwyggImIOCNLS0obm5uajdHR08PjxY1hbW//FjS0pKQlOTk4fpk6dSg8fPiQvLy8aP348
CQsLU0xMzPGnT5/OmjRpEk2ePJnFBouKivoKCwtj1qxZmDlzJhYsWICUlBQMDQ2xJYsvX74s
Xr16df2IESPIwsJisoGBgTKXSGh64sQJzJgxY4CPj48uX74MIlpsZmb2gbFlXrJkCd26dUvR
3t4eZmZmmDJlyjPuvqIfExPzYPXq1fT48WPZu3fv4syZM/cAkJaWFjU1NdH27duJj49vsKCg
YDl3D1PmHgKJiGjy5Mn04MGDWAYFnZ+f/3+0/iMxZwQ9KysLioqKEBMTg6ysLHR0dPDs2TOY
mZkhLy8PjH0z4/RWWVmJzMxMLF68GACwfPlyxMfHIygoCIWFhejr68OXL18QEhKCzZs3Q09P
D62trX8RdKYsyvw6f/48QkJC2CxBa2srBgcHUVdXh9evX0NfX58dCT548CA7Rtbd3Y3Y2Fi8
ePECv379Ykt148ePh5mZGdLT03Hu3DmUlJRAS0sL586dY7MPSUlJUFJSwrhx4/5mbO3fEnQj
IyMAgIKCAoiItd39twTdxsYGMTEx+PHjB9LT0zFu3Dhs3LgR/f39bCN1QEAAhIWF2WvBw8MD
S0tLDAwMsN4Gf17/7QWdSclevXoV9+/flxk7diytXr2a0tPTN3E4nPGbNm0aYk669vb2q96/
f4+BgQHExsYKX7x4sUhVVZUWLFjARPQ3paWlAeDJnDlz6P3795c1NDSwYsUKWrhwIQ0NDdna
2dlh2bJlvZMmTaKMjAxiol9lZeXveXl5uy5cuJAXFRVVr6SkNACAkpOTG2RlZb1UVVVVCgsL
F7m6un5SV1dnNxEzM7O+oqIi2NvbRzFi5e3tTUuWLKHJkyfT06dPT3OhG1ICAgL9u3btIn9/
f5o1axalp6cHd3V1gYGYfPr0CU1NTaivr2dPZ0Qk9ujRI+LanpZv3LjRD0DswoULvdzd3R8x
abDg4OCn9+/fZzGnJ0+epIiIiJkKCgoHx40bR6dOnTJtb2+XmzFjxs9jx4791tXVBYAHGzZs
oFu3bt0H4L1+/XqysrLiP3jw4MExY8ZQfn6+RmxsrAYAkpGRIX19fQC4y2Wss9ztBQsW0MeP
H51bWlpQX1+PoaEh+Pr6YvTo0ZgzZw7D9saSJUtujhgxgjZu3EiamprEy8tLmzdv7mVGw27f
vs3Ogu/btw8SEhKQkJDAiRMnxq9YsYL4+fnpypUrxMfHR8uXLycLC4tN+vr6fLNnz6ZFixZR
TU0Nbdy4kfGrr2MauYgIz549szl58iSdOHGCxo4dSzo6OvskJCQmMP7O69evJ2FhYcaH/zTz
gD148IAdUens7Bz19etXDA8Pb1+zZk3LnDlzaNq0aXTw4EFyc3PbyeFwUF9frzBp0iQaMWIE
dXd37yOi4+vWresDQM7Ozqf8/f13MffO2rVrvy5btsyBiT5tbW1lW1tbISUlpS8iIkLTp0+/
GxYWhqdPnxL3Xkx68uRJOuMXf/HiRZKQkKB9+/ZRZGSkpbu7uzsvLy+dOXOG7OzsaP78+SQs
LEyXL18+MW/evALu98Xq6emhs7NzpKqqKtLS0pCcnCx09erVsjVr1rCMaTMzMyIiPgcHBwMA
5OLiQkREEhISNGrUKAoMDLT18fFBZmbmZTExMZo3bx6pq6uTkJAQ8fPzk7i4eE5oaCgaGxsN
R48eTc+fP2ehNzw8PDR27Ni9/Pz8EBAQAAAcP36ctf1samrCp0+fUF1drXD9+nWOnJwcHT58
mHh4eGjt2rXE4XBOP3v2bOS5c+cyjYyMWOiMkJDQG0lJSezbtw/79u3D7du30d/fj8HBwT/z
tLFt27aCadOm0fHjx8ePHj16Ix8fH61Zs8Zh8eLFEBER+cL13p/LjdhWMQfI/fv3U0ZGxtSe
nh74+/vjxo0bEjNnzqTVq1dHr1+/PvrIkSOfiWj83r17sWrVqsfTpk2jhQsXkpiYGI0YMYJ4
eXm7AODcuXOIi4vbJiYmRpMnT6bz58/T5s2bv+bl5R1iPDb+0ZWenv4fCvmfBT0jIwNKSkqQ
kJDA7du3oa+vDx0dnb8IemFhIUpLS1FZWclO8CxatAgAsGrVKsTFxSEoKIiN0AcGBv7dCL22
thYvX74EAIwdOxZXr15FVFQUBgcH2WZYxouipqYGr1+/hq6uLl68eIH169fDw8MD1dXVcHBw
QGRkJKytrdnenL6+Pty8eRMxMTGoqqqCsbExSkpKoKysjGPHjiEqKgrv379HXFwcLl++jFGj
RuH58+d4/PgxNDU18ePHD/Z++fr1K1JTU2FnZwcigqOjI6ZPn4579+7h9+/f6Ovrw7dv35CU
lIQHDx4gPj4eDQ0NGB4eRm1tLRwcHODu7s6WKmRlZXHnzh3k5+cjOjoatbW1iI+Px8WLF3Hk
yBGcPHkShw8fhp6eHrq7u9HQ0MCCapj1317QGY9lBwcHREVFySxdupRmzpxJUVFRl4kIenp6
AczImra29uaioiL8/PlzpJub2ysAJCEhQadPnyY+Pj4SEBA4wz3lPBMSEiJ1dXUVNTU1rF69
mubNm0fd3d3WmpqaWLhw4efx48ez6WVeXl66fPkyBQYGTvb19R3769cvMVVV1UEAZGVlZSkn
J4fMzEw4ODikTp48mebOnUsbN24kHh4eWrduXbmZmRkCAwOTeHl5aeTIkcTHx9cOoHfevHl0
584dBSUlJdjZ2UFaWrqN2byvXbtWznShd3V1oa+vD62trYiKikJoaCgiIiIQHh6O4uJiYSZq
Mjc3f5WUlAQAGD9+PLy9veHm5oaoqChRSUnJWiaFt2LFChIWFqazZ8/ySElJHZgzZw6NHTv2
zYEDB7BgwYLP586do+joaIwYMUJ50aJFtHfvXmUA3rt27aL79+8DwPIJEyZQbGysekJCgjpT
KlBXVwcvL+8dphxy9OhRWrFiBQkJCVFJSYkzt+6J+vp62NnZYdy4caygz507F7Nnz745YsQI
WrBgAZ06dYqmTZtGixcv/lFdXa3V2dmJxsZGfP78GVFRUdixYwcOHz6MQ4cO4ezZs+OWLVtG
/Pz8ZGFhQdeuXaNp06aRvr7+obS0tLmHDh1i06Hbt2/v5ePjI0VFxcZXr14hLy8P7e3ti8TF
xTssLCxIWVmZORwdWLFixQgG5Whra6t7+PDh3dbW1vIODg6jw8LCEBISgr6+PnaE7tOnT6Oa
m5vR0NCwcPHixZVCQkIkLi5OXA57ZHNzM4+pqakvANq5cyfZ29vzqaiogMk02dvb16alpZ3b
tWsXMSnXESNG0JUrV2jEiBFkaGhY8PHjR8jJyV2ZNm0aTZgw4U50dDRevnxJXHJZ0v379+OZ
KHxoaOhAd3e3ZEJCwkVfX99JNjY2yby8vLRixQo6cOAAjRkzhsTExCgkJGSLjIzMVS5hLFNW
VhZXr15FeHj4iNjYWGFTU9MqJgpnImx7e3trIoKDg4M5k04nIhbB+ubNG+vg4GAQ0WQpKalc
7n1dt2rVqsczZsygpUuXpgUHB6O5uXmuoKAgW45asWIF8fDwEA8Pzx4+Pj6MHDkSfHx8AICI
iAgMDg7i48ePaG5uRkxMDExMTE6MHj2aHVsVFBQkPz+/M1FRUZM3btyYPXnyZPZaPnz4MJ6I
BP68vzC9GMwI5MDAAN+2bdtKRERE6OTJkxAQEFg7ZcoUkpeXf7N//37MnTt3kMtuH9XS0sLj
5eW1SVxcnISFhWn06NFkaWnp8f37dwwMDODLly8njh49+pN5pr28vEJ//vyJwsJCXmVlZf1x
48ZRUFAQffr0ibgjuX1mZmajc3Nz8evXr+lPnjyJZb5XRUUlJSMj42+wsf/ZFRYWBnd3d4SH
h//NqN5/haCXlJSgrKwMdXV1yM7O/r8u6H+2gWUmC5jXcXZ2xrlz57BmzRqIiopCUVERX79+
RXd3NwoLC5kpCOjo6KC8vByfP3+Gu7s7VFRUEBgYiPj4eLi4uEBZWRnbtm3D48ePkZ+fj5iY
GKSkpLBeHp8/f0Z1dTUSEhLQ0tKClJQUHDlyBEZGRoiNjUVzczOICGlpaVBTU0NERATa29tZ
K/Dw8HA4OTnh2rVrbG8Rh8OBhYUFAgIC0NXVxfaMlJaWor6+HomJibh27Rqam5vxL9Gp/yPw
qe7u7nB3d4enpydCQkJ2z5gxg+bMmUMJCQlSPT09SExMvMjDwzMEgNzd3Submpqm2tvbY+/e
vQSAPnz4QM+fP2dO0K/y8vJw/fp1G15eXnJxcVGxsbGBuLg4jR07lpqamuzev3+PNWvW9DJR
f3NzM/Hw8NDBgwcpPj5+Tnx8PAYGBvD48WPi8rXDvn79CiJacvjw4TYAlJeXR97e3swmVfTs
2TM4OTlF8vDw0KtXr5qKiopWnzt3LpWXl5fU1NSOcbtr4eXl5co8wIGBga79/f3syaupqQkZ
GRkICAhAcHAwQkJCEBMTA39/f/kFCxYQALpw4cI3Ilpna2sLWVlZGBoaYvny5di5c6cUIyJE
RJs2bSJuRLjH2dlZXkhIiJYtWxZz5cqVo2PHjv0mIiJC+vr6x+fNm+e5dOlSun//viYA76lT
p9LTp08vrFmzRouXl5cUFRV9DQwMArm1v9yvX7+O2rFjhytTU/z+/TstXLiQJkyYQGlpae8a
GhpQUVGByspKlJeX/+VG7OnpmaCmpubM4DuJiNauXUsA6O3bt7ne3t54//49nJycEBERwXbD
ZmdnIyws7OS4ceNo8uTJRERsj8L169fbBwYGDjEoWmVl5aLS0lJt7mGjnju6NyYxMfGtsLAw
dXR00IULF4h7L+lZWVnNEBERoRUrVlB2dvZSFxcXqKio5IWHhxsREV9XVxc70sfcrxEREfD0
9JzCz89ffOzYMero6KiYNGkSjRs3jqKjo1X9/PyMR40aRXPnziVlZeVtR44cmbBx48aPACgz
M9MnKirKcPbs2Wxqe9OmTVRYWEgjRoygpUuXUn5+/rh3795ZcZnSHt++fRM4f/78NwCko6Nj
amdnh6VLl9KGDRvo1KlTq69fv25469at4qKiIiE1NbUYbrqciIj27NlDI0aMoNra2oORkZG8
I0aM6Fi2bBmdP3/eQFBQ8KS0tPTnkJCQmwxHOi8vj7S0tBgkZVF1dbXwqVOnfJiSy4cPH1jx
jI6ONuOmsm8tXry4d/To0aSionJKXV19Fz8/P+3bt6+mp6dnYVJSUgTjl/DHH3+w19/AwOBF
e3v7KKYBLi0tjZ0sYRq1TExM9igrKw8oKChQZWUlWwZ78+ZNSnBwcD3352B7Uk6ePPm2oaEB
WVlZSElJQVVVFZvGZbzO4+Pj9caPH/+Ln5+fJk2adBGA3rhx42jr1q3xY8eOleLh4fnB5biv
7OjoODtz5sz+zZs304sXL9g6/p07d+R+/fo1d2BggC8yMjKQSckXFhauTkpKQm1t7RpVVdVf
TKajv7+fmEZTDoeT8fnz5yVubm5wcXExYjJEKioqW3R0dKCmpvYPLSZoyM7ORm5u7v8Tgt7e
3o7Ozk4WdFNdXY2hoSHY2tri0KFDOHHiBGtfXVNTA2dnZ5ibm6OtrQ0fPnzAgQMHkJGRgd+/
fyMjIwMmJiawsbFhBf3JkydQUVFBfHw8iAh1dXUICwuDtbU1tLW1kZmZyb73mpoaJCUlYc+e
PXj16hWcnZ1hb2/P1vvfvn2Le/fuoaOjAxcuXMDjx49ZzsWDBw+Qm5uLtLQ0hIaGwsHBAUFB
Qejo6EBxcTGio6NZ8y9fX1/cunULra2t/yq697+9oFtbW8Pa2ho+Pj7jlJWVYwAwaM7UoaGh
2RwOB3v27PnAy8tL/Pz8JC8vX//hw4d7TKS1YsUKmjJlCoMgJB8fn2omRWZoaKhTUFBwbcqU
KSQkJERRUVF29vb2N5mHKCgoiAIDA9nvTU9P9/7y5QsqKiocmIa7M2fOUG5u7n4iwqNHj6J5
eHho48aNtHjxYuLh4SERERF6+PBhPJPqPXv2bLWfn99tRlRfv37dREQLuNazIlwm+8/i4mLx
xMREMCsjIwN2dnbQ1dWFsbExjIyMYG1tDeZ9Mg16YWFhZkSEP/74A87OzlBSUoKhoeHedevW
0YIFC2jv3r3Ey8tLAOjWrVt/pKSkrDh16lTxyJEjad26dcTLy0sjRowgUVFRGjt2LKmpqTW2
tLQsMTU1TZ0wYQKJiIjQzJkz2Zr9woULadOmTb9fvHghdufOnYUMWlNRUZGsra3ZTU5BQaHn
jz/+WNzY2MiOh2VmZrLGPG1tbVtv375NPDw8tGHDBjp06BDx8fHRsmXLKDo6Oig5ORmxsbGI
jY2Fh4cH3N3d4eHhgZCQEJiZmfUxn/+KFSuIj4+PxMTEqKSkxMbT0zN65MiRtGTJEjI1Nb1z
9OjRBG7Nmvr7+0+GhYUZrl27lkaNGkUHDhxg6va0detWKi4u9n7w4IEL9z18FBAQ6AJAPj4+
7/v6+kZVVlaio6MDVlZWkJOTw927dyEpKYmDBw9aCQgI0PTp0+np06cr9fT01ADQ9u3bh/r7
+++qq6vXA6Dly5fTkiVLWvj5+ens2bOZGRkZc5k+jYsXL9LOnTvp5s2bpKqqSjw8PDR58mRK
Tk7OuXHjBgEgOTk5+vz5c+amTZt+8fLy0qlTp8IfPXoEFRUVfX5+fmKyTI8ePaoeHh7W2rJl
y2ceHh46evQoxcTEsD0Bt2/fJq63/C3mcDh27Fg6dOgQ9fT0rI2JiTEUFBQkAQEBEhISIu6h
+vfdu3dviYmJ0cSJE2nixIm0Zs0aNlLdtm1b/adPnzY6OTn1AqBFixaRrq7u9QMHDpQw6WlH
R0dNUVHRNO79QZ8+faIVK1YwuExKT0+fGRAQAE9PT+Tk5KCpqYmFtXz+/PmQpKQk0yNAp0+f
pnnz5tHkyZMpJSXF3szMrIH5d5hrOmfOnA/Xr19fLiMjg+PHj0NeXh4FBQX4+vUrOjo6QER4
/PixK4MiHjduHE2bNo2mTJlCAgICNHnyZBo9ejSNHj2azM3Ny01MTCIY5PGBAwd+M9f75s2b
A42NjROICLW1te+5zZ1Ovr6+I7S1tfHo0aMNkpKSNGfOnN8XL178nZCQkDljxgwSFBSku3fv
9v/+/Vs4ISEBISEhdjw8PHT27FmKj49f+P79e7i4uPxdi7HxdXR0BIfDYX0s/l8R9E+fPqGq
qop16GxsbIS9vT1OnjyJY8eOYfTo0Th+/DiqqqrYmf/Ozk5UVFRARkYGmZmZGB4eZj1HHB0d
ERcXB1dXV6iqqrI8jP7+fsbEC87OzlBRUWFT5Xl5efj48SMSExOxZ88eGBsbIygoCLq6uvD3
9weHw4GdnR0UFBTQ1taGe/fuQV9fn3UiVVFR+d8j6MwJ89mzZ8Jnz56lKVOm0OjRo2n//v00
MDBwNTg4GAYGBlskJSU548ePp3nz5pGvr29cVVXV2XXr1nEAcO7evcu5dOnSh/Xr19daW1vX
7du3LxMAZ/ny5TIBAQErdu/ezVm0aBEnJCTkcmRkpI6QkFAqAI6ysjLn+PHjnDlz5nAWLlzI
yc7OdiQixMTE+ALgAODs2LEjPTo6+hDXVOTRjh07OCNHjuQ8e/aMIy8vz1m9enWmoaFhq7Cw
cA4PDw9n5syZ1k+ePDksJyfHWb58OcfZ2bmiqalJ+OTJkzuVlJTyuZxzfz8/P9jb28Pe3h7W
1tbw9vZGSEgIPD094efnB19fXwQHB8PW1tb58ePHHBcXF46VlRUnPz//OONsFhUVheTkZOTm
5grY2NhoCwsLc9asWcN5+fIl59q1axxra+sALpVMSFFRMV5VVTVg3rx5P3fv3k2WlpbB79+/
5wQEBCznivAmY2Njjrq6eqyMjAzx8PDQ3bt3P549e/bQ+fPnZ+vp6QnIysquOHv2LOfAgQMc
dXV1TkBAAEdKSopz5MgRzuvXry0GBgYm1tfXo7GxEdXV1cjKymIFvaqqapGdnR1HTk6Os3//
fs7cuXM5KioqHE1NzeNpaWlTq6urUVZWhrKyMqSnp4PD4SA1NRUZGRmIj4+3tLOz47i4uHCe
P3/OeffuHScrK8ukqKgIjx8/jgLAWb9+PUdbW1v63LlzOmJiYpwdO3Z4DQ0NbTh58mQdAFq9
enXFgQMHOA8ePODs3bv3B5d77P/ixQvMnDnz/YYNG0hcXJzk5ORehISEsJtCb28vTExMsHPn
Tpw6dQoXL17ElStXLsjIyHBu3rzJefHixZJnz57h1KlTzk+fPk358ePHqNzc3A2HDx/mACiY
OHEirV+/vrGkpESSw+HA2dk5zd/fn/P+/XvV5ORkEw6HY/b+/XvliIgITkFBQVpYWNjG9+/f
K3h7e3NsbGw0goKCxLW1ta+5ublxCgoK5MvKynD37l1oaWnpnT9/nmNlZcXp6emZ39DQMP72
7dv+hw8f5igrK9u+ffv2gpSUFOfYsWMcZWXlzNTU1AnDw8OjHjx4sM/CwoITHBzM6ezsvN7T
04OgoCCYmppahYWFcY4cObL10KFDu2JiYhI6OzunZWVlBZ07d47WrFlDly9fpuTkZIqMjGSa
+or9/f1lHRwcOBERERxPT0/xixcvLouNjeVkZ2e/f/369XgpKSmr+fPnc0RERDiVlZWcM2fO
cABwNDQ0YoKCgiY6OTmxQJe+vj62m3doaGjD+fPnk3bu3MlZtGgRBwBHSEiIc+/ePUuu29uG
RYsWDU2dOpUmTpzYM336dFq4cCFt27ZNZuPGjdi8eTNWrlwJe3t7/PjxAw0NDYxnxbWYmBhO
eXk5x8HB4cGNGzeu+Pv7h8jIyNxuampSKi4uVg0LC+OYmJiss7e3XxweHp5sZGSkNX369NkK
Cgo36urqOMXFxTd8fHwWxMTEHLx7926psLAwmZuby758+RIGBgawtrYepaamNnvz5s2z1dXV
Z2dkZPCbmJjcvnXr1vUHDx5MSktLW6ilpfVhz549gwAGvby8bhER3z9CShscHERPTw+am5tZ
ROv/RkGvrq6GjY0N3r59i46Ojv+UoKupqeHevXtIT0//G0FXV1dHWloasrOz/1VBDwwMxKtX
rxi8M+zt7XHjxo1/CjqziTc0NIzmcDh3z5w5o7xt2zbl8PBw5V+/fo319PSEvr4+zpw5A3l5
eWlPT0/l2NjYKaWlpdi+fTsAQENDA5GRkbx2dnajLS0twW2Mw9SpU+Hq6oozZ85g8eLFSEhI
QEZGBhjr2ISEBJibm0NeXh7Xrl2DlpYWHBwcEBoaCklJSQDAkSNHkJOTg/z8fDQ2NuLIkSOY
PXs2/Pz8oKKigi1btsDY2BhLly4FDw8Pli1bBgcHB6ioqGDt2rUICAgAh8PxZuqAkpKSlJqa
uiQ2Npbt6A0NDUV0dDSKioqQnp7OmjlkZmYiODgYFhYW4HA4iI6ORllZGfr6+tDb24uIiAgE
BwcjPDwctra2WLVqFU6fPg13d3doaGiwtaAbN27AwsICbm5ux6dNmzY8duxY0tPTuxIZGQlX
V1d27pf7wEgydWFxcfFiZWXlWRcuXICSkhIePXoEZWVlnD59Gq9fv0ZRUREuXboEWVlZuLq6
ore3lyVaMaJeWVmJqqoqtLW1wd/fH0pKSlBQUICEhARev34NHR0d9r2XlJSgqqoKNTU1KC8v
Z4lSzJgLgxrlzuez8BMAEBMTg7m5OZ4/f47Fixdj//79+PnzJ3x8fKJnzpxJZ86cOXTx4kV4
eHjAxMSkd/fu3VRSUjL7ypUr2LNnDwYGBrY2NjYq37lzB56enujt7UVtbS0qKythaWkJNTU1
PH78GLq6unj+/Dnu3LkDPT09+Pv7Q0NDA5cvX4aDgwO+f/+O7OxsnDt3DgBw586djRoaGlMZ
s6CsrCwUFhYiIiIC+fn5KC8vR0JCAqqrq9Hb24vo6GiEh4cjNzcXISEh8PHxwatXr5Ceno7u
7m709PRAQUEBr169wqNHjxAeHo7GxkbU1NRAT08P58+fh6GhIXx9fXHz5k1cvHgRb9++RVVV
FaqqqnD//n2EhYWxgJOmpiZ4e3vD1dUVLS0tOHHiBCQlJdHU1AR7e3toaGg4MKNbTGbj+vXr
NHbsWDp79iwx4KPKykrk5+fjwYMHLDXNyckJqqqqWLZsGWbPno2mpibcvn0bAGBoaIiUlBT4
+/vD3d0dhYWF6O/vR1dXF9rb2zE0NIQ7d+7g6NGjWLNmDQBgyZIlbL3TysoKt2/fXuvv7698
6tSpxcePH9+lp6enHBcXNzswMBD+/v7w8PBAfn4+YyGLuro6MI2bX758QXh4OFRVVZGeno4r
V66AiDA8PIzS0lJYWFjg3bt3qKiogJOTE8aPHw9lZWUQEZKTk3HhwoVq5ppoamrWDg8Pr//0
6dPIwsJCWFlZ4caNG1i7di1UVVURGxsLKysrGBgY4ObNmzAxMUlgvvfcuXOZnp6eiI2NRVhY
2N+1QkJCEBAQgMzMzP90mv2fgv5fJ+jGxsbw9PREfHw87Ozs/inoRMTOTFZXVyMmJgZSUlLY
uHEj/P398evXL3h7e0NXVxcnTpzA2bNn4eDggPj4eJayxHQic5nmePv2LU6ePAkAmDVrFjw8
PHDixAksXLgQ8fHxiI6OhoiICAIDA0FEk/Ly8ra9f/9+vY2NzfodO3as37dv33oOh7P+3bt3
gpqamizVraSkBNXV1Thw4ACEhYXh7OyMO3fuYOPGjTAyMsKSJUvAw8ODpUuXsinaGzdu4MuX
L4iPj382efJkWrVqVXt8fLxmU1OTQFFREZqbm1l2cnp6OmpqalBQUMCYlyA1NRX+/v4wMjJC
REQE/Pz82FGuhIQEODo6suhNKysrLF++HFJSUqxlKWNOo6GhgdevX8Pc3DxaUVGRrly5Qjo6
Ovl6enrMjDh0dHRgZGSEx48fe8+YMYNmzpxJc+fOpT179ijt3LkT27dvx82bN6GkpAQpKSm8
fPmSFS5paWk4Ojqir68P9fX1aG5uRmVlJYqLi9maemdnJ7y8vHDjxg1cvHgRe/fuhb6+PjQ1
NREdHY2amhqWIBYXF8cKeW1tLYvfjI6OhoeHBzvzGh8fzwr62rVroauri/v370NWVhY3b95E
eXk52tvbhdXV1Zfq6+uPY7jaqampCgUFBc9ycnJGSUpKYuvWraivr0dBQQGuX7+OwMBAtLe3
o6ysDKGhoTA0NISbmxsMDQ1Z9oCCggIeP34MbgYJsrKyLGaxqKiIre8pKCjg/v374HA4yMvL
Q2JiIlJSUhAYGMjCfIKDg1n7XAYckpiYCF9fXwQEBMDAwAAxMTFoampCa2srrl27Bn19fSgp
KcHHx4f149fS0oK0tDSePXsGNzc3XL16FWfPnsXr169RVlaGmpoa3L17F97e3sjOzkZDQwO+
fPkCPz8/2NraorKyEtu2bcPevXtRVlaGvXv3YuHCheqLFy/Oc3R0zHv06FEegDwAeeLi4nnW
1tan3r9/zxMYGIj8/HxwOBxcuHABpaWlqK6uhrOzM27fvo3Fixdj7ty5aGxsxPXr1wEAL168
QGxsLJuyDA0NRVFRERoaGtDW1obv37/j5s2bkJCQgKioKABg4cKFUFVVRUFBAaysrHDlyhU4
Ozvj2LFjOHToEJ48eYKwsDB4eXnBz88Pnp6e8PX1RUZGBioqKtDY2Ij6+noUFxfj06dPcHNz
w4ULF5CQkAA5OTn8+vWLnRm2sLCApaUl8vLy8OrVKwgICODOnTsYHh5GdXU1oqKiXl+8eDFP
W1s7Izw8fHJXV5d4c3Pz/IGBAZSXl+P69etYs2YNVFVV2fuUod/V1dUt09TUTNPT08sLCwvb
YGlpCWNjY9YU5z+zTExMYGxsDA8PD2RlZf1Dgp6fn4+srCxoaWmJnThxYr2GhsZ6a2vr9ebm
5uvd3NzWM0L+7wn6unXrUFRUtD4xMZG/oaGB3dczMzOX79q1a72lpeX6gYGBUQxcqKCgAG1t
bXBwcFgPYP24cePWKykpLfqnoP9T0P9DQRcSEsL79+9x8OBBiIiIICYmBl5eXti+fTusrKxg
aGi4//z587Rr1y7asmULCQsL09y5c0lKSor27NlTFhUVpcI0SzD2kzt37sT48ePh4OCAW7du
YfXq1Xjx4gVmz57NbjoODg44duwY1NXVQUTw9fWFrq6uhIqKyuzg4GCUlZUhLy8Pb968waNH
jxASEsI28RQUFCAlJYUVLB8fHxgaGiI0NBT+/v6or6+Hg4MDDhw4AE1NTTx//hyZmZkwNTXF
rFmzWEFXU1ODn58fG6kEBQWtl5OTqz18+DApKSmRubl5fUtLy0Ymgg4LC2OY2uMNDQ11tbW1
da2srPSqq6tFi4uLUVpairdv30JOTg4HDhyAkZHRvyroLS0tKCsrQ3x8PJKSklBfX88aVHh5
ebEis2PHDjx//hxPnjxBTEwMfv/+DXd3d+zatQtmZmbo7+9nwTa5ubkIDAxETEwMXFxcEBgY
iJycHMTHx0NHRwcAMHfuXDg7OyMxMRG/f/9GYWEhnjx5woJRUlNT2evO0O8SEhJw48YNHD16
FE1NTSgoKMD9+/ehpqaGmJgYMGhafX19ZGZmIiMjA7dv38adO3dw5coVPH36FPr6+jh69Chk
ZWVhb2+PiooKuLu748yZMwCAS5cu4fbt20hOTv6LoAcFBSEtLY1lApSWlqKtrY3F0SYkJMDL
ywv+/v4wNjZGSkoKO0t98eJF6Ojo4P79+/D29kZjYyO6u7uhp6eHM2fOwMDAgKUKMr//8OED
K+g+Pj4oKChAeXk5QkND4eXlxVq3mpiYQE1NDcXFxZCXl8f27duxbNkyVFRU4P379wCA0aNH
Q0JCAvb29vDy8kJ8fDzS09NRWloKb29vVFdXo7S0FK9fv8b9+/chLCyMKVOmoLGxEbKysgDA
suCrq6vR0NDA+vmHhoYiJyeH9ajYtm0bC4QRFhbG/fv3UVxcDAsLC1y9ehUeHh44cOAA9u3b
hydPniA0NBTOzs5sBOvp6YnAwEC4uLigqKiIRZ12dHQgOzsbXl5e8PX1xalTp0BE6O/vR1ZW
FvT19eHk5MRGsfPmzWNF/8uXL2hra8PDhw/h4uLCAGlGNDU18XR1daGhoQGKiop/EXTG/vbr
16/48uULnJyc4OrqCi8vL1hYWMDKyurvWmZmZnByckJxcTHjqvd3L663uuKOHTtozpw5tHHj
Rtq8eTNt27aNJCUlicPhGFdXV6OgoIAV85aWFhQWFp5bsmTJUwBPp02b5n3v3j1SU1NbaGRk
BB8fH/j5+e28dOkSCQsL05YtWyg5OTm9q6trZmVlJZqbm5GZmflu69atbNZn+/btX5OTk7f9
+vWLJev9U9D/KeisoJ8+/f+NEYuIiMDNzQ02Njbw9vaGp6cnVFVVISQkxIwZ72duKgEBgV8X
Llyo2rZtW82fneA+fPigyYAx7O3t8ebNG8TFxcHLywv6+vp4+/YtIiIi8OLFC4iIiMDExASZ
mZmIiorCjRs30NTUhIiICJiYmLB+5pmZmQgPD4eEhAT4+PhY32nG3zgtLQ01NTWsQYuXlxeq
q6vZ07KOjg5OnToFbW1tvHjxAj09PYiJicHGjRuxceNG2NraQllZGTo6OrC1tYW5uTnc3d3P
rl69+g/mvU2bNo08PT21DQwM4OrqiuHhYfz69QvDw8ObQkJCoKmpiZKSkglfvnxZwtTrAgMD
8ejRI5w9exZPnjxBTk7OXwT9y5cvKC8vR1xcHOLj48HhcNDU1ISsrCwEBATAzc0Nzs7OLBv7
2bNn0NPTg5eXF4gInp6eOHToEGuswPQZREZGwt/fH/7+/izfPDg4GGFhYUhNTYWhoSEMDAxQ
VVUFIkJfX9+4/Px8vHv3Dg4ODkvj4uL03717lxsUFPSOocMFBwfDw8MDDg4OOHjwIFRVVZGS
kgJlZWUcPnwYgYGB+PjxI4KDg6Gvrw8Oh4O0tDRIS0vj9u3bCAsLg7m5OTZv3oypU6dCSkoK
aWlp8PLygpSUFB4+fAgbGxt4enri+vXrbMdscnIy0tPTERAQgICAAFRXV+Pnz5/w9fWFubk5
m6GIi4tDTEwMoqKicObMGezduxdWVlZITk6GmZkZTExMcOfOHQQEBKCtrQ1paWm4e/cuZs2a
heDgYAwPD0NWVhYPHz5ERkYGsrOz0dLSglu3brGvERkZCUlJSVy4cAGRkZFwc3NDYWEhzMzM
oK+vj4sXL2Lbtm1Ys2YNHBwcoKenh9GjRwMANm3aBHt7e5SWlqKiogKlpaXIyMhAc3MzVFVV
cevWLWhqasLBwQGXLl2CmJgYY8sMHx8flgzY3t6OiooK+Pv7IyoqCgkJCbC3t4e/vz8ePnwI
JSUlPHjwAHp6erC3t8f79+/h6uoKMzMzXLlyBW/evIG3tzcMDAzw4MEDREZGwtzcHIGBgWzJ
IiwsDD4+PoiIiIC7uzvLuXdzc0N/fz/bGV5YWAh7e3skJSWhuLgYbm5uUFBQQGpqKmpra+Hm
5sa+fllZGR49egRGxLq6utDU1MRm3P6loD99+hRDQ0Po7u5Gd3c3K+IeHh54+/bt3yXm1tbW
MDc3R2hoKDIyMv4CT/l7Vl5eHsLCwgqZPYGfn/8vrnwBAQF5jClMXV0d8vLyUFVVhbS0tHzG
hZCxiJaQkFgiKSkJeXn5CSIiIgPcv6tiGhC9vLweBAQEwMnJadaGDRto9OjRdOXKlSohIaFO
7hRF1ffv3yeUlZXh06dP/xT0fwr6/1/Qd+zYAQB4//49W4ctKCjAmzdvUFpaipiYGCxcuBAi
IiIHR4wYQYKCgv2nT59ebWhoiKKiIrx69UqTOUGeOXPmI4fDmenj4wMlJSWEhISwaVVjY2NE
R0cjPT0dwcHBEBcXh7+/P4qLi1FXV4dbt27Bz88PXMMRvH79Gj4+PoiKikJgYCDOnz+POXPm
wMbGhn1Y8vPzkZqaisrKSgQHB8PT0xOhoaHo6OhAXV0dCgsLYWBgwAq6np4empqa8P37d5SV
leHNmzewtraGoaEh/Pz8EBERgbCwMMTExCAkJMRPSEiItVHdsWOH/P79+yEuLg4XFxd8/vwZ
g4OD/KmpqTwGBgYYHh4eVVtbOyovLw9ZWVmsB3JeXh48PDyQmZkJaWlpHDp0CI6Ojmhvb0d8
fDwSEhKQmJgIDoeDxsZG5OXlwcfHh/VCT0lJYT2anz9/zjo//VnQ+/v7ERAQAFdXV3Zj9vLy
Qn19PT59+sQ2DVZVVSE2NhYRERFISkpCZ2cnhoeHBZOSkqCgoODDjDdyPQVqQ0JC8PDhQxw5
coRlUW/fvh1SUlJITEzE3bt3IS0tjZCQENTV1f1F0FNTUyEjIwMVFRXk5+fj7du32Lx5MxYt
WoSjR48iLy8PQUFBOHLkCLS0tFBWVoaoqCh4enoiISEBSUlJLDfc3d0dPj4+rKDb2tpCTU0N
5ubmiIuLYyl4UVFR2Lt3L4SEhKChoQEPDw/k5uYiKysLJ0+eRFxcHCwtLTFr1iyIiopi0qRJ
iIuLAxFBTk4O2traGBgYQE1NDWpra3Hjxg1YWVmx88sHDx6EoqIiSkpKWK63pqYm7t69i8eP
H+PmzZs4fvw4AGDFihVseeHdu3dQV1dHZmYmC0AJCwtDfn4+jh8/jqNHj+LZs2esA1xISAiK
iorQ19eHX79+oaenB7W1tWhsbERlZSUr6BwOB25ubjh69Ci8vb1RVVUFbW1thIeHIzs7G8HB
wbC0tERCQgLOnz+P69evIz8/Hw4ODnjy5AkKCwvx5s0bdvSTEXR/f3+EhobCxMQEQUFBkJSU
hK6uLpt5+/btGxITE6GtrY24uDj09/fj/fv32L17N1xdXdksj6mpKY4fP44XL14gIyODLRl0
dnaiubkZPT09qK6uhoKCAltD/7cE/d27d3Bzc4O9vT0sLCxYz/L/aL1+/RrW1tZ/6cH5R1Z8
fDxsbW1TZ8+eTUePHo3bsWOHmY+Pz4u9e/d+3rx5M+Xn5y+vqKhAYmIirl69iv3790NKSgqH
Dh0KmDFjBp0/f54AvJKXlzcODw+f4urqCn19/cfcKZiaffv24caNG/d5eXlp3bp1P01MTKCq
qmrO9TxI9Pf3h62trerkyZNp5syZdOvWrZ0ZGRl/gTN1dXWByRL8U9D/Fwm6n58fdHV1oaOj
A2tra/j5+aGuro5NLSUkJMDMzAzl5eXIz8/H7du3sWPHju0CAgItysrKtv7+/gIbNmyYUV1d
LTg0NITnz5+rMKdWR0dHvZSUFDx69AheXl749OkTioqKYGhoCH9/fyQlJcHd3R1r166Fs7Mz
8vPzUVRUhNu3b7P10I6ODpYXHhERgZCQEJw7d+7fFfQ/pwybm5tRVVWFoqKivwj68+fP0dDQ
AAbsQkQoLi7G+/fv2YjY2dkZ7u7u8Pf392dG9gDQwYMHqy0tLUdpampCX18fLS0t+PHjB4qK
iiAlJYVz587BwsKCreu6uroiKCiIfdiYQ46JiQnevn2L7OxsVrj+LOi5ubnw9/eHq6srAgMD
ER0dDSMjI5iamkJPT4/dMP8tQQ8LC4Ovry8rgK2trfD390dISAiKi4vh4+ODgIAA+Pj4ICQk
BJWVlWMfPHjgPmXKFJo9e3bq7NmzOQ8ePCiurq7eVlJSguvXr+Pw4cNwdHSEq6srdu7cCTk5
OSQlJeHevXv/rqCfPXsWysrKSEtLg4WFBbZt24aFCxdCUlKScezD8ePH8fjxY3A4HAQGBiIo
KAheXl7w9vaGj48P67vg7++PiooKEBE8PDygpaWFd+/eISYmht3AIiMjcejQISxatAh6enrw
9fVFSkoKSkpKkJqaCj09PQgLC2PZsmUQExPDjBkzEBUVxQr648eP8enTJ9TW1qKmpgY3btyA
jY0Na1x09OhR3L9/HwUFBbC0tERMTAyePn2K+/fvw9jYGC9fvmQbRGfNmoXw8HD09vaioaEB
N27cQH19vcjw8PDYjo4OhIWFobCwEHJycpCRkcGzZ89gYWGBiIgI+Pj4gMPhoK+vj0V71tTU
sBQ1RtCTk5Ph5eUFaWlpeHl5oaysDGpqanBzc2OpfHZ2dkhMTMT58+ehqKgIDocDS0tLaGpq
shmGfynofn5+CA8Ph6WlJUJDQ3H+/HkYGxujvr4etbW16OzsRFpaGgwNDREfH4/29nY4OztD
UlISPj4++P79O2JiYmBra4uzZ89CS0sLf57oqKurQ1NTEzs3LS8vj2XLlrEEx39L0AMCAnDn
zh0EBQWhtLT0P1X7zsrKYlGp/0iqnVkfPnyAp6en2507d1oiIyM3PHnyBF+/fsX8+fO/SEpK
OoWEhAi8e/cO7u7uMDY2xps3b+Dk5DRm0aJFxcLCwg2xsbHnnjx5Ai0tLURGRqK7uxu3b9/u
BkBxcXHVpqamEBQUxKhRo0hERKSmoqJizeXLl9u5xlpnUlNTQUT6zCjjhg0b1g8MDIzv7OwU
/vMcemVl5T8F/X+KoDOEoKqqKkRFReHIkSMQExODr68vfv/+/TeCbmdnx+L31q9fz3QSw97e
HgEBAfD392dHVJg0WmNjIwoKCvbZ29vL19XVTczIyDiXl5e3KCEhgefZs2fw8PBQuXnz5q+J
Eyf+unjxYnd9fb2cqampLiN8NjY26V1dXfN0dHTk4+Li5L9+/To9Pz8fBgYGSExMlCgvL5f3
9vaeuHLlSgQHB29ra2uTr6iomHnr1i2kpaXJFxcXy3d3d69gou7MzMwDmZmZ8vLy8iOnT58O
KysrZGVlobOzc31bW5t8WVnZqdra2gmpqanysbGx8lFRUctbWlrw8eNHtLa2TrGyspKXk5OT
NzExkbewsJD/9OmTyODgIHp7e9kIKCsrC3Z2dvDw8ICHhwdCQ0OhpqbmwcvLS9OmTSM+Pj6a
NGkSFRQU3Pr8+TMaGxvR0dGB4eFhPH/+HMuWLcP06dNhZmZ2oKKiYltaWtrqiIiI0yEhIaiv
r0ddXR07r8mFwCAmJoYV84SEBCQnJ+Pbt2/jW1pa5JOSkuRDQkLkORyOfGFhofybN2/4Xr16
hWfPniEgIGASEUlFR0evPHLkCKysrPD582fEx8cfjoyMlM/IyJBPSEiQj4+Pl29tbd3U398/
KSkpST4zM1O+srJSNDAwcBaHw5FPTk6+HBwcDD8/vzNjxoyhS5cuVerq6l4NCAi4mpKSMiEo
KAgZGRl48ODBSWlpaXkPDw8FHx8fRQkJCflr167Jp6enyz98+FD+0qVL8pGRkSubm5uXp6en
y1taWsrn5uauycjIEL5y5Yq8lpaWfGZm5jRbW9sze/fulV+0aJH83r17x3z48AHp6enyJ06c
kH/x4oX8hw8f9oeGhrKHEabs4+3tDXd3dwQEBOD379+nampq1r57926mhYUFnJ2dweFwUFhY
iKKiIsTHx+Po0aNYvHgxXr58iYCAACQnJ6OkpASDg4O4f/8+Jk2ahHXr1mHt2rWYPn06cnNz
QUQbrl27NlVbWxs9PT1spur69evw9vZenJOTI5+dnS1/6tQp3L17F/n5+bC0tERubu60ly9f
ymtqasq/fv0aT58+haSkpBwA+UWLFskHBgaK5eTkoKGhQejOnTv31NXVf2lqap4zMzNDZmYm
2tvbJyoqKsrLy8vLm5mZyTs7Ox8NDQ2Fp6cn0tLS0Nvbi7a2tlmNjY1CTU1N+P37t8TAwIB8
eHj4uOjoaFRUVMjHxMRInjp1Cp6enqioqICmpiYiIyPPFxYWysfHx2+3t7dHfHw8zp49i3v3
7qGyslLe09NTSkdHB4WFhTAyMkJSUtLmzMxM+bi4OPnMzEz5pKQk+ZiYGFhbWyMtLe3Q5cuX
5e3s7OT7+/tFa2pq0NbWhsLCwq02NjbyhYWFxzs7Oyf4+vrKnzlzRj4iIuIyEU2Li4uDr6/v
Hnl5eXlTU1P5zs7ObXV1dey1ra2tRW1tLTo6OhAeHo61a9dCUVER8fHxePz4Mb59+8Zihg0M
DODl5YXU1FSsW7eOFZX/LL+8oaEBlZWV+PDhAzsp9Peu+vp6BAcH8966dWvE4OAgD9e504lr
mHVj7dq1WLp0KXNfIDExEWVlZVdFRUUZdkbX5cuXf2hpaTmlpaWBiKQkJCS+c10Na968eQM+
Pj4hfn7+34sWLWosKyvz2L59O40aNYq0tLRuf/jwAQMDA4aMN8Lt27cXt7S0jBgcHOTr6enB
58+f0dHRgQ8fPvwZfzvFzc1NXk5OTv7MmTPyY8aMkT9+/Pi1urq6OVZWVrC1tQUR7enr61tx
4cIF5OXl4ffv30hMTAR3r59eUlIiHxoaukZZWRmKiopITU1Ff38/ioqKkJOTcyo8PFxeW1sb
KSkpyMnJQVFREdra2lBaWrr3wIED8nZ2dvIxMTETDQwM4OHhgbi4ODg4OOD+/fsgopMPHz6E
oaEhoqKi4O/vD2VlZVRVVQlUVFTIp6SkyPv6+k5nGm/r6+sPFxYWyhcXF8vX1NTIJyUlnbl3
7x46OzvZyZQ/r//2gl5UVISioiLU1NQgLi4O0tLS2LVrF0JDQ/HHH3/g/fv3ePbsGfbv348j
R47A3d0dXOgDJCQkICgoiBcvXrCd0Xl5ecjMzERmZiYKCgoQFRWFx48f48aNGzWSkpKUnp5e
u2bNGnrz5o0l92fYJSEh8Zfa0bx584i5aXl5eSk9PX1Hfn7+aREREVq3bh3Fx8e31dbW4t27
d1sOHjxImzZtInNzc8vdu3fv3717N23dupUsLS1bZWVl8zZs2EBHjx4lPz8/c27n+q2jR4+S
uLg4bdq0KXrt2rVwcXFBc3PzgUePHtGOHTtIUlKSgoODa3bt2kVr166lhw8fdnR0dIzLz89f
fOPGjXphYWGWRLds2TKytLTM9PLywvv372FrawtfX190d3fj27dv6O/vB7f7VGjPnj1lPDw8
f2RnZ/cuXbr0F9dVrCY5ORnBwcGIiYnBo0ePMGvWLCxYsAALFizYvmjRIjIyMqJLly59ExMT
o/T09LMdHR2orq6Gm5sblJSUMDg4iIqKCsTGxiI5OZlFLSYnJz+Tk5P7uH37dlq1ahXt3LmT
tmzZQps2bSJFRcVq7hw+35MnTz4cP36cNm3aRCdPngyzs7ObMDQ0NPHw4cO0Zs0a2rBhA4mK
itKWLVvIycnJ1sLCwmLLli20YcMGMjc3H3r69GnH+vXrad26dVRWViZhbGzMAUDTp08nMTEx
EhMTo+PHj+cFBwePqa6uvrhy5UqaNm0aKSgo0O3bt2nSpEk0Y8YM0tbWpvXr19PMmTNJV1e3
JSgo6NvSpUtp6dKlpKmpOezp6dkqLCxMCxYsIHd391o5OTmaPHkyCQgI0PPnz3e7uLg4Llu2
jBYtWkTz5s2jK1euUGho6L6goCAEBwfD398fnp6ebEbB3d3dTEZGhubPn/9ZWFi4ccmSJVmK
iopJUVFRsoyFbmRkpMmGDRtiRo0aFf3o0aOwkJAQifT0dLbB686dOxgxYgRmz56NWbNmicya
NStMSkoqdevWrb9nzJjRqKenF9bX13e4vr5+RG1tLfT19dfs27evb9GiRbRmzRpatWpV+LNn
z1BVVQVvb+8Tly5dahIVFaWFCxeSmpraGwcHB74DBw50MzQwS0tLm6GhoVGBgYEfp0+fzpDj
Tr59+3ZEQkKC+pEjR2p5eXlpwoQJtGTJEtq8eTNFREQ88vf3R0pKCmOjO7O7u1vYz8/Pbteu
XbR7927S0NCo9vLyimE+V1lZ2SdeXl748OHDagUFhdiVK1fSypUrSUJCgoKCgk6lpKTg6tWr
AlJSUv6LFi2i2bNnk6amZtiHDx/g4eGxXkpKisTFxWndunW0YcMG2rx5Mzk5OemamZmdkJCQ
IH5+fpo3bx69fv16qL+/f8y3b98mKysr07Jly+jIkSNUWFhYc+DAARISEiJpaWlKSEhYEBsb
e2Tt2rXEz89Ps2fPJjMzs4ykpKRRTOr7zynw1NRUMBjemJgY6Ovr48uXL+js7ERHRwcDXkJ8
fDzExcXB4XDQ3t7OGuv8R4s5RDCjYP+aTeh/tGpqahAaGgp1dXVkZWUhNjZ29rJly/rGjx9P
Pj4+Kozpl7e3N7y8vODh4YHIyEi5LVu2kKSk5NCOHTu+MJTCpKSkB11dXeoM1dDHx6fG2dkZ
mzZtElq4cOEw13WTgdTQvXv3bufk5KCnp8eAYRvY2NikMfs3Q3Xz8/ODm5sbG5jExsbuvXz5
MgkKChKTbdy7dy9lZmYe8/LywqtXr7SlpaVp+fLlXzZv3hxWWlpq9uvXL4GIiAiYmZnNVlBQ
aN28eTNJS0sPv3z5ct6jR4+QlZUFrmvnlT95LnhXVlaOZjKmCQkJBvv27SMeHh6aN28e6erq
Vjg6OsLHxwfZ2dkj/fz8FHfs2FF69OhR2r59e5q5ublKSkoKPD098erVq8mvXr3KERcXJ+5r
NxcWFk7+9u3bJlVVVdq0aRNt3bqVxMTEaOXKlXTt2rWozs7O7aWlpfiX67+9oDNGEp8+fUJ5
eTmcnZ2RlJSE3NxctLe3IzExEVpaWrh58ybu37+P8PBwtrb19u1b5uTE2j2mp6cjLS0NaWlp
KCwsRFhYGNauXWsJ4OeWLVtYGEtoaKhKR0cH/Pz8JHbs2PHu0KFDvlu3bk1haud8fHzZjCua
lJSUaEpKihgDrpCVlaXe3t6Zr1698mIOAffu3VtnbGx8hpnZTU9Pp+joaIa01V1dXS3V3t4O
Irqxa9eurwwu08TEZF1AQACIaN+lS5f6uF2f9OnTJ2IoXGpqam9TU1NH3Lt3L5JxtTt37hxz
APkdGRlpWV5ejpycHGRkZCAmJgZZWVkIDQ2Fra0tUlNTER8ff2Ls2LF05MiRxOHh4fFbtmxp
5s7F1xYVFS1LSkpCRUUFTp48CTExMdy+fRsPHz68xyV00fz58xkP+j++fPki/e3bN/j7++Pe
vXtgjG4YZ7i8vDwUFhbiw4cP2uvWrSMAJCws/HnHjh2B48aN6+Hatsbn5+dPUVFRYWZyswCk
8/Dw0LVr15KJ6JyEhEQH11azY9KkScXca2/m7e19Q0BA4AcAKi4upoCAAOJuLN/S09OvM3Q6
WVnZvszMzEDmM3/58qXr9+/fF16+fHkQAGloaDw2MzNTY1Cl5eXlxHz+np6eXpGRkQ/4+PgI
AD1//pyysrIIAE2YMKGuuLj4gr6+fhrj+pabm2sjKCg4OHHiRLK1tQ0UFxev4fZghDGp5bKy
MiQnJ4PD4SA7OxtxcXFmPDw8vwHQiRMniLlW/Pz8r7h9GAZr166l2bNnk5SUFI0YMYJOnz79
s66u7mB9fT36+vrYbMrOnTshISGxitlQFyxYQFu2bKGJEyeSs7MzdXd3j+3u7l4lJyfXAYBm
z57dAeADd47ao7y8fLaCgsIXrsMgLV++nAQEBOjBgwfHbt68OZu59x8+fPiViHZfuXJlCAAd
PnyYioqKNtTU1CxnfN737NnDer6vWrXqW11dnWpJSQmysrLQ2NiIT58+obu7G+Hh4Y+Z50dH
R4fy8/MJAE2ZMuX3u3fv1CMjIwWePXvmyGUHVM6ZM+cT496Yl5e3+sKFC095eXlp+/btNGPG
DJo+fTrFxsZeJaJ1u3fv7uW+fpugoGAW11Ev4ujRoybc544WLFhA/Pz8lJWVZUFEfPr6+moA
vouIiBARka+vL+P+SL29vUKWlpYWI0eOpDdv3tDkyZNp6tSpP4yNjU8+efIE/3JpaGjA2NgY
z549Q2pqKhoaGlBTU4Pq6mpUVVWhubkZfX19CA8Px8aNG/9uQf+zsJeXl//DkXppaSmYEVon
J6cX3M+vnYjmff/+HT9//kRbWxsyMjKQlZWFgoICnpCQEOWnT58ujo2NHXf8+HFnrqiWfvz4
cdTRo0erAJCfn18N1xtDSERE5AcASktLo9OnTxOXn3A9LS0Ng4ODbxhktqenZ3JjYyNrjpOZ
mcmabPn5+cHPzw8xMTELnj59Wjp27FiaOnUqjRs3jm7fvu1YUlIyMiQkRH/KlCmsRwI/Pz/t
3LmTzMzMJgcEBKCiomKlkpISG7j5+voa/fr1a2RXVxe+fv3Kl5KSMmvq1KktzH6Qm5ur6e3t
DSMjI9y4caNVQECATE1Naf78+SQkJESxsbEn4+PjERwcPEdCQoK4XiOh06ZNo6VLlxKHw9HM
yMiAvLz8exEREZKXlw88depU3Pjx40lTUzOpsrJynLKysiPTOKinp0e8vLw0a9YsevDgwZXr
16/jX67/9oLOYOG6u7tRVVUFHx8fNtVYWlqKr1+/IiQkBBwOB+Hh4fDx8YGrqyv27t0LW1tb
/PHHHygrK0NiYiLS09P/sj58+ABfX18vADR69GhiIlsbG5uUP/74Y7K3t/eGRYsWWenp6V19
8+YNHj58iNjYWNlXr15tffv2rczUqVMZe1Sx8vLyZZcuXWIi+I53797d2b59O3FdyEhdXX1y
T0/PgVWrVtHMmTOpqamJ9Z7esWNHrJKSElRVVaGnp4fjx48nMtH/69evo7Kzs3ltbW2hrq7u
wMPDQ5aWlhQeHk7jxo2jSZMmkYGBgXpFRQVev36dxsPDQ2fOnCEvLy/i4eGh2bNnDyspKY1U
VlbG7du3ce/ePURFRaG0tBTm5uZQVVUFEfH4+/s/AEDGxsaxWVlZ0NTU7GFu3IyMDFNfX1/U
1tbizJkzuHv3LogIP3/+nJOUlBQ0efLkXzNnzmQtNq9evTqspaUFFRUVPHz4kOUYV1ZWIiIi
AtHR0YiOjmYax6q5sI+c+/fvY8KECUmCgoJ07tw5vtevXx8YP348zZw584uDg4OIlpaWAGMt
mpubqxISEuLKBZ+EFhYWSl24cOG7mpqa/cuXL7FmzZrusWPHUmxsLEtYu3LlyncXFxe5JUuW
DI8cObI7KChoQXV1NXx9fV9zD2kx165dg6KiYgOXL4/i4uIrEydOpIsXLxIR0ZEjRwgAlZWV
eQ8MDMDLy+s518uesrKyaNKkSX8YGhqqamhoQFZW9jwvLy8dOnSI5OTkmGvzNjw8HDExMbcE
BQV/CAoKUn19vT2DYE1OTsaVK1egpqYGbW1t7Ny5sxsAZWdnE8N9Hz169NmAgAAw2FRXV1eX
r1+/Htq9e/cw18s8393dHZaWluCmqVFYWIju7u6lqqqqBICSkpIoPj6eANDjx4/bmpqaEBoa
+p6xLm5qalocGhp6fOrUqbRkyRI6efLkTX5+/lquoRDNmjWLBAQEaOfOnSd1dXVH79q1i7jX
jIKCgrJHjRr1hdv8NPD79+9FHz9+XHngwAGW1Kajo8McqopfvXqF169fo66uDp8+fUJra+vC
5ubmBc3NzZNtbGxKmO/p7e0lrhiUubq6QkZGRmTz5s00YsQIcnR0NCkoKJh7/Pjxfu7X5+Xm
5i4wNTVtDg8PZ581Pz8/6ujowPXr1x25CGCdiIiIpQcOHPgeEBAQ6OrqOltbW7vJ2NiYli1b
xnAV3hMRampq9vLz839dvXo12dnZkaWlJfHx8ZGpqWkUEY3Q1dUdc/PmzaoXL17QnDlziJeX
l9avXy8rKiqKf22tWrUKc+fORUhICPr7+1FZWcmuqqoqdHZ2IjIy8v9I0Bnzo9TUVKSkpCA1
NfXvWkyduKamRpC5h7W0tKJSU1PZXp/q6mp0dnaipaUFbW1tE5qamhATEwMiQmxsrC0XyZyq
rKyMc+fOtQAgJyenGhMTEyxevFhozpw5P0aPHv3r06dPvxnuwsOHD5Xq6uowPDx8ZsWKFT8B
0OnTp5dcunQJ58+fh4yMDBgjqKCgIFbYORwONDU11cTFxen58+c0fvx4un379ktTU1MwVsGx
sbFERHT9+nXmHnzHbbwd7eLi4sgI+qNHjyg1NXUUt4+Fz97eHjt27Khi9mZjY+M3ycnJPL6+
voiMjDxrbm7+S1tbmxYvXkwAKCsrq4Dby+HObbrN4vogZHLtjjsrKyt3CgsL92zdurUgNTUV
SUlJcyUlJYmHh6csMzMTERERywCQmJgYhYWFkYiICM2bN4/09fVlbt26hbt37/5l/bcX9NbW
VrS2tqKrqwuVlZXw8PBgm6vKy8vR3d2NvLw8pKSkwMPDA76+vnB1dcWBAwdgZWWF/v5+VFVV
seNAGRkZ7CopKUFkZGT09OnTGSwmASATE5NIIpri5OTUy8vLS2JiYpSdnS337t07+Pv7o7y8
HNra2v1cTnYtEY1MS0vbdeLECVq/fj2NHTv2t6Cg4OcVK1bQ8uXLacqUKSQrKzv169evRyUl
JYnbOU8zZsygSZMm0aJFizgTJ06EhIQE8vLyBFetWlUlLi5Oo0aNopMnTw719PTsfffuHWxs
bLwYmtuUKVNo1qxZJCwsTLq6uoY9PT34+vXrFnFx8WYANH78eOLl5aWVK1f+WLRo0TRBQUF2
7rm0tBTFxcUICQnBhg0b8OjRIxw4cGBg7NixVFRUpE9EyMjIMOHj46Px48fTrVu37lpYWKCv
rw9nzpzBnTt30NzcDHl5eRw7dmzlxIkTBwQEBEhGRoa5hm7r1q2DgoICNDQ00Nvbi5aWFjQ0
NCA4OBiOjo5wcXFBWFgYXrx4Ucf1zS9+8OABAKQvWbKENm7cOAvAdgB07NixfCKaXF5evo7x
4bewsLjr5+fnD4AePHhQ09fXN/rNmzfTjYyMJhw/flxgxYoVvby8vDRu3DiaPXs28fDw0OXL
l79bWlpe4F73j0QEKysryMjILBcUFCQ+Pr7QJUuWYMOGDc3cSAS1tbXXBAUF6ciRI0REdOjQ
IeLh4aHy8vIALiJRZtWqVTRx4kRasmQJSUpKdicmJo6bN28eJk6ceGPMmDEkKipKU6dOpVGj
RtGiRYvEbty4gbS0tM1z5szpBECWlpYyUVFRiI6OxtOnTyEmJoadO3fi0KFD4zZt2tT758+T
GzGbqqiozOLn5ychISGqqqrSr6+vh5aW1hcu0CVq586dWLRoEZjPrbKyEl+/fl3KIErnzJnD
olDt7OzMq6urYWFhYclkAwoKCmZ8/vwZy5YtS+d+phcAfFy0aNFvVVXVuMePH4dGR0dbffny
Zczr16+XbNy4kYlAaMaMGbR48WIaO3YsXbhwIZOIRD59+jTC3t5ecfz48V8YDgAXKFR25coV
HD16FC4uLhgaGkJra+v41tbW8Y2NjWhra7s2b968b9OnT6c9e/bQ0aNHO4hIPDo6GhcuXBAU
ERH5NXnyZOro6PDMycnBjRs32rjXyK+1tXWMvLx89+LFi2nVqlUEgEJCQtxKSkqgqKjoD4De
vXvnQEQT7t69Oz0pKWmJjY3Nq2nTpn1ZvXo1zZ49mwBQfHz8rp8/f6K8vPzmxIkTh/n5+Wnv
3r1sStfR0dGgv78fsrKympMmTerfvHkzTZo0iWbOnEnnzp07vXv3bhbZ+ue1Zs0aPHnyBJ8+
fcLHjx/ZNDmzurq6EB0djU2bNiE1NRWfPn1CXV3d37UYcEl8fDxiY2MRHx//dy9uatsUwG8R
ERHS0NAQvXPnDm7evAl5eXmkp6czOFv09vYea25u3s0AixQUFJjouprD4eDp06eeXEGvdHR0
xM6dOzFjxgzi4eEZ4HA4osrKylncA3L/0NAQOByO1Jw5c35zM1/bR4wYgVGjRgEAJk6ciPfv
37PNjdxJhenLly//oqamRj4+PsQF6ZgsWLAAAIbGjBlDQ0NDRET09u1b5hDaYWRkhMHBQRE1
NbWGjRs30qxZs2jFihWD1dXV41tbW/H582d8+/Zt8vbt29t3795No0aNohs3bnz5/v37utjY
WLx69er1woUL/1i2bBnNnTuX+Pn5qaCgILq4uBhXrlwZGDlyJKWlpS3mlpHtRo4cSSIiIqkm
Jib358yZQ4KCgk6urq4YHBzcxz18/oyMjLwWHx9/HgCNHDmSPSgsXbqUQkJCjkdERCAoKOgv
6/8JQU9LS0NSUhLr/PRnQWcawSoqKpCcnIy0tDQ2Qk9LS0NtbS2srKy8APwSEBBgL9q9e/cu
6uvr32ZEPjY2tujWrVsjdXR0NhoZGXkxm2Jpaenez58/Iycn59i2bdvo/PnzxKQ1LS0t2RSS
paXldCISPnv2LGPpSC0tLSQiIkKHDh3iqKmp4fr163NSUlKq5s+fT35+fvGbNm1K4ufnJx8f
n2Pl5eUICwtzGD16NAkICFBubi5ZW1vTiBEj6Pnz5+pFRUUoLi5eP3fu3FoAZGpqSkJCQrRk
yZIfnp6eQgzZh8lUZGdnIzQ09OG6detspk6d6spNDQ99+PABRUVF6OrqWsdEVEePHs3Nzc0d
NTAwsOHUqVM2d+/etWloaJi2c+fOeXx8fC1/7i9QVFSkgIAAwcDAQOjp6WncvXvXpq+vb8Gf
m3VKS0vBzJO+ffv2I5f8lhcdHY05c+akz58/n5ycnITXrFlzkIkIP378uDMjI0OEqaeZmpre
UVJScuNSx2rDw8Px8OFD5sAwZuXKlb1cUAaVlZURLy8vSUpKfi8tLZXgMuH/MDQ0lHv37h20
tLTCuV+b5O3tjWPHjjUBoFevXl13dHS8w4BKiIiOHz9OXJ93dy7QY7aKikoK8/4fP358NzY2
FtHR0bh48eIt7tdSdnY2I2CxSUlJ0NHRsWAoXPfu3Vty5swZyMnJ4ezZszh48CAOHz6MM2fO
YMOGDd0AKCUlhdzd3QkAHTp0iM6fP38PwO8JEyZQaGioXnFxMdTV1b9wyWXZx44dg7i4ON69
e8eWnT5//rz00aNHbJScnZ1NU6dOpS1btpCysjJOnTplzEBjIiIipnV2dq6bMGFC68KFC0lG
RkaRj4+vc8KECUOqqqqwsLBASUnJsby8PD57e3vxVatWseWqsWPHUk5ODs2aNYuWL19Oqamp
e4uKivD8+fPDfHx8/du3byc9PT3mOSsvLi5GfHw88vLy0Nvbi87OTrS2tiIvLw+VlZV4/Phx
E3N97ezs3nCzQ2hvbz8hKCj4x4gRIygvL8+tpqYGkpKSnQB+5eTk1EpLSzcCoPz8fAoJCSEA
lJqa+iY5ORkLFy5054pxJhGNNDc3h4uLy2Ymm0NEpK6uTgAoMTHRnYhQVVXlN2LECNq7dy8R
EQUHBxMAevHixRU3NzcICQnR2LFjiYjozJkzNHr0aPLy8jqdnZ3NNoL+eUVHR7NNuUxU/ufF
jdD1N27caJOSkqLV2dnJNtb9Z1ddXR2qqqqQlZWFzMzMf4ihXl9fv/78+fOtAGj9+vUkJSU1
Y+/evdizZw+2bduG9PR0fPnyBQMDA/D09IStrS1yc3NhYmLyEMDP9evX09evX284Ojpi3bp1
C7jlrJ6CgoLxWlpaStwy4iC3sc6KWwqh3t5em9evX2czr+vq6rrdxMQERkZGsLCwgIODAzgc
DvveysrKoK2tbQOA2tra6P3798xe8VpWVhZM0Jafn/+Xz/f8+fPpfn5+0NLSWjJ9+nRycXHx
UlZW/jVy5EhKSUkxJiLk5+fDxMTEdO3atRQbGxs2a9as3JkzZ1J3d/fynz9/bp4wYcJXHh4e
IiI2+5SRkRHA5ZG0czv7db99+4acnJyXI0eOpCNHjuTGxsZemTt3Ls2ZM6epo6Nj8ffv35fv
3LmTeHh4KCMjQyUxMVGG+zMSEbFBk5OTkwYR8Q4ODuLP63+FoDMe12VlZUhNTWVvVMbeMDo6
GidOnOiVkJAgd3f3vE2bNhEfH98KFRUVnr179/7m4eGhiRMn0rZt2xqZBo4xY8aQm5tbaF1d
HdLT0/ktLCw+cxuAaPHixTRhwgQyMjJihS4lJaU6MzPTnImyqqurWcznvn37yMzM7MykSZN8
uLXe79bW1kckJCT8uBv4x/Ly8m179+6NYNjjv379YksEN27c8HF0dJx/9OjRQe6G3mpra9vO
vHZWVlY6cz0DAgIgKSmJ27dvQ1pauom5yUePHk3Jyckanz9/RlZWFsLDw0efOHHCg3syplu3
bjldvXpVTUREhAQEBGjRokWLrl+/vn/FihV08eLFX4cPH6bNmzdTc3Pzzerqal47Ozul+fPn
08SJEyk6Orqor6+Ph9lciouLUVZWho8fPz47fPjwL+4Nm5yfn68uKCg4zGRJ4uLiDv6JPtZ+
//79Zu77/6O7u/vx0aNHswCQjIxMO4fDWZifnw8iQnR0tAPz3h0dHdkHFwB5eHhcyM7OPss0
NYqKin4cOXIk7d+//2djY+ON4uJio3HjxrFfLygoSMLCwiQkJERbtmxh/1xWVrZhYGBgbm9v
70hDQ0MDALRmzRp6+fKlCHfcZp28vHwfAFq2bBmVlpY2MTPvt2/f/igiItI7btw4UldXfxcT
E8PHjB9GRETAy8sLQUFB8PX13bx48eIvTIqcQfKKiIhQdHS05K1bt6q50bvPzJkztwgJCQ2P
HTuWnJyc3gYEBMDX1xfv3r3D8+fP8fLlS9ja2i5lUs/29vZUXFzM9BbQuXPncOvWLaMxY8aQ
gIAAmZmZVTx8+PAr95Ay3N/ff+jRo0c/uATDj1u2bGndsGEDGRgY7JWRkYnl4klp/fr1tG/f
PrKysmJJaE5OTi+LioquMNfc0tKy++bNm13cTmgaGhq6zswWM7PnNTU14HA4+PTpE+Lj42sB
0Ny5c79mZWVdYbjPnZ2d5+bOnUu8vLx0/vz5QWdn54+8vLx/rFixgv74449bV65cGQRAtra2
tGfPHoYwSB0dHWfXrl2bzC2BtHz//n1ObW0tIiIiVu7evbsVAElLSxNjjiIvL0/GxsaQl5d3
BUDz58+nkpISYqh3O3fu7EhPT1efM2dOOQC6fPkye5/o6em1ENHq79+/4+vXr39Z3JQ0Tpw4
gcuXL+PKlSt/WXfu3AGT0Ttw4ECfnJwcpKWl/64lIyODEydOQFxcHBs2bIC4uPjfvXbt2qXA
vJ+rV68O5uTkTOdOiyA1NZXtzOcSJ4WkpKT8dHV1PzLPj6+vbzcR8drY2ODOnTuLDx06NMjL
y0sHDx5sExISoqlTp5KPj889IkJ9fb3IqVOn8plMDz8/P/Hz85Ovr29Ab2+vwMePH9HW1oa8
vDyYm5tDT08Penp60NfXh5GR0dM1a9YQcwBgMlBiYmKfU1NTNZ89e5bPRLjm5uY0ZswYGj9+
PEVGRu4OCwszERISauYit7e4ubkFAiAJCQlKSEiQVlVV9QPwU1JSkqKionZu3749hbv3BtbX
1+9nSgUXL15kM1UKCgpFRCT09OnTcu4+/2Xv3r1bxcXF67mZH7UfP36MNzAweCcgIEBKSkqf
TU1N68aNG0e6urqhSUlJgteuXfsIgNatW0cWFhYs6dLR0bG4o6Nj/P84Hvp/haB3dXWhs7OT
NatgQB/FxcUoKipCWVkZmpqabjg7O59ISEhAeHj4/pkzZ0JBQQEvX77cceTIEesjR46QuLg4
7d+/n548eTJ47Nix3QEBASgpKcGLFy/4VVRUvG/evEkaGhp1b9++tTIzMyt5+/Zt8t27d+nS
pUvk5+dn7ebmFrp161bav38/ZWdnuzg6OjYpKCjQuXPnuu7du7dFWlq6cv78+fTs2bP6nJwc
JCQk3Dx+/DgdPnyYysrK6Pr167R9+3aytbVNy8/Pf3vt2jWSkZEhMzOzVCMjo/UzZ86k9evX
U3h4uI6vr6/xhg0bSEREhMLCwp5++/aNZ3BwEBkZGXB0dERwcDDs7OzyRUREaNKkSWRvb185
PDy84PPnz/xdXV1Mo4n+hg0biIt/zPTy8lJeuHAhCQoKko6Ozp6enp6ZXl5eGhwOZ7uXl9ee
tLS0O+Xl5TA3N8fTp0/1mJSls7Nz/bdv33ibmppQWFiIgIAAREZGIjg42H/Hjh20detWevDg
QaaXl9f7VatW0YIFC0hRUZGCgoKQkJBwTEFBgVavXk3jx4+nU6dOUVpa2vmfP39uZBqvFi1a
RBUVFf5dXV348eMH3r17l7l9+3bav38/aWhoFF+7di1h7969tGvXLrK0tDSJiIiAm5uboq6u
Lh05coQuXbpEfX198lVVVdDR0Tmpqqr67enTp39oa2u37d+/33Du3Lkahw8fjlFSUiJVVdXf
165do5s3b76oqalZ/vDhQxw+fNiSh4eHnj59yvny5YtQX18fenp6tpmZmdH27dtJSkqqu7q6
ekd3d/edixcvfh0/fjxt27aNXr58+frr16+LWlpaRrS3t/M0Nzez0JmmpiZ8+PDBbc2aNTRl
yhTi5+cnPj4+2rlzJ/n5+XEaGhrg6uo6+8CBAx1Mo6WAgADZ2NhQQ0ODQEVFBXp6evD48WNM
nz4dYmJiWLdu3fJFixaRiIgIm/LesmULOTo6eqWlpaG5udmC+cyYtX79+qGAgIBNRISEhISr
0tLS9YsXLyZhYWFycXFRjY6OhqGhYYaSkhJJSko+DgwMtJaXl9dTV1ePXbVqVcT48eM1EhMT
DeLj43umTZtGGzdubHF3d1+koaGRu3z5cpKQkBjKz88/xsxPM6uwsBBRUVEICgpCfHy8C1co
i6OiouDu7g4/Pz+EhYWNkpWV/cn8rDw8PLR48WKKj48P6+/vR1JSkubmzZsJADFTEitWrBgY
HBz0fPToEfHx8dGqVauourpalPFXCA4Ofn727FkSExOjhw8f0pUrV0hWVvaLtrY2j6qqasCe
PXvowIEDFBQU1HX//n3atm0bSUlJUUFBwbWQkJBzZ86cofXr19PTp0+LFRQUSF9fn3p6evYw
AJg/ry9fviAiIgIvX76Eu7s7HB0dYW9vDwcHBzg4OMDX1xc6Ojod48aNIyUlperXr1/j+fPn
f9cyNDSEtrY2Tpw48Q+vU6dOye7bt4/27dtHCQkJWkSEgYEBfPnyhR15rK6uxrdv3wQNDQ27
mIBn9+7dpKOjo19RUbGos7MT4eHhMDU1xcuXL1evXbu2m4+Pj4SFhUlZWVmzoqJiBgO4ysnJ
mW5gYDAgLi7OXOuBnp6eTUxPQFdXFyIjI3Ht2jWoqqqyvTpqamp+AGjWrFn05MmT4dOnT2us
WbOmnHuAtc/JyZmvoaFRtW/fPho3bhyJiYlRYGBg8NDQ0AJNTc3i6dOnk4KCQp6Xl5dAWVnZ
YWlpaZKXlycVFZW7K1eubJg8eTKdO3fuFneEWldSUpKOHj36NSAgABERERelpKRo+/bt9OTJ
k5/nzp0jNTW17uHh4bnu7u75f36mpk2bRlu2bCkvKCiYPjAwABsbG8jIyNgxE1A3btyI8vPz
44mKioK6unq1hIQE7dy5k1atWkWHDx8mdXX1qsjIyCXl5eXIy8v7y/pfI+gdHR3o7u5GU1MT
srOz2TleRtxLSkpgZWWF8PBweHl5YebMmbh+/ToePHiAa9euISEhQVRVVVXUx8dH9MuXL/OO
HDkCFxcXFBcXQ1tbG+/evUNHR4doQUHB1JycHNTU1EzIzc0d+fXrV9G8vDzRhIQExMbGwsjI
SNTCwkK0pqYGAwMDwhUVFaJv376dGRgYiPT09JWXL18WLSkpWVJVVcV0ba4KDAwU7evrWxka
Grr6+fPnoiUlJaP6+/vR29srGhoaKlpfX4/u7u5RUlJS6x88eCD68ePH6Q0NDTNVVFREDxw4
sIrLjxZoa2sDt9aOHz9+oLm5eeG+fftEV6xYIZqdnT2pra0NXV1dfB0dHejv78f379+nXLhw
QXT69Omi3t7eq//4448FOTk51z08PN4NDg4K9fb2wtraGmFhYWBmf0NCQpjU/i4REZEGAB3Z
2dm7iQi9vb1oampCbm4uioqKkJubK6KlpSWqpaUlGhISMrO2tna0o6Pj8jt37ojGxcUtLykp
QXh4OPLy8pY/f/5cdPPmzaIRERGiRUVF6OzshLu7u/C2bdsW79y5c3V5efksprM7MzNztqGh
oaiFhYWovb39eGdnZ15TU1NRS0tL0aCgINZU59u3b6KhoaGi5eXlK3/9+oXU1FQYGBigr69v
PhEtISIhS0tLAIC+vj6ISJSIFpeVla04fvw4TE1NtadMmVICoEdcXJxiYmKOMWCYwcFB1NTU
LNPV1RVNSUmZNTw8PGJgYAAVFRXzt2zZIvrmzRtRJycnfPz4EfX19bL19fX8DQ0NaG1tRXt7
O3p6etDe3j7h6tWrorNmzRJdtWqVqJiYmKiBgYFoc3PzyPT0dLx79w4PHz4UXrBgweqrV69a
KCkpnSWi9e3t7SNaWlpARNDR0cHChQuxd+9e7Nu3j3/Lli2iW7ZsEV2+fLnotGnTRHV1dUXT
09NhY2MDJycnE35+flq1ahWdPHny7IkTJ2abmpoKhYeH448//oCnpyecnJymXrp0SfTYsWOi
Q0NDI4hI8Pv37xOHhoZEi4uLMTQ0hFevXiE2NhZXr14FAERFRaGurm7ygQMHRK9cuTLj3bt3
yMnJWXXu3DnRp0+fzissLPwbeMiHDx94IyMjz584caJk/vz5ncLCwhQQECDp5uaGzMxMlJSU
ICkp6f/H3l+HVbX2a//wSQkIKmBhK3ZgY3eiWNgttgIKIqAgKal0d4d0d3d316QbaRAV9Xr/
mWMcrrXud+973fvZz2/v/ex1HN9/FgKTMecY5/Wt87NTWFj457Rp04iBgUHCqlWrhMXFxYVb
W1vR0NCAgYGBBUpKSsJLly4VDg4OFjY3NxdWU1ObMzExAWtr69W8vLzCly5d2sBgMDA6OgoG
g4HPnz8LBgQECOvo6AhPTEwIFxQUCEdHR68jhHB2d3evMDIyEjYxMVk3ODi4sLKyUlhDQ0PY
19dXeGBgAISQOWFhYcLGxsbChJBplZWVa7KysjZ8/vz5D+9rd3c3LYiUH0RycjKY9zQ+f/6M
3t5e/Pz5E+np6WuEhISEo6OjV1IchL8bFRUVKCws/JejoqJiho2NjbC/v//6vr6+KZT1KjWo
TBnZlJaWcufl5Wl8+vSpbM+ePSImJibrtbW1kZubi76+PgQHB0NbWxtqamq4e/fuwvXr1wuf
Pn16pZSUFIqKiuiWy/fv39Ha2rrExsZGOCAgQLi/v38Jg8GgB/3a2tqQnp4OQ0NDWFlZgTlf
BAcHh7fTp08nBw8eJISQK42NjdDQ0GhcsmQJERERWXv9+nWUlZUJBAcHC2/fvl34zZs3wg0N
DaxVVVVwcHDgOHTokLC5uflUIyMj9Pf3z46KihKOjIwUrq6u5ldWVl4pIiIi/OjRI+Tm5iIj
IwP29vbCSUlJK8fHxxEbG4uQkJANvr6+woSQlenp6cLJycnzg4ODcenSpSZmNl+ipKR0wsLC
QiYnJ+dGU1MT6urqoKmpiXfv3iEoKEjY29tb2NLSEsyePlpaWlba2NgIW1hYCOvr6wuHhIQI
p6amCnh5edGWt7/Hf3lBp8o5IyMjaG1tpZy+kJGRgYqKij8IuqenJ8LCwhAUFITTp0/D1dUV
w8PD9A1CCQqFHv1d0EtLS2mHKR8fH1rQ5eXl6WnKJ0+ewNLSErW1tTh16hRtbPH27VsYGBig
oKCAHjzJyclBcnIyDbiIjY1FVFQU3r59Cw0NDVRVVaGlpQUJCQnQ1dWFm5sbAgICIC4ujtDQ
UGRnZ0NGRgYnT56EmJgYPn36BEtLS7x8+ZLe1y0qKoKtrS0YDAZaWlpYDx8+jIcPH9IHlNu3
b2Pv3r3o7e3FxMQES1dXFzo6OtDZ2Tl7aGhoVV1dHURERCAoKIj4+Hj09fVhZGQEQ0NDaGtr
Q0dHBy5evIhZs2bBwcEB7e3tGBoaQnJyMtVnh62tLS3o1LVzcXGBj4/P/qNHj5KrV6/6ZGZm
oqysDBUVFaBOldQKnYyMDKSkpODu7o6RkRF8/foV5eXlCA4ORlpaGr27+/r1a2zZsgXOzs7I
y8tDb28v9XqneHt7o7CwEG1tbRgfH0dCQgIUFRWhoaEBKysrWFtbQ0VFBZqamqBMTFxdXdHQ
0ABHR0fEx8fj27dvyMvLw/v371FRUYG2tjZ8//4d7969AwDIyspiYmICDAYDFRUVsLKywrNn
zzI5OTnJkiVLiJOTk1J8fDxcXFxQWlqKyclJ5OTk4NWrV/Dz88PIyAj6+/uRkJCArVu3QlVV
FTY2NhRKlLOpqYmFQstSFqHt7e24evUq7fS2du1aKCgo0LvFlpaWePbsGebPnw9VVVWoq6vj
x48faGxsRGtrKwYGBvDp0yds3boVmzdvxp49e7Bjxw5s3boVq1atwqxZsyAjI0N5Aqw6e/Zs
A5Vd3blzh6uvr29NS0vLYgaDgeHhYfj4+MDQ0BAXL17E0aNH0draKjA8PLyIejCNj49PGxoa
mkm5W1EAmpiYGFRVVWH//v24fPkyzMzMEBMTg7Nnz0JWVhYVFRWora1FY2MjysrKUFhYiK6u
Lh57e3s6q3F0dMxubW2dUlpaSpd3w8LCaqmvOzg4hN28eRP79++ncMs0jnX+/PkwNjZGa2sr
RkdHp3///p3tw4cP4ObmxtmzZ8FgMGg70b6+PuTk5NAwmvDwcPj4+ODbt28sRUVFePfuHdTV
1dHa2oqUlBTIysrC2toa3d3dGBoagr29PRQUFNDd3Y2oqChERETg8+fP6Ovro7JPer+8vr6e
TghMTExQWVlJr5g1NjZicHAQkZGRWLx4MXx8fFBWVkav3P6zkZmZibS0tL+NXv0zhjUiIoI6
kLD39PSgp6cHfX19aG9vR0lJCahDWWdnJxobG7Fjxw4oKytDU1MTeXl5fxH0K1euYNWqVTh8
+DAkJSVRVFSEwsJC9PX10YPO2trasLa2RkNDAxobG2lB7+npQWRkJO7evYsXL17Q8fz5c6ir
q5tERkZGVlRUTO3o6EBycrLa5cuXJaZNm4bDhw8jIyMDdnZ22LRpE549e0azH6ysrLBr1y7o
6urS687UwT89PR1SUlLYuHEj7t+/j4KCAlCVopaWFoyMjAj29vbC29sb5ubmaGlpQWhoKGxs
bODl5QU5Obl+5vBuU01NDT58+ICqqir09/ejvLwcOjo6kJOTg62tLczMzGiXzK6uLuTn50Nb
Wxuampp48+YN7O3tERwcTNse/7cTdOqUyWAw2DIyMvRNTEyygoODs5KTk+83Nzejt7cXGRkZ
SEpKQnBwMLy9vZ8ZGRll7du3L0tDQyOxq6trDTVk093djaamJqSlpSErKwslJSUoLy9HW1sb
GhsbYWVlBW9vb3h4eAAArl+/jsePH+PatWuIj4/H48eP8eHDBzQ3N+Ps2bOwt7enSWYWFhaU
+QJiY2ORkZGB1NRUjIyM0AeOfyToiYmJ0NLSgr29PXx8fKCurg4HBweEhYVBVVVVCIAQAKFn
z54JqaurQ0lJCZ2dnWhra0N5eTlMTEzQ1taGzs5OHDp0CA8ePEBJSQmqq6shIyODY8eOobi4
mF7/Y1Y8pg8NDc2vrKzEvn37cODAAaSkpNCOfPX19aCyRVFRUcydOxe+vr40MzopKYl2vLKy
skJERAQcHByQmJgIf39/uLm5wcXFBYaGhtvT09PXhYWF0RUUyp60oqLiL4I+NDSEnp4enomJ
CZaSkhJERUXR0JP79+9j4cKFsLe3B/VQ7+rq4unu7p799etXDAwMoLKyEt3d3UhKSsKbN2+g
pKSEjx8/ws7ODnp6ejA2NgaFSLWzs0NdXR3s7OyQlZWFsbExpKamQkdHB8XFxWhvb8fY2BhM
TU2xcOFCaGlpUSdmMIfhZkdERKy5cuXKm5CQEGNbW1uEhITQVrSEENTV1eHx48cICAgAIQQT
ExOIi4v7R4JOB9U/ZjAY6OzsxJUrVzB16lTMmzcPAgICkJGRQW1tLRITE2FjY4OnT5+Ck5MT
UlJSkJKSwuTkJBobG2n0ZXNzM1xcXHDixAmcOXMGS5cuxeLFi7FkyRLMmTOHRrdGRETMNzEx
8VdWVmbo6OgwAgMD5zU3N29oaGgQqqurw5cvX5CQkABnZ2ccPXoUGzdupMvGXV1dqK2tRVdX
F4aGhlBdXY3s7GycOHECAJCQkIDS0lIsXboU4uLi8PT0RFxcHMTExPDixQsUFhaCucqHxsZG
tLS0oLq6mrWmpuaQra1tjbW1dVpcXBxHeXk5+vv78fnzZwwNDSExMdFfSUmJ8f79e0ZycrJZ
RUUFwsPDaWGhcKzz58+nRBnd3d1zJycnOXR0dAAAhw8fRnNzM379+kUdYuePjY3NoMSdOvz9
/PkThYWFUFFRwdu3bzExMYGamhpIS0vDysoKHR0dNBFQV1eXvkepz2RtbS2ys7Ph5eWFkpIS
aGhoICkpCXV1ddDS0oKVlRUqKyvpCkV9fT16e3sRFxcHfn5+uLu7o7CwEMnJyX8rUlJSEB8f
j6CgIERERPxLgu7v74+WlhaMjY1xdnd3c1OC3t3djf7+ftouu6ioCAwGA/n5+RAREcG7d+/+
UwS9u7sb0dHRePLkCeTl5el4+vQp7Ozs0N7eDsp4KTY2FufPn4egoCBOnz6NtLS0/yOCHhQU
hJycHIyPj3N2d3fz9fT0wMvLixb0wMBAuLi4IDExEfHx8VdNTEwY4eHh91taWmiyYWdnJyor
K//fEnR1dXWoq6vDzMxsjri4+O9IPdLV1SU8NjaG7OxsZGZmIi4uTpLy/aVWYzIzMzOo1Q1q
Hzc9PR1ZWVmorKxESUkJqDLe5cuXsXbtWvj5+eHFixf48OEDXFxc8PLlSzx58gTPnz9HaGgo
8vLysHPnTkhLS0NHR4dC/iE3NxcxMTH0z46Li4O+vj7U1NTw6dMnhIeH4/Xr17SgNzc3Iykp
CdbW1nB1dUVERATti66rq+tL9f8AkF27dpG7d+/aWlhY0HvdPT09iI6ORnJyMnJyciAiIoIr
V66gtrYWvb29SExMhLS0NCQlJeHi4gIGg0G3HwYGBlBdXQ13d3cUFRUhLy8PcXFxMDQ0hLKy
MqqqqvDlyxfIysqCh4cHioqKGBoawtDQEFxcXBAREYHR0VHaec7KygqJiYnw8fGBs7MznJ2d
oaCggMjISMTHx8PQ0BC7d+/G8uXL4erqipqaGmRmZtK40d8EHUNDQygqKoKfnx+UlZVhYGAA
Ly8vSEtLIzAwkHZBGxgYQH9/Pzo6OhAaGgp1dXX6IPXkyRNYWVnByckJz58/x+PHj3Hjxg1s
27YNWlpaCAsLQ2trKzw8PGg/b0dHR+Tm5qKkpARU2ZYyNKKYz9R1HxsbY7Ozs8PLly+RmZkJ
bW1tREZGIjU1FSIiIpCSkkJ8fDxMTU3h5eWFgoICVFVVISsrC5s2bfqHgk4dourr6xEQEEA7
7YmKiuLSpUt4/vw5NDQ0kJKSgps3b8LJyQnKysoQFxeHvr4+jajNzMyktxmYrQ34+/sjNDQU
8vLyeP78OURERMDKyopnz54hPT0dfn5+iI+PR3BwMJKTk9He3s5OrU9RnAApKSncvHkTKioq
UFVVpQ91ubm5YDAY+PLlC/r6+mj+wosXLwAA3t7e6OzshLKyMlxcXNDe3o6AgAAcOnQIdnZ2
0NTUxNKlS8HDw4O3b9/SFSZqSI5CyhYUFODTp08YHx+nVyEp6lxbWxvGxsZQW1tLs9P7+/uh
rKyM6dOnQ1FREaOjoxScBxYWFlixYgVevHiBtLQ05ObmYmxsDB0dHeydnZ2so6OjSE9PR3R0
NOLi4tDT04OKigooKyvDwsIC3t7eUFVVxdu3b2FhYYFfv34hPT0dwcHBtCUpVT4fGBhAaWkp
UlJSEBQURKNjMzIyUFNT8wdBp0yXqPcwMDAQx48fR1xcHJqamvCP3MH+raCqYtRh+18RdIop
QN2fv0dfXx8qKyv/Swj68+fPYW5uTjMvmpqaEBMT858i6CEhIUhJSaGvSXd39x8EPSgoCM7O
zjQGubCwEO3t7fjy5QtGRkbQ0tKCjo6O//cEnUICOjo6TrGxsdFcunQpLXLx8fGHqDeNuYfe
9vvwgZGRUcfg4OCejIwM5Ofnw97eHiEhIcjPz0dWVhbq6+uRnZ2Ns2fPwsrKCjt27ICgoCAS
EhLw/ft3FBQU4PPnzzA0NAQASEpKYmxsDGFhYViwYAFkZWWho6OD5uZmVFVV0aQ26oQdFhYG
AFi8eDEMDQ2Rm5sLNTU1vH79GuXl5Whvb4erqyu0tLRgYGAAPT09CpvoycHBQebNm0fU1dUH
JCQkhqhdRENDQ6uvX79yUzdTb28vtLW1ERoaitzcXBpJ2tHRgaSkJLoU5ezsjPb2dpSWlqK2
thafP3+mzV1ycnKQl5eHpKQkGBoa4u3bt2hsbERjYyPMzc3BxsaGGTNmIDMzE319feDn54e5
uTmdhTY2NtLlRWaVhC4/mZqaYuvWrVi2bBlWrFiBLVu2wNvbm84i5eTkcOfOHbi6umJoaAgD
AwMYHR2lZxnWrVuHPXv2gBCCmpoa2vIxLCwMdXV1+PbtG9LT03HlyhU8evQIWVlZ6O3tRXJy
MsrLy5GUlIRDhw5h8+bNmDVrFoSEhKCvr4+qqir09fUhNDQUSkpKsLKygrOzM/r6+sBgMFBd
XY36+np8/vwZNTU1KCkpQXJyMioqKihBh4uLC+7fv4+YmBi4u7sjJycHnz9/pqFAtra2aGtr
o/GXGhoa8PX1xe7du6Gqqgpra+s/iDn1vjU0NCA0NBSvX7+GlpYWHBwc4OrqSldYAgMDcf78
edja2uLjx4+IjIxEZGTkH9aSqHWe4uJipKamwtPTEykpKWhvb0d6ejrk5ORw48YNuLi40A/t
4OBgODs7IzAwEBUVFfTEeUNDA7y9vcHCwgIAyM3NRW9vL+3lYGpqitTUVLi6uuLt27fIz8+H
u7s74uPjERYWhoyMDPT19YFpzoKysjJ4enoiODgYra2tuHLlClauXAkBAQGsW7cOQUFBaG9v
R1NTE6iVr8ePH2PFihW4evUqiouLMTAwgMLCQpibm8PNzQ3t7e3o6elBUVERzRKPiIig790t
W7agvb0dg4ODGBoaQklJCR4+fAgfHx8EBQXh0qVLGBsbw9DQED5//oySkhJIS0ujpqYG7e3t
iIyMRGxsLOTk5BAYGIi9e/cCAJycnGiq2saNG2FhYQFCCLq7u9nGxsa4CSH0z8vIyPinBL2k
pARZWVl02fbjx4+or68HVYn6uzEyMoLPnz8jISEBfn5+fztT/19B/9cFPTQ0FMnJyYiNjUVV
VRV92Gtqavp/U9CpUvHExASysrKOUGYOXFxcxM3NLbi2thahoaGIiorC8+fPM35n8BobG5/L
y8vDxYsXsXfvXpiYmMDT0xPFxcXIyspCXV0dcnNzcffuXTg7O2P//v1YvHgxYmNj0dTUhOTk
ZDAYDOjq6oKbmxvPnj3D4OAgEhISsGTJEsjKykJXVxdNTU10H57yKy8pKUFERARmz56NzZs3
4+PHj7QFqo+PD+rq6jA4OAgHBwfIyspCWVkZ7969g46ODrZu3Urtko9mZGRwZWZmztDQ0KDc
y0hxcfGDjo4ODA8PszQ3N0NfXx/JyckU65seAExMTLykrKx8XUlJ6bqfn9/13t5e9szMTISF
hSEiIgJGRkYUNOJQe3v79fLy8kumpqZQUVFBc3MzCgsLoampCW5ubsyYMQOBgYGor68HAHh5
eYEQgqGhIQwPD6Onpwfl5eV/2KMdHh6GmZkZAGDr1q3YsGEDtmzZAi8vL3pPNj09HQYGBvDw
8MC3b98wPj6OxMRE2NraIigoCHv27MHp06cxMDCA9PR0pKamoqCggCbFUfQtquScmpqKnz9/
YmBgADU1NQgLC4OoqCj27NmDZcuWYfXq1dDX10dxcTF6enrA3JeHo6MjXFxc0NbWhrq6OpSX
l6O+vh6Dg4OoqKigKzvp6ek0jjY0NBQXL16EhoYGEhMTUVxcjP7+flrQQ0ND0dLSAnNzc/j4
+EBZWRn6+vqQkZGBqqoqLfgtLS00WON3Qaf64gYGBjA1NUVZWRl+/fqFyMhIXLx4kW4lUAjZ
0NBQOpP9s6B7eHjQ2FU/Pz8oKSnhw4cPCAsLo3G9TB41AgMDUVlZiba2NpSVlSE1NRWBgYGY
O3cu+Pj4EBcXh6qqKmRmZqK8vBzm5uZ09encuXOoq6uDl5cXIiIi8OXLF7S0tIDBYKCnp4ce
RvX19aVRt1evXsXq1asxa9Ys7N69GzExMRgeHkZXVxcyMjJgbGwMLi4uGrQUHR2N/v5+SEtL
g4ODA/fv30dZWRlGRkZQWFgIb29vuLu7w8rKCu/fvwcAHDhwgLZUpe7VR48ewcHBAdHR0Th/
/jySk5MxMDCArKwsGBkZQUNDg+7HU+YlsrKy8PDwgLi4OPj4+ODu7o76+nooKSlh6dKlWLNm
DTX0xlJTU8Pq4uJCD1Hl5ub+LUGnWlmqqqqorKykKwx/N7q7uzE4OIi+vj4kJCT87Uz9fwX9
fwX9/7iX+8+fP9m9vLyUfs/Az507N9zZ2Xk2Pz8fvb29V1atWjVA2fJNnz6dGBoanistLcXR
o0chIiICDw8P+Pn5oaenh7e5uZmX8iD+O4Le39+P+Ph4LFq0COrq6tDT06MG93h7e3t5ExIS
aNrV74L+4cMH9PT0YHh4GOPj4+jr60NXVxcmJiZACMHPnz/BtP/k2rhxYw0AEhER4Tk+Po6v
X78iIyPjPOXB7ebmJtXU1IQvX77g58+fvBTgYXx8HMPDw/D19UVBQcGM4uJisnLlSiIkJESU
lZXJ5OTk5vr6erqHbGBggBs3buD69eu5x44dI+fOnSNWVlZvlJWV0dLSgrKyMmhpaYGLiwsz
Z85EeHg4BgYGAIB2JZqcnMTk5CR+/fpFs54pl6rx8XHY29tjypQp2LZt2x8Evb6+nh6Gam1t
RUZGBqKiohAWFgZbW1u4uroiODgYO3bswKVLl0AIYa2vr+etra3l7ejo4I2NjYWBgQEcHBwQ
EhICaWlpSElJIS0tjRYRJgudR1xcnPfw4cO8K1eu5F27di2viYkJd1FREYaGhpCZmclrYWHB
GxISwuPu7o7W1lbU1dXRw0lDQ0NzR0ZGlvX19fFSFZCWlhZ8/foV4eHhEBcXx7t37xAfH08/
kChBpw5AlJuViooKdHV1YWxsDBUVFZrz/u3bNzp+/PiBiYkJ3pycHF5DQ0NeExMTXicnJ14P
Dw/e+vp6jI6OIiwsDNeuXUNgYCCvra0tb3R0NG96ejp3WFgYysvL0dHRwVtbW8vb2trK29vb
y1tRUcHm6uqKoqIitp6eHt6UlBQuBQUFKCsrw9PTEzU1NaisrIS3tzdsbGxoNnlWVhbi4uKQ
lpaG4OBgzJkzBwICAigtLZ06NDTE29zczDs4OMhL4VbV1NTw5MkTjI6O8kZGRiIoKAhNTU2o
qqpCR0cHCCHo7e3l7e3tnRoQEICioiJ0dHTg+vXrfxD0qKgoOluOiIjA+/fvMWfOHLpKlpSU
hIGBATx+/BgAICYmRh0w2VpaWljd3d3h6ekJZ2dnaGlpAQAOHjwIBoOB0tJSJCYmoqioCPfu
3UNwcDBrUVER59WrVxEZGYmEhAS4u7vD0NAQenp6GBoa4h0fH0dERAQCAwPx6tUreHp6Qlxc
HPz8/HBxcUFFRQX09fWxbt06CAkJ4cePHygrK8O+ffvAwcGB9PR0NDY28ra2tvJmZGTwVlVV
wcDAAKmpqWhuboalpSWvj48PL1O42Pv6+nhramoQFxeH4OBgXiMjI96GhgZMTEz8Sxk6FaOj
oxgZGaHfz/9sQVdRUYG6ujqysrLQ19eHT58+QUNDA+rq6rhy5QpWr16Nffv24fbt2ygpKfmL
oOvo6NACTQ1e1tXVoa+vDyEhIbh37x4UFRX/V9D/Owl6S0sLWlpa8P3792lubm6RTO90ws3N
TXh5eYmEhISmiooKHj9+rLpkyRJy4MAB2iKzpKREjBDCd+rUqbMrV6401tbWNnRycrphbGzc
b2ho2J+UlBRaUlIieOfOHYSEhGw8fPiw2LJly8Ty8/PXUoI+ODg4z8bGRoyTk1NMUVHx+OTk
JGJjY/etWrVK7Pz582Gamprno6Ojwy0tLfttbGz6goKCzqempoLBYKCgoODozJkzxXbs2CFm
amqK7u5uuofd1dWF9vZ2dHV10VWIrq4ujI+PP6dsKuPj49eUlpZS1YknTCMUMjY29igxMRGG
hoYurq6u/a9fv3atrq6eMjY2RrGztz558iRRWVmZPvwsWbKEmJiYtBUWFkrEx8fP9Pb2hpmZ
2RYuLq5zfHx8JZTD16VLl9rOnj0rRgjhqaqqgqam5hFubm6x2bNni0VHR4slJSWpALhoYGBw
tr6+noOy0c3Ozqad4Khy/fj4OK+jo+M5Tk5OsT179oht2LBBbMeOHWJxcXEnm5qa6JWa+vp6
FBUVwdTUlC59Ozs7IyAgYNGxY8fO7tixQ8zX1zdXT09vWFdXt9/U1LTf3Nzc1tbWlt/DwwMZ
GRlb3r59K/bmzRuxhoaGjUxXL2RnZ7M5ODj0rV69un/NmjX98+bN61+0aNHggwcPjGpqatDX
16ehrKzcf+HChf4XL150ent7XxseHl5ETZnn5+cfkJGR8ba2th63sLDoz8/Pf1ZUVISmpiYQ
QpCXl7ft5s2bYoaGhmIlJSVbCgsL0d/fP23v3r1iAMQiIiKWDQ4OQkNDw97c3NzM1NSU3dTU
FKqqqlBQUMD79+/h5uZG/73Ozs5wdXU95ujo2K+qqtovLi4+curUqREJCYn+x48f98fGxr7/
/v07srKy+M+dO/f4+fPn/ffu3et//fp1v7a2dlt0dPQlPz+/EENDw34DA4N+Y2PjfmNj4357
e/sCf3//czo6OoXm5ub9KioqDfLy8hs1NTXh4eFBZ7fFxcU0uSojI4MuM6enpyMoKGjvggUL
xKZNm3ZZR0enw8bGZvTjx4/9tra2/R8+fLgZFxcHe3v7HUeOHLE2MjLqNzAwCEhPT0dLSwv6
+vpYenp6jvv7+/uYmpoO29radgQFBZ2oqalBb2+vwP3798U2bNggJiAgIHbgwAGxwsLCA1Sp
Oj4+HjY2NgfmzZt3DsBZJSUlsdzcXPT390NKSmoLALHr16+fsrOzQ1pampy7u3t2cHDwYh8f
H3h4eEBfX/8AALETJ06IDQ4ObmhubqZ58crKyseeP3+epaKiUvvy5UuxjIwMepbi06dPM/T1
9e9ZWFgMR0REROXk5GwJDg6GtLQ0oqKihG7cuCHGz88vFhISsr2yshKWlpb8IiIiYoKCgrdK
S0sfl5eXn1iwYIHYrl27xGJiYjYaGRkZmJiY9L97966fwWA8c3JyQn5+PlJTU/Vu37498Pjx
4/7ExERnOzu7OnNz835XV1dfb29v+xcvXvSLi4sPpaWl6fwrTnG/B+VvUF9fj4iICISGhv4t
Qaey/LGxMXrFjvKg/7Ogb9u2DUpKSjAwMEB5eTl6e3uRkpICfX19aGho4OrVq+Dl5cXJkydh
amqK8vJyumo2PDyM4uJiaGlpgTpkU0OGbW1tGBgYQFFRET1/w9xB/19B/+8g6L9HQkLC/SlT
ppD29vZoyvFq7969DysqKqYuXry46Pjx4+1FRUUeM2fOpGw4V05MTOy4efMmYXpck9DQUNq3
XVpaOrevr49bSkrqqJiYGJk3bx6ZMmUKefLkyURzc7NQYWEh7OzsOjZu3EhjU6Oioi4VFBQk
UGhINTU1YmlpSQtnXl5e/ujoKEtoaKj14cOHCQsLC5k6dSqRlJT0HxwcZP19KI26sWJjYxEb
G4u4uDhkZmYaU/xfe3t7TXd3d9aUlJRpr169GmUaZLT++PFjnry8vNXv1Qpra+vQHz9+ICYm
Bnfv3v3F/P+/WFlZybRp074fOHBghEl2Iy9fvpwaHBy8W0xMjHBxcZEZM2ZQ1+QXZWlra2tr
Ex0dDV1d3UkmuIQEBgaSR48eUUQxMnPmTB4BAQFMnz4d/Pz8CAsLA4PBoIeienp61mtraxMK
VUp51586dYrk5+er1dXVoaysDFVVVcjPz4evry9d+mVyvZ9QDkxUUIc1UVFREhMTsyY4OHjP
jRs3iJCQENmwYQO5ePHiz7CwsG3t7e1ISkpicXNz+0AdkACQLVu2kIyMjJPR0dHTmBawNIRD
VFSUpKenyzCzbZYnT54M/f67T548SSorK68NDQ2hvr7++JEjR8iSJUvI2rVryd27d0lra+ve
np6ePRSF7+PHjw7Nzc1abGxsZPv27URKSmrmjRs3EBUVhcrKSgQEBOD8+fO4fv06HY8ePXpN
EdxWr15NDhw4QP9+LS0t9YmJCW5TU9P6adOm/eG6zJ49m1RVVZFt27b94f9TkZKSQigr35kz
ZxI9Pb0IJSUl1sjISBQWFtJrgK2trUhKSkJqairdYigqKkJYWFgpHx8fff1/Zx+8efMmtra2
dse5c+fI3LlzyaJFi8iUKVNIcHBwRFNTEzIzM6feuXOH/Km6RlpaWrZnZ2frr1mzhsyYMYNw
cXERAQEBcuHCBZKamnrk27dvLDExMQ9+/5uWL19O7OzsdL59+7blwoULhElXG4+Pj98HoA0A
CQkJUTM2NoaSkhIkJCQ+U+5uRkZGDiYmJhTC98P69evpnyssLExcXFyMk5OTERMTs0hSUrKW
cuVi8gSiwsPDYWNjs/nq1asD1CzP+fPnSXFx8eGjR4/O+e25k56bm1vBw8NDBAUFibW1teeL
Fy80f7te6nJycqzd3d3w9fV989tMUPS1a9cmKNdBIyMjQq0R+vn5qebk5CA+Pv4/FAkJCWCa
ZyE4OJhu1fxb4evri5qaGoyNjaG7uxsJCQnIysqiSWx5eXkoLCxEfn4+GhoakJ2djfXr10NO
Tg7a2tp0G5Cixz169AgXL16EmpoaPn78iOTkZBgbGyMjIwNMrwYkJSVBWVkZzs7O+P79O9rb
22lPEmoAsqCggB76VVRU/B8t6FpaWpCVlYWlpSVCQ0P/+wp6WFgYwsLCkJaWBhUVlUecnJyk
pqZmtaGhoS8Acvr06Z6wsLBOFhYWoq6urlFYWHiWulHXrVsnGhoaynH//v1Qygb0x48fZM2a
NYSDg4MEBQU9rK2tXbR79+6fAIiZmVnK+vXrydSpU0lgYOBtJSWlk0z7vzYDA4P+OXPmkPnz
51t6eHhM3bNnD2FnZyctLS0kKSmJmrz/UVxcLFBaWvp69uzZZM6cOSQ0NJQhJCREhIWFyeDg
IPfnz5/pTL2lpQX5+fn0m8H8cL3asmULLV537tzpPnLkSA81F1BdXa3y48cPyMvLk7t375K0
tDTCzc1N5s6dS75//74nJiZmF1O4avz9/WWPHTtGNm3a1N7Y2Ljn6dOnpcwHyuarV6/KMCEI
bvX19RoAfhw4cKD23bt3MkuXLiXz5s1rGB8fn11ZWXlr6tSpZNasWWRiYoJoaWkRAOTYsWN9
MjIyUx8+fIgHDx7g9u3b+PjxI1JTUxEXF4e4uDikpqayh4SEqE6fPp1wcnKS8vJycvv2bcKE
YpSEhITQA3QeHh7w9/enedFhYWFISkqa+vHjxzim932zra3tiydPnlCWmiX19fXLjh49OsIk
QH2RkJBIZB7chr58+bKQOSm8WkpKihw+fJjMnTuX7Nmzp2Z8fBzZ2dm89+7dy7x8+TIJDg4m
s2bNInx8fMTe3v4hs3etCuD7li1bSFVVlcft27cLmNcrq6Gh4aCQkNAE83UkXrp06QvzQT7a
0dFx6OHDhyXc3NzExsbm0+nTp/MAdO3cuTNcSkqKR01NDUNDQ/jx4wdGRkaoFbjfY+3Nmze7
mPajoj4+PkeWLVtGBAQESEBAwFE3N7eZa9eupf3YDQ0NCdP+Nqu5uVl+165d5P379+T8+fOE
l5eXuLm51R4/fpx4eXnZffr0yZ8S9LVr106cPn26zc7OLqihoYGzu7sbLS0t6OrqQnd3N1JS
UhATEwOqhZSVlbX+5MmTk1xcXERDQyN806ZNC6dNm/aZnZ39Z2ho6AobGxsvpvDRB9xTp04R
e3t7qKmpmQH4uWXLliYVFZVr58+fbwFAtLW1Hevr63du3759kmnLS4yNjQnT67ttcnLyzKlT
p6iDu4K5ubkZGxsbmTlz5lBhYeEuLy+vdHZ2duLh4TEWGBg4uXnzZnLnzp2ftra2Zx0dHVFc
XAxXV9dy6vBx48aN4Orqan5fX1+8f//eedOmTT+Tk5OJl5cXdYBimJqawtvbOwMA2b59e/6z
Z8/urFq1ily+fDljeHgYEhIS3UzCX8LFixdHAJBPnz7pKioqYtWqVYSLi4uEh4cra2lpgZ+f
n/Dx8RFtbe3Ftra20zds2NDOxcVFFi5c2LRq1aqvnp6eeYSQw0uXLi0XExOrHxkZmWJvb795
6dKlv2bPnk02bNhA9u3bNyQlJfU0LCwM7e3tf/F7/1eCwWCgqKiI3qr59yI8PBwVFRX4+vUr
3Nzc8O7dO4SGhtIrcQkJCcjPz6e9BCiDJmdnZzx8+BDUM6+7uxvJycm4evUqzp8/j/Lycjg6
OsLOzg7S0tJITEzEt2/fQM35vH37Fvr6+vjx4wfdeqWira0NExMTKCgooDN1SUlJWtCLi4vR
2tqK6OhonDt3DgICAti2bRuSk5Ph4OCATZs24fnz5ygsLERNTQ2srKywbds2mJiYwNvbG93d
3X8R9PXr1+Px48fo6emhtxD+LOiWlpZob29HUFAQnJyc/qGg9/T00BstVVVV0NDQwNOnT+Hg
4AALCwt6xbanpwcFBQXQ09ODrKwsVFRU4O7uDg8PD7i7u6Ouru4vJkD/5QV9xowZmDFjBnh5
eTFnzpyjs2fPJsHBwR59fX0b169fP055Uc+aNYvIysqymJmZnfuN+XzuwYMHePXqlRsbGxuR
lZWlze1nzpxJKioqXmVlZSUx/X7brKysoK2tfSoyMtIkICBg4549ezqZpKDgjo6OlXfv3pU9
evTodlNTU66rV68SLi4uoqamRnv3Xr16dVJeXh6HDh36yOSUjxBCtmhqasrdu3fv0ejoKHp7
e+kPwO+T6lSG9P37d549e/bUM9ni1cePHycrVqwgt2/fnkhKSlIeHBzExMQE2tvbtV69ekVO
nDhBeHh4yLx58z6Pj4/vycrKymcKYF5nZ+clivyUl5d318HBgTrYpAsLC79gZ2cnxcXFLq6u
rgDwTUtLq+bLly8XN23aRGbOnEnq6+tvWVpaYsGCBWTFihVEVVWVUDajMjIyfYGBgVPt7e1h
b28PGxsbWFhYwM3NDa6urnB1dYWzszOio6MfUhmypKQk2bhxI2FnZyfx8fGx1dXVtGVhVVUV
goKCoK6ujg8fPtCnVD09vQAmD7ueECJG+WfHxsbeKC4uvk/x5IeGhrapqKiAh4fnKwCSnZ3t
nJmZCQMDg70LFiwgjo6OZM6cOQRAxcuXL0EImefv7++/d+9ewsHBQVhYWMimTZuIv7//oxUr
VmD69OkGAIienl7Az58/8e7du8tM1C3tU37t2rUvycnJ8PDw2MrBwTHAxcVFLCwsplhYWFzj
4eGh/aQtLCxsHB0dkZKSgtbWVpahoSH239bfoKOjg/v37+PFixd48+YNNm/eHM7NzU02bNiw
3MLCYsHy5cuJkJAQqa+vf5CQkMApLy8fM23aNLJ//36akX79+vXa6OjoNc+ePZMtLS21ffDg
AWFnZyfv37+XCAgIuBkfH7/t3r17kcws9ydFrePj4yP5+fmeIyMjrBRAp7OzE0FBQXBwcIC7
uzvc3NyQkJAw/enTp98BkKqqKo+DBw8CQM+mTZu+dHZ23qAOWmvWrCEiIiJk9+7dk1ZWVlXq
6upYtGhRCADi5ub2bGRkBC9evNBhijQhhNxTU1P7BoDIycnRMKPY2Fi9mpqa95SPdW9v75ma
mhpQr/vTp08qDQ0N5pycnGT37t1kypQp5OTJk45fv37dmZ+fj+zsbNTV1eHTp0/FVAZ86NAh
EhMTs5vpigcTE5OB69ev01UNOTm5LGVlZezevbseAElMTGQ0Nzfj0aNHN/Lz82+Ojo6umjJl
ChEQECDa2toICAjY5ODgUNrQ0LAxPj5e8OzZs4STk5McO3asYMOGDVqzZ88my5Yt+7Z58+Yp
QkJCWLlyZRM/Pz+5ceNG69SpU1NmzJhBsrOzyYYNG8iVK1cyf/36JZiVlQUXF5ddAEYAEB8f
n8ScnBxqlZKHamf9R4KaE6G2W/7Z6OzshLGxMTQ1NREfH4/MzEz6AF9WVgbq+VZdXY329nY4
Ozvj0aNHfxD0+Ph43Lx5ExcuXEBCQgK9squoqIjk5GQw4SWIjIyEkpISjIyMMDk5+RdBp+LL
ly/Iy8uDtLQ0bt++DSsrKzQ3N9MVhNjYWBw/fhxCQkJwdXVFaWkpLCwssGnTJjx9+hQ1NTXo
6emBsbEx9u7dCwkJCZw4cYLeQKLuW2lpaezZsweXL1/GzZs3cfv2bWRmZtIDwT09PfD29oa1
tTW6uroQHBxMl8dTUlIQGxuL6upqerCxubkZXV1dKC0thY2NDZydnWFtbQ0LCwtYWVnB2NgY
3d3dKCoqwvv37+Hp6Yna2lq0tLQgLS0NSUlJ9Nr17/FfXtCTk5OpF89mY2OjyMrKSjw9PX07
Oztx69atDupmvXr1ak9mZiaPt7f3UX5+fjJ//nxiaGgo8unTJwQFBflQ3tUPHjwgEhIShIOD
g2RmZsqFhIS8YGbh7Q8fPkRaWhr6+vpw7do1CAkJDTPJZoX19fUwNTWFhoYGGAzGIgr4wcLC
Qt69e1e7cuXKoTNnzvyUlpbG7NmzNZkIRz9CCFdfXx9UVFRQXFwMysKwvr4e1dXVdGZORVtb
24P169cPM5nbG3x9fYXExcXXZGVlLaXWeJqampYcOnQohpltk9WrV5NFixZVMmEPSczrkZOW
lnZy/fr1ZP78+aSysvKarq5uKBNQsWL79u0SrKyspLi4OCovL285gG+ampq1v379ur1p0ybC
x8dHMjIy7ikoKGDNmjWEjY2NTJs2jQZPKCgo9AUHB3Pb2trC1tYWNjY2cHBwgKenJzw8POgI
Dw9/sX79esLKykr27dtHhISECBsbGzEyMor18PAAdSCwt7eHpaUlKDa2kZERzM3N8eHDh1Am
Ua2eEHKLwjFGRUW99Pf3r2diTkt//PgBV1fX6UuWLBkGQMLDw3NaWlrw9u3bLFFRUdLd3U3m
zp1Lpk+fXqKsrIyYmJgTnJycZP369aS5uZkICQmRzZs3k5GREdGSkhKuu3fvejNbKh8GBgag
oKBwlZWVlRw9epRISkpSkJEvISEhWLlyJbi4uGrY2dlJYmLiQi8vLx0WFhayfv16wsbGRi5c
uDD85cuXK8ytAO7Ozs7VXV1d6OrqwpcvX3Ds2DFwcnJi4cKFWLRoEWbMmBHMx8dHzp8/P9/A
wEBo2bJlZP369WR4ePgV0xb1DkWdo+hgkpKSQ5RLWWdnp7CEhARhY2MjN2/efK2lpYWSkhKY
mpqWMDPjqtHR0esHDhxoZfLUfQghLOPj4/jy5Qu+ffuG0NBQODg40NlAfHy8ICXomZmZgc+e
PQM7O3vX3r17v4yMjDy9c+cOYWdnJ/Ly8h8fPXrEFhgYuJ4QIhEcHIwFCxZQ7PG3nZ2dkJaW
VqMy+O/fv19UU1NLA0A2btxI9u/fT9jY2EhISMjrnJycCGY1iPz69etKaWkpzp49S5hC96G+
vt6KeXAaZ5bHC8PDw6Wo9Tg5OTmcOnWq9ujRo30XLlzoZ2VlJQ4ODg+jo6MhIyNjDeDnzp07
iYKCAuHg4CCysrJZjx8/xuLFi0uZQ6ltX758ocu6DQ0Nt1hZWX9s3br15+vXr6e8fv0aoaGh
cHR0REBAwNaLFy/SYBB5eXkye/ZsAmBMQECA/+XLlxASEmratWsXyc3Nha2t7UEuLi7y/Plz
cuDAAXLnzp0SQohAb28vkpKSPnBwcHxlbrV8+fnz552xsTHBqqqqe39GrP4rwWAwUF5ejqys
rH+KtpadnY38/Hx0dXXB0tISWlpaVHsQqampiI+PR1lZGQYHBzEwMICKigqUl5fDwcEBjx8/
/k8V9La2Nnz58gW5ubl4+fIlDA0NUVNTQ7eMysvLkZmZSfucx8TEQEZGBlu3bsWVK1dQUFCA
Hz9+wM/PD7m5uXj69ClYWFhgYWEBBwcHFBYWIisrC5KSkjh58iQOHz4MAJg7dy5tSU4N8tnb
22PevHkQFhZGcHAw6uvrERgYiNjYWMTExNC+ChRtLzk5GXl5eYiOjkZkZCTWr1+POXPm4NGj
R7C2toaDgwOUlZUhICCAtLQ02jm1u7ubdov8s+/Af3lBp1Z5xsfH5ykoKFD94sqOjo4FWlpa
TRQr+uPHjwqEEDg5OcVQ9DAdHR2XgIAAvHr1yoH54CeEEEL183x8fF4nJSVdYpbXxrW1tY/H
xMTAzs7unbm5+b5jx441ASCysrLpEhISsLKyeuzi4mJQU1Oz7/jx40MAiK6ubhqDwZCcMWNG
58aNG3+pqqqybNq0yRAAOXPmzI+2tratERERq3R1dd8XFBTcogSdWgvz9vaGv78/bfzh7e2t
wcwkSXh4uF5VVRV0dHTo3eCUlBSkpaUFUOVNQghZunQpmTlz5nhBQcGRysrKPQsXLiQCAgLd
5ubmQfPmzSOzZ88mDAbD6vDhw6VsbGxk165d2L9//2NeXl4iLS1tGBYWpsnBwUHExcVLAgIC
LgkLC5N169b1EULW5uTkvKZ6g4GBgSQiIoLqW/ZGRUXB398fvr6+8Pf3h6enJ8zNzWFhYQEL
CwuYm5vDy8tLip+fn6xatYoQQmiMJYAs/Ok/UVFRBAcHgzokuLm50Rn68+fP6wkh96iHpqGh
4R1PT8/bzFbEgL+//47U1FTRWbNmTQL4UVtb+zo/P1+Oi4uLnDp1ihgaGlJ930EVFRX1uLi4
L8yWDaEsRtnY2IiZmdkpQsgMWVlZqkxL/P3917948cIBANHX14/z9vZOZVLfJv39/c+cOHFi
BwsLy9CKFSuIs7Mz56VLl27w8fGR5ubmhOPHj1cyDyS9/f39aGxsxOfPn1kGBwcxOjqK2tpa
BAcHIygoCKGhocjMzNy2bdu2BqbdqWl4eLgYAMLPz0/q6urutrS0QFZWNgUAuXv3Ll0t2Llz
Z5+Tk9N0ptvZYUrwbW1tnzs5OcHW1hYqKir5zEw038TEZOaGDRtKmJjY6+Hh4XT749OnT/D1
9aXDz88PcXFxMy5fvvwdAPH09HRqbGw8xsfHN7ZgwYLJ5OTkZcbGxilMMYuztraWfPv2bYSO
js4QIWTHuXPnqpnXcjwoKGjF69evkwEQTU3NREII5OTkwphUQEIIoWh+vf7+/g8EBQUJBwcH
efLkybWQkJCb8+fPJ2xsbD+DgoJEUlJSvJj34AlXV1cDZtm8b2BgYG5rayvb7du31Xl5eX8+
ePBAMSMjw4fZIhlkusRlACDt7e0kISGB6qOnXb58GdevX2cwKxk5dnZ2a01MTNRFRET0srKy
7NjY2IiAgABxdHR8KiQkhMuXL8uGhYUdSUpKmk5VoqqqqgghhCxfvpwAGFNTU8Po6KiooKDg
8K5du4ifn5+8mJhYOLNNQ5YuXUqWLVv209XVdaezs7PmunXriKKiIl2tuHDhwmhHR8f8z58/
s1GDYf9qtLe30zyL/wxB7+/vR0VFBSoqKv6vCDoV3759Q0xMDBQVFREYGIj8/HxkZmaipqYG
nz9/xujoKMbHx+Hn54dnz55h27ZtuHDhAjIyMmiTIibqFHPnzoWqqio8PDxoDbp79y4uX76M
AwcO0Gu4HR0dtHNka2srbGxs6GeZv78/JiYmUFJSgpycHKSlpVGVLtqzg3I1jIyMhKenJ/j4
+AAA4uLisLW1hZ6eHh4+fEhvzDAJg2hqaqKNrv7b0dZKS0upfXGN1atXEy4uLnLs2DHS1tZ2
JTs7e/+0adPImjVr+kpLSwXa2tquMm8iws3NTY4cOUK8vLxu7NmzhzAzZlJQUDA6f/58ws/P
TwwNDQvHx8cfXblypR8AmT9//q/Vq1eXrl27lhQVFSmUl5ffZCL4vvLw8OTz8fGRS5cukbCw
sIEFCxaQxYsXk7dv3+peuHDBg8JsBgcHSxYWFj49duwYYQ6YNQL4vGXLFuLp6elA7U+7uLjA
3d0dPj4+dKSlpW06f/78OFV1WLp0KWlsbLSg7AILCgoQGRmJxMTEpYcOHSJTpkwh69atIwsX
LqT6jNFpaWkwNjbWo4aTqJ+1detWsnr1avL69evGxMREroSEhAtHjx4lrKyshIuL6zsXFxcB
MA6gZ/Xq1cTZ2dkxISEB1BAcABIaGkoPaXFzcxN/f3+HxMREREZGIiwsDAkJCbTBDmWcY2Nj
o0N9v4iICOHm5iY8PDxEXFzc58qVK7h48SLOnz+Pq1evQldXF66urnTG7u/vf/Xw4cOEm5ub
HDp0iERGRlYsXryYcHJyksOHD09mZWWtlpSU/Dxv3jzCHFL8xqxaJGpra+/avHkzYaJQewDU
zJgxo2rq1KmTa9euJQEBAW927dpVy8XFRTg5OcnmzZvJ9OnTibi4eHl6ejpUVFRs2NnZqUHB
XmpToLi4WCo/P5//7NmzX5jDVj8BfJk2bRoxNTV9Z2pqyicoKEjY2dnJ9u3bXzx//pxv1apV
BACJjIz0ysvLo3uNg4OD+PDhA3bt2oUTJ07g+PHjOH36tNbq1auJoKAgefny5Zijo2M+Pz8/
mTVrFrGysipNS0sro4YMY2JiuiUlJQkHBwdZsGABYTAYzwghcHR0bOPi4iLc3Nzk/fv3JD09
fdW1a9dw5syZ+qlTp5LFixcTAQEBsnjxYnLv3j2SmZl52tPTE58+fYKfnx8cHBzg6+tLv6/x
8fHw9PSMmjdvHmFumXS5u7t/4+XlJZycnOTu3buBenp6bPv27evi5+cn27dvJzw8POT06dPR
xcXFy16/fp3JPEyNAxhltrhIbW3tkfLy8iXTp0+nhwCpYTNJScm26OhoATk5ORPqQMnOzk54
eHjIy5cvo0pKSjipgbclS5YElZSUrL99+zbh4OAgoaGhn0JDQwsovwopKSm11NTUZYKCgoSF
hYXs379fXVxcXHXWrFmEhYWF/DZg+Mve3v51bGzs5m3btn0F8I2Tk5MsWrSInD17lnR2dloo
KSkVUy6UU6dOzZ83bx4JDAxs8/T0TKI+5+rq6iQuLo5MmTKFGo7UVVNT81myZAlZsmQJ2bp1
K1m8eDF5/Phxj52dHZk2bRqZPXs2Wb9+PfmNUEi0tLRohOvVq1erFRQUaL+FfyWosnRgYCBt
z/s/RdCHhoYQHh6Ot2/f0uZhmZmZqKqqQlNTE23lHBQUBCkpKWzbtg0XL15EVlYWBgYG0NTU
hMnJScjKymLOnDnQ1tamBb25uRn37t3DpUuXwGw1YfPmzWhvb6errc3NzbCzswMrKyt4eHjg
7++P/v5+NDU1gcFgIDc3Fw8fPkRMTAzi4+MRHR2N6Oho5OfnIyIiAt7e3pg/fz4A4Nq1a7Cx
sYGxsTGkpKQAACEhIf8zBL2srAyVlZWorq4WVFFRMdixY4epioqKWXFx8dqmpiYEBgZWysnJ
WaSnp6Ozs3OJtra2844dO+y3bNliamJiIlNTU3NITk7OQVxcPCQrK8unvLx8k42NjamMjIxp
bm7ulYaGBoSFhe3U09MbO3fuHDly5Ah59OiRbXd39zJCCLurq6vpyZMnybVr18jNmzeJpKTk
fg8Pj2e3bt2ykJCQMA0NDRWLjo4+p6WlZSovL2+SlpY2v6urC3V1dUry8vK9J06cIJcvXyaq
qqouZmZmMDAwwMePH2FhYUHzfNXV1aGhoQE9Pb1lDx8+7Hnw4AGRlZUNVFVV7a+qqlKm/K3T
09MRGRmJ9PR0+Pr6Kl+8eLFp06ZN8e/fvzd99+5d96FDhx4kJCSAELI0Pz/fxMrKyp2dnZ0s
W7aM2NjYxCUmJqrX1tZyhIWFUZPLL8TExGxu377dxcLCQi5cuEAuXrw4+fTpU5Pa2lpuTU1N
XL161evt27dtt2/frtPW1rYICgoa2rJlS/Dp06cZWVlZOtS+sY+PD1JSUvDt2zeMjIxgZGQE
hBCEhoaeu3fvXouioiKRkJCoe/bsWbmVlZXN58+f+b99+4bR0VF8+fIFo6OjSElJgbe3N0JC
Qihi24EbN27Y7t6921RNTU2TwWBclpSUdJ43b56pgYGBa1lZGW9FRcVmUVFRU0FBwfpbt24R
JSUlx4SEhDkZGRlHeXl5yfr164mzs7P8smXLkJiYiHXr1rUeOHCAeHp6LtTU1Fx68+ZNU3V1
9fdfv36VU1RUNFVVVT2ZkpICTU1NRU5OTrJy5UoiLy9P5OXl+wICAjSKiorQ39+P6urqY7Ky
sj03b94kYmJiREFBwXVycpJFX19/xvbt292WLVsWLS8v78y03jSWkZEZNTc3N3R2doaDgwPs
7Ozg6uoKT09P2Nvbw8HBgYo9lpaWpq6urqZv375d4O3tvVxXV9fU0NDQNDs7WzQ3N9d/x44d
DY8ePTL98ePHPA8Pj3tCQkKmR44c0auoqOBlboOoHzt2zHT//v2mZmZmLj09PQtqampYkpOT
Pffs2WMjIyNj8/DhQzcdHR3Trq6ui1SJtLy8HDU1NUhPT4e/vz8CAwMRFBSEqKgoODk5vdu1
a5fZqVOnTN3d3W/4+/tfFhERMd2/f7+pj4+PTn19Pbq6ui48evTI9OzZs6br16+/rKCggNLS
Urx69cqRjY2NiIiIkNevXxM5ObleHx8f087OTtTW1r5UUFAgBw8ejL5161b5vXv3Kj98+BAU
ExOz2d/fHzo6OtDX11cXExNzO336tM/z58/NYmNj2bq7u7dISUk5379/v9TQ0LA7Ozt7emdn
59U1a9aYvnv3zqaoqCj0ypUr5OLFi8FZWVmHg4KC4OjoWLp169YSJSUlKX19fejo6ESIi4sT
OTm5YE1NTT8xMbGv0dHRsg0NDTA1Nd2jp6c3yMbG5vvkyZOS7Oxs6by8POTn5wsZGxt3nj9/
nly8eJFcuHDBq62t7WR0dLSLqKhoLT8/v52zs3OxmpqaKTc3t+mZM2d8P336JBUbG3tCR0fH
1MbGxvTJkyemTk5OpjY2NgtramruyMrKmlpZWZkmJia63blzx+rEiROmvr6+15KSkk4fP37c
9MSJE6aWlpY6Xl5ef1hx/Dvh4uICBwcHODk5ITk5GQUFBf+UmP9/Kehv3ryBtbU1CCF8bW1t
G/4tQZ+YmAATN/p/XdCp3vafBZ3aZKqpqUF2djZevXqFuLi4/xX0yspK1NbWQlNTEzt27ICW
lhYqKipQVFSEz58/T7OwsEBERAQqKipQWVkJSUlJLFmyBJaWlqirq8PTp0+hpKSEyclJFBYW
wsHBAS9evEBRURGqq6vh6OiIxsbGle3t7QfLysp2q6io0GUcJycnZGdnb+np6TlYXV298eXL
l/j06RPu3buHO3fu0Csc79+/x5s3b2jISWNjI4aHhxc1NDQcnJiYOOjv7w9dXV2qDA1qH1lJ
SQlaWlrQ0NCAnJwcAgICBAghBwkhGB8fX1RdXY2amho0NzcjOzsbERERSE9Ph5mZGfz8/Ga/
evUKioqKKCkpWUCZY1DrR8HBwZm/0aiU+/v7UVxcjJCQEHo6NSkpCVZWVqnM1sK3Hz9+HAgN
DUV6ejrU1NSgoqICQohgWloaP3OYTIgCw4SFhSE7OxuNjY2oqqoCE9OK4eFhdHd3Y3JyEl5e
XsjJyZnDRI/yE0KmxcbGory8HIODg/SQ4MDAAHp7exEdHY1Pnz4hJCQEiYmJkJCQwO7du6Gk
pARCCKysrAAAJiYmtG3tzp07cePGDS5CyMHCwkK4ubnhx48fc/39/WOtrKxK6+vr50lISGBi
YoLF0tIytrq6+k1mZuZMZWVl3Lx5E5qamhgbG8OLFy/w8eNH9PX1LXn48CEDALl//z4hhDwk
hCxMT09HfHw8+vv7KX/xRYSQg9XV1Qd1dHTw+fNnGBkZYf369diyZQu+ffu2tr29HQMDA5iY
mBBydXWFra0tzbt2cnKCh4cH4uLiEBkZSbdfqKEtVVVV+Pn5QUdHB4aGhkhJScHY2BjXu3fv
Zl68eBHj4+Pw9vbGsmXLcPToUVRUVIAQgtTUVBw/fhz79++Hubk5Pn/+jG/fvrEkJydzKikp
IT4+Hnfu3MHbt29pAhgVRUVFiI+Ph5+fH4KCghAUFITIyEi4urriwIEDEBUVhY+PD8LDw7Fj
xw4cOHAAgYGBaG5uRnNzM548eYJbt25BREQE6urqmJiYOHLhwoU+ZoXsJyFkPyFkUUREBPLz
89HX18dBCNmkpKSErq4uXkLItNbWVjg6OsLX1xfq6urQ0tLC9evXERMTA2lpaQQHB6O2thZa
WloYGhriIYQIDg8Pc5aUlGD9+vVQVFSkPlO7X758ifj4eHh4eKC0tJTnzZs3XIODg7SQEEIO
ZmdnIysrCwUFBct9fX1RWVmJDx8+oKKiYsHMmTMRHx8/taamhjZkqaiomD88PHywtrb2oKys
LIqKitDS0sJhbGzMt3z5ckxOTnIrKioCADw8PJCXl4eUlBTo6urC3t4eioqKcHNzg6GhIaqq
qmhiW1paGp48eYLjx48jMDAQycnJOHbsGE6ePAkPDw/ExMTQh92/G4GBgQgJCUFOTg4KCgr+
6ez8/0tB//DhA44dO4ampqZZhJDlVLvgz22Enp4elJSUwMzMDJqamv/XBb2uru5/Bf1fEXQN
DQ2IiIjQiMuSkhIwGAwYGBggKiqK9vq+d+8ehISEYGFhgdraWjx//hyysrIYGhpCcXEx7Ozs
ICUlheLiYjQ3N8PLywtFRUXIzs5GdHQ05OXl0djYiG/fvsHR0RGBgYHIzc1FSkoKXrx4gYCA
ANy/fx/Xr19HdHQ0cnNzoaurC2VlZaSkpKC4uBh1dXX0cEZ1dTW8vb1ha2sLDw8PKCsrY+nS
pWBhYcGZM2dgZWUFMzMzqKmpwdXVFU1NTejr60NzczOqq6vp3UuqXFNUVAQ7OzvY29vjwYMH
kJGRQUxMDE6ePAlDQ0OEhIQgLCyMR1tbu3j16tVk06ZNxMXFpWxoaGgORa+j/MlHRkYOiouL
f58yZQq5dOkSGRkZWTkxMYHx8XFYWlpCVlYW4+PjyMzMhL29Pbq6ukAIQVNT04br168jISEB
k5OT9JQ+9bMHBwcxOTmJT58+ISwsDMPDw7QpBPOhiMnJSYyPj4MaEBsYGEBPTw+ioqLg4+OD
jIwM3L17F9u2bcPbt2/x8+dPGBkZYfv27Xj//j3y8/NRUFCAvXv34ty5cxgYGEBMTAy8vLxo
y9aCggKkp6fj8uXL6OnpQXp6Ovr7+xETEwM1NTXcuHEDampq6O/vh6amJhQVFaGgoCB68uRJ
smLFCiIvL0/Ky8tXtLW10Qegz58/Izk5GaGhoejo6EB8fDyodTQTExNs2LABa9euRUdHB31d
6uvrQZW1XVxc4ObmRiNd9fT0YGRkRM1QwNraGu7u7nj//j18fX2hpaUFXV1dxMfH4/Pnz5CS
ksKVK1fw8+dPuLu7Y/78+Thy5AiqqqpACEFSUhIt6EZGRhgeHsb379/h6OgIRUVFeh3U1dUV
9fX1f+ilUmhI5jDpHwR9//79OHnyJP2eioiIYP/+/QgICKAnqB8/fgxRUVHaH9/W1vbF2bNn
yZo1a8i7d+9ISUnJVAqDXFxcjO7ubnR2dtIH7LGxMRQXF8PFxYUW9Pfv3+PKlSvw9PSEpKQk
goKCUF9fD3V1dZSXl9NiUVJSgnXr1kFJSYnmFjx9+hQJCQnw9vZGRkYGJCUlUVNTAzMzM9jZ
2aGrq4t+uIaHh8PPzw+VlZXQ19dHeno6BAQEEBAQgPLycqSnpyM0NBQZGRk0J0BSUhJlZWX0
82nJkiXo7e2FsrIyAMDMzAzp6elISUmBtrY2bG1tIS8vT9EIUVlZCRkZGVhaWiIlJQWPHz/G
sWPHEBAQgKSkJBw9ehQnTpyAm5sboqKi6Pfk74S/vz+CgoKoQ8s/LeR/FvTOzk5qm0UiPT19
eWpqKlJSUhAXF4fS0tK/CLqtrS1evnzJRwg58evXL3z//h2JiYm4du0arl27hrKyMgkfHx+J
0NDQbQoKCkhKSqIFPSsra4O7u7vExo0bH/v6+prHx8ejubkZ3d3df8jMOzs70d7eTh80dHR0
/lfQ/18UdBkZGRQWFiI8PBwmJibIy8tDcXExcnNz8eHDB5q76+DggODgYNoTm7oZb968ifv3
79MP+Tdv3uDly5dISUlBaWkpWltbMTg4iPz8fDQ1NcHHxwd37tzBhg0bsGjRInp44sqVK1BS
UsKqVavw4MED+Pn54efPnyCE4OvXr2hqaoKXlxcUFRVpT24LCwtYWlrCzs4OkpKSsLGxQVtb
G1JSUuDs7AxHR0cEBwfDw8OD5c2bN2ccHR3P1NTUzKiurkZVVRWorJHy2FZUVNw0c+bMM7a2
tieHh4fR29uLnz9/4sOHD5CQkEBPTw/tg52VlTVNUVHx8qVLl8i1a9es0tPTuUZHR6e0t7fj
69evtHVmXV0dCCHw9vZGVFQUfvz4gcHBQRBCEBgYiKamJtpqlDJboES9t7cX8fHxCAkJwcOH
D7Fz504oKChgcHCQHiikIDMpKSnYsGEDjh49iuHhYWRmZsLBwQFdXV1obW1FZGQkiouLcfny
ZQwODiInJwft7e00/OTKlSt4/fo1vnz5QlU9EBYWNtPS0vKMlJTUmfDw8DMMBmNGc3MzEhMT
/yDoISEh6O7uRmZmJt6/f4+uri58+PABCxcuxO7duzEwMICSkhI0NjZiYGAArq6uuHXrFoyN
jREYGIiXL19CV1cX+/btw4oVKxASEoKIiAh6BVBRUREBAQHQ0NCgsZDDw8NQVFSEuLg4mMYk
WLduHY4cOYLS0lIQQpCbm4sjR45ARESEfhD8+PEDkZGRi/n4+Ir9/f1jmTasqK+vR1VVFaqr
q1FdXY3a2lpUVFQgIiKCFoK/K+iHDx+GkZERUlJSEB0dPd/BweGMkpLSmZiYGLHq6mqu8vJy
RERE/K+g/ycLenBw8H9YzHNycujvJYRwWFtby69evZro6ur+Ki8vF0pOTkZ8fDwqKir+IOhl
ZWWIjo7m2LNnT+mtW7fI69ev58rLy8PPzw+KiorYtGmT65IlS4igoCA5fvz4d3Nz8yNpaWks
P378QEdHx5q7d++OLV68mEydOpUICAgQUVHRp+3t7bR3AxW9vb30QUNfXx/a2tr/K+j/Lwl6
aWkp7O3tISsrC29vb7x58wazZs1CUFAQUlNT4e7ujrKyMtTV1aG9vR0fPnxAamoqfvz4gZSU
FLx8+RInT57EsmXLEBQUhJGRETx69AhTpkwBPz8/DX3Jzs6Gh4cHQkNDUV1djevXr9Mivm7d
OppcdefOHRozyc7OjsePH8Pf3x/u7u4wMTGheeuioqIoLS2Fq6srdu3aBT4+Pujq6mJgYABd
XV34/PkzCCGQlpaGmJgYzWh//vw5HB0d0dHRgcbGRtTW1v7hZvjy5Qvevn0Lbm5umJiY0GjK
sbExBAcHw87OjsZnNjQ0wMHBIYQq49vY2Bh/+fJlU2tr66yxsTEwGAzaKjI6OhqDg4MICgqC
r68vqqqqkJ2djYyMDGRlZSE1NRXnz5+HnJwcvn79Sr+mrq4ufPv2DYmJidi5cydevnwJZ2dn
xMfHY2xsDKOjo6AsbsvKyiAhIYGzZ89CXl4eDQ0NaG9vx/v377Fz507Y29sjNzcXRUVFuHTp
Eu7fvw93d3e0t7dDQkICCxYswKNHjxAVFYXs7Gyoq6vDx8cHvr6++PDhA27fvg1vb2+aOpaY
mIiEhAT09/cjLi4OgYGBaGxsRHR0NJycnODt7Q0JCQlcuXIF+vr6ePjwIXh4eGBubo6MjAzM
mjULrKyssLGxQUREBOTk5KCrqwtxcXHMmzePRsPa29tj5cqVmDt3Lpi79EhJSQEhBF1dXbCz
s8ORI0cgJiaGmpoauLi44OTJk4iJiaE9+Hfs2IENGzbQTPQfP36gsbFxLzVY1tTUpPzly5eZ
FPeb8kLo7e3F8PAwGhsb/90Mffv27di7dy/t2U4J+tGjR6Gvr4+YmBhERETA2NgYkpKS9DBW
VVUVwsPDUVRURAu6tLT0f0jQe3p6UFpairVr1+Lt27f/RwQ9IyPjXxZ0JSUlAICpqSnS0tL+
Q4J+8uRJml73d6Aq1PbEf0TMqcjPz0d+fv6GM2fOEKbHRjchZBmVFHR1daGnpwf9/f0U+pbd
x8cnkY2NjTCdJleeOnUKaWlpU1+9euVMufNRQ5A3b94cyszMxMTEBFxdXYOYngZlBw4caKEG
JltbWw/8+vWLxjgPDQ1hZGQEw8PDsLe3h56e3v8K+v8rgi4jI4Px8XGUlJTA0dERmpqasLa2
hoqKCqZOnUqL1759+9DW1obW1tZ53d3d3EZGRkhNTaWsZ3Hu3DmcOHEC8+fPR1xcHAghuHHj
BgCAi4sLeXl5qKmpgZ2dHRYuXIi3b98iMjISt27dAgDw8PBg/fr1tKDfunULr169AgCwsrJi
+/bt4OTkpMU/LS0Nzs7OuHr1KgoLC/Hp0yfs3r0brKysUFZWxo8fPyjoxfSxsTFWaWlprFmz
Bvv370dqaipevXqFzZs34+HDh6iqqkJrayvGxsbQ398/v7+/n//Lly94/PgxhISE8OHDB/T1
9aGzs5POpgkhtIBWVFTsX7hw4QgA8vjx4+7q6uopQ0NDU8bGxmBtbQ11dXV4eHggKiqKZlRH
RETAzMwMFhYW0NDQwK1bt9DS0oKYmBhcu3YNmpqaVN+dY2BggKunpwdfv35FZGQkNmzYgIcP
H9Js6+HhYfT397OOjY3NJIQgJSUFFy5cgLOzM0JCQuDm5oaMjAw4OjrS129wcBCfPn3CxYsX
AQB79uxBTU0NxMXFMWPGDGpGAAoKCnjw4AHCw8Ph7+8PfX19SEhIwNfXF3V1dbTrVGZmJrq7
u1FVVYXGxkZkZmZCX18fLi4ucHJygoSEBKKjo+kHOgCYm5vjwYMHAIBp06bB0dERYWFhtKCf
P38eS5YsATWsaGtriwULFmD69On0gY4S9JKSErx79w6ioqLYu3cvGAwG/P39aUEvKipCQEAA
du/ejQMHDuDVq1ewsLDAz58/MTw8zKuurh4IgKxdu5YEBQXd8vf3h5ub2x/Cw8ODdvAKDAxE
VFTUHwSdWlNct24dDh06BF9fX+qewaNHj/5dQa+srERQUBBKS0vR1dWF3t5eKCgooLa2Fl++
fPnbgk61NYqKirB+/XooKSmhpaXlbwl6bGwsAgMD4ebmhpqaGtqSlCILVlVV/dOC/vnzZ7x+
/RoA4OzsTCNgtbS0/pagJyQk0NfcyckJLi4u9ErnvxeWlpZwcXGhjZv+I2JeXFzMlp6e/mrR
okVpv03yP6EsWX/+/In+/n709PRw9vf387S2ti7z9/fPoSb0Fy9eTDZs2LDMyMgISUlJewQE
BMi2bdv6RkZGrickJDzh4+P7wdz7v1dVVXWVl5eXnDhxgkRGRi7T09ObfePGjWamk2dmSUnJ
H6xsk5OTERERARMTExgaGv6PFfSsrCwQQqZ8//6dY2BgAAUFBf/zBb22tvYvgl5fX4/79+/j
1atX6O7uhrW1NUxMTGBlZQV7e3uoqqpixowZCAkJgbu7O0RFReHq6orq6ur7fX19K9+9e4ei
oiI2QghPYmIiLl26hFOnTmHRokWIiooCIQR37twBAPDy8iI3Nxc1NTVwdXXF1q1b6QES6t/8
W4LOwcGB/fv3Y9myZfS/TU9Ph5OTEy3o3t7e2LdvH7i4uKClpYW+vj74+vqioaFh1+Tk5JRn
z55h8+bNOH36NFpbWyEvLw8A4OfnR2trKyYnJ1dXVlayjY6OTsvNzeW4c+cOli1bhlu3buHJ
kyeQkpKCjIwMjYDNy8tDTk4OOjo6uIyMjGKZO/vtfX19x6ksf2hoCOfPn4e8vDyd0cXFxaGj
owPh4eE0cMXAwADS0tJoaGhAXFwcHjx4gBcvXsDR0RHZ2dlobW2liW0+Pj7YsWMHHj16hNzc
XJSXl6OhoQGtra0sXV1dbBISEhAQEMCdO3dgY2MDJycnWFpaIjs7G/b29gCAOXPmoKenB4GB
gbh48SK4ublx+vRp1NXV4erVq5g5cybdm3///j2ePn2K0NBQhIWF4dmzZ7Czs0NTUxPKy8tp
8W5oaEBbWxsF0kF6ejpMTEwosAru37+PT58+/UHQLS0t6fd4xowZcHBw+IeCHhoaisLCQtja
2mLp0qUQEBBAZmYmjI2NUVdXx0YImVJTUwMVFRWIioriyJEjqK+vh7e3N06ePInY2FiUlZUh
NDQUu3fvxv79+6GpqQlNTU3k5uZSArp3y5YtA0w/dYanpydsbGxgbW1Nh5WVFaytreHi4kLb
g7q6umLfvn04evQonJycEBUVBQUFBTx79gyvXr1CUlIS2tra8OTJExw5cuTfFPTy8nLk5eXR
WV1tbS1UVVWRmJhIs8rt7e3h6emJd+/e/f8VdDU1NYqIh+LiYgQGBuLo0aOwtLSk2ejXrl1D
fHz8vynoFOUvKSkJMTExaGhogJmZGW0bGh8fj5ycHKSkpPybgq6urg4+Pj40NTXBw8MDL168
gI6ODtWqwps3b2BhYYHXr1//m4J++PBhBAUFITc3Fzdv3sTixYthZ2cHa2tr6OrqQk9P798N
LS0tGBkZIScnhzZHyc7O/peipaXl5q5du8jMmTNpIyNeXl5ZQUFBzJ49GzY2NpicnER/fz9b
d3c3e3JysiI/Pz/ZtGkTmT17NuHj4yNXr15dXFpaCisrqwzmgGRVamoqnJ2dcezYsW/M9T5X
Dw8PK2rFuLCwcLG0tDTu3r2by1xH/RwaGgoXFxe4uLjQTm56enr4+PEjTExMoKWlhbCwMBQX
FyMnJ4dyZ1tCVfaCg4P/KUHX1dX9Py7ocnJydNsuNjYWUVFR/7Sgq6iooLe3V6CkpGRGfHw8
Kisr/3sKenNzMz3JqKmpiVWrVkFFRYW2vWMwGNDT00NUVBTNaL516xaWLl0KS0tLNDc3w8bG
BqampggICIC5uTk9Yezt7Q09PT3w8/MjNjYW/v7+OHHiBFasWAEzMzMEBgbi9u3biI+P56Sm
s2/evAlxcXEsXboUGRkZIITg1q1bbFT2Re3Nu7u7Y+fOnayampr3o6OjaUGfOnXqHwT92rVr
ePnyJQBgypQp2LNnD2bNmkULelpaGtzd3XHv3j1UVFTA398fR48eBTc3NywsLNDa2goAsLKy
wvj4OJ49e4Zdu3bhwoULaGpqwrt37wAAwsLC0NHRwZs3b+z37NmTaGNjg6CgIIiJiWHJkiV4
8OABHj9+jFu3buHu3bvw9/dHbGwsIiIikJCQgPDw8A3Lly8nbGxs5M6dO2YGBgYIDAxEf38/
mpubcefOHXz48AHJycnIyMhAbGwsOjo6EBoaCk9PT9oK8eXLl6itrUVycjJkZGSgoKAANzc3
WFpaIj8/H1+/fkVubi7CwsKwb98+yMjIoKamBg0NDcjMzKQFi52dHQDw/PlzODg40NaJJSUl
8Pf3BwAICgpyjo2NCQcGBuLatWuYOnUqxMXF0dHRgVu3bmH27Nl4//49fv36BXV1dUhLSyMz
M5N2hnJxcUFfXx894NjY2Egbc7S2tmJgYACpqam0xWNYWBgeP35MTe2y/iNB5+Pjg5OTEyIj
IyErKwtTU1Ncv34dQkJCSE5ORklJCVxcXFiXL1+OWbNmobKyEsbGxjh79iyXi4sLT3Z2NkxN
TXH+/HmcOnUKzc3NF4KCgqadP38eubm5qKysRFRUFI4cOYLdu3fv1tLSumBmZob4+HgYGBjA
zMwMly9fzqPsj8vKyqRbW1v/4vddV1eHhoYGlJeXIzo6Gra2ttiyZQvExcUREhKChoYGFBYW
0oJubGxM88IPHz4MXV3dfyjo5eXl9DZEX18fhoeHERsbC3FxcSgpKaGyshI5OTmIiopCSkoK
DAwMoKqq+gdBp6bqNTQ0UFtbi9LSUvj7+yMgIAAnT56Eo6MjJiYmUFtbCz8/P6SkpMDDwwMp
KSmQkpL6g6B3dnYiKioKvr6+GBsbw9jYGIqKiqCnp4f8/Hz8/PkT7e3tKCoqQmlpKQICApCa
moqKigpa0Km/SUNDA3fu3EFpaSkYDAbs7e2xfft25Ofno66uDnFxcfDy8sKLFy9gZ2dHb+tQ
gp6WloYHDx5ATEwMFBLZ1NQUs2fPhr29PZycnGBgYABDQ8N/N4yMjKCnpwcTExOkp6ejoKAA
GRkZyMzM/NtRUlKy5u3bt4y0tLSIp0+fRjKzdDnq883Pz4/BwUEMDg6ivb0dlZWVi5WVlYN8
fX0T16xZQ3h5eYmYmNhi5rYCAwDx9/evj42NxYcPH2ZfuXLlOwsLC5GTkzM4duyYJgBibGxc
2tLSMk1BQQH37t0rYRoiNf4+Q2RhYQFdXV28f/8e2tra0NbWxrt37xAQEHCmsLDQNicnx7az
szPS0NDQmbnRsCAkJARv3rzBzp07cevWLdTV1eHr169gMBiYnJxkl5GRmT5nzpwVurq6t5lI
XjQ3N+Pu3bsQFxenjWW2bduG0dFRdHR00PNFnz59AisrK3h5eREbG4uhoSHU1dXRVEllZWXB
qKgo26ioKNvk5OSbSUlJ9Gc9KiqKnq2SkJCAg4MDDAwM8OzZMzoxWLZsGebMmQMFBQWMj4/T
myW/x395QY+KiqIhAWpqarh8+TLdk0xMTERdXR28vb2RlJSEjIwM2r5v2bJlsLa2hpGREdTU
1PD27VvIyMjg7du3UFRUhKKiItTU1PD48eMgHh4ehr+/f5Srq+vb9evXM9auXcu4f/9+lp6e
noKoqChDXFw8sKCgAC0tLThx4oTO0qVLGZycnAw3N7cEQojUpUuXGAAaubm5Genp6V41NTXw
8PC4uGLFiiYBAQESGRnpfPbsWQcADHZ2dsaMGTMYABgAGI8fP/766tUrAqCRnZ2dsW/fPsa2
bduor7elpaXZWVlZGR4+fJhRUFDwxsLCImb9+vUMVlZWhp6eXn1WVlYGGxsbQ1lZ2aG/v//p
jRs3ulevXs0QERFhpKSkMO7cucMAwFi7du3AyZMnlxw8eNCeh4eHiImJMTw9PeX3799fsGDB
AoaYmJjZxYsXcfbsWVy8eBEFBQVoa2tDfX09BgYGEBUVFU2JQEBAgJOZmRkCAgLQ1NSE/v5+
vHz5cve1a9fylZWVmxwdHRNzcnIEBwcHUVBQsPvt27eRT58+bX7y5Em5oqLi4f7+fnZvb+/n
oqKijOvXrzMePHjQ9Pjx40YvL6+4iooKPh8fH5iZmXmtWbOGce7cOUZoaKidu7s7HB0dERsb
C3t7+yQODg4GAMaJEycYbm5u14ODg+Hu7s6amZkpKyMj0wigefr06a3FxcXhDg4O2LlzZxIn
Jydj165d3YmJiWPHjh1rnDFjBuPq1auV379/X2hsbIzHjx9LqKqqNikpKTVdvXpVKyIiYnV3
dzfq6+vpGYLfe/3Mm2qVmpqa47Nnz5rl5OSaJCQkrqakpPC/e/cuBkAjAIahoSHj8ePHDAAM
bm7uRisrq3g/Pz+8e/cOb968MV25ciWDk5OT4ejomJOXl7fwzZs3NrNmzWLw8vIyPD09Q169
euUPoF5ISKje1dX1wMOHD+/t2bOHsWHDBkZSUpKbo6NjmYiISOOHDx+smJsaEjt27GAA+Dpn
zhxiamrqn52djaCgIGRmZiI6OtoewC82Njaira2dQfkj/DmoEqaLiwudLWdlZaGwsBDFxcVI
SUnBkydPIC8vT9n0wsjICO/evYOxsTGio6PpcuiDBw/g6uqK9vZ2elWxp6cHQ0NDSExMxJUr
V0BZ1KanpyM3NxcFBQUoLCyEqakp9u3bB3d3d0hKSiI4OBhlZWUICQlBeHg47bIXHByM48eP
w97eHsPDw2hubkZ/fz+N9CwqKsLVq1dBuS8aGRmhsbERTU1NaGpqQm9vLz5//ozi4mLo6+sj
NzcXHR0dqK+vR0tLC9ra2pCbm4vMzEyUlpYiISEBd+/epdnxqampyMrKQkZGBioqKmBqaooD
Bw7QFLLW1lZUVVUhPj4evr6+cHZ2Rk1NDV6+fAlra2tERkZCVVWVFiwnJyeYmppCUFAQ9vb2
cHR0/KcFnRJ1bW1tmJubIykpCenp6UhNTf3bwVzFnVFQUAAhISElpkmQHAsLC1hYWMDBwYG3
b9/SMx4jIyO8JSUlUFBQsOTi4iKzZs0ihw4dWnz+/Hns3LmzHADx8PCoj4iIwLt372afPHny
O9Nm2UpdXd2A6f7XW1lZOe/hw4e4fPlyCbOP3rh7925s27YNmzZtwq5du2BtbQ0fHx8aWhIR
ESFy+fJlujKwbNkyyiL5VEREBKytrZfeu3evdPr06U2bN29ucnNzK2AwGGhtbQUhZN779+8T
AQzOnj2bxMfHn6UwvtevX4eoqCh27tyZCoAhLCzMSElJeU1Bczo7O/dpaGjUUc91S0vLusHB
wa3d3d0YHh7mzczMND148GDvggULyJw5c8j+/ftJSUnJ3dLSUsTFxW368OFDGQsLSxuAL4cO
HWp0cHA4rq+vjydPnqQDYMyfP5/WDAUFBUZxcbFYUlIS/hz/5QVdTEwMYmJi2LdvH+Tl5SmG
MGJiYmjD+6ysLNosoaCgAAYGBrh16xYePXqE1atXY/ny5Vi9evVfYv369Vi8eHEvALJy5Upi
bW1NOY6RV69ekb1791JoymYfHx9ERkZasbKyEgkJCXLo0CHCy8tL6urqIt3c3JIpwMeNGzdS
w8PDoa2t3cVkjA8VFBS8cnBwaAJAdu3aRRwdHQnlHqaqqhocFBRkv3LlSsKkOJHy8nLK+Y3U
1NQ8ffbsWTXTapR4enoSbm5uIiAgQOzs7Gj058mTJzuysrJ2HThwoJ/CpDY2NpL9+/dToJpP
/v7++yk7yRMnTpDCwkLaZe7EiRMRp0+fxokTJ3Dq1CnY2dnB19eXHuzT19evA0DmzJnzKzY2
1io5ORkVFRUYGBjgKCoq8ly3bh3h5eUl/Pz8BACxs7NTz8vLg4qKCu1UxyTgkcrKyk9hYWFO
lJPW3r17iYCAAGFjYyOXLl06bG9vDwMDg3Tq69euXYsPDw+HsrIytm/fjlWrVn0WFhYmSkpK
hJ2dnYiIiAypqqoiMDCQZ/PmzYSHh4f2Wz969GhXW1sb+4sXL3qZMJJ2Q0PDkCNHjtAYT0LI
YhMTkwuzZs0is2fPpt8bDQ2Nr2NjY8eotToKd0it5jU2NsLIyKhjypQphHKlmz17NiksLLTw
9/d/Rr3+8PBw4uzsTJUqiZGRkbyFhQXk5ORMeHl5iYSEBDl27BiZOnUq8fT01PH39//Ez89P
ODk5SXBwMHn79i19DYODg29fvXpVgZ2dncyfP59ERkaSzZs3EyadzauysvKEqKgoERAQIAYG
BtRD7XtXV9f51NRUXL58GSdOnJgO4Afzdwc+efIEDx8+/Idx6dIlGBsbo76+HuXl5SgtLaX6
qn8QdAsLCxgbG9PzEpaWlnT/XV1dnS6PU1sM1CDbnwW9rKwMGRkZyMjIQHp6OoqLixETEwMr
Kyv4+/vjxYsXSExMRFBQECIiImjzGwoHSgn6yMgIGAwGGAwGmpqaaEH29PREc3MzkpKSkJKS
Qq8W9vT0oL29/R8K+u9M8ebmZtTX19MZr6OjIz30RpWoqQz+d0Gnrl91dTUaGhpQU1ODpqYm
VFdXQ1paGiYmJnBycoKjoyNcXFxgb28Pd3d3GBsb/8uCToWqqio+ffqEjo4OukT8d4MJ/pgm
ISFR9ucMHQBOnDiBL1++0BsTRUVFcHZ29mVjYyNr164lT548WSwnJ4fr16+XM0mB9UFBQdDT
05t9/vz57wCIoqKiXVRUlAmTFUGysrJW3rt3D+fPny9h2hs3nj9/HqKiojh06BAuXLiA/v5+
EELw7ds3EEJYJicnFzo4OGRxc3PTA3cXL14sKioqWqqpqbno6NGj7UwraSIsLEyYds4ahBCE
hIRAUlLyJQWg+vjxY11mZuYUf39/GBsbU5W3QcqB8NWrVwYREREoLCyEj49POfWM3rFjB+Hm
5ia5ublJzBXcvUePHiUAiLi4ePzr16/9WFlZycWLF0lfX99hLS0tZwDk+PHj5Pnz5ylz584l
x48fr6mqqkJsbKwbKysrERAQILa2tjSIaPny5XfmzZuHBQsW/CH+ywv6lStXcOXKFYiKikJB
QQEpKSlISEighwuqq6tp+kxhYSHy8vJgZGSEt2/f0rvi165d+wNzmoobN25AXFzc5fr168Uz
Zswga9asIYKCgmTatGlkx44dZPHixcTf37+4pKRkR2Nj46NNmzYRykObIrr5+vp6EEKmi4iI
jDEBE2GZmZnvNm/e/JVp31ri5uaG1tbWMuaHlhBCCDUteubMmaPv37/HxYsXvZgfIlJRUUEW
LFhA7O3tH7q6ukJfX9/Q1NQ0V1hYmGzevJlwc3OTGTNmkKVLl5J169YRIyOjmlevXonq6OhA
VlY2FADR0dEhAQEBZPr06YSDg4NwcnJeLCsrg5eXlxF1w4yNjZFLly4RFhYWYmpq+snOzg5W
Vlb0/vnz588hJSUFeXl53LhxoxAAWbhw4eeUlJRdCQkJePPmDVRVVXkozraNjY2Nv7+/krCw
MHny5MltR0dHEyZgosfPz09YWVk5njnR2v39+/ezFNPezs5O4+7du367d+8mSkpKwpGRkcjN
zb00Y8aMHwDIwYMHhwkhIo2NjdSAU5WJiQn5+PEjYdqzNoqIiMDa2toGwK9Hjx4NE0K2Pn36
NFhWVjZmeHiY1cLC4hzz4FNgamq6/u7du1XMad3jDAZj+b59+yiWtay/v/+edevW1bOzsxMz
MzPLjx8/0rviFEOa6WNvCICsWLGCODo6CpuZmRkzZwwmEhMTD4iKivYCIIODg6S4uJgAIJcu
XfqWnp6O6urqJbt37/5G+cVv376dMI1snNLT0wW3b9/+deHCheT79+8kLi6OACAHDhzQy8/P
R15enioXFxe5dOkSef36Ndm+fXuTh4eHR1BQ0Kzk5OQwyib14cOHZO7cuWTNmjWkqalJw8fH
B5ycnODg4GAD8IOHh4e8evUqUEVFBW/evPlLyMnJQUVFBSkpKcjPz//zoNRfBN3ExAQmJiYw
NTWly/v+/v7Iy8ujeAw0nvWfEfSMjAykpaUhNzcXDQ0NSElJgaenJyIiIv5inEJNdf8jQaeC
qja1tbVhZGQEQ0NDNGObin9P0BsaGuifV1RURCcYaWlpf4h/JOjUfvbvUV1dDRcXF5iYmMDW
1hZ2dnZ0/J8S9A8fPsDExATJycnIz89HVlbW3w4mFOo0hbOdM2fOg40bN2Lt2rVYs2YN5OTk
0N/fTzsONjU1oa6u7tPUqVPJ2rVribS09GKmN3kz8/lTb21tDUtLy9lXr179zuyRf5SRkdFg
3ifEzs5O6PXr17h9+3YJk4fQGBgYCEdHR9jb28PV1ZVyEUVlZSUYDAZLVlYWPn78eGft2rXk
0aNHZMqUKeT169eDhJD1+vr695j8hhFCyIO8vDxZ5n1FRkdHN5aVlcHS0lLlN7vsL8+ePYO0
tDRKS0vR3d0Nb2/vRurrr1696uno6BB2d3eHq6vrEj09ve9hYWHk1q1bhGnUlfL69WvcuHFj
A5NnUf/u3TuWvLw8fjExMcLJyUm6urrI9u3bu6ZNmzackpIiISkpCWFhYS9BQcEvw8PDV9LT
01mnTZtGpk6dSlJTUwn1zLxw4cLB8+fP4+zZs3+I/5GCbmhoCGlpaSgoKEBNTQ2WlpYwMzP7
SxgaGsLX1xdhYWG+CxcuJOzs7HSmyMfHRwQEBEhBQYFvX18fUlJSzPj5+Qkzq/kiKSnZoaam
NuLr6ytmYmKCrVu39jH94Mndu3cJCwsL4eDgIMLCwuV2dnaoqqpSYGVlJbNnzyanT58mXFxc
hJeXlxw7duyJnp4evLy83rOxsZH9+/eTw4cPk+3bt1e7ubnNDAoKQnV1NSoqKqwWL15MlixZ
Qnh4eMjChQsJPz8/WbFiBWloaIjt6+uDtrY2VFVVEzk4OMj69evJ7NmzCRcXF+Hi4iKrV6++
Vl9fj9DQ0AAAZOrUqbRP9MyZM0lOTs6nqqoqlJaWori4GN7e3nBycoKbmxuCgoKgo6NTB4AI
Cgr+ysvLswoLC8O2bduwdevWqXPmzBlet24defPmDYuPjw+ampoOSklJYePGjY1MwW4ZGRlB
ZWWlJysrK5k1a1Z1Q0PD7cuXLxMWFhYiLy9/6+7du5xpaWnXf/z4gYSEBDg4OAQvXLiQUD7e
4eHhwcyJ/q2SkpKfKSEVEBAgAOqXLl2K+/fvZzEpaCOEEPj5+YFpXwsAa7i5ucm8efPIunXr
CIAf7OzsRFBQcOaZM2f2sLKykm3bthEGg3G8r68Pd+/eTWK+n5rz5s3DnDlzsHjxYpw6dQpi
YmI4e/YsTpw4EUVhP5mezc+FhIQoZz6JmzdvdvLw8JCxsTFSVVVFPSS+Ozo6YnJyUllISIhw
c3OT27dv10tLSxNlZeVBXV3dQ/fv38fmzZu/UH/jjBkzqIPLdUNDQ5SWlmqvWrWKgs0QMTGx
7MnJSYnU1FQ8evQolOlXTkRERLT5+fnlJSQkJH79+kU7akVGRj4D8JOFhYWYm5vHUVPtfw47
OzsEBQXRpku/C3pRURHS0tLw8uVLvHv3Dubm5rSgU6GhoUGv2wwODv5BzJmCzjk4OMiSlpaG
27dvw8jIiF67+3NQJkFhYWF0Vv57UKJ++vRpuLm54fv3738Ra8qgqampCZ2dnf/w6319faip
qYG5uTnKysrQ2dn5l4MBg8FAW1sbiouL6ZmR3yM9PR01NTVwcHDA0aNHUVVVhc7OTrq0TwU1
HxQYGAhzc/M/iLmdnR3c3NxgamqK+fPnw9PT87WTk9OZf0XQjYyMoK+vT7dE/u73U+Hq6nqa
4mIYGhqGEEJ4qfWxgYEBNDY20jS39vZ2VFVVfZo1axbh5uYm165dW1xbWws7O7sQZgm81sLC
AmlpaWzXr1//zvyZNr6+vkYsLCxk/vz5REZGht/JyQmSkpIFAMjTp0/7XF1d6UOjiYkJVFRU
ICcnB3l5ebx+/Rp6enq8u3fvTti9ezf5+PEjxQXIb29vX/Po0aMRAOTOnTtBlZWVsLS0XMSs
wBIGg/GBEAJPT08/Pj4+ws/PTzg4OL5kZWWJNzU1ISUlBXJycjh//nz9jh07yLx584igoCDx
8vLalJmZiZycnGuXL1/+MWvWLLJ69WrCzs5Orly5klBaWoqKioobzOdewcOHD5Genj7jxo0b
ZOHChe2lpaXZ06ZNI+vXr/ft7u6mtqHU161bR0JCQuQOHz4M5jOOUMTQKVOmkLi4ODdCCPfv
66a9vb3/swVdWloaZmZmKCoq+stNl5GRgaKiIiQlJYnMnDmTzJ49m3R1dZELFy4QFhYWkp2d
TQ4cOEA2bNhA8vPz59fV1UnMmTPn28KFC8nPnz9fEUKOZWVlPTM1NUVgYOCCHTt2DFFlc+Zp
kixatIjs2bOnvq2tbebk5CRcXFwyt2/fXn/u3LmyOXPmkOnTp5MjR46cNTU1BSFE8MyZMxMA
CCcn53dXV1eZ+Ph4DA0NobOzU11QUJDs2rWLjI+PkyVLlpDDhw+T1tZWMm3aNLJgwQKSkZFx
IyIiAkpKSqEcHBxkypQpJCcnh0hJSREmUes1IYTXwsIiiVkZIKmpqURcXJxwcHAQfX39T1pa
WtDU1ISamhosLCwQEhKCgIAAqm99bsqUKYSbm5vY2dmZuLm5UWAVno0bN5JFixYRBQWFtbdu
3cLPnz+54uPjZ/Hx8TUyS1rNeXl5SEhIcGVlZSVLliwZ8PLyerRjxw7Cx8dH3r9//0RGRgZx
cXHo6emBn5+f0P79+7OuXbs2GBsbOwSAGBkZtbe2tkJXV9caALl16xZpb28n/Pz8ZO7cua12
dna4efNmDADy8uXLby0tLQKZmZmsly9fXqqvr8+1adMmQQ4ODqKmpkYSExPJixcvCCsrK1m+
fDn3sWPH9rOxsZHNmzeTtLS0PZaWljh8+HAmU4D1N23ahI0bN2Lz5s0QERGBiIgIdu7ciS1b
tsQxHzQkOTkZ6enpD5gwH2Jubn7m0qVLHTNmzCCEENLc3EwAkFWrVn2zt7dHS0sL79y5cztm
z55N+vv7rxNCziYnJ184cuQIJCQkICIi8uXgwYMkLS2NODk5ETY2NvL8+XN5pjmOxvTp08n5
8+eJs7PzAJN+R0ZHR5GWlmYJgDx8+JCUl5cvMDAwwJEjRxYyGIw92dnZMDQ0xIsXL4qYh5Wf
zc3N1ymx/T16enpo0aIGBX+ffC4uLmZJSEg4dePGjSxJSUl3Q0NDPk1NTWhpadGhoaEBdXV1
lJaWYnR09A9izhR0jr6+vulhYWFvTp8+nSUjI5MVEhKyy9PTE38Od3d3ODg40JSqP0d0dDSC
g4MV9u3bl2Vubp71+fPn+VVVVfhzVFdXo7OzE58/f6bRl7/H6OgosrOzvRQVFbOSk5M/tbW1
/cMSdGNjI/Ly8ujVqd8jJSUFhYWFUFVVTdixY0dWSkqKcUlJCXJzc/8QOTk5KC8vR0hICBwc
HP6yPhgQEAAzM7OjvLy8WXv27CFBQUHuXl5e+EfX598L6nBLDaL+K6GtrS1KVZLevXs3MTEx
sZwaoKT+HgrOVFtbi+Li4k+zZ88ms2fPJnfu3FmYl5eHsrKyPaysrGT+/PkTCQkJ8rm5uRfm
z5//CwDx9vaW+vLly5ONGzcSAERKSsrcxcVFatu2bWNsbGwkPDz8XW9vL6qqqlBTU4OKigoE
BgbCz88P/v7+iI6ORmJi4plZs2ZR9yS1M29ECJn++vXrQWbFMKW+vn7Zx48fr1LQqNra2qMR
ERGzDhw40GNiYjKqqKhItUSLCSGcDAaDdceOHUI8PDxf5eXl7bW1tUuZZD3jqKgoTJs2rQoA
qa6uJikpKQQAsbKyCh0cHER2dvYbZkm9VklJCZqamstOnjxJ1qxZ05idnb1v4cKFowICAv2E
kL2/fv2aOX36dFdubm4SFxf35vHjx+Dh4SErVqwgIyMjREdHhzCfcSQvL29uaGgofo//8YJu
amqK7OxsxMTEIC4u7g+Rm5u7hdpxFBYWJpWVlYRClzY2NpIPHz5QFy+roqICd+7c6WQ+wMet
rKwqd+3aNWFoaGibk5NjwMfHR27fvk0WLFhANm7cSHJycsiMGTMIHx8f8fHxsc7MzERKSgps
bW25MjMzXWbNmkWY2V1oTEwMT2ZmJlxcXJSZJKoWOzs7lJSU4OvXr0vu3r3bBoDIyMjQ/fUF
CxYQQgg5fPgwdYDIGx8f3/T8+fN2AOTIkSPk27dv5MSJE4R6zSMjI7fExcXHmIJDCCFk165d
lLGDu46ODjWoBRUVlT8MSLm7uy+gym3Xr1/P6O3tneXn5wdTU9MpN2/eDARAnj171nr//v2n
b968IVJSUu+lpKQe8vHxEUFBwYl9+/a93LFjRxGzrGzr7e29h8q+nZ2dg7q7uwUyMjKQkJAg
d+XKFaonrP/z509HJt3tu62t7XFpaWkzAOTQoUPkyZMndF/a3d09VVtbW5eqOsyZM+e1qKho
yZ49e4iXl9fTJ0+eXKXWYQghhOKqq6qqvs/OzhYUERHpBUC2bNlif+rUKXleXt4JJtFMMSgo
CAEBAXRPOCoqCvHx8YiMjFQUEBAg06dPJ2JiYk9FRUWDmP257vj4eDMBAYHhqVOnEkdHRyIn
J0eYdLYflZWVF6OionDp0iVKjHu9vb3LDx069O3YsWOWoaGhx/j5+cny5csJIYQkJSVR7/FA
W1sbJCUlFSieOCHk0YYNG74CINHR0c9HRkZmHTp0iGLWk4cPH5JFixYRa2trGx8fH9TX1684
d+5cLQDy6NEj0tvby0ohfamoqalBR0cH7fqVl5dHz6dQ0dbWNoWaC5g2bRoJCgrSjY6ORlhY
GB0RERHw8vJCTU0Nvn///o8ydPz8+XOOkpJSD0XwW7x48eX58+fjzzFjxgw8ePAApaWlyMrK
+sskNoPBWHXt2rVWatbgwYMHK69evYrf49y5c3j06BE95FhaWvqHKgBzPVGCuie2bt1KSktL
z5eUlPzl7y8rK0NsbCy8vLzg5+f3h4iIiIC9vb0kdbifP39+2dKlS7F48eI/BD8/P44dOwZ9
fX2oqalBVVX1D2FgYAAJCYlB5iGfyMnJqTx48ACPHj362/HgwQPIy8tDXV39L7/nnw0TE5Mz
VN9506ZNyi9evGC9e/cubt26BW1tbZSXl6OwsBD5+fkoKytDVlZWNHV/NjQ0bKutrUV0dPTM
Z8+eVVHPKOqzevr06fHy8vJT3759W5udnf2Ih4eH8PDwkMWLFxMm+rqxr69v1s+fPzE4OIjh
4WEMDAzQQ4o5OTmorKzc+/Llyx4qm92yZQthGtSQtLS0bAaDoTR9+nTCy8tLLC0t6WfAq1ev
bC0sLG5OnTq1HwBxd3c/5u/v7wmATJ8+nfj7+990dnZ2pmZibG1tH6WkpCgBIHv27CEPHjzY
PXXq1Ahm25E8e/aMACC3b99uGR0dXVlSUiIxc+ZMsnLlSnL8+PEEfn7+Kk5OTvLq1avgqKgo
ODo6RrGyspInT54UmpiYDHNxcZELFy6QlpaWA5aWlvcBkEWLFpGwsDAaqXv//n3i4uIy689V
lP/Rgi4vL483b97Aw8MD4eHhCAwM/EPExsY6rFy5kvDw8JAlS5bQwwwzZswghw8fJmvWrCE8
PDxjGzduJN7e3vvCw8P3Xbx4cZK6Ubdt25YbFBT04NWrV5Xs7Oxk//793ZKSkt+ePHlCnj17
1s3CwtK9e/funsuXL2tJS0ujrKwMP3784PLx8RmjBh2ePn36q6Kigufnz59zw8LCrJkl6oLq
6mp0dXVx5+XlFc+dO5fw8fGRVatWkTVr1lDloME3b950i4iIDHNycpJbt241DQwMSN28eXOE
h4dndP/+/e0RERHxK1eu7Js5cyY5efJkd3JystHy5csJNzc3OXv2bLebm1v3nDlzyMyZM4m4
uPi3/Pz87enp6YiKikJcXByYdClkZ2eDwWDwmJqaGgP4JigoSOrr6+8NDg4iIiICdnZ2644c
OUKmTJlCNmzYQISEhMjr169f6ujo4ODBgx95eHjIrFmzCCcnJzly5EhfRUXFDl1dXROq7XDv
3j2Sn5+/o7q6Gh4eHkXUgcXGxkaru7t7hays7AQvLy9ZvXp1hK6u7pJ79+6VAuieNm1a9/79
+7s5OTkHL1++/KuoqGjVw4cPb+zYsYM6mH1/+vRp6rNnz5bu2LGjcfbs2URYWHgoJyene926
dYSTk5Ns376djI6OnldVVV3Mzc1dLyAgQBYtWkT4+PiIl5dXHiFkxvDwMIaHhzEyMoKJiQlM
TExQQzhwdHSsnDdvHlm5ciWZPn062bt377eOjo7n7u7uIfPnzyeCgoKEh4eHbN68mYiKihLq
4NfV1bWPwWCcvHDhQjeF7ly0aFH19evXhWRkZELY2Ng+CwoKkuDg4J7bt28TAQEBsnDhQqKn
pye1bdu2JwsXLiTc3Nzj+fn5KhERER5Tp079zsvLGxAaGoq+vj6p48ePdwP4LCQk1G9lZVWQ
kpKyIiQkhN3Q0PAjLy8vWbp0KYmPj5fLz89npUA9CQkJiI+PR2FhIezt7bFjxw5ERESgubn5
L73frq4uluDg4HfTp08nmzZt6q+pqdny69evGRRpj+pR//r1C+3t7aipqQEhBO3t7fSQWktL
C37+/DlbR0enlYuLixw+fJg4ODgc/vjxI34PKysrmJubo7W1lf7+P2feQ0NDV69evUp4eXnJ
2bNniZaW1vLfs8vXr1/j7du3MDU1RXh4OCorK+lVSKqNwPQ70N2zZw9hZ2cnO3bsIPn5+Qf/
PD9A7XZHRUXB09PzD+x4X19fhIaGwtXV9ebMmTMJBwcHWbduXdTGjRuxYcOGP8TSpUtx4cIF
6OjoQFFR8S8zDFpaWnjw4EEdJycnAUCOHTtm5uDgwPHhwwf83aDAMP+RCAgIOCwqKkqWLl1K
Lly48Hjv3r04ePAgNm3aBD09PXz//p1+X7u6ulBbW3t+375949ra2t9GR0fXTUxMIDg4GGZm
ZtNPnjyZCeALgLFz5851FxYWPurv79/S29u7pKamBvLy8p5z587tmTFjRu+ZM2cKbt68Oauu
rg7Dw8PcnZ2dnBTrQlZWFvfv38fz588hKSkZT5XQr1y5MnD//v1hCv+8cuXKyYSEhDkpKSn+
Bw8e7OHm5iYAxq5evVoTERGx+8mTJ4SPj4+IiYm5X7t2De3t7bzPnj2rXbRoUY+1tfVtfX39
VE5OTrJ8+fLShISEeb9+/Vp46dKlbl5e3gF7e3uN4uJi3c2bN/8C8GPNmjXdCxYs6NuyZQtp
bm6+pKysDD4+PjJv3rwfGzdu/LVly5avcnJyn7S0tODn5wdCyAYXF5eMadOmTS5YsGB05cqV
RsbGxpva29sRGBhYvXLlym4hIaHuadOmdQsJCXWvW7cuVEFB4Xh7ezsfsx1Lx/9oQX/z5g0e
PnyI2NhYTE5Oor6+HvX19XQm0tzcfN7FxeWTkpLSp7CwsE/l5eWfbG1tPzk5OX16/PjxtXPn
zp1XUlJal5OTo2lhYTHDzc0NhYWFe2/cuHGsvLz8CGX2YGhouO3x48cvZs6cyZWZmbkrNTVV
dPv27f8/7v46LKt8/QLGl4HYY2IHJiaM3YmNioQgKgqoiIggoIjEQyNISHfHQyMd0t3dLd0h
Kvbn98+z96WOM+fMOfO+v/N957rWdc0YzBN77/W573vda01mZ2efLCQkNFlWVnbi06dP0d3d
jcHBQfT3958+e/aseFRU1OmGhobJkZGRD4yMjMa4uLjIkiVLSGlp6WlCyLju7u7xdXV1go6O
jszQ0FCD9PR0iQsXLlyIj49nLliwYImoqOhkW1tbznPnzkk1NTV59/b2ThAQEJgsJye31sbG
ZoWrqyv27ds3q6ioyMrT05MrOTl5VXx8PJOfn//5ypUrJwcHB08eHBw8VV9fzwwLC9P28fGZ
YWxsjNevX9MhCJTjEjUvvHnzZh2rCh0khMwaGhpCUFDQ+Pj4+Mu7du0S0dXVZebl5RkWFxez
P3/+HPv27YOhoaHAkSNHxG1tbZnKysq/NTY2TnZzczuppaXF1NbWZoaFhbl3dHRwtLW1wcLC
YhIvL69QRUUFMzw8fCrLuvRUdXX1QwBTBQQEoKamNh7A5F27dk2+fv365MePHy9WVVWdVl9f
D0lJSXR1dd10cXG5B2Cyi4sLTp06hTNnznA3NzczDxw4sDwqKmpyfX29y7lz51QBTB0aGppv
bGyM8ePHsykpKcnExsYyS0pK9FpaWthaW1tphfSnT59ACKFDZEZHR+Hr6zuJyWTyZ2RkMH18
fJj19fW7SkpKkJOTs9rDw4Ps3LmT7N69mzx+/Jh0dHQQJSUlwuq2qISHh0NVVXVyeno6v5aW
1joeHp4JvLy84OTknHL58uXf2tvbtUxMTKZnZGTcSklJYfLy8vKZm5svHhkZmf7hwwftBw8e
bAoMDJyZkJCA58+f7169evVcBwcHvH//HvLy8pOXLFkyWVhYeHJzczNMTU1x7ty59fPnzycA
vtjZ2RlTBNvZ2UmHXFB+3IKCggCAGzdu0KtblZWVP5BoU1PTgsDAQGZ6evrT9vZ2dHd3T+zs
7ERPTw/6+/vx7t07dHd34969ezh8+DACAwPR2NiIvr4+tLe3o6mpCR0dHZNKSkqu3Lp1i/ns
2TOZkJCQ8X5+fvDz86PT54yNjWFmZkYHE+Xn52NsbIx+XayZ9oT8/HwFY2NjZkJCgsPIyMhv
VIBHW1sbhoaG0NHRAXd3d6xatQpKSkrIycnByMgIampq6HZ8W1vbRF9fX6Njx44xPT09TePj
4/FzWzMsLIy2ifXy8oKPj88fEBUVhYcPH3odPnyY2dzczD0wMPCHeT31eTOZTBgYGODFixc/
wMrKCvb29pvPnz/P/P3334m6ujrp7Ow8UFRUhL8LquUfHh4OX19fUJ/x34GHh8f48vJykYKC
gqeqqqoTtLW1oaOjA3l5eQQHB+PLly/o7+9Hf38/RkZGUF5eDm1t7Y1fvnzZNjQ0hL6+PhQW
FoL1XIKGhsb6S5curZSQkJjc0tKChoYGdHZ2oqSkBPHx8bCysmIzMzMbr62tjTNnzqChoQEj
IyMLOjs751LPp1evXtHOlLGxsTcePHgQHRgYmGJlZbUgJSVlVWlpadT8+fOJvr5+empqKjo6
OiAiIjJZT0/vMDc39wpVVVX2yMhItuTk5MMtLS08EhISuHDhAr58+QIHB4eJe/funVxRUTHB
29t7ko6OjtTdu3fXu7q6ghACLS2tyYsXL57s5uY2sa6ujs3X1/c4Hx/fwR07dkzm5eWdFRER
sXVwcHC8p6enAavjU6Wrq4u7d+9Ofv78OZSVleHv749v376htLQU27dvn3z27NnJBw8exOPH
jzE4OIiEhIRJO3funHzkyJHJmzdvnnzmzJnJBw4cgI2NDQghi6n9fwr/Zwj9xIkT0NDQQG1t
7fSKiorpZWVl08vKyqYPDw9Pr6urm15dXT29o6Njent7+3TKw/zx48e4f/8+fH19YWlpid7e
XgwMDPxwimQymdDW1kZKSgp6enrg6ekJJpMJDQ0NiIuLQ1tbG9XV1XQYSlZWFm7evIm2tjZY
WlrSazqysrKYO3cuMjMzkZeXh3379mHSpEng4+ODjIwM1NTU0Nrais7OToyOjoKfnx9ZWVmo
qKgAPz8/Ya1UETc3N6+qqqqpPT099GsMDg7Gq1evUFtbixs3biArK4v2Iffw8KDXN/r6+nDu
3DkoKyvD2dkZrP1r1NfXg8lkIjMzE1FRUbC1tYWenh7Cw8MRFhaGJ0+eQElJCbq6ujh27BgG
BgbQ399Pz1Fra2tRU1ODzs5OjIyMXBQVFR1lY2MjSUlJxtQcKzo6GkeOHIGjoyPKysoQGxsL
Y2Nj7N69G6ampuDj44Onpyedcufj40NXDykpKRgeHkZrayvMzc1x5swZNDc3IzAwEFlZWais
rERHRwcmTJgAMTEx2qSFh4cHAgIC0NTUxNOnT1FRUQERERH09fUhODiYjlk9e/YsBAQEMDg4
CF5eXiQlJaG7uxv8/PwYP348BgcHoaenBwDQ0tJCYWEhGhsbUVZWhv7+fsoqFwoKCnj8+DFN
eqOjo7CxsUFwcDDq6+sRFRWF/v5+mJiY4OnTp2sPHTpEANDiNS4uLrJu3TqyevVq8ujRozuO
jo64f/8+SkpK8OLFC6xYsQL79u0DDw8Prl27hvfv38Pa2hpFRUUoLCwEPz8/rK2t6XtDVVUV
gYGBCAsLg7W1Nbi5ueHm5ob+/n5ISUlh4cKFEBYWRlRUFHbu3ImZM2euY2dnJ9ra2n2vX7/G
8PAwenp66LWtoaEhNDU1gclkgo+PD+PGjcPt27dRWlqK/Px8WhDGMg9Bc3MzoqOjaRU7lQ1A
CcDq6urg6uqK8+fPY/78+fjtt9/g7++PwsJCtLe34927d5R4Cvfu3YORkRHc3d1ha2sLKysr
+Pn5wcjICJs2bcKlS5egoaGB0NBQaGtr0/GblLMg5W9tZWWF5ORkDAwMgDqMdXZ2oqamBiYm
JtizZw+WLl2K5cuXY9euXdDR0UFxcTHtYNfS0gI/Pz+cPHkSPj4+iI2NRWho6B8QFhb2l4Qe
HR0NFRUVHD9+HJ2dnXj79i1Ndt/j7du38PT0hJaW1i99AGxtbSEoKAgfH59D8fHxl5uamuZR
SvK/i7q6OmRmZsLFxeU/msM7OjrSBzsZGRkoKytDWVkZEhIScHV1RXNzMz2+qKmpQXJyMhIT
E2mhYHd3Nx3YJCIiAikpKVy4cAGioqLw9/dHfX09Wltb0dHRgaGhIbx79w6EEDg5OeH69euo
rKzEhw8f0NHRQa+RVlRUoLS0FOXl5cjKyoKPjw/evn0LZWVlvHz5Enl5eThx4oRAQEDARGpU
cubMGZiZmWHnzp24d+8e/Pz8aHtpUVFRCAoK4u3btzAyMsL27duRnZ0NOzs7GBsbQ1paGhSh
KyoqYtGiRbTTJZPJhLCwMB2WlJSUhOHhYURERGhPmjSJ7NixY+jVq1cXqGhkRUVFeHp64uvX
r0hOTgY3Nzd4eXmxa9cuqKqqoq+vDzExMeDh4cHevXuxadMmHDt2DDt27IC9vT0IIfRhnML/
PKELCQlBSEgIFy5cmCQlJaVnaGg4qK2tPfj06dM3+vr6bz08PN4aGRmNamlpDdrb2w+ampoO
Pn369OHDhw/HKSkpQU5ODtbW1rh+/ToCAwPh5+eH4eFhNDY2oru7Gz4+PtDQ0EBCQgI6Ozvp
i/3+/fsQFBSEuro6qqqqYGNjAzs7O2RlZeHcuXOor6+Hs7MzbGxs8OLFC9y+fRszZ85EcnIy
SktLcfDgQYwbNw6HDh3CjRs3oKKigp6eHnR1dWF4eBhCQkLw9/dHVFQULCwsfI8fP55kaGho
9fLlS2RmZuLjx4/4+vUr3rx5AyaTiaioKJSVleHKlStITU3F4sWL6Yvr7Nmz6OnpQV9fH/j4
+KCgoAAHBwc4Oztj9+7dqKqqogVF4eHhtFNbZmbmNnNzc77du3fz8fHx8ZmYmOy5efPmbELI
qk+fPuHDhw/48uULurq6UFFRgZqaGnR3d0NbW3v2kydPVNPS0nZSO7iU3eiLFy9QUlKCiIgI
6OrqYvv27TAwMMDp06fh7OwMWVlZ1NbWwtPTEwYGBjAwMEBiYiLevn2Lnp4emJqagpeXF1VV
VQgICEBFRQVt/gGADmL5ntCfPn0KVVVVVFRUQFhYGN3d3fDw8KB91I8ePYpz586ht7cX27dv
x6tXr9DZ2Ynjx48DAD59+kRbtSoqKtLOXiMjI6ioqKAPIFOmTAEAnDp1ir55zMzM4OXlhbq6
OkRERKCurg4MBgNPnz5dJCkpGXHu3DlzWVnZi0+fPo2YO3duxKZNmyIMDAxsPn/+zE4IgZKS
EjIzM6GnpwceHh7cuXMHS5YsgbCwMAYHB2FnZ4eSkhJkZ2fj3LlzePHiBT5//kz7zwcFBSEs
LAwvXrzA5s2b4ezsjDdv3uD+/fuYP38+bt68iaCgIKxfvx7Lli2b8OjRI2lCCP/g4CDevHmD
/v5++qD55s0b5OXlwdraGiIiIhg3bhxkZWWRm5sLPz8/Wu0eFRWFlpYW9PT0ICQkBBkZGXTH
oqCgAC4uLrh48SJ0dXURGBgIUVFRrFy5Eps2bUJgYCCuXbuGbdu2IS4uDv39/aipqYG0tDS9
L/3y5UuEhYUhLi4Oampq4OHhwdWrV2FoaIjExERoaGgAALS1tdHZ2YnW1lY0NzcjPz+fruR7
e3vpBLiBgQGkpaVBWVkZFy9eBCcnJ/bt24etW7di3759KC4uxuvXr9HQ0IDe3l74+/vj6NGj
dFb9r/LFw8PD/2WFrqysjKNHj6KlpYUOUfoZw8PDf0noNjY24Ofnh4WFBUJDQ9HQ0ICSkpL/
CFVVVaDsVv8TQndyckJVVRWKi4tx7949PHr0CHfu3IGJiQlyc3N/0Dbk5eVRYUwPGQyGblJS
En3P2NnZQVdXd4ewsDDfxYsX+WRkZNaYmJjQ2o1v376xpaenn9u8ebPQ1atXAyMjI+U0NTXx
4sULNDQ04NOnT3RQU3V1NQoKClBUVIT09HQ4ODigu7sbMjIy8PX1RX5+Pg4cOAAfHx/k5uai
rKwMx48fh6GhITg5OSEhIYHAwEAUFBSgo6MDwsLCEBAQACEEJiYm2Lp1K3JycmBjYwNWdU1b
wsrJyWH+/PlwcXFBVlYW3NzccOjQISxatAi8vLyIjY3F4OAgnJyc8OTJk4tdXV28TCZzaXBw
MFRUVPDkyRMkJibi8+fPSE5OxtKlS8HLy4stW7ZAUVERIyMjNKHv3LkTixYtwuHDh7F582b6
YP9/jtApYxlRUVEO1roRAUDGjx9P//vPuHr16idbW9sJurq6UFdXh7OzMxQVFeHk5AQeHh5k
ZmbSRhKenp7Q0NBAbGwsenp64OLiAlNTU8THx8PAwAAmJibIy8uDjY0NnJyckJqaSldikpKS
0NXVhaWlJe7du4eFCxeisrIS7u7u4OHhwZIlS+gZ4PPnz5GTk0MFkUBISAheXl4ICgpCa2sr
XF1doaamRouI4uPjIS0tTZNwVFQUysvLcevWLWRmZmLhwoWQkpKCi4sLzp8/T3cfKEKn5l5c
XFz0g/jly5fIzs5Gd3f3+LCwMLl9+/aRNWvWkJUrVxJOTk6ydu1asmLFinodHZ1+Dw+P2TY2
NjAwMEBGRga6urpQV1eHjo4O3L17F1paWmhoaEBISAiUlJSQlZUFMTExhIWFITU1Fbm5udDR
0aG9tU+ePInAwED6RqPajPr6+khJSUFlZSXS09Nhb2+P06dPo7m5GS9fvoSxsTGYTCY6Ozuh
rq4Oa2truh1M+TFThF5ZWYkrV67Qlcjx48ehp6eHJ0+eQE5ODm1tbTA2NqbVuI8fP8bWrVsR
FxdHp4cxmUzEx8ejtrYWZmZm2LNnD+3etWLFCjotLyMjA729vWDtzCM3NxeRkZEoLy+HhoYG
Xrx4AQUFBVy6dIkWZ+7YsQM7d+6EhoYGfX0/e/YMJSUlUFVVxZ07d1BQUICTJ09CUlISY2Nj
0NPTo6tgfn5+uLu704R+9+5deHp6IioqCsbGxli9ejWYTCYqKipw4MABrFu3DpRqfvfu3Zg5
cyYePXqET58+oaenB1lZWYiJiUFjYyNdFRUVFcHJyQnCwsIYN24c7t27h6KiInh7eyMqKgou
Li64e/cuXr58iaioKERHRyMrKwt9fX2wtrbGnTt3oKmpCV5eXmhpaSEiIgIiIiI0oUdGRuLW
rVsAgB07diAqKgq1tbWQlZWFv78/nj17hsLCQvT39yMhIQHq6urYtm0bTeivXr2CtrY25s+f
D01NTURGRqKyshLd3d2/JPSOjg6MjIwgOzsb6urqOH/+PDg5ObF7927s3LkTFy5cQFlZGfr6
+ujrwM7ODmfPnoWnpyfi4uL+ktApG+mfERwcjPv37+PQoUN0euH34w0KQ0NDcHFxAYPB+D9F
6DIyMjSZl5WVgTVmQm5uLrKzs6lUPbkdO3aQadOmkfz8fBdWIuRUFxeXO0uWLCErV64kc+fO
JZs2bRr29vbe1traOo7lLnnoxIkThNIO7N69m5iZmV3W0NAYp6enRxteUcVXaWkpqqqqkJub
CxcXF1RUVCAsLAw1NTWIiIjA/v374eHhgdLSUlRXV0NGRgZubm7Q19enn+s5OTno6uqCpKQk
9uzZQ3uZ7N27F2lpaXB0dMSzZ88gJiYGc3NzZGVlQUtLC/PmzYOlpSWqqqoQHR2NgIAAPH36
FNzc3EhMTMTo6CisrKygo6MDQggdfuTm5gYLCwsMDg6CtZ0CfX19HD9+HNevX4ejoyNKSkoQ
GxsLHh4enDlzBmpqauDn54eIiAg8PT3x5cuX/3uErqmpCU1NTRgZGY2TlZW9DIAcOHCA2Nvb
KwNYCmDp3r17D7i4uDRTe7sGBgYCOjo6sLS0hKOjI3R1daGiogImk0lXMR8/foSmpiYuXrwI
TU1NPHv2DLdv3walaO7u7oaCggKOHTuGy5cvw8LCAm/fvoWsrCwKCgrg6+sLANDV1UVNTQ0y
MzORmpqKkJAQbNy4EQcPHsTmzZuRlJSE+Ph4eHh4wMbGBoWFhfjy5QsEBQXh7e2NkJAQVFZW
wtzcHIqKioiIiEBBQQG2bduGdevW4fz585CVlUVcXBzq6+tRWFhIe9pPmzYNsrKyePnyJR1F
eezYMdy/fx92dnbw8fHBlStXEB8fj+LiYqSlpSE/Px/e3t7hK1euJOPGjSN79+6tevbsWcq9
e/dSqD1HLi4uIi4uvuLgwYMQFxdHUVERPf8qKSmhU6Nqampw7Ngx8PLy4uHDh+Dn54eVlRW8
vb3x6dMn6Orq4tSpU3SQwr17936w+KSMaxQVFeHl5QVfX1/k5OQgLCwMLS0t9MNfSkoKz549
Q2VlJcrLy6Guro4JEyZgzpw5EBISgpKSEm7fvo3Ozk5ERUXRQRqsShkBAQGQlpbGw4cPUVhY
SFdhsbGx4OPjg5GRETo7O+Hg4ICCggLcvHkT+/btw4oVK7B48WI4ODjQgSkAsGfPHiQnJ6Oo
qAidnZ0wNjbGuXPnEBsbi8bGRmr2CQaDASEhITx8+BDUCMXU1BRWVlZoamqCu7s7Nm7cCHNz
c9TW1iIsLAxBQUGws7NDWloa7QeuoKAAa2trvHr1Co2Njejv78fHjx9pC2TqMGhtbY3+/n4E
BARg6dKl2LZtG7i5ubFmzRpcuHABO3bsgLm5OQghUFNTg5CQEMLDw9HW1vYvCd3X1xdxcXHw
8vKirV0pvUVtbS1aWlpw9epVKCgowMDAAOfOnaPHOt8TekREBKSlpWl3MSsrK1RUVEBMTAwZ
GRlQUlKiOyivXr36S0LX19dHaGgomEwm6urqUFZWBlNTU7x69Qo9PT3o6OigzWv+FaF3d3fT
D/m7d+/SnTdfX186hvTnrPGAgACEh4cjOjoaUVFRPyArKwv6+vo4deoUsrOzUVpaisLCwj+o
5cvLy+Hl5QUtLS2YmJj8QOimpqawtbXF+fPn8fz5c/j4+KCxsfE/JvTq6mokJSXByckJ/8n6
2/eELiUlBTMzM9q3Ijc3F3l5eXQIUG9vr7yIiAihthcqKirCCSHIysq6PH36dLJixQrCy8ub
QjldqqiodLe2trIRQiAuLt4AgOjo6HhFR0cbAvi0fft24u3tvczJyQmmpqYwMzODiYkJrKys
EBsbS1vvuru7w9fXF729vRgdHUVCQgIUFRVx584ddHR0wNfXFxoaGnjy5AkiIiIQHh6OmJgY
lJaW4uPHj3B3dwcnJye2bNlCf8dJSUno7e1FQ0MDDhw4AAaDQfvwh4WFwc7Ojrb9HR0dRUxM
DPbv34/MzEy0tLTA2dkZZmZm6OnpgaurKzw9PZGYmAgbGxt0d3eDpR1CeXk5jh8/Dk1NTVqY
HBcXBx4eHoiIiCApKQnXrl2DsrIygoKC6O7p9/ifJ/SvX7/i69evIIRMysvLc6Z2qAkhV6gk
mmPHjkFHR+cha72BeHl57WQwGIiIiKA9qFVVVeHj44Nt27bB09MTHz9+hIyMDA4fPgxNTU08
f/4cCxcuRHh4OIaGhlBaWoqrV69i8+bNOHr0KFi74hATE0NISAgsLS0BAEZGRmhvb0dxcTHa
2trg6uqKlStXgpeXF+vXr6dP9G5ubnBycoK9vT2qq6tx5coVeHl5wd/fH+Xl5TAyMoK2tjba
29uRlpYGLi4unD17lupOIDExEVVVVUhKSqIfzpRoqbCwEImJiSgsLKTc26Cvrw93d3dkZ2fT
VX5kZCQyMjIOb9my5QPL2tQkNzeXzcrKCtra2tDQ0Di3atUq8vvvv5Nbt24tNTMzQ35+Pmpr
a9HV1YW8vDzaM59KhpozZw5u3LgBERER8PLyQkdHB15eXvj69Su0tbVx7NgxuLi4IDIyEiIi
IhAQEICpqSmqq6shJSWFO3fuQEJCgu5WUMlQTU1NiIiIgLKyMk3G0dHRSE5ORnl5ORwcHCAv
L49jx47BxsaG/ruUCjkiIgIKCgrQ0NCAp6cnrl69CjExMaSlpaG5uRnOzs6IjY3F0aNHYWNj
g+bmZjg4OCAtLQ0CAgJYuHAhuLm5sXnzZtjY2PxA6Lt370ZaWhpKSkrQ3t4OBQUF7Ny5ExER
ERgeHkZ5eTnMzMxw48YNKCkpITg4GISQyW/fvl3y6dMnfPz4kXbiW7x4MTQ0NDAwMICkpCR4
eXnB3t4eWVlZCAoKonUHVCVPkVRHRwfevHmDz58/49WrV0hMTAQlPAoMDMTatWvBzc2NHTt2
YNu2bTh9+jRu3LiB7OxslJeXY9++fRAUFERKSsoPc8t/h9BVVVVhZ2cHa2trdHd305ao9+7d
w8OHD/8WoTs7O6OqqgpCQkJ49eoVVFVVkZSUhI6Ojn9J6FT3wt3dHQEBAcjKyoKZmRmio6Mx
MjJCW8z+u4Tu6+sLU1NT3Lp1C56enjA1NYWXl9cvCZ3alKFc536ejRNCkJSUBDExMfrnVVRU
/CHJjDLp8fT0hK6u7g/KdGNjY1hYWEBcXJw++NfW1qKkpASlpaV/GxUVFSgqKoKfn99/NEf/
ntAlJSVpkWJaWhrS09ORnp6O7Oxs5ObmPrh48SLdMV21ahW5devW7OzsbLS0tJzct29fgaqq
6nV1dXX4+/sLAiDnz58nXl5e8PPzu8dajSUDAwMzQ0NDMWnSpAKWuZTT2NgYHURCaYxevnyJ
Fy9ewNHREQ4ODvD19UVzczO6u7uRlZUFTU1NXL16FV1dXXB0dKRTAp2cnOjvZWBgAG/fvoWf
nx9WrVqFY8eOIT4+HvX19WhqasLIyAj6+/uxb98+6Orq4vnz56irq0NnZyfS09MRGhpKP1t8
fHxw7NgxxMbGIjExEcHBwYiJiaGDtry8vBAVFQUrKyv6oE91Ko8fP45Hjx4hJCQEKSkpNKEL
CgoiKCgIV65cgaysLAICAvDt27c/eDv8zxM6tTNeWFg40crKSpPyQ+/q6pLq7OyEvLw8du7c
iSNHjmgCIAcPHiRMJvOIvb09Ojo64O3tDWNjYxgZGSEsLAxbt26Fl5cXPnz4gIcPH+LEiRNg
MBgwMzPD+vXrERYWhu7ubpSXl+PGjRvYvn07zpw5QxP69evXUVBQMC8kJISDIvTm5mbk5uai
qqoKnp6eWL9+PY4dOwYuLi5kZGSwh4eH0/Ga3ztx5eXlISIiAjk5OaioqEBZWRlGRkaQlJQE
bm5unDp1Cvz8/BAXF0dCQgJY3r4QERHBtm3bAABSUlJ0dyApKQksgxNQu7Os1heqqqowMDAw
TVtbO5yyO8zMzOSKj4+HkZERHB0dkZiYCG1t7RwLCwuj5ubmiS0tLcjOzkZZWRm6urpQUFBA
W1v6+/vjyJEjWLlyJWRlZcfJysqCj48PNjY209zd3fHp0ydoa2vTcZvBwcG4fv06BAUFYWpq
ioqKCty+fRsyMjKQlpaGr68vgoKC6ENDc3MzIiMjoaysDBkZGTx9+hSxsbFISUlBbGwsCgsL
UVZWBiaTSYsLqQCK3NxcREdH4+HDh9DU1ISnpyeuX78OKSkppKWloampCW5uboiOjsbRo0dh
a2uLpqYmWFpaorS0FOLi4li9ejV+//13bNq06U8JvbS0FK2trVBRUcGhQ4cQGRmJwcFBlJWV
QVVVFdu3b6dv/tzcXLx9+3ZmW1sbCgoKoKOjA319/XmcnJzQ1dVFe3s7kpKSEB4ePtvKygop
KSkIDw+Hu7s7FBQUYGJigpycHLx+/Xp6b2/vXOpE3t3djYGBAdTW1tLEFBwc/AdCP3XqFK5f
v46IiAjExcXh5MmTEBMTQ3Jy8l9W6JSI8WdCt7e3h42NDa00pwhdUVERhoaGf4vQKyoqcOXK
FVRVVe3Q1dXFq1ev/m1Cj4qKApPJhKenJ3x9fen76nsjG4rQNTQ0/iWhm5ub09oUMzMzOinw
zwidUu3/3Pr88OEDYmJiICoqCnl5efj5+aGysvKX5jIVFRWIjo6mO4UUDA0NYWZmhjt37sDU
1BRjY2OoqqpCSUnJL930/hVKS0tRU1OD0tJS+Pn5wdXV9W9V6hSh5+bmQl1dHb6+vvD29oaX
lxeNgIAA2Nrats+fP59cuXKFzJkzhyxevJhMmzaNU0pKCoSQOaqqquzUGm9AQIAuAGJoaEhC
Q0PBxcXlC4Boa2uTysrKVZcvX8ahQ4dKWAXIu1evXsHPzw/+/v709+7h4QFnZ2c6cTEqKor9
27dvnISQlS0tLTsMDQ3nX7t2DZ2dnXB1dcXjx48hJycHV1dXeHl5obi4mK7ovb29sXr1ahw/
fhxRUVEoKSlBfX09+vv70dnZib1798LCwgI2NjYoLy+nxX+UoyIhZEdsbOyKgwcPIi4uDqmp
qQgMDER4eDgaGxvXxMXF7YiPj9+Rk5Mzy9zcHD09PWhtbYWhoSGKiopw5swZOoaaInRubm6I
iYnh1atXEBERwf379//vEjo3Nze4ubmxadMmHDly5CwbGxtZt24defXqlVRycjIeP34MLi4u
HDhwQJNlDPJVQ0PjMBV9FxERoXrw4MH4TZs2xevo6Hjx8vKO8/DwwLdv36CmpoYTJ07cVFFR
YVhbWz/csGEDwsLCMDg4iJaWlrMSEhKMjRs3Mi5cuHCTEiHcv39/+5UrV+oPHjzYDIBhYWHB
6OzsXJGVlYXa2trxHh4eWmvWrGGcOHGCsW7dOp27d+/m+vv7i3l4eMDd3R0eHh5wcnKCn58f
qqqq0NjYiOrqajQ1NdEK4vj4eMUtW7Yw+Pj4GMLCwgwJCQlGTEzMDUo9fu3aNezatQsAICsr
i/z8fKSkpCApKQlpaWl0TCJLlEKjra1tH2XaIi8vn9Hb27uMEny5uroiPz8fBgYGiImJASEE
3d3dZ/Lz8xm1tbV7WYpSRmFhISMrK+u0n58fld0uwcPDk7Rz587Ybdu2eV68eLEwNDRUghCy
U09PT+/UqVMMV1fXa35+fuslJSUZoqKiDCMjozUVFRWQk5PD3bt35SQkJBgvX768HRERgays
LKSkpGBgYEA4KSmJoayszHjw4AFDS0uLERMTI56YmIi4uDhqTQU5OTmgTHuow0ZOTs6k6Oho
FRUVFYauri7D1dWVcfPmTYaMjAwjIyNDvqGhAX5+fkhMTFTas2cPw9XVldHd3T3D3d19nJ2d
XfyhQ4fsN27cyNixYwdjw4YNDCcnp3vW1tZYuHDhTQCMnTt3MlJTU/krKirQ3d294fHjx0bH
jh1jxMfHGw8MDMwrLy/Hs2fPcPTo0U36+voMKysrhqqq6uKEhAR0dHSguLh4/pMnT0y4uLga
ODk5GaamplMGBgbg5eVlymAwqphMplJOTg7Cw8Ph4+Oz9PHjxwwLCwv9vLy8I+3t7XN7e3uX
U2TO2veljVF6enomBQQE6K5Zs4bBw8PD4ObmNuHi4jI4ffo0Q0JCQjciIkI4NTUVfHx8uHLl
inBWVhbjzZs316mVytLSUvj6+h4UEBBgAGDIysoyGhsbeUNDQxEbG4ugoCDo6OgsdXR0ZDg7
OzNGR0c5W1tb0dfXB0VFxSmKiooMbW1tBj8//0lTU1OEhYXh7Nmz1zk5ORmbNm1iBAYGMqSk
pBgAGEePHmXY2NhMbGtrW3/+/PkX586dI1euXAmsra292N3djejo6HXq6uqMnTt3Mm7evMlj
YGCA5ORkPHv2TJKDg4Ohra2tGBoaOo5yVrOzs0NMTAxGR0d/MLEZHh5GZmbmLR0dHYaAgABj
/vz5jC1btjD27NnDuHTpklZZWdmD/v5+REREzLSysmLcvHmT4ePjw7C3t5/1ryr0/5bQKaFW
WFgYGAzGD4T+7NkzmJubQ0JCAo8ePcLAwACqq6v/Y0L/XoFeWloKJpP5t+bpFKFTnvqUyvxn
b/q8vLwr3t7ejIKCgnKWrSl58OABp5CQEAoLC2kyfvfuHdfZs2f7AJDk5GSvjIwMzJ0714UK
qSopKVl19+5d2sv9woULTUpKSpCWlqaLgRcvXsDJyQlOTk5wdHSEj4/P8kePHpXKycmNPH78
eEhSUpKcOnWq4/bt2xt6e3sRGBgINTU15du3bzO8vLwYoaGhPKWlpZSoc5ynp+e+NWvWME6d
OsV49erV0srKSrx+/RqDg4Po6OjYdPToUR0hISFDVVVV3fb29uMVFRWIj49HWlraeC8vL5Mb
N24QMTGxAUFBwTVxcXFIT0/Hy5cvkZycvFddXf3dmTNnyKlTp8iTJ0+q/P39Zw8ODk7u7++H
k5PT3OfPnztxcXHZaWhoMBISEiZnZGQgJiZGed++fYwDBw4YyMjIvLh16xZDUVHx4v9ZQpeW
loa0tDTu3bsHaWnp85MmTSL79+8nvb29Ur29vVBVVcWiRYuwbds2TVbaTW5jY+Oyzs5OFBUV
We/Zs4dMnDiRdoDbvXt3eERExOzR0dG9t2/fLpgyZQrZvn07Wbx4MVm5cqVVaGgoNDU1ce7c
udylS5eSzZs3k99++43Y2treIoSsoKxUp0+fTubMmUOWLFlCAgIC+kpKSqYHBQWN09LS6vvt
t9/I5MmTyaRJk8js2bOJvb29EbWzbmtrSyvm/f39ERgY+IPLVExMDGxsbMpnzZpFJk2aRObO
nUtWr15NdHV1Uzo7O1FbWztOQEDg+YoVK+oAtJw/f74gPz9fMysra0p8fDwSEhKQnJyM8PBw
mJqa0rM4U1NTuLu77+bl5aUSzqQlJCQgIiKCCxcuwNraGgUFBbCysoKlpSXOnj2LzZs3M9et
W0eOHj36MSMjo1xERISsW7eO3Lx5k+Tl5fHKyclBSkrKlY2NjW6vzZgxg6SlpdkEBwff5uHh
ITNmzCD8/PzEyMhocNasWWTatGnk/v37DV1dXfsvXbpUsHz5crJp0yayefNm4unpqVlaWoqC
goL9wsLCZP78+WTq1KlkyZIlZOHCheTw4cOdp06dAi8vL3h5eXHgwAGIi4vDxMQEhoaGtGre
2tr6N2lpaTJ//nzCwcFBtm/fTubOnUvmzZtHTp8+TcbGxlY+ffrUg4uLi6xfv54sX76cBAcH
Z2dmZmpOmzaNzJgxg8yePZvMmDGDsMJWiJ2d3cNVq1bFUO5QhYWF5dXV1et6e3t5bt++TaZP
n04uXrxIhoaGjra0tEBVVdWenZ19ZOHChWT+/PnkwIEDjSEhIUsJITONjY3Lly5dSvbs2UN+
++03cv369ZQPHz7oiYqKjk2YMIHs3LmTeHl56SYmJkJfX7+Kg4ODHDlyhGRlZd3PyclBX18f
bc/a3t6O8vJyeke8s7Nzqo+Pz+jkyZPJrFmzyNq1a8mOHTvI3Llzyfr160lSUpJKfn7+vFOn
TuVNmzaNLF68mFy9epW0tLQc+vr165SOjg6uY8eOfZ43bx7Zt28fWbBgAREWFib29vY8KSkp
UwMDAx25ublHly1bRlauXEmMjIz66urqUFtbe+rMmTP1ixcvJtu2bSNsbGzE0NAwJjIyEpKS
kmnU/eLm5ka7F3JycpKCggJBe3v7FirxcMqUKURJSYkMDg6uCwkJOUCl0PHy8o6ampoiIiJC
4NChQ2TixIlETU2NREdHT/yecGJiYjA8PPzDQ+7Dhw8wMzMjCxYsIDNnziSrV68mGzZsINR3
HR4eHvjly5c5ioqKlWvWrCFcXFxk0aJFRFJSMj8lJWVhUlISEhMTfwBVldXU1NDV2/9ThC4p
KQk1NbV/jNApcVhJScnfqtSdnJxQU1ODhIQEODg4/JA++H0KYUFBAcLCwpCZmek4adIkws3N
TeTk5DhFRETw4sULjI6Oor29Hbq6uhYsx8Lijx8/QkBAAFu2bPGhKvSKiopVt2/fhqCgYAmr
+9okJiaGS5cu4fz58xAWFkZCQgIqKipQWFiIwsJCdHZ2bldTU/tBJL1+/Xri7Oz8e3d39yJt
be0SDg4OsmXLFrJ48WIiJCQ0Ojg4uJLFN4vs7e3rJ02aRGbMmEFsbW1rc3Nzp6alpVGCRjUq
pXHhwoVEX1//mZOTE0pLSxEdHR1FmdpwcHAQHh6enuzs7K0BAQEwMTGZIigoGASAzJs37/P0
6dMp+9z8vLw8REZGruHn56+eO3cuWb58Odm6dStRU1MLYHUhS2bMmEGmTZtGduzYQbi4uAgH
BweJjo4+83+S0L+fSUVERNyl2uptbW1SbW1tUFVVxcqVK7Fnzx5NAERSUjKbELKIELL+8uXL
HwAQW1tb35qaGk8q2jMkJETK29s7jPLADgkJMZ83b17rpEmTSGRkpIKuru4OSmB3+/ZtQgnx
UlJS9klKSmbt3r2bNDQ00L66z58/ryKETImOjkZMTMz+8+fPkyVLlpDJkyeT/fv3Vz569Ii2
or1//z49E25qasLQ0NAPX8jIyAj6+vpWHjlyhA5P4eTk/DA4OLi+tbUVDg4O/qyktc+7du3q
nDVrFjlz5gwpLi7eUFJSgry8PHqWbGZmBn19ffrh4OzsvJ/ajZaTk0tsaWlZXFxcTCsz6+vr
kZKSAhEREezatQvHjh2zZIUZEEII2b59O+Wx3PTx40eejx8/4tOnT7uXL1/+fuXKlWTSpElE
UFCQ5ObmchoZGeHChQu5LI9mMjY2RqZPn07Y2dlJdXX1y/T0dCsA5PLly8Te3p5KEyNfv37d
7+zs7E894H19fcmsWbMI6+dYpKSk0MKjiIgIJCQkICoqCsHBwfSOcHJyMruNjQ2T9TOai4qK
VI8fP97L8pUPqq2tlWI5NxFnZ2cCgJw+fZr4+vr2AyA3b94M2bJlC2FnZyc6Ojql8vLy9UVF
RRcdHBx8qA6RpKQkuXz5MjE1Nd0pKyurzNquUBoeHuZyc3Pbxc7O/nbOnDnk6tWrKceOHfsC
gOjp6Rm1tbXJLVq0iMybN4/4+/uTyZMnEwDk9evXzwMCAtyph5C6urpDU1PTTirhb/Xq1YnU
VgUhBJ8+fcLg4CA6Ozvpa6e3txdtbW1oaWk5vmPHDjJv3jxiZmZ2PTs7W5r1c3L6+/vXmJiY
NLE8rsmVK1cIABIYGNjy5s2bOS9evAhkpf7lEkLMRURE3rAsipcmJCTs4OTkJJycnD0yMjLm
1MMyPDx887Vr1xJY+pZ0d3d38zlz5pBZs2YRf3//E319fdvY2dk/7Nu3jxBCCJPJJCyr4GxC
yKaQkBB3RUVFkp+fT6ZPn04WLlxI4uLizoyNjc2WlZUtp8KEfH19ec3Nze9SnxGTybR78+bN
+NraWtTW1tKdLmp2TuH9+/coKSnRmjdvHmFjYyPJyckJQUFBxSxHwtHOzs6pzs7OTABk+fLl
sUlJSVb79+8n48aNI8bGxq7Pnz//g/Oauro6oqOj8fHjR4yOjoJyE6RACMGrV6/2CAoKqioq
KiqHh4crNDY2zvjVbJvyMPi55f59ha6hoYEvX77g9evXqKqqAvWe/xs0NzejpqYGoaGh8PDw
+LcInbLLpQSgv/LLr6qqQkNDAwoKCpjTp08nixYtIgcPHuTctGkTYmNjQQhBa2vr3dmzZ5PZ
s2eTlpYWkc7OTsjJyWH//v00oUdHR69auHAhVq9eXcIi/iYzMzNoa2tDW1sbjx49grOzM7q7
u2mPhIGBAXh7ez9ctWoVOXz4MJk2bRq5cOGCFasz4Mny+2h2cHAwP3ny5BtWmJNXREQEUlNT
J0RHR6tQttzCwsJfo6KiQAVkjY6OTnR1dW2krr9bt2696unpWfD27VsUFxdrSEpKfs7LyyPX
rl0jAEhmZmb606dPsX379j0zZswgy5cv75OUlDxga2t7a+HChWTp0qUkKSlpi7CwsMWMGTOI
h4eHj7KyMve2bdsaAfQ6OjrC1tZ2HQCyYcMGQgihrXJjY2OvUfnz/6cInXpgEUKmhIeHv6be
XEREhFRkZCSEhYUxYcIEcHFxabKzs5OVK1cqu7m5ITY2Vn7hwoVkwYIFJCQkZMP79+9x/fr1
FgDEyMjITExMLA0AycvLe1RaWgppaekwFjmTiIiIZgBkzpw5ZNOmTeTYsWPk4sWL5OHDh/M/
f/48icFg1G7atImu+h0dHct6enqm6enpQUJCYv2hQ4eIvr4+mTJlCtm6dWvl6tWrMXv2bMyb
Nw/z5s3DjBkzsGTJErx69Qrl5eX0ST0vLw/FxcVISEjYOW/ePCIhIUFmz55Nli1b1m9ra4uY
mJjZVOXOx8fH8/Dhw8mXLl1qYh1SIkZGRlBXV4f6+nrU1NSgvLz8B2e8z58//y4lJfWGEhYm
Jyfz+vn54fz581BQUEBzczPi4+NpwUhoaKg1VTFZW1uT8ePHk6lTpxJpaWmzp0+fws/PD5aW
lszp06eThw8fkrlz5xIxMTGSnJy82dTUFE+fPs0DQO7fv0+MjIzIlClTyKFDh8jIyMjFp0+f
VrCCEsiRI0fI/Pnz2zQ1NdsJIVsMDAxcKII3NjYm7OzsZO7cuV9fv369gRCC0dFRGtQu98GD
B3Hx4kVcvHgR/Pz8EBYW3snqRHR/+fLlroiISCUAkpub22Nra1vNioIlR48eJStWrCCHDx+u
qK2tFYuJiSkLDQ2VYeWIE0LIo4qKill1dXVISkpKnzhxIpk/f/7XCxcutAP4sHnz5o8aGhr1
AIibm1t+S0sLNm/erM4S9rweGhpCWFjY/QkTJhAuLq72mJiYjsmTJ5Nly5YRdnb2jhkzZrRf
uXKlq76+/nZZWRl96NyyZYu5vLx8IDs7O5kwYQLh5uZO4uTkxPbt22lf7tbWVvT3939/Q7MP
Dg5ibGyM9+LFi2TatGkkNDRUyNPTE9zc3GTTpk0v+/v7H1IBG8ePHycXLlwgU6dOJYaGhtnW
1tbYs2fP8Pjx40lVVdXVz58/w8HBwRYAyc/PD/H09IwBQDQ1NZPevHkDERGRh9bW1lqysrK7
qCz4yspKyeLiYlAHYTExsYgLFy6AjY2tn4ODg1y9epVs2rSJjB8/nmzYsOFuSkoKXr169VhY
WJgsX76cjBs3juzbt48kJCRcffLkCS5dumQ2YcIE6uBM7t2710A9UF++fGn59evXcW1tbWhr
a6MdDr98+YJv3759L6jFhw8fVmzevJlwcHCQlpaWuxkZGZoAyMWLFxvKy8uF9+/fT9jY2MjN
mzevBwcH48GDB/YAyIQJE5wmTJiAnwEAly5dgp+fH+zs7OjuGwUnJ6cZpqam/Tdu3CCHDx8m
u3fvJpKSkut/jnAWFhaGhIQETExMfgi2oWBkZMQuJSW11MDAYEtNTY1BYWGhbWlpKdt/qnT/
GXV1dUhMTIS9vT1cXFzg6ur6p7C2tkZubi56e3vp9Ls/c6arrq5Gbm4uc9y4ceTEiRPE0tKS
08PDA/X19RgaGjp9+fJlAoCkpqaWvnv3Di0tLUujo6PHL1iwwIN1+CWZmZlrd+/ejQ0bNuSy
YpSbKB0O6x6Hj48PkpKSEBMTg+joaBQXF6+7efNm08aNG4mXlxeZPn064eLieq6npwdxcXEq
rMW3tLQUsbGxjSyv/XoeHh4ICwtDVlb28qpVq8j06dPJb7/99rmwsFC/sLAQzs7OCAwMxOPH
j2sXLVpEWK+HZGVl7WPdg2fV1NS+rFy5krCxsZHx48eTgoKCsqqqKlhYWKxjab/y6uvrYWZm
NmPTpk0EAGloaCB79+5t4eLiIr29vXyrV6/GuHHjTBYvXkxUVVUv3LhxY9rvv/9Opk6dSqik
u0mTJhEVFZXb/f39GBgY+L9F6PX19SgvL0dFRcUUFxcXP1YwAMnIyLgaEhICTU1NSElJ4ezZ
sw/GjRtHBAQEXhUXF097/vy50OzZswkHBwcxNzc/y5p/h1EhJ1T+dX5+vuzg4CDU1dWjWFF7
xMXFhapE2z5+/Hizr69PR0dHZ6e3tzfq6+tx9+7d7JkzZ5J58+aRiRMnktWrV5OTJ0/OiIiI
gKKiogYXFxfJyMgg48aNIwsXLqw4fvw4bt++DXFxcVBhBjdv3oSdnR3c3NxokZydnR0SExOh
qamZvmDBApKXl0dmzJhBdu7cOWBkZISMjAxXAGTRokXk2rVrE6WkpLBz584CKmyluroaqamp
SE1NpVWnlEUupUhVU1Ozo1pD6urqq62srAAAT548QX9/PwoKCq4qKytLsNK1TDg5OQlFfkuX
LiVTp04lfHx8rnp6eggICAAAn0OHDpHGxkYCgFy6dCnOx8dnhrq6OmRkZHJmzZpFhISESgQE
BMj48ePJ4cOHSU1Nze0HDx7Usg4inTo6OoeOHz8OAwMDZGdno7m5ecXJkyfbvm+bzZs370td
XR3Pp0+fMDAwQOPdu3fw9fX9wTrT3NwcPj4+wtR4gaqCWQ+Q156enlmsRLKi6upq88bGRlMV
FRWOV69egRAyITMz05E6OL5+/ZqRlpaGmpoaZGRkJLCyiPuLi4tx7tw5C6qamD9/PhESEtKu
r68fd/ny5YescIbEkZER+Pr67qT80yMiIqjTPVFSUmJ3dXVFXFwccnNzERQUlLpr1y5y/vx5
AuAbgG8iIiJk/vz5ZNasWQnTp0/HpEmTQP2joKAAQgh6enqo9axxRUVFiImJOUxV6G5uboKn
Tp2aMGPGDCItLR06PDz8YO3atWT27Nnk1q1b4WJiYpaOjo56jY2Nompqali0aFHLpEmTiL+/
v3xJSQl8fX1vzp07l7S0tNxzdXXNYR2IQ5qbm2FkZITq6mpMnTp1LQCyceNG8v79e/m3b99C
VVWVyjvwHjduHAAMnDx5ksjIyBDKK/3cuXNSBQUFu6jVpfDwcLJt2zZy7NgxMjY2xr9//37s
3LnTTlxcnOzevZuws7OTnTt3EklJSQKAmJmZHa2urkZKSgqNzMxMhIWFwcPDgzZ5CQgIwMuX
L1du3bqVzJ07l3R2dhoUFxebskIuKj09PaWWLVtG2NjYiKOj4/1z585h48aNl1nXjAP+4p8D
Bw7g8uXLf8ilPnbs2AQFBYUzVlZWhufOnWsREhIKc3Bw+O1XPutUtKm5uTnMzMx+gL29/TFF
RUVy+PBh8ttvv5GdO3e+uXDhwrhTp07hn8DJkydx4sQJeHl5ISEh4ZdJdhRCQkKQn5+PyspK
FBYW/qXVbGVlJbKzs5ns7OyEm5ubnDp1apGNjQ1GR0fBYDDiWWFDmazkO1ktLa2vDg4O8rKy
snasYCZSWVkJQgiOHz/eyrqf3hgbG0NNTQ1qamqU1z2EhYUhKiqKa9eu4c6dO2tmzJhBDAwM
iLu7O9UJ0pKXlwf1LDMxMQkeGRlBfn5+M+s7rrtz5w5evXqFJ0+eeK9atapHQkIigxXeFB0W
FobQ0FBUVVWBm5u7V1RUtOTIkSMt7OzspLCwkPv9+/frxMTEulh/njx79oyMGzfuQ2FhoTIh
hC0zM1OX1VkeIIQs1dLSAgcHB5k8efJASUlJ45o1a8iaNWtIQUHBFQEBAaxfv15n/PjxZNWq
Vap3797F0aNHya1bt4iWlhaRkpIic+bMIWvXrn3f2dm55P3793/YrvifJvTGxkbk5eVBW1t7
hpiYWDgAMm3aNMJgMB74+fmNb2lpASGEmyKIXbt2EV9f35U9PT0H9+/fTyX1nDE0NNxAVSZ+
fn5+V69eraWSrhITE5c/ePCgEgCJiorStbGxuc86OEQpKSnBwsJCjZeXN7ygoOCssLAwc82a
NX0+Pj6ktbWVTJs2jQAgDAZjQWFh4ZwtW7Z8VVNTIyUlJYSNjY1MmTKl1szMbA4hZCJFQiMj
I+jp6YG1tTUMDQ3ppBw9Pb2JMTExkuvXr3/LWtsgrJntUGJi4pyOjg5Xipi8vb23tre3z1m+
fHkVq0UrTa3Hubm5wcvLCzY2NlBXV6dbVBoaGnBwcFhz6dKlT6ywh6wXL14ozZw5c46Ghsaq
3NxcPyoyNjMz84SJiYnMlClTyOHDh8ng4CB5+vQpYY01tIuLi5GYmGgLoFNKSopOBOPm5k4T
EBDgYJmCFE+aNInU1NT8TgiR5+LiIhs3biQ9PT3cSkpK51it7uSHDx9CQ0PD8vDhw6mBgYHL
x8bGft+3b18nqwojXFxcZPr06Z8yMjKWNzU1/TAPLCkpoQnte59sQgiHoqLiOTY2ttNXrlw5
z8vL2wWApKWlMcvKyuRY7f4KIyOjSYqKihwyMjLe58+fn+bj4wMGg7GTmvE2NjYqsFzypllY
WGSwiP5TZmZmyMKFC9uXLFlCtLW1yfTp04mQkJAyywkrmHW4IX19fTt8fHzOsPb7CyorK/k4
ODjI9OnTSU5OTnxGRkawtbW1cV5eHpudnV3OvHnziIyMDF0BBAUFEXZ2drJhw4YMV1fXydSh
xdTUFIGBgWhvb8fr16/pbO2qqqrxiYmJ91asWEHGjx9PoqKiZI2MjFZNmDCBbNu2rbS8vHz9
2rVrC6dOnUrU1dWPGBkZISQk5H5paan6rVu3MH/+/OZp06YRXV3dF4KCgnMEBASapk+fTsrK
ygRcXV0bWDqVruzs7L1WVlbrkpKSwt3d3e/v3r2bsLGxEVFRUS1paek5u3fvJgC+2djYWNy7
d28KgCFZWVlCCCEJCQkEAHn8+LFSQ0MDL3UYyMrKIpMmTSLLly8npqamN6ysrNgPHTrkpays
TMzNzQkAcuXKFToF8cqVKy/19PTGU2Emjx49wuPHj+Hk5ISAgACa0IOCgmBvb8/FyclJ5s6d
S/Lz83WDg4NNx40bR4SFhUdGR0c33rhxIx0AUVVVLXV1deXj5+cvZn2HIQICArh06dIfwM/P
j3PnzuHs2bN/wPnz53Hy5Ml5y5Yt6548eTLR1NR8lZeXN/vnffXw8HDExcWhoaGBFsZ+jzdv
3swyNDQMpu77ffv2NZw6dQpHjhz5R3Do0CEcPHgQSUlJeP369R9Ebt+jsrISxcXFf1mZf0/o
WVlZQbNmzSJTpkwhz58/P5yWloawsDD/mTNnUmlkBQ8ePAjk4eEhAEhQUJBre3v7Wmq0Z2Vl
FZ2ZmZnHijkm2dnZSpmZmUhOTkZOTg7s7e1x7do13Lx5E5KSknjw4MFUQUHBQFbyIFFXVyes
ffamrKysE7dv325jjeFiJCQk5jx48KCN1aVhxsTEXFBTU8vk5OQkJ06cyFNTU7sCgGzdurWr
v79/V3l5+QZlZeX4hQsXEmtr6/uysrKRrKIv6u3bt1v279//HgCJjIwk169fJwA+MhgMnZqa
mhnx8fFNEyZMIDNnziSGhoZd8vLyYay0xKrCwsJJT58+rWRnZye8vLwiTCZzDT8/f/PcuXNJ
WFiYhLa29hoA5Pbt24QQQoqKiqgEP9LU1LS8r68Pra2tNP7nCf3Lly8zP378yK6jo7OAitKj
Kuny8vLl7e3tYDKZb6ZOnUrmz59PlixZQo4fP74yLy/vIDUvpgxTWA8R8vHjx515eXlaVO4u
5Uh08ODBD42NjZMdHBy4du3aRf2dzzNmzCAMBuPtyZMnz1MCsIULF5Ldu3eTSZMmEUNDQ18P
Dw9eISGhUQBk5cqVZPPmzdTf/youLv4uKSnpACV8Cw4Ohq+vLyQkJHD58mWIiYlBTEwMUlJS
PFQc6sSJEwk1PwXwTVRUdLSvr++amppaOqtK/GJgYPCZmu/HxsZu8PLygqenJ50dHRYWRnsv
V1ZWgqXKRmxsrAGAVlZLkSxduvTzwoUL6c9IQkIid3BwkPPKlSsJ1E7omzdvCPV5iYiIJKSl
peVS38eKFSsIFxcXXQmvXbu2ICEhwZOKoZSUlEy/ceOGAOVprq+vr+bt7b2FOmDNmDHj8/jx
44m2tjaprq4+QBlSaGlp0Q9y1ncer6OjA1VVVRqKioowNjbG93PU6upqtLa2wt7ennLJs1y8
eDFhRTame3l5nZCQkPhBOLN//37Cx8c3T0VFBefOnRuhft3ExCR5aGiIvb6+XvbSpUtkzpw5
hIODg6xevZps27aNeHp6dlAzM1lZWdLS0jLl/v378pMnTyYTJ04kV69e/bRp06ZvrJ/1rKur
C05OTnGTJ08mkydPJkuXLiXi4uJtRUVFyhs2bKD1GitXriQyMjJ0ROyqVatIU1PTY2rPPi8v
DzExMSgoKEBLSwtYwjR8+fJlkr+/fyz1+l1dXYPc3NyqKcGin5/fI11dXb8JEyaQhQsXElFR
0c9Lly4lV69e7TUwMICgoGADFddItRYvXLhAKisrfy8pKeHZuXMnTaxbtmwhs2bNIh8/fjQO
Cwu7TR1uKdy/f598+PBhsrW1dQLVFaqsrKRbh6tXryZPnz79/dq1a3m//fYbmTJlCtm0aROZ
Pn062b17d39UVNTtvXv3EjY2NsJgMMiaNWuIsrIy2bZtGy1WPH78+MRDhw7h0KFD2LhxI+2w
Nzw8THdxCCG7nz9/PkB9BsePH7fh4uJyp+6zmpqalLy8PKn169eTiRMnEopwTp06RYaGhu52
dXWBCnqh0NHRgba2NpSVldHhJ9+jv79/iomJSdD3z6uWlpZ1VAeNQmJiInJycugEvw8fPvwA
lgWp63fairqYmBj4+vr+I6DEcCUlJWhsbPxHZvO1tbV4/fo1SktLA6nX/eXLFxPWOi6dW/H9
tbJu3ToSHx+/sKqqCtnZ2VHbt28nVFzp5MmTiZOTU//w8PBc6mAxODgIcXFxcHBwYMuWLdiy
ZQu2bt36nBIjr1u3jlD3/Lhx48jNmzdbLCwsjm3btu399//f3bt3Eysrq8n37t3Tp37N2NjY
LTU19Rj1/AoICCDe3t5U1Crp6uo6qa+v/5y6fgoKCjS1tbWlpk6dSmbOnEnWr19PVqxYQVas
WEFMTU2FzM3N51HPSkpTwMPDQ8rLy58MDAygpaVFTkhIiLCxsZHdu3eT5cuXE2NjY5e3b9+y
RUREuFNplUeOHCErVqwgGzZsIHp6eoUeHh7THRwc8D3+5wn98+fPMz98+MDu7+/PxsvLKwxA
dPz48aK+vr433r17N41lMnJp/vz5onx8fKK8vLyioqKik4KDg4+uXr2arFy5kuzZs8dSVVV1
9Ny5cx6JiYkHKKGMra2tKACxrVu3Rm3cuNFRQEBgS1VVFQghKx4/fizKycn57PHjx2TZsmUK
QUFBv23cuBEAxFRVVV/eunVr7Pz582OOjo4poaGhuH79+knWBVEGQBSAqKKi4itWfCIJDAw8
ZGVlRbuImZubY/Xq1Zg7dy6d+czJybmPepgKCAjkARDdu3ev+5IlSwgA4u7uzpeVlbV49+7d
sbt37ybTpk0jfHx8H9PT04M+fvw493uBBOUb39bW9sODqLe3F729vbhz586yM2fOlPHy8n7e
vn072bNnD7l9+/aIuLi4lL29PfLy8qa4ubllnD9/fkxMTGw0Pj7eQllZeeDw4cNjRkZGMUVF
RW7UgefgwYPi/Pz8wocPH9adNGkS1SXRlpaWLnn06NHY3r17r4qLi/MJCgqOiYqKjunr69sS
QtYbGRmJCgkJdYqJiREfH5/qjx8/zo+MjMTevXvj+Pj47PPz80X9/f2zz5w5MyYhITFmY2OT
aGVlBQsLCxomJiawt7dHRUXFD4ReVlZGPcynhoWFxR44cODjnj17xgQEBCr09PSQmZl5zsDA
YOzRo0eEn58/99mzZ8KRkZFs0tLSkJeXV3v+/PmYrq7uWERERFxnZyd7d3f38sePH189fPiw
6KlTp0RPnDgh+urVqzOEkEUXL14UBSC6b9++G7a2trh79+61OXPmkOnTp5PVq1eTHTt2EAsL
i0FCyMKBgQHk5+ePFxEREQYgMnfuXNHc3Nz92dnZG7S0tFIByNy6dUtUSEhI9NKlS6Jnz54V
BSCnrq6eamJislFPTw8U1NTUkJ2djc7OTjQ0NKChoQHv3r0Dk8mcSl2DxsbGy52dnW/q6uqO
bdy4Ue3ly5fcra2tOy5evGh99OjRbwcPHiTLli2z9PPzO0gIwYkTJ9pZh1IpAFJCQkK3wsLC
xMbGxuZ9/vwZqampfNevXx9ctWoVERISIrdu3XKsr69HZGQk1q9ffwyAOB8fXyY7O7tMWFjY
eZbn9VkAV2bPni3q6Ogoamdnl6GgoDAI4MaSJUtgYmIylYODQ5SNjU3U2dlZdMeOHaKXL1++
+OTJkzXLly+/NnHiRFEHBwdRCQkJ0dDQUNHx48eLAhDduXPnRQkJiXGCgoIQFBTE0aNHwWAw
MDY2RpNuR0cH+vr6DjAYDOvTp0/HTp48WXT58uVbxo8f/7u9vX0rNze3q7W19anKykrcunXr
FIArt27d6nN1dR309/cXbGlpQXt7+w9VEBX6Qpn8/AqfP3+empmZ6cHFxTW2YcOGsYCAANuK
ioqpWVlZ+B7Z2dnIzMykV02/XzPNyMhAQ0PDLkVFRcLGxkYmTZpEHjx48JkQMunjx490lO9/
iw8fPqC3txednZ2/9Jv/T8DaxNhiYWExJiws7N3c3Mzx8uVLbN++/QwA0YkTJ4oCEJWWln4m
JSV1Lzw8/IqlpSWioqLw7t07pKSkiM6dO1cQgOiZM2dEBwYGVlJaoMbGRtTX18Pe3h7a2tow
NDSEkZERDA0NAwAQHh4e4uTk9JGXl1f08uXLHSzB6gcNDQ2oqKhsmjRp0jUhIaEqGRmZHkND
Q1FWsNQaS0vLYBUVFV8jI6NJqampEBcX3wFA9MqVKxLR0dGeJiYmEcXFxQcoe2cBAYGXx44d
s7K1td2poaGBVatWXQYg+uzZM9H79++LLlu27GpGRsYKR0fH9VOmTCHc3NxEW1s7nJubWzQg
IED069evM1tbW9Hd3Y3Q0FB+Nja2mwAkRURERENCQtDc3Ixv377Ne/78ucT27dtFeXh4RA8d
OiTq5uYmGhYWNsXExAQWFhawtLSk8T9P6J8+fcLY2Bi8vb1x9OhRAMD48ePh6uqKoaEhVFZW
wsXFBQsWLMDevXtx+vRpJCUlTfTx8bFgY2MjM2fOJDk5OVcJIbNkZGRgZ2dHxzvq6+sDACQk
JHDp0iUcOXIElZWV+PLlC8TFxbFv3z5UV1dzbNmyBc7OzrSZS2FhIWJjYzm8vLw4CgoKxgcG
BqKtre2AiooK2bt3b8vWrVuxbds2vHv37pyoqOgnOzs74w8fPrBRF3tvby86Ojrg6ekJe3t7
eoYeFBS0RkRE5P3OnTtJcXHx1fv37+P169c7RUVFiZSUFOno6FBISUmBnJwc5OXlOY4dO8Zh
YGDAQaXHUWEUFCjv6O9b0W1tbROGh4d3vnv3bkZiYuIUBQUFjuvXr3MoKipypKSkzJOQkICR
kRFSU1NRXFwMAwMDDgaDMb+yshJpaWlzlJSUOEpKSqYODw/j8uXLjUeOHCE2NjazWlpaEBwc
vPrKlSvEwcHBNzk5GbGxsewFBQUc4uLiyM/PH2dra8vh5ubGERoaivb2dujo6MDa2vq3oKAg
jo8fP04dHBxESEjIeB0dHTx69AgeHh4YGhpi09XV5QgICODo6+ubRb1XCq2trWhsbKRNMyhC
p9LA+vv7UVFRMf7Ro0cckpKSHKGhoXPj4uIQGRmJ5uZmjtraWg5jY+MJDx8+hK+vL8TFxaGv
r4/R0VGOrq4ujo6ODmodDEpKStizZw+OHj2KEydOgMlkghCC33//HQCgoaGBN2/ezNDQ0PBm
dTKIs7OzsLS0NEdZWdnckZERdHd300QQHh6O/fv3IyQkhPIMGA8A169fx7lz5yAoKAg+Pj4A
QGpq6rgXL178YA2qq6uL3NxcdHR0/EDofn5+9IxXV1cXwcHB6Ojo4Dh58iS8vLyQk5MDCQkJ
6OrqcpiYmHBQ5jklJSXbOTg4BlgK3SMODg5wcnKCl5cXRkZGMDg4iNjYWPj7+8+9efMmR0BA
AIeJiQmKiorAZDKxevVq6Ovr4+vXrzMpz+pv377R6XiU73VbW9uEjIyMuQCwadMm6OjogIOD
A9OmTcPz58/Bzc0NYWFhMBgMrFq1Cuzs7HTqmI2NDS5evIgzZ87g4MGDNHbv3o0jR46gtLQU
7969+4FcKbGQiYkJAGDVqlWYP38+CCG/iYmJwdTUFCUlJbhy5QoAICUl5TdCyNzQ0FCUlJSg
ubn5hzZ4Q0MDmpub0dvbi76+PvqQ/D2o1axTp05xnD59mqOgoID2TPgehYWFeP78Oe7evYuH
Dx/+ASoqKr/z8/MneXl5xQUEBMTdv3/fvbOzc/zPSv7/BlTaHhUv/U+grq6OCruZ3draOr69
vf0slQK4adMm7N69m866GBwcpAXQlOr/8+fPaG1tRUpKCqqqqujREiUEzc7OhpaWFp49ewZj
Y2Pqnrh3/vx5cunSJSIjIxPg4OCAmpoaZyEhofd+fn7HXFxcxlM5As7OzpMSExNny8vLIyQk
BEeOHMGHDx8QGxtLx3SLiIgAAERFRVFdXY1Pnz6hrKwMeXl5kJOTg6GhIe7evQtLS0uoq6tj
+fLl9HNAUlISAGBvbw9NTc0qqlCrrq42kZaWhpmZGUZGRkAJOt3d3cHOzg4A4OfnpzM9CCHw
8fHB+vXrsWfPHhw6dAimpqZgMpm0wc33+P8Moc+ePZt2nmpsbFxOtSpZbaoPWVlZ4x49eoS4
uDi0tbX9QOjCwsI4deoUjh8/ThO6hIQEtm/fjsTERGzcuBGurq40oUdFRcHLywvm5uag8pLL
y8tRVlZ2srS09GZCQgJERETQ0tKC+vr6s6Ojo3OoG6e3t5dWJr98+RJMJhOBgYEIDAxESEgI
XFxceJ48eXInISGBVnHb2NhIFxYW7u/p6TkwNjZ2tKamBlJSUtixYwceP36MyspKOl/6Z0L/
BSa0trZyv3//flx8fDyuX78OAQEB3Lp1C/7+/hAXF4exsTEyMjKQlpaGx48f4/Hjx/TOKis+
dFp5eTmsra1nVVVV3R0eHuYaGhqaNTo6+ltJSYl0fHw8goKC4O3tTYdzREREQE9PDyYmJvD1
9UVXVxe0tLSgo6MDOzs7vH79Gv39/Xj58iWUlJQgIyMDJpOJpqYmKCkpwcbGhrad/HleR3nM
d3Z2oq2tjR4xNDc3Y3BwEAUFBZCWlsbly5fh6OiIkJAQREZGIisrC8nJyVBTU4OysjI9BmEw
GKisrKRtbymLx18Rem9vL8zNzeHk5ERtYuyiRj3nzp0jKSkpe7W0tBATE4OhoSE6FW9kZGQm
IYTd29sblpaWyM7ORnh4OABAXFycJvTz588DAEJCQmBhYfG3CV1fXx/+/v7Izc3F4cOH4evr
i7y8PIiJiYFKI2QwGEhNTUV2dnYA1Q2Kjo5u//r1K9LS0uiHz9DQEKKiomBtbQ0hISHY2NhA
W1sbpaWlsLGxwbVr10AIwfDw8KQvX76Ma2howNevX38gdFtbWxQXFyMoKAh/h9AtLCxw7do1
pKWl4d27dxMIIZMo724qRTEkJATd3d3o6+v7gbB6enpACAGDwQAAujPW09ODixcvwsLC4gdC
9/f3x9u3bxEQEIDy8vJfEjqVNvdnJDk6Ooq6ujocOnQIhw8fpnMUfkXoOjo6kJSUhJyc3B/w
8OFDXLp0CYmJicjMzMTTp0/pqNp/gsyp4qaiogJpaWl/eH3/KdLT05GVlYX379+joqICdXV1
KC0thZ6eHtLT0xEZGQk1NTUsWbIEDx48QFBQELKystDb24vIyEiYmJjAy8trd2trq/3IyIhO
e3v7mtbWVrS1taG1tRVjY2MwMjICLy8vbty4gWvXruHq1auoqqoS+vTpk7SUlNR4MzMzEEKm
xcfH8zx79gz6+vq4ceMGfV94enri7t27CAoKwrFjx9DQ0ABvb29oamoiKSkJQkJCAICrV6+i
uLgY9fX1tBGYkpISnjx5AnFxcdja2kJJSQmzZs0CACgrK0NOTo5OvdTS0uqUk5MjqqqqXd7e
3ntevHgBS0tLDA8Po7OzE729vXQ6JADw8vLC398fTU1NIITA1dUV69evp50ftbW14e7ujmfP
ntH6Kwr/nyH06dOnQ0xMDOHh4fD19Z3o6uoqLicnl2VoaJj14sULCUVFxUnGxsb0ifufJPSX
L1+ipKQE6enpSExMhL+/Py5duoTGxkbqgTuDcvWiKvT29nb4+/vD3d2d3vP08/ODhYUFFBQU
EBcXh6amJoyNjcHExASUy1hXV9eUt2/f4vHjx+Dm5v5PCB3t7e0YHh5GdHQ0xMXF/21C9/f3
h7KyMnp6elBZWQljY2Okp6fT8ZudnZ20qU1ISMj/a4ROWdxSph91dXX/rxC6l5cXuru78enT
JxBCMDAwsMvPz2+6srKydGFhYVZERIS2r6/vFCsrK0RGRtKETuHbt2/0ytP/vwhdUlISycnJ
qKurQ15e3ryGhoZ0YWHhp8+ePVtSW1uL2NhYWFpa/ktCt7Ozw+XLlzE8PExXrlVVVf8IoU+c
OBFOTk5obm7Gu3fv0NvbO6e9vX3t2NgYpbPB169f8fnzZ3rU9CtC19TU/McInbpe+/r6fomx
sTHU1tZi06ZN2LdvH9LT0/+U0A0MDGhvip/x+PFjCAgIICIiAvHx8Xjy5AlNAv9EZT4yMoLa
2lpkZ2ejoKCANmj5b1FQUICKiopN8fHxjba2tloWFhbszs7OCAgImObu7m6oqKjYtGPHjpY5
c+Y0nzx50vPOnTtwcHDAp0+fxoWFhe1YuXKlPYBudnZ2snv3buLj47O2sbERxcXFKC4uRnl5
OdLT06GiogJxcXFISkpCQkICaWlpGBgYgKKiIszMzPDu3TskJibC29sbTCYTKioqmD17Np3l
8OzZMwQHB2PHjh1oa2tDeHg4xMXF4eHhgYsXL9L3Y1FREQYGBpCRkYGnT5+Cl5eXzoI3NzfH
8+fPceDAAcyaNYsOFGtubqYS0ZaVlZWtKikpme/g4ABra2swmUw6xruiogKOjo44cuQIjIyM
ICkpCWdnZ5SUlNAJbRs3bsTZs2chKCgIX19fREVF0e/pe/yfInQqvxoA7OzsMDIyQhP6jBkz
ICwsjMDAQDCZTISEhMDAwAB+fn4ICgqCmpoa9PX1kZeXh5aWlj8l9Kqqqv8nCB3/FKH39PSg
t7cXioqK4OHh+ccJ/caNG9DX10dmZub/o4Te3d39jxA6lVjV19dH+96/efPmHyP06upqOoBD
QUHhB0L39PSkXcna2towPDyM1NRUWFhY4Nu3bygoKKA9waOiov6U0K2trZGRkYGIiIh/nNAN
DAz+ktCphMGysjLk5uaCEAIZGRno6+ujsbERcXFx/zihU17iALBixQpoa2tjwYIFf0nobm5u
+Pz5M3p7e385r+3u7v7Bqe3vEPqLFy9QXl4OMTGxf4vQf77PfoW2tjY0NjZCV1cXp0+fRmJi
IvLz8/8wIy8sLISWlhbu3Lnzl4QeGRmJyMhIyMnJ/SOETlXmGRkZCAkJ+UNa3H+DiIgI5OXl
wd7ePozaPFJWVl5z69YtPH78ePu6detogdnBgwcJGxsbuXfvXmBYWBjb0NAQZGRkPgAggoKC
tJGKsrJyYVdX1yxKEJqbm4vm5maEh4dDQECAXgnOzs5Geno61NTU6Gjhnp4eDA0N4du3b3B0
dMT169ehra2NoKAgREVFobKyEo8fP6bz1Pft2wcbGxukpaXhwIED4OPjQ1tbG6Kjo7F7927M
mTMHp0+fRnBwMPj4+GBtbY26ujr4+/vj4sWLcHd3h4ODA/3sKCsrQ3R0NJKSksAysKH28ZGZ
mQkXFxdYW1vTpjspKSl4+vQpYmJi0NvbC0FBQRw7dgzm5uZ0FntfX98P67vfCUD/51Xu+PDh
A912mDp1KrZu3YrAwED09PSgvLwcrq6uPxC6v78//P39oaGhAWdnZzoy788I/fLly9i/fz8O
HDiAyspKfP78+X+a0Pv7+yErKwtOTk6oq6ujvr4efX19P8zK/4rM/4zQAwMDISIiAlNTU2Rn
ZyMtLQ1KSkr/GKHr6OjAwsICYWFh6O3thYKCAlRVVeHg4PAfEXphYSHKy8tRW1uLnp4eiImJ
4e7du/jw4QMaGxv/a0LPy8vD69evkZ2djaamJqioqGDdunU4fvw4TehDQ0Po7OykP9PExEQY
Gxujv78f6enpcHd3/yWhU3NdHx8fBAYGIicnByEhIX+L0HV0dFBcXIzBwUH6eyWEgMlk0oSu
o6MDNze3f5vQ3717B0lJSRgaGv6B0IeHh2lXsZs3b8LExOQ/IvSCggJER0dj5cqVOH78OBgM
BmbPno3p06f/KaG7urrSP5u6jyhia21t/WXW+L9D6BcuXICNjQ1KS0shISEBAHBzc8PY2Ngv
CZ1aLauqqqJd0/4MDQ0NdHpiUVERbbv6s0uclZUVxMTEICkpCSkpqR8gLS2NkydPIiwsDFlZ
WTAxMaGfIf8NoVPrTlS2+M+V3n+DgIAABAUFbd6yZcswtS1gY2PDyc/PDy4uLu5p06aR1atX
N2VkZCy1trbePG3aNLJlyxbi6Og4obq6Wg3A5wMHDpDOzs4do6OjKosWLRrj4OAgVVVVEixV
OCixYmVlJWJjY5GQkICEhATU1dXByckJcnJyYDKZ8PDwQHd397Surq6pnz59gqGhIa5evYrz
589DR0cHDg4OaG1tRWFhIZ49e4YHDx7g1KlTMDY2puf4cnJyEBMTAx8fH3bv3o0VK1bgwYMH
yM/Ph7u7O22k4+joiDNnzsDFxQV2dnZISEigNyD8/PxQWlqKyspKZGRkoKKiAkNDQ8jOzoan
pydsbGwQGBgIQghiYmKgoaFBB0CtWbMGfHx8ePbsGZycnH6Zg/5/Jg/9w4cPeP/+PeLi4vDg
wQO4ubnRjlD19fVoaGiAtbU1Jk6cCBERkX+b0AcGBqCrqwsAuHjxIh4+fAhxcXHk5eXhy5cv
EBUVxbp165CUlPS3Cd3Pzw+nTp1CY2MjsrOz6RMitfw/PDyMnp6e/5jQ29raoKOjg5s3b9Jt
pu+jQ7Ozs5GXl0c/+H5Wuv9M6IKCgpCQkICLiwuuXbuGuro6OrNXVVWVTtz6TwldSEgIsbGx
eP78Od2OKioqQmxsLJycnGBkZISWlhb09fX924ROVea1tbWoqalBd3c3Tejv3r2jxSYss5y/
Reiampqorq5GeXk5GhsboaKigt9//x3W1tZ48OABNmzYgD179sDNzY2eg/0dQu/t7cXg4CDe
vXsHCQkJ3L9/H6Ojo3TLnRLD/TsVelRUFPLy8mgjoZKSEgQHB2P//v10yz0zMxN5eXnYvn07
PDw8kJ+f/28RelNTE6Kjo2FiYkJHhObm5kJWVhbc3NwIDw/HkydPUFxcDEtLSwgICNCxpd8T
upKSEgCAnZ0dNjY2iI+PR3l5OWJiYmitxZw5c+g4Ysq1618ROuWSFR8fj4aGhj9U6RSp/xmh
9/f3g4+Pj04bXL9+PQ4dOoScnBz09vbC19cXZWVlf6jQq6qq6L3sPwNlz1pVVYXm5mZUVVX9
8s/V1taitLQU7u7udCLj9/D19YWqqipCQ0Px/v17DA4O/qmy/u9geHgYeXl5iIqK+oNP/X8K
Kkeirq4O8vLy3pSG6fLly8TOzo5TQUEBysrK23l4eMi0adN6N2zYsMDExGTHkiVLiIiICDEx
MYGAgIA3AOLs7Ew6OjpmamtrY+vWrUUAiJ2dXWd1dTUdwpSUlIT8/Hy0trbSnZHXr1+DyWRC
VVUVkZGR8PPzQ319/bi3b99Of//+PfT19XH16lVcuXIFz58/h6urK+rq6pCTkwN9fX0oKiri
5MmTMDU1pQsCBoOBDRs24Ny5czh27BhWrFiBu3fvIi4uDhkZGaipqUFZWRkcHR3Bx8cHHx8f
2NnZISUlBREREYiOjoafnx+am5vR3NxMH+QGBwdpQreyskJUVBQIIUhMTISamhpSUlJQXV0N
bm5unD9/Hi9evIC3tzcIIRgaGsLw8PAf8D9P6M3Nzairq0Nubi5qamqovWJa9chSRmPGjBnY
t28fgoKC/pLQc3Jy6Bv8+fPnmDZtGq5duwYdHR2aoIaGhhAeHg4JCQkEBgZi/vz5f5vQJSUl
0dTUhKqqKqSmpsLHxwcxMTF06ywiIgK+vr7w8vL6W4ROtXdbW1vp3F1KWEe9b39/f/j6+iI9
PZ0O8vgzQr958yYOHz4MISEh+gLq6+uDgYEB4uLi0NzcjKCgIOTm5sLNzQ0KCgro6+v7twjd
y8uLPjT4+/vD3Nwc165dw9mzZxEXF4ePHz+iv78f5eXlaGpqwsDAAJhMJiQkJOgT9q8InYpO
pcj8zwj9e0WsmJjYXxL6o0eP4O3tDVFRUWhoaKCmpgYpKSkICgqCkZERAEBLSwuEEERFRUFC
QgJubm500ta/S+jfi6ba29uxdOlSLFiwAO/evcPw8DAUFBQgISEBHh4enDhxApcuXfoloRsa
GsLW1haenp60mRDlOhgREQFzc3MAgLGxMT59+oT6+npcunQJISEhyMnJ+bcIvaGhAcnJybRe
hSJMbm5uAKBJa3BwELa2tuDn58fAwMAPhE4IoYVIGzZsgJubGyIjI+nWrIeHB16+fAlHR0dI
S0tDU1MTixYtwoULF6Cjo/NLQu/s7KQSEek4XSr/+ldVC3W/U52CRYsWAQAaGhroCE5FRUV6
lEcIQUtLC8LCwujRDUUY1dXV/5LMWUZEGBsbW93U1ISSkpI/NWspLy9HVVUV3WWgDqLfH0jD
w8MRGRlJv/9/gtAHBwdRUlJCV7f/FKmnp6cjMDDQcPHixWTJkiVkwoQJZM2aNeTYsWNTbW1t
0dbWNtHQ0JA5YcIEMmnSpNFFixZ9/u2330hkZKR4QEAAZsyYYQWAhIaGfi4oKFg+btw4LFu2
rAQAUVJSav7eatfGxgbh4eHIyMignQILCws3mJqaZktISGTb2tpmGxoaZmtoaOi8ePFiWkdH
B/T19SEjI7Pszp07q93c3FYHBgaiuroamZmZMDAwgIqKCvj5+Ve7u7uvJoRMJYTAyMgIhw8f
xpUrV3D69Onlq1evXv3w4UOOV69eIS4uDmVlZaisrERoaCjn2bNnd9rY2IgHBgauSk9PnxAV
FYXIyEjExcWNy8rKkg4NDc329fXNrq2t1SOETCgsLISXlxeSk5OXnz9/fs3Ro0e5zMzMVltb
WyMtLQ1tbW1L9+/fv/ro0aMXlJWVVS0sLHQGBweP/9k1+D9P6NRpjFJgpqWlITc3F+3t7Whu
bkZLSwuGh4cpn12aGH9F6Hp6eqitrUVRURH8/PxgaGiIGzdu4M6dO5CWloa+vj4yMjLoSri5
uRnp6emQkpKCjY0NVqxYAQCIiYn5gdBDQ0NRXFyMtLQ0REVFITU1lW7P9fb2IiQkBMbGxvD0
9ISrqyvtmUw5Wf0VoX/48AGGhoaIj4+nK5Pm5maMjo7Czs4OZ86cQXBwMMLDw/Hy5UsaoaGh
YDKZyMzM/CWpj4yMICIiAqdPn4aioiIiIyPpYImmpiaYmJggNjYW7969Q3d3N16/fo2EhAQ8
efKEVpL/itCTkpIQGRmJ8PBwBAcHIywsDEpKSlBQUMCTJ08gJSWFy5cvIykpiZ5Nv337Ft3d
3Xjz5g2ysrLAZDJx4cIFeHh4oLm5+QdCp9rsdXV1NJn/FaF3dXWhoaEBz549w4kTJ+jW1vdR
rU+ePMGDBw8QHBwMNTU1WFpaIiQkBM7OzvD398fz588BACoqKiCE4Nu3bxgcHERNTQ1ev379
wyHpZ0L38PCAiYkJwsLC0N/fT78uakSyadMmbNiwgRZTvX37Fh0dHTAyMoKcnBx4eHgAAMHB
wbC0tMTz589hYGAAW1tbWt39c8szPDwcGhoaAIBnz57h7du3aGhoQH19PTo7O5GQkIDz58/j
wYMHf0nolNlIV1cXWltb0dPTg5aWFhw4cAAAkJ+fj2/fvtG/HhISQiuw+/r6UFNTg2/fvsHA
wAAiIiKIjY1FSEgIAgICEBYWRhM6ddiNj4+Hh4cHZeGJhw8fYsmSJQAAJycn2jBmZGQE7e3t
ePnyJSIjI5GUlPSXhE75Tnh5eeHAgQPYtWsXrly5gujoaERFRSE+Ph6PHz8GAOjp6eHLly9/
2D2nvOIpEv4rRzVW4SGhrq5OoqKiIlpaWqb+1Z//3ontZzQ2NsLX1xcRERF0Z++fANWyT0tL
Q3x8/D9Snaenp6OgoGD+unXr2jdu3EhKSkriZ8yY0Tp//nwSHx9/vba2Fvn5+Xjw4IHv93bM
CxYsIK6urnJv375dJiQklMdyjTOora3F+vXrwcXFVcLKBWjS1taGsrIyFBUVoaqqCi8vL7i7
u9MH2sjIyMNiYmJ/MI0KDg4+PDQ0NMXa2lqOh4fn0/Lly8mpU6eIjo5O0MjIyMyUlBRoa2vP
uXHjRviGDRuIiIgI0dfXP66pqYnDhw9j3rx5WLlyJVasWNEyZ84ccunSpY60tLRd8fHxqKmp
QUlJye179+6R8ePHk99++408ffr0S0pKCnt0dDQyMjJm2NnZxS5btox+TXx8fCQ/P5/r5cuX
8PPzO6OhoTFG/d6OHTuIg4PDnaioKMTExLStW7eOsLOzk1WrVhEODg5y6tSpKmVl5dXfB35R
+J8n9PT09B9EJD8TOtUOGxkZwYcPH5CSkgI3Nzcwmcw/EPqLFy8QGxuL+/fv48KFC7h58yZk
ZWVx69Yt3L9/H3p6esjIyKBJgHpI9PT0oKqqCi4uLgBAuyy9ePGCTvqiVJcUmb9+/ZpuA0ZE
RMDKygr+/v40if+M7wn94cOHiImJQVNTEz5+/AgbGxskJSWhtbUVDQ0NqKurQ39//18SOgUm
k/lDpU6133t6epCRkUGLRt6/f0/PpVpaWmhC7+3tRUtLC/1ZFBcXo7u7G6WlpdDS0kJGRsYP
hJ6SkoLw8HAEBARAVVUVGhoaUFBQoNc8bt++TRN6R0cHBgYG6IdMV1cX3rx5A0IIIiMjkZKS
gpqaGigpKcHS0pJ+8H1fmf8rQn/9+jVdRSclJSE4OBiBgYEIDQ1FRkYGkpOToaOjAwUFBfp1
+/j4wMXFBR4eHggODoaxsTEA4OnTp/j48SNNvoODgzQxU6K47wk9IyMDLi4uMDExob8DiiB+
JvSBgQG6KqNm4aOjo9DU1MSCBQsQFBQEXV1dmJubw87O7k/J/FeETq1QUYfM+vp6eHt7Q15e
HpcvX4afnx8qKipoQpeQkICOjg5tJ0uR28+EXlBQgDdv3qCtrQ2dnZ148+YNHev65s0bVFRU
IDY2FikpKUhKSqJzxKkDFUXoTCYTfn5+8PPzQ0BAAP09WVhYYM2aNdi4cSOio6ORlpaGlJQU
pKenIyoqCkwmkyYU1vU5tbOzc+L3ZE4dGik1d2FhIV6+fImkpCRaJRwVFQUVFRWa0D9//kx/
Fz8bytTW1tIdll+1PEdGRjA2NoaCgoLktWvXDvv4+Lzo7Oyc/J+QOUXoXl5eiI+PByFk0ocP
HyZ+/PgR/y2+fPlCi7KSk5N/KJz+E6Snp6O6uprN2Ni4mZWTkCktLb141qxZtePHjyeXLl0i
r1+/vu7p6WnKzs5OTp061WRiYmIgJSXVwyLdjsHBQaMbN24QACQxMTFgcHBw6tq1a2lCP3fu
XNO9e/dw8+ZNOhPDysoKGRkZ9Aw9Ozub3dHR0WLevHm0Q+ijR49ixsbGJkVGRkqtWrWKTJ06
lTx79myASojMzMwMe/36NZqbm1cZGhqOUsR69OjRazdv3hx37do1KCoqQktLC1euXGmmXA9d
XV2feXt7o7y8HJGRkZmUu+WFCxcIAGJvb/+ivLwcOTk5F1gWuJ9DQ0NfSElJ1bLeT3RiYiLU
1dWzWAeWAXV1db1ly5Z92rJlS3dpaekUXV1dYZYlMfHz81MF4MfSHEiuWLECnJycP+B/ntB/
VoX+itCplhg1W6dIXV1dnSZ0XV1d6Onp4datWxAXF4eMjAydtf5nhE5VNS0tLejq6sK3b99A
rSBZWFhAS0sL6enpyMvLQ2trK72nSD00/1NCv3fvHhISEtDc3Ey/Fmp9ikpT+3cJPTQ0FH5+
fvT7ooxmqKpjdHQUXV1daGlpodt+PxP6958zJe6rra2Fu7s7EhISaEJvb29HUVERjIyMoKCg
AFlZWcjLy+PRo0dQVlb+l4T+PT59+oQ3b96goaEBkpKSsLW1pfb6/0Dmf0Xora2taGlpQWdn
J96+fUtXWnl5ecjIyADrhAxXV1d4eHj8AX9G6D9XO52dnRgaGvqB0FNTU2FpaYnMzExa+/BX
hP59VUjpPAYGBtDa2oqSkhK4u7tDR0eHJsA/EyX9GaFT9rDU91hSUgJra2tERUWhuLgYubm5
+PDhA/j5+WFsbIyPHz/+8Jr/jNB/HudQos/IyEi4u7sjICCAJvN/RejU+woODkZISAiYTCY9
h/T390dAQAD8/f3p36faxaz3tLSzs3MqdY1TwsOqqiokJyejsLCQ3o/29PSk/39/Rug/k3lb
Wxt6e3uRnJwMb29v2j/ie/j5+SEsLAyvX79Genr6b1FRUT88TyhQbmf/qn3f2NiI4OBgejSR
np4+ITk5Gf8tYmNjad1KS0sLfjZs+rtgZbULUba5c+bM+QJgmIqAPnDgwAd/f3/BDRs25LOC
eJisiNmlu3fv/gTgW0FBQbG8vHwJyzb4kZaW1nh2dnYsX768CAB58OBBh7e3NyjHTXNzc1hZ
WdFdHz8/PyQlJbHdvXvXdeHChURGRoZMmDCBrF+/XsfS0hJ37tx5B4DcuHEjYnBwkN3FxaWV
FQTT9u3bNxBCpnt4eNCz/7t373ZRXQUWH81UVlbupH7/wYMHYZWVlXMTExMRExMz2dTU9KOP
jw8REBAgrNjpgry8PISEhFQDICdPniwcHBzE69ev1SZOnEjWrVs32tHR4cnDw/N56tSprysr
K/cqKSlh7dq1NosWLfo2ODh4W0JCAmxsbOTOnTtEVVXVFkDwvHnzyO3bt4/Jycnh7t27P+D/
FKGnpqaipKQEbW1tM4aGhlBfX/8D2TQ3N+P169fo6elBZmYmvdgfFBSEp0+f4vbt25CUlKSJ
/N8h9O+Jva6uDiMjI+jo6EBycjLS09PR3Nz8A5lTe6oU/l1C9/HxAZPJhK2tLZ4+fYrKyko0
NTWhpqaG/pnfOzH9u4ROkbq/vz/Ky8vpKv17k4bv8a8InTo8UVVZZmYmmpqa6Cz30NBQSEtL
Q0FBgSZyCn+H0Ck1f19fH5KTk5Gfn0/nN/8rQn///v2Ujo6OST/PI9va2tDR0YHOzk5aFOTs
7Ax3d3d4eXn9V4Te29uLt2/fIiYmBlpaWhgeHkZSUhJSUlLo6vv7z/lfETrVXWhvb6e7RJ2d
nZCSkqI7UP8JoX9/KGxubkZfXx/q6uqQnp6OnJwctLa2Ijo6GqWlpejp6fnh9fy7hE6J5zw8
PH4gcgr+/v6Ijo5GXl7ejPDw8Em+vr4/EPr3xB4eHo7o6GiEhYX9Af7+/sjKykJlZeUMatvg
Z4W7r68vLl68CB0dHVRWViIlJQUJCQn0AfrvEHprays+ffoEFRUVrFixArt37/4DNmzYABER
EeTm5rL7+/vD3t4eAQEBf/iOvLy8EBISQueH/4rMy8rK0NHRgYqKihn6+vqWixYtirhz587G
K1eu4L8FPz8/VFVVaYOcX90rfweDg4MoKys7t2/fvuHDhw+/Wb9+/dv58+eTcePGEW5ubtLQ
0BDGuiZrAJC4uLj9VNdIVVX1I4vkbYyMjPTY2dnJjRs3HhgZGSExMRGHDh0qBUA8PDwqR0ZG
UFNTg9raWlpYSY1vEhISUFFRcZiTk5Po6ekRV1dXingZt27dApWp4Orq6v3x40cUFxe3sxIB
X79582bS58+f2VRVVemshjlz5pDe3l7+r1+/ws/PD7GxsTO5uLh6Ll68OLZ69erP27ZtIy9f
vtwQHBwMZ2dnvX379n2dN28encHx6NGj2NzcXPj5+bWwIpELXFxc0NfXJz59+nSyZs2aofLy
8pGZM2eSDRs2BFdUVICDgwMAtLi4uIi/v7/sqVOnJlD57Dw8PISTk5NMnDiRODs7p3d1dc38
OUPgf57QvzdhyM/PX+zr65tkamo6mJ+fr9zb2zuVOl12dHSgpaUFTU1NaG1tRW9vL9zd3REU
FARfX19cv34dt2/fhoyMzB9w+/ZtKCgowNbWlq+ysvLs9wr6X52sKysr0dbWhi9fvuDdu3cY
HR3F27dvfwlCyPTc3Fw+Hx+fI1Q7989CEkJDQ6GtrY20tDQMDw/TVoe/wps3b+Z4eHjwCQoK
8sXFxS0IDQ39S0IPCgpCRUUF3r59CypH91cYGhpCX1/fQldXV76ioiK+wcHBSdQK2M+kTlWS
FOl8+vQJnp6ekJCQwKNHj/4AFRUV3L17d7ykpCRfcXHx1vb2dgwODs74M0KnzC++fv2K0dHR
P929HBgYwLdv35bfvn2bT0VFhe/r169nGhoa5v38mr9HX18f8vPzadIOCgr6JeLi4mBtbX0A
AJ+2tvbxT58+/YHQKbx584a2QaUOYd3d3b/0AmcdAsb//vvvfBs3buR79+7dov7+/l/aiFLu
gk1NTZCRkYGHhwd8fX3/lNBfvnwJfX19TgB85ubmfISQ6d+vNH4P6oBnZ2dHC0I/f/5Md26+
fw2slMA1vLy8fAD4iouLF71///4PK1FDQ0MoLy9HcHDwL/eUWeJQCQaDMaiurl4RGRm5MSIi
AuHh4T/gV7/2PaKjoyf7+fmZ6OnpDSYlJT0aHR2lXyshBNHR0Thz5gz2798PBwcHVFRU0ITu
4+NDC0gjIyOhqam5HACfkZER35cvX/6U0N+/f49nz57hwIEDoDzkvwc/P/+UK1euWOvq6g7a
29vvtbOzg7m5+Q/5AxYWFjAyMoKrqyttHftn11N9ff1dBoMxePv2bWJqakqCgoJ+/6ui4N+F
r68vXFxcUFdXR2sk/htQ1rH379+ffeXKldkXLlyYHRYWFjxv3jyyc+dOUlFRsSEpKQkXLlzo
Y0XfVmhoaMx58uTJ1qNHj35mJaTd8fPzuwbgi5CQ0DtCyEFCyIENGzZ8nD59OsnOzr5ApS2W
lpYiMTERYWFhCA8PR2hoKCoqKjZ4eXnVACDZ2dnE0NCQStd86evrO/3333//xoqazunt7QWD
wShmVdIjhJB9ycnJQlu3biVaWlqDZmZmBaxWt098fDysra3PXL9+nbl8+fIvmpqaTwQFBWMm
TpxImEymFIPBwOTJk2sBkP7+fpKamkqFuoQkJyfjxo0b7ay0xea2tja+9PT0CJY1dM/IyMiR
33///eOiRYu+aGtr7zx48CDWrl0bDoCEhYWpSElJgY2NjezZs4cQQoimpiah4mXd3NwWfL/1
8vz58/99Qk9KSqJRV1cnS0XrPXr0iBBCOKkWLFXRUmTT09OD2tpa3L59G7dv34aAgABERUV/
CTExMQgLC+v8/vvv5NGjR6S1tXVNc3MzXZU3Njb+MN+kHoQ+Pj64ffs2pKWlf3lQkJGRwcOH
D7eePXuWHDt2jLi7u0t+L+Cg4OrqCldXV8TExEBISAhKSkrIz89HTEwMYmNjf4mioqJjt27d
IkuWLCFKSkqtCQkJq35FSNS8OCYmBq9evYK/vz+ioqIQGBj4SwILDQ1FQECAw969e4mYmBip
ra3d29nZ+UvzjIaGBtqVq7OzE58+fYKrqytERUXx4MGDP9hYqqioTBMQEEhduXIlkZaW/tbZ
2Xmkp6fnt1890KgH3bt37xAVFQVxcXH8SgRC4dGjR4rr1q0jq1evJikpKTFDQ0OTf369zc3N
qK6uRlVVFTo6OhAZGYnLly/jxo0bkJCQ+CVkZGQgKCjYzkq4I+/fv58/MjLyhwMFNU//9OkT
cnNz8fLlS5rMvw8KofD+/Xvk5+c/Z2dnJ5ycnCQ1NdU+Pj4ecXFxv0RMTAzS09MhIyNDV5aU
X/rPiIqK2iIsLDwAgNy8eZO8evVq+5891L28vBAYGAhLS0vEx8cjOzsbiYmJP9x3FLKyshAd
HZ09e/ZsAoC8evUqo7W19Q/z4JaWFoSHh0NZWRlaWlp/gJmZGe7cuTNEtS6VlJRcHz58CHl5
+R8gLS0NS0tLuhr/GZmZmatYUZVkz549ZGxs7CA1UmhubqbtaM+cOQNbW1tUVFQgNTUVcXFx
cHJyou+/8PDwjUJCQr0AiIyMDPnw4YMhNZb6vltC7flKSUlhypQpWL58OZYtW/YD1q5du3bi
xImENRPNvXXrFm7cuPEDxMXFcePGDcjLy9Mrmvfu3fsDVFRUcOHCBTodLDk52Z7Vsv2v0dra
Sm8Q/erA+XfR29uL2tpaXL16FYKCgvDz80NhYWE09drnz5+/1N/fH/X19ffXr19P2NnZybRp
0xrY2Nj62NnZya1bt96VlJQgOzsbysrKPVQSGjc39zArJTMiMTFxJrXVQW0gUCLFzs7OCc+f
Pw+hrs01a9bQaYFLliwh9+/fD3J2dtZfvHgxWbduHVmzZk0FgM+TJ08mERERSkwmM5r687Gx
sellZWUPWa+9OTAwUICKNObk5CSurq6SsrKyIVTqoLGx8TUeHh5PygyHj4+PuiZ7hoeHz1hb
WweOGzeOsLGxETExMcLJyUmmTJlCXF1d9VpaWiArK7t//PjxBED13LlzC5YuXUpUVFRa+vr6
1js4OJhMnDiRTJs2jYiIiJDVq1eTcePGERMTk6+lpaXzKO0Ahf95Qi8oKKDR3t5+hJ+fnyxY
sIBYW1vrNDY2Tqirq0NMTAxOnDiBoqIi9PX1oampCf39/SgpKcHatWshJiaG69ev4+jRozh7
9izOnDnzA/j5+XHo0KE+Suzw+vVrRnd3N5qamvD27Vt8+PCB9gsvKSlBYmIiBgYGoKCggIkT
J4KDgwO//fYbZs2ahdmzZ/8ADg4ObirCz8nJKZdaLfoeVH6zgYEBVq1aBUFBQbx69Qqpqal/
Surl5eW8oqKihJVrThobG0/9/OXGx8cjPz8faWlpSEhIQHR0NG7cuAEVFRUwGAxoaGhAXV39
B2hra+Pp06dJ1I2YmJhoNjY29sPNS4mlPn/+jJqaGjQ0NNDCuvDwcEhJSeHOnTtQUFD44QGt
qanJce7cOQKAnDhx4sOnT5+Wfx8OQRF5T08P3brt6uqiHdoEBQVx4cKFX+ZPCwoKPpo+fToB
QFxcXAwaGxsnUnv5OTk5yM3NRWpqKmpqatDU1IT79++jqKgIampqEBAQgKSk5C9x7949CAkJ
dVP55t3d3dPa2tpooSD1WVDCq+rqaqipqSE+Ph5FRUUoLi5Ge3v7H8Yxvb29KC0tFQdA1q9f
TxoaGu7/ytaWQklJCYqLi3H69Gmwwm6QnZ1Nr4B9j8LCwutnzpwhAIi4uHh/QEDACjs7O1Cw
t7eHnZ0dbGxs4ODgAHt7e7x48QIxMTEICQmBg4MDfnXw9PHxgY2NzYs5c+aQ5cuXk4SEBPeK
igrk5eXRyM/PR2VlJcLCwkCFyejp6UFfX5+GlZUV5OTkxsaNG0eWLl1Krl275nHlypU/HLQF
BATg7e2N0tJSREdHIzQ09IeWe3Z29jwVFZXWBQsWEDk5uYr6+vp5xcXFiI6OxtWrV2FqagpJ
SUmcPn2aJvS0tDTExsbC2dmZjhqOjY29fOzYMcLKnR4aGho61tnZ+cP1TolDy8vLoaOjg7Nn
z4KbmxsbNmzAxo0baWzatImDk5Ozm4eHh5ibmzva2NjQSVhUMpajoyNsbW1x//59CAsL4+HD
h7h3794f5qGKioq4fPnyZwBk0aJFREtL64WxsTEMDAz+EVAao5/1Hf8NoQsLC8PQ0BDp6enw
9PRk8PLyFvPx8aWdPXt2kbm5OfLz82FkZCSzc+fOwvXr15OVK1cSSUnJ1MbGRr6srKxxubm5
qKio4JWXl6+YNWsWmTlzJlFQUEiNiopCRkYGkpKSqIKG9jxgdWRmPH78uAYAOXz4MAkICCjw
8fFJlpGRGQFAzp49S6Kjo6Gvr681adKk5NmzZ5Np06a16ujovHr//j309PSYixYtInx8fKSq
qoq7r6/vsJiYGOHm5ibR0dFN9+7diwCQLC8v75Cenj7Nx8eHZ+fOnclTpkzJ8PHxUX7y5Mn0
LVu2dCxZsoSsWrUq+dChQ0RQUJAMDg6ezczMvMQ65L0FkAQg+ejRoxr29vYoLi7G69ev4eTk
9HLChAl17Ozszc+ePUsuKytb397ejry8POWDBw8mCwsLJ2/dujUZQPK9e/eSm5qaLlVVVY0v
Ly/H9/ifJ3TKFailpQWDg4OwtLQ8evfuXfni4mLOxMREZGRkICwsDFu3bkV+fj4GBgbQ1NSE
vr4+lJSUgIeHBzIyMqiurqYfVj/PSb29veHi4nLz3r17RFtb26Wjo2PKp0+f8PXrVwQGBkJO
Tg6+vr7w9vaGp6cnbt68iebmZujp6eHUqVPQ09ODqakpnj17BgsLC5iZmdEpQC4uLnMOHz4s
P3/+fPmsrCzenJwcWtyXkZFBP6zj4+OhqKiIxYsXQ0xMDM7OzqiurqaFYFS3gPr30dHRxWpq
avK//fabe0RERFZnZ+fCn+ek7e3tiI6Ohq6uLhISEpCTkwMpKSl4enqipKSEXgFrbGykzVpK
SkpQUFBw6t69ex/ExcVJbW3tjrdv39I3DqXw7e3thbOzM548eYLq6moMDg7SNpxUC5sKLaEQ
GBjI/ujRIxkA8l5eXuc+fPjwQ3t9cHCQFoFVV1fTrfze3l40NDTAy8sLCQkJyM3NpV4nMjMz
kZ2djfr6+s179+6V37Bhg3xwcPAiCwsLWFtbw9zcHDY2Nnjx4gWYTCa9jnjp0iUUFhbSPzsv
Lw/FxcU0cVJobm5GRESEKAB5FxcXyerqaqSkpCA5ORk5OTkoKChASkoKFBUVERMTg6KiIqio
qCA1NRV5eXnIzMxEUVERTXZ5eXm0+U9tbe0sHx+fx5qamtcopfyvhFiUjWhVVRUuXLiAtWvX
Qk5ODhEREbRAkTIzqaqqQm9v7wp1dXV5APImJiZrIiIiaAvkuLg4BAcH00K0zMxMeq0yNjYW
ZWVlCA0NpTUdFHx9fREUFISIiAicOXPmnrKysjxlikJ56Tc1NdH/nZOTAwMDA6SmptIGK1Q1
1dbWhpSUFPHJkyfL8/HxyZeXlx+kPpPMzEwUFBSgpqYG0dHRUFJSgry8PDw8POhDKQXWjvxi
KSkp+YyMjJOUuY6+vj6OHz8OW1tbSEhI/EDor169Qm5uLu1jUFtbi/7+/mUGBgYKQkJCT2xs
bNZT+hBKc9Hb24vy8nIEBQVBQkIC3t7eCAgIgJGREahd5JcvXyIoKAhMJhNJSUlcRUVFjwYH
B+e/f/8eo6OjtLL8w4cPoLoajx49gqenJ/UaMDQ0hMHBQRosDdE1APIXLlyQb29v3/fzA/y/
QUVFBUpKSv6RKv17Qn/+/Dmio6MREhICQgiCg4Nx/vx5+Pr6IjExEdra2rh16xY6OzvlU1JS
pBgMBmpqapCYmIjU1FRERkaivb19QlxcnKy3t7c8IWQ2ZapDGapQGyNUB2x0dBRhYWGHli9f
/llHR4d0dnauqKysRG5ubtaePXtIfHy8BSEEFRUVmDp1KtTV1ffu2bNnmpmZGVVAcGdmZsp3
dXVdfvfuHYqLi9HU1HSyq6tLvq2tbSXlU0AZ1nh5eeHw4cOYPXs2PDw8ICoqCgaDsbytrU1+
06ZNSEpKOk0Iudbb24tnz551ASDc3NwldnZ22LVrF3bt2gVLS0sUFRXRxmlsbGyYNWsWvLy8
kJGRQX+mJ0+ehIyMDISFhTFz5kwwGAy0trb+0nv/f57QKSOWyMhIJCcn49GjR7h79y60tbUR
Hh6OwsJCREZGYs+ePSgoKKBnjRSh//7775CSkqLbgZ6enrC0tISTkxMcHR3p07Krqyuqq6vX
e3l50dVXXFwcdu3ahRkzZiAiIgL+/v5gMpmQlZVFS0sLnj17hl27dkFISIieayorK+Pp06d0
e9HKygr79+/H/PnzkZaWhtTUVOTk5KChoQGpqal4+fIl/XBQUlICJycnJCQkYGhoCHt7+x+s
XKn5fXV1NYaGhiAnJ4fly5ejr6+PnTKooNDY2IiysjLcv38fgoKCtLr3zp078Pb2Rnh4OP5/
7J11VJbp2vYPRMEOLEzs7sTWMRAVwVYsDERBShqVlJDu7u7u7o6H7u5GAbGv7x/ue1kze2a/
s/f3xnatczmzZhCfh/u5ftdZx+Hr64vExET4+PigvLwcubm5tEdzamrqspSUlLVtbW3jent7
aehSqzmxsbE4ePAg7ty5891wW11dHezs7NDd3Y3AwEDY29vD0dERFhYW8PT0pMU9bGxsaOWr
d+/e4d27d+jo6ICXlxeqqqpQU1NDv3bKnU5dXR38/Pz0QFNoaCgSEhIQGxuLgoIC7N69G6tX
r4afnx+debq4uMDJyQlmZmZwdnYGIQTV1dW4efMmrabX19eHoqIiJCQk/LRVUVJSAm9vbwCA
ubk5qqqqkJaWhuzsbGRmZsLExAT79u3DggUL4O7ujqqqKlrlibogBQUF4cWLF3ByckJFRQUt
lJSWloauri64u7ujtLT0OwETqkVAqYyVlJSgrKwMfHx82LVrF3bu3AlOTk6oqKigsLAQpaWl
tORoe3s7PeSlpaVFr+P5+PhAR0cHWlpaiIyMpCVJqV378PBwNDU1wdzcHE+fPoWamhrU1NQg
JycHaWnp77YwFBQUUFpaSiuhlZSU0HK01F75nj17oKuri5SUFDAYDGRnZyM7OxtUVY2VlRVc
XFzIyspCQkIC4uPjkZSUhOTkZDx69Ai//fYbNm3ahFWrVsHc3Bw5OTkICQmhKxGJiYmwtrYG
Pz8/wsPDUVRUhJKSEigpKYGXl/c7oFtaWqKsrAzx8fF01WbMQARtbW3Q19eHj48PjI2N0djY
SIseVVVVobu7G7GxsbC2toasrCxtKauvr4+EhAR0d3fj/fv39Jn19etXpKSkoKamBl1dXfR2
RXt7O5ydnWFmZkbrH9jZ2SEgIICeaKfW/vr6+jA0NISoqCgAwOnTp+nP9I/ysf+VoFzE/k6g
a2tr00B/9+4dHB0dwc3NTQmo4OXLl7h9+zZ9eZSTk0NJSQm9PhcaGori4mJ4e3vDwsKCnvn5
cauEqpB9u6Hj4eGhYmhouKGiomLimHsbd0xMjG5KSgpGR0fR09PDPG/ePIiLi2Pnzp3Q1NRE
e3s7ampqEBoaipKSEgwODtIJAyX9Ky4uTjuphYeHw9nZGQcOHMDs2bPh7OyMGzduQFpaGiUl
JVi2bBmcnJwwOjqKjo6Oi3x8fISdnZ3cvHmTEELmZGdng5OTE4aGhigsLERfXx8CAgIwYcIE
zJgxAzY2NkhJSUFXVxdKS0vx22+/4cGDB+Dj48O0adMgJyeH+vr6X5ri/LcH+rFjx+g4evQo
9u/fDxERETx69AgRERGSNTU1qgkJCacOHTqEioqKXwL94cOHKCgoQFVVFRgMBi21RwGd8iSP
i4uDvb09WltbISgoCDU1NZw4cQKbNm2i+3jfAl1LSwv79+/HhQsX6HWV3bt34/Tp07CysoKy
sjLMzMywfft2TJ06FQwGA8XFxXBycsLz588RFhaGO3fuQFRUFPr6+pCXl8eyZctw9+5d6Ovr
w9jYmM5SqendmpoaNDU14e3btxATE8PChQtRW1tL94a/lZxMTk6mHbWSk5NpoLu7u9OiL2Zm
Zpg3bx5UVVWRkZEBBoOBjIwM+Pv7w8fHB83Nzejv76en2IeGhuDg4AALCwvcunULQkJCaG5u
pj9wDQ0NsLa2psVMnjx5AgUFBZiamsLV1RUiIiK0TzAhBM3NzYiLiwODwYCHhwe0tLToqgQ1
kU7pdRsbG4Obmxs+Pj64c+cOjI2NkZWVhfj4eJSWlmLHjh1YtmwZvLy8YGZmBgMDAyQkJEBf
Xx9ycnK0ClhNTQ0NdGoVqa+vD8XFxfT2AqUpUF1djaCgIACAg4MDKOWv3NxcKCsr4+jRo1iy
ZAnWrl2LwMBAuuROAZ26EDx58gRGRkbw9fWFo6Mj7atcXV1NXxSoi+S3UV5eTiuNUUDfuXMn
zp49i7179+Ly5cuIjIxEbW0tGAwGKioq0NHRAUVFRRrowcHBCAgIgISEBJiZmSEoKEhXCfLy
8migR0REoLm5GVpaWrhz5w7k5eUhJyeHJ0+eQFxcHLq6uti5cyeqqqoQERFBq3RFR0fj/Pnz
mDVrFiQlJWFra4vIyEicO3cOurq6iI6Ops1JSkpKUFFRgaioKDAxMeG3335DQUEBMjIyEBMT
g9LSUlhbW2P+/Pk4ePAgjh8/jt27d8Pe3h4VFRWIjo6mS+5xcXEwMTHB+fPnERMTQ685amho
4NKlS2y2traq/Pz8qidOnFB1dHRUbWpqUk1PT5fKzMykX39ubi66u7uhq6sLc3NzGBsbY2ho
CO7u7rTgTnV1NdLT0+Hg4ABpaWnY2dnR8qJqamqQlJREXl4e7cPe19eHlJQUuqqYm5sLa2tr
BAQEQE9Pj35u5eTkYGdnh/DwcPrzS72foaGh9GAfAJw5c+Y/QP8B6N9eeuvq6jA0NITo6Gho
a2uDkojt7+9HYmIiIiMj8f79e7S0tGD27NmQkJD424EuIyODtLQ0HD9+nNZqb21tZbaxsRFV
UlJScnV1fTIyMsLU2NiIY8eOwcDA4P8e0L8dOFmwYAE2bNigdeXKlbwzZ87krVmzhmzdupUs
XbqU7Nq1Ky8lJcXo69ev8/v6+n4CemFhIYqLi1FSUoLCwkK4urrCyMgIZmZmMDExgYWFBaKj
o5GYmIiYmBjcuHEDxsbGOH36NDZu3PiHQKcs7fz9/XHw4EHs3buXFr5QUVHByZMnsXbtWnh7
e6O4uBjq6uqYNm0a/Pz88OTJE0hJScHQ0BBycnLfAd3c3Bytra3o6OhAW1sb3rx5g4SEBDg4
OIAQAgkJiZ+AXllZiaKiIuTm5iI1NRWysrK4d+/eT0APDAxEaGgo7OzswMbGhv3798PS0hKZ
mZkoKCiAn58fDXRq+n1oaAguLi60TOrvAd3GxgYjIyPIz8/H5s2bcfPmTdTU1CA5ORkSEhJY
unQpdHV1kZWVRVcjXFxcYGBgAHNz898FuqGhIfj4+OjSp7OzM9ra2mBkZIT8/Hzs2LEDc+fO
RW1tLdrb22FjYwMvLy8YGhpCXl4eNjY2vwQ6Vdbv6+ujJXwzMjLoLNze3h5z586FpaUlQkJC
cPr0aXh4eEBJSQnnzp3Dhg0bsH79egQEBPwE9OLiYvj5+UFSUhI2NjbQ1dWFgIAA2trakJSU
hNraWtjb24NSnPq27P+t0cePQOfm5sahQ4dw9+5dxMTEoKmpCR0dHTA1NUVpaSnk5eXBzMwM
NTU1+Pv7o7CwELdv3wYzMzNERESQkZFBl7e/BXpTUxN0dXXx4MEDvHjxAs+fP4eYmBikpKRo
i8j+/v5xmZmZTA4ODggNDYWqqioWL16MzZs3Q15eHo6OjoiKisLZs2ehr6+P2NhYxMfHIy8v
j94PDwgIwMyZM8HHx4eEhATo6ekhKyuLvhCuWrUKJ06cwG+//Ybdu3fD1tYWlZWVyMzMRExM
DBISEpCZmQlHR0f4+/vTGW1vby+Tjo6O7qJFixrnz59PtmzZQtatW0fmz59PNmzYQE6fPk1y
cnJefWvzWV1dDR0dHZiZmcHU1BSEEFy+fBmKiopobW1FTU3NT0CnxKp0dXUhLy+PgoICDA8P
089rYmIirdttaGgIFRUVxMbGwtTUFObm5sjMzPwO6FVVVXQF0cbGBry8vHB0dERiYiIAYMeO
Hfh2wvs/QP8e6JTuemBgIA10SsyJmjv6VwNdVFSUHtD+8OED1Z6clZubCzk5Odjb2+Pdu3co
KyvDkSNH/m8C/dt9cWlpaWzYsCEUAKUC5AxAZ9GiRWRsn5AEBQUZenl5obu7G8XFxd8BvaSk
BPn5+SgtLUVubi58fX3pfq+/vz+Sk5ORmZmJ6OhoPHr0CA4ODg94eXkl1q1bJ+3v73/IxcUF
bm5uePr06R8CnZOTE8HBwcjOzoaLiwuysrKgoKCAxYsXIyAgALa2tli9ejUCAgLw+PHjPw30
4eFhpKamYsuWLfD394e6ujoNsIqKCtokICMjA3l5eUhLS/uHQLe1tcW8efPAy8sLXV1dmJmZ
ISMjA2FhYfDx8UFTUxO9mufm5gZFRUW8evUKrq6ufwj04eFhFBYWgpOTE4KCgrSRRlJSEi2/
6uPjg8OHD8PMzAx+fn4wMzODmZnZXwL6wMAADA0N8fr1azx58gS6urrUGhttbvFngN7R0YHe
3l5QnstU6VpNTQ03b96Ejo4O3fdauHAhHB0d8erVq78EdGtra5iYmEBMTAz9/f3w9fWFkpIS
YmJiEBsbi7GeH20PST2z/wjo0dHRtFLdixcvUFxcjEuXLtF/38zMTIyMjODBgwf/FNBFRUWh
qKgIJycn0T179kiIi4vH6evrp/r7+08LCwuDjo4OPRz2R0Cn3u9Pnz4hLCwM/Pz8eP78OVRV
VcHDw4Oqqio0NTXBysrql0AvLy+nn+1vNwco05s3b94gKSnJm4ODg7CwsJBNmzYVaGhoGN69
e9dw2bJlHwCQOXPmkNLS0oTa2lpaTIdS4TMyMoKlpSUGBgYgLCwMTU1N+ln8M0AfGRlBTU0N
6uvrER4ejoyMDMTHx8PGxgba2tqIjo7+Q6CXlZXRrZHz58/jyZMnyM7OhoKCAsTFxVFbW0tP
dv9dQZnP/FdX1/4D9BsQFhamNS6ov+vw8PC4mpoapv8AfSy+fPlCByFkGxcXFwFA1NTULAMC
AqhD6RHlsXvy5MmgnJycJW/evJlfVlaGbdu2fQf0b6038/LykJubS/+ekZGB3NxcpKennzt6
9GgqCwsLGRMEILm5uS/r6uqQnJyMBw8e/CHQ9+3bh8DAQKSkpKCqqgo9PT0QFxcHBwcHbUTx
zwB9aGgI2dnZ2LdvH7Zv3479+/dj165dePfuHerr61FYWEj3wPPz8/8S0M+fPw8zMzPo6OjA
1NQUPj4+CAkJwZs3b/Du3Ts4OztDQUEBurq60NDQ+CXQOzo6ZlL7/2/fvkVhYSH27duHhw8f
orW1FT09PSgtLYWhoSFd8j979uw/DXQnJyf09vbCzMwMampq0NLSQkNDA6qqqjA8PAwHBwd4
enr+KaBTlpI1NTU00Nva2qCuro5bt27R8xKWlpbYsGEDXFxcoK6u/k8Dva+vD9HR0Th16hRs
bGyQlZVFzzFQzyODwfjTQKd+Bq9evUJpaSl4eHhw+vRpeHp6oqKiAsPDw7h37x7Gjx//l4Cu
oKAAFRUVXLx40ZWNjY3WojY2Nu4YGhqa1tLSAh8fH6xZs+ZPAb2pqQkfPnxAdnY2Hj58CDk5
OaipqeHSpUv0EOg/Anp2djYqKip+UnOsr69XW7FiBQFA1NXVu1+/fj1JRUUFIiIiCAgIOLp3
717Czs5OSktLTShb3ISEBAQFBf3LgJ6cnAxbW9u/BHQvLy9cunQJMjIyiIqKoitG1ApjTEzM
3xZRUVG0W11XV9cfal/8B+h/DHQRERG6l09t6wwNDaGsrOw/GToV3zw0c798+XL96NGjPk+e
POmuq6ubTQg51NDQcNLf33/248ePydheYBkh5GRbW9uO3Nxc7N69+yegFxYWIi8vj+6VUpGe
no7y8vLTly5d+kKJ91+8eJFcuXLlVV1dHRMhZEZxcTHu3LmDnp4e6OjoYN++fX8I9IKCAjQ3
N0NcXBzLly+ngb5mzRqEhoZCSEjol0DX09ODhYUF3rx5g7dv32JoaGgGIWRaYWEhjh07hg0b
NmDNmjXg4eGBvb090tPTkZ+fD6o/+M8A3dTUFMbGxtDW1oaRkRFcXV2Rk5MDb29vKCgo0JP7
PwK9ra2Npa+vb8G7d+/WZGVlQUdHB1+/fkVRURE4OTlpoHd1daGwsBCGhoYICwtDTEwMeHh4
YGpqCj8/P/qwo7TXu7u76Snjb4EeHh6OR48e0W5nlpaW0NHRgbKyMp29ff78GXZ2dvDx8YG5
uTlevnwJa2trEELQ3t6O27dvIzs7+08BXUBAALq6uuDk5IS9vT3Wr1//h0BXVFREZmYmysvL
UVNTAz8/P8jIyNADURISEvjw4QMSEhJw4cIFeHp6gsFgoKqqCjk5Of8loGtoaKChoQGXLl3C
8ePH4erqitLSUgwNDf0S6Lm5uQgICICJiQk94GVkZIQHDx5AWloaysrKE54+feq8aNEisn37
dvWTJ0+q3rhxw7itrW3ryMgIfWFZt27dd0CneuhmZmZIS0tDRkYGSktL0d3dja9fvyI7OxsC
AgL0c/VngZ6ZmYmSkhI4OTlBTk4OOjo6eP36NQwMDPDq1asYAISdnZ00NjYqj4yMQFdXFx4e
HiCEQENDQ2HlypV2lOVmRUUFrRmgqakJS0tL2NjYYHBwkJ5r6ejooA9PaujV0dGRzupNTEyg
pKSEyspKvH//nn7OKWvP5ORkuLi40EZOJiYmsLOzQ1FREf1eJSQkoLW1dVJFRQW8vLwQEBCA
a9eu4fnz50hJSUFYWBg9B/GvCB8fH4SFhdGZ+j8D9b8D6JT96n+A/n8A6A0NDWyEkA1ycnJw
cnJa8/DhQyE+Pj6yYsWKmpUrV/ovXbqUsLOzE09PT21KIjY2NlZh//7926SkpNjq6+unUR7X
VC/9R/nQnp4eVkVFxQIAxMPDg8THx5fq6urezs/Px8DAAMrLyye6ublBVlZ2d35+vpment7s
Q4cO4dKlSwgODkZ0dPSU48ePsx07dowtISFhRnFxMerr6zE0NDRRUVGRbfXq1WyxsbFsDg4O
bKtXr94cEBCgICoqyiovLw8LCwsoKyvPWLVqFdvjx48nm5qaQl9fn+4DOzg4rBMXFz+RmJio
yMfHh61bt+LAgQPYs2cP5s6dC1dXV1RVVdETvNSalKamJtvTp0/ZSkpKWGtra6dJS0uzRUZG
TvL396fWbdjY2dnZbty4wWZtbQ0DAwMYGBhAX18furq69LQ+dXDq6OhQPtzMT548YZOSkmLr
7OycNTAwMKG2thaioqLQ1NRcTAiZnJWVhSNHjkBcXHwWpfFdU1PD7OjoON/Gxsbb0dEx7Pz5
82vt7e1p8Do6OnIwGAzz3Nxcy4GBgYVU+aqxsRHm5ubg5+dns7e3D7t169bT0NDQqe/evZto
bW097+XLl4u0tbWn19bWslZWVm7v6Oi46OrqCk9Pz0t6enpiUlJSmxwcHPDx48f1ubm5Lteu
XTuRn58/5Y+A3traSg2ILVJXV1+wb9++PcbGxrKbN29mdnV1HW9gYMB29epVti1btrBt2bKF
LT09na22thYSEhIs4eHhxvHx8WEpKSluHh4ebKKiokoGBgZhmpqa++7du7emtrY2zN/f34iX
l5fN0tLSIjw8PCwnJ+dIbm4u3bsvKCige6Zjq0aTL1++zLZ//362ixcvsp04cYLt6dOnbGlp
aaivr8enT59YTU1N56alpQVyc3Pf5OHhYfkW6I8ePZo4YcIENllZ2WnUilhBQcEsR0dHbVVV
1TB3d/cwBoMxX1VVFbdv30Z4eDjs7Ox2T5o0iRw5cuS9gYGBaVBQkNazZ89osaUxy+ApW7du
ZduyZQubtrY2m7u7O8LDw5nOnDmzTF1dPdDf3z8sMDAwLC4uLqyoqMi4p6dnSmxsLERFRfHy
5csTqqqqzx4+fMhGwcTR0XHe+vXr2Xh4eNjOnDnDdvDgQTY/Pz+2yspK5pSUFOTm5iIuLg5b
t27FlClTMHfuXMybNw9z5szxHFPgIpmZmZMTEhJgaGiIpKQkEEIgLS1NVcnGJScnq6ekpIRF
REQE+/v7s7148UJIU1MzTE9Pj6+7u3vT/fv3H7x48cKouLhYKScnhzU6Otrd1NQ0TFJScra1
tTVcXFycRUVFw6SlpcPExMTCo6Ojnd++fTs5LS2NLTs7O8zLyyssOjpaPC4ubrKJiYmvkpJS
WERExHZDQ8PVr1+/to2Ojg4TFxdfbGpqetbLyys5KysrvqSk5FRSUhKrp6fni5MnT4Y9efIk
LCoqyjAyMnKil5fXL7Xj/46g1DT9/PxQV1eHb3fw/11Ap4BUUFCAiIgIdHR0IDAwEBYWFnj/
/j0+ffoEajaKat/9B+j/A4H+rT50Q0MDbt26hR07duwc89Mle/bsocuAy5YtI+np6c+bmpqQ
kJBguWPHDgLg06lTp4ZCQ0M9qUExagecEouhdo67urqu79u37xMAsmPHDrJgwQKycOHC8tDQ
0FhCCOLi4iAuLm6/Z8+eLwDI9u3bO/j5+Q/eunULSkpKUFZWdli7du3wmjVrhl6/fp1EeVZ7
enpK8vLyjsybN29IS0trSE9Pb2jSpEmf9u7dS65evXr/+vXrkJKSwq1bt/LmzZs3xMPDU2Nq
arrpxYsXEBcXh5yc3OkDBw60ARjatm0bOXPmjOn69esnrFmzBuvWrcPixYvp0mpGRgYyMjJQ
XFw8ISgoSIOXl3foxIkT7169eiWooaERevLkyaFnz57VR0ZG7vby8vrt/v37QwCGtmzZMmRi
YqJmaGhIG9lQQiBaWlp0jFl3TlFUVMxcs2bN5+3bt38yMDBIaW1thY2NzVQ+Pr54Xl7ed48e
PfKMjo6eeuDAAevffvvtbVdX182enh4kJCRsv3bt2sjq1asJKysrYWNj+2hvb28fFhYGDw+P
ldevX6+mfp4PHjwo6+vrG9/X14fe3l4YGhpKb9y4cRQAGT9+PDEwMLBta2t7cvz4cTJ9+vR3
r169ys7NzT2zdu1awsvL25yWlrb6woULQ3PnziUzZ878aG1t7aWhocGYNGkSWbduHamqqvKh
MioK6NQmRGlpKbq6uubr6+unL1iw4As7O/vI3Llzv8yZM4esWrVqrZmZ2bbHjx+/27lz5xAL
C8sQCwvLkKys7FBdXR1ncHCw+OrVq8nEiRPJpk2bSHx8/NDq1asJAKKoqEgePHhAAJANGzaQ
ly9fDrGzsxMWFhYSFhZW29HR8Z1PdkVFBSoqKihzHscjR458WLFixdCqVauGZs+ePXT06NEh
V1fX8Ddv3kyora1de/ny5WHq/bt06VK+h4fHssLCQgwPD+8/f/58NTMz89Dly5ebs7Oz92Rl
ZWFwcHDn5cuXh1lYWMj27dvJwYMHWY8cOYKHDx/C19cXurq6yQDIxIkTyenTp8ns2bPJrl27
3uXn55u8fft2XW5u7vwXL17UsbKyfhg/fvzn8+fPD9nZ2R0rKCg4snPnzo/U106aNIkAIAsX
LiQhISEiqqqquHv3rtvGjRvJvHnzyKFDh97FxcX5tbW1LVNWVh5iZ2cf2rhx49CsWbOG2NnZ
h+Tl5YdKSkrmUwOfvb29tLXsN788ARANDQ3S3Ny8PDExEYWFhUhMTKT3oV++fInCwsKHnJyc
hIWFhcybN48EBAQMcXNzk/Hjx5Pbt2+T/v5+7QMHDpAJEyaQO3fukPj4eL5t27a9mTBhAhEX
F/fl5eUFGxsbmThxIlm0aBEZP348WbFiBfH29pbes2fPhBkzZpCJEycSeXl568LCwpcLFiwg
48aNI15eXt1hYWEVkyZNIiwsLEREROQdPz8/mThxIpkwYQJxcXHpdHBweMDBwUEoZbG1a9eS
1NTUx9nZ2T9VFP/OoERbKIvdfxfQAwIC6PmA/v5+NDc3w93dHY6OjrCxsYG5uTkKCwuRk5OD
xsZGfKvX8ONGyN8JdEpP4VdAp0yH/lmgl5eX49ChQ9DT0/u/B3TqQOvv74elpSWOHDkCeXl5
7h07dpBly5aRjRs3kkuXLo1evHjx05iaVxGDwdh58+bNnjVr1hADAwMCgKxZs6Y/ODj4uLW1
NS37qKOjQ9t6ysvLQ0tLS2Dp0qVk7ty5X+7evaukpqYmtmbNGsLMzPy5oqKCKzExUY2VlZVs
2bKFqKmpEQBk9uzZccuXL4eJiQkcHBwMZs+eTQCQ/fv3l0VGRo63t7eHp6enFAcHBwFA3Nzc
SH5+PnW4vffz87ttaGgIDQ0N3Lt3r4FSlTMyMvIqKCjAq1evICkpWTx58mQiLS1NqIEfNTW1
DWZmZtDT04OmpiaioqJohbWWlhYQQmY6OTnRcoVqampcp0+fdhmzKhxMTEzc++DBg1oKMgsW
LCArVqwgCQkJ7GlpaYiPj0dqairCwsKgra1NawXb2NjgyZMn5QCIsLAw4ePjIwCIv79/TF1d
3dS9e/cmAiCioqKkvr4+Zvz48WTx4sWkurrara2tDRISEkkAiJycXISIiIjH0qVLyYoVK0ho
aOgMS0vLp4sWLSLPnj0jFy5cIACIjY1NysjICHN/f//UFStWEDY2NqKiotI5Y8YMsmTJEhIc
HCx59OjR3LH/96WysnIoAPLw4cPO8PDwNby8vHKsrKwEAMnNzSVGRkYEAFFWVh5paGg4OPbh
m0Rl6dSHqKCgAJ2dnewaGhp3ATROmTKFACAbN24kfn5+m/v6+rbv37+fACBGRkZEQkKC8jnu
T0hI2KipqVkBgBw+fJgQQsiqVavIrFmzvlRWVmomJCTIUPKXOjo6ZP78+WT37t0BBQUFO758
+YLe3l5QEp/UTn5dXR06Ozv3Xb9+fZDKQu3t7SknK9LV1cX/5MkTG0p+ctOmTQQAMTMzs+zt
7WV5+/btPgEBgS4KsD4+Pt6enp5QV1cHDw+PI6VYt3bt2pDt27d7vnz5crGqqioOHjxYMqZp
3f3hw4frJiYmqWOKaoQQ8kxVVZVyrCImJiZkTLLzS2tra/amTZsIDw8P4eTkJACIpKRkb0hI
SIqfn99UISEhozGluMJjx445LFiwgMyaNYtkZGRwa2lpSQMgU6ZMIS4uLuTgwYOU9Knx6Ogo
Wlpa8OHDB5w8eRIAaJXGGTNmeAIgIiIiJDc3d25wcDCioqIgJCSE48ePIygoCImJicjJyVml
rKycQ5XnCSHk6tWrBMCXsLAwj4GBgSVcXFzuAIiTk5P/p0+fZObMmTM4fvx4kpOTE6Cqqopt
27Y1vH79mhQUFBBKle/kyZN6ISEhkJWVdQBAioqKdKqqqowAkEmTJpGQkJCTWVlZy2fNmtU+
adIk8uXLF/os2LZtG2EwGI/Onj277/jx4yNJSUm0DaeBgYEPIYS1t7cX/8oYm4OhpW7/lUC/
c+cOGAwGfHx8oKysjE+fPmFwcBB9fX1QU1PD8uXLISMjAzMzM2hpaUFGRgbZ2dmoqamhNRnq
6+u/W/WkgK6lpYXu7m6aGxERETTQW1tbwcrKiqdPn2LFihV4+fIlrUNPAX1kZIQWg6KALiUl
BQB48OABoqKi4OTkhL1792LOnDlwcXHBhQsXICwsjMHBQXpI81dAHxkZQXt7O06dOgVDQ0NQ
1d/AwEAAwMSJE2mgd3d3o7S0FLt376b1FABAXFwcra2tv9xa+G8PdGqIrbGxEd7e3uDg4MD5
8+dRVlbG1dvbG3XhwoUHt2/fnuvh4aE1adIksmTJEpKSknIoMjLyqb6+PvHw8CDMzMxk3rx5
xM/P756Xlxfc3d0REhICeXl5cHJy4tSpUzh16hTOnz9/a+bMmWTu3LkR69ato3Z97cYA8VxE
RCQRAFm8eDG5ffs2GRsSSmRiYkJUVBRycnIOLFmyZGBskO5jQUGBxJiF4+SLFy/mAyBVVVVE
VVWVOgCKCSFzmpubkZ2dDXt7+zIqu1JUVBwhhGzPzc2Fo6PjcU1NzY+JiYlkw4YNBABxd3eP
yMnJoftOnp6esLOzQ2BgIHx9fREdHc1kbm5+CwBZuXJlaXZ2Nu/z588VARAJCYl8b29vuLm5
qWloaJDg4GCyfft2AuBrQUGBB+WwRvUZExISkJycjOzsbCQmJvLOnj2b3L17d7Cnp2feu3fv
dm7ZsuUTOzs70dLSgr29vfCMGTPIy5cvyd27dwkXF1dJdHS0bUJCwhRFRcWp27ZtI+PHjydi
YmLTQ0JCICkp2QSAODo6pjs7O+PFixepDg4ONNBlZGRIdXU1jI2NtQB89fb2tu7v75+5ceNG
WXFx8cTExMQpOjo6IdOnTycbNmxQnT9/PomKipL68OEDX2lpKd6+fbv4wYMHrQBIdnY20dPT
IxMmTGjMz8/f8/btW7S1taGrq4uZUqqrrKyEvb09LC0tYWtrCycnJxw8eLD40qVLhJmZmdy5
c4cQQs6mpaWN37RpUyAAMjAwQMLCwsi4cePI1atXjT08PFBZWbll06ZNhIODg6SkpJDdu3cT
NTW1wsbGRpSXl8PFxeXZtGnThidNmkSkpKSKzMzMkJiYiNbWVtriNDo6Gq6urvTkc1xcHF6/
fl0yZu1IwsPDqeeI4e7ufnj37t0fKB3rzZs3k5kzZxIVFZVqQsjCjx8/QlNTM5N6vpSUlGJq
amrmHjlyBMeOHfNkZWUlkyZNIrt27SJjl7UyKysrjkmTJsWzsrISdXX1s0ZGRnj8+PG08ePH
v1+7dm2Tubn5jZUrV5Jp06aRlpYWCULIUgpCcnJy7sLCwqqDg4Nud+/ejQNAXr9+/fjjx4/j
AgMDl3BwcBBmZmbCzc29Q0hICNevX88cy65DDA0NT02bNo3MmzePpKWlkTNnzhBWVlYSHh6+
t7GxEQwGA3V1dRATEwMnJyfOnj0LHh4enDp1yofSdW9sbNw6MjKCoKAg3LlzBwAgJSWFiIgI
lJeXo7CwcA4PDw+ZOHEiSUtLI9zc3OT27dutra2tOHr0KCZOnCi4ePFiEhoayjh06FDf2GbN
cHR09PL+/n44Ojqefvr0KeHk5CQzZ84kc+bMIZ6enqKfP3+Gqanpu4kTJ5KUlJSP1BDvgQMH
iLCw8GQuLi5s3ryZwcbGRtzc3Mjr168pR7DYL1++QE9Pb5yAgECmoKAgobZ3NDQ0Kgghi4eG
hvDviA8fPtAbK38n0J2cnBAZGQkxMTFwcXEhNzcXlZWVaGlpAVWF6+npgba2Nnbv3o3nz5/T
q4Tq6urIz8+nFRMpZcRvoT44OAh3d3fo6uoiMjISJiYm+PTpE/Lz8+m2S2NjI7Zu3QoFBQVc
v34dNjY2oHw7/P39UVpaisrKSgQHB6OiogLFxcVoamrChQsX6NXV2NhYZGZmgpOTEwBgZ2cH
YWFhiImJ0XNTIyMjtKpmWVkZZGRk4OTkBEIIvLy88PDhQ6SmpiI3NxednZ3w8/PD5s2bsXTp
Utja2iIlJQXt7e0oKyvDnTt38PjxY9y7dw8bN26EtrY2ioqKfhLBSktL++8PdOrm0drayhwQ
EGAyadIk6+PHj5vHxsauCQ0NxatXr6CiogI3NzfZCRMmkBUrVhAGg3FORUWlGgDh4OAgU6dO
JUuWLCENDQ2phJA5b9++BSEEVlZWWLRoES3Fd+jQoVtMTExk3bp1fkpKStDW1sbRo0cNmJmZ
ycGDB2XXr1/vM2nSJCIoKNi5a9cu7sWLF3MLCQmtMTQ0hJaWFvT09Jy3bdtGdu/eTfnpanz6
9AllZWU4fvx4wliJmaxYsYLMmjWLcHJyfvr69evZ2tpauLm54c6dO2VXrlwhq1atIitWrCC6
urp7lJSUICAgcHPDhg0fFi9eTPbv30+YmJiIv79/QUNDA93vraysxLNnz7By5Urs2rUL27dv
BxcX18mFCxcSFhYWcubMGbJv3z4y5stbLiMjA319faHNmzeTGTNmkHnz5pFJkyaRjIyMqJqa
Gvp9T09Pp7XQKysr4e/v3zGWoXU4OTkhOzsbEhIS/QDIsWPHYGxs/IKdnZ1ug1y9ejWzuLh4
so6ODhYtWsS2cuXKz3v37iVaWlqoqamBkZFR1ViGn+Hr63uAg4OjbcGCBYTSfNfR0ekmhLDy
8/OHjWVpdxobG6GoqIh79+4hODgYkpKSORMmTKC/p4yMjD91m6+urkZCQoLmzJkzyZIlS8i6
desIDw+PkY6ODgwNDcFgMDA0NETryOfm5tLVibKyMri4uOjt37+f2NjYkDGDlg9FRUWnxkq8
LszMzGT9+vVk8eLFhJmZmYSGhsoVFhYiLS1tgrS0tAcAMmHCBLJr1y7CYDB4Ojo6UFlZCXFx
cSxYsKBpzMSjp7q6+tCYrzKio6ORlJREzVVAU1MTGhoaMDMzA6VXDYAwMzOT8ePHEx4ennQZ
GZnNs2fPbpsxYwaRkJDIO3PmDLeRkdHllpaWxVVVVfj69esmbm7u0e3bt5MlS5YQTk5Okp2d
/dvRo0exfft2r7EKByGEkM2bN5OJEyeSBw8e6C1evNh/7J/3cHFx4eLFi2BhYRndtWvXh2XL
lj2g1kVHRkZO9/T0QF5engAgK1asML9//z4IITh//nwYAMLCwnItLCwMlZWVoTNmzCCTJ08m
9+7dm6OkpISDBw9GjZlwtDx//lyIqmgxMTERAGT69OnExsZGLSYmhl41jYmJQXx8PGJiYpCY
mIj4+HjvZcuWEQAkLS0tpKqqCmZmZnjy5AnmzJkDDQ2NI15eXnaNjY3ivb29sLa2NqAqFkuX
LiX5+fmP+vr6wMnJicWLFwvNmjWLzJkzh4iKipKTJ08SAG95eXlBCJna2dl57PLly2TChAlk
z549hIWFhSgoKFR++fKFTUFBQXPatGnEwMBg5OzZs547d+5s+u2338jjx485ODk5sWXLlqLl
y5eTc+fOkXXr1hEmJiYiJiaWUVVVtVFCQsKLqn49fPiQACDc3Ny3nz179pPW+78ihISEcOfO
HWRmZmJwcPBvAbqDgwMOHjwIb29vtLS0ICEhAQEBAfSq5cDAADo7O+ke+Z8B+q+g3tbWhpqa
GhgaGmLSpEng4OCAvLw8lJSUYGFhQasUqqiowMLCAllZWbT8bUtLC/Ly8tDQ0ECrETY3N6Ow
sBDUsCJVjvfx8UFeXh4MDQ0hKCgIT09P+Pr6QlJSEiIiIhAVFUVXVxcGBwdpoKuoqEBfXx8y
MjJgZWUFPz8/3dqrqamhzZKoIeeUlBTU1taisrIS4eHhoOasNDQ0EBcXB09Pz18aFv2PGIrr
6elBU1PTnvXr1xOqf7pz584P4uLiPNHR0fsCAwP5BQUF+wEQbW3t6Ojo6H0A3nFycpI3b96Q
JUuWkOnTp5Po6GjFzMzM8YmJiUhLS0NQUBB0dXWho6MDXV1d2NvbP5kyZQrZtGnTu+Hh4XuE
EB5ubu43AEhQUNBNaWnpzLHsuGloaGiuiIjI3KtXr64sLi6GuLj4mtWrV2fv2rUrOzU19Q6A
4Zs3b/a3t7cvsLCwwJ49e6KZmZnJ7t27yadPn8jGjRvJypUri9ra2jjS0tLg4+Ozb+HChaMK
CgomwsLC2QCItLT01c7OzimcnJy9AMjw8DDJzc0lAEhERETOj+9VQEAATp06hZs3b+L27du4
f//+3pkzZxJ2dvY2Ly+vMDs7u96xAyItKipq7ebNmwfHjRtHvnz5Qh4/fkyYmJhIeXm51dj7
TWfo1LR1Y2MjUlNTnZmZmcmOHTsGy8rK5qmqqmLt2rX9M2bMII8fP0ZQUJD4nDlziISERO6V
K1feASCqqqqlzs7OuHPnzrQFCxZ84OTkJFVVVZsIITMkJCQ6AHzu6OgQpdoYKSkppLKykoxZ
Hfa8f/8eqqqqkQDIrVu3er5+/XqBwWDsO3To0IGCggJWa2vrAGZmZnLmzJn7u3fv7gdAXr58
GdzX1zc3LCwMjo6Osw8dOlQ3Vl0ZLSwsFA0LC4O7uzvq6+vx9u1bdHR0oKGhAdTwXkdHBz59
+jRZTEys//79+2R0dJS6oFQ1NDRMWrlyJSZOnGgzYcIEkp6eTqqqqggAwsPD87Gvr2+Hu7s7
NDU1r1Bgevr0aXZubi7ev38PBoMxfefOndZLly5tnzdvXsOYeUSkv78/4uLiEBYWhsjISLi6
usLa2po28fH19YWUlFQJ1bohhJD169cTZmZmcvPmTZFt27YVT58+nRQXF8eXlJTMlZSUvFJd
Xa2bnp5+SFVV1X7//v3k6dOnuseOHfMaM7ERCwsLw4kTJyzG/KgJIYQqkb979uzZ9XPnzumO
uZBVuLm57bOysvICQO7fv59iYGBwacqUKWTatGkkNDRUo6Wl5ejhw4epS1VgamoqCCFzeHh4
yscy59NjB5Xk4sWL34+tlwkMDAzs2759O2NsHc7OwcHh6MSJE2nLSE1NTQKAXLx4sV1ERAT3
79+nd9ibmppo45vOzs5FDg4ORZRTl6ampoaDg8O+V69e7Vu2bNkFDg6OzytWrCC+vr7mvr6+
8PLy2ku1Ji5fvlyXk5MzfsyydTI/P7/5WHXLLjMzc+qY29aHa9eugcFgbA8ICAjV1tYmpaWl
pK6ujgLvCCFkvoyMzN0pU6aQtLS0wwkJCbh06VLzzp07ydjQ2ZK1a9c27Nq1ixBCSFtbG2Fh
YSFCQkJZxcXFCw4fPjw8efJkQgghL168IADIpk2bzA0MDODn50cbyvwrw87ODjk5OX+pl/57
QH///j10dHTw/Plz9Pf302ZXX79+RU9PD93mohT2/grQKX8Aam2xrq4OhBDo6uoCAH777Tes
W7cOBw8ehIKCAu2PIS0tDVNTU0RHR9N98p6eHlrXgPIKqK2tRUlJCWpra/Hlyxd8/vwZRUVF
8PPzQ3x8PMLCwmjtEk9PT4iKiuLFixeQlpaGsbExKioq8PnzZ9TW1tIeH9Svx48f09+7rq4O
Hh4esLCwABcXFw30uro6VFZWwtvbG7KysjA0NISCggLCw8Ph7+//y/hvD/T29na8ffsWaWlp
O/fs2SMnKyvbNiYqQ3bt2kVu3LhB9wu3bt36rqmpaXNubm4M1YPj5eUlVPa2d+/eGH5+fjY+
Pj5wcXFBREQETU1NGB4eRmdnJz5//rzR2dm5btKkSWT37t2En5+fACAqKiqNhJBxGRkZMuzs
7GT58uVEVlaW7Nmzh/Dw8JDExMRCynrv7NmzoYSQ7Rs3bqSc0HRlZGR+W7FixSeq7FtcXEwA
kJkzZ5KgoKA7Li4uStu3byfz588nHh4ej/X09LgphyBCyEtubu6KGTNmkKCgILoUferUqeLX
r19DSUkJKioqUFBQgJiYGOTk5CArK4tXr15Nun79evBYZlRZWlq62tLSMnOsv5/c3d19lIOD
Y3j8+PFETU2NbN68mYzBN4YQMqG7uxs9PT305DfVsxob0ghnZmYmzs7OjUZGRq+ZmZmJkJBQ
Xmdn5yRNTc3wsZZBTEZGxnPqZxUWFnb269evE9auXTsMgJw/f548e/asb9q0aeT48ePk48eP
601MTGKofuxYRkQ4OTlJSUnJ/ZiYmAMcHByfqfeFi4uL7Nq1i7S0tFRevHixcwwG9kVFRVbT
p08nCxcuJC0tLdJZWVkQFRXFo0ePisZaJzVJSUkICQlBQEAA4uLi0NnZiaamJtrvvr6+Hu3t
7afNzMzcpk+fTk6cOEHExMRoK0YhISF9X1/fA9u3b+8HQFxcXIiVlRUBQLi4uEaGh4e5ra2t
kZ+ff2vz5s1kwoQJRFNT87Svry8aGxuZnZ2dK8aNG0cWL17sv3TpUkkqCzUzM/NLSUlBcHAw
fHx8UFZWhr6+PrS3t6OjowNv3769Sj2TgoKCxMTEhLCyspIZM2aQ0NDQe9ra2i1UxiwtLU1Z
NIZZWloOUc+boaGh1O3bt20AkKNHjxJCiJOQkFAHJbpCDZmePn26wtfXF0lJSRMkJSXjqM/b
pEmTCB8fX19VVdX0np6eSVpaWvlUmf/OnTtk7OfzcXR0lMvAwAAPHjx4TH02FBQUcquqqmaM
6cU3Tpo0iezYsYM8evSIjBs3juzatYt0dXXtMzc3NwBA1q9fT5ydncnx48fJ2HxMmaioKAQF
BSEgIABBQUFERkaioqKCVj1LS0ubZWNjE7xixQoyfvx4cvbsWboytWHDBiIvL29obW0NQ0ND
dHd3H7p8+TLV33+sqqqKixcv4smTJ7uo1ta1a9c03d3dzy5cuJAAINevX+eXlJR0pGYqeHh4
yKFDh8jChQtJfHy8bGhoKKhLjb6+fnZ3d7fsggULCDMzM3FwcLjh7u5uOHfuXMLCwkJKSkqI
nZ0dAUCWLFlCWltbE42MjPqp107N40yePJlkZ2ebUprw/+pobW2lPSNaWlr+lB0r1bPm4uKC
srIygoODQQl8ZWVl0QYq3wL8x/hngF5WVoba2lq67D46Ogo9PT0AwOHDh3H48GHw8PBAVVUV
Hh4eKC8vh4yMzHdALy4uRk9PD+2c+C3QS0tL0dTURFcQysrK4Ofnh6SkJHrFMDs7G25ubhAT
E8Pz58/x4sULqKurIy0tDcPDw4iKioKZmRksLCywePFiAICgoOD/TaC3tbVhcHAQwcHBkJKS
AiGEPSMj46GIiAiDiYmpCEARgCIxMTGGtrb2sfz8fLx9+3bf48ePm1esWEEmT55MVqxYwVi1
ahU5ePAgERAQWHbjxg3w8vLi/PnzcHNzozO14uJifPjwYU58fPyLVatWFQEoevbsGYMQspsS
ufH09LRjYWEpAlC0Y8eOotLSUunc3FzHHTt2kJkzZ37w9fU1HB0dXWNoaBgHgLF582ZXfn5+
wZkzZ1YBYERGRjJCQkIYc+bMYaxbt67IxsbmqpycXMbMmTMJHx9fQlZWFpuCggLT3LlzGUuW
LKmqqKiQdHV1FRw/fjxj7ty5DE1NzbqzZ8+S2bNnB06fPh0zZ87E5MmTsWjRIggICEBAQAB3
7tyBkJDQ9NOnT5Ply5eT9evXk8DAwOB79+41r1y5khw6dIjExsYeMDQ0VF6/fj2ZPn06Wbp0
KWPx4sVERESEjIyMHKI+IM3NzaipqUFxcTHKy8upnej9586dq1iyZAnZs2cP2bVrV0lzc/O1
ioqK+efPnyerV68mjx49IgEBATOuXr16c6zMnZWQkAAeHp4RVlZWsnbt2gZ2dvammzdvFiUm
JiqO9avOnD17lgGAsW/fPsapU6cYCxYsyK6urj7S09MzUUFBgX/OnDmM8ePHEzY2NuLj43Oo
pqZGac2aNfUAGMLCwpkZGRnQ1ta2AFDk5+enTQjZEBgYuPXSpUuNAEhycvKTrq4u+jCorq5G
RUUFwsLCaOGO2NhYpKSkhC5dupQq+VYDYKxdu7YMAJk1a1abvb39ncOHD9cBYEydOpUBgLFi
xQqGmZnZ/vj4eFy5cmXJkydPNGbMmEF4eXlJb2/v0bGe2QQ3N7dceXn5Il1dXY1du3bdPnTo
EOPYsWNFfn5++dXV1bQ1KuVJ0NHRge7ubrx9+/bQ1atXMwAwqNi4cSNDWlraODMzc2ZbW9st
KSkpBvWZuHPnjpepqem4EydOOM2YMaP+zp07ScHBwXMNDQ03rF27thBASWJiYrePj0/Jw4cP
mw4fPty2ZcsWhrS0NMPY2PhocnIyCCFITExkevbsmfv58+eLHj16xHj79u1vnz9/RmFhIUJC
QqbIyclFc3JyFgEoOnr0KMPOzu50U1MTTExMIC4uflpYWLh63759pVZWVm2lpaULSkpKMDQ0
tM/Ozi6D+pxxc3MXlZaWWhFC2J2dnbXnzZvX8e3rvHv3LiMxMZG7q6uLjYJOfX09qqqqvpPM
9fb2RllZGTQ1NS9qaWkVnTp1qmjLli1FOjo6RWVlZXr29vawtbWFuLj4XDk5ObGtW7eSTZs2
kba2tqtubm64cuUKBAQEVl28eLHo2LFjDHd39wdpaWmGR44cYYiIiBTFxcUZBAQECC5btuzw
vXv3lPn4+BgbN25k+Pv7R3R3d8/Ny8tjDggICFRRUWE4OTmZV1VVnVBTU8vW0NBg2NnZ7Xjx
4sVDbm7uor179zICAgIYampqDFZWVsby5cuLYmNjH/f390uoqqoyJCUlGcLCwqLCwsLuvLy8
RUlJSdebmppQVlb2bwnKjY5ynftHQbkWSkhIwMbGBomJibQ+wujoKO0H8Xsw/+8M9MbGxt8F
ur+/PzIzM78D+vPnz6Gjo4OMjAw0NzfD1NQUZmZmMDc3/w/QKaBHRER8pzhmYGCAqVOn0pOB
BgYGsLe3B3VYx8TEzP348aOmqanp9YULF6K0tFRTT09vDxcXF7i5uXHu3Dl6WEJNTQ3V1dWI
j4+Hr68vqqqqcPbsWbCwsMDa2hoWFhaQl5dHf38/CgoKMHHiRADAjRs3MDAwgIqKChBCTvDz
8+93dnbG+/fv4eLiAgDYuHEjeHh4MHPmTABAWFgY8vLysGjRIuzbtw+Wlpaws7NbVFFRoSkv
Lz/J398fsrKyTIsXL8amTZtQUlICf39/TJkyBYsWLUJCQsLkT58+KZ06dWrm8uXLsXXrVixb
tgzc3Ny07WJPTw/evHmD6urqHXFxcZolJSWazc3NnAkJCfeysrI009PTJZ2cnCYkJiaipaVF
ICoqSmPMIUjw/fv30nV1deOpMiZ1aFKWi2VlZejv74esrCxUVFQ0TUxMNG/duoXOzs51BQUF
411dXX8rLy/XjIiIOKyjo4Pz58/D29tbtre3925qauqVKVOmfJk3b94nFRUVXLt2DTIyMsjM
zER2djaqqqrw4MEDAMC9e/dw+/ZtrF27FpWVlSCE7CotLcWcOXMQFBSkaWJiciIuLg4VFRXY
sGEDAODp06fw8/ODo6Mjxo8fD3l5+XEuLi6fqSnpBw8eFHz+/HnSu3fvMDg4SPe4GhsbaSEX
ykCnurr67Lx5876cO3eOiImJbZk7dy62bNnCNlb2J3FxcZP27dsHAJg1axYAYPfu3VBXV4eG
hsbxDRs29AMgrKysxMbG5vLXr1/R1NSEyspKJCQkwM3NDWFhYeDm5gYvLy9u3bqFxMRE1NfX
o6SkBAwGgxaL6e7uRm9vL969e4d79+59t6d16NAhqKmpITAwEIODg7CyssKECRMwd+5cunJz
6NAhPHv2bHJwcDBMTU2hp6eHnTt3AgDdsw8PD5/p4OAwn4uLC5aWljA0NER4eDgIIXB3d4eJ
iQmUlZVhZGSE4eFh9PT0oKioCF5eXjA3N8edO3fAwsKCa9eu0UYqQUFBMDc3R1FR0XhKqpda
O+vr60NSUhJOnjyJGTNm0J/tMdvQ+QICAgup18jExAR1dXWMjIyMGx4e5hgYGKBtNAcHB1FR
UUHbEPv7+yM+Ph5qamqIi4vD8+fPwcfHh6ioKLS0tMDd3R1+fn47ubi4WqlZBHl5eVFCCHJz
cyErKwtNTU1ISEjg6tWrtCsdPz8/9PX10dLSgvr6eixatIjajMHFixeRmZmJ6upq9Pf3o7a2
Ft7e3khPT0dZWRkCAgIQGhoKPz8/ODk54fr16zh//jxSU1NhY2ODSZMmgZOTE5mZmfj06ROH
j48P/Pz8oK2tDW1tbYiJiSEjIwP19fX/Fph/a3NLrV/9meju7sbg4CD6+/vpyfk/+7X/G4Ge
mZmJ5uZm2NjY/AfovwK6oKAgWltbUVtbCzU1te+ArqamBktLS3R1daGsrAzBwcEYHByEvr4+
2NnZkZeXR5tL8PDwYKy/h8DAQFhZWeHDhw8ru7q6VlL959OnT2Pv3r3Q09OjD2w/P79JCQkJ
uH//PpiYmLBt2za0traivLwco6OjuHbtGmxtbfH+/XvY2NgAADZv3owLFy7Qf0Z4eDiysrKw
YMEC7N69m7ZuLSwsxLNnzxAQEAA5OTksXLgQGzduRFlZGTw9PTF58mRwcHAgNDQU/f39OHHi
BJYvX44tW7aAg4MDp0+fRl9fHw2AN2/e0Jlnfn4+2trakJCQgMTERCQnJ8PNzQ3h4eGorq5G
SEgIli5dCmtrawwNDX1n40lJqVL+yVQJSlRUFBoaGrC2tsaVK1fQ1NSEkpISuLq6oqCgAOHh
4TAwMMCZM2fg6+tLDc91sLKykpkzZxIbG5sACwsLPH/+HLGxscjPz0dZWRlu3rwJAODn58eV
K1ewZs0aVFZW4suXL8jLywMbGxstVRoYGIjKykps3LgRACAqKorg4GAYGRlh5cqVuHbtGhMn
J2f12FpQc319vcTQ0BAL5XPd1taGjo4ONDY20mJD1KWFwWBASkrqfkBAgLmRkdHk8+fPIzEx
cZ6Xl1ftwMDA05GRkXHURWLevHkAgG3btsHf3x+xsbGKR44cITNmzCB2dnY+1PehtLijo6Np
O9kTJ06Am5sbly9fpiU4Ka/6pqYm+lDs6enByMgI7t69+x3QOTk58fz5c4SGhqKrqwu6urqY
MGECZs+eDVlZWSgrK+Pw4cMQExODt7c3Le+7detWAEBsbCyCgoJoMB89ehS6urrQ09NDREQE
CCG0C560tDRevXpFH9YU0HV0dHD16lWwsrKCj48P1tbWqKqqgo+PD/T09JCeng5+fn7Y29uj
uLiY9qEPCQnBkSNHMH36dNy6dQtVVVUYGBgAIQS3bt3Ct0CXl5enn++Ojg46qFLvt0BPTEyE
srIyLbl75swZOnMfe9ZuX758mUyfPp0oKSlVVFRU0H14W1tbSEtL4/Hjx+Dl5UVQUBCSk5Nx
6dIlqKqq0pPPixcvhri4OF68eIGzZ88iNjaW3uEuKCiAra0t4uPjUV5eDmdnZ7i5ucHb2xs2
Nja4dOkSuLi46MHHiRMnYufOncjMzMTw8DDs7Ozg4OAAZWVlvHz5EoKCgkhPT0dDQ8O/LUNv
aWn5y0CmoN7d3f2Xv+5boGtqauLQoUMT9PX1V3p7e690cXGZp6am9j8S6C0tLf8B+t8B9KCg
IPT390NPTw/s7OzIycmBiooKDh8+jKSkJIyMjKCnpwepqakTb9y44a2iokKUlZXJsWPHrE6f
Ps394MEDSmDlFAcHh8isWbPET58+XeDg4MBFCKGNNXp7e9HU1ISvX7/iwoULMDc3x4cPH2ig
L1q0COfOncOECRPojCglJQUzZszA6tWrYW5uDgcHB+Tn5+PZs2cICgqCtLQ05s6di7Vr16Kq
qgre3t7fAb2vr++XQP/2Vjw4OIjy8nKEhoYiNzcXra2tiI+PR0JCApKSkmigUysaS5cuhZWV
Fd6+ffungf7q1StYWVl9B3QXFxfk5eUhLCwMBgYG4OHhga2tLaKjo2FlZfVkz549Fvv377d0
dHRUHhOTQWRk5J8Cem5uLtjY2GiI/B7Q9fX1sWHDBly/fh2SkpJr9PT0LC5dujSxsrJyRVdX
1xJKrIja2W9vb0dVVRWtyEaZpKiqqiIvLw8SEhK4d+8ePnz4QGchtbW12Lx583dA37p1KyIj
I5GYmIg3b97oamhoCFEfMuq5/f8FdFFRUdpW9veAbmZm9i8Belpa2l8GOvUc/FmgU9PIAQEB
vwv00tJSWkhlYGBA1MTERM7a2hofP35EaWkpOjo64OfnBwkJif+zQC8pKUFrayuGh4fpCfR/
VwwNDbGOjIxMcHR0vLFkyZKUw4cPk9OnT5PHjx93mpiYbCosLERtbe1/gP4foLMjKysLqqqq
CAgIwMjICOrq6tDX14fCwkLt+fPn0ytPLCws5Nq1aznXr1+HtLQ05OTktCjDh7HJYMcfJ8vF
xMTQ3NyMe/fuwdXVFaOjo7C1tYWAgAC9B0v9ICnjkps3b9JWiSYmJmAwGBAVFYWLiwu0tbVx
4MABnDhxAnFxcXB0dAQAzJ8/HxEREf/jgG5jY4OEhAS4u7tT64FwdnZGYGAg3NzcEBUV9bcC
3cDAAGvXrsXVq1chJSUFPT09nDt3jv7gfgv01tbWXwI9NzcXioqKSE5OhoyMDPj5+dHe3k4p
yKGhoeGXQA8NDUV0dDQGBgagoaEBOzs7jI6Ooq2t7X8d0Cl9c11d3f8vQG9vb0dvby+qqqqQ
l5eHzMxMBAYG/iHQk5KSkJiYiL6+PpiamuL169fo7+9HRUUFWltb4eHhAUlJyf/TQG9oaPin
svP/arx7944lPj5+KTXkvGnTpnZqBZiXl3eotrb2QFtbG11NoeJbtbj/AP3/CNAzMzPx+vVr
5OTk0AdyY2MjmpqaNlVUVNjz8vK+o/ZdraysPH19feHo6AhDQ8ONixcv7pk9ezZ5+vSpk4OD
w0RCCLq6umBkZIQjR46Ah4cHAgICcHFxAdWftbGxgampKZqbm+Ho6Ii6ujrw8fEhOjoahBC8
fPkSNTU1oCxZCwsLoaSkBGNjY5iamoKHhwcXLlygTUuOHTuGzZs3w8fHBwMDA/8U0OPi4pCU
lISsrCx4enoiJCTkHwKdWgf5Voa0vb0dgoKCUFNT+6nk/kdAd3V1xe7du3Hw4EEa6K6uroiM
jER2djbKy8tx4cIFAMD169dx9erV/zLQnz17Bh0dnb8N6CUlJbRE5bp1634X6L29vVBXV4e9
vf0vgW5paQkPDw8cPHgQx44dw+XLlxEfH4+mpiaUlpaiqKgI7e3ttCnF3wF0b29vGBsbQ0ND
g37PoqOjERIS8peB3tfXh9raWvj4+ODVq1e4fPnyXwJ6T08PgoODsXv3bjAxMYGfnx+1tbUY
Ghr600Dv7u5GZ2cnKisrkZGRgXv37kFHRwc5OTlQUlL6Q6BTJjQU0MvLy9HV1QVPT08oKiri
yZMn4Obm/qeAnp+fDysrKyQkJKC0tBQODg5/GehOTk6QlJSEkpISHj16hJycHHR2dv4Es78z
Ojs7kZ+fT6+93r17998a9+/fx/Xr1+2ojQodHZ35SUlJ57dt29Y/ptrXVFdXR/tVZGdnIykp
CcXFxWhpafkP0P+vAV1LSwuJiYk00KkMdGhoaFFZWZni5s2bBwCQ1atXtzs5Oe3KyMhYfvjw
4b6x/XZ7bW1t2NraYnR0FKqqqnjy5AnOnDkDAQEBXL9+He7u7vj8+TMNdHV1deTk5MDCwuK7
Nbz+/n48e/aM9kv39PREVlYWnJ2dYW5uDiMjI3BxcYGHhwe+vr6wsbFBSEgIXr9+DQ8PD/T1
9eHAgQOYNWsWli1bhpkzZ2L37t0YGhrCmzdv0NHR8R3Qs7Oz0dfXh9zcXNrNyMvLC4mJiaiq
qkJQUNAvgd7Q0IC2tjaUlZXRU8QMBgOVlZWwtbWFgYEBbGxscO3aNbS3t6OoqOgvAT0oKAhO
Tk4ICwtDc3MzSkpKoKOjg2nTpoGPjw/nzp3DunXr/hLQQ0NDoa+vjwULFuD8+fOQlpaGgYEB
zp49+08BPTU1FWJiYrhw4QIGBgZo84qamhrs2LEDADBt2rS/BPSYmBgYGhrC1dUVfHx8EBUV
xeXLl2kVs2+n3N+9e0frzP9XgW5nZwdXV1e4u7vj+PHjuHPnDnJycuDp6QlXV9d/2EOXkZGB
srIyvbPb3d2NkpISmJub4+zZswDwD4FODcV1dXUhICAAt2/fxpUrVyAoKIiSkhL09fWBEAJ+
fv7fBTrlxNfR0YGioiIUFxcjOzsbV69exZMnT5Camgp1dXX4+/v/KaD39fWhoaEBpaWlsLe3
BxcXF+7fv48rV67A398fKSkp/xDoMTExqK6uRkdHBwoKCuDl5YWoqCjU19fD3d0d1tbWcHV1
ha2t7R8CfWRkBObm5tDU1EROTg4UFBRw+/Zt+Pn50SqQ/6oIDQ2FoqIi9u7di0OHDv3b4+jR
o9ixY4fdhAkTiKGhoWZGRgazvr4+BAQEcgCQZ8+etXh4eMDc3BwWFha0eRVlFPQfoP8PBXp9
fT00NDToafPx48dDQ0MDtra26O3tRWlp6Z8COhXNzc2zS0tL4eXldWrt2rWUgMgnYWHhESYm
JnLr1i1HS0tLCAsLw8zMDMPDw3j69ClevHiB8+fP4/79+xAQEICrqys+fPiAwcFBWFhYUBn6
LsoxiHroBgYGIC0tjba2Nu6goCAmV1dXZGdnw9bWFubm5jA1NaWnn6mhPWtrazg7O8PGxgZR
UVF4+PAhTp06BV5eXhw/fhzS0tKoqqqiM5zBwUGUlZUhNDSUzqypDG3q1Km4fPkyrQccEBCA
GTNmwMrK6ruhuL6+PiQmJkJDQwN6enp0vH79Gj4+PtDX14e0tDQuXbqE5uZmdHZ2wtnZ+U8D
3dfXF05OTigrK8Pw8DBSUlJoiVlfX1+cOnUKkydPxpjS2e8CfdOmTfSUu7+/P4yMjHD69Gk8
fvwYYmJiUFVVBRcXFwoKCtDb2/uXgJ6QkABNTU2Ii4ujqKgIBQUFUFJSgqOjI1xdXcHDwwM2
NjZ6APKPgE7pUAcGBsLAwAClpaVob2+HnZ0d+Pj4ICEhQcfTp08hKioKBoOBL1++oKur6y8D
XU5ODoqKiti0aRPu37+PuLg4hIeHIyIiAnx8fHB1dUVGRgb98zEwMMC+fft+Arq7uztevXqF
Bw8eQFdXF729vaitrUVLSwuqq6uRk5MDOzs7bNiwAUeOHIGJiQlqamp+ArqtrS2Ki4tRXFxM
e5nX19dDS0sLwsLCsLS0hIWFBYaHh/8wQ6cycwaDgZycHJSWliI7Oxs3b96ElJQU/TkJDAyE
uLg4Tp8+/btA19bWxvDwMF1dcnJywoQJE3Dnzh3k5eUhNjYW0dHR4OLi+iXQnz9/jlOnTiEq
KgqdnZ3o6OhAZ2cnMjIy4O/vj66uLlRWViIqKgohISEwNjbGhQsXfgL69u3bkZGRgcHBQfj6
+tJniYyMDG7cuAE7OzsYGBjA0NDwXxba2towMTFBeXn5L3XC/9XR09Oz4sKFC3lMTEwkJCRE
vbS0FAICArh582b2mDxuvYODA+0Gqa2tjYSEBFrRrqWlBZ8/f55laGh4AQAPFxcXDxcXF8/l
y5d5Xr16Nd/BwQGVlZV4+fIl3NzceIqKio7X1tZSxlx4+/YtPn/+vDQ/P5+nsLCQp6enZ3Zt
bS2amprQ09MDQgh6enpmpKWl8VRUVOzz9vZGQEAAMjMz4ezsDHl5eRYdHR0eXV1dHnNzc5b0
9HQa6JaWlvD09ORcsmQJDwAeKSkpHupZonTkvb29ec6ePcsTEhLCQ1k79/f3H0lKSuLR0NDg
cXR05NHR0eHJyspaGxAQgODg4J/ivz3Qe3p6MDo6ioiICIytR6G6uhqqqqqYPn06mJmZMXny
ZKiqqsLExATDw8Oor6+Hv7//L3voKSkpePPmDdrb2+loampCe3s7pbN7ccWKFe+onjkvL6+R
hIQE1NXVER0dTffaXrx4AQUFBZkTJ04EXL9+PeDmzZuS/v7++PjxIwYHB+Hh4WHFycmZICQk
RBwcHK5Rr6WhoQEjIyN7BAUFQ8+cOUOEhYWz4+Pj5zIYDLi5ucHJyWmcsbGxyuHDh52OHz/u
FBwc/Mje3p7JxMQE5ubmMDMzg4GBARwdHeHm5gYXFxc4ODigu7sbMTExEBQUpA+D+vp6xMfH
Izk5GQoKCnj06BHk5OQAANzc3Kivr0dCQgKys7Nx/fp1GBsbY2RkBK2trejr60NCQgJevnwJ
FRUVqKur06GiokK1I8DHx4erV69CTk4OZmZmCAoKQkVFBUJDQ38X6IcOHYK9vT28vLxomHd1
dSEpKQmxsbH0/mt4eDi0tbVRXl5OazL/CPSqqir61ksd5mZmZnB2doalpSUePnyIe/fuQV5e
Hq2trejo6Pgl0CsrK1FeXo7q6mrU1NSAwWBAVlYWYWFh8PLygqenJywsLGBnZ4e7d+/SF6u8
vDzY29vj7NmzWLduHb3P/iPQW1pa6PZFQUEBysvL0d/fj5GREVhZWYGXlxdCQkJ48OABHj58
CEFBQfDz8+PevXsoKSkBIeRPA52FhQUTJ07E48ePYWxsDGNjY9jb26OwsBDx8fEICgrCuXPn
YGxsjISEBISEhCA9PR1ubm64du0aNDU1oaWlhdDQUBBC4OrqCh0dHURHR9MymdXV1bQASXJy
MsrLy5GdnQ1ra2uEhYWBwWDQutqpqak4ffo0LCws0NbWhvr6elRXV9OCHQoKCnj8+DHMzMyg
oaEBZ2dnKCkpYcqUKfTrVFRURF9fHwYHB+nMPCcnBwUFBd8BXVpaGk5OTrCxsYGbmxuUlJRw
7tw5+Pn5obKyEomJiTTQDQ0NYWxsjK6uLvprPDw8MHHiRNy6dQvt7e3Izc1FRkYGNDQ0oKio
iKqqKpSVlWHOnDm4c+cOpKSkcO7cOWRlZWFoaAhtbW3o6elBRkYG/Pz8aJ3yt2/foqenB0FB
QeDm5sbOnTsRHx9PD8+uXr0aWVlZ6OvrQ319PTo7O9HS0gJZWVnw8/PD2dkZVlZWsLS0/JeF
ubk5rKyskJOTQ1dC/53x7t27teLi4i2U+ZCHh4e8rKws95kzZ/rGBL7eREZG0ueel5cXCgoK
kJeXh5ycHOTk5KClpWW/lJQULdw1f/58snr1avLgwYMrY6ugIteuXcvbt28fOXHiBDE2Ng4Y
HBxcODw8zKyhoYEHDx7InTlzhpw4cYK4uLhcCwoKQnV1NUpLSyEuLo779+9nHD16lNy+fZsE
BgZednNzQ3p6OkJCQtgOHz6cs3jxYrJy5Upy//79nIaGBraBgQHY2dnB2Nj41OnTp8n48eMJ
ExMT4eDgIL6+viHV1dUYHh6eJSsrm7B7926yatUqsmfPHhIaGmqSkpIy7tGjR++PHDlCVq1a
RdatW0fWrFlDhISEhgMDA/f8SuXvvz3Qq6qq0NTUhIiICLx8+RIFBQWwtrbGhg0bYG5uThlW
YOXKlVi+fDmePXuGvr4+pKSkoL+/H/r6+pg6dSoyMjJgYWGBqKgoVFZW0rfCwsJCVFZW0n2k
zMxMPHnypI9ySPrtt98U+fj44OLigvfv31MTy+MUFRXVVq5cSdtCTpkyhbi6uoa/f/+emRCC
4uLihPHjx5Mx57H2np6e2ZSd44cPH04/fvyYHrTz9vYOi4iIgLy8PJ49e/aMstOcO3cu4eTk
JF5eXpt9fX3h7u7+U4xdAlBTU4OsrCxwcnJi+vTpCA8PR1tbG7S1tSEpKQkxMTEoKCjgxYsX
AIDz58+jtrYWSUlJyMzMRGpqKl2Cr6uro12R1NTUoK2t/Z2F6qtXr+Dk5ARDQ0NcvXoV9+/f
p7OOV69eISkpCSkpKTA3N/8l0NevXw9zc3O6Z0qtuiQnJyMmJobOvKgSZl5eHn1IAoCLiwt0
dHQQHByM2tpa7N+/H4cPH4a9vT1d4TAzM4ORkREePXqEe/fuwdTUFCMjI3QG9W309PSgrq4O
6enpSE9PR2ZmJpKSkqChoQEfHx/anY/KyoWEhGBvb08ruiUmJiIqKgp2dnYICQlBaGjoT0Cn
MgjKrpXyeO/r64OlpSV4eXkhIiKCJ0+e0CEiIoLbt2/j4cOHKCsrAyEEt2/f/gnoioqKCA8P
R29vL3R0dOgBSltbWyQmJiIvLw8pKSkICQlBYmLid0CnWjABAQGIjIykB+QMDAwQERFBt7BK
S0vR399Pw7ympoYGelJSEm00UV5ejry8PKSnpyM5ORnm5uZITk7Gy5cvER4eTjtb1dTU0MJF
FNAtLS1hYmKC169f060nbm5uzJ8/H8LCwnjz5g36+vpomBcWFv4S6FSGToWhoSHc3d2RnZ2N
9PR0eihOT08PCgoKiIuLw5jHOdzd3TF58mTcunUL9fX1SEtLQ05ODvLy8hAXF4fy8nKkp6dj
4cKF0NTUhI+PD8rLy+nLItWKSE9Ph7+/P1paWtDZ2UnrZ7x58wZxcXEQExNDamoqlJWVsWLF
Cujp6dHyw5RiYWtr678V6FZWVjAyMqJLvvHx8YiNjf23RVJSEqKjo8W3bdtGn41z5syhlT4T
EhLCCSHo7+/HwMAA3rx5AwaDgfDwcMTExFCa/hPCwsL0KcnlMbXOtoyMjOldXV3bhYSEKIW/
xPnz5xcDIFFRUUGfPn2CgIAA9uzZI0a5M166dKnWwsJiYl1dHXp6emZZW1vj7NmzVdSf++zZ
My1LS0uqypkKgDx69IgcOHCAUscMKC0thZ+f3/RTp05FAiA3btyoU1RUTKR8RnJzc9lDQkK0
xxxBK5ycnBLZ2Nhat2zZQvLz8+89f/5cDQA5cuQI0dLSIhMnTqSUHO8fPHgQP8Z/e6AHBgYi
ICAAYWFhSExMhI+PD0xNTbFw4UIEBgaisbERzs7OdD957ty5OHv2LGxsbEAIgYGBAY4ePYrY
2FiEhobC1dUVTk5OcHZ2hrOzM2xtbREXF4fW1la8f/9+2/nz560AfDx+/DjtSXzixIlX4eHh
6O7uxqdPn9DY2LhjzIDkg5yc3GYbG5s9lLVmX1/fyoyMDBgbG6+ibCNXrFhBQkJCjmRkZMDL
ywsODg54/fq107hx4yid71wqC3j58uWLvXv3EltbWyIoKEgAEF1d3YDm5mbW7OxsUJGZmYn8
/Hzk5OSAKu2kpKTgwoULmD17NlxcXBAeHg4hISE8e/YMcnJykJOT+yXQExMTkZ6ejtTUVPpD
rKGhAVVV1Z9g/iugfzvYcunSJdy7dw+ampqQlpYGLy8vLCwsEBkZCXt7e6xevRpSUlJoamqi
pSB/BXTKZY+K4uJipKWl4eXLl0hKSoKqqiq8vLwQEhJCw9bc3BwmJiY/Af3+/fvQ1dXFmzdv
fjld29vbi46ODnqGwcbGBra2tnB1dYW9vT395/8K6JRRSFBQECIiIuhe5+Dg4E9A/1X8EdCf
PHkCYWFh3Lp1Cw8fPkRdXR0eP378E9AVFBRo+Orq6uL27dv0LENMTAwiIyNpT+iEhISfgB4S
EkJHZGQkwsPDERQUhKysLDQ2NlLDo6ipqaGzqR+BTl2Gvo3s7GwkJyejrKwMAwMDaGxspC8D
vwd0IyMjOqysrODi4gINDQ2YmJigubkZpaWldGZOxe8B/VurZHNzc9ja2tKXj5aWFoSFhUFZ
Wfm7M+FHoKenpyMtLQ2ZmZnIyclBWloaYmJiEBwcjNHRUXrliqr8/B7Q29raaOgPDg5idHQU
jY2NtMPX0NAQamtrv7PL/XcDnYK6iYkJnJycEBsbi/DwcAQHB3/3jPyrIigoCDExMYiOjhZV
U1PrlJGRIRISEl8nTZpEJk+eTF69erXd3NycbvuZmJh8p2xXXFyM+vp6REZGyq5atYq2dhYV
FQ0jhJwLCQl5MHv2bHLy5MkgNTU1uLi4rOfg4CCrV6/+2NfXdzU+Ph7p6emiW7dupWSe35uY
mExsaGhgGh4env/hwwf4+/snf2M8lZuZmclRXFyMtra2R+bm5p+tra3JiRMnCAAiICCQKSEh
AWVl5UNr1qwh8+bNI+np6Y+joqJAuRJGR0cn3rp1K3bMSpnXz88PgoKCWqtWrSKurq5iDx8+
BGVHHRYWRubNm0dmz55N5OTkTj548ACCgoLfxX97oIeFhdERGRmJwMBAWFpaYtmyZXB3d0dx
cTGsrKzAzs6ONWvWYPPmzZgzZw495WxjYwM/Pz94e3vD3d0dnp6e34WzszOSk5Px9evXzdbW
1oNjZfYiGxubtZcuXSpmZmYms2fPJiEhIWqEkHENDQ3Q19cPH/MZ7xjrW8zfuHHjewCksbHR
V0lJCWxsbItnzJhB68y7ubllDQwMwMXFBfv378f27dvtly9fTsb81d8NDAw8HOuZLNTX1285
ePAgreX89OlTEhAQMN3W1ha2trb0gI2FhQW9ztLe3o6kpCTw8vJiwYIF8PLyQnR0NERFRSEr
KwtZWdnfBfq3kZycjMTEROjr60NdXf0nmFNAd3Z2hpGR0U9AH+t54eLFi7hx4wauXLkCT09P
pKamIjo6Gunp6RgcHMS7d+/Q3t7+HdBTUlIQGxv7S6Dn5eWhqKgInZ2dKCsrQ1ZWFhwcHKCj
o0ND/Nv4q0Bvb2+Hu7v7d9n4r+JboFN68N+Gv78/fHx80N3dDUVFRZiYmODjx4//NNCpTP3u
3buQkpLCvXv3MH/+fBroq1evhoODA27cuAEREREkJSUhPz8faWlpCAsLo0H+Z4FOhZ+fHz3U
86uJ6JqaGjrbpi6EP0ZycjJtP0mB6tuggK6oqPhLoBsZGcHQ0BC6urqIi4tDSUkJcnNz6cz8
HwH927C1tYWFhQXs7e3h4eEBT09P+Pv7w8PDAw4ODn8I9G8jNTUVWVlZtK81JVD0bXR3dyMj
I4N2FKOA/m1QX9vd3Y2WlhZUVlZ+9978/wI6FcbGxnB0dERxcTEaGhpQXV39b4ni4mKq/bkp
MjJy4+PHj4OZmJjI9evXP3l5eW3V1dWFgYEB9PT0YGxsTM9QUAO7X7582Xjz5s3edevWEV9f
XwroOYSQo2ZmZoyxcr5/SEgIRkdHj3FzcxM2NrbPhBAFZ2dnvH79+vpvv/1GxvT4P1tYWLyO
jIxET08PYmJicPLkyaZt27aRefPmkVWrVhErK6u1paWlyMzM1Dt//vxXdnZ2smHDBsLMzEx0
dXXjnj9/jvv37+9dvHgxWbVqFampqZGpra0FVaF1dnZuO3z4cNuyZctIbm7uHQkJCdy+fdt4
48aN5OTJk4+XLVvGTK1V79y5k0ybNo3MnDmTWFlZySUlJY3/8XP7vw7oGzduxNatW7F27VpM
mTIFFy9epHegf4S5h4cHXF1d0dDQsNnb27tn/Pjx5MyZM2/fv39/xdbWFqqqqtNVVVWTKJOQ
jo4Ou5KSEkhKSpaMlXI6LC0t4efnh127dvUBIDU1NYXOzs4QFBTUWL9+PTExMfEDQG7fvt2f
lJQEW1tbKCsrLz916lTpvXv30nl4eKIBEFtb24elpaWQk5OLZ2Zm/vrkyRPy6tUrMmYo0mtl
ZQVNTU1oamrCwMAASkpK2LdvH5KSkugM81uge3t7IyIiAmJiYnj58iWeP39Ol9ABgJeXF01N
TT/56VKHlqmpKXR0dGBgYPBT6OjowNvb+6mVldWDMd34343r16+jsLAQhBC8ffsWX758ofuJ
1JBTf38/3rx5Mzk/P181NTVVrKSk5A+HZ0pKStDU1ARbW1sYGhr+bqZhZmaGp0+fqj569Ijz
HwG9ra2Nnkegqjc/hpOTE7y8vNaKioqqOjs7X4+IiPjdTCM2Nhbu7u5IS0tDX1/fHwLdzs5O
6PLly6oiIiJzhISEfmlr+eTJE9y7dw+PHz+GlJQUDhw4gEOHDkFUVBS+vr44dOgQzp49i7y8
PDrLpqZ1v43Y2FhERkbevHDhgqq5ubl8amoqy6/+v8DAQBQWFuLNmzf0hevb6OvrY25tbX1R
UFCgnZ6ePjklJYUWbaEiMTER+fn5aG1tpTP9b6OlpQVdXV1TVFRUVEVFRSUtLCx+OayloaGB
sLAw2v3qx6isrASDwVgmICCgKi8vf4Pqh/9eeHt7w8vLC97e3nSFxc/PD/7+/ggJCcGUKVMg
ICCAjo4O5Ofn0y0LamgzJSUFzc3NdIn9x+jq6kJ+fv71yMhI1a6urmVdXV3fieFQbR9qnuBX
0djYiI6ODrx48ULi7t27qq6urlP/XTCnhhMtLCygp6cHTU1NWob23xHq6upwdXV9um3bNn8A
X6ZMmTLq7Ox8MCUlBdHR0YiMjERCQgIyMzMRHx+PuLg4WmNDQUFh07x584iRkREpKCggY0ZR
6WPVXhcA5PDhw3WEkDllZWWLdu7cSWbNmlVjamoKb2/vCZKSkpFcXFy9dnZ2UWNl9dbR0dFp
RUVFzG/evFFduHDhgJSUVLienl7rWLley9zcHAByAJCWlhaSlpZGABAPD48IISEhrFmzZv/k
yZPJwoULiY6Ojpiamho4OTkJGxsbCQoK0lm7dq0pExMTefLkyRUxMTGsWLFCd9KkSeTSpUuS
r169wuzZs8mRI0cIIYRmgpaWFvn8+fP8Hy/J/yuBvnnzZtos/uLFiwgODv7lAe3q6gofHx9O
aWnpN1R5XVhYWJuaqjcwMGAyNja2nDVrFuXmRkJDQ2Xy8/N558+fT+bPn/+Jn59fecuWLeoT
Jkz4fOjQoU8+Pj5yt2/fzp81axY5duwYUVZW5psyZQqZOXPmRx8fH0UbGxvt7du390yePJk4
ODi4Wlpa6gEgJ0+eZLx9+1aGi4uLACAlJSVEQUGBjP23NyoqKmtkZWUhLS0NHR0dzJ07F7Nm
zUJ+fj6oA+NboHt6eiIpKQkPHz7E7du3ce/ePdy/fx+PHj16CiD/zJkz+Tk5Odt+nJKkgCQj
IwNhYWGIiYn9FPLy8nxbtmwhK1asIKdPnz55/Phx/F7s27cPISEh6Orqoqftf4yOjg7ExcWJ
r1y5khw8eJBkZmbKZ2Rk/HTZSEtLQ0pKCrKzs1FXVwcnJyfIyMjQqyLfhpKSEhQVFdWmTZtG
Vq1aRTQ1NVe9ffv2d4He1dUFHx8fGBsb/+4h5+npOU9YWLhn9uzZ5MyZMxkXL14ELy/vT8HH
x4fdu3fD3NwchBDU19fTrlR1dXXo7e3F4OAgGhoa0NfXd/3kyZNk+vTphIeHJ/PJkye0yc7v
xZ07d/D48WOYm5sjICAArq6uOHXqFC5cuEB7wP+ecEhHR8fyGzdu9E2dOpWcP3+eKCgoTH/6
9Cl+DElJSdy9exfnzp375Wu8cuUKy5EjRwg7OztJS0vb0t/f/93mSENDA52Z5+bm/lRxKSgo
QG1tLSIiIkLZ2dnJkiVLiL6+vpKhoSH09fW/C2qWgSrh/xgVFRXTjY2NG9nY2MjOnTuJk5PT
RRMTE/wYpqamMDIygrKyMpSUlH4KZWVlqKmpPWVhYcm/dOlSfnZ29rbg4GCEhYUhJycHubm5
9O/fygf/GB8/flz/4MEDsmLFCuLu7u737t075h8vM9SzUFpa+p3yGRVjpkHGy5cvJzNnziSv
Xr0qcHV1/bcB3crKCl5eXvRq5uTJk/+dsWfy5MlvqHalr69vdEFBAXJycpCVlYXi4mLEx8fD
wMCAvnhYWVnBxsZGdv78+RVUAkZtLC1evJgYGhpm2dragoODw3qsP64qJibmMnPmTMLPz+93
6dKladeuXYtiZWUld+/edS0sLDwwa9asIQAkNTXV2MbGJm7p0qUEAFFTU7vn6+v7akxS+sPZ
s2enbdmyJWPML4Ls3buXjPW9M318fKY9ffp0O+W6CKAVQP6YBXFdcXHxwtDQUO0NGzYQJiam
liNHjuQzMTF95ePj62ltbb0VEBDgAYAcOHCAyMvLE2ouy87OTq29vX18YWEhvo3/1UBfuHAh
bty4gby8PMTHx9O3O6r8mJWVBUdHR9qkYcqUKURAQIC8e/du+dhu69n79++TqVOnkunTp5Mx
X2jy5cuXbW5ubh6UP/uYqhFJTU21u3bt2j5qiENFRSW9tbV1q4aGRiEAcvPmTaKoqEjGyvWk
srLyWWVl5cONGzcSZmZmEhkZ+c7CwiKH+jM5ODjIxIkTybRp04iFhUWKra0tfHx8ICYmBgBY
vnw5vdP7I9CdnZ1RWVkJSUlJnDp1ClevXsXVq1fBz8/vNHZJIElJSVxeXl74Nry9veHp6YlH
jx7hxo0bvxSAePr0qSw1OLJx40ahVatWgYrVq1dj2bJlWLhwIRYuXIjZs2fDzs4OtbW1tCDE
j1FTUwNPT087AGTcuHEkJiYmJCoqCuHh4QgPD/+udBwcHIyEhATU19cjIyODMrehe6ZUFmZv
bw9LS8vE6dOnkytXrrxNTU1d2t/fP/n3VKpGRkZQVVUFExMTuLq6ws7ODubm5t+Fv7//skuX
LlE2qXG8vLw4d+7cL2PPnj3Q0dHB6OjodzaTvb29iI+Pp+WH+/v7T/Pw8BAARE5Ojnh6ev7D
zMnKygq2trb0a3Zzc8OpU6dw/vx5tLa2YmRkBO/fv8fg4CBd3qXiy5cvR7m5uT8AIHfv3iUm
JibT1NTUQIWysjJUVFRgaWmJI0eOfNevHzduHJiYmMDExITx48dPAPARAMnLy4sYHh7+Tk6X
MlqpqKiAm5sbfHx84OPj893ec2xsLPT19Qcpi1A/P7/Y39u1dnV1hYODwy/bIDExMXOoYacN
GzaQ7OxsxW/PDSoSEhLg5+eHrVu34ttn9ttYs2aNEwCyZcsWoq2tzfX06VPIycmhra2NFvmh
1uaamprof29sbKSrLl++fNnAxcX1buzwJ21tbfN/nH/JzMxEQUEBUlNTkZaWhvj4eISGhtLP
fFRUFOLi4gRXrlxJABANDQ17T0/PP6w8/N3h5eWFEydOYNasWVi+fPm/LVatWsU3c+ZMsmDB
go/m5uaG79+/n0sZFpWUlKC6uhoGBgY4deoULl26hEuXLuHKlSu4cuWKLwAye/Zssn37djdJ
Scnie/fu0Wf08ePH4e/vD2Fh4RrqzL569Wreq1ev4O3trcrOzk4WLFhAbGxsfktOToawsHDK
9u3biaOjY667uzthZWUlJ06cGA0KCtqVmpo6+9q1a2TJkiXExcXFramp6c65c+fI0qVLydWr
VwkXFxfh5uYmTU1NN+Lj45mpz/jZs2fJw4cPyblz55qePXu2rLa2Fr29vROioqJC79y5Q+7e
vUsuX75c0dHRwRETE4OrV6/a3rp1i5w4cYIcPHiQ8PHxEXl5+S5jY+Nl2traeP369Xfxvxro
c+fOhbCwMKqrqxEWFkZLG1ISpmP7ljsTEhJSTpw4IcvCwnLYxsbmAJVVdXV1zdLW1j6yYMGC
w6tWrTq8cuXKw6ampkfb2tqQm5uL69evHz5//jyXp6dnrJKS0o3Kykro6upCX1/f+MSJE48j
IiJWEULGJSQkzJk0adJhISGhoxYWFkdYWFgO8/Hx7aectW7durVj/vz5hy0tLZempKSwBAcH
VwoJCflt2LDhsIKCwkkJCYmTrq6um+rq6hAbG4vJkycDANatW/eHQM/Ly4O/vz9dttTT04OO
js7yZ8+e1Xh4eLhXV1dP/3ZSmFrJKS0thZOTE0xNTWFubv7dAKG9vT2cnJzYdXR0cgQFBZPu
378/9+HDh6AGNB4/fgwRERHIyMhAWloaDx8+RFFREb5+/fpHGs7o7e1lDQwMrPD19S3Nzc1d
lZOTg+zsbOTk5NArUSkpKcjNzaV3xUtLS9Hc3IyxDwXtNPfNetPaI0eOHA4ICFhICEFnZyfz
72XoLS0tCA0NxYsXL8DDwwNPT09ERkZ+V5INDg5mdXBwUFZTU2vOz8+/QdnJ/ioKCwtRVVX1
U/+UEAI3NzfMnDmTlvH18PDgdnV1bc7KyrpdWFiIvLy83w1K4CcgIAAWFhbfAZ2Xlxdv3ryB
p6cnbG1t0dnZif7+/u9e68DAAAoKCmS9vLyak5KSRKOjo5mpwbnMzEykpaXRE8dubm6QkJCA
lJQUpk+fjsWLF2P58uWUmBETLy+vorKysmlMTMzB9vZ2VFdX09l5bW0tLcVaVlaGhIQEFBUV
obS0FPHx8bRJUEpKyjlVVdVma2trRl5e3hpqCI2K1NRUJCQkoLy8nNZx+DZaW1uRk5MzPiAg
QEJJSanZz88vvKOjY8GPJWzqOXFycoK4uDikpKTw7NkzSEtLfxdSUlILHj58WKGuru6uo6Mz
XUVFBVlZWRgcHERXVxe9GUGBvKioCG1tbfj06ROamprQ3NyMgYEByMjIHDAxMckuKiq6UFBQ
MIH6+RUUFNBiIt7e3jA0NIS9vT1aW1vR29tL98/r6urQ3NyM9vb2a/fu3bsmLS0NNze3fznE
bW1tYWlpSa9+nj9/HqtWrcL27dv/nTFzz549h3l4eNYbGhpSLQwUFBSgsLAQOTk5SElJ+W7W
pqioCGVlZarr168nx48fJ0FBQYsIIVNra2tvzJw5kygqKrZXVlaOJ4RgdHR06fbt249qamoe
CQgIYA0NDUVDQ8PK+/fvn46JieELDw+f7uHhgbCwsI3m5uaH09PTx+Xn56/z8/Pjd3Bw2Glp
aYmBgYHJMTExB6SkpA4XFBTs6OrqQlxc3D45ObnD7e3th/Py8jj9/f0PdXV1zXFxcTk2adIk
MnHiRJKUlORBCDns4+Mz7/r16ygvL0dOTg6qqqpACNn9/v37wx4eHhPT09NRX18/yc7ODj09
PYcjIiIOh4eHH+7r6zucm5u7RElJCTo6Oj/F/2igBwQE0KXX+fPn/wT0efPmQUREBMXFxdDX
16fVd6gHIzMzk14HunjxIgDA0NAQX758QVNTE1paWqCiooJ58+Zh2bJl4ODggJ6eHjo7O5Gc
nIyjR49CTEwMo6OjkJKSQm5uLp49ewYfHx9ISkqioaFh84cPH1YGBARg4sSJePToEYyNjcHC
woLTp0/TPuMXL17E3Llz6cnpkZER2NvbY8qUKbC2toaSkhIMDQ3x9u1beHp60hnT2rVrfwl0
dnZ2eHp6Ijc3l7ZtVFVVpfvonp6eyMjIQHZ2NrKyslBSUoKUlBQEBAQgLi4OUVFRcHBwgIOD
Azw8PKChoQFjY2NaHc7AwAABAQHQ0NAAHx8frl27hsuXL4OPjw9HjhyBsbExveJEmZ/8uCr2
7cFIDcaNjo6ip6eHHkDKyspCRkYGQkJCoKqqCmdnZ2RmZn7nzV5YWIikpCQa6vX19airq0Nb
WxvKy8uxd+9e2NvbY0yud0pXV9dE6vsNDQ3h69ev+PDhA+rq6uDg4EBXP44ePQpDQ0O4ublR
rRl6kCo+Pp6JmlQeHh7+ZQwNDaGnpwfNzc3f7bx//vwZUVFRAAANDQ1kZGTA3d0dvb29TNnZ
2RibtEVSUhLi4+O/i8TERKSlpdF2ptbW1t8BnY+PD8PDw/Ru85kzZ/D+/Xt8+fIFnz59+tGP
mikzM5N+TdHR0dDX10dqaioKCwvh4+OD8PBw6OjooLW1FY8ePcK4ceOwYMECLF26FOPHj8eT
J0/g4OCAwMBAejWLwWCgoqICDAaD3kAoLS1FVlYWrKysoKGhgYqKCmRkZCAuLg6ZmZlITExk
yszMREZGxregR0pKCuLi4lBUVERf/iiLYCqoKkRZWRnCw8OZiouLUVFRgaqqKlRXV9NmHgwG
A+np6VBTU4OAgADc3d3R09ODnp4edHZ2or29nZKTnZqenj7T2NgYcnJySEtLw/v37+ms/Nvn
9v3793jx4gVOnTqFjIwM9PX10S5lcnJytGZFVlYWfRFLS0tDdXU1Ojs7YWFhAU1NTUyYMAGn
T59GW1sbPTlPregRQqCtrQ0hIaF/KdCp6hY1a+Tj44OYmBj89ttvmDx5MlauXIkNGzZg/fr1
2LJly788tm3bhuPHj8PAwICWpKWGYxkMxndVLyo6OzuZ/Pz8NL29ve17e3s5ent74eDgAC0t
LfuGhoYdnz9/nv727VtUV1dj/fr1EBERoRKK+ZWVlRAXF0deXh7c3Nzg6+sLNzc3qKmpITEx
EXFxcUhOToaLiwvMzc3pIVpKZ7+1tRVubm54+vQpioqKaLGbrKwsGBgYvGdmZiYrV64ksrKy
elFRUbC1tcWtW7dQXl6O/Px8MBgMNDQ0IDs7G83NzWhra5sxODjI3tHRAQaDAUdHRzg7O6Ow
sBDR0dFQU1ODrq7uT/E/CujUEJKPj8/0VatWsVlYWDjHx8eH6enpmS9ZsoRt48aNbFu2bJm8
fft27Ny5E6ysrLh9+zbKy8thZGSE5ORkdHV10ZlfQ0MDWlpa8PbtW3BycgIA/aYUFRWhsbER
MjIymDp1KlasWIElS5ZAS0sL/f39yMvLw65du3Dv3j3U1NRAQEAAJSUlePnyJaytrfHkyRPU
19eDcmYDgLt378LS0pIGBnXLv3TpEubMmQN7e3uEhoaivr4eBgYGmDZtGlRUVFBVVYX09HSM
jIzMdnBw2AaADQDbpk2b2Kqrq2cMDAygtbWVNT09fTk/Pz8bBwcHm4ODg3B+fv7akJAQxMTE
ICQkBLq6upCXl4eZmRliY2Pp221oaCjU1NTw6tUruLi4wM7Ojt6vZjAYkJGRwbJlyyAsLAxr
a2sYGhrCxcUFCgoK4OHhwY0bNyAkJIQLFy6Ag4MDxsbGGB4epod/qHWeXwG9ra0Nb968wbt3
71BfX4/y8nJkZGTQHumUYtu9e/fg4+PzE9AZDAZSU1NRW1tL2y9WVFSgqakJo6Oj2LZtG0xN
TSmgT21vb2el9ATa29vx8uVLuLu7o6GhAS4uLpCTkwMTExN27NiB+/fv0zdod3d3eHl50b/3
9vbSBz2loU/pjP8oXPNtKZoQgszMTABgMzY2nh4QEAAfHx/U1NQgPz+f2sWl/eGpnioFKS8v
LxgZGdGH8I9AHxoagqenJyZOnIgTJ07QPz8DAwOMjo7SwiWUXCq1bhcTE4MDBw7Ax8cHVVVV
9JCYgoICSktL4ebmhlu3bmHbtm1YtGgRPVhpY2ODpKQk+ucdFRWFlJQUFBUVISIiAu7u7igq
KkJVVRV4eHhoeVgXFxfExcUhPT0dPj4+tGhTSkoKYmJiEBsbi5iYGCQlJdFa9r9zKWQdGBhg
6ejogIODA1JTU1FZWYni4mKkpKTA19cX5eXlSExMREZGBnR0dHDnzh24uLhQQ3n089fR0YGh
oSH2pqYm1levXiEtLQ0fPnxAZ2fnuM7OzknU9+zo6EBPTw8+fPjwncxoWloaOjs7qQwdCQkJ
9DoadTl1dnamZhlgZ2cHIyMjTJ48GUxMTLC1tUV/fz9tP/rp0ycQQqCoqAgREZF/GdBtbW3h
5eUFW1tbnD17FsbGxrQEcXBwMExMTCAtLY19+/Zh586d4ODgwIoVK7B9+/Z/O9Dz8/Np7ZAf
gxIU8/f3R3t7O3p6emBhYQFXV1cMDg4u7u3tnTc8PIzq6mqsWbMGUlJS+Pz587iOjo45bW1t
TJKSkkhMTISHh8dPQE9ISEBERATs7e1hYWHxS6C7urri2bNnlFvd7LKyMhYfHx9oaWmdmD9/
/tmjR4+eVVFRWUcpglJs+hHo356VbW1tKCoq+t8DdGrqNjw8HLGxsYiIiNghJibWMXHixA/U
wMOYKtD7JUuWDK1atUp3zZo1mDFjBrZu3Qo9PT0UFhbC2NgYycnJ6O7upntY30zsQl5eHjw8
PLCyskJjYyNERETo9Z3Nmzdj1qxZWLJkCaytrVFWVgY3Nzc8ePAAcnJy+PLlC2xsbJCfn4+I
iAg4ODhQ0q5oaWnB2N4hZGVloa6ujnXr1uHixYsIDw+Hra0tzpw5AwCwsrJCeHg46uvroaur
i6VLl+LVq1f0ellISEjk2ArDKIAhdnb2ITs7u4qKigqMjIzM9fPzq9i2bdvQ/PnzhxYvXkzs
7OwyqQ+qu7s7LC0toa6uDjMzM0RGRqKwsBBBQUEwMjKCrKwsjI2N6VU+au0tOzubXnV79OgR
0tLSoK6uDsrLnFq3ys7OxqNHj7BkyRIYGRlhcHDwl0D7ccq7qakJBQUFyM3NRX9/P6qrq5GV
lYWcnBzaavb169d4/PgxvL29/xDovb29GB4eRmJiIoSFhWFlZQUuLi5ERUXh48eP6O7uBiEE
HR0deP36NVavXo2pU6fC0NAQDQ0NcHZ2hpycHMaNG4edO3dCQkKC1rZ//fo1LC0tERgYiIiI
CNTU1CAjI+O7lZ6qqiq6IvHjoFRrays6OztBCJltaGjoBmDI0tKyjFoTbGhooCfU1dTUkJeX
h66uLrrKQV2KnJ2dYWpqSsP8V0D38PDAlClTwMfHh5SUFBw9ehQzZswAg8Ggod7e3g5/f38E
Bwejv78fbm5uOHLkCIKDg1FRUUEDXVFREYWFhbCzs4O6ujr27duHxYsX48SJE9DT0wO1RpSU
lAQZGRkkJiYiMzPzJ6CXl5dDUFAQAMDMzIwFCxZAW1sbVVVV8PT0pDUiAgMDQU27a2pqIiUl
BW/fvv3dCk9nZ+e4vr6+cc3NzbCzs6PXOKm/m729PcrLyxEfH4/MzEzo6Ojg7t27cHZ2pi9r
wcHBKCwsxMDAAHp6elBdXY3CwkKMjIygq6uLpbOzc0J/f/+4N2/e0Bc3qjyurq6OKVOmgJub
G35+fmhqakJfXx+EhISQl5eHhIQESEpKws7OjtZiqKqqooFuaGiIadOmYdasWXB1daWfHT8/
P6Snp4MQAnl5edy9exe2tra08t/fGQYGBtDV1YWRkRHY2NigpKSEkpISxMfHo7W1FdXV1dDX
18fTp0+hr68PHh4e+jnYtm3bfyugU7MalGKfmZkZ/Pz8MDo6OqmzsxMU0NeuXYtnz57h/fv3
6OjoQEtLCyQkJP7LQJeUlERTUxPevn2L8vJyBAUF4fXr15gzZw72798PZWVlODs7w8LC4neB
3tLSQidDLS0t/7uATq0ChYaGIi0tbfX9+/dHqaEVaWlpxpYtW64JCQk1TJ06lQAg48ePtwKA
bdu2ISUlBRkZGUhNTaWB3tXVRTv1jGWPU9vb28d1dXWBEIK8vDw4Ojri0aNHcHZ2xsjICJ49
e4YDBw7g+vXriIyMREBAAJ2Rnz59GsLCwvj06ROio6MRFxeHsLAwSElJIScnB1FRUSgsLMSn
T5/g6OiIu3fvQlJSEnFxcZCRkaGF+h0cHBASEgJ3d3fU1NRAS0sLBw4cgJmZGVRUVPDq1SsY
GRmduHnz5hsmJiYCgLCyshIbG5un1GFUVlZ2f+7cuQQAuXXr1ldtbe2zz58/h5OTEywsLCAg
IAAbGxtkZWUhPz8fGRkZtE78y5cvYWRk9EugP3/+nDY/aW1tRWJiInJzc2FoaIg7d+5ATEwM
RUVFEBIS+stA7+npgYuLCx49egR3d3d6FSUxMRHBwcF/GehDQ0NgMBi0YYuMjAwt7/rmzRto
aWnR/23GjBlYsmQJHB0dfwL6rl27IC4uju7ublRVVUFDQwO6urqorKyEo6MjLl68CGVlZeTn
59MqVVFRUTTUf+z1Uq/dwsLCdkwVimRnZz+mnMIo7f+oqCgoKysjNzcXbW1t9NdTk9Fubm5/
Gujnz59HZmYmrl+/DnZ2diQmJuL9+/ewtraGrq4uzp49Cy8vL4yOjsLNzQ3Hjh2jpXu/BTqD
wYCtrS3k5OSwe/duWnkxOjoa7Ozs4OXlhaSkJE6ePImcnJzfBfqDBw8AAAsXLsTUqVNhZGSE
vr4+5Ofnw9HREbt27YKVlRXs7e2hq6sLVVVVpKam0lLN3/awvw2q1O3i4kKrtqmrq0NHRwee
np4oLy+n15wooLu4uKCyshIVFRWQl5en+4+UTj1VNu3u7mYZGRmZ0NXVhbS0NDAYDNTU1CAv
Lw+5ubnQ1NTE5MmTce7cOYSFhdE7+qmpqSgqKsKcOXMAAJ6enoiOjoaTkxMqKyt/CXQ3Nzd0
dXWhv78fxsbGuHHjBqKjo+Hq6gpPT08wGAw6Gfm7oqCgAD4+PvQFbcmSJXj16hWKi4uRmJiI
0tJSpKWlQUlJCWJiYjAwMICxsTEKCgqwY8cOLFiw4F+Sqf9dQDc3N4eXlxctL/0foP9/BrqK
igqUlZVhZmY2TkpKymAsK+/R1ta+HBISwrp+/XqEhYVNvXr1qu3YNKPJoUOH6L5wYGAg0tPT
fwJ6eno6+vv70dvbu72pqWlcWVkZ3XcNDAzEkydP4O7ujra2NoiJidEgptZYqN780qVLwcrK
io6ODiQnJyM6Ohrh4eF49OgRwsPDkZqairy8PDQ0NMDKygqCgoK4c+cOKioqYGBggPHjx0NB
QQGfPn1CdXU1wsPD0dHRAXl5eVreVl9fH69fv4a3tzdMTExmsrCwyE2ePPnDuHHjiKura/Tn
z5+nubq64uHDhwZj8oKfMzMzT2hrayMtLQ0NDQ10ydTS0hINDQ20VKydnd2fBrqwsDCamppo
yVJzc3PcuHEDoqKiyM/P/6cy9O7ubgQGBuLx48eQlZVFXFwcIiIiEB0djdDQ0D8F9JSUFNTX
12NgYGDK6OgoM4PBwN69ewEAkpKSYDAYGBgYQGhoKJiZmTFu3DhwcHCAnZ0dHBwccHBw+IdA
19TUhI6ODlpaWqClpYUNGzbAzMwMDAaD1gdPSEhATU0N3Wb4NoaHh8eXl5fLUGJBnp6e1cPD
w8wNDQ3IycmBhIQEdHV1kZCQAFVV1b8V6NeuXcOiRYuQmpqKT58+QVBQELy8vNi7dy/Cw8Mx
PDwMd3f3Pw306dOnIz4+Hq9fvwYAPH78GEpKSuDl5UVWVtafAjobGxuMjY3x5s0bNDU1wd7e
HocOHYKdnR3s7e1pYaPU1FT6WfqVbC81D9He3k5roNfX10NTUxN6enq0w9bvAb28vJz2JiCE
sH7+/HlKb28vjIyMUFZWhnfv3iE2NharVq2CuLg4ysvLUVBQgOTkZDAYjJ+AXl9fj7KyMnz8
+BFpaWmYMmUKPdNCAb26uhpdXV2wt7f/JdD7+vpgZWWFR48e0dW0kpISejDv74w3b94gJSUF
vLy80NPTo6uCPwJdWVkZT58+ha6uLuTk5DAyMoKMjAxs3br1X5Kp/wfo/0uBTqlbxcbGzt2x
YwcBQM6cOZP8/Plz2Nvbg52dHfb29rCxsdkoJyc3qqura9HW1obh4WGkpqYiKCgIRUVF9JvR
0dGBMak+ZGRkIDc3l7aoHBkZQX5+PiIjIyEtLY3IyEh8+fIFYmJiuHTpEh49eoS4uDhkZWVB
REQEBQUFWL9+PVatWoWhoSGkp6cjLy8PWVlZEBYWRlpaGiorK+mSqYWFBQQFBSEgIID8/Hzo
6uqClZUVUlJSaGxsRElJCd3/jYiIwN27d6GqqkqLuVhZWcHNzQ2ampoQEhJqBkBYWFhITExM
oYODg8WYxu/7vLy8/dTrpmxUqeqApaUlnZn8VaCLiIigsbGRnjg2NTUFPz//fxnoAQEBEBER
gbq6Oq2LTkn1/gj09PR0lJeX0ytE1HR1d3c3+vv70dnZOT41NRUHDx4EAEhISKCkpIQG3bx5
8zB//nwsWrToLwNdV1cXY0qB4OTkhImJyXdAT05ORnp6OkJDQ7+LkJAQ5ObmQlVVlVA7pR8+
fDjf0dFB91efP38OU1NTpKen/+0Z+rdA//jxI6SlpSEgIIAjR44gJCTkO6CnpaWhqakJ3t7e
8PX1xcuXL9HR0QEXFxdIS0vTQI+JiYGJiQnGjRsHQUHB/8feX0d1na77//gTjFFR1BlbBwsT
bLDAwsTG7gRRxEAUUEpBSkCku7uku7u7O6VDUrGu7x8/Xq81s+vM3uecz+/sc2avda+9154Q
3vF63Pd9XdfzASUlJZw5c4YRr4wrLCxEUlISwsLCUFJSgurqakhLS/8V0Ht7e1FVVQU7Ozvs
2rXrHwKdedD95Um9paWFTWT7V4Cup6cHSUlJZGZmIicnB1paWjAyMkJycjI6OzvZ/PzRRlcU
FhYiJSXl7wK9rKyMLe398ssvmDVrFgt0Ozs7NDQ0cA8PD69m+lH+HtAlJSVhb2+PgIAApKam
slnv/5VrNAPinwL6ixcvUFVVha6uLqSlpWH9+vWYO3fufynU/wT6/1KgM7O7+fn5ThMmTPgB
4Ku7u/uL6OhopKamQklJCY6OjtDQ0ICvr++C9vZ2kZCQkDgbG5taXV3d4pCQEKH379/bP378
uNbe3r6+u7v7amRkpJWbm1utqqrq6+DgYKHY2NhaR0fH2tTUVNmampolLi4uD86cOfNWUVEx
Mjw8vFZGRmbHhQsXICcnN9XBwcFYV1e39t69e0J5eXlC69evF1q2bNnu/Pz8Df7+/gsNDAzy
dHV1a8XFxYVdXFxempqa1tra2tZWVFRc9vb2Fn769KnQw4cPhYqKimBsbLx8woQJQoqKirzM
g6KwsBA5OTnsG8loAt+9ewdjY2MkJCQgPT0dSUlJIidPnhwGQPPmzaN58+bRokWLWszMzPYF
BwejsrKSEcmgrq4OISEhQvfv3xfy8fER6uzsXFFSUoLMzEz4+fnBx8eHz8DAQMjFxWWzl5cX
HBwc4OXlhfj4eOTl5U1WV1cXBiAkLy8v1N/fz11cXMx8gLdISkoKKSkpCRUVFXHcv39/8eLF
i4UsLS1X/hGg19fXo7e3F4mJiULPnz8XMjU1FSoqKloTERHB5mWXlJT8amNjIyQnJycUERGx
aFSUcdnT07PW2dm53sXFpc7R0bHWycmp1tLS8rabmxtKSkrmHjx4UAiA0MuXL4UqKirmffz4
EQEBAb8sWLBAaM6cOUILFy4UmjdvntDSpUuFXFxcFlRVVcHb2xva2tpCAIS3b98uLCsri+7u
bnz48GGNpaWlkJ2dndDHjx+XGRsbY/fu3UJmZmYceXl5LNCZ+fLi4uLfJZlVVVUhLy9PgJeX
d4BJrmpubp7ANFfV1tauNzQ0FDIzM9sZFRW1z9LSUqi8vHzebxPWmJEoRhbj4ODALm9v79nH
jh0TunLlitDXr1+5vLy8+KZMmSJ06tQpoczMTM6bN2/y8PDwCKWkpPz85cuXOc+fP8eDBw+2
HTx4UCg9PZ3369evcHJy+mXPnj3C2tratTk5OcaRkZFT/f39oaSktMPBwaFWT0/v0qtXr2Zv
27ZNaNq0aULR0dGLzczMNnBycgpJSkoKaWpqzjtw4MBKKyureDs7u7Ts7Ow59vb2fioqKrVJ
SUlPcnNzn50+fVrvp59+ElqwYIHwzJkzhaytrYVHN2EIDg4WOnjwoFBAQMAmBwcH6OrqQk1N
7XdAZz5DzIgikzTI1LR7enowMjKC4eHh9ZaWlkIODg5CPj4+KC4uRlRUFAoLC8fY2dkJ3b9/
XygiIkKot7d3+WhfwpYrV64IPXr0aOvNmze3XLlyRcjb23thQUEBurq65sjIyAgBEFJXV9/c
0NCAgoICpKSkoLCwEKampvyTJk0SOnfunFBGRobQhw8fJpeWlqKvr29MTU3N1pkzZwrNmTNH
ODo6Wig2NhaWlpY8srKyV2RlZWXl5OSE3NzchKZOnSr0yy+/CHl5eW379OkT00i7+enTp0Kh
oaFCcXFxPyUlJf2PAjqT2tfd3Y2UlBSsX78eCxYswLp168DPzw9+fn522mjNmjV/Av1PoP//
Vk5ODsrKyhAfH5//008/0YQJE74UFxdfY0aUurq68P79ezx//hxWVlaoq6tbt2nTpm9MmEBC
QgKdOnWKCRYgItK8e/du+uhplpqammjatGk0elVdSUTb1q1bx+pTAZCAgMCnu3fvCt68eXPB
6tWr2Xz1uro6mjlzJv3000+kpKTk4OXlZcgErjx8+JCePHnC/juMjIxIWlqaVq9eTfz8/OTv
7x8nLS39iYODgw4ePEgNDQ0iTB4xM19ZW1vLng5lZGTw4sUL+Pn5IT09HXFxcSgtLeXdt2/f
B8YMZ2Njox0WFoawsDDk5OSw864xMTEOBw4cIB4eHtq+fTtZWFh87ujo2BUTE4N9+/ZBREQk
Y+vWrXTgwAFycnKSYkI8rKys4OvrK3Tp0iUCQLt37yYLC4uNTU1NaGhouHfkyBFauXIlCQgI
kL+/f8Lp06f7Jk2aRLdu3aL+/v4VTDMY0yj2l6M/Hz9+REtLi/nNmzeJj4+PNm3aRC9evKDY
2NgDqampyM7OXqesrNy5ceNGWrZsGd2/f7+ntbV1i4ODQ+Vv3x9miYiINOXm5u6Ql5fvmjJl
CgGgzZs3U3x8/N0fP37A0tIyEgCNGzeOJk+eTOPGjSNOTk5SU1NrGxkZ2aSurm64du1aNmTo
1q1bDr29vTs8PDwSN2/eTLt37yZzc/M3L1682DtlyhRSVVXNKisr4/7tlTsj//jtGm12ixs/
fjxxcnJSREREalZWFrS0tKCqqgp5efnGnTt3Ei8vLy1atIj27NlDjo6OHz5+/LiKGclhxt/U
1dVx7949PHnyhF0qKirSPDw8NG/ePGppadG1tbWtGTduHO3du5fS09OT+Pn5P06aNIlCQ0N9
iWiHpKTkm5UrV9KcOXPo1q1bg3V1dbOjoqK2jOZX08mTJ8nNzW1camrqChERkU+jPRl1CgoK
j5csWULjx48nHx+f50pKShUcHBx08+ZN0tDQeAEgAwDNnTs3o6ys7C7jMYiLi0s2MDD4CoAm
T55MY8eOpTFjxtDt27fpy5cvAmFhYf779++n2bNn0/Hjx8nU1PTi27dvWd3xb4He0tKCjIwM
xMXF/e41ZsJZfHx8VquqqtL69etp69atZGpq+qampgZFRUVcbm5uyYyicv/+/aStrR1sY2OD
q1evflu9ejXx8fHRL7/8QqtXr6a9e/ea+vv7Y2hoSPbIkSNM8hdVVlZKNTQ0ICEhAUlJSVd3
797NBkXdu3eP0tPTd5WVlaG2tnaCgoIC+9kUFRUlPz+/8T4+PnpM2eX06dP08uVLGj9+PI0d
O5bU1NQoNDQUVlZW148cOUIrVqygXbt2kYaGRlZ9ff30wcFBdtTuv2oNDQ0hISEBx44d+6eB
XlpaiuLiYnR1dSE9PR0bN27E/PnzsXz5cqxYsQKrVq0CPz8/Fi9ejNWrV2PdunV/Av3/OtDr
6+vR2dmJoqIi559++onGjx9PhYWFuUyIxadPn6Cqqopr166xtdLExMSHP//8M02bNo2IiO7e
vUtjx44dCQ0NfRgQEAABAYEnAMjHx4c+ffpEU6dOpZ9++olMTEw0ysvLsX37drp8+TIVFBTQ
xYsXCQBt2LDhkYmJCWvJKS0tpYqKChqNGRyysrJaEhERMXvPnj3tY8aMoa6uLurt7SUAJCws
THV1dfvevn2rznzBy8vL6f79+wSALCwssltbW3l/G/3IRKIGBATg7t27uHnzJm7evAlXV1fU
1taiuroaxcXFsnx8fN8ZhauEhERXS0vL2ZKSEo6UlBRkZmYiLi7u5a+//kpjxowhHR2dUj4+
vs7R7PjAkpISLhUVFdy9ezeC+bkkJCTilJSUoKSkBENDQ9jZ2XGePXtWg/nrcnJyl5uamtDb
27vj6tWrbUwyU3d3Nx04cIDJME4ZHBycyXT5M7U6Jr/7N4C/eujQIRqNTCwUFBRsGk0wC46P
j5/+/PnzZgAkJib249ChQ58BUF5enrqlpWX85MmTae7cueoAPj158qRbQ0NjeNOmTb0+Pj5X
REREvrx584YsLCyY3OOGkZER3Lhxw2HLli305MmTqtE/p2nv3r2krKyc1tTUpDN+/HhasGAB
FRcXP3vy5InHwoUL6enTp0pKSkq/Tp48mSZOnEgBAQGma9eujeTm5iYtLa1vVVVVMxmopKWl
ITo6+q8MbW5ubjA3Nw/g5OSkWbNmfS8pKVHo6uqCmpoaFBQUcPny5fzRZEEKDAxkAWFtbX3l
txnXOjo60NTUxMuXL3+3DAwMZJi0wTt37tSLi4ubMSpHFRUVAkA///xzQVNT047g4GApLi4u
EhUVJaYEYGRkVFdVVcW5f/9+1gCoo6OzLjU19c348eNp9PNi29nZuWbv3r0fAFBxcbGoh4dH
BABSVFQsyMnJ+cXKyspn7NixtH///vSsrCxuQUHB/K1bt44Q0UxbW9sDP/30E23cuJFOnz79
GkDukSNHqLS0tHPGjBm0atUq0tHRYUCXn52dPc3Pzw/5+fno7Oxkgd7W1gZ3d3c2I4HRCHt6
esLFxYWXl5e3DMBXISGh3tEkw/7Pnz/D3d3dafLkybR8+XJSU1MrANAL4KOent6Jy5cvHxuN
Ge2ws7MbHP2sa86YMQPx8fE/3717N4VJf7S1tc1k3NP29vav5s2b91ldXZ1u3bpFAEhPTy+2
t7f3ZxMTExcAP5SVlZOuXbt2b+nSpeTl5aUfGxs7S0REpGZUB0p9fX00duxYmjFjBgUFBZ0z
MDA4AIA4ODgGVFVVC5jvbmhoaGRdXR3+MurzP7NycnIQHR0NHx8fnDlz5l8COmM6a2pqQnFx
MbuBTUxMhLm5OZSVlfHixQvMnj0b/Pz8fwL9/zrQOzs7MTw8jOrq6oU///wzASArK6uAjx8/
wsnJCYGBgTAyMsKFCxfYeioRcSgpKVWPwoX2799P9+7dyyUiKCoq4tmzZ7rTpk0jMTEx2rZt
GzFQsra2touKikJOTo6pvLw8nT17lhYuXEjjx4+nJ0+eXPj8+fN8Ztdtb29PW7dupUmTJtGu
Xbv6pKWl8eTJExw5cqRx7NixJCMjQ+Li4gSAbt68SUQ0s7e3d+bGjRs7xowZQ6WlpSQtLU1C
QkJERJsHBwd/d4X45csXhIeH4+rVq5CUlMT9+/chKSkJV1dXdHd3o7i4WGfhwoW0dOnSDyYm
JglcXFw0Cql+Z2dnJjBnkoKCQiEAunbtms/Q0BCCg4M1mNNGXFzczpiYGPj6+oYyUwJ79+4t
CwoKWuPi4sL0AEyVkZEJYID++PHjVg0NDaSnp6O7u5uXl5e3ffr06dTT00NHjhyh5cuXR9fX
109kOpOZh7GRkRGePHmC58+fs152BQUFV+bkn5KSgoiIiEtTpkyhmTNn0sWLF29OnDixZ/Xq
1V/LysoOJicnH338+HG9sbGxYGhoqLG1tXXawoULlwD4cfLkyUxHR0dBJycnLWNjY7i6utrq
6+uzXmI1NTVKS0ubsXTpUuGsrCxpOzs7RQDk4eGhGRAQcMXT0/PEsWPHrAGQpaWlNxFNqKmp
cR3N4xcvLi6GrKxs29SpU+nx48ckICDw1cTE5HlkZOTCvLy838XYZmRk/FVmeVlZGZKSkmIn
TZpE48eP/xYVFXW1vLwcubm5aGhogJeXV/6oeYkiIyOJi4uLeHl5KTQ09PRvr9bt7OxQVFSE
jo6O343DdXR0CDQ3N6sbGxuPACBubu6vnJycxHwm7t+/nzbamfzL1atXWS/B3r17aRTI5Ojo
iHXr1qkyvmUTExNSVlZmT5ihoaE6DQ0NWLZsWeiYMWOoqqrK3srKqnJ0w5UUGhqKL1++rBYW
FqbFixfXREVFeQkICPxwd3fXGU1F27Vs2TJavnw5FRUVienr69tkZ2fHqqurFzBd/0ePHmVi
dWloaOhmfn4+CgsL0d7ezgK9o6MDSUlJMDAw+J1lb7Qe7Q+Azp4925uVlbXMwsKi+MmTJw19
fX3CR48eHQRAhoaGujExMTh//rwnAHr06FG7nZ3dsYULF9Ls2bP9c3NzNwQFBdHdu3cd5eTk
EBERgYcPH/oykyXCwsK+r169QllZGT59+jRdV1e3XU5OjpibHRUVlYyhoaF7y5cvp0WLFlFb
W9tBIkJQUNAtFxeXFaamprh161YhANLX1yc7Ozvi5OSkw4cPU319/XEJCYlaAHT37t2gvLw8
aGhoGAAgQUHBusOHD2Pfvn3/JWvv3r3YuXMn1NTUYGVlhatXr/7LQC8pKWH7db5//44fP36g
r68PEREReP36Nfr6+vDgwQPMmDED/Pz8f+ik/ifQ/5cCPSUlBWlpaSgrK5v08OHDNgB04MCB
3pGRkS2SkpK4d+8eXFxcICUlhfj4+PCAgACjvr4+xMbG3mWuXWfMmPEjNTXVvqWlBW/fvoWi
oqICI1y5d+8erV+/niZPnkwODg5uERERIKIjzDU9FxcXjRkzht68eVNCRJekpaWHRv//XiMj
o6oHDx4QgMEVK1ZwvXjxAseOHWueMWMGPXjwgM6fP0+cnJx08+bN1JGRkfnx8fEwMjIyA/CD
n5+fFi5cSLa2tsaM2IKJfOzq6kJ8fDwuXbqEO3fu4MGDB5CSkoK4uDhCQ0PR3NysuWLFCho7
dixpaWmJxMXFcSYnJyeOPlS+Hj169G1DQwMHEc09ffp0y+gDWqq/vx/a2toqP/30E/Hx8ZGz
s/N2XV1dbNu2LWLt2rWfli1b1jtlyhS6c+fOOW1tbURHR2NwcHD9+fPnSVhYmNatW0fc3Nwt
enp6s/Lz8/Ht2ze8fv06hHkgCwoK0ps3bx5aWVkxJxh4eXlBX18f48aNw/jx4zFx4kR2cXFx
WY6eTMOJiOPDhw8P+Pn5acyYMSQoKHiVm5u7Y//+/UPKysowNjZGaWkpAgMDUVBQ8FN5efn4
JUuWcAAgHh6eluvXr6OzsxMRERGXJ0+e3PPzzz/T6HtDN2/epIqKCn55eXkUFBTAzs7OfNKk
SaSjo2Po7+8PZWVlcHFxvZ8zZw7JyMhsHe2a1+Lk5CQlJaWsDx8+CF27dq2JgduECRO+vHr1
6sno1AEMDQ1hZGQEXV1d2NnZscEjTCfx6Cy71YIFC76P+u2LLC0tUVhYiOHhYYSEhOSPXlXT
kiVLiJOTk9atW0eGhoanfnsSl5WVhZycHKqrq1mxDaPdLCgokNyyZcvXAwcOEKNmfPz4MW3Z
soXWrFkz+OHDB8mkpKRZIiIi3wGQgoLCgL+/f5W5uXmMv7//MX9/f4iIiGidO3eOhIWFac6c
OSQgIEAXLlwgABQTE0NJSUncW7ZseTd16lTi4+OjOXPm0KhJMP3FixeIjIycICcn5zTqkiYh
IaGvg4ODP7948QLnz58/+ssvv9CyZcuovb1dkoimxMfHc2/fvj1mVFSRbWlpWWVjY5Po7+//
srCwcJyGhgYGBgbmDg8Po7e3Fx8/fsSPHz9QVVWFw4cP48SJExATE4OYmBhOnz6NEydOeAAg
TU1Nhy9fviAlJYW7uLh4Uk1NzXUGuMnJyXurqqpw7949l9GyW8uLFy9ubNiwgQBk79q1C4OD
gwKfPn1aXlNTg48fP24/cODAx4MHD/asXr26d/78+b05OTkbRpsP7bi5uWnu3Lm0Z88eAkDa
2tqhAwMDsvPmzSM+Pj7KysoSSU9PR3Z2NlxdXSErK4tLly6VcnFx0Z49e0hQUJDGjBlDly9f
ptevX1+dPHly4ejPGfny5Uvw8/NPnjBhAs2aNatg0aJF4OHh+S9ZM2bMwK5du9DY2IiwsDCc
Pn36PwX0oqIiNDU1sbkeDQ0NbDBRU1MT8vLyIC4ujjlz5vyhk/qfQP9f3BRXX1+Pnp6eCR0d
HYKbN29uG93BvpeTk9ujr6+P2NjY29u3bw/h4OAgKSkpGhkZ2ZiVlTV369atVUxNsL6+flZ9
fT2IaIGiomICAFJWViYiImFhYebq0SA2Nnb7q1evPt+/f5+Ki4vJ3t6eANCxY8fo+/fvd6Sk
pHoB0I4dO968f/8eZ86cIQBfjx8/Pu7t27c4dOhQAzc3NzH/4eTkpKNHjw5/+fJlmZ+fH+Tk
5H7h4eEZGhVJNERERKyyt7dnT2FOTk7w8PCAvLw8bt26hYcPH0JaWpqtmwYEBGjt3LmTxo4d
SwEBAeHt7e0/eXt7w93dfaK2tnbg1KlTadq0afT+/XufpKQkbNu2zQ0AycjIUFNTE9zd3R8z
koCMjIxNCQkJ15YsWdK5bt060zt37hiO+oPtW1tbERMTs8LFxcV31qxZlJiYWKqoqBgPgNTV
1Y0rKysxGkuoO3/+fKbG/rGjo2NvYWEhsrOzkZOTw3YYMw/f38oUTp8+7QWAjh49Ojjqvz49
a9YsWrx4McnIyNxZsGBB28KFC7/o6+sf2LVrFzIzM8/n5+cLMCOHWlpaMqPvRbW1tTU6Ozt/
YeQ32dnZVF1dTaP+Y7K2tp45ullbqqurO8DBwUHPnj1L+fjxI4+GhgYePXoUBYCOHz/ufOfO
HaioqCiM9krkE9GGmzdvDvPx8VFBQQHNnDmTpk+fTqampgeDg4Ph7+8PPz8/eHl5ITY2FoWF
hQgJCWHn02NjY5GYmMi9d+/er6MADNHX10dUVBTa29vh7+/PXrkTEVu6AHAKf/EfaWlp9Pb2
oq6uDrW1tcyXf46goGALABoaGqLS0lICQBkZGdTd3c2+Bg0NDcfPnj37dXRT8S4xMREVFRUn
zczMLhDRqkePHiWLi4uzn/nTp0+TtbU1AaBXr14NEtESU1NTbN68Wf/EiRPWz549Gxpt8qs0
MjKCn58fioqKtq1atapv9Po5u7OzE5qamjh48OB2ZuOXl5d3vaamBj4+Prh3717D6C2Kor29
PeLi4nYEBgZKpKenz9ixY4emkZFRZ0ZGBpKSkljTXlhYGC5dugRRUVEcO3YMx44dw8mTJ3H4
8OGA0RuJj6WlpRP2798PW1vbo0S0Z//+/amjpYTCnp6eCfr6+jmjQpwsLS2tPVxcXDR16tTE
nTt3IiYmBiMjI0hISDguJSXlv3r1anr27Jnunj17DAGQq6urHhHx7du3jwBQSkoKubi40Ogz
Jb2trY3/8OHDnQDI1NT0rZWVFRoaGq5mZ2ffSUxMxPXr1wsnTJhAnZ2dREQ0a9Ys2r17NyUn
J584fPhw0+gm1O/8+fO4evXqi9GbgcYLFy7g5MmT/yVr8+bN7ISDu7s7zp49+98CdKYjPjEx
EWlpaZCQkMDPP/+M+fPng4eHh623/2WN/U+g/y8FOuMPbm5uHk9E4969e7dtzZo1zfPnz6dF
ixbRxIkTm7Zs2UJcXFy0efPmSjs7u/2Wlpbw9fXF5cuX/UavMt/W1dWNcXd3h4eHx87Dhw/T
Tz/9RFJSUlRQUPBt7ty5NH78eDpy5IiRnZ1dCHO9tm3bNuLj46OZM2eSra2tqoqKykqmKejq
1avGtra2l6dPn04zZswgS0vLm8bGxk/nzp1L48aNo8DAQDIyMqIxY8bQrFmzKCkpqTQ4OBhy
cnKcN27cGABAUlJSSUZGRtDU1ISWlha0tLSgo6MDaWlp3L59Gw8ePGB1lo8ePYKMjIwJ03Q3
+nt1fv36dZGZmRm2b98++/Dhwy2/bRK7du3aq+Dg4Oejpw/i4eFJnTx5cvPPP/9MSUlJr5yc
nJxmzZrFnGLNmatobm5uys3NTWXgOGnSJIqPj39+5cqVy6NNZUN1dXWi379/R0dHB3bu3Nk7
qvRzIyL09vZO/K18ZXh4GNnZ2bCxsWFrnh4eHvD29l61bdu2+tGfNxZAySjYooeHh+e8e/eu
BwDNmTPnx6JFi6I2b95Mz549M8jMzMTg4OC548eP07hx42jjxo3k5uamGRMTM05XV1efm5ub
BAUFafXq1TRjxgzi4eEhKSmp6EePHuHJkyfrmeavTZs2kZ+f3xUfHx9kZ2dvOnToUOf8+fNp
/vz5uQBG+Pj4PhYWFh4PDg5exGgLc3Nz3S5dumQPgLZv35735cuX5cPDw/j48SP6+vrQ39+P
4uLi3zVtjToExrq5uRWOhiJ1p6enb7O2toaGhgakpKQ+MCd0pgFx/PjxtGvXrquCgoIQFBSE
gIAABAUF2ZE9pkt5aGhojo+PD/ueV1VVkaKiIo1uTtg+j9FbmsigoCCmLl4/duzYsNWrV5O4
uPhgcHDwvb1799KsWbNIRkaGFi9eTE+fPiVRUVEaO3YszZ07l06fPo2bN29ix44dWL58ObZs
2UKTJ0+md+/enY2JiUFSUhIGBgawb9++bB4eHvr48eOFhoYG+Pv7T7p37x5rNTQ1Nf1WX1+/
pLGxEQUFBQ+YDSGAsEmTJtHNmzepqKiog7lFe/z4sbWWlhZUVFSgpKSEV69ewdDQEKampqyB
zsrKCmZmZpbLli0jAHTp0qWkzZs3R82ZM4fy8vLs4+LiDH/99VcC8JWXl7ds4sSJtGTJEsrL
y7uiqKhoP/q5/2hra3sxMzMTRLRMXl6eANCsWbPI2NhY7tKlS0pjxowhbm7uL5mZmepMSW32
7Nm0aNEi5nf45urqKh4VFaW2dOlSGj9+PG3atKl63759ZGJiElVQUHBv7ty5xPTwZGVlse9P
cnJyYUJCwlNG0zl16tSoCRMm0Pz580lfX/+ak5PT78YV/9X19u1beHt74+PHj6ivr/9vB3pN
TQ2io6MRFhaG+Ph42Nvbw9vbG3Z2drh37x727duHJUuWYMWKFSzUGaDr6+ujtbUVxcXFrJCp
pKTkT6D/uwL9t+rHkZERzidPnkBTU3OtlpaWy/r164MvXLhQNHfuXFdVVVWX2trahTExMTh5
8uSOly9fGvHz8/9YuHBhu4ODwzJDQ0MoKytDSkqK482bN5ePHTvmcu/ePZeampqd6urqZvv2
7XPx8fE5U1hYePnVq1cu27Ztc5k3b57Hjh07vCQlJdX8/Pygq6s7XUxMzG337t0u58+fP6+n
pzfr9OnTLs+fP3cpLi6e5+npKX3kyBF3QUFBFzMzswfq6upHlixZ4rJhwwaXvLw8RyUlJXh4
eMy5e/fuCAcHB+Xl5amMXpeyq6KiAiYmJrh06RLu3r0LSUlJdt27d099+/btdOXKFdqzZw/J
ysqGtLS0LHF3d4euru6CI0eOhG7fvr3m/v37dOHChc4TJ04oZ2RkcISEhJgcOnTI88CBA7R1
61ZSUFCwd3BwgKSkpPnSpUvpyJEjlJOTI56VlTXm4cOHX7Zs2UKenp6kqKgYtHHjRjIwMOgs
KiqaEhMTs+38+fPJS5Ys+XT9+vVNISEhIKITS5cuHZg7dy4FBwcva21t5eju7uZkcuo7Ojrw
7ds3lJSUQEdH53f+YjMzM1y4cGH5uXPn4q9du0Z79uwhcXHxuPLy8pPt7e0oLy/f+/z584Rd
u3aRqKgoPXv2LDUmJkYkNzcXbW1tM65fv66/ceNGl0OHDnl4eno+Kyoqwvfv3+dfv37dhZub
O/zu3btRVlZWLnPnznUxNzc3NzIywsWLF+cJCwu7HDx4sExVVTXS3t5+7ahZCXZ2duv379/v
ISoq+uPy5cspZ86cWVhcXDzm7du3hkJCQrRv3z4yMjJ6Z2VlBVlZ2VZRUVGqqKg429XVxdZ4
Gxsb0dXVheHh4b/qiWhqalovJCT0AQAZGBj4VFZW4uLFi9izZ4/zuXPn6Nq1a/1btmyh3bt3
k66ublVubq4gIylhRCUlJSVsGllVVRVGRkZmv3r1KnTr1q1dBw4c+K6tre3y+vVrj7Nnz5Ky
snKjs7Ozy61bt2jt2rUlampq2kTE7eDgkLFr1y7at28fiYiIfJeWll7u6uo65/Llyy6ioqIu
b968OSQjI/OkvLzc5dKlSy6rV692uXfvnsnDhw/HqKurQ0dHB/fu3fvp0KFDrrt373a5ffv2
GBcXF6Smpu6LiYlxmjFjxrdr1641EBFvTEwMVFRUJqqoqPiKi4vTnj17SENDI7Srq4uns7MT
X79+5fLx8cnauXMniYiIkKioKCkrK1/Kzc2VEBIS+g6AjI2NOyMjI9mcbkYcExQUBC8vL9aG
FxUVNVFHR8dswYIFPcuXLyd+fn6SlJRsi4mJ2d/Z2Tnm3bt3Ltu2baM9e/bQrl276OnTp7Ju
bm548uQJ7dq1iy5fvkxubm7mgYGBGB4eniApKWm2Z88eUlJSinJzcxtz9erV8aKioqkXLlyg
gICA22FhYSdPnDhBW7ZsoZUrV3pt2rSp7MCBA/To0SOpwsJCeHt72+3evbtu//79X3fs2OGu
q6sLExOTa7dv3+49e/Zs37t371xevXrlsnbtWjp9+jQ5Ozt7ent74+rVq5I7d+7MO3v2LK1e
vZrU1NRcCgoKJkRHR/+VsOefXaGhoUhOTkZHRwf6+/sZdfH/E6D7+fmx6uOenh5UVFTg6dOn
ePv2LczNzfHLL7+wCua1a9di27ZtMDY2xsDAACIjIxETE4OoqCgkJCSgpqYGFRUVfwL93xno
X758wcOHD6Gurg5tbW2Ii4uDiHD06FG8ePECRAQHBweOX3/9tZMZ5XJ2drZmpC7v3r2DrKws
TExMcOrUKTx58gTt7e3Q19fHoUOHEBUVhdraWmhra4OPjw/Pnj2Dq6srzp49Czc3Nzg7O+PW
rVvYt28fLl68CE1NTVy7dg1MkwzTLbpt2zY4OTnB2NgYixcvBj8/P8zNzXH27NkYXl7e8tGr
v5HOzk5UVVWhoqKC/XBWVVVheHgYjo6OkJCQYEeTHj9+jPv376OgoOAgEYm9f/9+s6ysLBob
G+Hu7g59fX2IiIggJCTkFyISGxoa4jl79iy8vb3h6OiIwMBAENH+uro6MQsLCygoKODly5fw
9/cXS05OFs3JyUFzczM+ffq0LTs7W+zLly9rFRUVER0dfbK6unpRWloakpKSICcnh6Kiok1H
jx79Zdu2bYHM2I6GhoajnZ3dOEbU0d3djb6+PrS2tqK3txfJycnQ19eHlZUVq2c0NTWFsLAw
/Pz8QETH6+rqxPT19ZGamor6+nokJCSgrq4O3d3dYvX19WJ9fX1ITU1Fbm4uWltbIS0tDUFB
QYiJicHLy4s154mJieHevXvIysrC27dvsWzZMtjZ2cHGxgaPHz+GkJAQ8vLypoyMjMDCwgI+
Pj7w8/ODkZERzpw5g+7u7hnBwcHYvn07IiIiEBgYiIqKCrH8/Hyxrq6uVd++fcPQ0NDSxsZG
sd+CvKenB1+/fkVdXR1yc3N/Z/uqrKxEcXExMjMz34qIiPz49ddfqaCgICguLg5PnjxBT0+P
EBEtr6+vF2traxNrbW2dFhkZiYSEBMTHxyMqKgoFBQVoaGhgYc58Vp4/f46EhIRFsbGx6yUl
JREdHQ0i2v3ly5fZFhYW+Pr16xZjY2MuWVlZDAwM4Pv37z/V1NSIVVZWiiUnJ/Pfvn0bQUFB
kJCQwLlz52BmZobHjx+jvr4e9+7dAz8/PxQUFDBaFsHorDRncnIyBAQE4ObmhpycnAf79++n
8ePHEzc3N0VGRqozAUmPHj3C+/fvQUT7/Pz8dquoqKC9vZ21ZDU3N3PW1dWJZWdni9XX1x96
//49amtrp65cuZKEhYWpsbHx3F/OYDc3NyMoKAi2trZwcXGBi4sLgoKCoKysjJs3by599uyZ
2KtXr8R6e3sXJCQksOOfvr6+G4eHh8VqamoOP378GHl5efj06dPhjIwMsaqqKrHe3t7lQ0ND
6OrqgomJCRoaGsQcHR051dTUsHv3brx48WIiER1MSkqCr68vSkpKdjc2Nort2bMHjx49mvLh
wwexR48eITk5GdbW1sjKypqen58/U1RUlO2z6O7uXkhEy0NCQnD//n1YWlruJCLRsrIyGBgY
4OjRo5CSkgIRiXl5eW1WUFBAYWEh4uPj/1MrIiIC6enp7MhaR0cHampq/p8BPSAgAJGRkawu
NDU1FXfv3sXLly9BRHjz5g2WL18OYWFhLFiwAA8fPoSGhgYiIyPh7OzM3jCYm5sjOjoajY2N
qKys/BPo/85Af/ToEV69egVNTU1cuXIFnz9/xoEDB6CgoAAiGmNubo4JEya827ZtG71+/To7
MzPzl8TERGRmZsLCwgIyMjIwNDRk86dbW1uhra2NAwcOIDIyEtXV1Xj9+jVWrVoFSUlJmJqa
4syZM/Dy8oKrqyuuX7+OXbt24eLFi9DS0sLly5ehqKiI0tJS+Pj44NSpUxAUFISTkxN0dXWx
atUqKCgoQFdXd+65c+eYOd9vTU1N+2tqajjy8/NRXFyMsrIylJSUoLa2FgMDA2hqakJKSgor
/uju7saTJ09gZWWFgoICmJmZ4d69e2hqaoKrqyt0dXWxb98+ODg44MuXL6iqqsLZs2fx/v17
tj7f2NiIlJQUvHv3DioqKlBRUYG1tTX8/PyQmZnJuqODg4PR09MDJSUluLq6Ijs7GxkZGRid
AAARLX737t3xUVEMPXz4kMrKytbHxMSgvLwcnz59YhWz6enpMDU1haSkJDQ0NFjHup2dHQwN
DbFr1y7Y29ujubkZKSkpeP36NVJSUtDQ0IDk5GRkZ2ejoKAAaWlpqKmpQUpKCvLy8tDR0YH7
9+9j06ZNOHHiBLy8vFBcXIxv375BTEwMV69eRVRUFPT09MDLywtbW1u8e/cO165dg5CQEMLD
w9Hc3AwrKyt4e3vD398fhoaGEBMTQ2FhIVxcXLBjxw5ER0fj/fv3bIJdXV0d+yDMzMxEc3Mz
a81j8r11dXUhJCSEtLQ0pKens5rX4uJi1NfXTzIxMRESEhIKdHV1dSwrK8PLly+Rk5ODtrY2
MA1UJSUlCA8PR3R0NKKjo5GdnY3W1lZ8+PCBSWNjga6kpAQvLy94enri0aNHCA4ORmdnJ1pa
WmBjY4P6+np2RG54eBjt7e1ITExEQkIC/P39ISkpieDgYNy6dQsnT56EkZERHjx4gJqaGty5
cwfLly/H06dPoa+vDz09PdYa5+vrCwEBASZk5dGOHTuIj4+PlJWVw4qLiydlZ2cjMDAQT58+
hZubG4gINjY2ePnyJdrb29HY2IimpiaUlZUhJSUF/v7+KC0tRXt7OyorKx8sWLAg0MLCInBo
aIj9fZnV0NCAgIAAWFtbw9nZGc7OzggKCoK8vDyOHz+Ou3fvQlpaGrW1tawFTVVVFZaWlmzW
+oMHD5CVlYXGxkYEBAQgJSUFra2t8PPzg5+fH1RUVJCfn4+QkBD4+fnh6NGjEBcXR2dnJ6sb
ZqQv27Ztw82bN5GdnY3Hjx8jISEBZmZmCAoKQlRUFERFRWFsbAwDAwOUlZWhs7MT/v7+kJGR
gZaWFnp7e5Gfnw9jY2McO3YMt27dQldXF8zMzCAvL4/8/HzExsb+S4v57KakpLDqVwZ4//8G
+r1796CkpIT+/n40NzejpKQEXV1dMDIyQkREBGRlZWFubg5/f38wvUZ2dnYwNzdHXFwcGhoa
2MMQA3RPT0/W3WBmZgZ3d/ffAb2qqgrLly+HjIzMXwE9NjYWPj4+CA0NhbOzM9TU1NjXMTQ0
FDY2NrC3t0dXVxdcXFxYoDc1NcHZ2RnMIes/Arq5uTkuXryI0tJS9hnX3NyMnJwcVuXLAL24
uBhOTk5wcXFBUVERoqOj8fLlS/x2pJVZ/9uADlNTU/Dx8WFoaOhaRETEJB8fH8TExCA5ORlm
ZmZ48uQJC/RHjx6hpaUFb968wYEDBxASEoLq6mqoqqqyej07OztcvnwZurq6MDAwgLi4OERE
RHD06FEoKiri/PnzUFNTQ0lJCVxdXbFz505s3LgRrq6uePnyJQQFBdnfxdbWdsWKFSuuBQcH
b8rLy2M724uKihAXF4ecnBx0dXUx6WEoLi5mQ1i+f/8OJSWln6Wlpe89efIEiYmJCAsLQ2Nj
I3x9faGuro69e/f+Q6DX19ezUapqampQVVWFlZUV/Pz8UFhYiOrqajQ0NCA4OBjd3d2Qk5OD
j48PioqKkJaWhtjYWKZBEXFxcRyysrJX9u7dey05OXk7k6leVlaGmpoaJCcnQ0tLC0lJSayy
UkZGBqqqqtDW1kZubi48PT0hKCgICwsLtLS0sKf4goICNDY2IjY2FpmZmWwzDFOLz8rKQktL
C6SlpcHLy8uarv4S6NHR0Xjz5g1mzZqFt2/fspuS7du3IywsDK2trTA3N4enp+ffBPrOnTsR
Hh4Od3d3xMXFISUlhRXKdHZ2oqCgAN3d3aisrMTAwAD09PRw8OBBvHr1CkJCQiwYRmvFLNj1
9PRw6tQp+Pj4IDMzk/Uw9/T0oKCgAFlZWairqwNzQg8ODmYcySwEmc3XyMgIFBUV/yHQm5qa
ICcnhwcPHuD79+/4/Pkz4uPjWf+4hIQEgoODIS4ujlOnTsHExAQSEhJobGyEtLQ01qxZAxUV
Fejr67NNSkSEiIgIbNu2DTExMYyU5WBjY+M1BwcHxMbGoqamBv7+/njx4gU8PDz+IdBTU1Ph
4+PDfs+Li4uxcuVKmJmZYWBg4HcwZ4AeFBQEOzs7ti/D19cXRkZGeP78OWRlZeHg4ABtbW3E
xcWBiKCnpwcbGxt28/jgwQO2J8HHxwdpaWmorKzE2bNnISMjgxMnTmA0cwGDg4Pw9fXFo0eP
0N3djfj4ePj6+rKO+t27d0NcXBzp6el4/PgxSkpK4Obmxiqft27dyprNWlpaMDg4CA8PDzx+
/JgFemFhId69ewdRUVHcvn37vwzoYWFhSE1NZTeezPP0fwrQlZWVWXtdT08PBgYG8O3bN9TV
1UFKSgqOjo54//49fts8bG9v/1cn9draWri4uCA4OBhfvnxh7YRBQUEYGBhAW1sbvn79ivb2
dnaT+uXLF7S2tqKxsRH3799Heno6mPJsQEAAVFVVER0djcjISISGhsLDwwMyMjIoKytDYGAg
bt++jdTUVHz48AFOTk548uQJRkZG8O3bNxQVFf0O6MLCwnj+/DlsbW1hbm6O69ev/+6EXl1d
jbS0NPYzx9gW8/Ly2GwLJppcXV2d3WD/dv2vA7qZmRlWrFiByspKvH//nt1FJycnw9TUlD2h
79ixAxISEqy0Q0REBDdu3IC3tzdev37NWshevHgBZWVl+Pv748CBAzh69ChsbW3x8uVL2NnZ
4erVq/D29kZYWBiMjIwgJycHPT09+Pj4wN3dHQoKCsjLy2OAjoULF8Le3h6JiYnIzc3Fx48f
kZ+fD39/fyQlJaGzs5P9cBcXF6O3txf19fX48ePH9AsXLiRwcXGRhoaGGpNhzXiy/f39sXr1
apiZmeH79++oqanB0aNH4ezsDFtbW7i5ubEueHt7ezx79gwyMjJ49+4dPDw8kJaWhs7OThQX
FyM0NBQfP36EtrY2zM3NERUVheLiYqSlpSE/Px99fX0ICwvDjRs3sHjxYgQHB7Mu69LSUvb0
Z2RkhJSUFBgYGOD27dt4+vQp1NTUoKGhgYaGBlbJGBoaipqaGuTl5eHp06eIiYlBUVERFBQU
0NDQgLKyMjbbXVNTE6GhoVBWVsb27dtx69YtHDlyBNbW1igsLMT3799ZoIeEhMDQ0BAiIiLw
8/NDX18fq6N0dnZGbW0tHB0dWfC+e/cOYmJiKCoqgqOjI1asWIHExET2lGNra4vq6mq0t7cj
KiqKfWhbWlri27dvMDc3x6VLl6ChoYHdu3cjKCgIwcHB+PDhA/v3FxcXQ1FREQcPHoSPjw/y
8vJgamqK8vJyVFdXIzg4mPWiZ2ZmIiUlBb6+vqitrWWB3traitLSUkRFReHTp09QUlKCp6fn
XwGd2bDU1tYiICAAFy5cgKKiIpqampCZmYng4GBYWVlh3bp1uH79Op4+fYr4+Hi0trbC0tIS
UVFRePDgAZs1//jxY1RVVaG+vp5V3ubn5yMnJwfJyckICQlBRkYGzM3NERMTAwsLC1y8eBFP
nz6Fg4PDPwR6bGwse5otLS3F4OAgFi9eDCsrK3z+/BnV1dXsWCeziouL2bhk5n87OzvD2NgY
SkpKSE5OxpUrV5jxS7S0tCA/P5/1ZVtbW0NBQYH987Ozs5GbmwtxcXEoKSnhypUrIKIpXV1d
rFCFacoyMTGBgoICcnNzER8fj7KyMuTl5cHb2xu2trb4/PkzWlpa0Nvbi7CwMIiLi0NOTg4y
MjJwdnZmb5vu3r0LZWVlDAwMID09HVZWVjh69CguXbqE7u7u/xTQ//JkzuQX/E8Eend3Nyoq
KtDc3Iyuri50dHSgrKwM0tLSfxPozEndwsICsbGx7E1mYGAgPDw8YGBggF9//RWnT59myj3o
7u5GZ2cnPDw8cP78eejp6WFgYIDNylBVVUVQUBCOHj2KDRs2QE9PD/r6+uyzOCEhAcbGxli2
bBmbTHr//n3ExMTgy5cv8Pf3x8KFC2FjY4OOjg72NXjz5g0mTZqEtWvXsmFTz549Q1VVFYqK
ilBbW4vY2FiIiori4MGD0NfXR35+PgYGBlBaWoq7d+9iz549EBERwfHjx3Hr1i2Eh4eju7ub
3dgz6/8U0E1MTPD48WPo6enB0NAQnp6eaG9vR2RkJERERHDixAlYWlrC0dERtbW1kJKSwrZt
22BkZISEhATs3LkTu3btQkREBOrr6zEwMAA5OTlYW1uzdVgiQnp6Ouzt7RESEoLMzEw4OTkh
KysL6urqWLFiBaueNDExwdDQEPLz8xEcHIzU1FQW6A0NDYiMjMT79++ZJqvZpqamNQBo1apV
lJ+f/7KnpweNjY1oa2tjr4Dy8/PR09OD/Px8PH36FFVVVfDx8cGrV6/Q1NTESmBOnToFS0tL
lJWVITIyEvr6+vj69StiYmIQFhaGoaEhNqVOV1cXzc3NCAkJQUJCAoaGhhAREQE9PT24u7sj
LCyMtUg1NjYiOTkZSUlJfxfompqaqKurg5ycHGxsbFBdXc3CbO7cuXjx4gXKy8uhoqKC5uZm
DAwM4N27dxg/fjx27dqF5ORk3Lp1C4sWLUJubi6SkpIQHx+P6upqjIyM4PDhw7hw4QLi4+Nh
bGwMZ2dn5OTkoK6uDkTENudlZ2cjMjIS0dHRCAoKwtu3b3H8+HEUFhbCy8sLampq7EM5JiYG
e/fuRWZmJpqamnDlyhUoKiri+PHjsLS0BBH9XaA3NzcjIiICHz58QENDA+Lj43Hv3j04Ozuz
2eStra3w8vKCrKwsCgoKoKioiMrKSiQlJcHPz++vgF5ZWQlbW1s0Nzfj5cuX8PT0hJeXFx49
eoSgoCD09PSgpaUFgYGBeP/+Pdra2mBmZob58+fjxYsXiI+Ph6WlJTZs2AAeHh5s3boVMjIy
7Om7sbEROjo6OHbsGDo6OrBv3z5cv34dQ0NDiImJwbVr12BiYoIvX76gsLAQERERbMOVs7Mz
IiMjISgoiL179+LkyZOwsbEBEcHa2hoqKir4+PEjGhoa2CvF0tJSdHZ24uHDh9i+fTsMDAyw
Y8cOKCgooLq6GuXl5SguLmZz8ktKSlBVVYXq6mpUVVWhpqYG1dXVsLGxgZmZGV69evVrdHS0
0d27d40SEhKkiQg/fvxAWloae/r18/PD5MmTWekOEwJ0//79Gdra2kZ79+51O3v2bElmZubr
zs7OsQx0PDw8oKenhzNnzsDS0hJtbW349OkTent7ER4eDkdHR3z58gU9PT3o7OxEW1sbysrK
ICMjA0lJSfDz88PBwQG9vb3w8vKCu7s7a3p8//49bG1tcfv2bXz48AGmpqb/MtDDw8ORlpb2
Vyfz/y1AZ6BuY2PDOub7+/tx9+5dAAAHBwfGjBmDjRs3oq2tDZ8/f4a/vz927NiBR48e4e3b
t0hNTUVdXR36+vrg7u4OPT09HDt2DJs3b8bNmzfh7OzM+AGQnJwMGRkZrF+/HidOnMD169eh
pKSEgoICDA8PIzo6GpycnACA169fszn5KioqEBAQwNGjR8EEdklKSmJgYABFRUVoaGhAVFQU
G7rz7NkzmJiYoLe3FwUFBTh9+jTWrVuH9evXY/PmzRATE0NSUhKICD09Pb9b/yeAHh0djaio
KMTGxrKu7crKShQVFaG6uhphYWEQERHB2bNnYWtrCzs7OxQUFEBaWhp79uzB27dvERMTAxER
EYiIiCAgIADFxcVob2+HrKwse23t6+uL/v5+xMTEwMHBAYGBgWxNxsrKCra2tggLC0NbWxvi
4uJgbm6OwcHBvwJ6d3c3Wltb4ebmBiUlJQwPD6O1tRW1tbUzmTr8/v37KT8/XzwwMBDBwcHs
P5+dnc02TjEACw8Px507d1BYWIiGhgbk5OTg9OnTSExMBBEhMzMT+vr6GBkZQXx8PEJDQzEw
MAAfHx88fPgQhoaGaGxsRGhoKBITEzEyMsI2GRIRIiMjIScnh5aWFjQ0NCAlJeU/BHptbS1e
vHgBCwsLZGRkoLu7G3Z2dpg0aRJ0dHRQXl4OdXV19rRmamqKefPm4fDhw0hOToaUlBSWLVuG
mJgY/PjxA93d3WhubkZfXx/k5eWhoKAANzc3GBkZwczMDOnp6WhoaAARQUNDAxYWFsjNzUVY
WBhrd4uIiICIiAgiIyNZ6xVj8YqJicHx48eRnZ2N5uZmPHr0CJcvX8bRo0fZ0+c/AnpkZCTq
6+vR3NyMkZERaGpqwtLSkoV0TU0NvL292QeEuro6ysvLWWPg6JX7+NraWv7Pnz9z9PX1wdHR
EVlZWex1va6uLm7cuIGQkBB0dnYiNzcXcXFxcHBwYAG+bt06PH/+HD4+PnB1dYWwsDCWLl2K
3bt34/Hjx6irq8Pnz59RXl6Od+/e4eTJk6itrYWoqChu3bqFnp4eJCQkQFpaGhYWFujt7UVu
bi5bwx6dQEBBQQF27twJUVFRXLt2DUZGRoiPj4eVlRU0NTXR0NCA1tZWtLS0sJMB379/h7q6
OubPn49169bhzJkzuHLlClJSUlBcXIzs7Gy25MJMhDANUZWVlWxjqoGBgfnKlSs7mXGwFy9e
RBcXF8Pd3R28vLyQlJREb28vvL29MW/ePJiamqKlpQUfPnzgKioq0l2+fDk7/jlt2jTKycnR
Ghwc5CwpKYGHhweCg4PZ25znz5/j06dP7O8SFhYGe3t7fP/+fUx3d/dE5to0MzMTsrKykJKS
gpCQENzd3dmNSlNTE3x9fZGeng4/Pz/2u9vU1AQ9PT3cuXMHOTk5CA8P/8MrJCSEhTlTM//f
CnRHR0c0NjZiYGAARISHDx8CAKZOnYoFCxZg0aJFkJCQgJmZGaKjo3H8+HFISUnByMgIAQEB
KCoqwuDgIJydnWFoaIiTJ09i27ZtkJSUhIODAwYHB9HX18c2BW/cuBEXLlzA7du38eLFC3z4
8AF9fX2IjIzExIkTf2d5zMrKQkJCApydnXH58mWoqKiwNs6Ojg4UFRWhvr4e0dHR2LJlC7Zu
3QolJSVYW1uzZZjLly9j8+bN2LJlC3bt2oXz588jLi4OIyMjf6US/l8PdF9fX0RFRSEpKQl5
eXms+CQjIwOpqaloaGhAUlISDh06hCtXrsDLywv29vYoKirCs2fPcPDgQfaEfujQIRw6dAjh
4eEoKSlBa2srZGRk4ObmhujoaHh5eWFwcBDp6enw9fVlr/EiIyPh4+ODiIgIlJeXY2BgAJmZ
mbC0tMTQ0BAaGxsRHR2N5ORktjucGdXQ0dHB0NAQ6urqMDIygtDQUFPmYXPhwgWFV69eQU5O
DnJycpCVlcWzZ88QHx/PdrH29fUhJCSErRfW19cjJycHZ86cQXh4OL5//47k5GQYGxuzMpzg
4OB/CPQvX77A19cXGhoabJqfiooK2tra2Gv74uJi2NnZoaSkBMbGxrh58yaePn3Kvne9vb1Q
U1ODqakpsrOz2auwyZMnw8DAAJ2dnSzUBgYG/i7QY2NjwdxUMPXt0NBQGBoawtjYmJ1TLi0t
RW9vL4hoiq6uLmxtbZGXl8cCPTw8HAkJCbC2tkZOTg46OjrQ2NjIOrYZI1VNTQ0GBwfx8OFD
3L59G8eOHYO7uzuIiC3BGBgYYOfOnQgICEB8fDxbs2aumDs6OvDy5UtYWFiwHfJ1dXXw9PTE
69ev0djYyP7uxcXFCAwMRE5ODtrb2ycODw8fCAwM5NTR0YG7uzvS0tJYOAYEBMDJyQkRERFI
TEyEv78/IiIi4OrqirS0NJibm2Pt2rVQUlJCQEAAnJ2dfwd0GRkZ9ntWXl4OAwMDnDp1Cn19
fTh+/Dhu3LjBAl1KSgq2trYgItTU1MDW1hYhISHo6urCly9fkJeXxwL9xo0b0NPTg52dHRwc
HGBtbQ0vLy90dXWhpaWFVaB+/vwZL1++xPLly3Hw4EEcP34ct2/fRlZWFkpKStgo3ezsbBQX
F7NOg+rqatTW1qK1tRWOjo4206dPpx07dpCcnNznO3fuNO7bt2+nlZUVXr9+DQCQkJDAwMAA
goODwcPDA11dXQQGBiIoKGiDkJAQCQkJkba2Nt28ebNdT09Pur+/f2ZeXh7MzMxgY2PDXo2L
iYlBXV0d3759w8DAAEZGRpCeng5zc3Mmk4BjcHAQHz58QHp6OuTl5SErK4vdu3cjODgYTU1N
yMrKQn19PVxdXREZGQl/f3/Wp85AxM/Pj7Wb/dHFKKL/8pr9fyvQ6+vr8fHjR3z9+vV3QJ87
dy7Wrl2LkydPQllZGYmJiTh27BikpKRgaGiIsLAwlJaWYmBg4J8Guri4OF68eIH6+nr09/f/
Dujy8vIoLS1Feno6ysrK4Ofnh2PHjkFTUxOpqal/Av1fATozt5qWloacnBxkZmb+bo2eDBd5
eHjI8fLy5ggICORoaGgku7u7j09JSZE4e/ZszpYtW3LU1NTe+fn5Pd68eXPOli1bcpycnILy
8/Px8eNHaGlprVBTU3tvZWUVmJ6ejr6+PtjY2Mhra2vnmJmZpb97905US0srXlNTM8fa2loj
Ozt7VWpqao6bm1uOsbHxz6NJb3menp7KSUlJk7OysuDk5MSjrq6u6OjomGNlZcVLRKirq0NQ
UBDi4uLWbNmyhUbT3po9PDyWGhkZsRGkWlpaCAgIQHd3N9ttGRwcjAcPHqC3t5eHiFZ9+PBh
gZiYGCIjI0FEaGpqGmtgYHAmNzc3x9fX90ZiYiLf0NDQz3FxcatUVFRWubq6riKiVfn5+asK
CgqmjoyMIDU1dYGKiop0UVFRkLe39xldXV3mA/zIy8srx8XFJefZs2c5bm5uOUZGRoclJSXx
9OlTqKqqQk1NbVFcXFzO48ePn3p5eS3Ky8tjpRuzZs2CkpLS0ZCQEAsTE5ONLS0tGB4ehpOT
00IeHp5VJ06cWFZRUTFVTk5u1erVq1dlZmZO7OrqYoHe1dUFf39/vH37FhYWFjA3N4eFhcWc
5OTkbDU1NR1BQcGdy5cv5wsICDhYVFTE4+fnh8DAQLb2xhj8ampq2KbFzs5OlJWVrTp79uwR
X19fu6ysrDsKCgoCjx8/nnj+/PnxJiYm2qWlpfEaGhoXjxw5sv7p06fnDh48ODsmJmaMk5OT
U1xcXI6Xl9f5uro6fP36dSERrdLR0YGVlRWIaBURreru7oavr++Yhw8fPgsKCspRU1Ob2dDQ
MNfd3T3HxcXlYUJCwrjo6GiEhoaCl5cXW7Zsga+vLzIzM1FZWYmCggJWfhMREYGAgACEh4cj
MjISjo6OKCsrg6+v73JBQcFVurq6i/39/eHv7z9t//79q1asWLHq6NGjq+Tl5Ve9fv2av6mp
SbC2thYODg44e/bsbg8Pj5wtW7acV1BQWDU0NIS4uDjIyMhwGhgYXE5PT4+Jj483DAsLm8HM
N3/+/BkfPnyYfPDgwVWnT59eJSkpCV1dXbi6usLBwQGWlpZ4//49enp62BNke3s7vnz5gjdv
3izg4+NbdeLEiVUXLlxYJSMjs6qurm52UVERC/ScnBwUFhaisrKSHfkchbvO/Pnz6ejRo+Ti
4lIhLy9/OSMjY4ezszOIaKqhoeGqqVOnrpKSkhrT29s70dnZedOaNWtWqampLdHX18e1a9dC
AdDTp08pLCyMIiIi3JlmvtzcXKirq3OamJict7S0zFFXV3c5d+7cz48fP0ZlZSVycnKOpqam
5ri7u8eYmJisSkhIsAoICMhITEx829TUhOrq6tnPnj07uX///py5c+fmvHv3Lqerq2tfSUkJ
u5mLiYmBv78/ioqKGBMhu1Ho7Oz8q+vVf7SYW76/B/P/S0Bfs2YNLl26BE1NTdYs9/8S6Pn5
+fDw8MCJEyf+BPq/CnSmUWzUg4ycnJy/WpWVlTAyMsr8+eefSVBQkLZv304ASFVVNbmwsLCM
0arevXs3x83NzYU5GV+9epWysrJARDxnzpyhSZMm0eTJk8nU1NQ/NzcXV65cseTg4KDNmzfT
6dOnLzNpbHv37qXi4mKaPHkyTZgwgczMzDKSk5MjR/WUVFpaOiszM5P36tWrrcyfdebMmS/Z
2dlL4+LikJGRASI6fOPGDRo1SdGlS5fWnzhxAidOnMCBAwdw4cIFNDY2sjvzoaEhREZGQkFB
YZumpubw06dP6dWrV30SEhIbg4ODkZ+fDxMTE01GC/vTTz9RbGxs0sjIyF5ZWVnasGEDnTp1
ip4/f06XLl0ia2vrKCKCsbFxNJPkNWfOHDIzM/MJDQ2FmpqaPaOHnDJlCk2YMIF27tz5TV5e
XvTZs2fQ09ODlpZWKDc3N3Fzc5OOjk4qU5f39vbGqlWr7jFSkQMHDlB6errS4ODgfCkpqUFu
bm5av379wLNnz27s3LmTZs6cSe/evYv+9OnTlN8CPSAgAO/evYOVlRVsbGxga2vrsmDBgt+p
Vrds2ULu7u72xcXFyMjIQEZGBlJSUthaHGOFG23eevDy5UtiEs2mTJlCQkJCtHXr1q03btxY
weSEHzlyhA4ePEhjxoyhU6dOtXt5eRVPmjSJ+UxRfX09bGxsjF+9ekVXr1510NXVVX7x4gUp
KytTZGRkXEVFhScjINLV1VVNSEjQGJWNUFhY2K++vr5wd3e/Onfu3Cfnz59/EhkZKZCVlYWK
igqUlJSwOsu4uDhER0ezOteoqKif7O3tDfbv308TJ06kI0eOfA4NDX2iqKhYNnfuXOLm5qZl
y5YRHx8fLVq0iAICAkwaGxvx4sWLgHnz5tGmTZto5syZdODAAfrw4YNFbm7uGHl5+TGM72DZ
smX08OHDpyoqKuju7kZbWxuXtrZ2/vTp02nBggV0+PBhaxsbG3h7e8PNzQ329vYIDg5m/d6M
8314eHjbhQsXhmbOnEkrV66kuXPnkoCAABkYGDRXV1dvYixhVVVVeP/+PeTl5aGurg51dXVo
amri9evXYQDo119/Zb7LI8ePHy9LTk5e/vXr17k3btygn376ia5cuRKXnJycsnjxYpo3bx6J
i4v75eTkbDty5Mg3AMTLy0ubNm2i0RjktrS0tFne3t6Ii4vjZuRM3NzcpKioeNvKygp2dnaQ
l5dvZb4/3t7eJCEhQQBo3rx5VFdXNyEpKUlz0aJFtGHDBjbaV0VFpY7ZkHl5eSE5ORnR0dHs
bdJfPqz/mcWUAP7R+hPofwL93wboNTU1sLS0hL6+Puzt7WFra/u7ZWVlhfDw8Cu//PLLIAcH
B3l5eZ0pLy+/v3DhQpo0aRLV1NS8k5WVzQFA5ubmFlVVVc+5ublp4cKFZG1tfbW8vHyivLx8
AGPzOnjwIGOlUmptbZWdNWsW7dixw9bHx2eLpKTk19F/D33+/JlERUUJADU3N9OVK1do/vz5
fXJyco2dnZ1QUVHRGdW10po1axilaZ6RkdHE9PR0ENF0OTm5DAC0cOFCEhUV5d+9ezd2796N
9evXw93dHV+/fmWv3L9//86RkZGhx8vL+3VUVNMEgNasWfMpMjKS99WrV0IzZ878NnHixGA+
Pr4dkyZNogcPHtR5enomMrGWoxAcHjduXM/UqVPLGxsbdx84cKBdQECAbt++zcbkqqurzzQy
Mpq/cOHC+rFjx1JlZSVpaGgwPuiwK1euoKqqCrW1tRcWL17MWL9ySkpKJhDRAkdHR7Vx48aR
mJgYqz7l5eWliIiIaiaD/OnTp5WhoaE7GVOYhYXFFyJawcTMfv/+HZ6ennj+/Dm0tLSgra2N
t2/f8q5bt66Bidt0d3dn4m5riIjvt352po7JeOVHr1A/jYo8qLq6mri4uGju3Lnk7u4udvTo
0YlcXFxBACgqKoo8PDwY6U9TeXn5veXLl3cBoHfv3qkHBgbaHjp0qI3xYzc1NRGj5bxy5UrA
4ODgrkOHDpUAoLKysoIbN24UjRkzpk1KSqo+IiIClpaWZzdv3kzz5s2jRYsW0e3btz9XVFSI
1NfXs3Pa5eXlCA0NRUBAAIKCgpCQkAA7O7vQcePGkbCwMN28efPHaB45rV+/niZNmkQiIiJM
NPDI6GbimYWFxSoODg76+eefW/X09Ha4uLiEj8YVk5+f39TS0lIEBQVdYDZIu3fvfuPg4DC+
q6sLqampxgDo3LlztGfPHho3bhwZGxsb2Nvbs7cmpqamCA4ORlZWFlJTU5Gamory8vJlUlJS
BYyBz9PTk4lApbi4ODXmxi06OhpqamrYvn07REVFISoqiqNHj2Lnzp1WnJycJC4u3n3t2rWd
Fy9e9Bt9n3uIaLOcnFwtAPLy8qKOjg5i4nytra29iouLd8yePbuHm5ub5OXlb1hZWe1YsWJF
0ehm7HZiYiJnZWUlp6Oj41XGTPjs2bOazMxMHm9vb5iYmJzi4OCgX375hYiIVdOePXu2YWRk
5JSwsHDztGnTqLGxUS4/P/8gHx8fAfjs6el57+PHj9PS09N5oqOjN1lbWyfm5+cf6+/v/xPo
fwL9T6Dr6elh6tSpqK6uxvv37/Hq1Svo6+v/1TIzM8ODBw80mAd1QUEBmpqaFjK75+jo6Ace
Hh6pACg8PDykurp624IFC1oXLlxIysrKY9zc3ERHs6FJSEiI1q1bR7Nnz6aQkBDP/v7+ZwsX
LqRp06b18PLyEuOYDgkJYb/sHBwcdPz4cZo+fTo9fPhwUUJCAhoaGp7z8PD8AMD+M4wYRk1N
jTs6Ohpfv37Fo0ePNAEQPz8/nT17lv/o0aM4evQo9u7dy9YqTUxMYGJiAnd393EPHjz4Mvpg
K9DS0uIQFRXNB0Bv3rwJMTc3v87Dw0M6OjqmXl5e0NPTs96/f78oLy/vN1FRUfL19SUAdOrU
qUBXV9d369evJ319fURHR/vLysqy+lleXl7av3//wg0bNoCPj6+Ag4ODZGRkaPv27TRhwgTS
1ta21tbWZvoDrq9YsYIYK5ejo6MkEXG9efOmkuniZ/LWmeCaJ0+e0KjusiA0NFSXyRgPCAjQ
j4mJ4WTq4Onp6RAXFwcfHx+EhYUhLCyMvXv3QkBAoAgASUpKslpbRUVFm97eXraxqqamBqmp
qfD09IS3tzd8fHwQHh4Oa2tr/enTp9OuXbsoOjqapk2bRqdOnSIiusLBwQEAbzg4OKiyspLN
TtfT00smol/27dtXPXrLc+DixYs/mAe9p6cn9ff306JFi2js2LE0derUR8HBwdDR0QmZMGEC
7d69m/j4+CgoKEjHyckJMTExs48dO5bF3OYsX76cAJCLi0svMyrIZAUcP34cO3bswL59+3D0
6FGsW7euHQCFhYW9KCws3C0uLt7r6OjoLCcn1+Dg4NBx//59AkBxcXGv3759q+rr69vAGNuU
lZXLXr58CWlpae7RXPNPysrKU/r6+uDp6SnPvEeHDx/+oaamtvz9+/coKyubcfDgwUA/Pz/2
tRYREUk9duwYREVFcfjwYQgJCeHJkyfw8fH5nTfeysrKb8yYMbRjxw4KCwujWbNm0bJly6ir
q+vJbxPBUlNT4eHhwZbVkpOTl23evDln/PjxFBwcLGlmZoaenh6BpUuXtu/bt49aWlp4zp8/
f2zSpEkUEBBAN2/eZEyMlJub65aRkSHFycn5dd++fRQYGDjLzMwML1++jBnVnPb19/ePKy4u
hoaGhtyocY+WLl1KxsbGcyQlJSEqKjrr119/pSVLlpCFhQUxHvmXL1/mf/z4UXzNmjUkJCRU
SESorq7+WUxMjABQTk6OcWRkpKOUlNQPZgPv7e39gIjw+fPnf3qNjIygv7//H161/wn0P4H+
bwH0wcFBlJSUICAgAI2Njfjy5Qt+/PiBb9++/dUa7c62ZsDY2NjIR0S7BQQEGIOSnKmpaTIH
BweFhoa6FhcXr12+fHnntGnT6Ny5c9OOHz9+lvlnX7x4IS0kJLTCw8Pj0KdPnya3tbXpzZkz
h7luVDl69GjR6EmAiIhevnxJAD4z18C8vLyB379/X+fo6BgBgDg4OEhfX5+ioqIoODiYUlJS
5IqKisZGRESgsLBw4+XLlxuYK14PD4+NTA3dwcEBa9asAQBMmjSJWeMmTpzYMXbsWMrPz7/y
+fNnWFpa5o3CrVNPTy+bk5OT4uPjbd3c3ODk5ISKigocOXLkuLOz8+HCwsKy0evvD1lZWRJe
Xl6H/fz89m3atKl1/PjxdOPGDZowYQLx8/PTqVOnFh07dgxbt27NZ8Dz6NEjmjhxIqmoqLh3
dnaOcXZ2xosXL/zWrVtHEhISQ9OnT6d169bdO3v2LHh5eaWnTZtGixcvdgWwY9y4cXwvX748
UllZuVVKSsp/VAxDJ0+epPnz5xMXFxddvnxZ88CBA+xJ7dixY9i4cSN4eXmxcuVKrFy5EmvW
rMGGDRvKRw13tGrVKgJAd+7cqa+vr9/4W5d5UlISW6MtKChAXl4eent7oa2tzYo4ODk5adeu
XVRUVHQxPj4eu3fvtgBAJSUllJ+fT6M60Nza2tolBw8eLBkzZgw5ODiYWFpaCunr60fMnDmT
jhw5Qps2baJx48bRnDlz6NWrV68zMjIgLy9vwMnJSRs2bKAxY8aQhIRET1NTk4ClpaXAmjVr
iJOTk5YtW0a//PILcXFxkZ2dXU1nZydKS0tRXV2NvLw88PHx4ZdffsGvv/6KhQsXYvr06WWT
J0+m4uLiNaWlpQgODh5rY2ODxsbGWUR089ChQ8TNzU0+Pj43R/Ma5l24cOHD6K1DqZKSEiN7
o0WLFn3ft28fcnJy8OTJky/CwsIkJiZGY8aMIUlJSeHRgAypFStWxMybN4+WLl1Ko5vmIGbO
9uDBgyzQPTw8YGNjAxsbG7i4uMDQ0DBs3LhxNH78eFbPunnzZgoJCXni7u4Od3d32NjYICYm
BqO1aVRXV+PLly/HhIWFady4cXTjxo3jERER+Pr1q9jKlSu7tm3bRvr6+jNWr169iSmjrVix
gqZMmUITJ078FhMTs7GwsNB0dONB79+/n+7m5oaXL19Gj27OmkafR1Pv3btH+/bt+66qqjoA
gIKDg01tbGywf//+NUzZaurUqXTr1i3i4OAgeXn5gk+fPkkJCAjQmjVr2trb25fl5OSAKVfU
1tZ6i4qK5jAbI25ubrpy5cotOTk5PHr06J9ajx8/xtWrV/HmzRu2Bv8n0P8E+r8t0Lu7uzEy
MgIiYuc/f9t089s1ODiIsrKys8yXUFNT86OdnV3FaN2rsaOjQ+LKlStFo7nrMdbW1n4zZ86k
SZMm0alTp7hcXFz4eXl5e2fOnEmxsbHP3NzcBG7cuGETFhYmlJubqzn6UP9GRAseP35sMGq7
IiIiJSUlAlD39u3b9UeOHGkZ1VOa1dbW8jKwef/+PRERBQcHk6WlZUlkZCSXp6cnHBwctjGn
s7t375ZWV1f/ymQ1l5SUQFBQEAAwduxYjB07FuPGjRsHoHvs2LEUERHhXFhYCAMDg0wAJCsr
+83AwKBw9GdNjo2NPauhoXE2MjIyU0JCYrqamhrS0tJ4xowZQxs3buz59u3b+rdv32Lr1q2y
ozVAGhoaYuvoL1++RF9f3+pdu3Y1jz6sqLGxkUbNZEREB9++fbuLi4ur/PDhwwG1tbVGc+bM
oZUrVzrv27cP27Ztezy6efC+fPkyHjx4sFxeXt6eiJYpKCh4M4rRz58/k4SEBHFwcJCSkpKS
gYEBdHR0oKOjg7dv30JaWhoXLlzAtWvXcP36dYiLi2PlypVFAIiIqK+vj61vWlhYnGHqsIqK
inBycsKHDx/YcbL29naUlZVd2L9/P2vI4ubmJn5+fiosLNxLROMvXrzYCIC6urooJCSEANDG
jRsrd+zYgY0bN7qOGzeO4uLiLDs7O2FnZ2c0depUmjJlCikpKdkcO3YshouLi2JiYl62tLTg
9u3bmtOmTaP6+vqSX3/9tQYAubu7VyUkJOydMWMGTZ8+nYqLi6mhoYH6+/spMzNz3dDQEL5/
/w4iwsDAADZs2IAZM2Zg0aJF4OXlxYwZM6oBUGJiYvbo5m+DlZXV1urqanR2dopu3bqVxo4d
SwoKCmLBwcEwNjaGpKRkGwC6fPlyu6ys7OzVq1cLAKCLFy9+k5GRmf327dtbGzdu/GxkZERB
QUE0Wg5J0dLSwuHDhysAUFJSEqWnpzN/zdPAwICNqFRTU4OVlRUCAgJYuUpISAgcHBzCmM8W
ERFzkl20aJHcr7/+il9//RVcXFx48uQJhoaGUFJSgrKyMrS1tXEYGhrGj+p0LUVERHD//n21
0RHPYiLiUlNT02FufL5+/UobNmwgTk7OH7Gxsdq9vb2nmTLO3bt3ZQMCAs7y8PBUjBs3jiIi
InbW1tbCxMSkZt68eaSoqPhJQkJCGgCJiYn1tba2Tj937hx++uknGjNmDIWHh1NiYiIBoOvX
r9fW1tbynTp1qouTk5Pu379vLSwsfHH27Nm0dOlSam9vP+3q6nrv7du3Xs+ePfN68OCBl4mJ
idBo8+gfXurq6nj+/Dm0tbWRnZ3NThD8CfQ/gf5vC/Te3t6/6pz9R0DPzs6Gjo7Omf379w+P
GTOGeRAPe3t737K3tzeZOXMmTZ06lZYvX04CAgI0depUpgnIx8bGBtra2m5cXFy0bNkyOnz4
MHPScty/f/+TKVOm0L59+ygnJ0du2bJlNHbsWLp48SLV1dUN8/DwECcnJ5mZmd2pq6uT4+Hh
ocWLF1Nra+sbU1NTc6auysvLy9ThhjQ1NX9KT0+HhYWFH3NV7eHhcSM4OJhNOmPW+/fvMdrF
jKSkpHE6Ojrto9Dtl5WV9Zg/f37vqMXqRGlp6S5+fn4a1XrS9OnTadGiRaSgoDArLy9v9p07
dxwA0C+//EKGhobW0tLSUFdXv8HDw0OzZ89mm4cA0O3bt5+6u7ub8/Dw0Lhx42j79u20ePFi
mjx5Mjk4OHiXlZVZ8PDwEBcXF/n4+NjX1dUtExAQoDFjxtD9+/eTieiFsLBwz08//URcXFxF
PDw8tH79+s7MzEwd5rVQUFCg1tZWYprHVFVVm4hoXn9/P/r7+/H582cUFhYiOjoaSUlJSElJ
QVpa2gNeXl7i4OCg8+fP04EDB2js2LF06tQpioqKOsCc/Ozs7NhM9draWtTV1eHjx48njh8/
zjQxfXVwcCAANHPmTMrMzDxYUFBwatq0aTR+/Hjas2cPbd26lWbNmkUTJkwYAODBycnZOnob
QHFxceMePHhgOlo66GtpaeHl4eGJHlWKalZXVx9ZsWIFjR07loyMjHTT0tLkFi9eTPz8/NTS
0lIqIiLyBQCVl5cTEdGDBw/oxo0bfqPNcvDw8ICrqytUVFSgoKCAFy9e4PXr17h3717ZuHHj
6Ndff6UNGzZ4LFiwgMTFxamhoWHp06dPd0+YMIHp1aiNioqaN6plPX337t26cePG0dKlS2na
tGm0bt26T+Xl5UoGBgYRzHseHBysnZubKz1p0iTi5OQkGRmZaw8fPowb3STSyZMnCQDt2bOn
o7Cw8DCTTV9UVISHDx9i+vTpWLJkCZYsWYJly5ZhwYIFoQBo/fr1dPXqVVq0aBH9/PPPxM/P
/3DVqlVYtWoVVq5cCREREQQGBiIhIQERERGIiopCWlraljVr1gyMNqGGAqheu3YtJSYmXnF3
dx/D+Mv19fWpvb2dmN/74cOHFWlpaYiOjr67adMmtqmOg4ODFBQUfDs7Ozm1tbWTmKY3IyMj
WUVFRb7Vq1fTxIkTycnJqffevXtxjGrYxcWFDh8+TBwcHDR16lRydnaW0tXVXbJo0aJuLi4u
YhpCz5w5I9HW1gY/Pz9YWVlBVVUVsrKy8PT0hJOT0x9ezs7ObIRxV1cX+vr6/rxy/xPo//eA
npKSgrdv3+Lx48czt2zZInz9+vUXO3bsmElEYz5+/HjYysrqs7CwMG3evJnExcWppKSEnJ2d
iYuLi+Tk5NR9fX25DQ0Ng8aMGRO+bdu28JqaGpX09PSFgoKCXO7u7kYlJSVewcHB+zU1Nb3l
5eXD9fT0HoeFhc3csmVLgICAQKSysrJhTU3NT+/fv3ddvnx5ZGpqqkFgYCAuXLjgtnPnTlqw
YAFpaWlFpKenb0pLS0NQUNAK5pr+9OnT9iEhIZOsra1hZ2fHCgvy8/PR2dnJjnF1dHSgrq5u
p5SU1KcVK1bQ6tWriYeHh1RVVfujo6On19fXc8bFxXlt2LDhIy8vLx06dCjc0dHxVGBgIGdf
X9/V06dP09SpU2nZsmW0ZcsWxytXriAsLGyCurq6kYiICPHx8RWePHkyc/PmzfTo0SPj2NjY
My9evAhXVFQMl5CQCL9y5Uq4l5fXoVEBzduVK1fW3r59O6i4uJgnICAA8vLy1jNnzgwXFxeP
JqJfIiIiNJYtW9bMz89PBw4cIAkJiZVnzpxZcPDgQVq7di0tXbo03M3NLe/IkSO0Y8cOUlVV
zSsrK+NLSUlBSkoKEhISUFpaioaGBtTW1jKjXHfOnTsXs3z58vAZM2aET5o0Kfzhw4fhVVVV
z5ubm8f/1uL12xjFuro6tLW1LThy5Ijd2bNnw7Ozs1eEhYXt2rNnTzg/P3+4hYUFf2Zm5orD
hw+HX7x4MXzDhg0ujx496jIxMSEFBQWytram+Ph4srOzo7lz5/44fvy40sGDB81Xr15NCgoK
VF5ebrNr1y5auXIlaWlptfT29t4UEhLyWrt2bfjLly+fDg8Pc0VHR4svXbo0uqamRtXT09N8
4sSJNG/ePFq3bh0BICMjo+Lg4ODfPdz9/f0RGBiIgIAAJtxoo7S0dPicOXNox44dtHbtWtLQ
0NCoqqqaLC8vf/748eO0efNmunnz5uc3b94sYKIyvby8puzbt8902bJlmdu3bw89d+7cnPr6
eigpKZ2aOXNm+IIFC/Stra3x/fv3sXJycuGTJk2KDQ4Olh0eHtY6efIkLVy4kNasWfNxzZo1
JCoqSp6enqesra1hbW0NV1dXPH/+HCdPnsSFCxdw4cIFXLx4EWfPni0WFRUlISEhEhAQoJUr
VzZeuHDB8OLFixPPnTuHc+fOYc+ePdDU1MTHjx/R1taGDx8+oK2tDY2NjfD09Nxz6NCh8M2b
N9OuXbsoNDTUiogmPnz4cNa6devC161bRy9evKCwsLDw7du3Vx8/fpz09fWNXVxc4OTkhLi4
uPvKysrhPDw84ebm5jGZmZkoKytDQkKC5Pnz58NPnz6tZWtri9DQUJiZmT1RUFAIDwsLc1VT
U0vi4eEJX7NmTbihoWG4hIRE+NKlS8P5+PjCW1paDmppaeHGjRuCbm5u4RYWFuFqamqSu3fv
RlNTE0ab6vDixQs8evQIrq6u7Hfazs4O9vb2MDMzg7GxMdsb89tlYGAANzc3fPjwAT09PX8I
5n8C/U+g/68DelpaGnR0dFiD2pMnT7Bt2zYUFhYiKCgIKioqQ8xJhIuLi3bs2EGHDh2isWPH
kqioaLCioiLs7OwwZ84cXLt2DW1tbYuJaIqWlha8vb3x9etXJCUlwdXVFTo6OnByckJUVBQO
HDgAYWFhKCsrIysrC9HR0di8eTNycnJga2sLFRUVfP/+XSI1NfUCE41aW1srdPHixa+jJ+Gu
9PR05OXlISsr63crLy+Prf8WFBSwGeyxsbHrYmNjJe7duydhZ2cnUVFRsTIoKAi9vb1ISEiY
/OrVq+U9PT1id+7cga2tLSwtLRlF4GlhYWEJOTk5iZycnK1Mprmenh5GRkYk5OTkxjx8+BCV
lZUS+vr6rGBCX18fWlpaUFJSQkJCAivI8PDwmHj79m0UFhayX/j58+fjwYMH+Pr1K3x8fCAt
LT23qqpKIjk5efOJEycgICCA3Nzc/e/fvz87adIkJCYm4uPHjxJDQ0OXmpubER4ezioio6Oj
UVFRwaZjtba2orOzE9evXwcfHx+EhISwevVqqKqqor6+/nevVV5eHioqKlBfX/9boOP69eu4
desWqzI9cuQIhISEYGpqisLCQpw5c4bJj9+8du3a9jlz5tCxY8dIWlqaYmJiKCgoiLi4uGjf
vn0x0dHRm4KCgiTKysou19fXL4qPj5dwc3OTSE1NXd/Y2AgxMTFs3rwZhoaGrNFNWFgY2dnZ
GBwcXC0lJfX64MGDtH37dgoNDY3MyMgYFxISgvDwcERERCAsLAzOzs5wcHCAo6MjG0H85MkT
6OnpHc7Pz5fIy8s7b2Vlherqanz69GlJf3+/RFlZmYSlpeXsJ0+eIDAwED9+/ICZmRnOnDkD
ISEhiIqK4vjx4ygrK8Pr16+xcOFCLF68GBYWFmz63s8//ww7OzsmoEgiLi5OwsLCYrmpqen2
1NTUE0ZGRrCwsICFhQV0dXXZ1EHGGT/63T3a3d0tMTQ0dI6IJJSUlGYeOnQIx48fB9P8KSAg
wAYhMaKczs5ODA8Pc/f29uLcuXNoaWnhc3R0XOXu7o6uri68fv0a69atQ3R09J6Ojo495ubm
UFZW5iYiicDAQDg4OMDIyAjJycmwtbXF1q1bUVpaOpYJzklLS4O4uDguXboEU1NTODg4wMrK
CoaGhigoKMDLly+xdOlSCAoKwsXFBU+fPsXKlSuxdetWDA8PQ1tbG9euXUNaWhpCQkIwWrpC
c3PzPwS6ra0trK2tkZCQgOzsbDD9Hr9dSUlJaGho+Kdg/u8C9AcPHsDX1xd+fn5/Av3/CtD3
79+Pp0+foru7m7XU/EdreHgYCQkJUFRUxI0bNyAkJARpaWmsXbsWenp6ePTo0dgLFy7knDp1
ikxNTZOPHj3au3TpUpo1axbdvHmTIiIi5JKTk2Fubo5ffvkFFy9eRH19PYgIKioqcHFxQX9/
PwoLC2Fvbw81NTXY2toiOjoae/fuxbZt26CiosImswkICCAnJwd2dnaQk5NDc3MzAgMDYWho
yGRCH5GWlqbbt2+3DQ8Pn/n27Rub0cys7u5ulJWVITc3l4VUSUkJUlNT4efnBx8fH0hISMDA
wAAZGRkIDAxEd3c3oqKiICcnh9LSUty4cQOWlpawtrZmbV2bN2+GtLQ04uLiEBISAnt7e2hp
aaGhoQEPHjyApKQkkpOToaOjg9zcXOjo6EBTUxNMil1YWBji4+Px5csXWFhY4Pr168jPz4ef
nx/k5eUxb948SEtL4+vXr/Dw8MCtW7eQkpKCoKAgnDx5ktWY2tjYYNq0aUhISGBd4+Xl5YiJ
iUFiYiIrUikvL2cjRZubm9HW1oYrV65g1apV2Lp1K1auXAkFBQU2/vc/AvrVq1dx9epV1ot8
8OBBbN26Febm5sjMzMTDhw/x/PlzvH792p+fn5+EhYV7V65cmczFxUWrVq2i5cuX0/Hjxyku
Ls44KCgINjY2bEKYv78/TE1NERcXh6amJhw7dgybNm2CgYEBamtrkZiYiG3btiE3NxdVVVVQ
VVWFg4PD4nfv3i1uamri9Pf3R3BwMEJCQhAaGorg4ODfAd3BwQFBQUF48OABVFVVERcXh6io
KJiZmaG6uhptbW2orq5mxRPy8vIICgpigX7y5Els3boV+/fvZ4Gurq7ONtwxOfaqqqqYPn06
7O3t8eXLF9ZDoKenB01NTYSFhcHMzIx1Wr979w4RERFobGxkw2EqKyvZefra2loMDw9DRkaG
TY1jgC4oKAgDAwMQ0e++0/39/WhsbMSpU6eQm5sLIyMjODs7o6urC+rq6li3bh08PT1RU1MD
GxsbyMrKor29HT4+PnBycoKpqSliY2NhamoKQUFBZGRk4MuXL6w98Pr166wv3tHREaamptDR
0UF2djZUVVWxePFibNy4EU5OTpCRkcHy5cshKCiIvr4+aGtr48qVK4iJiYGPjw+0tbWxffv2
/xDorq6ueP36NYqKijAyMvI3Q2SYZ94/A/PfAt3V1RVXrlyBg4OD0OLFi4XMzc2FqqqqEB0d
zQJdSUkJ8vLysLe3F9LT0xNqa2sbz2Tq/z2gMz6E79+/C8XHx8PPz+93QE9JScGzZ88W6+np
CRHRz0x0dFdXF9ra2lBRUTFZXl5+l6Gh4avg4OBlTFnpLxcjTerr6/sT6P8bgC4sLAw1NTV8
+vQJHR0df2hOs7u7G9XV1YiJicGNGzcgKioKbW1trF27FioqKpCTk4OVldVMInrm7+8PX1/f
FUQk1dHR8ay+vv52eXk52tvbYWFhAW5ubly8eBHNzc0gIigpKbFA19XVhZWVFdTV1eHg4ICk
pCSMNoD9YaAzoO7q6tre39/PU1dXx16p/3YxPuG8vLx/Geg3b96EkZERjI2N0dra+n8W6M3N
zWhubkZra+s/BDrzuw0NDaGlpWVXe3v7MxcXl5XHjh1DRETEMzc3t2fe3t7PioqKpMvLyxEZ
GQkLC4t/Cei1tbWQl5eHnp4eVFRUUFxczOb4BwUFsYl3zOnlfzLQDQwMEBUVxYpm/gT6XwPd
xsYGrq6u0NDQQGpqKnp7e9nP5V+ufxbmLS0t6OjoGNfQ0ICYmBjRnTt3uq9du5Y4OTlJWFiY
IiIiLLKzs1FYWIiMjAyYmppeEBYWDuTn5ycBAQGKjIxMb25u/qWoqIg13TFAZ5IbU1JScOPG
DTdxcXHy8vJSCgsLQ0REBDIyMtDa2oqKigqBXbt29YmIiJC+vv5ZV1dXDAwMoLu7m2twcBC1
tbXrt2zZQjNnziQ1NTVTVVVVqKiosEtVVRUyMjLw9PTEx48f0d3d/SfQ/x2B/vr1aygoKGD/
/v34/PkzMjMzUV1dzXZ2tra2/ofrw4cPGBwcxPDwMO7evYvNmzfjxIkTOHz4MKSkpHDr1i28
e/cOIyMjcHZ2ZvO6W1tbkZ+fj6ysLGhqakJfXx9GRka4cuUKHj16BD09Pbi4uMDPzw96enoA
gIsXL8LAwABmZmbw9fWFkJAQtm/f/oeB3tXVhfLycjZRq6qqik0xY3a1DLyKior+JaDLy8uj
sLAQhw4dgouLC7y8vNDU1PSfBrq8vDyCg4MRHR2N79+//7cAnbG7RUVFITw8HKWlpazj+J8B
en5+PioqKlBQUIDk5GRUVlais7PzHwI9IiIC4eHhaG9vZ38eCwsLHDp0iAWFm5sbkpOTkZeX
h/DwcFhaWv6XAT0kJAR+fn4IDQ1FbGwsm91uY2MDJyen/zag8/DwYO7cuTA3N2dvpf4ZoBsa
GiI4OBjl5eUoKytDfX09qqur/wT6b4BubW0Ne3t7aGpqIi0t7R8Cvbm5mU03/KOrs7NzTHNz
8xVmkmDOnDnEw8NDAGjr1q0/wsPD51VUVCA3N1dcQECAuLi4aNGiRQSAVq5cSQ0NDdv6+voY
sQ1aW1vR3t6O3t5ezvr6egQGBqoyaZJeXl7VpaWlSElJYbW7ampqQ6OBRvT8+fPjjx49Qk5O
Drq6ukBEcHd3D2fGAJWUlHSeP38OeXl5dsnJyeHBgwfIysrC58+f0dHR8SfQ/52A/vXrV9y5
cwcPHz5EaGgo7O3t0dPTg+HhYfT29rIfqj+6enp60NbWBikpKaxevRqbNm1ihRDS0tJISUlB
dnY2TE1N8fTpU7aZp7+/H+/fv8fRo0dhZGSEyMhIXL16FUePHsXdu3fZpiTmg3XkyBG8ffsW
CgoKeP78OQ4dOgRBQUGoqKigsLAQoaGh/xTQq6ur0dPTg9zcXBQXF//uNFpZWflPXbn39PQg
PDwc9+7dQ3NzM6ysrNDS0sLqLY2NjbFu3To8fPjwnwK6lpYWXr58ifv37yM2Nha5ubkYGBiA
mZkZzp8//58GOhMEU19fDw8PD8TFxaG8vBwFBQWoq6tjpSd/FOj5+fmskrOkpASmpqZwdXVF
a2srzpw5g7NnzyIhIeFfBnpSUhLy8/ORnJzMWtL+K4Du6+uLiIgIFBUVobKyEpmZmUhLS4Oz
szOsra3/y4B+4MABHDlyhPW5T5gwAXx8fHBwcMDw8DAUFRUxZcoUODg4/IdAt7CwYJu9PDw8
UFBQgJiYGNTU1KC8vBwlJSX/EOjr169ngd7X14e+vj709vZicHAQTU1NOHjwILKyslh17n8E
dG9vb9jb28PQ0BCxsbEwNDTEqlWrkJGRgR8/fqC2tvYPAX3JkiVYtWoV7OzsICUlhblz52LV
qlUYHBzE69evcfHiRda++LeA/vz5c0hLS8PNzQ12dnawsrKCg4PDHwZ6Y2Mju7n/I2toaAhJ
SUk6AGj69OnDSUlJmqGhoXpcXFw0fvx48vHxMamursbLly9p7NixJC8vr11fX/9k/fr1HwFQ
QUHBju/fv7OplEwfxJcvXzjb2trmbdu2rZbpP8rMzEweGBhAbm4uioqKth44cMCI6U/as2cP
xcTEHPf19UVJSQl6e3t53NzctJjI7MWLF1NcXJxOZGTk74xyfn5+SE1NRV9fH9sr8yfQ/42A
3tHRwUpWhoeH8f37938a4n8L6Pfu3cOaNWsgJCSEo0eP4vbt23j+/Dn6+/thZGSEd+/e4eDB
g1i1ahW2bNmC3t5ehIWF4dy5czA2NoaPjw+uXr2KCxcu4NmzZ/Dx8UFAQACeP38OABATE4O+
vj7k5eWhrKyM58+f4/79+1BVVUVSUhIiIiIgKCj4h4DOGMCSk5OhoaHBmsp+e+1eVVXFmuX+
EdB9fX3R0dGB+Ph4KCsr49OnTyAitib/8eNH+Pr6YtOmTTh79izi4+P/ENB1dXWhrKzM6lKL
iorYmrSTkxMePHiA/Px8eHt749mzZ5g/f/4fArq9vT04OTkRHh6O5uZmZGdnw8zMDOrq6khM
TMSnT5/Q3d3N5tg3NDT8IaAzrxOj4SwtLWVPR3V1dVBUVMSdO3cQEBCAqKgoHDp06J8GOnMy
cXZ2xps3b1BYWIjOzk74+fn9S0BXVVVFbm4uwsPD0draiqqqKhQVFSElJQU5OTlIS0uDi4sL
rKysWDnPvwr07du3Y8eOHdi1axcaGhpQU1ODiIgIqKurw9raGvX19Xj37h3Gjh0LIyMjfPv2
7e8C3cLCAvb29nBxcYG9vT28vb1RVlaGN2/ewMnJia2p19TU/BXQjx07hn379uHkyZN48+YN
a24zNjaGr68vqqqq0NbWBkVFRRQWFuL169ewsbFBT0/P3wU6IwUKDg5GXFwc4uPjERcXBz8/
P5SUlKCjowNVVVVISUn5u0DPzc1lNznCwsJwdXVFdHQ03Nzc4O/vj76+PmhpaeHcuXOIjo7+
h0B/+vQpXFxc2HjqfwbozCn9jwJ9cHAQQUFBuH79uuWdO3fOhoWFoaKiYvHMmTNp7NixFBcX
519aWorTp09vX7JkyeaQkBCUlJTcnj59+tD69evLIiIiZg4MDIxpbW2dNDAwgPr6enaDqaKi
IssAe+LEiRQVFZVcVVUFBwcH2NvbO61du5YOHDjQPnPmTNqwYQMlJCQcf/nyJbZu3YozZ86c
nzlzJs2bN6+PibgODQ3V8ff3Z5XYvr6+8Pb2ZmVKjOnxfzLQjxw5AjMzM87GxkZeKSkptLe3
/98D+m9/2JaWFgwNDWFoaOg/lXPMrJ6eHnR1dU1++vSpFD8/v9SuXbukTp8+LSUtLS316tWr
ey0tLbCzs4OTk9N5MTExqaNHj57evn07mpqaJsfExDy+fv26lJ2d3ZP3799PERcXx82bN6Vk
ZWXh4eGBmJgYTnV1dSkAUufPn5cyNzefoKysDFVVVairq0NLSwuqqqrQ09ODnp4ehIWFkZub
+zugM9aw3t5eVFRUoKmpCc3NzUhLS4OXlxdUVVVRXFzMqj6Z9eHDB1RWViIvL+/vAj0lJQVx
cXFs5vPf6j1ob2/Hp0+f2K7c0NBQ+Pn5wcLCApqammhsbPwroGdnZ0NBQQEGBgaIjIxka2r5
+fm/k6BkZGQgJiYGcnJy4ObmhpSUFL59+/Y3gS4gIICoqCi8efMGa9euRVVVFbq7u9k/S0tL
CykpKfj48SO7WWPGmRif+d8DemFhIQvzsrKy3wHdwcEBFRUVGB4eRmlpKZskt3XrVqxfvx4W
FhZ/COjOzs7Iy8tDcnIyfv31VwgJCSEyMhJpaWkIDQ2FqakpEhIS0Nzc/A+BXlNTg8ePH0NT
UxMyMjKsS7u3txclJSUoLi5GamoqaxdMS0uDk5MT3r9//08DnYhgaGiIQ4cOYenSpdixYwc8
PDwwMjKCz58/g4hgamoKExMT5OXloaioCC9evEBgYCArBPpLoJuYmLCNXs7OzizQKyoqYGpq
ytZDmfdsZGQEjx8/ZoG+b98+iImJQVNTE9ra2uys/aNHj9iJg/LycjQ0NKCjowMeHh4ICQlB
S0sLVFRUsHbtWhboVlZWePDgATo6OhATE8O+ZvHx8cjPz0dzczNSU1ORkpLCvncXLlzAiRMn
YGxszF7RM/VtNTU1XLlyBSEhISgsLMRoYh5bS46JiYGjoyMCAwPh5eWF169fY8OGDejo6ICv
ry/evXsHQ0NDWFtb/8438c8C/Z+B+tDQENzc3CAvL4/o6Gj09/cjIiIiEwAtWbLke3Jy8tW8
vDy8fv0aysrKMDMz02EEVrKyst4tLS3o6enB169fORobG9npGCcnp5Nz5879KigoSOvXr6dR
j0VscnIy06NyWlVV9aWUlJTErFmziI+PjyIjI49raWlhwYIFmDZt2qrt27ebrly5UnT0Z6GI
iAidoKAgBAQEICAgAL6+vr/TRDNA//bt25y7d+8+ASA1bdo0qQULFkjx8fFJiYmJLWJc5KdP
n+a6f/++lJWVlVRqaurisrIyDA4OMkmFa86ePSu1a9cuKSkpKW5bW1sMDw+P7+/vn5mWloYX
L15c2bJli9T169dP3blzB0pKShjNbUBWVtbdMWPGSAGQUldXv9vQ0IDMzEzk5ubC19cXd+7c
OXX8+PFoCQkJevr0qdTIyMhkZtOYk5Nzc/PmzdKbNm16qqWlJeXs7Ize3l6UlZWdExcXl9q8
ebMUPz+/lIiIiNT169d3/NsCnUnt+u9YAwMDKCoq2rZw4UKaOnUqzZgxg2bNmkWzZ8+m1atX
U3Nzs7atre2dlStX0po1a2jevHm0b98+8c7OzjmvX7+mmTNn0pYtW8jMzOz4li1b3gOg58+f
u+fm5k5SU1MLX7FiBa1bt44WLlxIt2/fjlVRUcGzZ89+t54+fQopKSmIiYmhoaEBfn5+ePLk
CZqamphZV7S1taG0tBRVVVVIS0tDQkICAgMD2e7XvwQ6A/XfntoYoIuLi0NNTQ11dXXsuA/T
Lf+3Nj2Mp3pkZASVlZWor69HcnIyFBQUUFNTg4cPH0JSUhKJiYlQVlZGQUEBUlNT0dTUhJGR
Efa0n5+fzyprU1JSkJSUhNLSUjg6OmLp0qW4c+cOfvz4AU9PT9y8eRMpKSkIDg7G3r17ceDA
AQQEBCAhIQEFBQVseSU3NxevXr2CtrY2kpOTfwd0BurM+kugP378mIU4899/D+hMJ/Hw8DD6
+/shLS2Nbdu24fXr1+y42F8CXVRUFB4eHrCysoKXlxcqKiqQnZ2N+fPnQ0REhBUH2drawsjI
CDExMWhtbcWRI0cgICDwV0DPyclBbW0tXr16BTMzMwQGBqK/v59NRGRMa6mpqUhPT0daWhqy
s7ORmpqKiIgIXL16Fc+fP0dCQsJ/CPTAwECMjIzA1tYWx48fx7Nnz1BVVYVv376hra2NPREx
ToTc3Fzk5+ez/R0VFRUIDw+Hu7v774BubW0NFxcXODs7/w7o5eXlGB0jg6qqKgwNDREfH4/v
37/j8ePH2LlzJ0RERHD69GloaGhAV1cXr1+/hoaGBjQ0NKCoqAhbW1s2Na6mpgZlZWVoaWlB
bW0tGhoaoKOjg3nz5sHR0RF1dXWwt7eHoqIiampq2M9kWloa4uPjkZmZiaKiIiQnJ7OvZ15e
HuTk5HD16lVYWVnBwsICb9++haGhIUJDQ5GYmIiamhrk5+cjLS0NqampyMzMREFBARITE5GR
kYGSkhIwClw9PT0cO3aMHZOzsrKCo6MjO6r2nwH6H4X6wMAAAgICoK6ujo6ODtTW1h7bs2fP
0NixY0lXV7c0LS0N4eHhzGZcc+7cucTBwcFeg4eEhLiPXqEjJiYGQUFBsLS0xMaNGwsXLlxI
RER2dnYEgK5du9abmZl56cuXL/j06RNev36NJUuW3AVAAgIC5OXlddzb2xsSEhLsuN/48ePX
AaClS5dSZGSkTnBwMNv46enpyfZBMd/1jo4OfPv2bbeGhgZxcHAQBwcH/fTTT7R8+XJ6+PDh
mfj4eI64uLjXq1evblqzZg2tWbOG7ty50/Hly5ezRAR9fX3cv39fb8WKFUx8b46BgcG4oqKi
scPDw9P19PSwZs0amjJlCvHx8dHt27dvPX/+HIODg6ioqNi7ZcsW4uTkpMmTJ9OqVasoLCzM
JCMjA/X19eM8PT0fLl26lMaPH09cXFw0e/ZsiomJSRkd33t17tw5mjlzJm3fvp2WLFlCWlpa
Tp8/f4aDgwPNnj2b5s2bR7t376YZM2bQ6tWrKSUlhZ8pd/x2/Y8Hemlp6X/bamtrQ0hIiOKo
uIRJZmufPn160erVq6mzs9OLSbqSkJCgadOm0axZs8jT05MvPz9fbVTDGWRpaRnOzc1Nu3fv
JisrK/nQ0FC5qVOn0qxZs8jW1pa4ubkJwDcuLi6MHz/+d2vcuHGYMGECxo8fj4cPH+Lx48dQ
UVFBQ0MDsrKyEBMTw85YM1rMlJSU/xDozPV7XV0dkpKS4OvrCw8PD5w5cwbW1tb4/PkzOjs7
2dpTd3c3Ojs7MTQ0hMHBwZ/a2trGMKd05svS29vLyFUQEhKCuro6SEhI4MKFC0hKSoKPjw86
OzsxODiI7u5uNvDjt0Bn5maTk5ORkpKC9PR0REVFwdbWFk1NTXB2dsaNGzeQmpoKJycnyMnJ
sTVVZhdeWVmJlpaW/xDora2t7A3BoUOHMHfuXGzYsAHTpk2DlpYWmpqaUFFRwcL87wF9VAnK
lmn6+/uRlZUFLy8vhIeHw9/fH52dnaiurkZlZSXevXuHjRs3ws/PD1FRUSgpKUFraytSU1PB
w8MDERERODo6wsTEBIaGhjAxMYG5uTkSEhJw5swZLFu2DAYGBmhoaEB0dDSWLl2KrKwsdHd3
o7m5GS0tLeyoEtOI9JdAZ6Cek5ODvLw86OrqQk9Pj01V+1tANzExwaNHj+Dv78/ONDc2NqK/
v5+F+d8COqM1zcnJYbMQ4uLikJSUBC0tLbx69QpRUVFwdHRkYf63gK6iogJNTU0oKipCSUkJ
np6eUFVVxdWrV3Hjxg28evUKenp6v4P53wJ6VVUVKisrWQMdkzcgKyuL6Oho5OfnsymCzOeQ
udn4S6D/Fs5paWns38+kCzKf4by8PGRkZLCv/W+BnpSUxJ72mfeFEelYWFiAUbD+LSMkA/TM
zEwMDAz8YdPaH+16b21tRW1tLfLz83H58uXYUQdDW3l5+eKIiAhUVVUxXeuXLSwsInNzc11u
3LgxOJqx37Bz506cPHkSMTExKC8v59LU1LQG8H39+vXk7+9PTMoiAHJ2djYiIlRVVeHKlSs4
cOCAFJOf39HRcbyoqAgZGRkQEBDAxIkTwcHBsYVJxTQ3N9cxMjKCoaEhDA0N8ebNGwQHB7P9
E93d3YyUhiMpKUmFn5+fee7S1atXWz58+DAnPT1d6PDhw8TJyflNX1/fZd++fZGjh7CS169f
MxvlrYsXL64fbQyk3t7eCcPDw+js7ERhYSEMDQ2LmN9n586dWhcvXkR2djaqq6vlN23a9N3d
3Z3Mzc2ZpM8CKysrlJSUbNq9ezdNmjSJ0tPTvfLy8t7Pnz+fVq9eTXFxcYtERUXtRu19Afr6
+rvmzp1bvmjRIurq6lqdkJCgMmpvJCIiJoLa39/fb2BgYOJvg7Bqa2v/5wO9qKjov22NeqRf
Xbx40d7e3v7S2rVrSVBQsPHu3bszz5w5c+TatWu7pkyZQrNnz/7Ox8fXx83N/WPNmjXDp0+f
nv7mzRvhWbNm0bRp02jGjBmkr69fQEQH3r59i+XLlxtPmDCBZsyYQZs2baLVq1fTypUrG5cs
WQJeXt6/uZYvX45p06Zh0aJFcHZ2RmFhIQvy2NhYdsXFxf1hoDNZ5AUFBfD29kZoaCiSkpLw
4cMHFlL/H3vnHRXVufbtHygWLLFXFOzRGCtii7EEC6KAYkMQVBQVQRREpIoUBekoHaT3jvQO
Q++99yq9iV2f74+P2UsRzTlnneR9z3t21rpWTHBmmD179rWf+7lLV1cXysvLkZ+fj/Lycjx/
/hxhYWEYGBj4YYkMs4GPqqoqvL290d7ejoGBAUoyX66Svyd05sUxKyuLyo1wdnbG9evXERMT
g/j4eKoUZnQXt39U6MybkuzsbMjIyODAgQNwdXVFaWkp6uvrv5L5nwmdebHs7OzE4OAgPnz4
gPr6ehQVFaGxsRE1NTXIyspCcnIyvLy8UFJSgqamJlRVVaG1tfUboVtYWFA8ffoUT58+hb6+
PhQVFWFqaor8/Hw0NjYiODiYqs/9MsTIfI/fE/qXYi8rK0NKSgpevHiB6OhoKgLAjCwkJydD
R0cHRkZGVBi/u7ubuS311VyEHwk9NzcXOTk5KCgoQH19PQIDA/Hs2TN4e3t/JfMfCZ2Juro6
9PT0YGJiQjUqGi3zPxM6sySurq4Og4ODqKioQFJSEnVsmDL/kdCZZGVlITs7G5mZmdR7Zp7T
oxlL6F+SnZ2NlJQU2NnZwd7e/huZOzg4wNraGm5ubrC2tp6dkZFxuKenZ/w/msH+jwq9o6MD
b9++Heft7R3AwsJCNm/e/NLLy4ujr69vfH5+Pgsz0se8gaypqUFoaGjlSLJbLhsbG1asWAEr
Kyv4+PgskZCQIMzhOkzxjayyP4aFhd3KysqCmZkZJCQkoKWlJc3Gxka2b99OSkpKBBITExEV
FYXp06cDACX02bNnEzk5OX0ZGRncvHkTN2/ehJSUFG7fvo2cnByUl5eDWRNfXFzMoqurq7N0
6dIP0tLSbwCQK1euPCeEwMXF5cLUqVOJiIiIX0hICMrLy1f89ttvBEDVkydPFqirq0NHR2fX
ypUr20be32cHBwcNHx8fODs7Iz4+Hvr6+iXM97Rx48ZKYWHh1SMJmjN9fX3f79u3j2zYsIHZ
jCzcyclplpGR0aFp06aRffv2ldfV1aG8vBznzp3TGhno9IGfn79t2rRpxN7e/vidO3dw4cIF
7ZkzZ5ItW7YonjhxAnPnziU7duwgp0+fJlOnTiXjx48nkZGR7q9fv2ZvbGzEl/yvF3p1dfVf
BrP0qbOzc1JZWZnQpEmTyKFDh95dvnwZ3Nzc2LRp0/6R+dwZI3WhizU0NKCnp4eTJ09eGZlp
XA6gjp+ff6C/v18wJSUFXFxcFgDInTt3SE9Pz728vDxtSUnJ+fHx8SgqKkJeXt6YFBQUUBJP
SkpCcnIyGAwGVWPNJDMzE2lpaX9YWloeb2trW/Pp0ycqt2A0b9++RV9fH7XCff/+PXp6etDW
1kattvLy8qi9Q0NDw8MnT57kr6+vX8YU9FgwE8/q6+sxNDREXeTHSj4cEeLx1tbWIzk5OVR4
cyxSU1MRHR2N4uJiah+cmVD3JW1tbSgqKsLTp0+P29ra7ktNTUVfX9+Yr9/W1obPnz+jp6eH
CtnX1tairKyMGp3KpLKyEtXV1QgODj7+4sWL7aOFPnolxMzsZa7Os7KyUF9fj+7ublRXV1Mh
/dbWVqSnp4OTkxN//PHHN0JnSt3Ozo5KnMvNzaWGrvT19VHRhi/p6OjA0NAQXr16xdfZ2cnJ
lMVY5OXlITc3F2lpafDw8EBVVRW1Qo+JiYG/vz8GBwdBCMGbN2/w7t27Mfn48SNGwoF8Pj4+
x5mlkqPP56KiIqSlpcHV1RUuLi5wd3f/CkdHRwQHB+P169fHnZycoKGhQQ3ZGc3jx4+/i7Ky
Mry8vFiHhoaOt7W18TCTG0dTXV2N7OxsZGRkICsr6xsyMjKQl5e3oK2t7Xhzc/PCL8U/mpyc
nO+SlZWFqqqqX9va2o5XVVWNT0pK+uY8z8rKQlJSEmxtbWFrawtmS1wmtra2cHFxgaen55XL
ly/3y8rKlmlra7N8WYc9FgoKCnj69Ol3vwujS3cHBwfR0NDwZMWKFWTBggUkISGBPygoCHp6
egxXV9fUwcHBBSkpKTA0NISXlxfKysqWnT59unNkrHOrpKQkFBUVMTLoh9Xf3/+0uLh4iLq6
esiVK1dCFy9e/HZkzG9Gbm7uJGZY3sjICI6OjtIzZswgP//8MwkODhZwcnKCjY0NZsyY8ZXQ
Z8yYQS5cuKB//vx5iIiIQEREBAICAjAyMkJoaCh8fHzg4+MDLy8vNDY2LhQVFX0zb968sLt3
796aNGkSUVRUdCOEwMnJSXtkUFAwIQT9/f27jh8/TlatWtX7+vVrwQcPHuDEiRNyu3fvJtev
X08HQGRkZEq7u7sn3r9/H7du3cKmTZtqREREyLFjx8j48eOJhITEmvT0dPj7+7+YM2cOOXjw
IHnw4AFz4uLz/v7+rRoaGtJLliwh69evz+Ln50dycjKUlJQ0AZDa2tpPhw4dejlt2jTi6Oh4
7ObNmxAXF9ceiQbfnDVrFubOnUvmz59PTp48SVasWEFYWVmJgYFBaWNj44zR5+V/VFLcX0F7
ezs+ffo0JS0trW2kJrJfWFh4lq6uLuLj4w9s3779E4CXcXFxFu3t7aaWlpbu0dHRCw0NDU/N
mzePXLt2TTE0NFRxJCzyvrm5edzz5881x40bRw4cOEAGBgac/P39tdevX2+Rl5enWFdXN+bF
hrk/nZaWBnd3d3h7e1Mn6pf4+voiICCA9dy5cx82b95MNDQ08p89e0Yl132JkZERNDQ0YGNj
g+HhYWq/dXRiYHJyMoKDg5GYmKjAz89PFixYQMLDw2OLioq+K14Gg0HJcfSqfHQlQWtr6z4p
KSkiICBAEhMTFZiPH4ukpCQUFxejvr4elZWV3wiXSXt7O+Li4mw2btxIeHh4SEpKygNCCCtz
SMtYDA8PU+FXZoer0TQ2NiIlJcVv586d5OjRo6Srq+s8IWTMEbwfP37Ep0+f8Pr1a6q7XFNT
E1Ve+CW9vb3Izs7mXrp0qfO+ffvuOzk5sY7Vl5uJoaEhM4yJgoKC71JRUYHk5ORjgoKCRE5O
rjsnJ4fny4jOWDDD4bGxsSgvL0dzczMSEhLg4eEBHx8fuLq6ws3N7bt4enrCxcXl/vbt28nu
3btJYmKiaWlp6TdiYw7JYYaOR+Ph4QELCwtLQUFBIi8vH/Do0SNoamqOyYMHD6h/j+bx48dT
ZGVlkwUEBIi1tXVhd3c36+gbwPr6ejQ2NiIjIwOxsbHUjfOX5Ofnr9DX128+evQoMTU1ba2o
qFjFTOQczVg32kzy8/P33rlz58PRo0dJcHBwamlp6bTRj8/JyQGDwaBW41/2bn/+/DmcnJzg
5uZ2etu2bQQAuXnzZqmZmRl0dHR+iIqKChwcHKgtrx8xkvS6UkJCon9kSh1RVFT0WL58uTOA
Pl5eXkIIESorKxuvpqY2/vLly5vu3bvXy5yemJeXd5XZJa63txeEEMTHx+PmzZvQ09PDo0eP
cOLEiTYAxNraOikqKgp2dna4ceMGbt++DRUVFenJkyeTjRs3kpCQEAEXFxfY2tpSK3QA25l1
6KdOndI/efIkTpw4AUFBQQgICEBHRwdWVlYwMTGBsbEx7O3tWQMCAhwXL15MTpw4Ebhp06Yr
bGxs5Nq1ayXNzc2LYmNjr0ydOpVs2rSpixCyMTY29udVq1aRlStX1jx8+BAKCgoPubi4ijZv
3tzU2dmpN336dLJkyRKSm5v7u5GR0SJRUVFnAEOGhoauERER9SMjqB2jo6NZREVFi0fGbpPs
7GwyMpmwY3BwcJ2Ojs7iRYsWkd27d/c9ePCA38bGRnH9+vVk7dq1JCUlZfmBAweejxyjIGdn
5z1bt24tnzx5MgkJCZHS09ObyMrKSnh4eAghhGhraxMAREhIiDg7O883MDDAl/xHla39u+nv
759RWlrKfvv2bUhKShYwQykqKiqRI6VdE7W0tMImTJhAlixZQpYuXUqOHj1KhoaG9vn5+X0E
QM6ePUsIIWfPnTs3DICYmpqmhIeHTz127FjU+PHjyZIlS8iSJUuIgIAAKSsre1JWVvbdLQBm
ONDb25sqzxhNSEgIAgMDHVlZWZmzl6sWL16M+fPnf8PcuXMxfvx4yMrKfrUH+iWDg4Pw8vKC
kZERVFRUopnHQExMLO3q1auQkJAYk2PHjsHQ0BBv3rz54UXjzZs3s93d3al9p3PnziWLi4vj
/PnzY8LPzw9dXV0UFBQgKSnpu5SVlcHBwYEK6RkbG+dVVlayfG9FlZaWhpKSEsTFxSEgIAAv
XrwYk4yMDDx69Ih63qdPn1omJSVRHdlGExQURJWkMQfEjEVdXd10IyOjHuZMdmdn50vMMPtY
GBoaIjw8HFlZWdT2xFg0NTVxKigoEABk6tSpxNDQ8NaXzTd+hLS0NBwcHDA0NISHDx9izpw5
WLRoEZhjSr/H0qVLsWTJkkjmMdLV1X0TEhLyzRQwf39/6OrqgpeXF4KCgt8gIiKCPXv2tI+M
RyWbN2/G6tWrv2H58uXYsWMH+Pn5qXnqX3L69Ok5zGl827ZtI4ODg9Jj3QS2tbVBXl4ee/bs
gYCAwDdcuHBhH3MG+8aNG4mHhwevkZERvsTExASGhobg5eXFtm3bsGvXrm/g5eWVZyaPiYqK
En9///mjozEmJiZwcHBAQUHBmNGNjo6ORVeuXKGuSeLi4i3MaWzfQ15eHvLy8igoKKASAn/E
u3fvWHx9fQu/DI1/yfXr1wNqamrY3N3d60VFRV9Onz79PQCyd+9eEhAQIJmSkoKYmBikpKSg
o6MD79+/R1RUFK5fvw4FBQXcuHFj8pEjR8i4cePIrVu3GgwMDKCgoID9+/eDl5cXAgICN0em
V5Ls7GyRsLAw+Pn54f9PfAYA7ABAJkyYQKSlpR2kpKRw9epVXL16FVeuXMG1a9cgLS2NGzdu
4ObNm7h165bOwoULCTMzfsmSJWTChAlk0qRJhI+PrzImJgaysrIPARBZWdn3AgICL1lYWMjj
x4+1jIyM7jCnad66dSuTECIqKirKPA5ERUWFACBsbGwkNDT0IoPBUJk9ezaZP38+MTc31/bw
8LjLxcVFFixYQH755RcyZ84csmzZMmJlZXVVXl5+8kg0l6xbt45wc3OTWbNmETs7u7S0tDSE
h4drCQsLk4ULF5INGzaQ+fPnE0VFRd/m5uYp4eHhpRMmTCAzZ84kPDw8ZPLkyWTu3LnEysqq
Misr66fo6Gh8yX+10IeGhuYUFhZO27VrF1asWCG4bds2Hx0dHSItLS1++fJlqKmpwcTEZMdP
P/0kA0Bm4sSJMnJycitbW1sRHBx8H4DM5s2b7/b29q6xt7c/CUDm8uXLEvn5+VBUVGTl4OCQ
ASCzaNEimdTUVLH6+vof7ukzV47M3tZjUVNTg5qamqPMmegPHjyo8PT0pDpwfYmVlRUcHByo
UO13ohQsPT09+PjxI4eamlo588t89uzZVAcHh8mmpqYYC11dXfj6+qK7uxuj93G+pL+/f6WP
j08388tgYGCQ5u/vP/57qz87OzvExcX9MC+gsbERAwMDSE9PP7tmzZoOXl7e2oSEhE329vZj
rgSdnJxgb28PX19fSrDfE2RZWRlcXV2txo8fT1asWEFOnTplxMfHB35+/jHZu3cvVFVVqZ7S
3yMoKGjGnTt3CACyfv16kp6ervC9mwTmjQKDwUB5eTlVkjYW3d3dP1lZWQXPnTuXiIqKFgcG
Bq783jEYjbW1NSIiIlBXV0ft4zLbxf4INzc3PH/+3GP58uVk7dq15NmzZ9Lu7u7fvGfm5+Hh
4fFNuN3d3R3BwcEwNzcvnDVrFvnjjz8ee3l5TWJOPfuSkZU8Hj9+jNErEgMDAzg4OMyUkJAg
I8mtDRUVFVvGuqnKzs6Gra0tdHV1x4xoPX/+fAdzxKqYmBjx9/f/zd7eHqOxs7ODpqYmVFVV
oa6u/g0GBgZXly9fTgCQe/fuvffz85szOqRuYWEBDw8P6lo0Ok+FEPIr8z0tWLCA+Pv762Zl
ZSEuLu6HxMfHU1s934tCMWlqamKNjIx8evHiRSIpKUkuXrxIJCQkiLi4OFFRURk0NTXdZmRk
NP7EiRNk+vTpREZGhggJCXk+ffr0mI+PD6KjoxEXF/eV0KOjoyEpKYlbt27h/v3744SEhC5P
nTpVxt7eXjgqKopKzvXy8oK/v/9tZWVlYmFh4ZaUlLQsLi4OkZGRuHXrFiQkJCAjI7Pj8OHD
5PTp050PHz7cpa6uDjU1NWhoaFBNeGRlZSErKws5OTncvn3bjZmBf+rUqae//fab4uzZs9WZ
/+/NmzeXHz9+jP379xvy8PCQU6dOERUVFR0HBwe4uLhsefbsWdu+ffvyfXx8uAkhcHV1PQBA
Zvfu3fdFRUVVZs6cmXH48GGLrq6u1UVFRTh58qQMgFsTJ07c7+HhAUVFxRsAZPj4+GTOnTsn
M3/+fBkZGZllN27cmLdy5UrCxcVFrl69mjJr1ix5GRkZmYyMjGnM6ojy8nLJuXPn3gJwT0RE
RMbBwQFZWVl48eKF5OrVq2V27twps3HjRhkAMmJiYjIlJSVzxlro/FeH3Jn7j0FBQeDg4MDl
y5dBCFl95coV3L59Gx4eHggICAA3NzcAYOrUqZCXl6dqxAGAh4cHfX19MDIyAgCkp6eDELIg
JSUFHBwcAIDly5cjMjIStbW1P5R5SUnJD2XOpLa2FvHx8f6BgYFZhYWFu5nNUUaTm5tLJcCN
LuNi0tXVNam5uRmpqamHjh07Rn766SeyaNEiIigoSDIzMw9FRUVhLMLCwpCamko1Gvkezc3N
e729vQf9/f3LdHR0sry9vWMIIUt/tOff09NDNdEZi+bmZrS3ty/U1tZeJSoqKiYpKakZHR1t
np2dvXB08tGXCU/JycnIzc39qt3raBobGxEQEKCzadOmrIsXL96vqam5/OVUqdEw9+GZe3nf
i6z4+PiwRkVFnQkNDc3y9/d3zMzMnPG935VJcnIyNTHve+dNU1MT3NzcYGJics/MzGwZczDL
Pyr08PBw1NfXo6GhAa2trf9QSdRIidOCTZs2rT5x4sRqZina6Oe3tLREdHQ0td0zmvfv36O4
uHjpsmXLVnt6erITQnZ++PAB79+//4rPnz+jv78fERER8Pf3p0qXvmBcWFiYhLe3d5aZmRkX
swZ/NBkZGVSlyHdkOCk6OlotKioqKy0tTSMxMXHy9yJE0dHRiIqKwugVUnR0NGJiYn5KTk4O
UVVV9dLT01uZn58/LiEhAV/C3PoYK/SfmJiIkpKSlWfOnIk+cuRI1sOHD+UrKyup3Ibv8fbt
W7x//x4dHR0oKSn50yqf8vJyjGyrrU5NTV2dnJy8OjExcXVSUtLqzMzMJU+ePIGuru748PDw
I1paWkcLCwtX6+np4e7du3B3d0dMTMx3hS4nJ4f79+9DSEgIU6ZMgY2NDQICAhAeHo7BwUHm
YJlZXV1dq5ubmxEYGIjIyEhERESA2UAmKipqkpGR0WpDQ8OFzIZcysrKuHHjBpycnPD27dsv
r2MYGBjYx8/PTy5duvTZ1taW/ciRI+Dh4WH9+eefSXh4eP3nz593SEtL4+rVq7CwsFidlpa2
PCwsjCoFJYTMe/jw4VRjY2MQQmBvbw8A4OLiwkjb2UlaWlpgbi8dPXoUADB//ny4urpCWloa
AHD8+HEICAhg0aJF8Pb2hpmZ2T0AZOHChaSgoECHj48PQkJCVK4Us7SY6YtTp07h2bNnyM7O
RkhICJYvXw4eHh7s3LkTACAsLIzs7OxvEqbj4+P/u4Xe3t4+sbOzczwhBCdPnsShQ4dQV1cH
ZWVlVFRUYHh4GO/evWOtqKhguXfvHri4uCApKflDoRcVFVHJfEuWLPmnhT46Q3csamtrqUSx
3NxcxMfHj7mXFxcXR7WJ/bNjMTw8zObk5HRdQEBATVdXV83T01M8JCSEJSgoCGPh5eWFxMRE
dHZ2/vDi39bWxlpaWirY0NAAFxcXPH36FL29vSx/ViP7owzeke5vF+/cuUMuXLhAdu3aRa5c
udJeXFy8ZvSFc/RFlNlH+nuJifX19XB3d8fOnTtx/fr1r0rWxuLly5dUVz9PT0/4+vqOiYuL
C1VhkJ+fj/j4+B9uKSQmJiI5OZk6L7533rS0tMDe3h6urq4wNTWl+rf/s0IvLCz8h6tDKioq
kJeXh/Xr1+Pw4cNwdnaGm5vbmM8fGhpKZfqP5uXLl2AwGODg4EB0dDQ+fPjA8r3zqKOjg5ok
N3ralrOzM+Li4lBeXg4TExNkZ2ePKfTMzExEREQgMDBwrJsC+Pr6Ijs7G11dXcjPz8eLFy/w
vRtaZqcyPz+/b/Dw8EB7ezscHBygrKyMjIwMREREfEN4ePiYv0dISAjS0tIgKCgIMTExmJiY
gMFg4PXr1386RbKrqwutra3UzeaPqKqqQm5uLgICAuDn5wcfHx94e3vD29sboaGhePLkCTQ0
NJCWlgYTExMEBARARUUF9+/f/5eEHhQUhBcvXqC+vh41NTWora1FXl7eV8c6IiICjo6OsLW1
hbu7O1RVVaGhoUF12Lx79y6kpKTg5uYGQgh6e3vR2dmJrq4u9Pf3o7y8XNXHx2ffgwcPoKKi
goqKip8KCgrUWlpaFg4ODkJWVhZiYmLQ0tKCv78/3N3d8ejRI1hbW6O3txd37tyBubk5CCHQ
0tICBwcHbG1t0dfXh/fv36Ovrw/Nzc2oq6sDHx/fd4V+5MgRrF+/Hunp6bC3t7c8fPgwERER
IS0tLVcqKythaWlJ9daghf5v5tOnTxAUFMThw4dRUlICe3t7vHv3jtmcYUNPT888QgjCwsJw
8eJFNDU1fVfoOTk5VLndvyL0P5M5U+iFhYXIy8tDVlYWdfEfS+hVVVXfzdL+ktevX8PR0RF8
fHzUtLgXL16MKfOAgAAEBwejoaGByrT+QTb8RKb4zM3NYWlpid7e3j+V+Y9uElpbW9HZ2cmu
oaGx+ezZs5uPHTu22djY+KesrCz8O4Tu4eGBbdu24cqVK1Qt//f2IZk/+zOhu7m5IT4+HiUl
JWAwGNTd+b9D6MyaZWNjY/yrK/T/aaGHhITg/fv3P5wkFhISMqbQXV1dERkZifT0dBgZGSEn
J+dfErq/vz8YDAYqKyuRmZmJsLCwf0noXl5eqKyshJmZGVRVVb8rdKbUxyIrKwsnTpzA6dOn
oaenh9TU1P8RoWtqaiIhIQF6enoICgr6HxG6pqYmFBUVcevWLejo6EBPTw83btxAW1sbVWLJ
LMHLysqCq6sr1NTUcO/ePeTl5VGf6dDQEK5cuQIRERFoa2t/JXQrKytK6GZmZiCEULMyCCEs
HR0dbO3t7ZM7OjrGDw8Po6+vjxL6tGnTYGdnBxkZma+E/ssvv1ARBzc3t83Pnz/fONLNDvn5
+fDx8UFmZibVjIspdGFhYZiYmCArKwvBwcGU0Hft2gUA2L9/P4qLi5GVlfVNVI8W+iihl5WV
4dmzZ+jv72cmdrG1trayMmtYpaSk/uuF7u/vj7CwMKoL3J88N0t3dzdLf38/zMzM/p1Ch7q6
Os6dOwc+Pj48fvwYOTk5tNBpodNCb21FSUnJV1tDzD4L/wlCd3BwgKWlJby8vKCmpkZNsXR2
dkZERARcXFyo2RKhoaEoLCxEW1sbBgYGkJWVBXd3dzx48ABycnLUQKSamhoMDQ1BT08PEhIS
UFVVhb+/P9zc3KClpQUHBwe8ffsWsrKyMDQ0BCGE2sJobW1lffny5eT29nYW5vscGhrCkSNH
AAAbNmwAg8GAqKgoAICXlxd79+4FJycnoqOj4evrS2Xi9/T04PPnz8jJyYG5uTm8vb1RVVWF
pKQkqlzv9OnTcHd3R15eHuLj4zFv3jxs3LgRW7Zswfjx42FqaoqIiAjqe/cltND/XOhobW2l
TparV6/SQvf3R2ho6Hd7wI+GOYmJFjotdFrof73Q29raqD1yZh+EkpIS1NfXfzVz/n+j0MPC
whAQEICgoCC4uLjA0tISAQEB1FjoFy9ewMHBAWJiYkhLS6NW2cHBwdR5aW1tDVNTUwQGBiI2
NpYKa8fFxSEkJATu7u5wdnZGcHAwHB0dYWVlBSsrK3h5eSE8PJwaMFNWVsbcm2dOkUNvby8a
GhoQHh4OQUFBSEpKwtvbGw4ODrCzs4O2tjYsLS1hYWEBY2NjBAYGwtfXF/r6+jAzM0Nvby/S
09Opsbja2tooLi5GWFgYNDU1cfjwYVy6dAl+fn5IS0uDlJQUtLS0ICMjg4MHD+LgwYMIDQ3F
hQsXoKmpCRUVla+ghU4LnRY6LXRa6P+HhN7S0vJVM6aWlhbk5+fDz88PBQUFqKys/LcJnVnT
39HRgU+fPiEuLg43b96EoqLiN0L39vZGUFAQNWfiS6GHhoYiLCwMISEhCAsLQ3p6OpSVlXH1
6lXU1taiqqoKiYmJ3wideT1yc3ODr68vMjMzoa2tjUOHDiE3Nxe+vr7w8fFBaGgovLy84Ovr
i8jISOozf/78OZydnWFvb49Lly7h8ePHyM7OxvPnz+Hn54eYmBhUVVWhsbERaWlpSEhIgJyc
HDXfnjly9969e1SbbuZ8B+ZkPT8/Pzx//hweHh548uQJ+Pj4YGBggGfPnsHAwADZ2dkIDQ1F
QEAArl+/jitXrsDZ2RmJiYnYt28fAgMDoauri5MnT+Ls2bMwMjKCkJAQTE1Noa2t/RW00Gmh
00KnhU4L/f+A0JkJqqM7K7a0tKCkpAR3795FdHQ0NYyouroaeXl58PHxoZoKMYUeHh4OHR0d
3L17F0lJSVBVVYWfnx9UVVVx//59eHh4UNKqqqqiev+7u7uDm5sbV65cwd27d7F//34AwNOn
T5GXlwdmHw7mRL3c3FyUlJQgKCgIISEhVD+IlJQUKCkp4cKFC9T2QVJS0neF7uvrC39/f2Rk
ZEBHRwd79+5FSkoK/P394e3tjRcvXiAgIAC+vr7UtDam0JncuHGDSmJkPoYpYw0NDdy7d4+a
CmhsbAxRUVFoaWkhNDQUmpqa1N/39/f/Cj8/P8TGxsLX1xdnzpzBqVOnYG5uDnNzcxgYGCA3
N5caS33hwgVISkrC1dUVycnJOHbsGJycnKCurg4BAQEICQnh2bNnOHv2LIyNjWmh00KnhU4L
nRb6/zWhM/fOa2trv+mQ19LSguLiYjx48ACxsbHUuNvy8nLk5eUhJiaGkqWLiwu1kjU1NaVW
il5eXsjKyoK0tDRkZWXx/PlzhIeHo7a2Fv39/ejp6UFlZSUcHBzAzs6On376CWpqalBSUsLC
hQvx/PlzEELw4sULaspdRkYGysvLkZycjMDAwK8aPDEnOkpISPzDQg8ICKCEvn//fkrozBX6
nwldWloaqqqqSE9Pp4T+4sULODo64tKlS9DX14eDgwMUFBRgYmLyTwk9PDwcPj4+uHTpEk6f
Pv0vC/3kyZOwtrbGmTNnaKHTQqeFTgudFvr/NaEz5yp8eU5+T+hxcXFUZ7qKigr4+flRJU+K
iorIy8uDh4cHwsPD0dbWhsLCQpiamqK9vR2PHz+mmh7FxcWhuroa/f391MCe2tpaODs7Y+bM
mQAANzc3akpZcXEx3r9/D09PT6ipqSEzMxNiYmKIiopCSEgIQkNDvxG6oqIibt68ib6+Pva+
vj72yspK9qysLPagoCBISUmhvr6ePS0tjZ3BYLAnJSWxp6SksDc2NrIbGxvjwIEDqK2tZWcw
GOyJiYns2dnZ7CkpKeyJiYns6enp7AwGgz0jI4M9JCSEQkFBAY8ePUJDQwN7fHw8e1ZWFntm
ZiZ7aGgou7KyMruNjQ17cHAw+8OHD9mdnJzYpaSk2M3NzdkzMzPZHz9+jIyMjPHJycnsDAbj
K5KTk9lzc3PZExMT2WVlZdkvXrzI7u7uzu7m5jbO3Nwczc3NE3JycthfvHjBfv36dXY5OTn2
iIgI9urq6slnzpxBaGjoRCMjI/bz58+znzx5ctrTp09niYuLT7awsGB58uQJvoQWOi10Wui0
0Gmh/4cK/UuZj9W//ntCz8/PR21tLRwdHeHv7w9nZ2cICQmhq6sLGRkZaG5uxufPnxEREQF1
dXWUlJTg2LFjaG1tRWVlJYqKiqiGLqOFPmvWLLCyssLT0xPd3d349OkTenp68OrVK3h7e0ND
QwMlJSUQFBSEi4sLoqOjv/ksGAwGHjx4sH///v0Oz54967S2tu7U19fvVFdX77x9+3bqwYMH
dZ48edKpqqraqays3KmkpNSppKTUqa+v3ykrK2v0+++/H3v06FGnoqJip7y8fJe6unqniopK
p5KSUqeysnKnoqJip4qKSqeMjEyntLR0582bNzsFBATiL1y4YGhgYNCpoKDQqays3KukpNSn
oKDQy8/P3y0uLt4nLS3dx8fH13fx4sW+33//vU9ERKRPUVGx78KFC4/V1dXLlJSUehUVFfvu
3btHcffu3T51dfU+RUXFvp07d/Zt3Lix9/Lly92XL18uuXnz5g1tbe0GaWnpvosXL/Zt2bKl
b8uWLX1Xr17tU1NT61q7du3jy5cvtxw6dKhv8+bNfXPmzOlnY2Mb5OXlbbt9+/bsK1eu4Eto
odNCp4VOC50W+n+g0L+3Z/6PCr2mpgaurq4IDg6Gl5cXzp8/j5aWFuTl5aGlpQXDw8OIiYmB
trY2ysrKICYmhvLycmpEbktLyw+F7u7ujvb2dnR3d6O1tRXDw8OU0IuKinD69GkEBAQgOTn5
m+Obk5MDKyurD9/rM/8j1q5dS7Zu3fpPP27Hjh2E2VIbANU3nY2NjUyaNIlMnz6dTJgwgaxe
vZqsXLmSsLOzE+ZQGzs7OzJt2jTCnA43bdo0ipkzZ5LJkycTNjY2smHDBvLrr78SNjY2snTp
UmJiYkI0NDTI6dOnyd69e8nhw4eJkJAQOXLkCPn1118JNzc34eXlJYKCgmTTpk1k69atRFRU
lOjq6hIrK6u5o1ty00KnhU4LnRY6LfT/MKH/ozL/V4Sek5ODpqamv1zoZ86cgZOTE5KSksBg
MKhWuBkZGYiPj0dUVNTvlpaWDHNzc8aTJ08YWlpajCdPnjDk5eUZ2traDBcXF4aNjQ3Dzs6O
YW9vzwgNDWVUVFQwlJSUrllaWhqUlJQwsrKyonJycvyCg4MZ7u7ujOjoaEZ6ejojPT2dkZCQ
wGAwGIy0tDRGZmYm49q1a2vv3bt3Ojw8nFFcXMyQlZUV2rp1K+fvv/++08DAQG/Xrl2cDg4O
W0VFRTkFBAQ4Dx06xOnl5bUqMjKSKzs7m9PIyOjU3bt3hdatW8f522+/cf7222+cu3fv5vzj
jz84t2/fzrlx40ZOCQkJTlNT04OPHz++u3fvXs6ioiLO4eFhzvT0dE4bGxtOCwsLTl9fX04X
FxfOBw8ecN65c4fTwcGB09/fn1NWVpbz2rVrnPHx8Zzl5eVLKyoqWEc3C6KFTgudFjotdFro
/0FCZybA/SMy/98s9HPnzsHa2hre3t6IiIhAVFQUIiMjYWNjg5ycHKSmpiIsLAyBgYHw9PSE
o6MjPDw8YGBgAFdXV6SmplJ9+ZmjgAkh0NPTQ2BgID5+/Iju7m709vairKwMWVlZqKurQ2dn
Jzo6OtDU1IS2tjZqjPTly5fx4MED1NfX4+3bt5CXl8eKFSuwf/9+ODs7Y/v27QgODoaQkBA2
btxINaBpbW2Fk5MTHBwcoK2tDQ4ODmzbtg3btm0DNzc3du/ejU2bNmHt2rUQFBSEoaEhrKys
sHnzZiQnJ6O6uhoBAQFUXbqlpSVMTEwgJycHSUlJPHnyBNbW1pCQkICoqCg8PDzAYDCQkZHx
zQAiWui00Gmh00Knhf4fIvR/ZM/8P0noDg4OcHV1ha+vL8LCwvDixQvcvn0bDQ0N8PX1hZeX
F6ytrWFvb49nz57Bzs4OWlpasLa2RmRkJAIDA6nrUmZmJgYHB6GlpQUPDw90d3ejrq4ODQ0N
yMjIQGxsLAoKClBTU4Pq6mqUlJSgoqICVVVVqK+vx6VLl6CiooKCggJ0dHTg1q1bWLVqFfbu
3Qtra2vw8PDAy8sLQkJC2Lx5M3R0dEAIQV1dHdzc3GBhYQE1NTUsXbr0u0IXEhKCvr4+TExM
sHXrVlrotNBpodNCp4X+3yj0t2/f/tMy/18mdBY/P7+vhG5vbw93d3dqEltoaCjU1NSQn59P
vV5sbCwsLCyola22tvZ3hT40NARVVVW4uLigp6fnK6HHxMRQ73ssoV++fBmqqqpjCt3Kygo8
PDxwc3MDHx8ftm7dSgm9sbERgYGBsLKywt27d8HBwQEeHh5s27YNW7duBTc3N9asWQMODg6c
OHECDx8+hLGxMbZs2YL09HQ0NzcjODgYurq60NLSgoWFBczNzSErK4uzZ89CR0cH5ubmOHPm
DERERODp6UkLnRY6LXRa6LTQ/9OEfvbsWairqyMxMRFDQ0P/tMz/TOiOjo5gMBhTExMTOc+d
O/eN0CMiImBsbIzh4eHxEhISKC0t/ZeE3tLSgg8fPvC4uLjA2Nh4XE9Pz8qzZ89+I/SgoCDo
6uqip6dnoZiYGLq6ujA4OIiamhoEBQXB0tIS8vLysLKy+kroPj4+SE1NxcDAAExMTJCYmPjN
Cp3BYKCkpASDg4NoaGhAQUEBJfTGxkZcuHABGhoaqK2tRUdHB+7cuYOlS5dixYoVsLKywq5d
u5CYmEiNRtXV1QUhBFVVVTA2NoadnR1MTU0xYcIE/Prrr9i8eTMWL16MP/74AwcOHMDevXsh
KChItYjl4uJCcnIycnJy4OXlBX19fWhqasLe3h4WFhaQl5eHkpISLCws4OLigjt37uDEiROw
s7NDamoqLXRa6LTQaaHTQv9PEHpOTg74+Pjwxx9/wMPDA0VFRWhtbf2nZV5XV4eWlhY0NjYu
MjQ0lM7JyTlUV1eHwsJCNDU1ISEhQUxVVbVQXFz8/Y0bN6QHBgbG5efno62tDZ8+fUJVVdVh
KSkpw/v37yeKiore6uvr4yoqKkJBQQG6urowNDSEgYEBDA0Nje/o6BgfEhIiNWPGDGkWFhbp
sLAwyYGBAdb+/n425laBmZnZ2cOHDydoa2sTSUnJrY6OjnBzc0NwcDBiY2NRWFi468qVK3fv
3r3bLSIiYvDhwwfO3t5eDA8P4/Xr11RUwcrKimrW4uvri+TkZBQWFqK5uRllZWWwtbVFZWUl
Ghsb0dDQgOTkZMTHx6O6uhqWlpbIzs5GQ0MD1QK3uroaZ86cgZiYGAIDA/H69WtISkri119/
hbGxMfz8/LB+/XoEBQUhOzsbx48fx71790AIQXR0NBYvXgwJCQnk5+fDxMQE27Ztw/r162Fu
bg5ra2s4OzsjOzsbR44cQWtrK1JTU6GtrY2LFy/i/v370NLSgrm5OWxtbWFqago+Pj7mjRSq
q6upUdnPnz9HSEgIoqKikJqa+s11gxY6LXRa6LTQaaH/Dwj9e9+voKAgJCUl4dy5cxAXF8fA
wADa2trG7AL3I2pqatDd3Q1CyApbW9u2pUuXEmFh4QQxMTGkpKSgtrZW+vLly1SZ1tKlS0ls
bKx/YWEhqqqqMDAwAFVV1Trmz6dOnUru3LnzkNmVLTY2lnqdly9fIjIy0mrVqlWEjY2NsLKy
kh07dpDCwkLb7u7u8UNDQxNSUlJur127lnq9bdu2vQsODj7g7e3N4u3tjZiYmBXXr1//zMLC
QgCQadOmkeDgYOc3b95Q50J3dzeGh4fBYDDg7++PhIQElJWVfXWzU1RUhB07dqCgoAAtLS1o
aGhAfHw8PD09UVJSguXLlyMwMJA635g3KBcuXMCBAwdw7do1GBgYQEZGBjExMSCEICYmBgsX
LoS4uDgIIWhpaUF6ejqGh4cRGRmJn3/+GRs3bkRgYCAIIUhNTUVkZCQIIfD29oa1tTUl9OLi
YhBC0N/fjw0bNkBdXR1aWlowMjJCSEgI7t+/jxkzZsDc3PwroaekpKCurg5DQ0OorKwc87pE
C50WOi10Wui00P9moYeHhyMjIwO5ubnIzs7+hoyMDFRUVODly5fo6OigjsM/Q29vL4qLi2Ft
bR34008/EQBk8eLFnkJCQigrK+O4efNmKQBy6tSplF27dnkDIL/88ss7a2vr9dbW1lBQULAF
QLZs2dK1b98+VxYWFjJhwoSPDg4OZ11cXPDo0SNISkrizp070NTUXPPzzz+/BEAOHjwYwcLC
EgSA7N69Ozk1NRVDQ0M8hw8fJgDI/fv3qw4ePNgLgJw5c+ZlTEwMHj9+PF5QUNAMADl58uT7
vXv3ugIYnDt3LomNjb1RUlKCjIwMpKenU59vQUEB9V4bGhpQXV2NhoYGFBYWgp+fH0VFRWhu
bkZDQwMSEhLg6+uL0tJS7Ny5E6GhoXjz5g06OzuRn5+PwsJCiImJgZ+fH3fu3IGYmBiUlZXR
3NyM7u5uREZGYsmSJZCVlUVXVxfa29vR29uL/v5+REVF4eeff6aet6Ojg2qH+/LlS7i5ucHa
2hoZGRk4cuQISktLmdEP7Ny5ExoaGtDW1oaxsTH8/f2hrq4ODg4OmJmZYWhoCFVVVairq0NK
Sgpyc3MxODiInp4edHV1fQMtdFrotNBpodNC/5uEHh4ejoiICCQmJqKkpASVlZXUmNPRVFRU
oLS0FIWFhf8SXV1d87W1tb0BvAJAfvrpJyIrK+spJSWFGzdunJkyZQrZvHnzh97e3u3V1dW4
cOHCWwDE2NjYvKqqim358uVk9uzZpK2tjX9kD74eAJGXl29obW1la2hogKqqKtasWYMtW7bc
AEA2bdoUr6ioCCUlpV84OTkJgI6CggKezMxMHgBEVla2Pi4uboa3t/fvI6v1jx4eHtKysrKY
N28e4eDgIC4uLr8/fPgQp06dKgNALl682KWvrw81NTWoqalBWVkZSkpKyMjIQFdXF+rr6/9l
ob98+RIFBQWU0I8ePQp5eXncvHkT9+7dQ0lJCXp7e78Sek9PDxoaGtDU1ITBwcFvhN7V1UX9
Pp2dnf9Woefl5aGvrw/t7e1jQgudFjotdFrotND/JqEzJ5SZmJjgxo0bkJOT+8vQ1NTk2bZt
G1myZAlZvXo1YWVlJWpqat4yMjI4cOAADwBy/PhxBoPBYAsLC2M5duyYPgCipqamRwiRZ2Fh
IRs3buzNzs5GWFgYJCQkTo48ppIQMosQgsTERPj6+k49efKkLQAyc+bMp2ZmZiCEnOHj4yMA
iL29/S17e/sAAMTW1jbL09MTFhYWM48dO0YAEF1dXffo6Oh1LCws73///fdPzP1vBweHagCE
g4OjeM2aNVixYgVWrlyJCRMmQFBQEENDQ2hsbER9fT1qa2vx8uVLrs+fPwt0dXX9durUKfbu
7m6Bt2/fzmpqakJcXBwiIiIwMDBwYM+ePYiIiMDbt2/x8uVL6jsmLi6OY8eOQUFBAdLS0rh3
7x7Ky8sxODiImJgYLF26FHJychgYGEBzczOampowNDSEuLg4rF27Frt370ZkZCS6u7u/EbqP
j8+KxsZGfj4+PpSXl1NC37FjBwwMDOaamZmtsrOzmxEQEABVVVUsWLAAjo6O8wghAkNDQwIf
PnwQKC0tnZWTk0MLnRY6LXRa6LTQ/zcIPS4uDn5+ftDU1ISenh4eP378l6GjozPDxMTEMy4u
zk9YWLgXANHT03N6/fo1oqOjXwAgs2bNip04cSJG/lEFQG7fvn23srLSfty4cWTRokWdq1ev
njTy8/0sLCxkzZo1CRISEpCVlUVkZCTKy8vXS0tLM/fGnaysrEAIOXny5EkCgNy4cUPq4sWL
SQDIpUuXCrS1tWFmZrb80KFDZETymgkJCY4sLCxk5syZ76Slpee2t7fDxsamGgDZtWtXsYCA
AA4fPox9+/bh2LFjSE9PR2dnJ/UdHBgY2GxhYfFeWFiYiImJES4urpITJ04QRUXFI9XV1aiu
rpbR1NSM3LdvH+Hg4AiNiYnRIoSgq6sLqampSE5OFjp37pwrHx+fq6Ki4vpLly5BWloaKSkp
qKmpYfP19bXg4OBwlZOTc21vbz+cn5+PpqYmvHr1CrGxscZcXFyu69evdw0NDbX5/PnztOHh
Ybx69QqEkHHR0dGGu3fvHvjjjz/IwYMH3erq6vYz3Xb48OHd27dvb9q2bRs5c+ZMe1xcnPyD
Bw/AxcW1WlhYuOnSpUuEj4+P8PHxEU1NzdqmpqYVAwMD6OzsHBNa6LTQaaHTQqeF/jcJPTY2
FgEBAdDS0sKjR4/+UpSUlBAfH4+EhISFe/bseQuAODk52XZ1dcHGxoYAICtXrkxYtWoVJkyY
AAAPRwSskJaW9hwAWbZsWde6desmT5kyBQCOsLKykilTpiQDABcXF3Jzc1FXV7dGVlaWjKzQ
HW1sbEAIEebl5SUAyLFjx67y8PBEAyAqKioFVlZWMDU1Xc7cU1dSUtLW19c3YmFhIcuXL39/
//79uY2NjbC0tKwGQFatWlW8efNm/Prrr1i5ciW2bduG5OTkr86r169f75SVlR38sjc7CwsL
2b9/P3dAQMBPWlpazQDIlClTyKpVq8iaNWtIYmKiVH9/P/O747JixQoyadIkcurUqYpnz55B
X18fDx8+hJmZGfvFixfJuHHjyNKlS4miouIdT09PDA4Ooqys7Bqz//uCBQvIypUriZeXl7Oz
szO8vb3h7+//aPv27WTmzJnkl19+aV6wYAFRVVXtePXqFVdeXh7vqlWr3nNxcRFhYeFsAK93
7NjRmZ2dPV1AQGADAMLGxkYuXbpE5s6dSwCQiIgI1zdv3oxraGjAWNBCp4VOC50WOi30v0no
MTExCAkJgZGREUxMTP5SDAwM4OjoiKCgoMUCAgIEALl586Z9U1MTvLy8BgCQDRs2RG7atIm5
Qn8IgDx69EinqakpEgDh5ubujI2NxYYNGyihT5s2LZmFhQWbNm1CWloaysvLf2Gu0Ldu3fo8
Ly8PHz58EGKG1M+fP3/1+PHjcQCIu7t7QXh4OMzMzJYzQ/KqqqoPAwMD7UcGpLwzMDCYW1VV
BQsLi+oRCRdPmTIFTACAn58f7969Q1lZGUpKSlBWVoaGhgZVTk5OamjKrVu3Prx//36mq6sr
/7hx48icOXM+tre3P3JyctIGQH777bfhzs7OAyUlJaiurv557dq11QDIihUrPtfU1IiXlpai
oaEBb968meDh4VHGvFFQVFRMGxoaWtjS0oKMjIz769ate2Vvb080NTUJALJv377oJ0+eMI/p
cwDE2traz8HBYe7evXu9J0yYQIyNjfWFhYVdARA7OzsLZ2dn7Nq1yxQA8fLy0mIwGJzLli0j
O3bsIIQQoqKiwoxmvHv79u2UmpoajAUtdFrotNBpodNC/xuEHh4ejtjYWNja2sLAwOAvF7qp
qSn09fXh6Oi47Pjx42TChAkkPDzcPSMjA48ePZIcmRSWW1hYuIifnx8LFy6UA0CEhIQ06uvr
H06ePJmsWrXqHSHkqLKyMhYvXrxpZBWePG7cOHBzcyMnJwcNDQ2cUlJSDQDIunXrBkpLS/e+
e/duD1PYLi4u1x0dHTNHMtgLtLW1YWdnt+yLPXaH5ubmW9OmTfs8efLkDwoKCsx68WoAZPny
5cW//vor1q1bh2XLlmHr1q1IT09HR0cHqqqqUFNTg1evXk23t7f3nj9/Pnn8+DGZOHEikZOT
SyeEbDQ3N+8GQM6dOzdECIGXl9f0RYsWkcWLF5OioiLt3NxchIeHT9qyZUv+9OnTyZQpU4ip
qemLiIgIDA8PgxDCYmdnpzNv3jwyadIkcuDAAeLr67vGzs4OSkpKOHXqlOOpU6fIypUrycjr
vPr48aPw/v37wc7O/mjVqlWksLDwmpCQEH7++WfJhQsXkj179qhxcXFZzJgxg5w4cWJXWFgY
YmNjnUduRBLj4+MPcXNzf2RlZSXc3NxU1MHV1bWrp6eHvbS0FGNBC50WOi10Wui00P8GocfF
xcHf3x8aGhpQV1fHgwcP/hbMzMyWHTp0iLCxsRF3d3evR48e4f79+wenTJlC5s+fT96/fy9K
CMGdO3eSAZDTp0/rPnv2DBs2bCAASH5+vvenT59gYGBgA4BISUkVqKqq4uHDh/D390d4eDhM
TU1lWFlZyYwZM0haWtrB2tranzdt2kRYWVlJTk6OSFxcnBgAwsnJmXfixAlYW1vPPnDgAAHw
ytzcnN/BwQErVqwgAEhoaOil3t5eGBgYVAIg6urqjYGBgXB0dISNjQ0CAgLQ0dFBJZ4VFxej
tbWVe/v27URCQoLk5+cTAERZWbmKEDLHwMAgEABRUFBoJISMd3d351q2bBmZNGkSsbW1VdXU
1IS1tbXmgQMHiLW1NQFAJCQkvAghCA0NRWJiIi5cuNAuIyNDLl68SACQxsbGo9nZ2RAWFlYZ
N27cpz179pRKSko6srGxkb1795Lh4eFDHR0d7Pv378+eN28eycrKklFUVMSZM2duTZkyhQgK
Cj7esWOH88SJE8mxY8cOGxkZwc3NzW5khS9ibm4Obm5uMm3aNBIVFUW0tbUJAMLDw9MlJibG
fvLkSYwFLXRa6LTQaaHTQv+LhR4ZGYno6GjY2NjgyZMnMDc3h5mZ2d+Ch4fHMmFhYebq0dPB
wQFDQ0N7mU1ltLW1HXNycu5Pnz6dcHJyktzc3Gvl5eUwMTEZAkDu3LmTo6ysvGP27Nmfp0yZ
QrKzs307OztRUVGB9PR0pKSk4OXLl6K8vLxk2rRp5OjRo39wcHAIjSS01bm5ubFbW1vP4+bm
JnPnzv20a9euuyIiIraTJ08m69at+2BoaIi4uLiJcnJy9SP7+ukqKirKu3fvfjt9+nSSl5eX
8OrVK+q60N3dTWW3NzU1oaioiOPQoUMXp0+fTqytrYmLiwsBQAQFBd80NTVxFRcX8wMgJ06c
6HVzczu4efPmEyP/TTo7O3eIiIis4ePja+fh4WksKytTWLBgwdCiRYuGi4uLRZ89e7aOl5fX
as6cOR+srKy0vL29UwCQBw8eFAUEBMw+cuRIPwCyZs2a8wsWLDg+EqUgRUVFkk1NTdxHjhwh
bGxshJeXV1NHR2fTxYsXW0eiEtdCQ0O1Zs+eTVatWpUkIiIitWPHjp7Zs2cTU1PTg76+vvtm
zpzJ3DenhL5x40Zy/vz5KQICAhgLWui00Gmh00Knhf4XCz02Nhbe3t7Q0dGBvr7+34q9vf0K
Zsb5woULX2zYsAEFBQXo6ek5c+TIESqcO336dGJjY2PCYDDQ1NSEjo6OzYKCgn1fJprp6Ogk
1dfXUyFf5vnf09ODp0+f3p06dSr1dzk4OIiJicnNJ0+e4PHjxyzy8vKHmQ1uRvaqSX5+vsvA
wADryGp7pbi4eDPz56ysrERTUzO3ubl5Tm1tLSorK7/6zr18+fJkbm7uRD09PV82Njby5e/J
lOH27dtLw8PDt9nY2HQwa/EBEC4uLpKWliZVV1e3Z+nSpQQAOXz4sOGzZ88gKiqaDYCYmJgQ
Pz8/AoDMnTuXtLW1HWptbd3Bzs5Oxo8fTywsLDTv3bt3bvbs2QQAWbJkCWH+2cLCIqK/v5/v
+PHj1M+2bdtGli9fTkxNTQNLSkqQm5vLZm1tHbFx40YyZcoUsmHDBqKgoKAw8v0wXL9+PVm/
fj3ZsGEDmThxIuHm5ia2trZe/v7+bG5ubhgLWui00Gmh00Knhf4XCj09PR2RkZHM8qi/neLi
4iX6+vqNAgICjSEhIU8jIyNRWFiImpoa5OTkiOno6DSpq6s33b9/39jW1hbR0dGorKxEfn4+
bGxsNhgYGFQ/ePCg2czM7IW1tTULs7NaSUkJ2tra0Nraivb2djQ2NiItLU1TVla2+cqVK82a
mpryenp60NPTQ1paGoqLixEXF2erpqbWJC4uni0uLr6no6NjUk9Pz8aOjg58/vx5Rmho6B+3
bt1K19TUbLKzs4vz9vaeXFRURJ0zLS0t1PWhs7NzS35+PpulpaXB/PnzyUhCHykuLvY+fvx4
64jcPwkLC4MQskpJSUmJl5e3WU5Orjk4OFgtLCwMmZmZG7W0tPINDAwaS0pK5tnZ2eH27dv7
fH19G0NCQs4HBwdfVFZWbvL29vbp7Oxcn5eXBy0tredeXl6VlpaWHDIyMrh7966Bq6trs5CQ
0N5z586dUFNTM4qMjJzS2Ni4c/fu3YSdnZ2cO3fODsA+Xl7ePa9fv571+fPneSUlJUhNTcXD
hw/3LFu2bK+ent5vurq6SExMRGNjI+7evbvn3r17ex4+fLjnl19+2aOjo7MnMjIStra2cHR0
HBNa6LTQaaHTQqeF/hcLPSIiAvn5+aisrERZWdnfSmtrK1xdXSEvL4/m5ma0tbVRU9Nyc3PB
YDAQGxsLXV1dGBsbIyYmBpWVlcjJyYGFhQVycnIQGxuL+Ph4PHr0iOpEV1paiu7ubnR1daGz
sxNv3rwZ/+bNGzg5OcHc3BwGBgZQVVWFvr4+6uvr8fHjR/T29iIiIgIGBgYQFhZGU1MTenp6
Jo9cY9nc3d3h4uKCuLg4pKSkwMbGBsXFxdSQmba2NiZLOjo62BsaGpCXlzdOSkoqYPfu3SQ/
P1+DELLc3Nw8n4uLi1y8ePFFTEzMxNevX8/u6emBlJQUvLy8kJCQgJiYGAwMDCAlJYWaVObv
749bt27hw4cPYDAYSEhIQEhICHJyclBZWYmSkhKkp6fj8+fPE1+9egULCwvo6+ujqakJIiIi
yM3Nxdu3bw8XFBTA3d39OAcHBxnJA7i/Y8cO7N27F7W1tVMHBgZ4mD3mmVPd7t+/D01NTSQn
J6Ourg5SUlK4du0a7t69izVr1kBBQQFBQUGwt7fH8+fPx4QWOi10Wui00Gmh/w1Cz8nJQWFh
ITW+9O+ivr4ednZ2kJKSQlFREVXqVVBQgPT0dAQGBsLb2xsaGhowNTWlhJ6bmwtzc3NERETA
29sbAQEB0NfX/0ronZ2d6OjoQEdHB3p7e9HS0gJTU1Noa2tDR0cHGhoa0NfXR3l5OXp7e1FT
UwM3Nzeoq6t/KXS0trZicHAQbm5uMDMzg4+PD8LCwmBra0u1cH358uWX1+QFnZ2d82traxEe
Hg4NDQ0EBgYeKSwsZIp/hri4+JHq6upxhJAJnZ2dk9ra2nD+/HkYGxujrq4Ora2t6Ojo4Glq
appfVlaGgYEBeHt7Q1ZWFo2NjYiPj0dsbCycnJwQHx+PoqIi5mQ5vHz5kuX169fIycnBo0eP
EBMTg0ePHuH169dzmpqa9kdFRcHX13e2p6dnpIeHR316evpyU1NT7NmzBzU1NRgcHERtbS3i
4uL+u4ROQ0NDQ0ND8/dCHwQaGhoaGhpa6DQ0NDQ0NDS00GloaGhoaGhoodPQ0NDQ0NDQQqeh
oaGhoaGFTkNDQ0NDQ0MLnYaGhoaGhoYWOg0NDQ0NDQ0tdBoaGhoaGlroNDQ0NDQ0NLTQaWho
aGhoaGih09DQ0NDQ0HzL/xsAkb78gkvHLrkAAAAASUVORK5CYII=</binary>
 <binary id="i_091.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RVfRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MTQ6MjMAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfSgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAUJQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AC2dazC8lrG1tPAP+1MetZoB3Bk/
vEQfwWeQBOvB17a902xhInv+Pgkput65lAguc2R/JOqLV9YHgfpWtM8awsh2yASRHYzypho+
iD7XakHiUlPQUfWDEsO2yGtJMP3AjTy+kt2ijGextjrwQ8bgG+B1+k7duauS6F0zCyMqw5jf
UNbN1VQJDCZ+lZHufz9BdTWQwANERpHgAkpt1Y7A2WEGNRYTMQmsvLoFTGiPzndiPBv8lBaW
tc3dAcZPKT3xaHSIOjxp2+i/+z+d/wCYJKbGPk3WSxzG72aOjQeTv6ljfoIhe8z/AAVS7Ipp
At9QNsZptJ0e06upP9b/AAT/APB2/wAj1Uh1DHuY12NYHbvzXSHfDb++385JSZrjuhxJUnvY
3QkN+JhVXOeZDnARyBp+RUb8hjRow7yfzjM/dLklOmc3HadXbo7ME/jo1BOUbL2uLA0MmGT4
T+d/KWdj2utb6h+jO0A8Eom4BzQY1JP3NJSU/wD/0KTiIPefwQnkkR46BStEE6oLj4aeMpKa
z6WGt4DBOpBAA4ROmud9krB0AJ2nnQlT0+/WSk2Bx8klOx0XINfUankwHna4f1vYutDHF/Me
K4LDudXYxx5aYP5V2jHF3vBlr9RrpCSmOY1puhhIJ4k/6+1Z+Xf1Suxhxq3WsLZLmloOp2y4
P+i1v0vorSea3OgkbvxPzUHN9jnEjTQBvJ7cJKcR7up5FrWPrBdy0E6j4OZ7VaxKrMQusuyK
9sj1QyHOB/0x1/M+jb/wfv8A8GrdmVQBBOx2mx5GoI1a/T9xVH9Rx7AfY1hdo9tbQBP535vu
a5JTby+pMpca21vsIAmNAQ7+X+cgxe/a97G17tQxvuMf1x7Vmi+mohjQw1j6D3fmz7vS2/8A
nv8AzEevqOM6w7rwZ/NYCf8Ape5JTo73EDSAD9IQQneQ21jdp3EngdoPuLll2ZDLMs0NGRs2
b32bwIdPtYGtSrfuudXj0PeGgi579xc0QZeyLPb/AFnJKf/Ry7Hlx047IRdtaPlzwpganVDf
o4OPA0KSmHqWvcRUzc0aFxPJH7sKTLN2hG1zeUZrRtDWtgDTaolgL93cDQpKUx0EOHjPnr8V
0VHUK6qWltocKGQ9ol0bfzXBv738tc7EmRyFfdmh1Rx7GkMe1rCW/gTwkpk3reUy57bAAxxM
N4Lf/Jf2lJ3WsoklrmtaGgBpaS6Rz+633LOIE7AS5se1xEEgfyZ9qZwcDPJGshJTZvy7Ln7T
YdpGkANOnj/VQwGNMvG5hH0ZJhQqaHEAfOZn8VYDR6WsOLuw5hJTEOYYbWATEvBGgkfR/e9v
9ZFpZa+0VPlse4WTyAf+i9Eqqwa7C2/KZW5rQRtl7XSJjc3/AAn/AAb0WqmjJsbTS5/6Sw+l
e5haC4DduaXt/wAE3+c/4JJSqd4v9VzRu0BA0EARG2f5KvNvLWegxrQ2Tuj86QWuL/3tjFWb
TmNawWVneDo5kOa6D7tr/wB73b0mjbcYaSeONRId+akp/9LOFLy7UFoJjXxUxjEyHCI1+Hmr
uSKmOBeY493aPoyVJtQ2yCHMPft8Q5JTRrNlJLHUutOu1zYggITm2nUyJ7Af7VrCifFxjgd1
kZvWqKrjVit9fb9O2Tt/lBm3+c/rpKYA+6CONCdURhcRB0ETzEwT/nKqzqmNc4MtYccu09SQ
Wz/K/O937ysx9Id2iTPYceCSltZI5jT26So5DLvSG0eJgaSRqnaC8S1rnOGoDWngj5Jv5tu+
wFgnXdp+DklNBl+8TERrIJ8F0XTekWdRjFfb9mcWk2WvaQ7b5M03rmqmsYDJ3DmF0ON9b76s
auqzGrvewBnr2WO9zB9Fr62bP87ckpqs6a1vWX9Jut2muwUi0E7T2Du3ssnctr6pY1Hr55ZS
3Iy6XNpBuefbU4Pa/ufpObt9iwmZfrdSdm2BrTa/1CwGGtOm1vd21azLsvEvfkYO6q64NL5b
uBjs/X07GJKdrPwMjIoYzHrc22t2xu9uwaguir3Pc93t9nqfzqLS209Nfc7GmzYWDMlvplu3
Z9oZXLrPTa36df8AO/o/+DWN/wA5Os2OY2wsBre0uDa28tM/SlyarO6kL3ZDC5pMsfWx8Mj9
77Ju2+//AAv/AG7/AKRJT//TtdT6XSHEFzyRHuJmPznIID2gNidkNbInQf6/mq1mZLy1xeYa
6GwOIB/6KhiY2Tku2Y43k6usIhrZ+ikpy/rBd6HTbamu2WWbWlsjdsJG7+U3cxc1i023WNqo
qN9h4qY0ue6BO1jGbnOXf9T+rBq6Ze4P+0ZFrf0oPtBH09Nv6RlfqN9z1k9A6OaOpWjGfeyv
MxP0bQR67WO2fbsdr69v63jP9jPZV61P6x/NpKcfpX1czuptvsbtpoxmbnuOpc50sqpqDfp2
3W/ovp+xdh0Po9eZ9X8XJtbfiZQqLXgukE1l1bH+lZ/g3ta13p/o1fwMH7HhtwMDG/Zok+hd
mBttji0tY/I+x0Pcz27q/S9a/wD4SypaONeyytrWu3OaGizcZfLmh7TcW/4Wyt3qJKeGIyGO
sp9RrXsPucIJEajYfzfp7kLMxmZLWu92+sAEmNSfgrfVGsxurZFdeo2N3iD9L3D/AM9+mqTH
PyLRjl0CwyTxoPzf5aSmqentaWkkFpjQHx/elSd08GdC6O+4CdPzVdbgZZe4WTABcCO+u2Xf
R+ihZFNtFjhv3OgOb2mTthJSqcKs2mWlrOC6N0n9385HOOHWte54DDILQwjSP3o29vpMQaLX
DIcXO3b9WjgT81Z9V11bY57EyJ/1/qpKTNZVtFsOJMCQ7TTvsP52qGHua7ZPtc46hpH+cC7+
t+enLrQBJhx5aY0Cg6wB7dx1PtaNZ+G5JT//1BPyXuIa+JdM7ZC6j6stP2GrtJLng/8ARXHF
wL9Ttbr8/JdZ9VLi7pzC530HOa4/1TEfgkp23UsNm5rW7wI3EAn4e5ZnWcC6zHFuJFF1JLhZ
WxshxG3fsbt3+32v2e9Usjr2dR1Oxj8c24jy1tW0gPYdu/ftdG5r/wBxn6REH1jtvmqjHffc
DDa2AtMge5173eypm7/rv/BpKcy3qeScVzbmuOT6YprDJLXhx3Os+0TXkfzv6b0v0ez+Y+h+
kWr9X6oyc/Ic4usyHUlw0Aa5rNgra3+Sz2rL6lkDHt9fL2jJIj0KxOyTr6n8pyP9XMx9ubcH
VurbYxvph0a+j9Jwb/Ut2pKcrrlD6euXWWztyam3EjQFwJa5jQg2dSzMktxa2+s8RsoY3gk/
yfobl0/XeiVdV6hUTc+ptVRF7aztc5jj+ja2xzbNm53qeptar+F07Hw6RXRU1lbeKmD8XWWu
3Pd/Kckp5nA6J1lx3XWsw6pP6No9Vw0/d/m2/wBty0K/qt0/I3Ptty8hwAmbWsbP9lq1MjLs
3mms1sIn9CSSXH80OdXP9vZWs2/6w+heMT2MsOjW0zc9vi57NrdqSnH6z0zF6fkVVYth3vaP
Y5+8NJ0dvftbu9rWqTKnMYGvlz2hrXAd3A/vIHXK8y99191jia2OfTIAnaa2uc9w3bnP2/Q/
M9NWKnW2VtbYwhw0M8mfouDklL2bQCXbew3TH9X3PQiytoAJADtYgjxhv/fUd9X6N3qS5v0S
ACW6DbuG/axu5CbvscA4kPraS1gJ1EHvu9P/AL4kp//VotaJGkARrzBldV9WWBvR62n2vcDY
fM2v9SNv9RcqWwXN1JmQePyrqaDZhYeNSxm53oguJEQK2Tu/zi1JTzVPVsvH+sGZ9sd6nT7s
mxtrHu9tZa5za7Wbvot/eWi/qdGPUaq6rqrXGR7gQZ/Ok/pP81c2x5u9S5+u5x3n+uS5y1/q
7iHqttrDY4U40AlpgmRLGO0+k3a789JSfH21t9ZlPr5lhJddYQGs09tY3Db/ANBWuiPH7Wrr
daLLdljrC2doGjSxrne5y1x9VMGxr3bnMsIJa0QQJ/NfuG+1c+/Eu6F1vHucJqLtjjrEO7t/
zf8AwNJT09rjR1IXGSyylrbDwAK3udOv/B5Hqf8AWVPOzhX7GkNgS8nhrR+e930VYscLqLKy
ASGnYSODBDSFzn2LJzyxuXD6tHNxmyJcP8Jk2/4RJTSv6hmZtjm9OccbH3e7JaIfZ/Vj3tr/
AHGfnqtRj5fSpyKNtoaC6xxEOgD3e73/AKT+UuobhtraWaaae3QaIduHRZU+t7RDmkcQBI/7
7KSnELndTw7LKKzJYSx1xjcHaez+V9NaOP6N1NbMbIrcSwew6uAiI2fmOYsrB6f1HpVYcK25
LN0vZ6jwRO6dlbKrvUZ/mI1px+o1uuxAC6hwFuPawiyt30vaRtvr3N+h/gbUlN6zF2tEvs9s
+9jgZJ/db+9+Z9FApZWRZYAXXGQbi4OskCPbYXbWOaoYt2STZTe71mVmardCS135jy32v2qz
uEgzPInTzMJKf//WFhelZl1MfqxzxPaZXWWA3U7J2+sx7Z5gkENJ/wA5cY1wxcgPdP6N7XDx
IJ4/zV0l2Rf+zbTVo8j0wefpOazeJ/4N6SnPx+iV2YxaZY102EN/fcPo7j+Y1Vvq2MnpHV34
WXpVkgBp8XN0YWrpKK2NrDQ2A2AB8BCrdRxPWbuYP0jfA7SR4bv3/wA5iSnfdVVlVOrfO1w0
LTBBH0XNcFg/WnCsbjU7rHW1V2Ms9R0FzNrm/SP5zHJ+m9cYy6vGzC/1yHOrnQPj272tMbna
qXXepuyMWzFZW4VXRQbHANBe4gipu/3/ALm+z+bYkpN0rMsu6ZVkOMF3qAxrGx7qx7v5LWo+
NQKaRsOr2tc4nzHks7oQtrZm4du0MxcqwbuB+kBf7d39n2LWx7K3N9Jrg6ykBj29xH539V37
6SmtbZteWkgE9uxQ5MantzwtFzGEFr2Bwd4gFUcih1LTY0tfWT9GIs1/NYNW3/1P5xJSBroc
J+AP+xDvbU95stANhaazYfpbD9Jm8e//AKSLjOfda9jaXl1QO6uzbU6I+l6drvW2/wDW1OGs
94rLnN7N1dr3hqSnIGK3Cq21zsAgNOnH5znD6b3fnOU99RhznCdXN1gxHkf5taGbHph+xz/5
O06/2XbFnV4zW3OrZubW5x3MIEuH0e/uSU//17fW+lizp1trCDfSC4GI9o1LP6rVNl4d0Wwt
BLrKm2MgTy31P7XvqfV/XWjmPZVi3PeJY2t5jTwPiufwcLIr6VF7y9jiyWSSdjrDQ6xtLP8A
A23+o3+p+kSU9GywEBzdWuALSOCCNzTP53KiS6eD59wFU6Tj5Ass2Wi3Dc97aGt0ZW1obsDN
36VznOc5i1/so0JB+Pmkpyc/p9WfWxj3OrtpcH49zfpMcI9zf5D/APCsU39P6nm2UtzbKqsX
HtbaW1zZZa6s7qvc7ZVRVpu27d61qqKdr2EQSQQe4IRW1e4apKedsxp6rm2012ZOZU/1acdg
DWs3t3bg+51VWRdZHv2/+TR8O2+21uQ1hY0s9PIrta4PruZq1j63bMhtTp3Wv9O2v/ra2jSN
43DUaAnsoWCo2NsMb26T3AHASUzxz6mNuBJBJ2g6Fv8Awbv3tjvamaGvdteBoZB4II7td+a5
M2+NGiURtjjyAkpHZi1WN22NLgNW6mR5sfO5qptoyBaP0jy0/vwT/wB+3LTFTB7mNaCRzCpP
qsD5hojmHPZ+Tc1qSmOQ3ifd28tSqppjPGkj1Jg+BO5HtbW+5omxjjxYxxcNPHR3/SYk5tjb
2FxcSQQ27aI/d/mnD+V+b+jSU//Q387HbkY9uM5xY24bS4QSAS0/RQ6On5X2pmSXk+19JaXA
tawWi/H2Nhv0VctLd4EDxRqnNgcc6JKXoxxUTrI0A0g+0bfdH521Ssf2Up0JkQSgOcC7kDzl
JTJ5dMt4HCILTA8Z0KDYWGsgnQ+B1/rD+qhVOIcWPGgBIPbn/qfz2JKdB1u6ov2kRpCqOI3e
EKVRNlbgT7Wx7f8AcUJ4LXQHAA8GP/MklKbZuHsnxBIgH/O2ogucBucIA/nPd9H+qGtd6ig0
E8vHxjVTax27d6paR9GA2B47vbuSUnrva8EMkAGC46Nk6cvLHe3+SlbQ6tnquaCRIkazH0Xe
7c5LGfWbHucYsaIcCex104a9rvzHIt1rCyJGvb4JKa+/RmkEzp/foo2Ne51bgfoEk8ayouc0
GBoRydT8oUg8ETuMfCP/ADJJT//Z/+0dcFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQlAAAAAAAQAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAF
AAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0
ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1
cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAA
CnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNN
WUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAA
AENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABD
bnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50
cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAA
AAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBS
AAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMA
AAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2Ns
IFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0
Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdo
dGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIA
SAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAWjhCSU0E
GQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAA
AjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAA
AQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAA
AAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4
QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAAD
SwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH0AAAACwQRBDUENwAgBDgEPAQ1BD0EOAAtADEAAAABAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfQAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAA
AAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxv
bmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB9AAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAF
c2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3Jp
Z2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAA
AApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAA
AABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0
bG9uZwAAAfQAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVY
VAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAI
Y2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWdu
AAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVm
YXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAA
AAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0
c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AA
AAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABRBAAAAAQAAAG8AAACgAAABUAAA0gAA
ABQlABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkM
EQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
AQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAG8DASIAAhEBAxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAA
AAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIF
BwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUW
orKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2
N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIj
wVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0
lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwAtnWswvJax
tbTwD/tTHrWaAdwZP7xEH8FnkATrwde2vdNsYSJ7/j4JKbreuZQILnNkfyTqi1fWB4H6VrTP
GsLIdsgEkR2M8qYaPog+12pB4lJT0FH1gxLDtshrSTD9wI08vpLdooxnsbY68EPG4BvgdfpO
3bmrkuhdMwsjKsOY31DWzdVUCQwmfpWR7n8/QXU1kMADREaR4AJKbdWOwNlhBjUWEzEJrLy6
BUxoj853Yjwb/JQWlrXN3QHGTyk98Wh0iDo8advov/s/nf8AmCSmxj5N1kscxu9mjo0Hk7+p
Y36CIXvM/wAFUuyKaQLfUDbGabSdHtOrqT/W/wAE/wDwdv8AI9VIdQx7mNdjWB27810h3w2/
vt/OSUma47ocSVJ72N0JDfiYVVznmQ5wEcgafkVG/IY0aMO8n84zP3S5JTpnNx2nV26OzBP4
6NQTlGy9riwNDJhk+E/nfylnY9rrW+ofoztAPBKJuAc0GNST9zSUlP8A/9Ck4iD3n8EJ5JEe
OgUrRBOqC4+GnjKSms+lhreAwTqQQAOETprnfZKwdACdp50JU9Pv1kpNgcfJJTsdFyDX1Gp5
MB52uH9b2LrQxxfzHiuCw7nV2MceWmD+Vdoxxd7wZa/Ua6QkpjmNaboYSCeJP+vtWfl39Urs
Ycat1rC2S5paDqdsuD/otb9L6K0nmtzoJG78T81BzfY5xI00Abye3CSnEe7qeRa1j6wXctBO
o+Dme1WsSqzELrLsivbI9UMhzgf9MdfzPo2/8H7/APBq3ZlUAQTsdpseRqCNWv0/cVR/Ucew
H2NYXaPbW0AT+d+b7muSU28vqTKXGttb7CAJjQEO/l/nIMXv2vexte7UMb7jH9ce1ZovpqIY
0MNY+g935s+70tv/AJ7/AMxHr6jjOsO68GfzWAn/AKXuSU6O9xA0gA/SEEJ3kNtY3adxJ4Ha
D7i5ZdmQyzLNDRkbNm99m8CHT7WBrUq37rnV49D3hoIue/cXNEGXsiz2/wBZySn/0cux5cdO
OyEXbWj5c8KYGp1Q36ODjwNCkph6lr3EVM3NGhcTyR+7CkyzdoRtc3lGa0bQ1rYA02qJYC/d
3A0KSlMdBDh4z56/FdFR1CuqlpbaHChkPaJdG381wb+9/LXOxJkchX3ZodUcexpDHtawlv4E
8JKZN63lMue2wAMcTDeC3/yX9pSd1rKJJa5rWhoAaWkukc/ut9yziBOwEubHtcRBIH8mfamc
HAzyRrISU2b8uy5+02HaRpADTp4/1UMBjTLxuYR9GSYUKmhxAHzmZ/FWA0elrDi7sOYSUxDm
GG1gExLwRoJH0f3vb/WRaWWvtFT5bHuFk8gH/ovRKqsGuwtvymVua0EbZe10iY3N/wAJ/wAG
9FqpoybG00uf+ksPpXuYWguA3bml7f8ABN/nP+CSUqneL/Vc0btAQNBAERtn+Srzby1noMa0
Nk7o/OkFri/97YxVm05jWsFlZ3g6OZDmug+7a/8Ae929Jo23GGknjjUSHfmpKf/SzhS8u1Ba
CY18VMYxMhwiNfh5q7kipjgXmOPd2j6MlSbUNsghzD37fEOSU0azZSSx1LrTrtc2IICE5tp1
MiewH+1awonxcY4HdZGb1qiq41YrfX2/Ttk7f5QZt/nP66SmAPugjjQnVEYXEQdBE8xME/5y
qs6pjXODLWHHLtPUkFs/yvzvd+8rMfSHdokz2HHgkpbWSOY09ukqOQy70htHiYGkkap2gvEt
a5zhqA1p4I+Sb+bbvsBYJ13afg5JTQZfvExEayCfBdF03pFnUYxX2/ZnFpNlr2kO2+TNN65q
prGAydw5hdDjfW++rGrqsxq73sAZ69ljvcwfRa+tmz/O3JKarOmtb1l/SbrdprsFItBO09g7
t7LJ3La+qWNR6+eWUtyMulzaQbnn21OD2v7n6Tm7fYsJmX63UnZtga02v9QsBhrTptb3dtWs
y7LxL35GDuquuDS+W7gY7P19OxiSnaz8DIyKGMx63NtrdsbvbsGoLoq9z3Pd7fZ6n86i0ttP
TX3Oxps2FgzJb6Zbt2faGVy6z02t+nX/ADv6P/g1jf8AOTrNjmNsLAa3tLg2tvLTP0pcmqzu
pC92QwuaTLH1sfDI/e+ybtvv/wAL/wBu/wCkSU//07XU+l0hxBc8kR7iZj85yCA9oDYnZDWy
J0H+v5qtZmS8tcXmGuhsDiAf+ioYmNk5LtmON5OrrCIa2fopKcv6wXeh022prtllm1pbI3bC
Ru/lN3MXNYtNt1jaqKjfYeKmNLnugTtYxm5zl3/U/qwaumXuD/tGRa39KD7QR9PTb+kZX6jf
c9ZPQOjmjqVoxn3srzMT9G0Eeu1jtn27Ha+vb+t4z/Yz2VetT+sfzaSnH6V9XM7qbb7G7aaM
Zm57jqXOdLKqag36dt1v6L6fsXYdD6PXmfV/FybW34mUKi14LpBNZdWx/pWf4N7Wtd6f6NX8
DB+x4bcDAxv2aJPoXZgbbY4tLWPyPsdD3M9u6v0vWv8A+EsqWjjXssra1rtzmhos3GXy5oe0
3Fv+Fsrd6iSnhiMhjrKfUa17D7nCCRGo2H836e5CzMZmS1rvdvrABJjUn4K31RrMbq2RXXqN
jd4g/S9w/wDPfpqkxz8i0Y5dAsMk8aD83+Wkpqnp7WlpJBaY0B8f3pUndPBnQujvuAnT81XW
4GWXuFkwAXAjvrtl30fooWRTbRY4b9zoDm9pk7YSUqnCrNplpazgujdJ/d/ORzjh1rXueAwy
C0MI0j96Nvb6TEGi1wyHFzt2/Vo4E/NWfVddW2OexMif9f6qSkzWVbRbDiTAkO0077D+dqhh
7mu2T7XOOoaR/nAu/rfnpy60ASYceWmNAoOsAe3cdT7WjWfhuSU//9QT8l7iGviXTO2Quo+r
LT9hq7SS54P/AEVxxcC/U7W6/PyXWfVS4u6cwud9BzmuP9UxH4JKdt1LDZua1u8CNxAJ+HuW
Z1nAusxxbiRRdSS4WVsbIcRt37G7d/t9r9nvVLI69nUdTsY/HNuI8tbVtID2Hbv37XRua/8A
cZ+kRB9Y7b5qox333Aw2tgLTIHude93sqZu/67/waSnMt6nknFc25rjk+mKawyS14cdzrPtE
15H87+m9L9Hs/mPofpFq/V+qMnPyHOLrMh1JcNAGuazYK2t/ks9qy+pZAx7fXy9oySI9CsTs
k6+p/Kcj/VzMfbm3B1bq22Mb6YdGvo/ScG/1LdqSnK65Q+nrl1ls7cmptxI0BcCWuY0INnUs
zJLcWtvrPEbKGN4JP8n6G5dP13olXVeoVE3PqbVURe2s7XOY4/o2tsc2zZud6nqbWq/hdOx8
OkV0VNZW3ipg/F1lrtz3fynJKeZwOidZcd11rMOqT+jaPVcNP3f5tv8AbctCv6rdPyNz7bcv
IcAJm1rGz/ZatTIy7N5prNbCJ/Qkklx/NDnVz/b2VrNv+sPoXjE9jLDo1tM3Pb4ueza3akpx
+s9Mxen5FVWLYd72j2OfvDSdHb37W7va1qkypzGBr5c9oa1wHdwP7yB1yvMvfdfdY4mtjn0y
AJ2mtrnPcN25z9v0PzPTVip1tlbW2MIcNDPJn6Lg5JS9m0Al23sN0x/V9z0IsraACQA7WII8
Yb/31HfV+jd6kub9EgAlug27hv2sbuQm77HAOJD62ktYCdRB77vT/wC+JKf/1aLWiRpAEa8w
ZXVfVlgb0etp9r3A2HzNr/Ujb/UXKlsFzdSZkHj8q6mg2YWHjUsZud6ILiRECtk7v84tSU81
T1bLx/rBmfbHep0+7Jsbax7vbWWuc2u1m76Lf3lov6nRj1Gquq6q1xke4EGfzpP6T/NXNseb
vUufrucd5/rkuctf6u4h6rbaw2OFONAJaYJkSxjtPpN2u/PSUnx9tbfWZT6+ZYSXXWEBrNPb
WNw2/wDQVrojx+1q63Wiy3ZY6wtnaBo0sa53uctcfVTBsa925zLCCWtEECfzX7hvtXPvxLuh
dbx7nCai7Y46xDu7f83/AMDSU9Pa40dSFxksspa2w8ACt7nTr/weR6n/AFlTzs4V+xpDYEvJ
4a0fnvd9FWLHC6iysgEhp2EjgwQ0hc59iyc8sblw+rRzcZsiXD/CZNv+ESU0r+oZmbY5vTnH
Gx93uyWiH2f1Y97a/wBxn56rUY+X0qcijbaGguscRDoA93u9/wCk/lLqG4ba2lmmmnt0GiHb
h0WVPre0Q5pHEASP++ykpxC53U8OyyisyWEsdcY3B2ns/lfTWjj+jdTWzGyK3EsHsOrgIiNn
5jmLKwen9R6VWHCtuSzdL2eo8ETunZWyq71Gf5iNacfqNbrsQAuocBbj2sIsrd9L2kbb69zf
of4G1JTesxdrRL7PbPvY4GSf3W/vfmfRQKWVkWWAF1xkG4uDrJAj22F21jmqGLdkk2U3u9Zl
Zmq3Qktd+Y8t9r9qs7hIMzyJ08zCSn//1hYXpWZdTH6sc8T2mV1lgN1OydvrMe2eYJBDSf8A
OXGNcMXID3T+je1w8SCeP81dJdkX/s201aPI9MHn6Tms3if+Dekpz8foldmMWmWNdNhDf33D
6O4/mNVb6tjJ6R1d+Fl6VZIAafFzdGFq6Sitjaw0NgNgAfAQq3UcT1m7mD9I3wO0keG79/8A
OYkp33VVZVTq3ztcNC0wQR9FzXBYP1pwrG41O6x1tVdjLPUdBcza5v0j+cxyfpvXGMurxswv
9chzq50D49u9rTG52ql13qbsjFsxWVuFV0UGxwDQXuIIqbv9/wC5vs/m2JKTdKzLLumVZDjB
d6gMaxse6se7+S1qPjUCmkbDq9rXOJ8x5LO6ELa2ZuHbtDMXKsG7gfpAX+3d/Z9i1seytzfS
a4OspAY9vcR+d/Vd++kprW2bXlpIBPbsUOTGp7c8LRcxhBa9gcHeIBVHIodS02NLX1k/RiLN
fzWDVt/9T+cSUga6HCfgD/sQ721PebLQDYWms2H6Ww/SZvHv/wCki4zn3WvY2l5dUDurs21O
iPpena71tv8A1tThrPeKy5zezdXa94akpyBitwqttc7AIDTpx+c5w+m935zlPfUYc5wnVzdY
MR5H+bWhmx6Yfsc/+TtOv9l2xZ1eM1tzq2bm1ucdzCBLh9Hv7klP/9e31vpYs6dbawg30guB
iPaNSz+q1TZeHdFsLQS6yptjIE8t9T+176n1f11o5j2VYtz3iWNreY08D4rn8HCyK+lRe8vY
4slkknY6w0OsbSz/AANt/qN/qfpElPRssBAc3VrgC0jggjc0z+dyokung+fcBVOk4+QLLNlo
tw3Pe2hrdGVtaG7Azd+lc5znOYtf7KNCQfj5pKcnP6fVn1sY9zq7aXB+Pc36THCPc3+Q/wDw
rFN/T+p5tlLc2yqrFx7W2ltc2WWurO6r3O2VUVabtu3etaqina9hEEkEHuCEVtXuGqSnnbMa
eq5ttNdmTmVP9WnHYA1rN7d24PudVVkXWR79v/k0fDtvttbkNYWNLPTyK7WuD67matY+t2zI
bU6d1r/Ttr/62to0jeNw1GgJ7KFgqNjbDG9uk9wBwElM8c+pjbgSQSdoOhb/AMG797Y72pmh
r3bXgaGQeCCO7XfmuTNvjRolEbY48gJKR2YtVjdtjS4DVupkebHzuaqbaMgWj9I8tP78E/8A
fty0xUwe5jWgkcwqT6rA+YaI5hz2fk3NakpjkN4n3dvLUqqaYzxpI9SYPgTuR7W1vuaJsY48
WMcXDTx0d/0mJObY29hcXEkENu2iP3f5pw/lfm/o0lP/0N/Ox25GPbjOcWNuG0uEEgEtP0UO
jp+V9qZkl5PtfSWlwLWsFovx9jYb9FXLS3eBA8UapzYHHOiSl6McVE6yNANIPtG33R+dtUrH
9lKdCZEEoDnAu5A85SUyeXTLeBwiC0wPGdCg2FhrIJ0Pgdf6w/qoVTiHFjxoASD25/6n89iS
nQdbuqL9pEaQqjiN3hClUTZW4E+1se3/AHFCeC10BwAPBj/zJJSm2bh7J8QSIB/ztqILnAbn
CAP5z3fR/qhrXeooNBPLx8Y1U2sdu3eqWkfRgNgeO727klJ672vBDJABguOjZOnLyx3t/kpW
0OrZ6rmgkSJGsx9F3u3OSxn1mx7nGLGiHAnsddOGva78xyLdawsiRr2+CSmvv0ZpBM6f36KN
jXudW4H6BJPGsqLnNBgaEcnU/KFIPBE7jHwj/wAySU//2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAA
AA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABv
AHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/
4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIg
aWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFk
b2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgz
MjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0i
aHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVz
Y3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94
YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8i
IHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3Vy
Y2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3No
b3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4
bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1w
OkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MTQ6MjMrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURh
dGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MTQ6MjMrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTEx
LTE5VDIxOjE0OjIzKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjU2NzM0ZWM3
LTEyMDgtMTI0ZS05MWUzLTgwZWM5ZmI3NGNjNSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6
ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmUxMWNlNzY5LWVjMjYtMTFlOC1hYWNmLTg3YzczMGFlNTk4NCIg
eG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjE5OTNlNTg0LTE5ODUtY2Y0NC1h
NzI3LWEyNDkzZTc5MTg0MSIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklD
Q1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8
eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVk
IiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjE5OTNlNTg0LTE5ODUtY2Y0NC1hNzI3LWEy
NDkzZTc5MTg0MSIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMToxNDoyMyswMzowMCIgc3RF
dnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+
IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlp
ZDo1NjczNGVjNy0xMjA4LTEyNGUtOTFlMy04MGVjOWZiNzRjYzUiIHN0RXZ0OndoZW49IjIw
MTgtMTEtMTlUMjE6MTQ6MjMrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBo
b3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpT
ZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJk
ZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDo4NTVGNDU5NEFCMTgxMUU1QUM0Q0U5OTcwRUZBQ0Iy
MzwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8
L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3
Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYA
MQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAA
AAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZ
WgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wA
AACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRS
QwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMp
IDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5
NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFla
IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UA
ABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMu
Y2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBE
ZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIu
MSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0y
LjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYt
Mi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwA
BBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMA
KAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkA
rgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4B
RQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwC
FAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYD
IQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGME
cQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYG
BgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH
5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsK
EQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUM
jgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EP
Xg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQS
hBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAW
AxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ
3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHewe
Fh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIi
ryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3on
qyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNct
DC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy
1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5
BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/
oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdG
q0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxO
JU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJW
D1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpe
bF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhn
PWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtw
hnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6
RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2E
gITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6P
No+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfya
aJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pamm
GqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsday
S7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+
/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bM
Ncy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ
8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56no
Mui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32
+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMC
AwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwM
DAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB9AMBIgAC
EQEDEQH/xACqAAACAwEBAAAAAAAAAAAAAAABAgADBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAC
AwADAAICAwACAQMFAQABAgARAyESBBMFMSIQQRQyIySgQhUgM0M0BkQRAAEDAwMBBgIGCAUE
AgMAAAEAESExQQJRYRIiEHGBkTIDoUIgscFSYhPwcoKSwtLiBDDRorIj4fIzQ/FTc8MUEgEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADrhc5pmCHQGCG+YmNYx1m+YQdBue5smK40
Gli5qSW1vBQ6kYEksUjPaU3KwQ5KHNBpbNaORAiIMAArKxzXCyRhTIQEEIJIGAWBVmdS2GHm
6jABiCMoIwACgzVEuFQLWqJobKTdMTHQ08bQdXTzOoWOoHrMALIKl1Y2dSJLGMmhsxpdbisu
AQwVWApELCjBgBIIGIhc2JTXlKhKk0SQ8yAo6wDFAEECsVIGUBkI4BEvrKWdQBegJ36bxjCS
Moz1wuRWEFuYtYMSuwlWrDpLBIGAgWIMAo8pUtrAFkAJANKriQoGFQx4eehIpECJBkYBSysk
EA6QdbFFMsM4uc29nj9YSCDwAYBgtELRIRGUq0UWljKRufug55e4szaKhFaCxiAPSWHIC2kI
E0sXurEBIEeo1xYcBSowKgetxYAPWMxrXMS1saHTbBuA6MOr1mvs8LsFsaFbyBJBKlqNFmOw
0pTC4VOW111lmemssiVHSfDsNT0MR0A1bUBWIVxiZ9D2BRlHEUNTqXwQ4SkkUqCQiq6iK9YL
EYTJsxjdDm9AYrYGK5OxyN51QYLIwWjmWrRmKy6ERucWWYwbEzqahlJaRYV7YS3VIMgpLZiQ
2U5LxmDFj0ket1GcQlV1RfKocWAEEUMIACA1ugpjC5NucTZTcFlJHRx9GTUd00WFhqYtRSU1
2UhMgM21DnTpoYV3qc7TaQ2nCdBcdxVr50Hp00lNjXF7BQBiQQghQsaqAz2wtkhx0srACAQw
UMoyGAJBJIK4g0UgsptG05bzr2ZdQHRxoGAroLGUKyEW1CWIQ1uCw8/QNWsEybaRXzXjtnYu
lQLmS8oz9BTClmgxPpsMWynMdec+GNHrFMQBgCJCAQZGAwBCJArGBCBrEJ093K6w0MIQBjQh
qWtgMrjZ7qCBELplrNVNVJsGdTScoL8zwsfGTfOaDqtzGN2a3OYepl3C135isnomOdWHAVkA
pUWGBgIJAQiEkA0DCNIRXBLEho6/H6ZfKCa87ZS5uTpNopQ3JnzHRGKo21ZkNOegjKGFZbCp
r0FsAJBBjXaIysast9ANdFw4tYtMoOhMUOMogBIK4hIFI6KCh7ih7QLZUxZAQhHCRDTv52wv
C1l3NfOLJC98xL6QwXVDXRWAtWwTGEYAsFZNWcQjElQ0Zy7RVpMssgSGLCIQqB5IcoBR4CFS
Rayoa74B2BAYV1aagOrgJACCW209Izbs7HPIqGUsVtAMpA0RghSB2AxViFyZmMEcwsaWFUFx
RctJsFegrhUsrsrAyubIIcEWKQq4kMEVwF0hYGACpIjgAcAIIIYPoy2lt2Bi/NaxmIAY0FDK
FSo712COLAKzDF6hZNpntGkpbdSYrUqLa7Nhx9LIXVQF5RiqysmiVw5gYAMga3AEtBXZCRi4
kthnliiEgUxhSCGyqwSPBA6kV0HBUMjArNY0QGh8qG18t5YqkN3PrNudVL5Upq1c6s39vndY
ymajnq1BfW+05b6rTJOtDyiOgTGFLQUsxSmmoa/G5qWuoAYAjAkAGiMErAvXYBLARYQSEghK
a7KCw52LpXB76dhYlthyZ6nnHGsrcsOvQcjoY+iegbBUaEscxYutxivsc+469uOGyc6Hnm1V
lUsQZbQIXIhhM9e5TIdLGZrCZ5cTKLqQOGAI4ttULFEFMhDIPFYqruBzjIWMrDaW7Rzuxh2n
RyJWeTJh0etwuscTVQD2IjmGvqQy1bsZmm7GabHsMM6EPNK6lEvqAXgriCx4LHhWbgVJfUAZ
UNYz2gW2Gd5CGABiFlcsEMUDBiAg55dR3Vyz0Hnbz0hwodTNzKjnsrGnpYNZRT0Mhs3cXOes
PlLD0mLjk9Fn5tRVqrtOhMcCjKV1yg3zJeWJaoCrhkABZlG4qVhaQUwFm7mE660XiXVXlKug
Srla61M72MZzM4AAMVIRW4YQWBGLArl92PaXLZWJXohhbXnAXYNOiCV7bDHNUBVchiq35ROh
j1DqIMIwDIZuFqxkYOCNYZ2ZCRXJ3+F6cyWdDOZqrM5ZblvHGQmvJqoOeL0KZehXLGK2uBUm
gFFjXmWy4AslpK3pHOfYMllhne4ArsoNDIpfM0O3n15SjPorESxQSEWxXAGoONmvoDISNapV
L7CjtbuoeI62O89aA5i4HpeYcuEitdWWoihz7KSmXuYzfUFnBSt7me0kpjOaYkAYSu+iwZqb
hkektpekjGkviQ7lT5xszAqABaAwxroKqn0nJxdrkCEE7XouVmOZ0svoTVTtBRKtxZBCrk9j
lnB0hTTVYgIpLcxqLQoLFQloVC6Z2L3ouE0YXNFqEsiErhQexIWKpCIBVMLJXDoVlCVvWCtr
gLHKT0egc49JTz2focQ1cv1Hnzr7EvNWjiUHd5Wzccfq1sWgEOHbScLH0eaaamqK3aosK7jA
utCjSt5mXYTnvLDM9egzaFhqCAtZIRLACyq0iWVjBlFJg8rhti1jZ7UK7s+gv6a6SOVGSuoH
L7YOMvUBg7PB6Buu5+ky6eZqGGOo3bvNekGpvzHnKq4aFmgzDsWnD3jOapjtL7aLACUFKqgW
ocsQwvisC1oK7KODCotBQATPqhRLYWzK5ZK4DZj2nWdbDRIRVZCJYCUXA4GDu4Sy/ibTdDjG
zjaZfS8Ttkwb8R53P0OYbbApelCmhaaDXTRYPZb0zkWd6487o7TnGPUrOLl9NwjKpBtjQYPW
M61FoEFAcC2KCaYYQUFIg23F0jpaKNJZIBSFLVVhQ5KOX2aDi5+nnMlN7lW5GLupxesW57wc
jz/rPNFtNuctqO0w6OnuOfs0OIumGYMSaEuKyVKPP9Dkk283aWkkCPAgMSm3OXTNtKktpL4s
MylRHRhd+G89BfnuLxKSi7z153ZnQ3tzwa60oL8NVJXphDKQVeh816MusqvMPlvY+XOdf1+m
ZdSWhtFoIcxbTkc02YWNo5zGvJVWJyHhTfKDsPkvIpJK5aKSSiwVD1OwZbDApgmigkvoh6TV
k1FmHRQcCjqIc/oI4b+axbRt6Bz9t/NDgSksoucr9BzNR1r6bSvFozmguSMCGjQpmlmMvbGx
KtPODXhrOq9Gs569PAJi6WEfYQMHcKNCVW1FBuAl2PQXyyHFYwWMSIbj0FyWFeTTyjB1fI7T
0Fd9pzNjOQVUB5tlhXr30ldDZi3Vj0nasrYy06MZ1Wp0AJrDUtQM91Y1WHmnQ5ykt6XPuOzX
Qwc14M2XflOi9dpFKACaCgqC2mm8yatTlcvhwDCCSC78HUOjsxbCjg9/iHnU1E39Xz/UL7ea
h0cmcFm/G5dnFxi1XqE87oHcZHByepzDVvwaR0GYArIeOKRbb9BSNDGCnpVmDfkynYmPpGRO
tzDqmuwpl8KTfSKHQFJUseuwkaHGEBYhAnY4/eLrqrCcTr8AxQEJNR189LjNTYWDRCowFdGr
OU9Lmaj0ujNpDm1kw0b+YX1ysXlHQZteqwrN6FK6GMw0g43N7vDOpv4HSOjQdRzF30GbZXkO
u3J3GiooSq9RSSPDDirdSWKAHvcbukz6ecXef7XCI9V4tlYE2ZLjob31lSa7zPXtJ5/L6Lmn
AXoc89Lt4fZLmqYfi9njmbD1LzPoDi23KIzQrjEVlYzed9RyjnadiE3cYnby0bjkjpYxMnTx
HQsy6QlXIhUuiw5aNBLDC/s4t5Vl3KY/M+l4Zn2V7jn068hT0Me49PbVYXGMK6YTdVl0HM4/
p+AJ6HzfdNbrYTFtxlUW0OkwFdlZJIAAggItdgEJBky9aw8tr7XPNmeAqTJrLrUcEYDJKDVJ
DmQAOnNrOjfTaFHQxYexyhLNDHPxek5hw7jQeu6Hn+8XlHJC5yl6sOVy+1xzF0stR6Oyi4bH
qoK9NqghUiMgCAQQBYQCOBSoLRCKDAVvDnTaDPbEGiWDKYGGHHEBZozWnYuzXl2e0DcvdiL7
BaLVepy+b6LnGbucXonXsz3FrJCyQGfj93KebRqj0tmbYJRozm0SEVgDPoQpBQeI4GUkUEEK
gsEAJCILio3qZa9OcRqIa1z2lkkORLaR7Uh17slxpasGR+b1ywxxSYLnvBy01VGrZxukadOb
UWStRqVxHJFtZr7Pmu8XUXVmgo4RICGDKSZqduUiU2DqykIhaLEFDQWwEiWQz13UlWLp5yqw
IaIkMmXbnEkpOlowbzWGJxupi3jW1uAwgUgrwdFTnLorG6PluqdaVUGZOrzRNWXpnnvSef8A
RFhrJNHNh0QHBCRIQErA5dVBjrvJivGkrboUFDMBaNVRaa3K8uugqXRSVuwDLoZq7icvN3OK
XdHk9Y3NXccrfy+qOUI4kFKgMUkik5XM9PxDrbPP9kv5enhGzsYOocBat43TzAtzbuUdV8mw
OjKTSliCwQbPexmbQhVXoJzbNuUMyg3TJeXEQqWxA5NucqhgY8GYwXjdzEcDucbtGo5WMnS5
nQLijBDKKxQBhCpBJCZeZ6KHnul0yCu0HK2cfWW4elyzq5sXcMW2mwutw9AsDKVLYhHrcdWg
sKjIaxc17Ge42EDgqrsrLKr6zMtgBLoNJAVWg85tz5DvWc7QZ3z3nVPG6BqYQAsAhZRTYBZt
zgsDAkgwYGBtiAvUmfN0qzPfVeVXBi0SAV4JHIldwKpbAJcDOHzlr5yXVxSTOpulDlSsDTLI
UAwElRwVcl9+hTMTuPPdcw3lnIGAC6gkYtgcoZwIWIBYCqOpDCAGFbCBKgtWsFkVgkQdq3IG
BM+hTKugGex1LJWg659ZWmtCoUg0xINCoKL8Rzt+TrmXbxuoc5uiouqjUGxWGBUisgQQFq4X
hGDIpaUcVXAsiAWKMsIAYNARirBgIxQlsrsIprAsqLVDCra5iOgiGyC5teQMeAWysGTWDmL0
8Jn168Rray8z6EtCSCRQSADKyAEI5rctVYNdmcuAgKmQiyAkgJCSq2BOe4YjObDU5ZFYVWgU
rvKmiDPWwJAMpIMO+kEaEUqKCAksOrQYwgIYkAIpUixgiEUPWEqSxYo6xg3V2lCPWQRR4IUN
YStySBoR6nKy5M2lLBrqnHdWKM2ugquWFbkDFWIrASWQrVgIrAZgSyBiEQhViCAVWUkgHIIE
shljwc03hVkLHpcC2KBQo8QFhrBcEYJWAqtsI1VgFtsLJIEQAptrEIIkKFhrchVyqWwStlKy
CMwhZFg7LBiCAQCqVGeolgRh6ioaLYU3rCxCpNeXSRLKwKyiPWw0EGKwcKRipHpeAuwajUqq
WGkjVqAxUGKQslRLosGiQ//aAAgBAgABBQD/ANNB/9oACAEDAAEFAP8A00H/2gAIAQEAAQUA
YKYKEJABNhSIeAQQFFEnqbslgCTwG4JMNk9rlmrNhjAYZVsDQvvAvANMB2iuQv7UvYjL/l0M
AMIMfJjM/wBhVQVDyJ/XMP8ADMKBENy4DxAP/o/r+BPzKNbEdaBln/Mz5iP686HqqH1CN7Hg
9NKvqjepSX9MXcg/PZPpaD0hG/0qQPQvZd1IGtzut9lgZWlkwgwBaoAWImTOficT4jBm0XrN
FsZt2W4SKOi9dPQMwno7QaoYCCOJYEL1C1/wxFdqgJMBJig3xLlH+PxPxPyIKlfxswbX9QeP
877F4NIdYG4+RiPkYzs8PyFT2E689TD3robYkAErFLiD0OoX02x3ieoiL7eM3LhQWbPz5kLl
mP4oRhASJZsLOvx6MQqli4N2Fsnp5zXCHoL7EBrMH4sRhYIl8AwNPzLl3KqCH8cz+/xNfQgH
za2eIoWWf83UBiAAyKJ1ToaP8AGEhQXUQvPl7HupHykDtZUCuxnyhYutE+jMz5MzLVhlsFzx
9ufZSVg0SNqgPypAyMes6iATRlK5s3YCdRVCmzV0xZsdAqmBRVAQ0ZxBxCSIYRUBNCX/ABYn
aduH0ChvT+p20MLsSoFNxFCwVVf+IzKCGDAnn+rAAYCdyIxYgGAz8wcS1hYGAAEDtDmAGBAI
WKSB2sqWvIBogdVJJNAGiYBR+RwRsRDpf8aJYVw6sBV9pXG3nGufl2LqITKlT+uP4IlSwJ34
fUKG0/Zi9sWaciKP2BJjEAC7LNd3L6z5m/xEAk3RAnF8Qi26lYOYq8kNCvHU1fAHHQGI1RwD
CBAoMZbCVPL9bvqcvJjlOYAKHAslWuKDRW4q0LhNx/8Aq0BEsS4DU9Weithqu2f9DiEi+KJE
DCF7hc2exjLOhnWG7IIh4hY0NSWBJnBH6LFoF2/Xov8AiNgkccUBcoV/7j+eoI4CmhC1v2Xq
pBikEoqxlJnR6trNiEM0+q8uCwkIpowAMaqBgF4hZTFAC2LBEszgzVBomLNYoQAGD8f3p8ni
3Uqy1GPVX0btZJJeczsZwDLEtZo6rDuIT2AYmDlhLNUYOwjV3of5D+puxc60D+BYlifsASQC
wi8w/iwQACbDEh5RnFNiIq/G3iYjQkdTA3Fw9aBBgXmxRPUjkGHkkkDTJmmbh1FQEA9gIzZs
uev+PRdgVLKQ/SzUVSYKLVyVUDVwJehluCxDEkCFgYjAwAdfxOBLqH8Vbf8A+JyLQWAwWAmX
c5aUROxaLwBpkT3zUDVCp9CCDVDFKGEcgiA2Rc0I7YuQwPZKbr+BfH9cCCxCwjaC1JsPc7id
qg0FlwrB+G0M12VQ/qFuF0GHq0EG7CJroX7XLEYmw8YmN1l0WIBLExR2Do945kDgQwk1YI4A
DHtY/wDjySG/9xJMo1TUlWSbJFsGMOCqRhyMRRDR3YnzuS7F6H5DQ9gLEQivI4fIGi3EvtLF
8USVjNyXNnQiIf1OikNoIrKWLUFclS6gelgSzmy/7OraDzN8kVbOf6r2NUDPwS4IPckr2nTq
WJA/pFBip1nNkkGobnSof1Wj/wDH/lqg7QgLAeCe0H4JsNXYtwKBBYnUMYVBnnNadmAugGoh
rJoMl35GprENmHiCrAIhQGaZkT94UVmPDsWmnoyWZa5K/wA+upbfQK/oZgduxZiS73M36R3K
PjvaByrJyOwo/kCHqBpoVB0g0BihovAH7RmacmICRdTgz/8ALQ/wEGzXUsQoIlG75InJBEbg
cGA1GAA0cXkf3SwD1rqBARQ/4hSZ5TwRwGABBMvhVMNzUzQkoAFXPEdiRW7W3+tsVHvbSJuf
jJBhQsMxtFzdjl5gyY+TNoEXw7/8p3AliHdTH9DFH3Y5jQlVzJA8+Yiky2aWql3MUCgGgNGr
DUp7L/jYgwmh/wAlLGf0KsITOtyiykmhdFGlWNSQcQSyggA0Qyifklh0As4EB8W7ZzgwLAY7
XG7CMYBZdeM1Jnq82WhPg6hfC2UXx5gHId+ey4nrlgVgVRFCKNArL5d2zYMGX1OykOxZyxbP
zdoPOoUr+oEVLAUAMhZAphHAKhP6bVirfuPjX/AQLPEuoTUsgWJdwioCCpqE2evH6gaZAnJQ
gsQEV/12pUtyRmRE6h/O9oGAbsDA3Hc1Yp2adXIAYRgXimoerMLEdQZ8Y7Mh7ZYisCyvr3Ge
h9QPxehVVGm4Urh7Cy6aZsDpmC+jlc0LKG6wsewrt3WutsCaLAx3YAbZA/6lU/NkT3xv5P8A
xG4hn9cicXXP5BIhbgtRXmEWWCwLYC1/AAJBFAiKP0+RTM2DTzMCCal9QXl8A0AtlxcCgwfn
kQkEECyASkAECLPRkxTHZdcmAMZ1WMxEdlZd8TeL5uhxAY1S8w1ZeDQX2EbQmdnB7MI76KAd
DM8hF84aJgs+Af5W/P8ARuH8VBdkckCf+2oLE4Blmfgggr+ATEOlhu7cpEZTPKxBP7H8N/S2
YKs1AbJABIFE0AVMow0o6ggkrCuhLMySj59Tpa0SQwAPUFgpOl5Fd0Krvmyh+HtoqRMzFVVh
CmHBIPV5e5Xz1wWUNT66IW9npr5/T/gawes/EMNwGwTzU6GvzAwgYGfsIOwIIgsBTR/BoWQL
JopQPkdQRfaqgoHgmpwJ+tUK62WAMzSjVB9EafKwjuwPagzftqia55bUny8/KkOisq6AzYpX
U4leoAqy2Yg0AnyiiWjbuD699lyAN47EZ/6krX1uQN3sv1Pcf4D1lGH8NamwTxPyTYN3Kqda
/jmWCVP6sJbT/iSLKtUDEBJhr00U2pYzgywIXE7MS3ZoGYwM3XMkTv1HcE9K0BPZypZ9VU9q
j6hY4JObMQG7OGAneE9j2BVdgh/0Up9DNC79b9DDPPYnnrsU0GOJBowibYkFFVly8mAX4s/8
7GiSBGPANyzan9raEUOvBIEIuAwmj1s8kFeBYJIBJuITTEWtKKAbF16fIC2eqX+RqQYOhAc/
J247Wy/jsCzPy2gpWj32LhWfXsG0DRdVoa1CdGCtuABoYMhfxoqLnmAlKbzJDgr1NJoQcxs7
b0rjQqc3DK4Pb420OHnzSa6qsv8A8ciyTU4AJ4P4Bn4h4JPafgE0LFd0MsSzOxuwTwSBLUwt
U/IVRMGtCT2c8DdJ6PQIPVoG8/rUzsoBe3dz0/2Orn0Zlf8AcAD7HYv6vS4B2c/HYRBZUAXM
mhUQ9QwDOGBRVJmjK5RxFQGGqRWtdygNkEWqaBodWZcgwZ9x0B6n5f8ArdgGLEwAmcCHmVOo
JcUF4hIvXagLMINixF0MvsDRn5hPWf0CthhePZWwM0qlWxowSavcbklqmOxEOxMLuQcP3GSr
F0TNV2bpobgBDjlmYwWQyWVnaABm7DNQwYKe0CgK/DfK1ItwIAD0bQKOwI+JGUKpZgGaFmp3
/XuP8jML/sgMP66kQWR+0bmAgNowiZkwILXJaKEiiIGNrVciK5M/H8fk4WAmtxtclRPYs9Ho
0ZyrWfjBpTEIh7MFZlhao+jMrsWiuRG5LcRSoIIUoxt7E/cQXauEO2x0YdivXhQCVyBOuRzP
nTgherC4VipSoqgIxmjSoT2nwj/H/d0fyK/ZgK5MJo89uqw27qkFgj/kSGY5gw0pQ8ck0buy
TQFCJ+W8mjTLzYo361q6NqdC6kCioIVQIK7NwTRFgkKZdE9ZSE59eykk8FXDUELMSCwboPjs
kSgFTrTOqlf3nyHI4uWOhAUIWiX1zZgKE7N27mAntR/zH/ldQ8wVKEFU34QEwA2uRgXjkrU6
2q9DOnKiooKrwsJAhuCwFNuPj6jqZ2pfSrDRDR/A4K6AWCqy+epEoNFFBgxgq7UwACG1jI3R
QsZrDZ2oyIJAs3FSCyiO7Tr+rhXiN1iMIDczflWUN2LK4KKoJgAB7D/IRcUWeb5lcEcNdD8Z
nkEg8WczX5nEKfqJxdcchTma4EAsZggjYgLqUYaFzqr6ZNloovqtsTz2ZaLfkWTVmx2/a+zU
DY/DdQCzcILjKMwWV1/DkDsnie0wZ2Xz6digVgCw6pNvOnTNy0ycvAACEXuFHX4wFsuQwK2f
8hHP4JPI/JLTiv8AlAbCEdro92C/la56gyuDUoGWYwodiIKEAgoFiQv4i7Mhx3CMfUrKeJbX
ZIH7wgAMIbh4g6EI6gACKooggpV2FjEWpUHHDJ0bz6ZjFwqH/N0+bzg7erBiu3YEislGg9n1
+i6dD8aacvdqRZ7VYMdhPlf/ACMac3V8D8HgsFMC3GABAIJUgcgBWrqCCAIOQVoj8A82AewA
BLEljF6idS0A5dTSnqAD2YC7YROYCQSeWoBVKqBY6iraIQF7XCeqq3I0ikOSyJMfaMRv6NtJ
wpX0ssLM5GLsE+qJCWdMR/n84ZouaGejydC2ebxsMwdMvjAU2FJb9/icctUoiLAaIBEC0GUQ
fgQ9ROjUFFlACOgBu+9MT+xMJAgqwaAsgU4Rup0cllJJKRlKjghithg061P0EbQgCqZ1vsSf
kJA2dYm9spGjFYWVDtv3iH9tHtizEjY0NFs+zSg2uj/XeNw3qzYRB2c5dZt8rrZQZnuGUNln
iHbHz1r8H6OOanFA8ASrIoz+jnQYuIlstN1oCaECNoSjMAFNChRYQnkACC64rNlWGiT0gXrC
3ZiROqwACdYrqwcIBRhUEgqTaW3UihVgnFqYWVPXu6P3TMxjyMQ0XFVhxFdFU/VefPXbPNUB
bNZtt5wV9BnrDAakMmezA+f0WEzo0P4LWRdcQUT1M69Z1IPBhys7IUit0g3MO5Zmcs3W4FoN
RHUShCRdmlY0x4VTbE3Zo0IwNc2KMJAIDsqhQHUNGZr1uKaAczksOSoJKKqhUa8PI22mH1Ko
/wBh9e3kOlXg1zHDN19OXnwHoZfl+nIOuuuhcJznnigPq86zUt6s3ybJk8gbLzbJgV+xyZX9
pUf79Pi0ByAWz8cFKaJXpYHEVIbhUGPncGZEGLkjNhDlPjFfGQGQiH8AsZVRTGsn+zcQBYxA
P6gWWHUAkfqFME6oYUE3zAWwIDZUgBSScVZtMGPdf018hV3sT7HMbeJiREonyaEH2HJvH6GU
P9br19JVWCYqrejFg65u8PmZs/Kiq2qHwben6z53TwZon+RGT/43/q6KT+vY/gV8ghPaFTAW
WEDsVuChPiQxes6loylm6pSpTMiqNFuAVPxP1l1Ebq2pJlhZZMB5N3egCn9fzPlNd1ZCQ0fl
W/XSrKlQosH60M3py8vy5t5+z5Y9I+manTVKYWQJkaPdf8vqzVR5wV0xJbMHkHigJcFL6fWF
bLy6t5WbfHMLojjqZQ7lVsqIAqwAgdQpBoAWCAYOYVMrrAQSEuATr3B/BHIQksqrCghB7BrJ
IqzXYxmeroMVJ1UVSk8kkAzp1PQ2yiaKFdfyoLHrRVzi/h9Ouq/HvYwuLgoHu6YeYcxaEwpS
iv8AGyFkzxFL6tyvm+yy0i+nzkn0Yw+zGP6sx7NfWjD06HbBV2bXxe31Z6f6/R06hSVuOp60
IBFtQU5WAgxVdTdzpQsKvTgL1La9Zr70E/27My+nRideA2bK3mZRQEKdogqcqxAJHIXgnlea
DET8hrMsrCgM1U9ypg/WXRBUHz+oZOn3/nI2+8Jh+69Nbe5/QtFol2rhVXYMGYdVGqH5NXDF
kOeh7ANA7KA7fMxMTbUHT91Hq02WtP8AOTGAaFl7swRmWyRyAGhWm47KepLAwKSv9Kx7+rfP
Ib+l9isDVCxJ7tFeebZmZ1QhQpZuwJQ9OgEta7J2+QKRoQS1uWBgumYgluGanCyqPYRSSQAJ
wJ3od+ATSgFmHOSFYe6quxj7p30KCNRSj1TRkisaLdXBWl6uURhNvM4HzL/hqjr8TDqgLvT5
7sHTs8AtaAlgANZIsAkSrPq9S+ddtn1YVFNk0DamfgmB3WebYaD4nCsCTmmizVHMTIuHx0SL
izF8UKt5FgwbqEGWb7K0017xSQSzdu4u+LIK9rhMDEMpevk7DN6gbXv59qfqArZ5NFxzMVFA
dlVXbswzfqBRRcupCq3+hSF9KB6yhfMHTVBHPL8ulRCArG58dwBiFB7Ant0BHt3/AM+LaOzQ
C4FIjKSKqBGMK1BRKWDlvk+J+JYGAYhGYhJamYoWH/AnSN8jZehGEIFgKCpN/lrAgNxByFBU
AmVTsBE5UkE553AnOWA76Zuh0sRFBJpWJFavS57PqiB2AK9QFmfVS7r07n428yR/P1DeZa2z
a1xMVv0GhADNEfkkWOpjP1H2Llt4v54vtYDf9YCWTUu5wIl19X5MPT5T9Tj2b6j0TTzvjo4I
NMGb0cM2lquhYIQdclUsiwql1z1a/iYlc2MbM9PiqJgDPgBPxXFROgzSKGAUaCKH7Pvrb7GK
7A55q5yRexTNwPMqxsLT9VX583ZqCEgH5NPj6qJsT8haw3VWcgBqaIFAb8LwQT07BlLce5w/
pgg4nF/JwSILMzwfSeD6Y6T1IM/R/wDzvrCakgzgT145artlpi63XVmnQBUFKNAocdgVSigM
CnscjFAEVgCcwYfjDC7LHtYEu0sFiVVwuYbjqMzoPgY5558EKFFKQTA4nZDDRXTz4MEzCrmV
WXn/AJzzNgQ+lT9WYWY4461OlkWWVbHUgPpmJ7AF3hlzMrHz0DJisTBWn0nmAHr0Xz+f7Hxa
ZD6fxa6+rqb68bDjdFdKHYnqt4qp/aD9QCA1AkIA2bHtpyGCg0l2laKpiKAGRSdUBXpS9CSq
bKq7a0zv1bQKB6FjOrMrOqq4MSiSriNL/Z+wZtP1YqT2Hw/JZ0VrK2SCAO1MRKIADUoa21VB
rpu5VHd/f5NMSeDAefqPrh639X+Ty+bTbu/hyx2fxj4MfsE03Xbxpt5sMXxQcKDzuildz0bZ
WTemZXCMAzGCwc+nbaiw1ooOCSCyrR/aJypJDdjFLGGyj2EUqpDUOyBqXpmoQKf00olzwE7N
SrCeQaJBnQk6s1sq6J0X4O4A10ZirkH0v+40jFTEJIFRmUTXRWh7vMk5+xUaK+eigXATf07t
n5PtG9O7ePyBj4fr1xHUUic+37BUbMMqmrJM1UMvpU9vsMyu2blghsfmXQUqA5QqC4YaQNGJ
qnpS3Sz1XiEkS2j7AL+Ijt2RgASsRqOmbUy0fwW0Cr3oDTqTspJAeK5IDXNBOfgZ/wBtCYLp
26xswVyFnT4wS1EqWGPkbWZeEAerDMJ6M8lTw+vDRvsvovgGOLM+GTZY4eddgvkQH9QG9CX6
/X7PRPqPq9PK+TkpdixLnpW2+1B+PF2okFG6qac6XULfrnlaOonPUITBn1K5teuWmcPI6A5M
4o6E5stTLs84WMwEVv25Jf8AaKUDWHfqTOtL+yMFIga2dgRn2Ddl+JgCeJo4UFwSrkAFVmhq
YY2MfMNSmSqozmuXfPdDXrzOe/xae3woNPJ6cM13TT2YeEev7j3ZZeLH7T7KeLx5YsgzQ+3Y
rnmOqA8XALHpAYe7XNvPiKUN+rAhmHWOTMQrNmOs2wVi/lOYz4d0cP0VYygs7LBmiZ9bhICl
lKIF7ZlzG/CsTmjkhlIhwLQLogCdS64kMoBA/ZSFOYUAOoH7f5ybNABrCvmVZXsr26p5vlZf
OsVQIIWVR86z0YnSbedCck1+vb7FcfRl9RuixfPgGHm84YUB6mTL1aUd/YQX9u/w+b631jfH
8ECbUD7Xt0Sw99R+qnNjNMXSYgKyaLorqijXNioqFFKqOsZus9NB2Y/GoBz7EkkGMwL5kA6f
uuGfZVCk8I/JIQpCbDWVsAkAk9VcIAGz2AvX/JYIsE3LoFrbIhn84CqCDAvFTXPsEwKsuLmP
4smL/Wix5csckx+LTL2jo3uURg22CJih+x1TPLLbX0+n7rQHP6Rz8vBAE93GPr0ca4a9oz84
Z/LEXJG3GFOEZiesAW8dN7bXMhW+RWYKX9GavpuGZ9cSqaFTmxcpROhT5FYGdkTbJQsUWSw6
oAxBQFuzHoUADAMLXrYVQpdG6/I/xNulrovV9CVQAgqL8pDtmIooj8VDxO8ZtIG9N92mzFZ7
PNoVf1/I3gQ6H0+9kfLP0rFwwbTH1ppv7E+YfTZsGVOCCD6tezfYpbYswQZBwjHML6CQfSxh
00MXQBn0VQdwAm5AX0ahgvq2Zvr9tAv0mhC/QqIPpEEH0wWejxdB8D9f3VmPdsuUN9kXsMuR
+jFy9BgJoDdEjsvcBWFAmm+E5ksASCeAxpjQ+vts0/CckVUeVOaPMNAOgdWD5H1ePHUNj6/G
+Hs8zhcPIw93pzSefPqiIoH14YaITbEiKGM+3yKrk5IBBz7G+5WdUMLcOSSOzEZuzYfX7bNh
9RkIuWKlSoC6We4ptp31Zt1UZr3Dle2i5s4zV1QpcXpBonzUVROsZA8VwBZJ+MFjm8JBX4h8
BPLGMQ0XsYSevjU5nM2uY/kmyAP4KgwrAOfRgNM9U0UdyR6MAQpCqyF9cfNyWpPrai3R5i/8
vs8TpjirIzmEG1j6hTfeY+LTZ8vqlA8/mxzLrSqXBK8lgAi03xWvwZygJ7NETLbfnED5c1zc
adiG+QNqCSEuE8s4EUXAWDHMAI+taszMdE6/Ov8AlIo/1S2CLLEzD8ZcKhliH8D8FuVcmA3D
cHEdqmmaaLt5ukZWpz+yZhmVgsOZOf1mvZiTAeGQFvaB8Gh/YZ1l8magd9R5vqX0C/X1Mcmx
QoxAygyWmC0wtgllMwD2AlBoUmwYP7OyuARPNoQlNbJRLMQvUFSjMVbs9BHVuuPZmVR10W43
7D4R/kK0WIMLERXURiFXy6G8/wDip4Wq0ah6PT8bZuGXmdiIrS4zc2SdJ6mQAKWKcBghJ048
jMnrWIZ1nrzLZ7Kuaa+hnPi8evobz+BMFXIdVRAVBgBMIAh1Cz5OwoEKKBIBLrNPQED+xmmu
yg+jQ6a60F8+pEBYi0AAWMoLIH7aAhsw1coyrTqdIw9IUpo06/8AiEKSVADftAlTUUvjJaIw
ixRNtAD9juW28vr4y3DR9kLabMkT2kTsxG3sGcPsLgnTRs86OjdT2mm1KpX/AE5sCqmjzHB7
fYeH/t8/1njXNWyRA2jucdDEwCyqjOED+qxtpu0O7ZLn7sXbT2qIPcgP+hWnQ6TTJ0TZNdNU
wHzevBc08zVEZBDoGVP+tVBsFe/YEhHDDtorKwJ9GmbFvTpBhP8AOn+ZupP4nFrwG5H17dT5
SGzSE9Rq/aaecu/o8j5p4t/RnsnqVpr6uEOGa+j7DYsqejQ44u0VFQabKs19AWfOSH00nnXQ
ny6dkBoqbGjdQVHoiYIoCCcACG6r0KDlrotZ5KrExlBD+XFmby4sXxyzje3JIn2OTzR2ZMh0
GrjX0e7C8PPnQzJQo9n43ZUXMMQVXIID2oHYx/mcJ8in5ArHLITsn+ckdlX9LAPftAOfIzL6
sBSqbmjWQgDPm5Z8mC4//cPkSujhxnrufN9a6xfIgLoma7epYXbQsnKZOxHnpn/68/rHJTiC
uvqNZeHnI8/z+0HEJmuqhX2z7H1G1+TQuAi+n1qs397Mccn1bHzAIyMMyB8br1b0djj58gT8
KtBgdmKMiZoIwZgMkAbAOrBM1LOzaAEhkQZIzN1HwKLAYCcSoR/1+JT/AKk4C8Amz9jqcvKn
2oOuXpwZG86h3Vlltpoi2q2sPoIG2tjR7mPn2eY+WjrmuQ7B4Gd8vr26NUvj7Juvl+q586wK
KrgRmFM1TVWAGKsUzRU09+SD3e9NMiW2C5LXny4ULNNQxZ3ab3oxV/g82a9sGPx9WhUNNFCD
uqTLbvNPS4iaWq7Ydd/Xm2ap3Yea16j4gpB6Gl69vxH7Kn1Ku+1dwFIHE+72I8r1fi9ZVsAG
G6IRn5cAejgONzHLVqdGmHkLEZJmjakTXRmZtkLAOs8lMVorYE9+baeb6zsuHn1XVQISBHa4
zqI237M4JDKie32uwLlh+rFLEzIQ5e1gzMeoSoAb1/QbP0xwVBt2Pfkr/oS2ZmgXZ5nkDmmC
ln86Q+W3GGAzzZc4dXvuPjmpdUS2HBGwYZ/UDrlk3INpVT/+hNqUBJVkb6v1gTb0gz/b1i/Y
YkbfZZ1pv8gzIJxAWejaofSQoG/oOPk6tqVDeIjtlyhEcBl8jrj6y/w+ntUZrDNZ10cQEGOc
8svR6y0AfSf57P8AkQBvMsbPXKNm2gy228+g9dlN8xG1TVvsMyU8iUwWoVZgfM0PkQD4iyl1
znyp1Rxem6sG1URSrRupl/8AVwCeIqtf7M/o0LZfXqqePHiBuqtXb75f1VSI+XZcWGTPtnqC
tTQARzUB/XOkVd2J/wArk45jr1KnXYrPQ/ZvqCGgMF9WYh/QnT2PmNFydTmbE9G/SKraQumQ
9frbU55WUSoEWgCyr17HK42PR/dRTzu7RMTfmzRYURpuqZjz+zF8vnJC6qQpQGhHxzLsiRuy
j41af+NYUGEWvxL8TkWP+SlRBydWoedQcPOSYTyW5+7csQAAWAjopnlf4mGqsWDOehaZZgQr
mIuqKR6XYtqwjb0CyTVlZPqHAORsIAQ2aldMiFQ03nX49ddHYV3m3oXBNPS+xx8zM2XnURMr
DZGmUKAGZf2aOOo93JDfGy+gfBizFf8AkNcw0Hl6TfL2KF9ugmHuRwOpCkmaO0ayx6vn/nuE
jOUevZvia1Kghl4BsTQ8+ZbxxNQ8TRuufv0VtrUgXSn9a6lNlZTt8ZTR2KYaFj5M6GOWUZQ5
Q6ZRlAmmJ6g3PrWr0YH9c2E7c8ENigD6V6OxL7bjNdBps2HgFLmFVE4AABXlVFUJS30Un7DA
fDqljytoRj3rysuilF6tmyn/AEqJomGsPmVXf1aY6YenPXNgaum/Wg/JJMBAHdfifl6AJAKQ
qXfAdcxQmnpb5PS7Aehg7qR14A7XKStLzPlcap4sM3XLyATXMMmfgzJTxYrN/GANfOVPwsZs
ovPRk18eoIuD8K0c8ekou3o32ZEw10bDyrmCOoKliMz1owgA0AQoBYkQqBPUoOLYksEbBl+2
zWZ/Z+XrntkwYd56PPm00RkibFo+BYZu+TZ79xSmcWQCw63yJ1/6moggmK3UIWvEMNB+C0y/
ff0nsHqwZmKzoQvGKsvhRWby4gHqKTNWIApQY340zV56/N8berAOAKP1+iuysSO0BjUR7cW7
5YKHGaAsomeJYnIBaFAcUCTyeoEInMdVdX+vVWPnLTX67F8x9SlrjtifP9gjMaMchQ+Oaufy
+XU5EkE2buWplDsaB7N8ZAMM6gRCBPLmNNlQGaX18mXUe1lzVwREFxVIVwYbtixn1KMd0BEA
iDgxSRGZYVsMgcaYDPT1Zpm/mcds2Dr+Ioucz2KS/UgEcpgxgQCMaAM/4ypVz+vzADG7COpZ
qIn4Gn1+Wpf6nQTf6/1ecfXe+N1YPiAW9SKNPhmWSKGNkMqwXY/5Ekn/APGbJAYs55zDTwKv
UHmjfF/YgFd8wB5smfXVerFedqtlHX6twjqwdFFBfxKuerZ8tM/WwA9GbjdU0T7BGVfrrL+b
TrAIo5LCezlbZpktuBUui445liEggkwGEgAfi7gsMauovI/Aa2Hr+uRp5U1XP1aFM1vVs8tP
MMzmU7qQpBYt1BDE+jYedO6/5gRZ7QCZAM2aBFUERx1PM+zvroivn5l6rpmWKeZ2npzKnqzD
y7FNPFsjBVi/iyYs1yGiHxbZsc3SK1r9heo8g6anX4zkxOSvRsGek2/wkFEKqSwlgy4SJ/Yo
RjAaAPANQjgNUEFSqHYQkBiDf4OvxkDzKNjvqFxAdSeq8zkwFqPVp1X4jRYlibLN4z/3dqYf
nWyFYz25/L5s/wA9QozyLRgAfX5izPmFNU3g2FI/dROYJVyjZUGejGjo5mI6nXQ/N5P/ANeh
LE16hqAAlXOojEiD8ggkqSOpgBDUO3BIJo3ZaorMYDwwE/oRoOC3MKia8sxKhGPYkKFAEJAP
bPr8gl8IankYdwSYlmUaBMUzNafqTAkM0xJXbx9zvl8bePUIfNpaKwMU8CA3/BnqyGmftw6r
YWbgjTw/t5iSCxIXQlpQhoiuPx/DqATVAqJzX7UAeooQ9YZQs/hTbAcCxC3JoTuLK2tdQ4LR
gbDC4gIAZCe6fFQu2innyAnRD+qfi2sKL116ZYOxmYBJC0WAAHOgUzfI0vl58OhR14glgBGV
pcE0TujZfJlv2Tb0Iyp9S/bDUEKb6aArpOIRK4K8Mlg4sWKssvsAwl2TDBQlcnqIq3LN3ySA
ApLfApYoDOoU6j9ipEcEaHdc1Hz6AYdU/b4HatAVI6m8SVYG1zYEAwP+v2G6gYKFzoktmSFQ
LPxGUE7p2VwQWV1nn9LFVYx9Sy4p8ag3CZo4VToqj16Pp6PaGfz/AFL9cdwrKOc9jTIf1Jl3
/BuWQRQjqsfMUCrT4iR+ITxyRdE8nNAQwAbojT4ksIASDKoNydQCpBI1S82z7qmrKF357j4S
tBBSgkz/AIOGBzw0Dj+yf17HbfIcA9opIhqUQeDCoaelCpY9lBZBi4Ko6LEdWAaoXJOrG991
B2tdvSNPh8DsuIdj5lPZHAKZnsl8Az8TicwETgwpc08gaEb+dhuHlEqBSn8jN2ijoWBJANkm
xxKaVCAY4EY1MyjhhU0yRwPMs6jo9WVMVlAchz5H7Kn6OLpzSYIBMuBz2JMaWJxGoB1Drrhp
g7BWi6G/P7CzL6KB9aKdvQiDX0ej0Oytk5VtvX9hihw8bU3nHfDNWCtVZ+jBHKzmD+DU4hPB
P8EAjXxq5ZdcTp7MVn+3R4i/YaT/ABepgMdr6GKvB6gZa9nAQhMig07qNNyD59+zFnZgSW5M
r/qOJB2FNSkNwfKx7FQdU/4lbmAHy1yByPxVihCCZYrgQm4fOe+ni6pvq2Wnm3Z1AUnbzs7Z
YZ5r7Od/qtC23qRfg8y5/NgwXI+nKhqs9ahjj6dFiaFxcB5qVwRX8CGpv6BkD5NvRG+qw6lN
vMfP7FaIyMHvsQaBNcUfHgxXyIpbEdTnw2KE555idD2IIiMKv/qKqx2yXTPTJso9X5AzOCbz
P6mBQvoVuSrFlYQGoSxhcQQA0VAKg2TPs/Gusx2Ob+TZNMS6GF0r7B+jfSIRp6UV/PgFzOno
13niL9i1BtMyUtts29CBSrsHZXEIMP8ABuATfB2K7bKBs5PyAl8MNIV1yKeyy2+TQFDKJK/8
mZVVz+pEo1kigMQHa+qr+nQ/A/5T8+nFa0TrPIxGoLA5D9SoK6WnsU/qTYAN8Qnk1O5iqVJ/
CgEupJ6gn1/Xumni7hl7INPf5809HrPpf6fB1G6N/n1c6P5fMOq5jIfKzO6o6L6NsWx96aEa
Le6fJl5dm0zjD+LEuBhKuVyfyB/GvmUuUZGGSvEDoV7seYSCoEo3kJrw4DLFoH/r+NcVB6LN
MrHtyo+d/i30BWechlL1r6AF9SUQCLJEJNE8WyxiCAwg/FzsQQKj9WV/Ear0Bk8G/oPk+mzz
iqEHpfQZYfXIjvrniunv8ph9P/b5Va/buA/gTIt6smrBhogx5ogHkGpzBFg/BHNQKZRjggN0
IZceyuwGWfWAPCAsayJmefQn7hSQQDOp+KueYWnszBR+q65Bjj5dv+z1Kwf7LjTzuNMwD2MF
WQSWBrr2CA0F4IuAURVtyM+V/wA+bMvE/viMoK+z1afP4tyUP1Hncej6n1+dvL6275Km2LfX
qZjtosPbPTI2v8MIeZVRa/ioYO0Km3wUj4UgVaAEAIliNDRhH7IOdQ3YGp17Hr/0fsYAD/Ho
Xtj6M6P1+zW3U66FWHo3ZZ9dsqEEGcA1ZnJgM7UaBBBULdDIkC4ig/xVTiECUZ6/AmpxXIJk
3N8ejx+fZcPm87htFPVNFbBXmS9Bf8EQpcCGBTZBh16w7oYNVnYR2UQMk4M/EU2CBC9D5FMZ
QCnBYEsQA4IM+M/5iKlAhqpgpX7Buq5ejQN5X0ZmRuvxnZ28nnyCe/LCeX1rtKqf1VkgrGUG
L+etQgXmo6Nm6FYIQRBd8wgwGHJGalH8tmpC5sCKoDlag/E4nEv+D+CJ0EEAjVT5q4Pn6xct
BBntdarCNiGz0MD6I2frQw7uzO1Orft8i/Ay8H8f3+oX7ME74oEy8qF5vp+uJKt7Vdsc8NE1
bDHBla0AJgBEK80AKWdZ1opyGXsOs63CKlT+jcIguC/4WEGEQfi+Lud53uFiYPxVzkQH+DF4
hPGi722zpP8ARnX+vKk3yaAgi+DyWUGN5wRm75HTo8H4r9TREJYHbQ55tmdCiPtqPJ1z9OQT
Dx+jJjquT4+bMv6/Zg+myZ0gUAAAw2YROIeP4QiEwmxPzAJUIqV/CxosYcf0LhhYAXcAMF3/
ADRg5/giAXGUSoaM6rGwxafBmqsKny7BlKPAONXxnoAziaOR2NGgSLDA163OfnxcnD6nAKvr
9Rz9/sUaeTy+Yrh3Yr4D3y6AMsIsAAShVTqAb4q/4DSwITLgMBuH8ERhUEJqF6JZruftCT/A
4H4glfwP4BoypxCLjcQ8G7hYT5VIQ1HXdpj5WSDDkefIs6KFJlD42Xi+CKH2jD4PGq9Mdc0b
7fTP/X5X74+fNQcMwzuoy9RBMFwTt/BIgNwljBLMshgb/giVEhH8EQwmf2Tz/NXBCYK/gGBh
fYA/kI1/xdBtgrMzsD8tdLAQTqtgcsDYnEBqOAVHI/T4mDQck1PsVLYfW59sc8+/o9PhYz6k
g+TAn5WD5behlYi6USoLh/N80ohli6Uw3A4itZ4EJsBqgIqcRoYalCuJ/fMugOYWZIpsA8US
ACJUANAXGJsOkIwLlVIKyu0JqWICYx5AMsxS7MW4000Vv1+JuZY7Goavoip9cjxVBn1/VVzQ
FyAYuYBCz8E3/BPNwAdj+ABdMWIMS4GqXOL/ALViCDCY7UbuEgG7F8niXzXAAh6mM7IUe4za
Uvp3ZkbQjmBkUK6MOCWxDRk8+Ggp0FCENYZjAXhJoPCYCTDCpLdU60WPUCH/AJMLIAiZgEIo
gyzUKAJUoX/V8c0xqEkyuaJPZgKJJXjsxCgiAXLuH8m4V0MzVrqppy3NVxzKhah/qVop2IXN
zAqiAWSpQqykGofUod/Qc1TZ94mSJFwTvKBNCtEHbUbNFXYQGbbfGQxIEqoDc6idB8dsQRGB
hgBEoiA1O1kXZFgHk/jn+L5JAJFtwIPwAYavRghLETNi6sZ+SDwOQsvh2HYvCxMppyRUVVWE
EkX/AAbguMsQ9h8OfY5ky2UZHJw2IMyRkWAzUm2/HJlmc1zLufiHkfk/0eBXF3KF1UAqCoai
/lvwIeJdw3GLRqr8HtxLnM0RWGTEz9sdaoixAtxSwncICWMbO51EMN1UvmuQAIZxQYUdMxB6
MZ/oyVk3zYfKtltTB5XfQcQVP6sxoRyQb63BmqkcywT2ED2fkWvkMsxjO1RWFi6/EBhMBjQS
+AbNgS+ByfyTfYATir5oEa5tP10zy0ZlDABmABMKjQddAR3sjQxl1JCuD0N/E1DN4uU+M2cw
YMkhxQLngiz4842IEz0DiiYhliXFII/MN2QZzYNQ6c/sYBOgM6AEABaHVrMfuqjlQYCSSeFu
r/g8yuSOBVECcGG7FkWDOP4ui5o3L6b6g5lKo8wkxfyhJDXQaxZjQEk/kDmA2AoAFfxQMC1D
BNEYHPVXCHmhV8/2Y3ELGG4CYoCHsaU3AwBB7D8yh1LiyTRZSf77EwGBrlgwHjtARCZYMJnc
CdhXc2dKge52hcEHqQCIQpNC0AUEkQnkMbQ8P+DDDcsztwCQRAalm/zORAzVZnYiBpspTXHb
tDpOxgbSydpm/pIskn8kygZVnqIAsUidjO0//9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oA
CAEBAQY/AKyo+KZ3NVdET3FaTK6a6J37wU7yneLog+BXTRPUp73CBcpgVNE+nZqnLsoLJzdR
VaF1uKouWRhkGuFOi/Lyd2fEns27OeB68ab/AIcly8xcdpGv03dP/jAFRZNuoMBZDEyLq+WR
THyJQbH/AKp36tCEOVdkweE0l7ri7A1JUHp1TA9Oq1ei5cuIFkOORD3Rl2jSewB/FM9EC/mn
fwTCXU1smNSgKapwI1K+xM3mu6yZmKfH1YyEMnm/f2SicS7WX5gEmMsf4kDXEiq0TiiqiEB9
OeyAn+lPYybRdJc3XinyLAWCMkAItBKs1indiEfOR/pVY2XqJfRBnIEJ76oGWJQcwayp0QDs
UG0lO7g0ZSP80DAFEWM6ugPNdcixouWNDRcXouUkhU+hEqVJXKmGddiiUxMlROoBUrqP/DlU
/cy/kTihCk1oE4gqTKm3bMf4M/QcwukufqRJMMpqalW3XL8SJ+FV9inEkoPB3ooHeWTgbHvV
eqykQUxPcyvBTSqcmQFbtonedEZAOtlVjqEeJ5Zbp862ZT4K/I3RGJpYohzyxNz/ALFjgS2W
RbJPZd6Z3Oik8e9V+gcavVZe3nOQpuFvqoEjROT4I45B8SGI71//AC+4ekz7WRvj9z9dM30I
+hP0poOzdQOrZQ4XUSRohEXUA9ycphJTb1T1On/anT43uuJZzYqC2wRDs8966amCpMi6p/mn
y8k58x/KoPfuollH1IDIgAyoMIyP800qrnRkeSLFPUiHTUyJqsQSaMVTxTDxWwVEQIClQt0M
sf8AyY+n+VcsfLQ/dVaoCwTBcaZ4l8Mvu5BHHMcfewjMfx/Tjt37AdV0pySy4uwUl1MPdbUU
Bd1Vq1E3yn61qbFcm/8AYyJ74T0FJXSYEarQjaqBImy1KYkPaUwaFoVqnh905vZMzLYVUANq
VLHuQ+6iQCBZEBxvqi/VrZN4AVT5gYYhPgCTclSJWqciCmopQyKvKZ1r2Aj0e5B2yUp06dD+
69mc8PXj9/BDPAuDXY/cTH6FUSvtUUTqbpjZMBKagKCPI1opTNuuVipK704omaq/adEZAMZ3
cK5GmiodU4qNVGLPqnFReycsXobK1VMmjBB7WUeBTSVIhENG0J6JsQ15TksE1/gojUVXHGCV
yyHL3Kj7oR4iq77I6BaqU5LOmstlt9A4Ghgo+zmf+T26H72P/wBifsbsPvYh/wC29w/8mIHo
P30MsS4NCOyZUCLqLotNlMIFm7XdQnuolAmtlI8ECwpC+pPEUQu8qJ1dEnQMtuac0CJAcaJq
g2T/AAdEVxFlEAVe6YDxTYhtSiwdxWyZgSmMbunAgFu9Efo6EMyZwyIgtQpiay6bE9SZ5CBy
LE1COLsNOwG6JHktCU5QYO2qcCq7lse2FIdDPCPcwnHcfcTsxuN+2qOOUgwRqvys/wDwZz7Z
+6f/AK09lWE1SaBRAF1oKpnkdj3RAhky6raIHKR5IChsq9wC6a3TvSGTfFAM4RJqaBP9SIdm
Tt81Ea0ZkXgDWFAg6ogVuUxtZM0aq7aBQfBE5UARJy6TqmOQMUTOFoEwc67JwxyeiY97J8iB
qLpsXxAumYd4Q21l0MrBpQbzUmdVVO7unsezZVVUwLtdF0yIaEzIkBwasnkJhJug+XEmA6Yu
AK96OOVM/P8A/Ivyfd9WPpOuKgO6kCiBC2CB+U0TMmyE2UyVJb7UDtVN5HRDk9aogFqzVYnK
Nd1SUzxVuwh2Lr/JHKHNly/E6cSyEOSi4H2qZeVRnomqtZ8F+kJssouBCd3xOqqJumdzoFxh
wYCkyIKqYoUMiXYWXUJKINP06UGi7VdE/CyDf/KHKDjDdjkUVIQApqo7Hvooxeao4nJjLIFy
d1yekLlQXTjIUdUdxDInPIDRlyxcEVBv+LFcaHIzp+8uOXy0IEOi9gCQsTiRyE4mj/hROUEV
FCEwgb1TaVUfoE48lVmR1CYB1qRDqbyQmN6IaG6LfFSFPgmgk12TC3YchBNAifmK35KXYJgX
dMI1Kmt04ZtETajUWiYSLpqnZMfIKjjeFAYI5NRHKcmug8FOYF0GPSblNYXROM7AMsQSzW70
4LDl4pgXJ0RCB+UWUUVFHZsulhifgmxLtGRWOGEgV/CgAAXojhkZZiFy9vHIDvuuOOJJxIkI
viTi8kp/bychoQBA4n1GhCcMDiKlPiX5QVfa6/M9sz841CBx6gbhNk4fWip4qBKZF0S/HvXE
R3okUaSq1aqHIwSqM1SgcZVHTAxshXvXwPZkCRRftVUnwW36dKZmGq1JunRcvonuEPjZfaiQ
qvsFIhSAAmljQ9jue5dR7ioLg2RAtVBwJoVPxWLQ2iemyZP4KE79mt2UPjNlVkPd5NkIyxF/
1kcsagtiDsnyDl3QyGInRZcQQ9bI4m0u65Es9YQIMEtiAmctcFcCCQA6Nem2v6yByJekp2f+
39yCPuZJjSsogUsnJ7kQbFEAO5gumzyoIUOXQdiGlchOVtkQZaVJZzZOHQAquTMdkGl0xCay
ByILhk/Lp/M/TFHvRBm4TkQKAJ6WWia6OT96o7Bxon00V4Ttu91BY2XUQ+ioMftT2GyjzKrI
2RxfvK6Sw7kGDvRinqWpRY4iNECapl3LYdveg5ZPkYeEQDxJlxdYjKTcok9JoDqhiOp4JKlj
ouWdcjTZZPgeOM4m6cOMfmBsgY5Gq5FnK45M5oi0I+2erHISDVH+194lsZ9vI3x/EndwdEMQ
5uuqAmAYWIQPumq6WTYJnYmGTfEIgGQH8k481J6S3miBU3UFidFNVSmifXplcPx/YqeCap1Q
Yvqt/MIW1KcQbrR09RUBFX3UOycFiFMndOZ7lIg30VSxRADCruia5W0Q+2ESAMQIRZ8TozoW
Nlp2R4ppTdn1J8oBqyYF+9AA96D2unNRQJhHeiDVAGRWLLKrW3WfKRkJR/t8vViHxyPzYp/b
DkVGq554M9JT1eSHR5GQIXHIHnXDPdcM8WywqAuWRblAaq4NIqAukRRiEDkaUCaPBE1x+1Ai
SLLQ6aIkwdUGNITEgy5T4xPqayJBDwCBcrLk3enJH2L0uWgBc2Dc6eCesqkaItD6poe6YSbm
wVkz9jtF9UGputUykeJTiXTfoy1FhZPlARa1CukOVoatZDiaV/70C0C5T1FkT2bBTVTdOTRR
DKTK2otEw8VLqV1RKcJ6E0X5vt/+T2i+O4+f21j7mMcvgUNrlE5dwRyDnaxTnExQIe97YAyx
kj74QOAl5f8A2p8RWqPL06KC2ymAKIMZ0C1R+CuCPKUxBQDfrESmck/D9hTjxNXH8SJOTjcO
gK4n5RCB9LCDdcW+Z2fZQADVSHN3/mWy8VEKJe6LKVqd1IrRUooooqUAITa1uuIkrVrLQ6o8
4GyFjqqPj+nyp8iwoAmIYW3TP5KtaBcapsrKYAR0R+BQfqBUOW0XGZoSrcqJhQWUmCgBP1J8
Z1dEcgLoDIu+iI5f8XunkPw5JgWITZOQQmEaqvVlqbKRFgh7uA6X68e9ODF30TCXfwXEDuKA
NLrjMUTHpN0GndNqnqN1wJIY+ofyoA5vDjd0+OPIWyXThJhyiAAbs1Eak+QZc55/mU2ZOI+t
UnVMD5LVTGyiEAPF0/ki5cWQ2R5Rq6D0N7otKcltVoTJWj66KJ3RBID/AFKfJDfVPjJEQu66
D1TqzafQqmFFXyQ70RXjXZPHEbI5QAnA5JmbBo1f9VDEiCHJsqvQh0Mag1KODtYHcJsi+eJ4
5X/aRc+Scx3rcUKiqYs5hHJ3xMPUBAwH0VT9ifEu1QmxufJFy2gTkwjjhjAuaIY8352EIXJq
6xGXt7OA9EwBBBDBiAiMTxF7Jq96HMsMqsvw/mNuzI20Tea74XdBU9gXciQO6U7tqnLa/pyV
G3VYqXqtQnx8rp5rQoSABRAwX1UGbFGmxuqRdbPJTAhrWQuNUxjdVcn4KU4oETpZDICksFRm
TLR6qrmy+rdHI1ZmRn03K6iYEYiiFS9E+WXTkWcbpi4xFPBfnY2jIDRHgCHL1Tu8fFAGHfzW
UdSD4u0sjyDOWI3XDLNwKFPjkXNwgQCCNEGDTVcXHcny9xgERkTOiZ2ON9UMyd0xPd+FSg9L
ZLiRyyeGuhllgH0um/LHqpuyYBgbpnVXZDTRMyYRqoU3T/8AROb0eU4lTJsQgbaaIzA8EQ7n
RcQ5FUCbWIQBHF9FFfNE/Wg15UyT+nUsSR3FBtpTVILSiBUVCkVXFiN0DjLXFEcSOlnd5Tgs
HpdFpxFzVOHYJwFNrlOAiMgwNE+A5feROLBqBEZZPsyAeAG7kXhrBFg2J+XddOJii5EjTdP+
YBbiIXqPjcJgJ0JTtjvdkcDVoioUOTbHZMQwkBOKiXXEh7g7/hQBD1B8PmWTQzOEC5bvUs65
4AsYN0AZ1GiEDlqhiJYyy5NDu16IigehRAvZMmEaoAg+a6fim8wg3xUidk1rJgE1H1K4u7XW
6fy7k97pyJ1TidlyNqaoOGG61emwVeqyGRA5eKBLdy1FyhlifTU3Kf1EIubxijJZcfcE3yXS
XDuChm5GILHHUogFmo1UMQx9s+aJ5juJTeop8MCWLxddOIxiT8ynKooES5JWouP+1Ei3yo5G
CYcIYhn12RA2c0ZNxBQGIizVRJk6boQJMlNpRdXqpCOWdbAFGx3VG70cPbIxNDksp5ZGpKfM
MBTRC2hhlxAgySFyBgVFE9csohBzLzuubn10/ZTmU4DA+adUcoH4KfgttUW+CeShDaoAInKi
gsLIMTu4XVD0GqmgqLpvJRG+qYRlpZAkSKhTB0Wxq/8ACm9QI1XVaAAuVGTnpF7rkDiMSIi6
6Yy+Kq53hVtIT5ZQKBMAQ5k0KGHPq1TOctkeWLw8oZDEA6CrfeQI72UQCaqCx20UOWriFA49
ycibvRGA4oAgCGyuSnrj5I1AK5y4FKI5Zy6Z2xs6aQX8SnApb+ZOADllvRB712VXCFhViszk
Gx2RYRvquWU8bImj3CIAYGh/nQlia6JhU1KrH5nq8EYBDsnPwRIfs+K75QTfFcXBYJ72TmUA
CxNkeQTigoEyaSBoqmaKSe7VFwzphfSUZfI3KfSChmKP4rLLF3Kczld6JsMcs8rMhiQMAJap
T5O17FFq0lM7NdQW1TAsdVNriE91OTm40XHay42utB9Sg+IXIEvQMrxLIlos0BEzi2lFjk8m
6JJjRA2801gEIjZD8JdODKckTB1WzwAhlVVlOQ7W2RJBIIoUWDYnRFuo1IVgLrjgA5qgMizI
s8HuTN87t4I/5pkxB2V/Gikz5hEC101d90TUiuicidaJqAIDH/JdyJM96dvAIjiBqUWFbpzR
PXRHV/gmEbpmdoKkF/gnEEUsuWXuAAhA5HnsbJ8WAFETjLlpQxPUBQsgCwmqcTunYsu7dFS4
BUFlyxqalCfNO7asgWL6LTdEkcgKkmygMKAhWLaIPYVsm3YGyIqTCYd+yEF6QodhBUiAiQN0
CWAIgFHH/wBeVNXXHMudSnGq5A2gI4m0wjDE1OypNRK5MxdnRaQKFANyC25/YiabqfAoMWWv
1p5PejZGxRLVuVLsnq9k9CLBGy2sVFUeVtFy+UXUX8kdDCd3Ch2K+xBAH0lcTaW704IOWInV
AU1RDNqVAcaoir2T0IQDVlqLvMlMC50KAqdOyaC9FPpCM0kioCDM6Pyh2dEicTA0KDMBUsU1
CQ7WW5qAquDQoCr3KZyNCESb0KfIvsizMKo42uKwgCCN2RcRQFcc6/KaOgcmAocUzNFExvro
jkKUZdUuYKirxKd5uhDAJ+Xzoz6aaqvcrlU8UwAfXsoSmN7FEGy0OycdR0XIn4pgVUBGW7kB
V7p2dqBciG70ZYZaqHYKS5NFWHsEAY0QxYHK6cByaphE3RbqOMi6GRHF/NGJeCUOIEwzJs3L
Qg4faiYMHsuOl0zOVwNQmBB0CbEObkhOTH1Fa6vK5CjvopHchi2xKYHqBV3tCGNWg6rgC2WR
qSiSQWUOAmGQ4CWTv3hkwkEo4t/x3/oXSSeMg5CU7AZY1K6ie60InKO5SHc+C44iAY3TmWp3
pxDCQpaIlN+N38EWX2q6eykxZMyoxCLpj4JgPJResWRu+yHKh+pX/wCiJJZtEBVMJAUUuF3a
oFQGOoVZK6kGDOmDeCfGqOTW75RxyDv6fwpqAlPjHgnrlc/9qLB8h4ojWo3QfFR0qxeSo9V0
dTUG/wCqn/0mU2c6d/40Bi3cEBmARoyADccbhGeWNSAg8PvR0+JIyBjL+FHqBBLvVl1kbl1y
9vLllcAp/cz4AUF02DZ5Gpuy4kw91yJYY0c1QADi6f25DOw0QzwEDWsJpJNO9DLKDQAJ32e6
JdhNVjgG56hd1QqRzbwZS7pzr3pgKKLlQnILbGFoNqpuJ7ypHIFBEXMsE4D4mjrpHg6l+501
tQnMEWKkNuiCHATiezXdECETIhgykziLwntYFCBCLVOpoqN9aNviiHBA2VBj4SFyEW2TlnIs
hPhVHJ3xFdU7BEjJj3KveuoHYIA0FHlOaPHigQSBb9Mk99FJgmVyykEsRcLj7LZPPVQKvB6g
Kp8SUePS8BkcjlyQgTR6rln72PtMHYnq/dX5AP5mFsmlCXzygFAu1nWQGIY1QyBYNI0ZYl2s
QUBycVQEkGQuTOG8yukAfeJKdv8A2aW4p76phJ3TPLIAmbqPNfYrasEC7nSqmBqEBTcqXLQU
JlEAOyLjuR4tJuplzL6JwWAoE9GEp7VT3NURquqQbI2C+6GkIXIh1DInyFv1kYp8VNbJyPtQ
PJ8Wc6/sppIrOqY9L03XDIxULLEGDYrqLPUkqJGqiO8QExpv/uUy+tkCQC1nIDoAkEtI1TEs
NQgLoYimPxKBNU4cgIGzQm4gh0WcDVDjBsyDlzUhDNi5oNFjxHSAvy3DmqPAuAPNOS2Qp3IH
iWAbWUxFL9ywHEcwKjRZY8esCHTZ4u48EzS9LJy+ypBMo/BPfRSpdgoDLvrda9yiml1CBYug
xndOVxxo85XTCuolfWSnDg7pnbVBpFHN0wMaLey+u6JNaDimZwKkf1IMK3Rbx0QFhVTU3uyb
HIOTQ0RgF9JZPfRkxbk1F361UPupMLjX7FJdqwg86f8AauNGqdUwpqxTcX12QDln8Eci4IRi
AUcnogNYRlF6qRJsUwDtVNkSCQ8JsR4pssgO9RgM9SF0+2MRvohmMWeUD7ZFJQxJLCX71jj7
eHI3JXMgDM1ZPfVVlEWdTE98JgG7lLBTRSRNkwZRUaJqZWUz3aLUG2yZoBgKWxZfMd/5U5g/
p91W0DKsjxUmQol7r6k5HHYKjG5ugcWZFi7eS0PmuVhpZE1fyXIQDotymMg37kTiITOByoVI
OhNkDiXYsFu9QnyPcCoDPXVBoxeSonUpsy+jpmLXC41cSQjgKwzo4lxkKmyfNs8cgxX5mJB9
vKIqn+pNjQrllYzNljiSTjlIXSHDUCyJgmBoiCWxFGT1Kf3CBqLrpByajBHji2IkEwj7mIOW
Hz4io/Gj7zkjK2OnyoY4ZPiQ/M2Pze3muWIeydgNAubDlyb4J8RylA0dP4KRJsnEpyfNFnIT
iFB41BQFxQ3VJR5EPtCPzMnLjxTkybo4gy0lFiHQbxlQYUem73Rc1ogR4p2YXCh22R0U9Wkp
gK+KAv5LiBGqg0BdCgegXIhxj6rIkYtjZ0GvWy4jzNVrFaJtU7MKKrE6JhTyXESe+Ajizmja
LE5nkTMQFkWZhcqoXuYgjkByHgqA/WjYd6OLBisc8gCRAbZDIQDZYAlgTBKkA7rkPJcgHBQA
DDRDHPKlrIivJwXuy54gn+19wyPuZIe57OQGGUtafuocRxyAYizo45hiQzhflc45O90Wnj8A
n8k+Jv1PdPKp5KKimqdtijUi/wDSnJg2ujke4QuJ81yMjVcse4mickEA6QummNSEwg/Mbp2i
hdPUu+WyyIkaIjKBZB2Gh1Xet07gj9PlXLKAaMsTxLbVQBHc6kOdAiwlE4mKlqqjFoBopQEc
UGEi+qfAtjcJgxOv9KINXT6oszmuiZp8ghi4cxKOZwGOeGREAdTfMhkY4lciWB+pM7ogCCC7
9y8Ysn1QYUuscCOQEk965YhgahY5Y2NHlY5G4HYycCvZu8ftBdfpFQd1j7Pun/g9z/xZ/dP/
ANafPMDvT4kHuTXT4Bq9yJfqEsjyJIN1Vl0kE6psZyqdH/WTZ1NlFL6q2OX2IDGlZl0ZrJ/p
TEQQunpxxsuTs1qBcsZBVGydsboY428EasauiWc00CmctGdTCrFloxQDzqgC5D2VWbVOCANU
CTRDIM94TgMNN0CHgVKZSQMRohiHY0OyDM91AgwiCgBXcogS8eKF9bhYZ4mQXC5YEEt1Y0Yo
lgAZYSxXWTk9ivT3LP3GDkcR3lFvHVQ7qQ2VjqpPU1AIR/MAd22RZwQYaZH4ljkc5x+xcfcy
GOTQTdMPdxPivWDq0qHKBEgkErhxe82ZZ+1kGxZ3Av8AhRxzJ5gVf5Qsfb9vA5Y6mqfl1c2b
w9KkkiwT0K5WdP8AeTFiRYfxJgzmW3Uy9QbIt5miMTqulsga6hdOMGCuOmtkAwJ1uuJkVYqw
hk4LGjlNgOWVkMsgC3y2XXD/ABQOWTcaJ+TvY1V4Dli0frJjP1rrMDzTW76qDIkwjcqA2yYe
SHECLgu6BD97KZaiDhkDYawnMk32RyxJDVv+6uTvq6oNxVO0lQWcOSncRdc8SxeCCjzxL7XX
R7fEWeUQ4jaiB9zI5Aa0/cTEdyYFt6oGpxonBZxATNyJFUcsRFTv+yurFsdR/tQIx8EzSe4L
XcFXYGZQyHeFzGRGTOSjlzPI1ejLkMm9zA9JCDZjE+kjRly5dXOtqcU9JT2F9lxFKyaIAdRq
6D1qpNBUBU8UCIxCh31ROQLJqHRZTP1oMDuUxxI3NP2V1HqGiJdg8YhTAUfEpyXVfBVIZcTm
2DMX6kTgXILMicT6auwBKYxonhxW5UO5lMB3lOSw0/qTCcdkxjc0Uh7wpePBWyNp/wByYuBo
KIzxbdkQ0MqubriXJrqmZMITEV1UnudM8oAQNSmEuaou5F9EccQ41UlhcLE4dRfyCESalDEw
UCeomlkQcSAdECMXNGXE49V0zS4vK5MGFhVOCWYkAqrG7UTZQMdqo+9g5Irj/Eub5eul3ZQR
OqONhVk2FCnBchOX2RyjYMnoRVBzBTB2JcOpPcpYGzLiCG1TYgjdV55I5ZXUprXGqdvNUZMR
yWmyfEsRdcci2WqsXMZGsJ4PuIkh9QUelhV7N+yog+coEgbGy6nL2ZAUI/T5UTyyGhZHgXli
chBRxyZzQjVTx5CxupDPcbLliCQLFMIu39SDgn6kDDlQ/epEapjXdUojQ7KgAqoDNezJ8Zux
unOTPIFkRkRk9RcIZ5Ni6nIaA/zJnAakouQdWVICxOIILeDIl2dpKOPqmyoXuAsQIBb4LEHF
0MscdiE/5Zb852tROaaqACLqtTJBT20KCpNkWFR5FdWTkULKZ0TG0olmx1ujlrQUQIPXnSUc
si5ueyKpmlPa/awk32Up8XDLH3ODHGMzZHIEHJ5xaxTSdx/Knz6YaDH7SJAfudDGZ3hFpJEb
LU46SpbkLaI44lzvcLHbGQECGe+qLCblEF20XGxTYppfUpyPCydhCJeFAhQwhCX2TP03UJja
6BIPE0y7k85C02K5DEDEht3QOXSDQGQuWJcGNZ+9wRAAycwdShHXYAKTAq6yyB6RP9Cxy9OR
q0uFMkmSiJ4/KQnZ+JeE7xzpf0qpJ0sg+BZOQx+pDHFpq0Jxl1CoZDAycbrQiqkymLm8WR4g
gi3euqe+AiMaELiQ3Eav2TRMI1Ve4onGu7EFG5qAnkbLvUB9ynqVjn7jE+kgUj7yIckWxylN
jkG8/wCVH28vUJD0IWWZgPTRCGe3/ahiAMRjdPGINE4qTYLrJyx0dHm71xeV0jjqorqU2Ilp
RaTogTCLVFghLZXKkxqifgoL4iXKZmAnkpAajgJ2kOO9HHEV2spDnZAkE+CLVelkQAHKvx13
RynljqmNRUaqlDCHEM6AGTbBA5AA4uD3BMA2IqSVyx69hosiZJ9OjLk8/mfwpwJRuNFPpuoD
g0N19TLmCg8k6omBsEQIiUBYVeqI9RFEzW+pZEBhAY/QmAiGVFqukcrMufuOMcTRe5gPTgSA
xR/tyXHuSNHCe6jwRx9zGW6chUFccuu/LZZDEdXynRXf4ICRkAxLQyEUonBk+Mok5Al6LiQx
rCYmlkSPgnDx6if6U56heyny2T2JgLi5Zl9qamjf1IEBgRJQag+K5FhsgxJmRZdMappxPzC6
fHJ8RCbAAnGu6bIMTVkGoQxQ8kWYjcMVILI5S2qAJBBuVRwEQXAtsqP+Ir1R+Z6t+K+pEsnb
vCvEIA0FEQZ1ay0DXQBujjUa/wAKcCkIkBjjD3XGpmQUWLux+hxYEVlMcGBowhHmeLWKgRiH
JKJywDfev+osshWg7ysPdPV+Y/L8OSw9zGMMJyysjC3QNwqxdqrIBnxLLEEVMtCIAL+L/urI
kuaNQgBYkBibGQgQG2snZyKlQJL3dF4FBeUSSMgSIVPhVEEOWh0JfLSyYUIiJdN6Wuy5E1ou
mSa7fqpi+LBw1E5Y6OnIAGO8lMMAcrl1/wCOca5O/wC8n4ZAGSB/ShjkMmIYhimx9Rq+y+93
CAjlxJJoKMUwjK+ikxUI4l5YkVldJpRAERlOQEJqEhpQxyfFjDOmYN+Y23pTAECxCclMi8kV
RINPNOQ3KyIAfvU2ohR6shk4G1CUcqY6CE0jkhlkeWOVE3Z3I55lscbhc8sMcuMYOBVEQSS5
LIe3niYnFgy4cSS8le2MDAyByCz9q5AbVwsPZ9tscR6shVAJii58QjgGbKQboklzkAR/EuVQ
JdYl+oiAKj9dZANjcug/VjcWTcWI8lp94URxDnQq5J8EXa0XXImBu/8ApT+nwVwMZKHKWoVy
o9wnJBDJha6IMgxlsgAX8WT5em2qJo8M105gG6Mu8j+pPByCxgDVcaAaITxGNR95EyxuEBjI
KAMGxAJ/eUWq8JmDGYQPEZNAB/1IkgDvT/i1/CndjojNRDpwHNFxBYiciF1Ek6Krdy4uAmEC
5UPyFzDJ2fTVelgI71AYYw5qgHc2LoZZYkYm9j2QnuTOOyGAjEziAic8XyEcboF+qpP/AOtS
nIWP9t/ann/c+4WiRh+PJY8jyy+Y79jsiDRYHEPlp3fcWOYcOJBq6YRlQojMAcT6v4VxxMaQ
x/XyUkzEBEmRRv4kG9dzWECCIo8j9xMaXYKGrcF/31DO8oGctWReIsttUYOyxmTAP9C6oagC
EAkiphciYNkXBIMcUxD+E4rEgvpjb9ZFzdmZA4lhcAoEDpFTUlAiQa7pjBNCg8PcoHIODDsm
oNboZE9WNQEecaIYmxovS5NZVPnp+ymcE6Jz5IkTqjlkC4qNiuVqhkHDETrCGWIr6k2Jg+Ky
fpsB/UgbDRBwOIrdDiGGoTkRiJarof2/9xiD7b8Q9cXX539rnz9k1xPqwUB2TZQBLjX7qBy9
QoRRDLiNITUC44kZEV2R9n2cMsPbxj3PcvPy+2s/7v3S2RBGGJr+vmnMnUdneg6LBtCsSTyI
LnKYR49QNxVdcP4E/rcUAzCx1RyB6PlBTZBiyF3RzJfQIAlgQ4TYmBJQxDB55XCYAyJKIvEG
iYwNqIEYsL965j1gy6hyAfBceME3CBDg22RczqyAGU6oHWE2VRQfyoY4lrpqcZKPIlxRCSCR
4I45GQYNQUebF4b+JHCxoUNbgKSIkhAYmQYa6JzPdDqgbnv91VpcoggnjLoEBplBwzw4XE2K
BoE7MCjyh5K6g2NkwEIhkRcSFM6goe/hQl+4pvZIGWY6sXR9v3hIM2dPjD3/AJUPbAPve6fl
Fv1lz/KGANLlH3Pe93L2vZs0cv1VngHcFicp5LLEMBWdVwx9WcICgAkrZOFCZnIXue3kQxdh
d/Sg9LEKD1F+5PiXAaj3TOX3UuuEtlDI4YkwXkU/bQyxlqi658gBBHgiAOWWUjuXDE0nY/hX
MjwqUAxIMusgJc3RcRHiUWHEAmqYOeLPkmM7VXJ50RduExf95SWIkGoX5lTcoP0mgOqByIM0
1WTgYxqhi7g6VTk8MhR9FLs7wmEtI1ZE1eGujxD/AHlo1U1TcL1D/wAmn4fQiL3T+BWoNk4o
abJyKxkSuIMUKxxynESWQHyigTAMOyVEnvRyxDA1WXtmQRDhDiRl7RnMCSPwL872WyOJ6nEg
L8rKhouYwHI3RPAF6vI/1JgwxFLLE4er3JMxHSsOTHHPF2OoWGDOQQXuiQWyMBcci+eP1J3Z
4XcuU0qssXB5GwRxknRBy0Q9E4cYmG3RGILm90BkGhwVyJgCSKhHHLPiBUH5kAMsQI5EHqKG
QHKrCsLpAxidXWN3oBYo4gvr/KsZpoiWdzBaFxcRUoPUmibGkIAAEguck4HI9y5EiflWw+VU
YC6OLFwH2C4gFzR1R8jGy6mxysmJfjJK5YF3WLidE5qZfREXNdP1UWIxeUcsSMhtX9xcXPLn
/CmubqrNV4RYudFLDVRIMk9yxBgmroan6voQHytLJ5HgmJJGpTlxl94JxmZ9QMgr3Az8sWML
hkRjmz+3kPmf/wBaA9w8csajVAXNBqsscTxyzEHR1hj/AHeR/O9sti3Vyle3778eJ6Xiqwyy
6Rhi5tJQwdscalHLGABKBCZPRGwHqaFEGxlSQNd0+RgITA81IB4zKYFnqWYrjljyaX0RLjib
VR4ZNiKAz/qT/OLiVFNXZGeI+Y7J8ZBuKfsouen5VBPLQUKYCdaosYRIguxTOQBRY21NUSJe
gRcDEaCaoseoepVYNdXAZyRZYgOdzZHHLDoNCgMfLRTI+1fiqDRHFpv3oP1ZCyPuEASG41XJ
p/M8fSi2TAJ8Q6YQXRGQVGAYx/tRyIpZOBZadtEzLpIUnHyTFkYBBhfneyScsC5H8qP5pOGW
UkC6fHIn2xTAj+ND2vZLARnnon9j2sPzMpPve7lyIH3uC/M/uPc//r/uMRORP/H7Y/B7foXu
Z0n9lsfSjlUAFxpkVniQcWhtENQqlcWcBcgKzATGh2ZOCws6GDOTLj93kjjU3CY9x/TJMSzX
VQxCfD1fALIZB3qQjjjiwNAgQBiRHGxRORh2p0rpkb0/ZQf1bwAnyLEiSn5MTT8KJOXJ6WlZ
Y4Rlj8QhmCNzonyIfVRDfMsQGD/Yj7mRrEJjAaH1WXexe66dZbUJyR4KvHI6xCfERQpiDMl6
o90hOC7WMIkyKcQqfPT9lOSe5cTa6ggDe65AQGUXkokeq5QJM6hM3f296E+HY1EyOOqPt5mN
RdNlOWq5ezkcsNPvBDn7QxNCS7Ljn72TGQHhH2P7fHjhHLK+RTks9jCJAEioWREkkOFFOzN6
C9EMnhnan/emyfbZDJxxEzBJ/CgH47vKPxyKJycn602WVKAINq80XqY6gKAcm1UwLkrrPJvr
QAAJ3hUAGiiiKgVumFFIde4BHIxjb95EZO4eAgcRxYtOq6gx+Kg8hoaoOGNAVxcg3Fv1k+LX
tVdeJd4agTaI4tyAQIBAsuQHEjycrkMX1L/woY4hi8k6J59dXh2WwQeBt/Eg8W4p2pqf4Uwx
k2QGpnxQ0sPoa/Q17IHUKFHkG0TEbShk3HL7wQwBmhdcXipKORyOWAPSDVcBUrIkyh2Z4ujj
VhDj/ajhli2T1QxZw1Q1V4Usj/0AQlz8ECJbUJgHehZAZmRLBdQctfVdNNlqgSZK4vJsu+WT
UdO6hHlCyxxPQZBRzJdSaHuXHkCx8UBiAxFVhJYUbVcuIGRkvVNkIFkBrYSuVjZcK4hPgS9Q
gAQMrk6hYkFmEiyBNLhP8vNn8EST3KY79FJkUKBqblchaEHqRHevsT07ZUfRZNkIXKgxkLll
eZCAAu/miSiANWRzJYs4CzBDSvtVVy1RbuBKGdZ45ALlkW5aWXEmaRK44B2QyyYYm2SGJA8F
xwEaoWK6i6iycByFoAnqdUMjVSiqu6yxzHVk4DysfbJ9IlVbEonKTsgwGuT1lACSzrEYyRL2
VXJqdEXLB4IVARY0XI5NizMP9yOXJ20XDPJ9NkLHQJy0WTUFAuLhubt4KS42RebBO7C6Ohuj
FaLEASyD6Jh2QsMX6szRNcVTDsap7H0WykqS+gXjOqMbPdNcWCYWsuLzkX2Wq+vszwAtCJyB
5DJ3quiggIj2xN/FCBlkF1lHJ+5bLTdUdSGCeyFuyqiVVNge9csi5NHsjljMrHI02qgcJA1Q
5McTXvTcgIZl94AMGgI8BBtstMWaFxGU2n/cgCSSNFk+Lk0Joicmgp8WIMAonItiPqUe4wJi
xTcurn4uyIdioMkpk7QU3pcIDGGlzSFBd6hBuzjcoS3FA55lzAK4uO9M+zhNjkJoLshjmCRr
dPiPNEfOnBm+ihyNSGZEN4ptKMjle60GyxzxkuASAgRooDqUxoar3BiGHt9Rn5SsPc9zAkkU
X/EBgNAGRNhQqSWsg8nfsc2qj+XXXdYjPGhdt0+eBbQKI74RAM6psjNXXSSRqETQGhR6jloC
uMwGhD2vcBAjzRD0MJn7ggMgSRYJjgR/koNaOFyyPE2Ioqkl6Lowpe6dwCZAdEnGR8rokYAA
XJQGGIyyMOJAX/I8VA/kTS2mULjynlXdvSrN9ad/BdN/BEEoubLIFu5DLL1GvYckzsclkMz0
gtC/4y4NkRkDxAYjZBzQU0QPE5vQiyGfuZkk2eiOHsnpsQFyyBcy5QLM1QdVJhMIAqovd0cn
blA3U+S/MA9NDRY5VLB+0k0ErmIGYOBQeSF3KFuoqj1O9ym9zI8dFxwYd6e6YjvTgMdk5qIl
PxfHV5ZUIFHhcQfBA0eA6ORBepKGbilq/rIZOSddkGLOssnh6GUCBBElm/3KCOPmf2UxDmgB
KDYjE0Cy6g9ybp8iANkRgRmPlCGJxJxMHdSRiBQMxQGebcriFOdJcmVybp508EWtaqJuFCMO
dVNLIOQQbhdVexrI+5mYxEBdbgVTkPizuji3ScSAf6kAB3o4gkEGR6XCbjOpLAAfqoPkSDUD
+ZRKGWR4tUIz0/FEktiE+XpXRi2Otv3kLussBjQeCAMjbty7kG3KE79lI7JUKsj9OK45VrP8
SbAdIqbp8iccUcjlGpQAYgfMQQCjh7c43y/lTmYvC6vbAb05CMkxnGwuiBBIosYc2NHWQFrr
qhqoZYgHHdEAnHCyGDvn9SAyAyzsaQmnHEfErjhbWjIuSAfJlwxHI2igCwLs0gD+pHL3CeLy
iMsOeJ9L2TluAC/ar4Il+qxVP8kHl7LIl2qyBDAP4qA4GqEM/ZJWRkAkB0McqGCUcch05UZY
5e2Yydwi5ZpAJlCRlkBU/wC1CgJsvURvZccC3xRGTg14vDhdME+o/wAqexEJ8seeWp9I/ZT5
9WgsP1MUGkIjLpZ1wyP6qCKyILOGdCS4hu9TXt0CiSqV+tPiWzNQEcs57tVkWZNjOQqAYQxb
kXlnDIDLIhrSycgPSKIZEtiLBDkGIl1xxDCrlO42GykkDGMRqjiPVWaIMXLyNFxNaNZcW6at
ooHmgSCxuf4VPIvQSyPHEQWd0cMMJeWlcvy/TdA55B7jRHEYuLZBHgOQqwlA5YkGL8YXzceV
W2RyOXHREs73NkRibXRDTZTIKPTxZdLOtQondcD82UeCeyHt5npMDZYsXIsNCpDtAN04jKrp
gAO+q40GtFxl/sQxJc0QBMWP8KFCRVNiYoGoj97Q/wACIxnI0si96iUDUeRQl011nj4hZYfM
8G/4UWjMRkND2SppoqLoeKpwRNSESSwquOBYaXTlxpuiMhyA3UenRdAPuG4oHX5eb4D5SaA/
i4qOo5af7k5j8V1EvdDlNGAquWRA52P3f50MsR0E1N0zdOg1UVeXQxI6hcLl+YwsFyOR6X4m
jJsy7iRjErIDPLG4/qTfmGDNSjyzJw1IQxxFLojFgWsFA6T5pnuzeCYzrohwDvZ2Rybi9k4Y
OfqRcRdZe7Nb1TCRVjqt+zAPIl0wKdY8gTZOxBxNDCDsQFyyooDAVJXLB8RdbPLBy6dmageX
TkgMiMMSSZBojllHwlDMy190TkXJaF0wA8p0FljYhZ+2TFghnjTMdQ7PqTgocfEpgZZydUci
XeXXT5FRKAMhDIYwmxHENREYwAIKPNmsKFcczFtk5ptKcswmqHAEz4H8axxxkbSgPcPH7o1R
AAdNjD3VBkKOvqQlwLKQxtjVOWxFrrkzi0JhbcIli95TkUaqq7eSe3LXZEsxQNCFyOqyJHgm
IYIEAg5VKetlMutNFhDu/fCGhsv0dBz3shwyctEwi7MUwx2CHQ0TupG4FkHLfWiMRNFyyz5f
hNVxykIYt0Cn9SYMctLMnLvd1kBaWTC67q9nIUyDusTj6sS4VZCdn0TAeSfKNMVLAixXERi/
muWUY61UEDFAitNFxPpFUzhiGZFsvGq5HIktGioCdEACxGiGXKmoKe+XkjiaVehXPgcSCwIk
MhkCDmII1XLiz2umwKkHvsoZrrk9ahDpbTRcSW7kAcXFeWq4kAGxQxxYASRqiCH2XHjHKngm
ETJTEFtVM6FfascSHWLwAKIsYfsmAF7Y7yE5CACcBoqhL7aIw2TUOidu5GURGQ+6Kpywxu9U
+AnVNkWOlEfywSxqvmJuQuZJApNVyAdu9ZAVIiyJMlMmvqnyAQcQvdwyPSC47l0uMSiD3hO4
cQQoLkpyQNk+ZciWFgFvqgWD0XSIo4TATjTdMBIMpjUoACzSscsYsdEOIejaoEhjVyiXc4zN
0CHc1GoT4ZZYk00XPH3ObaIfm4S3qCq5oxgogGTbdOZsh3rqtMLiSQ+my9RAQZyTdAt1GqeX
5UvRFpLrquICo0LkRaixOh7lFSLrIJ9UXqbJn9IVZ1T1a4TEs65YQ99UOfqo4TM+OhRkh4Aq
hiDkMidgmIIepqSVLPYX/aWTZHEWADhHpGcRDJzgcQTJEo5YjliKm4RBd/ggDQxum8lXs+tE
j1VXHWqAFBVcgQ9Ayc5OXkD0pzjGyY0EBO6pVNYUXfVNTREcfFUko5ZTxTiGXB23QHugkAQU
DjEl3TCES0CdExjUFPfayd3AK/MwfLHIMRonoQneTdYkMYlEiiMQoOzaJ3ey5W5fYtkJfxUz
B2QFyKKBQ2QCe6GIsoNqImyGycUui/iiDQ0aygQji3UzPkm4N7j1QgQuIgXKcyukcU+NVIYj
SESA5Hqb5gjxd1iRJ+CD1NVot03ZzJHeicMuOOWlXXU7GpQczYFGHl4QPyi26Dlb2UW+tRQl
SPFQOWyhZu0iHTEu6ByEDRcc8NnKGGJAAuhwy5Eyyu2iuMtRZEGL8hAKAC4+m7qpZ0xg2TGg
MMuIpVlqBcKQz3QGJgSnvydvBEgsTqhYovXROTRByACU2iJaAHRzakolmJvsiDE3VX2RDSpM
JnRBNKsvqqP3kMrkVQGNHlElMIUns6g654E4g30RyMZg2oUSYINlwJOJ+XcoRN1PYxh1gGHG
e9PiPNF5J+Chy913VUJqNZMKqapk7+aYXlfWjhn6S9Ko8S2TuCZTe51agLpHVodFyy93ENUf
Mn9rIZY1JBmPvoY55MU4LmoGy45MOVqp/aFTIT5A8KFEAP7ZLjLRAjF8saSnMGwTmDYriRP1
oAW1QhjrsntyrairPcpndccg0ogd01QkkY/NROsgzuIWXJ3yWfETwYHRP55Og/cyYk9yqzKH
AVwNWQyIfVQFEbrv7JsmddJhccpGiyxIcGiGRcF50QzcdMwgReiAN0Nk1VgTQFmTB3eqd2IQ
5UMqLplPmnq6FgjK+xRVfWn0qnGiezMHQAZ3dHIwTJITe1mQDUI5M+hC4e7LBgboZGdEcsXe
4KPOLLFsjhjlII9KBM7iXWoaC0KkiAur/wCFXzUt0mE7Ty+xPjR2KDsSNERVqXTay6OYDAmN
ex1CIMOIG6ENdYtErN8Z2RhgUI6kMjlx3onsalAvBp2DsZ2Oq45+lozsuQLi6GWJYmyJDDIX
KJqRcIanZHAmAn8k/ZixoXXjS6o7arUqU+qsy1ATKsKfNQZdaOiG8dVqNR2PooonBhNUXXP2
OnIVxHpyXDN8cgZRGD8jdcSeRMp8wPcwI6sbgfhQPtviPulAV0IRIEb6p67JxXRfne6CRAYb
r8yW9W7MrhdN/iES8k2QxFchUaLHDRMgBp2YGs/FEksdplOcSC9aIlyQaNVMSQWhFxIuiKtZ
M76uEMHrTtL07DiQugjLD7pRfE4mPFF28FE40KAEBroCvKiGRK11RiFiBeqHS4shDFT5qKpi
mlF6bKUbboPKtKmuyiQiA4dBqqfHsa1nTEVuoMPKBkuuJDo5+0GOiOJwmj6LEmSKpxj1CgCf
G9UWtZOzG7JqzdNyHq+xel5qphqapn4kV3Tu4EBtFduwHRBFq4F0xvC6vBBz0hQJQGIE1RxP
qEF0CBANQsTi3QgbH6OykOiMBxLeCPEO8bBPlLVQGixiE7Imywy1KhOtVKYlwgXhQVV02iBP
xX6Mi1kdAtqpsa1KI+Kiq5HqNgmvrZNkZF1BoiSt11GaqIATh6UR5GTVR/8AKcUNlpYFNFa+
CIxDOgsnp5qkIF40VEWqpRxMgiQsuQhzCHwCG9kw7nXL1ZBGKyCjjYLhfVHFywUeK7/ogOxB
EoEYzlUumAkw+6xOZcrEC+LugCPELc2WA1yEKVHZMqaJhF0dVt8U4qU5Dp3nRPcLvqoCcSmE
aJyCGTqZLyppuiaxROQX0U0sU5lF/BQe8aocoBod1qEOR7mRx5BxdOw9VfBSO5V+KmFIPegb
hOU5gFQsyYLwRoFlnkOWJp3lP9a0UD/omMosJTkAvcwnxgihsuGRrAi6a90z9j4FxftONCaH
dHHKTQrICkgWosMyGGtv9Kxch/rTalG+i9vR3T2ULQ9jKKpxRM1FBZlMox4pqr6ipdBr1QF7
hOKCu6PSQE5fuTmhtdYtE965+Q7GZy79ymARCjqeybKjVsnxxew3Xp4g2Jb/AGpy0BoutuWm
yIalHQB8UAyi0kIZYhgzpvrQfyRJqFj7QLGuSBEGFtUApng1TBf5KKaojKRVNiW0C5uXNe9c
MjOqkwNFxEl1N6rbsrWiOV1nmzcsoAYwhljkWxrjVkMn9JZnlb1C0de2ZMkHxQin0N7JqqE7
J2UZAbURIncKkWTt4Jn3WxRBYvQLfRfWnaictFlyCgunJlGEIdqhF6fUuQYjCqAzM/KQhjlB
uUxx6RpLq78qLJ6lSw76rU40dDIXqhx0Xwou6izGRcWRJD4vI7kADCo7I3CLKaFdy3vouZDY
0ZEVZak0pCAfzTgVqnFEy2R2WJxIyIoArjKrVr8qOOUO9KI44EMTdYkuMhHeuqpFEYbiYThS
mH0WTI5YxknLgChsuqMiHZRog1U7PqgKB/FMfArVRZSZWqBTlk8FE0Ql3WQMPDIYN000K6g4
oyHHI4gWCZy3Ovgi4pbVE0YrlUir1XSAuJDZCC+iOIgWTGTqs2qyJ3lRIbzT4wyCiqY3UJgF
NKaqA+BW+iJBbj5JiOOXwKfGdQgPcfHQ1Ep3ioa6IDjDQLHmwORQIkYsHCx4+oPNv11kPUaO
EBTRNlZHS64HpOSe23ZPZv2DsZMZXLA8DYWTe436yPLIOBDapvawOTfdCDjiNCpMjdB/cYU8
UesqpOqJJLBdeYwA8kSC/cUMcT0ijoluSPTOiyfGbIsAA8kokfBBseowuLfMzvsssiX0eFoC
ExJeq2Bd0DVqnZEjSqFysmpde5iHHUmBhbCye9U7SoRYpkQypyBqEWjDOGuiA7PDLjIIoscs
rQVDHEiiGFMBcLi06oYmmFVmDLrIsOkV0CJE4OnygWXSXO0rqcA3QOMlDDHq2K6seJ07J+lC
AGJzzzjEDVP7nQHch3UeoayuQBAH3Q4TZwdQnxydHXZAlRA0TaqQ2oTgwunIht03I7Si9dUQ
HKzcdwVABsnNdU93Q82omHr1Qzyl4U3TC9ViLPP6vY9qLKxrCAyAmiiLpjXRHdAYxqqTcqkK
T3LZC6Jrqh7vtA8hUIBydigXDiGTZeSF17mQk5Yxssvcq8CVkcqCyzyzPEO4Gi445N7YoSao
AeINkBVdTgiiPASEebZbXUPhlpZcc2APpIuVp2T2sh7ntls8aaIDLAPspxbcKRBXIjibELlh
k4eoT5jxXqbVQQSoCPLwT5FsRdAC6iQiB4orKHM+CfWgNEzMLsVxf5vsU+CHkiCIIhEZXsyY
PsgTAuiLph+hTg1qFyLANRRU3WsVUEoWTmTZMYJTuSyLFpoVViUPKEx9NCj+UGwM4n+Ffl+4
TgTSy6yCLFSQe7ZEiMaRdHNuOJDALIYVv3LjMWQ54iaAiEcgGx0QF0x9TQsh6Q8jVDEg96GN
D8UQIInE7ocoyxjIKE/0I7G7WaqfGF1Cvkhxy4HTVdZyDUIp+0nGYzAsmywcaCU+JotlJjRM
i1SZRfqBodEzuLjZbPTwXIytLhFE4jjFd1jlMGXoudcSHxPeuQMkSuNAZWO5ZA00TaSU+ipC
2N1IdrpjdHHEuyJsmoyqQVNfNAZiuiJHViaC6OOIyyO5RcH9ayB948j90IYgAAURHtyTBfRH
LPKDLXKBIiy4gtyNNCmwZygXnUmqGGftHIH5lzBBBsh7mDvhLC4QzxLgxljoVyEE1a/0mCn6
MrqMbp8TWgC4tC6cZKlh3LvT+aZ5uFKJHgjLap6b7JmjlW9FWR5J62dMLoZAEB5KYay90Abh
xdkcSGsVjnPeNF7fuYvxqe9Y5ijKaadjWujYWUeKdpFE3EA6JnooM3XGWVHTDyU2RyOO7JhA
CJvbsIFLI+3i+Ixrq/6yHtf3GJzwy+Y1CI5dJkEI5+2/uYiQQuPu9OWOqb3A4Nz/ADI5+xnx
ysG/3r8r3A+QouWJ4nI9WNigQYNv8N+RQJJ81AfvVGUBOFNSmFUxlHfso6NgmF7Jmuz+Cawo
V3qAsrv9aGeQrHijjmXjpRzxh03Ilqo+37w5CmJGi45ZjhYaJ8SMgLiU7JwfBahSU2PiFUEG
GRUURMbFHICl0CVt8UyntZfmgdQqEBj6hBTM3dTs5ZYDmfmC/LyHL27FZe4YGgQzabG4Q5WT
Cn0IUlSumWspxIVSPBMHPgqFMxTOx3UTonqVMJ/gmILIMX1T6GiB11QKyuDbdaF51TueLui9
dE6mHRA0XFiWlDLGO5SaSAalHLPJhdcc8TxFzoubRoU3tAgXei4mDVP8FFFomJ6nhco3ZM7B
UCIuhCJEhbjsL9r9nJmz1CgT2FF1xOXTomFPpt9CfoNkF05EPuvWXK9RUnkVZmoh0sTLhAFy
yHIEaMgMfbLC6PLEsEHBG57A1TVRUL7FoiNPV3r8zIEv6f5l+ZmeIF0zdIohyBIyEg6LjhQy
4WGOWPLkYB0QIcZmkoE+aZo7HaEzQvtU0Kgx2FUbVaOmPZNf8Dfse6eyhEvSg7N/pTXsfHME
fdyC6/bLXOMoljrRAl8byEOOQ1TvKZMfLsGWHSbhccwwt/ShkJH2piIXjTwT6VQJhOzrLJnZ
Ze7kST6iPvLH2gOkCmy44UDPqssji7CUMS5070YbIURyyDjHADAr2+FTUeKGOg7IUQE2texr
Iadu/wDhv9DXsE9s/RdMVNqKR4rVSAUeWIc6WVTxxmqfElcgXxFQRKGQvPmnCGHuEAmxQy9r
J3jigcnA0ZPZ/sQai1CYV+xZZ3Ahe5kamnmvzCOo0dYYCAGfuK9zHGuQhZZ4xl8IUuCY70fl
yxMuuZ9RDKYKlQmU2TqR5qEE3ZHY/wDgV7C/a6lBV7Nuzv7X7GKpGqsyLqZcMyYB7ShxbGb1
ZPlm+RLki6cZHxXLIcshcogAAWKZnCfeilcaboJrESpHTkUcKDFkDhJAD96GZyDEUWeHymQi
4H/GWWGWIbHJ+zdbdm/ZMaJoT2Ulj/h79mg7Kuiqpnhbdm30PtTGvbxHqTjHaVUDwT5ZFSFQ
Ds17HUorfRP+jookwyHKSjhji5PjCYlssC4Gy9wZks9l7hGRBxlzMLiZOJRX5gnHItkFiDUF
/BAhSm0U9jINLo/Woon+ZPdCC91Cmqan0NlHZK6vFQoTpxRSmy9Nu5OKdkKvboyrWyIyyDrn
yHLvUF0HqEOyYdSmt2aIuGxAg6lEMhj7eHLJ5JoAne9d0796ZgexjS4Ky/LFixWeeYqV7nOh
DeCzFMAYJXPHzTFiCmMj5XqFPh2FEXQBqnodFo1l9iiS9F6v2QnMEp9E7KIW6dN2t2bCqcds
r619SYt3FNi5DpmXQA9nRxPs0uDH+pOcW8VI+KnFhcp8Z7lAG6+UeC55e4cczYX/AGVyxDA6
hiojVEvFlVyu5UTHsbVaIk+nUJ3vXwRBhqrexTmqBTdjAQdVxxxAxTYhh2U7N1ut7p2XUaKq
o6q12RaSKJmUhOU1E2iZ6r1x3J+RKq67uyaJrdhyNAm9rE5m9kSAMSaCqfPIl7BQOyJGicQo
hH28Q+QquWYbH4oFxiD8pqvX3gMuXIk6v2SOzvTe1lxbWi68gRoB2AY4HMnRAsxNtFMpx2Vd
bv2CdlNVoVI8VCZMB4qi01Ww7dVdVQ1sUSKqQZWyhcjTKDsgR4J/MbrRk7zftbs/yTunAUhV
7CzAIMi60ZMOzkIayhEtJuoPLYyg/tg6kIxxyuDVHieJN0MTly3Ne19E7zot1stV39r9jb9j
vVbqZThML9kVTdgUB+w2UJjVObog01VVSl1MHQKaEI4F3xpuFpj7ldsk5rRHZQtkLuWTpyfF
BQtVou7sjsqmeEZZeqQuQyg2TgymxBJ7lGPmh7meZj5R9Buwp0XUUWnZJUHvTgJ2NVSqYBT5
ItIuneENU30Kd/Zstk7wpllEAoWsn0QA8VTxUBPj68ZxP8CZp/25IjItnjGX8yAqbld6dM8g
hkLgUZFxFk+9OxnXqbVVY2VY1UlSVJWibVOzr0hPgEz9an6Z7WxllMKVRzqmFDVUT3RayJqw
6QhlljxyIdOzbstlEP8AQfRRQp+yVE6BQGZabJrJjRRK2NU7toi0vUJhA9wfFD38XOQ6cx97
H7ycFwZCop7Hv9CimnYRfRNYphLa9u2/0PzMLVTvP0t+xxRRXRHcpxLKaJyfBRI2TJmuii4f
TZS7hPUCyht0F3Jq76LZMvqWy07GAmxUidUCyfj5qfBNZOmNUI7yg9qLVcRairPYy+36GvaH
UU7ZVD2NqpTWQ9zGMbgIHSrqJUBUCDAI/m4hhQoW1VZRD+Sr3i6APgU6BId0wjYJyna6
/9k=</binary>
 <binary id="i_092.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RWzRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MjM6NTAAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfugAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAUeQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AN0gAjx4J/uBQSN1h00n8isPBOok
zpCrtPudxzr2SUmFegIb5t8VZpYGgHQnjyQ2OaADxPI7orLWtLNABMx8/bBSU6LcaWD1QPb7
wRJgx7xp9Ju1OAHNa4mf5LCCJA/Of+d7QgXZE0AbC8vhsgw4T+f/AGHIOMw4zH2vvbXWToww
1o1Ptc/3fS/k/wDFpKXsxKL7/VFge8SSGHWPo9nKjmUCqxzQAGhocSYAbP3e32q/Qz6BrcGx
G8t0DhG385u939tec/XLM6i7rOVj5ls0scDVW0kVekdaPb9F3t+m5/8AhUlN63rdLX2vszC2
xr3CvGqBLG7P0bG2OY2yu7149V1vv/4NaWJ1LFymsbXkVOteBLGug7vz2hj9r9u5cVi9N6pk
t342HkXMP0XV1PLfk7btVunoHVTmUVZWHfRW57d9j6yGtbPudv8AopKe0ssBbuIHtmYCesae
J/h4pnxBJgRP3HtqpNPA0nx7pKUZg6AnseBr5py7a3UCY8NOEw7yNDp96d9hDCI1ASU3No/k
/wCvySSn/WUklP8A/9DdsIDSPuVP1Yedvj2VrIBAI0+HzVB+jiIJj5a/FJSVtp07wrLbJpa4
6Frmzr2JWeHQJ5mPnKsB7yImDqPJJTpWB7gLWDc32yD4f6lS+3V41gpse1tu7Ru2YEdmt/6t
Qwyba2lpAba3bt7B4/q/R/ORbG4dzwLQ2y5g22PadpbA93v9vu2pKZVWVOJvJD2ydACNT3du
dtVDIxunnNq6plV1OsxGPi6yNtbRD/Us3fo/0Pv9J7/5rejvbc0B9TW0Y3uJLzqGge59v0t2
76X0q9i5t/1sDs5pqqa7pbHkW72h1jwY3W7XfQaz8yr89JT046v9sx/VwW25gJLC0TSBAnc5
+UGvbX+7sqf/ANBZ2RVm5OLusosxsmwODqX2C2dA9nvq9vpt2/uMtYrjc+zIe5jG7BXsNTiH
llocPWH2Z7A/2+lYz3urWL9a+o2Y+OzELnsyr90jcDsrH0nOez/Stf6bWf8AGJKbVdzbW7mP
FkDV4iJ7zs+i5FHE+JAXBUvtxbPVxXupsGm5piR/KA+m3+Sul6T1d2c30ch+zIZoA2Gh/wDK
192//i0lOvtgEtAIAUXGQYHj+TuobLts3OFZkhsPJHh7i9rUOyu2qALtxcCGtsAO4gbvzNqS
na2V+H4JKt6+d/3G/wDBR/5FJJT/AP/R177ZqFg0LiR48fS0/OVIunQnnvypvdIayeZMfHao
hrTB41+l4pKXaGzB76I1cDSBpyEMN1GkI7WgCX6iJIEbvgxp+luSUmxP1fLkAkXtnvy3Xn83
6S0bLa7Glrht110IE+P8pZeNm3g+rRDpbqyyol4n+Q0/o/amzvrAcFrftnp2XEFzcZjdtpHi
9hLnY9Wn07UlLfWzLrq6S+k2gXZFfp1tA1cHPDLfZ+azZu/SLhmztIEHa87g4x7Tq10hXeoZ
R6jlW5Vw225LQ3Y124NAG1oY12x/p+3+bas9r/cC7T27Hif5Xt0SU6WH1bqODX6VVsUk+2vc
SwQZ9k+5jHbne1VX777HXXWG17/pPcdf3vooTDt3VkEay0nwS1rfHLZ08UlLNJe13jMfeJTm
udwcA4HxnuPj+8oFxYHNEgzI8wRt7ItU+mHAQ3uSef5SSnf6Dkvy6P1h7rL8dwpLidTXHqVe
o727vzt37/prUtYHgEmHBrg357XO0/rMasD6vP8ATvva6Is2yHfPZ7f89buRjVWkl8gBsaRD
Wt9xDTHs9T+T70lOp+k/fH+af/JpJvUr8Xf5r0klP//Sta6HsNAp1Mc8TOpjQ8ntwnDJ0I4M
jzVfJe9voY9T3VPueZc2NwawepZtkO+l7G70lNw1isB9jm1t8HENmPijuaHt9Wp254ENjaWn
dtje5+5vZZ1GLVWN+wWFzSfVed9h3HaWvts+htb/AKP9G/8A4NaN9eNTWXFrWAQXFggT7WfR
aWpKa/WupvwOnNGIdmVlu9Km0QNgaf01v9ZjfbX7f5xcm9jatQXNc4kvte50uPf2sIe/6X+F
eur630mzOw6m47QMjHdvqJcQSSNt1b/zdrtrfd/pFyLXtedl0gscQWO0cHd2ub9JJSpNgLA+
QwiA6Y019jve+t/8v6CayhxbucwtrcSWu/eMxta5p2v2uO1aWB07HuyoJLmNa02ToZd9Fm4H
6PpMfbb/AIT+brYusoo6XU5t2PQ2h7fovqbsOp+k0/pW/wDR9RJT52WEEsIgtMEdx+8139VT
2bhD9JkbvAgfSW39aLsfM6xa1lYrNLWsueyQ+yw+/fY5v+iY5jPo/wDGrIdj8BjRW7ncJ2vH
mPftckpALKht3u3GdQNSf6u1PJBDrGva7xcDH9ktcz02/wBhWmUvB3ktFkADaCdNS7t+fP5q
W17nEt1BMe78UlKxcg4t7LtSz6FrXd2kiHTDP5ty7KHTAaSACSZjX93ZC426vbQ6sDUAnZro
P5O73Lori7NcWU573nb720tc8AgBu0NxdlP0vp+tkXJKdz1H+DvwSVT7D1L/AMsbP+2Wf+SS
SU//09Kqve4tdoIkH4oVra/2jhtkBxbaa2cOc6WH2/2G/RV3GYfU1PYqvl49V4NVwna4WMc2
Q5jxq22t7foOakprdMoNFTKHOZc8Pu9zD9Gt7i9osH9Z2xzVpCuq73D3tbo5sAgkDZ7CfpV/
6T9+xUcvKrxmOtvAILA3awwbLCfZWzX9Gza1ZF/UuqGpzKntwancirWyPpR6z/5v6X+CZWkp
6S/Ipwm+pl3jGZE+9wDS0aelWx3v9T2s91bVzvVvrHhXtyK8Sg3nIaWHJsaK9CNpH0fWt2ez
092xYjmBx9V5L3nl7zucf7Tpcn2kAE6TqPmkpJj9RzMQuLCxwfG9ljZBLQWNeNpbYx+x35j1
tH68ZP2Y1uxGl50kWENGn0m72WW7v7a557Do46TqAeYQXk7vhoElNu3qbsi63IuYPUvcX2Bv
EuJO5s+5b/TujWZVTLrd1dVmrYgu2/vtDv5S5N0kbR8IjuV6Lg21Owq66Ze2n9DI/k+33/S2
pKaI+r2LBi22WnQSIJ+Ppt/6KLV0LprXHcbLS2NwL4A/7b2uVw2PeLRXpZWSxp0idosY73f1
k9Nj3lpLdsja9hLZadu6f3v5z2bXJKa5oxttjK8Wo+i9o2vGhIG79136Rv5m/wBRXtrvR21B
oaIJYRtEfyGt9rLGoVjKt7bIYcioAiQd8fRH0Pft3f11arIDZcOBqBqkpPDv3x/mlJT9NvgE
klP/1N2pwa/nnVAe73Fx8YRQQ10ngTp4KDw0Mc959rWlzj5NBcfyJKcHOt9fMAkxRx/Xf7v/
AAOvYs264WEt3zS3mO5nb/BHxXk1G1/NpNh8Nfd/5isxhOon2lz3fc5zUlJrD3HcyI8vBMD3
PI1j5KLnTqR5JpkxzMn3cJKUTo90SAFXdGmvjHwRiTt8AXdj4aIJ1JJnUcBJSXGDG2tc8H2k
FvgHdius6NmVvcHWONZDTv261uOm1z49y5CthgvcYZ3cV0X1exjYDlWN21l36Ea7y1v86/kN
Y1/0NiSneqaTkWuLngPfuAOgIDAxjdCfbu9yMb2h+xhBcACayfcdY2hv5v8AX/62pOrgi5od
ax2rq26EAjkMdG/+pu9RW2Branei0AgSAByY9o93/f0lNZzrrACzG9wnbvcJHi5u36G7+uhf
5S3CKmD+VOo010cFpj1tzPfox/6UFsBzNvv26fzjH+72uQ3Pa1zpa6dHaQdHewe2d/t/qpKY
bsz91n4JK5/r/rqkkp//1VX1e6S6xlVjpmH765n+obmf9BPmdUN2FbSahW+xvptLbNwG47Nd
zand1mPGNW6L8sNdyK6m+7/p+5HqZXkVGmqm+HaDIsDgGn814lv5rklIn/o6nDTa3Ro+e1ZX
0Wl0/wCEe0z4Eq3bi9dZYKWOfktc1rq7a2h7Xtd9B29zf+jYhaml1djfTtGtlZaWuaQdHOaR
+83+2kpBvjkz5DhN7pg8cqTa5hw0BEnx+CTmaknwme0TykpHY+BAB40UGO1M8d+yTj4nTwT0
iXDvAJj4JKbOHWMrJrrt9tbnBoYfPTe7+Uu2rqYxrWtn9HG1o0AEbR+7+auQ6NWb+qY5e0kb
hDfBn55P/CLq6mPextbhu2k1v3yWkAQ13p/4X1Wu/wA9JTcLnOLqnP2+0BgAMCeCf3ns2q1v
DHu93vcQHAETP9r87+yhYdTp2WvLg0NBe4CXR3c36LkzshlLtrWbZJaYiGRHt3/nVVz9P9//
AEaSm065haS5wE+0mSNP3UOuyo1lrHh4qJAjUj+TJlRs1rd6YG4AGSNCRq3coY7QDuADJGrD
q7X832ba2+73exJToR/WSS93h+CSSn//1nrxnB5aL/SLvpDGqZUf7Vlgvtcg9QFtArNLnurs
9Rlz3uL3ce1zN35za/Vsbtb+k2I4JF2vYaDmU8bqjPuMkjvDux/zklJMbLqfQa9wLAwMBGg2
ub+jc135zPTbt3qr1Ppzuo1Muxn/AK9UP0cmAWcOpc4/m/ns/M3/ANdE9Nwym2QQwskzxoHt
93/biK1lcnaANdY08+3tSU8qXurvfRdW9lrCW2NbrBH7w19qu49NeVuZU42ODfo7ZI+7+Uul
6XVh5vU8llg23UNrNjWlzTYxwPovc9jmb9isdfxqca7F6jXWQbSMR5YAJkONB0Hu4ez/ALbS
U8RkY4qsNbnFljT7mkRz4eoAoVV4+/8AS3tGnEkz/Zq9n+e5dTl/ZM/HONeZnXa4Q9pb+dXu
/c/krD/Y7RkMrotD37oEgbw6fZsrj3Wf8Z+ekp0+idMYHHM1Bre+ulrfdtc39G5/t/R/S3ro
6v0TGl4mx7iGNES48/1G/wBb+bYqWLj/AGN7emVfo21Y9dz7Adx3WutZs93t/wAFv9V29Wn5
lNQDHHc4aO0An5/RSU2a3lzg94YSGw8t+k0/6P1I3Orf/OfmJZNGYIfi4rMoubqH3CkSD/Nu
/RW7m/nLLf1awsmtjWanQnd5n9z3rpKCTRW6PpNa6NO4lJTQsY5pb6kVOMFzWEOaSR7mB+1u
5rX/AJ3sUNsmGucwgiHNjWfpS14d7UfqdN9jWGgPJmHBnlqO6pnpnVwZbZr4eoZn+00pKdTd
X4FJZvo9f/cd/wBuM/uSSU//15xFhMaRp4wEVrBskRr35QWgh/jpwOdJRmx6YIEd/wDUJKXP
tBJPME/cnpa3k6kk9v4KLzHfw9v3KbYieTMROiSnI65fmdMyaeqdPsdRa9houe0Ay0e5m5rg
5u1Y7MjqvUcqq6x9+U82N22O3OGjgXbXH9Ezausya67adr27g7R2paf85vu3Jsat1cNdfa+t
v0K3Fu0D+wxj37UlJmVjI6niYDPp2k32EctopO+z+V+md+hW31K/puDTZ1TO2111D3OAaHvc
QdtFZ+k+y36P/qNeb9TzMlnVrsoOfU8OjHtYXNIYBtrNNjP5KsU19Y67fVf1O62/GqdLfWdz
p9Cmow337f0lm1JT0WBblX4OR1HLivL6o71y0fmVtDa8XFr/AOLoH/giBcSGAn3AT/r/AGld
NXrY5qbo5oArAloaW6t2u/N27VlW5b2XFufS+h+u8saXMM/newH0/wC0xJSRomQ6dJ7SdV0t
PWOn42PRXlXNx3lg2G07GmPbpY/9GudF2C9gfXkV2T+bJ3D+19D/AKa1+nZmM7GFb7KmRptd
Y3XXnY8pKSZvV35QFXSn02VkllllgLq3kx7GuDf0lf79lTkR1vVRV6bsLEOm0gZVm2BpGz0H
2fRQMphvsDmWVNa1oDZe3T976KA+m0NI+3UNHabOI8tySm7tzf8Aytxf+3bP/SSSz/Su/wC5
dH+f/tSSU//QnEP8WiQD8kSt+hHx85KfZL+eNEamqRIEcpKQGQNBBI1UmbiD8eOeUV9ILhpo
D+KWzaXDghJSF2jdDp3HgnYPbI0HEoljJb7vmOyg0GPdqe4SUhrwsPc619LPUcSXuiJP0txj
2qyNoAEfAaafBRA0IJGvPyUg2ROvGnzSUle9rKXWyZGjZ8Qs3LtdcXE2PY9jdzHMO2JjdP7z
f6yvZbR9ma0fvCflz/1SyHk2E7Qf0k7pke1sR/nJKa1+K58WOe14OhD2gu/zm7UH7IGhxIZL
RoA57Br/AJysW+uA72h0kSRIP3KPqRuPpOA7yR/1SSkVdD2loLQ0tH0fUcQf+gisse1mldfu
JDHEl3wH0Ei47tGuBLZ5A8+yapgfRW4An3zB8e/uSU2YyfCr/Nd/ekpe7y+//akkp//Z/+0d
xFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQlAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EOgAAAAAA
9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51
bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5h
bWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIE
QARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5l
bnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEA
AAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAA
AAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAA
AE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAA
AAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29s
AQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAA
AAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3Jv
cFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJl
Y3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9w
bG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAA
AAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAWjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkA
AAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYA
BgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAA
BgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////
/////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJ
TQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAA
AAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH7AAAA
CwQRBDUENwAgBDgEPAQ1BD0EOAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAA
AAAAAfsAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAA
AABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25n
AAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+wAA
AAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25n
AAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4A
AAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAG
Ym91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxv
bmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfsAAAADdXJsVEVYVAAAAAEA
AAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAA
AQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhv
cnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWdu
ZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0A
AAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAps
ZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRz
ZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJ
TQQMAAAAABSVAAAAAQAAAHEAAACgAAABVAAA1IAAABR5ABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/
7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEM
DAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHEDASIA
AhEBAxEB/90ABAAI/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEB
AQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGB
MgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N1
4/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQF
BgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKD
ByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3
R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDdIAI8eCf7gUEjdYdNJ/IrDwTqJM6Qq7T7ncc69klJ
hXoCG+bfFWaWBoB0J48kNjmgA8TyO6Ky1rSzQATMfP2wUlOi3Glg9UD2+8ESYMe8afSbtTgB
zWuJn+SwgiQPzn/ne0IF2RNAGwvL4bIMOE/n/wBhyDjMOMx9r7211k6MMNaNT7XP930v5P8A
xaSl7MSi+/1RYHvEkhh1j6PZyo5lAqsc0ABoaHEmAGz93t9qv0M+ga3BsRvLdA4Rt/Obvd/b
XnP1yzOou6zlY+ZbNLHA1VtJFXpHWj2/Rd7fpuf/AIVJTet63S19r7Mwtsa9wrxqgSxuz9Gx
tjmNsru9ePVdb7/+DWlidSxcprG15FTrXgSxroO789oY/a/buXFYvTeqZLd+Nh5FzD9F1dTy
35O27Vbp6B1U5lFWVh30Vue3fY+shrWz7nb/AKKSntLLAW7iB7ZmAnrGnif4eKZ8QSYET9x7
aqTTwNJ8e6SlGYOgJ7Hga+acu2t1AmPDThMO8jQ6fenfYQwiNQElNzaP5P8Ar8kkp/1lJJT/
AP/Q3bCA0j7lT9WHnb49layAQCNPh81Qfo4iCY+WvxSUlbadO8Ky2yaWuOha5s69iVnh0CeZ
j5yrAe8iJg6jySU6Vge4C1g3N9sg+H+pUvt1eNYKbHtbbu0btmBHZrf+rUMMm2tpaQG2t27e
weP6v0fzkWxuHc8C0NsuYNtj2naWwPd7/b7tqSmVVlTibyQ9snQAjU93bnbVQyMbp5zauqZV
dTrMRj4usjbW0Q/1LN36P9D7/Se/+a3o723NAfU1tGN7iS86hoHufb9Ldu+l9KvYubf9bA7O
aaqmu6Wx5Fu9odY8GN1u130Gs/Mq/PSU9OOr/bMf1cFtuYCSwtE0gQJ3OflBr21/u7Kn/wDQ
WdkVZuTi7rKLMbJsDg6l9gtnQPZ76vb6bdv7jLWK43PsyHuYxuwV7DU4h5ZaHD1h9mewP9vp
WM97q1i/WvqNmPjsxC57Mq/dI3A7Kx9Jzns/0rX+m1n/ABiSm1Xc21u5jxZA1eIie87PouRR
xPiQFwVL7cWz1cV7qbBpuaYkfygPpt/krpek9XdnN9HIfsyGaANhof8Aytfdv/4tJTr7YBLQ
CAFFxkGB4/k7qGy7bNzhWZIbDyR4e4va1DsrtqgC7cXAhrbADuIG78zakp2tlfh+CSrevnf9
xv8AwUf+RSSU/wD/0de+2ahYNC4kePH0tPzlSLp0J578qb3SGsnmTHx2qIa0weNfpeKSl2hs
we+iNXA0gachDDdRpCO1oAl+oiSBG74MafpbklJsT9Xy5AJF7Z78t15/N+ktGy2uxpa4bddd
CBPj/KWXjZt4Pq0Q6W6ssqJeJ/kNP6P2ps76wHBa37Z6dlxBc3GY3baR4vYS52PVp9O1JS31
sy66ukvpNoF2RX6dbQNXBzwy32fms2bv0i4Zs7SBB2vO4OMe06tdIV3qGUeo5VuVcNtuS0N2
NduDQBtaGNdsf6ft/m2rPa/3Au09ux4n+V7dElOlh9W6jg1+lVbFJPtr3EsEGfZPuYx253tV
V+++x111hte/6T3HX976KEw7d1ZBGstJ8Eta3xy2dPFJSzSXtd4zH3iU5rncHAOB8Z7j4/vK
BcWBzRIMyPMEbeyLVPphwEN7knn+Ukp3+g5L8uj9Ye6y/HcKS4nU1x6lXqO9u787d+/6a1LW
B4BJhwa4N+e1ztP6zGrA+rz/AE772uiLNsh3z2e3/PW7kY1VpJfIAbGkQ1rfcQ0x7PU/k+9J
TqfpP3x/mn/yaSb1K/F3+a9JJT//0rWuh7DQKdTHPEzqY0PJ7cJwydCODI81XyXvb6GPU91T
7nmXNjcGsHqWbZDvpexu9JTcNYrAfY5tbfBxDZj4o7mh7fVqdueBDY2lp3bY3ufub2WdRi1V
jfsFhc0n1XnfYdx2lr7bPobW/wCj/Rv/AODWjfXjU1lxa1gEFxYIE+1n0WlqSmv1rqb8DpzR
iHZlZbvSptEDYGn9Nb/WY321+3+cXJvY2rUFzXOJL7XudLj39rCHv+l/hXrq+t9JszsOpuO0
DIx3b6iXEEkjbdW/83a7a33f6Rci17XnZdILHEFjtHB3drm/SSUqTYCwPkMIgOmNNfY73vrf
/L+gmsocW7nMLa3Elrv3jMbWuadr9rjtWlgdOx7sqCS5jWtNk6GXfRZuB+j6TH22/wCE/m62
LrKKOl1Obdj0Noe36L6m7DqfpNP6Vv8A0fUSU+dlhBLCILTBHcfvNd/VU9m4Q/SZG7wIH0lt
/Wi7HzOsWtZWKzS1rLnskPssPv32Ob/omOYz6P8AxqyHY/AY0Vu53Cdrx5j37XJKQCyobd7t
xnUDUn+rtTyQQ6xr2u8XAx/ZLXM9Nv8AYVplLwd5LRZAA2gnTUu7fnz+alte5xLdQTHu/FJS
sXIOLey7Us+ha13dpIh0wz+bcuyh0wGkgAkmY1/d2QuNur20OrA1AJ2a6D+Tu9y6K4uzXFlO
e952+9tLXPAIAbtDcXZT9L6frZFySnc9R/g78ElU+w9S/wDLGz/tln/kkklP/9PSqr3uLXaC
JB+KFa2v9o4bZAcW2mtnDnOlh9v9hv0VdxmH1NT2Kr5ePVeDVcJ2uFjHNkOY8attre36DmpK
a3TKDRUyhzmXPD7vcw/Rre4vaLB/Wdsc1aQrqu9w97W6ObAIJA2ewn6Vf+k/fsVHLyq8Zjrb
wCCwN2sMGywn2Vs1/Rs2tWRf1Lqhqcyp7cGp3Iq1sj6Ues/+b+l/gmVpKekvyKcJvqZd4xmR
PvcA0tGnpVsd7/U9rPdW1c71b6x4V7civEoN5yGlhybGivQjaR9H1rdns9PdsWI5gcfVeS95
5e87nH+06XJ9pABOk6j5pKSY/UczELiwscHxvZY2QS0FjXjaW2Mfsd+Y9bR+vGT9mNbsRped
JFhDRp9Ju9llu7+2ueew6OOk6gHmEF5O74aBJTbt6m7IutyLmD1L3F9gbxLiTubPuW/07o1m
VUy63dXVZq2ILtv77Q7+UuTdJG0fCI7lei4NtTsKuumXtp/QyP5Pt9/0tqSmiPq9iwYttlp0
EiCfj6bf+ii1dC6a1x3Gy0tjcC+AP+29rlcNj3i0V6WVksadInaLGO939ZPTY95aS3bI2vYS
2Wnbun97+c9m1ySmuaMbbYyvFqPovaNrxoSBu/dd+kb+Zv8AUV7a70dtQaGiCWEbRH8hrfay
xqFYyre2yGHIqAIkHfH0R9D37d39dWqyA2XDgagapKTw798f5pSU/Tb4BJJT/9TdqcGv551Q
Hu9xcfGEUENdJ4E6eCg8NDHPefa1pc4+TQXH8iSnBzrfXzAJMUcf13+7/wADr2LNuuFhLd80
t5juZ2/wR8V5NRtfzaTYfDX3f+YrMYTqJ9pc933Oc1JSaw9x3MiPLwTA9zyNY+Si506keSaZ
MczJ93CSlE6PdEgBV3Rpr4x8EYk7fAF3Y+GiCdSSZ1HASUlxgxtrXPB9pBb4B3YrrOjZlb3B
1jjWQ079utbjptc+PcuQrYYL3GGd3FdF9XsY2A5VjdtZd+hGu8tb/Ov5DWNf9DYkp3qmk5Fr
i54D37gDoCAwMY3Qn27vcjG9ofsYQXAAmsn3HWNob+b/AF/+tqTq4IuaHWsdq6tuhAI5DHRv
/qbvUVtga2p3otAIEgAcmPaPd/39JTWc66wAsxvcJ273CR4ubt+hu/roX+Utwipg/lTqNNdH
BaY9bcz36Mf+lBbAczb79un84x/u9rkNz2tc6WunR2kHR3sHtnf7f6qSmG7M/dZ+CSuf6/66
pJKf/9VV9XukusZVY6Zh++uZ/qG5n/QT5nVDdhW0moVvsb6bS2zcBuOzXc2p3dZjxjVui/LD
Xciupvu/6fuR6mV5FRpqpvh2gyLA4Bp/NeJb+a5JSJ/6Opw02t0aPntWV9FpdP8AhHtM+BKt
24vXWWCljn5LXNa6u2toe17XfQdvc3/o2IWppdXY307RrZWWlrmkHRzmkfvN/tpKQb45M+Q4
Te6YPHKk2uYcNARJ8fgk5mpJ8JntE8pKR2PgQAeNFBjtTPHfsk4+J08E9Ilw7wCY+CSmzh1j
Kya67fbW5waGHz03u/lLtq6mMa1rZ/RxtaNABG0fu/mrkOjVm/qmOXtJG4Q3wZ+eT/wi6upj
3sbW4btpNb98lpAENd6f+F9Vrv8APSU3C5zi6pz9vtAYADAngn957Nqtbwx7vd73EBwBEz/a
/O/soWHU6dlry4NDQXuAl0d3N+i5M7IZS7a1m2SWmIhkR7d/51Vc/T/f/wBGkptOuYWkucBP
tJkjT91DrsqNZax4eKiQI1I/kyZUbNa3emBuABkjQkat3KGO0A7gAyRqw6u1/N9m2tvu93sS
U6Ef1kkvd4fgkkp//9Z68ZweWi/0i76QxqmVH+1ZYL7XIPUBbQKzS57q7PUZc97i93Htczd+
c2v1bG7W/pNiOCRdr2Gg5lPG6oz7jJI7w7sf85JSTGy6n0GvcCwMDARoNrm/o3Nd+cz027d6
q9T6c7qNTLsZ/wCvVD9HJgFnDqXOP5v57PzN/wDXRPTcMptkEMLJM8aB7fd/24itZXJ2gDXW
NPPt7UlPKl7q730XVvZawltjW6wR+8NfaruPTXlbmVONjg36O2SPu/lLpel1Yeb1PJZYNt1D
azY1pc02McD6L3PY5m/YrHX8anGuxeo11kG0jEeWACZDjQdB7uHs/wC20lPEZGOKrDW5xZY0
+5pEc+HqAKFVePv/AEt7RpxJM/2avZ/nuXU5f2TPxzjXmZ12uEPaW/nV7v3P5Kw/2O0ZDK6L
Q9+6BIG8On2bK491n/GfnpKdPonTGBxzNQa3vrpa33bXN/Ruf7f0f0t66Or9ExpeJse4hjRE
uPP9Rv8AW/m2Kli4/wBje3plX6NtWPXc+wHcd1rrWbPd7f8ABb/VdvVp+ZTUAxx3OGjtAJ+f
0UlNmt5c4PeGEhsPLfpNP+j9SNzq3/zn5iWTRmCH4uKzKLm6h9wpEg/zbv0Vu5v5yy39WsLJ
rY1mp0J3eZ/c966Sgk0Vuj6TWujTuJSU0LGOaW+pFTjBc1hDmkke5gftbua1/wCd7FDbJhrn
MIIhzY1n6UteHe1H6nTfY1hoDyZhwZ5ajuqZ6Z1cGW2a+HqGZ/tNKSnU3V+BSWb6PX/3Hf8A
bjP7kklP/9ecRYTGkaeMBFawbJEa9+UFoIf46cDnSUZsemCBHf8A1CSlz7QSTzBP3J6Wt5Op
JPb+Ci8x38Pb9ym2InkzETokpyOuX5nTMmnqnT7HUWvYaLntAMtHuZua4ObtWOzI6r1HKqus
fflPNjdtjtzho4F21x/RM2rrMmuu2na9u4O0dqWn/Ob7tybGrdXDXX2vrb9CtxbtA/sMY9+1
JSZlYyOp4mAz6dpN9hHLaKTvs/lfpnfoVt9Sv6bg02dUzttddQ9zgGh73EHbRWfpPst+j/6j
Xm/U8zJZ1a7KDn1PDox7WFzSGAbazTYz+SrFNfWOu31X9TutvxqnS31nc6fQpqMN9+39JZtS
U9FgW5V+DkdRy4ry+qO9ctH5lbQ2vFxa/wDi6B/4IgXEhgJ9wE/6/wBpXTV62Oam6OaAKwJa
Glurdrvzdu1ZVuW9lxbn0vofrvLGlzDP53sB9P8AtMSUkaJkOnSe0nVdLT1jp+Nj0V5Vzcd5
YNhtOxpj26WP/RrnRdgvYH15Fdk/mydw/tfQ/wCmtfp2ZjOxhW+ypkabXWN1152PKSkmb1d+
UBV0p9NlZJZZZYC6t5Mexrg39JX+/ZU5Edb1UVem7CxDptIGVZtgaRs9B9n0UDKYb7A5llTW
taA2Xt0/e+igPptDSPt1DR2mziPLckpu7c3/AMrcX/t2z/0kks/0rv8AuXR/n/7UklP/0JxD
/FokA/JErfoR8fOSn2S/njRGpqkSBHKSkBkDQQSNVJm4g/HjnlFfSC4aaA/ils2lw4ISUhdo
3Q6dx4J2D2yNBxKJYyW+75jsoNBj3anuElIa8LD3OtfSz1HEl7oiT9LcY9qsjaABHwGmnwUQ
NCCRrz8lINkTrxp80lJXvayl1smRo2fELNy7XXFxNj2PY3cxzDtiY3T+83+sr2W0fZmtH7wn
5c/9Ush5NhO0H9JO6ZHtbEf5ySmtfiufFjnteDoQ9oLv85u1B+yBocSGS0aAOewa/wCcrFvr
gO9odJEkSD9yj6kbj6TgO8kf9UkpFXQ9paC0NLR9H1HEH/oIrLHtZpXX7iQxxJd8B9BIuO7R
rgS2eQPPsmqYH0VuAJ98wfHv7klNmMnwq/zXf3pKXu8vv/2pJKf/2QA4QklNBCEAAAAAAF0A
AAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAg
AFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8B
AQABAQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49
Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5z
Ong9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3
OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5z
OnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxy
ZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUv
UmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9w
aG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8x
LjEvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dz
KSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MjM6NTArMDM6MDAiIHhtcDpNZXRh
ZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MjM6NTArMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIy
MDE4LTExLTE5VDIxOjIzOjUwKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjI2
MGM2ZjY3LTExZjUtYzE0ZC1hZjRkLTEyMjA5OTM2M2Y4MSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0i
YWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjMxMjdhYTRmLWVjMjgtMTFlOC1hYWNmLTg3YzczMGFl
NTk4NCIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjU0NWZhOGRmLTc1ZDgt
ZjY0MC05N2IwLTNmMmJmYWNkMzdjZCIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9z
aG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pw
ZWciPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJj
cmVhdGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjU0NWZhOGRmLTc1ZDgtZjY0MC05
N2IwLTNmMmJmYWNkMzdjZCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMToyMzo1MCswMzow
MCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRv
d3MpIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0i
eG1wLmlpZDoyNjBjNmY2Ny0xMWY1LWMxNGQtYWY0ZC0xMjIwOTkzNjNmODEiIHN0RXZ0Ondo
ZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MjM6NTArMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFk
b2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8
L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9y
cz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDpDRTYzNzRDRkFCMTgxMUU1QTU5N0Q0N0Uw
MzJBNTcxRDwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0
b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQg
ZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84A
AgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1I
UCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3By
dAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgA
AAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVl
ZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAA
AAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmln
aHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0Ig
SUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAA
ARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABi
mQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3
dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2
LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYx
OTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2
MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVD
NjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDP
FAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQA
GQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoA
nwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsB
MgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB
+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUD
AAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsE
SARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF
1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kH
rAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJ
zwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoM
QwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4P
CQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcS
JhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgV
mxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZ
axmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAd
mR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsi
JyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3Jugn
GCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDks
biyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIy
KjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4
UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+
4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF
3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJN
Sk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtV
KFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSdd
eF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedm
PWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5v
eG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5
KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSD
V4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN
/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZ
JJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFak
x6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw
6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9
j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjK
t8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DY
ZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3m
lucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1
UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAA
AQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIR
DAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4O
Dg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB
+wMBIgACEQEDEQH/xACnAAADAQEBAQAAAAAAAAAAAAABAgMABAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAEAACAwADAAICAgIDAAIDAAABAgARAyESBBMFMSIyFBBBQiMVMwYgoCQRAAIBBAECBAQE
AwYDCAIDAAABESExQQJRYRJxgSIDEJGhMrHBQhNSgsIg8NFioiPhsjPxcpLS4kODBPIUY6PD
EgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAAD08STYOLOik9iBs5g+EYEYihqJULpj
J1yBVWMmUbOhw8ndMm1LHKl5CB5mUeCe23HI9Xc1x8uC8qDRqomKBYMAkilSbFhGGDsTMlAn
AUnAm8wZiZ1YzEADENEoAGgLUIrEnNTEYNIKtgI+FVwT4PT88WdpnlUlA9A+Sh0ev4Xaeg0K
DnKUXYyoRnDGBwAyjKcTocNNsakrjKQA5TSqgGDgYONjgh1BRaCsHOkzcyUicwED0Lefc6PP
7IELvM69z2F87fLnu+T56joFK6ZHAwXmD2vS+c+kGDqBWwQ7iMAYrggsKysZXAtJ0KriKrKa
ToZgwayYqCBmiw7TIOiDHRSBLTXhLSuTn7LYjHrQVHxOrY+H5PZ8UUbCnEJ2NtjbE9P2eXrM
QQKQFtjHYCkhwxnTDGeC8alsGMpU0XmMyMM8wW0cVMmK5CB5OXpLFYLizQsVTY5H7JCvDHSE
J53yP3Xyx5Y6/qj5L0vqyfPV91Tyh6MDy17sTrx9guYCZyLjjHYygjAEOGNspqzoUzAMyBZs
gcuGAIcMOZY6K81xGAOmbgmGidciS6qCyEC7UKzaAnP0An18tTpVHEx807YeP0no8Ho8pxdH
P1jbYIBGwIRsKTgMoGy4IBNaNxsMBGmaTIYrhhsEqQlWGtIlJ0kdFeW5SPQBFvM5oymdzTB1
34+kQNMOlQQN5IejdpPdyHAfSxzQ7OMlJ/nz3z4PonoYEYq4pRg5SMAAAYZc5qwuPsgoKiI4
EIIAQY4hZMVaTDZAdZjYpTl6BOrj6iUutDhp2gjGczrHLcFefwD6Hq+R+kOw87DiPMdeBE4O
7yzyYuouZS/qeJj6oeJ6ZQUAAoGFHORqgSk0Om3B1HWGQRWQQOhPEiYgbbGCVGKuYjG7fO7R
7ph2PAdkpVKcnQos+6Zyp0fMkoz6BPR4kPqPL6ceieegsu+Zy/Len5gQcLiSZJB6XmufQt5v
oCVoRcJldiKr8Rfm7OgolFJhomVcbZQbEOxAKgzAmbEnDr5zt6eLtLIWEVwc/RPF+Xo5Tk+Z
9fyQW57gU0F9jyVPqD4FD1/KhwBZgI+UJBAGQIzgDqez0/M+2N0Kw1NiSVQXr5bgpC5ubo5w
ZSbBRyMEYjjMAjDYkadHIdXndx0NFi6SJR4uPz18487zaTI9PPUi1wSahJkgIDClwaN4ApGw
pOADgFgS9DhY+kE3HOBgwBSVzmrJhosgASIWUJBCpYVwQnE2JKFQDsHST1ARXomSdpnB4C4y
V5y0a851IQZ4UHSiiHIUZHBK0QXhQYCZXK5tiJKin0NePuJVIIxFg9Pm+gSabiDEyug6FjYq
MATMrhzEFFkER6jlpUEtrGLch3eV5qHRPIU46gyhSlJkwMzo02MtARbYdQRXjUQYHRpWAy4V
Wx6fd5voFiCIKINWdDky0IURhldRgGAy4YqTOtBlpAedHOGvQxKlnIJx+Kd3ErgDAIqSQlY5
tQiKyFlVxWXFQrGmwCZWEVwIKMGiROhZUGUk6+rz+87TOoDiSZ6HDtjYE22MwcBOAtcJZKDz
oxyN0ch02jYfyPS+UAxsKmgWUkmtHJUmQOqA1cSxUIOA6gZ8CWvEfMpmCiutAMoMWYh7Hlue
5SHWKJUHeVDixwQVAwJR5OE4D7m4z1d58j2BxdI7Kg9+XpPI8rs4y2cCzrylBNxKwsVKkUV6
jhHZ2niz+g8IUHAIQqMRpMgcJDa9jjHYDjrWQzGpOV5Hr93B6QpzkyHOM7GFEBnUeFeASfXU
l1zJWikvOoILZQXBPI8f6n5wBTF4ORR0E5X6ecb191jp1g5K9JNxdvkngxrU5egYSfZyDUgx
TS6hHlQQMo+lQSmc06SO70fH9U4l6uMHTFjtVyDHCCih8f1PLPUxkdMrqLVLF0wBF+I9Gk6i
eb6mPlJfQeAMyMVty9BRuL1CnfzY6ng5ZEUp819B8qdBUDysTmvlMHIHGFDKAahNi4pdDRsD
o9Xxyeu3ldZai9BxbY2LCZnOfz+/mOzx/a8I9pE6x11BkpAUHoAchV4zOjl6+U5LXQ8Nejzi
nufP0Pbv5foHpV5KFonmI+F3cYQHA6sbOSYq5EdIOY2c5h11OE+rY8u3pY4uX2AcnQ7mzAWs
mOJXUPRCxkZTllfnO3zfUQ5eivOVtOxRObpCWQjUgosUOqfieeerxcRA2IAxJtgV7fOx1coA
t4EvoE7H5/UDfsI8bYjSdRM+CMBsCLydPMdPH24n0c/SNzXocvRmPPZcbojcWdZE/C+hgHeZ
7JzlyPCiidPPY6R5/jn0PneKx0crERnUIYAbAAwNthlKg2IjbAxBb6f5r6gsGUClgKUHM2Al
kKDYHH2McNWxfZgPiDMTzcWNePQLDoiTJAiWweWyHRCXjnXyUqcTdUznbETUUCljA4UlDCgJ
nEmGUBBMRgY49H3fG9I7iijAMKePrBydfnnpSW4luTrAcSc+mYloXHwYYgnCCA3lU0KzJbEK
sAc7+cc3RLoCNicKc4HYAm4BVcFGArMBonAV0EJwmOMDgYsejU0PQpxdRRWxxdfB3hGYhRyZ
iDR6Ac5LGY4LIA3RjiBwzzqCNYgBwY0kDx+7nGD4SFuUzuATfAmwNsTBiZSAZSNNpgxwuKhx
Ienn6C/Z5tjttPuHSiHldoqNXAObmHtKZ2CAOlOaR07mB07hB215XGwItUYE7TFxAka8hx15
uoUmJJJXGQApkYQYgcYVwoQrGZKCSooAyGOUfbGouOi3JQ7Onh6z0Vl0HL0NisyDGczonSxy
dNXOVugnKvXMgegEzQnErYWiUERwKHBLyvX8Ea8bBheJ594OOUcouwu2MrY2yjqpCVIm2Ahx
g4FBwXBHfYt3+b65XrnY506EHZqAcE2Ey553NWEjsj0wNnAGVjz2wBlYORzBsc/get5J0URz
QtzHLSNwNlMcTAqMBjbAdGUzAkjsAHGGICKmZphmnpnb1zcr0ctDolQnndryOgzYpzdIGR5l
JuwJljkulSdoWOGfFcdzUlRlFDKeRzUJXKRYX5zjvz9IApCVI6AgOQcABwYIymwQJAKKWGYT
HkO03s83WUjRhqzYqIqWZUKhgXKIdKqwueZzdGkdEnBnm58wFIyuxJqMNbnmc9VcVmxLnvE5
Orm6jmYg2OCFwQWEwI2wMuQKsDYYc4GXUH6efqPWcOUUEzzqQvLFitTHIMRimmwSqlJmZYyc
NIVPlWyAKodO56Fldzj6uCJ6Y5CVkjHN0liMOvnBiodiHbCkE2ADgoMQbbDjVASonZw+kel0
8PWPpzD2xkXdXFNHJSpUjcqKlSLz9KEOfumL1SoGi0Pjt3E47dKGpyTO9eBzed76ngr0TFzI
dNI9IkLKICxNs4gcE3BFV5gBIMVDgRqTYMNQt28Heeka8Z1q0gUq5O0qlqLMXBBzyVOgrg89
wTbk6A6tDFSfNSuDgPq0PIr3KLSdh4hinJ6eOFu3mPK5fpPGEWPQRfIUwYUihF2BFaqSzgTO
SZZR3QgbMD2vG9c7o9Uwl3Fd2IUMTqAxx0rzk2uo+YBGwmJA6EpWbnz3P02PMPpueffrU5uL
t8k6e7k6Dprz0L8tpGFGPnI/QeCW3OxRp9BOjUOej0OVOqZzDoU5d0KTFHFoeohKtBvTXpId
C4u4ITCJ0VXmO0bCp0eadlfD5D6efL0khfCFgDmvY5e1KniLlDSFikWUp5PrcBzdYQPdxXKi
aHRXiodUTQ8Tg+p+dIN2dp5le5Dm6vP9YnH1seAPV5Tj0AdicgO88Nju7PJ9s6VsRW1BuesQ
0KlRKwSuOgrQg1QbnuhBaQKjADAjURzxFaYLQsPBwUysRolDmW/OdNEoKlcBXw8qREtT0iHa
SfM71/MLvNhxlPK4PoeM8ndaHPYsU9qHWNuepurnuUUKOoQsOeZ118jpPUdWCMQTqDzufo5j
I6h02KvzkjOsxaTISVKrmJPmJ8/bIfMgxQhOIPO9HxT6nr8D3SmUg+X+n+cGpCp07jU7FAEl
pi9E/RLx9DyiXp8nUNliWjFSvO0yjJjWhY9tgwAwNtjj4/VBwv10OFPRB5kfZx88lJi0DAxJ
icJRCLRCEYCsthXBB5Xrc55f1fxLH2vmfNg9Hkjj0vS8b2wLUHP6/hfTEOP1ZnB1mgfj/X8s
+gFOMQJhpMpgUHU4NZ0PceVTHADgBTi4y/oc/UJnxxp348GVlEdHDhQVyhs2ELAAXBrKgxXD
BSfO8/r+MNlISrHZ7nl+qHk7fnj2vd5rjjY3LX5E5Po/D+lDGgOUEiyvIXI4KTYrSDHr38+R
668PQXjzecaXex5L/QufPr9Eh87b2QeUoAaycVsSispiGFKkyFxW2CykKknL5vs8Z5XdOp3j
nc6nXHB5LKfYd/wfUfZS+X886OAdp6Xp89hOTu4zog4BMKas3FLYzqTsKdJ5MffB43d2RORh
jqfiB3rwk7D57EFbCUVhzCw4wA83FzAVlIKo4CuC6EWdJDxpjVUj8fX5545UjZVCNQHuQ7B7
yoPG6Hls/nnonz+g7TKom7FOcAHX1+X3nQATc15nNPrxxr6JPNHpMeM3qqecCRHRg4grgRCV
MNgMyGrNwEYzTYMqoBkYzAg5OzlPM5e2h5j+p0Hn+pVydFYxYFGninN1SPL5vU4zlbtmRpOB
2nhU9Lo8THvt4BPoW+dqe43z1T2h47HrJ5zHduElktI1JUMco7I5hlG2UxUDFKBGxiHJggzz
I4DCpWYzBwgqZthgpGzY2rAE54mjUPNPUpyJ3RJMyh02KLoltz0NSblkkh6J4GOleZz01cCM
CDFRmDAz4TPIZSwjqwyuwmGFDIZlJQjAGItEcGyjEYIxDSVQ83RxA2UV41JZSWRGEAJg0y0n
kOtFCZuabTLzrzlaTsdQYE6jAJw2zBVsItZilmJlsDOgykkxQE2XBYEIKDFWMrY22BnUNkcX
j6+QE6SFYxNSaFhBhhO4jPMdWUyuBQxIhnH5+qRnxPQR1A6k2JHDEGYCBsKwoSDoMCDHEVXQ
QnDAMAHAZSFShQNgqcOysLx9XOJzVQeNCBaYgtycWvjle6iL0SNqAjQsc1Vx2RsgrFj/2gAI
AQIAAQUA/wD1oP/aAAgBAwABBQD/APWg/9oACAEBAAEFAOCCCIbYASxNDUJF1x15oWF/Z8zB
+DFWAVFAhUmDiZpbexdKxfsAjzT9gilFI2itsY9ddVxEPMybxoSheMjICpJAhBn5hZM9NPf5
lKa56CgBYsgsQ9gHsSCobM2eSbgBgE4MrrBZJAI6kCiCog5PSUSQhskzpx2tuooUI/E/2/4U
if7XidWv8CwVUcAcL+FEAIi0BQYfKqhWHUoobqoDMFV2dkGBgDAPUbpZGSnPrZSlbz2CZ2Bg
HWNqqK+u/q9ByL5nygHPZr4sOSCSQCQexKg9g9QcxiwK8wKQD+suxYsMtUDCLAYKWJaWTABT
Metv1XOmJamNAElmuaORBxDYYfnsaNw/gmX2ioIBU/MJJXEMSGeluFRNnbMYrahFWMahcNDm
Lqo6dmoAs0KgAkX2FN1E97d38/mTNQAW0pWRnf2/qQL6gQDkARl4JYkyubFc1+IAtsBdgj+Q
a4qt2rrOCO1T8tbdSxEslWBh5hENzmKJTADrfUmNVkC1PAEFH/GZHZBK5AEsAI/yFSo/w38u
twlQe1t2WFST0FkCAdmoW4AH2fnBXH7YLk/2WjE+7cnP7DUNh9jk5/sIxDy6hBABMJ50cgI7
GCjAxAP5IBbiOBdChV8QrwfzfWB6PYdZSwqWjUCapyVikEqODwAaik2bJ4AIHVIITUyUHQXL
qdyY+yJN9AWy17JlqSQKZ66kF8e/pMwzGcEMdqWzPR7vPiPT9rrodNdNYSFgqEy6hY12Iib6
IfN9m2jAFmIIPYRlBiKLIofiJwnBh7CdgVJBJBoEUoJjLK/UihQ69iJUvksxlmOwtWIBK2BB
QgB7AAMCBAsWAiNyMRQDHt+ZxN8u6Ley/L8T/N1ZPT2gdmGI/VT+jEds9XnafYfaL55r6dtW
Z5+TzCYOZZg//DxqH26hCB+pAo2D+CPwAAvZTCAs4pSsH8iOEUCUwJNAmxyZf60oh4HUz9bN
9WFkG1DLS/gcsboAkqSICBFa4eYrgsjGlJJ7VG0Cx9us1UBtFX0TzZ6Blx6l988jjsG1z6k7
5QKAzlkT1atts5MJJFmEXKMAqWas/wCbn1mJYH9FsmNQXgjih2As9RZhnapYYc9V5UjsewgY
sWPU9mJ7np2IAELRgxnIhblaulEYHqp7NUsS6JslV5JlKChoKxhsl+VTTVGRimeGaq3E/wBs
gJbNPk/5fHnsq4ohf8fdeJctmK0ZUvkSpz/iv8AG/r0A8q1AKhNkg0GYkjkXZAAJMNEgrPxA
1TsxnFhiJ/oqROOtwfhiKNW5Cqxi0FHIBNAxX7QtUBF32gswioTUza81uEx3DEDPstCJpnpA
37begZhvT6XCrrYNBWVZ3JDEhfsMvlyYC+ROTMfD69Tl/wDXfUwT/wCtiD/65iIv0flUf+H4
pp9Fh2X6XDNcTmij+NmzC3UAkwHn8tyTVni7BlCDqQKIvkr+7Gj1sdh0F2ARPyTcuPZgtT2E
Digf2PaOxJ6ir4Vy0sGaNUyY9QeHZhFh5C5s4RUQJdtmGahWoMVneFgZn8hVg1Otp9p5Hy28
vj29T+P6fyedQqrPzL4dgANCTttUfVgBr8mXatzbKRDOhE4o0R1NANZJAIMrhS1AmACyOb4J
F2Z/wa4VjEktUo0TPyaKwky6P7f4bgWSEZROvGlVl/FapwWBJVfmUx2IXu0S+umqpPkURtxB
qCv6MV4GphPPuy+bz+PBPJj2s2scDraEk0HzdoMCGZV6gMQ7jEYvowPYFRzYsUT+ZX+AIQDO
ygUISCKFHuJyYP5WRP8Ag3P+GuMv6/tGqWDBd9rhoDmE8doW6nOlCuTNh+mLWq1REKGq6kG4
VAikgkZvqEVicQYcLKZdYGsu9m7mik5oxKLcVOesfXLJdfv/ADodfvPaz+b7saMwtM7m+Om3
oUU3IgqhZn7CMBEsg2IDcPEcGlhFQfntwDR7CG646EkwfxN12nJDWYTY5lUe1Dsa/CgGUCVA
JzPOn4xIrE2aFlbbVKmedq/EPoRVbZhMtS0Orkpo6xuzIVJBIELUzt0AUh/R6c/Lifu/VoPD
7tGf1+XTdx4lyb0/XDcN9Z5fjQUEBb0DNwqPQIagSWB5BYxSa/MYrScCyWNQqIVgAMAnFBQ0
up2XoSqkVP8AdkRuSwgsQjkHk3YMsk2ItGKDQ4YtYUEOjAMHAaPRmdV6M2mqHQhW+UIqimEx
JE7GmUAf7c3oVsI5M9vj9fr9f/l5aZf0chlalM9VqkMFCaMTC4X0fZ+oJlp69XKfYbJPN9nk
8/QheRRsnqCRAGsWBQgYrA3Y2DDdD82IPz/wIUywIRUZajcRhA0JqVFNyjFJM/Yle1gXLIPY
mGgV/GlVm5ZSoYY0rA2redWh8rAaebal87mfH0VtSGRlYEkj9vkZlVcvTjqE/JzjkKqqeqo6
l9HWDUmPsK11IO2z6vRM6iH84erTJsPsFMzP6tugHziF3sHTqG1jO6kO0PpYP/YavmQzN1KA
8dm6PYBJIJ5P5r9TyKowtxRlwGiCbVhFBtqj2AWHXzsApUGZdl0Y1Hamz/FQtRzNh26q7baM
fVnQzmbHr6N1xz9nt32Pj30zfxaF8W9NAtr8Xy+tQPOjOPZ53XP4nVk7z7LVBFDEFaIUVQBJ
NAkTy+rYTEI4GeagumZb2Yhk92d9eOCBmSTiiR8uThyN9c5/bx+M/kjihHoD/i07WwgBuzRA
MWA0UUCKSJRb/HXsuBKstAAMrUCPiAgAI0cqqatpP+xBrroxyyanwyeJ58kPq9CYD1+vT0aL
mwnW59b7WzfVQTr6ttvX5FzzyfDF20XFAubqfX61xzZtNCbjEyuKsEAmhAzIfLr8py3TUvRD
eZGi5ZqKMI46AQgkGFJonZfiHxEC5Ub80ArUCEsmp+CtmN+Frr/tTwAaM/BMs9stUdSLXL5Y
3430dXQsYjMI+pMCloqhY4W+yIvv9Z9G9lYLC0YDTfU+g6qPrxp6E8/qyVfN6XmeeWI9XoVF
+39BduQKJlGiJ/qgTQMNRCVmP2BEy0zeGyQpgdXn9hxFbvD2JZlUBtNdbWWvQm4wJLMOzMI1
iEiGpwB+ZQEP4VY4UE2QPyATDd1bOancA+dn6KSYBYbIE/GlOvUAAxFjcAsTPs9Ovj5DEXpz
CIPymm+LYfajTPP0Y6ZjZOuvpKp6vaHbXU7acUKEJPX8heS1iBpxLDHmJq+L+D3rvPQ9Z5No
kTVdmRrn+/XQy83GOTlha9KNA3CoUu/SF2YxeI34Umf6FGCdSQouAXBZHZYLIK2umY6YaEBS
DFYWzATtHTtGISDa4Sej9gPu9h14mdd1sQEMauX+ttPJ6DSOw09fpDKqkwos6nqVM5sG3rkn
heoLHlXgIMYiAsr5baerNtBmEyqXyBHUMuY0EdwrfLn0DETgxutXcarAs9qAHNc9lLMIACAZ
VFFMHWFTBdrZmi1OovNzQIaNqqEjiyZ0aKgE04Ucz7o5/MvcIhrUURooOhz0EbPZAG0WA8td
gRlBhUk2TD1ocHMfsSbaxFALOgiCoP5MIbn1OtbEqmaOjgqvc3ZIsGiVDDpj0u5l1I2oSpxZ
E/UkhrFE8Qk1YMWgAFgJg/PLFqWILZxc2bXBsiwANR2chH1ZSWv5Gg0M0Nr6/Uma+3fTbQhh
nqg65t2BAYihHBMRFogCB4SBP92onWEzglCOwuieQKh5iHlgY1MSBXm2OPoa3KpsQQJ+Yfx2
uE1OydCFEwII3qyKXgwcRj+wIqiBzBSg0QKAX+IAMAgqX+2f8bFbZFj0aDMAfHwysorSqgFz
7P7FME+Rnf0j/rbTtiVZs0YIaLA9WJZrDxhZ/EI57XL5Lcj8fkoB2PVVUQsL+RRB3hBYChHW
iQQ2BtM/k7ro3fgH0OwH9jVYu+TS/wBD1tGAbVmDn8T8yuGoAX1oLKqUIPwDDcu4QBB/JnBC
1MnQsIbqdljGyo59L5pnsSdgKOigrmv6Zhvj07d01JPW4T+wNxjOxMbki1Ia4SCB26/7QHtq
eo7EZg89e0/E/I/0wIFXPDoWyWoAs1YqpY6Odf65TI6t8X6CmKhbfnX8gURXJJJKchZdf4Jo
VD1ACmfiGzFzPUo6jRwqZ5WCfUI/9kTMag/JUR7OnrTJNPscjNHw1gRrcBiVK65MyzY2R1AB
E1HKEzsRGJoB4woAgNFFQpyCb0oiyFF2pqMePkAg/DA1mes83VHDi1YXwAuARtMRqEHUUeqg
2ojEE94PwSRL5JswE1ZhBMAsVYU0OtRBZ09Xxj+73c7IwK5KLxWDTzgqO7f19J6vbnjNt9Nm
+A2MNAK2AGrCb9aFDTXkAUE6kGibIKMDLpg1KVEYQCiLs32uiQen+5XYqpVSLWoaMH7HLNu2
bgBUBhUgHqBl2JYEHvn0tSaIjX3EazFBgC21CKf8MBZuMpoShDoEB2yU7f1NRj5ckcKbGTuP
61geUgLph4x7PuNtXUPpHVkgXYljuobXYAMuk1zJUfqWti5HVOYeoJUQCj+xILGGlBKknpFN
DsphAB/EINkGZAiVYHJJIf8AWN2WeRyckeyjWDZlFgqhRqNAPgbpZB/EJIYckGN+FPBNSqFX
KqfygolajAGeijnkbXqJ8amHz4tEzGY/A+w+1oBn1YKFP9jNQ3rVgnoQH5cmjdmjj4nLmipL
depcktyICTOIeIeIrMC5BliMoIHBlinABBtQpjaIgba53cAaglSpLXX1+lFaEy6MBVNRnAlX
OOjEWCetcqajOSBfUAwnmyArWACCL7QAxqIZAyBPYsVtg4FEcAcj7j1lFVTWeejxPJkS6YoT
pkYNMIwyYj5My+i6hV6ooIn69EUUUUwgCWLYX/j/AH14BtqAOikFLE6wlSuSjq5Kxce4GioR
qhJCtP69xA4XsBr5dhouZsqohUlQIbA46mw3BBsTsbNKoJIUkjqLIF/qTUOakgGKwM63KM4v
bQ56AcDkbbJjn6d/l2zyMbVc1Z2ro+h/rJAuajtTFu418xEX1UDri0PxmFVZXIQAWAagu+GH
VYDUq1UXHXsKoqQBQZlDXs9xdeUZWhXLscyIrOoDhpooI8+pU+bRWAu39L5Omo1YtO/6muy2
JdyqLVWYBi1dQLY60VA/xzLWrAAcEbZnRBihXt1ZTc+42ts0XsdGaNmI2PDuROwMdwArElRc
GlwnNi2OQgzzBtBKuFOjUYFUnrRsAXK5Ct37BSQTAw7fKgnysSCL6O0+Bwx7iAaztr1TUXYA
YdW8LsylgCwRoBQZbnQdOeymw1ArCxE7VKBJIMzb9TrmA3vxQP8AY+xjmu+uXV/lfbRRlqhT
5VIDC2BYgqB9yxHqSfqFQ930BK81wZ1HTmB+c+IFbr5m8qTTZNFzz16eL6QT3fUORpmyHrCS
x7AL8iCDRHhBAokNk4hyIAQsc8IqhZZhAEKhgyaZxGRwqiMlR1BX6hgcmVaAFUKZ07WnU3FW
4wFgDsRZUC/9b+lckPv0pTrtPN5Oir1UsP1wzFNnm6/10RPjBAyN5ITFyQH7zzknkEO3UtA4
ObKKUDqq6TqRM0ZoB2Pg+rWk+t8iE/U+WkT1YH+5qD2HX2fXp6M3Bhz1IyzRyPPkA3nN93EV
kABVj6VAVM+iB7hNxySF6t/gEKdfOAUur/UGz9QUWej1Jkj/AGOrEj3Ocxnm399fjYRWnM6g
Rhx1ufqs+xYMPP50zz3C9BsEgX5HoGBdP8H8G5/2A5gR9PjV9PN6M/RgfPr2uUQaJigkCwq5
fovnoB931ywTzJkH6Jl+nxbIB1AGmYh1QH7n3aZYorQ9gXzsJuKPUl2Ng4kI6IdNDqUvrVFA
IwJg/LOAQZ2MFtHIBJAPgTTSf0MgNmTOX7dX1+u3Lf8Aka9HEAqBg0YiippGJBAJLDX0VaoG
UaYpsuQ2RNEGp8+JoiEy6VN/lXLsARaqmecfyLtpti+D8gL/ABD0RoYrFRvuFz+syAi9tN10
ILPqBkuvX5NCciAdGJHv3G3pQwECFux1zLFGYEdYcMmIxygTIQgEkBSaI7Ayj2CB4uZLcLP2
UsYygn6r5J8TtGzxWd0Wf2Me3yZ9StTqYLAUi74qpoxGXjF+kcH5UDElgrAO6lXy0DF2qEgR
WXQY9cvYKBWpamEAj3+Nt0ZGR1YkmyQSxQtPZqCzVh50/TMaOBnn6CPj9hio+YUOW9DHLzqC
YldepJ5iUUfIvArFFTo6sQCGEbtQ5BQKRme6r1NBT1MXM31uIaLANn5dssIPsPQ+h8fv3mH1
7Bc/J58z1HU0CtQgGH8LTCiG9QJy8Isp+PY4HpxYtk2eitZtF6swNIuhXXP4Y/m00xz7hT6M
0ZNVbUhRLE9Xky9JH1mazHx+NG9aHP05Gzv1+bTP5/IFOnmw9OTBdtgFbYx1do7Mun3D9fEy
Kpog0TAIjFmsFqBiggGrWiSTFKx+ig9K7LXBJJDJh6WJ8BLHzjJF+tbTRPrPOBl5ccYhjA0t
3/xJBbmBblGgAZ1We1umPhyQ4gT2m9/rm7+XrYQACh3IDrni+MQN6dieSwCth8mr+cO+T6nT
rQdfSNs9F0Ta2P2rJ8q60deZl6tsmy+2YL5vsvDB6H6j0egDvsx3V1f7P1ZPj6SewegW6qoJ
JFFVIChSB59y39H0z/zvRD4dAF8bmf1dSP6PoYJ9W5K/XZTPzY5gAKK5LGuxgPPM4ETXNgSL
7jrXPcAqGLUIRyopvejNl406CuPd49NW+sy0zz1cjPzuz5D8ginUOEAUNRmijSMjfGBEyXMd
rOmiiP7cMNvR9pvqCXJCyqLAA1cqJ6Ncyn2vpC7+7faHR2BYiZaAKNFg3aw4pX7MiWvRKDL0
vUwZOYuaqNVYqn9kGpwSSAa4J6pn6tGfRe41Hrynm2GiwAz0+U6DB7nxnqOXZBebAEkkvwAJ
6Xzyz8mysCLCtj2TTEttW2iipxPRsScX+TMqYy2aAmqHUZYjI7ezDKb/AHDXr6fTvOtGp+SV
JNEw/i6N83LJl2SanJA7LKJn4mNz67yjR88kUDFAOpAYssy0fRqnMUGraANBwCbmrfGg1zdw
J2WldzpdQAwGg1EWevWnoEKFQkExh+o7Cb4DbNhp59fH6U1z1xz0hxVc/IrrB1A02N+Z1yfv
23DUexmnrwQbfdrNvsPVqaLHrKoipQMABhoTiv8AHEIBBJ6wgkXUqzQA4E85M8YVUP4FWzFY
oNgVLg4BBE0zGgyzfNVHBFkqmi6K+Dn34351wLgAQCwSYPy1CWaNA82SSfyGIr/kDz6vKnpX
HHbz+lajYp3ZymjKGbqMJkHUZMma+j7fHIbfY+nYsWaKvFQwDj8k3Yq2ozkAEkVYM/3+Bc/3
ZlsZUJ54nlXtrgP1JJJuqPY1CDASIzKqhkcAsCXzWKeCT1BHWyQ/nwY5efHOMBQUqDZCiKLH
Qdeouha0IAa0AogKQYCwXTNScn0tieuLO+hSbevLGP8AaaEab+jZvhYn4anWgeRxdG7FUpFE
Dgnn/BaHsJwJyQRySJ+C3YRQRBPyeZ9bm7v5yATVUKBR1JoJoHUqDGCOPMy56tQn9fLvntep
inkgU5ZB8moGeyMQYLg4IuftTWCUMUGyVp4QKFGA0oPJQGapp182enT2ev458ZY9FMOPAWPc
b8LdEAwqQf2BAJhBnJhJhrsFIJ4DfmzR4lmG6oWDwTcu4fz9UwVMtezLdHZUK4qrHgeJgHPY
RW7Rl0XU6a9MvkXNEb+0eywH9upBtaOirE8+XdV5/B5oGzYpqgbhe0vljNJyCBcNXZst1G2/
XOyWC3OpUFuwNIzuzD8z/ZcGWxnWiooG2hh/Cr1bm7Jh/HbgmcgAwm4YPzXNTy9s/Njo9+d1
IfHNgFCiup8wrYAwVGCOL/rqmvaWARzGAmv9kTD0qxdctiqLmhLUDYBAC4ga80wF0bUgkdb0
P7Nd2QalUSy0WHX26ntkOys4KkTvmCzIYXZgEIUQ8G1BAstbDsQv5J6iN+WP7AWWXliVgohl
oiiTxFJMU0Wq0Qkp1CDIdlYZldU0BohmoabKfQ+gzXuSBRHMBokgEEGVACBr5hqQpRQQZ+AO
Dnm66CdeG5HJAIq4x5tgeOxBEBsa317hUos6k0FJdi0fQQMWKqFjiU9gWrKSxqGxLE5nUhW6
2xcReoD8xlDQiyb69alFZZgBYqhmeYQ560yOTNkLL5UcD/WrhU8qj5/Vk2hVQqAiq54I+bFm
BgW4VJgBA0dSG2UT+xP7Br53i+h2nyv1M/ketFTUcKZ2MIEJAJmhtvYwXJUqEBiyW7dQz9Q6
z+TgiyvPWwTCTS2ApUiljtcJBUcSmMc8Ecm5RriW0BZYW7TMgEE2wWYbOoXZGnn5SrjuijOm
dqM6L1C8WAH9JXQ45kZb6lm9WeZHt7t8mjzsZWtE6hO3oA+bUMO0/brdt+B3CwGow5NwqYwJ
n8g99/U7aegUsWgGKhRr3AHyQnoA/N2FDA2ROoKVQNAKRFegaacBu1QKCNYCRFFSxQ/j/roS
RU/1mzGDhh0aZ9Hnm208xX14ksnyFMXWJ21KNwQTA/PyCFwSUcn+pmSq5qGVaXzoQfOogyBI
yoDKHNZ8SUSbHAarsVVkiyAOxFgjjXYrMv2ahQ4m3U55UGUAwtwT2jLxwF/WXU/UsW5uM3Bb
g9iFIBQdUayCtSoQIvYCoPwG54pqMU94hYMrWMPT8sRcC45H4PURR1DOIwd5/Rd4nlVVGVD4
wIM1nx3AkqjowUUCADXUzqaag3Y9RRK/ho1mGEcMOPc5EwQdFNw3227dcyO2RIZiLA5UmECq
7MtwKb5nbgAFmWj2qfhiaH7LFPJqzcDcN1hayFUwfm4pJP7EYZtoT5hlPLmDGWFgJZJUWox5
XICBQIRULKDYILATbdcijK6kTUEmoBZn+n/PUEC7AoEN1F1dSxNv4auX1yAEVj16lTr/AAxA
+QmtepM4qzCbDdqANN2shSTf+LnYE/xFgCgY35NgUDFBvgj9arhRyo5VQI+oRPEdWZE0ByUq
D2afBcC5QIqmjKlcEXNc00KedgUTNm9HnDZfXMOhAEWmNEjrU5lPR5HAlETuK4MHYgrUoGep
wmCBmOfUQulBgVfhMv8A5dDTIOLFmcQ/rPwf+Q7ElqCD9iEt+qsoqU1CrY0W4/wGIBbsCOFF
yiIBH0AVVbRvD5xhk3Zm+QiIykWAd/Om6N/ZwfLZdAKEUASwJ6V2Lr+KyzFromXmyxOrfp1P
x5+vQEu3x5ej5TZpzc7q0UsTYpGInIgNH9r+1cfFl2MUToLBFP8AwyI+XeiyGl/MP5WNYJAJ
6EEjmqC/kmNxEKk2AfwzAGEmU05DMD26xOR1AGjgEAu3jxYHqSMqIYEjzIiizZ4hCkJ5+p7R
eplfqvEcB1xwXML+sBsNTPDuvYFazyzzb/WtAhoNKIDOvU0Kq7l8/ZaFtkSiIaOZHDUVT/5H
/YKVC8k8KGawGsXzRhsE20YdZzVVPyti+SaJhDH/ABTWeCoLBeA+ggRnbzYt2zzKIgBX5f8A
ssmZr1JIEffNRuNSmOvfIgRdKi8jmwYxbrg2pTXXouj6DHLQa5miFzVTYu+D9opGe3m0VGxZ
cwOrJKAi1bdVPpI09BQRmULYrSaBeoNaALFIU1cs3xADYJUvGJIJl0QOOLtp/GEtYogmgrEx
Qbv9VYAu7GIrGedBmPFiwgNBEYMFHZSCGZc0OihUx7M5Px+XYaZFWlEkHjNNGexXBhIMJuFV
Iy0zYWpJ/aVOaIxYDDzaT+jcPl9mcGvuWL7vWCn2Ogi+3N5wzkMBSmBGI1P6tynHykExhRFR
QDAQSxoBhDU5B5MAF2Z2jEEBl7MxEW7sAAqYLaAmO4gHYqKHnBd8w4VFZmDcWIKuiwPBz/FV
AgUj80BHLCDRSoigiFiJQENwIARVVQH5vj/Y7GZtydGDfIFYsvY6G9KUYp/1nQ0y9paMNXVY
Rx1pwVE0MDCFlMJgBY8wCm/INxLAHcAllP5H4MHbtQigQhTCwoJcRSCpAnnb/uRW69uoDEkg
UFMFAaMqjD0B0DBohMNQrcOSse4BZwYG4Jgbj5A0O6Kb5s035o12AI6mAi7YtYALANXGoPx4
g0FVo4IihSdE7A31AI0AsapapZhBEFkKS0AqKDLBlwcT8wEiEw0FHEugBUA4XkqvPSBCAz1P
D+2vnf8A7D1ugAXVQ3qZNV6gFQWChlGYRf7AQuvoij1ltPOzwLSFqOjaZkBmVxoDr3VVz+Vc
30XCyygASxTBIGUH5MhPlo/KxGXzMTlqW0wGi7avmw9WhYe4qv8AdWz7ah0TQFhEoF6Yi1JF
Hi6l8BoQRKND+NGXZb8Boe05sG4eYCRFUlQovRwAilm8gHz6fr6zxP3LfKVfTNXTx+hCWItS
YK7fGNBo/wDXNhgCRC5MA4NRrjN1juigbM0RdyyuO/6y+K2MODgDyoIvlSLgVAzUwt5lDejA
D1ldlKFWYCC5RgamBgWx+gmoACkEGpVwKbKi/wAn/fIWNU7Ew1Z4lgEWYSSEbQyozhFX9jmA
p8BB9HqyY5YkaZAhZpqvbRdNwnlyVh3tbgUA/wAFy7OrP+3zdYexlXKAhqelT8ebAh3UQ+ix
j86sSZ1MTPFJ/wDzCH0Ik09GrRmcl9s6b15WPQrMozE38me6+nF8tOvJuyCJ5iDGHWWCG6zG
7YHscwILi0SVp7YTrS0VBEoVYn+jVAmuYvMNoCe86FAtdfCrF2/YqVw3IDLh52zlAAflRzkA
Io59OW2ja+joNdc8xn6X+Tz6WyCpYlRiCWTbFskQhalxSJzRoDT0ecRfUxAPq0KeTdjn4Lmf
16rG8uKoCi5/W66a4+rBNlz+qUBfrMAdvDlrkfqtxF21Rq50WLeb/q5RiJ+xlUbUhlNUCrHn
iUIBcrjicX+wmfYjVOyogVQRYFzxHIFhNsPkGfYJVlbrr+zIA2bKDyGJm4TfbTRMgMNnZdvP
mAwMNEpUNCcg/gr2sMTFAujR8jNB9ZleXlxyBGSz5MljevMFfSNGL/t6mCef6sKvkAUyuW/j
k1Po4RPd5gRlu6QEFeBOwiqtMwIXrSVDVdFLFB2oAURODKqdTCFEL8rot9tnnwnqrUgBA+uF
ijQJtUMCzrBU1zXZc/GuRtVBIroil8S2pZrGaCHIBuk4EBs9TDcBHUcS+Oa092KnT7ENO/tc
/wBD1aTP6sCJ4sBPXnmuGfoOie1nfL5TggawCZpwFzCxtu40Tsvq87Y7BqZXsWWIzFjPaGoF
/XMO0DANoCGYK0KAxkZR+8KuIE4CjquasSVtciyjJy7+Z88/iXHDPZzMyGIEAAgJMH7H5emh
YTrU6DsexJVrXNiVQQrQtq3GxXM7sDd0OvVUBw320yPp71wvi8ylc0Rf1sPOSpM99nzBT082
h0i/swAMX9YT2VtGVsws/wB+7zfLg6ckkL8xJXRSflWkLAkIZklOFJmqBoc2WEClSftbdZQE
6uSmLM4xGU19AK+TyjXLLzZJOzsGYByqnUAmf733XIYjQa6Y56Ko3wa7gYmAEj1+705O/wBl
7wH+0+wD/V6+nZDrehuAEEryarNy7NoQuIPT/VtR0WlIIzoC2E7EF0XbPzIy7WfNqGVg7vju
SeikiG1ZCFJNzm9PH53Pu8fwkyjBdqdTF2IK7oHX5BCCZt2TM+kQvCgMCgD/AKaPpyU/+m7T
5stG26Y+P6zEr5ix6p/2xE5RB8gFzf1Kkw84Mdl2bXVEGXbpZET9pmammY0A8yADz5A/gFFB
YmuxpjDcE/IXgQMI4JC9u4cXYM7fsGAnqzJcKmwy8j5P7lDKXPwqrujD1JE0Hbms9eF0Rpqi
7ZbYPm/m8bPmPAoh+u2aafU+lc1FTxnugInQNN/Aus28OmeB7KS7EWf8BmB8qdj6n+V/GrfG
Cs4MFyzRYEL50GhJ67ADFMnZ2JsURmTaDmpRnMFzQRlsUVPPXmHiAiJOIbBZoGcFajwD9roA
An8EFiPQoOauzYeb/wCG6BCuq4lYR0GYJK8H1YZawYaquHh9Wgw8/rydh+vp82fn9GJA9AuI
TLsMZ7fJ0LCjxdrSI2kZ0xy8WNTFWVQsbXPKZ+rFnH7H9RP9DqIoAY3Z5lzMr1Qigf8AA/xr
/HR2WM+pnyatL3B+fYQej0mf29ln9xq7C2/KlmIQU1wE2F6EcvqQpH42VWTIFfP51K5LyWog
9iLtRULUV1+Z882Iwz6QCGfYeZdMsuikcwXFBhvs6fJNvEs/rKTrgqKX6r5vKHbDPu/v0GHn
X1NrjliwPxZhkuWTLnZVj+nJJ/cRppqyhm0Y+ZjaKAoK/wCLFRhxupBppzZNQ9TLAFqZ8gpl
F9QIrMSGNHtFYxa6hzTEdVJMdCy8rjkCMqYRhZrkAAgdY4M19CJt49FbES4TGoj0o3l9SaHq
no6hXUgmwS3Rj+rgx8n0RfIiFVBbx4nMfdEL4/qVKYggw2Ap4OyW2xvQv8YUUBTaO7C5g37q
OP8AfM5H+OZ6SVPbsc8vmg8PJ8OZDfXqI3hcD+rpRYGMBSuOwPZjxFP7D8nqQeVUEQiwmJ+R
rgDGEmKwK8CdiQBc+xXp6fpfT2VeRAeH4H3isNvImb5tgoPxiLvtkV0+TMZO5ZdFKs5ilu3j
wpcxP/sGqrn9cpXykgFnqauZ/GfICxawGNqTCwUhlIwrupFWJxPxDLjZq0+PMDPNc5cPP+OJ
aw3CewQBSFBIth1JOdiAGwD1FAAtYnNAOT1/aiAF56wAX9ljc+s3Xz+jz+nHRH9fnSbffYrP
T9pvudNtNJ9a5uuWRWY5dS7LlPHmPh18WLxvrafHxBHUdiWVE9uz+z34p8aav0DagRW/ZiSG
aOKhegrfsw7GqGfaIeP8XDdwzRBomf8AbTbu1JozEuQNv7GjdPVRDCMaiEkkgwgAKpiqBO3W
BgzKOSQQQOpIhYQGxSAAtBZABnrxGub2rL6NlLOzm5cM+v59CKVLXQsxr9HqReqmG4Myx6dV
+59wxy+nRm9fBnqe4VEFk3RIVyQSDyABAAALIyAC5G1hBnMEY0PR6Sm3/oBXx9uTp2VhSwkT
sssQkmMGsBYwgIMBZp+xnE5iKVhUU12QxHUlQOBUFWKEIlBh7FrSwBfF3AR/j67qPSv7BQQf
X6jkPp8O+n4/wQIJ7vZn5MddX9G312IywU9RvwvUlhw2n6wXCT2YVAqgIBB0ETqrYaCu87iN
rz8grfYhNv7Bd/NpoB4Pagzb7TOH0/ZiD1/bEBfuGPw/a0bJ6oJQ7duARaE3+pLUTAW68VxR
IEBNZlSAQIW57Gfkm6+xyJU2CGqXZowAmeDylYtQnrlvp8u3ix+LCoODc33y86fZfYP7Nfrs
V02QMFDAtuwOQoEnrCLn4mqozFRXJh6mM9KgKtm36P7n875fZebSL6vO09H2XlyC/Y6ejQkk
5n9lXtOizqohOaiwZ8KQNbM1xRFZOoFRbpD+rH9j+BQHLEhVagAiLAqgtVgiWKs0Wa9lLjTy
oQviJHm+tUD+pkYfNmoVVMXifZ+kqoLieD7Hz7ZfmEGbb54L9h9hr69DbT6pOuSEEbfy20ZF
2zBUclmoWIyhRX6n8X0JKhkYg4OL08uOo2+kuH6fZZn9QOy+ZMVJF82u6id1M7pXfMBdsa/s
YwN++vUrk3C1AQSgAboetU3JCECchzYhot0taUA1VUFUQkz9RCvVvR5Rsevr85y+xSN9niB5
tn2Kio7dE9Gra6iAFJ5/tvXhN/vfXtNvTtsSTPFk2kwzHnVrC5g6DXNnTx+gnLTMLGHChows
KLRaICfsy/sqknzg9h+OpEAM/A3jjsP4wkTuQO5MJYkOBOyRlpgKGZoL/H+RAqA2GBrrwCK6
idiD/wAl4in9Qq1YlgS+T1t+SSoN2W8+RfLy4rAiiAWv2GvXE/mdp2IBNm5jk2r+bzhFQWCC
ShZZqedNVmWxELilUiBUadVoqAOwotc7MGx36MKMBlCiBPQ6mFGCktP9t+0tVnYk6MwnfSlV
zKoKAIFKgN2I5VBQUgnsAQCItw/nuGI5LcQfgrZANI3JIs3TKJ+1G1bsKBaNwPsf2zsXcsQm
cGY+bTZsPCM51VQoAZSLV/10S56fKjk4bIF9bqc/TnBqKy9CoV08zrpniFdQsPBUkzLN8zRh
rrdnTJWP9Za/roSMknxZrDjnfwoIcBPgSEkqZVALcKsCvW1bgfkm4AaPVQHBBFsoCqWs/mMS
QDc4tYwM/LVZAuWK7dobAZlddPEwU5uJRi46tMfBcwxCAkK36FiCSbBAFIwEbJHOnmEfNWh8
JcnD14xPa6ge3EhdMzPnZT87mZ+zQH/03Qf+tnS/a5sf/R8pn97ymf3/ACkf3/HP/S8hB+z8
4J+18yg/bYtD9tlP/Qzq4eFZhSkyjfY9gtCrDL+tCFahVQSQGU8CgSbUGoLMB5W6NkfpRswm
4AA36mEAN6vMNT/U9oK5+xT8fpeJ5t6TLOkBaKpiqAykCEdgCSCDOwosRNxiAvszRvmtS6kH
PBgMMzGxcEptfybrDvpB6CIfSCU3Hf5UMOyADTAi0rvSjPtDiIiBT0agDAygkARCKr9+RL5U
qIbdeQpJhFRmsqxIuEEQnqA1RgJRIUt2JEP5BABXgACNam2eKolGuSAOCOetEXQFNzRBtQ6s
34GptnczRyQ3nyObYFD/AP1IW30pNsp8mJlhQGYsyu0VOHyzVUyxaP58hFxzJGOQhzTqqr2D
cEG+6oflzpjUYWzRGJFWeyqUP7C70JAUkFhy1wDqOa/JBAhAsXQIJ6CESgStAgxbJo0ah/Ug
VCBQ7CWS11Oxlgwd2BMF2aC7OBLBLcKrFXsONOSrFk6CNihPw59X8qEf1BX9dgGz2AdNyF+d
YD6Vi/MJXoAv0TtsW66k9dyPhZp/XNOf1J/UrULccmEAEKIHjE9V7ET/AHyoBMoUFEawV4lg
EGzRtjUNQGwAsZCUH4lkMQaUkgGAKJagAMYeGKftmKJPLuGHYtHNIWKzM3mSbQERGCxwRH5C
rcbkozE9qjCdVIYEBaBJpnYiWDGC9Q1DMkmuK/Uq0arqgQ0K/uKlGgOKoEAjQUQwIFCAFooJ
bmx0A6gwLOojlRFS4AYIS9fgARPyBcbsqr+e1E0Yksg2QBaB2pdSoIFx2N9leDrTMPlYHqdO
rMpKszWKA7CyTfJJDAFgsJWl6wDnRVBRuTZz0JBzurWVBzGBWBwYoYkUQqqERQTf7EVGDRyZ
1gUX+SCJRnAAn7S6NCxwVugoBsXVxbhsQSjPxFIpjZUCixEq5fGh6oxpuAHFJkGCBrUfzHUT
T+XUkEkNmLhAoUYVtST2EZiYqgExj+qcE0RqovFOaFcWVWroLVigK4Vuo6qZShofw/EQi+A1
EArCbVRwrChZLAgULci+5M/VhU5lmfkkQcwBhBQBAKlTQYBsxZPB3qj2JI7BiCp6hWIJHVYw
/ZtNVn9kdPlzZsytdVI5uubWk5Z+ogWyz0CREQFQtjT+QYidmpqUlxKi13YkEVY69VTg/mrh
BqiItkhOSoquPwDZi8QAlmuXYIN1FIvmyBAoE/kaogAzs9jggAEHlzZResQLelzS+zMoRVBj
kgKvZgqg6ZdoVViwIQ9JS1yB20n/AHAltTEZyCXMI1I6CnFTLsQVRU062gscxw0N0LupYECg
Rf4qOgNx6MP5KkTm+oMcEAAk0KsyzQBAoki4GYg9wBYg/YkDtfC2IbJ/iCLlEQMsRAICYSSQ
oU6ElnUdd1Zp0rJkITJAE4rqZVRLMK29KGfNKVTRSoxagtHS1i1QU1qP2yQ9viUmjEsG3n//
2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8AiJZMUO7DoVjpBSVWrPzRMeZOPgsP
oPIn8yFWbka+ZleHwXJM2L+J0QttfsV0har07WnwJ/ch5XgLVb9r5Q+/fuWGPbTdba41Ieif
VMcqfAmdl0dSldW79DuT28GPf/6+33KXqxTd5LRH1Op6i1VFhLdxts6Jj13ltYQtvb2T1yk6
ju6kOwopNhrZNQK8ck6tzMPwG39r+ZOZt0ISPxLw+pCtz1PAmyyXZObFD1IcVQofq4O1l4aF
KuWx9JI1tlldmuheJFT5cE3WC44twRjglUfLOMyx7NvxLSmcdCrI8yth9bETREK52tNa8wKK
qDuVJKktTHAtvZjZP9L4FsvRs/0qxW7vI238ivtti/24mkVH2e16l0O5qHemJG9fcdKo7plZ
8SpPLmo993C1l7HfrPan/wCFEdurpfItvb9Oyq4ozX29nL2VG+h0yUXgit8n5Ey1FI5LeNaE
ujZCckqxjwIxc/MlQiFZ1fiVuV8RNfUpnAtlTnk7YfRktx4FF4H8sf6huaEv+UXdWccFF2lD
Dk6onDI2OVaBPXXwXwoRBDhEKpmb8jiRqIpRkbrxHNsEwfa9lyhbzV4KK+DqQq9Cfho4ntcs
l3ZC+Y3nJWlaIsXbNPY1+113Q2lC5KNp9cmrdXZwa617dHdlFHXkUW/wIT9TO3eZrDQvU3FK
qtSdWY6sWENqvQpRomrTuLngqUsmS1U7ub+RGGNt+B+ZVyylhVrweX9Qk5pX5CqqFXTEDwyE
69StVYjWqZ1mGPLJs2rCSo1cVZwUwNHLJd8M/MnkqV+DY01EYZ2J+BBHzJ1p1KsahqMl038J
yVHmG4HUU5Z+7rulvriYbFrvo9tkokUapRlEwvkNvVTzk9Xp2wsCSaXKlCajxI+o01O6tB3K
YsJT52sJRLwsCTo3hEWjizIuuglnkStFSIpeTN6kOimh22KVSoyLvgX4ENQOPmX/AEz/AKjj
A58kJyRkWrEiaksaWclVVZFyJuiRXJTn4wzuWFB+JWxREbOGxtTrsrvoTL2S/v3Ha6rDyTyN
coX8Wjudu+3odFCv/wB4jn4vwJSVbyOfclrGlf8AWf7a7VhurJ9xvZ4FFY5+Dr5FJIRdijZ0
wae37mqfU7klCJSpBCU9SYrgluqwTyOJbHKryRMNHhwVqvqWoiULaa8E/UngTd0U4sfyf1F7
ZJdSuOB84E85TFNx0+Z9VwS3Pgc4g4fQh1YvlA23STgqXJuxdb/CBvX71VF431/v2Cev8yJV
dXb/ACkR6kWN9XdMh1qdqlbYGnj4P2tNe73Gr4H3bNPNYRUvBf4V+FZ/sayne4oTeXBM0+Cw
in/ET2iDxq/IrrQvJLtyh5R0wiG5TI+RQi/JRS1cqoZf9P07iPmUqyfoOsMU/DJ4UgUXZ1JV
IJL/AAvRZJwjtWDgnPwnai5Jxyfv+0pmu0HcqbK/Uaap9SfqdsS+hsohsad0xb6uHrhsmavA
9lVpSkb+5MbN24K1F8KXIfwhf2VtEqrkhqnQpZ2RW5+A61ydrsKbqiSIa7eYLTBa1TiS1UTd
8DUxB6aci6kpxwitVyW/R/UVd3Vl3SxK+pNnhjm/JN3lHQf4k4wyHKHx1IIVnchT0IwJWTK0
fJNxY5+HY1Ta49O7v0WLyOE2nVp4Htbuw+SYhl/IqjXdOGscj2PVgorWbKo/d9tLt3+5LDKf
Gi/t2lGuFtVk7tpv5FMs7XbBLdVZIh6xOScI7ccnmJTQtElXQX6leg3bgskl9RuzwiMEof4F
v0T5dxEZOpX5Ch0zJF6lKSeNmXtyReLHXKP8S3mOaoo54PAljp0QuhWwmjwKX5G3YhOe0SZR
Sz0KhO6UjE7v4SzZrjxHrlZJVT8siXt+22nloT32Ws3RX3H8iu8rqNPXuTyNRDI12obP3N3v
0VDs0VNcHLfJREp+Qml3MTaacjko6FaTYr5D2/0njUma54IfyMIqvBk4IRf1GP8Apx/rImju
NTRMl+RhpVHyKX5kXixb1EXZFqUKOnAoqlcT1alXTJVzlnrwUqKnkfmT9Bt5JV8M9W1OBa6r
xJw7Et/FpqFrkaVHgq5KsequP3IjTc/b9rWXl/p1X+cXpW+6vsyihdPjKckOEvE9NeYFsrfU
2e19Waw51d0cRZiqRd4I+Y4fjBSjViebl6jJRTxIzwVvyXlfCGmKlSPwLfon/WUtNSFcsiir
aCimCi+ZOROVDvBCyNTHQrmw5vhi/EjgTRzIqQkyHRSNK1ynNZJWLiUfIRSk2QowS78FZtco
i1xJ1ZGvwqPRuE3di9v214v+IVaLHwrbhH27M9OnzHK18rlaKC3pyba65O/b739qyJe5RRKO
I6Cafj8ItriCDPiQ6n+UmyElkkhfBL5MwVZ48n/x/wBZwVVcMjLJWD8B1twRVP4NOkEie1i0
JiUylgnV0g7m67VFCF+LHlKhT6F6M7eUJsUujJKWE21Ot1yUdPEdYawTq+hW49VdZIz0+D1V
XBr+BwTdlWx7bsjX2ttn8j0arTVYg119/Xtbp3KzG9bMqqpEuFokiE5ihaRw+1vBG1IscrAi
tIIbElbBT7juZaJJgr5EMvRF6lYZf/2/6zEEkqtCRvZj6Cc1Ljm/JDq+SLyVsyJoVn/ESyjm
RxbgevFyFRc9SMo8CIityL9RryGsj7azVlKQrSKtryxKKMnRw0ogX7jquCUKVcTxkatq6ofu
+5XGuryxL2vbXtJ/qZHu7vac4NF3R7V2xbr29Xql9zrt/wCE1a9x6pVcI1W2vdsv1Jdsi7U9
e2kMSxWT3Nt1Ce0nrpLpBe5VTBWqR9UVdC9CFdngUdCG2oIHSwxv6HJNowd0+k/+Of8AWT1G
RNWRg6DI5EpIgfB3KjWStuCiuPXNylGht0gcKD02d2xclfma7KiGnlXE0zu08xNPtawKVU4b
Img+5MpQls6mqVhqaMeu1Ntbjb/6SUrhGmvv7bPdX10tBrr7Wq07bZO14Hq06PyOOqGp/MaF
tB2WWYE2/Svt1REypxgWu7hsnRzKsceJM3H1sLki3U4mhHFWXL0KKnQU+U/DpydC3/t/1jr5
dR8q5ap6fMTVuo3ZEJysHJLLeRSh1IwiIwJVlHHJRURPnXBKSKXuQ/ITbpYersrHQ9S9XKKP
ufUTVz1opVrBO23brFV1J1croUo8Hc1RL6nds0lerJ1riSlU8ij7coa1Xgkeq49tnGo2l6SU
vJD7pTR3Wn8DbufdWngeGSVZfiWgTWzjgenuNRfXZHdKjnoUc8QenUlMlZdi8rBLyeqjk7Go
4eGS9UTVFK1xYcXeC3/t/wBY21MEi/UUccku2BLB0KuPzLQiaVsVsVqSsjhzimCZ8ORJz4sj
V9SubkXWDxIVUj6i2Sl/UT5qMjJ1Hs8YF7ntvtXEnZ7+vqfB3eztXgnejV0x7OmzsmQtvlBq
m29VfwO9bTpNBpL1CftQ/cfJ6tdW/wDLZMfu/wD2Pf2e0y/bThIeqUxbqd3tuqulgjaydTbX
Vy0oRC+SLVOCSinqdyaT45OxLu04mv8AKNzLd9X+ksiNqJO6KtlE2nTwE5ma+BVUwz1azUc0
kUVO5N6vlH+4u5Y2J/8A4+7/APs7R/T4ZTsUc4k54IfmRalPD4clvI6odSrqNpJTfqU+RLL+
CHydrtaB/QTtJGUTkvYb1UxglKIvI2og7aw7kfp6D13Xe1Z5gmXKtJO14Jbo6arCQ9lf9Unp
dv0rJ+3CXt73VkmLfXzF7Wm/7eqo23GpH7j9zqzu/bbfNh9ns92/8Otxe97Sej2hba4Nm5TS
cL/Mdzbm7fiUPU4ZkmVB4HbZs7k6qyFvrt2+7r93B29rW+rqhq84FKh8ijVdOZHKgiKOxR1y
eBHBPI0z7X/0v/8AUmxY6FNaFFViSuyfqxpOpLJ5wdfhUnOEUjqcHXIo8ydbrInMPgpfDPW1
T4UtcmWpuitvkRIpqiw6VHs1TVSPZP0qjQodxN1eRWXgVdDs9x9zVHP+k9z9xLXVpi9v2PcX
7eE0L9733HGiih260XLqzts5oae2nGqUtlvNfHieSF/wK1aHOqb5Oh6W5uoF+4oa/UJ6NObw
QlTLJbnPgbPXaqI31hzRo7ldHTI+6yUslNpK3B1Vy36P6xp/TgpZHpvwKFU46E7FBPi5K/uh
PGCGqwXFetC9VgrQ5QtkdDjqiYo7PqS68IlqDxKosUcE3YmSM9xzExqJKj6lXbOCiU7fIlqY
wOav5InWjd4oa6+8u33dad6s0JzDy0Qt2/M7dlDwd2ztdMe+6cP8CFUcKt3glIqrHPJH6eSH
njg6dSmOpDbT+gtvbbTV0h67xruuf1HbnYmPTthXG7a6qYaJ7YWPD/MVc9B4kmz2UjWyqnVl
v0f1kzHwv8iMtkNeRYb+EPFivkOaQj0ktUwyxy1cr5ITFGcM7WobY9E6zQ114UMTO1+RUoVp
B6VIvTVlT0q5r7GrrMtDcS7MadVkleI3zV4JX1I2ctWZC1cLgejbTxIm9oTxk/alyrMfc/MU
fUbWLIjbxEn5DmtKnpoNccq5VSys+ZzyxxUcqot9XDTlM13iqjV+KNtEm94S1oaLbNX12GlD
56Fo6jTUnZtG2utmKaarj+o+5fZPl3kvavUrcfECT8ijl5aJebQduDkpRZKKIyPkWCJbxA2v
MbtJXyK+SInzIdkhPzFsnR1+CTuha7q9j03I+h0GTJep7Sr3cpXG7zYS2qtrj7bSQ/Io6cF7
5K1m6YnrSMEquJeCWSlSSbPgrYrWSkJDcTUvPQ8eT1KY4M/iNRXBVTI3EPCFSWbau2ysx4yt
jWW+9WcHfMPJeVx8HynUcpeB9i/6cf6x9qTh1E7vgpzUvB2zVXLkK7J1dFgrboTh0gpguNq5
esTBVFKcFHCF/ERbkjHJqmu7293C5E2r5E+pRJvJO6hYSJPDBU4HG6XGdma+4k0lRT/zbDbc
69BbJWuJqywVUwRMeJ2pysl68irBDqiluGR8lgjPSpz1OR/gf5nglqiyUr1gzLPyGrPkn7RO
JRSU8voa7YThkz6HYuu1WgmZ6FIkovESavlEzT8j+Tj/ADkq8j1SaYtZckOnUpQ6oTsjq7EN
R1IK+ZWhL8ib9TxGV9PA+hMUZCp0PbbnZvb0pW1EuiI5OuSUVsWIg/Z9tz7juS6tuZn/AJTX
ZY6n8KpS4m2drcopbkezVVYUuJwQnVXPyFyPgSbdPwFFE+ScHiUoilZuNbKi4ITjo+PhDyTq
VrBa+CFFcCw3yLV1aSNu6O1WSHruobs0JP5muurrMvYTa79f4ijamyZ/8f8AWVlGa0I+Y+OL
/CFfMEO2BJXeSHXCKupOOpLKi6Eor5CbLUQ0qQhUjqUab+MFyMDmw3vtDhxFzbZt7bN2ZLUc
zUiTbV1eMIXbVq5Lr4ENxCsTXyFGsxZyJ2qOFLK06wKlOepyhzjgtUnHCG4qJohUgl5LT50J
iOS1BtCvJcjVzmRNutmVcc8kKhKXcysy3CSwPT3NZ1dniSVZ3jB/8XZ/rJjxJwMcohUFQXCs
Jt9YJfiSkTEnjb4J/CGKlyEx/iOaPA9tdmt7t4P+t4xU/wCq2xP3fc22TtWCvkZb4KNPZ9ft
/wC8N7bdzdKKTu9rVrabMnaiyR82dt0+pto2vDgS+XInebsSus1glOdcEWYk85H/AA8Ih5wc
MmSbp5GprhHBFZTuinzZDqQyF8yFDbIt0J2VehDpx1F3J1cQP29dqXoc8jWCHke6fgiN6PPi
QqJX6n8v9Q0rMy0Nq51JbgTVihVRBcr5HRnQrRFVQeCnn8IbiXSaH7OqmvNztekYqLulTwTM
U6Et7VrgjWWlnBwlVtj10dYq1ci2vjcq4X9/tH27uERPcl/f1EbaxAnqq0kpXuVRUEq9pspa
gqumpV16kTTLHFF1sdXQr82UUFH5SSvODNclBN2IeMH+BVSiNqN2gqq8iactIl3VGKa9p3+D
UERe5KZPAls/Mbnu9t25QkvtL/pj/WUcHEkR1J+hShyQSl8EZFgjj4WFu5j5iblTWzJ9zbuw
oHt7e+u0212o1/MS/bh8va4o0Xns2RCmtXWGOO2aJURs/d92Vs/tzI17T7dVRIe2yfc7ti7E
mxuar5kbQ28MqoSvH/qJirubUpg1eep6m56F2uGVXi8sS+o3/wBhKV/NFRpw+ovrPBC+1HpL
1RWw4Ta5PwqZZweqnGxO1UqPkiyQ4qS1enmeFkcNPFf5SlIpU7tr/L4drXpydq9KXB6XTKP/
AI/r3lKroXlsbwSeBx4Hc4c0KW4ISuKcZG25qJL5kXjJLVJQrqRdBIrqiuqpdkPWeMEartRM
x1H7X/13MX3/APKTM1q31Hts0ik7E9rXXqTDTyirr1G3XVXeP5SU6DStt5k7USO66R2qsVoS
rPkcZMxFcnjYo7lGVrtlEa6xBKolfJDPzOoqKt31IXzJqNTLyhxUlfI9dHyU2vn+kawbaNQ3
9viJt1m5XJKacCcXuNHUuv8Ap/1D7aSQ/mUiHkr8GLWJIarcpdks5K0XAnMcL4LI0vBiWj1X
Vi13aad3ZJk9bfCeMH/6/tuG/ugXdaLnZpRO+7H+5t3MhKEJNJLwIivJCULDglWd54NddF6s
jTbrlIq56D22UqPM7lThXHVvpgSkhU6lPMp8mTM9BPW+1/Etb8SG2pskXkvHmThDT+Z6q8FL
D2b8iH7fShH6cSQrZPRjDPXWMI7lRri5Gcpj6FoWCdatFayTPSC36f6jrhD6EMi6G/oKCHzU
/BlLPBOIFH1FMrqiYonSStNeS9CLkT/wE1WtYJVckj9zZwtccm/uN12dFAtvdpxqJJQ7D/Rx
yyk+LE9946DpPXkpb6jnMJJ8HfrTodvuK2Uie6/JGrlK4kpEknW/Enc2tm6KcFFKG0cRgh3u
TdE0ngpfCFOKQhTRMc2VhtYsxqVDyripCVJeSLdCmyaFK8z0NnqXdq8qhDssPgeNlbqJqm+u
Bb7KrulyVprydr1T1mjROqa1WWVpJ92P6vuIivJ5lcHiTNsHUjk5gaVBRYoqoh1K2IUXJdFe
RNOdXZnatnpy9bmv6nrzn/vENUdilkae3aPU/Me+7Tix2qsWbJanZ2wd3uOiuhPWiTsTs5Qo
zdF4i423VENSLvX/AAISTnJhZmpKa+rkXqmbaj03UOJhilW4sVqnkcpwKZrlcFIj6wJrNiZl
DWzh8FHEuVJDcoaflBFlgonsSlHUXPQjaUmSqrD4O1qnJ6l5lK9Wa7p2G1TV2fUT2pwJJIso
LF/0/TvHwdRxRvJyyGpkUZZLolge1uh6rckPaEsj7X3NYI9vSE8QTvu5dWrQhPRbbLW8sUp9
ruJW6YGoiMDddeBN4sXSTO1tU1SFt5EKyV1kW19UrMabUfgLKxLqV2fgJ1+RERNyHG1Ktofa
k3F1/wCobmG7uCf/ALOr3f6Y/qG9NNfZ5SvH6TZaad2zp3xSGLf30msLJPs7zpnXar1f+Qev
uKNlQvRWHSVl2LZIUrmC0RZWLxPAlq6vk+4ne+EURO0SWjghzTiw63wdrsTq51yidtvVwxtp
fgeqs1hE4RspmHQiOp0VirgruqYL/p4/zDHwiHdDSo+hwsnPA0bPb+U9Osv6DcNcz9ot9kk9
vmQonjJ6bMe8UeDtaoNXeIFCgzSw3MEup7fvJW9LIrGYKVXGRQqrJsm/B9RbW8qsWzz9tJqO
k9CtmvEhr0/8p+17Or32dJO73/UlbWafzjfapeRym3eSNNtfc0/hdGR7vtvROia9UCdd6X5O
6mnuay0//OPTX9DicE1hHrdeCX4R1PRWKin8CU0/oJpeQlzyLLZGyiCLLE5ZCbpc9NHlO7FC
8ZO10TonyTq+145I3Ux+rJaq8xp0cG72dMnck9+qwdvt6tt4HLemrQ9t/cT2VUiZ/wDbn+b9
ztK/MVbYK/MT7n4FD8CINVP22QpVdlMxyJaYpAtW2mqVJVIvtkamDXtdKyVqRcfPI48lwOn/
AGnc1KRt7b2+6kPB2OqVdWSp7ndYJbqYQm6NUvJ1wv6h1hu7PVMo/a0u6JC01r7m9Htmp+3r
5vJG1ZPTt3Rhi7tUmXkVfAft+2477c1E26uwqyd2uOBabKqyTm74H3KmGKU0z0tx1Eq0sRtS
ESn4Eu5PzE9br6ENS+v9J1w2OfJwJol5sNy5NtVnFhPdztlKiO32Etd+bihTrMPCI9uUtqOW
RK+yP9feeZDTjkSh0K0mxeEdrnxJi2T1XbhHa3ahW3JVVVVyQolP1Hc6PCR3bOYdOPi2lLR3
JVVOzBDXaiHZ3GtdVDye57HuJrV+rTfjYem6qsug09pV5E1Th3ZL+5dCX6q26iUNuKjcxNmf
u7VWOv8AmO6aaD/b1Tbo5Nu+rwsE9zrWtUdk6y7G2vufdoNKj5F7fd3L21VvlF0+Hg6lLdCn
3X8iNs2OzbWX1G85RMX4EkvESi2HaDbVw0Jpwnhna8WKVXyHOLMaxhyJXglel4xQ7ZnhjbcJ
fiPscKbYJ9zfOKHckp5yeppaux2vdS7F39k2/wAw6zwKXcnNitWiTqbbTZC22UpL6iUUIb9W
ELaLEq2Ud+qvVop8joxzYjXaFmDbTf0rb7eGN3myHNz8jtiSUp31sduyjZXTHC8YJSSi6IT7
UhT6p/ULVPxR7Sw9brliW77XtUhepYaJej6JkN9qWB7bbTtih3O7yz3fccU1cSPfLcsqqJeZ
LeKMlepD7vn1MLYSb9SeLwOsqLsiYmzg7Yh3T5O5HqyLx8RtuE7FHOJPMSXzK/QcuYz0Hs/L
wJTjZ8i12q2p8x6e2nttZZJ2a1RH/wBjZbxa429Fs+WW/T/Ud2SubDc2diniN25Jb9Jvw1Ub
/TNegoVMjeraiDXbG2ep3JS5lrkcqU0KFE3HWIyxTtReco2932do32o06rY1/caXuqqZr+5X
ZKrR2bv1OyQ9Go2SmC89Som1D5KufofZLXNVU210ok7HanaqRSzioo2c6K65NfccvdUc4NfZ
Sc63aVDtXtPaLOcDT1WvmVSnmRe3tDzKNtc7tL5j1crtZWIZE0WOTtdWrIj7UqbeJGNSW4Y9
onXgtCyJ7KUrMdYSudrp1yNOejRLdXyLlHVkJR9RRrR3YreFiP2/3HwkPfZdi4O3edusj/b1
ic/CeRzU/l/qIVCDxuzoOX2w7M5zJu7zREt1dWifobYNVMvVwJtylRkTYXzNtdrM22fuRov0
9Be73dvt6Oi/iHFrC7mlNDTeU3rdi2bem+spbInZ93tv0vpsjuTbTxwN6NfturzA1R7aXg1a
nXtq+omolqaHidyR3abNeY9fe0W2s4oxw+xvDoT7LW/iyHotm+HBSF0ge/ub6rqLTXfu212T
aXRj2SptDK1XJ6fF8jfzgcqFj/zEui5vccqVkjROHYhatv8AUqDeyb4qiVq231Hq/bfdzwV9
tuKJFfajxaPX26rEVZGzZGmni/gn9WQqxgbWLl3WqIwvh2zGyw7lEfyz/qLlb8CacLJWpNm1
UcKmTaHMOEjs3VSVKSP3Pa9UUayba769tZ1k2ldrdNUxP3F6tefh5DVtWqi11okPXI/adHRp
i10cOkkO6xyPts6vJDteT1Pt1wzZ67fuThHbp6NX8yW231IZDryRqyomrcE6bNclVKsdz3dK
dqoVez8SYK1glKJ/El3tJOqiTtbrh5FFe3Dud2iU0F4XRePzPU3QvPiJabdj5I221emcEqxM
2sRM8nUc4O3aGp8Cnp4aI09Wrq2Rtr2+4r/CcH7nt/f8j9vem+qo+S/6I/1DrHQmzi4skw+1
orXFCc4PVmy5HX1Laz4J1c9D7oeUx6zXgSUtKjKOnImft+1XdVoa7O8erxJwUoxOKohelqsp
nftu3tzNEfep4kevs63tJ/ubWwT9CRQTPkdBJqOpSi5uTPkcEzUiEySXJ6acyRKK1OYsh77J
QseJTWqze44V+BL6E6690YN1tqk1aBqxYqjEYK3G4qJWZ6/t2pIo1lJW6laPjgbml2d2uq29
vbNmQQ6j5wWR/J/UTkh2JiEq9JFNiCOMjWzh4Kuqthf6hTC3ShqRSnLyi8bLOTaXKY1tg7Pb
rzs7Ierb2bzAtNKJV2ISMKMMfc1Kw2P9tTBL2eqdkTtLb+EkRX5D6FflYwl8yLotDfxmSLlk
z8iIgqOslH8x9rhi1TwmThFM3HQez2mRuK8n4kr6krzKyk+B67PuU+lj8bCdkjta7l1J19uk
yepNNuuTbfRp9P8A0j7eRbOtcDwyuSbl/wBP5l7uCFZcCbqPjqc/gSequUhz9ysz0qVZvBS+
TuW3bOBabfa/t2Gpvkjs79X+I9tV9329EPdud3ds9Pq24J7u1PCJbb6yOcFuqk54OuSPkcsr
TquS8PlEYtJnr8Og8eY3k5Ktoj8SGTNMIUVeSt2JOYdsE22VCv8AdkWFLkrYhWY9fkidnBOr
p0G8FdkUzkhlrWOZJeqU5ROsuXdlH0Y082QpI+pB9P8AURZKrGreAksM9RF08jdyUd2HgUYI
TUTEZG3DY+77eXgvRDnZSlRZk9Gi1S5J22fb0oUuz1P5IXiKKfUlqnJSpFJyuo3ln5mVmOpN
yvkpbO2fM5XQn/ieLMIa+RLcEYZbyKlogrYbS9OtWNTKulwdyrFhtu1ZuSmmswNpViwt1VWa
O6Kj12yogft42pUeuH5ndEt1SNvbaorMop6G0+RFhLXXvS6k/tNYGtl27WaZ1ITOpW55fWS1
M/BTgh3IwVwNrCseOCLkpQPXSH4XJ2UNuzHppHe78I222vdN5NVFGXhqsD7W5+g074XJVXx1
L0FFWS8nTkp9SLtCmu1ybdBKxDVCNZY+VgpnAz8yucFDMK7yJxUq4Jue40n3bUl2gTtiEJPg
a2o4r4Me+jhbYwbRwe57dprBOCfI9WtnKE1rPd+Iv3K7XnhP9I/S0ro/I4n4Wqf7jibIe926
oqqE6qEyfMmZi/Qvj8x9xDwQ+ZQrOMkJzmS3yKCTougkq9DlYQnNa0HtPqShRSom52bdZFts
u2vpRTGR6rJHQbiYyKaqzQ8a8E6uxLp9SKvwO5uIHDnrgo4mjIK+TSoNtVZCuRFeSTk/IoZs
UcLiotorwcQUzybNXVY6nqd/Ii45rNG+hrrp9qscyO1Rwx6tROSGpjJEPZPIp1aTyTZwS8E5
5Ft7e38o9fdXb7i5O1+pfgLVViklD1XVjl4Nvc1bSd1iTy/Mt1Id5v0OhQVKZHngmPGDxJVW
uTjZDbr9R6NLtj6inDqhqKWkXdSMKw2lGOhMzWjImniJqEvxZeuSik7cK/LJVEruakun8I1N
B8L5k3+pOHkz0RWnlQkTUFybFYHNERQn6Eqaim5rqkmnfqVlq8HelXKJVaVTJ+nBMURq/aUO
avli23yJ07XgiKYEokVMkquZKK90RiKJEC219O/LPXE5aRSxa5DZtO0rYjkvj8ybpEtRGSPm
K1yhW0jeucE/IrdkRDeRz+lSx+5t6ntWoqpRZZZtibJ3ko/FD1TbWUylNeEQ16XWaF7ZuTMr
oNk0fmJQX8imOeWRfFGS0myGpU24IdjqJ/MiKkcE45y/+8XuTfMjdVPQSfkxplsHbtCdtX/S
Tr+p/gdro3+R/uS5JQ3DmKE7NxNlyatONcp8C1VlgoiakOi5OzXb1N2HF7CZHBLcFGtlkSVd
eBwiuv1JhUKtXMfb/UVoiFXkkUqZ+hSvNS0alHMi1fkKatGq/MekQ93HkKE3SCqh08ilXch/
bfklJrV55KJdB6pxFnj+Y7cYrdEJ0REeapItcFKp2G26LFzuVHeeRNONunweYp1FD9Vzu+ZC
zhlbimmq4qdJG1R8sj+8D1flwNZ6FaYbZM92PInVPmtyLZhYNZa7h8yOHUjb/E27EpmbnqUl
FEF4ImU7D0/ae2qyfu669vu3RtrvqtdllWPU69BrTWVyVVK0IVOUSoh4HWG+g6p+RC0e2tqU
qS9e3oy36Jv/AJj6IhW5Ry3SBcfUbTJbqiVUqrItECSUrJ2qq0sVsy3dP0NqxFZG+BN2ecI5
4Iama9Co/Sxt1YoV8sSwKGpVef8AxEuvXBLzYbXyHLic5F9CWyLvkjngc0bVyro7HUhKOrZC
dbj5XFBRktKtOZFtiM2H22dmfsvWJ+3bJ2+7q2sNcDrD4Z3L0tKjO7vjafUouTbRfVjTwN9S
KSsC7mk3g5Jn0vCJ31nNbEa6peSJWtFgU0HTwLRHI+3Uj8Cqktj8zn4WsJOjJukUsSVdRcPJ
vt/DKnqN3JbnhMXcokha0qNc8k121VJVjtvHImqcST9CJ/xKEOixDIpQhYqdMkcWaFhTd3/8
I8L8RN6p4XUb2u8ESxJVWUK0RZMfUcKNThcGNvCh4CpPiKkQetMwniRufUoaiiP22q2nkl6w
9FF7ndFylSLdR5nJEVJhU5P9z3I1zrqu3/URWMeQtSHYdLlPhQTamXWCpHB0L4/Mrix+ZVwP
PUhZFSnwTToXcH7TrLl+A9lb8BKe7XAnsqaqkj2dOD80ba1UuSiVcFWvBXQ244qKFDJtsWXQ
7q9B7RKsxelw/MhYJrK4uPDspkabnZnbZ4IeD1RD/UuB8YaH+LIbOSt+f/MUckrzT4PSn4Dz
43JaolgmqSifB/cJ6P1fpSHtt5oVKDiniSnHJKryS/kWvWomckd0PElSKJ8Cbrrtwd2tEXk1
1UdStiUUwWx+Z3NHQbXgUZ+ZWyKVkS+aG1Y2TsqSOFDFqm6OGfSHkjLIeOS7hjxFU5r8Jxgv
4I87KxGXWtC8T+JGq8WdOSl8lWir8ENzXgqpf4EJ/K5dtO7JTmthn4DTTlZKOrvgh3ViUopV
lKjeysOGpeEbPVys5Ne7gVLfUhZyNbOXiB6vdKHbI3qr5PDJRlPgpce4vtaFO7eYO5b9zz0N
tdbtSm8Qb6KZ1d3lP9QuB7+S+FCIoeRW0kYwdy8yTtuuUVsLgdKSbbcEuzcinP0HF0qQOV4I
n5FfrYr6ucf8pMS7wWj8yjjxqJJSuWRNxR9RqZjODttNxr6srLTqybbTXwH+R3KvPAtU5fRY
Mv6HpUYhsThpYJi9oIVEUudcnppFoqKaonCJ1+5XI1ltjby5nItkp/JCSbsTrsfmS6bqzElt
VuHT0sen27a02QoG5E8Gr9nF2Ttdoe6pzA4qmPb21V3Ze+Dt1cbM7PeS1acThj2STd11NklX
Wh5fmJ4ReOhH6VUfQm03RTkbfywN+aF7ap3MURCcUE3dsbmryyl1+I+558WLutJPGCY8Wiqo
rE8Cm+cUF0rJ3N0Y1d4HWYyibdD1O2SVdCpYm2rvI+1zMOxPzIleVCuOlhPzoy0jj6FZYkl5
nqdWpIS+RZwSlMcrBVxqrQTaHZkO7R26ut2nj/KVXRFTta8h7XSrrBPGfhT6nI9NvtY03M81
GtS0EOyJxZD9v3dY4bUoorUgfbKmrPL8y3FRw45G3arfKE9arkUv1LAmx0hFHYjOisTZ4wjW
avlkLn0+I5dXhnE1LIdbETXrf+UaRWlSXRqglCTxsiYoirlinJ2u+epSU35jcz1LS+TtTbzA
laKwNR1qVv8ANnicQcJfqIm/UrSMXk2rHQS1v/f7Tqy1Hwely1+BMVQ0k0xNInLVYIVepqtn
ewtvbcNVjDQm1E3Q+1XGtlDWSfMsePyH21eD/dps8IezsrH7ulNlWot4iVZcla+I3rK2ZUu7
fmNPXti+VB3L3Upw6MddXOZQkmnBCIdRrBMSPaXE2XB6bO3/AOQk6x1qd390NzRqrYotk/Af
MD60X99jiCrtmBJ/IpbglLxO53Ym7LJF1iBJOVFWVcFvkzxwqUG01I3kbdHQhDWOeR5WCuf7
+km0YsRs3HQpZ5diWpby7QP3HTgaf3D2rGWNq7wQ5TJbtkTunwfubUeE6wbRVxbkVIerhodY
kTbtgyl0Hvts3rhEvAklXofmVhrMjSUzdOw9NXG2rrqVoyZp0JweX5lVWbmdH1PT7l+T0byl
iYP1J+JDbfihLb25byh6KVs04JfWgpnoS1V1XJLmVg2wR05FNeqKWsQyIlcjm7VDwFZbFV8y
Jkm64JSp9S1IoQrZIVsUwU+aR0WS5ErmCjaKX+pCoutkRkSuTNFyUTh2RrpOclX0oPZZHhq6
F22fJM+RNK4ZVz0GuSlxbaquRKaPJysCZ6ZX5Ev5n4MglspQW0Vy4JaIwQjy/MeFNMkv6ies
cDz0Qr2E0qnp4qbbJeprGCVHdwzVNVToxOzXA1Pq+otNquPEqqXjoQrNkPyeTDReiwj+GL0r
JLqn0HlN+JC+hOt+paqZSo08qkk34kvVloJsiFnJKp1yOatinFmcRyQr8kVaSntYlh+cHLnw
NG272k6IbXFiWvEjkp9uUUyPaLcG222vZ2/gdytglkJQsnpQppGCqhrJSVHyIwTZIdaz9CjI
7r4k5kVfJkzX6GPt/MfSrY2ydau0EPygTu8k2eck6vukdKxzH+kbafQh02ghr+ZXG9Mcjw+p
GyhYEuWREt5OGrqDw4HEzk+6EsFHCG18it+SG4jkrRcEJQ/mQpfQhqvLGomDuzxgpcwVtgpb
wHNeBSm5wQn59BLnJHBpzNpNvadWpafQjOWXuY/xNW9Y9p0fifxJ/mOKcoaaj/AjTFlgj3V2
zk7va2W2rqkLucLoS933KzmiEtquKshZsa9i7u66E9qJ4JhOLcnds6WaVBte20tct/8AKa7a
p7bJ1TJahOqJvJb9P5kJSVccktqSVMcFNZb+Yn2w7Hc/TiJFLSaydmyso7lcTbbSO2Ff6E6q
FwNLRVczkWyo8+JjkeziLeDIbhK419Ru7fyH/wBhVQhZZKVqdPhS51/ATyNO2UcIp8mdBpEl
F8jPgVmc1FChcseq/wCB0yaxhSa7JRrvdEPkeqsJPSawba7KE1LP2O6e37W8/C1BRUa21pya
6P8A6bs80E051dalFQa2QpVrFWcoTdJoTtbiJI008G1CO7aFq1EI29uK6kI8vzGq38D1JPzK
xWyVWR27Sqs9Oq1/zMnb3El1I3b3a4H6Z4Qu1epWoRtRq54kolH5E45JVnS9SLtci21rP0E3
DbRNujOSnkT9CWmn0OpDqUVOETZ/C0oXWxmpRUkdFKw6FaYZLc4SyU+5yi9RTPjYei9XdbYl
NLbSpru3OyVScfxCS9ez+0Wu/p6p3Fvqp2X1LQIhK+Ru8JuPAe3u1lyk19p263yketNPBM15
KH4lrji+tULZ1lfUl7QkR7er3nKoh93tpaurd2QrM8voNe9v3VotWU9t7dWz/b9vXXmaso4e
IUCW3uJ8yyu04hEaKekCT07V+ZLaa+bk79ab3Twdm2scFMVHN5LRNuB6PNiWp4HzlMevQetO
SG1CL0wylWrYI2VXVFPmyvzG/rI+pUllUoLKgpbOmHkbfkQqyqkxEKaCcuSn3cEt+InaIhkY
dx+0249yqwh6RV0J9zZbKX28oUWJdhk3gRpt7Wy0et5I39Ozonhkap7NqjWWLT3NX2urnBtr
fRV12/oL+B4iqdv1G9H3ak7qr5I4PH4fdj8zun0zXwHrM0pB2aaS+RaJuJJ7omg5VbN7F0lj
kjaJue41fVUZs93bajNk6t26MXftXKG9paF7aS1eldWsMbmErHbu57aC2qpqQlOXGTv1UqzW
SU6PEESo1ohd3hQlVjGRzP51K4shJErwfwfBHJHBEx8G268DiuvJH4EbS9l5KBJWWS9PA7E5
26Ef3k1pLVpFMSqMkSebH5Hds4TsNJqlxzBODX2nR6Vm4tVZWSqx7+5t6NqdvBr7WurlUfiR
lYKjrXgkcUTL2HWT8xOL3PL8ztaXb1FLNlqpb5IcKF5lGqcs+6ZwhQ6xVsWuz9G1up7iVE1C
8xTfZtlb5Jr4HORqZnEn2tzeD9/26J/cRsu7QdKPyaKLmglt9vSjJW068ZO2JRDfSCEk8JMj
utcTTfVwNJdz4mBp4Jp4FX5CScMiVQmKdRQqLBL9LH20V5sPb3HM9SFwSk3yP3GqqifUSieo
5WYTOeiIjwLVLQLRvwaO5bNrhlD8B7JerJru7aqUuoqTOS0PZ3udycOPmUZEj+FbshXJbMo8
vzHDmD0at9CddYmiJ33h9GTvs/EVtu3LG9VD5RqtvuVDT24bl4NPbWtElUluJwVc8FoQ9le/
kLb213aum2p2x6Mna0+x2JUwOlVgcqETq4myPTUrq9Hna5Ou0x8x/wAP1IrHDFta8MUKdiG1
r1dTlY2RaRQVdeFc+1+ZEX/UlY1Sq15Hc6a2jqQtXNl1Pb0o92/UlwLbTWbd2vJGkp/w7Hqp
tFifg2J2Y/b9ylJ12wxL5Mrc7o8CiuRH+IkvmV+DJ9pJvKZ69Vr4FOKnidzHvpt2aWhn7ba2
Sdy+PzKp7NVghaLVYGvqUXmLngsu7I3hQd2lXq5O/Kun1ImiFFR8YFy7oUKdXcfbHidETp92
tiHhxJM1J2JahkJzgqpWJONuhXbwRTF4F3azFoG9o26K6IinDvJGy7eIJ2pxyJunUq4fyn/w
iW1V0KJpWaP3PciF+mlhr2dG9cyfurdqtdUJ6r1LLckQlzJrrfbJqk/Wq+RahwQq7v7ULf3q
TZj13U8MWjf7mmOUTyQN36CWntSvCqKaRNoRFU+Cff1aWG+R+2lXVS9v6RclSfofih09OuRv
ix3fqdWeUjTq8kN1IS8S8I68kXbrKHptbZD9jddusPt5ZLTft7cE6fcqx0/hNU66bU8Bq6wJ
zR3LwibJihoUV6nc9FOYpUnVzrNejPH4IleFSPcTjlEX1dtikPV26kQ7YJ7avngs0Stu1uyu
L1eTLqRw6s9Or2jDZ266r29cmsJtxZjhJb70cXqa7K28uB7RWLC9yuj0dnke0TtlnelWI8Ct
I+pHt+rfEH7vvere9cC01SeqcvZ9P4Sc2WuWzu2Ub8DcWJXwa2+ZUnt1nmCLocKJq2Uvkqcz
8GnTkgueQ/GpDVVUSiIuS5XBUUVVoNWrC97SVtNUhd2uKnfo/TwzRqjTFvF1Jrun2yiab6rg
jZPV3h2knVzzB6l0Gk5xA/bi9n1Ho1VHf9s0WZNUlO/IluklfuRttrt3aqsHhcU1aLFa4g9M
atXhUGtWt+2spf6S9SrdypVEqEPZUf5Gumq+RrrEdqscNFPMTXyPxIfgd8U/Mpi52r0uZhC9
73HOy+3XGqI+ZehyuCZ8i5BUhkq5PNythNqPhI+pWx5DwLmIJf6irKOuSrht0JmVkkfCsJtX
G8oSU2EnUeubilTzyRo12qrnqOatjlVdZFLlIT3TnGx2e3uklyif3lTkT291e7pZpqpGHQbS
iXVOzPc01dH6vBlKvkcOIIVXk6PB3p0bmFY9XkWaTKK2XkmkJ8D9vRru2+7b+k/e3U41SEsM
q/AScueBpStsJlo1Ix8IdjuS82Xocwccjf8Aamw2vqN93b0Ie76Dfe2NvaitJMJrk9WqafB9
n6Z+pXPJRyk5bHKjgqWqKaeJDUzXwJcCTZHA+6VBtNVVSKPIr5lGp14OHdk36Cw3gSWbm3tb
UrTyE2qNxHgTzj4vePWqj2Sq/ufBTNESlGBua4HlqxGzosD7Gm+CFLcWQm09Oh26qltTu3+1
O3J26qNelka+4qQ1LWTXf29Z7voyfcc7P6Ex6uRtOF1KpECWxOeCJajBKmtj1bEdzhuxT42+
EKo1En2+ZHyZ6rozDgjAs/kXx9JHRuMDavwdjXa4lMi5OGVqV6ieyhvgcrxkm7XA4fidmlrs
1xSw5hJ/NicDmxTNkzLrMkqpqtF6lTaRNVTJ+LTVHc3Wv27YzAtvb3rZ6s/3U9W8qupRpzbk
rjKPTTkT/ULb2V68yP8Ae2TeNdcCbjbnoLtdeDud3Y11eWbbfpboXsSq8kuhc9CoyZluxLdc
oVEcwJq6yJzHT+xz8ZWBxLbIdkVVFYq4KbMo10Pt/vI2k01yS6Rkq+6lHwWhERCdjh8kbecC
bUL8CHbkib/gNavyJbUVoLMilQ06O5z1RKXixbTP+IlZ8DTuhvDqbaO+sMT+Ekmu64pAtnfg
9LapYiaq0KHI0/VzIttaS6pm3TJG9F0/qGlTwIunhC93ZVxKJ2qae3fZntrspHmRHmRrfMna
m9tug23VEzP0IbpwNu1lBanJMtfgeBq3l2K0/sT8KlNUsSOHM/2cFbI5XAnCY0TZpQUrkmZq
Oajy5t0JcOBtT0O6a5ZMy8EzGvI0nUhvxK4sVRwLaI6k7wtWobJ12TXJ6t1PDZ2+0phlNu3w
Evc2e0Wkab9OELZOa+JXyaJbbVmyYhO3Iu5T3V8v0k9sMo5T8oFtK7UU+1WwPZ/bqpZRO8KK
0NE6dqhoe3zIbpjqSkPKdztj6C7SHeyZ2zVXK1FKgXiqi+NTpx8Lj1TaeIZ604yyqfQcqODu
eMDif28QeX5jpKyQlfgmlCVdWg9S6pjgah5LMpOqkde4bmMQjMcHc3EUoOH4F5qQnLQmr9SX
kiRrisdThr8RvTbt7vug7t255KfP46p3wXjxI1gcuEka+3r9spC1WKIljbK2KYP/ANfV/wC5
t93RHe1RXK1ElnAqWHFMNl+kDrD5GrRXxF+Y2nV/cQq5kcpPgaTrg1fT+z4iWu0R9yHtsoU4
ZPdcpVFDkx8Nu1Sjubjko5fyH04O3iyZEWoNyVqWh2HRLqS5q6l6LBSF0HNFZnpcxcpV8EQV
qnYUXGpkbSirKeZ0/sS+HBSsYIy7kK+Ufv7fpsipX4SPfdxs16F1Hvu+7bdmqf3O5NmLZ5cN
DdPzO2JVzlji6vBqkN7UU3JlublXcWUShV8/jRSTbmRwqqxs9lLd4IWt+blO7WODtb2WvOSN
ZfkONHHgJJ7KT/q4i+ZE7J5JbbrVvIu1TmvA4pBDT8SIgaiCVKdoIPxZV1wN3E1I3+JShefh
ReJOt0dyZKjr1/sWoWk/c3pNNeRQpfQe0dZPOJNU/uanY6fF+57rjVEumishypipCoh6tRSR
O6mEy0s9MTkh3Hs6Gq28mmOtMEqYeSbMh2dCbporRI/j9t16ifd2vKdGfekfct9sJD0083Ak
4mKvhi2zYvQq6FGilWsItB5yN9sRTyKOE7LgtMf39I5VXYmf5RVUE/IrfngfQUVk6NQRELLR
Fuo58bi2RTxO6/8AxIJjyIaldDCcUydu3p3WVZja2VMMW3uEdiS5ghapLlCTVEsCUC9rVw3V
rJ3LFZyaJbzvCTT+6Snwe/ubQkOdp01+2KKP4h0G+2IX3cimiJX3L8DbWY1deaya+5qqNKYJ
VI+o8nR3E4n/AAEkoEtLTUtKYqTqeOB6w4/Ehzq3wJ6PzkjbdvhonedlHIo1WrzB455L4Fq6
Uqym2ajnaCJqT3F38hy6oamFebHaofU4SwOVA4U9eCmXYeeBz5kqvB06DUXJs8FaNCqKb8i1
VmcQNOyyTZsnBR+rDk/3Pb79V+pXO3b0vlj7d29nhKR7P08TkS5uPaaXNt3zQho7tdo26OqI
127l1qelrTXjUb9z3G/h2xf9QvbT7kxOZjBu3rDZsojZKiF7Pv8A3Kibs/8AKOM1gmKEOnA1
mLoSh0yTdckzUo8VRUc+R1FBLEL+6EtX4iyoFCbIsQiVijK06IuxpZvI9dq8ZoUhQrC2al2q
NNQ1YTlKL8i4ZeY4Jwdv6iEvIr4JkNXsPJ1Eug08ZPTbg8cEOjVytPMhCeIG3qm2enRJ8jao
dRq008f7PHwWuqkSTU5diJcaux2d0pVRLc6uw9tVLHq3278D122nqN4WCXXV1KuiGlLR44WC
tx7Jem0fC/pzkTVR/RHLL1WCE6/gKHG3A+EOD+KLE2bO3VQssa1Uw6Mx9s+cnc0o5L3wbOIb
pyVfkKapZRGsTwzrZ+Jw3SPAb+3xsXl8oif8SUpRNo+46ciao2JzJ9Ru3BD+Z6alacEqrIoK
LZ8CBRRHVEqXHHwo4m5VlPhGiorvCOU/mJa0WRRSfkQ7YG214Hdp4tDbnuWOTu02mHY7Pd1j
qrjWu3kxLV1d0PXZLZc5JhIn8CHWbR/zENxQS1V3e3/iGnt3J84JZOSTuj1fxcEvaryidnMF
ElyNdqE+1FkUS8Sz5PVQqpXA9mqYRTpI27dBtUjJa2bDbX/A7WiLyPZUa5yePGRyvAbdkJJ2
HGMngS1SzFwSn0Kj4Ji2DuaItexMQ7SybPBtpt6ZumPbS8uhXUsfbfJ63MYXJ2aqE8CUdydu
StxNWVxf3YkrusjWxLUdRw/AenuwmnR/+kb12h4k7tarpU/3Pbl5fUpOreCP3E0dibhc8EvW
f4WJpa0pDPVotiH7b7ulh676vWFSCJajpUjuaxLTH6rUQ297WoV2a6QJrV7LLsS9dpRK12gp
rtHOT7NrT5SRFCOPxFNl+JKtepLpzJEUtPLFW+RNOt2d3de5VucMhwKtOEOF3UpI+SH9zuh4
X+A5qNXWOBcWK/InGRtZJsTWegngiaIXCwbbavtaiCm1FS52vXubzgT/AGko6GqbUZ5I+1q6
yemyuiGqL5kunBAnSfqVv+JMzBzA5p3LB3P1vnj/ALx2w9eeB9jTnI1tr4jbST4G1tCWBNbd
xRtrgiLFVVE7KuGVQ23CwjFROaukEynOB5fIohTRCSVFcl06ck+5baiL9PI2U/I7FZXYmn6W
RFHZj1d5sKfMlV8BuauhCp1EmqiTvgma5ROVlj/FHP4kJXuiMMWubknddIiPmRkmZSImn1G0
5R48lbMaahc9CVVCadODx+EJx9WKLMiYbyVT8WUq2xKIHsoh4yTFU6loeDDSyUUt8E7Kr/E7
dN2kd71W0qJGv275I31a/EhbPjyHG88JijtfNYGu3W9pGu2UVrt0Eu2uRpKuGZpdOxEPu+g4
+5YFibEpqYRTal44J23lLHiffjryOKZjkWJtBKTmyayTtTEHdPkxuYbuUwskWdxQ64JbuJK2
WNXayNuqyTPpeBRR8npUyqicSOiknLocdBq3UodyqTqqFHzQnHLIVyEpTz1EtYl4ZORNRCwR
NH8xNR4Ddx0PU6ohU7cyJNTmTWH5EClNJ2IWStIVCXSMnbqpaK4wdv8AFljTU6o7WkuotlRc
ncm1wendyryfdeiY6ylwenbxE36pG9bZQm4nA+ZsQ3D5JW1OSXu2kT3fM8vzLS0xxdCbxUpH
mU+opjVuywcuv0Id9scCSVXngU4yS1fJE0Ii9h62OGKHTJFkXFDrag5vyThEzPUt5i1VGVpC
oxauUrnhkiIfPJWGUoP5SPEMrbkTwRRaj7bu56bKsDTdB0kcPN2NTEE5HteFZloko6c5O5V8
yq7n+mRpKNr8opR5bEqxdISq9eCGvBHqpA+t5FKpyiNarEiTp4FZbIiE7in/ALSY4Z2uvg4J
jMREI/vyN8M9XzFMv8CecFqOxzF3wJ2jzL5uQ5OgqXHS1aC2biaQyfkTRoo68DoSybVoTdCc
yTErgaduRwsYFUq72OvDJ2+Y3d4JjyK0Q2kVqncWFgbTKZJdJceIltbA27YgTSqx7cExR89B
KbuvJCXzOxXVz0XEolwJuz6lVPXAnPcQ7rJN3yWmVYrzQSan8i/asF5ZLznIq8/IavsUurku
gpcIvr/wG4FFrkpNN16CTp4k4m3BKoUuxXavBG0VI1klViyKVEnYVG1dlrE2JxFy9vOCLzYp
YlVG8TBMUIXiJvA88Euj6/Buz6E56kzDdxwvmKlBTZ0odsQiNVK6im/8KsS7cDqeqrwZ8htO
HGRuFKuyLNktTI9VCXDI5VDXHQ7X8iIZ2vHFxd36aQemnbjJVXuNTOVIk8ZQ3Sfkdeg26vqU
cN5PV9tK8jekvV1rgy1E1LK0fUhtqSEvElS03ECUek/FFKPCIfFxQ7XGkqO5rsiq8vEjVUjO
CHXElW19SbDfOTt1cvHgOaOajpHUh/MnhlJgpY7eCK1yQvNlHQq6sV6c2HP3MatssFp8S9xZ
ymRSIkSb8RxmxcUk4mHyOpHFFycLkjW6R2zDZW6yeqN9V8ztesrx/wCUmYbHvStIHqn5sUfd
aRtXWSHPEnbdJfcxfgRbj/MVS6EbZsyZhilwlcdElweKUFsT9Rw7vJ6ppdolVTzwTtn5DSUp
3E3PFMojGGSki3kQvSn9B5h/P4aprlE3m406pkcfUiIZ2r5na+COhFyl04GJtTqx6r6jazgx
B0GkqCV4yT1jgi7x4FpmlSHikIUV5PUquhC4IdGj6lHCio6pbYNttlLua1RtWt0WkTd0cdSE
p7SVrDOI+Qmtp6CXd4dCXtPLGkp6iUKlLktxwz7lHInd5ZWpXZLDQvqNb1eGW8PhLxyS1cWr
qRtVFFdV6EQ6WKqhN4s/EdInIoXj4iSodORPWjThp9RpSovwNKyyvh4VJg6YHDk4Q2iF8zln
JTA3YmPA9WOClHc8Tus19CbrJ16/CtYdBRjodrs6tjU0HmWLV6uNVLjJ3VW210NZwxpuYuVV
sEu/B+WS0PL6D6uEdva6XJaqxN6zOXceOUKnamR9SqccIopm0kvWU6kKU/wLRF9juhw7rn/M
RFJ+aK0RZTMeZ//Z</binary>
 <binary id="i_093.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RY5RXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6Mjc6MTkAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfmgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAU/wAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANT0pGgGpj8dU9dTWkSOxUnmRAIH
8O6VZkukiBxr2/lJKSBjdDr4gjgp21t2gCCJnX/aoubOo+4JmisGC4pKT+1sbQNOZ4UxYNSA
3yP8fcoFgjQ69vgphjRqZKSmRdWTrElP+j+i1u4js0ShAs3O8R3Kt9N9wfYPouIAPw938UlN
bcwOHsdHE7T/AHJepXMSNQTqPD/qf7S2A53iVGkPa6wkfSdIPj3lJTlGxpO2CByIaUpbIBbP
+vwW1PfhV7uoYdNgpuuay1wltZPuI/qhJTnAgmA0EDwjspCQ8A1mJBPtnv8AyVofbaXVerU4
Pr0izhknT6ce538itTYA/a8v9QciNGj+qz/yaSn/0N13ScpwHquZU2BBsfqR/VSq6Zay7cMm
giDPvGp80h0jMMyyoGSdznT/AN9KmOj5fdtJ/tH/AMgkpOMN0SLKHR4kEf2lnZdYoeSGMd3m
p8wf6oe5rf8ANVtvSMsc+iyeAJP/AHxDd0bMALWCp/aCSOefzUlIcXNfYCSwAjgtMj+1Cjb1
Kyu81t/SRADYiNJ+mjX4TsNlTbLnMLuPRZ7ZHt2u3f1v3FlZRrFosrc60Nc9951EbS0/o3/4
T9EUlOjXbkeq4We5r9awO3ePb/35buLV6NDGcwPcfE/nLExWNf1FtdtpxxTWLTuLBLbBtxy2
XfnfSUR1TOY57HWucWOcydBO0ls/upKejBSnX4rmm9TzJn1X7jyN5IRXdXy3VenumR7rSBv1
/Mbt/wDPn00lOrn9TqxW7W7bbt230Q+CCfotdAdsc7+WsvJuqzALbAWWiNK2jSDLHtc47rNs
fT/6CrX5TrcUUWMYKmEOYK2BkO+jPt+lub+8mxmy0enb6TXk7dAeOOfopKbmP1CyrHdjAQ2W
iouM+md3/f27v+urQ6PkvebMd4h1ZLgfIn3tH/F72rGcx4sax7ja47TvOjdrfcQxG32bnX0k
tcHNbvYYME/peD+97ElP/9HvC3smhTcNVAQRz80lMLX11MdbY4V1sG57zwB4rn8j61sZcGMp
cytztrLntJ40c51ft/zGI31uzPR6d9nqcftFjm2NY3u2s7nbv+r/ALCyOm/5aw3Xeo05dbhv
ttYLWlx1Nnpz/KSU6GJ1Sjr1lnTb2/ZsmtpfRax0tdHte6sH3bmt/wAC9ap6L05zg51IMM2A
SYEja53t/Of+csJvSacHqlOY/LuyL6y172WBheWj86Gx/ObX/Z6/p/5i6ttjLGNtrcH12AOY
4cEHgpKQMxaK7jcxgbY5jKi7xZX/ADTY/kyqx6J05zzY9j3OcSTNj+Sd3iq+bn3UZdjKrXBx
MwYLBHt9jT/VQX/Wf7NS52XUHP1FRrn3vP8AN1mn6Xud/o/8xJTfPRenvEeiW6/mPeP+/FRd
0PA1La3h3Yb3EfisN9f1myzvusrxXuEenY/a7XWPSr3Or/qLb6LkZ0Oxc4te9gBptB3bgPa+
sv8A5P5m5JSJvRanVHczaWOMOc97TADXawH+1UsFtRxyC5skAtcCDqPBdNH4rmeo4uLR1ewP
qbXQ+vcwNEAO2HYYH5rshvvSUrNJFYfWQX1mdg9wO72H2D4omC37RjltxfRDmPkVlzXBp/mw
zcHbPz96N0/p1VvT7rGVj7RZpUZ429v5O785aWDiPxnA7tHsaLGkz7gPzfzfpJKf/9LvXQCZ
5UHFrWl5EgAkt7aeSyP2tigD02vYSYJmY07/AMlEqyumOHqtuFRZLiXg6fv+130/akp5Xrn2
zIc3Kr3PMuMsnc0gna72pumdawqT6V7X4287nGpwrJeRttItb+k9Oz/RuVzM6T1Osep0/Lc1
pbu+z2Dfz7trbLN/5ipWWZ7aNmd01994PdgaC380z72/5iSnQ66+27GpowoDn312scBGlQf7
nWP9zmtrdV9NbX1cuI6b9lscbLcZ0WETAc/9I9rP+DY5cn9m6y2tgYyrCrdG6isl5aP3rdff
z/YWhg2tb1DLwyR6P6M1OmJdsDn6/wApJTr9Wwz9oF7CGNcCHAnWT+c1vzWVsxcXIszb3EMq
qdBZrZPFgqd/gbXu9Ovez9In6ZddnU3W2OIc4kUkf4NrS4VVt3f56zchhDnuFprsaHuvoeN9
NhJ+mxjv9OkpsY5yM9pFjrOn4bwXM+zVOvc7bO718ljvU9rfp+xF6Zl5WHnNxW2uyaNSX2yx
7BOyvayyHt9R/t9OxZbbAw72ufTe4OimrcAN3tcyvX6Fv51bkRuQce9lttcW6ua0un3M/m/U
f/hH2OP03fzaSnuquq4vqtxr7Wtvc3dJBa06xyfYx+iPk4zL2BljQXNksJHBI+l/V/eauWyj
a7HY57C57HE22wA2bP3Nd3p/uI/Sc3Pqs9KgG+sxNL/ojza//Af10lOz0qrIpxXNvbtdvJA7
AQP+/K4XeHJ7aT+KqW27Xte1/puftBLtWsaAXOr9Vssc59jlG6zKY0Gx8AwWlsbT8LElP//T
vV0vc/2Pa4DkzA0/rqZxrTWXF1QIaSJsbOms6JAA1hpcSIMtgfLshMgEANH3BJTpVWBxLHw0
NDWN10JgfnKGVLmOY+u2vSN7SHAT47TuVL16xjCwvawBoJBIG2Dt/OVlmSHOgQ8wDsBnc4/4
QwkpyBlWV3htwAyGh1T3gRvYItpu9v03+zaqeQ+zF6obASfUBcSOCNdun8hzltdY6a+2tuRT
pdRJcyZLtPazf+a5ZXVGh+NRdEtsAeHRMSPd/wCRekps9Bc+rpTrdza911rnyQ0ctnV4chdQ
a1l7byXOa8hzREhzgNW72w1qb6t5Im3CcJ9wsY06/SG3/qmo/WWUZv6tRcTl459T2Nc9gIH0
brGDYz2/y0lNCy67Y0tG54I3uDYLSfobUEV23Z+NVUR6ofEOMz+c/wBTT81iBXlPc3c47obu
ImYI/wC/tWl0qmpuXS94e8WVufY+uNzK42PgOLf3tiSnqKaWW0NbkEW1mCWAbIg/SY5rt3+c
9XhndLwKhVTDY/NiCT+c57/pOesnp2b6jX02Etta4t2kEHn6HH5u1V89h+0lwcNGjcAfon93
/MSU6GV9Ych1LvszG1u4BsEnXQDZ9BUsPqeXRYB6ji3QPGkE+P8Ao0PHxMzJEVVPuYNTpDQT
/wAJ7GrQxvq/l7v0pbW3wLt5H+b/AOSSU//U1DQ7bumNNw1CCW7bA5pme/mrxpO9zSNBPf4q
vbQ5gAjdB5SU5GZaBkH02tOo2gyAHfSPt/6aHj3vxHVOdushzntgSHl385jAbt3ub/MonUh6
PUSwjaXsY5pHmCJVa0vvYNu5tjPfXEhwc0y1zJH5qSnsK21ZeM0VcOAezboQHCQVidTxvSoN
AIsqJeQ6syQXe6wP59rn/wBhWOiZlGThOx7HmohxdkVj2u2OO8tZ+e2n3bUaoUWWnIvZNdhD
KqmiIE7WD/NSU8j0+t78sei4VvFTg4k7TqO30fztq2MZuPXj4tOYLdGi2uusmukgnb6k17PU
e9+/6T/3P9Ih5XRmU3OfisIt9TY4SSHTO1rf3NrG7kHNzcplbcVxcxokuYfbp7dv7vs+kkpl
j4OE/bmXNdjvt/SOBftaSZ/nPU/OWjiUY2NaLWtbqdwseZ1BPtDh/N+92/8APVPDD3W3uL4r
a4MbXHIgbt3/AJBWfs+JLjUBS8mSazEj+Wz+bd/mJKSdLsN/VMyW+jbU4hlROjpA9Oxtg/ku
/NWlh5eFjZYxrL8e2CA7GAa2ysn89m5znXWOd/Otsf6yw7Krw3dRaGXEemLTDSys/S3Ob9Kt
Eb0XpFeLji3ebboD7W+8h5O721tdXtZ+4/8ATb0lPaWWZFtYOM5rhMEu02jza5D+zWvMX2vs
GkhpDW/5qy8PJyG7gTFjACHjUPYSQ1/4e/erbM9/qh7mh5gAlst48dElP//V6y2ob90T4wgi
Hv27CCOxj+BV11IgyD+KrHHrL9zgN06O2tn8iSnA+svTsj7QzPx2+rVWz07q2/zgALneo1v7
rd/u2rMotYat4Mhw5GnPhC7ZzSZLDDuAeY/lbdFxv1iw7cLqPr4rWll7N76gNrXPadt72f6O
x+6t+1JTRvY517cio+le2dvmI2/9JaeJ1F2TDbmmmyoe8GA3aB7Xsd/o1kHLDwSGPDpja5sE
OP5m5x29lWpyrc26qkMH6R4YNTJ9T9G5pI2+1JT0w6vldStFnTqmuw8dzfUusO19rgPe3Frd
G1tbf525Z3UrGZl1ltRmp9XsdET4f5u1U+o0v6a67p14LbcZxDT+YanHdXazb7fe1SxA9hoe
/c31WP3Nd3My1zWu9zWWM/z0lNrBNpuubVYGmW2jc3c1we36Lw7b+7/g3KyC9oPqAVyZDmkv
rM9x/haXf1vYqFT7GZFLxqLGek46xLDuZ2/rLVY8bBoXNAMkESPl+ckpk14jgwYIcD8vpIle
Pt92O7ZY4GHDiT++xu3/AKKritr27qyRu/Ob/wB+ZG1yI223HG57PWr199QJLZH0n0/T/wC2
0lNrHzHn9F1CsMeSYubwT/Xb7lfY9+5su9Ssx7oBMePs9lqy67KbaTbpYCDtdMg/yXf2k2JT
lYt9duPafQuIddj2GYJ5djud+Z/wb0lP/9bs3sqqlwAbOhJP95QxAP0QJPKjfffHspFje/vD
TP8AVe3/AL8hW5NdbWm14qJAkQX8+2N7BtSU2HhpIsLQXNBg+Erjuv8AULndRsx7IdRRYxrD
Hurc9m4k/vV5G/8Asekulbl1uhpt3EyBLSwmP3WvXMfXGoVuxcyv6dhNVgjnYN9Tnf8ASYkp
z7QHbmOcD/IJ13Tt9o/tLO6ax/26hgO1wuaNw7Q4apvtFxrhpLQ5wl5M8/nN0Wz9XsfFyM9l
rJ21u3WF2gO2HcfvPSU7/W2Yt/UaKrqG22NYf0pJkQdzWubO22vc36Fix+sAi/FtGryHMe0f
R2D6H/kU/wBZuoGrqjb63AljWH2kOBAdLtW/mvarXVcZt2IzJZ+YRE6jafd/1LklOY4bGucw
mWODmtHPMq80OiXN0cJ8jPmf30PCua8tsEwD7hrx/wCdLU31OAqvDnNcAB7S4Ef2PopKc5tb
muD6H+m6I2O1Y8D817f8H/XZ9BWGXCyIaarBG5h8dY2u/OU3YVZbOJdu26it2jgPLcgU+r6m
14LHtMHTUA/mpKSWhzAX1j32Q3YNA55MM/tfy0Tc37Zj4rfe6iHHTw/O/s7t/wDXQC9ldnr2
w5lMiqtp+lYdOfzvZ9P/AAdat9NptJfkPaBdkODnjiG/mVj+qkp//9fsHgQTMCJKqXXDRtVz
JPYOafyOR3wWQdQRqDqI8Cqr6cSojZjsHf2Vgn8GpKauQDW51zmOLnRrWXa9ve1ZP1jc7K6U
AxsBlrXe6RMTuG2FtW22ucdlT2+Zj/pNlYHXc94a/Ec128AElhMgj3NdH9VJTzIc36O6SdJG
sDnT81bn1eux23nG3PFlp3UuZpqB7g7UNWRddZaxostsePB2oH9XVWsTpVmSxz2uJY2Da0D3
BpP7v5ySm99Z5OadzPT2sAc2BqT+f7f3lrdGsbmdHqredSz057hzDDVh9aLH49DWMLGVsFQL
pLjt+ifd+8i/VTKd6luG4wXD1qhOkt/nG/5qSnRFZoc9m3c3UkACQfFHryGAyC/d3AY4GP8A
NVy2ltljbmD3E8dt38tStwcoBlRLybPcBUzU/wBp+/6KSkH2rJt9tFWhE+pb7R/m/TS+xzW5
12QXXEaPPtYzv9F0blYHS8lsSxwc7gWul3+bVvVj7A9gBeWUnkz/AOZliSnIxulsx9l9n6cg
gbm6tb/Y/OWix7Q8y1xHIeB7f+idzf8ANTuq6RW7dblVMsE/Qc1pHl+jhDs6j0oFoZc6/tu1
Mkn+rWz6KSn/0OsP0R4cIbuZHdGsbHwQXOmNeElNS26oWOY6dw4ABPKzOpYWLk3utsDyWtaH
+m5kyPzXssLXVO/lLXyLG0sfc4jaxpce+g10XFXut3Es90yXEnuTPCSmRx8UZB9TftBhgcBu
jsHEJ8e6yr1fs8+6QG1xvcQfazf/AFVnuzLC6eGnTg8fNPRkgOBEjTjXT+VwkpsZ2fl31Bjq
nnSAHAu0/k6NVCjIsxcivJqn1K3bgOJA/Nd/W+i5dRbQ3qfSWDCt25TgC9r3bd0e22t/7rXf
T3LnMnCuxL3UWBpeBLmscHR+b2/PSU9lXn029P8At9A9Sst3bAYIA+kD/wAXCsW25FopO9rn
tBNNjJA930HOL1yvQerjp3q1ZFbrMK0y6BLmOIjdtP063t9tla6XFOPXZW7Hd6mG8Sx2/wCg
fNr/AKddjv8AtuxJTldbtt+0tY7IttlocC90A6kbWNrO3/OWcagdY3a99T+K0epY9hyGva02
MILQGCR3czdG72qDcTKfG3HeIGpIj8sJKa1dbt0ta2GiST3jwCJWXTXJ90zJV2rpmYRDq2s7
jc4Sf81W6eikFrnWsBEFoguH8ElP/9n/7R5KUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAA
AAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNp
eHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNl
dHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAA
AAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29m
Q01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcA
AAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAA
AENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJ
bnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AA
AAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVu
dEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhs
QFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQ
QwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABT
Y2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJl
Y3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJp
Z2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEA
AgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJ
TQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAA
AAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIA
AAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////
////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////
//////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0E
AAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAA
AjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAA
AANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfkAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+QAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAAB
AAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9t
bG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH5AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAA
AAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZv
cmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVt
AAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAE
AAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJn
aHRsb25nAAAB+QAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VU
RVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAA
AAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxp
Z24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdk
ZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25l
AAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21P
dXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/
8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFRsAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADS
AAAAFP8AGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJ
CQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAA
AAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIE
AgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNz
NRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW
5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGx
QiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSk
hbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/ANT0pGgG
pj8dU9dTWkSOxUnmRAIH8O6VZkukiBxr2/lJKSBjdDr4gjgp21t2gCCJnX/aoubOo+4JmisG
C4pKT+1sbQNOZ4UxYNSA3yP8fcoFgjQ69vgphjRqZKSmRdWTrElP+j+i1u4js0ShAs3O8R3K
t9N9wfYPouIAPw938UlNbcwOHsdHE7T/AHJepXMSNQTqPD/qf7S2A53iVGkPa6wkfSdIPj3l
JTlGxpO2CByIaUpbIBbP+vwW1PfhV7uoYdNgpuuay1wltZPuI/qhJTnAgmA0EDwjspCQ8A1m
JBPtnv8AyVofbaXVerU4Pr0izhknT6ce538itTYA/a8v9QciNGj+qz/yaSn/0N13ScpwHquZ
U2BBsfqR/VSq6Zay7cMmgiDPvGp80h0jMMyyoGSdznT/AN9KmOj5fdtJ/tH/AMgkpOMN0SLK
HR4kEf2lnZdYoeSGMd3mp8wf6oe5rf8ANVtvSMsc+iyeAJP/AHxDd0bMALWCp/aCSOefzUlI
cXNfYCSwAjgtMj+1Cjb1Kyu81t/SRADYiNJ+mjX4TsNlTbLnMLuPRZ7ZHt2u3f1v3FlZRrFo
src60Nc9951EbS0/o3/4T9EUlOjXbkeq4We5r9awO3ePb/35buLV6NDGcwPcfE/nLExWNf1F
tdtpxxTWLTuLBLbBtxy2XfnfSUR1TOY57HWucWOcydBO0ls/upKejBSnX4rmm9TzJn1X7jyN
5IRXdXy3VenumR7rSBv1/Mbt/wDPn00lOrn9TqxW7W7bbt230Q+CCfotdAdsc7+WsvJuqzAL
bAWWiNK2jSDLHtc47rNsfT/6CrX5TrcUUWMYKmEOYK2BkO+jPt+lub+8mxmy0enb6TXk7dAe
OOfopKbmP1CyrHdjAQ2WiouM+md3/f27v+urQ6PkvebMd4h1ZLgfIn3tH/F72rGcx4sax7ja
47TvOjdrfcQxG32bnX0ktcHNbvYYME/peD+97ElP/9HvC3smhTcNVAQRz80lMLX11MdbY4V1
sG57zwB4rn8j61sZcGMpcytztrLntJ40c51ft/zGI31uzPR6d9nqcftFjm2NY3u2s7nbv+r/
ALCyOm/5aw3Xeo05dbhvttYLWlx1Nnpz/KSU6GJ1Sjr1lnTb2/ZsmtpfRax0tdHte6sH3bmt
/wAC9ap6L05zg51IMM2ASYEja53t/Of+csJvSacHqlOY/LuyL6y172WBheWj86Gx/ObX/Z6/
p/5i6ttjLGNtrcH12AOY4cEHgpKQMxaK7jcxgbY5jKi7xZX/ADTY/kyqx6J05zzY9j3OcSTN
j+Sd3iq+bn3UZdjKrXBxMwYLBHt9jT/VQX/Wf7NS52XUHP1FRrn3vP8AN1mn6Xud/o/8xJTf
PRenvEeiW6/mPeP+/FRd0PA1La3h3Yb3EfisN9f1myzvusrxXuEenY/a7XWPSr3Or/qLb6Lk
Z0Oxc4te9gBptB3bgPa+sv8A5P5m5JSJvRanVHczaWOMOc97TADXawH+1UsFtRxyC5skAtcC
DqPBdNH4rmeo4uLR1ewPqbXQ+vcwNEAO2HYYH5rshvvSUrNJFYfWQX1mdg9wO72H2D4omC37
RjltxfRDmPkVlzXBp/mwzcHbPz96N0/p1VvT7rGVj7RZpUZ429v5O785aWDiPxnA7tHsaLGk
z7gPzfzfpJKf/9LvXQCZ5UHFrWl5EgAkt7aeSyP2tigD02vYSYJmY07/AMlEqyumOHqtuFRZ
LiXg6fv+130/akp5Xrn2zIc3Kr3PMuMsnc0gna72pumdawqT6V7X4287nGpwrJeRttItb+k9
Oz/RuVzM6T1Osep0/Lc1pbu+z2Dfz7trbLN/5ipWWZ7aNmd01994PdgaC380z72/5iSnQ66+
27GpowoDn312scBGlQf7nWP9zmtrdV9NbX1cuI6b9lscbLcZ0WETAc/9I9rP+DY5cn9m6y2t
gYyrCrdG6isl5aP3rdffz/YWhg2tb1DLwyR6P6M1OmJdsDn6/wApJTr9Wwz9oF7CGNcCHAnW
T+c1vzWVsxcXIszb3EMqqdBZrZPFgqd/gbXu9Ovez9In6ZddnU3W2OIc4kUkf4NrS4VVt3f5
6zchhDnuFprsaHuvoeN9NhJ+mxjv9OkpsY5yM9pFjrOn4bwXM+zVOvc7bO718ljvU9rfp+xF
6Zl5WHnNxW2uyaNSX2yx7BOyvayyHt9R/t9OxZbbAw72ufTe4OimrcAN3tcyvX6Fv51bkRuQ
ce9lttcW6ua0un3M/m/Uf/hH2OP03fzaSnuquq4vqtxr7Wtvc3dJBa06xyfYx+iPk4zL2Blj
QXNksJHBI+l/V/eauWyja7HY57C57HE22wA2bP3Nd3p/uI/Sc3Pqs9KgG+sxNL/ojza//Af1
0lOz0qrIpxXNvbtdvJA7AQP+/K4XeHJ7aT+KqW27Xte1/puftBLtWsaAXOr9Vssc59jlG6zK
Y0Gx8AwWlsbT8LElP//TvV0vc/2Pa4DkzA0/rqZxrTWXF1QIaSJsbOms6JAA1hpcSIMtgfLs
hMgEANH3BJTpVWBxLHw0NDWN10JgfnKGVLmOY+u2vSN7SHAT47TuVL16xjCwvawBoJBIG2Dt
/OVlmSHOgQ8wDsBnc4/4QwkpyBlWV3htwAyGh1T3gRvYItpu9v03+zaqeQ+zF6obASfUBcSO
CNdun8hzltdY6a+2tuRTpdRJcyZLtPazf+a5ZXVGh+NRdEtsAeHRMSPd/wCRekps9Bc+rpTr
dza911rnyQ0ctnV4chdQa1l7byXOa8hzREhzgNW72w1qb6t5Im3CcJ9wsY06/SG3/qmo/WWU
Zv6tRcTl459T2Nc9gIH0brGDYz2/y0lNCy67Y0tG54I3uDYLSfobUEV23Z+NVUR6ofEOMz+c
/wBTT81iBXlPc3c47obuImYI/wC/tWl0qmpuXS94e8WVufY+uNzK42PgOLf3tiSnqKaWW0Nb
kEW1mCWAbIg/SY5rt3+c9XhndLwKhVTDY/NiCT+c57/pOesnp2b6jX02Etta4t2kEHn6HH5u
1V89h+0lwcNGjcAfon93/MSU6GV9Ych1LvszG1u4BsEnXQDZ9BUsPqeXRYB6ji3QPGkE+P8A
o0PHxMzJEVVPuYNTpDQT/wAJ7GrQxvq/l7v0pbW3wLt5H+b/AOSSU//U1DQ7bumNNw1CCW7b
A5pme/mrxpO9zSNBPf4qvbQ5gAjdB5SU5GZaBkH02tOo2gyAHfSPt/6aHj3vxHVOdushzntg
SHl385jAbt3ub/MonUh6PUSwjaXsY5pHmCJVa0vvYNu5tjPfXEhwc0y1zJH5qSnsK21ZeM0V
cOAezboQHCQVidTxvSoNAIsqJeQ6syQXe6wP59rn/wBhWOiZlGThOx7HmohxdkVj2u2OO8tZ
+e2n3bUaoUWWnIvZNdhDKqmiIE7WD/NSU8j0+t78sei4VvFTg4k7TqO30fztq2MZuPXj4tOY
LdGi2uusmukgnb6k17PUe9+/6T/3P9Ih5XRmU3OfisIt9TY4SSHTO1rf3NrG7kHNzcplbcVx
cxokuYfbp7dv7vs+kkplj4OE/bmXNdjvt/SOBftaSZ/nPU/OWjiUY2NaLWtbqdwseZ1BPtDh
/N+92/8APVPDD3W3uL4ra4MbXHIgbt3/AJBWfs+JLjUBS8mSazEj+Wz+bd/mJKSdLsN/VMyW
+jbU4hlROjpA9Oxtg/ku/NWlh5eFjZYxrL8e2CA7GAa2ysn89m5znXWOd/Otsf6yw7Krw3dR
aGXEemLTDSys/S3Ob9KtEb0XpFeLji3ebboD7W+8h5O721tdXtZ+4/8ATb0lPaWWZFtYOM5r
hMEu02jza5D+zWvMX2vsGkhpDW/5qy8PJyG7gTFjACHjUPYSQ1/4e/erbM9/qh7mh5gAlst4
8dElP//V6y2ob90T4wgiHv27CCOxj+BV11IgyD+KrHHrL9zgN06O2tn8iSnA+svTsj7QzPx2
+rVWz07q2/zgALneo1v7rd/u2rMotYat4Mhw5GnPhC7ZzSZLDDuAeY/lbdFxv1iw7cLqPr4r
Wll7N76gNrXPadt72f6Ox+6t+1JTRvY517cio+le2dvmI2/9JaeJ1F2TDbmmmyoe8GA3aB7X
sd/o1kHLDwSGPDpja5sEOP5m5x29lWpyrc26qkMH6R4YNTJ9T9G5pI2+1JT0w6vldStFnTqm
uw8dzfUusO19rgPe3FrdG1tbf525Z3UrGZl1ltRmp9XsdET4f5u1U+o0v6a67p14LbcZxDT+
YanHdXazb7fe1SxA9hoe/c31WP3Nd3My1zWu9zWWM/z0lNrBNpuubVYGmW2jc3c1we36Lw7b
+7/g3KyC9oPqAVyZDmkvrM9x/haXf1vYqFT7GZFLxqLGek46xLDuZ2/rLVY8bBoXNAMkESPl
+ckpk14jgwYIcD8vpIlePt92O7ZY4GHDiT++xu3/AKKritr27qyRu/Ob/wB+ZG1yI223HG57
PWr199QJLZH0n0/T/wC20lNrHzHn9F1CsMeSYubwT/Xb7lfY9+5su9Ssx7oBMePs9lqy67Kb
aTbpYCDtdMg/yXf2k2JTlYt9duPafQuIddj2GYJ5djud+Z/wb0lP/9bs3sqqlwAbOhJP95Qx
AP0QJPKjfffHspFje/vDTP8AVe3/AL8hW5NdbWm14qJAkQX8+2N7BtSU2HhpIsLQXNBg+Erj
uv8AULndRsx7IdRRYxrDHurc9m4k/vV5G/8Asekulbl1uhpt3EyBLSwmP3WvXMfXGoVuxcyv
6dhNVgjnYN9Tnf8ASYkpz7QHbmOcD/IJ13Tt9o/tLO6ax/26hgO1wuaNw7Q4apvtFxrhpLQ5
wl5M8/nN0Wz9XsfFyM9lrJ21u3WF2gO2HcfvPSU7/W2Yt/UaKrqG22NYf0pJkQdzWubO22vc
36Fix+sAi/FtGryHMe0fR2D6H/kU/wBZuoGrqjb63AljWH2kOBAdLtW/mvarXVcZt2IzJZ+Y
RE6jafd/1LklOY4bGucwmWODmtHPMq80OiXN0cJ8jPmf30PCua8tsEwD7hrx/wCdLU31OAqv
DnNcAB7S4Ef2PopKc5tbmuD6H+m6I2O1Y8D817f8H/XZ9BWGXCyIaarBG5h8dY2u/OU3YVZb
OJdu26it2jgPLcgU+r6m14LHtMHTUA/mpKSWhzAX1j32Q3YNA55MM/tfy0Tc37Zj4rfe6iHH
Tw/O/s7t/wDXQC9ldnr2w5lMiqtp+lYdOfzvZ9P/AAdat9NptJfkPaBdkODnjiG/mVj+qkp/
/9fsHgQTMCJKqXXDRtVzJPYOafyOR3wWQdQRqDqI8Cqr6cSojZjsHf2Vgn8GpKauQDW51zmO
LnRrWXa9ve1ZP1jc7K6UAxsBlrXe6RMTuG2FtW22ucdlT2+Zj/pNlYHXc94a/Ec128AElhMg
j3NdH9VJTzIc36O6SdJGsDnT81bn1eux23nG3PFlp3UuZpqB7g7UNWRddZaxostsePB2oH9X
VWsTpVmSxz2uJY2Da0D3BpP7v5ySm99Z5OadzPT2sAc2BqT+f7f3lrdGsbmdHqredSz057hz
DDVh9aLH49DWMLGVsFQLpLjt+ifd+8i/VTKd6luG4wXD1qhOkt/nG/5qSnRFZoc9m3c3UkAC
QfFHryGAyC/d3AY4GP8ANVy2ltljbmD3E8dt38tStwcoBlRLybPcBUzU/wBp+/6KSkH2rJt9
tFWhE+pb7R/m/TS+xzW512QXXEaPPtYzv9F0blYHS8lsSxwc7gWul3+bVvVj7A9gBeWUnkz/
AOZliSnIxulsx9l9n6cggbm6tb/Y/OWix7Q8y1xHIeB7f+idzf8ANTuq6RW7dblVMsE/Qc1p
Hl+jhDs6j0oFoZc6/tu1Mkn+rWz6KSn/0OsP0R4cIbuZHdGsbHwQXOmNeElNS26oWOY6dw4A
BPKzOpYWLk3utsDyWtaH+m5kyPzXssLXVO/lLXyLG0sfc4jaxpce+g10XFXut3Es90yXEnuT
PCSmRx8UZB9TftBhgcBujsHEJ8e6yr1fs8+6QG1xvcQfazf/AFVnuzLC6eGnTg8fNPRkgOBE
jTjXT+VwkpsZ2fl31BjqnnSAHAu0/k6NVCjIsxcivJqn1K3bgOJA/Nd/W+i5dRbQ3qfSWDCt
25TgC9r3bd0e22t/7rXfT3LnMnCuxL3UWBpeBLmscHR+b2/PSU9lXn029P8At9A9Sst3bAYI
A+kD/wAXCsW25FopO9rntBNNjJA930HOL1yvQerjp3q1ZFbrMK0y6BLmOIjdtP063t9tla6X
FOPXZW7Hd6mG8Sx2/wCgfNr/AKddjv8AtuxJTldbtt+0tY7IttlocC90A6kbWNrO3/OWcagd
Y3a99T+K0epY9hyGva02MILQGCR3czdG72qDcTKfG3HeIGpIj8sJKa1dbt0ta2GiST3jwCJW
XTXJ90zJV2rpmYRDq2s7jc4Sf81W6eikFrnWsBEFoguH8ElP/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAA
AQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQ
AGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEA
AQEA/+EOkGh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLv
u78iIGlkPSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4
PSJhZG9iZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzku
MTU4MzI1LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpy
ZGY9Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRm
OkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAv
bW0vIiB4bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jl
c291cmNlRXZlbnQjIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhv
dG9zaG9wLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4x
LyIgeG1wOkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyki
IHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjI3OjE5KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRh
dGFEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjI3OjE5KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAx
OC0xMS0xOVQyMToyNzoxOSswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpiMjYz
ZjZjNC1kOGU1LWU1NDUtOWI2Ny1hOTJmMzgwMWM1Y2QiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFk
b2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDphY2VlZjlmYy1lYzI4LTExZTgtOTNjZS1mMjRjYTA4YzRl
OWMiIHhtcE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpjZTRlYWEyZi02ODZiLWVi
NDYtYjAyYi1kZTZiZjU0YzY0MjQiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hv
cDpJQ0NQcm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVn
Ij4gPHhtcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3Jl
YXRlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjZTRlYWEyZi02ODZiLWViNDYtYjAy
Yi1kZTZiZjU0YzY0MjQiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6Mjc6MTkrMDM6MDAi
IHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dz
KSIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9Inht
cC5paWQ6YjI2M2Y2YzQtZDhlNS1lNTQ1LTliNjctYTkyZjM4MDFjNWNkIiBzdEV2dDp3aGVu
PSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjI3OjE5KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9y
ZGY6U2VxPiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+
IDxyZGY6QmFnPiA8cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6REQ3OTY2RDJCM0FDMTFFNUI2RjRFODE4NkFD
RTc4QzM8L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9y
cz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVu
ZD0idyI/Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIA
CQAGADEAAGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAg
IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQA
AAFQAAAAM2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAA
FGdYWVoAAAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQA
AANMAAAAhnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAA
DHJUUkMAAAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0
IChjKSAxOTk4IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElF
QzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEW
zFhZWiAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkA
ALeFAAAY2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cu
aWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0y
LjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2
Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAABkZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5
NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYx
OTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQA
A+3MAAQTCwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkA
HgAjACgALQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8A
pACpAK4AsgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIB
OAE+AUUBTAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoC
AwIMAhQCHQImAi8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwAD
CwMWAyEDLQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgE
VQRjBHEEfgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF
5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wH
vwfSB+UH+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J
5Qn7ChEKJwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMM
XAx1DI4MpwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkP
JQ9BD14Peg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYS
RRJkEoQSoxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsV
vRXgFgMWJhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZ
kRm3Gd0aBBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkd
wx3sHhYeQB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7Iici
VSKCIq8i3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgn
SSd6J6sn3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4s
oizXLQwtQS12Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioy
YzKbMtQzDTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4
jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/
IT9hP6I/4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5G
IkZnRqtG8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpN
k03cTiVObk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShV
dVXCVg9WXFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhd
yV4aXmxevV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1m
kmboZz1nk2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv
0XArcIZw4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5
iXnnekZ6pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eD
uoQdhICE44VHhauGDoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+O
Zo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZ
kJn8mmia1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMel
OKWpphqmi6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqx
YLHWskuywrM4s660JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++
Cr6Evv+/er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfL
Nsu2zDXMtc01zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY
6Nls2fHadtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbn
H+ep6DLovOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD1
3vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAED
ABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwM
DAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4O
FBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfkD
ASIAAhEBAxEB/8QAoAAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAgMAAQQFBgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
ABAAAgICAgEEAgIDAQEAAAAAAQIAAxEEIRITEDEiBUEUIDJCIxUzoBEAAgEEAQIEBQIEAwgC
AwEAAAERITFBAlFhEhBxgSKRobEyAyBCwVJiEzBywvDRgpKy0uIjQKLh8fIEEgEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADSRUDCgqzgJFZLOgYwCrKCnCQFMgNssWVwu7gB3CXU
BplAUyxJlYEOhdnQpkIAioC4QNwiVIVV0SQhdmQoroqjol2JLugdmfUcaXZQOEGyoq7gUlly
hDlCWdWDDhRUJKKElwE6sFlQKxEOxsuDC4uhtKobFUaKXYdUA26WFBAfFWFchLAi6uiruiFV
lVQjdnO3nLKrKAqCoLDoSLqyLCqCtdDLVY6gsZUouVCikJIQJSFCVlFRFAVmhl2BbKF22hWf
akzOPQZS00Zq1UJj6EjpoRHwzzTDMT4KjaF1BK0004dSFAYkFgkYDCFUIJQCXCoVB2Bl0YFi
ygCuEKQlXRRJIK4JRrcaSoiSrLlWRD0k0IcS6hcqySUSVAqoRkGy6UAVMYDd0WxbDgwSBgCN
oKDdnaHZ0VRwEToVFUPvO00EFl3REuQkuiqMBJyyDdA78XQDkhJcKuWSrhJUCqrLkolSiub0
eec/YlRo287qD1aUmdtJOjAMjAM87ZADTWGetYmM2sLOyAh2BZKLUeYctcNV88joFmaGFQS7
MJtXlYJ1ZTNoXY/WthcqySrLlWS6hJVkuqLkWMrm5DrZ8+0xJ3AZ3Cs6Z8xpaYJ09HI6owgY
c52cDZfNA605EOvXIs7E48OvfKYdCues6OTMJSnLFtQ0ayzAFuUziYDdKXlC0S3K3DTEiVdF
yoXKsl1C6qFwcZuy4dJimTQE1LBimEKjRKAlmoaIT1ObpOmQEefshGCNB0Nh0Nh2EISrGgNg
kNDAEBhI0lJ0gDn25RYasQ3Zl2FIfnHaYwC+cZ0axENWqxrslmpvPM6t87MbCw0dicchYalC
zhDKXZYg0AmoNLFmLtbRerDuF30KMRbIZK2Qyjssx1thjPTQmnwzhqhjV0rMziowAWQ1KVnN
WB4i9+PomWach3az2cq7oIZYNyhgiRbU2VchdSElwoCWFpy6QnZmjkkJmK2BWKRjqaYdubWb
oVFS4DLhUuEkgMISSQlWAcQo2Ulpm5fayHPeHaOJl7Tzj7d9GBPXSMFlHCX17OROwZxr7gnE
ndznKnWs499SHNHoiYps0HHvoJMz06Qw0KCA7FIbnNEUQ7TmIz7ef2DTVwqSypIVLhVyiVdE
GccdizpN7uK4dVYj1GvyfrQWXCpdlS6Kl0SXRKKA3IVLourhKKFS4JVoWZH3rMWTrZTmPFg+
pAIQFZteQzmsjob+N0hzsJnQqUVJCVIXKhdSF1BOcnnkNkI5ZdCAYSQV3fP9c9LJZUuFS6Bv
laDZeRw2SEq4VM/POkfCE7r/ADO47EEi6uA3cK5vTE80fY4g4lsJIIOlrjGanh7Od0i42B1d
Ay4VV0S5CpcBEsJwMj8h1OjwOsHzvR0c2upRx3bs52LxbipdEEgMiTyDEHCbeeB3kclAA5tJ
nrq6Th7N6Rnb892x1yElwqXBPnvRcMHq8bqGRiNJ06OjjdFOoQWmDZVl1YF0JFCdEsLLqKK4
GzlkxM1HM7fO7B0Lyka1IYZK6PmTqdfhPPQVdFKYow49OUZUhQDmBS7rlv5rTYK8p0R4rTqn
n0G+0aCrkJLorkdejz82rEbczzpFVlS4VchCqEliXUhdSiS6L5PR5Anm9LmiYAnaLntOk7Lr
NCCgPlPR+cH7ed3DuMx6yVKMnL7PNE2TBOXoYxmkdIvHhymrN0+oeaD1HNMPY5WY9SeLYbpm
eFVwG5Ac+kTkQSOwVQuDZcqFXVh0qB2syWtRpFNE5HX44WXXDjp7uU5Rb0itnPo9DOVtCw7i
KCJOl0+N0hxZrHpLCGsTFhk0jeZr5pWrF0BGo9xhVrzmaZ9Z0NPO6JfP1YTsbfOvO3WXUXVw
x1tokS4kkLqCS6YZI6CqYsoScZx1CD53v4ji3u5Juvkkdw+J1hiTUC7Eg3Jw2dB+ToAdDzvf
Khc8LTyuuTPt5wnJ0oc3dio6POJ4kjhTF2SoZt1YFHRsxMUqFtVDuaPPbTprNIDSwm6ZhNQJ
sI0sMB5YaRSJudy4dhnIYdXmo0hodRg5foBPNP7mY4+ft0cjpdCznD0BCXYnH7nI2nT4fY4p
r3YOmGjQBytFYzYkVidNCMmWyDsMDG/IbNvO6xA1MOXb0EKmEczYI6KxLSSjUCtRnj0CTAzl
yUFYWMgkDLgOrJsHDVliygRYIlD8o5WLomDfh2F4dWEw9DJR1uZswje5xeuaV5rFZNmEBinj
BUwtZKHqWQOPbgOl1eJ1joFkMSnqkc7qOYAUsqVQVDiH5MYHS1cZh2r5ug5QPEVb3GMd1mG+
hZzNDxEvzPHrIhF2kctImKt/LNUVZpSZnLWwDXhas39PndQQOpAWHZnEVnsJ6LIl6QiohSmL
GdpG402Bk05rN0xqOhlxqNYYLHJMTM2iJaiNOvntEMFgVQBdyBVZAnVDDXYOvGZog0Gq2GfJ
uUce3Zjc1DzNg6mIUBCburwe6Zx2iKNiTkUKDoAizUlbA02sqjedUlEbbz6Qwgg5tPPJYWGa
qHIcANGsMqIpwvMj1sFlRiRughuhgio2UUF1YGtNWMIFGkgYc3n+gxmDbyusJx7+eJFiwe1w
umdaKcDDSY+R3EHKNbAjQ0u1bSmDmPQ5Ygfu5fQHVYgY9+Qz2YlSyFnCJTHmQug4wO6LDzly
yXQlgYlQSDy7EhUlY1S2mteDcN08vpGkV6Ac+rGc9zcZs5/WwHNF+YFygO/q5qTVz3dM57kg
Yg6HLHtS0XttBqpWs1gwjmaEMNuvDqJlmwx1uYct3YYc7W+irqgotRoLn2c+XAI0QKOhcuBG
uGWRI5KxE9JVE6eKzsmhozPoAwJ6KRWawM2Poc8tOhJtS5JqajrmPZSzOlegzFsYZ60WI1Ja
axRmEji6ptbeYvPtMbr4/VGXBLznkGqLQZT0EJYwzisWRVjARqygYssCoxQCAaJlC+GAx0G3
pcbpGsltKSkBnJ10YsHX5pnamHYvORozdEjmNflMXVztCckDSOKjoDnePBMOH2AznozxWac3
GxHq68zpPT6cDDeCnl1IVaiCuWccTEqUwz05ZYsUS6Yc5bFFsCwxqhWbdnN2zk9U6WN4Cy2c
oBi+gI5nexHnb7WYyPztNOvnkTMsjUB4Tc7LrHLZQnP0qMJNAgWRMZ5CtuzqHDz9lZXQ5ug1
tRDW3nEaZnYaGJacxelBV2QEOhSNaxLYw5WPp8odamgNXYaHmYt+QD0jOP0BuK7HlShkVqOf
ZMOXWnUcytvNEnKNuPSk6RqMuwoYeexgygqlGTUQG1+NopmWG7G94LsesliIVXCzWwNOgBJQ
gbKgBZQBHDncXv8Anh5rMIhMKyArJrSYteajsbuH0RoRQ7dh0hizEVo5fRK5HV5YCWCPzOQd
RuADo5mEVYQJimF3VkogEx9laMwnTHnaxwPgnQlRrpTCMBg0WrAlgWIiHajGNS0z+e9Mo8q5
2M1mog7oCCJESyzI00nVnK6Ro05uUbuMPojl9Qspp5b0BC0Qc+hRq0Y95kz9KGbSmgyWwjAE
NirH1RgrdDku6GcZu5DTpitosGEHpxWbKsS6lAraJkJ9BNU0AWKJy+ys8o3qcI3UlxdEoqMW
MoRLhZTRzdajdoy0bci85obks1ml4i7ITv5XRHQCGrOha9Ai2CsdEmNYlg0lMCUNgg2zOTOa
dnR53pnQNGgddwqioWtwg3LKKrKurFZ9dmXzXquKcTQzGdGsGkbQKDBAD6UY9hdg4+jnOAUa
zRox7TNtx6hLlGY9uUzY5DQzUs1Lqgruha9FmNmpQ6+aw12BDiWYglNMeLuqJ0OdsOlWejTS
mEWQBQSJcIXZZh1gwVg3pPPQiMitwila84vO1RZiR1vSeZ9GcHkex8wZg07hZdLmGTTn0gWJ
FJ0AaSsBpqIvM5I9mcDXZQq7EvPpE52xuc1RZAaEGPWWY0acW83VcKqUVViFY0FY2WBQgEsz
cTqcI3KyaShOgKIjEjVkDIbN3pvP+iGYdPFNlpMmV7Dz+vM0eLVBK0KD0ZHBmNl1Vl5dJGHp
KynSpLxdGIdCQgzEXpw9ImLRmNmrn9E31dAgaQrWwqXCSrLlQiyA5fM7XnhbWINVUo0UoAsO
/CWUadH0PC7xn43V4pr059BFnnOW2UNhwJTGmLdNZhPYsQFQZdQuxIyscoaxLwSGyZ9GM1Pq
jCKtw/SDzcIgGIWQhskpQyAk0xVjFlQHC72I86aIMoWDk0ga1eoy6GsN3VyazDxOzwwutwuo
bFus5Aa8RoJbC2iY5gwKrMTk6NnNvSAmxsu0sDJZDKiQTV0S8zecF1MzxjkaRonDGrprMGw4
FMqDePOI21khriGliVHkF6EAiTAQ0JNNIo37MHWOiSgMfI63HA142HoHJ0GXm9fmCG5mmuCw
aaXi2ik3XkE33hYFj6AHMLTmDcFhASRhjkKZNYbhaBqU4aJ0CJUQbhBpI0VkYr1CUQEHJZw+
R1+UQgIhSAwGmzdj6I9uXUYOT2eKAJrPQ7OX0A+d1MRjFoGiUZTBoJi4PZnaHKgS6zj8+cw5
ozCKCymN0jCll3TCihGiVZUugZVi1uWKptmUnIKFAGus+g5vI73LM1sUFVUaDzkae15x56Gl
tMHM6OASs1m/ted9COoWGNWnMKbYjCyWbLxsNN5BNecDAm1grQBBKMjnt0wRbc5piTCZkhrL
M41EBEGxOajr0ck+nRm0ywBNRFMgsosRzOlxgyzwNBCSxsI1EdHfwNp0eV2uUYlOQM73numd
dqSGZN+cyFcDs4ATFA2ijVeYx8Ei6IgBbDKWoRDhEdaDDuwCkMfdEUBUVJAagBxSxwZxHLow
FXiHc60EgsAWdlSPFFtMy9PMZs5OrKY1vSDozkenLJtDIGGe2ALDU4xTSsWxdDqhme9UEk5p
jvXDPNJibbBZVQaAUaG8zQarowKKgbqApfQq3CJhgXUsycfv8MSvQszG8RAssF9EN7HF6wvP
ooXn6OM5Ya8hUgHQ73le+ayGDRljdOHUTHt5h03YHGrKnnHUb50D1A+Xo9IHnLO8nkUdMedZ
tQMDlCOfm0HZsbKksGXQMsS6lFDLIJCVzujkMQ9OjkL6vOFMboEZdmUtqHkJKjalCw88oqXY
O7AZ6ksG8u5mNNY2G3KYFZ3vOUvr8UGXCUVEkoIghZJMaIwbLAvXmedu5ZQkBLuAUYlUVGVW
kALOFhzxNaLSLU9QBBBioke1JAL6BnLHrLOSHWxCLlFQqH+g8v1DuoMzldbk6jSB0XdpA5HV
5YVAQVlQNHCCRFPXYsWUWJCMat524QlVdFSQgEJdSwKuiY9WI5lXRKUI+lLH0iDYFh2pg/Tj
2Gkdwnm0as4NFRLEwLsT02rzPpRWHrQwsz6x2fXmMvN34CMlhHQEhAFYwbVWUJkDCaBqz6Ds
DLAoqBGqClUS6hAISuV0eIWhoiR0CZguwZKDEYOtBjm5yPTFyNYfN7FnBzdnkCgYYiHCn0J2
uj5PrHQwbSHLXQrF0VnMmhxjm4znl1LOZXWM5rdZGZxGRi6HWp5//9oACAECAAEFAP8A5oP/
2gAIAQMAAQUA/wDmg//aAAgBAQABBQBiWIzgqcssYYPWEcVjsQuJ17QjDOVRQQFZsKD2gJIY
kwIciszmdQYEnQCAAwLAMxUEwCOpWFecDGAwFYhTkr2nQ4IABQCFGEABUKwAAEUBiFXJUZKL
OkZSAFURQJ1OcZBUEFDjxkRlweuQ4yUTMCCFcRhkdcnxxmCs3JVTCcMSAOqg4BCfEYBHRQqA
CEBp1zCOFC4AOMLgYmMwLCVBBwPeECZMBxGYmLideBnHEVIDDwO2YcwETgzGCMGYhOTgwkYy
oORgMM5nbkckFjCGE9xgCEjGTCcAZ6cmMGJHMDEjOZkQr1OYMrH5hBAGSMABWXtk5IJgsHXI
ACtggtOuAABOhIxiBWM/rCiknkKWIPYz5GHKr2BIyD7k4mRgjABKnKzOYXEzDiE4isoUH48G
EmKGMJUHnqRyCA3ELLPlDASo8jdsGDiEqYvuWGe2AHGWIJVgZmfKBROACkYZHGcYiqOxBikm
GvBJxPaE4JIafkjtApIBGJ+eZ26kks3Ge/I6iewyCDjPYenbjKwsJlYbST5BO64W2sAWgKp7
MzKJ5GyWBhswqtxkFuyiF8TPBaDvAMkKQAGYmsidcKADDWYQqwsJ3AmRDMYmSZ2IOcTMbkBc
w9sYIIK5dh27ZLMDFOJnj2IPKkMMDHsSMjrmAYg4mBjqxh/qciEmYAgyJzCG7VIvj6jJpQsK
q8jXq7Gikz9anFlFa2HXUz9JADqZC6yrGoBh11n61eBrVifr14/WEOspg14dZiv6hx+oogoE
8CwUieCsxlqRcI86LDiH2AEbEBaDAGcnGCuRB8QATO3IDEHGOMkfJgQqhiFVlJ9yDkkkDiDJ
I7AhTCDgifMAcgAgAQAAgfIew9uP42jNijB9cQ8ziYHpj19pnjAnHoSqxrWMVGMVFUcTjrB2
APbAEtdUWshlxyAYcCBgZ04XqFADEKk8fPUYZAQMmBTP6jEQZnWKpyOYBOexUEjOWZhAecZZ
OXXkTH8McWD5p8mzM8wT849Mz29cerMqhrjBWzRUUQQegUYPYLMBpjjAYKuIApGIOQMmdcwj
AUjP5ByWJwmcYELZM4nGeQf8SZkQsAMjCmcFSTjtxrqMCYM5ziCfnMtU5r98n0z6Aj0zMiEm
ZE8qCK6tCQoa8QKzxUrH8g2BnEyDC0DEDsYCCcHOSIAYMknJLAAHPUHABIBYghuEJ6lsjJzg
wDke55Ih6mEccxV5B4sb4KCoqUBcQemPXEIBgUL6Yg9cwxjgbe69ZO1Zmu5mB2WEpF1wShFm
1eKgHOarGWA59cRWOXYwlurcxQRDliwCyuwkdSYVOSjYFYnhfD1W9XLLO8zkoQpQwjgMQQck
nIDDBMBimEox7LFbk8RyAqKHZfbOfQwemOMemf4nn1IBF2sK7PEpamxq7Lz1bX2UVQQZfUjy
xq7B362p/WYx6CsQ5IJXGQYSYSwP+SEmZ+IXELgnkTyOJ+xZG2eO+sxYarBVZrAyYDwdDPZf
cFyINklgzQsMWOVQs5NDFkPWWmUV9QABD6GY9AeM59cicGH1xmHMt2aaYxfairaJZXzVS3Yu
rvrXKV2bVrrRhYbCPPTdn05mJzDacrW7Aatph03MbWsBs17AKdZ4aLEIqfA13AFNmDU2CGWE
DD2ieXEe4mMxMRiqI6OpOJ1bNi9lJXq3xC3sIW7j45razsDgAB2VcEfw9/58TPMut8a2W2sP
29gtQa6i9quGboFFJl+wFFbIqo47X2+ZG/1gJ1CvmVt2QEZldOR40wEQDmczjPEwPXn0PWMq
mFaY66va2stayPkriVVHC1lWVsjntdYyAvMkxF7SsdkaqpYwClPnXSuXWYzMehJgHHHoZ+DP
f0zCQJds0kWbDCJUqxcl1dsvgxqlyK1EASKgZvJiKUcWZwgfppvlDMwbtIh3yY27sZOxsNPN
cS1ny8lggttM89on7FuVvvEGzdhtm2Nc2Ba7HidwwsDALkkVmVoKwMFSDjawsXrgnqaSpSns
KzjxkoFpx2rAAA4z68+mIJzOBDCZ2Alv2KZ8Wzc41PDWMki3AquTAwSOCoBIGS9KiIqobOHp
lwOO5RNWzx2GYMIWJjrgYh/qQAMDABmDCMH3gYgdpYwM+MK8lcB6wTUwDOwCtZ/rTaxFvZza
WZ3BUe8q7Ka2IBAIubjVfsz7ddajdtYDZvMG2+W23EfavM8t08tyldrZyNvYETcwUsreOyIL
9gWypdFAt9ODbW02KmS5YQDKyykW15OwmRsmPczCpSTcQDQQJbybl+CgInk2FnluhKxCMtaI
XBUWHAs5yIH57id+sFgM7CDJb4kHmMQB2Kw24gtPbw3TwWR9M9girHDNdu1sKe+BrWDznPYp
lrqys0tZlXZ1AR3bt2aeTBNhCi7JawEhoHxC2Sg7HyV64a62yD25yeQpALOWUKnZyAWqdYKH
h1nECkMlTEhcm0/Ks/617GNzbZyozOsOi+RpOD+iDBo1z9GqfpVz9KvB0azP0a4dBINCgAat
An69M/WrMOskOqmRpKYv1ygpRUJgLHvPkG5Z2DhomzVU21uV7FNVYYn4EtY9b3XVmm1rjUOq
WezkeX89sRmYzEBgMBJ9FusRenYrwMnPGRiAztAxEz3twpCO7KpEwgaxws8mYCGI4j2fCpSX
aAHPMxOsI4Ppifn0E4h9MemMTI9T7bdaKGQMGDKlxFhRB46G+e1WFs+v5T7hvh9beiO28BF3
EYXc3YAAM7CMwMBmTDxGwTzhScnGMxuSQ86rGzADij3DcNlYjCBxkr3liADXIKBgSzM1i5SB
QY6r5MepAg9sCAeuPT39MzIPpzn0zM8bqA0+RuoLMTphEdC6103d7a7PH9ZXin7WstX9VUM9
FMPStGuDN3gbEB5wZgiZABYQFp25BxMgOAxmMQPkMSA0yAlIIVQCeoIVSjNWGis6C/HiRj1w
xlSFXRu9rMFReZhoR/MzmfkiGcz2nMNtXazZVCfsEETYRxmMq2Db1F/W06zZZ4062UdHStgz
IjSupa4wVhXrJWw9+oM/51HY/XasXR1RF1NYHpWB4acmqlgfrtZov12sI2jrZP11BH/Oog06
lsShRsa9SHYbSrw311bR9NKa6hKhyFliZatmccYvVfGljVwbOR+wgSgLjbYrWp6t+xXD6kep
9pxD6YI9GIVdn7A4FwE/6PyQtaNhGqNf2d1LaW6m0nXuFoWs8zAMMxMTHPMxMCETBgnE/OPT
OPUCYhTLKuGrrD2Nr2Q61pmxr3JK8gVSs8NhiVOc5mAy7YBuYEFAcixAtXitrGpr58NMM/Am
fXExD6cQmOwVNrfNodrWjqwVgyzX2LlNhsYPWSdHYai6tww9ODBxM+hHpmHHpmZAmB6e/wDD
HpiBcHoyla/HeRme03XVa8Vz/Gs4h5XtWoJJjDE3GKn5MArNK6WeC1kBsaef+AnvMn+WBn7a
4qunrizXbVWt7UoJtRllKthtPacX1FIgHf6/btrUYIInEM49MjJ5gH8MCcj0ZhDtVA+ZSg26
MgZn595jjiEZMIOPsqy8CusF9onmdgL3g2HBa2yKxZ7j5Yi1YrKoFwbFoMbXRp+sk/H8efTP
ocRjgblxe6rdNZqdboNStpdr0VlrNalbfsrfJZfZcVUpNJgsrOUzOJgehwJbcw2P2bou4wCb
NLTGQfW/brqjbDw7IjXEhLEJ192yqVWJasAhEwYPTrmbGlSa+sWvMWjCKgJdMnV0iw2qglLD
ErDeMV4el/jid/QiH0xAMemJj1b23PjeWzNJkKLqVuuxpIlb0Xs2j9coW/6kGWfV9EXWVdhB
1X1BjDhKu6sOWfIwAU2L6zT9ilkDZG1eaqn2WLNsORkzyNhHzFcldLYdGBDLmDie3qZsEilw
VIf57QK61bDrRjyUgBL1D1Pia6K+t4wprLIwxMD1MxDBMzE/Hps7ZrO8e1oJBrchtR7HhGQA
oOZ1LTYZFgoYJqbnZeDMetmellhRfIxKYhCmMeCPjVZZUdz7BrogNkq07XlX1gIb6yoj/l0Y
f60qVqsU6tnavEH8bl7VWr8hkM14u1cKRRUCVGFYcHTZnpQ1g1q0FSAzPofQzsICWIyPQsJn
MvvVK9qwGAo63p0YNz9UzCVuHXoQVAMv2KqF1e1t1eyC1uarNK7y1H0Ptc2K9gnB4gYwgZJU
TsJs3nNVL3vraNdKG+pA2zUVTYJAtBgsYxl4oDVBWB9R6fgib1Do7KcDGUyW1CSBnHE4hmBP
eZ4xCYSQezEj2wJwJ5BAwMKgy91prstdxecsLDgWU7KDXJv0tTwhWFV1n2dAld+y9l2uh2jU
tVZvK7YsLV/WbXW0Q8QmXL3rtz0b3QgTOJZkG2xiNLSs2XLa+mg2b7gKXsYLSi7G8tcP2d2a
vsEEpuSyVuS1bYgOR64MwYyKy36rV2JXXZOoU65XyLyJiGZghE7env8Ax6rAoHpuv3stsJWw
gQqJXYK7L60sTWuYQ6IuZdCnNgwl799d9gW61rYsr2SBoo9rUc1n0IBmxSuHxECgYJYJmWBV
NTmtK9UuWRKpfs1pH37WHR2PWyFcGl3qNWxW8QjNe0UYEEcehYiKxMPsfa6tKkexSEsSL/XI
gM5hghLZ5h/j+YcS5sJtuzTxB676WU5M+c1t10C7KOa7yBVshlsD2VqtiAha6XGbnRmGnR4K
tR+xzxn0vyZsa7I1aMSV6nAK11d7aQosvvSpNr7C20qjWHT+sraJpa6C3RSw3Uip7hYxRmFl
DgKiq8rpauBpn04E/GDGAYGoBlVlsBGCYO05yTOwmQZmEQ+mfTPOYZsk4tYl/wAbOvY0aplJ
By6ENjAr2QprtRhXsOyO7TZD0162qLbPCA2xaVt0bm7t2IDEDIMbBFhR0twg9iSQbsVmp1Lf
ZbLW2pWImv50GhtUmi77EBvsN8ONndubZYBtbVFhrKlx2QXP5Kady+s6/wBgrQANCDMj0Il2
szvVTmwAD0Jx6DGCAQUWdJ5+fKZ2E/DOVnmOf2eE2kY3AlLFR2C4AAhHD6yO7aJj6dmWpZZh
1OttskTfwWpa+Y6qrMp2S7DVZRG2axP3Ei7VJJtrWs7LWRiQyLxZsjuj1stLIlu0hV+RNazA
bexNB+6CxPLbYOzljajCqnQPZ8iP1YXUml62w1F9tMp+xqcKyODkTPquxl8iYhhGZgiL29Cu
SKzGUqPKxhJYmtsdOCgz2Tx7OvbTajXqy/ZnA+yqZV3aGatxYACpZAZ+tUxbSVT1OLNq3qtx
LLaWbZrK10XIbOqmEQELG2fPZQoCWN0C7AJv1iS72gVbGFRtW6u7WVqx3qfotgU3VxrSsrrl
rKDVWzzXYKbL0RdYEJuKCgCzAE7sJVsFGo2fKMAjqZZZ1TXTs9lvWw2LkWQ3EA3kw2t28jwP
XOwncCOa8pZkjicRgGHjONpPI2zo7AV9d8mvqRW2azbW2tb3V761L7dUb7OxWt3LbT8iO1vb
RSzvvErTpuf2Nd+yEkzetKrpDqaG4ZVI2KChpsGdrUDqaDh6jUEvsAVGuVaOkZA0Bpqe3b7h
R8fOGLt1Aey+ylOibILU5OFEAzCgiGxTr79iRLEddpGcVJ0rcs93Yqe5MGSOnJUB8xbgJVdk
vcSEuIHnXxVblZAuraAgg8RD2tJ5dFEt1a7FtpdCO+E2XWtmcQh2lWtdY9P1qKt+k6F6Oi66
qKdtiaNTPl1CMOBn7A/7qUCVUmYGLKmIdCjecNXSEcbYIhGJTYqK2xWZZsK6tmyVp8sgJT2N
uyxZtVPEhvtVxZZAMQZUdouSynrAjvNai1WXKyzYw1VQLProxNBA6mEEAglsLAcNnkkkpiHI
AxEdkC7ToL77WbVwUPoauBSrFvrtZzZ9ZWjtoUkfoLKq661fClbQzNUO3XxPtWq1egcvTYyu
bi03/lfSwZ6UHUGWFgLkFiuCgrZAb7GscV9Rjn+zKMSmkKFwGbkHi7LCyvvYpqVSqZTbqC25
OVGSAAyaJaa6JSDY8ZbnL6jMCliBL3WJcjh6Q8YWKS4U+VJ+TjsCTBGxjGQeJ2itxqkBWMPJ
JMEBlpefEi2zBpKOtusSKMra5yczYf5BzXfXaGKWll3sdvq+72IcTCkNwNnKr2DNaQQhLxkU
xgRBWBDSAz3DK2sCwKzOLKgLLqVCsqCYxNtb2KgxNW21qNKumCpBMLMCfjEIBFtdIUWL2S9l
Ne3lcVWzxpAefZvZlB7PnCEYOJjg4xqkeJgDEbJ68hcQARlMspJFlJIrsap671sDKy3GzNas
ALs5ZR2r+DA9UezyH67t5m7CZswa7SHW8KAO4AY1A5exi6GxoX6l7j1B4CdJcCY4Zm1mZXXb
rBGze0qstJRsk6VTymkVLMz8M6rPJkvfWi27/GzuW3mtyBnIqvIgc58+xBS4YoQzYgDEscQH
JBM7cMMCnPhqdilRzGJjWFB58H9isk2VmWBGTbQgatoU7hEpLMiY7XUgF2PYkw25ocHt9UMs
VMbyAhyzZ7kqC511ljhIqq7BSBcxnYTtg5ZjaXIdQBq1ObKaVBr64xD702Vsc+hZVj7Ay20i
Q7F9is6iNnHUkq0IVguaxTcJ+wYbiCbQ0KBgKQA1CYWlQQoWdUc7XV6x18Yy1qtgJYsZFdX1
lMOqDG13QK7pLES2MPE7MXq12wKeRYe02VKPWmQuShXJ+qHJ6kEL0LrOMbCBo1jAkKSO7Tu6
DBaPUFNaMxb4gwn5fXphAMlMGBuW6glgYNohmuMOyrQ7SCN5GJscFXqMubMXDMwyvTqUdoVR
hmYcxEcAo2OzBWdiVd897mis4jgsKbADgKSQADK3yHsIi8ywspOGBq42a162IwTVf5V+7ZAt
QFFDovk+JbA+rOLm5FlewxTUbsKfHPj1226Wo1ZC9QzoWKcBrCzeQKr5hIiKGarFWsmGIxDw
WCw5w+GDuBT2M7AAkCJ7heGDZUqQw4AAgnSfOB+RaBPOclgR1BCFe3X5D3OcVqpDPypGGbBV
+QJ36lHBLVAzxsDbSCu2Oqk4epmyMZLZliHHx6BVA0rOmwpMUABhgfIx1wNz/wBajyr4BbAH
sOY7GMcwASjXDm49lQtXVVaHHBh5IBMcdVckg5xkiFuEsUnLZCssesY5WdsxFGMc9hGAIFad
WrWADDQcEA5EyTKmyWCsM4dsZwIHAVyM1/EPcYrEzIn2VOV8WFrsUr1yLBk3ElOvUZGVbq9L
5ReFLCYIJGBu6ouWyl6yj4isTAcztwSWIUlkpUSgqx1NcmXkB6G6hLAwyM55BDNen+xQSAOQ
RGRGPjKgWsD2DFhkhRAvPjcnw2wHMwAD7M3BOSeZ7qGzFLiBwtq4wy9iytFJjMYoBBYKiMDE
R2AUCNiXUrB2qtCApb3zfhW7BlIaEBW1bgaqmDFRkhSTZagL7WqJbWlqqCbCuIOSASnaa4wt
qgsC3l1t6+tr7Mv5Qy0MvjIBDHLHk7PYt04UYgXM7AzmLzBXe7LoXsU+v4XSVYqYGID8eISf
Q4EPBLCCcmHqQlijXTarYXbHQV7dpPmnmZmUgxAMhgICGOBLRldqqaNmar6iq21qz2J0gOQ5
UnTtCNW2HZgo2vsFKtTaxo+ssaNSBr7CFCLEKhszDEdCTQ/jlzYn11atdtDzW7NavQoKynLR
PKSRlXtVFD2X2kYJUiBGi6dryj6wJF1qlAVRCBMiZyczM/AE7EgHEJGGOZjnGArZmxUI3KNe
lZKta7r1VNjx3ZDJTb1fszRa2JRQodTgkqzFAaSKNpz2R/idnJghQCKSrUW/6ti9rRq63lse
yjWW7esMXc2SLxRejIyNWxlTBmqr7TBzarOKta2pdRcCwGpnDZrPYVs7PsXFFr17b3FKqraY
cJqLhakUDPoT6EgQ3VrG2QI1rse1k6mOMTHBBgDZbs0KnNeAeZ25txXYCmTbg2XGdGJS9Ojh
i+nslgCMjifiykMHqIFlQsVL1urK830loRiEdVboDrMo1rHCinmlKHtH/PVVrpStdpNZjZro
wOlhK9BlX9dhDqtmut0a68GBAFbr0fxFqyxGsjGWojNdvKoG5sE6lyWoohcAlhCeGvaG5iGd
mnUtBW0Wh8+AxVycEwEGEEBQOxzGXlDg4mQBtGsvytjtyK3aIqBTYKiviaV2eOyqwMo5h4Uj
gjMakkFPGzHm0gpzl2DAoTNOsM9tIzXX2VLK7tWi9WoFxevdsxtd2NaOAnxJHMZbUNlxIXo6
9WCvs2qlNwFtVaM3CVpqM8FNYDU1NLajVKLlsrIBhrUi1W6DuQlTGJTgHx1wXJFsR58ZWuWK
AAVpGAA7Krlshj8SAXYcFjkspliliGVjkCDJD0A11jxG7yAfW2dk9gGyAs6jLsiG0JYlq2I7
ntWodY3ZmqsrEorrWWBc6dRY7Xl19ip/9wDuWqvs2nLOAQCGQgqHCF82KcKcRLAJdUhVqyl+
nZgJYrKRgMesb7GhDXfVdVSioK7rViWq8Kw1pPb0IEwJjE5i5BLdQhKnLNGxDy2DCRF97Mhr
iy22ZaKrBSq5UCNnGyDPrmSyLnX2kbtKlwCwAu2+zKhjWEkMBHRDLB1LlSUZc02J1Yux0WVU
vpTZLaqV0ur1RD8jcSQwcPrEw17NUO26mvcRoepVgcLYAdvXHbXtxZQSBdtV0rs7l9zBG7Kr
Z1tqyp6rVtrDFZXcZkH0IM7sGVlMx6EKswTOTMYjZDEEKq5BGYuDAPlvKJxhSxgcZBjqWlhE
rc1vsq1uto2dqw4C7N5aa2rztWALjmuryH9QZ2dbqz6Ow7inxsM5r+MWwLKrVFJ2GZmLFxhi
1hrdbuEbAUNDRXYTpKwNViRbiILEZUvRS9WXFza6WbD2MAQ/6V3X/lWFTqvS2megRmxxlbCI
uxBYjm/hgDissfSxSSTAYhzGFQI9sYUjEAyCZvAlkBSFixUlWDEu7hm6Ay1EJpsUnQPVTyEp
UsxCJa5eBSTTV4wORtqC4JCbGujoqtWEcITgHyAIpYt2w9ZlrF3p07ABUJWFjGKxCsnx6Kwe
pTP1yIiNNhu9ihlP12qFjJVaraDJH1bmliIspuZYFIgJnMDgAWu0rvCwbFWfIktRjGrAi8lE
E6js6cMDgr2PQ5VcD7FWDBpUwJdzA2CSzQ0lltVFWt1Q6dyrYhJVWAm1aOi9Sa1WFySt3OwP
gRkV15N6Hy9Bkt1gZvGpYt2Aeo5qWtc1/FSAIIzAEHBJIJLRjiKSWJID0MXbUrK6li4tqNi2
X7mu1P2FTzYrXZrPda9a0W1kKAeD2Tqevbgn/HIj9skcjAgHGOWGZjgocYJKoQPtEBQsodR1
dghCUgl6gBWBGr7KaBG7K2p9moPbMut7MiMVyBLGIGqnys5DIzEUdBTU37T69Lz9Tl1KxCWj
2AOAAqgl6zhCxMPEFgI8jzvGctCyOTkTu2DgAXMJU1Djzsst7516wbAjI9liWLQVrcgZ4Jxg
k4IC9gMHiFBGGJjgf1CiYOCMzGCqYOCJ9kM69ahjWOAST/V+nUKR1LdAVzLlZSwLDT3LKoeu
a+uMksWAKEgocxlw1hJWsFWJzHPVLSxif1vAgb4VMzWVsBAuYVIndlNYGMMQHaBlJ5JHUDJh
wwNSlw5UVWMpF9DnCleivGrChxYpS3LqAxIClsTEwYRywgWAYmPkVJmOAAYOZ1430DU8qaex
IyIrND2KgLgrmZVQw+VtTqEYddPZ6Sq0NUp4HMXhaX6wgPNrcqoX/qOzJb2Frf6727LWy4uQ
CtAfEvZWwrgX7NTjbqYMMRqsQWsoyrAYwFgFgjr2cpmBWyUJHQ5setYlvaU7MzATGq4xcrfs
chkMX2wZjkiHicQsqjyJC6zsCVAyfbYpFqX6dqMjMp791rYKqnhcklWBYnGexORDUJllbX2x
Sa7Vcf5ljivAG/8AaFIvksNKmua+6jtsgCXASrqhvUEU4am1CG1uU6Bw2lWQw2aGr28nqtg6
MCmcFhAzZLdbFYMevLfGcS6hbVsosrsqvDlL2qCOrgFsg4JqycWqagrjos4hxkjIKMY1RINe
J4+Vrirgg4h5NtSWLt6TV2EspVmMVuXZoYUPYDClooQh07R6HI1mauxcYJKpbvOCO1r/AF2p
VVW9Q7bNSrV+yba7iQo9nX4axGdlj21OVUgswVSCjK+ugh7VyvYBZupis2AhwCGje6g5DggL
2IyA+SG1QZh0iWujJsVvMcc54hV1HkaMcD3nsc4mZYbY9m0sruvEruVhlCD3EYWRlBXd+sV5
5HqK2IF8gnXEGSOI+c85BBBHFqll19hQm1dZ1Yhj9atdRbZYsN7qNi9thqz42uZGVMMrDjWQ
g7Sg16bAHJjEGDICKCSFYMiEsgri7GBV0y2GgJEXh0OQCQFIBJQswYEv3jIwgfiu9qmr2EeD
GVXmETrkeMzxwKojlQOyiFlAVqTFCxu4ga7JGVIn2GjVYBY1TJYrAGEMEVj2bkMGE7ANku2e
otrINiu9KqFlVvVT2dnIUdiQe7RrCBS/CMzBQVttUlNdutgYlR1KVsVBLCEfJkJVQc+48TKB
bYkrsR4vxgB6o+WYcN2z25agO2Dlqw02qb+1G64FOyGFVoPowJKjE4hAMKAw189ViosNaGdQ
oIBnMdWcHVs7eP47NJW9gVarZzA3xBIIwT15dgpsvrEGzYIXdlqZgNrXZRqOjVuFC2sBDyNZ
x23UTpSGBIAFnUWEDFh6OlqsiAEICDlyUZY3XDKMFQoVoQjQ05bNyBNhIGSyM/YKwEFnyU5C
8S58NWBau5qKQjWI2qwdJiGY4IM94eJjjmAiHE4n4zzkYbk/ZU9bbEV1YYlV7qV2mJFse0mW
lu3+PGAvOihfY3tIvUjGi0WBJbhiqykEWXq4Wl2DEkG0KThJsVt111U1rWFCE5KliqMGLsgR
1shWEZb5I6HMABQ69cZLqTXvAxWW1vlO2CTiWDLUEKAMq+utq0p0XLzB9MQwnBacYzBz6FgI
DmY5xgHM36vJVSjoLFWw2aqgLWVK0CAYs3G7HBgBBAafUoTfwZ9vohWrqchu5Kizsn1lhquc
9FYs4YEWEgoPIllTBdauxXCxbAWUkHsMvCD2RiRj5Bfl0+IOICWh62CzUrdALqDRsdp0MYgq
QTKRwRid1BrKLO4hLzs4i+UznHUmdGyosEzAIcQgGPVsA1rcBmHBNpDrYrrbhQpx1VlByGBA
73LhjjChYuBPrLCrVv2TapW6q/Xu17LA1j6+i6ynJTZ7JKwSxEbtjGED4IDCyt0EI5J+WMlg
HXrYsZsyvZYPyS+A4CkleS2IPjGRHjUhJVcXj8wMDNQGOZsEhNUCZExzgZJh9u3GTMw49MzM
6DtmMZtM1dNX2Nwv3W72Kflkk5ChT8LQGGz7+8BBC4M+vDDZoHxOJa+vZZZr012hiGFnWzc1
1ZmULbUcx1yFY4/tHHSVkEI+IWLPhzM4Y57GsE20Sq2yk0FWHyYscQsYT1jOCGJZWrZDWxK3
NxT8KwSBY4eypUA6wnEMyM5hhmTDMQQzM/LdTPs266/iLa6bDuEDKTxDh51Ytb8Ut62UjOAu
AMCfXKfLWvWWtivZOZTa1pKBhiWkeN//AErc5PxhOCqy1OwoYNWORjgEwtMwECezWUI4Asob
Xv7AlSXQwYATOcEQjMcKTSjWXhZbYQtKgmo+S3ImBiNMz8mD2ME5nvOMnEJE+2ZxTpOJfUaX
otJDEYRliEF3C+Ip/q4EX2TIbQ4bPGy2KnwZrDoCOeM3uBLkxYF6ogUw9SRZWRa/YUqQyj4u
GyF44xkiBBO2CBlrAGDVFHXLkPgfIz4iHkBQZsvNWnpW+Ot13ksFnaVp0TD+rcxk5UOCAfQ8
j2gIM9iTiBgYxIn2FTW69eUutszKm6F7FNdZAJqsFjCwMx+J/sFIiJmaKEW8TbIFdriUOrKC
SqrgbS/O3i/Jn91KMSiAjxAka3CUrGqSWU/Elg7MSFBM5MBxCFAliZKHuUUiOwM7CFgqqfLa
CQLW61k5mhQQvscwzMYwnjPM/JzM8k4hYCdgYeIxhGZ9hSUPcRHANxHbs08z48mGW1ybKshV
4or5+tQtYeZu4KdzPJiUuHpBmzWCl9eVQqYoYDDwCV9XgA6q2VKnsU6C2pGR6bEKsQxJIV8A
FSVIUhhggEV2YgVQAGBsuDTWqPcdQN2xelFPcheoGM4hbBa2sE7FBgdCPyCcEZhruBZS6nVY
kL1EyTHAhIB+w1vNSSMhsgvO1ZU3YDszNSmT/YIigoAp0kVageN5GZFLObGYNo3Bh8SWqDJs
KDWqssU8hjlgoWo9SQAoAEU5HtFJy1auH1kV7NdkGBD2AYrhcQ8QdZjh7GsKIeyLhLNkVL8m
bWQEMOrYwMQ+7012SzQM/StETTvzTX0Bh9vx5EELLAy59zkGDGbMddgYsycEEhgwK1sVOco6
1KNgSq1mOrUGKDAsTumyGrLDD2E50LQr5HWsknYBUmvFjuBK27L8WC4BHuW5/ZCRNmtWXYpc
C1XBUgMow2ujqUICkYBKxVlfu9auT0qSintLbQgZizVL2KZ6hVz1wMQjJBBmTCcz2gaW02vZ
fVsqqVbZja1oiI6w3IDXsKRARCczaQi0+xiBsY46t2ZmyDxqD4ab4nkcRttFO7sK8LMSwONV
sWo6kIpxsrxcgLOjF6hgp1JKr1rIwpAjhTHp8kTWcA0hSvmQjYuB7sU6hpZrgEqwcpkKpEuv
8Y6+Qm9FRvkwqZolS1r7lTg5GcicBiOYcQLPaZhYZzG+Uvb/AGd9QSuynAOZnEPXH2aDP5OC
QQCDywmJ1OdQ9ihAlex2Qojps64VbOpYgFUYKdRu9akE2KSlirCgIoVWUKqnpynBwYIMPA/P
xMHuygk9ozYLEAW2VwNiKWDXY8lt7EKWMrqLNTr+OFSJk4UtgFifI0wIRCfTEIOC2FZzkvz2
GCEaNTUZ+tRkKqgGErn7aodUZTCIOADg2e44gM0mrgpOOglJIH2Bylh5B4PLfXMwC9QQZtV4
IQrGUrKrAQCIr8EHv8zB2WYAi8kFc+UiG0EW7CAuzPEpDlNVVF58cBJZVMr1OwqqIAZhA56p
zFAyFM6iY4JEIzCvAImIRCBnqDGysbsYGIDOQFYmF+Daev2Astr5z7wAA4IBPK+2B11gO1Nt
WDZXPKANi7srhhHwAT1n19hDLhVrfi2tXV61JAJn/mwsUQEMD7pxDgBXAGSY1yVhtnljY5Sl
nlOngJUqRmVI1SMDp5YapQHskFxBTDD+sVst2+XYA5WCZhxDwOckExgYRiYmBGrlquA/eHuJ
XYywKOuybEFpoYkUEn4xjzkmA9YrCM+TSW8lSl0Wts7VfWw8yxhCDnVcqyEEIVM4MdCCyMCU
DQ1ZXrYrC9xDsFCLmMD3MQ95K1BoNYkrTWp7BQX4yCA+QDgGdlEcI0etkamyzGPIX1qyyUXV
sHtB7RZnBzGLS7Y2g/msMFuyR5N2I+yxxCYQDHQGFFINSAdVA2c9Suu4Gj2Zvrji3TsWFHSZ
EycFiYgAKfaNWNf7IXNtrlmPU3EYBzK2w2tZlGBEU8WqCnPYoFOcla+OqCClCfCgACknE7Zh
6iK6dQ9ZHkEDWFg1hllAaH9tJ+y6KN6gAOLCylm8Rx1IIPLkAcxc5h9OuYK6jCqA9uBjEIEP
ZZ3hYGM0Y2A322srAqTY6w3nr3LQ5mIZgggMYpOdFGsu2KyovXs1hOF9sgDQv4VixryTkYuQ
CEDrR8WIOUKEqvUW2VqG2Vwt1gOL2i1kha1CIqlugAXIhBYgkkunUFculbz9amKdtCm05d/I
J43MNfHhMHsMzmEYg5IPLe5gxCfj25ZhHPDHnyCWXkK+wGFqKx8azxxkKTqxi1kAoTOjZ6Ms
poR2rC0lrw6XMcucsPiS5zrOVepvh0IFf9CeympQXQWIL72CV7JLUEnwUvBRWJ4wSyjPWd1W
eRYtqmAuYFui69k8OQlKwVAQVchItXNnjCq4UFhO4mOc8E8wQ5jsAPOmP2AY2xZO9hDO2Faw
zOZanU2liWt6DyEn2C2PDa2SfiMgLiFK7J+spWsWozWoQHDLagy74Ng+QXkGfXWK9PjBVTiA
iOJ8lYIARUDGUKzXUpDsVGea1mWjZaDTOP0kgorWJUgAU46c45xyOogZYXnfkkCO1MO5qCHc
Vn/YMXMxMYhnPowBhprJOvWT4VnRM+MTpOi520PjfsY1ahbKVChDAGViBlskJWSE6g1uGZK0
Fd2qTPC+RSQbk+VpOWQzOCeJ9dc63DAJEFgLN1KhDK8EVgibNKsq10gVVVFRWBOssYmKO0Wk
TCLDZUIdvVVn39RYfsqQD9tkN9laR/1LpZvbbRrbmIyQSMq5K5ie+RjJAyPT29Mckc+04JLO
GBMBzLwSjpggMSAwhwZYpYdGDLVPGxUpkU08r0RX2FArtBjW1gXPXYL64exhAjHBrfqdLY8t
QU5K8lhCSBWxBWwkX/Kp/NVNbasZW2rBLt1lrs+xuKH7DZJbb2cGy153LTNiwEzLgnJUH4Yb
BHVS6A9sFvesnHEX3gmMQQ4hgnMPEMUckCZIL5aX6rF2ptUDVdjdRahJMCgToWgoyMdT26zy
M8PYRexXDEWHpLdhSrOWJyZiAGaF/isV8wBSQOrYyW+MXYqU3W5Q95YzJSDY9ZpfqwwGznHA
IUjPYPkgc8YGJ7TsAXtHVcZgPRUYzAmZnIIGeZn0/JODCT6A8YwOMvkQ7TIUvoYNfUks2EtX
rghVwhCq1rkE5Yia/XrZeqz9l2HmsBcjDERTwSYMANkQPxo7QsrRcRQRLdmtFpTzK2rZgp0q
VissHY1hK0vPkrJWxn4hyQzMWAAJXEHbDLWAM462NYo46oQCRD/XswAHdOIQpnsSBDxMHPMM
xOME8PYQRdYR5LSVNmSxAaut4+sMPrS2lkYrghTkkxmbowJdeyurhI2q88bLAriHJBBwBwBG
xGKsQpxrbHhsptV0zxcKzVTY1N6sCto7qcZrrqcuRZNigBcEWM4LKMANgIxjGYBmV6ABgoYF
FSOB2X3ZgHysAUjCwT2hhEOIBmED09ofZ6VaCozxkFitc2NhrHquZSNvLPfkmwGMW68QACO3
BFhgLAZBlbIsNCmGpsfrJHoqC22ViEjI5IADdQCRz9ds4lYGOoYPV1t172y5E+JWsDr2dWci
MO8UAT45xknACtiAcsBkMYgIJPxb4wAMXHyYtFUTpMYn4MImMQQkT8g4LYyxEAwTkTdYipRw
ThstO2ACSO+B5ME2Lhm7HsUjELKj2gYKaH7lay8dSqW3W9uSpXtAcT+8YwiVWlW0bVtqzmbF
PkAoYyh2efJBT/WzIjkdSSoUKQOhnJDInVQevJnJcIOzEMAuRiDGSDAhxWFC5rhGSfaEw5mM
kzE4M4y4EIMLYm7/AE5wzCNYQBYxXyuEewtMuIrAkWETuQv9QlmCGDHSwLRxGVWm5S+vexJL
KYMQtyAYQTOwzq7TU2V2rfUFEasMtikSi6u9AQJYAG56ug8iBBCwZgUEOYBwMsCGAJ57LOjY
OQeuYa2LLVkmtweojDEwYRMehzMGYzMEQZwRg4ObMBL7ex4zcrtBX1B69rCoPuD1zhcGyvqh
UFbBMKWVgpruKyu7ypgZ2dQXg/VOqnRcm+g0sqFj2KtkGKQCBka2xbS2t9j2jFStla2L49hG
Qkrbgl1M2ayJWwYEEhVVx2JPUtFAUFWwtbRdaxgNWwL+mcrqoCKqwB1EJVp41hyTD7nMPBLG
dp257HBcEdhOwMubCfklhB7k5VvZ1Yv4yIVzAGhU4CnsVaKGz1IKBide20D9i0RHyosm3sJX
LnNhQ4hXMIE5MCqI1ZWVFlOrtnsHHY3HHkfu1yl3PYAdgugFsXUDT9RSBqogWmsA1ISq1rMA
wt8lYmHtEBJBZoVYnDmdbZ//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8A4ZeG
VbaKzUhMVaceDc0yicEzCISordSW74PbXIq+7g6ickZfyIuhpumCiaJaYptgiI6jqxcSOvkV
IXqWoSiUQroSeGd0jjOfCC9GPPQSdx89T3P4DikFcnRHIjzHL9TlclX/APofBFimBXrYnBMR
UhWLVL1ZHp4RMlyImKssxJELOWe5EtUWS3kPBKyUvkbqNxM/IcUwxzbDJV3khWyKcUEmUcIl
VKNEYwSxOarB5ifhOT6eDWBojgp8yNVElb2HSWQVIVYyVJTh2SJH3KCmfCnoj3ehEURKdBPZ
VVjp0KZPI7rFhVhcD7VLF0JfyKViiKuGrorRXjwbVehE0E2qEx5MS2UpWF3W4I1fmTEtWOG2
TkmIZS74Juyq9B4ZSk3ZWqGmy1MCXxG/ghJTCuifr4UcLJ7ii6wN4ZRiREFM5JdSXfCPLwcI
Us91j2kpE8EuqJbphDm9oJUeRWhWvBPzI1E7qzYu104HQiPUi6LU5IwXgngUW8IdsMt0UFhT
aaQNK7vJDrx5laCd0fTyPdmyOE7EzXB1yRNXYSi1KDU3LOTNRccEJNRxkrc7k6KkHdeToe2E
snRYLCUUxBbzMdCLlM3G5sIq4XUr6sTWDgrZGacIckzKRVQ8FKlHRYKOr+BDQu6h1wiHfKye
ZDYlzkSVVyNO2CebjfFmJ93xP9oJoSxJKsZL0Ie0jS9IqXiadS7ItwS//wAEK7sdtHzIknTJ
OtGrsXbV3Lz5kZZev+33CToyUhNXyR9D2ypyXp8xPOBtzK+fgjoql6DlkTHUi/UjVOeXgh0P
4iSyRFMCj1Iv5nQdaCbUzyKijJMWwfaie1SfaiO2BQroht1ZRz5+Fi0immpWpzGCK1LlyJcK
w13QV29SVs5KlG0Q2VU+ZVeiPtp8ywq+ZCImv0LS+S0ipkpSos1HNZsjq6sbkey+HJKdyNqE
p+aQo9ZEsrOBTRkJzJGClR8nLFwxsezoxKZh15IuR9Bt35Ervkcsda4K3I/Wl0Ypvx/iR+mW
4GtVHUl0658XWvJa9xy13MT4KWG7mrm6E9XXgpC6MbeYsPoNuvBVx0O5qnUtHUTW3oeWESqb
Ca9YOSLyXryObqxVeh/SUJj4lfiKpKqkJKk48KEcZ/wJkmfHp+j6f4E7OD2KepO9f08TYabT
nJEqUdMnQqhIhuH8yrvZlMExVFH5ENVVWW8hxdXyU+BEUdyOCbSQ15Ek4E0of8SrqKaI9pU+
hVlKEjO4TdW8+NP0yhc/4NqF1Bc9rTJbg9vwJ2ohR+iPBxWpF56HuOHYeWS2S5Ynkjaa2gUC
rUl1ih285LJwNzclUij9SiTmhR1zBWsHaV1pyf08EqnmRHqVwSqEl/IhJVyVq0ediFcS5FT/
AAKlKf4K1meUuD2tncnWCNabKs5Fts75Ju+RaxLeOgqPXVqdSr9r+P6aOjOEcnJLfwKcntdR
ZE5g6EunkUc5PbJRUPfq01kW2PD3KrtA3eeMEpQyqtyTjBYSdGVjoMjGSOCkIrRWI+BDV6dR
JUSf+DP+DU2/I13p/tZTRqMSPSybLVdjT8W67No9CU5E9lZzIkva9bSL8c3VxfomKTcrSDlE
KhEERBzHNSlHcU+pO1VJKPapTIUpoSieo1votq/In+3GvTkb1Wy2WLixHJExDaZErhVP6kRZ
nMFaELWnMkLbzQsjapJMz23Ynu72JTNaXHs6N/pr4V/VT9HQ9+ye2NVVnuT/AB/jiVsba7Jv
a2r5RrsqvKFt+T7XWRqKLJ2ZRWJdpO7YWytZHZtCeH+iYlW9SO1pdSXqodiXrC6FoRK1dbij
SOqF3pwNQ+3EENNihVIhpIgqr4/1Euk0k/t2ySm+4ifXJRyiYnkluGRhl4msIau1UWro+cEP
7ughJerse1x/MQl7cD71bAlZ8ERb9XT9PT9E3bsNtvuXFjs02aW1zu217nna7I0pN2StknJL
afCkeimeg9m42eCe5prKFo1GwtFxc/ubU4E9VEQJkeDTwy0+ZCRHjH6J8JfkQ1Qq15D2W9Vg
fbVckNeo01V2aO125knWvQ+VSqveCEokaU0wV9TyE19tiYS+YmrHdObMTJ/VPhMfpsVcD0Vd
0PWlb+pL+7oOPtK2F3VG7dSdnKQm1JKwTtVo1nFhp2JTszteMeMKqXxH26ep7YRPc54RXbaD
7n6lNm31JllW6cFNmT3uCm3xPu9Cdtm4sYXUluRJuPIakyyUn6nc3V2RGSJhmuic0bY6UVxt
G238qHlrAm/ga9R681Qoo2fw/wAOhLolken4vfss4Jbb2+SNtp7t2mS5daohqHESN7X+p7Ve
8DlMlUf8B/MlWdym1GUyLkSxdktegkpjbwsSslKFVXocCjAm689CYPohQ5eSfkS6Mi0ZOWVs
vCFELIph8Cb9IN9Wp6ilOVUhUd0Nb3wmdy1sS0k+hDp3VGrPDGooxYeZHWvHgqWodva3t0sT
qlrGLicqvQh6qSiQ1q48j72dy3djDTIa1P8A2axOUe1/7ydvgdia10zJEp7ZbPbskl6ErZNc
SbPX7W5RLKYuJ0Sz5Fx9tSiSIol0JwWrySzzEhS4pRrH+Yej3blzJ9zIVBPOUOlSwosrjjPh
enA8Ml3gqQviSrSVp0IqNO4qzSqJUwyFq02olrIlEk7a3Jj1IThRwexS4Px7bKGlDFFWJ72d
BrZUlx5DWWOMUE2oTUndq0tlZYIbzDE+6dSdbvJ3NUJaHwjhcHtsTJC+I+2v5P5n/oK0+vhC
c9bnl9B08iGrlF6CWt24JXuKqjJVfqeeDviEsD2lUwRj4ioJsSltTUhLBX4+F0SmS36FZZkz
4ZLs582Oj+Jbwsyg4UzyOh79pXCO3ttVErA99n7VZC2bT1f7eg92oVzZ7ay3k7NdXKqjtX3P
Bw9bnf8AirtRdRbb6vurV2O134EuhBvrw2QhF2lwUI5uymBTY56HtSl36FW23c6dCiG+TocF
bjlWszRJ9XB1Gtn7k7IqREtofI2lekCnWwnblFM8E1fQiK+RFn/D/Ap/iTzcjkWqoncU0SsJ
6t9mt1cXYpausj229uywcxclVW0NRZSJ+pouZNtmp22t0PttcjtbZs0orJ16FKsc5uRaC1yI
pyL+JCoX9Rtuhx5DeRCovMbVOTB5YHs3VUK/EWyJijyUIaHtxkTSqqlf9ke1ysGqT922T3K2
Rw5XTn9HT9aOPGn63tnWw216sSddN/gafk1on94+30GkmnFP9Qltq03VeRfJq0pjJs469SqX
wNtu1PtTdDbaI7rEVJRUqvJ+DxJN34Q7cFa8lLDc1IeDlLBcqWlP5eHRY6kP4na7YIt1Ozen
9UG0VWBqLxUqqM51Tof5bD6fUbVZLP8A+B2vZd3BCUx1E+xpPk7lsupI9drM2X46tVNdNlRX
Oxr22Nez7ck7Q0JNTFh9qibkNSnhjeufCObkuY4KSV1ZPaRCgnsU+RD014sTDXkWb82fbDZE
tCU7ES4wVXtmzyPV6qKxJ9s5Y1XVP5Db2TSVPMv6lWTX0Im9jtdHr8yvwO5WmpEXvI00OJ7n
SotlWMnYle7djV31mS36en6K+FPFt2Q9fxOFlsmYfLudsJtW2G/yLu15d5PbtTgh7OP6kSl2
7cD1efQ52WfGI/RXxgp+vr4yOosurkq/c5mCn5Nl6lPybIb2279epSs4K+pSiRPAtk/dwVNV
eHRErgUXyhJwpEntCXBMd2tqn2Isv09P1Pwe+1kduia1yh7NRqirrhKtytmPs3lO6dUe67vq
RZZeBPu9qdfIT1d1KZW//wAdUpN+hMU2dGUKkP8Ac7FHLeUKKH+8pm5Vyz2rtnIqw4+Jry7i
bb8iluglEVodutlSLE/4dPCRfjX7qs2e92f+xzrMwe1uVhDia/QWv45lV9T+62ls8Twdu0vM
FFLua/jidet1JPhTwjwia8FP10JbSIvB3615RDfbtwxNZ/RBXx14SuTq3qJty0TEPk7ctUKQ
ydnHREty1UX5O2EvbJSO4aijz1NWn5onu9Ei7ku/01KW/TTw22bonDfQ1WNFRmy/JtGz9y4I
/uxy2xa7bd0fy8ies9zqlNj269sWg97b4klzLE9pignhrxr4cD2lzNB83U2Pfr5tEd0N8lHP
l4/QeurncbbvWcFG2yVPLqOW5wRs21J36+NP0NOq4Zu0nq0m6C4Re1IO/i5LosspLHts4/3C
SshbKrKqkk6iWz8Lf4jN9FyRlD72lu3SbCcJN5VhvWXt/E9ujcD/ACfn1T2dFrwd2mySmkin
bvbdhfi0fc6T5iXFP0t4Hs0qOg2n6shY4JknTaVwzt/J7d/ke1yNpxthj2d2WpyyW5ZmRKbZ
RDfuwy888C2WSn6LeG+KDu1yJp5VGe1Xh7G032pUrToTybavzRFoZGHUerq8C12ho8i3+HJS
yvJ3r7dvQfAndM7vxzCpBVXuiiUl/Qq6Gurfv2pqv9Q925/K67Pg7Nqx+4pbHhbw2Ek6NWLj
dVwyrqS6olWFtru9Vk7W0loNJwnWp7VRWaJ3deou26uSlHJOu09CYrrd9DVTKjxr4ybpcDTp
lCY6xuqNFq2G5zRsSwkOp3TRj0eKp9CWS6vn/AcOhVkFWUHsnanqRs5bctHus3R5Q1q5U+1r
Io5lybtX2qkQ6bI5KjlztjU/J+b8qnZJpLGp/bbzCYvyfjdX90WOqfhHg3Y0a6psa19SuME5
ydqG1ZYI1zRs7NFL2pIv7ld8lKQdyfk4IWtc4ISq61GkoeR8tVNZUpEr9Mvwe0To7MTQ5lQJ
daM21fNf1x+iPCSYLFyYG5ifiLm7Q3dE645wa67a9n5Nf3Y2Ho6Mbmdng7t3C5I09+3Fkaxp
2aN1k033U6OlOTdaKnBt9Bw5pMHY6J+NBpUY1eGp6D4eRq7Keo2qsaij4PdK0V2x6/jU7PPk
Oktuh3flcJopLSHh4UYIj2qyyS9vQ7tH5psrTzKfElfqeu1UJpd2l0xu3EC4mrNl3TNVwKfC
f0T4V/RUqWKeE7fbrYdZb9IK18hw5T4F3JtfE/vaQ9YvlHa9qqifQW++7a4ZMvtVlAksHdqm
9tLm22uVHqNujkUuFF0e3GRVnHhQh5N1MSpIm3Imvmdqd6ybdFPqOFc1/H+PWHs6tnd+Rt+d
hvVXyj3uq4rBstEotOTu2fuXNSO2FngdJ2z1FfRoSe3uGk72a5O381I/dgTVU/CEUUorTwa2
qmd2tE3VEzekISSht0YpvH6eSlF+mf08SRFskTNCriBJlV6n9rZqMOKP+nYhrsc0aPbtIpcN
UPbRpm2q0XY7uTbXXaYq3/2G3M5yJNQ1wa7p+53Rsps7FSF4KK8k31diGoizPbV5Gv8AaR67
eotdnHbMeg9tqaxI1q41mwttnCyzu3aemEnVka6JzVTUTailkU17os2T+RVdlwdydZsaraVt
dnuqj2bPt4P4lPGvg9WpRsrQ2acNklvDy8OC/wDhLoNzM2OFklPuTvIu5O9CxCTS6Euuy+gp
lyN/j3e0XTF2XdIwiFP5d36anva/uNYx/Sd7XVMShdqq6Gusuqh/6RLbyZ7XU91HyUII2+BG
tFxkXH8StJt5mv5taKY29Tu/mecC0n2a0SJi+TtT91u4a/Hu5XEwdvc9oyQ13vhH/sUa+QtZ
7nk/uNwjTthwqzcmaPBHe9HdbI7Vu6dZQtfyrtb/AHKx3auU/CM+L3SuJbKirJT9d2VRUnHh
CsNULTFZQlVTyd0QkrXk7/xudeHgSf1oRKqKYeF1O5LtfxqT3JwTrG/1gcp3oUfwoPVzOZQo
X9ts7vybOvzI1a0wON1v23Rr+R4p5ibo5+Jlvgh6vqQpXmjb8jahD309vTI23DdWLmHMj0e3
tUpJf9R2buE18zte0d1NdnY2bpDE6pcHdCWP/I9tMN4k2227ZTuj8jetZoOFTmRxebHvq8KR
7xfJH3J83HqhNVnBGRrV0n7XY96ej5uju1a2XK8Z8Hq1RWfhWxQvBSpXPhX0K5uSqxyXK18I
wccDTyPbVxrtMVwNtuEm+hG2vwoJNNbfxIezT5H21SuQvlyVqOVEOp3atwnbkW3ZqoUp7Evd
VVIHt+TaRPTWjuauv+811X3ZJn1L0ZLdEqtj/Dq6L3PihCiXc+3uUDvquvJ3fjcN1/8AE7G2
ow8Cn3JXk7dtpb5wJ/jhLodtUv3Ed0PrY9m6U3SeBapS3dyTsqD21pA9tnTqKaDf7nYez/c6
Gm8WcDm7sXl5qQ6Jnt2a8irTfwfi26OyO92RrorZGlWPCikpR8DTbUGSUyJGmpSFCiSNl5Px
aGpYvxPB7ffrqrKhG2sEOfUp6Hck01cU12vJG23mUq3caSXVDfdThWJdeD+mx3JUy2d2VYcu
XciZi/UaSHpMP93+kb+fmQ7KpC8z2udW58jsdXddT+8vJ6u6ZVTPHQTSoyKyrE7fbyOX7VZk
4dyXOzFqlCV8nurq6mumsJuCXZCd4okjt2qbJu8NES6XZM+pMTxJeCE5iqO38qnXnJOrk1iq
kWq8zZKku41co4IbuJW6kzPPhFVCsRsomsydOSW5fDO6ic0R74TR7dlU9rT8N/yOuEfxLJjp
Vj7U9UmQ/nQeipPA3PxOUjt1TfLuJb/cqi/s6zN0aqLfc+pKombr+VUHtExzQ7U4ElZ5Zsni
/kaKzfub/wCkXdRv5jp2shZJdGrSQ3e4m6dqq1/2i0Sq6qUOjrdipgnas4Ke2g275ghS+WPm
LC225r6C1mdfqLtU7uywba7qv7k7I2aXdrZz1GqvkW00bP4EOwkr5H26z5CnV6zkjdyzsjoJ
zCTmpMw+SZryUZyO858G3Z0r4RNh/M514Vyt2OiqL2x/EXZs9deBufc7jdzzJmrI3Ujp2sm6
4FeU82FDq6JHb+OFz1JdJsdrVUf0N5O7RT+Pb7ksDStEQb6xNLHtpDszu3VIO7G0GsJxqogr
FbENwTdcjmkXE+6W8ET9yrA3NFRSPytYe21LQ8jSs2NOvJ3PKsOFHRZHrmbZHrZZE7pYE57U
oFrqpTrV3f8AUdsQsiaomvmVs7MpYj7m7QT+Xbs1/lVz27PboimpeE8olbPvKpoq5XBaBPV2
HGjplHvWykuNTJCLHQTwyr+BB/Ad4sxrVRqmcHl4QUR9vchd1PkJKmupCfamP/27NXSYk3YT
smNaUHrqqvI26M1h+bY1zQpdZNl3eckR6nVWOUsD4HrvfAtk0n5QVVHgTVH8ztunyQoc4Z3N
0khqOPIcKg23GRNy1NZO3R/7hKIw65Pd8SVUmJ01c+Q5U6i7fstNoJX3/wAxVVyyi/RDsd2z
7Us4GtdpWD27U4PcvUsm0fb8hrnJwUz4KfRFZLR5k0Gk71ktLbqirjMHQlepaOT2jllMkT8T
tdUiNscmHleQqqlCH8R7JZuS73cj2dU4XxJVIqht3buNaqY9Cm3oyu66QKN4lRsxzG8YY5Vf
obTWHKTG2qOsrB7XanUdv4kt1ZSalJa4Fs6NVHN2pXJMS7M124pApTnpYj8f45TX3Hv17UiN
lTa88Ht9qylk7VVfoqyipyyd2e1QuX/pO1e3RYT/AOoS2drbEp+qOfIW2m3wLjTXVMTfwKVZ
7k5wRPkUclFa4/mTEeZCo6uTbuq5gkpdkv4E82Is1yRPqU+47oteD3OdXkWydJwOap2WTojb
Z1TwKLqhQSV3QcUSNm74wOtsE8eoptkqPV02Uia+75i1s3wUbXyPa1OYJat8Ct2LtVeEWRLd
qJk6uGyEu6eKnbsqrL5KXgjm6FKoPXV+5Yd/GdnA0tpVj26vdrLLrRYaqxKO952fI5q3ngbV
Kkbqg+1wrkp93Sx7aNV2kx8B/ItBP2z8SHZ5mSsfEnRJMhpNsVlDqQoSTp5HclMWJVKTBENF
S0dR1LyT9yxBVQzzVsFUlrMo9zlq0jzD+RM2ZVTGRbpe0cWu2xY1mETiaG+2daegor5jmmCk
QrEzL5R36ytld8lX7njoKKuMk6Zoz+Ja9xNJ9GZ1XI2mPjgm3R0O9qkUO5tNkrF10KKfqXF3
fdZPI9XVxKHts5ivQ5fDHrEdeWd2rtFGRtpH+UUUc2YsLlDbo1UcWZ7XDHrsqa/uJTtlYLj9
UiWyjnknZscunW5OmzTQ/fXJC3fUluVY7XRRA1rM9SlWVrHAlZMjWpbzZKtkqpPa6sqoeHwR
hufMesdurtzJ9Udqc/wNucSNqkHM/ASmhtqpqqkLHwHER0dBd+1HaD27OOCFWaD1tDcMh02l
OcE67U6Cb27niDupKspIShKxDTbtGClfoj+JDdugpdEq0FulSFchX4JdHwTaS3twxtJqFRnb
jl5G0atqU7DmjVy/coJy7cj7XOtoYsbLDKUSOU8HdSETrThYPtQlFrsoOc/Ms+n/AJFL9S1C
hDomSS/uWPB1OjyJKnUnXOStyucHB0IdeiNdUprQePIT1Ud2T3Og9XaaGzTha/AjngfPUTlt
WHFmdGXpeCmcFL5RsqyyG/JkdSYvwzzzgTw6i6ZMlUxNuJwL8eq9mq/5mJt2sy9VQl1fUjm4
0sUGm5b+AklEMWEQvMnt80QnEuzPOkkOq5LysMjeqfr/AMxK9DHdwS4XTw7VzInHmS1DKKYK
WZKyS3KM9BuKQRMNE2eGJbLFyxDdBHV2Le7BSvPhYXaqcmuyVVfNB6xZ08iUpYopyx683H2v
1JanrIo+NxQpm7G24rYoVzk7r4Qm6bL7YI2vg7nXoTnHQrEzfwn4sSirsPV/cf2rbT8R7bqq
p0Ho3TUe65pJOtU7nRD7SuBqPIh0Vala4Q31hSKaxk9u0Th4I319VWTjoU+3kWYoU5qe1XLD
j4kN14PX1JSibjURGChaq5K0GVsKtLohO/I4VeUKVL5EuBPK5KX2pchYIwRJEShrWk4Pcvsw
sydycK9BTRYyWos3GlbLyNuv1LTkvVVP83wOuCZrmcE7bpO3ahN7VfB3a1i3A03CWef6T2uf
MiFTNRzRLg48jucNuyucbv7Vg+6Nlm9Sdl3J/tf/AF6m26/c5SZrrq4V9hVUc8F6Ef7f8wmp
XQba9y+gldNS4H0sdvGSLIrbBKmVxkXZrHmTtstXhIjbdz0KbOeWc+E44JTo7kqyuKJJ9ZYn
9CLMrcpJvrbbWq6nc8LIobnK1Un27Nv+ZxH/ACicJaTdkqqV4sRVav4nNbvBxwfUaVSMnMZF
+ReW/kdjq1T0O9ui4Feo1Djko5U2PbWPiQ6S4Zq8MW21Pkdn4m5s2hNS561P7n5HGqw7ybdt
GsfuJvrcnOYJh9OCqxg4Tzk7N/tw8ojWj/m8zWYdZJ/Cvdphcf1C/Loo5Q3tTV2Iba06Cer9
qpqxTcnZ1VupKXbohrNfgfQUJ1wL2UyTtVzkoii/R08G01B1z0FrNByyOBc/InKJs+cmEz+4
l7tamtnrtWtiNaeXJ/d/L5a64IURwLVWysDest/Cgk+aoW2ik97KIlXH0wbLaqaho7W5W328
D1f/AOBuKnGS5wrSShbb17cCV0qI17326N1P/Wpf8zGk5l0kS292qwjZL27LHJDUMSajWLFX
EWNntaKMbFSYVW+SWkqSmryd9t9lVjlP+3umtosiJlTJL2jXXi/+UXau3TCXQsu52Ft+VylZ
O3/CduqgT129+W7Gq2cvWr4KapFKLx8yrgls9qku0XKL0IfqKkMmJSoh4jBWPQ9zR/FlLkO0
C0mdHWHgdFyRRpVG0k/odzcZE21rSPOCdH58QQ6RReHn4OPu5HrsqslqN9a6jS+9UaIm1YFU
h1aq2imcvJVTShuphrLFNXyUdb3LNrEmu+0tq/A+3VJ5avAu3Va7Lj/qO10f83I1NPmJ836E
QozBCTnn/uJ/IpTdlkS01hO8ir2yrqp27ueZNtNHZ0b4IomnREOq6C23aS15cEfhUxScHc4X
QTTjbK8IZQkcYyU28OOpCTuYSLkurV0TFE6EOExK+ZH/ALSJJQVfwIwRMF5aNYvmbDSonccX
v6Eqmr5I+6lxJ6pp9LMT2eurf2wyZh25JVZv4QdWVVqJlPMeyUP5MnanA4TtcTmXwjtc0Vii
h8HZtlTA12/uF2KNrpYZOsab6/8AUjfXZptK+RQ42Th9UdurSUJMWjUvk1nWol0uXl2PY4i7
dTt3UNXgUNRbqOHRdaG0vumgk3FaihzNkNaqsW5O7eUnWGdvbMVnzE4qj+5+NvVTU12lTlFR
dBqSnqj7ZWMFaFU6lJ+BR2LGyTqJKywTFUQl6DaVScipaxxOCOB0qlQ73d46HerYRDURZckP
X4kYeEPrzcWrV8xImtvb9Ttbgg5K+FXQ+goqhxmZKE7OvJ27VnPU705arL4JebGz4twTq3qt
r64kTw1LGtNu2Hkc12mfgaLbXtija6ENx0ZMp4aPbRojam1n1G5oztivJDQ3CqbK0OwmqTSM
CSU+Yq3vUXGWx632sbd7WqypHDlX1gUuVwyjrx4S1VWKeCbUvwoob8KUY3tDktQ25weWBDpJ
WUieS8ihXqiU65I5+Iu5+uRp5Jnuw0U9HkX4t4eU2OftJTv4S3bJ2fjfqjv/ACOVhF4WEVux
qzd2PVVgr7UhJoSTh2SP7buso/t7Kv1GnXtrIkvv68Hc3RncqPqKvuwh67L3vH+rQW2u8OzT
IW7iZhHuhvizQtN3H9RTacprJ3TPR2I22hC/JrXV/USa9Sj7lyNfdusFNvasKyZLkmW1zPAn
rs3rlNzIttbvBEfA91uomqp+MO3hPhMuM+ZB0FFsO46SrCUdSIckqrtBS3UaVUatRKFCxdEt
2Y5rsNlH7n8Byq2E9Lzdmv8A/oTrrRrIoXrcT4O3Wx37Yt6nZrnJHzOquQncbVG2Rrr3J14O
3eO5fAVJngmIwJ6uo3WW7m0+5qwns2+OhCiVWg+75iermP3cEv3TVHc0qcldVPI3reyZGsyv
VQTtrHWRvb2+Y9JW2u3KoPbRLsF2XqmTPuX/ANiUq5g1229uu1poe3ZbNfck5gjdRDo1Y920
N11X8wnzco7XRRxB7q+RR1E1kTj1OngknRFbqtCbkWWTI6OHZj1m1nkdfPzFWViBPNnBpo7N
3Fq68E2dilG7spWKjSVMsmHPzL0VYVysy/24gSmz+pAnFjudkN/8vkJT8MlCW/QkUumENKr+
5dBJ5VBNudndipJs0qKtLHddOy4J2qk6o7lTlmybvYU7UutVWSXZ21GtvNSRrVyQml0i5Lhf
Ih1j7vIiPiKIhY5HKiKsaSSUXHtbr/8A0L8v5EntsqL/ALjs2UzY2f49onFRN1eZqKVC1o0r
T/Sf2/yVTtsUtyRE8loV5LUXodr+1YG2nT4CSsy6JkrPmVdC59SP2lLZ5LxIlMQTq62E26Ma
3dVxaotdpkagjZODtTWqzGC7e3M4FCai7MufodvdXAk6s6i1WRK6G8a1RLpHzIJ4KUGsOiqQ
46QQ6DStz0GsvA1CifgKdZXP7v8AhGrKPUSer22bo+DXM5ReIMVyxU8l/wBxKUvD/wC0mmzj
1GrTfk8+ROlKIbb9D2/ud3Y1Tq18Db8TurHatnq1ZoXdsttcSrjldm6dVcb0rslSDt3TW6mj
NXMPWjRVqeD3ehVXwxv9v0Gpolgq5+vhhFSthR6lLclapEFFc5ViMmm0wkzlO8E/bOROw+1y
3XzFLxTz/wAxlUJ2/wD0JqvKJVGjt3rP7uDvTnV1UMrixOZoRbnqOIlk7O31IiUxa8ZJ7o2/
gbveqX25TKX4IdVFGRVQ3UcL1FVpuiG5xRs1navxEqtzWLHCVyU+p3YV+o1rrCeeEatv4UoJ
ujw+iISbfBR14EmpToSqvqV1ldDu13jZZV5Frs1snmx7p/Ik/tdxP7eUxO7WFQ7dte1q88D1
/HXXZkktVZ5C6jpX5EzNfCSx9S1JP4eCWOSlh5koOPuXI3d9R5bydt2ztVHSpLfdMuuCOlRR
RfITfyG9abYHsqO7Etn3a7X16H9zRz+PZqvBPqhv4FpfzO681gjoPnDK3Qtr1sfbHU2bolkl
0nB3NUk1cJOZkT2h0wWtgTwrcl6OqY2new1urXasN6w0xUrFIGnghU5Y0lKGnngiys+olMYX
Q9sqP3ZIlvXPAtn7tMLIpo1ahR9zeT5VoQnCdKYI7u5YI3VCVbgT6yyeRR4+XhL9CScFfB4L
m0UlVKVmj9DasJYSG25eCX5pwKy2dWT8X1ITmM3KOYuN4G9PtmolacQba7VTvwPbWy5JnzR3
OzwKFRk83G24XJFPybPE4Frr+JOteROMWZtClo7tqcK5ENt3rAttatuBa5Sv0O6IWXyTrKfI
u9d2q/av9Av27cCX3TVR/qFt+OdWsLka2U7HEXTHHn6H8qfGSHDSvySohLNxpOqwiW4dowOt
rJCdv6T3V4UWZP49lq8yR+VdrVneT2xDrKITldTqTZTJG9V0uRq5kblPH6IKkuxc6k5yUIge
lm7QOcGI5IWLnbt59RxbE1G3ToUpT7mxpfEVXwxq9SU+1v1IinI9W51d05sLb8ddeMnts7CX
o3/qO3ZqdcD/AB/hjjZs55ZXTuh3tDOzdf23xgi01Jc1sKVXasFXDb9RqJc+Vhp0XFzzVTt7
aO5stNq8MWt9ZyQ6NXbsUht1VCdlOuV0HVR+1Do05Kq6sLZWd2NLF2e50xyylZWcCTu+MEV5
WyFLlOspHb+RObQkJL3aJ2/dqjV6+bY5dJHnkma9RpKYs0Vp/vPu8YZcr8CIp4VdDy8JI2Xk
zvSpjiTCi/Ein4F6LJMOtpuVqnXqX9uESnkbj0HS5HFUiXrEkOa24O7l2O/dx2q3Q2ejct36
DX3bMXcl35H/AGkq4Fv9u6cWgWlXv+0lr3LAtlR46SOavDO1v0OEsrkSfmNa3arI6V5I7E+r
MNfukT02iLL+kjZQ4+ou1rWlGf8AsV18SdXK+Y1lYZqulOCn3a2aG2vecJL4nWw1SNkd2tGr
cEbOGz2OOjI+15kpRO7O1+rO1v4Hs/4tT7GOPClRkntiMFp8j360J29pS5GuclPiRvVMW/4a
baz7f5h67+TTLX46ntpHJ3U5jInEp2RCTVYpUiIKqUqyNNp8UFtMx9BPRVuLT8mHc7ZjR1RX
4m35Nkm0vajuThO//aOtXZwaa/bA9drkqZVyG3HlA1SOFU2VKMeUuCbKeTut8hNKEkp6kJTW
UPbeyU+ZKUvCeCsqD25w6ojZOLSsD21ctkxXDHpvRcoUQkvoVUYTOza81FWMjbUPpYTXu4SO
16pyNQugtdvIcOdYVGVo3g4V0UcF/C5cqyGQrlqsqpi4rT5FIPbU92tHwTng6m35Ft27u/A9
Gph8cCcxtwUoowKLKxKmX6ExFfMT1abd1YT1Xa+cf8RDqlSbEtzNIdzuiNUzXdNtWjI0768k
tS8cE8qRapqPIiiayju2c7ITX0FHo2bfAhXfFhpqjx5ET7WzhPk7UyOBO/TkdK9P9RWrFslJ
aZwPbWUsxga39yvQalpcZO77pssocVIiquyroRtso4Eqxlp2O78dXetBauvJC9rud2svVZ4/
yi1/J7laeD27TFkxv92UWOn6q+ENUKKPCcH3NEv8jHrs5lGyabXJKpHxI3ouVRi2W0qKjipL
foVZeiJ1Xdmeo4VH6iT2s5ITo8Y/5TX8rp3ayjbXdqlai7Iha06kX6lLCTVFzwRrqkuciUzG
KCq02JpVVCy6p3JTs8FIZWjwe2s0hf8AURMNKJY1t6EJRNJFFnRnc4XQabiaaqCIrjzO51fw
aZZvVZJdHw8lK9FyQ7rApU38xxSLzyPHUl5O3PQ7eRbfiUNfckKkPW0ncvv/AHeRd+HTw8/C
v6K+EMp4VyLdWTmTv0jv/gTDkp5QxpwtRuUkhpf7pJajoZ/gU+ZWhqrqRpOFrVDey7k6NRQn
RysTYlKZ5wdqVeBKz4PdWPgKFPLoXtcWyrWWUcMWzzbyJ/csYKWO5UVupX4LJs1t2s/9iTRO
lFwdzdLQzVTYTt0LymRslDp//Q12qcPgnWVFJP8A2KO3KFto516jTiMCiK3JrHI3d9R7RVWH
yJ7U21yhv8b7sP8AmRdlSP00/RLKW8JJQ+YHL9rdsna4UY4KUXz/AMxCTfmJ/kvmCY9qYqy5
p5Fz6HAm6qhEUH+RU12eCFFDtV+Sl24Nfy9zW8TGBJr3K6IWrTV10M05E4TSNu6U8PBFG8Po
NJ1+R9zl4IutaFBLX7tryXqqkr5C76PjI+1RA1tRrIofu4wNbxI6yp+BLfckoJ/G1rssEOeV
w/6Tt2S12aojuTpZsiWhrKO31bPu8kNt0dIPbVuhccTPh0K35PuL+pDqi3jVE/jhJnvjx7Up
UVfBvqvnRCcX/wCU87FZhKxPNCspTZlPgfxZ54yXsNK/1FNx6NVdhavWJdGjt1UNXSyPdxai
ukdi+7W5soiXcbfmaqzdztU0uVpBW0Cadyd7pQkPtq+IhkP6DT1n6kJRFCi7lN0dstbO4/x/
kth8k0WuakKqvPQcrohx5kJfIcuOIGmpjI21WaNcHbv+1UeBZi406O0Dd0nElqO5b0RLmuCx
YseR9SiK+CK+L2r4OTbbVxslKY9+7tW9Hrf/AIxbKEt85EqPXCHCt8xt/c/odqdjVPF+paFj
qRN7kZwRfYSdE+CM6ku1xabqG7Pkn8eqU1gdfhY7tcm0WxBmE4aboOV5N4PbWlRUdbcDyuOp
2xVVkadYsTl/Q/lzQo/NZglqXZSQqp8Dw4iWUbnrmDt3Tev0F2qjzyNqkW8yzlCW79CX8BVq
S04RM3rQma8u7/zCWql7X/7TXS8XSx3DWFVIdY4FhcdfHqfUr4U/Q+OPCPF4Toh7JKdXLZrp
u126/a+hRUudytipG1UiNaK/oSrdDu1okyopsdccifbGK1qQNYdhbKZ1szueUl8DyuQ7YFKl
xg3VodouWlK6wU1uryRMReTV2b+g/wBv+4esKn7hTVLJMdrmvLQoo11mh3ZVhRV8lXM3m8kp
z0uUict/9J3ftmykdKa5Fs3ccUkr8YHDTVajiH6laI7lC+ou6mqq/wDSSlVjTUbMb2trV+SO
9/bpZYZYp4T+q5M/oYs6s3/G4qjZRR24qKW56Ce1Fig6wryUfdFyKwdrpq6rqdD+BKvNhPh/
Q6sbHLoxazDVjM84OBKbqZNsN1TEnMOaIVWuroOVC1t/V/UTsnS7KcX6D1W1MkKxRRT4iq4t
I1Z8lXakNku/QiKMUYqJ71V54/pO/VUu+ButKwe74n1gtEpephQ6wcxgWqo/gS/udhSxpO1K
nZqqU9RJKW60wfadPGg5clfGpT9HNTZKJ19yEtnD15sRfV18h7Kz5Im9Y6FKViOUNraNuhP5
d/hYeqf3ZeB8dBWEvijXTa0+fhtS8SiYcSS3DxNzvUtL5id1lM12aUNUHaHYeaynIltSKqC9
lSBuZSrDFtiLLqa7KNsPBdrqiu0zdoXbi0/uIaq3ccRLo3Ni7hU82NJ+iId3glzMWboUqr+Q
tk4kh0a+EDauztdG8nalSzQ5UlYq6ehCVbdTburFl1JSh5aH+XaKWXP+YTTjuR9/6J8LkH8S
5S5JTPjHNDZtJNfQo/Uc2jNidF2q8Kon214JWsLLG2u7XM3J1oulzuVGlV9RcNj27oWuFyd0
2qUwbp3VUxp4w+ou1ZsTFUe62BNVh/U12musp0wKF0lDTao4Q1t92PIdPKBKq8h7JRNKiVIt
KHKkiaMVX3YaI2o1+4r8R46oqq/zFbdeTZZap0K+hEV1sRsUct1cjarzP+k/tqiWTuVsNjWc
NnZ9C9EapOEkVhrjqW8IeyTPvVCVsmvPx4J75XVENtdUT3tQdsnRESVEbNfdEyNNEXR2ur/g
JercVGtVOuCnxKtqPgLWIrUqr5ig0oadzh9TobNVUSiilrOf/sJcdTtuRYablqyHSct9R7NR
FTWsrPmdy8qipHcJzE0FwzutiCK93BCrFWUiCNq9BR9rv0O7T3KbHDwJbfHgpK5GmpWGQQq7
L4ndNER+NOeo9Wl3CaeLcHa/udjaXUVIaucvCHWrsXfgpVVknXZPzMfQT23heZVvZ+NByQqp
nkTnkc2OeDaeDakQ3YpnkVJaOuCfrchyia+5eoml5spazY3mfUS+A038B6y3Fk+Bt+dRNcVF
q8q51Fs6I+2Z/wCWpEtw5Is26HYr61Qltmk8ChV+UEnuU9CO10ydzTiLeZOqSjJdS7CV+Ra4
KTrsNNWvI9XDeKCUVeCCJpyNN5osEuvbY/uty3WBu+y/ahvas8nnfyO1So5KotfnHh5Fb+Dy
clMnct+zECXc954I1b1WXJO27qNPb2r9w/chy52ViW7kTYfODfumZfkyVHVdSyE3DeEQ1OaM
tVsjaqVERDm5thzMlGm3eSxG2pq9LqcD2+aqSnPKgTmk5NdYkadsEp35FsldVeDteIhkJSjt
w/qQneiGlV2kSd8TdHd93mPtpiFk93lSxEOjwTru+ailLZZ5JiGRd9SU6RkpVbUEpjyFmKQV
d6pi22rNYOzSE1ZonurNBWbd4OXliiqjyqdcvBVVeS6I8eCV8Dhol+Fz+AtNqaK8ZLR6Df42
teUdyh8xglEZZKabu5wWkm/Qlu1lBRdS9/iJK9qibdbNkOkZG9VXAu+GrSNpJryO6El8h1l/
AjHVwKKedRPglWyhpeiIa9BtVdpLueBNKquyqo6oT21nhF5d4F3JpvA8dBKYRxsirTEl6kpF
fQl1w/I7vxQ1mBtOrxgpCbo4Fu9rOmoonVZ1QkrXgsly0TFXkpV4HtSi+ZMXKrFi36OpOSSv
gkVXqe5Js+1U4KqruNaKD6k26n91SnMeh7pazBCzwQ/gUr9Tz9CPmLWh/b/c2WjktKwiPlwI
mqeOCYSWSVZcFHPTglVTuxKHA3rWceZ27OZ4HtrRqpDV/mOlqobySr4QlXqyXd0Y4co/2kca
w0WU5bImNiFVrj/uEn7VwLsURccuE7wN6KeBOJexN5G282ga4dhLMTBmU+CISWfM4Kuev6+n
BUkfJCUpkpfadRyZgio4QlXZqtCPtjDKNLodzXxFtRK/UmO76CaSmeBy/c8oTmGnikkbOrxJ
Qom3lj12urka2mvA+1OMkJN658yGmLKf1HKhs6r6DjW+X0Is8tnJDiNhuVM0YtW2+WQpZN3x
wQo6iSfbyyu3SXk9inbE0F3N9cEaayvkf+yJxBCOR7XY2m5uosibu6gSml56jm/JPOSW6dSy
bvcqpRM4Linw+n6aeHBJ7at3LNO3xGpfoNbVXzZe/B3a1ayN761z1ZPd2R+11K80yOsvGCl8
oc+XqQ3VYyK/STXWa9bCdJy0OkIafpycThkO9lkjHQW1I1/29wtpurDmkU1Inp0KWWCdVTgi
bE6x3LA2qwjtiZ5YoUp3qS01OSEl2q6EpbU+hKTbebkNrVje0bJU9RaapJXgbhzZC63Yljka
+AnKU4Epl/IrfBKcw7ckJdYaI2qrtHt2euzVhf2/ySrVsNfk1T4asWRealPCcm2rnTiB/wDs
2nzKb7UF2zHVHv19bEvwo4KpNEdvQqqieubo3rD4I22Wu+JVB6rdJLLK/k1TVl0E017rM91E
cplKLE3Epcdbi2UyneklKLPX+k7Wop6HdRz8xuK8sUKFyUfb1RV04dma0n/cTSOCtZwNxJtF
FB/datHw/wAgotgTmjo0fbL4FKVqUEmoSuiirye1JTdntovgS3Xk92bdSadyxYomymt/iJVS
jk7p2WytDh/8RRraY+4jf8UxK9olEJ3O7VqlrEzRFFLyTMEbPqkVo48zA0seHVjlEbKY5K6L
4HtSS6EHKyVsvCteGcyRJWzPa7VHrbbZU2ga3xQjVtrgVW3lEtt64UyXb1wTdfE9r86kTJHG
UUv1Iu/oSjhK/mNTa0EJS8s8sC1bpwRxUcOOhFYydB1lOkG34mopGrdf+ES2UQRM8k18hPb4
ntzaCHU4isPJ73mev/Cdt3crTpwOFL/idzhHsXqVXuVCUnS/A6U+X/KJtd3EKCdV27PKKRul
jJ27aPVukiahbdTulRl9f6SsbbOx9pNn+jzI4KeFvQtHh5HV2OiK3InzRKhtjer9rumQlHVu
xE+UkbVfCKKvHQ6Cp8yWukIwmKXOx7aOIk21bjZIe2sRlLBDc9bDUxBS/QR3KizyN5fJXA1E
9ShOq7fya1JWqpSvJtv3pdzrA3tu3FhOLKqF7YeCqkooGqSQ2k+lSV7vJFE2suh9sEU16obb
dSGqMiGqihUISVCMlXYh1eCKVKQ+S5Qh+H1GKSWyZ8yikoqMdWidWQ6D7lCO5OvJtnqSrREd
R58y3uVpJduDp9SlG6N3FXzgTaomqO5LURfDI0S1avKk/wDZEY/8S8edyFTqiI9ZgSsviyaJ
O3Um7RLfkdjbbSoKHBDsh1uJqkO5VzwLfG1yLK6gl+rZ96bwdtdn5UO38Wl6VIbWo22zibl4
jqUhp3ofXwhvwr8SuCEXjg+7zJ23tiSFViemnQ+0j5eFfC9ChyRBQpMERBVXKlqD21xgcOZu
j7m+j4/cJ6OZsNXfXH/EVUJfxKKn0KN3sTNP4im+WyJST+ItW1Lyrk6u2LkxMcqx7n7cYHEy
rYZw4hzWRbT8SnkQ0lwLXDwJqzrTknYWrVVnoNTI+lUe6z+pDULA5txYp+NQ8yJ66JRgtHkU
wfywQpbYphdEVaRPeqdSHupLz1Qnqm8krQlap8FNEm+RKmq6XJ2/I54ZNPIe21NcMdW1fttQ
+1/EbK/ptfwocsqLKIwUY54sPV05ZGelCGpeHNhUmKNrkVeE82O1v06EqrnJXFxTVWE04dqn
ucdR9jbJn/Mx5kjVxF8C4avz/lIv1eB54IuLbKvycPlkTTECi6O1PzL4sJxCiwk7jT+B7I31
wndFde3ZXmxZPg23b1T1xI2omb4IWz9Bt/kfad3e3TLqS3XlEqr6k2nOZI1luKwS7JEQ+RNu
FFDV7VcWXUUPzLxPJ7l7MPkSfoXOhPhFv0dTg6DqUVGQ1DISQ1ke2ql4Pt7fLJ9kbdTVbawq
zB2rNCHVyQk4iyVB9yolTA6xAmn8SMIaUT0G/SCrgXulsSvOPIpnCKuOh7Wo6kc5Emp02cST
oqvJMxtkmsOgnJMpKSuwtlsu3pk7ooOcseusxAlsq54GtNl5Mce1yNRGvHIlELiLM7r9rqht
3dIHutnVQ07EayouxKL1wat2b5kSVe6xG2D2uvkJ3WWReKoW1lZlymCuSWzkp4SUOhyS6LgZ
PPJH1KXY9d0u5C7oTdWrl+7galRF2KbSXq75qS2lyTEa4c3Ibmc9Susvmw5pF1yTqqPI1rCm
0kvaXEUE9tp2ySp6SR8WrkNJ4XJWizNS0cJFoayJbe3ZUgfuXnYadZsbLVN4O/SNvN1X/AJJ
1a+4X45q8uxCiHc10mE3LEp9zy6TA5S/iQkl285JT9uUJaudVVU/8SNoTy+2g9U24u/MqvKH
EjUWvr0M7bc8IlXeXQo6JVSoe5VeXwVftxyRqqdRpPygW2vrz/xHl9q8yy+J2qxyvCF4LwfH
hCvydsjjkhuX/AlX5JbXnwVcji3BRwduYq11E9qqXB90cQQ85k7XVdakPOP2nate5OsqxaG7
SPfavdwVmFbklavzHrdurKYwNxLFLHwiU3OCXInLfIu67qQvgbbPVPVY6mu6+za6XB3a11wa
zTocvWkcHfv9yVuBp6yphob/AB7PR/EvDX0/mH+6LPzK148/5RtpT5j7nGzpL+2BTnn/AED7
fcv5rWE7EOUvi2XhYXKO5qeMDiYkbeMfzD7KLb5DTah0odyT82Z+HjBUgqU8KFSaJiadOCVc
naxCb11I3dHZY/5itUqDpRdTn1O1v2qsFUtZz1Gm/d0Gm2uslNmpEns2+IMrqyHDfmdyVXWW
Q6dMlvPknsS9bnatFrF2iWquw3ngcvzG3VFLMX49qqy5Fsquw0/tcpoejTUfb1F+PddqsmrC
sxp3mrHFOo1Rqbjc1dajb/dY7Zor/wDkJKaKW0RZcn8zV9mSsWyJYvGBz92PISntbyOf952z
Mqi6ihwyt1l5IdxQmvIu6V4qXZC/RCfjWxSqHD+IuWUVTrkdRt/DqRs7WRR0z1K4O7VR1En5
txWRpXeSNZXXqNds2mT22J7utsk7Vnm6/wCY7kvQ7VQdbZyPd6+3W6Nk3CeOP8pL9CM34Raq
yrlU1twv9ZLhRSlmTPuVhO0VYmnVXJvtFmLdffZD17a61k/tbuqVO6jYtdqHb93A31iXwYi2
vmfzKaSS4jhZPaobo3n/AOo4sqKhRe1/UpW9hTdehG0OhNG1dCaa0n0JbVLtWIcdrvBKVL93
P9JSEppyVdYsJ7Ve1X0L/M4U+MYJXjyULC8G/kRF7EJXv1Gnq+536DWvqisR1PPgd5dCVax7
pSWORxTzIahcqqOz9rq6UISosEauHklqtuUOkcm2jf3KB63T+07Yr0ye5VgWYwKHM0Ic9PMp
bPBSKYE1WWr0Fv8Aiae2YJmcIhRKyPde161jiBLam6ujlrCNpdNrLB2xVOfIarSi1uQ6ZciW
rShWJ2c6tX8yFXXX6Draz8/6TZbViyyJrWrq3/SNwl3X4RK2TmnkNp+2yQnfTPRmsUuJaOUq
sprKp8iXo+13cFkT4TzjwkoVKXK38PMj5DfxL0VCnufPBGtmVo1l2K1eFcqn9CLclW9VmDum
IXxFq/dOX+0bml6EtVt1JdI5KJVYnrRJicOucH21sQ0pVnwPbumtoE1tDeII3q+Ed1Gngbv6
Ef7yFTpyOOgnps9Udu7TUx3CaomNKVvrbbIo0ct26i7lG2SMO5D8qD2Wv+Zpjhz6jijdxKW3
r8f8pt2p8NClRFP/ACJ1xz/9huFVWVRJTXBTTzKpazmZE055Q5twURbFkQ1PEltfgLBXwpYj
wUkqnQrWbeLWUbJ1UYM+lz2z1HeXkh1ixZtkwytZqfaR9URVyWr1JLNomsEV9Edve6fAr7ua
Hc84GsHbpr3bvPBLTe2WZnljc4yW+ApU8EYfJSVH1JSa5O38jlYZM4OeCp2y+5YFelDbVqej
O/WujwRtRa/Qo2tXxcpOxPbXlkPVcoTWqnoh+2IElLayRX0MutaYG+1yrH2snta8pFCb9CzP
/9k=</binary>
 <binary id="i_094.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RfjRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6Mjg6NTcAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfWgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWqQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO/LG+EpwweClHkpQElMdg8EDK9Z
rA6loMfTGhP3PLVZ0UXt3AD79SElOTZhXP8AUsseHAuBc2S0t0/dEtaqT6jvDa9XOgQCYMmP
zVtsrZVbY4H6T2AaCeN39pBysarIvZILY2lx4kSdP+ikpx7sDIrqNt4cxvIJcBuP8kTuT4+O
22gP2iWu2usL3Eu1/Oafb/0VoZNOK7dQ2p+XfUW7mlxDtph/0v3NqsMsoa5uI0squLdzKOYC
SlY7NlbWent0GoP47fzf7KPDfBM0Q/YRqBukad44Sbv9SyWnaIDe0z9JJS1jtgLtrneQEqq/
KA3OcHtadGmfdPkxXXARr2VLONexldgM3OLa3AxD437ikpr19QDWuaHmx+6AXSNo8Pcr7CTU
XGAdpMzpxys+xmRuO6bvbO58NaPze30rP5SQstDdrXEM1aW9oPKSn//Q9CCWp81Tr6njWZz8
Jm4vYDudptlu3e2Pp+3esDqX1gF2a7EdNddFpaGsJDy9ocWPL/7PtYkp6ougEkwByT4KHqOd
GxhLT3d7ZB8NNyodP6zXn5VlHpmotZvkmZAMWezb7djlVzuq1CijOfm341Fo3Nx8djHPIIc6
t1tjmWOYxza3v/S+nUkp1Xb59QjaA5r3AkaBrXBx3KnZ1bCa8WPFoMQA1umnu/eUum55zsaw
3Vlm0tDRY0Nc9jmh9dltP+D3f5j/AKayMt9WP1K3GL21UVUG6bJLnE79rA78303bfYz9Jakp
v39aZsLcOsixwj1XgANA/ky71Hfubv0ayhVc6x5c6WaHcf5z1J3OfvTi+iuttb2vZbcBZTTV
WRDHSW2F+/8APbv+h/mJ330t9Q+o2yC0eizQ6/Tc7dt3trn97+wkpv09cyK2iu6ptzxpv3Fp
I8xtd7kWrrz7HuaKq27Pp+8naI3Hf7WeCxs9rrHY99bGubVY5zDW4vcS1v0nMa0banfS3fuJ
ZllBrvxWsDn21Cw2kQTp6zS1n52zZsSU6TOv35Dan1tpHrSWNdvI9vPuZG537yBf1DLvsaMj
aRS4ljam7YdA977rTt27HfzW1ZXS8/ZghlTd1m9zWMJaC/cPV2tNz6q/0bf/AEmj5uZ6VhZZ
W0u2Me17iPoE75bP0fUSU6jMw3b/AFw7a0/REfnBpJaR9L+qiuf+hFrHNczd7mklrg395rNn
6R352xZf7Qayw1VgPax7mQBAif0f0Po+1XmXH7MSXb3bC6AOCWlzW79fBJT/AP/RLuvszKyX
FjrXbvWYfcQNIc7+yr5aLsWNjd9jASY0Dvpt/wAx6oN3faGEataYj6JPI0/qq99rx6ahsLr/
AEoY7aABI01c/a3d/USUx6BkMxus3OyXCsv30mTDQ5z2uaZ/dds+mrvWn09OttdTTktyLDXe
TiQbLq6nbPRodZubRXiut/WK2VfzNv8Ao/0tePkBt97sh8AXBtjmk6NB3MGv538yrR66/pdd
dGY85N7/ANLj4j6hZYxh3e/R4sr9Vjv8L6fp1fo0lJ+jXeh+1upZNpfXZe1pcB7nuY3a1lLf
3rN9TK6/zFnHOqz831r8c33EbbXV7xWBJNdTN7q3fot/896SpdQzsrqFdOM5hxcVtu9+O0y6
Hf4T2N+nbudve93+et/pePfbiMorDXBmhc0ANA8LH/nWf9NJTRtxXV2UEsdVXW4BnvD26O37
fU/qnf8ApEXp1TH9VyWFhLX1uD9DtBdG1zoHtWhb0hjfUsLW23bSRX7mixzR7WO2H6f7i2cG
6i3DptxhtosraawOzYjY7+VX9BySni+n9O6nZkE012PZ7m79WtAB2/TdFbPorWb0PqLm1uvD
GmtgBIc0gbHNLG7f3WV710hdPJJ+a576ydYPpWYGI7buOzIu/wCrqq/9GPSU8rVa05Fpx2xS
y0+meSWB21u4fnNfDP0S676t/Zrxba0C4atNtglxIP8Ag93+B2e1rFybw2p1jaz7C32vjmBL
tv8AaXU/VeqyvHra4wK6w0t1HuHLW/ya9/8A25vSU9GxrQAAAI4gAcKXHwQ2u1U5EpKf/9Lo
8f6vBthstu2ku3bKu2u7b6j/APvrFar6NgsF7S11gyHh7g48Q7e1jCBu2e5XnNg9/ioW200V
m3IsFVTdXPd4cf2klOV14UYnTmV49bKrbXCqsho3Coe+/wBPdP5vt3f8IuQZY37Rb9nEEu3X
ZDveXHz3y63/AM91q71fqlmZbn5GrPRaG1sMgsrNe6of1t5d/bVHHPs3iRLQBA10A1SUkpGU
b97nNMODnl8ve4ef0WN/9FLq6Ba5uwWiur6QEa+73fmrkWvcwtIPuEF3gfHhdD0xv2qluRdL
5EenJDfb7W+wQkp1qqnB8h4uBI9sbdB9KH73bnf12KXSGPAygAa6Re4MYeQ8D9ZcP3WPtVZ9
WO4gemGxpuZ7Tp39sLSw2EOvsDgWXWeo1omRLGNcXz+c/bvSUlI10WZ1PpGHay3K27bGsc5w
aAA5wHtc5ahlZPXupMxq24b6zZ9rY4EtMESdjBt/P3vSU83XdhVg3Xt9YAkbK27YHjsdtZu/
4taH1e62+/M+zCgk2y1pc4NDSPcxugftZtb6arZPTG41Yq3B9m2XxMsb+CxcrJtfbd9kp9Gm
pg3fnO2uLWB73fvuc78xJT6PhZ2PlsrdU9pNlfqhjXbjs3Gr1R9H9G97f0b/AM9We/K88+qn
UcjByrniHUvrDbZ11ad1Xt/O2fu7l1NfUM1mF69mRXb+he7ftgi57v0Om59fpVNFn+jSU//T
7Pq+b9gwL80jcKG7iBGonX/ormXZV2eRk5btz3AOYzhjONK2/P8AnF0/VMevLwrsS0EtyB6Y
A8T/AN9/fXMY31d6k5ooyaWNFM1tyS5p3MH7te7f7v5SSnJyMewZWRYwG3HvY6q1rNXAH9LQ
6fo7dznVIQ3CgsYPaBtbJ7D/AM6XSu6P0rojPtLqzfm2h7KS9x2NJbG8Vfzfs3f6Nc4+MdlY
fqdGNjkk/mpKRWl7Kw1sNtfoBAO0eLv6jV1nRq3twWt0c4AEudMa6t/r/vLmmUveYAmy2New
BPtau0w6mMYMdn0mNaNgMuA+ju2pKRZDP0bnF4Y0NJc93ta0fnP3Kri9SfRfblavqscSGHna
Rsoj936KX1jsHoV4zfa+6xu2eA2oh1jyP/A/+uLKys0Yorc/+bte2px7tn6Lmx9L+0kp12fW
oPsd+ghhn09eTrE/9So5GdXm9MZ1d2ALSGtNNdjzua7cPV2hoa30Gv8Afv8Ap3Lm7mlmVbQA
DLi5re0OAt2Kzj2t+zuvsLd1UODXwXP0+jWx3s/Qt9//AAaSm4cnbmZlVw9d7bLIsMEODmub
ud+971pBnTsdljXY8tLv0p26O9u/6dm32bP3P+trHpw8l78TNBhuaz1GmCQLC5wZW7/jdilj
tJloNnpsDz6QJ2z9HefzWubOxJTDqWHjYbm/ZQ5rHt9UMJ1bvG2ytyVTXjpjmgewg2O8zt2a
/wAiti18XpteZTk2vi97a3U0g/RbZtcZYP5M1+mgXdKtq6Sy1gcXOrAdXB3w+v8AO/4X1klP
/9Tug7cd7hr2B7A/9+cmeOT8khMyfkAovtbTW+6z6FTS93waN0f2klPM9cyXWdSuE/o8QCqs
DsYDrXf57tiyLKa3ZHrWRYWAClhGjYOsa/nIgyKsl9zGv32AutyrQD6TC8uc71Lz+j+l9FQG
d0zVuPXd1G6v6ZrIqx2g9m2ua61/9f2JKU2zOqfjVYjGHLy3keu+SxjgRtf7R9Fv5qvV/VR9
Dzn39Tsfl1h7nWQQPF+33Gx25AP1itw3/oMaqhj6yGAAvc58e2re8u+nuRX/AFj6tZjuoNOP
jPIh+RU5xsA/4Fj/ANGx/wDLSU18RvUjvr6ju3V7RSXkO9h3P2Md+43d/nqHVcG3JxGihu+x
r9+3gyNrfaqv2eh5Nl7rnOJ9zzY9zpJj3EuU7WMxH0h2ZkUi7lm/1Gho/f3e5JTpWdMvtu+3
/Rrd6LLBwQ9xZTs2fSctg9PrZndUxqK2+nZQHUNdEte8OY70ifos/wDVao/Vzqge9rX2ve1o
eQ1wbueW6tsc72M3t/wb1u03VX5Rtayxj21+mdzqy0t3b/o0vt9+76KSkWJ08DpmLjXSx9Vd
QIb2dWdwUfsLfVyyDHufY1onmxhar0unTQDuf++tUg0QQe8hJTW6VT6HT66uSNziR3LjMq6J
IPc8/dqoU1sprbWwe1ggTqUVoG0/A/kSU//V7raSTqg5lNVmHezIn0HVu9XaYO0Dd7XfJF3w
fM8IHVS89NySCBFTjr5CUlPFfWO3DxaMfD6fWw4nuLN2u54Oy3Jsr9rL7HWfot9/+j/R1rLw
r8mwWta4OuayWaABwb+ZtG32tVnr9bXPx4cXMFbmkxJBFj3+P/CrNpsNNwew7YMk/nQRG3b8
0lJauoXtm+1xsYTt2mANfpuDo3fnLUNNu5gcfRa9304L2n86tzfTD925uxYe3Rg1LWySfCde
/tXQ4YfXi4znDQsADoMEtHn/AFdiSnP9QvuOI4avrscbJj6DXbfZ7tnur+hvWc9773+pY4ue
6JcTPGn/AEVs24Vz7XZbGuBG4NaY3OFpG/2M+jt32e7/AIRZuTjmrJdSGOBJPptPLmk+zT87
+ukp3fq0W3XYjS1jzji4EWtLmxtsd7mt/rLpuhtLmW2urZXJ2sLOIaYfGjfzlzvRcLLwGVZb
q9huDq21vOzVw2+Dl0fS3Pa9uPZUaCGvOyd0kllm8O/lb0lOhwpDhMYBSSUzZHcqQLY58UNq
kGtlJT//1u5Y3YAXQXfnc/8AQVPrb9vT7a6v53Ia5gnsCPcou6t0mjc12UIDzI9zyHEnfW36
X535m79EsLP6zZlPBINTWyG0tcQ2Dx69rdtt1n77KfRoZ/wqSnCz8fIucasVttppFYdHuPua
HWTt2tqa29U6uidTybRUazWH6B59rQfOz6K178mywMa9xdWz6FbQGsH9Spm1qX2l4a7bq1w9
9fIcCIdvr/lJKbGR02qjIYKMRpsrbWC50NqbtHududutc7T3761pY+BZkOdkPdW59z921jdo
BHnu97v+trnLOs5zKxi+uRUWSHcuj/R+o4OsVjpXVfTpyMWix1YvgP7+0E/Qfq9rrGn03pKd
wYp9W1jcmouqgGtn0wTqG7fpP9v7qHYMVg/S3EnuHFs+f0h7VTZX61jaGAwRANUFwn/Cb/d9
J/0n/mVexatXR6zW77Ta552j1PcQG6bdwP0klMKsyo1emXNJYfaCWkQfF30m/wBl36NXMK+q
3KosYTuANb286Rtb/wBtfzf8tU7ui4N7q202NpcYbLp2kf8Ak03T2U05lD6LBZiX7m0WxBFl
Z91b/wCu33JKegdyovsrrANjgwEwCTyf5KTnBjHPedGguMmOBK4jO61dflHIc4/yA0wGjsGJ
Ke6ZDgCNWnghEa0AHzlcZ0XrGV9pqZJs3u27Se3/AFK6/wBQz5JKf//Xr3emLC6OT9LgiPoj
+o1QdZq4HlsGfI/9L81Qf7Xgj2+IkuGqrOuc241ulzg1xbr9IDUMckpsk6fDUeKk25uvAjji
eFWbYXNBbGx8Ekc/gqzHmq9zN3u0J18Tt+kkpK/AyuoZ7cfAabLYJtJ0a1vPqWP+jX/KXS9N
+rrRimsn0cuGPFr/AKLnlvq/Z7Pzq7PRdW/6P+k/0ar9BtNdWVWXOFTtt2Xt0/RVCx7q3fyr
3bcdv9ddH07FOL099ub+kuvLsnJBGge73+k0/wDB+1jUlNHpfT34V9rrodY+Ge3VsN774929
zn/5iz78/Nf9bPSol7KQyt1Y+iWbBY97v+3Fefm2/Znukeu5wDg06h1hnZp/N7GKOLl1Myan
FrQ9z9zjx7Wy3e/l21jfc1JTp5lFmRh3V1X/AKR1bhW4t0DiC0O/eWT0bpWdj9NsxMpgb6bm
ZFRkOAc07Pbs/erWu3Kw/Va6q6q2hznDcx4eAQ2XMG3872qHT+qY+RYXV2ssY4uh7CS2JHta
9231Nn71fsSU3y1uRRDgWtsbBa4aiRt1H8leedTx3YOZZi2AeoxxbInaRywt0/PXouVeMfHs
vIDvTbIadNzvzGT/AC3rjKqXZGZbnZRNmQ9xBB4BH5jP5LElI+kYz2O9SxkaAaiCO8wuvrzK
banOYfexhLmaTIHb81cpk9Sqxbq6yN++Da4GdrTp/V3LTLS2wFpg/RLgex0+l/VSU//QzrbA
NTII7aoDy0it7fpSdfCW7SxWHNYYa36R+iDrOuv+aqJ9S29raxudJIj4bWx/WSUyMMa2thA3
xBHEHRsrtsjoODl9FqdS1tF1LN1d0D3BwG5j3s3eo213+Zcs676kOf0Fjm2FnU2NFhY4AMPB
djO/PY9v7/762fq3hZeN08UZlzLK6Hk1Fs7R+c/1LHRu9H+T/N/8Z9BKeNfZl9PyW4t9Zpts
c11osB1ZWdzKwPo2V+ptXdX3nM6C/J3emb6C5xZ2P0bdv9pYv1mwHdQ6Z+2K2OstFrXY7YJe
3GANdWxg/wBLZ+t/9eWt9XKbndApqymQXNeNr+7Hnc0uaf6ySnmOoZd9OILGn322MrmOHata
4f2XvVpmTZj2nZWzdW4kPfoRHuex+5Yuc3qNNBxsgeq3HuDmuHtPtP0P6v7qL1DOxr8gOqta
6vmdQf7bfa72pKdnBzcF111t1tVdOXptfta0PM76mbWtb9Cr8/31qvgZLMjqxqNgNbLW/ZiB
p6RAc36I+gse/GuF7f2e71KMgNc9siGun9IHz9Bn9ZaYuxMZzziO+1Z2Q+GNYN7i78z6HtbX
Wkp6zqF3r9HybWtLH45dua6JDqHa/wCe1u/+2uLzsix7W9PxzDrIffafzWu939ly67qJvo6V
abQd+VQwXcHbeAxtsx/pWf8AULjxVkHJtfdWHY5c2DpHtP8AMH87bv8AppKQuxRl3mth2Vsa
Br4D/vz/AN1X8hkY9eNS5xJc1ljpJdtBhx1+iqOJlGw+lVWRYz1JPiTHj9Da1GZnVPr2N2Os
DHOcBu2ja0n3Wf1klP8A/9n/7R/0UGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAA
UHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5C
aXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2Jq
YwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJv
b2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4
QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0
bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENi
b29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9v
bAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAA
AABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAA
AAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABM
ZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50
RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0
b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9u
ZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAA
AQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAA
AAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJ
TQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoA
AAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////
////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////
//////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAA
AgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0E
CAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAA
BgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfUAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB9QAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAA
UmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAA
AtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH1AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGlj
ZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5l
bnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVT
bGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRv
cCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25n
AAAB9QAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAA
AQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxs
VGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAH
ZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0
AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRv
cE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRs
b25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAA
ADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFsUAAAABAAAAbwAAAKAAAAFQAADSAAAAFqkA
GAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoL
ERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsL
DQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDP/AABEIAKAAbwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAAD
AAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggF
AwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMm
RJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dn
d4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHw
MyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk
9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO/LG+EpwweClHkp
QElMdg8EDK9ZrA6loMfTGhP3PLVZ0UXt3AD79SElOTZhXP8AUsseHAuBc2S0t0/dEtaqT6jv
Da9XOgQCYMmPzVtsrZVbY4H6T2AaCeN39pBysarIvZILY2lx4kSdP+ikpx7sDIrqNt4cxvIJ
cBuP8kTuT4+O22gP2iWu2usL3Eu1/Oafb/0VoZNOK7dQ2p+XfUW7mlxDtph/0v3NqsMsoa5u
I0squLdzKOYCSlY7NlbWent0GoP47fzf7KPDfBM0Q/YRqBukad44Sbv9SyWnaIDe0z9JJS1j
tgLtrneQEqq/KA3OcHtadGmfdPkxXXARr2VLONexldgM3OLa3AxD437ikpr19QDWuaHmx+6A
XSNo8Pcr7CTUXGAdpMzpxys+xmRuO6bvbO58NaPze30rP5SQstDdrXEM1aW9oPKSn//Q9CCW
p81Tr6njWZz8Jm4vYDudptlu3e2Pp+3esDqX1gF2a7EdNddFpaGsJDy9ocWPL/7PtYkp6oug
EkwByT4KHqOdGxhLT3d7ZB8NNyodP6zXn5VlHpmotZvkmZAMWezb7djlVzuq1CijOfm341Fo
3Nx8djHPIIc6t1tjmWOYxza3v/S+nUkp1Xb59QjaA5r3AkaBrXBx3KnZ1bCa8WPFoMQA1umn
u/eUum55zsaw3Vlm0tDRY0Nc9jmh9dltP+D3f5j/AKayMt9WP1K3GL21UVUG6bJLnE79rA78
303bfYz9Jakpv39aZsLcOsixwj1XgANA/ky71Hfubv0ayhVc6x5c6WaHcf5z1J3OfvTi+iut
tb2vZbcBZTTVWRDHSW2F+/8APbv+h/mJ330t9Q+o2yC0eizQ6/Tc7dt3trn97+wkpv09cyK2
iu6ptzxpv3FpI8xtd7kWrrz7HuaKq27Pp+8naI3Hf7WeCxs9rrHY99bGubVY5zDW4vcS1v0n
Ma0banfS3fuJZllBrvxWsDn21Cw2kQTp6zS1n52zZsSU6TOv35Dan1tpHrSWNdvI9vPuZG53
7yBf1DLvsaMjaRS4ljam7YdA977rTt27HfzW1ZXS8/ZghlTd1m9zWMJaC/cPV2tNz6q/0bf/
AEmj5uZ6VhZZW0u2Me17iPoE75bP0fUSU6jMw3b/AFw7a0/REfnBpJaR9L+qiuf+hFrHNczd
7mklrg395rNn6R352xZf7Qayw1VgPax7mQBAif0f0Po+1XmXH7MSXb3bC6AOCWlzW79fBJT/
AP/RLuvszKyXFjrXbvWYfcQNIc7+yr5aLsWNjd9jASY0Dvpt/wAx6oN3faGEataYj6JPI0/q
q99rx6ahsLr/AEoY7aABI01c/a3d/USUx6BkMxus3OyXCsv30mTDQ5z2uaZ/dds+mrvWn09O
ttdTTktyLDXeTiQbLq6nbPRodZubRXiut/WK2VfzNv8Ao/0tePkBt97sh8AXBtjmk6NB3MGv
538yrR66/pdddGY85N7/ANLj4j6hZYxh3e/R4sr9Vjv8L6fp1fo0lJ+jXeh+1upZNpfXZe1p
cB7nuY3a1lLf3rN9TK6/zFnHOqz831r8c33EbbXV7xWBJNdTN7q3fot/896SpdQzsrqFdOM5
hxcVtu9+O0y6Hf4T2N+nbudve93+et/pePfbiMorDXBmhc0ANA8LH/nWf9NJTRtxXV2UEsdV
XW4BnvD26O37fU/qnf8ApEXp1TH9VyWFhLX1uD9DtBdG1zoHtWhb0hjfUsLW23bSRX7mixzR
7WO2H6f7i2cG6i3DptxhtosraawOzYjY7+VX9BySni+n9O6nZkE012PZ7m79WtAB2/TdFbPo
rWb0PqLm1uvDGmtgBIc0gbHNLG7f3WV710hdPJJ+a576ydYPpWYGI7buOzIu/wCrqq/9GPSU
8rVa05Fpx2xSy0+meSWB21u4fnNfDP0S676t/Zrxba0C4atNtglxIP8Ag93+B2e1rFybw2p1
jaz7C32vjmBLtv8AaXU/VeqyvHra4wK6w0t1HuHLW/ya9/8A25vSU9GxrQAAAI4gAcKXHwQ2
u1U5EpKf/9Lo8f6vBthstu2ku3bKu2u7b6j/APvrFar6NgsF7S11gyHh7g48Q7e1jCBu2e5X
nNg9/ioW200Vm3IsFVTdXPd4cf2klOV14UYnTmV49bKrbXCqsho3Coe+/wBPdP5vt3f8IuQZ
Y37Rb9nEEu3XZDveXHz3y63/AM91q71fqlmZbn5GrPRaG1sMgsrNe6of1t5d/bVHHPs3iRLQ
BA10A1SUkpGUb97nNMODnl8ve4ef0WN/9FLq6Ba5uwWiur6QEa+73fmrkWvcwtIPuEF3gfHh
dD0xv2qluRdL5EenJDfb7W+wQkp1qqnB8h4uBI9sbdB9KH73bnf12KXSGPAygAa6Re4MYeQ8
D9ZcP3WPtVZ9WO4gemGxpuZ7Tp39sLSw2EOvsDgWXWeo1omRLGNcXz+c/bvSUlI10WZ1PpGH
ay3K27bGsc5waAA5wHtc5ahlZPXupMxq24b6zZ9rY4EtMESdjBt/P3vSU83XdhVg3Xt9YAkb
K27YHjsdtZu/4taH1e62+/M+zCgk2y1pc4NDSPcxugftZtb6arZPTG41Yq3B9m2XxMsb+Cxc
rJtfbd9kp9Gmpg3fnO2uLWB73fvuc78xJT6PhZ2PlsrdU9pNlfqhjXbjs3Gr1R9H9G97f0b/
AM9We/K88+qnUcjByrniHUvrDbZ11ad1Xt/O2fu7l1NfUM1mF69mRXb+he7ftgi57v0Om59f
pVNFn+jSU//T7Pq+b9gwL80jcKG7iBGonX/ormXZV2eRk5btz3AOYzhjONK2/P8AnF0/VMev
LwrsS0EtyB6YA8T/AN9/fXMY31d6k5ooyaWNFM1tyS5p3MH7te7f7v5SSnJyMewZWRYwG3Hv
Y6q1rNXAH9LQ6fo7dznVIQ3CgsYPaBtbJ7D/AM6XSu6P0rojPtLqzfm2h7KS9x2NJbG8Vfzf
s3f6Nc4+MdlYfqdGNjkk/mpKRWl7Kw1sNtfoBAO0eLv6jV1nRq3twWt0c4AEudMa6t/r/vLm
mUveYAmy2NewBPtau0w6mMYMdn0mNaNgMuA+ju2pKRZDP0bnF4Y0NJc93ta0fnP3Kri9SfRf
blavqscSGHnaRsoj936KX1jsHoV4zfa+6xu2eA2oh1jyP/A/+uLKys0Yorc/+bte2px7tn6L
mx9L+0kp12fWoPsd+ghhn09eTrE/9So5GdXm9MZ1d2ALSGtNNdjzua7cPV2hoa30Gv8Afv8A
p3Lm7mlmVbQADLi5re0OAt2Kzj2t+zuvsLd1UODXwXP0+jWx3s/Qt9//AAaSm4cnbmZlVw9d
7bLIsMEODmubud+971pBnTsdljXY8tLv0p26O9u/6dm32bP3P+trHpw8l78TNBhuaz1GmCQL
C5wZW7/jdiljtJloNnpsDz6QJ2z9HefzWubOxJTDqWHjYbm/ZQ5rHt9UMJ1bvG2ytyVTXjpj
mgewg2O8zt2a/wAiti18XpteZTk2vi97a3U0g/RbZtcZYP5M1+mgXdKtq6Sy1gcXOrAdXB3w
+v8AO/4X1klP/9Tug7cd7hr2B7A/9+cmeOT8khMyfkAovtbTW+6z6FTS93waN0f2klPM9cyX
WdSuE/o8QCqsDsYDrXf57tiyLKa3ZHrWRYWAClhGjYOsa/nIgyKsl9zGv32AutyrQD6TC8uc
71Lz+j+l9FQGd0zVuPXd1G6v6ZrIqx2g9m2ua61/9f2JKU2zOqfjVYjGHLy3keu+SxjgRtf7
R9Fv5qvV/VR9Dzn39Tsfl1h7nWQQPF+33Gx25AP1itw3/oMaqhj6yGAAvc58e2re8u+nuRX/
AFj6tZjuoNOPjPIh+RU5xsA/4Fj/ANGx/wDLSU18RvUjvr6ju3V7RSXkO9h3P2Md+43d/nqH
VcG3JxGihu+xr9+3gyNrfaqv2eh5Nl7rnOJ9zzY9zpJj3EuU7WMxH0h2ZkUi7lm/1Gho/f3e
5JTpWdMvtu+3/Rrd6LLBwQ9xZTs2fSctg9PrZndUxqK2+nZQHUNdEte8OY70ifos/wDVao/V
zqge9rX2ve1oeQ1wbueW6tsc72M3t/wb1u03VX5Rtayxj21+mdzqy0t3b/o0vt9+76KSkWJ0
8DpmLjXSx9VdQIb2dWdwUfsLfVyyDHufY1onmxhar0unTQDuf++tUg0QQe8hJTW6VT6HT66u
SNziR3LjMq6JIPc8/dqoU1sprbWwe1ggTqUVoG0/A/kSU//V7raSTqg5lNVmHezIn0HVu9Xa
YO0Dd7XfJF3wfM8IHVS89NySCBFTjr5CUlPFfWO3DxaMfD6fWw4nuLN2u54Oy3Jsr9rL7HWf
ot9/+j/R1rLwr8mwWta4OuayWaABwb+ZtG32tVnr9bXPx4cXMFbmkxJBFj3+P/CrNpsNNwew
7YMk/nQRG3b80lJauoXtm+1xsYTt2mANfpuDo3fnLUNNu5gcfRa9304L2n86tzfTD925uxYe
3Rg1LWySfCde/tXQ4YfXi4znDQsADoMEtHn/AFdiSnP9QvuOI4avrscbJj6DXbfZ7tnur+hv
Wc9773+pY4ue6JcTPGn/AEVs24Vz7XZbGuBG4NaY3OFpG/2M+jt32e7/AIRZuTjmrJdSGOBJ
PptPLmk+zT87+ukp3fq0W3XYjS1jzji4EWtLmxtsd7mt/rLpuhtLmW2urZXJ2sLOIaYfGjfz
lzvRcLLwGVZbq9huDq21vOzVw2+Dl0fS3Pa9uPZUaCGvOyd0kllm8O/lb0lOhwpDhMYBSSUz
ZHcqQLY58UNqkGtlJT//1u5Y3YAXQXfnc/8AQVPrb9vT7a6v53Ia5gnsCPcou6t0mjc12UID
zI9zyHEnfW36X535m79EsLP6zZlPBINTWyG0tcQ2Dx69rdtt1n77KfRoZ/wqSnCz8fIucasV
ttppFYdHuPuaHWTt2tqa29U6uidTybRUazWH6B59rQfOz6K178mywMa9xdWz6FbQGsH9Spm1
qX2l4a7bq1w99fIcCIdvr/lJKbGR02qjIYKMRpsrbWC50NqbtHududutc7T3761pY+BZkOdk
PdW59z921jdoBHnu97v+trnLOs5zKxi+uRUWSHcuj/R+o4OsVjpXVfTpyMWix1YvgP7+0E/Q
fq9rrGn03pKdwYp9W1jcmouqgGtn0wTqG7fpP9v7qHYMVg/S3EnuHFs+f0h7VTZX61jaGAwR
ANUFwn/Cb/d9J/0n/mVexatXR6zW77Ta552j1PcQG6bdwP0klMKsyo1emXNJYfaCWkQfF30m
/wBl36NXMK+q3KosYTuANb286Rtb/wBtfzf8tU7ui4N7q202NpcYbLp2kf8Ak03T2U05lD6L
BZiX7m0WxBFlZ91b/wCu33JKegdyovsrrANjgwEwCTyf5KTnBjHPedGguMmOBK4jO61dflHI
c4/yA0wGjsGJKe6ZDgCNWnghEa0AHzlcZ0XrGV9pqZJs3u27Se3/AFK6/wBQz5JKf//Xr3em
LC6OT9LgiPoj+o1QdZq4HlsGfI/9L81Qf7Xgj2+IkuGqrOuc241ulzg1xbr9IDUMckpsk6fD
UeKk25uvAjjieFWbYXNBbGx8Ekc/gqzHmq9zN3u0J18Tt+kkpK/AyuoZ7cfAabLYJtJ0a1vP
qWP+jX/KXS9N+rrRimsn0cuGPFr/AKLnlvq/Z7Pzq7PRdW/6P+k/0ar9BtNdWVWXOFTtt2Xt
0/RVCx7q3fyr3bcdv9ddH07FOL099ub+kuvLsnJBGge73+k0/wDB+1jUlNHpfT34V9rrodY+
Ge3VsN774929zn/5iz78/Nf9bPSol7KQyt1Y+iWbBY97v+3Fefm2/Znukeu5wDg06h1hnZp/
N7GKOLl1MyanFrQ9z9zjx7Wy3e/l21jfc1JTp5lFmRh3V1X/AKR1bhW4t0DiC0O/eWT0bpWd
j9NsxMpgb6bmZFRkOAc07Pbs/erWu3Kw/Va6q6q2hznDcx4eAQ2XMG3872qHT+qY+RYXV2ss
Y4uh7CS2JHta9231Nn71fsSU3y1uRRDgWtsbBa4aiRt1H8leedTx3YOZZi2AeoxxbInaRywt
0/PXouVeMfHsvIDvTbIadNzvzGT/AC3rjKqXZGZbnZRNmQ9xBB4BH5jP5LElI+kYz2O9Sxka
AaiCO8wuvrzKbanOYfexhLmaTIHb81cpk9Sqxbq6yN++Da4GdrTp/V3LTLS2wFpg/RLgex0+
l/VSU//QzrbANTII7aoDy0it7fpSdfCW7SxWHNYYa36R+iDrOuv+aqJ9S29raxudJIj4bWx/
WSUyMMa2thA3xBHEHRsrtsjoODl9FqdS1tF1LN1d0D3BwG5j3s3eo213+Zcs676kOf0Fjm2F
nU2NFhY4AMPBdjO/PY9v7/762fq3hZeN08UZlzLK6Hk1Fs7R+c/1LHRu9H+T/N/8Z9BKeNfZ
l9PyW4t9Zptsc11osB1ZWdzKwPo2V+ptXdX3nM6C/J3emb6C5xZ2P0bdv9pYv1mwHdQ6Z+2K
2OstFrXY7YJe3GANdWxg/wBLZ+t/9eWt9XKbndApqymQXNeNr+7Hnc0uaf6ySnmOoZd9OILG
n322MrmOHata4f2XvVpmTZj2nZWzdW4kPfoRHuex+5Yuc3qNNBxsgeq3HuDmuHtPtP0P6v7q
L1DOxr8gOqta6vmdQf7bfa72pKdnBzcF111t1tVdOXptfta0PM76mbWtb9Cr8/31qvgZLMjq
xqNgNbLW/ZiBp6RAc36I+gse/GuF7f2e71KMgNc9siGun9IHz9Bn9ZaYuxMZzziO+1Z2Q+GN
YN7i78z6HtbXWkp6zqF3r9HybWtLH45dua6JDqHa/wCe1u/+2uLzsix7W9PxzDrIffafzWu9
39ly67qJvo6VabQd+VQwXcHbeAxtsx/pWf8AULjxVkHJtfdWHY5c2DpHtP8AMH87bv8AppKQ
uxRl3mth2VsaBr4D/vz/AN1X8hkY9eNS5xJc1ljpJdtBhx1+iqOJlGw+lVWRYz1JPiTHj9Da
1GZnVPr2N2OsDHOcBu2ja0n3Wf1klP8A/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEAZABv
AGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBo
AG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOkGh0dHA6
Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJXNU0w
TXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpuczpt
ZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAyMDE1
LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6Ly93
d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0aW9u
IHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8i
IHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpz
dEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZlbnQj
IiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8i
IHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1wOkNyZWF0
b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVhdGVE
YXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjI4OjU3KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDIxOjI4OjU3KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMToy
ODo1NyswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDphM2RiZGU3ZC02MWUxLTg1
NGEtOGVhZC1mNDE3NjdhNWE5ODIiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lkOnBo
b3Rvc2hvcDplODZjOWUwOC1lYzI4LTExZTgtOTNjZS1mMjRjYTA4YzRlOWMiIHhtcE1NOk9y
aWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo0ZjQxMjNhYS1mM2M1LTIxNGEtYTE4MC04ZThk
MTY2MjA1MzYiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9maWxl
PSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHhtcE1NOkhp
c3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIgc3RFdnQ6
aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo0ZjQxMjNhYS1mM2M1LTIxNGEtYTE4MC04ZThkMTY2MjA1
MzYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6Mjg6NTcrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3
YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8cmRmOmxp
IHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YTNkYmRl
N2QtNjFlMS04NTRhLThlYWQtZjQxNzY3YTVhOTgyIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5
VDIxOjI4OjU3KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3Ag
Q0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8L3ht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6QmFnPiA8
cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6MjZDOEZEQjhCM0FEMTFFNUE5MDA4MzZGOTJGRkU3MTk8L3JkZjps
aT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9yZGY6RGVz
Y3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJ
Q0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BN
U0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MA
AAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAA
FGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcA
AAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAI
DGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhl
d2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAA
AAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAA
AAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAA
AAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBS
R0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVs
dCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAA
AAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAA
AAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4A
AAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAC
jwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAyADcA
OwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwA
wQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkB
YAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8C
OAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MD
TwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoE
qAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcG
SAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8I
MghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQK
agqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM
8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MP
zw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMT
AxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwW
jxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEa
dxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQe
vh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgj
ZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8o
cSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12Last
4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38z
uDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5
+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRA
pkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tH
wEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63TwBP
SU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdX
RFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ff
s2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9o
lmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx
8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7
wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VHhauG
DoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q
1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+c
HJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n
4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4s660
JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA
7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXO
Ns62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr724Dc
BdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDq
W+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5
OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAA
AAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfUDASIAAhEBAxEB/8QA
qAAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAQMAAgQFBgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAQQCAgIC
AgMBAQAAAQIRAwAEEhAhEwUgIjFBIxQwMiQVoEIzQwYRAAEEAQMCBAQEBAEMAgMBAAEAESEC
MUFREmEDcYEiMhAgkaEwsUITQMFSYgTw0eHxcoKSssLS4iOiM/JDUxQSAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAPU1vCkuRcvCptCssShtCouSgZUAzgfznZjQhpERkE3gICoh
FSQQNdGw5001BprtKWuCpMBLAEtChMJAQUNQmUBM4NsqSwWwhJJDCwsAGQEMJCCGEEIJCCUZ
DBXZmArTczU6WczU0UM9HUFFrTNbUTInZkKuXsKDSsjQ0FoSxEDJCQQkAJRazRnDA3UkeldT
alYGsW8ZeEtJAwwEMILQEIIZCSQkkJJAJtUGbSg0WqSi9gOVNeQOznsOhkhMatDTN0b2KL0g
UwwkkDJCRdwyEgMK1tBUvDKjXkNCRcKbNFaFWNhxw3TJDdICwkDJCEQMBJIAiQkkKi0Bj25x
kYoZACmZsA21its1ylsIOnFNChtxDLQFs2klGUM+rHsJKMBIQVtUqLAiEWAHwWEsJaliVsQQ
Q6pqQwQMkCBAwQMkJIAiQkEIlyRyHZx4ZUz2BGGoOfbXYFrqJzVgb0+MTuRDxGgEgJFMMIDC
sIBWEFiDksqDbcQXaJDQMKm4Fww6YMJIQAwkkJJAEQMgCJQsc9hyDCyX5jXFwAsQmtRgpmNH
IrYorTkNIjCdDmA704oO4OPU7U4bTrjl5zsK58OlOSTop5rRjKEeM8NLF3LUvUBvlGzDD0QI
DJCQQIihsQ8IkIu6SR4AYSlWwrVlDLjbQoh6yliouCwrYkXYwMvQrRtBdqZTdLILswdIdyWc
864ToA9bRebWkztpYaovI2pFsDDQ3NUkXDqwghECJhNfGVUd3OVtNERYaRCZL5TNGbS2jnA6
Vbgz8zr5zFMizoVbnHTJvE00pAYguy9CxEM3M6eQ6JzagPXDnYt+I2buZ0B4yg0rijXktnN4
CTUM8NVFw1XWS0tDZytXHNfX892h3ne75wZTLDo3ytJrwk9Nl08oftwgdzsizRUvO4UMCq6j
zvS5rTrcypNsPIN18es0zAs6vMYDWtOgrj35ynS5uwwGkH8rrccd1ON0ham7gYe1yBckOjkZ
mHi1S+pGgeEtGwQz869Cr0IOtRWgTd9TnNNBF1MPVIeTlcj0RELzZDseY6fJPUbeftLJvyzl
M6WczV7CiuLVjK9Tl9Ix59uU2tp0DhVmc0a+dtLa8LCVcsrk0tOY5TBmjDpNNV7i+p7TI5pE
l0KBkKWMBJDyyX2MrlPGac2guJURm6OYxaM2k9E7idoVl3+eOnzL+dO/ztST0LTmMmFazZTn
vOkpfQMqtuYVszvFZtOQ3dDmdI5WLoIM2g9AxU7jjkjsw5I6nnzlPS4trTDov43TOnqQ8JBC
RCGQEkBDDyrBBLUuGPzagmANww4LBC3S5tz0Y4XSOd0NwOFbXc1eZ2cI2nJ2ir9NRRMMzplI
W6Ar69xNmwx21ABkDWwJJQzeZ24BTpcYpuUb1+bvOq/DtLwEJBDIAiQkkPLi6hTgTU1WgBpm
NquaRq9mcElhGgai1cmA6+XjaBmHdU02ms0kULTU0wM1EzDZwz0NktLQQhEDBAwVJw74TM0a
jKs1Lp0IH9LLsNe7O8sakJqS0BJBCSQ8uGKLWDC+Hqc8Y1fROSGNLL6uYxL6XPOjwFAz6tTB
VNeIIuwvos8vuXU1VzEdRRL49FjF2PP9sfBCSAhEJyurgOWtlTOWXEUcBUc0tvXc3OQ4tBYF
gSGtgSQkkOCjW4wM6zDNz+3Dnbrwz6AQiA4WMNF1tnGrVpEG+Y00FzqNRrCKaBVn2MTdBIUN
My2KOuRYAsCsJKmEy8/tVOLl6/LFsXpG2zEo/mWPRaPO9Q3nnbi5BDDAQ1DBAQAsAQggkkID
CZXcMRW6BWV1h0vBdoBpW0du5/SI/LY1TFDYEA2VRqON1se8fJAg1ILABkILAxcTr8MZdFiu
TYkz3sR/ovP7jY/zG47Wry/qAyQkEDKwEMKiwJJAwQhmY52TLqKc/dzDcsgbY0KyjSl4o6Gn
ntLtZoKaJC6G1M7GNFy2c6ZrYgICAQgElZlMnJ7XNFWfczofYrTXxRxyVCaE3+s8P6A7nORj
PSIwqO1KQvVlSksCSEgosf58KMW7k9ErzOpyjY9LS1SCpgAQSPQ46zVuIQShlSOSTS7OwdIQ
Q1JJAEQz+e7fDG7+X2w5HYxatmQw5tuUB6mEzwkt1cW00aebqOopTgTJDuUIBAg0rz8s0Ya6
BS9KDnWGc63H7GEYxTBiGJLQEJCy+vk9M6z0vAZUlLVJWUH510Ow/mdEvWKGzO8IFTNxu7c4
HZtzhN8nQKo1gxW6GgyI6YPMq9NyhNX5wkA268wJKQ9KLVBz+hxTmO5nTHXXYgsDn4ukRUVY
rerRatFRThcrlcgb0M3RNsVsE3vUNLASXZDMxTS2hGU2ZM4NmnlWNGzkUOy5sPP9Lm9U4vQ5
zTcc7ToMRnOiMENgxbjk5tCRTU6BrQ0TLQ9FW1ScXtck8v1+X0iRiQKakDcuocvu8kw3lihk
LKYgDDYr1ed2RjqMALkrRqjDgbU0SVHJYoyr2c40AAOnMw6dMVizykxwqNb8eo0M5hOgnFrG
vzAzLd0ThPuDTYULwQ9ADUKG5zzuf0vBNAT0TLp3OM2q6B3mdmUz2ZQpaqBjKtBWth/ZwdAs
1TQXpYqq6DjxWwtSxEMxVOhzOtyyxpcqxLDTZHXOcu2Q2ZfQcYLi4zStiak3AywL9NbThOLh
dekk5ktD0AIKZ2OKrbAVMIawty+j58qLgrVmIztz7C97oGMLDY9PFOxp8lD29OQDr8XfzCrq
QZKQxY35Tv4tmQQ1Ti1dSwOX0jl4+5xj1OXZQ5O1Ok5TG2FOmgyUppOwYBIeSVvDlzowaoWL
GsLCAEIKmQ5vLZUsDUpg30IwrFaMm8srHiHZul1Tzj/U0OCjvcEHR5PUL3tChu05GLdhO0ua
jltu42aa7zzPf4PbF8Tucg9DS9zINsMKNucDmk4nTy7TXJCGlgkEMEEtBBDCSQgkALYjiOVc
FLLL1JKyjA3XoOZXpbTVYEtKkTy+ms4ew5jbMVzU3Lcti6NTNvFh2fo5S22rDgdfDrG5d0IQ
SSQpl2JH0tDBry6hplihMIZC0MFSoDYWBJCSAPF7XmyGEXSwIHdE5LOiorozJOpfzO467PLu
PSW4eY1cTTcxDdc586cOSOuDm6GgPS57jodDjdQ1Qk5w3gIIICAxdgmQMMOdusQ2qSVJDJYk
kFSQBhADAGQzcXXyTSjn7x+lfNOxzedBy99hUYTBtz5w6LtMzjcrW1S5rYJTY03mYz6+Rc2j
HpOr0eB0h69EEa0aR4kKBkASCGEBkIRAyEBBLGpLSsKCAMECJCEE87y/TpMbelxTnh2A6CMm
k3RKjXTAs6J524vGLDBQvFQtetitHc86HNtUrJC/Y4vWKak7jQno4ym7J0iCwAZCSQMhAYAw
EMhIDCQwkkKAghhKy0Ky0KTIgnn+1xDLW0BapOli1Q59qQ0Vsg2WXtFq05zUh+UWnRgOlm15
zLJAyWJv5+g268XVJg6uAb2cessISsIJJAkQhEIZCxrC0ELQAvKwqCCWEIZA1NTkYdeM2+d7
fDFS1AyXH7eZtMFq2LJILdnj9I1KMCt9DDh3YjoJZQzCwAQSNow19rhdsZi25zpkAcISpMAL
QFgQSQkkIQSQgEMBDCCAsaQNqkC2g4itCQ+f9DwhdjUENQPSwWysKEEm/F0y5KxkiBdLaDMx
izLVqASQvpy9QpvXU0NyVOqczTeQSsgDASSQkkJJAwEMkIRC0kFisJDchNS1BDk4tnNNPM3Y
BdGLBUAvF1HXOkyEuKbd9C2RlhZYwVZoEjRYw4O0DgaOpBXVybSc7poLPz6zKKQ6pqSVNQwE
kBJJAwQtBAmsLQEMkM9qaCFZGUsSqn4DkZNTTChgOebrBW1SG+g69L6DDY4jrIyaxetlxUYT
HH1FzWDLbTDNbRUoylTUuxLzLoG4tSzfZbCVIJASEQkhIDCSEkMIZAyQpBCwALGhLcvbhEI0
ZDGdrTi36IMK+jqOV1xQ1ZNUOY7YBZzrOzfHtIa4BurhMOzjzaAxSTSvPQ2Vxk3jFDfTJDpW
xuOhoS4lTCpkJIkavmXOlfnajRFNLSEMELQQwMfUsJAXHJNHJdYU/Ko0ZbULXXB1RQa7KCm7
nA7WLnEua2NPoeC4rQOLJkBm3ApV2kzr6ljmN3E4levgEOewya+fsOhoQ4JEDIkHFtlL3zk0
3wk6W/jaDunLoCaQZKQFeVmO8OBmOrirUYusLxYL0kKmhLmVDViwLEM+jJcbVUNmrlbTbbO0
K7QtuTvAyLG2ihgz3L2TQ3YxxjrYutyjruwbyQgmDdxzFnNA1qC1qWHtz6Tq78+gkkJJDzmb
SopRwDJUtUgAgCDClpC5ACZUpl0qMdq0GsR0BezZDMawD8286DJYnI6nlTr9LyvoDdEwbmvQ
4+WlT0Lud2jk9jldcvCBfI7fMOFTQkpL1BYWLbsnRNHS5vRDJAyQ84qyylhUZWQpdLSAQhNA
kUGRdy4ELKtnM6ndQxdPTuMfV5m0x4vR0OB012H2pYy+b9B5wt1uZ2zptRcvQk8xl9Oo53Zy
9I52uZzpQEiXQ8vn7nBKUFyOo4Zsq0ZtwsOjMOsbKw8tUUGBVw3osDaqHAEF6ki7KIFQ1WRc
vneDq9jnwcucc7ehewyXYsVZDwiuUHG7hMnUzbSpagZajClr5y7V3LSxBLQAIM3lunxyNZtK
tIDetyEWK3oDqzmw5dRClWUDn1JDMrB4pUdWAhsDPVqR1qEu2tzrKXtJgt2BzBA8bo8o1XS0
QqUHOxvL6udpOmh6hdlw1YdCyMzNNllNCCAc/oefMcY0j4AiXF5kZzu2x7itGApKwwUtUrWQ
tUrM80ZTUjRlNF0OAawmTtPOIWWLSVN3Y4jRnd53TJDDBkakVqzaDI1RJZbjPuRuMlm846qV
bDHzOhCPzLOtt5HVGiwMfN25TGxTywmE2qwOM9LLNXa8z0jpzIwZMEF1IKg1JK2LY9aAgklq
wq/NvO/rzazh8r1/EOPATZhqD0PY8p6E1wg4Ct3PGE1M9ENNmnKo32w1OtxdDwdHl9MXyuzx
hejm9Q0dXn6zZFNMHL7PBJoUCvIvU1NsgQGMEdA6AqZnMMTDVRgKVZQW2oGItQYarNGdiwdL
l6T1enj9smPTlOVzPY4zxuhdTodzz/YO4LVOXzuhzy5JOHuwdIbGKA7KAu51TtXwZT0HJzPM
uzndE6evH1jn9XkdcV5r1HlxvN3c8VuqC6rqDuSwbK0HIJMkfDNe4FByiLskuhiRwNjQO7oP
FHZjOj6vxnaOnqFwcXtcQTxPY+SD0uRvPXSlxPl/VeQH6OJtMfSwbTfndiE2oS2LrKMlssOk
sbzL0RYvq5TDp6b4zZ53uefKZG5DfSugpWtxpWC981zSKQbFwzgENF3Dl0ZwKs8PUR6E0WhM
nD9LiMm3P0SxKjn6uV3weS9fxzzHTHZNzgSnD7/NPOU31OVrmY7mLn2H3y2Ok7lazn16UK9D
Mg6aOckv1E+iNGDcDm8npYBPO6TznadWMz59GMfqzail3c46WXI06MpD/9oACAECAAEFAP8A
xoP/2gAIAQMAAQUA/wDGg//aAAgBAQABBQCDnGMhsg5ByDkNn2wThnO+Q2d8hshshsho++NM
WX3V4Xdley4FXuIBvOGy5SNhxnkvxrLgPJfjW3qWt2QFv2c8+zjPtDFu2oU7bMibso9i4pdh
98++S0ffIbByz7ZLYOWfbJOFiM8rT5XxrWXP7JGDZOB2YBnws2S+S2cnyWjB0jI6RkZH2wAA
YIztnbHbiHvbBtjLLgSawzBYVlklGUcGIYKAEUliow8S3jJJTtBKvWwTWrYEqpyxWDBbCahd
IAwdgfgJj4T0IboFg2IxwlxnlYGrkUdwuGx8TkcjpHYdf0M7Hp+vhGHpZyAa0YGrOGmqwnVc
OdW3DW6lowHCCWsXiVrZmKuo7yvbGxoJCPzTnL1WEKlmV1wSbjlbMMFqMZz8/Msow3CfISCz
KfM2ByMd0YARhsgF5YEjFYNicgBk9up6QPgMj5WVVuX1YyuniTHk/TiuWerDwxyAfIoWpFcv
rWyNNiBpANcvjAMkH70IGBprXFIOeIORUi4yKcVV+Pfp+cblDK8sCCFY4tZOHguWXuC1j4Nh
s8pccxlISeVZbAe36PXv8T8z0Mkl0GW3d6bVZbApxteti1IGWIoYmmKLKkYNLNYFy7YOWGzP
u2V0NY60IoKJAqBCgrgMjJwZOT8u2OsmxVBWuMtWzkzDi9StXZqsiiiviqjIYGu7iTJAM5Jj
IyMjIGR3jI+MdTjeTFFkFVBYJyrCgMftAwqMvo5l6AqVVVY5YMtLHLNVDluqcp0ey0oh7yAY
ACjln5yPg9gBGRn46kGcYSInGrsm5bkwXxXdtK1ZstZalRqysFGZSbnJW+yf7L8cJHwn/AcG
HC4wMTjVq2Wa/wDIlZAYDl0de9tChNapOLUqSEVc7RdagKX18QwYCZ/RTutQGBSM5rMdLY42
WAsv4w/k9SM+oyScUyNyDVbWwFtVnCscUFg4rbGA8unfIyMj4duo/wABnrZPk/RI5chhdRlr
OW8TFa4CzltxDOQBdyLa6k5UqgSBi2oxKg5xUYcWeQ6WREgMpkfyHB+MnP0SAAuND5uWPVY7
F6bxmwf425nEocqqMCJBTuT2yf8AAfn+PjZ/vJgPNnBTgRBlwIdyeCH6k5tmxbKg1mLTXAqr
GO9dabN73LRtFTTelgOEYFbmPxhUHFpUE9I6zGRkFsgAb5HnVhw2BKWdwa1UkQFPecAgFJzg
OXfJ6T0npOd8nJyfkZwTlhhwZCH+TDlxhiw8df4PPndSLRXUqDLrVqW+5r8AxkC5Va6vTsK6
5Gd/8DGB3kKJyM3wBsIoZbhyqf8A22AQrFiAJbiAD3HLt0HTvk/GOs9e/wALxLIZWth5cOW1
iwV0qqqoUZPS+5Kq7LnvdUkPsurpYWRlJFdvHNfaFmTn6GHvk9iyjOaYbEGPs0ri7Vef3KOJ
3KcG4s2e1UE3DcsTWtrCshruLK3nsdVDHPG0xxHKMJ7cu3UfMdI6TnL7G20vytkX92PNQOIr
7bDPn6+uc0GGyvDbXhtrGW71Kl7LbnUCOwNuvZNNcJxAxqx5B5Aw2blwbexjbWzHn2SA9vIW
vIJbLrmrNStws55/WsOf1YD69gsXXVgutXUfLUmG6ri20uK2C11wW8sYmVqcrs22I3k2Z/xx
0stCCLrM8P3AAyBhrQnxg5+BwXlsNLGRjCQeUSWVT2WDnBOQWCVALiAkxCwVJJHbjGEtIAn6
4XUYtqktxLVgV12WrzpPNbLiGTYL2EABohHv8QqdglNSZAy8fZVEmCHuKtVsozJtVlmsrjx1
+Y/GcnLdiqoU7dVrYc7YTASkE5++g6HLH4B2ZiT9QXYMjHOLDHsWs0srDxrEBgOS5Z3KEAmY
ZiBEqVMWkJXRs+RwAc2EHFV43QAdnbbixGaLqUsQuadcVL/7OoIk0ot74bGOeZgzVhxxVV4i
ABiqshQAwaPt4zk9J6RjWop2HN96eRdnD8GIUXew16w3u2Jq9zaDrbdd46PBF1QsUfQlWRi9
fJlOcKjhCpimSynKv7PIgBuSqa7zYQGOKox2RU2PvTWkXyIfxwKkBRCW9hVXXsNOeuniFAxS
gLsrMByzYd1NauKmNgYmAtiWARDyFggIzAhpCuAJHT9yD12N0IWuJcXhGgmyq0sbNuisi+s4
CDhIAvPky/15cV+sq5Lr0oj69eaO+LDjfiMtqRc3tvk9VTnNtxSj32PUjXq9dDWLbW9eOzV5
fWwqX+O0clPkANd9btsbKUPu7osyhTY1Twq0O1tlqVMLbQd9HN3Gc1Fc27FhcqrBQWDBjxFi
DP7F9mF1Dg2PVrPL3NZzqvdC1zsOFtqIhFYEZwHBmCrdvWMatl1tR+Ss31tsCnUsQWVWKbGu
LMlpCGscfX2yB2G/Zxp0G5Et2v2qqxZ7euD7W5WVv+SpkFsJy8gptipb6Q9mpueFEuu5WUbP
J7vYUh7d6w5VaLVipCKKnbdU+OrYt5MFXXq1g9d+pUqVvK1EIzWga5cnPG5s2A4rLDFcItCq
K79zZtyq+9LraiUuJUB2YMjDKmI1q2cNycE2AkAxqqQv7ZoPJeO5YyqlwFldwO1UwZWkDdrZ
LKXPkuYres49ThFrewarOtqnt7g2RogJS3tNUbPsNG0bJp36l0vX3EbBp1sps50meKmcc/Td
J/tamw9Y2dk3nQ4izfqQaqTGugaw0hG2LPrVeWSq+8hi7tTsvKbBA2bA9FOoLNeyh0CkvVtG
LHZitzLbT9pA+9txr16fYKp2LtW5az5NbbJArICvzypyankOgtKii1cFVsUOeRr2nsemwL47
uNmyjL43aymK2o3nVzd5ia0Y/wBZeTa9dtNaWI15tCIQr6bTuD8bVL3V7TtWKRXbu7kU00bt
DiywAbV73bPrmnVJ7KcucRuuv9lAfGQDWrkNzPg7A85dDyq2A3NSQ2mvM7CP4V+rNtdzsWu1
Tsg2GL5Swrp2IZ17pro07dZS2xeKuWbQTY1110o0217dxaqaqhsCn17SunUVr0URhRUCKF5N
QrDgseGs4EQEgRAwNCq8Fn7hGlGWqoEEyJ5QdwBm2mJI75qAjZHS7Xre2vXprf2G7sNbqet2
1t3rT59msU2+sJ/qlpKkKG3lu2dnV1+QfT58arMu0lLWVWDFQwaiDUCKr+zMBnrAZuXlVapV
iolhxAhq2AStbW42gLXUpOAsLdqkWoW4pTaOApqZg6jBrBrO1QocMmRkdYwjpGfognGMYCZ1
wxs2SwNf4LEYzSL6Veqzkak7mifPW7Mc2GKINtGsturqD+3sqt9oldibK+RqawtSr39ttMqa
6bQrLUVsm7qO3mHG3ZkVXMosYu9rLCkmq8HiWBz17nm0sN+uBwEsvaueDBSK1bLGAq0yGxyE
f2Ea+uCeScGwgh6lrcqAGRkfNQcVn/E3Eq1ANRT76ve7YrB2CyDJZ0KchxGbyIKAeIpZeeju
FbwQQwBHtNV9ZrAN/UNNot2GWrUpr8uwFjN3cTWqS5lazd3bsFJcqpBqpte41q2HVqcPTbRg
YMQQF2Ylu+afMWixWzfH3CJxWpnGroOa19dTCa1NYaipwNepQ1CA+3uNmBTNRnCjgI5re682
nSgpR26D5z0GFiVCkLrADZtblegk9wwJwCcsrDVlF5JAFjS+jslSlgfL6Vuqpp2fX2W12EW0
rVR6jXsay5/HXtbBuuO0XwVu+U6JhKQhKnkGIFmywsTYqsL8VuWziyay7CJ6m3nRrV1oaZy3
QqsyvR1qyFUZAz9dDm9aEp2j5HCZXAewCLX4VaNQttpqWk1dgDIHSfge2T0VhBI4gzmqIvdo
26+wOcuRGd1DA+YQ2MghCEOnbxup3q+X1dfGkX6uqtzbZB299zltp501lhpWrUrHCwksCxK5
ZQHDUFMp1bCB69jlaBFj4R0jB1sdUHsNs3WoOKlScUY7DLTyGhxVqVZ2r5HAIUDoPhAOfrOB
gqOKsY1ZW1667XRTEAYsQCTl2wVa6vhZAVUeWYNl+uOFHrbENj2jBsXRZeqC3bW5t61UytVs
cIESvk2VuzK4AAwIcC2DOIiSF09qbMByeh+E9HcKN7ba2xhYz1VsTfWtZrYZ2OP2zSre17TG
UAnBk9B+QcEfFnASz7YiqT4150rwwgHH2qVD33uAb1sbyC7dEUqsqFAwsqrrUO977Utd7Guo
X+1JLPdfmvWcamtgFCtWUbKquIVuxcHF1y1a1cFIAysoTZWpS5/Bs0WCysdTPxssWtL9xrs4
lTEWIQw2Za3EKlbJOaQNdNP8j0qOs5PScnP3k9rVPMwzOpBRZX+RdUm2zKghW1PEY7rJO8GG
vWCFHFcCnZvd69are9iHZEuuNWoKzXSTj80YCQmqOSAR5CbKKjYUqRRIxiILLNjpxRGQ+y10
tT1W1AGfrCfhOewvdrSwyxyMMg8gM4d3WAOPFKmssKh3pQIlDL8v2fhcpVhiTgKqRLUx9qKu
d2xQP65rkVa2w7tptYi6ShrdSqqldlhm1tW7VlGoOaBQtaBy+xVQD/I3EAIhK0IBldVfJHqR
UaCbZHlYhnOC4gL4bMeoKbKW179e5bUycnPx0npt6TObEdSUFmeIqRqNxMrnditRbK6GBRVV
K3JOunc/Cc/eHreA6KgxUBP9a57aNQIjaV5t1NIo5SVq1a6z2GThAGe12mZzIWtKUV5ONCjz
2QK3ZgUB8taldsc9fm1QkWC5FBs7DvgIGPsBcp2lbF8VhtViNioMmnaa7Z6nO/w2KMekvltD
V1WO6Dyq+LUrFKgg4jLbGLA8a9WwMkfaMJwYD074B0/VaWMlPrYZdWpSFVfjPQ45+uwTZtcl
4OeOedVZJtZKkGWHi3G1ymtYMq1VU6zBMMFkpLOtCyKu41wCaNeTXVFtIQ8y9F94SnSoNjwM
EZGHO/QdDgUDPZx4bVQhaLISoUD+4Bbdu1qi7NSYfYcxq+wdGG7sOp3r1NNgsrwYI+H6/GTn
b/AM37/FQByBZwdi3vWGtZECCWGLLNaeIT8AdqgFwL2RlnnWMN4kWFh+uQwLWwehid5SLtSs
V1D8dD0/Z6wc3+4ss44m07s1zXMx446Ekp3UAZWrRoPyo9jvU0DRbnTbu1VXTg/GT1PbpOT1
n4X3pRXs3vskCBa54JWCexxZKss5yMyxYASGDGsE4CAiOHBsqA/tKMOw+DZsAO1OLsqcpsVx
7McX1WDUT1PX9dfZPwD2FiFELIMFsKwWrYkKuVt21NxaXtvN2yPbPXr+rDX7YEdIyMMDJEHo
QcGd8noevsNg3WGRg/DMX2CJROIw2LDFo5w84QGIchkYk+ZVDu4FSuypqhVrrrU2KjYaKmyy
gDNVHRt2oNToGKQZ6d8MZMfEk57FXax1ZSqklacKYlRdxrswspVESxC11tajmMUgnSvemyuw
cCwAt3nawH61bCWvHTtnbIyPhBzevFdVtjtsOfqGHBZ8jArWplaxSAQ5ZQUt/GWKRnJlCuSm
seyImKc5QVEYD2LHFGLM7zHw+t5gAd/j+5wtGNv0g7NnKrixK0gOy8CbCc1aWZ7dqqjGtdsW
cJnD3wMQKn+2psUMm29hrrpvLl9ymn1lpN/kXkflGft3VFt2jbbbaBtcOQsXgi/7FywUDO8l
hA4lmYnFJwqpyDxoAxBASILYYKiRjTCkSrY3BwqgCOh+W7ZwoPJm/sWEa6ApWgm8IXJWXZ+N
hciDCKxBkYImMqrJNCCkvtu6at6pjsjJp0U155F8kYQTkZHSMtcoLduulbtq+12r4HaRlv1j
5qr2ipIxACqqFwcpeuWRlB5KcQ9h3wAMdeMQwqmFgHCYMGTJyYZmwKfHVfUy/kYcjI+HsyRS
SQaFl6auCXXipS6u7rQubDsBYvjqatmz11DIl9TC1lKGGjWrUGppJYVtr7Ms2xWWtKokHnhy
egBIttWldjdjH8lrhOLbModwE566z77IVaoyrDMkNFpOBGUsA2KgVQshiqiogsASoWAq92U4
P9Se7fhGg7F/jTWtUGqA/wAv3vMrJ/VsOU02G2yxFq5c3atRiDm25rWVtuU8KqNN2I1WrGxp
Gw7FDqKq2JeEr1n8YuYuVs4po6qWHcv4nyGDPQ5fdYmWbPjW7c8q1VrxUFkABbdTlTZDVU2c
LiPJWKFOIFXBykkA2MGKxxV1I4gFyEWubcpYqKwDhGFwuKytjhsY5CEVj7+zcg1BuNF5BDA4
WAzzqQtxZpGcgSw5Aa1QARFDLXWNwyFYgoA1WknC26bdl6FsYwMBnErblfqK2bGsa3YNwZWA
PALAY66rVlr+R+0HD03rgluxtPY1dVagnEls7gNDqtXMbVDVvrWqKfIsFlWtJYGFxpLlxNdY
IYBhe4dqkDDXXtXAxWdn8HcIFBwqMeuVoBnauF1stBkqLylVm66qd6xsXZbkl3LN3eZD672I
uqdNyy7ldm5tWXWuFbTtdlem3/j6932Usl9itKsrZ+/IvKu4M+xWGTkVx2JLGcqXljMTkAD7
ycOds9gZsrZmvTvgMhSAARgaBYDXdbUt2f12TBS6j6lEUgAduKnErQYYi1wq19zW0LSCwrJe
0dhh/EEYe+JXm1tLWldSnFIbAZXkbcZipKoQkYrMh3gXzUWw3UIyrZWzC3UtqelV/oWgzUxZ
K/qyMVu2Nh6TrNfZdehe1a/CNWWYsDW5wrOOINA71D7KvM8TJ6fr2g+lJI2KSAt13jyrYAFm
zYB57iWuDCnZoY1WLdZuVsmVqSTHFSoLKCDwCNkcyiACskmgTVUi1r+iMUCWHZgM3dp0WpZa
sFR2Fh+2R/LeWBpKETOGQGc2roca3r9jLvvOCbWZwwr17C5xJA5dnNSV/wDYSuoy2PuFRjsx
OtYFLspqcjO3FpmiVWtgmvW0CDB6Cc3kfyW1eO6liw8aWYNYIzyTYshdOy99b0tztp6VWovt
o/sJhCTGDtjEAf8A0Kp3cFTUodqFIrUHADLE4g7MSMZuI9gVR6IetGJBjn+MtHA7q8q0ZjkS
TyGAhFFp411RW0T/AMZKmYsGYqyucUkrY01QPJY1qFeRZuRGuApL+TI5W63rqgnslVL9dCwZ
T42+q8voT0nNmtXTeobKb3qKBODSTXrkmvWTKNaMVAgYhRt2q9iicBUlZwOBllhcqqLnALhn
jqIPIoECcAgfnBGP+SFdvaObL9ZTxQSCCWt2hUKnF9R+wUstjMZDYzhgACtN9vEI1grrEm9i
TQ1qMjYqSillZgObcWFdUOwAUc2daSU9fUC5Bz2K/wDI1aw1OunK/ar4t/8AmcPTZshbdbnT
fqOHT124Mq09jiutIWpEwGc27jVXY7tlirIq7CeZfgFdmKAjFSC7NLBgmnVCqCAoJxjxCGSx
7E5t2ijXrr5sEbD2URx2FCPp38Lx3t2QVuIMVxjjjZXKlTyZddBr3u4CSW06pptpK2638Z2V
EkktWZwMil35ZWv0YxRrrFMZ7Ss8vXLzpWpFO3XyXi3jw47BRSpsYjs1NbdFYkkjruXKbJdm
bvjLyHFp2blLa47VoceyAtYC1qJoTillqVizeIyrZqvCgQwaAhbPZXhrVHFAzFFdc5gn2UTQ
SLKhLbRBbuMokC0AqpUGhVFh3rwb1YioN5tZQK21Vvyyqyu3xh6nHF6q3Y008bL6iVLHgr8r
F7L+9rXF1epr+GvjjpK+BpMZAxh5HCgDDjHsBCkA4qxl1i1V3287EM455LCHNq44KbM16Tyh
cTk7VqCFWC+wlNez7Bne/ZuYU7d6iv2DgH2NrWn2VQ10qwpBBbGBbEBjek3U9rNMq1W4vG4F
YRhFNLWmyvhiKBg9al9e9rJVVSs31jjXV2t2pL6P+u3Wou0zFuw3894IqcmfX1FrCcE9IGDt
n74fyE4zMzAADr+Tk4M9tsBUXGaMH4s+qoaw1SjjJAtMvUoA5gGzcWnNjce0meQo5GrVaRSw
LtZKuQ9Tl1PJcnt/tiqJvHZB/LotNe+CLAv1rA4+rrBf2GqLKq2CtpuDR7IA1Ujjav4rqKvs
1d9OtwdyqRroRdfUBbsJC2CW9eIGA53nrHe2yCqwJ7TGThJJPQ5+BvM1m0qd+akIZBXlh1q8
YKMcQoSzmkxt2HyfextX1Nt60+qoRF19cKdTXYv64RsyXUkZov8ATtJgYCAUAJuBjgyv68WZ
fSCEqBDrxo9UkVu0C5f59EH+vv8Ada0+yghRnbO2baEpTWxtNE23wKxVLaacBgzvg6AZP2rQ
z1nIjr+7GC1ly7Ke7niFYANyOHsSWzieXEYhzfpcPpqK3qCwZBBEchm9f46E1KeF2lYLdes1
UmsEQQqySTAWmsBtVk2KanpcAE0atBPsqkRvWz44EWj+TWChLaQ4TXdbAM7DpGWTxqZhb2OW
LyCp96gJnBkde+fodupODO/TvgBz2doTWUSF7ZYZwWKmCQSMBUgCMRXYKeReprDR62hcHYLh
BOAZfrm2y1KEbY3KQW2VCrspxGxQ2A1nFImCRy4tIYpINccN6l7baaFprjPYUqr6QJozv8Iy
c8R5fjD+OXE68+PoRn6HT/1/ZMZM4BhPf9z3ye3uH521qqgdieOKTIflhJjxKCKWc1aLMBqF
RV4agt1YwWVMQAcC5AC+y9gAbDfa39eyGouAFN5U69wwLegNtsJtWgrs2HK9+xTq2q6ncZTr
2c6oz9eyEJ69rCnT8Zyk4TGdsEnIwjt4mD018Ejoeg6fpnAwBiQI+JwkKL7fNsBWghgY79xl
VNlzJ6vXRbV06h/2upSF9n5RZu2uqbV3Oi7ktm7YllPuL68X/wDoJF/uti1VHIk4DITlyI5H
igLcOR1qCLdGsivVaH1lAqDBakS9tOt616OiNnBQO3SMkDPKMUEjtPSMFaA53yD0H4AyMjtA
GDB1joM37SlCpwyy1a8G9Wcr4uqVpj71WvXd7a18e8vgLsa2CqVLDuthdHrCPY/9MlRqI2Va
ijH7Ye+AHPwEsChnWxa1bGVALNgzrbAdLr3JouKtYUXKL1NFnsrBh9huErsbbHWe1unbCxOe
KcAVR26DpPb4jAcnP0c/WR0ORgz2V/8ANs7dgx+bNpetutZzr6wv9g7NZY9gpRia9RFxk4BV
MkidmsKQtzZr1cFzvIZ4JjHCx9+ISwNd3CcIVgBfciqTLyVLEzVWxrrdlq9fbUF/u6ww7lRw
7NRylamHfIGDsOgHyHznO3WfgD23zydqSx9f6flm9ucLG8mww0guBaVXj3a6MYFizIoD04Sr
mtQq/t5GLBZmwGM5kYzFjLFrHY5W5FuxucFZyCe+DvkzmnxND1kp6ugWtZ61Fxdapc8WuDr0
8F6fr4R8f1nboMOR2I6ScOd+o/O363ynW9bdXZtOUQKFzY26VL22O3JjlbKMiV/ssoNgbD4x
lbuGSxmxX7q/JnmOTris6ldkFmBxiErgmlpV+0RGCBh7ASc0yfGZ4enKqbrKypImkzbB6R1j
4HpODIwYcAyMOd4OfnB+Y6xn7tcVorfx7Np8u27cv9cicX64rNP2C7FZrcnB3yr6Kb7FFOyz
BHTmQzF0sJ/qsRs6iobL7lFuwznRbyDagWiRhMgsTig5+M1Lexlq/X6nPL9J8au5TW1sAyD8
Pz0HX9ZGfodBkdIw5OR0Gds/cZv2BTbugJVDJt2cnBjP9c5d+8VN5atmn+EggfY5aFXGEZp2
V8tjVWWr2FLWOcG5YFvS0naQKhz1pE7YUW9wfrPbA0YWE69pDAr4fWsUTZsYrcCDVSF1UIK/
IfAYDk4Dk4DnI5yGT2M9J6HAMjCRnsWLbF4BsLKnrW+xJwNOAwVJnWIR+zBxxNKpzvabT+UI
XKrQ2tXa7oS1mVV1qd6otS5Z9Noz188dklnAM4M+oEtFDQU48PXqAuz3NgJtH/wqM1g5ONyn
pBkdO3We3T9ZPScODpOSMnt+cMDN9+V9oYNerP68mAftkGWUZWoOL9Haz62yzVErjLkQewzT
CtQOwCkYrJFxRk13UBwytqyqWDk/7as4CRkSR+V/2QSNJgK7TLGlja5KU67cqu+R1jOwwA/L
8/CBkZHbAxIHTlJ7DHJjiM3frtcScsQ/1VLS4+orMEQyvGHkzITDBSyhVrkwpV3at1bQY4e5
Uk4ohWVTj1LVbspU7sjqNYLz2Fi5SMC8sMDFbvVT2WqDr3ohfarLDaTxtatutpNKdvifjHWc
GCJ/Yz9EjDOFoySckDCCchSOAz2KRtSPHY/8No4OpxrCxABwgQqDEfipEs0AP3HEyC5zTVAi
KFB5F5AV7nhkuvFenao2kPGithmyx5uCcAMljkEnVpZh4AFSgEtqWAmu3jSAU0jHQ5HTvk/C
M7/AZ++kdu09s7AoSSABg752wmM9mY2Gf+MWTl/2savjnjJx24p3GK0mGYqHxxOQM/dYJOug
Z216hlyFLVeURADD594u12dU1wqWaqONik04EY5RQpyvSq461a0pei45K2oWmzWW1al45qGG
HfDhnpOfnp36T8J7zk5PSeymRzC5HIhY6EHOIOAmPb8RYHHj84RW5LllgFnP6yBnaC4hrDOn
VbfZbp3IwpuYprux0dSsLuahqZA6lkscUoYEHOJGKpUQmfSDwJeuhwNagKKmXE5Lms72YyGs
trqrwwOuSVVymzrkeRf9cJzvkn5T8Tg6RnOcCA52GT0KAnhlzBU9iWsGvRbedrXFWxuHieTH
FIg2E4GEBZzxk56pQKNmq9lqqHEuMpDhb71XK9pc5KVVSps5Ivmc4tlhMPgqDYKTP9fsaGGC
p2H+oRpEMwNjUkQRW3Fr6a7GoIFtZ+vQ9YyMjoB2/cYBkYcA6d4prOdhjVhsRQoBwZObT/a8
Smm5Vt+wjcdfLWQuEd/HOKO6IAaqXdtfWsOXOAtmxSqNsOcpo2bTV65Zr1dasWIpwIWDUk42
uYSgljQ2eIDPoo5JyLpHMDGfvVYyEXJjtXYoseplZSFsOWJ/JQZQ9Scn4z8hhz9MWhRGE9Jj
JwsItLNbfWDlVZV9keR6Z8f9ex2/67YGPqlF8MinUDHXpRQoCjaTyEaaxVrlCVJxOClQCFBz
jhIXLd6pGqsSxbwqAlpLFcNmPYsBxihTnILgvVgxrIPhZUseol+OcizaxaOhnI6HPzjMqD+y
gHlQgd+g/ODp+c/RYA/CcvJFa8iGrAw2Mba/W7VgSmvWxt0SbHfBYyvRfU4ZEVn2RQdXY17l
ZFJasAEDhYxQrtBTRtCzBVaTay69Z3eQFbWO3KvK9i0KNkuDXYycAQ1QhkAFfPPwfIwPnMC5
o5lsViRS3elgc7fH9X7C0i29nNVgI5qpqtEm4SrSM/XT9buq1+a9jBSc75EYF7bm1Wi2ewdy
upbdgv1tcWb22+cjPCCJXHABmAjmp7zXcX5Iat9FU7WuV2fbKDL25QiV26tz12jaUa+1tXW2
2JBrUVUj+Q3XoD57i7Cx1XmuCm1hbRflGu+PpFseppIMKpGIsBXBNajjR2BOSY/Wd82dgVrd
YWYOxwWlQLoC3FitpLVbHEAgie09gcnCe7pyE98iBse24nwX7AL61OXX22ZDKzdwFbxrJLcw
xcAMxYuxBDGZYY9jEo1bWCMSxlWwKG4K9nMGpB9qh3use+54U0Vh1sABqR7XGokioSEJzxwS
pBu1vJllbDNbWe1rdOxBYjo+m5ZUUT3wdbrfGuzcz4xMh5PknGKgqTgcLlF8nWckT0OT28iy
bqwQ9bizYpqz2F73pXXRSLtmy3E45LSSxLEhmaTyMeUyTzIKjo0jFKsGIInFI4hwFZ+9eywX
mDWnFKeLMoHHAoZhaqiqtXrRFrCqeImIzuplY5RnCt8hVVdisvvazNXrN4nrYEGfh7AgY7gg
nsSoHOM54snFOIxB1eYM9s7ZObe21L/3C+NZ41DWErZyJ5MPrhPcmD3klWxe2cS2MAByKoHO
AclsSVHNC5BU8Rgs+gJwkSrYgYInJh53tU9lqYM1WqDZXWqAjs10OCCLLIIDNgDgNzwXMmbe
6tetTcQ9Li6rYrNdupcCo7iOhaM9ncGdmJJacInOQmQMSckTr9zQUcde2Mpd9kUgqjgB2JDn
C4YFRA74DKvyAVjkNgJXPucEwK5w8oI72IpDORjdgDgY4AGNNRLsuVwW7KX5BPXIXdRAXAJO
5sBNindLFAuAqR2xgMaocvb3TbUxn1dnJvYU8hqkhqCYnDjgsNxZYqVduxB7gLPESoJFS96K
2ijkCB2/efq5wAqIpLHIWFIUkAiRDET2CspALshI5LJOBu7HnnM8WBIYyoFhNqyrggBycEk0
VACqkVpdSUIAQgFmvJI0a3ZVUgwMewVVXWl7K7CtmhsB62glXYnuMZgw3G57FYM6DsLbF8lK
gLZXED8n8jsd0IcsEYFBxgZjuSpxOIWqOSkkVCDXJXO2fokAkKMMrnKAw+1jEFLC2GBjjsOY
yA2FZwhMBIw2dgTIPeVgtOBpF8s3DvrazM2lQ1ttOwn9t6ltG1osuV0WFNeg+VzA5kDlns34
abGRHfRLM61hsFaAcVY3VKyew0TUyKVNJ4ZqEsX17C+u4nrsUJcmyhR2xnIzk5K1AlU5LWDl
VklGYNRs1uOx6swB5KcaAFJUCIDA4AqufxyIMvnHtP2aCfrLAEoVwGQzSOXEXOQoHM6Pq7LG
3NdaaK6l1NPV0q9ldVvEcdF469ZDBSbQwJZu3tpbQjKlLHT02qAc4WjA2STllYsH/XU2mzTA
atVRbQQ/icFJC9Bntkr8djdo7q2V12OUqcFK1AVQArHJUZXsMhWxWzvDOpwmA/4IYqnJWYrF
kAq0q/EuCJDNyj7MVDMZLWHK3nFMkqWxi3F1DZ6r1tDV11JQtZW7Z9ltqF9fZFd9LXLXc7YW
ZVDAYq8FQHGcAbKm2irWblTprTmuC6x9p+3LFIIVJxABkQa/w6BgtQCr+CMAyM2jUK7mXmR2
r1u1dIgqvFQFwEEfYYykgN2ruM+VPG1SsfHhLDK7JNvYK4OFjlbniFMtGGMDzjE5aS2FicrV
CFs7BmJLEhRLeut40bm1wXWr8VF9rXX6YHACRbQHO1ZGUMbCe5tcKqOXJ7Yq8cYAnWniUgwR
axAFcFVWA7Mz/kVwOg/B6HGPb2W0cPc004iYQMMkKrcY45JJUGGIyAG5vHIMzFYLGYaR+CDV
YT2rXmDZwH1IJjFsIBMh1PGxQFgKKuMhyuGGwf6+v4ClU/tbns7SlWpQ19tNYrTthMDZvJek
hKlsLNcScW2Dz7BoDMoXVvBHJceQ7uBiP2PZbryTU7QrS64MPXd3uA4ljXSAK0MSAv1wHHvW
pRcS6EEGWJWS/fJHFk5YyhQ5kAxnCVZVYczFDAZfPCtiUInGVRkgAiRw7FhzdVYIMDciMS4G
j1a/TfLW7WpUlVUxnLNtiKipN1gYBF417VnAa6RWrcns+4ewHNLjI4kPWZurJFM872JzxqqL
ZWcpbEbuJ6t2G2OV5DA1kELADDuCQZzasaxwZOjaCOOSAwJmBg7FzOdxkHFP1k5YABT3a0St
bfZXHL85AUSFDByLFAyksRWWDhQCbPr65QxFldNOkvkvC4B02jLqONb7UFWDLfD2sIUcQbrZ
xQWsHJcPtTSKPbm57NggU7FjvubTIBsbe4aiaqkv4YlgbEbkD+P1vNwpIXLuPOhQMMnAca1E
a+8NUewYSdWzxuXVhKwSI4nCSSWEkjCZxpxuMcQVrMWMW5KsPx5HkADYJQtOvpWWDZ9Qr0LX
wxiFxABlkMdBuL7W2pHqqAtcYM7DPY2oKUcCu4I6azKa0Cm5bORDQTQHK1FWoVmGxoauPqUJ
sB5Ztevxvr8TTr0aiuxKg8hqOzCj8RkZ7HljMAjEsaohoObL+N0PM2EcTJxu2KeJr204pYti
zA5tyI7QDjcVHEYZx1Y4hrC2f79pIkhgcYgZHLNRedmugVF7Zv6H3ZSrNMVjtTbwY3Cy7U3l
rIMicJzerLJQxCRCpYKy9vCrScM5kYLu5ZStWwUex/Ml1NwbSIcEzlych7Bu9V5deCcdQGaR
19h/8i8okYrEZs7C0K7sx1ay7XgICZwri1ty1UOeJJus418m59sgjCGOMe7mGUMwUBA8tZ9p
CkhhAYDiGkaPGrKbamIGWVh13tFwCpYmVFtvFNUfYSc9fabNfD+Nxf4yoAkRsQtN5Pj9cBxZ
QwLPWxtaA7HEZlx7ZrpVl2FWATntJGaxPJQGzWUxZeuvXr3rfXmyJrZjyQQtlwrrudnetSWD
+GskMOAlafIK9c1EGDIy+Ss2clRwBIJIALMTy+ynuZYNIcQUR+ziBEkEBqJ4msPXU8rm9YAu
x66xBbTYuWGbEsnKmHL1VgPXbYKwErW312B/xriCPXoWrdzgHJa0QYwWtfIDlV4VNRlUU+01
y9u/qIm25uppYJlWwQuizcduovr+ss42Rly8l2BxuQgDat5OqEmivjljks7ECsMwoAVe+E9y
6rj8iOA8gIIPKSZwgBuEkoQOTDGZuYDFQTLFmBPHCe9N4C+r2SHByywItCGw8O/sKKBRarqU
sINfE56lh5u0fv2PIrXYCUAAtgVbEc/WfWq6CC6qzPDNczJYDw17WUI7Gv8ArCuy1RZddX4q
h/tRSWNRAsiVrUVbM9n/ANNgFnc/xvVBpSFsshg7OOMuoCGksVmMLS08DBCwY4YAZ49yuSIs
K8CPqezgEhfs1a9tioIbOzKYOneQ1VqGmf7NgAyO3uLy7ew0lr1DWUKNGesci8fgfnZRTVs2
eM6+15MttHC9jy9XyFJeMuIXG74q/UoxFyNVZVsMMbYJzVsE7NpfKNYnFrACEKdLa8tm3WQd
Z+S7BimOTbFnjRXDMOKiqkPZtwM1kGXABaT9SxsZJGBRhAzh3IHGVw1/d5k9scCXhSfzx+tF
TudD11ZTY9Zr3p7L19urYgysKM0js2pWi1pEYzBV1KRsbe/UbNV4IUSdFyt1TB07jLPtm3r2
eRSyP/Y517EZ6yxQGQjLixYnugMoosG5qIEjixJnS7s2sJCBQJU32hR6s/8AJsQOlJ8L7rfw
2EizcaQOWJYHpQCrL7QwpvrA2WAWokK1njWm4QthcseI5/QkkkCFcLlnYuJQ/ktLDuzVqq+m
qBZFCiM9hrC/Xq9bUHT1dLnUVVI6e02oz19PjodQV3qPDaJ5adXIayFKQMdSW36JusqIxqfp
ZXYo9fYldjMjrYPtHHEPesgG9OdFiE4isx0aWDKRkidjZrqQ2mxvWLZ5hm2jVvss7U3TNlYa
tq2mnmMUwLyq5IGGxyeR42IZoqUEukW2hn+vEzin6uWOUiTcAAAThEGkfbXpW5qNWusDo/dS
qKTa171IqLl9jpVqUtsbK9ge43tUbLf9c6LoaqKFz9sYG9WLVaoYaARd3ASM5uM8lgw22MA7
wjMCmzYAzLcV1quT3JWjbzY21c2MS50dF7jr0pQgIyxQ62h0MFrLea2hKySAQSitdWeUHFVQ
uvUCLmQVF7GLc8qqZzw/i//aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwBPqsrK
yVlZKysrKysrKysrKysovYjzXHkfFA1uX8VNjjQp+dusr32+qe17N4uj/wCyxKB/cI2mUD+5
aRuv/st5lN+6T4L32JHVTc/VOL2+qDdy09SuL3PV17rp7dwjoSpNiU7nwWSslZWSslZKyslZ
WVlZKh2WCyklZWSU4JCyVkp3WSsrP4bZ+WFjCmE3LO6IPkyZ4WhjVFsHRPoMp8BDQZQl9kwz
0RNngZQyG+6AQNjLtCdwB1WhPRNWNynrJA0QF38k2VHy9fngsFFnPROcpwfJdNU4Dp7Di+ig
gKJXqDfwcB01h5L1AMneRgfDkF6shSc9FICOqrZ0Q8HRFg5WvUFeo+RQBgaJqeDHdZgYUYOi
90eMJsNqE97t4L02gL1x1dMDP4E/CEWCfBKDnK9WFsTCYBwhJB2XqRAxnxQD8SdCmJlP/Beo
TujxtCc2B6I/kt05TELZ/gSA51ThnzK/JPa2Ubcn6MmI5Aw6ArHRSSPyTWtKJc+CPisqIKe0
qA3zuoypEJ2UFdEzFNSsbpjthQn131RBlC1njDIek8k/8IdQFj6JwGGqDHyTMicJiHCcOEOM
22CIb1dUCJCYlcamTqnsQ2yd5TEtVMBO6Lo2EnZRUzn8SUNtUCITutWUu4XMGShYkbIE2lEC
dCgyYhygcfNKf8T0nyU5TnzWYQDD5ILLIFhhcrWJOyA7QLIHuW5W+iBqeJCD2doQsbJxlRCb
K2UH5dggBrr+Cyg+Tomz8SmNZKYCXGV6awNU1gR13XoPknJ+yapJUlY1/gcFYU5TOw08UOiH
xjVOS86pyJTt8H0QHmUA6cfVT8D6mGyizOmd03xD4dCG0Hwn5nJgaJ8VGpypycIDchMDlmKe
7E7omxjQJqkwmABtuvUY1Caukj4cX/gcP8c+SlbrKghMBOhXrL9EI+HHROSw2RFdvqvV+bKP
zWUwMqVhFfn8Sg3mF4pjlfz+SU9gm/SMlAULOJC7TlyTKr5JnKgs2iNuLCycRCYy6LvGCnsI
6Lzz/CB/h9lIUCUCCgXQ+Ea66J+4VhRVcrEVqvR6Wx1Qdi2RqvTn4tgZ+J6wnIkfPyt5BTAT
BNsu1/tIW2KqG1V3DIMdEdAU2uyDeYRX+n+DlD4Dx+M6oLKf9KDrEjHw5W0QtppVbLkBOq51
LNkf1IaE6fCPweugW5T2k/EbESqWGKWkeKYFsKgCJEIF3GyyQ2iNtUwEBE/ZYDbfLj8cIJvi
xLHdcLHl1TD5DaxgIWsWroNk4fLI42QJL2PuXpLbhAfqGFwv/wDZ8hC/NSQmcJzYBZc6MibA
un5MNlBdG2a+KalXPVCtosBBCsbXBqRgFAi1nwyqRc+CEuDoV6asoDHdSUxOV+Sdp/gDyMaJ
qVers6hm1KbTdC1ZTIhjh0AFkKbD6r3BvFTYfVe4KbALjWz20C5GKbKB4lZT1qLE5VQR6hkL
kzOULGE9SxfKm5dObEbJxZAmxC5Emw8VJhQZRpX1X/JA39xTVhOT5LOdEGLV1XIFzgrkLPYo
vceC40d3eFUAMdXUM6zhO6bfCewcHHguFAXGrJ364/G3tshYniDogbYGgULCFjWQnBYbJtFy
1RGGRMyifujsVlwIARJPTqpfonOWgIdcqNV6hnCAyOqNrCRshLDK8RKl30Zf51ITajVF2C4g
qMBX7r4DBEv6jkoHLJjX6rhxjdOrGDEJqhhuvXYz+SB4gxqn442VbmvkgcP+SZNx8wg7gIUA
PipYp/8A9fubr/T+B6jOy4iLbH5Cud5tp+A7LlbBmU5Z9FDDxXpLNldVxsHJy265VB4iC+qc
5OEXLEJiMYQbDOmWYTgEvotzo6kYRsfJCpLPhdQhDAnKrbyUh9VbslxV3GyOJXFoGEGPpaUz
8rGUx+iNRgrjYE6gCVytQgaL2sPBAGpnUJrOxlcR+kQE0zhMUXA6LAZFk3zyQFY0BIdhsVTi
OG/zOYCLHkRoE1a1q+CZR/eqCNDVPV6nY/FiuAgbo0JcuwQ5jOpXvDmGWWOSCuVqygB7chR7
WgI2oPWYXrZuqDaZC9UPgIwzYQLohNJPRWIB9IkELtHV1yf0yIQoT7pDqBI2QDI1rqHL7ocs
Kz+SZO7kIF8CFnwTAtXfVcu4YM16p6gcPFC1gGZYYjTooz1TDKB0KJOXRlTPRNy1+Y0rB3RN
i406qpBixxshcD0w5+DXuAUGOfg5LAIUrIOUDQsf6eiPLtzuSmYGGIIRtQ8GkAbhft3PrGBu
unwNei/cYA11QAwhfiRQl3Kq02sEDWrWvFUBapu+TsmJ4DQ6oV7Zdskocz6jIZDu19zuR0Q7
ndPIHFRlMAK8g6gcmTWHHrohWg5HJ1VeI40OR1V7jFMLxOFzIHAD0pi7nAChqPgkyCudskSv
DZDgQCNCYsv2u2z6lAZbVcvspPHfdEmvKww6ax9AkAIvpgLkAGbK48Seq5UgCASjza5ONnRB
8kONp28FWp92vwbVGx0UHwAVQ+cgp0T0XcBPKxdiVxvcANrorBuQd/JHjg5CNf3ONTrqrWt6
xmpOUK3LuWCYJnY2VrGQG4+KETsnt3BVtNUf2aWvbAP6UB3q8aYLj/qVO925Y/ZA7j4PsiCH
qcpqnX6Kgrg2k9ELXAvYe0KprrkDAXAj01yVxANiNoC9NQ+yH7g9dfuv3b3IDTVfuQaCQXZf
udsciMCuyBA4SeQXO9WuY6LkYJwhax6uFer8ajHiqk+oZRsIb7I2NiJjdMO6cA+pHnYE6LMn
ZQZXK23Ir9vsBgNhKA77tbLhGwDABwhyBbYL0njuUBljJKtU5UH3ZRADh5K22QOfg4WXB+DD
XKkQhxCb8k2hhWpku6ZsnJ2TB2cB/wBJXpLuhawbXyTcmbbLKlcsY6T8KmoLDBCfcyTuj/hi
SLYfqoe1e5IIRp2aM0882/3Ubf4py+h1VRQAWd3VbjVBF0XxsEanGQV6bQMp2DU0CB7wcaBW
v2S24CbUZTXMAZG6FgSSJAwvUT0AVq8iGDgaJqAm4Z2KPKoqdbFHtWAsG1wmqxb9KGhMsi8W
ckIAFwmAACIAJbZC36gqdyplmsFAhCwwhapbohW1DUE+5oQqDXmNTl0XDEBpXEh5ysSdl6RJ
Mo1P6mxKh2GCyJYkFDlXMhAiplGoDCup1KBFgOnROzHdOwdFpJEk6I7VydESQ5+yn2p+RDYY
wvX6upXIRY4cr9u4AsPaeqPbLVNdThUFrSRpsnEtlCxL8jAQXGpA1lV7HbIFjJtsFWnbDgH1
WMz/AFKtgARQy+yAraToja2N0byKuw2ZCuxQRTCXRIezdXA/tWPSdAgGIOqBqCWLKwPtMhPV
5TYOmyryOMlWGRohgSrHI3GUXewBRubM2iHB41TE66riT5OgxIbKrOXZWIhw7ovLO3gnE1Pv
DpwBBlPgHAT0eDKr2+7JzWF+4Q431QoMWH2Qdy2V6gOHXK42oPFPnZOw6ImoAJzsmvKEJ+IU
AJvhxMgaol+hCY4KIrG4Vedc/dONNNFiE+dtlS1c/qZV1HGFkEH6/wC8u2Th8/EXI9VcI2pQ
VNsruf4Xt9rk8Cy59wtV3ZDsWLdu32QqPaSqnR14I2OOq/b7VDcVLGwQv3CKAOSMKoHcNtq5
TkaIWFmoNGRFQ7CEdDoCvUM4Q00Yp4LwyxOyJIzqiDDonOjeCcZTn3dFXrlchnDKk+14VbEZ
/JWMsQgKh66nCf8AUAwZcbeq1YCPbueNbLibMB+pV7YLUrPiVztYkD2hCwkCCAhYYP4TI6BD
+o7LLnquv8l2w3WcITJ06reqdhCLe7IVSdGB8lE7AqnGS8OtG6fDmz8coVeLY8Vz4g94xV/+
pcO4aWJM1GKD/bVO9Vi+CqPJDQu3UQGDor//AD9qe5b3cciqcVYHJHuXPute9R6uZJKenae2
hrCHD0nr6k17WrZ44+1AG3Ku6NKGLHXRU3AxKqztllXQdEQZOwVquwbbVSgxDvjoiXMfdcgH
6IHA1XhqrEThnkyuLdHO6tW4eo+6p2a095c+CJ7cWMAFGxJc5Q5kmU9YGiFi/ULMZdM7g5Rr
/Sfw2Hi6F05Z9AuLaKsuwQ16JmZimtYxllI6ALiKtYlyyERhAmNj1Rp3D6TDlAguN0QcFD/E
dtzUGf7U1bN3RLjBTAHk7Y1Vf8Lb/wC0AW8H/Su1UB7YIOiA2Tn3GAArdw9u3c7tpcwF6fTU
QWhiufdJvYbrl23BxGyFi9RXLo17gfYoAegjB6/3JzjfRNm0YQGvQoB9EBr91XjVwMlQCqzn
ROUeNSa9E3cgnC9U9EAK43TERlQGX7mo1KYnJgDZD/UiwQH56IWacOmo4Krvqin/AAgB5hMZ
AEJ8jQLwDojG5CDTuiXhH8t16sonVtlcAQ6fLQnAapyh2zZxlgnBcbq1DiwZeoE9knOyN6Go
cPUmuF3O5c1t3bSTqv37BqaE5KNwQ4GqFu6eIpgboVdhoN/9tClavuAgbtUDREVI+i8eq9WB
hcWcDfVDnBGAcIiuNdkSW2ACfi9mgp7HiN0KgBxqy/JepPWj9TKgAeXzEOxtqgRICmPqVUnB
hGojqhOYCFcPqmsRJYL+aH4R3RnyT6I2GzL1YZiuQ9uGTD67Jh5lBOJcK7wDqvA5C08ZXISd
mR9RY7lGptHXdaEHRMcbLn3WPbaO3OUK9uvGukaK1e3gRYndHU62Q7gy/kUKmrHWy6GQoE9U
xDdUAJJ3UhMR6TgoiwHrGNiq1cEaoABvwza0AJgfTgIu/imUgvv0RaAEBhWtggQuVnJ0QAMo
DX4t87nXZcn8l6QARl1zsYbCHdsWOycluKb3A56LEHCjTIVe3TzViZ5MfBRkl0xxuuWhVP8A
+l8McD+5UNySL7IdvtlhXXb+1cBF658Fz71p3Q7fZvxeS/uZDt0LmskjVVBDTJTUgaFMMiZQ
eBsjYy8KR/NFg2yaxzCYDG6cxYL9u+bY/DexYBcKH0j6FFq9WTdz0hPyLbiE+hyFHkibSRqm
EDXwX/rgjAQOIn4v+ANC5yhp4L1BmQtvCcl3MbBSepJRrX1dVx7YFQgBYyZYqskl5KqQ72Z/
BA67okuVI8AULmpPbAzWUagsMOYYBNU8jvoiO0GsclG9rP0K5EEQnJLn+SarNkrjhg4W4RK5
ZGI0TYO63ZOa9XU1g4hFhIwiHMyFW+4/BN7YCtUjiD7SmGE4jfdSwRqS7a9E1tNkBjqo8ihe
3p5FG36U40/DD4d1C6oz5KxADjdHlZ3Q7doYu6AB9JEFB46ph52XbJGMJydFMjVCo9NBqhIr
Qao8axoUBovUXtuuIE6FnXBw7YTMQCJGUDyfdoQguDAQfNQx0T6JhUIjDL+S9IcnPQIMWOj7
rkbvU5HVfuU91co9i5j9JP4P7dfYPzXE6KcFEnxCgeK5HOhRDMdlJnRkB3DxA06IVq/pgeCF
RojM7fJMfOHkGVBlT6im+itUnRDQaoCs7p/6U9ZJ3Va0rAzomsWbTKaSrX7mUbAekDGwUOKj
21quXdkbIvD4GyAMH80K5ucAI2sfcTACAGRjdEENMJm8U5LnVMCAUbXsS3kETSrHclZATcz1
IXrHMHojQkuS7MQmpQ25CZQIgOSOiFtRn5GHyHudszk1R5Ag7iUQRIwp8nXMw+i48WG5RcOM
B0QM6QiHc6nVFoG+qbIRvun/AAqliWz4L/OmrnZACKnVEWL2tDo1ZgDk4Zc7GR+SNTIMFOA7
YXp0+Dsq9oHOnRcbYI/NHiOI+6hpOFyJJBRaARB1XJiT1XuYrkbO+AE4BsBphcrWHq0GiFRF
WTVyUTYuMMneNUWnxTM/mhyqQCnDEieqBrbiNSE9XLGXQrZq1Kj8DnUONQiaUc7p7Fuiyw2K
4dyrHSwQrS4sB5JqzuUw1k2XCnteULY0QGoTj5YU/I1al1yuX2CmofGFAb8A+CJJYOvyRLSd
eiaRtqjmwd2GiexcnB2QFTysBCJsG2YIm5YboHlOrpj7SPqnbwTkuFiAmAjcp7n+SwJ1TQyH
c7DC4z1/tRterEZCFwPXcM2gXK0gT8s/LAQiXyjwONDP/wAlhn1QDyZIRDOBondrWHt1dcrP
az42QagPinjoga1E9CnNQx6IXZifg3zR+HYD3WgIMICPEJjLaBYIGrnCBBJcsUd8JwnqGJXq
9x31QaQYAbVAMxw/VdcLgAzalCXbZOFI8losRhYYpq3apE1Ve3WpDaqu9g5P4Yqzg5RpUMDJ
Q9I4VyN1a7MBgI2Ak5RNsutk1c7oajIQEQh2ah72yNk+ir2fda0FtP4E3v4ALkfS2gyuIxnq
mNmeABqiblgNpcpqH1BB8DKgpqDx2ZEcXEMZTWLEHVBtNRhQddUC+n1TsxGQU7udAF6a/dbE
yAnNQR/NBwJ2XqDdVB5IXJZxAVD0n4bdfwQcuEx1yy2Rroy6p7EkiG3UuAgwLBMwGyPOKsrd
wnJh0adthYnKrclyC9iflynePw+NfbTHVeloyvV9lYiQIGymSBohYQDkFAEsEwEfyQrWHEj/
ALU8gdIKEO+qrVmZdQmy+E4wTKjJ1I3QDrHq6oPV/BQ4KPE6QEHPHpoVYtNUwlo/DDl6gQpr
JTHXK3KfA1RBLdUagEj7Lk4caIAwEa0PINPRRlSUD2yHMFDkQ5AcJyWAXHtlqAs6BJyJKtSo
cV1TN+FwBa1k1SQH+rLk2Mq1sgSjOT+am0nVAs4C9cky2VEVZCuXwSiSJQlnkVQMkPPRGzFh
LqS4/wA6YBz1Ta6pkX+q6LbdbgrcI1EGyY1PE6n8Ek4CYuHRtSRbVB/UQqixflkKT4DZFy5R
Ny1UeEsD9UbWLmxcqc5Tlw33UEpgyDlVDP3BkBAVevL6oijk7IklwQzbIvsuPm/4JscAOjYy
NHRsPa+NEC7gq5AdEuxVQGY7oOAxzsiD5NsmfwKBmPzXF2JRof8AiRBs4yRqiOWfuqisg6rC
dkAPNMEXPgF+aYOsoC4B8UwDAY/BsTrC5GTt0Ve3T2g4R32XIiRkol+rIwJwizjYBFz5fCHY
Z/Up/wBSYmF0QAZ7fRBq8rgZHtdNZuOwQBB5L1Q+6NqMbGCV+3p/V1+cNklA3MnA1VuTitsB
CJMv0RJl8MgQ4NchXdwQMoguZeEDqfIBGozrsnrIIY9FlwNMItJOh0XIiTncoADxTtjKbTdA
P4PH/Choo+pWZ3TIkDGqYIaDCDBOgOQfZOMH8DxXVMiYhdSibSDomqCdimgDVDuETYwCmAjo
iL15Cwkaq1ahgSmM7oGGMAJzrgI/tlz+srnbyr/3IsJM2tsgAQWyShekEwGT+fy7JzlO/In2
jQI9zuk2sYjAH9qADkfdVuNSxBwyiGnxRrbJkAK5qG5I6eSq4hgi44sWA3QI0hkxiXTu4Oqg
voAP+5GGOsphbiNeqqfpKEa+lAOF4KfgTv8ADqmMrjh5Ke1QQYR4n0Wmo2/A4PJROWknRkBU
FskqSzL1FwqmoygDNjDKtTJtqu1xDkTYoWH1XLk/RG9QCDnxXQZKEP8AknFfVoibj0E+oIXe
FBbdDvXMOzboVEAYC5cvV8hrXJw6L35FvV0VrByB6anf+5TLoPB0CLabokQRP0Q/MqtmZkeE
xBRtdwdRohUP0LoFwbV1QByUQcbI1Gi442CYCDhzCtf7I8sZCrTI/JBnwgyPIgDRek5yi3gp
ZEmCUx3yuIywCG4CqLQMJwXCcotkZUY+HVEOz6pjJ65XEANsuVrCoT5qRBQDudAjU5ZMZIGU
xniq22OEwDMpQlx/JW1rbRBgwAU6oixwhUj09E2nVCSQJXNvqv5fJXoHPiv2hix9RQad3Q4t
UaqBATjUumR7dsiBGoQs0H8wjyLfkiDkzl3RJ9wPpZOzEZJRtLnXReoNsyh2GyeAGyUC810Q
r+l9E7P4KRMSn2VniuKp7FzsUwC8FMhCWAlGxGE9ckt9E79Cn/p0XKhYnDoueR1hE1IqdmQF
jGpGU9bEh03aJ5D3FGty/drjqF+4DwBwECTjKIdqjAXb7gy0psHRlyxZEnOPqnDkEsVW1ZIK
LaZQJxuiAQrVsYeFYEPsmLMIRAwhGMrxQqPCEKiU3yWOkoN7nXpL2/Vu6YjGiIJnZF/oE+Kr
nkWkFMdVY2cCsD+5ctDjcJzJGvVTqi8A6aqAwGSUSC/RCrhh9CUeQn80dPJMzbrkGBaEaEni
NUBkLqswuq8F6oICPap77lgRoFyyRFf+pCg9uSum6PZtBoY6o1OBlOC+yLzshepkKneAi3u8
UBQsSchMS53VhXLFAWl5JCsNaHzRsHdAPGxQOyB/STKHHtmwEuuXtFptsyNb3I7ejbpi76jo
rO/Qq1be4DVHxT4TVdFjACJGmU31Kb7/ACRnZDd0J8SmrOZRcOdSECA3kuXJgOo/5bJrFqmd
ygLXcbBClam5sWRBgjdMTp7lxGg8UCRyJDMVyBFRtuVBDDb/ALlmAYRNjAgIm3uPkiXYL06w
CuIHmv5/DCjKP5oduhlnNnlW7lifHRBjJDlQyB2RsBDL1Q+Koiw47Jn/ANKcY1CPbHpqS6dn
qcbsiCGGAmqXcZTXeYbqrNrkFMIBQKjP5KlrOXy264NGEbCCBhA1Pqhcr/qAhWidEHycleJZ
1YE6qXVuuqJaXyjb+oMybR3f5LUsHqZC5DDunGzsyaxg4IT1sx3GEA7mTIRZhYoileW5wgC1
anLpq+q2tiuJGmhQnGAgwY4Y5XGAfyQqQbAlyNHTthNWzVEk+ameODuuYztlA6kF1Wvw3TKc
qFMz90Th8pjOyZpBlsI6NvuoOVSwOvqAR7gzX8lmU+LJjl9FzAROCIjULmamSgzhzKrzPrOG
RFS41hEZ3XREuAVWjbKPoiK2NRhwmJJ/mnAjARNskIDbRft1xt1T90PZ3ZEUGNNl/adSjUYz
CjxT/IXzurDAdiVw5MME9E9bZmdEzmUzSMr1B20ZFhwB+6YfVEmGlWvaST9AndmXJ33UBiZC
cCdXTcTOqAEvrugx9SYAzJdADx+Ep/gyzCFckSuNSGqvUfBNjqmE6EoUoCSMuhf9byFeltkQ
f0lk7oESQgE2oVu3Br/l7U9YaUbXkVCLFhsj3KjGSgzeSAEkoVIkYdWyNUA2f1J3coDVBoG6
PcBZgj3bhj+krKDCWT4aFxMgQjDA4XDXPycR9kBkmSSjDnQELnxPq6IG4kShyLdAnqJ+vwev
uOE97Gz5dOAwwXWcSCiWgI3sYGEbHBwN0Gix16JjJC4UgZJyuJPuL5WzYQcZUpk6dTlWvX3G
AN1zOTlCuANUQ86MmfwXMzUqtKmDporthp8FGLSm8iv5INgokap2b/MuQy2VBzC4nK4nByri
ogEoXIcBfublwETbCIZY+iAAx9UbH6LiM3M+CAIZhHwFtExwMJwJT7BdcfFyj3LYBhNleoO0
16fCx8kHPxs+KBkXMaBCpjVPghNFQuFPaM9VysHsfaMIkyXhv/JCoZz1ldR916g7IOOqe0DR
PT01H1KF36efwbCfBX7bOKwPFPXOgQcuXlFtFydCuSzn/wDFUIhi0lG/IMdlGQnbOZ1TNKEO
N0zOBujyLLgR6BGE51lCXDshvqrkFr1Lj/yQpaBsE+SBC4pqyV6yhYABzBCrXbJVatAQHT4c
cHdcCX+BHRft6O7/AB4/pGUwgfHclddUxlMFa9oAjzXGo9OSRugLYCgw/wCSnO7wyPa7UvqM
oNk5Gy59wzoAudizfpT3DC2B0XqDDXqgwJeITEvdvonrO7ovaHhlxBsau7KmSSFyfEcdEbY7
pgV6o3sSSZIygRj8kWKIndv+5aRDaK21QAzICYlv/FVNd2LwrFoT8YyFC4iVONei3VO5W3Cz
eoboAZAk7qoByZVQNlaM5RscuwKNTouYyIZV5S+6s3kqjXj+aKBOBr+CwEJh8j6D5B2xrKDH
xCD2Z8P/ANKYT1Ravq1eQrXJxhcmk4KPjLLjWRlcjK5WIFVyqXbdE/1ZbCw5KABLHop+nRW4
2msgFFyH3gIWtJ8UGGNuqIBM74TGSiBHUKHA3XcsTDx1Tj7LwOiLYTqIfVG4/Sj3KxYSQEx0
EqqO7KniENla5ySidDKN7QDCJGchVhACScodAnbOVEgCE/zP0QqMldfkYeZXTb5LHArATnVc
Qz/zRiBlccPglCoE1mP1KTjAlM07BAMQDLrhrojV4r+aYEknTVcieIB1y6Y0FrjJJdFu3UE+
6E/7fG2hBRtUmoAfdEVtyG7JsqwdwIdA76LHmmAL6heryZW5STYtuECMI/09U5Dq1QJqUKmJ
d1Y6H4WIGqD5QqMs6FeJd4Q8PkDZCqZAC5nCY6ogIjT526I2tJ0+SPltY4ARP6rE5wmzYfRE
EB1GU9TjKBDyXjVEWw/0RsDyqWdO8adE58jlHuD2W/NV7l5qC1rIGuCITD4fzRFT6rQPNC1w
eRwy49oPUzIhMROoQYzlEQ5QLM0O6I2wVxI5EyX6o0AFnkPgOhaxc4YYQh3yEXr4KtaBhbVW
2f4EnDyUBXDOnZyn4sAcqVE/FkJca/DDogZ1Rl1Cbf5eqZT+AXM2gLCB1wjV5RDOOm6De3Kd
84CPIsXyn0IhBwG23Qr/AE6oDjz0nRORyf8ATsUKj4O/knVNhlA3uKtoSmpd3LM2iIltCgbV
IGUx08k4OJZBiG1ypKc50KYMXwQmEtlCwyFQVBIOuyFB9fg9YFg/mq7j591yqGcufgUbYJwn
Os/hQp+anZyAHbxVgSAymQdB8MToOiIAZt02AE4D6ym48h1/8UWcFmlAWIcDKPIh0S7jLqLD
cKCoT4bKIoSBWGH6iuRBBMunbKecIaOzOiSJwX1TgEHZ3TElzlivcRovcxC42AI0aCudYOtS
jSo42OmyBBkZ+NbeSIsGAx8kfMRurEmDCA/AiSnP0+ck4AdXuzk+07AIP9lsNkWgDTdSPJCo
h1y7he2pTwdyVwoOR3AR4VMbqI33RJJPKGMprZw6IfixZgnP/sr1hR2h4urdqtagWh09i5w6
4szY6pjrp1XqLDqpD/kP91cTH3UBzjqhYgF4XLtmToiYBMLewyBkoXofbrr/ALy5ktc5OiIs
XGQp+HqHIbFMAw6fCPhlk1Ry3T3zt8rtPwhZ+bHw2+Yge60BY6E4XK1mOldUSAbbvouQjoja
8Drqm7Y80aAgjVTg4d1HtGSEQXfQsuVx6jqM/wDCiNsJzn6f8qgyTqn5erUJpcJm5FslCvb0
y+FB1wVJg4dcnctIT3f+ZRsxce0qJJyUaiGCapYCP/JNb3CPFNjiYbKF80Ja4Ve72oqQv3Nt
E1O2/UqAKg6L3N44R5nlsR8JwmqD4r1yUwC2/hv2/wBNfcy4Uxo2UOVibagrkKtVoOP+JMBy
sP1H21P/AFpncaW/7V+YQJEP5rkQD4pgHfYL1t0COwjqnA6wnAjCYj15JUGMfRRBWy4jaSmE
vLqownJQs/j1RGuiBIY4fRMC9jtlF3B1UFgcIB5K5bog+w6bK9e4QQZCatQV6RVtyHTWFW1D
MuVPT0ClMo+EfjY+SfkKJ1JKas2Ve7/iIqJFd/8AaX7XZqf25FjXMJhFR7QSge4cu6DMRh0f
7TDKlsgwmAzlAEsdUSSA6LEnronbojbiW0TGamOqFT5KAgT/AKUTasZfVMPbmSmqwZE5YycI
FtY1X7dGJ32Tkv1Ce0lNtoFj6oglydFkg9OiYlgNFa/JSXU05HRCwh9P4zn2zLuQUL2FWGXk
oVp7rwOg/qVhcwHcoDtVZskZdZJ1KgwgHd/qjVnbHQr0h2hyj6c6umchpBQ4uFUHAyEQfbsj
Ul/ssMdkK1GclSHITXhBgXsZYaI2tGyd5KOpOdk0hQAFq+myYY3Cfb6rGFZuqJsRjwXuCghA
n2uyYfxhtroha2qudWYBMDGlU/uJ1UFz0Ux0X9o2QsMEuixcGR5pjgInAPTVfuMCcAozlNdp
DcsJnEoOMiSiQC1WZVsQXshahAOtUO2MjVNbACNcBsZVm8k/6tlP1KA+6jCfU6FcTA0ViMBE
i0AL02DbJ5bCq49pCH8M/wA1AT6ZJCrLMGqF3O6/tgP/APKyMvsy2KjVPrsnOCpkVZDuAzX8
ljzXQ4CrUbT4lZXHuAnlroFW1YJZiA0IA+oKzuNgQhVgb4BQ73dPpx91y7ZelsHUH+lRJV3Y
uA5R4wMutuq6dU1vIKcDROIWjFWaHMpzWE4DEqoeECX5GSgfD+Cj8Kr4AYKtARFU4gDJ3KJd
30WwTO3UJzPUpzaTDpnZxkq3avIsHr5I1y2VVEkMHjwW4TyRogSHiHXKpDgMzK1bhwsADcyh
apcVOE39LaKRn7q+jgMsucIvLLA6BOBnUp9dVBU4TO75KcnkNFidEK7ZGUP9lDRSfgOIeZ+I
IMDTf5cfwElNU4C7b+5sIh4oZAToj/ILw0UwdlmdkC2rJwfVh9U+DqnGQFLknZDTfdemRvhc
RJ12TJ7eQCIafyRALeKt2+4Ys+EavAMNLokuOhRZuiIJkfRF8HXROWbRYYHKZB8IAhxkJtUB
puuTFicryZAjT+DdOnIY/Fq/U/CPqgbWdGYKqRLLvVw2EHCYidULWzoFy11CJI809Z1Ts5GX
RsNcq3VA42TWLWbOiaw8t1YEMNlyrIR3CBtK5M/RC59lpKF+wfSVL5yEa301O6PHBTZYQmH0
yseIwpOMqIKBJcb9U1kGeEQRJEIF2JGPBEbH+ElP8GsWfRQpK6hbr1RUiEAXDHK7hDl/qUAR
Nsp7NAgLEYReQBJUCeklOcrP1RNR6SsPKAkKDKa7nZGreohGoi1chFocSgTLLjWrBAXHIdEH
AAC5cmOyf3a9UXD/AMkPyUME2T1TGPBBnnRWqbODkjdCpsxwvT6umEX00Q8EQMP/AAh1bVRK
fJRceCc/GFQHBCAJcA4R7bBgx6okamE1pOqYKorLZLKC6L+SdwANlsDlRhfzTiV4aIP6Aqd7
t25X/UHRsRBCbFdQvb4koswdceTk7LiLOYJdf3dE4g9UHl9U4BbdcrAjZOG7gt/xBTTEP0Tj
GSyNaoFkLGGBfqmGxYKwxPz5/Cj4szA5X2UKFhZWXUDzKpYlxIynOeWVe1m52q1a6lUggk65
R1tqEZ9WwhT9NU5gKICgM8MhWjn+asG9vuA0RLOCgPquEWOb26LnQf8Art9liDhkD7QE1g5R
qAS35Lx/JSPPVOc/dAEs2E0pu4AzI/tkAnAUWFhpKIZtyjQzUZKYzQ/Zcsk6+KgPsUQc7I1t
gksVZ90G/Fj4T8G+HphPk7lSWW4+RiZ6o9GZCtRCFAcBz0QAkgO6e2v3UHqx0USSpDleKGG6
KxqALVEHqibEsfumsYrlegRhkSbAPr0Qqb/ubgLjesaNlAkEE4Gyx4uiR9k+o3KLw4hHlGxC
BJnRSnBJfCcQUIBGqYiBBC9BbwRqTC4XD1OCUGCFxgQVyOQHDIjHzdPxoEHdQVKZ3b5C+AF6
olwy6aIkTXdcnAIDiMqBIymwdslFy3VEKU4huiF7lgzsrk3ZtF6QbCwnRemBhgpeoOpR53dt
AoAPjKDH6BSSHyiNAgDVwNlFW8VkAaqSxQl/BYgLDeKgP1R4h3yUQR6QhLLjYuFxseVdCnqg
NQuYbqgR8sp/xWqpzr8rovgyF1P6UWHgjeBerhuiNLhxouIyd04DzqibzuAsGrdECdJKAqxG
eqL4f7IEM+2pTkOoqPHVPzxonyoqwTEJ2hdAmIfw0QI1QtkHRe117Q5Wgb6KSIUQDo6cnCiy
AsAT9E3tOiFHY9VwLEFC2CfogiD80fB7Fk7QnfOig/gSW+ZhmyJOdELX7nAHdGvYNi+D0Viw
qNHyU/8AibC9wIqJKbt9tupiFEDO6LQQNcFN3QKndk1LDidlwacsmsWucgosPBQHGU0gmQmJ
G8mSnNqgjRAAubFgssFyvbw6lWLS0Oiwdz90zlxkOn94yxU14toFzJ41KZ30Cc5WWRGdnWeJ
TQYUZUy31Q5R01WY6qTj8CcokGN1x0GqghZ+Dj5q2rc1NYIX7fcHG1fp8d06zNc7JqDw0Ve5
37sNSSuPZrysMndGpvwGorsnBexzYymGNSq1PtKiQMFAEPy/NA0mr+0y65F3DDjg1KJqXr90
K3Dtrt/tJ7WZtEadgae4okln1VjYC4G6rbNAX80O8dcDquJwDACFdxpuhYn1DAKc7oU7YkQ6
InMIEAsB90wyVsdlVx/NE2jouVQxGFiRlM0LcpyHfRcTCcBMY+ZhnVEkuNigDj4SP9Kj0sgL
X80BYwnGvzDphTlR8P26h7jNKn/muh3O8QBkVEUqE3bqL23T3B4/0/pTiKnRPgnZYb+ad52T
fZBwy5CSMBOzgaDdGwMnUomtnlyOic1jRsouNNUQz7FcW5NlQWciEA/orVhbQ3VKkk8Bp/Uj
fRfuXMG0HohWjcdLI1EARKZmIwVNWsNQvSTxGQnb1brruEzsMLDqMrkIsvUJqmEAa6KCD4Jj
nMrOE/yvqcKMKSugTZXqs+wU/VOBC9U7JtPg3xy6yoPmvVYB03YvYVMFiwZcjXnbcrgPTQZG
AhyEiEdToEK6pmxk7psMIAQCIJdtGTYKmWgpwYUhgiRph8JttQnHkuRgNgoipMrkTIXAn05C
JBOIdCx/UgbBqVGP6kbHH6QnJjdcBG6A91TlNQM+fixTtG6yHTIG4dQGA2Q7djNn4kYXMZqm
OLaoHb5XtAHt6ot91OVnyTZ8EHdb+KAMlRKB0PysLZ0AwU1u4J0RAvY7ALkSQ2tspiXGwhF4
aAFydtE0EH6Jw/L+aeX6x/xIj7ojcQ6IZig4YpyI0XjKPFerT7J3E5REeJRaSD5LicblMPam
21UFVkAnRlJBFZhMwGn0RkE10Qq2U5rjJOqaozonyuJx8ONPdvsnJdCI3TkQmE7gpx7jDYVS
8g4XEy8FMXAGEA+nyYQGW0Ux8GrvquID7lPqVOq9JwgTpqhx+ny8u7ZwTpogKj1alPy9I0TE
Rq+oQrVmfOFHggIByjOMhk4JDrk4IMTojUidkf5oa7uuUF8eCd3OoKgZw6DAxDr1awN0AYGn
+VUakAdSm3RADsg5nZGY3ysQEIBQIgAMWWIRv9B0R7hDtAUmV1+F6gw7KS3GGXLUynUKPog5
Zyh2qwKZQIlEH3aDouaNPomW/wADxlsIxOpK3I+iBd1hvNCtTKcl9lAxqvTL5XIgVfCDHKHy
Q/qMsnBFt0QUSSfFf1NgYRkgiUNCpo7j/KyL28SFl6nZcc9RK5F3OBsf7kxErEoSRLbY/tTO
xwpMDbJUBh11TAFjuiQHIg/+KbCbT6JwcSq2Mk6HcoDt1BPcyU48yoMuuRRqMVQBJrUfdcW8
Sm+iv3D+kFvNWNi7l3KFv0mGXC2a/kgcAaKJGy1C5WqSaYKtYmSgR1QIgjJRBks6DboHX4xC
sSWO2qjTdB9FC6dFBbxTgv4oPL4TM1U7eC6qfjoQjoAnflUIHV46oWJDbJxsmIk7IMcQmYf7
OqYiBgovaUzvso/3gj10QBZjCf3DZOQ51Cd8JxGjogM4yfg26e0AS6t3SCe12tBqqxxqYY6F
eOqN6DlDEf8AajYAkBcSMyQqio1Zk2u6DQn3tKfX+Sd/qq2BHIQ3RBRClWqINocLk71J1QBH
ktXZX/pICLEM64PIHyN+oYKIIYg6p9CtPBHQBS8ZUwNl1AXqwiasajRAYI0Tg/EfpH2XqyMA
I1IZw4bKfDidV6p66ridRLph5oSG+6gerTdNrbJXqPt2TP6XyiD/AJgoE6IlnO4UHTCzrqmy
yiXUFn0QrUZWIH6iq9qk3sc+KjLOfFWtckEl40R/w94vWan+oJkWYeCvc5MDwXqmtNNyU2tZ
Wy3IIWZOy/bMOq3Z311QZcdV1U6Iiw5BAn0kIcMYKjVnZHYrlUycFAEudT8lbEerdMCPFOTA
P1Rj6p9d1PmtPBYxoEwA6hFoI0Un07KIPwd51HVOCH31TgNtqtk5kInJOyHELEIaccJwI/mp
8VyIi2icfdchVt3XpDDCYEOcMm83XRcSJH5IOTY6DAX7tx/7Afsjxiq5ma0/NftjVEanJCBd
r1mtkadyO7X/AOSJIjCdug6lHUmS+6JOTlE/0q9DqjUgnwTn1HMqcDRM6/L4OESVPwK6prIf
F1Y3q4AlHizE4ymGdgvUWfA3QcMF6fqV4pqphJ3T/q1QBGFsxXJ/9alwyglasuOQcuudA4ro
nA9P80dCE2DUoWPmBKguy6BEj6pywOqZ2hx1Usw0KNx7hlM8ocSVNp+hQ2CYf1LgJsVysWjl
ZctHjyTgAVhgN1sq2dr1LgriM6BcrSK6Jj5pq+aLxXVQAH1VrFo1QJswPtCO65EJ3YDCcp0U
AIqPgdvmhDtAvuBuuuqB+6w/VQWX5MsqXdMzJlGUCBlcXREFkOOUATnZZLHCYGcccBdCfojb
I/NGQxwEGDAbIFvLCs4ZxkLep01f+pGrGT4pzB0QsWPLJRALPqm++qhNJPXCDRUZKmJlctBg
bAIdkHib+4/2p6gmrw+IQqPgTsiDr7fFANJTj6I6E5XGvqIym1fC9SeIwmOVKcaovhAmAcBE
2803bGE9lBj5j2qBrHJViZscLlk6p8ID6rdZUAGxQsS4OULDVMoEptU33RYTodlqGEnqoltV
xInRtkz+CIMlkyLl0MDbdcWJbdA1DIQ53C3ITNnTKIIxgoB2ZAiLDLJgJGvVMzEZTHXdft66
nordwD3FgTsjR+j9FWtRAGfhhcawbFggG9mTojJjCy5QBMz91yJ9VnQGS4hANxYphheqQU4X
J3Kd/UExMiSVxB8lyMbk4R4l2nounyzjdWNcEph9U5yp2yn0CfQpyICJdgC0JjC/atJyCnW5
R/km0dEmDv0UF1mDqoLEKVMAPGUWHUMvT7k59yFY6riCwUQBqF/U+Sgd0SA1N04lCMJjA2UE
PnqnOUbdyQdETTAEBHuWHK1j6anRf5vieU1qEbn9R02QBoeL+5OMFAajRANHTRA+DJsboOYw
wT0qiDT16Bft2ArY7pyAXwyYhtyjatpGyHb5OEKDOCSvXAQsMLw+IbLpz+qSgAWOUXwjMboa
jdSUeEOmCdVNsYWUToyBYOs6rD7nqiwY7LjqmbH3TjH8lIY6HCewjosQ8IDW2ToiG+in0nQo
akDOE493RcWfaui9UA6I9ztxegcAJiJK5AMRB1RBPmuILMiC7sq9upIIyUe7k2wfkuXaxLKp
JHEVW4MhkRgV0V7ZYw3RWbKjCbBO6byKYCNUb9yxB0Oyrbs29Ikk7phKIEEiTujXuzWwYFG1
fedSuQMbqTITHT5B/Tuqk5aESRyfVMybdeizHZOSXCz/AK0w0UFjqnyg9Swh16cahGHjCbkc
v1RG5dlH11WCS+qiTsdUNGRGmfJM7jdAt6XlAkE9H0TjCAMOmZnyFoAughT5LxVr9seky2rl
HlpojZciZOBoudxgJ6j0uT1Ve2atUjROPL43LYP5lDt2ELgdDHgr7msOuX6jlGwMMgHYZQDO
2qOpddDBVqWgaHqixIq6qCJ/muIxqsTWQgcDZftswUH1fKWlkK6IfZTtlPmxELkc6oBvNNho
hboPG6eshEWqDUw2xTgCrI2Gd00vv1USU5cEqRHVAHIMLllPgFTnrhDiZy3Rer7Lw0QOpQsT
IRKqSORtJGSEavxI0PwZGwEbpjI8FGDE6LgSeRwyexIdQXrogDmsH4FX1DoFCHfBAXLozp3Y
asr+GWUiQnIIr4py7HAdely6e9i9f0pv23BydUOJhoXimbKJGEIx1Q0DKFyIcnACF6xuNj8L
BtITYZO3mvVg43dEn6I5O4wvTmwcEouLE6HR0xD8ZJ3QAMoF8ZCAqMyVxedFxGmqfV0SPzU5
1XU4cQpEgKBjZOPI/wDimLA7KNkNdXGFG+NV686BTLpgw3GUL7H/ACqu3fi9hMLBHwHbE2tg
L9yoc2yEwgagqdNkAHA1CIzs2FaoPX427f8AVujVmVR7ZlW6DHVAWJc5RIPoed1sTA8EeUll
xPqscIEwBtujbQ6lAj1HUK/cONOiNLniNCUbC/I6Abp7QTMbFHXoi48B1TWDEqM1Vu0f1Bx4
j4ELiCzlMfNEAsBACDCE9saqfaMFOfTsiAWbXdeMJnUKZI0Kc6z0Zcv0pyC/2KBx/JB7ONgj
DjBtqgC8arkMI2eELFgdGXX7lYZO7rHkiSfIBGu6/bvZ62w/wNjoj3+4JJjwXI50Vu4a+oCO
pRLMLF0I47lNMSo1GPjcircSJRDknVHljorACOqbH5Kw3XpEhcWnXxRtUvbZSQQNkTv5JgSy
vSubwhyKFK4GUzqB4ayhYjGiARG4QIfx/wCdRhFO/wCoogFiddk7+CcmQiAWAyjUiTh8IAHC
57p95BTr0liiRNjhbk5K4NrlF8SSycDSVOAsucsmAxomBY6qJGqcZ0JwuRL+SKkR0TiH0KYe
JQ/yP/EgLFh+kodwlgyBD/t1z1TCAFCr/h6efiu2wwPUSmJjRlxeUDDvDfHuA7OuVc/5etcd
RpuiGbkGA6qIbKsRl0xE9EbAuUwcEpo8SmvO1tEa9HdPhkCz9VyA9R1TNnI6IXggoN9ShYnz
VqO7boWqeId+i4kuRtsrnouBLZLoVAzl8L1D09E7tXMoXJ5VQNWDZRsZBK4jXJ6IDQLiMDJU
ZGCuRHqQL5eE8N/oU5H0QOmrItB0BREADP8A4pqlnwm23UWcFs4Ww0KclxonqDbchDuXLv8A
pKZuJ0IyvVItizJip8oVe0/oy/RCo8/gbWgAOVbvW9oJI+quAJAceSnIy6D7p31wgR8OJOQQ
rVJmpLhO5q2o2XE6EEWQeZcq1foyf6Kfopzv0UmAhU4yd0LVyTBW62XHXRCH45RAHmjyZv5p
hjoqsY1KIMxhMzkQR0/qRb9SffVD7rIY9Vj1D0oEF6pmd1Wojc7lABnOSjx9x3/5lGX9R3KN
u5D4CAqGG5UlZWGDogAgalBpdE5dOcaIbjVOTgMg5dPYkJzBOPBMPhap0kLkZB3QsYAEgJu2
G7dQw6p/gP8AD1yZt4IP7rSiDhmV6+aLboETZ0B8KkYDurWxyw2ExckHJ2XpEfdMfIJrNIR4
l+qtGjOUxkD6IPjRCcZKYic1IypBBCYujb21OCpKzG6IBc7BGWdDiHI1+A7lR0LbKs8m16ID
RCrerARDFxogGM6piXdHjlcn8ApMHdZePUd0C0QwRtcvsCgB/oQAPpGSuWjIk5GSuVhjCiQZ
WP8AWuOEX8lIcnqyPIaemMLjYON8qpqJAzum+DI2wBuv2ez7B7roVqIHwtagewEBf+wEy9im
GAiEeIa7S/RVJBBdi2FzFWbB3+L6BcwPatS6OhOoQoQWr+pspyCEwJZB3KY5TZOkJ7Auhy+i
DV4kmSpOOiAEnQKKyjz9ugGidi2iBbjVcR7tT8OJVuzViDj/ALExHiNlWzPXEIFvUm2WJOES
zOEQx+idiTquWgOES2E4BlS77Ji7arhK/9k=</binary>
 <binary id="i_095.png" content-type="image/png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAAfQAAAGNCAYAAADn+4ODAAAACXBIWXMAAAsTAAALEwEAmpwY
AAA4JmlUWHRYTUw6Y29tLmFkb2JlLnhtcAAAAAAAPD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlk
PSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4KPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9i
ZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1
LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPgogICA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9
Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPgogICAgICA8
cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIgogICAgICAgICAgICB4bWxuczp4bXA9Imh0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iCiAgICAgICAgICAgIHhtbG5zOmRjPSJodHRw
Oi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIKICAgICAgICAgICAgeG1sbnM6cGhvdG9z
aG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIgogICAgICAgICAgICB4
bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIKICAgICAgICAg
ICAgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNv
dXJjZUV2ZW50IyIKICAgICAgICAgICAgeG1sbnM6dGlmZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS90aWZmLzEuMC8iCiAgICAgICAgICAgIHhtbG5zOmV4aWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5j
b20vZXhpZi8xLjAvIj4KICAgICAgICAgPHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD5BZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyk8L3htcDpDcmVhdG9yVG9vbD4KICAgICAgICAgPHhtcDpD
cmVhdGVEYXRlPjIwMTgtMTEtMTlUMTY6MzQ6NDIrMDM6MDA8L3htcDpDcmVhdGVEYXRlPgog
ICAgICAgICA8eG1wOk1vZGlmeURhdGU+MjAxOC0xMS0xOVQxNjo1NTozMyswMzowMDwveG1w
Ok1vZGlmeURhdGU+CiAgICAgICAgIDx4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPjIwMTgtMTEtMTlUMTY6
NTU6MzMrMDM6MDA8L3htcDpNZXRhZGF0YURhdGU+CiAgICAgICAgIDxkYzpmb3JtYXQ+aW1h
Z2UvcG5nPC9kYzpmb3JtYXQ+CiAgICAgICAgIDxwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPjM8L3Bo
b3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU+CiAgICAgICAgIDx4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPnhtcC5paWQ6
MzRhM2QwNjctMmM2NC01NDQxLWIyNDctYzkyNTg0NmNjODY5PC94bXBNTTpJbnN0YW5jZUlE
PgogICAgICAgICA8eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD54bXAuZGlkOjM0YTNkMDY3LTJjNjQtNTQ0
MS1iMjQ3LWM5MjU4NDZjYzg2OTwveG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD4KICAgICAgICAgPHhtcE1N
Ok9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD54bXAuZGlkOjM0YTNkMDY3LTJjNjQtNTQ0MS1iMjQ3LWM5
MjU4NDZjYzg2OTwveG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPgogICAgICAgICA8eG1wTU06
SGlzdG9yeT4KICAgICAgICAgICAgPHJkZjpTZXE+CiAgICAgICAgICAgICAgIDxyZGY6bGkg
cmRmOnBhcnNlVHlwZT0iUmVzb3VyY2UiPgogICAgICAgICAgICAgICAgICA8c3RFdnQ6YWN0
aW9uPmNyZWF0ZWQ8L3N0RXZ0OmFjdGlvbj4KICAgICAgICAgICAgICAgICAgPHN0RXZ0Omlu
c3RhbmNlSUQ+eG1wLmlpZDozNGEzZDA2Ny0yYzY0LTU0NDEtYjI0Ny1jOTI1ODQ2Y2M4Njk8
L3N0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ+CiAgICAgICAgICAgICAgICAgIDxzdEV2dDp3aGVuPjIwMTgt
MTEtMTlUMTY6MzQ6NDIrMDM6MDA8L3N0RXZ0OndoZW4+CiAgICAgICAgICAgICAgICAgIDxz
dEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKTwv
c3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD4KICAgICAgICAgICAgICAgPC9yZGY6bGk+CiAgICAgICAg
ICAgIDwvcmRmOlNlcT4KICAgICAgICAgPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PgogICAgICAgICA8dGlm
ZjpPcmllbnRhdGlvbj4xPC90aWZmOk9yaWVudGF0aW9uPgogICAgICAgICA8dGlmZjpYUmVz
b2x1dGlvbj43MjAwMDAvMTAwMDA8L3RpZmY6WFJlc29sdXRpb24+CiAgICAgICAgIDx0aWZm
OllSZXNvbHV0aW9uPjcyMDAwMC8xMDAwMDwvdGlmZjpZUmVzb2x1dGlvbj4KICAgICAgICAg
PHRpZmY6UmVzb2x1dGlvblVuaXQ+MjwvdGlmZjpSZXNvbHV0aW9uVW5pdD4KICAgICAgICAg
PGV4aWY6Q29sb3JTcGFjZT42NTUzNTwvZXhpZjpDb2xvclNwYWNlPgogICAgICAgICA8ZXhp
ZjpQaXhlbFhEaW1lbnNpb24+NTAwPC9leGlmOlBpeGVsWERpbWVuc2lvbj4KICAgICAgICAg
PGV4aWY6UGl4ZWxZRGltZW5zaW9uPjM5NzwvZXhpZjpQaXhlbFlEaW1lbnNpb24+CiAgICAg
IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPgogICA8L3JkZjpSREY+CjwveDp4bXBtZXRhPgogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
CiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAog
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAK
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
CiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAog
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAK
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAo8
P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+aj08LQAAACBjSFJNAAB6JQAAgIMAAPn/AACA6QAAdTAAAOpg
AAA6mAAAF2+SX8VGAATwkUlEQVR42uy9eTyV6/7//zLPEg1Cc5FmTZrnIhRK5pKohFKRmSKJ
TBERyTyTogwZkynzkDHzPIsmKl3fP37W+u3O2ed8zvl8zt5n73NWj8frj6xlrdt939f1vN8z
CCH4LVRZWQlhYWFQ/gkLC0NXVxe/1ff9DqInhLAQQpj/jMeflZUFBwcHEEIwMDCA3t5etLS0
UPX+/XtER0fD0tISsrKyOHr0KE6fPo28vDy4uLjAwMAApqamv5ssLS1x7do1SElJYf369dDX
14ejoyPk5eVx7NgxnD17Furq6ti7dy+ioqJQWVmJjo4OEEJw/PhxyMnJYefOndi7dy/WrVsH
FRUVuLu749q1a9DR0YGKigrk5eURGRmJ+vp6NDU14cePH0hJScGePXsgISGB+/fvIzExERYW
Fnjw4AFev36N4OBgvH37FqOjo3j+/DmMjY2RkZGBpKQkPHv2DJ2dnRgaGkJ0dDT09fVx/Phx
0NHRQU5ODufPn8ehQ4ewcOFCvHz5ElVVVRgdHcXg4CBiY2Ph6emJR48e4fHjx/D394e0tDTu
3r0LAwMDKCkpIScnBy4uLrCzs8Pt27dhamqK0NBQfPr0Cf39/ejv78f3798RHR0NCQkJSEpK
wtbWFqGhofDy8oKamhoUFBRw8uRJSEtLw9TUFAUFBcjLy0Nubi5yc3Px5s0bxMXFwdfXFwEB
AYiPj4eamhqsra2Rm5uLEydOQEJCAv7+/tDS0oKVlRXS09Px4sUL7NixA7y8vFi0aBFmzZoF
XV1d3L17F/fv34e7uzvc3Nzg6emJ0NBQxMbGws3NDVJSUlBVVcXDhw+xf/9+SElJ4d69e1BX
VwcA6Orqoqqqinqe09PTsWXLFuTk5GBiYgJjY2MoLy/H8+fPkZSUBD8/P7S3t2N0dBQfP36E
g4MDtm/fjps3b+LIkSO4ffs2Dhw4gA0bNmDVqlXw9fVFV1cXXr58CWNjY1hbW8PBwQEnT56E
jIwMQkNDoaqqisrKSlRWVqK8vBzPnj1DSkrKH0bx8fHo7e2lrvWJiQk0NzejtbX17+r9+/fI
y8sDExMTTExMUFtbi/7+fup5ExUVRXx8PAoLCyEpKQljY2NERkbC1dUVkpKSOHToEDZu3IiM
jAy8ePECALB+/XqMj49DQ0MDLi4uCAgIQGxsLPLz81FRUQFbW1ssXLgQr169wtjYGHp7e9Ha
2oq2tjZUVFTg8ePH2LNnD+bNm4cDBw5g7969f6Xt27fj8OHDqKysRF9fH1pbW9HZ2Yne3l5Y
WFjA2dkZd+/eha+vLy5duoSzZ89iy5YtWL16NY4dO4b29nZ0dXXh+fPn1PXf3NyMd+/eIT8/
H1paWqioqEB1dTXq6uqQnp6O6OhoEEKQlpaGdevWgY2NDWZmZrCwsICZmRn09PRw7do1ZGZm
Ql1dHZs2bUJdXR3q6+up986v6V+9z+P3Avr+/fvBz8+Pbdu2wdvb+88KdSZCCOOf8dgdHBzg
6OhIAzoN6DSg04BOAzoN6P83oO/evRubN2+m/v/u3btobm7+s4GRYdpS/1Md9/v376GoqAgX
Fxca0GlApwGdBnQa0GlA/78DXUxMDOzs7GBjYwMA8PDwoKSk5M8ER7pp/amAnpaWBgkJCXh6
etKATgM6Deg0oNOATgP6vwbobGxs4ObmpkJ99uzZ1I2YBvR/vYaGhuDs7AxlZWXcv3+fBnQa
0GlApwGdBnQa0P+1QGdlZQU9PT0AoKys7M9mpf9pjvfFixe4desWTp06RQM6Deg0oNOATgM6
Dei/HdA5ODhQVVVFs9B/I+vc1tYWbm5uUFNTowGdBnQa0GlApwGdBnQa0H9RuvanSYpLSEiA
iYkJ7t+/TwM6Deg0oNOATgM6Dei/PdCrq6v/LJb5n6YOvb+/H3Z2drCzs6MBnQZ0GtBpQKcB
nQb03x7onJycKC8v/zMAnX4a5kx/5GP98eMHhoeH8eLFC5iYmMDJyYkGdBrQaUCnAZ0GdBrQ
f3ugc3Fxobi4GN++fcPU1NSfuZPcv13fv39Hd3c33rx5g5s3b8LR0RGOjo40oNOATgM6Deg0
oNOA/vsAvbS0FBMTExgcHKRB/f8A89bWVrx79w5VVVW4e/cu7ty5QwM6Deg0oNOATgM6Dei/
L9C/fv2Knp4eDA4OYmhoiAbpf0Jfv35FS0sLamtr0d7eTgM6Deg0oNOATgM6Dej/XqD39/dj
YGAAzc3NyM3NRVNTEw3Yf6HR0VEMDAxgaGiIqtbWVtTV1aGpqYkGdBrQaUCnAZ0GdBrQ/xhA
Hxoawrdv36ClpYVNmzb9Jn/0n1FTU1MYHh5GT08Pent7f9K7d+/Q2NiId+/e0YBOAzoN6DSg
04BOA/ofB+iTk5MwNDTEhg0b4OXlhW/fvmF0dBTV1dX4+PHjfx3MOzo60N7ejp6eHgwMDFA3
b4qam5tpQKcBnQZ0GtBpQKcB/Y8J9GvXrkFcXByBgYEghCA6OhoAEBsb+18D8qysLPj6+qKw
sBDt7e3UkMR/A9AtLCxw/fp1yMrKYuPGjTAyMoKHhweUlJSgoKCAixcv4uzZszh06BBevHiB
+vp6tLW1UYGuqKiIvXv34uDBg9iwYQOUlZXh5uYGExMTGBgYQENDA0pKSoiJiUFtbS1aWlpA
CEFmZiYOHjwIGRkZPHr0CC9evMDNmzcRFBSEyspKPHnyBI2NjRgZGUFycjKMjY1RVFSE169f
Iz09HWNjY/jy5QtiYmKgp6dHBbqioiIuXboEKSkpLFiw4O8C3d/fH2FhYZCTk8P9+/dhbGyM
U6dOoays7K+AHhYWhi9fvmBwcJCaVPrkyRPIyMjg6NGjcHBwQExMDHx9falAV1VVhZycHG7c
uIHS0lIUFxejqKgIRUVFqKioQHx8PB4+fEgFuqqqKmxsbFBZWQkVFRXIyMggIiIC586dg6Wl
5a8CnY+PD9euXYO7uzs8PDz+JtAlJSVx5swZhIaG4vDhw5CVlYWvry/Onj0LADAwMEBTUxOs
rKxQXFyMN2/eYNu2bcjKyqKuk+bmZrx69QqvX7/G48eP0draSgX6nTt3sHv3bjg6OuLYsWNw
c3PD4cOHISYm9neBfuLECcjLyyM+Ph5nzpxBW1sb2traUFtbi/j4eBrQaUCnAf1/A/SgoCAQ
QhAbGwsAyMnJwcOHD6mg/0/Vx48fsXnzZhgYGODdu3fo6ur6twHd2dkZBgYG0NfXh76+PszN
zX9zoFtZWbFdunTJeN++fTmrV6/OkZOTyzl//nzO5s2bc8TExHIOHjyYIysrm7N169YcOzu7
uJcvX9J/+fIFhBAudXX1Rfv37386f/78HBERkRxRUVHD8+fPz/bx8YGqqiqfvLx8mqysbM6B
AwdyHj58aNzS0sJWU1ODDx8+cERGRrps3rw5Z8+ePTnGxsZPYmNj5+no6LjY2NjkxMbG5jg7
O+dkZWW9+vDhw7L4+Hhcv359R2hoaEZgYGCOp6dnztOnT48VFBQgMjIShoaG0NDQWEBHR7d+
27Zt2UeOHMnZtm3bPRERkQUVFRXclZWVGB0dxdDQEEJDQ+Hg4AB3d3d4eXnNtbe3f7B///4c
CwuLnLNnz+YcPXo0JzIyMtLa2lrIxMQEJiYmuHjxIh4+fIjx8XF0d3eju7sbk5OTzIGBgcZ7
9uzJ2bNnT46BgcEzZ2dnVmtra0hJSeHQoUO80tLSsfv378/R1dXNefr06aUnT57gyZMniIuL
Q0JCAiIiIvDo0SMq0E+dOgU7O7u5T58+Dd6zZ0+OuLh4jqura/qFCxcErK2tkZ6ejqSkJKxY
sQIAwMTEBDY2No5Tp06F3759O/zRo0ccd+/ehZOTEzw8PKhAd3V1hYqKCufx48cV7e3tc9at
W5ezdevWHBsbm5wTJ05cAjBPWVkZERERHtra2jnh4eE54eHhOYsWLTqdn59P19raiqSkJOaY
mJgbAQEBOf7+/jnu7u4a3d3dTMPDw5iammIKDAxcsGnTpv0XL17MWblyZY6+vn7Ovn37JHbv
3s0sKioKX19fdHd3Izk5Gbq6ujA0NISlpSWOHj3Kv2/fPt379++/kJOTU09OTs5JSUmJfP36
9bLnz58z0oBOAzoN6P8HoMfFxQEAKisroa+vD0NDQzQ3NyM7OxtlZWV/+nK33t5ehISEICYm
Bq2trfj48SN27dqFGzduoL6+/t8K9Hv37sHAwAAPHz7E/fv3oa+vDysrK1haWv5mcnV1nX3k
yJEKAISVlZVs2LCB7Nmzh2zZsoVs3bqVrFy5kjAyMhIAZP369VO+vr4MjY2NeP78+cG1a9f+
AED27t1L1q1bRwCQw4cP98XExKw9dOgQ66xZswgdHR3h5OQkjx8/buru7p5dVFSEpqamWdbW
1hUsLCyEjo6ObNiwgQQEBGxTVlaeAEAAEHZ2duLv758+OTnJePfuXZibmxvNnDmTACBr164l
hoaGN+zs7PD48WPo6+trbdmyhQAg/Pz8ZNOmTYSRkZHMmDGD3Lp1q66np2fxp0+fMDIygsLC
QqSmpiIjIwPV1dWbpaSkCOU7GRgYCAAyf/58kpCQYBIfH4+4uDhERETg5cuXaGlpQUNDAxoa
GjA5OSl++fJl6u/u3buXnD59mvnatWu4d+8enJycgubOnUsAkJkzZ5L79+8/8/DwwL179+Dh
4YG7d+/iwYMHiIiIQEhICBISEnDt2rWFYmJizQDIvHnzCC8vLwFAVq9eXevp6Tn75cuXePLk
CfT19XHy5Eno6enhyJEjMnR0dERAQIB4enrKhIWF4eHDh/D19UVISAji4uLg7+8/W0JCoppy
rMLCwkRISIgAIPT09ATA20OHDuH+/fsDlGOmo6Mjhw8fJoSQZVFRUTh16tSK3bt3U//eW7du
pRBCOAkhGB8fFz916tQPAGT27Nlk165dZN68eYSLi4uIiormbty4kd3X1xdtbW3IycmBt7c3
/P39ER0djdu3bzcAoN5jTExMBADR0tIitbW1IqmpqfijKDo6Gt3d3TSg04D+5wN6aWkpLC0t
4ebmhmfPnuHgwYO4du0aNcv7zwbyL1++oKCgANLS0gAARkZGPHnyBIQQ7N+/H9bW1v9WoOfm
5sLLywsGBgYoKSnBt2/fYGlpiV27dkFOTg7y8vK/iRQVFSEhIaHIyclJABAzMzOH6OhoGS8v
LxlXV1eZ9PT0qNWrVxMAJDg4eDI7O5tOSUmJaenSpdkAyMGDB6vj4uJkMjIy9Hbt2jUJgJw+
fTqUEMLh5OREABABAYGylJQUrsHBQWoFwe3bty/y8fERAMTR0dH6+fPniI2NXXL16tV+AISX
l5fk5+ffysvLo7jtmVhYWAgTExPR1dVVJYQsbGhoYPT19T23YMECAuCHjo5OR3Fxsdzly5dl
pKWlb6xZs4YAIP7+/mHv379Ha2srent7MTQ0hP7+fkxMTOD58+d7AEzp6Oi82rp1awsAcv36
9b7JyUmOgYEB9PX1YWBgAJ2dnaitrUV9fT3q6+sxODjI8+jRozBmZmYCgMTExAQMDQ3Nb21t
RVBQEMLDw9cuXLhwYBr2HdXV1atKSkrw5s0blJeXIzs7G48fP0ZgYCCCgoKQlJS0RE1NrR8A
OXTo0OSVK1fO6unpXd62bdskAGJgYND2+vVr7vj4eNTU1KCjowOTk5O4fft2OQWyFy5cKH/z
5g3i4+MRHh6O4OBgJCQk0Ovr67cBICIiImTp0qW3FBQUZI4dOyYjKSnZMf279VpaWvjx48fW
ixcvOggKChIAxMHBgYyOjnJNTk6CELJLQUGBMDExkfPnz8daWloymJiYwN7ennfTpk2vpx+m
qtauXSuTmpoqs2XLFhkA5dMPJCXh4eEclE23oaEBNTU1qKurQ29vr4qamhoB8P3o0aMTlIeZ
sLAwv9zcXI4/inWemJiIkpISTExM0IBOA/qfF+guLi5ITU2Fmpoa7ty5g6qqKiQkJKCuro6a
HPRnKEG7ceMGTExMsGPHDoiKimLp0qVITk7+QwHd09MTBgYGePnyJT5//ozOzk7Y2dnh/Pnz
sLCwgLm5+b9cpqamcHV1vbB8+XICgMyYMWPvhQsX4OjoiKCgIPT29pquXbuWACDZ2dkPQ0JC
wMDAwDlz5kzCzMxMkpKSMsrKyqCnpwdRUVFrAGTJkiWTDQ0NhyIiIkKngfGUhYUFvr6+KCgo
QE5Ojv2iRYsmKVZxenr6YUIIXr9+jcLCwvWHDh0aBUAkJSUnU1NTFc6ePcuxZs2aAgAD/Pz8
BzU1NfHs2TO4urqul5WVJQDI4sWLfTo6OlgJIbh06RIkJCTg5uZmCOAzAGJlZaXu4eEBCwsL
eHp6orCwEEVFRXj48OENVlZWYmlpqSkmJpZAR0dH4uPjS1tbW3+Kd6ekpMDDwwM+Pj5UhYeH
6y5cuJAAIM7OzqcJIbIZGRm4ePEi1NTU/FlYWCYBEFtb2/K4uDg8fvwYQUFBePjwIY4fP44j
R45ARkYGMjIyUFFRERcUFCRMTEzE19fX//r163BxcYGLi8sTDg4OwszMTCoqKqQnJycxMDCA
qakptLa2nuDh4SE8PDyEnp6eLFiwgCQlJSm8efMGz549Q1paGnx9fdXp6OgIDw/PxKNHjyzW
rl2LzZs34+rVqygpKVmjpqZGZs6c+V1ISAg+Pj6wtbWFuLi4LQDCxcU1tXv37v0WFhZwc3Mr
oKenJ+7u7gk+Pj4wNDSEoaEhxMTEHgAgO3fuJMbGxqLHjh2Dq6srVFVVcf78+XkrV64kAIi5
ufnrnp6eBdXV1aisrERFRQWqqqrQ19cHTU1Nsnz58upLly7pTj8kkuHhYc3i4mKUlpb+W1VW
VoaCggLk5+f/1b5CAzoN6H9qoNvb21NPfEpKCjIyMvD69Wu0tLTg27dvf0iYt7W1ITo6GkZG
RrC0tIS0tDRERET+0EBPT0+nNv4ZGhqCp6cnVFVVoaurCz09vX+5TExMLsybN49wcHCQLVu2
KK5evRp+fn6YtlBNRUVFJwCQhIQET29vbwDgAPCeiYmJNDc3p3/8+BFPnz6FrKysKQDCxsZG
RERElq1fv37ONLST6OnpsXjxYixbtkx5zpw5FNftNwDk2bNnpwghyMjIwJMnT3D+/PnlLCws
PQCIuLj4xMaNG2v4+fmJtbX1oxs3biAkJAS1tbWws7PbzczMTHh4eCbj4uKuf/r0CYQQODg4
4NSpU/D09MS+fftGpkMB3bt27cLhw4fx4sULVFVVYWxsTHzz5s29q1atmpKXl9cAkEpHR0eS
k5PlPn36RN0ABwYGUFRUBDs7O7i6usLV1RUuLi7w8/OzWLJkCSVEcODJkyc4fvw4Dhw4kMLI
yEhYWVkJAHLlypUaNzc32Nra4s6dO7C0tMTy5cshKCiIhQsXYuHChVi2bJkYExMTmTt3LvHz
87v/9OlTZGZm4unTp2Hz5s0jAMiLFy8ke3t74evrC3d3d1y9erWKjo6OXL161WvFihUfARAZ
GZnSs2fP4uTJk1BTU4OkpGTTtCu8R1ZWFsuXL8eaNWuQkpICQggiIyOld+7cqbh37148e/YM
b968QXp6OnR0dD5OW93fmZmZQwFMiYmJpSUlJcHb2xshISFoa2sT37lzZy8Aoqmp6Z+Tk8N0
69YtnD17Fl5eXiCEwMPD4zYAsmHDBtLS0qKXl5eH/Px8lJaWoq2tDXl5ec4AiJ6e3qvNmzcr
AyB79uypGh4eXl5bW4s/gmpqajA6OkoDOg3o/7lAz8zMRHFxMV6+fIno6GhkZmaivr4efX19
f6gytMePH+PJkye4ceMGKAlLfwagDw0NoaOjA21tbWhpaYGBgQF27tyJw4cPQ0JC4l+qY8eO
XZgxYwbh5OQkW7ZsUZwxYwb8/PxACMH79+/5161b1waAPHnyhNy/fx8AmOno6L6wsbERNzc3
zvj4eBBCZtja2o4DIFu2bOl5/fq1gJmZ2U4A5NSpUwWhoaHYuHGjAgCyfPly0tTUVCEuLj4x
7QqWWrVqFQQFBfH06VM8evQIRkZGy4WFhRsp7mQ1NbWowsJCvrKyMjQ2NqK9vR2BgYFl0y7d
7ubm5h3Nzc3o7+/H27dvUVZWhq6uLvrQ0NBCAGTBggUl0tLSUFRUhK2tLW7evAljY2NpFhYW
oqamlnnmzBl2AO8YGRkJHx/fknnz5mHu3LmYPXs2Fi9eDB8fHwQGBsLX15eqsLAwC2FhYQKA
bN26db6Ojg6EhYWfTYcRurW0tHoBkLCwsJqWlhYUFRWhqqoK2dnZWLlyJebOnYtFixZh0aJF
WLp0qRgTExPh4+MjGRkZjk5OTtDS0oKGhoY/AwMDERAQINLS0vNUVFRQVFQEGxsbNgCDc+fO
LUhJSYGDg0MaAMLMzFyxbds2waVLl4KVlRVsbGwF02GQfhsbG3ZbW1tcunQJb968ASEE9+/f
x8qVK7F06dJfWqF0hBBJbW3tbkqcXV5efqyhoWH5wMAAysrKoK6uDgUFhbMUD8W8efOOL168
GPz8/LC0tIS9vT1sbW3h6Oh4bN68eWTu3LnE3t5ew8TEBDdv3sSdO3fg7u6OI0eO1E6HOTYu
WLBg23RMPx5/oH9nzpz51f2FBnQa0P+jgP7mzRvk5OQgLi4OWVlZuHz5MlRVVdHa2vqHgLm/
vz+CgoLw/PlzWFtb/+mA3tnZibq6OgwODqK9vR0+Pj7w8/PDo0eP/qWKi4u7ICoqSnG5KwKA
vb09Pn78iK6urkuU1yorK82joqIAgJOZmfkDAMLJyXk/MTHR4/r169FsbGyEkZGRiIqK3hkZ
GUFSUlImALJ9+/Z4MzMzCUZGRrJmzRpSXFx8hhAitHfv3kYAhJub+xgASEpKUjv0EUIYL1++
TI0PHzp0yN3X1xelpaVoaWlBfn4+XFxcuqeBPtXf32/Y3t6OxsZGDA0NgRKvj4+PPwCAbNy4
sZ4QwjoxMYHo6Gjk5+fDwMDgGQDy9u3bFzo6OgDQzsrKShgZGRf9ckNnZWVFVFQUXr16RY2p
pqamIj8/32zZsmUEAMnJyfE/c+ZMEgBiZGTUkJWVxS8uLp4PgDx9+rSmv78fNTU1aG5uxps3
b7B27VoICAhgyZIlWLJkCURERMQoSX83btyo3rVr1ww6OjoBFhaWRgDExMSEVFZWLisqKgIh
hP/OnTuldHR0nxITE7e3tbUhLS1tnYiICGFhYSEnTpwwPX78OBgYGKhANzIy6n/y5Ak7pVzP
0NAQBQUFyMjIwJkzZ+Dk5ARvb29EREQgJiYGERERcHJy8qScf2Vl5e7e3t5d0yE2BhsbGxw6
dEiRn5+fkvh4gXK+fH19kZeXh6CgIBQVFWls2rSJACCbNm3S4OXlhYODA0ZGRjA8PLyNl5e3
d/Xq1SQlJWXewoULxRgYGIiwsPBzR0fH3zQZ9B+RhYUFTE1N8fLlSxrQaUD/7wD6q1evEB8f
j5ycHNy5cwcSEhIoKChATEwMoqKiMJ1Q82+DeWRkJBITE/+0QK+vr8fAwABycnLg5OSEpKQk
REZGIjo6+l+m9PT0C6tWrSLT1rMiIyMjHjx4AEIIxsbG1q1cubIbACkvL7eYBjoXMzPzKBMT
E1m1ahVZsWIFmT17Npk1axbh5+cvXLVq1aw3b95wPXz4kAAgHBwcPdMuW5Kammr8+vVrNDU1
ya1bt24IAFm0aNGx2bNno6CgAIQQtLa2cllbW5cwMzOTK1euDHJxcRF2dnZy48aN0OlEKiZC
CJ4/f34WAFm6dGl3cXHxiuLiYmRmZiIgIABZWVkoKyuj9/b2fg2ACAkJvX358iVjT08P3r17
h7q6uu0CAgJk2bJlzePj48LTAGymp6cnvr6+upWVlXj9+jWys7ORm5uLtrY2auOh9vZ2dHR0
YGxszIiSXb906VIiJCRELCws8j59+rTU19cXW7ZsaQFATE1Na0JCQuDp6QlfX1+4uLhgzZo1
WLRoEYSFhSEsLIyVK1eKzZs3j1Ay1oWEhAgnJyeZNWsWWb169Uh6erolIYTp5cuXuH37Nv+K
FSsIgMno6OjXLi4uL6Wlpa23b99Opj0k/aamphxr167F7NmzC5mZmQk/P38/BwcHGw8PD9at
WwdOTk5oamri7t27CAoKQktLC4yMjHD69GnY2dlBQUFBc8aMGeM7duwgCxYs6Jz2tJCKigr+
yspKupcvXyIpKens1q1bybQHRH7Tpk0QEhKChoYGbty4ATc3Nzg4OEguXLiQsLKyklWrVl0S
FBSEv78/CCEsISEhkQCIjY1NZn5+PpOQkJD89MPbO0KI4B89N4cGdBrQ/6OBbmdnBzk5OVRW
ViI4OBjS0tLw8PBAe3v777bI2tvbERAQQIV5RETEnx7ow8PDePXqFc6cOYPY2FhqKdW/Sq9f
v75AsaL4+PgkAcDW1haDg4Noa2vDqlWrCgCQ58+ff7l37x7lVhsVEBAgT548qWRiYrrBzc19
w9jY+MaRI0dmvHjxAoSQJW5ublEUC2/Dhg0kOTnZKDs7G25ubrh37575okWLKLH0Y4qKipRr
ONPX17cCAFm1atWbyMjIpTo6OjHTx0aSkpISCSEchBAUFhZKTsevf8TExDgkJCTA0tIS69ev
x9GjRxEUFIRdu3aNAiAaGhp1Fy5cwO3btzExMQF3d/es6WQ5eT8/PwAAAwNDIwDy5s2bm4QQ
VFdXo76+HtXV1aiurqZeT4q+fv2qsXnzZmopl6amphohBD9+/EB8fPysAwcO1E67u2usrKxw
9epVGBsbQ19fH8uXL4eQkBAWLVqEhQsXQkRERIyVlZXMmzeP3L17t3ju3LkeANzV1dVvJCUl
rcjNzcW3b99QWVkJX19fs2mLlwgICBA2NjYyf/58Mn/+fOqx3LlzxyI5ORk2NjaUcrW+nTt3
Yu7cueDl5cXixYuhqakJQ0NDREREoLCwEJaWljAxMYGfn586JycnWbVqFSkrK5MIDw834+Li
orjWXaSkpKCvr4+8vLxVO3bsaJ/2ACSOj48z2tjYYM2aNbh8+TJ+/PiBW7duxQEga9as6YmP
j18XEhKC5uZmTExMiIiLixNhYeGvU1NTB/bu3Qs6OjoVAGTbtm3k69evlylrp76+nlou+Hup
sbERNTU1VE8PDeg0oP/XAr2iogLR0dHQ0tLCzZs3oa2tjYaGBvT19f2f4T42NobBwUGMjo6i
p6cHfX19VI2MjODFixfw8/Ojwvw/AehDQ0N48+YNpKSkYGdnhydPnvxLgR4XFycvIiJCAJC7
d+/qZ2dnIyYmBmlpacjNzVVasmTJJwDk9evXIQMDA3j27NkcJiamD0xMTKStrS3g8uXLAAAV
FRUoKCjg7du3GB8fn+/l5ZULgCxcuLAqKSlpXVpaGgICAigbkBoloWzp0qU7MzMzKd3nLrCw
sJBDhw5FWllZsbu7u8PPz49BRkamkFLTvWPHjmU+Pj5oamrCzp07n03H2PvCw8MPy8jIYNOm
TTh48CDCwsJcAEwCIPHx8cf7+/thbGyMrq6u86tWrRpbsmRJ7IULF+Dk5AQdHR0mMTGxTgBE
V1d3jampKdLS0hAbG4uoqCgkJiaioKCA2ro1NzcXdXV1SmJiYgQAsbOz02tvb8fHjx/pP3/+
zPXgwQOIiYnVAyAqKirl169fh66uLi5duoTz589j3bp1EBUVxerVq7FmzRqsWbNmHgsLC+Hn
5yc5OTnmysrKYGFhgZSUFJ4/f47Q0FC4u7tDWVmZftmyZWTx4sURjo6Oq3fv3r15/vz5m9XU
1LZcu3ZNfNu2bf3TWefDfX193CUlJbtnzJhBGBgYvrq7u3spKyuDj48PixcvhqWlpdD58+fv
WlhYlBYXFy+fTtg7u2bNGrJixYrPUVFRV6dLVAVCQ0PzuLi4CDc3Nzlx4oTDnj174OLighs3
btjPmDGDLFu2jMjLy28VExODpqYmVqxYAS0trXVr1qwhDAwMRFVV9Z65uTmuXr2KhIQEBAcH
P2FnZycRERFHw8PDIS4uDg4Ojt0AyJEjR8jQ0NDxly9forS0FPX19f+WRLiamhp8/fqVBnQa
0GlAj46OhqamJu7duwd5eXn09fVBX18fMjIyaG9vx/Dw8P/q73V0dIS1tTUmJib+auH09fXh
5cuXCAgI+AlY/wlALywsxJEjR3D58mUMDw+jv7//r4bH/LMaHBzExMQEj7W19bNf1DJPDQ8P
n6+vr0dra6vgrVu3Siiv3bx5M4YQIhcYGNhA+ZmDg0NhZ2cnbt68CVNTU9y4cQNZWVnIysri
2bVrF5l2dxNPT8/Hr1694vL398fDhw9nnT9//jnlM1RUVNxaW1uXWFtbGwOYAEDevXt3dXJy
Eu/evUNJSQkCAwMzKO8H0KilpWVUWlrKXlJSskdaWvoHpfGNpqbmpUOHDumvX78+YMWKFWS6
JK3s5cuXLIQQWFpa6kpISFBK3SrY2Niu7d69O0hWVvYVJR6+YMGCAXl5ef3GxkbBzMxMZGdn
IzU1FREREQgPD0dERASSk5P5jY2NsynHFBER4UAIYfj27RvevXtHr6enJ8XFxTU83cil38TE
5NC1a9dw5coVXL16FQYGBrhy5QoMDAxgbm4OdXV1Y8pnWVlZFX358mVJfHw8rly5guTkZEhK
SkJeXl5QUFDwFQCye/fuvNraWjx+/Bjbt2/H+vXrYW1tjTNnzgxQPuf8+fO3Xr58iYcPH76h
o6Mjs2bNIuvWrQtYsGCB/ty5c/UPHDjwgY6OjmzatIlUVVVJGBsbH6U0lnF1dY198+YNysrK
MDIygvr6+qWUbHsWFhayfft2pwcPHiAgIIBBU1MzZroxzAgvL6++qampPjs7uz6AgekwTuKV
K1eYtbS0YGtry25sbKzPxcU1uXjxYiIlJWXFw8Ojr6Kior9x40Z/AERUVJRcunQp4sSJE3jy
5Ak+f/5M7dD3e6m9vR3j4+M0lzsN6DSg/xLorq6uUFNTw8jICC5dugQ1NTUkJiYiNTX1Hyp1
Gx8fx/v372FgYICAgAD4+vrCxsYGX79+RUdHx08aGBgAxQr8TwS6tLQ0Ll68iP7+fup89snJ
SQwNDWFgYOCf1tjYGMbHx9eqqqqSWbNmEV5eXsLNzU2ePn2aW1BQgLKysu3q6upkxowZBEAP
IyPjQElJSb+kpCTh5OQknJycRExMrKm/v19ycHAQdXV1GBgYwPfv31FVVXWJmZm5E0APgN69
e/dOubi4LL9z5w4iIyNXq6qqkukksJ4NGzYMxsTENHFzc5MZM2aQWbNmkZs3bzYEBQVhaGiI
KzMzk3/NmjURvLy8ZMGCBWTmzJlETk6OWFlZLQsICEBJSYnU3r17ewCQWbNmEUpyGIDOwMDA
yNraWjYjIyO4uLgYULwCHBwcBMAHCvymXcrfubm5qd3Uzpw5I3ny5EnIysri9OnT8PLywvQD
CeLj4zceO3aMcHBwEF5eXnL79u1P3759mzcwMMAqKyuL+fPnB8ycOZPMmjWLLFy4kJiYmHhT
WskaGhpCVlYWUlJSkJGRwfHjx7F3717Cx8dHZs6cSebMmUO2bdt2ZM+ePdi4cSMuXrwIDQ0N
6OjobBcXFyd8fHxkzpw5n4qKimIIIfQFBQU4cOAA9u3bx7Bp06am6XyG76ysrJZKSkpITU1l
srW1TRUUFPzOxcVFBAUFyezZs8k0PHvt7e23RUVFiezcuZOws7OTWbNmEW1t7a+Dg4M73r59
i/fv3yMzM9N/9uzZhI+Pj3BycpIlS5aQ0NBQw4CAABgbG0NDQyOUk5Pzx+zZs4mIiAiZN28e
4ebmJlu2bIlavnw5VFRUcO7cOXoFBYVXlAcDPj4+snTpUsLHx0cWLVpEhISECBsbGzVssGnT
ptBHjx7h+/fv/xagf/jwgQZ0GtBpQP81oA8PD8PAwABqamrIyMjAy5cv8eXLFzQ1NSE9Pf2v
6jy/fPlCHf7Q19eHZcuWwcLCAtHR0bh169Z/JdBPnjyJY8eOwcHBAZWVlXj16hWys7Op544S
evjL4/5bGhsbQ1lZGUNwcPDhsrKy0Li4uNCsrKzH+fn5vM+fP0d4eDhdeXn5+ZiYmCAAzADY
AwMDeaqrq40sLS1DjY2Ng1VUVBY2NDTwlJeXo7W1FT09PRgcHER1dfVsQUFBlunfY965cyez
np4enZWVFTw8POjS09MVc3JyQgGwAuAoKCiQzM/PD01NTQ198eJF6Llz5xb6+PhgdHR0cXd3
9x5vb28kJib6JyQkhEZHR4cWFBTIdHR0oLKyEm/evIGysjKzjo6OlZmZWcjFixdDNm3aZLR5
8+bZ79+/l+zv78ft27ehp6enxsLC8mW6lMzayMiI+cSJEyxJSUkPi4uL/e/cubP9xIkTBZTS
utOnT0scP34c8vLykJGRgbGxMdzd3XHv3j24u7vTeXh4HHdxcQmNi4sLjY6OXj8wMMDQ3t5O
z83NDQCMt27dcn3z5k1oQUGBa2dnJ0tXVxe6u7vR0dGBiooKauOS8vJyVFZWOqanp4eampqG
zp07VxsAPWVNy8nJQVdXF8ePH6dLSEg4m52drcnGxsaclZU1j7JODh8+jEWLFkFBQWFtRUVF
aFpa2q61a9cyHDx4EIGBgXjw4AFu3Lixw9fXN1RaWjr0ypUroTY2NjZ79+5ltre3h5OTE1d0
dPTtwsLC0PT09NDMzEyryspK7urqarS2tqKlpWVTdXV1aFZWVmhiYmLoixcvHoaHhy+Ybr0L
LS0tHDhwQNTCwiJ02bJlIefOnQteu3btmg0bNkBAQAAODg6IjIxkPHPmDMUL8tHX1zc0Kysr
VFdXN1ReXj42IiLihaGh4b0ZM2Z8BEDWrVvXFx8fv/Dz589zf2+gU0BMAzoN6DSg/wNAz8jI
ACEEAQEB2L59OywsLKgLIDQ0FJ6enigvL8fk5CQGBwexc+dO3LlzB+Hh4f/VQFdWVqYmM+np
6eH27dsIDAykDtH5teP+H4CO2NhYNDY2Ijk5GcXFxSgsLKRm09fV1VE3EWZmZkRERODdu3e4
desWrKysoK6ujoaGBlRUVKChoQEdHR0YGhpCVVUV5s2bR70v9+7di+vXr+PmzZtwc3NDZmYm
UlNTceDAAcTHx6Ovrw+1tbXUzPIrV64gMjISY2Nj6O7uxtTU1Nzm5mY8efIEubm5GB4exvv3
71k+fPiAkpIS7Nu3D6amppicnERvby/Wr1+Pu3fvMhNC9rW1taG8vBz19fWwt7dPZ2Fh+XDu
3Dmx6TXEVF5ejqamJgwNDc08ffp0LQMDA9HT04stLS2dlZCQgLi4OCQlJaGsrAzh4eG4e/cu
7Ozs8PDhQ3h5eSE5ORnPnj1DX18furq6sGTJEgCAs7MzampqUF1djeHhYYyMjFDKtdDZ2UnN
lu/q6kJnZyfy8/NhbW2NRYv+/6o5JiYmqKio4MKFCzh27BhSUlJQUlICTk5OvHr1CuPj42hu
bsaLFy8QFxeHxMRE1NXVITs7G9zc3Ni2bRtCQ0NhZ2eHmzdvIiwsDCdOnICpqSkcHBywdetW
3Lp1C66urkhNTcXbt29RUFCAoqIilJeXo7q6Gs3NzWhvb0dbWxuKioqoDaUow2UuXboEFRUV
7Nu3Dw4ODvD398fbt2/x9OlTHDp0CGvXrkVdXR0mJiboioqKrk5XRRRaWFigsbERV65cga6u
LpqbmxEbG3thzpw5hJGRkVRVVR0lhMxvb2+f83uBvKenB+3t7ejt7f0fPYg0oNOATgP6XwA9
OjoaqqqqOHv2LLXV5oULF2BqaoqmpiZMTEzQgP4LoCspKUFXVxe3bt2Cubk5AgMD4eHhAQB4
/vz5P2WpU2ZcR0VFobq6Gs+ePUNeXh4KCgqQlJRE/Xl8fDwV6JGRkaitrcWNGzdgZmYGNTW1
fxro9+7dQ1xcHOrr6ynhA7aBgYH5HR0dyM/PR0pKCq5cuYKIiAiMjY2hq6sLIyMj7I2NjfTh
4eEoLCzE+Pg4c19fH8Pw8DCKi4uxe/du2NvbgxBCPzU1Rb93716YmJhgamoKHR0dlHjoksLC
wuWcnJy8K1euZJz2ADHl5+ejqqoKVVVVnLq6urf37dv3zNzcnBovz8vLo7pfp6amUFFRgcDA
QNy9exfu7u549uwZ4uPj0d/f/xPQHRwcUFZWhtLSUuo9RekPT9nYmpqa0NLSQh2AZG5ujoUL
F/4q0GVlZfH8+XPk5eWBk5MT2dnZeP/+Pbq6uvD582d8/fqVfWxsbN3AwABKSkpw6tQpmJqa
IiQkBHZ2drCyskJgYCDk5eVhZGQEOzs7KtDd3Nzw/PlzlJaW4tWrV1QwVFdXo6WlBW1tbWho
aEBubi6Sk5ORkZHxE9BVVVWxdu1a5OXlYWpqintyclLw+/fvaGlpQW1tLaqqqlBfX0+Bkpqo
qOhmGRkZNDQ04NKlS9DU1ERLSwtSUlJcly5dmiwoKKhUXV2NL1++gOLZ+D3U0dGB3t7ef6il
NQ3oNKDTgP4rQFdWVoa+vj4qKipQUVEBMzMz2NraorGxkQb0/wHojx49QlhYGACAhYUFz549
AyEEg4ODf2igx8TEoLOzEyMjI+ju7kZvby96enpQWFj4q0AfHh5GfX09FbCjo6Po7+8HBeh7
9uyBra0tCCH48OEDdu7cCVNTU0xNTaGzsxN9fX2UYSzg4ODAtm3b0NnZiaGhIeTl5YHSlEZV
VRXbt2+HkZER6uvrMTIy8jfX3osXL2BpaYno6Gg8e/bs3wL0sbExdHZ2UtYAR2dn55aOjg70
9PRgamoKHz58QHBwMGxtbX9zoK9evRoVFRVUr0pPTw9GR0cxOjqKt2/forGxEQkJCcjKysKW
LVsgLy+Puro6KtCbm5uRmpqKVatWYf78+SguLv5dgd7e3k49b7Q6dBrQaUCnAf3fAvSQkBAw
MTGBhYUFDAwMSExMpFrqf1Sgx8bGoq2tjQry3t5edHd3o6Cg4HcBuri4OJqbm/Hx40d8/vwZ
hBB8//4dDx8+hKOjI4aGhv6h9ff8+XMkJibi8ePH6OnpQXd3N9Vl/m8A+k+iuI9/L6CvWbMG
JSUl1JLSX17X6upqTI/dRUpKCjZu3Ijjx4//FdBTUlIgKioKISGh3xXolPP1zwybogGdBnQa
0GlA/02AzsjIiLlz54KBgQGsrKyY7q+OwcHBvwn2/0agJycnAwDWrVv3d5uG/LMdw6qrq0EZ
6DJ79mwAgJOTEw3of2Cgd3Z2YnBwEOPj4+jr6/unJ0fSgE4DOg3oNKD/ZkCfPXs2+Pn5wcbG
Bnp6eiQkJPxdS/2/Dejfvn1DWFgY6OjoqNf+F2IihLARQhgJIQyEEPrpISV/Kfrp1xn+1iYf
FxcHPj4+2Nra0oD+BwV6V1cXtRNiXl7e/+rhjgZ0GtBpQKcB/TcF+uzZs6mWOhsbGxISEvDj
xw/09vb+1wN9dHQUT58+pSYP/oX4CSHLCCEzp1vLskxDnuEvxEwI4ZzW31yX58+fh7q6OsrL
y2lA/4MBvaurCwMDA/j69Ss8PT0hLS2Njo4OGtBpQKcBnQb0Px7QKVBnZWUFIyMjMjMzqdf9
twB6fX09qqqq0NTUhPb29j8c0Nvb26m1xX+nFGkGIYSPEMI6baVTLPJfvodioTNOw/5vrst3
797h0aNHSEtL+0MDXVxcHCYmJnB1df2ngJ6ZmYmQkBC4u7tDX18fampqf2ig9/T0YGBgAIOD
g9TSwZCQEFy6dAnKysro7OykAZ0GdBrQaUD/YwKdAnUAePz4MQghf/X3jI+Po6KiAhEREVSg
5+bmorCwEPn5+Xjx4gVqa2upQAeA8PBwNDY2wtbWFmZmZlBSUkJvby9qa2tRVlaGnp4efP78
GbW1tZhusAIA2LJlCwwMDHDz5k24uLjg6dOn/xKgj4yMoLS0FFu3boWNjc1fAf3bt2/o7e3F
2NjYXzUv+guxT1vmjL8CcvwNsP/dtdnS0oI3b96gpKQE/f39GBwcpFYfNDU1/RXQc3JyYGlp
ifnz5/80j1tSUhIXLlyAgoICEhIS8Pr1a7CwsFA3678H9La2Njx8+BCWlpYwMzNDUFAQ5OXl
cf36dVAGqQQFBcHFxQUJCQkoLi5GdnY28vPzUVpaisbGRvT19aGtrQ2NjY14/fo1UlJSkJSU
hLi4OKSlpeHs2bOQl5fHqlWr/groPT09GBkZQWtrK5qampCYmPi7An265BFfv35FY2Mj3r59
i3fv3iEzMxMmJia4fv06VFRUaECnAZ0GdBrQ/9hApyRnRUZG/irQKdZtbGwsWltbkZSUhLy8
PJSUlEBfXx83b95EXV0dnjx5AlZWVsyaNQsxMTGoqKiAubk5dYEFBgZCX18fubm5GBoaQnNz
M0pLS7FixQrw8PBgxowZUFJSgq+vL65duwZPT088f/4co6OjGBoaom6+79+/R2VlJZKTk38V
6A0NDQgKCkJWVhaGh4fx+fNnfP78Genp6Th9+jQV6J8+fYKwsDC0tbUxNTX1j5YhMU+72en+
wbX3d9/X1taGzs5O9PT0oLm5GZ2dnejq6qKKstlTGsu0t7cjIyMDpqamWLBgAXbt2gUGBgao
qqri1atX0NPTg7i4OIqLi9Hb2wtOTk6kpKRgfHwcPT09GB8f/6lZTUdHBzo7O9HZ2YmWlhb4
+fnB3t4eYWFhkJWVxfnz52FqaoorV67gx48fSE1NxdOnT1FRUQFK//q2tjZERUUhICAA79+/
R11dHUpLS5GYmIj09HR0dXVhcnISRUVFMDY2hrCwMAoKCqi18SMjI/j27Rtqamrw6tUr9Pf3
IyMjA0lJSb8L0Lu6ujA1NYW8vDwcPnwYISEhyM3NxYsXLxAWFgZ7e3uYmJjQgE4DOg3oNKD/
+YHe09ND7Q724sULhIeHo7m5GSEhIdT76dGjRwgPD4e6ujqePXuGyspKODs7Q0JCAlZWVnB2
dsbJkychKSmJmpoaNDQ0YNu2bfD09KTCITk5GR0dHYiKisKDBw9QXl4OSUlJvHr16qfpe7W1
tXjy5Any8vJw9epVREVFYXx8nAqH6upqJCQk4O3bt/j48SPKysqQmpqKFy9eICgoCN7e3ujt
7cX79++hr69PLd/7B/U/utH/J6D39vbi7du3ePv27U/3JQXYv1R3dzdqampQXFyMyspKahc6
DQ0NSEhI4Pr166Cjo8Pdu3dBCMHp06exYMECREREICQkBJaWlkhLS8OXL1/w7t07pKamorOz
EwMDA1SQd3d3U7P7Ke+xtbXFkSNHYGBggNraWuqshN7eXmq4pKamBqWlpRgfH4enpycsLS1R
WVmJvLw8ZGRk4OnTp+js7MSHDx8wOjqK8fFxJCQk4NSpU6isrMTw8DCl/S+qqqqgoKAALi4u
uLu7IyEhAWlpab8J0Lu6utDX10ddd2NjY6iursb58+cBAH5+fqioqKCC4/bt2zSg04BOAzoN
6P85QE9JSUFLSwsMDQ1haWmJkZERpKSkUO8nT09PhIWFQVtbG9nZ2aipqYG9vT32799PBbq6
ujqUlZVRW1uLuro6rFixAq6urmhvb0d5eTkKCwsxPDyM4OBgPH78GIODgwAAa2trPHjwACYm
JlBSUoKamhrMzMzg7u4OXV1dREREYGJiggqm1tZW6kZNCIGDgwNOnz6NkpIShIWFwd3dHZmZ
mejr6wMhBE5OTnB2dv6HhgD9Irv9V1//8eMHfvz48Tc39pycHAQFBeHSpUu4efMmxsbGftUN
/st79dWrVwgLC0NsbCwSEhIQHh6OU6dOQUZGBpcuXQIAWFhYYGhoCGpqati6dSt2794NAHj2
7Bmam5vx+fNnFBYW4tSpUygvL0dLSwt106WMFx4eHsbQ0BDs7e1x4sQJPHjwgDLPnTq5jxL2
oMSYKeVcvr6+uHPnDt68eYPc3Fzcu3cPCQkJmJiYoI4s7ujoQGxsLK5fv071RHz58gXh4eHQ
1dWFqqoqmJiYICwsDGdnZxQXF2P+/PnYt2/fT53i/i9Ap8C8q6sLbW1tVK+Oo6Mjjh8/DgEB
AQQEBKCsrIwGdBrQaUCnAf0/10J/9+4dbGxsYGZmhpGREWRkZFDvJ29vb4SFheHMmTNITU1F
dXU1HB0dcfDgQVhZWcHJyQmnT5+GsrIyampqUF9fj/Xr18Pd3R0NDQ0oKChAdnY2ent7ERwc
jEePHqG7uxsAKANDICAgQE2cs7e3h76+PgwNDWFkZIS0tDQMDw+jt7cXQ0NDGBoaQl9fH378
+IH79+/j0qVLePPmDYKDg+Hu7o68vDzqNDoK/G7evPl/Avr3799RV1eHrq6uv3rt69ev2LVr
F9TV1ZGdnY0bN27A1dUVo6Ojfxfo/f39yM3NRUxMDBISEpCcnIyIiAicPn0aUlJS0NfX/wno
6urq2Lx5M44dOwZubm6Eh4ejvr4enz9/RnFxMQwNDZGeng45OTmkp6fj48ePPwG9t7cXTk5O
UFRURGZmJr5//46enh7qvU6BJiVxr6enB2NjY1SgFxcXIy8vD97e3khISMDHjx+pOQwdHR2I
iYnB1atX0dTUhI6ODnz69AlxcXEwNzfHqVOnwMnJifXr1yMuLg59fX1QUlKCiYkJKioqcO7c
OZw5c+Z/BXTKa5S55e7u7lBUVIS/vz9CQ0Ph6+sLNTU1zJs3jwZ0GtBpQKcB/b8D6Ddv3oSF
hQWGh4eRlpb2uwD9/v37uHPnDjZt2gQAkJaWxu3bt2FsbAwTExNcvHgRlpaW1OzkXx77PwJ0
dXV1AMClS5fw7ds3TExM/E9AZ/y11z5+/IjS0lK0tbX91WuTk5OYP38+lJSUUFBQ8G8H+vbt
2/H8+XN8/vz5V4GupKSEhIQEfPjwgXou/5VAp+QL/BrQ165di2fPnlFzC7q7u9HY2AgbGxuo
qalRern/j0CnhBYoY4M/f/6MoKAgeHp6ws3NDfv27cO9e/fg5+eHx48fQ1VVlQZ0GtBpQKcB
/X8HdE9Pz78L9JiYGBrQ/wegGxsb49KlS7C3t/9fA11VVRUAYGJiQp0b/3fWEst0Yxm6X9u4
i4qK/jK5jvq+1atXQ11dHXl5ef9WoGdkZODAgQNITk7Gp0+f/nBAX7duHeLj49HR0YG3b9+i
uroa7969Q0VFBfLz86lZ8H8P6F1dXRgdHUVnZydqamowPj4OOzs7rFixAhoaGggPD4eUlBS8
vLwQEBAAf3//3wzoX758QX19PVpaWv4e0JeNjY2JFRUV/e5Anz9/PgoLC/Hp0yeenp6ehTSg
04BOA/o/CXQVFRX4+fmBEIKhoSG6gYEBtLW1oaWlBU1NTQe/fv168NmzZ7Czs4OioiIUFBSg
qamJ169fw9PTkwooyoZB6WBVX18PBQWFn4BuZmaGgIAAPH36FAwMDDSg/x2gT01Noa2t7e/N
uKYkxf1Uf/7p0yfqubp58ybc3d1/AnpxcTEWL16M8+fPo7a2Fvb29nB2dsb79+8ZOjo66H4N
5u3t7RgcHER+fj6io6P/a4H+9u1bVFVVoaGhAa2trWhoaEBycjL4+fnBycmJN2/eYGJiggoR
ilXe1tYGNzc3BAcHo7q6Gtu3b8e2bdtgbGyM4ODg3w3o379/x8jICNrb2/Hu3Tvq3/5LdXV1
bR0fH5d58eIFGBkZYWJiQpkySDcxMcHg5OSEVatWITMzE7W1tZCQkPhVoIuJiaGoqAh5eXkA
gE2bNoEQAi0tLTg5Of0q0JcvX47o6Gj09PTMGxwcXN/c3Iyenh5qzsOBAwcwd+5cGtD/SECv
qalhXbVqlSgAUQCiEhISolu3bhVlZ2cXnTFjhigbG5soPT29KDc3t2hpaSkdDei/HdA9PDxg
bGyMFStWrIyNjRWuq6tDTk4OGhoaKIlZopWVlSJKSkowNTV12rlzZ+nOnTtLz5w5c6SpqWmu
t7c3jIyMZoSFhXnn5+c/yczM9ExKSirNz89/FB8ff1dLS2uutrY29PT0cPXqVRgYGCAoKGiF
q6urGisr60z8jX8BAQE0oE93jPvFKNV/yKVaWFiIpqYmEELYZ8+eLQpAtLW1lXdychLd3d2w
sbHBypUrReXk5ALDwsJKzc3NT92/fx8jIyP7e3t7F/yyHpsiSiZ2VlYWNSHuvxXov9S7d+9Q
VFSEgwcPYtu2baiqqsKXL18wPj6OkZERVFVVIT09HSkpKTAwMEBsbCzevn0LSUlJ7Nq1C0ZG
Rr8r0Cn69u0bRkdH0dbWhrq6up/U1NSEqqoq+Pr6gpWVVfT27dvLurq68P37d/7Pnz9vdXJy
miEiIqLo4eFRmpiYGKWgoEBnaGiIyMhIuLm5QVZWFjIyMtizZw9XVFRUiI+PTzoAUVFRUdHi
4uIAVVVVBQ8Pj5+AXlZWBgcHB/aNGzeKPn78eFZKSgpGRkYwPj6OgYEB0SdPnkTZ2NiU7ty5
89z8+fNpQP8jAT07O/soNzc3YWBgIADIjBkzCAsLCwFAFR0dHWFhYSG1tbWbCCEYHx+nZv4a
GBjQgP6/AHpHRwcqKipw69Ytqnx9fWFjY2MPgGhra1d5eXnB3t4ejo6OcHJygre3N44ePQpR
UVEXHh4ewsnJSRgZGYmgoCDx8PBwcHR0hKurq/bSpUt/un4ACBsbGxETE3NYunQpNDQ0kJqa
iri4OKioqEQwMzMTANqnTp2CmZkZrly5QpW2tjZyc3OpluZ/O9ApMdj/CeoTExMoKSlBeno6
CCHo6uqSEBAQIAsXLiSpqamGL168QGFhIVxcXM7Pnz+fep3mz59PwsPDFTs7O9HW1sb4y3AL
xTXb3NyM3NxcxMXFISEhgQb0X6i2thYNDQ1oaGhAW1sbOjo6qE2OIiMjERERgfT0dJibmyMm
JuYPAXSKPn/+jLi4OERHRyM2NhaxsbGIiYlBdnY2QkNDTZiYmMipU6c6b9y4AT8/P/qAgICl
0tLS1aysrAQAYWJiIuLi4ik3b95kiomJgYuLCzZu3Ii1a9di69atcnx8fNT9nHK/LVu27Etg
YKCEr68vIiMjkZeXh6amplnm5uZv+Pn5iZSUlPWZM2cwMDCAsbGxqwoKCtTfZWVlJWvWrDl9
4MABbN++HTt27PhJmzdvxu7du1FeXo7+/n4a0H8PoE9NTe3ZtWvXF3p6eiIuLk6CgoKGvb29
ex8+fNj7/PnzXjU1tUkAhJmZmaSkpKyrqqpCY2MjLC0tkZ6eDnt7exrQ/xdAb25uRktLC7Ky
shAeHo7k5GSYm5uzCAgIEHp6erJ58+ZKSUlJbNu2DadOnYKLiwvs7e3h6uq6Yt68eQQAWbVq
1QYlJSVTLi6uzwICAt22traz9PX1JefPn0+4uLgIgG4A7xgZGbtYWFjIwYMHfdatWwdnZ2cQ
QvD+/ftd8+bNG5x+gLCc7nT2V/cIpfkIDeid1PKszs5Oavnbr6mzsxPv3r3Dx48f2e3s7Jav
WrWqAgBZs2YNCQsLuxYWFobs7Gx1MTExwsTERJYsWXJmxowZWgDIkSNHSFlZmUxUVBTi4uJ+
UmxsLF6+fIlnz57h2bNnNKD/DajX1dWhqqoK9fX1cHR0hL29PZ4/f464uDhkZGTAzMzsDwf0
iYkJpKamIikpCSkpKUhJSUFOTg4eP36MpUuXjgMgS5YsaV2zZg0ePnxId/fu3WsACAMDw5tF
ixbtXbZs2RgAcvPmzcTIyEjcvn0bc+bMwcyZMzF37txjHBwcVBgvWrSIsLOzE15eXvL48eP4
6OhoFBYWoqqqii49Pf3snDlzKO8127ZtGz5//sylqKj4DgDR0tIqPX/+vKWgoOAENzc3OXz4
8F4pKSlISkr+pP379+PEiRN4+/YtNamOBvTfGOhxcXE4cOCAOwAiJSVF2tvbdwwODjJ+//6d
cXx8nFFLSysaABEWFiZHjhxZeOLECVhYWGD37t0IDAzEvXv3fjegX758GadOncKrV6+olk9s
bCyUlJR+FegtLS0MExMT3N+/f8e+fftgb2//mwOd4g4dGBiY0d/fz/jLTe+XQG9sbERXVxfq
6+uRmJiInp6e2WfOnMmmLLg9e/aUycjIYNWqVbC1tcWnT5/Q19eHqqoqd3p6esLHx0dMTEyE
ra2t2datW9cuKipKXF1d5wsLC0sfPXqUaGlpmQkLCzN6enryLFu27CUvL+9wY2PjiZKSEiqU
DA0NCynfFxwc7EMIERwaGqK2uiSEYGRk5G9OW/tPALq+vj6Ki4sRHh6Oe/fu/SrQjY2N8ePH
D2rNNaVG+9cs9aamJlhaWsLa2hr29vZ4+PChOi8vL3UjXbFiBQkNDb0qLCyMuXPn2k2vu4b0
9HSYmJiICgkJEQDk0qVLZ5ycnGBjY/OTLCwsEBISgtTUVCrMf0+gKyoqIikpCd++fcPAwAA+
fvxI9/HjR6Zf1qAPDQ1R6/3/EugPHjxAUlISJicnMT4+zkQIYfr8+TOioqJ+Avq3b9/w4sWL
/xXQf6nGxkZ4eXnh3r17SExM/EMD/cuXL0hOTkZSUhKSk5ORkpKC7u7uGWZmZkkAfgAg8+bN
azIzMwMhhO/mzZsUizvMw8MDNTU11wAQPT299wEBATAzMwMzMzPo6enBwMBwkpGRkWhoaFwO
DAw8WllZGX/w4EFCT08/Pjg4uHZ4eBiNjY3IysrCqVOnuij3q6OjowMhBKmpqfozZsz4wcfH
R2JiYqRkZWXBz88fDIAoKiomREdHz3jw4AEo8vb2hoODA169eoWBgQFqkt8/C/SBgQGqd+W3
APrmzZvx7t27/xygAwAHB4czACIpKUni4uI25ObmorS0FFJSUuDn5w+fBgw5d+7cstTUVERF
RWHfvn3IyspiDQwMpN+4ceNfAb2vr4/L2dkZjo6OSE1NhbKyMlxdXfHhwwfumpoa7oKCAko/
6hm5ubkMubm5cHV15VBTU+Pu6Ohgio+Px+XLl7kfP37MoKKigg8fPrBdu3YNZ86cmV1QULDj
7du3+PHjByIiIqCtrc1ubm7O3dvby9bT08Ps4ODA7eXlxV1cXIzJyUkuZ2dnCAoKIigoiD49
PZ3t5s2bvwr0wcFBpKSk4OHDhwgODkZwcDACAwORmJhI7+Liwu3m5satoKDAvWrVKs5ly5ZR
gb5v3z64ubmxfPz4kbuvr4/h06dPa759+8b1/ft3RkpoYnBwEPX19Xj37h1FAq2trXyUvtAX
L148w8TERKafuMn27dvLZGRksGPHDri4uFBrlj9+/Ci4e/fu99Pusk+rVq1qnTFjBlFTUxvI
zs5esWXLFgF5eXm5J0+eUFponmNiYiLr1q1rvnTpEl6/fg1CCLOXl5fLL13yYmJip6qrq9Hf
34+GhgYYGRlBXV0dw8PDmJyc/KWFztHf38/T09ODjx8/orKykntiYoLO0dERJiYmvwp0SsOU
aXceHjx4wH306FFuJycn1vv370NXV5dbW1ube3h4mHFoaAhr1qxBcHAw3efPn7nLy8uRnZ0N
Qgh3cnIyva+vLxXoISEhuHv3LjZu3PjPAp2eEEJ/7949WFtb4927d8KRkZE7IiIiuFtbW7kp
kKYA/e7duyyEELWamhpqhnlvb+9fWeptbW3YunUr2NjYICgoCAEBAQgKChqxsLCQjRs3DgMg
K1euJGlpaQZRUVF0hw4dsgVA5s6de9fGxgYhISFq69evJwCIjo5ORV1dHf/Lly9BUXJyMihr
My8vD/n5+VSVlJQwpKWlcevq6nIrKChwm5mZsQOAubk5hoaGoKqqip07d0JZWRkcHBwIDw9H
S0sLPn36xEIZllNbW8t98OBBZGRkYHJykqmzs5N1cnKSsldw+vv7M6ipqcHPzw/5+fno7OxE
TEwM8vPz+d6/f88zNDSEjo4Oal/9sbExPHjwAD4+Pujp6eFubW3lDg8Ph5eXF5qbmzEwMMDk
6uoKY2NjVFVVcRsZGeHdu3fo7OzE8PAwS0hICBwdHaGrqwtWVtb/eKBPTU2hq6sLdXV1aGlp
wbt372BiYnKUnZ2duk7XrFnTdOLECTQ2NjJ7eXk5T+8ZAydOnIg/derUC3p6emJnZ1eSlJSE
kJAQ3L59G5aWlrC0tDxuYmIylp2dzUQIQUxMzGJ2dnYiLCw8mpSUBELI7MHBwQ22trbX6Ojo
pighWFNT0zv19fXYvXv3VQoj4uPjpaaXtz8Asnr1aqKiorL+2LFjoEhGRgZ79+5FcnIyPnz4
QAU6pZugk5MTd0BAALefnx93bGws55UrV6CpqYktW7ZAVFQUCgoKmJqakurs7OSJj49HeHg4
peEQ3cePH7nb2tq4L1y4gLKysn8I6KamprCzs4OZmRm3jY0Nd2FhIbS1tZnFxcX5Ojo6Fvf2
9jJTsvibm5upIK+qqkJVVdWfC+gA3AAQFRUVUl5evpXSE1pSUhLKyspRjIyMhJGRkairqy+Z
mppCQEAAlJWVjxoYGNSfPn06V1paWiI8PByEEJbpQRwrXV1dBxUVFeNDQ0MPZGZm4vjx48wX
Lly47enpOXrr1q3RmJiYu48ePdpw586dEQsLi6KXL1/q6Orqdm3dunXU39+/wtPT0/HgwYOj
urq6BWpqavNGRkaW2tjY3Fi6dOlrSUnJqaioKO+ampq1pqamYkeOHGmXlpYe9fb29vHy8tI9
efLk6OnTp0cDAgKujY6OQlFREfz8/BJaWlpF165da338+PFRQshGSkyUouHhYeTl5SEmJgaJ
iYnUQRCJiYmzT506NaqgoDC6YsWKUSEhoe4lS5ZszM3NBSFk+dGjR48qKCjU3L9/f9TT01Mn
IyMDOTk5eP36NXJycpCZmYnq6mq0trb+EuhKzc3N2wcHB9Hc3LyHnZ19gJWVlRw+fJjQ0dGR
rVu3FoSEhKC9vR2NjY3UKVZNTU1wc3Pr/MsYube3dwohZO7du3exePFiqoV94MCBDgAkOjra
kwKD2tpaaRERESIhIUFOnjxJAJA7d+4onz9/HgICAjh06BC2b98OAJCVlcXExAS1bGtwcJDx
8+fPTIQQVFVVKVhbW496eXnlXLt27YCjoyNGRkaQlpbGC+AogKP379/nevXqlciBAwdCIyIi
NFNSUqQuXLgwtm7dulFZWdnGCxcu3Nm7d+/ozp07R/38/JoiIiK4Nm3axKerq5vj7e09mpqa
apCdnX0+KCho1MDAIPfZs2cLx8bGZgA4evny5SRbW9s9O3bsWAngqJycnIyLiwurlZUVrKys
YGhoCA8PD0xOTmJ4ePiXYiaEsIaGhh5QUFB4pKWlNbVy5UpiYGAw6uDgMFpZWWlAaZfKxsa2
T1FRMS0kJIQsWLCA/9mzZ9SSQkpYpbe3F58+fUJjYyPS09NRXV1N9RbV1dUp+vr6HvDx8TlM
2fyqq6uVp6amOIyNjb9MXz+fO3fugBCieOjQIQKA6Ovrk4qKihUvXrwARenp6QgODoaZmdlf
We729vZrTUxMRg8ePDi6adOm0aNHj7YD2G5lZQVCyMyrV68eFRQUdFq7dm3MvHnzjiYlJQlN
l9LNTUxMZFJSUjKzs7MbPXDgwIHY2Fh8/vx5xujoqMD0MJWFISEh3WfPnn1z7do1RhcXF0RH
R6O1tRUuLi5ztbS0SpydnUfU1dVN4uPjN6WlpWFgYACEEKSnpx/U0NC4bm1t/eHWrVsfAgMD
NR8/foyEhAQsWLAAgoKCwuvWrbtpb28/fv36da0vX76wd3d3w9DQ8AwHB4fiyZMn9Xfv3q0j
KCh4dPPmzSxxcXH/sUCnaHR0FF++fAEhZKWQkFA7AEK5L1auXFnn4uKCT58+obOzU2zXrl0/
xcWFhITInTt3lru7u8PR0RHPnz9HQUEBXr58yVxUVMSTl5dHn5ubCz09vdxpz1x0eXk53r59
y/D27dsjQkJCRFxcnCgpKZHp8M85WVlZsLGxXQFApKWlSV5e3rElS5ZgxowZgQDIzJkzybJl
y1YuXLgQFDEyMkJJSYna8bCtrQ1tbW0Ug+Hq8ePHP5w9e3ZUS0tr9OrVq93Kysp7NDU1IS4u
jh07dghJSEgYeHl5ETU1Neu0tLRFT58+RWZmJoKCgtiCgoKa7969O6qhoaHV1dW1vL29HT09
PSgsLPybQDczM5uhoqISIC0tPSopKTnq4+NzR1pa+i0/P/97XV3dL3FxcVoUIy4lJQVVVVXU
NVxRUfHnATozMzOYmZndAJBjx46RtLS0rVFRUbh27RrOnj0LbW3tKAYGBiIkJEQMDQ0XVlRU
0J0/f95v4cKFVJgsWbKEeHp6GhBC8PTpUwAIoLxmaWn5JSAgAEVFRXzGxsbU39HR0fERFRVd
Rvl/dXU12bx5MwFAzpw5QyIiIqiJF9bW1pecnJxYli1bRri4uMjcuXPJdKzoQXp6uhflCZaf
nz9g/fr15xkZGQkAcv/+/f6pqSkoKiremj17NvW7d+zYQZqbm+0oZSMjIyN4//49+vr6UFtb
i+rqatTU1KCmpgaDg4OIiIhwB0AYGRmJgIAAYWJiIjNnzvx08+bN5RkZGfspblJKUpOSkpK6
vLw85OTkICcnhz179uD+/fs/jb1sbGzE+/fv+V6/fr384MGDqQBIWloa8fDwINMhjuGsrKzA
vr6+pR0dHXB2doaOjg5sbGwuCwgIfFm1ahWRlpb+TvleERERkpGRcTgtLQ2WlpbIzMxEenq6
JuWY+vr6pKbLFOfu27evmJ6engwPDxMjIyMCgOzevbt0xYoVVpSSFgUFBfDw8AAA5OXlqU08
Ojs7ERAQABMTk4UbN24conz/nDlziIeHx+WpqSm8fv1ak+JpePr0aa2JiclHAERAQKA3KytL
h2KFbt++ndy/f5967mbPnp0jLCzMtnPnzvOUnxkbG5OnT59S36OgoHD16dOns+np6cmMGTPI
mTNnbBYvXuwJgKxfv54oKysvpFgJUlJSOHDgACIiIvD161fqtLLx8XG0t7fDw8PjCwCybt06
snv3bup3hIaGqv/48YP1xIkTgX+RINqenJwsPZ1/8JNGRkbQ3Nz803ATykZGCEFoaKgWJYae
nJx88tatW1wbNmygfK6Po6MjGhoazuzcuZMAIDIyMuTevXtLb9y4AYru3buHEydOgI6ODqys
rD+Jk5Nz418+5M2dOzfj2rVrePz4sdyqVavIggULCC8vL+Hh4SGXLl3qjYuLm9XV1QUzMzNe
Snx19erVU6ampof9/f1BCIGCggIEBASMKJ955cqVXAcHB+6YmBgMDw+vvHz58vtffufFixcT
Y2Nj6QICAhAaGsokJydHABBRUVHKfU3i4+Plnz9/DiYmJvFZs2Z9oiR1TScElvz48WOHrq7u
T0m5fHx8ZNasWaUpKSki/8lAHx4eRnNzMwghzHfu3KkEQKKiokhsbCwBQGbNmjX+7NmzyOHh
4f3h4eGhs2bNIvPnzyeU68fOzk4kJCSc1NTUcOzYMaiqqiI4OBhPnz5FYmIi6urq0NnZKSMk
JDRBR0dH1NTUVrq6uuLFixc4c+ZMKgDy4cMH6r7g5ORUVlJSMmvHjh1GlPsyIyPj2PQkxEAm
JibCxMRE2NnZV7KxsYEiAJCRkcGHDx/Q3t5OtdDHxsaQlZVlCmDyl/eNn59fg6WlJbZs2bJy
0aJFvb+89iYmJoNVVVWrjYyMAIAdwEeKtyssLOyuo6Mj1X0fGxv7E9CZmJhw+/ZtFBUV7RAT
EyMACA8PDwkLCyOCgoLUvfP169d6MTExcHZ2xvnz51FYWIiysjKUlJSgpKTkzwP0JUuWYMmS
JW6Up8Dg4OCtLi4ukJeXx+7du3HgwIGo6Y2UPHr0iPHKlSvabGxsBABpamoifn5+ZDoOODY2
NsZvZ2cHTU1NN0pSBR8fX52EhATy8/PpJycnjx8+fPgTALJp06blZmZmomxsbMTBwSGlvLxc
aNu2bQUASENDAyH/n/uALF68eMTe3l7m8OHDEdP/J+vWraPcCAGWlpYzxMXFBwEQW1vb1Obm
Zk9hYWECgDQ2Nu5OSEjQYmZmJnJyciNGRkZqYmJi4dMAS9HU1ISSkhJVUlJSCAoKQnNzM/VC
NjY2IiUlRZWXl5ds3ryZTE1NEWVlZQKA7N27V1FGRoaJk5Oz2sbGhujo6BAAZPny5U9EREQg
LCwMYWFhCAgIQEpKCnV1ddTyjenZ2rP8/Pw8AYwxMzMTW1tbsmrVKupNrq6uTqqqqiQLCwuh
r6+PgwcPYtWqVYnTizw1ICBAaOPGjRdFREQ+TCe2VYaGhjI8ffoUr169mqmkpFQCgFy/fr2J
ELKhuLgYvr6+6QAIBwcHUVVVJQICAtTv4+fn79ixYwcMDQ1x8uRJcHNzQ1BQEABw6NAheHl5
wcXFBVevXoW+vv6WtWvXkh07dpAzZ85QFkqWr68v4uLijgEg+/btIxUVFYSXl5ccPXqUzJ07
96WFhQXHkSNHXgAgnp6ehBBCdu7cSejo6MjOnTsNo6Ki0NzcbLpp0yYCgMTHxxNCCOHg4CCz
Zs0ihoaG2hoaGnTz588nbGxsdRcvXuRZv359Gh0dHRETE/uuoqIiRAG6nJwcJCUlceTIEaip
qUFZWRnKyspQUVGBkpIStm7d2gKAqKmpbaqsrDw6f/78nqVLl5LW1lZRHx8fVRYWFrJkyRLS
0NBADA0NCQCiqqrafuPGDVy7do2qK1euwMjICD09PRgcHPwJ6J2dnZiammJ//PjxS8omFBQU
dNzOzo57y5YtlHPvLS8vj8bGxs379u1rBkC2bdtG9PX1V2hoaIAidXV1nDt3DmZmZn/1/Xfv
3l0nKytLvZYzZ84kPj4+oQEBAdi+fXstAGJjY+Ps5eV1bvny5R+mHyCvZmdnw9DQkEtCQuI9
AMLJyUkkJCT07ty5Ax8fH2zZsgXy8vIXKOt50aJFREZGhj44OBiTk5Mrr1y50jZ//nyir69P
ebj/6O3tfUhDQwMKCgpuAL7v37+/yc/Pb9GlS5csAJBz585ldHd37+Hg4Bjn5eUlp06duiku
Lq7Hxsb2hZOTk5ibmy82MTHRBkDOnj1LiouLqX9XXl7encHBQTQ1Nf2PonRh8/T0/NMAvaKi
AgcOHIC0tLQExeo2MzMjO3bsIPT09AQAOXnyJHF0dJRgY2MbEhISIh4eHrfc3d2lJSQkyqYf
jL7o6uou1dHRgZKSEh4+fIicnBzKOGNuR0fHLADk6NGj7cnJySsNDQ1x9uzZg8zMzERAQID4
+PiQdevWEUZGRsLNzU0yMjIGAgIC8gEQWVlZUlhYeGzTpk0QFhYOZGJiolRBrZw2DsHMzAwm
JiYICgoiLCwM9fX1KCgoQEFBAfLz89Hd3Q0TE5MQyjXl4+P71tLScuvevXtYvHhxLQCiqalZ
bGJicl1ERITQ09MTCQkJOWlpaVhZWbEfPXq0n2IwbN68WUdOTg4SEhJYu3YtwsLCQAhBTk7O
rM2bN++ZOXPmnlOnTgXU19dz6urqGlHCBoQQYmVlRaYf6F8lJydzxMfHQ19fHzt37kRVVRXK
y8tRWlqK0tLSPw/QeXl5sWDBAirQPT09twYHB8PT0xOmpqYwMzOLYmJiIkuXLiVbt24FANPp
m4EQQkh/fz8BQBYsWED8/f31rl27BisrKzvKBiAgIDCak5NzIjU1FV++fEFlZaU1HR0dOXr0
aMbly5ffz5o1Kyk0NJTR2toaR44cyQVAdu7cSbS1tSnJYS80NTUBoJuenp4cPnyYODg4kGvX
rpHr16/7HDx4ECtWrOgFQJYuXUqOHDlC6OnpCScnJ3n06JGCtrb22PTxRu/btw8zZsxYN30j
1f5azbWFhQVaWlrw6tUrvHr1CllZWWhra2OwsLAIAkBOnz5NlixZQtjZ2cnly5flbG1tWYSF
hV8LCwsTAQEBwsjISBYsWOAqKCgIigDAw8MDU1NTP5Ug/fjxQ8jBweGvSkkocnd3zyKEzGtr
a8PLly/x9u3brTt37myffoCSPnjwIJSVlSErK5sHgKxdu5bs27ePISEhAWVlZXIUWIuJiWkZ
GxvDxcUFly9fbvrL76GjoyPc3NxEX18/T0REBGZmZqxaWlouPDw8synNZXbv3o3GxkYUFRVR
slZXq6qqUj9jerOJ2rFjB4KCgg6KiYmRWbNmES4uLjJr1qyehoaGs4aGhvR8fHzYvHlzNADi
6upKCCFk//79hJmZmRgaGtpNu8xWSklJ1QIgmzdvJpqamoSVlZUsXryYFBYWap87d45p2bJl
hIWFpXX58uWplI3u8uXL3/Py8oR+mRWemZkJKysrCAsLQ1xcHOLi4tiyZQv27NmD9evXt0xv
KHMIIXQiIiLNGzZsIJmZmVpHjhxpBkA0NDQIIYQUFRVRzlUnIyMjfil6enoAgKmpKUZGRqjz
ySkaGxtDcHDwcYqlGhsbq52RkcEkKyubNP2Q6nX69Gn09PSIysvLV04nGsUkJSXx+Pv7g6Lg
4GDq7HF3d3e4u7vj3r17ePz4Me7evbt65syZZN26dYSLi4uws7OTysrKe319fQpcXFyEmZmZ
HD16dMaxY8ewcuXKNwBISEjIeGBgIBYtWoRly5aNUq6llpZWVlFREcvdu3exfPly8PPzK1Ni
qgwMDN/c3NwuFhcX4+vXr/O9vLwyKBY2xdthaGh4YsWKFRASEophYWEh4uLiWvfv30dhYeE1
bm5uIikpSVJTUwk9PT1ZunTpx6NHj2LOnDng4uJ6N/05zHJyctI8PDyEh4eH7N27l2Kdfk9I
SOArKipCdnb239WrV6+QnJyM4uJi+Pn5wc3N7TcDupKSEjWR8h8UEyFkxnR3QUZCCP0vGxLt
378fANT+cp1S7nMnJyev4uLiCwCm5syZM7Fjxw74+PjA3t5+9syZMwkLCwuRkJAIlJSUxObN
m0HJp+np6UFdXd2uZcuWEQBky5YtZufPn4eUlBT27NlT8ZffR8npsbOz09DQ0Lgw/TvE29t7
3/r16yEsLOxNeUhVU1NbS/FIysnJUauKPnz4QC23pIwEbm9vF5aSkiLy8vJk4cKFhJ2dffj8
+fN4/PixMicn5w8ApKam5hwhhHn37t3N08dzeMGCBfD19YW6unrvLzxCuUNDQ7w1NTWQlZXF
vXv38OXLF7rHjx/3zZo1i/Dw8FA8xWcvXryoPr22CCGE6h1kYWF5DgB6eno4efIkNm7ciLq6
uj8n0Pft24d169bdoDy5BAUFbaVkQsvKykJCQiKKgYGBbNy4kRw+fBgArlDc4oQQ0tHRQY3d
uLi4yFlYWMDOzi6Ujo5udM6cOZ1MTEzk/v37IdOdz/Dq1asZS5cuHWZlZSV8fHxk48aN5vr6
+hgYGGD09fXdICgo2DB9Efro6emJnJzcRx8fH9V58+aVASCJiYnNExMTTM+ePZvb1ta2zcDA
ANzc3D0AyPHjx4mjoyOZOXMm4ebmJh4eHtpnzpz5NO1KDJ85cyZYWFhWTy+M8l8D+sGDB2Fm
ZoaLFy/i4sWLOHfuHK5fv44HDx6YKCkpkS1btpCFCxcSJiYmoqGhoXz16tVIRkZGIi0tTVRU
VAgDAwM5fvx4bHl5OVdSUhKSkpKQkJCAwsJCasIFRb29vUwFBQUXDAwMym7fvl0WGxtbvnbt
2q8AyMKFC2vt7e0ZKbWoGRkZqK+vP7527dpv05aQnZiYGDIyMuhOnDhRNw203MePHyM8PJzV
0tKyhuJOsrW1vXn16lX4+fnBz89vV3l5edmcOXM2Hj169JCMjEwHZXEICgqSmTNnntPU1Fyt
oaFB9PX1z8fExCA+Ph5xcXFwd3fHrVu3cP/+fVy9evXltJeCGBgYEHp6esLGxuZ/9uxZ2NnZ
Sa9cuZLMnDmTTHtLvm7evFmnoKAALS0t0NDQiANAwsPDqRY6GxsbiYiIsMvJycG3b98kDhw4
0E8B4Pbt2wkDAwMREREhT5480dbQ0GAUFhYmdHR0ZPXq1cTR0ZEwMDAQPT2974mJiULe3t54
+PAhHj58iKioKOjr62PevHkQFRWFqKgoVqxYgfXr12PDhg0tAIi4uDhqamrkBQQEyNatW0lC
QsI5CQmJHgDEwMCAEEKoViIrK2szOzs7/lIAwMbGBiMjI1y6dOknXb9+HcrKyhKU6/H06VMj
JSUlbNy40ZyFhYWsX79+5P79+3B1dV0pIiJCGBgYyOrVq89s3boVmzZtomrPnj3IyMhAbW0t
ysvLUV5ejoqKCrS0tODRo0fPOTg4SGhoKFm8eDHh4OAgjY2Nbp8+fTrJyclJAJBdu3bRTZ+L
gmnLb/zq1auQkZER4Ofn/yAvL0/mzp1LeHl5iY+Pj8KbN29gaGiI7du3282dO5coKCgQBgYG
oq6u3lJbW8stJye3jY2NjbCyshJHR0eyYMECIiIiQu7cuXOMk5MTzMzMgRwcHGTlypVq3t7e
CA4O1mFiYiJycnIkKCiI0NHRERERkY9r1qwBAwMDGBkZG6bvRU5eXt6TrKysZM6cOWT79u1k
7ty5hIODg5iYmIQ5OTnB1tb27+rGjRuwtbVFQUEBHj9+/JsCXV1dHfX19fj06dM/uu+yEkLm
EELYCSHM00N96H7RGwShoaF7rl27VmZnZ1cWGRlZdvDgwS8ACC8vb8fjx485UlJSgqZd7J90
dXVFnzx5gpKSkuOcnJyEi4uL3Lt3z8fFxQV2dnbUEcd9fX2IjY2Nn344IhcuXPBWVlaGjIwM
JCUl1zx48KDQ29u7LCYmppkSFluzZo3bgwcP4OnpeWLevHkfmJiYiKGhoYanpyd2796dMO29
7UpLS1tCiUGHhITAx8cHAQEBKC4uRm5uLnJzc5GTk4PW1lbExsbGAiBv376lGGAfIiIi+IuK
imJ4eHgIPT092bp1K/2+ffswe/bslGmP4gF1dXW4uroKiYuLD69fv57w8vKSxYsXk+/fv+95
+vQp5s2bh2fPnokRQhZ5eHhUcnFxle3evbtMU1OzzMfHR/zEiRN69PT0VGM0MDCQEgZKPXr0
KPr7+zk0NTXFdu/eLTY2Nib4y+TXPw3QCSELzM3N8yglNU5OTiu/f/+O3t5e5h07dkBAQCCE
4j41MDDAqVOnTBkZGQkvLy8ZHx+nbnT79u2rTk5OPqWkpHR35cqVZNGiRc9EREQuT9dLVzx5
8mSJn58ffHx8YGFh0TXtvhvLzMzcOz3TmiUjIwPm5uasP378UN23b58K5UEhNjb24qlTpzSm
3XUjGhoa2nR0dO76+vr3e3t7pefMmfMJAImNjSWEEGqMPS4ubkdQUJD39EWrl5WVXXbo0CHT
aW9Es6qqKk6cOIETJ05ASUkJ+/fvx4EDB6CoqAh5eXnIy8tDQUEBx48fdxYRESHHjx8nFRUV
hOLaFBAQuMTPz18PgHR3d5OAgAACgMjLy5Nv377JNjY2orGxEc3NzSgrK6MO6KAAndLy8d69
e0hOTkZOTg727t07Mr2Q6s+ePYvbt2/j0aNHKCwsRGVlJczMzJ7R09MTAQEBIiUlZWFlZZXG
w8NDBAQEiLu7+46goCAYGRkxzpo1a2raah9pbm7eXlJSgqCgIPj6+mJqagqPHz/G2NiY4LFj
x95S4pdCQkKPjI2N9584caKUkZGRHDp0aLKhoUGW0vLRwMAAoqKiOHjwINatWzcGgCQkJJCM
jAzKPVDV0NDAr6+vvxYA2bBhA+np6amfOXPmJACSn59vRggRl5GR6QdAjIyMSFVVFaFYDBIS
EhYBAQFoaGi4Qoklp6enU68pCwsLSUxMPOfs7MzCy8tLODk5SU9PD2lubibTnp3vWVlZQunp
6UhOTkZycjKys7Ph7++PS5cuUbPfp5Nk6Hh5eZunY+bapaWl+vz8/AQAycjIOPjw4cNblAeK
b9++EX9/fwKA6OrqDj98+BB3796lytHREba2toiNjcXg4CC6urp+0rdv3/Dw4UMNSgw5ISHB
zN3dHd7e3nv5+Pg+Tsf/723duvX+NPQHfHx8NlOgRNGtW7dw584d3L59mypnZ2cYGhru4uDg
mBAWFibR0dGEj4+PcHJyEmtra7+YmBjs3LlzCgA5ePCgc1pamgUHB0c/ABIWFpbi7OysLyws
/I6JiYm8fPkybdu2bYPT782Kjo5eqa2t7Tpnzhxy8uTJ8bi4uJfTsXni6uq6H8AsSrnrhw8f
CKXZkaGh4f61a9eCmZk5aPo+eJGQkGAhISGRNr0+Kqqqqux4eXkJOzs7OXLkyJGdO3dumDFj
xrioqCgxNjZmFxMTk5oOcRBCCNm3bx/F29R88OBB7N69++9qzZo10NbWxtDQEB48ePCbAl1P
Tw8REREoKyv7R/dchmmYM/xa7//29nbU1dXBw8MDL168QFJSEuTk5Nqm740eTU1N3L17l3PJ
kiXUMFBxcbHFzZs3P09fu29fvnzZMjY2hrGxMSQnJyMoKAixsbGMW7ZsGZv+nN6xsbGDP378
gKenJ7Zv347Xr18jMzMThBDOc+fOlUznIZkQQmBjY4Pt27cXT+e+DFlZWT1buHAh4eHhITdu
3LgaGRlJ9SQFBQXB29sbx44dw969e3Ho0CFqoq25ubn4tm3bPgIg2dnZhJJjERoaGtjQ0LCc
EnKcOXPmmaNHj64UFhbu5uHhIebm5op2dnZa27Zte8fGxkaSkpJqpKWlx6cTehOuXbsGJiYm
s2PHjpHw8PCT9+7dg4CAAFRVVWFsbIzw8HAcO3bMEgDZuHEjSU5OJoqKihRvxHMlJSUYGBjs
FhISIvz8/ERfX9/74sWL0NHRgY6Ozp8H6CoqKvKLFi2iulm4ubkro6Oj0d7ezrh7925ZVlZW
Qk9PT2bOnEk2bNiQ5OTkNE9TU7NwuuSBLFiwgIiJiZGIiAitc+fO+bGwsBA2Nrbvp06dWiEv
L69EaYJy8ODBdHd3d0xMTCz39fW9BYDcunUrKj09Hbm5ufj69SuluQqlHjZt7ty5ZMuWLSQ4
OFizoqICKioqTRwcHERUVJTw8fERMzMzo+DgYCchISHCy8tLdHR0iJ2d3XcODg4ye/ZsYmtr
G3j58mVwcXFFLVy4kMycOZPMnj2bCAsLfw8LCzuSnZ1NzSDOzc2Fu7s7xMTEfup6tH//foiK
ihYBmGJmZiYiIiKEj4+PiIqKtqenp590dXVNnjVrFlFXVycqKioDCxYsIOrq6uTdu3e7cnJy
QFFWVhZyc3OpM5cp5Tlv376Fq6srnJ2dcfnyZbojR47UsrOzEwUFhbQ3b94wEUJYPn78iJKS
Erx58wYDAwMrpKWlX1ESrLi5ucnChQuJra2tp5+fH9d0IlAAJycn4eDgIIqKimE2NjYwNjbG
zZs3ERwcTO0FPjw8vFBBQaFt+lx6Kygo4OLFi1BVVc2kuPBTUlJKS0pKUFBQgPT0dGrWrJ+f
Xz4PDw/h5+cnFKsSAHn9+rVOampqFCWOm5KSYhYREXGfjY2NKCsrT+bl5WlJSUmRxYsXk8WL
F5PVq1dTmuAQDg6OrsuXLy9SVFTUnDlzJqGjoyNWVlbEzc2NUCotXF1da8PDw8MpyS0xMTFE
R0eH0NPTE3Z2dtLc3LyR0nXr8+fP+PLlCz58+IDR0VFqAtvHjx/x4cOHs+Li4oSPj49ISUll
Xr58+dS6desILy8vycrKss/PzwcdHd0jJiYmIiYmRvj4+IigoCBJTEw82dbWRrWQKSorK8PQ
0BC1k9wv9fnzZ8TExGjz8fGRTZs2kfDwcM3IyEi0tLQgJCQkVFBQkPDw8BBWVlYyf/58cu7c
uUdWVlY/PYBcunQJV69ehbm5OUxMTKiyt7fffuDAAaqLdMmSJYSXl5dyPQZcXV23JyYmms+Z
M4csWbKErFmzhnBychJFRcW3X79+PUipchATEyvz9vaGmppaHjMzM+Hi4iKGhoaEn5+fsLGx
kdjY2GNeXl7LKRDZs2fP0NGjR/fw8/N/FRIS+uk6amhojGprawOAFwsLCxEQECCHDx8mixYt
IoyMjDXHjh3jqqysxNKlS/V5eXnJvHnzyMyZMwkvLy8xNTU1a2lpmWlkZPRjOvmUbNy4kfDx
8ZH58+dP6enp7bx+/fpP3Qz/UgYGBtDX18fLly/R29v7mwNdV1cXL168gJub2z+679L/ou//
r7XjRl5eHpycnBAYGIibN29CVVU1j52dncjLy5fp6OhATU2NXl1d/dKCBQsIIyMjERUVJVxc
XGTmzJlEX19fkjImuK6uDqWlpZS8IB0WFhYyY8YMIikp2WVpaQlzc3Noa2tDQUEBSUlJCA8P
x8mTJ7F8+fIATk5OYmBg0FNXV7dIS0sLGzdu3CkgIPCJshbp6enJkSNH0j09PfktLS2pyZt2
dnbQ1taGrKwsjh8/TjWaVFVVN1Gy8ilJrAsXLiRsbGyEnZ39/ZYtW1aqqqruWbNmDXW9zZo1
i0hLS99zc3MT2rNnD8VrkFBWVsajra39mpWVlSxcuJBcvXrV4NixY2GMjIyEn59fjbJ/Hzp0
CBcuXMCzZ88Wnjx5soOTk5PMnDmTzJ07l8yePZtMJ0u/X7NmzXExMbF5bGxshImJiXBwcIRx
cHCAoj8N0FetWrWck5PTR1JSkujp6ZHt27dH+Pj4wMPDAwcOHNg1e/bsIAYGBh8BAQGfbdu2
Oevq6uLRo0e8bm5uPgB8APjExsa6EUJm+/v7X+Xn5/fZtWvXvuPHj0NVVRVqamrGMjIyPpWV
lVoPHz701dLSIjt27PggJCREHj16tNzb2xuBgYGYnJxEcnIyrKys4ODgQH/p0qU98fHxPlVV
VT59fX3ihBBcv34dUlJSxu7u7j7y8vIr7ty5gxs3bjBZWFjctbe390lOTtbw9vbeb25u7vPw
4UOfqKio7UeOHIGIiAiMjIzcAEStW7cuQE9Pb5+TkxPCw8MREBCAgIAAxMfHw9TUFEJCQli1
ahVV69evBxMTE5SVlfclJSX5XL582efYsWNuu3btYpk+h8ucnJx8hIWFLwUHBws2NTX5JCYm
ahYUFFBdTbm5uSgpKcHLly/h5eWFpqYmDAwMoLu7G7W1tXBxcYGVlRXOnj0LHR0d4X379vnY
2NjM/PDhA3NPTw93X18f9UHgy5cvyMzMXG1paani4ODgc/36dZ/09HRrNzc3ioWwoLq6+sGS
JUseysrKPrCysppx6tQpKCsrw9DQEGFhYejp6UFWVhaio6MRGBio5u7u7jM4OLi6pqYGaWlp
yMvLE129ejXh4+P7/ObNmyOUzmQ1NTUYHh6m1HTzX79+3QeAj5KSks/JkyeTNm/ePFBcXLw5
PT39PAAfExMTn9zc3M3FxcXQ0NDwsbCwcPT19YWioqKygYHBFxERESIoKEgcHR3Js2fPKNnX
dZmZmXu4ubl9mJmZfQICAnxu3brlw8rK6iMqKuqTlJQk7eXlJTR//nyf5cuX+4SEhMiYmJic
4Obm9hESEnpQVVU168uXL9Sa8w8fPqC3txcNDQ2oqamhdhFrbGycERIS4uDi4uJz4MABoS1b
tiAoKOhaaGioDyFkR0JCApiYmHD8+PE7AHxWrlzpo6qqejQ4OBjFxcXIysqiKiMjA0VFRaiv
r0draysaGxup30X5vvb2dhFLS0sfQ0PDq4WFhSguLqYOzklOTlakrCUfHx8PJycnTh0dHarL
/uLFi3BycsLz588RHR2NqKgoql69erVGXFz867Tl23T79m0fOzs7H05OziEA5NSpUzqBgYEw
NjZWMTc39+Hi4vIRExOzNjExASGEzcLCwltDQyP+w4cPKoWFhXj06NHSuXPn+ixatCiotLQ0
8tChQz42NjYm379/h76+Po4fP67Nw8Pjc/Xq1SgXFxcWTU3NfWJiYj7Lly/30dfX9wHg4+Hh
EVRcXAxhYWEXOjo6YmxsnOHo6Oh1//59HwEBAaE9e/agvLwcgoKC0NbW1hYXFw+ZPXt2uJyc
nLGVlRV6e3v5IyMjo5cvX+7Dzs7uM2PGDJ/Tp0975+bmSlIa2vwtUSoZWlpaqNnVvwfQ09PT
cfHixX+0CQndNNTx94Du4uICHx8f3Lp1CwYGBkJHjhzxuXbt2mJjY2OcPXsWkpKScHZ21paW
lvYB4LNz504fTU1NyRMnTlC79bW3t1P7X7S1tfHZ29t7aGtr+xQVFZnn5eUhPT0dZWVlsLKy
QnR0NJydnXHu3Dno6empKioq+vj7+59MSUlhev78Oezt7eHr67tp48aNPgB8lJWVH5w/f57V
3t4ednZ2VNnb24Py0GVkZARDQ0MYGhri9u3bIqtXr+6fTtBsMzMz87lx44bPggUL3k972C63
tbWhpqZGc/HixUEMDAyRkpKStrKysggJCcHJkyf9BAQEfKSlpRmSk5Nhamq6ZN++fT7GxsaP
WlpalBwdHREWFuaTlpa28dWrV9DV1cWuXbsQHByMpKQkpidPnsjdvn27mwJ0CQkJ4uPjQ2Rk
ZIiAgAB5/fr1bHd3d3k5OTnP5uZm2fr6euoa/tMAXVVVFStWrEBmZuZWQshhPT09ODs7w8vL
C6dOncLixYvBzMwMERERSEtL48qVK7h37x7u3bsHbm5ucHFxISYmBoSQGXFxcRASEsKOHTsg
KyuLkydPQlVVFXJycmhubha6cOEC9elMU1PTwdHRkfnixYtwdHTE5OQkSktLYWNjAzc3N1y5
cgVPnz5FdXU1ent78fnzZ+jo6OD48eN4/PgxZGVlYW1tDScnJ1haWlK7EgUHB8PCwgJ+fn6I
jY3F0aNHsXz5cpiZmYGRkRFbtmzBhQsX4OjoiIiIiJ+AbmNjg1WrVmHbtm1U7dq1C3PnzsXp
06cRFhYGXV1daGhoYMWKFTh27Bj8/f0RFhYGUVFRBAYGor29Hc+fP8fr169RXl6OxsZGFBQU
oKysDI6OjhATE0NUVBQ1SaS0tBTPnj3DnTt3oKamhkuXLuHkyZPIy8vD+Pg4V3d3N2NPTw9T
T08Py/SkI/bv378vefv2LczMzGBlZYW0tDTcuXMHZWVl+Pbt27zq6mosWbIEcnJyMDMzw4UL
F6ClpYXr168jODgYIyMjyMrKwpMnT5CYmAh/f3+EhITA1NQUnZ2djISQLaGhoV4zZswYjY2N
vRAUFMRy//59FBcXUzrHCQwODjKYm5uDlZUVp0+fhomJCby9vRfk5uYiNTWVmmBYWlqKjIwM
nD9/HqamplBQUICgoOCNXybdsLGxkX379hEGBgZibGzcXlFRgVmzZoGZmRmRkZHw8PAAOzs7
Vq5ciYyMDHh6emLBggUQFRVFQkICbGxswM3NjcWLF+Pt27f49OkTRkZG8O3bN3R0dKCmpgYl
JSVobm5GQ0MDBegIDQ2lDrDYu3cvQkNDMd1PAXFxcWBiYsLJkyfBxcUFcXFxKCsrIyAgACUl
JT8B/eXLl6irq8PQ0BC13fDExAS6u7spXfZmfPr0abmTkxNSUlJACOH+8OEDOjs78eHDB6Sk
pFBzOKaTm6Cvrw8DAwOYmppCXl4e03XqVI2NjVFjtmlpaZnHjx/vuHnzJt+NGzfg7OwMAwOD
F1u3bi24fPkyv5eXF4yMjGBra4sFCxZg06ZN0NPTAyEEN2/eREhICAgh+PDhAychZJ20tDS4
uLhQX18PWVlZ3Lp1C58+fcLly5chKysLHh4eGBoawsHBAWfOnMH27duxfft2aGhoAAA8PT0x
Pj6+Yf/+/b3TuTnG+vr6uH//PgBAWFgYlZWVEBAQwPnz57F3714ICQlBXl4eJiYm6OvrQ0xM
DISFhcHJyYmdO3fizZs36Ovrw/v376lzzD98+ICJiQkMDQ1haGgIw8PDGBoaok5ee/fu3e8G
9OnmUHB0dPx7E/l+dXzu3wK6s7MzfH19cevWLejp6eHIkSMwMDDA1atXoaWlhcOHD8PJyQly
cnLUSpSzZ8/i+PHjVINh2hNHHf1bWloKTU1NFBcXo6GhAZRW3hYWFoiKioKzszOsrKyoyX6B
gYFITU3F58+fMd0amuPQoUMAABUVFWhra+PXgE6pxDAyMqLqxo0b2LFjB/+dO3fiq6qqlpqa
msLa2hpiYmKHrK2t46qqqvgJIWyFhYVYunQpODk5qeWn8fHxOHv2LAQFBXH48GFMAx379u2D
ubk5mpqacOvWLURGRqKgoACVlZXQ09ODr68v2tvbUV5ejq6uru3Kyso/2NnZCRMTE2FgYCDi
4uLUkJ+2tvbS6U539BMTE5t+2VnyTwP0z58/48WLF7C2tsbdu3dx/fp16OjoIDs7Gz9+/MDF
ixcxe/ZsnDlzBl5eXrh16xZ8fHzg6elJTQiKi4uj9lUXEhLCtm3boKKiAhUVFSgqKkJOTg65
ublwc3Pb5eHhEamjo2MpJycHe3t7GBgYwNHREYQQODg4wNDQEC4uLjAwMMDz589RWVmJnp4e
fPv2Dbq6ujhx4gT8/f1x7Nixn4Bub2+PzMxMBAcHw9LSEg8fPkRMTAxkZGSwcOFCmJqagpGR
ERs3boSWlhZu376NsLAwPHr0CI8ePUJ4eDju3r2Ly5cvU58oKZrO3MeWLVvAzMwMfn5+LFmy
BKysrLhw4QI+ffoEV1dXvHz5ErW1tUhISMC7d++QkpICZ2dn5Ofn48mTJ9RFYmRkhHPnzqGg
oAAJCQnIz8+Hra0t7O3tcfHiRbi7u1Mma63s7u6e3dPTM6O7u5uPMv5xbGwMubm5MDMzo/bU
t7OzQ1lZGX78+IG3b99iyZIlOHbsGExNTaGjowN1dXWYmpoiJiYGVVVVyMjIQHBwMHR1dWFh
YYHHjx+Dh4cHbGxsMDU1hb+/P4yNjTOmOwQeU1ZWxqtXr/D161e0tbVJfP/+fbmbmxvo6Ohw
+vRpGBgYwM7ODkVFRdROccbGxigpKUFGRga0tbVx8eJFGBsb4+LFi/4cHByDW7Zsidy9e3f+
1q1biYiICDl8+HCPr6/vyvz8fPDx8YGZmRkRERFwc3MDKysrREREkJGRgQcPHmD+/PlYsWIF
EhISYG1tDXZ2dsyfPx81NTX4+vUrWltbkZaWBkNDQ1hZWUFPTw9VVVXUyU9dXV0IDAyEs7Mz
JCUlqe2LQ0NDQQjBdIMknDhxAuzs7BATE4OSktKvAj0zMxOZmZmor6+HoqIidHV1qWVM0zO4
GT99+sTp6emJsrIyhvHxccbh4WH09PRgfHycOqMaALy8vHD79m3o6enBxMQE+vr61O5Z165d
g5+fH+rq6vD+/Xt0d3dTeqavvnXrFj/lWrq6uuLRo0ecsrKy0NbWhpeXF65cuQIbGxvMnz8f
GzZsgK6uLhXonp6elC5lDISQGTo6OmBiYkJdXR2OHj2K27dv4/Pnz9DX18fRo0fBw8MDY2Nj
3L17F6dPn8a2bduwYcMGnD59Gnfu3KF4kUwXL15MZs6cSdTV1YcePXok8PTpU5w9exa2trYo
KioCKysrtLS0sGfPHggKCkJWVhYWFhYYGBhAZGQkdayzr68vCCHMIyMjLP39/dTOfP39/cjP
z/+ppS/FG1NfX4/GxsbfDegZGRmws7ODvLw8NDU18e7dO2pzp38V0CUlJXH58uWfgO7o6Ihj
x45RE3rPnDnzE9B/eW6+fv2KzMxMnDlzBoWFhdTkyrq6OpibmyMqKgouLi6wsLDA9evXcfLk
SQQEBODly5fo6+tDd3c3AyGERVFREQCgpKQELS2tXwW6qakprl69+tM+am1tjd27dyMpKQlv
3ryBiYkJTE1NsX//foSFhaG8vByEEPrXr19TgS4jIwMpKSnExcVBU1MTAgICVKCbmJhg7969
MDU1RWNjI2xtbREWFobXr1+jpKQE165dQ0JCAqqqqlBUVITi4uJZwcHBzi9evIiUl5ePZGBg
iAQQycDAELlw4cIjurq6dA8ePMDz58/ZP378yPvL8tM/DdD7+/vZ4uPjna79P/bePJzKdv3/
f5PSRGlOE800l1BKsyQqkQyRKbNQQpJ5ypi5zMlMZjKFzEPmRIaizEU0p+H6/fFb9330DHvv
Z+/9fD7fvfdnO47zeAZrYa1139frOs/rPN/vS5fizMzM4i5fvrxBQ0MDiYmJ6Ovr26WiohI3
f/78uLNnz8bZ2touNDQ0BKVCxMHBgdmzZyM8PByEEBQUFGDhwoUQEhLCkiVLICQkBCkpKezf
vx/l5eXw8/NDcHAwjIyMICUlBVdXV5iYmCAsLAzh4eEAgEOHDiEvLw92dnaIiIhAY2MjRkZG
8PbtW2hoaEBCQgKRkZE4fvw4zM3N4ebmBjMzMzg4OKCoqAiM8iICAgKQkJCAU6dOYcOGDTAx
McGkSZOwe/duXLx4Ea6uroiLi8OdO3cQGxsLc3NzyMrKQk1N7Tehrq4OHR2dU8uXL48DEMfC
whLHxcUVt2zZsjgtLa3Ud+/e7Xnz5g2+fPmC1tZW5OTkICkpCcuWLQMXFxcNTysrK8jJyeHy
5cs4d+4cysrKkJqaiocPH8LGxgZubm6QlpZGYGAgUlNT0dHRgYGBAfT29uLHjx94//49urq6
8PHjRxQUFMDU1BTm5ubIyMiAi4sLqqurQQhBR0cH2NjYICIiAgsLCygpKUFPTw9RUVFITU3F
3bt3kZ2dDRcXFwCApqbm9qioqLgFCxbEAYhjZmaODg8Pj0xMTKTGQ04AwJ49e/Dlyxd8+fIF
X79+haurKwBASUkJly9fhp2dHXJzc5GTk4MpU6bA3Nwcjx49QkFBAeTk5JCQkIDXr1+jvLx8
YXV1tSmlAzA6OiozMDAgExkZudTS0hKFhYVgZ2cHMzMz4uPjERAQgJkzZ2LDhg3Iy8uDl5cX
li1bhlWrViE9PR02NjaYM2cOuLm56fJYbm4upKSkoKKiAisrKygqKiIzMxN5eXkwMzNDWloa
UlJSYG9vjwsXLkBPTw+hoaGIiopCZ2cn7t27hyNHjuDo0aPg4ODArl27cPToUQQGBqK2thYF
BQU0zB88eID8/Hy0trbi5MmT9GIXFhYGqjHp3bt38PX1RXNzM+V1j+fPn+Pdu3e/Abq9vT2u
XLkCPT09CAgIYPPmzRAQEMDp06dBjddQNsbU5kRXVxd6enpwcnKCr68vXF1dcfDgQWhqasLf
3x+mpqawsbHB0qVLsXPnTjpDv3btGry8vPD9+3f09/eDEAJFRUUAQGNjIyQkJHDt2jW8ffsW
ly5dojP0ixcvwtHRETIyMlizZg1Wr16NGzdu4Nu3b/j06RM6Ojq2qqurywgICMjk5+dvpKRN
GZUAVFVVQVFREQoKCtiwYQNYWFhw9OhRXLlyBb29vbh37x64ubkBAAkJCfj+/Ts+ffqEiYkJ
9Pb2QllZGdLS0rh9+zbtNTA4OIj+/n60t7f/PwG6o6MjxMXF6WtdS0uL3iD+nZbW/5JAp7q9
JSUl/2Gg7927F9HR0aioqICpqSmuXr2KvXv3IiAggF6/SktL/xSgGxoaIi4uDs3NzaiurkZ1
dTVteHP27FlMnToVLCws4ODgADc3N3R0dODn54f4+Hi8e/cO/5ZA37BhwxGqBDFjxgyirq7e
Ym1tDTU1Nejq6l7k5uYmTExMZOHChWTz5s2bGOM+2LVrF2RlZSEmJoYdO3bAwMAA/v7+WLdu
HY4dOwYAOHHiBOLj43Hu3DkUFRXBz8+PLu3u2rUL0dHRyM3NRVdXF62bvX//fjx58gRr1qzB
ggUL6PK0vb09+Pn5wcrKinPnzuHs2bOIiIiAo6MjREREYGpqiurqajg4OGDPnj24fv06EhMT
ceXKFeTk5EBZWRmTJ0+GjIwM4uLiMDQ0RMuw9vf3w8fHB5cuXYKNjQ2sra1/E66urhaU0tDc
uXPJ3LlzCTMzM+Hh4SFpaWkyaWlpCA4OxqVLl+Dl5QUTExMAwL59+1BQUICoqChYWVlBVlYW
ly5dgo6ODnp6elBdXY2Ojg4WHx+fIx4eHgdUVFQWGBgYxMTHx1+gTAOorFtXVxeCgoLw9vbG
7du3kZ2dDX19fZw/fx5VVVUoLy+Hh4cHkpOTISoqCkVFRWozgpiYGGRmZiI+Ph4JCQnIycmB
p6cn1q1bx7N8+fJXM2bMIDNmzCDbtm0jHBwcVJMa2b59e6ygoOCUHTt2gJ2dHW5ubnj27BkI
IQgODoaAgAA94hcXFwdzc3PY2trCyckJDx8+REVFBZKSkqCnpwd7e3vKG5yZEDLZyckJ+/bt
Q11dHTo6OkA5RD1+/BisrKwAgKCgIDx48AD79++HvLw8wsPDoaenBw4ODkrzHcnJyaC0oIuL
izE8PIyMjAxoampCU1MTNjY2UFVVxYMHD5CXl4e9e/dCV1cXoaGhuH37Nvz8/JCbm4vMzExY
WVlBRkYGHh4eePr0KVxcXCAiIoLo6GiYmpoiLi4ONTU1ePjwIQ1zKtra2iAtLU1/7oqKiigs
LMTz58/x7ds3uLu7IzY2FvX19bh//z7i4+Px7ds3ZGVl0UD39fWFu7s7tLW1ISgoiE2bNoGf
nx+CgoJQUFCgF9Lx8XEMDw9jdHQU3759g52dHZKTk+Ht7Q0DAwMEBATg1KlTMDY2RkJCAnx8
fKClpQURERFISEjA0tISTU1N8PDwQGBgIB49ekRrVsvKymLr1q2Ii4vD4cOHMXfuXBQVFeH+
/ftQUlLC/Pnzwc7OjsOHD8PAwADq6upgY2ODhYUFBgcH8f79e7S1tUFBQQFbt25FamoqxsfH
UV9fj/z8fLojPCoqCt7e3jAyMoKYmBhMTEzAzc1NSy+zs7PDxsaGLq2/ePEC3t7eWLBgAQBg
w4YNyMzM/JcBuoODA06ePInz58+jvLwce/bswalTp/Dw4UP8pIn/Lwl0MzMzxMbG/kcDvaam
Bunp6cjLy4O0tDQN9NmzZ4OLi+s/A+gLFy5cKigoWEg5Qunq6vbV19dTVnqLT506VQyAHDx4
MNnMzIxdWloae/bsgZiYGM6dOwdpaWnw8fGBi4sLK1euhISEBH2BnT59GoQQ9Pf3486dO7hx
4wb09fWxbt06LFiwAHfv3kVlZSVevHiBixcv0hdlQ0MD2NnZMWXKFPj5+SE9PR2GhobYtm0b
AICDgwO6urqoq6uDtbU1hIWFYWxsjMrKSlhbW2P79u24evUqEhMTYW5ujvr6etqx6ciRI/D1
9aUtLnt7e/Hy5Uu8fv0aY2NjdFPNr+Pbt2/zQ0NDn7KxsRFtbe3QDRs2vABArKyscoqLi5GQ
kEBLpbq4uMDGxgZUVvtroNvb22Pnzp04cuQI9uzZgwMHDnDw8PAQR0dH4uDgoE7Jog4MDCiN
jIwgPT2dllNctWoVhIWFERoaiv7+fujq6uL06dO0QcGuXbtgbGyM6upqREVFwdHREREREXj4
8CHy8vLoqKmpQUhIyI65c+e+YQimpNjb219ISUnRUFZWtlq/fj2lehc0f/58bN26FZycnPRZ
XXx8PGJjY+Hn5wcDAwNISkqirKwMYWFh0NPTw+3bt/H06VNUVlYiPDwcDg4OAID58+cjNTUV
b9++hY2NDQ4dOoTe3l64urpCREQEYWFheP36NUJDQ6Gvrw9TU1PEx8dDXFwcKioq8PX1pcu9
1CKRk5MDS0tLmJiYICsrC0+ePEF2dvZvgJ6fn4/8/HycPn0ampqacHV1RVJSEry9vZGTk4Ow
sDCYm5tDTEwMN27cQFdXFwIDAyEqKoqioiJ0dXWhurqaNkT5Gea/BrqYmBjs7OxAdRK/efMG
qqqqkJOTw8mTJxEaGop79+7h3bt3dHkfAEJCQuDo6Ijt27dj8+bN4Ofnx86dO38B9PPnz+Pd
u3d49+4dampqcOPGDaSnp+PZs2dQV1fHzp07ERkZicuXL8PY2Bipqamwt7eHvLw81NXVcfz4
cdjZ2SEzMxOpqalISkpCamoqffYYFBSEqqoqREZGYt++fWBmZkZ2djYePnwIZWVlUGJDW7Zs
gY+PDwghCA8Ph4eHBzo7O/H+/Xu0t7fj1KlTWLVqFR48eICamhpcu3YNaWlpiI+PR21tLXx9
fcFQnENPTw8yMzMxY8YMREVFISIiAsuWLcPY2BjevHmD58+f4/r167RQEwAcOHAAKSkp/5JA
Ly4uxokTJ6Crqwt3d3c8fvz4XxLotbW1aG1txdWrVxETE/NfoP+7A/3w4cPw9vaepKGh8ZYx
JzuRlZVlx5grnLJ27dqUuXPnjjc0NOzu6enBpUuXMGXKFIiLi0NWVhanTp3Crl27sHXrVmzb
tg2ioqKQkJAAAJw6dQpv3rzB169fERQUBBsbG0oFCatWrUJERARKSkrw/Pnz3wCdygJu376N
nJwcmJqa0jaZy5Ytg5aWFioqKmBjY4MDBw7gypUrqKyshK2tLfj5+XHt2jUkJibCzMwM5eXl
UFJSwowZMyAiIgJfX198+fKFNgzo7u7Gq1evUFpaCjs7O3h6esLDw+MXERgYCAkJiaQTJ06Q
GzduiC5ZsqQCAMnMzCzq6elBUlISAGDOnDlwd3eHra3tXwS6nZ0d9uzZg1WrVoGdnR1z5syZ
PXPmTLJs2TKye/fuIWpWkhBy9dmzZ1i1ahW9iG3atAni4uIICwvDs2fPoKenh7Nnz6K+vh4t
LS0QFRXF9evXae/nzMxMJCcnw8nJCZaWlrSZh7+//xw1NbXXDKWnN21tbXsmJibw4MEDWFpa
IjAw0JeRqd+fM2cONm/ejFmzZgEA1q1bB0VFRXh5ecHT0xMXL16EtLQ0ioqKEBoaCiMjI3h5
eaG5uRmVlZWIiIigNzgzZ86EiooKioqKkJeXh/v376O/v58uJ8fExNCaz3FxcTAwMEB8fDxE
RUWhpKQELy8vWFpaoru7Gy4uLjTEqQUkOzsbT58+/atAl5SUhI6ODjw8PJCQkICbN28iKysL
4eHhsLCwgKSkJFxdXfHkyRP4+fnhyJEjyM7ORn19PcrLy1FRUYGysrK/CXQbGxt4eHhAXl4e
ubm5kJeXh46ODpSVlXH37l2kpKSgp6cHjx8/RlRUFA4cOAAnJyccPXoUGzZsoGH+l4A+MTGB
1NRUbN++HUFBQXj27Bm0tbWxe/duBAUF4eLFizA2NkZycjLs7e2hqKiI8+fPQ0xMDLa2tsjN
zQUlXHT//n1UVVUhJiYGJSUl6OzsREhICPbv349p06YhLy8PDx48wPnz5zF//nxMnjwZfHx8
sLW1pdeSFy9eoKenB+/fv0dTUxNUVFRgYmJCw9rZ2RlZWVlITExEbW0tfHx86I1pbW0tEhMT
wcHBgdjYWERGRmLp0qV49uwZhoeHUVJSguvXr2P79u20Mt/+/fv/LYB+69YtVFdXU41lfwrQ
1dXV/yrQX79+/bND4u8CvampCY8fP0Z/fz86OztRUFAAW1tbWFhY/F1Ad3Z2hq2tLa5cuUKP
Wv7c3f5foP8vAr2kpASNjY0IDw+3/smiLywyMhI+Pj5STExMRFFRMZ9ynHFxcQEbGxukpKSg
rKyMs2fPYu/eveDj48POnTtx8uRJelE7e/YsPn36hPHxcYSEhMDOzo7uyFy9ejXu3bv3G6BT
mufz5s3DrFmzEBkZSd+Au3btAgCsWLECWlpaKC8vpxdACwsLtLS0wM3NDUJCQrCzs0N6ejpM
TEzw+PFjaGpq0hfI7wF9aGgI1dXV8Pb2xq1btxAQEEA3y0VGRiIvL0+IlZW1Z+/evcTBwUGN
g4Pj0aRJk0hqamrR+Pg4Hj58SFcP/P39YWdnRy86hYWFiIqKoruCnZ2dISYmBn9/f/j4+CA8
PBwSEhIX1q1bV33w4EGip6dX7u/vL1lQUICioiJs2LCBBvrWrVshJSWFuLg49PX1wcTEBOfP
n0drayt9huvs7Iz79+8jNjYWCQkJdLf/tm3bICQkBGFhYfDz889mYmIizMzMRF5ePpnRycla
WVmJBw8eYGBggJePj+/qpk2bxPv6+nD69GlMmTIFACAgIABjY2P4+PjA398fZmZmOHfuHKqq
qhAcHEw32XV3d6OxsRHR0dFwdnamM3RLS0t6lK+hoQFDQ0PQ1dUFBwcHUlNT8eLFC7S3tyMg
IACXL19GdnY2Tp48CU1NTQQFBcHc3BxVVVX0cUhFRQXs7OxgZmaGrKwsGujU2bi7uzuUlJRQ
VFSEqqoqeoTPx8cHWVlZCAkJQUVFBSIiImBpaQlZWVncunULnZ2dCAoKwvHjx1FZWUkLfjx9
+hRPnjyh9amp6O3thaysLG1o4+7ujtu3b9Pn98rKyrh8+TK0tbWRkpKClJQUdHV1obW1FX19
ffj27Rtd0v4Z5nx8fNi9ezfU1NQA4BdCFzk5ORAVFUViYiLGxsZw8eJF7Ny5E1FRUTAzM4OV
lRVyc3NhZ2eHc+fOQV1dnf7bysvL6eujoqICHR0dyMjIwP3799HU1ITIyEiIiIhg+vTpyM/P
R15eHjQ1NbFw4UJMnjwZu3btgoODA92g9ubNGwwPD2NkZARtbW1obW3F+Pg4RkdH8eDBA/j5
+aG8vBx5eXno7u5GeHg44uPjMTY2hpqaGiQmJmL27Nm4f/8+UlNTsWTJEvT09DANDw+jubkZ
Li4u2LlzJw30gwcPIj09/W8CPSwsDMHBwSgpKaHHtOzt7ZGUlITm5maIiopCSEgI169fR2pq
6i+AHhwcjHPnzmHJkiVISkrC06dPQVlIOzk5wdbWlq6I2dnZ/UWg19fX0534f2tNfvLkyV8E
up6eHoyMjKCpqYkDBw7AxcWFBrqAgACovpT379/TY3yUK+DExAQKCwuhoKCA4uJiukeHGu8c
Hh6Gh4cHDAwMYGxsjGPHjiEiIgJlZWV49+4d+vr6fgF0SUlJnDt3DnZ2dvD29kZubi6ys7NR
VFQE6tj2Z7D/F+j/C0B//Pgxnjx5gvb2dg41NbUJhmLc6+HhYc2rV6/WsLOzk5ycHIGKigp8
+fJlgZmZ2YMZM2bUCwgI1K9bt65h27ZtDdu3b69ft27dzfXr10NQUBAMZ576gwcP1o+Oju79
/v07NX4068SJE7cA1HNwcNT7+vomdHZ2svf29jLr6uo6A6jfvn17fXp6uvmcOXOyZs6cWX/9
+vU7cXFxsLS0FF69enU9gPrFixe76+npoba2luPSpUvR/Pz89aqqqrlBQUFiGhoadZs2bapX
Vlbu8vLy2uzk5ITU1NSQgwcP1gNo2L17d0xERMQ6QgjLmzdvQMW7d+8wNjaGO3fu0Fm6s7Mz
jI2NYWZmBmNjYz1WVlZy+fLlB3Z2drM5ODiGmZmZSVxc3IPXr18jLS2tDEADGxtbvZGRkaqh
oaEHMzNzPS8vb1VBQcHu7OzsuZcvX845fPhwvZaWVoaEhMRUCwsLHD9+HKdOnfKYP3/+vfPn
z3ePjIyQ69evP5OWlk7z9PRUqKmp2cHLy1sPoJ6Jial+/fr19Xv27Kn39PQsrqmpsTx58mS9
qKhofUFBgWlFRYXnnj176jU0NMoTEhLWR0VFgYqrV69CV1cXhoaGMDExwYULF4IAfJ82bdqX
kpKS/YODg/j06RNqa2tRWlqK/v5+LFu2DJcuXcKXL1+Etm7d+oghl1vPw8NTb2xsLBAcHAwz
MzNuBQWFehERkfrk5GTv4ODgDUpKSsVmZmb1WVlZlrGxsXB1dV1/6dKlXgD18+bNq1dVVa2/
devWzfz8fPT39894+vSpk5iYWP2kSZPqvby8csbHx2e0trZSqoILvby8Hq5cubJhz549DU5O
TuYODg6oqKiAq6srLl26pOnq6tpw7ty5Bh0dHc2CggK0t7ejqalpub6+Pt+RI0cOaWtrS1pY
WKxOTU2Ft7e324EDB+rl5OTqLS0tlzo5OSkYGxvXBwQE1IeFhSkaGxsbHTx4sP7y5cv1paWl
x8zNzW/v2rWr3tfXNzYqKgqhoaF05sYYcYG/vz/8/PyQnJy8SVRUtJ66jjU0NOqvXr3qraWl
hezsbKipqc2SkZF5ICYmVu/h4ZGSk5Mzuauri3YGGxgYgIWFBTZs2PALcSNhYeGVu3btqj98
+HA9gPqTJ0/WNzY2Hh4aGkJmZiZOnz491dnZOTMzM7NeU1Pz8LFjx2BjYzNXSkqqQllZuf7u
3bsRdnZ2bGfOnJmkqKhovXfv3nolJaV2JyenPffu3UN8fPx6f3//6piYmPrS0tIdra2t6Ojo
mOXt7e2+c+fOelZW1vqsrKyT9fX1HKdOnbo1ZcqUBgANGzZsSPDx8Zn+6zWltLQUkZGRdEac
lZUFX1/fe0ZGRvX+/v71FhYWDeHh4fXm5ub1dnZ2FdXV1XObm5tRXFzMtWjRog2urq6VN2/e
vMXFxYWOjo6FHz58QG5u7hEdHZ0uHh6eemZmZuo9fhEUFMT/N4DOY21tfd/U1LTe3d293tzc
vMHf379eXV29PiYmxqqrq2vqsWPHICEhsVxTU9PJ0dGxXlpaekN4eDiCgoJw584dqKioSM6f
P7/B3t6+sqysTIyy6XR1deVVVlauP3XqVH1CQoKHl5cXJCQk/iLQ37x5g56eHnqk8vfi27dv
aGhoQGlp6W+AfvToUVy6dAknTpzAokWLcPToUTg5OUFUVBQAoKysDHNzc6xevRqHDx+Gj48P
Ojo6MDo6iuHhYXz79g0ZGRlQUlJCS0sLKPGZ/v5+9PX1YWxsDM+fP4eLiws0NDSgo6OD27dv
486dO/TjCSH0BkJFRQWampo4f/48FBQUaDGn79+/4+nTpzAxMYGGhgauXLnyX6D/bwH9zp07
CA0NRW9vL6qrq/exsbGNAyBSUlJkyZIl5OzZs8mfP3/G6Ogo3r9/z62trd3FcOYiOjo65ODB
g4RhV1pMlVRnz54dQimHhYaG1lEZuLi4uNz8+fPJ4sWLyapVq8jcuXOJlZXVpadPn066cuVK
PQCyePFikpmZSSgnqp07dxbl5+fv3LNnz7uFCxcSUVFRwsTERHR0dCwbGxtX7Nu3b5DxuK83
btyQpyRDDx48+M7d3X2ugYGBz6xZswgnJyfZuHEjbcn58OHDxVFRUYiJiUFMTAxCQ0NRUFCA
t2/fYnBwEF++fEF5eTkOHDgAdXV11tWrV6cuXryYtLa2HjU2NsbChQvfASCpqakFLS0tiI6O
jly2bBkBQGRlZe0TEhLEmJiYyPr160l0dLSsvLy80/Tp02mbw8OHD1c4OTktXbJkCRYsWFBM
yVyOjIwQyo716NGj5gUFBeenTJlCGWPQs9sLFiwgQUFBjyhb2GvXrpHu7m56zj8pKamypKQE
eXl5yM/Ph76+PmRkZKCkpAQ1NTWcPXu2ijED/qO1tdXzzZs36OrqwujoKIqKipCYmEg7eeno
6JQDIKtXrybHjh0jAIigoOBoaWnpDh4envnU71RSUiJNTU3033Ds2LGXDAGfxQcOHGilrgkW
FhayadOmEl9fXxQXF+/Yvn07WbhwIVm9ejWZPn06iYiIeDQ4OMgeGRk5R0JCopXS6efj4yPz
588nPj4+1s3NzQgPD1eeO3cuWbx4MaHUAaurq7f09PRs0tTUHNPX13977do1wsLCQqSkpL6G
hYUJqaqqplLvp6amZqScnNwldnZ2AoA4ODiEm5ub51N/f2xsrJm7u3srQ0FxfPHixViwYAFm
zZoFLi4uODo6wtPTE66urvD09IS3t7cwdY2tXbuWzJw5kzAzMxNdXV3n4uLibXv27HlKOZpN
mTKF+Pv7F33+/HlxT08Penp6aHvdzZs3Y/bs2Vi6dCmWLl0KLi6uzdOnTycLFiwgAgIChKH1
/zw4OJgzJycHIiIiFdTfzMnJ+cnU1HSHtrb2JMqYgpOTk8TExAgzGsoIQ451IigoiCcjIwNR
UVF5lMHKyZMnS8+dO4eWlpZlOjo6j6mfW1RU9DU+Pr6Vem0/yY7WxMfHT/f19YW/vz8CAwNx
7do1GBkZwczMDGZmZrC3t4eysvIX6rMXExMjc+fOpXo0iLOzM0tfX98OHR2d95TaHDMzM1m3
bt2NzMxMNDY2QkZGZjs3N/fIz+YhUlJSjQ8fPlwxPDy8ghJf6u/vx7Nnz9DZ2Ynnz59jeHhY
grKpZWNjI0eOHCFUv5C7u3tFY2PjzGPHjvFv3LiRtoFdu3YtsbS09EpISEB0dLTIunXr6N/J
y8tLysvLjcvKylaLi4v3sbCwkMWLF5N58+YRe3v7BGlp6WkXLlxAfX09pKWlYWhoiDt37qCx
sRGjo6O0kuCv5YGpGBgYwJMnT1BVVQUHBwf4+vrC3Nwc58+fBz8/PxISEuhKDXXkJSkpCRMT
E5SXl2PHjh20r4C5uTlqa2tpIav379+juroaBQUFtOASYzyWhvqHDx/w9OlTBAcH01Dev38/
FBUV6SkFSUlJ7N69G9nZ2YiKisKpU6dw8OBBWnehr68Pnz59QldXF4yNjaGurg5jY+P/Av1/
A+gqKiqQl5eHmJgY5bec+PNNs3//fomXL1+iv78fXl5eMDQ0vMzExERpLJ/W09MzYDhGpS5d
uhRTp07FggULPCmL1RMnTgwMDw/PuXnzJm7cuLF/48aNRFRUlIiKilK/w1pBQQGampqKDAgQ
Qgg5evQoJf3pr6Wl5UR1XfPy8tId2BoaGggICPBmuO6UX7t2bQcXF1c8w6nsal9f33zGY3/U
1dUl6OvrCwMYYWZmJj4+PoezsrIQGxuL2NhYhIWF0Rf6q1evMDo6ipcvX6KpqQm3bt06MHny
ZCIpKVkTFhaGo0ePzly0aNEYCwsLycrKKmpra0NBQQE0NTXvMTExEQsLi6KhoSEPJiYmoqys
7FpcXIwzZ854zJ8/nxgaGhJubm4ydepUsmHDBlE3NzfY2tqmAiABAQGkqqqKTJ06lZLavXTw
4EHs37//haura8+0adPIunXr3vn7+7/ZtGkTYZx1RQIgRkZGtOWsvLx8z8jIiMDz58/R2dmJ
Z8+eITw8HO7u7vD19UVISAgcHBwaqAU2MjKymHKmunLlCgwMDODi4gJbW1sYGRnB3d09fNas
Wd+tra3J4OAgbR+7YsUK61OnTmH37t0EALl8+TIhhNAbp4iIiGBGOXblxo0bT86YMYMsW7aM
MDMzkxMnTiQ4OztDQUEhn1rYd+zYQXtn9/b28kVEROxkXCPVtbW1wqGhoVoMa9Gmt2/fnjx6
9ChhvHZlPj4+BQC9L168WOHt7R3C2OS4j42NbVu2bJkHw5wkPDw8fNbu3bs/MsxhTlRVVdnw
8vKSKVOmEFVV1UXGxsaYMWNGKQBSUFDg0NDQUM9YyGV37doFPj4+8PLy4siRIxgcHMTHjx/x
5s0bfPjwAT9+/AgSFRUdnzdvHikpKSGUBayBgUFfV1eXirKyMtHU1CQODg6E6pO4devWfjs7
O1qn3draGtzc3ODg4MCiRYuwcOFCLF26dCsrKytxdHQktbW1ZNGiRWTy5MkkKirqbHp6uj8L
Cwvh5OQku3btIpTJ0sePH09dv369jbqPY2JiHj969Kiccteztrb2IIQgPT0d4eHhxzk4OD4w
dNqrLCws2BwdHeHs7Kwzffp0smzZMlJQUEAYMs6fpaSkjktKSgoD6Ge4sx13cXGhBUmioqIQ
Hx+PsLAw3LlzB6mpqbCxsZFjmAr13717V1hbW7ucoWTX+unTpwMmJiYfGX+ry6JFiw7NnDmT
LF68mPj7+5tbWlpCQkICfHx8Dj+7jhkYGDwbGxvjHRoaWkBl6QMDA0hLS0NsbCwSExORm5uL
a9euVQIgZmZmwzk5OcLr1q0rYBidbHFycsLu3bs/T5kyhWzatCnq1KlTEQwPiZGWlhYFOTm5
HwwVM1cNDY1MAL2lpaUXXFxcrBlOXbTkLS8vLxEREWE9d+7cxeTk5IdHjhx5qKmpGWNpaYmi
oiK8f/8efX19fzNevXqF7u5uuLu74+HDh2hpaUFlZSXu37+PoaEhGuhJSUnIyMigxIpw7949
+mhu2bJlsLe3R0NDAxoaGmjNgtHRUbx9+xa9vb2/gDkVVAn+8ePHePr0KYyNjXH06FFISkri
06dPeP/+PW3FWldXh9u3b0NKSgpiYmLo7++nN1W9vb348OEDurq6YGJiAnV1dVhbW/8pQD9y
5AhKSkpgZ2cHQUFBaGtrY3h4GO7u7oiMjPy/DXSqkYHqWr1///58Sm+Xh4fndUhIyM7BwUFU
VlbCyMgIzs7O9szMzERJSYmMjIxAQEBgMRMTE1FQUEg3MTGBqKgoli5dakMtJIsXLyYFBQWO
7969w/j4uC+1aP90Yxrr6emhpKTEcv78+WTWrFlEU1OTsLGxkWXLlpEbN24EATBh6E0TJSWl
H5qamvU8PDxeW7ZswbVr1+7OnTuXTJo06TOAtwDeMLJwo9zc3HgWFhYyffr0N9evX4egoCDY
2dmfAyA5OTnVnz59oht5+vr6MDIyQnfVvnr1Cp8/fwYhBDo6OvUMQEl8+PBhqpycHFhZWceY
mZlJVFTUg9raWkRERCAsLGwvBwfHMDc3N+Hj4yNz587ttrCwWJmYmIiIiAhTKjv6Kfa5uLjA
2dk5dcqUKWTHjh2Ek5OTTJs2jXBwcJBr167Z8/Dw4MKFC8y9vb1H2NjYyMyZMwezsrLEP336
ZFtbW4v09HShmTNnvl6xYgW5cOECYWNjI35+fjIFBQVITk5GcnIykpKS0NLSQhvDDA0Noaqq
yoLKmDU0NFK9vLygrKwMLi4uaGlpIS4uDhISEjh27BhiY2Mn8/HxvaEqM1QH/KxZszSys7Nx
5coVOtuSlJQkU6dOJUxMTOTRo0cX37x5g7q6Og5RUdFYXl5eEhwcTDm7xSooKEBGRuYj9dwj
R44QUVFRcvny5c53796t8fT0TGRUW1KtrKygp6fHvWDBAsLKynrPycnpyqRJk8iGDRtIa2ur
cGVlJZSVlREeHr5rx44dhImJicjKypqqqalh586dZwEQcXHxR/7+/ot5eHhaGdfT5507dxJW
VlayevVqoqCgcOjGjRswMzPLmzx5Mjl9+vRnAQGB76Kioq0JCQmslIMbdb7a3d2N3t5e2vd8
cHBwfn5+vsPy5cvJ7NmzaUtcGxub9+Xl5QgKCnKWl5enxwLnz59PeHl5Bbm5ucHNzY0lS5Zg
/fr1yMjIQE1NDYqLi1FSUoKurq45Wlpaxezs7ORnq9LY2FgrFRWVTmqDu3z5cjJ16lRy8uTJ
4bdv3x709PSkrCfJvn376E30zJkzyYoVK1x37tyJlJQUREZG3qYqRytXrvzR2NiolJGRAR8f
H8u1a9fSAGWY+Lw7duwY9PT0wMfH94RhWPOYcuJzdXXF5cuXf8/IcAEzMzNZuHBhu66uLiIj
IxMYxholQUFBquzs7ISVlZWIi4srMhb7bIZLYvq5c+fQ2Ng4f9++faVbt24llG3v0aNHu0ND
Q3moc/vR0VF0d3cjIyMDKSkptGhTbGxsHQASFBTU7eLigsmTJ4exsLAQXV3dEzExMYZMTExk
69atYy0tLZv9/f2ZFy1aRNjY2CbCw8MJOzs7Wbt2LXn27NkZhgIis7+//9LTp09/o+6HQ4cO
EVFRUbJ///6kCxcu2FJjwNR7tnr1ajQ1Nf1hoFNg7Ovrw+vXr/H+/Xta/bCvrw/nzp0DAERG
RuL+/ftoaWnBwMAAUlJSfhfozc3N6Ovr+01G/ntB6RpUVlaitbUVV65cgaioKGRkZPD582eM
j49jYGAASUlJKCkpQWBg4O8Cncr4P3/+jM7OTly+fBmGhoYQFhb+p4F+9OhR3Lp1C7Kysjhz
5gzCw8ORnJwMHR0dZGRkoLy8HI2NjTA0NERsbOz/LaBrampCR0dHnZmZOX3VqlVphBBJf3//
NwB+eHl5BRBCMDg4OHV0dHS6ra0t1NXVLzPKyoQQcjAmJuYOo3wZxhjn2bV3795nQkJCXyQk
JD4wXLh87927BzExMQKA3Lx5k9y4cYMwMTERGRkZ+7GxsUmVlZXc+vr65ZMnTx5dvnz50wUL
FnxbvHgxsbKyooEuLS2dSghZSQiBj48PBAUFISgoGDZt2jSyf/9+kp+fT86ePUt5/WqfPHly
LcMk5IOwsDDs7e2xa9eufkb2pffjxw8MDAzg9evXGBgYQE9PD90kNz4+jtra2ulXr17VnTx5
8jdVVdVKQshqQsi0urq6uaysrKNMTEykoaGhtKamBhcvXoSBgQGEhYVbqBtZVFQ06cyZM9j2
/8/b9U2ZMoX4+PgQaWlpqhTKc+PGDdjZ2aVNnz6dACB5eXnk8uXL1Aih8eXLl9Hf34/h4WE7
xmO+7dmzZwrlyuTo6IgTJ07QC7eiouKnV69eLS8pKaHHq8rLy3Hv3j1ER0fTjXJpaWmQlZV9
zyifDycnJ0tt3LgRPDw8cHJyYo2IiJDdv39/+okTJ6xjYmK4WVlZx4WFhYm0tDTtZmdiYlLV
3d29W0JC4g1l5mJsbEzY2NgIExMTqa2tNXn48CEyMjI2cXNzk5iYGHLv3j0CgPDx8YVoaGhA
Vlb2BwCir6//JCwsjLe0tFTw69evKyYmJia7ubkRAERLSytFXl4eBw4cWLZ48WIyadKkRGVl
ZVMA5NChQ4QQsi8tLQ3Nzc2oq6vj2bt37zeGm5ubm5sb+Pn5JRjVIuLr63tm/vz5RQDIlStX
3js6On4BQJYvX07ExcX3Xb9+HTExMQeosizj2MiUEIKJiQlMTEzg27dvIISgra0Nzc3NaGlp
oc/B3759a7h161bCzs5OuLm5qSbTNm9vb+HFixd3srKykhs3bpB58+aRmTNnkm3btq3ctm0b
tm7dCh4eHggICODFixf48eMH3r17B0IIxsbGIC4ursHOzk527txJli9fTgAQVVXVT1xcXN+Y
mJiIubn5k507d/IKCQkJ3r9/f05vby/s7e1/sLGxkZ/NlxYuXEgmTZpEli5daj1z5kzKWz1v
/fr1n7ds2fKRsQFpHRwcRHBwsM6KFSsIJycnuXDhArVp+2hjYzMzPDwckpKSzwCQU6dOvTEw
MICWlhbU1dWhqamJ4OBgpKWl0V3l7u7uexgbj2enTp1CcHBwBgDi4eHxWFJSUps6RnJ0dJT/
/Pkz3NzcHjKOOtIDAgJQUFCgysnJST58+EBcXV2p+0M1Li4OHR0d9OdQUVGB8vJyVFVVoaam
Bk1NTYiKiqoDQPz8/AadnJwwbdq0kOnTp5OAgIDdfn5+8ozrsZ8QAjMzMyxatIjMnTuXGBkZ
0UcW165dk7px4wa4uLjg7++//PDhw1Q1LPnevXu8d+7cEcrLy1sRGRnZAWB86tSpo3Pnzh01
NDSsrampwZcvXza/ePGC7Y8AnYL68PAw3V1OdaK/fPkSSkpKAICoqChkZmaiuroag4OD/ytA
f/v2Ldrb2xEfH4/S0tK/CvRfZ+q2trbYvHkzLc/6R4B+/PhxHD9+HNnZ2TTQz58/Dzk5OSxa
tAhWVlYYGxuDmpoa5s+fj4sXL6KqqgplZWW/pxT3nw90xlc0pa198eLFH4sXLybTp08f9/b2
nsPYJS4eHx/nevDgwdxjx47do8p6FRUVFy5cuDAOgOjp6eUmJSXFUWesnp6eZWJiYuaMLP17
RkaG/759+74DIAkJCcTY2JgwynVfq6qqtjKETiZxcXGxZ2RkSAsKCn5neFwH6+npOTLOwF5L
SUnpSEhIyF64cOHMt2/f1qirq5cxduuEEEIvPOfOnYtxdnaevXDhQsLCwkIUFBSSHR0dg+fP
n0+2bdtGXr9+vX5sbAyjo6MYGRnB3bt3oa+vT1lrwsnJaausrGwHtRAKCAh89PDwqA8ODk4N
Cgrqmzx58lcA5NKlS189PDzMzczMZhQXFyMmJsaSWpzevn2rfenSJfDw8EhSC8P4+DgRFxcn
DOBc7uzshLq6ehxjw0IIIfSmxN7ePuXLly9zW1tbER8fr8fI6n5Mnz59oba2Nj1KlJOT48/o
Y/gWFBR08fc+57CwMNjZ2cHd3R1ubm4ICgpi8vLyOjxnzpwJRhZM9uzZo7Fz585T586da1q1
ahVhQO9TWlraMwDk7NmzpKCggHBxcRFmZmaip6cX6OTkxLZq1aoJxhk0IYSQTZs2UTakXo8e
PZpnZGRUxsjGaOtZPj6+0ujoaJiYmIQxNl1P58yZs3nJkiVK9+/ftyKETPH09PzE8HxuPHz4
8NnVq1dfZZxxPo6MjBTl4OAYY2VlJWfOnLHbv3+/uKysbICfn5+gsrKyHwM0n0tKSs5xcnI6
MDadKQMDA9s4OTnHGRoC7NHR0aaMKg5RUFDY5O7ujgcPHuDChQtpDEeosebm5mPl5eUoKytD
WVkZHj16hNjYWHosjhLWMTQ0nCslJZXEzMxM1NXVibu7OwFAjh8//iI0NPQq9T4nJSURVlZW
AoAEBgZqPnv2DI8ePaKjsbERzc3NaGpqQk9PD27duhU5ZcqUT3PmzCEJCQm05aScnBw5ceIE
telpVVFR2bxjxw65u3fvxpqZmW1etGjRq3Xr1tHHVHPnzqWrK+fPn8+9efMm24kTJ65v27bt
Kzc3t6+VlVXgpEmTyPLly0l4ePhWOzs7acqTvKenh1CVu3PnziUbGxuHUHazkZGRdz9+/Eir
GlKaDk1NTWhtbcXIyAiSkpIeMaoDbYx5/ETG/dPz+PHjPby8vL0MSLvn5uZOpza9MjIy5/Ly
8jaIi4u/nj17NmltbSUUTI8ePRpfUVFx5NWrV6Csipubm1FfX4/GxkY8e/YM8fHxEBAQqKAq
CY8ePeLYsmVLOeN3X9TS0lo7adIkwsHBQTo7O61evnwpPGvWLMLFxUUaGhriV65c+REAUVBQ
8A8LCzvFw8Mj3djYqGdmZvaYseFInTlz5mYODg7NqKiob9bW1lsBsM+dO5d95cqV7AUFBTMZ
EsDsfX19LH8U6JQPNxX/LNCpcvr/NtApqH/69AmDg4MQEBBAQEAAKisraSfBvwR0NjY2iIuL
49ChQ7S3yK5du2gFz9WrV8PU1BQ9PT0wMTEBJycnNm3aBDs7OxgbG0NfXx+pqal4+vQpvcH7
jwf6mjVrsHbtWjfKrpJRVvtaUFDwsqCgYFJNTQ2+fv2K9PR0XLlyRZjKOgBMLFmyRJ6Jiek1
I8sjOjo6lC/2RG1t7R4tLa3z3NzcXxkL15c7d+4ET58+fYIqt1OlWQDbly1bhqtXryI6Ohp5
eXn3Z82a9RXAhLW1dfLz5883mJmZdVMlYgDE2tra5MWLF6f2799PJk2aRLi4uCZcXFwm2NjY
CDMzM1myZAmxs7MTKSoqunL06NGJSZMmERYWFrJgwQLy5MmTCEIIW0dHBx4+fIi0tDRERETg
8uXLOHz4MBh+y0k/ZzUzZsz48XMZjYWF5RsHB8cE46YmLi4uPIQQ1NfXX2TAo6+jowP5+fko
Kys7Iicn942FhYVwcXGRyZMnEyYmJnL48GFCCNGRkJDoZmZmJhs2bJjIysqamD9//gRjE0LC
wsKE582bh5UrV5YyXuf38PDwBQkJCfDz84OYmBhSUlLmcnBwkM2bN3c7OjoiLCwMt27doiMw
MBB+fn5wc3OjR80owG/fvn3XoUOHXv/UVEU3runo6LysqKhY5evru5OTk/Mb1VjEyMZfXLly
ZeXixYvnU1aKysrKxMPDg0yePJkwMzMTOzu7t66uri2Mz/sHgAlGfGdkTJmtra08J06cmPjZ
rMXExOQWIQQODg6dP38GjNc4cfHiRcPbt2/D2to6homJiUybNo02WDAxMSkMCgri2bt3by9V
yufg4CC7du366O7uzuPt7R0xf/58wsHBQSZNmgQA5lSTXE5OTlxFRQXq6+uRnZ2dzOjFyHz8
+DEKCwtRVFREj77Z2tpCQ0MDRkZGdNjZ2QlT5+YcHBxk9uzZZNKkSeTmzZs6tbW1hyn/b2Zm
ZqqRlIiLi5Ph4WGlly9f4sWLF3j+/DnS09ORmJiIlJQU5OTkyFDgZGZmJpMmTSLTpk0jU6ZM
IdevX3e4efOmPlUxoT4bVVXVhuPHj2+k+kWo723evJm+P9TU1EhlZWUd9f5aWloGxMbGLqCa
1VRVVYm5ufkT6vtOTk69ubm5t6jvU5/VqVOnJnp7exd/+vSJ4/Xr1wupTuiYmBhMmTIFCxYs
wKJFi8DBwfGRmZmZMDMzk8DAwFBhYeHPkyZNImxsbOTt27eTCwoKrs+fP59wcnISFhaWEcY6
UldXV8ejoqLynvEavlNHA6ysrGTKlClEXFycyMvLQ1paGhISEoiLi0N/fz8eP36Mzs7OVYWF
hQns7OyEiYmJCAkJvYqMjKylqhRnz54lLi4uPCdOnIifPHkyWbt2LZGTkyMAiLKycjAhZHlM
TMxtxhEF2bt3L5k+fTpJSkrKb21tPbVp06Yf1L3CuCfCU1NTcfr0aVpSNCEhASMjI3QJ/Y9k
5r+G+Z+ZoVO/h6o4jY6OzhwaGlry4cMHjI2N/Y8AnSq/f/r0CeXl5SgqKkJ+fj50dXVhYGCA
ffv2/QLoZWVl4OLiAgDIy8tDSkoKkpKSkJWVxfnz52mJ7p+BfuXKFaxYsQL8/PwwMzODvr4+
9PT0oKuri4yMDDx9+hSPHj36zwf6sWPHcPLkyVlWVlZ39+3bV3D69OmYkydPcr5//37R2NgY
U39/P75//46BgQHk5uYyOzk5XfPw8MiRkJBYHBsbOzUyMlLjwoULyrq6ugsyMjLmHDx4cN6t
W7c429vbERoaOs3d3X25srLymadPn+66ceMGli9fzllYWBigo6Oj5efnF3vkyBETAJMZmuKo
r69HeHj4nCVLlnACWPr48eOVg4OD8Pb2nn3+/HntwsLCghs3blhcuXIFUVFRyMvLC7aysopZ
vHgxp66uLufZs2e1xcTE9GxtbQuio6NXt7W1wcvLizMqKko+ICCgQEZGZuOzZ88QGhoKOzs7
BAcHIyYmBsnJyfD09ISmpibi4+MREhISRS0ckZGRrmJiYpyrVq3iXL9+PScrKytneHj4bGtr
62hGk9bjxMREu+zsbD8ZGZmeRYsWkejoaOWwsDCm0tJSvHz5krWnp2dleHj4vStXrhQcOHDg
zO7dux+YmprG/fjxg1dbW/uAjIyMzezZsznj4+M5Fy9ezJmcnGyemZkpZmFhwbJq1SosXLiQ
Oz4+vkBcXFyut7eXmWG7iSVLlhw4ffp09cyZM8mBAwckjx07hu3bt9MzzFu2bIGIiAjy8/OR
kpICHx8feHt7IywsDFZWVti3bx/09fXnr1mzhktNTe3R7NmzC7y8vApSUlJM2tra1n7+/BlW
Vla4du3aMRMTk4KDBw8W2NvbF0hISPCYmJjA0dFxuZmZWYGBgUGBk5OTUWhoqJGtrW2Bra1t
QX19vef169cTpk2bRjw8PO4fPXqUEwCnoKDgfWZmZhIUFFRICJnj4+PDaWpq6ishIVEQHBx8
Lj09fQYhZLK3t/dNxvub7evryxMREeG0Z88ezpSUFAwMDAhkZGTsOXLkyNmjR48WHDt2rNnA
wEAjPT19xdu3b6fevXt39a1btwqkpaULAgICCiIjIw+qqalBSUmJ09PTs2DPnj0aQkJCqKur
U5aWli4QEBAoePz4sZKVldWBpUuXSmzdupWsX7+elJWVbSsoKMD9+/fpePDgAby8vHD9+vVf
KGTZ2tpO8fPzMxAWFi4AUDB37tyC8PDwmHfv3qG+vh6nT5+2AVCwbNmyAkdHxwIODo4CQ0PD
xN7e3jXt7e30jHt3dze9kLx69Wq7oqJi5vbt2ws2b95cAKBAQkKiQFVV1Y0yMhIWFjZZvHhx
4+bNm4mCgsLjN2/e8PLz82P16tVn7t69W5Cbm1sQGxtbICQkxCkrK2ukqamZKy8vz1lTU3NA
RESkWE1NLbu5uZmzv79/05UrVwqmTZtWcPToUZ/79+9fOXv2bAEnJ2dBfn6+WENDA7S0tDyP
Hz/+koeHp0BOTu62lZUVJyFkYX9//7SBgYFpAwMD9HjU9u3bcfDgQRw+fBi7du0KPXLkSIG9
vX2im5ubcFBQ0C1XV9cCISEhnfT0dPHv37+z1dTUqPLz8xcCaDly5EhBUVHRrvHx8UV8fHxU
pcwkLi7OoaenJ2T16tWfGVWK2tzc3OVpaWlITk5GfX09Ojo60NTUhObmZvYXL15YHDp0qGzj
xo0FL1++PG9ubr5127ZtLkFBQQUODg4KKioquHjxIjw9Pe9ycHCUAyixsLBwffPmDQYGBuaP
jo7OunHjRgqAAgAFU6dO1bl///5cQsg0KSmpjTNmzMjn5eUtWLBggZuVlRUIIVMpgaatW7ci
PDz87wL678H8nwF6U1MTGhoaqA0OOjs70dXVhZSUFOTn5+Px48cs3d3d06hz5/7+fjqj/TOB
znCKxKdPn+hegLi4OFhZWWHr1q20+A4hBJWVlVi/fj0WL14MeXl5qKioQFZWljb8kpOT+4tA
FxAQgIWFBa1Sp6OjQ/vVP336FGlpaf/ZQN+/fz9ERETg4eEBMTExqKqq4tixY3TzFHVeyLDO
Y/srjkHMhBAOQsiM79+/o6mpiRbWuHTpEkZGRmBpaYnly5djcHAQpqamSEpKooU4AMDT0xNl
ZWW4c+cOLTP69OlTjI6OwtzcHBcvXkR/fz8CAwOhp6eHuLg4tLS0ICAgAPPmzaN3ZGfPnkV0
dDQ6OztRVlYGW1tblJWVoampCbq6ujhy5Ai2b98OU1NTWgs8Li4O/v7+OHnyJAICAjAxMcFr
bW39AQBJTk52qKmpgYCAAC0f+/jx4+VCQkLvFixYQPr7+9WDgoLKqWxGWVm5Mioqaq6lpSXt
GDc8PIyioiIEBwfj1KlTOHLkCC2baWBgAA0NDcyZMwdJSUlYuHAhysrKMDQ0hP7+/qlNTU3M
hw4dQm5uLsTFxVFQUIDXr18jIiIinBq5EhERIQkJCfxeXl7w9vamIzw8HKdPn0ZGRgbGxsaQ
nZ0NHx8fhIWFwdraGkJCQjhy5AgiIiLw6tWrxWxsbAgODgYhBCMjI9MnJiYmU+Y31IhMSEgI
jh8/jitXruDOnTvw8vKCvb09AgMDUV1djZCQEISGhuLRo0dITk7etmnTJv2HDx/ynz17FgoK
CnBycioVFhZ+9eTJk+Xfvn2Dvb09PDw8oKysjKqqKqirq8PMzGzRgQMHvjK60/M+fvyIuLg4
bN++HSMjI/j27Ztoenr6emlpacjIyEBVVZWZEDKzvLwcL1++REJCAjIzM2FiYoKcnBxERkbi
/PnzMDQ0REJCAoSFhbF3715MTExAQ0MDoqKiuH37NgfVcMU4S0588OABU1RUFKKjo+lISEjA
jRs3cO3atV/o/V+7dg137tzBsWPHwMzMjBUrVqCgoACEEJSXl4NyqeLh4UFISAjmzZsHHx8f
DA0N0bauT58+xeDgIO3v/e7dO+jq6mLPnj3YuXMnPf97+fJlGBgYwNnZGZs3b8aePXvw8eNH
/cDAwMmfP3/Gtm3bsGHDBhQXF+Pp06d48OABgoKCUFlZCVNTU0hKSqKiogJSUlIwNjZGRUUF
3r17J+Xi4jJjxowZkJGRQXl5OSQlJXHq1Cl8+fIFAwMDYIx6LuTi4kJQUBCqq6vx9u1b7oGB
AWYKPl+/fkVeXh5EREQgJyeHc+fOQVxcHKdPn0ZISAhcXFxw7949REVFQVxcHMnJySCE4M2b
N7TK5NGjR/Hhwwc0NDRAQ0PjpJycHLG3t5enXOx8fHxyNm7cWG5pacn99evXdW/fvsXbt2/R
39+PpqYm2llveHgYYmJi2L59O75+/Yr29nZYWFggKioKt27dwvnz56GlpYXo6GisX78erKys
9H3Z39+Ply9fIiQkhBaNYmdnp7vKxcTEwMbGRssie3p6ghAym7JPdXZ2houLyx8C+l/KzP8s
oDc2NqK9vR1dXV3o6ekBCwsLNm/ejNDQULS1tUFOTg6urq7o7+9HS0sLqqur/3Sg/7qT/vPn
zxgeHsaRI0fg5OREe8lHR0fj4MGDUFRUhJyc3G9g/keBbmRkhEuXLtFHYhkZGXj48CGKioog
JSX1nw10JycniIiI4Ny5cxAVFaVdvX567JwfP34sJoTMJISwEkKmEEKmjo6Ozvzy5cucb9++
Lfv27Rv/169ft1DPoWRE9fX1MTAwAGtrayxbtgzt7e0wMjJCbGws9uzZAwAwNDTEu3fvwMjs
ab3olpYWjI2NwcHBAVpaWmhra4OnpycsLS3x4MEDVFVVwcPDA/Pnz6eNInbt2gVvb280Nzej
oqICz549w4cPH/D161cYGhpu2bhx446zZ8/u8PT03JGbm7ujvLx8R3Fx8Y579+7tOHny5I4L
Fy7s8PPzQ3V1tXB0dPSjhIQEub6+PuzYsQNCQkIYHx9HZ2fnQhMTkww7O7scQsgse3v73evW
rXskLy9/X19ff1pAQABu376Nhw8for6+Hi9evACjcxhiYmLYv38/3NzcQAiBgoICxMXFaWcp
Tk5OpKam4tu3b0w9PT3yY2Nj7B0dHcjMzISmpiZqamowMTHBnJ2dfRHAI25u7keFhYX2ExMT
01+/fo1Xr17h9evXGB0dxffv36GoqIg7d+5geHiY0nCnpXiFhIQgKioKHx8ftLW1gY2NDT4+
PnT57dOnTzA3N4eVlRUcHR0hISFBv4YrV67g9u3bcHZ2hoWFBfz8/FBcXAwfHx/4+vqCEuDg
4eHBvXv3oKmpiYiICNy9e3etpKTkkurqatpYxMHBAefOnUNJSQn27NmDRYsWLV65ciVZtWoV
kZSUJF1dXQcLCwvh7e2NmpoafPz4EWlpaTh58iStWPX+/XuUlpaip6eHHp0yMDBAUlISwsLC
oKKiAgMDA9y5cwd79uyBkJAQXr16BTk5OSgqKuLBgwcLVFVVqwE8UlZWftTV1bWzrq4OtbW1
v4impiaUlJTA1tYW169fp4FuYWGBoKAgHDlyBJMmTcKyZcuQlpYGQggNT0o619fXF3PnzoWb
mxsGBwd/AfSfM7WxsTFoampCUFAQ27dvBwAoKChAT08PhoaGuHHjBu3G1t3dDU9PT4yNjWHH
jh1Yv349MjMzUVlZiba2Nuo+XtrY2MjW0tKChw8fQkJCAvr6+igrK8Po6ChsbW0xffp0nDlz
BhkZGXByckJ3dzfevXs369OnTywNDQ0ICAjA7Nmz8eDBAxBCmHp7e+f+Gui5ubk4ePAgpKWl
cfbsWVoS2sfHBwxtAgQFBUFUVBRpaWn4/v07Xrx4gcOHD4OVlRUeHh54//797IGBAZ6AgAAk
JiauJ4RwMKoW+PHjxxxZWdmpOjo6eP36Ne3JQEnpUlAfGBjAnj17ICcnh0+fPrH8+PFjWldX
F4KDg+Hp6UmLo4SEhGDt2rVgZWWFi4sLCCF0o6yvry8AYPbs2WBjY/sF0GfOnInNmzdj0aJF
9PMo/2xLS0u4u7v/IaD/NZj/EaC/fv0apaWlfxHoTU1N6OjooIE+f/58nDhxYnJMTIzEo0eP
dE1MTHDz5k0a6DU1NXj37t06R0fHHadPn1599uxZfPnyBR8/fmTu7OxEdHQ0nj59ipSUlB3n
z5/fcfLkSXoO/W8B/eez9bdv36Krqwu5ubkoLi7GgwcPcObMGZw9exby8vK/AfnfC3QK6rq6
utDX10dQUBAKCgpw5swZTJky5T8f6IqKijh48CB6enp+/djpjAx9EiEEKSkpKCsrY/748ePk
jx8/Tvv06dPs79+/c3/9+nU5ldW/evUKN2/ehKysLIaHh2mgd3Z2QlNTE56enjA0NIS0tDTe
v3+PV69eYXx8HJWVlbQZyfPnz/H8+XMoKSlBV1cXnZ2duHXrFvj4+GBoaIjnz5/D1dUV8+bN
o21JY2NjkZubSxtFVFZWUvOaOoKCgoSdnZ0sX76c7N27l5w5c4YoKiqSEydOkIMHD5KlS5cS
QUFBcujQoWwLCwt0dHSAUh/T09NDbGws/Z7cvn0b/v7++Pz5M7y8vLBjxw4YGhri3LlzyM3N
RX9/P3p6elBfX4+enh6kp6fD09MTBw8ehICAABwdHfH9+3ckJCQgMjISjo6OuH//Pjg4OJCf
n48PHz6gp6eHpaenh2l0dBT37t1DTU0N3r9/jx8/frAUFxdPBQBeXl7U1NTg2bNnoEq3T548
wbNnz0DJtsbExGB4eBjl5eUIDQ2Fi4sLLl26BAEBAYiIiPyPAz05ORmqqqq4efMmAgMDcfz4
cdTU1PwC6JKSkmhqasKTJ09QV1c3o7y83OL+/fs2paWl50tKSiY1NDQgMTERZWVlfyrQGRk+
nj59CjMzMwDA1atXMTY2hidPnqCtre0X0dXVhebmZtjb2//LAz01NRWPHz+m76++vr7No6Oj
8799+4auri5ISUlBV1f3N0CXlpZGamoqWltbwZgGmT04OMhCCEFSUhLY2dmRnp4Oqhnu5/hn
gC4gIIC1a9difHwcfX19S4eGhg49efIEERER6O/vx/PnzzEyMoKXL1/Sm5G/BfRdu3bhwoUL
tG1td3c3oqKi4OHh8S8B9L8FcwroHR0dGBsbY1ZXV7cEYBkbGyuVlZWFR48eYWBgQNTAwOAO
AFcAPitWrLB0dXWd09TUhLq6OrS0tNDZ8atXr8DDwzN91apVpby8vGT9+vVEVVX1dlRUFHp7
e9HZ2YknT54cNjU1/crLy0sWL178SU5OzpIQsmpoaGhSW1sbKioqllpbW+cJCwuTJUuWEGFh
YWdKgGxkZOQPx6tXr2gnOnd3dwgKCkJKSgoKCgp/EeZ/L9ApqOvr60NTUxN2dnZQUVHB1KlT
aRGe/xj71J+BfuzYMZw6dQqCgoL48OHDrx87lQF1ZkIITE1NERQUxMT47ykTExMzCCFLCCGc
Pz+vqKgIly9fxosXL2BnZ4dp06ahrq4O169fR2xsLJ4/f47w8HB0dXX9Qi0pNzcXHh4ecHJy
QnV1Nfj5+Wkr0vr6eixevBgAYG9vj5KSEnBycoKXlxePHj2iR30GBgbw+fNnlJWVYe3ateDk
5ExlqKORlStX9gFoB/AZAOHi4vq4devWtzNmzHgL4P2MGTPI1q1bN128eBFFRUVQU1PD7du3
wdC4ByEE/v7+8PDwQF5eHgwMDCAoKAgDAwO4u7vTMo/Pnj1DV1cX+vr6kJqaitu3byM1NRW5
ubkoKSnBs2fP8OPHD1qFqbm5GSwsLBAWFqYFJqg557S0NMp+FN++faN35Ozs7GhsbKR102tr
a1FfX08vGFJSUr8Buo2NDUxMTKCgoIDDhw/jxo0baG9v/5cAelNTEyorK1FYWIikpCQUFBSg
vLwcNTU1uHv3LioqKv5UoJ89exbKyspoamqCsbExXTEaHBykx9F+jqdPn6K2thZ2dnb/NkCn
dNapTvTR0VF0dnb+VaCnpaWhrq4O7969ow0+KAGT/ymgCwoKYvXq1XQD18DAAOrr6/8poO/e
vRsqKioghGB0dBQdHR24e/fuvwTQ/wjMBwYGqPNn5uzs7LR58+aR6dOnE319/YfXr19HVVXV
dGtra1rhkImJ6fvkyZPJhQsX6vr6+jhfvnyJhoYGpKWlISsrC3V1dUZbt27tYDTyvZ0xYwaZ
NGkSCQsL8x8fH2ceGBhYoqKiQk9GsLCwkNmzZ5P09PTyFy9eoLm5GTdv3mxlqFd+nDJlygQA
cvHiRYeMjIypkZGR+HuCuleNjIxw4sSJvwryfxToP4OdGjHW1tbG+vXrMXfuXHBwcEBbWxtB
QUGIiorC+/fv//2BLiwsDG1tbfpM63eAPu1X5+bUOfokxvcXEEIW/vq53759Q3FxMXR0dHD6
9Gk8ffqUPh+sq6uDq6srXr16hYGBgQPd3d1sP3dEXrhwAY8ePYKwsDC2bduGmJgYVFVVQVhY
GAAgIyODsrIyLF++HLNnz8aHDx8wMjJCn0GOjo5OGRwcnHzp0iXIyMikzps3j/j6+tZra2vP
uXr1Kri4uEoZIyztZWVlvJGRkRt27dpFNm/eXCUiIjL7xIkT0NDQAAB4e3vD1NQUampqGB8f
R2BgIBwcHHDlyhUICQlh8eLFCAwMxOjoKAYHB9He3o6Ojg56k1JUVERn+z8v4iMjIxgaGsLX
r1/R0dFBd8j29PSgpaUFz58/R3d3N/r6+ugOaGphXbNmDTw9PfH69WuUlZXBy8sL1dXVePTo
Ed1d+ntAt7a2hqmpKVxdXXH+/HmkpKTgyZMnmDZtGnx9ff+fAr2xsREVFRUoKCig55j/C/T/
W0Cnrt3/ZKD/UZj39/eDEDK1rKwsbsmSJYShckecnJwSy8vL8fDhwz1Lliwhs2bNIq6urlJr
1qxhoUS9kpKSQiIjIxEeHo7g4GDExcVBT0/Ph5JT7u/v3+vs7HyH0XxKvnz5IpyRkaHDmN4Z
6Ovr80tKSmplTIy8Mzc3R2Fh4QlKCfTJkye+T58+PTFjxoxhdnZ2Ii4uvkVQUBC7d+/+w8HH
x4djx45RktT/o0A3MjKCoaEhLl26RFsba2trQ0hICHp6erCzs8PDhw/x+fPnXzjV/dsB3dXV
FcuXL0dISMhfeiwFdOZfQZ0COishZB4hZP7vPX98fBwlJSU0yAcHBzE6OoqGhgZcuXIF0dHR
GB0d3TE8PDydupnT0tJgaGiI2tpaCAsLQ0BAAAkJCSgpKYGgoCAAQE1NDQUFBVi2bBkWLVqE
4eFhjI+PswwODrIODQ3h1atXLP39/SzZ2dm4desWr4CAwOHy8vJpXV1dIISI7dq1axgAMTU1
ff3s2TO8evUKISEhxxwdHbc+efJkZmZmJhwdHQEA/v7+sLGxwZUrV9DW1gZ3d3f4+fnBwsKC
/nv8/f3R0dGB4eHhNS9fvtTo7e1Fd3c3amtrUV1djcLCQjx69AhtbW0/z+lOGhoamk4IQWNj
I1hYWMDNzY0XL178Aujv37+Hubk5WFlZcfjwYWRmZtKWhn19fSgtLcWtW7dQU1OD2traP5Sh
U3rbMTExSExMxJw5c+Dl5UVr2v8X6P8F+n+B/ucC/W81wP0cQ0NDeP36NauSkhL/z4p9kydP
JqWlpdmEEERERGgxND2eEEJYwsLCuCgvjPPnz6cWFxfPLi8vp5QvVygrK3cCIDdu3Ih6/vw5
pKWlj1G6CElJSSZubm49jPHlwvj4eDQ2Nm5jODMOWlhYzLSzs3vAUBL9SggRJoRg8+bNjwAQ
Q0PDY3fv3v1FY+7fiqCgIFhbW+PEiRN/9dz8zwL6rzP2K1euwNLSEpcuXYKamhoCAwPR0dFB
35Otra3/XkAXFRXFlStX6Oz5LzyWOkNn+Z0snZkB9N/N0Akh+PHjB509UzrCjJLyBk9PT/nD
hw+vDgwMpC5gOhu9du0aBgYG9hw5ckRSUFAQ9+7dQ2lpKW2lqqqqiqKiIixfvhycnJzo7e3F
+Pj4tFevXnH8/LMSEhLg5uaGTZs2oaamBqWlpQgNDZ27bdu2esYc7lBJScmMe/fuobCwECMj
I5JfvnzZWF1dDTc3t/9ffSc6WsLb21vIxMQEnZ2d8PDwwJ07d066u7vLCwkJAQAqKytPubq6
8p8+fRrfvn1bNDo6CjMzM4iKiqKhoQElJSWUDOSJN2/e7G9ubsazZ8+YCCHMLS0tMDU1xYwZ
M7BmzRoQQuTHxsbkv337JtvX14e3b98iICAALCwsAID6+nq6AkIIOfrs2TPp4OBgVFdXo7a2
lq4MyMjIID8/X4QQIv/8+XP5tLQ0eUdHR5bLly/j6tWruHbtGi5duoTr169DSkoKrq6u+Pjx
43+B/jtAb25uRmdnJxoaGmBpaYlr167Bxsbmv0D/FwA6dTRF9ZA0Njb+2wOdUWWcu2bNGnEO
Dg5iYGBQy8TENDF//vwvExMTojU1NZCTkxtiGD4VOTg4oLGxcaOWlhZlYPOOEMLf1NQEV1dX
JCQkHNq3bx+lpnlFSUkJRkZGOitWrKD0Br5KS0t/Z4j6VOzevRtz585dNmXKFLJkyRKioqJi
ycHB4cEQwvrASOAW8PDwdDK0JdoaGxvx4MGDPxQFBQWoqqpCYGAgJCUloaio+IdCU1MTq1ev
ho2NDb5+/SpvY2Ozcfny5X830H8ve9fW1sbly5dhbGxMx78N0Ldv344NGzbA1dX1bz12BiFk
FqO7fdJPUGdiQH4qIWQRI37z/OHhYVAmLy9fvqRlLYOCgpJ5eHjIokWLRq2srHZ0dnbi69ev
y758+cJSU1NjICAgcG/nzp1k2rRpREhI6F5qauqCnJwcPj4+vnsA7snLy3sXFxeLLF269N7S
pUvvlZeXS9XV1eHLly/4/Pkz3r9/j5cvXyIxMRHOzs7YunUrnJycsGnTJqxcuRIbN24sYCjb
ve7q6prx4MEDlJWVYXh4GFFRUYiMjJzi5ubmASCfn5+f8PDwEFtb27tv3rxhcXV1Vdq5cydZ
v349Wb9+vcPUqVPF9u/fTzZv3kwACFy5cgVPnjzBgQMHcOTIEdTV1aGyshJxcXE+IiIiRFpa
mjx48EAvNzcXtbW1MDExgb6+/g4uLq57AEoEBATIkSNHyP79+0lxcXECIWSKi4sL2NnZwc7O
juDgYKipqcHAwIBLRkaG7Nu3j/j6+l7u6OhgYYhJMPX29vJLSUnd2759O+Hj4yPCwsJkx44d
RENDo9ne3n7qtWvXcO3aNZibm9P+2dSo19jY2H+B/iuYd3R04NmzZ6isrISzszMcHR1pL3ZL
S8t/CuhPnjxBZ2fnLxb8/wL978/Q29raUFNTQx9nCQoK/rtn6Dh16hTbqVOnTm/bto0LwMT0
6dOHKK1yGRmZUUbmXiEpKYnBwUEedXV1AoBISkpmEUJYMjIycOTIEaipqe1fs2YN5Spnr6ur
i6CgIE1KQdDJyYlQ7nJycnIVu3fvxvTp03mmT59Opk+fTlasWOHAzMzsxvjZPwghxwghezZu
3PgaABEWFu6Rl5eHpKTkH4rTp0/jxIkT2Lt3L44ePQoREZE/FCdOnAA3N7ffyZMni86fP092
7dr1ccuWLVsEBQX/KaBTUNfX1/9F/NsAXVlZGadPn0ZsbOzfOitg+in+0veZqaa5X5fbX758
SV/Qr1+/Rm1tLcrKyqCsrOxGlZH09fWf37lzB21tbdPz8/MPi4uLk6lTp5JJkya94uTk/D5l
yhSipaUVWVBQoMOAJomMjCQuLi6EUmyzsLAIcXBwQF1dHaqqqtDR0YGhoSHcuXMH9vb2uHr1
KhobG1FTU4Pe3t5l27dvb2PsLN8ODQ1Ne/ToES1OkZ6ejoCAAG3KznT37t05ANqXLVtGWlpa
3PLz81dQzmIGBgbZ3t7eZgy1tfH09HSB0NBQVFVV4fTp0zh8+DCysrLQ3NyMgICAQeo1b926
NVZDQwOqqqoQFhaeJCAg8HzKlClk+fLlhFIIA0AKCwsNAwMDsX//fqxbtw4cHBwIDQ3F0qVL
AWAL9ThpaWny8OHDwxkZGfj69StzUlLSa0oJjVJTo9TEYmJipnp5eeHn8PHxgZubGxwcHNDe
3g5CCCwsLGBhYQFHR0eIi4vD29sbYmJiMDY2xq1bt/4UoNvb2+PEiRNobm7+w0BPTU2l55t/
BvrLly8RHR39C6CHh4dDWVkZFy9exJ07dyAkJITdu3djZGQEMjIyfxXoLS0taG1tRXt7O548
eQJ3d3d4enri7du38Pb2hpaWFkJCQmBpaYlbt279w0Bvb2/H48ePQQjB58+f/yLQz507Bz09
PVy4cAEWFhbYtGkTBAUFfwH0rVu3Yt26dX8I6Hp6eqioqMDo6ChsbGzAwsKCgwcPIikp6V8e
6Lq6unj9+jVevnyJt2/fIiUlhb5enzx5ghcvXuDAgQNQUlL6DdBtbGwgKSkJLS0thIaGYtWq
VWBhYYGzszMN9JcvX/4C6DNnzvwN0Dds2IC5c+fSz/tbQB8YGABl9/q3gnFsCEdHR9y4cQNi
YmKLGY297y5evLjZw8MDkpKSryigy8rK4unTpzxKSkpUhv6WEHL01q1bAIAZM2bsA0CmTp1K
1q9fbysuLg4zMzNNyh9AXV2dLF++nDAxMZEzZ85UbNmyBQB4mJmZyezZs8nixYttALj/5Iyp
SgiZtXHjxucMd85OBQUFnD59+g+FtLQ0Tp06BV5eXqxfv/4Px5YtW0D1E1Axf/78gX379q26
fv36PwX034t/G6Dn5+cjPT2dbpRSVlZGa2vr73W5/0MxPj6Onp4e9Pb2/kJ2UFVVFQCwaNEi
Y+r8Zs2aNa81NDQmRUdHQ1ZW9jTjAnn2/PnzhdHR0WcZXZdvXr16ZXvw4ME8AOT27dvk4MGD
ZM2aNXe0tbXv2dvbb7t69SqMjIwo9y18//4dT58+pTvEJyYmqK5yq507dxIA5M6dO+Zfvnxh
ev78OVpbW1FbW4v379+vVFdXfwKAvvg5OTnFWVlZycqVK7Pd3Nzg6Oh4nWESEm9mZqa/YMEC
Ymtra/fy5UuUl5f7FxYWBp86dSp4z549+yIjI/HixQvExMTQkpuCgoLtDQ0Ny8zMzLBw4UIW
SijGyMiIBAYGEgBETEyMFBUVrRcVFeXau3dvMA8PTzCA4O7ubp6oqCjMnz9/ISX/ycHBQYKD
g0/X1dVhYmICsbGxdoyNAwkMDCQLFiwgc+bMISoqKjsoQ41fh7a2NuTk5JCeno7e3l6oq6vT
i9OZM2fg5+eHQ4cO4eLFiwgMDARlnfn3Ar2qqgqEEHh6esLLywunT5+mdcyrqqp+A/T6+nqE
hISgqakJlFLe8ePHcfToUSgoKODLly+orKykVajS09NhYGCA3Nxc3Llzhwb63bt3sX37dvDx
8eHLly84c+YMpKSk0NLS8gug9/f302IcjY2NqKurQ0JCAqSkpODl5UWbG509exb+/v6QkpJC
YmIiREVFAQCLFy9GRkbGHwJ6V1cX2trakJ2djfPnzyMiIgLfvn3D169fISMjA15eXmzevJmW
w9TS0kJAQAAKCwuxdOlS8PDwYGJiAuHh4fj27Rs2bNgATk5OJCUlobOzExMTE7TRBwX058+f
081IjY2N+PjxI8zMzMDBwYE7d+7g4cOHePLkCT58+PC/AvTe3l5s3LgRnJycdJfxz0CnMlZq
/OzgwYPQ1NSkgfnlyxfExMRAT08PpqamqKysxM2bN7Ft2zZcvHiRft7z588RGBiI0tJSRERE
QFlZmc7QWVhY4O/vT4P5xYsXtLAMAEydOhWlpaUghODAgQOYNm0atm3bhkWLFtFVzr8GdArS
fxToVFCjXV1dXYuZmJjI9OnTyY0bN9IyMjJw9erVtxTQz58/j+HhYR7K0+Ls2bOEEHI6JycH
fHx8kJCQEOHk5CSTJ08menp6VvX19cjPz9fatm0bnaFT5fply5ZVsLGxYerUqTwzZswgTExM
ZMOGDbbHjh1zZ2JiIuvXr//+8eNHUULIfB4enlcAyM6dO9+Iiori4MGDfyj27duHw4cP00dX
lpaWfyisrKzg4eFxgVq/KXMrfn7+T1ZWVrv+zwI9OTkZ0dHRCA0NhYeHB2bNmoW8vDwUFxf/
080A79+/py0mKZi/fPlyKiFk2c2bN5GWloYLFy7coT6QOXPmfPPz87tcW1sLe3v7z4wSTgpj
A8ANgGzYsIF4enrKTZ061YPKPJcsWULi4+MtHj16BH9/f/j5+cHPzw+urq7IzMzE0NAQIiIi
aOtLX19feHt7Iy4ujmPz5s21DK35h2/evJna1NSE/Px85OXl4enTp/uPHj1KmJmZSWJi4k0N
DQ0ICwuLMiws00RFRaGurr5t9uzZZPr06R84OTlH+Pn5P3d0dMyqrKxMmjZtGlm0aBGZPn06
0dXVJUlJSdy+vr4wNzevpWwwp06dSlJSUqyGhoaYBwcHmR88eJA3e/Zs2ryDcrZzcXE5tWbN
mhrq/02dOpU0NDT49ff3IyYm5uTPDTN+fn7thBDU1dWhuLiYY//+/S0//7x58+aRFStWiHBw
cGDu3Lm/iXnz5oGDgwNSUlLQ0dGBqqoq+vv7oaenB1lZWWRnZ0NERARhYWF49OgRHBwcYG5u
jtDQUJSXl8Pb2/tvAl1MTIzORuXk5BAcHIykpCSEhITQ5e2ysjLExcWhrKwMHR0dKCsrw717
92jZyu7ubjQ1NeHkyZNgLGSoqamBv78/LCwsqI5e+Pr60kcJvr6+8PLygra2NrS0tGBvbw9D
Q0OYmpqCcs0DAFNTU7x69QpNTU3w9vaGpaUliouLkZiYCGVlZXp0UU9PDxoaGjh9+jSWL1+O
wsJC8PHxYevWrViwYAHi4uL+KtBdXV0xMjICSuglKyuLnt4wMzNDb28vPDw8cPr0aezevRuL
Fi2CqKgogoKC8OnTJxBCcOPGDezfvx+JiYkwMDBAZWUl7t27BzU1NaSkpKCoqAijo6N01kk1
pjY1NUFFRQXq6uqQl5dHc3Mz8vLy0NTUhM+fP6O/vx9tbW34+vXrL2B6584dAEBWVtafBvQf
P36gs7MTEhIS2LlzJ548eULDsaGhARERERgdHUVtbS1KSkrQ398PAwMDJCcn4+PHjxgeHsan
T58QHx+PS5cu4dq1a2hqaoKRkRHU1dUREBBAr0tDQ0Nobm6mj/0uXLiAGzduwNnZGdeuXUNC
QgLy8/PR0dGB8PBwGBsbY+XKldi7dy8EBQWRlpaG8fFxnDt3DtOmTYOLiws6Ozvx9OlTeraa
EAJDQ0M4OjrSDaYDAwN49uwZSktL8fDhQ5SUlPzhKC4uRmNjI+Li4k5S1UhHR8cohpmJG0NT
vlBGRgYvX77cSDnFiYiI3CsuLp6el5eHtrY2fPz4cevZs2f7ABAXF5cWxvjtfsqRLzAw0Cwo
KKiDkRwU8vPzQ1RUdDEbGxuZOnUqcXJy8vLy8rozefJkMnXq1A+Mkvv0TZs2PWE0F2fFx8eD
shr+WxEYGAgvLy+EhoYiIiICd+7c+Ztx9+5dSrr6ID8/P2FiYqJthbm4uIient5RJSUl/Jnx
bwv0tWvXory8HMXFxaisrISdnR2ioqL+4Z//8eNHfP36lQ5CyIzh4WFeBwcHNDQ0+Ozdu5co
KSkRCwsLysmpjRDC6uPjc4uR+fYMDQ2tO3r06FyG6xmpqqqaP3fu3BhmZmZy/vz5rxwcHGTj
xo2koaHBoKOjg57Jbm5uRnNzM4qLi6GiogJpaelfdEkKCQmBlZW1iOFs9q6kpASJiYlITU1F
RkYGHj16JHjq1CkyadIkEh4ebs0Q1UhngLFIWFgY9fX1y1RVVUsoWPr4+Dh1dHTg+fPnxiIi
IokM61cTLy8v28ePH2P9+vVYvnz5I1VVVdoIQldX9/v4+PjMBw8ewMLCYt2CBQvIrFmzaFcp
cXFxcuPGDZVDhw4Ny8rKEjMzM2JiYnLL399/hp2dHS5fvty+YcMGYmhoSAD8WL16Nenr65N/
+fIlSktLF/Px8RVTYymbN2+mDHEE8De+7t27B0II3r59C0II+Pn5sXLlSqSmpsLU1BTt7e2o
q6ujRz+uXr2K3NxcBAcHw8/P7y8C/fbt25CUlERnZycsLS0BAJKSkigqKkJAQABqa2tx5coV
ZGZmIjs7GxERETA1NaXlfJWUlMDJyUln+F5eXtDR0aEFhPT09KCoqIjDhw/D0tISR44coQUl
QkJC4ODggJKSEoSHh4OdnR1WVlYYHR3FgwcP4OzsjKlTp+LMmTP4/PkzkpOTcfz4cVy9epW2
oT1//vwvgK6urg5ZWVnw8PDA3NwcixYtQm1tLWxsbJCZmUkbTpw8efI3QHd3d0dfX9/PznmY
P38+DA0NwcfHB01NTVrP4ezZs9DX18exY8fg4+ODHz9+YGRkBIxOZ/pzo878GhoaUFxcjLCw
MAgJCcHb2xsTExNoamqiy/s9PT24efMmPZZJVbBevXqF9+/fQ01NDW5ubvj48SOGhoZoNUdh
YWGEh4fj06dP/zDQg4ODISwsTB9LtLa2Ij09nW5eDQsLw8jICFpbW+lNnJGREbZu3Yp9+/bB
xcUF79+/x5s3bzA0NPQboDc0NMDU1BQODg64fv063N3dYWVlhcjISHoskxACbW1t2NvbIzQ0
FMnJyVBWVgYAVFRUwMnJCRs2bEBISAg+ffoELS0tnD9/HoWFhQgKCgIXFxcl+Yq+vj66Gjk6
OoqMjAzExsaivb0do6OjePPmDUpLS5GYmIj09PS/Ox4+fIigoKAaKgE6evRovKurK8zMzPYz
Nvl94uLiW/z8/GYcP36cMMZxwzU1NWFmZobQ0FDExMRAS0vLizIusrS03GlkZBQIgKxYsYK0
tbUdCwoK8mZku313797li42NVWRUKUllZaWAtrb2UWq9u3Xr1jJCiDw3N/cEozFv699Tcj96
9Ci8vLyQlZWF+Pj4PxSMTb3ykiVLvv9ccgfwY/HixYdVVVVx5syZPzX+rYFO2UQ+f/4cmzdv
xuTJk5GSkgLKSemPxNevX3H37l2kpqYiPz+fjtraWgQEBODAgQM+8+fPp1yu7np7e7tTH0xI
SMjlhISEWZQNp4aGxqiYmFg9AOLo6Jj06tUrxU2bNo0wLihvY2PjB4zy/PDQ0NAKqsv1yZMn
aG9vR35+PnJyclBUVITCwkIUFhaira1ttr6+vguADwAINzf3WGNj47auri7U1dXh3r17qKqq
ElRUVCQAyMaNG/uio6ObeHh4qIYRf0VFRcTExMDCwsKAmZmZ7Ny5c+jevXsLCgsLQQhBbGws
AGD69OlwcXFBfHy8EoAmAN9v3rz5OSUl5TtjZ/3dx8fnhoGBwUImJqYaRocp8fDwoM6GiLW1
tVhwcPDaysrKTYSQTR4eHti1axfPsmXLmgB8l5aWnmhra7OgXo+mpmZ9YWHhHHNz80rGiAmx
sLDop95zeXn5a56enpOsrKzwc1y/fh0WFhaIiYnB4OAgXS4khGDPnj1Yu3YtkpOTcfnyZdpn
+Pr161BRUQGjYxY2NjYICgpCS0sLDfSkpCSoqKjQ2vmUTjNVEThz5gyys7MRFBSErq4uTJ48
GXv37sXw8DA0NTWxYsUKREVFoaurCxoaGtiwYQMqKytBCIGbmxu0tbVRU1ODzMxMGBsbQ1dX
F7y8vHB1dYW8vDx0dXVhY2MDf39/uLm5obS0FH5+fli+fDlMTU3x/v17tLW1ITU1Fezs7BAQ
EMCnT5+QnZ2NM2fOwMrK6q8CXV5eHhs2bIClpSWWLFmCnJwcug+gsrISaWlpdIbOy8tLQ9TJ
yQn19fXIyclBcXHxL4AuISGBI0eOoL+/HwUFBZCWlsaFCxcgJiaGmzdv4suXL7RVaWBgIA10
U1NTeky0qKgIOTk59PeEhIQQGhqKlpYW+nO1t7cHANy+fRs/fvzA8PAwhoaG8OPHD+zfvx8C
AgJ0Ztvf348vX77QI5XU2fzPjV5/BOhRUVHw9fXF+fPnERcXB8oAJz8/H97e3mBlZQU3Nzc9
M2xvbw99fX2YmpriwIEDAIDTp0/j06dPfxXoVLOio6MjxMTEAABWVlb4+vUr/fq1tLTg6OgI
f39/3L17F+rq6gCAqqoquLu7Y8eOHfDy8kJfXx9UVFSgoaHxi+vH2dkZX79+xfPnz2khqfb2
doyNjaGmpoZ2+6JUIymdiJqamr8rOjo6kJqaeoVyeNu4cWOcoqIicnJydp05c4Zap97u3bu3
DgDZsWMHKSgoWBEXF4e0tDSUlpYiLy8P7e3tZw4cOEBB8DV1zOfl5dVICJna3t6+lepR2r17
9wfKU8He3r4mNjYW6urqOHz48DMAZPbs2TUyMjIEADlx4sS3mzdvbjYzM4O5ufkfCkNDQ2Rm
ZqK9vR319fV/KBhytj4CAgJk9uzZX7m4uMiCBQtIQEDAWWocuKGh4U+N/wigd3R0QEJCAitW
rMD+/ftx/vx5xMfHU5n2X4wXL17gwYMH0NLSokesfudLmZeXlygqKrYGBgZCV1d3hYiIyNvV
q1cTT09PUlpaymJiYnJcQUFhYMGCBYSXl5ecOXOmMTg4GNbW1uorVqwgc+bMITdv3uyqq6uT
37dvH9m0aRMZGRnRfvHiBbq7u2mVtY6ODtTU1KCqqgrV1dWorq5GV1fXUhcXl/ebNm0ivLy8
5PDhw6S7u1vy48eP6O7uRnJyMurq6gTPnTtHABBeXl7CyclJBAUFiYiISEJTUxNsbGyQm5ur
6eHhUcI4r3KxtraGubk5BgcHERoaCgDYvXs3GhsbcfPmzTsLFy4kQkJC5P79+7v7+vpkd+zY
QZiYmIigoGC0kpKS1+TJk8mmTZtIYWFhnrKyMmFjYyMbNmwgwsLCYlZWVkhNTUV/fz9u374N
OTm5g7t37ybTp08nJ0+e3Pvq1Svo6+u/o8xaHBwcLq5evfo5Hx8fMTAwkHdzc9Pl5OQkrKys
xMrKKj47O3vKz6YjUVFRSEpKgpOTEyIjI+kS7R8BupqaGl2eV1FRgYmJCWJjY5GSkoI1a9ag
oKAAOjo6kJKSgr6+PrZt24aFCxdi9erVWLhw4S+A/vz5c7CysmLLli348eMH1NTUwMfHR2fo
fwTo2tra2L59O5ydnXH27Fka6AEBAXB1dcXDhw/h7++P5cuXw8zMDG/evEFXVxdSU1MxY8YM
CAsL49OnT7h///4/BPTc3Fzk5OQgIyODzi6jo6PBz88PNjY2hIeH06YgJSUlyMvLw8OHD38B
9OPHj+PkyZMYGhpCfn7+Pwz0jIwMMKxiAQCBgYH0URghhNZZ+DXQv379CjExMYiLi9NAHxoa
wsDAAN6/f48PHz7g8ePH6OrqwqtXr+jz3h8/fiArKws7d+6ElJQUZGVlISoqihMnTsDb2xuO
jo5ISEjArVu3kJGRgYSEBMr0Bbm5ufD09MTChQvBKPfi5MmT0NfXh46ODiwtLWmgKyoq/s0M
nQK6vb09FBQUMGfOHDg7O9P+3H820H+OFy9eoLy8HPfv30dOTg4ePHiA5uZmtLW1oaWl5e+O
/v5+3L9//woDpMTDw+N+REQE2trakJmZKXHu3Lkqyl6Wn5+f5ObmOuXl5aGyspJOxt6/fw9C
CCIjIw3nzJnzaObMmYSNjY1wc3MnNzY2So2NjeHx48fQ1taWoLrhmZmZyd69e1tTUlKWBAQE
4Ny5c9DQ0FgpKChIW1oLCgpOhIWFHcjPz0dGRsYfDsohr6enBx0dHX84urq68Pr16xsqKir7
k5KS9CwsLM5S/SofPnzAx48f/9T4jwH68ePHsWbNGsjKykJMTAzbtm2DkZERgoKC0N7eTokV
4MePH2hqasKdO3fg4OBAlxp9fX1p0ZVff7m6ugrdvn2bw9HRERcuXICDg8MqHR0dofr6+l3N
zc2TLl++jGfPni2Vk5MTUlFREbKzs2NzcXFBRkbGNBERkQ07d+4Uam5u3v79+/d5wcHBQpKS
krtHRkZYqfOq/v5+DA0Noa2tDa9evcLHjx8xMjKC0dFRfP78GU1NTZwGBgZCmpqaQrdu3drR
2dmJL1++oLy8HGlpaWhsbBQUExMjU6ZMISkpKbcNDQ35QkJChNzc3PD06dPD8vLyzby8vJT/
+riZmdkydXV1urkrOjoaALBr1y5UVVUhOjoaQkJCQtbW1hsyMjLw4cMHGBgY7JozZ46QoqIi
l5qa2goAQrq6unzDw8Pw9fUV4ObmFjI0NBQKCAiYffXqVaSkpKCtrY3qvmaztrYWWrVq1Yaj
R4/i69evKC8vX8vMzCykpqYmlJCQsFBKSmqTq6urkLm5OZqamuadOnVKiIODQ4gqPfr5+SE0
NBRJSUlITExEVFQU9u7dCykpKXoR/6NAp1yNKLArKCjAw8MDoqKiUFNTw9atWzF79mwsWLAA
a9asAQ8PD9avX48FCxb8AujPnj3DjBkzsHv3btoN7X8D6B0dHUhOTv7TgJ6dnY2srCxkZWUh
IyMD5eXlyMvLg4eHBx48eIDW1lY8fPgQ2dnZ/2tAnzVrFkJCQvDs2bN/GOhUvH//Hvn5+aio
qKA3foy5aYyMjMDe3h5CQkKQlZXF4cOHISgoiLt37yIhIQFJSUlITk7GvXv3kJiYSAcF9AUL
FkBQUBAyMjKQl5fH5cuXcfHiRVy/fv3fCuhlZWU0zHNzc1FYWIjGxsZfiN/80Xj58iUyMzMB
QGjZsmVCra2t6168eIGamhqkp6ejsbGRdc2aNUIAhDw8PLYzGnPxe8qdMTExuHDhwrQLFy4I
GRgYCFGNkd++fcOLFy+gra0NKSmpTQCEli9fLqSurs4REhKCwMBAKCoq4syZM9DU1Fw4d+5c
IWZmZqHLly+vv3XrFu7du/cLZ8K/FeHh4aisrMSzZ89oEZc/Ek+fPkV/fz+UlJQQFxcHMzMz
3L1793ev0z8j/i2B7u7ujvXr19Oljf7+fpw4cQKrV6+GjIwMJCUlceLECYiKisLIyAhlZWWo
ra3FixcvMDw8jLS0NFy7dg2WlpYoKirC69evkZ6eDjU1NWzfvh1sbGy/ALqFhQXc3Nzg4uIC
TU1NmJqaQlFRkf65+vr6KCoqwuHDh2FsbAxfX1/KBUigrq5uUUREBD3X6eTkBHFxcdpl7PPn
z/j69Ss+fPiA06dPIzw8nP47BwYG8PbtW5SUlEBFRQXy8vJwdnbGyMgIIiMjsXfvXvDz8+Pg
wYNC8+bNIwBIQEBAcX9/P9LT0+Hj44Nr167totSYZs+eTRITEz0qKyuRl5eH+/fvY2RkBLdv
3wYACAoKorq6GhEREeDj44ORkREyMzMxPj4OVVVVzJ49G7KyslBTUwMAKCkp4fnz53BxccGy
ZcugqqpKj4bdv38fHR0dqK2tRUFBAS5duoRly5bh0KFDmJiYQFpaGpiZmaGsrEzbU169ehWG
hoZ4+PAhREREMGvWLFhaWiIhIQEpKSnw8/ODoqIidHR0YG9vjy1btkBNTe0fBjoFdQ0NDejq
6kJVVRWcnJxYvnw5NmzY8JsRlP8LQKegnpeXh9raWnqBz8vLo+PfDejv3r2je21evnxJN9wN
DAzg3bt3+PLlC2xtbSEgIABxcXEYGBggLi4OWVlZv4D4/xWg/xrqLS0t/yjQwcnJiYqKCjQ3
N6OmpgapqanIzs4GNzc3AMDExARv3rz5q2v/jx8/fvPv1D+rqqpoK9slS5ZAQUEBYWFhNNDP
nj0LRUVFcHBwgJmZGZqamggICPhfBXpvby+oY09TU9P/Ap0C+t27d6mS69yVK1fyZmZmZmZn
Z2fW1tZmioqKim3ZsmWusrLyVAUFBcjKyuL8+fOwtrZGdXU16urq0NDQgL6+PuTm5uLGjRuw
t7dHQUEBRkZGEBUVBWlpaXh5eYGdnR0qKirYsmULpkyZAnt7ewQEBMDZ2RkyMjK4fv06FBQU
6AXCyMgIjx49QnFxMcrKypCbm4vBwUG0trZu6O7uXjE6Oire0dEhPjQ0BB8fH0hJSWF8fBzD
w8Nwc3ODgoICxsbGICsrC2dnZxQVFWFwcJAuPz169Aja2trQ0NCAi4sLPn/+DDk5ObCzs4Ob
mxsrVqzgW7169WsuLq7XNjY2GYSQ+a9evYK/vz+sra2hp6c3f+bMmUd2794tVlNTQ9v/5eTk
YHR0FMHBwbSVYX19PaKiosDHxwdra2sa6GpqamBnZ4eSkhJUVFQAAGfOnMGLFy9+AXRG8wui
o6PR0dGBhw8f4v79+zA2Nsb69eshISGBiYkJpKamAgAkJCQQHR0NaWlpuLq6wsHBAQ8fPsSO
HTvAxsYGOzs7SpSC9p5nYWGBmZkZBAUF/2mgU3Hx4kUoKSlhzZo1WLdu3e/OlP5fAXpWVhYy
MzORk5NDT1L8JwC9qqqKViWknjs4OIh3797h3bt3CAkJgZ+fHx48eICkpCQkJCT8nwX6gwcP
kJeX9w9B/Y8AffXq1QAADQ2Nn9f51YSQ7YSQlYSQZYSQxQxFz0UMQ63ljMds+f79+y6G6icu
X74MAFixYsV/gf7vAvSkpCSkpqbCz8/vvLa29jtGBzTh4OAg06dPJ9OmTSMbNmx4t3fvXtUd
O3aAl5cXu3fvho2NDWpqalBfX4/Hjx+jv7//LwKdWhABwNPTExUVFZCVlcW+fftw6dIleHp6
wtPTE1paWlBRUUF8fDzKysowPj5Oj5b09PSI1NfXS+Xk5MDZ2Rnm5uaTUlNT2UdHR+d//vwZ
xsbG2L17N96+fYvdu3cDANasWYOxsTEoKirCw8ODLg22tLQgNzcXiYmJOHnyJPbu3YsbN25g
fHwc1tbW2Lp1K/bv34+jR49OEhERmbljx46Z/v7+v7DU6+7uxujo6LzMzEzIysoiIyMDDx8+
pDP08fFx2NnZYeHChbh+/ToKCgoQFBQEPj4+SEpKIiwsDN3d3ZCVlQULCwtERUWhra0NTk5O
WFhYoL+/H5aWlpg+fTr09PRw6dIlSEhIYNu2bXjy5Al0dXVx9+5dGBoagp+fHyEhIbh//z7i
4+MhJSWF27dvIzk5GTt27ICMjAw6OzsxPDwMDQ0NzJgxA8rKyliyZMkvKiYLFy7EtWvXICAg
8KcB3cDAAEpKSli7du1/gf5/COjUWfvnz5/x9OlTJCQk/FWQ/1lAT0hIgImJCaysrPDkyROY
mpr+ywH950y9qanpD5ff/xbQc3JyMG/ePACgDZwYwUsI2U0IWUsIWcGA+CIG2JcxQM9LCBEi
hIgyVD/R0tKCOXPmYNKkSVBSUvov0P8dgJ6SkoKsrKyTO3bsIIxOcSIlJZUNQH7y5Mmes2bN
ouaedWfMmIHJkyfjwIEDcHR0RHV19d8FdCYmJlhYWKChoYEWluHj40NgYCDGx8dx6NAh6Onp
4fbt2xAUFMS1a9egr6+PS5cu4dy5c+MMgRW9Y8eOtaxbt+6Ru7v7lPT0dLx+/RqHDh3CzJkz
8eLFC0o9DQcOHMDY2BjOnTtHA31sbAxZWVnYtGkTrly5glWrVtGLA3Xut3LlShgaGkJcXBxb
t27Fli1b4O3tTYtd/LRobSCEzElPT0dwcDAN9MzMTDx9+pQeRSKEICwsDDdu3AAfHx/VP4CG
hgbcunULly9fxvr162FkZESP0NjZ2aGwsBDXrl3DsWPHcO7cORw6dAjr1q3DkydPoKKigqSk
JGhqamLevHlISEiAu7s7EhISQAhBSUkJ5OXl6ey7rKyMnj6wsbGhRUoAgImJ6b9A/y/Q/3Sg
Dw0N4e3bt6ioqMDdu3f/Jsz/EaC/e/cO79+/p4VXsrKyYGBgwGpmZmZSUVERpqOjM/fixYuw
tbWFsrIyODg4/iWATkG9oKDgD2fqfw3o6enpSEpKwrRp0+Dn5/frdX4BA9yzGX4c0xlGW9N+
8uiYSwjhIoRsZMh7gxCCzs5ObNmyBfz8/PDx8YGHhwf9mfwX6P+CQK+vr+dQVFR8CIBs2rTp
mbu7+x4nJyf6htHS0qqaPHkyAWCSnp6OkZERuLu7w8TEBFVVVX830Bn+vVBSUgIACAsL49at
W+jp6cGxY8ego6ODqKgoHDx4kAYz42sIALG1tW1dvHgxAUASExPTkpOTUVpaihMnTmDu3Lno
7e3F2rVrAQD79+//DdDfvHmDvLw8ekaZl5cXAHD8+HEMDg7Czs4OXFxccHV1hYKCAoSEhLBw
4UJ4e3vjw4cPePHiBS1L2dfXh/fv3yMqKgrh4eH0gpyTk0O7nb148QKdnZ2IjIyEm5sb+Pj4
wMrKCjc3N9qsJSUlBdu2baPlPM+dOwdFRUV8+fIFhYWF2LZtG9TV1SEiIoKNGzfiyZMnuHDh
Au7duwctLS0sWrQI0dHR8PPzo4Hu6OgIXl5ebN26FQBQXl5OC5EUFRVhy5YtmDx5MpiYmH4D
dH5+fly4cIFW1qIu6P8toD9//vy/QP9/BHSG7wLTwMDATEIIk7S0NI4dOwZCCF69ekXH8PAw
Pn78iNLSUlRWVv4/A/qnT5/Q19eH8vJytLS0wMjIqHDKlCkDU6ZMITt37iR37949GRUVBR8f
H0hISGDevHm/AbqOjg4cHBz+KaATQtDd3f13Af3XUP9bmfpfAjrDaAp3795FSkrK763z7AyY
T2XAmoURkxj/nMIA+zwG1Cf/2oeD6t/JzMyErq4ubaTyX6D/iwH9+vXrIpQYPxcXl6mamhrt
/82w4TwwdepUnePHj2/89OnTNEIIXFxcYGVlRbtONTc3o7e3F2VlZbh16xa8vb3R2NiI79+/
IzMzE4qKirh+/ToAwMXFBXV1dVBUVPwF0Lu7u3H8+HFcuXIF6enpOHToEBQVFeHr64usrCyE
hYXpL1iwYJChY/zl4sWLnd3d3UKWlpYICQmBoqIiZs+e/Rugv3nzBkpKSggJCUFnZyfevXuH
nJwcHDx4EM7OzmBoFUNSUhJDQ0Ows7MDNzc3rly5Aj09PcTHx0NZWRk3b97Eu3fvaPlGSv3u
Z6AXFBQgJycH9fX1aG1tRXNzMx4/fozu7u7fAN3d3R2NjY24f/8+QkNDsWnTJly9ehXa2tpQ
VVXFxYsXMT4+jvj4ePpM+9dALyoqwuXLl7Fo0SJkZ2fTc/+EEGYvLy8mQUFBbNy4EQBQW1vL
yjhHw71797Bt27Y/BPRXr14xMVTGWHbt2gVeXl7k5eXB0NDwTwP6vHnzIC8vj5qaGsTFxWFs
bIyFjY0NgoKC//JAp/oE1NXVsXXrVri6umLRokX/40BniJmwvnv3jvXNmzd/CtADAgIoR0Rm
QsjsgoICpmXLltHXAtXFTsWHDx/+nwL93LlzdAOXtrb29DVr1uTPmDGDLFq0iMyZM+ejsLCw
OiEE379/h6GhIXbs2IElS5ZQJiqT3rx5w0kImaGjowN/f39ERUUhIyMDBgYGfxjoS5cuhZ+f
32xCyJG/N0P/ezP1XwO9vLycdpR7/PgxfTz5O8HKgPmkn+yvf22BPZmRqS9mQP4vMiMoKAi7
du2CkpLSf4H+rwZ0ZmbmfQDIwoULia2trb29vT08PT0hISGBlJQUFBQU0CViQghLSEgIzp8/
f1RVVbU9Ojq6rLu7e9XQ0BBGR0eXBgcHJ+rp6bVraWm1u7q6ejc0NMg5Ozu379q167aZmZng
lClT+FVVVfcVFxfvOn/+PD8A/gMHDvBHRERMmpiYmHP06FHR06dPt1tbW7cICgqu1tLSAiFk
blBQkICgoODmJUuWyCsqKsrZ2tpmbd68+YyWlhb3mTNn5l+/fv2QiIiIzLJly/hfvXrFvGbN
moUA+I8dO7aKELLqzJkz4oaGhi2BgYEdhBDJuro6bN++fYaSkpI3Nzf3JQACu3btwocPH+Dv
78+/evVqfmdnZ35VVVWUlpaitLQUaWlp9IjO8PAwrc1MAT00NBRFRUWor69HW1sbDfPHjx/j
+fPn1GN4hYSE+FlZWQXu3LnD397ejoyMDEREREBYWHjbmTNnrioqKp6+dOnSJB0dHYyNjSE2
Nhb79++HkZER/6lTp/ipM3Q1NTVBZ2fn9tOnT9txcHDssrW1bTc2Nq728fFZ/eXLF3Y/Pz/s
379/3vbt2/knTZrEb2lpuaOzs5OloaEBcnJy2LNnz3oWFhZ+JiYmfiYmJn4A/AsWLGC1trbG
2bNnN7Kzs/OrqqrynT59GklJSSCELBUXF9+0fPly/dDQUA9bW1v2hoYGvHjxYoubm9sSZWXl
3wW6oaEhFBUVwcXFBW5ubqxcufI3MW/ePBw9evTE7du323V0dDo9PDyezZ49+7ywsDC+ffsG
IyOjzXv27OHPzs7e8PLlS2hoaGD79u38L1++nE0ImR0WFsZvZmbGX19fj+zsbDg4OPCbmpqu
2bp1KxwcHKCsrAxzc3N+X19f/oiICDg7O6O6uhp37tzZsnLlSv4bN27wE0LYnzx5gqysLLCx
sfEfPHhQ4MuXLxyFhYXrVVRU+J2cnPibmpoWl5WVrdTX1+ePjo7eQQiBlZUV18mTJ/eKiIjw
c3NzG6qrq3utX7+ev7GxcXl9ff1vBERqa2tpAZnfA3pubi7mzJkDa2vrOVJSUnS5u7m5eaqy
sjL/pUuX+GVlZfn9/Pz4BwYGprS3t08aGRlBYmLiOgD8APidnZ35f/z4gcLCQpSVleHRo0dr
J02axA+An4ODgz85OXndz3Po7u7uqwDwJyYm7hwdHcXw8DCysrKwYsUKLF++fKW8vPyJ69ev
n7hz587iW7du4datW4iKioK+vj4UFBTQ19f3F4FOzTXn5OTQ99Kvo6SkhP73lpYWREREbFy4
cCH/vn37NsrIyEBOTg6XL1+Gnp4eJRDDD4BfT0+Pf2Jigq2srAwqKiqBAIiioiJJTEwkCgoK
IadOncLz589RX18PMTExHDt2jIubm5vfz89vd3t7+7SPHz/ODAoKmjxjxozltra2Oebm5u02
NjbtEhIStyZNmsTa0dExIzQ0lH/37t38Xl5eeP36NQwMDPgvXry4vqSkBLdu3cL27dt3Kioq
Jhw5csS2oKBgx+fPn1moTP3Tp0//H3tvHo7l3ncPL0NCpVFRqWguhWYiKpIhNJCUzJkazJI5
Q8g8U4hMySy6QqZIokGGKCRkiEpUmr/vP9d5Hnvve+97dz/P83vf3/Ped8ex/ujgulzDeX7X
Z1wLjx49QlFR0d/aiP4Kqf+R0O/cuUP7U/wN2H9je/1X5lpsv8nS2f7Z842MjMDY2BjHjx/H
7NmzAQB6enqIiYn5D6H/f03okydPlmYqDJGRkRHPrq4uNDc34+nTp+jq6kJ+fj6WL1+O+/fv
o7+/H46OjjAxMekAQCZNmkQcHR2v+vn54ePHj8ImJiYjlNrb5s2bc+Xk5EwBkJUrV5I7d+6Q
mTNnEgDEw8ODnD59mgAgIiIixNzcnDsyMtKAqhQwjQFe2draLu7p6dm4f/9+aj3sy7Nnz87b
2Ni8BvBDQkKCGBkZnZw+fXoj9Xfu3r1btnTp0m5mkNKVnZ299dChQ68odSUrK6tTMTExKCsr
W62oqEhrwaelpW1/8ODBhZ07d5Jp06aRbdu2EU1NTduamhpaT7mkpAQMBgONjY14+/YtTehX
r15FcnIyOjo60NXVhWfPnv0Og4ODyMjIkFdTU/s+depUwtSoJ2VlZeE1NTW4ePHiKco5aPr0
6eTgwYMV1tbW3KOjoygpKdFduHBhybp168jixYsJPz9/Qn9/fwxlvsDCwkIkJSUJ9f7i4+Nz
v379imvXru1fsGDBc0oFioeH5/2hQ4c2lZWV4fjx41BRUXlEaeFTg5BTp05dyuzVdzDV5d5p
amri7NmziImJgaioaBb1eZ06dWre06dPxc3NzcmuXbv6DQwMluro6OCPMDAwgKamJjZu3IhN
mzb9KcTFxbF69eqXf5Bx/CovL4+JiYmj27ZtI/z8/ERbW7v18ePHOHPmjNPcuXOJjo6OgJ2d
neLevXvJpk2bSFFRUWpKSkrwtm3byNatWz+uWrVKPDg4mH379u0lq1atIps2bSL29vaZMTEx
LFFRUTAxMfkwffp0SujHfGxsDImJiTcnTZpEhIWFyZs3b5zj4uI6Vq9eTYyNjUloaKjdwYMH
U0VERMjevXtfVlRUbNHW1n5DvWZKT19QUJCYmZnF6Ovrw8DAAAYGBjh69Ci0tbWxb98+xMTE
4OnTp6itrf0dHj58iJqaGrWlS5e6r1q16un69euvGRgYrI6OjmY3MDBoXb16NRERESELFy4k
O3fuJBcuXMi/ffs2vn79Km1iYvKFhYWFsLKyEgkJCdLY2BjX2dmJgoKCgwYGBp9++9nq6+t/
efnypTR1UFlbW9cBIKqqqqS9vd2yr68Pq1evBoAd8+fPf0897vjx492BgYGLnJyc6KBfWloa
b968+UtC//r1KwIDA7F7927s3bsX8vLyfwlFRUWoqalh9+7dHbNmzSKLFi0i6urqigcPHoSD
gwNcXFxgaGgYQemOi4mJkYSEBPvKysoVwsLCr5nXMJk0aRKZNWsWUVBQsNLT00NJSQnMzMxE
lyxZ8mbOnDlEXFyc7N+//3hKSgpFSDF/uPbIrFmzljk6OkqpqKgQfn5+Ehoaer2trc1/9erV
ZM+ePeTu3bu7vb29TSgnRqbjInn16tWszs5OvHjxAtHR0UhMTERNTc0veYNTpP7kyZM/JfU/
EnpZWRndRvsbsP2ZC+YfwMrsqc/6O0Knqnxr164FJycnNm3aBBcXFwQHByMnJwdpaWm/jMTE
RDQ0NKC3txetra3/IfT/9hMD0pRhh56enqe8vDztPkQZP+zdu5eWMs3KyoKfn98j6iIWFxfP
raysnNrX14eMjAxeCQkJAoCEhobezMnJ8WSaABTeu3dPbPbs2Z8BkAcPHpDMzExCSZLq6+vz
Hzx4UHzq1KlvDhw4QKSkpAg7Ozvh4+PTv379OqytrVOZ1qA/+/r6DPX19QeY6kSpkZGRMDIy
mqC0ygkh5MyZM5QG+pCHhwfc3NziZ8yYQTg5OX8CKBEWFm7IzMxccOnSJQumZWAaIWTDhg0b
CHWwUdrFVVVVBn9UN0pLS0NzczO+fPmC8fFxXLt2DQwGAy9fvvzTi298fHybrq4uAUDOnTs3
eujQodPM10+io6P5t2/fHrt27dqfV65cIUJCQgQAycvL2z00NDTTyMjoDfNzahMRERkEQG7c
uPE9JiZmk4CAQD9z9oFwcXGR6OjoRz9+/FjU1NQkKCEh8YNp1NJiZWU1AIDIycl9TU1NXXf+
/HkEBgauWrNmzQRF5rt37yaJiYmCzEG9fhYWFiIqKvpVR0fngYqKyp01a9ZwKCkpnWdlZSWr
V68mMTExcwgha5YsWUKmTp1KrK2ttQwNDfFHaGlpwd7eHk+fPkVLSwutr/9bDAwMIDc31/W3
B+q2bdteh4SE4MWLF1s3b948BoBYWFhk1NfXT922bRv1e4vV1dXFJk+e/B0AGRwcJJ8/f6af
o6ysLKS8vNyACljnzp1LZs6cSVxcXILq6+vnxcbGtlK/q62t/bq+vl5s8+bNn5jDoW0TExPL
7ezsNAAQfn7+2gcPHszetm3bPWaweFtZWfkcdd1t3LiRsLGxEcq1CsBVSnfBxMQERUVFuHLl
CpKSkhAeHk4LrPwWZWVlcioqKmTGjBlkxowZBADZtGnTUGho6I5Dhw6NACDS0tLEzc2NkuUk
58+fh7a2dhAVaFH6/0uWLCH79++HhITENaYHQt+xY8eeU0H16dOnC2tqariLi4uxe/fuW1Qw
4u/v35acnIydO3di5cqVAWvWrCGBgYGEUg27cuWK48jICNvz58+xcOFC7Nq1C8PDw39J6O/e
vUNlZSXi4uJoM44/gvrZsmXLICAggCVLljyiFMiOHj16t729faqlpSVMTEzcubi4CC8vL9m3
bx9hXtPdDAYjiXpf2tradVJSUqfnzJnzjo+Pj1hbW0s+fvx4poyMzDgAsn37dgKALFy4kJw8
eVI5MDAQcXFxwZRbIQCyfv164u3tvTQxMXHdihUrCACSnp5ODAwMCAAiJSXVeO/evdXnzp2L
njRpEtHU1CRUQF5UVHSFsniVlJSEra0tmpqafonQ/y5T/y2hz549G48ePaJcI/8O/ywz/2OG
PvvvCJ1aD6TaOKdPn0ZISAh8fHwQHh6OsLCwX0ZQUBBiYmLQ2NiIwcFB9Pb2/jK+fPkCHR0d
5OTkwMXFBTk5OSCEoL+//192s/s7/K8hdC0tLbnFixcTpvbvWW1tbaiqqiIhIQGEEHh4eEBS
UhKEEFy+fBkWFhbQ09Or/83BS+Lj4+WCg4MxMDCAxMTEGABkw4YN5PDhw2ThwoXf0tLSdnp6
emLr1q0EACksLCTu7u4UeRb39vbOSU5OFpo5c+YzKtNkPr++srIyjI2NPZjGLT9NTU3j2NjY
vjBv+Lu5ubm61dXViZTZwIULFwiV0UdFRfXW1tbCw8Pj2vTp0wkbGxtRU1Mjs2bNIry8vA8T
ExPjODg4iLGx8ZmWlpYg6j2tXbuWzrhkZWXDd+zYgd9i48aNkJOTo93CLl26BCUlJRgYGEBf
X/8fYGlpuW/GjBmEg4NjoLu7exNzEGcQAMnIyAjv6+ubc+nSpU8xMTGEErLJyMjI+vDhg8Wy
ZcsICwsL2bdvn8jKlStn79y5Mzo9Pd2IacOoTQUhJ06cIISQddHR0bC0tLzJDNK+5+Xl4dOn
T+eoA2f16tU7Kisr8eHDB5E5c+Z8Pnz4MJk2bRrR09MjDx48EPr48SPq6uqcqAOesloUEhKq
sra2LgJADhw4QIqLi4XfvHmDrKys0/b29sFv375d9cfKxLNnz9Dd3Y3a2loEBgYiODj4d97r
wcHBCA0NRUpKCs6fP39vypQpZOXKlYSNjY2YmZkNJSUlISEhASdPnhyYPHkyiYyMvMfPz3+b
jY2NzJ07lxgZGQkRQpbLy8t/ZwaR5OrVq4SDg4OsW7fu9efPn6VramqmiIqKEisrK0IZVnh4
eBQTQoRdXV01qe98+/btJD09PZOdnX2I+R6bf/78CUVFRSE2NjYiJSVVd+PGjSwqOzx//nxz
eHj4Fl1d3diqqqpiBQUFypegNiIiIn7+/PnqBw8exOHDh2nzjtHRUTq74ebmBi8vL3h5eTFn
zhzMmTMH/Pz8Okzt/q47d+4EKygoECkpKZKenj7n4MGDKqysrERNTY1cunSJTJ48mSgqKn7X
0tLC1KlTnanAjMLKlSvfeHp6rpWQkKhjegPINjU1zbCzsyMAiKSkJMnOzt5jY2ODtWvXplGP
2717d7GnpyeqqqowMjJiFR8fT0xMTAglKerr6/vl27dv82prawEAsrKy/5TQBwYG8OnTJ3z+
/PkvJTmpLDM/Px92dnY4ceIEbS+8detW4unpKbdw4UIICgrmURUlAQEBAoCoqal9iI+Pr6CC
mKSkJBU1NTXIyspGACDOzs7FxcXFLX/MwKdNm0a2bt1qpa6uDhMTE58FCxaQZcuW0cFtU1PT
dkIIDh48+IipU044OTlfGhkZORoaGs5iSpweFxQU/EFVwQCQlJSUxurqaly6dAmqqqpwc3PD
48ePf5nQ/5ipNzc303rivb29yM/PBwBwcHD8K5njPyN0FmZ2zsHsofP9sx46pYGflpZGC4Ud
P34cFy5cgJ+fHy5evAh/f/9/CR4eHoiKisKtW7d+2aimpKQEycnJ0NTUREBAAPT09Og5l3fv
3v3O4fN/Av9rCD06OnrG3r17KwAQIyOjF8+ePePx8PDApUuX0NPTA29v70ni4uLKT548UfLw
8ICFhQXExcWbxMTE3q9du/YjM5s5npSUhCtXrsDR0VGUyjKZfuV3R0ZG8PHjx1mxsbHvp06d
Snh5eQl1E5w8efLO69evpczNzTsosrC2tqZKyArMcm8oHx8fYWdnJwsXLiSioqIvWVlZycqV
K78MDg76FhQUXKICgSlTphAuLi4CgMTHx/c+evQIQUFB1yh9Y0IIcXV1pVzOyKxZs4i6urpJ
QUGBDycnJ+Hn5//EYDDU7969m2hjY5M+ZcoUHl5eXsydO5cGHx8fAMDT0xMjIyM4ffo0WFlZ
sWDBgj/FkiVL9nBwcJCpU6feZM4irHJxcXkLgHh5eVkZGxtbc3FxEW5ubkJlCpmZmakDAwNn
li5dSrnQraqvr+ceHh5GcnIyUlNT8f79+81UNWHp0qXExsZGwdTUFJKSkneY7Yzv0dHRIIQY
rVq1igpWpDIyMnDy5Mk8UVFR0t7eTnh4eIi+vj6pqalZ2tbWhqqqqqWUHvzIyAih9Oznzp1L
ZUGkqKhoTVxcHE6cOAEpKSkEBATAzc3td3B1dYWbmxsqKiqQn5//D65JOTk5iI+PR2hoKGbN
mvVcQUGB2NnZEVZWVrJ///6h4OBg3Lp1Cy4uLkMsLCxk3rx5RFhYmPDy8r4XEREhkZGRQhMT
E9v27dv3lrremBsZZMGCBTXnz59HUFBQ/G9bOVxcXERPT+92amoqtm3btn7GjBlEWFiYUFPR
hw4dIgICAkRCQiKREILbt28rrF69mvDx8RHm9fmIhYWF3Lx5k1DtqaGhoU07duwgLCws5MyZ
M6Y1NTXw9/fHqVOnoKyszOru7o4vX76go6MDHR0dGBsbw8aNG/9MDVlj0qRJhIODIysqKgo5
OTmbnJycduXk5LCuXr3a+LfEwaxYfY+KipoxefJkJ3Z2dqKgoFDV1tYWa2dnF6ynp8fV399v
RZlsKCkpKRBC4OXldZkZwPzMzc2dRQhZcOTIkWEqiJ47d+67S5cubW9oaEBUVJTf1KlTCR8f
H6ECGQcHh4nW1lZ+X19fAICiouI/JXQK3d3d6Orq+ofVLgrj4+PLHj9+zL5x40YICgrW/vZ9
urq6Hmea2VwBQOzs7LoPHz6spaKistHW1pb14MGDquzs7GTNmjUkLy9PMjw8HBISEj4AiI2N
DXF0dKTagJ/z8vKqjh49aq6np6d75coVrtjYWMycOfPS0qVLSXh4OKGqIAUFBSrHjx+HgIBA
2G8SjKHt27fLGhsbo6GhgePYsWMdVPVn8+bNhIWFhWRmZlbcuHEDSkpKOHToEFxcXP5lQv+z
TL25uRl9fX0oLi4GHx8fAgICQAjBu3fv8O7dO4yOjuL169d/qw73N6ROTbz/jvwpk6bXr1+j
o6MDL1++RGZmJk3oOjo68PHxgZ+fHwIDA/9lBAcH48KFC7C3t4eDg8Mvwc/PD5KSklBTU4Oh
oSGkpKSwe/dumJqa4sePH/+jZP6/itA1NDRw9OhRFSri5ebmvhAeHn6soKDg2J49e44vW7as
hpOTk6ioqLieO3dObu/evdnTp08nmzZtclFQULjKLEGN3bt3T6G0tBSvXr1apa+v3wqATJky
hYSEhOzKzc1Fa2srRkZGJExMTK6qq6vHWlhYPKAIPDk5+bSoqCgBQCorK0lERARVTotuaWnB
rVu3fJkHys+MjIzIuLi4SADE2tr6JnPKefS3hO3j40NlUf3379/H+fPnkwAQeXl5MjQ0RJfU
hYWFCRsbGzl16tT1tra2J8wofywvLw9v3rwR0NXVPb5u3bqlUlJS+GOWTl1AW7Zswdy5c7Fw
4UIICAj8KQQFBfcwD4rnR48enammpgY5OTmKuO8uW7asCgC5c+cOOX78OAFA8vPz40ZGRk5R
hH79+nXT0tLSuenp6Z7h4eFSV69eFTp8+PCruXPn0mXW6dOnvy4oKFiVl5fnBoDMnj37x5Ur
V4RzcnIM58yZQzZu3EhsbW2FT5w4MWnhwoXtzKyesLOzE3l5eZKUlMTd29uLgoKCBubnRwgh
hJo1oKChoUFycnLW+vr6QllZea+QkNAxAwMDfsqalsLhw4exf/9+VFdX0/abvwXzkGANDw8v
BPAzICCABAcHEwBk165d/REREairq4ONjc0gk4Te3rhxQ2L58uUFM2fOJG5uboKEkEnS0tKP
AJDu7m7S0dFBmN/1Iz8/PwB4BoBcvnyZhIWFERYWFiIsLFy8ZcsWiIqKLl25ciV94LOwsPRm
Z2eXLViwgGzfvv0ZIWT206dPhdavX084OTmJpaWldXJysgwzU46ztbXlyMvLw7Nnz3ZLSkoS
NjY2cvz4cbOKigoQQqCjo2O0fPny2+Hh4YcJIZN+248rLi7+M0LXZJJHXlBQEOrq6rB8+XKE
h4dDTk5On52dnWhpaZHm5mbCy8tLuLi4iKenZ/zUqVMdmZllZlVVFTw9PVkEBASUgoKC1ikp
KT0BQCwtLYMbGxu59fX1bzGJOZ4QsiQ2NjZu0aJFxMPDg76OdHR0YhobG/mo9ll2djZdbnZx
cfmQnZ0NPz+/jQCOHThw4NjY2Niknp6evyR0aivk7du3GB8fx9jY2D+AEKLV2dm5TVJS8hiA
biUlpS8HDhwgAEhAQMDY8+fPMX/+/FjmfZ/j4eEBeXl57Ny5U9nV1dVGSEioCwBJSkoKI4Qc
27Fjx20AJDg4OC8jI6OXme2/JYQYdHR0qKqqqu7v7u6e+fDhQ+Np06b9sLCwIDk5ObSxSXx8
vFBdXd3kvXv33mNhYSEmJiZ05e7s2bNSzc3NB6gAa3h4mPj5+dGtxpKSEsjJyTmJiIjcDAgI
UGttbf2XvM8plJaWoqamhl4d/e1n+fnzZ9rlrr+/H9+/f0dSUhI0NDTw7Nmz/xFuqK6uhoaG
BhwcHDA6Oko77PX39+P69ev/Y4QeFBSEixcvwtPTE15eXr+E8PBw7N+/HwcOHMDJkychKysL
VVVVODk54evXr/++hH7w4EEcOnQIO3fuPLZ27VrCzs5O1q1bRzZs2ECX2YSEhOpjYmIWR0RE
DDGzn595eXnmcXFxEdzc3ITpg/ti3759OHToEJSUlCyZwzclz58/n3bjxg00NzdjYGAA7u7u
yMrKmqunpzdGDbYkJiauO3LkiBsbGxtZv3494eXlJezs7GTDhg0kOjpan4eH5wI7OzuZOXMm
aWpq0tfR0SEAiIKCAvHx8dFdunRpD3UjNjQ0ECo4WL169euenp4dhw8f/sTCwkJmz55NhISE
CAcHB11KptoDhYWFCVu3bu1mklYmBwfH4OrVq4mWlpaXpqYmKBw+fBhHjhyBjo4OtLW1oaCg
gJUrV0JISAjc3NyYMmXK78DJyYl58+bt4eHhIdzc3GTGjBk/ATxktgiaGxoaEqiDa9WqVWT+
/PmEhYWFyMnJkYmJCRtNTc0bv8mOU7m5uYmzszMxNTUdZWZepLS0lPDw8BBWVlZy9OjRnx8+
fJA6ffp0Nzc3N5VZfmKWmiNDQkLYli9f3jh58mSycuVKoqysTBO1rKzsZVdXV14hIaEB5mAi
oQ71RYsWkUWLFlFVFZKSkrJy4cKF4Ofnfzt79myyadOmIyIiIvgt1q1bh5UrV6K8vBzDw8No
b2//Hd68ecN669ath5ycnISaBRAUFKSG9D6fPHnyNCFEn8qwtbW1i/v7+xWorNPU1DSloaHh
ONUyun79OsnLyyMACB8f3w81NTVtFhaWcgCEwWAQBwcHAoCwsbE92Lx5M0RERO4CIOHh4eNC
QkJEXV39/fXr1y9R7ZuysrLTVlZWCdSg24ULF5xkZWXvMl9fGYDJYmJiMDMzUxUUFCRM29qJ
pqYm7omJCXmq16+np0eio6NnXrhwARcuXEBISAjOnj2LpUuXYtmyZTTWrFlDtQCGoqOjczIz
M3Pmzp1bnpCQkL958+b3VN/8xIkThJOTk3BxcZHs7OzL9+7dO7N8+XLqer4BoH/fvn2ksbFx
kZ6e3n2qZwygk3ovlpaWxvr6+rnMgUny9OnTa5QNMXNOo1deXp4aECOUwBQPD8/3ffv22W/a
tCmYhYWFzJo1i9TX1ye8f//+Lwn9w4cPaG9vh5mZGbS1taGnp/cPOHXqFI4fP/6AGtRMTEyM
u3HjRiL1elxcXDxqa2udqQAXQC4XF9ebrVu3ksLCQntTU9Pz06ZNIzNmzCDbt28nM2bMIEuX
LiV1dXUHGAyGCGUbvGHDBiIsLEyWLFlCsrKy2mRkZOhrT0REhHBxcZFJkyaR/fv3h+Xn53tR
Z6CXlxeJi4ujzsOfnZ2dFbKysq9YWFiIrKwsPfOwZcsW0tjY2EglSJaWll/j4uL+ZZILCAiA
n58fWlpaaDnroaEhDA8PY3R0lHa3+22QmJiYiMOHD0NFRQXx8fF/et6/f/8eDAYDfn5+iImJ
wcTExJ+6ifX29kJMTIxW96RWdtva2vDq1av/EPr/rYSurq4OVVVVbNmyBYmJicfPnDmTDyAf
QP7cuXMz8/PzUzZu3DhdS0sL0dHR24yNjfOrqqrEx8bGONvb2xdaW1vn7ty5M9/V1dVaVlZ2
BYB9LCwsedzc3CQ3N/cidRF1dnbi8ePHqK2txfDwsMSpU6cqAOTr6uoWVFdX86qoqEBYWNhP
SUkpPzAwMH/Xrl354uLiuZGRkQIANADka2pq5tXV1e1av379FQD5x44dKzxx4oQiFxfXBQD5
mzZtyk9NTc1nZ2fPB5AvLCwclZmZOdvd3f3CnDlz8jdv3pwvLS2dHxYWluro6Kh44MCBTAD5
W7ZsyY+IiOBQV1dfIy4u/nPFihVk6dKlRFJSMt7U1JTzt0NeRkZG0NHRwb59++Dq6orU1FRc
vnwZkpKSMDIygomJye/A3MPePm3aNLJ48eJhfn7+KgBNYmJiOdeuXVv98OFDhIWFuS1fvryP
i4tr6Pjx4/m8vLz57Ozst1+9emWVlJQ0SUxMrG3BggVk1apVZMGCBd3p6eln7e3tLXbt2pXv
5eWVeefOHUVNTc1UcXHxfDMzM6+urq4pXV1d25jfZTmA6mXLloWZmJhAU1NTiElIP6dNm1ao
q6ubb2pq2sjNzU3mzp1LGAyGnKmp6UkAudR1sHv37jAHBwdlLS2tfAD5Xl5eh6urq9ns7Oyg
rKxcIikpeevatWtikZGR+C0iIiIQHh5Oa+hTg3HUOt/4+DhrUFBQHfOA/iQoKJgvLy+fv3Dh
wmZm9eb9z58/5WbMmBEJIN/T0/PkxMTEcUlJSQaAfAMDg9jy8vJ9BgYGRFpampw+ffqRhoZG
2a5du8iyZcuIoaHh8erq6lMSEhLfTU1NyeLFi/PZ2Njy582b57x161ZoaWnlzpkzJ9fFxYXP
zMzsQG1tbfKNGzeOAMjfsGFD/t27dxVsbW0vAcgXERHJV1BQUAVgCSB/165djFOnTnFKSkpi
1apVYgICAkXLly9/YGBgUN3e3s799u3b7RISEm+YrSySkJAwMyAgAAEBAfDy8kJcXBx6enrQ
1dVFY2xsbIGDg8N7dnZ2wsrKShYuXEiEhYVJXFzcyQ0bNhSzsbHR9yaAfDk5udxHjx7N//Ll
C6ejo2PUnDlzXispKRExMbFvGRkZnoQQXWlpacLGxkYmTZr0aP369URQUPC9p6dnlJWV1eQd
O3ZcnT179oSlpWV6R0cHfHx81BcuXPhoy5YtJDw8PNnOzu6woKAgWbJkCZk0aVIlFxfXQ2lp
aeLh4WEnIiJCz1nExcUd/P79O4aGhqYNDQ2x/ZHQR0ZG8P79e8TGxuLo0aMwMzP7HczNzWFu
bg4xMbGKmTNnEjU1NTI6OqrU0NAwadOmTURAQICwsbH5Xbt2bXJsbOyVFStWvN+6dSvh5OQk
6enpRx89esSZkJAw19jYOHPBggWEl5eXsLKy5icnJwc2NjZOSk5OxqZNmw6vXr2acHJykqlT
p5KDBw+aXb16tYipgkmkpaWrZWVl8xctWnSbCq5PnTqVOW/ePCIkJER27tyZWFFRoXj48OGP
K1asIFVVVScaGxvzZ8yYUQEgf+HChdk7d+4cFxUVbR0eHq5eu3btOABy8eLF8fv376OwsPCX
UVRUhNzcXBQXF2N4ePh3Gfo/m8K+evUqLUw1depUekiMwvj4OFJTUxEUFETrgNjY2MDe3p42
06E8LiIjI6GmpgYACAwM/A+h/28h9J07d2L79u1Yu3Yt0tLS4OLiAgCYOXMmCgsL2b98+cKe
mZmJyMhIBAcHw8bGBo8fP0ZnZycePXoEJycnqKiooLu7ez5VlmOWPPva29vFKioqUF5ejrt3
7+LJkyd4+PAh+vv7YWdnBwAwNjZGY2MjrVNuYGCAjIwM7N69G1ZWVujr64O0tDQAQF9fH83N
zdiyZQsAwMjICGfPnqV3Ibds2YL8/HxMnz6dti1NSEhAYGAg5s6dCxkZGWhpaSE5ORmenp60
Wt3evXsRExMDKSkpJCcnb/H19dW9evWq7smTJ6GhoQF9fX3o6uri+PHj9ArSkiVLYGNjg9zc
XMTExND7wn+Ge/funQJAtLS06tva2rBt2zbcvHkThBCWL1++wMfHB6dPn55vaWm55PDhw5g3
bx6mT5+Ovr6+BfX19fDy8pqWkJCge/nyZd3jx49PzcrKwoULF6CoqIjAwEA8ePAAOjo62LVr
F1xdXem1Q0o/n5WVFRs3bsTWrVthamo6fefOndcOHTr0QUVFBebm5rh27Rq7mZnZo2PHjj0d
HBzEly9fhFVUVGjBGRUVFTg7O+PYsWO0cElbWxsIISgpKVkkLy+Purq6320CFBYWoqSkBBkZ
GTA3N0dQUBA6OjrQ29uL5uZm1NfX4+nTp7h3795aWVnZH87Oznft7e2xf/9+BAcHHxITE/tx
7ty5q1VVVeDn5wcAhIeH4/Pnz/T1YGRkhOLiYvT29kq8fv1aNyoqivXMmTP4+PGjblRU1F4D
AwP8+PEDbW1tW27evLlNQEAAAMDFxQULCwsMDQ2htbUVSUlJOHbsGBoaGlBaWgoAkJKSQltb
G32dbt26FUZGRvQhpqCgAAcHB8jLy9Prdz4+PjA3N8erV6/w7t07CXFx8U/Mnm94aWkpR1pa
GlJTU3H16lUUFRVhbGwMnz9/pm19P378iI6Ojq1OTk5eIiIigVOnTtXV19dfHBwcDDExMbCx
sWHy5Ml0fV5RUREPHjzAwMAAZTIkSAjRTUpKWsBUDFPZtm0bYWNjI9LS0uofPnxQc3V1XX36
9GnY2NjA399/ioWFhaipqSlaWlrg4OCA3bt3sw4PD+tmZ2fj2LFjsLe3l83NzdVdsWIF+Pj4
WEZGRs7U1tbOEBQUTGRhYSEHDx4k2dnZq54+fYp3795N/zNCpzLJ8fFxfP78GRMTE7/Dly9f
8PPnz815eXnztbS0dFtaWuTfvn2Lnz9/oqSk5KCLi4vu9OnTERAQgODgYFy8eHF1fX29roSE
xNKsrCw0NDQgNjYWx44dQ1JS0p7i4mJVAMjKysKDBw+QmpqKtWvXwtPTc6efn5+ut7f3Eaa6
2xYdHZ0f69evzzU3N4eqqioMDQ05N2zY8MPR0fGNu7s7LC0td7q5ualKSkoiJSUFFRUVIikp
KdrZ2dno6uqSmDp1Kjg5OVFWVoaenp49SkpKaG9vFxcWFiYsLCwkMTHRuaurC3V1db+Mmpoa
1NfX4+3btxgZGfldJv53hE4JPC1evBgLFixAVlYW3WuPj49HdHQ0kpKScPbsWQCAgYEBzMzM
0NbWhtbWVvT39yMtLQ3R0dFQV1f/D6H/byN0FxcXODo6QkBAAIGBgXB0dAQALFmyBGNjYzxv
377lIYTgxo0btFpTbW0t2traUFtbC2tra+zfvx8jIyNzDAwMIubPn9+0du3ayrNnzwrfv38f
d+/eRXV1Nerq6mhlsb6+PtjY2NAXVEtLCw4fPgxhYWF6YjI0NBRv3rzh/Pz586rBwUEsXrwY
SkpKePLkCbZu3Uo/1s7ODjNnzgQAbN68+XeEvmXLFly9ehUXL14ELy8vpKSkoKGhgbi4OLi6
ukJLSwsAICcnh9jYWEhLSyM8PBznzp1DaGgojIyMoKmpiUOHDkFfXx9HjhyBhYUFwsLCwM/P
DxsbG1y/fh3p6eng5+eHjo4OIiMj4evri6ioKERERCAtLY2bWqPj5+cnsbGxbhEREfj69SvH
4OAg3/fv39kDAwOhq6sLQ0NDHDp0CLy8vJgxYwZevXqFO3fuwN7eHoGBgbh48SLU1dVx/fp1
eHp6Qk5ODn5+frh//z60tLQgLS0NR0dHdHV1obW1FQ4ODrRWu4iICCQlJaGvrw95eXk4OTkt
MTMzY9HX10dUVBTOnj3LHR8fv6S1tRWEkIXBwcFsFHEoKCjg3Llz0NTUBAA4ODjgyZMnmJiY
QGZmJmRlZVFZWYmsrCza37qgoACJiYnw9fWFubk5eHh4ICIigpiYGDx69Ai9vb2oqanB0NDQ
ZBcXF4H79+/zxcfHQ05ODo8ePZqqpaUlEBERMTsmJgZz584FAISEhGBiYgJSUlIAAENDQ5SU
lODx48dobGxEeHg4zpw5g+fPn+PChQvQ09PD27dvUVlZidzcXNpaEgCSk5Op3Vu29vZ2qKio
4N69ezShb9++HS0tLTShb968Gfr6+vQhtmfPHtjb22Pbtm0QFRXFhg0b4ODgADMzM2pQSWDf
vn1Ja9asqbx58+ay7OxsZGRk0J7zaWlpKC4uxv379/Hy5Uu8e/cOw8PDuHXrFtLS0mi1Ri0t
LYSEhEBUVBRsbGzg4OCg34O8vDwaGhowMDAAExMTHD16FMPDw3jy5AkGBwe5AgMDq6kAe+fO
nSQ3N3fSmTNn4OLiAgsLC3h6esLQ0BDGxsZobW3FuXPnICUlhSdPniAzMxPHjx+HmZkZ4uLi
ICQkhLlz5+Lu3bt48eIFT3x8vPW2bdsqQ0NDT1ZUVHDU1tZibGzsLwmHEmL6K3z48GHu8+fP
WdXU1FBRUYHh4WF8+vQJaWlpsLCwwKxZsxASEgJ/f384OTmhsLAQmzZtQnp6Ourr6xEdHU1/
VqmpqQCAtLS03xG6vb09HB0dcfbsWTg5OVEkKCAmJgY9PT3s3bsX/v7+7Orq6gIFBQULIiMj
2fT09GBlZQVpaWmkpaUhJycHERERyM/Px9OnTzF58mTMmDEDHz584KysrIS8vDw6OjqWr1u3
Lmv37t2VTU1Ns6uqqlBRUfFLKC8vx82bN9Hc3IzR0dFfIvPfErqhoSFMTEywdu1aCAsLQ0BA
gA6uIyIikJKSgsTERNjb21P38gJbW1t0d3fT0/QZGRmIj4+nCT04OBgfP35Ef38/TehZWVn0
vaCrqwtfX9//EPr/DYROIT8/H9XV1XQpZvHixaD2Kfv7+9HV1YXbt29DX18f9+/fx+joKIaG
hmBpaQlFRUU8f/4cHh4esLe3ZxEREcHZs2dRW1uLu3fv4s6dO7h//z46OjroC9XW1hYAcOrU
KZSVlWHZsmXYtm0bLbNJaRK/f/8ehBCsXr0au3fvRmNjI0RFRcHCwgJDQ0NYW1uDh4eHPnQz
MzPpA2/r1q24evUqAgICwMbGhi1btkBFRQUpKSnw8vKiCV1WVhZJSUm/I/SwsDDo6+tDQ0MD
VlZWMDIyolbQEBcXh7lz59KEfv36dcycORObNm1CRkYG3NzcoKKigv3790NHR2fS7t27zwCw
mjNnjo2urq60l5cX3r59i+HhYRBCEBISAl1dXZw4cQIHDhzA7NmzwcbGhr6+PlpaNSQkBH5+
fti/fz9ycnLg5+eHvXv3IiAgAE+fPoWenh5kZGTg7OyMoqIi1NfX08EZAAgLC9Nyjdu2bcOZ
M2dgZmYGAwMDXLp0CVZWVggICKAzb3d3d/qxu3btgrW1NZ2hOzk5oaOjA1+/fgWDwYC8vDzu
3LmDnJwc5OTkID8/HwkJCXB1daWc8egqypQpU2BkZITY2Fi0t7ejp6cHp06dws2bNxEbG4u9
e/eirq4OcnJyuHjxIuLi4mgSCwkJwZcvX7B9+3a6YsNgMGh1voiICJibm9Ne8jo6Onj79i0q
KipQVFREG/EAQGxsLAgh+Pz5Mx49eoR9+/ahpqYGVVVVYGFhgbi4OJqbm+Hk5ERXe8zMzOjd
2z179uDUqVNwdXXFvn37ICoqCnt7e+jr6+Pt27d49+4dVFRUsHHjRtTV1SE9PR3Xr18Hg8GA
t7c34uPjcePGDQQGBsLX1xcvXrzAx48fcfv2bcTExODIkSOYNGkS1NTUcPHiRYiIiICNjQ2T
Jk2i38PevXvR0NCA/v5+GBsb4+jRo3j79i2lgjfV19c3n6l/4Lpjxw4nJyenWW5ubkhPT4ex
sTH8/Pxw+vRpnDhxgg4A/47Qq6qqMDw8jLq6OsjKyiIkJARFRUVoaGjA+/fv/8uEPjY2hocP
H+L/LUJ3dnam7z0RERHo6+tDQUEBbm5uUFJSQnJyMkJCQqCvr/9PCZ2TkxM8PDzo7e3FnTt3
IC8vjxcvXkBUVBT79++nz83y8vK/RVlZGS1cRU2V/x2RDwwM0OuQOTk5OHHixD4zM7O1q1ev
hri4OJYtWwZbW1tkZGQgMTERiYmJyMjIgJOTky2AwAULFvSbmppeGhsbE+zq6mJ5+vQpsrOz
kZycvF9FRSUAQEBYWFjAjx8/Fg0MDKC9vR2jo6Ns+fn5XiwsLCEA4vX19QOCg4On/YfQ/y8i
dAq+vr7g4uICAHR1deH169c08VDDEp8/f/7dSsOLFy8wNDQEW1tbnD59GsLCwrCzs8O9e/dw
9+5d1NTU4NGjR6iqqgKDwcCDBw9w7tw5SEtLQ0xMDKKiouDk5ISxsTFu3rwJBwcHBAUFobm5
GSMjIyguLsa2bdtw6tQp1NbW4tixY5g5cyaUlJTw/Plz+Pv7Q1BQEM7Ozrhz5w5Wr14NTk5O
GBkZgcFgwMXFBRISEtixYweOHz+OxMREBAQEQFFREbq6ulBWVoaPjw927NiBiIgInDt3DoGB
gVBXV0doaCgyMzOhq6sLPT09WFhYICYmBvPmzaMJPSMjA7y8vNi+fTtGR0dRW1sLKysrWFlZ
wdzcHLKysgBAa3RTOuAjIyPo7OzExYsX4efnh8jISJw/fx47duyAqKgoent78ezZM2RmZsLR
0REBAQEwNjYGU0wEnp6e8Pb2Rnp6OmxsbHD48GHaZCIwMBBnz57F8uXLcfDgQQQHB+Phw4dw
d3eHqqoqrKyssH//ftja2iIxMRFOTk7w9vamo31PT0+avGNiYmBkZITg4GAICgrSFq7Jyck4
ceIENm/eDCsrKxgbG8PAwADW1ta4cOEC3NzcaB93fn5+cHFxYfny5di7dy+mT58OX19fDA0N
wc7ODrdv34aHhwfs7OyQlZUFPT09RERE4MqVK9DT04ORkRFOnTqFt2/fIikpCXp6emAwGHj4
8CEePHiA6upqhIWFwd7eHvfu3UN6ejrS0tJoj4Hk5GRQJfd169ahvLwc4+Pj+PTpE4KDg7Fn
zx6kpKRg586dYGNjw6pVq34XeC5atAjh4eFQUlLCunXrICMjg+nTpyMqKgpKSkoQFBSEk5MT
HB0daUKniL68vBwpKSl4+vQpampq4OzsjMTERFrH387ODhcuXMDw8DDKy8tpcgKAI0eO4PHj
x/D39wcLCwskJCQQGxuL0NBQbNu2DY8fP8bnz59x6NAhyMvLY3x8HLW1tQgLC0N5eTkePny4
lqo4uLq6wtTUFElJSVi1ahX27t0LIyMjbNu2DdeuXYOLiwvWr1+PpqamvyT0O3fuYGBgAKWl
pZCRkUFgYCBu3rz5H0L/DaF3dXVBREQEysrKePbs2S+ReXl5OR2cUtWaX8nM37x5g46ODrx4
8QJXr149MHPmTLJ58+aGrVu3YvPmzVi5ciW8vb1RXFyM69ev48aNG1ODg4P9ly1bRmbPnk34
+fnJlClTiL+/f/PDhw8xPDyMBw8eaG7bto0sXryYCAoKEj4+PmJubp6ckJAws62tDTU1Nf6r
Vq0is2fPJuzs7ISTk5NoaGhUXrp0ic/DwwPe3t7/Jfwqmf+H0P9F3Lt3D/b29ujq6qKjv1+B
nZ0djh8/jgULFsDc3JzWaW5ubkZycjJd3jM2NoaNjQ3MzMzAx8eHmTNnYt68ebRlp5eXF/bs
2YMVK1bgwIEDAAB+fn6EhYXh8ePHiIyMxJQpU7B79258/foV+fn5EBYWxoULFzA+Po7s7GwI
CwvDxMQEJSUltHFHQUEBbt68SXv5qqqqIiwsDAcOHMDu3bshKSmJuLg42Nraws/PD1euXEF9
fT2uXLlCT+f+M0KXlJREd3c3bt++DUdHR9osZdeuXQAAAQEBHD16FAoKCsjJycHIyAhOnDgB
HR0dBAUFwcfHB5GRkXRZvaysDOfPn8eFCxegq6uLqKgoBAQEQEtLC2vWrIGFhQXOnDkDcXFx
7Ny5EwcOHEBiYiJiY2Nx/vx52NraQlRUFCdPnkROTg6+fPmCmzdvori4GC4uLuDi4oKvry8M
DAywd+9eJCYmIj09HbGxsbCwsAArKyttZxoXFwcHBwds3LgR8+fPx+PHj+Hj40O3Z7S1tbF/
/34oKyvTbRNPT89/IPSlS5dCS0sLM2fOhJmZGZqamugsUVxcHNbW1pCVlUVRURGys7PpvW0H
BwcYGRnhxYsXKCkpwfnz5+l5jObmZrrkFxMTg+TkZMTGxqKiooL+PiwtLelAVVFREYmJiejq
6sLQ0BDtckepcE2bNg1+fn4YHh6mgzEAOHToEFJSUvDz50/IyMgAALy9vbF27VqwsLAgMDCQ
1iwfGxuDqqoqhIWFUVxcjKamJnz+/BmVlZVwcXGhCf3y5ctwdXXFuXPn0NPTg+rqakRFRUFe
Xh4A8Pz5cxBCEBMTQ7/2+/fvo6KiAhs3bsTDhw/x7ds3pKenIzIyEl1dXaitrUVUVBSKioqQ
l5dHmyDp6emBh4cHUVFRWL58OWbMmIGpU6di69atuHTpEiIiInD69Gma0LW1tf9D6P8vEHpZ
WRlu376NtrY2fPr0CWNjYxgdHf0lEEKQnJwMVVVVGTExsW/M1duXIiIiEBYWxsKFC3H48GG4
uLjA0tISfn5+m1etWkXY2dlJY2MjuXfvXjaAceYkv4qTkxPU1NS+MKV+I8rLy70BDLKzs5PQ
0NBl3d3dC5WVlV8xhbsuxsTEbKY0Qvz8/NxLS0vpSt2v4saNG0hMTISbm9t/CP3/JL5+/Yqf
P3/+8u8PDQ0hISEBO3bsgK+vLx49eoSmpiakpKRAT08PJiYmOHXqFE6ePAkbGxvo6+tTBhDg
5eWFjo4Ovn//Dm9vb6ioqEBAQACsrKxgY2MDHx8fAgMD0djYiODgYHBzc2PPnj149+4dUlJS
sGrVKri5udGGJmvWrIGBgQFu3boFc3Nz3Lp1C69fv0ZDQwMOHDiAY8eOQU1NDT4+Pti/fz/2
7t0LaWlpeHl50YchNaASHx+P48eP/zKhl5aWwt7eHtHR0ejq6oK7uzv27t2LTZs2gZOTE1xc
XFBRUcHw8DBOnjwJPT09uuQUEhICNTU15OXlISQkBIaGhvD394eBgQEiIyPpUrKoqCjMzc1h
YWEBaWlpSEtLQ01NDVeuXEFsbCwuXLgAOzs7CAsLw8DAAMnJyRgaGkJ+fj6Kiorg7OyMqVOn
IiwsDOvWrcOxY8fQ09ODgwcPYvHixbCxsQEbGxsCAwPR3NyM+Ph42NjYQEREBEJCQnjy5AlC
QkIAAEJCQjAyMsKRI0doRzAfHx94eHj8KaFrampi3rx5sLe3R319PY4ePUq3XM6cOYO9e/ci
JycHGRkZ6OzsRH9/P06fPg1TU1N0d3cjNzcX9vb2qKmpoYfsqCpHVFQU0tLSEBUVheLiYrS3
tyMnJwf29vbg5uamZybi4+PR3d2N169fw9ramq7m/Lbd9OLFC+zZs4cm9P379yMuLg4fPnyg
Hb/8/Pywfv16sLGx0VrW8fHxaGlpwY4dO8DHx4fXr1/jw4cPdPn/j4Tu4uICd3d3dHZ2oqen
B83NzbTzGnNHG0xhFcjKyuLWrVvIzc3F5s2b8eDBA7x//x5fv37F58+f8fTpU1RVVeHixYtI
Tk5GWVkZqqqq4Ofnh02bNmHOnDmIiorC2rVrwcfHBx4eHkhKSuLy5ctIT09HZmYmbt++jby8
PGhqasLIyAgJCQn/IfT/Q4ReVlaGsrIy1NfX4+XLl+ju7kZnZ+cvY3x8nOXatWu6HBwcPylh
JUFBwZZ169Zh+fLlWL16NYKDg8FgMKgqmAZzLbN9eHhYNCoqaqagoOAEAOLm5pYaFBTEDmCM
i4uLmJiYsHh6emLWrFm1AMiFCxcCIiIiVCZNmkT4+PhIUlLSruvXr2Pnzp3pzLXSV8PDw8IN
DQ34V9Dc3Iy8vDw4Ozv/h9D/h/ArWr+//b3fKgtNZmoA/+njv3//jtOnT8Pc3Bw2NjawtraG
tbU1zp07B2NjYwgKCmLJkiWYO3cubdN44cIFqKqqYunSpZg7dy7Y2dnBz8+PkJAQPH78GKGh
oZgyZQoUFRXx4cMHmsC9vb0xMTGB9PR0rF69GqampqiursaZM2fAYDDQ2dmJu3fv0kNu6urq
CAoKogl9z549UFZWRklJCR4+fIiKigo8ePAAKSkpMDAwgLGxMSwsLHD58mXw8fHB0dERmZmZ
yM7Oxty5cyEtLY3Xr1+jpqaGPrT7+voQFhaGEydO0MN8ixcvhr6+Pt68eQNra2ucOHECYWFh
8Pf3R0xMDNTV1ZGVlYXY2FicOnUKYWFhMDU1RVxcHHx9faGjowMxMTFYWlrShC4rK4uDBw8i
Pj4eCQkJCAoKgrOzM9avXw9TU1NkZWVhYmICBQUFKC4uhqenJ3h4eCjHKLi7u2NgYAA6OjqQ
lJSEg4MD2NjYEBkZiba2NsTHx8PR0REbNmzAsmXL0N7ejtDQUADA0qVL6R3jI0eOwMTE5HeE
7uDggPnz59Mld21tbfDx8cHJyQltbW0wMDDAhg0bIC4uDltbW+zbtw8MBgPXr1+nzW1sbGxw
+vRpDA8Po7i4GM7Oznj06BHevn2Lrq4uhIeHIyQkBJGRkcjMzMSVK1dQXl6OZ8+eIT8//08J
fWRkBJ8/f8a5c+dgaGhIE/qCBQvQ0NCAly9f/o7QDxw4gMuXL2NsbIwm9NDQUIiJiYGVlRVB
QUEoKChASkoKMjIyYGJiAn9/f3z79g3Dw8N0f9vLywtpaWkoLS2l5zk8PDzw7NkzDA0N0dak
379/R09PDwghiIyMpPvm1dXVdBuqpaUF379/x+joKMbGxvDp0ye0trbi5s2bqKyspB3V0tPT
ISwsjLlz5yItLU14/fr14Ofnx4wZMyAtLY24uDikpKQgISEB8fHxuHbtGjw8PGBjY4PIyEgI
CAhgzpw5/yVCpwa7qB3qjx8/0q08SqLz35XQKysrUV5ejri4OPj4+ODixYv/EuLi4qbo6OiQ
uXPnki1bthAODg6yevXqFnFxcSxZsgQmJia049zg4CBbVFRUHwDCwcFRZ2tri8zMzPl79uyh
dB7KamtryykZXWlpacE1a9ZgxYoVD5lqlcNBQUEpTOEn0tXVpc8cWPWgtBu0tLR2qKqq4leh
rKwMFRUVeHt704O/v4JLly7h0KFD9IzT3r17ceDAATg6Ov7bEzrLr7jr/IkzDxuTzHkIIbx/
9RyRkZFQVFSEuro6NDQ0aGhpaUFNTS1BQECAMXXqVAYAxuHDh/OGh4cXeXl5QV1dXWrp0qUM
AAwAjLlz5zLCw8NN+/r6ZgYEBJhxcXExZGRkGN3d3QciIyPDli9fzrC1tWV0dXXtT09Px+bN
m3kPHToUfOXKFYa5ubn8o0eP2Nvb29Hc3Mx9/Phx3v3798fJyMgwzp8/n3jkyJFp+/fvh5qa
Gg4dOoSoqCgkJSUhLi4Oqamp8Pb2DtfQ0GAcPnw4VV9fnzckJMSdl5eXYWJiUhQfH8+bkJBg
NHv2bMbWrVsZt2/fZly5coVx6tQphre3N4PBYOz28vKCmZkZJCUleQHwLlmyZKq1tTXev38v
efTo0SItLS2GpaUl4/jx44zz588zFBQUGHl5eXuTk5Nx+vTpxc7Ozgx1dXVGcHCwe2hoKLS0
tLBu3boV+vr6LmZmZrzM1cOTSkpK8klJSQgLC/N2dHRkmJiYMNasWcPQ0NBgREVFMe7du6ed
lZWFkpKSwydPnmQAYLi5ueWJiYnNOXfuHHp7e6Gvrw9xcfHlRkZGDAAMd3d3xsuXL2Wjo6Oh
qqpqu2rVKsbixYsZxcXF7hcvXjxKfTcyMjIbxMXFISYmBkVFRbi6usLe3h6urq44depU+Lx5
8xicnJwMbm5uhpSUFIOXl5dx8uTJIgaDwauhoQEJCQns2rWL99ChQ+GbN29mpKSkhBQWFrL2
9PSgu7t7h5GREeP48eOMiooK0UuXLp0/c+YMo7CwMPnhw4coKys75+bmxnBxcSkICQnhjIuL
M/Lz82Pk5+ebPn/+nDsvLw+enp4cnJycvAB4VVVVeQsKCjiePHnC+vTp01BjY+NsIyMj7ocP
H04DwLto0SKOrq4ufP/+fZqamhovAF4AvNra2rwpKSkYHR3llpGRWQKA18nJyXHVqlUSHBwc
vHFxcVz5+flIS0tDQkICysrK6MoVc594UlZWVoqNjQ0jKirKPSEh4ai/vz/DxsaGYWdnJ9fR
0cHX39+Pnp6e32lR//z5k9ff3/8EAIa0tDTj2rVrjCtXrjDWr1/PqKioUOjr60N7eztaW1vx
4sULfP78mVZkY86/sPn4+EyaP39+3IwZM0pWrVo1DqB8xowZDB4eHoaoqGhubGysSEpKCq5e
vYq4uDiEhYUhMTERUVFRiIuLAx8fHzg4OHD37t1/mdDfvn2LFy9e4Pbt27h8+TLs7Ozo6sin
T5/Q29v7b0voNTU1uHHjBtzd3f9Lfefo6Gg2ZWVlWVVVVXlHR8d+AGTfvn0t1MaMhYUFIiIi
EBAQgPj4eDZTU9N+5ubDQysrK3z79m2VmZkZAUA0NTVJUlISoVQ+JSQkBK2srKCpqfmQKfFN
G1/t2bOHtLe36zAJPYhyuuPj49tGeRT8Cnh4eLB161acPn2aTvx+Bfb29ti5c2fCvn37GPr6
+owdO3YwlJWVtzLXEaf39PRM+nfP0P+rj2MnhHD+1XPIyclh9uzZWLp06e88sJcvX45FixYR
NjY2smbNGiIrK0u5VVVbWVnNWL58uQobGxvZtm0b0dDQoFyOSGlpqYytre0tpuIXuXbtGvHw
8CCUC1hISIh7eHj45rVr137k5eUls2bNIrNnzyZZWVk1ExMTs9LS0hZs2rTpIycnJ5kyZQqZ
NGkSERMTCxETE8P69euxceNGWFpaws7ODlZWVnBycoKOjs5ndnZ2ws7OTmJjYz9aWFgQFhYW
wsnJSaqqqj5aWVnRNqSWlpZETk6OTJo0ifDw8BA5OTk1Nzc37N27t3DOnDmfmapvHfLy8quL
iooc+fn5CQcHB1m+fDmRk5Mj3NzchJ2dnRQUFPheu3ZNaPPmzU8pMYx58+aR6OhoU3Nz8818
fHxf2djYiIODwyjltjV79ux3NTU1mVJSUoSNjY3MmDGDsLOzEy4uLsLKykrWrVvnXlJSskVW
VpZMnjyZiIuLk2nTphFubu4HFy5cmMVcJ1w4derUrhkzZtBSl7q6ul+ysrLWKioqFlDv09fX
lwQEBNDrePr6+ppMlUCYmJggJSUFcXFx1IrdT0qEREREhEhISBA2NjbCwsJC2NnZF/Pw8EBa
Wtpo8eLFH1evXk3mz59Ppk2bRhwdHcsIIbPKy8s1WFhYyIoVK4i6uvrZBQsWFE+ZMoUsXbqU
bN26FVu2bKmZNGkS4eXl/VlSUrL/+PHjZNKkSeTkyZPk27dvwhUVFSxaWlr3KWXAFStW/NTT
01Pi4uKaRQ31nD59WufChQu+zMNuf1xcHJKSkgJWr179kZWVlcyaNYts2bLlY0BAgBYhZJ6M
jEwXgI+/0Yj/ePr06SeFhYWrr127huTkZOTm5mJ4eBjv3r3D+Pg4Xr9+PZUp0kKkpaWJr68v
mTFjBpk0aRI5e/Ys+fr16763b9+iv78fHz58oO+h/v7+I5SOPjO7ou1yFRQUag8dOgQVFRUc
OXIEBgYG6O7uBiEEAwMDlIUpV0REBI+oqCihRGt27txJ5syZQ1hYWMjChQtJVFSUXXJyMuLj
45Gamori4mIUFhaCwWCgrKwMycnJ0NDQQE5ODoaGhv4lQn///j2ePXuG1NRUekbC39+f1qB4
+/YtPnz48JeEbmVlBRYWFnh6esLNzQ2nT5/GrVu3aEJ/+PAhoqOjceTIkX8g9IcPHyIlJQWr
V6/G2bNn/1uEnpKSgqysLERGRv6PEfqdO3dQXFyMsLAwhIeH/8tITU2FsbEx5s2bB2Fh4Tam
RHLL/v37oaioCHl5eezevRu7d++GoqIi28aNG3tZWVkJCwvLQ6Zp0CbKzEpCQoJ28hMRESGu
rq6CN27cgI+Pz0NK497FxYWSZibNzc06vLy8ABDEwsJCmD4d22bPno1fBdU61dDQgKKiIpSU
lH4Jhw4dAmUbzcHBQRn2vLW0tNzY2dm56u3bt1yULO7/BP5/0UOnVsZ+McP/U0Lv6uqi99Dv
379Po7u7G5cvX3YCQC5dukR+/vxJWFhYyKJFi4ifn9+KXbt2rRAUFPwWERFB8vPzCTc3N+Hg
4CAKCgowMTHZNm3aNAKAjIyMkGfPnhEAZNmyZU+fPn26RlNTs53pWnXS39/fVVhYmEyePJlk
ZmbuU1dXd2HqOteFhYXFrly5krCyshaxsbGBhYUFLCws2LdvHwIDA+Hh4YHAwECcPn3aiZJC
JYTQeuvz588nhBBSUlJCG38QQsitW7doB6/Hjx8fOX/+fBD1f4r8ASRdunQJDg4O3wGQ5ORk
QgihJDrJkiVLsGbNGh2mhSaRlpam7Gp/ZGVlnRYRESEASHt7O63BzcfH115SUpK5detWMnXq
1Fx+fv7rkyZNIpKSkjGTJ0/uOnr06IXAwMBCpmnF6/b2do3NmzdXMqU1771//15SW1ubivKv
paamaoiLi08AIE5OTgV9fX2rXF1d+wGQe/fukcuXL1OymA8JIXyDg4MYHh5Gd3c37t+/jwcP
HqCrqwtZWVl6lGTws2fPPKOiotRZWFi+Kioq/kxNTeXLz8+fNGvWrHdLly4lmZmZZgkJCV4L
FiwgkyZNImpqapJnz55dyM3NTZSUlJ4nJSWJcnFx3WF+Lr3MtamrAH6Ki4t3dXV1GVHWmtbW
1imEEPaAgIAGpvJckYeHR46goCDh5+fft3Xr1jlTpkwh8+fPJwEBAS0AXmhra78JCwsTl5GR
4Qbwavr06URXVzd62bJlxsy/+ePx48dQUVHJY/4N4u/vT5jXG4mKiroYEBAAHx8fREREoL29
nTZlGRkZYXV1de0FQIKCgsjo6CihpJMTExPdx8fH8ezZM4yNjSEsLAxqamrQ0tLCrl271lAa
+suXL//KwsJCNDQ0PgsJCREFBYVuR0dHeHp6YunSpeDj48OyZctQV1f3D/Mtnp6eFlR2RQih
r0VbW9t3Dx8+xI0bN3Dy5EncuHEDExMTGBgYwMDAAPr7+/Hx40f09fXhzp076OzsRHFxMXbu
3PlLhD46OoqOjg5kZWXBzc0NR44cQUREBJYtWwYbGxs8f/4c3759Q2trK+Tl5VFSUoLx8XF8
+/YNqampVDUPLS0t9EBgTEwMBAQEkJycjIaGBsTFxeHgwYPw8vJCRkYGTegNDQ3IyMiAkJAQ
zMzMYGVlhTNnzsDGxgaEEISGhtLDt9u3b4eNjQ2UlZWRmpoKHx8fWrxqy5YtSE9PR2lpKS5d
uoRr166ho6ODFm4aHh7GnTt3sGvXrn+J0BsaGnDlyhVs27YNkpKSkJKS+lvIyspCTk4OsrKy
UFBQgJSUFBYuXIiZM2d2MAPWls2bN2PNmjWQkZHB/v37IScnB1VVVbbNmzd/ZmVlJVOmTLnn
5uYGQogQJYksJSX108PDgwAgoqKixMzMTNDKygpHjx59yLz+HgcGBvozfTbIwMCADrMbFUSd
U+fOndv2RyXAfwZDQ0P4+PggNzcX2dnZtJbF3+HGjRu4du3aia1btw5Tan/M5LCIufmxjLp+
/yfwv5rQHz16BHt7eyxZsgS+vr7o6ur6P5Lh19bWqlEWrJRu9OHDhxsJIfNjY2PZAgICUimX
K+rATEhI2JmSknJg9erVhIWFhYiLixOqByQmJhY3Pj6uyc/PT+bPn0+0tbUXurm5QVNTkwGA
+Pj4JJw7d+4NAGJvb1/e3d2NDx8+ZOTk5DhS7l8ZGRnQ1taGsrIyDh06hGPHjmHPnj1OlK2q
vr4+/XokJCTIxMQEIYSQFStWEBYWFiIpKUkorXFzc/NXJSUlysuXL3/F1BOvv3r16lxWVta8
BQsWmFdWVnImJCR8Z/ooE0IIWbVqFZk0adKEvb39akNDw0Rm5k2EhYWJgIAAWbt2bVVvb6+I
rq7uY1ZWVrJlyxayevVqEhwc7KuiooLMzEw4Ozs7T5kyZRILC4vnggULiJ6entqxY8f4vb29
d86aNesGDw8PiYiIUGlra0N6evolbm5uoqio+DUvL89UTEyMcHFxkaKiIqczZ85ARETElPl+
b5iZmcHPz0+BSfhEXFycLFq0iDx//ly3ra0Nzc3NGBsbQ05ODqZPn47p06dj5syZmDZt2mym
pefEz58/d2/btg0APl28eJEQQljHx8etuLm5vx8/fpx8+/aNmxACZWXlR8wgYKO2trYQHx8f
ERMTG1NWVu6kqgR2dna9iYmJsLKymg3gvZqa2vdTp06RuXPnEh4eHqKgoHDs1KlTEBYWJgDe
iYqKsgYFBcHb23s1IWRaVFTU+o0bNxIODg4yc+ZMMnv27G8FBQUbXr9+DUtLyxgqCOvu7t7u
5uYGZhD108DAwCo5OTlq0qRJREpKiujp6dE63uPj444vXrxAfX09rfz1+PFjPHr0CK9fv2bL
zMzsZ7oQEm1tbcLGxkbY2NjIzJkzRebOnYsZM2ZAREQER48exYEDB6CoqIj9+/cvOn369K3w
8PCj4uLiQ2xsbOTJkyfpYWFh5xkMxqVnz54hKSkJLCws9CT/4sWLce3aNWRnZ4PBYEBNTQ1T
pkwRpK5bQgg5e/YsZX4y2tvbO/3u3bvQ19dHbm4u3rx58zs3tM7OTrx69QoDAwN48eIFSktL
sX37dgQEBPztHvofCV1TUxORkZHYuHEjPDw8cOvWLTQ3N+PevXswNzdHXV0d2tvb8eXLF0RF
RcHW1hYfP37E58+f8eHDB3z48AGZmZkwMTFBbm4uvLy84O3tDQcHB2RlZSEqKgoAKGU3ZGZm
wtXVFS4uLvD398fFixcRGBiIHz9+wNfXFxs3boSPjw9MTU1x6dIlbNiwATExMbh27RqOHTsG
Q0NDKCgooKurCw0NDTh37hxqa2tRU1OD2bNnY+3atWhtbUVtbS0OHz6M/v5+rFu37m8Jvaqq
CtXV1XBycsKBAwfwR3OjP0JLSwt6enrYt28fdu3aBRUVFSgqKkJNTQ3GxsbYs2dPB/M+a9m4
cSOWLl0KRUVF5OXl4datW6irq2P18PAoYp5lz2/cuLGwurp69qlTpwhTybLl2bNnlzk4OD4x
7z0Bb29vHD9+/AErKyuRlJSsOnLkiDYnJydZs2YNSU1N1d21axcWLVrkSlnMlpeXy6SmpuJX
kJaWRlfy2tra0NPT85dufL/Fy5cv0dvbCwcHByxfvjyX8hugDLe+fft27M2bNzz/9oReUFAA
LS0tyMnJYceOHZg3bx6mTJmCDRs2wNnZGW/fvv2Xn7OmpgZJSUn/YJ1ZXl6O8PDwDVTJ1tvb
myxevJhMmzaNyMrKqhoYGCAtLS1WXV2dWFtbE+ahTEJDQzscHBzM582bR1hYWMipU6fojHnL
li2R79+/t580aRLZsWMHaW1tFTY2Nsa6deuSAZCIiIhmZ2fnL8yMtN7R0RGGhoaoqanB6Ogo
/cUVFhZi/vz5WLp0KVasWAEBAYHpFImvWLGCUJ7Sjo6OhPonJCREpk6dSvT19QmVIcrIyFw8
duwY+Pj43rOwsJDbt2+X3b9/H8rKyhAVFUV/fz9HYGDgd8pljhBCli9fTjg4OD4VFhYucXd3
z2Wae1RmZGQcUFdXVzIyMsKDBw8WKSsr36dMW9jY2IiHh0d9dXU1Z0ZGBlJTU2FoaAgA0dOn
TyfLli2zNDAwoKRgO2fNmkXs7OzEL126hJKSkgR2dnaye/fufl9f32MCAgI/pk2bRq5evXqe
eS0cYr73vNWrV+PMmTOSa9asoYMaHR0d576+PrS0tKC9vR3Pnz+HnJzcH13E+FhYWMjkyZNf
RkdHg8FgTAEw4erqShobGxEWFhbCzHazCSFobm7G/v37GQBIVlaWeHp6+hzKq3rLli0kMDCQ
sLCwEAsLi96EhAR4e3uDi4vrHdOQp/7IkSPps2fPJnPnzrVg/n3Cx8f3xtHREZGRkZCVlUVw
cDDS0tKkqUCSgpycXMuLFy+4HB0dL1LB5rdv3wy7urpw6NChHE5OTmJoaOijra0dOnnyZDJn
zhwiJCREODk5yaJFi4ibm5uju7s7Ojo60NXVhYKCAiQnJyM7Oxt37txh8/T07KMOICkpqdRp
06ZVMf/2pt9+YLt27UJoaChcXV3h6uoKd3d3mJmZQVRU9AcAUlpamhISEoLGxkbY29vD0tJS
j5+fn33WrFng5eUFJyfnn7m5rQBAFBUVCSGEBAUFEQDE39///cDAAE9nZycsLCxQVFSE4eHh
vzxQX716haamJkhLS8Pf3/9fztB/S+heXl6oqKgAg8GAo6Mj3N3dMTY2htTUVERGRqK+vh5N
TU2YmJjAq1ev6BIodRbV1dXRHgvZ2dn49OkTkpOTcfz4cdy8eROFhYWIjo5GY2MjxsbGUF9f
jzt37qChoQHXrl1DfHw8ysvL0dHRQXsOpKamIj09HXfv3oWysjIkJSXh5uaG9+/fIzAwEKqq
qpiYmEBDQwOqqqpgY2MDX19fFBcXQ19fHzdv3sS6deugpKT0l4RODcNlZ2fTuu1/h5qaGly5
cgV2dnaIiYmhhY1cXFxw8eJF6OnpdQAg69evb5GUlMS2bduwdu1aaGtr0xoJJiYmmyZPnkxm
zJhBEhISHP39/UHdW1evXs1ITEwEgC9M+e7FlZWV2LBhw0Pm+ZlQW1u7io+P7yXzfFPq7e3l
OXny5BOmaVP1ixcv5tXU1OBXUVlZiZaWFoyMjPySkA61e//hw4fJioqKl39rmcys9j6cmJhY
Ojg4iH9rQjc3N6fv+mPHjkFFRQVCQkIQFRWlFbaMjY1RXV2NwcHBX37ejIwMuvxI9X0iIiIQ
Hx+PgwcPVlK9cUIIERMTo1yL9goICMgvWrTow+nTp8nAwABt4Xnx4kW/EydOKLKxsREAhBBC
hoaGqF7uzaamppPbt29/w9TQNi0pKdnGwcFRBeBndXX17hMnTsQyI7l2Hh6ebQBUbG1tR0pK
ShQzMzNx8+ZNhIWFQVVVFQcPHoSWlhZkZWVVqCnOtra2sFu3bsWzsLDQpcv79+8TAGTOnDm/
K7kfPHiw8OLFiwuWLFnyhVnabCKECIaGhq7duXOn+OvXr9V27tz5AwBJTU0lX79+JTNnziQA
SEpKyqLExERTJqH3+Pv77+Th4ZkjLy+/7OHDh+pU/6iurq57y5YtBADZu3fvyezsbBBC8Pjx
43nTpk0rZLrMHbO0tMT9+/exe/fuZABEXV297cSJE9tkZWWLmCsp5pcuXeKjKh8bNmy47OHh
sc3ExGSQWf2oY5o9iB07duwV07mq7/z583O8vLzg6elJexqrqqpCX18f+vr6MDU1hYaGhgpz
aGY0OjpahMFg+AEg586dI2/fvuW6ffv2Xh4entE9e/b03b59e1dYWJjpsmXLPgIgHR0d++/f
vy/LwcFB+Pn5SWtrq11eXl42s3T8orKyEo8fP/ZhY2P7MX/+/K9FRUU87u7uDsyfu2lqamLB
ggVkypQpP+/fv5/a09OzjY+PTxwAj4WFBf/y5csJPz8/SUpKekk5eSUkJBimpKSIUG2W3Nxc
5StXrgjOnTv3+ezZs0lRUdHiFStWXGZaaZK+vj4iJSVFHSquYmJiePHiBdrb2/HixQs4OTlB
S0sL5ubmkJKS0mAGQg9evHjBvnHjxkoAxNnZ2ZzBYLCmpKQgJSUFOTk5uHXrFoqKilBUVISK
igrk5OTIzJ8//wcAkpaWduft27coKSmZpqSklDFz5kzCzs5ux87ODnZ2drCwsEBYWBiqqqrY
u3cv1NTUIC4ufpwyHvn06RPdKrC0tBz/9OkTKisrXZSUlDpSUlLcP378yN3T04O/Qm9vLx4+
fIjW1lZ0dHSgp6fnL8VQ/o7QKysrcefOHcrICB8/fkR2djZMTExoy9Xe3t5/6GsODw/j7t27
MDc3h5mZGVJTU/Hq1StUVVWhsLAQVVVVyMnJQWxsLO7cuUNrbJSUlKCurg4+Pj4oKCjA+Pg4
ysvLkZOTg46ODhBCUFFRgevXr0NVVRU7d+6Eg4MDRkZGEB4eDnV1dQwODuLt27f48uUL9PX1
4eLigqysLMjLy+PatWtQV1fHli1b0NbWhlu3bv0DSkpKkJOTg+vXr/9ymbm0tJTWY2hvb4eC
ggI2btwIGRkZ7NmzB6Kiop3Mdl3rmjVrsHLlSsyePRsODg4oLCzElStXUFFRIaajo/ONGRyP
HD16tAMAmTZtGrly5QpvTU0NwsPDK5l99J6AgIAu5vzL156eHpGOjg7IyMh4sLGxkRUrVvRa
WFj0U9fUrVu31BkMxi+b0OTk5KCmpgZv3rzBwMDALw+oDQ4OYmRkZN3BgwcJDw/P+Lp16+pW
rVpFLly48KCnp4ebmh35tyZ0SshixYoVOHr0KPbt2wchISEICwtDWFgYfHx8UFFRQX5+PkpL
S3/5ed+9e4f+/n66VPLy5Uu8evUKfX19hymLwRkzZhB+fn4iKCj4IzQ01MHU1HTDkiVLvlOR
F2VhuGfPHjI0NCTm4+OTQUVk4eHhRFNTk1CRWnV1tX15efl1bm5usnDhQrqU7+np2UAIQXZ2
tghla8nKykrY2NjIokWLXklISKzctGkTxMTEsHHjRsjKymL37t1QUFCAhITEW6qScO7cORdJ
ScmL1N8fGhoi9vb25Dc2j0RISIgeLLGysjp47NgxI8peUUNDY1RMTIzIyMiQjIwM+nFGRkYk
LS2N/r+7u3vL1atXNwsJCY1QNxyT3Md0dXUNKS9mWVlZ40uXLu2bPn06YWdnJ7t27WLr7+/H
3bt3DajhKUlJyQdv3rxZQQhBeXn5LKqCQLUzTpw40VdeXs7n6ekpuGHDBvqzmT9/PgFANm/e
TBoaGrTd3NyowMyd+fgLkpKSWLNmDdasWYOlS5di3759tOb/6dOncfbsWWhpab2lrCsjIyPl
p06dmguApKenZ/f09PD4+fntnD9//iDVuxMUFCRsbGzE29u7ZXx8XPTixYvjVJn91q1b0fLy
8o+YpUViY2OjCKCQ+n4IITNtbW1zVq9eTXJzczc/ePAA6enpN2bNmkUmT55Mjh8/Tvj4+IiO
jo6Bt7e3HTX7cObMGVtDQ8NdM2bMIGxsbCQmJkbs6tWrD5nOdA8FBAR+cnFxET8/vxxCyFpl
ZeUx6jVQFpzz5s0jbm5uNvX19XxdXV0aTU1NGBoawqlTp+geqZKS0mZmheQJIWTzxo0bKdtV
kpSUNCUoKAjBwcHw8/ODiYkJ9PX1YWhoiJMnT+Lw4cNd1PWxe/ducu/ePcXc3Nw5srKyL5nW
puFz5szBzJkzwc/PDzU1NRw9ehS6urowNjaGiorKB6qF09XVRb/u5cuX9379+nW7qqrqT2Yg
TMbGxkRaWlrw/PlzNDc3o6mpCY2NjXjy5AmNrq4utLW1oaWlBY2Njejt7f1TZ7BfIXQq0zUy
MqLFoWxtbfHq1SsMDQ396aDSnxH6wMAASkpK6Mw7Ly+PJvRv376htrYWJSUluHfvHkJDQ5Gd
nU0PtOXm5qKjowNDQ0MoLi5Gbm7uXxI65UU+ODgIQ0NDeHh4IDc3F4qKisjNzUV3dzfi4+Px
4sULNDU1/Q7t7e0oKSlBamrqL5M5czsFbm5uMDQ0REdHB7y8vHDw4EF6ZXXLli1DzKpSj6Ki
ImRkZCAtLY3k5GS0trbi/v37aGlpQWJi4vbt27d/oK6lxYsXExMTkwhnZ2f09fXNGxsb03Rz
c6ujzpxp06ZNKCoq7hwbG0NhYSEUFRWhqKgYv2DBAmp2ifj7+9tVVVUhPz//lwk9KysL9fX1
tE78vzJ1/vbtW3R2djrt3r1bZP369aiqqnJob2+fWVlZSZP5u3fv8PnzZ1q+/N+K0A8dOkTv
FP8ZofPz8+PIkSNgMBiorKz85R56c3MzHj58iL6+Pjx79gzPnz+npAo35ufn11y6dKnl3Llz
ZzQ1NeXi4uJ2ODo6QldXF2vWrNkoJia20d/f/46BgUGLhYVFYUxMjOjnz58XMBgMz4CAgJao
qKiWyMjI0yEhITn+/v4tly9fbunv79epra1dYmtr62BmZtYiJCTU6ubmVv/8+fPlb968wcTE
BI+pqanYunXrinft2tVqYGBQvmrVKp4VK1ZAUFAQ69evR3p6Om7cuIHMzEww15AyNTQ0WuTl
5e+sWbOGf8eOHUtMTEwenzhxoqW5uVnMz8/PXVRUtEVeXr4lKCio5ejRoy2SkpItSkpKLY6O
jqIvX75c6+Li0sLHx0dYWVnJsmXLXvv5+Z13d3cXk5OTa/Hz82tpbm42dnR0FDt58mRNQkJC
y5kzZ/YeO3YMFhYWm0xMTFqmTZvW4u3t3frkyRMlOzu7VXJyci1mZmYteXl5+lVVVTh06JC3
oaFho6ysLBtTNU1aRkamRVBQsCU0NDTy27dvcwcHB/Hhwwe2iIgIMUtLy/SgoKDWq1evVtTU
1AhFRkbCwcFBau3atYSNjY1ERka+uX79equamlqQl5fX6uHhYezevXvaggULDmpraw8B+GFr
a3va2NiYtoo9fvw4EhISUFtbi9LSUpSWlqKiogL5+fmZly5daikrK7sVHBwMJSUlaXt7++i8
vDw8ffoU+fn5VxcsWEC4uLiIk5PTi/j4+JaCggKvurq6mQwGA5GRkTqRkZEtMTExd9va2nbk
5ORkhoaGtsTFxdUyGIy1RUVFrkFBQS05OTlRX79+ZbO3t+dXUFBY9+jRI9q219raeouhoWGD
pKRkq6mpaVpjY+O83t7ekJMnT7Y4OTkVq6mp8a1fvx7y8vJON2/eTGPucE/Lzs42j4iIGL58
+fJLT09P70ePHk359u3bYhcXlwJxcfEWYWHhFlVV1RYPD4/mysrKHELIjGfPnvE8fvx4Q3Nz
M54/f46cnByEhYVRO95TY2Nj427fvl0zNjbG4+fnd83Nza3F2dl5n6WlJa3VYGNjg+DgYERF
RSE8PBzx8fE4f/58IoAWAQGBlsOHD191d3efzxy6kzx//ny2v7//3M7OTjx8+BAdHR0oKCiA
hoYGDh8+DAMDAygqKq4FsDEmJubIx48fN0tJSYkBEFu8ePGy3t7eRVeuXEni5uZuCQgIcOjp
6eGsqqpCZWUlqqurac347u7uP8WLFy/+0g/9343Qr1y5AkIIvn37Rn8mv8X4+Dju3r2L5OTk
/zKh19fXIzc3F97e3jh58iQcHBzg4OCg6uvr23LmzJm9lpaWtIR1YWEhbt26hTt37qCpqQn5
+fnQ0dFZeuDAgQBfX9+WTZs2icXFxeHZs2eYmJiYVlVVJZCRkcFtY2NzRElJ6dSOHTuWdnd3
7yaEyHz9+hXGxsZU5UcMgNihQ4fELl++jKKiIoSEhMDd3R0XLlz4W3h7e8Pd3R3V1dV0S+Vf
IXRKvGnt2rUoLCzE/fv3UVlZSRPw4OAgqqur6e/0v1OG/19H6BoaGr9E6Ddv3qTLV39YXftT
Ug8ODoa+vj6Gh4fx6tUrdHV1oaOjA52dnWhvb0dTUxOuX78OHx8fZGZmwsLCArq6uli+fDlE
RUVRUlKC0NBQxMXFwcvLC69fv8bjx4/pCdHCwkLU1dWhrKwMTU1N+PDhA7KzsxEQEICkpCTs
27cPqampePz4MUZGRvDq1SskJibi8uXLyMzMRGlpKXx8fODr6wsvLy8EBATg1atXGB8fp32c
u7u7YW1tDRMTE0hISGDPnj0IDAyEt7c3Ojo6cPnyZezcuRP6+vooLS2Fu7s79u/fDxMTEzx9
+nQmIUQuJCQEhYWFBs+ePQs4efLknPDwcHh4eEBLS4uueDg7OyM8PJyWVWUOssDb2xtz585F
aWkpuru7ERkZCSMjIwQGBoIQgsbGRmhra+P69esIDAxETEwM0tPT6X3i9vZ2fP36FcPDwxgY
GMC5c+dw6dIlPHnyhFb32759O4SFhSV5eHgINzc3OXv2bERDQwMGBwdnMg/puRoaGn1UVG9n
Z3e/ra0NdXV1uHfvHu7du4fq6mp0dnbi9evX9Hf84sULtLS0oKmpCQMDA/Dx8cHBgweRlJQE
Dw8P3Lx5E3l5eTFz584lM2fOJAEBAZs7OzvR29tLr05lZmaioaEBT548wadPn9DS0oLKykow
y+349u0bKisr6eHNEydOwNXVFT9+/Jj76dMnntHRUUxMTHDdvn0bFhYWuHjxIhgMBj1Nnp6e
jj179uDMmTPIzMwEIWQSIWRSTU0NbRM8MDCAK1euICcnB58/f0ZMTAz27dsHZWVluLq6oqGh
gf6MOzs76Wz2+fPnSEpKgqenJ/z8/ODm5oabN2/i48ePePPmDVJTU3Hjxg0MDw8vGR4envpb
IvxtVvHu3Ts8f/4cDg4OkJOTw6lTp/Dy5UtMTEzM+PjxI16+fInx8XGW79+/c3379g1fv34F
IQQXL16EuLg4dHR0oKioCAAoKSn5nQ2tkJAQXrx4QQvrBAYGorq6GgUFBTh79izKy8vR1NSE
jx8/YmRk5E/xz8xE/t0I/erVq/jy5ctfktGbN29QXV1Nr8H9Vwj94cOHSE9Ph6mpKfT19REZ
GYnU1FTExcXh3LlzsLa2hqOjIzw8PJCTk4OioiIwLW4xMTGB+Ph4WFlZ4cqVKzh69CglQDTv
3bt36O3tRUZGBpydnXHkyBFs2rQJhJBJFy9eZEtNTQXlirhy5Ups376dVjq8du0afH19cebM
GZw9e/aXYGVlBWtra9y9excTExO/nKm/ffsWzc3NNKHfuHEDtbW1qK+vByEEVVVV0NXVxZYt
W5CYmIiPHz/+sj7+X7nZ/a8g9J8/f6Krq2umnJycAACBlStXChgbGwtoamoKrFixQmDDhg0C
GzZsEBAQEBDQ09MTqKys5MnNzUV7e/sfhWZ+97yenp7IyMhASkoKDhw4AB0dHdy/fx9tbW3o
7u7G0NAQamtrUVVVhYiICFhYWCAuLg5nzpyBnp4eVqxYAREREVy/fh0XLlyAr68vHB0d8e7d
O9TV1SE7O5u+6UpKSpCVlYXKykqMjo4iPz8fHh4eCAsLw549exAdHY0HDx7QhD4xMcHx9etX
8YmJCZbx8fH1P3784Pzy5Qv92p8+fYpbt27h6dOn6O7uxqNHj2glNDExMcjIyMDNzQ2Ojo54
/vw5oqOjsX37dhw5coRWJVNUVISOjg4ePHhAq9/l5eWhtbUVJiYmOH/+PM6ePYtDhw7h+vXr
+PDhA1xdXeHp6YnS0lI8f/4cw8PDiwkhc5KSkrBgwQKkp6ejra0NQUFBOHLkCIKCgvD+/Xvk
5eVh4cKFSEtL4y4vLxfIy8sTmJiYWPjz588lhJBJg4OD6OrqotsdVlZW9EHa09ODc+fOAQC4
ubk3cHBw9LCwsPQAcN6wYQPev3/P+/r169mjo6OSurq6NwD0WVtb9xBCpMbGxuiMY2xsjO59
FhYWor+/Hx0dHXjy5Anu3buHiooKPH36FCEhIbRd7cGDB2FoaAh9fX1XVlbWnsOHD/dUV1eL
PHnyBA8fPgSDwaB7mUVFRaiqqqLLZ01NTbh58yZd/UlPT6dlUG/cuIGioiK8fft2Rm1tLXdJ
SQkIIfOqqqrYVFVV4eLiglu3bmF4eBje3t64cOECXFxc8O3bN/z48QM9PT1r+/r6eF6+fIm2
tjYUFxfjyZMnCAsLA/O5EBgYiD179kBOTg6nT59GS0sLJiYm5g8MDAgNDg6CKYiDsbExPHr0
COfPn6dXIZOTkzE4OIh3794hMjISRUVFGB8fX9rf389F9f9ev36N9+/f48OHD/j06RNGRkYw
OjrKSgjhKC8vh7+/P378+ME6ODg49dWrV2hsbMTQ0BD30NDQ5N+qsvn5+dFld0qXPjs7G58/
f4awsDAAgIODAy9evEBubi7279+PrKwsODg4ID8/H+fOnUN5eTmePHnyT6Vd/xn+Q+j/c4Tu
5OQEKysrDA8PC5SXlwvY2tri6NGjePDgAdra2uDi4jI/IiJCwMfHR8DX11cgLCxM4N69ewuf
PHnCOjIygnfv3mF0dHTBw4cPJ3t7e8PDw2P+7du3BRoaGlZFRkZKdHR0bKMqCCYmJnSgTgjB
lClTwM/Pj6amJjAYDERHR+PmzZuoqakROHv2rEBVVZVAeHg4rKys4Ozs/EtwcXGBnZ0dLC0t
aVL/rxJ6d3c3nJyc4O/vjzNnzmDRokVQVVVFUlLSvw+hm5mZwdjYOHzVqlU/AXyfNm3aTyEh
Ibq/ylyp+TFjxozvcnJypKyszDctLQ3379/Hp0+f/uH5vn37BgsLC6xduxZBQUFIT0+Hjo4O
tm/fjrS0NOTn5+PatWt48uQJWltbcfv2beTk5CAhIYFWTNq/fz+mTJmCZcuWITc3F/7+/nRw
8Pr1a9TX1yMrKwu3b99Gfn4+7t27h4KCAlRWVmJsbAw1NTXw9fWFt7c3Nm7ciKCgIDQ1NdHK
WSMjIyz9/f1T+/v7Wfr7+7mHh4dZ379/j4cPHyI8PBxFRUUICwtDWloaBgcH8fjxY6irq8PQ
0BDq6upQV1dHYGAg7O3t8erVKyQnJ2P9+vXQ0NDAzZs3YW5ujh07duDw4cNobGwEIQSurq7I
yspCc3MzDh48iCtXriA5ORm7d+9Geno6TegeHh64e/cuxsbG0N3drfjy5Uuxd+/eQV1dnZZh
DQoKgqGhIby9vaGoqAguLi6ws7OLqKmptZmbm383MDAgHh4eP729vX+Ehob6FxYWiuTm5tKZ
bnp6OlJSUlBVVYXOzk64u7uDlZUVS5YsYWFnZ2cDwAaAddq0aWCS9rzPnz/vs7KyAgC22NhY
NkIIXrx4QUuvNjY24vPnz/Dw8IC8vDyKi4tpuV1qsri7uxuenp4wNTVFZmYmLUJjYGDACoDN
xcWFjRDC0tzcTPszX7lyBZcuXcLjx48xMDCA4eFhvHnzZvKbN29YBgcHMTg4iL6+PlRXV6Ol
pQWdnZ3o6upCamoqHjx4AHV1dcTFxeHbt2+oq6tDSEgInJyckJOTgzdv3sDb2xuurq64fPky
vn//Ts16SL58+XI2NelNVUYoT/N79+4hISEBu3btgrS0NM6cOYPW1lZ8+fKFbWBgYPKbN2+o
SVyMjIzAzs6OViC0sLBAeXk5Xr16hffv3yMsLAwFBQX4/v07Xr9+jdHRUfT09KCjowPPnj3D
06dP0dLSgvfv3+Pdu3csHz58YO3o6EBoaCg+fPiAd+/eYWBgAC0tLaBEaSYmJkAIgY+PD9zc
3PDu3TskJSXRhjKZmZn4+fMnHBwcIC0tDUtLS/pvE0Jw+/ZtnD17FgwGA+7u7qipqUFjY+N/
CP1/iNBHRkZw7949ep/6V3Hnzh1cvnx5t7S09EV7e/vv+vr63zU1NYNOnTqF+/fvo6qqykZB
QeH7vn37visoKHxXUlL6zlzlfGNjYzPd1taWIieOwMBA3mPHjl1XUlL6rqur+11fX//Lli1b
xnV1db9HRESoBwcH4/Lly+jr60N/fz++fv2quHTpUidRUVFRSl/i1atXiIiIOHv8+HGyceNG
YmRk9N3Ly8vC3d0d586dg5OT0y/B2dkZNjY2sLKywp07d/Du3bvfKSX+s5K7hIQEBAQEUFBQ
gNevX0NdXR2HDh2Cl5cXREVFsW/fPly9evXfh9CzsrKQl5fnRxG4oqIiCQoK+uTu7v7Jx8fn
U2Rk5CcJCQnC3Et84evru7qyshLv3r2b0tPTM50ycXnz5g0+fvwIMzMzLF68GGpqaoiLi0Na
Whq0tbWhpKSEjIwM3L59G76+vjhw4ADq6upoYYgnT57g7t27cHV1RXJyMm7fvg1zc3OEhIRg
06ZNcHZ2RklJCcrKylBaWoq8vDxkZmbC19cXp06dQkBAAKqqqtDf3w9ZWVkcP34cXV1dyMvL
Q319PdLT0/H48WP09PSgs7MTnz59Ql9fH3p7e9HZ2fk7RytK0zojIwPFxcV48OAB7t+/D0dH
R5w7dw6HDh2CnJwcgoODcePGDairq8Pb2xsmJiaIiorC7du3ERwcDH9/f+Tk5KCnpwe3bt3C
w4cPUV9fj5CQEPT29tJKVVevXsX4+DgsLCzg6uqKu3fv4vXr13RvcnR0FJqamoiIiEBbWxuC
g4NhZGQEGxsbmJiYwNraGufPnz87b948aqjuO1UanzdvHqmurj6bk5OD27dvIzAwEK6urigp
KYG9vT16enpw6dIlSElJYdGiRViwYAG97cDJyYnQ0FC8e/cOhBB4e3uDg4OD7hG+fv0adXV1
0NXVRW1tLd1i2bp1K8zMzHD+/Hl8/PgRdXV1uH79Ourr68HLy4vExES6jWFgYIDTp08DACwt
LennVVNTg7m5OcLCwnDx4kU8evSINjgZHBycPDQ0xDIyMoKBgQH09fXh/fv3aGpqQmVlJe7d
u2cYHh6eX1BQcFhFRWVWeHh4fn9//+b+/n6W8fFx1NfXo729HX19ffD29sb58+cRFhaGT58+
0VPcL1++pFsUJSUl8PDwgLi4OBYsWEALo1Ba1BYWFqirq6OrB1Q/ub+/H2fPnoWSkhJ0dHTg
6+sLU1NTtLa24tGjR3jz5g0SExNRVlaG1tZWPHnyBImJibQ7W1lZGW7duoWYmBgUFBSgq6sL
IyMjqK+vR3h4OEZHR2m3ubKyMvT09ODz58+IiopCdXU1YmJi4O7ujnfv3qGqqoo2xbl16xYu
XbqElJQUPHv2DD9//qQn1z98+MCdkpKSbGVl5ZOXl6dnbW2df/v2bb729vbJo6Oj/21Cd3Z2
hoGBATIyMmZISEjM8Pf3n1FXV8dy//59nD17FoaGhv+M0Fn7+/u5qLLs6Ogo6urqaJGS/y2E
/v79e+Tk5FByrLh8+fLfIi4uDteuXdP445rl5MmTiampqVdzczOKi4s//PZnv8EnANMBwM7O
DuHh4XBwcNhKKUH+EUpKSo9VVFRgYWFBmx/Z29uf5+DgIDIyMuTx48c7m5qa0NLSYsjPz0+4
ubk/a2trf6Y2gTw9PY+5u7vTK5e/Ajc3N7odNj4+jrdv32J4ePgv8enTJzQ1NUFGRgaWlpZ0
W8jAwAAnTpyAp6cnRERE/v0IPTMzE7m5uZzLly9/yhQM6Xry5AnP6Ogoz+vXr3lGR0f5bGxs
XjOnYyv279+Ply9fzvj06ZP+4OCgaHFxMdzd3bFs2TJ4eXlh586d2LZtG1RUVP6B0K9fv47S
0lLExsZi06ZNuH79OpKSklBRUYHS0lIUFxfT9o0UObi7u2Pq1KlQVVXFlStXkJeXh8LCQty4
cQNXr16Fvb09duzYAQcHB1RVVeHFixcAAHl5eRBC8OHDBwwPDyM2NhZXrlyBiYkJDh48iOzs
bNTU1ODBgwc4c+YMWlpakJWVhcmTJ9P7qbm5uUhOTsb9+/dBCIGLiwvMzMywa9cuCAoKwtvb
G/v27YOIiAgKCwthZWWFCxcu0NKYGRkZiIqKonW9qYO2tLSUJqH379/j1atXGB4eRkJCAi5c
uIDKykqa0Lu7u/H27VtoaGggMjIST58+haenJ/T09ODm5oZLly4hKioKiYmJbPb29lULFy4k
S5cuNZ48efJjAOTy5cvVT58+5bh37x5evHiBHTt2YNu2bbh+/To0NTUxODiIa9euQUVFBRoa
Gnj79i0MDAwwdepUsLCwgJ+fH0VFRWhra0NhYSHu3r2L0tJSPHjwAG/evEFWVha2bt2K1tZW
/Pz5E0FBQZCSksLZs2fh7++Pjx8/4u7du7h06RLdo42OjsbLly+RmJgILy8vGBsbAwBsbW3R
3d2N8fFxTJo0iR5QDA0Nxe3bt9HU1ER/bm/evKE10gcHB4UIIdxWVlaYPXs2li1blsrJyUmS
k5OJvb39exYWFuLv709evHgx5e7du2hsbERTUxNdyfkjoVPCFV+/fkVubi709PRoC1xqfdPK
ygp+fn4oKCiAtbU1jhw5grCwMLx48QJnz55FYGAgnj9/Dm1tbRw7dgzHjx/HxYsXQWVT1FxH
U1MTzp8/j6lTp4LBYMDV1RU5OTl49uwZ7ty5gzt37iA2Nhbx8fEIDAyEg4MD7aJ2//59uLm5
obu7G25ubjh16hQIITA2NkZCQgKuXbsGd3d3jIyMoKioCLKysnB1dUVVVRW0tLRga2uLzs5O
+Pr6QlBQEMuXL8fatWul2djYiJycHImMjCRsbGxk2bJl33p7e1UIIRgbG/sHvH//nvoe/imh
5+fnIyYmZoukpGSInp7e+8WLF38wMzP7Hh8fPzcjIwMnT56EsbHx7wi9t7cXnz59wvfv3zE2
Njbp1atXCwYHB/HmzRv09PSgrKwMp06d+l9F6BMTE4iOjsbixYuxadMmSEhIQFxc/J9CQkIC
EhISlwGQRYsWDXV0dKTGxMR8B0CEhIQeXrx4EU5OTt3z588nBw8erBEXF8+xsrJK4uTkJHx8
fJ+XLVs2fenSpVBRUcHhw4dx5syZDSIiImTp0qVk48aNOZycnJmioqK32NjYiIGBwaMTJ07g
8uXLlGKoBB8f3wRzI+btz58/ZV6/fs1nbm7+hLmOavLixYu5NjY2rUwOaSgrK5ubnp6OfwWU
0ExZWRna2trw9OlTtLa2/ik6OjpoLrlz5w4YDAbu378PIyOjf29CFxYWxsaNG7Fp06Ympl7v
M0tLSzx48AC5ubk4ceIEZGRkBpkiJrUqKioYGxubRQiZn5SURCsiCQgI4OzZszh48ODfEnp0
dDSkpaWRnZ2N5ORkWmShtLQUVlZWqKmpoX3Rvb29wc/Pj6NHjyIlJQVFRUW4efMmCgoKkJqa
CmdnZ3owqaqqCi9fvsScOXOgoqICQgi6u7vx8uVLJCUlITExEUePHsXWrVuxY8cOlJaWoqGh
Afr6+mhsbEROTs7vCJ3aE62vr8fnz5/h5OSEkydPYs+ePVi/fj1cXV2hqKgISUlJpKWl4cyZ
M/D390dHRwdycnKQlJRER9f5+fm4cOEC7t69i9zcXPT09ODNmzcsb968oaPRnz9/0trOfyR0
dXV1REdHY2BgAMXFxSgrK0NJSQm911pXV4ddu3aVHTp0iDg5Oemzs7M3sLKykidPnhz58OED
tSqI7du3Q05ODtnZ2dDX18fAwABSUlIgIyMDQ0NDEELQ0tICfn5+sLGxYcmSJcjPz4enpyct
l3nu3DkkJyfjw4cPuHHjBnbv3o3e3l4OQsjM6OhoiIuL04T+4cMH1NbWIj4+HqWlpTShd3Z2
Ii4uDqGhobQQjaOjI1JSUjA8PIxFixZBRkaG1tS+e/cuampqkJubi76+Prp02NbWhidPnkz+
+fMnl5WVFebMmYM1a9acnTx58ncZGRmyatUqIiQkRDw9PZ2uXLnCEhERQWsixMTEgJJpDQ0N
xadPn+g5g8+fPyM9PR1KSkrQ1taGqqoqpk+fDgAwMTGhp9DLy8thbW0NZWVl+Pj4oKurCydP
nsT58+fR3d0NExMTaGlp/Y7QGxoacPXqVTQ0NODp06ews7MDABQXF8Pf3x8FBQVob2/HnTt3
UFVVhcuXLyMjIwPe3t4wNzfHlStXcOfOHdy9exfW1tbo7++nPAdACIG9vT3doqII/ebNm5CR
kcGFCxdQUVEBIyMjuLi4oKOjA2fPnsW8efMgKSmJnTt3bpk3b96n+fPnk/Xr15PJkyeTbdu2
DTU3N0u2t7ejsbHxd3j06BFaWlpo97Q/TnRTswCdnZ24fv26tJKSEp0JsrKyEkdHx4zGxsaZ
ly5dwp49e2Bubv47QqdmRNzc3JCbm4t3796hq6sLz58/p3e5rays/o8Tup2dHT5+/IikpCQc
OHDgv0XofX19+Pr1K7KysqCoqAhVVVXs37//b6GqqrrewcGh7Nq1a/yJiYnYvn37h1mzZv0M
CAiIKygogL29/VtPT89Ce3t7HDx4ELGxsbrMAdbRlpaW6QwGA05OTrC0tISXl5eotLT0Vw8P
D4sdO3bA09MTcXFxBQDI+fPn91+/fh3V1dXIysqCsrLyHer7EhMTC4+JicHjx481N2/eTCZP
nkz27NlzUldXFwoKCmZsbGxEUFCQGBkZqWpqauJfwZEjR7Bnzx5YW1ujpKQEubm5f+mhnp2d
jYKCAty+fRtFRUW4ceMGHjx4AENDw39vQp8+fTpmzJiBqVOntjDlSjv8/Pxw4cIFhISEIDw8
nPvEiRNDzH3EWqokHRgYiCNHjqzU0NCQMTIykli1ahWcnZ2xf/9+SEtLLzpy5Mj2uLg4FBYW
rjYzM5NRU1OjspK12dnZG6SkpJCTk4Pk5GS0t7fj2bNnMk1NTVuoiUdCCHx9fRETE7OZj49P
5sSJEzKFhYUzCgoKqExxeVlZmUxgYKCMhoaGTEhIiExnZ6fM69eveaZOnYojR45wE0JWEEJm
/fz5kzc1NRVXr16Fnp4eduzYAQ0NDbS3t8sMDQ1NMTU1xZMnT5CVlQVOTk5UVlZuy8vLk7l3
755MSUkJZ319PX78+DHb09MTTk5OMmpqalKioqJwc3ODsrIyxMXFUVpausPV1ZU/IiICQ0ND
U+7duydz69YtmeTkZFy+fBn5+fkIDw9HT0+P6P3792VGRkYWDg4O/q4nSGU4XV1dv1sJGh0d
xd69e+Hs7IyysjIUFRXh1q1bYDAYYDAYuHHjBtra2vTnzJnzZevWrf3nzp3bw8nJ+ZyFhYXc
uXPn2PDwMFpbW9HZ2YkdO3ZATU2Nu7a2VsbAwACDg4MoLCyce/DgQRlVVVWlL1++SDx58gT8
/PySbGxsMitXrlxz8+ZNBAUFISAgYAEhRCY4OJjz2rVr+PjxIwoKCqCsrIz8/HyUlZWtdnZ2
hpycHGxsbBAWFgZCyIaenh7ExcWhpKQEAHD9+nX09vYiNjYWzDU2AKB72yMjI5g/fz4UFBSQ
n58/ydfXF8+fP186NDS0jerDmpqa4u7du2hvb9/Z2dm54fLly7C2toagoCByc3PXZWVlPV+0
aNGtw4cP52lpaWlSHuHm5uawtLSkYW1tDXt7eyQkJIAQgs+fP+Pnz5/Izs6GsrIyNDU1YWxs
DDU1NZrQ7e3tZ5w/f36Sn58fiouLYW1tjYMHDyIxMXH7jx8/RM6dOwdPT0+a0DU1NWFiYoK4
uDgZZ2dnmc7OzkmJiYm0MMu5c+fAwsKC1tZWmejoaJa8vDw8e/YMbW1t6OjoEMzLy5OpqKiQ
iY+Pl3F3d5cpKiqaU1paipqaGpw/fx6EkKUhISESBgYGIIRIeHl5oaqqiuP27ds4d+4cPn36
hMbGRhlZWVm4u7ujsrISJ06cQHBw8MovX77IuLi44MSJEzhy5AjU1dUnj42NJa9bty4NQI6R
kZEPIeSgj48P58aNG6GsrPw77Nq1CxoaGnj06BFGR0dBzTX8Fl++fGF5/Pgx+Pn5s1lZWUl0
dDSprKz8ZGVlpVleXi5KCFmSmpoKWVlZODg4zCSEyFRUVEyxtLTEly9f4OnpiXXr1iEwMHDF
9+/fTQYGBmilsYaGBi43NzcZBwcHGQaDsfPnz5/zKG330tJS3L59e0Zubq5MZ2fnHObA67rW
1laZzs5OwYsXL6KoqAiEEJnnz59vuH79OsbHx3kJIWsrKioo5UwZRUVFGW9vb/a+vj5hJycn
rZMnT+4ghLBT6pInTpxAZGSkVF1dnYyKigoSExP/KaFTbQRCCCIiImBkZEQruf0zODg44MmT
JzxNTU1WmzdvHgTwc8uWLV9GRkZUP378iOvXry/x8PBAbGws0tLS5ktKSg5wcHCQ5ORks76+
PtYHDx7Ay8uLIvRJEhISC5ycnNDS0oJnz57tFBAQIIsWLSJSUlKslpaWyMvLm6qurh7ByclJ
pKWlCVOTIWHPnj0wMTFR4eHhIYsXLyZpaWkWq1atAj8/vyMnJycVsO3Bf+EfCwsL/Pz80NLS
goqKin8J7e3tk01NTaVtbW1loqKiZDZv3iytpqb27zUUN23aNPDw8ICLi6uFlZWVSEtLdygp
KdEiMm1tbdw+Pj5DzNJO7Zo1a7Bx40bMnj1bctmyZV+WLFlCVq1aRRYuXGjm4eEBJSWlRbNn
z369aNEikpWVFWxra/tl1apVRFxcPKypqWmDsbHx9w0bNpBt27Ztz83NRWFhobyurm6FnJwc
MTAwILa2tgeY/VgWV1dXYwkJCTJ16lSydOlSYm5u/vTx48eT6+rq1pw8eXJcSkqKbNq0iaxY
sYJs2rSJaGlpkfLy8uaVK1eGCQkJPdLV1f2wb9++Z5aWll1XrlxxvH79OvT19bFv3z4VCQmJ
gj179hAtLa3Hp06dUuzs7ERRUVEQKytr5N69e4mMjAzZsWMHsbKyamhtbeV9/fr1Mh0dHYcl
S5aQKVOmkDVr1kR7eXmtYOoq6+7fv5+Iior2amtrX01ISGhUVFQke/bsIWfPnr1/8+ZNtvr6
esUTJ07EKCgoEGVlZVJUVNTx5s2b2dR6V2dnJ7Wfj5cvX9Iym93d3RgYGEBaWhrS0tKQkZGB
69ev0wpTmZmZqKysRFBQkA0AoqysHKCsrAwuLq4JVlZWUlFRYUVJsw4PD+9SU1ML5uDg6JSS
kiJGRkaRExMTPHp6ejvmz59PJk+eTDQ1NT/funUrjxLCmTZtGqOgoADp6eneoqKiQwYGBkRB
QaGhqqrK9suXL6ioqICBgcGWjRs3BgEIkJKS8tPT04O3tzdOnz6dY2ZmRrS1tfNTUlJU/x/2
zjys5rz//8/2tGhfSKVoX6SSEtFKRakIlTWVIqRkSdKmXRHtKSRtZIlK+04lSosIIaWQLUxa
3r9/zjkXM2bG3LeZ+75/37qu5zWmzvo5n/N5vJfX6/msqKhwABC1dOnSU3V1dV5paWlITEyc
ZmhoeAzAKW9v76grV64wvHv3Tl1JSSlu2rRpFRs2bMi4fv26ipub29sNGzaQwsJCw127dmHj
xo3zVVVVz8yfP5+sXLmS+Pj4uFDyB6RWrFjxxMrK6ounp+ei8+fPWwHwMjY2Ltu9e7f3133z
W7ZsgbOzM+zt7bFv3z6EhYUhNDQUfn5+MDQ0xJIlS2iOgfr6+iFcXFxRrKyssZKSkr0LFiy4
mZqaurmoqAje3t4Sy5cvj9LW1ib29vZkxYoV++Li4qh1AnRbt27dpKCgUKWpqUkkJSXJsWPH
bpSXlws2NDTg6dOnbP7+/lF0dHRXzMzMyMaNG6saGho2PXjwABs2bIC+vn7SkiVLiIWFBZk/
fz5RVFQkurq6aygrCZaWlpZRtra2RF1dnezbty/qxYsXS+fOnatsYmJSv3DhwpL4+HjV1tbW
GHNzczJ79uwgHx8f3Lp1a/KuXbuiZGVliY2NDVmyZMklPz8/6OvrA8D5/fv390+ZMsVAUVFR
RVRU1G/Hjh2jBgYGpWpqaizfWw4WFRVFYGAgCCGgFgR+LUIIqqurA6huitu3byempqbE0dHx
UHNzs1R6ejoiIiLg4OBwQE5Ors/Ozo64uLg0R0VFTSeE0EVGRsLU1FRx6dKl/ebm5uT8+fPX
P378KBwSEoL58+fLysrKEmVlZWJvb0+OHz++mLpC0dbWJnXo0KFn+vr6xNbW9mFbW5uRr6/v
gIWFBXF3d/+cm5urFxkZGbJp0yayadMmUlZWFuXv7//IwcFh5OzZs7nJycnnRUVFiaioKHF3
d2/Ytm3bZ0ZGRqKqqkpWrFjhUVJSgtHRUWl7e/u4OXPmkMWLFxMdHZ391C6CPwJ6T08PXr9+
jWfPnmHVqlUwMDCAkZHRn8rY2FhcTEyMVrBMT09PNm3aVHL27Fns2LED/v7+ePDgAU6ePLkH
AJGXl78ZExMjtG/fPhw8eBDe3t7Ytm0bvLy8oKKigoSEBOr2Zi0lSyPh1KlTbFlZWQgNDdXg
5+cnFy5cIOXl5VQ3zJMXLlyAiIiIGdVJ0c3NbaeSkhJERUW92NnZCcVZ7l8CurCwMI4fP05r
hfsrOnHihKSenh6RkZEh8+bNI1OmTCGGhob7qV1E/yeAPn/+fOjp6UFVVbWNjo6O6Orqdpma
mmL+/PnYuXMn/Pz82FasWNFPsWitW758OczNzfVZWFiG5eTkSFpaWqOIiMhbSqSmZWpq6iJq
cdbWrVtplq2rVq0i4eHhtKINDQ0N5/z8fKxdu5ZQ9oUIJTSg3tPTk97Pz28GxYnol9TU1MYN
GzbcpYRaJJWWlu6nPE43FxdXO/XfAIb379+fdOjQoQdUn3Nq4QcHB0fVqlWr4O3tbT1lyhTq
KPI9xdaUPHz4kDslJcWd+vp27dpFZs+eTQ2vyLp27dp8qtuYpqYmYWJiIvb29uHnzp1jOnXq
VBAHB8cvlOQxcvPmTdqy4uHDhxvu37+vYGlpSSjH5RcA/ZycnCQwMNCJEqv5jYkB1QCB6qxH
LbKitkJRRa3oHhoa4tiwYUM/gJfm5uZCysrKLLy8vG+YmJhIVVVVd19fH+7du8e7devWUV5e
XqKsrEwmT548ysXFRY4ePepz4cIFcQMDgxFqwEJnZyc1WvbL3r17d3t5eUlOnz6d+p5eMTMz
Ey4urlc+Pj6or68/KS4u/klWVpYICgoSOjo6smjRopzCwkKuPXv2NFKPQ05OjmllZaUn9f/P
nTuXevXqVdHVq1ffmzRpEi2tztnZubirq2s1NUHO19eXZGVlfaDeb9++fWEhISHTlZSUhim/
e0ANZThw4MB0NTW16ZTfvzt+/Piq7OzsTOp9jx49evLMmTO/KTiibt0sW7YMK1euxKpVq7Bl
yxa4uLjA2dkZHh4eWLFiRT0DAwNhZ2cnfHx8BABxdnYuGxwcFJk7d24nBwcHAdAEoJ9ynkb2
9vYymZiYGE+fPp3IyMgQW1vbRgEBAUJJW8sfGhpiSkhIKKZEo34E0AGALF++/GlmZqaAp6cn
3N3dN0yaNOkT9T0ICwuTLVu2mPb09DB4eHg0U37/mZpHHR0drcXDw7OW4hxHuru7h+bOnUsN
N3p98uRJ/rCwsGpeXl7CwMBQB6CNkr53OigoiH/KlClvKaE0DU+ePLGWlZWlZmU/SkxMnPS9
TG5/f3/4+fkhJCQEwcHBv1FMTAxcXV2fU2Z4vwgLCzcCuMvBwUFMTU17jh07xuvt7R1G+b4P
Ub4jZOPGjc1Pnz5FZGQkXF1d11CTCFVUVMjWrVtnrVixAps2bZqpoqJCHXzeALBIT09PLTAw
EFVVVXO2b98+Qj12BQUFOwwNDZ9RQDfy4sWLtQcOHCihFo8SQgg1pyAwMJC0trYS6rlpaWkZ
GRkZeZG69KysrBwbEBAALy+vcC4uLvJVjC65fPmyEyEEg4ODf6jXr1/jy5cvyMjIwMGDB+Hn
5/e78vHxQUREBCIiIqYdPHiwMTs7u9He3v4hBexD2traq1atWoXa2lq8fPmSw8HBoZ9yXY1W
UFCArKwspk+fjoULFyIqKgoHDx7EyZMn0dfXhw8fPojKysoOUixcF3l6eqKxsVHcwMDgJgDS
3t5OoqOjCR0dHREREXl75syZPH19/bXUa+z27dt3SklJgY+Pz4udnZ06k/+XgK6qqorCwkLU
1tbi/PnzyMjIQGZm5g+ppKRE0Nvbe+DrAj8ODg5y4cIFr5GREeYf9Yr/nwb6qlWrsGHDBixe
vLiNYlfatXXrVqSlpaG4uBhdXV1skZGR/RQL1uqNGzfSmZubdwEgly9frqDsy56heImT6urq
BY2NjXvd3d1fUGPtGBkZCfWkDwoKyuju7vbo7Oycee3atTXUCw/1Ai4oKEguXry4NCws7CDF
7jWfsm+rSk9PTyZPnnzfzMxMw8jI6O7Vq1czVq9eXcnCwkL2799v5+rq+uLcuXM+qampKZQA
C1JTU0Ot9j7l5eUFGxubj5TggdJLly6prF+//hnFQvbwpUuXdERERAgXFxd5+/YtocYK+vn5
Pa+urkZMTExhRUUFLaVKR0eH+Pj4THV2doa0tPRdSpgIqaqqIpycnISbm5vk5ubq7N69ew9l
9vyspKRExdra+hqlo+ADIYSP2u73tcbHx2n7hR0dHWhpafnGPrK1tRW1tbXUCv79FNgN+vj4
gI+Pj1VQUHCIjo6O1NTUOA8NDSEzMzOQYrP7hhAyPzU11RLAOD09PXFzc2MpLi5eCGBQR0eH
VFdXU21s3165cgWSkpKXKV70/VFRUVJSUlKdc+fO7UpISFA3NTX9QEmvO9rY2JgqLCxMJk+e
TDw9Pc03b948iWLb++LYsWOeGRkZfpRK2E/nzp2Dl5fXCUoKXn5ERITU1KlTm11cXK75+PhA
TU3tMmUwRczMzIiQkFDGzJkzDzk7O2vMnz+/hlJ887S0tJTdzc3tBiW3PTo+Pn6ugIAAUVNT
e9bW1jbD3d09mJmZmfDy8vbb2trSbdiwAevWrftGxsbGSE5Oxu9dhClGFXqUi8QNX19fBS8v
rxFdXd1TO3bsCAdAlJSUxszMzKClpbUFAFmxYgW5c+eOsKqq6gIApLCw8HROTg78/f2PUwaR
pQMDAzbUnHMpKSnBPXv2yImLixMAZMeOHTsyMjJQX1+/UFZW9h3VhnPNmjX1X758mezh4aFB
HcgUFxfPX7JkieOCBQvIhQsXPDw8PFazsrISS0tLEhMTQwB0AdivqqpqUVpa6kt9rGvXrtn5
+fkZ8fLyEgEBAdLa2rolKSmphPI9zUtLS5OSkJB4QYnGXLB8+XIsXrz4GxkZGWHFihVYsmQJ
LdDo15KWloaIiEgHJbb4vpWVFRQUFBgYGBgIExPTq+TkZPvp06cTFhYWsmXLlvV5eXk6VFtR
b2/v5V5eXjh48KAZFdxMTExESUlJ7OTJkyCE0IWHh6d83d0hJSVFTE1N8zdt2gQ7Ozt3SmAJ
IYSsPHny5EMAREJCIp1S36ANgKxdu5Z0dHTQBmvUOGNtbW3CyMhI9u7dO9/JyYkRAJkxYwb5
8OHDAU9PT1BTvihpfYTyXSDPnz+f1tDQgD9TbW0t7ty585vahF/rwYMHyM7ORmlpKc3AKSoq
SpcKLR0dnb329vbo6upCYWHhfi4uLsLKykrOnj2bffr0aaSmpiI+Ph5paWm4e/cuGhsb0dra
ioGBAZ6IiIgC6sTm2rVrdrW1tXQRERHZ1FU6JiYmQslQp3r/3w0ODt7Ay8tLuLm5ibu7+1Z5
eXnIyckdYGJiIgwMDERERMRIWFgYPyJBQUFwcnJi7dq1KCoqQmdnJ1JSUnD37l1a8etfAC+/
s7Pz46+trU1MTMj79+81f6RLg+qrQWkTpdWG/M8Affny5Vi9ejWMjIzaABBbW9suQggbIQS1
tbUIDQ1l27p1az9lVHuho6PDeNasWW8AkNLSUsfi4mLIy8sX0NHRvbe1tW29dOkSHj16pLJk
yZK3kydPJrKysoSRkZFISUkRfn5+smjRouonT56gu7sbfn5+1JH18KFDh+5v2rTpvpaWVkx9
fb0Y9W/Xrl0rfvXqFSwtLadTvMl7+Pn5cfjw4cmEEEdtbW3CxMREEhISHEdGRpR7e3un+fn5
1VLjVikzJ2JtbX3+8+fPipKSku8AkDt37uTW1NRgyZIlJZSkr+7r1687qaur04JWqKO8+Pj4
O6WlpVxr1qypVVFRIXR0dISOjo4sXrx4zNLScoqAgACUlZXbGBgYyPTp0wl1BWDWrFlk69at
DrNnz+6ieKqXUNKj7lI8lF+UlpZyVldX/yaNqaioCLdv38aDBw9oVdlUtbe3o6amBlu2bMG9
e/foVqxY8ZqLi4sMDg66nDx5ElJSUizTpk17T09PT54+fWpO6aN/TRmE3COEYM2aNfQAxiiQ
51u+fDmmTp36mOr1PXXqVNLf378xKioKAC4CIFlZWY6vX7+Gvr4+b2Ji4tR9+/YFMTExkcmT
J5M1a9aIv3r1Cubm5tcpFzhTWVlZvmnTphE6OjoyY8YMQvXuX7JkSWtTU5PxggUL+imfhX1B
QQGsrKw4o6Ki6Pj5+SEhIVFIDeDh5+cnGzdudPL19YWWlhYAtAIg169fT7537x4MDAzOUID+
8cyZM5vl5OSIkJAQkZSU/ABgiJWVlUhJSfVPmzZtkpCQEH4tyr44taL3NyKEoKqqyphyPjwz
NjZGYWGhrJmZmSyAMwDIoUOHkjs6OhAdHX2Ak5OTSEpKkvLy8lUHDhy4C4B0d3fffPfuHevS
pUtZKR78j5OTk1socCG+vr6SHz9+VF++fDl1YLs5MzOTYfXq1WkCAgK0ZDQrK6uHhJDF3t7e
dwAQPT29ypGREbi5uSEqKkqjoqICeXl5a+Xl5WkpVDw8PIWzZs2CmpoamJmZQ6mxsF1dXUvf
v39vQm1LzczMtM/NzS2jgLcfwBsqMAAY/tHMSlBQENLS0pCUlPyNpKSkICIi0kaBQVdAQAAc
HR251dXVhyUkJD7ExcXVUJP0Pn/+rJ+ZmYl58+YRenp6Eh4eXmBiYgIVFZW53NzchJpPYGFh
kVZSUgJCyLzg4OAGqr99VFQUreBOVlYWGzZs2EZNJJSWln46derUYUrxb11ubi4vCwuLOnWG
Tl2BA0CqqqpoQGdhYSEbNmwwFRcX56OjoyNiYmLk7t273jo6OgAwxs3NTdjY2D6oqak9mjFj
RumOHTtK79y5M4Na4/J7ys/PR2lpKSorK9HU1ESL2f2e+vr64OvrCyEhIaxfvx5NTU3YuXNn
M+UcIJ2dnatbW1vx4cMHvp07d76mJPr1nz59emZWVhbS0tKQnZ2NvLw8REVFITo6GsePH8fp
06d5DA0NCWV2XvjmzRveDx8+zIyJiZFQV1ev5uLiui8hIXF/5syZA9S0yTt37pi2t7crqqio
vKOjoyOXLl3a3tLSgmnTpjlRz2dnZ+fldnZ2+COtXbsWq1evho2NDRYuXIiCggK0traipKQE
+vr6uHTpEq5cuUKLmqW6Q/6ebt26xZiTk2OlqKj4kpoRQllJG3n//r384ODg74K8t7eX5sPw
+vVrJCUl4fTp03j8+DHNS+R/Auja2trQ0dGBqKhoM8XY/15LSwsTIYS/vLwcVlZWUFVV7aP0
oRcHBwdj6dKlLyiBJx1BQUEQExO7ys/PP3Do0KGpXV1d0NbWbgBAYmJiSGZmJgFATp48SVuK
VlFR6Xzz5g3/6dOnoyiRl3e6u7sREREBVVVVVFRUMPj6+n6kRPIVbtu2DUlJSTsoF9Q+ANi1
axfa2towderUFEZGRmJgYLAuMDAQjY2NiI+Pvw2AbN++nZw9e5YICgoSCQkJcurUqe1sbGz1
AEhjY2Noc3MzlixZUkYBenFKSspKGRkZQk9PT2JjY0lCQgK1LzM/KCjIiXrRKC0tJXR0dGTO
nDmjAQEB7OvXr4e4uHgHABIXF0caGhoIOzs7ERISIhEREbbm5uZ3KeEkZTU1Nejo6LhF+QJ9
WLRo0XfbVCQlJXH48GEMDQ3h6332hw8f4smTJ6irq4OdnR19WlpaIeUCV021cM3Ly5usqKj4
mZmZmVRXV0fdvn0bISEhLylAf0g1FAIwDoDo6urytba2IioqirqESwICAhrfvHkDBgYGACim
zJaOlZeXw83NDWfOnOHx9PQ8wMLCQri4uEhISMhcyopPEgUiy5WVlVl5eHiIoKAgyczMJI6O
jgQAMTc3r33x4sUWXV1d6jL6ehUVFUhISCA+Ph779u2DgoLCZWpoCT8/P5k6dSq5ePHipuXL
lwPAfUoq2oGnT59i5cqVZym3fXfp0qWN1PQ5NTU1cuzYMcLAwECkpKT6tbS02NTU1PC11NXV
MXXqVDg7O6Otre27UZetra3IyclJpwwSO3V0dODm5gY9PT0wMjJeo5w/73p6epCYmGjPxMRE
VFRUyI0bN0wsLS1PUVLx7n769AlZWVk7KcC8mpSUFED5XpEjR45M/vLliwx1i8rS0tK0rKwM
mpqaZOPGjaSpqYl67Mgvv/yy0NfXN4oyaGz19/cX9fT0hImJCUxNTbFp0yZ7Li4usmDBArJh
wwbqalJGWloaFBUV/anL1pmZmbh9+/ZsSs47aWho2Jabm1sEgDAzMxM/Pz9CBauhoaGas7Mz
1q5d+xs5OjpSa1Noxh5fy87ODosXL+6nBP3cO3PmDHbv3g0BAYFxISGhl2vWrHGjvqZ3796Z
X716FdSQoNzc3CQbGxusWrUqio+Pj7ZqJiAgMFRWVjadEGLm5uZGAJCoqChCCCHUVQ8+Pj7o
6uo6sbCwEE5OThIREUHs7e0JAGJnZ9dBCBHduHHjNGo/97Fjx0hoaCihDBYJIYS2cqihoaEp
JycHarLY/fv3dy9ZsgTUfWRXV9eU4OBgxMXFbVZWVt4RGBjI5+HhgT+So6Mj0tLS8PjxY9y6
desP9fTpU1AG17C0tBRxcnLaR/2uHjt2zHNoaIjqwRBATQ2Ul5cfWLRoETQ1NTFnzhxoa2vj
zJkzuHLlCrKzs3H9+nUcPXrUCQBhY2MjO3bsuNjY2AhCCNOlS5dgZGQEQUFBzJw5EzIyMtsp
bWtjhBClrKwsWFhY5FK2Vqvv378vYGdnl0G5XvZUVlbKUWt9vqecnBxkZmbi6tWrePjwIS3I
iWrrvGbNGly8eBFJSUkwNTWFsbHxn2rVqlVi1GAsaniVnp7eLy0tLQsHBwd/15r4w4cPIITg
5cuX8Pf3h729PQ4ePIigoCA8ePAAN27c+N8Buq2tLezs7LypoxnKyOZQc3PzpPr6ehgaGsZQ
k654eHiImpqa7apVq7Soe0tCQkJFAN5zc3OT1NTUlTk5OZepj3Pq1Cni7OxMS5M6f/487TnC
wsIOHD16FDw8PGTSpElfzp07l79+/foiOTm5qoKCgoUHDhy4TzVFUFdXf6yurk7Y2dnJnj17
Wo8dO4aamhqmsLAwewrgiZWVVVh8fDxqa2unLl269D516au+vp5wcXERLi4u4uHhYbNq1arr
1It9U1NTkbS09BArKyvp6uqa09bWZsXCwkIYGBiIr68vMTMzIwCIvb19ZVJSUin1fjo6OjQD
l6ioKPMjR45MAdAIgJSVlZHOzk7a+wwJCdl4+vTpDaysrISbm3to9erV6zQ1NYspFxV3Hx8f
ul27duFrUYtWioqKUF1d/ZuRaE1NDUpKSnZqa2u3sLGxUZ+rmYWF5bKcnFyRjo5OC/X5586d
O+zl5WWemJg4n4ODY5yDg4PY2to6Llq0aD9lwPSxsbGRr6enBw0NDRqsrKyEhYVlpLGx0aOp
qQnr16+HtbV1GnU7JDg4uHb58uXF8+fPJz09PU+1tbWpy3AZQUFB1jNmzBiUkpIiycnJBoqK
ijLU+33+/JmkpaURAGTq1KkvKisrZZctW3YaAHF1de3U09MTAeCQnJx8jRBipq+v/4oCbZKW
ljZKWfZ9Hh0dLWRlZVVMWfp809nZ6a6urv4CALlw4YKLoaGhPPW9JyQkhNTX11+m7m3y8/Oz
8/Ly4mtxc3ODj48PO3bsQFdX12+WRG/duoW2tjY6NTW1YcqF4ou/v3/gnj17qJ0gidRZXV5e
XpGrq2snAOLl5VVcX18Pa2trcwBk3bp1DwMDA/NlZWUJAwMDiYuLK7p9+7aEurr6K8pFMHX1
6tWbKYC/f/78edHt27dnU7eyqDN3Li4uEhQUdKagoMCCWndiYGDQ7+DgUDR79uzGffv2Se7e
vdudsg1ALly4ECUkJPSKkme9v6Kiwp66L25jY5Ogra29hXKetB85cmSqqalpJ+VYE0IIoabB
RUdHVxFClH755Rd8+vTpG3358gV9fX04deoUjh49iri4uG+UlpaGoKCg1ZTl6fF169YVaWlp
lVPBGhERsZw6CHN1de24evVqMeViPEwIydPT06uYPHkyWbp06ZvKyspQTk5OQk9PT7Zv397n
5eU1j/od4OLiIioqKoSRkZEsXLjwl8OHDzPp6+uHUBPBCCG0QfqiRYte9/T0LDt9+nQsdZme
EEKoNT0BAQGko6ODUB9bW1v7tqysbAU1/TE7Ozvk4sWLMDMz+0BdbdPS0rrKyclJjI2NSVRU
lMKhQ4fwPR08eJBmeZqVlYVnz57hxo0bqK+v/109ffpU4dChQ00AitjY2IYkJCQIJRlwT1hY
GN68eYPHjx/Dzc0tinr+JyUldXV2djJUVVWhrq4OFRUVUFNTg5CQECQkJCAtLQ0+Pr5OyneS
NDU1aTQ2NuL9+/c4f/48Fi5cCBEREerSuDc9PT2xtbWtHRgYoN+5cyd2796tICIi0kNZin/C
wcFB+Pj4yPbt26dS4n5/o5ycHBQUFKCkpASZmZl4+PAhPn78CCcnJ3h6etKAvnr1aly8eBGV
lZU4fPgwIiIicOLECRw7dgzURMJfKz4+fqq7u3v/jh07GtetWxfg4uLSd+zYsfllZWU0Q5qv
Z+QfP36khbiEhIRAWVkZAKCrq4vY2FgcPXqUdk34nwE6pW9vh6ioaA6Ac4yMjNmsrKyep0+f
RlxcHBwdHf0mTZqUycXFdU5GRuaCgYGBnampKaZMmWKmoaFBtLS0iLm5+Yitra1bYGAgi5eX
V62ysjKZO3cuSUhI6Nq5c+eQrKwsMTExIdHR0a0yMjKEiYmJ7N69u+Xy5ct0qqqqZtRKUhER
ESIqKhpQWlrK5efn95KS7fsOQC2AHBcXl3Otra3ylGWoyYcPH77Nx8dHODg4iLu7+92WlhZ0
dnYaLVmyhEyfPp1Q/zZ16lQyb94875iYGIbY2FglW1vblyIiIoSbm5twcnKS6dOnb3z79i1q
ampOiIiIEA4ODsLBwUHExcWJvr4+ycjIUCgoKDDR0NAg3NzcRFJSkkyfPr1DXl6eHDx4MPvK
lSu6lpaW91VVVcnRo0cvHjlypF5OTo7w8/OTrVu3Zn358kV6w4YN56hLzoyMjMTU1PTlypUr
BX49m6HK3Nwc+vr60NbWxoIFC76Rjo4OFi5ceIm6pzVz5kyio6NDFi5cSObOnUvk5OTI/Pnz
CbUAS1ZWlsTExGD58uVG1MKiSZMmEWVl5c+lpaXzk5OTIS4ujpiYmPU8PDxkzpw5ryoqKhip
7YlhYWFcxsbGlQwMDISOjo4ICQkRJSWlhjdv3qy9ePGiN3Wbgnqxc3BwOHTt2jV6LS2t99TR
ckZGxmNra+u31OeOiYm5FBYWhuXLl1dMmTKF8PLyEnFxceLr63syIyNjl7q6Opk6dSoJDQ1t
aG1t1VVSUvoiKytLMjIydA4fPjxp48aNXTNmzKBF7/r5+V3//PkzVqxYMUtSUpIICAgQZ2fn
XTt27LjAx8dHJk+efH3SpEks7Ozs+FoAoKKigpcvX+Lz58+/MU359OkTPnz4wKimpnZOVlaW
CAsLk6lTp3rOmjULV65cQWVlJbuvr2+miooK4eLiom4/kEePHhmUlZUx2dvbj1Arko2MjAgf
H9/ImjVr6sbGxlYNDQ0xnD59eqegoOA96n6foqIiCQsLW5OSkhLIzs5OXe4uAHBWWVm5j5GR
kTAzM5OioiL7zZs3r6ZuKcnJyZEtW7aQR48ezT9y5EgpJycn0dDQIBUVFQbV1dWh0tLSxMjI
6EN2djZjbW1tsJGR0Wfqnq+GhgYpLi52Mjc3Bx0dHWFiYiLr1q37XFpa+oD6+HPnziWtra07
qZGpX6ujowM9PT1IS0tDQEAAIiIiEBYWRtOJEyfg7u4OQ0PDFcbGxmTevHlEW1ubODk5fc7O
ztY+e/YsQ0JCguPSpUsJDw8P4eHhIYqKiuTu3btxjY2NS6gxvpGRkcv7+/snb968+SU7OzuZ
P38+mTVr1nIODo5rurq6RFpamoiIiBBVVdVLcXFxGg8ePODYvn37EBMTE5GQkCDx8fEtysrK
hJubm6iqqhJvb++ltra2v7CwsJBZs2aR7Ozsrjlz5gyxs7MTY2NjkpSU1Dx16lTa3rGZmRlx
dXUlXFxcZO7cuSO1tbUbzpw5o2JqalrIx8dH+Pj4yOzZs0lISIhZREQEXWhoKKgKCQlBUFAQ
/P39ERISgpCQEFpuAzWpjNqSe+3atd/o5s2b0u7u7kRJSYkICwuTuXPnnnNycnKjo6NDREQE
LYwnNjb2goaGBlm0aNHLiooKZSronz17hq6uLpibm0NDQ4N2LVm8ePF7WVnZUTY2thM8PDwQ
FxfH8+fPkZ+fj7lz50JdXR2UridjISGhc4qKihuo7YseHh6YN2+egrCwcKa0tDTh5eV9HxcX
F9bX14fW1tZvRHGWw+PHj1FWVoZTp06hvLwcT548wcDAAJycnLBnz55vgJ6ZmYmGhgY0Njai
vr6emm8BaiHxrzU8PExXWlrKmpKSQufq6opTp06xHjlyBNevX//GI4HqfNnX14djx45hzpw5
tK0jZmZmmJiY4Pjx4/+bQHdwcMCWLVsgJiYGAGBiYoKwsDAyMjJw9OhRbNmyBWxsbODm5oac
nBxMTEywbNkyTJ48GZcvX9bIy8uzev78udTevXuxbt06nDhxArm5uVZXrlyxam9v521qapL1
9fW1iouL03rx4gXboUOHrCQkJKySk5P5Ll26BFVVVbi6ui4wMDCwMjY2NtLX10d9fT3c3d3f
UIrM8hcsWAAA2LlzJ2pra3Ht2jVUVFQgNTWVY8GCBVYKCgpWPj4+vCUlJWhubkZkZKTOli1b
rBYuXGilpKRktX79+qXGxsYICgqiOspN9/T0tOLh4bFauHCh/owZM9De3o7Pnz/z29raWvHx
8VnZ29tb5eTkWD148MCKEMJ+4cIFHDlyRMPa2toqNzd3gaOjI0dUVJTVjh078PbtW9y9e9fk
7NmzVrGxsSgoKMCRI0es9PT0rIKCgng+ffqErVu3YuXKlfry8vKrly5dah0VFTV98eLFsLS0
/EZUE4ldu3bBy8vruwlF+/fvh5eX11FqoeGFCxeO371717SgoMC0oKBgU21t7cby8vJVixcv
rqIUUhFCyMLY2FisXbtWS1tbe/W8efNWHThwQNHc3ByysrLKgoKCOdSlyoiIiK3R0dE0W1Q3
Nzd4enoyaGlpWQGw0tHRsbKzs8ODBw9w7949xMTEWImKinpYWVldEBISMndwcEB9fT18fHzM
AVjJy8tb3bt3j3/Hjh1SAKxERUVXlJWVLaLYBrPr6elZAbDbtGnT6tzcXFRWVgqsXr3aauXK
lVZDQ0NiN27cwK5du2Zt3rx5aXx8PJydnXHx4kWe2NjYlZMnT161adMmC+oXtLe3V9jPz89K
X1/fqqSkRCorK2vO7NmzreTl5enY2NjAx8f3jQBAU1Pzd9taXr16hUePHmHjxo3w9fW1WrZs
mYGQkBBkZWWRlpaGkydPoqamBoWFhUs5ODis1NXVrXp6euZQOhbEfHx8CACyZcuWe0+ePFm/
adMmxX379tERQib19/cjKSkJixYt4rS2tl45efLkNSdPnjTPyclBUlKSGj8/P1m5ciVJT08X
TktLQ11dXQVlkDty4MABWFhYIDk5efXChQu3mZiYWDU2NopUVVXh+PHjgvLy8lbXrl2z6urq
4nj58iXCw8OtfH199c+fP4++vj48fvxYceHChdYCAgJrcnJylt6+fRsODg4QFhY24eHhsQoN
DVUcGhriVlZWtgJgtX79epOWlhY8fPjwN0Bva2tDf38/zpw5gwMHDiAsLAwhISHw9vZGaGgo
YmJi4ObmhoULF+LKlStaOTk5VpcvX7a6e/eu4vHjxxEZGYnU1FTcvn1b39jY2IqOjs4qOTnZ
ihBCn5WVhSVLliycMmXKwuDgYDx48ADJycnTlZSUrPbs2bMiJCQECxcuZCwuLrbKzMy0Ki0t
NTc1NUVoaCg+ffqEkydPqnJzc1tt2LDBqqioiHX16tUGc+bMsdLX11fMz89HSUmJubCwsNWW
LVusbt++zWtlZSUrJSVltXHjRq3Hjx9P2bNnT+tXq12kqqqKJCYmEgBk8+bNJD4+HvX19Vi9
erWFtra2VXR0tEZAQACCg4O/iQmNjo5GSEgIkpKScPXqVQQHB+PAgQPIy8uDqakpKisrUVhY
iLy8PFy5cgVXrlz5xsf9+vXrSE5OFoyKirJyd3efqaqqiq1bt9LS8YaHh9Hf348HDx7IFBcX
Wx0/fnz62bNn8eTJE9y9e5eWYU912aNkWoAQYunr6zsbABgZGcHLy4uenh4a0DU0NLB8+XIs
X74cU6ZMgZycHKSlpbFkyRJ4eHhgzpw5EBERQWpqqoWtra3UsWPH8O7dO5qj2927d/H48WN8
/PgRra2taG5uRmhoKIyMjGjZCy9fvvwu0LOzs3Hz5k0UFBTQZvepqakoKCigPX5bWxutYPjJ
kyfIyspCZGQkHB0dERkZibCwMBQVFeHFixe0jINXr14hPT0d8+bNo9V/CAgIQFhYGExMTP/b
QN+8eTOcnJy+AbqQkBAyMzMRHR0NJycnsLGxgYuLC7KysjA2NsayZcvAxcWFkydP4tSpU2ho
aMCuXbuwefNmREdH06wqb926hfLycuzatQsRERHo6uqCm5sbREVFERcXh0uXLmH27NnYsGED
5syZAxcXF3R3d6O5udmakZFxlNJ2USMqKgoANM/w/Px8VFZWIjk5GRoaGpCWlsaBAwdQWlqK
lpYWBAYGws7ODtra2lBSUsKKFStgZGSE4OBgeHl5ITc3Fy4uLhAUFISmpiYkJSXR2dmJN2/e
wMLCAry8vLCxsUF8fDwqKiowMjKC3Nxc+Pj4YNmyZUhMTISNjQ18fHywa9cuPH/+HMXFxTh6
9ChiY2ORl5cHb29vzJs3DwEBARgaGoKTkxOWLl0KGRkZGBgYwN/fH8bGxrCysvpGVKiHhYUh
KSkJMTExv1FcXBySkpLYTUxMCjg5OUlhYeG+jx8/oqmpCS0tLSgqKkJSUpKKmJgYoaenJ6dO
nbIlhLAFBgbCysoKGhoa0NDQgIeHB0RFRSEiIrKGetHy9vYeuHHjBse1a9dQWlqK06dPw9XV
Fa6urlBVVQUAzJs3D9bW1qBmb3t7e0NTUxMnTpzApEmTYG9vj5qaGnh4eAAApKWl0dLSAldX
VwCAiIgIrl+/jqGhIZrZDQCsWrUKmZmZoNZumJqaoqenB3V1dXB0dISdnR0SEhKwdetWnDp1
CocPHwY/Pz/Nwravr4+afQ5tbW1cunQJZ86cgaKiIqSlpcHOzo5fL7kDgIaGBt68eYNXr159
F+jd3d2wtbXFrl27YGhoiKlTp0JBQQFpaWk4deoU8vPzcebMGfDw8EBdXR03b96kmiZNX716
NWFiYiKnTp16Rwhhsbe3p1m09vf3IyEhAVpaWjAzMwMnJycOHz6M3NxcPHr0CEePHo339/e/
SumE4EhPTydCQkIkMzMz88WLF/TOzs7Izs7Gjh07oK6uTtuiOXbsGKSkpHD69GlaYiA1hyAn
JwcPHz5ETU0NtLW1wcfHh7i4ONy4cQObN2+GkJAQuLi44Ofnh9evX0NeXh4AYGtri7t37/4G
6O3t7ejt7cWDBw+wadMmGBoaYu3atYiKiqK52x0/fhxubm7Q0dFBamoqkpKSkJqairKyMpw4
cQJHjx5FUlISCgsLYWBgAFZWVoSGhoIQgosXL0JPTw+CgoIICgoCNZhGVlYWO3fuxMGDB6Gp
qYlz587hxIkTtCjckJAQDA4O4sSJE5g8eTKsra1RUFCAFStWYNasWdDV1cWlS5eQm5sLAQEB
rF+/Hg0NDVi+fDkkJCSwevVq9PX1ya9fv/4VtVCUWlswbdo0wsDAQJKSkkrq6uoYmpubYWho
CA0NDQQEBNBm4UFBQQgPD0dsbCz8/f1RXl6OwsJCVFdXIyAgAN7e3rh69SpWr16N2trabyyw
qW6Y165dw9WrV1FSUoLY2Fj4+PjAwcEBampq2LJlyzdAf/XqFe7cuYP09HQEBgbi3Llz6O7u
pkH1zZs3oDgr4s6dO7T4ZEroEi1NbWBgAEVFRbS9dzMzM5iZmUFYWBgKCgpQUlKCiYnJN0CP
iIjA8uXLERkZiVevXqGtrQ0dHR349OkT7t27h/j4eJSVlaGqqgqRkZGwtrZGc3PzDwOd4lmC
yMhIxMTEoLKyEg0NDbSI4vb2djx9+vS7QKcUT+LVq1eIi4vDggULMH/+fAgJCYGPjw/Tp0+n
FchOAP0nAV1NTQ1ubm549eoVOjo6Nu3fv/+XvXv3ki1btpS7urrC09MT8fHxyM/P/z8B9ICA
AERHR+PIkSO/UWRkJMLDw+Hi4kIvJyfncOnSJYyNjc18/vy55KdPn5CRkQFfX98ZISEhsSYm
Jqsojm04fPgwDeiamppwcHDAnDlzoK6uPs3GxqbywIEDUXfu3JEoKipCUVERampqcO7cOWzb
tu0Pge7j44PZs2fD398fHBwc/6eBrq2tjYKCAuzcuRMeHh7s6urq9vz8/A4NDQ26VJ/1PwJ6
YGAgLl26hL6+Ppq3/8jIyKShoSHhwMDAJVu2bHF4/fo1FyEEnp6eSEpKwqZNm6CpqfmPA729
vR0vXrzA/fv3sXHjRixYsAAmJiYwMTFBYmIiCCG4fv06oqOjsX//fixYsOA3QI+NjUVcXBwS
ExP/q4BuY2ODJ0+ewMXFZQEABxMTEwdVVVUHAA7c3NwnwsLCyouLi5kbGxtx9+5d6OvrfwP0
2NhYxMTE4MCBA9DQ0MDMmTNRW1uLwsJClJSUIDAw8Bug19TU0IKnKJ0K3wRRFRcX/wbo1AwE
Svse3rx5g6amJqSnp8Pf3x9ZWVkYGRnBwMAAsrOzsXLlSlRVVaG3txd9fX3UyN1vgD516lT0
9vYiPz8fGhoa0NLSgrW1NQ3o8vLyUFFRgaWlJXx9faGhoYGpU6fSgB4eHo7Pnz/Tgo2OHDkC
NTU1AKCa/SAqKupfAnpeXh5iYmKQmJiIsrIyWrfA9evX0dzcjMHBQeTm5uLYsWNwcnJCbGws
LQciJycHmzZtAi8vL8TExGBqagolJSXw8PBMAP3vALq6ujq2b9+Ox48f4/79+3j48OG0p0+f
Sjx48ED44cOH6O7uRllZGXJycv6/Avqv/Zopxj20PPffA3pERAQ2b94MKSkpXL16lZkQMunF
ixf48OEDMjMzsXv3brS2tmLz5s0ICQn5LtCdnJygrq4OSUlJnDp1iun48ePIz8+n+cNXVlbi
7NmzE0D/C0CfN28erl+/jv3799POAV5eXlqmtKOj458C/eLFi3j27Bni4uIQEBCA4eFh5o8f
P7KHhoZi7dq1ePz4McbGxuDu7o7k5OT/CNDb29vx/PlzGsznzZsHCwsLLF26FGZmZoiLi6NF
sVpaWsLJyQn6+vqgWiGnpKSgrq4OqampCA4ORk5ODoqLi6Gvrw9WVlYEBweDEIKKigro6uqC
k5MTAQEBGBgYQFxcHKSlpeHm5oaAgACoq6sjMzMTsbGxSE9Ph5aWFkJCQvDx40fExMTQgF5X
V4dVq1ZBWVkZenp6NHDy8fFh7dq1aG9vx6pVqyAuLg5bW1s8ffoUzs7OAAA9PT0oKSnRzE/K
ysoYz507h4aGBrS2tsLQ0BDq6uoIDQ1FbGwsDh06BH19fZpd8NSpU3Hr1i1aQdifAf3KlSu4
fPkyNmzYgLKyMnR2duLUqVPYtm0b7Xjv3bsXAODq6ory8nLavvCpU6cQGRmJ/Px8VFdXf2Nb
PGXKFGzZsgXV1dX4+PEj3r9/jx07dgAA+Pj4wM3NjZkzZ2LmzJlgZ2eHuLg4DA0NYWNjg2nT
pkFNTQ1ycnLQ0tLCmjVraNfPiIgImJubIzc3F58+fUJcXBwoXQG05Mbz58/j7t27/zbQk5KS
UF5ejtLSUhQUFODYsWNYt24dMjMzkZOTg9DQUGzevBnBwcFwd3eHtbU1DA0NYWRkBDU1NcjL
y2PZsmVQVFScAPrfDfTu7m50dnaiurqatgxVUVGB6upqXL16Fbm5uT8N6MLCwlBTUwMnJyfa
2tr+MaAbGRnBy8sLWlpaMDU1/cYb28TEBMbGxjh48CAiIiIQGRn5p0DPy8ujxY5STGSwb98+
lJeXw87ODmFhYX8IdGlpaWrxGw3mE0D/rwI6Pn78iP8WoH89M9+wYQO0tbVhbm5Oi5P9GugF
BQUQEBCArKwsNDQ0kJCQgLS0NJw/fx6XL1/G0qVLoa2tjW3btiE/Px/GxsZgZmZGTEwMrl27
hp07d2LJkiXQ0tLCsWPHkJGRAR8fHygqKmL79u1wcXHB4sWLaTP0wsJCeHp6Ijg4GPfu3cOJ
EyfAwcEBGxsbBAYGwsTEBHPmzMHChQuxZ88enDlzBlOnTsXWrVuRmZkJTU1NyMnJwdbWFm/e
vKGdw4sXL8bs2bMBAHJycrh69SoKCwtpS76LFy+Grq4uvLy8sHDhQrCxsdG8yQFg+vTpaGho
+GGgX716FVlZWTAyMkJ7ezuoWzXV1dXYvXs3hIWFoaGh8Y0XgJ2dHc6cOYMbN27Az88Purq6
tL9xcHBATEwMjIyMAAAWFhY4OTmhs7MTQUFBAAAeHh6wsrICAOjp6TFp0iTa/aWkpMDBwQEh
ISEwMzPTfs/DwwMeHh4kJCTAzs4OVlZWMDAw+I1PAQsLy08HeklJCUpKShATE4OlS5fC0NAQ
hw8fhqenJ9auXQszMzMYGhpCT08PK1aswMqVK6GiojIB9P9fgc7LywtVVVUYGxuju7sbr1+/
xty5cwEA+vr6CA8PR0FBAS0Z6WcBXVZWFv7+/vD09KT5tf9aDx48wJEjRxAQEICoqKgfAnp/
f/8E0CeA/rcC/f79++jt7UVnZyc2btwIbW1tWFpa/i7Qr1+/DjExMairq0NJSQkLFy7E4sWL
YWJigoULF2L69OlQVFSElJQU9PX1oaurCxUVFWzevBnq6urQ1NTEkiVLsHLlSqSmpsLNzQ0W
Fhaws7PD8uXLoampCSMjI6xfvx4rVqyghuDQlvEPHToETU1NzJ49GwoKClBVVcWcOXOgpqYG
KSkpaGtrQ0VFBQYGBlBVVQUzMzOEhYUhISEBFxcX2Nvbg56eHlpaWpCWlqad/2VlZTh48CCU
lZUhLS2NyZMng4uLC5MnTwYAMDAwUDMy/mWg5+TkYPny5ejo6KCtElC/x98LNaE+7+zZs8HJ
yUn7/aRJkyAgIIBp06aBh4eHdlsAUFJSwuzZs8HBwUF7vczMzODi4gIHB8cPW7ZKSkpCUFDw
m9dDR0dH9bH424BO3YpYuXIlLCwsEBISAmqBtpWVFc2bwdraGitWrJgA+v8vQF+8eDH8/f3h
5uaGzMxMrFu3jhblST0Wnz59QkpKCg4ePIjTp0+joqICDx8+xNjYGC5duoTdu3fDzMzsLwP9
w4cPsLOzg46ODvj5+eHm5oa+vr4//WyePXuGkJAQ+Pv7fzNTnwD6BND/E0BvaWnB69ev0dXV
RVv2pYL8z4BONfKRk5ODjIwMpKWlISsrC3V1daiqqmL27NmYMWMG5s+fDx0dHZiZmWHevHkw
MzODgYEBzZ730KFDMDc3h6OjI4yNjTFnzhzMnz8fJiYm0NXVhZGREcLCwpCcnIyYmBjs378f
RkZGmDFjBlRUVDB79myaVFRUICUlBXV1ddrzMzExYfLkyZCSkvpmdsvNzU0DlLKy8ndnob+e
kXJwcPwUoLe3t4OTkxNLly4FIQR+fn60FquvAUpPT//Na2BkZAQjIyNYWVl/A3R6enowMDCA
mZkZnJyc4OLiAhcX178E9K8HCNT3PgH0CaD/bUBftWoVtLW1ERoairCwMGRmZiIxMRFVVVW0
4zA6OvqbYzM+Pk779/v373Hu3DlISUnhxIkTWLt27Z8CXVtbG/v378fHjx+xbds27N+/HxQn
ph9WX18fQkNDv5mpTwB9Auj/NNBXr16Np0+f4vHjx7SZOSWj+4eBrqqq+oeaNWsWFixYAC0t
LaxcuRILFy6kLaWamJjQgG5paYlNmzZh6dKl0NTUhI6ODiwtLbFkyRJYWFggIiICiYmJSEhI
wIEDB6CrqwtZWdnvvgZlZWWoqqpi7ty5UFRUBCsrK3h4eKCgoECDMQcHB3h5ecHAwABWVlYa
OBkYGMDExAQGBgbQ09N/A7b/FNCZmJjAxMQEOjq6HwK6oKAghIWFaSsM/yrQmZmZv1nOnwD6
BND/FqDPmjUL+vr6WLBgAZ4+ffpdeI+Pj2N0dJQG8PHxcXz+/Jnm403V27dvERoailOnTmHh
woXYt28ftm7dit7e3m+AfvXqVezbtw8zZ85EYmIixsbGvjtg+FH19PTQTCkiIyMngD4B9H8c
6I6Ojujo6ICjoyO0tLRoxZu/lqmpKczNzXH27FkQQugaGxtpxVT/a0Cn7oN/DXQWFhaws7PT
APajQJeUlER7ezsqKytRV1eH8PBwBAQEoKysDHZ2drh9+zZu3LhBC1wqKyvD1atXsWLFCjx5
8gScnJxYvnw5CCEICQn5nwT6tWvX8OjRI8TGxsLGxgZdXV3o7+/H58+fsW3bNnh7e6O7uxsN
DQ2ws7NDXl4eWltbUVFRQesOOHnyJNLS0lBfX4+6ujrU1NTg5MmTsLGxwcqVK2lJcvb29li1
ahXMzMxgbm4OGxsbrF69GqqqqlBUVISFhQWUlZXBy8sLSUlJWlAMIyMjLC0tkZaWhiNHjuDB
gwcTQP9vAPq6deugqakJFhYW2NjY4PHjx797DH4U6F/P1ktKSuDl5QUvLy88evQIRUVFiI6O
Rnh4ONLT0+Hu7o6tW7fSHJz+XfX19SEsLAz+/v44evToBNAngP6PAZ2RkRHr1q2Do6MjjIyM
YG1tjZUrV35XVlZWLBs2bIhbt25dnKmpqfiyZcuE1NTUeOfNm8erpaX1h5ozZw6voaEhr66u
Lu+GDRt4Fy9ezGttbc1rZmbGu2LFCt7Lly/zHj16lHft2rW8O3bs4LW2tuZduHAhr5GREa+d
nR2vpaUlr62tLW9KSgrvxYsXeXNzc3nDw8N5jY2NeZWUlL77GtTV1Xm1tLR4dXR0eFVVVXkn
TZrEy8fHxzt79mxednZ2XgC8nJycvPz8/LwMDAy8rKysvBwcHLwsLCy8TExMvExMTLwMDAy8
9PT0vHR0dLwAeAHwsrKy8nJycvKysbHx0tHR8YqJifGWlJTYZmdn5+Xm5uZ5eXnlubu75507
dy7XyspqaX5+fubFixfzLly4kJeXl5eXkZGRl5KSkmJqamp+48aNPE5OTkEjIyPLV69e5e3b
t8+dnp6el4WFhfZ8dHR0vPT09LTXREdHx8vIyMjLxMTEO2nSJF4hISFecXFxXj4+PtptGRgY
eIWFhXlFRER4ubm5ebm5uXnZ2Nh4WVhYeHl4eHg5OTlpj/9nYmRk5KWnp+cFQHt+Ojo6XgYG
BtrfU1JSTlZXV+f5+/v7mZqariwrK8tramoK7erqStuwYYPvtm3bVMrLy/Nyc3Pdzc3NlRIT
E/MKCgryMjIy8lJTU/PS0tLyDh8+nBceHp534cKFvKysrLycnJy80NDQPBMTkzwjI6M8Dw+P
PEdHxzxLS8u8JUuW5Onq6ubp6urmLV26NM/Y2DhPUlIyT1xcPE9fXz9v2rRpeQDyhISE8nh4
ePJ4eXnzeHl584SFhYs0NDTK09LSUh88eEBfX18/AfT/FNCbm5vh7+8PExMTyMvL09pR/ugY
/FWgU/Xx40d8/PgRPT09KC4uRkBAAHJzc1FRUYHe3t6f/ln19PTg8OHDCAgIwJEjRyaAPgH0
vx3oioqKoKenh5KSEiQkJDBr1iwoKSn9rlRVVddSI0UBfADwWU5ObkRSUnJEUlJyZNq0aZ9E
REQ+TJs27YOIiMgHERGRD9OnT/8iKSk5Mn369BE5ObkRGRmZkQULFowoKiqOqKurj8yaNWtE
TU1txMXFZWTVqlUjmpqaI3p6eiMqKiojEhISI3JyciPz588fmT179oiWltbIxo0bRxwdHUe2
bNkyYmlpOSIlJTUiLCw8MmPGjBFJSckRUVHRYQkJiS8zZswYkZCQGJGUlByRkpIaERcXH2Fm
Zh7h4OAYERMTG2FhYRkBMMLGxjbCwcExQk9PP8LMzDzCxsY2wsTENAJgBMAIAwPDCAMDwwgd
HR3td0xMTCOsrKwjzMzMI4yMjCMAPjIyMpJJkyaRSZMmERYWFjJp0iTCxsZGWFhYCBsbG81y
mp2dnbCzsxM2NjbCzMxMuLm5CSMj4ygzMzP5Knt95K+ImZl5hJ2dfYSenv7XfyMARujo6AgH
BwdhZmYmjIyMhIODg1DSDr++HfnevxkZGQkbGxuZNGkSYWBgIBwcHISenp7Q09N/nQ9CBAUF
CRsbG+Hn5yeCgoKEh4eHcHBwEG5ubsLExES4uLiIiIgIERYWJlQrXV5eXiIsLEyEhITI1KlT
afcVFhYmgoKCREREhEydOpVwcXERHh4eoqKiQuTk5AgvLy9NPDw8hJubm4iIiBAxMTEiKChI
BAUFyYwZM4iioiLh5uYmHBwchBorTFVmZiYZGBhgvHv37gTQ/2mge3l5oaCgAHfv3oWXlxd8
fX1RU1PzQ8fgXwX612pvb0dOTs7f9jlR9eLFC0RFRSE4OHgC6BNA/9uBLiYmBjk5OSQmJsLX
1xf+/v5/qGPHjm1QVFQkdHR0VCD8bWJhYaElq/2RZGRkfnOx/iv6Gkxfvy92dnYiLCxM2NjY
aLehp6f/5n0zMjISBgaGXx+LX77SMOV3w7/6/S8Avnx1e9p9JSUlR9esWUNmzZpFNDU1iZ6e
HtHT0yMuLi5k3759xMXFhWzYsIG4ubkRGxsboqamRpSUlIiysjJRUFAgLi4uZP/+/WTHjh3k
8OHDGceOHSMKCgqRABy+1owZM4ICAgLIkSNHiKGh4YVVq1aVp6enEy0trZSdO3c+T05OJq6u
rrcYGRkdBAQEHISEhBzY2dkdhISEHBgYGBzo6OgcxMTE3NevX39yypQpDnx8fLYAbISFhdcq
Kytv4ObmtgGwFoAtgLWCgoL2CgoKNpKSkuskJCTsRUREbLi5uW1ERERsxMTEbGbMmGEjIyNj
IyUlZTNz5kybmTNn2oiLi9P+Ji8vb7Nt2zYbGxsbG3l5eRt5eXmbmTNn2khLS9uIi4vbqKur
26xZs8bGwMDAZtasWTYuLi42R44csVFTU7ORkZGxYWNjs7Gysto0b9689QBszp07t3xoaIju
/v37E0D/p4G+d+9edHR0YGRkhGa+/4NiHR8fnzM6Oqo4Pj4uSQiZMj4+zvP58+dJb968YfzR
x/m6gO4viJ4QwkgIofsr9+vs7MSePXvg6Og4AfQJoP+tQBcQEMCiRYswODj4jSf47+nu3buT
Xr58qbt79+6dq1ev3qmsrKwLQBiAsKGhId+1a9fcOzo6rlZXV+ffvHmzsK6u7oqdnZ2UoaGh
kIGBAU36+vqC+vr6ggYGBvwGBgZ8MjIywgCEGRgYhOno6IQBCIuJiQnPnj1bmI2NTRiAMB0d
nTAdHZ0wKyur8JQpU4QBCE+dOlXY3NxcePr06bTbBAYGLpSVlZ1JfV2/FvVxqP/PwMAgTE9P
T/s9AwODMABhAQEBYXl5eWFOTk7a7RkYGISZmJiEAQjT09MLs7KyCtPR0QlHR0cH9vb2Fhka
Gup8/Vz09PTCv/c6fk+GhobCJ0+eFLayshLetGmTsLu7u7CHh4dwUVGRcHNzs3BBQYFwVlaW
cG1trfDJkyeFbW1thS0sLIStrKyEzc3NhYuKioTb29uFq6urhQcGBkAIETY3N//N3vj8+fPR
19cnPDw8LLxv3z7Ex8eDECK8adMmVFdXcxJChMvKyhippjQCAgJgY2ODgIAAbe9cRUUF6enp
4ObmhrCwMO37r6io+E2bGwAICwvT2gAlJCQgJiYGQUFBiIuLQ1JSktYZISMjQ9OMGTMgISEB
SUlJyMrKwtHREStXroScnBxkZWUxY8YMSElJQVxcHKqqqrCwsICOjg6UlJSwYcMG+Pj4QFlZ
GTNmzAAAHD9+HBs2bAAAnDt3Du/fv0dnZ+cE0P9JoM+cORMHDx78zXsbGxv7EU0fGxu7PTY2
ljM2NuZDCFk9Njam+fHjR9HPnz+z/VXY/gXREUKYCCGTKf/94ft+/vwZCQkJWLVqFaSlpSeA
PgH0vw3owsLC0NLSQkdHB83I44+Un58PQghCQ0Ph4uICBQUFAMCxY8dACGElhAj9C4Ne5nfv
3kFdXf2bNinq50AtPKMWe7GystJgISQkBCMjI0ybNo0GjqSkJMyaNesPi7y+LnD7uujt60Iv
Xl5emuHK133g1OIwenp6sLCwAABt9c7S0vIPW81+5GfBggUICwuDsbExrK2t4eDgQMtWLygo
wOnTp3HixAlcuHABlERDLF68GMbGxjA0NERaWhqKi4uRk5ODpqYmPHv2DIaGhr95njlz5qCh
oQEPHjyAi4sLDh8+DEIIrK2tkZOTgw8fPiAjIwN/BHQFBQUcO3YMvLy8/xNA9/Pzw8qVKyeA
/p8CupaWFri4uJCSkkKD+Ojo6F+RyNjYWDohxH90dNRufHxce2RkZPro6CjH3wjzr6HOSghh
+Kv3bWlpwerVqzFjxowJoE8A/b8G6IWFhfj06RP8/f1hbW0NPj4+mo3r2NiY7NjYmAkhRJYQ
MuX9+/dcr169YhsdHWUhhDB/JRZCyCTKYHcKIUSCEMI4NDRE8wX/d4AeHR0NRUXFfxTop0+f
BiEEy5YtmwD6BNAngP49oKekpEBUVBQaGhp4+PAhxsfHf3RW/rWEx8fHj42NjW0dHR1dQgiR
e//+Pd/Y2BjD370fThEjZRbyl++7fft2iIiITAB9Auj/VUAfHh7G7t27YWhoSEu6orSLThke
Hlb69OmTwOjoKDshhGl8fJyeMrD9WtTBLiMF7NzU78jg4CDNglVERGQC6BNAnwD6/zLQL168
iCtXrqCwsBD+/v5YuHAhurq6aLPz8fHxvyrB8fHxg2NjY6vHxsY0xsfHRXp7eyfduXMHL1++
/CH19/f/1X37r8XwrwK9vr4e3NzcuHbt2gTQJ4D+XwP0d+/eITQ0FL6+vr8+Z/nHx8clh4eH
OcfGxph/4Lz/Gup0X7eNKisr0/ZoJ4D+7wH9+fPnv/GF/xGgf/z4Eenp6QAATk5OCAkJTQB9
Aug/DvRr164hMzMTZWVl6OrqohkVUIvS/kXxjo2NOY2MjBiMjo5KE0K4Xr9+zbBv3z6EhIT8
kPbv309b8v8XC+P+paX90dFRaGho4NSpUxNAnwD6Twf64OAg+Pn5oaSkhNbW1m/Ojd/T1atX
cefOnd9r2+QmhIhQAM3wF74fTL/+jvT19dFCUP6vAV1VVRXR0dFYunQpLC0tsWbNGmzevBnZ
2dmorKxERkYGYmJicPHiRYSEhMDCwgKGhoZYtGgR5s6di/T0dNy8eRNXr17FgwcP8OrVK+zd
uxeysrLfPM+sWbPQ1NSEd+/ewdXVFV5eXrT3cOHCBQwPD6OoqAjz5s2DuLg47b1MAH0C6D8E
9EuXLiEnJwefP3/+TYX5v7DUThXX2NiY5fj4+Ozx8XHhR48eserq6mLatGkQFxf/IYmIiMDE
xOQfBzoVCnfv3sXr168ngD4B9J8K9JcvX4KVlRXGxsZ48OABqqur/1RlZWV49OjR7xkqcRFC
hCl75HR/oc6E4Xu3HxkZ+cZT/f93oAsJCcHf3x8xMTEwNzfHggULYG1tjaSkJHh6esLNzQ1b
t27F3r17ERERgeTkZERGRmL+/PmYP38+7OzscPbsWcTFxWHdunXYsmUL3NzcsG7dOvj6+uLG
jRs4fvw4JCQkwMvLCz09PVRVVUFTUxNWVlbo7OxEf38/kpOTkZCQgISEBFhZWSEjIwN79+6F
qqoqBAQEvnnN3wO6kJAQpkyZQjtO1J8pU6b8bUCXkJCAoqIi9PT0oKmpCXl5eaxatQo+Pj6Y
OnUqmJiYAAABAQETQP+ngH7+/HlQXXv+YuHbH4lzZGRkESFkBiGE6+zZs399yAyAjY3t3ymM
+7eK70ZHR/Hs2TO8ePFiAugTQP8pQPf19UVbWxtCQ0Px5s2bvzRo/oNzlZMQIkgpfPvNOf/8
+fPfDNa/GvT+rmsjdfn9a6Dz8/MDACZPngwtLS3aBZvamkTNNv+RHyrAf/3DxcUFUVHR34ST
UH9+FtCnTZsGV1dX3Lx5EwMDA8jLy4OSkhKmT5+OpKQkEEKwe/durFq1CgYGBrC3t0dQUBCS
kpKQn58PFxcXhISEoL6+Ht3d3QgLC4OSkhItWlRaWhrW1tZoa2tDb28v7ty5g/T0dBw5cgTJ
yckAgCVLlmBsbAz19fW4du0ajh8/Dg8PD4iLiyMuLg67du1Ceno6uru74eLiQnvtM2fOxNGj
R2l77NQZ/Nq1a2FoaIi5c+di3rx5tNuLiYlBVlYWYmJiEBUVBRMTE3h5eSEqKoqpU6eCj48P
8vLykJWVBS8vL/j5+WmWtlOmTMHmzZuxcuVKSElJQV5eHpKSkhAXF4eAgAAtMtfCwgIKCgrw
8PDAoUOHsGnTJlom/LZt22BlZfUN0O/duzcB9J8N9KqqKly+fBmvX78GIQRfvnzByMjIv60v
X75MGh0dVX7//r3wq1evWJ4+fYpLly7hwoULf0mlpaX/MaCPjY2hv78fAwMD+PjxI1JTU+Hp
6YmKiooJoE8A/S8DnZOTk5YS+JOvN9yUqvXvdnYUFRXhypUr6Ojo+N535A8f28jI6BsIcnNz
g4WFBcbGxggNDaV1xFBnYUJCQgAACQkJKCkpgZ+fH4sWLYKhoSHExcW/8Umn/rCzs8PU1BRR
UVFQV1cHBwcHZGVlISEhgfT0dGzevBmzZ8/+Jkecmi/+rwCdl5cX+/fvR3V1NV6+fInGxka0
t7fjzJkzmDt3LqZPn0573F27dmH9+vWwsLCAi4sLgoODERsbi1u3bqGpqQl37txBTU0Nmpub
ERERgQULFmD58uWwsLCAlpYW1q9fj5s3b6KpqQn37t1Dbm4ujh07hqSkJADA0qVL8ebNGzQ2
NiIrKwuxsbHw9fXFrFmzEBsbCycnJyQmJtI+j5s3b8LZ2RlSUlKIiIigDYA0NDQQHh6OyspK
ZGZm4ty5c6isrMTmzZuRnJyMwMBATJs2jZaE5+npiTVr1kBQUBArV67EyZMnISAgAHFxcSQl
JcHe3h6CgoLYunUr7O3tYW1tDQMDAygpKUFaWhozZ86EoqIilJWVsXv3bjQ0NGDVqlW066O3
tzdu374NQgjS09NRX19PO5cuXrxIu0ZNAP0nAr2yshL5+floa2vD+Pg4hoeHf6ZYR0ZGJF6+
fMnZ29tL9w9Vtv9UoP+6ILCmpgZeXl4oLS2dAPoE0P8y0NnZ2REUFPR3nOvshBAeygz9m1n3
L7/8gvLycuTk5ODChQu4c+fODwH93r17ePjwIW7cuAE1NTXQ09NDWloalpaW0NPTg6OjI65e
vYpnz57h5cuXOHz4MOLi4mBgYAB3d3dkZGRAR0cHkpKS2Lp1KzZu3AgXFxccPXoUmpqaYGBg
gKSkJK1e5sCBA+jr68PKlSvh4OCAe/fu4cmTJyCEICoqCtu2bUNgYCB0dHS+CTeh1rn8CNCl
pKRw8OBBdHR0oLOzE+3t7aiqqkJdXR3a2tqQlpaGuXPnQkJCAikpKRgbG/su0Kmfa0lJCaqq
qlBVVfVDQG9paUFWVhYiIyNpM3Qq0G/duvVdoG/ZsgXx8fH45ZdfaCFYHz58QG9vL3Jzc6Gg
oAAfHx8kJCTgwoULyMnJQWxsLCIjI5Gbm0t7H2VlZRAUFMS8efMgJyeHU6dO0V5/U1MTOjs7
MWnSJIiIiKC9vR0tLS24efMmXr16hcHBQRQXF+Pw4cMICQkBAwMDtLW1kZSUhPnz58PT0xPF
xcUwMDDAiRMnUFNTg/3796OwsBBv376lnVO5ublgZmZGZGQkBgcH0dPTMwH0nwn0kpISVFRU
YHBwEMPDwxgaGvpp+vDhA9Pw8LAAZV8P/wHR/x397pGRkSgsLJwA+gTQfxjoDg4O4OfnByMj
IwICAv6dQtPv6ntdKNQLf3FxMa5evYr8/Hxcv34dly9f/sOlzvv372PDhg1QVlaGs7MzfHx8
EB0djb179+LatWsIDAzEvHnzYGdnh4yMDNTV1aG7uxtPnz7Fo0ePUFxcjMLCQpw+fRpqamoQ
ExPDunXrYGFhAQcHB1y4cAGXLl2Cn58fsrKycPv2bQQHB8PV1RUNDQ0wMTHB7t278e7dOwwP
D4MQgn379sHJyQnHjx9HSkoKDh48CGNjY9DR0eHcuXN/CnQBAQEcOXKEBpAHDx6gqqoKtbW1
qKur+58B+vPnz9HT04P+/n4MDw+jtbUVCQkJSExMRHR0NBITE3H+/HnExsYiKioKFy5cQERE
BJ48eYILFy5AWFgYc+fOhaysLMLCwlBUVIQnT56gpaUFZWVl4OTkxLRp01BcXIw7d+6gr68P
AwMD6Ovrw9u3b/Hx40ecPHkSAKCjo4Ps7GxoaGhg165dKC4uxpIlSxAWFoaKigp4eXnh+vXr
ePfuHXp7ezE8PEwbVKxcuRKPHj1CX1/fBNB/JtCpH9z79+8xMDDww+1kP6IXL14wvH//npPS
HvOfAPq/3Lb2Rza0NTU1yM7Oxrp16yaA/idAnzNnzv9poMfGxqKpqQn29vYQEhKCnJwc1q1b
h507d2L79u0/TU5OTsjJyUFVVRUSEhJw7tw5fPnyBffv38eVK1dQWlqKgoICFBcXo6SkBNev
X0dbW9tvQO7t7U0rsJKWlkZISAj8/f3h5eWFs2fPoqCgAHv27IGWlhYN6Ddu3MD9+/fR3NyM
xsZGZGRkICcnB8nJyVBXV6cB3dLSEvb29jh79ixOnDiBy5cv48KFCygqKoK/v/83QN+xYwf6
+vowODgIQgj2798PBwcHREREICAgANHR0YiJicGOHTtw9epVEEKwePHi38zIpaWl4evr+83M
9sWLF7h79y4tbpWqjo4OpKenfxfoGzZsgKWlJbZu3YqQkJBvgE4tWmxpacGRI0ego6MDCwsL
WFpaYt68ediwYQMaGhpw584dtLa2/inQ4+Li4Ofnh1mzZiE+Ph7Ozs7fAJ2qN2/eoKmpCaGh
oYiOjkZUVBSSkpJ+GOjh4eHIz89He3s7jSdUoJeUlKCxsRFdXV14/vw5nj59ShtMxMXF0Vr8
zp49+5eAXlhYCH5+fqxbtw7d3d1/S9DWPw7069ev49SpU3BxccGkSZP+o0AvLS3Fmzdv8Pnz
Z1rC2c/Shw8f6IeHh1nI3+8K99ONZf5I7969Q1NTE3R1dXHo0KF/DOhsbGzYsmULGhsbsWvX
rv9aoPPz82Py5Mm09pz379/jzZs3GBgY+J8AOiEEW7ZsQXR0NOzt7f8toCcnJ+P8+fNYunQp
dHV1YWNjA3NzcxgZGf1U6ejoIDExcWtRUVF4UFCQT2RkJP0vv/yCjo4O5ObmoqCgYF9JSUl4
RUVFeElJycrq6mrGoqIitLa24tmzZ2hubsbChQvBx8cHbm5uAICysjICAwPh7+8Pb29vxMbG
4sqVK9i7d+/vAr2pqQmZmZl/CvTY2FicOXMGmZmZKC4u/ktADwoKwuHDhxEcHIwjR44gODgY
JSUl2LZtG626W0BAAMHBwXj+/DktvbGvrw+9vb14+fIlWlpaUFFRgdraWtos/f79+wxZWVnh
GhoaM0VFRWn71t7e3rCzs/PW1tY+6+joeDQyMtIkMTERdXV1KCkpoT1Ga2vrjKioqPCFCxeG
W1lZha9YsSJcW1s7fNOmTeFNTU1rW1tb0dbWhjNnziA0NBTnzp2jAf3Dhw9oampCdnY2Tp06
NePQoUOR4uLi8YmJieE7duzgmAD6fwHQnZ2d4erqiunTpwMAmJmZISQkhJCQEOzduxeOjo5g
YWEBBwcHxMXFMWfOHOjp6YGbm/tvB3pdXR2uXr2KvyPt5jvmFfgP7Z8z/R1AJ4Tg06dPcHFx
oe3fubu7Y/HixZg3b95PAfqjR49w+/ZtuLu7Y9q0afD19QUXFxdsbGyQn5+PnTt3/lcCnY+P
DxwcHGBmZoaCggJOnjyJp0+foq+vDy9evKCu3PxXA314eBjBwcG4fPkyli5dCmVlZZSWlv4p
0LOystDT04Pa2looKCiAkZERSUlJ8PPzg729PXbu3AlnZ2e4uLj8dO3cuXOvgoICERcXJ7y8
vCQxMbGYEIL8/HwoKSlh1qxZo9OnTydTp04lmzZtevXw4UO5mpoalJWVobq6GgkJCTA0NISc
nBytDe2/GehUBQcH4/Dhw7R2MmdnZ6SkpODBgwegut/19PSgr6+Ppv7+fjx+/BidnZ148OAB
nj59iubmZqxevXrhtGnTiLa2dpecnBxbamoqPn/+PNPGxqaVn5+f6OjoNEtISBAFBQWSlZVl
2draSldaWoqgoCDqtsQSAwMDQkdHR+jo6GgJcAICAmT+/PmVs2fPhq2tLS5fvoyTJ08iIiLC
DkCrsbFx65MnT9Rv3ryJhoYGeVNT02cSEhJERkaGcHFxEU1NzYrc3FyuCaD/h4FuaWmJFStW
0Po2J02aRGv5oO4vKikpQVhYGEZGRggPD8f27dsBAImJiTh9+jRu3bqF7du3Y82aNThy5AgS
ExNx8uRJNDY2ori4+DdAFxMTQ0xMDLKzs6GgoIBNmzZ9F+iVlZWorKzE0NDQf31R2n8j0H+t
4uJieHh4QE5O7t8COhVAnZ2duHPnDi5cuIC9e/fi+PHjEBUVhYyMDPz9/XHq1Cka0B8/fgw3
N7c/BfqZM2dQWloKU1NTGBsb4/nz5z8F6LKysmBiYgIbGxutlWj//v1obm5GW1sbGhsb0dDQ
gLt376Kvr4/mAPjfCvQXL17g1atX+PLlC44ePQoLCwvk5OSgsbERcXFxEBcXR25uLrq6utDT
04P9+/dj165dOH/+PBobG3H79m1s27YNRkZGiIqKQl1dHQoKCn7IPOZfVV1d3TIZGZkBAGT6
9OmfOzs7dwwPD6OxsRHXrl2Dj49PJxUwYWFhSTdv3mQoKipCWVkZioqKcPLkSZiYmEBWVvZ/
Cui/lr+/P1paWmitel+DnKoXL17g2bNnNA0ODuLp06ezZGVl+wEQZWXlX3bt2sU8MDCA7Ozs
UwCItbX1E0KIk5GRUQgAcujQofdVVVUMZ8+exfr162FtbQ1nZ+eFIiIihIeHh8jIyBA9PT0i
KSlJABBHR8dr69evh4+PD969e4euri7OOXPm1AMga9euJU+ePDFpbm5GUFBQHgAiLS19/MWL
F8YqKioEADlx4sRZ6kSCKkIIWltbERISMgH0fwLompqa0NTUBDs7O63NgoeHhwZ0SUlJLFmy
BFJSUnBzc8Pjx4/R2NiITZs24fjx44iJiUFFRQVcXFyQmpqKc+fOITIykjZDr62txcaNG3H4
8GF0d3fD0dGRtlzf3NyMuXPnYuXKlVBQUMDOnTu/AXpJSQlaW1vxH4Lt//SS+x9BnYuLC/Pm
zfvLQJ8zZw4A0Awcurq6kJ2djbNnz6KhoQFLliyBoqIipKSkEBoaitraWnByckJBQQEFBQXY
unUr6OnpfwN0XV1dAICuri7y8vJQVVUFW1tbLFiwAE+fPsWNGzewYcMGrFu3DjExMdi4cSNS
U1N/GOizZs0CBwcH6OnpMXPmTPDz88PPzw8jIyMoLi7GjRs30NTUhNu3b6OhoQGPHj3C4OAg
+vv78fLlSzx//hzr1q2Dm5vbTwX6y5cv/xLQw8LCsGbNGjx8+JD2+np7ezE0NIS7d+/i/v37
2LNnD9asWQMbGxvIysrizJkzqKmpwYEDB3D06FE8ffoUTk5OWLNmDRoaGnDlyhXo6upCW1sb
JiYmMDY2/ttkZmYGJSWlMgDE2dm5NyEhAc3NzcjOzoaVlRXTkiVLngAgCgoKTwcHB6UfPHiA
J0+eoKioCNnZ2UhNTf3/AuhUjwjqEvsfAf3+/ft48OABPnz4wB4UFPSBiYmJACAzZ87spyZM
JiYmvgBAHBwcCCGEuLq6bgAw7ujoSE6fPs0QGBgIKSkpiImJQVxc3FRUVJSsWrVqw86dO7Vq
amoWODo6EgAfjh8/rnzq1CnU19fj/v37iI2NvU7NgF+1alVGW1vb5MePH5uoq6u/AUBEREQW
3bt3D25ubhkAyLx588ZOnDih7O/vD39/f/j5+cHf3x/Hjh3D8ePH/yuBvn//fpSWluLTp08M
z58//98Huo6ODnR0dMDJyUkDOrVYCABkZGSgp6cHSUlJbNmyBTU1NaioqMCNGzdw/fp1ZGRk
oL29HTU1Nfj06ROePXuGxMREJCQk4MGDBxgcHERGRgbi4+NRX1+PyMhIaGhoIDc3F4QQHDly
BJs2bYKRkRGcnJwwODhIa9MoLS1Fc3Pz/+9AZ+jt7aUfGBjAP6H+/n4YGhpCRkYGGzduxKxZ
syAuLo6wsDAEBwejoKAA+fn5yM/PR3l5OU6fPg0nJyc4OzvTVnFCQkJw584ddHd3Izk5Gd7e
3sjNzYWkpCRmz55NK1QqLS2FqKgoZsyYgZkzZ9IMQHh4eFBRUYFPnz7h8ePHmDlzJs3B682b
N+ju7kZTUxOSkpLQ3d2N6upqeHh4YOnSpTh79ixCQ0ORmZkJLy8v0NHRwczMDENDQ3j+/Dma
m5vh7u4OZWVlZGVl4dSpU5CUlISpqSmio6Ph6elJ86Tu7u7G1atXvwH6rVu30N3dTXPee/Pm
DVpaWrBy5Urs2rULixYtAi8vL2bOnPkN0NPS0jB58mSoqKggLy8PHh4e2LNnD+bMmYPJkyej
rq4OhBCsWbMGLi4uIITgyZMnOH36NNTV1bFs2bI/BPrnz5/h5eUFW1tbWgEf9cLf09ND8yCw
trbGokWLaPULR48exdmzZ3HkyBHcvn0bb968gZWVFRQUFFBdXY20tDS4urpi/fr1UFRUhJaW
Fm2Q/7M1f/58aGtr1wEgK1eufBkSEkI3ODiIzMxMWwC3qLNzOTm51x8+fJAYHBzE58+fUVVV
hYyMDJw9exZmZmaQl5eHqKgoAGD27NkICgrCgQMH4OnpiRMnTiAvLw979+6FpqYmNm7ciMuX
L6OlpQVdXV24c+cODejZ2dlISUnB3LlzIS4uDnt7e6xatQoODg7fBbqvry/c3d3R0dEBMzMz
uLq64sWLF3j//j0IIQgICICLiwtOnDiByMjI39WBAwdQXFyMT58+/SHQe3t7cePGDbS2tqK0
tHQ3FeZ0dHRES0vrhba2Nl1cXBzS09MXiYmJEQ4ODuLn50d0dXUJIyMjOXz4cNyVK1fo4+Li
4ODggC1btsDBwUH2yJEj8TExMXSpqam4fv26sYCAAJGTkxvT19fH0qVLqc5vswEQFhYWQk9P
T9TU1A4UFBTgxo0bmwQEBIiAgADx8fHZJCcnBzExMT9mZmYCgDAxMS1gZGT8xgVuz549SEhI
QGRkJEJDQ5GUlITy8nLHjIwMx9TUVMfy8vJ1YWFhePLkCS5evIgpU6Zg3rx5kJeXR3R0NAoK
CtDe3o7GxkaUlZWBg4MDYmJiqKmpwa1bt34I6IqKiti9e7dkc3Ozo5mZmVxwcDBaWlo2RkRE
OBYXFy/p6enBy5cvMTw8jOLi4v87QK+rq0NRURGKiopQUFCAJ0+e4NSpU7h37x5evnyJN2/e
4MGDB0hPT0dXVxcGBwdpTmbU2f3OnTtx+fJlEEKQmZkJX19fpKSkwMHBAQEBAXj16hVqamrQ
2tqK3t5eWnvLf4vu3bv3G9ONxsZGpKenIzc3F6WlpSgrK0NpaemfKi8vjy4lJYXuzJkz+LuV
lpaGvLw8JCUlYcmSJXB0dMT8+fOhoqJCq8itqqrC9evXUVxcjJqaGmRmZsLDwwP29vYIDg7G
+fPnMTAwgObmZty/f5+29H3p0iUoKytj1qxZ3wBdREQEkpKSmDp1KhQVFWFhYQF7e3tERUWh
v78ftbW1CAkJQUVFBcbGxmhLkK9fv8bw8DB6e3tRUFCAy5cvIzk5GWVlZcjKysKBAwdQV1eH
o0ePIjY2FvHx8RgaGkJdXR3c3d0RERGBx48fIz09HVOmTEFFRQWGh4fh5OSE0NBQfPr0CZ2d
ncjPz/9DoH/8+BGFhYVYtGgR9u7di2XLlkFKSgpz5syhAb2wsBDHjx8HABgYGODhw4dIS0tD
Wloali5dCkFBQZSXl+PZs2fIz8+Hr68vbTncw8MDVlZWmD9/PgAgODgYFy9eRG9vL6KiouDp
6YmRkRG8fPkS9fX1aGxsxNu3b9Hb2/vNTO7x48d4/fo1Nm7ciCVLlsDFxQVMTEyIi4vDuXPn
cOTIEdy6dQv9/f2ws7PDvHnzUFFRgYSEBISFheHWrVswMTGBpaUlrKys/hatWbMGS5curQNA
zM3NH7W1teHVq1deKioqREREhAQFBV0EQGRlZT8MDg6qvn37Fp2dnTh//jyuXLnCHB8f72Vg
YFAgKSlZMG3atAIABfLy8gWBgYFO1FlxQkICLl++jP3792Px4sWcK1ascI6LiysoKSkpGBgY
0O7o6MCdO3dw5swZnD17FjExMdoqKioFIiIiBWZmZgUmJiYFDg4OnhcuXGBOSUnB2bNnce7c
OZSWliIuLo7TwcHBOT8/v8DAwGCnv78/V09PD5qamugLCwvNLSwsKhwdHUN9fX1x4MCB35WH
hwdqamowNDT0u0Cnrr6kpqYiMjISysrKbydNmkRsbGwIExMTMTQ0fFlUVMRWUlKCV69eGZuZ
mdH2wwEQBgYG4ubmNru5uRnNzc3IycmBs7Mz7OzscOjQIZSXl6O3t5fNwcHhGQBiYmLi7u7u
zpCQkIDMzExRZWXlX1xdXUsSEhKyABAbG5s6Qsj0rKysiwCIjIwMCQ4OXi8lJQVhYeFINjY2
6nNrfl3Bv27dOmRnZyM+Ph5xcXE4c+YMAgICSqSkpIiSkhKRlZUlqqqqJDQ0NO7Tp08oKSmZ
KygouH3q1KkFHBwcBf7+/qeqqqrQ2tqKO3fuoLKyMoqLi6to6tSpBVeuXAmur6/HkydP0Nvb
y//kyRMualFhbGzsN0BfsWKFnJ6eHlFXVye8vLzvfX19CwwNDYm0tDRZunQpaWlpsXv9+jUz
taaDj4/v/xbQr1+/joKCAjx69Ajbt29HRUUF3rx5g97eXrx48QI5OTno6OjA69ev8eLFC7x5
8wbDw8Oorq7Gpk2bcOnSJRBCcPr0aXh6eiInJwdbt26Fubk5CCHo6upCSEgIjh49+nu+0P8x
VVZW0hzrqOrp6UFiYiLi4uKwefNmbN68GW5ubti9ezf27NkDT0/P72rfvn10Pj4+dAcPHsTf
JW9vb/j7++PQoUPw8PDAmTNnkJ2dje7uboSGhiIlJQWlpaXIzs5GYWEhXrx4gUePHuHJkye4
d+8ebt68idraWjx58gR9fX24desWbt++jQcPHvwloM+fPx++vr4IDQ3F3r170d7ejqamJnz8
+JF2DL8uqOnt7UVvby/y8/NRVFSE+vp6lJSUIDo6Gtu2bcP79+/R1taGoqIibNu2DSMjI6is
rIS7uzttBnTjxg0sWrQIZ8+eRU9PD7Zs2YKgoCAMDQ3h/v37fwr0oaEhlJaWQl1dHfHx8UhJ
SUFSUhKSkpJw9uxZHD9+HOfOnUNubi72799P+/KfP38ehYWFCAoKgq2tLaKiorB9+3banjd1
+dva2hpubm4ICgrCzJkz4enpiczMTHR2diIzMxPp6ek0g46hoSF8/PjxmwKqHwF6RkYGjhw5
gsbGxt8APTExER4eHhgdHcWOHTsgISGBRYsW0a4LP1P6+vrQ0NCoA0CCgoLuv3jx4ih1/9XA
wGDukSNHRCjLyR8GBwdnU6uqz5w5g9raWrPFixfTgMXKykoYGBgIHR0dcXBwqP7y5Qv9u3fv
UF5ejoyMDBw4cEBqzpw5jwAQZmZmwsfHRxISEp7cv38ft27dorbCMoSHh3+hp6cn9PT0hJeX
lwAgKioq5OjRo0b79u1DXFwcMjMzUVFRMcvd3f3R19B0cnJ69urVK5Xu7m6mnTt3EgCEnp6+
+8+sXLW1tTE2NkbbJvqeBgYG+J8/f8564sQJ1mXLll0AMHblyhVSUlJCABB5efnxc+fOlbW2
toolJiZe5uDgIHJyck8kJSUfc3JyEgBEW1v7eV9f39zXr1/jzZs3uHDhAs3IpaenB/fv39/J
z88/Rk9PT+bMmaPh7OyMqqoqLF26NIiBgYFQeuu9AZDJkyfXlZaWrvTx8dlDWW4n9vb262Vk
ZCAmJhbJwsLyXaA7OjrS6lC6urowMDCAhoaG84KCgrTjyM7OPlpUVBRSUlICZ2fnx5TXTtTU
1MikSZNITExM3qdPn4Qo7XyhU6ZMIXR0dGTevHkfSktL5Si96JqDg4Nyg4ODePToERISEmgD
7KtXr668ffu2kI+PTxcAMm3aNNLW1kZUVVUJACIhIfGutrbW6uXLl/TDw8Pw9PQENzc31q9f
/38P6F1dXThw4ABqamowODiIvr4+PH36FFlZWbh37x7twtjf34/379+jqqoK9vb23wB9z549
OHv2LFxcXLB+/XpasQgrKyu4uLgwPDyMV69eYXx8HL/88gtGR0f/o0C/efPmH8alNjc34+bN
mwgMDISbmxt27NgBHx8feHt7/6M6ePAgvLy84O3tjc2bN2Pjxo3YunUrnj17htevX+Pt27eI
jIxETk4OiouLERQUhLCwMAwPD+Pp06d49uwZurq60NzcTBsh3759m6a/AnQRERFoaWlh165d
OHjwIA4dOoT29na0tbWhv7//NzD/GugFBQW4du0aiouLUVxcjJiYGHh4eKCvrw9lZWW4ePEi
9u/fTxswuru74/z583j9+jUaGxthYGCAtLS0fwvoampqSE5Oxrlz52hKSkpCaWkp2tvbaR7k
VN/ztLQ0XL58GSEhIdi0aRPCw8NpW0rUwtEnT55g7dq1sLe3x71795CTk4OkpCQ0NzfTCt8+
fvz4u4VTPwvou3btwtDQECoqKjBjxgzIyspi1qxZP11qamqQk5OrA0CWLVtG5OTkCKXAy0BB
QQEcHBxzARApKakPg4ODsz9//ozKykr4+fkhIyPDTFFRkSxcuJDo6uoSOjo6Ym5ufpqBgaHZ
zs6uihBC393djbS0NFy6dEl5yZIlbwEQUVHRk5ycnDZ0dHSEnZ199Nq1ay7FxcVoaGjA69ev
6c6ePetN2bcnx44dy5CXl6+eO3cuOX78uJGfnx9ycnJw9+5d+r179+YCIBYWFv1btmwJVlJS
IgDIpk2bcilbFyEAPgkICBTy8PCAi4vru6K2gBFCaKss39PLly/5BwYGJsXExNhSYbl27Vqi
qqpKGBgYqMeN5Ofn+0yePPkOAwMDSUlJOXfjxg3+o0ePdjIwMBA2NjZy/Pjxq0lJSbTPf2xs
jLrnTx8VFRUOgJiamo7cu3dPPSMjA1lZWcF8fHyEnp6ezJs37zSAOmo1vIODw+3Vq1fbsbGx
EQEBAbJ8+fL1wsLCkJaWjmRmZibMzMyEn59fk9oaSm0tDAwMxJkzZ2iBLhcuXMCyZcuIlJQU
YWZmJtra2oMHDhyAra3tRgCjgoKC5M2bN2RkZIQICAgQfn5+cvToUfMtW7ZgxYoVYGVlfQaA
CAkJEW9vb6+IiAgMDAwgPz8fJ06cQG9vL0d8fPxlABkA6kRFRUl8fPz2AwcOrKB8ZoQQQo4e
PUoAEFVV1Ys7duxAYWEhUlNTsW3bNjAxMU1as2YNQ29vL54/f84zAfR/E+jPnj2DqKgopKSk
MDIygkePHqG7uxsWFha4ePHifzXQqfr48SOKi4sRHBwMJycn7Ny5EwcPHvzD5bifJW9vb+zf
vx9eXl44deoU1q5dCwsLC7i7u6OzsxPd3d0YGBhAeHg4zp07h6KiIoSHh+PYsWP4+PEjzVWL
OqP5GuQ/C+gdHR1obW1FX1/fb2D+s4BeX18PPT29fxvo6urqSExMxJkzZ3D69GmcPn0acXFx
6OzsxPj4OK3Nrb+/H2NjYzh79iwuX76MoKAgrF+/HkeOHMG2bdvw+vXr3wB98+bNKC8vR2Fh
IUpLS9Hf34/BwUGa+9Uf6WcA3d3dnba15ejoCEFBQcjKyv50KSgoYMaMGXX09PQEAGFkZByX
lpY2/So4ZQ5lD/3T27dv53z69AktLS0ICAjA4cOHWdatW3egv78/ZdeuXcV0dHRk8+bNO7i5
uSfZ2dlxEUJQWFgIAQEB6OjoLKenpydTpkwhcXFx5klJSVi6dCkBQHbt2nXt4MGDcHJygomJ
CVasWCHLzs5OFBQUXg4MDHDExcWJZ2Rk7MvIyGDOyclBVlYWKioqFmlpaX0CQNzc3NwJIUhO
Tm6kzDBPy8jIICgoCGJiYjA1NWXat28fPDw8vquNGzfi2LFjGBoa+sMZOtX46sSJE1eoe9nU
GS0VsEFBQblPnjxZz8jI+AkASU9PF+3q6sL58+eV+fj4CBsbGwkICLgWEhJC64v39fVFYGAg
Dh8+LCAnJ/cJADl8+HAWtZ5p7969J2RkZMikSZMIPT094ePjIwwMDISZmZk4OTkpVVRULJOV
lSVMTEzE09PTePny5RATE4uko6MjQkJCRFdXV0tLSwtaWlqYNWsW7OzsaHa+WVlZKCwsxJEj
R6wZGRnJxYsXibKyMpGSknqrra0NVVXVbEq1PaH+UGfRABbb29ujvr5effLkye+ox8LW1jal
vLyc7fr164iIiIC9vT06Ojrojx49+lZGRoaoqqoSdXV1kpaWttjQ0HArpRuAEEJISEgIdXui
EAA8PDwQFRXFd/LkyY3z5s0b3r59u0FbWxv6+voMJoD+E4E+OjqK7u5uPHjwgLZ3+b8A9K/T
0Kh703v37v3HZuheXl5ITk5Gfn4+1q9fTyvsmgD6zwF6fHw8mpub8eHDh2/MaP4VoFdWVuLS
pUu4evUqnj59+kMw/5lAp9qNVlZWgouLCzNmzICkpORPFSWXuoKenp5ISUm9VVVVna2oqAgf
Hx+EhYVhw4YNGpTZ8pPXr1/z9vT04MOHD8jKysKhQ4ewdetW9Pf3w9nZuRYAmTRp0l4AcHZ2
xpcvX2BmZgYA4ODgMKIsS5P29narqqoqrF69mjrLvbR582asWrUKixcvxtq1a5X4+PiIsLBw
b1NT06KCggIUFRUhKSkJUVFROHjwIKKjoy1nzZpFKK1aTtnZ2TAxMbGkQOUUHx8fVq5cibVr
1y719vbmHR0d/V2r6U+fPmFwcJC2ffVHQO/r60NaWhovPT29MwsLizMbG5vzzJkzHwEgSkpK
7798+TL/+PHjoKenHwdAvL2997W1tWHNmjVTKBB+e/nyZYOioiKUlpbi8OHD2LhxI/bu3Qs7
O7sTlCI2EhcXF1NUVISAgAAcOHAA4eHha1VUVJwtLCyctbS08inHreHx48d0lZWVU+bMmfMM
ALl69ep1QghUVFT8ARA9PT1y9epVreTkZCQmJiItLQ0pKSkICwtDeHg4wsLCkJqaCltb28dr
164lhBAiJiZGZs2a9TY5ORnHjx8PA0DWrVtHA7q8vDwBQBYvXrz4+PHjOHDgQKGsrCw5e/Ys
4eLiIhISEqSwsFC9oKAAUVFRbtu3b4+5du2aYkxMzOTo6GjngYEBZ0LI/M7OTqxcudIFAJk/
fz4hhJCYmBgCgLCxsV1at24dcnJyZujp6T1YvHgxiYmJaQwKChI7f/48rehxAug/GegPHz7E
okWLkJmZ+T8F9K/18uVLvH79+h9Tfn4+srOzJ4A+AfQ/BPrz588xODiIly9fIjk5Gbt27frp
A8zDhw9PU1JSagVANDQ0XgYFBQl6enri3bt3IIQgNTW1nLKH/rGtrW1zS0sL7Vy7c+cOOjo6
6G7evOmqqKhI3etOqa6uZn7+/DkePnyIVatWwdHREXv37l0uKChIGBgYyN69ew/X1NRoz507
lzAyMn5JTk4+SLWH7erqojt37txmenp6wszMTHJyco5/+fIFz58/R1dXF27cuIGbN2/ixYsX
c5ctW0btn487ffr0XDExsUgKxK7Ex8fj4MGDTuzs7MTQ0LDp06dPok+fPsUf6cmTJ3j27Nmf
Av306dM0v3c1NTVYWFiUAyCzZ8/u8/DwwNGjR+Hk5HSbuq8dHx+fM2vWrFpKodsv1MpyV1dX
aGhoYM6cOdDS0sKUKVN6KfvHL58/fy7d39+P8vJy7NixA/7+/pCXl8eMGTMwZcoUdwDE1dX1
OuUzwq5duwLp6emJoqIiuXz5coGSktJLAOTixYv1hBDWd+/eYWhoCL/88gtCQ0NpQTbOzs4c
tra24QwMDL/MmTOHeHh4EACEn59/LCQkJK2zs1PByspqBACJjY0lSUlJBADh4OA47+rqyrJ4
8eK7AD5aW1u39/f3z5SWlh6mzNLL1q1bh+nTp1Nn7mvk5ORQWFiI58+fo729HVlZWexGRkaJ
lPOLhIWFEVlZWQKACAsL19TU1DBcvHjxLnXmv2DBgh2amprw9PSkefVPAH0C6P9xXbt2DZmZ
mRNAnwD6nwK9v78fhBAkJCRAU1MTdnZ2P1X29vZhHBwctKXjOXPmVMfFxeHdu3fiT58+PSYu
Lk7728aNG/tqampmZmdno6GhAV1dXfj48SNDQkLCOPU2goKC5MGDBzbUmptHjx6hubkZPT09
knFxcS1sbGyEn5+fUIvp3Nzc3nR2duLmzZsoLy/HvXv3GMLDw2mPZ29v/2p0dHQ6tSCUeh5S
wmPip06dSgCQ5cuXE25ubqKhoUF6enqMPn/+zBQREUEAEEVFxfHR0VHFnp4e/JGoLVa/t+xO
BXpqaioAYOXKlcjIyICnp+ddCsQ++vn5sScnJyM4OFhQV1e35WvnNz09PXLnzp2jra2tdHfu
3EFRURHi4+Nx5swZpKenW/Lw8BAAZO/evc97e3vR3d2Nuro6+Pn5Ye/evdDT04OioiLmzZsX
xsjISDw9PS8RQuhqa2uxd+9eGBgYpHz9We7fv//dx48fNV69eoWBgQEQQnDlyhVoaWnBwsIC
y5cvx/r163Wpx3D69Olk/fr1xM7OjraNcPXq1Y1Xrlyx5ufnbxQWFia8vLxER0dnWEFBQWvN
mjWMOjo6ZPHixaSvr28txWcgyMrKiqxZs2ZQT08PM2bMcLa3tyfbt29flZycjLGxMYYPHz7w
1NTUoLS0dK6dnR2ho6Mbox4nS0tLoqmpSdjZ2cm2bdvO19XVnZCSkqICveXkyZPSlPqNCaBP
AP0/r/HxcVy9ehVZWVkTQJ8A+p8C/eXLlxgcHERbWxsWLlwIFhYWSEtL/7Qld2FhYeHw8PBL
Fy5caEtNTW07efLkkTt37uDVq1e8PT091oGBgVUmJiZtsbGxbZmZmcn5+fkCFy9eRGVlJRoa
GtDW1kaXlZW1wsbGpu3QoUNtKioqh0+ePClCXfl6/PgxLWa0ubl5sp6e3kpTU9M2AQGB9oMH
D7Y9e/ZsRVdXF27fvg3KsjDdiRMnVqxevbrN1NS0LT09/dj9+/f5qE561NW0wcFB5r6+PtEd
O3ZY7dmzp42Pj699y5YtbdHR0cvr6uowMDDA0NzcvNHZ2bktISEhtrW1FQ0NDX+o+vp6qjc7
Dd7fA3pKSgoAIDk5GY2Njbh7967B+vXrd61fv16xtLSU/ty5c9i2bRucnJwmh4WFqe3atWsO
IyPjbH9//9nv3r1DdXU1bt++jeLiYiQkJCA1NRUnT55USUtLu2dmZnY8MDBQvrq6GufPn6e2
5mH79u2ws7ODpaUlLCwsprCyss4ODg7mJ4SgtrYWW7duxZo1a6CgoKB2/PjxNisrq4DLly9P
p2YhUO2TW1tbkZ+fT/vetrS0KG/bto3w8/OTrVu3zh4aGpp969at2TIyMl9mz579JTQ0lLe9
vR15eXlcy5cvn21mZjbbz89PaubMmYiKimI+ePCgampq6uxPnz5h27ZtMDMzQ0FBwezq6mq5
3bt3Q0ZGBrdv355NCOF99+4dXrx4Qf/+/Xu26upqXLx4kc3Dw8NIWVn5AWW7hjg4OJDy8nJi
YWFBKMWB4nZ2dirTpk1rmjFjBlFXV9dRVVWFjIzMBND/LqDr6OjQTGkmgP5jM/QJoE8A/UeB
3tPTg9HRUfT392Px4sXg4+PDrFmzoKys/G9r+vTpKC8vx+vXr2keFY8ePcKjR4/Q39+Py5cv
w8HBAc3Nzejo6EBOTg4uXryIqqoq3Lp1C62trcjLy8P+/fuRnZ0NU1NTnDx5EoQQDAwMoKur
C1VVVaivr8f169dpEafa2trIycnB8+fPcfv2bTQ2NuLMmTM4efIk0tPTaZkVlZWVaG9vx+3b
t9HS0oIXL15gYGAAg4ODdM3Nzdi7dy/Onj0LdXV1xMTEICEhAWVlZXj06BEeP36MyMhIWhAK
1bb6j1RcXIy2tja8fv36T4EeHh6OwsJCdHV1wdfXF8uXL8eVK1eQlpaGbdu2wdHRkdbeKyoq
irVr16Kvrw91dXXfAD0lJQWJiYno6OiAi4sL3N3dUV9fj/z8fJSVlSE6Oho7d+6EtbU1TExM
sHTpUrCwsCAgIABUoLu6umL58uWQkZFBY2MjduzYgZiYmG8KOalbOF++fMEvv/yCX375BYQQ
hlu3btn6+PiEREREoLq6GpcuXUJ8fPyu8vLyXV1dXfjy5QvTly9fsHr1asyfPx/u7u6QkpJC
QEAA3NzcEB4ejrdv32Lnzp0wNjbGqVOncOHCBWzbtg2ysrIoKChAT08PHj9+jJcvX2J0dBQp
KSlYvnw53N3d3aj98tTCTKq4ubmJtbW1hJ6eHgwNDWeuWbPGgo6ODjw8PODh4ZkA+t8FdHNz
c3h4ePzMwBY6SoTp/xdAHx4exqdPn/D582e0trYiPT0dFy5cmAD6BNB/COi9vb149uwZPn/+
jFevXtEu6AICAhAQEICQkBBERUWhoqLyl4EuKSmJ3NxcdHR04MaNG7h37x7u3buHJ0+e4MWL
F0hLS4OdnR1KS0tRX1+P3Nzcb4De1taGS5cuYceOHUhKSoKBgQFSU1O/C/Ti4mIYGRnBxcUF
GhoaSEpKwuPHj2nxqWfOnEFqaipOnz4NV1dXrF27FoWFhbh37973gI67d+9i165diImJgYqK
CoKDg3H8+HFUVFTQ7Kr9/Pxw6dIlNDQ0oKam5k9VXl6Ojo4OmuvfnwG9qKgI7e3t2L17N6ys
rL4B+pYtW/DmzRuMjIxg2rRpWLdu3e8CPSkpCbW1tdiwYQM8PT3/JaBbWFhARkYGhYWFcHBw
QHx8/DdA/7rrg6qhoSH6qqoqeHt7IyIiAjU1Nbh06RJiY2NRXFyMhw8f4t27dxgcHISNjc1P
AfqnT5+Qn58Pf39/HD16dHpeXl6pjY3NWXp6+oWRkZFdx44de7Znz55nx44d842NjZ2kqakJ
fX192NnZYfLkyZg2bRqmTZs2AfS/C+jW1tZYu3YtYmJiftYxoCeEMP+VgJafDHT6n+Xl3tTU
hNOnT9PsWzMzM5GRkYGLFy9OAH0C6D8MdCrUR0dH8ejRI7i6usLFxQU7duzA1q1bYW1tDX5+
fsjIyPyl2fsE0P9eoA8ODmJ4ePi/GeiorKyEl5cXwsPDaUA/ceIErl+/jq6uLrx79w6vX7/+
aUD//Pkzrly5Ai8vL/j7+2NsbAyBgYEAgNbWVvpHjx4xXL16lSE9PR0HDx7EvHnzoKenB1tb
2wmg/xNAX7FiBXbt2gUXFxdERkb+LKByjo+PM1Nm6nT/MNBZf0Z8a21tLRYsWICkpCQUFhYi
Ly8PFy5cQHZ2NnJzcyeAPgH0vwT03t5e9PT00BweBwcH8fHjR3R0dODu3bsICwvDwoULISkp
+cNQnwD6BND/k0APDAzE8+fPsWfPHgBAaWkp6urqcPr0aSQlJcHX13cC6P8JoO/duxfW1tZY
sGDBzzgGTISQqR8+fOAeHh5mo8zWGSlwp/8e4H8S0Okoz8VNCGH5d99HQEAANDU1kZ2djevX
r+PatWvIzc2dAPoE0P9loFNtnLu7u9He3o6HDx+isLAQLS0tePToEdLT0yEtLQ1ZWVkoKipC
SUkJioqKE0CfAPoE0CeA/uNA9/T0xLp167BixQqMjo7ixYsXNOtNanX3XxArIUT5y5cv0z99
+iREASwnIYSdMntm+XVm+b8JdOqePQshZPLY2Jjoly9f2EZGRvCviFrhGxQUBD09PWRkZEwA
fQLofxvQi4qK0NjYiNraWuTn52PlypVQVVWFoqIiLWlPWlr6u3vsE0CfAPoE0CeA/rtAX7Vq
FYaHh3H//n10dXXREtBGR0f/ijjGx8cXE0I0R0dH5cfGxmaMj4+LEkKmjI+PCxBC+CiQZ6eC
vaKi4jfhLL8Dbrqv9sgZKPdnHR8f5xgfH+f98uXLtLGxMdWxsTGesbEx/Ki+Tp8bHh5GS0sL
goODJ4A+AfR/FOg5OTmwtbWFk5MTAgICYGBggEOHDkFZWRlTpkzBrFmzoKCgACUlpb8F6Pr6
+khJSZkA+gTQJ4D+/wPQra2t8eXLF9oF58mTJ//KMeAmhDiOjY2tHBsbMxoeHtYeGRmZMzY2
Nmt4eFh2bGxMihAiTgiZQgjhIYSw9/X1sfzyyy+Mv1qOp/tq9s1EWU5nIYRMogwGOAkhXIQQ
/tHR0WlfvnyRGhsbUyWEmFEe+y+97nfv3qGnpwd37txBQ0MDIiMjJ4A+AfR/FOjnz5+HtbU1
XF1dERsbC01NTVRVVcHDwwNr1qyBlJQU5OXlISEhATk5OcycOfMvAf3ixYs4f/48Kioq0NTU
hPb2dly+fBlbtmxBXFwcDA0NaaYfL1++xIMHD1BZWflvA72pqQnNzc3fAL2lpWUC6BNAnwD6
PwX0169fIzk5+V9x9REihKSOj48fGR8fPzA6Ouo2NjbmNDo6ajs2NmY5Pj6+lBCiTwjRIoQo
EUKkCCHTCCH8FMBPpoiLMjjgJYQIUiA9dXx8XHR8fFxifHxcenR0VHF0dHTOly9fdEdHR83H
x8fXj4+PB4yNjcn90Sz813r27Bnq6upw584d2n+PHDkyAfQJoP9HgO7i4oKoqChoamriypUr
2Lt3L9LT02Fra4vbt28jPDwcHBwc4OPjw+XLl78BekdHx3eBfuPGDVy8eBG1tbW4fv06rl+/
jpqaGmRkZMDb2xtHjx6lnWMvX77Eixcv8PDhQ1RVVeHmzZt/CPQbN24gPT0dWVlZSElJ+Qbo
HR0daGpqwpMnT9Df30+Lfm5pacHGjRtx4sQJGtBPnDiB6upqPH/+HPfv34evry8N6JWVlbhz
5w5aW1tRXl6OioqK36i4uBjt7e0/3Ic+AfQJoP+fAfqHDx9w4sQJ2NjYoK6u7hsgjo+P/9ES
Nsf4+Ljl+Pi46fj4uP74+PjCsbExrbGxMfXx8XGVsbExxfHxcRlCiCQhRJQQIkxZhueigJyd
EMJBESdF3BTY83758oX/y5cvQoSQKSMjI9O+fPkiMTIyIjM+Pq5MCJkzOjpqNDY2JkB9Pb+e
hX/48IGmT58+ob+/Hzk5Obhx4wY6OztR///Ye++4nPv+///RTtlbJISkKCUNShJFFKFNRiUN
SkO7lJb2kqZKe++9REXRUiktDURTZPP6/XMcx+08r/Ma53X9rs/1vcbZ7fa8uZ10HuN9vI/X
/fV6jsejoQHNzc1/AP0PoP9bAD0/Px9Xr16lKY6NjY3hx48fiIiIwI4dO5CYmIj+/n48evQI
vb29NBfF8fFxZGZmQktLC6WlpWhpaaHBp6urC1lZWaiqqkJ0dDQKCgqQnZ0NZ2dnXLt2DW1t
bTR99GfPnqG+vh6lpaV/FujU+/b27dtwdXVFZmYmDAwMoK6uTpWDpX03fuFNjpGREeTk5MDP
zw+bNm3CzZs34efnh8LCQrS1teHZs2ewt7dHVlYWHj9+jNbWVsTGxiIwMBAdHR14+vQp2tra
fhXU10LdOPwB9D+A/gfQKUB/9+4dUlJSICQkhKioKLi5uUFMTAyTk5M0UP61mvQv45d//7dO
y38rvn79SlNw+vbtG75+/Ypv377RHvP79+/4JcxnZmYQERGBoqIivHv37leL65s3b9Dd3Y3M
zEw0Njaiq6vrD6D/AfR/O6CbmZkhNDQU+vr66OrqwvT0NGZmZpCSkoLc3Fzcv38f2dnZiI2N
RVdXF6ampjAwMAAvLy/Y2dlheHgYDx8+hLe3N9TU1GgwvXfvHu7cuYOcnBxkZ2fDzs4OlpaW
6OjowNDQEAYGBjA8PIyenh6UlJTgwIEDvwJ6f38/WlpaMDMzg1u3bmHhwoUoKCiAtbU1dHR0
kJiYiMePH/9ZffWJiQl8//4dAwMDiIuLg7OzMxITE5GXl4esrCw8evQIDx8+RGVlJerq6lBb
W4vTp09DWVkZb9++xcuXLzE8PPybePHiBV68eIHR0dFfPe8fQP8D6P/zQE9MTISkpCRKSkqg
ra0NABgcHMTU1BQ+fvz4q/f9/xLo379//7O/S03biYiIICsrC1++fPnVF2J8fBx9fX3Iysr6
A+h/AP0/Aujd3d2YmppCe3s7qqqqEBcXBzs7O+Tl5eHmzZtoa2sDIQTp6enYtGkT9PX18fPn
T9y/fx/e3t7Q19fH4ODgXwT6tWvXfgX0gYEBvH79Gg8fPsTOnTtx/vx58PPzIywsDIODgzSp
1ejoaDAxMcHHxwe3b9+Gp6cnlJWV0dHR8RvTFCqcRkdH8ePHD7S1tcHBwQHZ2dkoLS1FZmYm
6urqMDIygkePHqGsrAz5+fnQ0dHBhQsX8PLlSwwODtJe358G1QyG+lx/AP0PoP8B9F8AvaCg
AMbGxgCAkZERvHv3DuPj40hPT0draysN0P9qoFP/JITg48ePmJ6extTUFO20kpGRASMjI8jJ
yaG4uBifPn36A+h/AP2/AuidnZ0oKipCVFQU7O3tUVhYiMDAQLS3t9OAvnnzZpw/fx5fvnxB
bW0tfHx8/iGgU+/dnJwcmJubQ1ZWFnFxcRgeHqYBPTIyEgsWLIC3t/evgP7s2bO/CPQ3b97g
/fv3qKmpgaOjIzIyMlBSUoLs7GzU19ejp6cH9fX1KC8vR1FREfT09HD+/Pm/CfSBgQH09fXR
egmo5iZ/AP0PoP8B9D8D9A8fPuDDhw9wcHAAAwMDTExMaHD9VwCdOi9OCMH79+/x5MkTpKWl
QU9PD5qamjA2NoatrS2qq6tx9erVP4D+B9D/a4EeHR0NBweH3wA9IyMDW7ZswYULF/5/A31g
YABDQ0N49+4d+vr6aDXrzs7O3wDdx8cHoaGh8PDwwMmTJ/+fAf2XJ/XR0VFa5/s/AnROTk5o
a2tjZGQE9+/fR2NjI4qLixEWFkYDekNDA5SUlGBkZITGxkYa3Ly9vaGnpwdFRUXIyMhg3759
YGBgoAH9wYMHMDQ0xIkTJ7B+/XoUFRVBR0cHEREReP/+PSYnJzE+Pk7LaPwB9D+A/k8H+vv3
7/Hhwwd4e3sDAAQFBWnpsz8nRPOXOs0/fPjwG7P7jx8/4vPnz/j48SNmZ2cxOzv7F01TGhoa
kJCQgMDAQCQlJUFLSwtKSkqwsrKCj48PKisr/wD6H0DH6OgopqenMTEx8ZsYHx+nNUvOzMzQ
T05OslM7vP8A+m8hOTIygr6+PnR2dqK9vf3fGuhUqFObBP8W0HNzc5GWlgYTExMYGBjQ1hpO
Tk6oq6tjdnYWvb29GB4eRmNjI4KCghAcHIzAwECkpaUhPz8fSUlJuH//PoKCghAWFoaCggKE
hYXh+vXruHr1KlxcXGgn9M+fP+PRo0e4ePEiJCUlwcvLi4cPH+LKlSsIDg7Gmzdv8OrVK1qZ
c3x8/FfX7g+g/wuAvnfvXuzdu/cvAn3Lli3Yv38/uLm5YWBggIcPH6K8vBxlZWX/sUDfu3cv
3r59i3fv3tFq638KdCrMZ2Zm0NraioqKClhZWeHOnTt48+YN+vv78fDhQ+jr6+PMmTPYsWMH
tmzZgtOnTyM0NBQjIyMghGB2dhbNzc1ITExEREQEoqOjkZSUhIyMDOjo6EBVVRU2NjYIDg7G
w4cPYWZmhkOHDqGsrAzfvn1jpy7kVG/mfzegx8TEwMPDAwUFBRAQEICgoCB4eHjg7e2Nmpqa
P4D+dwA9NzcX+fn56OjoQG9vL54/f/6b6OnpQVtbGx4/foympibGvr6+DV1dXRgeHv7dQNfU
1MTu3btRW1uL6OhoXL169b8W6C9evKDdZx0dHf/2QKdC/eXLlxgZGfmLQFdWVkZZWRnCw8Nx
/vx5XLhwAfX19Xj06BHY2NigrKxME9x5+/YtxsfHUVNTg4yMDGRmZqK8vBw/fvxAa2srqqqq
YGNjAxsbG/T09GBqagrh4eHw8fFBcnIyDAwMYGdnBy0tLbx8+RJJSUlQU1NDbm4uHj9+DAMD
A5iamsLc3Bz+/v5wdHREZWUlvn79irdv3/6fA51aqty8eTOKior+t4EuICAAAQEB1Tlz5oQD
+E0sX748XFpaOnzDhg3henp64TU1NYcLCwuRn5+PoqIi9PX1/UcCfWxsjNZF/kvZ2F82zX36
9AllZWVQUlLC/v374ejoiMjISKSmpsLR0RFpaWnQ1NTEwYMHsWTJErCysuLEiRM4f/48XF1d
UVVVhZiYGDg6OsLb2xv+/v4ICAhAQEAAQkNDZc+cORN+6tSpcHt7+/AzZ86kBQcHZ9ja2obL
ycmFl5WVuX7//n3+9PQ0RkZGMDw8jLGxMTx//hzZ2dn/MqD39PSgtbX1NyM3LS0tePXqFfLz
8+Hp6SmRm5sbvnHjxnAuLq7wdevWhd+8eTO8qqqKk4ODA+vXr8fq1avBx8eHK1euwNHR8Q+g
/xmg5+XlITc3F1lZWcjLy/uzUVxcjKCgINjY2MDLywslJSVobGw8SgjhnZiYgLa2NpSUlGBp
aQlmZmakpKQgPT0dPj4+tA7vixcvQkJCQraqqio8Ojr63LVr1zAyMvIH0P9NgE593VNTU4iM
jAQA+Pn5/QroZ86cQWpqKlRUVKCsrIxTp05BRUUFwsLCAICzZ8+CEELbGLx69QoTExOYmprC
1NQULdvz8OFD3Lt3D9evX4ezszM6OzsxPT2NgIAAuLq6IjIykgZ7WVlZ2rrQ2NiIoaEhODk5
QUhICLa2trhw4QJcXFxgbW0NMzMz6qGEdlL/ZwDdy8sL79+/h4GBAfbt24ekpKS/eEIfHx//
3wM6Ly8veHl577KzsxN6enrCzc1NJCUlCR8fH9m2bRvZsWMHWbhwIWFkZCTbt28nmZmZ0TEx
MYiPj0djYyMGBwdha2v7Hwn0mZkZWhPKxMQEvnz5gs+fP2NmZgaDg4MYGxtDSUkJdHR0cOrU
Kdy4cQMxMTHIy8uDt7c3cnJycOHCBRw7dgxcXFxYtmwZNDU1aTvJ69ev4+zZszhw4ACOHDny
q1BWVvZfsWIFmTt3LuHg4CA7d+4k/Pz8ZPny5WTOnDlk7969b0+ePAkZGRkoKSkhOjoatbW1
ePHixb8M6MPDw+jq6kJdXR0ePXr0q3jy5Alqa2sRFhaWsGnTps8sLCxk5cqVREhIiLCzsxM2
NjayadOmsa1btxquX78eAKCoqAhbW1vY29v/AfS/AvT8/HyUlJSguLj4N1FeXo6oqCjcvXt3
oYmJSZyEhER/YGDgjfv37y9+/fo1dHR0ICUlZbdv374BAAPXrl17lpWVJRocHIz79+9jeHj4
nJaWVh8AwsnJSTZt2kT8/PwM3717R2sepcbExAQmJycxODj4bwH0+/fvIz8/X7Curk68uLgY
vr6+4g4ODrQ59H8m0N+8efP/FOgDAwOYmZnBw4cPQU9PD3t7e1RVVaG7uxtmZmbYt28fTExM
cPz4cWhoaEBVVRV6enqQl5cHANo6+ue+T9QYGxv7DdA7OjowPj7+K6Cbm5vD1tYWioqKGBgY
QFdXF00Ux9PTE+Li4rC1tYWBgQE8PDzg7OwMOzs7XL16FTU1NbST+j8D6L6+vpiYmICtrS3U
1dURGBiImpoaWFlZwdraGi0tLRgcHER/fz/evn37vwf0oqIilJaW+m3evJkAIGVlZd6EEKuy
sjKr7u5uq6ysLHtWVtb3AIiYmNhgQ0ODRG1tLZKSklBaWorXr1/D1tYWdXV1mJycpH/16hXd
q1evkJ6eju7ubkxOTtJR0z5/AnQ6QghjUlISLC0t/58B/ZeiDtTTSE9PD/r6+jA+Po7y8nJc
uHDh7wK6iYkJ/Pz8cOPGDQQHB9OyGYWFhbSor68XERUV7QdAdu3a9WloaMjJ19fXCkAkALJ2
7dqeDRs2gJOTEzdv3kRmZiays7MxPDz8LwP669ev0djYiKysLJSXl9MUu0pLS9HU1ARra+vd
AD4AIPz8/OTy5cv2Pj4+Vjo6OjGcnJwEAJk/f77L5s2b4e/vj97eXly/fh1WVlZwcnJCZ2cn
nj17hpmZGczMzGB8fBzDw8OMlAWIkXov/SuBTk1LT09PY3R0lO7jx4+orq6GsLDwvwXQqaNf
ampqRxYsWEAAEEZGxisiIiLUVKQNACIoKEgOHz5MAJCjR4/W+vn5IT8/n8vc3LwZAJk7d24r
AAsAZPfu3aSzs9Oxra0NT548oUVjYyOam5vR29uLZ8+e/T8B+qVLl9Db24v09HTk5eVpKisr
Ez09PXLnzp1SCQkJoqmpeWtgYIDlLwGdKjbz9wD99evXmJqawvv37znGxsY4JicnMTU1Rffu
3Tt8+/YN9+7d+5cAva+vD7Ozs0hNTcXt27dRUFCAjo4OhIeHQ0BAABoaGtDQ0IC6uvq/FdCp
j0WFekVFBb59+4aPHz/i3r17fxfQLSwswMXFBScnJ1y+fBk3b95EbW0tUlJScOvWLVy8eBGP
Hj2CnZ0dfH190dHRgZ6eHgwODuLVq1eYnZ1FVlYWzM3N/zeATumsjKcCPS8vz2NkZARlZWXo
6uqCl5cXhISEXgEg+/btq1JTU4OPjw8CAgJw584dTE5OwtbWFvfv38fExMSaiYmJuS9evEBC
QgKePXsGQgjd2NgY3evXr38F9NzcXHz9+nVPWFgYrK2tkZCQAF1dXRgbG4MQIvzq1asFa9as
+acA/ePHj0w/f/6k8/Ly+rNAp8bbt28xNDSE/v5+Wsrm/w/QPTw84O/vD3Nzc4iIiODgwYOQ
lZWFrKwsDh06BEFBwSIARENDYzIjIwOGhoZgYGDAtm3b/GRkZNQkJCRw6dIlNDY2IiEhAfn5
+RgaGvqXAf3ly5dob29HWloakpKSkJ6eTouampot586d+wKAKCkpTTx48OCkrq4u9PT0YG5u
DjMzM/8lS5YQPj6+ID09PRBCMD09DVNTUxrQu7u70dzcjKdPn6KpqQldXV2YnJzkm5ycZHj9
+rXEy5cvF7x+/fpfCnSqjjfFzW4OIYSxuLgYIiIi/1KgU9/rn0ZDQ8MiDw+PaAADAAgbGxtZ
s2aNSXp6On78+KHLy8tLli5dSpKSkg729vae4+HhIQDeOzg48CgrK69csGABWbp06efS0tKT
9vb2EBIS+g6AqKioFDk6OsLS0pIWly9fhqurK7q6uvD8+fO/C+i3bt2CgYEBXr58uXJ6enr9
y5cvUVxc/HcD3cjIiJoJQmBgYDkAwsHBQU6ePEkAEG5ubjIxMaH16tUrDA0N/Sao5YLfA3RV
VVW0traipKQEN2/exIMHD+YPDw8veP78Od6+fTtnYGCAcXh4GA8ePPiXAJ0K9Y8fP8LNzQ2a
mpowMjLClStXoKmpCVVVVairq/9bAv1PoV5dXU3rkv+9QJeUlIShoSE2bdoEX19f2Nvbw97e
Hunp6UhJSYG/vz8MDQ1RX18PW1tbuLu7o6WlBV1dXbT3++bNGwwODiIsLAzXrl3D69ev/7uB
Pjk5iZmZGUV+fv5xAOTUqVNvra2t4eLigtOnT0NISIhty5YtbwCQmJiY+oKCAvT39yMmJga5
ubmqhBALZ2dn5traWnz9+hWvX7+mi4iIwJ07d1j7+/st4uPj2fr6+jA8PIyZmRnU19crGhsb
W9TW1lq+fv0aJiYmO/z9/S3S0tLELC0tsXPnTsTGxsr39/czc3FxYcuWLSCE0OrIGhoacHBw
sNDV1TXU0tKi3rRLCSEW+fn5qpKSkqioqFhjaWkpCgATExPcExMTc3p6ehAeHg4AkJWVpaXW
fw/Qz507B01NTfj6+iI9PR3FxcXw9vZGcXExDAwMoKKigvXr12P58uU4f/48zM3N4evrCw8P
D/j5+cHOzg47duzAunXraPaSvLy82Lp1azUAIicnN8XLy0trRDxw4AAcHBygp6eH06dPo7Gx
ETk5OSgpKcHMzAwqKipoN21HRweePXuGkJAQyMnJITMzEyUlJb8Buo6ODjQ1NWFhYUGTt3zz
5g18fHyQl5eHR48e4datWwgICKAB/cWLF/j8+TPU1dWxevXqX1lh7tq1a9fChQsJGxsbMTEx
Cfbz88PZs2cRExODrKws5OTkwNbW9mZYWJji6OgoKyGE5ePHj7Czs6N92UdGRlBUVARjY2Oo
qakhOTl5/uzsLEtdXR2GhoaYvnz5Qvfhwwfcv3+fptH96NEjxMbGwszMDK9fv8aTJ09QUVEB
W1tbfPnyBffv34eVlRVKS0vx7ds3PH36FNLS0sjMzMTs7CyMjY3h4uKCnz9/4u3bt3jw4AHa
29vx+PFjPH/+HBMTE7h27Rp8fHxw//593L17F8XFxdizZw/Cw8N/BfTbt2+jvb0dnz9/xuTk
JC0IIUhNTUV1dTUCAgKgp6eHW7duwdDQEBMTE/Dx8UFiYiLevXuHs2fP4vz5878CekFBAbKy
spCYmIikpKRfRUVFhcGWLVuo2Q/CxsZGhISETPT19XH16lV3AERKSoo8efJk7cePH+coKip2
AiBubm63DA0NuQGQJUuWtHt7eyM2NpZDQUHhOwAiJCTU0d7ezldRUQFqFBcXo6mpCT09Pejq
6qIBvaurCx0dHSguLsapU6dgYGAAPz8/iIuL4969e7CyssKtW7egq6uLioqK5Z8/fxZJT0/H
vXv3kJaWBnt7e1RWViIqKorWPJqdnY1NmzbRurXr6+sRFBQEY2Nj/PjxA/Hx8Xjy5MkmExOT
6Xnz5hEAZP/+/SQwMNCZCm0qsKnx7NkzdHV1/QrmVKBHRERg4cKFCA0NRWhoKNzc3KCtrY3O
zk5UVFTgzJkz0NTURGVlJVJTU+Hq6gp7e3ukpKSgr68PN2/eRElJCerq6lBRUYHOzk6Mjo6i
ubkZ1dXVKCws/KcAfXBwEMPDw9DX14esrCwUFRVx/PhxaGpq0mD+7wr0X0LdzMwMDQ0NaG1t
ha2tLXx8fNDQ0ID8/HwEBwf/CuiTk5NQV1eHoKAgLl++DDc3N6SnpyM+Ph5xcXGIjY39i0Bv
bW1Fd3c3rW/g5cuX1GwbgoKC0NPTAysrq/9eoAsLC0NYWBhsbGzNAIiIiEjvsWPHICoqSuUL
G4A39PT05ODBg/WxsbEYHR1lDQoKquHk5CRiYmJEWlp6qK6uLpQQwl5bWwt3d3fY2dkVCAoK
klWrVnW1tbVdnZycXPDt2zeYmZn1L126lAgJCZEHDx5YnDhxonfdunVEWVmZxMfHvwZwn5mZ
OSMzM7N8586dNXPmzKnLyMgoooxz7JaQkGhZuXIlWbRoETlw4EDNp0+fGBITE8+Ii4sTHh4e
snfv3hOXL1++w8HB8Xn+/Pn1qamp2ZmZmUhPTz9y/fr1GgA1oqKiNX19fWI/fvzA69ev/yrQ
KyoqYGlpuVhBQUHP2Ni4xsvLK7K4uJjz9u3bSExMtFJXV6+RlpauWblyZc3ixYtrFBUVa4yM
jJzCwsJY/fz84Ovri7i4OGhqamLNmjXg5+cHPz8/BAQEsGXLlmoGBgYyd+7cnwDeAHgNoE5W
Vra6rKyMPyQkBKKiosKJiYk1kZGRpWlpady1tbVmERERNfn5+TWVlZWrCwsLUVVVte769es1
EhISNYmJia4NDQ1zsrOzaQYUWVlZm06ePJmpoKBQY25uLt7b20s7ofv7+88PCgrKj4+Pr7G1
tY2Oi4vjJITQU5tnCCEoKSkBHR0d/uRnB6U0QIqLi0NTUlJQU1ODDx8+UGfvORoaGuDr64vu
7m6UlZUx5ubmKhkaGtbo6+uXe3l5bfnw4QN7cXExDA0NoaurK66pqdkbGhpaUVlZufjJkycY
Hh5GX1/fxoSEhKI7d+7UJCYm1iQkJNTcuHEjycrKCq9evUJiYuK9iIiIzOvXr2/8+vUrc2Nj
I0xNTW1CQ0Nr2traLhYXF+PIkSMIDQ0Nqa2trdHR0Tnh7++Ply9forq6Ojk2NrYmPz8/qb29
fW1FRcXt+vr6Gl1d3ZOCgoLw9vamFxcXPxQVFVWzZ88e8eTk5IV37txBbGwsYmNjcfv2bTQ2
NlJLBbT4/Pkz0507d67Y2Ng81NXVvX/ixIkad3d3fzs7O3ZCCGJjY5d7enom19XV1Whra4vr
6+vTgJ6Xl4ecnByUl5fj0aNHv3Ho6uzs1Dp79mzXzp07XURERAgrKysxMjIyYWFhAQBbSiaN
1NXViRBCOFRUVNoBEDMzM1JTUzMEgADokJWVxfT09Cp7e/vvAIi4uDh58uSJcVFREahB1Snv
7e1FV1cXenp60NDQwFpdXW2Wnp5eEx0dHa2trY1Lly7h1q1bi3bt2iV4586dGiMjo8NpaWnQ
0NC4ra6unmRoaIh9+/btTEhIqPHx8cmws7Nbm5ycHHj9+vWasrIy29HRUfq0tDQICAhwqKqq
Or948aKgurp6nouLy3UtLa394+PjXGpqamzXr1+3bGlp+VBQUECqqqpIeXk5SU5OLsrKynJ4
/Pgxa319PahB7ft49uwZOjs7fxWTk5P0MTExnPPmzVtnZWW1JTg4GJGRkWyKioo2TU1Nu93c
3PYcP368RklJqSY7O1s6OztbZPfu3TWqqqpR/v7+81JSUm6bmZnVhIaG1gQEBNRERETUBAYG
1iUmJj6oqqpalp+fj9LS0n8q0K9cuYKjR4/+CuL/CUCnhp2dHRwdHREYGAgnJyc4OTnRNPlv
3779K6CPjY1BWVkZkpKSCA4ORkFBAWJiYnD37l3ahvr3Ap0K9cnJSbx8+RIfPnzAmTNnAAAV
FRV4+PDhfxfQqT8rV67sAED27NnTq6KigmPHjuHMmTMwNDRkO3DgwBsAhImJqY7S2GS8aNEi
QqnhRQGY5eHhIZmZmUcePHgAykI+Slk8iJ6e3m1CCAchBN7e3oaUv//R3NycoqOjYwqAXLt2
7U1qamoxAMLAwECSk5OJtrY2AUBERUVJS0vLVg8Pj2QAREBAgKxbt44AIOnp6bfS09OjqM/l
5uZm5uvrWwqALFq0iPj6+p7Jzc3ds2/fvp8ACB8fH6GjoyPc3NzjL168EH/37h1ttIPqejQ0
NITh4WFMTk7iwYMHG0+ePPkCAJkzZw4BQOTl5SdMTEygpKSUBYDQ09MT6qkBANmxYwext7c/
dPnyZVy+fBnXrl3D4cOHwcvLCyEhIQgJCUFERAT8/PzVTExMBMA3RkbGsgULFpStX7+eACDn
zp172dXVxWdlZdUEgGzYsIGYmJgcWLVqVTQdHR1Zvnw54ebm5tmzZw8uXLggsH37dgKA7N27
l0RFRcnV1NTg4cOH1Pq9KiX1SqSlpac+fPggMTo6iq9fv/Lp6Oh0UF83AHL9+vUvXV1dvNRT
cWNjI+rq6mhjjX8K9PXr15PBwcHbIyMj6O3t/aXELtObN2/oQ0JCcP36dWzfvv0uGxsbmT9/
PqGeIhsaGo4UFxfDx8cHly9ffg6ALFy4kLi5uQVevHgRmzZtAjc3dwoDAwP55fUHQKytrTPe
vHljwMzMTOjo6IiKigohhOxrb29fu3r1asLIyEgEBQW9jxw5gmPHjsXOmzePMDExkSVLlpCm
pqbjBgYGAPCRjo6OcHJykra2tp+7du0idHR0hIeH542+vj7vlStXaqjPt3z5cuLn52eRnZ39
qxNzSkoK7t69S4N8bGwsysrK+NXV1QkAsnTpUsLMzExWrVpFlJWV5aKjo+eeP39+ivq4a9eu
nbKzs9teW1tL668oKChAcXEx2tvbMTo6+qtF+cOHD/S3bt2CuLj4bg4ODjJ//nyioKBgsnDh
QjAwMNgCIEeOHCFNTU0H4+LimHfv3p0HgKiqqhJnZ2fq9es4cuQIent7OQwNDQkAsm3bNhIV
FaXt4+MDHx8fODs7Izs7G0NDQ+ju7kZXVxfGxsb4PDw8nq5atYpQ0/0qKioZurq68PT0NFm3
bh2ho6Mj/Pz8ExkZGfHUz0taWvrK3r1766mfo7+//899+/YROjo6AoCsWLFikampKQ4fPtxD
R0dHVq9e/bCystJAQkKC0NHRkaCgoCfR0dEXN27cSJiYmMiJEyfI8PAwoZYJVVRUyOTkpOLT
p0/R0dGBR48eobGxEU+ePMHTp09pJYPu7m50d3fj/fv3i2JiYgiAn4yMjCQtLS3O1ta2DQA5
ceJEta6urs3cuXMJABIdHU2ePHlCqOuJs7OztZKSUgsjIyNhZ2cnAgICZOnSpQQAERYWJlpa
WuuDgoLQ2toKQ0ND6Onp/QF0ymPb29vD2toazs7OcHR0hIODA27cuIHIyEhUVVVhYGAA79+/
x8TEBNzd3XH79m3aqfxP4+8B+qtXrzAyMoLJyUl8+vQJERERUFFRQWVlJWpqav67gF5TUwMP
Dw+Ii4s/pzS+9SoqKkJJSQlubm6IiopiO3/+/BtKV2ydkpISlJSUhgEQBQUFQzk5OZw8efIu
AHL+/PmW7u7uxeXl5fDx8aGBQlZWdqi2tpavtLQUPT09MDU1fU6B8YiRkVEbgMHc3NzFp0+f
BoDvbGxshBBC7O3tCQDi7u7+oqam5jwfHx8NmDt37qQuDsPx8fHyixcvJuzs7OTMmTNX5eTk
5JiZmQkjI2O/m5sbLCws6gEQY2NjkpGRocDMzBwLgFhYWKQRQhipTk2/TNO8fPkShJAtzs7O
E5T3kaipqamgpKREAJCNGzfq8vHx2QsKCpKYmJiP7OzsRFZW9ufevXs9N2/ePOXs7HzQzMwM
ZmZmsLOzw7FjxyAoKAhxcXGIi4tDUlISQkJC1QwMDGTOnDmT9PT0WL58OZycnAxXrVpFGBgY
SEhIiNO9e/cE5s6dS4SFhccCAwMZAKRS0vTE19eX28TEBJ6enlvl5eVpsPPz8ztJCGGbmpqC
oaEhTp06BR4engYAhJ2dnbi7u9+JiooCIWTTsWPH2jg4OEhISAihQm/z5s07161bh3Xr1oGb
mxtr167Fn/nZQV3k1NTUbh87dgza2to4evQoDh06hMLCQkRFRcHGxgb6+vrxAAgXF9e0mJiY
wvbt22sAkNOnT7fk5OQsLiwshK+vbzf19UtJSd21t7dnYmZmBoAGWVlZcunSpRkA5PDhwz94
eXmJkZERGRoaCuLg4HhLBWdFRcUhLy+vCCqA3d3djU1NTeeysrISTk5OWt1VTk5uIDQ0dNnR
o0efAiDbt28nhBBiYGBA3YC2PHr0SGfPnj3EyMiIuLq6EgDk4MGD/Y8ePdqSmZmJzMxM5OTk
ID4+Hq6urnBxcYGrqyvc3d3h5+e3VEREhAgJCZHq6moiKipKABBmZmZxGRkZzlWrVhF7e3ty
5coVAoAcO3bsY21t7Q7q41IySkhPT0dlZSXu37+Pmpoa1NTUoL29HefOncPSpUsV58yZQ5iY
mAgnJ6cJMzMzDeinT5+ufPToEQcDAwPY2NiSAJDjx48T6iYDQMfx48fx+vXrBVZWViMAyOrV
q4m2trb2yZMncfLkSezduxdhYWH4/PkzLfNACNl09OjRNhYWFuLv709WrlxJmJmZSVZW1s78
/PyVGzdu7AJALl68SPT19Qk9PT1ZunQpOXjwoJqCgoIMALJq1Sry9u1bYmpqSijP++ns2bOL
GhsbcfPmzdcAiKGhYX1xcTE/Ozt7FwCSn5//4t27d2u3bdtWBIA4OzuTHz9+EOrm9+jRoyXD
w8PLg4KCcOPGDTQ2NqK6uhqVlZWora2lWZVSSwkdHR1Mrq6uLgDIyZMnyYMHDwgjIyNZunQp
4eXl7Xr8+PFaV1fXKgA/b9++Tb58+UIo5cjX7e3t3CEhIYqUNYBMTEyQ69evEwBEU1NzKioq
ii0gIOB8fn5+vra2dr6mpmbs8PAwx4sXL9Df3/93B3VM7D8d6H8unJycYGtrCw8PDxQWFtKM
fB4/fkzbKP85mP8jQKcGJYMGQgg1c0jtz4CZmRk2bNgACQkJnDlz5j8T6IQQ/tDQ0F08PDz3
GRkZyfz583vZ2NiwePFiKCgoQENDg01MTOwNZaEof/z4MbZu3dpNT09Pjh07tqm2thZlZWXZ
AIiamhrx9vbmsrW1xenTp5vnzJlDmJmZCScnJ9HR0RELCQlBVVUVnbm5+XEGBgbCxMRE6Onp
iaOj46vbt29DU1NznYCAAKGnpyd2dnZEWFiYMDExEW1t7dMqKiqL5syZQ+jp6Ymvr29PS0tL
Ympq6u379+9zenl57dyxYwehp6cnAD4C6KWjoyMrVqyo6OrqMpCSkiIASGFhYWV7ezvmzJlj
AoBcuHDhy8+fP8X6+/sxPj6O0tJSXLx4ERYWFrCwsICnp+dePj4+wsDAQJYvX36tvb0dmZmZ
4RSQVWzfvp05KCjo9J07dwIAkKtXr5KCgoKN/Pz88xISEpgCAwMREBBA83nm4uKizv1DSEgI
27Ztq6ajoyNSUlLvrl69Oi80NBT37t3jPnToEKFsmEz279+PJUuWkH379hF1dfVZynskdnZ2
5MePHxsTExMhLy/PTa2rAiAhISEthJBNk5OT6OjoQHt7+/KtW7dS061EVVW1pKenZ3VgYCCM
jY0DV6xYQVavXk0AUE9N/H9K73379uHUqVOgbOigqakpxs3NTRgYGIiAgMDNvXv3YtmyZbTf
5+XlhYSEBIyNjbFt27ZRygZqIDk5GV5eXtFMTExEWFiYeHp6cgQGBuLcuXPt1NcnLi7+taur
iz8oKAjnzp3zcHFxuW5qauoFgJibm3+9d++eYW9vr1J8fDwkJSU//iI7E3rkyJFhAGTdunUk
OTn5ip2d3W0KTMmmTZsIOzs7Wbly5bdnz55J5+fn11HHt2JjY4mqqioBQCIjI2d6enrg4uLi
5e/vT+Tk5Ag1lR0TE3PA3d0d7u7ucHJyQnx8PC2V297ejmfPnjHW19cf6OjoMFRXV//BwcFB
mJmZCQASHx9v/PLlS8jKyjp7eXkR6ue8bds24u/vr0Rt+qHG9evXoaOjg6NHj0JZWRnKyso4
efIk5OTkcOzYMcU1a9YQJiYmsnPnThPKZbcFQJSVlcdTUlIkAICZmTkRALl8+fJ3Pz+/JgCE
hYWlRV9fH4QQDn9//1lKqY3U19cb5eTkgBp5eXm0jEFBQQG18z5QXFycCAgIEOoptrGxsZXS
fFjAzMxMVqxYQRgYGIiVldXPhoYGazExMXpGRkYOyoGBEEJIVFQUdbM/m5WVtYgQgsLCwhYA
REdH56OSktITAO8p2TvNO3fugIeHJ4B6aqZClJGRkSxcuNBLVFSUluJ+/PgxbRqjuroaJ0+e
hKSkJA4fPoxDhw5BQUEBioqK4gsWLCACAgJEQkKCrF27Ni8yMlLe2dlZXkVFBadPn14G4JuQ
kBAxMDAg8+bNI1NTU+aOjo4AsIqOjo5s3ryZEEJIZWUlYWJiIhISEocvXLiwgoeHh8yfP5/Q
09OT1atXk5GRkYt/qWnvb8Xw8DA+fPgACwsLKCgo/FcBnRqOjo5wdHREeHg4MjIyEB0djTt3
7vyfAJ0aVAOcnp4eFBcXIy8vD7GxsTA1NcXBgwehqKgIFhYWLF++HMuXL//PAfrPnz8FGhoa
ZHbt2vWAkZGRrFmzpoubmxubNm2CtLQ0Dh8+jO3bt7+inHD7CSGiwsLCXZQFTiIqKgp5eXl5
FKBHa2lp4fr169pSUlLTixYtiufn579PWYizBgYG2LKzs9HR0SGppKT0g3rC6+rqMq2trYWz
s/McAwODkAULFnxZsmTJ9MKFC99RUtJS169fZ927dy8BQCIiIrzv37+Pd+/eiT958kRCRUVl
MzXlHRUVRUpKSgg9PT2ZM2dOq62t7QoxMbFmyoJq/fPnT1y4cMGTemInhOx48eIFpqenUVxc
DC0tLRgaGsLQ0BC2trZ7t2zZQpiYmMjRo0edHj16hNDQ0JOUk0X9li1b4O7ujqCgIHsGBgai
rq5O7t+/v8vIyAh2dnawsbGBo6MjLCwsIC0tDSEhIYiKikJUVBQSEhIQFBQsBkAkJSXfZGdn
gxDC7OHhsX/r1q2EiYmJ2NraOlhbW4O6IZGQkCAdHR0zAH6YmJiMP3v2bMXIyAicnZ0FKOnC
bwsWLPg5b968rzExMcytra2or69HY2Oj7eHDh2nAOnDgAMnOzt4kISHBCeAFJYVNNm3aRBgY
GIipqalISEgIQkNDERAQgNjYWFRVVSEyMhKJiYlISEhAWVnZIg0NjRJKc9LztLS07StXrgQD
AwM2b94Mfn5+5nXr1sUVFRVpnTt3rpnyub1obm6Gt7d3NBMTE9m4cSOJjY2d39DQwMzOzt4p
Jyf3XVhY+AcAkpKSkvX161cEBwfj8OHDWLNmjScFTIQQsqGjowMNDQ1rzM3Nf0hLS5PFixeT
TZs2kWPHjhFFRUXCwsJCmpubrV1dXWso2aNJLS2t/du2bdtz4sSJjY8fP8bdu3cHKIAj3Nzc
ZNGiRQQAiY2N7W9vb99LT0/fTr1ejIyMRE5OLq+iomJZbm4u8vLykJGRgZaWFpqe+tDQEMbH
xxkfP37M7+3tDTk5ueZly5aRjRs3EgDEwMDgWXx8vCQ9PX3T3LlzCS8vLy3jdPny5YMaGhrQ
1NSkxcmTJ2FhYYGgoCB4e3vD29sbXl5eCAgIQEpKiqKwsDChlD1Mbt68ibt3795kZ2cnS5cu
JSYmJtvu3r0LGRmZNADk5s2bna6urrIAyOLFi6evXr0qHR8fj0uXLv2gZD4GCSEbqLPXnz9/
RmZmJs6ePQtTU1OYmprC1tZWVFZW9gUl20KWL19O6OnpSUVFRW95eTkOHz5cwcrKSttYiomJ
/WxoaNA7efIkAHBTS16EEHL37l3qZmbW19d38c+fP5GTk5ND/X+3b99OZGRkqI8lzMrKCi4u
rrg5c+aQBQsWEFFRUSImJkYoafzbvr6+uHXrFoulpSVzS0sLysrKUFZWhrq6Onh4eGDTpk3g
4+MDPz8/eHl5sXfvXsVVq1YRFhYWwsLCQjg5OSf9/f1lKM2cCA8PX3DmzJl31Ndz6dKlb4SQ
RQ8fPoSnp+dKAISXl5cQQkhxcTF107Z5wYIFK9nZ2QkDA8OXefPmfdHS0nr+7t07uomJCVpp
7/fGxMQECCEoKCjAqVOncPLkyf9KoF+/fh3W1tYICgqila/+Esj/WUD/pSU1tV/o/fv3NAOa
o0ePYvHixVi/fj3Wr1//nwN0MzMzODo6mnJwcBDKTTqWkpIidvv2bcjKymLPnj27Fi1a9B4A
2bRp0+uMjAzhwMBAf8qNXn/06FFXaWnpH4yMjERXV5fz3Llz59nY2Ki1LeMrV64kU1OiMTEx
tyorKzE4OAgXF5cgAMTIyOglIYRtaGgIoaGhuHTpElasWLHqxo0bAoqKinUAyKFDh0Jramrg
6urqz8LCQnbu3Pnl4MGDb9nZ2UlWVtaDuLg4J+oX79GjR6Snp4e6EHwQERFZefz48VRKJ+9H
f3//S9ra2r0AZl1dXY0JIfTUm/v58+eoqqrCgwcP8ODBA/T29vJevnx5hrLxiE1KStp/7ty5
CQA/9fT03N3c3NDQ0LAwNjY2nYGBgaxfv55ERERsiYuLg4eHB7y9vREcHAxra2soKSnh9OnT
tMVaR0eHi5OTsx0AmTdv3tCBAwdcsrKyXm3evHmaemobGxs7UV9fL7F8+XLCzMxMSkpKQqqq
qvzp6OiIhIRERH5+PmdmZuZtDQ2Nt/PmzSOurq5WnJycLwD8VFVVLXj27BlHRkaG8MaNG/M2
btxIfv78WS4mJjZDmT0+vHPnzkPU+nxbWxvZtGkTAUBycnKq/vQ+GRgYgJOTE65duwY7Ozs4
ODjg+vXr8hs2bCCUuu34unXrDrGxse3n4OAw4eTkfAuAhIaG+uvo6FhSwDUWGhq6/9KlS9UU
yDS3trYaeXh4vAJArKys/KytrSsBEB4eHlJQUCCSmZmJtLS0JfLy8gUUMJPh4eE1ZWVlSE1N
Zd2/f/93bW1tQi05BAUFESsrKwKA9PT0hOTn5/tS7qHx6urqLW5ublw3btxYWVRUBCcnp15q
Q9gvSzyFhYVtbW1tNynlCzI5OUko12yotrZ2UV9fH6hBFcahyvNSRnPWA7ihrKz8YXx8nFRW
VhIAREZGhpiZmREAJDExkWRnZxMAZOvWrSQwMFDQy8sLHh4etPDx8YGFhQXOnTsHfX19XLx4
kRYWFhZKmzdvpgLtys2bN0EI0ZSQkCCU79VZQoiOuLj4J1ZWVhITE3PZ399/2fr16wcp34Vs
BQWFvQsXLvwB4KeVlZVdeHg4AgICEBwcDG9vb1oNWF9fH/r6+rh27doFVlZWwszMTJ4/f07E
xMQIAFJTU/O8oaEBx48fLwBAvLy8ZrS0tJ5Ryhuv379/zxobGytPHTMjhJCAgABCSXl/CAkJ
wdTUFB4/fmxN3eAQQsjFixcJAJKammpfW1uLNWvW+LCxsZHFixeT1tZWcubMGQKArFy50svG
xgaXLl0aVlJSevXo0SOpuro63Lt3D0+ePEFxcTHk5OQgJyeHQ4cOQVFREfv27ROllDtIZmYm
oVwTkpGRsbqgoACPHz+mt7Gx0WFgYCCMjIwkJibGtauri4EQgqamJk3qd5QQQssWyMrKelhZ
WbEtX7581Zw5c1ZxcXGtunHjxtKZmRmMjY39xn3sbwUhBKWlpTh48OCf7Wz/bwK6nZ0dbt26
haSkpL8J838m0P+cMuLs7Cy6u7vR0tJCU8b8jzJnkZaWjqTurHfs2EH6+/v1nz59CkdHRxgZ
GVWsXLmSMDIyEiEhIRIfH38tMjISenp6WdQ69pIlSwgXF5ecra0t7OzsIlesWEGUlZVfV1ZW
Cubk5KgJCQkRSqdts42NDQ4dOrTcwMDgCSMjI+nq6joxMzOD9+/fIyoqClpaWti3bx88PT3l
qCdTY2Nj0tvbu3p0dJRLVlb2+vbt24mYmBhRVlbuqqmp2ZSYmOjFwMBA2NnZiY+PT62WltYL
RkZGsnbtWlJdXe328eNHcSMjo2+/bP5SU1Nrzc/Px9OnT3+jflZZWYnq6mq0tLTAx8eHb9my
ZW+pTS+UWurX5ORk5OXl4cGDB0d+cZIgZWVlnoQQmrTit2/f0NTUBBMTE9jZ2dHCw8PDgQpD
ahr9l011165d0//48SNu3bo1TG0WO3To0A1mZmYXyuZqIi4uToeatdi9e3dhUFDQmrNnz36l
ppzNzMzM5eTkBujo6Mi2bdsu9/f3w9DQsJ4C8cGgoCA9fn5+wsTERJYtW0Z7HXJycmRiYuLG
6OjoXKp05OTkJFpaWlBSUkKrTzY0NKClpUXv6NGjtPQnCwsLtdGJWFtbv37y5AlPcXHxHAUF
BVrjEDs7O2FlZW0rKSlZ7evrO04ZwZo4d+4cj6mp6alf9F402tjYIDk5WUlaWppQewAePXp0
e2RkBF5eXo6Umvukubl5Mhsb24/IyMg46sZEVFTUxMfHB1u3bqW9r7179xJ9ff3Hp06dAi8v
73vqQn7v3j2yY8cOaibklb6+/pl58+aRQ4cOkQMHDlBr4MTGxqa4r69Ps62tDe3t7WhqaoK/
vz/c3d1x8+ZN3Lp1C1ZWVt+p7+HAgQNEVFSU0NHREWdn55Bbt255U6+DpKQkoaenJ8zMzCQ7
O7vo06dPzL9siPry5QucnZ2xbNkyCAoK/ipERUWPzZ8/nzAxMRF1dXXnmJgYTE9Pw93d/QIb
GxtZsWIF7YR76NChno6Oji11dXW4deuWzYoVKwhFXIZ6nb76+vrC0dER9vb2sLW1hZOTEwID
A3Hr1i2EhIQgJCQEycnJatu2bSNsbGzk2LFjtGYwCwuLjsePH+8VFxf/TMnYDIWGhirx8vIS
NjY2Ul5e3u3v7/+V2tiorKxMuLm5qWvHt7i4uMtBQUFQUFD4RN1gNTQ0EH5+fkIp9ZHu7m7p
vXv3jlOyCaStrY1wcXERyqk/RFlZGdTShre3d19ycjKioqJoo4bV1dWorq5GVVUVurq62Fxd
XWupUxoNDQ0ZZ8+efQaAuLq65gYEBEBSUhKhoaEyjIyMRFRUdLSurm5DU1MTvnz5smjPnj20
psC8vDza/bFu3ToiLCy8loWFBfPmzcPq1athbW1N69z+PRCnOq0RQpCXl0ctr9AEZP4A+v8t
0KnXaWpqCh8+fMD79+9pJ/f/CKDfvXsXubm56/38/AKYmJi2ycnJcX/48AHj4+MoLCxEbGws
x9atW3lYWVl5FBUVeSorK5d7eXnB398fly9f5lm4cCGPlJQUNzc3N0xMTODl5QUpKSkeHx+f
lenp6SgqKoKamhrP3Llzefz9/eUvX76csWHDhjeUZpbXnz59Yurs7MTg4CBiY2Ohra0NTU1N
XLp0ae7WrVt5APA4OjryfPz4cW5rayuUlJRw9epVHm9vb574+Ph5OTk5SEpKAjMzM8/y5ct5
MjMzWU1NTZexsrLySEpK8kxOTs6fnp5GRUUF97p16/YICgreMDAw0BgfH99z7949ZGdnIzc3
F6WlpcjNzcWDBw/w9OlTmhratWvXcOLECeHY2NhGYWHhRkdHx8aHDx+qJiQk0KempqKjo4Mj
OTm50cjIqNHe3r6xqalJeXx8nFYDe/fuHbq7u3Hjxg34+vr+MhbJyMhINzY2mm7dupVn48aN
Z5ubm2tZWVkFVFRUeLy9vfHq1SucPn16rYKCglx7e3u2iIjIZgDLAPCsWrWKW09Pb76bm9tN
a2vrhzIyMsjNzUVVVZW+hYVFo4ODQ2NlZeXeoKCgY/7+/o3d3d1sKSkpsLKyErG1tW2sqqpS
m52dXZCVlRVkaWnZ6Orq2rhy5UoeERERh/j4+KaRkRGZ0dFRZupiMDw8jKmpKXz9+hWfPn3C
p0+fqM5zdD4+PjwWFhbKzs7OjR4eHo2nTp2K4uTk5BkfH99JaUBZ6+HhwXPs2LE4XV3dxmPH
jt1jY2NbQVEUU3Z0dGzk4uISvnLlCpqamuZ4e3s3GhkZNXp5eblHRETAysqK3cnJydPOzq7R
ycmpsbe3V625uRnR0dEHHR0dG8+dO3fsxIkTCA0NFSkuLoa6unqgoaHhfQCL5OXlcefOnUsn
TpxoBNC4ZcuWWnl5+c27d+8GNzd31oIFCxolJSVv29vbG27atKmRnZ290cDAoNTW1na+lJSU
GxsbW6OoqGijv79/Iz8/f6Otra1+T0/Ptl9q2hcUFNBqziUlJSgoKCgXERG5cejQIa9169Y1
CwsLNysoKIRduHABY2Njc3V1dR8zMDC0SEhINCYkJDRu27atMTs7O/7z588Mv6yfUp2rzp07
h927d+PQoUO0UFRUnLtp0ybfnTt3Nk5MTLhTHP3o7t+/j6NHj+pv27btO4CuPXv21Lq6uq7+
+vUr48TExLyurq6lEhISMtu3b//GzMw8qaqq2picnKxqb29P7+DgAEdHR1hbWyM0NBS1tbW/
ashrbGycl5WVFbxo0aLGFStWNObm5jYqKSk1SktL37lz5w7XqVOnUpctW9YoISFRGhkZOd/U
1NQNQKOvr69TXFxcJnXSAgA5c+YMCQwMJLy8vERcXJxoamqqCAsL3161alWjkJDQ7fT0dMND
hw41zpkzp/Hw4cN3EhIS1Pbv3/8cQKOSklJVdXX1eWlp6VoWFpbG8+fP63Z3d1+nZAZ/enp6
3k5ISEBERARu376NO3fuID8/nxa1tbXzvb29O9euXdtoaWlZ//r167k5OTkb9u/f3xgQEPAw
MjJy2aFDh3Y6OzvnAfh59+5d39bWVkxMTGB2dpZVU1MzbevWrY329vYlFy9e5PH39w92dnZu
5Ofn1wHACACLFi36h4BOPZmXlZVBTk6OJu3612D+B9D/eUD/S/EfA3RfX1/ExsYiLS0NLCws
2LdvH8bHxzEyMoLk5GQEBwdj8+bNYGFhgby8PEpKSuDr64sbN27g7NmzmD9/PkRFRbF+/Xpc
vXoV7u7u2LVrFxwcHJCRkUHbZXJxcaG1tZVz3759H6n1p+Li4qv5+fnIzMykqWNRvXavXLmC
7du3AwCsrKzw7t07PHv2DIcPH4aOjg5sbGwQGBiIgoICJCYmgomJCUuWLEFycjKuXLkCFhYW
iIiIYHBwEBMTE0hMTAQ3NzcOHDgADw8PmkZ4cXExampq0NDQAHV1dezevRtBQUF49OgROjo6
cO3aNairq6O5uRknT55ESkoKWlpaYGNjAxMTE+bS0tLDFRUVCAoKQnx8PLq7u/Hq1SuayMiL
Fy8QFRUFR0dHuLi4wMfHB66urrhx4wYOHjwIQgh27doFQUFBEELAzs6OgwcPwtXVFaOjo9DS
0qIZLYiJidGazlavXk0VGoGnpycEBQURHh4OyikMsbGxIISgs7MThYWF+Pr1K9LS0mBjY4Oo
qChMTU3h1atXqKysRHh4OHJzc8HBwYH9+/ejqakJw8PDtPlNqsb36Ojor9yTxsfH8f37d1ha
WiIkJASxsbGIiYlBYmIiREREUF9fT0tDm5iYQEdHB15eXvDy8oKWlhbExcVp7nNLly6FoaEh
RkdHkZeXB09PT1RVVaG4uBiWlpY0p7r09HSMjY2hvr4eCQkJSEhIwKVLl3Dw4EEUFxejubkZ
5ubm8PT0BAAcPXoUycnJMDQ0BADIy8tDSUkJ6urq2LdvH5YuXQoFBQUEBgZi586dmD9/PmJi
YnDnzh3s378fvLy80NbWRlFREaSkpHD9+nV0dXXh6dOn6O3tRV9f36+mI6ip9wMHDmD//v24
e/cu0tPTIScnBw0NDdp37tq1a7hw4QKePHkCKSkpVFZW4vPnz7SaHlU//MuXLzh//jyEhYVx
4MABWsjJyYGXlxeysrK0z+PTp09obm7GsWPHUFZWJsXOzs4oJycHX19ffP36lW5gYAA1NTVY
t24doqOjJQ8cOLBFU1MT2dnZuHr1Km7cuAE3NzdcuXIFFy5cwP3792niGyUlJSgqKkJ9fT04
ODggKSmJkZER6Orq0rwGLl68iNWrV+PMmTPw8/PD5cuXMW/ePCgrK+Py5cubJSUlyS/G9Yi3
tzehZpg2btxodfr0aVrvTn19PTQ0NDB37lwYGRkhNzcXMjIyAABVVVW0tbVBVVUV7OzscHR0
REtLS/vy5cuJuro6efLkybyHDx/iwYMHtC73XwK9pqYGgYGB2Lx5MyIjI/H161ekp6fj3Llz
sLOzg6ioqCW1SXTPnj2krq5uHnWDPzs7C1NTU4iIiCAxMRE2NjZISUlBYmIi9u/fDwCgo6PD
woUL/y6gj46O0r4rBQUFkJeXx7Fjx/5qmv3vBfovNenHxsbw9etXuqamJlRVVf0B9P8moMfE
xCAmJgbMzMz/J0CXkpKCi4sLJicnUVRUZA9AXV1dfWd9fT2tozY1NRUxMTE0KVVTU1Pw8fEB
ALy8vEAIQVtbG06cOIEzZ87A2toacXFxKC8vR3JyMgCAgYEBaWlptMV7zZo1GBgYACEE8fHx
WLlyJWRkZGBnZ4d3796hqKgIJSUlqKyshIaGBqhqbVJSUqivr8eDBw9gYGCAEydOoKqqCoqK
ioiJiQFVptXa2rryyJEjZM+ePTRQtre34+PHj3j69Clu3bqFtLQ0qKmpwc7ODmFhYXB2dkZA
QAC8vb0hIiKCyclJCAsLg5+fH58+fQI7OztkZWXh5eWFyclJqKioQEFBgQZ0JSUl2kx7R0cH
ZmdnERYWhhMnTiA1NRUVFRW01O/MzAzq6uqQkpKC8fFxZGRkwNraGv7+/hgeHsa3b99QUlIC
Hx8fJCQkYO7cuRATE8ODBw8wNDSET58+YXp6Gunp6dDW1sazZ89oAjxUoBNCcPHiRbi4uCA9
PZ2m5KSkpAQeHh68f/+eZ2hoiIWquFVdXQ0TExMEBQVtOHToEE9SUtJSX19fFBcX00of8fHx
cHR0RG5uLnJycmBlZYWgoCAEBgYiOjoaHz58QHd3N6Kjo3Hr1i3o6enh8OHDSEtLw6NHj2Bs
bAwHBwcAgJKSEmJjY3HhwgUAwP79+6GkpIRTp05hz549WLx4MeTl5REQEAAhISHMmzcPwcHB
uH37NqSlpbF582aoqakhJSUF4uLisLOzw9u3b9HX14eioiJUVVXh5cuX6OnpwfPnz2nCRNLS
0pCUlER4eDji4uIgJSUFAwMD/Pz5E87OzjA1NYWWlhYqKyshLi6OwsJCmo1vd3c3BgcH8eLF
C4yNjcHAwAD8/PyQk5OjAV1eXh48PDzYu3cvzYnv06dPaGhogIKCArKzs8HOzk4tX+Hz5894
8eIFampqsHTpUgQFBWHfvn1QVlZGamoq7O3tYWVlBTMzM/j5+UFFRQWXL1+GmZkZkpKSkJub
i4qKCpSXl2PlypUQExPD06dPcfr0aRw7dgzR0dE4e/YsODg4cPLkSbi5ucHIyAgrVqzAli1b
sGnTJl4uLi7CwcFBFi9e/HHp0qW0Eo+0tPR0RkaG6o0bN7By5UpISkri/v37UFFRATs7O/T0
9JCTk0MD+qlTp9Dc3Izjx4+DhYUFDg4OaG9v3+zk5LR7cnJSfGBggPGXcrXt7e3Iy8ujAf3+
/fvw9/cHNzc3TRkxNTUVmpqa4OfnBycnpxqA7k2bNnXl5uZeKioqYoyJiUF+fj4+fvwIIyMj
7NixA2FhYbCxsUFsbCzCwsIgJSX1DwP97du3NBGnv+dk/peAbmRkBELIgi9fvuDr16/48eMH
7b4dHBxEb28v1QaZZ2RkhOfmzZtwcHCgAd3Hxwf+/v7Izc1ldnV15fHy8mI+fPjwH0D/A+h5
2L17N5KTk/H161f09vYCAA4fPox79+4hLy8PERERsLa2xq5du6Cvrw81NTUaYMXFxXHixAm4
u7vD398foqKiMDU1haOjI86fP087FUpLS2Pv3r2Ijo6GpaUlDaKfPn1CeXk5UlJSICUlRbv5
njx5AhUVFTQ3N9NOc9LS0pgzZw5OnDiBzMxMODg44MCBAzAzM8O9e/dw8uRJmpiIqakpHBwc
HI4ePXpTUlISp0+fRnh4OF69eoXp6Wns2bMH2traSE1Nhbq6OlJSUtDa2oozZ86gvLwc169f
h5mZGQghoGrWE0LAwsJC29D09vbCysoKV69exfj4OMzNzaGrq4uLFy9i+/btaGpq2vj161eF
8fFxvHnzBhMTE6ipqYGdnR2CgoLw+fNn1NfXIyUlBRMTE0hPT4e5uTkCAgLQ3t6OuLg4ZGdn
0zYe+/btw/Hjx1FTU4Nv375haGgI8vLyUFZWxv79+9HW1obXr19jeHgYb968weTkJL58+YLY
2FgUFxdjdnYWra2tUFVVvcPFxZUCwNrOzo5UVVXxjY6OUnXPVyorK1sICAiQ1atXk0uXLvVH
RESsm56exrdv3/D8+XOEh4fj2rVryMvLQ3Z2Nq5cuUJrMExNTUVNTQ3CwsJoKlPnzp2DpKQk
0tPT0d/fD3Nzc1hYWNBkdOPj43H27FkAgKSkJA4dOoTjx49DUlKSBvTAwEAICAjQPMSjoqIg
ISEBbm5unDp1ComJiRAXF4e3tzfy8/ORkJCAEydOQFxcHGlpaXj//j2eP39Oc3qiAj0sLAx3
796FpKQktm3bhu/fv+PWrVuwtLSElpYWSktLsW3bNrS2tuLly5ewsLCAra0tenp6aEpW1dXV
OHPmDHbt2gVpaWlIS0tDVlYWq1atgoyMDD59+kSr8zU2NkJKSgq5ublgYmKCuLg4XF1dQe3r
qKurw759+xAZGQkJCQnahsfLywtHjhyBtLQ0KisroaenB3V1dRw4cAAAcPfuXYyOjuLBgwdY
vHgxBAQEMDw8jDNnzuDo0aNIT0+Hjo4OmJiYcO7cOeTl5UFLSwsAICEhAXFxcYSEhBxLS0tz
1NDQEO3s7AzKy8sLKioqanz69Onhe/fuISgoCMuXL/+7gM7Kygo7OzvU19fDz88P79+/R3Nz
M9rb26ljhGhubv5dQFdXV8eSJUuwa9cuAICYmBiKiopoMrylpaX/J0B//fo1fv78iYqKCigo
KNAOLVpaWr871NXVYWhoyKKkpGQEwEhMTOxOXl5eVWpqKl1ycjKt7NDQ0IB79+4hMzOT7tCh
Q1f2798/ZWFhQYyNjW8GBwejvb0dY2NjiI2NhaGhofrJkyfv7927lxw9erRGW1ubdWBgAJ2d
naisrMTbt2/nBwUFGe3atcvI3d1d2djYGO7u7n8A/b8d6Hv27EFERAQ+fvyI5uZmGtBLS0vx
5MkThIWFwczMDDt27MDly5eRl5eHxsZGJCYmIj09nXb6NjY2hqurKwoLC+Hg4ICFCxfC0dER
ISEhuHPnDmJiYuDh4UHbSVOU6bB8+XI0NjZCRUUFmpqatMWHm5sbvb298PT0BAsLC2RkZMDK
yoqTJ08iKysLdnZ2OH78ODw8PJCTkwMuLi4YGBjg7t27sLCwgIODAzQ0NHD48GFoa2sjIyMD
ZWVluHjxInbs2IGrV68iMzMTGhoaSE9PR0tLC86ePYuysjJcu3YNvr6+CA8PR2ZmJk6cOIGW
lhawsLBAW1sbGhoaiIyMRG5uLk0G1NzcHPr6+kxGRkartmzZssrc3Fy8q6tLnCqTqqKiglOn
TqG7uxsFBQV49eoVGhsbkZycjPHxcWRlZcHe3h6ZmZkoLCyEgIAAdWMCJycnmJqawtjYGEFB
QXBxcYGlpSUAwMDAAKdOnaIplw0MDNBOhdQO79HRUVDU4q5T1eCoUV5eHtfX14fs7OwlAQEB
L6iWsdSxrXPnzr0dGxtb8vnzZ7x//5527yUmJiI3NxclJSV48OABXF1dYW5ujsuXL0NBQQFP
nz5FfX09tLS0EBMTg6SkJOzatQtSUlIoLy9HWloarl27Bi8vL1y/fh2XL1/GlStXaHrYIiIi
WLZsGQ4ePIjr169j/fr1WLJkCW7fvo2goCAoKytDQkICRkZGqK6uxvbt2xEREQEdHR3o6+vD
wMAAYmJiEBUVRVpaGm2z86cndBcXF9y6dQvCwsIQFBSEkJAQTExMoKenh0ePHkFJSQn37t2D
pqYmAMDY2BgvX75ERUUFqqur0dnZiaSkpF+NVOrr68PT0xO8vLxQUVGhidAMDg4iJiYGRUVF
kJaWhoGBAeLi4mBkZAQnJyeaOYaDgwOMjY1pdraurq44evQo9u3bh7KyMpw/fx46OjpQVFQE
AOTl5aGjowOenp44cuQIzMzMcO7cOVrGICQkBDdv3qRtVPv7+xEREQGKAQy2bNmC4OBgpKWl
QV1dHR0dHUhPT8fo6CjzixcvkJmZCV9fX6xYseIfAvqjR4/g7u6OsbExtLa2/sNAX7NmDYSE
hAAAwsLCyM7ORk5Ozv8Z0F+/fg1CCK30cvToUaiqqkJFReXvCi0tLRw9erTkl9+9ZcuWkd27
dzOuX78ehw8fRn19PTo6OtDZ2Tnf3t6+gJ2dnfa7zMzMJDg42HNmZoaJEMKQmppqSxkZpoW6
uvqDmZmZRdPT0+ju7j509uzZ3m3btpHFixcTLi4uYmRkdNnX15eZek/9PWFlZUVtvPwD6P9J
QG9tbQUA7Ny5k6qrjMjISFy9ehU7d+6Erq4uWltbafXf6OhoMDMzg5OTE+bm5qioqMC9e/dg
bW2NdevWwc3NDaGhofD09ERYWBg8PT1x//59Wrry5MmTYGNjw7NnzyAkJITVq1ejpqYG586d
g5CQELq7u3Hz5k2wsrL+BugODg44duwYnJ2dkZqaChYWFhw5cgTl5eXw9vbGtWvXoKKigkOH
DkFTUxNhYWE4ffo09uzZA1lZWZiamtKAnpaWhubmZpw9exalpaW4fv06DAwMcPr0aRBCaN3v
q1atgqamJnR1dREYGIicnBwUFxfj+fPn8PLyUtm5c+cDERGR74sXLyY8PDxPpKSksHPnTlhY
WICNjQ18fHw0W9zQ0FAkJyejuLgYPT09uHfvHmpqatDU1ITs7GwcOHAA586dw+XLl2FsbExz
/nJxccGBAwdgZGSEefPmQV9f/1dAp87tp6Wl4fz586Aq4llYWMDKyqpk0aJFRFFRkZiYmBAR
EZHnLS0tohkZGVBWVmZjZmYmc+bM+REQEHC2pKREhZeXdxYAqa2tdZ+dncXQ0BAmJycxNDRE
tZlFf38/enp64ODgAFVVVZiZmUFLSwsPHz7E7OwsiouL0dHRgZiYGADApk2b0NPTA8qIETw8
PODk5ITk5GTY2toiJycHGRkZ4Obmppn1JCcn4/bt2wgODoaMjAxkZGQQEBAAGRkZWFhYoLa2
FtLS0rh79y6MjY2pmyscOHAAkpKS2Lt3L+rq6jA1NYXBwUEICQlh69at8PLyQk5ODnp6eqCh
oUHrgWBiYoKmpiZmZmbw7t07nD9/HpycnAAAU1NTDA8P06QpHz9+jISEBFhYWNBEOKysrFBe
Xg5OTk7MmzcP4eHh0NfXR2ZmJrq6umBmZoYDBw4gOjoaJSUlWL9+PRQVFWklD2NjY1qjppmZ
GTw9PaGoqAgZGRmUlpb+BuiFhYVoamrC5s2bceTIEdy+fRucnJzQ0tKi+dyHhISgoqICJiYm
qK6uxuzsLAghSElJwZo1a+Dm5oaUlBSoqamhra0NaWlp6O3txfPnz5GVlfU/CfR3795hamoK
ysrKoKenBycnJ1avXv13x4YNG7B69epxVlZW2oz+5cuXM21tbemNjIwQFBSE6upq5OTkoKqq
ynvFihWEnp6e6OvrH4yNjU0DQLZs2UKioqK2lZaWrqNOpdja2tYYGhpKL168+MPChQtJVVVV
YE5ODq5cufKZMnIZn5CQcI8yeUO8vb03hISE/GkD8F8NPz8/3Lx5E2FhYUhMTPwD6P9soL99
+xZfv35FSUkJAgIC/iGgOzo6Ii0tDenp6eDh4UFgYCA+f/6MiooKSElJoaioiOZBHh4eDjMz
M+zcuRMXL15EXV0d3r9/j7q6OkRGRoKFhYUG9IyMDJSXl8PGxuZXQKfWjW/evImKigqawb2u
ri6WLl2K9vZ2CAsLY968eSgvL4eenh527Njxu4Genp6OBQsW4MSJE6B2x3t6ekJdXR0nTpyA
jo4OTExMcOrUKdpJ568B3dHREaamprh8+TIIIbh27Rrs7e3BwcFBnVNHaGgoUlNTUVRUhIyM
DEfqWBU7O/vXFStWjB88eFDz8OHD2LVrFwwNDcHFxYXdu3fj+/fvyMvLw82bN+Hl5YXY2FhU
V1fTjCuePHmCnJwcHDhwABcvXqQBWVtbGxRdbqipqcHMzAxz5879s0AfHR1FbW0tQkNDERUV
hejoaGRlZTGJiIhkioqKEh8fnzv29vZnLC0t2WRkZBAXF4fg4GBviv/7Oz09PSgrK2PTpk0D
FBGSgSNHjtAsZsXExHD9+nUMDQ2htbUVT58+hZOTE86ePUtLV9fV1WFmZgY1NTWor69HTEwM
6Onpf5XCfvLkCby9vWFtbY1bt27RrFVHRkZQUFCAo0eP4saNG/j58ycIIaioqAAbGxt4eHgQ
GhqKvXv34urVq7h37x5kZWWRmJj4K6Dv378fcnJy2L9/P3JycvDy5Us0Nzfjxo0biI+PR0FB
AYaGhvD27VscPnz4V+p7qqqqeP/+Pb59+4Zz585h48aNfxboT548QVxcHC5fvgxra2tYW1vD
zMwM6enpWL9+PTZu3Eh7XQkJCWhsbIShoSEkJCQQHh6OgoICiImJ4cyZM7h37x5MTExw9epV
2Nvbw8PDA9euXYOHh8dfBXpBQQGePn0KHh4e7Nu3D35+fhAUFMSFCxegpKQEJycnBAQEIDU1
lQb06elp2mIYGRkJT09PhIeHQ05ODp2dnf/zQH/16hV+/PiB1tZWuLq6IiIiAmFhYX93REZG
IiIignXVqlUfFixYUKyqqnqmoqLiTHh4OOzs7ODu7k77TklJSUFMTMyVMmnw6evXr4x9fX1K
a9asoaohSuzYsWMxZb6fJCUlaYyMjMDCwoIqYuSup6eHBQsW/GRgYCD79++nmqkMUQSqUgsK
Cn4XlH8ZVB+E3/v7fwD9L4SrqytCQ0MRGxtL8wqnyDDCzc0Nubm54OPjAysrKxQVFVFVVYXA
wEC4uLj8VaDb2dkhLy8P9+/fh6GhIbKysvDmzRs8ffoU/f39mJ2dRX9/P4aHh5GSkiLq4uKi
ICYmBl1dXdpC3djYiOzs7L1MTEwKXFxcCo6OjstTUlLw4MGDhV5eXgobN27c5OzsjPDwcPqo
qCiF5ORkITc3N9TU1ODHjx8KhBDp8+fPY+nSpXj37p3C7t272RcsWIDa2lr+q1evKoiJiSn0
9PTA09MTdHR0OHjw4Ko5c+YoaGpqKlRUVKz19vbepampqRAUFKRQU1OjsGjRIgUNDQ2FxsbG
FeXl5SgtLUVFRQV8fHygp6cHCwsLqKur4+jRozhw4ACcnJwUamtrFc6ePYuUlBQ0NTXh3Llz
aG1tFQoICFC4fv36XlNTUxBCYGlpCWdnZ6xYsQL6+vqcV65cQVRUFC5evIirV6+uXr169Qgd
HR1JS0sjg4ODT11dXVfn5ubi7du3cHBwwMWLF7FmzRrs379/MSGEg2rxGhISAj8/P1RVVaG5
uRkNDQ1oa2tDYWHhrqNHjypYWFgoODg4KDg6OioYGRkpXL16VSEgIGDBqVOnYGlpCTY2Nlha
Wm7Q1NREb28vxsfH9wwNDWFgYACTk5Po6+tDU1MT2traMDU1pUzVDgDwCkDj3r17Pfj4+ODl
5YXz5893Ueb4p06fPs0qISEBERGRYcrvP/lTudnc3Fz09vbSgO7t7b3H2NhYwc3NTeHSpUsK
3d3d+wkhdFSgx8fHg56eHtu3b0dHRwdevnyJhoYG+Pn5wd7eHuHh4bCwsEBKSgra29sxPj6O
lJQUFBQU0Eby8vLysGzZMmzfvh3BwcGQkJCAs7Pzpt7e3oMUG1YWOzu7VS4uLssuX75MA7q8
vDzy8/PR0tKCx48fo7OzEy9evEB7ezvq6+sxOjoKBQUF2oIPABoaGnj//j1mZ2eho6MDHh4e
AIC5uTlevXqFioqKvwj0q1evIisrCxs2bMCmTZuQkpKCK1euICEhAY8fP4apqSn27NmDsLAw
FBYWQlxcHNra2qiqqoK9vf0uZ2dnBXd3dwE/Pz8WDw8PhYiICIWTJ08y79mzByUlJTAyMqK7
evXqauprbmpqwvj4ODdlUoTp7t27CsLCwjhz5gwUFBTg4+MzLz4+XqG6ulrB0dGRraWlhX18
fJzWXf3+/XsMDAwgPT0dDg4OaGho+J8H+tTUFFpaWhAWFoa0tDT8Usv/74nc3FxkZmb6L1my
hACYXLp0aaOurm6DpaXlGR8fH3h6esLf3x+1tbXo7u5efOzYsWyKeqcbIYRuenr6tKCg4CAA
4uTk1Hnz5k0PAGTnzp1fBwcHD3758mWek5MTVRsiqba2Np6Zmfnn3Llzv+/atWuNqqoqpKSk
mimaEDOqqqo0iei/FceOHYO0tDS0tLSQmZn5DwG9vb0d3t7enG5ubmhra/vfBnp+fj4ePnyI
yMhIKCoqQkFBAVevXqWlIw8ePIgFCxaAgYEBAgICiI6Oho2NDdzd3XH+/Pk/C3QRERFcu3YN
HR0dtOf58eMHZmZm8OnTJ3z//h0fPnyg1rmPa2hoEH5+fsLNzZ1ua2vLQE25V1VV6crKyhI2
NjayaNEiIi8v39/U1CQeFRVVvX37djJ37twZHx8fUUdHxwgREREiKytLIiMjj6WmpnqfPHmS
mJqaEiMjozMsLCwGqqqqZNGiRa3s7OxwdXW9u337drJs2TLy+vXr+OjoaKxfvx6cnJzaVL1p
bW3tq1u3bn2xfPlyIioqSpMT5ePjI7q6umc1NDSgpaWF06dPQ19fH6amprCwsICGhgZOnTol
zc/Pn7Z161aioKBAZGVl7YuKivD06VPo6ekpHz9+nGzcuJHw8fERfX19wx8/fsDGxgbXr1+/
sHHjxpRVq1Z9FhMTq01NTVV+8OABPDw8zKlqe0ePHiX79u0j+vr6D54/f278/ft3eHp64tKl
Swe3bt2aMHfu3AlDQ8OXWVlZlyMiIuh8fX1p8q0JCQmIjY1FamoqgoKChtauXUt4eXmJoKAg
4ePjI9zc3ISPj49oaGhs09fXh4mJybXFixenc3JyfpOSksqrrq7e393dfZCaAu/t7UVLSwvq
6+vx6NEj9Pf3a2hoaJBdu3b9VFNTo9Xezp49G5mWlkbHzc1dSREemb5y5QqrgYEBDh8+PEyR
0m1ycXGho9bUXF1dqV24VEielpKSIps2bSLbtm0jmzZtIgYGBsTFxYUhKSkJg4ODAtHR0VEA
orZu3RrV2dlp8+7dO7pHjx6BYtBzNSQkJMrS0lIkLS2NWkvEnTt3kJWVhYmJiV8Bfdu2bQgI
CKA/cuTIHX5+/hk5OTly4MCBg/b29u58fHwj27dvH5CWlrYXFhaGiIgIZGVlUVhYiObmZtTV
1eHJkydobGykxevXr3H06NELFHfCKABRampqUZ8/f+aanZ3FpUuXmNevXx8KIMrExCRqbGxM
pKmpCS0tLejt7UVGRgYsLS1pTUT29vbIysq6sGbNmihOTs6opKQkRzMzM4aEhATU1tYKGhsb
R4mJiUX5+fltKCsrWyEmJhZ19uzZ83V1dSeEhIQIPz8/2b9//w9VVdUmXl5eIioqSjZu3Nin
pKSEsrIyBVFR0YebN29+rampeQPAvgMHDtzT09ObkpKSkhYQEMgVFRUlGzZsKL18+bLkxYsX
oaCg0LF+/XoiLCxMBAUF6728vDgJIUzDw8PiVKiPjY1hdnYWr1+/Rm5u7t8F9Ly8PFqzmoKC
AlpaWnDkyBFal/t/ItAJIfDx8QE3NzekpKT+f8WePXvi5s6dS7i4uKgumGTNmjUkICBAx83N
DcnJyRgaGsLnz58PUl0sXV1d3QgheP/+/Z49e/aMUFLsJDg4mFD0/b98/fpV+MePH4ttbGw+
UwxqSGJiIlVI6vuOHTtW2dnZQV1dvQMAWbBgQe/y5cuxdOnS3xULFy7E4sWLYWpqisTERERE
RPyuiIuLg5eXF7elpWVURERE7fbt299ERESY9/b24tmzZ/+7QG9vb8fbt28RFhYGLy8vUHSX
ISAg8Bt7LQ4ODty4cQPXrl1DaGgoTcB+586dYGZmhrGxMTw9PSEhIQEDAwPY29sjMjISwcHB
fzZCQkIQHR29fsOGDc+pKmCqqqo+cXFxGB8fl9HQ0CBUpyhqA1VQUNBjIyMjTyosGhoaBuPi
4qhNIF9bW1svhIaGRlGMRr4kJCQcU1NT0wJA9X1mbmlp0Zo3b94sAwMDSUpKIhcuXIg5deoU
z82bN/dxcnKSOXPmkLKysrOurq63fmmfCeCzqKjo/aampt15eXm4d+8e0tPToaenR5VChYmJ
yUEODo7vFMW0GgCjDAwMpLKy0vjFixeHqaplAKYAjKxevZr4+vpKubq6ylPdowB8ZmZmJvv3
7yczMzNiHh4ebRRlr7dycnI1GzZseEpR0JtsaWlZZGtrK7t58+afLCwshIGB4RsAIigoSMLC
wiTv3r2LsLAwhIeH49GjR+ju7sbQ0BDq6uoCqe8tISGhxtfXl3pS/nHjxg1uFxcXE6o+Pj09
PWFlZSUKCgofYmNjER0djYiICISEhKChoQGvXr3CixcvMDMzw2Zpabn2/Pnza+vr69dqaGi8
oKql3bhxQx/AHYqg0LS+vj6rgoICdu3aNUzV7v727Zv79PQ0TWVvYGAA/f39GBwcxPj4+JYz
Z850/rJJR1VVtSolJQXPnj3bZGRkNMbKykrWrFlD2NjYiJiYGOnt7T1fUVGBtWvXYtWqVU8X
L15MeHl537W1tUlQx+4SEhKQkZFBrfcyV1ZWYu3atWBiYkJwcDBiY2MHfyGGcp1qmUtJT7Yp
KytDXl4eO3bsQG5uLn6hn/+rePPmzTHqHLa6ujoREREhbGxspKio6BYhhEdCQqIGAOHg4CDz
5s0jZmZmn2pqargyMjJQWloKV1dXyMjI0E426urqB6lCLYyMjGTDhg1ET09Pa2xsDAkJCRms
rKxk3rx5JDs7e9LJyWmMKqf78ePHDk5OznGquEtKSgrtevr6+k68ePECSUlJydTmKkNDwzvb
tm1TpT5PSEjIhdOnT2cDIPz8/N9aWlouamlppVEU6cjatWsJ5XTX9+rVK+k3b94sGxkZATVG
R0fR29uLoqIipKSk/E2gs7GxQVdXF8nJyVBTU8OGDRtw6dIltLW1QUtLCwwMDDAyMkJ9fT2s
ra0xPj6OpqYmtLa2orW1FR0dHWhsbERWVhYKCgr+IaBTLXPLy8v/LNBjYmJw+/ZtSEpK0tbK
BQsWgIODA1ZWVpiZmcH4+PhvtNoJIQgNDYWwsDAOHz78D4e8vDzU1dW5HRwc3Hbt2rU2JSUl
g2ovvW3btsINGzZAXl6eOikiLS4uTiiKe265ubn49u3baRkZmc8UYx9CPY3v2LGDvH792uTn
z590Dg4OPVSp3OjoaOp6+11HR2dVW1sbAgMDOwAQVlbW3vnz52Pu3Lm/KxgYGMDBwYHc3FwU
Fxfjl+ZAfy3q6+tx/fr1qV8qHm7cuJFkZWXFv3//fhFFSGf1q1evmP6ngN7Y2IjBwUGEh4fD
xsYGysrKWL58OXbs2AEAYGRkpN2k69atw82bN+Hs7AxXV1dcuXIFO3bsgLS0NNzc3ODi4gIr
KysICAjA19cX9vb2MDY2BtUXnBpGRkawsrKCg4MDbGxswMPD85C6qGzbti05Pj4eSUlJp6ge
3ytWrCBUadqrV69ed3BwOL506VLCwMBA7t+/TyoqKghld1hz9uxZnD17di3F7ehdaGioo6+v
rzOAb7t37/6ZkZHB8eXLF2zdurWd6rRFed6Pz549K5KUlCRMTExkfHz87NDQEGxsbArmz5//
nQKi/qSkJHz79g0TExOYmpqCqakpeHh4sH37dsjIyEBKSqoLANHX1580NTXFjh07QqnmJ9Qv
gpyc3NuGhobt5ubmFTo6OtM5OTnC27dvn6HIVu4vLy/fLy0t/ZNiD1umpaVFlRKNU1FRQUxM
zK41a9aQxYsXk5aWFl1lZeVCCuDaExISuI4dO9ZCMTIp6+joWEB1nYqNjYWTkxO8vb3h4eHB
SnVoc3Z2xosXLxxZWFiImJjYrK2treb27dsJAwMDuXLliltwcPCudevWfaI4kV0rLCxEWloa
bT6ZKrAyPT0NQ0NDHD58GC9fvkRsbGw3VZzD2dn5JiMjYzRFanRKS0sLZmZmOHHixDClIWe0
r6/vYHt7O54+fYqWlhaUlpaiuLgYpaWl6OjoQERExIMVK1bQoHH8+PGNhJD5oaGhr6iOYXFx
cRbr168vAkBMTU1b7t+/v3bRokVYvnx5CfUes7Ozq6GO19ja2qKoqIgq47oqKCgoh4+P7yaA
m8HBwfzx8fHrWVhYCA8PD2lpaTEJCgqKo2RL3jc0NJx4+vQpQkJCICMjg5SUFLS1taGurg4N
DQ149OgRHj58iLq6OoyMjPCeO3eu29zcnHR2dhJlZWUCgNjY2HQPDg5u09fXH7x27RqJiIig
eb/z8fFt3rhxI1atWgUFBQUEBATA09MT7u7uCAkJUZKTkyOWlpaEWt+Ul5evf/XqFfuzZ8+i
WVhYyOrVq0ldXR3h5eUlGhoaxNHRcTorK0twzZo1hVTXMkIIERERoUosH09KSsLU1NQuAQGB
l5TsymYdHZ0ISu8DKSws3CEiIrKM8t+P/fz8qlhZWcnixYsJIeTr5OTk58WLFxOKpnvh9+/f
WX6pfd/b24uhoSE0NTUhMTERz58/x/Pnz5GTk4ObN2+CjY0NgoKCoCjeAQB0dXWRlpaGgoIC
hIaGIisrC42NjbCwsAAPDw+ioqLQ1taG0tJSvHnzBr29vTT70YGBAdr8fXZ2NgoKClBbWwtv
b29wcnIiOjqaJrOqqakJDg6OXwE9KysL6enpNA2Fb9++wcjICLt27UJiYiLs7OwQFRWFqKgo
SEtL09bK+fPng4ODA+bm5piamqJ1tP8yfvz4geDgYOzYsQPy8vL/cBw4cAAaGhoIDg7Gli1b
4OHhsZIqyw0gBgD4+PiQmpqKjIwMGaok8M6dOx0uXLhAp6WlhTVr1qRTTuCfQ0JC0qmATE1N
1ZuammJ0dHSkHa4oXvJkw4YN39XU1FYlJSXBysqqgwLX3iVLlmDRokW/K1hYWLB27Vp0d3fj
3bt3v7lGfylmZmYwMDBwRVpa+hkAQu3IX7NmDSksLDwzNDRE9+bNm+2vXr3i+wPofwPoVC/b
27dvQ0VFBbq6uvj06ROSk5NhZWWF4OBgvHz5Ep8+fcLMzMxv4uPHj3jx4gU6OztBCNEUFRX9
RLVaPXjw4GR5efnGgIAAoc2bNxM6Ojri4+PT0tDQkH7p0qXTd+7cQU5Oji71dLJs2TLaAg+g
nmLdyUsFNS8vL03z2dTU9Pvw8PC80dFRnk2bNr0FQDQ0NISPHTt2igJsIiUlRZYtW0Zyc3ON
fX198fjx47kiIiIvKDfzaE1NzeKOjg709vbi6dOn2LZtGzZu3IitW7di3rx5oLwG4unpqVBa
WgpjY+NkAERJSYnmt33o0KHXhJAVZWVl23Nzc1fPzMy4Ul7/T0LIeUII86lTp/ZRrFCJjo4O
9WaNsrOzw+Tk5GEZGRnCzMxMXr9+/YW6GUhNTVUqKSmBoKBgPOX9koaGho05OTmoq6uDoaEh
5s6di7Vr12Lbtm3LqBsmPj4+DA8Pe9LT0xNTU9NP6enpBgC+r1ix4nVPT88yd3d3bN68eRIA
iYmJ6bp37x7ttFNcXIyKigoUFRWhqKiIVht1dnbG+fPnn1FUwT43NzefdXJyiqRkO94PDQ3x
lpaWYvfu3QOUE/rAiRMnoKioCCUlJcjLy2Pv3r3Yt28frYuciYmpz9zcnLi5uVF1wLf+/Plz
3YEDB0YAkLt370Z1dHRg7969FpQNDqmpqZHesWMH1qxZQwM6Hx9fnZeX12I9PT1cvXoVKSkp
yMzMhL+/fyFVo5uVlZUEBweXmJqaSjAyMhIeHh7y/PnzC/7+/gmU534lISEBGRkZ6OjoQEFB
AampqXj69Cnq6upQV1eH5uZmUDXfm5ubERgYCAkJiRHq66CjoyOOjo49nZ2djKmpqUWSkpJk
3rx5hIGBgaqJz01PTw/qgtzS0oKpqSlMTk6ivr6eUVVVtUZERISWYpWVlSU5OTmcP378WCcr
K0s7eTMyMj7Ozc0VrqurW2dgYABBQcGnVIMYQgjZvn07mT9/PrGzs9MODQ3F9PT0Sn5+/j6K
f/knqj7/nj17SGhoqAgzMzM3ZQNNew4VFRVCCPk+NTV1ce3atcGUGi3p6enhrqqqwp8G9R7q
7+9Hd3c3MjIycOfOHQgICODUqVOoqamBuro6Tp06RRuzzM3NhaenJ5KTk9HY2AgDAwPs27cP
bW1tePnyJWZnZ2kOWn+qjT42NobS0lJkZGSgsrISoaGhEBAQgLW1NYaGhhAeHg5VVVVwcHBg
yZIltPn5vLw8DAwM4Ny5c9iwYQP6+vpgZmYGPj4+GBkZ4eLFi5iamkJeXh5u375Ns+KUkpKC
rKwsent78fbtW1A9EX4Z7969Q0FBAezs7ODp6fkPh5OTE3JzczE8PAwtLS2wsLAsZmVlJXPm
zCGbN28u4uLiwoEDBxAeHo6YmBh2SUnJuxTf+reDg4M8ERER83h5eesom91cBQUFCWqJz8jI
SG9mZobO19f3I2W9HO/r62thYWH5CeCHoqLi8ri4OJiZmXVQSmcTPDw84Obm/l1BberU1NTE
lStXaGOZfyv09PTg5uaGCxcuRFMMimhCRRYWFjXNzc1s3d3dGBsbY/sD6L8D6NevX4evry8U
FRVhaGiI3t5exMbGoqioCNPT0xgeHkZfXx9tp/zLmJ2dhaWlJeTk5Ob5+Pg0rF27lnh6ej7k
5OR8QkdHR44fP76usrKSn2rqEhISkk4IMerr69NLTEyEqqrqcWpKMD09naSmplLT4jXOzs5Q
UVHhnzt3Llm8eDF58uQJzdVKTEzse1hYGJ4/f76Xi4trDMDP48ePL0xMTLSjQldKSoqsWrWK
xMXFnbh06RJcXV2Lubi4yKpVq6gZgvaxsbHlHR0dePr0KQYHB/HhwwcQQnDjxg0a0C9evOic
kpKCixcvRgMglpaW3/39/ampoaeurq44duwYjhw5gqamJnmKscT33NxceULIJnV19RsASFhY
2NjJkyerABBtbe3W2traOS4uLhuXL19OuLi4yOzsbCYXF9c7AOT+/fu6U1NTOH78eDLFvWxs
eHh4QUNDA3p6ehAUFISDBw9SlaXmrFq1itDT0xNK97MzHR0d0dbW/jg0NHSFslmanJ2dRVlZ
GbZt2zZFsaBtbmhoQHl5OSoqKlBRUYHMzEykp6fj7t27+Pz5M5qamqCgoLCXg4NjnHLKG6HI
UO6jOvE5OzuHFxQUCPHz809TNjk3VFRUcPToURw5cgQGBgbw8fFBYGAg7O3toa2tvXft2rXj
4+Pj5Pbt24RSVuBsbGxceeTIkQEAJCMjw2piYgLHjx93pqYHf/z4IXjnzh0wMTEVyMnJET4+
PrJ06VKSmJh4NicnBwEBAYiMjDy4f/9+REZGhgoKCvYBcN+xY4d7Z2fn1hMnTmygbgwnJyd1
79y5E0FHR0fmz5//mrro29vbLz127JhVXl7e6b6+PrS1taG+vh4vXrzA5OQkfv78icjISNy+
fXuXjY3NpJCQEKEafAgICBQmJSVdWrVqFWFjYyPKyspk7ty5hIWFhbCzsy9nYWEBAKipqaGv
rw+1tbXo6+tjDQgIuAvgGw8PD7G2tqae0ElDQ8PS9+/fHxISEiLU/g+K4Uxkbm4uVFRUsHbt
2gaKSxohhJAtW7aQBQsWEFdX1xMpKSn4/v274tatWycoJYCJQ4cOlSxcuJAICAiQzMxM8UWL
Fi2lXP+Ws2fP1v4C6KSzszOegYGhFAC5ceNG6efPnxd0dXXhT6O7uxsDAwMYHx+nZl8QExOD
u3fvoq6uDpWVlcjKysKjR4+Qn5+PrKws2mQJFehGRkbYvXs3amtraU5Zf8lwY2pqCqWlpbSG
qrKyMly6dAksLCzw8PCAgoICxMTEcOjQIQQEBICHhwccHByIjIwEIYSmwJaZmYmrV6/S1sRT
p06BEAIPDw/Y2tqCEILx8XEcPXoUx44dw/fv32lA/9OYmppCdXU1goKCaKf8fyT8/f3R1dUF
QgjCw8OxefNmM0r6++edO3dUs7Ky4OHhgYMHD0JJSQkqKir+TExMZMmSJURDQ4MpOztbmoeH
hzAxMRENDY0durq63MuWLSN0dHSEk5NTrbCwEObm5j8pa1AERbSJMDExkeHh4QU9PT1QV1dv
o6w5Kfn5+bSu9b8ViYmJCAsLg4yMDMTExCApKfm7QlpaGrt373anbjZ/EQPu7u476uvr6dra
2jAxMYE/gP53Al1fXx+9vb24c+cOCgsLMTIy8mdBTo1Pnz5RR7R6KF3PpLS0lIWbm7uEUmMc
GhgYmHvt2rUwNjY2wsjISHh5eYmwsDCpr68PDgoKsqJ+gJ2dnTSg8/DwfJ2ZmdFav349K/UE
9Pz5c5o9IiMj4w9ra2tuR0fH6NWrVxPKwkyWLl1KNm7cSH55qikrK7M2NDTMovhHt0tJSYVT
/y00NHTmzZs3Eh0dHejr68PExAQ+fPjA9vz5c6aAgICBBQsWkIULFxInJ6e6DRs2vGVmZiat
ra0W9fX1uZTHmOXk5Kw9cuRIHQsLy9Pg4OCDurq6Lyi74oQDBw7sYWJierdkyRLS0dEhmJ6e
vmPPnj2ElZWVSElJdc+bN6+NkZGR3Lhx42VLS8tSJSWlGEpN9+erV6/C9+7d2w9gNiUl5TTF
tAOjo6PQ09ODsLAwZGVlISoqGkx9PykpKXesrKzSqbvc/Px86wMHDoxT5ky9goOD1RYvXvx9
8+bNpLu7e8/09DQddQF9/PgxTU0rJydnZXV1tbe/v38dCwvLTwYGBiIgIEAeP36sRJHiZLOy
spqho6MjAF6ysLDMUlLwP6OiouYFBATAz88P3t7euHXrFlWxjc7X1/fIhg0bfrKyshJ3d3ey
e/duQumHqD9//jzLmTNnoimbgi/q6uob5s2b50c5IcbGxcVxmpiY1M2bN480Njb6q6ioxAMg
enp6/ffv38f58+c1du7cSVavXn3l+fPnKCoqWsHKyopt27YhOzsbWlpaptTFKysra0BfX/8t
5Z4Y19TUZDMyMsLRo0fH5syZQ4SEhEYkJSWxc+dOSElJoampCRRzGiQkJByip6cnAgICJD4+
nmbVeubMGWJtbf2I8vmR0tJSWvrw3Llz4paWltDT06OJGyUnJ+PevXsLjIyM3gMg165dIzk5
OYQ6B9zW1rZ+ZmZGf9GiRYSDg4MkJSV5rF+//g0lgxNRWlrKBaCH8vgkISGBds/v2rXLTF9f
H5KSkmBiYmqmZBBS9PX1TwMgmzdvJv7+/tuXLl0qSckIVD9+/JiNiYnpLaUGT65du0aoM82h
oaF74uLi/mxTExVERUVFGB0dhY2NDdTU1BAfH4979+6hsrISGRkZqKqqQkZGBq2W/ZeATm28
+0sL8vj4OEpKSnD37l2kpqaipKQEFy9exNy5c+Ht7Q1FRUUICAhAV1cXhBCasqC9vT0IIVBS
UgIbGxtyc3NhampKWxPV1NRACIGbmxuuXr2KqakpdHV1QV5eHkeOHMG7d+/+ItDfvXtHmyb6
pavd3xt+fn5zcnNzXZ48eVJnZWVVR/08dXR02sLDw+Hj44OwsDDk5uYiOzsbhYWF60RERH5Q
So4NW7dufUZ1sWttbZWpqKhgMTQ0TANAWFhYevfv319Ptb41MDBYHxgYyODs7Pya0mPRWlFR
UTd37tyP9PT0pLOzU4IQgtnZ2d8V379/x+TkJE6fPo3Dhw9DWVn5d4Wmpib27t1L2NnZydq1
a8n8+fPJ9u3bp3Nycuybm5tpG8a/dk/8AfTfAfSCggIMDw9jcHAQ79+/pzXB/BLo4+PjuxIT
EyXk5eUTVq1a1WBqauowODiI27dvu5w+fXrKzc2tuKKiAl5eXti1a5fn0qVL361du5asXLky
fGxsbH9aWlrB+vXriYCAAPH19W2kNs0JCAiQI0eOyEtKSi7dtWsX2bp1K3Fycuo9ffr0kICA
ABEXFyfm5uZGYmJicqysrOGMjIwRADIARMfHx4fHxsbGqKmpEX5+fuLk5HRBTU0tW0FBgXBz
c9vOnz9fYO/evd9VVVWJurp6x9OnT42fP3+Onp4eagcr/bt37+i+f/9udfr06fAlS5Z827p1
K1mzZg05cuRIIiGEqbOzc96lS5f6RUVFyebNm8muXbuIoqIi6enpEWlsbFTk5+cfX7hwIaEA
g2RmZjp++PABZWVluHXrlsmqVavq1NTUiKioKBEWFg4vKytblpWVRaerq7tKVlb26eLFiwkD
AwNZvHgxOXny5IPm5mZ8+vRpwdjYGD58+ICIiAjIyclBS0sLysrKgxISEmT+/Pl1ly9fjrSw
sHCTkZEhvLy8w15eXoaWlpZSEhISNBvQjRs3kpqamvivX79ibGyMbmJiAoQQJCUlwcfHByUl
Jaitrd2pra1NJCQkyL59+4iYmFh2bW3t4cePH2NwcBCzs7PMAwMDMjw8PDHLli0jTExMRFJS
kjx48OAE9WTz7ds31NXVwcrKCjdu3MCtW7fYz549S6gpwOXLlz+ZM2dOFB8fH6HU/O48f/6c
T09P78svd+oGBgYkKSlpJxcXVwXFrrQkJycH7u7uKWvXriUcHBwkNTWVWV5e3oPyOFlTU1M0
zXx6enoEBwfTGxkZJW7dupXw8vISTk5OsnXrVrJx40ZCR0dHNDU1a729vRft3r07h52dnVy4
cKHf0tISZ86cQVhYGN6/f4+3b9/i48ePqKqqspOTkyOioqJEWVmZnDp1inBxcfVfu3btWkND
g8vmzZsJ5VRFqPfA3r17244fP44jR45AUlISOjo6sLW1haOjI86cOaO6bNkyMnfuXDJ37lyy
YcMGsn79eqKvr7/q7Nmz6pRNE8nNzVWoqKhwnTdvHlm8eHG3n5/fARUVlY9SUlJk5cqVZOXK
lWTbtm1k0aJFZNWqVT8yMjLUJSUlQUdHN0FPT0/Cw8MHtLW1JdetWzcmKipq6unpiaNHjxIW
FhZiaGg4UllZCVtbW69t27bRav+7d+8menp6ZsHBwbRmUWdnZ7i4uMDNzQ03b96EiYkJ5OTk
EB4ejvfv39M0HBISEmj2vFT1u/8roOvp6WHevHnw8fGBkpISduzYQTM1oTYH37hx43cB3d3d
HWZmZn8X0KkNfIGBgQgODkZ4ePg/NIeek5OjKCEhQbv3BQUFyaVLl4YjIiI2+/r6wsnJCbGx
sejv70dHRwfGxsaQnJxsx87O3k1tfOXi4iKurq6GhBBGiuDN8osXL7ZRN5dr164lOTk5iU+e
PMHr16/puru7t586dWqc+pxLliwhISEh/XV1dZyFhYW0Etzfiry8PNTV1aGpqek3jaR/Lfr7
+xESEuKmra0dXldXd+L06dPhp0+f3vL27VtMTEzQ1Cz/57rc/5lApxoYjIyM4NGjR9DU1ER5
eTm+fPlCM0qgQH1bV1eXYHp6OvT19RmPHTuGiYkJPH/+HIQQmQcPHqCgoADu7u7g5eWFurr6
xrt37+7n4+NDT08P6urqFp0/f17ew8NDvqysjCkpKUlQW1tb3s/PT6C2tha1tbWLfH195Z2c
nOSbm5uX3Lp1a6W7u7u8s7OznL29PaSkpMDKygpGRkbaTLCvry/V7eiAi4vLzjNnzsDe3h4T
ExPy4uLiAICkpKTthBD5oKAglJWVobu7G/39/ZiamvqVYcnx48dx8uRJPgMDA/nz58/Lamlp
4cePHygvL0dtbe3S27dvy6upqcmnpqbKFxYWrnv48CEo6fl1MjIyhxctWiR95coVUUII7Vpa
WVlBSUkJhBD5iIgIPm5ubmRlZaG0tBQXLlxAYGAgw8WLF2UAHN6/f/+hN2/eCE5PT+PNmzfz
3rx5g+npaTx//hxVVVV48uQJSktLdwYHB8tTpUOtrKxQVVUl7+3tvcrS0hInTpzAzZs3tx88
ePDwwoULj3h5ee0mhDC+fv16DtWUpbKyEidOnICWlhZKSkqQnZ0Nf3//zTExMfK9vb3yenp6
tJHF6elpfPjwgfHZs2fYuXMnJCUlZfj5+eXv3bsnTgihjTV9/foV9+7dg6WlJW7cuAF/f38Y
GxvbLF26lNTW1vro6uoyr1q1Ci4uLhHMzMzEwMBg5/T0NPr6+vjY2dmPOzs7Dx4/ftwpMjJS
OD4+Hvr6+heMjY2DODk5cf/+fYyOjgqdOHFCftmyZfL5+flMCQkJ68LCwpTl5eW3VlRUgBCC
o0eP0mRxr1y5wmBhYVHMz89P5s6dSwwMDEhLSwu5cOECAUAWLVp0cteuXdi/f798S0uL2Ozs
LDVjgzdv3tC9efOGgSKgtOj79+/y3d3d8gUFBfJPnz6VV1dXX0r5TDkuXLggz8bGtmf58uV7
FBUVLaSkpMbs7e3LYmNjaRaglFMJDh48CFVV1SVSUlLyAOS5uLjktbW15c+ePSt/4cIFJgBL
AcgDkK+vr1/w6tUr8PPzywPYIygoCGtr67OHDx8mCxcuJEuWLCH+/v4kIyODzJ07lwgLC0/I
y8tjw4YNewDIe3t7yz5//hzl5eVrjx49ikePHiEoKEhu+fLl8pmZmWJU8aPQ0FD5xYsXywsJ
Ccmnp6fLmJmZ4ebNm7h58yY8PT1pToMmJia4fPkybty4AXl5ecTFxeHdu3cwNzeHuro64uPj
/2eAPjIygunpabS3tyM8PBxBQUH/0Ak9NTV1maCgoMLixYtvqKur37W0tJSvq6tbZW9vDx8f
Hzg7OyMuLo7WtzQxMYH4+HisW7du4apVq+QByNva2or19/fj5cuXtJG6Z8+eLaDeR5qamvL9
/f149OgRenp6UFJSgsDAwHUA5FVVVa9GRkaeefDgwdL09HRkZWX9rqDO0T979gxjY2N/F2A/
f/6MnJwcmJmZobGxEWfOnKEpEFLLvUNDQ3j9+vX/FtCbmprw6tUrpKSk4ObNm4ynT5/G0qVL
ISws/GeB7u3tDRcXF7i4uMDf3/83QM/Ly6PpUC9fvhwKCgp4+PAh3r59i4GBAQwODmJwcBBt
bW2IioqCmpoalJWV8fXrV4yOjq4eGhra+eLFC3z48AE+Pj7YsGEDFBQU4O/vDz4+PgwNDaGm
pgYnTpzA5cuXUVlZiYCAAFhaWuLly5cghDBTU3hXrlzB/fv34evrC0tLS1hYWMDGxga7d+8G
CwvLr4Du5+eHvr4+TE1NwczMDLq6urh27RpaWlpo1yI4OBjv37+Hl5cXqqqq0N/fj9bWVrx5
8wZfv37Fy5cv8fHjR5w8eRK7du3CuXPnoKamBjU1Nfz48QNlZWWIj4/HrVu3oKKigujoaDx/
/hzPnj1DbGwsnJ2dcefOHQwODqKzsxP9/f0oKytDaWkpbGxsICYmhq9fv8LT0xObNm1CbGws
3r59S5W5XdDZ2Ynt27dj27ZtePLkCW2D8fbtW1D0l/HgwQPU1NQgLi4OLi4uWLt2LTQ0NGBl
ZYWkpCSawE1wcDAyMjJoynC9vb3sL1682Pjy5Ut8//4d5eXlUFdXh4aGBgwNDZGTkwNTU1PY
2trSZt4TEhLQ3t4O6gn9+/fvaG9vx44dO7Br1y7w8PAgJSUFHz9+pJm9fPz4kfacL168wMuX
L1n7+/v3RUZGpr5//55ZWVkZS5cuhbm5OaysrExHRkYWE0IWFBcXg46ODk+fPmV2cnKCo6Mj
wsPD4eTkhLt372LRokWorKxEZ2cnDh06hJUrVyI3Nxfh4eFobW3FiRMn8ODBAxBCkP7/sffe
YT3+/f//vaGJjCQkO0UaSIUkq2hHohBSadAQUtKSXVpKaKctDe0haWknpampHclO9fz98zrP
w/ua7+u6Psfv+H6/n6vjeBzvt1FevTrP8/58rPstPh63bt3CnTt3EBwcLKeiokKJNxEWFibb
t28nGzduJLNmzSKioqJG0tLS2Lx5M/Ly8tDe3k5jVAcGBlgHBgY4h4aGqPcQeXl5iIiIQG5u
LtTU1KCtrY2PHz/Cz88P5eXlXA0NDVze3t7Q1NTkLi0t5SCE4NOnTyCEwMrKChs2bICioiKU
lZUhISEBSUlJmJqaQlVVlfZul5KSwsaNGyEoKIh79+6hoKAA06dPp33ilZWVy6hqAJVhcXBw
EA4ODrJ161YPTU1NrFmzBgCoHjIbZWn77t07ODo6Ys6cOaBWGIODg3H16lXMmTMHYmJi8Pf3
h4WFBd0+cXFxQUBAAM6ePYv9+/fj+PHj8PHxgaKi4v9qQacY5Z8+fUJ1dTWePn2KtLS0fzlS
UlKQnZ2NmJgYnD17Furq6khLS4OTk9MfBJ3K0IeHhxESEgI+Pj7ahrisrAw/f/7c1traisnJ
SRBC0NjYiCNHjuDAgQPw9fVFf38/TW7r6elBREQEHBwcwKjaoaSkBMXFxSgtLf1T8fLlS9TV
1eHjx4/0quqfjZGREeaBgYGZnz59QklJCbS1tWms7v9qQS8rK0NdXZ2VpqZm0po1a6r4+Pjy
ubm5o+bNmxcF4A+xePHiqEuXLmlYWVnB0tISV65cgaqqKkxMTP5K0F+8eAEZGRmsXLkSFy5c
AJWFNTU1YXh4GG/evIG/vz8MDQ2hrKyML1++0ICPDx8+4MePH/Dy8sLatWuhoqICFxcX8PPz
o7GxEYWFhdDR0cGNGzfw5csXREZGIj09HYQQ1g8fPrANDQ3B2dkZVlZWKCoqov2qL1++DBcX
F5pb/Ltr198T9OrqamzcuBEAEBYWRvfL8vLy0Nvbi+rqaoSFhSErKwuDg4P48uULXr9+jatX
r0JZWRk7duzAnj178P37dzQ3N6O2thafPn2CpaUlzM3NHRsbG6Py8vKC8vPzl7x58wZtbW0i
LS0tDSUlJc/z8vIeJyUlrXny5AkCAwNx8+ZNfPz4Ebdu3cKSJUsQHh6Ojx8/YmhoCP39/UsI
IXze3t7g5uZGTU0NLZKDg4Po7u5Gf38/Pn78SDuknT9/HsLCwjA1NYWTkxMiIiJgZWVFs9TH
xsYwOjo67dOnT+jt7V3X0dGxcXBwEElJSdDW1saJEycojCxHaWkpx7lz5zhCQ0M5ysrKOIyN
jTm8vb3ZfH19cePGDdy7dw9TU1P49u0bJCUlISYmBiEhISQkJIAQgtHRUbx+/RoRERFoa2vD
9+/fwch2uXp6ehZFRERgYGAASkpK4Ofnh729PW7duoXJycmZ4+PjPC9evAAPDw9ycnKgr68P
Dw8PPH36FLa2tvDy8gIPDw9evnyJwcFB7N69GzNmzEBaWhpCQkLw4sULHD58GHV1dRgfH0dH
Rwdqa2up95DfysrqKIBDKioqh06dOnVo1apVhzg5OQ/t3r37UEVFheDNmzexbt065ObmorOz
Ex8/fsTo6CgtMAzzDjQ1NSEvLw/h4eGoqqrCoUOHcPToUXz79g0fPnzAhw8f1v78+XNte3s7
tm3bhmfPnqG3txctLS3o6enBw4cP4ejoiBs3bsDHxwc7duyAk5MTByGELT8/H46OjtDT06NW
szisrKw45OXlERAQAG9vb0hISMDFxQUmJibqp0+ffnv37l3DHTt2GLm6uo5cunTpu5aWlrei
oiL09PQgLCwMAGBULdgGBgaWffjwgX1ychJ3797F7Nmz8fjxY9y7dw+PHj3CtWvXwMnJCSEh
Ifj6+oIibzk6OqKqqgplZWUwMjLCwYMHYWRkhLt37/6vz9B/j6GhIXqD4d+JsbGxdYSQ2VlZ
Wbh69SqioqJoQXd1dUVISAiam5tRU1ODnp4eWtDXrFmDiooKEEJmvX//Xpry3/97QVkk/x6D
g4Ncg4ODbCMjI/hXgyJF/qvR39/PPDQ0NHNychKlpaX/FXQqrl27Bjc3t8tUL4WdnZ3s2bOH
KCgokM2bN5MtW7bQa1/8/PzE1NT0joGBAU6ePAl7e3uoq6v/zQz9xYsX2LRpE8TExODq6gpC
CL5//46bN2/i+fPnUFRUpK1kp0+fDg0NDfz8+RNdXV0oLS1FR0cHioqKaJKar68vtLW1YWFh
ATc3N8THx9Ni1dHRga6uLvp76u3thZWVFUxNTZGXlwd3d3c4OTnBwMAAERERSE9Px7Zt28DG
xkbfmH8p6JSVa3l5Oc0Z1tfXR1JSEvz9/VFcXIzo6GhUV1fTkAFqj/LXr1+YnJxEWloazp07
B0dHRxrCQGEuL1y4cI6NjY3w8vKS+fPnk4aGBjd7e3uIiYlprly5kvDx8ZHp06cTDw+P4aKi
IuTm5tJTwS4uLtiwYQOioqJACMGPHz9A9bTDwsIgJyeHhoYGDAwMYGhoCPX19WhqakJvby99
YKqurkZsbCyKi4tx/Phx6OnpISkpCadPn4aRkRGGh4fx8+dP2m+fEqrCwkLs3LkTqqqqOHz4
sLCiomKRmppav5OTU7+8vPzIgQMHRuzt7fv37dvXb2VllZybm4vU1FQkJCQgJycHYWFhWL9+
PRQUFDB//nwEBQWhtrYWr169QnJyMoyNjXHhwgVkZWXh3bt39EEwICAA/f39sLa2xowZM6Cm
poZr167h69evGBsbQ29vLyorK9HR0YGbN2/C1NQU1tbWOHv2LG7fvg1hYWG8fv0aUVFROHDg
AL2Xe/v2bZSVldF+5IcOHUJsbCxqa2tRUVGBrq4umJmZ0RCXo0ePQlRUFLNmzYKcnBxSU1Ph
4OAAcXFxFBQUoK2tDbW1tWhra6OvR6pf2NPTg5ycHFBldFlZWSgoKKC8vJwG0nz48AG1tbXY
vn07nj17hoGBAbS3tyMrKwsxMTG0sL18+RJ6enpL9+zZ0+/r62sVHR2NoKAgGBkZ4ebNm9eN
jY2HJSQkhiUlJS/n5+dLjo2Nwd/fH/fu3cPNmzcFhYWF9XV0dPzWrFmzOykpad7379/nGBoa
QlBQELt27QIvLy8AIDMzE4QQ9PX1cfb397NQIKHp06fD398fiYmJCAkJgY2NDQQFBaGgoIDg
4GDY29vj8OHDOH/+PMbHx1FWVoZTp07R3O4/K+jUFkVycjKSk5MREBCw+fnz57vfv38/z97e
fre8vDxevnxJXacze3t7Z/6tKfdPnz7R19//iYL+PxCzu7u7OT5//ozw8HAEBgbCyckJHh4e
uHLlCh4+fIi+vj668tXZ2Yne3l4aoDM5Ock1OTk5jRAyhxAy6/eYmpqaPTk5yUsI4ZuYmFg4
NTW1ZGpqasXk5KQYIWTFly9fMDw8/C8fQqhkpK+v798S9YGBAXz//v2/gv57aGpqQkdHB5KS
kjUAyJYtWwZHR0dNPn/+bNLd3W3y5csXi6CgoE+M/V3y5s2bG1VVVaivr0d9fT20tLRgaGj4
pwT958+f8PT0hKWlJf2AfPr0KW0t+/LlS2RnZ+PmzZtoampCbW0tAgMD6T4/wzoVurq6tJh1
dHQo9vX1zens7ISHhweeP3+O1NRUaGpq4siRI0hMTMTDhw9x8eJFSEtLw8vLC69fv4a7uzs2
bdoEQUFBAEBAQAD6+vrw8eNHnD17Fvr6+nB0dERsbCzMzMxgZ2dH38QUztTOzg51dXXw9/fH
gwcPKD9wjuHh4dkjIyP49u0bPeX8l1FbW3udGn46dOhQDyFknoeHBxQUFBYKCgrmUs558fHx
bo2NjcjKyoKmpiaePn0KLy8v7N+/H5aWlggICICfnx/q6upw48YNvHnzBu7u7rhw4QIGBgbQ
1dWFly9forOzkzpNs3Z2dnIMDAzgx48fGB4epnfTk5KSsH//fgCApqYmenp66ANSR0cH+vr6
0NjYiISEBGRkZODly5fnV65cSZdtjxw5QrZv305+G6RrJ4TM+P79Owgh0NDQAACsWLECPj4+
cHBwwPXr16GmpobExETk5ubC2toaFhYWOHfuHIyNjREUFIT379+js7MTWVlZOHLkCDg5OWmx
GR8fp1fEqP41xZgHgNDQUDx58gT6+vqgXOPMzc3h6+uLa9euQV1dHceOHQMfHx84ODggJSUF
a2trREVFIT09HfX19Th79izNVj98+DCEhIQwe/ZsyMnJIT09HXZ2dli5ciWysrKQk5ODgIAA
lJeX49KlSwgPD4e0tDRkZWXx6dMnVFVVITs7myarzZ49G7t27cLo6Cg+fPiAkZGRPwj60NAQ
srOz8fDhQ4SHhyMiIoIq2QsoKysPMN7rCwBgb2+PixcvOlNbFhTMx9DQsCIpKYnZ398fwcHB
2yljESrU1dUjh4eHkZubi4iICOTl5eHatWtgYmJCcnIydd1gamoKSUlJkJaWBhcXF+3M9urV
K0RFRcHFxQWmpqZIS0uDl5cXxMTE4OTkhA8fPqC0tBSGhob/sqDn5eVRhiiIi4s7rqSkRFRV
VcnJkyffiYqKEmFh4fCqqiqed+/eobe3d05fX9+cv3wYU/MjlBnS/02C3t3djbGxMYyMjKC7
u/sf/t3e3l50d3dT++ZwcnKi0cEUffAfhAwhRIUQsokQIkkIESeErGPEhqmpqa0TExN7xsfH
D0xOTp6emJhwmJycjJ2cnHT6T/RncnISg4OD/7ao/1fQ/wacxcfHB+fPn6es+97q6Oigv7+f
BliEhYX1MJyFhnp7e9Wbmprg7e2N5ORk6Orq/lNBd3NzAyGEgxDCFxISAltbWwDA3r17ER8f
jzlz5oCPjw9Pnz5FXFwc/Pz80NLSgsrKSvj7+6OgoACNjY14+fIlzM3NYWpqCnV1ddTX12Ng
YGANIUTYxcWFzhpCQkKgo6ODY8eOITk5GeHh4Th+/Di2bdsGLy8vvHr1Cg4ODpCTk4OSkhLW
r19P98spf+W9e/fSN6mBgQEYu5cAgPT0dJSWlsLFxQV1dXUICQnB1atXERkZiaKiIpbe3l72
/v5+9PX14dOnT6isrER0dDQyMzORmZmJvLw85ObmTl+xYsUrhlnLNUII0/Hjx8HNzY2VK1c6
MjzPyaNHj5YGBgZCS0uLriSEh4dj79690NDQwN69e+nSNysrK2pra3HhwgXIy8tjYGCAJo69
fv0aqampaGlpWTg4OChD9Xk7OzvBx8eHFStWICQkhLbb3LRpE3R0dNDR0QFCCD58+IDu7m56
FYTRT+O4efNmNTMzM5kzZ87ww4cPhfLy8lbm5uZmrVq1imzbtu1HR0cHW319Pfr6+qCtrQ0A
WLRoEcLDw/Hy5Ut4e3tDV1cXqampyM3NpTGst27dgqamJvbt24empiYQQhAREYGFCxeCj48P
s2fPRlNTExobG3H16lV8+PABExMTs/r7+6d9+vQJQkJCAICioiJkZWXB0NAQ2dnZkJCQwKlT
pxAcHIxr165BTU0NAgIC4OXlxcKFC7Fr1y5YWlri3r178PPzw7Zt23D16lVoampCTk4O586d
g4SEBJiYmLB161YkJyfDxcUFKioqCAkJwdOnTxEREYGWlhaws7ODKmHv27ePbjmVl5fTJe3F
ixdjx44diIqKoh+6zc3NkJOTQ1JSEj5+/Ej75re1taGnpwdv3rzB8ePH7X7jVVvu3r0blZWV
i5YuXTrEyclJnJ2d5fLy8g6vWrWKAPjq6+u79fHjx1BWVk5mrJzd3b9//8r169dPsLOzk4yM
jEcvX75EUVERPXUsLy+P1NRU+lmRkJCAvXv3Qk5ODjw8PLh8+TJ6e3vpn0NAQAB0dXWRkpIC
Dw8PSElJwdHR8d8W9OjoaDQ1NcHe3h5qamrQ09OrpJwjqYPkqlWryPDw8EnKwOX3Bzi1693c
3IyoqCg8fvwYcXFx/6OCfvjwYXoP/T8V9N7eXnR1ddEOd9S99urVK2pgmG6f/VlBd3NzQ2Rk
5J/RgsWEECFCCD8hhJcQMpcQMpuRsfMRQhZNTk6umJiYEJ+cnNw2MTGhNTExcXlycvL4xMQE
/t2gWnt/aQj0X0H/N4PCKB49erSemZmZLF68uJWbmxtmZmbo7u7G58+f2YOCgt4z1iE6Wltb
N4WEhGDdunUoKyuDoaEhzp49i4GBAQQFBSElJQU9PT0oKCjAli1bsHHjRspwYXpra+syc3Nz
Tk9PTxkAUFFRQWpqKubOnYu5c+ciPz8fz58/R1hYGN6/f4/6+npERESgrq4OLS0tNMv5/Pnz
UFBQQF1dHcbGxjAxMSGkrq6OlStX4smTJ4iMjKRRoPn5+YiMjISBgQHk5eXpQTRnZ2ds2rQJ
u3btor24Dx48iNjYWDx69AgXLlyAnZ0drKysYGJiAhsbmz8IeklJCVxdXdHd3Y3ExETcunUL
oaGh2LdvH+rr69HR0YF3795hZGQENTU19ADKX3xkASDXrl37MDAwwHP58mXMmjULAgIC7pRz
XUpKioy3tzfWrVtHTdrTgn748GEcO3YMdnZ20NXVBRcXF4aHh+Hk5ARlZWVa0Cm2OAAkJSVh
amqKiSGAqwcGBvgpQY+IiMDBgwfByckJFRUVbNq0Cfr6+jSxq66uDp6envDy8oKPjw+Cg4Nx
+/btAhYWFsLMzPx+1apVMDIywtmzZ2FoaLg1NDTU0t3dHZGRkXj79i0OHjxIi1hgYCCSkpLg
6elJ931/F/Tr16/j8OHD0NfXR2dnJz8hZH1SUhKEhYUxd+5c8PDwoL6+HhUVFXj06BGysrKQ
lpbGPD4+zvTlyxdaMLOyspCcnAwDAwPk5ORAQkIChoaGePDgAa5fvw4NDQ2IiYmBj48PCxcu
xM6dO2FtbU0ZwWDx4sW4efMmjIyMsGnTJnh6esLa2hoSEhLYunUrYmJiEBkZidTUVMTGxiI2
NhYhISHo6urC6tWrYWRkBH19fSgqKmJwcBANDQ0oKSmBiIgIAEBAQACqqqq4f/8+Hj58iOLi
YqSkpEBBQQG5ubkYHx/Hhw8fMDo6io8fP2JiYgLd3d1HKaMjxnqapZGREby8vK4yiFekqalp
BSGEU0NDow4AuXXrVkhcXNxmPj4+MnfuXNLR0WE1MjICah9+586dWYGBgbh79y5t6BMUFITA
wECEhobi3r17UFZWxsGDB7Fnzx7MnDmTFnRq8NHLywtHjhz5HxP0qKgovH37Fs+ePYOVlRUu
X74sKy8v38fMzPydsUM9sXTp0vM3b95ESUkJRfz7A82sqakJkZGRiIiIoMX8XxF0RjKCgwcP
gp2d/a8E/ejRoyCE0ES/L1++4O3bt/+RoFOHt7a2Nvz48QNmZma4du0aHj9+jObmZoyNjaGv
rw89PT3/UNApa+P29vY/owWzGELOzUi+OAgh7IzgIoTMZIi8ACFEZHJycuvk5KTB1NSU5tTU
FP6ToLL0/v7+/wr6fxpycnKU0Ug9ExMTWbJkSevSpUshJCSE1tZWEELw9OlTDcosYnBwMCgo
KAjy8vKIjo5+rKCgUKmhofGqqqpqT2JiIk96ejqGhoaQm5t7eN26dZVr1qzJcHBw4Pry5QuM
jY0BIHb58uW/AFRu3LjR5c6dO3rTp0+vXLRoUUdAQMBBDw+PBAcHh8qysjK3tLQ0B0dHx8qI
iIjKqqoqtcbGxrkWFhbblZSUKiUlJStfvXrlNzQ0hPPnzy8VERGpFBISqrx//75pcHCw6N69
eys1NDQq79y54+rl5QVra2vs3r177cWLF3NjY2MrXV1dpbZs2YKdO3di586d2LNnD9avX4/9
+/fj8uXLsLe3h52dHaytrXHmzBlcvXpVBIAIAJHy8vJVdXV18Pb2XpSZmWlx7dq1SjMzs0pn
Z+dKBQUFm8LCQjNCCPe3b98wNjYGQgja29uRnp5OZ+llZWUQFxd/ybBb/GBqaoq9e/ciJSUF
jo6O16kMPSYmRs7S0hJr167lBSDi5uZ2Jjw8XFRZWRmHDx/GkSNH4ODggPPnz4uwsrKqxMfH
Pz537tzqAwcOUMNyLN3d3cv9/Px8AIiXl5fPJYSgu7sb3d3d8x8+fLienZ1dRExMbFV8fDyP
rq6uCBcXl8jBgwfn6+rqQlVVFVJSUti3bx/lIQ4fHx9a0B0cHEpYWVkJCwvLyLRp09bz8/OL
cHBwCCspKfFoamrC1NQUL1++xI8fP+acOnVKBIDIsmXLRBISEhYVFRXh8ePHq4yNjUUqKysX
1dfXz3F1dRW5du2ayIMHD3hOnz69/Pjx4yJpaWmbRkdHBdXU1CAhIcE6b948kdmzZ4uMjo4u
6OrqQkxMzHJzc/Ot7OzsK16+fMmfkZExj52dXQSASHZ2Nj0b0NDQwCItLS1iY2MjEhkZCTc3
N+jq6vJv2LBBZMGCBSKLFy8WUVVVFbG1tcWDBw/g7+8PMTExPHjwQMTc3Hzhpk2bcO3aNVy5
cgWOjo44c+YMXFxc6Kn+37jO7MXFxQaCgoKqGhoaG/bu3bvt2LFjIoQQ3oaGBtTX17OLi4uL
ABBZunSpoKqqKiIiIuDh4YGrV6/C1dUVjx8/pmdDqGytra0NExMToMxtuLi4CBMTE5k/f74e
Dw8PADhSgI3s7GxlKSkpzJ49OxAA0dPT+yUtLW0IYFJISIjU1tY6E0IQHBzcDYDIycmNfvjw
QaWurg51dXW0naqhoSHWrVuHHTt24MCBA9DX14eqquryWbNmiXh4eIh8//6dqaamBuXl5QgO
DuYzMTERefXqlaiXlxe2bNnC4eHhIUIImf3+/XsBGxsbkVOnTgkyDlRztLS0RNLT04W+fv0K
CwsLnDhxAjk5OSJ1dXWrs7OzkZOTM+/Dhw8iPT098PX1xbp16+Zu375dOyEh4Vhqaup3PT29
5wAEJCQkRF6+fMn99OlTPH/+HDk5ObSTYVZWFvLy8vDixQvk5+fTUVtbO8PGxkaEh4dHxNPT
ExoaGpCRkRExMzObSQjBkSNH5gMQuXHjxvK2tjaRHTt27J09e7ZIRkbGHBsbm0UARJiZmUVm
zpwpsn79erGFCxeuPXfu3N3e3t7jPT09UFZWhrKy8r8l6L87bFImXBcvXoSCggKuX7+O6upq
UBXAvyfooaGhsLCwoN0b/4QWcDJiGiGEhRHMjP+yEkLYGH8+ixCycGpqSmRyclJ1YmJi5+Tk
JP6T+E+y9P8K+l9EQkICcnNzceXKlTcAyIwZM1o5OTmxatUqvHnzBoSQaaGhoR4Mo4vOwcHB
rQ4ODtPExMSSp02bRmbPnk0oFyFfX9/90dHRaG5uRkpKyh2qR3fu3Lmyjo6OJSdOnMCxY8cs
qN8/evRovJub2zkuLi6yfPny/n379m2h+soGBgYFN2/ezKD+7osXL05kZmYeW7lyJaFMMSQl
JUlmZqbD2rVrd7CyshLKP/rVq1eEcveSkJB44uLiAgMDA7+FCxfSfUMpKakRFRWV9du2bYO8
vDzk5eUhIyODkydP4vLly7CxsYG1tTXs7e1x9OhRC3l5efpzr1y5MpWUlLRp8+bNf8t6kMjJ
yZGIiAglT09PeHp6wsnJ6Q8o2d8OU68Z/sffAVzS1NS0jI2NtdyxY0c1AKKmpkbu378vpKKi
IiQgINBFfX0lJaUOAwODddra2jh8+DDOnj1rKScnR+bOnUs4OTnJ7NmziaWlpdrg4CA6Ozun
ZWVl+VDf+9mzZ/Nv376NLVu2QEBAAIKCglGsrKxEUFBw2N3d/ZiqqiqZNm0aERYW9hEWFoaw
sDDWrFkDAQEBmJqa4unTp3j06BEePXqE6OhoXLt2rYQyMaFgN0xMTERQUJCsWLHC2MTEBH5+
fggICDCSkJAgTExMZNasWcTExCTSzMwMioqKI5s2bSLGxsZPjh8/biMvL0927NhBtmzZoi8s
LNyyYcMGsnPnzgw9PT2IiIhwLl68OI+dnZ2wsbERR0fHGsYBKJ9awbp161ZIQEAA5Y1PUlNT
PXNzc3H48GElExOTwpkzZxIJCQlib2//xMvLC4KCgo4UoY16/QYGBg8iIyMRHx8vvWjRonvb
tm0jkpKS4/Ly8paenp6c1tbWuHDhAi5cuABra2vk5+ejrKwMRUVFKC0tRVNT05rf8bHUNeHr
67u/s7Nz5sOHDyuo62bWrFljysrKslFRUfResY+PD4KCgpCdnU21Z5CTk4OamhqmsLCwKADk
+vXrxMbGhoKgPNXT0wMAS8ryNikpSWn69OmYMWNGDABy4MCB94sWLdIDMCUsLEz6+vruxcTE
QF1dXZcCr2RkZJhQ64YxMTG4f/8+9PT0oKmpiYMHD0JHRwe6uroaQkJC45R3fG5ubuaXL1+Y
29raxExNTfs2bNhArKysPt+5c2eJgIBAyd69e8mdO3fOnDp1Kl9WVpZISEh8OX78uIupqWm7
sLAwOXbsGBkYGDC3s7ODtLS0y5EjR4iLi0t1YWGhlIGBQcf58+dJSkqKg7Oz8z7Gs2bUxcVl
pLKycpyVlfUHRQWLjIxUv3v3Lry8vHD9+nW4urri5s2bsLGxwfHjx2FoaPiHOHv2rMbWrVsJ
CwsLuX79eriWlpYtLy8vkZKSWv3kyROhDRs29DMMiloEBQVPUNdGaGiovZmZWdZf3vMACAsL
C0lKSnIpKyvD1q1boa2tjampqf9Y0O3t7cFAlOLy5csIDw9HdXU1RkZG0NfXhw8fPtAbQmNj
YwgLC8OjR49w6dKlPwxn/pNgZYg309/4MyaGuLMyMvfZjBL91vHxcenx8XH8JzExMYHx8fF/
q5f+X0H/i2D0MYQDAwNHGJPsrfPnz4eEhAQ1SMUSHR3txLAGHCgsLFymr6/vz7AFJe/evSNW
VlaEIUANDx48mPfmzRvk5OSsoy50GRkZUl5eLvvr1y8QQqTu3bvXxXDnire2tnbi4+P7deTI
kaOJiYkwMzOjBN2mv7/fiHETj1VWVkoYGxvXAiA7duwgvLy8hCpLP3v2zJgiRj1+/JgQQsjc
uXPJvHnzSFRU1FVXV1cTxgN05MiRI/YnTpz4xLAcjbC0tGQzMDCAkZERDh06BGtra9y6dYt2
tXJxcdHk4+MjM2bM+L5x48Yr4uLirQxucKaUlFTywoULibGx8QgTExMRExMj4uLihJWVlezY
sUNTRkYGMjIyWLVqFa5du4aysjKkp6cjIyMDRUVFcHR0jJ01a9YvZmZmwsbGRpYuXUp+HzLb
vXs3iYiI4L927drOPXv2jD979oyoqakRhsf2BWVlZRQXF8+UkJAYZtCP9IKDg83ExMQmRERE
SE1NjWJjYyOKioq8li9fTm0xDDo4OMyys7PDhQsXQFk87t27931QUNBuymMcgNdf9gd0dXWR
kJAAf39/+Pv7Izw8HK6uriUAyMyZM4mamlrdokWLdh09erSTcnYzMDDYd/LkSSxatKiNEjaG
De/wmjVr9rKwsJQzDl/xBgYGZylhdnBwOGpqatrIeC0ZixYtwvr167Opgw71/cjJyVkcOHBg
HYDv7OzsJCUlJT8oKOjKtGnTfjAxMZGamhqjioqKvZT3v5KSUh/1fvv6+l46d+6cJXUoPX78
+DdWVlbCyclJ8vPz9xobG/9kYmIi69evn+Ti4hrk4uIiRkZGadevX4eTkxPs7e3h4uKCrq4u
fPv2DaOjo/jx4we+fv16aOfOnWTBggWksLCQKCgoUO+pwq1btwRkZWXJzp07ibW1NWVh+ys6
OnojVfnw8vLCw4cPERcXh/j4eMTFxSElJQUxMTHrZ82aRdjY2EhLSws5cOAAZXlMli5d6gTA
GAA5efJkbkNDw4LVq1dj/vz5MQzxfS8qKqoHYGrNmjVfx8fHTRgDoUepezQ9PV0/PDwc4eHh
SE9Px8mTJzF37lysXbsWIiIiWLt2LRYvXpzPxcVFNDU1aYvX4OBgkaysrOX8/PytDJfDk9ra
2hnUfvvBgwfPq6urP6Ku6+LiYrJ3717qPZl48eKFRnZ2Nvbt20cAkGXLlkURQk5RP2M/P782
Qsi+AwcOfKKARaOjo2TatGlk4cKFJCAgIO369etzrayssGPHDvj7+yMlJQWlpaV/WFH9iw91
ygExODiYCAoKEjY2NjJnzhyB6OhoNYpEeOvWrbq3b9/u5eXlJaKioqOOjo6LNTU1VZiYmIiw
sDC5cOFCpLCwcDwAYmJiUsUQ1EWbN29epKKiYtXd3Z1JCBH5s89jquT+9wT96tWr9NoetRlR
V1eH79+/Y3x8HBYWFtDV1YWfnx/Cw8P/FS1g/jti/pd/h5VRgp/H6KeL/acld2oV7suXL/9y
lv7jxw8UFxdDSUkJysrKqK2tpd/D/5WCztgL5wwLC2tmPFibAYCTkxNNTU2YmppCfHy8CyUw
ly9fvsjJyZnJEDVCCCFVVVXUjUiuX78uyJiGrfn95JqQkOD84cMHfP78eeaDBw/UGQ/uKRYW
lsm1a9d2Ozk5MX/8+JEnMDCwhAHDSD916tRTPj4+snHjxqGDBw8aLlq0iFAHiaNHjxJBQcEv
+vr61wkhB/T09OhKgZycHGFmZibCwsIkJSXFcf369fcYSNMfjY2NiIqKcpw2bRpZvXr15KVL
l6RNTExgYGAAKysrvHjxAg0NDaiqqsLQ0NC806dPv2A8NL02bdoEWVnZo4zqQtPVq1fvL126
9NSlS5ecGd7JpLa2tuz27dt5NTU1ooWFhSgsLERxcTHy8/MRFhaGwMBABAcHIzo6Gv7+/iwK
Cgry+/fvD2VmZg5lYmIKTUhICL1w4UIDY+OAREdHL2tra+Py8PB4c+vWLUI9aAAY37lzBxUV
FS7c3NxT0tLSxMXFZYWOjg7WrFmTxAAtmCYmJqKqquoulaHPnj17Kjc392Zvby9qampQWFgY
yczMTA4cOPBx7dq1/gCmGOjOuytXrgQVfHx8OHnyJPz8/HDjxg3cuHED3t7esLGxKWGAXL4X
FhYa3LhxA93d3XsoPKi6urqNh4fHPjY2NsLFxUU2btxIZs+eTZYtW0YqKirs/Pz80hj+/XmE
kIVSUlIfAJD29vYj6enp9Qy/6BTGINoodfChrq3t27dniImJgYeH58OcOXOItrZ2CxMTkwmA
9ytXrpwqLi7eYWtrO8yohITHxcWx+vj4VDAOBqlfv361WrBgAREVFSWvX7/W8PPz8129erXz
+fPnDzC+fn9WVpbstm3bBBmY0Knc3FyZvLw8ZGZmIiUlBa9evaLJgt++fcPExMSKK1euhK5f
v77/ypUrREBAgBI/9bt37yIkJMTVx8eH6Ojo0Nfs8ePH1dTU1Gg4jZaWFrS1tbF//37s378f
enp62LVrV+FvBDUCgDCgPmTr1q21AM4ytg0+FRcXbwMAZmbmx4zf+yEiInIKwNSqVat6X79+
LcOYtD9KkdTa2trMqKG4yspKPHr0CNbW1rCzs4OzszNu3LgBZ2fnIDExMaKtrU3/2ywsLFKy
srJYu3ZtxvTp0wkXF9cdfn7+kQsXLiSdP3/+0devX6XPnj0rwMBrtsfExLC6urqmMqAxXx4+
fAhCCJKSkh4wKnoV+fn5QUuXLiXMzMxER0dHMzExEbt27QphCDzx9vam0cqXL1++Y2hoCAcH
B0hJSeHZs2f0AKG/vz/mzp0LPj4+LF68mI6lS5eqTZs2jSxfvpysXbuWrF69us/AwOC2pqbm
0k+fPjGFhoZWMZKYvidPnoTOnj2bPHr06JqRkRFmzpy5kIWFhcjIyHx78+bNguPHj3sxwEW3
P336dFFPT++XqKjoL+pne+/ePU5fX194eXn9zfD29satW7dw/fp1tLS00AY+/0jQKyoq8P37
d5SUlNAgo66uLgpagocPH8LPz49yv/wzwfQn/w4To/zOMzU1JUQIWf0/qUcUZvbPCvrU1BS6
urpw6dIlXLx4EQ0NDejp6UFHRwe6u7v/9wm6n58fIiIi4OrqWsVAdL67ffs27t69S2XoHA8e
PJhklO1IeHj4Ng4OjmwAxN3dnRBCSGFhIZ2J6+vr89rZ2cHY2LhVRkbmu7q6OmE8lMmXL1/m
5eXlISYmZuv27dtp7+2nT58GDg0NwdPTEyoqKruowR0qWxMVFR1SV1c3mj9/PgFAoqOjY79/
/y568eLFOadPn8bIyMhO6t9RVVUlbm5uhIODg/Dx8b0nhFzR0dGpB0DCwsImRkZG4OHhcZqT
k5OIi4sTHx8fBScnJ5w/fx5BQUFobGxESUkJXr16hf7+/t1U6ZSTk9Nh0aJFEBMT28eoEnS+
efNmMS8vLzZv3uzBECUyOjoq3t/fj7y8PDBsaFFSUoKCggJERETg8ePHiIqKQlJSEm7fvg0F
BQUcPnwYALBw4UJ4eXlh+/btVowe+mRvb+/a0NDQLAZNjoiIiFCYQGMTExPcunXrBoOCRD59
+iT06NEjiIiIRE+bNo0ICQnp6+vr49SpU84bN24kK1asIIzX2UMImd/T04O8vLx0KnvdsGED
2bZtG2FlZSWqqqru+/fvh4aGBjQ0NKCoqIgLFy7A19cXd+7cwZ07d+Dv7w9HR8cSVlZWws7O
3m1paQlGFUbE2NiYYo+fra+vT2Os4fU7OjrK7tu3b5OysrLop0+feIOCgtoYWVcGIWSDmJjY
EABSVlZ25PHjx/UAyP79+58tXboUAFo5OTnJzp074w4dOnQ2MTExOD4+fsGOHTs4eXh4Rqnr
iZ+fnzAxMRFJSclJGxubo0JCQgOMoc6At2/forS09Dij7RI2MjJiNWvWLLJz505SUFCwob6+
Hp8+fUJYWNhTxjWffuPGDYSHh4tT615JSUkvUlNTkZSUhKSkJGRkZNDglISEBKSkpEBLSwvs
7OxPfxtcI+fPn88YHh7edubMmSYqu+Xk5CQ8PDxk7dq1e8TExCAuLg4hISGoqanByMgIJ06c
wMmTJ2FsbIxDhw69YNwDowC+cnNzk2nTphEZGZlvr169kr527doldnZ2Mm/ePGJlZSUSFxeH
Xbt2JTAOmxdPnz4tOnPmTDJ37lzi4+PjVVhYCDs7u4MM6turhoaGxbm5ucjOzkZRUREaGxtR
U1OD169fo6qqCq2trVttbW3fU+8zxT1nY2OTVFFRwf79+/NZWFhouIyzs3Pax48f4eLiAgCS
DMxl28qVK3HlypVkxirsVycnJ94fP34gPT3dmUoMuLm5CSsrK3Vo2MfIqoOmTZtGZdL09Qwg
QFVVFaGhoTwKCgqIi4ujufTt7e1QVVUFNzc3Fi9eDEFBQQgKCmL58uVq1HXPmJYf8Pb23k7N
DtTW1u79vVqmr6//bWxsjMvc3Bw8PDzC7OzshJeXt/306dO4dOnSUwDEx8eHhIeH/6EEz8XF
1YQ/+WFpaQlGm+xPC3pRURHs7OywbNkyJCYm4sSJE9i9ezdCQkJw+/ZteHh4oKenB5OTk/QA
2l/2r//FYGL02XkIIcL/SvXhz8SvX7/+dEY/Pj6O1tZWnD17Funp6cjNzUVbWxttMPQ/uef/
f42g37p1C3fv3pVYt27dAMUXT0xMTHv37h1/a2srWlpaLlG7xcLCwqSoqMj3zJkzD6lf19bW
kitXrlC95QpDQ0M2Xl7eQE5OTsLPz3/5xo0bFxgUr6no6Oj7b9++RUxMDFRUVB5Spv+vX7/e
+PXrV7i7u8PKyootMjLSvaCgICknJ6eTiYmJcHNzfy4oKJDW0tKqYAz9xF66dGldZ2fn8sDA
QNjZ2e1Zs2YNBaMghBDqof69oqLCyd3dPZ0hWJONjY1qd+7cecw4fb8vLi5eHR8fj8ePHyMn
J4cu17S2tuLXr19LjI2NOxnl7CRVVdVptra2zgwu8BAhZN6NGzegrq7uxChbk87OTsnOzk5U
VVWhtraWjrq6OmRmZiIiIuIPgr59+3aoqqqCg4MDJ0+exJ07d+bKyMgkMUqxk8PDw4927txJ
AJCWlhbi5OREceC1rK2tcePGjevTp08nwsLCpK2tzYYQoiwmJvaWwUPXP3To0AYAqbKysv2P
Hz9+zsrKSubPn09ycnLOT05OMjU0NNRQfffv37+Thw8fEgbu1Y1ak6Ec8HJycuDv74+wsDCE
hYXh6dOncHV1fc6g1o1WVlZqE0LUCgoKHDdu3EimTZtGFBQUrJ2cnHhYWFgILy/v4Pj4+PT6
+voZsrKy4pmZmXyxsbGtDNRm7MjIiJC8vPxHACQnJ2d3XFxcNQDi5OQUKyUlBQB9AIirq+tZ
QohQf3+/Rk9PzwpNTU0A+MD4PLrlMmPGjMnk5GQtQ0PDcUbml/ft2zeOe/fuFTDK0OmxsbE2
lDjcunVLLCcnB4QQFgsLi3OMvmm6jY0NEhMTedesWUNmzJgxXlNTY1JXV4eamhq8efMG8fHx
cHR0xNWrV3H9+nV4enpCWFhYbfPmzXV1dXXkyZMnvx+YLBk/W/Ly5Usyffp06jAsmpqaihcv
XiAjIwMVFRVIS0tDUFAQvdkQGxu7ur+//6CtrS2Pra3tyaNHj1J890sPHz7E+Pj4fhkZGcIg
n5kQQixlZWXHp02bRnR0dFRfvHjBqqWl1QaAPHr0KJoQAg8Pj2DGv5+7d+9e7Nq1CzIyMjh6
9CiGhobQ09OD8fFx7N27F3PmzDlJ+VFMTk4S6oAjJCS05MSJExAVFU1nZmYm586dyxMVFSUA
yNu3b49cv34doqKiS5iYmMi0adOaNDQ04OrqGssgLX69efPmrE+fPqGwsNCSEkMfHx/aL19U
VHSrsLAwpk+f7sPKykqWL19OysvLCXWIX7NmzbUnT56ImZqajoqJiV179uwZ6urq6HWvsLAw
2hWShYUFADBz5sx9TExMRFpamlCHz3379hFCyOavX78iKioKR48efUm9HhUVlSuZmZnMhBBU
V1cvZGZmJgsWLPj+/Plz0SdPnngBIJaWlgMRERFbWFhYktasWZN04MCBJGlpacklS5Zg1apV
fxVCQkIQEBAANzc3vL29QQ2r/qMe+l8KenFxMezs7CAlJYXMzEwcO3YMu3fvRnBwMO7du4fr
16/j/v376OrqonvUVPT09OAfOcN9+/aNOqD/paCzMAbk+AkhC/6nNSk5OZkeHv57kZeXh8LC
QmzdupXePEpOTkZra+tfDQv+rxL0qKgoxMTEBC9ZsoQwMTFNUT3Knp4eNYYJxjMODo5JVlbW
CTY2tglTU1PS09OzydzcPJ0xREdYWVmJgoJCS0tLC9OCBQukGD1eYmdnd/rMmTOgemF79+79
9OPHjwU6OjrYu3evLwNjmV1WVjYzLCyMLm1Q/GhlZeVIJiYmwsnJSWpqaiSys7P3i4qKkmnT
ppGNGzeS3t7e3EOHDgGAGhsbG2FmZiZmZmbE2dl5inK9ExMT80lOThbX09ObZAz2kUWLFpGl
S5eS8vLyXc3Nzairq0NtbS2amppoM4fu7m4MDw+jtrZWW1hYmHBxcZElS5YMrVq1ijAzM5Og
oCDF0dFR/Pr1a625ufknqo9cWlqqRO1t/25x+PXrV3R0dCAsLOwPgi4vLw91dXWsXr0aampq
UFFRURMUFKRP+AEBAcTZ2ZkwMTERRUVFsmzZMsLExET279//3tPTEy4uLuepku62bdtoYxdV
VdX04uJiG4rCpKurG/b58+cjFBVLQUGBfP/+HY6OjinUPu+bN2/Gqd7mgQMHfjY2Noq/ePEC
VDx//hx5eXl4/vw5nj9/jurq6iNr1679RD30Nm/eTBQVFWla2Lx58z48fvx41bNnz7B169YU
dnZ2oqenRzQ0NIiysjK5evWq+caNG6sY2XubqKgo3aY5ePBgy65duz4yHvpDubm5SgcOHChm
YmIi/Pz8RFtbm6ioqJCAgIBH9vb2ZpycnAQAiYyMJJGRkYQaOktKSvIvKSlxnzVrFuHn5ydK
SkrVgoKCX9nZ2Ym9vb3ClStXLKhWzuHDh+NKSkqYP3z4gOjoaCVZWVkCYEpPTy/EyMgomVFp
asvLy6OdyxISEuDu7o47d+7g7t27uH//Pq5evZpAZa8mJiZEQ0ODYp+7Ll68eBN131D/LuNw
XF1dXX2lvr4eNTU1NH0qPDwc3t7e8PT0RFBQED58+EDdu3N1dHQ6KWMZfn5+jI2N4dKlS0eo
ao64uDg1Z/Dm6dOna54+fYqgoKBzM2bMIAsWLCACAgLFjFYEefz4sWpMTAzCw8MREhKCyspK
DA8Po6+vD9++fePw9/dn3r59+zGqXWJsbEyX/Q8dOuQ5NjamtmrVqiFGZh7j5eXlTiUI7e3t
av7+/pcZVK7PHh4eIaKiot2MUv/XkJAQ7ri4OJw7d66W4XdBCCH0tXz06NEHxsbGuwQFBcep
1lZeXh7h4OAgLCwsxNTU9PrVq1fDqRZESkqKY3l5OfLz81FYWIjnz5/TJLMHDx4gPj6e6cKF
C0ZUUpKcnPxk3bp1XYyBwhxPT088e/YM6urqYoz2X1NKSsoSSiCtra2TGFW7oaGhoZvq6uot
VBskPT39lrKyMgQFBXH06FFIS0tj4cKFWL58+R9i5cqVWLBgATg4OODv74+pqSl6k+EvUdP/
rqD7+Pjg7t27uHfvHt69e0cPzlHR3d2Njo6O368p+lDx9OlT2v/gn5XtGdbQ/7bbG8Wc6O/v
h5ubG9atW4ctW7b8w1i/fj1OnDiB9evX02Zf/xV0QpCWlobMzMxZ8+bNEzA3N1+1cePGZbt2
7RIYHh7mePfuHSorK+fy8fEJsLOzCyxcuFDAzs5OkHEQYHN1db3v4eGRb2lpmebs7MxPCEFd
XZ1oSEhI/vbt27fU19dPb2trQ01NjbGvr2/+8+fPrdPS0tyUlZW7eXh4vnBwcHx+/PjxvseP
H+Phw4dob2/H169fMTw8jNjYWFy/fv3SiRMn8q9du5bf3Nws3tTUNN3c3HxDZGRkfnJycmpx
cfECRnYtFR4enh8WFpZ/7969o0+ePBEJDAzMf/z48fNXr15tSUtLw6tXr5R9fX3zmZiY8sXF
xfNLS0uDqAyUsi2kVkF6enrQ1dWFjo4OjI+PM9fV1XlLSUnlA3gLoOjOnTspjOoFPn/+vCI0
NLQAQL6QkFB+U1OT2Pfv3ym/YYyMjGBiYgI/fvxAe3s7YmNjkZeXh5KSEnh7e2PDhg24cuUK
bGxsYGRkhIsXL4qvW7cuH0A+Kytr/rNnzxTHxsa0Dh06lA8gX0NDI19fXz/f09Oz/vnz53Bx
cbGcPXs2Wbt2LZGXl69Zvnz5C1dX1zQ7O7tpT58+nbt8+fJMERGR/JCQkHWjo6PTz5079whA
PoCnXl5eOHnypD2A/FmzZiWVlpae3bdvXzWA/K1bt1bduXNHxs7Ojt7Hj4yMRHFxMXJzc6nv
4ay6ujrZsGED2bBhA1mwYAHh5+cnPDw8ZPny5fnPnz+3+fbtGwgh04aGhnaeOnUqH0A5gLLU
1NSbSkpK3ADyN27cSMTFxcm6devI+vXrycKFC7+IiYkNiIuLE0lJSXLo0CHy9u3bfTU1NQKH
Dx/O5+PjIwB+AUiwsrLitrGx8eTg4CgAkO/o6JivqamZDyCfjY0tPzExUWNwcHCWsbGxz/Tp
07tERETIzJkzycWLF/PfvHmDixcvTldTUwsBkG9sbHw4Pz+fiZG1cNy8edOVi4urS0REhKxd
u5aoqqp+CQkJ2RoUFETz2u/duwdbW1t6f97JyQm6urrJAgIC+StWrCjn4eEhfHx8RE5Ortjd
3X1RQUEBt6Wl5Q8+Pj5KdHuWLVtG5OTkfjQ0NPi3t7fTRi19fX1ISUnBzZs34ePjg8DAQPT0
9ICi3VlbW18RFBQky5cvP6ClpYWBgQH09PQgMjKyeMWKFWTJkiVky5YtFWpqaguCgoLw6NEj
PHv2jMfZ2Tlp4cKFVMl80tPTM4XiK7x+/RotLS0YHh6my5bd3d3CP3/+5Pr165e0hoZGPoCB
RYsWfQDwctmyZWT58uWxYWFhxw4ePEgEBQWJkpJSXH9/v7SiomK5lJTUlL+//7G9e/d2s7Oz
Ew4ODjJ37lyyefNmIiIiQgBMaWpqPtPX118gIyPzlZeXl2zbto0kJibmy8jIEF5eXqKhoUEM
DQ11+fn5KwHkq6qq5ru6uuYDyOfj48sPDAw86uTkFMQo6ZOHDx/2Z2dnIzExETExMZQf/e/l
WpbOzs67GzZsIDNnznxTWFi4+dGjR5cAfJWXlyczZ87Es2fPlnt4eDgxKkKvGJk5Vq9eDWFh
4UQA+YqKigHV1dW7FRUVibi4OJk9e3avhYVFtJubG2RkZKCpqYlNmzZh0aJFfxDzFStWYMGC
BeDk5IS3tzcmJydpQ5m/jP8JQb9//z46OjpoX4rfp+q/ffsGDw8P3Lt3D93d3aitrcXDhw9x
/vx52uAmLy8PSUlJf1M/mpub0dzcjIaGBrx9+/bfjtbWVtTX10NVVRW7d++GmpraPwxFRUVY
Wlpi8+bNYGZmRnZ29n8FnSpvpKamYvr06XB2dga1xjUwMICWlhaUlZVh3rx5YGNjw/z583Hp
0iXaSCEwMBCZmZnw8PDA+fPn8fPnT/z8+RP5+fnYtm0bUlJS8OHDBwwPDyM7Oxvfv38X3LFj
B83YPnXqVBm1BuXv74/MzEx8+PABvb29KCgoQH5+PmxsbBASEoLu7m4UFBTg9OnTqKysRHd3
Nyhnq8rKSrpP/eTJE9TV1SE3NxcFBQUghNCGNcnJyViyZAmUlJRo7Cl1WqV+cOXl5WhubqZF
ncpSdu3aRfe6oqOjMTAwgObmZnz79g1JSUkAACkpKfT19WFsbAzj4+OYmppCQ0MDgoKCUF1d
jeLiYly9ehUaGho4evQorKyssGvXLty4cYPeP/bz88PmzZtBDSaWlZWBEAJTU1MAwNmzZ2Fh
YQFPT08MDAzAw8PDhZHRksjIyHUKCgp4+PAhLly4gKSkJJrIFRQUhIGBATg4ONDfh62tLe2A
N3PmTHz79g03b94EACgoKMDLywvOzs64fPky7OzsEBcXh6qqKmRkZCArKwvZ2dloaWnR6urq
smxtbbXs7e21nJyctPTw8FCeN28edbJnKikpwfPnz+Hu7g4AmDt3LkpLS7F+/XrMnj17ZldX
l2VXV5fFwMCAJSHEUl9fX8zV1ZWpo6PDsrGx0bK5uVk5OTkZJSUlOH78OB48eOD+4sULN0lJ
SZw9exb29vY0FfD27ds4efIkAICdnR0lJSUghPDb2dlBTU2NjxBy++LFiwccHR3R19eH8+fP
48iRIwAAY2NjvHjxAl++fEFfXx8uX74MMTExTltbW0s3NzfL2NhYsdu3byMkJATR0dGIjY3F
/fv3cenSJZiZmeHkyZMwNzeHjo4Oli1bhm3btiEwMNAyNTXV/NixY/Dz80NhYSHev3+/8caN
G5ZhYWEWV65c4ff29rbU19efRXnHUy2f9vZ2vH79GkFBQfD29sbDhw/pa3Jqagq3b99mcnZ2
ll+1ahV0dXVpB7+vX78y9fX1WRJCLF1dXbF+/XoEBQUhJCQEDx8+RGZmJrKysixdXFzsk5KS
dEpLSzE0NIS2tjbaavTnz5+0O+DvD7UdO3Zg6dKlSyYmJoTy8/MXhYWFRXNxcXHa2tri06dP
J2/cuKEqIiKCr1+/wtzcHFFRURIxMTGIi4tzUFdXp+Y/iJGREWlsbKTL9nv27LGNiopSNTc3
t3RycjpYUVGB8PDwgzo6OpbJyclnwsPDwcXFBQDQ0dHBvXv3AADLli2Dn58fdHV1q5mYmMia
NWtIU1PTsd7eXrS1tdEmLV1dXXS0t7fj8+fPKC8v1962bRs6OztRXFyMBw8ebP/48aO/g4PD
gw0bNnxet24dWbFiBWlubtYfHR1Feno6lJSUIC8vDwAoLCxkGx4eRmBg4Na6uroz6urqCzdv
3gxHR0fs2LED6urqfyXoK1euBD8/Pzg4OGhgUUdHx19l5v/Tgt7d3Y2RkRE6aRkZGcHo6Oi0
yclJFnd3d0yfPh1Xr15FYmIiQkNDcfPmTbx79w49PT0oKirC5cuXUVlZSetGXl4erl+/juDg
YAwMDHB3dXWxtbS04N8N6md08uRJ7Ny587+C/p8K+syZM3Hp0iVs3rwZCgoK/1TQPT094ePj
gydPnsDNzQ02Njb4+fMnhoaG8OzZMxpc0dvbi3fv3iE9PR19fX2LYmJiwtTU1KpCQkKqcnJy
pAMCAvD48WMEBwcjLCwMHz58QF9fH9LT0xEfHw89PT14eHjQ2FRjY2Pk5+ejoaEBNTU1yMvL
Q3Z2NrKzs5GWloaoqCiUl5cjKSkJaWlp+PTpE3Jzc5Geno7o6GgICAhg586dNLaPmmKkaGQp
KSmoqKhAX18fPaTR1NSE7du300JIZUotLS34+vUr4uPjAQDr169Hd3c3vn//joqKClRVVaG0
tBSamppISEhAUlISDA0N6X6eqKgo7OzsYGBgQHuYOzo60nQ3ACgrK8P3799x9OhRAMDx48fh
5OSEoqIiEEKkzpw5Qxg9fiIvL68kKyuLgIAAnDt3DklJSRAXF4eYmBgePnyIwcFB2nYXACws
LGhBnzFjBj59+kQNMEFBQQHe3t70IePkyZMQEBDAgwcP8Pr1a7rXW1lZiaqqKrx69QqvX7/G
0NAQTp06BW1tbRBCpv38+ROurq7g4eHBwoULISsri5CQEPrQx8bGhu7ubkxMTKCgoACvX7/G
uXPncP/+fZSXl6OoqAgVFRVITU3Fy5cvoa2tjZs3b4IQwn3kyBHaKW/atGkAgFu3bsHAwIAW
dAqJamNjgx07doAQAjs7OzoDOX/+PFRVVQEAZmZmtKD39/fj0qVLWLNmDWxsbODs7EwT72Ji
YnD37l3Y2toiMDAQnp6esLKygru7O+2oxsHBATk5OXh7eyMqKgo6Ojrw9PREdnY23rx5g8uX
L8PX1xc2NjZwc3ODnp4eXr16hU+fPuHz58/49u0burq68PnzZ+zbtw9aWlpITEzEjx8/6One
69ev4+LFi1i2bBkUFRVpiE5PTw/q6uowMjKCS5cuYePGjQgMDERISAgCAwORkJCAyMhInDt3
DuPj4xgZGcHbt2/R0dGB/v5+mJmZwcvLi+67Uuzu79+/Q15eHgsXLqR6rzzu7u7YuXMncnNz
0dXVBWNjYyxduhSfP3+GkZERIiMjceLECWzbtm3Z6tWrCbUySG2rzJs3j8yZM4eoqanpPXr0
CIaGhrCzs0NVVRUCAgKgrq6O2NhYBAYG0gjYgwcPwtfXl0Y6NzQ0ICsry8/CwqLK1dX1WF1d
Hdrb29Hc3Iympia0tLT8QdA7OzvR19eH169fo6KignlkZGQGVfXo6enB+fPn71IldGdn56LB
wUG8e/cOycnJUFJSwrZt2wAACQkJmJiYQHNzM9vw8DDMzMywf/9+XLp0CfLy8tDQ0PiDoFOZ
OQcHB/z8/DAxMfGHAbj/VNCzsrL+rqA3NzfTh5nOzk7U1NSgt7d3DWOOAkuWLMHdu3eRlpaG
iIgI3LhxA+3t7ejp6UFpaSnc3d0RFBSE4uJiEELg6OiI/fv3Iy4uDrW1tdtqa2vFqIz+H30/
fy96e3tRVlYGHR0d7Nmz57+C/n+6oKempuLdu3coKSmBoaEhysrKkJqainv37sHBwQFubm7I
yMhAe3s7RkZG6MnauLg4JCQkoKenh7aaLSwsRGtrK8bGxtDW1obCwkKkp6cjJSUFYWFhKC8v
p2EfP3/+pEUhMjISs2bNgrS0NF6/fo3Pnz/TQ189PT3o6+tDRkYGzYi/cuUKXrx4gW/fvtHD
FwDw8OFDDAwMoLW1FV+/fkVCQgIAYNWqVfRBQEpKCvLy8uju7sapU6dodvGZM2fAzc0NPj4+
rF+/HlpaWjAwMEBRURHi4+NRUlKCTZs2Ydq0adi+fTsSExMxOTkJS0tLHDlyBPv27cORI0fg
4uKCX79+Lb158+ZdAFe1tbWvnj59epmhoSFCQkJgZWWFjIwMSEhI0II+PDxMCzg7OzueP3+O
48eP098XNSQJANu2bYO7uztsbGyQkZFBg1XU1NRoYAu1kldZWUkLelNTE+7fv4/ExESMjo7i
27dvW2/cuGHPzMxsD8B+37599uXl5UKZmZkwMTEBBwcH9PT00NfXd97X11fixo0bePv2LV6/
fk0fGCorK2lBP3jwIG7dukX7axsbG/8BnOPl5YVTp06BsbJFZxVWVlaQk5MDIQSWlpYwMTHB
0NAQLl68CGtra0hLS0NFRQV5eXn4+vUr+vr6/qag3759G6GhoVixYgUWL16MtLQ0mJqawsXF
hSYKZmRkQFVVFYsWLYKHhweio6P/rqCbm5vDyckJBw8eRGdnJ5KTk3Hr1i1cvnwZnZ2dNG5W
REQEwcHB9AGFAoJYWVlhwYIFcHd3x9jYGL2u8+bNG3z8+BGXL1+GtLQ0IiIi6AydYiZYWVnR
8BKqJJuSkgJ2dna62jE5OUkfeicnJ7Fx40ZMnz4dnz9/xujoKPLy8uhK1cePH5GQkAB9fX2M
jIzg7NmzuHHjBk6cOIEzZ84skJSUvArg6sKFC69ycHBcBXB1wYIFbUeOHPEhhLBVVFTg4MGD
/5KgL1myhK60+fj40H4PHR0d/1DQu7u7MTQ0hM+fP896//49HzUoRt2vFhYWlra2tkYXL17E
8PAwmpubkZiY+AdBj4uLAyEEw8PDUsPDw7OGhobg6uoKMzOzvynoS5YsAT8/P7y9vTE1NYXO
zs6/m5m/e/cObW1tTBRvw83N7ZS+vr69u7u7fWpq6o7q6mp8+/YNRUVFuHLlCmRlZVFcXGxv
aGgop6SkRAu6l5cX/Pz8kJeXh5cvX+LFixeoqalBdHQ0du7cifb2dquoqCjN3wU9LCwMnp6e
+Pjxo8LY2Jh9Q0PDVl9fXwQHByMjIwOEEDx8+BC2trZ7Ll26ZO/t7X0pPj6eaXh4GGNjY/j0
6dO/HBT5U0pKCurq6v8V9P8bBL2jowO5ubk4evQoMjMz8eTJEzx79gzHjx/HqVOnkJ2djWfP
ntHkrE+fPmFiYgIdHR3w8/NDd3c3dHR0cObMGQwMDNCEqvr6erx48QK1tbVobGxEeXk5kpOT
YWdnh9jYWMTHx6O7uxv+/v54/Pgxnj9/jtbWVprF+5eC/vr1a/T29oKHhwerVq2ChYUFzpw5
g1OnTmHXrl24d+8eWlpa8O7dO/z8+RPBwcE0bKalpQUfP37Epk2bsHfvXnR1df1dQd+0aRP2
7NkDPz8/EEJAEdoKCgrw4sULGsRBUbo+fvwIJSUlLFiwAAAgJiYGERERzJkzB0ePHqV78adO
nYKpqSlu3ryJtWvXYvXq1XRVwcrKCoKCgjTb/dWrV8jKyqJhDpcvXwYLCwuMjIwwMDCA8PBw
hIWF0WCVAwcOYHx8nO7HUT7eRUVFqK2tRUNDA01NMzc3x8mTJ11/X//ZtGkTaWtrOxUVFYVt
27Zh2bJluwCU8fDwkGXLln1xd3ePokhbUVFRyM7ORmNjIwoKClBUVARtbW1cv34dhBCcPHkS
q1evhq2tLSwtLWlGu76+PgBg1qxZyMnJQXt7O5ydnWFkZERnF05OTjRbvra2FiMjIygoKEBn
Zyd9XVy8eBFr1qzB+fPn4ezsDG9vbzx48ABhYWGYN28ehIWFkZqaChMTEzg7O9OoV2ooktoK
ePjwIQ4fPvwHQbe3t4efnx9cXFxw9+5d2qhGWFiYHvRhODViy5YtkJWVha+vL+2v39/fDwcH
Bxw/fhyenp5/AHf09PSgvr4eQ0NDsLW1BTc3N+zt7ZGQkIDY2Fjk5OQgODgYV65cwdjYGHJz
cxEdHY3BwUHExMRg/vz5YGFhwa1btzA+Pk5PRQ8PD6OwsBA5OTkYGhrC+/fvMTo6ipGRkZk9
PT2LBgYGwJijwc6dO3HgwAGkpaXhwoULcHR0hJycHACAh4cHzMzM2LJlC4aGhrbU19cz//z5
E69evYKOjs6/LOh9fX14+/Ytrl+/DmdnZ1RUVPxTQafu9993jSlBNzQ0hKmpKc6dOwdra2sM
Dg6itbUVSUlJfxD0+Ph4EEJoFvv79+/h5OQEc3PzvynoixYtwurVqzE0NISfP3/+Q044Ay+q
+f79+11GRkalPDw8BABZsGABUVdXJ/39/fsIITNKSkrg5OSkuGrVqlIhISEyd+5coq2t/SQm
JoaXwjr7+PjQLcjc3Fy0trbyxsbGPgHwiouLi0hISJDNmzcrU8OADOCQ29atW4mUlBTZvn07
8fb2dkpJSeFMSUnBwMAA7t69m8XNzU1WrVpFFi9eTMzNzTNGR0fn1NfX/8v98/r6eoyOjuLG
jRuQkZH5p2L+X0H/P0DQnz17hs7OTuTm5uLAgQNITU1FeXk5Xr9+jdOnT+P06dPIy8tDYmIi
Ghsb8enTJ1ps29vbYWdnh76+Phw4cAAqKiq0+A0NDeH169coKSlBW1sbhoeHUV5ejoyMDCgr
K0NPTw/R0dF49+4dfHx80NbWhs+fP9Ps6f7+/r8S9NraWvT29kJKSgpz586FpKQkLXaBgYFI
TU1FfHw8CgsLMTo6itTUVFy4cAFv3rxBfX093r9/D1lZWezbt++fCrqSkhLu3LlDT7m2trbi
48eP+PnzJz5+/IiPHz/SzPd3795BWVkZYmJiR9nZ2U0AmAPYDAAyMjKwsLDA7du3aWIYtYak
rKxMD8ZkZ2ejt7cXP3/+xMDAAH7+/AlCCD5+/AheXl4ICgpi/vz5OH/+PAghyMrKQlBQEC3o
urq69CQsZQBB9XpbWlrQ09OD9vZ21NTU4PPnz/MPHz6cTm0ACAgIEFtb2/6ysjKxU6dOYePG
jdumT5/+XVRUlOzbt6+UGqgzMTGROXLkCPT09HDixAn4+PjAw8MDBQUF0NPTo9sHJ06cwJIl
S3DhwgUEBgbC2dkZIiIiOHz4MNauXQs1NTVoaWnh8ePHiI6Oho2NDVpaWvD+/Xv09fWhrq4O
d+/eRXNzM6ampvDr1y+MjIzQ78ulS5ewYsUK2NnZ4datW0hJSUF2djbi4+Mxf/58WtAp2AjD
GGNmb28vB+Xh39TUhNjYWCgrK+Pu3bvIyspCQ0MDLly4gBs3buD169coKipCUFAQ9uzZg6VL
l0JLSwvz5s3D27dvMTk5iS1bttBZNmN9D1ZWVsjMzER2djZ931H97uHhYaSlpaGiooKurJw5
cwYpKSlIT09HTEwMzp8/D19fX5SUlEBKSgq2trb49u0b/b2xsrLi9u3b9OFkaGgIAwMD9BrT
8PAwDUIZHBxk/vz5M2tTUxN6e3sRGxsLZmZm7NixA729vbhx4wZUVFTo/rG0tDQAQFlZGYQQ
fP78GV+/fv0/StBNTExgbW39Lwl6T0/PPxR0quUUHR2NZ8+e4cmTJ383nj59iszMzJl6enqB
jO2Aj3p6elXUwfjs2bODb9++XdTX13dUVFT0M8Ozww9ANR8fH7ly5YpbfHw8goODERERgYqK
CtTW1qKlpQVxcXFu8+fPJ2JiYkRCQqKIhYWFCAgITPj7++/IyclBYmLi7fnz5xPGnr4fgO9r
1qwhycnJYuHh4TA0NDzAwcFBJCUliaWlpR+AVywsLOTy5cu2sbGxCAoK+pciIiICvr6+0NbW
xt69e/8r6P83CHpaWhrevXuHjIwM2NnZoby8HG/evEFtbS2MjIxgYmKC3NxcJCcn/87u5ejr
60NTUxOuXr2K9+/f0569fX19dJZAPRSptTNK0Klydnx8PN69e4d79+6hrKwM3d3dePv2LYaG
hjgIIdMmJyfpkmNWVhaqqqrw5csXXhkZGQgICGDXrl2ws7PD2bNnce/ePaSnpyMxMRFPnjxB
dXU1jTl88+YNGhoa0Nvb+y8LOiEEfX19+PLly/zR0VGBnz9/Mn39+nXWr1+/qNUO1p6enn0b
NmzIpW5qhvOay8aNG2FqaopDhw7h0qVLUFVVpQXdzs4OhoaGuHnzJiYmJvDlyxf6kNDb28v8
69cv5s+fP6O5uRnLly+HgIAA5s+fD0tLSxBCkJKSgpCQEFrQ1dTUMDY2xtbf3y/5/v17Fuph
1tvbi5KSEhQWFqK0tBRlZWXo6+vbfvjwYcLLy9tz8eLFIxkZGfbFxcWsFRUVqKurm66rq/sc
ALGzs/MMDg5mPnny5EOGkUx6dnY2G4W8fPDgASIiIhAbGws1NTWcPn0a+vr6UFJSwsaNG3Hh
wgV6MFNUVBTHjx/HmTNnoKWlBXV1dfoBqqqqiuPHj9OHudevX8Pd3R2NjY3MY2NjLNQKDbU+
GRwcDBUVFWzevBnq6uro7u5GWVkZIiIiwM/PTwu6g4MDVqxYgevXr+PLly/cnz9/Zv/06RM+
fPiA8fFx1NbWQlVVFXfu3EFubi6qq6uRmJiI+Ph4FBQUoLi4GAEBAdDW1oawsDDU1dX/pqCH
hoZCTk4OM2bMgLm5OS2sjIcO5/v372cxCImIiIhAUVERLejUTEVqaioiIyNhZ2cHJycn+Pr6
Ql5eHleuXKHnQShBd3d3p8Scf2BgYG5zczN6e3vR09ODkZERzvfv37MODQ2huroaoaGhiIuL
Q319PcLDwzFv3jzs3r0bg4ODMDAwwKJFi8DCwoIdO3bgzJkzYGVlxbFjx+jr/tu3b//PC/rc
uXNx7tw5+Pn5wdnZGa6urv8wfHx8mE6ePNm3fPnygXPnzmmOj4/P1tXVrWTc/5+lpaXh7Owc
wfBYGIuJiYGamtpRRiWsu7CwUCwyMhJPnjzBu3fvKGES09LS6gZAEhMT7xFCcPXq1X4AxM3N
LS8nJwdycnJTAIiysvIeLS0tHDhwoIRxn+Z4enpCXFw8jfHrWyEhITh06JAtYyW4o6ysTCQh
IQH/SmRlZcHNzQ1ycnLQ0ND4r6D/J0ENj1ET1GJiYtiyZQuGh4fR0tKC0tJSsLCwgImJCZyc
nDAzM/tTgr5lyxY6exgdHaX3vBsaGuib7O3bt2hvb19nZWWlc/HiRZ2SkhJkZGSgsbERr169
QmhoKOrr64+PjIxIe3l5oa+vDxoaGjA0NOTp6uo6nJ2dLf78+XN8/PhRq7OzU+fDhw+KjHWz
7TU1NTq6urrT9PX1kZubu/7Xr186QUFBzNXV1UyEEJ2amprtt27dwuPHj5mysrIoX3u70tLS
W319feoFBQXzqKnUHTt24NatW7Czs4OPjw9t+fns2TNUV1fTdKra2lrU19djcHAQMjIy2L9/
/xxCyBZTU1NkZGQgNTWVFvT58+dDRkYGKioquH37Nn7+/ImKigokJCSIZ2VliT579gx5eXnz
MjMzQQjB27dv2XR1dSf4+PjI4sWLfSUlJa/t27fPNikpCd++fUNlZSV0dXVhZ2cHDQ0N2NjY
YN++fbCysoK+vj6srKzQ2NiIsbExDA0NYWhoCKOjo6wFBQX4/v07JiYmDgoJCWHx4sXg5+eH
jY0NLeiPHz/GoUOHMG3aNLCwsMDBwQGEEO7BwUGmgYEBfP78GU1NTdi8eTPExcWxfv16rF+/
Hlu2bJGZO3cumT59OtHW1m7T1dWtMjExUSSEcFZXV2+TkZGZYGdnJydOnDi+bNkyzJkzx5zy
Nk9OTt718OFDUBEeHg5HR0fs27cPSkpK2L17N/T09CApKQk3Nzfu0NBQZldXV6xduxYnTpzA
8ePHoa6ujv379yMxMRHp6enQ09OjByK/fv2KpqYmeHl5obq6Gl+/fmWhNjKocihVyl+8eDHW
r1+PlpYWlJSUICoqCgsWLMCaNWuQkZGBO3fuAAC2bt2KpqYmGrDx9u1bNDc3o6OjAy9fvsST
J09QVFSEly9foqKiAq9evcKLFy9QVlaGoKAgHDp0CCIiInSG3traiqmpKWzduhWysrKg2hQL
FiyAoqIi/VoZmfmCnp6etSMjI+jt7YW/vz+qq6tpDKi1tTWSk5ORk5ODJ0+ewNHREdevX0dQ
UBC2b9+Oq1ev4ufPn4iLiwM/Pz9YWVkRHByMuLg4HDt2DJcuXUJAQADevn2LV69e4eHDh7h2
7RqNSnZ0dERcXBza2toQFRUFPj4+KCkpYWBgACYmJhASEgInJye2bNmCo0ePQkJCgh5MHRwc
xPj4OEpKSrBnzx6cP3/+/0lBnz17NmxtbZGamgrKM/8fRVpaGk6fPs0hKyvLmZCQgO7ubjg5
OWUxduNHQkJCFu7ZsycfAPH19TWemJjA/fv3r/Py8hIG8GrH9OnTsWDBApiZmcHGxgYuLi6K
ixcvJjNmzCBRUVHWjJ+vBcP9cqKrq8uan5+/nmFbOz05ORk3btyoAUCWLl06FBQUtHzr1q1F
DJ8PZQbMyouLi4vw8PAQaWlpeUlJSfzZkJCQgLi4OPbu3funxVxNTQ179uyBtbU1tm7dCmZm
ZhQUFCA1NRUtLS3/uwU9JSUF8fHxOHHiBIqLi+Hq6oqjR4+is7MTb9++RUNDA86dO4dly5bh
+PHjyMnJwY8fP+Dq6opbt24hMTHxrwQ9JSUFe/fupVd6XF1dQe0z29vbw8HBgf5/JycnP2o9
5NGjR6lJSUnMpaWluHTpEgBYSEhIECkpKXL69OnY0dHRXYcPH8ayZctaFBQUiJ6e3pcXL14o
amtrj+3YsYMYGxuX/fr1a4uuri6Rk5MjoqKi962trdU0NDTIvn37yOnTp18+evRI29TUlOzd
u5fo6uoqAYCEhATOnj3Lvnnz5u9SUlLEz89v0tTUNAxArKioaOyBAwdi16xZUyosLFwYGhrq
mJKSgidPniAuLg7V1dX0lHxnZyfT0NCQ5vDwsN6+fftiOTk52yQlJcmBAwdiS0pKlHNzc9nM
zc3Bzc29ePbs2bErV66MVVRUtLh9+zaGh4fx9OlTyMrKCisqKgaJiYnFGhoa6igqKuLhw4fQ
09NzpXrQioqKPkpKSjdOnDjB1NTUhJGREdTX10NXV1fAxMQkZufOnbFnzpyxU1NTg6WlJczM
zKCpqYnQ0FD8/PkT7969Q0dHByYmJmbu3LnziqysbKmWlhaZM2dO+7Jly3J5eXljz5w5k00I
Ec3OzkZgYOClHTt2xAGIA+B64cIFri9fvtAueO/evUNubu7fcrPczsbGRnh4eH5QVYUFCxYQ
f39/2b1794pycXGR6dOnEzU1NUtRUVEICwvbs7GxEU5OTiIoKLh34cKFoGLBggUQFRXF5s2b
QUFvtmzZMnfdunXRa9eubRAXF6+UkJDIlZeXd9LS0qLRsgcPHlwWEhISGx8fH3L8+HFmNTU1
VFRUoKenB+Xl5R7Xr1+PTUpKutvX1zetq6sL/f39aG5uhrq6OmRkZODg4AAhISFs2bIFLS0t
qK2tZQsKCtKfN29erJCQUGxCQoKejY2NO4BYFRWV2MePH2sFBATA19cXT548QXNzM1paWtDb
24vq6mrk5ubi+fPnePHiBQoKClBQUICysrLdfn5+sfv27YtdtmxZrIqKiuOcOXPw9u1bEEK4
5eXlxSUlJWMfPHjwcPv27Vi3bh34+fmxZ88e9Pf3Y3x8HNRr//DhA1JTU/HgwQOm1tbWdaqq
qmIAuN3c3LjT0tKYHj58CB8fn1vnz5+PtbOzCwgKCuJWUlKaZWdnF/vp06eV8fHxQnx8fLEs
LCyxXl5euWFhYWlsbGwxEhIS8ffv37/KcMjbp6OjE6unpxf76tWrvU+fPrVydnaOffr0qfeH
Dx9mBgQEOPHy8sbKysrG9Pf3Lzx//jz3ihUrPAHEioiIxB48eNBUVlaWOtCjra0NnZ2dqKur
Q0JCAm7fvo2ysjJ4e3tDVVX1/wlBX7VqFTg4OGBgYICYmBj4+fn904iIiICBgQFUVFRoBOrW
rVvfMFw5LxJCwvbs2UMYPvLXCCEIDw+/Ss2snDp1antwcDBcXV3pLRAA8gDIkiVLiKenp9vs
2bMB4CQTExNZuHAhefbs2Q8BAYFfDPfAZWVlZbh69Wozw4c/Ky8vz2LLli2EYWmsf+HCBfj4
+Nz9jWQpg3/jQ0ZGBrt27cL27dv/VMjIyMDAwGCnjIyMNgsLy8yUlJTYvLy89VT79H+toFdX
V+Ply5fIzc3FnTt3aGxoYmIiBgcH0dDQgCdPnmDTpk1wd3cHIQSUNWJERAQiIyNx7do1nD9/
Hr9+/aIz9O3bt8Pb2xunTp3CmTNnYGVlBUtLyz+ElZUVLl26dJWiXYmKin4zMjJCYWEhS2ho
6HlmZmYyb948snLlSsLExET8/f1dkpOTmSlAiYiICGlubiYCAgJfGatbMZ8/fz4oIiLyg2FJ
+TYlJUViyZIlvQxHq7r29nbFnTt31jPEJROA4ubNmxXV1NTmARhhGFOQ27dv0/ALFRUVCnVJ
rK2tb5ubm8PU1BQnT56ElZUVQkND8ejRIwQEBCA7O1vWzs6OcHJyEl5eXto1TVNTkxQVFcHe
3p6biYnpDRcXF1m1ahVhnK5PEUJ4Hz9+/GTu3Lk/Zs2aRbi4uMjSpUvJkSNHDHfv3g1BQcGX
lGvejh07yMyZM8myZcs+5eTknBkYGGDKzc31XL169afZs2fT5i56enouJiYmrDo6OlBTU4OD
gwNaWlrolZ6xsTFpS0vL778hIOv5+fnHKQhJVVWVYEZGhuWiRYuIgIAAkZaWJgzr3cG3b9/y
lJeX0+X1kpISREZG0utRISEhCA8PXxMSEpLBxMQkyMHBsU9ISGiYQTx74eTkpMvHx0e4ubmJ
sbGx5cWLF3H9+nV7hmkMWb58+R7Kd5sKSUlJbNq0CRs2bICUlBS2bdu2lHoPqVi4cGHLtm3b
YG5uDlVVVb9ly5b9YLh6ESUlpVRNTc15WlpaMDU1hbq6+s/p06cTWVlZEhcX5+zr60tP6IuL
i0NZWRl2dnYQEhLC1q1b0d7ejsLCwpkODg7NrKyshImJidjZ2TUdOXKEvj7WrVt3V0REBEuX
LkVSUhJGRkbQ3NyM9vZ21NXVQVpaGpKSkpCWlqZj69at5/n4+AjjfSfs7OyEj4/v5oEDB+Dn
53dx/vz5P6ivv3LlyoT169fzrV+/HnPmzIGKigo6OjowMjKCqakp3L9/HwYGBrh69Srv8ePH
RwB8AzB47NixQWdnZ3ZZWVnIysoSLi4uIiAgQCIjIwelpKSGOTk5SXh4+OOXL1+GUitbMjIy
v1RUVAh1yJoxY4ZHTk4OysrKMtjY2IioqCjR09O7tmrVqixubm4iKSn5saGhYYOxsfF3ZmZm
smjRItLW1vZRR0dnkJHhkRUrVhBubm6ya9cus8bGRrS2tqKhoQFv3rxBc3MzBgcHUVdXh97e
XgQGBmLv3r2Ii4v7P0rQqeG+3wWdMpKytbWFvr4+JCUloaamBikpKQgICICXlxcLFixAUFAQ
7YnxzyIhIQEZGRn0vIqOjo4/w7L4c1lZ2cyfP3/qUM6OR48etXn58iW+fPmyZt26dUMASH5+
/nPKyU1AQACsrKzg4eGhBT05Ofmqqqoq1q5da8zCwkIWL15MYmJiaPjR4sWLl5eUlCA/P98I
AOHh4XmRnZ19knoOCAoK6peUlODjx493qUPE9OnTZbi4uPBng4WFBXp6erh8+TLMzMxgbm7+
p8LW1hb79+//zqgUDM2aNYvo6OiM9fT06BFCmL59+4b/yfi/RtDfvHmDsrIyJCUlwcTEBLq6
ujA3N0dsbCzdZ7x//z4kJSXh4OCA79+/o6+vjx6q8vPz+0OGPjIygsLCQuzcuRP6+vo4e/Ys
zpw58zfD1NQUNjY2V+fOnUsYuM0vqampeiEhIaBoXcLCwuTgwYOEASuZIITsuXv3biOj10om
JiYIRVq7e/duaWxsLI4dO1bKsD/9MTU15bF///46hpe23JcvX9js7e0rfhcBHh4eEhMTU3zr
1q0hAOTNmzeEEEKOHTtGXbhk8eLF5MaNGw4WFhYwMDAAhVz19vaGh4cHbt++Ta3gLZ42bRph
ZWUlpaWlhBBCM+MjIyP9raysXjMOG0lBQUFGJ06cIHl5eSdqa2u38fLyEl5eXhIYGBjq7u5+
jfH9t5aXl2/dunVrBwMrOv7p0yejy5cvZzAQtK19fX17hYWFCQcHB/Hy8srfuHGjEYCpRYsW
kdDQ0HVJSUmghlXKysrQ2dmJ5uZmdHZ2orW1NYKNjY3s2rWLnDp1CtLS0scZr9ciIiICSkpK
FECnOS8vz4CHh2eM8eu71PwCtV3w5s0bpKamIi0tDampqfSqzM2bNxEdHQ1paelMxsn/7bFj
x07MmDGD8PPzEw8PD0szMzOYmZnZz5s3jzAxMZEVK1bQgr548WLMnz8ffn5+yMjIoPeoc3Nz
BSwtLWmjomnTphEDA4O8oKAgODs7BzAYAh/V1dWtpKWlh6ZNm0aOHDmi7+TkhDt37uDUqVOt
1OceOXLEPyEhAV5eXsjPz8eePXugoKAAFxcXrFu3Dlu3bmVvbW29fuXKlblJSUlqAgIChJOT
k/j6+soFBQWdYBD5fubl5Z3NyMiAr68v8vLy8P79ezQ3N6OtrQ2Dg4P0BP5ffJyjDpIPHjwg
TExMhIODg8yePZsVgMnChQuJn58fjdYVFxfXERERwZo1awCAnvpPS0vDnDlzAACsrKzzKWY5
Zf+roaFx7cGDB3B1dTVjHMxIWFgYfR+4u7vfvXfv3npOTk7CyclJFBUVj7u5uW2aMWMGATAI
AEZGRggICJBjZWUlO3fubI2KilrDycn5nCEA711cXPDw4cMIyvY2MTGROmiRDx8+3EtJSan8
jeFg9u7dO3rauaGhAQ0NDbTZSHt7O70m+ODBA/rNOnz4MO7fvw8AEBAQwMDAwB8E/c2bN/Ts
zrt372iC2d8T9O7ubnz8+BHfvn1DR0fHXwn6wMAAuru7kZGRgY0bN0JCQoI2mKIEs6+vD/X1
9dRBFra2trSg8/LyYsmSJUhJScHU1BR6e3tpE6B/FH19fRgcHMSvX7/w6tWrawzBJK2trfsY
O+JHKHtcFhaW/aKiomhqamJdtWpVFQCSnZ3dSghh6u/vx4wZM/6Qoa9du5Z8+vTpqoKCAmbO
nGnMxMRE5s+fT8LDw+nrjJ+ff1ZcXBwSExMdGM/nnPLy8jMbNmygEjDVoKAgZGZmelF21f9O
hi4vL4+KigraIOzPRFNTE6Kjo+15eXnHKbMiiqeRmZm5LSIiAv+T8X+NoL9+/RqlpaV4+vQp
LC0tcezYMZibm+PJkycYGRlBXV0dAgICaEH/9u0bPX3+69cvPHv2DKdOncLWrVvx5MkTfPv2
Dampqbh79y6uXr2Ka9eu/VW4ubnB09MT/v7+kJCQsJ41axZZsGABYWNjI5s3b/YJDQ1duXPn
znGGz/QoLy/vS1FR0QwLC4vnTU1N686dO3eN8bAmS5YsIZTlY0hISFF0dDQMDQ2rqAc85X3O
+KHLRUdHL6EIai4uLiQuLo6wsLCQXbt20XzqoqIiQn3s3r2b8kInLS0ts8rKylBaWorS0lIU
FBSgtbWVfih8/foVBQUFrxjUOvprXLhwgboBCA8PD5k9ezYxNTW9FBoaisrKyiUtLS0c169f
f8Pw3R4khExPTk7mZGJiIgICAl8GBwcJdRNduXLl9NevX9Hb2+s2c+ZMIi4uTiIjI8cA/Jo7
d26vra0ty+bNmzF37twxAKSmpsZuYmICQ0ND+PjxIyoqKmiP6/Lycjx//jyGevhWVVXBzs7O
kiFwl969e6fJyG5/Dg4Onrx79y6WLFnSDoAEBAT0lZSUID09Henp6TQ04dq1a7C2tsaFCxfg
4OCAK1euoLW1FYSQ49u3b//OqFa8d3JyMlq6dCnh4uIi4uLiFjt37sThw4ftp0+fTubMmUN2
7NihuHnzZmzevBkbNmyAqqoqSktL0dbWho6ODiQmJsLGxmaauLj4hKCgIFmxYgVhYWEhMTEx
uWZmZuDm5h4GQMzNzesaGhpw7dq1ZwDIiRMnOoKDg3mOHTsGNTW11t+840crKyul8vLy0NHR
ARkZGRw8eBDHjh2TXrFiRQcLC0s3FxcX0dXVLWhvbz8hLCxMli5dSgICAsTXrl07nfGQ7Hzz
5o1cXV0dNTDJNzw8LNvR0YGOjg56UvzZs2fIzMxERkYGMjIy8OrVK1UDA4MhCQkJIiIiQpiY
mIienh5hsOfnqqmpdejo6JCZM2cSNjY2MmvWLFXKnAgAuLi4kJaWhgcPHuDIkSO0e56SktIX
MTEx+h6Ql5dvV1BQwPr162fPmTOH8PHxEX5+frJz585RKSkpPobzoyQFeNHR0bFcvnw5mJmZ
CTc398c5c+ZwbdiwAadPn97Dz89P1q1b9/HQoUNVAKYY11B3Wloa8vLyYri4uMi8efMI4zBA
tLS03hQWFsLFxUWI8rIPDg5+8eTJE0RFRf1VREZGIiEhAXFxcYiNjUVAQAAkJCSwfPlyaGho
wN3dHevWrcP8+fPR1dWFhoYG3Lx5Ezdv3kRubi7NZ6iurkZrayttHEWtJA4PD+PLly/48uUL
CCH0tszo6CgMDAxgYmICS0tLepakqakJISEh0NfXh52dHcrKylBcXIyQkBC0trbSeGSqYlVU
VITU1FRoampi2bJl2LVrF0JCQuDr6wuKe//PIigoCJcvX8bGjRtnLV68+OOiRYtIbm5uXlBQ
ECoqKkAIEdfQ0BhlgGFuFhUVTQ8ODt69dOnSXgDk0qVL6jk5OQgMDKRY9hAWFt7NyclJFixY
QFxcXK6pq6tDVlZWk4mJiYiIiJDS0tIWXl7eQQAkISFhz69fvxASEvKeAdYpycvLU1FWVh5m
kBRdGhoaEB0dfXvJkiX/Ucm9qqqK5rv/maCgQUZGRolURYnSAVZW1oPMzMz4n4z/5wWdcqvK
zMzEkSNHIC4ujtDQUHR3d8PHxwdhYWF/d9gjNDQUsbGxaGxsPCcpKVkkKiraY2lpmcSAShRk
ZmZe3rNnz2dG1p3h4eEBPT292Tdu3JBqb2+f5erqSjGgSUpKCqGyyLCwsFJ7e3uIiYm9YuAy
SXp6OqFoZXp6epu6u7v5qL4T9cHHx0eYmZnJpk2bCABSV1dH/xn1uTNnziS2trb3BgcHUVxc
jNLSUpSUlKCqqgrv3r2jLTOLi4udABAODg7S0NBACCHExsaGAJgSFxcns2bNItzc3MTAwOD2
yZMnqV1j7lu3blFZVB0hBLt27ZrNgFv8+vDhw1eqzCUgIKDg5+eH9+/f3+Xm5iZbt26laV7z
5s3rOHToENauXYsZM2aMASAlJSW3v379SpcFCwsL8eLFC/q15+fnxwAgx44dIy9evEBaWpoB
Ozs70dfXP9ff36/DEPTvg4ODSp6enli5cmUnI5tsqK+vp3fm37x5g5iYGOjr68PMzAwXL17E
/v37AQBPnz6Fvb29NdV+ePz48RVCyJ79+/dTUBSTM2fOQFtb+yyj1EuKi4v3Uis84eHhqKmp
AeXY1dXVhe7ubsTGxpoDmPL39yfU1woJCUmXkZEBgEYApKqqqrm+vh4nT56MZRxUiJmZGZOG
hgZWrlzZvHLlSjJ//nyql7+5pKQEnz9/xvr16+Hn54dTp07tFhQUJJs2bSLS0tJEW1v7zJs3
bw5JSEgQDg4OcvDgweU8PDwzARAxMbHe9+/fS1HvxbVr1+aXlZWpU8JSWlpKHW7+KiIiIl5Q
1w2jPUA+ffrk5+bmlsPCwkIUFRWJtLQ04eLiIhYWFrsfPHiAO3fuwMPDA25ubtDV1YWuri6M
jY1hZmaG06dPmy9btmycKnUzMzOTXbt2lSxatAgAFlIlVi4uLsLPz//93r176s3NzcjJydmp
oKBAuLi4iJeXl8HcuXPBQJoOr1y5EoqKirCxsdkjISFBAJB169YRNzc36rDZGxwcDCsrq9Bp
06YRAQEBOtvT0dEpPXz4MJYvX85BtY6ePn2a+Pz5c/pg85eRlpaG7Oxs5OXlIScnB+np6QgP
D4esrCwsLS3R2NgIW1tbNDY2oru7Gzdv3sSRI0fg7OyMx48fIykpCXFxcWhvb8fY2BjKy8uR
l5dHbxakp6fTNsY7duyAjIwMhoeHYWBggJMnT8LBwQFnzpzBrVu3YG5ujsuXL2NsbAwjIyP4
8eMH3r9/D3Fxcbi5uaGyshKBgYF4+fIlsrKykJubi6qqKujo6EBISAgKCgq4desWPD094e7u
/qfi0aNHsLCwWAiggXEYzXB3dwcbG5uog4PDg9LSUlUlJaVHDFoh6evrw6NHj8T4+Pj6WVlZ
iZCQ0ObZs2dj1apVyM3NRU1NDbq7u0X27t37iQHhOkcIQXp6ehqDNveaEKIoJSX1kZHhV7a3
t+Phw4evGFWVr4cPH4aSklIig+hH2tra4OHhYUERH2/cuLHlwoUL+LNhbm6O+/fvU1a0GB4e
/lPx69cvtLS0qKxdu5awsLDQMKbp06eTDRs2aK1btw7/k/G/QtAnJiaQnp4OfX19bNy4EVFR
Uejq6oK3tzfu3btH2w4GBATg/v37dDAml70XL15MmJiYiJaW1i0PD48jFEry5MmTVc7Ozp2M
ScvPcXFx1cLCwmPS0tIfQ0JCJNXV1T9SfPbPnz/TD3MlJaWstLS0FXv27HlHUeN+/PhBNDU1
CQBy7dq12y4uLrJUid/Q0JBcvnyZEspPrKysnynOe29vL9HS0iKcnJxT2tra3QAmli9fTnJy
cnzLyspmvHz5EmVlZUhLS8OpU6dw6tQpnDt3DhYWFtPExMS+UOWfmpoaMmvWLMLMzExCQ0NN
DQ0Nxxh0s0E5OTkjLy+vqqysrNWxsbE61AMyNDTUWFpaehMAsmXLlq+EEAEjI6MYRpbfJCws
vFZWVjaE8T2NtLe3m7OwsJB58+aNh4WF3VZRUVkH4NvSpUtJfX29Vm9vL758+YKRkRFERETg
7NmzOHfuHC5dugRLS8sYis5VU1Oj4eTkFMjCwkI0NDT6/fz8Vq5du/Y1Y4WlWlBQcC2AwaVL
l5La2lr1rq4uGqxQUVEBNzc32k7WyckJx44dEwKw1s3NLZGfn/8948FOBgcHV4yNjTFZWlr6
Axi3srLq0dbWFgfgysg2XvT398+oqalBZWUlGhsbMTAwQAv5+Pj45tDQ0MtLliyp5OPjIykp
KWTbtm0EALG2ti51d3efJy0t3QuAWFhYdDU0NKy1sLB4wZhXGLx8+fJSFRUV18WLFxNNTc37
a9asecY41LwihPAVFBQcWrFiRfWVK1eqs7OzV6iqqkqcP39ewsPDQ8LV1RXl5eUHhYSECON9
0VmxYoUSo0RZ9ezZMzQ1NSEoKOiCiIhI8ZUrV8zv3r2LO3fuwM3NDQ8ePEBRURFNrCsvL2cL
CQnx09bWnjh//jx59eoVWb9+PQHw6+7du4TKlsPCwuhKT0BAwBtCCMfv97GkpCQAgI2NDWxs
bGBhYamlcMIlJSUUZjXvzJkzMDMzU2asOpG4uDgCgOzevZtkZmYuPn36NC81/+Hv739DR0dn
LaN//+n69esL7O3tYWZmtpGXl5fMmTOHfP36leTm5hLGlPSbuLg4nD17NgMAMTY27q2rq3vM
sHn9Zmtra6Otrf2A0Z4g1dXVIjU1NSgrK/u7UVFRgbKyMmRmZiI2Nhb+/v7YsmULzp07R99/
fX19cHBwgImJCbZu3Ypr164hLi4Oz549Q0JCAt69e0czF+7du4fg4GCEh4fTWT9V6RAUFMSL
Fy9gb28Pc3NzREZG0g6RSkpK8PT0xPv379HR0YHe3l50dnZi27ZtuHPnDqqrqxESEoKCggLa
ipoyQlq9ejW2bNlCl/H/cpbo74WDgwPzwYMHK6nsc9myZQ3Lly8vYWdnH2NjYyPPnz93SU1N
NePm5iaioqJEVVV19ebNm+8znoXk7du3GzMzM/H8+XOMjIzg8+fPlMPgE8bPvyMwMNBIR0eH
APi1cOFCm7KyMo7Q0NAeBjK2eufOnWslJSUbAJCbN2/WVFZWIioqyouJiYkICwtPrlmzZi0b
G5sP40BXSgjh+h3R+s/iy5cvCA0NxYkTJ2BmZvZ327N/GQ4ODti3b9/731unKioqfT4+Pv67
du3i+bPT8n82/lcKenR0NDo6Omj/75iYGPj6+uL69eu4c+cObt++jdu3b8Pd3R23b98+uWfP
HiIjI9NkZGTEVF9fL+bg4PBFXl6enD9/nsTFxa1XVFRspXyfFy5cSHbt2rXb0NBw/rp168i0
adPIvn37SHh4OJk9ezaZNWsW2bNnT8GbN2927N27d5KDg4Ps3bv3s5ub24vp06cTxtDEhJaW
lvGyZcvIokWLyPLly8mcOXPIsmXLGoyMjNbp6ur+4ODgIHfv3m2ztLSsogTWwMDgKMO4gSgp
KZH6+vpD2dnZtPPSgwcPoKCggM2bN2P//v1QVVXdMHfu3NHfL7bjx48XJCcnIz8/X3Hx4sU0
HpWTk5Ps2rVrT1ZW1jRHR8duTk5OwsLCQri5ucn06dNJXFyc38jICM6dO4eVK1emUphQBgL1
R1FRkeSrV6/g6OhYQg3TLV68mLCyspK4uLg8htkJ7t27h4SEBCQmJmL79u2Qk5PD9u3bsXXr
1oyFCxeSWbNmkfr6+nsXLlyoYmJiIsrKysTX11dmz549iwQEBIapf3PevHkkODj4VVdXF3t5
eTkqKirQ2NgIOzs7qKqq0tnN2bNnsW/fvu+/78xraWmRqqqqg5Q4FxQUQFlZ+QsDn0qhPklR
UdHe9PR0pKamIiUlBVlZWXj16hWKi4tRXFyMrq6uDVZWVvT7QH0u1WY5e/bsyfT0dCMK23vs
2DGKLNbu6ekpbmVl9YFR9v157ty5daampi+pMrCvr+/d0NDQcOqQc+DAgUW7du3C4cOH8fDh
Q/z69QteXl5eFJ532bJldFkZALl48WL02NjYcoqxvXTp0jxqFmDp0qXg5+cHOzs7ODk5wcnJ
iRkzZqz+baCPRq2uX7/+54sXL45SLR+qisToZZKKigp3qv/c3NyM7du3Y8mSJVixYgVWrVoF
QUHBVxRqVFdXl7reht3c3GQvX75MzXGQzMzM18LCwo2MA2hoYGCgCvV6li9fThgIWcLIAhvq
6uqWWVhY3KV+r6ioiKiqqhLG+zHy/v37lxSnnJOTc+rWrVurrK2ta36/FyQkJMiTJ08iysvL
kZ2djZycnL+K7Oxs5ObmgqKmUXv7vwv6q1evEBUVhYGBARw6dAgnTpyAoqLi3xT0r1+/Ij09
HcHBwYiKiqItpVeuXEmXfYWFhREfH4+6ujokJydDV1eXBiXp6OjA3d393xJ0ajuDGur7Fz5Y
f3/ffg9BQcEJf39/VFVVwcbG5vHvfeQFCxZMFhQU7P29hE2hUNva2jA6Oqp48ODBKeoZBIBI
S0tPmJmZsTMoioJUUvRbb7qxpaVFYGxsDN+/f2cJCgp68vuzaOfOnb/Ky8vl/5kD3l/G1NQU
3N3doaGhgZMnT/7pMDQ0xOHDh8PU1NSInp4eWbhwYZOurq5ARkYG7e/xPxn/awW9s7MTrq6u
iIyMRENDA/bv30/3Ul1dXeHh4YFbt27hzp07qKqqkrty5cqc/fv3o6SkBI2NjaseP34s19XV
tS0uLg4mJia81tbWDkeOHLm3YcOGNQyP4ukWFhZy3Nzcco6OjnK9vb1yIiIiciIiInLm5uYb
Y2JiYGtru3bu3LlyJ0+eXBkVFcUkKioqJyIiIhcZGbnp9evXfEePHpXbtGmT3Pnz5+X2798v
p6ioOCs+Ph5VVVXysrKycu/fv+fV1NTkEhUVvZSQkOAnLCzMO336dBlLS8s9tra222tqauYm
JSUhKioKOTk5GB8fR1FREZSUlKChoQF5eXkoKChIODg4NOvr63cGBAQ8s7W1ZfH29gYhBJcu
XVI7fPhw5/z587tcXFwiQkND5zMeWvz6+vqGFhYW3Q4ODt2+vr7eMTEx6OnpgaGhIaSkpHD9
+vWLJ06cCFRTU7tuZGS0moKkxMbGsqmpqakbGhp2GBgYdLu4uDwtKytDRkYGlJSUwM3NjcuX
L6OwsBCurq40G9rT01N4+/btclu2bJGrq6uDm5sbBxsbm9zx48flysvLebdt2wYxMbElRkZG
17dv3+61bNkyuTdv3rBVV1ejrKwM1dXVGBkZgaGhISQkJKCqqgplZWUwRFAvODi4297evmTh
woVyKSkp61+/fk074n3+/Bnj4+Pb7e3tI1etWtVtb2/fFR8fv58qt/4eiYmJSEpKQlJSEl69
erXKyMiIMDMzEwsLCyIuLn54w4YNh6lpcwC29+/fR2Vl5QVLS8tOFhaW7u3bt3cWFBS4ubm5
Yf/+/RaKiopdM2bMkLt27Rry8/M1Dx482CkpKdkZGhpqMzo6anv79u3O3bt32y1evJhdQEAA
BgYGqKmpwcTEBPLz809qaWmNTJs2jaookWfPnhFNTU3Cw8NDYmNjn1RWVl4zNTXtXL58ufDq
1ashIiKCtWvXYtWqVViwYAG9jsfFxcW5b98+p4iIiE4FBYVOAJ0bN258dvjw4U0/fvzgzczM
9FJWVu7U0NDo9Pf371RTU+s8fvz42+zs7J05OTnIyspCTk4O7O3tcerUKZrGd/Hixc2ysrLN
ADr5+Pg658+f37N69epJT09PUxcXF2FdXd1OHR2dWkdHxxm6urp80tLSLadPn+55//79EQ8P
jy5tbW3CMAshQUFB5MSJE2TatGkkMjLS/uXLl8eCgoI61dXVs8+dO7e5pKQk/8aNG50+Pj5v
3717p71///6d165d6xQVFXUDgGfPnnFHRUU98fLy6rp+/Xr0pUuX5N68eUO/9r8Vubm5yMnJ
QVJSEhISEpCcnPx3Bb2/v5+uku3Zs+dPC3pcXBzWrVv3B0FPSEjA69evkZSUhIMHD9JktYMH
D/7bgr5mzRqIi4tDS0sLMTExCAwMxL179/7p2tqjR49YPDw8ShUVFTuPHDnSefv27U5XV9fO
e/fudZqZmZ1at24d8/3793Ht2jUYGhoGbd68uVtXV7fj3Llz50ZGRlb8jkltb2+nRb2zsxP1
9fUq9vb2nWvXru26ePFiZ0VFhV5ubi5TW1sboqOj4ezsPM/CwqJ88+bN3UpKSrl3794VI4Rw
DwwMYHx8HB8/foS4uPg2Jyenbi0tLW9LS8s1JSUlGBsb+8PmwD+LgYEBNDQ0oKKiAtXV1X86
ysvL0draip6ent2NjY1yCgoKc3bt2oXY2FjIyMj87xb04uJiZGVlsTo4OCw0MTERsrS0RHx8
PIaHh9HU1ITQ0FBs2LABzs7O+P79Ow00IYQgOzsbx44d+ytBDw8PR0lJCeTl5emHMWP6mO4j
paSkwNLSEgcPHkRpaSkKCwvh6emJyspKxMTE0L7dzs7ONFHK19cXBgYG4OLiwvnz59Hc3Awh
ISGsXLkSRkZGSExMxNmzZzF79mwcPXoUYWFhWL16NVauXAl/f39kZ2dDS0sLEhISOH36NNTU
1CApKQlfX19UV1ejoaEBmZmZYGVlhaSkJC5cuABOTk6wsbHhyJEjUFJSQmpqKoqKimBpaYmW
lhaMjo5iYmICz58/h5qaGoSFhbF7925kZGQweXp6MpeVlcHY2Bi+vr4YGBiAk5MTXF1dmYWE
hJgfPXqEmzdvIjU1Fffv34eFhQWSkpKYCwsLmdPT0+Hv74++vj6cPHkSK1euRFxcHO7duwdr
a2uoqqoiPz8fmZmZ8PPzg6ysLJKTk5kbGxtRVVWF58+fY8+ePWBnZ8fChQvh6emJ/Px8HDt2
DDY2NvDw8ICLiwtkZGSwceNG1NXV0TurR44cQX5+PuTk5CAgIABXV1fo6+tj1qxZKCkpQV1d
HRoaGlBWVobo6GjcuXMHurq62LlzJ5SVlbF9+3aYm5tjcHCQ+dmzZ5g3bx6CgoJQVVWF9vZ2
mrVNCEFqaupcOTk55tTUVGbKEjM9PR1paWlIT09Hbm4uXr58SfdSKyoq4OPjo8jLyxtcWVl5
avPmzVi/fj3u379/TkpKalBbW3vvkSNH0NnZibi4OGYhISFmU1NTZkIIy6NHj3Ds2DGYmJgw
z5kzB7a2tsjLy8OVK1eYtbS0mCsrK5k+fPiAkpISZmVlZRgaGsLZ2RlNTU3o7OxESUkJhoaG
1mlra/dS2cncuXOJoaEhOXr0KAFAbG1tvw4PDyMoKIh5+fLlEBQUxOzZs8HLywshISHMmDED
nJyc4OPjAwAYGBjgw4cPzKdOnWLm4+NjVlNTg6qqKr2bfebMGWYnJyfmrq4u5nPnzjF7e3uj
rKyM2mHHy5cvcfr0aRw+fBiHDh2Cnp4ebGxsoKmpyQSAWUJCgllKSorr8ePHko8ePYKPjw+u
Xr3KbGdnhxs3buDo0aM4cOAAk5WVFUtfXx+/lZXVc1ZWVirrJsePHycODg4EAPH09ExjrGox
X7hwARcvXgQhBKWlpcxlZWVobm6GtrY2ioqKmJWUlAAAERER6OjoQEtLC3NZWRlMTU1RUlKC
Fy9eIDs7G6mpqXjx4gWKi4uRkZFBD1hSYp6YmPj/q6DX1tYiMTEROjo6/2OCLiUlhfXr18PL
ywtfvnxBT0/PPwSzvHv3jiLCMZuYmDBfvXr1/2Pvv+O5/vv+f/xmp5LQppSmFrLTQEV7ScnK
XqFklpBNRrIlkb3JXmWvSCghKZlFyahoPn7/vJ6vy/E+j+M4z+N9fM7v+f2en9/b5XL/o7y8
xvP1fD5vj8d93K6MTU1NjGVlZYw9PT2MFGEtJiYGdnZ2sLe3h7q6OqO7uzujvb09urq65lEI
6IGBAer4o7e3l27uVVBQwCgtLc344MEDxo6ODty7dw9dXV1IS0ujGwlpaGgwXrx4kWIVML97
9w5fv35l6O7uxubNm/Hw4UNGS0tLqKiooK6u7k8L+uDgICYnJzE7O/unxshmZmbw+/dvdHR0
oLi4GNLS0lBUVPxL0Nvb29HR0bHSzs6uZO3atYN8fHyfNDQ0HHJyclgnJiZQVlbGfOPGjYTt
27fn2tjYhExNTc3522H7vLy8f7hDpwRdXl4eDQ0N+P79OyYnJ3Hv3j04OjrCy8sL5eXlsLKy
gpycHFpaWtDV1YW4uDgMDw8jMTERWlpacHd3h7W1NVatWoW9e/ciLS2Nzru+evUqOjs7sXjx
YqxduxYXLlxAUlISzM3NMXfuXKipqSE+Ph5r167FwoULkZSUhPb2dpw5cwZCQkIwMjKCmJgY
vL290d/fj1+/foEQwpWTkzOfk5OTCwAngAUsLCxcc+fO5QLABYArICCAa3x8HBcvXsTLly/x
4cMHDAwM4NevX6ipqYGsrCwkJCToC5iSkhJYWVkhKioKY2NjdHyngIAAAgMD4ePjg+zsbMTE
xMDQ0BD37t1DZmYmMjIykJCQgOHhYVy8eBGCgoKIiYmBm5sbDAwMcOrUKVRUVNDT/omJiRge
Hsbk5CQ3zbDjhJyc3LZ169ZxrVmzhuv+/ftc3d3dc3V1daGpqQk7Ozu4u7tDREQE27Ztw9On
T/8g6A0NDZCWlsaSJUtw7do1KCsrg4eHB7W1tejo6EBZWRlcXFywf/9+FBYWIjMzEzo6OlBS
UsLevXuhq6uL9vZ2xMfHg4ODA4mJiejq6kJfXx/9Av727Rvu378PSUlJxMbGIjk5GZmZmfSd
eXl5OSoqKpCXl0dvkGpqakJISAgWLVqEwsJCHDp0CAEBAXj9+jVjd3f3hdraWjx48ABPnjxB
eHg4/dygsatx4cIFaGhogIuLC9euXUNJSQksLCxw6NAhVFdXY2RkhD5+RF0nFNGLtiDZfPTo
0UYA43v27BlnZGQcB/AOwKyCgsLYq1evznz69AmOjo4AACEhIWRnZyM/Px/8/Py4cOECPDw8
sGLFCrpYdHZ2QlVVFUuXLoWMjAzk5eXx7ds3NDQ0QEdHB5aWlmhqaoKBgQHc3d3R29uL6upq
PHjwAM3NzQgODsbx48fh6OhIx/FSgrp161aIiooiLS0NERER8Pf3h42NDSwsLODh4QEVFRUc
PnwYlpaWmJiYkDty5AhZvnw5MTY2Hl+8ePEkgM+0npWvjx8/3tvZ2YmnT5/CxMQEV69excTE
BHJzc1FUVISXL19CSUmJju4FgNTUVLS2tqK6uhr5+fm4ePEinj9/TnX4Y2BgANHR0XBxcUFH
RwcdtpSamkpPt/9vF3RpaWlISkpi9erVuHz5Ml69eoWWlhbU1dX909Gsp0+foqysDJqamrC1
tUVBQQFSUlJQU1MDS0tLSElJISYmBteuXcOVK1dw+vRp2Nra0jc6/0zQu7u70d7ejri4OIiL
i4Pqmr9//z5d0O3s7ODj4wMlJSVoaWn9AT709etXvHz5Eps3b0ZKSgqMjIygpqb2bwk6NcJH
ZX3/TExOTqKtrQ0lJSV/CToVz549Q09Pj+rfGnTs3buX5Ofn7/z+/Tu8vLyWbNiwgTAxMRFB
QUHy5s0b95cvX+LTp0/Izc2Fvr4+zM3N/6mg79u3D9XV1RgaGsKPHz9QU1MDaWlp2NnZoa6u
Dtra2vDw8EBJSQmCg4Oho6OD27dvIzs7m27vZ2RkhDVr1uDatWuwsLCAlpYWNm3ahIsXL6Kv
rw9Hjx7Fhg0bYGNjg9raWly6dAmrV6+Gvr4+oqOjwc/Pj1OnTsHS0hJubm44duwY1q9fD21t
baxfvx75+fkghODt27f4/fv33Li4uA4AX9jY2KYATAGYBfAdwDcAU3p6elMBAQFxhoaGWzo7
O/Hx48fVQ0NDXENDQ/RZfApf6OzsjOLiYmhoaKCpqYmO7LS2tgY/Pz9CQkJgbGyMM2fOIDo6
GgYGBoiMjEROTg5SU1NhZ2dHv/BlZWURFBSE69evQ19fH4cPH0ZpaSnGx8fR29uLz58/Y3Z2
Fg8ePJCRlZV11dXVJfPnzyesrKzf586dO3vhwoUpb2/vV4aGhsL6+vr07+7QoUNQUFDA27dv
YWtrS4ew1NXVwc7ODsLCwjA2Nqb7glMWvcHBwTA3N8e5c+eQmppK/84LCwthbW0NExMTtLW1
4c6dO1i7di18fHzw6NEjTE1NoaysDI2NjXTP9G3btiE+Ph6lpaVISUlBdnY20tLS6BS9c+fO
ITc3F729vXj06BFCQ0PBwcGBlJQU3L59m06wmpycxO/fv9Hb24umpibcvn0bPDw8dMvi4OBg
aGlp0S1Rzc3NUVZWRhf0mpoaDA8Po6WlBV+/fsX4+Dh+/PiBiYmJOdPT01xdXV3o7u6GpqYm
AwCOkydPcqxZs4YjKChoTVhYmNDg4OCNoaGhRUNDQ3Rvh6qqKvr1xsvLC19fX6SkpODixYuw
trbGyZMn8fLlSzqX3cTEBCYmJigsLERzczMuXLiAK1euoKWlBTo6OvD09ER6ejqdpBYbG4vG
xkbs3bsXL1++RFhYGE6ePIl9+/YBALZt2wYxMTHExsYiKioK9+/fx+XLl6Gjo4Nbt25BR0cH
+/btg62tLd6+fctUVVVlV19fn+Tn58dx/vz55cbGxqvV1dUv3b9/f1NraytLQ0MDWlpaoKen
Bw8PDxBCkJmZibKyMkxMTGDv3r2Ij4+HiYkJxMTEEBYWhra2NjQ3NyM3Nxc6OjrIycmBjY0N
/drz9/fHhQsX6CLU0NBAPw/+bxB0KSkpSEtLQ0xMDKtXr4adnR1evXqFJ0+e/FNR/0vQ/xL0
f1fQoaysbE4J+sKFC8m9e/cO05jHi8LDw6kO5clfv36JNDQ0wNXVFQYGBlBTU8OVK1f+S0Ef
GRnBly9fUFFRATExMbi5uSE6OhqKiooghCA8PBy0kRoAQHV1NXh5ebFp0yZkZ2fD2dkZOTk5
AAAdHR24ublBTU0N3759Q1lZGTZt2oSoqCh8//4dFhYWOHLkCHR1deHt7Y2goCC0t7eDk5OT
7rnt5OQENzc3bNy4EYmJiXQk6OzsLHNPT4+fiIgIYWZmJqtXryYBAQEkICCAUM1stLn0gY6O
ji00hKTAhw8fuEdGRlBSUoK2tjYQQlBcXAwHBwd4e3tj8+bNqK2txfDwMK5fvw5TU1Pw8vIi
MzMTRkZG2Lp1KywtLeHt7Y2kpCRkZWXB3Nwce/bsQW1tLXp7e6GoqAgzMzPU1tbiwoULMDAw
oM/Y9vX1obe3F1NTUxtMTEy+Uu9TXl6eaGtrE8pdjzb+kqarq4szZ84gLCwMnp6eVHocDx8+
xJYtW7B//376wuLYsWMICQnBhQsXYGtri5GRETx48AChoaGwtbXFuXPn6G5ezc3NdDyniooK
KioqEB8fj5s3b+LEiRNwd3fH9+/fcebMGZiZmeHu3bsoKyuDkZERIiMj0dnZSb+Rp6SkoLKy
Es+ePcOxY8eQk5ODgYEBJCUlwc3NDYKCgsjIyEBkZCTdXOXDhw8YHR1Fe3s7ampqkJOTA1NT
U2zYsAEqKirYtGkTVq9ejTt37iA1NRXUHPTly5chJydHX2TMzMzg169fjIQQRn9/fzQ3N3O+
ePFiTXV1Ncu3b99gbm4OANiyZQssLS1BCJlLM13a0dvbu2lwcBDPnj2DsbExGhoa8O3bNwwP
D4OPjw9OTk4ICAiAnZ0d+vr6oKioiJKSEgQEBMDR0RHXrl1DXl4etmzZggcPHtBRnmVlZQgI
CIC6ujrWrVuHI0eOAAAiIyPp5a2BgQG61bK2tjYAQEBAANu2bUN9fT3c3d0hKiqKwMBAREZG
0hc4586dg4WFBcbGxvDixQuMjo7Czs4OKioqMDAwgJGREe7fv4/a2lq0tLSgs7MTVNo3ICAA
TU1NiIqKQlhYGKqqqtDZ2Ym6ujrk5OTQu5ezs7PR0NBAZ9ZTwk4IQVBQEExMTPDmzRu8fv0a
dXV1/yt26DIyMoiKisK7d+9Ys7OzWZ89e8bQ3NyM5uZmvHz5Empqati0aRPdrvhvd+oWFhZ0
Ua+trf1L0P8S9P/z6OzsRFdXF4aGhjgsLCw+UTd9Kyur7q6uLvT09ODs2bPvWVhYSFNTU+i7
d+9gYGAAUVFRGBsbw9DQEBYWFv+yoJeXl0NSUhKurq6Ij4/HkSNHMD4+jqioKGzfvh0AwMXF
hYqKCqxfvx4rV67E69evERcXh+joaLCwsEBbWxuOjo7Q0dHB9+/fkZubiw0bNiAsLAxTU1Ow
sLDAwYMHoaKiAnd3dzQ3N6Ourg68vLzg4ODArl27kJycjLq6OkRFRSE6OholJSUoKChAUVER
ampqYGxsHEeNWb1//35fdXX1khs3bohu3bqVLF68mNTU1GygBKS9vR1dXV0YGRlBWFgY8vLy
QAhBU1MTPD09cfnyZYiLi6O6uhrv3r1DV1cXAgIC4OXlhZaWFly+fBliYmIwNjbGrVu38OLF
Czx69IhOC6uvr0dnZycUFBRgZGSEp0+fIj8/HwkJCbh69SqsrKxgZWUFb29vFiMjoyCaZe0Y
gHNWVlYr0tLSVpw/f37n8uXL3wAge/bsuSMjI4OdO3eirKwMvr6+0NHRwcuXLzE0NISysjJc
vXoV3t7eSElJgYyMDBITE+nZgPfv3yMjIwNhYWF/EPR79+6hoaEBRUVFCAsLg4SEBIKCguDj
44OYmBicOnUK/v7+mJ2dhZGREVXnRXNzM3x9fXH79m20tbXRb+SpqamorKxEe3s7Tp8+jZyc
HPT39yM9PR3q6uqIiIhAe3s77O3tAQDXrl0DIQS/fv1CZ2cnGhoa8PbtW2RkZNBv2kxMTGBi
YkJNTQ0d3VlSUkLftdN40ejq6kJ7ezuys7OxcOFCOSsrq1orK6tec3PzhpiYGFy+fBlcXFzw
8fGBmpoahoeHMT09jTdv3uDDhw949OgRvUYeExMDQsgfBD0wMBBWVlZ4/PgxREVFkZqaig8f
PqC3txfHjx9HSkoKREVFce/ePSQmJiI2NhZpaWlITk7GwYMHISgoiHPnzoGZmRlRUVGora2F
rKwsXr9+jWvXriE2NhaTk5PQ19cHHx8fVqxYgYSEBFhaWgIAEhIS8O3bN4SGhuLkyZMwNTWF
iooKcnJy8PDhQ8THx8PW1hbHjx+Hu7s7HB0d0dvbi/v37+P69ev4/v07enp6IC4uDikpKbx+
/Rq+vr44d+4cCCH48eMHsrKyEB0dDTMzM+zZswd37tyhd5AbGRnB0NAQubm5/6sEfXh4GH19
fRgaGsLU1NSmkydPyhkYGOSGhYUNXblyZdDHx2eFu7s7bt68ifDwcBw+fBhCQkJ0QaeC2qnb
2Nigp6fnH+7U/xL0vwT9T0d3dzeeP3+O6elpPHjwYCMjI+MErdFn2tfXF4ODgycAzKqqqhJC
CE9qaioOHDgAVVVV2Nra4tKlS3BwcIC0tDRSU1PR19cHZ2dnJCUl4dWrV1BUVERlZeUfBF1M
TAy3b99Gfn4+Dh069E8Ffd26dRAQEEBbWxvCw8Nx//59MDAw4OLFi/Dw8ICmpia+ffuGBw8e
/J2gKyoqQk1NDZ6enigtLUVNTQ34+PjAwcGB3bt3IzQ0FHV1dXj27BmcnZ3By8tLJ/8ICwtj
z549tymHuPLycv4LFy6grq4OSUlJSnp6ehozMzPz3717R3foSklJwfDwMO7fv4/S0lK6oN+8
eRM2NjYQExOjL2yGhobw7NkzPHz4ELW1tTAzM4OYmBjMzMzg5eWFV69eoba2FioqKjh27Ngf
BN3U1BSlpaWorq5GYWEh7ty5g7t37yIuLg53797l5eXlpcZQirZu3QojIyP4+PggIiICCQkJ
l7W1tUlQUFBkYmIi3N3d8eDBA3h4eEBXVxe9vb3o6upCU1MTfHx84OXlhZSUFOzduxehoaFo
bGxEX18fBgYGQHMx+6eCHh4eDhkZGfj5+cHR0RFhYWFQUlKiC7qhoSFsbGxgYGCA+vp6ODs7
0zMp/5WgZ2Zm4vz580hOTsaLFy9w8+ZNuuXpmTNnkJmZid7eXjQ3N+Pt27eIjo4GMzMzAICT
kxPz589HUVERZmdnMTY2hvHxcURHR+PWrVuIjIxEYGAgoqOjoaenB3Z29liqm502W/05KCgI
jo6OsLCwQGVlJZYtWwZtbW2MjY1heHgYU1NTyMvLowtFQUEBCCEM09PT4Ofnh6OjI13Qm5qa
ICkpiaysLIyOjqK8vBznzp1DSkoKJCQkEBsbSx/ZyszMxP3793H8+HFs27YNZ8+e/aeCHhoa
Ss9YnD17FhwcHAgKCqKXVKKjo/H9+3fcuXMHSkpKMDU1hZKSEvbt2wdfX18sX74ctra2yM3N
xZs3b+Do6Ijy8nLExMTg4sWL+P37N969e4cTJ07g8OHDdHKdsbExHdObk5OD6OhomJub4+jR
o4iJiUFraytSUlJgYmLyv1rQv379uj4xMXGGut5o1xyxtrZeZWZmBm1tbcybNw9r1qzB3r17
/07QpaWlISEhAX5+flhaWqKnpwctLS1/2Kn/Jeh/CfqfjvHxcTQ2NiIzMxPp6ekwNDS8RztB
f/r5+fncu3evhEbz8WtqamI5fPgwdu7cmSUrK9ulqKjYtW3btlfHjx/vERQU7IqPj/ccHBxk
9/T0RGRk5JF79+51ycrKnh8cHFz58eNHzMzMcNEQiVuNjIySXVxcmtTU1MRmZmZw584dbNmy
ZRMAMQ4ODrGamhqxTZs2iW3cuFFsdHSUNzw8HOnp6axcXFxiR48e3WdqaiptZGSEX79+ob6+
ftvWrVvFEhIS1vz8+XOZg4OD2KlTp8Q0NDTg5uaGiooKvHnzZgM/P7/YggULxPbt28cYGhqK
6upqekftsWPHsGHDBoiKikJMTAxiYmLhjIyMREpKigQEBPQdPXq0W05OrlpcXJxr7969aGxs
xOfPn1dmZWWJlZSUiBUVFeHXr1/zCwsLxTo6OiQJIXOGhoZw9+5dRg8PD6Fdu3aJdXR0rB4Z
GcGbN2/Q1NSEnJwcVFVVwcrKavmuXbvErKys4OXlha6uLtTX10NPT09MRUVF7Pnz56y9vb2c
J0+eFLt69aoIzdENpaWlaG1tRWtrK16/fo38/Pwk2sz3r5KSkuD29nY0NzfDwcEBdXV1IITw
ZGVlbfzw4cPSnp4eXLhwAfX19UsiIiLELCwsxD5//szR2dmJqqoquLm5wcfHB5WVlWKKiooI
CQlBTU0NRkdH8fnz58U1NTViGRkZYp6enmJ6enpiNTU1YpmZmTx1dXV48uSJaGZmptjevXvh
7+8PR0dHxMXFMV64cEEsPDyc99evX9DX14erqyuPtbW12MDAgBBlujI6OipYXV0t1tjYuDUx
MRGtra3rJiYmxNTV1VFQUICZmZnN9fX1Ynp6emy5ubkYHx+Xvnv3rggfHx+dKGVgYIDR0VE0
NzfjzZs3uHfv3t8JenFxMWZnZzE4OIjPnz/jyZMnuHnzJgIDAxEQEICMjAxObW3tu8uWLSMb
NmxokpOTS8zNzc158eKF7ODgIHJzc3Hjxg3U1NSwCAkJYdeuXWhvb8f4+Dg+f/6MwsJCsLKy
AgCCg4Px+/dvPHnyBIsXL0ZwcPCSpKSkjW5ubnj37t0acXFxZGVlUSWweRcuXGCtrKwUk5KS
wv3795GcnIzc3FzU19ezFhUViZ4/f15sx44dYlpaWqLMzMy4e/cuqqqqcOjQIdbfv3+L+fj4
LAwKCsKvX7/w8uVLnDp1CvPnz0dcXBy8vLzoWYOZmRmEh4fj/PnzuHbtGo+SkhKOHz+O+Ph4
TmFhYdja2tLRx7RO/zXFxcViVlZW+PnzJ/r7++mjmjMzM2KJiYnrzM3NQQhhmJmZEaivrz9S
WFgo5ujoKHb27FmxgoICsY8fP3KUlJRw2draitnY2IjV1NQIE0KYo6KiYGho+AdBp/mIIzs7
G1lZWSgtLeXJyMgQ27dvn5ibm5tYT08Pe1xcHEZGRmBoaIgrV64Inzx5UiwwMJAvNTX1D4L+
+fNnVFRUICMjg97AV1RUtEZEREQMgBgAse3bt4vl5uaitbX17wRdVVUVbm5uaG9vx6dPn9iT
kpLC5s+fT9asWfNaREQk0cPDI7GsrEw5Pz+fubi4GPfv36f7AuzevfvvBJ0KcXFxrFmzBleu
XKGLOrVT/0vQ/xL0Px0fPnzAx48fcfHiRTg5OaGkpIRXXFycMrcgfHx8RFxcfHR6enpjTEwM
uLm5sWzZsj7KdMXNzY1s2bKFACDh4eEVnz9/XkAbqxqg6vHm5uYh7e3t+Pr1K190dLS2oKAg
fVUrJCRE+vr63LOysrB169YuigSUlpZGuLi4CBcXF7l06ZJhYGAg3NzcapYuXUqZVhBvb2/5
ycnJJZqamoSHh4fo6emlvHr1yungwYNk3bp15MiRI/EBAQEoKio6raenN8vIyEiYmZnJ5s2b
HyYkJOhUVlbiwYMHqKurw9mzZ7Fu3Tr6hSYpKRk+d+5cQnOrI9u2baPT17Zs2RKbk5ODlJSU
FBUVFXL69Gni7e2tGRgYeO78+fPk/Pnz5NKlSxLq6upQVFScJyMjM7NixQpy8+bNT9PT07tH
R0fR1taGnJwcPH78WEJJSendihUriKqqak5QUND84eFh5ObmBm/cuJFs3LiRREVF1ZSUlLSv
W7eOiIqKkqysLMuSkhLk5ubSywTV1dWIjY1toZmQTLx7946JEILv37+joaEBbW1tGBkZQVxc
HJqamuDl5YVjx47xW1tbv5aVlSXbtm0jISEhT9+9e7ejuroabm5usLe3v6SsrEzWr1+flZaW
dq68vBz5+fkoLCz00dXVJXv37iV79uwhgoKCRFFRkRgbG3c/ffr0lK6u7pdjx44RUVHRKyEh
IfDx8VlqbW39UFBQkJiamn78+vXrcjs7O/ZDhw51b9q0iejr6xMHBwdLa2trWFpadpw9e5ao
qqqS3NxcGS8vrxATExOybdu26Pv374v7+fkRZWVlsmfPnloVFZVtFhYWvw4fPkwWLlxoxs7O
DgCws7PD6OgoWlpa8Pbt20UxMTE+zMzMjgAcATjOnz/fsaam5vTPnz8xODhI9/HOzc1FcXEx
JSYH58+fTwQFBcmOHTuKWVhYXMbHx60rKysRFhYGV1dX3LhxY7OZmVnVokWLws6ePcvf19c3
/9OnT+Lfv39HeXn5Nuo1paWlHQkhR7W0tABg3aFDh14fOXLk286dO4v09fVn5OTkbmRkZKz2
9vaGm5ubt6Sk5JNjx46Rbdu2Bebn54sVFRXB3t4ex48fX3XkyBGyceNGsnLlSiImJkYAXIqJ
iUFvb+/ilStX1ujo6BA5ObnnWVlZ5j9//mR+/fo1lJSUsHLlSly+fPmqhITEfQDuqampCoQQ
hIaGbt21a9cdCQmJbjU1NfOzZ89uU1JSerZ48eI0Z2fn/YODgwyjo6OrbG1tnbW0tMjx48eJ
ubn5NYoypqysjF27dl27dOkSkZeX/6Wnp5c8OTm5KjU1dauSkhI5ffo0kZaWJoKCguTEiRPE
1NQ05NKlS2YyMjJETEyMODk5/czJyWG0sLCAtbU13rx5gzdv3tD58UVFRSgsLERtbe1GJyen
bllZWTJ//nwiJiZGgoKCGouLizE6OrpFTU3Nf+PGjYSbm5vo6uqOlJaWCpaXlyM7Oxs9PT34
8eMH/Pz8oKenBxsbG9jZ2cHW1rZw1apVhJGRkTAwMBAeHh4SGxsb1tPTQzWy8ktLSzsCcNTS
0nIMDw9nDA4OxtWrVwV27NhBmJmZycGDB9sZGRndPDw8Lre3t3NFRETAx8cHoaGhWLVqFdat
W/efCrq0tDTExcXBz8//h/R7bW3tX4L+l6D/+RgbG8PExAR2794Nfn5+1NXVISwszBbAF5ro
/s7Ly4sihGBwcBA5OTnw9/dvAUC8vLzeE0KEjhw5ks/GxkbWrl17SEdHB/39/YiKinrxN65G
Kc3NzXNfv36N+Pj41NWrVxMdHR3K45yIi4t/vH//PmpqahLY2NjItm3byMTEBN32MjAw8Hx1
dfWmOXPmkFWrVhFTU1NCqwWTgYEB0927d7fSvIgL7O3tsXnz5mc0WERtU1OTIkUkMjIy+igj
I9NNA4RMDwwMcL99+xbv379HRUUFZGRkICYmhp07d0JaWjqckZGRnDlzhuTl5alraWmJHz58
OJ+JiYmwsrKSsrIyx5cvX/LNnz9/CgApKio64ubmdoP6zMzMzEdYWFgwZ86cuaysrKOUE1hS
UpKfu7s7fecwPj6+fdeuXWPUYkFYWJgtODgYLS0tevz8/B9p9qXky5cvdK/iBw8eKNXX14My
FqFEKDExsYvmO/+jqanJlyJNDQwMIDk5Gbdv34aPjw+ioqIQFRW1WVxcvJ/mFvUSwCcazCSm
sLCQraCgAMHBwV3U55GRkSk/fvw4+Pj4wMXFdYtaVDEwMPzBwaq5uTngxIkTlTQrVJKamrrf
2NgYFHFOUVGxIDg4eOH+/ftbKGc4GlXuk6qqKteiRYsqqedqamr6fvbs2QHqc5eVlSmZmJj8
osA8Hh4eRidOnHhFW8Rk8/Pzg5WVFdeuXcOrV69QU1ODV69erXVxcSEMDAyEm5ubbNu2jTAz
M5OtW7eStrY2UWocraenB62trRSgY/7NmzefUs5zNNe+X9zc3OT69eslFhYWsLGxQUBAgA61
wBQREXkXGhq6/v3792v6+vqWXr16dXTevHlk9erVZP78+cTe3v5Zbm7uXBkZGVnKnYuKjRs3
EhcXl83r16/fDWCGBjv5zcHBQXR0dL68fPlyKW1Uk4+RkfHX3/6toqJih6OjI8zMzF5Q0A2a
Pz6Ji4uDtrY2JCUl527cuNGLmi2fM2cOWbduHdHU1Nzk7u5uSDnqiYqK/t69e7cR9dyOjo6l
09PTc21tbd/QfPj7ARAuLi5ibm5u8vDhwwWGhob2tM8zRv1dUVGRdnBwcA1tMuQd7f+p/pye
AwcOqCxatOgL7XsMArBFVVV1g5eXF16/fg1qQuDUqVPQ1taGoaEh7Ozs9NjZ2cnSpUuJqakp
oVzKIiMjDz18+PAYNzc3mTdvHqE2I1ZWVuN5eXl8GRkZGBgYwOfPn1FbW4uQkBAEBgYiPDwc
t2/ftuTi4pql4B4AiI2NjS3NWMZr/fr17/j5+cnChQvJ/PnziYWFRU5dXd1CQ0PDXdS5QXsf
P9jZ2YmhoeH79PR03qioKGRkZGwQEBDYICgouEZBQeG/5Hvv2bMHgoKCsLOzQ1tbGxobG/8S
9L8E/c/H+/fv2X/8+AEVFRXw8PCY1tfXn2tra8PevXtzKMvJsrKyJb9//0Z7eztaWlqQmpra
AoAEBQX1OTs7A0AsLy8v4eHhubBx40ZkZWXh+vXrz6gL/MCBA8TPz2+3iYkJrl27Bj09vWE+
Pj4yf/58ynqwQ1paGpaWlksA/Fy/fj0ZGxsjMjIyhAYYsSgpKSmkjC6WLVtG2WBOFxUVycTE
xLTQ4BhvAWgtXLiwl4mJiTQ2Ni7Ozc09SkN2vn727JmAmpraBkZGRrJy5UoyOjrqNzMzg+/f
v2NwcBCioqIQFBSEsLAwxMXFw2kULpKSksKrpKQEPT29OatXr/5Jg4C09ff3Y+vWrb0MDAy/
vby8dlOYVwUFBdLZ2alga2sLVlZWLFmy5B0lgOfOnTMzNjaGl5cXysrK0NraKiArK/uUdqx+
qaqqaurq6iIqKgrXrl1zZ2FhISoqKqS/v5/QFlEFhBB6apJyfxobG0NVVZUDZefo4uLy0MfH
BwEBARAXFwf1mhRwwsDAoJLmYf9FS0sLDg4O7hTIw9XVVbi5uRn5+fkVlKWkkJBQe11d3SYz
MzOcPXs2TUpK6mdCQkIFPz8/2bp1a2VPT0/YsWPH+svKyrZnZ2c/ob771NRUr5SUFCXK/tXM
zMyH5jtOmJmZiaamJuHk5CQAyL17967l5+cnAiDc3NyEEELi4uIo3vPvwcHBxV+/ft2zefPm
KdrN/LC9vf072vvmWL16NRYuXAglJSV4e3vj+vXr8PT0hK6urh5N/MjU1BShvPyrqqocfvz4
gdnZWeTl5UFbWxtXrlyBq6srF8UHMDAwGHR2dhb29PRcPW/ePDJnzpxxTU1NBAcHo6qq6uze
vXvp4nr8+HEe2pz8MhMTk+pFixYRfX19QtmsNjQ0HCOEQF9f/x0DAwNRV1e/uGXLFnUeHh6S
k5MTvHPnzlFGRkZiZ2f3ICIiYv+2bdsmafaqmkNDQ8jKyuI8ePAgHRfLzs5O2tvba7OzsyEl
JeW7YsUKYmBgQGiLzs8dHR3KEREROH78uAQbGxsRExMbO3bs2K6tW7daACBLly59Njs7K3jy
5MnXAIiurm5PSkrK4SNHjhAAJDQ01DonJ+cQ7fU+AIC4uLgaIyPjD3Z29q9eXl4aMjIyhJmZ
mWhpaVlZWVmprF+/njx69OhCVlZW2rFjx8iFCxdUGRgYCC8vb5GcnNyhCxcujCoqKmLRokWZ
NBGdBEDExMTI9evXDQcGBugmPr6+vhASEoKEhATExcW37dix462xsTG5d+8ePWMWHBzs9+vX
Lzg5OVXeuHGD2NnZ0e1x+fn5N/r7+4MQgpGREbog5eXlobKyEuXl5fJcXFzjVCaQl5eXnD9/
fmlsbOxqSUnJURpRLLWwsDCWjY2NcHNzk8LCwkt+fn5pAIi0tPT0lStXlHh5eSEgIDBB89xv
srCwyDl37hzh4uIinJycfVRT4n8WvLy8WLJkCVhYWBAZGYm3b9+ipaXlL0H/S9D/dLDFx8dj
0aJFmaysrOTMmTOkoaFB39LSMoEmTjfCwsKYJiYm0NTUhK6uLsTGxtYDIHfu3Hl348YNAIii
7SaO3Lx5E9LS0hAUFOzasmXLzMqVK78yMTGRy5cvn7ly5QoAOAH4xsXFRSQkJAgjIyPh4eHp
YGdnx7Jly1bw8fGRxYsXE2oufsGCBSQnJ8ckLCyskSawfdLS0quFhYVXb9++fUFNTQ0SExPH
KbEXEBAglB96a2vrNn9//0TabjFSVVUVurq6Byh0ZG9v7z0Kpzg1NUVHMsrKykJGRuYmhTz1
9fVdFBoaioKCgtVHjx79CYA4OzvXBAQEzBEVFaU8jzs2b97cxc/PP3ngwAEyNjZ2Mj8/Hz4+
PhwsLCxjlCf9/v37X6WmpnLk5+dTjXFnxcXF6TsEaWnp3paWFuTk5MDDw2PV8uXLX8ydO5cs
WrSICAkJzQwNDUmOjo7iw4cPaG5uhp2dHZycnODq6goPDw/GdevWfaSBZ4oyMjKwatUqsLGx
wc7ODvHx8QgPD1+2adOm+QCKaCCUj4SQ+Z8+fUpkZ2cnLCwspLy8fM/z58+hoaFROG/ePMLM
zEz4+PiIkZHRubCwMPT19e2srq42unXrliELCwvZv3//069fvy5NSEhYTmuE+vQ3O/uvFI97
8eLFxNra2mPfvn1GDAwMP8TExMjy5ctHAYwICwvXVlZWKhcWFspTPHlJSUmyYsUKAoBYW1v/
/v3795Y3b97g4sWL+bTnewbgu7W1ddezZ8/Yi4qK0NbWhtOnTwMAGBkZAQC8vLx67Ozs9Odk
Y2MjjIyMpLy8fM/ExAQmJyeRnJyMEydOQEdHByYmJuwSEhLjtLG/Qnt7exQXFwvv37+fMDMz
//j9+7erv78/1NXV91K7WyYmJnLixIlgasIhOjra/W930lu3biXx8fGKIyMj3OfPn58CQMrL
y/3Ky8uxffv2/YWFhR9ZWVkJAwPD1+Hh4U3h4eFYsGBBJw1j+ZEQgtHRUQUAv/ft20dWr15N
mJmZSWVlZdqrV6/mGxoahv7t63FxcX1ubGxU+vTpE/z8/Mpp2ZByaWlpbNmyZTE7OzsREBAg
2dnZpzZv3uzFwMBAODg4vq5YseIZJycn4eDgIJaWlpfPnz9fRNu9v9u8eTMFfvkAYPb06dMa
/Pz8ZOnSpeTly5feGRkZMDEx2V9aWsqakpKC7u5uhe7u7nO0xXa7oqIi2tra+IeHh+ds27bt
IRMTEzE1NSXm5ub0EUtCyImpqSl8+/YNb9++xb1793D37l3Ex8cjKytLi+YJQX1GEhsby08I
gYeHR8eiRYsIAEJDfZKlS5cKPHr0CF++fJn7/v17BkIISkpKYGhoCAcHB1hYWCRS1r3btm0j
y5YtI0ePHuVUUlI6O3/+fMLHx0euXbu2bGRkhOnMmTMEAFFRUbmkr6+fxszMTHh4eN5oaWmh
urqaxc3N7RMLCwuxtrYm1LVOLbrY2NjwrwYTExOkpKRQX19PN2/6S9D/EvR/ORobG2FgYADq
YqCJDr2+XVJScuzu3btoamrC169f8fbtW5Fdu3b10USjOy8vbzkPD08jrYYe8erVKykAqgB+
SkhIeCkpKaXSdjofwsPDtwN4AIBkZGSQ2tpa6sJsdXJywrt37xbGx8fHKSkpJRgZGVWuW7eO
zJ07l9TW1moXFRXZ0lbyg4WFhTtfvnwp8+7dO66+vr459vb272kUKkIIIefPnycASFlZmeq9
e/cu0uryT44fP47t27cvZmFhIatXr/7y+vXrM8+ePUN3dzempqbw/PlzxMfHo62tbbmmpmYZ
DRtJhoaGrnV2dqra2tq2U6m+27dvh5eWlkJPT+8t7WbZWV9fv11ERKTn2LFjM8+fPxcICAhg
qqysrJ47dy65evXqk6VLlw4yMzMTFxeXSy9evAAhZL+bm1vYvHnzps3MzB6zs7MTTk7OXwMD
A9Gzs7MLnJ2doaen10F9L/r6+o8aGxsZEhMTkZubi5CQEBw/fpzufHbx4kUGPT29S7TP9zsz
MzNozZo14ObmRlhYmIKVlVWisrIy2b17t5ekpGQSAHLixImp4uJi1NfXOzMyMpLt27eTsbEx
4ZcvX7ILCQm92LVr17ODBw920kQpNCEhAU+fPsXo6ChKSkrsuLi4yPbt20lYWNjBwMBAtLe3
szo6Or7T1dWlfw8rV64kJ0+eJGxsbOTGjRvmHh4ecbSU7k9tbW0mAMjPz9ecmJiQyM3NvU/h
NW/cuEEn5VlaWpJfv36tiYuLw4EDB4SoBdDcuXPJq1evjKlxNUIIEhISoKioCE1NTRgZGWHf
vn1K8+bNI4sXLya8vLz1tJE+4uLiUhofHw8/Pz+UlJTg48ePGB4exsePHzdSO/QtW7YUaWpq
4s6dOyvFxMSohaBZSEgIgoODb3NxcX09e/bsEwBEQkLiU29v75rU1FQVDg4Ows3NTVxcXAgf
Hx8REBAgcXFx0jU1NXxHjx4lAEhSUpLzp0+fEB0djcbGxuu0zzPT39+/LSgoCNzc3F20ayWh
qKgIp0+fLlqwYAF5+PAhERcXJ0xMTKSiosI0PDz88qJFi8jy5ctJbGwsERUVJXPnzv359OlT
15GREfj7+1P44AolJSUcOnRoMTc3NxESEiJubm5RAFxoBECipqZGuLi4yIIFC4inp6fh1atX
c2kLs2EFBQUsWLAALCwsHxgYGH4oKipeWLZsGVm0aBFJS0tzzczMhIiICHbu3AkHBwdUV1cj
JiZmCy3T17x48WK4urri69evenv27PkNgExNTZGfP39SxMMXd+7c4QkICICvry8CAwMRGxuL
8PBwtLS0sLm6umqJiIiMm5mZkXPnzhEmJiZib2/fExUVlUHRF4uLi+k4zVOnTnHm5ubiy5cv
+PLlC6qqqqCrq4tz587BxcWFbeXKlZXbt28nPT09ZN68eWT58uVEV1cXO3fuVKR6eXJycvgJ
IYvV1NQoW1+7qKioMlp/0Jvjx4+jra0N165dm2RgYCB37tzJ3rRpUwKABCYmpgRlZeVb5ubm
oIyc/qu4cOEC1NXVUVZW9r9W0P8MbW1kZOTfEvO/BP2fhKSkJDWuokvVKqmGt6SkpLK6ujq+
6upqejdwS0tLCjc3N2FnZyebN2/uTkxMfMLHx0fY2NiIgYEBuX///jcmJiayaNEiEhERoZeU
lBRFCdLp06ezTp8+7bBw4UIiJiZG1qxZQyjRbG1tvfL8+XOkpaXh/PnzOHnypCxFDdu5c6eu
j48PKPKThIQEOX36NCkrKwuJj4/H6dOnKcMU8uzZM0KNkly7do18/vx5l6Sk5GsuLi4iKCjY
CeAxAOLu7l5bUlKC0tJSDA4OYnBwkGdiYoLFwsIC+/btO7906VLCwMBAmJiYiKysLJ25TptN
n/n8+fPSR48e2VH1UD8/v6KEhASXOXPmEEFBQeLk5CQnISHxkEYiIp6enkdYWFhqafXWaT09
vcViYmIttFV80+PHj/dTlKqtW7cSS0tLobi4OKSnp8sDIJycnCQ+Pl6+rq6OgaJRNTQ0IDY2
FleuXMG1a9dw9epV+Pr6Lj9+/HgNJYqsrKxFADLWrFlDMYM/iYmJbY2KipKh6q179+5NV1BQ
6ARAbt68GXL37l0+Tk7O5zSim7Orq+stKg1+48aNgKamJqSnp7NqamoGUTX0iIiIcx0dHejp
6eHn5+f/ICsrSyIiIuiCvnnzZkpUBgghzosXL/7ByclJ1q5dmwGg8MiRIyQ5OTn06tWr0dRu
nhBCbt++Te30ibe399qbN28iNzd3PZXKPnv27LNfv34JfPz4EaOjoxgbG8PQ0BD9RkYI4XNy
cuoHQExMTIi5uflRVlbWTgYGBnLs2LFhLS0t7N+/H2FhYfj9+zflDLciJCTEnYWFhaxatWp8
165dJw4dOuTDwsJCBAUF2zQ1NaGlpeW3ZcsWsm7duuGamprzHBwchI2NjRgZGbneunWriNan
QWZnZ8nSpUvJggULSEhIyKH9+/evosbgrKysSgkhczs7O+Hh4QEqk6Gvr//r6dOnGQC+r127
lrx+/XqhiorKAQCfVq5cSZydnem9C6dOnUq8ePFiMO28IjU1NXT63P379wsmJia4fHx8BmiP
/Xjp0qVT6urqbrS+BZKamirKyckZT2GDCSHk8OHDBADJzs6OaGtrOwDgB+3x2jt27NCmje9N
1tfXn6NIa1JSUj2RkZEZW7ZsKd65c2eVq6srq6+vL86cOZNBy561Ll68mN3DwwM6Ojp2tJo8
2bx5M9m6dSuZO3cu2bNnT5WIiAg2b94MCQkJODo6IiAgACEhIfMvX778iqLbVVZW0n3zPT09
X/r6+hYBIMeOHSOU8NIW9PcmJyd5BgYG5k9OTuLKlSs4evQo9PX15yorK9dRmScDAwP636ip
qXk2NjaqUyn9kJCQ+MDAwNOLFi0iK1asICMjIyLV1dVHly9fTjg4OH4vWrRIU1VV1Wj79u2E
iYmJaGtrQ1RUlJ4hOn/+PCwtLenuf/9V6Ovr4/Lly6isrMTz58//Pynos7Oz6OrqAhcXF+Li
4mBiYkIX9OnpaQwODuLt27f/UvT19WFkZASjo6N/Cfp/R7i7u8PHx4eyWD1hY2OTd+vWrTxX
V9e95eXl1LgMxsfHMTk5iYqKCm5NTc3k2NhYfxsbG95Lly5tSktLC/f39w+XlpZeHBgYqLB3
7948b2/vkObm5jk1NTVrzMzMHouLi9cJCgpecnZ2nnvmzJlEAHkSEhJXV6xYoeHg4DDR1tbm
RHm506hRkuLi4nkA8gAcMzMzY8jMzNSSk5PLA5C3bdu2xMjISJ6srCxcuXIlAUCemJhYnr+/
P/U3edu3b48jhODSpUsLlyxZksbDw0MWL148pq6unhkbGysYFhaGpqYmjI6O4u3btwcIIdy0
dK0IKytrHoA8FhYW+vMtX7682N/fv7KkpESuubkZSUlJPlJSUt0A8vbu3WvLxcV1jImJKY+R
kbFAWFj4uLCw8PMtW7aQ6Oho/4CAALZTp049EBERIeLi4uT06dNH1qxZ83jbtm0kPz//DCGE
7fTp03Z8fHxEWFiYbN++nVtAQACurq7itAxHHiGEdWZmhnN6ehrT09OYnZ3Fp0+f4OXlBXNz
c6pzFw4ODvPt7e3TeHl5v4uLixNqZ8nPz5/HxMQkdPXqVczOziIkJCSYn5+fiImJkRUrVhAF
BYX8x48fw9TU1JeNjY2IiIiQiooKtdevXxuKiIgQRkZGsnXr1k/Z2dkM+fn5/EJCQq/nzZtH
ODg4yMOHD31otX1lGRkZwsfHRzZt2tQrJydHzM3NX23fvp1s2bKFXL58mRBCzjs4OAQD+L5r
1y7CwcFBtm7dmh8SEnJs48aNjfPnzyerVq0it27dei0iIkLHh+rq6q6JjIzE06dP59va2hIA
3yorK9WGh4cxNjaGsbExvH37Fo2NjaDcuoaHh1d6enp+perYhw4dMgbgw8LCkufu7u4XExOD
4OBg3L59G8+fP8enT58wPDyM79+/w87O7saSJUsIDw8PWbVqFVm4cOFHCQkJvpCQEGFqssPX
17ekvLx8r7y8/FcAhJeXl6SmpppJS0uTOXPmEAppS1t8DGtoaOgKCAiQhQsXEgMDg4mCgoJ1
ZWVlGB0dZSwrKzMXFhb+zcHBQRYvXkwEBARITEzM6dbW1oUSEhKEQrwKCQkRiscO4FtCQkKT
qakpWbx4MVm9ejVZt24dxWqf/v37966bN2+2U42E1MKDn5+fuLu7B0ZFRR2iyltaWlokJSWF
UAuOq1evkhcvXixRVFQUkZaW/sHCwkJYWFiIkJAQqaysPDk+Ps4WHh5usG7dOsLAwECYmZnJ
nDlziIuLy+M7d+6wCQsLMwgKCpK5c+eSjRs3Ejc3N7fHjx9z7Nq169Dy5cuJkJAQWbt2LZk/
fz7ZtWtXnrW19XoKjXnhwgUcOnQIBw4cwPHjxzmkpKTerlixgvDw8BAGBgayYMECsm3bto/5
+fkrsrOz1ykoKBB2dnayfv16ws3NncfNzT155cqVrI8fP+7r6+vb/vnzZ+zYsYMaOeeimlBX
r15NAOSxsrLWzJkzh/Dy8pK2trbg0NDQyxs3bvxD6vzSpUulhJA1xcXFUFRUPC8gIEB4eHgI
Hx8fWbBgAZk3b95xCQkJRup1GBkZcfbsWVy+fBmGhob/Uujo6MDMzOz/SNBtbGzw8uVLjI6O
0nfBAwMD/1DQd+zYgaioKLS0tCAmJgadnZ10Qb958ya9MfHGjRt0QZ+amsKbN2+go6ODvLw8
nDhxAidPnkRtbS2mpqb+U+DMf4ze3l68efPm3xL1vwT9H8Tk5CSmpqYYZmZm9vT19e13cXGh
Q0UyMjJQUFCA2tpajI2NYXJyElVVVTA2NkZhYSGcnJxgYmKC6upq3L9/H9LS0rh37x4OHjyI
4OBglJSUIDU1FY2NjXB2dsby5ctx6dIlqKqqgpWVFSdOnICAgAB6enrWUO5csbGx0NfXh7e3
N/bv3w8AmDt3LszMzJCVlUW3uzx+/DgSExPp6EgA2LNnD4KDg+kzx+Li4iCEwNDQEHPmzMG1
a9d29PT0rHj79i1DVVUVnjx5gr6+PvpK9tevX9DU1AQDAwO4uLgAAHPmzKHPN+/evRsfP35E
UlISqqqqUFNTg/z8fHYAkJWVBS8vL5iYmDB37lyIiori8uXLS7u6unTT09Ph4uICb29vloqK
CjUXF5ejeXl5+PHjh3Jvb68WlSpWU1ODgYHBuYqKCt3y8vL7ixcvvrt69eqftK5imZKSEkxO
TmJoaAgfP37Ehw8fMD09DU9PT7rft62tLezt7WFjY4Pg4GDR58+f66anp+smJyfvFRAQQGxs
LL58+XKUELIrODgYjo6OUmFhYbrXr1/XMDc3R1VVFezs7NhPnTqlm56efq6npweTk5O4ffu2
Oh8fn66rq+tBQghjX18fTp06tV5MTExXTk5Ot7q6evHMzAwGBwdRV1en7uHhoXn06FGuoaEh
zcrKSq7q6mrVuLg43dbWVtGRkRE0Nzfj0qVLWwsLC3WFhIR4t27dSpHgTm/fvl1XXl5eITw8
nOfEiRO68vLyZnl5eaYvX77cFhgYePfw4cPpzMzMREVFZYoQsvHdu3cYHByk05va2trw+PFj
NDc3o7e3F5GRkUs2b95spa2tfVtUVHQ15Rbn5eWF+Ph4hIaGwsfHB8+ePcOnT5/o4KGAgACc
Pn1aec2aNRdPnDhhKCkpuX737t0ghEBWVvbQmjVrdOvq6ngSEhKgoaEhBEB37dq1hh0dHfzB
wcFqfHx85ocOHbJdvny5oZOTEwkPD4+ZmJjYGBgYqLt3717d6OhowaioKJSXl4MQgocPHyIg
IEBq9+7dugB0g4KCThBC8OjRI8Fjx44RBgYGcvPmzdrU1FTd5ubmoH379hEAxMPDQ7elpUXm
5MmTujo6OrrOzs66586dM3J2dt72+fNnBl9f3zHaguYFKyurBgAje3t73Y6ODoSHh/MePHjw
+v79++NPnz6t6+/vrwtAF4Cus7Oz0ezs7HJCyJ60tLQbGhoatsbGxrb29vayubm5ePHiBUJD
Q2Fvb394yZIlujo6OvXbtm1TtLKyQklJCVxcXBhtbGxU1q1bp3vq1CkDQogwIYTT19cXSkpK
e7OysnQ7Ojp0g4KCZHfs2IHLly9DVVUVqqqqOHToEOTk5CAvLw9xcXFoaWnN6+7uNgoLC9Nn
YWHRPXv2rK6Tk9P6qKgoJCcn4+7du7I7d+7UTU5O1ly7di0UFRU3+fv7c1K7xQ8fPuDGjRtQ
UlKCmZkZp5SUFBESEiK+vr5nAEBNTW25mJgY4eTk/FZSUiJFG/HU0dLS6lNTU5tau3at7s2b
NzEzM4OCggLIyclBX19/3549e0zk5eWN5eXld7GwsEBeXh7/bwm6goIC7O3t4eTkhPfv3+Px
48doaWlBW1sbOjo66HS37u5uPH36FImJiZCUlKRbNt+/fx/d3d30XbenpyfOnDnzdzv0kZER
jI2N0f+dkZFB4bAxPDyM169f08cP/5WgHv9nRf0vQf8HQUvJzHnz5o1Gf3//Fm9vbwQGBsLR
0ZFOvfqPgq6vr4/MzEzY29vDzMwMJSUliIiIoPsa79+/H/7+/igpKUF6ejqKi4thY2NDzcLi
7NmzYGVlxZEjR7Bq1So0NTWhs7MTw8PDiI+Px4ULF+Du7g45OTkAwLx582Bra4vU1FQoKioC
AA4fPozk5GSUlJTAzs6OLuihoaF0QZeUlAQhBAYGBmBhYaFOSoaJiYkFU1NT+PHjB8bGxvD6
9Wv09/eDEAJVVVUAwMKFC/9O0CUlJdHT04PExETU1NSgsrIS8fHxAAA5OTmsWrUKjIyMYGdn
h7i4OIyMjFBeXo7o6Gg8ffqUfkF1dXXhzZs36OjoQF1dHT5+/AhCCM6dOwddXV08efIECQkJ
L6k6sYODw683b95INDQ0YGxsDDMzM+jv76cse3Hv3j14eXnRyXQ2Nja4cuUK3NzcUF5eDk9P
TzQ0NKC7uxs/f/6c9/79+7Xfvn3j9fPzg6GhIerr66n3xTI2NoagoCDIysoiMjIS7e3tGBsb
g6urK5YvX47r16+DEIKXL1/ixIkTEBISws6dO1FVVYVv375hYGAAeXl5uHr1Ko4cOYKWlhbk
5uYiOzsb3t7eeP78OQYHB/H161fuiYkJPHz4kO41XlpaCjU1NQgKCmL37t0ICQmBuro6ysvL
F87MzMy9devWjrVr19IbotLS0nS/fPmyjGquGRkZoSN/6+vr0dzcjNevX+PWrVvYv38/8vPz
ISgoCAYGBjAyMsLLywt37txBcHAwAgIC0NPTQ/dmIITAy8sLR44cwZo1a3DkyBHs2LEDMjIy
lKBj1apVKC0tRXJyMlRUVAAA69evx9OnT+Hg4IA9e/YgPDwcnJycGB8f529sbERTUxNcXFwg
KSmJ8PBwlJSUwNbWFnFxccjKykJSUhIdgmNpaYnv37/j5cuXrHl5eZYODg7Vqampc27evImK
igoUFBTcOXr0aI6enh5nUlISTpw4gfPnz8PJyQltbW2YmZlZkJCQwLZnz54xWmPb07CwMCxe
vBjKysp4/PgxgoODoaGhAScnJxw5cgQhISF05zQXFxdMT09jYGBgbWZmJmNnZ+f64eHh9W5u
bkhOTkZXVxeCgoJgbm4Obm5uZGVlse3cuRPm5ubIz8/H9evX6aCkI0eO0M9zNzc3HD16FNRi
xs3NDSIiIjA3N8f58+ehoaGB6Oho9PX1ob29HW1tbXj27Bl+/fqF6upqsLCw4OTJk7C0tMS9
e/eQkpICf39/SEhI4M6dO1i9ejVkZWXpzm5v377F8PAwiouLqePMGB8fb+zi4nKZuneYm5uz
Xr9+3f7QoUOnq6urMTExceLVq1crCSFcMTExS7i5ueHq6orZ2VkUFxdDTk4O6urqkJaWhpyc
HHbv3g1GRkYoKChAWlqafgxVVFT+LUGvqqr6TwXd2toaIiIiuHv3Lq5cuQITExOYmprC3Nwc
hw8fRmZmJnJzc1FZWYmamhrU1NTgxYsX9B16V1cXwsPDERAQgNbWVlhZWaGwsBCfPn1CXl4e
PD09UV1dDU9PTxw+fBhZWVnIyMjA69evQTUSv3//Hh8/fsS3b9+Qm5uLjo4O9PX1/Skx/0ei
PjY29qcFXVJSEgoKCkhLS4OkpCQUFRX/W+N/m6DT4R4eHh6grC3/nxb0/fv3Y8WKFXj+/DmG
hoYQHx9PP0EdHBwgIyMDAGBmZsbhw4eRnZ1NF/QDBw4gIyMDZWVlsLKyAgDs2LEDoaGh9ItJ
WFiYLugAYG1tTV9VTk9Po6amBk1NTXj37h2Ghobw9etX+m5+/vz5AAAWFhYwMTHRn39oaAiJ
iYmora1FZWUlkpOTAQASEhJ0HCYTExOEhISgrq6OoqIiZGRk4PPnz/j48SPev3+/YXR0dMns
7Czev3+Prq4uTE9PgxCC48eP0/3IHz9+vAyAtaysrPWbN292T09P4+PHj/j06RMqKyvh5uaG
4uJiNDc349WrVxgfH0dSUhKuXLkCZ2dnmJiY4MaNG6ioqICrq+vfitXCwcFB/Pr1C87OzjAw
MAAhBFNTU6s/ffrESQhBcnIy9uzZg5CQEHR1deHz58/w8/PDwoUL6Sv1t2/f4uDBg+Dn54eQ
kBCqq6vx69cvDA4O4sGDB7CwsMCxY8fQ3d2N3NxcZGZmIi8vDx8+fMC7d+94h4aG1s/MzKx+
//49Vq1a9QdBp2qoAQEBUFVVRWNjIyYnJ+Hp6bnCysqq+tixY8TExMR6dnaWc2BggC7mHz9+
xPj4OF68eIG6ujq6oN++fRu7d+9GbGwstmzZ8gfBys7ORnt7O5KTk+Hg4IDg4GB0dXWBEIKQ
kBAoKChg9erVOHnyJCQlJbFnzx4QQqCgoABeXl48evQIqampOHfuHABg48aNGBgYgKOjI7Zv
3w4vLy9wcXHh6dOnqKmpQXt7O5ycnCAkJITbt2+jvb0djo6O9Frr169fcefOHWhqaqK6uhqT
k5NoaGhARUUFIiIicOfOHdy8eZN+XWpoaMDExARFRUU4ceIE9uzZg/Lycnz58mXRjx8/xLy9
vVnExcWnlixZQo4ePUpaWlp84uLi6GSwuLg4nDx5EhcvXqRDeP6joL99+xbFxcV4/fo1Pn78
iICAADoKNzg4GGZmZmBgYEBERAR27tyJixcvIi8vj05HXLRo0R92OVevXoW8vDwSExPR1tYG
X19frFmzBsbGxtizZw8UFBQwODiImZkZTE1NYXZ2Fj9//sTPnz9RV1cHAFBWVoaxsTHCw8Pp
DaISEhKIiIjAvHnzsGPHDvj7+2N0dBT9/f14//49srOz6c12iYmJ8Pf3h5mZGQBAQ0MD3t7e
OH/+PDo6OtDf36/y4cOHJYQQODk5YcGCBbh+/TpmZ2dRVlaGffv2QV9fH3v27MHevXvpu/Lt
27dj6dKlWL58OdavX49jx479aUE3NTVFfX09urq6UFpa+neCXltbC319fRw5cgRZWVkIDQ2l
Q3FOnDgBAFBUVKT7wzc2NqK2thatra3o7u5GZ2cnJiYm4OTkhJCQEPT19UFbWxulpaWYmJjA
2NgYXbR9fX1x4MABlJSU4M6dO3j16tUfBH10dBRDQ0NISkrCs2fP0N/f/28JOiXqFAf+8+fP
mJmZ+U956D9+/MDTp09RVFSEHTt20DVBXFwcCgoK/63xl6D/E0G3srKiYyKtra1x//591NXV
YWJiAsbGxrh9+zZSU1Ph6+uLPXv2YNOmTTh69CgEBAQQEREBBQUFLFu2DG5ubli/fj3CwsIw
MjICeXl57N69GwEBAVi0aBHY2NggLy+PyclJGBgYYOPGjbh58ya+f/+O6elpdHZ2Qk1NDdXV
1ZiZmcGbN2/Q19cHa2trrFy5Evv27QM/Pz/mzJlDJ1aFh4ejqKgIly9fxoMHD9DQ0IDk5GTc
unWLznm3srKCra0ttmzZAnt7e7x48QKNjY3o7+/H4OAgPV3e19eHrKwsxMbGUs1b2LVrFy5f
vgxCCBoaGgAAO3fuRGdnJwYGBvDmzRvY2dlBW1sbFy9epJtPvHjxAoODg4iKisKVK1dw48YN
epcsxZl++vQpHUYyOzuL79+/IywsDB4eHvj69St99zQ6Oorr169DVlYWycnJqK2tRU9PDyws
LLB582b6++vo6ICqqiqOHj2Ks2fPwtHREYmJifQ0X35+PqKjo+nWug8ePEBbWxsmJycxPDzM
SeO2o7+/H8zMzFi3bh0qKiqgoqKCBQsWQFlZGU+ePIGJiQkeP34MQgg8PT3x+PFj1oyMjE2q
qqr0i/79+/coLS2FjIwMfH19MTk5idbWVjQ2NuLNmzf0Hfr9+/dhbGyMuro6HDx4ENra2vS6
X2ZmJmRlZSElJYUzZ87gxYsXsLW1xYkTJ8DGxobdu3dDUFAQq1atQnt7O8TFxbF27VoUFBQg
Li4Op06dwuLFi7F27VqkpqbC2dkZkpKS9MVmV1cXCgoK0NDQgN7eXuTl5SExMRG9vb24ceMG
LC0tF9J6G5YXFhYKVFdX04EuT58+xZMnTxATE4Pk5GTcvHnzD2hVPT09hISE4NixYzh37hzd
p352dhaNjY1Mzs7Om4WEhLbZ2dltf/78+ZKnT59iaGgI4eHhlC8ErKyscPbsWaSkpPydoPf3
96OgoICeRfPz80NSUhJ6enrg6+sLY2NjiIqKIiYmBk5OTmhqasLjx4/h7e2Nc+fOYfPmzVBS
UqKzDMLCwqCjowN/f39ERUXBxsYG+/fvR3p6Oi5dugR2dnZ0dXXhw4cPGBoaAgWJIoRgYGCA
Trnz8/ODt7c3Tp8+DV9fX6xcuRKBgYFQVFSEra0t7t69C1dXVzx79gzV1dWIiopCaGgo7t27
R08Tu7i4YMmSJdDR0cGNGzdw+PBhtLW14e3bt/RrIiEhAevXr0dwcDC+f/+OvXv3gpOTE8rK
yhASEsK+ffuwc+dO+Pn5QV9fHwAgIiICVVVVnDhxApcvX4axsfG/FEZGRtDW1oaXlxe6u7tR
VVUFDQ2NPwh6RUUFnJ2dERkZSXfSKysrQ2FhIU6dOgUAUFJSokOpGhsbUVdXh7a2Nrqgj4+P
w8XFBbdu3UJPTw+MjIxQXFyM8fFxDA8PY2BgAP39/fDy8oKioiIKCgpw//599Pb2/j8m6FT0
9fXh+fPnaG1tRVtb2z+MlpYWdHV10XsDmpubceXKFVy+fBl2dnb/7fGXoP+NoJeUlMDa2hpc
XFxQUVGBmZkZTExMUF5ejocPH0JPTw8DAwOws7PDrVu3kJeXh/T0dFhaWmL//v3Q0tKClJQU
lJWVoaioCD8/Pzr8wtfXF4QQXLt2DXFxcUhMTISTkxMEBATg5uaGL1++QEdHB0VFRXj9+jXe
vXuHz58/o6GhAadOnUJLSwt+/PiB58+f4+XLl7C0tAQ/Pz+UlZVhbW2NLVu24NSpU+jq6vrD
jigjIwM1NTVwdnZGQ0MDfv36hfv37yMwMBDp6enQ19fH2NgYRkdH0dTURD++IyMj+PnzJzQ1
Nek3zuzsbPz8+RO+vr64desWCCH0nYiIiAiePHmCtLQ0lJaWQllZGbq6unSe/N8K+r1793D5
8mU4OTnR+fP19fW4du0alJSUEBcXh9bWVqSlpSEnJwcTExMYHx+nE+BCQ0MhISEBAJCXl0dL
SwsiIyPh4+MDXl5eyn4Ut27dgoODA2JiYtDd3Y3CwkJcunQJLi4uqK+vp9egfX19oa6ujqSk
JNy6dQuDg4P0vo2JiQmMjo5ieHgYlpaW2LNnD1JTU6GpqQldXV1kZGTQMag0oyIcPnwY7e3t
CA8Ph4qKCnp7e5GZmYkvX74gIyMDjIyMMDU1pRsFdXV14dOnT7h//z62b9+O/fv3w8HBAYQQ
nD9/HmfOnEFFRQVGR0eRnp6OEydO4OzZszh27Bi9jHPnzh14eHhg5cqV9GwR9bNz506EhoYi
OjoaN27cgKurK733ws3NDTk5OUhISICpqSlaWlogJyeHnJwc/PjxA1+/fkVHRwdaW1vh6em5
VkJCouPatWv22dnZw2fOnPlaWlqqMDMzg/HxcQwNDcHFxQUHDx5EbGwsSktLkZqaCn9/fxw+
fBj79+/H9u3bceDAAWRmZuLJkyd4/PgxmpqaEBkZCXd3d/Dx8cHQ0JCevXj//j29RyU+Ph73
7t3Dhg0b6Jx4AHB1df07QR8ZGYGPjw+SkpLQ1taGiIgIBAUF4dmzZ9DR0cGRI0fw5csXPHny
hP67qqoqqKurAwAsLCwwOzuLrKws7Nq1i5756ujowO/fv+Hq6goODg50dXXRxaW4uBgHDx6E
q6srnZN+9epVTExMoKqqig7l8fLyQkVFBb58+YKpqSkEBARAS0sLLS0tKCwshKGhIbKyslBZ
WQlHR0eoq6vD1tYW7u7uMDExga2tLezs7PD27VtMTEygtbUVjo6OuHLlCjQ1NeloXepcYGBg
AK3+TofMmJiYAAA2b96MM2fO4MyZM39K0E1MTGBkZITz588jICAAtbW10NbWho2NDQoKCpCa
mkrZL9O96rOyspCbm/t/haC/ffsWAwMDuHLlCk6dOgV1dfV/GEePHoW9vT0mJiYwPDyMX79+
4caNG1BXV4efnx+8vLz+W+MvQf8PO3R1dXUoKSmhsrISLS0t+PXrF5qamhAfHw8DAwO6oAcE
BNBZ2JaWlti7dy9UVFQgJSWFc+fOQVFREV5eXnQkZkBAAAghsLCwQGRkJMrLy+Hj4wM+Pj64
uLjg69ev0NHRQXZ2Nt23e3JyEs3NzVBRUUFzczO+f/+Ojo4OvHr1CpaWlli5ciVOnDiBS5cu
QUREBPHx8Xj58iWKioqgo6ODy5cvIysrC9XV1XBxcUFhYSGmpqYQGhoKd3d3REdHQ19fHyMj
IxgcHERraysIIZvHxsZ4Xr58idjYWAgJCdFvnA8ePMCXL1/w6dMnvH79Gj9//kRLSwv4+PgQ
FRUFWvMSKioqoKurC0NDQ9ja2v5TQb9x4wZevnyJr1+/4tu3b7h+/TqWLFkCMTExpKSkQFlZ
Gb6+vvjx4wedH15ZWYm//ZGTk0NFRQUSExPh5+eHVatWwc7ODhoaGlBSUoKmpiaSkpLw/Plz
5OTkwNbWFr6+vnj8+DH6+/vx7ds3uLq6wsDAAAEBAXB2doalpSWkpaXh7u4ODw8PTE9P4927
d1SJAampqUhJSUFTUxOqqqrQ1dVFdwyjfkRERHD79m16FuD8+fMghCAnJwdLliyBra0tvnz5
gh8/fuDOnTsQFRXF7t27sXTpUvqu88uXLzh16hTOnTv3d4J+5swZnD9/Ho6Ojn9LSqOPIlEZ
GwCQlpZGUFAQ0tLSkJKSAldXV3ByctJfZ2RkhP495OTkYOnSpXj58iUIIbwDAwMLaI1Kqykr
Y0dHR7Jr1y5CG6v8Ojs7u2RgYAC9vb3YunUr/Xl7enoQGxuLQ4cOYevWrZCVlYWEhATk5eVR
UFCAoaEhWFhYQFJSErt27YKSkhLu3r2LiIgIpKam4tGjRxgfH6eXr2JjY5GYmEj/XHPnzgUA
+uKyv78f+fn56OzsxNDQEIKCghAWFobi4mIUFBSgoKAALS0tYGRkhLCwMB34FBQUhOHhYXz5
8gVHjx4FANjY2ODLly+Iioqil9TExMSomj+uX78OTk7OPwh6a2srli9fTu8roO5d09PTePTo
EQBAU1MThBB8/PgRb9++xejoKG7duoWLFy+itbUVpaWlMDY2RnZ2NiorK6GgoAApKSkcOnQI
rq6uMDExgaOjI2JjY3H//n2kp6cjLS0NAMDGxoaTJ0+iuLgYhBB62YYqxeno6KCxsRHT09Og
WfTSsxJKSkp/StD/NrS0tODk5AQDAwNYWloiPz8fWVlZdBH/2/i/TdBtbGxw9uxZaGtr/8M4
ffo0nJycMD4+jv7+fnz48AH29vbQ1dWFh4cHXFxc/lvj/+8F3c/PD0VFRUhKSkJycjK92/3d
u3fo6elBV1cXHZF46dIlfP/+XdzFxYUpKCgIWVlZSElJgYWFBeTl5aGhoQEZGRmoq6vT8Yj5
+fkAgPDwcBBCYGNjg4iICJSUlMDT0xMrV66Ek5MTfv78CUNDQ2RkZKCvrw/j4+P4/fs3Xrx4
AQ0NDdAMXtDd3Y03b97A1tYW/Pz8OHXqFExNTSEsLIygoCC8fv0aFRUVMDIygo2NDbKystDQ
0ABvb29UVlZienoaYWFh8PX1RWJiIrS1tTE6Oopv376x5uXl4fbt27JFRUULhoaG4OPjQ98J
A0BOTg6+fPlC77gfGBjA4OAgXr9+jYmJCTx//hyxsbFoamqCkZERTE1N4ejoiJaWFnR2dtJT
8vHx8bCxsYGrqyu6u7vx5csXTE5O4vr161i7di1OnjyJ0tJSmJqaIjg4GF+/fqWn4Nva2sDL
y/sHQa+qqkJCQgL8/f2xatUqODo6gjaDDT09PaSkpOD169coLS2Fo6MjgoKC0NHRgQ8fPqwn
hOygbqgRERHw8/PD7t27AQAXLlzAhQsX6A1onz9/xqdPn1BQUIDy8nLk5eWhrKwMQ0NDePfu
He7cufOHxQaFYM3PzweN7oWSkhIsXryYLuiEEPr0w8KFC8HPzw92dnZ4eHiAEAJlZWWcOXMG
dXV1mJmZQW5uLo4dOwYlJSWoqanBw8MDAJCVlYXx8XH6Auw/CnpwcDBSUlIQExMDZ2dnejOl
q6srXrx4gZqaGrx8+RIlJSXg5+fHlStX8OTJE6Hfv3+vfPv2LUZGRpZmZGS0c3Nz00ekxMTE
vpeXl8t9+/aNsaOjA21tbfQGUS8vL7oBkoqKCnbs2AE5OTlISEhg3759yM3NxdDQEMzNzSEg
IAARERGIi4vj1atXaGlpwY0bN1BXV4dfv37RJ0ZSUlLoC2ROTk4sXLgQrKyskJeXR1paGmZm
ZlBcXEw/z3JycugktAcPHiAjIwPt7e1YunQppKSk8P37d7S2ttLPBwqzCgC2trb4/PkzoqOj
6eeDuLg4nj59iq9fv8Le3h4LFy7E4OAgvn37hpGRETQ1NWH9+vX0zMePHz9AlWyoTJaGhgZd
iPr6+jA5OYmwsDBYWFjg+fPnKCkpgYmJCbKyslBRUYHTp09DVlYWp0+fpvecODs7Izg4GM7O
zvD19UV2djZYWFiwcuVKnDp1Co8ePQIhhI5cpbI1NLe4/3ZBNzIyAjXGR2Ul/6OQ/98q6BSW
WUdH5x+GkpISbty48Zeg/08I+r59+3Dz5k2Ul5fTcYDv3r1Dd3c3nj17hufPn6OzsxNtbW0o
KCgwlJeXL1NQUCDy8vIv4+LirpaWliIhIQGOjo7YtWuXzL59+/I3b96cr6ysbHjo0CE4ODgw
xsTE2APgdXBwsBgYGMg3MzPbmZ6ezllRUQFvb2+sWbOGx8PDg+/9+/dX1dTU1Ovq6tDf34/h
4WF0dnaiuLj44qlTp/IfPXq079OnT2hvb0d3d/chMzOzSl5e3nxZWdn8ixcvMgkLC8PX1xeP
Hj1Cenq6t7q6er6hoWF6eno6d2lp6WU7O7v85OTknO/fvy+5ffu2gb29fX5wcLCVqakpU39/
Pz59+rTAxcXlEYC4M2fOZNTW1iqHhoZi3759PAB4APDU19dzE0IYpqamMD09jYmJCbx9+5Zq
5mGrqqoy8ff3z8/JyclXUlI6qa6uftvc3Dw/MzPTPzc3lyKpLQsNDQ01MjLKd3Nz2/P69Wt8
/fqV8+PHj3BwcMD27dvnHjhwQCc6OjpfW1vbKi0tjfP379/MXV1d5x4/flxWVFSUv2jRos3U
e1JQUOBpbm6eGxcXh3v37jFt2rSJx9zc3FZdXX3XxYsXoa2tjejoaN2qqqr8uLi4fDMzs3w3
N7f8/Pz8rNra2t23b9+WU1JS0jcyMrJwd3dX8PPzw6lTp8DIyMh24cIFKz09PcUvX74s6e/v
x8jICLq7u5GZmYkHDx4gKysL+fn5a5ubm7Oampryvb29van3BYAnKCiIZ2RkBC0tLTAyMpIa
HR3NT01NNVq5ciV9B0gIobO/eXh4KF46q6WlpdPAwED+kSNHlFRUVNgKCgoMu7q68qOiosxl
ZWWhpqYGdXV1fmtr650AeMrLy1nGx8chIiIyFwAPOzs7/X3IycnxJCUlsSYkJFDllvnc3Nw8
AHhCQkJ4+vr6UFVVhd7eXjx//nzhqlWreADw2Nvbz0lOTkZeXh7evn0LS0tLPn5+fo34+Phc
CwuLqKNHjx4tLi5maWtrY338+DE+fvzIfvjwYR4APJGRkTx9fX3Iz8+Hnp4ej5SUFM+hQ4d4
du/ezXP06FGeurq6BcPDw3McHR15REVFeWRlZXkOHDjAMzIywvrkyRPY2trOzcrKSurt7Q2T
l5dfAIAtICAgIjw8PIKZmZmNi4sLXFxc4OHhoS9c3Nzc0NjYiO7ubjQ1NeHBgwfIycmhx4MH
D5hqa2tNFi1atEtYWFi+p6cnv6GhYWdYWNi8p0+fYnZ2FqqqqjwAeDw9PXlolDdIS0svBcCz
a9cunq6urrlfvnyBi4sLFixYIFVXVxff1dW1rL+/H319fUybN2+mjusCqpZO68i+DGCdkZER
57t376jF8ILXr1/7u7m5XdLU1NRtb2/XqKqqgqGhIfLy8tDa2sqhoaHBc/DgQR4VFRUEBgbO
tbOz47l9+zZPUlIS882bN3Hnzh00NDRwsbKy8qxZs4ZHQ0MD+fn5+PDhg/DGjRs3AeBhZmbm
AcBz4cIFblo6nvXSpUs8AHiEhYV51NTUcOrUqX9b0ClRNzQ0RHJyMn2H/peg/yXo/2OCfu/e
PUhKSiIlJQXv37+nnxgvX77Eq1ev6PHu3Ts8f/78opSUFGFkZCTz5s0ropCt6enplsXFxcst
LCyK2NjYCC8vL1myZAnh4OAgWlpa8tnZ2ee3b99OAHxduHAh4eLiItzc3L8jIyPLs7KycOvW
LTVubu7p8PDwiZiYmAEWFhZy//79a4SQZY8ePcKqVauwdu3aQWZmZrJmzZqP169f3+Hj44OC
goIDlIHHiRMnSFZW1llOTk5ERERARUUFK1as6GVmZiZsbGykuLh4Qk9Pj7CyshJGRkYSFRW1
y8/P7wkDAwMRFhYmERERIrGxsbCzs8OVK1daKPCJhoaGq7m5uZiIiMg0gGkA0y4uLgPV1dXI
zc2lbpB48eIF+vv7MTs7uyQ8PLyf8qoXFhYmlMuWhobGT3Nzc9TW1uLbt2/yO3fu/M3CwkJ2
7tw58/79+31TU1PML168gIuLy+oNGzZ0MzExEU5OTsLMzEzs7e2fff36FUpKSo0sLCyEkZGR
TrACMC0hIUHu378v9uDBA5iYmFQtXrx4GgDh4eEhOjo6zhEREZwKCgr0XeWcOXPoVqx79+69
CcCIcrizsrLqSEtLg6KiIlhZWVVox51YWFhcMDAwgLq6Ouzs7P7QjZubm5u1YMECMnfuXMLE
xERotLZZANM+Pj69hJC52dnZ6XPmzCFMTEyU/7+/o6MjPn/+jK9fvyIpKQkbNmyAhIQEdu3a
hf3792suWLCAsLOzE0ZGxvf37t3T0tHRIWxsbERSUpJER0cLnT171oyXl3eG9rm++vr6Nk9O
Tqps3bq1m/b6M7Tv7dvKlSs/a2trny0oKEBSUtI6FRWVNwB+AvihoqIy3dLSYvHixQsMDQ3J
37p1a5SBgeEbgJ+Kioozqqqq53JycjAwMGDBwcExzMHB0R4TE2Ojp6d3mYODo2v//v3Tfn5+
3M+ePVsdHx/fsX79+lkAP1VVVadLSkouXL9+fefOnTs/r1y58puQkNA0Pz//9Lp166Y9PT2T
e3p6lM+dO/d11apV01xcXNMrVqyY9vb2bnr+/Lnwo0ePbixevJjMnTuXLFmyJH/v3r2a/Pz8
FOxIE//kx93dHa2trcjJyUFubi7y8/Pp8eTJk81mZmb0c4GJiYmIior+Tk5OPjo+Ps725MmT
DHFx8WkA00ePHp1ubW2NLy8v37B///4vAKbXrVs3XVpaepIQAh8fnwgGBobfNOqi+MTExKKs
rKwqbm7uaQDTGhoag+Pj41vGx8fx/v17aRkZmc8AZg8ePDj86dOnPbSJEUEtLa0JZmZmsmjR
IuLs7OxdX18PKysrREdHIzg4OEtKSurz1q1bp/bs2SN17NgxawUFhWllZeVpfX39nbdu3UJE
RIScra3tRwDf582b90NNTS04JCREFIA7AwPDD2Zm5mkaTW7G0NDwPa38cHn37t1fAfzi4uL6
IS8vn6impgZTU9N/2fr1P4aenh50dXURGxv7l6D/Jej/s4JOpSANDAyQlZVFb9r4R0FrKPtM
w6e2hoaGoqioKIsG4hgoLS29RBOYV7GxsSpnzpxxoD323bt377bJycm1ASB5eXkkKSmJ0AAQ
zdbW1kzy8vIjNBcvs6SkJB4A7QDIu3fvrj5//pxh165dOHDgQBflFqWkpBR97tw5aGlpYefO
nffY2NjIxo0biaioKAGQFBMT4/vq1Sum0NDQWooSRggh6enpFP6VeHt7IyUl5RwPDw9hZ2cn
GzdubFy3bl1GYGCg+/3797csWbKEyMjIdHV1dQlu3ry5i6LQUVjR9evXX926dSs2btyI9evX
o6KiAp8+fcLk5CRycnIWL1++/Cllk0uz9rwbFRV14PHjx3jx4gWmpqYgIiJSRt1QCwoKHra0
tODZs2fbz58/P0ZbUCStXbtWhXIuKyoqOpufn+9POZyJiYlp8/PzpzMzMxMODo68rKwsttjY
2BoARFJSkgQFBRFOTk4yd+5ckpqa2rl+/XoiIiJClJSUftDQq9+2b99Otm3bFuHk5OTFyclJ
GBkZiYGBwdfw8PAkeXn55QEBAcrLli0jS5cuJT4+PjrXr1+HhYUFbt++jcnJSfp5NjExIX/k
yJHvAMiuXbvaVqxYoTtv3rzPLCws5MiRI4oeHh4yc+bMIXv27CHHjx8Pmjt3bh8AYm9vHzwz
MzOnv78fP3/+xNOnT2FjYwN7e3u4u7uv0dLSqqUtPL6FhoZy01gDv5OSklLfvn17koLRuLi4
/Fq9ejVZsWIFGRsbI4sXLybi4uJ0C9szZ85QC6ujbW1t3FZWVp9oxDViZGREAJCTJ0/+bGlp
gampaRb1u8DAQEKhdENDQ+Vyc3PPMjAwkGXLlpGEhISb0tLSPpQF8+XLl3H37l1X6vGUJSvN
Z96I8hunIEY8PDyEkZGRDA0N5W/atOk3AGJubk4oetrhw4dburu7twQHB/fQzqUaQshRYWFh
wsLC8jshIUHr9u3b+NsIDAxEWFgYnJyc4OzsTO9/+NuIiIjYvGfPHiIgIEBSU1PJpk2bCA3e
JP/48eP5goKCBABRVlamu7OlpaUJWVtbm1EgEz8/P+++vr5Fhw4doqxkSUhIyFJfX19JdnZ2
snbtWnL8+HECgHh7e8f//PmT4e3btzLbt28foBz07ty58+jOnTuIiYmBtra2PzMzM+Hi4iKS
kpJJUVFRSS4uLkIJCQksZmZmudTiQ1xc3Gf58uUm1L/Z2NhWhIeHr5KWlv4FgKirq5ONGzf+
pjnglfr5+Z2n3OouXrxINmzYQA4fPkxcXV23AOifO3cuiY+P/0VtDFRVVROtra1hZmb2b4Wp
qSkuXryI+Pj4vwT9L0H/nxH0srIyBAYGYseOHYiJiaFYw/Dy8sLNmzf/YURERMDU1PQVAKKn
p9eRk5OD1NTUDWxsbD+1tbVJSEgIxTx/QAjB9evX+RgZGYmgoCC5ffu20cKFC30ZGRmJiYkJ
UVFRITR/6Xhvb28DGhiGhIaGbpOWlsaGDRsSad7Zn4uKipZu27YNS5cufU5dxLt37861t7df
KCAggN27d6dQ1DHK+nHNmjWkqanp8rNnz3YwMzP/ZmRkJNevXyfnzp0jFK2poaGB6eHDh9qU
P72ysjLh5OQkvLy8v2NiYm4KCwuTLVu2RL169eoc9Rg+Pj46v1pAQKB3y5Yt2LBhA9avX4/H
jx/Tm9bGx8eRmZm5cP/+/XUAiKCgIMnJydmVkZGBhw8fUs1KulJSUt+oz2RsbFz35s2bhceP
H9/DzMxMFi5cSK5evaqekZEBPT09QvNtvzM5OenGxMREdHV1SXx8PE6dOqW+bNkyAsD48OHD
oC1qSExMDCGEkCtXrtBhKS4uLqW6urpq5ubm4wwMDKSmpiY2Pj7e+OLFi3w/f/40oT4ntchY
unTpx/z8/PdiYmJEQECANDY2XsjNzUV6ejrKy8sxOzuLL1++YGZmBoSQdTdu3PgOgDx58iTV
1tYWS5Ys6WZiYiLnz5+fc/DgQTcAxMfHJ8XS0hL79u1TYmJiIvLy8j8IIQLU+f3792+66Y6n
pyeSk5M5hYWFCTMz808vLy8LUVHR18rKyhPt7e2wsbFJpTEHJvv7+/l0dHRumpmZBQ4NDelt
2rSpVEFBQXPdunV5AIiZmZlBVlZWQVZWlqC2trYIbWHW7Orquqy+vn73smXLCBMT088XL16E
CgsLZwIgUVFR5uPj48v4+PjuACAWFhaRd+/eBQ8Pzw8+Pj7y9u3brxISEl9pvuQjY2Njp9XU
1CZo56j/jRs3lq1YsaLUxMTkrrKystnu3bvJkSNHLrGxsRFpaWkSFRX16tKlS5m/f/8+cODA
gVYAJDk5mXh6elLnWJOnpyd6e3ul+Pn5iYCAQE91dfWdefPmERMTk1ZCCPvMzAz+Y1CjW+rq
6jA0NISRkRE9DA0NcfnyZWZ9fX3NAwcOfLS0tKTsVElSUlJxbm6uFXUOrF+/nu4zf+vWLR0T
E5MtCxYsoLjukz4+Pr6MjIyEiYmJbN++Paivr4/Bzs7Og8oMUX0Ghw8fJtbW1lt4eXmxePHi
RxSbXFhYOOrUqVOwsrJCQEBAOEXqY2BgIKysrERERORrWlqah7W1NRcTE9NXRkZGcvHixdPl
5eXR3NzcZNmyZb9TU1PXurq6OtMWTu/ev3+/U0pKSo5GQqwjhGxdu3ZtDzMzM2lrazsWEBBw
dePGjQmenp6BNAZGHSFkiY6Ozn7aMf/d3d29qaenh97v8meiq6sLXV1dyM/PR1pa2l+C/peg
/z8v6Pn5+SguLsaxY8fg4OAAa2trWFpa/qfh5OQEVVXVV7QLv9XAwAALFy5kAfD7ypUrH65f
v54OgBw9erSaEIJPnz4JUDSwwMBAPUZGxls0ZCWhBOrAgQMJ1dXVbqysrERYWJiEhYVtVlBQ
gJCQUAqVRu/r62MPCgoCgOc7duwg1G7x9u3bBx0dHSEoKBhNs9MkhBBCrbTDwsL8IiIiFFlZ
WX8xMDCQffv20XdrBgYGhBDC+eXLFyt2dnayY8cOQgghKSkplDUnERcXJxs3bgxta2uzW758
OVmzZg3ZsWPHtbVr154wMjLSaWxsPFxfX4/q6mpUVVVhaGgInz59wujoKD59+gRa3bGQSmNH
R0dXtLS0MFVUVMDd3R0ZGRnWIiIiZOvWrQQAWbduHRkaGpLZs2fPStqNhRQUFGi3tbWBwlU6
OTmFPHv2zI22GCKlpaWIiIi4zMnJSfbs2WNP6+b9yczMTJqbmwkhhISFhRHazuWlpaUl4uLi
uAwNDQkTExPx9vZOuHv3LgoLCzE8PHx55cqVvxkYGEh1dTV9IXD06FGyd+9esmnTJlJfX38h
JSUF6enpSE5ORnp6OgoLC1FYWIjq6upFampqXwCQvr6+vMLCQigqKr5mYGAg169fV6V2cps2
bQqwt7eHubm5xMKFC8mcOXMeamtr4/z581BVVYWenh69eSszMxN1dXXw8/PzogQGACksLLR7
+PAhTExM6mnv8eP9+/fpWafk5GScO3cO169fx7Jly2pomZ2djx49gpeXF+bNm3eYJlqPtLW1
0dnZyaWtrU0AkLt375K9e/eSpUuXkvz8/IN6enrYunXrddoxD/T29l7Cy8v7bc6cOYSNjY2s
Xr2aMDIyEjMzs4Hfv39rU4tGGRkZBwUFBRw7doyaYuAfHBw0OXjwoBwtO0WePXt2eWhoCD9/
/jwjJydH56ZTTHtdXd26kpIS3Lt3j01RUTGd+j0LCwtpamo60dLSgvr6+r+Lx48fo6ioCH5+
fvDx8YGfnx89goKCYGlpiYCAACgoKBT9LcL16tWrJC8vjwL0/PD09Bzdv39/1L59+6KCgoK0
FBUVdRYtWkQ4OTkJALJ27VrCwsJCmJiYyI4dO66MjY0x+/n5ERoYqFRbWzvIwcGhTFFRUcfW
1pbB0NAQ27Ztq6NeT1pauqe0tHSNt7c3fHx87sybN4+sWrWKNDY20ql9IiIi0UuWLAE7O/tH
anG8Y8cOQiv3/RoeHtZzcnKaBUA2btwYdvbsWaxYsUKIBpIZ+/Lly+jSpUsJDw8PCQ8PF3Vx
ccH58+dBLZoUFRXzlZWVsWjRoqXUZuDx48dFTU1N//DY/lfR2NiIx48fIzc3FxkZGX8J+l+C
/n8u6HV1dfjw4cPfCfr169dhbGyM5ORkNDU1wdTUlG4/+F/FtWvXoKys/Ip2M3q9ZMkSKXFx
8Xwao/uAmpqaAO1C/l5VVWWjpKR0lEZDmu7o6FizadOmKgDkxYsX5NevXwQAWbRo0XBfX9/Z
3bt3v6BRxIxOnDghwcDAUM3AwEBCQkIsioqKpI2NjV9ycnISW1vb0BUrVqTRUmMvPn36JCkt
LV1I7bAzMzPJ8uXLyYoVK8izZ8/Uc3NziyhQAyGEjn89duwYaWlpYX/48KEpNzc3WblyJcnP
zyfUTX3Pnj1kxYoVhJeXt7CmpsaCl5d3nJOTk+zfv//ooUOHuK9evXonPT09NCYmBlQkJyfT
pwNycnIWR0ZG5q5cuZKIior2zJ8/f4qFhYVoa2vL19bWQlNTU1FRUXGUiYnpU2tr66SwsDA1
+hQeFRW1af78+YO0TIh/cnKyhIyMDAHw8969eyaFhYW+jIyMREZGhjx48AApKSnqtLLHh/r6
+nOCgoLfKGEihBATExNKHNLj4uLw4cOHuRYWFgQA0dTUjHJ1dUVUVBRu3rwZz8HBQebOnUsI
ISQyMpIAIBcuXCAiIiKEl5eXlJaWnqJqsunp6XBwcICpqSksLS3h4eGx5Pjx418AEH9//yJ/
f38oKip2097LRX19/Ve0G3LexMQEt7a2tjEtVd31H+u/MTExiI+PR3R0NB48eIDi4mIpISEh
Ckgy2NXVxZmUlARXV9cu2k14OiMjQ76jo0OCg4NDUlRUdFlaWhq+fv1qLC4uPkNL8W7X0NDA
3r17AUCBlv5+pq2tzdjZ2SmkrKxMAJCSkpIZWVnZQTY2NpKRkWHt5uYGbW3tJNpuztbExARi
YmIURTD89u3b4RwcHERJSentt2/fDCl6mKmpaZKoqCgkJCQQHR0t/f79e3z+/BnS0tJrKGH6
8eOH+cTEBD5+/Lhh586d7QBIVlYWefjwIQFAhIWFyfj4uP3Nmzdhamp6kaISqqioNGdmZuLe
vXuIior6Q9y9exeRkZGIjIxEXFwc4uPj/xBZWVlwcHDAxYsXHX19fb+2tLSQsrIyqlv/W1hY
WC9NLN8MDQ0JPHnyhEtKSkqKZiYksX//fnL//n06EIY6bufOnftACJH18vKqpIFtsmkjf9Lt
7e2orq5enJmZaSAjI/PLyMjoi6Cg4CArKysJDg72CgsLw8GDB92pchghhFy7do3KLCWUlJSw
rVixYhoAcXNzI6GhoYSFhYVs2rSJXL9+feXmzZt1aMe0VFVVFY6Ojudp95Mn7969u8XFxUVW
rFhBXF1dN0ZGRuLbt2/zg4ODW2jZnSdKSkoMR48elaNZFH9ramqye/r0KZqamv5UNDc3o6Gh
AdnZ2fSpgr8E/S9B/9OCHhgYCBcXF5SVleHRo0d4/Pgxpqam8OvXL9TV1UFHRweZmZm4cuUK
PD09ERISQjeRCA4O/pciPj4eVlZWr6iaNFXHPX/+fOfFixfnVFVVcd26dauTaraisalJVVWV
Vl5enrqAgAC1KieUgJmamnYUFRXh7t27thISEmTOnDmElj4m58+f73V3d18rKir6AQCRl5f/
euvWra2ysrLF1PNnZWUROTk58re7DNpNxjkoKAhCQkLtlKA/fPiQXpukpQRZpKSkDP92/IhW
R6Xv8gUEBEhPT4+lm5tbBrXT3rJlC2FnZyfe3t61UVFRCAsLw507dyAvLw9RUVGIiIhAWlra
lnq+lJQUfRERkRe0v//V0NCgISMj85FWo31DCNl29uzZXurxBw8eRGRkpP3ChQvJggULiKSk
JIWW/XL//n1s3Lgxm3pse3u7vZmZWROF4mxraztQWFh4a86cOYSTk5NcvnyZcHBwkO3bt5PE
xMTV+fn5CAkJ8aCa6Y4fPz44Pj4usnXrVixdujSBmZmZUA1wVLnEyMiIjv6MjY2NI4QwU0Y0
bm5uYGdnx9KlS7FixYplVPMfLy9vTlhYmMKSJUuoXW/r8+fPdy1evJjw8PAQU1PTT2vWrCHz
588nx44dMz916hSOHz+OXbt24datW3j//j3dLOTGjRuIjIxcYGxsXEOrx14tKyvD5OQkXr58
aU6VWRQUFMjZs2fJ8uXLyalTpxz19fVhYmISQPU8CAoKZgoJCbHSfP4VmJiYyMKFC4m0tHSH
iorKO2rXPDg4KHH79u0oSlD19PSaBQQEyOrVq6ezs7Ml09LSLNnZ2QknJydxcXHxPnDggDtF
l+vt7RWNjo4upcozCxcuDARQoKCgQFJTU5f39vbiyJEjcQDI8uXLib29/S0XFxeEhIRcorIP
dnZ2xNvbm0p5zw4PD+9MTk7Gw4cP123atKmHg4OD+Pv7K4aGhuLmzZvw8fGhx82bN+Hr64vQ
0FBERUX9Q8FPTU2Fj48PHaN7+fJlesbMyMhoLDc3V3np0qWEnZ2dLF68OGv79u2dnJycRFRU
9KCsrGz4ggULiL6+Pr0hc926dYSJiYkwMDAQaWnpNTdu3JDk4OAgq1atIgICAjmHDx8mFRUV
3Tdu3JhkYWEhfHx8xMXFRZSHhyeDwj53dHRInzhxopM6r1euXEn12JDc3Fy5srIyT+p3w8PD
pKenh369Wlpact24cWPfkiVLyOrVq8mhQ4cqDx8+/AsAuXTpksONGzfyqRJSQkJC0ps3bxhf
vXqFnJwcxeXLlxNubm4iKSn5fMeOHbMAyKFDh95VVVWhpKQERUVF/3IUFBSgqKgIZWVl/3Du
/P8NQY+Li8Pbt2/pXuvv3r3D2NgYJiYmkJqaivb29r8E/f9Lgv7q1SvcvHkTqampcHR0xN27
d2FjYwMzMzPcvHkT7e3tqKyshJaWFnJycnD9+nU4OTnB398fPj4+uHXrFvz9/f+luHfvHszN
zaka+msGBgYxCQkJ0cjISG5dXV3k5+ejrKyM++zZs2ppaWldGhoaRaqqqqJ9fX1wcXGZn5yc
7Jmdnd3p6+vbmZGR0Xno0CGLiIiITZmZmcjJycGVK1dE9+7dm3X9+vWuHTt26F+9enXxhQsX
ICsrq2llZdV58eLF3eHh4QgMDNx38eLFzkuXLnVmZWVFSkhIiHp4eDTW1NR0ent75zIxMYnu
378fqamp8PT0jNXX1+9UV1d/dPv27bNOTk71hw4d6gwODu709PTkW7t27aK5c+eKMjAwiAIQ
BSCanp4uamdnJwpAdO3ataIfPnxYUldXt0ZMTMxeUFCwa+/evV2Kior6HR0dq3/9+oXPnz/j
y5cv8PX1pdvIXrt27dz58+c7bWxsOt++fascFBSUfPLkyZcXL1580tzcLJ2dnZ3h4ODQWV9f
r/rlyxcoKyvzHz16tN3Y2LjT09OT+9OnT8tOnz59WktLq0tERKQrICDg7tTU1PaWlhYEBQX5
aWhodJqYmHS8ePHicERERMDZs2c73dzcOsvLy9dXV1cjLCwsQVZWthNAp4CAQGdOTo798+fP
2QghqK+vD+Tn5+/k4uJ6ffXq1UeEkFWOjo5QU1O7sWnTps5Vq1Z1rly5svPs2bOdRkZG+7Oy
sjQ0NTU7Dx8+3FlaWmo1NTXF2N/fj/HxcRQVFcHT0xM3b95EQEAAj5OT01Pae/HLysrarKen
V6eqqtpZUlJyi0YhSxIWFu4EMHzw4MFXFy5cuLR7924cOnQIoqKi8Pb2BiEEMzMzmJycBCFk
wd69ezeJiooeUVZWfsXHxzfq6uq6zMnJiT6FERwcfGnz5s2dALpYWFi6rl69mmVubr7U3d0d
ISEhRjt37uycO3dup7m5+avk5OS5x48fx8qVK4XY2NjIwoULx+fMmdMDYGTNmjWdZmZmp2tq
atDZ2Snk7u7+hJGR8RWATytWrOjU1NTcRauLtnJzc08C6FyyZMmV1atXOzExMb0C0FNVVXWl
oaGB8fDhw4VLliwhy5cvJ7TpDu0TJ07g8ePHjGfOnOkC0MnKytq5cOHCS4aGhggODj4nKCj4
etWqVQTAZwCdy5cv7/T394958+YNU3x8/CYfHx+t+fPnvxcRESn38/PjtLS0hI2NzR/C0tIS
165dQ0xMDJKSkpCQkPB3kZ2dDT8/v7rdu3d3HThwoHPu3Llkzpw5RFVVtae2ttY4MjKSy83N
7db27dtHFy5cSJYvX042b97s6+vry2tnZ/eGnZ2989y5c52ampqdERERnTY2Np3s7Oyd0tLS
nTo6Omu7urrme3p61jMxMU3y8PAQAEMJCQk3t2zZ0sTGxkYKCwuVy8vLoaqqGs3IyNi5ZMmS
ptbW1htOTk5BK1eu7Fy2bFnnpk2bOvX09Dpv3rx52t/fHxoaGh2rVq0iS5cuJYaGhp1nzpz5
tWzZMrJixQqSmZkZSwjhbGhouLZixYpOWs1/UkNDo+bdu3fbra2tvy9dupQA6HRzc+tsbW1l
SkhIwIMHDzhzc3Pv0K6TjwAGzM3NOwsKCk6GhYUhODgYISEh/1IEBwcjMDAQ0dHRyMjI+E93
5v9Tgl5YWIioqCj09PRgamqKgqiwf/z4kbmtrY2OXh0cHMSbN282vHnzZtW/K+rj4+NwcHCA
srLyX4L+7wh6f38/HTHo4OAATU1NyMvLY9myZZCUlISGhgYMDQ2hpaWFoKAgREdHIzU1FWZm
ZpCRkcHRo0dx5MiRPxVKSkrYuXPnGK3BaFBTUxNSUlK4desWNDU18fDhQyQlJUFXVxefP3+G
p6cnjhw5gs7OTjg7O9OhJpTHs5qaGq5evYrCwkKkpqZCQ0MDFy5coJOR9PX16baesbGxuHz5
Mry8vODn54fg4GBERkaiubkZ4uLiKCoqouMsAWDXrl2orKxEVVUVfHx86K9TXFwMPT09tLe3
o7y8nGnDhg2YN28e3RISAMLCwnDx4kUAwNq1a+m4QQUFBcjJycHY2BhqamooKysDhQEdGRnB
48ePUVhYiPLyctTX18PZ2RmxsbH49esX8vPzYWpqisHBwRXfvn1DS0sLMjIy8PjxY0xMTEBF
RQXGxsYICwvDgwcPGJuamqCqqoqAgACcPXuWzrd/+fIl+vv74ezsTAexpKenw8bGBunp6RgY
GGDMzc1FaWkpDh48iK1btyIoKAhNTU2oqalBcHAw2tvbISMjAykpKVZCyJKsrCyoqanh1q1b
kJCQgICAAKSkpODo6AgtLS2UlpbC3d0dhoaGaG9vx4cPHzA8PIz379/jzZs3qK+vR1NTE168
eIG8vDzY2NggPj4esbGx8PT0hIODAzo7O0GhWo8cOQJOTk5YWVnhypUrEBYWxr59+yAlJQU7
Ozukp6cjPDwcd+7cQUZGhqasrCy9K9zAwMDR3NwcSkpKuHPnDvr6+nD37l3s3LmT7hd+9+5d
6OrqgsKFnjx5EhwcHHBxcUFzczMIIcwpKSl+AIisrOzr/Px8ISYmJqxatQpXrlxBRUUF2tvb
kZ2djWXLltGtTi9cuIDIyEgMDAzwWFpabhMREUFubi4mJyeXcnJyMgFAY2MjZ0ZGBjw9PdHc
3GxQXFwcUFhYqMLIyAg1NTV0d3fTvcNZWVnBx8cHT09PFBQU4NChQ6w1NTUB4uLiOwBg3bp1
yM/Px6NHjwLU1dXJunXrCAcHB0lOTr6WnZ2N9PT0v4vU1FTk5eWhoKAA0dHR9DLQ30Z2djYC
AwNx9OhR2NnZYWRkRL+xsTHAw8ODkWZri7CwMHR3d/NnZWUFNDQ02MnJydE75nl4eOhOgs+e
PUNqairmzZtHudsxUJAccXHxrXV1dQEeHh5zHj9+DENDww2amponKS9+Nzc3MDIyYuPGjXj6
9Cmjr68vNm3ahLVr1+LAgQP0bENrayuePXumX1BQEBAcHHxr586dcHd335eWlhZQUVERUFNT
I9zV1YWJiQnw8/PDzs7u3LJly/hsbW1BCMGbN29O37171w8AnJ2dUV9fj/T0dCQmJqK9vR26
urr0az88PByFhYUICwvD3bt3/6WIjIxEREQEkpKSkJOT818K+f+UoJeWliIoKAgxMTEYGxuj
XCgZenp6oK2tDRcXF3R3d6Ovrw/9/f2H37x5s+vfEfOpqSk0NjZCT08P6urqfwn6n43Pnz9j
dnYWMzMzyMzMxKFDh8DIyIi1a9di/fr12LNnD4yMjGBpaQldXV267WZ0dDQOHjwI2gjYn47D
hw9DUlKyjouLa9DAwEA5MjIS+vr6kJKSwvr162FnZ4e8vDzo6+ujt7cXlpaWOHXqFMbHx+Ho
6IjGxka8evUK9fX1GBsbg6GhIfz8/OjOVcbGxjhz5gxSU1OxdetWGBgY4NKlS5CTk8Pt27dh
ZmZGTyt6eHjAz88PdXV1kJCQQFJSEj5//oz09HS6I1hRURFyc3Ph6OiIS5cu4cGDB0hNTYWa
mhoqKiqQnJyMpUuXgpGR8Q/128jISFhaWgIA1qxZg6mpKaSmpmLbtm3Yu3cvLly4ACUlJboL
VXNzM9LT0+nmHbQaOqytrREUFITPnz8jJSUFOjo66Orqwvfv31FRUYGoqCjU1NRgcnIS586d
w4ULF+Dh4YGsrCy8evUKp06dwv+PvTePynnf34evSppkyByRJkIShUg0SIMmTag00jwPmjXR
oEGleR400SwJlSJpVinRqNCIzNPm/fxz3/fa+5z9Pcc+v/Nbz/N9ztlrXWsv1lL3/Rne12u8
roCAAKiqquLatWuYmppCb28v2tvb4eLigqCgIDx+/Bi5ubmwsrKi6bRT1amys7PR19eHjx8/
rnr16hXn7du3F1FJb/ny5Vi4cCHk5eVpUpn29vbYs2cP+Pj4sH37djg5OUFHRwcVFRVwd3eH
rq4uHj9+jK9fv2JkZAR9fX0IDw9HcXExmpqacOfOHeTk5NCU5nJycuDl5QV7e3t0dXXR1P2k
paWxcOFCmgiHpKQk1NXVYW5uDhcXF9jZ2dFEOs6cOaOyatWqCVZW1peqqqr+pqamsLCwgJaW
FqqrqzE9PY2oqCiIiYnRnNOio6Nx4sQJZGZmor29HYcOHaJJkF65cgW1tbXsPj4+1BkOEhwc
nCQkJAR+fn5YWVmhoaEBDx8+RGZmJlasWAEAEBISgp6eHlJTU3H//n08ePAAL1++BCGEaXh4
mCYf29zcjKKiIvj6+qK5uRk3btxAeXk5TRnt8ePHMDIyol3z9evXw9/fH0VFRTh8+DAaGhqw
e/duUAmdsobmRt2sMDU17SaEMHz//h1fv36loxq6UPH161d8//4dr169QmVlJbKyspCXl/cH
lJaWIioqCrKysrCzs8PLly/x4MEDeHh44MGDBwgLC0NERAQePXqEoqIi3L17FxISEjh79ix8
fX2xZMkSBAYGwtXVFXfu3EFycjJYWVmhpKSEyMhIfPz4ESEhIdi6dSvVxGjF2NgYTExMoKen
h6qqKjx//hxubm6gp6en2dcGBQWBj48P3NzcOHDgALy9vREUFISenh709/fj2rVrNCOXiIgI
FBQUoLa2Fo2NjXj69ClGRkawZs0aeHh4YPXq1bCysgIhBENDQzTlwoCAANo9ys/Px71792j2
ywAQGhqK8vJyJCYm/iUyz8/PR0VFxS+T+Z8RuoGBAcbHx9dQn68/I3RfX19kZ2ezf/v2bY29
vT0qKytphD46OorZ2VkkJyevUVdXX9PX17cmKysLYWFhKCgooAV53d3dyzw8PNYkJCSsGRoa
QkNDA0ZHR/HixQuMj4//Mp4/f47Z2Vk0NTVBT08Px44dg6mp6X8J/a+CmoHl5uZCX18fSkpK
WLt2LTZv3gx+fn4cOHCARuinTp1CdHQ07t69i5SUFHh7e9My32PHjkFHR+eXcfLkScjJyTEu
WrSI0c7Ojub8xMHBgQ0bNkBCQgK6urqwsLDA8+fPERUVBSkpKaSkpCAiIgJdXV34+PEj+vv7
0d3djVevXqG1tRXS0tKorKyEnp4edHR0kJubC1VVVURFReH9+/c4f/483N3doa+vj4CAgD8Q
+oMHD7Bjxw6afjdVJ/rIkSNobGz8Hwmdmkmrq6uDh4cHwsLCNERFRdFkL1evXo2hoSG0tbXB
zs4OfHx8UFNTg6ysLG7evAnKBDLNtWlqagpNTU0oLy+HnZ0dzp8/j48fPyIjIwM6Ojp4/Pgx
CCHo6elBbGws6urqMDc3R5MvTUpKQnx8PAoKCqCnp4ezZ89CUVERlZWVePPmDZ4/f46xsTEE
BgYiNDQUg4ODyM/Ph6WlJbKystDd3Y2Wlha0tLRgYmJibW5ubp2bm9s3Ly+vb1ZWVqOsrKwm
APT+Flu3btVzcHDgt7Kygra2Nri5uWla2c3NzXBwcICGhgauXbuGpqYm5OTkoKamBu7u7ggL
C0NRURE6OzuRnZ0NS0tLJCQkICcnB25ubrC2tsaDBw/Q2tqK/v5+KCkpYcGCBbCysoKmpiYM
DQ2Rl5eHU6dOwdPTE25uboiOjkZ4eDjy8/PpN27cyLhkyRJGqu+2gYEBLly4gPr6epSVlSEu
Lg7bt2+nVVRiYmIQGBiIqqoq3Lp1CxoaGjh69Cjy8vJw584d3L17d/6lS5di5eXlC7S1tXNV
VVVVTExMaPK2/4zQq6urqXaQdHNzc/R/Ruhnz57F/fv3UVlZidLS0l8m9Lq6OprEMA8PDy5c
uID4+HiGhoaGZHV1dRtzc3O6r1+/LpqZmVk3NTVF/2ee05OTk3j79i1evHiBgoICXL58+R8S
+vj4OBobG/+O0Lu6unDlyhXU19f/y4T+/Plzurdv384fGBiAiYkJ7d37K4Te3d2Nvr4+lJeX
4+LFizSzp7y8PNy6dYsm1UsldDc3tz8Q+sDAABISEv6vETpVQbCsrAylpaW/jPLyctTU1EBX
V1cPgJ6YmFhRdHT096amJhlqRY1qfToxMQFCCGtCQoKelpbWQEBAANHS0gru6+sTe/fuHSYn
J/Hx40cMDAzYamlpfduyZQtxcXH5HhER4Zqbm4v4+HgkJibC399/u4uLy+zevXvJkSNHfrt9
+3ZxT08P+8OHDzEyMvIHIbF/BqqPuo2NDdTV1f8hmf+X0P8BVFVVoaKiAnV1dZiZmeHo0aPg
5OT8p4SenJwMHx8fBAQEwNDQEHp6ejA0NPxlnD59GgcOHICdnR0ta7t48eJCbm7uhZs2bVqo
oqJCt3nzZnBzc6O8vBypqang4eHBhg0bUFZWhuDgYKirq+P06dMYHh4GIQT19fVgZmZGfn4+
9PT0YGdnR7M2LS0txdevXzEzM0PLiq5cuQIvLy8EBAQgPj4enZ2dUFVVhYaGBgwNDaGoqAgA
OH36NJqammj2kLa2tigvL0dBQQFUVFSQl5eH2dlZFBYWQkNDAzExMYiNjUVMTAzMzc1x9OhR
lJSUwM/PD3JycggMDMTMzAxMTU1RXl6Ou3fvoqOjA7t27aK5mBkaGtKc2XJychAdHY0nT55g
ZmYGg4ODiI6OxvPnz1FeXg5NTU20traCIvcKfX192NnZwc7ODsuWLYO1tTX8/PyQkJBAM6ig
KMjh+PHj4Ofnpx2o2dnZsLKyQkpKCioqKpCbm4v8/Hw0NDQcFxIS+sPA3/z58wl18I2dnZ22
frRw4UIiLi7usnPnToiKiiImJgYBAQGws7ODk5MToqOjUV1djcjISJw5cwa5ubmora1FaGgo
/P39oaKiQjugzpw5g+TkZOTk5ND6uR0dHTh16hTU1NQgJyeHBQsW4OTJk7CwsICBgQEKCwth
aGgIe3t77NixA2VlZcjNzUVUVBQEBASwaNEiaGpqQl9fH6ampigqKqIdBM+ePaMRuqioKExN
TZGcnIw3b97A29sbvr6++PbtG82itbW1lWYWdOHCBejo6ODUqVMwNDT8JUKvqamh9iPx7t07
/N8k9PDwcMTFxaGlpQXa2trQ19fH58+fl8/MzHD8GZlT8erVKzx//hyFhYX/rxL62NgY5ubm
8P9XQk9KSkJhYSEKCwuRn5+PgoKCX0ZlZSXi4+PLqJsLVNXGe/fuFbW2tqKrqwvh4eEwMDCg
OjJKiYiIkN8J6hA3N7fJ9+/frxobG8Pk5KQI1SiIio0bN5K8vDyTy5cv4+rVq/xKSkqfKQOi
X6gVqri4OIX4+HgEBwcjJCTklxEWFgY/Pz8YGRnB0NDwH5L5fwn9H+D3Djbm5uZQV1f/ZUJ3
d3fH2bNnERQUhIcPH2JgYAB9fX2/hMePH+Phw4f49OkTHj58uEddXf2Surr6m6VLl35atWrV
F0FBwcXCwsJgZ2dHQkICzp8/D15eXuzZswelpaU0E4SNGzfSbDnv3buHZcuWITs7G25ubjAw
MEBgYCAtS3316hWmpqbw7t07fPnyBa9evUJxcTECAgIQGBiIc+fOQUFBAQICAgAANjY2mpPT
7du34efnB39/fzg4ONBIwsnJCXfu3MHU1BQSExOhqKgIPz8/BAQEwM/PDwYGBnB2dgYhBNeu
XcOaNWtw+PBhjI2N0bzcqeVjeXl5BAYGIi0tDSYmJjSf9KSkJOTm5oIQgomJCVA130tKSrB3
716sW7cOU1NTNGW53NxcxMXF0crDvr6+CAoKQnZ2NoKDg5GXl4eIiAjIy8vTzETs7e2RmpoK
f39/BAQEICYmBkFBQTh//jyCgoKQnJx8nCIU88rX17c8JSXFE4AnVUXu/v37TeXl5eUSEhJf
KFPaTszMzFi2bBk6Oztx6dIlHDp0CGJiYnjx4gV+/PhBsx3Ny8tDXV0dQkJCEB4ejsOHD9P2
vk+fPo2srCzk5+djcHAQz549Q0dHB5ycnLBq1SoYGxvj8OHDUFNTg76+PmxsbHD58mUYGhrC
wcEBu3btolUuqqurwcvLCyYmJkhJScHQ0BC2trbIy8uDjY0NoqKiQAhBXV0dYmNjYW9vD3p6
egQEBODdu3dwcnJCUFAQXr58iefPn9NKk1ShJD8/Pxw7dgwmJiY4efLk/2cJvbGxkeaY9/nz
Z9rU8j8i9PHx8f8S+v8lQk9OTkZaWhpNOOZ/Utf8R7h79y4CAgLeUTc0BAUFJ9euXZvU2tq6
oKGhAR0dHQgKCoKWlhYsLS2xdu3aRsraXlxmZqaatLT0NADi5+cn9vjxYwY9Pb1aytZB18GD
BxV37979AABRV1fvfv369dro6OizAIiUlFR9amrq4oSEhDqKFkh7VlYW4uLifnkIMDY2ljok
DR0dHZiYmPyX0P/fIHQPDw94enoiJCQE09PT+PLlC969e/fL+PLlCz59+qRpbGz8+0jwU0hI
SFpVVRVkZWUxf/58ZGZm4sKFC+Dj48OePXtQUlICW1tbcHBwYO/evRgbGwMhhKWurg7Lly/H
9evX4ezsjGPHjuH8+fOIi4tDXl4evn//vuXNmzcrp6enMT09TZ18RlpaGnbs2IFdu3bhyJEj
2LNnD7i4uLBu3TpaP6qurg4+Pj64cOECvL29kZ2djdbWVjx69Aj9/f0YHR39U0I3MTGBtbU1
CCHIycnBli1bcOzYMYyMjCAkJASPHz/G3Nwc+vr6oKCgQCN0U1NTPH/+nIEQQl9QUIDU1FTq
9WX88uUL/efPn3Hq1ClISEhg165dGB0dxfT0NF6/fo2SkhIkJCRARUUFAODj44PAwECkp6fj
3LlzyMvLQ3BwMI4dO4aNGzcCAE3nmkr+aWlpKC4uplmalpSUcAUHBz+KjY1t6+zsRHJyMujo
6FypkqZDQ0PClMNLydXVtTIyMlK0s7Nz/qVLl3Djxg2EhIRAVVUVsrKymJqawtu3b5GcnAw/
P78/EPqFCxegra0NGRkZcHBwgJ+fH6mpqSgqKsLMzAxGR0fR3NwMJycnbN68GadPn6YJHKmp
qcHa2hq5ubk0Qt+zZw+uXbtGG3JkYWHBzp07kZmZCVtbW5iZmSE3Nxe2trYICwsDIQSfPn0C
IQTm5uYAgJCQELx58wZubm4ICAjAs2fPNj579mz7s2fP8O7dO4SEhCAqKgoBAQH/vyT0169f
49mzZ7h8+TJyc3P/S+j/RkJPSkqi+dFfunQJaWlpvzxA93sUFRXB2dl5iI2NjSQlJUWEhISI
7dy5E8XFxTSnyJqaGjx69Ag9PT0nODg4vnBxcRFPT09+DQ0N7N69u5QidpSQnZ2txMfHRwAQ
AQEBK35+fnBzcxtS1wrT09Mt1NXVhwGQ6OjoWxSzHHvKeuW34eFhg7GxMQwPD/8SRkZGMDs7
C6qB0z8jcyqhe3t749u3b/j+/fvCb9++4cyZM/8l9P9TQvf29sa5c+dw//599PT0oKOj45cx
MTEh7OzsTACQgIAAMjU19SosLGzPuXPnQAhZYW9vfwCAZEVFxd7ExMQVmzZtkjh48KDk3bt3
17m4uAgsX75cUlpaWuLLly8ghMw7evQo+9KlSw8GBASctre333z8+HFcvHgRV69elbx//77k
s2fPVra1tTEMDAzgyZMnGBsbQ0dHBzQ0NLB//34cPnwYysrK2L179x8I3dDQEPX19fD19UVI
SAh8fX2RlpaG0dFRPHr0CNSeUXp6+gItLS3JmJgYyZiYGMno6GhJBwcHSUdHRz4qoQsKClK9
m9clJCSwzc3NsXz8+BGPHj2CkpIS4uPjRa9fvy5pZmaGly9f4tu3b2x+fn64devWWsqULRoa
GhhbW1thZWUFKSkpSEhI4OfPn3xfv37F69evceXKFcTHx9N69z4+PvD19UVZWRnHxYsX5+Xk
5CAsLAzHjx+nEbqLiwsyMzNp1Qp/f3+kpqbiypUryM3NRUZGBurr69kJIetramqoVqueFHUs
8uDBg8NZWVmIjo7G+Pg45ubmdhJCuKKjo9He3r4lJSVF8vjx4zsPHTpErUqsKisrk7x06ZJk
WVkZ6urqkJKSciA1NVVES0sL8vLy4OHhwbZt25CcnIzKykr8/PkTnz9/xrNnz3b4+/tLbt26
FSYmJnB0dISlpSVUVFRw5swZ1NbWSlpbW0v6+flJHjx4ULK+vn4NIQSJiYkAADU1NYyNjcHR
0RFGRkYoKyujrWkSQuioVRMzMzPqYONSQohkTEyMpIeHh2RBQYHu+Pj4pv7+foyPj6OoqAgV
FRXw8PD4/yWhU/uuJSUltGn3XyX0Cxcu/JfQ/wGhZ2RkID09HUePHsXatWvBz8//L2HTpk3Y
sGHDCCUp6mZnZ+9WUlJ6mJKSsubjx4+4f/8+TExMcOLECRgbG2czMzOTDRs2EEVFxT1cXFxY
v359NUUAaFZERMSU2k5btmyZ54oVK7BmzRp7Ojo6ws/PT7i5uU8C6KCjoyMXL16809TUhJiY
mL3UdltUVFRxdHQ0Ll68+Eu4dOkSgoKCYGxsDENDw//RA/33UFVVRUxMDCYnJ5Gbm7thZGRk
1cWLF+dTh4H/S+j/IqH7+fkhODgY5ubmNFer/fv3/1NISEhAQUFhK1WoQ11dnejq6pJTp051
HzlyhK2oqEiMqiN+4sQJIi8vb7JkyRKyatUqcvz48UtHjx7NnT9/Plm7di3Jzs52qqiogLq6
+r558+YROjo6oqSklG5hYYFTp07ViYuLEyUlJaKiolKdlZXFXF9fj6qqKjQ0NCA7OxuioqLY
t28fJCQkICUlNX/79u1+69atC1+8eHE4gHBjY+PwpqamI8HBwYiKiqJqgmN8fJymtfz+/Xsu
Hx+fR+vXryfi4uJEWFiY7Ny5k2zdupXo6up+IITsLy4uhri4+CFxcfFYIyOjr5qamrfc3Nzo
X758idevXwseOnQocufOnURGRoYcOnQoZ2xsTOHGjRs4cOCAqL6+/oS5ufkdQ0PDCzY2NvMd
HR2hp6eHo0ePKqxevbrCxsbmfVVV1fp3797Nz8/PR3h4+BYVFZVwAOEuLi4BqampQidPnnyq
o6NztbKyEpR9XMENGzaEAwh3c3MLz8vLW+ju7g5vb294enrC3d0d0dHRyMvLQ05ODkpLS2nP
DIVEPCniNV9qa2ulCgoKEBcXR+v1h4SEQEND45CpqSkRFxcn3Nzc5PDhw5EzMzMsXl5e8uLi
4kRcXJwEBgZeb2hoOL1v3z4iKytLlJSUTA4dOgReXl5s27YNubm5uHDhAvz9/eHh4QFbW9tn
e/fuJTw8POk2NjY0rQQTExMcPnw4XVZWlnBzcxNhYWGyatUqEhQU1E0IWZiVlQUAkJeXR1dX
F+zs7GBubg53d3cfERGR7GPHjkX19PQwvHv37vcZ+rpDhw491dfXJ4KCgkRISIjs27ePqKur
y1HXNRUUFFBUVARXV1eoq6tDT0+PNih67969/zWEPjMzQ8Pk5CQmJiYwMTGBly9f0tYLi4qK
kJaW9kuEfv/+fYSEhCA6Oho9PT3/JfQ/QUFBAQICAsDCwoIFCxaAnZ39XwLlmRkXFRUlhw4d
olU87ezsxr9//77l69ev8PPzg7CwMOTk5CLp6OjIhg0biI6Ozh4NDQ3Iy8tXz5s3j6xevbp3
69atelRRJwCeu3btgpqamv2iRYvIggULCBMT00kAHfT09CQvL+/OsWPHAGArKysrYWVlJQYG
BgkGBgY4efLkP4W+vj5OnjwJXV1d6Ovr03rovwJra+tUMTGxQh4engsbN258bG9vX+Hm5oZz
5879l9D/Twg9LCyMdoj5+fnB2dkZLi4u/xCU8qQOHR0dWbBgARETE/uyZs2aVkrGN3b79u2d
27ZtOw/g+7p16+bKyspk1NTUvgD4Zm1tbaOqqrqWiYnpM0Utrv/q1avQ0tIqpeh7f+7p6THh
4eGZR1WKYmRkJHR0dCQpKamguLgYOTk5KCoqQkxMDAQFBbFx40Zs3rwZwsLCbOvWrSOMjIxE
SEiIrFmzhixevJjIyckRT09PMXt7e9ja2sLS0hJ5eXl48OABamtr0dvbu8jV1TWHIvdIcnNz
B/T09CYpQyPdg4ODC/Py8szY2dl/UhTPfgIgy5cvD+/p6eFIT09/QjWuADBB+V7nc3Nz14uK
in6kSmPS09OTkydPZhobG+PYsWPQ09OLX7BgATXwGSeE7AsLC4OamtpxXl5emrGKv7//W6pu
9+3bt/2Sk5NXCQgITK1du5YICwuTZcuWEUdHx4LMzEwkJCSAIrpDk6FNT0+nSVEuXboUdHR0
YGRk9KT83ppv376tHhwcxNDQEO7evQt/f39YWVmt3Lx580/KilSHlpbWY1ZWVpKamhp65coV
IWrAZmBgQJ4+feqzYMGCLwB+RkVFRVE87bFjxw7cvXuX4/Tp09i7dy/27NmDLVu2dFCzASsr
q/MGBgbQ09ODnp5eEFWxbN++fTQNc0VFxbKxsTEmU1NTAIC6ujpevnzJ5O/vD2NjY8jKyk5S
D8D4+PhLlHeD8eTJk6wAOqlDQ1T1tcWLF5ODBw/K7d69G7t378bOnTtx/Phx2NjYwNnZGc7O
zrC3t4ednR3u3buHnp4eZGRk/NsJvb+//99C6JOTk/j8+TPevXuH8fFxPH36FM+ePcPU1NQf
SJ260kQldeoe+u8J/fnz52hoaMDp06fR29uLxsZGBAYGYmRkBHV1dWhsbMTevXv/S+gUXL58
GaGhodiyZQu2bt36hw2ZvwJRUVEsWLCAT0VFZfPDhw8PWVpajgMg69atI25ubsdtbGygqakJ
WVlZKCgoRFIMf0hCQsKegIAAODg4VNPT0xNOTs7edevW6bGyshJ6enrCzMzsefjwYZiamtov
XryYUFQNTwLomD9/PhkZGbnj5+cHNjY2EVZWVsLGxkZsbW0T7OzsfslNzsrKCjY2NggKCsLF
ixd/WZgsPT0dVlZWI1RVRer76+jomJienr7or/TvfwX/UYQeGhoKY2Nj6Orq0npAiYmJ/xCF
hYVwc3N7TiHwmaKion2Ojo6QlJT8DQDp6OgodnJyAj09/dzq1atJQ0NDgYCAAFFRUZmMi4uD
kJDQPC4urg/Uh7alpaVi69atExRJ1J6ysjJkZGQslJKS+m3fvn2EOqG9ffv2zr1792L37t3Y
unUr5OXlUV1dTZNmfPjwIau/v/8UAJKYmEiys7NpdpdGRkaHVFRUoKamBmlpabi5uSEzM5M2
AJKfn2+3cOFCcvDgQUII4S4oKJChSE6mX7t2TWT37t2/UR46e15e3u0MDAzPV69eTcTFxU1Y
WFiGKY5wiunp6fbq6urExsbGIygoKI/6+6kSsgD6AEBHRwfu7u6Ba9euJRTziLetra2ora3F
w4cPNXfu3Eno6elJZWUlERMTIxwcHLePHTvWVlBQoGRhYZFLlXg1NDSkTrF+/O2330Smp6cx
OTlJ65+2trYiPT0dN2/ehJKSEu3AoqOj86RUV76Pj4/L3Lt3D729veju7sbo6CgKCgouUMiw
Jzo6Gl5eXuz09PRk1apVxNvbm+HGjRvyAN7v3Lnzg66u7uFly5YRSUnJqa6uLtTW1mpxc3O7
c3JyRp0+fXrQ29tbnNonP3jwYAdVflNCQiKPejAYGxvfpJp8JCUlkRUrVpClS5eSpKSkC6Gh
oVBWVnZmYmJy5+XlvZ6SktKVnZ3N4enpCXNz8w7qgXDs2LH8vr4+/Pjxg9nb23vJkiVLvlPd
5agOgAcPHiR37tyR+73efkpKClJTU5GdnY2srCxkZWUhPT0dOTk56O3txeXLlzF//nzaIKe2
tjYyMzNx+/ZtvH//Hu/evcPbt28xPDwMJiYmAEB3dzeqqqoQEBCAtrY2VFVV0bQR9PX1MTk5
CWqQAgCcnJwICwtDeXk59u/fjwcPHtD20Hl5eWmE/uDBAygqKkJDQ4PmcNfY2IisrCyMjIyg
ra0NY2NjfyB0Kqm/efMGL1++xNWrV2nbI1RCNzc3x9DQEDo6OnDlyhW8ffsWQ0NDMDIygp+f
HxwdHVFXVwdZWVkawbKysiIwMBD29vaoqalBSkoK2NjYoKioiIsXL4LikY4tW7bg2bNn+PDh
A16+fAlDQ0NoaGjQ9ANsbW0BAGvXrkV7ezsuXLiANWvWgJOTEwcPHoS3tzciIyPx8OFDjI6O
4tq1a4iNjcX+/fsREhKCq1evoqGhAY2NjRgeHsbr16+xatUqODo6YvHixbCwsKANpVL30M+f
P4/+/n6UlZX9S4SenJyMwsJCREREgJeXF3x8fBAQEPiXQDFSgoaGBubm5nDx4sWTv5tL0qQ+
A/Ly8jhw4EASPT092b17N3F2dt6jqamJI0eOVFPkqbvFxcVNqNbHy5cv9zx48CC0tLTs2djY
yJYtW8imTZtOAWhjYWEhSUlJd44cOQIAfPT09GTJkiUkNTU1Jz09/Zf7/1TPgMTERCQlJf0S
MjMzcfHixSUKCgq3GBgYyMKFC8n8+fPJ4sWLyf79+4+KiYnh34n/OEI3MzPDvn37kJqaSltT
Onfu3P+IqKgo2NnZfWRgYCCrV69u9vb2xuzs7Do/P7/fAJC0tLSG69evw9zcvA0AWblyJVm0
aBEpKyszPXfuHCQkJJbw8fF9oGa1XFxcZNmyZYSJiYnMmzev08TEBF++fPHYuXPnTwCEmZmZ
0NPTE35+/jvUF52NjQ2ioqLo6+tDf38/Hj16hNevX7Omp6dPUf8NdRVLVVWVDA4ObmxqakJj
YyNaW1tpKmSpqalITk5GRUWFJwsLC5GQkCCEkPUZGRlCFHvVixcvXgynp6cnPDw8RE1NbR3l
na+ivHAGAB7T09MTU1NTfP78eVlZWdlWY2NjZgCNlKrDb5KSksM7duwYVFBQyNDR0aEOmTmy
sLAQJiYmsnDhwq+BgYF2VVVV+PnzJ9vx48fzqBkrNzc3uX37duDs7OyCDx8+QFZWlkpiM8uX
LyeCgoJET0/vCyFkw/fv3/Ht2zf89ttv+PjxIx4/foyjR4/i4MGDWLRoEXh4eLB69WpaD/3I
kSOkvr7+MPWAr62tRXd3Ny5evPiBMjjTGxERAUFBwZUUbf0vAgICzBEREdizZ88XyucYWLx4
MYmLi9P7/PkzTpw4QYu62djYiKamprm0tDQEBQXBxcXVtGDBAur9nE5ISBBISkrC9evXeY2M
jCZ+v2qzfPlyUldX55GUlBTy+7+3s7Mj169f30CRiW1iZGQkLCwsZMOGDdN+fn4Czc3NqKmp
gYWFhfLvMwCq2U52drZcZGQk/hbUDCIyMpKmEigrK4urV6/C3Nwc9PT0EBERwdmzZ+Hs7EwN
vvD8+XN8+PABU1NTWLlyJRQVFeHj4wMZGRmYmpqipqaGRuihoaE4deoUbVKfg4MDPDw84OHh
ARcXFywtLXH69GmUlJRgz549YGRkxOLFixETE4Ps7GyaH4ODgwM+fvwIQghCQ0NhYmKC9+/f
o6OjA+Pj439H6H+WqRcUFCAiIgJbtmzBmTNn8OzZM0xMTOD79+/48uULenp6YGJiAiEhIaxZ
swby8vLYtm0b0tLSYGdnB1NTU6SmpsLDwwNNTU1IT08HExMTDA0N4e3tjQsXLuDixYvg4uLC
7Ows3rx5g7a2NsTGxsLKygoVFRV48uQJQkNDsWTJEoSEhGB8fBwaGhowNTWFpaUltm3bBm9v
bxw7dgzd3d004aLExERUV1ejoqIC6enpKC0tRWVlJQoLC5GamgotLS00NDRAS0sLFhYWeP/+
Pe7fvw9fX18cPXoU165do80UFBcX/yVCT05OpgV+xsbGOHjwIA4dOgQ5Obm/jEOHDkFeXh5a
WloICgrC7Owsi729/TDl3PzNzMxMRl5eHiUlJfj48SMmJia2rl27dpLSE+c2NjaGjo7OTUq1
be769euqe/bseUVZRbOQl5eHjY3NSQYGBiIkJPTxxo0bR48fPz5JT09PtmzZcv3q1au4efOm
MgCyatWqbyMjIwFPnjz55Y2nwcFBtLS0ID8/H0VFRb+E0tJSXLt2DRYWFgH09PRk/vz5ZP78
+YTynU8sXboU/078xxH66dOnIScnh4sXLyI2NhYlJSXIzc1FZmYmsrKykJ2d/Qdcv34dnp6e
qZTM8mVdXR1fbGwsZGVlfwAgLS0t9jdv3oShoaEktZ8jJibWm5aWtohSolzGzc39pbi4mGbO
oqmpSZYuXUp27tz50s3NbTsLC8ttACQ5OZnU19dTvc+rHR0dYWFhATMzM9ja2v7BjCIpKYnV
wsJiCgDZu3cvcXR0JIsXLyZsbGzk3r17lwgh9K9fv8bnz59RV1eHxMREZGdno7CwEAkJCdbM
zMxERkaGEEK2XblyRYtiNRoSFBTkPX/+fLJmzRoiLS29jpeXF6tWraIaw5gAeLp06VJSUFCg
a2pqCnNzc1y+fHkDCwtLAwASFxf3squrC/r6+tDV1cWDBw8QGxtLd+zYsesLFiwY2bNnTwPF
hKZ/cnKS+cePH/NVVVVvAyCysrJk3rx5RFlZmZSXly/48OED26FDhyYpGbp8Y2Pjsfz8fE8P
D48TPj4+OHv2LM6ePQs3NzekpaVhenqalnmPjY3ht99+Q3V1NQBYAyA7d+4kN27cEK2srMSd
O3dQX1+Prq4uXLp0aZAy8PgwPj6eug5I3VVf0NraisLCwgzq3+3du7e3srJyISEEcnJyPocP
HyYbN25sFhQUtDl27BjU1NSgoqKySUhI6Pn+/fs7uLi4HgEglpaW8S0tLSCEQE1NbZzqsrVw
4ULCyMhIXFxcvFtaWiwMDAzI0qVLm5csWZJw9+5diatXryIoKGiTkJDQ2M6dO5uopjfe3t7x
FGcv3Lt3z3rRokWEjY2NyMrKEsqqDqmpqZHLzc3FnyEvLw8ZGRkoKyuDs7MzFi1ahKSkJLx8
+RKRkZEoLi5GSkoK9PX10dLSAnl5eVAGQdHc3AwbGxskJiZCTU0Na9euxaFDh+Dh4YGYmBiM
jY3h8+fP0NPTAwAcOHAA/v7+uHnzJq38bmpqio6ODigpKYGXlxf+/v6QlZWFl5cXHB0dERcX
h4cPH+Lt27e0tcm4uDg4ODjgzZs3/5DQqaQ+NzeHly9foqSkBJcuXaJlq+/fv8f09DSmpqbw
6dMnPHr0CCYmJjh48CC2bdsGPj4+2ubCpk2bcObMGZw/fx7379/H06dPERAQADo6OhgaGiIg
IADbt2+Ht7c3LCwsqFUfaGpqIiYmhlaip64b+vj44PLly5iamoKcnBzS09Ph5OQEUVFRuLu7
Y/ny5Xjz5g1UVVWho6MDCQkJjI6OoqamBtLS0tDT08P169eRlZWFVatWQV5eHr29vUhISICv
ry8uX76MAwcOwMXFBSEhITA0NAQbGxucnJwQHx+Prq6uXyJ0qnNddnY2jIyMIC0tjaNHj/7L
UFdXh6amJk3aOS4uzppatXNzc7tLCMHXr1/R0NCA/Px8VFdXQ0BA4AUAEhYWdkZGRgZr1qwp
AUDCw8NvDg8PQ0xMLJ2SKF21tbVdGhQUlAmA2NraVhFCkJ+fXwGAyMjIPHn06BFndnZ2HeV8
fdfW1oa3b9/i5cuXv4RXr16hv78fJSUlqKys/CXcuXMHpaWlwdT26O/MdabHxsa2tbW14d+J
/0hCV1NTg7u7O7Zu3YrU1FTk5OTQbP8yMzP/YLtIEU5YS3Usk5eXf7Vz585KSs/5la2tLby9
vVFdXS2hqKhIAHx3cXExCw0NhZeXF0xMTMrnzZtH1NTUiIiICGFnZyciIiJk3rx5ZNWqVURZ
WTl+5cqVBRQrUFpZeefOna/r6+vVqdF4fn4+HB0d4eDgACcnJ/j5+bEePXp0iupjPjc3R4v8
MjMzw169ekX36NEjPH78GC0tLairq0NDQwOGh4c3nz59+hXFwpM4Ojoa7d69+yal5D779OlT
940bNw5RvuslFRWV42vXrn23bds2cv78eW0ZGZl2AERCQoKYm5tXs7Ozj589e/bttWvXWinW
pF/fv39fdfz48cqDBw96Nzc368jLyz9kYmIie/furTpw4IAxIyMjWbx4MfH19T1YVVW1e8+e
PQQAqa2tJWZmZt8ojlsVFhYWkJKSygDwU01Nre369espysrKsQCc/9Z6dNeuXfj69Sv6+/vx
5MkTPHnyBG/evEFJSUkKgAHqixQTE3P75cuXTI2NjSguLkZNTQ2Cg4Opbnrv5eTkqteuXXtv
3rx5RFdX901AQMAiT09PZGVlbaI4nH0/c+aMWUhICCha3eju7pbT1tZmEBAQQGRkJIyMjK4z
MDDMbdq0iRgZGR1bv359LlVAIzc3d2NcXFwo1ZksLCyMdt8AxFEGW+QkJCQYAODu3bsoLy+/
vmnTpjkmJiaiqKjoRD3EeHl5SXp6+uLBwcEtkpKShOKa1XX8+PFKatavr68vp6qqij+DkpIS
DA0N4eXlBScnJ/Dw8CAxMRGtra3o7u4GIQS+vr4wMTFBS0sLlJSUYGpqipGREZw/fx4mJiaI
jY2Frq4utmzZAgUFBXh6esLHxwcjIyN4+fIldHV1AQCSkpIIDAzErVu3aNoMdnZ2aG9vh6Ki
IpYtW4aysjLEx8fj5MmT2L59Ozw9PdHX14cPHz78S4T++0x9dHSU5qcwNzeHiYkJ2nT8nxG6
iIgIBAUFkZCQgE2bNsHKygp+fn5oaWlBW1sbTp8+TVsVPX/+PPbs2YPw8HDU1dWhuroa58+f
h5aWFk3dLykpiVaaP3v2LOLj4/Hy5UuoqKggPj4eZmZm2L17N9zd3cHJyYlPnz7R9BlYWVkx
OjqK8vJyLFy4EMeOHUN1dTUKCgrAxcUFSUlJtLS0ICoqCv7+/sjJycH+/fvh5uYGHx8faGlp
YeHChbC3t4eRkRHKy8tpgRYAXLhw4U8JPSMjA7GxsdDU1MSuXbsgIyMDGRkZSEtL/0uQkpKC
rKwsu52dXbaoqGg11blOSEiov7KyUvvz58+8Hz9+xK1btyApKYl9+/ZBWVnZdNmyZYSfn5+w
s7NXA/i0Y8cO0t7evicjIwMKCgqbqS51S5YsGWFhYSHLli37lpmZueX79++oqKjAqlWriijz
Oy8AvGZkZCTW1tZq/f39vFNTU0JUn5B/homJCfT19aGyspKmmPnP8PDhQ3h7e4/z8vLOaGlp
+W7cuHHS0NDwSW1tLXdPTw/a29v/rfiPJHQVFRWcP38e69atQ3BwMCwtLVFaWoq4uDhkZWUh
LS2N1mNMT09HXl4e/e3bt/VOnjxJ9uzZQxQVFcnhw4c/uLm5iVhZWUFcXBxeXl4CIiIihJ+f
vy85OZnxzJkzkJCQgLi4eBg9PX0BNzd3gbKycoGTk1NBZGRkAYCCtWvXFgQEBKh4eno6HDx4
kCxcuJBs27aNcHNzk9WrVxMnJ6dwS0tL2NnZwdDQEBs2bMCGDRvAw8MDAQEBNqraEgsLC2Fh
YSFcXFzkyJEjs3Z2dsutra1hYWEBe3t72jS4p6cngoODNyoqKn7YuHEjUVRUnNDT0zuopqZG
pKSkyMmTJ8mjR48OlpWVXdi9ezdhYmIiDAwMhJ2dnTg4ONjduHFjnp+fn/iuXbs+UIeu1q5d
S06ePGk4OTm53NDQ8AkHBwdZuHAhWb9+PTE1NXUNDg7OZGFhIevXrycVFRVhoaGhctQhOGlp
6XENDQ2LJUuWEAYGBpKRkdE0NTWlKiwsTNjY2IiEhAT8/f1Xi4iIEEZGRsLMzEy4ubmJvLz8
d3l5eVopT1ZWFi4uLujt7cXdu3dpePToEXJycrpWrlxJNmzYQNauXUsiIyNJZ2cn+82bN1FV
VYXW1lZER0cPUndXVVRUiLCwMBEXF7/S1dUlXlFRAVVVVZibmwsICAgQMTGxl7m5uYxnz57F
7du3YWFhgaqqKqioqGDz5s0wMTGBoqJi87p168ju3btzo6Ki5rm7u4fw8PCQFStWkCtXrjyz
t7cnGzZsIMHBwQUlJSV3BAQECDc3Nzl48GCxvr4+ent7IS4uDnZ2dpw9exa6uroPqHv0lZWV
Ko6Ojk7UFsuxY8cSjx8/HguACAsL/3b9+nX17du31/Hz8xMpKSmipqamqqysjL+FiooKDhw4
gLCwMISHh8PU1BS8vLxITExEW1sb7t69i/fv3yMwMJBG6KqqqrCwsEB7ezuCgoJgZmaGmJiY
PxC6l5cX/P39MTIyghcvXtAI/cCBA/Dz88ONGzdoGbqtrS1aW1tx5MgRrFy5Erm5uQgKCoKp
qSn2799PM0L5VzP035P6q1ev8Pbt2z9dd/tnhL5582ZYWVnB398fDx48QEdHB6ytrf9A6Hv3
7kVoaCiKi4tx584dREREQEdHB2FhYairq0NycjKio6Px8+dPeHt7/4HQ4+LiYG5uTiP0NWvW
4MOHD1BQUAAALF++HENDQ6ioqMDq1atx4sQJGqFTh+laWlpo5jG5ubk4ePAgjdCPHTuGJUuW
wNXVFaamprCxsYG+vj42bNhA67FXVlbShGOouHz5MvX5g7m5+f8RLCws4ODgAFtb21whISHC
z89PeHl5iYKCQoG1tbVgamoqPnz4wEJt6Tx8+BCPHj3CixcvFvj5+RWwsbERbm5uIisr+zM7
O9vp7t27DE1NTZienkZJSUn4tm3bJo8cOUKWLl36Jj8//9T379/x/ft3VFVVgYWFBatXr67c
vXs3OXToEFm0aJGemZkZPn/+zDo2NrbgrxD648ePUV1djdra2l9Cd3c3/Pz8WOTk5FgtLS2x
f/9+1tDQ0PlVVVXo7OxEc3PzvxX/sYQeGBiITZs2ITw8HNbW1oiLi4OamhpNCz0tLQ3p6ek0
gi8tLcXs7OyBZ8+eaff09GgPDAwI9vb2bgwICFDi4eEpAFALgFRWVrYODw/j2rVroAxxYN68
edi9eze0tbXh6emJgoIC2ot69epVvHz5kq29vT1AQUFBu6SkRNva2lp7x44d2sXFxQLU6kFK
SgoUFBQgLS0NFRUVaGpqMkhISKgA0Aagffz48eTU1NSzzs7OGwwMDGBkZERzAXJwcICDgwNc
XV3h7OwMBweHVQEBAdpzc3PbCCGYmZnRGRgY0B4YGBArLy/HxMQEfU1NjTYjI+NxAHrCwsIK
zs7OyMjIgLW1Nfz9/QU5OTm1GRkZtT08PA44OTmhubkZycnJiw4ePKgNQFtBQUE9JSUFr1+/
3s7JyakdERGhPT09DX9/f0hLS++ho6PTPn78uJK3tzcPLy+v9sqVK7Xz8vJYCCFITU3VZmZm
Vjp16hRevXqFoKCgo9TveejQIe0XL17IUHW75+bmQNnvx8ePH2nexzMzM/jx4wfu3r27RE5O
TtvW1lbbzMxM+8GDByrT09MMg4ODuHXrFh48eICIiIinlHbB8OTk5KGcnByFo0ePIi0tDfb2
9jtVVVULeHh4agEQX19f08TERPj6+uLatWswMDDAzZs3oaqqCgEBAairq+P48ePw8/PTVlZW
RkBAACIiImBvb69pb2+v3dPTs7m2tlbI3d1dwcfHBz09PXBwcNA2NDTUHh4e3tnR0YHu7m5s
2LABzMzMcHNzg5aWFpYtW6ZdUVEhc/fuXfj5+WHLli2aALStrKzEwsLCtu3evfvshw8fPB8+
fAgNDY2VPj4+2g8ePNAeGhpaRV1Z7O/vx/T0NIaHh/Ho0SMMDg7i1atXCAgIgImJyS8RuqWl
JXp6emjv0v8GQp+YmKANT/4nE7qLiwvMzc1hamoKKysrODk5QU5ODiEhISgqKkJ8fPwfBrri
4+NBsVz9SwYsf4bi4mLqhL64gYGBjqurq3ZDQ4P0yZMnYW9vj4yMDHz48AHT09N48uQJ+vv7
4evri4aGBkRHR8PU1FTC1NRU+9GjR6Jzc3NoaGiAh4cHysvLERERgaioqLWEEO27d+9uePLk
CQgh9D9//sSNGzdgamoKigud7uDgoNSqVatgaWn5B5+Iv0LoN27cQE1NzS+hq6sL/v7+kJSU
hLGxMXbt2gUvLy9UVlbi4cOH/7mEbmJiQoOlpSU0NDTAycmJLVu2QEBAAAcPHoSlpSVcXFxg
ZmaG2NhYNDU1ITU1Fe7u7v+Q0G1sbJCcnAxtbW1QJpcRHx+PnJwcmrNQcXExHj16hObmZlRW
VmJqagrj4+PLDAwMrFesWEEYGRnJ0aNHJ/r6+rZSZGJx9OhRKCoqYt68eRATE4Ompibc3d2R
m5sLAGBnZ0d9fT0IIQxU+9S0tDQYGBhAWFgYeXl5SE1NRV5eHsLDw2mZlbS0NNTU1CAuLk4r
m50/fx65ubm0a3T69GkYGxvD2dkZwcHBiIiIgKurK804xNnZGb29vXj37t283t5e1NfXo6mp
CVVVVRgYGEBeXh5tillQUBD29vbIycmBjY0NXFxcsGrVKrCwsMDa2hoODg5obW1FZGQkJCQk
AACysrKIiYnB6OgoVq1ahYCAADQ1NcHGxgapqalYvHgxtm3bhu3bt2PLli2IiYnBlStXQAhB
REQEmJmZYWhoiMHBQbi5uQEA6OnpISUlhba2NvT29qK/vx93796lTZ1S+8lzc3OYnJzEly9f
UFdXB0lJSRgZGdEc5yYnJ/HixQtq9sa2adOml5Se84vZ2dnlL168wPv37+kpJU99arnewMCA
ZGVlscXFxeHSpUtIT0/Hjh07UF1dDQUFBfDy8kJDQwNaWlpwdHSEgoICAgICEBwcTLsvHR0d
uH79OiwtLXHq1Cn09/cjLi6Odn2vXLmCsbEx6OnpgZGREWfOnMGxY8fAwcGBrKws1NbWwtvb
myb7a2VlBS8vL+jo6IAQglu3bkFVVZXmPdDc3IyGhgY8fvyYtgVQUFCAwsJCdHV1YXp6GgEB
Ab+cof9/jdCfP3/+X0L/i4T+J1kzbGxsYG1t/QecPHkSubm5GBwc/EtCXH+L3t5e3LlzB7y8
vDA0NERKSgptbXFkZATDw8O09cP+/n7aSp68vDzOnz+P9PR0mq8GxeiJLiIiAmJiYvD29oa1
tTV8fX1RWlpKfU4Ynj17RhcREYHLly+jubkZbW1tGB0dxZcvX/DkyRM8e/YML168+GUypxJ6
f3//X87Q/f39ISEhAWNjY4iKisLLywvXr1//zyb03y/5m5qaQllZ2ZWTkzNhy5YtCWvXrk3Y
sWNHwsmTJxPMzMwSTp48mRATE5PQ2NiYEB8fr2lra0vn6uoKX1/ff0joOjo6aG9vx82bNxEb
G4v79+/jzp07qKysREVFBfr7+2mTp8+fP8eLFy9QUVHBtXPnTjNOTk6zuLi4dXfv3sX09DSa
mpqgpaUFyqoEtm/fDm1tbbi5uSEnJwcAsGjRIpodaXl5OXbv3o3Lly9DXV0dgoKCyMzMRHJy
MsrKyqCpqQlNTU0UFBRASkoKhw8fxp49e2iE7unpiUuXLsHExATm5ubQ1dVFYWEhbfDJ2toa
p06dgouLC6ysrODm5oaBgQF8/foVAwMDqKurQ0tLC65fv46nT58iLy+P9rPXrl0LR0dHZGVl
wcrK6i8R+sjICO0QOnPmDKysrJCfn2+0ZMkSDurPZ2Njo+vu7l5MfQECAwPBwMCAkydP4tmz
Z/Dy8qJ9FgkJCTx9+hRPnz7Fo0ePYGpqCk5OTto1iImJQU1NDQYHB0EIQXt7O/bv3w89PT3a
kN7U1BS+f/+Ojx8/YmZmht3Q0PCFiooKsbCweDU9PX3o7du3+PnzJ0NFRQViYmKkw8LCiKWl
5cXa2lpFQgg+f/5Mk169evUqBgYGcPr0aWzduhVHjx6FhoYGbGxsoKysTJOJNTY2hoWFBVpb
W1FUVITw8HBYWFjg48eP9IQQhpKSEixZsgQJCQkghODLly+Ijo6Gnp4eNDU1sXTp0j8ldOqh
vH//ftr3PXbsGFxdXVFUVIT29nYMDAzAy8sLV69exe7du+Hj44OKigp0d3djcnLyfy2ht7W1
YWJiAl++fNlA9Q34W3z48OHveub/JfQ/kvrp06dhamqKU6dO/QFaWlrIy8vDixcv0Nvb+y9j
aGgI9+7dw4YNG8DCwgJ/f//AkJCQBB0dHcGpqSmGt2/f4vXr13j+/Dnu37+Pe/fugWo9GxAQ
cDY6Ojph48aN3JcvX8b4+Dimp6fh4eEBWVlZAW9v7wQ7O7uEbdu2yXt7e6O7uxsTExM4e/Ys
tLW1UVpaGnnjxo2EkpISRyMjIwwNDeHVq1cYGRnBwMDA//UMnUro+/fvh7GxMcTExP5L6IQQ
MDEx0cDMzIz58+e/YGZmJvPnzyerVq0iQkJCRFBQkGzZsoVwcXGRlStXEk5OTqKkpEQKCwv3
xsXFoby8HDY2Njhy5Mg/JfSoqCh0dnZicHAQvb29KCwsRE9PD54+fYqioiK0tLTg6dOnqKqq
grCwMFauXIkLFy7gyZMntP1aT09PWFhYYMWKFTh+/Dg0NDQgLi6OlStXYtGiRdi2bRuio6Np
pidaWlqIjIyEl5cX9u3bR/MaNjExAR8fH06cOIHi4mKoqanBx8cHfHx8YGFhwfr162m+7JaW
ljAxMcGhQ4fQ2NiI8vJyxMTEYNu2bYiNjUVhYSFsbW1ha2uLpqYmPHv2DM3Nzbh79y4aGxvR
0tKC0dFR5OTkYM2aNVi9ejUcHByQmpqKffv2wczMDM7Ozli9evUvEfrw8DAUFBSgq6sLa2tr
eHp6Oqxbt47Q0dG9BDAMYIienn54z549r+vr6x2Ki4tx+fJluLq6IiEhAdevX4erqyvo6Ogg
ICBAu0Y3b95Eeno65OTkICoqCgCwtraGoKAgkpOTaWs/WVlZ2Lx5M81VLDs7G3V1dbh79y5m
ZmYwPT2NwsLCtXFxcbwVFRUrJycn8erVK7x48YL67DESQng7OzuRmZkJQgimpqZw//59dHR0
4NWrV/jx4weCg4Ph5OSEwsJCVFZWwtbWFqKiorCysoK7uzvMzMxgYGCAa9euISgoCJGRkQgL
C0NpaSlev35N8w8vKCgAIQSvX78GZUoXcnJyWLx48Z8SuomJCVJSUmBvb49v374hPT0dkpKS
MDExwa1bt9DX14e0tDQsW7YMGRkZtGe/oqICXV1d/2sIneLDvuLSpUvw8/NbSwjhHhoa4m1u
bt7f1NSE7u5uPHz48O/Q3t6Ovr4+vHnzBq9evaJhdnYWr169op0vjx8/pq1l/ScR+j+Cjo4O
SktL8e7dOzx79uxfxtTUFHp6evj5+PhOzZs3b4y6usXBwfE4IiJi9du3bzEwMIChoSE8ffoU
4+PjdAMDA7oyMjKDbGxsZPHixYSJielVenp60vT09PJnz54hJSVl/YoVK8b4+fnJ5s2bCT09
PbGxsSm/du0a8vPz4eDgAAkJieJVq1aRPXv2EH5+fnL48GHfuro69PX1oa2tDZ2dnejp6UF3
d/cvYWBggHZv4+LifgkpKSnw9fVFaGgoTE1N4e7uDjc3N/j7+2NwcPA/dyiOqmzl7OwMb29v
mJmZ1VFLoWfOnOkOCgpyNzMzc3d1dXU3MDCIZ2BgIBSXnnZCyJqfP38iPT0d6urqUFVV/aeE
Hh0djba2Njx69AhDQ0Nwd3dHeHg4CgsLsXfvXqSnpyM7Oxv+/v4QEhICMzMzzp8/jxs3biAj
IwNr166lTQhbWloiLCwMsrKyEBQUBABwcHBAQkKCpiVdVFSE27dvQ0tLCzMzM7CyssKzZ89Q
W1sLAQEBCAoKwsDAAJmZmTh06BDq6upgZGQEDQ0NXLhwAba2tiCEwMvLC/v374eioiKqq6tR
UlKC2NhY7Nq1C8XFxRgdHYWSkhKOHDmCxMREZGZmIikpCd3d3SgtLUVXVxdmZ2dp3uYeHh4Y
GxtDUlIS1q1bh9DQUISEhGDevHmgp6eHra3tnxK6jIwMYmNj8e7dO8TExNAc74KDgyWPHz/+
go6OjggJCdHUk/bu3TtXW1sreeXKFVRVVeHSpUu4cuUK/P39Qe1Fj46Ows3NDcuWLUN5eTmS
k5Nx5MgR7NixAwDg6OgIWVlZ5ObmYnp6Gvv374eKigotMNDX14eKigpaWlqgoqKCoqIifPny
BYmJiTh79iyys7MxPT2N2dlZTE9PIzY2Fj09PSCE4P79+ygqKkJcXBzU1dVx6tQp3Lp1CwMD
A/j48SNNxvHWrVt4+vQpCgoKaARx8uRJ2NnZQUREBDdu3ICHhweCgoLg7++vtHbt2vPl5eW6
nZ2dlgDO5+bmHiWE4MWLF5iengYhBNHR0WBgYMDly5dx69YtODo6YtmyZQCAsrIy/Pz5E+/e
vcPMzAxN815ISAgfPnxAcHAwtmzZgi1btqCgoACKior/qwi9q6uLJvv68+dP3tTU1O27du2a
zMrKysjNzQ0+cOAAOX78uJyPjw+9q6sr/haWlpYICgrCs2fPaJWdp0+fYnBwEE+ePEFsbCyy
srLQ398vY2tre/7gwYPn161bd2jDhg3g4uJCfHw8tmzZ8h9J6EZGRjT3w7i4OMTHx/9LSElJ
QUxMzH0AZPXq1URWVvbKtm3bvlOUGfsJIXyzs7OIi4uDtbU1wsLCcOLEifcAiJGRUYW/v3/0
unXrCB8fH0lLS9v89u3bVQ4ODuOUrZrM0NDQQFZWVgLgt9DQ0H3379+HoaHhDYq40hMHBwc3
enr6TxwcHKSxsTFgaGgInZ2d6Ojo+Etk+fjxY9y+fRuBgYEICwv7JURGRsLX1xepqakwNTVF
SEgIzpw5AxcXF4yMjPwftTL+DP9rCP3z5880EELQ2trqRp3w9vT0THVycoKjoyNMTU2xZ8+e
NaysrISZmZnY2dmdtbCwQEREBE2/XUdH5y8R+uDgINzd3WlT45ycnKDqjGtra6OhoQHKysq4
cOEC0tPTkZGRAUFBQXh7e8PIyIjmrHPo0CEICwuDjo4OS5Ysgbi4OIKDg5Gbmwt1dXWa4MOz
Z89gZmaGoaEh3L59G8LCwti6dStOnjyJ7OxsyMrK4tatW0hISIChoSE8PT1hZ2cHQgg8PDxw
8OBBKCkp4ebNmzRC3717N65evYquri4ICAhAQUEBmZmZyMvLQ1paGrq6ulBeXo7Ozk7MzMzg
9u3bsLKygr29PXp7exEfH09ba8rNzYWQkBDN39vS0hLt7e1/IPQjR47A09MTOTk5iIiIQGho
KMLCwnDp0iVkZWVVASCGhoZeurq6jwEQDw+PqujoaAQGBqKwsBCamppITk5GaGgo5OTkUFNT
g6mpKdja2mLDhg2orKxEWloalJWV/5TQp6amcODAAZooyejoKK183dHRAW1tbURERGB4eBiJ
iYl4+vQp0tPT4e/vj4SEBIyOjmLHjh2wtrbG2NgYSkpKICsrCwBYtmwZAgICUFtbi8HBQXz8
+BGBgYHw8vJCRUUFWltbUVNTg8LCQsjLy9PsTyUkJFBSUgI+Pj4ICQmBh4fnBgBibm5OHB0d
CQBy4MAB4u7uzmpnZwdbW1u4urrCyckJ3NzcSExMRENDAzw9PXH27Fn87R7t7Ows7VoICwvj
58+fMDQ0xMaNGyEiIoL8/Pz/dYT+8OFDjI2N4c2bNyCEsEVERNyjiOa8UlJSGqPsGH+NjIzk
c3Bw+EPg7+TkBGtra8TGxqKjowMPHjygoaOjA/fv38fBgwfBxcUVvW7dus/UBGHLli2FQkJC
4OPjQ2RkJISEhP4jCd3S0hJ6enoICgpCZmYmLl269MuZ6e+RnJyMM2fOxB09evRRVlaWZEND
A7y9vbvo6OiIgYFB87Nnz5YPDAzQ1PxiYmLWzZs3b5qLi4tkZmZyVVZWQlVV9SFFw2NvaGio
LAcHB9XXXKKzsxMGBgaEomD5dXJy8gQTExNhZmb+NDAwwH39+nUoKysPUQRpnlFEa355//zl
y5eYnp7G8+fPkZKSQhMR+lVDF19fX8TFxcHU1BQBAQE4c+YMPDw8MDw8/J9L6L8vl1EsJh2o
hO7h4VEQHh6OM2fOYM2aNWBgYNhDuaFk8eLFkXR0dDhz5gxUVFSgpKQEXV1dhIWFYePGjTRC
v3z5Mo4dO0Z70VNSUtDb24uenh7MzMzAz88P9vb28PLyAj8/P2pqapCYmAgjIyMQQtDb24uI
iAhcvXoVV65cwdatW3H+/HmYmprC1NQU4eHhUFRUxI4dO0BHRwcODg6anOOVK1dgZWWF9vZ2
GBoa4u3bt7CwsMDg4CCN0Ddv3gxTU1MUFxdDVlYWN2/exIULF3Dy5EkEBgZSpzhpE5VUQi8q
KkJ6ejr27dtHaxts27YNSkpKtN377OxsjI6Oora2FkNDQ/jy5Quqq6thbm4OV1dXPH/+HBkZ
GdiwYQOioqJw+fJlFBcXw8PDAy4uLggKCkJTUxMiIyNp5W95eXmcPn0aSkpK0NLSgo6ODrS0
tHDq1Cls2LDhJj8/P9HT09PZsGHDfcp2wL1Hjx6hsbERdXV10NPTQ35+Pi5dugR5eXkUFxdj
dnYWLi4u4OXlRW1tLfLy8nD06FGIiYnRCF1aWhqlpaX4+vUrDh8+DAsLC4yMjKC3txe6urrQ
1dXF4OAg9PX1ERkZiZ6eHqp7GfLy8mBoaAh/f39MTU1BU1MTkpKSOHLkCPj5+WmylUJCQqCu
rVF7uyEhIXBzc0NNTQ2ePHmCqqoqJCUlQU5ODqampnB1dcWmTZswPj6OzMxMrF+/Hubm5nsP
Hz78ikokvLy8JDw8PN7GxgY6Ojo4ceIEjh07htOnT0NGRgYRERGYnZ3FzMwM3r9/jx8/fmBi
YgLPnz+n/Zl6LbZv347v37/D0tISW7ZsgYiICK5duwZVVVX4+/vTCH1iYgLnzp2DlZUV+Pn5
kZOTg+7ubtTX1+P9+/fw9/eHhYUF+vv7oaWlBXNzcxqhnzp1CklJSTAyMoKQkBBUVFTg7+8P
Pz+/fwuhh4aGYmxsDFVVVbh37x4VylR5ZEoG9sLY2FgiKCgIubm5SE1NpYEq19nZ2YknT578
oa/79OlT9Pf3Q0dHJ56iKUGMjY2Jv79/YkNDw8F79+4hIiICSUlJ4OXlhaOjI86dO4empqY/
ELqpqSkiIyOxd+9ehISE4Nq1a2hvb0d8fDz09fURGxuL5uZmZGdn0widomuADx8+QElJCSkp
KbCzs4OYmBjc3Nywdu1aEEJotsLLly/H7Owsbt26heXLl8PAwAD3799HWVkZuLi4ICMjg/7+
fpqwTG5uLqSkpODr64vz589DX18fixYt+suEbm5uDhMTE9jb26O8vBxtbW1oamr6y2hra0Np
aSkuXLgAExMTyMrKnlm4cOH3ZcuWTUZERAh7e3vDx8cHYWFhyMrKQlJS0uX58+cTAQEBoqio
yLt582Zs2rSpgULIjUePHtWgVPWejIyMbCCEsLm6unZTA+KmpqbP8+bN+8nExDRbUVEx7+vX
r8xBQUEjFMnYqXfv3u37lUHK32NmZgbPnz9HdHQ0wsLCfpnQY2Ji4Ofnh8zMTJibmyMsLIxm
KPUfTegvXryg4cuXL7h37x431QREW1u7wNjYGKqqqhAXF4eKisqeNWvWkHnz5pF9+/ZFUpSu
2A4fPrxRVFS0avfu3fVubm6JQkJCCA8Ph4ODA0dISMhxQ0NDrp6ens2ZmZm3/Pz86isrK6Nf
vHjB1djYmO7g4ODu4+PD5uPjAx4envVxcXH1bm5ut83NzTcSQth6enoQHR2Nq1ev7oiIiKhf
vXp1vZWVVb2RkdEhY2NjeHp6+u/fv7+eh4enno6Orp6VlbV++/bt9YGBge7Xrl2Dnp6e7pUr
V+pVVVV5m5qaQuzt7WVev36NGzduQFhYGLt3716koaFhcfHixXplZWW+xsZGBAcHQ0dHZ729
vf0RY2Nju7GxsWI7OztHFRWVFUpKSqitraVvaWlZe/78+e3bt2/nv3//Ptfk5CSjkJAQ5OTk
hMLCwuoTEhKux8bGLq6urnbNyMior6qqqn/06NH627dvw8fHZ4mFhcWpW7du1YeFhQVu2bIF
Fy9eRE5ODlJTU1FQUACqTnhaWhpCQ0Nx4MABbNq0CW5ubvDz84OPjw8Nvr6+8PPzOwhgTkFB
odjR0XElgFl6enrS1NSk8/btWzx58gSPHz9eaGhoKHru3Ll6Z2fn6+rq6nyVlZVobGzcZWZm
1s3FxVWflZVV6eHhIb1nz566bdu2lQFYYWVlBRUVFSQmJu7o6Oio37t3r627u/uS4eFhDA0N
wdbWlktOTu5ScXFxvYaGhtbly5cZnjx5siAmJkahp6en/sKFC3lOTk5c586dE2poaKg/fPiw
lpyc3AolJSVs3boVBw8e5ALAJSIiwhUYGIg7d+4wdnR0qD958qTW0dFRlFJtiaqqqrrW1ta2
JDk5GaqqqjAwMNhvZGRkKSYmxjU3N8cyNjaGVatWLfD09LRQVVU9raWlFXfjxo3vNTU1pK6u
7urBgwdXiYiIgGqqIioqClFRUbS2toIQQhv4evv2LfX/83t7ex27urrkhIWFt9HR0XHt3LmT
ixAy39raGtu3b4eoqCjfpUuX6qWkpCwSEhIWVVRUoKenB9+/f2cPDw8X1tLSqlu6dGl9UFBQ
fVdX14nOzs757969Q0JCwlJdXV3rq1ev1svJyZ318vJa1d/fD39/f+jq6jIHBAScVVdXr9+0
aVO9lJRUvZWVlbuHh8eCwcFBfP/+ncXc3JwLAJe8vDxXSEgIGhsbYW5uvh4Al5OTE1d3dzd0
dHSWc3JycuXn5yMwMBDW1tY4fPgwl4ODQ96tW7fqW1padlVWVuLAgQPLAgMD1czMzPysra2N
rK2tTYqLi0fd3d0N/P39V7948eIPh1tnZyc6Ozvx4MED3L9//w/o7OzEnTt3whYuXEiEhITI
5cuXSW1tLbl9+/bmyclJPH78GN7e3igvL2fbtm0b18mTJwNCQkJkqNsClpaWAMCopaXlcObM
mXoJCQkmqhlHXFwcvZOT01VlZeV6Dw+PB1VVVWfCwsKQlpYGQgiDn5/f2vPnzxt0dnaqqaur
LwgJCVHX09NzP3DgAJeLi8vCRYsWrRscHKw/cOCAFgCwsLAsuXfvnkNBQYHj6tWrWZWVla1y
cnLqU1JSzvLz87OJi4urVVRU1AcEBFzy8fFZfPnyZcjIyMyzsbGxd3Bw8FNXV9dctmzZv0To
FhYWMDIygrW19R+Erf4qKCuzEkuXLu2kBmOrVq16Ex4efiomJoapsLAQt27dgry8POTl5bOo
FqiampqCCgoKkJCQaKIovL23t7d/QqnSPJ+ZmdlDCIGjo2MVVUzJwcGBcHBwEABv9+7dy0iR
DH5OkaYmT548iX/48OFfntSn7uUHBgb+Q7nw3yMkJASurq4Hzp07V29qanrM2dm53sPDQ+rs
2bP/2YT++/LHly9f0NzcbEJ1lzp16lSBg4MDTp48Sc2o9qxZs4ZQ9Mqj4uPjkZWVpbRu3Tqy
YMECsmPHDkJPT082b958+eLFizh+/LgrACIgIPCjqqqKrFu3jqaj3dTU9IP6eywtLddGRkay
MzExPV22bBlZvnw5ERERIffu3VO+efMmCgsLd2hoaExRsy1mZmayY8eOL2pqakJLly4toBiy
kPnz59NkAFVUVEhnZ+fVBQsWfJk3bx7N3Wznzp2kqakp7+HDh9ixY8eybdu20dTOBAQESHl5
eVRcXBwkJCSS2NnZaRnLvHnziJSU1OyhQ4fECwoK4O/vT80Af7q5uf1ITk5evnv3bmzevPnh
/PnzCTc3N1FWVo4EkMDExEQoinELHz58uNrQ0HCE+rOZmZmJmJhYSFJSEgoKCv5OIpdakisq
KqIdoLW1tairq0NtbS1u376N4eFhZnt7+woAJDc3N1FWVhb09PQfGRkZSUZGxpWWlhZcvXoV
cXFxlnx8fISBgYEsWbKECAgIkKKiIq/4+PgljIyMX6gysSYmJvp8fHyEoix3NSQkBDo6OiG/
c4Mjp06dGpmYmNje3t6udujQoR/09PSEg4ODsLKykqCgoFpCiL6FhcVnenp6QkdHR5ycnH5Y
W1sTenp6wsLCQszNzW/q6upi9erV7qtXryYU3WhiY2OjNjQ0ZCglJUXo6emJsrLy9LVr1xIX
LVpEli5dSsLDw10TExNx5MiRy1QRmLVr15KioqL2169fL+Hg4NhG+YxTQUFBI48ePfq0atUq
wszMTDZv3lwgLCwMISEhCAkJYevWreDn50dxcfHfHQKPHj1CZ2en/caNG2mubRQDmx+9vb1O
FhYW2Lx588XfPyOOjo5Pb926tZkiF2mwb98+QsleCAAiJydHKBOz3I6OjuO/14c/fvz4m+7u
bunU1FSkp6erSEhIEOr7QUdHRw4fPkyKi4tF379/z37t2rV2ERERQjEm+mljYxMeEhKy+fDh
w18B/NDR0flRX1+fKCws/IaFhYWkpaXpRUdH49ixYw68vLw/qL9TTU2NPHr0SMrBwSGdEsS/
zMrKSk9OTg5mYWEhdHR0JDMz8/XY2NgfZDAfPnyIpqYmiIuLg5OT8w8mIRs3boSoqOgdqocA
9Z3funXrj46OjsJv374hMjKS3dLSsps65yEqKkpu3bqVMTAwwGhjYwMuLq7Na9asIfT09GT/
/v13k5OTuWxsbKCkpDSPek1XrFhBeHh4ZISFheHq6orR0dGVycnJhEpYPj4+RoqKis3UaxcT
ExOwevXqqxRls28iIiLYuXPneXp6eiIuLk40NDROrV+/ntDT05NDhw4RVVXV02xsbE8pfgEk
LS3tVHFxMURERMop5wlhYWH5IigouNPd3R1WVlZ/GTY2NrC1tYWQkBD+1f8YGBiwfPly0W3b
thF1dXXas7Z9+3aipaUlSXUKCw4OhrKycgb1ep87d04wMTERHh4eTdQM3MXFhQAge/bsISMj
IyY/f/6cb29v30mt2MrLyxOK3fXcjh07mMfHxxERETFOPTt7e3svtLW1oaWl5ZfR0dGBsrIy
FBQUoLi4+JdB0Y34AoBs2LCB+m5+iI6O3vnixQs8evTo34r/NYRO1V2enJzE9+/f0dLSok61
pgwNDS1IS0vDmTNnICwsjAMHDuzh4uIizMzMRFBQ0P/ixYvQ0tLqpMikDuTm5iqvXr26nZmZ
mSQmJnrY2tqa7N69e5KTk5Ps27ePiIqKEgYGBqKiokJWrlxJNm7c+GPJkiWzGRkZEqGhoW0U
XXeydetWqu76WFtb20I/P790yiFUYGZmpszHxxfLwMBATExMMrdv354qIiLSFx8fn8PAwEBs
bGyyAgMDa44ePfquv78/bu3atW8AkOvXr9N8gk1NTUlycvKuVatW9XNwcBBxcfG8Y8eOFTIz
M5P169eT2tpahqKiIi9WVlayY8cOUlBQQCimIkRfXz/13r17x9jZ2Ym0tDTR0NAglAg1uaio
aF5GRkYTgB/r1q17d+nSJX51dfXzFGJ8VV9fvy86OnqM8l3yFy5cqMzOzk6YmZlJTEyMf3p6
Os26lIr4+HgkJiaipqYGTU1NqK+vR319Pe7du4e+vj5qmXPv5s2bibS09DghREhHR2c+AwPD
HAASGxt7/+LFizh16hTPihUrnrKxsREPD4+cFStWqFLkIcnLly+F8vPzrRgZGX8ICgp+Hhwc
PK2urv5l4cKFJCUlRbioqMhl4cKFhI6Obm7nzp3nqWpUdXV1ZzQ1NcsBEGtr6wlFRUVlAA30
9PSkqqoq1N3d/TiVPK5cuUImJiZoZiuDg4PK586ds6Qosb1dvHhxBEXl7kdBQQHfzp07OwGQ
a9euETs7O0JHR/eZnZ39jZubm0l6eroHpe0zp6+vHykmJkbo6OhIVFSUZlZW1lphYWECgBQV
FZHx8XEaMbq6uhb5+vrS1P08PT1prl/UgRoq3N3d4ejoKANgjhKEzikrKxNmZmZibW0dKisr
e4KBgYEICgq+0dTUDJKVlf0OgISEhJwbHR1lUVFR6QNATExMKt3d3ZU3bdr0BgApKSkJHxwc
LKc839+LiopO0NPTB1Oey8bHjx+zjo6OcpiYmFz9PeGfOHGighDCWF5ebkFHR0fWrFlDcnJy
PlED4NjYWCdVVVUCgBQUFJCzZ8/S/m1CQkJeSEjIYYr1JamoqKBJIfv6+jbFx8fLA3hNuW9p
iYmJblRCjo6Otm9ubsb169dpuHbtGh48eIDMzExERkbi0qVLNOTm5i7dunXrHXp6eiIlJUVM
TEwOHz9+PIVqadvb2ytoZWV1h5JJNu/bt+8yNQPs6enZkZ6ejpMnT26hyhavX7+eKCgoyFhZ
WSElJYVOV1fXAQCZP3/+FID0zZs3l4uIiDikpKQgLy/vHCVwJl+/fj0UFhZmQCGrydra2o36
+voSAH7u2bPn+YsXL47o6emNU/TO34+Pj2/YtGlTLIXQSo2MjNatWbPmDYWs2ru6ulYUFhZm
MTIykpUrV9LOKC4uri8GBga7NDQ08K9AWVkZ7u7uNKMbamXuV1BeXo6AgAAwMTHBx8eHmxAi
l5ycnMjMzEy991KU7Q7WxsZGCAsLX6MG7cHBwYKnT5/G0aNHmwCQo0ePPktPTy+iehXMzc0p
/Pbbb4udnZ1pJH/lyhVCCepfHz58GNPT04iKihqnXPPfCCFeHz9+/NM1x/8JHz58wKtXrzA5
OYnp6elfxpcvX9Df328iLi7+BzMmbW3tL/39/bvu3LmDfyf+1xA6dWf0xYsX+PDhAxobG22p
maOtrW2Bm5sbTp8+DUVFRZw4cWIPPz8/mTdvHlm9erWnlpYWxMTECBsb2/fHjx+f+Pr1K7Ky
snwomuSTISEh8wgh+11dXb9TNbeZmZkJNWM1NzdvoDgEie/evZswMDAQSUlJIicnRyQlJcml
S5eav3z5IqmpqfmRQorOlH1kDQBES0vre0REhEd/f79Ufn5+IEWVTLejowMGBgYL29vb2eXl
5T/T09MTOzs7IioqSgAQKyurktTU1POUHt+bb9++sVVUVDCwsrJ+BPCzt7e34/nz56xLlix5
uGjRIuLg4EA4OTkJOzs7ycjIiGxsbJwXHh7+1tXVlairq1MzkMGXL18u6O3t3Qzg2+rVq78f
Pnw4ZsuWLWXz5s0jenp6Y5GRkWarV68m9PT0RFFR0frmzZsIDAz8jVLmui8nJ0fTdZaRkYGs
rCy2bt0KS0tLdHd3o66uDnV1dbhz5w6qq6tRWFiI4eFhhIWF1VKu52FfX18sWrRoMQsLyxwD
AwOZnp6+5eTkBA4ODvHFixcTbm7uES8vL5w5cwaKioofKH7pN4eGhubv2rXrI2UC9hMl0y4p
LS2FmZlZA6Xq8bm0tBTFxcWRDg4OFXNzc4tERER66Onpia+v7xEnJyccO3YshTJEcy8pKWkX
KyvrTwBEWVmZxMTEUA/pzvfv3ytqaGgQOjo6oqen56Cnp4fz58+bvX371jszMxPs7OzF8+bN
I2JiYmTr1q3kxIkTunJycozOzs5Mhw8fHgNAkpKSMijT6mWUQ6mXEHKcSlb9/f3E3t6eUKeA
i4qKCq5fv46ysjIaampqEBUVhXXr1oGbm/sPMsB8fHxYunTpGIVsOdva2lT27t1bkpmZ6bpj
x442CkH7f/z4ESoqKkmUwOZNUlLS8SVLlhB2dnbS1NR0gRCCq1evZlEGFm/q6OgEMTExEQ8P
j7C5uTk4Ojpq0NPTE0FBwR/Nzc3yLS0tUFRUvMLOzk6oGSk9Pb0dZRL4M+VelP78+XPh+fPn
M3x8fIoJIfsdHR3bqAHrjh07iK6uboynp6f6zMyMsJWVVRvF+Y8QQkhPTw81aCaWlpZHmJmZ
W5cvX06ePXv2de/evZ/p6OgIOzs72bhxIw8/Pz/NVGXDhg1gYGBAamrq/3SmSKirq1PvTxch
ZFlERATo6Ogeb9iwgVy+fDmdjY2NsLGxfent7dXPzMwEJyfnNADS0NBQe+HCBSxevJhv5cqV
vw9mfGNiYuhMTU0hISGxdP78+YSdnZ2IiYkRFhYWwszMTOLi4sxcXFzEqNc9JCRk6tixY8MU
L4ceivEND4Cf+vr6X+3s7GiBnqmpqUdiYiJYWVlPU6ox7mJiYti2bdtXBgYGoqysXJiQkABX
V9dP1IB0+/btZMWKFURYWJjo6+sbamlp4a9CU1MTCgoKoBoL/Stobm6mzdOMj4/j0qVLSVSL
YikpKfnExESqIAxcXFzsWFhYPrOyshIRERF+KysraGlpNVIqRPcuXLigTbVU/vDhgwYhBK6u
rhUUKWQyNDTUD+Dj0qVLP/b39+959uwZIiMjxyhujn2ZmZlMSUlJf5eU/E9ITk5GSEgI7t27
h9nZ2b+0sjc6OoqvX78iISGhjIGBgbCxsREmJibCyclJ7O3tTYyNjfHvxP8qQv+9O1JLS8sa
atlaSEgoXVhYGDt37sSBAwcgJyfHt2bNGrJo0SJiZWVlIy4uDiYmJrJ06dLvT548USeE4Pr1
662U8mLbzZs3ERoaWszIyEi8vLyIkZERmTdvHunu7iaUF2oyPDx8l729/RqKCQBpaWmpqqmp
2f/o0SOVr1+/Mn/69ElIW1ubuoLlQnkZtOjp6cn27dvJwMCAcl9fHzw9PcMBEE9Pz+pPnz4x
urm5Ye/evauFhIR+ULIBsn79egKA7N69u+zKlStXKOWap4QQmJubg0LopK+v725TU9NJVlbW
CWp/aPHixWThwoUkICDgQm5urjY/P/9X6tAP5RDodHNzQ0dHx1nqQSQqKkqouvCGhoYvDhw4
oAvgx+rVq0lUVJTNmzdvEB8f/5MSEDTu2LEDwsLCNGzatAnbt29HZmYmmpubaYROdU0yNTVF
d3e3DgsLy0cZGZk36enpK1esWAFmZmYwMjK+ZmBgIDdu3KhpbW3F/PnzN1ICrcGbN2+iq6sL
jo6OHwGQixcvVgcHB0NJScnxd+2HH1lZWYLu7u7Q1dUtpxysn16+fLngx48fTLdv38bt27ex
YcOGYVZWVuLq6rqpsLAQ58+fTwdA3N3dZ3777TezNWvW/Jg/fz6RlJT8bd26dd8oGUJ7T0+P
AdW9zN7e3pr6PFZWVkJPTw8bN24so6enJ0uXLiWMjIxEXl6+/ubNm+yampoA8JCNjY10dXUJ
E0LQ0tJSzMjISKSkpL7NzMwYGhoafqGW4gUEBAgLCwtZsWIFSU5OLsjLy0NmZiYNhYWFiIqK
gpSUFC2IkpWVhYyMDFRVVRmkpaVfUohwY1VVFfbv34+BgQFjqmlLbW3tka6uLqxdu/YcAGJj
Y/PN09NTn56e/tWKFStId3d3FGXH3YxybRMAOC5evJgoKiraFRYWoqKiQouNjY2sWbOGDAwM
8La2tgpycHAQU1NT4urqSiU269TUVFAzbwkJictUq1otLS1MTU3h7Nmzdr/PVmJiYoYJIcsI
ISsVFRU7AJALFy78gdBFRUWJoaGh9eLFi5tZWFiIoKAgWbFiBWFlZSVsbGyEk5Nzz7Jly7B8
+XIsW7YMq1evxrJly7B//34oKChg7969kJCQoOHQoUNgYmK6Qll7PTEzM8MSFBQENja2R9u2
bSM3b94k8+fPJywsLM91dXVhY2ODPXv2TAAgFRUVT21sbLB+/XoBBgYGcuDAgd8YGRl/Ukry
7JTnI5/qhEgIIZqamtR2h7Ojo6P8qlWrCCMjI9m5cyfh5+cnAIirq2v/t2/fMDo6ysPJyflj
4cKFRExMjCQkJFDtkU9QhJhsGBgYCD09vaeUlBSo3gqampoVQUFBsLS0nANALCwsRjQ1Nfdr
ampKFRUVGU1MTKwfHBzEX8XTp08xNjaGDx8+4O3bt3jz5s1fwrdv39DY2AgbGxvGdevWMV64
cCGf0ir7KSIiUhkUFLTyypUreP/+PXR0dCAiIgJGRsbPlLN9Q3R0NMzMzB5Q3teGqqoqvZUr
V/6go6Mjra2tXoSQpWZmZu2UILE2Pz9/ATs7+zQjIyPJy8urI4QwOjs7P6dsMHTw8vJi/fr1
4Obm/iUsX74cO3bsoK2k/pWe9tDQEGpqai4vXbr0D9bGUlJSdwIDA9e6ubnh34n/VYQ+MzMz
//nz5/QjIyOoqKioppbbNmzYcNfe3n6lsbExKOWZU9Senq+vb9bt27eZhIWF2ym2eo/9/f2l
pKWlR5mYmEhYWNjqioqKQ9QBO0IIOX/+PAFAXrx4QUZHRwnlcP88MDCwztvbu5fS1yvZv3//
BnFxccuwsDC5d+/e8VlaWhIAhJ2dPcfGxkaKh4cngkLS19vb21nq6uoWGxoaXgNAlJSUSG1t
rYi7uztERUWZWFlZf6Nma7dv36a6B5HAwEArOjo6snjx4t96e3sTq6qqZObNm0eWL19OSktL
GUpKSqKYmZnJihUryJcvX0hQUBD181KDERIfH0/a2toIxWHtQU5ODh4+fPiM2uMjhNBsW9XV
1Z+1tLSYUqsEenp6aVeuXIGOjs4HyvUL9vHxwZkzZ2iws7NDWloaBgcH0dbWRtvb7OrqQkND
w0Y7O7tTOjo6BADZsWPHDTU1Nfn169dL7dq1S3n58uUfKIHCt/fv3zvExMRs5+DgIAICAl+f
P3+u19zcLLd161aycOFCEhUVtcXNzQ0qKiobqD1PLS2tkpiYmPmUdZBmSj/0W3R0tFFpaemB
gICAvCNHjqzdvXt3J+X7ub5580ZKVVW1DgAJDg4+3d7ezrhgwQLCzc1Nrl27dsHGxmY+5R5/
qqysZFVRUcmkp6cnJ06cmCspKcHw8DAKCgqEu7u7V8vLy7dSMmCip6dHAJCzZ8+Wnjt3Dlu3
bp2hZIAdFRUVcHBwSKP09RsJIUKWlpbD1CDu9u3bZMGCBWTZsmWkvr6+gDrMRUVnZycqKipg
YWEBKysrmjwnVYp3z549IwBIXl7e9fv378PKygr19fVs8vLy/RSr1QlCiJSKikoBJUM/Y2xs
zM7KyvqDnZ2duLu7l5ubm0vt2rXrKQCioaFRvG3btiBKFexyT0+PVFxcXASFOKoIIXxeXl5P
qS55xsbGVAJPm52dhYeHRzNlpqOxra1Ncm5ubic/P/+B4eHhPX5+fm8AkPT0dCIlJUUAkNLS
0vz29nbs3r07jjK9Tggh5ObNm1TZ3bcxMTHbWVhYeqnT7d3d3YPMzMxkyZIlREVFZQ81yNm2
bRsyMjIwNTWFmpoaSElJYfPmzbThQlFRUYiJiUFKSuoBZV5lJi0tTSwyMjKKnp6e6OjoTFVW
VmqxsLAQVlbW9+vWrVuzdu1a8PDwTAIgPT09uadPn5YWFBRs4efnJ8ePH3cHMALgR1lZWcz3
799BLQHz8/OTpqYmsm/fPkJHR0d4eXmXuLi4rKD2cwkhpKGhgeqP3UFxPjvIxMT0GwDy9etX
0tHRQQ0GLk5PTzNKS0snAyDi4uJ5paWlUry8vF8o9+xKZmYmLl68WEX5XgOSkpJcXFxc23x9
fbseP36s9GdT6A8ePPjDn/92gPDu3bvo6urCkydP0NPT85f7uuPj4+tiYmLa5OTkXqxcufIF
ldTExcW/2NraIikpCTU1NZicnISmpiZ0dXXpjx492kDpN5cbGRkFCQsL/8bAwEAaGhpOfPv2
Daampi3U56KgoKCEjY2NrFq1ioSGhmpHRUXB3d3djzIX8u3GjRtTlD31QXl5+e1SUlI4cODA
L0NMTAz6+vo4e/YsLCws/k4i9x/B09MTCgoKhJGRkXBxcY0tWrSIcHFx3dfQ0GD08/PDfzSh
v379mml6eprhwYMHyM7Ofkwd+ti+fTspLCw0+p3f+TvqQyMrK0u6urrW3bx5c/v+/ftpw0kA
iI6OTlZJSQkMDQ17qAMVXl5etIGNU6dOES8vL1pUFRIScq6goGC5qKjoCLWftnXrVqKlpSU3
MTGx1MrK6hMAwsDAQKiOYtzc3CQxMTGro6MDUVFRetQhroULF5IDBw7soUiu+lKtBOXk5Gh9
L01NTZKUlCQgKyt7lYmJiQgKCtIi/dOnT6e4urpi7969WaysrGT+/PlEVVWVUH9+dHT0XVtb
2xZKmZwcOHCAUMtUMTExMjt37mykHCKksrKSdiAvXLiQzM3NSTQ2NpZycHAQDg4OwsbGNgCA
KCoqkoKCAqSnpyM+Ph6xsbGIjY1FRkYGLly4AFdXV7i7u9NAsdLMow4VUdsZ9PT01KyKUIMy
aoUhPz9fODk5+TKl70eOHDlCHYxKMTY2hoGBAaqrq/m0tLQIAwPDVxcXl93Ozs5obm5GR0eH
9sGDBwkAsmbNGrJ582YCgFy9evVsTk6ODPXwNzQ0JCwsLERaWnqgvLx8hb+/fyi1rBkUFORd
UVGhBICEhoaSrq4upKenRy1fvpz6Oa+vX7++IT8/v727u9uF6nHv7e39vrW19TIAwsHBQVpb
WyVLSkr0WFlZCeU5vQLg/bZt20hPT8/q8vJyXoodKzlz5gx58eIFrW+flpZ2828HDzMzM2l6
+/fu3aM5ylG02q2ZmZk/Ue71t48fP2oNDQ3BwMAAp0+fPs7NzU0tCZOVK1eSXbt2kd7eXjU5
OTl66rAcIyMj7ZmVkpIira2tRysqKnZu2bLlFSWwIzw8PGT//v0/PTw8dsjLy6dTn3Vubm7q
EBLh4uIiJSUloRUVFbLUIUI1NTWiqKhItm/fToKDg09LS0sTACQqKoq0t7f/oLoFSktLL7hy
5cpeWVnZj9TnbfPmzYSDg4PU1NScuHPnjgFlWIzo6ellGhoaujAwMBAODg6ydetWSeqwGxcX
F0pKSv6wEfDhw4c/4Pv373SfPn3S1tXV/UE9Q5YtW0aYmJjeODs785qbm4OPj+/qggULCAcH
xycAFykVrC8pKSka1HsnLi5effr0aa7t27d/p/bfT5w4cYCRkbH79xkZpYVzp7CwcFFFRUUJ
9ZpXVVURMzMzKqETY2Nj1Z07d7ZQn8fh4WHaHIGsrCwZHh6+u3PnTsLIyEgEBASIhoYGbRhy
8+bNzwYGBg50dnYuBVBDfZ4ogdZISkrKxgsXLoCKoKAghISEIDo6GiEhIQgNDUVoaCiCg4P/
gPPnz+PixYtIT09Henr6HxzZfgXXrl0zpL4n1LaSrq7ujYGBgRNfv36lbS9RfRso7pJsgoKC
d6kCYczMzCQzM/POxMQEz9OnT48ODw/Lnjhx4uvvr6+4uLgZRSyK6dWrV+sDAwM7fz/QmJyc
fCorKwvJycl/sIn9Z0hOTkZqaiqysrL+UDX7FZSWlsLFxcVIXl7eTkVFZeW+ffvs+Pj42I4c
OQJ/f///XEKnoq+vD0+fPsXdu3fXMzExbRIWFt4UGBi4KSEhYaGZmRlUVVVx+PBhXgCbAGwS
ExPblJ2dPe/79++sFy9e3BESEnI3JCSkLTk5OcfAwAAlJSUM2dnZ4bm5uW1Hjx715eTk3FRZ
WdnGycl5as2aNZva29tDm5qa2iwsLNqsrKxOBgQEwMzMbBn155ubm28aHR1lffPmzZLjx49X
ASCWlpa9UVFR9yIiItqMjY21Xrx4serdu3eQlZXlOHXqVGhERERbXFxcW2Nj48aRkRFcv35d
XllZuXXTpk1tnJycbUePHm1LTU29PTY2JjE2NoahoSHR0tLSNkFBwbbly5e3iYuLxx4/fpyq
Ce518ODBtk2bNrVxc3O3mZubt+Xm5t68cuUKvZqaGpuYmNgdXl7e5n379rXp6em1nThx4lpQ
UBDPyZMnI3fv3n1PWFi48v79+2G6urptXFxcbZqamh0vXrzgev36NRQVFQ8oKiq2sbKyPtfV
1e2srq7WKSoqos/IyEBZWRmqqqpw/fp15OfnIykpCcHBwQgKCqIdBBcuXMD58+eLKbMIX8XF
xbUiIyPrz5071xYUFNTm4+PTlpycXC8nJzdCfSmVlJS4KCI0uWJiYg+WLl3aZm5uHmtgYICE
hAQ2aWnpnby8vIZsbGzE2Ni4JC8vDyUlJejr60NdXR2uXLmira6u3glgcMWKFTfu3r1rWF9f
vyQpKQnZ2dn82traBQDaHBwc7gcHB3MXFBSgtLTUZM+ePW0bN25sq6qqMq6qqhK2tbVtKy4u
1nv06BHu3r27UkZGRn3Xrl2ty5cvH9fQ0Jiuqqracv36danDhw+3qaqqtvn6+mrcuHEDQUFB
xebm5qOvXr0SS05Ohp6enr2oqOhDAG+5uLi6+vr69n7//h3CwsLb169fP7Zz505y6dKl7+Xl
5W0MDAxtbGxsbWZmZkFU+1sLCwuaQ1Zubi7u3LmDGzdu0HD79m3cuHEjYf/+/WTjxo1EWlqa
vH37Vn90dBQRERGQlZXFpUuX9ExNTdsAtG3durXNxcXlACGExdraetH8+fPJ4sWLyZUrV2aT
k5PbZGRkkiwtLTcODAwgNzcXubm5nB4eHkEA2rS1tdsyMzNVFBUVAeAmAMLJyTnq4eHRFhER
0aasrEyt8jy6du3aso6ODilLS8sHADp27Njx2NHRUU9OTm7FunXrWgG0WVlZeRJC+FxdXds4
ODhaV69evdTe3h4lJSXSUVFRbfT09G0A2gQFBdVu3rwJdXX1jFWrVr0VFRUlSkpKXhs3bjy5
atWqNjY2trb58+cLzZs3D8zMzACAuLg42rrry5cv8e7dO3z//p0mTEUIYSKEoKysjE9SUjIy
NDS0zcXFpY2Hh0f01KlTsLKywpYtW3D48OF0AQGB71u2bCESEhJ9L1++NN2/f/9Cfn7+MAUF
hea9e/fS+fn54cyZMxaioqJtampqfefOnTvMx8e3JSQkpM3b27stOzu7bdeuXUfU1NTmPXny
BMPDw+5SUlJtO3bsaLt69arF6dOn07i4uNpMTU277969a1dUVHTGw8OjzcvLqyEjI2NTRkZG
UHx8fGdgYOCZq1ev7r906VLUmTNnCCsrK9m6dSspKSkhkZGRhIWFhfj4+Hyvra3lBMAgLS2d
Lycnd8/FxeWmg4MDe2JiIqKionDx4kWEhobS3NVsbW2RkJCAwsJCXLlyBX19fTTHs/7+fgwN
DeH+/fvIyMhAXl4eCgoK/hLKysoWBgUFxUpISLT5+/s/sLW1lXB1dcWtW7cwNTWFwcFBjI6O
YmRkBBcvXqSuesHZ2RkxMTGFiYmJbQoKCkc6OjoYHz16hOHhYaHJyUkkJiZuALApIiKizd/f
PygzM5N7ZmaG8cuXL/Pa2trQ19e3QEpKahOATe7u7psIIRxUyd+/gi9fvqCrqwuUbam/hLKy
Mpw5cwbS0tKQl5fHrl27wMPDg/94Qs/IyEB0dDTOnDmDV69ewcfHBwDQ39+Pubk5LF68GKys
rBAUFMSWLVuwZs0aLF26FLt370ZFRQVmZ2cREBCAqqoqNDQ04M6dO9DU1ER2djaqq6vR19cH
a2triIiI4O3bt1i+fDmYmZnx6dMnUPYYYWZmBl9fXxw9epS2jnHq1ClcvXoVKSkpctTs0MrK
qmNwcHDJ0NAQysrK0Nvbi5cvX0JZWRne3t64ceMGWltb8fHjRzx+/Bi3bt2iOfFISkrC29sb
LS0tmJqaQldXF759+4bHjx/jyJEj2Lt3LxQVFaGmpob6+nrcuXMHMjIyEBQUhIyMDPLz85GX
lwcRERHw8PCgra0NXV1dNFtZVVVVXLt2DWNjY/M7OzuXnDhxAjMzM/D09AQ/Pz9cXFzw/v17
9PX1QUVFBZaWlli2bBlcXV1RW1uLmJgYVFVV4fXr17SeWmxsLC5evIgPHz7gzZs3NDezqakp
vHnzRvnAgQM/KBPkvo2NjbRBr/z8fLx+/XqtkZHREKVkeMff33+Vt7c3Pn36hMePH0NfXx/W
1tbYtWsXFBUV91On+Hl4eEhCQsIKOzs71NbW4vv372hsbMTly5dhZWWFxMREttraWqmfP3+u
vH//Pk2bvaCgANu2bUNUVBR8fX2RkZGBmzdvQl5eHmJiYmhtbUVFRQUiIiJQXV1N+7OEhAQu
XryI5ubmtTdu3EBdXR0ePHgAbW1tnD59GhEREXj69CkmJydXenl5zfv27RsSEhJgZWUFJSUl
AMCmTZswMzODiYkJcHFxISwsbDkhxG9qakoyPT0d8+bNw+LFi+Hs7EwT7XFzc4OrqytsbW1x
9erVvyP0qqoqVFdXY2hoyKG7u9tvdnb21ODgICIiIqChoQEpKSkUFhYiKSmJZuhjYmKC/v5+
FBUVhVMDqeDg4Py6ujqYmJhAVVUVY2NjePfuHS2I3rlzJxwcHBAbG4uamhrU1dX5HDlyhDg4
OFgWFxfj2rVriI6O9t6/fz/x8vKSTEpKwps3b3Du3DmwsbGhtbUV/v7+0NHRoflwU+WKAwIC
wMXFBV5eXqipqSEvLw89PT2QlZWFv78/MjMzkZ+fD35+fmhpaW0mhBg7OztDWlqaZswjICCA
/fv3g5WVFQCQlJSE30voPnz4EDdu3MDdu3fh6+uLoqIiNDc3Q0pKCidOnEBjYyOys7PBz88P
Y2Njmn/CoUOH4OLiIvD06VM/fX19TExMQFpaGpKSkjhx4gT4+PiQlZWF5uZmHDlyBFpaWpib
m6OZO1FXl4qLizE5OYm5uTkMDw9DU1MTMjIyaG9vx/nz58HPzw9XV1fMzc3h8+fPNJ3xlpYW
lJeX49atWyCEwNPTE6amph7Uqgu1kpeQkEBWrlxJuLm5iYaGxkY9PT00NzdjZGRkSVFREUxN
TZGQkICwsDBEREQgNTUVd+7cQW5uLrZv347Lly+jvLwcFRUVmJ6exuvXrzE7O0vTvH/z5g2a
mpqQlpaG3NzcvzTpXlRUhMTERCgrK9N01s3MzFBbW4upqSkMDAxgeHgY4+PjNFe86elpvHnz
ZmtPTw97XV0d1NTUUFVVhcePH2NoaAhjY2MICgoCAOTk5ODjx494/fq10osXL5jfvXuH9vZ2
1NbW0hwpLS0tMTs7iydPnvxlPHv2DPfu3UNSUtJ/Cf3fBQUFBRw8eBBWVlaSDQ0NzTt27FBk
YGDgr6ioMI2Njd0PgJ+bm5t/y5Yt/MuXL+c/ePAgv5aWFtOhQ4dgYWGBmZkZXLp0CZcvX0ZF
RQXKy8uhpaWF3NxclJeXo7m5GVpaWli5ciUePnyIS5cuQUdHB6Ojo5idnYWFhQXc3NwwNTUF
X19fGqGrqKjA2NgYWlpau3h4eAY5ODgmpKWlZ589eybz+fNn5g8fPoAqNaisrAxXV1cUFBTg
1q1bGB8fx/Pnz9HZ2QldXV0ICwtDXFwcTk5OuHHjBmZmZvD48WO8evUK9fX12Lt3L/bs2YND
hw5BQUEBDQ0NqKiogLe3N7q6uqCurg5HR0e4uLjwsrOz8wsJCfGHh4dvsba2xv79+9Hb2wt3
d3e0t7fj69evzD9+/FgaEBCAnp4euLi4gIeHB9bW1pibm0N/fz9kZGRgZGSEpUuXwtraGlev
XsW1a9cwNzeH169f0yLYzMxM8PLy0gwHXrx4QXPIevbsGcLDw1W3bt36NDk52fT69eu0hz0z
MxPT09Oc9vb2tTt27GjW19dnsLKyQnV1NQghDIQQZmo5sLCwENevX9c1MDAgcnJycxYWFkZ9
fX2b9+3bx5yfn08z2Ojq6oK0tDQaGhrw8+dPkadPn3JSD6UPHz6wDA0NzZeQkIC/vz98fHyQ
lZWF69evQ1paGtu3b0dzczNqa2sRGBiIyspKtLe349q1axAUFMT9+/fpCSGcQ0NDuHr1Khob
G3H06FHo6ekhPj4eHz58wNOnT+Ho6EgzVtHW1oa8vDwAgJ+fHyMjI5iamgIvLy+CgoJACKGp
x82bNw+LFi2Ck5MTvLy8EBwcDA0NDVhZWdEO0ps3b+LmzZt/R+idnZ3o7+/HixcvcPPmzSXJ
ycn8J0+e5DcwMOCvrq7my8rK4q2oqFiUm5uL+vp6vH37lu727dveS5cuJXx8fGT58uXBGhoa
0NbWho6ODl6+fEkNzhgIIfO0tbVx/PhxxMXF4fXr13j9+jXd1atXd925c2dVZmYmUlJSEB4e
jvDw8F35+fnsycnJGBkZgYeHB9jY2FBXVwdPT0+oqalBRESEaq3L8NtvvzGUlpZiyZIlkJGR
weDgIPr6+jA1NbWwt7eX+fPnz1KEkO3T09PQ1dWFjIwMPn/+DHt7e+zduxfLli3DihUrYG9v
DzMzM9p7SVmDYpydnQXVF9vJyQnR0dFYsmQJ6OjowMfHByYmJgQEBOD27dsIDg7GihUrYGtr
C19fX6xcuRJSUlKwsbFBZ2cndHR0MDg4SOvBq6mpwdXVFT9+/MCPHz9Y29ramBsbG/HmzRvp
t2/frhkfH1//9OnTxRR/bubXr19zvHv3DqOjozhy5AgkJSXx4MED+Pr6goeHBzY2Nnjx4gVm
Zmbw4cMHxk+fPjF++fIFxcXFyM3NxYcPH+Do6AhdXV0LGRmZp4KCgk9tbGyeKigoPF24cOHT
7du3P1VWVnbbtWsXU3l5OQghLD9+/Fh6//596OjoIDIyEjk5ObSg8N69e8jOzsauXbuQk5OD
kpISlJaWYnx8HBMTE38Q85qYmMDr16/x4MED2rP4q4ReXFyM6OhoHD58GMnJybCxsYG5ufmf
EvrvMT09zffkyZMlZWVlOHLkCKqrq/+U0OPi4mifd2pqim52dpZhenoaT58+pUkh/5fQ/z9G
6JycnODi4sLSpUsnqANjf9ujoqOjI8uXLyccHBxkyZIlZPXq1TuoJhaKiopwcnJCTU0NjQhV
VFSQkZGB6upqtLS0IDY2Fs7Ozujr68Ps7CxGR0fx5MkTTExMIC8vj+Zm8/LlSxw9ehSCgoI4
fPgwFBQUcPz4cQgJCcHV1XWVuLg4BgYG6D5//kxHCMHk5CS6u7tx+PBhODk5obq6Gs3NzXj3
7h1KSkpw9uxZHD9+HAICAti8eTOcnJzQ09OD+/fvo6amhvZZDA0NwcnJiR07dsDJyYlm4fn1
61dQVje0eHh4isTFxQkdHR2ZP38+4efnJ0xMTJkCAgLmhJDls7Oz1AMZ7969g7OzM4aHh+Hj
4wMuLi4YGBjg8+fPePXqFaysrGBiYoLFixfDyMgIra2tePXqFV6/fg2qK9mrV69w+fJlbNu2
DdLS0oiPj6eV7x48eIBXr17RNN7T0tJQU1ODtLQ0pKSkID09HZOTkwgPD4esrCyUlZVhbm6O
wsJCfP/+Ha9evcLDhw/R0tKCR48e6cfHx38ODw8nJ0+eHAVgqaenRzZu3Pj4xIkTKdevXy+Y
mJjgnp6eRkpKCgYHB/H+/XuMjo7iw4cPeP/+PT5+/IjOzk4ICgrCw8MDbm5uyMjIwI0bN7Bv
3z5s3LgRN27cQGxsLLy9vVFSUoKOjg7cvn0bfHx8NKvbJ0+eoKKiAg8ePICKigosLCxgZmZG
y9K9vb0xMjICCwsLxMbG4uDBgwCANWvWYGRkBNPT0+Dl5cX58+fx8+dPjI+PIyUlhUZGLi4u
8PDwgJWVFdTV1WFqaoqysjJkZmb+Han/LkNHSkoKjh49Cl1d3XOqqqpERESEbNu2jejr65Mj
R44QJyenkb6+PrHe3l4QQuhKS0vh5uamOj09rcHNzQ0RERHIysri+PHj+P79O16/fo2pqSn8
9ttvUFVVhba2NlJTUzEzM4Nnz54hKSkJRUVFSE1NRVJSEoKCguDu7o6kpCQkJSVhamqKVklr
a2vD2bNnsWHDBprD4M+fP5kmJibmU+2R/f39aTLPU1NTnB8+fFj0/Plz1tHRUaYfP37A1tYW
+/fvx8ePH2lmN1Sjpbi4uCXa2trOACwBWDo4OESPj48zP3nyBH19fcjOzkZgYCDS09MhISGh
AMCSk5PTas2aNZpXrlzB169fUVlZCQUFBcjJyaG7uxvGxsbg4+ODra0tHj16BG1tbbx58wZ2
dnbg4OCAq6vr/8Pen4fl2PZt3/iaIkJUZlIyZSgqIglF4VBRkorSoDnNcyTNc2mkEpU0z4Pm
QfNEIpJSNA+GROHE9vvjPfbjd57XdT/3fV33+7zv8zzLe1qW7Q/LwjHsx75v6/ad1g++f/9O
HdhXzMzMcH358gVv3rxhGxoaYhkaGjo2Ojq6aWJiAlNTU0zT09PMv3//xtDQEGg0Gg4fPoyG
hgY4ODhgw4YNMDU1pSJTjI+PMw0PD+P9+/eoq6tDeno6ZmZmUFhYiIyMDJibm0NMTAzR0dFw
cXGBqKgoJCUlcerUKezbt49BBpyenkZ5eTlOnTqF9PR0BmksPz8f1dXV/7KgDw4OYmRkBB8/
fkR9ff2/Jer/jqD/GVc6OjqKzs5O/FeCHh4ejomJCbx//x7j4+Oso6Ojc79+/Yrx8XEICQn9
Lej/Owp6WloaysvL4ePj00gJ+KFDh37cunVr3NXVdeLmzZsT1tbWjGa4gwcPEldXVzFbW1tY
Wlpi+fLl2L59O7S0tGBjY4OioiI4ODigvLwc9vb22Lp1K8rLyxmR3qtXrzb39vay9/b2YnBw
EN+/f8fnz5/nDA0NMVNGN0pKSnBycsLTp0+Rn5+Pw4cPw9vbG8rKynjz5g2mp6dhamqKU6dO
ISgoCA8fPkRAQADExMSgqamJrq4uWFlZYf78+TA3N4ejoyOozkdFRUVYW1vjwYMHmJiYwMeP
H/H27Vukp6fDzMwM/v7+SE1NRWxsLLKysubGxMRcoRp11q5dS7S1tSelpKQmAEwDIMePH/9B
COGYnZ1FV1cXqqurMTExAQ8PD9y+fRt79+6FlJQU6uvrUVlZCSUlJaipqcHW1hZ8fHwIDAxk
YD3HxsaYRkdHWT58+ICvX7/i/v37EBERgaysLFJSUhjzq46OjsjPz0dwcDB27NiB69ev49q1
a1TKFnfv3sWrV69gb28PaWlp6OrqwsHBAXl5efj+/TsmJycpJzTU1dXJ/Xn0g948+J6Dg+Mb
1fTy+fPnyy9evMDg4CAuXLiAO3fuoKurCxYWFowZ2jdv3iA+Ph7V1dV48OABsrKykJKSAikp
KSgrK6OkpASKioqIjIzE+Pg4ampq4OzsDG1tbfj7+6OpqYnhEV5TU8MAvrCxsWHFihUYHh6G
j48PpKWlQaPR4OPjg5UrV8LS0hIyMjJ4+fIlBgcHwcXFBS8vL/z+/RsvX75EYWEh7t+/j7y8
PLi4uGDVqlXYtWsXNDU1oauri7S0NCQkJDDqmEVFRXj06BEDezs4OIiMjAz4+Pjg3r17Fhs3
bvxNdyb8Ql0zKSmp31++fNlPUdwoot7Xr1+xd+9euLi4wM/PD9bW1qAY1RMTExgeHoauri6u
Xr2KCxcuID4+HmNjYwgJCUF2djZKS0tRVFSErKwsuLi4IDU1FdHR0YiKioKmpiasra2hoaEB
DQ0NBoed2rQ/ffqEr1+/IjU1FQkJCSgtLcXPnz/x7t07roGBgYXUv5uZmYGBgQEOHz6ML1++
wMLCAocPH4ampibU1dWho6Oz+eDBg1QDIpk7dy7x9fUNiIqKQkBAAIKCgnD79m1ER0cf2rx5
M2FmZiZsbGxk8eLFpfRonunXr18IDAzE0qVLkZycjJ8/f0JPTw8XL17Es2fPcOrUKZSWlmJ2
dhYFBQVobm7G69ev0dnZSTXtMkSpv78fAwMD6O/vx+DgIN68eYM3b94gOzsbjx49goqKCsTF
xVFYWIgHDx5g+/bt0NfXx+vXrzE+Pk69Bm9/fz/b27dvUVNTw8jkBAQE4MKFCxASEsLVq1dh
a2uLI0eOQE5ODsrKyjh8+DCj5PDlyxeUlZXBwsIC/f396OzsRE1Nzb8t6NSiMjdNTU24e/fu
vyTq/28KOuVXQmUI/47Q/zcV9OzsbFRVVSEiImLvnDlzyNy5c4mZmVl0X18f6+vXr1k7OjpY
4+PjT1Hz1HZ2dm8JIbyzs7Po7OzEgQMHICwszKCBhYWFoaSkBLW1tQyAxPXr1zE0NIT+/n50
d3frvHz5clNbWxsGBwepB5ZlampqAfV5ZGRkGGnT2dlZDA8PM+rH09PTSE5OBgBs374dnp6e
GBoawu3btwEAgoKCqKmpgbu7O1auXAlra2sUFxfj9+/fsLCwADs7O8zNzZGfn4+PHz+it7cX
nz59AiEEPT09CA8Ph5eXF0JCQnDz5s0NVOf+2bNnx5qamsLu3LmzQF9fn1VOTk6dnZ2dLF++
/FFERATi4uKgpqaG0NBQdHR0oL6+HoGBgViyZAkUFRXx9etXJCYmYuHChRAVFYWTkxP27NkD
Ly8vhrHP6OjonJ8/fy74448/8PLlSyQkJEBERARycnJISkqCjo4OTE1N4eXlhV27djH4v4aG
hlBUVER9fT2Gh4eRl5eH69evY+vWrbCxscHIyAi6urrw5s0bxkM5OzuLb9++UQKUQc/O1MvI
yMwxMjJiPXHiBCs3N/ckjUYjL1++FCkqKkJ8fDxWrFgBGRkZFBcX4/Dhw9DX18fz589RUFCA
zs5ODA4OoqysDNnZ2YiPj0dVVRVmZ2fx6NEjKCkpITExEYQQVFRUQEtLC9evX4eVlRUiIiLg
6ekJW1tb3L59G76+vjh69CjY2NiwZ88ejI2NwcPDA5s3b4aJiQmUlZWxePFi3L9/H8XFxXj7
9i3evHmDw4cPw9HREYQQdHd3o6+vDz9+/GDUlAFAVFQU2trafxH0hIQE3L17F+np6bh79y6C
g4MRERGB2NhYJCYmIicnB2VlZbCysqoXEBAgcnJymgsWLOiaP38+aWhoiCSEoK+vD4mJiXBy
coKnpyc+fvyIjo4O1NbWIiYmBjdu3ACVyZmZmYGhoSEEBAQQHx+PQ4cO4erVq3jx4gUDIdvY
2Ija2lqUlZXh3r17+Pz5M8rKymBqaoqzZ88iPT0dO3bsgLy8PL59+4avX7/CwMAATk5OmJqa
QllZGaKiohAZGQkTExMqxSv97t07fir9Ojs7C11dXRw6dAjj4+NwcnJCcHAwAgMD4e/vDy8v
L6acnBxjMTGxP9vf1oqKiuLixYvo7u7G58+fl7i4uGTTHdwIgE9nz57l/OOPP5h+/PjB/OHD
B1hbW4Obmxv37t0DIYRBPqTe++7du4w96ePHj3jx4gWsra1x69YtvHr1Cn19fRgcHERXVxee
PHmC+vp69PX1wcrKCsePH4eRkRGqq6tx6dIliImJITs7G2VlZRAUFISuri6ampowNDSEnz9/
4suXL8rj4+PLPn78iKysLHh5ecHGxgaioqJYuXIljh49ilu3buHZs2dwcnICVc4yMjKCubk5
o7ekq6sL7e3tePHiBZ48eYLa2tr/tqBT6fd/J1L/W9D/FvR/WnQTEnBycu7g5OQkrKyshIeH
J+zEiRMoKSlBQkIC3NzcjoiKihK6TaI3IQRtbW2Ij4/HwYMHISIiwiAYBQUFobi4GJWVlbh8
+TK4uLigoaEBHx8f9Pb24s2bN6irq0Nubi6VJl3U19eHly9fwsnJCRQRy9XVFVNTU3j37h33
yMgIlZJmmp6eRlxcHADg0KFD8PPzw4sXLxAeHo6lS5fi0KFDaGpqgpubG1avXg1zc3NkZ2fj
x48fMDc3x8aNG2Fra4vMzEwMDw/Lvnv3TnR4eHj+0NAQZmZmUFtbi7i4OFRUVMDV1TWZPvM6
8vHjx40DAwNwcXGBlpYWKisruby9vVtoNFqbsLAw6A52uHXrFp4+fYqmpiZERUVhzZo1kJOT
w/DwMDIyMsDHx4fDhw/DwcEBEhISUFFRQWFhIYaGhtDX14fQ0FDcvHkT1dXViI+P/ydBNzEx
QWBgILZs2QJHR0dMT08jICAAcnJyqK6uxsDAAAoKCmBvbw8+Pj7Y29vj06dP6O/vR09PD2Zm
Zhj4UTk5OZw/fx4HDx7cTY/GG83MzHD48GFcvHgR6urqu8+dO7eXOiAFBgZiz549kJWVxcOH
D6GiogJ1dXXcvHkTsbGxaGpqQnd3NwoKCnD//n1UVlZiZmYG3759Q2VlJZSVlREXF4efP3+i
qqoKRkZGsLW1haOjI2JiYhAUFAQ7OzuEh4fD398fJ06cwMKFC3HgwAF8/foVN27cgJCQEExN
TWFmZobFixcjODgY5eXl6O/vx5s3b9Da2sqgtVH3W19fH96/fw9XV1cAwL59+6ClpfVPgp6Q
kIDExER4e3vD0dERzs7ODHtYR0dHBAUFMa1atarx0qVLxNjYWBvA84ULF5KXL19eJoQgMjIS
Bw8ehJSUFAoLC/HkyRMGbS84OBjXrl3DH3/8AUIIvn//Dg0NDWzcuBF3797FiRMn4OXlhWfP
nkFbWxulpaWoqalBVVUVQ1BmZ2dRWVkJBwcHnD9/HlFRURAXF8fZs2fx7t07vH//Hvr6+tDT
08OLFy+QlJREgY0gJCSEzMxMjI2NYWBggOG4NTMzAz09PQgKCuLDhw+oqqpidEb39fWhv78f
MzMz2tR4Jt1jYVRDQ0NYW1ubIiWuobzlmZiYCB8f30c/P78FhBDmsrIyJisrK9DhS0hISGBk
dExMTKCqqopDhw4hPT0dv379mjs6OoqBgQF0d3fDwcEBJiYmKCwsxPDwMPr6+tDd3Y3q6mpU
VFTg7du3MDExgbi4OCwtLdHY2Ah1dXUcOHAAubm5KCgogICAAIyMjNDQ0ICKigqcOXMGDg4O
6OvrYxscHFyWlpYGV1dXWFpaYvfu3Vi4cCGUlZXx9u1bEEJgZ2eHzs7ORXl5eTAyMoKVlRWM
jIzw8OFD9Pb24tmzZ3j69Cna29v/bwv6P0bq/5Wo/y3ofwv6Py3KtWfTpk1Cy5Yto+wQbwHA
wYMHERAQgNDQUBkKFuHo6BhCCKHSf4KysrJy+/btkz1//jw/AAQHB6OiogJtbW3sxsbGNC4u
LpqlpSW3mZkZHj9+TP2Yko8fP6a9ffv29PT09KZr166ho6ODJi0tDUdHR/bLly/Tbt26RSOE
7Pb19VW0sLCgff36dS81+1pRUSEIgHbs2DFaeHj4vOfPnyM6OpqXk5OTdvz4cZnHjx8ze3l5
SXFzc9OuXbtGKy0tXUMJOj8/PyIjI2kBAQF7IyIi8PPnz3UjIyNrBwYGQAhhRIHHjx/H7t27
P9PT0E/fvHmD/Px82NjY4PLly4iLi8P9+/fnOjo6rqDTkiQ0NDRoqamp4p2dnWhqakJcXNyc
9evX0xQUFGgfPnzgy8rKAh8fH44fP77Xy8uLJikpCXV1daqGvPLXr180LS0tQQUFBbx58wYl
JSU0UVFRyMrKIjk5GTo6OnByctp89+5dmrCw8HyK/RsWFrbvwoULtFevXomMjo4y0svbt2+n
ubi40Kanp3kHBwcxODgIQgiuXr36j4wHGQBEVFT0Dxsbm2gpKSm5s2fP0kJCQtZv374d8vLy
MDc3R2pq6gYxMTHa+fPnaU+ePNl7/vx5XLp0CdHR0UhMTMTAwADt+/fvMqWlpUhOTkZFRQXG
x8cxNTWFhoaGtdra2rSCggIaIWRRUVERTE1N4enpyenn50fLy8uj3bp1a5W9vT0iIiIQFBSE
06dPr169ejVt06ZNAe3t7fdDQkIgJSW1SEVFxfnYsWPpPDw8tHv37m0oKipCf38/Ojo60N3d
jS9fvuDbt2+YnZ3F7Owsvn//vp4QQgsNDd1Mv6/nmJmZ0UxNTYVTUlL+slHcvXsXubm5KC8v
Z9TUS0pKUFFRgYcPH14C8FNBQaFfX19fEsDQ/PnzSXt7+wlCCERFRXH+/Pm1SkpKTBkZGXj7
9q3oyMjIxWfPnh2lR707BwcHFaqqqjA1NUUhWIXz8/NpioqK8PT0RHt7O4yNjdHZ2Ul78eKF
UGVlJVpaWlBUVEQjhCytrq6GnZ0dtLS0kJWVRTt69KiggoICxsbGQAjZ6uDgQHNycqINDw8j
OTkZkZGRqKysPHL8+HFafX29yOvXr/H8+XM8e/YMz549w+vXr5GbmwtbW1sGm/r58+d48eIF
Y71//15///79ZNGiRWTp0qWEmZmZeHl5xXV3d7M1NjbCyspKkZWVlYiKihJWVlaybNmyT87O
zosJIQt9fHwgKyu7Oi4ujrZly5bleXl5iwgh8yYmJmBoaIiLFy/i+PHjUoWFhb5fv35dPDEx
sWB4eBhTU1Pcvr6+NE9PT9rjx49lfv36NXd4eBg9PT3o6+ujvX79mvb+/fu1JiYmoNFoNBcX
F6mGhgZoaWltkpKSolVUVNBKSkrkREREaDY2NrTe3t7tmZmZVIaGf+vWrRfk5eXVq6qqBAMC
AmBlZbVsz549chwcHDRVVVXuFy9egBCywsnJ6Yy7u/ukl5fXLQsLi4V2dna4fPkyQkND0dfX
h6dPn+Lx48fo6upi7u/vp7W1tdG6u7tpJSUle/87gv7vROp/C/rfgv5Pa9OmTdi0aRO2b98u
RDXEcXBw3GJlZQUvLy8VhclQDmLu7u5NhBDWsrKybTIyMr9YWVnJ4sWLyerVq2eZmJgORERE
ICwsDA4ODvskJSUJKysrkZaWHrO3t9/R0tKCzs7OK+fOnSMyMjLk/Pnz5OrVq1ZiYmJGp06d
IoKCgpEbNmzQ4uXlJXv27CHp6enflZWVydq1a8mpU6fehIaGYmRkxOro0aM/Fy1aRLi5uYme
nl7G+/fvt9ra2o6zsLCQVatWkdTU1GZ9fX3CxsZGdu/eTSwsLOS+fPmCa9euxcybN69GVFSU
bN++nQQGBhpTIzhfv35FY2MjNm3ahIULF1IWlz10a9JOLy8vODk5ISAgAPr6+njw4AEyMzMp
834mCQmJ7xs2bCDnzp0jjx8/VqqtrYWbm1s13TeZ1NTUGOTn57Px8/PHLFy4kAgKCpJNmzbV
WFpaaj969Ag6OjrnlJWVCR8f368bN24cyc/Pdz9w4ADZsGHDfVlZWWRnZy80NzeP2LFjB9m/
fz9ZuHBhu4+Pj874+Li0jIwM4eHhIaqqqqSrq0u9tLQUVlZWRezs7ERGRobU1tb65ufnIz8/
H48fP4axsfF/KOiUq9/WrVvJli1byL59+8iaNWt0pKSk4OLiwn3x4sX3K1asILy8vERJSYmo
qKgc1dHRwZ07d3Dr1q0gJSUlcu7cOfLgwQMnih43MTGBHz9+IDo6OnLDhg2ERqORp0+fnh4f
H4eCggLWrl0rs23bNnLkyBFiamrafuPGjbl37tyBoaEhli5depm6Jy9fvkxiY2P38/DwPKM+
KxcXFzlz5sz7pqam3SMjI+jp6cHk5CRiYmKgrq7OoFqZmppa6ejokF27dk2xsLCIb9y4MWbL
li1EXFycZGRkqP45Qo+JiUFjYyP6+/vR1dWF58+f4+XLl5idnV3v6enZQTdCcpKWlgaA34sX
LyaEELWsrCwA4Fu7du2wgIBAw9OnT2McHBx+SklJEVNTU5KdnR0jKir6dceOHeTQoUPCr1+/
hqOjYwzlC87Dw1N569Yt5bGxMXEpKanKkydPEi0tLdLS0hKjqalZtG/fPlJaWnqhqKiI5ebN
mya7d+9uO3DgAGFnZyd6enoxjx8/Zj5z5ozT1q1byfbt20lhYWFhdXU13NzcLsrJyZFVq1YR
dXV10tvbe6q9vZ2BQKWLEfr7+9He3v4Xtjm1JiYm9Ddu3EhOnTrFcJg7ePAg6e7u5piZmTkm
IyNDtmzZkmZra/uI/rt80tfXX/ju3Tu4u7v7Ll++fHDz5s1k8eLFfVpaWoeDg4Pn+/n5wcDA
ABcvXjTZvHkzERUVJSEhIW5v375d2N3dDRMTE08xMTEiKChIrKysiLOzM548eYKXL1/mSktL
k1OnTpHMzMwIZ2dnjxUrVpBDhw6Rx48fp8nLy4+vXLmSODo6knv37hFOTk4iIiJCvLy8MvPz
87Fx48YDy5cvn503bx6ZM2cOOXv27K87d+7sdXV15RUSEiIsLCzk8OHDYy9fvlw4NjYmqaio
SACQkydPkuTk5K3BwcHw8PBATk4OhoeH8fr1a3z8+HFBZmZmCY1GI1JSUmT//v1EXFycHDhw
ICYlJYUvPz8f9APevyTofxb1P0fq/zjS9reg/y3o/7TWr1+P9evXg4+PT4jCUc6dO/cWMzMz
Vq1ahePHj+PEiRMy3NzchG7SHz4zM8MSGBhYQHeHS7Wzs3Nat24dYWJimomJiTmUlJSE+Ph4
oRMnTjBc0qSlpff7+fmhu7tbhIODo5lunkFMTEyuCAoKltIbzPJVVFQuUu5u2dnZf3aUawoI
CFh95cqVD3SLTbJq1SrCzMxM0tPTJaysrBKojX56eprExcVRLkfDZWVlPObm5ipcXFyUo1ot
gJ+bN28mdXV158fGxjA7Owt/f38AAC8vL3h4eLB8+fIeJiYmIikp2Xn+/HmcPn0aZ86cwbZt
2xAWFoampib09/eDEMLi6+tbTL2/sbGxv7q6OigxOn/+/MTLly+329jYFNIPOOTMmTO1FF2u
qqpqCxcX124KN9nf3/+HgIAAAyl64cIFODg4RHJycpI5c+Z0cXNzd8ybN48ICQmRV69eOZ87
d66ceu+jR4+GPnz4cCnlNX7gwIEpQogy9UASQuDn5/cfCrqMjMxnSUlJHRcXF00/P79aAF/Z
2dmJmpraWm1tbTXK+ev48eOEbldbODAwsPjhw4e4detWKIA/6N+pQVJSEvb29vj69SuVujSg
PmNAQEDvp0+fFl25cgXCwsKHKdetLVu2POLj46OlpaWJZ2RkwMnJ6cSWLVsIAHLixIkLly5d
yqL7RncfP3788rJlyz7S4TLDHz58WNzZ2YmvX79CVVX1H7+fPnWtPT09z2/btu0J3Yf/x+fP
n83fvXuHt2/f4t27dxgaGkJmZibCwsIYG+m9e/eQlpbGKyIiQgQEBH4EBARw8PLysjMxMRE2
NjZSXFy83MrKCrKysieo72JqasoA90hISBA7OzsGDMTFxcU2Ly9PkJeXl7CzsxMRERHKpY18
+vTJVEhIaJTuxU4ePHjASHVHRUV5R0dHi1Dp7eXLl9euXbuWcHFxkdDQ0FBLS0tTyvFty5Yt
n+jNeS3U/zc1Ne0aHh7e8B+JdmdnJzo6Ov7DNTY2pr9582YiICBAMjIybBYsWPCY7hToZGVl
ZcLKykpOnz5tpaur6013JvwkJSU1b9++fVi1ahXh5ORkOCZycXE1cHBwwM7ODo8ePUJSUlIV
9ZlXr17dlZiYiLKyMvj4+JxfvXr1FN3ZbpCPj+9IcHCwWF1dnQQ7O3sn/T66WlpaGk2/rr9z
c3NjhIWFU+l+66NhYWHmAH7Pnz//4927dxVaWlqWrlmzZgYAKSgouH/jxo0uyorY29ubiZeX
156ZmZnMnTuX5Ofnn7x06dJWZmZmwszMTI4fP+7o7OzMYmZmBl1dXdy8eRP19fUoLS3F8+fP
WTw8PBypA7G8vDyFVyXXrl3robI+o6Oj/7Kg/2Ok/h81yv0t6H8L+j+/8P//jxBFQlu8ePGt
+fPnY+3atRAXF8exY8dkKLAJABV9ff25kpKSZO7cuR8zMjLEXrx4AUVFxVt0Ule7g4MD/P39
hShcKQBiZWUVnZCQgJKSEhQWFh7YtGkTWblyJbl//77+1q1bS+fOndtBn0tVpDbxz58/kzt3
7hC6S9yDL1++2FLsW3Z2dsZrOzg4xKWkpJhTdoReXl4MfOSmTZv8lJSUGOLq6+v7UFtbGzw8
PE/pf//Q0dGBxsZG3LlzB6dPn4aKigouX76Mo0ePTtItVJ/++UKtXLkS+vr6OHfuHK5du4bf
v3+jqqoqmfo86urqjRERET4AfjAxMRELC4vMK1eugJWVdRIAKSkpcQgLC4OoqGgxPeuRHBgY
eHr58uVEUFCQ6OjokN27d49dunRJ9+TJk5dTUlIObNq0aZS+YYieO3cOMjIyjQCIm5ubSWtr
axRl9SogIFCTmJj4gupK3rBhQ6m1tTXDp9zOzg47d+78DwX9yJEjVTk5OZiYmEBUVBQAlAIg
GhoajfLy8rN0P30Gf3jv3r0kJSXlML2xTgvADzqzvi8jI2Pfu3fvqLl3bldX14fU9Tl58uQf
7e3tCx4+fIiGhobDlB/9nwALJDIy8tqvX79Onjp1itocywFMMjExkStXrhjfunULly9fLqbj
MX9aWlouvXz5MkxMTHD8+HEG2Gb37t3Yu3evPh2tSFxdXQsADNKF4tG9e/cQERGBiIgIBAcH
M5rjvLy8EBkZifLycty9exdOTk6elOc+vdlz+aJFiyiLXS5dXV28evVqTXx8vLment4AZcf7
5/t006ZN8dLS0npVVVXC5ubmHdR9TB18lyxZQh4+fKjn7e1dQFnXioiIEGlpaQ8ZGRkjT0/P
NcrKyqn0135w8OBBqKur+9A77YsIIZpUaQzAWy8vr3IajcZ4//b29tPfvn3D8PDwX9bY2Bj6
+vrQ1tbGiNz/vIaHh/WFhITIihUryO3bt5WVlJQa6c90P/0wOWppablPXl4+g35Q+iQjI7OY
zgm/ER0d/eeD+SgA6OnpITk5GaGhoSmUTe7GjRuH6urqDoeGhuLIkSNYsmRJKWVRSh3IfH19
L1tYWNyh9/NcUVdXBzs7O1mwYMH7Q4cOYefOnbfplsFjrq6uivPnz/+9cePGyW/fvh2urq72
ptvIfmxvb8fMzMzB9evXf6Y/VywAVP60X00pKCgUU7/LunXrLrKxsYGdnR0AcPjwYfj7++Pq
1atwdHREWFiY1ObNm8mqVatIdnY2wyo6ODg488WLF3j79i3T2NgYy78q5v840tbQ0ID4+Pi/
Bf1vQf/P165du6iNb/WyZcvI3Llzybp1624BwJo1a3DlyhVcvnxZkIrQ+fj4tLds2cJCP4mP
/Pz5E1ZWVliyZMl6JiYmcuLEiR4TExOcPHmSa/Xq1URYWJjh+fvs2TP+p0+fYnx8fJGtrW0a
ACIrKzskJCREdHR0Yuzt7REZGbn8wIEDzylveCpr4OXlldTS0mK7atUqIigoSKSkpM5xcXGt
XblyJbe7u/vavLy8UMrtbMWKFWTZsmWUF3MYXbQ+zZ07l0xMTJSXlZXh6NGjnfSTfG9UVBTc
3d1x69YttLe34/nz5xgeHkZKSkoDExMTYWVl7ZGWll5Azd6vW7cOBgYGMDAw4AwLCxP88eMH
y4MHD3pYWVnJ3LlzydKlS8m6devInDlzyPz584mcnFz+4sWLAeDNhg0biImJyep79+4hKCio
io49/ZKRkWFEgVvo3vAfm5ubNeiRqgUnJydZtGgROXXqlBofHx/Y2dl96PAV/fz8/MOcnJyE
ApKsWrWK0MEzZM6cOVX/qN6cnJygkJj8/PxYsWKFIH3D/EoIMRgeHoahoSGYmZkfAiAWFhbk
5MmThJmZmejp6bWuXLlSYP78+UtWrly54Pz583N+/vyJ3Nzcrjlz5lBoXXLmzBlNDw8PNDc3
M42Nja27evUqoTZnZmbmn8+fP/dpaWnBw4cPj1ERv7OzM3F3dyf0TMWb6elpbYrxTT8s/KIz
3g8+e/YMISEhhfTX/MTExLRkzpw5DOe406dPQ0ZGBjIyMpCTk9Pn5OQkc+fOJby8vAzmwOnT
pxvExcWxb98+7N27F8LCwtDT08OtW7cQEhKCu3fvIj8/H97e3gs2btz4dfv27a+cnJw4pKSk
sH37dlDXedmyZbC2tsbbt2/R09MjJScn95GTk5McPnyYzJkzh0hJSZEdO3aQJUuWNNnY2DDf
u3cP0tLS/UxMTGTv3r3f3d3dn7q4uDxxdXXNGBwc3Hrr1i2DPx9wjI2N4xsbG+Ht7c1JZW5O
njyZe+TIEQgLC28GQJYuXVrX1dW1hEajDVDTKtQ9QY2bNTY2bvivBL29vf0v68mTJxgdHdXf
uXMnWbt2LSktLT1oY2NzhIWFhTAzM5NFixYRTU3NkcTERLi4uFTTCXmf5OXlFzx+/HiNpqZm
HoVC5eLiIgsWLOgBADs7O5SUlODIkSN3qHublZWVFBQUuI6MjICDgwPz589/OGfOHHL16lVi
b2/P8K9XV1cnTExMxMfHx3z16tWg31MfVqxYAVFR0Xt06mL71atXFVhYWH5t3rx59vnz55qR
kZG1AEhCQsLz0tJSSEpKgoeHp4/uzY7ly5efXrZsGWFnZyfMzMyEj4+PcHBwkCVLlpATJ04o
nD59GrKyspCRkYG6ujrs7e1hZWUFKysruLq6yu/atesvB1NmZmYiJiZ2PiQkBFNTUxwjIyO7
/x1B/3Ok/unTJzx69Ijh7ve3oP8t6P/hcnJygoeHB0xNTa+xsLAQOpc5yNjYGEVFRSCEzK2u
rg6hUonBwcEajx8/nrd161ayaNEiEh8ff0lOTg4bNmyIodcXLz948GCXlJRUMAASFhZWsm7d
up8LFiwg7u7uKUVFRcjLy0NZWVk0BebYu3fvz9HRURrVRX7u3DkDZ2dnsnr16mheXt5Beoo9
a3Jy8hwvLy9ZtmwZCQ4ONgoNDV2tqam5ZPPmzXBzc4uhTvpTU1OkuLiYEnc/ERERzJ8/nwAg
mZmZD9PT0yEnJ/eUHh1/qK2tRVZWFjIyMvD06VPGHG91dfVKAO30DbRp48aNiwFg/fr1cHZ2
Nt25c+crWVlZ8v379wuxsbGZioqKJCoqipFBMDIyIkxMTOT06dOZdBOU90xMTGTr1q28AQEB
UFVVLaUjNz2vXLmyf/HixWTPnj3E29ubUECKhoYGlpycnDMU2EZVVfWEjY0NAATR044mBQUF
t9nY2IiioiJhYmIiLCws5MqVK2TRokVk0aJFpYKCgti+fTt4eHggKSmJZ8+eMVKso6OjCA8P
D6YgFdnZ2WYHDx6EqampLYBeAKS4uNjs3LlzPfRsSN6RI0cgLy9/XFFR0dDf33/R6dOncfjw
4Yb169e/2r17dzOd1pZx9+5dFjY2NmRkZFgICAgQc3NzBhDD0NBw6OPHj8vMzMx4KNhIT08P
If9X2ohs2LDh6devX7UpsZeWllbasWNHOT2yrq2srNykra39mu5x/tvf33+po6MjPD09cfr0
aWzYsAE7d+7E9u3bsX///ovs7Oxk7ty5xM/PryA6OnqQnuJ+lJGR8RfoAzXnHRkZieTkZDQ3
N+ufPn26CQCJjo7OouNbcfv27YubNm0i69atI25ubhepMUsHB4cYAKS1tZU0NDQQAKS8vJz0
9fVRIJeh+vp6YXl5+acAyIULF7oiIiKgo6MDDw8P67a2NkFbW9s2OijoMScnZw39vg2Ympqa
e+nSJerglnrv3j3U1tbuo0fFbXV1dYLHjx/vPXDgAAOgs3//frJhwwbCzMxMOjs7z1Iz1P+4
BgcH8fr1a/T29v5l0Scj1Pj5+cmaNWvIo0ePNlRWVq6kxtjmzp1LKioq/AcHBxEbG0uRGj+a
mprizZs3D+bMmUNERETI69evCQ8PD2FnZ39lZGSExsZGzMzMbODh4ek4ffr0b2dn5z/oHhiN
L1++xMTExBZRUdFeAGRsbIxxX5w4cYIYGRmRuXPnkvv375tra2uDjY2NsLKyvl+1ahWEhYVv
0S13y4OCgsRZWFh+c3Nzj3z9+lWkpqZGn/4sf83Kyjp47do1obVr186sWrWKVFVVCdnY2CRd
vnyZBAYGEnrmhxw9epQAIB4eHhkDAwNLm5ubMTAwAGdnZ7CwsICbmxtr164FPz+/FAsLC+Hh
4SGtra0M7C0LC8soAOTn5zMRQlj+O4I+ODiIT58+oaWlBbGxsX8L+t+C/j9e27Ztg4CAAKgU
EX3NjI2Nqbx+/RqHDx9eSI2szZkzh3Bzc5OrV6+uDgkJsaKiZwA1XFxcREdHp6ekpGSLuLg4
I3UaFRW1//Tp0/30f/fV1dVVnppTP3nyZD8AEhcXV/r161dMTU2tHh8fn+vq6orZ2VnBFy9e
rBMVFX1DF+aBtLS0Oa6urtVUXWvZsmU/t23bRpiZmTFv3jxv6vO3tLQQY2NjqmY5nZ2dfcLd
3b2RlZWVsLOzf9HT06thY2P7uX79etLc3Hx+cnKSMeLU1dWFzs5OdHd34+nTp8jOztbevXv3
BL2uPwigBkATdXjQ19evsLW15V2xYsUAExMTMTc3J2xsbISfn5/BY+bi4iKPHj065+Hhkb1g
wQLCzs7+4uzZszUAvggLC5O6urollpaWSlRWoqWlJXrPnj2d9BJGRn19PYeGhkY+/aDwUldX
twbACDs7e3N1dbWLhITEFwDkxo0bhJubm0hKShJHR0fqt/l+6tQpvWPHjkFMTAzKyspob29H
R0cHOjs78fTp0ztUiYOepn8JoJHiv0tLS5PS0lKBK1euaNK/8zSAmtWrV5MrV66QvLw8WwB5
AH7TaLTImJiY6xThSl9f3xOA5ty5cwndc17J2dnZjvqdqqurzYKCguSov69atYpQzZe3bt2q
rqurY7DlFRQUXoaGhl6jZ2E+AZigY2tJVFTU9a6uLpaamho0NzcjOTkZ/v7+CA0NRWpq6gJF
RcUQSnzk5eXPb9++/SG9v+IzIeTIly9f8OPHD4yMjMDb2xtubm4UDesqRRL8E02wH0ANHRvJ
IKFdvXo1PSgo6Cxl0lNaWkqoUsK5c+fI3bt3/8wpty8rK5Oip+N/8/PzVwNoFhQUJK2trV4S
EhKtdC/x+/Hx8Sr0Z28qNjaWNzMzU4ueefpw6dKlmj179nSxsrISExOTrVeuXLlOx3uSixcv
kgULFhAXFxdG2v/YsWNPVVRUcObMGcaiRhdbW1vx7t07dHd3/2XNzMzw3rx5c4r67FlZWa8J
IQvNzc0bqe/W29uLBw8eyG/evPkH/d/9oaenZ1pdXW23aNEicvDgQWJhYUF9/9nCwkKdzs5O
/5UrV47ReeUh+fn5jlQPhpSUlOf169ddli5dSug9E4TKvp0/f/4bdY9oaWndCA4ODqHek/5s
jgEgu3btIoqKir8B/KYfnBITExNx+fLlGYrauHz5csLMzEzMzc1NbGxs9q1fv55QzX/0bv3v
1PueOnWKhIaGCri4uMDR0RE3b95Eeno6kpKSUFlZyWJqaupA0cscHR0JdeA5cODA08OHD8PS
0pLhp/7fEfSpqSm0tbUhJiYG9+7dY5g3/UeCXl5eznCbHBsbY/SH/C3o/x8QdFVVVWhra+PI
kSOuXFxc3WpqauT06dNfu7q6jEtLS7Fly5Y527dvDwQQM2fOnBgA6fz8/OsjIiKwc+dOm+3b
t785c+YM2blz5/2mpqZN7969W+vm5vb+2LFj5MaNGwpBQUEQFxc/LCkpSQ4dOkSuXLki8vz5
c9WioiLFkydPjvDx8ZGnT5/uo99oYjMzM4sojm9fX5+6hoYGOXDgAAEQYWpqisLCQvZNmzbF
bN68mfDw8JCLFy8m3r59GzQaLeXcuXNEV1f3k4ODQ9b27dsbtLS0yLlz5747OjpuaW9vX3ns
2LE7vLy8RFBQkGzZsoWcPHlSobm5GW/evGGM8vT29qK/vx/Pnj2jNjTIysqumTdvXsy2bdvI
/v37ycGDB8nmzZtnDx8+HJWVlTX/6NGjAHBXWVmZiIqKFrOxscVcuXIl5siRI63q6urEysrq
YWVlpVh3d/d8OTm5GKqrV15eniQlJV18/fo17t+/XyIuLk6EhYV/BQcH7xoeHnaSkZEhxsbG
pKioCCYmJnMkJCSqjx8/Tnh5eYmMjAyJjIw07OzslJGVlSVHjx4ljo6OZZs3b46xt7ePuXz5
co2mpiY5cuQImTdvnsKCBQsAADw8POjr68O7d+8wMjKCpqYmhx07djzdunVrr5iY2PfTp0+T
y5cvEx4ensyDBw/GNDQ0aEdGRmJ4eJjb0tLyzo4dO4iIiAhZvnx5YVJSknRqaqrDunXryK5d
u0h1dbXi7OysOBXV8PPztxgZGRmLiIgQS0vLcX9/f/Dw8HAKCQl9FRAQINnZ2TEvX76M2bdv
HxERESGbNm0iIiIixNzcfOzJkyerwsPDtwgICEzJysoSQUHBJw0NDQImJiZRfHx8ZPv27URU
VJRcv349pq2tjbu8vBzUqqurQ1NTE5qamtDV1bU8Ojq6XktLi+zZs+fj3r17xaWkpD6sXLmS
KCgokKqqKoXCwkKUl5cjOTkZoqKi2L17N/bt2wdhYeES6qCjqalJ1q1b92zXrl0/tbS0iLS0
NFFXV2dEwuLi4mT16tVH+Pn5R6WlpYmCgkKMs7PzH6qqqmTHjh01wsLCMRISEj+PHTtGAIi8
e/cOlpaWMYsWLSKrVq0iW7ZsIUeOHDnb0NCgoKamRiQkJIi3t/e3+vr65Rs2bPDZs2cPsbS0
PBkZGYk9e/ZYKygokPXr1xN+fn5y/fr154GBgZCVlZU/deoUuXjx4pSzs3OMhIREjJubW5yK
igo5ePAgkZaWbqTRaDh58iRjnThxAmfPnkVubi4yMjKQmpr6l1VWVrba1tb2raCgIBEUFCRn
z559mZmZiefPn588cOAAiYqKGuzt7WWWk5M7JCIiQvbu3Uv27NlDjh8//vT27duQlJRMo+4Z
bW1tIikpSW7fvp1ZVVVlz8/PTzg4OOqNjIyY29racOrUqZm9e/cSFRWV8f3790tt2bLlj717
95INGzYQUVFRoqqqWnTw4MH90tLSn2g0GhESEpK2srJyVFZWJmfPniXnzp0jp0+fJpcuXSLL
li17BKBERUWFyMvLkzlz5py/fv06KisrDxw+fDhGSkpqREFB4ZuEhISNmZkZ5OXlly9atOgO
KytrjKmpaQw/P7/9zp07xSUlJWMAxJiamsZ0dHQsLy4uRm5uLtra2jA5OYnh4WH8/PlzQX5+
fsmePXuIsLAw4ePjI5KSkuTIkSN9p06d4lNXV4eamhp6enowMTHxb4v5+Pg4JicnUVpaiqSk
JFRUVCAtLQ2pqakICQmBjIwMYmNjYWJiAi0tLTx+/BjDw8N48OABGhsbMT09/RdRHx0dxfPn
z5Gbm4sTJ06gtLQUPT096O3txcDAAMOAKTIyEu/fv8fk5OQ/CTpl/aqnp4evX7/i9evXePHi
BV6+fPkvr/7+flRXV+P27dt/C/r/rGVgYAArKytISkpCRESEgxBCKy4u5q6oqEBNTQ2OHj0K
CQkJAABVozx06BCCg4OxatUq6Ovrs01MTNAoM436+nr8+PFjeV9fn5ilpSX8/f3Bz8+PpKQk
8S9fvgg+f/5c8+DBg4Sqqzk4OOSWl5ezPXr0CB8+fMDHjx8RGhqK8vJydHd3482bN4dTUlJo
ixcvhoWFBTIyMrBixQoEBweL+/j4iBw7dgwNDQ0ghOz78ePHIULIJhcXF+jq6jIRQmgVFRUb
lJWVUVNTA3l5edja2h5yd3enubu775WSkkJdXR36+voYM7eNjY1oa2tDX18fOjs78ebNG0hL
S2POnDlwc3MTTEhIoBUUFNAiIyP5hYSEcP/+fRw9ehQbNmwAIYRmYGAAALh06RI8PDzmEkJo
ExMTiIuLQ2trK2RlZWFiYrI3JiaG9vz580Pp6emoqKhAVVUVS3p6Oi0sLEzQyckJhBA8efKE
9vTp0yM/fvyAgoICbG1t5zx9+pSmoqJCKykpoeXm5qKhoQF5eXl7m5ubaXfu3MHy5ctx+fJl
hIWFgRBCKyoqEgQAStD5+fnx/v17hvNeUVERHB0dWa2srLjS0tJ2EEJohBBJFxcXbN68GTU1
NYiMjMTY2BgcHBzg5eV1OCgoiLZt2zZER0cjNzcXCgoKNE9PT6nW1lb8+PEDN2/ePMLJyUmz
t7ffSwiZV1NTQ2tsbFxvY2MDDg4O2Nvb89+5c4fW0dHBPDw8jMTERFpQUBAtOjqa1tvbS3v6
9Cl3Tk4OvL29cevWrc39/f20M2fOLCouLoa+vj50dHT23rt3j1ZSUnIgKCgIjY2NKCsrQ01N
DcPco7m5GcXFxcjIyEBnZycLIYTm6+vLFx4ejidPnpw4evQoLSEhQbikpAT5+fl4+PAhkpOT
4ePjAx8fHwQGBiIgICCcKjWNj4/r+/r6skVFRa2iXyPaz58/acLCwo0AiL+/P/H391/g7u6+
oqmp6bi0tDQIIQKEEJqqqirmzZuH9PR0wRcvXhwCgO7ubpibm0NAQEBYQkKCZm1tfURZWRkN
DQ0oKCiQzM/PpxFC9t67dw979+5FTk4O7cmTJ8vs7e0hIyODZ8+eHVVXV6clJCTQSkpKFsXE
xIAQwjQ0NEQrKirabGBggP3798Pf3x/v3r2TzM7Opn348GHD/2gfePnyJe7du/dPiM7ExESU
lJTMDwkJoQUHB9OuX7/OfPv2bXR2diIlJYX28uXL1Y2NjZCSkoKHh4dgTEwMLTIyktbU1LS3
pKQEsrKyCAkJoSUlJdEIIcfLy8tp/f39W+lz/rT9+/fPk5GRwdDQEJ48eXI4KiqKVl9ff9TY
2BhaWloCUVFRtLCwMNrY2Bjtzp07C5YuXYq8vLyN3d3dBzZs2ABvb2/8+vVrz6dPn2g/fvyg
TU5O0gghNEVFRSxYsAA/fvyg1dbW7l+6dClu3LiB9PR0KCgoYGhoiIMQsv7s2bPQ0NCAnp4e
Vq5cCXZ2dri6umLbtm3Ys2cPTp48CQCwt7fHwMAAGhsbUV9fj9bWVjx//pyR6Xr27Bnz7du3
aZ6enrRbt27RPn/+TLtz585yQUFBnD17Ftra2ujv78f4+Pi/Lebj4+MoLi5GXFwcioqKMDQ0
hPr6eqSkpMDd3Z3hbGdoaAgvLy+4uLggLCwMly5dgqamJtra2jAzM8MQ9fHxcYyOjiInJweK
iop4+PAh2tvb0dPTg56eHnh7e2P+/PkIDg7G1NQUpqenMTIygrGxMXz69AmfP3+GqKgo5s6d
CzMzM/T19aG3txdDQ0P/BIL5z9bk5CQeP36M8PBw3Lt3729B/5+x9PT0YG5uDklJSQgICIC+
wTL8rCUlJRm2rv8o6GvXrsXFixfx5MkTHDp0CIWFhQyLxZqaGlhaWiIgIAA7duyAn58fZmZm
0NTUtG3r1q1k7dq1RF5enuTn50vFx8ejubkZnz9/xtTUFIKCglBVVYWenh7U19cjNDQULCws
sLS0BEWQcnR0hIODAyhHu7dv31Izobhx4wYuXLiAX79+IS0tDadPn0ZpaSmOHz8OPT092NnZ
wdraGseOHUNXVxcGBwdRX1+P169fQ0pKCjw8PAx87OfPnyElJQUAsLa2RlBQEO7du4cbN25A
UFAQiYmJOHbsGNauXYvx8XFoaWkBANTV1eHk5ISPHz+is7MTcXFxaGtrw8mTJ6GmpgYfHx9G
VPjo0SOUlZUhMjISN27cwPXr10EIQUFBAaqqqvD161eoqKjA0NAQRUVFOHPmDMOwgnLsy8nJ
QWRkJFauXAk9PT34+/tjZmYG8fHxjGa4hQsX4tGjR+ju7sbz58/x6dMnlJaWwtTUFLq6uoiM
jGQ04FAmPFVVVbh16xaGh4dha2sLW1tbODs7Y+vWrYiJiUF2djaOHz8OW1tbNDQ0YGZmBq6u
rli6dClMTU0xPT2N1NRUFBcX4+rVq1i2bBmMjIzg6+uLtrY2vH37Fjdv3oSzszO8vb0Z1yIv
Lw/+/v5wc3NDXV0dTp06hZKSEujp6eH8+fPw9/dHQkICfH190dDQgPLycrx8+RJqamqwsLBA
fn4+srKyGPfk9+/fQdXYHz58CHFxcQayNC8vD1lZWSguLkZpaSkKCgqQl5eHoqIiNj09vdIN
GzaQ8+fPL7t48SJu3bqFL1++YHZ2Fi9fvrRfsmQJ4efnJ8PDw3Lh4eHzzMzMkJWVhRMnTuDD
hw/49OkTTE1NISoqiry8PMTHx8PMzAw/fvyAnJwc1q1bhwMHDkBPTw+Kiopobm7GgwcPEBsb
i69fvyIhIQGCgoKIiYlBbW0trl27BklJSZSUlEBJSQnBwcFIT0/HrVu3MDk5iaamJiQnJ+PK
lSsQFRWFr68vw7WQPoLGwGl+/PiRYUNLzxIhJSXlLxF6eno6w0uecs6Li4tDR0cHwsLC0Nzc
jJaWFsjIyMDe3h4+Pj5wd3enrh9oNBpu3LiBiIgIvH37Fg8ePMDz589RUVGBhIQECAkJQVZW
Fv39/SgsLISXlxfy8vKgpaWFc+fOMUogra2tCAoKwqpVqxAXF4fy8nJs2LABHh4eePPmDcMk
58mTJ5iamsLJkyfBxsaGnp4eZGZmgoODA4GBgcjLy4OsrCyampowOjoKaWlpyMrKQllZGRwc
HFi4cCFcXV3By8uL1atX49ChQ6Ca+Pr6+tDQ0MAQc0rQu7q60NLSAk9PT9jZ2cHLywudnZ3w
8/ODsLDwf1vQR0ZGMDw8jJKSEty7dw+pqakoKChAT08PHj9+jLq6OqSmpsLY2BiGhoZwdnZG
YWEh5OTk4ODgAGdnZ6irq8PQ0BANDQ14//49hoaG8O7dO8ZrhoWFISYmBk5OTgxr3d7eXqio
qMDOzg5ZWVkghODbt28MoFBfXx/27t2LEydOID09HUpKSpTTHyOS/1fW+Pg43r9/j0ePHiEy
MhJxcXH/lqDb29tDUlISoqKiEBYWBgcHB8TExHD9+nWYmJgwfCj+Z6y/Bf0fBD0sLAwvXrxA
REQEcnNzFZKSktSqq6sPZ2ZmIiUlBVVVVZiYmMDExASSkpJQVlaGFy9eoL6+HjExMVi+fDks
LS2RkpKC9evXw93dHYaGhti/fz8qKyvR39/PsGt0c3ODuro6ZmdnkZCQgNDQUAwMDODUqVO4
dOkSTE1NYWdnhyNHjsDMzAydnZ0oLi5GV1cX4wEuKSmBt7c3AgMDGZ70+vr6iI6ORmxsLNzd
3SEuLo7ExETIyMiAh4cHo6Oj0NHRATMzMy5dugQ3NzcQQhhe5+3t7Th16hR0dHQQEhKCtrY2
JCcno7KyEiUlJQw/cxcXFxBCUF5ejurqalAmLFZWVigpKYG0tDSKi4uRkpKCuro6pKWlITc3
9z8U9AcPHgAAqAjl06dPuHPnDhISEvDhwwdUVFTA3NwcGhoaSExMxOfPn0FNLmzYsAHV1dX/
Q0G/c+cOSktLISEhATMzMzx79gy/fv2Ct7c35syZA01NTfz69Qt1dXV49OgRrK2tsWzZMly6
dAlXr15FT08Pfvz4AV9fXwZ2tbS0FJWVlSgoKIC/vz98fX1RV1cHGo3G4M+fPHkSQUFByMjI
gK+vL54+fYqWlhZcv34dAGBgYAA9PT2UlZUhNTUVdNcv2NnZwdnZGcXFxRAXF0dERAQKCwtR
UlKC7u5uXLhwgcFHz8/Px/379+Hr68tkY2OjJiUlteTatWsUWGXr5OQkz9DQ0CkxMTF1bW3t
/T09PfDz84OTkxNKS0shLy+Pd+/eMWhkvr6+eP78OUJDQ5GZmYnXr18jOTkZqqqq2LBhA7S1
tSErK4v6+noGHGh6ehr379+HqKgocnJyUFtbCycnJ0hKSiI/Px/Hjx9HWFgY8vLyEB0djU+f
PuHx48fIzMyEoaEh9u3bB09PTzQ1NSEiIoJyfUNvby+DU06JdlxcHO7du/dPaXdqLtzFxQXX
r1+Hl5cX7ty5g8ePHyM0NPQ/FHQPDw/k5uYiKyuLwWWIj4/H6Ogo7t+//18KenZ2NgwNDRk2
rU5OTujp6YG/vz8WL16M+Ph4tLW1YceOHfD09MSbN2/Q0dGB3t5evHz5EoQQnDlzBmxsbBgb
G0NmZibY2dlx+vRp3LlzBwoKCnj8+DF6enpgYWGB2tpapKWlMRjwVlZWOHr0KDIzM3Hp0iUA
wOXLlzE2NobHjx8zrsvAwACeP3/+/5igv3//Hs+ePcOdO3eQmpqKtLQ0hqDX1dWhs7MTs7Oz
CAoKgoaGBm7cuIH8/HyoqanBzc0Njo6OMDIygqqqKtzc3BhGOM3NzZCXl6egOrh9+zasrKww
OTmJ6elpEEKgrq7OiHRVVFRQU1ODr1+/oqOjA9euXcPu3btx9uxZ5OXlQVpaGvfv38evX78w
MjLyb62xsTF8/vwZ9fX1iIyMRGxsLO7du/dfrpycHFy5cgUHDx7E7du3sX//flhZWSE5ORnB
wcHIycnBw4cPUVhY+D9l/S3odEEPDAzEzp07ER4ejp6eHty5cwdJSUlISUlBYWEhcnJyEBgY
iB07dsDNzY3BVKfEtLu7G9HR0WhpaYGHhwfExcVBH32Dp6cnLC0tMTAwgA8fPlAWmbh+/ToC
AwORkJCA3NxcDA4OYnp6Gl1dXUhNTYWLiwtMTU0xb948rF69Gk+fPkVlZSWDVQ4ADQ0NOHfu
3P81pE3flJydnWFnZwd3d3cMDg4iMDAQmpqasLCwgIKCAurr62FtbQ0DAwNkZWXhzJkzyMnJ
watXr9Db2wtbW1uEh4fj06dPSEpKgqenJ/Lz85GUlIRr164hKCgINTU1CA0NRUBAAHJyclBS
UoKTJ0+CnZ0doaGhyM7OhpGREZycnLBhwwbo6enhzp07ePjwIQIDA8HJyQldXV34+/vjx48f
8PPzw9KlS1FZWcmgpOXl5cHe3h5GRkYoLy+Hvr4+nJycYGtriydPnuDFixcwMDDAvn370NLS
gnv37mF0dBQ2NjYMQd+0aRMiIiIQFRWFixcvwsfHBwkJCRgYGIC5uTkEBQWhpqYGPz8/3Lp1
C6qqquDh4YGEhAScnZ2RkpKC9PR0pKWlIS4uDjY2NoiNjUVtbS0mJibQ1NSE8PBwlJSUIDc3
F5KSkvDw8MCpU6dgbW0NDw8PBAYGws/Pj5Fip7jd5ubmsLa2Rnd3N3R0dJCeno7m5ma4uLgg
NjYWBQUFOHDgAIKCglBWVob+/n58/foVQkJCWLZsGbZs2QJnZ2dkZWXB19cX+vr6kJCQAMWH
HxgYWPL+/ftFAwMD2LVrFy5duoQ3b94gKyuLASeytbWFg4MD9PX1cfXqVcHIyMhjjY2NLPHx
8TuKioqOjY6OLvz27Rtqamqwb98+mJiYwNraGjo6OrC2tkZycjKmpqbQ0tICPz8/ODg4wNDQ
EA4ODlBRUUFlZSXMzc3h5uaG3NxcJCYmYmxsjPE9hYSE4ObmBj8/PzQ1NSEhIQHNzc2MzvXs
7GxYWlri+vXrcHZ2xtWrVxEXF4eCggJkZWUhKysLaWlpcHBwQGZmJuzt7eHg4MAwV3r69CnC
w8PR1NSElpYWSEtLMwTd3t4eFRUVsLKygqCgIK5duwYHBwe8e/cORUVFePPmDWpqahAXFwch
ISHQaDS8ffsW+fn5sLe3R15eHl6+fInY2FiEhIQgLCwMqampiIiIwI4dO3D79m0MDw8jKSkJ
dLMqCvyE8vJylJWV4cCBA2BhYUF1dTWysrKwa9cuLF68GIsWLcKlS5fw9u1bBlyFAsI8efIE
7u7uOHfuHFWywvv37xEZGQkvLy8MDAzAwMAAXFxcUFVVRVZWFoaGhv4fE/TJyUkGovYfBb2+
vh4dHR2YmJiAj48PtLS04OLigry8vL8IuqGhITQ1NeHn54fXr1/j2bNnqK2thbq6OqKjo3Hr
1i1ERUXBzs6OQZ/8/v071NTU4OrqCldXVyxcuBA+Pj6oqKiAjY0N7O3tceDAAZw+fRrZ2dmQ
lZVFUlISfv78+W8L+sjICMbHx/H582fU1NQgPj4eiYmJSEpK+k9Xbm4ubty4AXNzc3z79g1Z
WVkMlkV0dDR6enowOjoKyvL6/+76/7ygV1dXw8HBAaGhodi+fTtD0FNSUuDv7w8JCQkEBwej
uLgYioqKYGNjg6WlJVJTU5GRkQFnZ2fcuHEDY2NjMDExwbNnzxAUFIStW7cyuONUnam/vx9/
/PEHAzdqY2ODu3fvIiwsDA8fPkR/fz9GR0fx4cMH/PjxA0VFRdDQ0GDUlF+8eIGKioq/CHpd
XR3MzMwAAJs3b2aI8IYNGxgpcXt7e4iLi+PatWtQU1NDVVUV7Ozs4OTkhI6ODrCxsQEAHj9+
jJGREejo6DDgFB4eHmBjY8PDhw+RlJTEcJ9qbm7GnTt3oKGhAWdnZ2RnZ2Pbtm1YtGgRrKys
EBcXh9zcXEYaXVtbG8rKyrh16xYqKyuxdu1aaGlpwdXVFcPDw8jJycHjx48xPT0NV1dXBjzF
ysoKioqKaGpqgoODA1xcXMDNzY0bN27A1dUVKioq0NHRwdWrV2Fvb4+JiQkGGc3Ozg67d+9G
TEwMTp8+jdjYWJSVlUFOTg7h4eEwMDBAT08PfH19sW7dOsZn5eXlhaKiItXzwOhN6OjogKqq
KgYHB/HhwwdMT0+jubkZUVFRDPzntWvXGK/T0dEBU1NTyMrKwtfXFxYWFnjx4gUcHBwAAGZm
ZrC0tGTUqZWUlHDgwAFERUWhqKgIsbGx2L17N0JDQzE8PIzx8XFMTExAWlqa8Xk3bdoEAwMD
ODs7w9LSEocPH8adO3fw/ft3DA0N4cOHDxgZGYGEhAQEBQWRkZGBuro6GBsbw9zcHLGxsUhJ
SUFBQcECWVnZFjExMdLQ0NB4/vz5HxISEkRDQ0OQyvhcvXoVPj4+SEpKwrFjx3Ds2DFkZGTg
58+feP36NQICAgAAe/fuhYeHB/T19TE5OYnGxkbo6OggICAAqampiI+PR1BQEBQVFbFt2zbc
v3+f0RhVWVmJrKwsVFVVYWBgAIWFhQysq5+fHzw9PREfH4+CggJkZ2cjOzsbaWlp8PDwgKam
Jjw8PBAbG8uA24yPj4Pq4Whra4OEhASuXLkCNzc3JCcn4/3793BycsL+/fuhqqoKKSkpqKmp
4fr160hLS0NaWhqysrKwfft2nDhxAj09PaiqqkJKSgqj435gYABjY2NoamrCkSNHkJ6eDk9P
T+zatYsBXPHx8UF3dzcmJyfR3t4OT09PrFixAnTfBxgbGyMnJwdaWlqM51FdXR0NDQ2oqalh
BAcDAwOYmprC79+/oa2tjcjISPz+/Rvv37/H9+/f8ccffyAjIwOCgoJgZWWFpqYmVFVVkZKS
gvHxcbS1tcHDw+N/W0H39/fHmzdv0NnZifr6+n9L0Ddv3oybN28iKysLlpaWcHV1xf79+/+n
CTr1DL5//55BaiwoKPhPV15eHkpKSlBcXIze3l7U1tYiLy8PbW1tDD+R7u7uf6tJ7z9b/58W
9MHBQTQ3N8PMzAzi4uLg4OBgNJns3r0bvLy8AABLS0tUV1dDTU0Ny5cvZ0QDGRkZcHV1hZeX
F0ZGRmBhYYGmpiYEBARg165djAe9u7ub0bj248cPpKam4tixY7C1tUVMTAyio6Px8OFDvHnz
hvEgffjwATk5OdDU1AQAbNu2DZ2dnaioqMCrV6/+IuhXrlxhYFr7+vrg5eWFLVu2wNXVFYQQ
2NraQkpKCo6OjqAa76j6fHNzM5YtW4aVK1eivb0dQ0NDMDIyYmAivb29sWbNGhQWFiI5ORnG
xsYMO8no6GgYGhrC3d0dOTk52Lt3L5YuXQobGxskJCQgJSWFIW7GxsZQUFCAs7Mzo8ktNTUV
Pj4+6OnpYaBhnz59Cnd3d3R3dyM/Px+2trZQUVFBT08Pbt68iYsXL0JISAh+fn4ICAjApUuX
oKamBjk5OZw6dQqRkZEwNDSEra0t/P39ERYWhszMTCgpKSEiIgIFBQVQVVVlpFwJIbC2toaA
gADmzZsHFhYWbNq0CfLy8hSMBoqKili5ciVaW1uhrq6O169fMxpvmpqacPv2bSQnJyM+Ph5J
SUlYv349AKC+vh4WFhZQUlKCr68vHBwc0NnZCTs7O0aEbmlpiVevXsHS0hKampqQlZXFnTt3
4O3tDT8/P9jZ2eHx48cM1vbExASOHTsGHh4esLKyQlxcHAcOHICoqChMTU1x4sQJZGdnUxH6
X9LbNBoNNjY2ePLkCUxNTWFubo6cnBwMDg5iYmJCYu3atd8BkJs3bzJG1yQkJHZQHb5GRkbw
9PTEvXv3ICsrC1lZWaSnp4PC6Hp7e4OJiQmHDx+Gm5sb9PT08PHjR5SVlUFfXx83b95Ebm4u
PD094ezsDC0tLQgICDBKK42NjSgtLUVubi5qa2vx7t27f1nQPT09GYfN8vJyAICEhASGhobQ
3t6Ox48fo7u7G8HBwfDz80NHRweGhobw48cP2NvbY//+/VBXV4eGhgbWr1+PEydOwMPDA56e
noiLi8PZs2dx7949tLe3o6mpieEv//LlS3R1daGvrw+PHj2CnJwcUlJSGIcbOTk5NDU1MQR9
fHwcT58+ZZT4uLi4AAC2trbIycmBmpoaQ+QvXbqE6upqlJWV4cmTJ5icnMTAwAD1e0FTUxOR
kZEghMydmppaODY2hunpaeTn50NMTAxLly6Fvr4+tLS0oKKigvz8fPT29v5vHaH/3xX0kJAQ
xr5x48aN/6mCTqXeh4eHUVxcjKysLOTl5f1LKysrCz09PSgrK0Nubi4eP378t6D/zxb08fFx
vHjxAtzc3GBlZWWcmOfPn4+FCxeCnZ0d7Ozs8PDwQH19PVRVVbFy5UpGDSgrKwsBAQEIDAw8
NT09fcPe3n53V1cXgoKC5ggICODTp08OMzMzmwcHBykEKwghW3Nyci4cPHgQVlZWi+/fv38j
ISHhRllZ2Y3BwcHrs7Oza6ampg5/+fKFvbCwELq6ugAAAQEB9PX1oaKiAu/evdt//PjxvQDQ
1NTEiNB37NiBt2/fIjAwEJs3b0ZAQAAIIXB2dmagUNXU1BY+fvz4xrVr10yvXr2Krq4uLF++
HKtWrcLr16+NPn/+fMPExITigYsGBgauWrVqFQoKCpCbmwtra2vcuXMHL168QHJyMiwtLeHt
7Y3c3FyIiYkxGgHv37+PwsJChqBbWVlBRUUFLi4u6OnpwatXr/DkyRN0dXVhYmICo6Oj+PTp
E54/fw5fX19MTk4urKmpgYuLC9TU1PDixQv4+flBR0cHwsLCiIyMRGRkJDQ0NHDhwgVcvHgR
Fy5cgLy8PLS1tREXF4e0tDRkZGQgJSUFioqKuHv3Lurq6qClpYWIiAhcvXoV379/Z6R+KUHf
unUr5OTkKMOiOaqqqli1ahV6e3uhq6uLsbGxOSMjI5iZmWF/9eoVHjx4wECxRkdHM2qcFGpX
UVERPj4+cHNzw6tXr2BlZUVt4jIODg7cr1+/hpWV1RpdXd0T8vLyiIuLQ2BgIFxdXdHS0sIY
56E28j8LupiYGE6dOoUVK1ZAREQE4uLiuHDhAnp6evDt2zc8fvwYDx48QGtrKzQ1NeHt7Y3e
3l7Y2dnh6tWrePjwIT58+IC3b98iPj5eUVlZ+Qs3NzdRUVHpKSsrM/vjjz/WEEJ46COJCAgI
QGJiIs6ePQtFRUWUlJQwus9v3rwJJiYmHDt2DP7+/rh8+TImJiZQU1PDyAbk5eUhICAAXl5e
0NfXh5CQEOLj43H//n28evUKLS0tyMnJQWtrK2ZmZlBVVYVr1679p4KekpICPz8/mJmZwd/f
HwUFBQxBHxwcZLjJtbW1ob+/H8PDwwwM8NTUFBwcHBiCrqqqil27dkFZWRk3b97EjRs3cO3a
Nfj7+6O5uRnNzc2MqLm9vZ2RNfn8+TOePXsGeXl5xhQCAFy4cIGBTaYLgmxHR8eq0NBQCAoK
Yvny5QAAFxcXFBQUQE1NjWHbqquri5qaGtTU1KC7uxvfv38XfP/+vcS7d+/w8eNHqlQoFxYW
tvbx48fM7969Q1dXF7KzsyEuLo6lS5dCT08PBgYG0NTUhIaGBhISEhASEgIHBwf4+Pj8Leh/
C/r/2YIuISGBwsJCdHV1gRCCe/fuMTqrFy1a9JfFxsa2f8GCBa06OjqtycnJB3V0dDg4OTlb
1dTUiiIiIlBaWsrr5uZWQxmHbN26dbq2trYoJCRkw9q1a7MEBASIgoLCZGNjo8vTp08RHx9f
Kiws/F5ISIgYGhrq6+vrJ69atYqsXr2a8PLykt27dxMBAYEhKSmpHzExMTs8PDygp6eXA6B1
48aNre3t7S59fX0rnZycyOLFi7/Onz+/NSsry1BDQyMWQOu2bds6Xr586RoUFIS9e/duNTQ0
TH7+/HmLiYmJ0MmTJ+Hr67t89+7dj5YuXUpYWVmJoaFha2pq6v65c+eChYXFZ9u2bWTPnj3k
ypUr30+ePDkkIiIys2LFirGVK1cKFhUVLYuMjExUU1NrNTY2zg0ICDjp5OTUqqqq2nr16lWP
rKwsuZ07d7YuWrSoVV1d/WpmZuby0NDQCgCtAFrPnTvXqqCgIO7h4YGenh60tLSgoaEBz58/
x/j4OMMLure3F87OznZZWVk9AQEBTzQ1NSsuXbq069OnT5x+fn4wNzdfsH37dllzc/NWZ2fn
XF1d3RUqKiq4cOECQ9BDQ0ORm5uLhIQE3L9/H8nJydDQ0EBAQIB1aGho5YkTJ5y8vLxMgoKC
QAiBvr7+vi1btryZN29e69y5c1u5ublbpaSkbOkuYeulpaUXLlu27GxaWlqrvLy8anV19boP
Hz7g9evX88PDw6NdXFxab968WZ+bm7sjNzcXnJycALD8/v37tZcuXQpXUFDgj4mJ4dfT0/Pr
7u7eZW5uDgCPV6xYQfbu3TsyNjZmdezYsVQuLi6ioqLSERoausDDwwNXrlxBdnY2pqam8Pbt
WwwMDHCOj48vPn78ODZu3LiVlZWVX1JSkl9RURE8PDwMm1w2NjbcvXsXAwMDqKysREVFBbq7
u+eYm5tvNjIyEktPT6+4cOFCq6amZmtgYGBrcXHxioSEhD01NTUPr1271rht2zYpfX39yy0t
LUktLS1RpaWlXI6OjrFqamqtVlZWSW5ubnoHDhxolZSUbA0JCekfHh7e3tvbCwcHhygArYKC
gq329vZB5ubmbN+/f8e9e/e8lJSUWh0dHVsrKyvF79y5A0dHR5YzZ8608vHxtXp6el6NiYlZ
npqaWh0bG9ualpbGn52dbV5RUdEaFxfn7uLiwubl5QUvLy/cuHEDcXFxePjwIXJycpCTk4Os
rCyuGzduiCkrK8uFhISsLCoqAgD+I0eO8E9OTi6lNruOjg6MjIyAEII//viDYr4v8vHx4T90
6BC/kZERv66uLr+oqCizkpISbt68CTc3N7i4uMDT0xMVFRVobGxEbW0tamtrUV9fL/7w4cPW
goICz+Li4uL4+PhSJSWlvfn5+fD09AQLCwsUFBQEEhMTKx0cHFqTkpJ83759q/D27Vt2Hx8f
Tz4+vlbq+dDV1W0tLS2VpDe23gbQqqioWPP8+XPe5uZmhIaGFu7atWvq9OnT5OPHj7FfvnzZ
a2BgUEM3Q3rh6upa3dfXt6OxsRFpaWk4ePAgQ9D19fUZkbqWlhbMzMxgY2MDHx8f9PX1/S3o
fwv6/5mC3t7ejkOHDjE6rUNDQ7Fnzx6sWrWKwVv/8+Ln55djZWUlbGxsJDExsfDEiROddFIY
CQ4OhomJSSILCws5dOgQUVJSoty4foaEhIjKysreoNKWysrKSeHh4eDl5SV0P+YPBQUFtPv3
77vMnTuXsLKyEhUVlQcXLlyooshlqamp9fv378/btWsXkZOTY0BGbt26JX3hwoUo6hDR2NhI
PDw8CADCy8tL2tvbT7m7u9O2bNlC5s2bR+bOnUvmzp1LLl68eDwyMtKHmZmZ7N+/n+zatYuw
sbGREydOSNC730upz6unp5e6bdu21wDI1q1bSUhIyLqXL19uFRMT+0z53Wtra1+ivo+CgsLT
tLS0W5TLmb6+vp+FhYUzCwsL4ePjI6dPnyYsLCyEk5PzU3h4uHB3dzeam5tRX1+P58+fY2Ji
AiMjI5iensbAwIAyRenasGEDYWVlJYKCgiQqKkrGy8uLS15evoNyA2RjYyNycnJef96szp8/
zxj7oWaUc3NzYWlpeXnFihWUyxxhZ2cn9vb2un19fViyZMkWAL10ZzMyZ84c4uDg0EwIga+v
71IArYsXLyZ017VPIiIiIr9+/Zrf2toKBQWFJ5Qftqqqaomamhq2bdsGPj4+r3nz5hEAJDAw
kJiamhIAxMbGprm1tRUiIiIFFFDj06dP9/X09OrornBVysrKrEePHoWSkhJaW1sxNTVF9WFs
+P79u6akpKQZNXfOxcVF9u3bl7Fjxw52AQEBCAgIgJ+fHxoaGrC0tGSk9a9fv86mpKT04c8e
3tQ9ZWlpuR7ACbrL3I9Tp04dXrVqVTb9N3hDZwN0UzjS6OhosnjxYsLExESYmZm7FBUVVz19
+lSSi4vrD4qqtnTpUnL58uWD7969Q3R0dBt13eXl5Z9duXIFurq6+hQY5tatW4n5+fm3qOv1
7Nkz4uLiwrA1TU9Pl6bANDdv3kRaWhpKS0vx8OFDFBUVoa6uznf//v0EAElJSXmXm5v7gPpu
TU1N5lQ9s7KyklGSsbCwgIWFBRwdHc8dPXqUbNmyhWzZsoXs2LGDrF27tkxPT0/j7t27CA4O
RkBAAEJDQ/HkyRN0d3fjxYsXGBsbQ1ZW1sg/Xs9NmzaRyMjI3NDQUKxYsYJ/4cKFHygg0YoV
K8ijR4/qEhMTwcvLWz5nzhxiY2PDoN1JS0u/kZeXx+HDh59SxDs/P78UHx8fbNiw4RvdXe87
IUQ2Ojq6YM6cOURAQICIi4sTZmZmcu3atbLy8nI8evQIR44cYaTcDQ0NKaYDdHV1oaOjg8uX
L8PQ0BC1tbUIDg7Grl27cPbsWejo6GBsbAxfvnzBx48f8enTJ7x//x6Dg4N/C/rfgv6/j6Cr
q6ujsbERoqKiiIuLg4mJCbS1tRke8W5ubn9Z7u7uCAoKktq+fTtZsGABkZOTI0ePHiUqKiqe
8fHxF9LS0s5zcnJOACAvX74khBDKKY4oKSldP3ToECjcopSU1EhhYWEFgO/0B7VSQUEB7u7u
KwUEBMi2bdsmb926BX9//7nLly//cu7cOZKRkcHAWFKOZgBIYWGhcGtrK23OnDmEh4eHDA4O
kqqqKgKA7Nu3L29oaOggRcXi4eHRW7FihQYXFxeh0Wj1zs7OC4OCgrrb29sZ5CxDQ8PKrKws
eHl5xc+dO5ds3LiRnDx5Enx8fBcAEGtr62JCCNeZM2ewadOmJPqmqfXq1av9lG2kioqKRkRE
BPbt20fWrVtHSktL+/n4+N7R/aivvn//Xv7kyZOf6YCX2dHR0V2PHz9Gc3MzOjs78f79e3z4
8AGEELS3t0uvWLFi2tramtTV1ZGzZ89S350WFRXFrq6uXqupqUkyMzMJMzMzWb9+/aCFhcUu
HR0d6OjoQE1NDV5eXkhMTMSdO3cQGxuL1NTUC/z8/JRT2nl+fn6bJUuWEBqNVlNeXo7+/n4o
KipepwSWg4OD9Pf3p758+RLq6uqtdGQmWbNmDUXbIl1dXQc/f/6MnJycM6ysrN/pmN0aBweH
hbm5uejs7PSk3tPR0ZGwsbGRkydPfoiJiUklhODFixfrRUVFpxcsWEASExNttm3blrhx48Yv
qampWyMjI+Ht7Y2CggIQQjA+Po6PHz8y/fz5EwkJCe5sbGxk375938+ePXtjyZIlU0xMTISd
nZ174cKFjEzTf/CHjfLoDwkJIebm5pQlMHn37t1aNTU1SbplKSkqKrJev359I/1A91hRURHn
z5+vo9O9CCGEHDlyhILTKDg6OqKqqspu27ZtPxQVFRkCJSUl1ZiZmTmXELJj586d7+m/44vc
3Nw12traAwDI2rVrP1ZUVPDl5ORs5uLi+sjOzk4IIQxLYA0Nja+zs7NiXV1dDB56dnY2bt68
idu3byMqKgqJiYkbtmzZ8goAGRoaInl5eRRo6WdLS4vGw4cP8fDhQ5SUlCA+Pp4RcXt6euL2
7dvHd+zY8R0A0dXVZVihcnJy/uTi4gInJyfY2dmxevVqtLW1YWJiAn19fXj//j0eP358fvXq
1WTx4sWkpqaGnDx5ksK/jrm6um5hZWX9xMPDQ2xtbROdnJzu03GxXwoLCzlv3LgRZG9vP9TT
00N8fX2pe7zj2rVr6OrqekQ975ycnPFWVlZXlixZ8o3+e1X/+vULu3fvfkl/5hmY4I0bN9YX
FBQYJiQkVIiKilaws7NXaGpqGmlpaUFTU/OfFtVQamhoiLNnz0JZWRl6enpoa2vDixcv0NHR
gba2NrS0tDDKFH8L+t+C/r9U0P39/cHJyQlFRUU8f/4cISEhDM/fyclJxkz5P64vX75gamrq
HOX3To9Oxm7evLmGPtNsA4DMmzeP9PX1EUII0dXVpUhvNhs3bsTWrVsJFxcXWbFiBeHm5iar
Vq0i9MiqgYWFBRs3btxGd6J7BwBcXFyYO3fuew0NDRISEkLoUfgEgDusrKxRjo6O4a2trav9
/PzkKI92yi+e7oGdnpWVZcvFxUVWrlxJdHV1Bfn4+ODt7a0ZHh7OJyUlxSsoKNi3cuVKQh02
jI2NfzU0NKCnp+fuwoULCQ8PDzl8+DDWrFljDoBYWlrW9/f3823atAkCAgI5zMzM5NKlS/eF
hYV7KF9zY2Njcx8fH5w7d44wMTERCjDDy8tLLC0t5fr7+2FkZGRHoUE/f/4s//TpUzx9+hQd
HR2MxqJ3796htLQUUVFRnu7u7mT9+vWEitp27NhBo4v0dWNjY7Jjxw4Kw0r09fWPUyn3Cxcu
QE1NDSoqKlBVVYWqqiouXbrkSzHSCwoKlo+NjS158uRJVFJSEhvdQGSvqqrqLzk5OaKmpkZY
WFhIX19fQHx8PCi07po1a8jBgwfJ/v37yZIlS4ZXrVq11cPDAzY2Nnepz7h+/frfZWVlim/e
vMGrV6+8tm3bxrh3FBUVSUpKysGUlBSqBjvH3Nw8Yd68eYSXl/fn/PnziZmZWUZtbS0TVRcu
KSnByMgIlW7H79+/txkaGv4EQISFheM+fPiA7u7u86ysrAoAmP6s3mfPnoWjoyOuXLkCExMT
XL9+faGKisoMExMTOXbsGKGyIEZGRuT9+/fr7O3tJTk5OYmwsDBRUlL6CeA3ExMTsbOze0xv
iKujDieEEMaBkIWFxYCHhweqqqoCBw4cePvnaFVZWZk8evRoHiEE/Pz8I3Ss7W8/P78fa9eu
/U3/+xAArF69GpycnMPc3NxES0uL4dm/e/du/ytXrjBEyMTEBMLCwmBnZ8fKlSuxcuVKrFq1
CpycnFUsLCzE1dWVgQTl4eEpsbGxmWNoaAhDQ0NcunQJ0dHRIIRgamoKU1NTIIRAU1Mzivpu
1Hvz8vJ28/LyYu3atVi7di3WrVsHLS0tODo6wtraGlZWVvD09FwhJSXFoKvt3LmT0HGyB/z9
/bXpNMKJHz9+CN29e3cuRTXs7e0tIoSgra1N5c/XS0xMbHBycnJ7eXl5OQWEWrJkyfd169Yx
nlcajZb07ds3c+r+B1AIIBZAWGRkZLqBgcFfMgYXLlzIVVNTYzwLf15qamo4e/YslJSUGM2l
1DN08eJFqKmp4dixY6BT2P4W9L8F/X+toEtISCA8PBxbt26FiooKZmZm8Pv3b8ZM4f9ojY2N
YXZ2FkNDQ5Lr168nnJycxMjIaJYu6pM9PT3rCgoKZBYuXPiTzm8mhBBC3/x/WlpaGuno6Czk
5eUlFFaTg4ODJCYmEroQN6xYsQJiYmJcHBwcZMGCBSN2dnasN27cWMrOzj514MABkpCQQOjY
0WY+Pj6EhISgqakJvLy8mDt3riQzMzNZvnw5ycvLI7du3aLSpw/u3Lmjz8nJSbi4uEhHR4ei
trY2cnJyQAhhPnv2bDoA4urqSry8vChBH87Ly0NycvLtOXPmEBqNRvT19cHMzKxOpzf5/P79
G8eOHYOIiEgSdXjQ19cnO3bsIBwcHMTd3d1cRkYGHBwchJ2dnVy6dImBZ83KylL7448/YGBg
0AmAXLp0qePnz5/L+vv7GX7NFRUVSElJQVJSElpaWjAzM8MtICDQw87OTl0vQqPRMhQVFQ8z
MTH1UYAXTk5OIikpSerq6g4nJydT41ewtrbG0aNHIScnB3l5eZw9e9aPzlEndXV1wjY2Nmhq
agIhhJluS7l58eLF5NevXyQiIoIAIKOjo550Mx5C57m3uLq6ClpaWoqFhYVtjYiIgImJCQ4f
Pvxo9+7d36Wlpb/RN/NnT548QXh4uO2aNWvIvHnzCDc3N1m2bBk5ceJEcVBQELufnx/lELWN
nZ39HQVOuX///s6wsDCEhobC398fqampeP36NcO/f3p6ereVlRWhl2VuUo2HbGxsmDdvHhYs
WID58+cDAKqrq0EIwczMDP744w/MzMwgNTWVAZH504Hu94cPH1YYGhpKbdy4kQJ1EGdnZyq7
8CwwMBCXL18upwOKCCGEkTlZv369fHJyMouGhkY6AKKtrU3S09OpQ8yHsrIyvHv3Dnv37n0r
KyvL+D35+fkJFxcXWbRo0XhYWNgiJSUlcHBwDFNlBCsrK8LCwkL2798fEh8fPycwMBCBgYGI
i4vDkSNHwMTEBA4ODnBwcICTkxMrVqxooNL6x48fJxwcHARA5p8POQsWLEBycjJGR0dBRfwz
MzOblZWV2/4xdX769Ok3xcXFC3Jzc5GTk4OKigro6OgAAFhZWcHCwoKlS5dup/pRTpw4wYAc
ycvLt/r5+c3Q94vm6elpSEpKgl5u+/Xp0yfx5ORkyMrKatra2pL4+Hiyc+dOsmTJEtLf3x+V
kpKyW1pa+hclzvPnz2dw2g8ePHj/jz/+uEAdFvfs2bPz3LlzUFFRmffo0SO1K1eupB07dmxK
Tk6OXL9+vc/GxkbgypUr+HeWkZERdHV1ce7cOcTFxeHr168MC+a/Bf1vQf9fJuh79uzB0NAQ
uru78fr1a0ba6L8azh8ZGVn96dMnvsTERFcqOistLfUUExN7BIBcvXq1h44mbKOP9hA3NzdC
T6mNmZqazjtw4MBjin7ExsZGjh49SsLDw6kNo8Xa2hqPHj2ypDYQGxubq9bW1n8hsfHz85N5
8+aRLVu2hCkqKpbw8vISbW3tQ9ra2oZUTe779+8kJyeHSs915OTkXNu7d+8X6nPa2dnJmpmZ
pdbX138xMjIiAMjZs2cJxY3fuHHjTHV19VkHB4cKSliEhYVlAUTThXT21atXC0dGRtbJycl1
0dGooz9+/HCkshcaGhpWV69e3QOALFiwgDQ2NvaYm5t/oP//Pnl5eb9ly5YRACQ/Pz/269ev
GBkZwcTEBDo6Ohjdynl5eSguLpYOCgqKU1VV/d7Q0ECCg4Opjev37t27Lahod2ZmhixatIis
XLmSWFtb7zQ1Nf2LBaK5uTksLCxgbm4OBwcHZaq+LyAgcE1CQkLWwMCg4dGjR4GVlZXLDQ0N
vVauXEnq6+uJiooKoeN087OzsyEjI1NGj+5bREVFtwNQCgsLm2pqauJXVla237RpE3FycoqP
jIyMp+NBiY+PD54+fWq6YsUKsmTJEtLc3ExWrFhBHQxi4+PjkZmZiVOnTuHIkSNP6NmVZEtL
S+jr60NbWxvGxsZ4+fIlwwZzeHiY6ffv33zu7u7DAAgTE1NZdHS0bHJysiwTE9NpAAuYmJjA
zMwMAMjNzWUYjszMzKC7u1uUqvcbGhoSOzs7Qhfgn8PDw3Pt7e1F5s+fTxYvXkwIIaS6uprK
+jwsKyvj0NTU7KLjPklJSQmhygkODg5uhBDWixcvPqFfN5KdnU2NvH158OCByMWLF7cuX758
MjExkUhKShIARFZWlixdupQwMzP/bm5uvjkwMMDPwcHxCQB58+YNefLkCQFA1NXVZ6enp8Up
hsH79+9x5coVrFy5EoKCghAUFISQkBB4eXkrAZDY2Fjyxx9/kEWLFpFNmzY9rqys5ElPT0d6
ejqys7Px6tUrBg/hxYsX+PLly9ZTp061AyCpqamku7ubMDExkUWLFpGkpKSE1NRUPHjwAHl5
eQgMDMTBgwdx/PhxyMrK4siRIyupfoyRkRESFBREHcJJWFiY0/z588nKlStJU1NT6I0bN+Tp
h8pvhYWFnDt37iwCMG1iYkJqa2vJ2rVrCTMz8+/u7m6lxMTEO5s2bSL3798nTExMZM+ePQwq
IxMT09vo6GjhixcvdtBpbU+UlZV9ZGRkfq9Zs+a5tLQ0HB0dOZqammRGR0f5qRq6kZHRv7wM
DQ1x7tw5REVF4du3b5iYmPi7hv63oP+vF3RhYWGGz/nk5OR/elP+eY2OjnK/f/9+67179wL4
+Ph+qaurdzc0NPA9ffr03JEjR36tXr36/b179zA5OSm+Z8+eYAEBgV8AfsnJyf1KTEw0TE9P
Z7p69aqlgYHBLykpKft9+/ZFBAQERGhpadkaGxv/8vT0rK2rq8PTp0+dDAwMfpmYmPwOCAjw
vHnzZoihoeEvAwODP/r7+zWrq6sz1q9fP8nGxkaWLFlCHB0dq4qKinZYWlp+A/Br4cKFv2Ji
Yn4JCAj8mjNnDlmzZs2ntLQ0QRUVlcMLFiz4CYARNcTGxnZ7enpeXLp06QAzM/MvfX39X7q6
ur/Wrl1LhoeHUy5fvpzJwcFB1q5dSyiyFg8PD6FvGpEdHR28GhoaHXRBH6qtrVVdtGgR4eLi
IhEREeZ37tzJZ2VlJUxMTOTIkSPebm5um/ft2/eNOqAsXbr0V2ho6MDU1NSeV69eoaenBy9f
vkRubi5yc3NRUFCA5uZm+Pr6UrVWcujQIbJt2zaycOFCYmVlZREcHLyfn5+fcHNzk82bNxOq
iW3btm1pZ8+enSMrK4sTJ07g9OnTKCoqQmtrK+rq6tDR0YGAgIDrVCMZPz8/YWNjIxkZGS/s
7OxeU+9Hjx5/Uenm5OTk5NbWVhw5cuQRlWVhZmYmrq6uORISEgL070Xi4+MFioqKBDZv3vyL
j48vxcDAAO3t7U5bt24ldE57r7+//x2qDBEaGnqgv79/TnNz85xTp069WL169W9LS8tNFhYW
MDExgYGBASwsLPDmzRuGMczo6CgTIQQRERHrAHTTo1dy+PBhsnr1aiImJsYjJiaG7du3Q1NT
k4GyHBsbw69fv+Dk5PSSwsUmJyd/EBMTI0xMTGTHjh0kKyvrmI2NTRr9UEgqKioYzPrVq1d/
e/bs2esDBw6QP6NYOTk5CTMzM9m+fTvJyMhAeHj45RUrVjBKJFRzp7GxcQwPD08c1TC2efNm
aprjF3XNDQwM/Ozt7VM5ODgIExMTKS4uJlQmgp2dnWzdupXGx8cHPj4+8PDwQEREBFJSUjh0
6BAOHTqEo0ePylOI5JSUFHL//n1Cfdfz58+7nD59GqdPn8bRo0dhYmKCtLQ0xMbGUm586lTv
i4SEBDEzMyNMTEyEi4uLhIaGSoaHh+PmzZsIDAxEcXExw+nt/fv3KCwsDGVmZibz588nQkJC
hPr8hw4dCggODl5jaWlZxMbGRnh4eMi+ffsIKysrCQ8Pv5Cfn39aUlKS0aBJrZCQkPTu7m5E
REToCAgI/PL19Y11d3f/ZG9vf19RUfEFgF87duwgTU1NaqOjo9Jnz579Rf1fHh4eoqysrHzq
1Cno6uqitrYW3d3djOa3f0XIjY2Noa+vj3PnziE+Ph6zs7MYHx//L/fNvwX9b0H/f0XQRURE
GDPO/w4KcHR0FKOjo8jKyoKkpCS3r6/vktzcXNTV1SEqKor7xo0bXO3t7SgvL6fsMLmXLl3K
HR0dzf3ly5c5hJCNP3/+REVFBffp06dx7tw5PHjwADY2NqitreUeGRlZ+ebNG7S0tKC6upq7
sbGR+/3790vGx8eX1tTUcFdXV3PX1NSgqakJ2traxnZ2diQwMFAlIyMDN2/ehK6u7gYA3KtW
reLOycnh3rhxI7eqqur+8+fP86WlpWFwcBBv3rzhc3V1DdHU1KyWkpJS6+3tZb9x4wa4ubm5
1q1bx93a2spdUlLCfejQoU0fP35kvX//PgwNDceoVJ6Kigqprq5mdO+LiYlBS0trUWZmZvW1
a9cUGhoaxGJiYqozMzPjnzx5svjatWtc6urqho2NjdW7d+9ed/DgQYSFhUl3dnZW29vb31m3
bh13f38/1/j4OF6/fo3e3l58/PgRdXV1yMvLQ2FhIRobG3Hz5s3VTExM3OLi4ie1tbWtFBQU
rERERPZfvXoVaWlpSExMvK6mplatp6dXWV5eHquvr19ta2urQiERnz9/js7OTnz+/Bnfvn3D
169fqWY7GBgYXHJxcalWVVWtNjY2VhoZGdmupaXVRC9DfJKRkZHg4eHhVlNTG1i6dCnx9fX1
IoTAxcWF9cyZMzmXL1+u3rx58/67d++Cm5sbhw4dstXX11f39fWl5vC5BQQEYGxsjNraWs7C
wsL44uLi6pqamr3m5uZwcXFJtLS0TAsJCVl99+7dJjc3t3eLFy8m4uLiiVevXp1naGjI2FRN
TEwwMjKC9+/fY3h4mDFu5ePjg3Xr1vGYmZlVAqgWEBCovnv37vnW1la8ffsWnZ2d+Pjx41/I
U4QQyMrKugGolpSUVK+vr1+ZmJjoqKGhUZ2fn+8zNDS0LCgoyFBRUbFaSUmpOi8v71RAQMDN
U6dOVbu7u7c9e/bsQmxs7LVdu3YRimPu4OBAHj58SDZt2kS2bduW6+vru1hRUXF/VlZWdUpK
Ssj58+d1rl+/Xn3z5s2ltbW1hm1tbdViYmLn9u/fL5GWlmZ6/fp17oqKisq0tLTCoKCgpamp
qbZqamrV+vr61cXFxSY3btzQNzExeWZqalpjbm6+m8q4aGtrw9vbG2lpaQwARmZm5q1Vq1YN
Aqi+efNmZlpamh+AajY2turdu3fL79y5Ezt37gQ/Pz/ExcWhqKgIOTk5yMnJQVlZWZyHh+eR
gIAAoZcc2gFU379/P358fPwvm2VLSwtqampQV1eH5uZmPHr0iObk5FR95syZ6v3791enpaVV
X79+PWjLli3w8PBAREQEU2Fh4eV9+/ZVnzx5slpLS+u6q6srenp6oK2tzc3MzMytqal5/e3b
t9UaGhom1dXVbAMDA4iLi4OWlhZ3XFwcnjx5siogIADW1taLAXAfP36cm9oT7e3tuU1MTOI7
OzvLbt68yScjI4OTJ09CT08PVVVV6Orqgq6u7r8s6IaGhlBWVkZ0dDRmZ2f/y8j8b0H/W9D/
jxH0sbExpKen48CBA7Czs0NVVRU6Ozvx9u1bfP/+fdnU1BRrR0cHMjMzYWpqCgC4fv06fvz4
gc+fP6OnpwdJSUmQlZWFnJwcYmNjYWlpifT0dDQ1NaG/vx8dHR1ISkpCVlYWXrx4gc7OTqSn
pzOMKezt7c8dP36ceHp6VpWVlS1MSkpCeHg4wwt8+fLlyMzMBDc3N4yNjfHkyRMMDg6un56e
XkbN2Ht4eEBeXh4NDQ24ceMGVq9ejdWrVyMvLw8JCQkQExOjsIKXqLQ4tbZt20Z4eHjIunXr
Pm7evJl58+bN6O/vh7+/P9ra2lBTU4OGhgZUVlbCzs4OpqammJqagri4OA4dOoSQkBAQQhAa
Goply5YxyFFU9Ojr68sglz18+BANDQ24efMmw5fe398f1tbW2L9/P2xsbHD79m1kZWXBwcEB
gYGBGBwchKOjI9ra2kAIWTM1NYVPnz5hdnYWnz59wujoKEZGRjA7O4ucnByG1a6TkxNsbGyQ
k5OD4uJiWWtr62e5ubkCIiIiMDU1RV5enuKRI0esYmNjV9XW1sLBwQE6OjoMXGVYWBjWr18P
WVlZmJubw9vbG4WFhRAWFsb27duhr6+PR48e4fnz53j79i3a29tx4cIFPHjwAO7u7mBiYgJ1
jbm4uKbU1dVFFBUVcfbsWZw6dQo0Gg36+vrIycnB9PQ0g2hFOfdt2rQJgYGBAAApKSl8+/YN
09PTEpOTk/jw4QOGh4fx9u1bBi1qenoalZWVsLe3h4CAANra2vDs2TOGS92XL19w+/ZtqKur
4/r16/j06dOBiooKNlVVVdy7dw9VVVXQ0NBw/nP0zcLCQlRUVMimTZvI3r17+3R0dCArK4ve
3l4QQtg7Ojpw48YNpKSk4MePH5idncWZM2dw4MABvHr1CqOjoyCEoKGhAXFxcRgYGIChoSEo
s6OIiAhUVlbOCQwMhL+/P/z9/eHu7o6IiAiMjIzg+/fvmJ6epiAdQr6+vhwAkJqairq6OgAA
JycnlJSUGK521LP456WgoIANGzagtbVVnxBiJSwsDACorKzEr1+/MDg4iOHhYQwMDDAMZerq
6tDQ0IDGxkZERERAU1MTysrK6O7uRlRUFPj4+ODl5QV/f388f/4cysrKMDU1haWlJa5evYpn
z54xQEqWlpYghMDc3BxJSUl4+/Yt7t69i3PnziEmJgYlJSXw9PRkuEEeOXIEMzMzIITg8uXL
cHd3ByEEt2/fhoSEBGg02r8t6H+OzOPi4v7lyPxvQf9b0P+PEPTh4WF8//4dVVVV2LlzJ1xc
XNDd3c2oSQ4PD3MNDw+zUKNWIyMjuHXrFoKCghjjVz9//sTDhw9x8OBBBhHJ1dUVOTk5ePHi
Bdra2vD06VOUlJQgMzMTk5OToI9BITU1FQ8fPsTdu3ejjI2NHzc0NMy9d+8ekpKSEBAQwHCP
owSdh4cHBgYGIIRgbGxs6cjIyKLZ2VmEh4fj6tWrOHnyJFpbW2FrawsODg4sW7YMBQUFSE5O
xv79+9HX14dXr14d2LJlS62ZmdmTsrKyJ0JCQk9YWFieiIiIPDExMTl94cIFJiEhIYYvdWtr
KwoLCylGOuzt7aGvr4+3b9/iwIEDOHLkCAIDA/H582f4+Phg+fLlDG/08vJyCAkJYe7cuVBQ
UMD9+/fR2tqKlpYW+Pr6AgCEhIQYpLoNGzbgypUriI2NRXJyMiwsLODh4YHOzk5YWlri0aNH
8758+cI+MjICqj5fVVWF9PR0hr1nXl4ezMzMEBYWBisrK5ibmyM/Px9VVVUoKytbkpSUBGFh
Yejr6+PBgwcQFxfH7du30dbWBhsbGygrK8Pe3h48PDxISEgAJycnJCUlYW1tDV9fXyQlJWHf
vn0QERGBubk5wzu8tbUVr169gr6+Ptzc3BAQEIDw8PA5Li4upZqamk/4+fn3nTlzBgoKCjhz
5gwsLCxw/vx5hsNcXl4eI9qOjY3FiRMnYGJiAl1dXXBwcGD//v0YHR1lHR0d5aPgP+Pj45ia
mmI0eA4PD4MQsoAQwlxXV4eJiQkUFxfDyMgIbW1t+PjxIyIiIqCgoABvb28QQra3trZynD17
Fn5+fvjw4QNyc3OLubi4nly4cOGJgIDAEwBPADzZtm3bE3d39/1GRkY4cOAAXr9+jZ8/f3JV
VVWxODo6IiEhgWEcdOrUKezatQufP3/G58+f50xNTbFUVVUhOjoaL1++ZABfOjo6EBISgpyc
HHh4eMDDwwPu7u6wsbFBSkoKfv36hdHRUUYT64cPH5gIIUyXL1+Gr68vqqqqAAAcHBw4ffo0
Tpw4gRMnTjBq34qKilBQUICCggKUlZXBx8eH0tJSTE9PQ1BQEACQn5+PmZkZ9PX1ob+/H2/e
vPmLoFO8cX9/f6ipqUFBQQEtLS0IDg7Gpk2bGILe0NCAM2fOQF9fH8bGxrh27dpfBJ1CXhoa
GiIlJeXfEnQ9PT04OTlhamoKoaGhOHz48H9L0A0MDKCsrIyYmJh/KzL/Hwk6NaHx8+fP3ZRF
7tjYGAICAmBmZrY7JCRkd0tLy+7Lly/vjoiI2O3i4gJ9ff1/EvTa2lpcvnwZOTk5uzMzM3en
p6czWVlZ/UXQL1y4gPDw8M3h4eG7+fn5ERwc/BdB37t3L9TU1JY2NjbuPn/+PO7fv/+3oP+f
KuhCQkL49u0bNYL2L6/fv3+juLgYhoaGjM11cnISHR0dmJmZYUSA379/x9jY2Lzp6el5f/zx
B0ZHRzEzM4Py8nJYWVnB2toaLi4uMDMzg5GREQ4ePIjY2FgMDg5CQEAAx44dQ3R0NMrLy0FP
qyE8PBwPHz5Ea2srioqKYGZmhqKiIqSkpCA5ORn5+fkMq1cWFhYkJydjxYoV0NfXZxwu6Lak
uH37NlxdXXH8+HHU1dUhJSUFQkJC2LZtGzIzMxEQEABRUVGMjo6ir68PPDw8CAwMxNevX3Hk
yBFwcnLizJkzsLS0xLFjx3Dx4kX09/fj2rVraG1tRXl5OUpLS1FaWgpXV1fo6OgwvpuIiAi8
vb3x7ds3eHt7Y/HixXj16hUGBwcZdLglS5ZAT08POjo6sLW1RU1NDRITEyEnJwcnJyfY29vD
ysoKTk5OCAsLQ0hICJKSkmBhYYGAgAD09PTA2NgYjx49ws+fPzE+Po7GxkZERUXB0dER9+7d
w+DgIH7+/In8/HxYW1sjJCQEpqamsLCwQEFBAcrLy5Gamop/FHQxMTHEx8ejrKwM7u7uMDEx
gZOTE44cOQJ9fX2cPHkSSkpKMDQ0hKioKOhz+ODm5kZ8fDyKiorw6NEj9PT0YHp6Gu3t7YiM
jERwcDC6urqQk5ODa9euQVhYGNLS0rh06RIUFRURFRUFMzMzWFtbM4Ays7OzGBkZwfXr1yEh
IYHLly8DALy9vRETE4PXr19jYmICk5OTqKysRE1NDerr6zE1NYXJyUkqU8E0OTmJ79+/48uX
LygoKPgnQVdUVIS7uzt+/fqFhoYGnD17Fl5eXvj58ydaWlrAyckJe3t7iImJUVkGSEpK4tq1
a9DT04OEhAS6urrw48cPVFVV4T8SdCEhIQbgYmpqCpWVlf+yoNvZ2SEhIQFfv379C696ZGSE
iRDCRHlI/C3o/5qgGxsbw8DAAOfOncPdu3f/7cj8HwU9Pj4eGRkZqK6uRm5urqmVlRVJSUmJ
Ghoawvfv3zc4OTkliIiIkEOHDhEtLS0iJiZGjh07RoyMjIKtra2ZtLW1ERwcjNHRUfT29uLN
mzfix48fD5eWliZycnJEU1Oz1N/fn2t8fBzfvn0DIWTZpUuXHKSkpIiEhATh5ua+ff/+ffHy
8nKYm5vDy8sLx48ft9i4ceMgPZtUUl1dvYUQgsnJyf/Wog7Mfwv6/4uCDgDz5s3D4cOHYWZm
BmNj43+ry9PCwgJHjx4FDw8P/Pz8oK6ujqmpKYSHh0NISAjR0dF49uwZOjs7QQhhmZ2dZRkY
GMDMzAy6urrAwcHB8FZvbm5GbGwsA/Ti6OjIEGQKuqKrq4utW7cyUnBubm6wtrZGQkICjIyM
UFRUBHNzc6SmpiI/Px96enrw8vLC5cuXMTAwgBUrVkBJSekvgv7r1y+Ym5vj0KFD0NDQgJub
G0pKSnDx4kUGkSs6OppBJmtqasKhQ4cQExODyclJiIuLAwD2798PR0dHBrji6tWr6OzsxOTk
JLy9veHi4oKMjAycOXMG0dHRePToEezt7dHU1IS2tjYUFRUhJCQEurq6jJPzyZMnwcbGhmXL
lsHIyAhKSkrYvXs3hoaGMDAwgKKiImRlZeHx48cICgpCQUEB6urqYGtri9jYWLi6ukJMTAwB
AQEoKirC27dv8fXrV+Tk5MDFxQVeXl7w9vbGgwcPGEjapKQkSEpKIiUlBampqdDR0UFqaipK
S0uRmpqK5ORkrFq1CkpKSoiJiQE/Pz8aGhqQlZWFmzdv4s6dOwgNDYWmpibWrFmDzMxMpKSk
QEREBPPmzUNaWhpDDDIzM5GdnQ1RUVGEh4fjx48fmJmZwdevX5GRkcEAr1y/fh0bNmyAtLQ0
EhMToampCScnJ8ZhUElJCYmJiZiZmcHIyAi8vLwgLy8PIyOjjQA23r59+y/wERUVFRgaGiIj
IwOenp6orKzE169fMTk5yRC/0dFRTE1NobCw8F8SdG9vb8zOzuLRo0fg5OSEqakp9u7dyxD0
gwcPwsnJiYFu/V8h6FSfgL29PTw9Pf8W9H9R0A0MDKCtrY179+5hZmYGExMT/5aQ/6Og///Y
e/Owmtf9//9ZUSuakFkIC5FQSTJEhohKadKogag0pzTPispQRKRMFYpGGjUnUmkgpXnSPKuM
9++PX2tdnL33OXufz95n+q6u63lRqzW01vv9ftz3a3rGxsbC398fIiIioFKpH2gdFa9fv8bw
8PAsMzMz8rftgRPTCL9s3LiRZeXKlZCUlMTJkyfh6OjIrqmpmcDGxkaWLl36fc6cOTUTbZTl
nz9/RmNjI+7fv28/0SnxQVRUtH5iMNKXBw8eiLm5ucHU1NSTm5ubzJw5c2DRokXtE0O/il+8
eDH98ePH9NHBf0SxsbFISUnBkydPEB8fzwD6XwV0KSkpSEhIAABmz56NTZs2QU5ODhs2bPjD
EhERwY4dOyAhIQFXV1fo6+vj06dP9Pzu7Nmz4e3tDT4+Pri4uKC+vh5fv37lIoTwlpeX02G9
efNmpKamIigoCOvWrQMAnD59GrKysqAN01i8eDG2bt2Kbdu2YcaMGTh16hROnTqFdevWQV1d
HT4+PvDz84OCggJiYmIQGhoKVVVVNDQ0YHh4GN++fUNCQgJCQkIwOjpKz/9PDMzAsmXLYGho
CHNzc4SHh0NNTQ0SEhK4fv06Hj9+jGvXrkFGRgYXLlxATk4Orl+/jujoaAgKCkJRUREWFhbY
sGEDjh49il27dkFWVhbj4+P0iwWtLmDr1q24efMmYmNj0draivHxcXR0dCA8PBxXrlyBh4cH
zMzM6ONZ2dnZwcvLSy/E2bVr10/3uXz5MoaGhhAYGIhLly7RfbVjY2NhZ2cHXl5emJmZoba2
FikpKbh9+zZ8fHzoFclnzpyhA31gYAC3bt3CmjVrEB8fj+zsbGhpaSEyMhJZWVmIiopCaGgo
HBwcEBoairS0NNjY2KC4uBhxcXHw9/dHeHg4QkJCoKamBiqVisePHyM1NRVr1qwBLy8vIiMj
sW7dOjrcnzx5Ak5OTlhbW9MXWt++fcPbt28xZcoUzJ49m+6C5+HhgdzcXKirq8PV1RWWlpY/
Af3jx4/o7e3FrVu3ZJctWxYrJCREAJBz585F1NTUUIqKipCSkoKlS5fi+PHjyMjIQFBQEAIC
ApCTk4OPHz/SU08MoDOATtudq6urw8nJiQ7zlpaWfwroXV1dQjU1NdMKCwtx4cIFZQCxNFg7
Ojp23rt3Dz4+PlBSUhrl4+MjmzZtipw2bdq1NWvWBLOxsZFNmzb1ycrKssjKysLDwwPnz5+H
nZ3dmol20e7Hjx9LiYqKcjAzM5OFCxeSkZERnfDwcEydOnVgYvrjYl1dXUyePLkEANmzZ8/S
58+fT1u7dm3z1KlTia+v7wFbW1tuUVHRcgDk9u3btjk5OUhJSfnDSk1NBW02we+FOQPovxPo
d+/exfPnz/H69Wts2rQJe/bsgYiICA4cOAA5OTns2bMH0tLS/7Q2bNiA8+fPw9zcHBMtQwAA
Pj4+BAQE0Edsrlq1CvX19Rzfvn3jMTIyAhsb228C3cHBAerq6vSFwYoVKyAjI4Nt27Zh+vTp
sLW1hbOzM8TFxaGvr4/bt2/D1NQUOjo6iImJwe3bt3H48GEUFxfTK6BHR0fx+fNnDA4OYnx8
nH7CnzhxAqtXr4aBgQFsbW1x7949KCsrQ0pKChEREfMiIiLg5+eHw4cPIzAwEA0NDVBUVISM
jAyCgoJACEFUVBTY2dlhaGgIGRkZaGpq0tMPJiYmOH36NGJiYrBr1y5cvnwZiYmJaGhoAM1h
LioqCpcvX6aHz2k9rj8CXVVVFTt37sTQ0BBaW1sRHh6Oq1evor29HRcvXkRwcDCePXsGS0tL
JCQkwMbGBosWLcLp06dRVVWF8PBwWFtb48qVKwgMDPwF0AcHB3Hnzh2Iiori8ePHSElJgY6O
Du7fv4/09HTExMQgKysLhBB8+/YNXV1dKCoqQlpaGn3XERoaiuDgYKipqWH58uV48OAB4uPj
sX79esyYMeMXQE9KSsKiRYtgbW2N79+/T+nr65s0OjqKsrIycHBwYMGCBZCTk4OzszMiIyPx
9OlTHD58+CegHzp0CFFRUfjy5Qtza2vrif379xMA35iZmV8JCgpWP3jwwL+srIy1sbERubm5
EBERgYmJCdLS0nDlyhVcu3YNAQEByMjIwOjoKEZHRzEyMoJPnz797pA7A+j/e0A3NjaGnp4e
tLS04O3tje7ubnR2dv5TMG9ra8PY2Bg1KyuLa+/evdi2bdtPu293d/fOlJQUprCwMBw+fPi9
nZ1dd3V1NfudO3dw4cIFdwDE29u7qqamhiU3NxfV1dX4+PEjc3h4+NOJFtPnOjo6MDQ0XEzr
svDz8wsrKirSZWdn/zZv3jwiKyu7YO3atVi6dGkxAHLy5MmgrKysU5MnTyZbt24l79+/15mw
dnaZuL2BELKyqakJf1RtbW3IycnBo0ePGED/s4F+//59PHnyBMHBwRAUFISkpCT27NkDSUlJ
bN269f+sDRs2zFFWVo7bvXt3YENDg7Cfn58kAJXFixereHt7q3BxcakAUAGweM+ePYiMjMTS
pUvBycmpAkBl586dKvn5+QgMDORYv369CgAVDw8PWR0dnUUAlOfNm6eyatWqVQcPHsTu3buV
Z8yYoeLg4LDW29t79fbt21XMzc1VoqKieGhFUHl5eSpPnz6V0dbWpheaTOQQ6b7r5eXlNPMI
IX19ff1NmzapGBsbT7WxsUFERAQMDQ2lVqxY8djHx2cwMTER169fh56eHtvly5fVkpOTdUxN
TbllZGToBWyXL1/G9OnTcfLkSRVFRUVFXV1d9Pf3o6ysDCdPnoSvr+/O3Nxclf379+PKlStI
SEhAfX09mpqa8OHDB8qzZ89UIiIittjZ2cHS0hJGRkZQVlbeMWXKFJVZs2ap6Orqbjp8+DCk
paUxMDCArq6uyUlJSSrR0dEqHz9+XOfv74+HDx+qVFVVqVhaWuLRo0ewtbXFokWL4OvrKzk0
NKQSGxsLe3t7BAUF4d69e/K3bt1SuXLlikpaWprKly9feMfGxnDv3j2IiIigoKCAUlZWxq6j
o4MHDx4gOTkZsbGx9JnynZ2daGpqQnJyMrKyspCfny8fHh6uEh0dvXEi5C61evVqlSdPnmzL
zMxcIiYmpjJz5kyV6OholTVr1qiwsbGppKSkqKSlpals2rRJZe3atSrZ2dlT+/v7mQgh6O7u
nsfJyamyaNEiFW1t7RkWFha4efMmUlNToaGhAX9//w2Ojo4q7u7uCpqamggODsbnz58FaGYl
9vb2KQkJCUeioqJEPD096a6B1dXV+8TExFROnz6tUlxcvCAoKAghISH0Ys3MzEy8efMGL1++
RENDA71GhAH0/3eAfuLECRgYGEBHRwempqaIiIhAeHg4Xr58ifb2dgwNDdEHGf0REULw8OFD
WmDSX0ND45aMjEz7RG99Z3d395T8/Hzo6Oiw29nZcRFC5sXGxmLBggW13Nzc5Nq1azIvXrxA
Wloarl27hrt377KYm5uPT8wyKNm2bRvc3d35aYsFAQEBdzs7uysTXg5ESkqKf/PmzRATEyuZ
mJPx4erVq5dp5j4FBQU6Ex7z52mTBGNjYyWvXbuG36uQkBBcvnwZYWFh9HD7H1FMTAxGR0eF
Xr9+jYKCgj1tbW0bg4OD6YY/DKC3t9ND0BYWFjh69CgMDQ3prkJ/hk6fPq1Gm/Dl6Oh4OjMz
M3Xy5Mlk8eLF5OHDh/ShLczMzMbLli2Dm5vb5HXr1t3j5OQk8+bNI7y8vCQwMNDP19f3IM2Z
TFlZmQgLC5vTRjqys7P7z5w5ExNjMImsrOxFeXl5d9r8dwUFhaV3797Fzp07L69du5YsXbqU
7N+/P7qysnLL8PAwW0dHB2tnZyeGhoYgJSWF6dOnY968eZg/f/5JXl5eMnPmTHLgwIE3zs7O
iIiI2Ltx40ZaL/H77OxslhcvXpxevHhx2ezZswkXFxfZuHFjtZ6e3sKEhAQQQhAUFORPoVCK
BQQEyIwZM4i8vPzj0dFRkffv38PMzExvyZIlZM2aNWT58uU5d+7cUU1MTERdXR0+ffrEmpKS
krRp0yaye/du4ubmtt3S0hL79u3D1q1b25mZmQkHBwcJDw8vUlZWxqpVq/DlyxeUlJT4ioqK
ElFRUXL16tVLYWFhp0RERIikpCQxNDT0LS0thZOTk8CCBQvuz58/n2zevJk4Ojom3rx5kzkg
IOCMsLAwERISIsuWLSMbN24kNjY26cXFxYiIiODavXt3lISERO+OHTt6LCwsbsfHx0+l5etL
S0vpQG9ubkZmZibi4uLsdu3aRdatW0fk5OTIjRs3okRERAg7OzvR0NBoVFBQcOHl5SWsrKzE
2tqarFixgjAzMxNtbW3i7OxMpk+fTqZOnUoiIyNjRkZG8OjRI8q+ffuqeXh4CA8PDxEUFKzz
9fXlj4uLQ35+Pt+RI0eiaI5fa9euJdLS0mdiY2Px4sWLjTw8PAQAERcXJ3v37iUiIiJdZmZm
onV1dWhubl4nJydHmJiYyKJFi4iZmVl7REQEz40bN0BTYGAgLly4AB8fHyQkJCA9PR1Hjx7F
q1evGED/HwY6zT5VU1MT+vr6cHJywqVLl3D16lU8f/4c169fR2FhIcrLy+lwHxoaQn9//+8G
+rdv3xAXFwdWVlasWrUKTU1NzDIyMnUAyMWLFzubmpqm5OTkQEdHB87OzrTrigaAviNHjvR+
+vSJ/927d7hz5w58fX1x584dFnNz85YJr4wSKysrDA8P81taWtKuoReuX79+gYmJicyZM4eo
qKjw37hxA5aWliUTUwifBwYG2tDGPdfV1emsWrUKXFxc52lumaGhoeJnz57F75Wvry98fX1x
7949PHnyBImJiX9IycnJxgoKCkRfX/+hgoICMTAwIImJiRsrKytRXV3NAHpnZyf9YtXZ2fmn
vSE/anR0VFhNTa1pYgbzUQ8Pjxnz5s0jPDw85Pv373RXqdWrV2uvX78eWlpaHmxsbGTBggX0
EaLc3NwD79+/P09zp9qyZcstR0fH5Vu2bPk+ke9xUlVVxfLly78CIC9fvow+derU3YmQ1WdT
U9PFMTExHqysrISLi4usXr2aMDMzk/Pnz3d/+vRJqLu7e9aEGxf8/PxgamqKU6dOwcvL6wht
0tu0adPIxMr3Bi0UtmbNmvkvX75cu23bNjJ9+nSyf//+98uXL6eNho2vq6tDQUGBCzc3NxER
Eeny8PBIWblyZfekSZNIQEDAza9fv+6WlJQkrKyshGZdqaur+6KgoGBGbm4uPn36xBQcHKxE
e76jR4/GFhYWciYnJyMkJOQhbcKWj4/PuKCgoIeQkNAeQgi3n5/fTtp9Tp06ZZ2VlaUH4CsA
cvny5YKysrIVYmJiPVxcXGTKlCmttJ7ogIAAk7dv31rQZoVLSEi8AzDIw8NDXr165XbixImk
iT7qGgANPDw8xMvLK/v169cLUlNT0dDQgMHBQbS2tqKzs3NGc3PzpPj4+LUAngMgQkJCZHR0
lO64ZmRkFPrgwYOtc+fObWZmZibl5eV0Q51du3aRmpoaQjPYcHR0PEYIgY6Ozi0ARFZWlm4u
o6Cg8MLFxQWnTp1Kp1AoxNDQsP/UqVMpADomT55MMjMzvTMyMrImjsFhZ2fnlCNHjmQBIJqa
moMpKSlLDQwMwgAQfX19QptOd/Xq1ZOFhYV48uTJL5SamoqnT5/i4sWLqKiowMDAAAPofwfo
tBRSWVkZ8vPzkZeX9x8L9H379uHo0aPIzMxETU0NNDQ0oK2tDRcXF/oI2+joaFy+fBkZGRm4
fv06vYX21KlTcHFxQUpKCt69e4eOjg60t7ejs7OT3gL5a+ru7kZTUxPKysrQ0NAAQogFzajG
wcGhMyMjYwqtrqS6uhoDAwMLNDQ0aF4CwWVlZcjJycHNmzfh5+eHO3fusBgbG7dP7MZLPDw8
0N7ezk9zCLSysnqYlpb2aCJ/Tnx9fflv374NBweHkgmHx2+BgYGfJv5PBgcHdSQkJLBw4cLz
tAmUoaGhm2iQ/j3y8vLCuXPn6O21KSkpyMjI+F169uwZXr58aTZhxEWXpqbm4PDwsMTIyAj6
+vr+FP3XAr2urg6VlZV4/fo1fbTrbzmn/bOaKCzznfgA9Cda4siiRYsIIYSoq6uTCcMKPWdn
ZwAI/tsKTklJyc+EEMnjx49HT/zsnqio6NVly5aRadOmES8vL6eQkBAcOHDg6+TJk8nZs2cJ
FxcXbYRkV1tbmx7NxU1QUJAoKioSmsuZhYXFnI8fP6KlpQX19fUYGBjAx48fadPROA8ePFg4
8ZwfXV1dY7dv3z488f13V1dXERcXl4cTISpCCNkQERGhPeEQ9YEQIhYYGPhmwkJz1a1bt3Dy
5MmoiUXKNx8fn9XW1tZPly5dSrZu3Ur3rk5NTZV7+vQp2tvbJ1+6dCmU9j6IioqSe/furSCE
oKamZgkHB8e3H98nPj4+kpycrJadnc1Jy5U5ODi8LikpOcPFxfVl2rRpY5WVlSIqKipXARB1
dfWvVVVV8y7+/5WKZP/+/XU3btxYwc/P3zh16lTS3Nw8X15eXmDRokXHuru7w6ZNm0YbRTrV
wcFh/uzZs79Nnz6dXLt2zdLb2xsXLlxAe3s7+vr60NbWNufjx4+TU1NTYWNjs2vmzJlERESE
VFZWEjY2NqKkpPSxq6uL/evXrysFBQXfT5o0iRBCyMuXL+lT9gghZN26dbT5/nyfP3+mysjI
jNK8AdjZ2WlGHvXS0tJgZmYu4ebmJtXV1QpBQUHg4OC4OTErndy+fZsAIDt27Hh9+/Zt+Pn5
YdmyZV8BkCtXrsQ8evRIzNPTs+/o0aNk4cKFtAtlX2hoKPz9/X9SQEAAzp07h3PnzsHT0xNp
aWkYHR3F9evXMWHpywD6BNDHxsbQ2NiItrY2PH/+HDdu3EBKSgoKCwvx/PnzXwX6xYsXwc/P
DxcXF/j4+KCwsPAnoLu6uuLNmze/CvQHDx6gsbERISEh9FnqqampcHNzg7GxMR3oY2NjPwF9
aGgIly5dwrp167Br1y6YmZkhOzsbr1+/hoODA5KSklBdXY3CwkI8evQIt27dQlBQEJ49e4br
16/j1atXKC8vp7/Xfn5+CA4OpueMa2pq/m5vNm3w0eDgIPr7+zEyMrJ8w4YN9TSgP3v2bMrD
hw9RWVmJvr4+JCUlhdK8KK5du3buzJkzcHd3x4MHD5CZmYnS0lIWHx+f1okoZomqqioSExP5
aZuk/fv3e16/ft2LnZ2dcHNzk23btvG7ublBW1u7ZMLlrzYoKOjBxAaKpKSk/BRyV1BQIFlZ
WeJRUVH4R4qMjMSDBw+Qnp6OCUMdPHnyBOPj4/TozT9SU1MTOjo6cO7cOS0qlfrtR3MkdXX1
vBMnToBm//x/1X8N0A0NDWFpaYmtW7dixYoVeP/+PQghGBkZQVdX1z/dV/j3RAhZdPTo0fqJ
iV5yO3fuxNSpU8nixYsJIYQYGBgQAOTVq1catbW1AHBx4iB+Z29vz8PHx4fw8HBeQghUVVVj
J9ypiJiYGGFhYSG8vLzk1KlTju7u7lBQUPhKczIzMTHpmDFjRv/WrVsHMjMzFeXk5MaYmJjI
ypUrP0hISOTb29tnGBgYhNja2nLdvHkTly9fRnh4OFpaWjA4OEhbjHDIyso+pQFzypQpZM6c
OTQXqq/V1dVmfn5+ZALoUW1tbVBUVFwzsbvtjoqK2iMoKJg0YbiyraCgAM+ePYtlZ2cn8+fP
b/Hy8lqloKDw/sfJYdu2bSNPnz7dExkZifb2dtZbt279NK86ODhYnxCCV69e2TIzM3/n5uYm
LS0tdG/ugICA44SQA3JycrToBj2twc3N/X5wcFD4+PHjnRPvsUNDQwOkpKQO01IZp06dOgXg
xaRJk0hfX5/Qo0ePMH/+fFhZWVkxMzMTMTGx4Imw1FIlJaWeiRD2cRERESxduhShoaH40Tim
srIShJCtKioqXbT55QA+vn792uT79+/o6OiwEBYWJgDI2NgYef78OZlojfkJ6LNnz+YjhKyS
kZEhAIiBgUFeZmZmWkJCQkJISMiqjRs3AsBzAQEBYmdnt8Xe3h4GBgb3Jwp4uoKDgwkA4u/v
/7azsxMuLi7g5OT8yszMTMLDw+/ev39fQVxcfIyLi4ssWLCAsLCwEDExsVoZGRlISEhg48aN
EBcX/4VERUWxfft2qKurw8bGBocOHYKXl9f/LND37duHPXv2YOfOndi1axekpKRw8OBBLFmy
BKmpqRgdHcX8+fMBAI8fP8anT59QV1eH2tpaREdHw8bGBgkJCWhoaEBNTQ0qKirg6ekJOTk5
bN++HYWFhfDw8AAfHx+uX7+OCxcu4NWrV5CRkYG+vj6MjIxgZWWFiooKyMvLAwBOnDgBQgi0
tbVx8+ZNtLe3IyoqClJSUrh27RqSkpJw7tw5+jCp1atX04FOm0A3PDyMc+fOYf/+/fSukNra
WlRUVODVq1dobm5GSUkJfdjS7du3fxPoPj4+CAoKws2bN9HQ0ID6+nooKSmBhYUF3Nzc4OHh
+VVxc3PTNfGzTADEzs6uMyMjY0pERARCQ0MRFRUFXV3dvonz6b2Pj88Mb29veHp60hUUFARd
XV2aodLzAwcOoKamhsvAwIAwMzMTHR2dRDU1tens7OxDAMjcuXO5zp49C0NDw+cT0bPChIQE
9QULFpDp06cTGxubA1u2bIGwsDCtKO4mIYRCKxT9NX38+BGjo6P49OkThoaGUFdXB29vbzAx
MdEnLJaUlODVq1f/UBOTGTeamZkZLFiwYISZmZnuiyAuLv5i9+7d2LFjx29q+/btkJKSwu7d
uyElJfV39V8D9BMnTsDU1BQqKirYu3cv/Pz8EBAQgD+SB/mjunnz5v5NmzbRXJ8S7927d4a2
uhoaGiK0Io3g4ODYsrIyCAoK+k2ArbGlpcU6MjLS3NTU9PD379/1aTvrK1eu/GQ/6enp6V5a
WgoVFZWvExWceYQQlxkzZnzg5+cf6+7utldVVSUTPZZnvb29cePGjYWxsbFWT58+nRIREYG7
d+/SLR7T09ORnp6OsrKyY+Li4mThwoVkwYIFBABxcXEh0tLStHD2xosXL96YyDmVhoSEcMyd
O3f1xPf9MTExops2bcoAQDZu3LghIyMDCQkJMRMOXePh4eEvaOHl2tpaws3NTdauXUsiIyM3
bdy4EQ8ePOCUkZHpU1VVpS989u/f35Camor79+8X0Xaq4+PjxNramkw8j/ZENTqZ8GInmZmZ
hJubm0yaNKlvbGxs0smTJ+MAEGtr66TR0VFoaGhoTqQuygghm2fPnt01efJkUlJSokQIgZWV
FaSkpLwn5tHnf//+HYQQKi0Fcvr06ZMmJibQ19dHSEgIrTAPPT09nN3d3RyPHz+GhoZGJG1R
IiUlVXH9+nVkZ2ejq6tLg/ZaBwYGyOvXr2mfEyGEEFqkYefOnav7+/uhqKhYD4C4urpGVFdX
sz98+HBVcHDw4sWLF4OZmfn5vHnzSEBAwJbr169j7969dwGQe/fu6b5///7wxEKhhBCyrKys
zB/AdwBfOjo6DhsZGaVOtOMQJycnmptZzeXLlxESEoKwsDCEhob+Qjdv3qQXzT169AjHjx/H
qVOn8P379/9JoG/atAlaWlo4c+YMXFxccObMGRgbG2PJkiUoLCzE4OAgrK2tYWRkhMLCQjQ0
NODt27eorq7G48eP4erqSt+5h4eH4/z584iKioKXlxf8/f3x5s0bxMbGwtTUFNnZ2cjKysKt
W7dgaGgIGxsb2NjY0Ns8/f39oa6uDisrK2RnZyMoKAipqamoq6tDeXk5bfQtfUhQdHQ0TE1N
cf78eTQ2NqK9vR23bt3Cw4cP0dTUhJSUFJSVlaGgoIA+hraiogIVFRX0OQX/LNCjo6Nx5MgR
nDx58idHw1+TiYkJLC0tJy1ZsuQFDejp6elTEhMTkZubi2fPnsnPnDmzb+IYbdTS0oKSkhIU
FRWhq6uL48ePw8DAAA4ODhsEBAQIGxtb97Jly0TOnTunM2fOHMLMzExSUlLkraysICAg8Gki
LK/j5uYmIi8v/2HiPHAnhKzdvn1728T5Fqavr79cQEDgBTMzMwkMDHQrKipCVlbWryozMxP5
+fl48eIFXrx4gaSkJBw/fhxycnIQFhbG9OnTISYmBmdnZ9jY2MDMzOwfytbWVoG2OaFp//79
pK+vT3tgYOA30xm9vb0YGRlBe3s7ampq0NraipaWlt/Ufw3QFy5cCD4+PixduhRLliwBFxcX
ODk5wcXF9ZeJh4fnIAsLC+Hg4CDr168n27ZtI5s2bSKamprE1taWbok5e/ZskpqaeuHp06eT
ubi4XtAK3qhUKlFSUuoNDg42puVMT5w4QdLT0wnNHcrFxaVxaGiokpb73bhxo/3+/fsvsrOz
ExYWFpKcnPzcysrq6kSUoNvKyqpk5syZ49LS0kRTU3OBiooKdHV1sXbtWjAzM2Pq1KmYOnUq
ODk5dQCQVatWETExMcLOzk5sbW0JKysrWb16NXFzc5tSVVW1cvPmzWTSpElkw4YNjRwcHK8n
HKsiCgoKYGFhUTERtqoxNTUtmTx58tDEAsY3KioqdwKkxNvbm0wUsBBdXV3N6dOni/Py8tZM
VLn6pqenx0wcxOP29vZHLC0t02gH9dy5cwmFQqEVwe09e/bsbtrqNSQkhNTX19NPABcXl9N2
dnZ6E1EGEhsbWyEvL/+eiYmJeHh4GKWlpWHChpJUVFQs+vbtG169eoWSkhJD2m45KChIRVFR
8fBEJKI+MzOTNzo6Gg8fPkR7ezsd6KOjo5Smpia2kJAQPH782Iifn39sIpe+z8PDA4ODg5Pd
3d2DaK9NTEyM0GoQaC5ktNu0tLSKnj17NtPJycmLh4eHcHNzE3Z29i5WVlYSGBj40MzMDJyc
nAUTv1urr69fAmBg9uzZxNzcfGNSUhI0NDS+UCgUIigo2D1v3jwyefJkYmVllTs6OipKWyyK
iorSQ3mrV6/+fv78+Yu0KvgvX778pr5+/Yrv37/TRxIPDAz8TwFdRkYGmzZtgoqKCu7fv4+0
tDS6GZCPjw8WLFgAc3NzXLlyBenp6RgcHER9fT2Ki4vx7t071NTUIDY2lg502o760KFDePny
JVJSUvD27Vs0NTWhsbERd+/eRVRUFEpLS+lzxr29veHs7AwfHx9cu3YNeXl5eP78OZycnHDq
1Cnk5eWhoaEBr169QkVFBdra2uhmQ1VVVWhoaMDIyAg9clRWVka3g37z5g0aGhrw/v17pKSk
QFVVFe/evUN5eTlKSkpQVlb2TwO9rKwMRUVFGBkZwdevX//ucUQ7lggh8suWLRuc6Mog5eXl
U0+ePIlt27Zh3759WRM2sCQtLS1tfHwczc3NaGtrQ2VlJV6+fIni4mI0NjZynDt3zn8iNTUy
efJkwsbGRo4fP/6G9hlGRUWp066rTExMI+zs7ERRUZEUFRUt6ejoQE5Ojj/NbApA70TaKics
LGyul5cXzpw585O8vb3h7e2NS5cu4ezZszAwMMChQ4fg4uICU1NTqKqqYv369ViyZAnWrFkD
VVVV2Nvbw9fXF87OzrC3t4ejo+Mv5OTkBBcXFzcmJqZaDQ2NN6Kiom+oVOqb0tJS7ebmZtTX
1/9C1dXV6O3txcDAAMrLy/HixQskJCTQF2i/pf8aoLOystLFxsb2l4uVlRXTp09fwcTE5C8r
K+vv6Ojopqen12ZjY0M8PT1JYWEh6ejoIC9fviScnJxk2rRpHwkh665evTpt6dKlAbNmzWrn
4+O7npqaKufg4CA4b948fwD+srKy/ra2tv4A/AH429jYyNTU1JgACJg0aVKUtbX1vS1btuyd
uD3A0tJS5/Lly0LGxsafaLnX2bNnj5uamp5JTU3luHfvHuLi4mBnZ4e9e/fi4MGDOHjwIJSV
lY8vX76ciIuLEzMzs3InJ6dnV69ebRMSEiLm5ubGhBC2np4enD9/Xn/x4sXpW7duJXJycsTK
yio/KyuL083NDVJSUiUTk5zI3r17yaFDh8jVq1dvdnV1zSgpKaHq6emRhQsXkiVLlpBNmzYR
FhYWoq6u7q6vr6+2evVqcvDgwaFr167NDQ0NxZw5cyr5+PjIpUuXbtvb26sB8GdmZvYH4L9w
4UL/W7duGY6OjqK0tDR44cKFZNGiRcTExOS1rq5u7YIFC4iQkBCxtrau8vLygqmp6endu3d3
sbOzk4ULF5K1a9fenJh9PoWfn58AIM+ePbvS0dGBxsZGjI6OIjQ01IUGddpCpKSkxPj169d4
8eIF8vLy6BPwaHlD2iz+GzduSAgICAwsXryYHD9+fGFaWhrGxsZWOzg4lK1bt45MnTq1ddGi
Rc76+vrDCgoKRF5enhw7doy4ubkRe3t7ws/PT2RkZG6eO3cOsrKyXjNnzhxZvHgxYWZmDtHV
1V04c+ZMACigFd8dOnSIHD58mOjp6ZkfOnQIAQEBqKur2yEhIXGfZscpJiZ2Pj8/n9rR0cFi
bGysSQP5rl27yJYtW2gLTb3S0tKZIyMjrO3t7fh7ovXr01qXCgoK/meALiEhARUVFTx8+BCJ
iYmIiorC/fv3kZKSAg8PD8ydOxeysrJwdHTEvXv36LvysrKy3wT6yZMnoauri5ycHMTExCA/
P58+gzw4OBjR0dEoKiqCr68vHB0d4e7uDkdHR3h4eODmzZt4+vQpHj16BAcHB5w5cwYpKSmo
qqrC69evUV5ejoqKCpSVlf30/Zs3b0BzFaT5ub979w7v3r2jf5+amvqnAr2yshIFBQV0kDQ0
NNDNapqamn41j9zd3U1xc3MrPHDgAAkLC4t8+/Yt6549ewAAs2bN0hMTE2tnZWUNyM/Pn/n5
82e0t7ejp6cHBQUFiI+PR3JyMnJzcxEQEIATJ074aGtrEyEhIbJ582b/pKQk/itXrjBNGDIh
JibGdPfu3URaWpps2rQpKj4+/kBeXh5qa2vx9etXlqCgIK+lS5d+0NDQINLS0i/l5OQ4g4OD
ERQUhMDAQLqCgoJAi2idOXMGe/fuBZVKhby8PPz8/GBubk4HOpVKxbp168DPzw9RUVFoaGjA
0dERZ8+ehZubG5ycnODk5ARnZ2c4OzvDxcUFbm5uYGJigqOjI6SlpSEiIvLTYo2W2mlsbKSl
e2lumzA1NUVVVRUSExPpi7nf0n8N0JOTk/9lysjIQHJyMsTExOgXrb179yoA6KMBgYWFhWhq
ahJPT08yf/58snLlyqHx8XHBz58/08Zzzl+yZAmysrJw5swZLFy4EACgqKgIFxcX+jQ5Ozs7
TOTfwc7ODkLIagsLC6xZswYZGRmoqalBfHw8CgsLBfbu3Su5YMECyX379vFZWVkhPz8fsbGx
ePjwIXJyclBVVYXy8nKUl5ejqalpjpGRkaSXl5dkbGwsZ1xcHJqbm+d7eXlJHD16FIQQtLW1
wdzcHFJSUkhISJAsKSmRjI6OnmRlZYWTJ0/i8OHDJQCIk5MTKSgokOrr69v8+fNnvHz5Ep2d
nTNqamoklZSUJG1sbCQDAgIkp0+fLmlpaYl3796xXblyRTIsLGyZt7c3PDw8ICgoyK2goCAZ
ExND/f9T3QALCwsAYNmyZQgJCaH3Y6qoqEju3r1bMjY2dmpzc/NWFRWVfRoaGpJdXV1rL168
CF9fXxQXFy9asGCBpJaWluSzZ89QWVmJ48ePTzYwMNBNTExsevbsmWpOTg4KCwvR2NiIR48e
wdfXV5KNjU0KgFRcXNzmxsZGFBQUIDc3F2/fvkV3dzd6e3tRX1+PmJgYPHz4kE9SUvLJ4sWL
v05Ujt8ZHByc8unTJ1RVVU3Nzs6e6ujoKHnw4MF5NjY26jo6OqNr164loqKi5OjRo6S8vJx8
+vSJtnNP3bhxI7Zs2QJ1dfXlTk5OGwDg3r17yMjIgLCwcC4Acvz4ceva2lrJ5ubmzaampjh4
8CACAwNRVFQEeXl5qKurS7q4uGzYtm0bkpKS0NraCmtrayxevFiUmZlZMioqSjI8PFxSTExs
bXl5+ZQvX76samlpmfyPgE7Thw8f0N/f/z8B9OnTp0NSUhIqKiqIjo5GfHw8HeY/An3evHlQ
U1ODt7c3IiIi8ObNGwbQ/wbolZWVePv2LZ4/f464uDjU1tbSC5GbmproId/m5ma0t7ejv7+f
Pzc3VzI1NRUFBQWQl5cHExMThIWFERAQMJ+NjQ2ZmZkYGhqidxHk5eUhISEBycnJyMvLg52d
HXx9ffH161fJ4OBg0c2bNyMyMhJXrlxBaWkpffBVSkqKcGVlpaSmpiZCQkKQlZWF+vp69PX1
0cLi8wghkhcuXGATERHB3wI9ODgYV65cwblz52Bubg4FBQUICgpCWFgYKioqvwD6smXLICws
jNWrV2PVqlVYunQphIWFoaqqCicnJ3h4eMDd3R0ODg50sLu5uYGFhQUWFhbYsWMHhISEUFxc
jOrqapo5FgYGBjA0NISSkhLo6uqCl5cXAGBiYoK6ujokJSX97wD936HKykq6O9mWLVv0RERE
yMaNG7sXLVoULiAgQGhVlgBKnZ2dTdva2ujtA/n5+di7dy8ePHgAX1/fn4Du6ur6q0CnUCho
a2vDqVOnkJGRQXPImpSdnY3o6GhISkpi3rx52L59O6ysrJCbm4tHjx4hOjoaiYmJSE9PR2pq
KlJTU/H8+XNoaWnh1KlTuH37Nu7du4eKigpYW1uDBvTa2lp4enrC1dUV2dnZqKurw5MnT7B4
8WLw8/NjyZIlHzg4OIiNjc2DqKgolJeXo7W1FSUlJWhpaUF2djZkZGRw4sQJ2NvbAwC0tLSQ
lZVFf9xr164hPz8fSkpKWL16Ne7evQs7O7tfAP3atWt4//49KioqsH//foiLiyMpKQljY2Og
2Zp2dXXh0aNH8PDwwKNHj8DBwQFvb28QQpgJIcwWFhawsrICIYSlqKgIOTk5KCoqQlNTE6Ki
omBnZwcKhQImJibcuHED1dXVKCgooMOcNjb3w4cPeP78OcLCwvJpCzgLCwvy8ePHDbW1tWhv
b6efYKampti9ezeWLl1aOpEWoUcBWFlZyZQpUwgvLy9RVFQ8pqmpCXFxccjJyUFPTw9Lly5F
Y2MjCCE7tm/fTnh4eIiEhMSmkJAQvHr1CkZGRlBUVKQDff/+/ZCXl4eZmRm2bNmCpKQktLW1
wdLSEgsWLAATExNcXFzQ09NDc6Oi0Ow//18B+pkzZ5CZmUk/v7S1tek788jISDrMGUD/40Cv
qanBs2fPcO3aNWRmZuLp06d49+4dhoaG6LbIEwOl8O7dO7r3xIsXLyAvLw9mZmasXbsWjo6O
+BHozc3N6OjowMuXL+nXr7y8PDg4OMDNzY1+nZKQkKADvaSkBIQQRERE4Pbt20hJSaG3+v0I
dFdXVxw7dgxNTU1wc3PDxo0bERwcjMuXL+Py5csICgqCv78/vLy84ODgAG1tbaiqqkJUVBTr
16//h0Bfs2YNhIWFsWzZMixcuBAyMjIwNTWFnZ0dfcdO26H/LdBfvXqF9+/fo7OzE9+/f0dZ
WRlsbGzok0ZpX6ampqitrf3fAvpvFQ38Vfrw4QMrIYS5pKQEO3fuhKCgIK5evbrX2dl5EZVK
RUJCwgE9PT1ZcXFxWTc3N9aWlhYMDAxQ2trauDs7O+d9/vwZ3d3dyM3Nhb29/R8CuoODA549
e0Z3dktPT8ejR4/+dKA3Njbi7du3tNzc9Pb29l3j4+O4ffs2hIWFISIism358uWyTk5OuHXr
1i+Anpubi927d0NJSQkWFhY4fPgwXr9+jfT0dNjZ2SE8PBwdHR2YqAiHjIwM7t69S/dz/3tA
37RpEx48eICPHz8iMTERjY2NTB8/fmTp6+tDc3Mz7t+/Dw4ODpw9e5aeIzYzM8PJkyfR39+P
wsJC5OXl/UOgFxYW0nttP3z4QJuYteLNmze4fv26VHBwcP/27dsvPn/+fH1fXx/q6up+AvrR
o0exZ88emJmZyampqSXu27dP1tXV9YSqqqodMzOz7NSpU2WXLl26Q1lZGcePH4eEhATdh9vC
wgJtbW0oKioS27x58yFhYWHZEydOzLS3t0dpaekfBjoAeHh44OvXr+jv72ej9RH/vwJ0W1tb
+Pj4IC8vD1xcXDAyMkJMTAwSEhJ+2pkzgP7PAb26uhrZ2dm4desW8vPz4efnh6CgIERERKCi
ogI9PT0YGBhAe3s7HegJCQkoLi6m+1esW7cOjo6OYGVlRXZ2NgghaGpqQlVVFUJDQ3HhwgWk
pKTg1atXcHFxgaurKx3omzZtQlRUFG7fvk0vALt3795PQA8JCUFRURE9feTs7PwT0MXFxelT
3/z9/eHp6Ql7e3t6eNzAwABqamp/COjr16/HmjVrsGzZMhw4cADKyspYs2YN1NXV4ejoCBcX
F3h6eoKZmZkOdEFBQVRXV+PDhw94/fo1Tp8+jbVr12LSpEl0NtD+zwD6n6PpHz58YCOEID8/
H8uXL8eZM2dgYWFBb3FSVVUFlUqlHZjzW1tb57S3t09ub2+ntLS00PtYrays/hDQ7e3t6W00
fyXQaX/rRKhscnNzM+/o6CiKioqwfv16rF+/Hvz8/HBwcMDt27d/AnprayuSkpIgLS1N9yYf
GBgAIQSFhYXw8vJCd3c3xsfHmdvb2zlplZofP36El5cXmJmZ6Ta3vwX0iIgIfPr0CYQQDA0N
sbS3t7PT5gNER0eDg4OD5t/9fwJ6S0sLHegfPnzAwMAAR3FxMW7fvo3R0VEuAwMDREREoKen
5xdANzQ0xI4dO2BjY4OzZ89CSEgIN27cQEBAAACAh4cH/Pz8OHToEI4dO0YHupKSEvT19dHc
3IyysjJs3rwZgoKC0NPTg6urK0pKSv5poNNsMP9fA7qZmRmOHj2K6upqhIaGIj09HY8fP/7F
zpwB9D8H6Ddu3MD58+dx6tQpWFpa4tatW6isrMTAwABqa2vx4MEDZGRkID8/H8rKymBjY8O8
efNgbW0NAEhNTUV1dTWCgoIQHx+PwMBAGBkZwdfXFzExMbC0tIS7uzuamprg6uqKVatWISIi
gm6NTAjB48ePcevWLaSkpODAgQP0z/rRo0cYGhqCr68vjhw5gvb2djg5OWHNmjUIDAykh8Rd
XFzg5OQEV1fX/zPQqVQqZGVloaOjg6VLl2L58uUQEBCAiYkJzpw5AwCwsLDA1q1bsWbNGlRU
VODMmTMQEBAALy8v+Pn5sXLlSkyePJkB9L9K3759Q2FhIQQEBH4V6AICAoiJiQEh5BcXx76+
Prx79w42Njb/kUD/8OEDmpqa0NzcTNfIyAgyMjL+IdBra2tRXFyM7OxsjI6O0iw6KUNDQ2wV
FRVwcnLC06dPMT4+ztzT08Pd0dGBgYEBfPv2DbW1tT+FlX4L6JGRkRgfH//FZ/Lly5e/Gugo
KSnBrVu3UFNTg8OHD+PBgwe/CXQpKSlYWFjAwcEBIiIiuHjxIpycnBhA/xcC/cuXL4iLi4On
pydiYmIQFxeHBw8e/CrIGUD/c4AeEhKCoKAgut2zoaEhXFxcUFRUhPLycjx+/BhhYWHw8/OD
kpISfc7B3bt3cfnyZcTHx8PS0hK2trZITk7GjRs3YGZmBjc3N5w6dQrGxsa4fPkyysrKcOPG
DQQFBeHatWtYvXo1Zs+eDWtra1y/fh1xcXFIT0+ntyIqKSlh37598PHxgb29Pby9vVFRUYHQ
0FC6AZKzszMcHBzg7u7+pwNdW1sbgoKCWLNmDRYvXgw9PT3o6+tDWVkZ5ubmOHToEBQVFWFm
ZoaNGzeCn58fq1atwtq1a0GlUhlA/yv19etX5ObmMoA+AfTm5mbU1NSgra0N3d3d+Pjx449z
nVcODw8vzs/Pp5+UycnJ6O/vR09PD7q6uvD582eUlpb+FFpiAJ0B9N8DdBsbG9y+fZsWsaFr
bGwM7969Q1JSEuLi4hAREfF3Qc4A+p8PdFtbW9jY2MDT0xPx8fHw9fWlt+w5Oztj//79dHe/
uLg4EELw5MkTWFtbw9nZGSkpKbh+/TrMzc3h6elJf888PT3h7OyMwMBAvHv3DsHBwRAVFcXS
pUuxaNEiuLq6ws7ODlFRUQgPD4eJiQkUFRVx7NgxqKiowMTEBOfOnYOXlxcCAgLg6elJz2vT
nuOvAPrq1ashJCREt69WVVVFYGAgzM3NoaurCz09PWhoaEBWVhYrV66k/z4D6Ayg/0uB3tDQ
gK6uLhBC8PXr159ECEFZWRnCwsJELl26dNPFxYXb0dER79+/x/Dw8E9Ap+XPGUBnAP0fAd3b
25veDhQREYGioiLk5+fT9fz5czx48AB37tz5h7tyBtD/OqBbW1vD29sbqamp9P56Hx8feHp6
QlZWFnp6ekhOTsadO3fQ3NyMpKQkul303wLdycmJ/plbWFjAx8cH+fn5uHr1KjZs2AAqlQpx
cXF4eHjA0NAQd+7cwZUrV2BtbQ1lZWXo6+vj6NGjsLS0hIuLC73AjlZx/q8E+rFjx6ChoQF3
d3eYm5tDS0sLWlpa0NfXx/79+xlAZwD93wf0np4exMXFITw8/Be6f/8+dHV1sX37dsurV6+S
Fy9ezExNTUVhYSFevXpFHxrR1NQELS0tBtAZQP9dQHd3d4erqyvCw8MRHR2NsLCwn467sLAw
+szt3wtzBtD/WqC7u7vD3t7+V4F+79693wV0V1dXuLi4wNbWFmfPnv1VoHt6esLExAT37t37
TaC7ubnB1dX1p4UCA+gMoP8/D/SKigoMDg7C3t4ecnJyOHTo0E9SVFSEsrIyFBUV3cPCwk5X
VlYiLy8PGRkZSEtLo7++kpISxMbGgo+PjwF0BtB/E+ixsbH0lp+bN2/i8ePHfwjYDKAzgP6/
AHQbGxv09fUhNzcXzc3NdAfAXxMD6Ayg/26g005q2lS1ysrKn1RRUYHKykq8efNmXm5u7lya
Veff6smTJ6ivr8fu3bsZQGcA/VeBfvHiRcTHx8PHx+cvgfn9+/eRnJwMLy8vLFy4kKqvr0+9
du0a9dmzZ9Th4WHq+Pg4tb+/nzo2NkYdHx+nvnjxgnrp0iVqcXHxEkLIPAcHB5iamnLU1dVR
CwoKqE1NTdTv379Th4eHqdHR0dS8vDxqR0cHNTQ0lOrv70+9fPkyNSAggHrlyhVqYmIi9fXr
19SCggKqv78/NSQkhFpRUUEdGRmh9vb2UgcGBqiDg4PU/v5+al9fH/374eFh6sjICPXjx490
jY2NUcfGxujfV1ZW8unp6WFsbGzZwMAAtbu7m9rf30/t7u6m1tTUUPPz86kpKSnU+/fvU6ur
q6lxcXHUzs5O6sDAAPXq1avU69evU+/fv09NTEykfv/+ffHQ0NCipqYm6uDgIHV0dJRaW1tL
TU5OpjY2NlJjY2Op9+/fp165coV65swZqru7O/XatWvUyspKalBQEPXs2bPU69evU4ODg6mq
qqpUc3Nzanl5OTU9PZ1KCKGWlpZSz5w5Q71w4QK1oqKCGhsbS3V1daUGBwdTz58/T7106RL1
4sWLVB8fH+rNmzepjY2N1JiYGOrWrVupq1atom7fvp0aFBREdXBwoKalpVEfPnxI9fT0pOrq
6lItLCyoVlZWVHd3d2pgYCD10qVL9McNDAykXrx4kRoQEEC9fPky/bkuXLhAtbS0pBoYGFA3
b95MFRMTo+rp6VHDw8Oprq6uVH19faq4uDh15cqV1E2bNlHXr19PFRYWpoqLi1NFRESoq1at
oqqqqlKPHz9OXb9+PXXDhg1UAQEBqo2NDdXQ0JAaFBREdXV1pRoZGVGNjIyo5ubmVGVlZaqQ
kBB1/fr19MdgZWWlAqBOnjyZys7OTj127JhUenp6XkhIyIv4+HiF2NhY/JYYQGcA/Q8Bvb6+
Hk+ePEFaWtr/SeXl5diyZQsD6Ayg/yrQaTu9+Ph4REZGIiIiAvfu3UNERMSfppSUFDZbW9sb
kydPJmvWrCE7duwgysrKxNramlhbWxNTU1NibW1N7OzsiLa2Ntm2bRvR1tb+euHChZHt27fH
CwkJlRoaGhItLS1iampKTp06RZydnYmamhrR1tYm9vb2REFBgezatYts3bqVbNmyhWzfvp0c
OnSI6OnpkSNHjpC9e/cSeXl5YmZmRjw9PYmtrS05efIkOXnyJLG1tSX29vbE0dGRODs7ExcX
F+Lq6kpcXV2Ji4sL/We0/zs7OxMzMzMiIiLy2NnZmTg5ORFHR0fi4OBATp06RczNzcnRo0eJ
trY2OXjwILGwsCAaGhrE1taW2NjYkJ07dxI5OTly+PBhoqOjQzw9PYmjoyOxtbUl7u7uxMPD
g1hYWBBtbW1iZ2dHNDQ0iJqaGpGVlSXS0tI//S0HDx4kMjIy5MCBA0RGRoYICQkRCQkJYmho
SNTU1IiTkxPR19cnO3bsIFJSUsTQ0JAoKysTcXFxsmvXLrJ9+3YiJSVFduzYQTZv3kykpaWJ
mZkZUVJSIry8vGTq1Klk9uzZRE5OjoiJiRFVVVUiLy9PJCQkyPLly4mgoCBZt24d2bBhA9m4
cSPZsGEDkZCQIBISEkRSUpJs27aNbN26lUhJSdGfS0pKiggLCxNBQUEybdo0wsPDQ6hUKtm7
dy8RFxcnq1atItOnTydcXFxk5syZhJubm3BxcRFubm66exofHx9Zs2YNmTx5Mpk8eTJhYmIi
69atI6tXryYSEhJk9erVhJ+fnyxZsoSsXLmSzJs3j1AoFDJt2jQye/ZsuscHTezs7HTHSg4O
DiIkJGQnICCA3xID6AygM4DOAPp/DNAtLS3x+vVrJCcn0x3LaA6Cf7bKysp4Ll68SDg5OQmF
QiGsrKw/XUz/Vj9aAQMgNEMlAN9++Hk/gIEfDEF6aWZNrKyshImJ6W8ft/dv9ONto79y+z/S
wLx58/7e4/YCGPnb5+bh4endsmVL78yZM3+8T9/E3/O7nnvevHk/fU+hUHrnz5/fy8vL28vC
wtILoJeDg6N37dq1vYsXL+5dvnx577p163pXr17dO3v27N5Vq1b1bt68uVdISKhXRESkV0RE
pFdUVLRXXFy8V1hYuHfZsmW9AgICvbt27erdtWtX77Zt23pFRER6JSQkeuXl5Xu3bt3aKykp
2SsvL9979OjRXhkZmV5lZeVed3f3Xh8fn14rK6teZWXlXhkZmV45Obne7du394qJifWKior2
btiwoXfDhg29QkJCvVu2bKHfT19fv3f9+vW9W7Zs6d26dWvvwYMHexUUFHpFRER6ZWVlew0N
DXsPHz7ca29v3+vv79/r6enZ6+Pj0+vh4dHr5+fX6+fn17tr165eLS2tXjc3t96AgIBeT0/P
XgcHh14PD49eHx+fXl1d3d4tW7bQtXv37t69e/f27ty5s3f79u29MjIyPXPnzu0QFRXtKCsr
06Y5wv2aGEBnAJ0BdAbQ/yOAfvToURgaGqKsrAxtbW30fDEtT/xXqLm5WTgqKioyLi7uTEND
g31JSUnkq1evIsvKyiIrKysj37x5E1lRURFZXFwcWVZWFvnhw4fIs2fPaqupqckNDg5Gvn//
PvLOnTsbDA0Nt9XV1UVOmTKFa8GCBTx+fn7KACgAKKamptLj4+Ohb9++vVdSUhJZWloa2dnZ
GXnjxg0TJiYmCgsLC4X2u4cPH5br6OiI7O/vD9+zZw8/7ee/R8zMzBQuLi7Khg0bKNzc3D/d
dvz4cRVtbW15JiYmioCAwAI/Pz9T2m3s7OwUaWlpyunTpyni4uL0x+Lh4aHw8/NT+Pj4KAAo
/Pz8FF5eXsqUKVMoTExMFCYmJgozMzNl0qRJ9OedOXMmhYmJiQKAsmjRIsquXbsoEhISlGnT
plEAUCQkJCgmJiYUPT09ypEjRyg6OjoULS0tyv79+yna2toUCwsLioGBAcXIyIhibGxMMTEx
oZibm1NMTEwo2traFA0NDYq1tTXF3NycYmxsTNHS0qKYmZlRgoODKQ4ODhQ7OzvKuXPnKI8e
PaKcOXOGcv36dUpLSwult7eXUlpaSgkLC6P4+flRLl26RHF2dqaYmZlRjI2NKSdPnqQYGRlR
tLS0KCYmJpTz589TXrx4QYmMjKQYGxtTLC0tKWZmZhQPDw+Ks7MzRV1dneLs7Ey5c+cOJTAw
kJKTk0NpamqivH37lvL27VtKRUUFpbm5mVJfX09xcXGh3Lhxg9LQ0EAZHh6mNDY2UsrLyym1
tbWUuro6SlhYGOXo0aMUbW1tiq6uLsXExIRiampKOXHiBMXQ0JDi6OhIWblyJUVISIhCCMHw
8PBPbZs/igF0BtAZQGcA/T8C6Orq6ggJCcHQ0BAGBwfR29v7V2vy2NgYS2JiIp49e4be3l7U
1NSgpqYGDQ0NaGlpoftPv3//HvX19RgbG0NQUBB0dHRACKH7C5iYmKCnpwdTpkwBHx8frly5
Qj/HbWxsQAhBS0sLamtrUVdXh8+fPyMqKuqnEcgAoKOjg7GxMRBCICMjgz/yxczMDE5OTqxb
tw6cnJw/3WZubo6jR48CAFatWvXT66NQKJCUlISJiQlEREToj8XNzY2FCxdi/vz5AIBFixZh
+vTpYGdnBzMzM5iYmMDMzIxJkyaBk5MT69evx4wZM+jHBh8fH7Zu3QpRUVHw8PAAAERFRXHk
yBGoqqpCRUUFysrKOHToEHbu3AklJSUcPXoUhw8fhra2NnR0dHDkyBEYGBjgyJEjdN90Q0ND
GBgYQEdHh14Ad+bMGZiamsLY2BiOjo64fv06fZ76y5cvUVFRgeTkZPj7+8PJyYleoKavrw8d
HR3o6upCR0cHhw4dgq6uLlxcXJCYmIjLly9DR0cHx44dg76+PmxsbGBhYYGDBw/C3Nwcly5d
goeHB2JiYlBYWIjMzExkZ2cjPT0dL168wIQNNfz8/PD8+XO8e/cOz58/R1paGvLy8pCfnw9/
f3+oq6tDWVkZqqqqOHLkCPT09KClpQVNTU0cP34cO3bsQFhYGAYGBvY0Nzcv+fGa/aMYQGcA
nQF0BtD/I4B+6NAhpKSkgBBCN8r5i8U8MjLCGhcXh6dPn6KtrQ0VFRWoqKjAu3fv8P79e9TW
1uL9+/d0q8v+/n6cP38empqa+PTpE5qbmxEVFYUTJ06gtbUVU6ZMwYIFC3Dx4kX6OW5hYUE3
Q6JVqg8NDeH27du/ALqmpib6+/sxNjaGvXv3/mlANzExgZ6eHgBAQEDgp9fHAPp/NtANDAyg
qKiI5uZmdHV1zW1ubuZgAJ0BdAbQGUD/jwa6srIyYmNj8eXLl3/Z+T08PIzY2FgG0P/NQN+1
axdkZGSgp6cHdXV1BtB/APrRo0chKyuLkpIS9PT04LdgzgA6A+gMoDOAzgD6D0Cn9XwzgP5/
B/qCBQuwZcsWiIiI/ALoKioqUFFRgaqqKg4ePIgVK1ZAR0cH6urqkJOTw5EjR34COg22CgoK
MDQ0pIOYAXQG0BlAZwCdAXQG0NHZ2YmRkRE8fPgQCQkJaG9vx9u3b1FWVoauri50dnaiuroa
79+/x5s3b/DmzRt8+/YNN27cgL6+Pr59+4bGxkYG0H8A+o9/y9y5cyEhIQFRUVH68bJmzRoc
OnQISkpKUFNTg4KCAtTU1HDx4kVUVlYiNzcXJ0+exP79+6GoqEgfwKKhoYGDBw/S57Srq6vj
0KFD2LNnD/T19XH+/HmYmprCxMQETk5OCAoKwqlTp3Du3DkUFRWhoqICT58+xcWLF+Hh4QEH
BweYmZn9xwLdwMCAvuAxNDRkAJ0BdAbQGUBnAP0faWhoCKmpqUhLS0NraysaGhrQ2NiIp0+f
Ijs7G01NTairq0NZWRnq6+vx/v172NjYQEFBAUNDQ2hvb8fNmzehpqaGxsZGAMDChQt/F9Dv
3LnzCyj/twKdjY0Nc+bMgZCQEObNmwdLS0scP34cVlZWOHHiBFasWAFeXl6sWLEC169fx/Xr
17Fp0yasWbMGjx49AiEE/f39+Pz5Mzo6OhAfH4+TJ09CXV0dOjo6iI+Px5UrV+Dl5YUTJ04g
ISEBfn5+MDY2hoGBAWxsbCAnJ4ejR4/C09MTUVFRMDc3h5ubG4qKitDQ0ICnT5/Czc0NVlZW
8PPzg66uLrS1taGrq/sfBXRdXV36xDk1NTUcOnQI8vLydKA3NTX9phhAZwCdAXQG0P/tQH/7
9i1kZGQQHR2Nb9++oaur61+ijo4OtLS0oLGxEQ0NDWhqasLg4CA4OTkhJSWF79+/o7q6Gjk5
ORgYGICGhgYAYNq0aSgqKsLnz5+Rl5eH8PBwDA0NQVpaGkxMTHT/a1qF+d8CfWRkBCEhIQAA
SUlJ+u8eOnQIg4ODGB8fx549e/BHv1hZWSEqKgp2dvaffq6rqwsDAwMAAD8/P4KCgn66fceO
HX8Y6D9+TZs2DQ4ODigvL4evry8uXboEJycnnDlzBhoaGoiMjERtbS0iIyPx9etXPHjwgG4X
mpubiy9fvqCtrQ0tLS3o6+vD8PAw+vr6EBYWhuPHj6OkpASPHz+Gg4MDTp06BVr71vj4OI4c
OYJ169ZBQUEBOjo6sLOzQ2NjIxITExESEoK0tDTU19cjJycHmpqaEBERQVlZGR49eoTjx49D
Tk6OXoinpKT0E9DPnz8PPT09nDx5EkZGRnB2doa5uTlkZGRgYmKCs2fPwsPDA4mJiSgvL0d+
fj59dsLz589RUlKC06dPIyAgALm5uaiqqkJ+fv4vgK6pqQl5eXnIyMhAXl4e7u7uKC4uRkFB
ARwdHSEmJoZXr16hp6cHbW1taG9v/9Hlki4G0BlAZwCdAfR/C9CHhoaQnp6OixcvoqysDN7e
3qiurkZ7e/vf3YX8WWpubqaD/Md/+/v7MWPGDOzZsweEEFRWVuLZs2cYHByEtrY2AGDGjBl4
+fIlxsfHMTAwgLGxMfT396OzsxOJiYloa2vDzp07AQBWVlY/Af3NmzeoqanB69evkZiYiK6u
LiQnJ2P58uXQ1NREV1cXxsfHIS4uDg4ODvpsb1ZWVjo8ubi4AADr1q1DTEwMHj16BEFBQfDw
8GDVqlWYMWMGZsyYgQULFsDQ0BBBQUH01yMoKIgLFy4AABYvXgx2dnYsXrwYJ0+e/F1AnzJl
Cv36NWvWLBgbGyM1NZUezXBycoKXlxesra3h5uYGFRUVXLx4kb4Lb21txe3btyEsLIyVK1ci
LS0Nnz59+gWcBgcHUVZWBhMTE+Tl5SEyMhKnTp2CjY0Nvn//jt7eXoyMjODIkSMQERGBkpIS
jhw5AltbW7x9+xa9vb1IT09HUlIS6urqkJOTA21tbaxbtw7v3r3D0NAQXr9+jdDQUBw9epQO
1KNHj+L06dN49OgRwsPDoa6ujsOHD9PD39bW1lBUVISJiQlu3boFd3d33Lp1C0+fPsWTJ09Q
WFiI9PR0FBUVISUlBfr6+vD19UVJSQlqamrw4sULJCUlIScnBwUFBfD398fOnTtx4MABODs7
4/nz5xgYGMDHjx8xPj6Ojo4OZGRkoKWl5R8uUBlAZwCdAXQG0P8tQO/v70d+fj7i4uLQ2tqK
1tZWtLW1oba2FvX19f8y/WhuQQP6zJkzsXfvXnz//h1v3rxBZmYmBgYGcOTIEQAALy8vioqK
MD4+Tn/vmpub0dPTQ79m6ejoAAA8PT3x9etX1NbWoqKigj4sp7e3F4QQDAwM0Fv16uvrUVpa
ipaWFoSHhyMqKgozZ84EAKxdu5buvlVWVgY/Pz98/PiRbl08ODgIIyMjAMC2bdtw48YNtLa2
YmRkBB8/foSbmxtUVVXx5MkT+mt7/fo10tLSoK+vj8OHD2PZsmW/CfSFCxfSYc7JyQldXV2k
p6fTh/Tk5OTg3bt3vwr0wMBAEELQ0NCA9vb2n4Cek5ND36H/KNpxaGxs/Augf/v2DT09PRga
GsKRI0cgKir6E9CrqqrQ1NSEpKQkPHny5CegCwsL482bN6itraVf/8rKynDjxg0cPnwYe/bs
gbe3NwoKCtDW1gZxcXEwMTHRZWVlhfj4eGRlZeHTp09wcnKCjIwMJCUlYWpqihcvXiAjIwNt
bW04fPgwmJiYYGFhge/fv+PDhw9obm5GaWkp8vLykJmZCT8/Pzg4OCAzMxMjIyMYGxujR45o
16avX7+it7f3H/KKAXQG0BlAZwD93wL0zs5ONDU1ob29nR7u/ntOUn+1amtrJ7W3ty8mhDDP
mTMHu3fv/kNAb2trQ2trK7q7u0EIgbKyMv0z+fz5M+rr61FXV4fGxkZ62PRHdXd304ue6uvr
QQhBcXExPR++bt06AICBgQEIIRgaGkJbWxuam5vR3t6Ojx8/wszMjB7Gv3XrFrq7u9HV1YW2
tjZ8+fKFfj9afj4rKwuEEHz79g2vX7/+ydaYk5MTixcvxqJFiwAAU6dOxcyZM2FiYoKUlBR0
dXXh5cuXyM/PR25uLvLy8v4w0AUEBBAXF4fR0VG0t7fzt7e3c/94/fwrgU5zx6O56/X09KCg
oAB37txBYWEhqqur0dLSAjExsZ/SC4aGhqivr8fnz58xNDQEJycnSEtLY8uWLTA0NER8fDwy
MjLQ3d1NPwZoaRfa597T04MPHz6gsLAQISEhGBgYoL0Hv1jYtLa2oqOjg16oyQA6A+gMoDOA
/m8HuoyMDNauXYtv377Rz+vv37/j+/fv+Pbt279dhJCpnZ2dGrdu3QIXFxfk5eXpQH/27BmG
h4ehr6//TwOdNn2upaWFDuFfU0dHBz58+IDx8XHk5ubSw+u0HbqBgQHGx8dRV1f302MNDAzA
xMSEvkMPDQ1FW1sbPnz4QIdDS0sL2traICsrCwDIzMzE169f0d3dje/fv+Pjx494/Pgx3QmR
tiOfPn06rKys8OzZM7pta1ZWFvLy8n7SHwW6kJAQNm/ejJaWFtGuri6pjo6OSbTzsLW1FdnZ
2b8acv+zgf7mzRtUVFSgoaEBzc3NePPmDYqLi9Hc3IyNGzf+BPQTJ06gsrISfX19GBwchJOT
E/bt2wdJSUkYGRnhyZMnyMjIQGdnJ9TU1OiFkd+/f/8J0kNDQygrK0N4eDiamprQ2dn5q3lx
BtAZQGcAnQH0/8gd+u7duxEaGkqv3JWVlf2PkZqaGsTFxQFgMgBWHR0dru/fv0+prKxERkYG
enp65mhra/MBYOXl5WUtKiqi/FGg/3i+/b3Poa2t7V8K9M7OTnR0dKC3txffv38HIQRxcXHY
u3cv1NTUkJycjNbWVrx69QoFBQX0HfmvAd3R0RGXL1+Gu7s768WLF1l1dXXpOfSJ3DjTo0eP
WMXFxVk3bdrEunDhQtbY2Ngdw8PDorTXWV9fj9raWuTk5MDIyAjV1dVIS0tj9fT0ZHF1dQUh
hKWrq4t5eHgY2trakJCQgLa2NquJiQmrk5MT3rx5g6amJiQmJuLJkycYHBxETU0Nq5GREdav
X/+rQKfp9evXKC0tRWlp6V8G9La2NvT19aG0tBQ3b95EY2MjA+gMoDOAzgD6fwfQu7u7IScn
h/+Cryx2dvZ2AO2Kioq1hJA11dXVaGhomHLz5s3ByZMn9wNo5+Xl/VRaWqrw+fPn/xmg09TR
0UH/Gzo6OuiQe/bsGXJycn5TmZmZaGhomHLx4sWdurq6OfLy8l0aGhofJCUlH0dFRU0lhKC8
vBylpaXCAQEB7UuXLm0XEBD4MG3atI4dO3a4aWpqQllZGQoKCsjJyUFraytycnJgb2/PGRIS
kmNhYdGlrKxcfeTIkaUTIWq2jx8/wtLSUnT58uXXBAQEurZt29ZhbW1t3NXVtaK3txf5+fko
Li5emZqa6uPp6dkhKSlZuHXr1p11dXU/FSn+pwOddg4xgM4AOgPoDKD/24FeVVWFoKAg6Onp
wdjYGJaWlv9xcnZ2hpaW1hAAMmvWLPLixYtEWnV6T08Pnj175snFxUUAEC4urtyioqJZY2Nj
9Atvc3Mzpb+/n5lmrvLfCvQfwU6rNH/+/DmKior+rqqrq/HkyZPta9asIQB+sqM9efLky8uX
L3NFRkbCw8NDXEBAgDAxMREODg7CwsJC9u3b91haWhqbN2+GkZERqqqq0NnZicrKyrnKysqV
NG/wicftefTokdDw8DA+fPigtnPnTgKAyMvLk1mzZhE+Pj7y9OnT2w8ePICjoyOzpqbmY2Zm
ZsLFxUVYWVnJ3LlzSU5OzrUPHz78xwG9q6sLo6Oj+PbtG/r7+6ljY2MLx8bG6CF6QghTT08P
+4cPHxhAZwCdAXQG0P89QK+srER7ezuGhobQ39//HylCCHJycpKZmJjIggULmrOzs6eVlZWh
vLwcbW1t2LVrlzKFQiGcnJxEQkLi+JYtWxAcHIzPnz+jtbUVAwMDG5uamqaXl5f/XaA3NTXR
27J6e3uZu7q6eD5//oyRkRG6E9w/A/TBwcE/Feg0wLx9+xYlJSUoLy//u2pra8Pjx48fT5o0
6ZusrGyChITEcjc3t6wZM2YQAERISGjW0NDQZF9f31WcnJxkz549T6KionQzMzOVLl68uDwg
IACenp4oLCxEU1MTWlpaEBcXlweA7N27t8nW1na5iopKJgBib2/fFxMTA1VV1QsACA8Pz/no
6OjlSkpKXgDIgQMHkuLj45kVFBSWARjcuHHjUFZW1onAwMBbAIisrOyXsbGxOf39/ejp6UFP
Tw/6+vrQ1taG0tJSlJSU/MuAHh4eTu+wqK6uRn5+PhISEtDc3Dy9tLSUOysrC97e3khOTkZW
VhbT6OjopL/l49jYGD58+MAAOgPoDKAzgP7XAP306dMIDQ2lPy6t4vo/VYQQPHv2TIiJiYkA
eE9rESOELA4MDEyg7TanTZtGJCUlHaZPnw4PDw/aNYr3+/fvk8XFxeHu7g5CCL1i/G+B3tra
iqqqKjx79gxlZWVoaGiYdOfOHTx58gSlpaUoLi5Ga2srPn369LuA3tjYuGZwcHDN58+fYWxs
DADYunUrwsPD0d3djba2NuZ/Fui0MG9lZSVevXqF169f/6ZKS0sxPDy8/siRI1IKCgq4fv06
UlNTY6ZPn04AECkpKS5CCOXJkydRE4umc0pKSid7e3vn3b17F+fPn8e1a9fg5OSEEydOwMHB
AcrKyi0AyKNHj6qHh4fx9OnTNBYWFsLNzT3w4MGDZYqKirkAyIIFC8y1tLSgoaFhwMLCQubN
m0eqqqr2nj9/3g0AUVZWTnd0dMTx48eXsLKyEg4ODpKWlnY5MzMTaWlpyMjIQGxsLPLy8lBV
VfVvAXpzczPi4+OxdetWAMDu3bsxa9YsSEhIIDQ0lM4NT09P3L9/nz5x78KFC3j69CkGBwcZ
QGcAnQF0BtD/GqDT+msPHjwIeXn5/3ipqKhgx44dsyfA3SIqKoqqqqoFZ86caQFAtm7dOrBl
yxYyadIkws3N7UCb7DZx3nHKycktB7BiyZIlAgUFBTny8vIOAFZ4e3uzfPr0iQ70jo4O5Ofn
49q1a8jIyOB3c3PjV1FRgY2NDeLi4vDo0SO0trbi8+fPKCgoYOLh4VkBYIWYmNgKACtMTU1X
EELYBwcH8enTJxBCFuTl5c27efMmvL29VwBYsW/fvhWhoaGorq5GV1eXQFtbG4Xm7d7e3g5F
RcVFAFYUFhYu/HtAp0GdFmUpKipCSUkJiouLf1VtbW0wNDSEj48PPn/+zGNlZZUHgMyfP7/O
xMSE+/nz53B1dW0AQCgUCgFAREREBv38/ALu37/PkZycTJ+cN3nyZEyaNOkNAHLjxo3a79+/
o6qq6jorK+s3FhaWoaysrO7t27eTCaA77N69G0ePHjWnRQSOHTt2VFtbuw0A2bx5c9aaNWtA
pVLX8fLykkmTJpF169bdWLt2LYSEhLBq1SosW7YMoaGhaGlpQVlZGcrKytDa2jpNXFx8BQC6
TExMVtTX19N2yRznz59foaiouGLv3r2U48eP/y3QKQBWuLq6riCEMDc3N09tbW3lam1tRX9/
P968eYOwsDB6B0RiYiL27t2LadOmTWZhYVkBYIWqquqK0NBQURMTk8MAVqxevXrhhg0bICIi
AiEhIXBwcMDMzIxezMgAOgPoDKAzgP6nAf3Lly94+vQpgoODUVpaivT0dKSlpdGPzf9UvXr1
CiEhIbZMTEyEjY3teVhY2AIfH5/3AMiiRYvuZ2Vl8VtaWuYDIHx8fA4zZ87E2rVrIS8vj4MH
D4KTkzOGtov/UadPn8759u3bAlpYdaJiebmrq6vbwYMHvyxcuJBs27btSWhoqFpqaiqePn1K
L0p79uyZHRsbG/kxh7xnzx5y//79TYGBgbh69Sru378PWVlZ7Nix49yePXsIALJmzRpiYmJi
HR0dDUIItb+/n/Lhwwda25zixo0bCQBy69at5n8E9M7OTvT09NDNamiDcX5NtNtKSkqQn5+v
PmfOHMLKykpMTEw07OzsEB4eDhMTkwUALuno6ERs3ryZACACAgLEwMBgt4aGxt/OoX8DgMTH
x/cWFhbCxMSEk4WF5SMXFxeJjIwktPvz8PA4eHt7Iz093Xz16tUEANm1a5e2tLR0CQCydu3a
LE1NTXh6eq6n3WfatGlXp0+fjunTpwMA9u3bh7a2Nrx8+ZJeF9DQ0OAsKChIAJCJyA3R1dUl
mZmZfLm5ubh79+7DnTt3Ej4+PjJ//vwXTk5Oerm5uXjx4gW6urqoqqqq5ROvhXR2ds4ZHh6e
3dbWtqC7uxujo6PIysrCrVu36EBPTk6mXReX02oQDh8+TExNTQkAwsLCQg4ePFirqakJVVVV
GBgYwMjICOHh4RgZGWEAnQF0BtAZQP9zgT40NIR3796htLQUtbW1qK6u/q/QwMAAHj9+3AuA
rFy58oODg0MbACIsLBynr6/P8vnz5+V6enpvAZC5c+c6MDExwdzcHB0dHXj//v1WYWFhsmbN
GiInJzc0EeYdXLZsGdHX1yefPn2SqKmpQUdHB+0cT6SFfqlUKgFAFBQUxpOSkrhiYmKQm5uL
9vZ2hIeHm9Iu5IqKih/4+Ph6ARBeXt4dvLy89HGwc+bMcQNAODk5R3R0dLoAjM2fP59YWlqq
l5WVcX748GHyu3fvaPl0ye3bt3fz8vISZ2fnl+Pj4/+wJYp2e3t7O32i329VZA8MDKCxsXHJ
/v37qwF837ZtW2xAQACvi4sL7t27hzNnzmDWrFnw8PBAbm7u5alTpxIAxMjI6FRiYuKk8PBw
zJo1C8zMzGBlZX0LgGRkZBzw8PAAgBkARri5ucnt27fJ2rVryaRJk4iCgoKDv78/4uPjzWlF
edu3b9fev39/CQCiqamZ5eXlhcjIyPUyMjIEAOHm5r7Kzc0Nbm5uTJkyBVxcXAgKCkJdXR1e
vHiBFy9e4N27d4tcXV3f0BZnkyZNInJycn6HDx9mk5OTM5qINAzr6+t3sbGxEWFhYeLv7+/m
5uaGpqam6Wpqak9o942Pj79ECMH4+DiGh4dRWlqK0NBQREZG0ob+zM3NzZ1rZ2c3VVVVdfHC
hQsJABIWFkaKi4sJKysrYWZmJseOHVM4c+YMTp8+jaioKCQnJ+PVq1f0RSAD6AygM4DOAPr/
GegbN27Eu3fv0NPTg4aGBrx79w6VlZV4+/btf4W6u7sRHR397scKbVFR0eS9e/fCy8sLubm5
8jt27CAAyLx58xzY2NggJiZGc9ri2r59+yUFBQXLbdu2nWdhYSFaWlpmnp6eZy9cuHCsr6+P
qaOjA4QQVFRUuLKwsBAApLS0lIyPj5O5c+cSZmbm72fPnvU7e/YsnJ2dYWdnBx8fn93z5s0j
HBwcZGhoyMXe3p5r+vTpd1VVVanS0tIQEhLCunXrsHz58vRJkyaRffv2Gfv5+bEyMzOfmViM
FPn4+Ex3cHCAu7s7SktLUVRUhPDwcP6Kioprjx49WjAyMoLR0VF8/PjxNzUyMoL+/n709fX9
nuLCWQEBAe8BEDk5OXL79m2Ii4vj2rVraGlpQXd3N9rb2xEbG4vAwMDDy5YtIwDI/fv3nxBC
2L9//45Zs2bRLpFvmZiYSHR0tLadnR0AcAEYmzNnzsfs7OwP+/btI0xMTGTq1Kmn9PT0EBoa
arF48WJaZb2ukpJSExMTE1FWVs46duwYjI2N12/YsIEwMzOTadOmXZ02bRqmTZsGXl5eAMDe
vXtx/vx5ODk5wd7eHi4uLrC2tn6yfft2IigoSKZOnUo2bNhwUFNTEwICApcmUgaOhYWFrOfP
n0+fSC8kGRoaoqenZ4aurm4sDeiampp1ubm5qKurY4qJiYGwsDCuXLmC2NjYTYGBged8fX0/
6enpfVFSUrI8e/YsaNGWvLw8QgghtFqEbdu2TRkeHoaLiwvCw8Nx79495Obm0kcJM4DOADoD
6Ayg/9NAd3Jygq6uLnbu3Im6ujr09vairq7uXzqP/c/Q6OgoMjMz0yfa0j4pKCiE7tu3D4cO
HcLZs2cRFha2hxaq5uPjM1qyZAkmT54Mb29vVFZWQktLC8LCwgAQNGnSJDJjxozD1tbWiIiI
QFdXF8rLy9HV1QVfX1/3iSgAoX0pKysTAERGRiZIVFQUzs7O6O3txefPn+UkJSUJExMT+fDh
g09iYiKmTp0KaWlpuLq60g07SktL7y9fvpysW7fu2MqVKzF58mRzAGTHjh3k7t27e86dO4dL
ly6hsLAQNTU1yM3NhYuLC65cuYKHDx/iwYMHv6no6Gjcvn0bISEhuHHjxt/V3bt3ceHCBQ9m
ZmayePHiztbWViVCyBQxMTHOsLCwKRPQYSWELK2srMTBgwdNWVlZCS8v7+crV65sevDgAYKC
giAvLw9FRUVs2rSpi4mJibi4uAw9fvwY3t7ec5mZmQk7O/vHly9fLpCWln4EgKirqzuXlZXh
yZMn6vPnzycASENDg46qqqoBADJ9+vRkeXl5BAYGLt60aRNhYWEh1tbW0ba2trC2toaNjQ2s
ra1x+vRpuLm5wcHBAWfPnkVSUhIzBwdHrrW1NTl79iyZqLiX/vjx4yxNTc0uCoVC8vPz3e3t
7aGmpqY08Rm2EkJ4ysrK+Pfv30+YmZkJADJnzpzhx48fH7p27RpsbW2xZs0a6Onpwd7evuhv
0jSmhw8fhoKCAgFACgsLfwT66M2bN9d+/Phxub29PRISEjijo6ORlZXFADoD6AygM4D+fwf6
qVOn4OTkhLy8PNTX16O6uho1NTV4//49ampq/iv0/v179PX1ISQkpBAAmTx5cqeSkhKfkZER
zM3N4erqCgcHB5GlS5cSAMTZ2fn258+fuevq6tDc3IyKigq8fPkSjY2Ns9XV1dMBEEtLy+sj
IyOc7e3tKC4uxsGDB6GgoABFRUUVCoVCFi5cSAe6mJgYmWjHumNpaQlvb2/cu3cPBQUFB3bt
2kUAkBMnTiipq6tDRkYG6urq2Lx5M3R1dTFx8Y+ZOXMm4eLi2nPixAmYm5vfnwBdHiFkKu2Y
9ff3x/nz51lMTU3f8PPz97m6uqr5+fnB09PzN+Xl5QVXV1c4OTn9XXl6esLR0VGHl5f3y0Re
O3HDhg2bAwIC2leuXNlna2sbV1FRgezsbFRXV6+IiIg4wcHBMQKAGBsbp4eGhk52c3ODj48P
7t69i5SUFDg5Od0DQNavX//u9OnTiI2NvcnCwkIWLlxITp48CUtLSz8AREtLq5MQcsDNzS1g
AqofhoeH+Q8ePCg0depUwsfHV3H48OEpgYGBB7i4uAgPD8+n0tJS44qKCpSWlqKsrAzZ2dl4
/PgxEhIScP/+fVRVVaGnp0d35syZX+rr68mdO3cIALJhw4Z1JSUlkJaWHgZAfH19raysrMDH
x6cIgBgaGua2t7ev1dDQODVz5kxy+fJlIikpSQAQNze3vOzs7Ennz5+fvnTp0gMnTpxYU15e
fsLY2DghKysrwcXFJWjGjBmUixcvcoqKihIApL29nQwNDdFqKL729fVpRkdHs0tLSx+2tbXt
CwsLM3/+/DkD6AygM4DOAPr/HegnT55EZGQkGhsb8fz58/9KvXz5EsXFxarLly8nTExMhJmZ
mWzYsGHM3d199dGjR6GkpMS6cePGeNouasOGDcTKymqrgYEB9PT0YG1tDScnJwQEBByhXYj1
9PRIVlaWaGRkJEJDQ+Hh4QE3Nzdcu3aNX0xMrAoA0dDQIBcuXCAAyKZNm7ra29s3dnd3o6Ki
AklJSXByctKiPae8vHx1QkLCogcPHuDKlSs0kENFRQUKCgr3ubm5CScnZ66UlFTksmXLyPz5
80laWprz8PAwRkdHxd6/f08rOJtEe0xtbe2vrq6usLa2/k05OjpCRUUFwsLCkJCQ+E1t374d
QkJCZGJBRN+Z0moALl68mFlRUTFNWlo6dOrUqe9XrVpFABBFRcXe7OxsicePHyMmJgbx8fFI
TExESkoKUlJS+GiV7ABCAfQyMzMTR0fHS69evcK3b982aGho9NMKz5YtW0Z4eHhIcnJyUHNz
M9LT0/n37duXN7HAKF+2bNlHAMTKyqquqqoKhYWFKCwsxIsXL3Dv3j2EhYUhPDwckZGRuH37
tougoGDtRH6fvuhauXJlfmxsrKaFhYXlxKChBg0NjVB2dvay2bNnkyNHjqyWkpJ6ysPDQ6ZO
nUqampoMTExMnkzUXpA7d+5s2LVrl9LUqVOJgYEBIYTMysjIQEFBAWJiYlBcXIy3b9/60947
aWlpQosMASBXrlx5e/bsWbCxsY0CIGpqaqSrq2tdd3f3UgbQGUBnAJ0B9P8T0E1NTXHr1i1U
VVXh5cuX/5WaaMeiOjs7x2hra+coKSnlBAUFRQwODk5/+PAh9u3bx7J79+4jfHx8OXv27Mk5
duxYjoaGBlVHRwdqamoQExODqKgotmzZsnnu3Lk5AHK2bt2aY2tru/jIkSOws7PDu3fvMDFG
Fjk5OYqioqJ1fHx8ZPbs2YSHh2dQVlZWpKqqCuXl5fTdVnZ2tu2yZcsIlUolmpqa5MqVK8u9
vb1x5swZ0IrnsrKyUFxcPP/kyZOJM2fOJHx8fISFhWXQzc0t8vPnz1yNjY3o7u6e3dDQAB8f
H5w7d45ZT08vBkCOj49PaFxcHO7cufObSktLg7y8/O8dnXubmZk5h52dPYeNjS1nypQpOQBy
+Pn506uqqmY2NDSorV27dnj27Nlk2rRpxMLC4np+fv6ce/fu4cGDB4iKisLTp0+RnZ2NjIwM
FBUVsT5//vykgIBA5ZIlS8jKlSvJpk2bztvb2yMjIwOtra14+vTppgMHDuQAyAGQExMTYzcy
MjKjqKgI9+/fh4KCAtvq1asLV6xYQTg4OIiUlFROdXX1thcvXiA7Oxv5+flISUmBm5sbTp8+
DScnJ/j5+UFTU5MAIAsXLiRsbGy5IiIiOVOmTHkDgOzfv7/D19d36qFDhyK5uLjI5s2bycyZ
M8mTJ0/c7t+/DwCubGxsOZs3bzZKS0uDp6enHC8vbw6AnMDAQGcHBwfpKVOm5GhoaIQQQqa3
tbUhLi4OL1++RFtbG548ebJj+/bt+bRaCw4ODqKlpUWUlJTIunXrxq2trTWoVOqZFStWEC0t
rezU1NSZg4OD3AygM4DOADoD6AygT/RXh4SEwMrKCoaGhnj8+DEIIUhLS8OePXuwa9cu8PPz
Q0VFBf7+/rhw4QICAwPh7e2NvXv3Yvfu3ZCXl8fSpUsBAFJSUnBxcYGhoSHc3Nzo87gHBgZQ
VFQEU1NT7tjYWCs/Pz+rQ4cOCYqIiKCqqgqVlZX0ivGxsTG2rKwsw8jISKt79+4td3BwgJeX
F1xcXHDp0iVER0cjMjIS6enpsLa2xoEDBzYHBgZaKSgoCDo4OKC3t5d+fDc1NeHWrVt48OAB
bG1tAQDXrl1DYWEhkpOTf1OvX7+Grq4uAIBWFf5rmjZtGjg4OMDExAROTk6wsrJi6tSpAAAq
lYqioiIUFhZCUlJyypMnT6zu3r2rde7cORQWFiI0NBQPHz5EVFQUkpKSkJGRQW91zM7Oxu7d
u3HhwgWrvLw8o4MHD8LU1BSZmZn065Gmpibdx72wsBC9vb0oLi7GgwcPsHXrVhw5coTj7du3
VidPnjy8f/9+vH37Fnl5ecjJyUFhYSHu3r2Lixcv4urVq7h69Spu376Nc+fOnZozZw5xdHQ8
t27dOhw4cADr16/fuWTJEpKSkmKUkpKCrVu3QlpaWjAnJ8dKVVV1M61ljZWVFTNmzMDWrVvx
+PFj+Pv7Y+7cuQCAmzdv4vbt25g2bRp0dXVBCEF1dTWSk5ORkJCAsLAwpKenU+zt7VN/zK0f
OnSIeHp6Eg4ODrJ//35PJSUlxMXFWZ07d27a9evXGW1rDKAzgM4AOgPoPwL90qVLMDY2xpEj
RxAREQFCCJKSkiAtLY1du3Zh0aJFOHjwIDw9PeHj44OzZ8/CxcXlJ6AvWbIEALBz5064ubnh
xIkTcHNzQ0tLC91oIzs7G8eOHUNERATOnDmDAwcOYMOGDT8BnTafPTY2FteuXcPNmzfh4uIC
b29vuLm5ITAwkA701NRUnDx5EtLS0jh79ixkZGRw6tQp9PT00AvnGhsbcfXqVYSFhcHc3BwA
EBQUhJycHMTHx/+mXr58CW1t7T8EdA4Ojp+AvnTpUvp7vWPHDkRGRiI4OBju7u7IyclBWFjY
rwKdNsNg+/bt8PLyQmJiIvbv3w8zMzOaGQzi4+OhoqJCB3p6ejq6u7tRUlKCBw8eYNu2bTh8
+DDy8/Nx9OhR7NmzB+Xl5cjPz6cDPSIiApcuXaID/ebNm7h69SoEBQUFT5w4gTNnzqCuro4l
IyNjnry8vGBSUhISEhKwefNmSElJITU1FQoKCrTxrGBlZcX06dOxefNmxMfH4+zZs5g9ezYA
IDQ0FNeuXQMPDw+OHDkCQgjq6upw9+5d3Lx5E2FhYUhISFhiZGREZs2aRbi5uQeoVCqZMmUK
oVAoZMeOHSQwMPC4l5cX7ty5Ay8vL9y6dQvDw8MMoDOAzgA6A+gMoDOAzgD6j0APCwvD5cuX
wcfHBy8vL9pYVVZCCJuZmRkiIiL+VKA3NDTQfx4aGoqwsDDWGzdu2B8/fjxvx44dxrdu3So3
NjYuNzc3L4+IiHh09+7dWbRIwn8l0BliiCGGGGKIoX+dGG8CQwwxxBBDDDGAzhBDDDHEEEMM
MYDOEEMMMcQQQwwxgM4QQwwxxBBDDDGAzhBDDDHEEEMMoDPEEEMMMcQQQwygM8QQQwwxxBBD
DKAzxBBDDDHEEEMMoDPEEEMMMcQQA+gMMcQQQwwxxBAD6AwxxBBDDDHEEAPoDDHEEEMMMcQQ
A+gMMcQQQwwx9D+p/28AOuoCXlBnFv0AAAAASUVORK5CYII=</binary>
 <binary id="i_096.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RLQRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MzQ6NDUAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAARlgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOxNYa4zA9oAUGVBtTGgaj6IPirN
1bHktPY6R2TBugB7HSUlIDTuaTIaXOBMdo80VlUWPd+9H4KfpgtgjQ8pxW1o9oiefNJSxEIJ
paKy3sQAjmSY7lV68nGtd6VNtdr9fYxwJ0527D7klKcxge6TEtDYVbpHq+naLeWuAHw8FfLG
udJAPmVXw3tdZfGhDwC08jRJSW07XamGem4k+f5qr0uArpaXaPLHEk9x9JXHFv53BEHn+CcN
qO0Bkhn0faYCSmvc+mLve3c5wj5J7nVlwa1wgADlWHbI3uBkDkgqn6lTnHc4SfHRJSngOY6D
Pt8fJM2slrXAjYwEjmSVNhpGu9p8NdEVgY5sNII4O3/Ykp//0O3cddfFIEKJDvL8f7044Hf5
JKZhwB4TghQnsmJ+ccpKcv6y3dRZhFuDSyxrg713PcA0N/dsZLXvrd+ft/nP5u39GuVxPq71
fIzWW9UuNLW2AbxY175520V0H08fa3/i9i7B2Vj5EtuE1Plra+fUE7d3bb/JrWbZbiVu2OJb
UbXYrhGwgmq26ix7tzW2V2+g5nqub6vq/o/5aSndZo0MDidoAlxlxgRL3fnOcq2Iffa46brI
bPl8P3lkt6raMSq2/eT6dc1jWPb7mn/hHfyVcxLbr6CHgU2iyu2GEe1pIO1/+k9Nv865JTrz
qpT3JjxJ7eah7p9wgxrHChkMFlTq9f0kN57E68fyUlKdcX0B4Bbv4B5g8cfyVCTGhIhQvcRc
ympsNHuefAH6LB/KepE8/lSUu17e5GvcwjVgeI+SrgCJ3O+AKNXHYQfGP4pKf//R7YmO6aSk
YJ0ePgAP4qPHL9PkElM5PfRDtuFNbrnGBWN3hwnca21lz3AMH5znCP8AOWf1HJL9lVP6SuBY
5zCCHCTsa1zj7m+zckpyKqOpussuw2Puxt0OqkNdWXfTdQfz6vzv5CrssYGW+uxljGPG4vEu
BJltry7d763/AKVi6nEYxlINbjZucXb2iRr/AFZ2rlfrnkZWLZZhCusUZzC4WySYDh6jdpaG
tekppZf2yq+z1nuu3nbvDTpB9j/pWVez+ot3oGM3HaWNf6xvrIfdwDALm+kD9Bm5cpidR6m/
GOJW8OIgNvcS57B+5uP09sfot36Spdbg3m7Hxs62GlrGPtfOxrXs9mRY9v8AVb7vzP5x6Sno
GODmh/dwH/klB74t3RIpbMeL3e1jf83/AM+LBs+tFVb/ALNhsFzqxqXSA9vNZqj3fR/fWj0r
MZ1KkZbJaGOc62o8ssI2srf/AMTUElJhu3u3CXfnEEfSj3RH+a1Pua1rnOkNaJcT2A5Sa10E
kGTrA81INIE6pKYV5OLYBstrd8HBWmaDv5FBgOEO18dAZSqxset2+usMd4t0559o9rklP//S
6ctYD7QBKkGsI9zQfI6qBI+ScE6eSSmQqp3bxWwOaIDoGgPgq2TUbM+tjS9rIrY8sBDQ2bLH
e9v0HbPYrjHCeFl4mF1GnrNuRZcLMJwtc3UzueW+lU+v/gGb/ckpv5OK69jRj2uxr6x+hc0n
aY/wd1erLanfy2rCz2WdQ32bqXXSK76bNGAVy3bj2fpG+6zc97P31udQyTi9Oycho99dZ2j+
Ufaz/puXE4tNByGUUvtssc8/pWO2+o6JczYfbt9u573+9JTG6uyknaa2Y27abqwQwx+b79tj
7f8Ag2tVPqfUr7x6NJfVhj6FBP0o4fdt+lY/6Sr3P9ay19Y9JljjZs8JP5+389FqDHnc6CQN
xlJSSvKvppD2ksOwMscOXbf5sNcr/TOv5TLa3BgrLnQ+/UEjjdH530v0n+kWfDdxLiIEw2Ad
T8vpK1juritu6YPtaRofEbfzN6SnrafrHiAN+0B1Li2dAXg/yW7ff7v5auY/U8XIa1zNwFgJ
buEEgHa72fyPzlxb8d1l5tbLHmS4DXt7Xaf1Ub7fbDWucWGsghzfHT3D81qSnsxl1ayHgD84
tkfLbuR67GWOLGODi2CWjsDxysHCzzeNrwDaPpFvBH5zm/yv5CussO4SI26xrKSn/9PpARxy
USAZ/BCIIelLgPaJSUnEAjwUq9GAnk6n5nd/FV3vLdDo53tH9r2owdr+TwSU0vrHP7HtaJJs
exgA5MuDtv8A0VgfVrp5tOZksMWU0uro4JbZa126zb/V/R/211OTWzIoNVk7QQ4FvIc36Llk
dM6K7A6k/Kd+mrc1zaxVLXDfG51lbj+Z+Y3dYkp4isH7OdIDoJ55HaUzSWjk+BXU/WrpzPd1
LEa19D69mU0AtfXY07qr316bGPr/AED3LlS4bSZhJSUOhwY0gu7ojHuZJMlw/iJ1QafEcjga
IrSSY17ieElNhuba61pLpA0c2TBV7fi+kbh7SBoD/r+as+qh1bvUcPaNRPJ/qhSZcHlwJ/Rc
AjTUfufnJKbWHVVlXs9bcat7WxqNPH2rbxqz0/NZWx5+yX+1rXknY/8AN2bvzXrH+rzrL+q1
sna1jS+P6vH5Vp5V9NX1ioZk6VsYBSewe/8AOdKSn//U6JzvcZ0/2JB8lM8e7WYPdNEmSNEl
M9XOEQQNTPjGkKXj4pgDtkN8vuRGUlw90yewSUxEwf8AXhBNrgdGxrGvdRu6l0zFea78uqpw
ndW50uEeLW7kU5mK7Dfk0vbk47Gy51Z3iPzjDNzv7H84kpo53UsOhnp5roZkssqFQEvsD27P
RY397e9mxcv0bpGHmY2W/Nsex+K7bDSANN29ztw9z27Vs5PUOiX3413qi19Lt9JqH0C72uO+
53t/e+h/LWXgCq/I6pU+BTkix0tk6AmyWlv8r3JKafT8b1sfKyQyaMdrXCCAQ5zvaYI/SbWb
nOanxzjAuY50Ob9CRM/yf7S2+l14pwnY5LZuB3V6T7hHf/OWJRiPOQ1u0vZvDYaJJj6Qj85J
TB7zY53qfo6R7XAD3OI/weqE6wMYTG0xo0cNHgug67mbenFkBr8l+17w3a4ho3P3f9BZ/Q+n
Uvc3MzHA1M1ZTqdf9JfH0WN/Nb/npKdH6t9Kvqsb1C4enLC2unkw6PfZP0f6qv8AWeknPLLG
P23VwADwQDuifzVfZ9HxmNfFTDdzhJkjukp//9XorAZgc+ak1g5Mk+Pgk/6YPCk0gykpK2Bo
sz6xnqhwAzp7mVVu3farnODC2uPzHH3e7/g/0q0t4B5VbqVdt+I6ulxaQ5rn7TBLAf0jd37v
56Sng6ej5N1LX1vqbJIaxzwHEj83ag0ZWd0rLbdUTVcw6QZa795mkssarX2LqOLhNytsVEFw
DhBa0n2/S9zt7dr/AOQr/TcL7ax4zy54d7g0Q0MA+jLtv8893uYyt36Oqv8AS/zmxJT0lWbV
dXVk0t/nWB4c3bMOG/Zv+l7XLE6pWW9QF1DBWeo02UW+7l4/Ser/AF31+xaFGNRjU142ONlT
Bo0knnX6Z+l7iqufU+/Ixq5PphxLo0IkfSa79/2pKdCqmrYwhobAaABpwA383asOj7KepnHc
Q9rbrDY069y1jX7v3nLeYYgzA58IH5y5Lp7fWzsrPss9PCpLrci0CSQXb66a/wDhLXJKbX1s
ZTUzGrqY1hIe47QBpoxrTthblWHjuFduyJa3brAggGNrYWfj4zur5LOo51e2vb+r45MgMmWP
uP573fT2rc2w0R+P+xJSu/HwEaIlZggeagB/r4olTSCATuI7mOP7ISU//9boiYMnRSAJOs/A
JnAAkkfeqVudvy/stT4dQWeo7WJsDnVztP8ArZ6aSnRqJew2Ng1tnc6RAjmdu76P7qE/LwvV
GHk2GkXsmp5BDLGn6ey1w2td/pWP96WDbRVjUg7RB+i3Qgkk7rfTitFa+nLBNbg+txcfcJaS
0/S2u+l/ISU53XenW1YDrKoyKpkTyN0NY52u2yncq+JimirZa7fYT7j2gDa1lY/cb/1a1bKK
qqDj1MFTbTLmM4/kuG79G1VLarKSNwMGRqADP5zdP5SSkQgHaBIA441TnU+J40TAklxA48eU
wJkd45SU0OuZrsfF9Ct0WXy0T2aPpf5+7ah/sc/YaMStwdSXbshwB95I3S3/AIP9xHzumMy8
urItfLKhHogcyZ9zv7S0a28ADaGxAHGn0dqSmTGgOgaACdOyn7z9E/JwTODpPEEQEH7VS0lr
nQ4GCIIg/NJTZaZGktj5gouODI1k8hU25FJcALASeyPiPv8AVAfWNs/TadP5J2uSU//X3Mmx
mPW620gMZ58/yB/XXK4nUfQ6iL3s22ZIeLCyXRY4k7Xs13el9HctLrGW222yo/zFIc23zcIc
7/MWE2zpz3ZfrWvqtaG/YC1ojewepusc3+zWkp2srMcyuzY6GNaQHNP54GxnH5m5GxM92Na2
pu30W0hoLidSzb9HaHu3On89Y1t5tpbubD3Hc4idodH0Wl3/AFKIS/1A4HcRq3dpPjtYIa1v
/CJKepx8t19rt1AaWEkb/plrwJdXaHuq/sv+gn+2U15XpPDri5gZ9kqYXvrbH+ELS5v9tZLe
psbW51e4enABjc3dESGab9n/AAayrMwvt9H9I4DV+PUTSxxGu/I2Fu5qSno/0m91bmlj2y17
O48P85pY5QG4Phw17c8D4oeBb6rHEsDA90MqDt4Y0e0V+pA37YViwOO066JKWeARzp5qUPaJ
1HfQalMxriDI51RgHbfI89klMd3tBc7dAALuP/OVB7Gv0cASe5AKLAPGsGDMf6+1QENJnSD8
gkpXo1nTaOxnuPuVigxZt9wA8eD/AGvcgCwGwQZLhujxA0kI9Rl47HT7ikp//9COf0nKtuyg
2r1WXWuuGsD3EHa6S3d+d7NyqZXQLmYtmXkWV01UN3tZILnH6P6R36Otr3/mMYupeQZB/wBQ
uf8ArdefSx8RoJDibrCNQNo9Otpj+s9ySnKe57W0Vlh9TaA1o10Il5b/AGEeWlznAiG8nWAe
P85izKb8ipoDS1zW6Na8Tt8q3fTZ/ZRm51bgRZWY1OwEkTy067UlN/HNt9zW0tDnuBFYdq8k
Au3/AMhjW+36KtPpFLarKwHsLIa4wSCz2uj9799Q6BRV1B9t+RWDVSdjaYG1xcJ3XRt3/wDF
/wA0ugysRmRjFoIa+v3MOkSB9H+01JTl4GRJ2uJkDSeY7O9v+atJzgGhzvaJAk+JMCFguZdU
+y0zXskE+ZG1FZmX+i0OtNttXDHGHWb/AKVe5m1zvb7UlO8GROx0jk8GP81S40I1790GtuO6
wPpIY8gEMPEf1GhWi3kjhJTBrtx10hJ5BLiDIOvCdu6SSPjwmJl0eWqSlvTbtbHIHKJS3a6P
NLkA+XKkxpkfgkp//9n/7RrgUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0
U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRi
b29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAA
ABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZT
ZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklN
BDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJv
b2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29s
AAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAA
AAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABH
cm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAA
AAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQ
cmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21s
b25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAA
AAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQAC
OEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAE
AAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1
AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAG
AAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////
////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////
//////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAA
OEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAA
AAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAA
AAAAAAAAAAAC0AAAAfgAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0
MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAA
AAAAUmdodGxvbmcAAAH4AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAA
ABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVt
AAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGlj
ZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBs
b25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB
+AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAA
AAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4
dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVm
YXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAA
C2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25n
AAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhC
SU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAEbIAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAEZYAGAAB
/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUP
DAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4N
EA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAEC
BAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwz
AQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNU
ZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eX
p7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi
4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1
xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOxNYa4zA9oAUGVBtTGg
aj6IPirN1bHktPY6R2TBugB7HSUlIDTuaTIaXOBMdo80VlUWPd+9H4KfpgtgjQ8pxW1o9oie
fNJSxEIJpaKy3sQAjmSY7lV68nGtd6VNtdr9fYxwJ0527D7klKcxge6TEtDYVbpHq+naLeWu
AHw8FfLGudJAPmVXw3tdZfGhDwC08jRJSW07XamGem4k+f5qr0uArpaXaPLHEk9x9JXHFv53
BEHn+CcNqO0Bkhn0faYCSmvc+mLve3c5wj5J7nVlwa1wgADlWHbI3uBkDkgqn6lTnHc4SfHR
JSngOY6DPt8fJM2slrXAjYwEjmSVNhpGu9p8NdEVgY5sNII4O3/Ykp//0O3cddfFIEKJDvL8
f7044Hf5JKZhwB4TghQnsmJ+ccpKcv6y3dRZhFuDSyxrg713PcA0N/dsZLXvrd+ft/nP5u39
GuVxPq71fIzWW9UuNLW2AbxY175520V0H08fa3/i9i7B2Vj5EtuE1Plra+fUE7d3bb/JrWbZ
biVu2OJbUbXYrhGwgmq26ix7tzW2V2+g5nqub6vq/o/5aSndZo0MDidoAlxlxgRL3fnOcq2I
ffa46brIbPl8P3lkt6raMSq2/eT6dc1jWPb7mn/hHfyVcxLbr6CHgU2iyu2GEe1pIO1/+k9N
v865JTrzqpT3JjxJ7eah7p9wgxrHChkMFlTq9f0kN57E68fyUlKdcX0B4Bbv4B5g8cfyVCTG
hIhQvcRcympsNHuefAH6LB/KepE8/lSUu17e5GvcwjVgeI+SrgCJ3O+AKNXHYQfGP4pKf//R
7YmO6aSkYJ0ePgAP4qPHL9PkElM5PfRDtuFNbrnGBWN3hwnca21lz3AMH5znCP8AOWf1HJL9
lVP6SuBY5zCCHCTsa1zj7m+zckpyKqOpussuw2Puxt0OqkNdWXfTdQfz6vzv5CrssYGW+uxl
jGPG4vEuBJltry7d763/AKVi6nEYxlINbjZucXb2iRr/AFZ2rlfrnkZWLZZhCusUZzC4WySY
Dh6jdpaGtekppZf2yq+z1nuu3nbvDTpB9j/pWVez+ot3oGM3HaWNf6xvrIfdwDALm+kD9Bm5
cpidR6m/GOJW8OIgNvcS57B+5uP09sfot36Spdbg3m7Hxs62GlrGPtfOxrXs9mRY9v8AVb7v
zP5x6SnoGODmh/dwH/klB74t3RIpbMeL3e1jf83/AM+LBs+tFVb/ALNhsFzqxqXSA9vNZqj3
fR/fWj0rMZ1KkZbJaGOc62o8ssI2srf/AMTUElJhu3u3CXfnEEfSj3RH+a1Pua1rnOkNaJcT
2A5Sa10EkGTrA81INIE6pKYV5OLYBstrd8HBWmaDv5FBgOEO18dAZSqxset2+usMd4t0559o
9rklP//S6ctYD7QBKkGsI9zQfI6qBI+ScE6eSSmQqp3bxWwOaIDoGgPgq2TUbM+tjS9rIrY8
sBDQ2bLHe9v0HbPYrjHCeFl4mF1GnrNuRZcLMJwtc3UzueW+lU+v/gGb/ckpv5OK69jRj2ux
r6x+hc0naY/wd1erLanfy2rCz2WdQ32bqXXSK76bNGAVy3bj2fpG+6zc97P31udQyTi9Oych
o99dZ2j+Ufaz/puXE4tNByGUUvtssc8/pWO2+o6JczYfbt9u573+9JTG6uyknaa2Y27abqwQ
wx+b79tj7f8Ag2tVPqfUr7x6NJfVhj6FBP0o4fdt+lY/6Sr3P9ay19Y9JljjZs8JP5+389Fq
DHnc6CQNxlJSSvKvppD2ksOwMscOXbf5sNcr/TOv5TLa3BgrLnQ+/UEjjdH530v0n+kWfDdx
LiIEw2AdT8vpK1juritu6YPtaRofEbfzN6SnrafrHiAN+0B1Li2dAXg/yW7ff7v5auY/U8XI
a1zNwFgJbuEEgHa72fyPzlxb8d1l5tbLHmS4DXt7Xaf1Ub7fbDWucWGsghzfHT3D81qSnsxl
1ayHgD84tkfLbuR67GWOLGODi2CWjsDxysHCzzeNrwDaPpFvBH5zm/yv5CussO4SI26xrKSn
/9PpARxyUSAZ/BCIIelLgPaJSUnEAjwUq9GAnk6n5nd/FV3vLdDo53tH9r2owdr+TwSU0vrH
P7HtaJJsexgA5MuDtv8A0VgfVrp5tOZksMWU0uro4JbZa126zb/V/R/211OTWzIoNVk7QQ4F
vIc36LlkdM6K7A6k/Kd+mrc1zaxVLXDfG51lbj+Z+Y3dYkp4isH7OdIDoJ55HaUzSWjk+BXU
/WrpzPd1LEa19D69mU0AtfXY07qr316bGPr/AED3LlS4bSZhJSUOhwY0gu7ojHuZJMlw/iJ1
QafEcjgaIrSSY17ieElNhuba61pLpA0c2TBV7fi+kbh7SBoD/r+as+qh1bvUcPaNRPJ/qhSZ
cHlwJ/RcAjTUfufnJKbWHVVlXs9bcat7WxqNPH2rbxqz0/NZWx5+yX+1rXknY/8AN2bvzXrH
+rzrL+q1sna1jS+P6vH5Vp5V9NX1ioZk6VsYBSewe/8AOdKSn//U6JzvcZ0/2JB8lM8e7WYP
dNEmSNElM9XOEQQNTPjGkKXj4pgDtkN8vuRGUlw90yewSUxEwf8AXhBNrgdGxrGvdRu6l0zF
ea78uqpwndW50uEeLW7kU5mK7Dfk0vbk47Gy51Z3iPzjDNzv7H84kpo53UsOhnp5roZkssqF
QEvsD27PRY397e9mxcv0bpGHmY2W/Nsex+K7bDSANN29ztw9z27Vs5PUOiX3413qi19Lt9Jq
H0C72uO+53t/e+h/LWXgCq/I6pU+BTkix0tk6AmyWlv8r3JKafT8b1sfKyQyaMdrXCCAQ5zv
aYI/SbWbnOanxzjAuY50Ob9CRM/yf7S2+l14pwnY5LZuB3V6T7hHf/OWJRiPOQ1u0vZvDYaJ
Jj6Qj85JTB7zY53qfo6R7XAD3OI/weqE6wMYTG0xo0cNHgug67mbenFkBr8l+17w3a4ho3P3
f9BZ/Q+nUvc3MzHA1M1ZTqdf9JfH0WN/Nb/npKdH6t9Kvqsb1C4enLC2unkw6PfZP0f6qv8A
WeknPLLGP23VwADwQDuifzVfZ9HxmNfFTDdzhJkjukp//9XorAZgc+ak1g5Mk+Pgk/6YPCk0
gykpK2Bosz6xnqhwAzp7mVVu3farnODC2uPzHH3e7/g/0q0t4B5VbqVdt+I6ulxaQ5rn7TBL
Af0jd37v56Sng6ej5N1LX1vqbJIaxzwHEj83ag0ZWd0rLbdUTVcw6QZa795mkssarX2LqOLh
NytsVEFwDhBa0n2/S9zt7dr/AOQr/TcL7ax4zy54d7g0Q0MA+jLtv8893uYyt36Oqv8AS/zm
xJT0lWbVdXVk0t/nWB4c3bMOG/Zv+l7XLE6pWW9QF1DBWeo02UW+7l4/Ser/AF31+xaFGNRj
U142ONlTBo0knnX6Z+l7iqufU+/Ixq5PphxLo0IkfSa79/2pKdCqmrYwhobAaABpwA383asO
j7KepnHcQ9rbrDY069y1jX7v3nLeYYgzA58IH5y5Lp7fWzsrPss9PCpLrci0CSQXb66a/wDh
LXJKbX1sZTUzGrqY1hIe47QBpoxrTthblWHjuFduyJa3brAggGNrYWfj4zur5LOo51e2vb+r
45MgMmWPuP573fT2rc2w0R+P+xJSu/HwEaIlZggeagB/r4olTSCATuI7mOP7ISU//9boiYMn
RSAJOs/AJnAAkkfeqVudvy/stT4dQWeo7WJsDnVztP8ArZ6aSnRqJew2Ng1tnc6RAjmdu76P
7qE/LwvVGHk2GkXsmp5BDLGn6ey1w2td/pWP96WDbRVjUg7RB+i3Qgkk7rfTitFa+nLBNbg+
txcfcJaS0/S2u+l/ISU53XenW1YDrKoyKpkTyN0NY52u2yncq+JimirZa7fYT7j2gDa1lY/c
b/1a1bKKqqDj1MFTbTLmM4/kuG79G1VLarKSNwMGRqADP5zdP5SSkQgHaBIA441TnU+J40TA
klxA48eUwJkd45SU0OuZrsfF9Ct0WXy0T2aPpf5+7ah/sc/YaMStwdSXbshwB95I3S3/AIP9
xHzumMy8urItfLKhHogcyZ9zv7S0a28ADaGxAHGn0dqSmTGgOgaACdOyn7z9E/JwTODpPEEQ
EH7VS0lrnQ4GCIIg/NJTZaZGktj5gouODI1k8hU25FJcALASeyPiPv8AVAfWNs/TadP5J2uS
U//X3MmxmPW620gMZ58/yB/XXK4nUfQ6iL3s22ZIeLCyXRY4k7Xs13el9HctLrGW222yo/zF
Ic23zcIc7/MWE2zpz3ZfrWvqtaG/YC1ojewepusc3+zWkp2srMcyuzY6GNaQHNP54GxnH5m5
GxM92Na2pu30W0hoLidSzb9HaHu3On89Y1t5tpbubD3Hc4idodH0Wl3/AFKIS/1A4HcRq3dp
PjtYIa1v/CJKepx8t19rt1AaWEkb/plrwJdXaHuq/sv+gn+2U15XpPDri5gZ9kqYXvrbH+EL
S5v9tZLepsbW51e4enABjc3dESGab9n/AAayrMwvt9H9I4DV+PUTSxxGu/I2Fu5qSno/0m91
bmlj2y17O48P85pY5QG4Phw17c8D4oeBb6rHEsDA90MqDt4Y0e0V+pA37YViwOO066JKWeAR
zp5qUPaJ1HfQalMxriDI51RgHbfI89klMd3tBc7dAALuP/OVB7Gv0cASe5AKLAPGsGDMf6+1
QENJnSD8gkpXo1nTaOxnuPuVigxZt9wA8eD/AGvcgCwGwQZLhujxA0kI9Rl47HT7ikp//9CO
f0nKtuyg2r1WXWuuGsD3EHa6S3d+d7NyqZXQLmYtmXkWV01UN3tZILnH6P6R36Otr3/mMYup
eQZB/wBQuf8ArdefSx8RoJDibrCNQNo9Otpj+s9ySnKe57W0Vlh9TaA1o10Il5b/AGEeWlzn
AiG8nWAeP85izKb8ipoDS1zW6Na8Tt8q3fTZ/ZRm51bgRZWY1OwEkTy067UlN/HNt9zW0tDn
uBFYdq8kAu3/AMhjW+36KtPpFLarKwHsLIa4wSCz2uj9799Q6BRV1B9t+RWDVSdjaYG1xcJ3
XRt3/wDF/wA0ugysRmRjFoIa+v3MOkSB9H+01JTl4GRJ2uJkDSeY7O9v+atJzgGhzvaJAk+J
MCFguZdU+y0zXskE+ZG1FZmX+i0OtNttXDHGHWb/AKVe5m1zvb7UlO8GROx0jk8GP81S40I1
790GtuO6wPpIY8gEMPEf1GhWi3kjhJTBrtx10hJ5BLiDIOvCdu6SSPjwmJl0eWqSlvTbtbHI
HKJS3a6PNLkA+XKkxpkfgkp//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAA
UABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAA
QwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlI
enJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4
OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAt
MDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5v
cmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFi
b3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6
eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5z
OnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6
ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9
IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIw
MTgtMTEtMTlUMjE6MzQ6NDUrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlU
MjE6MzQ6NDUrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjM0OjQ1KzAz
OjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmY0ZjhlODA3LWYyYjQtM2I0OS1hMGZh
LWEzYmM3MzdiMDk5MSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9w
OmFkNmQ4MTcyLWVjMjktMTFlOC05M2NlLWYyNGNhMDhjNGU5YyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxE
b2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjBkYzk0Yzc1LWIwMjAtMjI0MS04OGFjLTFkZmVkMjYwZDIy
NSIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0Ig
SUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4g
PHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOjBkYzk0Yzc1LWIwMjAtMjI0MS04OGFjLTFkZmVkMjYwZDIyNSIgc3RF
dnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTozNDo0NSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2Vu
dD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6
YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpmNGY4ZTgwNy1mMmI0
LTNiNDktYTBmYS1hM2JjNzM3YjA5OTEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MzQ6
NDUrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1
IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlz
dG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+
eG1wLmRpZDo1MzM4ODkwOEIzQUUxMUU1QTc1MkVCNThCODYxQTFGRTwvcmRmOmxpPiA8L3Jk
ZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlv
bj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9G
SUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAA
SUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABs
d3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAA
AkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAk
bHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAA
BDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1Q
YWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAA
AAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSg
AAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJ
RUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xv
dXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBj
b2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJl
ZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxS
ZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVog
AAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNp
ZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBK
AE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQ
ANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1
AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJU
Al0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNy
A34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATT
BOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7
BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghu
CIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAqu
CsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1A
DVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAm
EEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNj
E4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6
Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrs
GxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+
H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPw
JB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkG
KTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6C
Lrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRl
NJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqy
Ou87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFq
QaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iR
SNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAn
UHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4Fgv
WH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2Cq
YPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2ma
afFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMB
c11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzh
fUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7
h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIR
knqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951k
ndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3
qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WK
tgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48Jf
wtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+4
0DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W
3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv7
7IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn
+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/
2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+AMBIgACEQEDEQH/xACiAAADAQEB
AQAAAAAAAAAAAAAAAQIDBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAwACAgIDAAMBAAMBAQAB
AgARAyEEMRIQE0EiBSAyFCOgMxVCJBEAAgEDAwIEBAQDBgYCAwAAAAERITECQVESEGFxgSID
IJGhMrHBQhMwUmLw0XKC0iNA4ZKywgTx4qJDcxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQEC
EQMRAAAA95aQTpNHNbZpnoCGzn3z0MdcdhZ7ZHQwGmCAMHYRpNHPrOpiWiuTs4itfN9A6xUC
aJrn6DkeextCReuWxy75dBzzbNc9cyYbBMEqRhpnsPK4NQDSdYJphjc2NVBC2CbGY6FEq5KY
AMEAS5oQ0TSogEXxdWB53fzdJ2UgoTOLs59Tl6OXpJnTI31zsz1w1M3Fm2OmICoBAwDGp1Mr
1ZkMN1cmM65DvLYM9UE2idEzMaBlg0DAEmEMYJhNTZnnvJkbBx2qOlgMTMnTOHfSzLDsgx21
Zyz1yc2mqM86CHpJLEVU2YXqCbDMoOiNMxJoSoAYIYDTExggEMBACAE0AIbjQQ0CrI59efc3
oAaZNTQwAEwcsYIM9MiBgMZDbFSAGwTYAGmdwCYAAJgNAxUJgAMkYJNCDkL4ebmO/p+ZyPua
+V+hOloHLg4NVR1uaG5Ai2RTZLYCoEMM8N8jNbMxerMXbM6qjM0AuaAAqXI0AwAEwaBuQoQD
ENoBCOfy8/IK4qBWvSJ+iXWMTEqg5Kz6DdyymgGANMAQxYm4pJzoGmyRoVJjBipMKmgGBLBJ
oAYAihMAAABiG0BNQcPB7fGedV2XdQdHRwdhbSLzWZy9ePQO86NUwAAGASw5GjskRk1QNME5
Byx1EmtZM1rGzQkESFJIoTG0iiWMEMQMEDQEvEcG55m/XwkMgnbThO6ctjWebQ128f1TM25T
0pixiYDBKked259JMXzlVy9QMBDkU6MyejJoodQxgCBiGhNMaAKliaAaYS0CqDmwjoNXxUdP
n9/mnqeF18R63k9KOuMgjm0s6NUzsWkmzbJYxJgTWQthkeZ2SVomCaGnI3NFS0MGVUMoQMQN
yACKJBuWMljSAHIxI8c08Q9q/O6y+S8Tob0OHtfkmxyaGocR26cnrnqQqN2mTaBgC5toN5rl
JqgYIYqBNA1ZI0OpobTGSFJyNNAJgmhgCYDTQCYsN+E5+eg4T3uQ5s+vjHsWTkug8zPt5yde
T0TspWa9fJ2jrHcYgGg5t+fpMorQwqaGCHUBYszR4aFuaG5obljEFTciAAkKIoZCNSWCSLQz
LzOvAjZbHVUhl5PucBxbgeF6fh5n0Kx6TDWOc9LXp4yu/wAr0Ct+bpKJY865TY04jqLzM9I0
EmgcseWjON9bOV9KOV9UE7Yh1CCosM3QSrQhg0wBADQc3T5YtMA6OzPYqWiuHtwPB5L4DKmC
7+JhejPos50Ogw0Nejj8k9TDgZ65857J6Ty6gx2wHc0CENpgmE0mNNiaYwAGEnPB1vmZvXMG
5jJucwdZyc52YasfF6HnG0kl9vN0FHm6npREHkeF7Enjx2wYdS6CGw7PT8rrOng5fKPT5Ex9
mXSZZdKPW9H5z0D0YEUCAtCBFIQDYhMGMBgAGKcghFEspoG0DEDcsrx/X4DLWO8qkjPxffg8
vr8/c5J9Xxys4onFBPbx+kX5D5yBwa+h53YQRRfX5knvnjSfRel4Oh7hyUdallqUWSDaBiY3
LBgMAwSAcgybGEloBuLGmg8rsyOf1ctwQxVIZ+P6Pzx7HR4/QdnNPnGsZ9BHJDFOkGatj0VB
nrgZutzO+mDo05uovHGTuxw6Dr25+s2rzewvLVmejC9MGadHB0HQSGCYCQDQUiTRywpA1SPm
9OST1vY8X2CkMc1keB53RRnj6eRjp0YHmNSOoDWgFoqJCSd8diLnQpsN6xo5cO/nDoxDvfNR
byD178nvN6zZVQjRwGgAxAAhubJGA0DqWUnJj5Ps2c/QwGA+Dv8AJOBYZFbZSdnlfR/Pihsa
rM0rNm4kDUmjzDQyZ0vFHUjQydwOd4MG5LrJnTeNHonF2mjkLrLUZIaOWMaBgAMllCGikBOm
egMYkwXie34B52W+Y+nm98v5f2vDF04amU1mO4ZqQimMGguYZdwG/RyWdEY4HeYdRlHQzCrR
EpEze5h0dvMdXX4PrHYIHUgwRVSwpAqQMSKmoNLhlJAwA+f+h+aONsK+n8n1zzPm/rvlRVNE
56wK4YAFUQMmwbBXCG5oqUy+nls774dzfn04ys5o6tsNT1IYecdnEewZhsqRNyxtSW5oHLGh
FxUGrSKExuKDwPoPEOfz/W80r6D5v0z1vB+gR8mejwGMb84NocVIABrnZbQJphFSJzoVb0Fe
cmmO+AbQHRtxegd6sOPz9cz0TqDWbgQwbQASVWWgwkbx3G0iyWNyDQjzvM+ig+b+hws9FcvQ
c3yP3nzxwcW/ONgJVIOaHpIDQVUUCdGZepNvMUODpeehjMMfueN9Cb474nhd/m7HvGYdKqBM
BgxABcgZaBj0Y6FqQpyFJBQgQIbkHzdKMtXkeT4n2vx5k2Ey0O41HVwJUAtQWqsCUGNYB0QF
oRAg0+m+X+mOjHaT5zm9Pzj0ThD6qRADATByxkscXiaWgpILzpAAMaE5g1WSNlkGuco6fm/o
PFPH6Of2jDL6LnPn8dsTfs5+g5FviaXPQZK+ceDkN7giHYZ1mazl0i+i5+w0lh5/lfR8h4p1
B783AnLATGSFksbTGAAIaEUSygZnlujE6IMpuQ4e3507eTm94+e9Xye8+j8/fxDkqeg9fHs5
zyYaJ6ObU3579E8nfbY4ufs5C4aFFale7PSVQwBizuRFhUaSSnQhoQwbTBjEgAVinZmFWE1L
CkwGiMtMzPzvRyOLrtnzW+TPe8b1cjzevPsOsdHgY+hwEUrOn2fJ7zorEPK83q5hoDT2o9AL
mimkMTBMKAKiwybQDCabEhg7DMsJ2TAaMzDzT238vB9U/kvRPajLc4tuDyz6Lj86Tr146PPo
D19MGcvo+fqekuPcw831PNM63k26s7NufTiOCHJfs8PYdmnLmekp1AAblg0ywCWggcjcg26E
1Y2ADYmIXjY+UExZIIdwjfv8nQ+wjwvfMs+uAAPG8z6v509HF8517VqYVqzl8n3fJNMt8TfT
so5PN93xjz9+b0Dtz7GcXRtqUxDJsTVDYFABNwTFMnWWFTQ3LGCLmgOXqR8dj9Tznz9b+keT
PvQfPL3PNOVkmn0nzPsnsxKLgkfm+hJ4fVxe0ab5bDHJPkex4ppGGx7Lx3J8L3vmzDu4ew95
GhFFDkBghtMYMoAc3JnU0UmA5sHNiAGNDEzPxe/yTi6eHU6deTQ6c4zNODr2PM12o9q4sqZC
5eR4vo8eh6uuWgVIP5n6L5kn0fO6z0e/yvVM/nfY8Uz9NesaXNksQwAHI3AXSZRQKaklgNoD
TOhgwQFE0CaPNx9XyTxFr6R5a6eYQtzf1eTc6KEE6Zg6RPL1cp53qcPoG1TYCZh8573hGese
2bw/CN+t9hrtFjaohUA0ANkq2AqLAEkCFQlcjcspwwChMAVMXL18J5/a6M/N9TzTh7c+oy9H
l6hvMLExtIMejM5ephV52AYnm+bvJ0ezz5Hl9PL7ppTopzRQmJDBxQMBuQdTRYwzSBUmAAmW
SySnDNFFjUhfP20ebn6/OcHJ2ecczO83oYKkJOS2kNAIbBMF5Hb5hj28/tk+T6nER62HWIqS
mwU0yWQavOgWiM3QXUWWIMxwNJF1NiYExr5p6enL2D5t8w8H3oOH0/HZ7x43oGvg/ReccW8a
iZI2BmxgMEhiasSrM8zkUHpej4/shl0STqqEmFzUAwKJoUtjaQ6iiqz0LGGU0gTAaB8enOdO
cs9OM9yNZsxTRLckxvYcu2ZyuwRCNE0S5oByDSHWdjw25zxNN+o16osYwdJiJRctDcUUgEAK
4CzPI6tObY6BhkmiWIFPGYbeX6p046wehfBoXvwydWnlega6Z0RbgWJRne+ZzZ9vKQqkVzYl
SEgFTCkBCqR0UKxhSZK0gU3IjmzO046Ow5A6jk1N+fejmvp0LEGDJBki8H2vIOb1+HpPT5nI
9cMzTi6eI9S45T2HhqXFQY9FhjusQ08/0TLD0OEhklw5KkBudAlgZ6QUDG0jR87N5cjAFlqG
MdOZJpRjPShWrHpjRsMMZ1kib5jzMiDn6+fnPob8vvM89EacrR18m+Rp1cup0Tngei46yHLI
rm4T3vO5+sSz0KmqOe6QPPUoQCYJjJqpFWdmkNikYAhNgwAVBTWZq+boNxBnNZEeV0YHNlsz
nxvc12870RkUcuuOptWGRttzdB2aZM6Kwsvh6MDH0PK4T6LXw/SFtz9BYIeesGdxQ2kXFgtY
YwZKEFpkToEtArbCagqoooQFJliCOfbyTLTOx8W/KL6P5/1TzDbmO6JyAWhScDpwelrxI7Yx
kxLxI6ObE9Tp8LU7u7m6CxUCqTNgJqhtUAMaYDljSokGRUhQmCAm0y1KNXFlFBw+V6PknTlr
54oqjGevkL6eXoNKvmK0ijVSirysFUnXjnRGemh5++lFXdF6xZredjaQhMKkKbBUgpJiCjLU
QMs53pJKuTPSbObpzoqoYaxoWAeb4/u+QXleZF1iZR3dh422nMduZJG/H1gVIwZOk5D6OfQO
nDvOG3ka5tm2vN0G95s1lgkUEdDMikDllNIKSG5Y6VGcayIaM90yY1kkuS3NlgHPy9qPPrtk
4ex0NPzzix5NzXHs4Q6Z0Cc9ys65wuaNd+H0C6x6hcfpeeZzoE7YM79MdS6GLKaOpclHUsdh
phLQItE1FGiQJMFNMKAQwQMVoLAMxIJuRVNB859D8sZxpBp18AepPm9BsSx6SGlc+Jr3x6xN
qg4fRyPMz1gwBm2N4nZ1+Z0EdPNR6nN1Byb6YHSTQgYhyDmxqLAJATLExACaBubGIImpHIwu
A8zxfV88yVIabFnYTrkzRQybjY+g6MtgqLKqGcvn+tyHnvbQwxqDZ5yehwvQ7ujis7K4eo1S
YigmLDO2CGgkQXNDcWJuRMoAYxh//9oACAECAAEFAP8A40H/2gAIAQMAAQUA/wDjQf/aAAgB
AQABBQDNPUOoMROaE2AExXgx1IKiPfr62QKX25Q2NbK5WGqgJc5sXDc2JtAxgDTmj7eyBgNb
EQ8sTTs4iN+uPIJNC4CZbQO3sSa00b2DOZkTWxIOBNN4IiexGtllDCDmNYNmizRWMZmBBeOW
9fYzMtGLeqs5gv05jUQhhsxxczWhPMAjeKoiipH7IONB+ufLcShDUqUPhxcA5/Mr9gONBcQA
A8js0oV2UdYkrAYb+Pa9JtY1Rf1zPOnLYR/9VXlRQ0H758yo3mueJ4JlmiCQFEWgGYBVjcLQ
jDlBx+HFxRY4hjXFJMVQfj15HAIFKovj4r45smERRwVFgAAqL4jRaoztD9QjE9Jj6iAfHExv
28jcgPkLVTTObOIMf/VIDY0FnIVGhPIsmVDOYfCgfBQsUyImvCVGHK1ViMeV+CeRRBNFSDDU
8ERgIKgHwD/gSbHiGVKjz24LmdhfZFSh1Aalmrh/1RTZZVGmiFsXBDUDZMx/1evVGE+xQH1S
8nBjEQ8wmoJzOIKjV6A0qcjiXNBYNWwuE1PawOYsqMOV8ODF+CSCGqHThGuXwJxCRD8E8qbF
iHmAGHw9iDiWIwDB0Cp1QAn4HwfCoaOaUyp75IDNEpfRgqJuQMuPoCw5LBgpK4x0M9dBArwD
SAaVTymhsqQQM/8AXmeRp4KgExlJhVhE8gGCeogFSgYoA+GW4EaLmYAJxK/x/IPxU9SIJ5Ho
CQgEK8aikwH6r8nwKAIJAxUBFCgrcGIoAAQiwcwSFUAioSPauahDQqZ6mKogFQ+tCvgRwTGh
u5UqX8XB8+ZQ+SBCPgfBhhHxXxfND4PmMONf9cPA+T4HHxyfgTn/ABJjyuAILjSuOaAhuzfx
yZ4+G8n4u/8ACpUEr4r58fJoQGxOIbghEIMA54+eZszAHRTn1ivrL+D4/I+PEuewlieyz2E9
lnEeEckQTySBBOIDZ+aEHMaGHwPihBLgJgliX8XzCJXwQfi/js93Drj/APXLQ9z+iR1f6CPF
YN8fjxDGIAcEnqEqty5UPAoE/W0+tr+oT60nok9Vn1oT9aT60jZCmR4c9YF2B9tRPscRdiYN
ePt5+5RPvWDdTA1kTi2HNf5EQSxK+anM5nPweZUIM7vbXBMurQ3/AKOeR17vY1g0IPR/obYt
1O5n2RLhj+G9ffDgwfDGl+B88wGXUsS4xqXZ/FweOKFTiwBdCUs9FMoX4nmE83fxX+HmUJXA
8fBhMHyZ5nc7BxRtsesvc7+/ZIHPMWdPAs3R6/1IJ+AY3I0aj1mVlHySPXiX/iZYnEuOYORX
Hj48TmHkCc/A5A8ieIfiwfnxORLn55M/EBlziCcTiGeR2e0zvt7uaMHAUXOl/NOp6armvtzd
/L+Gb20xVQBzK+COIPnj4ozTsKj2fhjc8ATyTxDzAJcBglSiIAYPPFkfHiX8fjzLv4v/ABqA
/wCF0e5/Oz3bsfzcsVx6XU7Gf/43XvH+f1sZvsmK9diBx8kGnsQ5f+uIKq7+sU2L5a6BggMH
Mv4uoiDbseITD55EHEsyr+ATfMBl8Tn/AAJ5+L+B8Dg8y6lfHn/C5cMMJndd8xg/0u+veDo+
ylEyOj7lDiw0zK1P2E9yYdAw9qOdeukyb2Ajnj8cQfFy52tSDkSkDAwngcwDnzLnNMJ6wCoU
Bn1tdaVeogZore08ioeIfkeeIBKMI+LnP+FWPHwTy2irCh0GvU1xC65mdhGJKN/1bIwTpa0N
u06HPsDWK70AIXzBVQB3fYZdXSXUbxx/ifBR20OQIjmeyqQblGHiAQ3CxBL6k3qYG0EVpYlC
WICJbS3hLy3E/ecz9p+0toLl8/Ihl/BoD7kaZ4gGNfq2X3DEbqvWbb7uyldfq6D7Ne1qjj1I
XL937CZn3O22F+vYVWyxz9cc9PsUket38UJxPyYn76w3NtQkxtyKq+PgmzAIblS5U8QT8mVD
BDBPx+fzPyJ4PwZRng9pyV6+QVM9PYs3rF7WbTftadXXLTPsZd/s7dXv9zRx0uir6akgT70K
nVWjbfY/Xz+nLq/b9u3vOr6nMIqwjhYfj8x2pcFCpcZgoAfXVAABzKMNwCVPMAnmFqgYT7Ug
ZTOIKswQj4PEqVK+K4o3+K+R5qaC1s2Cvr7MsDkx6OWigz+dqcn/AL6E9jbuZ6fz+jmyZA63
+oOhBGOWQ121LHPs4rMdE0Vf17IEPCi6+bmx/UAVXHYNzPMKKniHxUBqEkz2nsJYq+BOAQim
eolzj4ucVZgP+PicQzmH45nAna9k7KdtdH0b10+yhp3FQA66MMtGHZ6B7GfT6m2RG5WadzcT
HsMx0GhO9KU1cL1vbV8c/TPUka3HakTkGH4uC9ezcZgqglp+AZcMHkmHn4AniVBBBBBKoniH
mfj4MvgXL+SDLqAiVz8br9jdoaZvj2HfJD7JohEZ8Q69hCqAlu0zAadh6G6AJrnVt9VOk6+b
7HDFcp1nM7K2qmwVFAw3ADLAmjhV6wrMVNmbR3AEAWCETzB8jyPBMv4Br4FwqbMHx+T5+OLq
Xz4gnMr4Pn89nUohIYbLk6nB8hhvyuiMXXW8s/Q7FgMSzjbr5uzdbrqxyyttQqp1fvTPEY5K
SJ1T/wCunKZNefMqpfz2mJiD1Xsa/WnX9VUuCwqXLliAy5cBnj4FWOZQviCXZJPxYh5nM5+L
nMEr44EsfBMPjtaC9QhHXAc5dHF02/mn7NOsqK6rWRzo+rZ4HVNNx19IcWI2fRRTE9ff6StO
PIzBGunC9ct6WZcu4a+E/wDTfxGYu5RAAiQKJQI9Vv1AIW5TCPqM4OzkYNsjA6GCoSfbn4uG
40/PiV/gfi5z8WJwZUM1NZlFdvqQjFAYDLBnYxVxr1hePWOR0Ridew2e+O+WqHLAgZ5ka5+z
/wDKSc83RgASdVXRT759c8AiCX8bP659dfXPXT1GSgDQ8KIDxCYOR+Jv113g6Kif8ek/5nBO
Oqgdh0A70XtqSuuTm4fi57CFlE+1BPtQy4WeezzmAcFQYMwJ4+O1uFmLfq9enUQqOJc8jfM+
wpWfTMDsae++WmmTdPuL2Tor5nbZFXp/0WHZ3QaoWPqMS56r2uYIcGXyQZdTsuW0BAXMnXUC
hoRFIHxYrgwfNQeLIl3LInqDPowtupi0y6pxb8t7T1MGQMOSz6xPqWALLlQSq+K+e1oyIFsi
nOuboMwPUyoBU722CTT+mqjX+k7I1RSKHssX+loc9HbR8hU6Gp16altGJTPPrsIzemobjs9o
Xn/R2Rer3xo2DfZvu1JhiEjRiCwWVCIQYAJQsgH4HBlCgKFSgYIagEJ+efjyKE8Svjk/4WJ2
Nm+xjqYv3hlDlfE9lnsgKkEb9Pr7H+p10x7IFwjgIIeYATMsiY6qD/P0zTpLmyEYMzddQJ23
QR+3o8DKFblXcg/y+ziUzJ1deISAKNwXCxgPAlzic/F3AZzZYxTB8DmfZPsEDgz3ALaCE0Pc
T3E+1RBtnA60XSN2lEPfImOrarqL2LKI6Flz7RRUPsGzQhcEgoB/H9vPNlI4/wBSTUtyMUCh
QWmiKZ0HGWgqvcX2+8+T56babdg1vm2rxQyrp1rgPrP53YydP1YNwFHFCCq9ZQgAvgwAQ8S5
dfA+R8XHXViMzACJbTmWTPUmHP2n/OJ9AhxehjuWXFVB6+ZCKFXdvXtvopj7hZgqNGACt31w
bL+h19mAoaaDNdH/AOrXXDJA3UYEdViowqKFUOyRTMc6Vu5nkvY/piNozP1da27Ab/o6dAu/
qE7QLHMPMT9eg10wZdk2zBNE8S/jkwXCPixODKl/A8cTiDyfJniXPJoQTwZfEB5ZgBFnZVh2
9fZE6GQcetQipt102XbqHN+p39UPc2AXD9Zp2ELEz7BH0VYdfZi1zBC7afV1012b3JJIIit6
nVk0DPQGocq/q2XZzYJopGfbRHGpwZHDDzBU9hLguUPn8X8GqE4u/i+bh8t4nMBgEo2blAQG
oOYVBg5FUB+2vYJ+vrJ6YHx+B53wXVNMyrdd/Sb5Z6pt1XydR2Y3R7Gijq617kRVYnrvj1U3
3OztUoGHg5iLoDjfsARmPe29ja7tSC26zgqm7I2HZVxj2c9WC8EVCxE94HEsEkGewglcg2fz
6zzBL5PkwEGcQeAZfwDDUFCMRQuO3qq6MNNMuysyN5Gp+LEsTfLPRPtVTl2bi65Mrtgja9vt
sr49ghens7NpnhNNC5Fw2SRUYBioHqggQk6kRvI96GRKVOttRzf2gR4H1yfT+j2yj69ono/+
5Z0w1GyFToxFMQvX0DFHEfdgct39fvQT/sw9wIAITzc8zmCfkTiAwTiCHkAETXZZ19+qsu9P
wZQgEPA7u/14r2tM2y7Keg2zYNoJ3mdTh3tAOz2w4agw9WNmc2QTFQmepUKxcOyhTPUGY52d
MzVBYi0APUN2dCxNRW9oqAnLP1OvrpkmozOWp0AsS+AZamAiwRa545uOwImiMTyRzLn54sTg
jiAg/AHxZAckZ79kjTTRc0/muW0PxXI8MZ/T099SwJXraOGDocXm3o+KkGDQxmN5kiPaz19g
qewUFSW5LkT7FsFSKBmY9ANNYxAUC0YAqyiew9g5My1JVGBLggFwBl2HyOey6iwDQIAqesIF
ECXFS5+SBQgIvi/E/AJBHEuXxfNxwGXv5HPfuGj/ABMfRSYDCeZs4RGDaxOt6xtgoTH7imfX
Q9zXJc7PrVxgaUmLRAsQX8afXX6qFQGAc+pIRfRfVmL5NpMUOQu59RvTMBglSmXRdKg3E+uw
qmsdCrZ6hzyR73CQZ7VASSHgYA3yOYbBsiDmUJ7EyjATLM5gsy5Zm2Gek7P81226fV+jO4Ln
55M/puV63UYIN9eWYl21b1YafRozO9J6ixAAw4iBRASYEYr+4ltdCL62/sSuiCBxfuQRoLNs
SvOeb+vr7hR7B1WEgAE39nCakwJZXRs9E1Vh4Joy4PUTybnmcQ18ASpYhNQePEsEhhVEi41+
wEF1XHrcsQnj+vpWZ4jaH2/UlSWd8fr/AJ2gQNZJQW2gKAmoOIPWZP6hzyD+vv7Qi0Nz1JA4
H2RS3sgMUBU9iQqsYqD1ICO1uvAC0ApPt9jKF/aZ8MHBX9YfURSTArQhxDyeT818UIROaWXz
dnmhyUFvU5qGBRG8f139nYgijdiv52R0377hOm5JgBJT1Sa2XIInt7EECBuGYWSYFuLRAq/1
U+4s2DnQn2fsdQJowMGv7fa1lWYAED/+1QCBV9RxC0bQGHXWxtpWfb3Q4dtNArGLYhE5lQ1K
hInmCHg+QK+SaGAND5NwGEcf0A3/AEMhKkAAgmfzcBlh/Y00EJEQgQMPVmLQjmHmKAYDAKF8
Fp7EAtZv9b4/YwOoVdQYWb0LVMyTCVKAG3S4qOG04BPHlVzJOGKnT/mWtemFZX+vTq6q6+oJ
IqcVPWLCJRHweYBKqWJU14zQAC5+LqHkAQi5/Qa9yQIaI6+LabAAD+ut9QrPwo9p6mrMWFbC
8QEkeph8N5F2eYAYDYJoObigCOxtlJgJ9stCAG4UiP8ArNGs6MDKiL6jqEjUKTHDTsYlZ1Gp
1r2Y0bs3XwKnEHwahEMPw/JIM5ogUvjmAwzcl92Q2QBP5eMoGd7P7Oo4KkWZyCeZxVVCbA8K
T7AgxtKgeLZhAEcEKPWi1lgYShllpdKp5+xyM+SHMOoZXahzMr9gTWTOHV2ZbLTRQ0Ktm+Gv
ujeal8jieCDAah8WST4/HtAJz98uEiAQcECMLC5huz2UIB4mHY0xbrdzLsLqgbNv5uxQcN5D
DnmVZEKvCRZaj6hon+y+S1kj9UtYLMZf2IF8T8JdELSgmXCAZ62w4i+oCmZKX29QIGE7WyZo
dHd+krw3OLuXcMsiCiCeAbn5Jg8gmZ2TZgPI8z8gwnjsZHr9nbC83AlcfycPt0AqN7V/U6Ko
OsVM7Of1OAbBHyWIAl0EAsNC1wEy4rCOTOIQbRfaZLYYCMVoaCgwKcwGgz8Iyhukw9/2J9SB
3NPd+rmW1RSFIPxRg4J8wQsYG5BuczmM1JkPXOyQPgy4CJ7Rlz0XfoETbJ8ooF9DJOvj5nrY
7uBfrH2R+2fZD54EAJguMDdC6gVjD+qijBwRRPsTOCpW5QUBzaIxJZRHtoyhWLLRr6roljBY
PURSQZuWTN3DN/OzBij1jcypXE8AyjRuvUiKIQJc0Nn8S4CYPNiCHwYPGmSaAfz8kIOntl2Q
Jn2M3hAI/r/zUyjexz8G7gqWCTwRAKgU0eCtg8FuKWifBBFgfsiLFqkKHTXWmVXZgWY6OoV2
BIuYi9eqgqp2lJzc2er2GyPX19yathwFh+B45oCAUQBDyD5snWzBzK58fHiXDyD5oyiJXAoh
ssyG6xBz22zDFO3l3+i2OZBg8kExiRPaxxSHlbgYKGAhUAhKgFywCgE9UoFFJPuzuIE9mBRA
GseAw/Y0Bh/9/XIAqdgXlvn66KfVul2CpPJa7B+BKFm7EEHxQmaL7CXUHxfPBIuC6ayTYjEy
+eJcs2CKChNOzmvY62i+mlAm6hBJP6gKCFAJRE9QjBtRUUGzbuMiT9YIqo0C0ujCBSxVQsYr
YFRgwgIsDjK/t6//ANY/1b1I7aKXZKOOgAYimqeZxfx+PwOYIYzAKgpLNcieJ+P2vmi1QE0x
l/B9TDQFyxfuBNeU67D0/q5hOyoBmPXfZh/I7JGvRdA+QQcCIC836RxzcCx+xROWQwggmgX2
VVba4qloB9YLRVMYUC4InF5KWfrhgl3KE7PVf23QzNKY0CeYAZVT8+QOSDBwQYSJsrFPAErg
cRrnMWG7WMIWIjPAeGE8DiftbEEYkJP62uO0UM0/klSpv2b1LbuX0r2nUZk27OoLWPW6gplT
NPTRQkcm3JrMe7BVUb6AH1okkRnsEEN7EHHrttOp01znJIquYwm/WXWDFlcioTPYiA2LMsiE
mVKIFicQGHxRnAlwGDz4gr44thColQmoAaA55nc7Yybtf1PfP6HPWBN/zWK7XO9qExvnPk/z
8EXL+pmAVMY0o0me/OjfbHi5licws0YVy5TgA8GmFc9fA6vjgolcwQ8Q1RBA+pWB8xoAIAJQ
ENiA3LFDwRBUv4M/J8wmL4A4MAnrZ+sV9MbicyrnfDjfr5vto/XC9ELT9TQow+xh3OwXb1o4
YjQ4/wDmncdihsO3sYg9otMM7B16AbNOtqjHpaaDs9M5AtRJaDgHzjidWwwCAQAQtFNj8N7U
OWBuFjDzGuhdKBf55v8AIFwCVyQZ+DAZyJdwg3RBFj44EMAg81HRWLZMJ6sJ3emdZ1M064Gj
6LsgXXqAe2ZLZ9vrFdkytesoVlBm1Nn2EF1+oKw8DphX0RvdQFj2o7upZqN+If2mWR1brdNM
1WoACFsDzASTCvABEAEPMPrZAgquBCeTzATOZfAPJapZMup+VE9QZQAIWGH2gWevI4+LFvqq
j7tXDjf3fEtFzVB2HCY9kD267L9nXNL28/dRxMUEA4ANdxBDVAGKBXXS1UOsXSa6E5alix4n
qAM1fQ9PpjKCqVeFPFmeYy3KnMEAFioeJzQE/JPNCcQQ8RQCWWjUqKsAE/LDj2Fg8+twQVCZ
c1BOY7GShCGmmqpNP6eCxv6DlWbZ+nr+0xWz1CCvbYDIcnP19VWWa7iH62IIzU+xUEYaKoGq
tB6Bf6GirieAxUzHE6t1+qmcDlGHrB63AJdEczies9RYXm5RoiA1BUFSpwfiriLQnqLCi6EA
ghqux2scVf8Ar6EP/S7LnPvdkTPvdjNsf7OgGPbx3W7H9TraMU0ZI3Z1YB81P2djSHb+iM2s
xQPbrqSO4vqMq9vsctnvssTb7G7SsU9riZBlbMNM+riVC9RAmfWaf0+C1RQzHr2oUaMFzaKN
M3zYstgHgmgIOYKB5smC7FXZjCxfCkXdkTkEVY8gfAAo3PxUM/pf0OWdyT4JqWZyYrUF0IPS
/p6oysKbDBi/V6zrl0OtmRQBojv9N1nsyv0D7TvMG7HR66sn/Mggz4Hsg10UowH2KTREz6mr
onRIB6bV389M2JBPSx+x/wDmwWaZZrM3e1ZyUzAB81Yoyp6QH4BlWKNAcHkWZzAOaFDgjiAw
mCpx8OwVe9/UfSaOGYryqkz9rAoWZcDEhTc6Hc0z2FEAQnn4YWO/guW/8vUINbd+ovr1/SoF
IHAmqK2ZAGrVCbfNfXOiZdL/AEudLo/zCranBXK9bMQYgQKoB8EXKNgAQwGDgVcWzL9YeRPB
AYECXAeBcHjiECDx+3vc7rafVuXpVcwqCUy9mPVez13oqyn9oSYeSmjK/wDN2L9f7EEOqBvu
S23HsN5/RT2nXcqSCp672ohW5QIcfo6gat/9eAtlICAijyv9Fw2/mfza+8MABYnDQcT8KbnB
BohQBLgNQVF4JAMbyBK+ObI+LNDyRBcsy/hhxr/NxfXuvh1kZVDYDrfX9OOYb6Njp1Os7bYB
SyMpF0rAH+PqrGGVUoWeBtiumaALq3oZn6CAWfENtCKVtlXR9/dcm4xYuB40Pqmz3oaJ6HsN
q5AJXxB5Nz1N0RP2u6AFy6nEAhhMsCC4J5+L+K4lAzxKufkiOKXu9dMl00BbJ/1+wk5aUSzP
GzAj4qRriynNbPV1fPXNvsW4TP1MAoMvsqJ7PmysEMHjiBTGI9djbggN129h1HIdROy5XruY
Ab6GDkrxB4qz+a4sGcz82LYCUBB5AN1COCYPH4HHxVgD4u4DP1qxLEM/o7HPM/Zmr0JnqVCP
cOwg3RQ2/sy63NdE2XfqNk2H8/fSYp9WTEULMoCf/wA7bFER1LZJ7dmorcQFhNNMxGB9lu8N
KHUdg3sa/o7VmzM06nTLlM/QXUEIqDmEwEEVF5L6IhTVWb8DwvEF2fHiD4JuC5zXj5BFmp+Q
Izc/1sCVJBfQerBSwUlYzNYPsfE/m9Rd9vbB3rlgsNGMoEBoiwACZ2BZak1wzDILnEsEfns+
v1uzBiWrFH0bqddcF7PdXINrps3X6oDJ4CCq5Plhyor4q4YABCoaLmisCIfKkErZ+SBOJYgJ
gFgcSzfM8TyOJcJnYT3xRfbHsC9wMsMH6utsjKQSTng+j7Pl18eriUU2YnIsCMQxAMJokGtR
y2Hu2CkZgi/UEwAX3mCqbteW/ndX6x3e4uCsdNNOp1ygQLAv6+QCb8ihf5PwblwXCKAHFQCD
gmeZ+YBRly+STDYAM8wEwVCZ5naXNcur0z930o02C33VWsMyzZf+C5dcsR+k9gpDcGiRSn8l
bhHDgtBm3sn+oHAuqqE0P6OxLVOh1/dmZMh2HZ9OjiXYLAgnFgkwcyxCanmUDBzOQRzOBD4J
g8A3Pyavwfx+vx5INS+QAAZwBBACPgTtBdHBBCm52QAvaQ6Z+i5JeWGfVL6nkggtORFhPMXm
UDGlGVwC1n1gYgba/Wu5LNmp0brZeqdrVros3XxVM6JnHqpMs0GnMJPxQhJgMuFiCOIDBZgI
EJ5gIMupViyJfPqT8EigYCaEJufgXbewA6ze2uREyIU6uCzALDoNHcP2Ncs1zSFeFacmDyAB
Kh4nEIgJJ8ipQUd3sHTR2Hr0euxGrBM2ZicM1Z0FJX7KFJ8wWYQasoPtgZSAOKjewJJpgYHM
WqEWrg4A4+PaVYEHPwRxYnss9iYFJDP6DFl0CrxCAZt1c2HZwOQ7OtZdfF2HVyGaljQM9vU0
AWqAj2siKGJCwBaNE1PxVjtO9sTOtg2j5oEmynUHr6hsMs1CivhfawBC1ShKBH1z1IIYiB1s
ftABGon0BNABQKAIlUal2CYOT8ARiQAujQYoIqCBRH7uC6H11Q69rpbdbvvePaz1Ahm2Q0Xu
dQjbqAWQLHgMaBAgbgsRFowiAAC5yITRo2eJ7EDta3qzzpOglFiojBjAB6jmOfUJyLJBJoMS
Rc5lGhRJS2FiHiGA8CKeVhqyTXMMWAXCJdQGdjXdteodVAaOQZ/zY3/qdMs90b+Xpi//AKEY
d3XI5dzJ2sGd9b0wChSQSbKjxQnJhBB/WciWSQCGqC/Yk1U0NZ6liy8zHnbwq0Ax5QCgthgS
ooE8Dj2BBguAkEngCz+ZyYaMsSxFoFBcMrkSuSSAty5s+77X9aIy/YoWtc3cZ4jOUaqy3ELE
T2Vgen1zE6RTThZvZZNM2DAWxUn2qcGGwTZIE8EvcFVwCPAoR+B2nAxcr7dZQ79frBJXsABD
+xQVKABIE/YQkyzDww4XxOLMPij7cwCAQFgVNlOC3kj5uEib7gBfvd87d/8AnPuznJEv0z9q
JsULZTByKnsKAoPxDTl+rmTpjwKpSLsW5FklZfqvkkBmJ4PJ/YwFiLudgO5/4nLdXBcSgNE1
ApMIigUSb0PC+xhPN81+o4C0ITzxRFyiII7OoXeoNgWzYE1yas18cQTRgqdXsfdr9t6ZJ6Jj
no/YzCW7KpTY6N70o1VmJIiftCoAKWQKjm4Pf2I1BBJUt7L6kGgIWEBDQIaZFlCUALM5iEQC
UK4twolD2IN2TBnQHEIjA36kCuXAv2UT7BDoIrFiGl3C4EVuSCwOXP1coNUK2QRRNQlYWhYi
f0O0Fx6WgTbYZnPJtDmH19V1dVY2pc+2vZ9R0wzRNLXMgQm4JoxWPno0LBYihlVWUvkjAj0Y
XbLAOFJII4/Uwewa6gAi0RYik0IKYCrPgAAXwvrXsLMJnmFTTpos/RQXUqNBAxg0Jh1aLt7g
EkesCiCpnwfZixh8+1lmN986a9lv/J+voezH4RQVPuSyMSDv+3c1s5MDAzXmwAsk6a/Wifbs
u6bA4opXY6jXj10CO2eeTJ2MmQ+phAoMPYsCxr2uDz+BVC4aBamBURPW6MA5/NihRDUIPBNT
2a9AWH1LDhQ+iocwAEufV+voIppQYrcKwMAFz9ofNc7uqIrW2oE6CkP9jUrMBoTTbABUAma/
Z3TooDO/2Yv7ZqebWZ9sszdjrlm2yJGS32N0QJrjrogChqdPYMfA5oVKUwsKUgQftAJRDMCD
dEijxLoMZZhJUJrPVfX1skMZRE/NXAAILLUbHE4MZVJCqJQMJsrFMIhBJINT+l2SzYqpR3cH
Dskak8D/AF11MVSIdSV6iE6MAs21fSdfPssK1Eft45qu2eyjDMDLUZu/czZ2GbqvVySISGG2
azsaBd/9hyIPDKDCnI9jAwq+bYzzCCIYF4BAn59SZR9gnLVDwbaXcJoiyPxRoclqs0JySFqf
rY5iCop5oyoeZvsuY1z95hoiF0oqf2622raaEKrOsK86aFR1i3o5BjKAvQ7DANqHdesmipgM
tevqPYeNMs3JZc017y1pqznFNmjdZjnndAgT1FENRFwlgFIaCiQSCGNk8sbg5igyobB/csjM
0NND4L3AQZQELQAEKIg+ABBdgiP18nP175sjNEYQwkma6gTuGoNGGbqxU6eyOKPXf3VkBgq2
0KnU+xxBGQsiYuqOgKt1zQrNiRQR7G26ZDfsnVcsH0dMun11/wD0sBMu/m6+n7qFLF1ikGAL
CtngH8DgrQIokgmJQbwKuelEgRQRApDCqYSnABMJUggggG6NManNAwVADVwFjEFFrMYkK+gX
QgPCvqXChQ4JPX0+nrbDNntoi02hCDn3xZQrbZgkasWVBEArGrcgEMQqEmavjaurHs9jbNvf
R26/S12K9NMJlqu0QigFBAi8xwbHEDEEmD2gUw8AfqbgFktCDbMAVIMPrQULDyblCeIKq+CZ
zBYn7QTgFeYPLEzfUZr/ALOF9VCrXczZZ1MDtscUXLvdU46Y9n2gqtOZ70+SewOSqWcCFpkT
nMyfX2oB0vsOfrZNGhcqPpJmail1XM7dvr6ZdYA6LXqGBUkWAQGEPkUCz1AxtSasgC6CwUIY
CCCBBzCkHINw+0UTiAGMODdHgIxIJqHiVFmZEJobanTYKQ44DaaFuy5Y9HtfQ+f9PBx32QjF
FZfdM1fV3ZQsyAh0agvuRSCmIxf1U6Ez/oyEbse2umzOfZFj9igd9WZMncr1R754pmwZSEI9
iFlxuJdk2IOYALHnkweSfWCBeKEuyeDXFVKsHmAGzdcwm4WCM1Eg3B6y4LBBi1fecZYY63GF
ts6Iv2C9WUwCs1YmDVjMzUzyJjhaRrbNf29QEfX1AIMDBDq+jhclZxrik1I7DJm4G2RIslss
Q0UKjFtDM30KoFIQLdWtWVUmEBZ4JqWCFHJAJriCGopEIYKhN+SOQOY/+3qYA09mEXURwHTN
9LBuHmH1ATkxeT/UP/8An610wZZqb0yzdzqFJOYTJq9gOOtZZdTTMbyX1bP1LAMQgCkiynqI
XAjMxK5grhl6Hct9iaqFPW9YEtUQCKQCOGXiAgEEs3AJ4LU0Hj1FgCcVxRCwVQDGciDiACGp
6ziKFvRQStW3tVCgitPVQGzDxR6r4NEhaKiIOf6QH/P1iQ3JL4ZrGY6QZIi6OdGKEEBfTrMx
UmlBYsri8VAQsWiopmd+zuPb0N+49DvFJ9aZu3pmQgZyVKXpYYe4ZfbSZP7Hiwf2NmeIDBXs
VJgTlZyYo5W4QT8WTLhJM/HkAxxczMbiMaCowJAhsQVPQk0wgBliJU7ORfPHr/XGaaf+kV81
RmOumP8AP7BI/nZqnZzxzTLkg8+xIL1M1JyIYxmEVGEUH1Lm3cMcsfRvTRn663vn+ybk5lP2
Xl2Q0M9CGZLdagM8A8yxSrwKMKrXqBPQklKRLC+ZQn4JF2xaoAYKEIFUAODCeVJn4PAgAM9C
IOJxB5azNcKCdZzD1E9V/n4o+aIkqiVUr/QbEv1819GFRtQRlm2szXSP2BApVi9K7gj29jmj
qWCsvSWoM/V+u5B2zohKb1PtREAialItoR7QXYW4Qqp19w4Cgg+ajAUGlS6h9WHrYK1B4F3D
xL44upREXiGG4CaFwHmAmKbYgE+glQlRKEUCCf1Oyc1Zp1ex+2np6alvXrqUzI4VA+oFM7Zg
F8jFaghzEKaK2fYy6+Y7e/cbLrNnNs1KOvrq4JnqwjNZ4EJV0zJocRTNGO7suWTDbtmDbt0u
7rAQygVCVlAgcTySKYe1/kDki56zxOYYBKhgqDgAioCIpuWITcql5CqonB+O/odNzxL5y7D5
xOx19CxSrBHq+bBtFLICy4KB9iEWgD7Fz1P54YLmqACeoU9rKmFVbevmATJyI/Z0yfrd2yzj
0w1dc8cQT5HYPYBS2OQaEAD8AwXcsUTZsCXAaNGXcDGyItw8SoKoNxRocAVAASxgMugQSsoE
aOM8tHZnKm/Mq4RQDusTtxeyHOjexy0WtFJjdj6hw56vSQRZ5I4nka5+6viUayIzcoAZmPWK
ATmlxfVg3ugw7JzZf2li2KiMMy2Xt6stzxOIeAQDKo80puECVxc8jn1UmE3LliAz8/C+T5Pm
iSW5PMF1/X2IUkk8gFTYFgKQPrBlAEEiLqQF2Kl9HY8zMBm6qemKk0AJ6kjxAAT2sS0dbgUs
BmCNP0UhTEf0TFbbaiuin7uu4+sWQAbZFMAnAguHiVKIhYA8mBRPM8gngE20ABnMqCeSq8kC
ChF8lhZNwNxVEMKL/r31bbU9fWPm6EqTFsDmN7GFTPUwBhADKJPo0w41zW5ZsWB7chqAPOzE
HsIrj64EGaP5zb3ZjUXRlDbsBnk+iddvUO60uhJzfSgZzc4ENXVwicGXCTDdAXFAI9jQNz82
KY8XBxPzcSf/2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8Ac6kzYnpBPSZ+FlOs
ouXr0uXFDZcielyGxVZccEzQ9TvYu73LkyXKyNNlGxJNz4lcnUq5LsctlWXcoq7kKiQmX6TJ
cuXZdjq+5TKfMrk5HVl2XclSC1ekM7dK6Evy6T08OnYlfw5jrOvSR5TbcU9adHxUxd9E+/SF
ZDH0fR9Y6RHWiGmQV1IVRd7/ABdhadVJBPw9v4Hf+BOzHqyHf4cmvt/OekaNlTYbQ56T0vqS
ihsR8zcp0gY3uWk2fRIfiT1p1jpbr4/xO5HWp+RYp5jzukJxBUoQSNuiV13KservHSdRtXZJ
sRtcuRMskllK9KfA3qRr026LZDKER0v1n4aFX0mKfBTpBXp36X6InccMhLzGlrcS1O/VkO2p
MKS1SGhtCrLKOEPk29iiuV0sTEMVbaESOq6OpcuukDmpBXrPXf46dKOvSpRdO3SnW3W/wVsU
qeI6ifwPpBDuyF8+kTUj4IKeZHIvYmS5ehDbNX0i5GnVdHKp/Ep/AXw16R8DVqC+GtZ/hQit
1YlHfpBBHWhv1r/G2+GfjoR8H5jSvuPlVrU9Nelvgp1uXLly6LrpC6QVqQd+sdJ+Cn/DL9zK
cnbFVY/2/bk5RjjjpBx9zPHHJUh3JTTW66V61UmeKLT8DKjjNorm3BMt9LFixZFiiPupsimV
zcqiqKqFoWsJwyskkfQj4K/wZK/DXrXpxxr7uShJaD9//wBpxNYdx4/+til/U6nHPJ+RTTcT
xc4zXBkJPHJVafSOi0MnFlcX1XwM/P8AjVJRY7lSxEULWJt/C2616T/AjH78rD973nz93Kyu
S28cdh1IISmT7XktB5NRllp8CMp2FGl/gcnb+HYlX+ClDv8A8W9xrKueNErDl/U7/UoRU5Z0
9u/iNYKEnCKlOlRDxvjqQlC7dK/wKdFg7vrGpCJNvhpbp3/iR/E8Tni/289WtRZX15d0LPDG
G/umsMU5OOwuOEvd1Fivuf24oaaq6vt1jotRvFxOiGm57iSs9RPcn47FdTLN0SsvDr4ExPSS
fgoQ+tPhnpPxT8HbpQh9NxQY5quDcZp2H7eK9PuPlhNkyMcMWt9DFe7kspulSJMuSTzwydXe
DLLHWmTE3fVlHDLyVTROLsS1QoKtdCNV8Er4YT7fMU/MlFfgr079IZMwUzYoyUosiuNti0fw
6fHCp0qdiG4ZxzU4O8iePrwwcqfugpEwY54OcU02vMyzxfpySkTUtPKGjjNbNd0R+2/G5OMp
q8l769FjnFbHpOWLhpmNfu3Kklfiby3ohJ6FLHgXqSulynSikoqFj7ZFKfRPrpJoaFIKx0r1
r/Bna5GOSrQ5ZerLuQOL7jeFPdxv/UZYNcWrPKxn+7nyWiSErNVY4dcnTYSyw5J/ynJUnRic
0Tl6Hq+Ry0miL1MscrMXuVo/wJ1I+CnRnZVJPA/qdkcnVTVvfpPS/SOs6nfrU7/BT+NceOLo
xe7lXJOxE+A8smklqemct3p/1DywjLBuqFmrZDXtv00cOqMfcpLhuO4npNRZUUXGk5fif7mT
TWxd5LGiP3vcrm/sQ8pvdCWKkyxyvL5IooGL4Wzlrlfo27Ko8sr5fa9sSFRdH8G3WpOxeD7l
/wAI12Fi6tOENWJVY2Es/beWL1cQRhCWyHSd09B+3l9jdOzMfcxokkn4mGCq3ipjsUXqa8Cc
sYx3JwSnXIf9VEzDlRJfNlFTH6Ip92iJVN0ZKkOs9GJwT8CxmuToJbdP21Z/cSqyUudydC9C
1dixXF/BS5bxLIpSCf4M9J+CnS/R5KyqJOMXbxIao9SMvtRxXrnax6sljjrCf/kenKqs2Rl7
jeSSruPDP21xTnllf/KZYSlScc2Rlni8f5UhpJJdhcLzpojm83m4pH6TlylZWT1Ixv8AgLFu
pg9Nylh7i+DxG7Y+3Tz6PJ2Rzf6jZkzJUpY/In4o/wCGkeT1bRG9hLJp5xFR8nNInQo1GrPV
nlnukv8AxxIxotCuUNVRyxyhtWJat9SXjjPzJWSSeyhyeh1UuTLLJy29dROyXyPSrXHi3NTF
qkMR2KL4HlsiYq6smwsEpx1gSsl0n6G/SH0f8GX8MdZ6Qbk/FGrsepRg7sjK+jHlilUeGcwv
xIunYeKyxxxetj05TWuwofgx45OXoNaq+hXJdyZmv0OKXFLXcWeLjSoscXM3YuXimMcXuJ6/
Fj7aryv4CSsiYcs5ZOcncevcv1l9KmxC+Gv8GnRdO/wweHTi3R1fZIS5txp2HklRUxknJepk
YpR+IsGoV09RL3U/cxTo8f8AzFHtvFEZP1K1NB5cksZji1WCeTxz3SHxzxy8kJTbsLmrsfst
LLFVWg8W3SuLX/YSqruYtjeopoyfhyzVsaI3OLUpXZZDiFNeswdiU/Lp63BPJQfcij6Ut0n4
YH8Xf43Dhj/crBKS7iSiELZdLW0HipSbpoz0Ntd6kqMUqO1x8q4p1SE1DSVnc5RD3RMSYU9L
pKJwxlq+4lmobErLWTGXXUvMqo131O/wZPWyFpNWyFfKi/1Djz8Sp+fShDPA26J5Np40lFM6
90TONLUJhR2JxbZ6ob73K4ie5GOSl6FfguXKs8CSx9vn0r8PDC6uetQxtXew27OnShBSZvBU
cqYrvJnlES2fuYOGvkzjl6fc1xtP+E2m2xyeaTV1/pFlPodMlIs8HVKcdmh8vuToctUPHKjV
1oZJ70IHDr07sw9r/Mytkqjzap+nwIQpKonQoV00JPw60+CqTK4I/uOWLnSpOpQuVnrYtbrS
3WOvocZZOIOeSrqcYhChel0oLZfBx9zL13UXIeDyas5gawxWOL+ZDuzjeRNOGrNCwyxTa/VI
24peBOKOxLXFYOJ7Ihas4uE1qxujTd0VpImP21l6/wCnT/EeprJWU3k/b92FndPRmfuTNYxO
Kvnp2E15Lo1fv1TsWIPAp8zuW6bCJ60+GnT8/wCDL+Q1EtMVOKFGUCWUN6kMq7n3I9LOWePq
3RwxUYNSloWn8iUXKuD8CsKOxak1Hi6qbeI17bSnUeXu5TJOItxzlxWimonyq7svA2m1no9h
e228c0qzr/UPN+GPgRoujas+m/WelSnTY7/BW/W1uk9PH4KuCmSZcuiEf8jlkkloYp0bbIi1
PMjVVFi1UWTZVEwQqdMH+tUb7FPCdCXHYmPMTcRscnV6YnJ2JV9Gft5qcfcX1RKIbmNDjg1O
mIs/cbTdloZYROQ8UoWvYWLnJOss5pXVULFUyf6tDg3OXtqrJxaa3XwQ+tTvuSUudyp+XWnW
UNN07GxRleuxdo/vOw+OUdiFl5wQ5b8SKnFWW4nNpp4iT0dxpQ2LJ4yPio+p6pz/AKlMf9Bx
5PCLVoSsm/Go8s9FI3yb9pOUR+2q1nuN0epLJdeOyoTFyU4khIXvZuuLXFbyPG+TdtiMVGUH
LN1ephk6qYqPJOHMOaDylN6bMlvlOmmJxUJxCjUeTUJ0F+1Rq3/2P3cK+3l92OiZywddtRdK
9ZKW6/n0npXrTr4kfUrYp0gtck2J6T08Ru/cmJWqaH7mSmClOlljluPFri05TH7fur0aMTT9
EPzbK0xu5sOYlnLGqWo1ZbkpytpuUrAlcXF+RybnL+VjmfU6EkW3kW+LUaD9zjxyyiCE+K1Y
026arUeV8loLCWnepSN5GuSyxf3Yk41xdeXZiyxh4jLkalKkaF/H4qFfjUdKHfTrBPVTp0b2
G7rfQaVZdxRTrUad9HqcPcVF+rcftuM/b2ZGDScfa6DxyxcO0oahxooG00oU5J0HyVrHFVpF
BUJzr7miZlnlPY46ldStBt+RinVy6kRctVWOX/Il1k1ooiS+lT9uuUaqygbxbSTstSVmvB0Z
lhENfXrc38CC4i6Kvp2/gWr0oUsV+H8CByNe3jye2gsspau8VoY6QqncqUKjWVO48McllinE
wcc1b5ke9GSFn7Sc7P7RqcEnZwPLLKl1FJFlMY7ug8fb9eWr0G8m+RMUJgTFuxW8jLGnG9WT
ZLRCU1KoS+RNmSpyFg2kmqtCcNKqqNJqv0X+MnHNJqiSFjg1tKFl+4+XZjx93PJZd3cayTc6
r+X/AAi/bTy3P5W1bUu5epXKfHQmdas4pytGtycl42KoWEuXbr2/jPHNwpMkm8W3c5YtOiqU
+HOGllFh8Uu6uh5OnbUSxyWT2IzsqGOWLaxaPWuaVJegsMKKPUfdBdt7JEPSxExuKXYhlNBq
ar5jSv3HQ1+Qk9DHFK9TiqN6imeL1OWeMoeONMR8qpw+PdDlPGfMSct6PQo4y3MsM/vx+3Jf
+RColqWjzkiG+6N2S/IhUPxL2OVcnlVSQ0xDny+Kek/BYyadUiMm4bq2LLTKw23K+JYrT7v8
X6Sl7QJpeBxTrNURk3S+pnisZWKnkVpH1EqUPEhWYmk5+ZVxQW03Gjsj0ryJa8ZuJtf3DTsU
q4uKSl5+56GKmYq4tB6m2lZEpt7EVlu44UPdHrfq0X+o28BRVZXkiLXknCImuJKcb42ckK+s
mxUcu9ulvSixOhX4O/Xfpa/WpG48XVMwwX6cV5GWb10+HLL+VN/Im+WTboJterVCVnsc3jxn
cqk3rUyxxUZO3gOyrYpUWkE22RVqOxF1ZMje5SyvqQncpM76EpudFEnF41Sk/FEJ12Ypxt9D
ivS2zhk5nuNT/cTjXw0EktZmCYFxfd6F53gywTfmeq702E8b6iym1Ks5NqXSh2V2JWFFN2y8
J2koQqbsUKURHgVfSesdKnb4KibXqRyVeewsW5Z36yZ75URDVbEYtPWSU7aiS10H7qS9N40L
ybOKop8ypBersRbucvkRoNpT4ldvIWUkuiXch7Vmpq4dxQ73GJtqFZEJl4U27jWbiKuSFfXb
iUfikUcpeUCyTlakTK33GnTHc7fiKkpjSdy0xcv3gU/Mo2myNdRbm3SdTd/BFz8elTXpAkbb
Dny6TsVNjBJ/cxPGz76G60OWWn1Et7GadMslOXgN4KUb9mcVVZb7HH6i73HlXwJbEm/nWgtr
y6lHceMw4sTohTTeSblLu56qxSENYtLscW6JeY9Xrjqc8XHaw06vIr8ogfGzumJRVXapQavG
hOXkelUZQl0KUnchtLcSbJ0XclT2JVBVkjXc/LpTXrBfy62I6dzLJ6UR2+CemOFFxUjX07ib
lIh32MYxtMnuQtIRDdiNfoJ4pSlUm2pKfiVVdGJa7lGjltueNiHT+33chrRFaPSS89mQmS/o
S9biirKKMtxQr2ZxTtdjczjpP/5HaPCGcXV7jmjiaXJ+mo29bHlZbkxTTco3Qo3DvU9OT/uJ
bTXfUUpplSesaFxOSSpHw1G9iX+qp260KHcynyJT7IU1aKQc2vXn+Bjgk17S+57s/Edq6Mo+
Le//AJCd2tUboiCX5k0cbEvWxSuolrrqbfgX8yW5Kfp0E3rsUcdjJJxG56cpy7mTmrdOxeGr
tlKudLL+o9TucntSBNR46ocVb1GrSX8BZOIdO8lEl3EstqJWk48V4Wk9MrHV3/ykYqn0Z/Ut
GVfck7lyhXrXpB2PHp40FtBHSlfgz+RvPkJb6GGOO9RLaiQ2lMNMi6JSUFfqNq0n4EUl2ZUk
7WIWljRbtClHFVi5KrHkTFWVcHHUgUU3OONEl8yr+VhKXTU9f1MZaqTRRYmasWOi1IjyRD8h
V00FrI9WRFB5Y40Ym1GjErjp07fF4dLFCNDHHuLpBT4M3rLsTCghX3P3MnLWh4HurtJEL1fQ
j6k5KUOJpqzv2HLnuKrIdGJK6IdzjUrWdyVTQXcU333KqEth/mJsrpqJScVfUbvGhWjQ8mrq
xLUxoNJeJyV+w3uVqS9TGtUNxXcpRIblqPkdryKLqjK9IbLk9J616oa/TiqePWt+lemxkr1Z
kpotERbEWeLYqx7jviZY3lWMvd4OU3GOkEZfcr9jlZW2JXzuWoWlEI5vQRLUjaVNyK0s2NS6
ENeRVw7N3ZunuSr9xaPUiCjpuTPiNqid6EKW93QlOWtiXTfUbm5DcYxR6DpPc2y2ZWIRjjjW
DiiipqyHduhCG8qLQnQkoX6didSDw6duuWX8zPzO536V6QPJr0Z1WR+5jlS8EbjTQ822uBQq
P/2Pb+39WA/bytkyMftZMwfgdxT5kWRvJC1uOkG4lsPGavUdClHjqVod2VsQ/IrZMh17kKj1
RDdLQN2IdUhQpTuOKTZirMfJlbvUe2xxxhDW1mLiLF1j4KE9fyKfIlib6N9hJ3gq/jeOaWWL
0Y/2cm8HfBjx9zF9thNTLpBjj+rOrZTp7mETKlFaPEwzXmdu5vA5TnQ7dd+5sncSVZuxSnLt
BeFeBtV7lUnOiJStebkN06UiOxSkfUa1FTitSN617FaRYnFXdWRjfaTQTmmhjklSLlNTJ6im
kaDyda6G/SekdfxG1QUfMRTpjiv1OpYWpuS+j26Tr0rc45rliThV7MadOKoiH9SJqjeRe77S
9OX3K/qHNEqVLNv6FYnEtUm7Ij5Fpkf1Q6N/gdjcha6EROWngbQTWtHBKVCqq7Dn6j0c2WxG
SprkPBG8HFTaxCr2FSxMStBY/MjGRbjrDWo6wk77npv3KtPWEM2JZTpepTpQ8ChAlErFfBWv
SmvSxHSvR8kTA+Lv8yMk8loh4KmXceed3SESvkRESRqtekVoT9RVkhX0gSe+pK8hrX+Y5N1L
1JasS6p2kTyo+xLTybOTfFaEomW/7hQnOo1j6X/MziqtXZ2aIx8/ExUw51JXn0aVE3Bnjio0
TNaGM336Tp8CZOhJL6N/Qrczzm9iUeJPwSV0ubFOk6HYSGQ9CbPKqM8bvTxMk6NOxNxzpVFh
QjbsKbjltZIaT+WpCVdYFOtWjhaFLG3YSionlTLVEQ3sRdN604jSaaViFM76Dl+MELTUiE2O
Mko0Gxd9RTlEamLunVE76DpTYeeNU7HqfFdil2UINjuX60RBTo29BPeoypTUe52FsW7VGbdf
DTp+fS0kp1VRrcyeSjbufimLH21OskuEPlVqE/MScpxUUqxxq8nRIx9zHNNu62OTrPYeT8l2
OVpoL1Q9hK70HNHr2PTVp1f+kpeZJbp2Jbl7DpLd2pHNW3Z3ONmq0MUqtXFFWTsL08n+mDFZ
0auloQr9Hn7KnfEaacrSBade5U7alqIrRdO/SELFaur7EdLifW9ulV0hEfMlVIFeddhVKHdE
twolti9z2suUOGMyxiGqiR7nJQlDnwHnrNOyF+Ivc4cljoNVUtZJNDTVdHoNqNovBRy7E6xE
kvKwnkpXYc6kJEZKJtWxxxuxPlTX/SJq72F/Nu7kzCVmT2gmaWbFlFeniUZyTco5L05rXQfJ
VVI6WKW16VszsbkdI1+CCvS3n1r0oURXUULwR+JWqZ+BvUxxVGq5eB+z7N3Rsyzj0pj0G0pT
hDydDOHXOw1a4lk/kTrlcxyWOkUGnqhqyKs4tytX2OKXJHfYTylpibo9IOUy/mcsrjXzyY99
Gh8nVC1WpRNKhDULE7I7blixseIpS67o8SJIJR3XSNulDx6Tpt026dy/SJuOekq+g6ycZkl+
CJsZp+pp3Qvbxrkx+zZx9SHoJJ3FOVIHhP2vy/yla6zcSf6r9kY4pOiJyxtaSI7jp6e5DhER
DW5CvNDCn+5rFh4LHl+QsXjx7jc2OOvYiRzbYlakY2X3MXyNydCtDY37mnY8Cm5LXSlGSU6V
KLzO4+rTO3SWV+Z3K+XSOlLkfPqqG43fsLPHL/E4OaX7nubmSzUUHG7sKaENxEoeP3T6kyW7
fMUQ50dytIHjDcWHlWdhJXVYHFxZa6lV6cal/AjV7DdkkLFvQ/MifJlXbSwsUxTTWB6o9NGN
dIapuQSiwpoQyDsdyvl0nbpt17kfPrUsfgWqKDxHJR+JXpU3ZTFLxEm0k9UerKUiMV3ZlnrA
sldilUIVX3E7tXIJbvaTsS/AyijTuelOd9DbKSXZDijbleBCU9yHRrQyro4nuXlWZ6WyV5bn
BJtt6FV6ryNQbM8CrH8hT5QUvr0l36OakJEdOxSqL36VPz6UtudyEVKEdI6Sum63LdHxfqPX
6Grtk4NZJ1OeT4pKrZ6ZyfaxGGKS3dzLL3EqqkXKablIpeRSnQbTiaJIUqWxTCZe4zlkpkiI
T8ibruUFujk8vkJynO4+Lo6CjzkmSMa7iaXqpfser7XqiU5Fp4jeh3LyiVYkRenSOldSNCpb
paH0oSivSvSnV5cllkrYk4YrF96kv3WsewuObdZh6yN4ZPGtVdf9J/upZd0oZywddmVMcsFO
CulucU3g5rdH7eb54v5lMeXfIxzxx444WhDTTywe6HKrqmLjTcSVFMpmOM92TdJFEk9hSpQ1
xae43i3TQ9WpLvBxdl9ScvxGlHzFZ1sY+3jTGKlZhaCmyrQnHLjOmon+4p8SM3yTVjjbG6Je
liNGTMEkF6aEXKED+hYrodtURtobFTs+j60KefSo9j9n2suK/Vkrv/COaveRSqshLz0E0/FF
oei6Ljk09/8AUY+37zfuYNwsn+klOf7icsE3vBD9tJWpceSxnaakKI2IdnceeCnG7fYvfQSV
tUZJfbjQeTS4slUfYhPxQoV7wOVxjclePiOkoh+lkrOOxX3W+yQv284i7MeeXOWOslft2Kpp
K0HLDK2jNtmLnimtz0rjuRYhlHMHcpoJoldLFOjgnUiJ6Q79JLfBQbbhLU4+16fb1eonkojU
SmUqlGlO46eRKuNtw9DZkKqImDHFvn7eVHP6SU6Oz6R1h1T0GsVeplFaN/IeS1qymo6+HiLl
C3N1oZKBRbXsRpeTFaPU8D8CtTGaMf8AcZS4odt5KqfOSihCaKfM77l5JXzJ161PAbJiJKaE
MmZXWvw1Gv0pUfRv24b1T1RSkaIlKW9YIVxJXV0UoVpHmQ02QlMXZOiL1WpKvaCH/wDrcSyr
UlX0jFN7lcX4n7qdZ+hlFKNfMWOWNdPAppoTEktIjjEDn6GWONhyoMW1Qi5vBG5CvibfgRlR
NFiUjxI26PjL36VRuUGtTuyXSCXfp4fBX4as79YF7jVdVox+z7WK/czpb7SJq77i4qG75O5z
9zNPHRI9GEYu2fh/MWcJVZR+nQrZlKsnU9z25rlGSQtSq8yRjmq0O8UI/ldfJnOJyySFxUN3
K2E25RNuxEmUzymhxTrkQ9HcjSKM0RLpRmWfkbMxaUJ7lNSt0JakySRZocqpBavbp4kEEEso
PpU3W/wVE10rQjo5cKHLMc8PcecuuT9R6dLtm7WhxTlq6ISiTinRblbsqpejJa8DwlnLFxFH
4CyS9MSLbpO+pag3qkZq3Gpjjk62OPzKjXyN2NtWMnMublBNq90cVRaHfVmb8kQ13IdBZOY+
hHTYUIgqUt07kbipQWpOi6wVKdVT4JNZKkdOCvnCfme5/wCu5yxyS78WXitUhKE5VGSlLd4E
q/3HKYf4jyW0oWWTqhYtJbNXHKbxaoxP7Vo2LDLLk0obK+XSIL/8hqbq5NYcyzHGyxa5McW0
J+htJGrMsFkufFuHsNzKknJUuPGVi7plbuiQlqriwUVrQ32Fn7qorL/UJLW6RshPcvUmbdaW
1Ox6qt2SI+nWpXr26bdIKlqEkfAk7sXu3hX8DGXT3cInvH2loglS0quLjW/n/wBvSNNu5/K2
f7q/28a5bHHDFY8PtSXqoKVM7loZLUlSE6ExElBT5jSXZIWTvk5bF3LEa6CG4XK06wQtXYe4
sVXJ2RydXFX3KOcthu+TskT7iqqsSiGl07Il0PwIZPRHYqpRKXTw6QR9fguUNn36T9PgRHTL
F2yTMVk+GXtuXvQyhzLceZj7aS5ZL1u43iksbrwKylqilO5jg6t69mL/ANb2XLdc2rn7man3
c/oi5D+p+Z4WE6QVPEb0RM1n5EaEas8OkurLwtBvJylVFhZterKvgccHyzemxLrlkTl995RL
uUXdHcdPIrVGtNBqxV9OwtJHtsVJJFodkMXTeen4fBXy+ChFitDKkN6j9z3FRWxEssVFxJUQ
s5o1BCVdHsTipad7tiyypnm57wJJ6WIiGS6MWJBUj6F5SGkZfXpTzKue5+Z4HBXEnTcWbVFo
x5fyqxlnnR5MlqiOKoxJ03KzSxVEo2HF9zuVt1r8ECNukk3+B7vpG9X8FSnS4knKwq13E6zs
U8EjKllcx4qd+wknGei3Yqzm6zqP3WqaE0TTOUqdT8CVfUS3KVa0NtyEqEbErWhRkWWpSr1I
gbyf/Njzyq3oUomJf2gyxmitBSrb1FxoxUOKv3I2KXKm5+Q5OxTyK3KkFa/F36QST8O/wuFP
Y5RDfcqmiNdTfFqw2k+NxTSulv8ACLDH7U4b7CwVsSqoymmgqeRbxN2TqbdijL1KO1yhW6HF
JJyf2jSsjJOs3Flvr2MskqqhuyUoaigkpUaHkOaRUlWHB+DQ5liKdEtEfgJklXJEnj8VOsLp
+RUgomSxypJTqtPgouL3Ryxsh3l0qU2+o3bLWCtuxyacN3K20LjFt9Smtx5N0N+5KUTQixRx
JCrH4DasPFOIskNxV3k/pT8ikT2GporIsiMlXfuVVejbfgQ6PUrRaFNblGQnfpDI6w6olKDs
RueI+s/BUopJyaS2RN3uVKH7acvV6IaWqox4e7VOz7f4j/bz5LXDLQh+jL+V/wCr9fWMlMaG
GDbjJt5dkh5JUokPjRO5GxD2sNtfM/ItEirQh0NXJMVRS+hF3oTBPkVffwMlMClzN6ENKdDk
qQqktEwkkytSlS19REoVLdyivp0pQkc0glWI03PHo+3wSTr0oVI6/kccZxWiPXXpE3vBy4KV
UpQeHuYprST9z2HzW1sji3x4XWShHql46q6EtdiVYwi8OX2HFIbJ0EiNUWrqJQNOxGNtyHVE
aENeRsSiNBUiTJ6Q0NurYl80LipSdEL+Yq73RJONNyVQi7Evn12aJqReSCqLH5FHQ8Onj8XY
tPVYe2+OL+7L/ScZbe+rYn7jhzC7sSxcr5kYviuxSW2qt69KVKFiGiUuOtHByw9x8bw7kKk3
8R5c1aIetRqEnqJaKwuFvzIVJHDqV+Z46np+0lvwKEv56lW4OL8mbxZCj5nBVkamwsVbfY5O
7IXz2N+5W62IOzEnQhX3J0JZOmw41J+g8rSTNC4m2ViDxsfmV0uUJ+HsUuhOdHUbyj28Hb+Z
o9Lb428BZSueT/6UL2/aU5s9V4qu5OV30mxNyqKdZgjLE5JRktUTjVajpfQZK8yPqSmn4itX
QtQdISuJaKzRD+R4De2nTgnXVlfSlWuo4rI6xJ3K0gp5orSLGxCuPv0j6i/LpDOyFseFiVV7
FatiVluVmgtyhXpPR9G9EpZxdcVReQ18yUvVlVjzyyaWxLuXG3TFOMR1ONFl8NejpQlVRaG1
QadPcX1IfzReWSR9C1CjiNC19xpEbkIoQx2n8jsToKfIpRjTlvcvcny6OhQ8RbFKC7FPmS3J
UnQgmOw1lXHYrbc9LuS/oJx49KsoeNEVH7eNcs6FaNUMc8KZt38BZZXWo8p9eVMcNl/MJald
VUSSpiZOfSjL383GWdcFtiQ7wRqR0h/c7bCyTqr7E55JY6IncaccdNz1Lz1P2s1f7ctRp6FE
2N69Jdzw0JddhzHgbUKUXclOrKzXU9ROhu0cnCg0qR0g7alKpFBoiaMrLy7sSU+EkqfI3Wkk
/QTStqNK6diVZn5Es3PHQvfovzIWhfwIxl8aGLSrr4mL4rFY3GtCnzHOth5OXsiFlXUx9lL7
nORtiogbVGzk6t9JSl6If7q44uOKOKbXtK+7MXxhJUkSxyeOLuJK6VZEssnT9KcCVXFJd0J3
npVtTQ4r+yOK+ZUh02J8ji7aC+RoiFdakKgosUKeZFmSUtqKngVK0dkQvmUKpInKq3KVfYVY
i8lvMrdWhUGnjTc/q+RX6FulLdIgacPaBD2HKtqNzMVMcmpnXVGa0epDdEPtqJyLFfc7nLL7
naSZ+0U33OctYoUaXOxOVtTjhi3in6s3Sn9JGTT46nFZpcqIlLxkdHyVaLQUPJZkKg1qhrHK
HqOVK37ilT3GQ9CF8zsTNBKbEq24xKKvUgo4Wp+AvqXhMm86HFrzH+It0Q3HRJj2E5KkblBa
lcaashUWh4E6rpHRQVJuft421OWH3anJud0Y44ujqyrvZCeTuccav8jk027QV02MvcdETk4G
saJO4njk41QlnnHg5FyznBXa9Uf4zjjkli9ULKOcUSx/8iP2X3zOHLjF5EkpV0xvGVk60OFE
u79RLySW5ONMchq0nHQUaFfkUZGnSMdDYqWjt0ZG5KJfkV+YnEIW3cn5QLUnTbUsWlk7EiZs
eGpeh+BeH0ZuOCh+I06D9yHWyP23TczxdHdaISTr2uL288nC0dxS7P6E4quncU3aOPmy0LJk
Zab6mUUbVhYN+lXfgNqs2G16ctdhtehp3X2uf6TL2+LxeNW9GXqTljXcnKEkRj6e7Hkpbdnu
LlbQtHjVnB3Wsim9iLTYjY21oTsU00KX0Lw1sb97FXXQU0KKmpRUd2RadTuqE2K3WuhXTQ7E
Wg+kjvJKpBL+RWxJL1O3RJakuV3TFwz5LZnrxjL6MjUr0hOXsPk5WVMo3GlWNn6jlFLyRldK
kGOa84pBzosnClnJtuNyKSthOI2G3Z0IukpgSmuhdV3Pcxdv0k0hqE/9Q06PU9UeqkMp4Fbn
qq3ZISiP6UTkq6LY/wB3Jcl+kjDDzY1k/VoZZO7dCXWNS1rI7jTrBvsQlUjYrqJbm0HK5Kxr
si17lekG3YbVSp6aNm/c2O+pY7aFCNT8TfpOiJ1JevwPVvQc21FNMv0PTIbnjlrBDtoc1jKW
o1lLm5jkrOg08m3dyfiyFLUS2jlGpGK5PZHF+nDYxcPbxEsayRpZkVpaBKbWZ6rIxfuXVoHm
kqWi0DeOUJ7DbnLJ+ZGWXGN6snP1RrYy4quLgj6ErXQcMha3I2JiGVJ30GRE9y1yzTYqEt0N
yXYd4FKtbpKr3NvAoq2Z3RsfkOKdiYroyGQ/Ipcq/wC4kaEPYcuZsNtzk7dhfVCTUp1U7kaN
z3McV59kY+3RY7bnPFwpoxL3JWmPc5NRuVlpK+6G7pKO5GTfCbISxUTeTik3EJ7EXlRIvbaj
+V7i/tCOztJLsqeYl7bjLYTyb9Tr/McPbXrdI2Jz9UVS7C4wsN2qmOWThTUaXuJ5bNwe5xhu
lmRteRQpa1k2Im+qEQ6rSBbOw+9hJ3eg0n4IjJQTeaFVYv5F4WhL+XSDutyV8hNFaSVIuS6b
ETeqIIuT9BS67F6ladyl9y0PZjew3SFZDUw9pG21TU4zT+mtP6hYrTWDm1ybbUdhJqOVEmYp
WjW5Lq/0oTbnxFklCV94/SS1471Hy+2ZQ40oVdNdpN3okLlhMlaLQa5Qu4sK5ZRbFNifB48V
OOWVKnK1CWuO+/8AlFlip8RKWlsqIbbiBc3yTt/pHwxidiHYfFUJSq7tix01O2yIv2GtjsUX
mTBJahSxOsEj6U1IdSdyugpqJas2cjc8hIqquxVUdyNiXXY2WpeekMbQ82qWE6p6sbct2oPW
ddSihbaliJgrLSpUeFZdyMpc2LQmp+QsfumkM+61O421EOsakRLtQWjG/Cp/tuFqhcsm8Y8K
nHFcY+bMcnlEUUb/AOIySq05XgLKXN4VkRPmTm12bFCnuJe2oYsvdxjLYl/IiY2KFVVam0kr
SkCf/wAnpIiGV0IWgvqdjbpuyjl6SN5Li1sToSUEoi5M17DVvEZVRsOb6Dx1x0epLV6kNT4E
EWyVl0h/MyipCrqUcUkck2S/ULFVrLKy+a2sQqIk5PYjb6FE2rSLKUZ5dxrQnRvW40qt1SFy
mVbEh11Tf/aJcb2HyU5Wj/7GWOL9Oi2MFPFZXhn7eSn+U5XekldadiNtDjFMhYraxX5CjSwl
ELU/EWpNhVkbbqi8EJzAoddSG/LpWm3SVbpESRuQbCIktJW5XpEQ3qRM5LpXxE1dfM7koy/I
hKHoQ6J6nLKiV2cfaxjHVjl33IxfpVEJZLjtI0742ZxemvYfH5jn7dVuxtUX8pySmarszvZv
YbvloWSS0Z37CbfLXsNauxxnjjsrsxcPGfmcZ9OCrJj7mKWTs+yGoaVlscWuLXmXiVQkusc9
GhzHJUIIRC82S9Dsymh9t9RK3YjXQoNupYnQqynRJHgVoVrt0SgbqxTWdSlUeA2qjJblbEzG
xLIVyPmZpOrTg5OuS0O/gJZZN4rRKpwqtaixxnjokpPThwT/AFM5+4+WVpehxVcnUcNp40pZ
jd/7faS7Ip8tWKkoqoj6iWMzFz1Od9iaXpoKYS/E422i7Zz92k2Wxi8M3vkme9k/uTSImzix
TQTb4tfUum3qyMXRXRKQvdxcTdIrYdJGtz1fPpT5lRtXN8ipCEylDt0uUseFvEr0ZQ22O3Wp
aCvkeOgvxJiooQ1MD4u54oeLyae4mk8++RRJaUR3HyqrkYNTEQerW0XTK/ctCYh6rselUxrI
scs1eWloPD9RCq2pZRudthcqVpirse6stF//AEFkknk99DJ33eV0/wCkSzXJuknvLJcXMp7j
w1eo1dZDX3JaEpQtFqLFqGQ6d1YWOmrEsneqK1IRWiY2qpanKYTokdyHqfmVI2sStb9UidCj
qVInpR0I0WpuWobEnYuVqhlOkdNqkW7kbXN19SihFRez7bh5VzfYscM64aM5pS1ruS1V1cFo
nUi+T0OUQlcrV/zLY+69/wCb/LiNV4u71G/axhLV6kv3HyyvKf8A04ky3jqLLNzlpirs/wBv
2uKVHk7QN5OW1DeiRKcx8ybLLYo33gya9W0ipELwQq3fiKdNSrohzJV+TH7eDj2192Wk/wAh
jm4jBRjiryPOFx0xdMoE+GMXE88PNOiJm5uPvYn5kK5sXIdCETuOPITPyJiGbdI6U6UPAmCd
R9ivStxtV1JZWyM3dJwvA/EojdbEZri2Ti6aGWN3ZZCxW0wyiXJ7EvH1xoetrkrzaBLBSlsP
9xKmtDj7dJ10F7nv+vJ2TIxULRKhFp6LNqnYa/shq6Q2q6IWsXRxiVlPkRjXHWDjm52Y2nLi
jP204yybbe7Fn7mXPLRHq0sUxnF66kZPFbzQ046Mo+rny6SyUJwUK6akrWxUkllSmpJQgpcv
4m5Ni3Rk/QWh3Ms86JJja1dG9iXU2j6lKj1g9OUSRlim1sVxlL5oo3iu5jjDnbWDk0kppWo8
MWpd4Jzb8BZtcnciIK9Nh4kJ02ODhRqJRRbDdmx5VaSqx4ukVRzv2E5jJfp0ZxyxlOqeqYsa
8ZjKe4nKjYSs0Tkp1VB5e3l+37neiZ/uL1diZ8i1ChVyRuLQc2RNYPxR20ZKrF+iTVdyW/Lp
Yt1qU6NOpKXSmlxUr0XtqzcuCLQJKe5G5vFztZFynn2LkJ/Mbo3qbIrrsY7zXwRitXWRfVk3
6bdG0rVkdJaJalNWQkqt7aHBP1JVgXJuWhYY3dESqqyMXExcnGzIyddWfgyRPJSyFcrcZIu/
TuUkm3SMdCNTx0JJfwUN4uTHkULFPmUcMrVvovzPEy4tJKFG5xi1z1S1o9CdSVcbgVJRCROu
nS0Fq9iamLacToqiiUtGzsibEjbJSOSqtUJ4od5emhLXqiRusXLRI+NGLHGm3b+s441Hlla5
yyr2gplHaT08sn2P9zGHpqVRWpHSpQTixWhsQvmOLalPMmzGKVY8ekFEeNyxYqj/2Q==</binary>
 <binary id="i_097.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RgpRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6MzY6MjcAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfugAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAW7wAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AOguDjfaY4e73OiRDnf2Kv8Az4q1
sWMDmnSYa5oOsiJpYf51/wDwlisZ9m19u8QG2P8Afa2Km+53uDR/OuVe14rYbi/Yx/0r3kb3
D9yv82pqSmm7CcwPtL3B24u2WHcGNMbK90fT/wCDranaPs1rBcz0513fm/FWGW7f0zx6NQgM
fZ+aT/oq3fTud+//ANWrO5rgN7djLBIreC65/wD1v6Vf9v8A8DSU53UthDII+iXN155SZUx2
CxpEue4bhxoXNrnT9381LMx6WsFbarDW93820b9h/NscW+6rn8z1f+EU6XVtdXS5pqa0DaHk
OktdvgWN9r0lM8d17H7Gj1qwHFu6BYA13p+1/wBCz+2ujwcii/FY/HeLWhoB28ggah7fpMcu
dps2DHkj3tgkeBLnK+13rNcGMmxxYz7QDs2H1H7f0rf0ln0Wfo2f20lOja5xuIP0dgPzkqdR
kyD7SBA8x9JQLXQXl3qPPJA2j+wz81v9pB9Z9FguMnH27LWgzsIPttgfH9IkpJ1LXBv0LvZO
1vJgzA1asK20G2yyul9EYzmtDw1pLrn+i1w9Evb/ANPeulhrm8y06gjuFl9Zxq2Y7bms0Y9h
sM67WkuZP7zG2nfsSU871Oz9YZTWT6WOyCe0n3OTdO9Q7rXOLQ8kgSdAgAuynPcT78lxM+DZ
gKxivD73BmjGANqB/d/e/tpKdP1bP9J+VJVd48T96SSn/9DqMqxosfJn3Omf6xWWaq7rpLNu
33MGjmHWN7mRtbar+UG+q/Th7pnX85yqF+xwPAHdJTBzX7/UGsHV497h/Jpc7+jtQ3ZLmgtJ
9Bjo3lpLnuLjDWG1wdve/wD4Ntr/APg/8IpesZDwSJmTxorFT6sgB0BzSyd3iD9HRJSB1zGU
OY5rq2g7QIILnf8ASfb/AMY72IXoiHEt3vcDFfgz91x/rIzMKyPWc7Zs/mqTqGNB+lz/ADj/
AKX8hA9LIpO0ND2zIaCWwD4b97bH/wDGv9L9yhJSGz1cUNIcbQOGay3X6NP+l/q+9b3TcinK
xmCsH1KX1+qxwIjVzvb+83X6SwcpgcHUgulw3WOEmG/u/wCksssd7WfQp/P9NXen9NzLjXZV
W6hlZEWmxzQWgcez3f8AbLP+uJKehhyiW9wJPHb/AKSkzbjUtGTf6hmPVeA2SdQz2/ut/toZ
zungFwtbE6kAxP8AmpKa/qW4cuDHPxSfcxupq/lM/ep/kKv17Lrf0PIdSfU3tAaW+4gFwa5/
8nY3erruoYME+qRHfa4f99VK7L6fk1vw6LXUOc14aWs2gaFzmsc8bW/nJKeYxhYW2WM0axkN
8oEI2AGiTydJPw+CljWVvwbwwEBrQGzzr75cm6d+fA1HASU6Hpjy+4pImvn9wSSU/wD/0eky
o9Wwc+93keSqFok8d+deyu5TGm6yRw92vzcqlh0E9zpCSnGsblPybmsyba3h0trdBBYf3Wfu
6LS6a619NQshlrGgPDPo/wBUT/JVHMe+vJ3FxDTGo4B8He7/ANErQxQ0CGgDfEgadklN2221
pIZV6rBAcGuAs/s1Phr9s/vpWVF0gQR2+Xx+isbqFBvz32V2mu9haGEMMgBjNrhkfRb7n/za
2haWVsdb9IgNLgO4+lu/tJKalOKWVl7wDbbYC/XcNXbGt/qtYuoA2taOwAAHyXP+q79G3Ydb
BJjSAVuBxIEntqkpq9VZW+mgvaHBtwMESPovb7vvWS+5tLItB9rZeK2guaCZD/b/ADa0+qPL
q6q2k7t+8hok7Wg8/u+5zFjuh4c0V5BL3OJIaYIMF7OPoexJTZF9NhubW6LKxqDoATH0d3t+
n/00LbuzaWlnqOAskGBptd+97VNjC2uxhx8mz1J0DCIa4y5rLWBrv+mmbl0U2DIewV1sY5m0
kF2rdrA1jfpfyklOHgtLcO8HiCPwCP06YLiND9ybEaHUOBGjzBb8Q1XGtZUwmWgAaHQaA8JK
Te/w/H/YkoS7wH4pJKf/0uiydbbYH57vylUriYjsORwr2UGi2yTAL3T97lSuIECZ8f70lOS+
t1d1jzWXbnSbGtcwgE/6Sk2Ne1jfb+mpWljfSDe0kdoVR9G+9tjnRHcD3HWdm5vvb7fz/U/6
0r2K0CZ4k/HVJTXuLm9SpMgsePc2ToR7Jd+b7muZ+aj72msPrv8ATe36YI3DX95sqL8a19jy
Q2stcHUPBk7QK+W/v/o0cVMbFlbGgu+lpGngkpHVlWXhjCIcHgtcQWyAW+73fS3fm7F0YHb8
AubNp+1UsLC0lpHxP0xt/OXRggjU88/NJSmWMc3cx4cPFp8EHId67TSwh7tHFr/okD812j/6
3uZsVTAtpbTc2sidzWkAh0mJ/N+KJWCDunae6Smrk1HGdXjt2+hawNzAQfTrLnRVke3b/wAW
+v8AR/aNn6VVabBjC+G7K6BYX1OrZug765ZaP0rnem71f9BZ/gVvUu9WiLAHbhtcI0IWdndP
9H1H4rdlPpPNrWuifa7dVscHPu9X/ja6qklOBhD9CAdQ4yPu2o7rC4wW7T4GDx39v0VWwvU9
FrX6EAN8dPzZVglpOhkkx8UlMt7fD8iStQPD/X7kklP/09bK9T1LPTufu9R+mh/OdwzIH/o1
UX25zDEV2gCRo6t3z/nqlp5b2tybKxU6N7yXS2NXH83dv/6CpWV17dw/OM+XySUgqyXTttpc
J/dIdHzClT1TFDnA2Brmjc5rpkD+r81MtnTcWoQqeHO9wscRJ3ME/wBpw+CSnRbmMjVpIPA8
vFQe59tUCQO0LPxs9l9j66f05rG57mVvLQOPp1hym2Hs9bGZuY4aPosifiNP+kkpNYX1247p
3kOJ4ngFdAb7XfR9g+9y5ctyzZWbnRWGvLt5DXNlvexoc32retzcbHwm5mY9uPWQ3cXTo48V
tbHqPf8AydiSmRDW/RAbOpjREYeCTwsq76w9Ob6bv0vpWmBaay1o8NzbNtm137+xX7hkXYjv
sNjG5FjJx7SA9kn6Dv3XMckpv0Pa2qXENaNdziGj73J8kA49vcOrdr2IIPdeUXZ199psysh1
loJJLy52oP5n5vt/krS6T9auoYM0h4ysUgh2M8xoR/gHRuqdr/xb0lOvjbfRHgeUVnskg88D
iB+axUcDKbk1B1Ic1kgO3iIH522Pa9Xd9Rr9QOBYdQ/tykpNuHh+KSF6lX7/AP1X9ySSn//U
JkdVxT1K59jXt23XD3NJ0Li2BtJ/0ajiZeOaKajYA8tEtOhDu8b/AOsq+ZmWDLuFtbC31bQ0
h7Nfe6dLENrKcksd6JFgedoMTP8AK2nzSU6gl/uYQ5ru41HkmzsW7Jxhh1NcTe6LHN/cALrN
xap4WJbig+o4Fgl+n5piXBv8nb/bWp0e3DvoOTi3Nv3NAe1mjmR+ZZUfez3JKcLE+rmdh3i7
pmXYzLo2faazYBLT9Fjq6/6v81Y9b+c/H0rc1gzHt9Sz0wATPtse5rPzd/8ApPp/4NQyurYm
Cy1+4FxdLGkiXkxt2x7nbHexU8C62/EtyLmBjcm0vaZcSdG1TL2sb6X6L9B/1aSlX1htZMTq
CCR293ZZ/wBdKeo23YluO0uorYdpB/wz3Nbu/rtr2bVoZTrTWDWx1rpb7GCTH5yv5xqtqdUx
264/zIaZPqAF7BI/kj3/AMhJTiDpWFZ0z0TlVNc94bl2Oe17pM7p9271P9HVYtLoGPm4nRaq
LQ31qvU+zB2g2Eufi+tt+jud/wCBKtiZGPbW0Y4DbWvLSxrWsse87mV33UuDXu3Nf6jv3Fs1
2ssb7JIGmvMD85JTzOH0jGrrx8bOw67ct2+vJvcPULXsAdva7ds9Pa5nptQ7/qlgGq14aX27
S6sU7qoIE6VufcxaH1gy39L/AFzZ6rLntDK5geps2bLPztn6P1fb/UXP5NvXc6v1MzI+y0O4
pZLDrxurYfUd/wBesSU7I99bGvI2tZBAiD+b4fnbkJrffLnFzR9BpAAHf/NQcLO27cXIczcw
CoWs0DoEBzt279J+a9WnUWHUO2xE6anTtqkpsb3eJ+5JT3N8PxKSSn//1cXIL3dQyBU33evf
28LH+5anS7qBfRW17WuLY2yA6XN26j+VuVHqE492ZtM78hxDeD9Owu4V7Gtx6wMi1jH10tda
S9oMFjdzNv0vz2pKdO/Ez+sG/BwLGUtxw1uVkP3AbyNwwqvTH0vz73f9bXPZvTuvfVzJZkum
hwMV5VR31meWO/e3/n1XNXafVLCvxug1C/2ZWW5+VbI3EG07qy7/AK2Ny0cmsGq6jNaMrCva
W2M2kEA/1Q5vt/e/MSU810xnSPrFYzKtGy/GbD8Iy6ttjj/SK2/Ssof/AILf/MWLTa+kt/Q2
C2ngPbO32+07C5rfa3+R7FwmW3N+rvW3VUWOZbjEnHuH59T/AKE/m2Mcz2Wt+guk6f1jGz8/
GNDRjnqFdpz8cH2DKqDHtyMdv5n2qpzt+3+e/wCO96Skl+Ta/POOzSmoD1u0ucGua3t+j22f
9BS6fbZVn5No3ZFmFh25ddTyNoM7aqK/Taza1tDXV7lh0325nUckjc0ZdjGMGvtY07nT/wBb
raxa7s8dN687qDWOtwxXXi5ZbEguHrbGH/S/4RJSbDtNF+Pf6fuvc8YrbDAZWW+pde97Z/R4
uL797lXPUcd7am037LLGh+HBLXvADt4LR9Ftlbfz/wBxZLci/A+rDGWusORnufTVXYdKsOp8
+nXA/wC1N30/32V/uIhdj4nSqcvYPtdlDaWWfne73x/Ur+mkpPl9Xvy7myW76AWNtAG7cf56
xrfoss/wfqf5iy3vmwusducTJ3auP9pyrseGWkBxa0RLeJ1jfopvaQ+dug1J+KSkwex20D84
kDyK3ek5AyaHAwDWdhjsQPH85rvpLmMl3pvG2drjPzWh9Xcl3226oklr6w+fNpDZ/wCkkp6f
0z4n7v8AYkpbv633j+5JJT//1svq4AysiefXfH+fao5zzX0zYNC8taY8J3/98ROpNByMvdJD
LHkEHv6tn/fkSvGZl+hhWSBeCPUH5rmgvY7/ADvakp6f6ldV+19GbjPI9fBPpOB59M+7Gd/m
/of+tLovUDfpcnsF5V07qOZ9X+que5pJrcacqr95n0vaf3tv6SlekYOdRkH08e+u87G2DaQX
+m/+bseElPOfX7o11mBjZ+NU6x2O812NY0uc2p43Nd7B/Ntsb/4IuGqtfXYy2t2y2otfW8dn
NMsd/nL2ow0EucRPJmP81effWP6o9Tu6pdmdKxPVxbyHbWuY0h5b+nPpvdX7XP8Af/bSU9Hg
UdE6ljY3WWn7Nfc0PtDSNbBupu3Md9L9I2z6KXUz02zDdQ6tt2Pjt9YOt3tDrDLN59J1T9vu
9P8A89LmOnjq/T6aOnZYtwyXlwYRteWOcD9KHO9N7t6pdUuL+o5bXWOexlpaxriS2GgDgn6S
SmhmZHrWOcK/RYJ2UhxcGj91rrPe7+2tDMl3S+mkt9xa0AnUiG8f2llXzqXe7Tla2YAOlYFs
ATs3nxiva3/opKcu0u13dp5HbyV2s76WOJl2rDHGn0ShuY2wiGzIEBNhGDZSdDy0fD4/yUlL
XsFlDh+czUK39VGTflWnhlTWj4udu/6liG1wa8kcGJjgrR+rJoYcylh97nNeW8jbxp/V3e5J
T0EO/ed+H96SlDvP7z/5JJJT/9fL6y9v2jLaAdxe4wBwPWf+k/qKz0122zCeZHvDTH8rc1Ve
p1uruzg0fozZY5zzyXeq46u/Od7kXDsLG4Y1buuY2Txr/wCZJKbP11wGtupzGOrbbY30n0uc
A94afZe1v7rP5mxZPQ+oZXSupU5dbQAwxc0uaGvqP86zn/rjP5a6P6y4+JkdRrq9Jrrmsm2y
Du2kltVfP0GfT2/y1jNxcTGtIZU11hIFZLZP9dJT6WzLx76mWUkWNtbuaCQRHn/V/kqved+P
c6w+2vV0SZgj1IaPf7G7/wC2sXo9/wCrVVlrX1iWmPzSZc5X3uNzH1VvAY/c21jm8b907UlL
ZFWF1RldmSDVbWZotZB2Nn20/wAqv6O+v99ZOR9R2W35GW7OJrc42llVJe/US5oZvb7lK/ot
my2/DuvFtLC4Veq7Y4NElo9rve5rfzln9N+s+O/axtgxXzG1ziGf9auLv5v+wkp57q9OKMi5
uAy8UVNaHfaQG27o/SPsY3+bbuWh1Rza+m4eM4hlm1r2kj91uzY535v0ld+tnUqcnEfVa+rI
uexwqMD1642nd69PtuxrP9Fb+k9RZfUnCzqNVQENqoY2O2rd7vypKajLTvDHe14IBDkr6rse
/a4g2BocC2RLXjd+eGuQ2Pw3OglwLTDRrEfyUfMay1lFjHOc01NY4xAmv2fyt3s2pKQtyrnN
2QQOzj4/erfRrDVm+sPztD5gCD/nKiKyASyWgj4j5yrXT2XvyK6gAXuMMfPH/kUlPVftB/7q
Sufs7E8vuP8Aekkp/9COV0fOvvymXV+lU+6zaQ4atL3O37rNvh9FXOmdIoaaduSywVun2Hfx
/g91fs+j/KRrMvpLMqz3Cyx1z26nedxe4O0930VK7qWWx7cfDwLLmOa73hwqY0jhgdt2/wCv
6NJTR63aaepXkt/SPDfRadC4bdu5p/NrZsWO6193uY8MIG42CQ2AIOwfy42ro+oYjr+m5FuU
2uvJx5fjva42ENABcx1jtj/0v0HtXLZbH6NB3OyHA8RDQQxjY/lJKev+qdId0vZ/hatj3sHI
3Ttn+yujrxmFoLwHHTkeH0fyrnvqvcyvPyqHHS2ivY4cTW6zc3/NeupaAQkpFTj1tmsCGPJk
eR0Xjd+G+vLtxI99d5ogck79i9p08V59n9OLfrtY5jH2zccosqcxr2gAO+lefT/nP0iSnn+q
4d+Dlu6daBGOXEOHDg4t22/9tqWWNvUL2nhkM0EaBrWj+qtX62UPGZ65se+WGkusr2bnVn1v
0Ja1rLa9jvZYsvLxMm3IbfTLjksNgbzq0AvZ/W2+5JTS2xo5siTB+KtVOb9kZ222uHyOrVUF
oLR2Pii1g/Z3uBJ2ua4geftSUycQNOJOkq10w7c3Hdz+kbPw+iZ/zlSLxHuOhV7orPtGYz03
FhrO8k8Q0T/nJKe59R/+pCSj6lf7rf8AOP8A5FJJT//Z/+0gOlBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJ
TQQlAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJp
bnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAA
AAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3By
aW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8E
QAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9v
ZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9w
dGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENy
bkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxE
Ym9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJk
ICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAA
AAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJz
bHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQ
Z1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wA
AAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAN
Y3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAA
AAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAA
AAAEAAAAWjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAA
AAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoA
BgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAA
cAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D
6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////////////
/wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0A
AAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAA
ADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH7AAAACwQRBDUENwAgBDgEPAQ1BD0E
OAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAfsAAALQAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3Vu
ZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAA
AAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+wAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9i
amMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9u
ZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAA
AABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAA
AABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25n
AAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfsAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEA
AAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNI
VE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNs
aWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0
QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5
cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAA
AAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgA
AAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABcLAAAAAQAAAHEA
AACgAAABVAAA1IAAABbvABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sA
hAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHEDASIAAhEBAxEB/90ABAAI/8QBPwAA
AQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJ
CgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLR
QwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl
9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFh
cSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLy
s4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIR
AxEAPwDoLg432mOHu9zokQ539ir/AM+KtbFjA5p0mGuaDrIiaWH+df8A8JYrGfZtfbvEBtj/
AH2tipvud7g0fzrlXteK2G4v2Mf9K95G9w/cr/NqakppuwnMD7S9wduLtlh3BjTGyvdH0/8A
g62p2j7NawXM9Odd35vxVhlu39M8ejUIDH2fmk/6Kt307nfv/wDVqzua4De3YywSK3guuf8A
9b+lX/b/APA0lOd1LYQyCPolzdeeUmVMdgsaRLnuG4caFza50/d/NSzMelrBW2qw1vd/NtG/
YfzbHFvuq5/M9X/hFOl1bXV0uaamtA2h5DpLXb4Fjfa9JTPHdex+xo9asBxbugWANd6ftf8A
Qs/tro8HIovxWPx3i1oaAdvIIGoe36THLnabNgx5I97YJHgS5yvtd6zXBjJscWM+0A7Nh9R+
39K39JZ9Fn6Nn9tJTo2ucbiD9HYD85KnUZMg+0gQPMfSUC10F5d6jzyQNo/sM/Nb/aQfWfRY
LjJx9uy1oM7CD7bYHx/SJKSdS1wb9C72TtbyYMwNWrCttBtssrpfRGM5rQ8NaS65/otcPRL2
/wDT3rpYa5vMtOoI7hZfWcatmO25rNGPYbDOu1pLmT+8xtp37ElPO9Ts/WGU1k+ljsgntJ9z
k3TvUO61zi0PJIEnQIALspz3E+/JcTPg2YCsYrw+9wZoxgDagf3f3v7aSnT9Wz/SflSVXePE
/ekkp//Q6jKsaLHyZ9zpn+sVlmqu66Szbt9zBo5h1je5kbW2q/lBvqv04e6Z1/OcqhfscDwB
3SUwc1+/1BrB1ePe4fyaXO/o7UN2S5oLSfQY6N5aS57i4w1htcHb3v8A+Dba/wD4P/CKXrGQ
8EiZk8aKxU+rIAdAc0snd4g/R0SUgdcxlDmOa6toO0CCC53/AEn2/wDGO9iF6IhxLd73AxX4
M/dcf6yMzCsj1nO2bP5qk6hjQfpc/wA4/wCl/IQPSyKTtDQ9syGglsA+G/e2x/8Axr/S/coS
Uhs9XFDSHG0Dhmst1+jT/pf6vvW903IpysZgrB9Sl9fqscCI1c72/vN1+ksHKYHB1ILpcN1j
hJhv7v8ApLLLHe1n0Kfz/TV3p/Tcy412VVuoZWRFpsc0FoHHs93/AGyz/riSnoYcolvcCTx2
/wCkpM241LRk3+oZj1XgNknUM9v7rf7aGc7p4BcLWxOpAMT/AJqSmv6luHLgxz8Un3Mbqav5
TP3qf5Cr9ey639DyHUn1N7QGlvuIBcGuf/J2N3q67qGDBPqkR32uH/fVSuy+n5Nb8Oi11DnN
eGlrNoGhc5rHPG1v5ySnmMYWFtljNGsZDfKBCNgBok8nST8PgpY1lb8G8MBAa0Bs86++XJun
fnwNRwElOh6Y8vuKSJr5/cEklP8A/9HpMqPVsHPvd5HkqhaJPHfnXsruUxpuskcPdr83KpYd
BPc6QkpxrG5T8m5rMm2t4dLa3QQWH91n7ui0umutfTULIZaxoDwz6P8AVE/yVRzHvrydxcQ0
xqOAfB3u/wDRK0MUNAhoA3xIGnZJTdtttaSGVeqwQHBrgLP7NT4a/bP76VlRdIEEdvl8forG
6hQb899ldprvYWhhDDIAYza4ZH0W+5/82toWllbHW/SIDS4DuPpbv7SSmpTillZe8A222Av1
3DV2xrf6rWLqANrWjsAAB8lz/qu/Rt2HWwSY0gFbgcSBJ7apKavVWVvpoL2hwbcDBEj6L2+7
71kvubSyLQfa2XitoLmgmQ/2/wA2tPqjy6uqtpO7fvIaJO1oPP7vucxY7oeHNFeQS9ziSGmC
DBezj6HsSU2RfTYbm1uiysag6AEx9Hd7fp/9NC27s2lpZ6jgLJBgabXfve1TYwtrsYcfJs9S
dAwiGuMuay1ga7/ppm5dFNgyHsFdbGOZtJBdq3awNY36X8pJTh4LS3DvB4gj8Aj9OmC4jQ/c
mxGh1DgRo8wW/ENVxrWVMJloAGh0GgPCSk3v8Px/2JKEu8B+KSSn/9LosnW22B+e78pVK4mI
7DkcK9lBotskwC90/e5UriBAmfH+9JTkvrdXdY81l250mxrXMIBP+kpNjXtY32/pqVpY30g3
tJHaFUfRvvbY50R3A9x1nZub72+38/1P+tK9itAmeJPx1SU17i5vUqTILHj3Nk6EeyXfm+5r
mfmo+9prD67/AE3t+mCNw1/ebKi/GtfY8kNrLXB1DwZO0Cvlv7/6NHFTGxZWxoLvpaRp4JKR
1ZVl4YwiHB4LXEFsgFvu930t35uxdGB2/ALmzaftVLCwtJaR8T9Mbfzl0YII1PPPzSUpljHN
3MeHDxafBByHeu00sIe7Rxa/6JA/Ndo/+t7mbFUwLaW03NrInc1pAIdJifzfiiVgg7p2nukp
q5NRxnV47dvoWsDcwEH06y50VZHt2/8AFvr/AEf2jZ+lVWmwYwvhuyugWF9Tq2boO+uWWj9K
53pu9X/QWf4Fb1LvVoiwB24bXCNCFnZ3T/R9R+K3ZT6Tza1ron2u3VbHBz7vV/42uqpJTgYQ
/QgHUOMj7tqO6wuMFu0+Bg8d/b9FVsL1PRa1+hADfHT82VYJaToZJMfFJTLe3w/IkrUDw/1+
5JJT/9PWyvU9Sz07n7vUfpofzncMyB/6NVF9ucwxFdoAkaOrd8/56paeW9rcmysVOje8l0tj
Vx/N3b/+gqVlde3cPzjPl8klIKsl07baXCf3SHR8wpU9UxQ5wNga5o3Oa6ZA/q/NTLZ03FqE
KnhzvcLHESdzBP8AacPgkp0W5jI1aSDwPLxUHufbVAkDtCz8bPZfY+un9Oaxue5lby0Dj6dY
cpth7PWxmbmOGj6LIn4jT/pJKTWF9duO6d5DieJ4BXQG+130fYPvcuXLcs2Vm50Vhry7eQ1z
Zb3saHN9q3rc3Gx8JuZmPbj1kN3F06OPFbWx6j3/AMnYkpkQ1v0QGzqY0RGHgk8LKu+sPTm+
m79L6VpgWmstaPDc2zbZtd+/sV+4ZF2I77DYxuRYyce0gPZJ+g791zHJKb9D2tqlxDWjXc4h
o+9yfJAOPb3Dq3a9iCD3XlF2dffabMrIdZaCSS8udqD+Z+b7f5K0uk/WrqGDNIeMrFIIdjPM
aEf4B0bqna/8W9JTr4230R4HlFZ7JIPPA4gfmsVHAym5NQdSHNZIDt4iB+dtj2vV3fUa/UDg
WHUP7cpKTbh4fikhepV+/wD9V/ckkp//1CZHVcU9SufY17dt1w9zSdC4tgbSf9Go4mXjmimo
2APLRLToQ7vG/wDrKvmZlgy7hbWwt9W0NIezX3unSxDaynJLHeiRYHnaDEz/ACtp80lOoJf7
mEOa7uNR5Js7FuycYYdTXE3uixzf3AC6zcWqeFiW4oPqOBYJfp+aYlwb/J2/21qdHtw76Dk4
tzb9zQHtZo5kfmWVH3s9ySnCxPq5nYd4u6Zl2My6Nn2ms2AS0/RY6uv+r/NWPW/nPx9K3NYM
x7fUs9MAEz7bHuaz83f/AKT6f+DUMrq2JgstfuBcXSxpIl5Mbdse52x3sVPAutvxLci5gY3J
tL2mXEnRtUy9rG+l+i/Qf9WkpV9YbWTE6ggkdvd2Wf8AXSnqNt2JbjtLqK2HaQf8M9zW7v67
a9m1aGU601g1sda6W+xgkx+cr+caranVMduuP8yGmT6gBewSP5I9/wDISU4g6VhWdM9E5VTX
PeG5djnte6TO6fdu9T/R1WLS6Bj5uJ0Wqi0N9ar1PswdoNhLn4vrbfo7nf8AgSrYmRj21tGO
A21ry0sa1rLHvO5ld91Lg17tzX+o79xbNdrLG+ySBprzA/OSU8zh9Ixq68fGzsOu3Ldvryb3
D1C17AHb2u3bPT2uZ6bUO/6pYBqteGl9u0urFO6qCBOlbn3MWh9YMt/S/wBc2eqy57QyuYHq
bNmyz87Z+j9X2/1Fz+Tb13Or9TMyPstDuKWSw68bq2H1Hf8AXrElOyPfWxryNrWQQIg/m+H5
25Ca33y5xc0fQaQAB3/zUHCztu3FyHM3MAqFrNA6BAc7du/SfmvVp1Fh1DtsROmp07apKbG9
3ifuSU9zfD8Skkp//9XFyC93UMgVN93r39vCx/uWp0u6gX0Vte1ri2NsgOlzduo/lblR6hOP
dmbTO/IcQ3g/TsLuFexrcesDItYx9dLXWkvaDBY3czb9L89qSnTvxM/rBvwcCxlLccNblZD9
wG8jcMKr0x9L8+93/W1z2b07r31cyWZLpocDFeVUd9Znljv3t/59VzV2n1Swr8boNQv9mVlu
flWyNxBtO6su/wCtjctHJrBquozWjKwr2ltjNpBAP9UOb7f3vzElPNdMZ0j6xWMyrRsvxmw/
CMurbY4/0itv0rKH/wCC3/zFi02vpLf0Ngtp4D2zt9vtOwua32t/kexcJltzfq71t1VFjmW4
xJx7h+fU/wChP5tjHM9lrfoLpOn9Yxs/PxjQ0Y56hXac/HB9gyqgx7cjHb+Z9qqc7ft/nv8A
jvekpJfk2vzzjs0pqA9btLnBrmt7fo9tn/QUun22VZ+TaN2RZhYduXXU8jaDO2qiv02s2tbQ
11e5YdN9uZ1HJI3NGXYxjBr7WNO50/8AW62sWu7PHTevO6g1jrcMV14uWWxILh62xh/0v+ES
Umw7TRfj3+n7r3PGK2wwGVlvqXXve2f0eLi+/e5Vz1HHe2ptN+yyxofhwS17wA7eC0fRbZW3
8/8AcWS3IvwPqwxlrrDkZ7n01V2HSrDqfPp1wP8AtTd9P99lf7iIXY+J0qnL2D7XZQ2lln53
u98f1K/ppKT5fV78u5slu+gFjbQBu3H+esa36LLP8H6n+Yst75sLrHbnEyd2rj/acq7HhlpA
cWtES3idY36Kb2kPnboNSfikpMHsdtA/OJA8it3pOQMmhwMA1nYY7EDx/Oa76S5jJd6bxtna
4z81ofV3Jd9tuqJJa+sPnzaQ2f8ApJKen9M+J+7/AGJKW7+t94/uSSU//9bL6uAMrInn13x/
n2qOc819M2DQvLWmPCd//fETqTQcjL3SQyx5BB7+rZ/35ErxmZfoYVkgXgj1B+a5oL2O/wA7
2pKen+pXVftfRm4zyPXwT6TgefTPuxnf5v6H/rS6L1A36XJ7BeVdO6jmfV/qrnuaSa3GnKq/
eZ9L2n97b+kpXpGDnUZB9PHvrvOxtg2kF/pv/m7HhJTzn1+6NdZgY2fjVOsdjvNdjWNLnNqe
NzXewfzbbG/+CLhqrX12MtrdstqLX1vHZzTLHf5y9qMNBLnETyZj/NXn31j+qPU7uqXZnSsT
1cW8h21rmNIeW/pz6b3V+1z/AH/20lPR4FHROpY2N1lp+zX3ND7Q0jWwbqbtzHfS/SNs+il1
M9Nsw3UOrbdj47fWDrd7Q6wyzefSdU/b7vT/APPS5jp46v0+mjp2WLcMl5cGEbXljnA/Shzv
Te7eqXVLi/qOW11jnsZaWsa4kthoA4J+kkpoZmR61jnCv0WCdlIcXBo/da6z3u/trQzJd0vp
pLfcWtAJ1IhvH9pZV86l3u05WtmADpWBbAE7N58Yr2t/6KSnLtLtd3aeR28ldrO+ljiZdqwx
xp9EobmNsIhsyBATYRg2UnQ8tHw+P8lJS17BZQ4fnM1Ct/VRk35Vp4ZU1o+Lnbv+pYhtcGvJ
HBiY4K0fqyaGHMpYfe5zXlvI28af1d3uSU9BDv3nfh/ekpQ7z+8/+SSSU//Xy+svb9oy2gHc
XuMAcD1n/pP6is9NdtswnmR7w0x/K3NVXqdbq7s4NH6M2WOc88l3quOrvzne5Fw7CxuGNW7r
mNk8a/8AmSSmz9dcBrbqcxjq222N9J9LnAPeGn2Xtb+6z+ZsWT0PqGV0rqVOXW0AMMXNLmhr
6j/Os5/64z+Wuj+suPiZHUa6vSa65rJtsg7tpJbVXz9Bn09v8tYzcXExrSGVNdYSBWS2T/XS
U+lsy8e+pllJFjbW7mgkER5/1f5Kr3nfj3OsPtr1dEmYI9SGj3+xu/8AtrF6Pf8Aq1VZa19Y
lpj80mXOV97jcx9VbwGP3NtY5vG/dO1JS2RVhdUZXZkg1W1maLWQdjZ9tP8AKr+jvr/fWTkf
Udlt+Rluzia3ONpZVSXv1EuaGb2+5Sv6LZstvw7rxbSwuFXqu2ODRJaPa73ua385Z/TfrPjv
2sbYMV8xtc4hn/Wri7+b/sJKee6vTijIubgMvFFTWh32kBtu6P0j7GN/m27lodUc2vpuHjOI
ZZta9pI/dbs2Od+b9JXfrZ1KnJxH1WvqyLnscKjA9euNp3evT7bsaz/RW/pPUWX1Jws6jVUB
DaqGNjtq3e78qSmoy07wx3teCAQ5K+q7Hv2uINgaHAtkS143fnhrkNj8NzoJcC0w0axH8lHz
GstZRYxznNNTWOMQJr9n8rd7NqSkLcq5zdkEDs4+P3q30aw1ZvrD87Q+YAg/5yoisgEsloI+
I+cq109l78iuoAF7jDHzx/5FJT1X7Qf+6krn7OxPL7j/AHpJKf/QjldHzr78pl1fpVPus2kO
GrS9zt+6zb4fRVzpnSKGmnbkssFbp9h38f4PdX7Po/ykazL6SzKs9wssdc9up3ncXuDtPd9F
Su6llse3Hw8Cy5jmu94cKmNI4YHbdv8Ar+jSU0et2mnqV5Lf0jw30WnQuG3buafza2bFjutf
d7mPDCBuNgkNgCDsH8uNq6PqGI6/puRblNrryceX472uNhDQAXMdY7Y/9L9B7Vy2Wx+jQdzs
hwPEQ0EMY2P5SSnr/qnSHdL2f4WrY97ByN07Z/sro68ZhaC8Bx05Hh9H8q576r3Mrz8qhx0t
or2OHE1us3N/zXrqWgEJKRU49bZrAhjyZHkdF43fhvry7cSPfXeaIHJO/YvadPFefZ/Ti367
WOYx9s3HKLKnMa9oADvpXn0/5z9Ikp5/quHfg5bunWgRjlxDhw4OLdtv/balljb1C9p4ZDNB
Gga1o/qrV+tlDxmeubHvlhpLrK9m51Z9b9CWtay2vY72WLLy8TJtyG30y45LDYG86tAL2f1t
vuSU0tsaObIkwfirVTm/ZGdttrh8jq1VBaC0dj4otYP2d7gSdrmuIHn7UlMnEDTiTpKtdMO3
Nx3c/pGz8Pomf85Ui8R7joVe6Kz7RmM9NxYazvJPENE/5ySnufUf/qQko+pX+63/ADj/AORS
SU//2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABv
AHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAA
AAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/
PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBY
TVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAg
ICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1y
ZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnht
cD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9u
cy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJs
Lm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hv
cCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MzY6
MjcrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MzY6MjcrMDM6MDAi
IHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjM2OjI3KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0
YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmQzZTMxN2EwLTUwYWMtYjM0NC05MDAwLTY4MmJlYTk0MGI3ZCIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjA2OWUxMDk5LWVjMmEt
MTFlOC05M2NlLWYyNGNhMDhjNGU5YyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjE2MGZmZjM5LWMzOTItYTg0Ny1iOWNiLTBiOGI3YjAwYjZhZCIgcGhvdG9zaG9wOkNv
bG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBk
Yzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6
bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjE2
MGZmZjM5LWMzOTItYTg0Ny1iOWNiLTBiOGI3YjAwYjZhZCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0x
MS0xOVQyMTozNjoyNyswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9z
aG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIg
c3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpkM2UzMTdhMC01MGFjLWIzNDQtOTAwMC02ODJi
ZWE5NDBiN2QiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MzY6MjcrMDM6MDAiIHN0RXZ0
OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RF
dnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hv
cDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDo5MDAzNDBE
Q0IzQUUxMUU1ODdGRkMwQTQyMUJFRDY2RjwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9z
aG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8
L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8C
EAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAA
AAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtw
dAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQA
AABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVh
cwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwA
AAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkA
AGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2
Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IA
ADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAA
AAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5p
ZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVz
YwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdC
AAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBz
UkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5n
IENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2lu
ZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2
aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf
521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYA
AAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0A
cgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA
+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakB
sQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgC
ogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD
0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToF
SQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUH
BwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJ
EAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1EL
aQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgO
Ew4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPUR
ExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkU
ahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cY
GxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIc
KhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwg
mCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTgl
aCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1Kmgq
myrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4w
NTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02
NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8
pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpD
fUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1K
xEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFS
fFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZa
plr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBj
Q2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9s
V2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV1
4XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/
5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6K
ZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSV
X5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg
2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys
0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5
SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjG
RsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TT
xtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UTh
zOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zw
WPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/
bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUe
ExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwB
FBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+wMBIgACEQEDEQH/xACnAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAACAwEE
BQAGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAQQBBQADAQAAAQIRAwAEIRITBTEiEEEy
IxQgMyQ0FQagQiU1EQACAQMDAgQEAwQJBAMBAAAAAREhMQJBURJhAxBxgSKRobEyIMFCUoKy
EzDw0WJyksIjBOHx0uKiMxRDEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADeqPSB
JgEJQTUsQDWkRRJaH3SdzOOsIeQUiUlNABynD12klC5CS+WfcHEMmiYETEwcBLI5bDu4yCr2
Ce7iOkSlVtqArX88sSVci2qDPFcj0nXLdmjaLLKxGnTsJFlzBRFVLFd0gIIiDNYhd5QgnVw7
NF5ZCeKqzETZrWi6ghEOXwVW8gK4pBulUtEx0HIeoU0GEGqSWgZMdx0TBVQ/GNXNlBrUb1Au
U7WYJKGAL5o2wDBnQRpItVCaxmV3FTHcTCBSYUL4G3Kw0m0qVdVBSsCoGvfqgXc/QDmOAhgF
lFhBYCHFZtnhxqzjXWaCT6QZEwizdEnpg6J4VVuLEZ2uBWqlJOZfzR0yAi5XunTUtDCGDVS+
oNq9IFmFBV2mLMUDDSQdkIHV12BNk0BpAyuPVi66jA91O2FWtILCnVw7NO4Q1IF+iF4VaOCA
YsglkVHNpmn1ewd3SRPcCJiZAtqlZYuDUXDBdTCs1bhMzBsVb1cr17yzPucks1OrHP54UoEW
TyHAhws3JCUqwLr6NcCI4WPNCWAGjWYom1WeLt84g1PJnpOjpABsHD0lC71Q0pruJ7oCGYKu
NueeK9hTAbKLAFcwCtVbQ0DE20uSCMgRHUBoMcJZIEdwENiCwFUQ+MhspIYHcLQ5YRMgGqyS
pYdWHtzrBrWK1kS9TAo7ju6DunjongR6CjdimavUrYXRwvy3pfMDQIBzVsKpxI2wh4yIM1q7
a5K5SFAkV7IyH0rJGCFjaAUi4ohRCSD3gVWKJtKkMOYLPgBW1YhT1jdGkZrMqWwu7iOLgYJQ
wD4gGwAl/GWehnF8qNkqYPp8gotGwEwoKRBw9yXhMAjTRZQKggI6QJjhHr4CJ4RhIYPCYBky
KarNIi0xZyW0i3wSPQ4QQJxQWTwxJhWsc0dfoaAc9IMGJHTB0TxEFwrmQLIoEYW7QMu6uSwp
6Sj08OeiwGayNSvYrEAUEAQgQYhKkQoISSCqaMBxZjpKF/iOWwREMkqhYgp3eEijZAah3CmX
b5m6bRC7uOlWeakZizW7Ng0wy+NPswjRXQA0FZomwrPuGTAcaiWAUwOB1mraJKDNOvYrELaA
viEVzAA6a5E5hGonMsmvyzGNrMLEjJ0TwqSgEZ4ULKxWvi8RbTeLRdx3RJHdJTytnPBZIByL
BTAaCPMA6FB13CVLabx55gyaIyJTnuHWK9kIxk1KtmsCJCCDABW0QVtSU31bgqporBvV2lhi
2DK1lJTbarFqE2RMnxXpaizimSto52oWOmDu6DpiReboZgUGQslIL85F0tdl3xqHACs1Cbda
+YEzJcgoKXdI+xXskxxmjVtVgBITu7iFtEGJErKagscqwKsdJYIIH0LuYBbz1noozdMExIgG
AcYkVdPOvlnogIe47u4XnaOQWq76I1wqANZEOG2Cplcei5WBuJsGDxwWlHBTsSw5kEQYwate
xVI7uAEhOBgEDIlILFcJyLA8hMMlsDydXPKs6NcRr1LYRQsYuVjeWB2hmaY/oIie47o4Tm36
gQwotLRA4kGPdTktTQWaCqzBliuopwto+egmZI6CkGO41a1iuRHCDEyCtoARKwK6pCZzRxLa
E1TDs7RpCbCbA5quLNeJAbJiwsrF38++OmJO7uOieKBXJM9WrBmDrIKZckcSrxXQ2kOKrfKd
bWExmCRaEhGSJHcIgNUZsVrFUkCEgZgGCSFUsrKloFlga1sIwMYYMIq2UlG7nWy5IkDT0oKT
+SXpouB0szRLE9xE9x3dx3dx3dxFd6QUQ8LN2sI1aaNIzgcRLAAziGSwYyFILGjMEyMmvVs1
jhMQIMQQMQBPigNkBNkpCJbjnqMiOSU7KGj5hBcmlaArWeENs1SxfoaAyYk7pAg8ppox0AwC
yXV3jeiRWbpEY2iFcpWZWXczWzSnZr2QpgiVNgXEkTHSbFe1WAEuFTMAixRAMQchySXJuCnp
aNkWC0uojAtVyzwuFGSxsDIdS1SLV2nbLEiRy2QZZNkuRIC1lBDBkIwWXOEjq1iTNTq0CnLV
mbap2RprIku4Geglq3GkixWICQDAYOAlBCQkCUB8thzVMGEPA0dLhLIMUwDDS0AQcJXrXapa
u5+kWJGSegSgJVzYUIEz0kzHErMSwazOnuOo3hKNPZzTEs9I2egZwrGSEBvWwtJZVHjUUXxo
yXBXIYTBBCZHMEg1yPJRDCHiZghU9xKTQcSeLFc1jNTJ1CxMANWqBMWIOGRGQMhxEhCXDGAZ
3dB3TBGbpUDIYLBkcQlhVhj1mT0SXq7kELaAtDxKI3eKLLIAOUBdKmJamkRfKsBd5Bjir8Hw
cHBwBxSRWt1Cb+ddLXcQJTBHRJAzx0wRMxJMcI80tJ7uO7uOoXqRkNS4OQk7ukmIkExkvouV
hXMAWuwggTEExIiY47oARXukIi7xzBkiWCIh4nOqCXIqcXKjaxas1Hl6J47ukHiEiJE4oI6e
g7qWKehp+fE2jxGnrLfjdA9FRsJMRqyGyPBR3HTxAFHGxXdmliKRjw4iAMRc9J0dIK7AlWbI
iucsAirlia9gIhg4kiOSogUX0lli+NQwM4SWTFUS2OM01TS4kSE8lX9T5kCCk7iEgw4s7nm4
Nscy6W0ywbEyRPQRMEatK3lDSoWzprSWlyJ0jJ3RxPDJK2GAtuAPris1NXD3zOP0FIRLBFTM
EKdAHDcLBxVKuDDgrtN5NPXzSxu+L9Eas9xHjPZ+XM4bLCmN5RUOQGtqtGXbloQccJYpo0QE
HjcaWVczybdRooq9okw46ZEiCAMZkNiyKebfgzGbTjzZbNI19XD2BlRqisJGJYJiLNWyW/Oe
j8uUBiS9r19QpZ2/mmFeu5h63oIreW28Y9EQILNC44xo1eM6j6DODch4HSYutbArPkwo4ivn
bmeVSZAq0niwyjXNvs4zRgGHGLAZnjPvW7BT6zmGhDjEO6qTWr3BRwwGCES9Ly3m6UHmq+0g
foYaD0qk0h7Yvnd0g1LglClaaLtKYGHQdSt1DiWRJRIoWQdEcEYsHU2UB8pYEBgBXuwJIlB3
6jyz0wFE2BxdIkbCgyWJOHcqmqNW0KMYCDoEXs7RLEFBWo62YTeoWxQsImzUuHR3HRPGSXQM
fSyzZzcnhq+YaWj56+aHKaLieBGAGWEWRGZrUSpLIA5vFiCEO11kRLCIrvxj0zPJbRpRHHUy
WWaNagOGLxoSYC+jjomTM0ReWorwOoDfMqxQg1UwwsEEFrktJnuF425mHnVnaKt60QiJUOrt
QWrWa00hBoMlBBCRUzNLOIJcjXVr5DAk05CQ1SkRlCsIlQafo/FtPTIvUzDXd2TP0ZkOAMAW
ACPZxcgHkpybJZ3aF8w+YkDWo6xTggJrkBatYVg08LRoBdTE6A4mYk4ukXPEMv51wsGtwsuE
o5uhmE9DTtHOthsURp90ismPQGXT9nx4JXt8ExuNZe9N462eosVbBC2UhkjJwTxnU+eWDhgu
hoY56jL1ssAk3iKjBLtdUB2qSBnMpgQDAhkRcxxxBIR12HEognKUbFqnZCnuMzO08se3kBzD
ip2kZEXMAs+v896IjpEIVOMfzX0DEPLTEl71Ph9E9Hi7qSCxNkGJSY9vJumjFG6NwfRecPXA
Fk89t+Pul3SjNMvSy9QyLNmydm26ILk8WxSwBTOFlBkcShkAJZT0Glo4O0OJZFTI2swOpboF
mzStjiCS353XzD1GolwC7ElJOks46snmsn2XjiCXxoet8Jpmkk6ZvZmn50o6edcI2MrYHea9
J54d6bybzN0cf1Rd8rqYh23hbw8YqlIUmCMsDJDwIJZLFEOS1YoI4ZwwFu+d3C6xciszSzAa
lmuMuUrY41mUtXz2qeqnjOKOOEuEV9ABHmPRqPDk1IZqMvDSg9jhWtE829jQtKrdKB29A8zS
v0TvQ4BiqhrJ3vP74ePoZRDBkXzFBur8W1tUSJidImVQfWD4OC28P0BYYtpWzNTNArWqwdqt
YHobWKLUEe5tee3RkhIcrMnuEVXtEeOyPVeWONchdEjvZ+I9GbVDXkxn6XCJbmj1zkjMMFkd
Ig7/AJ/cG5OpkEjMATEg9xFqVWRUdwJjwNe6gqyMh+j876cExcVs7SzhNawgbarWA6VyoVOk
ix7LwfojeISDgYO7iIZ3FTw/0SoeA70fnSJHgrNUj3zskzQVWEkBrFzNPMK4OUDHQBvYm4Hi
6+SSLJEQ1YBSsdco2gSmABYAa28UBckteixdsFi3FTO0s4WizAq3VshrMjJjWyyLNXj2rPLe
oHNqGWuSYUcZEHBU8163IPH8xQUjJvW8V42zU0zMzrKTp6AAISImCN7A3zsjZxgjBgAmAAvA
TYrtLQsWSo4OMJIpaFUvbOffOkSEZOpnAixRFmraOrWVmzibwHlZngfQ+dee37Kpno2Ksnd3
E8Kyab5PLZ/vQPAT7pJ5V21ij9HL0jFSSxgxBIEIuDAjf8/6AZjbmKAaWBRMHA7ioRLL3JeQ
k4IOBDUSS/s+Y3yxIsKmdqZglT0A26V0YBpNt9e0efy/V+VB6RDNcno/QeC9mXoKCAZwvuWG
viKlyrZI836ODzGkHGGuygWckLDUrFIDAn0GBvDsbcwhRpIbwyFIQQsuJdVaMOuQ8BAlfQRr
ZWgbB1mgZuhlnIlJ1updHqYk2LmdpC/PelonlgtQIIoI2cy0exfkaQYDwAuQMcDSgiBLzaZl
xazKa9WSk2xjl/yqq4C7Kjt3H2gc+zlg81YcLIYa7ZUDTzSIIQegQzWwiDEbYruNE6zg8m/V
BBqhNqpcLKyA0NPL1Cn5j1GWZEXAK02DKti207fw9Qa0TJU5JZ5XFBR0C+WIo9HGFoGm7Lca
k53DcbZM8mHpvNi9nG2zMpMWQwlnKODrKCNfG1scMQg4xkZCzOYshhraXG1bozJ18oVEEIuU
7JcquQaOzjbJHn9jGBPrBT44GJjh+lnXx1mmwuBHA17YCpsqK63uMUNby5tlhXi86pYLVJ0m
cmzkh7GPoGTwMGiyuNKs0YPcX86/VK8TxwzxwlwqWwE6q4t61PUKefoUAUWaxXt0rxZpXgH7
WfoGVn2lDe6AK9hIl6zDuY+uaEtg5NsyqwiACwgB02RfkvYeWMIx4sXsnjeDKsCBNJau0LBn
sBg+jYQBzhIIeLT6tsqCzgJiSeGCZEgjWRvWK1wp5z8stLsyUj0Wi1XWk2xIxQEgkTTLIjwp
TDF7mJuGnDYIOGHGUgCyBbIIjz3osk8eJQDBsBuOzhciZaJiSq1bjq9hJ0rILokm/naJTKDF
cQnCQkFEhTPG3coXAqerSEn3DzziL/C0aPSYatfzpJyIHGosiKR+lVk9KyvbEvAye7ju7iOn
jqV1Z8/GxWJu0t00fMev88YzJIvV7FcQSmkhMECcA8QnXqNsVBCR3SBPCSQyGQmat+jdJr6l
cruLgomApQkeoRH9X0TzfXs0EQsC0zBqQQm7o5moAUEdPSDMwR08RE8eKztzIE7+V6sVl6NI
wWDxZUZmcUgNhZhdPAxIg2FOBFigxiQuiDp6SSkzTv5+kMrJoGqGYBtJ4TNr7vGRq3uKmguR
WHs4ga2pKjRcaKGwWPR+X3ywSzD6OJjoCjoJjoMbz/pfMi9adgXRvUTJTaqC9HO0yku/VKyt
nGOKIClcjWJaMrXaZxDxMrEZAcWL1DVNBiiP/9oACAECAAEFAP8A40H/2gAIAQMAAQUA/wDj
Qf/aAAgBAQABBQDb42HsAwB3wUqGZs6l8LKoax7HcdRZbUijbqJ+pzqRjCR1ZcCk4BiJIIzr
GWTkfXsTig9q0jHUWL3uqal0YASFBIVGGAwUHEfj4zjGgZLHCGyWwlsDq2A8fgkDDnse3hQX
Oo17c3a3RdINnsXZRV5SpbrTZdZK22YrXDG2LC1dlsJY8m5gfLZG7J2RUMLqoPdyoADuM8fY
9UrxhZZZs6flSmk1M1CSsz5B2JUkggpgUz9ZYdVYDof2DjEJNnUQeCira9usUKbT1mu6txJb
FBJX4PIPxnzlxhK2JzkYCxPzlRiwDJyRhw/G9xVXd0pBvcb1fXNJeNx+9tSEDYYrWSSVYABg
EJlq5IX4Hz2GbhUbFjsAlbYbFAUM4FaoO0lkseweOoXWA5q0sqW1rLIe03qRE93UpYDiic4J
sMByPGY8MfamC3BDcjVBxz0QorhK2a1dhkytlYD4/HGA83luiAnOM+oIIOBOtg/B/E5uR46d
mlK/7lRzdZrLtc9UYlr1mN5x0kkKActbAOaUxZGBRMDN6lztgKmDu+KirjOBj2yy1zjsFH2t
FNIQO4nqWL9EWuw2u+vjpZWwIiqyMrcE2chmXo0eIf6lEzdYVFoITVhatognqwOrPkepSGLa
51tyq0TIwk/i79iKIgAExiscOD8frhObqGyj/rrGxfX5bW1OwISqg9mZyovZneBKgAfNiryv
AWRknO+b3Y7Ar4cquPc3cVNbioir51hFdsgKGswICWda16vfi1BQ7BcZS+NrgBq2XFuKt5Oy
X0mtTYRiNL65nL/23kinXkJZLXiDmsOct1xaW0rEyrZ2qcr2EdRYjZPN5ARA0QThBxQYgHB/
jaJX+vcFUdM2J/ubrhKNYZYGAdiXSMYwo+akMOQuK0gR+NxgL3tC51dylYUlwMNt1uU661qz
qqvcSyJGN2yusWNCovdiy1EZ1WT1AetXFuu2HsCtgK26xGANmsCq3xl6kVUqPH9v7Q+Nb4pa
Vrnvqv2agBrH10dNIXUbDOAHcWYpgYUk/AW1xYpBHGH8EYxIywO+CqxQ2vOey7MdYdU27mCI
TKqTlkk1gkjrWgcvYv7eSIzdVztrUikkKLb+KaLZUKossKhnezKa1QGAIa1vIKgwsuetAisQ
A+wFNaWO4Ahsd68apoBdRW9QEqRfw1hmpVBRQxvRhlMBdUyqfu0yJp/5L2CuttprMTXusKoq
j4BY59iYM7KhbNWzBh/wjjGGXgC5mAzbYmxFOMYBAbKEBOw8tSpODhROSubxcbJ2VgubBUqj
OAGsYv4C2MFGOcD+QvbDVUMcH1xrlXFd7jXQqYcfYRSGssxUCDc23rxN0szQRW1q5ZaWYRHw
KQS8ArWeNUkLXy+pwG2emxZVdZXq1oq8fiMM5DyO2OnkUqyGnYDD8D8nCM3KGDMwAY9nr4DH
msYYrqeSaWIdQRkCJGb6u1g116mgZdY9Sp5HytxBPFuwlY/si1117HNdKVBnVUt3GlNN7SiI
mXbKVD+e3F11UHqoJLYyo4b16YiCtQwYWUzldjKRaHyl/wCSZAcBtY4j9XpS6wa9CLbsmKKG
HSQcCx+CJyGBN4VxllQsUhkem6QcnDJwZznJG2Aarj1rUnGMKDJrEZsmcKjrXHcfu4UTm0f9
x+vM2UpZj0qMZGQvcUyxf7D06wQh2UttLh1nsNdVVWNeiZ2vsZalGdgoe0nEsZmqolnKoLLG
bG6rgLuHaTWgK2r0eq0IwsBVWra2kAOnNusOax/Jugf1qlASM/QZ+hnCoOAEZzj1K6w9b03L
YAcn8zlyAputlKiXf7KvYr9TaVdjEUqQ3Iw/UQI2x/uCIw8YcY8k8W0Cw+IoUcgOxauvWVFf
YFImy/E1lXAQCbwDZb9117bsArqUWs2dawHDtnVFOw7xVSqLzLICLggbowyt6SQQGrY+TXg2
IsZuR/XSeucx2GSMIJwTkn8TzdX5V+6PTeGHOAfg5YR49hu9yDrjGTW0ZJ6N8iYrHKhTn1yV
za52ScJ4nCRD7FjWC4DFAKlMKuh7xi0AtCg2bBrxWvvcs9hrSqgeSx8CKud2fFKKX7QbAoKh
yEENZGM4fAgXHpBWyuAtjoUt+2nBqRuw2xOurHpDYARhGFRAAwnOMIGSDhMZZXXYrq9Ro2xg
YZIwnNywJrKJaTH6qIwr9fnAeEPCx1ic6nNsxsE8EjJ4LYDlqWB1Y/gnmFbDWZnnqCWBOG6x
mWqtQdwM9p8SVpuXO5SlbNh5rRmxAqhrJCgklDIU9bNgKvjL5shExO5yu62k+u2HsOxzQggH
5AwgTAiBkZGMnPUHCJzjLqfKpqNTV32VlHVwTntDaaiGGARgUHK1JyxQBGCMrOCM7SZObrRs
tJznDIJDHIwpygAEAh1YkmAj4QDhrViyOBAGXaxtVTbr4l1NhYnrYIKAOzQg7CEAYg8d1xux
PlrQMLrsNdNRbZUlVR1qdK8TbQ4pUiPxH4Px2tDISQfjIwiDjIrjYpepdKuwk1dnI7Ha1UFj
KO6VkCsc3/DfI7YsHBxlYJMZuj/ddeWUYAIaM+MJIxIkNGMww4RyGMLAKmcsWT4zhkBqkY22
NSqd7SgqGWIthGpGNtIMSq1yxSoTZbiU11Y15JuTotVRUFDZg1yDNimhryqb9iYliWjIyMIz
nPnIH5OQYgnOnjP6KVnZ27LbUVuwB6oDN8xkxlcjByfnO+bn/Jac+cIIJBOGRgMkcEMcPJHx
ycXjABisowuOyHl4i6xUSuh9hxQyYwYEovUrsWGh6aw+32euqol7ZZKe5YBEPl2LKqAHbbqT
K7nsLqimnadF/qbWyaaK6lHzhwzOc5BOdRnGcTnBwicIBB11J2NOlTCjGsl6Yy8AqDGDEMkK
SO3PXjc42ic/QRjfJYjFjASxJIwvBLN1LNgyQcGDlkjCwJuWyzYRAqicYTjVqSSVx6Q5bX1g
tVNkoAoe3mxrLnRAiFg7dFBQbFgp9cs10KqjjCTg+cnCc7A53UYXTDck+aoZ5a5NlYw7FQz+
3Xjb9YyraSzN3/Qaws6kG1DxbAU8YJyoyVPJ+ZMbgnZPGcxAIk9mIyQSxjA0krz/APUkZzl9
jrsKpGKVOA8EAEBZJIAx4gQciQyGSFknGUk7Niomuh62JZZXXSqmrTLiuhUHAwh+2DL36ou0
749l2KLWyMJOS8itTnUYDIYwT0xwjMtazRZYX3bqvCokoZesnLpIORzX+5SZAE9Rm4J2TkYY
mCSSQOSpMlIUuwUtuVoRt0krbWxtQvsCY6g4jRnzijD8A8HkERnznxjCcYRljqmKDbYBCQWy
igHFAA/wAz2E/wBaqg2YdWsCvXpxq6xngrIX+vPjSf4+3YdiqnP4ZAqJtDA1KM29epKAB2pJ
7p2y7t0GRifK85Eic2/+STOMeP1bjGIggEMBhUHNiu18pViWpsBVmBq2nQa9otq5BYMDWWwT
gbA2GIgAcDG+uNnJOyC2UVgDr1DOwNEkjDOc/mM3P9DUWBaGLUicsKnK2HjFKnAv18CFwBlx
PQAYhDNasZXE7v8AoNBamO1fOWn68g8kpi/CrP42/wDkEcnJwtONwecZgM65c3VazWqhUANa
nNilgPXh0RW7ZE4olQOLTYAdjdTK/YVsFIcFOQDhXsbn6AB2ZEhYBNgmyhYbIP8AgM2P9Klu
bSxxHIDKhZFWtS3EZ2gkCLApSuSEEG05U6qdjbrao/uqHY1ni0HqTyOQgAA5z7DOxzbMbTRh
MYQrEyAZcwcmDzGyjMtq81lXr4hkk1fREEsuBRAJ6qwJHObWstg16npqB7AjOpGMoKlEOLwB
E2SbaRz+DhI/Ay8TXWetjhnIQKLrkXLF2bEVih8xWrzgvTb2Q/PjglurP9hqKrPsJWtLjigC
a+Ta31III7SqtAjoBn6bs/2W+ewkMcJY4OCRx8H5HMWqrAa7ri2EZa6LnZiKAZHBB5IkbGyt
BHstnKdxXCngKS0mYw/IGBYxRBCzbX8g5M4fx+uW/tEFvgX3EN4gicFbuLtnlRV9KB47r6i+
eW1UJQq/J0l/k3Gilp66/Brib+A3YilIAjF+ADMjNwf7ojnrIj6j5YLMEhxnAZjltRcf7ysp
syEdHx0AFfGAiGBxYOXdWusag5JGaO25dZkqO/6TAIjAOIgIQHqIDzhaDP4nnLiAlTdrgZL2
EX3AunlYJV2ssuAU1bVIVPsuzUzinUtrssC9WTnUMvtx4IJGuMXHQuFrChYJUCPgTkGNz/kt
hOfOE8iAZOMWwg40Y+rZg/tpgtaFNDuzNiEjCZKlif0sQ2WtrlV8LqmtS/lBgVnIODHElWBD
sev28tbfYGfzxk/jbJFFFTDJGeJOwKgNXW2IoQ2VCzK9alFiQSJ7TljABnrjWuTvvECgkHKB
iqIJjAMCkYpgASOwA7Nm7A2CfwOMIE9ZB+XIBGESL1sIFu4mV7RJVa3aSR/9QudcB417Auym
zrWMFZTWv3USzGAbuVYEOCCrmb2YBGtmsyRxk5+hOfP427VVA9kNZGNsOcW5wPNYT3OB3xby
Ads42xJ8wJV1z6uUWulNzcFlFbNlHyJjnEGQowgDIYK3ORm6P9zKgxwZGMQcIgmCHAIVQFMA
d1LtTeD3sBpCFpbOILE5+n6NUH26tVGaoX1CsocXgkSGQghWzo2CuMtrWQvVqzz+OPzOWV3X
Xf19iHo2WwaOzn/X3wPX3jP6NQz+pWw/6xJHrqsPr6ibV068Dpi2hMtuJW9XIAlqhLEQP08i
qiNOMeuFyFLux4zcn+1EEnOQD8wJDfVwDnJy2VrXXsYA7VWJtKStdZKgh5GBe+deuRJtY17P
n19g65vUGQOzA+SwYLAcAGAgZxNoY4WPaoSon/KATk8n8bD9FOm1uf01D17GxQ69bc3bOpbX
eKaXudPX8f00D+yrTxAlTR+7BIWsB8P1ycgDAAw5jcP+6Jg/rwRxAJksufBIzdaEq2qwtN9T
B6anZKSr89iCMGL2AnNq56sWzStOoteP8KJDK3Z9lFZNgELdGLajY/Idh5NeOg/HMx/gcEfg
nLyvltDtsGlk2dylbKqNlq7GGvWFFm491/iYbO2M19rvZ7D7UiMpgMSeoEYJXOIcsMZwAGLH
sc3TG0WEnkmMB+vBBAOdeQYx1RzZVrth00OHz0ZW1joJDAiFjB8SZtFxRPGW1ERbS31q+AQc
ZVIs10OFQMSsuzWBXMm2gQvOT+OP8D+SwGbFPnQNsV5qVNLAMNipq3o73taq06+l40xt7Xta
zVTNiwf1xANIJPYZOeRATeskiIXIE8xvH/c8ScPwTBOActMx1xpltW2Sl6Bbrlym42Ej7CIV
YzgKSZ7EM/8AcNmsxXZaCq2qoSxWxzwbXi47LNr27CODLtJaoQv+BvqDAzk4TGFs7qMZyTUZ
GRl9njrrR7sqJpfY/n1lY1Ff6hKkmrdlXSWKjgAEj5KqcNQGEHqhJJiIGbwB2iTkyCcUg4fk
LzYFOEdsYwLXasDb58lVmKta4MUcLJAMqGMgv/YFfsUZJG1YIA+BIYDsppsxKirRijkAEVkF
R+bG6rY57rc6sPhuAxwyckZUfqGycvpa1KqlqTZ1vsjvWbbq7GQomV1WNV7OrrbWAWMwsHBg
5Jw/A+BnjGbw/wByQcHOSJPz85yckNjqVJ4Dkqvm1rc/rSKg4CfvUSBypkYAJQ/7xtS7zWfx
WUnyVipGC0ICPrgnP3M0BR0OHivXJ65wPxd+1pNp7d1P1c43xznJxGhe/KWA5M4MOPpqxb1x
OW20UZ/cvL+yJaqsgOSxCk5MgHrhIgfJjFIDTm2B/aaZK5EZE5HL8HsBhJi8M1VYNdQr1rjV
rPXZAbByyycUthkrY6pXTcX2/A5fZUslQitVjOe3Y9gwAFgDOyMCoXKyvTXIKDBOfqwBwle9
thL455bBkGAhyIwMZVpGfrlill8VGub7tZhvS1bsBYr8J9QokCciT8kzCCM7DNz/AJRiYEzI
JXJ4/U85PHzjBTlda1hemAznUSkYJ69hDr3T/r3ASuxitf8AEF4rGGDjLywhCMZiuEOTqsSu
twF/JmGJV2ZS88OwLEk4IOc4DweciCpkTwD+CQM2tV7n19Jaz7ezo61szKoUKVAEDJz64G7g
sBg7O0jNyP7PMH9vHUMMJ7M3GRONJznDjCB9pXEjFgHsO0wBPWDAdp7BlPBABw42EwFUEOol
wRmp+6kEZOThx2Ko+yUam8NcbDnyQBgyYznCTnMp8D8HJ4PGE8ew6kggv/8AYLOIeWMZJsPZ
UH2dkbmBm/sqm6L6zgIJ/VjzMFiDhkH5A+ABnyDK4rEEFZVhIbCQcEkBRPGRh4KvhLENcTjW
mRYxAYFrRB1f9Sn8DDjMsNr0E+Co5xkicnJAwTgGRymQPwR+SOPYDlQe6gypAyJwq7nhVUHu
CQ0c9jHsXrbdOnXho2RjPs1j+7Z2XeRgL62ClGwcDJlgeIkQAvxiEyZzyGSeIGQJAEMYwNOC
zsXxoOA8ycsPGq02a7Bs4g2KMNjHACcAAwgYQMnn9ZE4BgnIPZTnzhwn/DfA6mC6g58KJw/U
WOWccZP4gZvVKdxleXMAWjq1lNmPp1OLNK1BF64b7eq7DnBc2JeABcsOywrEAEyGZgCA3aQr
ggscWwY1hLTGAwBMEKWWsZAGWrC6xOalirWXY5851EfAzjOAOc+SBGfrzn6AgHJnD8YfiMjN
0EKCJrMjsCROAiIBbFPKkg9mj2FrDdF6wTU2OiuTq1jCWV1BDLY7MyLi1VDHpUZ0sxUYNYSH
8oAXYLGvY7odpOymc6tBPAUQJlSc/RsKE5wMIM7BJXW8rNqJ9YjAPx85+sjDn6ZIwYJwnJOK
TiRBI/Jw85vSKwzB04XmCQAfmWOHk/U4PmBHsGK7gCNjIpzpwxsGNYyj6lmYDD1JKqcCjqFA
CrGFXY7FPWuvVLiqmxD4eEUAEZBA6kh2IwbJXPMhzsGwELhUDGJy4iaP3ajSv4GThHMDDh/E
YMnDIyRFu7r1Y/ulUD3Gy2V799eam8t6jOM3h9RPkT4E4YIERJJAIJ+UImFjeQHb6NhSMbgF
SRZJIWAcUDOFzscLwFaSbmBGykhkITq2DqCOMACkBTgTnq2FUONRGGu1M73gjZaRahW+5S9R
bx+vkpOHjIgxkYeM4z5wE5HOc5sey1qX2/YX7BLGOxwPAWwgjYKnT9uasp2ar13B9WJ8nBxS
DhEAA4oyMKmARHXjd52j8Mee3LMWMAMQCr8D9RM9SCUkwrY1Iw685/XYYKjDSuAMCC4wOZ8z
LnmnPKsd0IDCGMZYk4aq2DwraRQii+qvEPYAckYTh5wzH6TGAnFkljwwldpLqdgyxGNGE8ic
BOB4zX23osPtNbYr+Qpgq5gM9tkTigzBBiVWRkCN8ldhtnZg2bKst8ZJ6jhQRDxg7TMmQDM5
BiclcBJPMdeB+22+sCrapbEZGwpOGkMpplTURlqOc1heXdVJOqnfV1utqV9L6f8ATnJnLL6q
8b2WoMf2Wt1t9lsK9HtQxrsW0Axk43zvai7NboUbumK1UTVMrjEZBgLhMGrYsrNeyHDAOlXV
F7EAtI4j5wcnokbo/wB1c04LVGEkh3CKpSxJgNMgiAAc6yeVws2fJbnILO1bAXFKUe+64hXb
NLUL2t6whr9Xb1no2SxBUr4sKKSABhAiBPlNK0133tUhRZGey9k1INltrU6/kyurSqyyuq1Q
zK2t7AUtTYlqAHIGR9dkHywYyZycBOdmXFukEyq1lmp1LgVTr+LtjoK2LoCOrWKAbbGz+SPZ
P47xaWzYZ/Jmw0U6zxQASSZYCDIA5xTAEFUVkwCSEUZdctS7N73MlxUBmnW9g1LUe5ruA6WI
/ramdtLoshSx+xYg9ZAUkdAyaiKqQSN/ZGvrF7LWqZaxdsd7Ka/IfAKa9mshQSM9JaWrj8fo
LQmx4LbD/wBZtYfW7eNp3gNWyiM5ms/bX16SpUAWx1Y9kFCVYhTqXBA6qqLJ68e0MXBep3CA
oII3mC0UIviI45hhzIA4ORJUwACSoBBPG+YezXDYmuzk+vshtWxGplH1d5gewYAABwAzKQWk
AhSIMNEakGvjPfWsbkbqCex16j0o1yq7FfOyxAdTnqdg0bEznGbt66+trK1ttfVcXYHa258v
3nray6m4ppazlvT6zLZ69qW15WtpIYsw6zjErjm0YjswSkqJ4nj3N6f2ldDjiqwKpGb5PVDF
bTHecgDGXtnIyT2hoRSgGFhm8we6qtnahOPL1O1V5m/q2GzVp5QQr3dTaftJLxIZYJ7EATmp
wsce3++4RGKhJ1KkrRXUi6gW16+q42fYatYp1q2a1V6p857xHarVLVs0NXsOo2tK1XrspqfB
pai5/XrXDWFXbs7LUrBO3YjCoBYcxGSMVj1j6wse8X/9YhiA1q4uxaDZczvXskY2zOLbW6yS
EurkQQRBCgBepxuzYUUZr0G6+vXdbf6gL2NpUDVeu2u/VDmugAzzsPRrCnbTZHPYEy4kECAI
GmeI49joC/LNftra2s7NWjeVPECxEsypm0Wsr0NFaAMmMMEX6tJGiIqtRjZp1lELAZ8/ic26
lBIUjsetY+zEnGJxk54iYziJEe5qU7411ZTSCBVfio2ELjkhRY4NVlqqGANTArIAUdixChTA
U9W16gD15tMJdrr/AGKa+lZnCYzZ2/DVRpWbFNaKqdjK/LAE/UkE5qgYDwwEvWP7WtRFm0Nw
3U17a2JW3jp07bsq1QrYRh/DAEa5C2vRTZdW8tKnDnaMYqubO7qlNVhZWv7iIZlksJZ/3GAC
IwTHXj2rn/sO7wSIBAIcrkKS9CnHpYNWrBSig0XKLeuLIDCMI4pq7MojJy9lWvXeq7O4mTFr
dE3LbAmpWW1AnJgOpUM4GMIwExrKQn426WZEtsVqGrvYV0VhXd89fZ2qrJe4cDD+I5BVdu8m
t9fkTGXblFGXe4JFuxdaVJn1jqz31mpyxl8JJZoOEQewXBazH9PcbBT2Y2QuV3o5BxQFBBDM
OWWDJGMjbDmpKlpawshkPBxUY5VWVYDBGMF6qUU8DHtWtb9rrlm7W76O9Zt52BLCWHJYHCIB
aF1GHijg4Bm/9NhaxU1ZWyoCsNXrpWmmsL8Z+gODP126jVs29WxtmrXr2fZXW47FjBlROeG2
VFymncsbBYkfDMp7EcFbZ6M5rqKH6x7mkn2j1WLksuAWMBbZC7DzJdQzMVlhXXAFQexE6MP2
3bVdDUNrXKwZcBgFsLiA5Wx3kbWwa0KytFWvbbWiVrKKTJZZBfH5Sy0DNB+y4zgAuOuwq+Ha
2FOtqEmo0uDbZdVlY8VXnGKQcOfGRmzSt1VzNrrba1hnhK2c16X1SmuvASS1UKGCurg10vxZ
9sb4SRhBLEAn6Z7i1R7JNmmH2UB/tOuFkuHemo8kISWqqYYBgPXCAMJ+uyzrbr7rUWUe6Rir
JYpAx7gjv+5vYurWbTuy+RV9fo1lAMeVyWAPIbCJVNGsNUaqjZsnEYkXXO2xs0K+o+mWrS7c
TF3rimspv2LWKXqBWQehUz+PjGIz21irqwSatGx8FdVWF0i50ILHtbchqiclgKbWTK7VcEAB
TA+MZYyOPekj2vIxegCBWywhbF1K1MZVHmcmVU+NoK5t7fTGvsbIEq5XNH2NlFlN9OylyhbL
rCp3rDVZr6t1pq0CoB5XkMCSRhUQBAZhXg2GYdBLFGVb0YaKs9jiUXsMUdS4KWaFRWvdH3P2
Ddmrr3GqZd2st2+rxm+X2NmnTqrVt2pce4u0ievMNBMYOcacHxUxytmsAU9ucIkzx73/APqz
AZvtyMns8KuEmK58jc4rEoSM2tmuiux3tI6HDEj5Lk5q7dmtdTdTvUbqMiU6D7VqU1rX4zLI
YmBycIkyDlhC137JFNLKEkHP6my+xdrJqU+urApa2tT7JRXarMHrrWy3stabh7KJNevZDbNI
BUsMp2bFba3B4UdKlussZimMc7EZ2bE+AIBnJILNOVuFLOVFNnZSuMcg5/6Ake2BBYkEsT2A
UZ+hE5X+6ZSofS6xaEVbt61fR7MW+u2Kwa7FHwSZKjNPbfXso3KdiqlGRzQjY1BAKPBlSpWR
kc+xs/kc+TaUjGcVLSerb13ez16xqe5vNV9t/nWsySE6bG3eMspCaxsYVq3W1yLFeVZSFy21
ms5I+ccceMAdRkdSrdTOCYlSy9ThBU69smoCsqZzrnUx/wChP/6y/t/WlGYMArIwA7IFUklY
69gBs3tsbHrNPxrGEcbGhr35t+rak21GsyCQc091ta2q/wAta3BlfarrR/bVkCSJAwmMDY7v
/cqr/nEjCJLmFuJa/Ska3/oK8Stwia319hausPVUm+72u9L02FqrbakZfa1h7Pvl7EAEMweM
E4wMt8zOKwOcEsxBV8fg1kAkSC3Wyk+SpWbDIyDnvxPuP1roBUFqwUV8sTsj6t2AXpnr7Sz+
z2+i+pq8m0iwME5OMgYbvqSVvpNNgMkCF0PYPq2UtRem3rC9Kduui/sHwYwkloWxo2qXHZit
a0sz12L/ABBj20DOp7LX/sanrN0DACDdVZ7DauevQ1LHZ81Prr32s9mjqCwsxAvtLtW7BlAB
PGO/BYjCWwdgwiCpArZQbByrdWknGEH17wFb68k8Z75h/wBqYGI4FdhJtrEqYUEpgRTi1VIN
uxrL/QVS3xkceRc/sJKOGGe50Q+OGVwQc4z1+/ZrPrbNV49j6urcTX2rtGxWWxCrA3dUqdiW
0ezLuOXu0+FuULrqCLPV3LZr7HNJtK2H2uy9fraWr1/bbAtsZmI01Hgb1tTmnWSpdm4Kk9sJ
PYWcq04YAIEkLHckiQpBg9lLExJkuQXfsNO3raG+gJjs0e4qVva2VwykBTZ/JS0hK2K/typ1
nacVavbs3o6wupzlqs6rS6izWsY+ZwaLqnDlCPcabU3BoE8qYzT3H1rdXaS+r/0KLHqL2Zc9
nYOrx29dCqgazY1EhbK1aoqO2nfZr3V2V217hRtr0emttu5euvTdaSSZzVAFLCMJjNu0W2lV
VbByqyViCRhIwjAAMQjGAOWgTP1DGZUFiIqID0WB6hOQse4K/wDaWqpcr/Gc1nCqrHqx+tda
l/a2RTRSbbNaoU0EgYCCMOFlzx1Ai7671Av171Kt8YDgJn126+u3uLGs0/TPF5PVNm3y2QRl
JZKNWWKfu2mHjZWOdiFq3rKq3nt6FR/U9rsh7CZPUA0cVATm5ca61MmzsV7dhUEKr/qcY+fO
deQCTJiwiG7K3JyYxoAk99QxrqeP09zA9kxXHthfnKiq5VLDnK1ad27yXeipp68nOoOAD8GI
6KcbVqx6fGe621+z0Sh+wKswIjAYD7nfS9fspReXF2vZUykVtgSV0EAsUkP7F3C+q1u2b1Ph
uIODXrsItqq0tluzfqoBegwhYE7NvmtUfZxJZSMR8YriMCGMqqwYjACrCAH+LlE/rKyDOGZ0
F/26HiDHuefaWmBZxSMRZNNY6AkDuakJLH0m14thRGD8T/hYsg1gPvVLdXtUmq4TMdjHAJGD
k+k2pF9Atrt17PIauiaX2BAIWsWMlaovse1myUjKi4x7wK3IYdzCn7VNNO0LGqsrsRkjDxhK
kRweVqP2+pB4MAr8HsQT1If7DkMSMAxSe+iP4FAGd1z3RA9naVOfXxTlZnNcSvwN2wCgDlGb
tobAu1ewwMMkZI/JjHTl1jPcVFbPgyASePrg4Otc1VukRYluqjm71ljCrVsozo5FFQQWWAFh
Qwf+gc310Urb44ziP11gBR2jL7Wa6fqwswNGEqCWGBodTItE4oADCcJjAAVYE5asZ8mFxDLa
4K0AtEmPdCfZWYIascZWATSDEDN0gJgbn/z+0ehwScAjAJz4GFhEg54wR/6DUilsE5xkHPnA
Iz/z+2AAQfxAzgYSALLWu2FSsvv6hBtZyxeVBY4WOM0DVZmotBVLCpsUc2Agghs68NwOoK65
4bkA/ZwxJEYp5iRcAcM4ATlKzcghF/1OM9yT/wBnaIwf6QMZSewpWEkddzknk9c0r217qbhZ
XODnIxmAHb8KJI+PZUtdqbNL1tHMcyfwGGa+w1VtGwLKPKpVr0GNtAZZsWWZU4pFRoNW5Yqq
w7FhBHOMMiDrT4XIasj7oOSpDFOVaMs/ajjKyA5JIOc9bMESpEWKuMo7HNCtnv4ngHoke3aP
aWIQEU9DAauMqJ6ic215ESFMD7Z6fbLViCAYyZw5GKpz9Jyc2tem0ex9NSKypyDH6/UFZnUu
DevR3KkRhr7Y+xr1nz1Ob/aUMjbDnOoIYRhmOcTllPStLhajAB+ww8hljInCOASD+tRBUjCW
UfpIJQHCnFiczGerr7WhJwD7dRHuW/8A1HIIRR1dWmuRlEkDqy31K9JRo5Gckamx4L9S9LEd
3ypi2CMBGdsnCCcGOshgwz3WitbQICnCTExnqdkDXf2EY3sdosgexNtkqVWOAM2AAjuATySp
wxiiW6E0eIV0Wx5V651MsJYREctWxwGVpmDOcZAjiAWAVsvWUKsp9SGDDk/uzx57gE+0ciau
BaAQJmjhWiK+W2tLqti9WHJPA9fvPQwcWVksuV2FwCMg515AyM/VlBz3WtX/AEypGEZzAEHS
LAdpwBTiVgr7KBsoVI6kO3y3Vc+AWLY8HASrUn+Nyelx/lrYk8hmJ7Ant9cZiMk5S0ECc+0f
U4fwOoLgwR2bQrArUE4oM9Tntx/+nYsZSZW0uMQElCoWwwlQLO6h6N6ooy9gCMU56bb7LwQC
BgiVkn8kjHckbaGzXt9RsnL9O+lhWwARmzSRsDGKuvjQwPYMx2QR1BJYlpOQY57ScHDa/wDp
N9qrFPkVirLy36wZwxBBBSO6tIIbOIIjAFyeewOOAq6F4V5Ukc5Jz3Z7exsUlKQAuwW7Vl5r
gh1PVaoZJ6besl6FCrMOOQNe8021+z12Sn3F1dtFtdiAQAPwx64xw9mzoEXoADrqcevWKr6r
T8ez61NegIuVggrAG7J2ASMBCjsO3MllnsDhbB+6gEIc2lK3KT2WQ5+QAyoQMtUYywFJGVWH
GHBbkrhUkAMSSA1jnKWPbWsFiLw3Ge5WfZtOVkRf/qVnmkHDigHKm/jMnPb6wrvOfoIwmACZ
9NuVutZBB/Aw1BsVQoAJPybLCT2KvQhRLiLBsaF1NiEkcKNw/wAx4BnsQuESGGKTGVibKoC9
Sc2wpv8AnAVmZJEKMciIIZwTlZGFhhZSVbgkjOyrhbm0ZSYbSsZHBDCOPblv+yukZV267QHZ
AQ9JWSFBT/UoBKGc3qVv1SIyRikEkvgacpteqz123VtUQIjI/DHGsVsc9FROo1z5L7rAgRSc
2KPNW+j4yrGN2ki01thHVq07Gj1d9p9hrNrXSMOUj+WqQquq5tGbFLAB4wEHA3Pf7O2GQBzk
FSWIHdTgY53XsXIPbm2QtIzXYTRwJEe449jYSy1fYbLqXgq2sXFjT3JVX1SSpJIMk7+k1Lmc
g4DwGIwMCfTbhpejYDjnGdQGtBBrY4yivJ7WFSVorNd11jWXowAFon6tjatJzZ9SLMT0tJCe
q06wurq1Zdt69Sey2V2LoAw/OsCbV5F7hUdASyPU6uc7kiAM5w61z4+vsVgggkfUNB7CQRIZ
Vwc4DhJOIIFUhkdgfIM9wob2lhcK169bamRwTNYBczLz30OTBzqAfYbGt4ra0Zm17BjUPLUl
StNea4Si31+wGHl6gdGxVVTMl2JsQCZ42Lr0vqD95OKxGB4xbDncZ2nG5HtWv6Wi2WBOJUMZ
IbUUNaJ67zsqm1pDhzZWUIZlAblDzXY/faW018yqnCFkrOdGwIc4AKwDBxPrlcnFL9ftPvD1
9nbf5BqUBBslmKnmvr2PLWqpbQ4fkj2W3/X1mZmJgt2cYbXgW2YGftXXZaaT1al+1LGxCLiK
0vUrQezqRiuRnsbFGA2YuwMN/AsJB2xWU2QwF4UraDj9GF3rqLF2/UWVv0KNe6BfXuFsQmfY
WA2wTjJ0xbpyxFOSRlZIK3dH3GJ1jyR9cL4SMBOfuyABywVIziEbiqSvYZ/6APZ7YVhBWTmx
MjKlIMnHYzo8WwI2PX17Nu/pa+u41lJbXkDXQ4ussproogVikw9bwrdWDIGVIVa0KXFgrFxG
+2vYqU2qLmu7JZfi7e4ma5FyhGXK2IBZoTYaF24FO7Xcd3SosX2Gu1I9cva/qVXccNcnBUFs
NRGdT1KtCocBks3k1iWwsTnyehkpwrspFgYdlwNOAAFBOI56+E9fcVr/ANrZJaky2y3IAlSA
I42Hmz1w+4BAMxsW+a6sB28bMbFkoGmwkZLSjMWWTivC1PIPw1auLKCQAVPyzPJ612ZZrVrl
hjF30Q031243lXFsaU2ZPVI2dSwCnb2K29tatieuLG52HgtbtYh5EREKDOFUyuAzJBqH8VqG
pzAMEZzBGROMiwUbFJGBhlZg0/yP4jHuBPsnJmoHNlIUAwuCwk2kG71vzIzdtFeuhBxFGKOt
ZOT1DMMR/Jlawx6gAELUSCGlUf6o6kvUpJVYKRkCF+N3SR63rBZdjoNf2VrIu5/HVZQ+ODNW
xGe0WtMtdjVocWbJZaDJxPnkrc/K2EBLRnk58wmn2PVduzy2AZIgzJJwljnGfqU7YVZRSS50
6RPUx7fqPaBVsxVCnaZTizlRGALGwf5PVSGPGe1diyqZCrFkhHBxixDJIrrCVqw7ap7FkPWt
YEFgEsXKjBPyDwzGQsmtGK9fr7UeG+BIcgLuWLlXt1Cjf1GS32MHYtsstLg1aKw+59aY+tak
43CWNJKkYCQVbksRmuyHLF/j6GSvCiTyMgQzcCZBEkkmgDyUcrHHt+fZjrjKC24AMWAa/wBr
Jihe+n8/A27GturrYEd8dibLiUJIAVB2fYNhqYnY1kJcqeiRgmQAxWkLbdUFwUkq6dMprYYo
wwD7tQLQjZAwMJHUFRGU/wAj7lnfZhiNZbGbdLeIA4vIdpx5GRIKqc8c51yg9SBNQBhQcaQZ
APUxxkYOSokqzA0AdY49wqj2UdcLEtbTYUqpYrrIbLQkY1armsB0MAWFTZXLMj9s8q1ksHwK
JuIhG6tUwF2uTIHZAvUwcXCsEqCqiA9clVIwDggZ7+rkEoxHbD8qjOxVkxbk8M9n4XNZoO9b
5MEApJJBbLf3RywGAHOvFQHkM9J+0CGEEjD8AnI7FeMWDnU99Psauzx/6AWn2iq7P4lKzXgr
VkSpiP6dhP8ASBFVSoHaF2WJsRGUWWBFQNaxCkKakKjtja/UaxLXa681iVZQCBJVJMZH4b4X
4A4jPeVdte1YKRDwDrz5d3WdM+CJJYZpKhr3TFp4wQFJnLACQxwsTk8duK2HdOoRivbjGPI4
yZyexnmJwfE5pMRT249lT5PYHRfsNMBa9ZFCoq4rIoNwKpaSwYQ8OuzQyYtx8Z7X2uVXAzQQ
81xNzkjWUd0uCZrma7UBwKRi/g/giciBODPZV99S4MGqQEkznq6i+xfULadhLFIkMykDTaE3
jNiLGc4SM7DCAcZOMPOKYapoWyeyEkQy4RhmAxAnFMiYVYJ0o6dVj2NiLtNs1lf7DT5Lmy5d
6x69Gw5XrVIqVqufVRKjNqrzU2+RHoWMsr7t42pCMCwPDWM514jYHVPXN2oYCI4GfGfP+Jyx
eybtZS5TB5I9JQYI59rX1ZEBN6lTowte2ezgQwIIMSxUmTk8EThieZrcxaPuvaWLDF+GAwLG
CcWYliUILaKgCBntF7b9dLnBQBgrQYvGScBESQLSWPUnPHzdq1XK1JXaEsdgwK2+1zEV1lpT
uF2ywX1DE65wYMgH/D5/JGe3rC7hQgHjPW7NopOwqj2tlToJm85qswXaM4C095PYQRnEvIJw
sIbg1O2PIIPPMTgIOMAMAMfuIGJLWaTSYzeAG0cgn8D5+Tbs1UqvsdZmt9lRWbPaDrqbl1pA
OezouR6iWDIzWVooN7l7K/3xA2+0emsDUEfgD8Rkf4nPfUk7DAg69bW2rUvj/wCt1Rm/o6qU
H5dSo1W6C1FuNlYRiOASMVuQTnbAeOJAY5UAcvX7AHOc+DIwfEwO3FYnPHD6iEP5Ez2NwXcO
yc8nBa5gxeHbom9Y7tUxGJRa7D1h6auj4rs2/wDjIQgWGzZla+pB1lmwCBtSR6281MGBUHAf
x8/j9fyRx7OryPtr43oF7vond8911dKHe1thNiumtrlBStiH6DruUlDUhYPUBhwGMDYIJkEL
8VEA3wMbF5zgZIBnntwHGJYRmrQbbCPv1SPcbVlPsxtqRZtbdpSjcZq/P0Gq/b+hUyUaVNeB
gMJxW57c7jka5BbAHGbEz42I1FIwNJsY9dRZbVeakMmOf0nJwnmc7ZOTnsuBbYXb0wIYMRlt
aWqnq9Wuz2lRS0FjTUjeRSxbZpL068d9nWHXqQRJyGIhsAJwMZrMG2hjV14jInGJz74y2SQT
iKQuiLoYsTPH/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AM/MlVGtLnJ1a+R7
asmsakXexCnFTYnKxyycKYFWCVlKuUcoSUyxOBTTcd0lQv5keDmt/qUZvAk5SIT8xpZPBqzH
jk5gia7MhTTUrTzJk8/xSe0v4JwNJ2v+Dp4e1xW5jXN00oiuL8+Qq5Y63LtqiRisW1L0FObr
1MobkcZ5S9mVyy822fe97spnl8WL3ul6s5cm+jdBOY8mz7nab9TuLSRTUcVa0HNoFNWiFroJ
2X5lK5M322QksuLx3s2NOHNMqSv3Tkk4bsqDaaaiErCxdFulqe0mKMh1ZGTpsiiruNty9Bt7
jnR0RSnRnUi/UtdmeLU4Y23JxcrTc45rpOpRy1ozYh+EW/AyIv4X8M1vodPwpO0mCwUvqTy4
rooFyzmIhMWmosbrQUaWQ3p+ZOhES+o276eHRC0KHoZy6yQlXRHLuUexCKzjPxgU/ps2UsiV
KxfxHGtfUrM6Yjfc+7K4q8SMX/YR3VCbjFol00kqpx3VSVYVZip1IdNiirI6S+RLtsN9UNRB
TQ7mV03UhuqtO7PdjK1Y/wCXpY495dFkYtOUU/BQaE2yrL+Dczy/DInkqISy4prdlMsZ8xNR
FLVFOmI3p4cbSzyKfASx9Smp1+hVFo8M3MYyvpiOKvd6Db9GM8yVVKijcWWTpqhuyV2NpQv0
sl+/J3yZE1JyJaFisf8AbX6mNqmTtBst1YekajaqN/FDfQSb6C42TuRrJO+VSVRtwPLWCmrO
2nds6JWMmiMqs5Y5fusSb45bPx38GLUoiqKKhP4nirjy5pLqL3/BScFXqxZ5VTxqhuKf14ji
jHyo0RfUqNzRihEv4op6eFjNLdR8MSXWSbLYaa9qqkr5MWWULGK4lMUo1G77JXH/ADJa/Z6F
FCViES6IluY0OUU0TIVung6xitSN9RVhT8TjWg0vu3FmvctehRwrwckW3MI/aMlqkKnmdtRM
Vgb1gyYupHzL8oFjmuaspuT9r1TPa+UXa8KiZcuQQUKePQaSuqETjjvlFTis3m9IVBPuKlKH
tpKWK9StX0sZN1j5jdXL1GsSIh+EzJHwOiK+nhnPT6Ea7aiySjqxt+7LcySukccVCy1Ivk75
HJ6HHH5Dyblk5WRLVvkRaNTjjdqj0Jzq2URUaShb7Ep+op01MsGtLnPH3JkEZJowS3Mno1YW
5XRDMp0G2qtsVTuTX3NHdWS5ccqGSShuzHhE4uj2HucXbcSmi8JsU0RLdxPf8MwKiS3KNSLP
JzkruDHDGydUREMWKcN3KEtlCJkb1diXpYpTqV1Lf9zOOlfTEmJy1b8IxlN2SMsu7k3NkQTi
0urKL26v/wARpXd2y9ENuiWjt/iL+3ci2O+5TQTbIxXu3Hlm6G63L0IXucWRy+1vQiuPnY9y
oQnC0ZhV31HitSLNGVZHi7wZa3IapM0F1djP/GzvrShllMNKUJdnGc3HLJHLvZQtiEqeEa7l
Z8KWepxepX+gybcqRcXfYpZCrfwgrY44tIesai1Z0Pn6HcelPpibDa0qicq5u7JmgscVJ77J
0R+RSi1Z/d0W/wDeH28E3lrFkLPuOZ02IRVx1Hjiraiyyq+p0OKqytESqtXEsPuP91cVqzl2
/d9Ctr9DBOikpUrSTuNrUmIM/Ub1FqzuZf3nU7vD3ckoZln3cmoUpC4qKIr4x8yJk8hrJeRE
cWrixyvp/QPKJxdTltsN6snYjQsTZkt3OO4nRnkep3McXDcJP0xEslLip7WVXRE5WIKVPffQ
jF+1XxV2ycnwxeiuRgo3d2yXQ4YVdoVxZd5tL9lEYqCvuZ7VT6C5Pk19SLJfE9z4Yv4s444S
tWyU3y2ZVw4uexQ1q6ScrtE3WzI16mb1mxeGZLV2HuKTuY4vjismzOktJGT6C8lPhK8NilRY
tepKP72jIdMkQ/u0K+F48a3Mq2RlCoJO4qVKuhaglsTqKSUhtnzM/T6eK5KUhPFw0U9Nirj6
Cb/+vH5nLtpTse8ePbXLLYWWba1hDaVXd3IVW7I/ZwViWuTRLoThGOOuToiO2uT/AG3b905d
x8sutitERhj6k5vlktCkY49DgnOK+56lvbaGNqiHCvdk5ONUTi76mWqRjSh3cdsjuNdPoPei
EhnmXJ8IdSFbwjK+jOLpqnuiG66fiyy6Cx9SVcW3hDHAhMpHhfSfUz9PoTv4wf2j0TJ2ShGz
1Goq6C43WpPco/mz2+zF6aibUta+EYrll0Iy9+emCsv8Zy7z9s0wX2iRGCjqye4+WT3IS443
6kRybucVSXTHExbrkUFyvoe1J5bo91azAvbxjQbVndii2h3v8Rll+1Uy819Rbx42guTPhTwi
SP1KzOLoxLKjev4cvIbas4TOi8GvmN/M2K3PIqQ3G3hn6fQtbxhkLFvFOIIacq0FUOKSboaX
3aLQefd9+b1Ynj6o93puyMv9vtr4sfb7Ps7Uw8/1Zf4ScnDe9WT21GP7TOWbl9SMFxxV3/4k
fdkyrhbEb7CydypXQ45SuqKWeoiH8xzVbihyNquUt5eo1tRmXQxhaIhlSpX8HUa+0p6nu+52
ZGdFplucMvRlyfDPLoQ6u5KuLfYWg4+BQ6sl6HmVo9j7ehn6fTwpTwqS7CzwrLiNBL4rxmIg
nH4DlR0JyjJ6JlJSP5XbXGKPPQefcy55KrbOHYx5f3nY59x883bHqJd6cO1eEQrlCcnEjSVq
yzbqNsmkuwsRYpPLKaInvfc/06IcZS19qRVeWjHli2krpmUpQ3LZnGqMfLx3/DKdSX48X6dD
hnbTISfux1JxqipwxU43yZSnUhigUjJgsfkJk+Ge8r6Y+FfC1NyDoiqrueRKKnUiCUoY4r0I
ajVixxcJuosVgmlrBL/To9yVZkNxuUsJt3JeULUle5buzGooJYrkyG/NIr6RclLimTm/dapx
7eEsjN8Mn+k445Q0LHuJqf1aCaaa0Z008J8KDSSaHyUeMk6FCMqoeSriPuPKFtufzHk6WxMs
M6ppiyS4qLHtTJ12FSw418KsWnh57nyM/SfgNsnURvGnhUnQb1OotXt4eVhVr4VKOhVStSUu
LY/d7nYxyyTSV3uUpPwL2OWedJmNDh2k8srdET3MpWyKuFsj/ax44/tMeWbnJ3bHh2l6ifcf
LJuwu5MZN08iY4z+plKvqRMq0M59rFqLx9v+US72Mrez/wApOLvoUL/0HQhEOxONmSN7D5WT
hJEx5CUia01MmTEvbwW7sVomKKJFlaTP0+h08KOhfwl2ipSmOxMF7joQ7aDrSbEWIViJuUq/
DlkqK3mc81GOiIxqQ0bZaVGqvBMaeMUiWce3RWeTMcnlz1bY12VyjVUSP99z0HlChInFSk6N
0gl1avscV7suhTCvnQb7jUr7V1I7PbeTdppiY5d7JJdEJYKOv4FFv6KIk+510Ms1K3TrUmKC
xXwIZlFRxfTw67FboWOp6fOTPrH0xKfAl2LxBuRqdNZItFvC1rCKpIl3KV6E+GxxVWrmPb/Q
qoW3TwdKaiyi2g1o9BclCWi1G8k/Qmq7f7NnBGNFoccFyyXwFi3S0WRCtHxIcuP0r/WTmoTt
ijjiv5ePS5OU5dWKVay0IVET+G5cmUfcoPuQvcj7irr0NRLFVIVH1HuJOiRN4PIc0kr8imgp
RGu5eWen5mfSPpiUK/AodGddDqjREK/hVmyFFjHFUxoKspENxqSLJfETRReFPiNplUKLPcU1
iyKKWLGYWsHDCjdzm9bHFPji9FcjC9mzkyxsJrL2rTWfCo8tiE35kY5/M9+T+JHL5jrHkS85
W8ibzrtI08q6ELL4IaecNbk5Z0Pu9Ubxq0Jq0wPBZe4bm2hKOseFaGx0JglnpJn6fQnTwnbY
paDctDIyQ9JK0W5CfKbtaF/QlNNsxa0HNiP6oSbONiRxXwZ7bG/h7lC0ZvOpzsjlXrImQ/Qh
iX4nDiqkcZQloKcmnqUy5PYdIQnCi4qXFxhJ2Y0muVhpUjQTzSIhTscVipMkmqIjSaoTShjf
wJkp6DnTYZ1OpFupuW/7mfp9CrPzOhKcTodHqKVB5CepCzSwgb1m9jklO6korE5uugsrvUTd
nZCpBX0fg60H1KlzzJVSqHNhYK12UULcpYVKP8K8cvkZTe5hs5kbShJpLzX3HcnzMVlaBPJV
VURjTaSVdjlDlQloPuXxiiHFJg9BLrUkyhFXRaCc+Q0dTzJuybb+HoZ+n0x8HsUpJ1+ZS+pN
k/mydzqOFUnuR7q1OSjLDcpR9Ucm6aDlxJDuKClGQr7jalvREvtU6EZ48HrInjVDaK0PIbSb
eiPemlkblKCV4hL4/wBBkmQtDHzqcZ+xw1/qE5uo8yF51FWXo2X+BExJSw8UqtDw2UDoZNaI
T2ZxiWPLRnUoNsr8fDqyN7jSpBbSTPan0KFKkzVaI6L4k6CWVlYtOOhL1KC5UjWKP90SxVtB
crjxb9rsmRERZaeDknUqNGw3jiuat1/xGOKfuV1oybPVeHKyHux0lrUmzG3fQ6T/AEDQ1D2k
xc2Y5q9Dil7ugstNiGm8loc9UtT3pzehOLlMlHLGmU+7qhzeaIylxSolddRvgpUieo5oRoNE
rUsS3Tw8z0M/NfTEQySUVsyrk6Dh0LWFL9BZYUeiP9zGHvcxaqxQrku25+ZdwUoZQvdsTCja
BfzVxZN0ycSGogrYovHoiXZv+gcmSZ0P5fbVWqieSnJtSyVoYvF+bIxs1LOUVUQU+3LTqLLH
LjliNUzzW2xjkl912ZxagoMmWH80OtB6IpYc+ZDqjyFysqyaHcfl9MRGwiNy/oNWaFlMY6nt
+3wTxyjJ3KVxXqiO5jHVUIw+Z/YVXgnp4ZclTB6krlKtFkc8XyTvKF23XF2ex5kzUjWfCHr4
UHu34pRf8Lb0G292PbqclRyJ4zuRi0oumPJuX8iW7K3mRfoJxGsHDHKvwF3HlTVCUXGrKCqr
BmnsZT6Dh+ZNS9Lm6bK2ERMyQ7np+Zn6fTHwgoRfoRq7M89tCFXzJsNtTI8sM7uzYplr5Hvw
lTcWWK45dBsT+RJUhUO41jMOMmri4uFsymVHVoXFwr5MdZehGX3FSNNzqIlaaE5aCa1Kfiyi
/wDaNvUamvUbyVSJ0sfbPUjFRUyTfqj7V5i6WPIixDaRLykWOrsx7OCx0Z/aOLFa0JLeo2re
OfWPpiLwkbJ1QnZMcPz8HGugnh/1kbiUtLnvxXnYWWO9lcUMWjK1EpoiTv8AKimWcG09EzJP
GMZaTujkuiG8rqhL1IIkc0/sFj8GJTa6E2qzUVI8b/g4uuWVkTxhH21ZGONxylDKURcqQ35F
xzTZH3SVTbW5HF0VTm019TiqORrSJHXyPPwXzZKueYtUToX0M35fTEqpLwzch0buVfkfRChe
ZF4HWo8U1MfA5YZSvODj3cOe1P8AUJ9tw9jaNBKzWpM9BRUg7uLoslK8x++ujsUTzxlyhQnj
lqmVZ00LkRXch5SVpAnd7mKVtRFvGvi2u2vbRZNl8W9j7cZJlJ7Ec1JXNE592GccO5LFOUlW
TRJFPdkthNJJDqqiTctOTF5YwnZ6Diw2rEWpRk/Ec+gmlDaqblPgRhTFXkvpJnHT6YnmV8KK
9yYG4roJ6dD9l7Dyb0OeLUzVlVK61I7mPGdVY5Ku0UZLfmjfoTodETbYfe4yljZbjeX+13f2
1b98hNPBazK/cE5msj1ITqRlfcp6m5vJCHTWgnrBXxp4VLeopK+NPuypiupOeVRrs9z/AHMf
Q4d58p1Ysk7C7eDcu5yyokpqJJpLST3NdCtVqLioqOYiNBvR2KV8x0mtRrKqKWKKZKsf9YR/
Xc7i8vpiQyRtE2ZV0OKo0QrFRLrUSaa3KZpyVXk0OHQpYRFmbonQWWGHOVDex/uYPDJ3eI1j
3JjVF7Ea7nVHGHM3SKZS9hSvUUMnVEQ7/kLy/oevj229xLFwkYJOW3LaHlHuVRJfa6Nn87Kr
aoxz7e0j+X2futJ7snQX8yjshNWFWkDWhBcoSri6FayUoabGfWPpiVuShwhtVexapaVqdESr
snJUROSruhPtuVszVpOzqLKOL2GsrCWuhWrKUkqtbGX8tTleHsNdzBp2adGZrBNrimm7qR8q
wi97G/UhKhySsayxJykY41hDbWqo+pitfGfC34/b9yFjxba1uPu9xe5uk3R0Hl+maGOGblLQ
yWNGlcfdzrFTjn2/ZuLPtP2PQeLvoYbRceSst9fBddDi1VVOMT1JE9CfgX0+cma8vpia0KX3
HWp9Sp5F6M66LQpSdB5Y5Sis01Q1nD86DpBNDjvr4Uv4PHGucUWkn+72pxs3EoaaicFxiw2R
sUb8mUtrBSyJ7eVHoce7hKyostjF3Yn1RP4Y5Inw/PwrYp4yN72M07RbqJ7XG+3Waxqcck3j
+rG1Dn2+T/uGXth6CxTsqJiTcJqgkrI2ZF4PdrYt6lXIloToekmc6NR8MSLnXwrBVHJ7kJeZ
DstBRZk41EssX5o0c6NFEkzcrShO2g59CDuY4uHxUPqNy8t2noYc3yeWG0HnoKPUv8xOfMhN
cdDZk6iSipV2KeOw2vQqpl2Ek4xWhO/9BxTjqcF6vc54qn6kexx9Dj38KK+WNxvt4+TYm/ud
0Y1lxWUYpfIVPgWuUoQQdd+hRwRvoW0gzjpT0xKl4korE2OScxoJuz2E7F1J7nHkPJqYske9
LHLc5drKVvqRnXqyd9C5KpuiVaLEpeRlKvjYea7nt1xbaO3m5cY5VFllqi0Mh3Y0kS7EjmnU
TV6kuvkVovwSYwpckRUU/gsRZ7eHXxjcbVJOTfnBw7ePPNXbOc02Vjt5umWVxL4CpRaltpHL
IWp18NvC5n6fTEixKrBPhCEtGviUuVVx44qujOOb5Qq7k4e12J5e1CnRDgjVWI+I/mNv9NTm
/assaGWWWTeF8Y0MMsU2lykS2SuS3LI+bGncrdkOsDxdU77EKi0RayJVmV8aqUR10FinCWn4
KkeD8aE6+ELUnurk2JdrGcp8jtrL1I7frJGsVNylyuhJsyLku7NLGXp9MSlhwISIG77DaUN3
N2eRDrNz22/Mbd9hJ02JVRyyVZEu2xlhdZX0IxyXJQk3shfzMo4yoxsx4uxCV/yK08PpPhOk
G5LdZ9CHWKDW39pfw2H5Ew2xOavQR5DQuh08aFfC3hY5J02OWaMMMPuionl6tjScxuJPXY6O
pJtKuU+1OJI2FlbDY/rYz9Ppj4QzcT+CKz0W56FKrUofUi/UUUHCkSvGhEMVvMj6H0OpuJZK
OpKuJWyIZRVQ4Vyo0xatXQ9a0Q1Qf4G0OHVo5OIR9CWT/Rz4YypY1BMShNW1GrJG3UhWI1mh
L00R1t4dzDLSI/y4kLKp13NtGjqTqX9SVVbE6kJ1Oo9xRLK61TJmYJihShSh1Pqj8iljk7ol
qSVBCr0EpJajY3epu9yw9y/i59y2OUV2J4JRqj6fhnfwnX+gWw4p56lL7FV6lVUatir+DzyU
vRbFvM2L9TudvuYTjSMv3cT/AG216jjNZLrRkZYvpBGSjGKyUVTZjayhOxSxNiRu+xHqKa6J
nUadthbkXRYnUmLeFCUQOLKw91qTM7HuE7qqaE9DKKwyWQmVf4II8KFblKG/448FruQN6klS
lW9RYpwlcSVWNtU8LdTutNrLJptfu4lF6yTtpdktNTQqpXkUXF+ZOGfIiMqfAh0ewk5raKnF
ZKVeRJ4y+mglNy6a0gisvUmSq8itN0OtNy9UUjrJGxEWIxnykhU6jTHKSK2Oj+Q+NnqyIq0T
q26FXQmCvhU3K3J08OvjUncn8VSjio5RKp1LkuiOpVTsz3US1ISvv4X/AKyd3GJSj+HEqmiZ
FP2rQnFKZOMT10HLibYkY4tLdj5pPY22LrKdyMVpVoxhOl22Jw9mkSr6IcP7bp2HHoPF08xY
pW3LKCHXcTbjYqe5E/ATWtyWhQ6ksjD7sWREKKsaWjZXxqdCh0KWK/hRc6/h6i6shKnh5lbC
gp7UrQTNIKOckP6F/wCsndcTb+HErqf2Ch1J3FSZJyUZMiDoSrajTrsUrBaGWVdR8L2m5zzd
XZJQRMYxRsSiepillbUo6FdNStVoN4p0slqRkod1QUuHtoQqUkmtSJgpWCd9CFSRp3TZbwhk
R4ymW8JOh5m5Whxea5LRE4Ku2o5ajKkbHtzp1qe5xmr+K8xxdP0IbhntyqjqSyiE2oRShNpo
2X/rJ3HMOV9MSjldUS8b7FFDE1qU0up8E1WNC1WQbPYcqTlMNlmOdN0SqRWpe5o+hGMD+bFu
9jisojcr8CI9SU7lH+8KsJbj5TL0IycM30oZNaKUNvcj8MwT8i5Xx6D7bbeS2tJx5ccFoqD1
6kTIlYo6FG097HHvPlhvNULLtZJr5kjhNSx1s7FibbCl3JVSG7m5ReZfT5SZ+n0xP7DeNBPT
Y9qTSsNuFNjeBPUT1K1ZVURahEQyUrGtDdMiyIV3qcuV9CW72W4m6IUqcZqbLUjJQthxdbiS
qldib1sS8fU1xIwcpb6Dxycyo9RqXKblE6Mgv4R4fn4V9DyIQ1brsZ4Z/dOuqPqWoQlHzOpM
U3LuRu4ssW1ulqRPDP8AZyKQ3uOFXV9Cfqe37FcSbp4NsdJGen5ndySlqKLyxPb2eK3yZOXa
vsz/AHMHjsTq7In5MjUjRlqKxLs2blGUJuiLt2K0jQakabvZlLLVlXOP7SFjd7jqoVGOI47q
xMT5kp1EqqLscOUlKqc8q4OiWxGa9vS423R2UCxVnU7jpM26C6eEvQ9+ax6M+9PyJxyl7IbU
cdmf7mMLdCeLleEouOn+4vtyGmq43R1epXJp+RRyoL0KVaFK8iFf4jmm2pEyupWE+hE31RGI
njb9RMSjlco6D0L6R8zN9V9MTjMxcWDu7CiOsjlppKaCaVHVHth1sfkNzWaHLcc0rQ3RWCVf
YViF87C1eo3nRpSuo8e3TBVEuV3RTYUuY0dhqKxMoWfbybWX6WPHupLPoKinRidxrNXKU+hS
re5CmTljjzz0RlnKU3WpDcxqM/l9n7nfLY555PJ7iecYY75H3LN7mTWMNWRxzsti04sWeNmQ
yGOFozJatuRv4QVrseXqPXwo6HHK/kLjUom8jl3FxiqW5LdXZEwcMIeRLiPzPqTsSvbitrky
/tn1niZ5O1PpibanbyShTqT9NzPZqpg5rYTdhxQi55CqmiGqOzGokvPnofUXSydjk1XRbmWW
fpjoh8daMmZjVCb90OxjGMPWonkpTMnCS3QuGU8bnumBt/a4OLdNDaDk9By3CJxpO5Jll+rK
iQ29fkv2hPue7B2RjxS/l6Yz/GQlV1geUcoUNvqS0lrKuS/Qy7bq8ax4t6Iz7mWC7mOTdGN4
4Pjl0sSu20yuDnoVxa+pEVVz8jqKXQxypOW3hL9DiqfIeTfJvceNkXhL4jyfzqNxSNj938zu
SpVPpiSvtVzCtJmbmLxtA29bGPlPQj+qMZdxsl2ZSrX0IdiFRDixMU2Fjlf6GLyV01/7EppQ
cVjQmrrCWv8AiHg746ugobcOrRjgnyVJklWfg01JXSwnEkr4CoNdSm/hj25jHFTBPx0Js3aa
/wCQUQ+Vil+hGWUuOTXkY9vFTll7nr7f2SYiHRaGKdMcnXqRp4Z5urahLqJN0mWtDHtpViVk
PDP78KtdDlgueO4pxpaGv4jjniscnqi99lDHxzacFXTRiSoyic7sjXcvscd9Sq8mcWobs/8A
US/c7yUPT8zuYTXFrkvPHEjk40OGWVPSjEpsqHbwcKXcSikKCWrdRJqj2FrKIVUiXO0bF6HH
5mrWr1OSovIhVyuzDBKeCrBxyh4xVYr/AOPIeOOCxWzODSeSrRUgTWEatrU5Y4uurXH/ACip
VVlqpXa5xVWS3VoghXYoJdOg3O8FLLwyT/Si6KVaMJq3VoSxQ1bJxXUyyyrChGXBayYrGuU2
MVGlfDF4ptWcFVSazcxzxrEOUdvuKiyxjIaiibrue/FOPofZXQovJDV0LBfdrJVwtBzVKFJF
ouKLiitpHq9ILeaN5KuHoen5nfacVx/g7YlXpB7qDu+sGM12ImYUVuLmmlN9GJLKK+pKqrSc
JruTfqe2PMbGyEW0lj5JtTqNOWm7aEuZycwrI5dzJN24q5yxw4qyklU8hOXKI0H3e6/Lqc8M
WuhKpkKK0K30IX3IcqYkc0rbwWeOM5pRQySUdztOMt4Fk7+Zhi7q8lWviXoPJNTqZJNRH1Oe
VcnvdG/hDUoy7uOMZrFpbCwzu2cNcJhbG06MtqTFiV4Lu5a0yE1axDMk4dmKdBNUWqZK1qxU
jKKCm5X5np8ju5PCZeL5Jw/txLvHb/2OOGcpa5I5KMsfgJvt16Mcqr0YliqNUUyxckonaomp
45asm+kvQXQq4exRTuPGnkiGrimo+5FWxGUfc9dkLHDF5OkzuxY6lEUuZ5JcssV8D/8AT/ye
4+4/uxx0RKSxnRDpIoUUsQnVjra43aHYcXmvU/I8zPFWaqRGtHcy/lZ8WqEdzNt9DPF5Nwpx
b3Hllnkkq0d2YzfVOvht4vF2aMsZbhjblZ3lUkyxmVoV9CPDlk0urHgsuTdoWp5Xkglbih+Y
pcIlW6HXQ3Ylcs7R8zu4+Uf5cDg2lNqEWi6N0q0Jxd6slq4+LeL+Yobyi8ijGFlZOxOVMf1N
nDtt8HZOxGVUyEqFfUi7SF0I8Hllb9UDeGXKLsg69BtOrojL/jw5yyq9z+W1xUQPFu1CEohF
KEz6lNRu7Uk7vxXc7a/3MLdcR4pQ8qw6HDuL3K73OUJJanc7mMw1QyxdHi6yOLY+NPDoZ4xd
mOad5RW/g+eUvpVjx7WMdWTnk2Sr6n8vLKE6pCSqrpotSRRcWgtzrBLpuPhaT938zv4LGft/
g7Ylmo6mX5kqLF5pYSy9Bw2sm9RbasdJWhxtgrmOOGjqQ5i8EfEpcmYbJ06klRpqZIxSx3ih
1Jm+hE3qk9ye7EYq/VGSl44Y1WK/8hx6se5WjJfqhpU6j1VhLX8HbzVU7wPvL7c/tXmYvN0V
5Gl3kk9KQZcXLy/UZeYvCx18F3Y5dvP/AOLEobxuNtuXbHUhe3HZFZnU1Iv0J4tN2xOSXFoW
PcylqzuVTU3K2Z7bEujkbddkNxHmJpn3afmd/JR7njfT2dslqUPToPK3VEe7oxTvoY5qzvNy
Gpxgoo0giBtqIpG41LU2Iehimm5degsu204+JviUsyNdCNWNXadTkqjedc3ZDzeXJuq/9RLu
5tJO1IOPaSXUeN2qtEzR6nJ2klVQ3FyG56Eq0+EjbpNIk969s0ZhjhlOWLOMTnlo7FO1gnuc
ZrlZIUuqU5eom64vUpb8Dwy815j5J+1UknJttl4IxUtk5O+h9qXmRZDcxNycVSz0kVKzSswd
RRfoRb51P7xsfkWO/i5pH8OBuNYY8snduxZRsLFxhllq9jinyaoLJRjqkNP3TZk5KCYqS9bS
TfYmsmSxcvdnsfqrMWPdxo75IWfafLFlbj7cVJaMsU6K0IeXcc1ojLu5ZJY6LzF3s555VhlC
l3caggpWTjENnJ+5r5DWKWM36seON/kXnLUXax+1XY1krKRZYP3TBxePJY2aEuPu1dhZZV4o
eGTnHKxxbo9CjlbEp0/A1kq5OEiEmhPJQt2JY0auTzq9EJJzrJ/WDjiqvQi3yImi0KuVuJJ+
XUWtfCYvqS7stp+Z/wAjzx/g7Y6Qndsa+DHMvaBYqmlauWTm5bVi8JHShCjk1Q9znJbFdiW2
kqjUynYbcV+JIoaiwlbF32OfaabV0csqN/AeMOMrbQcMFGWrJi9mL/8AQ5x/TihLGmKVEdCm
hx31IRLOWTlPQb7dEzk7u0kLNSqupk+cYr7UvuZl3LvLKFI8ekGeE2lLzImNPiPGZexyd8hP
YTmug4dYFg1TqJZKE7MnGs+H8tTGCokLPOj63OKU5KxV3rQr6FKL4VEm/iTEvp4JKq6HyIn3
IU0a9JL2uRLgiDWx/wAiLzjX9ztm78x6LUTThLUTcuYqJNyU1o9ypyVKXE5vqhY7jb+5/ah5
5N8ndsabpoyCq9DjZbC7nbcboX7UVx1TKr3Y/wD15KzH3M24VXJisaJfETmH1J18PPQjQcVh
2Ms26KyMVbPLRmKV4qQl5Dx+1NupGL5dzK+XmYvYhursjHLGnPa4sXVvTUc5VmoklRGOZFps
PB6O48rq6KVEk1GqY3217lQcPl3cq5ZPQhukk5NdC5xSoS1QnUizYor+RDSjXc2E9d9xZK2o
qQSraoo5cWLaHfrrj/B2yE1YhVeqKr0Ek6zWRWcqrPbpVwTeopVIsREDzydVZDy/XlTBaDea
U7STlhkq0Uf+JVQ9U6E1L/EroLJNvGaid29HqPJ4pYZbaE26lHJWhDOrsfmOV5Qdvsr7W5yg
SiVjREJNNUkj9Tsx5O951EsqbdTCf1I7WOMqFPIweTnLFX6HLJzllbyG4h6NGHYTbed4ujHB
119RQ6Cl/cRSgyrljr7bFNCqLzsKXVkFLO46T10FX3EO2w1X1Fq18Dkn5pH8vP7cqVOO+42i
blj/AJK0nGv7nbFeVoNYIlrWEcdddyJ9rQ0nEV8xZKYdxa0XxG/tSqxYr/606J6/3j+Zkve7
dF4blcUsv2kZRjyTtkh7olj+iOUTjqmLu9v3YO+J7PuX6XRnPuLjGhHbwbbcVE87tSbvqTJG
qQ5qp1Mu4sYWpCd2Tdqw3EroLqYTtY7fd2bRjlE454qGTq1YwaX3KPgP/k5qUrSfycMmlheD
HLZVQs8sojQhYTLoyYiawJY0rUtY331NSLaihUWht0PyPMWSSpQrDLq/2jSLeWiGlffQXc/Z
UPcTimsePfp+z/B2xRERa5OukOxerdCWqmOK+7H4MtW8JkZTjBl28pyomnsPsYOHl9z6GMqi
08joU8WslKZll2/djqtR45IhVm8Iewp+zKjQu9hDxdsv9OY8Z92NcR9rvYLF40nqLNQ8Io14
NIb2RMzi36DWNU/mPLKkHKL5P4GbWmLZLetztt3ipngq5ROPmhf8fu4ypif2X+yNui/IeMpd
rt0TQ+FWlGPmZZOrb1OTdFLG7p6C72dsbYajcUHxVNSLJk4vzgcV1K01obTqddJPqULefUgT
iWeexFjdGWO6mDk6dCehfSDvqqc41X+DtlHX4i30IbcdWe286lbUtoY9dRPKJ1kWeOKWUVih
m8olunkZ5vSk+NKkOhK8F3ccfONxp0In/oSvUXFzg/ux0FljeK46o5JLHvK2S1H2P+Ri+Kdf
/IWWDnF1TJ1eplltLG1d/mUb9t0xdvG2KnJ9RVba0Mnq5oUU1kWKfuxuuhmlfi4+A8q8k5fm
LtJzyp1Fj3MVi3VveR9vH7cNVuJfIjJOt0Ny8VoUcxqNZKXoL6DqRNHtRGyHVvzEojqT8iIb
nRlF8qP/ABG2pSi6FNdSPhIoaaJ12FV1o5FJDtiekfM/5GWVE3j/AAdsaSlFFKSvsN67XKOZ
3Im9oFrSBJ1bMu4qZJQTlX+v945Jfc9aeHHGzuRgoS1ZPKEq2Iy5JLVKkEYZcoOGalZUqNr7
bp7pjTXqUubMWay1+2boXcwdHdbM7fcituhl2nl9vQ3k/lrKOjKTOjG8tFI8k6TMdCTLlRpS
S3NSU/beOn6hZ4/a1L/8Tufyvs5OB93NUw06jyb9zpih6zcWkdRRSbVFN3STir6slUSoK7ej
JdepDKeqImq+gqNt7kOk3Ou8lKdDrqOH5QarcpbqbrqOLv1FyZi0qWN07SX0j5nfUS28f4cB
MpQnfUdJa00FFG6vQTy19DFzPFmGCvlV+QsUpmkXMMP2VUmfGo01Tc5YUyGu5XFWesmWDU5Y
1xGtEf1Y2taOStXoyJ9uVGYaxbLdGSdmiVaDLN+6HCPl1MuLhxqOIl6mOC02HhMYu7MlhWNU
JOXkjPt/pzToP5tExDb1Gk/bhReZ1EKLwit0Qn7sqE5KRZTREXjUc0ZHp0OuqFS9JFWivuVd
egkrj31E7t0nYSZeSIghOnkTYTmalNj0/M77au8Yc/3cBpOfyHjeKGyHFX5iyaq/oWnHXdCe
KittR4q3bpUeSrnvB0LfgjRkolKcdUycfKDPuYxeePQ/tKufoSjVvcX/AB3PPDKVs0LLNSre
RODpkqMyfHWGtj1lVOKpuNuysPKibpj6DxdcYlvqPLPGFkorsZdvG001cEpzpUx/S/1aix7b
qlCTuUdMbvdlLfUUCsqVklUV56GTvirR0JVXse6vTQ2IZKq9RN6Xn/SR8R/TcopbsWvpp/mK
v0JyoulScbEtyVdCE1BGqsbPY4tRuen5nfTsnj/DgRivusPF3VUJsi1ajU1mmwsV6mWUy8Vc
bdW6ts45OMc6Pz/oPqLJUS0Q9493kZYNWfxJSKlJRMyjorIfYydq4IfBQ5nIhYulWJurdSip
dktWIalPRkxZWM215FogjGkasc5e9W6m8CSkVazUSiVA8e3dnHKj2kjYp8CYRTW6Iixf0G9L
M36M6aIWuklbHQcEFairGxWnRHzNpPT5Hfes4z/lwNhzZ+rKehWafEjrqQ0klU4pP3fq0N2t
TFzDWphnMtUb6ov+N7PQ6Ib4yslKfQtQ6bEzKtCIRcx7ibo7dD+Zj9uakmIZ7axY+1t6wUXx
Jdzi6I5cFl1gjPHBRuT2aZZfsmSmi8Oq0P7ujMWNrTUybUidnpAnK2XQr6k3fU6lJoJzKuVd
PzIq2TBGj2KOqPcTZ79CjpapvGolpIklWBJqxf8A7yd7zxp+52xypWg3EPHUiyG1WkPqTDS6
0Jet5MMbzLhFaE33Muxl5r+ggqY93GmKcMjwu5PpJeCnqx/8fN0f2yT+CZofy8ftWqMllnak
TBln2+5KmIPd7SLIU3gp8SL9THyKWHE+ZSj2ZOhcm7EJpybEfI6iSIdBp0X1OMeo+mhf0Idh
LqYw9lA612Pmd5LfH+DtkKJZk3Xz/wBBX13M1ppuiZk36yKWrakUPOzMM5UO8Ca/BJUkm0eG
eGK5ZRKQ1li8Xs0aSSqm5b4C/MTxyji5MO5+0kyZEpuUHjjTFXy0Hnmk3l8Tl31GTlyyME3M
x5GTdPmXRDTkhkaGK0gadhzVTYop8h1Xkyap6aIcv1sSnJbzZW3XUTi90N6IrrsXlb6/vFdF
VlPmSrvqXmS0mK0mfgLzsPQvp+Z31F3j/B2xzZ3lmXJyn/8AEcW0MndjX1G3VdRZ+k6E3G5t
eSi8ji3OXbpG6OSt4wVqV/B/u4LNdVUy7n/HTWSrx6FY6Sfkf2EVKJQdt43S4uOglB7nLdic
2sVqLHDJZKJZlk85xvAu2sJyVERRLRk5blINyuolEia0VjNQOmoofmOl3Rm7NytPMjQn4HFP
zIvN0OVaxLRajvI5vqRbF1IRW4nNRtuqN0i/6T/kLrj/AAdsyl20HD8hSn6jpTbcbejoPeKG
3GuPX9oTdFsUdtWcm58tDHuaK+kofDJPHQnFVWp7lD/DX08IRDP/ANHbUY5fditGXOhShLou
hni5eKcwccML6salP8hZZt+RksYWT0OnUlqY1OuzIasU+YorBNugta+RwTrkqNnDG7VWNT6k
PDzm5HWiK06EZKCPlclKErrccUexH7OpKsObu0jlUWisNxHzIVPM9zsTbyK3G4RyUTqjbyPS
Dvxvj/B2yEvMtXRbimk7lNFqS6T+ZONk4gnGzujHLFezNTGzIscd9hueglMYamOWNsrMorak
xBcqUb/BOx3e6lOdK9EUho6aFStUZqfbFYK06K5TUTx2sOdj6m2PyIxkm7epMU00LQxb2N+p
i9WlA0vkZeZq5/UeVivnQeXxkbVyPizrJZENx9CVoXdam3kLWSLv5kIc6Ciru2OKDSLvY/5D
dFONf3MC9tyqqpclZa1KqcdCGpS0Y8rapC7i9z1nQwTVGqrqNNJLReF6FVL0H2c3/h8yrTXQ
8zc6fgqWlbHc7aXPPJRxWhPbxbeuJx7nbyxixLTeP5lMXTXYz2xXzHPoOX75ohTolDMuLlIu
uX5H3U0R9BympuzjPlr4X6EOiMIqoky/a0grqKXHkjWHqQpJznZjST8x6Roiaiyt6nKz0Nmr
slROsirO8E2a+aJiJ1IxstrnXUWOT9uT13FNEPFLw7+KavjHnx7ZDUMhNShWXUbT5QOV5mSh
Oll0EsaGE1Hi8ZejMscqQ2o8hqwoqY540io8u3muf7L1Z/v+/DJ6fpFli007NV/BLJb9CFTH
ViSUJlKNk5V8x9t4Li7qB4Y40yltjfadNdxRfcro/qYp+pk/gKVBW510Hk1RaSTsPVEia1Mc
UopU9tkZJPWyKTS/kRNHUeVp1K06HGKMUKWyvxLV0KwxPYt6jmhL0sXlTqNHyMdYqJq6uiVT
cv1/9zveeOn93AeqVmObbFKUoJKUnrYaxczEyNTL1Fjk4rSbmC2FSJP5ixjHNVjfwqoQ0viJ
JfLUqpfX/Sf/AJ+HHK6adyNvwVHLlHLL0RJ/Lxu9R9tJ5N6sh3H29XQc4xi6qtyZrNExTt6D
l1VStdmUN1F07CS9GJOg0viUr1dDHGNSJtdseKtA9GhSpZKn6jrK1Iscsb6pjvLvucvmTjSL
s1KWRSjL+upstyIroxOYexMo2W5unfyE19rNLR8zvcVLnH4ccB6KzK0x+IotFxO/9o8Uvhud
RcobTMEtJsddjLB1yVcf8Q0001f0Gy0lvIiz+Au5i4eOqRjmqZWyX4ZbjFEY23Esbuw8392o
8nZWRE1OSdzi6xbc92DdZTTG2raI5KzVBctKDhWvFYLNroJvF44XU0H28/NeR/YhxbXcx1Fs
0S3pfzMmrN9CbR8BtfBMWT028FKj8yrhM+6ehaVaSioydN3f/KavL4R/iFU3XmSrq1CsVE2q
ktUIQ0nTLR/6T5fM79YTeP8AB2yLpK2hVxAlM+Qm1Y2TVtimg06uU9RRu5KXKVS06mXcShS7
ayREMsUK1+Bt16D7bUrK3QXhLcQe09zlPRmPES2U+o1uOdJg4PQS0RBDUpkpQxPHKiuiMmyO
M7t6k44YrqS8l5IbVil1fYmpi0tbikUuOkVJUPDOzdHjkNNe3TYpa/UjR7FF6la7EYX1Uyj3
Y0RBDv0IdFoOKzcv5mi2OUU1J4jScTvoJzVWE5/6m2p6yd9apqP8nbK1S0RxwXLN7aCeTnlV
9CU5h+ooqokhKYqlqTlTZGUaaPwhJIy7OVcnaP0v+8Li0oVfMpDfTYqq7HuVysz8TF3bWtB4
5NKLf+o+WmpMVKK3gsZSJ08MsrYzA8s67Mp4XJ8aCXbbWjY+ayc6kZWHVQdRPF62FxqJvQab
nF1Zxder/wBJLmNH/wCWJO+xFmyKStRLt4zKht7jy7lHFi8V1J+hVwyjpoMmY87kS6skSHrO
5KvpoJ2LL/qd/LScZ8+HbOHaTn9T2Jn3K4nkoVYe4hP7djFTPWzE61XmNu0IcDxx/wDtzpi9
v75XLlNZdysl2m+t1+yUymbiayb3Qm3HUradbimmWNnqY8nM6kp20Ym1fW44uN5ehG407aC5
O7UITwypqiHR2FWumpQWL+IlNyGynqQ1Ke5SjuTFHqiMppdDyxwUNRDvJx3Oj0PdPHRWKKMd
dWUmP0s96l7nLFKpBKUGO6cizV4mpW3WpM0IiUStNCdCx7iF6E5UQ9hJDVElWF4d/D7cE8Ze
/s7ZxwxiF7mTSgofoe5RuY/kU9JFD9y3KtNtKlyuos+5k+KosBLCW4oVuhz9KkJtPeBR7k7z
QXtXmyUpeyJcN+RGs0S2E/idUQNXkfL4k6EZTk8f2UZZ9uXgviQsnvLoJ+7lqkccsXGlDl3P
uVPMb7eUr8ycm3lqyjqe9NJaj2HhlEkpJZftY/6hrLWz0FKoNpz0Imq0W4qUVeL1HotilFs3
/CSqP1JipNEUSpruZVpx+BWHNmXfoWidWa+hNU9mVsTlVHttufRlXXYlWHjFtS//APOfXl9x
3s29pX7uBCftGnRdSF8UVvpsYypdlAocbo4xoYzsX8iXZXMmnSden7JFtxJV/sKSvIaetxKf
alU2TriQnWygTmsVNy8koTyb5LVUJWb8j73GqdRRTWxOKS3Es8U35CeGMN0oNZxkluccbxYj
7c9rFpTJylJXbI+XQeqd0PPs5OlYIzyeWPzMVi+WpPQcuIMso1o4FVpjbrJ7/gRTFU6iWP3J
3OTx5dH9onCxOGNZMsHjDTrJKtqzqzY1ZaF42oUuyXsYpKhb9EfM/wCRF5x/hwJVFZ7sbiYM
ZUTuJSSvuT8zaC8UVHqLeqKGW7oh6QZdxwk6JRUeWN4oJ0cXOaV+o5cyRDnFUYqUR7f+x56H
QaJ+ZDqJp62OqOXy8E9rpmWWKjJKfMnCjdx49xy19rV0x4dxp5L7ciMlXVkPGIsxcHMVuNZm
OWDSeX3IinFu7RRV0gXJQyXZ6Cq40k/sOKsrFXDJu99xtKjuib/IWKxxx0pcfcdZpIydaUPy
KKPMlK9hf2H7TNmiYFSonlQvp8pP+Q8qL2/wdsh+Q0lHUUTQl0FWVoUpki9dR4t60IWph2+k
uBaTTzFhERfqJITVJPbRqlCIft+6NxOH7nBxT+26HjNHoR0gU6HmNNUPoSrks6DoVoVudxJU
mm1Sb+ZQTjHyZx7naTW+pOM4ZeRi8MeXnqPLuJ45XjSDjVKR8XDJmuupa9/BdC1Z0LybkMdb
72Kqq6DcquiR021KLzIVKehC9GrF5NtyVVlTSFfQUXkTak9PzP8AkYvV4w+nDtkQ3stUObvT
UTUw7s1nRGKdHIoqruR5UeToWqTtYy2UIpfd3LdJHjqlFBKVuVt56nunGKtzKFjh9uOpChy7
kpVQiIbZ0IY3dPQTx1dSaSedRt+EPUfVko0nYs2/oavzKOpjyU4p6mcL7aJMqLi6qqK2Ym9h
OKkZXYl/3IhntddS9SfqNOiGvgyrfl1HV9a3JmNirK/EenQSfoXUrUpffQUOjejE1Z7FtI+Z
3sph0lfu4DScvcr5YseSdDlaP1MUttTVkNSncUL0JmrN9jPSthtfpWp5DzyvZDeTvaTlk6JU
Fhg55VcsjFV0FRNNiVJbIPPUoT8SUQR4OvjjnoxqxONFsSlHkQqtnBquzuSlDShobd2Sq9BZ
KU/kYxbYSJh0L2uY6w7ERE6EkFdFYWj0Er+REtdCE/Up5kaEK3hqoOhRwiExb9S2nzk7zWDe
KhTN/Z2xLJNS6IpfU6rQjV3S2OOKhKmxVxi6SiuVRQqDJ/adTLkquGsun7JlyU5aKxyz9uOi
Zww+39rVDeT5OLDbVchtuNYSE9nYxm92QdUX/oeWx138FedjFpWdBdxYxN07GSijqtpKnTbU
U13egsbKKFLHnUTR1WxWs0qVUFHMD3FNBt1HKc9Dq/0lFXYl0ex+y9zdbkpTF5qJ18htqm4n
jd/ExbmJL6T8zvNbr+HAq4V6l3LPtWTdyYtRoctIa7fuaq/IhrwaeqHjl+7kcMqtOu5z2ccd
ji6R8z+tf7osWqus6pFfQySfkJ5JWlQJ5LyE9yVfwoR+PNaqqIspqZNuOKkmJZitnLHi/QyT
snBQmz0HT4WEr7scalFEGw0lDVJKKX1JRuiIiCWp2kh61Gmo2RM1tQtfUqTSNzaNEUqU+B7r
vpQScVHjs9z0/M7k5JNRT0xLPIoko3ZErFPYePacYRXJifezyy3SoccVG/UlFS6MsE/c64wz
+X3Xx3cEp8ttETyhaJ7jeUPy/hJcS6/+o/kJKk0oNxEqFudtw6sxb9Cn9E8d1BljlWG6FLaj
i+o+610xbJZk1CWQ5IvKTRWo5iNCltyr8ij9WUmPkR+n5jxSjqUYijFSXuxZfc3YiiImgpho
0SJ1Y+t0Uo9CJJeg3Mp2Rrb5HdXVR/lwIdFuVtuWllCo2ix7dBTi21cVHGqIyxlxQfb7crHF
VROzpoRNZKa3Y5dXRFKwLVO5gktGJPT+kzhV+RyepWeqQu32uw8lrk6I/wB7PHB7TIn281k9
kJMxpFKkJXHH3K/gp0KV6kusfAlOPmUolYtHUjXd+HFOOonDJp5FfiRoiPkQqk3h2HNloOFV
7CSH25ipZ2O43DmL6UxFFJInz8NpKsnN3slcpnPSBXyb0R/t41ijZxfF5aTSRbD73bmGvc1u
PlTJWQ+VyiUK7Gm5SsKfKBYqxjduLkWyV/Cn9FzxRGSTi0mGMxydRdv9MRKoQ+3y825Hl2sO
OS2bFR/ViejRWWnZDpG8WGiWqaFDysTruWhkZX3OquylY0E3bUqoWjKOnW5SjZV+Y5+KOm8k
OK2aEpj6lBZabolr23TPmd1LFt4tTH+HAXsdbMpMicrHFX3EsWm2ZY8283EpIWOWPB40/vHH
FX1iosFjlOW4k3GXxOWSpipxfUqdylILaRU5NVQ3+1oWq7eQqVUiTVxPTcTb9tiVZ/0cWism
WOFUvVk9vFuKzihYZtrF3bQ+5m/aqeY8MZxzf6WTNdMVofzEnFkpFT0JtPwQspo/mQ4SG71o
bFPiXoeXzEtXpaBrGm48XV76HuqixE+pFOpCdWLTyJlJ9SbToRE7QxZZSsMdBpL2wfu/md5Y
y5eKjSOGBis3m6zS3+Ef8rF4paiy7kuN2NTwzijVf4hZPuOb5PfIjuKW3Ly/US8ZacrobE+E
bGSi5aFJRSnfQvRaDeVMbyNxO2RrSzHKpJyXwY1qtxrwn+g57VMsnjd2eiMsltEkfMy7eSnF
/I5PKeljHLH7YoPHUTXQfJRi1bQb/Tj9qMVko0auj2JJQNNTBS5qVUn2kQ+olxOSVtjrrqW8
ieNdWyLk3aG2Wag5Vnca/Stih6fmf//Z</binary>
 <binary id="i_098.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RdDRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMTY6NTg6MzYAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfqgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWCQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMq652o+Ex4qs5zte3wMaeCla4hx
B8fEjVAcQHHXvAOv8UlMvVJMl2k6hFY9xa6e+kygtNcO3CTHsJ/79/JTggGY5OmukJKbQs3H
bJGugmPv5RarOm1tdbn3vY2YqooYH2PH51m6xzaa6avoe/8A62qm6XQInjXiVHNpfZXW5gl9
ctd4kE7mw3+SkpLffhPt/Vb32sc0Fgeza5vZ7Lm/R9b/AIp1lKiCCQANDp48c6oeFgONZyLH
Bnu2NqJ95BDners+k2v2bFEPJedvYQPhykpu4+LkZjyzDx3WFmr7G+2to/4W6wsqq/tvV/J6
F1LFqFzWDIpaA42UTaJPZ3sa7/rn80rn1R3PGZR7LK2vqNePYSKjd7h6r3Na/b+ia5v0PTs/
wn5i0bK77eoetjdVyaaZ/S1VOmoWEH+iOu92ze39JU5iSnlm2tc0hnPBHh/r/JQLwNhO4yNP
boD8IRbbq7r33MiHuLjA2gmdXNZP6P1He7YmtbLDwJ1A8gUlNMNbEg6fiURm4OgEw6BAPI8/
3k7g0AAjzUR+b/WkjwSU/wD/0MG0guJJJmQOFXHJMQO4Cm93uknTy5nwUK9pID2nbOoaYMeI
dG1JSzid3cEffp9ym0OI0kyPJbddv1Mpb7elZd9gGrr8iCTz7/Sdt2f1a1lPtrssca2ilri5
1dUzDXElle76VjWfQ3pKRhpaAHPaHHWDB0+at47BBcW7ewcNNFpYZ+pDcQfbMPKfk8vBLnEn
/g7KbKKms/soDndPuzm/Y2Px8Ebdzbz6jhr+mf7d35v9dJTf6Rh9PoszOnurApLaPtVr/pm1
7PUZjV2H3V/Z7Hfat/8AxdKyup9AzOm2kXxZQT+jya/ovmdm5v8AgrP+D/zN62GzkZb76mgD
Le69xGv0zO50fn7GK/XefSOHe1t1I3MFdgDgf8JRz9LY5JTh9Fy8fFyPRto+1syi306gA79O
x27Hs9ORu2bn/wDnz/Brr8Dp32Fjdx9bLcS+1wgguJ1ifbVUz+SszGowMPJdfh47K7Xt/RwZ
2z9F1e/6Hu9r9q0a8imDU21ryJ3AO3Enz2ykppfWPomPlUXdQpirOorNj2MA23BnuIft/wAJ
t/wq4my8Waz21OvZeg79hG/idpB4O783+0vNctxwszJw2kbaLX1B/k121v8A0UlOrgdG6hn1
G3FofbUwlpcwA+4D6AbO5yE2oHmQ4HQ+c7XNf+b7Vq9K6jVT07HGxrHtFjnY7qzZ60Hd6rbp
30172btqzDd6ri8Qdxkkcbikp//R5h4gmTPKdro1jwKd41dPblLaS2Tx4HwSU2cPPfiXC1tV
N8Aj08msWsgwfoP+i7+Wr/UfrL1DqmMcazHxKcc6BrKpcP8AirLS51W3/g9iyAO51JOvjHZS
aYbzqf4/ulJSanXaHTMzzr+COw+72+0d4MxogtHpkT9I8jvKLS8jaNdDMx/BJTYrtNXtDy0O
1cWkgH47VfwcrIL2saPVLtBvG57wPadmz3rNF4a9ziJrEuIJglo15/MVij62OxMbZhenQ8hv
qvZUS92vvazJufc5m1v/AAOyz/g0lPS4XScp9jLrbPQaD+kpLSS4Dd+jbP8ANVO3bt384tC7
7LXWKCRSxxAmv2a/y/8ACf2lndD6yOudNLiTVmVgsu26NMz6b/3PehV53qYz6MuXFh2tiST/
ACPb7t9f0klJeq5teGxraS2x7nboJ0a1n0i539dZX1Y6LjAZPXs/Zc/IsccVl23a3cdzrX+r
7PWc721/uVqt1J2PaGOycwV3vPpy8gNLR9EemPofovzv9Kp5WZ0/J6eMLEe+62stOK6yraBu
LW3s938616SndPTvWfXc+it+gDXgsJ2tna2pzfa1nu9u1U/rP0bEONd1PFrNeVWWusaPa14J
DHzX+bke5rt/+ER6urXV2twmn7LbIFVFgaA5v5v2d/uptb/xdn/W1Q69daKfTse43XPBLHEy
WM1L/wCSz1NiSn//0sgt6GX2Ofl5Yg+0OxmEu/tDK2Mb/XUh/wA3doD350+IroH/AKOO1U3C
Xk9udfJJrWuIDZ+Pmkpt2H6u6tFmc4T+5T9386ii/wCrVZ9tWcXRIDnUNP8A0W/9NULK3moi
kONjnsaNvgTt7R+e6tRqHUhRdvxn2YtJFVzbAWiu1xDK9rn+5uVu9n9T6aSnTrzekNdP2C+6
NA2y9jRPm6qlrv8ApI37Zw2gtb0Olsd332TqPzlnAFvttjc3SPPj/oqR95Dnak/CJ/NSU2bO
pssotxqumYmOLWuZvIe54Dh+bZZY73t/qLE+xXsbve5oZ3M8njbx9JaQa1p3EiNZ8NEP0jk2
sYZMyBGmn7wSU6nSMvIw6rbaG7HegPSrgQyfz3j/AAj3envQsRl2W3dcTY5xLnBxJBnlzpV2
np+S6K626lwku9ugG1rWz7nNb+Z7Fv4vR6sPH+zt1Fxa573a6D3uZu09rElOTThNxmNDWhm9
hs0a0EN/Nc1wb+b9JYmEPSzK8V7y64zYLBp7NTO/6Tt/0103WLq7XgVnYxoLLD/IPtDBH5y5
ltLj1+tgmfRO0f2HJKbP/OBtznU31NsoOgY90kgaDe54dU53/W1HJ2tsD63+qywAsJcX7R9H
0PUdu3+k5vt2rFf9N3Ign8q1cCxp6W6gsmwZDbG2d9hZ6fp/53vSU//Txm1MFrmHSwabDO4H
+U36Sjbfj4vtPuf3a06/2lr5+LkZDDXX1arYW7XOeyx72gdq7tjrmM/qWLHs6Pg4rg3J6pXv
PArptfIP50u9JJSD9p3usBaxrWAztAk+H0lo9X+sWRk4NOPXlX3WEOF3qFu1oJ9sbWM/S+1j
P+mg/YeiMq9X9p23MDtp9PGiHEbvoWXsftdt+n6aTMb6uueGDIzXk6T6dNTfi51tvtSU0sfq
F1Lh6jG3NHjId8nBXRmYL3Ct7HVOkgPJ3N1PePoqTm/VrGucyc617CQS045ZH7zLGb2v2q9R
03oVZbYMfLscQC31rawAf5TG0u3bv5SSmnfSyS0OHOsEara+qWDS69+TkgNgbaQ8QDJ/M3D3
/RTPz6Q4OGINDAHqub/55rpaiYebkXG6wsD3Vw5jHPc7Q+302mze/wBrWNSU9XbZXS0FxHk0
CT/ZWblOz8t5rordRVp+ls0bp9JSpvdfji+gyQI2O4M/mu/d2rL607OroqLC81PhrwPcW8u2
h38v99JTm9UysWu5tbLmOrpdDtx9znfvba9zkHotBv6jTLjZbkOL7DtI2tH0Pc4N+jV7vTZ/
UQW1Px3brQGtcP0RHMH6S2OnYN4Z9p3ek/ZFQfoSSI2tH0tr2n6SSnHzui7K2hgusz869xxM
Zuv6BpLfVyIH86/8z9z3vsUqsG3Er9C6PWa8+qGncOPYN30Hf2Vd6l1e3ApuoaN2RZNYk8A+
5+537v8AwW73rOwLd2FYHOJtBc5n5xJIn/q0lP8A/9SsLbAQ0naDGiD1Kg5lIaH7LajuY53G
vtLS783covzseu70Pd6jjALWk6rWr+seXjsxsbHoIxnN/SMFZeQZja7cPc36b/oJKePsqtos
NdwAeYIg7hCQexznDdwJHB/19y7G/p7eoG/ZjBjqwy2hzKgGvDiWZFLmt+nt2+vT/hGKzdg3
3uFTqdtTPaNrOY+lZ9H2f8GkpwuhdHdm0jJrxXXvc8hrnGGe0x7N2xjtq2LemZ7GufaK94MB
nqBzifzWMaz6T3IPXbuuMy6WdMwrziV4/pMaKzAc4h1rj/L9iyrbOo4tAu6rVdQ0EekHgbnP
Hv2NgpKbLq8tw3tosI4n03Hj5K10ynNqypsqtYLWwd7SBLfc0+4NXPnrOVZaPYDWdPSDnFxH
/GT+b/VWpgZWMeoXMosaTQCW2Wvd6b9fT2tczd+9+j/0iSnex7mY3qX1bp3EPpOokfSrYz+W
qnVc3Oqorycimoix0MrBP6OfdXvcCzf9FV3h1l7bXZlTngyGMDyRGrdjfTY3/pK5l213YYbf
SXVWhxY18Bx2xFmwbtv6QpKQ4OPZvZm5TBW1n9HoEnc7Ta54f9Kpv73+ET52c2tj8u1xcGnT
bzuP0GN/lb1C7Nsub9ot9r9oOnAgaf5u1YOXkHLLGtcTRVO3XRztd9hH537laSmOdkjIqZEy
1x37vEj6XtKL05rCza5sEzFmnbwd/JVYNMgdgNfM/wDklOhjzpu0Bjb2CSn/1aA+svVix7Ba
4PP0S17hBHOn/mSkOq9TvBczMyWPcdseq/k/u+76O5U8TpOfc/dU2AZ5O2fhKvdJfi9Ppuys
hrnOpcKwwjXcS/lrv3HJKdWvp1tz3UZedfXdWzdfkix4rY5381VsLmes5zfdZs/8wVGrpnU3
5QoysuxlHqmgZbbHOqLtvqM9N07nWXM+gs7Ky8nq2Q3DxC6ulpLq6yZL7Pp2W2Fv07Xu+h+4
r+ZlCtlTLTW9jHBzd5+k7b6brHR73ew+z/txJTX670PJwNljrvtOLY7bW8vIeCZPvpc5/wDn
M/8AA1QswWuxHFrYsrh29xDdDzX79v8A1S0/Ss61a6xthL3EvY6xw9ra/f6tj9GMpr/wr7FP
C6UM94dcWX4jCdtlTia3uadrvTJbXZ6e/wCn7ElOVhYuTlU/Z8GsMY8RlZr9Gu1/manf6Bv5
za/fe/8AnP0a18DoteM92x5e3btdpDS4H+c3P/SPd/Yrq/0a2/sra2j91ogAAAAfutaPotQL
7tsNqEu4J7BJSDLIowLGYzWtt2/zgALiQQ+Zd/VVKy9zrsnJucTVQfRBOsDdY6Nf5Ttn9hWs
u5tdI3nk89uFzz8yexcGuLmtJ9u4kn1XR9Kz3JKT5Nl17Q3b7Xn+aE7yOA57R/1CAwtB28HW
N0/kXUdNqxul1NyclnrXuEkQAWCN7/T/AJShZ1UdcH2W/Edj12z6Njoc5rh9Cwlh9jt6Sml0
jpzb6b8iy+uiuge5z2C4ukbnbK3uZt2t/PQczM+r7AzHoZYLC4N9YwOdPdqd6tNzBi9MrffU
CaA5m5sAAF2za4f8b9JNY3p76qbsMtdVcwNuZtj3D+dD2u3Oakp//9bMf1K1lbcX1zi1UjYK
8VvqZl7z7v0c/o8Rn8t36X/grUG09aFT624z8LDsG+wWTa5zR/hMnItl3qNn81uPs/0a6fp/
Rum4tW70mutdq97pJn/yH8hUOvZ1eM+ihjW149od6paNNANjYb/WSU0MPH6TQG5FtrXWzLS+
fTafzR7fbv8A6z1V629xvrslj6Q0hljRDAXHc6v+S/8AOVe3OtdYfTe9lXBDXbd0fnboVjCv
tNm1jW7iWtaw+4uLj/wm7f8A20lIMZmVl1v6fjaPyDLg0keoG+7Zb+9W3+c/rruMOurGxhU3
6FA9No+H/mPuVDDwMbp+/JNYbdcCXPbq1v5z/T/c3u/cVazOIc3a4WAWHeWnTcQOWj6O1iSn
TvvLp5I3QB8VTeT9ACXfnHz/AJSky91m51LAWsMte4kNJmTt/OepimN5BmNZjUn/AFKSnJ6u
X+m2o82OAP5C0fydqzW1uLg5ohoI50Hlt/eW9n4gtYwwdwktI8xDgsw499mS5hrIO0wBof5O
z6SSnQ+sNtv6rmUkupgl0TEu9zZ/rKWDnnO6hX9lYRJDrXviGhp3O27VWxuo5WADTm0utpOg
a7SP3vTcfa7d+4oHqNTce2rDrFHraOP523jbp9H2pKbuK+p92dXU0W15JIDXR7mFx3tn+36r
Fh4ttuOX0bosrcQ5p1nado9rlq4FDh6VzodXyK2mHEA/9BFufiOyTaKKi8GQ4S54Pj6jvpJK
f//XtHMfbXZS0je5oDGtOobO1zz/AGdywuvZPrsFDmgurcHy3Uid0g/6/TUhdfQ3cwhvqN+n
34+g1yrmvdQ6Bq7QHt+KSnLBVrBvbj5LLXjRszHmC2Z/tKtcwss8A7Q+R7pw7UkJKes6jmOd
iPd6ux7mSwCQ4/nT9LYsjornZL7mWAufe4E66l0/Rd/I2qx0jLZbS7GsIsNOrARMtI9v+bPp
o/SsL0M25gbES53n6h9nb/Rtd/npKdmmhpfMy2BEDTTsxqKwAmNsePjI7IoBbWATqBAPmqOL
kjIc8t0DXvrgGZ2kjckpNe1oaGMGlhiewPGiyzTmseHX2Mf6Lg79G2Dt1/OPuWsGgt1MQZ+a
HYze8gnnSUlOaeo0entOjmiNhhw0/eVPIqx3WM21ltR+kK9CXdv6qHl11Vl5rBB3EiTx3Q22
OsBaHbWtAl3lMn8iSmdeVcR6W4bm/Rfxub4/ydqs9Oq3vD3gmueT3P8A5iqeC37RmCW+17RD
e8D84/etmPTPoxDWjTsJSU//0MducwUei8ghpMfNSOTT6UB7S7x+HkqgLNx3Dd8DtH/Uuapl
2JoW1QfBz5On9hiSkeSKbg54d7uTz9yrbG6x/s+KsP8AoOAjQakcFBA7GJSUzxLLKbJY4td4
tOsD4rrOiuddYMl4HuaWmCSJ9vudK5WgDfqdNp/KtvpmRnVYpbiVerY76JeHbG6fyPpf2klP
S2vimwgGQ0meAP6y5z6u5FdOHZ674Mh8cmTJd/0kDKHUXAW9Qda4SNu8FlIPgylu2pAx7LBe
SK2vOvqBx26fm7va5JTsXfWDHaf0DDa46CdG/gqd3WOoPLCx1dItJ2lrZIDdd256pWsvdcGv
cGucJOugZ/XcrGQWNyaK2Q5jaTD+xJMu4/spKR3uDy4klzjySNTPw/eUaA0NfOknWfIBM4zJ
IjwRK/T9Ow6SZjjn5pKbnRWA22PMQ7QExEDsrtTfV9YkEGuzaBxp5/2Si4TKmY9TWOa6AdR4
oFjntybBWHOY4jeQPzvkkp//2f/tH1RQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAA4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAA
AABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVl
bkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBP
YmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAgBEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApw
cm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAAAAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlL
ADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABD
cHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250
Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJi
b29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAA
AAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNS
bHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAA
AAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAA
AExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBV
bnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVuUHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJv
dHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVmdGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRs
b25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcAAAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgA
AAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAAP4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkA
AAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4
QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEA
WgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP//////////////
//////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAA
AAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAAAAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJ
TQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAA0sA
AAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB+gAAAAsEEQQ1BDcAIAQ4BDwENQQ9BDgALQAxAAAAAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH6AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAA
AABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25n
AAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfoAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNs
aWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdp
bmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAK
RVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAA
VG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxv
bmcAAAH6AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQA
AAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNl
bGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAA
AAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1
bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJ
dG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNl
dGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAA
AAAAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAWJQAAAAEAAABwAAAAnwAAAVAAANCwAAAW
CQAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBEL
CgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEN
CwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwM/8AAEQgAnwBwAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAA
AAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcG
CAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKy
gyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdH
V2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS
0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE
1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8Ayrrnaj4THiqz
nO17fAxp4KVriHEHx8SNUBxAcde8A6/xSUy9UkyXaTqEVj3Frp76TKC01w7cJMewn/v38lOC
AZjk6a6QkptCzcdska6CY+/lFqs6bW11ufe9jZiqihgfY8fnWbrHNprpq+h7/wDraqbpdAie
NeJUc2l9ldbmCX1y13iQTubDf5KSkt9+E+39VvfaxzQWB7Nrm9nsub9H1v8AinWUqIIJAA0O
njxzqh4WA41nIscGe7Y2on3kEOd6uz6Ta/ZsUQ8l529hA+HKSm7j4uRmPLMPHdYWavsb7a2j
/hbrCyqr+29X8noXUsWoXNYMiloDjZRNok9nexrv+ufzSufVHc8ZlHssra+o149hIqN3uHqv
c1r9v6Jrm/Q9Oz/CfmLRsrvt6h62N1XJppn9LVU6ahYQf6I673bN7f0lTmJKeWba1zSGc8Ee
H+v8lAvA2E7jI09ugPwhFturuvfcyIe4uMDaCZ1c1k/o/Ud7tia1ssPAnUDyBSU0w1sSDp+J
RGbg6ATDoEA8jz/eTuDQACPNRH5v9aSPBJT/AP/QwbSC4kkmZA4VcckxA7gKb3e6SdPLmfBQ
r2kgPads6hpgx4h0bUlLOJ3dwR9+n3KbQ4jSTI8lt12/Uylvt6Vl32AauvyIJPPv9J23Z/Vr
WU+2uyxxraKWuLnV1TMNcSWV7vpWNZ9DekpGGloAc9ocdYMHT5q3jsEFxbt7Bw00Wlhn6kNx
B9sw8p+Ty8EucSf+Dspsoqaz+ygOd0+7Ob9jY/HwRt3NvPqOGv6Z/t3fm/10lN/pGH0+izM6
e6sCkto+1Wv+mbXs9RmNXYfdX9nsd9q3/wDF0rK6n0DM6baRfFlBP6PJr+i+Z2bm/wCCs/4P
/M3rYbORlvvqaAMt7r3Ea/TM7nR+fsYr9d59I4d7W3UjcwV2AOB/wlHP0tjklOH0XLx8XI9G
2j7WzKLfTqADv07Hbsez05G7Zuf/AOfP8GuvwOnfYWN3H1stxL7XCCC4nWJ9tVTP5KzMajAw
8l1+Hjsrte39HBnbP0XV7/oe72v2rRryKYNTbWvIncA7cSfPbKSml9Y+iY+VRd1CmKs6is2P
YwDbcGe4h+3/AAm3/CribLxZrPbU69l6Dv2Eb+J2kHg7vzf7S81y3HCzMnDaRtotfUH+TXbW
/wDRSU6uB0bqGfUbcWh9tTCWlzAD7gPoBs7nITageZDgdD5ztc1/5vtWr0rqNVPTscbGse0W
OdjurNnrQd3qtunfTXvZu2rMN3quLxB3GSRxuKSn/9HmHiCZM8p2ujWPAp3jV09uUtpLZPHg
fBJTZw89+JcLW1U3wCPTyaxayDB+g/6Lv5av9R+svUOqYxxrMfEpxzoGsqlw/wCKstLnVbf+
D2LIA7nUk6+MdlJphvOp/j+6UlJqddodMzPOv4I7D7vb7R3gzGiC0emRP0jyO8otLyNo10Mz
H8ElNiu01e0PLQ7VxaSAfjtV/Bysgvaxo9Uu0G8bnvA9p2bPes0Xhr3OImsS4gmCWjXn8xWK
PrY7ExtmF6dDyG+q9lRL3a+9rMm59zmbW/8AA7LP+DSU9LhdJyn2Muts9BoP6SktJLgN36Ns
/wA1U7du3fzi0LvstdYoJFLHECa/Zr/L/wAJ/aWd0PrI6500uJNWZWCy7bo0zPpv/c96FXne
pjPoy5cWHa2JJP8AI9vu31/SSUl6rm14bGtpLbHudugnRrWfSLnf11lfVjouMBk9ez9lz8ix
xxWXbdrdx3Otf6vs9ZzvbX+5Wq3UnY9oY7JzBXe8+nLyA0tH0R6Y+h+i/O/0qnlZnT8np4ws
R77ray04rrKtoG4tbez3fzrXpKd09O9Z9dz6K36ANeCwna2dranN9rWe727VT+s/RsQ413U8
Ws15VZa6xo9rXgkMfNf5uR7mu3/4RHq6tdXa3CafstsgVUWBoDm/m/Z3+6m1v/F2f9bVDr11
op9Ox7jdc8EscTJYzUv/AJLPU2JKf//SyC3oZfY5+XliD7Q7GYS7+0MrYxv9dSH/ADd2gPfn
T4iugf8Ao47VTcJeT2518kmta4gNn4+aSm3Yfq7q0WZzhP7lP3fzqKL/AKtVn21ZxdEgOdQ0
/wDRb/01QsreaiKQ42Oexo2+BO3tH57q1GodSFF2/GfZi0kVXNsBaK7XEMr2uf7m5W72f1Pp
pKdOvN6Q10/YL7o0DbL2NE+bqqWu/wCkjftnDaC1vQ6Wx3ffZOo/OWcAW+22NzdI8+P+ipH3
kOdqT8In81JTZs6myyi3Gq6ZiY4ta5m8h7ngOH5tlljve3+osT7Fexu97mhnczyeNvH0lpBr
WncSI1nw0Q/SOTaxhkzIEaafvBJTqdIy8jDqttobsd6A9KuBDJ/PeP8ACPd6e9CxGXZbd1xN
jnEucHEkGeXOlXaen5LorrbqXCS726AbWtbPuc1v5nsW/i9Hqw8f7O3UXFrnvdroPe5m7T2s
SU5NOE3GY0NaGb2GzRrQQ381zXBv5v0liYQ9LMrxXvLrjNgsGns1M7/pO3/TXTdYurteBWdj
GgssP8g+0MEfnLmW0uPX62CZ9E7R/Yckps/84G3OdTfU2yg6Bj3SSBoN7nh1Tnf9bUcna2wP
rf6rLACwlxftH0fQ9R27f6Tm+3asV/03ciCfyrVwLGnpbqCybBkNsbZ32Fnp+n/ne9JT/9PG
bUwWuYdLBpsM7gf5TfpKNt+Pi+0+5/drTr/aWvn4uRkMNdfVqthbtc57LHvaB2ru2OuYz+pY
sezo+DiuDcnqle88Cum18g/nS70klIP2ne6wFrGtYDO0CT4fSWj1f6xZGTg049eVfdYQ4Xeo
W7Wgn2xtYz9L7WM/6aD9h6Iyr1f2nbcwO2n08aIcRu+hZex+1236fppMxvq654YMjNeTpPp0
1N+LnW2+1JTSx+oXUuHqMbc0eMh3ycFdGZgvcK3sdU6SA8nc3U94+ipOb9Wsa5zJzrXsJBLT
jlkfvMsZva/ar1HTehVltgx8uxxALfWtrAB/lMbS7du/lJKad9LJLQ4c6wRqtr6pYNLr35OS
A2BtpDxAMn8zcPf9FM/PpDg4Yg0MAeq5v/nmulqJh5uRcbrCwPdXDmMc9ztD7fTabN7/AGtY
1JT1dtldLQXEeTQJP9lZuU7Py3muit1FWn6WzRun0lKm91+OL6DJAjY7gz+a793asvrTs6ui
osLzU+GvA9xby7aHfy/30lOb1TKxa7m1suY6ul0O3H3Od+9tr3OQei0G/qNMuNluQ4vsO0ja
0fQ9zg36NXu9Nn9RBbU/HdutAa1w/REcwfpLY6dg3hn2nd6T9kVB+hJIja0fS2vafpJKcfO6
LsraGC6zPzr3HExm6/oGkt9XIgfzr/zP3Pe+xSqwbcSv0Lo9Zrz6oadw49g3fQd/ZV3qXV7c
Cm6ho3ZFk1iTwD7n7nfu/wDBbves7At3YVgc4m0FzmfnEkif+rSU/wD/1KwtsBDSdoMaIPUq
DmUhofstqO5jnca+0tLvzdyi/Ox67vQ93qOMAtaTqtav6x5eOzGxsegjGc39IwVl5BmNrtw9
zfpv+gkp4+yq2iw13AB5giDuEJB7HOcN3AkcH/X3Lsb+nt6gb9mMGOrDLaHMqAa8OJZkUua3
6e3b69P+EYrN2Dfe4VOp21M9o2s5j6Vn0fZ/waSnC6F0d2bSMmvFde9zyGucYZ7THs3bGO2r
Yt6Znsa59or3gwGeoHOJ/NYxrPpPcg9du64zLpZ0zCvOJXj+kxorMBziHWuP8v2LKts6ji0C
7qtV1DQR6QeBuc8e/Y2Ckpsury3De2iwjifTcePkrXTKc2rKmyq1gtbB3tIEt9zT7g1c+es5
Vlo9gNZ09IOcXEf8ZP5v9VamBlYx6hcyixpNAJbZa93pv19Pa1zN3736P/SJKd7HuZjepfVu
ncQ+k6iR9KtjP5aqdVzc6qivJyKaiLHQysE/o591e9wLN/0VXeHWXttdmVOeDIYwPJEat2N9
Njf+krmXbXdhht9JdVaHFjXwHHbEWbBu2/pCkpDg49m9mblMFbWf0egSdztNrnh/0qm/vf4R
PnZza2Py7XFwadNvO4/QY3+VvULs2y5v2i32v2g6cCBp/m7Vg5eQcssa1xNFU7ddHO132Efn
fuVpKY52SMipkTLXHfu8SPpe0ovTmsLNrmwTMWadvB38lVg0yB2A18z/AOSU6GPOm7QGNvYJ
Kf/VoD6y9WLHsFrg8/RLXuEEc6f+ZKQ6r1O8FzMzJY9x2x6r+T+77vo7lTxOk59z91TYBnk7
Z+Eq90l+L0+m7KyGuc6lwrDCNdxL+Wu/cckp1a+nW3PdRl519d1bN1+SLHitjnfzVWwuZ6zn
N91mz/zBUaumdTflCjKy7GUeqaBltsc6ou2+oz03TudZcz6CzsrLyerZDcPELq6WkurrJkvs
+nZbYW/Tte76H7iv5mUK2VMtNb2McHN3n6TtvpusdHvd7D7P+3ElNfrvQ8nA2WOu+04tjttb
y8h4Jk++lzn/AOcz/wADVCzBa7EcWtiyuHb3EN0PNfv2/wDVLT9KzrVrrG2EvcS9jrHD2tr9
/q2P0Yymv/CvsU8LpQz3h1xZfiMJ22VOJre5p2u9Mltdnp7/AKfsSU5WFi5OVT9nwawxjxGV
mv0a7X+Zqd/oG/nNr997/wCc/RrXwOi14z3bHl7du12kNLgf5zc/9I939iur/Rrb+ytraP3W
iAAAAB+61o+i1Avu2w2oS7gnsElIMsijAsZjNa23b/OAAuJBD5l39VUrL3Ouycm5xNVB9EE6
wN1jo1/lO2f2Fay7m10jeeTz24XPPzJ7Fwa4ua0n27iSfVdH0rPckpPk2XXtDdvtef5oTvI4
DntH/UIDC0HbwdY3T+RdR02rG6XU3JyWete4SRABYI3v9P8AlKFnVR1wfZb8R2PXbPo2Ohzm
uH0LCWH2O3pKaXSOnNvpvyLL66K6B7nPYLi6Rudsre5m3a389BzMz6vsDMehlgsLg31jA509
2p3q03MGL0yt99QJoDmbmwAAXbNrh/xv0k1jenvqpuwy11VzA25m2PcP50Pa7c5qSn//1sx/
UrWVtxfXOLVSNgrxW+pmXvPu/Rz+jxGfy3fpf+CtQbT1oVPrbjPwsOwb7BZNrnNH+Eyci2Xe
o2fzW4+z/Rrp+n9G6bi1bvSa612r3ukmf/IfyFQ69nV4z6KGNbXj2h3qlo00A2Nhv9ZJTQw8
fpNAbkW2tdbMtL59Np/NHt9u/wDrPVXrb3G+uyWPpDSGWNEMBcdzq/5L/wA5V7c611h9N72V
cENdt3R+duhWMK+02bWNbuJa1rD7i4uP/Cbt/wDbSUgxmZWXW/p+No/IMuDSR6gb7tlv71bf
5z+uu4w66sbGFTfoUD02j4f+Y+5UMPAxun78k1ht1wJc9urW/nP9P9ze79xVrM4hzdrhYBYd
5adNxA5aPo7WJKdO+8unkjdAHxVN5P0AJd+cfP8AlKTL3WbnUsBawy17iQ0mZO3856mKY3kG
Y1mNSf8AUpKcnq5f6bajzY4A/kLR/J2rNbW4uDmiGgjnQeW395b2fiC1jDB3CS0jzEOCzDj3
2ZLmGsg7TAGh/k7PpJKdD6w22/quZSS6mCXRMS73Nn+spYOec7qFf2VhEkOte+IaGnc7btVb
G6jlYANObS62k6BrtI/e9Nx9rt37igeo1Nx7asOsUeto4/nbeNun0fakpu4r6n3Z1dTRbXkk
gNdHuYXHe2f7fqsWHi2245fRuiytxDmnWdp2j2uWrgUOHpXOh1fIraYcQD/0EW5+I7JNooqL
wZDhLng+PqO+kkp//9e0cx9tdlLSN7mgMa06hs7XPP8AZ3LC69k+uwUOaC6twfLdSJ3SD/r9
NSF19DdzCG+o36ffj6DXKua91DoGrtAe34pKcsFWsG9uPksteNGzMeYLZn+0q1zCyzwDtD5H
unDtSQkp6zqOY52I93q7HuZLAJDj+dP0tiyOiudkvuZYC597gTrqXT9F38jarHSMtltLsawi
w06sBEy0j2/5s+mj9KwvQzbmBsRLnefqH2dv9G13+ekp2aaGl8zLYEQNNOzGorACY2x4+Mjs
igFtYBOoEA+ao4uSMhzy3QNe+uAZnaSNySk17WhoYwaWGJ7A8aLLNOax4dfYx/ouDv0bYO3X
84+5awaC3UxBn5odjN7yCedJSU5p6jR6e06OaI2GHDT95U8irHdYzbWW1H6Qr0Jd2/qoeXXV
WXmsEHcSJPHdDbY6wFodta0CXeUyfyJKZ15VxHpbhub9F/G5vj/J2qz06re8PeCa55Pc/wDm
Kp4LftGYJb7XtEN7wPzj962Y9M+jENaNOwlJT//Qx25zBR6LyCGkx81I5NPpQHtLvH4eSqAs
3HcN3wO0f9S5qmXYmhbVB8HPk6f2GJKR5IpuDnh3u5PP3KtsbrH+z4qw/wCg4CNBqRwUEDsY
lJTPEsspslji13i06wPius6K511gyXge5paYJIn2+50rlaAN+p02n8q2+mZGdViluJV6tjvo
l4dsbp/I+l/aSU9La+KbCAZDSZ4A/rLnPq7kV04dnrvgyHxyZMl3/SQModRcBb1B1rhI27wW
Ug+DKW7akDHssF5Ira86+oHHbp+bu9rklOxd9YMdp/QMNrjoJ0b+Cp3dY6g8sLHV0i0naWtk
gN13bnqlay91wa9wa5wk66Bn9dysZBY3JorZDmNpMP7Eky7j+ykpHe4PLiSXOPJI1M/D95Ro
DQ186SdZ8gEzjMkiPBEr9P07DpJmOOfmkpudFYDbY8xDtATEQOyu1N9X1iQQa7NoHGnn/ZKL
hMqZj1NY5roB1HigWOe3JsFYc5jiN5A/O+SSn//ZADhCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAADwBB
AGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABv
AHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/hDpBo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0i
VzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6
bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMyNSwg
MjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRw
Oi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlw
dGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1s
bnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2
ZW50IyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8x
LjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtcDpD
cmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6Q3Jl
YXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQxNjo1ODozNiswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0ZT0i
MjAxOC0xMS0xOVQxNjo1ODozNiswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlU
MTY6NTg6MzYrMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YTRiNjU4ZjUtZmY2
Ny0xYTRiLWI2YzAtYjM4ZTY5OWVlMTAwIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpkb2Np
ZDpwaG90b3Nob3A6MjUxMDg0MzItZWMwMy0xMWU4LTk3OTctOGNlYmRjNjA0YTJkIiB4bXBN
TTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MzlkNGFiY2UtOTRiYS0wMjQxLWJiYzYt
YjMyODI0ZDZhNGQyIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBwaG90b3Nob3A6SUNDUHJv
ZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyI+IDx4bXBN
TTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNyZWF0ZWQiIHN0
RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MzlkNGFiY2UtOTRiYS0wMjQxLWJiYzYtYjMyODI0
ZDZhNGQyIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDE2OjU4OjM2KzAzOjAwIiBzdEV2dDpz
b2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiLz4gPHJk
ZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmE0
YjY1OGY1LWZmNjctMWE0Yi1iNmMwLWIzOGU2OTllZTEwMCIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0x
MS0xOVQxNjo1ODozNiswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9z
aG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNlcT4g
PC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8cmRmOkJh
Zz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOkQwQTgxRTlGQjNBRTExRTVBRURFREI0RDA5RDVBNkQ2PC9y
ZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDwvcmRm
OkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InciPz7/
4gxYSUNDX1BST0ZJTEUAAQEAAAxITGlubwIQAABtbnRyUkdCIFhZWiAHzgACAAkABgAxAABh
Y3NwTVNGVAAAAABJRUMgc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAQAA9tYAAQAAAADTLUhQICAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABFjcHJ0AAABUAAAADNk
ZXNjAAABhAAAAGx3dHB0AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAAABRyWFlaAAACGAAAABRnWFlaAAAC
LAAAABRiWFlaAAACQAAAABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAACxAAAAIh2dWVkAAADTAAAAIZ2
aWV3AAAD1AAAACRsdW1pAAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0ZWNoAAAEMAAAAAxyVFJDAAAE
PAAACAxnVFJDAAAEPAAACAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAAAENvcHlyaWdodCAoYykgMTk5
OCBIZXdsZXR0LVBhY2thcmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0y
LjEAAAAAAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAPNRAAEAAAABFsxYWVogAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQWFlaIAAAAAAAAGKZAAC3hQAAGNpY
WVogAAAAAAAAJKAAAA+EAAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAA
AAAAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1
bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERl
ZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVz
YwAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAA
AAAAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk/gAUXy4AEM8UAAPtzAAEEwsA
A1yeAAAAAVhZWiAAAAAAAEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAo8AAAACc2lnIAAAAABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAABQAKAA8AFAAZAB4AIwAoAC0A
MgA3ADsAQABFAEoATwBUAFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYAiwCQAJUAmgCfAKQAqQCuALIA
twC8AMEAxgDLANAA1QDbAOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMBGQEfASUBKwEyATgBPgFFAUwB
UgFZAWABZwFuAXUBfAGDAYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB2QHhAekB8gH6AgMCDAIUAh0C
JgIvAjgCQQJLAlQCXQJnAnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC1QLgAusC9QMAAwsDFgMhAy0D
OANDA08DWgNmA3IDfgOKA5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYEEwQgBC0EOwRIBFUEYwRxBH4E
jASaBKgEtgTEBNME4QTwBP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYFlgWmBbUFxQXVBeUF9gYGBhYG
JwY3BkgGWQZqBnsGjAadBq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08HYQd0B4YHmQesB78H0gflB/gI
CwgfCDIIRghaCG4IggiWCKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJeQmPCaQJugnPCeUJ+woRCicK
PQpUCmoKgQqYCq4KxQrcCvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL4Qv5DBIMKgxDDFwMdQyODKcM
wAzZDPMNDQ0mDUANWg10DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8Omw62DtIO7g8JDyUPQQ9eD3oP
lg+zD88P7BAJECYQQxBhEH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwRqhHJEegSBxImEkUSZBKEEqMS
wxLjEwMTIxNDE2MTgxOkE8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAVEhU0FVYVeBWbFb0V4BYDFiYW
SRZsFo8WshbWFvoXHRdBF2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y1Rj6GSAZRRlrGZEZtxndGgQa
KhpRGncanhrFGuwbFBs7G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc9R0eHUcdcB2ZHcMd7B4WHkAe
ah6UHr4e6R8THz4faR+UH78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUghdSGhIc4h+yInIlUigiKvIt0j
CiM4I2YjlCPCI/AkHyRNJHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3JicmVyaHJrcm6CcYJ0kneierJ9wo
DSg/KHEooijUKQYpOClrKZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2krnSvRLAUsOSxuLKIs1y0MLUEt
di2rLeEuFi5MLoIuty7uLyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIxSjGCMbox8jIqMmMymzLUMw0z
RjN/M7gz8TQrNGU0njTYNRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3YDecN9c4FDhQOIw4yDkFOUI5
fzm8Ofk6Njp0OrI67zstO2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE94D4gPmA+oD7gPyE/YT+iP+JA
I0BkQKZA50EpQWpBrEHuQjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpEzkUSRVVFmkXeRiJGZ0arRvBH
NUd7R8BIBUhLSJFI10kdSWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JMKkxyTLpNAk1KTZNN3E4lTm5O
t08AT0lPk0/dUCdQcVC7UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT9lRCVI9U21UoVXVVwlYPVlxW
qVb3V0RXklfgWC9YfVjLWRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+VcNVyGXNZdJ114XcleGl5sXr1f
D19hX7NgBWBXYKpg/GFPYaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk6WU9ZZJl52Y9ZpJm6Gc9Z5Nn
6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpIap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbbluEm5rbsRvHm94b9FwK3CGcOBx
OnGVcfByS3KmcwFzXXO4dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3s3gReG54zHkqeYl553pGeqV7
BHtje8J8IXyBfOF9QX2hfgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuBzYIwgpKC9INXg7qEHYSAhOOF
R4Wrhg6GcobXhzuHn4gEiGmIzokziZmJ/opkisqLMIuWi/yMY4zKjTGNmI3/jmaOzo82j56Q
BpBukNaRP5GokhGSepLjk02TtpQglIqU9JVflcmWNJaflwqXdZfgmEyYuJkkmZCZ/JpomtWb
QpuvnByciZz3nWSd0p5Anq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopajBqN2o+akVqTHpTilqaYapoum
/adup+CoUqjEqTepqaocqo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4trqGvFq+LsACwdbDqsWCx1rJLssKz
OLOutCW0nLUTtYq2AbZ5tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1uy67p7whvJu9Fb2Pvgq+hL7/v3q/
9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NYw9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3IvMk6ybnKOMq3yzbLtsw1zLXN
Nc21zjbOts83z7jQOdC60TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHWVdbY11zX4Nhk2OjZbNnx2nba
+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vkc+T85YTmDeaW5x/nqegy6Lzp
RunQ6lvq5etw6/vshu0R7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozzGfOn9DT0wvVQ9d72bfb794r4
Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwIDBgAA
AAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwR
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH6AwEiAAIRAQMR
Af/EAKIAAAIDAQEAAAAAAAAAAAAAAAIDAAEEBQYBAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAIDAAIC
AwACAwEBAAMBAAECABEDEgQhBTEiE0EUMiMVEEKgMyQlEQACAQQBAgQEBAIJBAIDAQAAAREh
MUECUWEScYEiAxCRoTKxwUITUoLw0WJykrLS4iPhosIEIDPx8kMUEgEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AACg/9oADAMBAQIRAxEAAABAEAaoJQyi5BCtRBRYjDVYyhIau6DKhGDQhSwLsDJbBBUSwpVE
IgCGWVGkZ7courIKoIy1sKKWWogCXcF1BBkMG6oh0RG5mDCS0MYJYEosTgN1CqsSENl2BEsG
l1cCoYNobCohG93j5D0geTo6+eYDWI0MqrKJbAoIhRe8ybevrPKF6LmHNKgGlncVRQqVC0MU
XQGVZAXYmLOrJoz6CBACGqCGhCqqLqxLlwGNEq6oaNGWJQqUQUFgnLsxEohJcoewSJLAJirI
VEepDPqMu7Rxzs35Az0vALYcAioIlsAhWLVoQLKyIDFku6CEoRyHFLMCVVBDYkqQuxhHosek
qBuoMoLDuqJJCNWQ7l9HKZ5dEaPcOdHrEqIBkEhoks6noOR1hBmw4nN79i+f1+YYFkAZhC6s
gEvWDchYyixuFiYFuUwtLlAiUKGCEMhCqyxlBWBBQIFdgHVUEYWOvMQ6KMBerCbtnE7xjT0+
cZROgiCDlME7+vJnO5ytGEbrybQeB61Z5KdPlhXRBXEhiIDIkyquiXCKEhLOnCluWAV0LuLJ
LskuA1dEuoXChKugSFpVFQZBYximkBukz9rAs6nH7tHkppzFFbSjjB3o/JegC5OzYMJxgEuh
nn/Q2eJPv+bGiNFDcKKiJRNEx1EG2mdlwWF0DVWBRrDkhUuASCHKIKQwaIgTABtZiNFq0EbY
B78HaOFt43fNenlPOjxO1R5UPQcIs85F2Os6PZXBioYDKWNtSx/jPYeeOXQMKKCGatxqPpGc
DN6XzRLMSMSwyjYEqiBhCXV2Cvp+iPJP9lZ5F3qMZ5QqEq5AS6/bPM16yzx1+vSeUuwNXZ4f
YOQ+Qba3DN3J2GrOnUYMffQc3sI0BJW8bAsgkskkLwbRPIkIjYmD+tx/SGic0Tp8jVzgJKI1
NmerEq4BAZRZBYe7CZuXkIdnuioQh1KD63Hh6dHn4dfPgsJi2nSDJDSGpJetTzKyCE/OwYIM
LpLA9KQNV4zNKrICxIGIeeZ53U5RZrIZ0cXROoPKIiiSFVGRimmGqEuSEuQhCQVyhlpabdLO
mLj8hh4fd5AFqMsrEKNoEwg0agWvKZrrJDoDjaa2I0iCvOM0ZEHSva0zNYkUNOAITM9go8/h
cod2d3VONpcs4xdWhC+ppPF36DkGdiWGYGADJCWBF2JEIIHVCMqQqoZBbBbAsbBIKUQMljJC
AuwGkowohwZERNQ6zFu2kKswIY4zXFMFizmmRVoMfQR6c0LYgzRxGW9VBPzmNzOA8aWzAULF
gy6KauymDYBjCSEWMhZCRd1CSrIy6CEoXd0FdwESMEHWC13UOf1dGQ02BktKx857BytCzDpz
EHzdHMHZzUbe/wAbrGXCzKbezytpqGoHQ4zROcRz8ssyAQlFKBOoXCsCrhchi7qEOjKqUEQs
BKqCq4MtVjGLMXBgzVlQdFuRIyXgOj6TwvcPS5mEclO7nnRPndArl7s4AsI5R7SDNyDb5Xuc
g67ua06GcrCGQrNrxmEKIQp6SVVgnIFViVdEVR0DcoKoRJbC6uxcKA2ywLZYunoJLYVh6fHJ
a7GCNlakbzt9Ph9grk9XijTyLNdYBOknOwyM1w5jBYG1Ow6OPUw4fQbkOurj7R3GYJUszCv0
2c4l9xp52/RQ4FelM8oXqqPLX6UDzd+hcedL0onni7YnGLeJk3Ko2u46T0M87R6NfnQPUl5C
z0vktGUVUhbFONhqYO7vF1CsSwNV00KW0TocBOf0UHG1I0FvS80Ny887lcbSb+fpIw3VFsRZ
nS1ZpBIjKGyXUCYkRogRJREjKAgwZRiXRwAdBmWyMASMQTIXUIXZkLUSAujm1EZTTnRwDtCd
wlpNCzdPmho1YTPj6HKL7PB7xiyNQNPKZ0N3Ccbs2lIEppkU1ZUll1DBBlFXcBOnGVdQPTjA
7GGtIpuZpd0YVDQNlRUKAXYhlUCRYioZjjsxy2IIrbpB6qHGPZn2i+d0cIjGZiOV1+SB2eR2
DFm05irqEIbOw1Os5ZgZkWUBuEVAhdywpdFOSw58ftOXTdRhr0nCGG5RdhZLkCG4S6IqSF0I
EurB0o3Fm2Ca3sEdVeozExJZTOVjagVZJJx+xyQO1yO8cjLsxksSIQGad3P2mZgsMAsEEiMV
TaKMoSEYkosb1OLoO/o84828FnPNlYnjSvSJDSApetYkisSRiLA4XRQd1w6opzaEkyypcBBe
cPKtYcdhFGtoPLMhvSxbjHzelzQgYBRARq0rotq2mQGCXdwErhKHKas+ei6ogt3PYdrZx1is
l0SFRTlWdKYbOrXKM6NBoEAyhMKCduXedjcpxKsgKJQasyA0g4zb9CTLzdCzIZqM25bAenye
6K4nXM1ed6vDEls2C16UlXRj+Xtecl3RwA5sohjVku7Bu7JJYFGJKKFS4VCeAtqAgsg949Q5
s6SzEWowdCTGasrjfeVhS44WahNYZlmjljzwQeIgtUAjYT0HE6ITsVGDRuMmFHLOjdGDKsFX
bA8yj0Ynm79IJ5+ekM8zPT6jyBetUebL0InCZ2VHOPYJnmoRTQUONTituQDc3lpOyvlWdeuL
DWfPs6rAxnWZg1lhpULvNoMWXq8UC6szsqzQFwKXpJeqGWiSawRyylrI6L820yrfkOmKCHQK
ClQw5+jxR0ATR0eMZUoiS6C3c6zsciAUYmH1E6hcMS6uA1BKurKuhOwoyMe3LZ1Zn1CrKgOZ
0+ec9mhQaHpM5H0hG4lGtGWx/P088Th6HOCsCNWjE8aFtJQ0HayGEEL5PYxnNkAtqWF2NlyU
XLMCTaVrOF1BCuhDAaCCqDFVhpMzbq5+4Pn7yFa1ib82bAdIMSjevnUbsY6B3WDOEgllGNGW
AQjLpxF2JGxqXgg+C4dAmEGSmAE0jFn2rOavZkKISILRLBlAbEd0UfR1HLZ0M4q4kRg6ajFe
+zm10hOeXTExdPNsM5HjN6WZxGm9JOH3eacp6uoI6hqKXQhilhXN28YO6o0ZXpJdGE+6NJJs
kuEhUTp87pHQvl5TuYFtMnO19A4Tg1G6FlFpcYzqhnObt81rOgrm2dFeZxTksLrLnN4o2iI+
idLDqHZloJazOi7BrNCDo43aUs0ZZQMiSMVmMwFCjFgNVZLoRtpMbV0bAmA2zlNN2znuLzNz
nR18noCtucxoblmZWkxLIwdzdCTzU6NnMPpNOfufzw+eNlXLB6ODca8AJO7Sdwk7olSh9ZHD
g284vK9I86AJDMwWCmFXZC6OgChggyiGLSrhnZXlA2ljWdW+Mg7t8ID0deaedseTDs1wlnob
88B35wRO5XGo6efCJ0JziNvP2ZRI2RTGdMRzWoITIdEl6hcbuOe7blI/nEPy59IQGBRrUTnu
Epi2EuWQYZLZsMK+hDnn18hjtizLdUbFIsLbz7NgiYk29YqiyG/legaeKbszF7svpTkcj1qj
yNdfkFtBwwaacq9AnQ5gWU/b0jlP3ZiNJgt9CFlcgymuCdmfWXnrIELWmOxIuwsOwYCcIbq2
dA5WtGE6iOOk3rydA5AEAbUtLCQc/N0gOsrODuVjNi+BrOnu5+sxt5zTtFjwmvz2rEaHCwlj
nJmb1jD0XEVRWIayFSWBV0UtiRWXZiNGnJmKKGWtzRGnp6jzVeqA8jfe4hNCO4UzIRjxdXIc
8Okw5GzSkxLbAGEYuzsb18HRG5UpC45qK01pN4xIR5KN2IwIrWRgeSSMX0QzcYg3CLIqKlgU
kBDYNhZ2pE53YRhKseGbaH2Bcay5onQTwKO3hDecHq4GnVQtJofye2c1HTwFNS45jQ6YnVLM
fO7XJND16DiiagbqHVfg6JSjzgIzEN04TOps5+818bldI3arIhywbggrgkVYAGQhwaKxacov
NCF2Vg9nkeiGCeIvm6TOdp1rM3URpMhljNOV+k4OvER6Pn59JRqIy9fkWbObh6hz+jr5Rvz8
yGoVbDLo27DNqBYWB2EUS7CbnI6XLcAPo+N3B5g0gwSKEgQsAWBYI3QSrIDBqwi2gYuGA3v+
f7o7jdnhC+hy9h0c2lIZc/UaOT3eMa9uB5g53V45qcgzUzDZM2vKdbFz2CL628823urOZqUB
1L5xHRrkGdXibLOXbFFyQPXh7Qepqh7FWUuCCQ2JMGgDayXZAU5RlxbcIwG0LJhAdXlajrcv
pqPPzXkHilozs4+mZ+Yahu3n7zPyfQ8cztzsGyPMNdDpHN09Iznv1CZkaeOEDFAmrCdBCtAL
RE1kgwMPXIx9wXAovOa8zMxqinFSUU0Vi7uwpLBo6MeTp4gGVBNjAmio6ezg7zdi6FHFbqMc
i+URqWBOS01q6QnDHp0ZNdrGbVNDgwoYBi4vW4p00IAgSwqqyyqzTCYN32wqLEpEomd2cfpw
6Apm2izaIamiELVglRiEaFGZWtRlhtKRtsw21Q7TgWbrwtGoMS2L6Bne9ZYksGqoZaSOi1dh
2oAYhonhei4ZmurJdWSSF3UG9jkdY3mqgkjlGcxmM1bcHQEMDogkBBQmC7OFC0RJsWWnQJnG
qBToUaqQ8NTwMSOpRx76CTMJCO2YdI21CPyxYZrMNpMCTCNCCQSUIvIeUTdiUVWXKsopYfW4
2k68ToFJ24jlKYk09bkdIc5O0XZWERCVAsIwMqSgFmsyc/vKOS3ZRTULNtZTNGcRHqoDPtzW
Kp+Q1CtgMMQnJ1mmCRjvPQ3bj0kx3kAptGZblgyUHKsuSiyEjpa+T1DOreo5KOpzR23LvNpg
0hnYMkFyCNsIXAhFaFDAOjKyEZs+zEJiyDsLNEWYFwARIRejNoCEtBbbslhZzqljVqIgiQVw
jIJiIpqQrEyVdBWMD346O0SWiub08QTs+8ewXDJVkW3OQMWwM1NBuWQWWLoxAEoAjWgwWwBI
kofQgOUdkWaCtmXYOM4UQUHJZzXI1GYdGYqQgwcIpT6MqmgLuoXdQOoI4Ko6W3kdIMX0c7q4
N4zQDCXICl2U5fQ4vWNLAMuSBQCJVQqpAsepBikUUpiwghDrlGYrsHdj6Y2XDNbADgmcjZha
bM9iCxUHSxF2FiFagMkZQNFYNMAq6IZozGdFvP0h6su41ENlyEL5XW4Zz+nzOidWrsurEhrU
aBxZTpzjLOqnn6SUVCxISoUHVcABijR0MW4JbsgdW8zMjDhUAGqkCajyQ2VnE0Aqh4osdnNZ
V1ZJIVRWQ06Ca8mk3PXoHwbCGUDx+zxzFtyNO2GRZoXhE0JVBkhDM23nmhyrCGhCXdgmNjbC
FDTR+/HrCw7cxNWHoCTojzw3AadYodhGKtyzNNeYqGJSjWEMIqXRDCytCHgvXDqa+duHzJzT
sYeVoLOoUo7HkjaIUzMUSqG6c+0HDuyDqYAI3AZdFXZkpyxe/L0AiKi0aEGfZiYNJJnDowLg
2WYQKWJVEYqSAg1ZUKEooCUorUhhclmxNWZi2qFlKLGUBJYp9vMl6hEBWkveszBmYs1gawTC
BSxLNbwgMRm/NqLksgksx1YjWZ3H/9oACAECAAEFAP8A8aD/2gAIAQMAAQUA/wDxoP/aAAgB
AQABBQBmBN6NDOUayLhOhnMqrsQOfjk1ciQW5MvLiWnKBj+fJr5colWaI5iUaDEQ+D+igcTE
IELKsLi+RhLEXUYXFRRGNRUZgFMpwxcmFhxBBgohvBQWPIgYxfkoTGuwvgkQECPtoYC125ih
4CYGYRbEJIOe7rH0LtRhK82NS7jMAQyiObYFQDZlVOVg2QeIIPIWVAohAolKxa+bG5yuDyrZ
ghfoCSCS1IqmBNLKve6lSFOkDmmHJitBQVNh4BUU2zGy/wAFjPzBCqaZBD4KmeBF5gUaIUHk
QSz8iOUHFwQpgJB4cjQoEQAEUssMwoFalwK92AylQxJ5m2ITwGAij6jQklVZmAENgtcJuWIp
BA5LOSsfHFi5INkNpYbw1A9XrnZ8el0+ojez6gbXbqdwdzpaZaDfrDPQcWagP0QwkNAbgPIc
DyLEEuJoUZh9Sel2lypxFUsOLJFIIAa2eohWwTAolqSwqEgMStCKKioQQV5cTORLKxMBN8Wh
5CaEtKoBgYCOQsqeGcrzahVHIhrJNyyQgZgrCDMAAqYQCJYqyzAw+Vap1+zn017PsNO0xcxd
WRl9v2SGdi3Muo8iwSQKJpQRZIhax8zreq7fYnW9b0+sTqoHYwz2G3rmVW5GDOoNgpIsAUqX
wc8Rwec/DW0Bi/HifxRJpVI+pINZqAYzQA2VIjEWT48R/BsELRhsymQEkTj9hd0KDAQNSi1J
HJTyAUGKxtvIzUE9wmx8VcIg+QRM74g1OPIF+IEBFAglFT9Ot0eljlr2tCc899mzwKBc81h/
Oa9Pr7H2XUOGnDx5EBFH4Al+W40xlGgDPtBV/JWxPmMKivYj3TKKCkgkhiHLPZIE+3Ek8bEI
LxkFFfHFTCQGFkA+F5iAKCfEJJYDzxEzb7dzP6UbHgsSSAYPJUfUXQYMXMzbjB8KFtgpnq+6
NMv6jF0RVX2S7Yz/AKvZAz9nqDj7TfM7bL3utohEFiH5yWlIalEF0TbELQ8gBoR5FSoPJNNE
HniITTACJpRHGEAl7MV7VySWUwnwpAOJXQuUCD4IXkoIDcbFgqxtyAbIJcmLyiLU0NY1RIqA
/wDmWYZkDGMpD2OX1tQBD8rYlkN6rr/vu+2WQPsshMtstx2/TqSOnuui+t64wVNevo4KMylY
C0Hw9XbCfwQQfAgoQmeDP/klYguUIhNfeNxUPV1ZY8VVSS2cVhbFRLlgm1MT6HRyxNBvtPEI
Wwph8S6IIJ4wLYJAYVx1xqURKFpmWi4DP1SBQrGgzXF+CztKUKg+tC/Vs2OO/Ux3GXRwyh/J
FbtlopPK57TsKugJdiSw8WASQFYgVAAC4oghQDUZhBagkwCoCbceV8nxNFlASgP/ADlUKMGA
JALReRBHJifNnl5Uh+MNCBlorRAIYkCL/kQonPxbca4i2DEm2zLOMC0yfLGY9/XTCqXcniwE
vyPnwTa8aLD1L7HrZ/3f0fcoM9m006yH9HYKisGncVj2TyUAgEOKUEwBQWAARjHKk3UYfWxP
kkAkA8VJh8kDjOLR7WOQy3ZCvf8AsZmZ4GaVZIIIjgiEkSzA68UugDXll/wJJADAgKDFA41q
rUTDYiF59iHdiQLPpei3L2fTfPRzzUlr8w0oUiKLRQL9Q7Hq9he7u+HWfDqswx067akpkTM8
1VdOl13ne9NrnPspJAn1BBUDVqgdKBENWQLJNiw3w/mKBRYBgSZQj8ljWw+xgHheQUgAECvu
RxYAIVNw3PgmhAGEBJIPEODQ8wACNZNmJoAAyyvJURkJmfR/d8uqOvtjtwz6Ltvn7Lr/AIaH
zCpnFqIAA8jBAZ63b8O5wW+9sAMEfbbHrZ4p+jkpzlxlDDu9HbKMrLLdQCoJIEJNnyaFeBDR
IshfhUIJIA4IIy1KWMwoqKBFA1Cvg3CxZRTS+TMSB8j68BxMqK3mxKh4wfIQUFJgQRV+wZwV
ZhBxEW2PWVV192io/wDbPZVMx18dMMu1j2+jv1nAscTyK5iIrWIuirovf6+ue4/Vejh+anJW
IpQ+hiFophoz2fr8tMuWgYFoaSEiWyz+FUXRUY56aF0dCFDEKFKAEMvngsN2WhIJPGyvkqAP
LAclUG4bqlI+CBPF/A4mgC0ZX4iAGAiAcjRE48zmp58aNkzpZhtfbbtt2PS4/mv9hmODCaZp
oO56ojbjwI+08RbM1ZTARPVdfQZhQoJqOWMXOcQB4EDXHHJeyjZ6hyJyFgliSIOTTHNtHX1G
pLet3zG3T7IUAAsBYMoSxH+SVEJFeSSzy/I8G5dxmFM60GllVs0oIgDXQYklRzIjasRZMDkT
MWEYCAkwN9AWKdZFw6RvXRGGWIP1z2dBjrzXRLHf6q7ZaLwg8kmyanr+mdWzRURtTy5FoABG
0VZ+tzmDLpw89xmE7HifaIPLJQAaeuy5ap28Fh7mKTXsZaLooXdKMsCAGrMPl2FE3Rcw3KFX
YogMSAFZ5l67uaRfT9/l/wAjuiD1GoRPkgACixBmmdHHp67sfSdvifRd4A+p7yT8dELs3Is8
zVWPc+vS6vWGMVvDeM2vj1tSmx1URXXSN0OsHf1KBn9duJ0ekRomKzXYUpYkeAXMPmNAY/ic
hPcZfp1V4KR5K1Hbyi839Xk66aL18TeHYZ+njnkXDrmKXmASBxtIfLElR9TOIp/IAE8BlK30
8MOx2ev6/r5KEUCv/N/Y9PE9hk07LEiVbcDz6PR62kxzxRK8AQrc1TNc+zxJRmA6ytpv3mAd
rMqp9iyKODitLvPquU07LHij5tm3AylETWslILICADU+ZVTwT/BFqvlNc/1x2XjqG4jlZJJO
Gv5adfs59g9vHt8uuvYSdnVwn1Mo34tiZYgHJiKNUbIJJYUbUCuTUhN4+172Kv7f2Oif3+7G
7ndYMxWBgSKBr7EGZ7Ojdf3pUD3fS46e/wAgNfebMX9p2N0YkuvK/XLT7aNq9UQp00RSCEHH
bxFY8LHPna9amCjgWuw4C4K3L+RVqIx8UIfn5ikCXxnuMgnbJMBMBAKgz1rlN07OBGm/VI7I
cs4CqQzAFgLBbgsYkQ8irE0SKJolZyaqNEi+PizfImBQAyAzhag1CagDEFYR5ANspJFwrEAp
ASGbS8NGVzpg+aJ9MVta++o8Z1HcLB9iH/N9p+tvfhWTMt20i9osBs5CkuFAAK2wFDa1Ynx7
9+XZNmDxAptU8dXrMiu/VY4ZI47Geqa8rnxP5Hk+IzfcUIbMFWPk+YOQPMwFuJa4pBAV3mXq
e664ehcnL1+eY19b19V7PoBWi656VYUNGIAH1BniK1hT4LFgQRDVL2MvxXuZDNe6AF3XRQrl
+FMbleTofyy/2NnnRfJTF6QMy6WSw5ZqG0zWDZSQILrYARn4r7fQadlQTOvg+unV9DpE9Pnm
2444Z+u0Iz6LJplj9+76kKGLKAYrCeI7MCAa/wASTRFWCIGuMTakkBhAfOO7Y65e+WYd/qbj
Tt9XMa+66KDT3z12+5p2nAIgtCxNcAYmQjIDFAU84CTF58yATw8EqC4KjNisz7P5k9nMlSrZ
6gTgSwYYJ1tNtd8uumYCrGDTTPRh/VuZ5Ksa+XwNdRo/a0H59zzuis09P68dfM+DroQ13K81
cwTyRY7vq12Pb6WvUc004mFQTK8WDCbIJEDCh8UK82oF+IGW2biTcHGyDxA8eTA3gNUQqS9R
iAqsxhqV9aqUBPorAAtyLHkqk6KCFd1yVSQgzbFS+efQbR8/Woj/AICfmAA5WWCOAoLOAtpt
2WbsNq5myHY+m9f+moAA1ehynNTCxJVgDgykVD8dvIadZmKD9ljceXLyR5NWPkHxDQbxa2pH
k/JU2fJhZiOMJBT7EUWLAcVAEFAnyv8AKVfgGvApozENSllIEVgQRyIQmKQCqqWGdr11cBeI
l+fAh2zv6PNlbPRN1MOirOebH2HZKHgoOjBU6KsW6accviPm7E9YFR1EAPXzE/riHF0ia+Ci
vKdB7Pr559v8THNHzPDH+FBMWuPHyqgzyCi2jGgWsgmUbCrPFAGzdgsWtbQsxX40NF/IRWKq
woLyZc6NUSi2VKxRTZIQbJnW6O2kx6eeQVFWFZXip+iWQpjYoTsuwVXClTyUk5lnXXX9VB2t
n6q8WzcZ57ezN/8AT7V9budrV0sqUVh+ZEHK3Va55o67gnsuH38Rjc/ygNy4FgqjRJUBaWuR
KjyCqgcaH8nxAA8IW2P2JLEi2HEFRGYgZ0IppXaireXsRUNILgJMJasetq7dboZpDSjX2XWz
OW+eykBo40WNrqA2iOcOzxjgEHTxpmQ2OoVu7vyLaMIhZ2S2164YRNQw7mIz1OqAdHEYpnqF
I3zE/fKN2MguvYd4He3145XOYhCz+BZNXK8+JxqfxQhIJCkkVFHKXTcSTwZSSAooTyT5EJuM
ArsGci7QwkkoGVmgoIrkHN2LbbpgnW9l2Wfsdr2Q007XbcY/ZR2W6z9bddc3AIdCJ2FAYOzH
rb0rAXpVdgEt1uuHTbDLQ7ZPnOvj9T0dVyyTVJrkmuGnJdupz/AP58FSx5gWOVQEmd8ccGNG
zHWUTCLTzYaoP8gCAVEFiGxFQmaIaTlZJvyCxLQ/aEkxSCaJUhgLFmudmeWbzyDIRo9gKQQb
K/LhjMO1ljjl2ymn9rp9iBUVudz1XsAqJpyX+O1nQKExGYNlryUjid/wZc3QKVzp7LouebHt
qoHsMmn9hHSlbXLftY49fuZaxQL4iKpssLVeR9owooxP2jMwYgg2ITUFseEpYQaNMWBJbwBR
U2GPwACOVFlEVlLcc1nnmWKl/JZWC/maAUBVa6WKCGfwCw4L8bagwmcxd1CwgnX5KfW7baIJ
t9kY8HzHnR3VfzZxxVSGWdrXr/nl7Js5p7LZ0/8A6XH4accTmh64DHEcV7vrMSF7Hc6bdb2H
X0K8GDIL01y66Po22hUEcVmnGFlWH5/yPEifwBYBMP1gpoKZrWEhQhLELosDNEzJiqog5EUe
JyIcZkn87CqeK4mqNFalNEUkLjoxbDVlcMCaMBAF+fIKKdGwyzWdftsmiuSNG4r2O0gI2W37
SWextXDt6TLprM/W5iP63Eq+WeeKt5Kc3yCidd1U57ZudSISrTX1+WhTTt9Q5+ywY77N2NKY
mjOCTWgB5lMG8Q0D8jjYKUoDgfm0/JrfI2y8CqaOxz1gw2MGbmHBzBjooGetDr7NM/Us6L6n
IRfX9RCOp01n9bqAjr9W/wCn1Ac88VDdnroNfYdETtAr2J/JJsAEdIfkx7BL4N+g/sLll3u7
po5tTmilazMBAALGZgnXmAVJM74cJmSjZMWbRKbLPxllpy5EQ8GAXxXIdrLGwrCFQCrfX9RH
9b67IH1XrtGT0GAJ9L06HrvWIEx9RnFw9cZ+HSVRn0VjY9Fh/X9cAV9XRz9TM9vXYk9rqz+5
gJ/e6sf2fVzVfedYq3vMLHvEs+6EPuewWb3Hah913FH/AF+2wPtezP7+jq2pMOiFWKVqS0II
lQAkoCDjsAfxTUdQqjb6Bm7Tf7gWMSyFXyVHIcZiiklQHTzO0vPJ0IXLAKX3yJyBLdntcFbV
4pYDLt9jOL7HNhquXZyOWuDCipHjlpNdtnCkg5+w7eQbs76HkIApB4rLJVaJYUGYAWln8yAR
X1nFIeAhCNFUy6hFgIWhzFlGAAWyrX+Q4URGqBBSrmWYKwQEg5Rc+M0YMQjFs0/PHrBlX8yw
2VbQ8oq+SBMkgyLP+bIGKEqrAaPxG+QcdrVg+L/7MyeW7D9S4JVyoVzMc110646iadtye0xL
GgF+sKEDiQzKTDYnHybBHkEGUaJJHGcCVKvy4MCMWMPW1LNat4ArkoJMdaBJUZ/m0pSo+p0L
CMQyi1S2A4gsKBABAHm6muwgJJxzBbe1XEBVcmaoCqKeWSgjLrszEBm62duRHyX9bpOw/wDs
yUCdj7bZkjRCBNiSyg3RuzXKpmYG/dtV4MF+1xgKPmULNgkCcVsgkEqqgiUoNC1Qma7MNDoz
RFsZ9/TJcs07ubIVObjMvRU8aXMAoCpZhCAwNsB4hWzRLEAQ8jCRRIAdww+GIauoptW/V1UI
pYkuLCXfW69sw45DIkdfMKrnzorJoH4jVSdlsTRrfM04YcNSTP5JEHgFpmSJ6nI6v38BlqwW
7MPkeAf5Plinn8zRBUFVoqQOApQOSrWZfSgRX6kKT56vb06+m++GzcohnEtPJHEA/wAFbVEh
C0CKCGEAFCY1GUWgCmKLYJyjpwTPMoof6Bzyyx5FfXiscgi7E8UDvpXFWFTuMxUuSCimUzHQ
XpkpDiwN1IcgAieTB4AFz0b/AP8AV7RiN7Bao2jciAQPJBIgaFrJPleQUKZwWrFLov5g/ZrE
oVdReUCm8lIA5FkNBoxUhSAD8gkA2wKtxHGvkgMYeKxiTGoD61lyATIUWEOhtMdCcutqJnkF
UmMFK5rNGAj6Udm5MuTHXcVG+qaUGyvkVY59qzLN+JyJHxKnV00x122O7XbUYVALNKIPwD8m
hCWCr5CrD5Pi1QF+xh+Wx6Om/UbNhOl67Xta6et6ma4oH7Gq/YcrQ0Q5EoE8hZU0fAQqxYkB
SSG8gFhLAgRmPis1F45sqjElVx4RFUFQbyUwHwcwRpYgrNddI7rGHl3GRtnbgSduB1xDhshe
XZUqONwEBnnwFBI661oXFhQH4iURD5IW/wDw8bULYViAtGvHA8VABfOwjsi+tZlDdPqbnPHH
BNAjEZp19TtZBVg6AQZggoeIC2aJLWBZlcoSs8g6G2INqKjAEdPL9NU67O2eE/NSP6qRcVAC
gCMYxVY+vI6aAs4JD1mrsXZfC9jsDHEK2kzw4Lgx4dvyWBBUrRKwwECdckn/AOfgctIF8kEB
VDD81UFQZxuAeAlAGAUWcCN2VUr2AV/TtBct/ZNO1r3s1B/rjfZ9Xz2KMNUMy0DREGgbJgqZ
0WyQxkEK8Z5ooAa82SVBBJURFtujknDJOC+IZZl2PFeI2pVnckN2LK8gxIUbsQUzDNyImjnX
TEAMtEdfPjn2MmquUHX0eFeJqAkzr5CPy5EcRbQkWQAfJNkxQa5NLgcAt2ESa9mw7loOU+J1
dVC9Q/7O5tluO7p/u/mjQAikiZ7vnMe7yA7Qs9nrFWKuOBIOflipLLZIWG1n/wBddQT0k/1g
eK/88QiGppqETTUW7XEya8evS9jw2/6Bk/SmfQoQVZ8PxzCsHwC6v7MKmGGXNur1s8k9pqm/
cIImYHLIFVa3PE8eTQKDKs2YpAJVZ9QG0VTrq7HkSCQSLsgk+YGqZdhpv3dCG8mjBV1U8GfB
zqzdcpnsyTr9gOQvgqhY0sVSSOUQLOuvJs2QAUR5/wDGZRH1oPrpepdxpizDHFmmOC5r2NjN
9GLWTNdhkz6511D01fXs9dlydnf16OuXfvQ9DpcT7XvlAF8dPo6blukOuwcIGBIJMozX1DVr
jtkwNn8mtiEGnYFk2fM8g1FUsKpqUT62bBN3/AFHwZUAUgLFUCEiWwgqZ2CrllGYgUqeGlr1
tWnX9NpQ6a9dV38ZdhiV0ucpoWBdbgyWDLOfkgh0zQP2SZ2+2bfsaMTt2mhx21P9WonVxo45
quIImZH49jJA66KU7mbP2ep6pnD7YddOxsjLnZJ+V4gUsx7G2RHtORQeu7B722eRfXRjZggs
mqPgQWJ5niMAJxoVUJBnHxKJFVM0DTUtRBlGKhLdfqZuM8vXIradIRtMxP30h32p9nedfV2x
zFBV8IaHIkcyCj5uNGOYRwJpq5h1UDfeoxJgcLCpLZKY1RRPmItBtazfQRNWBxyyrXVyOxt+
ZfXk+T8s6ABtZYh+NKWaPLMAMHiXarVXc4sZwJP5uYMtSR1N3H/P7bQeq7hi+n7Zn/F3g9D2
qX0XZg9DtM/TOgPoSQvoE45+kBK+r66j/l9e16vVQf8A+coO/rVK9voIH9j01nZ7+Or5M8al
0G+ZINhTNc+YViIdBoPztXsN2GWKCx1ayx85/aKoQVPAUWCuZK3xAYmXBVbbquW+7aEGdMgq
y2eyrBOcPrsxH9fi0b0+EHp+vZ9J1So9NiJ/zeksbq+vUZ5+vMTDrIeXUVn7XSzb/o9OD2OF
N7LrKG9xkC/vMVZfco0f3BVf+2gLe6Uz/s+c/cOYPZbR+52CR2ewY76tNFZpwAhRaYyyF4gy
jzCn8nV0br7VFYX/ABqvJT4bItOzx4bhgVcwgGNiZj+ge2hIAx/yCkzr4kTsYIxVKDqSzOoX
tbPoQPIIvqmmUrO3RSxB2qh7mxn9reL2tg69/t/rt3+z+e3f7gmne7WgGrV+zk57KG0y6Rw8
BgJQsEUBU6+3Tyy7Hsuq2DklrgDTJXZlQqnCwPEEeyAI1cRfIgUPrKsIfGuZdEJQ4tFNgrUZ
FIAWnQOO/hxi5MVXMEKgUOqhbeKOUw6zuMckyI1zstyOq2NWCzXUkeaNEjjM/ixNFPH7xSbo
XxFmooMKgjdOSkcWBSjRligYR5UGEkCjZIMLEnwA1kgEwBr6mIUFQAxqWLF38FvBtpRBHG3K
wETM2gBJ7CFSj1MtbAIYEGEEBnqa6klWPGmXR2cjYo0zzInV6KtAAh00Us7DQdfUTXseGUu3
aCDM2CTFNgciAHEDktyzgYSzQfwSCQwEUGMSw7acduUN14Moz5IIMblORMMDeSTBk7nPosRn
1cwoVQSTEszjCDK8moaB50z6EFmIWjx6js2QaFQwGLDXHDRCuvEBwyvuAf15H6PD1lEbBy15
GOhB6mP3OyqjtGJ5sLlDg7sSrMV7IXgaMoQAXkLC2ZopIpoWYF7UlfNQUV8z4HZwOivmySzL
8giviCySRB8kCt8RnC3jq3x/T6q5Asw2WJqfaE2X8GzbCpZgoEf4iy3VYjUAAhgWdAxIpT4j
9wZLr2NdGXLfg3YZTps2jJ2dHBLl8sG1bPNc8rMNvAahNwtmEDF3JNdixj5oUSOMzKgKA0qz
QlHmfEJbipVVHEqQTOXm5pgpD9MCbYfnPNAmAmPdgmKpdfAJJnTYleMHX10K+t7JA9VpB61L
PSwzPdyUQwEMxC0rgA+SoATlyCH70a1WhhqSSRHPAOS7dXqKsZZ3s2TfieSKQMcw0yxXBdND
ZajyHN6n+KdzeyoICuyzUs2NeSLgsBP0JyPkWF5GD6lmBBW1UMRUXI6P/Q7Jf/m9hVZHzYmh
2CGXjALgRuQxeNhopXkIMyIOtqw9X68DAvn11TccT2UWP2ASdhx7PdC546romnURnHSzg6fX
JbqdbmvU6vL+p0o2Hr7A6gClOOihkVSpfQBBsGZcVtTUbxPZg/mGa+lm+jcVyOmpeM3lh4JJ
KztaDNB82SATCztnxocQCJmp4kjM8/H6JCLJSitmWwlWOnjxCfWPoiFkx1HZ9f1i+Xr+tonY
w/LQ9UMep1gXZRWnBU1XIQpwHT6hfQhVG/dGnbfdZpuBP7fJm25EsDMSYzMNHJqwpbiV+5l8
QsR/tkf9FjjrrnnH1Z5cyewKMPxsgddesqv0VTHLsaA6MzA2yl9KRNI7qidndtWA8AmD4LWa
BLqLQChoyzmzEVP0aENV/UURz89bh+7a8G375zRO8dRnrcOzBexq2W+uKdvrti2L9Yh0Rgc9
dDpM0Non7a9bMKPY7HPFNP8Ac3aUA6MxvYKNSCArhBxGpzVdO+Fh72pmPZzaKFYPnxJUEZWC
naRMtNyUZRTHjM2ZV65oqaI+P0DHsIoCdiyWLMSTPg7O1q3nu72AtCp5LXOJsUAB4BJNeQCA
plrCQGZls7ZoE7CVoSGz1D493TwmhWdftFj+ud91g2XquxY9jkeeOYYbk81QGHMccV/NU7AV
fZbNoOX2LmDRxF1cTNw0zRAN+0M42rO38lWJFidDRye1qM1HY0Rusr9hG6+hn9PUxfX6xvWb
EZdIiKmSNp2MFmW51UOeWmjFVenYrFBtm8O32d1RCTo9wDkAIQbAtuNw2RwAgAA4kBFE4iOT
x1YkkhSulkcgnXbiu4DOFNYB0K6ZPN0Jw6C8W1Uap1kbMBHs5BAFJbzwCOZt1jqG9TtF9PvF
9Lra+jYxPSus7XPquzFz4hBsHiSJ698uuex2TrqCBPV9lsAfZamf9DYn+9vZ7+7Iuz1pgrzH
JAGK5YcuUeyir9q4jzGYTXRUZnbTRVosFh48ahMryp8EC4lEVU8yoehkIPV9dofT9Vonregg
HW6MOPQo59MxM/XmE+vUs/RAPb6IA9h0VP8A0emD/wBPqWfY9chu/iit7brgH2uQDe6xn/Zz
pveiH3G3Me53MPt+yVPsOyU0cuxtoVgUUuRZmwx6mTuWYkTNATkFCrfImj/lMets806xzVFB
CHPMe17Z/JGZQw8KoJYsxOhQabBQxOjBRPrQFzzX1IUCuJIXFiONApcVGoK1E0OaQMCS7LFZ
qL0qOrNp+nIqQV5wsyldUKng0fraBfy8MoELKBycwEzzZRnjJQIUigTRs2GXMMN8uB8ALRmH
Xbdj+HSXsb6a6Mwrr9X9RpWbdfk2VWyZgtjjms00cN3NOOPT25uHYdjuaHTewAKMDgs5VQ7m
nvlQJIMohTQFERrJCil4qM+5gqaPlsMesqz+r1nGvU0yLr9fM/RxD2NLXtMBptyiPoj6tUYK
ZX1IDCrnWzCZNsEc9Dr9lO30NsIC/JF5wFDMenrouvp2dds9cXYVAaHi1UAZsqzfhpiVNovJ
w+XTw0001ei4wxzWZptzPrEZcMssjdnLMJOUJ8dvzn0bVtGK9tL03K/dyOOzKiO4Ut+hiMRL
BggNwMbbzFUiLcyxOpHpdQMvUDM/18FD59RF7D4ZgLnpPweMIFuDjCQRxAJZiEtpQATNWGGS
YZb7pnn1Q/a0Qfkp4aL3uiuWy2o67J+6MM1Ylh2Otj2c+56V1hQhvCBABF42M7m/X0DhFxGm
zMyZuw6vrWYZY4YjXsDMF99jnkoBBE8EXUe628p0/GvYYnbrAfo4CnTRidNGL55qoADSmBBo
WIKLGoaoKDAgLet6/EuaPa7RU6drTlr2iFbseMeweX9gx/MUwhjAgKsRFILL/k6sZ1c+TDim
e3+58M0yXT2HDXPutXc57Y9MYOnsXzbu9HsjmC2bN2OI7PYQi+WiorqwUzNAJpuqHXuOwp3n
W9a7DHq5YxrafwMBzCwCEAwkUCTDZA8nFeO+78u11szz7HAK+jFs8gq87l8mXEsx9ZrordHY
T+rqoZHQjyB4OOemrdfsGz2CT2WP666XG8w5xGKt+0byxJinwhoauZmaKimXNmC4rjl3Hc6Y
IuY7ffSabvo3V3BN88+v/pXuEL3fx1zZu4v5djsfpObcHV1fIAgcQzvxOmejDLHTU9fpZ5Bm
JgBoCpwDELUFCC6BBhqBhFKw3zH1ZAdO1+pRttnY5oqQraoq1lkdH63QTIJk4bioOipOx1ct
F0x0y0zzLt18166drFxsDNkWL1QzNjmCnBDth1tF/rmPVi5fkeC2ZJyUA45guM/9mv8AkuIZ
vZ9viGbkv89YW+c27LE1mz59tdB21BRg0IHLsZMyZaULFOLYJzOPVTBSHecSF4njVAgV8Eij
zoM4JB5NwW25T5fSxK4TQlpnmFXTXFYObnHB9D1sVxVaIZo+gSHsZli4ad/L9UzJM67vpnrQ
VVtdGzA6567Z9nL89GDRF4raSrP5+Tk1plQCAFF4t1rtnXFNO9lWnsWVX05FYvWds+v1lAcH
iipkrEK2anQHsOM8decfP7LkeD9HVz+OyRORnVz4Mcy0CQgiMLjfJUcgaheg7liKYhFWG65R
yBo7FULUw1FNszEf5dXIu+KBRNO2y69n2S4h/almy7eTPlu3McDNsvz2yLop3b8tOxwRHVj1
Hx/PtpbuACBOKwIpbLru7p180mWCMe71uZV1DdQty9i5KlqYv4WrFM3VBbIZ54qPsAor9skg
2UP+l65ISOdDqdZ9z2O71Oin/W7GvYHRzQ5pUAN1B8VCPLEAs9BraFHaKoB+CT50IBdiW7Dm
N88iD/ClZ0c/qtg6acc82pOxmCydUHRuqijHLRGxJI76/bDimRAJ7uYz1OtHrd50J3yOTOWf
lUuFydM0PHjxgJM21yzTZus56f8Atna65bDZQpJUn6wGdXtDMtrtoqKzDuFcVsk2w/8AM9GV
unk2unf9knVR3fRvWdcs3mxYFij8crDHyzsSWoMQZbNCaHKUbLhTtZDWJo55FRXiyBFFnBAu
Sip29VA/dXCZJoz9fNXIoL4XIefYD6YbFDlo+23f6f7HRTnoCkx1Cwn6mfaYry7KKAOx3ccD
2fabaRS+h6vrNnL6dLqs/ttmGm50PBCpVqy6mrr1+mikETRv9ndPP/wmeAesoZmdsc2bmc15
NgnBVHjPyAAYT45DiSSWIpovJoFFHwKCryADHm2v1TYilU24FWIAJkATgby8zsNRzb79YkM5
ptAOSATrak691WfANQ6KrbbFX9rh9x85xdCCnYUj+wkzVk07nsjR5vOp6XfWN2PW9Adz2fY7
JPmC6zViydclev1s2Q2q24hbsMNx2AvYYmAgTlCSYGIi9hppmVT12J01zA/ci4ABD8t4gP2J
NEnk5EBo8qJolvsPDQgAbaMzbG4B9D/io5E0ZmPt1H5ZH47gYOpAPX2+7EEaDy/aadEsGcLx
KBX6jgHVio7Oia4n5y8Kfn4FtNbbPLra6vnj0ugvd9ttsSxMTNmgzIgwelzWZgqVYKn7IYHU
jkaJRx21K6/x8w+TRsvyCddtc/XYHKICNkILE+Cbhc21wP4csCQQboHjP8oUYxcwkYXHBvQl
9CGCEwUZ+bGIlHosq5mp7DMk+TAxidrQB92YYoWPVz4r3dOCIPOTcdNLfJcbR0K6LyIU2XCi
eJoyrNO1q8Zpj1dNpl6rJYidZV06GWiL0SmfZTTr7I+1g6uv5Mqu+yEaduh2OwFfI6nsYHPQ
WF+Qs8X0MvBAWbGnyrg5AnxHJh8wAQr9uJM0JWfMCgCvHgK3xv4FAu5oDMkKgU/sOOdzHTho
WDB0Dpv1WzZhAWsLc62TBV8Z9jf9dfIIuxoFZiCvdwK6EiI4BIs/mY4Fpi+px9cFVOvu0/oO
YvUCg58Tvqwm6sVThGY2OwvFu51wr9xoj66rw0iEtB1uoT3OmoHkN1Oq2rJiualkM1shNQqP
sWbnYezEBr5jGyePAgBgvlvgnyR5M7KnjiTYUFnHFmBEVAR9ViaLOr3FMHlWRSOx1FYfjQww
MRand7PFBbEEyqZmJYOAvYTkW6TNP+e4OfXqcVh6qabZ9Vc4udTj4/gk3o9Ln2uehbkx/wAt
mLIbMXFiM8kUNtROkTYlE0cRCWD9ReOCKiV41oQlnL//AKAwMyK0P8R4PxHKgNsGCoQnIwQ2
ACxhFTRA+b5FSoFO6GE0uRZi2JEUcTyN9TtwOpLC4fBAKzXsALppbC7F2PJyA5p1kM1XFY/Y
S/2SiwA5zLEB6gqfyTxhuu5qVyx04sAANdfzVtHci5+j0dHMUJM7L8FpG4jBHmaeXac5p5Nk
Ry1fpUyY8lFR9OJTYuWTRhiqpGFhRZoCN8C+NUGXyyWpAjL5LRSwfT9GhU34BVjefb1WL3yQ
/c0YrsxOjs0K2FFhMmYjJuQrGHsbOasgHk6gNzFchF8tyNcvN0WYWzAjsjnjP3YjTTmKJC2A
TUXyaJGVhi4A6WX6aZKK4itQQOJyV+zmG37PW0g8zQTOwdNeACtq+eSqG4xQAWIJAqKbj+Sp
AnzHBKlLjZAnTFyRmwOGdQ5u0bqsQ+DqTmBOXg8hFaoGM5CvgJUwVQHdZxBlBS+gYcvAa55M
pItmUAALIqB+elj9Nc2bPQUfmAGA1Axn8jweVyjASwxX8urmtJ8ByjTQ5pOIE7ZX9Otq4JW1
JAmORaABByBhPnibb4X/AC+IQpnkEERkBnChfijNcCYOWczbkocciAVbFXDdJqfBlNeVUFmW
oPByQMwND+f0BD6DizEEeWWxByJqZ/JaohYjsOVy65asyA3+snvI69kqYBQscviC6swKBAFE
SreznzJjcqp/07Z04poQujW/XpmHL881/Q5rxUnwASOMKsQFEF82AI4m2SwUpvsI1R3VG/fJ
YOxiRqUM6zOCD9vIAbxVx+JjdfNptkqBjcKaGZbqIp8Fqn6gl2BjEchdn/8AYieajvxg30aZ
MK7j+FYpmmjci7TtP+y1QY+PEo18D+BRaqXOuTOADcXXZSXebfs66clZWHLFqKHlmtJM7Yfn
5UClXxQAWquiXDMBU4+TGJAJM7YtGLEjN2jYspxQ/oWVGV1aNYhH1UgMACeyw4pZORVV3yAO
WrZkNzYkCKQSFo2QUQs4FLH5FlUKFII7BLOzAMyMFVgZowjGjYv5JuWYTAP/AAEiZMbzL3yB
UsqpvsQNuVg2c1s9bQ555KXKUIbYKAIBxD+VU0WolEAJsj4U/aakgArzZEM0xzAApt8+S8WU
tzJXRgzboB+thHXmHuaU7c1hdoz3HDckeAAkKAFPhQTE+szBM+sOmdaaAZ9Zjed89AEfXenb
xqylgykDwJ8A0R/iFufzATAanUcOg8zTV82d89EdSw/+svJAmCqmZZnfiBACFUXCtg1aeSRU
8ANpzIAI0X/WVFgAh7IYcWPkap40tVOhM52C1qpifI5CPnygU1oTZsBLLK1EkmILbPHwwplY
rLiu0ZuRwx8/oAOzu7MWtQLJWMv20AuqgWHwqm54qv8Azlc6upRs2WMqkfgGO2BE0X/Z1VvX
qqW1JLNmAGFSqAEa4CeRNFTGsCgADxjeVKXAQGN21MCfDgGdhTxAIn8//QILIbhaor2OarKM
NtM/toBR4WMszyB4lzOVihDZH1jbMoXUEc1sWQqAA5zU03JiGBtT5tYtiGxB/wCCzH5Tq68h
y5i6nYubZf7Vy/PHpAhEHFV+xogCEWCCWOgB08kQ3xBF8YHuNFBA5AGvHGOLGublRkwIzs6q
A4P2ViZoV4q5GZowBVTRgoyAmSCuKgqFCg+FIJYUORi2C/hbeEWhAsUJmwjUQfP/AIyFh4sE
GKPLWJ5sjz5ECBk6+hRsmCgfLCaK36dhn4ddeGQ+UWzdzxRPgsRO1s36hgQviWDLBi2ZQuvC
iw3gkGAmVY0JA5COxjfAsm/B0HEAFM84z1NLYoAJixBWFRRoEGiwlQBrdeIPicrBZbFGDxCB
Z8RvofJDqVikzl4sXc5SyYmhBdv92e6swMQUN0UBl59pBS5jwvgEG6oFvGjLXZYHsZtU/mgA
BBARbXLBDeIfgTxWwCaE+dORBNiltfBLAuvxyqE2USBhywTwifVgeJ5c6IlkizMyQ+Y8a5rw
KigBSIBCAsYDj4mqkRgQWogigLg8G6ngQMTAbhFjrAE5sTEKg6nlnml7ZjlFALeBPAB+Svjd
1VFcNtjRAEB8UTFT62LAlQ+Z4MPwvmdn/PQmnJogFQLI8HKi9eGJpc1EY+c8yzY50qt4JEIB
c/LXVSyGyccOQIKjl9qUBloE8QICKYfV1YkgxlNcQYEqGxLnEzxZBtGojXRDj2SQgd3fMJOm
AQiw/A8z4D2R7ByueXkdNvtXgGAWzEgCWTB8uyqG1zJO+QJ7y3p2xqCzMApJPgEeaAmCAuAa
KhiGFWKxX7ZkTiabwy/56CCyOLRrE6rKTyPIu9tdgylCMx4kMpFxQIQOLCoFIgBoKZ4H/nkQ
ES6mf2ZWbNk7LkZM7DqeFH/gledDPaMCMQL6dnUk8gsJAhKmUFV+zmA3cJmvZEbdmhOpgz5F
cVUeAvmzUPK/gY+CB9vgnzOIJxXiEoqK49klZkOTACz/AJ+ID5BKtyMY2F0E5iN8MxENmBxA
yywzbHPgnwywcaKgwCEXAKgUkhja0ZmPOOY/Pr2qIPr8QHlGZrBYz2S/68QAnTCrrzWP2EUf
2lIfsvempaMywWSvC+Ip3N45gLyAVSZyueDCfJI44C4LJLWzAEoLORo5+A3+PaJbPrGwPAqz
wE0fz+gAGhVSxgYiBzP1sHQNOVRn8WTFHGaCobUCA+SPFz4gsgH7KtAGpi1v16IxH1Q/VqhN
Sjbik7x5KEoZMFcaEx2oPsS17sWVqXOoTUQRich8t5AsmMAIKEacTT/C2ArGnYleZMzDMUqK
8LtN8/HUsA8RLE/SFCX41PqIF5QpUK+eAM4EAIWhyIhAQACmJpTRvyqgyqlXDFXwAOXjiVqY
N56rnkjCBjRJmnawym3t1Bbt9jYrmQHURFPLrvChulQ6aWfN/Wl+5xBnYHHPGmIzNGzG8K1i
U0W+LiLdDIx8/qqAzDIAAARQa+RqByzPHRm8FhdiHnZ5zLEuc+pu8X13bJb1/bwC+v7QZ+vo
p/ArCPs4zUn6xh5JsqaI4/8AhAnivNKRyYGv8grgN0ywZWRBv3sshr7PRyRrucutSqgWFiSz
CwoaKQSPI2BjMqz9IWMzBC4I1dwgJgoC2AhZSp8GiYwIVTca41FVFR+UzU1itQEiAgA+JqJo
CIdLlgz7wqTCBSlyeTiKzUW1hZmgEIIgVhLNWRHbzZlkQVf2nxPNfEVbIJpvlCbWxN+xoI66
k5Zqf/EJBIuMI1wswXnoAnY0Cn9nn5RkCT/KZZ+MwoXtt/tDNzKggmpYMAEM8XZ5CL5jmYJ4
yFK118Tzb8QdiYpoBpyjKSLoglYoa3IpLJY0OJY/ax9QSRFMM4mU10b4mAECi0N2iEE3bc6Q
+PiJpzZs1eOlDi1BQCfMa6PKUYgNhKhBYsFRWJdscSJmqgI317BtseX6F2ZSDaiwtElSCtk+
ToFIgBpl84qQqNQPkiMTWp8ODyPIxLUcln//2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAI
AQEBBj8AhOxKkcOsWmpWgnMPEVkqm0quCVPaQ68VFFWyG3E3J7pgVZXIu1x4nc8XasemyvA4
nZq5QT2dCiolUcOnVjmaOw0rXfMCadrNGSUqF/VlLA25rYvatR7Vai/Ujuc4mw3NFhFW62qX
phu5MzsPuaTwj8iXTgmo0n3Pg7ZqXjoJT8sncppiRVmbVJtAppTm4klcjZuthttKlKkJOXmx
Gzq7spdH3Z8hpvtR6W2eqZWCZGm/lc9Teq5k+6J4KTWsyS3M2KqH9P5S+CG5SuXpgyJT4wVp
XPB3atwrLJxlEKyrK5G2dquqwXQknRD1Vfoy0FaJ/UbVJwJWxUh3VhPijY2rWO1RKvUlS3Yc
Kj5sPtSli5fAm6ZTzJ3LXZpcIjbVpfJiixKr2jhXfqcCmj5RS/LJiuWQnXqJW5YknM8FYlZR
MKXkspE5tfkaxjkXa3MQytWrNClPqinyG4rjwFHUiV3qsEuXN3Nxq0LJKhRkawhzd2HSESm0
sEz0G3MrgnajKDViYlieODynI5ar+BO1IuiU58LMbcRmMIhV4bIavZFZtBKlLlWIathZEpiV
RScMUq98FKPNSj/qJm2Fgq56ie1nYUt5v/lFX1O6die304Ft29jVEouWhclcHdeOotay/tjA
tvea2352sdvt9sPNkdlO9WaY1sp1j0NZP2no9fcT+9WFsnTYlZy6iTq0Ts3rwkf9BUors7lS
MyKPUxdySRGvk7CheOZNfd/bbTUyuP7Y01DynT/MUilyZyVumfc6Z4Q3FNb8Hdqpayyk7Hrl
vKO5fovNv8I/TDw8P+UtPUpWb9CIpjgaeeDEKx3bWr4jT1tQTahK49u2E7CUw8osrDrCVbwS
vtGtbxfH+Ei3LG3LpRit44JV7Qel0eB0hvGSlDsXq25gesvuyNNR+ZaOGyy7rPqims8RUb2l
Q/kTq6SNPmuBOsUqdF1JiPyHNfwYkvkP3N522f2rqTu6Y1wUohbaOGjt93ZbpqzR3fTAu7wj
oiLpVRK5jgaUNvBDp1ki0rwkhfa7MtRZZRz0Fs9ezXlnfvst/cXOP5T0teBHuad3Vf6zbb2P
Utb6v7tf7p6k05s7j2WMDVa3K17o+RLXpHKapdER6nRMtirR6qrB3TXjB1JTtf8A/Yl1TsKK
Vh+Q5VFY/KZG9r4UE2b/AEoluHxkvghJttxHQrHbhZKWQ+1dEavavRcEtzrRKbnbFJokNOkc
/wCkij6ie1/GpNau2ROKu7dzuSclX6en+4XevP8A1EJ0O27PVPgkJRW88npdVcnMWIivKFO0
Pjkre4tI+04fxrQ4PHB1VpH+IlxItrpVqP6LZC1WLpiW89k1gW/t+2tm1PdtVseqjWMf7htW
5gjvT6MTt5k0knbVN8j11p7eynXxKQuRZ8CtZsrVIsvodzUjTbn6kV8EPjHQl2JSa86Ci3KG
pl8kKngJR5/6ht3VmVrl1OfwPt0+3gmlaVuKHLV4KzLu8f4RLZWV+UJ625O3XzZOzbikHdFH
abjbFFeWKNpgTbrIu6zyJKkHqd8KsEQ2yIrMRJws8EzTipWPCxemHySq4odzuskxLY/dTz6k
Vp8bSeBS/JS5yReKJse3NES7EP7rtkJxyf8A+f3Gu7VelvJLiLwiFng/d02e6WOCG6cHcvkS
33Sxpen3NKocOv0ZKuRtd/Ql17cC3aUTCnkiYjIxzbBE/Q6SNVjkbyK35/4jaa8QUVOWVxgo
nBZ25HHq7h0h5ZGtGucjezrlHHJNY1zyZjh5FqrpZG3WbQK07WHF+D1YxgeEiNYUnqvx1JSj
lFYrSeBNVH2quT+0J3TH43QkqortW8G0qVtRkEP4VE9lRE/pV0N3XQmIn6FvIrm3BKXmdz8Z
ROWN7/brWUetrWD069y6DpR0aZtv7Xp/sn7e2t3Tg7NabtXNvbdW5UvgaaXDImEemvV3ZXN6
3NVZ3S6j12rtecD+kWKZI5yUxXqyZ8UTMubIl2m3+0jZfkVthDdafQ5byX1twceA1Fy0x8xq
34kbNWKuZsWaSt4DcKPqLtT8RN4uOHCbsJL53O1UfzEpurilR4Eay1ll5ngSe3UhOrxwVjqx
z9uBtVX1JrqdLIh2Z3KzKr4REn7unturrNxzxbqP0/8AQnP0HSrsdt0uCrhuyRM2JVWzXXVd
2/vvNtUiPcrxA+1OGP8AbSlYEqS6OCvw110juj1D24Qu6qdq/wCYvKasQklwhzRqzZLcp5O1
VPU44gadW+CHWckO74JdHgvUdJYk7ZgatwdFef8AxLL7eSUht2vQm02HFa1G1Ta1jpyd0Qlw
NpYyKcFHQ7X5kJ0Id3diWPqd30boTFCF4olVLUz1Iw8FsySvkdsTKxUVLWYndv5EL+sbhpJV
ZM0RSmxv7O3q121fasr+ESd+vJGZ9RVzOCqpiCeRL/8AI4UEqhtT1aU0bHvvtrrr/CzlNTM5
Pc9UI2heZbu5EknL+RvtteYR22IVaXJesyKPSN7KXZCjF0jq7n5kzBe9TjoRM9RyXjoS6uyI
dWslJbfJ5clXC+p25w7HbtdZGk636EzLyTLleRDrJNo5JSuJar7cyTEzZsXdR4gl1yPtUSRq
qClwhJtVO1ZtUScsm/TJL+Q4fzPSm+vQ9TcqyFUiKIeur7e5epf6i8OSlW8n729sLqP3vbc+
3tVq/adzSmIFCk7XHdwKKPLH1yqjy4sKbM311fqTcIfte17b1j7t5uL2/d27neeDbtidrkaw
lllVV5O1nq0TfI/c9h9+q/TZol+nDyJJy8o1e1YmUkS1PEMq6Ma7Zk4fUmZR0fBVE4ZDVV8i
dnPDPSvIU5+gnZTk+7WxKUzmRY4IdMjmUzZWm0lYevQnOBN+SI2Y9VXR1fiNNwY/MSx/T9RK
od1YJT8yjTm53Oj4yXrgnPBMQ6EO0CVZFCq+CXbwknXaUJJ9s36i102S2zI9d4e2j8mbb8KY
Pc39xTrs6SJ+3TTes8f2dRuH1kop2y5K6y5ohJqq/p2mt1I1DzgSf2b+mCcI/sr8RdlZctsn
Zy8tke1p5ux648vg1hofp7tG5TQ120EkUrN4Lf8AQj6kXfIrrrghtN3hHqouliFZWRVXGotW
pWjdkSl8xN0zUxaTbZpN2jodOWQ7K3/7EJ35G0+2L8smZ8hJpF+1rPgPtcPnksm2VdFg/ESX
mT9JJiVkdPIzJMTGCNrYQ6+Q+23UmKpw5K1/AhQ+pmMkpJrgokuP9prsrfqPa93Vw3RrLg0/
9f2tX3P72uDX29Vio/b9xTw+BreXo7bLgUVdmKE2pqyfujBGrhX8CVVJeZKlNVcC7d4pWaFH
3avgbi5O1ehGCnxh16G3u6enfWrWDtVehFFLsKFLFZRyViclU/IXV5udrpJGsTiXQ7d12xx9
olFPEtYcueCqphn34IX04GonXDKy28dDKeENw5WSYLpdDoem3yJ2lxlVFF3hjmjd0xQ4jNz8
z+9jJNU+CKkpJ8MSvGOpbyGsLJOrlN1mkEd0cNEZXFJI2TXJ3RKWCUqzRCV4uUfp19Ovkbe/
sq21PWoX8RzI1vqmuGd//r/qX2f6CPd1er1pDVZITzVNHa9vVwiuMCrEZ/8AEUTEVJ9z7XVJ
lKEkIn4SdUPTlNG2tnq2i/p6clKLLKqiFWWVqlaRaLbtb5satbd/jYrqttUrakvXZ63FWvAm
rLC/8ilEyt1iT7P0yN28KEJebIltpz8GmKFbBKWIIt0sidaLqcdCiryVVXki34iUlFDeTieR
9LlMnXoKvjyS3JenA3FuoneeMD36WH/a6ClQ1g393L1bb8SFV7M19tYVY5O6ZUniJ5FF1UmP
XrWckLa9vE6ou5mjIp1pk/c91ehc5Fwjp8K/BlS97EZH7iUd6lsWyfhyIc25JTvjkSmkWO5u
O3DFp3Ttwj1OHyz0bpybppvWYkrYaohbNp4kurFXR4ZSviTKU4yRzQStmSWn4iiuqsKJi8tH
dF7FE30SPR7bSI/a85FPty3TobvZRulSOhVxtaGNy4X3SRrdXPF/Ihup2+3q31wRq9dpwWTJ
elERvq9eeDtSUeNBJL1KxrMS2mbe0lO2yiEPff7rLoenN54NYy4gcUS5Em6Mq6LBOrlZG91P
fZcE6e5HihvWNnhifu7KlXqqiiiVSFgpUv8ACWUXmMW3GSRe4r6DW179RT5QzhzcVM/QWmin
fZ0k2W+vbdR1Rq96bN3Q9KNM221xVD0alOXS5LyRtXkXaoTdJPKBr9XUhueC/iLsXzK1IllL
ciu4qa6e59jw6C110ghKPj277y+lTff2/sbnWSuPMTrLu0KXaw/d9/aYxkj29VrrgovhDNnu
k9UpcjaUatyteBOscmml6r5CSq9UQ6TgSy7C04VR1vQUzV+kTdcHbiYaFFlYW7jqJqzY90uh
KuqDrLySQUKjbIIwUPc9p/qVCIhqj8hx5tcFX8x54Zrs3K1adDv9t+PKkWurfua9Rp7dmvGT
9t70d/AS1cznoUcF6i5kzYcq2RwoXgWJWcFKFCLvqUwd32xY7Vutv7x96XTVH/27d3DGt/d2
h3qdzUp5YnboSs5FtSGo4ZHyfUo3K55Fr7undH6tSXttPCR/x6TryydaLodu+0JuqtQbwrOR
UUOzY93XtTcjdpyKbor9qsh7YVjVJdWazC6k3qN/IadaUk202tt+J2PAlhmyVUsEuk1j4S/h
BCq8lTgg6japrtVJnC6FMXbsKHU5jI6uIqf89G+uBr2ml+JeVsvMSUyldFXbyIz4CqXVijhs
ibO0idkr8ilefIu5wRMK4tYhoVZkj6DtPDI183/vGofdYSSl4k9W3kTqnS9BJKPFFL/mep0m
OpNosjls7oOGKc8KWLaIXDuOJ8RdLpk6bPTD4Ynu+7VOqI1VX8zZzYU1ybNWSEopkjnk1aVZ
hFXUT1rrcW6+3bIk6uBaq6qydn6oH2qSqXQhMlsjLyXsdINdlZuCZpB7cfwHRFHQvX8ROVPA
/e21jRr7iZfgd2rSeE7kx6YVXYq4bxgpVYj7SU6ZksoueRD8yXi3BWXwuh6fTHNSWzg/O4oV
sDcQ7qbnconLO3b5IWuiq8K7E1qtZ/iud3vb93REawlnqJbr5UO72N3n07Z/mH7b17d9aNYk
nerylcr5HX8DWKu7/wBQtoVOLse23qka19JK8ENbRJLdNiU3GHMVFq1EfclknTWcXiCjjlsb
TXgatP088Ce1YsSlKZWovbbnVfMeyUYS4G5vdka7Vyz1V8KCZRJPBErwRGtSXScFBJpN3U8l
Rca6pFK+Ivb9tPbd4Fv723a/4dbnc9u5TZo209vWkRCHts+14QpmOUxSu/W1T932PtiXp1/s
kOU19StMdBJvNC+BvnKKpSyv3Lgl5L/QvDOH/CQ4T5Q7eHJ2qk3bLy58zX3FVpypP+b23GXr
UT9v3VP8Loyd/d1XmmenZ77YSsNae2p8z9z3I1dqITm/kTd7EJ/Oh91UKdqjm6wx6qnI5Xp4
PtoQ/IbdEvqRq/L/AHihet0YlFFl4MSvqNqdtn9F/aFLjaJaZ6XVXJTorjiyrU2W9d9lK1Vx
e09o1eSEihT5DG26lFVFfhqtUuzW+2Z/hEk6s2nNjt5wfubw/c3/AO1fD02Vytn8IXyOiIZ3
aelu76CTXdo7bC/TFjyHCplHoViVXbjkVlGEJuh6fPJ6Z7pHKq/kJVQ9tbdLjd3yVlrJGOMl
KzwSqctlZ6mVwzl9bENelYFEqKNF6fUt5MVo45ONnfghv5f7h2lmK38P7w4cc1x/eIsiG3W3
8JSE0vIrVc4EtaslUfCHPqitUQ6JWhjft7bObrA1q6vMUKzerd2LZOi+Z9zZCbI2r1LjOo5q
NfI/bTpq3JtDpqbbaquh+97n26W6v4Rlk/Mp8LEK/wAHJ7mrWHBEepHlPmOt+MF5x0ElRMcK
Whc8FoZEQiNrLIknM2Y264oeGEXlfwnbEcdDl9FAppOcCey8ZyQ6JOid4Gon+s9XySOWsoT4
JiJ8yvqV1BMTTJR14ZCU9VyR/RiTpul4piwtbolKFxc11+5urawPuvZcsT1SpRyJxHNBRxDI
i1aZHste7Cg7X7cR8iFT4Nsh0KNNC30cL9SYps8kv7Xk9LP29Pu2cPwJ7pir/wBJts6VobbO
suai61OTufyOrIbOpaSdPkVodyY+71am70UrZTHBbHQaiqJuVpFEQ7YGrJdSb8o6uy6EO/U9
N0NxchV8yv8AhH2qFlyS7RTAq3usCUuepC+ZDpKFVPZYJd+EUheNTmXDaF8oEtXDV0bNuWqW
EoojLpTgpV4SoNXi49lOr/ES1pPFTtvteOR92cdCNbK6JfpXLKLubu2QkksLgrn4xJaUTo3o
+hX1dSFMZXBEyngc2SsbbfpR6LO4vbw69TXW85F3WHr7WsNXbHG6p0Fqtu5ilpvMFijgqqFb
ckrbyIdj3N3Wvp8j7cTclNXqhuW4uMrR9CHSbSSqeJzNaEVbwemUssSltO/iNREZYm3VnQhP
0u6Epqeqjxih91MHp+0W1kqcEQ45HUhVTcihKt5HGsdTtf3NlHC1uJpem6R6XHcTRtOS8p/Q
q7Wi5K1jCaz/AHxPS3DJ9xLZnCR2p9z4RPtueVkySnbBKHWGrlbWO9EZeBxYa2fhItPbfqee
hDdJt1/tEtw8wh7dza1o2SlTgSarHkN1a2r0NezVXcq4/c2rvvxhMR9x9yJlMeFiCWe5tMQq
DflNT7nbgcqEKvhJCV3fA1nn4d0WuirifM5TukdFdFXfBCaS6jW1ta+ZOFUbUbLgmJliTVBq
IbrJ3Oi5HLTWIKKUlWRPL5E0pXQUuFwPCVhP7uuRNJNVnxJblcKxx3WWUN90z8yicJZO5uE7
k6rvn7Y/8ha+3pfCQ/2/Tq7K8DXve81WO2Rp7Kecia3+RrusopcbV8nerrBKcRXoVc9Opy70
PA/480Uj9zbeuSFSa/IeusrZ+dBaKJdxft7Ov3JC0lr+8PX3IbSuPXWycUO5unDOhKaglOUT
vThDgqcNtIeKW5PswemZmo6z0uKVVYEnSCEie2ehMR0E2l+DJS8XIl5zFjudWvJilRCoymbj
rV0hYFWUuRN2Gkmn8ziObCb846D4Yous9SNnPREqlLIVIj6lIUcYImNr0NJfc08DUQ8D2Ykp
WtxKs/T+YamYd06VNtu7/kskd++z21d0P2/f17U7ba3Nu3dpKe2bx/aIbb5F7e1Kxq1YlZHy
d6s6Mb+iJRFnk/5N1WxHdGyc0IUuelDu1cN8kYj1PIueGP1pLW6Q+7Z9KUNvWqYka1ttdr/U
P0fue3ZPhFKO3ayqrYhKq4+EdsisuINNU095mGNu3BdW4Gph4ZKz8iJ9XQbcz5CWtrrwE0pX
6nJD9U24Jw3yTNEJJOOtBtVWSN/JHpo8KCvFrGXtwRtbJRVWVNSsqMKrKKIvyTqvS88kbX4E
1TnAtltVWiov6SZXRZ/mE3sk7VrA0sZihy2qEJOXllaNR4DcRKudqfdqqt9StZ4OHZE35KSy
1TuSl4XU9SiLz8GooSlPU7ndXO5OBNttZXUa2lRglxFlUa70tlVJVIrssjXte3C/ieBtuM8S
J+5vGua4H2Pu7vtmxtFG7vqLR11tDyfu+w+zd/pwdnva92vX/wAdz1To3eSdao6k7T0H7rp3
fQtH1PIvco5160E7fWhGXYrtLtQrRK5bwfQhJJvJCdOhdy/wFSq/Ac1fLHtq+kT/AJRqVJDc
amJisovDdnX/ALSvzf8ApKrmfAnX08IVLqZk9dE/mPZSl1FtqvUqJSSndS/ETieaUPTZ3Q4s
nkXGrnqTr7b2mzgftQ9N3iw01FYaOIJyVr1KOmCNbsmzXJGH8mhQTs4WRpa1mUN7Ncuo9JnV
rzEva0a1VJbPueqeLke5vtPiev1Ynka0Xa1WRtOKRTkWqdE4nIknTMmypT5fyjmnDYu3b55F
Fr1O3fXu1eGT7b7drrV2Iq9czY/5PRslY7nXRfbqNwllERRVlZPuxNhxXZ3oWTfLqiHVZVil
OD0pbN3kU61E7OIgopjkmEvqS5jwFP29CjnXKVxNqOJJ11lKySyJdm0+BL0fyZXTaSV7Wziz
SJ/b2a2ypE3o1tY9Ou3mjV+7v2viKlfcbXECcT1kXoRP7aJ/aVRte0vMjt01+RX3NdfMXd7i
e1k1U9yK67NvV9DrwQYEjv2Sbt5D1hapOg4VU4i7j++azdLzO1Pt16XQ5hqLoUqeSNVPLKfI
pRjTXdAlV9DabKBrWmk0PDL/AMwohzYfd9yamLE7OW8ExRCr8yv0L0Q9dl36vBOsp5TViU46
rgm7io3hYLq3ItvdtaW6SJ+373atqJJo9XuPZEbNx4wRtsvF7DjbTaf4nJ6V7ceJL10S6wR/
xr5ClafOBrbsjqyG/bUdSu2j8z0b+3q3SjGl7mr28SH7unzP/t1oT+6m1hZO59yfESRrps14
QV9vZJWH6KYllNdSV2w7UL6vyG+5JcwT+6/Ifd7uzbvWgp9xtcSxQ5aySq88CVaYMlb4KJvy
JatbA+9Sn9BvVw8o21ShK4lp93Jt2vNZ5JmVwS6CcUHFRKw3FcjduBqLDaU7I7nLVqUFtMKK
qxstXLdEjVWkftaOGr8jnZrirJ12anMs7XG66iT17Wrjr6sNXO3delKY6McXdhx5rqYsNbb7
bLKblf4Th+JHt+49lZJ4RPue7s+mDnrMlL5RCouSuzcYbPVLXNijiaNEd17ColzOS3kiY8nB
VQ+Tlkqk3SqSqNZgo5ZmVZXE5c3JlpLLVxw3S5Cl8lnt+RGusrixVQ1gtCFQTskTElmoFqku
klVLwJtYmBJ0S4ITpnkezc7Ow26zPU222/qE4tcShpzRkTR4OIwSvqJJ2qhtWd0ds5G/0/ib
Lh5O/wBvZJO6Vhe3hKprSGrQazm5vFIcVKOPrDI2okUqeprTSKvAu3dbNWwb0lKEvI7YiSjo
i36R8sbdfCB41F225ImZudtXTB3OW1SpOMCYk6svXgpl22oJJRwVzcnuXa6EaqUsoaar1Ktt
vB3JdqStkSinImniyFWU1MI7mr4ITpFYRZufwEn5ibpipSrF/C6NkpyldMqnX6/3iFgUUXA1
hOh2p1VdmJuXNj8he2smuqUR+J2yTMuaDacNckLP4ilTFxr9KbiP8JLssr4bNKrbgSu7Di5t
NW+TZ+QvFHdjBvCrLb8SIrGBTP5I6YZysa9Bb6uqsuBe5ZtQ0+RpzQbdF+k8hqviPh/MheCI
SpSWUXmiXLeYyepxWi6ERfqQlCEolu7GobXW6FmLZgfZSP6faTs34jdU/GT9vWErPqbdunZ7
mtnh0H7e9NpgtOro5YlrFXQhq2RNug5VHjJCmnkQ9m6S2hK6VnmCvqxCO1JqskTHQt8isxSI
4G0iXboQnTHJT5lHPVj9za3tq53Os28CijjknKYvbiiUrxIdpNdtbIeyVYK0k6cFjabXRzOe
g9pmlEbLZWiPA2rKl3FNmxxxI+ZG3fK5OJyV/ohTToJxc2XdCVeolq5lTU5fB9zsN3rYnPQn
PUUKEy0QWhOjZ6sUQ9Vc8SsroczlDc1wPV2bpBaVkixP0Ftrt6X92p+9rTbKXIvT3czgtbm4
9m4X0Yopxwxtt1uV8pGku58jXHDoRK/qIr3OzHWevLJb9XA3NfAXd9vA4TS4G9lC/Abxzk7b
tujF7WrlX28TuaT2O622CNrt3QorFh4nAtULVZKWtQgn6HpVYFqqfxeJs/Al8/QcOFLQk2r3
5FTFSWr8jmUuhT5DVWliwlFOpWj5HqoqjVJYyTTofdg8SFh+DJ8l0KqI5HNPCpWkYKTqubid
23FBtKIGnPKkVPIaaxfA6UbiBJzHBI6SR+Jf5ExMqrK+RF2+Tt2rCwJzVYFWpR3sSr5qKUTl
WErcEurVH1+FXXnkSwrwJKq6CnHDuVlbP7US36stnpwRDbzBRdsuSO6P6hLKOopuUsiJqSS6
8Il0TqNKjZXJssJ0Elm4u2yU9SXVrJch3wf0fwfU1er7Xyhbb12VCZjEF8cjXdNYFToXUkqs
c1Is3aKlb/iJzP8AZgmyZDcuMiSVVc5WEjXXZxptRrga0b31dtjT3dJb1UNI7c3jItYjWfUb
Nt+mfMWqs3geqUJfqFFVaeRpemHWRz/1E7dSITXNij8x0VLj5WGQkly0N7L5XHqtnJaXrRjT
58YHiMZJTXcr1hwd2tOE6sW22bJj1ir/AFEOdoFChlKsmLFTh8kKs0JbrwN5djte1XchQ3Is
obb8EJt0Rs06NuCif5ipdVNk/TD8iluSPk1yJN/Mq0psRCevT/SJNuXWCVVq49m02z7VYaSp
lnPwc0RT0ocVbE25fJVKYzj+6deUSn5sWyVVcTburWEtkujdaDWuv/G7o7t9F3cqg17aWo17
m6UzS495zQfuJUbG6JibmXm53Zf4D24oVurI7rrnkjtfVyJpUVHBRUyRtVKiFLrwUcIlOcUG
9m5imCsOebi1rGt+DuS9KdCdlUhpfImKkWIXwjk7mrWO50WCNa9T8yFdo7VMqr6lVVjX/wDT
ZRqhKbnVeYs+BtNGduPwKruSKLzJievB04JtxI4itytehZfbI4w7EJKPqcRktLyOfkelQQqd
WS3M/wBPSKLckvZOVRYRWHkjVdzg7NqPnB/w+72JLGT9vuhPOTX2v3GtXnLZ+5vs3s3RD2bo
znXh5O5el8F028Ioo8CG4RWxSkXYqC5kj6kq+XFxtqqt0/ujU+maoW2irke39JFT13eaDhR3
UbO1WX/zbxgl24IjoLKZO9eEN7P1v8BViKyPb+FD32rPGEd2EOVHJrXtmnJ7jamLEwehNrga
aeuyo0WpwfbMWqVrSg9ftSxAssurDTdOIKbQuomlSKiisXJdWViOhSzwRlclavBH0IdOERMQ
KHU213UJ2jkW7TaX8Ksaa+2m3MPZqO0ft6111p/uPzRL+pT5l7Erb5D/AHHG34olqddcCekr
Z31YqxFkWfkNN+Ite6q/ATThZQ0ohX5KWPTYbf3KthOIf/zvcvHUjVzNh7NSmLbamtzuo4+0
e2qnurzA5cbZQtOeTsj1cmm79W20JrqNvpKFpErWrfU2Vk8mqSTTuhOz6m22ijVUp+qP1FaN
4KJti2arGB7ujdyXTiS6sNx6lVktJu5eJKX5O2PMlJdWTNVgc24RXBUqTacE28SVKpyLbXZ6
0hpOKD00dZ+6an1JyVVxuPqVoylSUXq3Y/IbTvgWru7Oo7ctje2KkLJGl+ptNHrdDcVOFR7C
SaVP/hVwelSc/wBRDfgSvu6ipBLqNfbqlY1afbAtu5tv8CF63t9zwT3LwP3P/YUtT2tD0VG6
6u8EqrRtv7l93Toj9uvqoidlEZH/AOr7VG169uENZVmWpaWLWjTV+o9Vqn3L5EcCX/UurHd/
6+69zV0hj031ejVpFVsq8YJ2syNaE3ZHzk4KQRCkiJaufkKF4kJMoTNeCcYZQqfkiseI3FOR
NJyWRWgmm11FV1o2OsvkhqeZG+xLiBpauW78k+61rPUe1HtgSp3EOxQqQ6J5KEzc5fJVKSEq
naqMikIfZq9vCxH2dRPdrxEntM8JGX4kR9CYuad1JRruqtWJSiKkv9VVHAtvd9On8OWL29F6
nTtVx92yW+Fwd0eEnh8inmkYPRu0v4cD0972dd9Vd9CNJ9rbCH7Xs7PfZUbtUrtOIKkzD6kf
UtJD8iLD5KlVHBxFaj2V/oRf4UcPBMyQlLJvQ7UkkrEpn9ZQS22SfUWr279lVxJ6Pb2c+Q3r
7K6NsjTTX5SJ7bNLhIeu27i94Y55hO7HKrk/D4Uryen1K71d0Qs8lRNu9hdt8+A3s0hrVy3d
rBDURbqLX26cndI3Zq3J2TGZFtzVlFMlqpSaJcETLyPrce8LiR6+1/jHFc7bv/Jqd6mvNkJR
XJKvZIwpweUnix0a6I9DaeGmPjLuyluSX+A4ajgrciCVNCz+RZuOUymm0cpHp9tt+B/9b8IP
/qgha0zZEtL5ib21XiV211XI0/c16EfuKfAfd71XWxX3axRxc9e/giFQnu8j1Po5hEPbWmJK
RNuSnavIltdI1FprrGn8UVIlPV1STSaP3K+GCJ+fwgnR9uys1ka+3dfUja40rpUPXTzyRpV5
WDu3lJxQslFuSlOtjEvkazlktVeGKFLaq1ZCi/IoVWqC1dHk7rx/TuOF+I13U4Q0nC5ZMt6J
0wiOMupspzJ6XPKFsqVqi/6eSjb8zt2UecE679qd1RkPdvPQ9O9RLbZz9D1aeLmhL1SSyxLT
srYaWuq5lIvqvkS91L6H3rwsffHRCj3O6ZkpaJJWr2TVSFp9RNay+Czj8yIoskJN9WLvp+ZG
urfW5MxNiHshPuc8SRs382dvyHKSjJWqRL1mVEFvVaiFFHbqdrcvkWrquRa3Qnz8Oqyeqjwx
Jug21LwNpWEsXryJt1vA9k5XAnCajLr/ACjp21zkeX8xr5ZIlORN3JVHH1EtppkiaDSqldna
vtFeepG0tcDlpJIo1K4JjPkYsN/tqFf1M9KS4mv+YSS11fhUotZ8B6be3p2374ISUW9KqLXZ
9sdDs29ydeIIyuKf9x92z8WysrkW+vuVytqlYhTHJzPkYS4yRzwNN+Tx/hNd/c17/cVok9Pt
p77fp2UR/aHsktVwh/QTakXalHIu1zxBDltiVHFtckfbwVc+AlFPqPtnwfBF0oH3T0gu42JV
K3JfBFO5faV8xKX0IZXzIalHgqCWy+R3aV7rrg7kpSo0KKPI39sncnHREzP1E5rwjuahKh3X
6FVDJmg274LrwNu1xpkq5TLeZC80xK4mlUivLTLa26DUSjiDr9CJS4Io+hDGts2pI6tKacli
U68QSyawQq9Sl2WjoytOgsQS1OJJ+mSLEfiUUtfIe+1ZVEsFHE2XAsz8y1rFXLR/USlUiJV5
Q06p/Mmsx4CnAnMa2E9eETwd+v25ErcMUROUTkiKnQk3cdywxp5wcrgShUudsz4HanUez+38
yLKzR26uqsyrhrCGtrqw1l2P3NqtDhpMo68n9P8AsKXVxLXzjko3TgWu9aUktt9sXLxtNCFV
ck06iKfI6F5oPi6OCleSLFfI4LQ8Dl0zJWsWZGGQlK6limDuanxIaTSJ1TUUglktUVibMnH1
JItyJa0WWcolKkxUi7ErPmLGqbl60bWSDtdmPTuh3U8f2RbbbSyeDuSqNOiG9YgcKjoym0TZ
Hfs0u38j7qw6FoTvUlfar9SFSLHcsk/UbSa2+jO6arA7y7Lgeu1pJtVVHTzZaRNUYvSvE4/A
rVqyLfp4KQ/yZF+64npVlFKSsQ6TjBC8JIdyl1ZnqUclC8Fq/DhT4jix5EzU1a9zXfuUvXX9
P94ja5aVyxQk30GsnVZJ/SmTUVZLvXCFGeajm/JPdeyHts/GENuqgbnNGK7d0eqk4JIyhOKr
IkhP5oir2wvg9lMYihnV8/5ju13aFo3K6lpTsKbvB2ZGnixGXZna6NEzRDlxrdj2VFjwGoqi
LPa5M+JfwOvBSjWDu/C5xFS+Cdb5J5sj1JKWR+m1BtUwyktYJj4Q6zgsnOToUsREFXcw/A/M
mbUPG6JTaTGpaSFQ9GrfiisInbZIruS52nmx+57Wsar7lgq4VycIbq4HSWssn5xkm1SvN0xN
TdZJTlO6FtMNUcHbt5M7YqNryJf3O3gd+98I/IaxtUqdzU4UFmnORTVvJF0d30+FpZaZyLTV
/wB5FX1JTfU1eyEW8CEk2UUpKp1zydMFscFXTPB6bK7Qn3TtEpMpzDIzyLTRw+WPWJ/tFltm
Dt2TSzI4u8dDmPoSkz1JroQreEkPRriERDXRjTos0JVVwJrSjHt79G/tEku7Z8kxEktl5Jmq
wQlViezUcH3Rq6pcEvda8yJr3Uk7qRru85UELZrrsyu6aQ5dMRkjRQ8MTVmoGovgnMi21a7h
y52Vlg73XZ/ISyTkTSl5fAlEvLJimWPJwQpJkTdI+pKHO0SPaZbdynyODt2pFh5J5PU5fBFV
P1Mp5FFJVslnbkh01JVUrktJ6jhpZ8hZfKE9lD4ZWoltd2JcMlTrS2tjZaP18bcn7e/pXI2q
xW4ntGqmfEWzvNPAXdD2dEmh92q29x8WFt2y9qRY7t7C1wjtT9KdPIU7Qye6cwQlEVZy5HK9
RDcJOopfpazyJXm8VRnVeFDu1dcvqOXb4RDXDwJJSlkTapYiLHV2Era61a5E9aR0EuUSnVU+
D12XpZdrusJX2Z0HNjn+ohUnJ2/iPbODtTnVXKW5Lk8Ecip4i11UxXpI+5fIz0PVZlHVcl8D
nbwE9mVpFowNq3Ik/wBVegnOLFPM9Td7ZPSyHU19yyd0he4lO+qtyTpTVfpyQ6ba1X+kW1JW
Ct8Pgl25JvqiihWNocODun5lXLxB3JXopqTrMTDYtcQmx3qqIiG07yLvaTVUmQl/UKHCwj1a
xN/ETmU8op5l56HaohYH7e2s6zi41q4TyK7fLqOl8r/SViHces3t0IY23RWO10aFu4ex+I0q
zY/rFAtXbDwTlZOzDE89Bp4yNOHHkxz5SPNaDmk3O7FkrEW6ovVck34JhtnlyrnmQ25aJe0x
9SFbryJppN/pz/KKnq1o2a18WJqicwzt2V8pEPasZsSsM7VZC9z20vVR+J+5rT3F92vUWiUP
PB2zKyvE7bUouo8ypYklVmzdFFiVki3UptYdXPAm000yVd15O3T7uR7Ny+WS2KFc9N+o/bur
6+JG69TwOLOrn/xJ9uOvJC1c5Enre8FE/Mmx6r4R6tkmKd7YVWNrV66rO2R7Pwll7YK2E5hO
0ETQikrkc2Vkx7fbqvqP3FZXLjTht5KXtP8AtOnBX5nXwISmMoXXkrTgVm2TtksvkbbaqqsT
XblmZF/+GLZxMXybS6cierT1jxPBugtopwNNRssMaSvYooi5D8n1H3KW8m3fqtu7KR6V4lZj
mDtSY6OOB6w1KHGr6IlwtYosiW22ia54H6lPV/6Rp+4mmh+xptPbdo/FvIouTMsrfCItNUP3
/eXoXp1152Nvcijsr/DakvfLRCUR0FE9WRMj1tOUJaSpvtNSdvU3di17U+uTaVA+g2q8CVpu
QqMVRrgc1Suj1uitqQ36SipzwUusi+fQpdYwcIl1XB0yVoJOpQ8D7sDjfyHWXdpHqUsjtnMz
UtrHiQ1ql4karSnUX2Sroh9s4RL7VNmQ90kuhC2Veg13TxCIh9KEKY4glptLoS9WotJL1o7V
RC1ZPZLxJ6fbSyxvsSW3U+xJctDSSSWUStpfA9929tnyVpOEUX9ZmVgWuqfdNOp3++lv7m32
6uyO50U2ViOfkJaurxgS1bhZfI1cz4FVEWg9CanLE20/D4SlLNdVTvhItPUpQe2Vg7VMvPAk
1MWJmt4G+bkc2bIit/EbbrwS6oaTiEU+ZMEtUX9PUQ0elVyOKvKPUoKlscF3Oaj7W0/Elt9X
JLcLLNlo6ohzA4mb9StFchS5+gk23GBJym6pXO7bSE7MhSmJdzRHc5VkV2uqi27ZXJ6ZfQi3
aR8hOYeUQr/VCkSXI3s4S4OmCbzydPzI1srs7tlO/wCjVc/xbD33rNnj+Uiak7OENa0Wrvya
wru41HnyepiyRqlrqrMlX5Gr0wb6XUSjTVfpq0Lhi23fgh4WSWcTb+Ih1jJW43NJiCEpZiSt
nchWIWD1USfmLVKZd2WicajW+z7XY7Vt27RTY9WvfrhqxttqppYs/tko3+YodebyevWPAo/I
W2rs7wa7Oid3clO3zG9nV2F3UjCkXYmoxEyavbVd7q9mfxrM8C39r0bdGN76zq/1L/yPTDVn
yUVFj/UQlbglaNLk7/a29euLHb7qa2m1/wDuF21kh0RF0xp+p/JE7pdsWuNarqoJVOjISq8s
fbD3dlyzv3dXm/8AIduv9P5Sd09nwqka+09df6dpq59V95w2etv02JShOxLUvqcPoQ7vI9b8
IeJG1/DQez+20CpL1syJqLV/dtWhM+p2R3bDazkfdWbDnL+g6naoSWclfVPBNKWR6lDP24ls
SWyXIt99/IcibVHkjVuqlVobRRszwbPV/L/cXsiNcVcnLdoPU34M9VlYnm45VceJW7sRsl3O
rio0r3noVULLTEtapDThp3Q2qJ1T/wAxGj7oyar3X2p1qoFHq1jBPtuuUJbqWs8Hf7Oyeq/T
Zj1dGrjm7JbS8yE+4W3a4wmJaKVt9qVYJ9x1n7VeSZK0WBb+5t26OzdyPb17udmepeCRGqem
uWOavDdRcZZGMshW5Gnk8rlMUG1inUbyzjqUng7NVOwnvVu5trNBqI7SayyHScjlrV4yVvyL
5lP6SfQ79lj0yOaI/bW3VMptTWzR6m72FLo1REN1/A+79A5uUsfiUrwJNWt4kPH6S/5iaaXV
i22c9tqE70TI1vkXbRq5tpuojMndq5g195V7HO+vKFtpotZSboduus9i9VMm3tNzP2cf3CUp
12xbtMLluw13Snk2XDv0O53QqQ/4SaKeSOPIhehX6smrO7Z9qxJKS2d+58je3zKOw9nWbD+E
lqcEKsYHt5QNYHKpI0uaOw+37VRE7VeIHprXblYJmv8AEyPxI1ryyY9XTJ+4ktdnfUaerufa
4fQ9WbYK18LlI8LiWqnwHpt6dtaQJOvQ2eFXzH22yzl5yNJR1PVWLQfb+noS8dSsviCuVQj8
pkyn0RLUvjZf956c5VhJ1bsuTWUqXQtJo7ndtdm2mjaad0PbZ2yJY/I39uY71E+IlMxR+Rs9
dp76t+InrV611fJ3NepKutq/zF40i2TtSlHdHanQV348jpLdDttNiVtPyHrELAt9l3Nci44I
yOawV8iXUeehNuCucH5l/E/A4HtxU232hR5nbo5SzZD11b2bq3f+ydqU7sluHclNORa6Lxiy
E36t07jbfpeCw5VB6PNnwz9vZTxwapR3NwkLXaO53aNfd9uz+4nLO7avSw9lRcCSRXRNIf7a
Xtt1Z92I/wBw27MlOFnoTc6s6fIezcf2mJWz4mrathEtzq0LberTkXt6Q3+qMHcpa6lV5YJd
lxYtEH7ftuWqSPuh7+1VMWvuuNpoSrtCapNOhH1JSlp3O3Zw1eLnMXEna8sWsvhpZFvuobxk
7Y9PJC+Z05PEVaEXeOCtxtELF2LXV0VWyYIsbVG1mg9ZncWusNMSvtfojt0q39zQ3s+1PFxa
6005LerLFCqQVZCcyNvwG9KbaVfVCejajCPW5ScJsWt0kTkjZw1gWr1hvgerXVeA07Cqp6yf
arT5jSVecH21+n+E9KplDj7mOVV3TIbibRYT2Ut08DueeSJl8Ij20mms3H3Or+4i3UfuJStf
mxbJtubWQ9NI1m7yL9TzJt7mtZ+6Ryoj7XkftNS8J3X849d1awqelq5WkYG9V3TeCO1wr04K
rueGd+6nd2Q9t3PBS3AkXorQVyTzSGfgTMLKOmWRrbkhXIVBdzJXFB7Ordhuk5klS54O1KE1
UmYaPV4j7fkKHB26VdqDWz7t8JDnWZw2KU/b25wLSVsv4hpv7qUNvbVm5TXUWuq9PWv+Eeuy
jYS1dVknZ1QnqoQtk6DSzko65L4kcSs+JTWn8UUK+pzUlJavB3xHuKn95FXajWUcrk1TfpaJ
VXydrXjJNyKxwdusJTVPgc26Dab8RpsffFLa5Zs3RTMDc+nqd9H+QlxyTso1IptvaERtC02c
QlNGd/NVqVuc/Dr1+HXk8RfQl24ZT7cnalCFFix1dkPxudCtSHRY+EKr4YnyJW6Dahse7o2J
py3yRs4ZF5VyauCongUTtNYwhLe2zNlMKnb1PTdYIdlg9Tuh9qp8P5RLTStmLXWhM+RNkPbf
Zedzv0fbs3Wh26qWl6hpJ9+tiHdO45d7PBSsZE5lPFjuhpu7X+UaeiWuyo9Re1s+1av5j7T8
SHEK/UnXzyds0dxd8PXg/Y/9eO+KuftO7ZvZ3bP3tqpOkk4wVvg6/DqiFc8OBzkdaYIThIUZ
udeRMcuxPyHLvcjDyJy5Ir4ij5k8muaEfUeqsjXWIgtMnauKiUwNopm5N4quhKc9GRuqN0Qu
37kvmbaterqa08PEqp8SVEOyVy0dGfbgSUJPJP6uhD2W2/8ACjt09CzF/wCbYiHttiZYtt41
162/mG9Pce++v6daakLVdzs2NtUySofhU/s8oWyXanyLfar+aGlTpiDWl1+Am1TVxAmKa+B4
+RVwhvVru6cD2YlaTXSYhS0dDud+PjKdRc8kKhUvRYPTXkm+Bcsm/wCBNhaqry2NcnTBCp4j
atb4KUavi4/xHPNWdCExs/MozbWyN4whJqX0O9vwG/Cgvd1UTRtkRYiSFVrk9SnxLYHsonXL
Hp7FKV2d/wCUom2+bi293/j9u7bHr7f/AC+6vlJXaNVbVUE/6MiPMoxuVGUqEvW3J2qEosTq
lN2lQmgtp6IWm00q2U8oOrFND8BraqaieDu1fpZN+3JsmqJQLS0lLKhBOS6PAhOVkhVeSlEX
Jb8CccMpglECSryhVvkq6YKuOhbzFzgSVe248G2uJx1JTqju2zklfM7pSi/A1r9vJMTPBGzu
P6Sdt/Ae3mNty+JqcVyRbJNxZkurG3ZmZ5FolXli29zZe77rcxhM7Vt26dLEy0UU9T1Oeh3u
FrxkUL0sftpVvHQS2o4mC6nkx4yQ7CV1rjqOZ6EP5HictZK3Fq0o1wharaV+BtSOOo5VGpTO
6K2k6lL/AA4cnNBdWYg5qU8yVZYMocEZ5wYj6lK9BNKDqQiFRZghUjJ232d5K0O9W6EqYKOY
ITnXB2u2UWpwylOp2r7nU7nd2klqG/I7tVVDlQ3Y2TcNOxXGS9OCXMH24G26LgWq9EKJ5X9o
hNt9bC7FTk9e/c8pH7fbrA3pC4EtmntkbiNXZ8j212ibzcjbf0Z5J02+aEpzgW7bh2JSrY1f
uepc5HrDaVmUoS6I/MiJNW7wJ4NWrdCZuQ3L4KOGxL6k4eSkUoy5OEeOSuSon9eTk5eByoeO
opnyIuS5R6qTjB2YwNWk1jzKOU0duyoyNVRfIlLzI1SfUnIuMImyQ5dsF/IW1qi1b+5SQrj9
y6Yop9DjBKuz+UzN4uiNVKfkLfZN9v6SFrGvWhO29OEcsbnzwdqjuaoJberLrUprDVpYm0tF
NkPv2SjFyNdO98ka24QlWJtBTaHlTU7d1aJbG9tE54oLf/1pekV1fJ2tR0JSjVV7mKtIuiLU
NVMduRK/UeWhP6ig8MjSyJdtjtavk9HmxR5nbNhIaSufjBKq8DheY03Nbjd9WoFFYJysnc4m
S8n7bUJ2ZR2K16D211sOkITi4pxQ/a1ac3LxXzIx1Pwg0Susil3+aEtazVt3KKZuVduCqhfw
n2/pgWiTUvyO2PJFNYg5gpcc/M27vE27qxbwG1VcH2xCuVaT4yOfqS12qbi2STadZop/ukzW
060R3KpatpLep/qOxyhLZS2/VyhKIREwnYrXwErQSlD1O6P+hCvfoUIw8/CtIFFNc8jlXcyU
LT/1FKk46jRES8DinJUjNo4GrtYO1UTHSEeHJKpGDt3aKOUx4Kq9BS4SGlXxJd2VVCcE4dhN
1mkCngT1SITiKQiPxJwi+Bt0rSPgvoU+ZLquhKZu5rEFYTdz8swelVwnUnOR8kT4lKJE1e3G
BLPGBzMZ16/2SZnh5O7O1epO13UlkrBCouSeaCr0Y07yOBoTbPSnHJM+JVS2cEJFj+sp5HKH
Lh4ZVz1GqdKk/gc/QW6xk7nMMtPmVOUiLJWTIyiihE7D4GkvE4Yo8xLtl/QndTtjgpKSO5z5
lvTj4V+RbH0GvqKDr8K2ybI9yaUoOb/IhuqqmiW7FbkYdyF9BLPBE0dy1lcSiry7He66+3Vt
8k15XwiaMrU9WreuTTXTZKLq0F6PKG3KfPInZOjElXqS6fgeleLFXyJyKpKqU8x8EI7bEcHH
4FFEfqJSUZGu3xHNU7RghU4HNHlopq65uSl5kO2ZKUWSKz9BTVZgiZeOSufwF2tpZ8BQ5Qpv
ah48ij5dB6pR1Z6aPBLNnFGWdiJvJW+Sh+ZtA0ni49XSbG2sOdaM9P1PTV/q4LV6FVVfMqp6
ck/JH9RLFeeZqLXO+RF/ESw7j022o/tY5hrDISsX9ORtVT+Yld1oN7Sj8BNXV1gtUTZw+R56
ElFX4J4yU+Q1ebEPwI+Y+2laE6q9GhUsRBPA0snpquWPuVFkax+BSfE5T+gqnqrrkhU6kupG
RO00TG26HQ5/ESyZsR9Rq/UcYuPE0Rtss56Dbyhy/BM2ldqdfItHXDIkSdWVnoS3e5CcwN5a
8xVnqS+eDRKkRVi1V4K1FWg+2Gndsfe5aFEvgluIG+PqJYzA1ngnP4FI6tic1yhJUSPzG1RO
xWiwUsUo+RK/Vk3g8Rp3ZV1iqRdpDem11+I9W6MjAx/iKHCO1V5JS7WPtoUzk7krXKrtZV1Z
wUvkSnrAup+QofihPipYcuErEKskQLW9xa6/Ia2XiUrtdMT2jv1pJWpVQvmSy6fmNNimxeYw
skQJy39TRXTUnV5OzbWVyN9tTZLWJ6nbtSOTNRwpKKOXglXY3VjlRNiNbopR8nM4IyU8xJHU
6HX49yo1cUOpLuLZ55/yj4aUCm4zp0FWJHDlq5L8xQuiZDVB0o0Uo2JOzpyN454OnI1Nz+jL
QiWk+oml5H29bkKyfzFOMsUP+n9oTq4vB2w24lpW/nG3TVq1xpOiuhrCef8AxL/QmvmVtgp5
lh58CtFwilCE56C0ctuql0E3exW/JwsD7XWCXfJx1P8AqVouLnc8laJWRSiTFCryTnJRRx0+
FTu+RCd8iUQ+pNhLCuKbOyLeImtazc4wkJ5V1iBbT+klx06nHMEKrF3uEbQPoKFDWRqXQT1s
NN18LkaJwQnPQlqZwyuR9KfBJ0jAq3L9BpS9pqWH3t+GCi9LobN5uxap9yd0XaWCtyIS8xfi
dOC5Cf8A0KzXKOX1sS/kemzuSk6VRW6vKKD13Tes+llFD1vM1JRMEZ6C0VOZFOBLECX4Fm2X
iC9CGeFyZrwUwVrGC7JvyaPJT7lcaE8JniyFglk1jJ6XH9P7Q8vJNaDd1AuDuVM1FbqmUdsZ
KcUIV5Iu/mNOa8Di4kqPkhkY+HcqLLIx1G3RKp24yOKaxYTrKpApVepz1JtGOgroo2nFzrwi
Xi6KopME3fIm3HQ6/QadZsJxNLlV8xwlq7D1SjllKJUYnhG2zco7E6a3gnAnHgSjuTj8xzQq
pId8kvGClmUdT8R9S/X4dMngIc+Q2roq2dOBcIbV/OCH5kuywOliFM4LSNIU1UkJVsKVLyx9
0QsiJyJXPIpRTYnE36lXKeEbN7Q3yX7kUUdC8zhkl7YK/hHwrbJD8mipY/MvM2Oon9scC1mE
hPgluVyJJ3v4Cr9yxj+8PbVzN2NKrdSNb5Ylgt4fCqK0SKu31E8kD44PElW5Goh8fCo4dytu
ScDoUp0HCk9S7eWSnOpW3gPutwrnQqy9yJo8kTfNkjnwFM3E4uRblfD6j2VjyIbuN7UI2TpY
T+YoUs8K+BLiOpKyVQ4+7g+1SQ6NFKsjkXQtUhP4RfZZHp9BQ2+6slhu83Jd7mvtR91W7UNU
pl4O28XE1bgsWqUoi9cGislcTWfhLoV8hpMtU6ormwimbkJD63GlZkO7IsemsFbu43f5DqJN
1WUOX1R0ZFlkpjIvrwT9CvmQrDmzsRNsFsDiJblpmZfNSWvN4Kx0RR15PzmJH3WwizpYm6yP
ngq22uGdytxMkpeRTFxc8HdPiuCk+VyaxkltKLD3XjJq9VGsRHUmzd2VlzNepp7mPzEqtdSX
c6v4LJ1OpLvkVRVpFCtmTSMoiLlSfhB1Ig8DoNT91UiYyNu2DoUfkJq6uJP5EWSJRHNiXfBS
qFW5GRJDWEMUYM2O3as2ElTxHsq7SNbXG4oqN8EuqbrwUdCZlvHBE1wKHDu0idVS82HauCte
h+J05L3Mtx4SQ3C8SG6dcEXX1KuGsMWrK3Kqw93R2XBLp0ETeRJEks2b4O7NxbCzyNDJboS6
dDxOhaq+FPMnqKV4PJ6rSJOfAlWEopA4r9Rp5uNkY5+Eq6RVCRS6wI5SsM58C/6SYmtGy1rk
WU+Y3dcjhxJLcRg2z+BOepDUpOryh4jJ6X1fJDt8ifxuSVhIlVXKEnPmOaSRixS3JVy+WKk6
46D1UPlnbup12yjbXWvToPWyKV+EfBsaecjStydrsKM4HRR8FBR/Un4VaJeC/WBq9fAS1o1m
SW5fXgmWxq/QVPDkcLqNvqOtFZj7awrngQs3E/kdSkEuB18ig0fykr9OcIaT8ajr5RUpRFKt
4E2mNzPgT8z01V2ybrb6DbiVgb2fp+bJUwyk1wep14Ptaga5tks31JwTZMi/BG1sEp0d+gu2
HBtttCSG/oLkk/E5KC5mxXz+FDgnnAv6QS2okam14I0dCW6ux6F4yTs/Aq5KTHJw/wAT8zkm
8cD/AA5G+cDlE8ngdeBZkoo/EuJrmomSsDfzR5HWSdb5aG6eq5MqJrW4lxkluK0K1c36k7fM
7sZ6/wAo4oVSkTbXbwJJwxRZdaj7WTdlKSUnqSqtiK14HSX+REOcqT03eEbK6HbuIbdTwK/B
7Evkj6il+Ym2oGlUSSriRxi8EN06kIbkcqUxuLWSPT4FbkfTJV06jIc0sV8mRPlcvUbVVaWO
koc24JwiHWbENDapwN8XNWPr8M2gah0ElVEaqOp0seF0ycZm4qtxgiGkWqrpnq+hEedzryep
T1PEhOmUz00nkVvAUXRSnRWJSXgVm5LSi6E1FeBOkREG2qmap8EWauJ1aOmSlXgc1HgVa6u6
4PTRFXMC7akvzFCdOBwnHWpGzLiSIau4oLVqW0NzWTpyKXH0kf4HLGKiUCsydat5Z0yX9OOS
3zoylkJRKyyEqciTVMG+t5kWt4eWdSYPIp9xNl4QUbfRlKLrgVZ4E2enyZWviRk5SuJusk8V
oXhOyIV+cENlPqRMze0HX8yHZZG2756ESQ1VdBV6iSo1ge3NEjbXJHFicsqxr2lOJZ290IUu
ZuyNb5HhEKidhu0lkUfQnGcjbccnhY5ge01VCaJlX1gWzxRIqiLDeOSPqeJGXQ46MbdpEn4Q
KF4ihUHLsJ8Dyzo8s8RJnkUdGzt2SfQa9vV77JVVkbLXSio1NhaLXW15Qk/bTW7umm5J21Wu
IbSH3Na1ijQ+73fbnDkiU0qSim37jV4VENOidbDiiebkOGn9BxRdDkq/pJ48EK5NfIQm1XmY
g6RgTo27f01HSrqd3I+1920SiNXCfJOzb+iFZ9FkmIibn5CT8mTIsRcVY4ImvIqyxt0nDHw8
UHS9hOfEWsxJM16lxc8kW6snBCuKteMFo8BUFf5jWDtVStJ4+DTQuo3ydyF4E5PI7ZvIvVCV
5VSNXC5VCFs1Fdq0J7mq+Yp3fSuSN9m3eslVGuORp01ditPEcLxFSW/wGnYvTgTRauCtS1a/
ClZOWX9PE1PSqK8ih15sTbaIbO1TGvAnuompLiSEr3IWMCjNSFb8yLrI01m/+kfQSSry7j7n
C5sQ3LFKqyYOBJeZXHBFeoh9HQlu4kNY4IViypk5IY4sU+E/gdGIafgdqsRsdIweROsObyhL
ZSSlmzR6flFDr4en/EVrqrK1RzPNFkTwhtW4JhNO5GHlKpDxYcKju8lF51IVJ6H9YllZghu1
mTLpyWoSqoiKPI0pjkVKZO5P7apC713PwgV6ChfQooJn+st55IVPxLvwGkqMtTItoqvwLUJt
FmTHhsPaS3mWszbZqW2PtmehDUpDhEP0iSVOhLsSlA8QSiIqZkdIEo8SigdBc8EZwx7E4ZO3
yRi05P/Z</binary>
 <binary id="i_099.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RdiRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6Mzg6MDAAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfygAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWKAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcQMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AN+wN1PbsnYGtI00TOb2/BSG3TsT
wkpJT/PVNiZeOPmVohnkVj5bbBjOLCQ5usj4+5UWZOQ5tf6e0TG524jnw/rJKd3qNVz8Wyup
hdubBLXOadT+b6P6X2rhsu3Ix3PxMmxpdRLJb7iDP+letg5ecLNn2i9zQeN5EafR3Ku6thJd
Y0PmHOJAJJd7tzv3klNfoWJXnPuquadorjeDEGfMOVD0XOGogjtB4XS9Hxg269zYDLWDbAj6
JM/1VXZisFvuYbC5x1dMA6n/AL6kpxaK2hhhxY52kHQeENcPzlr4FuflUnGrsca6WNrLRPuc
53sa78x3+ksf/o61YFYBBFba3REgAGe/0pctjpVe+re9hAa+WOeNXOH0rf7P82xJTcpxmY9T
KaxDGANH8Xf2kSFWyeoU47zXa5rC0TBknafov21h30lYqeXsa/8AeEiPApKc/rk/sy4gQHQ2
O+rguTNjdkeMBvxPium+s9uzArb+/aB9zXFctYZ2/wAlw+EwUlOnLvH8qSL9mu8HfcEklP8A
/9DfLpdHghj1nWtYBsrGridT5c7mp72NDHF5ho1JifwTPqaYDCK3NGjgJMc6cJKY5m+vGc7d
vs0bOgEOMfRCpY9bnxXSz1GjUx3dP521XLcfJyK20GxsOIl+0guO7iPotWxi49eNXsqGk6uO
hKSnEZ0rqDjudVtJBEaASf5bneoh2YOTSCHMLZn3AA/iwbXLpim1nTRJTzuM/wCyu2gljgNZ
JMx5Pb7VMO3EmS0fn9tZ/eELbtx8a8g3VNeR3I108wsy/pthuexj2ua7Vhc6CPKB+6kpqYzH
XZVTNTud7JifF7/+tMXRsa1rQ1ghrRAA7AKj03DfU6y21oDz+jr0E7G/ne3/AEj1oiByElON
1O6tuW4OsDH+m3XYHFuuj9fpf1Vby8h9GM11YFkloMgwBG7f+jLHKzbRTYQ57GvPi4D7kDOx
vtGOKmOFRDmua7WPb+bp7klOL9Zb7H4WAbID7HOe5reOAO/xWC+QGdxvGvyd2W19ZWuqbgUj
Usa+SP7MfkWK+Q1oA+k8Afjykp2/W8z9x/8AJJI/ofyD9wSSU//R3yytrg5rQI5MdlKWbNzS
IPf4JwIdx3TvBhxLS6GnQcnThv8AKSUzZimzHFoJfI3bGx7gfo7XH9785VMt12PiPyxb9luY
AWBztHbdfR22fT3t/k/o0Ho3V8nLdbjmxlL8aqtje+9wbutts9QfR1bXWsrrnUgHufbluuLW
uG9jH+m0tBln6w5rN+72/oN6SnqOn5zMjGquBllrd+4iDr5FEfmhr5PtZ2B5Kw/q+w4HRGWZ
BLRaDa9xk7Q6PS3b427GbP0aLR1r7Rddi27bGVhpqyagWscHN3nc1xf4f6RJTcyuqMbU+x9j
a6WfTcD7RJ/Os+is8fWDCsYasK1j8hxhhB2mR7uX7fb/AFEf7TXscXWbGMcGzIgk6+0KlZ13
DrsZDcfKuLiD7ASA6W+x1bHWWWbfbsq99r/+3ElO10/qwyMYOLR6zHFlwnQEcObH0t6uHKMa
dtZ0/wDMlgG/p3T8ey4sGK3aHPra71CIP80Nf51u737HI1vVsXHLK7HEOIaTqNN3b/rf56Sn
ZGTr72+3xGsI0A8jXkd1h29Sxqfc6wSDG1upJHZWMXr3T21n1bQHchmsBp/l/Rc9JTnfWg/r
lLSPa2oE/NztAsW0fzY7l4gfImVq9Zyas3qHq1O31em0MIPlP/flm3AbqGzDi4n5Bp/vSU63
2pviUkDc3wSSU//S6Es2mWtIaT+aO5/O5UmbyyHjaQT3nT97RSeysAPdBLAQHHmPzlGt4cA4
Oa5h+gRp5bTP5ySml1h2LXjB2TQLmFx3NDQXSR9Nh+n6ixKr8zrPVq67dr8SgMdc4ahza/ou
sLtzvWy7Nrd7Hf8Aoxa31ivrqxWNex1he4bQ0OPuH5jdvt3OWV9vqwujV3Uur+29TeDsbw3d
7fpOLnO+yUfn3fTyLElM785+a7KvflOD7HWfYK2v2AMrGxuR6de1zt1u/wDnv0T1Srd6mK95
bs9ofHB0AfLp+CysWu5nU68YPcarLQDBIa9ruzmsP7v5i6sVYbMOuhzWupafTcSOx9kbv/A9
ySnmsw25w9UE/ZscBzGCQXbnGbnA/R+l+arfTiKdl9rm0bWOLGjR5aSf0mxpZa6n2u/tq1l1
V4zqxcCaxW+ghpgHc4vYz+Qs3rrm3ZgoLIrxYY17gQX6Nj6f/aar/B/9uJKZZmW++hgbY1tB
ftqoBLnOYP0u+zf9Cvfs/QKzgvD7b6jEOrBaZ4IdPtUcTN6k9pbVa9/pgTWyqvbXH9j9F7R9
FaOKeo5DmhxD2aC4wwQ0zo5zA32ud9JJSmOc4H3S8gzHO4d0J7T6hcGuIdMcnX6Q5UHjNxrb
Md1h4D2emYBDh7dunu2odxyC2XWWExoC4pKT0mbSHmCGgOHxCldHqY2k6vd8trWyh0+24zMl
rPv2hSeWjKokzo8R34CSm3qkiff96SSn/9Ppg4OB2kHxIMphtmNNdYEIeUWtpe0OaJ5Egd1D
7PiuZ+ia1p0l7NCCPNJTnfWE3erjuktx/eHGJG9wLW/9F25i5np3TMykXUX451qc6h/IdI27
q3fuN+nZ+4uwzcf9TtFZBeQHBz/32ua5u8f6P+Qsjoue3Iz2Y3UqW1ZNx9TGexjW13tBd9E7
d3u9N/oua/0rklOF0+q6+yq9ultFzNwdPLDG0x9Hcuie5rbHBrZrfJsrGv8AJ9Rm3/wRUOm0
jG6tk08NtDtk/nbHH3bv331e9aN1bwA+kBxafokfxSU1X4xuw76HH7Zi2GWOYQbmeALJr9Sx
v9b1P5FiLXiYObh1jJudfdjV7dpb6dzmg+2u5jxub/x2z/i1J1ntc51RrstaQS4CSBt/P/dU
8W4vqpY98E72FhAO4D+V+6kpy8ptwpZZ6DacUPDKmk+wE/uVNPv2sZ/6UtsU8JmddknFNH2e
z9G1rXukuZcJrsbXG17Nnve7+b/MWnl1VdR6njVZlrMR2FSSzFAaWufaNzLmfmNrfX/11J2R
fijEvurG/Fa9tbS0iwsiG7ne7ZW1zvU3/wDgSSmjPpMa3IqLay9zWFp/RuLHGu5ntOzdub/O
UORsxuPhV478nFxfSypDLG2OcWjxsBr3/nfTUcN4v34hoORBaz7Q0gMrp5e7G9Q1Vttssc7d
Z7/9J+kV2rHGV0XNwixjrWhzdzp3E1gvobj7fc52n6Ovckpo5tAxc++hgAbWWiG6j6LdGna3
dt/e2IVxP2vHadPbZH3Maiv3ueHvMWuZWLmTqHsYxrpb/pP31Vvs29UxADoWv3DxkJKdPY79
8/gkp7h4JJKf/9Tociq6yt7C9pkGPbGv9dCa+2trWWV73HSWaz377VddHylDj3fNJTUzdcK6
G/Sa4Na4SCY4LJbv3f11zvUPVeOn5p+1uzXZFX2e25lTKXNcd7WY5xH21/Sa3b+l/m11Dtlh
fQdzTxuALRr+5Yuapuo/ae/0bKsDBtdZj4VhAnIOluRtDXelVv8Ad6TPZv8A+uJKSX4f6xRl
Vg/obHB/JMEu2q+5pfIB90S0GADEfvH6Szc7qmY24swbBtIFjw5rXFpdu/Rtftbuaz+qs7Lz
+tvsa1pZIGj/AGlxnWP0jklO/djudW+Xu3ME/R4j9K9vt27d23Z9JY7+tYeI4NaXZTmOLgat
GiXb9nqP+n/YWFk35ljyMm17iCZaXGNefb9BLHxy+xu72sJA+KSnpXdWsyWVOqikXscPRe8P
dS+f1bItyDW2vHZdX6rfs/8APf4RUcLK6rnAYwtstJeHEEhgky2us3Oj6fv9P/0otapxu+q9
eFXTuvuY0FwaCQN7t17mt92+qhvsVH7VTgZFowGnKpsrZimrIGoaC9/pfoT/AJj0lOjjVYlT
qLLMeygue9tnqmQ+t5O30sh7nV/acN7f0f0PXr9izOodT61R1XJ+y3HGrrsBY0lkENG7c5r/
AH/5jVr4mRkXdLppc1tVcuNwcGvDmSf599ntY9z/AHb2fpbFTzsXpGVNj7q8XNBO2w7vdA2M
Zm1N/wAJpuZbX+lp/wAJ6n0ElIqcqvq4D7C3G6i2dzxDRaPpe+PY97f9L/52g20vbmVWZLJv
aXVtaf3hDp9N38n+us7Yca01gj12HgODmvHPtc36f9dq0cbLpzfaR79JYfpaRq14/q/mJKdD
Xwcki6/6wkkp/9XaHUXODWCtjnOdo50t7+389At6hm7j6ddG0HQOdZu/6PtQnHQNHE/lQ952
+J7R3SU2f2jmwGnGx7STEiyxn/nzcgvsfkWUV5NYp9S7afTcHGC0tYS/b7vcohzmkg8Hue6T
Wk2sb+7Y0j70lNLqmLXj578ep7mh1bZdwWkyZEfSWbkMa6lr3MmwGLNohx/4t30VtdXY13VL
nEEOIaB4EBo2rEFpxrraXgvrJ3sA0kH3bPd+5+Ykpq10NzsveG+njVgeo88kNH+bu2qVltJr
BYA02Oc+po4aweyvT+WpZ3U6zU7Ew2uBuIa52jeeWwP3pVO7XJsqI9tTRWANNG/upKem6HRZ
mdOqtovax1Tn1Wse0uEh29j2bT7Pa/atNmBl+o5z31ncI3DcCY+hu093P7yrfVP0WdLa1jpc
95eeJ1A/6lavr0C30vUb6n7k6pKaF3QnZW1uRlue0fmMbsYD/IrY7/q3oDfqlQ07/tdxgzt2
tA+9q2Q+wlu1hLHfSPBB/quU2vLgRBYSQOxhJTx3UsOh1mRjlx3V2htV/cRtYGu/ke1z3rJY
LGXelaxzL2e6W6Og676f/ILazCXZWQ7SH3OdHfVz/as+3dk9QZS8B/p473MnsY3h3CSnR9XK
/wC5jf8Attv9ySh9gzP9MP8AN/8AM0klP//WM/Jrnb7muBDZcIEk7WtO5ONj7hQHTe4kNrhz
de5e4hvsb+ft/MXQWU0Oh9lTHuaQWktBMgyD/WVfNF7yxtOSMYCd42hzie20v+gkppU9LzQy
bBWbDMitxLY7OHqNapMx7aLZsr3gDcBOgI/O9vwRK6+o1NfYMp1xDQGVNhpJn3H3KeHldUc+
1uTVFIAAL9pc6Z36N/cSU5HV8iqzMrc0bZqAcRrrudBCychzfVdZbw2A0iJAP0Z/zVu/WCl1
DqL6sd7qmbhc+pu4MaNd9rfpbfcsWltfVMgUYbot2F4fY2BA+lu0+k1JTktqtbknItGlcvZP
BjhygK7n5L3sfDSZcSeRC3Op9MfgYX2uxweGECxokGXDb/V/nGqpjdL6n1LHGTgsqYxzzS5j
nR/6EOeW/wA3T+ds9/8AwaSnY+qTbreiOFTg19eQ8e4SCNrPb7lth9rQa7YfY0iCxp2kn8w6
v2OVf6u9Mf0nFdj22stc5+/cwECdrWke76X0VbspIex3q2uDTO0uJbp++PbuSUg2xv31MLxq
WBz3Ejx3bf8AoMUqb8dzPUa17LAI3lrmkafnb/zdPpvRrQ23Ta6rSdzSWH8ClkwMNzjrDSN3
fhJTx4e42PaXbnvBIn/vzvzvpIFUftm4xHo0EERp9Ef+SRIrNj7pBDXEs101/R6t/qoHT4d1
DM10gM/Ef+QSU7P2mz/Rv+9JPp+/+RJJT//X6yBtkzHCG+ptgh7WvHn/ALFZZSYh+g8E9ljG
nbtkjxSU0gyCZ1n4pbSAZ4RjY5zvzR5cp4BOo+7RJTSsxg6iykucfUa5kuMxIhcz9TGl92Tc
4DdWBX2JiSuxyXUU4b8pji8Bhcx1cOHHtfububtb++sDoFFFOXb9mG71WFxJM7tZ3/8ASSU1
Prpmtq6azCcCbMt4c0iNobU5rn7v872rU+rFVN/RMV2MD6YaQ7eNp3yfVP8Anrm/r0653Use
p7S1tVPtP5u57nPP/Ra1dF9T3Wv6RXjNea7MUEOEaO3uNu5s/wBfakp1H4tjdQCZQnV2VsgN
1PDJ/vVonKA2WF0n87cD/BiG8OaCS0+ZOqSkDRfB37BpoNf4qjndUxh07LqNjTdSxzS1gMCw
+zYLI2usb+4tGyyvExrL3gNbU1zyf6o3D/pLkujW2Z/T8rpzy31xXLSdJFn6Rlr3Q76Fu71P
66Smgx/6vqTvJA7akfR/6SN0+lleZkhvLbTHYEBrz/a271Sr3DIqrtYWWMsDbg7sR+9J/kb0
fp1jrNS0kEPcJ+i5zi7n+ruSU7W2r95JVdzf33f6/JJJT//Q7UWacjnU8JzDonWUnV12N2va
COYKBbc1o9J7XVtd9F4n79wO5JSTYwOmPjKHk0i/Guxw41+tW6sWN5aXDbvT1fQLRa64g6E8
/CUhXkWQXkVR2bqT/nfo/wDq0lPCDoP1q6W5+Phg347xB9J42On6X6J5rfWtXof7XZ1OijOx
DS4y7cxpc1rQDuc+9v6Ju/6OzeunDRJa1xsLddBIBnVrn/Q3p2vrrDgG2ATJAaSCfkkpBl9L
wMx4tyaA+xo2h8uaY8PYW7lLGwsTEYWYtYpa48SSf6v6TcrZLQ3cTA5JKqWdQpaSBBPiT/BJ
TJ1LGNmySBroCSf7LdzlMFmwOcCGns5pn+03Xags6hUTLgONYOv8lNk01ZoHp2uYW8sDywH5
N+mkpsXY9F1VtF7N1VjC2wRptPtf7v3l5fTe/pXUwH2nZS40G8akV6em5zf8I1m2u7Z/xla9
CuGbhYlrtwfTVW6G6eBj3H4rzXNqe79IR9JodYR5/wA093/UJKd7qNFT7vXsipwOy5g1hzgW
0PY4fzlDm2PspeszFDqaGs3EPZLbJABDfoh20+5ntVjo+UMumvp2U7bfjf0K092w79Wt/wBI
2l36Wj/ttTysC3GyJfNzbxtc7+UBrdP5rNo9NJSaW+B/zD/ekqvo9R8Hf53+xJJT/9n/7R9y
UGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3
AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVt
AAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFt
ZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRA
BEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVu
dW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAA
AAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAA
AABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAA
Tmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAA
AAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAA
AEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYj
Umx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wB
AAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAA
AABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9w
V2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVj
dExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bs
b25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAA
AAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAA
AAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAG
AAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAG
AAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////
/////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////
////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklN
BDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAA
AAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfwAAAAL
BBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAB/AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAA
AG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcA
AAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH8AAAA
BnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcA
AAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAA
AA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZi
b3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9u
ZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB/AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAA
AAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAAB
AAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9y
ekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25l
bnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAA
ABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxl
ZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNl
dGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklN
BAwAAAAAFkQAAAABAAAAcQAAAKAAAAFUAADUgAAAFigAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/u
AA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwM
DAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcQMBIgAC
EQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEB
AAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEy
BhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj
80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUG
BwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMH
JjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdH
V2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AN+wN1PbsnYGtI00TOb2/BSG3TsTwkpJT/PVNiZeOPmV
ohnkVj5bbBjOLCQ5usj4+5UWZOQ5tf6e0TG524jnw/rJKd3qNVz8WyuphdubBLXOadT+b6P6
X2rhsu3Ix3PxMmxpdRLJb7iDP+letg5ecLNn2i9zQeN5EafR3Ku6thJdY0PmHOJAJJd7tzv3
klNfoWJXnPuquadorjeDEGfMOVD0XOGogjtB4XS9Hxg269zYDLWDbAj6JM/1VXZisFvuYbC5
x1dMA6n/AL6kpxaK2hhhxY52kHQeENcPzlr4FuflUnGrsca6WNrLRPuc53sa78x3+ksf/o61
YFYBBFba3REgAGe/0pctjpVe+re9hAa+WOeNXOH0rf7P82xJTcpxmY9TKaxDGANH8Xf2kSFW
yeoU47zXa5rC0TBknafov21h30lYqeXsa/8AeEiPApKc/rk/sy4gQHQ2O+rguTNjdkeMBvxP
ium+s9uzArb+/aB9zXFctYZ2/wAlw+EwUlOnLvH8qSL9mu8HfcEklP8A/9DfLpdHghj1nWtY
BsrGridT5c7mp72NDHF5ho1JifwTPqaYDCK3NGjgJMc6cJKY5m+vGc7dvs0bOgEOMfRCpY9b
nxXSz1GjUx3dP521XLcfJyK20GxsOIl+0guO7iPotWxi49eNXsqGk6uOhKSnEZ0rqDjudVtJ
BEaASf5bneoh2YOTSCHMLZn3AA/iwbXLpim1nTRJTzuM/wCyu2gljgNZJMx5Pb7VMO3EmS0f
n9tZ/eELbtx8a8g3VNeR3I108wsy/pthuexj2ua7Vhc6CPKB+6kpqYzHXZVTNTud7JifF7/+
tMXRsa1rQ1ghrRAA7AKj03DfU6y21oDz+jr0E7G/ne3/AEj1oiByElON1O6tuW4OsDH+m3XY
HFuuj9fpf1Vby8h9GM11YFkloMgwBG7f+jLHKzbRTYQ57GvPi4D7kDOxvtGOKmOFRDmua7WP
b+bp7klOL9Zb7H4WAbID7HOe5reOAO/xWC+QGdxvGvyd2W19ZWuqbgUjUsa+SP7MfkWK+Q1o
A+k8Afjykp2/W8z9x/8AJJI/ofyD9wSSU//R3yytrg5rQI5MdlKWbNzSIPf4JwIdx3TvBhxL
S6GnQcnThv8AKSUzZimzHFoJfI3bGx7gfo7XH9785VMt12PiPyxb9luYAWBztHbdfR22fT3t
/k/o0Ho3V8nLdbjmxlL8aqtje+9wbutts9QfR1bXWsrrnUgHufbluuLWuG9jH+m0tBln6w5r
N+72/oN6SnqOn5zMjGquBllrd+4iDr5FEfmhr5PtZ2B5Kw/q+w4HRGWZBLRaDa9xk7Q6PS3b
427GbP0aLR1r7Rddi27bGVhpqyagWscHN3nc1xf4f6RJTcyuqMbU+x9ja6WfTcD7RJ/Os+is
8fWDCsYasK1j8hxhhB2mR7uX7fb/AFEf7TXscXWbGMcGzIgk6+0KlZ13DrsZDcfKuLiD7ASA
6W+x1bHWWWbfbsq99r/+3ElO10/qwyMYOLR6zHFlwnQEcObH0t6uHKMadtZ0/wDMlgG/p3T8
ey4sGK3aHPra71CIP80Nf51u737HI1vVsXHLK7HEOIaTqNN3b/rf56SnZGTr72+3xGsI0A8j
Xkd1h29Sxqfc6wSDG1upJHZWMXr3T21n1bQHchmsBp/l/Rc9JTnfWg/rlLSPa2oE/NztAsW0
fzY7l4gfImVq9Zyas3qHq1O31em0MIPlP/flm3AbqGzDi4n5Bp/vSU632pviUkDc3wSSU//S
6Es2mWtIaT+aO5/O5UmbyyHjaQT3nT97RSeysAPdBLAQHHmPzlGt4cA4Oa5h+gRp5bTP5ySm
l1h2LXjB2TQLmFx3NDQXSR9Nh+n6ixKr8zrPVq67dr8SgMdc4ahza/ousLtzvWy7Nrd7Hf8A
oxa31ivrqxWNex1he4bQ0OPuH5jdvt3OWV9vqwujV3Uur+29TeDsbw3d7fpOLnO+yUfn3fTy
LElM785+a7KvflOD7HWfYK2v2AMrGxuR6de1zt1u/wDnv0T1Srd6mK95bs9ofHB0AfLp+Cys
Wu5nU68YPcarLQDBIa9ruzmsP7v5i6sVYbMOuhzWupafTcSOx9kbv/A9ySnmsw25w9UE/Zsc
BzGCQXbnGbnA/R+l+arfTiKdl9rm0bWOLGjR5aSf0mxpZa6n2u/tq1l1V4zqxcCaxW+ghpgH
c4vYz+Qs3rrm3ZgoLIrxYY17gQX6Nj6f/aar/B/9uJKZZmW++hgbY1tBftqoBLnOYP0u+zf9
Cvfs/QKzgvD7b6jEOrBaZ4IdPtUcTN6k9pbVa9/pgTWyqvbXH9j9F7R9FaOKeo5DmhxD2aC4
wwQ0zo5zA32ud9JJSmOc4H3S8gzHO4d0J7T6hcGuIdMcnX6Q5UHjNxrbMd1h4D2emYBDh7du
nu2odxyC2XWWExoC4pKT0mbSHmCGgOHxCldHqY2k6vd8trWyh0+24zMlrPv2hSeWjKokzo8R
34CSm3qkiff96SSn/9Ppg4OB2kHxIMphtmNNdYEIeUWtpe0OaJ5Egd1D7PiuZ+ia1p0l7NCC
PNJTnfWE3erjuktx/eHGJG9wLW/9F25i5np3TMykXUX451qc6h/IdI27q3fuN+nZ+4uwzcf9
TtFZBeQHBz/32ua5u8f6P+Qsjoue3Iz2Y3UqW1ZNx9TGexjW13tBd9E7d3u9N/oua/0rklOF
0+q6+yq9ultFzNwdPLDG0x9Hcuie5rbHBrZrfJsrGv8AJ9Rm3/wRUOm0jG6tk08NtDtk/nbH
H3bv331e9aN1bwA+kBxafokfxSU1X4xuw76HH7Zi2GWOYQbmeALJr9Sxv9b1P5FiLXiYObh1
jJudfdjV7dpb6dzmg+2u5jxub/x2z/i1J1ntc51RrstaQS4CSBt/P/dU8W4vqpY98E72FhAO
4D+V+6kpy8ptwpZZ6DacUPDKmk+wE/uVNPv2sZ/6UtsU8JmddknFNH2ez9G1rXukuZcJrsbX
G17Nnve7+b/MWnl1VdR6njVZlrMR2FSSzFAaWufaNzLmfmNrfX/11J2RfijEvurG/Fa9tbS0
iwsiG7ne7ZW1zvU3/wDgSSmjPpMa3IqLay9zWFp/RuLHGu5ntOzdub/OUORsxuPhV478nFxf
SypDLG2OcWjxsBr3/nfTUcN4v34hoORBaz7Q0gMrp5e7G9Q1Vttssc7dZ7/9J+kV2rHGV0XN
wixjrWhzdzp3E1gvobj7fc52n6Ovckpo5tAxc++hgAbWWiG6j6LdGna3dt/e2IVxP2vHadPb
ZH3Maiv3ueHvMWuZWLmTqHsYxrpb/pP31Vvs29UxADoWv3DxkJKdPY798/gkp7h4JJKf/9To
ciq6yt7C9pkGPbGv9dCa+2trWWV73HSWaz377VddHylDj3fNJTUzdcK6G/Sa4Na4SCY4LJbv
3f11zvUPVeOn5p+1uzXZFX2e25lTKXNcd7WY5xH21/Sa3b+l/m11DtlhfQdzTxuALRr+5Yua
puo/ae/0bKsDBtdZj4VhAnIOluRtDXelVv8Ad6TPZv8A+uJKSX4f6xRlVg/obHB/JMEu2q+5
pfIB90S0GADEfvH6Szc7qmY24swbBtIFjw5rXFpdu/Rtftbuaz+qs7Lz+tvsa1pZIGj/AGlx
nWP0jklO/djudW+Xu3ME/R4j9K9vt27d23Z9JY7+tYeI4NaXZTmOLgatGiXb9nqP+n/YWFk3
5ljyMm17iCZaXGNefb9BLHxy+xu72sJA+KSnpXdWsyWVOqikXscPRe8PdS+f1bItyDW2vHZd
X6rfs/8APf4RUcLK6rnAYwtstJeHEEhgky2us3Oj6fv9P/0otapxu+q9eFXTuvuY0FwaCQN7
t17mt92+qhvsVH7VTgZFowGnKpsrZimrIGoaC9/pfoT/AJj0lOjjVYlTqLLMeygue9tnqmQ+
t5O30sh7nV/acN7f0f0PXr9izOodT61R1XJ+y3HGrrsBY0lkENG7c5r/AH/5jVr4mRkXdLpp
c1tVcuNwcGvDmSf599ntY9z/AHb2fpbFTzsXpGVNj7q8XNBO2w7vdA2MZm1N/wAJpuZbX+lp
/wAJ6n0ElIqcqvq4D7C3G6i2dzxDRaPpe+PY97f9L/52g20vbmVWZLJvaXVtaf3hDp9N38n+
us7Yca01gj12HgODmvHPtc36f9dq0cbLpzfaR79JYfpaRq14/q/mJKdDXwcki6/6wkkp/9Xa
HUXODWCtjnOdo50t7+389At6hm7j6ddG0HQOdZu/6PtQnHQNHE/lQ952+J7R3SU2f2jmwGnG
x7STEiyxn/nzcgvsfkWUV5NYp9S7afTcHGC0tYS/b7vcohzmkg8Hue6TWk2sb+7Y0j70lNLq
mLXj578ep7mh1bZdwWkyZEfSWbkMa6lr3MmwGLNohx/4t30VtdXY13VLnEEOIaB4EBo2rEFp
xrraXgvrJ3sA0kH3bPd+5+Ykpq10NzsveG+njVgeo88kNH+bu2qVltJrBYA02Oc+po4aweyv
T+WpZ3U6zU7Ew2uBuIa52jeeWwP3pVO7XJsqI9tTRWANNG/upKem6HRZmdOqtovax1Tn1Wse
0uEh29j2bT7Pa/atNmBl+o5z31ncI3DcCY+hu093P7yrfVP0WdLa1jpc95eeJ1A/6lavr0C3
0vUb6n7k6pKaF3QnZW1uRlue0fmMbsYD/IrY7/q3oDfqlQ07/tdxgzt2tA+9q2Q+wlu1hLHf
SPBB/quU2vLgRBYSQOxhJTx3UsOh1mRjlx3V2htV/cRtYGu/ke1z3rJYLGXelaxzL2e6W6Og
676f/ILazCXZWQ7SH3OdHfVz/as+3dk9QZS8B/p473MnsY3h3CSnR9XK/wC5jf8Attv9ySh9
gzP9MP8AN/8AM0klP//WM/Jrnb7muBDZcIEk7WtO5ONj7hQHTe4kNrhzde5e4hvsb+ft/MXQ
WU0Oh9lTHuaQWktBMgyD/WVfNF7yxtOSMYCd42hzie20v+gkppU9LzQybBWbDMitxLY7OHqN
apMx7aLZsr3gDcBOgI/O9vwRK6+o1NfYMp1xDQGVNhpJn3H3KeHldUc+1uTVFIAAL9pc6Z36
N/cSU5HV8iqzMrc0bZqAcRrrudBCychzfVdZbw2A0iJAP0Z/zVu/WCl1DqL6sd7qmbhc+pu4
MaNd9rfpbfcsWltfVMgUYbot2F4fY2BA+lu0+k1JTktqtbknItGlcvZPBjhygK7n5L3sfDSZ
cSeRC3Op9MfgYX2uxweGECxokGXDb/V/nGqpjdL6n1LHGTgsqYxzzS5jnR/6EOeW/wA3T+ds
9/8AwaSnY+qTbreiOFTg19eQ8e4SCNrPb7lth9rQa7YfY0iCxp2kn8w6v2OVf6u9Mf0nFdj2
2stc5+/cwECdrWke76X0VbspIex3q2uDTO0uJbp++PbuSUg2xv31MLxqWBz3Ejx3bf8AoMUq
b8dzPUa17LAI3lrmkafnb/zdPpvRrQ23Ta6rSdzSWH8ClkwMNzjrDSN3fhJTx4e42PaXbnvB
In/vzvzvpIFUftm4xHo0EERp9Ef+SRIrNj7pBDXEs101/R6t/qoHT4d1DM10gM/Ef+QSU7P2
mz/Rv+9JPp+/+RJJT//X6yBtkzHCG+ptgh7WvHn/ALFZZSYh+g8E9ljGnbtkjxSU0gyCZ1n4
pbSAZ4RjY5zvzR5cp4BOo+7RJTSsxg6iykucfUa5kuMxIhcz9TGl92Tc4DdWBX2JiSuxyXUU
4b8pji8Bhcx1cOHHtfububtb++sDoFFFOXb9mG71WFxJM7tZ3/8ASSU1Prpmtq6azCcCbMt4
c0iNobU5rn7v872rU+rFVN/RMV2MD6YaQ7eNp3yfVP8Anrm/r0653Usep7S1tVPtP5u57nPP
/Ra1dF9T3Wv6RXjNea7MUEOEaO3uNu5s/wBfakp1H4tjdQCZQnV2VsgN1PDJ/vVonKA2WF0n
87cD/BiG8OaCS0+ZOqSkDRfB37BpoNf4qjndUxh07LqNjTdSxzS1gMCw+zYLI2usb+4tGyyv
ExrL3gNbU1zyf6o3D/pLkujW2Z/T8rpzy31xXLSdJFn6Rlr3Q76Fu71P66Smgx/6vqTvJA7a
kfR/6SN0+lleZkhvLbTHYEBrz/a271Sr3DIqrtYWWMsDbg7sR+9J/kb0fp1jrNS0kEPcJ+i5
zi7n+ruSU7W2r95JVdzf33f6/JJJT//Q7UWacjnU8JzDonWUnV12N2vaCOYKBbc1o9J7XVtd
9F4n79wO5JSTYwOmPjKHk0i/Guxw41+tW6sWN5aXDbvT1fQLRa64g6E8/CUhXkWQXkVR2bqT
/nfo/wDq0lPCDoP1q6W5+Phg347xB9J42On6X6J5rfWtXof7XZ1OijOxDS4y7cxpc1rQDuc+
9v6Ju/6OzeunDRJa1xsLddBIBnVrn/Q3p2vrrDgG2ATJAaSCfkkpBl9LwMx4tyaA+xo2h8ua
Y8PYW7lLGwsTEYWYtYpa48SSf6v6TcrZLQ3cTA5JKqWdQpaSBBPiT/BJTJ1LGNmySBroCSf7
LdzlMFmwOcCGns5pn+03Xags6hUTLgONYOv8lNk01ZoHp2uYW8sDywH5N+mkpsXY9F1VtF7N
1VjC2wRptPtf7v3l5fTe/pXUwH2nZS40G8akV6em5zf8I1m2u7Z/xla9CuGbhYlrtwfTVW6G
6eBj3H4rzXNqe79IR9JodYR5/wA093/UJKd7qNFT7vXsipwOy5g1hzgW0PY4fzlDm2Pspesz
FDqaGs3EPZLbJABDfoh20+5ntVjo+UMumvp2U7bfjf0K092w79Wt/wBI2l36Wj/ttTysC3Gy
JfNzbxtc7+UBrdP5rNo9NJSaW+B/zD/ekqvo9R8Hf53+xJJT/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAAB
AQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAA
aABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQAB
AQD/4Q6BaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7
vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9
ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4x
NTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJk
Zj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6
RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9t
bS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVz
b3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90
b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEv
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
eG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MzgrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURh
dGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6MzgrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5
VDIxOjM4KzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmUxMTgzMmZmLWI5OTct
MGM0MC1hODg3LTQ0NmE3NGM3ODU4YyIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6
cGhvdG9zaG9wOjJiYWJkYzNiLWVjMmEtMTFlOC05M2NlLWYyNGNhMDhjNGU5YyIgeG1wTU06
T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjRiMjI4ZTgxLWQ5YWMtNDI0ZS1iOWJiLTYz
ZDk5NGIwYzJkNiIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2Zp
bGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06
SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2
dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjRiMjI4ZTgxLWQ5YWMtNDI0ZS1iOWJiLTYzZDk5NGIw
YzJkNiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTozOCswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdh
cmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkg
c3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDplMTE4MzJm
Zi1iOTk3LTBjNDAtYTg4Ny00NDZhNzRjNzg1OGMiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlU
MjE6MzgrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAy
MDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06
SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6
bGk+eG1wLmRpZDowRTZEMEY1QkIzQUYxMUU1OUUzREIxRjczMTYxQUU2QTwvcmRmOmxpPiA8
L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlw
dGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19Q
Uk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQA
AAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQA
AABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZ
WgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QA
AAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RS
QwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0
dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAA
AAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAA
ACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAA
ABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBj
b2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJH
QiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAA
LFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAA
ACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFY
WVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAA
AnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAA
RQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYA
ywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcB
bgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkEC
SwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oD
ZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYE
xATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkG
agZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYI
WghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEK
mAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0N
Jg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQ
CRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMT
QxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW
1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4a
xRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+Hukf
Ex8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5Qj
wiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo
1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYu
TC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0
KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6
dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdB
KUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVI
S0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP
3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX
4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVg
V2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxp
Q2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwckty
pnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8
gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG
14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+R
qJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc
951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKo
xKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1
E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB
48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbP
N8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3Ird
EN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXr
cOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6
V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAA
AAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB/AMBIgACEQEDEQH/xACpAAAC
AwEBAAAAAAAAAAAAAAACAwABBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAQQCAgEFAQAD
AAABAgADEQQhEhMQMSIFQRQyI0IgM0MkFaA0RCURAAEEAQMCBAQFAQYFAwQDAAEAESECMUFR
EhBhcYEiAyCRoTKxwUJSE2Lw0XKCwgQwkrLSI+Hx4qLygxQzQ1MSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAOtRgCJ0BGQopZIQly7B1ZtZUuAlLKkhWLXnOM3Oo35U2UA0NMNQ
rP1sAiioESsCyEa0IX2uDtOtfJIMldU0FcLkhJIVcolGIHM6PLMBSBhdg6c2g6gWJJVF2JEl
iMqrJJC9mHaXJCSWQSozYurkOHl9JyjAYiGmQZtwdI6fN6vNOWRQGmCBozkaViwAiWFvw9gy
drn9MqXCpcKlwq6sGCYrldfimWqssgWHqy6joXVEG4XYkSihJIFViXp5ajt3xrOxfEA704EO
/XBo7XnNSzIG+HLb0RMHVwdQ149eMwUVgTSww3vM5rNdmcdLCO0GVoAi5KLqUXdQuxslWIHC
7fAF0UBU5I3Vm0nRq4VKsEwMuSFiUKhUYEbM4TAsA1OAQ9ZUGwxpgsxhchGXenYaMu3Mc9so
IkaAaoijWZWrOBv15tZJayxVA4NDjWwkkJUhl4fY4hLllLNYzVl2HQq6BkhdhYQ3QZLIuVnG
YNuQlp0gyUEllAlRgGNAnTBFsUa2ZtZqS4DARwS6UVUhUGwzLcHdWXKs5+PoZjM1zzSVWSxW
NqQ5vH63ICqrLW1I/pc3oGmQSiGySgCSBDA10LI4ZM90R1Zx7U0GANEPOxFMsqiEWwrCJZDS
GiqOgYcEWSiaEsN2kDJJCSUYs+xAMNppkhS8Sjps5fUONzelzApcCQ1Jp28/omoSAhCsaAmK
0KsfYEWEhhGwCINgpm1phZthjPVRnTthzV9UDlF0Yc0NSAxW0q4RdUBUuytGPtBXIXJZUujB
m05QdmVx0JUOerZnGb8O04XP3ZQqug8z1DNmXYbBMQQeojQYLFqATWs3VnUKYG8Do0Zd0RVy
FS6JJCpYl3IRD6MgbxOTTkjEaFh1aTfsAy7qy7qyquAgyhJlZUujn5OhhNG7FtOBl0Zg6ug1
sSM6XN6ZqG6JVqGXm0lWBkqQoW0Vry6yyGy5dBSrJUhKKiVcJV0XJRcqA4tihdm0ws1mXJCX
LKoqJdQupRUuixuiCVFUYHm1uSXd0ROhA3qc/pkp8MryEllAbuwaqF3KJQPKUwRmjl5TuHi0
jrGy5ISJg6qgVLSNSNBFDJYYjq3i2lkNl2uDIIDIsgqAiXdFUVgQqBToyHEW1ZLuiIck0dHm
7zZBsqroO12GBiVVkPKyEZteYTpFwvjdzjG3XwO2OahgxVLLNdD0hC6EA4nIdG+MZ0ubNQju
cJp2V1B1oYENQuDZcqD5m0FlKCG4Vi3YDh2VF2syIfmNO7DoOjV0XVwGysGSAFSjoMSs12kR
2bNzhmViBfY871DukJAnRC16EiVPEHQoTIjoNOIv0RHmOr1Yeevcs3EFhGoxlhQcCy4MGElg
8s7Rkllc/oco5g3CEJAI15DQ9Gk6I3CSQKSiSrB5W7AN1+e9GMx9VZyU9vlGbNYGb0HI9ENY
AGbJ08I/d5jrGxdCMvHtFy1idKhLvl6DqlzNo0QWOZzuiEOGjfMmgKqhbMuU37udrNV5IaeL
0eSZmLYVKMmHbjNOnO46QhBljQyxsl2IvldkDzPU2iaU8vQZQ7eE5OXpiaOyWYfiDKBcAHZn
I23ydJp0YuadFfEcbc9kTQO40znai8DuabujxTHRWwTv5+oYsCFEVFLsBwDZoAVjDW0lrMXk
3c46JrM6wEItlWLaCjVJRJdFqdnLwWJt89Mw7tcP1AHn+xyDXo0ZzmaMjTWEYY9CCC47zM75
Q+0uG9BLAVq54QbMhoIDK6nG6ok6oZRiHRALFiy5RFVBDat4FkIXP3YjYYGdWrsFBsKhQuSE
l2Bm0oOOlwiFk03bzQcnRytB0h5usyMRtI+qMeXQsrYSBSelkK6L+IdLPiWP24+gIybqEXrs
5/TzaygNYy1aAVabMw6IZYwhatGU0GppdiYvJpSaGCw6RiQuzoq6QaKWwK6gKnIOWJoJ0+T3
QcOngCUOSE1DTf0BePS1AjP0sI3ldfmmpWwgUaOMZG0Z0h57jozAw2nzjN45BN+Z+MM8bxiz
AsGUADQHKcoa5ZkuWJUxZrYLTqSUWMEl5DHyUHBIvm7uYYMTlnf1cZ4jno1DOb0cxn159R2m
Cg1qNQYo0iMm/KBp5XRMuHo4gLqBvTQ+PeYnMIANW4TThOOWhAQsEqHQC2UNU9AbVMDsYBna
g3sU46klkqxBo6LG7KOrB5u3hl8/fzxGrHrGXszC0UYsyUejya6JWd4kdHPNj+X1Dh30+Oei
5rNpxFdNhh16MotLaIwWi9KIOTRDIRmUNWk586TDkr7InNT1uYMtRhNUYvLoQbGpM7NXRJdF
SQlygpUFcPu8sRk1WcNnSyHTyaYcbTncPVuhqOQHO6DbyPMZb7M5pwHYfzOmasD8RmzaDMmf
tcsLHuARsV0RKuxiMr7zGqs+sRfcSef38/UdTk+h86QpQwpZnQ9JtcpxsJ0KFmcAbcZmNAK8
tjqFpxWs0CUbKM7C0HnM23GdZ+XogUYirYAaXEY9FsItmM0Jc8tRGZ+i8Dicwdofc43VOJo6
OE63D7XKOjyr6ByS6HMO1mV1ThYvV+WPRcXo80dLgVyGVZIOm0WHTo6ARpzkejQDVwXTIALw
MHD9FyjD2vPMPVOxbTiczsc0PrcbslyWJRuzi3ZVm+kMDytUNfk2mbWBlnlWcrvHtONNOUbl
6CB3OjhfW88RvZh6Anr8LqDOF6bjibB4i5AjCzFl0ZzstzuOsttCVaMxRqcGdQuqhcGxHN6W
YTyvScg53rPId4Pn6lGPq8fadGisoTAGQwc2vOUBgDozuF7sek28bogc3o0JoPHQ3HvxmdZg
B0MTTrgjQc/amzoqDSYMPZ5JV4nj5UMOY1nXfnadQHUKB4GZ+YzbWcx1LMlXQrkdXnmPZu0n
lNdoOkdGco30b4JlCbDLRNEEbDnM15DPpWYTsKTt5+XuM+jm7DAhgGoZY3Zg2HW5O3QQub1T
icrRjL0oWd3peV6oePsIMDIgo7s0MS47VXRVFQInQvNuAQxwlWYmXk9jmABs6x5Ddk6oRsgG
XpKEuOxD8yzXSzKtAGrGHKN/OXC6uB+i4uoUzqckrEWsybMnpBWR8FTsqMejA056NvKNdZjA
urOrt4O43YdYiMmrIanp0nYuxIJUUJ0DVwuihVQhGPo0cE+p5kv0/N6pnVp55sz8gDtVxiOr
l5YHWz4aHKqi5IVRUWwdI31Hk/WBcrq8I5Wva84fp/O6Tq4EEd+sQjF5tZOZ0NZ5N3Y44gyM
TpBJ0WZNAyhMVqBh2qlFjYliVEqQIboSSiG5NSjzLWPH0qGhQ5SluYJF8OXN9GIemowQhKur
IRuFac7gPRcHtDuJ07FDMIedkEXqI6FwhbRzD3ctZ2q4tg5Oryxq1NFtADot5e80NW46tpaQ
HLJKouhEZarDphCKesziTDm1HmRHTxCjWRKz6jMG3OKcDTAvbkBcHUMTKcZSJYzq8Ttl3icb
BTYrQDSimQ2Y89metaRVVAmL1BI15TPm7vIIsHEoiNPQ4rzuFnIMageXckwj0KMBbLMN7qMF
7WnM2wjJ1+R1B/N6XJMRraIaSDRj0rFEhBYlpGaDxiNuYgF1ZO/5zsG5e+zAvpw5bd8MpaoK
Xpgk2QWV2LFwGfk9XkjFkkyI6mMG87zTox7jcYkDLougMqXCVVFmJFXKKlQz7smk38bs8IQd
WCtvPOjQmIz77Mm9bCuNrymvHrwjLpZOnze2di5ZUkJJC5LKKoSSF3UCA1mHldTmjEuUGaXH
LXoEY9DTs1YlhcKohCqUVYmCQwOVYBVAdCdBs4/W44BAwRg6WcTp52k1t5rjWjJlCLNuAztS
OIaHdni9s6dhZdXRUllwaCWzMaSzkPmVw5B2czBsylLaBdCRztOTUNHQ03jIVUolWJZUAZJI
K1NBOrBkIrQjQaeT08ZhsLCU0Tn09ZatKTKtiy+pz+ic9bFjroxfZ4naOg+oHndDAe2ihNY0
spD7ziaapBptLTmY35wxuxVXRzN+DebnKaNuoUpoklWDTxIushvgaABZBcas06MVm7ONHJNT
CKflKKiAzbMJnq2mg1wzpcALQaK7XE7B2cu/OAYEahFhVBnNcyaRlZrNDFkXl1KOGlqw2rhU
tJz+jz+kam5zCDqZjJWnGdFG+HOmsB2sSLorF1poz5twGObkGdBgc5gmWB0JqhBEmGUngRLl
A0UGFFGfqczpnoyFgAnRjvUIl90Klwrn9UTna3AKt+M5yXZy9OPQMx6sZj63L7AJRp34JArf
QNFYrLfPNNoo01l0GylLNbeaB2xx6AQcBwiJI2ihnXozgxWkBexQgpRaSUGCYTq4OiehYBiE
bVmJPSWG9DS8ulZkvRQ66MVi24jnZdWUDQVg4duEX1+R1iOBh3Zdg0QEuoSlrHgFh2JmPJ1x
OJXaIWTaCExPN5fT84xnzhNW3ldg1DtoQGkDzWXVlGdzkelOK3t2IaVDSUQdVCkvEGihQNok
kDNbRGHdzjEoCGVawufu5wXX5PTGtUZ3pUJLgNygFaIYnuAC6YSjAohssSEUQWMW0DzSnZBn
f4voDTUEKhh5TM9R1e9h3khWCJiS6gJSg5VBQLLtZBDYjHZzA5fW4hiimjkOSXg6WAbrz6zR
Lh3YJhCSyxuwRbQFMAEqhclEoqKhUVdwiyE4HK7nDN3f4/eLEoBk3eQEszQ9po8z6kq3QTG2
ZY8BVMIXTFGeaCMzWWLRtUA3DnOv5/q8ES9Dh6ok1Y9/PNT82keQ2dsqsICgNsIVTqFWyhYt
EXGQXGLJRiQTooThyfO97nF+k896IuOADxnrvGiyEjtel873jVeUjTMhjhFYwVWEF2CJrIRG
LRp45h359oHG9F54qARa6M2Y9Gc0NzkaTiz0shlFdlyCXSxGLqiCUBIoSSBWFh3CIB4jFnYo
rp87oDIQmHy3e4BKjjq93zneHXsAzmIDhqEu6IMouSBXVg+e9B5Uzd7h7jscXsZjimgwqEjQ
glDtfP3Bmth6m5CUUKA7EC6CI0RdFZV2QEOxYP4pp3+G2HrMmRhzWxovo5WnRIrOFwvWcE5W
jZCdLF1jpwaDAIVcAbUMXGWZGmQqnUc7y/r/ACAadOY9Ozl9I5fM9DzDJZ0LoHjHpeFKI9SQ
WFKEOpCSUENwGihJISrELzvos54gexyyaMdnR08MjubOJ0TvMWZamWJM6AOQoGUKI6BIrBu7
Kksq5YB0Yry3q+aePcKzV0eJ3DZhLUcbRGHGdoUPW9RehTz09QiSs5qmZ4VFRUuwaKiSQqSA
lKBw9Cjho9BDiV3VHmi9M4KSwbuiqKA3LJQkXJCZ2kYdLYRTQKbkMeDDB53Q4pw87s4rXnA9
KmnA4teAoNuUss+gpiNh6q5CLbQh0EMJZjHUBblMKuljgUIdqaQroojWEt1glcKuWVLoklF1
ISCseKiGWpxVFRhwdvKc9z1mg8cOh5/q8Ay5dShKnLGem8rqOnn7WIy5mPMGvJpAslntZcJJ
Cs2kTKTM5pZjM03mcWl1mdzIS6slLSOsWiqckKDAmZ3DKkII5wwUs0Cmh1phoPPDSzLZrpDS
RlmYdcOd5z03mwEbMZmPZhKjBOn1fNdc3Z9BHN5vaxAjoaf/2gAIAQIAAQUA/wDmg//aAAgB
AwABBQD/AOaD/9oACAEBAAEFACITOvAxOogxn8AZGOCDkAzEqUGzGJjM9vTHp7j2G1uisPv7
LGrYsIsrWwujiMeo7djg4ryWtoJrYLAMFiSWyJlgPkSvQsrqsN56i+wNrLrFX2kQjbTxmxi1
FIsdECKB/o5n5nJhBjnE+xPwLkRQcgEhj6d//wCaFGGxkgEFRjHAAmMQTAnOeIDKl/txMTAm
PT8mNYinaFVibVdCFLEVjsP3e8lWJBDkHHGnStofQWXaxqC9RDgn4icj0C9ii/KwsWNb4o/W
VLXR3LhmAJOlQEWDHpzAPQTHMMsIz9i3zGGikEnJBGRkCf8A6HpnhgCAT6cmCfjmCcAUZL8w
YgmOZ+HYBWtqIvtsta+m1j0cMRgjANz12MRkg4P17Fn5x9mpMAIYAEMkwRO3NbCOgsVqihIG
K1aOpB1NcCqsLZci9Vnt/pImIzAT3FnA3jm8nJJyOxIBwEbuOv8A0s5HMwDMmAnIOTPc5wPY
e5YZXUB7QcGAc45hAMWpEG0Lliedl3lauwswJLYAZo2YgDz66rBGAPsjkFckZUlmJYsQyOYp
bCMwayxezUFkVmEoVnss+NGlrdWAhhEHHp+D7DtDAzdjxGGRuc7DnE5wDiXOVSrqEwf0swEz
3hB7DOCMegznHH+Q5JBAqausi+og21zyVzumeyzKzIE7YnYGXEBNhC1vhyGqIUU29lrJHXod
H+PGNtfIrqvUpxwBhHhqXsEKl0cxdVuqalzK2kynQ0xUlr9baPkgPricTie3picQxzgWsCzc
nDTqJeBhMTJ/TMJGc5ET2AaHBAGJnk8wGNyLLBnuwbzNO5MLHHnjW2GLvWZbctA8vaHtFFRP
WrJpxErBD1AmxBNPqEY4l6kMa2B8btFoBi1dYKgSdZQSlYbJx5T1rBdsYARWCKFAGSeIOZz6
5/07DYrfqQSev+LYMs/3U6rMj9PExCBCOFCzkQT2nXj2mMzEuBFx75RmMCqIck1IqqVyOgyb
ABWUeOe0CZR1SJgj2nVxL/fSGEZZeAyeLDYEDqYWYCuxyzOxAoWO+IqHNfVBSTY4ExDGcCeU
Q3GC0mCwE/n8Z9DN0gUEztmZnyIOO65z1X9DgzHByTxOYD8c8AwwgiDmYwdgDyM57K2VJLAI
wYLgMFw7EN2HaoNPl2s5UD5PgHtw5PZ6+r1Y7MMzY+KllEZwSrDs/Xx8COcQLYIyjsW5ewM2
ohWselwJREtyRkZoQE1PEXAyfQQwT7MgUEn0BXCvgMwLp2I+X/n4E5AhGTxBMiK/aD3OTMGE
4OwBL0KnCAIA0Yspr64fJhRjMKBUpRmyHYiNLRlCpA6sXIzKh8uDLsGtQCVDF/GO3QsQhAwS
zP1iWBhjjW1O1gUAT8nM3rLFNTHuxZjShLICFEzzDB7fan+pjypOMysYlh+SE46p/wCcDDCA
ZyZ7QHJBGCOVBhzlsgG2yXk+O6uxjWrkA9ZlDEBLP1Y9C6LSAPkFyzKKSWFZ7kRsLPI3ksY+
SpwZ1SWdSigGVqAC1Kg2jAbKBiBYQZTXk+HyvUnRMenE4xt1eVq9YrP11DV01qwxgAR36hLb
S2cz2n2zcH3y0yYMSzJdWyvkH/m8EEz+UMwDAQC1iqXtaL5WVr3Br8ssUYvbh2ZpUhWMyBVQ
QKCCdcFjFL9umAxYkl+wJAwyrYO0SpC/Qmw1BRggFuF7drG6RShC9cWEksWVVyQoCDXr4HuT
BkzHpukgoSTskltUnuBwMxralh26RE2EckjH2r/2AnsWIAwZmWthqycdl/R4g98885LKoawE
WB0lIZ2U9VwM8T8bFnW1OZwIVCuMxq7CBUxIQE9EUsggje5X49i0x3HRlhscxTYxOYWRSrZj
A5V8ioYjFWZ3UGtMypu7JwvPpiZ595eiO4qr7MtVrVa9aMIQGF4rDlPjSh8n4+z5uyTF+UKN
nBMuID1q2Pj+k0yMKeSOSAYtSocF7VBinjOZxMzaUCwOCAWwuWZKwIKSSNUtP0QAukBF1UAO
tTh9IgPXYoUwqyuQzHCiLc2c9iP5NYoLdjOpWtnGBjv4kYu3jTRpyRxBMwZmJibbAWVuVIE1
rnZ8wTaUi4e2v1DEz7E/9hcztyuc9W62gBkLYz/0jggnjAIe4KBeDK7FsHkXK3JFIaYnuOBN
o9XPyrqqUNXRmVUKFWtFHEOB6Yh5mCYQIaUM/VrJOtWRdS6zqonzEqAwyKrnp1ZixJIhGJ/t
rUrXW1oEUe+MQmCEczdpudlqtQmkzWQhzOZsOiEdGFDsCfbeJOwF4OAyjkZLXDLrxMN+ocZG
CYzrhT2UcA1oS3ix5HQ/sJA3DYUX3MzJ161VlilYQQDkjgDAn49MTicwezAENq0tP0sNbT0F
jcKhYYr69HBrPDlWbTrAgHH4OTPxjIwYYY9dbwU158NecTAn2AwFBA1g3Y+2439yovbgitTO
e1rZlYOMD9EgFiMH3hr5UYnsCOwai2Pr2YStwxuZZbYzy9T4aNcsiVqgyZmDMxOP9PExOYPf
8zMdFZLa2Rv5HquMfIgLXUhZ6qwqZ/0mHMxxDn1PE3a/IipYBSWU543WPmXLAcA5JQ4FuA1e
M4H6XHbHM4IUjEGYW4HtnkjIWsCMi2KgCrkEzExiDmZhM49eAPf0Jg9ARMy1FsUatnYagyNR
RL6+p0q/QAQz3hIE7cdxM5mfTAPqczAhrTIAEfgbLZZFfAznmMMm1ybEBEy36ZzM8mW5C0dx
CeAZkwiMMTHGIg/sX2zM4mZnnImRnM4ntDBmY9CMz2A9MiNYoLuWiNAeGRWCqoE/I4mR6EAn
AE/A5DYnx9OYSDOBAQ3pacJdwF+RKiD4ghelg+VIBnVf1Ot2TXbkiwMFyOYBOgmOMYmAYPeL
2ADMD+wjBnupKblZCtkNYAyz3gAxg4mcTPrxOyxrhkuxgIE6M0wqiu6toMGEwYMzOIPT85MG
ZkCHmBAJ+CYAASvYAARVxNsnw2AGYOB2ntAABdjNAwMj9OD3c8IRjPoITgMZmBSVViAtJZyO
pZVaBQJs0oy6tuxUy2lyjQHjtmAxjiF+Q2IDCwENsdswtxggVkAB4zAqrqra9+D7TPGTGdRA
+ZkkYcT+wTLQvz7ehmOMCY4xOZvnFNuCCpAIUnnqR2FnD1rMj9TPOY3sobGBMehhxAuWrXAs
UtD0oRrnc1u7lausevuL1NL6zM1YbADGJ7FsR2AhIETmNZGcTLEdQI7YhbnuTO/WPsostcsy
WTWtWyq20qMu8TxKDbyXMyxHZ8BiIW7BLSpDBploexCZ6zmKGn2Q/qsLFkwIwGcKD0xHKCxO
F7f9Ynj3BzMkTuoC2KTyJ+SQJUQz456y+nvLExFXoErYm26qub2zq2jQ2bDYjAgckNiWMSOs
JEyWgbkjMZlWE9pdYiq32NaFvtWIr3VaeWu0hVeXJ0mlcFb4mDGFJyBiEifjkQGe868KDXK7
A4xiEgeo9/shms4LMvCjhlzOer4/YrBE48R4PvMwcw0p2FaqTmcy0fHQQLXllcEzmEKYVUS8
sI7Gw2U4XUsCWau3VbZWMhoowVXm2poaHMsW6eC4lKKoErxs/X3XWD6i/DfWXgvpbKium7u6
GqkuSULLKn7VnImfQCZnvAwnYZyZ25HDK2YVyJiAT7L2YkHqS2BFPLK2eubk9v8AhImJjE4n
tPyc5A4tH9WhY5Nj4A2wGG3QS1xl+ztMrLsNGrrVbnq6h2A+pqICFVXPYDOcmOxwwYAnjuRM
4j9TOqAq2ILVJ71xRWZbSti2fW2gvr2daUVEJM9wjCEzschjPct7A8KZnJDZKscwz2H2TZck
EkZOMN+GUlnP/ZQED/hzMmZg9/UGWYNelsBLfsvsMv8AW5bXtrqj12LC+2oNRePp1y7X6qs0
B49ZVZz8XW+jYWyza2axpb6OosSyODnIMBBhUwVmFTihnLnIi7WLa/tFuvt20pXskPVhhsYE
E/BHpmZzAYM5DYD3/KkfEnB/LEz7Bgb05I6xiAOMAfEAixV5yPGZxPaD34weCRMAzefpr0Iq
U6o72aDotfwcdUjJT12t7Qpi7dxbc2jcNOtWXVo6IflGuIPn4+xKGvUtCXpaGYtGOTY+bRwG
tCw2F1D11q+Hl13kKGjQp01fYaz2BGdq9qahti/a5wbr3sus2K5r3Fl/ifeE4j34nmLmpgAm
zwTeSbbgRbZLmZmCnOcwg55EziID2XHTnwtjMAORwYBAJ7G+kW1is1ipXrTWupeJcmLrbnrs
p+wuc6dCu55sJM+p02SsZJasY2r6Ky+/0OxcrnVoFtlI6TzrP2As1yCX2qgLNury279EO32J
dXsG4iDV01dv2tWoG2542yRPsNljX9UMA3WMzWPWz2ura1pXYttuUi3aMts2yv8AfC96TyXM
MuILGx5mE19u8M1oJ+M+GGGJkEOzKtOTDwP+F0cwB4MgC3nsDA0Hv7z3llVdippUVtdpIxu+
urQ6GxXRZsBgL7ES2+vI09YXOERUt2UrN20ip/6qE37FNljrk05UZ61pY3jvLeRra66L9tmH
bEUmxagyB6KklNq0KdnXamu9FZNwWKSnbcuS6ypMVq9qRXYsVFiL1rLMroobNa/AFepZDUXA
nkYzJMXiV47OR3B5yAgPGeCqqlQImAZz4j7GFmzyQc9lBIh4mczGCFzLiAVxjYVK2feoGoLb
rb7bL2b6ulVr2bisusv2Ltf6+ozYo1k1tdjZazDurq1lSlhk+IsfLvXKpJLGsZKgha7WUdgR
r1lna5TGK4s2GRLdhnCAiUtgMzRXUWvgpYpLVZMwcg5Nw6vWBOik5wFdo5cGo4dhmKcxVGGR
u2Q0tJ8VIGfaf8bYMMxOwWO3jC3WF1OVgAmBFI63cEXM1l+0GXZVGBssSUK19yotKfYWItH1
ys1r4aXKBS/wbtkUkC+vC25+Gw4Wmys41qAT8VcyvAIQ9aeopNAYbWQEWy+2/XrooGDK1wps
UUr0muwahlcAq6sf5qPi3NakBzgM3bK4y7AyvubA7xUzBkBsCAmbGRVSSAv8cnxFMHpCuFNT
BgpwKkmMehwYIcg7WPHcrGUbBVthWrfqhP1Or41awKPtLy9mrV41s29et/JXZVt4FgUitR1P
QG7YGIzu7kfCjqw2a+jia1DW2V+Cp3dPJs2OgqJsak1o/wBhdmAEipR1IVYAC+oOoJODklGP
ZiFLABSWBcZYnggTHNfu3xKNwDwSMrNhj46QcZxP+PDCciNsLlTO0GJj04g9jxNlc1tnu1S2
L/dUdHXN+zYVAubC22OL/wBtrlq1+elZpus7FgTSuu513yE3GLGiuW62KKrAr7tbEUorWVa6
0psC3yDYVFbYew6tL2RNAYb62wQfX3T9FiRoPh9G4GjWsCW5VhiKDBQxiVlENSGNVWQfEoYU
kq1UBQR8dl4ABmMntxsNmvX5AwTg4QuZkAeFchQoxiD2InOeQQY2TLUZ1upNbLVbZLU6NpU1
1UZJbf2FpTYcl8nPdiKAXazVtzpBGpYAjxVqr0nK1hEtDHTRWDWlnoq03eHPXZrQVMezVoua
t+utB9tgr9jU0P2VYK/YUsV3KGC7dJazbCGzFinCFN1ob7CPIYLclrG6vZYIS+ctigfFxyvX
H44i4xfymspgBnPQIqw+xHAExLO7MrGAzJgHLAy2/wAaN1lv2NiJoa9m7s2cTZtailbTsbGz
SarARn80cnoHqrrVEBGLPIzgDFqHyow8XTsFCGhrHslg8S7m35mqrySOpXs08A61UDPQTxqZ
4UBFarO3aBT+vZzK8YQ5LFSM8AARlE4UE4GvjowPZP5D2wuAMraD11sAAjr/AIfgjM4A9pkT
gwgZBMMwYTxdYmdrYDi5wy/WladYEkfbbQLaYBssAtj5DDE0lw4/iXVQDkOWyhXFikm5CaLS
/j8xarStTP2uwzugyC4ErTsS4BU+Ne5M7FpgsVouAwQOuWVayn6dJF1So68FgoKkxQScYgwY
xJmuFw/MrJzkYAMXg28JrgiCYOJmflmaOXzVYST7s/QVv2BMsHZd3VARagz7FX6zaW1UKdjc
/rcsXoZEgJzb1aBSh0eb8cJarlVIloJGu5jMMZYnarfq1ppfVdc7P17rYauiYmYMKot7tVq2
WAalaripWTBlSutjihgbddEruoM36W7DAgWdcHHUMCIM5Na5oJFZGGXqSrLOwBZiDccLq+4E
/wACZk5HABjIpPhrzifGBFyRweDsXDOtVW6b7g7COcqz2JVVk3oiNU+SxmQV1T12LCzpfX1e
q3upMtCofMxIfl1D1baYOldzSyuu7rLTYaA0arB1NK64qunrNds7FjeOx4Qoi10Bfjmu1kll
ddpKXqa7rVDPW5Z+pD3mLXvWR9bdUrp7BllFyCqh/H8lZOs6DOMznF5Pj1cQHnsPHwCeTiEj
InuSesABgEI4uJWresZRrsFTdH9wM1bFU1HyW7qDyVthiuVsX+ilgtlbdkYAwg1MtiurBSNi
iymauyxJGBtmsyyh1s1dlq6rBVfXZqXIdbQNhvsVlCVVAOWhsVYrqxyMirkdISwZLXRhbVbL
NVkSiwzK5BxAgsh1ypNZYvrYUDBDcLkkHDFvle3w0z8QZ8umRnMycACHiDMJgMyYc4v/ANq9
RY6ALN+rLYIlWe2iuBtE9y3VqzmYck6xSVNistD0sUdqnBDSz5KdI5rs2NYh9e0+MFqNdKms
r7QIPHsPayvsspfM8nLKxLE1lrLGItfoUtRaEFis3P8AjRs2VR3q7PbskDX3XNmvsU1K9+a6
tqV1bQSxej1suAtgIBnGdhv6tRT0X2x/X+SczAnt6A5hn5AzCYwBG5QyMhYQlnN31xdv0rqr
HQLVfQV17U6nWZRFXuUJJCgLkZZTnp3UtZS1V9dkPM6Ay/SDzx7FL632JYpcrQWMGvVrSaWA
XUANmnSlXYFWpN7bv1mxQv1tSG+/BmrSDVvU1a1za7sjgrEbAot+VTdhv6yPVa/VtDa8dl7Z
17OxsRY5CsISZt/7OuSAmZ1PQpcCotMTMexULXtn9kgNe/YXtg2ERbFJe9AT1tS6p0tWtsDY
RZdsJdNfFSW4uTcAaUsVfTYGwU4tJIPyyy5YM2CCQ2ohittUmnYd2tJCtcCgprtWzQZYgYJY
TWK6rWlWsip9ttdRR1ZqxiwIt+tfrPq7NRLFB1Tcdr9lWroptYWOtbCIWU0WDo7X7b7mi9Mq
ISyu3yaLNmwrOMquJ2E2yClIJCqRMfA++Z+bc5WssfBXgVKpuqDCtjlmWwVUhYRibgK2ps0i
NZTYTbrFe2oZXTUUuRvNanRtCwMfkYQM4Yk+5A7KcgAReJmW9fGSolLfJyA7uO3vEOU2LBVV
s2M9v11dTJgrbpsTVuAEU4N1thqSsqt1lz2traYK7OoEUYDUFmt1sBNmhbqbKmrf6yxDRcCr
Iw6dsxexYgGbjEHVt4XkcdMZmAIZeTms5IHB4mSIaq2ldXUnIVGyfsQFW13DV7dyNpbOvshd
epYDx9iDXtWL2H1/wYZMwDOmGsF3dvKDW9ilXyoYE5XN5yjYY0N8rdeu2Jq1h7WKpRsuo3c2
ayUtbePqKa2urCsH2UY7NltdZsayzbU0kknXauy3Y3KdOuuva+wu3ddajQR3rdQLN6sTdd3s
+ssIFoJYjBHMwAcgLtHI1e3dT8e39ZxMGMBLlJNa8/gwj0zMcYxN0Zp2tWs1WYBpvauzQ302
VM+3V2ZyFmlaq2FRj2Jy0IUgrlmrTsSqSqwEFhHYstqShwzZBReDwws170i3vnXeliDNtcMH
uF2wFaM9dEUNc9tYpUDxl9lXs8uxZHqs/UPEoK2IqVifc9Vf65AVZCYygQiA8TYb46xw9TZH
+LHE8sa05e1sLYxi2MRW4YTOBASYRg7HNexsrXVqfWKV3K669mix6Lan8le4wO1fX0NhrVtS
0W0nvCWMUAhoUBgr5KAG0ddhh1jH40gA2k+NC4ZTlddsN9o7pspa/XX2+sZEveuitBe4z0bt
ZW1LmyywrrZbTqorgepA9odHrw+qT2baRJua67dJpOnrV3WtDaQ/8mHaFsC5yV1nxZTgr1bq
xnRSXqUDYUBa3UxQk6hSZjMMzySJccppalau9wJ+0q18s0+mvL07Ddtnb5exlYaLdYDDn0dc
nnPtMNiwu117dT5C9dDlmcqVU5Wh+1aWOrvYju6UnX8ddaftUrF3kMqOTubK+RtnsH2nAFjF
NXNhWqxZUlZrd0VNbYqZ7NjTxXfX12UpvbZ+uvqK34dXUGu3tOwlzAzXQsaanUdj1a8gnYcw
3sJewsReFqYn0yYCZgeh5lgCrd9iREXZ2Gr+nteX0mq36i0JsshNxrybEAmiOzKeG5LLkICF
Lnqxdyq3CLkjausWzOUpYrap59hr8nxeQbNN2vTRv2eXca8S0hQDKrnqrcc69SW2bOrRRNPp
+vu6519mk17lC63V963xq74hczV3LKxXuWB69lLht6qKSj1xdgGdvjbSlSawCqrAjnBpQHxp
DUktTKMtnZA4gJnlACWq87QQgzZTyLWfqdc1b2gwWysj7Yf9jSB/ZtYC3uRNqkq+soVk929g
CCV46juo5dSZj+t0Br6ZAow/YIW+xqQr9qVJ+42u2nffvpbS9V1+8+zVdU6RU7QEBcgWef5p
vC1dfZ1ll9S7FOjf4LrrcL9if7sAlkzCCJXcyHWvRlJrvR6GqFldTwJcj28IOKsiZPXM/BPH
MwBGUEugC9mctQ+SjRFILy1wVbRqZv8AxtkT/wAzcSXNZ2+qoZ3tyt5IzcpZLK+kTtn821tY
uvV1DVgP0YEWL2e+sqtilQ6rNj7FZbdY7cEewpr8tw2tTQpuvs2n0Vraz7CuvzAMDUpsamlU
dfr6VluqqXW61qyp7a5X0tYd2be13Ny6DENpMtliLWGQBkNitRsowq2Mrdq/H5ieMPU6OwrR
lrweh9/jCJxDjJ4mRjquYeGGIcS2usH7OkT637DvDxNlzZs/Tq3jtX+8fyAzAjMVrJgq5udk
KtcsW+0A3gBbdQA/Y6FZf7SlVv2XscsTOxEBzAZrL2ddS256tFEoNfSO+X1tUWUVHFtmtXfV
RsNQ+zYBcrB0v1q7RdrbFM1rrGH2TdWwGVBidRZDgBW6xSrGu5hKdmxH2TW1trWdfBbW1ToR
/iZgiHkzIAbsYBj0yJjke/5vRnrrTJ2dNqn/APVtrrQGxtTX8FOy6JbXuVZbaqUH7GtS25U4
RhLXoEfbVD++MW7YYG98diYCc8w8DMJlYyNV/HdhQRPtawiJW7ut/jC4eylsJva3kr1ujsgU
JZbXUv7mvsnKxtem5d76eyqAHNtKpXgiAZnVpTcryo9A6gngD+UXWKPkdDic4wDCJ+GnuBxO
MEGDEwDPyla9962jWW6xrLPrdelCNmiOdTZOxq1VktY8FlvYOsewAPYSSeJn1E5JzwAYvMRc
V0D+5MlMz7fYLWfWaXwu+srAZTXYfsLwad10n7FT26u4pO2ll7Va6LYpybH/ALNa2xxt/W12
tajLY+FlfznUKOuJRsBoxzMcDPVG5x8OxEBGTBMiEHP4957xyVBvQFLkeZGd+5qte+62yadb
FwSB8RFzn7NgqqAw8NgHQYNbYatgerQ1wqZ1hxjie89oqloEEVAa6j/YVLItt6L0a+1Nxqw+
+5VQ3msIDlThBzrVMlT2uAiHLFaqtOl7AaWQoVrGxTRuLfqWUQnEB8ikkw8PXsMoqtV1UmL2
nPQ4gAJPAzk4h5Pb0GI4DK2uTEpWoYzNisWU/pHKq6r7nHC2MRezslQOAh6KvUEgqbFSeYEr
ZYTaGYuMTggYwMmBVEUBQcxMhaFTynr1Q1lU06wltRqSxhitX8t9TC1KGKqlYcd3HjBL311B
v+wz7VwJvtyb7Oy7FgU7VtldqYJfBqJcP7gcJYe1d6vEzj5dSRnBzhgPeDEzDiZEyITMzMwZ
nEalGg16wLfH5W6ksrS3sgrIw1qqEKWl1JJpKF6mEVnxQvxtQhiCIOYlTMAoQoQwdT3yyID0
ZrVVwAYMwWERk1nCa6LsF6euOwSpcF1rGxumNfY0Du0c8grgODFauIyZK+a6+lqmLMSuHVW6
k1lgCc0bTY/we9ElVyANsUQ30Z8tBhspht14b6INnXAXa1MLbQYXpENlUZqSC5z3Xqawb/1r
jDQ4m6pC0uDLkDqrtK3LV3L2VnM/XZlrrZarSAMysZNVYRNi09qaytdqhnd2WCzJamqzTS16
wuyrQbAx2BihcirMf+qWbvNgvvCahniBW3WbLUuh8Vpi69jyvUZQakSUZ81gqsTYoNTA4KFb
J/ZUR1sJRhO9vhcDKlcFgT3xMkDZa1z+rYR4bMLRfn9WzB171he9Ydu5Ydu8T9vYIqDLW7Yv
qbKdcz7Dx5ATvX3Y3oVsqK9QEMuVlIu8Zst4sdjFHOrUUlzdUXL3O2E7oVcZmAqfXMtmtboo
0H1wwul1VtC4sdLYlek8bTNkTS11jUow/WSLq1CeGqCmqBUEalC3grM3Kq/16PiaWRnuIZtj
XKEHASwkFTmhwV/X/r7u0XBhIMrCdrUUKPjEfB7Ekj5d+M5GBBWpjV1GoU1KSeNjqG1CTUTg
/YHNqZyhAB7RQyxXMsz2tUCA9ouc6tPyUYmzaudTGdiwgBisfsS/B+pu5zMgT3n46jOBnAhA
nEwMYh5hAgExDjtvkeHsSKVNddbnNwNibGsaoM5qJeMrGztf4D7gZjKFhPHfso5nsSGjAQ4A
yOwAICsIxwA4nstoBGkcQczfP/ZXt1K8WP1RGBNZGHqBAUOXQoyU9WCLi9Qtdr9n10C1WHNg
wQzgQ4afXAqRgjEPvkwwcQCfkAzC+vMGZzCDn7IkUpnquTXhQy81ugtO3rip62MrtzOlnTBn
XEbOAeMxCs4BJOTzCRhcRCSSRliQAVMBzLskaZOczcUtYAIFbqVzUPg9eBFYMGrUEgRQMDIG
1sEisVuXISokAgEhlOVZgfqurNOJk4EIzMGARhzjB9p7jjMJEMLjt9sR4+39bjCIBkkAd8nd
YvZRUruw6zsviPMJjnj3jYEXM5nJhIEVSCcdixIwMcYwBA0bGdYEMeFtJMVRkhSWChrq+ltN
vQ9WKI6MoxC/D3IqWN2ahQTskkCIeJWvafW1hQJxCCDgGYmTn0JwBsIWBBggIMxDghKmVvtO
sAjH4KCIcGeyXNl/ryDbsFVbwX+MYwRyciAZJ5nWACckk8glh1Bft8vkYMR1OADH5Ovns38b
clvJGGYApmyAyDIK8ILXVk2yFfbYyy1mmTNWshb2fsTAuGLc67AJpkAgggEYJMbOCSJmHtA7
CZGPBcGq84DhcjorIxMyxb3n2OGuszDWAOpFg+TFAK3JJ0f9xqE8njHXBLYMAnADlpmY6kNB
iYmBPjjsSAQ0IJIDdm5mtPiRsp0c/FlViSAVdAKnQA5zGA6t8QWJPMVSTXxXcG7qDkHsWUia
5E1H+NbB4pEMfYcE3bOK9ps5yvhryBgczgTMLooVuxI55M22AufsWbkB2ZnH9t3xUk5+sABc
YsxxhcEzrCTDlRgwk48gANimZbByD7wZ7FcMScgzqxWnknE+wQlQ0ye3BFpDLYjMqq2AlbBv
F0cqISc0qWLuFW3llID1vX2bkVEBvqWVoKaxBmDMwM8zEEex+2dloq2wnYEF16s6ZUrb1ocR
mAGxajXNknPAcNOhZryI3v8AXj5MCH7xuG4EJ7Q5BDHJJjkRUBHUgEJlVJCpG9oeQMg0c2Ko
DdRN1f6E+Q5gWWsVndmWtGwykC1ihbBgBMpzUlhcs/xb0QtFJDfS/wAtnyRdjrBvLF3KiwIh
z2LYisphK9sQEAdgwXiBQQ65XZ7+K1U7+QgISBX1lVrI+xnxGfXqojc2f4llJ7idkALZnLRl
bHtPzsUWbCnR2VOqmwrEP2BMzkhj1GQc9QSogZ1Gzara4zkv2LgdbSBKwcm1gWLAWg9vzWuY
R1Vfe3IYL2i1uSFKj/P6gkX2J2VlgoQk0IBW0ZWIZblFluwpXzFkVwFe1mU2swUQEiZObMFy
pZmXAB+dn8a0KttEFAMzRGEtOJ2/pZgIXTOFBe5VDhErG4BH3RnzC9dSnoo4gGZ1DHxJPAvb
wcMigqoMf4jIM2f9lbMMbBCQI6AxlPe7gFuzFfJP11DdAjXBQA3ydcxFlaAS3iEkv9O4/YGJ
hTAixyiQh2ay3YUrTZZFRUVthFYbVBFrHFpuLJZuynysQ2wzueCM1suNcHFgEAGN49QMzSwB
sMGnX+qyhADroqL2SWVs11VBVG06GD/X1MK/rvG6jDAiAjAxnAhAMKnL1dnFShtlBDnFyhql
U+MKCcYZsGMSj2uWAXq2AqgkwgCx+zDoQMExASADLDhgMv8AU/HaWAc9QDZSjxa+isrZUYJE
YrEWnJwY9Xefr8ePxuC3bY7Ch1K6nbJu+LVtlPJgbzghfbTBCE9rv8M5hAhRDBRUrYEKRyqq
+9Sof7FcDaUw7IAp3XscbDifuMCu22U2VMWxWDdWnhUS2pfFYkrbMZlEwCbB8W7iM4Cocqow
bUeDsygMD48xz0VLy4tc5TJf6zqdhfcYE2C88lmDfsCBtrtTUFnWMvxekmNVdKabBEPD+5zj
ZJFVwPjVWSy1GMpUiOG77Ry6th9ckUImX+OTkT3mJkQ5gM+wDGeFiV10gpEtTC6msVQ1ZhJM
LMoo2BY9VhQhu0JJjHIfAiE5C5mMQDsllZUFCx16y6eNxNhCSv8AA3Ikba7DafyGs9WeztNe
mywaNDpepEzwZ0WeMYapcV9lHYzscsyktVWZ4cFFAhjnE2gOm0TkDtFfMYdCSBNlv7awC1Jd
a/kzdRgegzk8RTPiIxB9DnHVRAisOmBvrYaDzXaG8f12s7XePEQgNnjHP2drV30bDJY27X2t
vrwLiG0gtwOjWwr1FUeBWN+qhrtLInJiK2dbRpZPtNFxdofS91TQ1qYtVYIEBhImRGICrcXI
cZ8gJZuorZrIFMBOBMcW5xtHI2GVjgxASLOqr1UC9mNlfLKyrFMweo988GHkgGNwPIQBa0Fh
ggJWBiYcQ1pPHXAABiEDtj0t1te47n1VVddtA7LW2cMG+pXjiFDnDZdLDX9hlblJmooa6msq
n4ywnY9ewEDTvMjAxgz8FQRXUiA5EGZk+i+/OLTxucG1j2UkRX7S1iCp5sJLU82K47L8BkdJ
nhhPYZMYZDII1ZnVwc4HvFznrkAwLB7ZzORPOYLgTjnYyab1+Y6LFVu2hV0rxMQwHj7Ek7K+
/wBZUS4EAMKwkQD0GBHBIVjgEmE849DzOIeZiKuTwZZkzddu/YlshiOA/wDNyegrZjpAi1Ml
+UWLPeDMA4IgzABD1EysPM9iuIcxiBCcnIM4hwYaYKCAFIFoym0OpTM1wbLdfPXMLc5zGY43
f/yEE+uq604EAhxjHB7TGIQDMQDBnOOzGZGGsQRXDRmhsUFGAPcktPsWP7AJz1JDZEfLGofE
Ng6aFmFY8pOR+BOc5EzycQLmFWmGhBEwYFmD6GcEYgBBOTMc+8MxPtVKsHbOjk2a4PWEc9cn
a39emW2+R6MG3V6svTkpApJI56iPjOBDPccQnqDcxKq7KKQYqBQQcWqcV9sAwgqu9cr3qVAD
9rLDw5wdYqRdWQ2njoigWcq3+P5GYQYcwQ+wzg5hnPoDycADJnvOYPckQgYHBJJ9Pt0BX8/W
dcoPjjjExgbxHnM5n1NtovrGYFE64hQE9BgpiGvM6NOmIRMGyCoZCjPXAHMOIQsu3qldN60o
m4ttW3Yr2fHopJRzkFlZaFCrsMPNpjpXSFLEc9/hySFE4w2chSSFM6mEGde0KDAXkrzgGH2n
EI4xOJ+cZOMz7WnNQHOp1lRynImIOJuHOwYASPokDvWMHj0wMwqs6gQ4ELCFszHyJOfIBO2S
uSWE2H8FGqhtrpqCzaqZ5cFV+AFd+rWOWsIEyypkWW0AeOgqLjbl8v48c8ACckquPTHGMDGC
RDOMz4wqDCCDgkBZxCOcQib21daya2TXQ1dlOMHqQcTduFOtbgv+VIE+i7eRrMwXMJ54b7cp
cSSwyzmck55/OAIQDAiggcfggGfc2kVaNla0AKF+LJsFQ1akqqBgeCoytuBTq46q/WpastYE
rX5ePgzkhRiACAT8mfgsBGuAhdmmSYuScYIzCSIMEBZjMCzqIyjFtneyxcAqQtX8BZWQWxPt
mXwseScwGfS2momvywVMIa4AsUCYEZcEAw9QcZjAg8iZ5BUwmDmfb2lrhaVNVnkWscfZmtba
WYhO6i0dTVzNtQKtc/DIY6wVCxFj/jqMqpmOBmZjEzsZzCIFM9piAT84InJmCIGMB4hM2dys
BPiWbLgTUUhCCY4Vx9uGVG9wBlKiZV1RdG3sAsZRH16s/rrBU0/sU+4KkACZIn4wcKpwRHfq
m6xZ78FfqbvmAcX6NTAjDM58ZfI1+3l3O3WosErY5qsBZ/7W7LCogmBMQezLmMpEAJhzDmHm
A49MGD0wQLLAi0/aUO4sUxyGW6hK6u1iOro0IIOk2VFYJwJ9xX2a3XKgA4qWwolZK6QxUh+P
ZYephWswoDAcHAM6gzpmFAqipQ3sMQ4m7YK6LG7veFxTYa7KrFdGx139QMXBrYr2WgMX2mLP
TWXRakCUhcMqhPj1J9fefjiEAkpgAAFlBGAD0WdDOpnjEAhAx9vsdQWydXdKTX+ysabG8roC
C3VJ48jW71OpBnvN3Ue0Wap7f0rArAa/Wa+uAikBSeC5EyT6deVBBwSMGFcw1qT0E6iFJva/
fXvHR2u7UXIQfrtktRTYLarF42dZAchdbXAC3le1TBdagE1VDLWsJ1HXPIM49OBDB6YhAnUY
9oIc5xPzxj7xCXZczBxXayFNrivYTAtGK9gRLEeVEdM4hAI8FQnirgQQ0oYAADmcme8AzADA
sAmTjkemBOsJII5Djj7rS8NhEDCyvRuNF+TpbNo7narzNop0op6JcGFtAZwa3AFvjOWL5Xwn
3HucTsJmfgcTHofT8emYcTII2tdb67/qr6XvQo4AJIaY5V3BoLyh1M1l/qM95mcTsc5nMORB
zOomDB6EY9BD6+8HAM+1rD6hGVxieTnXKbmnRfZUXWtps6zm25QH26FK6zdWyUpbtmvmdP6j
6cTA9c5hMB9Pae/pn0b3nGGGZf8AX69ps+mrz/4d7QfRVYb6kVTYexW0Kdiy9F6qcwZmZzDn
IgnMxyBMTgS29lhfZc0rasMa4qyXqzZhyRV5izCblilt1PHslOy/nR2jTbfV5F1rCJsoWR7m
d9mwvUinAK9nwzKVUYs/WKwDEPAN9kr8rwOuMT2mVnBhEOJjM6+pEGJyZ1zOs5nXhLWJ/Xpe
JWqD/RiYhE5x0eKpUe0ZsBVYkqpgnsFj2VCG7WBTaraKQRnEJzN12/b3WJtR/lauGU4P1e15
a9vVylVq9EVbLUrq8GxhU1zkVuBLAoHPhxyPbiMrzw/JUVZiOoYMhB81imq5mh5hHCnIlisw
VVQ+enLYaKQERxYuQsb+Lq5C8wwT3gmMw4mfQZgM/OQYyK0Zgs4MxCJs+UWWeYkJaZUSkG0V
UbSklhjff/uuFa1x1dgcfmi5qbNTYrvT7GmyoLUUqvtCC7s0W56giYVx1Xyt3zzMZmIeCXzP
ck4jVK0OupC1YgVhCrR2bAdQTd3P6rOy61KzwpOprOI3jypRj+cHGAZwDBx6AYmPTsoBsXBs
OfIZ5lguGcgzMOIygyxROpMx1LKxUAYR8DcuVtoPk3r8UKsrLgiauw1VqNVtU00YqrrsZvCx
rsqayxH605Bq8kHvjn0YZDMQvlsAW3AR8icn0JxHr7CupcJWqTHIXAAEIBhtqB78I1hd9itW
W+ph56gDcYrEw+rMBHcmF+Sxgedst2JikmdsEPiC0EqytGrBJpALVKw8BENWJsfGu3sbyg6t
yjIVLnyTAEHB+u2fGQwaLWoeyvlqRHc+R2Nlfib9bGZjMzMw4z1UiykEGrAQ9oTfhGugBMGJ
1ECjGMQTPFuxVWAX2BVq0VwcTghaQAuuTGoQT9YtEQhcejuqxnhtUQ2Q2HCtOCWfEViR3JIb
4izMWwgC8EB0Yfke5Am+QteyVZmrHiYsx26iRhgeowazKy6zQ2C6rCA02FKy3XAft2nQeH//
2gAIAQICBj8ANB//2gAIAQMCBj8ANB//2gAIAQEBBj8AMwnMFSfNM+V2WCu4T7qExysuE+oT
u5KZMm+fwklNQerdEGxZO5sNZZcqBnyCUYjfReOoTAFScKZBUfc6EEERYKDGnSJheOE+mi+5
qeMuiwNydEK0px7hCvuE8dQhal+NtgVx+4jIVrMamu+6PuHXZOZscBCo0/4TqmmqyfBH88I/
mg+EZjb/AFJnj+RnRlSont18FCfr26Hv/wABrWAO2qkir4T1JLocjAwjxtD4QL8W0QLu+i4v
4qfqmucaBHjYqYGfFEhjoyfC0ld9kQ+UCBlMbcT3THyITvn8ELc7D3NQMIN6huYX8ft/aPNy
mwEbn7jgn4+y7dT4QqVZ2E9lMVGUwjsU5JlNkNKYDzXb+THl0JGStukSAtuhlOV2XdSu2nQ7
9JWOj2wF/IK8joTlcT7ZDasi/tlh9q/8lDXxTavj9ymuCnpRo31XKQe6dwT8026JVdGCEaYK
37IgSNAIKbROBOELij37IWv6b/tZgmZyQ75TsygPsUC72KNjkiNmQoPtGqAy3xx0bK2Tboto
AFZ8nVch5oZO7IuuTSYZf/k/JMOjHTVfj0bToSEHCy/Qsj9PhfoQcFQI2Qv7XmnNgTrCIvfk
SUwxuvVJtgaoHHGGTnIw6YSWRJ8ugQP4LkvBSoYEZUEPoyH8hLb5XoPIaApyQ+WUaL1Bxr4o
gYMDxQsZ6fmp+CFMdDWw8D0YK0kMWKdz2WB3Gq27KDGqb6r/AD58umIKbBy6AzsmWJWJ2QA6
SmRZeo8V9yAcL7gosE7hZ6ZWQiK2AJVuRfUHusFzoEG+4YJXKoLFDkCSIIT8WAP/ANqBUq9Q
3pDlUFR6jMJrBnzugzBshCC50GEwd0ABIh1ATWq5MgqB2nZdhk9k9ptafJCv6R+KFsfF4/ET
sFaxzYonMqSi+BkoUJ7gpgXA1X/5Py6OsSU+rQu6dR8GyzhYDjdREIOQ6nK+jrLr0uw1XGpJ
OyaTMrVz80zmBKx5lByyZy2wRbGzoAOd0zlhqf8ApQAlYdH3B+oEIHQbZTy+pTnRQG1LHRSc
rjU5l9kzgkYO6mQgBjfUBCmQS53UQcJ7B0wDDpCmF2+OVfwTk+S9Idt05DHshqRoi5lkSnf/
APs/JFZQKnCjrOvXxXZH6BAgOmNfMr15yiKlgUXYogGUPS+57IkB6lC1sgZCgovoiDlTbGig
ead2JP0R3QLZ6cNVqQMKI3KNKmVBA3JWARuExydXQJkpwHCJbO652IGiOwTadMspONk+iOnR
tfiudTC/NEA+KtU6S6BbGqbBATWl13/k/JP0lZULup6Ab9GTZBQOIUWZt07yIQYgj5KHEa6o
7rYKrQB+CJqIzKPeVEDZVA0XO3gsN3TYwqiusIPLoCobt0Eea9QMbZZatoGQsYOECPUDnsgK
1NdCy41pPdMRJgIbfmhX5pqYEMnOT1YZTlgO6Y3HkgbY3Kf27ALHh8LLxKZ3bX/uTgBE5I+q
J/AQyepcBEszYXKG5psBPonKno631U56BbKfmq2K9X2kv5IGmuQh6WI+qBBfLhcjb1HRPE6l
b/3J2YlOJDSgRI/BMMof1WkIgZZgVQZI1VC79ghY/JOITE4CkOnPmmzWZVqv6gYKFGcASe6t
oTCAwBJKNn9RMeCOw1KNrSMDu6Ftl4LPWoBYHKd2UlV8UBjo3wVrhyixDoBsJ2fsmIcHCL/J
MBB1CZtVPQdJKbZcRheC26RndM07qhLepG7uCGYIilsZqQpfCg+rUFParNsExL/RQeIEQnmz
br04ymLBOTKDyBumaOyAJnZVAEDVUH0Q5QuTogSnwEbEnsmNnJ11R4Wa2+6ks+y7HJRLygPo
mqeIp9o3KZvVqg+vT813QGCEXILr1GEDWy36Y5eCY0YdfbBO5UYXZad91MHugX1+iJ1GFyeX
UB+kdJ06MJsox+aBkIDyZA2LPonyyqAe7JiSHwyMtZCruTlEjOpWTXVZd9NXT1DVPdMC6cnC
gMchPI7aLlknL6Ilz2bCrYyShkVyhDVqIJWZKHdN80wgFMXI1ZOaeEIgBkKmrEarSxQOHwEK
1M6IWPTwU9JVSCu+qxFQEB8+mYXqsAosChUZ6VGwTmWwhGsqT3THXDoAliYDJ8kptOaZYhMN
F4oOmrJQtgnRMzNJKbK5MH3XdFkB2XKw+qIMvqgb/buE/tnl45Cc2JGwTthNYrIJ0ZektvGU
TYeBXI+QUeayYxsmbGCFnCArC9TMmGmqABjXo9jGgOEXqB30KJIjZFxjCbbKNjjIUD/2QG3x
eosdF6bOmsXOMrlUH59OJ1VqCrEQ6AhhlVIJUogZYLjqmP6fqgQw7IGxgYQ1aFBjRf5vyTjT
RMddER0Y4XLKew9IwuyPTuvFchjUoFgTgDCjzCesjWi9GDlMC4+qg8fwWXKyxKYkkJmR4EMd
CpE/kiCHb8U9fkm5Rqt22XEcjOrIC8AaDVMD5IVw2VFgRuhXfJ0XHRMcFMD4oVH3P9EfcONB
1b4G3EJwuby+EKmX6SrHILSp1Q3foWMME1tJWwT2knC/LVY8kJYd1j9f5LYqStkzMg8ogAhu
yZsapmRNZ6OzrfdZPGzQuVRJwUxsZCBDuykNuoE/Cwym6OwKfDJmc7qaxuEwd1HzK3O6e2SJ
UkB0zuGhZUS+ESz2CAMm2UK1wFspz8DoGgcNKHOBshx9QMoE/LVd1CJsH2XIwRomgh/l09wC
JCn6SnLsUIDI/t3VTXGhRLg7+KeP/wCT8l2HTsoq5xKHpAKZcmUBjuFIYFNYsUCNUbbLkRDt
KYBmQBA7ELE9HXj8EI9G1U9GyFgg7p3JXISEJdspzb5NhMNEbWkaDCAK4iQJKN28+s43W+/w
SnNQ6BAZO069GWekwAnXubEp3cEaYXAGAm74RfSFQHTsi+TIKZ/1L8l6T4qfJEjVb9JjwRAI
7LPIp/cGEGDBSSG0C5WqzEF0LYFgoHwT0b/hSjXdRV1IFW+ackEZQfGUbFidFAk5GyFUyjCb
T4I6SFHwvxPgpqRunViGYkg+SYO24wjjwTsxCcyh+CbRNH3ZXdd1KPZQn+ino/ScKZXCw9JQ
A0Xf/hT1w3SOjpjB0K9ZHYpicrKFRgSSj7h1MfD49MfF2TDCYysJkeysQMlMMJzlO2dVsEGP
I6AKcnK+0Z/Lpv36MPuOqewKfVRPQarL9k2egnGVlZW/xAunTp+kwpWwX49JhRKbHdMTPRiM
phj4ZXZbdPHp3Trsj0fpZtlMPKcCNk2OymQMDdOR3Z04DJ2TPH/p0LGV6iexyE5L7KUIhOo+
B9kbV+4w5XI35kaD7QuNSTbEJxYWB0dev/x22OP+dQXfaU2yn4G679N1so0U9JgLw6OOm3w7
qV226uZ6zlcThMMaIq25wVP1RsPkuRHkn3MunhD6rl8infX8kYRceHTt8ZOtdE9xx5fbXJRt
YkWOmgQrYODthPUtUaV1TsK/UouSH1GiNK3FhU4Ov/YnIY9/g7p02qz0lRqnJQ4z4IEpznoX
UlniUKvBwenfoxTVBPdNgqLBtYWQQsJjD9PH4dukwCVjwdCzOdnTgyRL5UnsvTkIF+TwyP1X
n5YTKUwGVOPgfo46DiW7pz89SjYwAPtP/XZM4A0bK5HG5URCPIMCYOQgbcS0A116Dv1yn1Tk
wmHzTlRjupnsgBCAdQZU/NMZDIloGEC/kql/UBITUkpr2bsFidV6R0cKD09XzQFpruoKwoLJ
iZ6l5QnVADARiey76lZ/vXJ5OAqlpMOg87JtX/JHVB8rKmCnJhMC/XbxT1kbodBbUKAQLZf/
AFI8B6jktJ/wp7+Q0TWPFRf1VxC4UHoOQdCFM7qMJgs+XSPkuyZ38FIhZDJ3bzXqMoniS0Jx
RiPmvWLDcr02n6IUwRk7qIGwTZB+adPsndP80e61X59NuhNZfTRQfLo5+fSOgGqcP6SgXgzs
s6+CHFyVLAuhUnk0unZ6jCfTkm6+CJaCoz1Pgol3J8UFPSZCgYRJudwAnMtIco2IAfBK9Mkk
B/2/uV/aqXNMHdOpKddk9E97NXYIV9mKtlPezDssvqpCNqkAaKSCo8CieJLIV4l+wQJk76ui
DJwtj+aBOdU6y6/JSu6f6JtVsox0fVTlNou3Wo2l0XzgIWPgyO+qIrA77rscphoEzM3yKf8A
qx5Irx6brZBQmRGqy9XIKfBTEhtSm5h16ZHzRrWrebJ73rX/ADL1f7geFVxp7hsBM4RFMmSQ
rX3yVmELGFkE7KQGGq9JypJnpP0Uapi/iga/iuywpCcCU2E9GtLsSvtNSDjIQDuTlYU5U/NP
ooGenZYXZeCherfKbI6ygAdMIk/NEjI13TTOSpkboYZW4YAZCX7LEcvyTJtEyx0c9HVuRhjK
YEmoKHs+yX4zYrlerg4JX2VJ+SetDXZij6iHjCe9hKer2J+qJ4s2Si2ioD99pZTICdlz9u5D
51C4+7d6yiHEQso9l4IB0fonInoSftXhlMD6Rlfx1qSMckHknATgtrKf69MzkJmXb4SEVJAX
GofugTB+AscQpD9kyYB9yiLDwT5K9ySbPPgm2XHR/wAur7ov1cR0t3j5q1y1uIYef6lYmS8b
SuDzWBVThbhE2PEDdEAc74DLmYFZrXDoAQcmUeUlB9AmB41GVxoPSF6oRtyHZhKIt9t4PijU
aYUHKcear7dYI2U5Ca5fYJ6wEAPUuViK0GSSv4v9q7GLX3XqPL3Tov8A9j3S9f01ToN8kbjL
he2K/pE7Su4QrUts2E5KaxckwvBOAnZkWyNV6nL4AT8SPFMGGmU4uGQ9VSpnwV7EMSUPGfBH
j5BBi26cEFbPoFawlyxdDjBGAvP6pl3X4hO0J+jKUaWLA6r3PYueOeJwudQ55QBqyBIPIyey
J5Bu5VrezUW8Ch/MTWg0GEbGbD7alWNnNh9pbRBsboe/7gz9oQZwTonsQGyFwa4fFxhACxIx
IVCRDcire7bAkK5JlsqlgfSCxKu+RIX8/uFgZlBi5tgLjew79k1XA02JRDgxkYCa9yKAZP8A
oohT/bUNrgMfcP3Ie5/uiQDLH/UhT2g7aVwj6BWuzyiKDzKFbWkywVvdcG2BUlF5OAxUk8gj
Ul9fJBiGMAnRPzHkm5AkSydwQhYkbFA6aIgsN5X3FhlECxbuskNAVpJAwCmcl8pjonkbt077
Ilp+iI1JUQey78vyRsX2TH5rdNYN1do6d1x9wch3XoEbGf8AlXKlj7e7Jz7liNSuNXtS0Zdf
ySQf0oVuPVYOBqjYfbq6rWw9LuewCqBAAgLi7WOSuV7Oey4n2xxP7pXt+gAVchhlG5ktI2BV
qgMIViR6g4bsqh25WdimEuAjS2cgI1owjOoROu6rXiH30RALOcCVqbGZKHEBzqzofyufc3aE
49o22IhEAGh2sGTe5Z67rj7QaohQcJ3k6ok2c5dlSwyPST/0ok1cgsAq2EhOrVJPZGpLHVCu
xyVEg6otD+anVFxA1ZHjloT6vLLxOVGVJYrfuUTuE7P6lqv82fJMejDXC3XFoWV265hQmaN0
5Gfkga1FNS2qNzbA1yVb36jlb9PLAQr7nucidK/audsmSeyhsZ7Iipc4ZC3+4sRY5qcKx9uo
caofyDlx+3ZlyDNj5K1RD1GN/wBy90WPKFWuAC31VCZY5ViLPY4HZEsiGdcXjMJqhtyntNtE
LGr1rPmmvUeYT1HEHQLL9ijQVzkpyAVGmqrYS+UCZGTshxgEDG9UXh8IVwDBR0aSn0QIEEI1
MkgspllAELxXjodFM9kSHEumJj80IdpJQL/+ibUGVaNED3XY90+nLywpeDooW5U/IrDkpxj9
qfrC7onQJyWYxVEcOTZKDE8dtv8AEuIMfRVrQPYkAoe3TRuSsbYEDxR9xyGwhyYvtorkF4YD
xUwRsuRDucKrMTarP4fpV6ANyrqmI9PJC1RmzD9yf6I88M76BHit16tMKK8uRhCt3Bd2C5C4
I7pgQAO64VLgGbIR6iWNk+GRIIA1XEfd+5FyxOpVZc1Ic9kLCZbyRmIt5FW/bYLHZV1QlngQ
mJjVRPbso/8AZOHW50CbUO6dz3CdgxUw+Cu5MqzwWZkG31Umdl54WYUqNYQ+hMr1T4qQybbp
sp6Zko1JY6EL+L3gxw51RtT7TBTs9RLI/wC6uGtb7K7D9y5EP2Q9oaad1WHJXG1mOoRPJwSG
IwiRgbIFo2C9v3P7BD3AcgiUbE8WMV3T2xoNFWscncjVCo10RDfNAEeKHAOHb/5LiTyuDnR1
BBIQFYdEHAySgKEUB+7V0KVY7nZHHdMfphSz98onj/7rjpfRWB/T+SByJD/6UBnjCs+QXHmg
cuIQ8fqnqc/Rd8JgezrTsj23TFi5U507ov5stwnkap8knVVh3LgptVjX6MpLynXEDEOgcrxU
fDKb5IzK428rarifXUwSdkKM1He3ghSkVGiOzK1nezuEB7Z4+4QzaLl7xZ9DLoj2wAAUzfNV
YEuqkhhV4OVUvOy4VD6nsuTRjzQ9wH1Yb/5KpDAhC2RYO/8A9SFvcOSQe6NfaPEnVED1cTNg
E3F7bvCAye+yJLiu6sQWtaAToEeNg2jyV2X3MRoj6wfHdbvMI2ufUNE7RaZRoPEHut3TtGiA
uxYoEwgBZmymcRkosQgWkQ6san09kQC50dSW2OUGxqUNAgAezJicOykwpDDdeeVLN26E41dP
ouy/vWenZZTI1ElNbJ1C/wDHFRklNa4IMcdUfdAmzwsQEHM2lhsuTM+2yDQmcoB8bIRJkb/8
yq4muV5MsQMk6o3qwBy+VxtFnfzRh9lU2GsLiPTanyZA+56DkA5K/jqXaLWKNSQNdkwxhACT
qhT+OKjG6L+24OFyA9TSHTsTunwFniRhcOTEa6JqDnMoH5j+myY5Zj4BcS3HRM8ZCkvCcDCi
CdVUanIXpEHdcfFzKNdpIKYF5lNkA4CfXZDfdOfmnGAq7bhDbUrzRZ5ytwu3Q7BSWATaaFRo
n6mPUyNvcMCbf9q5e0wpgVZA3n282s0P+1ClIrWAjcaBD+QekwyNSHA+3wUwERBZEEt4Ksu2
+UAN3LJ0wYVCYo1ZgZBC4E4cA90HeoqTKpD3YgOg0luK9UASU1YqE5jYL0n1bpslAiznZcjL
bpmbxQ0TZ3JTs6H4ID9TH6epcsvLprAEPCYyEGbZ1Op6OIOyLZQ2Oex/pRaRqE7AB4T6ZW4e
V6ondFkzoEHMIPIXZ12UrHSS3ZOzqBOyb6dJynOiJvk/a6FKMB+o6yhSj8XkeCrSjMcnuf3J
8Oh7FbcgA9m3RJwAiCH28kQY7LMoHcs7IDZCHX9oU/NQULV0DFEAMR6m7qpDhkw+8MRsP3Ih
w2UPbpjJ8Fu2Qy15ENhlMV1K9BO0IHBwtk5PqOUHRLendcTUk/iuNvTqWVeECu+v6UHBJq7N
hGoLMYCDYX9ybP16TOhKxjdMAAyLlN3hEWljCaYynBg4CJEHRGxzogGCmdk/fHknZ+y7HVQo
UyuJRKc/RHlG3QgZKixJyFatzxaSVUGTYPHdGoIFjl+yIpaGynJzlcalzZWGiIDcsugSHVRJ
nTCJCZ2tsiUXgnBRDyPuCA3RAZsIkQCcpgYOSmLWrb5o3M037KCwfzU6JjAXKoJOpygNsvhe
mvd9P/qTWuBZMOJPayIH/UhY1JGRIJQterEx3WYCHC7k6Fc615Ay4DqrD5ovBIUCWhMNNU75
EFMJf7kSxY6J6jkXYhEls6I8ft3TOsJiMdkYkx2RqtgF5/kmfOyjCbKhPlAsxX4JiM5Tjp2V
rGNAre5abGzgojQBgenHTUKotUADXVlUgsxVnwNV/bC7BVOhO6A/BD3awRkLPqaQv71/KzDU
oGpev6T/AKVEE5BCtTLhCGLMuFzjC4n1V1BVf1e2ZCcSNlIJ0ByjpVsnCaze7csOIRqCa0wA
IT3Lk7mEKsK/iV9nq0KDOPMp7F6tglC/O1CcjQJhx9yuhb1ICp4kfotgqIsMhEVBL6DC9Hty
N04rxfdMSANQnFgW0Tklhlc7WM4b/Ug/y3CksT8l3TZ8UxVtfyThyFMgJ9H/ACWE46RBWy7J
upCKbS2iqDjKsXhbIBnOFyFWY8QE4yTICIBTgON+6chiDoh4qpGolYRugwm30XG2ET7bmhnj
/wBqa+/myBE9gqk1E6o2oGqJKrYjmN9v6U4DWVTWp4nJ0Rte3orPPAX8P+1BpXWwyVPqOrbo
k5OK9k1iAThTJGTl0zs++Fyf06JnbsVErkCx2KA94Cdf1Ll7Z51E/wBVVxuHaY1CDB1GSndi
ILlObOBgOmDcdnVjiH4rvou5y6H5ItLaKII0Vgz904wXCfX6Ls/5IvonHTdOE7Spyu/UtomM
uqg4C5AO+3SHdWt7hbiMbLkNQ6cY1QIPyVvbuwqZdt0C7vqEHs4AYIl/NcSXT5q7ELlpsvSJ
0der0nS1Vw9yvP29CEDzkZdCxYvHiFY1ittO65VyVxfIVfap6ah+WgH+JcPZkCD3T3OMV0lM
KudNIQJ3RazBnCJNp3QHKNdU9xyLfcESSa8A5fdCoDvJI1TgHzlD9uoK50gWkHY/t/zpvZgf
V/1LVyMmFyuS+7yntY2o+/2/4kLe2H8Cjb3rPVvtaUXnJRJHzRMTp2QKcSrBo0A3QfUuUx1x
sn75R6AopwWZNqsOoU6Lsm3ROmjbJxAGHUBm7L0ZIdgvXUioyWVBS5va2fD9i5WDElmOg/Si
8KR6twgR91QhIA2O67piHXprxPbuuJRLenVOD5bJ5jdbvmq5UBB2MIkG1SPt1C4e/Ugj9Yx/
mT0sLBeGivxLAwR2QrTIygCOWjndEAPYB7HSq/ky1mt4KrQMDwK/kJFqExYf6k/utxrgLiAz
l/ABCxaZL7Kt/bHqtNqfpKHu1HpMkD9KcpnettO/6Vxb1d/3fuUwcEL+QHjamuhH7V6bek5C
Z/S7hWIkEQjEDVZYd0HLvqIQLuN0Rup9JcOEHGsLb6rs6iW2KllIRcSiOMLUeSBqYWk5QIkF
Fz5pqjkdgjW+PqmH2mHUkxghNYsf3Mv4wD7gH6sBCoEu6IeBlVI0yoynGcMUQRFsNoiKid9E
HAdObENMLxTWAlcqHjY7Jj66v4rjahrsdE9ZOqLiRCsLDbEJ/Zv3Ywqi33NJCtbPKGQIr81P
3alD2PbHpE2O64nBZNoduy/juIsJTEEhoI1BQBkqtRDBNkO3yVRY4rhE1AAOAiRhA1yH+S5j
XIKNahwD/lXImLbaFAmdk+wlFsFDfRMfqgMnLIv5Lu6qAPNACU/fqV816oWPmoAXKuVxJ8EK
sz6qRA1Xp1QnMshRhct5p7e04GEx9viBtCYWt5J64KvRiRUnj4f1J99sodlHku+6DYUjCd3Q
OvR3x0BKJOThBv1CSmJAGgVQJfbCDhD8Fb3DkY8Va9skur2vYVvmtdEGkOrV2LKrgFpVa7lG
5Dtore9YO+K7FRqnuHdWtVgG1QLvoSuFvtsGbt+6qNAGNSytQy+ERhi3yXuUdwzpmeXB7JyG
J+QQLSB812ToiumVxOHhAu3YLzW/RtUBo3Tum6SMqdMIzKZ3O6FxJC/lqfUcbp63JmQcIi1O
Nxkb/wBSDUnQpkeIIN/IKwsTyGCENeXQQuwXpIbumh9naERYhvonDE/Qp2EIWx2TMgC2X8FG
A7bZXL3HfsUDS1w2jpq53Ka+HyEeOQq+3YTcseyep9LSDqUGhseSN/b+0zxGUSauBBKBEzGq
FSPVbKesiShVzOAM2Qebfppr/mX8nuHj7O2KsgPbYVVXtgwULktU5TUHJGwrw1ZEGSQyOGJZ
TghbMn/BAnKuRgtKAePzQeS6ZtUd+js/dBfinHTddljpAW7GVzoPVsEzSMhC9TIz4Lj9t65H
SjYpJXKJCAsAC/pfMrlXwQeUQNMph5umIbbumLhtkxecDKipDbqoaMoDYynaQmExPzXjhHRg
hy8kb+z66/qoVyq9SM1Ke1BW7uCd/wClOcI/Re1aj8a5/wBaPCBYuWRr7X3NNvFNWCV/Ez3I
9SF3awkdkL+567nXKAdgMVwwVDaoqR3dP8vFCt5FWLaIAVAQPZchMlHYrj/b/Cnw63rutWKt
udOyGvdNWd03fCdaJoTkiFyKdw2yL6dHT/TpqrVQ9r268vetrsq+97/3H9Jwx/8A9FentBqO
q+77ZYjLY/zKvuaWDuq1IccWZEWZifSuRqAcMPuQYuawXWjJsIu7FN/7phXzTwdolPhUZWGX
TnIOFEGfBAAsNwidD3lD80Z8lao9JyCNj+lV5g1/qXE2517oWf0jIXpGHY+KIE9gmNW2dAmz
vI4pzys3ZG1x8ygRSpsdbeplkC1pLB1N+VcYZScYTHZANytsFzqPUP0lcYPvGpIH9S5XLEZC
9QDdkGgbKMaprfNXYbSgHHmjbb6rlrll2KkKQgQPJD0zsg4d0ydP1cw2pRNVb3z6rZ9WAp9N
NzCHu+1cWtiw0T6HJR9ol+GPBEhydAEHyA5OyFiXsIwrVcMZTEymXZBpWWUPKy5Vdqhygchs
MnBYkbK1Xc1CIbwXLj2ZBg3YqBpCNvep6gOIIRp7YkkF7JrGXclHjZgNkBzAeDKMgzojUF+I
khca15McmEXaoxJcrmBawOwXGtWtkcjlEe6BWuXM/wDKrVr7jkiAVyuOXEOVW1T6SZOyNb2B
IMNn/mQFdoQpcctrDIR9z27cqA42RreNyixfVyiB/cmsGP0V2IkwhxBd8hEWL6hM6wo1UsVx
WzaeCHXYbdJWPmrEnOUfb9r56JnN30X/AJCK1ywVvbIZiz9lauOQ/BG2K7ox9wl9lYag+CJL
mwHkhHQsZRZOgKXIOqn3Awk+H7VyMHTwVGoeIzbdQwpl1LYKG5RADMXdEbyCjQni+oRuLcjh
iq+3B5FiCNSj7d6gDHIbI0BD5K4jVQWKBFm5Ny3Qo5YlpVKioOZVQwIl0PcpAsXqdiq3tFxB
OxCe4Fqj7TghGtSxJYtsrcHqDBDocXB7r1EkA42XOtoOVwuwJ2RFq+olwU9TyHZMRwPdNnlg
o8ZNtTusxunOToseSNkIlOBKgT2Qb5KXH0UEgDdDkX8FsespiSAYK4+7Y+5cHxCb27ivZmT1
9wEbOuQxZUbCFdBLIDXdC+eX0K0cmG2WFCc6pig2mpW4whVslVbAcSoLllwGDkJx+mG0ZEWI
GoRFa8tyULCgcaJ6sNlf2veDt6gRpZFw3E8vkgDXOWTmeWjrQ9sKtSIeWTgYl1zqGL40hV/l
o5ocgo0o9QZIKNRJzUo1t9loI7pq51UrZEkiEQ2EHEf29SqQfELh7hcGRbZENBnloiSJ3QNJ
8dk5DOZVLAxp3TjzCd5ym6MAu6Yapj80SBIlCjMEC7MtD0ceaABnZen3OBtDHWyJFgTonYls
EFGvuO9TAOiPuOONC3mjUiCzbyg+mfFPo0Ktq/dsu5lOuNbcd7BM/LuS6jVTjKJJgR4IUAcg
pqhnVj7npH5oV9oR3RNy74nCkr8Cq+27cyA+y/j9scrnLZdGzSctoFx98tUYRr7Qbu6OrQ6F
QWfJK/j99+NsWGED7VjxOdYXH2rRYsQcJr0IsMH9KcW46MuXuUcnNhuExqQUWDv+CB5VqDEl
lXj7lS4d3DQjWxrflL1llxJg6hDicY7oaECRq64WHKh30X8nt+qo/SjsNCJC4nWcKtAYEN/q
Q5F7b7p21wpz0dPhY6QnTfALM3gh7nt4Gdx/XVD2PePqb02Ov+Lp7lxHqIdE4cpz5IHTdl3R
cwmIlcXndEVwialnTkPuSpgkaYXL3CxMr7LErlT2nOjnCNj4toneU2X3TFYhOPuyN1zsCHMD
ZWFB/wCTcqwsC+69TkK/uOIH2/6vShGsugCJA9Piv4bxxh0bV1IIVToQCygMd1zJIqMMUTcl
8SgHL2GRsieT2fB2Q+YRIIrZp0dGp11TjG2i5Vsa33XG/psddEAJ3CFqYsHsNigPZBFiWcrm
ZbJBQYrRnUdHTdAU4noFCb6KEa1yrVuPSAxCNvbD0MghH2rAXLMDqEAPusWhVprqha1g2oMI
jUnSU/IHsN016mo0aUTW/FsEBcre7BkJ/wCdrHL4XGtub61wuNvcIG7Jq+4T5MjV2DKSoWes
ysFUPdlyw+nTnpeA26iQMocHcBmTgMcsMKsOAv5KB7VlD+aSBxIQFPtEIn3Dx27q3tWcCoed
f8KgenQID3QF/J7J50EmuoQqZG2qp7lbCxuSOGtQP3oAnJX2sycQ31RpcOT82/oTzauAdQgQ
UwxoSZdcSIMMULVLbhefwdlOdFCZSFhOpDdXEku6Frh7HFNFaxAqbYqAh7/u2HICAvvB7KWN
hurXoOLd01ftq7PooDgZUi3IlMxcYdTjso6SPhZvPoxHggRuqtBByhGgnoPargfijb3B92B2
RNZByMH/AJk1Q0wEaj0jEJj7hJzOAhYMC+a4RBOELe3IGSVy1GxwhUh0AJA07q1vdqKNA8Ef
c/25FbGSBuuHu1aw18FyEA7px92itUydeyceSa5a4wd/8ScsNOygy8BOMjIKc64Xd02/wMi+
vWIXJnZSI7I8ZXdWvR6nDjuhysbNqUb8fQNTuu/ZYzqsRoqgevlJlGzeQTggdlIB76rAIwHT
MT3WGQjKmGW3SerVAQY+pWeGDoA5Cqa+4aFsOjzsLMM6o3BwZdcWDBEMGOixOWVi0l3BUB9U
Gz82QtfXfVcawMwiWYFG94Jio3R92/pBPpRe+dyh6wdSTlSQbDFtU5mjyNQnqcFG4LXww7J2
btoj3XA25VGAcLcjTVaBfgU+rqdUyjIWx6OFMd1noyz804PS1CWDR4r1WgaDJQDMKwAmcgrO
EQDI00Q5ZJLDVgmqMZfVTFTiJXqfxTa7FD0Etqg1K7oehv8AKmq3dl/f0/JMEzu+qAqPFNWV
47pi4fB7rDlkQzE5coiv3E6o8hGhTs3dRZzUPmVa7NyTyPwH+ZBpsMkYdMS7z8k+wQBktgI3
9y/Gg+0LjUkCsAIPPiUQ4XIPsiLVgw+6PzAZPUsdUGaN0X+akLM6I1uQLtG1kAcP9oWIfOnS
Mpyo1T/Duu3QxBWJ2UxY7L1SyapHZPt+KJwcqr/duET3ndAEEPjZRBTH7R/b7k7kVJjVZfuz
I1NyBoSjk99EQROrpjg6LdCNU2CFE7pn8HQAlz9UDDuC6qCZsHAKJZqnKh/FEWIsNQQmt7dT
3EIng1CN3QHB7DVMY7DCcidwvUU3tFq76oygCeIiF909kHHd1AYIjI1AQbACFBgYQcDxT/QJ
ifUMBNYQudcbIPLa6rhfysmf05RY+vZcvcym3XgoJH4KDCL2W4TlfcoNfmshZCJ5B0DoiUC7
OcKA4T2Hkg+hhWffReg4wEbVf+WuVzLdxog2BIbK42s0eYXps+ynIyUQZAwTlYcpmk4XK3m+
6beAp1+ig+SYhgPBC1sbqtyHYQTv/iXG7sMcoDJwVsnJjpENquViIwmkPtCJFTx7PKBJYag6
IgPsSyH8chAsT5JxUtrCLAugTiwncIknIYBWs3Ztl/Hb7sozCd8YRBZ+2VBBdF/QfzU/MLjz
h8ouX77KC40WxTEBzgrGPJNSAdpUGxPgUwtZ9Ywm5kDwXqOdV6S/ipqQBsgJncJyIHZQwJgB
cfcJNzNvFDSU46VmXwiAGPbVEGB2X8lROv8A8k9T6babFGZGie2q7NAQP6To6YBqqQ+wGU+L
aBMcnRMEQJKsDkzKmNk2uoQpYPXUFf8Ajsa/0maoi4AJwa+lMSSBunpdhsy9PuV7oc/dt4BN
exI0AT8XI1MppA7QmUyj6R2T8A/goqAPBcmY9lM+KJqBWwxuVY2yUbCeUHt+1cbB6CAd04DV
OhyOjM518E4Erh7hyI/+5P8Apz5KJ3WfUm/sV68FBsFNqowiTE6Jn9SO+6ckeCJ0C5Z2TkNZ
G1R6hhDRC5yIACG5UKo1YlEW+3cqAwGi/cc7I2pgmaIxOiJOsMiXJGhUIgB2QtnWUbEDumMh
G7f+iHdA/u0Zer6rcLjLHdSt0/QHr4dXQ1R+BjqUxDNtsg4cl7QjxzlysS+dFM6woMoAydDs
hW5423/SuDafd2WxTjJ01Rh1ieyDnAwpMpgjhihOU+hwo2ynydk9YAU+Kk6rPiu7o17Lui+K
iShZwakyF6ddELAMRl0eHyRbJyNP8qsQSfyQqdPqrelq9kAQ5Z0GA2dEuxRhOYBkhGS2yDQ2
QVohuuRODhOo69up69umerMuwDv3TmTxkd05yxZtEWb7QHdCslraricEMQvTjQpnMo+374xF
bahfx8/Q78n/AEop2Z0+E63OrIEx4rudE+mi+TlYUo6BMCpxqoWPNGrNrEoE46e4TJJZCg/T
gojB3RFtcpn7FDi7hPbeap8bIOHBTgYmVA7pngGHRFrGpywlCS2BCLFygyw/dCHRJYnb4JXd
T0zCb4wDD4RD6fihU/2CYPNd9Cm4v32X9RLoNBEleQR5RGPBAW9VD9tim9TpkNQFBd5KDeaf
Qpx8lAc7bJ3jCb6JyR2Cd1tuvFAu7aJ9VDMFs6AHmu6YjJLphACJ00WhffIRH3PjREe5I/Sy
FgQC2dx+xAGSgQEXrxAy2iMoWGNk6bZThOIOilEBhYao6WPTfq3VtlqjUggjddllZ6EHzX3P
UYBXEiToE5ft5LBOp/0pt5nRBzmzfJe5YalgndEM7D6I1qCCcDKd9XbVmRcJtdl2T6J8KcnC
/aU/6dU9caoDRdkQ8dkJg6IzI0TnXCAwRkruh4K27LDxlHQwCm03RJTw9dULmQ6bXOzf1LYj
6prB27ohmZdl+CJGNCEQYUCUBnkHDFGrTq5RhyN0C7OPJZdR02WEHhQPNNdg/dRKtetnsV6x
HivVy7JwLT2UhuxWI6BwWo2MJqln+qG0MO6s9TUVDlCjtqToi3q1fSFA8QohxpKqSJZ86rm2
qJCI+qz5KMKBCwxCfKchFzCj5rPiu6YHC8ENQjOF4arsAm3gogxt4IEF31RlxuVEHB7J877l
a+OFGRog5DouFlFYxlNWD+CJJclOG8ENDgFWnzKsDOrFAkYDBZkKOhFQzRunY+C4kWO8IOIK
5M/SM9ZMlfaR4p3fboeRJEONERuYTguXzquVy+Z7KzFhAACsKnsGRbOrolshEgMW0XBEsTso
wmZmUyd9F6kDgJnHgV6sKAX2TEB/yWYTBbbpxhN9VjwQIGEdtk4hUszyx8EXDMhVoyUWYsZ3
RqIIaAgTAQJLkHyX3Ozkw0o1EHYyyb5FOuybywownt80+m6txL9kamO+qtUxx0MokCd0wnun
KcKU+OnH2w5TuKhfemIB7oC1PSdVGdE/u2PHEZRD2I0JRs+Mo2Jc5YCD/SjartshYsQDKENL
QICIBccncCV7nElsBHdenzCBaMO8rzU4C4kd4ROghYZACd0QYbJ0QGpynYnuuVvSF9wPmmtp
hEoMPEqd1CGp1U4RIDOpRbTCfZFyyPdO7d0AQ50Kkwf0r0jWExGcvlRP5IMgQ06FMQx/vRh+
6dQWKOwyjv3WA5ElYan4osYUh1xMA6r80Xxp0wmdn06OjqExLjRdsr0wUaHNocaq4qZAxrCt
9FV9V6Tg/MoXxaSiSXNg5XYoTPguJk2wmaUQd0J+aygW+1OEPqhDtlFP7ZBAzV0PRAwy4+4C
zZKchm0RcJyG2CLVhOB804g7BVJc8slObeAKuxYgIGpga4T29T/JACCmJhB9MIB5fPii7OES
7gr8lMHuUCS/YIkljZNn8F33UIa7o/ggKiGyUGMhYTkORoE4qHQrbI1XpyhxI7umFg+rB0Ho
9v3H/tXqtyRFcV3TFgOydvn07IHPAEq9wWNnDbIl2rqN1SdCUACxdwWTPHFySm2GqkNsjutj
USf+1PLfVCGfGq48nJwrE2mugQ/jseT6oe4ZthgIX2GwydlFCxQrQ8dCNUQ2Pgwn2wiBCMEl
du6AdwNEQJdWA0TWqzbo2B4sZH/wTiSThHAnVBpW0H5qDpKOgGy1IODomyRjsuWV2KzhTGxC
FrfLCLYUKQcdMKPNarlQFnXGlXfVP7ti2wTABkxBX3Mhx1ktqvSG/FZcDcIg+5jRQSwMgr3T
bQNC9y4h4HdQfWIVRY+ppCcSUfw1TPKj5p81B0Q9uokl3Oy7Y7KzVLjUIli+jpgKkWlmwq0o
Hlix0f1LiS9dBleqnimBNRogRf7SowpKg/A/0QTgOnAg7IwX7Igh4yd0aHJOqAGgwnwFYHyQ
ucAeSdk4hxIWi9IffZNvouJGEAM6kKY80QYfCmDqiamBkI7oA6jHXug7g7psrfr6vbcbrkKh
+6cJ3lTBOqDAl4JRB0XuFnez+SNWklyycmMl0LBpKraAJcFAa7hUEFd3gLzReBUSmaFKx5ow
ETWgBOSMpuhNi1RuvQXOqyH2UljpovuC41ZgJKlljOqkeax4r0pulydA4C5CQMBAj0vDaoDJ
MIgYaUOPg4U421/xLXlsoBBMg7IgBn74P+JC1yGwE7aMN16hGoCsYYz4KY2OHTMH3WPJGJKo
4mqfoOOd0zl9kQASdzoh6uIOULG5uTqehRazdkONl/5LEncFM5PisuixlEWPEYPdVrHAwP8A
uuvUQ2gK5fofARrYB/HT+lenGoyEAdBA2QbRBzOXVrkfevNl2+DsnVahwMll9pbwRtw+idvo
nAkbBcyPVbKcxOqatSSMF2T2sABnVEVI7NqgwfcLZMiG0Vh3yjZnIwpHq2RcZyjUBjsSmydZ
dEyw0T2EiA8L7Qw3QG4+SJaAWcb/ANSfk+43UBxsq2bjHg65fMMjp/cnABBwgSDn59MJtOhY
u6yyY4CzHQDJKhxunFjC79JQe09w6qxBFRIOD+1OTIjP/Sh7YHq1JDo2h7QNUZ/vW8KIO6Yh
wAEOOCZCxL9I6SpkLupAUBMFAd0zKEBVxMkbKtaXsajQSUa2sf8AC2Vymtag+o7pzOxQGu67
pvqre3QenPig5I3Gi9JlsIeoEogFHUgQ+VhiAEand01ifmrXH3AFWH6HwN1+WqcZEDcugfdo
LWBnsy/k9mn/AI7DFRDr+T/cD0nFdU1KwuQErfrCfbVNWsDUpmxlNUzsuRlO3EaFZfpK3XdN
rqmGKgP3VQw4WkJiWG2qkk7hOQ5OGRfAhCIXB+6cFz+SxHRjlGVCYwn+QRjpMPqn0UfPo3zd
QG8F9ofVRAUaIEZHX/yV5HDo+57RMH7TIb/EvTAwy5DSFEkKxOVhOD5FMG8VasTsrUEB3IWF
QM75OUxM/gm1TaJtUzQojod+mwTJtDlNUeabZf3Juk+ShOh6pJQrVxY5tlVrgDPkn4+rGya0
V7ap2YAQHyj3JwqACHXFw9iQ63AglY8k5UrMLZTop1TBmUCF2KwsKJGqfoeydOidllwmPSww
iPqmHqsfkyEGSm1Oenfrd8OW+ad1zzUpuuIXbqwyhqmPweC2Xh0DI7hNq6ozEEn6K1qVcYfR
XtoI491UCCcg7Jy7Nh4RAHqAX1WIYyqgZqNtSpEanc9GMld0x6ZW/SZUBl2TrxTFRnpGVOiZ
PXXIKBy3QjssM+Sn0GiZ2Byu7DpGVMIq77wvzVXzkjpK/LowXfp3XbXpuQp6fd49Oyk5TqU4
VA4DAlW8YGjqtYB18U3HkvCWVi2RAVgESCQBDhOLeIXhgFd13Uwseawinx0lOvyU9GMp+n5o
qF+a8E+miJGDlGIdfihowfdA6Hfq6NbWe4eBujYy5KAJYJnwB07dJTkJxlSESExWESRhNQOT
pqi8EZCl3USsLlXXRSmy6JOksrWvXiGYE5CAkklifBVBrx4jKFgeUY1TmI0R4nGQr2cBizfq
RO0ko2tYT2Q1fRfbD9Ywm/BT1hT07JmWVJhQtx0hd1326831ZFcifJDqeyuAXDnKlZVaCx4H
IKhSn6MmCgsUJ8e6cpkRbDwENAMLCjoOlvaD2tUOSMBchgfNkSakAQSdSvcGj5EoCx8gJZC5
lyB3AVW0kgrjb0mxclOG8VaHO6tdmnVFvu1KABj6rVnZdlCb4mKdYRIysSE/XwTnrKwn75Xq
ONV9xiXQ8FK8EToy9wiRyK/JQPkrkiasAP8AgMpWwTuwTO/UADKlX9zJqIXu+7+uxb5/eqB3
bLIcSzPyPZGlC9Q30TguQ7htCqB3Gw/1ICxB/BVNR4sqsW7aK1meu6PJhMllYuGA8kK0BIb7
07Ts6/JbfBHRvgz0bJ26lkxULwWHR0R9r26EVBy2VYWBfRVIw7eSHWxGTARO5XYLUIkCGyoL
FD6ruoAbd1I81lQspukqFGdT0z0rQOHyyr7dm52ewQmdlapMFXBBJJh4wr3wHA8f6UQzNlkW
nugIADu6BBhoVju6FS/qtlcQeQJwqklgPxX8jjL+XWVj4HWUwz0c9Iz8bMjjurCocYBURYpi
HnIQsaiAmBUkBAmWDhFRP06FzBXJy2WUO3dAnRZHdMJCdOE5CfCddioPwQmGKwqliGwypeu0
rRcaCQM90zs3qPkjewg6oE/q2Q1bIKYGNgiGYKvAuRkHBXI5Gqe4eoxt/mXLhG2jIdO/wnpt
0z4J06nCbZbN0metvbp6rmIwi5EaJyXMwpjsskglepoxCYByIQoI31XfVB07OAZQhiMhVfBU
9JfyQNbll97JiOQ3HSMKC67KJ6figytYlmRsYNzAVCIIhgrezYOWeqNRB3Rn1Fy/dEEsAdFx
BcP/AG5IV1qhVoJdVGhdGfJE2kBPUOGnRk4H/jpn+o/1Jmh2bRm6R1ZRn4M9Jhd90F3WPFQj
Y4AXDmANHUEF9i6NXZ1bhBMEo1J5ALlocIsmOchkLESOlQfJTBTZKADVB0R5F2z4oAn1VTnb
q4EhahM/Rgu6nzXosw2THOvVyfSXdV18dECB6bYVbAtap+iFgYsHCBrkwSh/GHsT6kaNj8Vy
EkyTqhYfpl137IkGRugXBhy2qywORD/5kQNC6dznr4KPhLh36SnZfgtllNovBfxh+62ZNyZP
ZrgaJqRY5eU5HjssIS9tQhs+E+/TlX7hgI/zHEtquPtUL7t/qsmFCT2CNP8AccvbAweOULUP
IHVB+mFhllZyo6usMu3WzZEtuokaFAE+qjMNGQuR9ytUZ9uW/pT1xYT2KbIxCv7lSxwApBFg
7Fv/AKUS5YwXCaugRmbZhHauBuVbXcr+m0BzLri0uu/XspKz1fqwQ6x0ee2yhEoEFj2RctsU
AS50TE+lPXGqBOdUF4rd9F9lZ7JxUDyTME5ALbpuhhbdZXZfin+Bujboe5WaX+hX4rgc/pGp
Q5fafTfwK9M+17hcIEQDKFDY7sNVX2q5DOCgLlyQTV1Z8uhQlh+0ZKsKemvdfxmhItg9/wBy
FiQagY8P2rno+yf4Jn4eyhbH4HHTic6FGzcq9pTCFLg7BThOPqvSUOQx8kWZxoqnrI+HdM3S
B17KOj/FejOTjsVhrUg//JP2yNFjxX8Zm9IqdYVvZ94uzZTwdQUCC1d+6FQXsKoe7g6unIck
NVDkeRJxuvUA7NUIEgAGHWDno3xN8U/CRovVUeK9EDREmwA0TGxNtzhA8eXcL+OnpqMoWrVw
86BAYbI6YU9Z6v1lECvzTtGyex6EEea4iC3T051RNj6dugpD5Lr3KjD4CLQRq8KYQJgGC2y/
k9v7oYnVAWMGLbAqwB7v4Kp0rWUC2r9p/Sha/p5R5IVHqrXHiqguZkLiSxE2Tucu/wDT1J+i
IFCPFPYsBphNr/xMooDp6QiQJCa9DVPagL7hNQCvh1jKn4PTC+75KS56bundSHTDo6a5Hghb
XsjBbdRg9ITaNqrEkEvpKdnO2id4OBqnC/8A17ffX7f8KN/bq8+qmMfrXEn0tBOf8K9z2+TA
wD2R9uwINYc4j9SckPorciziAyPLQkclbkDar5CxLY7JlK7ogYKINiQmAjoRunpfGQgBOqaw
Y9136dxHRhZhqvVZzomBDlNyLdkWdqrkAW7qYRbKDyRqhyDHdSn/AOExTY8EA0dd+yF6kh4Y
dlIknKYjzR5DkFFWZBwwKfRElvTXJKcCDDouzaJ9D0HuVLWrsuVcn7vFG/tl6EufFV/3EerL
KXJIcDRD3CPTb7BouO+pThnw7K17AMTgbL7vTjjozfEwU9MKCvuPghOE4L9k4LaEAIOSSUa0
oXAgnC5e6ZGgwoqsIQ9Tr0HIO2FEnb4N+rafC4ChT0wnTOnUhwpCjCwfBMDKY57riTlXawAZ
i+EQQWt9vdVuwfDD/qXGxYn7U7Y6C1Cw1CIcEEMeyv8A7W49AfjY6oiw5fx6HQ/pqmgkequ1
T+xekOw5HUJ7QZJ/7UP5PuPyZYGeP9rfE7uXZgu40RJzo6Gh+FwWCa6gJvPrOAhXk9tlAc9k
RavGu642PdwnFoTu7r0qV2+A7LC/JThGU50XZQnK7rwWE4UBisKA6JOgVgwAMvuAj7lrZELi
cbdk/mCn1wSVOFlG2QYsECMZYq1iG5fd4olvSMDwQtSCc6ckWEA6KzhiA4K75bV/hmQmAZFs
sntsnq4ZemV6rMD2XqLqB0n4PUZ2GUY40TgcrakyVhkQV3XqZZ4p7Ex5IDbpKynl0XKd3Bwj
E7IP01fZOEycphB3TjOqkFBl26n6oQRs2qsbB+Iz3TgMzB+yasmoAHimLtqsEaoR5p2L7o1v
nQlEEOEzSMICocE/IoXNRwBxq6JqOI1cZXLV1//Z</binary>
 <binary id="i_100.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RWwRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6NDA6MjIAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfqgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAUdgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMKxzg88gDsFa6JfYzqdLGvLd7tp
jvpIa1v0dyp2ffr2CvfVyl13XsQiYqcbHHwDWu1/FqSn0OqNjedI+lzP8pTHYpuPj4KQEpKU
IEzqp/JIAmCE401KSlvb4Se6ja1pPGqI7sQFVrzKb7L66534rzXa0iNQA6R+8z3JKZs2/JEE
IQcDMQS3RwHY8wpNPZJSQiQdOFBwjUKQfBTTP+vKSmMCTKmFH6R8kQCElP8A/9DCedsjgzx8
Fu/Uqsfbcm/vXW1g8NTuWBe5oLh2kyfBdR9XL8PovRrM3Os2vtcX+i1pfaQPbU1lLf8AP3O/
RsSU9YGkgASfgE7Yk6zHIjuvMOp/WLqn1gzWik249P8AgMWl59v5nqWPr2Ottd/0P8Et76od
b6m3Ob0fqW+9lwccXIfJewsG51Vlh+nU5g3V7vfWkp7QaHnhTBB0UJ8tE8+CSl3GOOPyrleu
ZGT0vqjsgS2q6H12uEsJ/Or9Ru3Y5jvobveupKq9QpbkdOysd4lllTwR5gb2O/svakpzeg5r
8sZN23Yx72vBHBc8HfH9bbuWqJAklZn1frNNBqAgbGOH/S/8ktYNkT37JKROJAn8imDp4FO5
v4Ji0k8kR2SUuD4orUD8qKyIidfFJT//0a3T8fHx2/bsxu6xzicet+ogf4bb+dud9DcpXdQo
y3PFjS9hms1n6D2n6TbHN99bll9Wz7MiwMEF9hLZbwAPot/zUWm4Y9IYBtI02xqkpFjMoxHO
+0MFzb2/pmgD6Ml2ypxI2rX+q7629aovaypuO4Pp9Z1YrPqFv6BlcWX/AKb/AAb3fy9ix331
ueXWGGAayJGifpeVXd1XDqc81Yv2ivftmGtDhY7a0fBJT6dbkY9AD77a6mu+ibHNYDHhv2oj
HNcA5pDg4SC0ggg92uHtXm/ULupMzrczqlYZk5Fj31XXQ4CoH9Dj4u71MaprGe51XpWWf8Gt
z6r9bppzHdIvftqsDH4jrG7HG5/9IpO1rGVer/PU1bK/8J/USU9dJ7qLm7mPbH0mkD5gp4IJ
0UhII080lOPhXhn2d0SCBW6O0/8AkXLVBAkHlYNlxx8q3CvrawN97O+9rp/SsOi2Ma9lrQA4
F4ALxM6H6Lv6rklJXPA1MNb2JMantqgVdQwLnvrqyKnvrsNT27wDvB2Orbu273bvb7FzHWuo
OuzL8fLqeW0PZtxzA2tBJruY7/C+v9N7t/8AN/6P9Iud6rn47nWYeLWG0l/qvED6cbfpTu+h
9H/tz6aSn1AgFO3kLG+qXVbuq9GZdkgutpeaH2HmzYG7bX/8I5rv0n8tbYmQkp//0uedjGjK
9Ox7CXS+qJc4tP0XemwOc1Pe5m0OYDaQNSDBB+aqV5dxcafWNdbj+sOENc7c6fe/3fRWr1Ho
Z6ay59Pr2Mrc1gusq9OoseJa5rt7t+636Dtuyz/BpKaOEzHvz8arMcW4zrWC7YN79vLhtb7v
5K2cHHwum2Zb6XNuvra59tzuGB5/QYtTPo/Q/nfz1hY7n1ue9sh7BDSede/+arRu247WToQH
Edi943WWu/le1JSSzOy8yh2I8n0mRZLjoHA/TbP5/uT9Pzrun12mjX6LrCe5Hta1m3+tv96B
jssrp3PBAymzUXaBzWuP0f7SlU97mOqYyQ/SfAnv/KSU9L0/61+jkVb3uNDyG3NeZ59u+v8A
d2rsiYkd51Xkgpsx3MZf9F/B5H9VekfV7M+2dMreTL6v0bj30Es3f2UlM+sYDsultlLd2RRJ
YOC5p+nVu/e/Pq/9SLJws6jabC529shmzVw8Q1q6b4Lj/rFj7OvsGOW1faa972RtYXg/pHSz
/CWM2b0lK6p0r9q5dlxcCXCtpc0b4hu10bXM273N9/8AOLkb31ufc11hvDT6VJgN9rXfTdz7
3bV20V01bWv9/wCfqe3/AFC4fLwni9tJGx9zmSxmrazaTtZv/wBJsSU+g/UnGfj/AFfoDoPr
PstaQOGudDd/8v2f2F0LW/lVTpd1VuM0Mc1/pxXY9ojc8Na57zH57t26z+Wr7YHCSn//0+Sx
gw5bGyNz3bWnmJIa1zx/1S67rvSusM6WwOxQ4VBottpLbfTqrO6d7JybK/az83+ZXN9Cwn53
Vqa6yGmt5c5x1gMH/k16UzLbjvpq/wBJ7Wz4Nbu/6hqSnz49B6i4b66hkVOgl9LhZIP8lvv+
j/IVK9rjYW2tNc/mOG0gfB67jM+rOPdc9+Bl34JB3hjYfWJ7Nqf+Z+7teqOT0v614jTsur6n
TXqIOy6P5ddzX1Wf+CJKct3VcB/Q7sN9JGxzX4T9wJZYT+lb7v8AAPr/ADGrLbmBpAE6eAjU
9uVef1+p+4W4NLCwFrx6Vbix/wC86txrY73fm7Fn9StxbjXfQxlIsBDq65Dd7Y3uYxw9tTt3
tSU38XMqyqcvHeGwWMcwmDDmvb9D+Vt3rr/qXD2ZVmja2bKgRy5303Of/U+gxeeYdoD7TqAx
oA8S4leqfVPpRw+i01PeDc4m3I2kGLH6uZ/1v6CSnTlviFy3XsNt3VDLpDGl9c/mlwrft/6L
l132avWZPzXO9aYKuoWEmAGNexvk1u3/AKSSmg5rMdjrLPc8tgzxHis7HpZ9pvOO0vyL9rS2
faXPOyv2n2tfsZtU77nOZ73AOBkt7bvzf81WvqViWZmddlun7LiugPOm+0t2tY3/AIur9I/+
ukp6fpfT24WKzGr97hLrbONz3avf/Jb+4tFuOSAXGD4BSbUxurWgDu6P4oV3Uen44/TZVNYH
7z2j+KSn/9S70XobOmE5BJdZbXLieBu9+z/N9qPfl/5YxKYkPFu0nsWtDnbW/wApq0LHNEif
a3l3f5LBz8ttXVcHIkeix7w7y3j0tf3UlOz1DOOFfW6BD62kk9vc5qJR1BlnuJ0PB/8AIqt1
emnqHThksa6u3H9pDudpID938n89q5vFyrcS30rZFR1YRqRPw+kkp6XP+r/SOrfpbaW+pEer
X7Cf+N2fSVXqH1I6Tl41FNdYw30ExZTrvadXV3erP5382/8AwX/FqeJm2NZvpduHM8yEf7Y5
1jX1uLHHWO0/nNdKSnkLcnp2M+3p32D0HseKSHO4f9Bj31/TdZ+fv3fzi7NvUmdPo+0k7aqI
9QtEywHa72N9z+VVzsTC6lFl9TW59bC2q3xA9zGH+r+Z+4snJyLHYF7XHcJayZg+0tc8H95z
klO3b/jCw7CWdPwb7rPG0tY0DxeGeo5qxr/rHk9Wy7q8plNLsZg2GudNzhNdlxc5vs+n/nqp
hVYDcJ2d1AWNxiHurrrs2tcWHazHe8N9b1XRvs/4N65u/Mdkuc+5nqWWkTtO1ntAbWxlLBt9
Kpo2sSU9Hkdb6WC+micmwzDqmFwJ49rnbdyWF1jruNihvTsj7LQHa44Fbi1x0dud6bnPdY9n
5i5r18pjfYDQwiCWe0u/lOcPe9bHQ8uzG6ni41DzusqfW4GDNzm+roHfvObsSU3shvW8xxfn
5ztOXW2ljP6u32s/621qs4HQ8PIaXPyq7nMG5zQXff6m0b/85HZ1TqVlROTjusorJbZLWhj3
fuH2bWbWqNvWMq6GbWsY36NdYgD8qSn/1bbcrJy6rNtrXtYZJ2bH/wBXn03LG6i2y7EfbjO3
245LbmCT+iB/pFH/ABb3fp//AGIUh1vp+OHneXuPNLQQ0n+Vt+ig47Oo/avtdEVhocGVtsbL
C8bG+2d/537qSne+rnVv2hiGvI1NzHUWxwbANsj/AI1jt65LJyHj9E4EWUNNRkx9Fztsrarz
MuvNbblVjaKw2z0agCHNj0rv0TW+1Vc09GyOoHIONkWC5wdkCslnP865tTqt7f3/AKSSkeHn
2UNDMezda4slp0Gvdh/6pi2qs8WkGtwJrdFhAJ1/1+msG/pddtnqdPuP2f3el6gmz2/QbtaG
/wA7/wCBKLulZ9JYRLW2CSHO/Ob9P6HuSU9azMrc7cXgbSIefj9JrvztrlzPU+ottzbqywGg
XOcGNMCBubpH7zi6xU68XJtj1bXEA72t1Eece33IhnZsuaO4a4cjd/5JySnR+sXTcfF6RVZW
4vyJBsAktDTG63Xb9D2V71zmNpVYwwNQWHnvudC6PIc/Px32MyPSNbRXkY5aHM2kbPVY6Wv9
F/8A4FYsDJxL8S8Uhsn0g8FsmWgnfbr/AFUlKbYKWtdYBYI0Du37rlLC9R/VKLaGNtex3qit
ztoPp/pbJs/qMSdh3udjyJOQIrbyZMOZoi4mPbjZL7ntO6lw9N40APDn/upKenzetZVjdrYr
qOra+Pb9Jm76Kp1MzMkkthrPpOJ0AH/RVRl1biHWO4P0uTJ8CtFvUA9gAaKmjUNbxxAc6fpO
/spKf//WhkYvS2wHiux4JIlsmO+wKePk1ZIcaKyGVkbnGG6H6Mbvc/8As/Q/wilivx23ve6s
tfX3JnQ8/wBVyRqYcgWVCG1mXbByHGd0fvJKTjeSWtOzXiEDKaG73SW7/Y4z30I2Ao173Tod
oGsjw8FnZ2PdYx72H1CRqG/zgj90H6XCSkjMWvcwvLnts9hcDBH9VirdUJx73MrftIAcxwkH
X6JH7vCAxtj8Zgs3OLZl0+Ooh37/APVRrK8q2lleUXOdUP0Vh+nsJ/6n971ElIK77i0PdyNH
iIk/NAuue23c76QPtjsFYua4AkH2ukAAQJ7t9yqPhrS55Pt7nkBJTOq412g1Ese3h7dZDvpT
/Jd+4rYyR7XOaDtI1Z+6fa5jt30WuaXKXT/q71TO2vFbqaSZ9a0bBHlv/SO/sMW8PqnTU1jm
X+q8D3V2tLa3H+vX+laxJTkUtH2mtrWtD6nNa0EaiPaqlj2C22s/RDneY0cdEWs5dGdfi5h/
T0ODTJk/vM930X7mn+cUs4dNfSbK2FmXW8tymtmIM/pLG/mWvdt/4xJTSc8hpIaY4HAjyTsv
Ajl0dx+H7qZ9Yfq0QG8k8z5oZAYIkaxoOySn/9cdrHUWkBgDHk/Aj/vyei303bRMOGk9pWg5
tVwLHiYJEcEdlGrAoZLQ0u7+7X4pKaL8nJqeHRvYRAA7lGprbkWNe0bG6EEcz5fuo+Yyp7DS
T6W6Nj2xIdz3/eQZ9MVu+my07Q4dyPpbm/mpKYPtpqNjKwKyxxbBAGv+ka36P0kxydpa4EE/
RfPef/MfYh9SxG5Z9SSSxp9w5QK2FrC0SCGxDpOv7ySkd1FmQ0EgQ1x1cedv537y1ei01tsG
U4B1zZ9EkB0Djexp93qafTWTl23uG+whzWtgnv5uIR6eq1041VG01hkM9XnXR2ro9tdjt/0E
lPTO6k4XOG4WA6hxAP8A0mogy7XENeWsn6LR+PuWG7NobZU17xW+5pNTOC4t+lsSszHNvYwO
2B7S47jJ3BzWtY3+zuckph9ZPT/a1OQxo3HHaWvHJLHPa5p/qSrf1ey6cpmW2xrSw+m6wOAI
c8h7He36P0WLO6jdVdXQ4PDthdr4MdH+b/NuU/q5UPsl9rubrYjiWsaP/JpKdXN+rmBkM3Yr
RjOcJBr+hP8AUXL5nTsjFtNV4h0+0j6Lh4t/eXWuz24jg57/ANESRs7wIkpZrMbNqiwS3lhG
hBPdJT//0L4xfSuNjwdZ9xMgz2j816sFjt0HQnw7K4G4zjDnbT23CW+XuQsiuvcHtfqdLKz2
/lNLfzElNMittgIaHujY6YJaJB3a/nqWPgue3YdKnE7HtEa8lWDVjbDLwXSJk+6QUVjBs21O
jbIDuedJ0+kkpzfW6dgvb9obFrnFlYcQ1o0/Nrdta5yk63C6i26sOBfS1pNhhrmzp+dH8276
e5WXMY3HFeS5rmj8+zb+G5Zl1PSBdbZe6pz49wc4A7d35zWu+h6n76Smka2bi1rxax0gkfmx
+8qj6qJNDSPQcQCB+bY3+bcP6srTpwcMZIfhZLCIlwrc3fP7rmN/NVK6tgc4sc3aPowRB7si
ElNK+m27DDb2/p6XOFZbqdsBzW/5/wBFCdiZua6sFpsNQ27qwXOJJ3vd+d7lovY1utb/AHtI
2kQTu5btb/W/eWu3qfU3baW4Nw3v/T2mRt3fS36fTa76f+rElOZg9H6i3GDMms1myyWNcRub
W1j/AHWx9De5/wBByzHXZWNc5jOC0bhE+cf537i0cm/rlxsY6l1bS6GF5gAR7TU90eCne5l1
7BkVip9de15Lmhz3A/S/84SU0sfqVj8Vrcq0OAcPdYPf7vB/59S0ul9WqsrGK4v3Oea6HOGj
tv7n/maiRhH0H3bDsY4Y4JAmsj37B+cz6SPiswKQXYxbZaQYbILg3l3Hu/rJKf/Z/+0dwFBo
b3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQlAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EOgAAAAAA9wAA
ABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAA
AABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVU
RVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARL
ACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVt
AAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAA
ABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAA
UmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5n
dHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAA
AFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABC
bCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1Js
dAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAA
AABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAA
VG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdo
ZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RM
ZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9u
ZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAA
AAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAWjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAA
AAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAA
AAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAA
AAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////
//////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////
/////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQw
AAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAA
OEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH6AAAACwQR
BDUENwAgBDgEPAQ1BD0EOAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAA
AfoAAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABu
dWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAA
AAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+gAAAAZz
bGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAA
AAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAAN
YXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91
bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcA
AAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfoAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAA
AABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAA
AAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpB
bGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51
bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAAR
RVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0
T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRs
b25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQM
AAAAABSSAAAAAQAAAHAAAACfAAABUAAA0LAAABR2ABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAO
QWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwM
DBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACfAHADASIAAhEB
AxEB/90ABAAH/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAA
AAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYU
kaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NG
J5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcH
BgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1
wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dn
d4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDCsc4PPIA7BWuiX2M6nSxry3e7aY76SGtb9Hcqdn369gr3
1cpdd17EImKnGxx8A1rtfxakp9DqjY3nSPpcz/KUx2Kbj4+CkBKSlCBM6qfySAJghONNSkpb
2+Enuo2taTxqiO7EBVa8ym+y+uud+K812tIjUAOkfvM9ySmbNvyRBCEHAzEEt0cB2PMKTT2S
UkIkHThQcI1CkHwU0z/rykpjAkyphR+kfJEAhJT/AP/QwnnbI4M8fBbv1KrH23Jv711tYPDU
7lgXuaC4dpMnwXUfVy/D6L0azNzrNr7XF/otaX2kD21NZS3/AD9zv0bElPWBpIAEn4BO2JOs
xyI7rzDqf1i6p9YM1opNuPT/AIDFpefb+Z6lj69jrbXf9D/BLe+qHW+ptzm9H6lvvZcHHFyH
yXsLBudVZYfp1OYN1e731pKe0Gh54UwQdFCfLRPPgkpdxjjj8q5XrmRk9L6o7IEtquh9drhL
Cfzq/Ubt2OY76G73rqSqvUKW5HTsrHeJZZU8EeYG9jv7L2pKc3oOa/LGTdt2Me9rwRwXPB3x
/W27lqiQJJWZ9X6zTQagIGxjh/0v/JLWDZE9+ySkTiQJ/Ipg6eBTub+CYtJPJEdklLg+KK1A
/KisiInXxSU//9Gt0/Hx8dv27Mbusc4nHrfqIH+G2/nbnfQ3KV3UKMtzxY0vYZrNZ+g9p+k2
xzffW5ZfVs+zIsDBBfYS2W8AD6Lf81FpuGPSGAbSNNsapKRYzKMRzvtDBc29v6ZoA+jJdsqc
SNq1/qu+tvWqL2sqbjuD6fWdWKz6hb+gZXFl/wCm/wAG938vYsd99bnl1hhgGsiRon6XlV3d
Vw6nPNWL9or37ZhrQ4WO2tHwSU+nW5GPQA++2uprvomxzWAx4b9qIxzXAOaQ4OEgtIIIPdrh
7V5v1C7qTM63M6pWGZORY99V10OAqB/Q4+Lu9TGqaxnudV6Vln/Brc+q/W6acx3SL37arAx+
I6xuxxuf/SKTtaxlXq/z1NWyv/Cf1ElPXSe6i5u5j2x9JpA+YKeCCdFISCNPNJTj4V4Z9ndE
ggVujtP/AJFy1QQJB5WDZccfKtwr62sDfezvva6f0rDotjGvZa0AOBeAC8TOh+i7+q5JSVzw
NTDW9iTGp7aoFXUMC5766sip767DU9u8A7wdjq27tu9272+xcx1rqDrsy/Hy6nltD2bccwNr
QSa7mO/wvr/Te7f/ADf+j/SLneq5+O51mHi1htJf6rxA+nG36U7vofR/7c+mkp9QIBTt5Cxv
ql1W7qvRmXZILraXmh9h5s2Bu21//COa79J/LW2JkJKf/9LnnYxoyvTsewl0vqiXOLT9F3ps
DnNT3uZtDmA2kDUgwQfmqleXcXGn1jXW4/rDhDXO3On3v930Vq9R6GemsufT69jK3NYLrKvT
qLHiWua7e7fut+g7bss/waSmjhMx78/GqzHFuM61gu2De/by4bW+7+StnBx8LptmW+lzbr62
ufbc7hgef0GLUz6P0P5389YWO59bnvbIewQ0nnXv/mq0btuO1k6EBxHYveN1lrv5XtSUkszs
vModiPJ9JkWS46BwP02z+f7k/T867p9dpo1+i6wnuR7WtZt/rb/egY7LK6dzwQMps1F2gc1r
j9H+0pVPe5jqmMkP0nwJ7/yklPS9P+tfo5FW97jQ8htzXmefbvr/AHdq7ImJHedV5IKbMdzG
X/RfweR/VXpH1ezPtnTK3ky+r9G499BLN39lJTPrGA7LpbZS3dkUSWDguafp1bv3vz6v/Uiy
cLOo2mwudvbIZs1cPENaum+C4/6xY+zr7BjltX2mve9kbWF4P6R0s/wljNm9JSuqdK/auXZc
XAlwraXNG+IbtdG1zNu9zff/ADi5G99bn3NdYbw0+lSYDfa1303c+921dtFdNW1r/f8An6nt
/wBQuHy8J4vbSRsfc5ksZq2s2k7Wb/8ASbElPoP1Jxn4/wBX6A6D6z7LWkDhrnQ3f/L9n9hd
C1v5VU6XdVbjNDHNf6cV2PaI3PDWue8x+e7dus/lq+2Bwkp//9PksYMOWxsjc921p5iSGtc8
f9Uuu670rrDOlsDsUOFQaLbaS2306qzuneycmyv2s/N/mVzfQsJ+d1amushpreXOcdYDB/5N
elMy2476av8ASe1s+DW7v+oakp8+PQeouG+uoZFToJfS4WSD/Jb7/o/yFSva42FtrTXP5jht
IHweu4zPqzj3XPfgZd+CQd4Y2H1iezan/mfu7Xqjk9L+teI07Lq+p016iDsuj+XXc19Vn/gi
SnLd1XAf0O7DfSRsc1+E/cCWWE/pW+7/AAD6/wAxqy25gaQBOngI1PblXn9fqfuFuDSwsBa8
elW4sf8AvOrca2O935uxZ/UrcW4130MZSLAQ6uuQ3e2N7mMcPbU7d7UlN/FzKsqnLx3hsFjH
MJgw5r2/Q/lbd66/6lw9mVZo2tmyoEcud9Nzn/1PoMXnmHaA+06gMaAPEuJXqn1T6UcPotNT
3g3OJtyNpBix+rmf9b+gkp05b4hct17Dbd1Qy6QxpfXP5pcK37f+i5dd9mr1mT81zvWmCrqF
hJgBjXsb5Nbt/wCkkpoOazHY6yz3PLYM8R4rOx6WfabzjtL8i/a0tn2lzzsr9p9rX7GbVO+5
zme9wDgZLe2783/NVr6lYlmZnXZbp+y4roDzpvtLdrWN/wCLq/SP/rpKen6X09uFisxq/e4S
62zjc92r3/yW/uLRbjkgFxg+AUm1Mbq1oA7uj+KFd1Hp+OP02VTWB+89o/ikp//Uu9F6Gzph
OQSXWW1y4ngbvfs/zfaj35f+WMSmJDxbtJ7FrQ521v8AKatCxzRIn2t5d3+Swc/LbV1XByJH
ose8O8t49LX91JTs9QzjhX1ugQ+tpJPb3OaiUdQZZ7idDwf/ACKrdXpp6h04ZLGurtx/aQ7n
aSA/d/J/Paubxcq3Et9K2RUdWEakT8PpJKelz/q/0jq36W2lvqRHq1+wn/jdn0lV6h9SOk5e
NRTXWMN9BMWU672nV1d3qz+d/Nv/AMF/xaniZtjWb6XbhzPMhH+2OdY19bixx1jtP5zXSkp5
C3J6djPt6d9g9B7HikhzuH/QY99f03Wfn79384uzb1JnT6PtJO2qiPULRMsB2u9jfc/lVc7E
wupRZfU1ufWwtqt8QPcxh/q/mfuLJycix2Be1x3CWsmYPtLXPB/ec5JTt2/4wsOwlnT8G+6z
xtLWNA8XhnqOasa/6x5PVsu6vKZTS7GYNhrnTc4TXZcXOb7Pp/56qYVWA3CdndQFjcYh7q66
7NrXFh2sx3vDfW9V0b7P+DeubvzHZLnPuZ6llpE7TtZ7QG1sZSwbfSqaNrElPR5HW+lgvpon
JsMw6phcCePa523clhdY67jYob07I+y0B2uOBW4tcdHbnem5z3WPZ+Yua9fKY32A0MIglntL
v5TnD3vWx0PLsxup4uNQ87rKn1uBgzc5vq6B37zm7ElN7Ib1vMcX5+c7Tl1tpYz+rt9rP+tt
arOB0PDyGlz8qu5zBuc0F33+ptG//OR2dU6lZUTk47rKKyW2S1oY937h9m1m1qjb1jKuhm1r
GN+jXWIA/Kkp/9W23Kycuqzba17WGSdmx/8AV59NyxuotsuxH24zt9uOS25gk/ogf6RR/wAW
936f/wBiFIdb6fjh53l7jzS0ENJ/lbfooOOzqP2r7XRFYaHBlbbGywvGxvtnf+d+6kp3vq51
b9oYhryNTcx1FscGwDbI/wCNY7euSych4/ROBFlDTUZMfRc7bK2q8zLrzW25VY2isNs9GoAh
zY9K79E1vtVXNPRsjqByDjZFgucHZArJZz/OubU6re39/wCkkpHh59lDQzHs3WuLJadBr3Yf
+qYtqrPFpBrcCa3RYQCdf9fprBv6XXbZ6nT7j9n93peoJs9v0G7Whv8AO/8AgSi7pWfSWES1
tgkhzvzm/T+h7klPWszK3O3F4G0iHn4/Sa787a5cz1PqLbc26ssBoFznBjTAgbm6R+84usVO
vFybY9W1xAO9rdRHnHt9yIZ2bLmjuGuHI3f+Sckp0frF03HxekVWVuL8iQbAJLQ0xut12/Q9
le9c5jaVWMMDUFh577nQujyHPz8d9jMj0jW0V5GOWhzNpGz1WOlr/Rf/AOBWLAycS/EvFIbJ
9IPBbJloJ326/wBVJSm2ClrXWAWCNA7t+65SwvUf1Si2hjbXsd6orc7aD6f6WybP6jEnYd7n
Y8iTkCK28mTDmaIuJj242S+57TupcPTeNADw5/7qSnp83rWVY3a2K6jq2vj2/SZu+iqdTMzJ
JLYaz6TidAB/0VUZdW4h1juD9LkyfArRb1APYAGipo1DW8cQHOn6Tv7KSn//1oZGL0tsB4rs
eCSJbJjvsCnj5NWSHGishlZG5xhuh+jG73P/ALP0P8IpYr8dt73urLX19yZ0PP8AVckamHIF
lQhtZl2wchxndH7ySk43klrTs14hAymhu90lu/2OM99CNgKNe906HaBrI8PBZ2dj3WMe9h9Q
kahv84I/dB+lwkpIzFr3MLy57bPYXAwR/VYq3VCce9zK37SAHMcJB1+iR+7wgMbY/GYLNzi2
ZdPjqId+/wD1UayvKtpZXlFznVD9FYfp7Cf+p/e9RJSCu+4tD3cjR4iJPzQLrntt3O+kD7Y7
BWLmuAJB9rpAAECe7fcqj4a0ueT7e55ASUzquNdoNRLHt4e3WQ76U/yXfuK2Mke1zmg7SNWf
un2uY7d9Frmlyl0/6u9UztrxW6mkmfWtGwR5b/0jv7DFvD6p01NY5l/qvA91drS2tx/r1/pW
sSU5FLR9pra1rQ+pzWtBGoj2qpY9gttrP0Q53mNHHRFrOXRnX4uYf09Dg0yZP7zPd9F+5p/n
FLOHTX0mythZl1vLcprZiDP6Sxv5lr3bf+MSU0nPIaSGmOBwI8k7LwI5dHcfh+6mfWH6tEBv
JPM+aGQGCJGsaDskp//XHax1FpAYAx5PwI/78not9N20TDhpPaVoObVcCx4mCRHBHZRqwKGS
0NLu/u1+KSmi/Jyanh0b2EQAO5Rqa25FjXtGxuhBHM+X7qPmMqew0k+lujY9sSHc9/3kGfTF
bvpstO0OHcj6W5v5qSmD7aajYysCsscWwQBr/pGt+j9JMcnaWuBBP0Xz3n/zH2IfUsRuWfUk
ksafcOUCthawtEghsQ6Tr+8kpHdRZkNBIENcdXHnb+d+8tXotNbbBlOAdc2fRJAdA43safd6
mn01k5dt7hvsIc1rYJ7+biEenqtdONVRtNYZDPV510dq6PbXY7f9BJT0zupOFzhuFgOocQD/
ANJqIMu1xDXlrJ+i0fj7lhuzaG2VNe8VvuaTUzguLfpbErMxzb2MDtge0uO4ydwc1rWN/s7n
JKYfWT0/2tTkMaNxx2lrxySxz2uaf6kq39XsunKZltsa0sPpusDgCHPIex3t+j9Fizuo3VXV
0ODw7YXa+DHR/m/zblP6uVD7Jfa7m62I4lrGj/yaSnVzfq5gZDN2K0YznCQa/oT/AFFy+Z07
IxbTVeIdPtI+i4eLf3l1rs9uI4Oe/wDREkbO8CJKWazGzaosEt5YRoQT3SU//9C+MX0rjY8H
WfcTIM9o/NerBY7dB0J8OyuBuM4w5209twlvl7kLIrr3B7X6nSys9v5TS38xJTTIrbYCGh7o
2OmCWiQd2v56lj4Lnt2HSpxOx7RGvJVg1Y2wy8F0iZPukFFYwbNtTo2yA7nnSdPpJKc31unY
L2/aGxa5xZWHENaNPza3bWucpOtwuoturDgX0taTYYa5s6fnR/Nu+nuVlzGNxxXkua5o/Ps2
/huWZdT0gXW2Xuqc+PcHOAO3d+c1rvoep++kppGtm4ta8WsdIJH5sfvKo+qiTQ0j0HEAgfm2
N/m3D+rK06cHDGSH4WSwiJcK3N3z+65jfzVSurYHOLHN2j6MEQe7IhJTSvptuww29v6elzhW
W6nbAc1v+f8ARQnYmbmurBabDUNu6sFziSd73fne5aL2NbrW/wB7SNpEE7uW7W/1v3lrt6n1
N22luDcN7/09pkbd30t+n02u+n/qxJTmYPR+otxgzJrNZssljXEbm1tY/wB1sfQ3uf8AQcsx
12VjXOYzgtG4RPnH+d+4tHJv65cbGOpdW0uhheYAEe01PdHgp3uZdewZFYqfXXteS5oc9wP0
v/OElNLH6lY/Fa3KtDgHD3WD3+7wf+fUtLpfVqrKxiuL9znmuhzho7b+5/5mokYR9B92w7GO
GOCQJrI9+wfnM+kj4rMCkF2MW2WkGGyC4N5dx7v6ySn/2ThCSU0EIQAAAAAAXQAAAAEBAAAA
DwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8A
dABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAf//wEBAAEBAP/h
DpBodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBp
ZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRv
YmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1jMTExIDc5LjE1ODMy
NSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJo
dHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNj
cmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIg
eG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJj
ZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hv
cC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHht
cDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6
Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTo0MDoyMiswMzowMCIgeG1wOk1ldGFkYXRhRGF0
ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTo0MDoyMiswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9IjIwMTgtMTEt
MTlUMjE6NDA6MjIrMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6Y2NhNDVlMjgt
ZjIxNS1iMDRhLTg1YmUtNzQxZDJiMGFmNjI2IiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJhZG9iZTpk
b2NpZDpwaG90b3Nob3A6OTI0Mjk5ZjQtZWMyYS0xMWU4LTkzY2UtZjI0Y2EwOGM0ZTljIiB4
bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6YmMxNjhiMzItZjk1Zi0wYjQxLTg0
ZGEtOTg4MzEzZDJjZjQxIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBwaG90b3Nob3A6SUND
UHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyI+IDx4
bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNyZWF0ZWQi
IHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6YmMxNjhiMzItZjk1Zi0wYjQxLTg0ZGEtOTg4
MzEzZDJjZjQxIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjQwOjIyKzAzOjAwIiBzdEV2
dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiLz4g
PHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlk
OmNjYTQ1ZTI4LWYyMTUtYjA0YS04NWJlLTc0MWQyYjBhZjYyNiIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAx
OC0xMS0xOVQyMTo0MDoyMiswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhv
dG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDwvcmRmOlNl
cT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8cmRm
OkJhZz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOkFFMzk2NzA1Qjc2RjExRTVBRjM4QjcyRkU0RTg2MDI1
PC9yZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDwv
cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBhY2tldCBlbmQ9Inci
Pz7/4gxYSUNDX1BST0ZJTEUAAQEAAAxITGlubwIQAABtbnRyUkdCIFhZWiAHzgACAAkABgAx
AABhY3NwTVNGVAAAAABJRUMgc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAQAA9tYAAQAAAADTLUhQICAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABFjcHJ0AAABUAAA
ADNkZXNjAAABhAAAAGx3dHB0AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAAABRyWFlaAAACGAAAABRnWFla
AAACLAAAABRiWFlaAAACQAAAABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAACxAAAAIh2dWVkAAADTAAA
AIZ2aWV3AAAD1AAAACRsdW1pAAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0ZWNoAAAEMAAAAAxyVFJD
AAAEPAAACAxnVFJDAAAEPAAACAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAAAENvcHlyaWdodCAoYykg
MTk5OCBIZXdsZXR0LVBhY2thcmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2
Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAPNRAAEAAAABFsxYWVog
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQWFlaIAAAAAAAAGKZAAC3hQAA
GNpYWVogAAAAAAAAJKAAAA+EAAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5j
aAAAAAAAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERl
ZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4x
IERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
ZGVzYwAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIu
MQAAAAAAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0y
LjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk/gAUXy4AEM8UAAPtzAAE
EwsAA1yeAAAAAVhZWiAAAAAAAEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAo8AAAACc2lnIAAAAABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAABQAKAA8AFAAZAB4AIwAo
AC0AMgA3ADsAQABFAEoATwBUAFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYAiwCQAJUAmgCfAKQAqQCu
ALIAtwC8AMEAxgDLANAA1QDbAOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMBGQEfASUBKwEyATgBPgFF
AUwBUgFZAWABZwFuAXUBfAGDAYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB2QHhAekB8gH6AgMCDAIU
Ah0CJgIvAjgCQQJLAlQCXQJnAnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC1QLgAusC9QMAAwsDFgMh
Ay0DOANDA08DWgNmA3IDfgOKA5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYEEwQgBC0EOwRIBFUEYwRx
BH4EjASaBKgEtgTEBNME4QTwBP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYFlgWmBbUFxQXVBeUF9gYG
BhYGJwY3BkgGWQZqBnsGjAadBq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08HYQd0B4YHmQesB78H0gfl
B/gICwgfCDIIRghaCG4IggiWCKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJeQmPCaQJugnPCeUJ+woR
CicKPQpUCmoKgQqYCq4KxQrcCvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL4Qv5DBIMKgxDDFwMdQyO
DKcMwAzZDPMNDQ0mDUANWg10DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8Omw62DtIO7g8JDyUPQQ9e
D3oPlg+zD88P7BAJECYQQxBhEH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwRqhHJEegSBxImEkUSZBKE
EqMSwxLjEwMTIxNDE2MTgxOkE8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAVEhU0FVYVeBWbFb0V4BYD
FiYWSRZsFo8WshbWFvoXHRdBF2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y1Rj6GSAZRRlrGZEZtxnd
GgQaKhpRGncanhrFGuwbFBs7G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc9R0eHUcdcB2ZHcMd7B4W
HkAeah6UHr4e6R8THz4faR+UH78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUghdSGhIc4h+yInIlUigiKv
It0jCiM4I2YjlCPCI/AkHyRNJHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3JicmVyaHJrcm6CcYJ0kneier
J9woDSg/KHEooijUKQYpOClrKZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2krnSvRLAUsOSxuLKIs1y0M
LUEtdi2rLeEuFi5MLoIuty7uLyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIxSjGCMbox8jIqMmMymzLU
Mw0zRjN/M7gz8TQrNGU0njTYNRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3YDecN9c4FDhQOIw4yDkF
OUI5fzm8Ofk6Njp0OrI67zstO2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE94D4gPmA+oD7gPyE/YT+i
P+JAI0BkQKZA50EpQWpBrEHuQjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpEzkUSRVVFmkXeRiJGZ0ar
RvBHNUd7R8BIBUhLSJFI10kdSWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JMKkxyTLpNAk1KTZNN3E4l
Tm5Ot08AT0lPk0/dUCdQcVC7UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT9lRCVI9U21UoVXVVwlYP
VlxWqVb3V0RXklfgWC9YfVjLWRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+VcNVyGXNZdJ114XcleGl5s
Xr1fD19hX7NgBWBXYKpg/GFPYaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk6WU9ZZJl52Y9ZpJm6Gc9
Z5Nn6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpIap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbbluEm5rbsRvHm94b9FwK3CG
cOBxOnGVcfByS3KmcwFzXXO4dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3s3gReG54zHkqeYl553pG
eqV7BHtje8J8IXyBfOF9QX2hfgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuBzYIwgpKC9INXg7qEHYSA
hOOFR4Wrhg6GcobXhzuHn4gEiGmIzokziZmJ/opkisqLMIuWi/yMY4zKjTGNmI3/jmaOzo82
j56QBpBukNaRP5GokhGSepLjk02TtpQglIqU9JVflcmWNJaflwqXdZfgmEyYuJkkmZCZ/Jpo
mtWbQpuvnByciZz3nWSd0p5Anq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopajBqN2o+akVqTHpTilqaYa
poum/adup+CoUqjEqTepqaocqo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4trqGvFq+LsACwdbDqsWCx1rJL
ssKzOLOutCW0nLUTtYq2AbZ5tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1uy67p7whvJu9Fb2Pvgq+hL7/
v3q/9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NYw9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3IvMk6ybnKOMq3yzbLtsw1
zLXNNc21zjbOts83z7jQOdC60TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHWVdbY11zX4Nhk2OjZbNnx
2nba+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vkc+T85YTmDeaW5x/nqegy
6LzpRunQ6lvq5etw6/vshu0R7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozzGfOn9DT0wvVQ9d72bfb7
94r4Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAhQWRvYmUAZIAAAAABAwAQAwID
BgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcXFxcXIhEMDAwMDAwR
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4ODhQUDg4ODhQRDAwM
DAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IAEQgC0AH6AwEiAAIR
AQMRAf/EAKYAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAECAAMEBQYHAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAC
AwACAQQDAAICAgMBAAABAgARAxIEIRAxEwVBIhQyIyAVoEIzJAY0EQACAQMDAgUDAwMDAQUJ
AQAAAREhMQJBURIQYSBxgSIDkaEyMLHB0UIT8OFSYnKSsuIEQPGCosLS8iMzFBIBAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAwKUCFA8SFvR5dx6HRzugXmEDQBAYBkBJAyMKwIIY
SQiFoAPBUtUpjgQtAMHFMIDCCNABgLGUBkARAqQBgQMGAZAwQ8VVbWCADqsDZVYeg6XL3mlq
3IJAkEBECDBgIQghEJICGRQwEZSosIBASMpGKkhBJASFSQMABgAMgYQSSBgIZCB0Y8MrKBLF
ICAQE9P0sO8DKRhCCGEkgZCCQkkhJCEGCx0IQSAgSGCFgCEEZQPIQiQLADCEQyABhFMARCMC
EiEIJ4UMBVassV0AwuPT7KLwwkWSBkhDCAhgAwgJFcAYoRlZQEQExXF6wBikkkIRBoINASQQ
YoSQQaABWQkDBMhCCB1J4VSA13VgBgvU5fojp3I4DICQhggxEIZAlSSGAjKCEkkIoZTipt5x
3Jg1FuezmHYgYEKkYEIkJFIYAMVISpIDCEQYqxICAwnhkYDJACAk9L5/05ri2EDQQmAjQDSE
MIjSDQEIkDASLAGQHKwdzzxdq5wO1kyw7d2HcQEEYEgICBAGAZ1JBCAghEJGBIZCEQ8RXbWB
SCRQbPS+f9GPYrDAKMcdpfK3HUwaSEKwJEGikaABUwEgJ570KnkH7HALrsPTOpsqtDJBhIAq
SQgrjQjSBEhIYSAhatwlSFhDw6WVgBQRoDu9vndAtiZgeZpyjQA63pPC6z3Mz6SGQkBDJCAw
kECCAQwUyE8/6DnHB6WXadDRk1DCQkhIISKykhUMkEJA0BJCCMpHIJJFPF1PWAFSa6Oodu7n
881eUtyjgEbU+05C9Kg1eu8N7cskgCYQSBkhJIEEEEIJIDNqzHI016R9uLaQEkYQkhAJCSAk
ICIRYQSAhZSFkIxVzw1T1huu6pW7VlVRoMGf0HEM2qvaPk6kMFPRqH9Z570A4IDASSQkkIQS
EQgMBDAU31nL159BXuxaywEEYMLDASAJUkkgISLCAAwBhAysFlY8LYu42KucuoopNr4CW4N6
FYeg16uUhsTPYP7PzHpCwSBgAxQjFSMshIQGCEkgUcHI057hoKjqBHCVgZAFGASpJMpNIkGA
gQwJJAwQLqx5bRZiKqDlGWnWWuWFS1CuuyspXQxl7XNU29Dh7j0qV+ROrTRpD0sOY9U2bSGS
EkhIYCQgJU5UvrLc+kFmjBtGgYEKhqTnhXA5i1LcWV1YD2dvmPTBkICCSEBZWPJ0ogMkrLNm
W80CAMrQZJBrBWCtFG7nB9Oc/nacZuoDDdDDoKvW+D9edEBhSCQqQyQkEMWfZwTo24dhdpw3
moKwVPOMddUNNnMsNWKzmFmVWH9V4/ce2ikeCEkgxUniKVQrhsLzCBJWWAAIUD5wwhELe1k6
w9a2nCXv+aDrzKS1uwdHfyNRsbHpHMARCK0gvN6YPM6q1NWnFcW7eeTooGPM09PiGuqisuw9
PKZnKFe/D1T11lbkMgZIFkJ89XVjLXrtGdbStLaAIyBQEHWz+iPFda/SXTOhQ+JTXlUmdnsH
6POU61nH3GuynKej0ec75YRCAwBIMXL9BxSuyli7Tn0gdUMOLdUc+jqMcSrTQWpsyFPY5XYP
TsrBhhDCBgTyWWzMA5tYDVWX0ywytYhAAae7wekaeakOtiv5pVVaoNufQU1sBddGgwaFU0NQ
S/0HluuekikIJAZBVtB51e55s32YLC+/KTQKrytNeI4C1wdBC71vnPSmtixJCQxgGE+c34Lj
dnxuQbazPdehXWyBKuaWroLehRUPVZUUgw0XISpHBoai4z5tWYaymws15NB6bXxO0NAQyEEk
Ji2qeRL4zdfi2j22QTJqznCqvpEDoen7vnfRjMrgjQhkCZD5mDUNfTYeivwXlOHepx1sBVdT
eSu6k2IVHoKiWVdcxMpEV6wxmAulzHX0MgurFedL0HmO4dIiDQQBMApU4PO6XJNu6nQWSkDY
NVRy6utxhRY56XXzLDtOjDFSEqQwQ+a1XILbXqNPpfPdIGbbjOQEYVwwBLRkNQFdS30fI2ln
E9p5owGAsZFNJptHtzaznDpYDTsz7DutTeAmAjAXNqwGTgdrnh34tAwYj07c5zuf085e72FT
09k6DKwWUkhUJBPm1dgF15LTX0dV5j5fe4hgezqHGHWzGK5kK1JEsRzdZzXPQLy8grUwtOYm
h8pLtXN0HVx6sxY+fono3RiSQkIJTaDz9G7MB7iJaUJSaBTKjZnsQ0d6qwMJAzMRmgrGHywE
FWqi89N2eF1jRK7Tjcv1fAJq4gO5Ryry3Ht1HCHXuPPP6Ks4uXvQ8/O9iOaLaghWBchOgqAn
oPN+xNoICCoYIESHDV4M6EKVkrpBFoaG3fy+6aSzAtBCYQyQhBPlqsg2mjsG/p1OOa6jcKbT
k4+8p5HP7YHibfRcwotyZzuN5+86V3IY1dDk2FWLbjEIg0qtNtNtJt9fy+0BrCVyyCFgCnRS
cA3IDPfiLVYFdN9RletDqeo5vXCZCAgJkJBAlSfLVuQu9Nw/SljKROfu5h17Kbim1VNCsQK6
C8rsKeNy+s4ZjrZRStpr5+vCNFgNA6Rl1Uaj0nS42o6couCCAwECmHEz7MAajCkq5XVdnMnR
w+sOhYjDRKjROPnPQJ5eg9VT5as9NX5kmdtnSMvYy6x1imWs4zt3ZtAtOjnHQmCw1GgmmVOF
HBy+d6ZDz3S0WFfj/c0Hiet0qitq3HqDnVuzWj68MOvAo8yYDs1eawnpeZxOoFq7QugDi1Yx
rMlR0jzEOjkoYZWYrsmgot16DBZtsF1Fym4oLW9RjwdLknpdFVpOR2uES7JWdKzHeazlsNVm
G4vaEkhEjQr876bKeMN+cfr8HtnVsotG5u/gj0UqWRthle3OY+xxOqadPIwnVyYCa6Lryno8
3YRdilTbiYtN2Q02ci07OjjbDZmKGogkR6xUtpM/I6XJPU6Mm0PC9BiOFRroF281zp2ZrC56
XNl2MG+hXK5WpuOC8bzXqqzzN/QxGt8oNvE7fEKnvzltezccm/Z5kB0AyNapY9FBuoqBdvzE
6Pa8n3DpzhbDpVc9i/UlBty4lNYzMdqpqwOACmVGXmdflnZ1cbcdZ8Ww5GDsc459e7ONrwMd
Q5dBaVYmjG5Y1alqOBtOVTXyelSc812k53T5xn24e0J1OdQZeXbQOkgIWKzaShyTfQaRfS+X
9IZa9eYGqxCmQBikaBzuJQS6izENWhKs7VE7nneqdLZzdhb5n1XmCzDZWBVQ0aMTHZuwQ6CV
XEU1miyi0Ndqi312HFvv5o+K5RL11g5W7AZEsQvI0mZlU1Ulyp7yZs+mgTs8fsnassQ0Y0zi
1PUFqlHNYNlTOIdcMVejIb/P9zOcaysHpb+PvO1xOphOEaIWUMCzVS5ZVZnNuzFoNFIYsuou
GOa8sZCcrG+UfRitOl1s28x+c9T5Ezrag23DsKFsUJZS1aIXZrFF1Zt53cuZx6mqCFJFsuM9
+mw57XUnRsyOVc/ZlG3cly7n+jsPPdYVmvTi2nlqOhzhpIFgQW5mOlkrrOno5Nh1K+ex0zyS
dOcHUBL7jC7g7OzBaLhuQ4RsqLHptHUwep6QBiIxQPo/O9gsZagoVJcdJXqKhqYFADDX10Gz
johTarm1aQacejMd63n6i3n6+eJ0OXuF5vouacivXqObadBha6sNVyFNxvMt7uV25nNC1WG4
Yugcqv0GM49mugxwQL1MMmvORWvMq31G+yolxrYeCwt285DclTDmqGBWrERVL9+beNZReVM5
MNfUhyp1UOSehQYp1UMG2ly5arRb1IcurKPj6FZnF0ClylAuqKwzhUKdinndQzlbDl5epSZ5
1MZqybM5k6OPtnGTUSpdFIZXYNABnqtGaph3otHmlzMuqklgg9ZBLFgTXAuijZtiiZr0Mwvs
Mt5tKbNWYyq+cFudDaiqXWUElYQlqKPAwAymxsbGmouGJaGuQOrHqMDRB1YErdAyKBlhaUBY
Qx2K6ajTTkcehUL78/UM7BxWEHZWKg6FKmk0PReVLdSb1RjmrKAKXC9d5VGUFd1RWyEtrKhe
ty1qyWJHK9WbcUMhLNObYc2h1DZVCAwUW1i2VgeBiCObk0gy7ZcVZejQYTfmNt2fQRIpJSQ5
rKQ5r8hdo5u8lNqk6PIJ1eVrhktp0CMELKYoUhFLoFZCSKWuuspNqgs3covGLQaNOW4y5+2x
587c4hdiiu5ABoR0YDVudGt6jbZkuNFCwrV7iWZ7Ra7UAJA573OfV0+cZ9KWDK5Kq7bimwuV
RlBXYgtdqCMIQNUMBsKLup0Tn9G4EpuByeX6mk8foRjY1Nw3R41xbgtzlgVSM6iRyVkKR6nN
9WmsZ63K3VDRfmuGU1lirWXq5KBbSJoqYx2a4LVoYpurcrUuSjZhED1Gayu0sruJm3aeoVaA
pbFcBICkUaVucHj+v8yPv5+8ry9Fi/mejB5RfUYjjtfnEV1FhUUlzqUaaCsqDQisS7M5dWwK
Uuzmi3GTfRGBfLQJMZoSygFqEsotqGpsrAi3mWxnK92XYara3LanoC1LlkrYFqWBupYXzfpP
LGgis3Llh6dlgxRjPk6QPOZvS8o55YlDljspZDDXspKSoGJsA0uK69amAuQaK3LbKgNh6OYz
DPSb35+g0KrimajO9mQuzik17ce8NlaltYAGUl70wtqBLpSpq853+UU1upRYjHppSpovyXF0
DiU6EOTz/Rcw58eHVEgVLGZdgKLC4rqQCIZc/UqKzZQWWUOWI4OfRuhz9lbi2hhFZR87VFtJ
h0dvLY1567DU2a4R0sIa2JS2Y1PVYPmuU50IMu3F1DezKW1XVi6c4OglRAjAx1dGgzs+Y1TN
ePIxW4IQ6CVWUDRCNoyajnXPBhU4yNYYhuc5zWqIrAVXhnr1Yh3FhnubGdTTi2GS7kVndbLa
NTXjOuOa51M9LlSNWVdrj9A6L44bJVB8hoL9nI6BqiwUoxmz7AZtYJZIAEqBLoJRqqNFDAz3
0ksp1Ez16LDPttJVIoc98OSm/IUupDTohkmrMX4NFhm38pjTi7HNKNmJzZzbVAXJZ0uJ2zKH
JmWzIdJuYTRs5Vp3sOdxnrh0tGPQKCpdRsBkueocxysNAqQGgkrvQgY6yi9LDIt2UemnGde7
mVmro+d7pM74DVlRgWrA0VkF9MKV21llFimK2+GS7RcYE7F5w+zuqObZrQ5nP6eEosYmfTRc
bK66To4VpNfRwUncOfaaBYCtboLLFMzBRo6FbXMZTcpL0sFZKwXc7WTN0KzDTuznLv2XnJHY
ynLtvQ0nPeZkuQURiAsIHU6rcrpml5SWV1oXVcjQXDNnOti3g5RsuMnVzWHNO9zn19bOZrr9
QA5NzVKapl0CWSgtw7qCu2txzCVFlCyAZb6iix0A0giXUiM6EaphcfUrMz2IYU1UCV6axiyC
ixBLcrG3BWTZU0MDppMtum4lTKNelgIIWwQZ6LS9VhUrIf/aAAgBAgABBQD/AMaD/9oACAED
AAEFAP8AxoP/2gAIAQEAAQUAbkWYsByNcqhJoMwiaNy63ZsYkcRskUHiYPcie0uUDDLMPp+J
+LnmewuV5r0qyVjCcTZEAleeNQeIB5AMM8zzPx59D6EeZ7S5YhhF+oEqoDBPMcgF38fnzLNA
WQQJg/F8gzDr4ooE8n0/JqVXqbgg9zU8z8egv0qfggUZ7wjyR6Ael+fxTehHpXmfk+CRKN1K
hEEqGAePeAT3lkyvTzD+xf3JMF8iVoe1gTIW3UAIQT8y/LAkAT8XLg9PEugGlwS69bNWZcBu
X4swk+ntBc/KzxLn5hurnIyz6kz3hn5lz8A16D08mUb8RrUkAwH9iCYCRG9gaOLkaY/smGbI
AYD49/S54qvM8wT8eYIR5EqfjzfvLueRAIRDCPP4NCD28mCAiDxDUHoYBPyR4EIFAQ+gEIgo
z2l+nmUZ+Zo7XYJWxLBMdf2Jpr8/WIP5lUSqI9j6EefyYPENTyRXioBLN/kT8QiCH3Fw2Yao
gyjCpsCoJYqAwDz5gnj0HsYVnmefSiJQBIMA83ZPmewEAuGvRj5vwxFf4jyD7AEiAefrr/mH
/AePQewqGCWfW54lQewMqEQweJ+Lhh97n61BD7wQTlPNg3LlmA+SZ5h9rqeZ5niE+gEIlUB4
9X8s1GCofcf4iqJsqlt014Y1QqeZU81+J7EwSofT8+L8mfgS/Pp7gEVcsehsS/JqePTxPAgP
gEXYngelwETxCQJd+lVDDRnn0EoehqCVGH7WLJuEkS7FkSrnWRn3woKfTx6UDBLMrzL8w+hH
ipU9oOXK79DKEqd3unrzDb5FEME8WKswQGeJcFWZXnwYAZ+T4l+nm6hIEHpXj8VPFTlGP7Go
VoEAxhcrxVT6zDkyA3Q9feG69vQVPyfYCVPEINVB6GDyB5nGe0839rmS31u7FFcOCJ7Q9pPl
HiX6EQWJ7yoLlj0s+nmfj81D6AetmePXzAG5EQi1FW3iAsSf8vrc1RUFQXLnn0B9QPM8QGBg
YIfAEr1oQCfiFqneA5g/DqrtMtw03v4smHP8CGp7QGD0Pme0Jg9b8D0MqWZfp+PzARfiO1Ee
W1ZQJdjxYUs/RzKi6APmG5cr0siD2g8kSqMsXYhPgT8C5XgmXCLn2eTuTpzRew6jPt5vF7BA
KgDrPyyBhIl3BPMNiBjAbhhux6eICITLly5YIEMqD2qUY5NqADRtrhgnWBO3XFqIB616eJUA
8mCjPb08zxBUIg9PFUBLgnkzuKT19NFZvcD9Zn2PJ2Z26GpYelegPn2hgBozxPMT0A8kCATx
6VPErx+BXp4mgo+b8gebBMNV0v8APrikiwmUZRE8y6gaeaABIPiz62bvzZl36XDcM8wGMvJf
sOvrg3Mzn4VkYrxE+uzAxl+PQmAmE+hhHkXFuebszzD5HqDL8WTPaDz6aFebeWcXCxAJINEn
67O2QVAtwCgSAGdVX/sMOY7OLS4APT3gr0Js+hlwXL8VD6VUMvxoisvY+oyebZb5aZA8lyRx
1gPiCzj4AI9PxXn8Qwi4BB49PFQw1QMMAqAzzDPaXHFyqni2PgmCxPq8xFXz7Qmp3u/l1V7n
2evYf5WpN9lPU+52znV7CdjIT8gQzxD7j28Sp7S/U+lQT3jAT7bPh2VzXmqgZdQ/6vS/QiDx
PzXiH0uEy6gI9PEAly4pgqAWJYjUD4I5EzkIw8ZqSejkyZKTDc7ff6vWXudxu3qwqBFlESqH
1/f06unW7We+fvPaGX6fip4hr08WZUJl+PwfEufbZhutkgIUeOowK+JZM/APkifm4R4Mo+lG
VColTzB6H2EHv4/4OYwADNAfJ5T6/Evrmo4gAT7D7nDBdt9Nn/UDl5WzBn+hQ2ysB9N3hlrn
dfm/H5qfi/Pp+feeIfAHtUuoBcIqdz9uvipEIpenQP4n5lCePW79fPpUPj18+gHkCEiwQPSp
pcPtQMCmZK+h6efwj+4oO/3+zqu3XbIWTAfCgMw678X6qriesrB+qxXp5KO3iFUEefzUuWLH
r+a9DL/4eZ21/wBOdcinjrin9PE8wXcuXPyZ5hEo+h8ipXgAyhB4gJI95Zg9rE1PgkyhWHX0
2bLqJgvgTbwBxM740bsPlwgW50cDprsu4Afsak4asmQ3Y9Hp67bIPHm/f/h5ln0szxdwy7Pp
+J2R/ryUBwAVriy+R7ijPPofSqlXBfp7eh9zBB6+YJfn8gkTzNP8mudbqFgiKiM1xmVZ2E1c
56Dk+eGg7BHyhOU6jDEf1o52GWcy7eCFOyAfotgdVMuGeZcM9/QCVPYk3L9PEqVPx2Beedcg
SIxN5G0PiWZcJ8eZQntLM9/S4alCV6e0M9v+AEHv4jGj1kGuqKFDaT5Lmug5dfs8TrjloToy
g5s+hw+EBVJ62+WbuMe0G+uAbVMutl9UG/rW4ZcuWauAwwHxYM957QH1MHpt/wDHmacmlf2y
2ZdPeXKlX6WYbi6qz+fS55lwNDDPx49PwKr2lm6jJybpdfgH08tspj6m2e2DET5tLBSioVti
SBpUAUgjz8exGHWOp64x6mmWqPmW8DyPE5egFS4J7T3lXKr0FmcfHt6MLUfroTYcHivmYEnL
xLqeZ7y6h8wkw2YCJ2e7l1pl210NyhLI9faXBUEBg9Ov1uLaaqi66FodPDbQnlM14qMrnA8V
QhtCbKkrzaFjFzL6DNRh2OIn0+9EAzbfLBex97ydu/3/AI8/se8Z0ftV3gPIDxLuWZ+bMFw+
J5l3PMHidheG6EkmwoJDYaiD2MN16e8ffLNt/syNv+1UT7F337HU1bRn7u+KdT7rVHy0XVZX
g+IJU9jVwTxGKKdnBZ2AGjQksc1AXNWnJRLqFiToxq7Hgn4VaKBnObkjSl+rdvm7vdTq59nt
9jtbZdPYLlkOuX73VSDfLPTp9gb4XBfoYIfeGAevcA+RVKy7CZryVSu1wXLlenY7WeCp2sdt
u+qDtZdf5Br0E0P16DHDvENl52w+k7jKVM8iGURLhg9ezt5L85qwB0apmASrrAxK+QQbANTU
m/MVDdhZqf2Htz5H6TG9P/0D6f09UqNOx9iwmS6dl36AOhyw6+fR+w063bydXUEQ+495fp+B
LAJoztlAzbi10shmDFhyRwwHiEy47BE27JffrZY9QchEYzsZc230dy+hWJoytgGGn1ffHYyB
5ATxLh8we4I9NLJJAXZyp9yikTPyyOqh2QRnBFloSZcUgTRgC7EzkRFtp9Fx+H7rk/ezBB/S
aDczDq23Y36rpra7fX9ld+uIw80DB7VAJQhEqEeO11htmxYPk05UqtcU/HFcEen2+jJ1/wCh
NEXRCX1dWz7BYHsD49uyxYaMY7Dl8pI+r1Zewh9LMuH14x9OMOnKaA3mnKItwobDlSxBIAvk
IRZIhc5h9S5N1mSx4lZ9fr2Ms0wR5p9fg69nrP13/tKr/v3d8cME0Tx1+1v12+u739KEj0Eq
AeSLhqfmjDV/Z9UMqP4XQMiPRzcEJ21ydSGA8zXNHH2XSbq6YaAzamikJNjYJPNYQvEjz9ap
PaT2oT8yp5E/NxySQSI68jkvlWCxmNm6JYmqhaoeQhfw/lghjiohE+v6ZZiGafOczn2kadgY
757ZfDqurcS5M6efyacMSOucc4vbqDuDlnqjwETwYSfWzLjgMm/XOGqNxZSIrVNVTVcdtMym
qEmq+18u6lSeyQPmJb4stBtkuZWtDpYJJv6PJn7ak8vzLghnm/M08Mv7H9VCE0JTCFYUuMvg
giFoTUQcnPTKdI2T0friYCEGmoQfITo2oUJuyzsku3mCyOn8isNc0i9kPM2ZoWaDsHM9bsLs
ngT39LhPr3+v8mahWi2oBsIIqKQaWZa2fu83QjIDPRs2jjMAkBS1zrALHT9mFj/8+4Tdfa4f
MEHmACAeaE7mXjPkTTRASQpunmngHambYGKQ0YQj9freudN+3iP4+p9eubbbfGOsx0nZYRtD
bahQNwZRYFDacBF2XOJ8mun9Lq2HY4g6I0Zzy6m756owdfQwVPwfbxXd65w0VgwVqmbC1K0V
jAE9066r8Guo/wCvBg+uwM72Ix1yzYkNlinyAngWH0XWL6r+oBBIHp7y4J5gCsr9MhQuSAdj
JZ86GDWpqjwq1Nm0RWE/ckhVXrdnTB172m6u4A37J00wzCZdk+CfDEscVJ0bMLCBRuwhBzKp
kSCV0YjnpBqSF3In1W/yYe/pfgQ+3uKmuS6pvg+GnKhm6sPlZJp29SesNEXsn/WcmbPg6xn4
rq6vqzljzJhUWxJX63rrj1qMUVBCPIlShVGKanZ7L6MOu7nPqYKNvhUjQNPlKm+QIhJlMBZn
WwTRgwVe12TOliztp2aTZnaNUKgTrKG00MNxrC4hmhXzqoDfsYC0LESrn03ZXLQEGD0qe49e
31xtnoz56K8z0BgZRPmdpy5DEkITPsWX+diSRQB/WBovUb4ehsdcpXqLsyp5nd1LPliEwz72
OU27z7sx5lB5b3QkBjOZJNwe2VoraG88m01ffPHMOWjAiE2eVTp+G2aj4MUWUCiGr2JANwGc
wQLM6gKt09Q+YEEHn0vz5ntKud3pJ2E0L4tnoDE0soaguZ2oYsJ3FL5bYlIDUYi/E+h2L45q
FAE95Rhg9r8CVNVDaHRipfygUtn9foybdXREXrE56hFjtQEAiC2d/BJmJC4Eir4q+gMLUVBM
64CjQiEzkBFayGWtW/Y0zCwRxEUXMuRnQ2rQGVBPNQiESjGAv7LrHPsZnictVLKPOWagaL5J
m7qq7OdtXWiy0q3f1WbYbKwYQWD7zx6VARXKc1DvoCPjWKBPq+Ibv7dFB1fsuvmO8+L9h1Nk
kDkScbEc1CPIPHJT51NALcc+RZi2S1knxL5HySeQigmDM22TAiZuFYOynJmM62h1yMEEueJc
swjz9wwY5orlOoBM8lpbAcWDVd0McunkK2X4js4Y4Jz16YUuG+I2DF9PeCeDK9NBCamZJPKm
+p7CsOx9Lrqy/WhdO30P5k/9SlqVqZsAKW2q/BUH9tD5dhxTycumTg6lSj3HNk1yRfIQGIpL
cACw8aZFIC3JTOs5U/W6WJc/FiUJXpo1J9hmTjgxDYuGA8A6Gm1JFMTswY5qmGXZdtdNs2A6
CctldVC9k6bA2Fl1AfUGXHJLMCSngqvjKs3TYvno32Kns791+qOLAj9b/YOKYsJn5hsTkAzM
YzMDipn1z/Nn3PrgJ5SMSWFQ3D4itA9wNYwxGs3wfJsP8UHI9TZ89s25qJXkKZXoZ2XpO1TZ
IrA5atyBIGhqK3lR40UE98let1Sof417EXqZZsbE6CFtR7DxB5g9Ll+leWUwLcRf06iZbY9X
Zc107faYd7bdemCQAS0KVCGokVnmtMwBL+T4g/Y59cnPqo+Gicdc/suq2WvOyWWWSASwWwM2
Wg/E9DVDr9oqmKLOSqoO6Jl0+XwQf8e8SJuxOeGfNMgKRjCCZmhlATZFnYXmr9AKnSTjm58a
v5+v6vxpUBB/4gCeJoLCjx5ikKEZ8deroHLfLf2LkMAaI/UDxcAhrgRYAaHxMqDJ2TP6mn1f
a1Z/t+0pypCTmqgsAbtQxisKOimdXe9/sBy0UUV8DrBtt8wAsrz6VKnYQPlxYDpg8tcSNAoI
CUEXw7EQ1br+7mKwCO9z63p89FAAl1PeKLgScAIEE4iXaoojM95tTdLqdfs9fP6dEfsfWasO
x9Z28jlqubZ9PrbI/wBY4jfX6IT1yJoFnmAGyDdmg1BdLOTaI2+2rnyRdAuTOYBDFvQETpf/
ANOzcmBELXPqMlOinxynKWJd+hPlyCponEBS/mcFpQBG0jEwn9jHf/at/FnidDjkuWfmC5wJ
gzIgSfj8+jr+3kRbvEcm6DfDoG8lrhAYfafWoVwZ1Ka6gjstXLLSa9Pq7Rvqpp0u0p+JlPFg
SkRDbuyq7GWRDZgHlvMVqLsQASZ12KO2jBAQoLkn6fM/GPAHuYPQN5uGqVTo4Xi48xCRGcCE
ibaAQftHayBz1dhXQy8mc4rwG5ZgP/E2WN3xqddR82HkK3gHysbyfsum2Wmmmwh7zqqdxCx+
xXNs+6mkHaIh+0yY579DU/w9ck9HAQ9NCB9b1CD9T1iu313xFlILEA+TB4I9lK8+RK8yFS21
+uz4YC/QwwXKM4mEUo0CPoCCD5d4pLMXADEs7nir6Vn1iQeQL9JQMlSx8QvgAAJUHj/hUfwx
a20n1y/7OgOWqgCe0GosEGaZq6bfWoz7fSEjb63uZQ5upLMkz7uqRe/m5/8AoOMSVD9zVSfs
CxfsFs8e7plo24adquR8Sqn4LcZiT8jKQNDU+q6521RQBxNDOfHOCwKKAEKit/GSoQwtgQAD
oBEYxg0C0NLL6igjcJ00bXTHMIoAgHn0qVLlyz6M3lf8tBbfW9f9M8uCgmM1wt5RiByYTRhK
Bnxim6+THs/TdXWP9FqG26W+JK+F0Ckdrax3jWfffNn0y7Zw1PWLdfXXIw+YHFOBXWJ5ktNB
Z+p6pyyRSAB4qVKlSq9Ox/8AFqhUoxMc0KJciibhijxo3J1o6fUdXhmPQ+vv6XLFXOU15LMy
eXXsv1MqWewYwak95DQvlNAYlFWHjxftLmmSaJ2Pquuw7PU+E8iIqB0PGC4dHJ30dOryMNGN
5FAHrL5fRr+rwXXfr6KsR1YS4fUw0Y6q69gxHCjcwfqvI8ywjP8Aq7UCWJ+m6Z7OqKFEueZd
S5dRtkWP28FjfZ9UR/ucRP8Au0joGmaTq4h3xHFB7+CXYAdRD/YFNZjxsDxztYP2HGeIZ7Rk
Djt/XfKu/wBXujNm2ZY2SjAoHvt5b5xxRthFuJiWOXURc9MNGb60lU6+ZCo7JE2uD0v08Tx6
faY+A3hmhIjg2Mm48Gve+Pxtw+txXLqqRViclE07nXzGv3eClvvVpvs3cadwsW7T2+uhnJ5+
0dWVccOWfRxqJ4UGFqmpYzABXzcGLU3NZ5OKDiBzGYmKTBRhBAHvtn8g36Gbzb6nQTrfVpz6
n1fVyft9HLs59zrvhrli2h+r6PXYPkja/wA7AjKh10UdnLxLBjMVnW2GijzDKhhIEffLMa93
q6K/ER65KC0VKYCo4HHsBTDSqPuuyqj7zugf9325p9r2tIdtGLFp5urntFYkrno0Tp6T+Qz+
blovVXJMc1UVAfOhpddCk+v1Zts/MT37I/1Jp4Gp5LsQA4EBNLpxHv6WIApj4gjgREJWKbHb
6WHaX/rMcW7GicW7uWZP2CEa91OH1y8lzY2pVhy8dfQf0eKbbJJr9j1s5v8Ad5ga/b6vNe1o
8fYrMCz5amioNWQS5sljNWRQ3ayZBZDChXEeYSIoM4z4wTjkCV65ATDRRxYH4Np0MrbVQWK1
PFWZoxrsWV6DV20/Up5nYUnFQRDoAyaAj5LK6Cy4JXQiDQE0DPY/ki5U48Z+XQMPs89Bs1As
h4Ztn8f1xrNPfyJ7h/sR1tNPuO7qzdnR42rxXJgx00DZZogZA/1+4OAflo+mea6/aZKT9jrG
7+xDnQjro2TpTM3TdSckpcEA+FSfhQzHpIy/yZKc8uvWT4GAZktxzX+jWdZBmmghEMIImvmd
hGOXRRh2VBmU285lyr7G4uhETZSBoBBpAfBYiZ6FohsS5yELLfiUJ2usu69vqb4ao5AazPr0
/wBKsQec5Tu53t8dDgxOeReJ18VXnO3zcMWc4H4etp30Qa7vqwriEuZ9ViRgMY+pfb/KM50y
TqaEr1uM+BgfgKjXtb18mjFM3aD6/cjqoOvH7DkfLpGYkn/E+QfEH7DQETssBn16G+VsiRha
9vBkc2YwJGbkTN1aLpTDScqiPcRyoXQEFo7G2YxewQU1Dgzs9fLsZ6fWao2XTD5YP8KI4I5C
78al23KMrkNOY4nR5hh2Ow3d7HV6eGZFtqxlWwWyvVYqDjiP7X4naZnm5dUX6/ZTraFh8IXl
kQdhH2yYp0MLGKAEqEOmQmmqcvmeBbnkQnxVmqml32GATBwd+sbzS7K+Oz1/mDpxhWaEiZas
ImgYA0VAEDAkupA0IZdpoRRsniBELiDaihXjtiHG3XJQKDF0ZEy8sSgzHH5NVRJkD2NB9Xnz
z+r6on2Wh6fUYcmQZcOOAjMIulE7OQSbBUS508VK9oBT0tAm7toI+2nLF3Gbv5xUM3y45q32
KU/aJnMX8gv5GngKzGElpRALRjZ7liBQNetq3DLuFTlr8hap3cuOuloXNnwJjpxCaKQGqCrE
8GAiLoIXFmoRCPGWjLF0Vo6BpvkU00VSM7WMeQfjbtpPrOu1Ydn/AHBkn2uummhciM7GEvCW
aFhxBgoBbsqLwK5Zdhywz/V30vHSodjEcknSl5loWqBhVmyTP3jN5sGKAIzxiADqFPZIKuAh
6XZKsc2vqsyt/kO+p46IDGzAmigweJmx5Z7AxXmdVRhBiNR0PgE0vmEXPAllSNbHZUNHfi2T
WjgBH9mLBuoFHVHXXrJv3OQ22tncMRCYgjJapi5Px+WQiILbY2hflkD4+vCbdPbrtBizlPrd
UVseIKopsX+eVzzVCND4lxnQl2mdO/Z1DuaIxZV2xv418RCSOwnyY9gsuubcxu/B7FK5ATTy
nZN562A0rwVEHiA02c8UwBChgw/Rnz+TJgfkLKg7en6FixVFaYM3X27ffGi67h49xSb4WPiF
KaJ4iKwCV5ZYmdNr5JH7LRn0+wyfTPm2XUzUmyO0uahkWEeeHk1L882jdxINszH0z4u6mM3I
syhHFAtUfVa+v7PyIH4zrvzSfYIU362gD9pSrUShvkjMDyImDoyJ2OJTUGDySLLGZ6eAxWco
CSPAmTUe6VyZNDq/bY8vibiMWDZ5K07GAOnZRQ54k+zZkUo/1k0dHtuQEzKsQgLaKojAxvAH
v9WM9GHhf6VE07OpjMIdcxG3JjaO0JWy6iclmvXJJx1EUPdFpooQ5aDLXfrptntfymhOvucd
F0XROtpxcMDPtltU8HfXkytYY0cVaZ5KwKHONuWmLaEZORGJ4lixVSYrFVB8eAOcqfZal9l1
GYbUscdiZnejdfFUXtdPme8nHseRPzmSIvlSpZnSiQeJzIC9is/lLQnkGgXx1e1phoeyumZ7
Hl9HIsGFgC7mLcaywRxPi0n9FMOxFVGXTMZ5qhvVgX6nbCL9p0wUMPAT63VioJVk1BX7FS3X
tozkhSbZP2x4ifKyMnZDlk/brqyqXVJhoGjsFObmuSgaaksjWBVllM7RPyEVP2tDU+uzQZB0
A7GoCb8vkA5QgzPweS0aEBuXSv5RTULEkeC5EqynQ2CKCqqRHKgOSZ8ZgEGZJGQEz65K8Vjc
Sc1JfNQsJWdjUcnZlcm50+yrDvfWaI4yedNimhKsMHIbZA+Wn6OSORhJiHy5eA0F15D5Rx0Y
8sWK7I62Xmm/FeSlBuM0btf68+yy56sGfTN1goxQRPryD1zQnYDHTt9cuhamH7Tj4oGAfqvm
NRVWUlzcAIHJpZoeHXT5enmjWwoE8jzMbmSiC0QsyYhRrqat5rgLU8TnuDBoSdk/diiM3ZW+
tveh7LZP1uv1mHa6eCDFAV48RmeafZYFe0fE4frxJPEqGZSCTaEqebEOxJXRlI2M+bS/m5D+
n/Zt22Y8nJz1YQAs7qHQIOXnl0Qi4aarHcCfKDN1+N81svyEQ2FsAmpdRmPNkNoAIVWWYPf6
9x8L9i4GNsCwVSGQ8mXKcDkdNWYgLViEm+NzMBgWySatkV7DKzN4PXvl2NDxy7O6h+x2AMd9
v6MzzVTxPZ669hf+mT5z9cPjz+o6zzsfVaZHsYHNiDOVlFFviQrA86MDAaaP5/aKhqAihoQc
9FYAVGRSPr9kK93Pe2L1zcTbTnMuBXRl+TNkBssQ0A/Zv8rJhJEf2VfOGSrkCCSaisKoV7zB
QpHYzzQ6+W0LNbV5lraHzzQTXdI+mjMS0epmCA/IqEKRhpw+M5tj2EhYQ7KUfsvj2W7DnTod
xw/b7JGYyO67dXVCnRx+E4VEUPlvgwf43LN1yCcyAuTcc8uUCMC+akeQAGSFms+QLB63cnY6
2RGmWZjdVOJ69TYFdV8BfdCbXIkaZgFB+wxDPpTQLRViihrIJJNEgG0VVL6kry0YY6BA+xdi
SZ8Zh0Kn+twPn0aPqSMUZ3+DEP8AF9e5OOPDLJGyGCtmxKliupfDVYX7SAdjVZrsdF0AaLk4
GbuqYOWDtm5ooFwLHPpqJt0gc/got+iEszFTxQgEL4ZRApgqMKIJpSKYm+n2RvluoUq4LHMF
u9iVdfMbraZrhlz0+MKezkAyqCev1eM1wHLPr2abjXEiq5xfd9P2GngEic6INKdCJyaPiS7d
Ro2LrFR51MmsZWFx4njQHkkGUTBmI6DQLjmIc81Rscp8KBXVRBgpcUkDoxGgETc38mlf0clP
kpwaH47MpbAhuyBeo88uRVUMY8TdxNfhOeqdpXyKMmoI7eJ1KYFDtkuufSQLq3+fYR2mOLHV
wDlcAAhoF6DAXAlECBSIfEz48eQMBoL5nIxl8qpJGNwZCJmK4gBQpjn9gBCFI8rA618nlSjn
bMmcSxVgBp+xBWENa48oqB5mnnSgCAJ4rnoCmgAP7QtwK6WR5mjXC4IPEMjFYwtuPIsYjFSv
Y+QUtLymoNdduWa58IQDB7owVkFoynkbAYAgqISFjEwCjowokiA3Fqr4wAn0ZP3+NBHDQq0W
gGMUhYzqYtMXsRTynxAxRxIUhw00zVhYeaIlDFjM8/jlpk68GZ+vc3Bj6LR9nJsFwQwEolh+
o+Q8XawD5LClZr9odQASGBqAGc2BXWxXIdVisb3Zpx5KCDMmIV75WTB5FH0bxLAF2Ax4hlED
QAmCxOUPGvkE+UAtoLfsqIe01rqdoues4AljUUeIAZXjRfBS0NSzasVaqmgsqvGZ6Hj2FzKc
Uu1UObg8lSzH8X4o26GiQAffkLWyvKBqPMGB1YL5PEELrtkVc8wSyki1IoIVfNRx1K8jYiuY
x8M5nuKMNiLVmgSRfJgDoSL0hYznNNzyX5GTbJwoTkOrnp1tW2bcXOKkUQQDQgMaqR0CadjN
gDcU2FejqwGankVNBgGXs5sjsOQEGasqrAGUaC4pWmFh6A4wAGKRHZTAASFAAURWaXRrwQV0
Odq3JCthVaxnXDR71LAwBYxqe8/N8YatoSaAMQzwDyjXR5Uuas2OQA0Tkv8ALoC+eiFSayNS
lYMfHgT5DPmIjuWjjyVHFtKK7XF2eaOWZ+azLuaCdbsZtOyE1jB8n58jxCwqywtUNFD+sXQc
WYzizBahKrDxh/aWFgLUoolSV8gHIkDsADVrmTftVHEjjr1X0jo6k2DVylpgbIcge1EzjBUB
lcTQjJZRASOuAVBpk8fJOwnJMzUxIYIFzJNl6rkMlahGYAMTAZqlFA3LD20BLKBWqTN2UrrQ
Zw4OLBltUdyxuxwNspsMLIMYAQi4yiJVkUy5knNWpOro66dbXKKrCYfz559oVqmxvI3GJiTr
Mlb9NNB2OucXZDaoaPFZo6MBQlLDPEUggEE0ZpqQeZ5Z6WOREJDghZ/iSVvJ1tvJe6UmxmOT
Khnxo01QqdAyEsDASTiaUkQ3CvKOgUJ5XiSFoQpDkDFCLH5TlUYBpZo1AVlAxMwGHExevZ63
S1K5ddEjojBuvnOx9fqz9hdc3KmZ8kg4sFciI9a5bAj7QyyByJhJrj58GFCJxucDKaXZ5LCv
kjzm1HlcVxHq1HIugohhP2Ea6qo9gKeQVgDaPNWUrt1XVskAAW4EqBYKBGBYnPjoByhQgs0L
eDnPcMCR7RbnExyBENzDodjYdf6lqy62GQvxcBhPn89vqZ9lN0fPXBgWb9XK8hrp8LDt5APz
0fXw60IPJUXGUiWJdBiYRUs1Rm+vJgwMy/UFpdRdLlGK3NDLIAsmrPGMvGCoDYOp5E80dWR8
0ZpwQp8WnJcQhPGioaZpxbXAqz5pRHA9h1YciDmSSc0CnMrFz0Zup9R84w6PWwWgIDPM/IqE
LKhuAifc9M5sj0UYk4KePZy+Vfr+h8+unURJ2Om6M3JYvv4BbxGow3QoRlJhBEsxskopmAD5
FMGFEeWVjMgaZrVXo6P4TXypZoKMdahXjCBam4QrQIBCBPcBwXzppqvA+GVW5oxgJphUYWUB
EAYwtyXo4NQ1VVbUUN0isjH9RPxUOi2HUzmD6d3z1vgp8lIbFwrllLdWst7nFTH6uLjb61Vm
3VKjTNswpBhswEQnwhNfpNfBNmFioDkQEkEVA1FWjE2TNHYjkKVuMXRSzMCCfPCyufgr4BEP
ic7YIyslq78WCsQQxBfw50BOi8oQWKGyx89VBxVYWJagFcCgwEoBRswjakhLIAAhbypE71Hr
BqLAks4AQggbgbqoqvC+J4IfKbdYEbdV1hUggNOIhBJ+OaAkuKJ8kAElqlki2EHgqbjKIcyY
V4ktwiT9iBn4TwBazsMVg1JagVJo3LFny+iDkDc1P6oGMGRMXIFlzVSigsisSntYtWsaNQGn
lNDCdHYKFgdQQxgIMVqbtD5MRfN7nC5jowiUdszaF6IMABHEQzXBHHY6joaNjxCgLWIaJOYI
cATwZx/a43mCKQJ+Qvl0HI52TmQMxYXwFUFVZhOyvNfjAnycI+wJGlw2Zza7pV0EZS0ySjpo
3JWUR3p8ACweguoI483bfg+hs+YVmbEAUZSpDozTNv1Z1sMePYz49hPAbwFLg9Zr7IbgPkuL
qbVgRQs0YQY6Bx2OoL0QqwUzhOME1zDAoRDyDK1EVBlynxm/j8BSI6iaAAIVZQATdQEACyeQ
I2QAbBi3MghjaPYDkRRyhUKUZCGsK7hjZjE31FjorxcVIXUgKAR/6jwbNhxR0N8y0BBgZQbC
xNPPfzI7KgW1EkATpqX7RZmL2DnYIaoHDQVDGWiyK47OILMrKbhbyCbbiYVMbIkriRFxWLSg
UYFEalbwZ20YrjYgIqhOVRao3egLJpkOTYkQZsGTMUbsEE6sLDftp2GYX5PvpRPXXwGAV3Lr
kacNNCAeZJq4twhQaAmWisVe4G8r/l9jVmMRxLUPq0ZtQbJBJ4i3YxtSBnpYBsM1RiLOSMNe
twb4Ulie84wHwahApZQgAq4/khwIeLK2alvjXiQVJf8AVGFeI4NcWLMsoRTUIucfGg8Bajgy
mJLGirE59r48sN9nGfZVgSS+bxnFULVwCdeEVladtyuPRS8FqeYPLdviVI4u/kEePqlMPxhQ
1wtaVHBSFiBltacpdxjULKyfzJHJVwCQKEHtKM/C+QVMX2Y1GH7c/LtxivzLYqZoSmmZAAPk
m4RcZROM4tASCCRDZB8ggRkUzXINmmzGHxPlZpvmMnw3IiMIvmdnup19cu0m4NcwKPccfz9R
yk5kN84LpsqB3Lgv41KmBRfRAXrpRhrijgBWBOzKkPY0pOw66K3j8loSDPE1qEsYNKgulNgD
x+Bak0QBNCQOTEJjoF0D8cT5q1OSllQqAXdhbQeIOFJ1mc6dPw+TK1ALYn5Kkz3hBUupTZG5
RFQv3c1SIByRlByYidrlppm2mR63Y+UfMHPZ0CZns6k59zQFtF0bnYwBKCiXQciKGPbXLJNg
w/q8rorAGjuWZzoTGatMmUqpBhJpfbxHBjJopzSygFBRxIEJqWZoCVzUrGHKUBpqorT2BHLk
IQTF5iZoUDAkr1d9Bj1lzViRAYQCd+spmiFGJJgZjFM8GOhgyIgUg6aJvh8RR1pZg5c9vLg5
UgZ6Nm+VnTulQhMJoAmLqAOub6oFPtaPVnkC+e+aq+qMNdzm3W7ZAQ5aqzDkVudfQo2etw+2
ngVHAWI4MZPIDKCfHuTcJhWe0IsBVzY6gzRDxKsChYELyB65AYTr8BFoTnQY2D4g8Rqrs4hx
8c9mVhd0SAYymPYfrk8nXkHADYbMr6t8iHIgMgvDQ5nRnZ+Nxci0I4wzrgr0SB/T3VAdlNBm
tVHLkwYnm+fIKunhW8KwEo3gSoUhpqp40IVsNmwig8h7UTChq6l3B7H2X22ZgyggoxpvKfGA
iJR4hs9GsKwUu2jRdNVg7YAVhonX7TaMwPAzQLy45sHC5uCGNBluw62SjKym02yYumR5bPyj
VxGZdmzVFGZJHX8IhB0UsOp9fvq2yBMvhLdju4/sosMSji7LUCG5/IKRUbMtxinN8ux2WD9b
tCJspnMMKMIF+KfOhyIGV2VKhqMURbtrEbTi13PYnxAtk5Z/EUF8EA2zztkM7ezpjj3GSLtl
qofTPbrbIj9ffn1tOxnmN+0XJ3dpReKpDO3DXVmBRmMckjJvBAYAG6M4gwZBCwNpgzQdLsME
+sBmP1+CHioGiclyzCv2ipdk86j92QcfigsN8BUZ6DNdNG1C6vXE/JkqMNHYP0gyY2Jc/Hkx
kLFU8OGo+4PgWYWscbRFuMCpJDDO6HkIYXUJ8wYiiNOvkVfo5kJ1lzGyFNOz1zl2us7oPhd9
Gy3QfHtaNqkXZQ3ZzV0C+CSsYXEsNZEo37nzPrevk2L5dZ2zVEURj45AQ6okbVidN9A6bW5y
Qt2sPj2GcC1FwdiEQ5dvmD1MLmuIU8ObfETOt1izkGqaMsAqUYFJiqeT5bCNEIJ40Uy5FEqK
tTRbhytEBC0KqprfFWYnFWQEgq48HwO2nLLRE0zGeZnxZgtjvo7KbKkRMRyVWCjydAQEIMII
JtoFYhVE/wAR1vkbY49TFlZAN9OBKkxygO2jg6dhslfsh1z0bn1W5J3c+eQBMXG4qmAzfMaB
MwIcUcN1yhRTaCoDLWMzCLp5KqZ8YjqVOehYbZBxwKsqsxReAiLzVlKstAVGJpgIc2MChW/H
tDDVuoJCiqFRQRNsA8KlRnj4ZVE0HFyOR4ABrBzXx7nibKT+g5MNlpO5427+zZ47DRe3sc9v
mPJtnrm/yYuhdO1midjVmz6zErcHmMSYoNeKRrimyKj2DpyupbUWNjYhhqCpIKBuLnSpoyuB
YhIZcHsOOLbsrDMhgyssuBFZVsMyyiTxofggUVJfyAHFNoxOWpMsR0W/JOgoaJyUYkBlMcGk
8D/28mF6HElsg4OhVu58HDTqdf417iWOx13zOOLtE6qNp/IGL9bgAhK5ZHmV8kGEW1GiYGZS
lkAkHS5p+woz/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AP52LtEWKURV1J01
P5OMktwccXUUuvSpQvB263/Q1J6VKo7dKFyj/Q7FCrK+CnhnpHWpXrT1FNZJ1KKJ6RPoRIsZ
8irqcnXIX6Fqfox4o0J6duka+OOlqk/p09elesRBRL6Cn6FbEk/QncSFLiCj8HtcPcvU7lf0
Y616UI2t0p1jpOvh7klSEbfpU60PLrMXLIlKCVqWnRinXUopJyXqYxWUe5t9vHJOvSp36URb
xeR5+BdO5v1p0knrv+nPjo6SVvoTNSGr2ElfY3/qKaJFqfcwzu2vBTwU628L8FfBsLx9ig10
hrxRHXz69+lF0nwNPopSb/1/cNaMpZjadS0vcrEnxq1Onfwdyv6M9I8UdJ6V8dSdDt036V1I
O3RfpzoU0FOlylRt3RW2pCv2Ert08jHCLL9Oet6eCenn0n9Op26wQdunfwdvHAunoV+xWqP4
Kr+pDHShShin+KciT2I8FfDt0r4I6Nt00Xg79MeOr9xN5qdyv6P7eHvv4O3RE+GerSXmSl6C
b1ujb9zVR/cW9Sl9Tl9J2OyoTdlCp5eHt0r1nwT0nrA12lEP8saQJr16VF8aV6T038Fip2Kf
ov8ARbdqnc/clkkKnbUhUkWKvF+l/BXpv4IGloV8dNeklhTtY9qhOovkw1uiMqZGXG8GGWV0
/DHhUdO/hgnr3K9YLlFU3ewq8Z06O1C1WLzsS6dinhnwT0Y2ulSnWnWhXp7W8WqpnDP2/Jjb
LuRtoQ3xy3OHyVTV0NK00ErtX8W/ijxooX8Fxpl/Nm8imk21LU2/8pK+mpit3c5W0r+lJfrP
jhdIKGTSnJKUJxDirQ3NTch5SkTaPxQ8XWNV179GkmvB261t1jwR0v4fM2ZTUX7jbuS9T2wo
MU60608VBcrfz1jrT9FrRkrHlhlqtCU7Ev6nHFy0TqvoPJquRHX+OlfBXw08bIv1p9SRSRfd
kpSiW57E6tnobdKk5OF3OGXyJbEYZLJ61JTny6Rp4KdN+lSngt4OLUp3G8PbloP43fEpl5pI
WiVzFY2KlCJ6R1odiPFJTr+xXpXpqT3giV0iF6lXfYhCarBG3Sgua5N2SG+UJ0WK0J5V7krJ
s45Llit7i+TB0fSCxHSP0I8EdOWSnHNKGJKj7CWquRbXxzpt1pcU9YXgnxVLmUvyFU38ijN+
2glvaBeXTcf+bJdkrjymMNMexSnmViXqbfsWjuLJS8HTJdhfJg5TsL9COtOk9VBA3FcbGOSV
dypxengr+vTwU6ulSK99xb9ysbDihjlH43ES6GXx/C+fy6xZDyzczud90VXqSiVd6sh32OTV
Hof4Mm+Gbp2Zeelf0t56R4M09iGiw1uR0n9F1/Rjp26zFHqQbm5xiJPxdyF8ctayP4/j9q1S
uc86Tabn7Me2uQkrijUxaz9yumLKYeiG7pbXMMc6ptUFirR4KeCSOladI8ORAip5E9Y/Vh9L
eH0IJf8AUncWOKpqyFVu7PPUmYehZctyG24tJVIabhbHtVqjeKqrCXJytBuXK2IwTbdGxPGI
wfueqFv1p0r4aFeladKdXI9uk7Cf6Nf/AGCllruRv6CedtiMaJFDuzl8b9q0K0i5yyxTcUY6
z3Iv9jkr7dhY44TuxNJLLLV6Dmr0Znl8cVsj5cW0nl9+lSNvB2/R7FCg5GynRHfrf9aPDL6O
RN2VzTsPZFBtuew5VHY/yYUy2IdIuNJUdZFDUvpLxnuyJ9SE577DxxjLPLXU+NYuMpo9PDbx
z0p4cvIYnuSdtj9it/DH0OCTlXpT/vEk/oU62PMSgvoUqx55KGytERNCFbsVqxRJCZGeuxK9
CMr6ENQtyUqi4OMvoN5/Ikt+UjaU4q+TMfkxx1rIs8ap1knrv4qkHbpt0p0a3H9BLVDR3Fq1
0p07dKkXNuiWT92VkKXD2Knmbk+Ht0p05ZfloRA8pjsXflAopOrFNW6KCNSVKHOnS1TvfsS7
diz7Ogl3qY44ZLHFX1Ep5bwZfBk6XxRucvlyhaIeHxp4Yq2S1Mc/jzeSy1OecvDG8DwyUZKw
uknmX6V8TW9UQblPU426beHjMvZHDlxWm8DWWU94MPl+TP2KiIX47mSWUxRNn+P/ANTXH/kL
PFp4ZWaKFPBXwXqbK5MzNhuqIimj/wBZCcVO7IVxtso/Nka7m77FfoTHoPioe44c+Zk3WVHE
TVk9R5NS4oh5ZNuaLGaISyUzcWLySTrBDc6OD/L8Lh3F8l3rHhr1p0p0Xcr6FR1nkjGlFcp0
r1bz0UvyMsvi9yyrOxh8rxbaUUsPK3KyZms84eKlJbk/IoekmTwdVVobX5/Hpqz/APz5ujqu
wus+LstSdCH6G61E0130I0FFe/R1haH+qkfaClN0KaPSOk6OyOMUOMTBydVjU4NrjFhZO2Og
18acqsiyzybbscc8mnsLDJJvJVH8afsbt2FkrNT0fSfDU7GM0OKanQ8xNCz+qKeCXYzXyJPH
Ki8jPg5ebnyPf9yfsLNQkvyIlwNN0io+Guo88aRWTjl+eFPDHg3KOCbzYrXsUUbzYh6EJT5k
5OG7K4naCl+x3sVa9RjkSTnHuVolqTRb7sypVupnKlKiOxN2Yr4ceMqrQvl/9T8kcd3Ujk8s
po9RfJg29foYPG8VXShUg38MDj8kvacc6ZqhGqJKk6Mp1TxmjqcuPuVyUpZOVVse2cUhy5Su
Nq2iPdVbHPBRA++xgk9VJTbpDKdLdW7lPoXrtIuw3sSqJbDROu5WpC6bwS7Dl+SE1MIhVes0
g3+41io5aseWcZN3ZaHo0Plb+16CxxqxYqs6bHFP/J8z/J6IWVZbsJ4tpabCmmauU/Qnp/nx
Xuxq4Oap0lW1OL1H8Wabe4mrMgeOanF6HL464ZVS1QuVMicf6j/YdfNDUaHYmZcxDHDPinV2
8NuvoPbpoUoR+w0rHtUdx28xOZnYpVktxOhCpOqOKbnUrEfca3r2KUTsL5Ml7UPHGiX0OCju
Q6DwlDT0sylH9CGo7la9xJqYHlgobpIqkRKPa7XXSShJPV4tTNBr+1uUTbFlLCOVOS1Fiq4u
5RlzFOrSohtV7ENRGwm1R3JxyvRyNPLl3RxtiQlC0Zp5mL/41fjTLkJS9yJjRlSTdHoVZKts
RjRlqkL7kOHIsWo8zL5I9z3Jiuwvk+VxqkLHFT+w0v8ATHlebm7+43+5SqV2RMxsbxqTuz3t
QhrFUWvStKk4up/1K6/Q5YqcsSHRnqUNyp7aMeOV9D4/mxtaBZ5KuVWhrjPeyOOKXciYGlXz
HKnJ6oabp33JooHhrkr9I67eB5JTDqcnZ2J+NptsbdXsIse25DuNtVNo+pxmt5ZedkYzpuPB
V3gfyfIvJMoiXa5k5poe2i3L1ZxdWPREUhbkPX6FPy0G86pVfkccKYsh/UuuRsxNugslqvBb
rX1HljXDKvqTrqRJ2JVSUUujHBqVi5li5tJKlCuTZEVeqP8AHg1l+4pUPcaxXL5P+WiHyXJ9
7DzahabD+W2ONEV8FPA5UzQeSiERlCdyJuTcSboSnR2ZCl+Z5bG2RLZR2Fng061REccNW/8A
wlXRaHFUSp2Jf5NDTY5fkmSqSKZl2ehV17EwUJrLsNR7mqnlYo4LytyXR29CW5asNTVPqivS
OjwyUjxVtGTd6kzDV0SjhjVjfyuW7EqtRPF+hDUdx5ZUSVWjL5HZucdaF3GwsbLVlKGGCVNj
BK+STZHi79OWT4pXk44N8YiEe5vyuTmnETOQuE+bsVIyc4lLfQjQlIl1ZEUY27IpSNBJOv2O
eVtiMaTqUltkN17FXRfUoqIhF7WJdXtqVt9DWhpItK6EVjU7H3Hhk6ZFLX/Qatlox4ZqGmUv
GhW6OSuyJlGWM/XQWLcwXkcXyocU4i5qzadTdHxfNipWUy12EnjxeCjz8FOnl09B/GqY6izz
qtNCOFdI1JaWMWSG8vsONNayQpgh1WxM+huUyvdFF/Q4qk3Y0qDmmOrOPxeTY26HLXdE33Ic
uTlA2huI7lXQ7aElKG86C/YjJQXgTbscW64/ozEfIqpjxnzG59CNTueZDse2hxiqrIsm72R2
KV7sWpl/6fNSl7sZISiP0W3q6ORYtvhjZE0jcU4pyP5PjmFTic2mscb+Yvkyxb+N6q5xxcTu
RZ6uJJunoa/0KWOCP9yE65HZUxREt7kW0oXp3Gv7SNNzuRlrvQrZawJJSOavQnQcU1IvNDy3
NNxpXVvIS3ozt+hfzMs7puiJxfESS8yinsTrsTsIbbtZH7Ih18itEQra6Cas8Zr3JT9CDfrT
wNqs6M4zXYSVe5Ecf3OD2leZnj8mU5ZL8VuL4eD4zd7Gb+Cf8Wj7j13bP+pFDaSVoSru4v8A
kJN1e2wvsS1HchM8iVRblvMrWLFLl6l5S30KqSdHb/7SU4UVkc+rE92LJWZyxf0Fk72fXy8S
ySji4krUWSE9Vr07ndaDf2M82vdomY8r5fYlWsjDFuk+pk6JQscV5F7lP0LJQVXqShua/wCv
xMvjmPkyonqcllC31Zj8fy2V3uZtpxSH2G5mthqyEqG7If0J3Fvv0r9D11IS11H8mSh5WLxB
Lscokl1nYmCXRaopTbyIZ/rU5XrQmiSsKKyQzPG2qRJTrRE9HkN33O6NmbwSQl6jaOLu6GWW
URuTjaTFpQLlTWRLF+RjgrKCnXt0XWtY0JiCFKOTq07mGWNplCeLq1Rdx8Eqf3O418qlY0eQ
8d9hJUi5MUZRU3JPc7VuUcJI3ZP1F3OWScawcGvwop1MssVS8Dm/cTShRVFxWKo77I1SHsPB
+6lxr6Dmj+gshPFN1jJE6PpS3h46tjUTcTThdJWt+suxIsdGxP5EoxqNZKE7NaCy+L2xRpja
orI5Xci/QbiIJvOx7n3L/QyxT4/Jg5kU5TC/HUa+L46aSZYfLisOTSlCa+pW+7L30It9yHR7
ieruO7jY9zo/Ip9RKJ7nuUvQWUuLRuJq+5nk1dzBOTmC9NylouV92hLvoVK0nc44ui13Ympl
Ni2dSU67ChRnSEY5ZUeVX4X0xem42tKmSj3Kqkh3R22K206RElH6CVW0f5E/dsPlRqxTViwx
qzllfTx1LjiikhCjH1MY3tc5JRJOCWORxeSS1FgsuWK0EojE9qqWfStiVKISqVUm62Fk1RX3
JxXt1kdo0Q/iyrqkj/H8nxxlplIknV7l0+xCytoflHYnkkx1tqRlK7ox+L4Vwrd7CxdlqOLD
ydKGODqm12oRaKEeGpljehkntBktijhsX3PbVEt1IX16Nr0Fi/oQtBtWsP5c17FYUW6zPhsQ
7kqxCTSEk5i5i81Oer1RKzbWiH/ieg8sk2/qf4/kxld+5OKS3qey2gva5f0Id0VbRReom1a5
M10Z33//ACK21LqNDL5cHxcaMbzfKdGzZ/cpTJXk9tlf/wApu/3GoSZA01PoYu1TLJP2pRUi
yRx03Oe1JI8eS7GU2Rk1aRPXUkkaRP3KMU6Cy3HluY4KfcxfHiqJdO5bwRHr1axr3P3J0QtK
mKT9uVH59aqUx/L8WPuV41Ek4exLmSMqeZVYveLkL2snDJPsz/8Am8l2E3hD21HyxcPcqclj
yVmh8E8dx15Pcm8lIX7jrEE0fc79itzabwJ4ymzjvqVuPcTiN/DTq/IyXdjx3IGnoXKakK5L
cIhOiuRjWDgrrQ55aW67/oUoPV7ERP8ABipmqoZRR4tNC31K16dj/N8S9mV1sfk15ix+SvcT
nj3Inljvcozli57EfN8Ud0QnLejJpHkPi2lstxrGcU7p1HK92mx+TW8WJwfJuzHyvt0iy1IV
fMlq4qakPQi6Lim78Vq9MptBklqxZkvXp/09Y+x3dx5fRCWrFN/06VcimnYSViVpWtDJuigm
ekOncmZHjlVMhylvpBOHyJ7Jn4csex7k15jrxfa5Dqt2R8nx8o2Jl4R9ifi+flhs6kPCY1xY
1xiNx44Ncmj/ABfM/boxZUzTshuzmxMT2IeqFHruNJOe4pvqmToRyiV6kx7VuJLTw265PsPJ
1Z7qJHZDmskPWw5LCxQlZimrIx3v2FirLXpJH6H8srVnYeeV20knsWU7leka9KlRUp092Ky8
0PLHGMu1iMM03s1H/iGs8Hil/ctR8ayqrUlt00Qmsm0tCOKUXcHKFmvIcvjk/wAWrDXyucIp
5mfz2V67ET9SFV6nc7loW5K+9RYqrYqe5/o5eRy0dR0oOTsLcvUf1Y8nd2N1qcVOW4vkaibL
9DbwPjvU7kxZmL9WiCl+jwvjivuQ+qm/WlSWRlimhvFcX5Dp5ZENTuzlPKND/j2E17XuLHJv
KDHFuVnotkVpJqk9qEaEQcnZXOS9q0THnm5WOvciablOtfB5DxdmP4stLELTUZGrIbH2I3HG
g8sj/JlT407/AP0iSUJW8fuySK5onlPke3Fs/D7mWT0Jr2fYWO9RRp07DPkzyqnYgjXpW3hp
UqNP8dIG8VOO9v8A5TaBRj5kXnbQShzooFj8vtlSpL8ty9NkUoiEm3uVdbjUURlhEZTLNxQ6
aor+hj82N04yXYr6Hufp0la7FRt0xVilO5C9T48VSVPWW48z3fIpIwqlqe1NsnL5OPqKW2vO
5QvEn5S3ST8nb7mXG7dRO25lntRCRQnQhV5MfmToylzKSpC8xtspQq+k6Fy9UfjVanPGnY5f
NVP6n+VTnlu3Y4te5fix4RD3ISlvcz+X5f7P7Wcvix44vYopPcqszSskpKWR2E0yNrnYp1q4
Q3lkkkZYrJNQe100JepQfRpOoltc5Raxjh8cJKhdecEvKuyQ03fcl5M3T2In/wBxtAottqPV
fcjHFwtyrSb0iS+m2osMFV/kxYQpVzikdy3kMlXRksnWelBsiZy1Yk8qEJz2LkfU89y5cgqQ
ixVQu1yVUjNRluLLGix+4sMVxUzlFLETR2gTmn7E4vm+xl8ru3BD6bzuQna/n092SRXNHsr5
D40JybjVScVSfuKbFhRZm5agnRXcGWbZCddBqI9BIl2dj/UlWRZaOCiqz3OXJDxhoiLibRRT
2Px0keT1epKRKVzuUsV0MtJ1OL3q+lDLyJP5PueQtRxSLC2NhR6ii/SpEIcEkMywiMIo9yMm
+5Kc4qw5oRNJmvShNoPk4LlnpI082k9FY/JzrLHVuBMTmENtzBl8mVtEN5KHp36Tlkkh/wCN
cnucnEvZDxsmKXOyFnnjLf4zuZfH8yTzyrjtix8nCQoct3KKt2RFCGr6FcaK7bsJUTg5vJKZ
iXWhXJVsiE5ew8kvxLu0iUVZMHaOlhQZb6Il6uwn0y8h/sJ6lGyrqJpWJsVvof1KeslS3WtC
nSHdWMsfkVHVNWHjfsyFd2MW6vfpQflYbSl2JpJVUZtitWTjlzzWr0IpsxRXFbEarQSV2Riu
WW9jlm29pLx5HtcvVEpPaIlnPNxl/ahZZN7Scpqolixy92SomhKKayQrip9BvHF5PSB4tPHT
YnLJzZFn6nJQjllk8/kdGQqF9B7SQxK5/BXQUWGTi7Oom7R0a3G0Q7rYeiImF9xSyr8j9i8i
dqE5UkvXYlFy52KdHhnjWKPuZUji6Dyz9uSY8YpImlQup2K/Uyqkmy05MnOIWhokcVD7CwSj
F3bsjL/03xJfJ8uSjLL/AIjydGcZbWmhSe5rUb+zcUKuPL3Zf94a+Ff451X5FW351JtApdCH
VaHKZk5ZNLtqSlJNMY0OOXFzR0Jvr3Eko7l4Vi8sT+NV1nU0sJMqXL2I6Ot9D18i9jt0bs0P
dXHoQnQ9rlISVyHc8yNrFXOTp5FdCHYTxqUsS36FKLU9zhs7kjWJxsxp0y2JY+TrA3l+Mktw
4kWCdMtexxfzN9i/J7n/AOiE8nxb2Jhtu5PyLlspgl/HOymw2oS+xOMJbtDUyt+lXBRStx5N
1Whi99DGRNeZ/UVfUo5ZyyaqfknA+KnYd6klFUtody/TZkkkX30F+x7bJVZGdVoTpoTYb0dS
ioS047Eqm5yxuQ3XpNztoVKsWMTKvsQ/sUSa0NCtYI06fuPzFWupKrsSxwrXJblOiMvkmFir
6IScZctRtaEL3JOxtlqU+/RL7HHbcqT/AHdysNnfYeTE9HsY1mupi8VopJetYg1hW0EmyEdj
+CR7MhOO5fSDsJPo58htsiCWLLYeLftyv5CyVcXaCMF7NSROKTEk2bLUVyEe70knTsRFCLKC
GUI6SSVK22FDps0Sr6lLCbs7kJTBMeQ8nShM+ovt3HjnR5bVP8ud3aTjhTHVjeEibVYqVsza
CiqKV7tIJdUNRbpM1McVZXRxatuTfsJ8m88aNHLJzFhYpS3okPPP0SJepBDpBCoiC1izsfz1
dfMn6IluVqyMXOKojucW76kqrV0LLFxuumWKq4lEzRE2ToyF+KK6q5BMxFhS67Dklak0ZJFC
NGVoj+SlStUxR6mTx1/cSabrDIVIsjFTTKrLUshyrXgnFPLFKcke76EYqMdcScUydDcl1ew1
p5dOKqyj+xVT5ET5nEevmbPuccvxyKVx3FljKyVellL2JiWxpL6FUaD0LqxEalXCZRpol/gt
CEL48Pyepx13KuKFoe48G/cvuNNTJ3syDJNUlwyJo6VMm/Mp+LuU00RDqtthRdDlLnqj/G/q
JTJBsRtqcWyJuS36HYrqcW4TG47jeVtDHG7gm7dFiiPqcMVLyVzg8aYiwwo8VUrMrY19bl2e
77iU13FpFGbd4NnJNJJrBV0ZCvuedkLHJJtX3OyPb9RpUTKuo1Mi4KI1KuXqJNyQoaX1Px0G
8W42ElMdOMKB8XXQTzxk/wAvxqHsPTsS3JjlaGY/JjZ/Ypqb7D+TWYyFF9GSq6OexGuyqOKK
YuVs7kJFLmkoTbpsL92UqcbRd9OLr3P6l6EXEyJpio/8xKl9zlZuw1MZK2wsb5ZXOKvqx5fG
6urTMqqlG+5oVS8y9NkKXCgvRaiczkVdqODlMkJVsmQ3LWiHVSrlCr9dRZY1TuriyTjFqWNY
iU96Dbo9EKpFirJsKVVllb7dElWRInGuWjPdd1HGglnROx/n+Jd2WuaDw0dUJ7HtvCZk0ifR
kOkFEyv0ZxL0WhDvuPeT3VTNpoPGZZKUsqirKWQnuSxw7ambYsUQlUVfM/yOE3qXKP3aGTy3
dyW6fQ0EooNWjclOZ17f9RCToToh19DTuKHCJxd/uTqKtzH5clGOX49zi3KRHYpSwoY4KX3F
vsTc5NQlqz0gcKNWJpJl7kT5DSpAsk5nRihQ9T/F8toidx5/Cp+J18j8YVrFHajJkU2sZ4PV
UHi1EUbPdXapRwtkbPc3k12IcV2E4jK3mRuce9KlXpZDboUsRpuLcc2se12P+XJOpu/oJuid
jVESLm/xoXjue1+0lQoqx0g5X8yWkl3I1/5IcVcXQm6NEJXuQkmOYbVhts21Ekr3bqTP1R8f
ZCbX8korppY4tKP6C22qPvoQqT9SMo3ocU7Kx6Ep7lZKj2Vht+dLHub4j4W0YsMrv8WY4ZVw
zVTNXU/iJ4Lj5EYu1zutRN6UY8YjF+5PQh12G3LbihCn/c0S7biilLM7xYvVFX0xabyapWw4
aT2Fj/uPFuI0FDlY6EJdkJOnqcf7RZ070ErbJDpG5aiFk6tuGiFKncful7NkbmSiZdGRDbvc
SaiNCNENxX6ntTyf0Kv0P9iilFUPRbG7XnYUtMywydMXKeg8MFQq57bmxSsb2Fjfshf3ehym
r/tJS4sl7VRfSOsQJOEyeSVKjehGmzOVkqJGEufMa+P6oWfy5K1kc/jUY5Oq0OUryI0dzHk4
eOvYy+NfJTJckfJGUv4sq7wLHKnLGZW5xxfLHyI/g93qUciTMcledBaJXOxLdlY5OJbuhOPU
nXU4uXFUJtQQ7aIaxUPYc6krTUfx5W0XdHL464fsyclUlSKVVXY1DeREWuZPSCZaSKqJPa3X
Uq6qwpcToQLcTk5ZJNtymUonorFFcfJVJKkuj/gy4tvJ2pBLc9iYoK9dD0Gk5k3RWjI/exE0
ONyIT8zklRaE5fjpDJTidhJqWzlb1E8qNkoeLdTDKXtKPlWL445t1MP8ua4r2xqZf48k0lLZ
HyVyzUo45KipJCp8jVxqK43bOLdZlMumnV+YkqbnFqXucWrbnJjlpu57cabEq+2hLT9Ccora
Lk3T3JxtqNqr2Fh8yiaJk8a6MhqGNwk9C/oOf9iMZbY5ubLYbxsrjSVN7iScnK8VfY44ritW
6su09BXyk+5K01I3uzjcnLTQadilESsZyTuxTTZIpl6F9JG5tsXn9h1lLuJTfUVeK1kU5N4a
tUEsE08V9RrFKpkoqiHTiQ04VhRi8chTRMSmcVoVxkWPGYs0LFJ8tX3KppLUyVYf8GOVVxo5
2J5rJujQ8cXK0aJdndGTmG7F5yXoKIXYeTVqIdJe5EQWfJ/Qbf0NYP5HjfyPbbVMb0f0JVzl
qrH+PNQ9N5IdFr2ZxaoWpoc0r6HGqFk4SyUrUWMS3qOKSSlCfoccaTQyeVcVTuRjbaCXRbER
axMDh+ZoKXchIiJQ710IiGTlC7HFKcdz0klepeuxVeRWh7pUWIdddzsdtCBMrYmF5wcX6dh1
l9yqTc67D4e2v46Cy4qdBypm43MJ6bDSsiFC3FCmNC3oNzEDSdUJzUjOv7DhdjsKExuZYpvu
baHtoe517Er/AGHiNqs3k5KZehyf5qh5aHFryZi19ELJqlmjB6JNQO9KHkTdK5i49syPFaaj
T+pKr2RX6IqhQjveSNd0e6x7bbD3uVuRFGQvWTS0WJgi+5VJkOI0pJUvUtKIatpoSVo9C8jl
6E4/jqU/J6E4XW5s1dMl07DjQf7kpz2OTj/ch3/keOXkccVV3KUkmRtZU26Q/wDTKxOhEX1J
21K+iPNFfqOKp7lHMaFVHYoqE4Oouf5LXco1JsNKi1ZR1iB7s4u71O6oNMyVpQ1PmJKwpuVh
7SWhbnd+qIQp+xO5RwkSk5JJ0LaG4m9CcV5kGxume6xOgtCr8iNRkKvmTZCWvcbUclqxLK6p
OhM+5bFrjWSnuJtThl+SFx1ftOavqLJbjlS2UqtiFR6EwQ0Nw3Ni9NURiomRNOmpvNkiGpex
Cou9BZYuruhf0JIbh7EJG8Fb6o7MywmmLpJcuv4OSo+xS8DV6UH2ZG25RD/c7il0mp+VSs7J
EXi8FURYnQ7Glh7kIn6kr6iR/Q4YqXeD3YR5il32ONyihGxN9zSpL+qJTjsWcaeZDqyNGdmJ
KzoJKnERyiju0Nf2nH1RWb3QlC3OLrPoclWLxoVvPRRSalq7kptlYXmSp8lQeMU7EX7slpSq
D0p5FPqbZbn/ACTJaia0HNHBSr3P5J0Y9GObpl5RDOQq+bP53F+5tOioUaXcj6mneCVQUSmX
0L+Y9iFPmJw4ZLUbEXYvmxSyi6PclgkqnG60Zau5ujclU3ggh/XsPJ2RROe5sdyMqoVkty/q
JO+5DXmOtHsLYSiv0Jy8qalvKpFIuSkPVl7aEbGy0JS/lsvTdC+5en0gTu92cp8y0I2l3YtZ
MNtiU47bj07FvMXYcLQh0Vemw9fI9yheRH3IiO5K1HCS3Esap76E3Y5qiUpLaSNfccMU17lM
qPQeJSIF/at0RNSqHxuQSylNmbsnK1oPb9CrJ01EsaHFJZJXIanse3KFqiM6rcjKE1XzMqKl
h4v02EncUK/oSr7MT+w4dCrceRMzO426tWJbiNCr0O+pPqV+iKa79Fqz1JcUE0pcSLF0aocv
sx0iSFRqo94OWC5Se6j2LXI12Nyle45urlH/ACTNSqhlR9ihd/Qr9DbsTvdEE6lTd6JFa7oh
LUcSpIehx3EnOTmEkTZkoodxvVvQk2RtNjdnu9NiLHdnH5FTQaVVoRqryTH8G+RVlWktEU9q
KVWpaGVj9xe6I7EJzOpNfM/KNhpTk9GtBJJTsVUyQ8XDIz9ubUsfH+2qfmRk5kpWStB1oPD6
k6svCRKtqbHkUZLcwUu7tnl9Cf2KvzVhx6F1b7kJx3uTPqIR7WQ6MrUnLFEKx/QnVENxsNtu
Xd9i0pENUilS1NkJtNLuaRWGrjX3KuI7FXOxKotSJIVfO4m6PYl+pWr0K27FtClGiXBD9Bae
e5Lv/r+0pfd0cFEmtT3W0G6ISS9ROJjRXEo4YvdFavTQrjO5KUMeeNWxvPGOKrOonMLQTm+h
7nUW017kp+aIb9DHJNVVRVlOpFEuw9+5ZuPoPGsMl/QsSqJFXYpp9T0KkukkI7l43KOu4ke5
SLj+JTUjQjcmal6nYhw2h45K9hNfi1RjpVDVULZ0P36J5L2t31Il0styJkckaLQ77HJ+pCqv
uOFYo7/U17IljSp5ETO25zxxcbsn5HDehiscVK1dyNuklOjn8lZjx0WhEStxxabChXagTzxd
dj/qJdUyFWCdWTFUfySl6lSmh5jrJEVLaSPSa0JdGcWun8IqJol3KETPSHUqSittx/6Yl/dN
DhnE6diNCZv9BY2ZSi0Z7sZarI3adhZYv3K4uTnl6Ep0ZWJKqcTljTQUufsXUWHCg5K2hGON
XMnL5m0v+KI+PBebISjy6V6R0pXpQ/z4JvF3E9tEPL7G/EynSw+eTSw01FilOKs9R5YqVk9L
kQ15kz57Cq0VcbRQ/obxqVKUPPU0t0h4y9zQrUlL29y1PuRr3PM7oq6MUeo3pbpDqcY8oHS1
4JjyZ31KqWbdiFddNzjl9BNUi5K+o01Lx1N2cc1KikmxZRuLVwS6oVKrVD+XNJS6TsKFb0RV
fQhyvQoyrT7Eaksj6HlcT3FBmppA2mmitOxDcJkRR0bH316VQ1C8x5YQ+5DlVtoJtzi9VoTb
ZGyIvJT1R7ldUP8A4SlYLEal5ZLqSlOzIVtWRMdJt2LixVxHFuGaTuUqJxUmCh3HSpeEUpOp
R1Y1NUNaWgmy/g86o/k9LExakEWVx8W+wnkk3oKbG+Nk10m/ZCTTntUSUvVspKVh1lEOi0JV
MtSIIM1bzI7ji4m7pjqnNU0Y2pRkr0J1Klfoe2q2ZaH9jlp2L1Q5UEpXHFT02Y1B/U2Jc9iF
cjQroSvUmTuQ0VKa6kv/AExQRtYSdf3J0PbqVoiU6lbncW/3JihOJDod0RjR6kNV7aorTEq5
W3cSWrONliVcbGz8xr7jSYnsNu+wkrW8i8lPy02KoUfXpmt0VuclbYk46KtRRrcxi8EL16M2
I/ctD0JS9NC/oaDaLO0EEv6ERC3NjWm53L0IkpR9yXY3JZCKT5Lpv0rZCaK0KuFuQvsR/uUI
iiG5dbm43ELuJxLJVGmN/wByrRkzR3RKuef1QnNmLKy7kJT08hNOpH0N2LJVK0Xbou41ujJW
ckNyZSqonTUxW7O9kS6QaQKPUnq1l9SYredxp07Dmh6dIstyLsh7UNmi7IFlBX0FSh5G8j0g
pRFKeRXpeCGPJF5S0Q5oJ3S1G7orcrRiTXoQlVKzPIfLWyHSBxSNzuybMaeUEJpxQl3ehFnJ
GSoxJChWN0qwSmUUDWTibQS6/uLvaSdGRqPfUZhF1Uhm+h3Kq3gkjL0H9mRsWRCJtB3JuNwc
slXU3KdONyLEHHFUZGV0XaGjsS4FsOtETjbVE43ZeOxOxFo9SYncTlkza0XK22R/LImdhcpg
UWWo21ZCyVE6jTfkcZanU3yX3EsnI0NxRETcoZ5J+2YO+hr0xyXZMleo6e7Q/G9zm7JUJsI8
hJXTE8XTVC2JJv0honJTg7H2HuTuUrA5sV60JmCS3uXTzF21IblOx7qLRkX7myImo1NNiqhT
RkzQlq/1PMmz+wreh/JWvSVbWRPSbiivmZJfljZ6Dx+Sqys7CxVODabE7pVkq6Osk32Y29dS
NNzLFailmWWLhiydZllCZ9CLilxFCF9Rz9NzZLcn/lRE67H7Hf7kOOWVyjoJzLexs2idSpOh
GVnQ/Jjx0dmQyj9CNCmhBCKkadJ1JtNeku2osbTZkSoi/ceOiZV+RegnMRcv6FaIoqKxYjQp
Qc9FNSpCdVVCxflA4EplKmKVBPF0iqW5xyftep7TzOOWLaj0PaoexrJM+g0ruhj8bssfue1D
ToObs+RuiVSb6Ch+Y5r2E8bye67sQlbYy5X0ZW+hDqxPFRDsSmnyo+3/AGSZo/BrYl1gcMq4
8yVXub9yrg2Rby6Vp017HJu5afsTEZY2RKcSiMvqNtTFmh8a61KqqHP2FFWyuPHF3IThrewp
UUvoyhVFfsUoRdalKzpA8v7XZMj7n+PKzfkL4+E0nnUTmDgmvTUfL0MnES5Wwsk2nqJt+7G/
dDSpxpDuWlzqJqE16nvh6RBOE13KOqofK3tEDhVTE2mLuLBQ9Tk00lYlrygnG8S0Q/sN5Wsi
qUKFPkclWHcUOWSz+CGX0HjvbpOaroREMlFHPbp23HirnFuXuRFFcxS3qYtKUWLeaIIhLJaL
UbR5k41y0SJyyWC21Fklye7qPpD9Scfb5HF1W6LfbpQ1keN0VJTiNxYxOS18jjkq/wDIbmON
mq1MeTXv1Q2rExKerFljSBZp+3LTuJNpPTcevcmosr9itEnozPKJTY51+xinLTsOFEDUCxbE
8U51IWXFtVJ+R8sdx1TT2uPFWtJLsKvtZD6cl6l9JG77CpUo+5V17C76C33P5EvuKCnqUscm
pTv2IJTlalLFLLUTThrUeV0iGRFdGS1UoTZlblddTclOMkUY+St6EaPQvImrMig19JGstLRY
bxotWPB0b3MFs/aJZKvYb/tdKWQ0qNXL8tlsc8q6pDbUeQ035FzZ3lCWmTmLCxjRSJJSoG1R
6RUc/lqiZuyjfcnJTN6iSf4uxRvHuiXXKLjmvbsUsVdS5ui7tA01MluiWp5Xgo+km0Ea6jRx
ShbkbkTpqMTaqrPQmfIdVONSWly7EzDH7nJ+T82JfJj6onB90N53wcPyKKmjKlFXVFkyEpTq
JKZIs10/knTY7jeKpoLTJVZi/sNZWeitJEUkiJjsStStyjWKXqfyrlU1ju9jHD/ioSFkpspM
WtEXuNR7p9D3VXYooQn32sTlV9qmLo265IyWn7iaozj8bSSuf/sbl6qwu5GLla+Z6Qfz0lKp
xaqMnRkFOk6Cac9jllc8yV6CZV+52XYhZUFU5J0G2nCG8H/U45rlg6zqiPiy5ZbOjHxbUqGt
D5Pj+Sjc2FDpFWTlkp0Wos/jUPHViyWUPVLcWTrNiIpuVonUfHz7Cb1I01IblolKexAiL+ZJ
D10Z7MWxWW4+eTS7HKOTVpKU7IjVHNzMRGhim47DikHt2q3uQ6+Zu2hqPb2E8k0nZktdqCo5
xl0E1WO8E5YxqY4JcprCMsMJ2aVjGcYmrZfSekqvbpamkFbkOxG1i8sZR+hKVTi7EFTsf9la
k0tUbblkNSilnZEPFV1JheqJxxSfYSyUzZmLhR8mo1XGttxxWbG2L+pEvzsirl7mLyr3OWOl
yIT3LXsQWoUVyupDsdtEN/JCbc+4eD4utIOOK4pUGjsVd7Iq66JGyHDiCrXJ1Oas5b2KL2ZK
USNL0guqixzU5JehxaiFpQrKHlVJWFdbkr8sbOx/kzVdfM4qhfQhr1KE6akK5xsOVyS2Gmmn
3L1Lx5DehC+o5p3JJxuhTR6jf1EkNakWJbIVSBiyvkjDKPx1LKthNKWjk4hWXYaStfY89Dz0
MsXbRf8AEtEajd3oKdNr9Fkh1gf8jlwY4ZOMMneRLk88u2h7qCrHJxj5iWTk4cvdsjJLJvLF
yvIwivJJt7MVE3qYpUWVzg1TG7FknXH9iIhaDbvuiLIhibUtfsUshr6Mty7kRXuWiR7bl1Yi
67kZKhb0KUP5O6G49xXUvBCZS48WvcjjkQ7FKn7iglD33K36TBbpH1PMUL1HY5KE1otSOLkl
r3M7x9SbJqgiUj+TtpBeIsUrJO1xZRKsc/jq9WyM3NJUuDP4qPi5xauoFk85lVrUWWLrF7jb
VWnV6yYzWFRmjf8AxsPmuHFavUSwd1UnHJzriLn+R2JdEbTYfRpfYnXUnXpeh6dJigon1JZ2
0JV9SZOSvqSOsNDmsCzxm9UJrQ4P0K+j6KkM4tXLFUS7kNGvkULSOVREqi7ENR05JVZXQsQ/
QrHYXHVERDISuOfTcqUVqDbVGtCqfFiTxhJQJR7c6TeJMscsVOLp5CySjK0GHyNL30cHHLGV
irwJueS+hk+WlVAmq8awPNL2t/QWWNoqiGopRkuvcQjsU6yjuizsf//Z</binary>
 <binary id="i_101.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RkHRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6NDE6NTMAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAgGgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAXzQAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/APR3cqEKZ5WV1zrlHSKDY5vq2kbm
VCRLR9JxLQ7akpu5eXViUG+46D80RJgT3hrdv5zlT6b1ivPJaxrTAnfW8PYdeP32vXK9Xzx9
Ys6nANhpqqoN9ra4cCHbSyqttjq/Xvsj1Pd+j9NiP9X+jjo3XaLTkOdXmstprY+o1PLtjbm+
o3fbW5un0m/QsSU9kSVEkpSkUlLtCkAUzfhqpcSUlLOlDdUx/IUzqn4+SSke0jnUdvEKLqGe
o23Y02t0a+Bug9tyIkOZPKSnAyPq3SOpszyTYytxssqsO6YBd7X/AEvpe/a/eiOZVkYfTrto
GRltqrc6APYQ6y39381y3C1pBBEg8g8KpkYD35WDZUQyjFc8ub3hzdle3+SxJTm/83WeLf5y
PpH+Y/0P+v8A24ktn7N/K8//ADFJJT//0PQczKx8Si3KyXiqihpfY89mj/yX5rV5p9YPrIM/
Mrz8FnoFrfTd6k/pGcsFm789n8li3frz9ZvRe7pOKfowcqztu+kyhn/F/Ts/4RcI17svJa23
Vu6XuP7o91m6fgkpsMyxjXi/GH6WsQ/Hshrw3Xd9me6d7drv+trX6LlXZ3V8a+mx2NaAK67r
HOeamz72+o7dZY+7+a2f4Ov89UTTju335Ja+65+9oc0lok9o/rfR/kKxiusq6hUx3uDAG7HQ
G/orHs+j/Wakp9PAHnA8VKJSaQ4bux1U4gapKW07pDUpc9vkkkpYwD8U3eEtE0yZSUqAkB3T
mOyYaJKXHiVMa91CNE4MFJTPb5pJbikkp//R576yWlnVsvXi6z03cbhvd7/7SDht2DUGXAF/
PH0to/te96nXXj35mQX2OeXEtxXkRJadHbPd9L82tBY8sa5pEEHUTqDOv/SSU7ZgVRMNIkeC
C6xtvUd7a3Ctxc/03GJLixzwdjvYyx3v/nPUS3AUgnTQCfL81Crrufn1VUt322u9JrJ27i/6
LRuOxrnv/eSU+l9G6tTmVspa1wfWzW1o/RO2+39G7R/9jatQnXy8F5v03row8tll7HVX41za
76XAteAf0b2Ord/IXo4IIBB3NMFpHcES1ySl+OEx1+CfyTOP3JKYnRMCncdY7JN8UlLnhNCR
KUpKV2TjVLtH3JwJ+XKSl/n2SS1SSU//0hfXb6p29Ny35+E0fs/IfuADg002n3vY1vtf6ft9
Sr0/5tc51DIZlZDXBgD9kWOb+c4fvf1l699YejYXWMGyrJr9V9LbHUEOILbNs/mH3btrPY5e
TjErAcK2EODdxHMn9xv/AJmkpevJHo7XGHDTQ6SFXyrNzt7HS4wQ5p1Dh9B39Zdrhf4tMZ9b
LM7NtDnsa51VTQ0NLgSWuL/d7dy5/I6SOndYt6bcG1msmHRDnMP80a9w2v8AU/eSU9qPq3id
btwuudXFrM11Ffr4zXBrHOaPzntBt9J3+iY9dENrQAAGgaADQAD6ICzvq+8v6Rjku3loLTrO
2D/Nu/qrRSUvITHcdQDHw7JHjRc/1rotl+S/N/aLsXEsYBfTbdaylpA9PfVWx3p/pmfSq/f/
AOMSU6D+vdDbc2l3UcYWO0a31QdePptmv/pK61zXMa5hDmOG5rmmWkeLXD6S8mz+ihpqfiOa
cctHq1GGua0c7Wj2O9n7v562/q71/K6WWMyiBg3vDTW4k7Zhvr1Nbvex7fz9jNlrP89JT6B/
BMfMJmuY9gfW5tlbvovYQ5rv6rm+1OkpqdYzLcLpd+RTWbbtuylg097/AGb90O2+lPqrgr/r
B13DyMAZeW7Iq6faC41/SeB+jsbkF36S21zPUq/Tf4Ndr1bo/wBsJyKXvGZtbXUHumhpBP6c
41p9Hc3d7v8ASLhOruqPU3YdjbLsuh5H2Oql25xjb+kuLKqWMu/nPV/m6klPc/8APL6r/wDc
n/A/aPon6P8AoP8Aw1/wSS5P0LP+4Vf83H873/7jf+Ff/Nl/PpJKf//T6duVYyzJe3IcG32u
c6pgHDpDN29rnNtsZ9LYsg41GP1PpWDiAMpOX6gkFznWMDd9drvd7vS97PbsrqUrsAtd6lvU
cvQg1sqaxggcQ2xlnrq70fDzH5NhGUL3YtT3UvcAHk2VvqpvZH83Zuc5tiSnpTqfGSuS+unS
a/Uq6xXvN29tNwJJra2P0fsbXZbXvc381+xBw/rZ1R3SG4+RjNdmmpzDkPdA9wNdT7GO/nXb
f51+9WunVZOf9Szh5UPycaKixpB2+kWmkWRv9raPf/xaSm79Urg7p9lAjdTZr3J3jdv/ADfz
m/urcJ7LA+qtNWLVdjVAhshwLgGkx7XQ1st2e/6S34SUqUOyuq1u21jbGyCWvAcJHB2u3NUz
8E3kkp5j649FvyWtz8Q1h9UepW/Te7Sql3Gza1n87/IYuQdgnBeLL3DOyHMAdH0mN1c5+Oxx
b+j93p+1v+kXpnUsW3LwbaKnMba7aWGydstc18PLQ7a1236S4fqVHoZDLTU316LSywu126um
r2/o3e6x/wD58q9iSmn03P63iWmzoW63GaJv2s9gP+jyGXfo2We3f/pF0OD1/qOR1p1rnV24
rcauqxgFldXqu/WHPors/S+r7mV7nt/8C2LlHMGO/ddUy91ke8fTaGk7fTs+h/nq90fNyPV3
ltmRdvcfSrElxIY0b7Zrqr2s/wALbZ6aSnssPr1DKj+2cijDyLLXimv3BhqG30vTtd/O/wAv
d7/+DQrXYL8jJyKchtlN7fU9cXAskj9Kxmv6LY8bv0iw81udmUbOoVUOqB9TZTfZZZWdRub6
1FeNb/w7KrKv+DXLZONRVYy1gO0EeowiQOPzfz0lPX+n0j/yxq/zm8f+S/4T+ZSQP2Tif9yG
/wA1Pf8Am/8AuR/xP/BpJKf/1C34+G3IG+m4ete2ht++4WOdez3WMul7cepv9G3/AEKr/wDg
/wBIjetfXmZdzLfTFmOK6yPpAx6cO12v9Vjt3q7v8xbVd7NvqGGvcCNYaCP3bGt9n/RWPR02
v1rTjs2sobJYNQXbvtFbdn5ldkuZ+4kpx8ujDxnsObY9zyNKmF7oBcXa+m31Hf8AGvdT/wAG
ug+rduGzIyKaw97Lqg1osc5h9h3ei7ds9XY136O7db7Pz1nZT7BYXtlrtzXvcAACRtuqua9h
a/0fd6XpP/nK6/8ARofTsrKoubsu9MsDWs3Aua0Vv9UsZS9zWbn73tfk/wA/sss/nElPdU4u
NQ31agxryIEOiZj2H3O3KXqXOcIbHzJHz3IWA3pmY1vVMfHqFt41s2jdLT9Hd/IsZ9NGqyKs
iy1jZPokNdMgyUlJWGw6ugD5J0uBolPzSUvAOnjoVwTMB/WPrTfeyw11WvLnOa0jdW0+ze1/
ss2MbX9Nq7DqmdXh4d7i5n2j0nGmlzgC4kFrTt+l6fu+msj6v4VfSenHMtLrLMmBSyfzAG7W
6/Q3Obvc9JTzXUujv6Z1h+Lo6uweqx5IDNjjDrbHP9tFTfz97vp/o1pspdhVtpxxXfUKzbc1
rixz7i3dW7Hc4/Z/s7va39J/xisdUsyequFVpaahy3aC0Cd2gesi/Z07HL6BdkvsDMVrBZPu
Lv1d7Meya/0LfUp9Cl1X6F6Sk1mdfXiOzC5px2sl2K7a51Zc4t9Cx9W5zcn1P0ez/CrMyMW/
HtaK7bKGXkgAxaz2Q2xjfVH+BehZV49d/q1Mx32RfYKzu91J2UfanN/RWOb6m72/zf8AwvpL
s+kOrt6Q3p7ManqTHA2bLLQHh9hNn6Vr2fyvbbVZ6qSnlt3Vf9PR/Rvsf82f5v8A0n0v/BEl
uf8ANTL/AHPzo/nD9383/NpJKf/V1siq99eLk1H+arDrgNA5rg0T7v3Xuao9Kz6as6sWyast
jsewjz9+0/1ZermBnMHVGYjyAx26m+lw5Dxs9vP0bGNVGzob6+uMxa3E0jOZbXMEhja3W2ve
727drHJKQ5rK8LIyKco7n0XHa7/g/pVvg/FZeK++7LtsxXVAVvLX03AndH0LGP8ApMf79i1v
rrW79tY5ZEZAa0gDsA3379W+1ZPSunuzOqXYltRlxAqreDBH0Tfz+b9BJT0uP1uvpXSW0vY2
huO1xLg7e5znF1h2MbG3+s5P9STmZFGTn5TSBkuBqJd+bJG1jNdrNrVYs+qn1d+0b7mXZVjW
taKQ57hp7tz2M/0v5/r2e9aXTasmppqNTMfEYIx6SGC0fvuf9nPoMZ/I99376Sm2kWPcQGki
OYEpzoqeb02vNvpsuus9OkH9VB/RPcTIsurBb6jmfmep+j/kJKal/SPq6zIfk5W19z3usJtu
Lzvcd7ttO7976FexZ31ivrx78XCp0e8gFkgxu/m2+36P6Nj3rfOPmNIGLkVVAabPs7YjvrVZ
W5cb9ZhkM60b2kWhu4AN0EgNDrI9/wD1aSkY6k/I9WqNgrsczePdOznd/Je5VmYmf1LOsrwq
za/FaIZIaQbWnfdud7dzWbaf7f8Awi1Kvq5caLM3p4bbTlNDrKpixlgJ9b2e6t3uVToWRlYX
VBdVQ7JY4ivIqbHrQ1vosfQHOay/2fz1P85/hKf9Gkpv/VTp+Dltzm5dO/LqJpfU4QWhw22O
j9/RFy+j9O6bXZk0VW4P2ctbXkWXSbnNj9FXjjfuY/8A0lllX+k+gtCyjoeft6o65jHXDa68
OFReWe307mWbXevT9D3s9ev+bV/08HJxm1lrsqmstgV7rHS36BeZ3/2vz0lNP7dm/uV/0f1u
LPp+P9f+V9BJbcO8B48JJKf/1um6z9XMvJ6lR1fp7/Sva4faaCQ0OAO5l9U7mssZ/hGf4RVM
h+ff1y7FtcyunqAsqxOoM99YqcR9oqqn2fbNjPRZ/g6v+EXSdUwjn4b8Zt9mK5xa5t1W0uBY
4WNDmWh1dtL3N/S02fzrFWHSr7mMZ1LOszfTcHs/RU0hr2/Rsb6THWf+CJKaXX+l4run0h5c
1uK9hbAnbS0ehc3X9yh+/wD62qHT35OJ9Ycbp+1l9ha4uygOcUjeXD6O1+8ro7sjG6fX+vZb
Q2z6Bv2NJEfRa2tu6z/NWZidOxX9X/aHS8tvoij0hTU5tjW7jvftqsmypmn5vsSU7c6QNB4d
lFVep9UxOm4tmRe9rnsaTXQHAPscBLaq2Hc7+3+YuCs/xgdfGReA2hgs2iusM3ioD9wy7fbZ
u/Seokp9HTyD4Ljsn6530dPx8OhozOu3MHrei3cyp7/oV7We23La3/Bs+hYs3I6n9bcO+ijP
znY7rWm57A4OfXU36VlxrDm1ep9CutiSnuOqWmrpuS9rtj/TLWEGDudDGQ7+sVUb0Sl/TjVa
7blXbbH3jkPj2gf8Gudd9b8yjBfbu2veXV4jrj6rjYCC520g7/Q3/pneyr1v1an+asUMfrn1
psreXZdUXNGx76g59RmZZX6Vbe3+Ef8A1ElOngtz+nbjnVfqoaH3MDm73PBNbH07CWOdqz1P
UdX/AKRS6T02vHyHdQzHDGfcHMxqA4h4D/cbG1fznqfm0/56q4nU+sPrsrzc4Pc9sNdXS1rW
/wAre39N7v6iBbS9jt7xIedzrJ3c/n70lOrZn4vTmPysSh19ltkW5VpbY4GI3vLR6lXqbf8A
Cqs/rubdLrLi6snRo9oE9vYoEuuq+2Ml1zC1t7mlzZaNK7HOrO/+Rd/pP51BuxKntD2kAGdt
h0aSPpV5DqxsqtZ7f0+zZ/p66v51JST7c/8AlfS3c9vv/wCkkhfZL/8ARW/6P6Hf/R8/S/l/
zP8AwqSSn//X9JO0jmR4rnOv/WqnADsbDIsyh9Kw/Rr/APM1gdS+suTjH7DiWu1aPWeHepAI
3NZU536Tf+96n82seql9hbZcTtmWtJPJ/PekpN692XYcjILrbH8vsJLiP5M/RYj41eTdkMow
K3W5bwSwMOw+0a/pZbsaxv8AhNyE62oWtqe8VBwJdZEhjWt3Oe+Pzfb9FUukde6hgW33Yj2t
uyGNqBsZu9pfubsLjs3f10lPZfs+zJ+yUfWHCsvroaA/Ktc1zXvL3bz6tW57aaqzX/Puo9Wv
/Cb6/wBJz31p+xYl+PiMorrfRb7RU1rK3Vn84Nb9H1H/AL7lDO+t/Uuo4YwsiKrAPdkV6F5B
3Nmse1n9hZOEcvqnUyL3BzzW4W2W7W1tbt9znT7K9qSnax/teTV6lLoG0sDoALS87zWH7Q73
NcnzMCh1djrb7Bl7QG2Fwe2ANrK9n037P538yv8Aro3RWkYD3h7HZFj9zz9LZWBsqbs9vp7m
tStdXVIuqn1gWNe4ja/x9oO938v/AMESU0ujYdgfXmZPuNLfTw2O1DWCXNu2u/e3vsr/AJb/
AFVqFxcSS4zPJ15QvXbvLHE7/ADSfi1GrDXn6Q2tEmD2/wDMklKEAeEmAjscRtf251mCP5Td
NzXIdbRJe/RoMAdoCa25sHcYrjQdykpJitY7canANdNeTWHSGgnay2p385bVX7bHs/nKv+L9
6r4+Ua7XU5BDPXIaXElorePoWE/+B2f8F/xarG40uENFbC5paRyC3Vrmu/N/l/8AB/o1W6r1
BzMxlrh/Pe+yfHh23+Q5jt39tJTqbsr953Ppcn6X+h+n/Nf+BpKj+3v/AGz3/RP8/wDvpJKf
/9DP+stBwupes1o2WnePJ35/+coHL9TaKRve76DeSD/VW31zEHVemTWQXs/SMd4gjc0/22bF
yFN9rNG7mv8Aou54/Oakp2RZdhWU3Nc177Q5r2xMyN1lcge71m+z9xPkdP8Aq/e+cHObigxt
wrK7HPafzmCx59Nu33f8H/wipvv9StjnalhDgAY3Ef8ASUm3YuSXAF+NbyWgmD/YdvSU3WdG
6HVe1uV1F97A0vc6tnotAaJ2WWPdZY5/7npLO6lm0/ZTjdOx242GxzXOdzbY/WHXZDve7/iU
9lQLHOfZu28yHAR+7tcFVbRlZL2VU1l3dlYGskfTd+7/AFklOp9WMvJYMmmqn1d+2x5I+jt3
N0Vj6y0X4uPUTbXaN/0gSXgOH0bJ/N/ceo42JR0+sPd+m3ey0hwDQdPa2A73bvz/AP1Yp9Qz
MYYTxQ9xrtaW+m5xHb8+pwe32/TY/wDRpKcTG6i+kGuZ5DT3BI/NhalHV7RhtraRa9glwfzL
eRP8pYFT8kksbV6gcIazZunX4Lc6f9XrnY4uy6nMtJ2ih7ywAD8/27n7P/BElNivqnrMZt02
Ah20kH/Nd7W/2FM2sDdznbe3uMa/FybE6Bi0ML8uzfZu3Q1xa1o/c/eR7snCbYws9KykQHhu
1xkTLGepudv2pKc3N6hU8Gqlwss8Ge7+tq32/wCanZ07K6g0XWg00VMY6D9N8BzHOaP8Gz+U
/wDkJndf33eliYtePUWk3WOaNwYP5yNu1jfb9D/hEB+dlZVNL2ksoe97chm46hoa8Ntd9J36
Pa1JTs/snpP77voelyPof6Pj+f8A+ESXMSP33fzW/v8A5qSSn//Z/+0hGFBob3Rvc2hvcCAz
LjAAOEJJTQQlAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAA
AAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAA
AEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAA
AAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUE
QgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0
aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91
dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wA
AAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAA
AABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAAD
AAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv
4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAA
AAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51
bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYj
Umx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGlu
Z2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAA
AAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJ
TQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJ
TQQNAAAAAAAEAAAAWjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJ
TScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYA
AQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D
+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////////
//////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////////////
/////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAAOEJJTQQwAAAAAAABAQA4
QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQeAAAA
AAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAIBAAAACwQRBDUENwAgBDgE
PAQ1BD0EOAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAgEAAALQAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAA
AAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0
bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAACAQAAAAZzbGljZXNWbExz
AAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91
cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVy
YXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAA
AAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0
b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAgEAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVY
VAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxU
ZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0A
AAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xp
Y2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdD
b2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9u
ZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4
QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAACOEJJTQQMAAAAABfpAAAA
AQAAAHIAAACgAAABWAAA1wAAABfNABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAOQWRvYmUAZIAA
AAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHIDASIAAhEBAxEB/90ABAAI
/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAID
BAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLB
YjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk
9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMh
MRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RF
VTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oA
DAMBAAIRAxEAPwD0d3KhCmeVldc65R0ig2Ob6tpG5lQkS0fScS0O2pKbuXl1YlBvuOg/NESY
E94a3b+c5U+m9YrzyWsa0wJ31vD2HXj99r1yvV88fWLOpwDYaaqqDfa2uHAh20sqrbY6v177
I9T3fo/TYj/V/o46N12i05DnV5rLaa2PqNTy7Y25vqN321ubp9Jv0LElPZElRJKUpFJS7QpA
FM34aqXElJSzpQ3VMfyFM6p+PkkpHtI51HbxCi6hnqNt2NNrdGvgboPbciJDmTykpwMj6t0j
qbM8k2MrcbLKrDumAXe1/wBL6Xv2v3ojmVZGH067aBkZbaq3OgD2EOst/d/NctwtaQQRIPIP
CqZGA9+Vg2VEMoxXPLm94c3ZXt/ksSU5v/N1ni3+cj6R/mP9D/r/ANuJLZ+zfyvP/wAxSSU/
/9D0HMysfEotysl4qooaX2PPZo/8l+a1eafWD6yDPzK8/BZ6Ba303epP6RnLBZu/PZ/JYt36
8/Wb0Xu6Tin6MHKs7bvpMoZ/xf07P+EXCNe7LyWtt1bul7j+6PdZun4JKbDMsY14vxh+lrEP
x7Ia8N13fZnune3a7/ra1+i5V2d1fGvpsdjWgCuu6xznmps+9vqO3WWPu/mtn+Dr/PVE047t
9+SWvuufvaHNJaJPaP630f5CsYrrKuoVMd7gwBux0Bv6Kx7Po/1mpKfTwB5wPFSiUmkOG7sd
VOIGqSltO6Q1KXPb5JJKWMA/FN3hLRNMmUlKgJAd05jsmGiSlx4lTGvdQjRODBSUz2+aSW4p
JKf/0ee+slpZ1bL14us9N3G4b3e/+0g4bdg1BlwBfzx9LaP7Xvep1149+ZkF9jnlxLcV5ESW
nR2z3fS/NrQWPLGuaRBB1E6gzr/0klO2YFUTDSJHggusbb1He2twrcXP9NxiS4sc8HY72Msd
7/5z1EtwFIJ00Any/NQq67n59VVLd9trvSaydu4v+i0bjsa57/3klPpfRurU5lbKWtcH1s1t
aP0Ttvt/Ru0f/Y2rUJ18vBeb9N66MPLZZex1V+Nc2u+lwLXgH9G9jq3fyF6OCCAQdzTBaR3B
EtckpfjhMdfgn8kzj9ySmJ0TAp3HWOyTfFJS54TQkSlKSldk41S7R9ycCflykpf59kktUklP
/9IX12+qdvTct+fhNH7PyH7gA4NNNp972Nb7X+n7fUq9P+bXOdQyGZWQ1wYA/ZFjm/nOH739
ZevfWHo2F1jBsqya/VfS2x1BDiC2zbP5h927az2OXk4xKwHCthDg3cRzJ/cb/wCZpKXryR6O
1xhw00OkhV8qzc7ex0uMEOadQ4fQd/WXa4X+LTGfWyzOzbQ57GudVU0NDS4Elri/3e3cufyO
kjp3WLem3BtZrJh0Q5zD/NGvcNr/AFP3klPaj6t4nW7cLrnVxazNdRX6+M1waxzmj857QbfS
d/omPXRDa0AABoGgA0AA+iAs76vvL+kY5Lt5aC06ztg/zbv6q0UlLyEx3HUAx8OyR40XP9a6
LZfkvzf2i7FxLGAX023WspaQPT31Vsd6f6Zn0qv3/wDjElOg/r3Q23Npd1HGFjtGt9UHXj6b
Zr/6Sutc1zGuYQ5jhua5plpHi1w+kvJs/ooaan4jmnHLR6tRhrmtHO1o9jvZ+7+etv6u9fyu
lljMogYN7w01uJO2Yb69TW73se38/YzZaz/PSU+gfwTHzCZrmPYH1ubZW76L2EOa7+q5vtTp
KanWMy3C6XfkU1m27bspYNPe/wBm/dDtvpT6q4K/6wddw8jAGXluyKun2guNf0ngfo7G5Bd+
kttcz1Kv03+DXa9W6P8AbCcil7xmbW11B7poaQT+nONafR3N3e7/AEi4Tq7qj1N2HY2y7Loe
R9jqpducY2/pLiyqljLv5z1f5upJT3P/ADy+q/8A3J/wP2j6J+j/AKD/AMNf8EkuT9Cz/uFX
/Nx/O9/+43/hX/zZfz6SSn//0+nblWMsyXtyHBt9rnOqYBw6Qzdva5zbbGfS2LIONRj9T6Vg
4gDKTl+oJBc51jA3fXa73e70vez27K6lK7ALXepb1HL0INbKmsYIHENsZZ66u9Hw8x+TYRlC
92LU91L3AB5Nlb6qb2R/N2bnObYkp6U6nxkrkvrp0mv1KusV7zdvbTcCSa2tj9H7G12W173N
/NfsQcP62dUd0huPkYzXZpqcw5D3QPcDXU+xjv5123+dfvVrp1WTn/Us4eVD8nGiosaQdvpF
ppFkb/a2j3/8Wkpu/VK4O6fZQI3U2a9yd43b/wA385v7q3CeywPqrTVi1XY1QIbIcC4BpMe1
0NbLdnv+kt+ElKlDsrqtbttY2xsglrwHCRwdrtzVM/BN5JKeY+uPRb8lrc/ENYfVHqVv03u0
qpdxs2tZ/O/yGLkHYJwXiy9wzshzAHR9JjdXOfjscW/o/d6ftb/pF6Z1LFty8G2ipzG2u2lh
snbLXNfDy0O2tdt+kuH6lR6GQy01N9ei0ssLtdurpq9v6N3usf8A+fKvYkpp9Nz+t4lps6Fu
txmib9rPYD/o8hl36Nlnt3/6RdDg9f6jkdada51duK3GrqsYBZXV6rv1hz6K7P0vq+5le57f
/Ati5RzBjv3XVMvdZHvH02hpO307Pof56vdHzcj1d5bZkXb3H0qxJcSGNG+2a6q9rP8AC22e
mkp7LD69Qyo/tnIow8iy14pr9wYaht9L07Xfzv8AL3e//g0K12C/IycinIbZTe31PXFwLJI/
SsZr+i2PG79IsPNbnZlGzqFVDqgfU2U32WWVnUbm+tRXjW/8Oyqyr/g1y2TjUVWMtYDtBHqM
IkDj8389JT1/p9I/8sav85vH/kv+E/mUkD9k4n/chv8ANT3/AJv/ALkf8T/waSSn/9Qt+Pht
yBvpuHrXtobfvuFjnXs91jLpe3Hqb/Rt/wBCq/8A4P8ASI3rX15mXcy30xZjiusj6QMenDtd
r/VY7d6u7/MW1Xezb6hhr3AjWGgj92xrfZ/0Vj0dNr9a047NrKGyWDUF277RW3Z+ZXZLmfuJ
KcfLow8Z7Dm2Pc8jSphe6AXF2vpt9R3/ABr3U/8ABroPq3bhsyMimsPey6oNaLHOYfYd3ou3
bPV2Nd+ju3W+z89Z2U+wWF7Za7c173AAAkbbqrmvYWv9H3el6T/5yuv/AEaH07KyqLm7LvTL
A1rNwLmtFb/VLGUvc1m5+97X5P8AP7LLP5xJT3VOLjUN9WoMa8iBDomY9h9ztyl6lznCGx8y
R89yFgN6ZmNb1THx6hbeNbNo3S0/R3fyLGfTRqsirIstY2T6JDXTIMlJSVhsOroA+SdLgaJT
80lLwDp46FcEzAf1j6033ssNdVry5zmtI3VtPs3tf7LNjG1/Tauw6pnV4eHe4uZ9o9Jxppc4
AuJBa07fpen7vprI+r+FX0npxzLS6yzJgUsn8wBu1uv0Nzm73PSU811Lo7+mdYfi6OrsHqse
SAzY4w62xz/bRU38/e76f6NabKXYVbaccV31Cs23Na4sc+4t3Vux3OP2f7O72t/Sf8YrHVLM
nqrhVaWmoct2gtAndoHrIv2dOxy+gXZL7AzFawWT7i79XezHsmv9C31KfQpdV+hekpNZnX14
jswuacdrJdiu2udWXOLfQsfVuc3J9T9Hs/wqzMjFvx7Wiu2yhl5IAMWs9kNsY31R/gXoWVeP
Xf6tTMd9kX2Cs7vdSdlH2pzf0Vjm+pu9v83/AML6S7PpDq7ekN6ezGp6kxwNmyy0B4fYTZ+l
a9n8r221Weqkp5bd1X/T0f0b7H/Nn+b/ANJ9L/wRJbn/ADUy/wBz86P5w/d/N/zaSSn/1dbI
qvfXi5NR/mqw64DQOa4NE+7917mqPSs+mrOrFsmrLY7HsI8/ftP9WXq5gZzB1RmI8gMdupvp
cOQ8bPbz9GxjVRs6G+vrjMWtxNIzmW1zBIY2t1tr3u9u3axySkOayvCyMinKO59Fx2u/4P6V
b4PxWXivvuy7bMV1QFby19NwJ3R9Cxj/AKTH+/Ytb661u/bWOWRGQGtIA7AN9+/VvtWT0rp7
szql2JbUZcQKq3gwR9E38/m/QSU9Lj9br6V0ltL2NobjtcS4O3uc5xdYdjGxt/rOT/Uk5mRR
k5+U0gZLgaiXfmyRtYzXaza1WLPqp9XftG+5l2VY1rWikOe4ae7c9jP9L+f69nvWl02rJqaa
jUzHxGCMekhgtH77n/Zz6DGfyPfd++kptpFj3EBpIjmBKc6Knm9Nrzb6bLrrPTpB/VQf0T3E
yLLqwW+o5n5nqfo/5CSmpf0j6usyH5OVtfc97rCbbi873He7bTu/e+hXsWd9Yr68e/FwqdHv
IBZIMbv5tvt+j+jY963zj5jSBi5FVQGmz7O2I761WVuXG/WYZDOtG9pFobuADdBIDQ6yPf8A
9WkpGOpPyPVqjYK7HM3j3Ts53fyXuVZmJn9SzrK8Ks2vxWiGSGkG1p33bne3c1m2n+3/AMIt
Sr6uXGizN6eG205TQ6yqYsZYCfW9nurd7lU6FkZWF1QXVUOyWOIryKmx60Nb6LH0Bzmsv9n8
9T/Of4Sn/RpKb/1U6fg5bc5uXTvy6iaX1OEFocNtjo/f0Rcvo/Tum12ZNFVuD9nLW15Fl0m5
zY/RV4437mP/ANJZZV/pPoLQso6Hn7eqOuYx1w2uvDhUXlnt9O5lm13r0/Q97PXr/m1f9PBy
cZtZa7KprLYFe6x0t+gXmd/9r89JTT+3Zv7lf9H9biz6fj/X/lfQSW3DvAePCSSn/9bpus/V
zLyepUdX6e/0r2uH2mgkNDgDuZfVO5rLGf4Rn+EVTIfn39cuxbXMrp6gLKsTqDPfWKnEfaKq
p9n2zYz0Wf4Or/hF0nVMI5+G/GbfZiucWubdVtLgWOFjQ5lodXbS9zf0tNn86xVh0q+5jGdS
zrM303B7P0VNIa9v0bG+kx1n/giSml1/peK7p9IeXNbivYWwJ20tHoXN1/cofv8A+tqh09+T
ifWHG6ftZfYWuLsoDnFI3lw+jtfvK6O7Ixun1/r2W0Ns+gb9jSRH0Wtrbus/zVmYnTsV/V/2
h0vLb6Io9IU1ObY1u4737arJsqZp+b7ElO3OkDQeHZRVXqfVMTpuLZkXva57Gk10BwD7HAS2
qth3O/t/mLgrP8YHXxkXgNoYLNorrDN4qA/cMu322bv0nqJKfR08g+C47J+ud9HT8fDoaMzr
tzB63ot3Mqe/6Fe1ntty2t/wbPoWLNyOp/W3Dvooz852O61puewODn11N+lZcaw5tXqfQrrY
kp7jqlpq6bkva7Y/0y1hBg7nQxkO/rFVG9Epf041Wu25V22x945D49oH/BrnXfW/MowX27tr
3l1eI64+q42AgudtIO/0N/6Z3sq9b9Wp/mrFDH659abK3l2XVFzRse+oOfUZmWV+lW3t/hH/
ANRJTp4Lc/p2451X6qGh9zA5u9zwTWx9Owljnas9T1HV/wCkUuk9Nrx8h3UMxwxn3BzMagOI
eA/3GxtX856n5tP+equJ1PrD67K83OD3PbDXV0ta1v8AK3t/Te7+ogW0vY7e8SHnc6yd3P5+
9JTq2Z+L05j8rEodfZbZFuVaW2OBiN7y0epV6m3/AAqrP67m3S6y4urJ0aPaBPb2KBLrqvtj
Jdcwtbe5pc2WjSuxzqzv/kXf6T+dQbsSp7Q9pABnbYdGkj6VeQ6sbKrWe39Ps2f6eur+dSUk
+3P/AJX0t3Pb7/8ApJIX2S//AEVv+j+h3/0fP0v5f8z/AMKkkp//1/STtI5keK5zr/1qpwA7
GwyLMofSsP0a/wDzNYHUvrLk4x+w4lrtWj1nh3qQCNzWVOd+k3/vep/NrHqpfYW2XE7ZlrST
yfz3pKTevdl2HIyC62x/L7CS4j+TP0WI+NXk3ZDKMCt1uW8EsDDsPtGv6WW7Gsb/AITchOtq
FranvFQcCXWRIY1rdznvj832/RVLpHXuoYFt92I9rbshjagbGbvaX7m7C47N39dJT2X7Psyf
slH1hwrL66GgPyrXNc17y928+rVue2mqs1/z7qPVr/wm+v8ASc99afsWJfj4jKK630W+0VNa
yt1Z/ODW/R9R/wC+5Qzvrf1LqOGMLIiqwD3ZFeheQdzZrHtZ/YWThHL6p1Mi9wc81uFtlu1t
bW7fc50+yvakp2sf7Xk1epS6BtLA6AC0vO81h+0O9zXJ8zAodXY62+wZe0BthcHtgDayvZ9N
+z+d/Mr/AK6N0VpGA94ex2RY/c8/S2VgbKm7Pb6e5rUrXV1SLqp9YFjXuI2v8faDvd/L/wDB
ElNLo2HYH15mT7jS308NjtQ1glzbtrv3t77K/wCW/wBVahcXEkuMzydeUL127yxxO/wA0n4t
Rqw15+kNrRJg9v8AzJJShAHhJgI7HEbX9udZgj+U3Tc1yHW0SXv0aDAHaAmtubB3GK40HcpK
SYrWO3GpwDXTXk1h0hoJ2stqd/OW1V+2x7P5yr/i/eq+PlGu11OQQz1yGlxJaK3j6FhP/gdn
/Bf8WqxuNLhDRWwuaWkcgt1a5rvzf5f/AAf6NVuq9QczMZa4fz3vsnx4dt/kOY7d/bSU6m7K
/edz6XJ+l/ofp/zX/gaSo/t7/wBs9/0T/P8A76SSn//Qz/rLQcLqXrNaNlp3jyd+f/nKBy/U
2ikb3u+g3kg/1Vt9cxB1Xpk1kF7P0jHeII3NP9tmxchTfazRu5r/AKLuePzmpKdkWXYVlNzX
Ne+0Oa9sTMjdZXIHu9Zvs/cT5HT/AKv3vnBzm4oMbcKyuxz2n85gsefTbt93/B/8Iqb7/UrY
52pYQ4AGNxH/AElJt2LklwBfjW8loJg/2Hb0lN1nRuh1XtbldRfewNL3OrZ6LQGidllj3WWO
f+56SzupZtP2U43TsduNhsc1znc22P1h12Q73u/4lPZUCxzn2btvMhwEfu7XBVW0ZWS9lVNZ
d3ZWBrJH03fu/wBZJTqfVjLyWDJpqp9XftseSPo7dzdFY+stF+Lj1E212jf9IEl4Dh9Gyfzf
3HqONiUdPrD3fpt3stIcA0HT2tgO9278/wD9WKfUMzGGE8UPca7WlvpucR2/PqcHt9v02P8A
0aSnExuovpBrmeQ09wSPzYWpR1e0Yba2kWvYJcH8y3kT/KWBU/JJLG1eoHCGs2bp1+C3On/V
652OLsupzLSdooe8sAA/P9u5+z/wRJTYr6p6zGbdNgIdtJB/zXe1v9hTNrA3c523t7jGvxcm
xOgYtDC/Ls32bt0NcWtaP3P3ke7Jwm2MLPSspEB4btcZEyxnqbnb9qSnNzeoVPBqpcLLPBnu
/rat9v8Amp2dOyuoNF1oNNFTGOg/TfAcxzmj/Bs/lP8A5CZ3X993pYmLXj1FpN1jmjcGD+cj
btY32/Q/4RAfnZWVTS9pLKHve3IZuOoaGvDbXfSd+j2tSU7P7J6T++76Hpcj6H+j4/n/APhE
lzEj99381v7/AOakkp//2QA4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABo
AG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBD
ACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2Jl
LmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJl
U3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4Onht
cHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6
MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcv
MTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0
PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1w
TU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBo
b3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9
Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFk
b2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgt
MTEtMTlUMjE6NDE6NTMrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6
NDE6NTMrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjQxOjUzKzAzOjAw
IiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjZhZTg4YTMwLTZkZDMtYmY0Ny1hYzc3LWJj
MWRjYTdjNTUzZCIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOmI2
N2VlYzdlLWVjMmEtMTFlOC05M2NlLWYyNGNhMDhjNGU5YyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1
bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjA5OGEzNjQwLTFiM2QtZjc0NS1hYTc2LTMyNTQ4YjA5Y2ZkZiIg
cGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVD
NjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJk
ZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlE
PSJ4bXAuaWlkOjA5OGEzNjQwLTFiM2QtZjc0NS1hYTc2LTMyNTQ4YjA5Y2ZkZiIgc3RFdnQ6
d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTo0MTo1MyswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0i
QWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0
aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo2YWU4OGEzMC02ZGQzLWJm
NDctYWM3Ny1iYzFkY2E3YzU1M2QiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6NDE6NTMr
MDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9y
eT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1w
LmRpZDpFNzFCMDAyMUI3NkYxMUU1QkMxMEI5M0VCRjFBNTJBRTwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpC
YWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4g
PC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxF
AAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVD
IHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3Rw
dAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAA
AAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVt
aQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwA
AAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNr
YXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAS
c1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABY
WVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAP
hAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMg
aHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIg
c3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xv
dXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVy
ZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZl
cmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAA
AABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAA
AAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8A
VABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA
2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwB
gwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0C
ZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34D
igOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE
8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowG
nQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIII
lgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK
3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoN
dA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQ
YRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MT
pBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0X
QRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQb
OxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kf
lB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8k
TSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgp
aymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu
7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ40
2DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87
LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB
7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJ
HUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQ
u1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Y
y1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxh
T2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFq
SGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11z
uHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9
oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+I
BIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS
45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKe
QJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamq
HKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2
ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvD
WMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQ
utE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hze
ot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77Ibt
Ee2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8
B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCE
ABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtACAQMBIgACEQEDEQH/xACsAAACAwEBAQAA
AAAAAAAAAAAAAQIDBAUGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAQQCAwACAgMBAQAAAQIA
AxEEEhAhEwUgMUEiFDIjFQYwoCRCNBEAAQMDAwIDBgQFAQYEBgMAAQARAiExQVESA2EiEHGB
IDCRMkITQKGxUsFiciMEwvDRgpLSM1CisuLh8fJDYxSTwyQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKD/
2gAMAwEBAhEDEQAAAPYxlEQAAhDYCYJghMCISQwEAAAgBA0ANMYmAMAAGERoUZSKI3IpsJEl
CYm4kcu1HO6AHO4/f5By52bjZsq0HMfRpMmHcyBAPSxaEMIsATQADCJHBTnLNWMOzPJrGmgA
E0xDBNMTAYMjIABiGhKQRaBoAUgjGwIsQEggphCjXA5kekjnasG03c7fySelbDAdILE0CaAA
AQAC5u/yxZyIg9eBnst/m/Sg0DQCYCAGCGwGDEDExiTQkMTQMABxGJiaBoAlFjjKIo2Bxd2m
slw+75s7l8GTKg2poTQNNEYPkGh+d2G3ibeKbNXSgcTJ6wMHpPOeiGJikkNDENDQDaYwQxoa
cQBDAExiYgTQwATQCY2kSEwAAAz+e9RiLp2MrLwcZREACdJyuVXMx36OUWQUD08+cztVYeaL
1/jfWmoTBiG0xDiElIi2AAMECYIEMGJoATAIkkIbiDEDcWMAZGYCYJgADEE4uIJoUc/FDznU
5hsObrIx34jRt8/rOry5XGjRh7p1LVITAGADQMAABiBANpiUgi0xACYApIQAJghgDQAwaBgA
NiUgBgRlEVNvDOFk1VEYOkkV9E52zNUasdsh2XSNPo/O9A7zTGMExgADECkgQAMBgAkIGDEC
AYIaAAAaBpoGAAA4sk4sbTAAIuBX5ufIJUV1llSCzoZWZ9S2mSbRbh15Td1OL0z0koyGMAGA
AAAkwGgBgARGgYhoBAEkMQAgAAGIGJgmCaBtBJxYwB8PpeNKaHSSgQCatNsUy+6ik0T5/RMl
N8CXQwbj0t2XUSBDlGQJgojAaAYCaBpiQACGgAAbiwEwAENA0DAGgAAQwYmMYec4Pa4JnFAc
CRLbntHdC4nKLIX03nPsuyj0ZOqdrpczqAASABIAGAANAACBADEAAIYADAABAAAEZCkgBoHF
jTBMCQg895b0vmyuqVYaM+olKuwvuy6SbcByhQasFkB6s2o6fV4oeju856AsQCABpjQAmAhk
W0CaATEANNDaBgCAAYIGIAAAAGJgwGAeN5c8BFW3FdkYGiUJErsug0waINwIQnUW6sGsv1Uz
NnX4G07LTAaAAbiwTAABACYEWgAFJMYAgAAAAAZFjCMkAMQwAYiQfPuZ1+YbtOPYcxW1E5Vs
lfl1l5CZGuTK67IFO3HeaL+XedVZ6j2c+b0iSAYmIaGDIsQhgJoQAAiQpAgAEAAxAwQwBgga
YAANDEHzU6XNFfnrOph3s5tlSJ68Gs0uEiDjIVU85L0PmtR2PPfQ/OHJhnuO76fzXpBiYwBM
AEwTQkwEwSYNCJiAExDQAAME0iQA00BgvL5R86ekePWMiGXwv0nzx5KF1Jf1uNpIY7KyV1LN
s6JEoSgOi6oioh7J8D2p4nq+kBSABgJoYA0mCEAIYgTQMAYIYgYAhgCBiBiY0cs4ufPM2cud
J6D0/ivYloBZXYjheW9X5YpVMRDsFNInOmRMpgaoUhIledb1XE7oADABNA0DBDQAkA68hto8
TE9Vo8Sj6HPwvcO8JjQDEwUogMEmA0h+f6fMM0NOMoxbshR1edM9keeD20Wjk+f9rnPn9PUr
MUtNZTC+Rkj3dx5az12c85OVRdOreaPR+b75rYDABDEDEMEmHO8h77zpybdMzl09bOckVZr3
Zkdj0fi956oz6AAGmhpoAA5vSDx+7t4jFHHYQ5WyJDbC80AHqkUFsZxPG4u1xijRCwp9JyPU
GiTAhNnjub6/xpr183aaPU+W7Z0QYmAJgmIYIE0CkjPdHkGS7NIwY+ojnK+wjbPEd7v+D9Cd
sqtGgAAAAaB83ohzuP6nzRmo5Fw9urYUmgO7y9vKPQnGZj5XoKw43a4J3+1x+wMGIaMfkPbe
dOJro0Fva4naOwRkDQNADQA0AAgZTg6iKuN3s55jDt5xqqozkro9cyw00F/Z89A91PxXXO/z
rfJHsreP2hOjCdUAOP18RytMdhkx9LnkgDqUNlyhSaYVxMfO6nHPS9Xn9AAABAmjx2bscwn0
8Mz1ThIk0AJEgBoBpAAAACaPP8v2nGPJ9PcGHL0MYaOYGrn9DMR0WzOpwOrzTV2c2k5PQuqO
+cqR03htObrz3DrsoEQCynPmOtTxonpK+VebuJ0dR154sB3AQczp+VPUPj9k5/mfU+bM23Nu
O9qrsGhiYAAAmIEDTBMBNC5PY5JhrvpOZV0MxZn6XPMvU5+0slXUWTy6jVr5nUJ2U5yjiek4
5knKk3Wces6ap1FwBrq7MDK9Gcpydikx6LOwYPKew8Ueo2+aR3/H9Gkt9j4/2IeZ9PwjPa0d
q/FuBgAAAhgCAAEDATAXI7NZ5s6GUhzd+EWe+RlNNJc8AG/BtNHQwZDp5a+mYdjwEqrc5Tk6
GMOvyvSEADTXk5h2ocrQbtfL6Bm9F5PrHT8p3eCN14jpz5gdHvefmepwa8ZjlbEu6fM6RJxC
SiEgAaAAEDEDEMEMIef9BxTHTythKU6CzLXaQWgM1665h6bQ1G4rViOZm14iJLacns57DrF4
c+y3mGqMAldOk5PY43bMebXlKV0qijZVeZNV+I9PPJMsatITlAk8qNNVciyVbLCtljGRaYAA
0xDQea9J5Q5kbtZG7tyPHrbkNEoXlm7Rzi+XJ2F2OGgy76aDZzo6DmV9Gox6NFR1DnB2eN6G
Bn4Xps5dkdBO/BpHZTqKefdA512qZToloNfQ5HVNE8mI7K4mw0loUlwRcojnFjQAAJgJgCAz
eb6nKKOtj6x0bIs43n/bebMHd5XPPT57MBtpupOT6Hl8s7lb5wujmuIY/X8Mw6aJEhh3ymwr
uaKOT1s5y9bmF1UBlnMK9SrL8Fsjr6eMHrc87TNrASYKKmQmMAAQhgDAAQOMoHnuXqgWejyd
IZHnGrlTyEMumRzI9mZSaucacssho5uqYX09E9FLn7zF5/03HOUbw1aM9xa80hZ7qijbm6Rj
r1ZTm22IoVsCtxsLdWHQbe15L0hsECy6eSbdfJ6oMAABANAAABSX4secwdDL2zWpc0jVKsjX
YFdtlZXGAYuV2cpl6N+U5+/n7Czt+b6x1KaukYbeqHBO0HMnVoObpwM2wUSr0HD6JbzO5wyE
I6zFZajnluE6VnL6hm9PwfSFiMwuNfwjrd7geiJDABDBDEhqllXnPSVHnLPRXHH36UVYN/HJ
2Zbi10yIQqCUDCZ+lmkW0LQV9XV1TxL9GHmtnazEup5zslxaHE2ZNZgzdSoyyrCVtGY9Zhjt
PNb8shrPWZdGPUVWdKRn31yLLasBVynpN/qeX1hNoAQwAGhMATBAh1VaTBxdvJL24GXZzdho
SiPmb8Boh2rzz+pZz2V3N3BC3mlV91xyY06y4mGLQRLb8XXPOY+1wjZh0Zjs9rg+iPNYexwi
UFMzWxpNsyZrpImamek5nd19AvsGIaAGJgCOWb8nn+6Sntkc2PRCurVgOPyteY6GbRE5XV52
4urvxFuTVnPRdXh9wo8h7bIcTrcqw6+nh9gs5fVoPOd6nqFJoDiwhUPq8zadTzXpeUcGHTyH
U7WLacbzfq/OmLdg6Jhqkzqaauka56QptdIZq8ZDuUbAGCaAADNpDnX6gyU9EOPm9Azkvq84
87m6WAu6XH6ZXT6jGcvPvxFNF8yPqvIaT088usjVfIhIBzhWaFm0DGHI4/qfLkN/G3Hq8enK
Y8l2g6hzqy/zXrOUcToYtRXi72Yl6DndYee+RjesIScRtAxANIYA4yQAAmgaiT5ZjIYOrM5G
qMzq7/P9ks5mqg4TnUbd/O7h5/sT5B3Mr2mG3ezPojSWXYKjqHGDtcroSPn23vcU7+PXxC7r
eX3kfQGopr2o8bfr6Jxd2So6HY8d6o2AAmAgExAwBMATGgBoE0Dovznn9eXulsbw8zl9LwC2
6nOegliZzs92o07ZzOdLZUXxyc06uOiBfPMGyGaQCD0M5gs+ikM0bTzFnqPNHpp8rqjovgci
3XyDf5v0XCF67g+gGANACaAAGgYmJpiaBuIDQPFswmXr5tQCQYNwc6W2gzc/r0FPX5+U7FHG
0l0zEX8jrIwWToLiuQOmwmTD1CaF4z2fPMWrk3m/No2nI27KxaMuodNocPz/ALjzxPt83aay
ExoAq5/mD0vT+f7D1kPH3Ht3ntJ8XJxTtvgxO/XxdR2Ohz6Dt28hG7L5tnpen4bYegj5Ss9d
Z5Xqna5VlJEmhCmaXk2mWjZQSlZUU17KzNMmMgHrUAlJESSEMAAEuWdVeYiepx8vWbb6rSSV
Rdjy8Y52fTAzsCXT5vZPR+WzZgWj0Rw9fofMnM6+CwJV6jVjr5xo25tgrLJCGhzgzW88Sde2
oxzuoJ2ZrTo83fEz252TNOUsy2aSkgHpgBDREaGiss52HlGnGTIjkNEyevAj0OjyXpzi8j0m
g8vu9FjOTxvUefI9DFpNuSKN9eSs6nF2TMcNOMj1OSC35u8WUkRoQ4uQpKQNInKLFZCRlezI
XacG0yJ1F2vm9MzDoLzMHrhAAgisBdxKMRKCqLZRuE5BJRgSps7hxezdSUbsWg6XI7PKM/C1
8k06MNxvrnqKVrmZ9SzGvma8hzoaNxdYmOLiSIyBASBidciUlMQgydfFUXV784uf08JFFZ1c
t0SJUHop8PUddYMxfw6qSdKgSuLyuUmRi6h11wPUdjFE6Kw6xc23gnTjxAqyqwjrsiT6/C9A
VSszkc+mgVeuBXbIAQSi2ODQwmJIGy0GkFU6zOrqzRZVE6GWyBhjKBLfk0FRqC2dfNJ8+qRb
SMV82SnBhEqJ06onKI2Gmm6gs6/Cidvn5NZjU6QtzazXn7POLu5g1GSOmJRfmpOjmpmTaROV
UxyjIByBTrKrVaNoFVOsc1WOhwFZXA1X5qyvLowm27nWnpiIYOV1eMRlXIuvVoKVROUIhlui
aeR6fjmFTYTrRZXJlc4osz2sr6eqBp5NETp9LznoycLqSJWHOsorOnXz7y6UJF7zaSy4iEIB
bZXWW1lZY8zJ1DLAiRotqJ6edsM/P15BWVzOsAdHh+h5BynCB0bctpMhAnCuZKOzIaep5/qE
uT6Wk83D0NJxH6ZnmtnbsObvfINPGjWVutlnpvNbDvZ8eoputxnOpsoG0G2/mzJasek3zxVm
tc6069GaJdOpk4kxCRMjEeWzMG3maiqh9Axb7d5iNwacO+o8zk6/IJ68dxfXC0nshE0Yr6ik
r1E9HLDrnLsOxXzokulx4GnHWwd2czzJC15uma9NcTq1ZInIxd/hEYNEgRZOlm0yWFtLrNN/
PtNTptLJuI401mvLUyNd245luzQU9DPeUyzUHXOSHeKbjn8D0/DOfZXIndXWarsVxrqAx9HL
eSzabTnrbQQgMg76iDIjoQTFpI36bydc9Zkp30mXNu5xjIVGu7n2lkKriFmzWc2HUwGTVb1z
ka9siEL8he8uoknnNC42c6M6sxuxXcs1U3VkyYegs5+suwdCo81n6nNCdbJXVhdbWBTKRG3K
jqrFcWlUTRW6iiEplRbcZ+rch0XBmlTWdWPPuHz5VGau6RTKd5jv6nQKjZEyGkE4g3TnNubH
MnGlmaoqI3U9EpoUTq8vq5xU35DpmcP/2gAIAQIAAQUA/wDXN//aAAgBAwABBQD/ANc3/9oA
CAEBAAEFADDMT76Y6fYx0zgdD8MdM9cwGZmZnpnuc/DHcwdMTE+p9woRGVWJUiYaI5EzCO/c
TMZQ0u0ksFOjXWwUY3dmxBYWsJrYSkPzq1/HXVSrJu6ddc/nrpFnN682Z5mHoTD0znp26Zne
ZmYSIGEx3z0z0z07dSZmY+GPhnqSOn2YykzIM44JUGZKxWBLd5+T9fkiDtLqa7TsevsRvEUb
1YU271gSvTblRs0eRt5R4kPKjcQHWw0M/PTE7CfiEiA9DGZVGxsM5Fzo1fsMFLFsAPxAImfg
JjqR0HXvMTHTvnuCIVBmBjBBIBnEghswgTBmDiHM45DocW6tdgp1xrv7B18frT/8343nXl66
oGblea/52hhmOv5Pxdwq7Ftlrl66Sti2FqgZpr40Hxz8fxB3gE/ImPiZjsQD8u0MIg7fACYy
CIUUwrPaAKfX9tbJM3ONl2jStYOJgQ/AwH4Zn3PZ7PFtreFKeexm8zg0exsrnrLVtTvnPQ5+
GOnfpntmCCHpiH66EgzJhMwJgTt0/PxJn3MT6h7wCMMTfSyy7TrCa57C05fTUikmcocdcTHU
9O0tsSlNvYJazk9mI0ACz/rzkXmfgz76AfIDqJ+R3gh6HM+uhwDjE7wQw9cT6hJ6fnvjPYDv
CIyBhWBUX7KzH+io4rfInIwiYhmOmIZZYEU+2rBHs8tc5tG6tKLr6j2Q+h2Zd6/arHjtQ+jq
ZNg9DkwfMQfDvBAcQnuT279Dnp3x+Z3mMwQwQ56YmOwMyIZ+MQfeBNrPhYHnSpFWDPGIehgP
QmOwA29sWTYu426xXxbmz4KtcvffzTWQe8qZf+UqVLH9dtV+uvWnaPxwZiHME++g6Zg5TPYQ
/R6GA9p3mOvbp+B8MzPXv0+uhjryV9REVf8AHHfEMHTv0OMew2qedgl9RU6lh8fsrWazRsWt
9fbqdCtBR012ZrPXVLRYj7Gty/nzB0zO/wAB0HQTPQQnMxPqfc+4IPvvAev5/E+5gTMzO0Hx
++hHwyYZnt3mYZaC1e62LqrQ4KI6sbKbdlhZKl/bQXlLd1KSfZUbL77sLPWV5t1t2u6ZGe0y
Oueo+IBh7TMHefkiAQYmJiGdjMCGHpnvO879Bmd8T6hPf8Tt8DMHofofR7zEd0Qe3bXuC3sG
Gy2HRXW1GErsUSu9lFddFaPr0NXcxJRhVRps+ddSK52+GOnYdPqHHQGE9B1MHaCGGfXXHQiC
Zn3MT8TPTHXM79O/TMMP1gdNvcSgXXvY1u0uLkBZeaGu4BS9brsVETyFTVuNx/pchAlIpd7n
0PXPk9un18MHBg6nE/E7dAJ+YemTB8BPzM9fqD4Dr9wTHcDpjofuEzavWijc37brDe5hPEfs
T+hZkKoLbEibSONilTCjg1NwVfJZNJfG+nfzh+x8cz7gGIYYJmZ6Z+GYYDBDDM9h8fv4/mfm
Z+WYxM7zHf3v9DBtEKCiIC0diQrYZ6UFDKGJqsEDMoAZjr6bWLXjIHGaOwQwAI6jpgdPrqcw
wDv+ZjHQnEJ6iHp+emO3T66D4Z+I+GRGmZs3pRXvbT2l7Ss5ci5XD4AoQPZu2DgoPKmvlBr1
BmqRZrWuKuWGrblX61Fwo/Tr9dcdBmNPyZj4HtD07dBDAZjMwM/UEwOo6CdvjnqJmZmYcR2V
V9nuLe91zPGfANhABEIzNHHkvZmtWtjK14LdYFhrsevWzxVAWqIDajFTV3qHwEM/AhIggBz8
O8xD/wCH8Y69yOveCY6Y+faET3PsRUjvmM5ZSchmBhPcExF8WsqgipRlrKvLeENdXfW0y4hy
GoXLUZ56xJqHXExMd4T2gmen107md+hneZ6ZgMOYIDB9Ez8GY6iH7PTIIg6Yg7TPTE3tlaK9
pjZZa2DYWE//ADjJxiVV82e0k1zuI9biHmJoITTqlE2rlIs1zNdsvQeJgmYOp7Q56dumOhmO
pHU/Zn4+PbpiHHQTEzPxO/XOPj7y0nZuYB7DMgxnGFOYGGEHjpX6T6AHInuwBGkSK7eQv23X
FBHCq3L+v5Mv5+oDB3n1BG7nrkZnfrkztD1x0P11+/iZ+PzBnPQTHTtDBB9T3Bxdc+Sygk5B
LzORRUCzuHdcAqMgfbZy+SuowWba+RGxwrQtNP8AnqmrtedzO3QQ9ofuDtD1z0EIHQ9c9fx0
z8Mjr+XZVGZmDrmAw9B199WtcsaE5Vj2H2iDBOAgMDxe4HaZ75JlXjEv3q+DhmXXH6IwDVnZ
VqfZVZGzQSMGDA+AzMQ9e/Q9oB0PTAmexMz8B1IPX6hwen1M/HvPwMTA6e+ctbaOMYpCSYoy
yLgc8ysiflDmDMYMCT2cM0FOJaBwoB40qoJ2HWFzaKPOrqcrmHrmCZM+5nAJmR0+upn5h6dp
ntBAeuen3O3wEOIMTIPx7Td2Vu2dmxcHi044iJxiuCf1WL95DSo5PLiMkxsmBcR2MJ70nkRw
Va6chHCT+m4DVv8ANUPqYn1M/wDhPTExmHp2ggAnaEdM9/mJiGDMHaCfkz8S+zJtP7KMhqnR
SQwCcZ9wjAH6moDGIDiHJnfLrgspI1TxdSTZW2R3JLMDoXsuwe3X8HoOnbqYYenbp+MT6A7Q
CY6kT66fk9c9PsTPzs1rSCP21KRLVDoykEnABAnYzIZhnCnJaFcjixjHBJMyUYPlVfi1dgcK
wK69zeap/JX9dM/DPX8zv1PQ/QHeAQzM/Gfl265mJjoDDB8PabjvYq4lD8TySbCgN/kcCYMz
mVjsMZb/AB5QS3Mx+vDu1dioHYyi9EZXOXuNd/q7y3z+oPhiCdvkMzM7dPrpn4d5+e/Uz7+d
+WtwGjtwNNwcvUzVujA8yICRAe1J7ce7HMcGIci3sDgwkT0VqW1+y9EZYtlNlWxyXu9/rbLE
tPTHXtCOmehhgHTGYYAeohhxBD0EHXPXIPTPTMBOe+OmZ7X17a+wFXBXJ+jp7PkW+jBdG5Kx
4r91FsBszlkFswMALskF47Gev231tmt1sT3qrY3icSjirer17rr5jpnocdCOgh6H4CZ79+hM
HfqYMwGYmO35AIP4ExMCbvsa9WzW26dlCQBu+1uG3o7le5RicZ7LRTbp2aHpsIMYDGswWw2K
JtqnPvnBArcTPdSI3YgHLEMHAEGSAcT0e55tf2eibIfWbrWaP/XWDJWlSQifXQ9BD1z3PU9h
noYemDPr44mcdO87QEdO2Px7t+e3qews1Df7nb2KvIxPobymyPrBjCe89abBZWVJJygJYWsB
sWNlCvJs5TsVYYDDJwQuSSI/3yE7k+kuNOwjB1CgfHt1EP0D0M/JxPxnp+O+eueuen5z07CZ
7dvh7ffs1lK37F2xqX0FjlLDmet3K9e6m5La8iGOoZd70WrYlutWjZCsX4S1gxr5ZC8pgYVh
MiB8ktg+SFhMERAWf1Oj3qTghzPqffQfD89CZ3memI1lSx/YaiRvfaxer2+q5W+twMEfI9O8
x27dO8zO89k2y+5o02YrO2rbVVfOxOM58Z632Vuu3/J1Qwz3W2a677gsLKSW5EDlBMED9xO4
jEcCQVLfqrEzmWIV2KVlD624clORMTGOnfoBMdfwZyUBXqYHZ1xN/wBjTVrnesuYWwsSxYrN
bdsI9f7QUlLK7F+umeuemZnrkRmVBsbicX2+UXmZfTezvW4a1y7Adlod6/8AbDPqe09Ydttn
1F6O2qUYJ3WsGBcDiIydmOJl8KtjBNdxFqUjxIrKcRSBNVnU6z8lEzMfDPy9tRbbp1Nt1NSt
xL0uhWpA9ylYcxbGMoVhcCpXU3LKW19hNhPzmCHp+Px1M9tr7FtWtqbglNIlm/qJL+IDWBjb
hWrr8hXUs1x5a+hGZ+NiryJtGxdjCtHIU8SwwImubXt9NaKtf/r4zX6KpK9n1YpF1RSzyHCM
WNVShaW/XRJ8Y6ZAn5gn5x3hnafkjI9ho21WCysFH5x9dGGzp/6cAjkxYgqDaVlNgddPcs1X
1tuq8Yx8D8MdCoIOnST7HUqenW9eGbb2qogXl4jyqXwq3sK7p/M8PQxgJ7BQuw5Kj/YzAJxZ
WB9RQjoUDQdjjMtpWyv2FJqexARr1Ln8UDN1AQVQde+IMzPT76Zn5dVZV0dVSKqlj3KN0BMX
+uriafCWK3Jv2YVeKBxj1Fuitwh+GZgQzB6Zhxi/V2TYdEipnprS7c1Vpb2eua9jfv2Jratm
vT/bGOJReLSfrE9xSvlIORVbe9aFClLWH1+uKdaYnaCe09eNmu1bKbabGRaX5gPiesuJGM/E
wYnbPTAMIgmJfsVa6bPtHuVPpw7KzsVeyp1sAexa+1lqKtm3+1A4Xa/uq+VexTbDmd+mTgdx
1x0/DIGX3GgRYaNgNR6zbtbV9WmvCxZuCTfsKU69xpdLksXkufbkvaqPY2pqLQt75u9NVlQY
BPzg9PYuUq3QjWVVASokEkuPWZFgn5xO0AmOgg+V1Nd6J6XXQ0a9VI39c1X7XEoM82UrG2Uq
a/Ya56tVjOLGsAstFz1HS9mFiWV2LgQAT2fs00U1bvPRAR0x0B7+2sAuSzkaS+HPA25NnIzf
b/abCQq3KiV3s1+mjldWqhTtLwuYtZ6RmKTPfrsUpfXuf9e2C1uptVGtUIrqctoWBCICJnoD
0JgzPx0/P56YnfO3SLadwcCrutmzs2Fq63tsBrS2t0rVjkIRk2LW9uwWGv7K+oavvWiew1rV
9je+xu+n3EVP1I2NnX1k1fZ2bOycdd/UDpRqtyIUS+vmLKra2yZ7ZWLa9HA5OTiKxMsUONnj
StdfI+pUqPyIeh6P2Tcsu5MWqVS6vTZZXaicEwJjoZj5GZ+GIR339G1rNql6Amu9llWiK1s1
BZbbf/tTYVmNSlL61AIJNUpFrtreus1Udmuv1qiYKrFm7VcG9JRysxnpifQXYy6DkLSVXtaP
CsZ7bLxcnIPzFljCKzYN2Jv1i6inb8Z9TZ5NfrmGfie2507CewUz+zmKqrWauwPUIJ2n57wY
hMz/AODAMP3kT2lIs2CioGGa/wChEj0i1ra7eSbboXvrsoGrdYyeq22nDY9fZtb1l9dALGil
KmDsWc1WNRU+naPeUxPd6jQe0og3dd5dqBGrtGCyiNua9c/upivl/GEKugRWHIOssqDkVcEG
tZ/fVUtaETt13/cU6l6sGUAz2/FdZtt0Lex2S1KWONFOOsBMzHXIz0++memJ3mJjoRPYkrcQ
Sa2LHcz5ha1cQGyl6lYOpqOt75q67fb7NpDDYbaFXDSCotbZWtMKta5TXTPstLkStgJtsATZ
dIvtrQp9woFnsNi6JyacRG2WD273C2z2N1hHstkFvaeRl2wIdol9OtDt+z2Wo1vW79nPIIxD
PcNSfYes2+IzPZIWouZ1aprrjXVzNKcKhMdpjrj4Y6ZmemYD09owV0AFY/U7Gs1zXa9lTVGj
x3Hx2ELYNXWQ121cYHYK1qXVa9gFNBLOisENzYIvpj2X3U2Uli9axq+IbGEwDQlZigCfvH03
tRPSpE9Vq4PrNQG/09Noau7SCVWvXorYt/ucrR/U4t9X7P8ARvaUctj2rKmw7vf621jdUxau
xFsW0eHYXXd4KK6xrbItrEHTOB1Jn464+XuamaUOloYHm4ZZfY7GlsR+7cchL9imV7KWy1CF
4lXTslCFmra2w7PuNdCv/YLAqf8AYUrFVuptTYqxYK0et9UAEZlKljr12z9o1nfl3YnL2Mkp
t8q3qCmuqPKawlftKjZqPSfJXcyJ2DZssmxrWOPWVFLaxhGOB4Wste11Zdhg+sUd+mJiHp2x
jv8AfTt8vwJbTXcNv06lvHYazYGS7VwKePO2pY1RVXwoZY1drF6ygyPEuxXTQ+zubEo9AWJ9
N65FHqvVNLtD+Xa2LLvJn9SVcN+jVsqPWUs1/GsZbGhrYBsiG1rR4rayttbjXt42VWCyvZ4+
F6AmxdQuEsqCtdrYW2sLcXB9dtC+k95tVLWSgaa68W1bq/6MTB6/U+5gQDp9zHy7TvDO2fZ/
/PtO1F0uWytVACeRQrFXWwBj4ysPMrdhq61sFVXqrbJTVXUnkOcFpwILZIvUQA54tGr5Ba2M
9baZgzd9jdrInsfY3W7dm6pp2nTV0fZ2XszK1Wk+bPXbTKfY7hRbLwClrrUlkLa4YX0C2tkc
a7W61tNyXV7FtzQVKLxVaDWRVarqV5iFxPIIGB64mOh6nEx0/H4/GBn3SrabBZUdf2CslNFZ
W5QoR2yArt4+M8TRkKDSHCgsxncR8iJ4whr17WYFJvo3GzaUGnYpaVtXZPGizQx/TxWfx08u
KIDYuFqFkq0X0n2d2p31HIu1TyG4xa26lUFzvbXT660gaNKNXqaLj+Cyh6KWN1daKuAY6VBg
yE+OtoFAGMTEOY2crZgeVYLJyMBJh69uvbp3gxPabBO5ZaGZKuc1da3hZX5TZrvUUHJq1w/m
waK2c2tTrquxq2n82onGy8lK7WRxeGsuItv2dVDDp2YZbEItsWa281Vn/NGFATbtVNccKis0
GzZxvK3y5X1tzUCoditFdqNjYiItKZYwq5ihiDTYVVnpt1blNRscytVICCYEcMQa7BMMJytE
5FoP1gImVg8cUADtO0E/J+Bn421BvNPKynU4jT1R4tzRF1ewLOKHBYYHhs2ZTWlFO9obOwdf
1+7qXbvt6xXX7OrYVqgpSgcWV1vtstG1eW8YbMOAa6KHZtNOf8c1bNnX1h6/cTY9lvPZqae1
s13W02rU4hc2ipuMf/ZYUIZ/1l+8lZb2N1hosucrdvVuux5joqyEIpNahemIwOOCwhBOII4N
FQY4gRVEAHQ/HvM9DN7Y8Gu7vDyA1kHjpUJX9j2+qoTYC1TV19nYemsVo7TkCcTaor2EHrhr
W32UKttS02bdorHr+Vlwfk+1QiKrd6xwLEsviM8VhJQgilXj+noN/sb/AGIrp3E2qlsYWcnK
Irc8ELsW2OBp6/A6tQD6ttVWrrDYAp1+etRsa9tas6N5FB9vYhq9ttWvZd7BbQgKhQIVHT6h
biR8O07dD0++n591eqsbQwqCGevpCvn9vqX1JdU/rXqXe2d0U+b2SHVWnY0q7a7LQuJaxxZW
LFba26F9ffXdr+1uDvpKKqwVNz6dd1O36u+kwZzyEa6pWZUsngdWz22T/ro9cqvYGNiDlToK
SNuwIWAK6669sup2LdvdD7Q1tinVBr3LLtF1bT0NoF5bqUWmvRoQwzMPccIa4B2Pb4iCd/gB
397g7Fv606lVto1CvhhIAv2gq2297724l7ElWs7Psal+s3r7btnXssYFwSmzqV3rQEq105WX
OSx0xzvUdiMja9Zr3jYpNbR0RpVhB3Mb9Q5Fif4y0qx0aeQFP814zY/irev+FK2Zmw3aAGJZ
YjPVVuU6Grs6rUW+WoffUwOp6CDrid5jrnpjAjuEXZvN+zdVW89ZTwqAEexUF+y9hzLSWYUt
n+QPKqPHLc21aWzqrTtsiXrctNI9jc9ybFhtIBTVmnQfJX7bWYpbXYu1trrmz928STkeSZzy
OeZIcEGw9q6y5oTiNsAtUoqr1bL7LLbMzl2YKQHURsSqplCXuRqbRqtUgjoZbs8X1yC/U9D1
J656+yt40VVgW6lAY1oES20ILbGtZnAhHKeMxKyYcKGJMJntaWWuvatqdNa/YNNa0UuwW0WC
paWAOjhQ+nq2QerZS3rNprF9WgH8VsIzZyxDYORtILXEy0AppuSV1z/NdTx16c3yzKEIMWBI
FXD1hm45SqwrOdihbjy0G5UCGWHCbBOdVytmZ9TPyBmetl9aB/dIZZe1lnI3Pog8OagbTFwD
gNGBxVViDAlrKJyYzOZ7O9V1/X6lZR2AL293XlfZWRWtjcU2OFVPsFJruDRCjg1oZ/OkrUSw
gC+7xujBgxERzyZTXdqW8k9hkyx2SPGDOBXksAi2sJVx5nX5twHiNZU+vrCa8yJt2jjs7fjG
nsPa9JJH/hJnsdg6+pqbBNXJmavW2rXr0bVFf+tC5Isc5Vu5KmLgw5U2WgscEMcBWCqS+1sB
0VAMp4v9opa/Zp0Xd9mg1XcE4qSllOyyLqbXMo/krxNR+ZcTeUtbql1Dk4Y8jeBy0bO11fkT
dQirVYWVMoSsKuCoAHjc2/o9O6UNe3RYFQE0AJSWADbQ4bV4qWy/k3qayorUhJiYmOh6P2AZ
5/tmxpV7SV+p1klfrNSuJrUoWpOfEZevCp2/dXRoMY8gENmUJGQxMJxN+88dcLWlqYLZ8aOG
bQ1QUAwNj1dVzv6fXdG9TTjY9OQdVv8AbqWos4Vz1yEVn9l2UF1aNxVmBJAC3AMmpsIkosDD
2NGJpg13WWAMLFLPZxm058nhS9E0bIdZkmuzIP8AkLQotutLAcfZ3ozI5NusXBT/AAHx7fDE
/JgmIcCNcufY28KXcBdfLC5mrSnY5OrjC8bBxwztxWlFv2LOYfkQQVB17Ee/XCeMugh8QNtt
VK2+4INNm7bNqrhfrU+Z/wCRpqMSVzy10V7L9euprlwFckEZSuxkbSuONxOeu4KXBuTHsTaS
2yRz17RwDIJ40MFNYHFQObcb9pgHbmfX6bWPo6qJZ+e0yPh+Z3nbp+fuflnVZTbVe2FQewvW
2zasKrqIxr9kcU6oCs/JWqJEbkWu7poKW2k0TsSz0qsm5q20vrWCuz1t2KxiFcze0bNiynSq
1g+ytSbN73vo/wCXPbmggSqruyqP6NvX5JbWcM5Bp4lNtxVfoODSBmveXFYsIR2yKwwS5QVo
4lF2Cgq3AxW0hDc4Nm60vswlVTMfWJeDXUtY6Yn1179bL6qgfb6xP9uzafH7BwdPaeL6ivNO
vVQu7YUqcDnYvmv1mNae0bslnE1kOGAWBwosz4fUhf6PV2DlibOouym1rtTfp7Sog9pqhadx
LYDOwHtK+aGghNXVNS+IzAWpSQRs8ba2Fle9rlDflRq2An2Q/f1YP86DC+wUB3bDM4af5IVK
oGPKqryrbopYNfR2VnsNdqKtXQ2HrT1e01lXraal1v56lBVh8j9Ez2u3dUtNOzuPqer1dcKF
AhdM5BmMzf7NtXcUoJUgjntUNdLaiE1E5rZgWXlg3Jv5fUry2dciu9DkM2JsauteqaVtNq11
FrKb7mppdKzWTNiklKdG0XqoE7RMlCxD3AM/rbeVbKGX2OuqPrqWHsq3C+poxrieyH+3ZBVl
bg7V4XZs4isBjSv6omDTqqa206jK9eqsky2imyWev141/huoaxq/hmAztNnSTYZPVVIV0aVn
8K5f1nMt6d4+hv0tVr+w4bvkUbK8qwQs5hhq1lzva7o2ra1VjOlqmsALYS2xrPXND2BD61mV
5ZIGYULAadYK1hBMmD4F+CWW5BZWX1oRLAZ7WrkdGgVNskWXevr4UibwxbvhfIgSxrQK69s5
GndKiC2nUHsz2hxh76a5d7Nlja/sd06ehRQk7zHTPx7fEZmJ7MZG1WDU9I8ihidO8qzVV7Fb
eqQtfoEPbWwZ7eT54m71bKdH2G7r26u5RsjNc5VwAEdxO8H3Zt69bH2GqCrq695uoFazs1ew
GlLnkCeHsCwpVv8AVq1K2zySmqm+q+v2FRZva1uBXQjpWgsp/lNksrWl9ZVZdakVVyzaOTRt
3RPX66FVrWdumRO0PT76DpmD4iMcTbt52bAFsroZS1OCnPjo7KsO8eoPN1ApsqHJFLPSeTJq
U31X6exoXaHsa9lbdvVqh9tXBu7zxbfYSm6wu9Vbz+bXgwBmblAsXfHCJaFai0hqX8le5cFu
2nIq9TVke5uUaPprGTRZyw9lrs+vSoNWqxVqEAfd1Q9mjrFXx2KcgoVR8M9B0zB0xMQdMHp2
ExLLBWjbRsOwW5a+tZa2xrCtlZACxsFeEem8EN/UG2f67KrQWSxuI0Mu4NVKX7Oi9delqLbT
6yjFWtTXOMwBGurWNtgRtpyDsWmea6GxZv8ArVvqurep9Qlk9ZbYadvbZrRf5q9cprad1t/s
dqhEpqBMv1/KmsrV7VlRSyi5lIZGWrcbWsptW6sZ+WT1HTPXtM9M4Geu0P8AQQFspqa2U1Ct
NikWV30Gs1uymxuK621laD+t36VuBHqDt67S8aW012r/AMXrk/8AFa+a61qSzZqSPt2E27Nh
YX2ZF5M5Ax2AnMzjXERc+39YLBXrW12ev8hG9TellV4WxDs7x1fX1UVrWoOBDN2hK919JLl2
ddqi2y1dXlLN67/+TMBh79cwzvnrjrnqQTBid5ibpI11DNZqVBFmDNmgPNhUW5ruda12B/Xb
Lib++rV2V2E6WkbFQYAUyy2quDcJF25Wy+dsreywdyBASDzYw2HjkzwmJWFmJbp02SqlahtW
ajjf9dbUfXs9F1Tq6DpY5Db6sU0dkhNlham9xzo0f0GtAiGDrmH5/c/AmJnt+MdfY2qqayqW
rXipMLAQsCL/AF1Ts/q6iNXXs17fYl1c6xDUa722V1BFs2Nes2bTAnc1rBQF4bmr/qDNkYBL
5mZzEDd8cpwfrmbGzVrgnc25r6NNEtpWxdqpta319pCgjo1fKPQ7K6WalwvS1PYoA3pKTj84
zD8M9czMzn4mYM7467Os911OotVmTCQZkdMmYJD0MZdrPYK9UVtZ7Fa4du9g5ydfZetbaUaX
fq9W5aFto0dhrdS+o/RVyCz5UNEJzMdMz2m3sD2FP/YNMj/mNIA+69cJsbehtzWWytE3alg3
NYnIxLKUsG16+2qbmxZ5fUbYCpsI7DImM9TLbq6U1/bLde1laiz2GsiJ7OliMMMQkAbPtWFj
e42Cy+3uCn25IX3W0XO/u2tVds1117lhjbdKh/b6qyz36oy/9g1jE2aWrv8Ac0VuPdVGP7yl
Z/y+rw2NsLT5rWOGgwIRmYONB+J26GV1l1GLbLdzTSo621XbU1bYGQuSmVnI/Df9Vrbsf/rV
qtV/104q9PQpr16K4aayX0qGP/H6oIxMzAzcOVe5prZZraKJF01BCvgTM/G77Wqpdn2Gxaar
mV39lYVOy7mi9y+kW/mttSpPZe1ayWXNnmBC7FjgzTASHYXWp19u0hfYMo9huBdYXMSW5QWI
sp37PHZQ5KBzE1dp119S0HY8oQEQ4JY/sHGfsFQV0WcrbT43a0E697C2zWC7Fe0c36b1lWUj
j2xDiZh+p+fj9dMdGAIt1WaxKnBHTMxPYbIp17XsLOhz+VOYpaep1m2NnY2adWrd9pZfZZY7
RWd2o9VtXm/16alQJsspFSKxbdvtuVTrUCija2lZvKjTX1KjB69A406aYpqy1VLGstUoawmr
duayyhGd6L0jDKkFSrYncFH4GziyujJavAylmdnVQ1W0aGv06rQtjA/p8e0xPqYyYI7qq7Pu
qqofZbTsu7sBq/abSin3CtK9qi2Gd5ds1Unf9wKU2N1toYqDW3I0KEwDEqBZtfafTTa2b74t
Yxr6ltz6nrdbWAP6+32vLdq1ETbtCwOaqfU6nJvZbpus/wAhVSxFOu9YUOJ4gJ9QHvkRM5EZ
WJaxmjqrF6436zLRWBmrhxs1cgQQH2LKgVXYpZAwAt1Uaunap/nb4jMz1Zgs2PZqk2PYW3AO
xJDYwYxJVQMLY6Gv2r1zX9trWxhXYNzWNxOpc7V6F7Sj0V829REFlZVqq8xwoX+bSes6y5rx
RUu0wZvZcaWHMB3U/qCubbNzbFevNDTa1xipCRyJxCTnIz9HjmACZi9OZ4rd4oK1tQ5BlFjL
LmLUhiY7hRRs7NT3U8J5WQpeKJ/fT8fz0uvSobe61ouvLRQomAImGOAJk5OIGILHkRW7tTWd
bQTyVtreuYPbw1qg72LZVmrZDc9RlEtwZ+2UYiWF3ZVeNQWq1tJ7AfX7Zt2QqNVisu/JqKPK
1SJTWWMwAe5HeEwjt+VOSYvHHadsKeMquWg2LrbVb03VsCca3F1ZlVmsAIawnRsa2mxQhLqk
8afHEJAGxtqk293JewuQcHylmAeKTOIihRHwIWJLO0pq2Ne32PsFWrUtvca3sT5djXF67jiu
NscJtEHYpsCujGxnBWYKsygpUpUojWvZuVUuXsvOzo01raMSiprLKKVoQETsISBFzhgCQoDE
AwfQhIECnCjp9wdptV8V1rP6FuoK3V2vXfv0cBxZoK2jX2oWK7dBXJwkDAwjMx2+47qg2drC
7G2Scs7M3GcmYovYd52IAhfJYNEDM6eh12Fnp6BXZ/15CF9f7D1zHYuudbAU2KuZ2LOItcs9
QyQ4Rg4LihljVhpXXWASyqiVoWsuIucUs5u2H1dZaYcGAZBcz7OWye0HckiDMzhckgntXkAC
fc+oXUBGra7XsSybmv45sObqCxUu3ICwiaOxyvvrCHvEtreeQhlsDSywINnaFR2dlrGxkWWA
AJmV15mMzGIBgEkwkAO+T6nRrrqgMP07Azb2SDTeQL9lptuGcKbGC2VtrpzDsp2XuDAA5IJl
zrPKYtW5adgV6o1KCqlcRcCY7kwjJI4z7gGAO5JIh/YqswDBgDEIxHbM5kn/ABCEmvW3Gsmv
VY1OzUisSphzONhRAX1vGZxbKbV6BN5Sdnd4PsbbO4Iw9oJ4s0SuAQffYxic3WQ2YnIM2lbW
uo/ttZTT7Oi08ldb9jid7bPPX3eL7u+1zWWlpq8lfacWMrFKdYNZbTVxV2Eur5QV18cgSquy
8/yVVXtYS54iAgjDZMAGScz6ABiqoDfYGYCSPoQkIOXKFcw1AlqwopYY3T5prO7622qtAwBd
smi3kmi2Ku0TaKwrW829oIRazQsqAlmKjJrr7IQYMiYyScQqTNlLansdmZeXP+m5UL82Szg1
HthXW/svIbebmxRF5GMQZVktYfIxBUerrzYz+Otq7J4WxitYpDIf0jOTAe+HaBcQ4g7knIGM
gAlQAHxOZNnDAIABPKO3EHuFBBfBJdRHsEDNlXQxGNTJUQuwQkDs4qsAOvca/YfrBUtibl7U
Q2MRW/GZBZV5MlQAJEQCHJbBj2DHr252+0vOc9zeTGdf5wmQwOASYGII2HKW8QWDKFbDUH96
NB/Bfr+NtSiyk+MmECFwZZnJF4ig1gFTAMDzkEWpyFgYr3PfPFSEKido2IMoEIx3jHAxO4OQ
oezkGbkzKEmcj6lTBhTY9R3gOROIGIPmAv8A6teNbxXZ2GtIJwoUlawYlfZRxBxlWBYnibHL
FyRNauyuq6zLitnCoc5bGuyh27ucTj3BwWRsOQClRY6dKodj2beNCvP+5xKGssTgEjuvINya
2nEuv5WJbWC11XB27ZAKDlGJRgWM8vdCjRrFJbiYiEjGIXzCGgAWFwBnKn7XAjEEOMRTkrZA
odX/ANusDmfkd35TdqPBwhjeQChclAAFbtmNnKgZsbMWvsVy2uQlPstIpYjlIcFn7wfqFbsQ
0PYj7ZshNdnfV9M6LuA6wNrEc4rkNqDOs1bGXGqsC4A2qxDkcy/7csOtq4IOEbEfYUSi5Sqr
UTaFSBVMKwOOL3EgWcVa1Y1hJawsORxlckQns30Zz/ep+TUWsLXXiwzmsFn8IlteV3VBNZCz
DVvVYJy5E5Urho9gJBbP7EhhlNgtKFV6dv1Wvwsq8Z7zm2eQzz7rUbJr+p2LSPUUVijW1tcb
XsuL7OxZe/LuSTFOTp7Na6/lLS5QAQwAspK7L/7C5aftlSVYWZgtHFzhqBhanVWsvrwlxyNg
h+amWYUjk84ZmVE7iDOSATM4jEAWdizkMjqFZgNq7kWqqchNR0q5VRl77tOHtHfl+2tYARZk
sThnMITFK5ZkrQbCeNUFhPr9oKb9fzGz0usY/pqFrr0tes1+o9e4Hq9Kti2rWqlWF16UpduR
m5s7Yme4JJDIDrOBAMykrG9cWFmrZWNgEkYh44DmByIljGE5bXccX/xIJL2OCHLzmxXk5ZXC
xrC0AGScwnIP2rcg5AhYMb3BGSYuyRXgu9frQ0Z/HK35V8BHIzt19ttAICAE5ZR8QuMAlilJ
MrVax5Dn2AQGvYtNQX9df2l9AT3aPb/zz2RNqp1r9hXSLPY2OjPYx1bq6Nfa2/K7MWJBYvWQ
pEGTBkjWrZ4tJ8eqqI9tmI9uuU30VbQYxJHJoWIKOWg5RX4hLmdUtDS1CT5HWJsuILUYHGAR
kOQVJaFgIMtLFVTdsooOzygFjBfvW12vddHgzLhL2ZS1n7+euWDLFeQ2qQC7EFc8sFouSKFZ
plaioxC5I2Ryqp+8qVZUM8KgLSvJWCNzBDFhAe7WTkeZYk1VgDZsZ2CmAYgGZ65zWf7GUi8C
f0K0avkdnQrsS2lkYAQoIVJhUicyJg55ERXCx35FnxFYZ8qiLagCMGnBcEqAx2GAquM/nuLf
yWmJq2uatArPDSbCForXk9CWDx72yoL7aMfOJWSZ/id6vtsAF1P6ry4/sCljVzyOYjEAkAWH
9K+XKutmj6ruCrKTjiLTOeZlzOIhP64wPpnYYP7HPEVrmA5FQLFfGy+JYarCp8iFNhuW/kEw
WBRXewLvTYLaUw+VGCQFJi6dpltbpF5RNZ3C0MDRqNhdapYG4FrlQgo54LMDIyCWWbbp57WK
W3F667Nt81I17OAHy0sZlY5au9Wsq2qcjHGI3YOoRj3Risrckh8gFYAoau/utziLYtqnXqIb
VSMjLBgMyqYVIYjANiwkZXucgDXqdmTTqjqiiu2slAjRleHbZA1+rYNixAGcAkmK2TZ+o8nF
dZGtdNYI4KKHtwtoe16NUNZ4SIKghLiFmI2+eLV/00jsbFWXbtVYs9lYWbbveVtXVSdmxm22
5huSnW/xI7/vAwtoqbIYETbpUDZoCuCCQ0DIYpicQCxBUBw8NgAS0qEtDhHTh/rIyIFSBBGr
ANuEmMgVwCIjWTWp4BnKy2sJBwaLY1bV7SuGcM2wEIuVldiScRV5FoF5GpCZ6+j/AOe6nmf4
Tj+FFFaV1J3J4TsIDym4xja9hVdh66m2LGZnLTkGOtVzfct/ZcmMvPVYcmpUJWGw3KeuuKuQ
9dhzLULLuV8o68WCYPAFuOAvaL3BsYj9jP53wV4z9ga7DjjmLTbYoFinwuEtZpxJnjOArNK9
Syxq9ZKhdaTKtlI4CNsEB25gJlSm0ON5t5WF4KrLXFRWJQ7SvTtZtf11HKvWprgGFJIAzM4h
sGebSy1Y+4ij+9spsNYt95VjZ5ayhjclARjKgNemwsxIblonNRQK1nesKQ2Z/9oACAECAgY/
ADm//9oACAEDAgY/ADm//9oACAEBAQY/APc1/HX8Hj6oEds/yTWIXVfr7NUxHmQnGtCUGW12
1RkaPZM7+qYgljcf+lQlIMTdFw4OF/b7TI2UZkEEi6JBcCyEpho/gKEe3X8K8TVEG6CcKvsD
woqeqqGJFeqP2SSNEY8w2ywEHrGrDRBrnKiRm6icBbBSiMReN20UQzP7dPbc0CaBosuEN6eJ
ce1d/fN7PTw/imKpZWThMfYc+FUTcaJziz3TxF8lAW1QbwEZ0BCm5cGiiIixVvbbxbwJOEwL
DCaU+46qrAaq4ZGLub/H26/iq+yy6J2TM4Qjg1XGwYLomeooicm/hb3dEOCNzWRWyFZNUrce
7VVNEBI7hkG7IyiXGNR/4RX08H2naKPhRAqESiQXL1CG7wt7qiM5lmU+UnumaeSeVUGuLoxH
ylUD9VKOCHb8Mw8enu6e0xyo8QBLuXwiTYIkDKi92TtTX3JldsIAxZ021o6qRm+1CLkz+kDq
hx7e45K3RIb9oTHjlS5ZVFDZ0JSDbgw8b+xX3P8AH2H9jqnKv7l/cyYOgRkqI6IhW9qqNajC
EHZrpnAKiSXlJbrm0QnkXq5K+4OI8pYCJCP9sicT8oKE+WEoxe5qjtAkdY0khGUuwlgdE9/f
PLNhp7h/wVPEg5QkzkGyHl7j9UftTMZMxIs611Kc+iY4t5IRxGw0QJDvdGBdhYZQjHjEDIu7
dxQ45gECIcGykftiJjgLkP0knYobvmb8B094/hT8PMZZB6F6BEGpFCcoxYGLU808S8DRsLeA
WNz1QIsESRSNz0Q5I98Qaj6mQIjtH1F6oh3B+rBQ5G7QXJPysEwGxqMbLp79h6+N/dV/DN4P
It5omAeYyjGTxOCEAcZCB1RjUC6YhtHsjESbdRhW67h9wyDPhE7Tx0oQaIQJMsAIRsQLq5MT
UlBzue3i3vq+DexT2NPeN8fZr7ZjFjNbuSToiLaJslMXb+KBie7IKcEH93RPEdqBq+GKINtF
9uJfcnNZZKMYjtQnyHbGhAQ94/sU9qv4yXJLAoiSWrqmck+aqa6ZTmg82K2kvrRExDBedwhv
/wCJk/GQeoTCgynIeWF32QkMX0W34e9b/wAGjxwDQI/NFy8ruhtDHUpz6lavhdSoGT7iHRYU
VBRXIairYZUuYWjd0WwnBoEOPOCgfdsPX2G8X/HmcyA1uq3u4NuiG2/5KqZVqFGIFT0whCPw
TomVf4J5B2D1QIYOFywjZEWJwmUiazFjoh7r9VT8I/vn8TI0AVflj8oVbYXVdUxJY6pj8qMm
sLpwzKjMUItUqVGctRCZNAuUahV9UAD26XTu2FHy9p/FvxNPc09n7MC5PzMneiPRYToaYQA+
KYDumUScoCwQaVAiIsTdSjcgLkGWVinQdAPYe4oqe+qqeDe3T3xctIiyMpEucpk2qaoKYq1R
dO1E0aRiGC/NUun1yFS2imbhEHNGUgxutGUfNAWfHtvr+Kon96B9IRAPkg5FbhXYaIsGP7k5
NkIirLcW3ysqUOqAV6C5Ta2ZHBRArqCibVTg/MAXTuu1x1T8j9D7f8PwlPejT2y9a3VK1urV
1T4GU9KoU+C3SNBdAD5QGTugF5aIEXOiANToiJUF+i3wi9WK7sapgWC38lQFHZExAwqX93b2
ae/t4GUztiLn3pkS+6oGiOis6aQXnhWAOcoQFXym+JTp7ZRRdXcImdh+aPFAeqMpTYLpqUGD
xdCXGRAA0Wzlk0hR+qYSBddPDX2X93X3tQ4097tu7WVBfwu6yUXJL1BRJ9Ew8lVB8Kn+5VLE
LHmrsMISPcmuR6IyJtg1W6ZetBhBgw1CB3EyJoECQBXNkPLFvCnj5J/YomVc+xT8M3tSnIbj
pYD+qSYEdWTOq0W92Gq/c+U7WwnAGqei2j0TH8kdEGQcv06phUaK3oiBX+CIZzot0y3RNAVw
eqEiASLg2KfbtIuFT0HhX8K66fg3GbumwqCuEJTj5JsIEZuvNUL1XaGQuCqk+arQhfoi/wAV
oiUaXRPxQQwgPi6jAntmNvr+Gr+GlPaNkSXJoEchbpFzkMwTAM2ExsqAea/gtDon0Q0QGBUI
urs1uqv6pj8UwDhOEGDGVXTmycF2VbjKb6gXCjKxPsV8W/A9VX3dfbPC4MI0DUTnOUGLvhOD
VP8AFV9SbJ8LqeqDoFrpsrr1TOyu6YKpbCp8dUJiJ2GgTC4wU0rlEYNQu0VB9UYGuQn/AAVP
xBlKpymibIMahbZGuE+l1dhomJ9FQLphMnFCqmuQumUR+aGURJgrXsuT/H5QJZAR5P8AFc/y
af0rbyAiQwQmJaQV6FQNbt/4H09h/YkWYXHVAOx0VaFUPphfbmKjOqBAeJ0uERgJv0umj6sn
dugT21ThnRwmdiyBdBj0qu2XmyhyfS7EdEJRtIOEWHdHKuB5oG6HJbijU/jy59mMZVcLfxm1
wibAXK38E/7fGWbBQ5Y0NpDr4kfXH5SjGQ2zicjwrGqD0VSPNb40e6NKdLqoDfmtWTvXKbSy
unLea/Kq7cJ3BTkVJuvtE98KIyY7TWlxJGEIGRGUJ/5RYCu0XJQjAAAY/HN4U9gmRtQDQBSl
xFyaEGxUoRO0Gh6piWwjxA9sw7dR40X/AOzxhyPnCcfBOUxDdQmFUBINqh0wV0KLBv4p3YlV
dOv4I0bVMAmz0VUCDQ30QkMhOAtfwNkyr7zr7I4+Ok5hydB/KmAMuQv6obosCKaIOGZdclQk
A4FJHzQ5IF4yr4mMrEMVKcZHjIzgIgVrQ6phQpzfLIk+ie/6JxXVBx6p82T1VUOtkzphfVOC
50QiA8pJpRaZ/JCOn4HukA2pX/cBOgW0eVUzgFUN08TTXxp7dfakzHhgGa5f+VT5Q0ZENF9U
eP8Ay5g8b0Eg9P5ERxF4Gob/ANyqGIuUNtvggXeJvE2Vvz8RxxLbrlEZuCtxNU5Ypnp0VP0T
fomNfNW8kDV2qCq4QIDaG6ckMtAgwZA5uTlO7uHZOPekyO0C5wt0ZAgZdV5I/EKR45iU2oBV
S3yLlyq0Tj/4r7kSaICMi4X2ueW4GxW6BEgc+93SIERkokSaAuQj9odpo5uqN00Rm5JwyAm7
xHomuVVb4Huj8w6f0q/jGUSx+pEs8Y0ZkQIuQquCLiyz00VfRbXqmq/VdFULtCqGAutCDWiB
JeP5p2YHK3XQmD6dEPJ/eyjxEiQqQMoxjIg2lEutoJL3X3GBA0Rkwc2OicVdV9AhElhl8qny
mqLhwECJ9mQt8far7TcUzF/guSXM+Axyqi1tP+ZDjJY5ACE4l4yFCiCWcMjG7UohEBl92wy2
VYfD2CAWkKupbSLrdyAbjdFrDCcdoVaHVREKyN1xGAeUyQQRVGPLZqSy62mW6b3FAyJEqGhX
6JsDotoPVmTFGORRRcYbwZV90QaPRGTboStID/yTQgRtLWCMYOZakJyAJGroyB3EVRJFRclA
RKERVwgI3GTZdxaXwVO6BuB/pQESH0yqe0/sMQ4N1kP1RjAkAXiMo8nKdvHHUMSvtcUe0C46
JwHJClIxeQoxUeWRoKlCHEfmpMEK/wCXsyehBKrV1X4FCOeiqKIcm0duUCQ5jbz8KowIujuo
LJwXGdUDbwjiOZIbKjXx19jy9vbIOChLY8hUEqkQI3suTibdxgnadEQbFGW543BCMpGr9owy
cFyUCxHl0QfzfzQjtbrqjASblajm59untE/48hGEq11+pGX+VybxEPoP+JboRABrIkPRfc49
pMWBiaH/AJUJhjM/ScFfbAEY6BDmbdKWD9I/pWf+VOcVUqjo2njI5v5obg4wj9sbjkBGBG0j
C2xDgXOihHJDn2TIXFwpQkHOqABsvJCjI8ZPUe/38smClDh7I65IT8cDySF5WW40kLgFaiza
IRbvjlOfyQJoMDVbiAAKF1s4y0DeTYX3OMn7cTSWShGdAaOUNskyr7HX2aIxkHBwpT4S0W+Q
appQkCOipxkR/caLce+f/ldbZBjkKwRAvJRP0FbolVKltsLrZEeSD3ZyuQ4dGRrR/CvsULAp
xQ5KYl1T4JmZRHSvvzDkG4GiLSltNgcJoepRa0i4IQqxNC1Ez1s6FaYeyZhIZrldoaGIoS5K
QWkRYBCJFQXcIASetkY8peOCTZbolx4VURGvJKz4UOU3kKtqq+1HjFzUohmIQjKyO70W6Ois
mkWjtoEYj/ZkNmRULukwynNX+KEiTRSOGRALAog2j7WydtUZcEozGhoURKmCgx7iMIl2AQDO
LEjwb3b+yR9UahMXrZAsCBqttwK6BAEiLrZtoDUm7raTvEqg4ROCj+mU/wA3QrtYAGyEIyYA
eqEeWII1Twl3YiUTIPtLeS+zySEReLq4qt3LMDplNAf2zYeLo80Ru5RbyRlyPHogwRCqKWWF
xiPzHC3SYvhUsv4pgiFKMqmQogVOlDn25SAcgOApynE1dmXHPM7xQjUuzrbFoxnQDqVGJO4g
ByU/4EiMNxEnjTVHj5eJ+XERofqWyEDI5/8AqW/lO44AsFHmZyKy/mCYR2xjSMdFtmDGQwaI
Ei5oQnALRynlclFhexy6EBEylKgArVH/ACP8mW0RB28YUuUChJdVPcbMh3WGVv5XYWOEOUVE
cH2CpQke4l1XCcKodWRlLFh0Rj+1OKJgq0JQ1W8OZQVYPVluZqt7j5N3GasbOiOTh3HBIx+1
NDiESzBgoz5ZbYgu5uozFXF/e09qMgdpAqdVsgBEGpITO4wiJGuAjIFpE0ojI9zXK2xcw0KE
Ivud5ZRaBMUGgTS6hJn5CaHAX90naR5IcYD7jRsBCTuRbogAXX2pFycELfxl4ZGERKBBHomq
CLqtFtEmJW4SeJLgoDK7j25dGtNFlSjpcokl5SqtCiDmyA5KFPxmv1IxfcZX8lHjjASiZDH/
AKkIxiABgezDgEd05XOiEhY+BmzydgSh2RLZZbQBF9AgeaTA2dRj8Pab2+vsVVECKtFGb0OF
tWwNED80NpNEZvUXZUpqhIFtWUeL7IMois7uf3JiTEaRQM6RZMLRPapcjNI/KeiO4toUNsge
qE+UB7AiiB4+QmH1RuCjPhLH9pREqHJW3cQ2q3OWytpO4YGiBfcdNFWkdU8rq60GE869NAv7
QoLHVAmIcKMpBiLhDli+0msUJVYXHRR5BJ6UR2fPMsGRhzSfjNicJxY2PiZU3RABQ45HdHB8
B0KJiARcFnTkUw4QEjZRiKe1RU94HLU8HQlF94LeiESXJzeiIhTopQHnRdy3iNAWRYO+FSgC
qWI0XQUZEO0TZbQw81s5Y0wyJgCxqETKLSAodUSzkXXpVUFfyRAB0VVQOMYXb5eEhCDTB7ZS
T83JKUsr/tBx1qg/Hfquw7CKBl9uYEoytJAxFboRmDEPcaqMv2uiXeNgBRfb5bAdp/0rZGp+
CkIxG5u2qMpuSS59UIuQAKKJOQjCVYyU+C8RjJ/pWYxxEZQnKJlIGlWihRpCjfg4ywQ3qhAl
pxFBqhGVR0TxLdV3SdipPcInOeqeN08DR+6OqcyMZG0UxIY3GQmBHn/1LzyhKIpG6YDbEVJN
lKAhukKAuth4xPG40KYwfR0efhbj5G7oHP8AQpAja9R5oxlSQsjKJthFABghHaNXKtH4eFG8
12yvlbquE1pKTxcaICJalkImvVSHxRiBV6FRgW7Qy3WJqmdDZcXZNMVLXQHRE6VR/wAi0t3q
jEh3yqw3jINUOT5S1B7qvudsw4Bdfd/xiISiPlLqpA5P4ox5BtlH/behJyQ+58FHRO3mmA2n
XUIm3mhtLZf/ANyrIk6oGQfqEGq+iPc09AF9rgMgJ31KEueTE3AP/qTEGmXRAjJ+pUZ8Un4y
e2P7f6kXqGpJU+bKayO6IkEJxuMITjcju81lO7J3fonF9Ctm0P0QltJ/pR6XBupkAvxyceSE
xkVUgbEMpAWe6Eo1a4TkUGiZ9puEK3Q5IGgyEKvON0y+4LG4wtsS4NQEQaDVCAroffN7TKBi
4BucLtk5TNuhdbwe3TKAKu627u7rZAE0C3/THRRPGa5F0DGMpykOwCzocn+QW1iFtgNuupRF
nVC6YFitkqoxJIrRGJNRkpxXBZF6EWTs+q+1i4VkXjEzlYaIRYs7ERpRCXHCUYigNyhyynIc
rd0GUoiJkYVLL7kT0bIP8y5nL7ivtmoNE0fzRkW3XUuSdNwIUoyr+qBk51QLExNGNwu2Tgis
VvidsMockaPcItDsGU4jUiwW4gkOxHRDk2uGY0shIWKouqqCtPwA4xSTLa5B/VS4uUk0+YXZ
SlE7gKkdETCgwDf+lA2fqmJY6pn3ogWN0JRFDQqkaA0K6lObruNOick1GE8JncjEHcdTdDks
HReLnEsppdr1CiIkHV7omJHwQBoH8CSN5fNVRosrui8XJuyH+Twh5fXx/wAqmYwMd4szd4XI
RQgVCM4C9JeS2knatxFHepQjEUwAHQnyTHGDYfUgCdwuy2ygwNp/U/8AUn45E6FRHLV7tZDY
GGiqvuG4DUXanITDxsrJi5VAVQFfKnZlf3UxEjsDMjv9GCMdtDXcFv4yXFKf9KbkAiSGPmmO
Kg/9SDU8kS/xwmnrdD9k7KL7tg6UTR5BWz0TSRkCAAtvE9c/9KiQSGNVodFOMv8AtiPcE4LO
KFsLtYpi8Tgp9xZCYDkar5Auw1NWFVs3Wx1QnKJiMErfxuTghdVGViDXqhEx7OSxGQU4LDRG
cnJBJ2rdNo8YsCtoLkLQ6ryygMIG41dG7YQYu6qq1VvDtv1XdJlSSd6K7J3VTdVdWKp7vk5A
HJJdUsA58l9wS3RQkaHQZR2ARnjqtkx3i0lW+VuF3qECWEDYKMIy2kBnunH+Tuj+0qPMOMcw
jUxehQ/tHj5ReLdqHFKAgZEWymkNpFQjy/UbaBRNjb0R4+M0lQqLA9t01QJWZAEv+qImGGCu
22pXzBS4oQiOSV+WRcr7paZd3CEIcW0D5nwf5VS0iwiVCfJEQJuERZltnEHbY5ROgVMmiJJd
7DRVoP0R29yaNAu8lsFPxSeAxdNyxEJP82EzD7ZqPNOSaqlfHtXcarXwpZMVZVCt7syHzypF
EAOTcp2oaFCMTuBFVEdPD7kQxkXMhqhIfXVuqMhHs+o6MhtFRkjwLGuU4JRjP45UOScn4d1T
llGQO7/H5QIvcwKgIkzi4MZCxKnyEdws6lyywtpDiWfL6UJcZILVCY5VVQ+Y8DZsLup+irIS
Gijz8cjGcbRuHW3laXHGu6IREQPuQpIf6kRZ0+HZ0CKtkImQYn8kePiiSDTcUIcg3SuT1Q2x
AAsvucgEIGxOV/ZJlKNZRsvtSO2RoRkFEbt3EbITjZPF3CIlDcRbC2iGzcWshxwjujmZFU8r
5Vk/jZwU/vIQIcgOAtxobEIA1CBl8hrHz8Zcc7ELdMjkMT2jLfzKMOHj+yAa7LyW+cpgedFH
dzbudnJ+pHiidswWrnwYWRhMGtgpf4xn/bd9pRH1Co6f0ocUDUVl5oCjkuSVKIu9FGMwIzYP
IIkR3Q1CcXiiQb48GJp0TxLoSjZeSaVYmhHmpHjJ3Xpn+RBqEPuGi2AswdEzMZAUP7l9qFzc
+ad2A/RSkOUQhH5pyyf/AMUFt4JGXBAvvNIlRH+Ry9vH9MAwZf2QQWbc6nzAmQdyQe5Sn/kc
wE43BNR+1bQQYTqDh/B5RY6hOHcW9iquqFMa+9DGoFgjJ3IwhMDtGdFEAVjR/CqIhfVEg1Ny
VtZ5ahCM2O6wNUdkiCVvIOokCpSIJ2U3apmqLrtoUI//AHf3aqQ4wRzRPzE9i+5M0epbKpgK
ByTX0QbCrZGm2X7gjEP2lnWU7smBcLot35Iix0KcOGRcDdrlSEs4OiMY0jMbgFLkkKEsEeKE
v7hu+n1ouTtFRW6EIhoj4IO/qna6eLgoj5eTBFKoRNYmo9EJZz5+1qXb3rDwMzgIyZwShxi+
UzduioG6KqaNIhEyLapoBhqq16dVuJeepst05ORYI8ZsUf8AD5JxiS7EUi/9S+1xnfICpCfm
n1bK/wD88NxH8FKUwBIuSMIsARctlF6vqo8oYQiHLdE0gYNRynhIS8ihER38kqgKUpCsi5Cs
gF5ogGgVahfoi1k5igTQFRnpR/6k8rQcqfPMbQ5p5rqqoEpk8rHRb4ljjVbSH6pjSJoQgRY+
wwsA3qhWvvzCNZSC7qGrvZPIPJ2rohEJzfCvTJTBeaOQLBfq66BdEwrqo80BSRY9FviXkzOV
um+03kf9KPHxipHdLJRFnp8UAauGoq60QcM/VEgGJ1in4uYscGi3y5XxdE8ky7UYr51u/JPo
nFE2CgBZHbdGMiHILIjIDUQE7irlcsZ04wWjqiNrgUDLcVoqOgY9rX6oREg6Yl6okMHTn80K
v4khdQgSaEt70kkHaHNU3HF+q+5P5TkqRBoCwRnMg4BTunBoq0To1ZX+KY5TA+fhagyhwu8p
V9EOacdxJ7QcLtYEJtUKMAuw7xc0qnuCFHkibRqFGXxATxDgoa6I0WE6LBRAPmgcEUKHRMbf
70dmDQoPdqoHDMyhKJZqHRGT3KaNhdCrgZXaAEGQBGdUZRLNdNc/uXcHiajRRLHuGfEwje5U
Yu8pBCMasXJRJ19zqVZck4/MzRUuTmJ7qMiXA0ACBNQfpeqYRABuTdDjjF9uUzMEQbCyaSK6
Lor0Vb+EiSwFUxfbnyC2xpGIRJuUNxoKqBEWjYFECLRjQjVChcOGwmkS5+CAY7f1QAJBBRft
kLdUTlXQjTturP1QbTysqVjLHVBAj4IF6nRRr0KIzhTGWsts6kHGFtiO6VfJN8USapjl74Ug
L4KB9JC62fKSGYrb/wDIqAtREmyk0W/aUZkuT+qP7jbK3G5pVDX3DhZ8NnM4GGKYvKIsCiRF
yTc4TwDFOD6JiPgjL0RllaeaoqmicVWWFUWqgNbr7MS2ZNqtpB3TFT0QYvqotZ1GJyt1mPav
JCe55O5C2kkHBURCrBi/+lTnx/LEP1KIOBTVGMpCq+YIzN5H8lS+FvkGnChCA0KBsgRbVXsg
JUAKa4wUZC0rqUaB8pmfUhF/imFk8aD8kIv3s8XT7W1KeJdXcgv/APUgGdl3OAusbeS2P8qY
F3yogE0wh5D39adSm4x9w9Lf8yESKyuE5rlE5JdSkKfwXcXOgX6I1tVdEZ3YWTk7STbVMB0T
yDvRlEsWjcIbo0FaKJhYpiU7svuTmBFEcPGfOSBJEQcMhJgJfBEEtWhC/wC6VtiKRui1NFKP
J8xv1XaKoIAm1lJqkraKD+KifpNFLJFQhN6ZRe2CjomFhRygP1USbwoy3ByJYV2dWdUj6r0o
pAyL6KRcklAmgFSgRH4+719hyQ/miJl5OWj0VAAAmBoEQDUhQ0ZEDNCouL2p/wCZbXcaItmq
v6KQBYEVUY/tq6/tgbom5UWk3IM/SjxzDNWmR+6CibiVytl8hWWo6qEoUiLjRPCH3Jam6M+W
OwDBUuWUm2/KOicByzhf9uK3SuSWUmphCjNlPEVCIkVQ2VT3XdBqZ/6kNE2CFIMS2LKpKL3V
baokF2ug1ScLZIPoU7sVv3OEe53xoF9uBIe6EXqjIjzUY7fmuW/1J8+6fkkI/qjHjeZTcXE3
UpzMQ6BET5qHzT8k5S9StvGNv6pheVFJzREV2RwNP3KMTZbQ5Az5qLm6Dt1KqEJGn5qZFQ1V
MmrRLKcdfDbI7ZA9sshS45MwLPhCDtMBynLvkBPAGMcylQf0q6cyLoRi+r9VtPdKRqyAFXFe
n8vhACjeABHQvqgbgo07T9QQIOS7rqyjMih/23K95IAaKX6I9ahOPiqhkQbYQag80N1dCht7
ZfuQjKsCWIf/AMyaFSTRGZBd6AiqjEwNbyb/AFJpkB9Uw5ASniQR09zs4ixZyUYxJlK8nKB5
SJcmXsP6V2s3TwuPiqEfHwjpEEqUg53Fh5oRIcyutxFH/JTEA5F1FgQQWNFEPSHzLbYGx1QE
e4aKcJCrVUgDtJCaNdUDnKoiOSFTXcNVLdCsbSvGUFvjFgbxNaqEeMmPG4p9IUYyluIymVBu
LoSkH4wXVPAE/S6Y5qgcDKMCaxsjEhwVOJAa4TRwaLjMb/UFxjUufBhUyRApVAScRlrZObMt
rUKcVIwxUdUBdzZd4rhkN3c1nW6Irrfw74u1lucwGr0WzhmZsfpUTOkj7gSkSCAxbKBjMxbR
gqkykckqk5D1VeaSccpBRMSZjBCFdpOpshv7jtYlAkNF6qIl6MgAgBeQq6kZAh0YmLiQuyax
GqnUOP0RgR2oz4JUu4uEI8xeRybr0fwuExLhUiqBvC/sgeblCtRVVoCASi8mJDAeDkXp6qW4
NI09FsFWKAags/hu0UtobcKxUYPtD1Qi5VK9cIOO00dUrkIEig9jvmAdERx8ZJFj/wC1CfNL
7fHoaIMBORruI/AxRjLBTguNU0fL1UROhFkNwunGLBExHwVqRUWtZbJBwUOXgLC+3Lrbyd0c
gp+M90fmjlWVlQsrv47ZSY+SrI/BCUKg+B4mpcIx0sUyjkuGKD6ImAeQFAhKVCRVWqS7rdMt
CIclDk4jugbFUfuFCFGZoY0JUZuBJvitj7pBGLUHzBARLag6qIj8xGEB9RutFs4I/dlkiwT8
k9kT9IW4jfLWVVSIH4JzRk5pABgiGAcXQk7xNJDQqRjcVHmhIhjoUYmhGPCtDqjuDuEJcYoL
hb5hhhASthGMxXByhy8R/p6oiXZyRvVHdMEjAqv7XGSTqnjxNFOeMLby8e06iy74iXmF/wBs
fBACg8N/1Qr5hVxUIOG3aoAVYuFGWoUONnMnTZdlLlnawU4uHLUQjIMXLBM1VITDkW8kIi8S
aoxsESPqQnCn7lEgAxb5lRMbZTRAA6e5t7iviZM7LYZAvgaLaLBA2UtJCnmmNTlM9RYdEC9b
uhu0uiYcm4YBR3CJZMBWxAUYRpqUIkWyt0ztiURyTG0oy4uehrZbpTPIDUYC7Igdc+Dksm3V
6KgJR20XzMvmKYqR4qyHyhGEg22wOqcHvGFKMgRtq5QwRYupg1INHQlyHbFnJQhAEcYNB/8A
2TUeMfTnVMzouDainwm0nDeS0BujEmxoVuapuUIS7uM50QnGx9k+7b2p1ZR5G740B/lQkavV
NlEZwpHb5gLcNfggbPWKEJltOqIF7ujI2F0TqUCMUC3yLnRNMOFV9uiDEjCEB8o1TO50CaNE
QJdExLjDpiqFa9VhUkqF0ebji5+oNVCjRHynVTjKLOKFbpi1iiHNTZDhgxEdTb+ZAM8z80tV
QeI5IfNuBOjLfA30smZnyi5dAyJiCoUZ/cdPd6+Mmyowa5uhTx3Yyjx7R5oQkAwQlF5tjRSj
MHaPqKPHCr0TA+YW6dA9/JCIsLKtlWp0CpCmqIkSNEwYfmqtJ8IkZqqkuq1XaHW0n0VloqeD
s2aIgZujxzaUjRhUoygGavohLBuyBHj0QnGpBqthFQiJRohGP03UQS4UYC0Q34N/EQOaqzyN
kAPFsFb49pN0NsiDqbKm0wlcuhGLASGPm/40DIvkpwO3KYYwtpkBLRMIExxII8fMDCRoXUhw
cn3I2IlhEx+aNWCYhmTmi7U/j1V1XxfkkxNo5K7T9niP/MQnA3TN5yRBDnCdu3ICD2lY+wQQ
6LUF/T9qcCpRIal0JH09qvh/D3T+yDaAC3gvoPGzqytZVF120Kc/OA3ov70txvtuvt8MG20d
PKZZ8UT5W1nc5TkPA1PRf2jsI0pVAcsQdv1DRCXHMQnL6eqrHdH9wVk7t0KYLqi3xVvYP3Po
lb+VCJjKB8nTnkAdN92ujFbIkmR0BWyeDT+lVd8r5wH1VPTwaQ3OjPhO6Iq2QiOQXQePbkrb
Y46+0eTkLRGURKIZ9sZC7J5SAW4Sc4BQAFcoEZqPByWiLogS2xBoy7eQAI7+Sp6J/uSfSiEY
So+WK2g7esQu8/cOuV/c4yBqnJIATVc2RH2iQL1VOOXXohPcIiWq2RafUFAAM+UAI7gSxZA1
3G0crd8pIo10W7Qfii5us+HcpQnJxKodbo1jK3muqE4v3Fi1GKMR/d45NtJqy3iW2cbxy6aY
PmmB+Kp6lMVf2HmG5LCQTcXIDHJNE/LMGT+i72l6ICEAOqchOR6IERqOqZvGQFyojaCQb9FG
AoOiuaWQBk7dFd/B8Iw4junamFKEuQmBLmJKBiSGKqXOSVvJfog1ioCVCyM+QtH9VtB2QwLE
oa3VbK7snNenVb9or8q+5M90h2hbwaysjEneUQId5FRonmfgnFSUWBEhgqXFICUZU8kZQBIB
r0TB/iuygJoaoGVx8pOqjvBpdeabHgyomeq+1zEGP/25Z/oR/afgtrU1UeOdeOQoTZ1Kcabt
FLi/yawbtLWW+A3cZqJBMS38VfFvwDKLDtyns2fGnhL9xFAiXufROcVXU1dPJCvqhmALlbpl
gBQInH0h6BOXJfNltjHush2sNbBPOQlI3ARFQCaeS3SpCAoNSmJaMa+QX2eEuBcuhy85AesQ
iXcaBbRFjLIuhGfIIlqujES3xNRTRbpzEn+kUTRiz3pRF4Rci6aBYW1ohKUzTRfb5YAwNAei
MePtNw5oV3R+FVY7nutVonAuq0Gun8yjB9xkKFMfUIOGBzopcPJ80axOJRTEORT0W3kG7ifs
Ojo8vAa3LWK2TDNr7wmRAHVGPCDKYyflTymXwE/3SXXcQQMlNOIPUFdsm6G/iBNwTpVQPCAd
zu9wt3NLaGp1RaVkBAEa9U5F7KofoqWKA4QHkLlPyycp8aIQ44u95YC3SiJ8mq0HRHjB813C
+V9qP5L7YY8hrKSPPyt9qFSfJEg9kaRHRMLvldsXNqVRlyBibDIXaW1knJcqgqq38WQkJEEF
CQNhUarcAxJt1WCei1Tj4JjRdxeUAw8luAqP08IygxMdQ7qPNx0kR3R6oxkHBujPhO6LvKBq
w/lQ5YEuQ581c+5eRYZKMeEbj+42dESL6Nqi2U90+ia6tdUNEIkmmChGXZL8lKdJRZxLoyPL
AWFB0R+2CWoRhSjGLk0DIT5iInEcrZH0W060wg1MMgJAStbC+2JDcQ+7QrbD+4R80vpCaJYm
5GV8xL3Lqd6CnUozNZTqCnBcEMQcKXJc2CAGblQ/xOAbYt3HUpjdbjbOFti0Y6i8laq6eHmq
YT+FVf0VKLbLFiFLfHcCaEIz4q6hEHtOiCkI3IYOgY0LMfMLuFTdUG7oEAYdpp8VuvGQcFUA
rcKcoA7J1lECxVj8PZp47iUTPtiLBABwMFUucqgHmUdEa1Vnx4WXdUIR4h3FRhLuLMfVFg+6
m0qXJyHYJhjCOf6k0BtOEZGTCN1KQqS7dCu9jOxRBrPD6KxYi62wPn5JgWAyE1REWRb5U0i3
6BAjtMfqOf5YxWwuAby6IcfGXjGnmVvdinJcoAXOVsixlYhfqiQgQKJ7jVBqlAP5oHIwnK6o
ua+DFA6a1U5MZCdTEW/4V93jkIl7HX9qBkKap9FOPIXB7h5hMKDCoHOqdz1qpQ5e4/SjEkxk
D6IgZz7bmiYFF6tbRVDvnReVnREf/kt1yVS5uVUv53Tk1wqGvVeSpexCHLHmidzAwHd2lQhw
zBLPJGXFEzmLyuvs80TGRoCRR0A7AF3C+3H5QVFmIlcKUgQz0BTu5/VbCdow6HGLn5iNFuNQ
aISIvSI1Rkbi1EItS7fSo8Lbj9RH/pRAlS20ZH/5Jo75j7mg+kJ+OsR9TUWXKByn1yUeqZ7X
AWgQVqo3bwpfIWq3KnwTE1CrZNfqhOD/ADAlkY8rCTOyMBTLKAo0+0+qiY+SYYuE8iwQlxGs
TizIf5IpKNJAZK3Go8L+w5TksOuEwL+arVl5YVKMnNuqGipUoE4Fkwp1QMixKjCNSS1E/IST
KpDoQ/xwITtuOiePKYz1w6HJ/jT+/EnvhZ1Ez/xpQIrVmQNicKRUoG4LjyTv5ID4yQBIrohE
m9CgZD0W6wsP+pPds9UdtN1yET8xuTj/APkTR7I6iiaY3TlURP8AqQgPSIoAjK80XKFaiyZv
9666KltF1K/VU8imXVDwcnyVcJnorqtUJfcMTGoI1UpcrSkKGQ6p4+cSuGVpF/yRpVM/wTG2
RqjwsIwnVlSsZGng8JO6aL/wVmOU+VuJeWAixPWtE7oRgiz1q6eRtYKvhuTgN1QrdMaNVR55
DdyTqCcew2i2Qp1TSk4NRqicMnfuuyYd0kAxBN8ISIfaz9FCcTkOEwrhObqpHkEIAmR6JgPJ
XLCgZMdvJyy+b6iEeXkFZfKiXVU8Syc3T2TPerpjV/CiZddUSUCUwZOnFEQL6ogZyV0RMKSk
P0X/AOt/k0YdpIyjDlbfBxEfylESthANQWRJqnhQxq6g/cSHBVit1nLZCxIClUBMbeqpyCZO
MIgGt3VT5raKRFyqEeqBd2yrMql+iJzor0GF2mmB1QfWo6I9TbooOQBGNV01TAsnjIHqiPim
Ha1HQ+6aZJW3jpAWCcvoNUOQN26oEUyZHqpse6VA1m/cgBUhBh1K80wI+KLmrYsmiwAs9f8A
yradwjn6QjKjCgF/+JaBAlOE+qphVr1XUYXUrr0TsyZXTYyhoaBaDCYmmqd2g35oE0VLJ5H0
QewwcoTheIYhbyWmGBOsUJQ7oxG0+a/gnwtmAKLl45yfkiXA6eGzkAlDT6k/AepitkPm+o6K
hvdCRA6apzTzTEM2U5+CpVaOixXllBrlCG15GoIwiU4i+pW1yIsxKYSdVsL1TSoMF1uiRoWC
kTa9UdVVibJsj1VbPUYQERQBkxxonIRjC8s6Luc+qLxv8UKudAgwES+BVO9bu6Y+bqyO5UPo
q5Xl4VsVbyK1XloiNrCwLraKnLIGIpZMArVTzvgIEswwqDqqCosU9yVU16ICWbrsJlxj5gpT
4yJccro0c4ZOfl0sn0ohBnjys5PVWCPJAVey2xLTNHV6fxVbk0KeX5o9E5KshhfxVKDRHUWC
kZHuAoDZR44sSKk6J84KawNCgBU/UFuA7cpv0VW0VDt1AQgIhrKgrgKhXVUzZSnINOY7VUgn
pVCYYvonepujXcyaq7AehTVZbpyLnCv8Fu/JfLReS/RFUonP5JpBwFuFNB0VUSQ/6pwOpKD0
RAunJfQZTkF08jU4VKMtsRtisl1VUvlEMxIZbTTjJqPL6kCC4kKKqcLilXdEh18qkDTbotsm
IjZUjTzRJPaNU4FEwwmOEHoiB/sENxphHbQJhUmylywi8WY9SiZOJE2CePzD5grMQiLdbI76
xIqEWvjyVgK+q/TVbTH/AHoUoOiJYHzTgKMpCoL2Rht7jQNZbyHYuQtsPlJwgTZVoqC2Vtdg
bUW6dNDqi4cCjICoJUYv3fUmF06GCtju+UBgZQeuKYC0ATOwCumJpoiH9UwumNChV+q8059F
RMzpgqLyVM0RDjcBTRlLbfjKLuRgqtkOiungKi7IHLsyrHc9iMKpdrphdMy6rRO9UWW6TjTR
ROVHjcVqQvuAdkqgpwQCtwqbnwe40XQ+iehVRZN+qaNhd00RumbNYL7nNJtBoi9Dh0TL4IFm
+K8zdRwdUCTRk+crs9GC38s7WF1KjVW7ag5cXZAdaFAg+aBLui5Q0woxF7kphmy0QANshUwt
E8jXCeIJOqErnIRoQdEAbhOSndvJWY/kuqAJdUoR8Ez4qVzcV9+ERY6J2d7hARrW3gWQZg9C
EYmoTO6HhfyVfimdmR0Tm2GTmo0QoC1OqEZ94OLp+PslkYRjOLEWJRZDtfDqotgqoCJgHlgM
7oGQ2jU2QjIb5HIRkIgGIqchbhXb8kcf1L7nKSSfgjnzTAU6K1cKMY7XAYkqsxHRSl85OqBA
AiEdx3yuNES7C7rXwGP0TlMSjSr+SB1Qc01W44UizjC3A0diP+lM11SpTmqb4myYUW78lVDV
HXVNkphU6pyWRIUALkPIrcDR0dsmN6oEuwuQoc94yNCML5itP4rcKg3VBfQqoAPxW0gO1CUQ
Ph1Q/VVoCgxqLqgZAXOWUZN2yzlboDs1IYL7RDEmrmg/pURvMQMxRlPln5lGYEj1JwqC1soc
kok6gmicxEgKjouyADZCBBotx+bCl3O/5lGU8oGzZCJFeiBq+ismPyrTqhCQ3A6o7ZGIxEox
idwF6og+ui2ksdbIGp66Il6K/kExsnu62/mU/wCXROXZdzsKBkCKUTi7YVSXTuyZ3T46pn8K
Jm9VS6b8072uFroVtjQ5JVDV1u5JWq2v8iYQaH5KIj2gi1vB/gEZYytwzdM7HyW5if1Tm7WV
CG1C6BERD9VtjUtcqIkAYx6VQlEkg4X2iezDXQLncM5Xc8hHXKEuctGNREBSBiBHDhPYnC2y
BLgmilGHGAG9VWVCieaYc1jAVKJl/wAEXsjuALfBMLJ5FohFq58k7Dz1X6rtFOiBsiZ6UKBk
WBFG/wBSMSxBo6LfLqq2wU7oBqIMGI1yiLdU+vxVaaOi9NqY21FV5pjZDaH6JiU701QYMvJO
fQqqYMg8hW4CobKgo1yiSHiFtOPRbSWa5KBlMFjXyQEbXUSKxsVE2jorKhoahGJypP5ALbZf
xX8VS10wzdbBc3K1y6bOQhUOKog0fCIEdrX6qrgZTwk4y90DucG4TOzJpFtCEO5wLJyaXRMR
6myBBaQVTVbp2TOwFAyJvjwcO+iLNEn9yMeWIkDR40TxFBkXVJWs6edjmyOyXd8UYzNRlEU/
VPnUIU/iq+gKAycCioXJxom61Q/RdthlHJsq/MFoMoSFei3C+EDOTdEdryZFhQ9E5LHRVfzK
LxomA2tcrcZemERykbjYNREcY3E0R3ER21bKDhwclCEWMXcsnZgrowNDeJRoCNVu9QvNMTbR
Vp0Wui/mKcEnV0G9dFqUQ3xT4FSMoEZ0RMW3RxqmmNpGuUSCyqa5ZOZNgIk16aK6Zmf4oN6o
FmfKoa56qgcJqEdUwDEY1TlgUAA/XRbZYHzIgTYmwIugzPZM8hq9YrbQerKJjIHdVkwr5FMR
U5Q2f7wn5ImJ/cKh1GXFMF7v/pQ3Cp0QqGJVHOCbp2oKh8JpXuruUCRQ6BfbjEylmlF3MH6J
23HqjFgI4LJiKHKrEHQIdoDYugWZlRDceiAAcXohJncBgE/y7ql7hNFy15FEkgG5dERxSiuV
Q1weiBkXGiIaosnjG10cMqS8015IGhKYGqOqcmuEz1KJ9U8SwGlkTGTuboibAijoghdn5prB
Bw+q3QQJCcM+mV/Mnu+osjjVMz6KoocOiZuP5SU/EAALsg42n8k9D0yni46Ixnx1RBiIyw+V
tMABroi5YYKqXCc0ihUSibF6IRIQiCwe6AMRIG72TCMYh0Yj4quLFlGO3cSfL/mTBototxL1
TRCdvNCEQBncoGR7iyJFv9yqRVE5V/ROS/QYQnyd0zZB5UBocoSBoRXzRBROSFauq+RR5BWU
bhF/MBMbouG3KRAaADuUwaitQprP1TEAeqDUdeWFuZaELtpog+MrbhMTVOEaDR1WuiIDAIP8
Ewyf9u5MRRPgYsi7N+aYR9eiG4NSg1W3kG7j/cLhCXCd0TZftkTYq7AXCIBaXWyafZPEhUFb
eSIB+mcbFMKghE461V1UsFt+nLJhQIxh+tkDyneJWBwjGMABqgDK2irOp0aqbjFckp7FPcPd
GjImOEIAObk4C3zkCMBGIBBCYkCi7quEWDoBqBbMCjp7EWTm4QaowiTQ5CceB4iC09VtNge3
yT1pVVuKhHLLU4ot1ynNeiZq5VBUaquEBCmqYOSqhhhdznpZZ29EzIsjsD7bjKqSDkKHISQJ
WBuybATEAtqqjbp1W1v96s4s+Fd5i1KJgCJaNT/hRhzBjgqwaVmsUzba5sENwOw/XGqLF+qM
OUNoNUGfbh/lTlwdQiIxc3JTS/IJhB+gQ7dsY/MV3bpS1sGXZxhh0TYjhW9UDqq+ib4q1Bqm
kWJuyLDoHTCLIxCEQWZUFfzTNXLf9SoGPk6tXyQLdxFUSASEKKcfyRIjn0R2hnwE5srL
/9k=</binary>
 <binary id="i_102.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RigRXhpZgAATU0AKgAAAAgADAEAAAMAAAABAfIAAAEBAAMAAAABAswAAAECAAMAAAAD
AAAAngEGAAMAAAABAAIAAAESAAMAAAABAAEAAAEVAAMAAAABAAMAAAEaAAUAAAABAAAApAEb
AAUAAAABAAAArAEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAtAEyAAIAAAAUAAAA1odpAAQAAAAB
AAAA7AAAASQACAAIAAgACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUg
KFdpbmRvd3MpADIwMTg6MTE6MTkgMTc6MDQ6MTEAAAAABJAAAAcAAAAEMDIyMaABAAMAAAAB
AAEAAKACAAQAAAABAAAB9aADAAQAAAABAAAC0AAAAAAAAAAGAQMAAwAAAAEABgAAARoABQAA
AAEAAAFyARsABQAAAAEAAAF6ASgAAwAAAAEAAgAAAgEABAAAAAEAAAGCAgIABAAAAAEAABcW
AAAAAAAAAEgAAAABAAAASAAAAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/b
AIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABvAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8A
AAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcI
CQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC
0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV
5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFR
YXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi
8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQAC
EQMRAD8A5lxaXTtmD5QAkxu4wHx8wP4qx9ksLiCG+Mk6cf1lNuH7ZeGuPADfP70lIWsDPdLn
fMdvKSrtYYWyXP0MnUE66p6cehrgDBcOZBP8farVddQIb7IHaY/6KSmdOLXa3R248QRP8FJ2
OKngAkRo0Ngq/jY9TjLDtPiD/crH2XYRodeNUlPN5GPkstfkYR2Os/nK+A8z74n2P/qvQR1n
NxvY5hqg/miBr4/mf5i6u3HY+t2+uDtLg4eIB26rGxMd19O50AOeWtO2SG/dtSU1ac1l79zX
mrIeYJr9pkz9PZNdm/8AqqeTl5uK707rMaxwGjoLXeE/onbXPamspZj9Ru9BjLm47GD0gdk3
P9xbHt/MLPUsV7DxMa+7ID6XYd1zmmo3Um11fbZv+g6j+W2xJTY+r+Pg5FWLkXOF1rnPbbXB
NY9M7m7muH0nscunOD0313V/Z6TDQ50tE6xCwem9DONlm85Jf7SzaK9rSP3vpO2ua5u9bNeL
li19gvYHemGA+meR72Pdus939VJThWZlGJfW1llL2G8sr9WK4Ywt13Mnd+lc7Zv2fQXNU2O+
1vsLxv8AXJGmkydf6q6W3BwbMn7Ljxe4PDrXiv6MEbv1h/07Hfnf4Nc3S2v7Y8aFnqkTOkbv
pbklP//Qot6e6skm1/eG6GJ/kwrlWAHfTLndyS0Dj+qFeGNveXPYGzoSI/2I5Y4M2sadNIB7
ntCSmlT0xg0Y55nSPy7UevpAD90uJjg9vmszK+sOPjZJxmNc+5pDbHNcA1rh7djr3O2u/wCE
2eytavTs+rLqL6nP3N2l7LQ5r2lw31+wh3qMtZ/N2172WJKTsoFf0SST3cGnTy9iY0XnUvYQ
O2zU/GCrIslpOhJ8J/iiVEEElpiOZH3e4bklNB2NduG6zcNRoyO3nvWfgttd6nTxURbVZuJf
7WwHRuafz27l0JZtgNG0cgSP7lmO3N62Gj6HokGO8Fr2pKcjqdmNVk1nLx2m254DrGFzTtEf
4SuwMc7Z9D1GLq8bpVtFGt+1gbv2gPfGg0/Sv/78uM68A7Kxqv3rIA+TV6M5lgqrbWzcPSgk
mI0bt0SU1T0+4CWvqkTq5jv+p3orMS1jZL2uMCBt7nxTZuaMHDtzc0MpxqW7rbC4wBo3t7nO
fO1jGLkrv8ZlXqgY2CXY7Sdz32Q8x9H2NGyv+1ZYkp69+KLQ1mSG2wS7aBA3AeMe5ecUl32p
wLR/OO9unMnRdp0X62YfWZqoqczIa0vNRdO5oBba+s7WbvRd9NcVQRvfaTpvcflulJT/AP/R
1mOreTtd8Yb4qbS7eQ5rgexNZGo09uxWr6Sy5zGD2tcRP+oUmh7PpEQRADfP+Ukp4T6oswK8
1z+o478ksM11MYbnbg7bAxx/OP8AUW/9a224+H+1cdhwamVV9OpqaSLXAOL3DLa3fXT9kdvr
q9Oz1P0v84ua65nDF+sOTZisbVbXZ7n1OcwlxH6R4/ce/wDw+x36b/RoHUusftEPe6rbdY4S
+ZhjBDGMa3a33f4V7meo9JTar+sfVWlr/VhzR5HdA/wv0l1XRs+zPwacq4bLCXNO0ODTtMbh
A9u9cj0jpN2ez1XEVYrObXabnD2+ljyPe9df0z1cdjcXIAEe2mfpkR7vUd9Gz+u3/riSnQFg
JIG46aaH+KzhZOeNsgbXAE99d27VaYng/lOngqtrR9r3ERtbP/S5SU8v1Q/r2IeT9oA8fD+5
elsh1LDHLGkg/Bee5tRHVsAwC05bYnwnlegUF32dhOpLG8/BJTX6zjMyulZND6mZA9MuFT4g
lvu0Lpa1+36C8m6/0d+Jmn7JWThvg1sH5rtpc6ozud7G1717E9lVzH1XCa7Bse2YkEa/RXIZ
/R+pUX25JpjHp9vrOLdzhu+mytpc703T+6kp4To+dk4ebj24bnMuZYNrpB0ePTu9rvbtsr+k
tqhjAH6e2XOjyKNk4X1fsymteX15tTd7G4wGxuwbmtyGPhn7n0f0qFQ79Ussgbi0unzEpKf/
0upta625z69WkyA7SdNeU1jSAJiRBAlGFbGnUaz4fk1QrBWJLiAP5Rj8pSU8R9Z/qzRQyzqN
FhY5z5uY7UEvP0q/o/5qwKMMvsazeIkc6cru+unGvwMjHd7i5jiwtLj72jcx2xv0+FwlLiLG
GwWPBBbAiC4e3R38lJTs49waKnAQyoFwf+6+r9K2v/wJ636bMXqeB6t+1ttr3WUscdsNtMVN
bZ/pHbPc5czj5Txi31mv1PU97hwQNf0jf3trmPa9Qws9178fBseWVY7XbXBpcXH6df6Nn03N
f/NJKe1w85osODaXMyKG6B3t3taJ3Vxua/0m/wA4pWPZZlOaw/RrE/EulZzMU3mrJsNtGVUf
UYQ3eGjlu9rXbWuazf8ASsWhW1pytzW7W2U7iOBKSnE6h7eoYZ19uUOPH3Lv6AfQrHPtbr8g
vP8AqYJzcQ9vXkN8oOv/AEV39Zc2vGDQQ1zWh3l7Q4SkpmRr/aH3LA+vXVbendKFWNaKsnKd
6Y0l3pkfpiwn+b/M9633uayXvIaxhLnuOgDQD7l5Z9Zus/tnqrspstxxFOM3vsB+n/Xu9z0l
OQzeJDBqZDnDme8/vLdpYBgOBifSdGvi0rMc1vua0QGjQH4HlajJ+xFpJ+gdfLa5JT//0+iy
8v0WkB5DifCVh5vV3EEbyYmXQGsB8P5aNmdJzMhhey2ton2VvOwlvdwf/a/PWDk9NzhltxxZ
W8Wzst3AMHaNz/5tJTC7qNzzy4kAuDQST7eSW/uNb/22sfHssGQ51R2sc7eOYDuWf+k16P0t
/TcSsOFFVedjbWW3Bmr4Ddz2vr9+/wBv+u9cRkZdGVdn59T/ANI+x9hAAaJe70sZlf8AnpKa
ll1rX2vstrY86tAPM/SHt/dVj6uP6dV1NluY4OIBFbTLWl5G1m5/7yH0npjcm5rX1ufY6zbV
S0gBxBM+5/8Ag/b7nq/9ZfqZk9Hw6sz1m312kMur2kOZY4Of7T9F9Xt+n/OJKekdhPzX1Nl1
DXDZkhrYLGM5a36Ld9v6Ov3q4Ka6r62Vy1rK3AADQAHv9yyPqtmZBxWY+TYX2OYNljvc9gZ/
N0OJ/wAG6n31/wBtB+tXWcvpl9dOLYw3vbusfAcWAHa1hrdLW70lNLq3XXszX14uwNpO19pa
H6g7ttTXe1u1a/SfrV6GTTX6/wBpxLrAy5jjD6g4tbXax23dYyv+t7FynTsWzqd1rS9pynn1
RW5zWb5k2/pLNtTP7fsV/I6VRgsqvvtsqZc5hZ61bWE1uAf7W03Xve5rf+tpKfUMvFZlY9+J
aSK72Orc4GCA4RuBXi+R7HRpNbtvlp7V7HVn4+VgDLx7A6iyt7mWc6BvLv6n568XyHbvcB2k
zySkpuscYn808RPb/pLYEnFjWdvHf6KxP0lbGteDEAkjvP8AJW0x7TjkDnafwCSn/9TL6f1X
JqcKrf0lABG12sNP5u785in1xtlF2Nk4x3UBg2Eaj2/4M/m7/wA39yxmxW7vqd1qhu4voc09
hcJkmdu2xrFl5uP1DpwbTk1ura6SzdD63QfzHe9jtn53+ESU6uH1S7MDawTjU2j03OrJ/Rhw
2WWF3887/SfvrGy+nYeDnCrCuffQbBstt26hp+ltrlu3chG12NY22h5b6ntEHcfc0tc/+w1z
v+E2JhextxdYSG0exreQZ2/S/kNakp1fq7mYeL1Cp7oDGE1V2vP6Noa6brnk/wCkYzbsZ/pF
rfW7qLshuLgVPO+l/qXkidhLBsY86tfb+ksfs/MXLUuqONfS0uFY3OoaRzJnWP5X7iudKfXa
z0ntNlgf+iE6b3DbvfP8lqSnoqMdrsdzcV32eqqmttF5BDg4tdY23T/C+7/CLicrDyK7bG3C
bOXOJmZ/PD/zt66/B6ls3Y1wJuusYGluo2tZu3el+77dlqy+vY1dd9j2Q7HucbGubHB/nWNa
32tfRZ/0ElPOY5dSHySGPbtc7+TLXbRH7yvbHZD2bpFFTWw5xcW6D+bp9T3bP+D3ekq+O9rM
a8EA6gT58iP6rQ9WcRrrmONhIEiCD7fNJT3GPlYFv1SzaRY7Frx8d3rOmTrw5jWlu31n/ovS
b/pF5xjMFtwDjDWy49uO3+ctbPybael/Zmu2sy7AXtH7lW2xod/Wt9N6oY7BRUHwT6skt/kf
m/5/00lJHvL9zQSXePl2WwwgMcARIBaf7Tdu5c9dc5zwxksEgubwdeGroQ2CRAg6Efgkp//V
Jd1nrf2f7Tm3l7o/QMa1lj7f5VHp1+2l/wDpbFzOTldQzXG3NyLLNv75O1gdALKq/oV/2Gq4
zrHWn1PyG5BY2se4mNPLuquf1fqOTi14uZa+xlhF/ugcbm1+1rW/R96SkF+QKn0PrYHBjPcT
xvcef++oDbcVzjIdVuHvI92vw/lOVjF6R1DqdLjh1eo2lwFri4NA3Alu51jm/uq3/wAzeqto
fkPdSxjA517w7c2trRuc621o9L6P5u9JTjNsc0mHHXRTovfj2Nsa73MIcBr7oO6Cr9Lentub
TYTZQ3bN0AS0an2T7fahZnS7nZbnYVFj6Xhr6tjHEQ4fnN+lW/8AkuSU28vr5tzjlY9QmNlb
Z0B2+n6jf7XvTY7rst1tl1pyMi8guYNS3wdUydv/AKL9NPT9W8+zAdazGyBltsHtNbvdVt92
xjWl25j0GrH6liPGQ6iysNI9V9jHMbE+1r7Ht2s3JKa1+NdjWPpsAG/Vp7GNP7KsdOZY4Bod
t2AlxcdN3DAtn6vdM6bnHIt6xa/0aw0sra8Vy52rry9v6T2fQ/8APit51PQsDqX2DHq9Kipg
ddebXudLS716MjHsH877fZeyzZs/waSnlOoNNd4otdpUA2zbqdfe/wCl/hPcus6vV0l3TbbB
R6d2NURjAy2AwQGsez+c/wBIuNueb7nXmA57txb4SZDUjdkPYK32udW32tYSS0T+a1s+1JSK
vW1pLj9IfiV0rWgO2ySTIkfFc/W39IAIJkAdpn4roXOBtaeCBBA0McpKf//W5mo+r0u+wbm7
HgFgOkGPzf6xU+rgsGBv/wC4VJHjw4/2fpJYdM9PymAfuu+PuHgrn1hoIb0t0Da7BqbJ/eBd
7f6ySm39U2ufh301Orpe65jm23FwYGbYtaOa/U9vs9RG+s1+e36uhuSX47Mq5np4zQG1kCbd
xLNvqX/ovUta9v6P9Crn1fw34/QnZLLNlwm9pD9g2t9j950b7X71zv1rutL8TGscHemx9jtr
97d1jp7fo2WbW/QYkpysPa3IY/T2H7j+bz/KWhX1LKxy70rLsYtNwDWyBXZYNrn1ObG3JfXu
r9f+cZV/NrNx/pgEaOIB8DqtKut78G2+CWHLc0umQYY7f/mpKbrPrl1Sqp4ttZk+0B4sa1wI
0a1vsDHfo27n+z9I+xdh+0ek4AZeGvJfO31L3EHcW793qWfZfoO+ltXD9Ix6szrPTqb2NsrN
lgeXCd7WM9Vgt/e2wrvWahd0xuVVisx21PG+dXWbxsLoP+i2JKd7qPWOi5HTco010PyK2Btd
mO0Esnxc32M9zf8Attca+2w0XXvM22+2T93/AFKtspsp+q9r26DJzmtMeDK3e3/Ocs3JIFTa
x395Hl9FuiSkBLRt89dwSJ3aBsAaRx80wbJkCD+d2g/BSY06kmfNJS9Rd6jWgQCRp3krea0+
tqSHS4bTzJGiwKj+naXdjr8fzVubhIdHuMx8QElP/9fFqa6puT6g2MsrkNggGLKPd/W2LT6h
g5eY3pVDWkMr6ex1zHHYZ9RzKnbnez6R/e+gshuORRtLy6s7zY1uo3NH6Avc0/n/AOD/ANGt
vp2XnOxa3YLG2ObiYrHV27y9zQH12trrayxjmbv33bElOk3F6rTjsrdUy/HobspyKXwGEH0n
1v8Aa7fv/wBH6X9tc91npl12VfmZLBjhnp0sx5c5zG1t9H1HnZt32el6v/F+ktd1v1uFznuw
KnztbDrdS1sei/6f06/31Lp+JlY2Fbb1BsZmRc+7Ic6zcA2w+1rtm70/S/P/ANH/AKRJTz3T
+lV22RG3YQ7cSRI5axoez6StdIOHldLOBY/dkDKyrfszC0WP3NYytvu2N2u2P966LF6fkDNr
tGLXDj7vond4bXT7fb/JXP8AQujYGfjPdl432mz7XfUQXGtwDfczbdXtd9P1PekpPhdOswOu
9HLqTWbL7zqQ5pDag36df7rXolXVMCq62jLsvZ6wFT2PoeWcbfa9rXue1rv3ELHwq6OtdMHT
HZdLTkPoaMsl9bX+mf0mI57KXPZ+bYrLc3KvymYuNVm57Knxa7Y99J2y1wp/SMpbvd/hHpKa
fV6PsnQ24Fc+m3qJFTj+duq3/wDR37dq5q94tvO36AO0Htpouw6nkW24HUzn7T+zshppaIDh
ZYxzG1N2fS/Su3ucuNYNgcCZLRJI8fJJSnENIOh8vAef5qatgPMEcQR4qDd26SNeUfVsNBkk
aT+QJKXpb+stHcmIMErV3lwaOw3EHjssnGkXtbwdNVrNLfULA7gnXxkbUlP/0K1GJgbxWxpc
bIls6wwgw507du7a9bvS8GvCqe3GqbU86hm8wQJgN37tv03bVm9PdbTSGWNb6jp3GACW/m73
NHud/aV29ltuL6bHaOEG0H3D95v8lJTDO63VQPYQSB7pEEHgseywt937yyf+c+U149EBoH5p
E/8Antrv+qW3j4Nch0ta7bte8anbztf++z/WtDvwOi3AtvLKr/Fh5n85r/ovSU5I+sHVmhob
LGabK21wBH7m5zPb/ZQ+jYOYbH105Fg9Muv/AEYLXh7y7TI/No3ep+c5aB6V9XA2Tc4RyXPL
i7zalt+ruO0gOLnN1a/Qf2OySldU9f7d0d9l3r5FV5a6kPaYBDAH+q1769/8v9GtOu7JdWyv
HputFY2b2wxvtP0ff9JZuN17oeISW0ncJixo9pP71c/QdtU7PrpW0/occvE8uMApKa/WugdZ
vw8s47G2Py8tuTZjh43lrK/Saxu7ax2212701xu4tLm2CHA7XNPYjkOXY5H10zbgGspawzJP
MH/ormrcet732a73ku1Mt3E7nce5JTTbt5mJ7d9VKwDcW8mOeEmU2MubvEa6k+H9ZRtcd7nR
MmY7c93JKSYxHqtc3mRofA91qNj1SZ1Bn/orIxXRaFsMaASQeQSfjCSn/9n/7SBKUGhvdG9z
aG9wIDMuMAA4QklNBAQAAAAAAA8cAVoAAxslRxwCAAACQAAAOEJJTQQlAAAAAAAQnX54zozj
R7NAe1xW+y424jhCSU0EOgAAAAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAA
AFBzdFNib29sAQAAAABJbnRlZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVu
Qml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9i
amMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnBy
b29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsA
OEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENw
dG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRD
Ym9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJv
b2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAA
AAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1Js
dAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAA
AAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAA
TGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVu
dEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90
dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxv
bmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAA
AAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQPyAAAAAAAKAAD///////8AADhC
SU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAAAAABADhC
SU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAAAAEAL2Zm
AAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAAAAE4QklN
A/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////
////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////
//////////8D6AAAOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EHgAAAAAABAAA
AAA4QklNBBoAAAAAAz8AAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB9QAAAAUAaQBfADAAMQA4AAAAAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAH1AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEA
AAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21s
b25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAfUAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAA
BXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9y
aWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0A
AAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQA
AAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdo
dGxvbmcAAAH1AAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRF
WFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAA
CGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGln
bgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2Rl
ZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUA
AAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/w
AAAAAAAAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAAAAAXMgAAAAEAAABvAAAAoAAAAVAAANIA
AAAXFgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJ
DBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABvAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAA
AAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQC
BQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1
FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm
9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFC
I8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSF
tJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A5lxaXTtm
D5QAkxu4wHx8wP4qx9ksLiCG+Mk6cf1lNuH7ZeGuPADfP70lIWsDPdLnfMdvKSrtYYWyXP0M
nUE66p6cehrgDBcOZBP8farVddQIb7IHaY/6KSmdOLXa3R248QRP8FJ2OKngAkRo0Ngq/jY9
TjLDtPiD/crH2XYRodeNUlPN5GPkstfkYR2Os/nK+A8z74n2P/qvQR1nNxvY5hqg/miBr4/m
f5i6u3HY+t2+uDtLg4eIB26rGxMd19O50AOeWtO2SG/dtSU1ac1l79zXmrIeYJr9pkz9PZNd
m/8AqqeTl5uK707rMaxwGjoLXeE/onbXPamspZj9Ru9BjLm47GD0gdk3P9xbHt/MLPUsV7Dx
Ma+7ID6XYd1zmmo3Um11fbZv+g6j+W2xJTY+r+Pg5FWLkXOF1rnPbbXBNY9M7m7muH0nscun
OD0313V/Z6TDQ50tE6xCwem9DONlm85Jf7SzaK9rSP3vpO2ua5u9bNeLli19gvYHemGA+meR
72Pdus939VJThWZlGJfW1llL2G8sr9WK4Ywt13Mnd+lc7Zv2fQXNU2O+1vsLxv8AXJGmkydf
6q6W3BwbMn7Ljxe4PDrXiv6MEbv1h/07Hfnf4Nc3S2v7Y8aFnqkTOkbvpbklP//Qot6e6skm
1/eG6GJ/kwrlWAHfTLndyS0Dj+qFeGNveXPYGzoSI/2I5Y4M2sadNIB7ntCSmlT0xg0Y55nS
Py7UevpAD90uJjg9vmszK+sOPjZJxmNc+5pDbHNcA1rh7djr3O2u/wCE2eytavTs+rLqL6nP
3N2l7LQ5r2lw31+wh3qMtZ/N2172WJKTsoFf0SST3cGnTy9iY0XnUvYQO2zU/GCrIslpOhJ8
J/iiVEEElpiOZH3e4bklNB2NduG6zcNRoyO3nvWfgttd6nTxURbVZuJf7WwHRuafz27l0JZt
gNG0cgSP7lmO3N62Gj6HokGO8Fr2pKcjqdmNVk1nLx2m254DrGFzTtEf4SuwMc7Z9D1GLq8b
pVtFGt+1gbv2gPfGg0/Sv/78uM68A7Kxqv3rIA+TV6M5lgqrbWzcPSgkmI0bt0SU1T0+4CWv
qkTq5jv+p3orMS1jZL2uMCBt7nxTZuaMHDtzc0MpxqW7rbC4wBo3t7nOfO1jGLkrv8ZlXqgY
2CXY7Sdz32Q8x9H2NGyv+1ZYkp69+KLQ1mSG2wS7aBA3AeMe5ecUl32pwLR/OO9unMnRdp0X
62YfWZqoqczIa0vNRdO5oBba+s7WbvRd9NcVQRvfaTpvcflulJT/AP/R1mOreTtd8Yb4qbS7
eQ5rgexNZGo09uxWr6Sy5zGD2tcRP+oUmh7PpEQRADfP+Ukp4T6oswK81z+o478ksM11MYbn
bg7bAxx/OP8AUW/9a224+H+1cdhwamVV9OpqaSLXAOL3DLa3fXT9kdvrq9Oz1P0v84ua65nD
F+sOTZisbVbXZ7n1OcwlxH6R4/ce/wDw+x36b/RoHUusftEPe6rbdY4S+ZhjBDGMa3a33f4V
7meo9JTar+sfVWlr/VhzR5HdA/wv0l1XRs+zPwacq4bLCXNO0ODTtMbhA9u9cj0jpN2ez1XE
VYrObXabnD2+ljyPe9df0z1cdjcXIAEe2mfpkR7vUd9Gz+u3/riSnQFgJIG46aaH+KzhZOeN
sgbXAE99d27VaYng/lOngqtrR9r3ERtbP/S5SU8v1Q/r2IeT9oA8fD+5elsh1LDHLGkg/Bee
5tRHVsAwC05bYnwnlegUF32dhOpLG8/BJTX6zjMyulZND6mZA9MuFT4glvu0Lpa1+36C8m6/
0d+Jmn7JWThvg1sH5rtpc6ozud7G1717E9lVzH1XCa7Bse2YkEa/RXIZ/R+pUX25JpjHp9vr
OLdzhu+mytpc703T+6kp4To+dk4ebj24bnMuZYNrpB0ePTu9rvbtsr+ktqhjAH6e2XOjyKNk
4X1fsymteX15tTd7G4wGxuwbmtyGPhn7n0f0qFQ79Ussgbi0unzEpKf/0upta625z69WkyA7
SdNeU1jSAJiRBAlGFbGnUaz4fk1QrBWJLiAP5Rj8pSU8R9Z/qzRQyzqNFhY5z5uY7UEvP0q/
o/5qwKMMvsazeIkc6cru+unGvwMjHd7i5jiwtLj72jcx2xv0+FwlLiLGGwWPBBbAiC4e3R38
lJTs49waKnAQyoFwf+6+r9K2v/wJ636bMXqeB6t+1ttr3WUscdsNtMVNbZ/pHbPc5czj5Txi
31mv1PU97hwQNf0jf3trmPa9Qws9178fBseWVY7XbXBpcXH6df6Nn03Nf/NJKe1w85osODaX
MyKG6B3t3taJ3Vxua/0m/wA4pWPZZlOaw/RrE/EulZzMU3mrJsNtGVUfUYQ3eGjlu9rXbWua
zf8ASsWhW1pytzW7W2U7iOBKSnE6h7eoYZ19uUOPH3Lv6AfQrHPtbr8gvP8AqYJzcQ9vXkN8
oOv/AEV39Zc2vGDQQ1zWh3l7Q4SkpmRr/aH3LA+vXVbendKFWNaKsnKd6Y0l3pkfpiwn+b/M
9633uayXvIaxhLnuOgDQD7l5Z9Zus/tnqrspstxxFOM3vsB+n/Xu9z0lOQzeJDBqZDnDme8/
vLdpYBgOBifSdGvi0rMc1vua0QGjQH4HlajJ+xFpJ+gdfLa5JT//0+iy8v0WkB5DifCVh5vV
3EEbyYmXQGsB8P5aNmdJzMhhey2ton2VvOwlvdwf/a/PWDk9NzhltxxZW8Wzst3AMHaNz/5t
JTC7qNzzy4kAuDQST7eSW/uNb/22sfHssGQ51R2sc7eOYDuWf+k16P0t/TcSsOFFVedjbWW3
Bmr4Ddz2vr9+/wBv+u9cRkZdGVdn59T/ANI+x9hAAaJe70sZlf8AnpKall1rX2vstrY86tAP
M/SHt/dVj6uP6dV1NluY4OIBFbTLWl5G1m5/7yH0npjcm5rX1ufY6zbVS0gBxBM+5/8Ag/b7
nq/9ZfqZk9Hw6sz1m312kMur2kOZY4Of7T9F9Xt+n/OJKekdhPzX1Nl1DXDZkhrYLGM5a36L
d9v6Ov3q4Ka6r62Vy1rK3AADQAHv9yyPqtmZBxWY+TYX2OYNljvc9gZ/N0OJ/wAG6n31/wBt
B+tXWcvpl9dOLYw3vbusfAcWAHa1hrdLW70lNLq3XXszX14uwNpO19paH6g7ttTXe1u1a/Sf
rV6GTTX6/wBpxLrAy5jjD6g4tbXax23dYyv+t7FynTsWzqd1rS9pynn1RW5zWb5k2/pLNtTP
7fsV/I6VRgsqvvtsqZc5hZ61bWE1uAf7W03Xve5rf+tpKfUMvFZlY9+JaSK72Orc4GCA4RuB
Xi+R7HRpNbtvlp7V7HVn4+VgDLx7A6iyt7mWc6BvLv6n568XyHbvcB2kzySkpuscYn808RPb
/pLYEnFjWdvHf6KxP0lbGteDEAkjvP8AJW0x7TjkDnafwCSn/9TL6f1XJqcKrf0lABG12sNP
5u785in1xtlF2Nk4x3UBg2Eaj2/4M/m7/wA39yxmxW7vqd1qhu4voc09hcJkmdu2xrFl5uP1
DpwbTk1ura6SzdD63QfzHe9jtn53+ESU6uH1S7MDawTjU2j03OrJ/Rhw2WWF3887/SfvrGy+
nYeDnCrCuffQbBstt26hp+ltrlu3chG12NY22h5b6ntEHcfc0tc/+w1zv+E2JhextxdYSG0e
xreQZ2/S/kNakp1fq7mYeL1Cp7oDGE1V2vP6Noa6brnk/wCkYzbsZ/pFrfW7qLshuLgVPO+l
/qXkidhLBsY86tfb+ksfs/MXLUuqONfS0uFY3OoaRzJnWP5X7iudKfXaz0ntNlgf+iE6b3Db
vfP8lqSnoqMdrsdzcV32eqqmttF5BDg4tdY23T/C+7/CLicrDyK7bG3CbOXOJmZ/PD/zt66/
B6ls3Y1wJuusYGluo2tZu3el+77dlqy+vY1dd9j2Q7HucbGubHB/nWNa32tfRZ/0ElPOY5dS
HySGPbtc7+TLXbRH7yvbHZD2bpFFTWw5xcW6D+bp9T3bP+D3ekq+O9rMa8EA6gT58iP6rQ9W
cRrrmONhIEiCD7fNJT3GPlYFv1SzaRY7Frx8d3rOmTrw5jWlu31n/ovSb/pF5xjMFtwDjDWy
49uO3+ctbPybael/Zmu2sy7AXtH7lW2xod/Wt9N6oY7BRUHwT6skt/kfm/5/00lJHvL9zQSX
ePl2WwwgMcARIBaf7Tdu5c9dc5zwxksEgubwdeGroQ2CRAg6Efgkp//VJd1nrf2f7Tm3l7o/
QMa1lj7f5VHp1+2l/wDpbFzOTldQzXG3NyLLNv75O1gdALKq/oV/2Gq4zrHWn1PyG5BY2se4
mNPLuquf1fqOTi14uZa+xlhF/ugcbm1+1rW/R96SkF+QKn0PrYHBjPcTxvcef++oDbcVzjId
VuHvI92vw/lOVjF6R1DqdLjh1eo2lwFri4NA3Alu51jm/uq3/wAzeqtofkPdSxjA517w7c2t
rRuc621o9L6P5u9JTjNsc0mHHXRTovfj2Nsa73MIcBr7oO6Cr9LentubTYTZQ3bN0AS0an2T
7fahZnS7nZbnYVFj6Xhr6tjHEQ4fnN+lW/8AkuSU28vr5tzjlY9QmNlbZ0B2+n6jf7XvTY7r
st1tl1pyMi8guYNS3wdUydv/AKL9NPT9W8+zAdazGyBltsHtNbvdVt92xjWl25j0GrH6liPG
Q6iysNI9V9jHMbE+1r7Ht2s3JKa1+NdjWPpsAG/Vp7GNP7KsdOZY4Bodt2AlxcdN3DAtn6vd
M6bnHIt6xa/0aw0sra8Vy52rry9v6T2fQ/8APit51PQsDqX2DHq9KipgddebXudLS716MjHs
H877fZeyzZs/waSnlOoNNd4otdpUA2zbqdfe/wCl/hPcus6vV0l3TbbBR6d2NURjAy2AwQGs
ez+c/wBIuNueb7nXmA57txb4SZDUjdkPYK32udW32tYSS0T+a1s+1JSKvW1pLj9IfiV0rWgO
2ySTIkfFc/W39IAIJkAdpn4roXOBtaeCBBA0McpKf//W5mo+r0u+wbm7HgFgOkGPzf6xU+rg
sGBv/wC4VJHjw4/2fpJYdM9PymAfuu+PuHgrn1hoIb0t0Da7BqbJ/eBd7f6ySm39U2ufh301
Orpe65jm23FwYGbYtaOa/U9vs9RG+s1+e36uhuSX47Mq5np4zQG1kCbdxLNvqX/ovUta9v6P
9Crn1fw34/QnZLLNlwm9pD9g2t9j950b7X71zv1rutL8TGscHemx9jtr97d1jp7fo2WbW/QY
kpysPa3IY/T2H7j+bz/KWhX1LKxy70rLsYtNwDWyBXZYNrn1ObG3JfXur9f+cZV/NrNx/pgE
aOIB8DqtKut78G2+CWHLc0umQYY7f/mpKbrPrl1Sqp4ttZk+0B4sa1wI0a1vsDHfo27n+z9I
+xdh+0ek4AZeGvJfO31L3EHcW793qWfZfoO+ltXD9Ix6szrPTqb2NsrNlgeXCd7WM9Vgt/e2
wrvWahd0xuVVisx21PG+dXWbxsLoP+i2JKd7qPWOi5HTco010PyK2BtdmO0Esnxc32M9zf8A
ttca+2w0XXvM22+2T93/AFKtspsp+q9r26DJzmtMeDK3e3/Ocs3JIFTax395Hl9FuiSkBLRt
89dwSJ3aBsAaRx80wbJkCD+d2g/BSY06kmfNJS9Rd6jWgQCRp3krea0+tqSHS4bTzJGiwKj+
naXdjr8fzVubhIdHuMx8QElP/9fFqa6puT6g2MsrkNggGLKPd/W2LT6hg5eY3pVDWkMr6ex1
zHHYZ9RzKnbnez6R/e+gshuORRtLy6s7zY1uo3NH6Avc0/n/AOD/ANGtvp2XnOxa3YLG2Obi
YrHV27y9zQH12trrayxjmbv33bElOk3F6rTjsrdUy/HobspyKXwGEH0n1v8Aa7fv/wBH6X9t
c91npl12VfmZLBjhnp0sx5c5zG1t9H1HnZt32el6v/F+ktd1v1uFznuwKnztbDrdS1sei/6f
06/31Lp+JlY2Fbb1BsZmRc+7Ic6zcA2w+1rtm70/S/P/ANH/AKRJTz3T+lV22RG3YQ7cSRI5
axoez6StdIOHldLOBY/dkDKyrfszC0WP3NYytvu2N2u2P966LF6fkDNrtGLXDj7vond4bXT7
fb/JXP8AQujYGfjPdl432mz7XfUQXGtwDfczbdXtd9P1PekpPhdOswOu9HLqTWbL7zqQ5pDa
g36df7rXolXVMCq62jLsvZ6wFT2PoeWcbfa9rXue1rv3ELHwq6OtdMHTHZdLTkPoaMsl9bX+
mf0mI57KXPZ+bYrLc3KvymYuNVm57Knxa7Y99J2y1wp/SMpbvd/hHpKafV6PsnQ24Fc+m3qJ
FTj+duq3/wDR37dq5q94tvO36AO0Htpouw6nkW24HUzn7T+zshppaIDhZYxzG1N2fS/Su3uc
uNYNgcCZLRJI8fJJSnENIOh8vAef5qatgPMEcQR4qDd26SNeUfVsNBkkaT+QJKXpb+stHcmI
MErV3lwaOw3EHjssnGkXtbwdNVrNLfULA7gnXxkbUlP/0K1GJgbxWxpcbIls6wwgw507du7a
9bvS8GvCqe3GqbU86hm8wQJgN37tv03bVm9PdbTSGWNb6jp3GACW/m73NHud/aV29ltuL6bH
aOEG0H3D95v8lJTDO63VQPYQSB7pEEHgseywt937yyf+c+U149EBoH5pE/8Antrv+qW3j4Nc
h0ta7bte8anbztf++z/WtDvwOi3AtvLKr/Fh5n85r/ovSU5I+sHVmhobLGabK21wBH7m5zPb
/ZQ+jYOYbH105Fg9Muv/AEYLXh7y7TI/No3ep+c5aB6V9XA2Tc4RyXPLi7zalt+ruO0gOLnN
1a/Qf2OySldU9f7d0d9l3r5FV5a6kPaYBDAH+q1769/8v9GtOu7JdWyvHputFY2b2wxvtP0f
f9JZuN17oeISW0ncJixo9pP71c/QdtU7PrpW0/occvE8uMApKa/WugdZvw8s47G2Py8tuTZj
h43lrK/Saxu7ax2212701xu4tLm2CHA7XNPYjkOXY5H10zbgGspawzJPMH/ormrcet732a73
ku1Mt3E7nce5JTTbt5mJ7d9VKwDcW8mOeEmU2MubvEa6k+H9ZRtcd7nRMmY7c93JKSYxHqtc
3mRofA91qNj1SZ1Bn/orIxXRaFsMaASQeQSfjCSn/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8A
QQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQA
bwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q+e
aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9
Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2Jl
Om5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUs
IDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0
cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3Jp
cHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAv
MS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHht
bG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VF
dmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3Av
MS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6
Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNy
ZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MDM6MTIrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9
IjIwMTgtMTEtMTlUMTc6MDQ6MTErMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5
VDE3OjA0OjExKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjI0YTE2NzJkLWY4
M2EtMmM0My1iN2Y2LTdiNGQ4YWI1NmFhYSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9j
aWQ6cGhvdG9zaG9wOmJjNzM2N2RlLWVjMDMtMTFlOC05Nzk3LThjZWJkYzYwNGEyZCIgeG1w
TU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjRmZDdhMDFhLTcwZWYtMzM0Ny05ZTBi
LTVhZDk0YzdkNDg4ZCIgcGhvdG9zaG9wOkxlZ2FjeUlQVENEaWdlc3Q9IjAwMDAwMDAwMDAw
MDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAxIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBwaG90b3No
b3A6SUNDUHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBl
ZyI+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNy
ZWF0ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NGZkN2EwMWEtNzBlZi0zMzQ3LTll
MGItNWFkOTRjN2Q0ODhkIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDE3OjAzOjEyKzAzOjAw
IiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93
cykiLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4
bXAuaWlkOjU0YjA4MzA5LWMxMzctNjQ0OS1iZmUzLWVlOTI0MDYzMjgxOCIgc3RFdnQ6d2hl
bj0iMjAxOC0xMS0xOVQxNzowMzoxMiswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRv
YmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxy
ZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoy
NGExNjcyZC1mODNhLTJjNDMtYjdmNi03YjRkOGFiNTZhYWEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgt
MTEtMTlUMTc6MDQ6MTErMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rv
c2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+
IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpC
YWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDo5OEVCMEM4MkI3NzAxMUU1QjY1Q0Y4QjYyQjIwREJEQTwv
cmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3Jk
ZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+
/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAA
YWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAz
ZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAA
AiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACG
dmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAA
BDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5
OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYt
Mi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABja
WFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gA
AAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZh
dWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBE
ZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRl
c2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEA
AAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4x
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBML
AANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAt
ADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCy
ALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFM
AVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAId
AiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMt
AzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+
BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYW
BicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4
CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQon
Cj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgyn
DMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96
D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKj
EsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYm
FkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoE
GioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5A
HmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLd
IwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfc
KA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1B
LXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMN
M0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlC
OX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/i
QCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bw
RzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5u
TrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1Zc
VqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69
Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeT
Z+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDg
cTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6Rnql
ewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITj
hUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+e
kAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrV
m0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaL
pv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LC
szizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796
v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1
zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp2
2vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui8
6Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK
+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYA
AAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwM
EREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB9QMBIgACEQED
EQH/xACjAAACAwEBAQAAAAAAAAAAAAACAwEEBQAGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgIC
AgICAgICAwEBAQEAAQIRAwAEIRITBTEiMhRBIxAzQhUGJKA1FhEAAgEDAwMDAwMDAwMDAwUA
AAERITECQVESYSIDcYEyEJGhsUITIMFS0WIjcjME4YLi8cLSMPCSokMSAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAMkGLA4+I6VjIiA+GAigjnqII1sI4oGEJC5bxXYyQJiBwwwy
GupmxGU4t2s9xenLI0aMwLtggvHjmaI12BpOmWgfJFwtcyh2BMrtbjDe3OLUiQ7z3ofMgsSY
zh4SPcdEcHEQFPEcRAQXSCQcWiVIwwAsMSwZxSL6xBWKVhBMg1bJGSvXqlSTSWIrSXLOeZoT
VksKuNMYNBJU5wm1o42kNvZeiWEtqDHKaJyr+MXcfSqh5O7iAOS07g4WDFncfCpZImWyJJsE
cRg88yuxsi+NguXEc1RjVFIviMDmGV13uM4LdcrixxRXprM0NKCsSNAeuxUKarusYRaCRN2m
k9FcoWi7QcktHWaZ2deAoVt2uZ9bTzxZg4Hj4ri9YMmZWmxIEsIVPOI6ZBMpOguOLiGELCTh
gHOEXBwT0cNgYG5t+kZz6+mIl5CkaNEx9ehaLLMGyWNWhpGenfI84/WMq2HGU6+uJRdbIzE6
yjMr2lDMXewxDUtD4OGgowzSw4p44TEjug7jIE2AQJgGUMCPjDMWkyMBBEByhg4AEdn2ElDR
oaIJFXLOD6HJImtxfZTuiXXGle3BAl3Bmox64gfKiK2P6ETCvX88Pze9iCWiwHp4SvSEpnbI
pMtkVmPkSNzimdzitNjioN/io1xFebXCpOBMuAVDSAW0hCroFcLajP0M+yXUABaBHFhaqRqN
RoCptNKLLwiOaIuHLAa2AZcIqIsiodxX8t6fyoJrIbw8XYao4JMAicLN8AQzhZiwgzIgSkgp
gHp4CZkGZkiOkAiAgWmV+dJ55W3QLNuvcEVrCDJr38w3PSeV9YEDAAKZCkZOEgGdEkqPiRKA
JMCt5X1flRJiQzh410nwspME+YDBwLEoJNHB8EhNW0KZgaISNjoOkDOYtwuGwCJiRE8LzNPL
G3srVE1rVQpZ9+kaXq/M+pJBlcbACWJTA4QgbNesXxwLJtTnWxw8sT5P1XlAWgYXdxoxZAAz
4HmQBDCKybtAXko4dZpWTT0MfjamIGmgxkBxxDJxERHcRAtWcJwBka+YBqZ2iIqW6hRoXaJv
en856Mmle4qDdgrRc4p5tnw5dRV4aahL13Eaeq0PH+sB8z6nywwgIPp42IISDAiSVwfQYvyv
q/Ii2p2xGlqXRPlPcYAtVCsb0Ydo1bHnBPUdh6RYieDIDJiOCAwK6LNci7QtiqVmsUqd6iej
3/P+iOnuBmYC6JMTynv8Q8lG7586II6QYW9PHg9t5W5WJaBk8XG1KOH8lgcDWHsqsD8j6rzQ
jZyrZ6215Ez0WHoaZh+b9J5cKOMIlydapuPUnXIsGoR3I4sLCCKhrIuUroirbplbO0c49H6P
zPoxsdwJTBMdAnB9LhifM+oyzz/XUCyiBnDxpzBBNWwni40+tQKKeJYPBdxi8D0KzxhWapv7
XjdU0QjELOJpZoRpYFEwNvUNk0pLji6Au6AhnhNW9WK9tTRFS5TKmfpUj0G9k6g6Yk4Sgju4
7G2Mkq1rVQpudJhr9Eo871hJp8BhNF4HFx6epeoA9xHCZiXdBNS0g8/ROsOuZRGrZwWjq3QS
1bDrB75mRbWTqUbA/oI7uk6YICrZrnMAhdDRolKjpZh6zSztEaYyRHQTImcpvGFnauWLOysk
haMissCnaqFh6HHdHHq6N2mSPSSYmAJiDTt4xgKNYUxJxCR3QYOnW0TQGgs2j5QVa5mGm7C0
C/08dPcBWs1zpjgFMQVc/RzT1Gnl6g7u4HpkAokE1sOFkC8TboGPnrpk36NgsIW4sNAwuLj0
1K/QBPgHcthITIvP0BPO53sc88tF5IqWcKbLRtmtZJmpcNFNQTcCxxnptAWzo3A5jgqtmoSQ
kBUt1irnaeaej18jYG9EkTBATBAGpxMSJQ8j6bx4toSHC+DtVrRbYtofRxtd0BsUQXRIIwJ0
TIAGB56lezguIB76jDrCJJsurlW/l6ZeuUANFeXrGPYfmnoYy9IKi6uWWgYurbqFfM1cs9Ft
YW4NnpAKJImJFsBhKW5RjYj0EjMgkUg3alwsEJB8rj0QkYBdxANADi4VxiAl4GLjes8mRDII
sLuiuVxrrWRnW63GvlwsvX6NkbR0GmTs0zLtO/TGPS8r1bdQqUdDPN3fw98JbK48gMAhkBqm
HeQ3fHixmA2msgTgixXsFoltB7uPTCUBQIhjIHTCwhWoNIoG+f1c0pjNgrsFwBEQ5BWSgBLI
s02noqa9ImxwD18otIesizXsFatYWVM3Qpmt6LA3htO4oloGBPcADPPGbQIQOjiwJiQUEBbr
WRpgw7o49KA8NBaiyusku10LHKSsctSw0TxmNWouvqkXas1xrqpk1pgW4dEv3LYCatuqFVG2
PNoirNZ4oG1iuaaZtPxHHpLPltE12AYPRIHi/beVMYWrEzIjyEwuWQVutYH9EE8PHo45QyuN
caKUj6ygDQ2sEEgMTygEt4GwqyIVoJA4pK8TBY08WyelrocXqxwI2K7gANQD61gRmX/OAcJF
vQxbJrZTZNrd8V7Inp4jN06Z4hbUgrMRhiQRdAdujbHz0g93GysEBoGqPWtJZSIkyvUMzvVy
Zg70nhEatAM+grL4CRIwQvVQJjhnpPLOPYTj7wXQAdZ9QN1esL8/qZYwSgEyghoEWfYeM9aa
XRJGZpY55ZD0ALMRlis8ZECNt0rg2YMjp4vU9DjJD0dIyKvoEGHzQJ0xumm/G0QeLPMBtZxC
r+UKniLdgSHLt+hPDUvonkzGKSNHYzyN1ZyV0aOUYtIgO4WFom3ymM3zPm+JR9h5rZNcQM7E
2sY8yklC+kSbSGk8BD7efcLUrM7p41LHm9IvxRaGmlYFVYrG2/MsE2hMjH2vPGaxRGtlvkBq
Lp1yhvmrZQQfnvQeaMNjwLbrMB3s3i5gVa4IzBxoMft4Gqaz/J3TbwponW6OieqvY+sR57d8
YVBGDogiw9ZAAUgXKl0Iokbx8ZUr4v3cW2aYjYMOneoFra8681oosLeZd3zw0+s8+VWqYFYB
Y/fxrJulWeM8j6XyAOpn74SRMPz/AKPNMQGgSsxFSUBWKzB1uoYsIkbo1b56Gxl6RW8f7nzB
57iEF4WyAYsNZiRoUrxJRw7lcZ4skB0SXr2FaHZexRM/mQWWU7o/UzEjqkrK1iuwlK7JN5KT
0VrzTyKVuuHar2x9mvoAVn0zNo6lQqw9ImOkBxiKeqyVrnGTKDNPZ81rG14b0fjgOgh1lLQQ
kSD6QrlO2c6s8Hp4oSyACggSiBpLUPR1grQYF+sqRgyoi2syo2xSLgMMz2paXxjRK70oLeji
7YDAgyqmtnFdDoKYkBeNTBEq4YxV0rshgWhl3StlGIkycG1UhLYACuUWtLP0DiGA+7jXHbg8
8j0lQwKnquPHxtYpDkkM4qwm3Vsi1mJbWtJaSJlt9BgruWW7dCwWofBS0KgD9XG0S3gaXGTX
sIK6WLLc8sXENDspskgQDoJJnx0HX1mKAhFySiIiSxpUb5I8RHRx7YPHGeiVicbdXIyzZyVk
ESnB19DLLLIkpRcSQBgRy+GtryMVEDXV+NXX8/6Qz863ULd6gguZtaDQTZSU1NAeIyKMCLLk
iWVkkdWtZwXBeNYdZZ5kPU5BkKJRMTJbuUrYcwRHdxWddMS5+KVgmTuloswgtZlusAa5LMVp
LT84yVEIXDAccwWwCJ1MdpYSkiQhgd2q4MmLEU9mqUSiQCLhsruHKvwZ1a5UB1si2elsZLDS
wdDOMhc8cQkXLVO8TECN5fF+7mCOOtI9QQPpXKJnEHDQkRPcJ3TAXdxLBslaLnFMdJBSieDj
pOmHC2rkMC4t6GXZLFWEh1WPK8WLRSuPSC0xMhDFnNUw2bfm5NSnWkACkA+ks3aeiJg1j+Xx
Q5LgZeIiQcPqQsMZ4KJsGeVl5nzr3Tzc7ZmU65nDjpWTTz7qDF4+FycjtvF3DzkaVUQc8LsJ
MKZE0fVY+qO5UmTGcg0KOt5oSLRA6ZFyXESXAc5ZMdJau0bhK2rC4OKTEOL6CqiNHM9EYKXp
O7gLHqPL+mLa1yG9FwDG0PHDlokeyo4foJqFwrVIe+8Qhz2FSrtZpnhdIq5+7onkW7/GfaAR
gUVCwrPG5tymAUccYEBMycBQTEEdJSWbNO2RHCN4uM0qzS7U0qJV9Bgb5jIfXC7oGey8X6cX
NOyMVT3zEwPQ4BHTxFqtZLlaUDW8onirF67lCb9jzegehs1iLXV6hpdnCa1Xq55yo+qFZU0r
1yAk4giRMKA4gogmYgklmWbVW0Qt4jujjBehht592mVPS+e9MefqXaRHQY7dyN8vVuIRLrR5
nGsVjp4RrFMH071cDrUCDHiIEQrdG0eoLOkYGbUPRd5qD0tZiTNWXD5XxXGBGq6CZ7geYJM9
wBkB0jBesosgSHDuXxjvBhpVrFcr+q8z6g83Uu0iJ4y5tZvoTN5+eMWVYw4mCZEjmrYPRYrF
uHAKUwS3RckZ6DI9AVnCsxFPqkQUnqMD0HmADBgaX1xJhwQnBExxEiRJRJ0DxBraWrVSwTEy
DxcZhiw0FlJT9P5z0pg5u1jnOVZNvTrSdlbmQFi7nnilHSd0kQwSLNS3SNPtGsZ/NrkrcJoa
2TrmQ1lwqYPqMATYToG55T1/khZQZNRqiImSR4gT7ge6Qu4ThICDiS1YrWAxNIXFxWCwktOp
XCn6bzfpDOzLuWDo17R6Kki2KRYUH5T1vkCOtQVia0rHagPO1Mo9hla2WUk6aCmVgR+7g75T
RNY2c87B5u/JG/471vkQWLYVwkDigjhKDungJHiZkgeMAWLYWrFdg9DVkdPChbAT0WCt6Lzn
oTLzNG4Um3r5gT6HPKJ3gMMb9gzE6tAr85YyzF8z8XfwD2CKplrOtWTORrYwW/h7pUnGrHqT
8tZN7I1c41PJ+p8sELqoESIc8REEIExxJDJMkJIsAExMssHg1mBPM4Wyi8u1A4L1nivUFTTy
NMG0oR1igstOrqKycTeGVtADPVrVyu87hnee9V5YBmjJFmlVPS0cRhq+g81skDXWEptscu1U
H+R9l5wqUr1ImRYdEgQJcd3MBIDJ7iBDoOYDS1wkHHcF3cVGy4quh5n+n8ttlWwnTMuYgSSm
DVL4V6/z+uEBAR3AV7ItC8j6jzB6gTg0CorLnnbIFbUzfVmbFfPLL8m6X8fVyj0NWws87VZw
JraQo1EyPBTBBSQkR0gTwhMU0tMBgBAR3Fwo08W1GJU0KvFjZztgTbkTokCYkAxCQ6Vxgt9O
yHILJ8R63yR6g6Mm3nnYMk9THKnp/KegMY9lpm32SM8l6nyB6jK1PNlYekW1bAVnxHQR09Ay
JWcUCHEQQ0GFue4UwJGcPFwbBioaZxjJYctx0V3BANQeFeuWwpKNBuPxr1qLC3FSQ8vUWCPa
xStPAdk79MxPRea9ANsAAQAI/wA3t0DQ8t6nzAMDIRAQQdx0cR3FJAtA4OkiJkhgyWyWYBdJ
HN4sNr8TYC4GQvCdU4sZtisTVCAEXllHnLB4jElZ4QDJBeBjbOZrFl9OuadCtJnekzNco9ee
ZjtCSo2yIujoqPL5ntPICI6ToniSEQjFhKXJJ7uBkZGGh49gECamjOHhmhkaBcNBBGlo9XIK
jVvDB8EScgKusMSv6JB5xvoWHno3YMUtiCjOkwyX2UgPaYXcIwqwFwsrjV7Gg162bVNHzV5R
Ri5JUFyATHhjq1oWlqzu6CRIQnIcWCW4A+gZxcRbZJMraG+uQa7QFdvcGQmScLBfXpGwvMk0
AzyNSMlZrxkQaM5YGlGWgvzn8aoZXGgiuQ0F8SQgGPSFI8RxiTWeRUG0kFyzFdIgCwQZ6Tn1
3j313EkJDOjj/9oACAECAAEFAP8A80H/2gAIAQMAAQUA/wDzQf/aAAgBAQABBQDqMPGGcA5A
64xLZPYCxgPJwLXzvZKuYVwcQqqC2SzPDEoBYWEwwMgB56Fj4SMVRHVMHjmEbNmip16EZr32
0su2lw8MkJdWVsVgl1YJdVa5Usy2gKVuvqavcUlrEbCkhqwBYitgVFxnRi3UGvsHSl7jToHq
+k5C+vtIHrQWPrFDW6vTK6kZFoqJetDiIBTulVuVicJMRwQ+MWOFWA4kkNnxhgDqQeMJJPWQ
K3wDFBOLURnjt6BHKqlk9erAHPG2FSCFJESsNPUkkuMHU5sUAHASMqujKtlkz9nsPIc8xB8v
YNceoZHV6B2cPVlXsrVxPY1FV2K3x7tfo16nNWiq9a9N1NVRrsQAgAZwMAQg1rnsE/ra2yll
tBdmrm22tKNq0s6cZMHnqxxSuF1GA/YknPk/TJUZ1nFA69UGAgElVPZYFtYAYQGEqVGQvYwS
E5NZwK2P0wCtc/rINnQFwccq9dtLsHTqQwwtJVsFwAW3ny8r0IU9clWdq1drNdcfWYY1LA+M
5149RQQ1oANMWCr8YBDhSuuJHEWIj5sVHybQKavlsxKz4rgwasSzKoyTDcNwMicCnt9QWInh
lVRHRQPGMNaDGAJZZxeSAVCLOT1AJBWwYjg4XGdxMq6stZJWsY3XA31YjAtuLK49S2BtRSLd
foQHGETgKz0EJa1YW8kI7KyTczpUqXEHFtSGtBJthvW7jCzYsdk0LJRCQWmPL1epo/xsWjrr
12WbHsLlDfv0MVupai8nyqSoNg69vqwGdVGGBneTAwBsK4hwEjBkrk14gUlQBgBICN1EZBJR
TiBuwCjFwwMLKc6Mc8RwVPDUkqK+hsr7NBVn4wBjhQQalbH1hLV2V4Az506CtScRwq2uyq9u
KLHYU2FRrsAieNm2lKV9QtTSq2hl2Gi6ghk5Cew7V1VWWVZZJXrlAOXTK/BMifqVJHIIX69G
6hGGdYHUZAxlwdiPG0CoQtKdTUuKACSwxUIwLACCYAPVoUNJmQpjkkLnULirwFJARgr1W97S
RjWhSsNhgEuAE6utioEXm3Xq7hNYMu1Vap0akexqaEVm6FmVmuAGdiM0vEaEIQqYOyo7arkU
pYI2S2xd4agxXXCW69YFaqFtnuOwCjOMLNPwxacDCGJkTKEuKwAeIhjihhkWEIHBmT1OdsGL
JwAnAqDFUDCJwIRhGQAOpAHwGjAYEzn8bLDy2t2ahmAJYgVliVVBuIRr0vDK5Smj2Ffl3JFt
J8F6UC0bOnsm79C9cGjsMU9dcc0tOyp7KWsJXa62U7bGirdRtqjZ8VWqwqalixpRcuRJqorq
q2pLgElPx8hkrOQ3evsCoBwpBUJI6yzrCqAQwIBXBYDhsBYuAGU4ajioQRWcUOMATABipnQR
0Jw1xnEfyqg5EHuVwMxG518p6g64AUqDlYBCKGz2hUV6Os9l9yXVFlsxNu5TTfW5rsWta7Ac
LNjSCvODqMRc6rAHIXCs4UM27FdQ2N7y4Or4Kzbm5/uU8IpNcrPlWGMDyCFdBgeMFmB0zspY
KpwmMLNKsSYKtOd2ANmK/AZmxXsOd1GK6koQcXnAoGEGCGBDLPyQozoAS1a5vdfLX18lSzll
ZisQAsDcsJtqvuCuWc6/6pB9fSw/665CuluZr6t1R6khRkSVCyOgI6QCJBGHjNiy+LBc5TXs
Uprooss61XGXGKMgQzIcW9ARZJUlgowhZWrseiYVAMBcFmCyciFa0kl5xjJQRig4qg4EQ4lA
OChxnRwf7DnS4hg+KWB7thsOMrHAvO3WA9QJup7ZelhrqNjOixm1q+Wxl2KMGxacTYUZX7Ao
lN/kHczJyTkMM6sMVCcWvADI7dwHOdGbOhGGgkshXL6LvJZTcRsKFZVlIAHQdXVifHiVPPRw
FrtKiuyFrOeKcWoEfrg4NdpFDAkEsKDD1kEVghajni+oraP11KrQ6j+0B7rc/ZtGNsscGzZg
2HGNsvgtbr3MgTlyuQhhtcko/YrUhB7BES5QBZqS36NrV62suIKQVLrnktzzwE2aziXVktaM
OykLsrZiO4Isc53Y53bC9gwX2Amx2xa7Dm0rePZ6mwkYBI6mHD9obBXB/gAkeJSBWsKqj/CK
0+NAFUElepKtnQkCtQAAc64vaJgMxbOxkwcatSfCmCiuPAJ/WqOHWU41BArBXNkMS0jK2HQk
sFo7M9YUhS2WkIH6s1Fhvrq0FITRM06vjxqUOHVqI/UXP1Di6hXP+vhk1z1/TWVqUZZSGz9a
yQrAGRiszZvSEvBNgEZ2M9/6wjLkMSXnCCuICc6vPV4rEYzdMBaFEkA4FOdGwAAAnArYVbOZ
AZSS2DkSRn2yVwnglpjg9sYv1DPIDHNsOtortnVQmmmkDLKqi11dYXaDKEZp0ShsrPUfOVgk
3AqlckczAgY5hsJOcYR9zhmbGgIIbeEpsJDxIUACD0byDPtg5wzCdTgBOdBirB4BIEdghEYr
CA2d+eMLEAFo6nIY5BJ69cIwA4QwxTweAbGGIWOAZ1aSWAvUMdmtg2ipFKmVNjd7W++6f62A
B0bAHQBgRGVnNgTWgAQnBzk4SO84DhwflOHIGL+W7/r2TLr+I/wxIDywCJAQnFTlQRhmD9Qf
tirOeHBABssDm1yVsZsU2SC+C1pBLDFkCcM5OAtIdlxnkwI+BIwlpYghwgTeDA6VhZK+VMCy
77Pt9vGJzRHayocETlY+9v8ArrH1InD/AIZCxI4B4ZpwMS0zkf4X53RK7J/tBICggScmcLAg
KpwVtPUDIMyoJ6kMwwOoJgkdlBdsR+2Qshup8pjzADzmPJgcEeSc8yz3SFdWYFDn0GTXEKB9
cbr1+pFigLsWh00WIsrjG6hrJ7bhJCqCfXgd6+VJXEvRrLHBRLoBtgeZjnlEfsDDci5b7fTq
D/8AoZsq91W7V+11HI2KeodWUWKDuspq2ADaqg4OM6tDVAlVEimQFKlmeAXOf2EdTjQuf2E7
G/TRj7d11ptuYhtvVGt7Wh8DVPiqASazi9ckYDGSZLCZEktlZbCCcgkKrAFeevMc2iFtAbNO
RaeWaO1kl9tpCN9vWDmr4cAhKDXay8Crtgorxq2A8buuzv69B2fZX2sK1c+Va8TavGJtgldk
R63fk9wz7DQtw/tqDRHP1yAcKJn1lVGLDAzKhmwgghefZbza9bfdgnIQ41p8Z9Pa2p6vYFdg
c9QpfArYJlSMHWSoOAKMDYCJJXF5w9hnxgacJIxgWy1CLNZfv1WGHVrTm3PWsjt67lqvwJjA
MbgCc+f8e43P1tey/s3kKv2LZwil5zsetIDtVsW61vrbhs1e1VPDZ+SHkEZKywbB8BYwLICE
4ahArEssBmhNyw23qeEUua9G57LfU+Cj11DVantdZ9Tf1Nuu2u/2FatTt0XM2yqHzhRW1bIC
hAC4WOCwYrg4HUYbJwnJjGsID2N22fGW1omBl3BtJ7bfIrX+z1yRlUhWEnG5IPBjDntPXNbm
zotVgrYBPrhYg8yJBV2Uu63V+h3DTbvWJbQ5btUWmQTJzklichyft2BIJsbAyzwctP8AXcId
ZJ1NYBNZAC1YbJke9fWuGtTaqGFNO1ZWTvsuG+x8qdu//YrW2vtpePklExIzmIyBPXkxMgHa
IGa55PC2ycZlnaECSG0SRiDg8GDJwRGAjNr/AEsiFvY61fjsUg4BAiSUUYFbAzK2vsW2o/5V
DP8AlzniBC1qB4pPUgtxjBCqgFvETli/TYDG1Rzq7BzXsDAtWi7W5119PT3LL92htOuxg1nc
gBnJUvCvOCDmndallJewdW7QwMPhFkeJ4OQCbGRS7hjX/sK8XsRhJzc/Hntpt9KzwTz/ACO0
gfWJERm2thoq2ez7FKWJu1vXZEYfkcZ5ZxWaSftosQpJ7IFziOYk53ChWJaH6hZT+zIuBV2i
xnZdlH8oSE1CHazY2HfV0tvb2NGmqpkRa8/9Bez0cEhZaFGEMuKThYjKAxet7+gvtnylg1rj
CzwTAXu4f8WYOXQEoG7cl7+mNJbYIKVj+3TXslMBM/k/A+PjJ5+c3NRTtEmN+rzja1DTX4Gx
hJmMUTnXNStkrB+wBnOozwMcFJIClQVaELJg6wwjFRCSiq3udUo1bcJca39e+ndg2K0OxcEs
t95SKvZbtWwkHEkkyQVYEfNdTO2rrDuhAVWJJ6YAsFFGdK8JQYUVsasDLVk1qVxQZvUDGUjN
onx1/OnUBVVwv+V+D8YSALbC11jS17ClL0O2w1Qa7aGWy6kqIMI3U657UnjB8gE5zDyucwG5
7yyTP1kMowENjiDZUlqb+k2pbWUIWAdW+0Db29auqilr7NvVr1U7EheMk4qzkAYvOevcFV+C
zHPnCpOAGOnArlSuMCMvLLlYDYkg3gkv2jZU+NfyoWKqmHUEDP5Y4uN84y9lv0xrPYJNykir
oFrYHGqUm+hbkt1Lg3jZG1oWqFOKv2AUiFy3hFbgMi4CAwMGeCOzIAMY5tuVS/ddTdsrZg2D
11t7rl91Ts1tqV7F5IIYYhAz/j8Zq0tbg16FDgjNXZ3JDgZ2ztGAmJOKSc+GJGbJnKwDijm+
OrAMNj8a2UNVLU0hTUakbIGMQCkjCftxObVK3UuojZYhUkqjCFbF+aUqL2ejVrd/UXVtSCw5
xTxBy5QK4lQEIUZ1g+NlCg4clgdllVNt/JYADk8y2fJFjBSxz4AAwDNPT87/AKSV1vWSFrYL
UqHFcKQc+jYVEkcJxhUjLF4tIisN2mWsaFYKcvU9Qga2oEU6/wDqAnIjDBZC3Y/IiYwfO8GF
i699zL67ZUGtVxYkkZZu11LXvX3ndusfF/LnFY524sgoMJXAM7KCCGyGggjCGzeMUWkTJABj
JWc5wgkxgnNHRFxqSqpn2kXKlsZXrrYmtlDXq71PAHU5OAnGUx2Yh4y8MBT88KbBzxGwx8aD
70FjTRxXk4SOw+ZJI4xmII+XrrbFRUHzm5QVsJCjZ3mlz2fWlReSQCCyLIU9RxFjQgbgkkDt
nWMHWGxpk/HtEd62BBBwnj5yYzkZJORlNa4bWVAGU2jq2m6vQSQx/B9MqVtsU+vssswEYHzs
Se3J+dhiBSXOFyTYZHIy/iqs/wBlDL46fxH+P5GH5HGNHf8AnDh+fZvVXVs7TOY7GDHlIVrD
NUkp8Rz1ET9GOGc+QBIacMQyjB1zcoa3L/Vsgup6sYBBJwGMD8gE5WvFSklTy9oBsqIr9cwb
Wt20DUdrNdqwDagbK2aoVt5KysGM6iWUDNk80Aw3LP1XHAy/mqsTZUVC6/4DB8/z8YTyBjD7
/wA4c9hvLrJubl15+pwkABsEjJkVCAnXrHH1iAFYfcqGXxsCIj7KDJMEYVJIDR1ObuhXYdrX
KP8ArqQKs8YBROVQ9iSLbVFZsK5rk2amvsmnNY+S3XZQH5y7zoyCuzFvCkMDgY4HOdic2QC9
MEFQTcvDfjbARP8AZrw60QK5ODB+ROckj4cnyDP5bPbop12YEjkwBjlVxSzBQ2VAdUUnE4EY
HunqJVeuAAjxjCvHOEjDOSDhK4yoR7FUF6sFUTEfYLWEpKg2kd1JNdlX1026rbb9/Wr2NV7K
xvRMDBnfXVTtI62au6qqrIyB0JsaFssnNaI/i0kK5BF/+pT99YGKT/XzkYAe0/4/g8tEYRAs
Yge23DY/2JgQCRjCAEMJ2Aq/EkhEIifrJLFhiscDzjds7xnJz7AKTJPEqcdfrvqqOp4568yD
9leGsHZaDOV1d6wPGr/n61lVbK+tltoZNbZAvN4TNlERthVDaG0iNZSoyxmOEEtT0GQRljBk
cCdkqqIW8tLcUmV/wvzn8jPl8YmPbbPjpvsLHrg/JqwcAU4ACZk1fEGAOJ4ZSSBzAgVxhkl1
OFCMCjCgnoCxrBZ0bN/RZUMJhtJBtxWZgq8AqVoIV9Vgt2zWa774D+veX2nDa5vLEBKSC3jZ
WdLQVyhAma7hlNSDLFIaie56w4EPxm0JCf7NYACkDpnlhlYNkGJI/wAA/cYzDPcbRe8FcnlR
OAAiYwLJUDtRgbsOxAn6kWnFVgvU5DdijAHth7DOAexmSc7ThtTNzpZrWz3TqQUAyipOzqBh
MMgMmzxizdF5vkmlzUz7WISSam7KzKmshS67XBbYouJq07dZ2IVdkMc1SSWChX/GwwbwTlX+
6iAqARheSgEngTnwEP3Yxns91aKLXaxvkgLNYMGTiSMAOD5pH1XGX6yevMAEnjJwswBYZJOc
gEkAzjOudTDWrGwCWVjJc4HLYDY2Aw7EqQ4sqIIXuzAsRnkJzVP9hvpqq85Y1dlqrtZj+3Up
s2B1HZl2RI1wTY4nLeMcZsD+qtPvWAuVcgz1byK1THD8yJmQo+2xeKU9htPdZ/APUIQB3JDl
lCAkjtgA7185MAmF7DpxhyJwKMIGGAZw2qMOw2Ne4HkIFtjnGUst9b1OyKHfXrzxnKqWx6yu
MvanWc9VRHFkoWkYAM1+Hp1mueqrWra7oqfrhxVqVKbPC1tbK6XKQutwz8q0nHHF7Hrrr2sr
rYmuOgPF6EisAD+CMHyxCn3O45wktnaS/VRUxOKFIZS2KSCo4IJymBnQyCBnPQkhuxB7QAzT
3Zg04zQGuXGfyDzIuNczB9lghtscbP3VjzTYBjFe9D83KhJlXWUdXYZfBLBsgTSv2o14VaJf
cTLndVfbt6li9mrXAumKDyDKNXj84U7u2uorUBUq3QV12UKrqyNYAZETn83cL7FiXgkgYwxI
GL2zlgsBTwA4OV8gEnPrk5LnCThsJx72AOw4H7FhPZ8KyTaQScLMSSrYWK4zA5co7/iayXVS
Q1t4ceXnsXYuOjv2IgADsfWaq3bC1IuO477ZY0eMPTdsll1NJjkAC4fShepVuHMZyTdsrTln
sbSNbYe6y8E5Vfciae0QR1OEDP5GOsj2+iyWM0ASMYEYkAqylzEr89gc7AGoEKpJzmeIjnqs
yuMVON1TCcsvCY2wzYXJLOQzOSQejFwQ5INvOEA5UerNWVwqWUrzTXOOoVyoJAnNekkaoUOb
sdicABOxQDXo6dZchRgUZcFOIR3YKcukDb2SmMzOZJzWI7N2fGr/AKWe+lvUbbvnzkYMbPbV
GzWZoBiD8fkaxzBBHGCCYUmtoqrOFZ/wSADYYazgv2YnHvMic6sWsdM7GQ5zuJZlKvMMZCrz
1hBYSiLV1hQK7nra3YQjupwOVwWsw19s0rRsV3Vmt4RiMvJuzXoFFXMmc2eEpJVic2LFVb7f
JYBGQuV3lT+zg3Ob3ruT1lr03Vv2T/PsGA1LwVI5BOckowGBSSRJEAKWOUyuACTIHHVtggm1
8e4ybpxrmIJw2YXdiwJIrbqSRldF1jeu09Zq9j/z7DNnXNL1AFiowVgVvac7k4SzZ/AXHEFc
mMpvZG9bt17SCpaVodmcxgwfNplpJexoG6CEblh1j5yCcC8jEMGt4t0XVqP8H49u3XV2YLEx
hOLJKEYkKTIwADEb7I05zIVohep6gPYhx3UIxaASMd3JDhQzqSXOerWp2/63TZ69VU3DTX5H
PSv3Gwbb0UkOMsaEdMAjPtiVybaiMIGQYJGMZOva1b0blmzZQVFTt1zzDPLAYsSzKmH2eur+
w3lvXgYvxzgRcPAHOfBRCzeqj9UE4TAY57yyKbCzMwxgMKsAhACMpEzhMENJQkgAYYiOLKmJ
eonHR1DMBhWxwQ0sGQmM6sc9YYGqxKkEY7Wo1u6Fpt723eJUqqQtZtQthfKlBemlS4qVm2Fp
Y0+qa1NzSs1rWAk5XEanfp6/bBDKGw1nIdTdY6jZ2C79izdwcGayNZj0GqynSNwu0r1ZNOwG
3WNbVdjZqVimkEQ54Px7xZreJckg9jhMYqklforOCAeEgYhwEwCCOpwopxNaH8Nbja9SoxPX
sqXaixfSwNS98X1l5VaTrrTstUa9lbFsec3Nquup7ytw2O663XrcS9rr1WrscqUdFYg6Xrrb
BTUqpdrV3j2+nVTcwOJW0+vsrrRSadlXDgfOe57Cl2/wonEUTqQpfVW3F1/ZarU+z3bVPt77
WvdrRTZVOptrca2QlzhOe+YDXdvs8EA8kmaIJKk50K5M5WZetoK/YBoH8VdHNbdca8ozWgZd
tFsGw2bNoBMTr7pWuywWASWrcqrd7B7NrKy7Ga364bOmpWez7LKzVU9qu4Wv19D2NRBUL1BG
e/rSTWTlNUMHAFf/ANVen3ADFhfsitfZbxvyYz6yrDA0ZTcQ+lsdjubq3V+uSNZbaqM3Nlnb
yGdbYsrs0NxHDkR+Q99Z2dyMIJUmMJ7HXBJZQilpDJxWrkqTlbQ5Ydv4r2bENFveutoxXy+l
kcFbarnTsGdTrxaKrT1qSFFiLnmrUez3rdm8sJTk2Wk1a1aFXH37MisVLaFbUCgKlVNpcK/b
PdWi3bVe4RPIz6qNRSHcC41WbfsEAu3bWZgGEMCZIkgSISSxata22GI0/d7etXbedlbGYGsG
degMdGxUQEMuzb4Kt/YN1rGcnqoLri/Zq+AWLAFnLtwp+wWRUBPy3UdZIFVttZTaZjXcCWHZ
eKk2KQzF4yiwjKLKrs2r7aLXcPkA5fpvbc2pepFNim0QtYcVrSTZsGpX108lrErt3lmWx010
awd/YWd9xZJ9ZSGLuUzWFZ2WsrKXBksKnGUygXGXnqZQYo+939gqsRcSwbGAMGP2ysgNqhme
nXFakg57EdtbcTq5gZ2JLK7GpGGQDkc9AoMsqGChlaxzB7d/p3BVe2IxDVWsDRcFOxQLKdgs
FZcDFW8jtiPOeRgEuQNrULRTtvroH5Wz5qAJ2kspFcDNa6mm2u99retR0F5QrsWpWLO1ttVe
UIlNW05D6talvC3k9hpFV6tLIQfsR9gGHPU4IGKGIetlZQy4XOJU7CqsLlNyga292xepDqpH
vq6U2bOpzqMAkqvStjAMYCThKk1gswBAQHsTB7jCASYYgRg4FNgK03hH26e5ZSr2KRlbEZWB
atafagChq9z+i9zZmxV4w35VWBE3nYNU0p9s9cY2Lbzbu2qVG17FthBUylY76tr27GyvazT/
ANQtBzaVAdrSKM69T1kEKB1AwL9uglo6Ix7G1mUVu7VDxiSQrdsps6Z6+7sHIRd/ZOzexaRm
v8xh+WHIYtg4WofczNdkMWDZH1EKeiEqqkNAPYg0bDq1l1FmbCsDB7QOwsKMtoavVdrW238d
jABbwQqKHsA6vss7PqL3W6o9QrBNLZqou2N19m7SRWcmb6h/Xp1wGCvfVZW1dqjpatjpfcOr
qpLQuGQCQCG5VA+WVEEIwKIBgKF2cHHY5UzDKnctp2dbPebng03mO3MLNVeOCMAbCIC1iO65
WwlDwBJr4HUREYrLHAxmU4wLYhYZIBGwY8iHLAe0E4H65qXLUjOz2uzk7DCEdoqX+rYVRmqQ
oUsDepKdSAgPTVdKl8Ra9KgopIlzOzpL/wDPYxrWh1y7x2WAGGECxB0KwEXuagK3uQsVMMzM
VUnASMUEZUFOVks1BAb3O6di38iwJNalmB6YwDBlJUs0d+HcjKPzgdVAxSM5grOFOFEgIDg+
pWcPA+GLAYkWLYpmBCp3KAk2TDv2zWqBwT226gUVyrUjyJ4P/nJJKGF1yoXSroJkkJ2im4F6
XRdd2W3KQUPstYMO6OtoAdV7Bp7VmXAl72+jMAAZyrqWCqwCcuVrMuSP6aHsYuQDhkGhGxxi
vJdj07ALacHI1AJkFVEheBAhfRANb/54nP8A/P3jH9Ps1l/X3S9N9T9jA7A1gyJGdGJdRD2N
2RgarIGVck7C1ItgfGuK4rhXrsIy2w+EDBM0WlWtIC68vlawrKPIl4Ojq7J8yOCzy6PR4XtV
SCxTLDOFioqAzYIyOOpGUpypIxfhxGIrTus9dMxkg4AexBQE8tKYLWkuBhbuQFzWB8h4C8KO
c5yCMOPcFBuskv2xvGw9h6xWUsZhpRiS1osy9lGVoCFU5sQzoQFkEElT2BFdQfFc4x7Y3YEs
VetlY89NHqaawFxgXc3sp00azYjoX2rKRuCixO4OWrGPwSRlHUVNOfBUtFCg1lYDSCQWZGFb
+wtD2E58jTqDvYCthA78khDjgnFJGSc1D9+GPJClYl+verG8WW61U+OtcKVgX+y9frZue8sv
rmA5BKrgSVvJmlCrMgCsnXFAOADLCDnYKDYcWxY8jQ9jSGbA2VWmdO0iytB5NmK2Yqz6KWnK
bix2d7VRat0rn1swg9HrMloarr1eIPytizSxzsWxCAHcF1+bXDWHqMRAM0NLxU7ep5BbRbWU
7A2OcJDAwACCdeO04QTlbgCPqt8uRi01ktwdo+MOewgAkjF5NalmKhFZgbRYC72KxapDWa8C
4RbPXOMEDC04x4VlBMdgxVtG0I+pbU923ZLVmsrpXBaj7HYqyyx7GRScp8KCwKSzcmJqbHM4
wEIpJCkhQ09YHXkWKlZJn+fXax2NiMCGbaEdd+ipKrAME59hgygEGCB/xUf18QGeso5dk0r7
C+pr69d1qu/VSSCMiMVSRVPk2H/reFKs0GxsW9SvcTXYoZhWVsEZ2Jbt9icAw8j6gdewVjNO
x41s2Q+dyp87z2LGqs2WU6665KgshXNmtBjKcUEYVyMUE45EULJetmD1kZehRSRHIX1VoUpt
KzBhEk57fuLCZIPPGCAdRQzlc4CggCRjUJcKPXWgubaxtW22WFVBPUkgYoUoHICvzYxZWSc4
BaIgHAxwMFLbBfD9iCMBOTgPK/AhSjrDO3bysURyS3OdcVCCCVNdpLO6QlLM1lLLVZSpVwwx
WJw84o6YJJpQYWHRUOb1o8jBcKwdFj+w/wBLPJYrna6H2jEqZznF7ECQdQkvIGFTAGcRRpWV
m03eM6jZXphS+lS+N6yo5X6qjPY0tqiTIbCZViGxmxSIJgzingyMEMTWAOnCpzE4WjDgMYn4
kMSeBzij6x2CjqBAOtBxH4tsAx9ns1uvYyxkCACTSktWhxkPk8lhW8s1hOHswpLI1e5RbZY1
KNs3r+xuX+UxOEEkLwFY5qSHAMtK4h57LP7tpB3rhi720B/2e7jez2EA9wxyv2Vue03Dfn2B
AJIAJcRnJMDtAwKBggAwcQmSvcKkA0nsNPuNvXWst2BUZAwkqODhpdVJhVJkkklSDXcta679
s2bAHNnTEsgrqbOwp9dupmt6fctN2hfrkCwFVLHbUU1FjgLEzB+c7wDY5Cvjt2wghoOcAr8a
5l0fLO2KRk55LI7v1LMSVc4VIxQQx2Uqr7zh+QTFZnLVYkAxAggyFnOowISU1n69CuVwVFfc
tWBr7iHxGWYocZTiVs2UVg27Gmh1GrZSVIVQYAjOSarAmMwa16umer9edg1IiKa1bGnH94lV
t3ttS2vTpcv7S8GyQcIg9AQIAknOrQAThGEdSZxAIBIGryysAO3bOTnVenknAQQtIIegy/UF
B3y6Q3IPcjJkhF6mhhRXp3WInr7myj1PdrPX69eX+v10xdLxo2xSlV1rtiljlGwoKbaitrqb
aWV0cEsCpkSDSXOUJZ4trWQM1YlfkgR1MpWxVVcCzsW9Y0a4tHXzQEvqZvbUFNnVATK7y1O0
xssnggMxBGEOoBkkkZH0nsE640SOcC86wCtPUK8kyD2MEw1JrJqapTsvYFgs+pS75sg+XiTz
gIArOaGon67PGDYcY+yxFFX7CDRqU+63+uLshQ1iZ3EB18YYuNYa1VT6920//VCsr6ksF9Js
ynpthcHqmj/p9Vxd6FQx9HtqV9Lusz+l3UXx7tDrXZZZ0+2vtuoN7BNHaIs9sxqs2rzaKbJF
tzIjH7GZHaDBI4DRKicYHOh6kLhCwoGBjmss4B9QSG7w0nqyrlVgTP2QgusLYhIb1yL+ree1
7qVz4wyDWZfyOaixYCtjg0yTXt6laew9rrfrvYGckzHHXmtSxFaY3ZnG/XpUHZ2Nzb3PaV6C
ae1+zSSpFAFgtpUIqMobauDN7DZqzX9jsOVr86D0uv3f1emWs9VaTZTdRWLLAdraaxfyaoHN
iYbjBGdcAjJnFXtjBlwychsB5Ck4FElIyhyCzEgnkt1fq8GyWRgHspBW6sqB9c9eANLYgOBJ
C5/yoIS1RUK77q0xL7QX2rA1W5s3PvNaaGMkEHOvADHKFl6VGOQrMrGvRv8A122GNlldloWq
zYuy32Jqr1d+1a9ba190Ver1UH61C4orQB+7OyKzPWuAp13eamtdcewkoAcAObLRhHIEknjg
4AcBxiIBEkmOSJ64r5LHNcklgQIkKp7T9e4mqwB7QJ2lZWygkaO0rLb1GMxwdmCxg7W6F2u1
h2ls1xY99lnl1tWv26pVURGRwBnGUFgWco3fs1nVURvveFGANKkAR3fav7n0V1ddiX+U2XS1
VgDJuqti3ebLiSUsU1bWwtFWwwbD8oDHbi0ktywUQpZsIk/AZgAGJyIJYnJbGInnqkTQIZhG
IFOFAG/4xzRAcrI3Q/k+DRP6G+f7wxBZhgKjKwI1dmylKdjUYe2ixa9Gwru19Lvf3K9sDB2j
sIUpg/FFayogyAThZgWLHFIxng1MAXb7eqYDcV/CHtRdezYISpVYvs00o3sNdUr3EanbttuF
sgx9qyvV5VSZPeASQCGjsZkYZwTgGdQMA5YGFBOAqTrIWLJyo6sSs91glgyElw313iDYkE64
Lanso/YIJAEFZB16+xqqqCprK2X6tlRXZusuv2qak9haL9iRPByOK4OGY0WAewqDpqHs2Vix
kg/rsweu1CDAJ7NrVEmzZpTF36Lg97DDZaxLM2J37ev1HZNy0DHY9knEaTd8EnGEDuvWTHEB
ZwDgEHDg7REh4ABIwGDqmAzSS0M3In6/GVSMRj13VHkVYfSH/wAm+s3wMIXsASNVvGH1mo15
jGutXKWvdt1nrrMk8ycC8DjA0pTHV4B9fPbYP3chgrWK9c3DagWaNK3WD1ustC6GowXRoVNg
dXH2VlGVn7aYCae5YTZ/BAUJwlvbAOFSQVgLBwjmc8hkCcX5Bw8Y5GM2IScrXqeSY5I75146
mUMGmCm5HdeW0gP1vZALasxJxU7NrItTOpsG0niyyxLMrtFZ9teHSRPzkzgMggHFAin/AFfU
n175viLlKjLAM1bWV9lh5fTr32LGK69VqJW+6rrtp95GFgV16y1tcJrXHtaonGVQWJVewwiT
BB+RwcHORkSVAhYGH44wkHD1iok5X1GKYwnP5/gFmwCDW4dN2tVAEt69Yo9molBwAQNZH761
Ci14a3aR+r0WNbRoOzeymtzzhBkHgTgZhikAVErUzQ3r6mNm+f7uQXIxOHvkN6ATdvT+rWCR
TJs39YmphBrU5o1Br2VRr7Ji9QcABNjDCXwnO5OKV6leSs5zgBB6nFUAA9sb6njByV4yvkgx
giDAPYdTwUDMaDA2626Ac+vb+jbr72WKanUkmv8A2UKWqq2AHvvVak3rmubcvrG2t1uBhJJO
cZBDQCAZytorLcespLUb1a9tiAh5Cfnt9Ws/8+F/Z3U7a6VMDWlNJ2bC6XVOMQQPWL2tuUGr
Zlr+v1UfW9+UckRGdZxgwCtOSDjHgEYTADCCAMABz4xIw/KDmIEEKTkr1ZJyg9LdV2d/Ydun
APriDR7B0pvc12tUftpVVm1WVa7x42quYLtBVzYpQ6bXM6ivAsYAJgnAMVQWqpQ4QY9YkaW7
0KbSjwJXCoj99sAD0Ijb2xGubERFZDbU1DDe1VXLFFdnpgouvIGvYx7g8/ith7YYGS8AgE8Z
8Yn2x1IznPxCq5yDKjqWbtgBwADEToAC2fYq8jP+Ds6BeX1GYbW8Scs/L1fFHuXi9PuRQozV
CLZbuWVBdii9HoZMVLWu9k9dGjUkuKeWoLE09FqoZ1NQrQV9iNRnTmPX/wD86+o2FdXtrmgh
aqGtHs1RM9AQu5un/wCa/qKq1IOureTYplNjWmz1g8d+y4/X2OLUnu5MEy0yQBgTtgYEtAwg
kGTn2kc4pOTOEEk8ZIxCSVJmWkO0MTPQ9bDaBWCX1utez7GVssJ6+rA8Hu1/v1kaR9j4dg67
a7U11WsC21tsW3tlBv22WLToumWa71gA4yNkOuV3Li69gSwM1A+NEj/rkUGzft1Kg28jZrMH
f21S13en5290RroVIpdDaK2k0O+WotJptA3b5fUsLB6kM3Mex+ARgEiSD4zjoeoIALnAeTwx
mAuFoHYkCZQQwYRimAAC8cANhSyoKwGz7Eqz/wCxfV0WUp7h3Gzqa4u1k0bFa0UV1+Ciyu31
BR3pAVKluWugrvWFv2Nuyzq1pTFvfDZaDXOdwy39210ENqewqTVbdSLdK2500RWg06CfbUFL
vUVk37TL02G2EYbdwP7mzlPtNtTr7NdxPib2N5I0XI7JCpYwwxHyFk5AzkB3ciTPUHBOA4OA
rSWVSIkSBideyRB5BUYgHeB1GxcCduwM+vTY+xbUVruWs6jK1O0a9jYorDq1W3rldVbKqrTr
NTsgpuXmaTWK/Y7tKJW3YmtHFupXi01jLACayvWoErsI7ajAHB2BW2xDV7jZVava1lqd313f
3zpa/pBFt6r4k1aLLX9Nqtl3qCgXSrQhUFOtTUbfYFW13Qhr/rWYOJBaACoYgggTOSZnjqYC
LAAGfGRhYHDLZHKq0qUjrxWTBA7yejkyhq62uWCorjqFs0awdbSI8y2BMXYU4lx1btsi23WJ
V3QMHt6rsuWv19a4VSQDWTihFLauu5/X1BmuKAns1VdXg5Xr13A+qFgu9Ptrja99R7kF7Cy+
rsIfZ3X8Rv3GVV2rF/XIFOnW4Y11qN7WV3626xoby7ZKNJbJwCQzRhbCTgjOSYJwEggmF+CQ
uMQSRwqwQYxDOAEhRDM3MnoamlNa1sZDW9WuazcP7NbsdOraVWv9g4CewYWX+y7Z/wBpaHbe
sYp7R8v27bwiVNbURF1iizyThsIJsLA1lWrDMNxk/R/HPWU0rRXY4tG4KwbdazL9D1rp7D1+
vQ3rDOx47yKta2yt0KjZNwzTpsK3VVDHQoda7vqLUqjeBNyxACsQYwnhykg4O8ADJ4VQ2cKD
GMCR2E/IBAwScrUEsjBaiwYgE/8AG6m4HWUBd8g3LdX+vcR5dXYnToqpssu9Rq2D9YJbZq7L
4dNw/wCk7j/r7Q9mlYi6vp7itY2aRb4QBVUTZrMcau8E1QERyNyhvBPPqiDqvHmA7rcpqH7d
lLbdy3V+oWd0LFV21ZS9m9YzLtMHTavbKVstW9VZfXUMNL2HSilibHKCDxgiHIxYLGAYzqBi
4pOGBnAw9cUTh+pAIxA0qAMcmQcQCOog2OBXZGVVLZhCpZasv61UamqBaKWsWv1laNXr1ISK
gVdzjoSTVUwEyZklWRlfTamwOI7GDKADN5QdSJb15Vcs42gZzd0NjYNfo9ifZUjXX1JC7Ow/
TUei641+ivfK/wDz1ZNHp9Ko3hQlrEn1rk6vudhmKgYZwjlVHV4OcRwSPnrOfUH4xmBzvGK5
yQMYYrRiQWrK47ST8Vv9Z+ihyT2Oavc2bQ/v2UcNq7Fms+hQi7C9iSeTyCzZyT27BgwCBpQq
cArBbxjE1wlgsIw3ocN6Tt3ga6EFqrOl2xsmuyr2IKLsVubNplz3O1YRon++1u2vrIGptAUi
2ALzNzsK7rGFnrwRp+xuFuwpjO05GLMEckFRwWgjBByORMQSYbDIyTEmP5rH2TqQ4UFfwIhY
HiXV5Fah0VApoVysgDqx1qUAAK52E9oZ7MLkKbmUtsMVa8ybnYC9uybKTZs1MrbbqBv1kPvg
ja2u9cFWW0G12ax1QxrAVltwEe3qYtqkC+1DGvawDqzYwaERxlwcps1n9ny+P1zE9yeZ4X47
CC+Eznxkk4OxzrySRggnCvADHCIyOwUjKyQWIxVgESnPQN9mQZwMkIC3Yh5NRKglmxrWS1Vr
62t1FlhOOyQ2wqE7Kwdm1sJsJXykKrZ4R06IMUVLihLMs1R5FqVH0aEcWhRi/NNVbL7qpSoE
WG9nYWkGzYGfuSG23Oea8m7Vc3bevadGyrqxIBDc/wAAqM7c8SPmMLRgAOdSCSJky0T2E9uF
H1IJNPYAgdFACiCsL0IgpaCnkaakDNWqYalAUjAyxYtVga99R7Nvyov7Dm+l1LrV0DqMNqyt
rS11mK9zYK9li1Twa8FVRq1r60Bt1Zos2WI1rbANBSr1qg9nYVp8ZstGsqq1l3YU7NhXQcn/
AK7lNJFxKKlxwDm36vV2c2vS31BqyhAOdiSJA5OEyJGMSCIxu0NMIe2fAPBPAUkgDlAFrYxg
4BcdYWPjJgVa9jutXULMKwIZShRzj7IXH2Syuu4mU17myW9ZccGhTLU1rhrQkgAgsMLtPmAx
3rYC1UUbBQvfVYtE1Wa3s0Rbd68421sEd7LXsod11NJrS2u5YahU1qqgg4pkwhWAMK5YWGbA
Jp2FBcAEMIBHEYTwGY5IbEUzZAw84IgEZySRwAcUmQo6MwCrJaFyeKLq8q8KgWBiGnH7KwMk
J2FgOXs62IdpyBYoOmJW1nIorldes42oSH0lB2KQCtDsw0LMbVVS2s5I1YAoVTXrqVOrC11s
AaAQuqwFdXVvEi59Tkri/CzKss9jDXfVrgQ1lZa+7ql6v5IIxZkL9nXmScULCDkA5bBJgAHA
OWWCAJUdSpxeC4LYAZJHbjrcvbNX/V5KgtdoJJZiFNY8krYSc/Vr7VgLnR2C1kYaVbO3jMnr
CsP11AbUpOJUqF6UsB06i36Vfb9Kqf01hKq1HSMasFu3V16wgAPkrGeVIOyuPtIA2+ij/sAu
f9pBbfrYWbytj7bENfYSChY1oGWsAOOjFmOGDgklSQa1+rznIABA7BcLCw9QCDxU+GJWYAGc
h/tFdLtlVXUCMBMhmxJdbKnBNUk1xldcDxw3WBV1BsCuqA1EMAe/BwkAeYyFsOEKuG+rG2Kh
h25wbSdX2nYvsd18z1Eew7E7qR+6CH2uDs/Y3s5FhjsTjOYLMApIUntn2wSB/PVMdCp6OMOA
Rn3g8Y0AdjLScgKfklh2QtijkBZAAK/lIhFIHVioDYsAB8W1gQ/cFAMkZPCkAoee2NsMhsta
xDZdURsXrnnsZW2OTdaQbr8Gwy4trSdjHvJDbBx9kkm23JbHVoBZMmSCQFmXHCgABclsg4AJ
7CCex68srT1aGGMgk0GCGAl45nrz0zqRkMcCsQOwxOwxe0rBwGQOVgx//9oACAECAgY/ADQf
/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AKjhRvrYlV2dzT1J1eom326FWQnG5EfcaamNUibJ9CII
4yNuvTYjK2kIhJLaRNJOfsWI6EY3G9fUfN0yuUdVod6c7nKqW25OWDlWOTT9Nijl4qRq7ROL
jpocfMksnTkiMfKm8bLoO16kvFYtaoScZTZo5YKMnSol8cv8kaPqfKVoiHjHUUaFI47ndUVY
HLbSuN4TNkhZNrklYnRmWChRVCyaroTi+OROfknoNtwiVlI8qUFGp1X3ISjqh4xLViireCX6
nQifcmxFHP4PQ146srbRkTUmau6K1mIIxurnb+KE3y3WxLsOaJDfKE7F+4q2QnU4uJ1oQqs/
xepRr16EJ1JyX2HotxJVJVxK3Qrc5YvtNulREOqjRwPjRdayTRTdE422IUou8Y2IlZvSdCc1
xfQ7cpWxKfEWOePNLUazo29UTzxOLyTfQjHGF0Em+7K6SHjV7SYZaaslWP7kz9ZxijUnGaSn
Ghy4Ryu9DtySi82PksqaDop0Jd3sQ67Iv7ETC0JbpoU7n0Jbj1FFt4GqImYep2w5sRxqS8Uk
Skk2cbbFdBUpkdq6SS240ghu5ufGglqtCSUkN4pLchr7Ewo0IsyIT9jlEtVOOShuqgXGvUhq
u4oXRMW+xWhRzBftYqxBTYoREiWRSxyVrEEOgsVqcsbpVZLuxyq46iTOg0tB9PpGVSmSzeNk
PyQsWkrbl7jbctqxBp9J0I6VFC0qmyqIRS7ozk1TYsoEsVXUiXOwmn7CeLhlL7ixTT1HjZp3
Rf3OW+pEV/UrYpoTkqC06ImPYl6aHLKi0gsThjUrgSsfQbTWT2IyiR8oIThHa+RL0E8lqRMN
jSuir9EQnE6ifKXuJtyth8aPbcTnj0GmqqqbJf8A6C3P45fGZocsWox1Y0/k3+BD3OOWo3ox
NMyxw+W5DmU5vocOU4qtBcvEls1ceXjplZjScyKdCVqe5KX3KXgrT9SkLSoxQuWhRR0Gqr1o
drmfuKJ6kL7lW11KOZVy9yKuNCPj0LkJchZRTUiy3OotSirqQ17kJ03KZQS8p2FlEjbVGJ44
9q1LexVKo6URb1IijpMk41JVtiiorsjJ1eqJo0Lg1OrQ2nLOr0ISaHxxtuJtJeoni/Yw8H/8
stBcXLws1sSijsL0E+hlxvocpjLRH8rbbdIQ8obWvuW7dzLi4SQpvpAj0PyVURvqRlRPREzX
Ql2ZLSa6kOk1laDymX+BUl6uSVR3IdVoxUqRkoe4sVrUtHVFK9WNXTK6WKRLuVVCElOhK9yW
3OxRUZQie0h2LsoOSMUjLKLrQhqpFiSENKG9oE2qO6HHbA8U9KjbrA1i6sWM0Vx/yNLFdBrx
4zlox8u1oUujE8WSqxcWeCjKYyRGVmPY8b3RXqPJ6HFfHrYxT+MVc6kRV3YmqzYaV7EPqWoR
dM4x7DmaaEtcpiEREV0ITba+RKqlclVi3/yK43XsWdLyqEYqqEm+K2ROMT1G75O7Y+WMMooR
T7Eaq5ep3MifsREvUsev0qiLF6EfSLrUnFXuKFG5l0gbSkpi3kyqjqUXuJ5YtuvoPN0mnFDT
UyLiuO5gnRTDbIUNZWg7sW1lroLLFvJbyNrF5Lpscng1FtSbt0gjj8bjyzaWL/aiqtbJHGPc
WPF5JWZXFcXeSfEk98Zqx8l3ZV4vQfY0vQnLJoUZ10Ryyh5pUXqNOj2LwldDZOthxjL1I4xq
kO0rRrUcKHYbappB2pzqhRNLjcUy+4600kqq9Cs0/Akm6bimvUrvB8vYrCWhavqSRFHqddSP
f6SmXJdiEp/0JsixFiUz5eplL0QlVVqUp6j7iigab9Diq5XjoKMZpd6DxcTokT1oLDPuxWqF
K5VpJRRi7rYbx0KaiZVwi9SmSL1LnycFGXO5y9h4+PFT1EuKWS+QqRhhqjJJT1Hi5nYaVErl
tTi3ezdyZo/wRccq62JSGkrERQhzEXI0OK0sx6ycYtuN2kmL7lpa3JyxuckrHK3Q0FzuQSrj
gdSHVOx6kZY1RSgpq9yXEG4sr0FyqqmxSjRVkraplMuLIwXjxWKisXHzTojhlreTsTx/JOGS
Z8/QnLNvdEomSjK3+lChBSPcfAh4uWKMHLOebqlVGTVE1RjyTmXUhr/6H+3YnQT41VylVszs
UD7e7StCsFYU7EqE0NTrUhUP8kdqoromKsTjlG5TFLoev9i0lFclqTk0uh8knsdrT3JX4JSL
OSVYuy7FqRYuQ8qoTpDVxNDew8saRodCXVNVHn48e6xeN2cZ9TuxeXRIjFzrxOSTRdk4v7ku
snRkq2pMl6qxden0sQ0dqRMJPQUps5YKk9y6C5SsdBrYqUJ6yaQWaYqtoiGtjZlatFXDvQek
7FbrfUoo6HR2RCURocKt7EqjIiu5Gu5q95ZS3Uomt4G3k+hGNVuNp1HMytjbco7CKr0IVCv3
OhLbTIm9pOvQb1Iepli2uWlSG5bscWv9R88eS1lELCHGhTxzGrO3x4rchQlokOcJpsJvGCZj
1RKdSMmvYhKYIxXctC0E0I/JuUXJFcYLOT4/crSBzVSRohO3QmRRirVGnioJsUZRwyW6iroQ
myZ94GpT3KNSTMkr8DatodzJj2LFi5WpKpAv1O+GUozpuSjcqiE4SO2GiuMoXHGkMxWVE5ot
yuUI7XJOTiZQknZVE8cuMXHll5PQTxyrppUWOVGqJoXc0yeZKyb6OxLSe7K4wnZo7XHqaQOY
qcscuOW5xyczqTyZeSjqJpqm5Lh+hKR+o1I2VEax6V+mzISJio2/Yo0WUQRBxUsvDdzpqTJM
CU0uRHub+pYsRCksp1KJNFUpsUrBMVZVSQkuhFup13KKxDRSxVs4xVKkmKcqbjU67DyyxlDS
wabQkuU6ktONJFNvUxVpshTZEoa0Kbi+nX6KESdD0E/p0IiZGhzeGNssQvuXqf5ToN2Y9yql
M4xPUT+xeCjod3sS326nG6v7EpkJC0ZFkUqUNyV9OhFylH9KEPGr1ISiCCqGUyjoVdTm8U8t
yZqzLk/QcZTuNu6VCXVsU1qVdDxvqipBBTcgoev/AOkz2Zlb1ZMpTSBIisTY5aq5ySgm7J+K
2HsxLbUSyq9xVpsVdiOdHoRzVPuQu4pTFDaKs/QuRFrkpQvpJJuddixWKDKlriiho1uXK1MX
jYyxbsj1uOxOpWLlY5bGHJa6fSBjF/RQj6UI/ok/26jS1Y1Ql6luhSEtVubRoUdepeURHoRE
stWKon8i3HF9hwu7eRTT3O9RrQlJMnjUksfGpY+Jaq0IiiJaKKpVV3IaksRxJhe5VIpjVaHx
JipxtA01CdCGdGMigpSb0Maz0QiXRajStFymRV+hKa+5ZDaKJk5Piuo5yTgS8Slandg8X0Y1
LT6nLmnFbnLBymQ2SnK2GTsdCZKaISsTEFHInqSrncqkEpcmOcYmskfLPZHLlTTYa5VVJkWe
WUbYsS83bnlsqH/Hko3uOakvQUJQz+xRJllGwoxKjhUNvpR/ShB0KPQcqWthUV/o4uS76jaK
zIooxDT1G1jOLH2tMhplnJ242sN5PithrHy92P7TJc2039hTnVqpCSy6kYpJdRZZLj6CyXkW
eO1mPC63JWMrcbaSSsNu7IudDoPQTyutB1G3ZWE7j4ldOpKqVVRePD55XZLdXdkTCKW3Gs8n
naOhj/5XjX8iyUuP/wATLxuk2m5O5sQmNp9GiCUy5UhWKWKfRpV+lqliaRsPjR7DlVI3GPTq
NOlBOJZjoL0+r/oaTnPJOxOUtslKg3AqTNyLbEaISxuJ40fUWcJcfkhtKIG7t3Gp+w25jqTH
sJfoLlq7nFX3Y9Y/aOFC2LwyCjqcmphGT+0kP7ijH0McXi8XkOcZzapl1MPE1FK+5lnioxbl
GMPuS7l6HHC09zH4vHMqvIiOTV4OeaibYiaaWrRRyVH9JRKn6QKNfotFqkLNzQd73FWNh1KW
YthPFxuTqL+vLyS8lpiN4psnKg4ZR30K3KnLDKGhR/3Fdjwbo7zYyeDWUKw6QmdCD8FUk0TC
9hSnO44ddUXeRV+wokUWM0tnYbbOOhhlxnKJgT4t5bvQxedeNST+FLl5sVPJaf8AUNYOmSuN
Nw/3InxvgiccVz3uPLPLk9iU2pvUwxlpdB/x2xrUfUnX6UsTpv8ARL64tbjreglJJ1NzFRFT
H1Qv6Z+jgfLGUcsVxe31lQRqxRclNCeLh6wS7NQ/YaSovoy1Z/sXlnGUQ3+RQvctToSnQUV2
E4cGUOsURlSIdUxP7GOVmqdBc6baE5ZJR1Q/J4Iy0mbGWOb4PLuebq8pMU+7DV7Myd3oxJKu
pMx0Jsf3G9WY8H2ujW534cIszoST+CIpUTTRV1JmHqUqyN6iRD1IWlzoSri1lmEOIeop+iMn
p/Q/41OSrDHh5MeLTqWvYePGE9Sv0n8m7eop9CEJdRzuO8lSZNZJcvKadCcH7Dbyg1ksvQTb
+xXL2H/krMfL5u5Sq/JwbokLxvN4LCijUc8l48b5ZtwzLDNTi6Q7EJL1F41TGfuRMFG/U3It
NYRSiQ98hYp1cRoLljMLQ+EQJaupEOdxZZZP0REuHVblbKzE9tBaHLF23JaS6iSdErlLnQqv
fUlOVsxTaaCi0fV/0KarYeWOKxx3W4k7LQppRGM1nXUWTriilEdD5cYqTdzQeTfoi/yuUdEK
Lms3Flxcn7qEYoXFsjOK7FUkQseSK4w/QiFJ/Mvi9kNOi1E8H6+gn5Ev5NFlQXjwuT5H27ox
w8c85h5PQ445PJrWNRtl6In7CmsrQh/YlRjGrE6ZJP5Ha67EZK5MJMqrn9vpep/corENXsVT
ZGiOr1KXdjJdCHCT+5hHuL6sZ6/SXoNRSbjX5P5LubGPDtxV5Hg6xZnGJ6ipCOnUpoOX1hGz
F+SlEf3FDImpxamSFoPn9PS0nKalB4eSqe5lC5+N24iXkxhdLnLxy1o3cxyzhtOG5MuaWWT+
KMs8sXnPxwVCP/8AR1avx/2jR/oSvc6FKiiU3oLF4q9i0dUUS9SpSq3koRqXOKf09hqzIJJr
Qq02JMwWsCbaVLSaff6U/oeO5/Jlm+OTsxtWQ01Keo+NEh5M58Ze48XjD0Y8YeRxyoti51Oh
DsjpsPOKrQlqjqOLjcFayU1ElNPt9ZxfdoZY51WwuOEQKaDwzs9THN5JuzIwzUNVWNHH0mbj
1ZKxllqajo1gncTacrU5eLcWLj+PWbkJUZCX9GL01I/JUW06GWURshOKDpcafucY9xXuYOzj
+wqTS7E8la30g6CTKW+jxyUxVMa1VH7ELUiY6EMiY2J1VBfyJVo5E08Vi9ZOCrCuSRYiLEzr
PsZSzt01HLKVb3Ify3JZOhQ6GWWSmEZZY06QNzPscZlkcqbHRDUlSupb7FKeosXVTV9CPDHG
KpbjUExMaHJSstURnoSrHU3RSpAn9Ekqt0Y66EKCHuPihN2EtJoYqFCVBfWBz/TnGNdBzi6b
HPh2o2bE2IePybscMpUWc2EvI5eNOrQpo9ibDmnQuOVoJR2kcYkTO6skOxehKoL0Moo4hSNa
6wQ9fpQn9CdCSpViy8mXHC/U4KmLpjDHiu3JUTRyyfJN0GsezIlOWlc4t1a0Ek5x9Tkn9KIT
V26kHoLb+4521Jgn8Deo59i/2MOVaC/obRUoL6d6kfDFL0K/Yca1SKqIq0zjg4RV1JVHuS2n
1IKEEwNupH7UTxLUQ5XUmyO34lxrUbmmqKV9BzoJwURS73K1ehMQSNutLCwwSxT03E02ntsL
PWamLsmq+pTcbdnoPyeJ30ITeOTutBrMh/cglJdShDFipcyZVrF3ctYTVWOdR1qxKJ6mGMw4
sXn+tTb+nnlkk1YbWUY9NSU/uS6wJeN0SrJOVcdicUoKe5Ez1I/JCdBr4lbEJktlCGUuh/5E
YOVlRzoTk5XQjFUW5Dko6Er8lKjdyX9iIhCmkEzKPH5G+zNOmx5MHTg5xfQyxVXo0Y55rjk6
EKjvI+SruicHSarWDng6O8lHUjUUOpRVEzKXSLlx6IlVkeiWxyt1MWq0uJ/0r6e31RKrk7bH
LPLWxqyJrsRKjUaShdSnd6GKt0FLhjV2RPsQlEDhUIvBLTj69fo2ipZRsc12zoPx/JYk29D/
AFI/Q6CxegsHVGDVFkj1qoOLq/G5RnFFlcUVU6jx/wAdChywqtfQbw7c1daM4fFt12JiSUqF
fom3DHGt39IR6D6i6MxnYULT+mdvp0j6IZk8svYnayLXIg7azdEv7HbRE1lCpobE9ZIf3H11
P7kaED6FLO5u0UIehRyS69NjNYu9R4qvL8HXQl0caCf7psNte5KQp9pG8dLmeG6uNXMtKSkc
vVZITdmcW4nUWSVdMlsPJPXU/wCR0mBZYvtZEjj2JdXsZTRMhVLD0gbZCPH6G31n+iv0kb0Q
8Ma4oaVY0KD6m7Y23FLImigmZFFxp+iIpNv/AJDnRjh3K2FxLwRMzubehKyUoerK3GNJ1eo5
cvoS1cpfoWnqV9hp5HJU6kOpnjNWpI/dXUelTnMtZQ/QyeNMMlJD+KE3P8eOgkly8ef/APUT
aeSdvQWePxeh/Fm+zKy2Ysk6I7XTQmF1MkrxclOxb3K2GpS6C9aMx6Cj+tr68Vdk7jaIVfUn
XoXjYlaXghWIf4K+zJWtyOty0RqKkpERcoXlEpMTTddDqUhNEokZ/I3M/gsywoo9ZJRyaY8Z
OOmVhLSz9x4xStSDLBWv9jHPF1ThoWN5cGPLub02EltNRZYx23SIScM5eTFvHTIU5SsrITg2
rcooVmQQrEKw50VBK7MX1uJokhlKfSb/ANOWGL+JLq/pUmLUIulsbScf1KX3L1IOkn+00n6N
Jz0K2KOhcl3Le46MqqqwzLFdzvBaEqSQlI9W7MWTdB2xmxCabs0jGjlPUWbrFRZOiaJVdmT9
yOUY7HbVu3QTSeUqrMW/knY3xzVGxLJJ8jHweLHtX7jF+R8semjKKopQ5eljb9CLuS423Kiw
t9jCnyyVBaFCmhKVPpH0c/RpPuy+48lWstsj9C/KNrktVHi5Q5GmqkOpR02FSGUdSI1sdv3J
hySKFVkNH6ChRuQyFUlv1I5Dlwsa1KRWVJm8FROqGqLapCutWKstFXCLwnfqLraCqrYabai1
Di0yNVqepi26zUo5buNYqFpJq3fFi8mcLo2UfJ6bDyz+T+KE9BRdE9PotY1N0hkzZ2PH6p3E
2UujlkomxDR0Jj6NDyY3vboMcaFqu4l+CbDys0et2OHLRNlsjcT032OXW5E+xLZUallCHoSj
qQlBRJj7UJxM06EQ0OlMtSMtBPBzKIsOj4rQjXqUuh4JStzjldK41Lb0KjhF2tiMbKvJncv5
ctzHL7L/ABFk3D3JyUtHHyduKosRL2IiR+hKHBaOrMl9mOltepjNsYMY2KVYnov6ZF48XG5y
ivUi5emxDomRtqVVOo9CtzoixJDcp0giKTBMEuqJxG4KFWRI4VVoTko9GOae4+KoceKxS6ia
pjqz0HKvqcW6idm9BpW1JV3eRpujLwnpuc0/VHLGs6fS8FKvcU5N5OsIlUxW5i26JURip4pr
lIuCupeY8v3O7JbljWg4an6KXGpDY8YpuLgoc1Z35JOJkaeaWKomTyT5WKVQn/RlO1Du3J/A
yMakTU5baEEXyOopQtSHQ9CNCJReYLwyjncljhwtBEw8WtR44tPqd0PI/wAcVoi8zocV8VoV
qmh6ITs1YnUWSpBtFzQb0QlM6lKdC3uzc4NUVXNCMcV20n0EnTFiePyTiDHLyuEvkhePD42F
lnTK8FPuepOpsTuoHuNNy+hDotBY5xCWpRSpsrHcmsVqY5LJNZOHiQ9bf0Vs6HNVxdShb3Kl
aaiyUQPLTSCS6MUq9dDldHTY9SNf7k39Cirqyw0kiqRRKGVvFkTpoPY/sJYtx+g4TpUTsncj
R2J2Ksi87EqYLplTduyHg/YvYiPcyzbhKxhnPFOko4qmONupKdJFC7clUzxTjWRZfJLUhfSo
ldEkzYjFw3qcpk7n6Fbr8iUwQnPqceXFN6Cw8ktq2RP9DjS417IrcrMF6IhP0k67o66jlIiy
FH0bdjlPuN/gbUJMmaIbTL13HjiyX3ZdRN9saHFKJ3IVVv8A/IcL12LSQ9BNNNfoR+hpagnF
UJv42HKhuw3M5YuI3FnjCyXxTVDuxTyabcWJxVClR4t0d0cGuWF+ouLh6SXVNDGcqWaH4PEp
3ZwV9ShCuLfY7qG63HnlRLTcyblV7StOpK/JOqE7N6iWTjqTFd1qJPRie/8ARmv8qETqOfb6
V9jrsTr9yqY+Kq7FNSIpqiMfsPdkERUlpERTUcKiMqUdkTEepKTgp9yE1JSr12OLu9CMcZyX
7UPxefGfJlrqh5eDNNGS8lMsdEKPtBoiciFZE1n0LyVaehDKV6m/X6KvFqqFjby40c/uQ/L5
KV7RtYyn+4vU6k7E19Babi1nQybcLRG5W49hrc/uOkvcTVhNUT1MHjWFf6yRuylyP3F4KVI4
ybNlWWpuLRKx1/Bo+g06TuRSbDbTkrlHRDrL0RSk6E5On0h1ZLaglWY8s8XksVVC82GMMflx
xSUH8iVWNq6rBLxWOW4sk7XLXucUyZqXclFTU+MqbjyxUJIU6lEJ67EmOSy4tWgSznKFV6JC
xwhY6dfpEFhPKULLJxF5JnlBxwhI7nJQrXoJkKzKkaDe2gnr/Rjj1LQOnuRRkz9ifyUuqyJN
RqzofoyGtBXOvU03H3qdR3XUTVNnc7spb0G1Y41rqQ4eOr1E0uQm4TM5V7s4p03KOmpP2Rm8
l3tU9TuUt3Gkn6l6asiZqRBDp1Zy0QliorUWDpxtBllkuOEdmrbHjkpUUZVcSdCUqsfjx/cp
ya3/AMR+Hyxj5Fr9KOehVONh8raE5N0+xL12KFXJCSe0kNqdYqP+Hui4k8IIzxcuxGaePqKL
uhjgoeUSyfqsjqh5IiCClZO5QXvsJbib0JfsSiNSPyNJ3FLmNDhlisWrCz8bUapjmz0RaI3G
0pSEkmnoY9bseF27shKN5Ni6WK3GsXyzyoxt/cixlk1ZDyTmWKb6wJKI3Y4cyNKriELyeRRW
gqWVEd+CnRkeNzkvknY/0LzNkjLxtw8v8ryL+RQ5o3qSiRia1ZCsMlKJLxuJ3lj4Q88v1H5M
cXgk65aMl+FZLG+SOHj8KXk0cCy87UrYlQljYWKo1qccbrf647t0HohQ6bEbbjoTEtEqzv0L
StGKHEXHBL+xRx0IiSxCo+pTugUKUc5bx1RHjaT21OPlidGPFJSY5JJRqhLKzO11WpF3uREP
QhV2Qu3iVrIooZZpdJfUUxxV2L+OqJ/deB4ppNCcTWvoRhZEbkIWdn+4TxtpQeX7lZOwv5PE
rUa1H4fLjxyxrhk7nDL9lnuTZI7a5CWiKMb1KsaXx3FH3K0eNWfx3xMmsflQfkaSaTUdR1ht
yVbS2FlXpsLnCya9Z+lGY+OY4r8kN0/uJ4qi1NHJBDXHHoOvoQSjFyWLHUkayb/uclkuS2Y0
nRbjV5Oc0bo9jldoaeUPqQnespnZTJXxe/8AtHg+3L9Tlmoy0E86M5Yu2g8cmuGNkisohezY
vHNFdGfJStPU4pRGhgl7krHuyFjnjXNKvQbVNxu6Q4VheJVS+RlGXFY2gWKVW7mPjXbn41TI
4trJ4Kmav/05Cy/Y/ktsh44uvQvEkp8hWXRVIghF5FsLNvjSsajWNUfwtYvHRv5DzecQx22l
kLue5ObmFYUeNNL9wpVGPPFWqZeTJuX9juUkNx0LJyQqP8HJ6aJnpuTBRQJfY6jVZWrN39Kt
NsXGiYm76pFaJkqq2Hl7wZeTGXi/2s7VTU54uOLkxWUYeV/u0ZxbnRIxyVGrk1RmvDjO7Iyx
b9BclCFF27lfi3RoWXkpydxrHKYsLHFXaXsYYXUQ/YxwVFlkpJV82kl6iwVHEtHlyVGmQn1c
H8zUrFwcvZGT5cXkq47meKSlTyUaD5fF/EnKk9SFHqbvoNTQcabkWW4ofrBiuVhPHGYuzLHL
DFNLtfxGtju3FwXuJQnypJjxcpXSsVMvwJKi1X0mBSVREQ9y7Je0wS7CEovqNbUPQtSPyJRV
anTRscVkj8MWSUoeeEtxVEVRM1I0YlMJWga8ieWS+OTZDVzHxy5yoh8sU26tmTxSWUe0jm+/
qKXPGyMVEtuUmYrL5ZVkmU7HLKr0gxWGSxxSueN8p4uh43nWGnTc8vmfz4xj6GcauWxaS4kw
8ODVKt7ixRyyVcbMyok7N7onF8ldYnFqp+pSm50dxKVA1MFDRCaanZajeTjbcaX23HmqlVVn
+5WYscqTqSqoWLUpuwuK0qQ9CjFDqOfk9B7orQ7na3oJJWIZxGjbqdB8V6Cl2HFm7id/1OL7
W7I4zpVGWUJSQ8YJdepL11FjVZJdKjx8rjCO17DWaeSdcMyc8cljo3qx1UTX1YsXV5VaRRWM
YSy8jdehisnVLcdbaR9Mcn24vVmGODTwxx7oYs8n2YYts/gwTp8styNXdGKssVXqYY2xwl+q
IShxNRpqG6kvG1JKWysz+THuTOrKT1HGu5xSmdSGQcY9xKG+pxfdBMOo1EFXB10Qk77HBu1h
5uyTZ5PI3rC9i5LdSYo9epDdSHrcmZiyHoRrqJu2iOhLotxxoiabwTdPYl23Q3i7O7sX7tES
nGyFk0suNycaToz4+5VXKabkppNCs5ufwZfDTp/7j+HHNvHG5i9epjL7hpTW7PR3JyVzKL46
GGSosr9CjbfrEDflbh0lDww8jWDUYp0oZYOrrX/pMsVfRsyactMwytzbr0MMc8vX0Q8sV8aR
0Hn46zdbFFyS1WhDrafQTXsbSVio606F7WE3VuyGstNNyIFK/Jy20GkpZDp6DSak3Zjkn0Zx
Up+a30hm6LxqkS6N2K13Hu7Etw9TdWO77j1bsIfUiNSFbc4TA3PWpN1sRYh22VxZO3U4ur/s
cWqaNCbqmUcQVucuVc7dBt2TmRP9or0Q3ZGTvlP4FRzuZS3yyVEKXCV8WKKxohbsc0ayj2Hk
q55KBPRjWB48Z+Mz0MtaUMn+7JuPQbs9jnjqqpGaS45rRkPS52kwUUwKaJu2oorO+gmnK1Q5
sieKh2Ymqeg939Jypno0Qu3q0Uj1MME+S8aiFufK1YJQluRE9RZJSxuw0klG9yH9yMba+onk
o3QmnUmEvSp+hyg5KvQa10OLo9RQ6qYJyvH5KKMtB8l/cox7p0geLxjVMhZIjQcuFjZonKy0
3OKcwJLFuL1HnkuVLCdFi9BZYpMXFVTMuX5M3k66IhyTMycWpZ5PJk4eK/48DKkVFknEtyeR
5VihhknEXQtVlQeKVtRf+R4k15F8hZK+pejGcZgvZ1Im9ZIfa1r9L10F+TZJXERfJqh12Hm1
3DarJTS/0eT9hOfY2ZxuS6aCKUkerZVer2H0HsRX1O7NJO0CeHlqtymeL9SIlbrUh4uR45Yu
FZldy3oNugng37k5WHxihColcTbnITdFcbqllcSxruSkcXLQs7ORSvlUmg2h0sQ7PUWWDruZ
VmE5MOrZ5G3EW9RYu7bkWNWlf0JTvoPDcyeTiNNyVd2KP1HGpxSu7iymXr0KVRV1Jxq3cls9
dCqO2J6kquT0GsnGWVELkRp0McUpkUREQdVoV1Fjj7snJU0G2p2gi0aCVk6im/4Ibiam8EaT
9P1H3Kdimc9CrIzxWS0P5v8Ax68flhsV0JmmwpTpVbFVxWyJVVqkTlVuyMZhP+xGLSS1uRM9
UTMs2RRtLWRt5KMVRCl1VhY3dyIhu5crR6PQi+x5cf3NSYeraQ1atheNqxk8VLSqxtuI0Fnl
jy8c/JbGPleSjJbHHbUne5JW+g233McuWS9OpoONxfgUVgSarkJ64uwtYX5JdWTNFoJOzscc
plWJ1+w06rYmx03IVdmS6uSfuUokOnp6Di+58UXPlcnHyY+7K+XCfUleXHqQ2/LktrD8XhwX
jwd8l8oJakhXFLpqUomLx44qo1k4yWlx5txol6ks7S8Ms2yW6bFHQhfISs9yInqOvoJa6jmy
Hqmmjxpw4Q3ilUbbl7mfkxolFTJeRSmosPGG748R4ZTl4p98f+keXjc46PcdJkVSI9By67FH
7P6Regqdakug3Imrjyyb5JjmhGLncqonQ/kz+fkSaUfFCeHyWp3V9RxTqUcpG/4Js9i19Ra7
shMlUjqNJEyLH+XJKN2JLLPJ+sE5PLpVs4JcFN3cc5y4ok9SHE7C4yi/qSJfkbaURVkz2rUX
BSkqsh1geSc1sUUFfuONi6e5V1Wh0JTqVQpoduhKsPmpxdx5UaWNEZu2w0vf1M8OXc6pOhxT
SacyPLK8y3qLLFuNVqQnCdR91HWhWV6k7D6nUbE1FbyOHZUEp+kv7mVOWTsycvcvKXQwT/7a
q/YpSFHsUsRlinFh5YriycV96jdWd1tiKKbDSab6C31Oo2vcjQXJTtqLGLi45Rith5+Z/wAm
SrcbtycJFVCFEdKk6slOm56EXTuhxZlHCK0OFtxturtFRJobmJ3odr9TZ7kMl0JxqiIl3Ja+
woVrkWrbcefxcQOVc5Kmw1j9yldzGkt3nQeWeXJuyROKha5HC/USSruyCtCVRjpO51QoVVdo
nH8i2El9kJRcoqo6MywSq4aZxZKEJRQTf2HsyhZMU0UFChG9yNBfx+NuNVQeTx44zMsbWSxW
qTHiqqfwQ6/6i3LrtHldWSsREtWSsTBLUI2n6S5ewoGoqSQ0+KJVh6taFqsh1Kdu5EV3HqOX
DdkTFTi/WpaPT6bbQKtNUf8AEq7ojJ01OGChOxD+WyHh5MZbcreClGtCXNLFbGskqpO9D/8A
ckShOJnUSvxukSl6kttToYxazkSS+WhDdGLx3eWuxMy9CWogmFDI+n6EK5Ny9iai7pS0qfx4
ty0T5Hzyy00RMJ9WS+1+hTJfYUua6HFR/G/i3chM6GsSNV9DoRJuy8Pb6aCxSrsS0/o4qMv7
FKFFI3qV+wtHsMpce2x+pKdNjnlZWFFGcsnT8nHxYy+o28lP+NiLMvG5ONMSY1JvU5uysUdL
jyim5X2Jl0shZtQ1ZGGLfHJb7mL8mST3FknOPRlKJEr8lTYhuCGrWZaWxpqGKlNS1PQn+bLH
2O3/AMht9US8041hHxWWPoc+GNLqJPjjJLxxfRGPalxvUib1+jjU67nQ6blDqXrsVUE4im6F
MObkpURi8VE3kTxXr9HNiE4NxTR/3FlmoTFF1cn/AOhb8i5QlpA01M67DrMo47XOz5O7Hnmn
lsPPx+PJqbpEZYMSeLxxbq3sPjg3itRdjU1Ige+RLo0UU+pFhSzRfqVylIU1ElDIcroUtqVq
iYmRaQSqsbVRP7l6f2JcZLYtHqNTM+wlWXapwyp7is2cHglnl+6ZKbjirRWn4OO2paFvJaRb
ssuhWgpvuS6iz4sqoY7Jm3uYpTyxvAm1YoiYZ1Ku2himpTdZ0OKab+Sew8VLqQ3Z2ISuS7kT
L6ieOmg3Dlsl5Tyuc8/+3jpuY44qEtNCSMfZGXj86+LapUePiwrkoeTObbxw0lDwx0NZehA2
6ehQaRXL2KGs/glNpu6uRNNydEQraMUwSqydBpEakTDKvo5K1W6E2+K09CE5hlL7lbrQo+v0
dYQsk/c/ldVlZHLDFxu0fG2rRGUpp3SoLD+Jtf55O5i8aTf3G1hOzZl4v3O3sPRIlTQnNcXu
ZrPOjUoeF2PFU2ZVSKJaKv2EsXFfc4eSuUWOSTxeqdjthvYiIfU4lf8A1E8U5TOWSjJuiIiw
sazhekIl32Jap0OE916mefijjlWSyybdjLLJxwskNzSbiSHofK+ghkO4qk1UXG5jaStdi0dC
LHK8WJSl6DlVGTBXFeqO7CkXVTjioncSTl6C5Ql0H2wk4kyhNxqxKPpX/UxSVGY5eXFQ7I4p
QsbJI6bNCiMeqQ8fI5Wj0P8Aky5Y4/gXh8GcYKko4ur/AMtR7t1GtGJKjRx4zOo/5EnnoRhh
XSBL/wAjP+P/AGr5H/F48sk7ZNwhThjif9zDFdIJ8nnbjVEPy5ZeosfB5kstncbeXLbcsl6j
aWOT6OpGSiNx55dr3mh3Q2lfc/jijJo4Hh5Kp1WqRh5PG2k9hctNSFNCFqN/dFdbMjY3K2R0
0EmpncaiVp9ImI0E7+o3PoayP1HOhyWuhMT0OUa/EUOKVFWU9BSojR3G3VOx6CzbmZbMkqJu
41KjpcofrBgtVEMWOP7asSbrpki6TO7NJawLH+T40mDPHx5csnsP+5S5Ov0WLrs9Dgu1nFOF
/kYYYP8Ak8u+x4+fdk8kqbC8WCnyu/Q/n83lhT8FQ5YPs3kpna6Y3jlxygaWa5t92bq4/wBh
/H4c3lx/c3T/ANw1in5Molt0xRDT8j2xX/3D/m8UJ6O5PPt/xKyT4Mu1bjyzSyQ8vG6ujWgs
c6cKOSr6lZSepxX5IVWQ6m3Uk6EFrC0Q4tqRqyMlYiKP7j42RKfUWSqibSKKnLrJaTGEpyuV
+RMp7Fbbnq2ZL9BxT1Jm1ylzFtTDUIXkyjBZoeOOaWKsxQuWO5KTUamSfjeeCvxWpDwx8bx+
VpgovcjUpY2KKir7mWWVUrQOH7mOTlzZnJKc1boZeTJ1ycudxY8owx0Rx5cfDi5bkww8LqqP
LVj83/kuit1MsW+GVlGwlfWp8U09zsxWPoiFpqJN9z3FMOSVBlxu8YHNWh8tbkqZ0ZCdroSu
LqTsXRep+g0rExL2P7DlxFhQqMhuHobsnT6UckfY6r6OHCZjhR4yUpskJaIh/YwV1BkoibC6
3IaiNSW0hvF1TTlnjl8ouY8a4t2Rhhxq1cwwTcSpcDwwXfClf5P/AHjdf5PNWIokbIlfc3Rv
0Jt6jaoncnQx5NbqBT8SYpoSpqKKzdCWi0FhbDFRHUyeaTehyxmGxNUSozNZOxlkrNNr2F5M
qOYT6CyxoomnQTdOS13MssqrjCJxcp1ggnRDavqzroTFh7lIhE6lat0IRRpMrdiSEXqdv3Gn
cjRl6WKVZM1dy9LFUY5NxVE6iSqmhTfc8XJJuw5UQU1sQ6PYfJ2O5UZjjE4bOwm8F48uphl4
3XF1McvIoTa9R5NPhS3Q8SwcrHGqL1ZD0/JEQQvdsbmXuZZXY4lCW92foKvsOcoITOWvUl19
SMqLJMSbmVSBtucnYeayjLKjPHyaxiUzHF5JqWyFknlxhLqd2fLNP4rYrTFui6HFWTqUHi6M
tE3HFvpDcyTZSQtNR/5bm+5Lp0HBNEtZJXsSnJeCF7tiaI1K0jYqRFD+5ikuVdKi9ayLFVoK
ysjCKmc6W+lNTrsxYzWR4ZtUsz5U3akx8mD5pXQlkox0Q/5YhK1zPNWmiLH+pWvobEK0mWOb
UOZqMUqiuhrCF0Ij3Jwcs7lEFVUfQWcpJO+onyeWK1Wp5Mc/HGOOPa06jePw0knk3sVcdBJu
Ec2lwWuplGjsNxJLotxq/Uhuqsi0SSyzc/girQ26LZFoHFFqb11GlQrZFP8A1KSmKatlUUJb
iSjl6imFuRpaSsx6CeNJdRVmtRt1hUgxdbqjNkZOKSQqk1XoJ39bk3ydMV1MH5Fyzzc5dCcc
mktCucK9xeRVuZZ5zk8lSTkS6LYghTUf4Eppq2ZZNRFmPUymsorUnFcXEM5Ys5Ncouth0hLQ
/jyonrqWmvyONXjvoZLFUi6Q8J7cXqNWR/cl1MU1uPGsSdrFrNzbrqNNzqQQx5WS0NkUL+iK
lKEtlbH+hXXQVlBWsiaE9hwr1NL1GppNyasTbV7I9xNS3ESKu0yOXSWOJak2JVVqxJU/QXka
nJwsF/uMcc7xMMUeOVrA8Z4+uhisc5WsI44pqNZHoTZlXbUcWWpOLh77inT8mayVNBpqq1Fj
ZZMdKJ6HdSSlh4J0jQdJTG1SEZQ6lclyHh47u7Jbr9IhmKxrLqQ9J/QyacVsyiddyHcTahDe
5SiFMwd1cWUojZIm5NxyNx7ERfQ+NiMnHQh1KKi+xLruW9BRdnH7ltRxaZE9RwrGLr3KVBjS
EZTvRDavNitdkOFHqKX6I8fl8qnDGmKf+TG9caHbbYWPBrcePFj8abfFwKlSo0vcuKHRaspV
szbVXoNtXOdvHjuNqzMd3qVfqYtUktDM66WO2kurJbmNiIo9BeRUpQc3KL1OiZaFDuNJOjJa
ZVUIVXuXHM1IacDj8lUKaehFiXd7HroOSFJCuVn2KWHLo+orIh3dmUuiX7kx2yV7Z0FClqyk
lqUYOXx0TME1RuvuNap3M8XfcyWNeOsFfuLLFQkrvVnjzy/bWOo8s/3M5pSlUfkT46QcuXdk
h+fOq5OCZl7HTUTVtvputhKyHinNzVnhzdmm2mZObOphkrPUpXqYw+TVWjklCdkZ/wDSzHHS
RYrGOpOT5ZOyP+PCWlZ2G8kqi4zOsMmYrc6GcPWhe24n+CjhDU30O9+hf0kl13E2S76Irr9y
FRdTtUdRSTubDuRdvQrEoUucXY6E6ETCuy48skm9BZzVVM07NyYY7amP6DcRUybXydDytzDt
JF0roX8tn8RY/wCVktivxdmOKrVMweHjjLN1geSw/wCRYupwrCcxoVsNMh1i0HVXNWQZTkvG
ljNf3Mhbnhzf+P5M07yeNK+pKo9mJqJMU9TJb4sxd6izbvSNRvLOWrIWN3qiMarqJYpzlcyn
uaG3dSZWq5kaWpW/QrXZE/giUk7anyqRPdNiqhr3FqUK33G8nL0JTvubtD5ut4Iij2O2mlRS
pm7EsfpxxuU1uR1uKEo9CXXdf/iJzRsxSd7ChTk4EpqnUbajYhk3eos3PHCqW4s6LPyOEr9h
w121OSqtjFcHlxsZy48mShY+pDoyFl26qDiogdIgbxUpXeoscpj0KKdmPPPNY8U2puVcnhWn
EyXsxvK+DSUjTRTtg8eGP7VDY6ynizGH6Fb9BOJWWy0Ji1FoxZZUxTMccVdyn0M1pqxvpYbx
sylV1IVxUrqNM2Q4vFDi65PfQj92onaD0IQ6WFM0JaoJJpDT9mhXZSy0FNhJexMfY6uw/wDK
ZOLrjsVopHi03NmYJUhR9zFumMpDd5hna7qw3toccVSKs7cFj45+TuY0eSzqsnWBZJxlo4MU
8nSs7jcw3qjHDlzyy+5N89VsS01JCvuQvcbxbT6DXml6DzXxviZPLG01LnhjTEybom1Jjgsu
rgaxxb6ij/j/AOoxy5rOVoStnc8frUWVH0MuVNETjkpO5z00PGvllF2ZTTWDLJUlDTVTll7E
1ZSmpMWL1NtD5LitSU1B+hsKlPyONTpui8kWg6dRJakp2uJuYkkqz+51m4k1lUlzjLpUUZS6
KdCcXyiE2rHGZbYuTnFoXao3kxywxWLd3AsUqasx8edZo4sYpqcbIeWE5YzYrh8bCTSSUyY+
byL/AI1lxX/2DyjWyISp1NJHlRja1iCMsU27ix1Wmh5NFElbGPhd8bMjxtPJ/YXk8uEYtaEc
UtmT5Mly2QuCaxS1FmlbExwyTbatoh4+PJ8NPQmraPk0nZCVZFn5F3RqOF2tUoZq1NSJG9NC
VWSq+50QktCYkmERNNysNFV6IcJprViVxuDoddEVoXhvUSiq1PQhv1ZMTjFyHYtQilBc8Mcs
VVYu4/OsljjlinE2YscJaVZMXE4t9JMcsbNCwST4MfjVMWrI4rLl4ndk4903cj8HkfbE4sbb
mBcfjkqkPY44Vc/HqY5zXKrK/klKYJj2RSKaEWdzl9jPLWLD6WNpJWthYZucdUcfJOWLMXx4
xrMmPkwfLFqyH2uigUqtvQyWSlYrTqRj2dR44+TFq4u6Mpq7icJNWy1Zl5s1P+Jmo0Ejiq7l
FDI23G/wTboTEIuyxVycopoykzrIuJLsNL1KRyW5VSlsTotGKHQiK7jWhBLdVaB3PkxNy8ld
sxxWKWONoIea5uyIdWjHveKixk2nPJyxcW/U4ZOj0YuLnxZabELRSmYrTJHHYc0hXHGUtv1R
g002lJDv1K+41imkJfFzMn/cXJaCTyUaHkfjyo1oiNJFk1FKYoTxfFkpckrNE+TBoq+PQSeT
eKGlfQ4YXa1O2MN3ud3lq9CX5K9RPJ93RnHJqUhN5dqmi0ZlWVljKaFGjHLqyqoRbYTXy1Ii
5VelSkJC1Zs0d1UiEQlUjKrE9yWl0ElRakuq0Is9hS9NBOpLVdiyqXrY94HVNY6DWTo9D+Rq
dnoZtUdzDJtfCRp5JN5OT/jaUWnUeXnh5acVInwbx+1SXi1QxyTeMbEPJ11P4uVGYYJrHFtY
5ZbGOHjrjioT3IyRKIVWQ8Y6luWxyeMJGWMxSx0P5FLzauzNRSRLyJbEZYpreDlmsYf7lcT8
efPDLRDxxq4a9IJ4Nta7kvtf6HyU2OzJOV7ifl82WGkKxlj4/JyzSu9RrLKd4MVjbjAssqJ3
GsapO8jbudUUcEfkl6Wgq5exWIKURuTMdCrSKV66CT0LSydz0E7roUozFjl3sObjXVM7sZxv
QlZ8ZKZLJQk2ugsc6zYaSSrcvZNQR5MVDZPiXFpVWR/F4YWf7pXIvLVIgWPlb45WaUkePx5P
SxxiItJVy9EjHPNUzstheN445rdaCflxa/3EpPiJ+NV21IeGUktZKbnHHFtGbiElNTpYxX7j
JRW5Lct1g5S8U9hxi8sdUxZY4vFkToybQh9zbbmBwo9SWksnZsTTTjRGeWeEQpkeU9zcQYK8
oTyrNhtpXNn0JvF2S2iLolWIRCX3K/Ym2w9y1yG4exEv0+k7EtymKsJk6WkWKrA8XZbljoJO
s0IikQhvOOS/bA01GKsmNr1PInRqo8cXyzTOGXkfHXH/AORlnyc5bM7lLROGKldCE4a0Jygl
4YyrUKXRyoh45w5uhZJPPw5fg54OU9CKtn+o6wzyNtN8XQpqxYdJgU05FMKbk+LJLH/Fiy8v
mitjFYTkoqxP93+pm1VpUOWbabtBXNY49bk5+VtRSBNTk1ozLDFQmrIyTULHKnsePqj+JVf+
hLURobD4umslNK/TYRt9E2ToyHQ9Okl0Qvuj1K3JO5UJX4ucmob3HF9D3Kv2KCzti7j4rt6i
XFw0Zc8YwzXFyjmqq6bE1CkrZFNCUoZMpPUhk2RLbQ1k6FU4Ia7Wh+TwZ8cdcHY5Sp1I5KhK
t6nktXFpCVVN49RY4f4qpjk6taI+XDdMnHJT6ibVdDBNJSJ8tdDPFzLUIwUVVBR9xEY4yZZu
jiEjKaS7GGTM8lTFOCildSuVVZWK5Jzc/ElLEbku+hA5vsRBE10RXQoqK70KF/YrQmyepKru
9CLplKQtB6iR1OUy9R7FKEtd6rIpSyc6jWWKavEGTxu9BzrYU2JpUvUkjlEVJmTkjlZHF5Ud
SMm4O3Nz0IlZJlcYjUnHFRo9x4JVewuTjoY8ZmNOhyrLcQd2M9R5vFZM4548dmYNaq5jNNxP
SJQoTeU1KqVsQ3TQo2LF5rlNrjbrUfBw9B8q1JVzq9z4T1RRNMsRMyQlUvDKURRw+oq16Fa9
CJpsXP8AaiXUq2lsRNNTGqpbeDJqrY21Mmw/Ui3oTMp6sh1E04WxSqj0IxoVT5OxU4+RcNE9
GctHYpcu5Ku9OpCHFfQjHEl/JKwk2lszuqSk36kNQiFDgWGWSVdqkeNc1+5akuVsun+InwcY
6saSoYrGp/y4p5Ox40lbbYTThYUMElChd24o9XQ1bXQaWNVuUSR25JP0OXPm5rAvH41VVGmn
y60G4hITuTVegtjtsVubE4uStytjZEJR1NxE/khL3JrOzFHuT0pI3oztvuyG5e6I0JT9x4Nt
o4r5bk5uPyUVFrucsVTUUVa/BV1HjnDSIynyeD8o5+NdvUaVHuPLLNzNRN5VJTSSOSu96Hxc
76EUjRwUUtmrj2Hy0vLJeageX8jxzVkZY55tN7a/+47VLWurIxlYqyxO7Bpvc0xaI5pZqwlK
eX+QkukmOSdUrEJR13FybSikEZSurPlJWX+g24vRakSa45f5IebXPBakOB1Kj2RNhTEIpT0O
mh1ep+h0It1IhsWwm9yjKu6FLZCagrVCWKjqXruOHM3E1fZVObcIq10oVrGiIdJuNJ1diGpk
hKuw58bymkQN+HB44ZftyqPuWLxcZY2aHyzmu8mWL8ndpNiieTV2rCcMSS9y1mTT0H3wug1L
yyepxxx/9xpWrpI08L1otRZ5+PlirH8eK45dUSsnDsTLoJ1lXbLTqc1Kh1Yly4pe428pQlWS
bkx6k1aKY0ISjqKqgzTzSUV3HNYI21+tCPvQpoQ3MFNT0KVexLoOHG5eUT+Ct9EJOiWheZLE
u2wutCNNzh5m1ktFqcvFgpd3cikDxmmgn8eqJT9SMr6Mamu6E/Fkpi3UWWfkXGLQNPySnqrn
8njya8iqnPy/6yM5xyxvjv8A9JLxutRpYJToNZpY46JCxxcK8ix5erQ4be0CfFtbOgk1D1Sq
LFRjgvuS6zcpVE5Y/caWPLHVaoX8fdjqtUKKz+DlfZCWapoRi4ReWUK20HWUcXfQ7K9CHTIT
bhWMoc7DUKtB6KdbEPXRFvUublLD09SVXclOxSw3MwTdDSs9yFpqRoVr1KX3Maeom5Rq9mYy
o6Ex1gWWL7ldicxuirn0HKjZjTrFitWN2i5K1OTyclW+kkwljudzFF9MtTh5F3Kz0YpuKkvU
dLnxVdRLFJIh09CXk/Q+ThkLJpI+X2RCq+pQ5YtYPVkZuFaUdtZs9CrRMzuTiQ6QfL2LVehL
SnRlKPRonJ9ytUSyfbdJE4UR3OtyfLLrYrVViCy4r8jeKporlYlm0EfqRjK6kqsjIsilFqb9
SW4mhGmg4UIiZe4pcseN0rHVaCUT1LrYSnrLJmSiX0cYqFdnEWWS7dSVbYhEZVXUvK0RJVTi
cWpxVt0cM3M/FlbHQmaHJ+zkSS5N7FbDnIjlXoQnOWzHxsWnJaNkQklfYh5qNkT483D/AGti
xz7SjsRlEsVYRCqi0QOpLbjQSuPjFRVabuRypq7FFCdfUiIrdiTdR1j8ii+hLj0Q5oKJSOhY
7qkKxegpq3sQ9C5osWKFK1YmOsMl+xapEJxSBwoSO6EVoWuLYjKxSyIVepqUG7plo9CEpWo8
Xhez1Rw8tW/i+hMStFcq9Ti230g7Vw6nfm4VHloNzllLpsOZbX4HKmCIhKqYnD6lMXLtJShy
blvQfJTsRFGdSvsif7Ew/Ulou+iLFE0mSpXSCGvVNCSUpW2HOMpHaoxViqtuKca7ss+rSJxl
qdSIsVoiIf2NZ6oqmzfZFV6loS3IdUUL0Ythtos0ty1Nz//Z</binary>
 <binary id="i_103.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RfORXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6NDQ6MjMAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWlAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AK2fUZe0uk10mwyTtDnn02N9v725
KjHe+0MaDuBcADroxra4H9pz01t77b3vIBa+wAxAhtXkf/JI4tJY2P0bSza49ySTY+f3tySk
TyWP26OAkEgz938lqdgDva3U+Z/Eo5xyxgdH6R7msY09tyKG0Yzos07ho1M/NJTnPxnkEnuf
vQbNxrY4N2jsHaafvaK/l5ItrLGNhrtC4ckcLPtdY+yJGzgNGsR9FqSm503pWbn7rB+ixWzv
ybJDAWx7Gzt33On2qp1LAtwyXiz1ccxsubDeRIbZTuLq7G/nLpOm329R6Z9mD2UuxDVXe57h
vsZP6Out9v8Apv0lfp1/8X/hFPr/AEfCtxsrqOObWVvZY9lT2urhzdsXVUu2v9J7mfQuakp4
UyTrxwZTFsQTP+xWXYrvTORHsY5rSSYlzvc1rI+m/b7/AOogvkiB+H8UlIjvOupTNPO2URzX
GRwO88aoZmYOnHKSlwTI8+/Cm5pLh9whPTVfYf0dTn95iB8Vepw3gfpXsb/JBL3fc32N/wC3
ElP/0B2VBza6yGtaGkloHvlx952kLTw8Zrag4Ulu7Vr38wf5vYz99y0G/Z/UyMr1WbZDdzmy
W+k3aW1aOb7L7P5xSyraqw1lDtpj26SXADkfyNqSnOzG+h6RIBcwmwTzMbR/1aybRY57zEg/
ScO/53+atj2usc4zbcC2tu/2jcRu2j6LvzvzlHIw2H233GgnV4HZo8PT9v8AISU4djLA0A6A
gEkHTUf+RQAA3gfErQzPstI37jtk7WcknxaP5KzrPXyHjZXsHMugef8AWSU2sDqV2DksycfY
6xhG4WCWOAO7a7/vr2/za6rM6jm5WDU/p2Pd9ot/SHc3cGseNzqWWEfrL7f8xm9YX1d+r/7Q
zq23n1Mev35AiGho+jWdf8L9Fd29hpFjq2E1j3hgiBp7/Rb/AFW/QSU843olFbPSz62Zjqqz
e4wWV0uAG+pjKXbbPZ/pPU9X0k3Ufqj9X2dMGS/1OnP2tLrQ91u0uj2WUPJa/f8Antr2P/lr
Qo67i5OxmKbLBc9obY2t1NQIPqen9pzG1Nyb7o2V0Y9dvv8A89T6zW67HyMGxzDTlVex+6Hs
eD+gt9N387X6n84kp4DN6PZhXGnJkOZqHM+i9h1ZdU93067GoGymqCxmo/OcZPnGi7foNo6t
9WqBZQy/JxS7Eva5oNjdh2saxzvfW51WxvqfmKr1P6vYmRm11Y1RqyLQXEMdDWNaNj32te30
qq9/0PR/0n+ESU8o/KrJA3bnDtq4/wDThqt0PdMRJI0J4CNkfUzrNOU1npB1b3BvrtIcBP5+
2WP+iES+oY5LQ6s4TSW1Bod6hcD9HIe8Na/2fQsp/RpKf//Rs0YzbbMdljnPhzKydx1hv2vL
26/Rc91Fa3DjNaX3NaGiPcT4NE+1VOkYmO9zbJBYxrjtbqDZY7ft/k7K2MYtDKBdUW2yBZoW
tEkNPP8AV/rJKc9u1mGHXNl9pNzm8nc87q2s/O3tmutZD6ctr3lzSXPILueO1e3d7WMXSMzg
2fRoDKwfafpSI939X3IVnUabMh7HVFwa7Q6cdv7KSnmLaHl4rE7yJDe+v/VJzjGlxdkNcY0D
Sdsn5tervUix82UM2uLid3Pb6MLOppEOc8EmCACZ/wCikp6X6pktxs2yshjnPYG9/oh370+z
3LexMuyxpY4fpWF2/wAi08H7/YsfpddlXRMems+m/KNjGGhodc/dv/Sb7YZV6W136T/BqOPh
ZPQem+m3Jc4Uy+3NtIDXGd3v3OexzKf5rY5/q/ziSmXV+lP+1ftXGY11zPfb+bYQPdubYG+p
sY322UV5fT6rWfz1qqdT+s2Pa6cegbtjWusuMwR7vTqbX/PbHf4Tf6f+jqVXrfXm9UrrowC9
1TgHXM2OY99rj7cf07Pf6f8A59RaaMLoQF1t9D+pUgPyd72n0p9wporJ9R9v8qv9LZZ/oklP
P2CzEvcbvUp9Ql9rTvYJPvaX0t27vU3qf23Frh4O3cD7mjw8YV7O6zj9TvPUaay4MYa763id
NWV7nT+676f+D/RrEdjPsyHY9LC8vc11cd92h/k/nJKdJ/U8kYD34uQ9gP0bmk7m6jeKnP8A
5tBtfkvrYbSDWADWdBrpu4+i5C6hbj4lDMJgBLB+kjgune924n9/6L/8IxDwsk3OFbjLfOYI
H/fmpKf/0uzFbMaoh52l7yQ0DWB7K2hrP5LULfil2y+WkzoCQCAY+muYzeu5F9xbW8017j7i
SHuA/fd+Y3/g2LU6Y5rmtfvL92kOOmh/M5b7klOvU3BIhrBJ7FrtB+aNUHKwcUWC1zA72gQA
0DT/AKav1taWgjbA52wPyJWVse0AgO8AYKSnlsjp+79IGFgBILGGXSfz+/t0VClgFr6953kw
XcHb2XW3Yn6GBXqDI2R2/rLNtwbNS+oFpMg7ZI/qvakppV5GThUPotqF1Zh9TtxBrd+/W9h3
e/8APq+gs3M6jey3Hy37bWixjTU+dhLiGfpdNtvPu3KzfXj1Ey+97ToAY4Pd3uKxuo278rEx
mOc5psDofqedrRCSkmXlM6UWNxWj3WF7OQGwR7626OZ/wf0FWbjYvVr7L23PqySXPs9Qb5J5
2xsd/ab/AJiXVcS2++plFb8ixlZ3tqaXlo3fnbB/K/OU8ToGTY0WvcKHNG6LDDp5a1gDXPSU
zwOn5dfq1NcwvcNCHQ1zRHLtNjP6zVbpospqFpcC8ANhg5I3Nf8Amt2t2qVWQ+qq5jLG3XET
VawAtdt+kBu/d/P9ihZliwiwPdadXlsk+1oO/dP0f3UlOazfl5TnbBYGmCSJMjnaEb0rrDWy
lhbwQ8+2IO72tPufwhP6tY4M9JrqxWwMB0ktafZuUG5jzZoZ3aTwfHT91JT/AP/Tyrn/AKUS
e5WvhZ2xjC0ebtvGg/OaViPdNhcTM/lCv4TR6jd/A0SU9DVn5lte5pDdkQYga6xwrmLlZLZc
5rnVzB5if5L1V6f1OuhvpFk7pgBokkDaTu/Oc5aVPVG2NDa69jTIgacD3b2u/NSU3KrXWsBM
AET5oV+B6jCGt3h3ILht/D3LIs+t3RK9jRY+wzB9Jm4D/tz09zHfyFexOs9L6lcyrGuDrnCR
WQ5j9PHc383+skpwurUZuEWvrofaHP2nbNhaCPpez3Pa7+UsTOy3YuSH5dEZLGjawhu9rT7m
/wAhjv8AwVd8cqo/o7Rq3s4kafu6hch9ZX9Mva+5lIDzo17XyJGjd236W5JTXba91LraSGsu
aHPFbQ3cx59x3fS3Mc73qnkZWU+41ixwA0kdz4lyXSrDVS2l2hcS6snggn3MP9ZRtwbnXh2M
6a3mCCYcz97n/opKb/T8R9tTrjIaQQxo7EaPc0/mobdGO+0ZTJkaCxpEDtsqncq/UL/0Zxq9
W4wBd487SP5XtWe+18+0CBwf9xSU27Kht9Kt9T6wXEEODeT33Bv0W+1Ep6dY6HNI3TBaCDp5
bT9JZ3q2TqB4QptucH6gGTpGhSU//9Tn9x3lxI17fkWhVbNWpMjUfFUNDYQNY7K7h492Q9tF
DDbYTIY0a/F37qSnQxgbWHXUjXxB7c+1qu5leTi9OutbYRa+oN2OcNxY4it72bN38rYtXo3Q
bMWl5sfN7vcGsnYB+e3X3Ps/lMatOvAplznVw8/SfoDER4Pd9BJT5U68jQN7e0ntC0vqth1Z
3Ua2ZJ/ROd9IP2OL2g2CtpB/P2rW+snSOnPzK6cWo499gdY+wbgHho3P9Pd7H2X/AEW/9NVu
jY2V9oqs6fW4U4VgLSWyyA47/Tke+9/qO3/4RJT3N2JU9pdZMNB4kmB9EN/8yXmvWumOw8h9
rZFNrzG48E/9PZ/ZXo3UOoNxsZzyfaHAHxAJ+kuT6nnYmTV6babLHFp1rDbWfuxZWHb/ANJ+
dZUkppOxm2UUPMNFjY3EwAR5qs5rsWo328OMNc0El4H+EVvp4bdhFu42sreGw2Nwb+eNv092
5SzMezqDjVQ0MaNrRu4rYPH+W/8A0aSmhXkVZRdQ3HbfbcC31WSx43aS/wDqrONbhDXaESCO
NR7Supxa6el2DD6cwPyh/P5FglwP7kfR9X870/8AB/n/AKVYPUqXUZtrXEF+7cQDMF3vILv3
muKSmiQZjWUStkkHQobtD4Eoldnvj8vdJT//1cVlBfYGtBc5xiANSSeAu0+r7MPGpOFYTZfZ
7shuPJgk+1l1rPe7Z/oqlV6F9XK7GV5GW+xtrhuFFZ2FrXiaw+wD1G2Pr979v0N63nVXYtPp
YtbMbEZPsrG0AD8+wxuf/aekpqdQ6xjYdtmI83YNhqLaLSyK/cIrsZs9zdj/AO2svF6+zOzQ
ctoDnUOFtRJ2Gxmzc5v79bm77GM/62gdY6tUR6Lcf7QxwJrfZ7GEj6bqyGep7f66w6ryb22N
YKrmOhra9Nfo7dvv3bv66Snprfsgx9mUTFjnBm4naHNabQ+sfTa+tns3s/4pW+jZwzcM49bX
bsQBsubsJa4n03bNf0n765HIve7Ixa7SR6TrGOa7tJ2t/wDJrqq7z1HHZGbbh21gVOdWG+17
R7PXd6brNr/zP0zGf9cSU2Or491nTXhrmm11ja3F2gHOx3/UPcuR6f0m8PdSzLZTd7XbYJDg
RLjVY3b+kq/PY1dhn7srGs9J2y4sa8Dn3NPtdYzRr2O/SblzGIclmZ9szch1uQQWOc+AG/mw
1o9v0faxjGexJTpYddnT2XjLua5twaHWbIDDO1rv3u6s5eLbjUVV4EQ902XAya2kbvVaf8Jb
a36N3+C/0f8ANKD7K8isOdoYO1nBcT+c9v7jf+E/zFk4HU/2e52DmAOoBLGEk6T+buHua39x
35iSm1TiM2+k2a6RG90S50/9/f8AmMWb9YaZ9HKZWKqn7qGtHADPoe785zvductrPdjYmG3J
sse/Ca4GsNANthd/g7fzW2u+i/I+g+tY2c3qfUcK/quSDXS0D0KeGtDTwwH/AFtSU4Lhr8+3
KZhIf/HjRTeIaAe404jX4KBI0/BJT//W6rCL7LX1UEgAEW2HsXe6x/8Axz/zW/4Gv/rijkty
3FwssY2loggHj/jbvzv6jETGdThtNFf0QZse6ZJ1Ly537z3+5Yn1j60yhn6KHW/4JjhozsbP
T+juckprdYZ61PpnJY8xuaYms/usYXhzme38/wDm1i9PwMi6wX72tO41tc52gMdvvVbdfkuc
+2wifc4u/wCk9ynRaTLqw520wD7WgpKdk9Ebkwyyx5tJDTaG6tMj6bJ/StTWXdS+r/UWF7Tt
eBXYWn2Whv8AL/fZ/Lah4vW+owGgNu0iXidsfm+tLfFaWL139pXjp3VMfHfXcW1vdWXh7XOO
yuxm9u32OSU28bqXT+o3m+2y+o1N9tJcWVsEbXbxUxrsi17j7PUss9RDzvqu6+7bh5TWW2SD
j5MucDHqbDZjs2Mt2f4L3vWRkfVnrrM9mNhz9lNjbGZm4BjQ0+wXEe51lLm/zdbf0i1+t3dR
sxrWfZ2VVscLKMhlslllThZXY2Pc36FnpfT/AEVmxJTDo7baXHGzKg25oJ3aObr9HbY07fdt
WR1+pteQ4wGncLC2Odfc5ag6rXmXm8Vhl9h3PrZw920eq5v9fZ6qrdZxxkYlWQ4bXkuYY0lh
EsSU0cPqn7Oa+q9hvw3/AOD0JH8hwP8Ag3f9BU+q9VyOo3AOmvHqP6GgabSPbufH0rEsqpxp
sH51QDoHPt/3KrkD9KCNQ7aZHwSU1uPbyQYhIgGGnUSCSVK4bXg8SNPiCmAJj4hJT//X0s/q
lWGHussDrfza26NBP8n6X/XLFx9112dkOss1Lzr5fyWymtNlj3Fx7mXE6o+LQ6yxlQ03+2fA
cuP9ZJSGxtzm+lTW57TG54boXDsHfuMRWVWUtacitzRYSGAiJI+lt1XTVYGM79GLNpraC5kH
a1sfnPb+dt/wbWvsWZ1bpP2dwvbkfb/dsFlW3YWxvb6O1272/wCj9P8A4RJTj2W3GdvDdAew
+YRulta6+q5+9wptD3uBAkN22NYz/hXOCDkOY+uvGoMOscGuMaz/AN+WvXSzH211NArq9suG
6T+81v739dJT1b+oVZLXVt3sba02R9Fwbb7rHd9jK3b2e7+dss/RrI6pll9T21DcBECZMtEM
/wCiNiHRdXVQ2wNIc+a73uMuP+jfz9FkLOOQ4vcxw9od7T4JKZ4m1jha2OxB40Pu/wCi5bOf
j2HDsayGOI9SoxuA0m1m39xrXep/xe//AEaw+m2vOS/HEHc46fEf+SXZ145d04MaSH1lrqy4
atgbm+787a5JTwHrG7I2PBZYWOpsHOo9zPd+d+ehZdBrrpkyQ0Nd4AhE6m12P1J9tbRWRY5w
Z4an/qd21PkWsyMXczsZA8PEfyUlNGyHVgnkGPkRr/1KG3UjXuCnLv0L/Bo3H+ygV2B7hr3/
ABSU/wD/0MP27iNw5+/4QtzoPTbHvde8bf3WnkNnn+0rzMfG3N9KiusSI2sA4G0/1lo9FZFN
zyDq13zJlJTy/Uuj5mP1N7qXbnF7nuMw4b5L+/ub/UVWjqeb0+3Y0giv6NNzd7QD/Jcu06vg
sufVlgETAsA8CJ3f2Fj5vThYW+o1lwH0LI9xB/d/qpKc6r6wOzsyqrLxKG2WOFVVlVYrcC8h
v02+/wBzlfzOn2U7ieahtsHfT93/AK3tUel0sxM2qxmNUbGulr3Nl7TxuDnro+oVNcbTtDtz
Q4juY/R2f9HYkp4nJsf6Tg3wkeZCrY+YG7g9sh8fD/Xarl7NlllX5ocY76LNfWWuLYMfNJTf
Isx7676zDmODgR3A5XfYGSy/GaSQdPojkH86FwddbW7AST217hdJ0TKbWdkGBwe/A2SkpwPr
RhGnOOp9R4L9vMx7dP6zSsbHtdW4Ee4O0czxXZ/W3B9SpmXU3c6v3QBrHfj+SuMyGGm0OZox
43M/781JTDcS9wDQwO3NIOpAd7VQY1zXz4GPPRaHpuFwHjr+CoWssFr9I9x/Kkp//9n/7R/e
UGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3
AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVt
AAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFt
ZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRA
BEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVu
dW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAA
AAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAA
AABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAA
Tmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAA
AAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAA
AEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYj
Umx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wB
AAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAA
AABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9w
V2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVj
dExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bs
b25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAA
AAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAA
AAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAG
AAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAG
AAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////
/////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////
////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklN
BDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAA
AAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfgAAAAL
BBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAB+AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAA
AG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcA
AAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH4AAAA
BnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcA
AAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAA
AA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZi
b3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9u
ZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAA
AAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAAB
AAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9y
ekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25l
bnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAA
ABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxl
ZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNl
dGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklN
BAwAAAAAFrAAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAFpQAGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/u
AA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwM
EQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwM
DAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgAC
EQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEB
AAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEy
BhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj
80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUG
BwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMH
JjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdH
V2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AK2fUZe0uk10mwyTtDnn02N9v725KjHe+0MaDuBcADro
xra4H9pz01t77b3vIBa+wAxAhtXkf/JI4tJY2P0bSza49ySTY+f3tySkTyWP26OAkEgz938l
qdgDva3U+Z/Eo5xyxgdH6R7msY09tyKG0Yzos07ho1M/NJTnPxnkEnufvQbNxrY4N2jsHaaf
vaK/l5ItrLGNhrtC4ckcLPtdY+yJGzgNGsR9FqSm503pWbn7rB+ixWzvybJDAWx7Gzt33On2
qp1LAtwyXiz1ccxsubDeRIbZTuLq7G/nLpOm329R6Z9mD2UuxDVXe57hvsZP6Out9v8Apv0l
fp1/8X/hFPr/AEfCtxsrqOObWVvZY9lT2urhzdsXVUu2v9J7mfQuakp4UyTrxwZTFsQTP+xW
XYrvTORHsY5rSSYlzvc1rI+m/b7/AOogvkiB+H8UlIjvOupTNPO2URzXGRwO88aoZmYOnHKS
lwTI8+/Cm5pLh9whPTVfYf0dTn95iB8Vepw3gfpXsb/JBL3fc32N/wC3ElP/0B2VBza6yGta
GkloHvlx952kLTw8Zrag4Ulu7Vr38wf5vYz99y0G/Z/UyMr1WbZDdzmyW+k3aW1aOb7L7P5x
Syraqw1lDtpj26SXADkfyNqSnOzG+h6RIBcwmwTzMbR/1aybRY57zEg/ScO/53+atj2usc4z
bcC2tu/2jcRu2j6LvzvzlHIw2H233GgnV4HZo8PT9v8AISU4djLA0A6AgEkHTUf+RQAA3gfE
rQzPstI37jtk7WcknxaP5KzrPXyHjZXsHMugef8AWSU2sDqV2DksycfY6xhG4WCWOAO7a7/v
r2/za6rM6jm5WDU/p2Pd9ot/SHc3cGseNzqWWEfrL7f8xm9YX1d+r/7Qzq23n1Mev35AiGho
+jWdf8L9Fd29hpFjq2E1j3hgiBp7/Rb/AFW/QSU843olFbPSz62Zjqqze4wWV0uAG+pjKXbb
PZ/pPU9X0k3Ufqj9X2dMGS/1OnP2tLrQ91u0uj2WUPJa/f8Antr2P/lrQo67i5OxmKbLBc9o
bY2t1NQIPqen9pzG1Nyb7o2V0Y9dvv8A89T6zW67HyMGxzDTlVex+6HseD+gt9N387X6n84k
p4DN6PZhXGnJkOZqHM+i9h1ZdU93067GoGymqCxmo/OcZPnGi7foNo6t9WqBZQy/JxS7Eva5
oNjdh2saxzvfW51WxvqfmKr1P6vYmRm11Y1RqyLQXEMdDWNaNj32te30qq9/0PR/0n+ESU8o
/KrJA3bnDtq4/wDThqt0PdMRJI0J4CNkfUzrNOU1npB1b3BvrtIcBP5+2WP+iES+oY5LQ6s4
TSW1Bod6hcD9HIe8Na/2fQsp/RpKf//Rs0YzbbMdljnPhzKydx1hv2vL26/Rc91Fa3DjNaX3
NaGiPcT4NE+1VOkYmO9zbJBYxrjtbqDZY7ft/k7K2MYtDKBdUW2yBZoWtEkNPP8AV/rJKc9u
1mGHXNl9pNzm8nc87q2s/O3tmutZD6ctr3lzSXPILueO1e3d7WMXSMzg2fRoDKwfafpSI939
X3IVnUabMh7HVFwa7Q6cdv7KSnmLaHl4rE7yJDe+v/VJzjGlxdkNcY0DSdsn5tervUix82UM
2uLid3Pb6MLOppEOc8EmCACZ/wCikp6X6pktxs2yshjnPYG9/oh370+z3LexMuyxpY4fpWF2
/wAi08H7/YsfpddlXRMems+m/KNjGGhodc/dv/Sb7YZV6W136T/BqOPhZPQem+m3Jc4Uy+3N
tIDXGd3v3OexzKf5rY5/q/ziSmXV+lP+1ftXGY11zPfb+bYQPdubYG+psY322UV5fT6rWfz1
qqdT+s2Pa6cegbtjWusuMwR7vTqbX/PbHf4Tf6f+jqVXrfXm9UrrowC91TgHXM2OY99rj7cf
07Pf6f8A59RaaMLoQF1t9D+pUgPyd72n0p9wporJ9R9v8qv9LZZ/oklPP2CzEvcbvUp9Ql9r
TvYJPvaX0t27vU3qf23Frh4O3cD7mjw8YV7O6zj9TvPUaay4MYa763idNWV7nT+676f+D/Rr
EdjPsyHY9LC8vc11cd92h/k/nJKdJ/U8kYD34uQ9gP0bmk7m6jeKnP8A5tBtfkvrYbSDWADW
dBrpu4+i5C6hbj4lDMJgBLB+kjgune924n9/6L/8IxDwsk3OFbjLfOYIH/fmpKf/0uzFbMao
h52l7yQ0DWB7K2hrP5LULfil2y+WkzoCQCAY+muYzeu5F9xbW8017j7iSHuA/fd+Y3/g2LU6
Y5rmtfvL92kOOmh/M5b7klOvU3BIhrBJ7FrtB+aNUHKwcUWC1zA72gQA0DT/AKav1taWgjbA
52wPyJWVse0AgO8AYKSnlsjp+79IGFgBILGGXSfz+/t0VClgFr6953kwXcHb2XW3Yn6GBXqD
I2R2/rLNtwbNS+oFpMg7ZI/qvakppV5GThUPotqF1Zh9TtxBrd+/W9h3e/8APq+gs3M6jey3
Hy37bWixjTU+dhLiGfpdNtvPu3KzfXj1Ey+97ToAY4Pd3uKxuo278rExmOc5psDofqedrRCS
kmXlM6UWNxWj3WF7OQGwR7626OZ/wf0FWbjYvVr7L23PqySXPs9Qb5J52xsd/ab/AJiXVcS2
++plFb8ixlZ3tqaXlo3fnbB/K/OU8ToGTY0WvcKHNG6LDDp5a1gDXPSUzwOn5dfq1NcwvcNC
HQ1zRHLtNjP6zVbpospqFpcC8ANhg5I3Nf8Amt2t2qVWQ+qq5jLG3XETVawAtdt+kBu/d/P9
ihZliwiwPdadXlsk+1oO/dP0f3UlOazfl5TnbBYGmCSJMjnaEb0rrDWylhbwQ8+2IO72tPuf
whP6tY4M9JrqxWwMB0ktafZuUG5jzZoZ3aTwfHT91JT/AP/Tyrn/AKUSe5WvhZ2xjC0ebtvG
g/OaViPdNhcTM/lCv4TR6jd/A0SU9DVn5lte5pDdkQYga6xwrmLlZLZc5rnVzB5if5L1V6f1
OuhvpFk7pgBokkDaTu/Oc5aVPVG2NDa69jTIgacD3b2u/NSU3KrXWsBMAET5oV+B6jCGt3h3
ILht/D3LIs+t3RK9jRY+wzB9Jm4D/tz09zHfyFexOs9L6lcyrGuDrnCRWQ5j9PHc383+skpw
urUZuEWvrofaHP2nbNhaCPpez3Pa7+UsTOy3YuSH5dEZLGjawhu9rT7m/wAhjv8AwVd8cqo/
o7Rq3s4kafu6hch9ZX9Mva+5lIDzo17XyJGjd236W5JTXba91LraSGsuaHPFbQ3cx59x3fS3
Mc73qnkZWU+41ixwA0kdz4lyXSrDVS2l2hcS6snggn3MP9ZRtwbnXh2M6a3mCCYcz97n/opK
b/T8R9tTrjIaQQxo7EaPc0/mobdGO+0ZTJkaCxpEDtsqncq/UL/0Zxq9W4wBd487SP5XtWe+
18+0CBwf9xSU27Kht9Kt9T6wXEEODeT33Bv0W+1Ep6dY6HNI3TBaCDp5bT9JZ3q2TqB4Qptu
cH6gGTpGhSU//9Tn9x3lxI17fkWhVbNWpMjUfFUNDYQNY7K7h492Q9tFDDbYTIY0a/F37qSn
QxgbWHXUjXxB7c+1qu5leTi9OutbYRa+oN2OcNxY4it72bN38rYtXo3QbMWl5sfN7vcGsnYB
+e3X3Ps/lMatOvAplznVw8/SfoDER4Pd9BJT5U68jQN7e0ntC0vqth1Z3Ua2ZJ/ROd9IP2OL
2g2CtpB/P2rW+snSOnPzK6cWo499gdY+wbgHho3P9Pd7H2X/AEW/9NVujY2V9oqs6fW4U4Vg
LSWyyA47/Tke+9/qO3/4RJT3N2JU9pdZMNB4kmB9EN/8yXmvWumOw8h9rZFNrzG48E/9PZ/Z
Xo3UOoNxsZzyfaHAHxAJ+kuT6nnYmTV6babLHFp1rDbWfuxZWHb/ANJ+dZUkppOxm2UUPMNF
jY3EwAR5qs5rsWo328OMNc0El4H+EVvp4bdhFu42sreGw2Nwb+eNv0925SzMezqDjVQ0MaNr
Ru4rYPH+W/8A0aSmhXkVZRdQ3HbfbcC31WSx43aS/wDqrONbhDXaESCONR7Supxa6el2DD6c
wPyh/P5FglwP7kfR9X870/8AB/n/AKVYPUqXUZtrXEF+7cQDMF3vILv3muKSmiQZjWUStkkH
QobtD4Eoldnvj8vdJT//1cVlBfYGtBc5xiANSSeAu0+r7MPGpOFYTZfZ7shuPJgk+1l1rPe7
Z/oqlV6F9XK7GV5GW+xtrhuFFZ2FrXiaw+wD1G2Pr979v0N63nVXYtPpYtbMbEZPsrG0AD8+
wxuf/aekpqdQ6xjYdtmI83YNhqLaLSyK/cIrsZs9zdj/AO2svF6+zOzQctoDnUOFtRJ2Gxmz
c5v79bm77GM/62gdY6tUR6Lcf7QxwJrfZ7GEj6bqyGep7f66w6ryb22NYKrmOhra9Nfo7dvv
3bv66Snprfsgx9mUTFjnBm4naHNabQ+sfTa+tns3s/4pW+jZwzcM49bXbsQBsubsJa4n03bN
f0n765HIve7Ixa7SR6TrGOa7tJ2t/wDJrqq7z1HHZGbbh21gVOdWG+17R7PXd6brNr/zP0zG
f9cSU2Or491nTXhrmm11ja3F2gHOx3/UPcuR6f0m8PdSzLZTd7XbYJDgRLjVY3b+kq/PY1dh
n7srGs9J2y4sa8Dn3NPtdYzRr2O/SblzGIclmZ9szch1uQQWOc+AG/mw1o9v0faxjGexJTpY
ddnT2XjLua5twaHWbIDDO1rv3u6s5eLbjUVV4EQ902XAya2kbvVaf8Jba36N3+C/0f8ANKD7
K8isOdoYO1nBcT+c9v7jf+E/zFk4HU/2e52DmAOoBLGEk6T+buHua39x35iSm1TiM2+k2a6R
G90S50/9/f8AmMWb9YaZ9HKZWKqn7qGtHADPoe785zvductrPdjYmG3Jsse/Ca4GsNANthd/
g7fzW2u+i/I+g+tY2c3qfUcK/quSDXS0D0KeGtDTwwH/AFtSU4Lhr8+3KZhIf/HjRTeIaAe4
04jX4KBI0/BJT//W6rCL7LX1UEgAEW2HsXe6x/8Axz/zW/4Gv/rijkty3FwssY2loggHj/jb
vzv6jETGdThtNFf0QZse6ZJ1Ly537z3+5Yn1j60yhn6KHW/4JjhozsbPT+juckprdYZ61Ppn
JY8xuaYms/usYXhzme38/wDm1i9PwMi6wX72tO41tc52gMdvvVbdfkuc+2wifc4u/wCk9ynR
aTLqw520wD7WgpKdk9Ebkwyyx5tJDTaG6tMj6bJ/StTWXdS+r/UWF7TteBXYWn2Whv8AL/fZ
/Lah4vW+owGgNu0iXidsfm+tLfFaWL139pXjp3VMfHfXcW1vdWXh7XOOyuxm9u32OSU28bqX
T+o3m+2y+o1N9tJcWVsEbXbxUxrsi17j7PUss9RDzvqu6+7bh5TWW2SDj5MucDHqbDZjs2Mt
2f4L3vWRkfVnrrM9mNhz9lNjbGZm4BjQ0+wXEe51lLm/zdbf0i1+t3dRsxrWfZ2VVscLKMhl
slllThZXY2Pc36FnpfT/AEVmxJTDo7baXHGzKg25oJ3aObr9HbY07fdtWR1+pteQ4wGncLC2
Odfc5ag6rXmXm8Vhl9h3PrZw920eq5v9fZ6qrdZxxkYlWQ4bXkuYY0lhEsSU0cPqn7Oa+q9h
vw3/AOD0JH8hwP8Ag3f9BU+q9VyOo3AOmvHqP6GgabSPbufH0rEsqpxpsH51QDoHPt/3KrkD
9KCNQ7aZHwSU1uPbyQYhIgGGnUSCSVK4bXg8SNPiCmAJj4hJT//X0s/qlWGHussDrfza26NB
P8n6X/XLFx9112dkOss1Lzr5fyWymtNlj3Fx7mXE6o+LQ6yxlQ03+2fAcuP9ZJSGxtzm+lTW
57TG54boXDsHfuMRWVWUtacitzRYSGAiJI+lt1XTVYGM79GLNpraC5kHa1sfnPb+dt/wbWvs
WZ1bpP2dwvbkfb/dsFlW3YWxvb6O1272/wCj9P8A4RJTj2W3GdvDdAew+YRulta6+q5+9wpt
D3uBAkN22NYz/hXOCDkOY+uvGoMOscGuMaz/AN+WvXSzH211NArq9suG6T+81v739dJT1b+o
VZLXVt3sba02R9Fwbb7rHd9jK3b2e7+dss/RrI6pll9T21DcBECZMtEM/wCiNiHRdXVQ2wNI
c+a73uMuP+jfz9FkLOOQ4vcxw9od7T4JKZ4m1jha2OxB40Pu/wCi5bOfj2HDsayGOI9SoxuA
0m1m39xrXep/xe//AEaw+m2vOS/HEHc46fEf+SXZ145d04MaSH1lrqy4atgbm+787a5JTwHr
G7I2PBZYWOpsHOo9zPd+d+ehZdBrrpkyQ0Nd4AhE6m12P1J9tbRWRY5wZ4an/qd21PkWsyMX
czsZA8PEfyUlNGyHVgnkGPkRr/1KG3UjXuCnLv0L/Bo3H+ygV2B7hr3/ABSU/wD/0MP27iNw
5+/4QtzoPTbHvde8bf3WnkNnn+0rzMfG3N9KiusSI2sA4G0/1lo9FZFNzyDq13zJlJTy/Uuj
5mP1N7qXbnF7nuMw4b5L+/ub/UVWjqeb0+3Y0giv6NNzd7QD/Jcu06vgsufVlgETAsA8CJ3f
2Fj5vThYW+o1lwH0LI9xB/d/qpKc6r6wOzsyqrLxKG2WOFVVlVYrcC8hv02+/wBzlfzOn2U7
ieahtsHfT93/AK3tUel0sxM2qxmNUbGulr3Nl7TxuDnro+oVNcbTtDtzQ4juY/R2f9HYkp4n
Jsf6Tg3wkeZCrY+YG7g9sh8fD/Xarl7NlllX5ocY76LNfWWuLYMfNJTfIsx7676zDmODgR3A
5XfYGSy/GaSQdPojkH86FwddbW7AST217hdJ0TKbWdkGBwe/A2SkpwPrRhGnOOp9R4L9vMx7
dP6zSsbHtdW4Ee4O0czxXZ/W3B9SpmXU3c6v3QBrHfj+SuMyGGm0OZox43M/781JTDcS9wDQ
wO3NIOpAd7VQY1zXz4GPPRaHpuFwHjr+CoWssFr9I9x/Kkp//9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAAB
AQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAA
aABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAAQwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQAB
AQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7
vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9
ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4x
NTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAtMDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJk
Zj0iaHR0cDovL3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6
RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9t
bS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVz
b3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5zOnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90
b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEv
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIg
eG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6NDQ6MjMrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0
YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6NDQ6MjMrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4
LTExLTE5VDIxOjQ0OjIzKzAzOjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjg5YWY2
NmRiLWUzYzYtMzM0ZS1iY2U0LWJkMzI0MmVkOTFiYSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRv
YmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9wOjIxZjk0MTA1LWVjMmItMTFlOC05M2NlLWYyNGNhMDhjNGU5
YyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOmExNjc1NmJlLTBhNjYtMGU0
YS05ZWUwLTcwMjhmMTQyNGZjMyIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9w
OklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWci
PiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVh
dGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOmExNjc1NmJlLTBhNjYtMGU0YS05ZWUw
LTcwMjhmMTQyNGZjMyIgc3RFdnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTo0NDoyMyswMzowMCIg
c3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3Mp
Ii8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1w
LmlpZDo4OWFmNjZkYi1lM2M2LTMzNGUtYmNlNC1iZDMyNDJlZDkxYmEiIHN0RXZ0OndoZW49
IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6NDQ6MjMrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2Jl
IFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3Jk
ZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4g
PHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+eG1wLmRpZDpEM0ExNjkwREI3NzAxMUU1ODE1OUIwMUZGRTM1
MDlBNjwvcmRmOmxpPiA8L3JkZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3Jz
PiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5k
PSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJ
AAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAg
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAA
AVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAU
Z1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAA
A0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAM
clRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQg
KGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVD
NjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbM
WFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAA
t4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5p
ZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIu
MSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2
LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2
Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5
NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD
7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAe
ACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCk
AKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4
AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gID
AgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAML
AxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARV
BGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXl
BfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/
B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnl
CfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxc
DHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8l
D0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJF
EmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9
FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmR
GbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3D
HeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJV
IoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJ
J3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyi
LNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJj
Mpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiM
OMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8h
P2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYi
RmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2T
TdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1
VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3J
XhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaS
ZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/R
cCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJ
eed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6
hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45m
js6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQ
mfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4
pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFg
sdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74K
voS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2
y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo
2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf
56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe
9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMA
EAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwM
DAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4U
EQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+AMB
IgACEQEDEQH/xACjAAACAwEBAAAAAAAAAAAAAAACAwABBAUGAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
EAACAgMBAAMBAAIDAAIDAQABAgADERIEISITBTFBFBAyI6BCMyQVBhEAAgEEAQIEBAMFBgYD
AAMAAAERITFBAlFhEnGBIgORoTJCELETwVJicsLw0YKSIwTh8aKy0jMg4vJzg5MSAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAJBEziTDLpzuKjVD5KDG6LqUUdWVRQBRQoSoFlGC
sqKIIHayJRCCMosYJBlFwLJcoglCEMCCUEN0UQ2FYwuCRCCyHUBkoKDDuE3MYdS3mJhAakEZ
c0iZkuoolsJYwKraZ16aFVoUKqUGjQAkioEnbhPR6XNObg9HzjlhozgyoCUsqXZAISwuF1IV
diXQkENwlXYMlhy6AshLlw7+TfyxgPyGgGsFtqDsV2AJGULKFGTCjIhcdBAPymbVnMtVAXtx
6jr7AaYsY9I5Vu54GPdjF0VA1VhWVEqxIMsuDZYWJJcJUsq7hJdl3VlwiAhw6OLQkYq1m12J
pCGy4QkaRmW06yocDNKh45wG5jAJDBEWwA9CLO+PK7hy+4nQM5ex5xeX6PhnNu4LmhBUqypK
BKoSpAYdAyWVdEVViHYWHLcAWtpkmiCirWZCsQXIcMFjjLobYFOWYejk1i89KJZKIY0XRpCV
axlUQcogPSec1HaAukYNinGXg91Z5gugYHG6eISOtAIHRV1CisCxISARgRrzI3WIp4UOizKl
mLj4R+chVRwD5DU1QhiyFLdmKGKKWSApISxsCWIJSEqrCqUHdCb/AEfi9Z6U06Dm8u0Fu0dQ
F3P0i3p3GTl+mWeDnsvNGINcMpPgtkElro0WmyxKEsDGszmNgwPVpzGWMMz6mazM5gC2lYrH
qxFrZRnrRDPWlZSyITDUQDhQyFhULuqGMRpOiHW1HCrtsFLcs5/SKzldvLpCSWY5mzz/AGzj
L9HxDHWhQumqBqiLAVDIpg5yNIDCsuVDv8vr8s2tXAHR4lZ5y01QAvaKuLKU+zEjdZnHaoyW
cBGwAQxZIFhy3F+o5fozC9yBsGAmrObcmlI0ogJnO2Hk9OjinvaVYHO0MOXz/UYjzc66TkL2
oEnRB7TWbMvP6BIyHbRmM6BYRN1c7YQFJGHQmfTj1ghN5lcWM0FlWGsLLyzIWBtMt6iFsODY
PZNuyrARqoVi6OQSfl2nSPPoOk4HGDNoET5T1PnT0fS8p6wxjrIQlvOM3QHpHN53phPGn6vO
Zw0coqacBUXDVt52syNdnNelxGDQRgKblJsBpjt+Yz516RiqolQQQOiQSBsXAlpET6bzPpzV
Momw8ekKpRm836bMcHTm1nZ1ZNJzrdDByepyTJvx2bhU0EWwJueGl3PI6RYuadMOJ0DbzqIC
XDcTcpsS0zcMsWOqGXn9LMbAIQMWnKJVtozU2A00BQGwXToLOrBWSx/pvN+lJl1KFasGs00p
wKXUcjnemwCOnwVG3ABEXdgI0ZjSWejXM0NN4KN8yaA8upAslbjIxoiYcNRzQJ1ZOiObVljV
GSBvFDqMwt0kY83QEwjrIwZOljMbG5zSGVZqSthUOjb217AMj/Fne2+Y9SdC+Y80iQFY78+E
uhCIu0I6ss4WDucYSns4TA1RCxYIvp4+uJx7MorZjabUKMGMhq353mbrq0goOgY5BWvGBpDn
6Rz8ZDByLOifPYPzCorE9QiEIzQloFEw6zC0mHmb9By+hqyg53pN58ojmqICtavTgY9GMvVz
ecdrj6UBUoRSdGUaBmP21mBylmGUuzSWbUPlwfo0mMY0CiCiIaIpLxLhELp4mJPTwlyrF1Fh
JkF0yiEGkQyUelzZNgjpcXSbww5To8IdBx7FpppwncRPPm1nnobcowb1eTtH5deUPLsWV0sm
sHna8JnW2xVvcZ3EJqioemHQZYOAVIsZRmCVgW0YQCgvF0lGNxCZ0EJjvRZhDbmLOELjwA7X
FM7nMzJNOM6EdfhEbE7FFBnwnYyL1GPN12nErq4ANuXYRbcpqlmS35xKDzjTzaQ7pgKSUVGQ
9o2JDzUIVishpMeAMGWtgR0QQWIhbFCrOF4t6TEnfnMp0RodlcTO8DOvQkuzo59Us6lBRzs0
oO6o2dHh6TrDnaBLM0XdCWwQMukDno22Kfekw1tWZm3Y2XDvJrnm3nJhqLPsJrToG6crhtWJ
LIgROhQuWJOjFI3IMydOcOIYJydITnTZZlXtAwtbkOfox7jRd2camCDZGLt4k2Js1bedvKtC
g6uhWhJi9mOAxCzYtVBuyWPgw6GUwLJBGx2LUdA0MNGjM4cSjJcEOpChKxdMIzp2Uc+bBMdb
UmYNGUWtigIIkyaucI6PO6o27ymFe3acbXvYZt10SLxBOQBoTozD7yMIB0YxEiruizXRZDBs
KGtRLBlQ0acmo0uzQ3uxWdEMomyYCNjMNnRvO4aSGBBIApwigaJgXvzCFWIUAR3K0iZegFlr
csc3BBzckNSMYmxWfSXaXjRdkNFYHGlBUY9CmlIaIqMoEoQUkNCzUBcg12Z5qiwNdKMY1OgC
OApgGG1djX59AZCRYMISnUBiR1FnJxdfCclmbQDeznB1lUda8u4LJpWRD84m6gZSh2xewDHt
Wc7S6CbakVn2AYq2wy3rMWrXZlmmCc7kg0VluSwYxLB7VaSdFesyjusx7LMWltmd9ELOUEVW
SqUOEIMQ8THWujk8T1PJOGHRxi+txuga2qIzJ2YCrSY8s+w3VSBmPPZcIQbqFyoXBIhiJoPL
ZvmKDFlQs6IsgaXoQw1uzw06sJHTLn0dOsBmysbhrcQm2cdJ374281RRBrakbM5jopA3CtJO
PpyGbSl5urPqLzuI499DGXvToJlJAtgrCGCXKhYyF3UDqoWxUHxMNEigiWQ41OGFQjyQY9Qm
aLz2O05hNpDhOam6KA6DsFGro8V57NXn/QiA2ZCZn4hI8sDVkuF67YZHQDSqhNF5dA8Ks5jG
iDm24Q5RA1dF1cKkouSyqKBS4MSwCGBBtQ00QDAYux5BYa9IEvSQvkdbhgwRHUmiDLGdLldY
63SoxccIjH1MR5bL3OaZbEjoPz7jKpwGYn5hhwgaqjVo5QnV4mpIqioqXCquFUUKuoEQkFKh
KsQqGwnpMYVCEQGOfn3AsdCNbzzR57u5zhBtyiDohcozX1MlHriy7SoUF87o5Tkq6Oc4AbcR
s6PK6Yqyzj817ROLdgMTKWPidoL+iR54rAlQgRISpcIYwOxIuXAQaohVYRVYyCZZCQfQz98y
NKwIzSZA3icrD6FB5TD6HjGbpNAS21Hpt/m/RDLXAcliDk1EcrH1+WY+jjs2r2Zi9doMinJM
a39UzdUhNGTFRz16kAXUIN0SrosqsuwIbAgSjUGQMKZVhkO8zdfRoI2iCTqEz29ZDoQMejGc
jVh2GbLtzlbH9Ew9nLoDoBOcscRry1QAaFAOxPOinVBedyiKdsFawIDl0wbHaTnc3qcoEChV
XCoNB1IUwIOlQJZEAUsM61G/q59Bl0aLAGKNqlcY73N1cg6SD1nNksnO6Tjk9jlbjoqaALUC
MqGcfldPkCNWYjoHz2G0cxHfLLtOcnY0CmrL5EcDotZYXqK4no+EZKsCwOgLkLqqCsGBwYOu
WAUaTpJ6ZqfxmnZHHZRcTMen84dDlc9p2ncvcA4FmkVoGKx5z0zOL6Az01hVR55jH2IcLZqw
j73NOczYIDlJOgatAvz3ouaI0GkArIvSChANeechgUNwGEISzEowMuSGqFCtWfSa06O0czpE
g0AhYfG6qzhB1spgrdlB6nI3mp/McKQh5u3Ye2czq5MJ25wO8J0qUYlDY7kLSb+xx+oPUZmf
K0TH0+Wo9DWXSJToxDdB5QSz9AoL4JM+jMDcsG6sApAbui5UNmvP6MVvsg8z1mWaUg2SiZuf
lOjhUgazOwdAgx+N5ickjp9Tk6jbDI5vWbjHrYJh4Hp+Scx7mB6cmge3IQwzSc/D1ecM6vEa
d0+duMhahMxo4g2g6Znw93hAlVFjIVYmDcokuHqNEs0uRpIK2BqpQjmdADFzu9lOVZKFFaRu
vF0S8upJisgOiKNRu0cX0AM1WJDTyjdjqzALEB0CzbqwayzJwjm9jlmTLvyB9LlEenDn7jzw
egSZ+tSgOAaCRRg1cKlwoWASVD2T7QNZnaSMyAgZC1vUKydLMcjP1ecLG9BGE4zN1uMmLqkc
fXvwCW5gPUbPMdIq3agF62HAxenUeaDrYhW/ldA6enBtFY9uQ52XbmEkGgR1+VR6J3Js08GK
Lq6F3IWN0XKIsDAuXD16qo09FLwQtIuOwmlOVQ3KpZqxrWD0+ZsH7eY00xwgxrjRk1meXxes
4hhOEaNPO2nYXyPQGpaYXq4fSMPP7nMFdLI4flcJyUOzCdGbSRbBMl08TGKLlECJrLlQKrsG
iEZAh6PpWZpiRGjazKluQLlJSNWNBwbHVDKaENerk0ekrgMPQavKmemrz/RMPL9jwjlmhYHq
fL9g7x5chr4fT457HkAwToADSChE83v8Uytlkq4ZGiRan5yVTCltoTcgVUQN3RckPeKiA2oI
dkpIXHZgAGrLcJBlMoJA8qOgpyjBInCiZlGP5249AeLonneT7pB5v0TrOIvtWcNPW54p2Wze
WHUWY6B3K63NMdGQixIUrZhNOXUgUUIuihmuoXdEQThJIewqZDRaiJzXcsWmrBYJlvAAQqwj
UwOMsBiljaWI5IUMIqOt2+N3QhWIzBpzj1MygY9eITLsHYlpsE6G5Necx1nspWnAbufuxGlT
0iYQhkFiackuVApUCkh6g7QHnVgBzEohUYRlAc90VCcKZbgYgygNZa2QXco2Cvabet5/QdaY
iHmtZSDUKyas5KpgyrIftx7zI4xOLj6vOLQBGxBvIlwmCGJVjY7K9RUllWJBS4d3nqSMVFl2
LSjBpdVuJGCDDAPOOUFq2C5eoUjThKYnqFlGla1JNN0014tWEC1kUshEOVRsunE6nK3mjL0U
GPjdjGcQjSaNWPcDJDGrRnKILGI0JKobCg0Mkg5bFFFCKKiIVWP6CNgM0Qzq6Oo84Xb55yLP
MPJDBWR6zT0VQtNuKauHVzLYHnWRmGgNFqIBLs5r2YNhp2ZegPBkOZk6nJOZl1pFaspm+IaK
zaswuxIIChnsLDg2HCg4GCXRCQ6gRBsNTwyl6OGJ6jPyxOy7i7RKOhqPOB6lJ5UumZAYYAyi
jCzSeQgYiiWsyEwAc+hIXS5ew7GpOktkoTzerzTjZNWUCroPRkaOToExRgkNeg5kKizXZogw
00wCrlhVYh9LP0QMnUE84vo4gWLaLuwNuzjQ7t+fE9HOPrNNMhkmhIuiEsIAsbzjm5rN9ogQ
OAVTEnd6PD7JrJTCub0sRwsfZ5ZijFBSWHqwtCVSxhoISrSgq6g2SG5UsK7MXoa8Zuz7xZGw
42bdjFhqI46uzzBN0QuMABoaj0qenlMkYJzF68hQnQrLszAS4ESyN8URQlB3U5G07D8Gkatg
nJ4noPPlZdICrGy7poimLLsTKy68gUqBSoeuEgAhiRbBH9DH0AWLaYeV3uaZLcQqpDKrQRlY
VGnpcfadpYNMVFDJzOtgMtiQKXAZxOiS6GtBwtlwLagzfqw7DSJQx8X0HJOMd2ZKflDMKDWx
ZdgQWTZiJKoKVD10FgNlQFMg/oY9QJDYebUs5eilh5dgmVbrMdvAU2tB0XocZzEjDk6GEwXB
JViKW4ADkNJCZV1BrVMHa8Wo16Mmkvn9PGefy9nkDMW5JmlWMFkEmLQMXTxiLOxUKH//2gAI
AQIAAQUA/wDjQf/aAAgBAwABBQD/AONB/9oACAEBAAEFAH0EFuBZazSp21VmLCwqtLEn+v4Y
DCcKAJnEyYMtAMzAJJIZjgZzMgQklRW2QpY24U5i5E2BXYiB9gxaHLQeT7CCXbBfz7MxnJns
H8X7CVJEOxOXgJgZyNmEOYSSCWhJEAMDEFmbH9GCSdsg4GYCxBYmfKZIjZJKx1AVkVaa8Frs
LXSmUq1+zZsnJIUZdgIBHQmAADzIAjZEOSRMAQjwAxCELfxpkQYhOTmHMOTDmYEJOPCDHzgk
wfwqMZUzBwcQDMDYG3h/gzjOV1gEwckkRHhJBIOFAAGJ4YdiBmBSWFcsX/zAD29VZFXOpD3j
Z8ha6E9VBnBEZsDQtBYggOJsMAkkmemODMEwKSNQCfhPsGDGzsQS315GDMtnn/Puui/n8Jq7
/wAxaEAwfSWC65M9MJ9IzPACcjOR5AcxlOfMCE4J8hhzM+Ae4LE5wM4EGTAvmsziDAYVqR1W
Fa+RNreshBUm0dGNtqOF5VwmmzWqiKfYTEWCCAggQIcOoyteZhQWGxuUha6zChMOIGWE+83N
b0PT+R0LZqPr6PtqFZrFS8NLP08/02YABJn9hBwudSDn0CHGcaxvJh8AEjzGDNjnBAz4MTM8
wSRFAn8XyagRQQUX3GJ1sS3ICo6CM8ya1omXuzrz1fG29EjszsQqzBBUTXAAmpwowCCwFYJ1
ILoSNQocq1hUKLCMkYGcnk5EvWrkq4RXcNHNjitGey1iGstrK3iqxCpA8AHhJMwMjyf5PkAw
WwIFQHJCkAAYC7KxKTBMwARmGBsz5CasIAZ5MQqYqkQ6AdN5d6CErb2wuRXzV+dWC7WHXbYg
YjNkqpIIwpBYFSBgqfCUCgt8mZchmURzhKU9sLElxCxwmCeS96ujC2K1lVNfb22M/BSmv6fM
9LMXIXkuvpYsretCRp6YKyD7CDjzLGDEI89Jz76J7M5gYiHEUe5JIxn/ADg5HhE1JAHxCkmy
x3LEYNqhQdmc6JU+tblnt2WfyN/1qqJgrObjhq1JU4BJbNYhTE+CIbC0LiNh7Fwsdslg09aD
ycPXZzPV3V9SXCzoot5f/wBniXKX862Jf+cmvPY68v6aqOoLAgyVIgfM8mMDAaf4/wAkkAD3
HhxkExjmbLnHg/oGDjEwMBhPc5AKuJsMolrzof8A86kV5bWglaMWdrMplh/CAIRgVgZ1BLYA
syXSoAKiz/7fYAxtILHaMTg4xqVb0zVcMMlAcnGT4ePospsXk2l/IxPI6VUt3LYWAZbFU1/r
W12WgNBmU0m6yysJYMCemFtYSSMAEiEQbD/gr5r6SScExQcE6jIxgmBDERzE5LGKcNaRVqUG
056T8qdhLP8AslgVdixH88ELYgUua0JBrAJzisb3aEwhFDWsCxZmOqQEliBAoZv+8LRmXGRA
ACMEn+eifndlQ5bf1U36eD/ZXk/Mrra1hj+r+jUy2hBkV5e36eCg5Y6gEkQjwj4hfMATJEAQ
AbTJwVEIAn8GQZ9LsTyWAJzerzqDhFn2sYSYN8KATZUWZK8Leh2KlUUEsD6iRebYhEUHaIvl
qtjjQKWYAWEggHOcAnxcg/IwuETYIMbAjMUYmIPITCPOW5qrK+TmttbULVYxusryMgHorqvp
p5levno567e0GyaGWctlY1MJwFhYk/8AYMuQRiY8zsD/AFULROdmb6q64LEA+ww2OYA7HUBv
iAD6oJmsqyzswC2O32MSVprJiVLDUpYlY+AwG0BAPSVFdAFddjkq7AT+FmYzBC/xVAUH0kLt
6IqeezU5xgDOFHgJU8ncaLEerprstatq9sdtv0KL7WN3a1h5qmsnLTRTUtfOhu5qujpb8rhd
j+PwCdv4bLNHRgmJ7GDGClsrzeikLCgxjBCblKhAQpLLNmBwSInjfyM0XY22qxi1NlVANZXC
/MmzE3dphQwHuCR1Lmf9U2zGBKsGyAcFSSqfKzGcQj5EZPhAIh1gzMif4JOMZPJ1X8zcvXV1
12WV0V/pdL22tSUHD+fXZLeWgTndhYQdiQttDtYCJtidfFzdadfFZy2BUIA1GQIc5LeCzIOx
YEwZgUmGloGrgInmNiSHJnuQWFlTqYmC9hwzOZTTZ9a07RU1m+z1+RlYGwbW3PmKFC22OYlZ
MKnJX2ta9jXksqA6nYwg4IExM6lmGdgf+ABkY2pdTzutl1n0u7n8/r6bufnTnr6LMkoV6LEC
xa/v6lAAM6bhVV/vur2VJ28ttT1OVhUf8HGT/QPcYLWjBvsVS7EnJNazHwAOEHuBlOVCOirV
ObnL1pXh7OYo5VAmCQ1dtjCutVJGbLdWJyFQQ1T6xAnrV4lntdJVUZgwOVRXZ4FbJX3+QsAF
YxcFtRA09xy1WXWMqhhWqjW4RckWE4akvEoUjowVp5a6mz5U+w/SUtzs+h/G6A6ddNVy289l
TGp8Gplhq8bOWzllwDrjJnsAxFJibFUrdoVwSQCAuvawduahK662pV2Y3dDKWYDWM5SF/PsO
HsZitZi07AhVU2KYWcxlYn5WvpgaDGSZqAuzYaMQAxGqEQn3IAAzKqd5+bxpRz9VRFtdqsMz
IwVDHMU+32kXlt1UkSttbrk+yvpBS38y9quohWGlc6GVaufjSmfo8TutvB011aggg4bMI9/w
AQK1JnLUtjdjGmW3NZPrGSqZNBr6A768+5HPSodcgu5MsHxw2AEn0swCisWWvj/sAhJalQLE
ZJTyBUaoR0IhrMIWZ1DOSH2jMJuSPkYKXic2T+bxh2C4DqpgpqR3sRT4wNiqP/V2rTEteo9A
RQtyORZ0FTX1oy/u84DV2FX5LPt572+tAzWEPSW6LAlas7Syjitd/wA2sF6QC9ZWBTAJ+WhP
T+j0FOmzrttatWurBiEVuHW69qUsjIldSMmr2iBsl3VSz7RbKxL7jbf8jLP6KrBNTmutVlRr
exuhTHty2RghdLLVSNacmwmasWFLGCgAKBExqMu/BzCmqOPArGMqfXu1LBaxG/Q/PqHV/wD6
JMcX3dfFzHYOCR0cy3A8z1C4f7fIfD+BeG5XqF06CoNFZ2rTd+gIjPYxuo/Kcnr/ACxm3827
Wzmas8qB7QyEIvGZ08FKzcCst8+u4ivkYmu28l+uxhTRY6g/9bLtIgZmKwU6rzqzW+61sogx
qWV2vsbI1rU2KCWyoc4vuaEWkLWSfpAg1UjAHxBJwQwz+XzjRcCZmJ/IRkd9DW8z8XWGp/D7
bCn5/wCZyjm/Yqs6FGth/nT0iuz/AGia2tFj/o0PzdP4vS9XQl4dPCSp1OqHstAf83mUKlgW
fYjB0qcFaQi1UO3Y6oDUtjpsq2umwMs6g5/2wK/s6Ddd0WMeeusq+yKlTMy1wLg9D4r4qsKa
1KvzIC1zKr9H1pWxZhZ4GqhdmLYRWcLNsRdhNgYT6hIi7Eg+qTPzV15VsVwcxbFJ/wCeioFe
kfrWPV+H2Otb/nfnrTb9lGcrbzNkKqBEK3fqVPZ0rilq/wBa4If0+qwm61iVySuJXbYkF9on
+5eor7slrCzN2UcyX9adIVq2Fzj63AwhBlJ2v6g4XnoqdUrFnQtaJHQkBGBIbCkue44HOpHP
D6LbRWtmL7QU0ZkEDkw5MZfPlhmxF9mvhX1K3grvrrIpWtQC/McUMpyOkEVsS4YH/jaXsVUs
xrFH6fW6fiU0Tlu570LAL9DO1lvNzjo/SLjosZmKKwStcgDXKGAgqxGFxgHWMdooCxOkqO3a
5ue16Wa7EFrlmYEV4DcK6zscO2Pp5fzqiWUgwsMEnLTDAa/ZcSFBbM+QPS1YmiAAkE6qQRlS
CCqxwBD5AuZrgqVQ/wCzdLLrmBUKK/Tzrip8gvWBZTb83YrA2wMMtq2H6PH3tVX+b+jcabuT
89U6qrObp/UseEkw5w4GBqVZiLFIaZVTlYzKBkQfKf52YEnIvyprcFWDBSSJ5hT/AOnP8a6V
+zp72C08a4rTOAMhR5qAesH6+KrDEDLlZdaVC1MbmpyTScfXBWchQTYCsOCTWCopcA0vhaxh
rCkYs5Yyhcyo/BypjAEJYyFXDVcuWRgBAIYPJ+jxXdVf+hRxi292mcknMZoEZoAY6+teVQXZ
CvmXOoBtjWkROlgKrftmTL/kEDbVgBLKAqqARkfYtrLRwEztAe2oaVoczUZziO2J1WMRSWWn
GyGktLeNWJpGlnLhDzHP1ZCIWYoA1oBbBifGHqREbqrKt1rqGGM4LZI5aGeJ9hIT2/pp5y3U
9x5TZaVCqCAYRiE5jsFHZ2imouWO2WLAmtGecf5IaU83PVP0ahX1OAZbzeGrCgtlWWxTgE+k
DB4NghAA6TqagQUYYVxLFGZcmtVKBKyPs6UrWIoALATJaBZ0AW2V86MqoAWyBsghwVsKmKAz
BVJFKqvQpKsmZajKmwWOxySTBkykCwOoAVCzcPNWlL2KhfpUL2Xu9vFZZ9gT66a7rq6+furc
Phhnzu6VoqstaxmByMbc/Lb0W0pRUquSGn6NP21kETkSixL0UMyYenILprMepRsBz/VxZMvG
zsxWK+RvibzUCW/+nQCNeRC19dJALaDO8BxArtKalgdQr9IDtazAOFlVuZYzB1tClihBKkPs
UZgTc+5b+rkxVIK4JyDCPKwNuHoYpYjuqcRc9/4ln3/m/lWUP02AG9gZYCLOa13ptZa0ute+
0iZzODgs6HFa1VFtSnTarf7alLKmvr1cNW31tYfsPUuIhCm3UhRsedXutvLpLCHBYKCQR9rC
K+0QkFWAFNZ++0AV8dYrr+0MHGIpBJAWX2nUu5Qlmg2ufJgyJU4l975rZga7iCt3xNojHLWZ
18AKjABi1rjXWN8ileZw861VOtah+xnt50vNvUthK/WztSRYBonN+zxLP0+tGr/ywM4+b/Yu
rpWmvoYAPW1wsd+EX/oFrK/0QUYMSX8qzL1JUDAs+SVVu0rrPJXdYVl9xw7tNgIpEVgCvzHO
ASjXB6TY9mogGIQCF0Uu4jojMQ4LGxWwNcefW2CMC9X2ViZmrXCxyodW9tAB+sGamKuISAqI
WXUg1kB6Gb6uu3Cfm8wChlAS9Xjc6lbX+tP0f0FsD1paqJZVBkxQXb87lWmns/Sq1r/Zsrts
/eJnR2222s+TU+WodXTpr+u1X1scZT6XYVJlOSlak6Wa2XM+zsWJOJ6YvyJr1KMVZMbLyAxa
2s6S2AcGM2Z8odCSMB8xFcqAMLU00NjnmG1nLsp5rFJoafTbWGViVA2c4YPibIS7EhUOK/gp
YGI2Dx9jg28qkL03c7m85uZnNvXeos61Zzwc/bT08l3LfzPY7aysaOnfvV2dGrMQYPBkYB1W
snPOxzfctjNszlREVgVGGc7S19jax21bIoLH6RhKkQMMxz5RZsbGVaOBc0kiAEgCBcwKqg0g
lOZFjfWgRUYjCrlcs5EdHddWDJVcjH7Gj6GW01qPrDE1NGqcOQYi5jAgaHCkZSwB+Hs3PUlT
LYGy5+pWfaIqY476jLxu5ysLGWdFVcF9dqW0myPyOEZSAT4MEJiVFdcglrnWVqXrAO2CYfmH
byxgArrhXBgGAIxzGzincW3GpKqEApYLAuSzGA2bDUQFKxsSraEKFAIyQs0BODm01qxtqjM0
tKhgCY9JyjJo2DHBDBvAQIFBDJgnGVsCFnLxmsMWtiLKsJYHrHIbHvekBxkv2Xsk2JNfU1df
N0IWFjFv9Xnva78yrSzltrlYIKIpW9FrrKl5SlyVqhLOqiGPgF/7j2qvAyML/wBXYCM7Smv7
JdzixiVAdvHvZUVXafYil3KpX2HUEEtbazG3oANtpgscrsYPI9asXwAymNSoRAssVAn1nJ+J
t2JQmJEGAiLhudSTSwZ1MLMCHID2Ar15+r884ta52dMrOm0tZkmfETfU0dGJUcxi4LWAqvOi
BANkoqsFtyhkZiWciXsXFgcL0eELtKq1UaNqzkRWtaCh2I5U31VAz4ll8d3aKFaGytTVdV9d
jBjqMgWEqxWCtyUQgge+QiMpMbdY2xmQD8mlijUsubVGDUHn+vahU+JkBXQFrEYOymM2JkEp
WgV9QO5tpybK1b/F2C1mzJPpRgzanKvqKep0C9O5AYzDMa682MPQm5PNoc0gOyh7slauW7pa
3ku5pTUrELq12hK2mO6xFIP2VmNY8wc9HWtQa9rXQJnOpTLtWgyNDEYGbCErPTDmAGeiMASa
1MFVeRWsZYcFsLLEUhGOjUhi9WB6GychvQWhBBViHscCO5ZuQwkqbGBpK4muJkmCACKADVay
uvQ7RWJleNHfUf7YcMcsxluQ5OVpDpZdc7IbsN9oJ3XDXehcsCCACHscJLuzZ2uLtUT9lQdr
K6kK/W+K2IVAFiYDeQE4Crg4wIR4R5kQuFiN4cR6wYyDVwdlZgcgQIXNvLrDyMQnKBHqxDR4
1Fim5wASNuZc1phpamayRG/v8KISzU6haySEUH5LKs7JnTrz9dD/ABz4FxLsaIxFZcZs6VdW
PrazK6klRsSBYcq+Z09bWwEKDgKgO1XwPO+sX/pjK6lQiNjXBxgfyZmD/wAMfNfCBFHjK0Ow
mLGiqca5HwZdisN7NDcxltpY/ayw3NgOxnSfCQJyEaoAI5wj7B8nK7MaaSJXzWPKfy7CLfzy
sXj5yrgq1F1mbwWFDDUNAY7mxujxXtZoNgSzGAxWGWYZAnoiKSzYBOCSxESwqqW2iUPFJi2q
QjglbQCtwJDAwFMGwZ+0RiMZhnmRgAgkNoASFLIjgVI0NVQjoqjKqbCuXGQysJqYQ06/G/xw
oCjMI/RtOfjtvsf8F61b8uusCgJEZlBscmz1W6bEVG2QuUbGwurbKWuC9ljimplPWvwKATUM
AqgjOQCRlphsYzEY4sOSfYzeIVIrVjEGoqZyVtrEqAyK2yHTVnfP2qY9qifaDFuyfsGNsQHM
xMZmqRvJ8gRuscZjhlZrgwPsbKlWXBXJ+rI6qma2rlZ4la0i+h7QOcVpzoa41h1quBstu2c2
KqnpAjdJMwCy26rhbIpWsK+SDWJughurUZ+wvXq1POMWimMIAckYi6iKFmPWwWHgOREzEbUo
RoD8FUswtZFXoOxthfINiqyuDA+TW2SlqmYgOBuBDZmE5BVTPo9NDQ1xlTWymrD1lCW9N9YJ
ubBteeGG1pscPauC3xN9qg23ORWFm5Ae1mgLZ1wUPwIIbnVsmsGXBgS1ua+ZrFbnVVUsT0oQ
azijJyygDC4H8KjJGsQAsxyzAGMfRkQN5WxARtV+7aLbAYfJVsFsQsB4tbGDACkxbPQ5DezU
rAoxjA2OWMcjDIwjYhHnc7KqW5mxEe2ILmgdVj9SiIv2IMKSEIyVctmWEAf2YE19RotYZqal
WakHoADFVlG2hrJmPLqT9bqUUPiZgxB6y1oQ9UqT1jP7G9CsMBtYjZGSQAcg+IxinMSb1sqp
lT9mK0d4FOf8VHZVBWD5DEE1UnSfSsapWFtFZD8wQ93KbK9LhK+PqtjfnpzpffYSQ2W8PFcE
e1fKSCeiptyCRbttjMHkxAMNzoTDhIUdp/qqD9XMsBoUvfzgt104PUhU2o0zSx1pMFVZJqGF
Rp9bGaAF1GMmMCQMwKYApALCJYSAC0QeUqGepNa15yyfSUcVECpAIaazGo1CJ81UgZIgYxcm
HIn2GN0efZkDBL1CWVpDSm3gPcSFvqcxwcnIZXKOly2onhcKyMWRrCDMjKkQZirl6yFD2hTZ
+hcZbffZMCHGPhjWHBh2EyxB2iM0FjiC9lH+y8r62hYGPkEHA/sC4gBgzlBCDrVh3rFFVisH
IfMFaE6azXDtYNmYMCCAFbX44BBIxDhoR4wJiKZsVOWIIJn1sxakAdHOWPTysjW8TR69YQDO
ExlClGIl67BvG9JBwGsOvOoEBEvIaFiCGzArTAgCmEMAXBm4mcH1ouAC8DEgCDAYxxkqTkxS
MKDrmVqCEbAr1EpbLUHR1s+YcwWHCWsp+1ACykhgT9mJgEGr0DEB9b+qRlvYWAK2oIzqYHXO
UBt6UEa3mlzq86mfJBI5mJWo7oRgqTOinABwwbMqUua01V30V7Dm1iGGWQMwmzzZoWabTYgB
sjfIDNgs0D+LcDA6bNjZzmBcTyLgMCYo9XIKnEYgEWKJ92rC9NfsDrVcykVEEXPA2Q99XPH/
AE+ZZ0/pWEV/sWqy/slnXv5HC21uABnX45TIbVhYTCig2BxHysv6Syu2Ba32QjArXVa7Qh8a
EkRXDLbQIaXWc1LLDkHot1Fau06Bh0wQZhhMtgAYI928ImDhT6f7qonsVWBbAgbMOZhjK8z/
ACB4pzFYAnDFRtM6lLEAamtgtNixHswjWCXOldNtz3WO7iM5ae7BQVW0CC91n5/Qisj+Pzxw
6wBlK2uR03uiHrAn3qUtddD7EQl9fNcSlypb0Z1isDCoJLAradVY+1WHPUuUX4nPuBjAxgCH
M+QmcENmf2f0k+ZzKwSSRlj8h4FGIjYIJztgMcEMQA5M3JIAhCkLYu32sY1gIpsIX9Tpyq/E
kjJDKcetawhfJGS4e0Dj7uusc9ltldgDA7iMonaCaLLGwLGH/BlFSMhQRlmAsW0iNtK98lhh
SAXUOrcjxOexDYMz0HGZjzM2M2ySAYNQDPSCczExgrkRnxNwYuYjDKMMq0X0EEnBisBP4B7H
TMFZDYOFrYyljXOpjbcMsSVB+MJWFi0T/rXgmjmPQPz+BqCQTPrJGuS1KmdXO4q6ufRihUKT
APlRrCvhQmFMFkEUmfbllAjHULYc1dCiCyl5bTSVtXS3YiMSIpIh9JXBPoGYfJ/QBmZ+QzE/
r/wf0g5UfEYWDVlDYn9h/wCyE7YMVGYquApCn7lYaDPWjJzttkuVhfELfItksBnAErJ35Kwb
KgqoVJik4YbQVgTsVtrgmbayrE6kAkcmc/U0sDZJJjVF10YNUmSzeqQSyiMSo+5ot7GXb5TB
GPlkqcGEe7Ygxggk4zBkzAxqcJ4Tkxf7nM+WQxyvkzAcAkgg4iMDN8BVzFopJTnwSaq1a2tq
XAAYZhGF/kHyDYwBk01KTxfTT0qARnEAAmSTY+ivfqLay7W81bLdWViMA1BC2aMws2lD89TW
W1sqobWCfWlrkQlyVucR7gR4QnOznqpKp6C4Iihp/VK+EH/jyBfFxMLlVIiqScCNiYACgGA5
ikxMY2GQfdikqBc11ahee1QObB2opSs/fYtSkdP5oUdPG9QOTDF0AcsJTW1jmk1C5iLOAOvM
swpmGEsJnQKgjF0FtQKWVW2FkKmljihyFt+TEAHJMpQVpccG7JjfWXMA95ecsycxB7KQKHX0
kQ5E/oz4PAP7meEAYgGZg4QEE/3XAODE8nggMXAHhYLiYBNSzkVw+7MQghp5MijlAFXKsK0k
W8ddq9H5Qz0fnWVqQQVqe08iJRC72W2HYcPTXbTnAm2RZYqy5R9j0o1VzWvLLAi2oltasamr
ursUiMPeaosWUKGfd+kARv4oJPNxMZXz6HcVr1dSPUQ0OZ7M5JmfdcHYiZxMgxSCFb1MZbEI
G2o2BAmAYq5PxJAAK+RVOvLTba9PJXTW4yV1i0bRaqlDBANqzMqJ0kMnUlCF0Z7EpWuoFSVQ
AWDYflthgQP+XsYNYwUV2/WdlaW0Ws96WVFFFsqDbuoRcbMuFHRbhUUg3ElvrexubhCADQ3d
KU10dljWhHR+vJu/sOBP4MkwYMzCckT+Nlshop+Rn9mRMAwbmY8GZ6TXXs3N+YsICCssz2KM
eKdneaOQEGBgC1lrV+gkd9v2W00VNyqRi7O1TGc/ILhxh67iczJmST9z1my3413WVjpuIFX6
PQg/2A7Fg601uxYMFYmC5dRsxY5n0FzRzipfiptsSmvazotSotChd+vnCVsfW2MwZgiEkTCk
D+AQ5wP6NTFADEaltTFM+OAuZ/CgJPLwvdKOZEIrioBAcMQCPrQRgoWp1c7JGbEGzjq4msF1
b1WU2fDoUbqj228/42Gppqpi01CzE2wPuWXnNp6/rb/ZBY27lOZboPz7WNqtU3LaxCWsa7Ky
5bnUFjK62sK1LWoyz2WV86O7dFiLgVH6yo51Pbc1iPklhmDwf0ERiSV+InhH+ATFHrj0DJGc
4MQMQB7xcCqSaqVN9pPPz2lmIEDrlrVVKepL67rf/MXhJTaVji9rPuuRlvcM6VdVb0vUUc44
OatKjqDqc5YRG2VjtApz1ZPR1D5bDal2UnXVenEZagNaSOOpTQ9TMbyVFddljKi1qQzPZbVz
VWPZ0WJWdfrFasxIGYKDWlyakA49EwYC2WMGMAQmAeKVEBJLnBUMsysX/quVnGm9i2HFfMpA
oRRkkOoaNWwL+pydYpuuIFNzn6OAfZVbYta9DEkVq8HGVNqVXBqhW3512GYDJAwxYwOYqkwg
gORY15LP7ARFvsE3Ga+mys12FrPz7WMuZRBzI7FAgUMGuuTlQ79D11+gBAzEwITOWjazsuVF
6EcPn5OATjEzCWMx43gBImwM1zEyC2omRjwxQAUBzxc1pFSJWovoULYtkY6Q9/MYt6MNlI/Q
oNV3L2vbX0Mdfy7taQdrLNmavamFmwMspVFmtamjqrtTRoS2bAQK1Urcv/ncNZfx21xedhOL
mp6Jd+Uayv5iar+dq3+noaTXWQgeKGiUe3I1NbFuh6Edh8awWJIUkV1lzbaK684nWv2UkfJv
7iHGSIME5UEnWAmBoDk4BOGxggomTycYtb/ZTFnSWNNaoFtsC/VfcO/ks5rFvZYvdYsv6EuQ
MQTaSn5dwFlthSJY4iK72/oOa6OW3FfT0PY52zxE2XEEKEOTqVpOJhSLNR09nOPsttpVKXNV
9V6WwEwgMWHgQiN1NQ/NfXYA2I1m4s/Ow5xVTkmCvxVaxndawAwFYFlt9YNdyFT/APU5J/kJ
JmCCQxBE9wuGAcKWDGf4AnNQ1jdFqqFHT0NzfluSnGigGmoN0MRcUsXo5lQtWTCzCM3yDAjm
s+q5QcC5sq5Svuu+dN1ipRQrxvynVRyX1P8AdWQjKxdY5KMrAqq1Mwpex7+N0RmUnnDbAET4
4t/i7y+utiHal6u0WpuFGGhKOzhQVWy17CtSf9Yu1rV86ob7kQ9I/wDT+EnaEeN/fcZzBqSw
G2dYpwQCYpGQ3yre5l5fyLGPPzc9Ie5ELdKZNoJLVkm2qO1bm/kFgHO2X5qK1YKYBgpczVi1
lu+0huxi3TQ/2V8jFWD2WV9P6VNT2/rWkp33b0Wi2h0DCknRwVss/Tr506f0L+gk+/n/AGLY
LSGGzhEULazXMEGOtQZz2uk57BYquCevjFgpbd8ipHbUM7E86kV9XaOZWuexnYuobEZgXJ8L
YLCANAcTwkgEj/s7BW4uP70q/PqUU0JWMqpttXYvUCL8D77TA1hFiZj28lYu/TQS3sssmzGB
kK/EyvIN5G6asbG2s5TiU/BqbXNf08js3HxuLfy1D8wH0uCGB1fvpYi2p9q6gSOY7VsRK9gA
4AALKqz6yE6guwZgab3Rqb1Zarcv1cNVyBnFltbk8/K7t19yUK95dq0y/wBRCMQCMNCPD8gf
IMEkkDJIMT+01m+6lEprT5KMYx4y7EqJogYEg2NYVvW8M+SWqYR1ZSpbK+gYxn2/+VW6If8A
tQRuTg83R9ZJrdauhCWVWUIHsSwtP6OjOvTXhkUBiRFZiwXWDpTO9rwIKVewmOgIsASwYzTe
qMLQZV0nF9H2KgZK+z9FkV7WdqwWnLyiW1qBahSw4wGwvsPoBAhAx/kwYz+byitGc22ANK0A
BVcBVzr49deetiEam8xOKxlu52pcBSodwSMlSwBcGc9ZadPPslZwGO0TINTBw7ATjvLK/Poy
O8w4lrgrU6utql0vUMjLibID9h1Ri0RVULeqT7C7YwWInSurEZFzYNFzKOa9WNVwE6SbZ0Kw
sShnnLyERa1VOgpUnWQxSxMbiNkzJh/mRMbAeQsc3OEWisgNYIStdf8AsknZo2ZZYqh2FhxU
kfoYjpDMlnKyKiukNuQxJlSsWRvrBvBD15LprB/KHKxgHWi16LqO02KHr1UGw2JVWh7OCqc3
erywjFnkJaf0EssQ7StRlK8EUkxkGOqsliCsuGDWuVVnrNF62iuwKvRzJcKuIq2iIvR0pSOr
rse3OatssT6cEeGAeFjgYIfJiDZlU2PbaEWhVQWdEX4x7mRX7clC7Fv6z6zYk9D9G9pLM22x
GYqElQohyQM5VmwtC3Nfy2VvUcnzW0gHk6Qj87/YSoE6ae7utX8FFFXFy0Czl+yWcPaDbuhF
nyLgxXxKca1NDjD4l+Clvpu9FRySrCV2tW3PetqUuCbGJnV1fSl973ORk+iE4mDCuFDZhBMC
+ALGXMRMlNKawN3dyTWm7Xlals+y6LzERk0VNnjcLNY1L1q9izqo0Fi4gU5rr2P+u5P+tqK6
KotaAeKV/vR+ci14Ci3+kgHn67K5zd+V3s2SwGfIxXRJ/sPYbOHotN34nQpu/P6a0Hk531FT
jbOFcS3AhXZbQClXjHMZPjVc9TJ2jVv00VLehrnOQQYcEPkRB8QQJ/n4ks2JglSBB/SW6Lbb
tmqrZiqhFNaszWbRmDFaUUWWYU9VSy+12bdVH+25W6tHOvtNSCvABr+p0dCpU+lBlV95/U6e
VLJ08bVNqyisjIZg9XVarc3Tc9lV9arV9ndaz00y3sCyrqZ7rCwHR+bydDXc9tLUBpQ3wKjN
igS4lHOIfG9nmzoTCSGBnmDiAeYEK4VWGTkTEC4jMAf8jwIRt13/AFpyVkCgDBIQOxE1sthC
1izp1dzbYdXrD9drM96iPeQWctFGRX1aobkIquChF3DUukA9BXFLCOoMtqWxevheo4AIbMXy
UWBJd1ATjtrpo6Eaxqx9a/oWPxzh76umvrqID29F5rABU6kWODf/ADpVoY/jVtlTnJOBYcsg
VQ6jI8hyCh8cNqqmZJgBEK5OPjiEnKjDV1tbZTWTFwiqGIAAlhJVrWY/UqG7qVJd0WWMbHAD
CbZK+Q2ZGxm5MW+xRX125XrsZUNdlWvlRxP6NRg1Iy9vC1Rf4MMvLbxWm7lvx1To5svVd0EY
/Ro+7l4Lmp6RrfS6uj3LowbIChgrBp2VYH+bFJlagIcYOZZ/2qb42a6gAQkxT6I4GRgz+TXM
GYAcEHCgs1FIw7hArgRHYwsDLgWjHWX3CtL+jYglifYAYUwFqct9bQVoB/4qosEFxyXcnLgL
Z9YPbYJX+g8//qvjl/URw312V/qcYWElXcHIn5NllT9V9f12fpboO9jU3/5OD9EVLdattvhW
lhW1lkDvm2sPW9ZEKLqAcH+4lynNX8sUFD8oQSR6BnLfwYEOZ7ATNcwhlCZljkBYbS4x8WuS
sMzWm21UHT0bx2mxigkKMRDku2q7fJPYAZqxKI2fFUsN1R3H+o5P0V1wU0swStE/PcPzPQHX
9L881TGTw/mW9DjlrSk/nO7Wct1YWrpQXUlH+zESzKpb7aFdEs2SrDuw+FwIdlBOASVGfBOl
QEpIyxwhAEMUqISMNjC4EJyf8ZOPkIQDE9awYDPswCgG0xkybLCDfc2XYMPBNPFC4QGHVC9p
LDAKV5ANaDfIYkRFYz60ypIGWJfRmGqsrg1/jW5FljC96EsU8fPB8QXRK0YNA+69ACy84m4Y
ISJ9us5h7YirYiBRny1fkwGxUYsbVKm3RwCiErYxJXGYcsQABqJjxvGOcjGABkDwkRRlrCXY
gCfeu2RHOB0X6m2wmYhX0ZECZmpEufZlAyAIXGQCxbBKKuxI13Ov3ND0NlmJB/n2MR+MSt/Y
mVVgUd1WO6rXVat1l9itWGGOx8M7bKVxCGIrHqkwKLK6WJAHxtGLLVGVcGXp8Od8k4hOHGCG
+LGDyegKpMsUhiPB5MEgDIwYv/a61ELWW3stSqrtqL7wJdbkBlmzEgKIoyBkC2/ZmIM2Ag8i
AZ39UKI4+Wzgl2MzhXJIESlmUMJ+PyszNhl5GDI7VW3X1Gw10Lu2DGb62ssW4NZktK/QREJA
pcGXKwNTl16Acvca3DebB0qBW33Dgh9DpYnrL6S0A9BbNwG/x31Uk4EXM8JUAz6BtYQp3yLr
dV6LWYlsw7ZQEtnxE2bpsCgZE2zABBghVAIODYxCn+H+5GB7FHuZXegSsO7c/SaJz9AtN19X
NZRXGvbexwDY7NGY2L9nt/xZB/5DKt7F3zUcP5mkmm2+vZeinda3xK3Ba3y3+rchL1+y5cEr
tMHH+VbMtUGr0E+HURf4QIpGzMAC4lvUoNlxMcqYSNkBLCsQKI7fUrAvPraLSxC8thi8tph5
LljggrjVgADknWfWQWOASNa0LitdVJ857emXUki7q3WrZa2abARHX7blXa5dkocCYAKETYA0
NgsPLK/sStxYr7UdPZR9VoYqbCSvOwKkRQNrMmEHYHMyM4GMtp7jYQt5nBxkA+XdIl15aGwM
Gb5HAgBwAqkDEzha0NjLUoAQTAEwM6id3UGYZJBIDZlf/bXBsySxBlYLSqv64fSgGKPB1dBc
8HydrMm1xsxOW8DtmZJhBRw2QEOAkpyppyyqntyfVZ0ULfT07hcEHLacpmMBcRlXNgJhxPIG
IJAIJhzP8Ewk6oxJufJJXJIycCKfayAAq5Ugg5LUoEr/ALDmBGBcqht6mc4GUXzBiqc6IquY
9mYqEtTTqCTmuomOaKUDu7VcpyMVXPnVz6x9UkzzYGWE4rszFtCxvkFGZQ2sQZF6K60swH6i
rLkEPq87FYrKykan1ltA29M/kPsyQHBBAIn/ANszIErwGfIY/wBycrkhYvk+JJJE5/k6oCRV
mClmYUuH6aRYy8YNlv5V9a/WUnxArrBLhhLbGSEktx1qsRdi9gUgMGRPamP2Kcp05BS7KWCX
MRFZljMpDei0HWrLPtg0v8echmCIDUp1sU5vUid7K1LD1h6CRKnACnwGWIAWYCAGDJjbBWJM
Ps/sI8C5irhnOTg4xlipCkYmvxVfljM569UrXJqAVz3AMKPsFFNRX9GmtgL71TpG0BYQMgH3
MBbgtpOZB9Np99yQBAfln2m67FucV2YS2zYEmewMBA2wI8AZXGSaFIKDMrsBWh1lnpsVSelD
q6h1KrqAYjhGR4BmWgSxTn+BcYIwLfFOM5UEAmDAIIJeAiegM/g9CtiNgStfkq5UMFWy+zof
mU0KbXKn9Dt43P6SOa7KbpY9DP8A6gKvS6qAWDqQaa2Y1jRbaytjKCWYCajBXAV9ZY2VYgQu
pjHJGGhSD4GzwnaVNluchyiiJWNa10Yn5WDE7F+LDEYtCQSQSa7CCrqS6kywLH1DAqYQFnQQ
a9iSCDBFKgIcEjEHsHhIzBnA+M/q8tZJrHv6jn6UZ1V9g3N1WqLbHdqO5qo19RsWrmsP/wDP
yT+RzbW/i1FbvyupLBStSnBNmfrJmIRiB4pYhrCVscwk521lZmI4Ib0wp8nyk57gHRlcU6iE
ARtgHJU36CWHVnGIu2P6TjKkRcOti5Qr7lScbQ15osGpz4DkL4QclvSoOGGBrkqqmH+1iUoQ
qJO2vMK4LnErcgn1iMRSQK+x1ifqUiD9PiIX9BDE/QtEsFbGxCZSuRYupMbBAPhOAGIa05YO
SQwMrGIcGEhl9UsAA1e8oIB5blKKVKrYMZTDqGW1V26aG3tWLkTOYJ6ZVaEclc3AQArN/ftJ
VxkEsYsyMgjDgZMA80O2cRdieakCV15lafNq0Mu4zixGwnyIXAf+LhZ/9dm1+wahgJXfYWp6
Nwo2ijS65fkajgnBz4SsOMWf9V2ilgVYgrb8EfIIXDf0+wArZznC0sLKqwBMiEqJ0VjfoQEW
KJaFB/pGJ5DBYdbLSZtDWcge2riZGRjIHv8AmwCf0AYm5Exk0U4NKAitBgL/AO1tYA6Bq9lV
dgr461lnO2HUhcjBYwtMYADQK2aSQa6w/P0LozrvLKx9doYFiMFQQfIwyGGG+WSTnzFZIi+q
UGWxCBryt8aSBYWIVrRr5vdRsvQp0vs/9WUEMhBBM9mDnUmfViDOdvkM5t2Kn+hRjXAAYFix
dFsJ/wBa4RedpXzYOADUoMqQEWALZcoI61OucBXXXAMs50It53RmJBAEOoB2J1nJyXXWLUBT
11j6ApcFWJ6UAJOQoBhGDgy1csfAP4AZtKrRqXhKtFBlBxcC4assa1Y4AGmxD3Ai3qUpZXrL
MlfTCSYM5ULH+UIOR/QAYQdGBE2ICkmb+189KvYlYtdBqFjxQCa1Ilf86P4w2F9Z1YFWVWJD
EEEEWqrD6K2Lcywc3icfORXwcjDl+ulA2Vsr2FIxXYpK9CbCxWUKxJBBLmWLmeAHOSWM/wAK
dT48YHKiasVXDU0soNPrJnFuwXppFlXXWtkXIhU4dAGBOcnbZTCpIG6tnwHEPoO22QG21IbL
BvnZkWEfBSSbAAK/IjYlQGvQc1K2UdczooGawFNnOTGUoS3j/EkZBHyP8V9TQ+GoJZS3lYxa
2CcidPhB9YgHOSwyMAMWJJ/pDZCDCAAMgaVysDNRNb1uAtPjDIYrLajWvTVrLUKurGWIRMZP
yAXJmMkj0hcKPD/1Yrn451ij5FtXfLQ5K1nVrh86gSawSyn49DD6qG/8jkm+vZCpDIPLK0dT
Swj1A1gYh8gXwoBArbcudAZcCnS6jLYV+pcA+EEAEEx9RHUYB8bACj1fSQYGyFOGBGXOW/oq
c/VuxU2bK/yTqqJXprG6NhiFZbUCsPYQNgMiwfLZoBkN6M5hUhcFmAAJUtFU4A+dYAe9ctWC
TQuIpwLV2r5wv1kGOpIeoAs9i2eNGzh86qhZHrjKcakikNOdiV/z1A/UDtXemZYWKuMxcz5Z
CkqyEKqNPrImuIo9xGgBwMwAslDNiogGqwsK8lbPkrljOmgsGqwUl9eZhmgB2UYDoMAERAzQ
+Fgd9CZhiAPl/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/ADQf/9oACAEBAQY/AFDb5HCt5jvF0PbZ
z4Hc3K8SjbZSeRVqQ5lZR5yOvxJloi/Uf5ZILuSfqKu9iMkT5XElMvI03U7nLEuRaJ0Vy7jk
nuoSmeBCZKboS7WFDdS8wx1gvXEH1XJe0RgrtXoelyzlLqQne8kp16NkN+YsH9xMzGSWy9PE
ptTLIx41FmbE0rhEz8GXnmtTrgopZLvxJe1CkWtYpTpgmfJEZm5D5H8h1nbFRR6qS0iNdX5l
fSxsfa7ZZWUsEol0J5LUm5RwJrNDwPHg58SXfgeJ8iFUaangSmIVia7QqE7ZJ+QlrTkpDU3k
6EfkdPyKfH/7EvGSl78ENUJ54LQsNFKzjn8K2RRJTVyReRKJmxEUWB0lR8yGodhzR4VkVVDh
dCyiSGknhiTvio4VMwW8aEqhMV5IduSqtkooRKUtWFKiMFHD4FWCdnSZHukkllkTnCI9twnd
F5fGDWXbgSTjqNqNhpilUOeCW4O05PDglFT1HcrkuvQ8OCriRKhZzl4/wiafiiqfxEkrCmJI
d1z/APUTXqY+/wD09VX1XY9d9dkk/rn1MXu+zs/c9p3/AHkUX/IbV18SqS/OpaPF0OnR5Eol
v4FPNlbZQnaCYlckREcshquK/wDUQ2p6lSX5nXhnW41Y6Z5O63QmrnA4Uk1atTBSG8son+ZC
vyV80UfxYo9T5Lpj7nR2HqrOxDwpoQ6Mm7tItXZXgan0rA9k65kXbX5HdtV4JznoRzYb2rw2
R8YKV8BpC44JirKkikpZkKG/2EO15HmME/EaS8ydUm2PTSO66TZpt7kLXVy0nLG9o7sHraja
yTk2XuOdWhrX3NtVhHYn3JqU7OP4jnoepQJq3QmLFVcpToWqzhkPyeDHjEicyizOIPUqo4nr
UirK0UZsKVVlU6dSPyOPkVzxYmY/C8+RR1Ry+tCqh9D1fBCSUJG7S9WzoJbOXlD2cwNxEuep
2xRsTdskaJPZZJbqJQQrv5EcjoccQRwVVsj6YKzCI4yJqHjwHNYulQjWXWq8RTRocfMmW1y7
lUdqa13bhSPZP9T3rLjU7knMVfUe/uvs1xrlj29xNtfTrwhteSE0o3/ad2zfevSoyQpR/aS3
iZP7MlLzOJOvJXyqVqng5mxDp+ZUmnmR80XVORJP+4byrwTWCV+Qqp9GjC+QqQndzJ6ayVpH
9vSLhF5eOhLqSxpL0oT1u0NxTMnYlOo9nY11lwqyrHbo41yhrLKkJEK7JzwKHDLR1ImUJTe8
E4HrqrqpCmEvVOB66WSuPW7d2+DudYzJOOSJt8yHZYyX6s1309UP1KGfqbOEfqe451+1GkfV
ttMdB7bOdt0zV611JdNUpqP3tVMO3QadGrol26il0ZmOgtk2pEpiSW5gd2KzK7V4OV8CNcF7
4X9QybcLJUh1JShjaVXyWpnB6mm/gV9S6loR+0p4ibr4GJ4FEKLjeEJfESiFFyLyLVXK8UO5
24H1JvBzJ3ZfJSsUpUWvyG8JicT4lad30qBUorjbjtfA20+6aTwU9KRCqdOCLwPjoSk30Fsp
tYhqKXZ3aqdX9SZvr7WrSSl+Jr+9pTtNNtq9tmTMj12sbTLhURrqk9dU/U3S32myShbQ0yLH
CRKqmRdYkjZQ1Zlv8RR1HLciXzIiUSlTA3TabzQ6dClRIjLE2of+Ukmm3zg8bEyvMtTxMQLo
U/uHngUax1NmnE0RO10ZU5J1cwQlFapkbU/IeOquJJSuckzGJZ3NS1ZYPU4TrBOlf4h58SNb
xVcCrLQ3nWqJmJVWJfUju2+FoIXwQ6xNBViVcamEXlqwkzLXIlc7poel+na65F7mm0ab+o79
HKVzbb3H2qfuoTq+325o87C2zEoa83HIu1WUNwdvwIgXtq7ceBtqnXVtV6HqTjjJhUJzl/h0
4mSi8m5HzngTwcroNa2Jm2Cy8YqVdCLt3RWFydbpO5Zz0/q7hzXxUlE/Aq+xE7OT0aqCnwR2
KvUr8hTRqy5GtVXLZMw+UKXRllVVZKwSyg59T4I5rwNJzWiweqlDh5HD9OUKsLgUj7vpYodO
SXZEqsjTwJzcpXqemw3n8F8mha7S9tLrn+U/SXt7Vy6JGu27hOsYF7m+3e1ZfajoM7+307KH
4iwJRXbJHt+r39lXbge2yrcokUuWpklVGkonkSdWVVVnoNt1asNJWtKK+LRREQ2iVfqJc2Z6
dW/E7t6Rg9T8IQqeJNKcH9rGXykOJRU8/gVvmCVh3FtllX8DwoLljW1O1V/+pLpFkRabiirV
JHs3VKpKckOnTqNtz0RdRtghxOOh+Q3dLP8A4lEdiSrV+JEzNaD7sZO1pNYE7LCVx1lp/EtS
65GolQSr4FulK1q9TX329tnsl6Z9KZG0JYOzXWdV9W2BuSt0ba7L03lcmy01ezmO5YR3bb/q
PW6VddX/ADDevq1T9W+DthvbGTV+9rD2quYOPgcjbTXA/wBpZxglYWD9hNvMUKIyWbRxxInt
TxsKYlZdSC09WRZk7SS6s4JRWk3FNI4Gzrkok1+RLlzYbVEl8SdmlwlliXctYhOMHYqrX6WK
a9Og9mojIkoSk2T+p0+JWuz+nwId3kjPJFGuSnwJeRr88Et9FJOyrlkYISoOnnJy+TCXzIHA
qVG/Jl3tq4nUWyh69D9L/b+3O7+77UJbPv3+9r6UzZ/dKWvmfp9/pv7mx+j7DentKm0fcfpr
068ug/ZWvdq/qbr3H+nprq10Rrv71k6JcHdt7SnpQn9KX1Y/c/2ynW70+5fyDWyhq6ZLq79C
uCYLR4ibfiiv1ZkTapyNy6l1SxXbxPT5kfM7cfE5EiMr8IsTFh/dNiXRWklvuikE2QlMLliX
1dWJWl3tUrf4lV5IdLGmuy60Fqla/mVqd0eB2vyr+EOemSGv+R262VJK4u0Ri6gUq3ShWxPx
Js8HR3KOEz+3+YjLyTJ3e3t6XVp2ZVdjyupwl8Wd2uvpXpS6muu/pTv1ZT/1rjLNdX6aOw/b
v+6iHfoarZpNORuPTj8PpPVr2742VGdu9dX9O2IIjuHHmThclKJkt0RhopQdWyXQnyH3USwT
MjWr8hN3eRN2/Bcj27bYIWvZN2xpudU6Hp9RGqg121ULazG4ez1G/csrLghKnA0tW31wRs6v
CFNIO1X4mh3NEaqn5E7VeXkaouGTtMr5i7qQpS5f2DctJnXPiJfT1Ibku4dxRMcMX5Njyubo
m75OW6k1bm2C/wABbEa6vR3Wy+7YW3ubOFfU/U19ttJ+mlTv39Gtu1i1V8s6o09xK7hncqUl
i3W3pmWnwJa2X4PbbyFtLf8AD0Nno4eylZjZD0317dsr+rUUUKXPy8TnxOMxFjumWK0cip40
PTsq2RMy+MC5+TK6qeSqrjwPAaE0Ts2trjcpeF4Nnrm65Ppd8mq21+rg7Uv2QQnC4Oy2t/E7
Uu2bjiiQ2/iPq5aOjK2WChQmZaq+CU6rnqJ7tvZj7XDQnC6vJS7HiKqSPOpXwgdKdKsWOg38
iM9MEt2GpUGvt6JtOJ4R7X+3aTWqrQhapcUPSRtcibXJVH1EnDacyfp07t6eR3dzbXOBwVdU
x5gnJtorqqR2e+o3X07ohqdXbYl6OPAc4sxN26kL/iVq3grXwwW+I4sRCllfNI6cM7iVq4m8
ENXxYjGEJOafkfp6TKoa6tNU7tmelPbZqU3YXd9OrIidcwTSnNyLa/3kzMYkl7xNkhvFhS65
R+7zI5csjLGk4V2z0uFketO1f29JWysSs1LQup3QqkNqFyNxVqhWGQqwRnB+eBqJbY5t1Io5
NZXr2q2a7456iU+r8ar8Zie2IFsqdxUers7G2l5Rtpt9roaT9Lo/M9STIeq8DZapOVEeI/e9
1dz1rrrMpD/3Htru19xytM6n6nuaUitaoT+qCGmWlWqWjpcUJ9pR0ymVXka6Nwm8u5rp7Teq
1slyvuJ2dXmBK/UjW7pA26PV+Y/cbilnXuNvc3S1TybbpPZqsse/04gbcy7RYc5ImmXydq17
9kd2z7JokKkvqWht3PU+5twkii8SE1s3Y9TjCRLu62FrKaal9CjKOs+Y5qrLxKMpWcsbTnxE
ldCSRYpo23YUuMy+f3Rf2sKLWI2quDvW3ghLakkqvUbeLI7nMTZEu2Be3voqqVtydmtIwelv
04F302VmJ3Zr72ipvf8AmQtpmDTdfdqpO5uEdzXbprZcsa2coX6d1ZD291+h3TP9LTZdVYbf
u9s/a/URqp5O35l68FVQ1e+vphuvCFtpovRaDuvOHQW7prqqJCHvturUUDeypl5kWtI1q06D
lQlXoTp6UztuskzPQrCJViaTk110laqxWvDPqTE9eZnqRV7f3kRPbkb2SemvmStYPSnLudXg
SSlrLZ29svNR0pwLtfxO5J+CKSuStRpKmBQoYtUpZW7/ABsR7ilckV7NqI7tvcSV6tFfe1px
Uev+1Xc/33/4G3u+9LernXb/AMROZoidbiW1GsnRZR7nsuO7VTpy2iG4i6NvbdXo5joxPdRq
rI/SVVwiFq1r1H306DX1dD9PWu23Fhbe5vMX1E/bfp44H2unDofS5V6SLVqVdi1n9N6fTCuv
3TZbqdndu4vc9uvToLXVJK0CoOfVs2+18SLbbFFB2a0xKv8A4hardy6JMWu/0+OfwjWux3bV
fBCqnge21YRtthKkEtxqsENVblI1Vkqs/wBO7QvZ0cN/Uzt1TXM0NZcOtC6beIsSlV2YnWvE
E1c3wxSo8CNlXDHCHGS1F8S3wKD9yPVMJsS/GlyGpRtrovXHpg2T12raKk7dumry2T/uveW7
X2o1/wBv7PtrX/b/AEpieLH7RLX1LKHtFcIS7e3fnU2W33VTw5HLS12pUWNuCx2qjI33UvqO
H3Jj9/eu21vD8LnqSZD1XaenRadrpF4/jFqkoy8ja2+A9d7LPJstYhVFWzmBavWmrmhr26JJ
InWibqzXRtNr7krGu2zezdSUpXxHttScEx4EjU1Y/cm+DnlMT1bhc8na6zQo/U7RQ75nZ36F
d/V1PUns0+S0a9SNtp6CpR8ko9ahXTnBVzjXg7cxSBVqkU8aDf5lHLdpNeZqUuvwiar8eB7a
qWba6rffTCT7Ud/+6319jX+Jjftbfr+/ETbVf5jT3H9ymhI9tXOvDJ2V7iTTiZTNlu5WtVPU
WerElE65IW3by7Hq32fNSXs31khNlPcaXRkr3GV3lPk7Xq6/crCb+lUhj3bSi6b9TJ9nbqpK
+nZX5NknM0IwrCkaSmtoHts+3XCRLnmB5U0EkqdB46kN3K7QlZsWVyxafI1URI5GlWSHrLV5
FsnGvCPTTHiS13MSaSSKUxK4Jnu5FPlkTSuqjXPJCwZQ2l6bSdyhdydWsHbPd7m3Swkao7tK
MSbqrkukkLH492uLnube249yKeI9dlttDvs6IXu/7z3UlnVf9o17NtKR+F4R6n3bcKp26arX
XGWS3KyVVCOStSUvEdpwzl/hZFkdyo0epysMe00d9f69DtUxlE6qdnyN7DXPIkbbpROTX21i
6uSrtD3a6/hOyohelwyFL24ud1Ndczc11+pty2+BJYOGQrZP00522dThvFzt2XgLqTwT8hye
mClyY8ytsMbiV8SNfoWMC9vZtRWpWPEWcyaeCFBNEtqENTDhP+U/UToropX8IKRrkW3+29x6
NOuul9ifdb11V9t3Rf5h6+3v+t7214+kXvbtap38R+3/ALf0a2ezux1bfUpcp5oxYTx0ImvB
Zkx+FNkuhRporRr5kYIsN6+qMjcLumx3NS3aCv4SlFaHR4G4a7cmuifq2ZNm6EMqqEcExHUh
Ke429zZRFEOlHkpgSlJ7WH3+tZZ3K2fwiKck7UHEuSHRTbAtZ7VdsUCivQc6xFz1ONbSv/IS
0S1evmdz+ohuIE3Ea5NPBEIiDdNRlTU7osnK6idk0qdf/j2ae41Dm8C/X3/V9xOmit//AGkb
JPVfTqvpX8omPk6yQlL6D0ahlrC7F0ZO90TMzhC5FiLsvex6oauRop8CLxc4m6Eov9x20c/M
7tXfBF8ilUk3jmExzd/A1n7VTxZrWgoReoqkTJGt9Ua9zmb+JKuroa1cwabbv6eD6W+GNzi4
2naqm5OzitDZtSlbwQ5USpO7VzwRHqeTth0q2hJapNc1qVU7Z2HrprV0TfU9V3Y6MnmxqrTV
x0FNEqR+Ce+6q7HetU2rbLgjZQruCip/8JaO3SvubKi4HtvXZ1kluYwOkccEa6y3xU7v9xr6
cIS00SjN2bNUW1RtKWKkqJa1HFZ6DSVUQ6dTzuUM8Sb7qiVEyVd3OjySpO1u3QhjaVL+AnEw
a+21MuqFKq8IUudZEsIdYVnyKfiUJbHrrT9NppPP+IUuyr4i76TiP6hPVRyRo1VS0xKamq2t
dofufUrJdCMSOXE3lYE0mntemD1JLXWYfLE9l2zjoWb4khUa4ImmKOpRzyNtRGCNci1eTXdV
e12RA3mGNTCmRa6ujvrya66UUS/EdZS+mRLZxt+ZDI4OdtrIe21W7TgpWblfThI7dU+3O2Ej
s9pVV27irKJV0d2zS21y6CUJdbm2rS13Snun6jZJyuYHVVwPXDGpc4kW21ldRIt7I02VHs5K
2Gr8CtKsSkXl8FKzcTUPXbHUWitNWThKEPfVelVrkl0fJDq2W/YSlDJShKrNttldzJXOeBLX
izsJWjInM8ku7sh7b0eENa/BMljly4uq0JaTjl1ErxZYGt7L5Eqaoc1/M6ZITXVHkSTEOKdD
b219uT1Sl4ldn24P9CvfWHc/U99RtjX+s10VXszX2UujfiJe0v8A1q/VCfuOdpqbe5s6aqR7
bzDf0iQ1Ul09vX6m+Dt9rVapWXJ641fJT6fky0PaifU2rS1SHDScSSlehCshcZJ1T5w/+4Wz
pPLItFZua6aKnHItX9Ov28SNatpZKvw/8Th8iXwgniyR/fYmKO5vs1EW5GrJk7axweiUiayz
tj4jp6uBdqae3Wy+kSJbolYmuuurL0JmZTO7ujlDX1cMcXdSXdVjAocJ3KPyO6DKTIdaFHMW
R1ML9gkn4EOsCSUvCRVS9qtnc1a0nbpXZWSFv7rbWthba4v4HftMpUH7rlrVSvE393f00mTX
2tpXU09v2tk1tV9UdSH4tC0j0q7F7elEKU2+B6qZwhL3NP1O77cJC20/09VZf+YlovVlTSR7
OzqTVjvGBrKNai+RKq2qI19zb/27U014X75Vv1XYtNX2xd5PTDUUKxX5Ffmfn1FFaWO3anQf
b9PU/T2U64bQta0tAlEFaItV5GxbXlUXAlFRN1X09q/qFCVMEtXsJx5Ha35K4oUa2TEknOdi
I7ZvtcXZb4C1U+lS/wCYl5sLWa36E4zBahYUTLuNazOUywnYXEXHXyH73u/Vs41XQcYHq1Dt
A+xVP9RqfEfs6uNV9T/eJ1fqw0KtD1XFpq/ULfdJbRPB6HunraKST7r/AFNM60/7j/Q9ta/x
bHdts3svh/lGm3M/EVZfI9HbnI9U6JJqThRWSZq8j21qtfqIvJ370XAttlaiXA0nRDbp40kj
X4kxXm0/ykOZFs34k3m+BPWhOziLndP+npCSISMrqUFLKuY4G1ToNpS8Ina+SF58CbntQ7rj
oNtuSjnoQ3LypoTtThITaaXQbii5/DZO04IqkyFJGq7YpQjZoaToxyp6kwL2vcc6Oz4JUtuq
P0/dl6bOm2SW54E9X8KHat9oVyqe0WJa7fcdmj9OZaWMHbsqLLJRSnVZH7XuxD1h7df49TtT
lc4KRBLhjpMZQ06rEk2WR9torNDTdV21UbT0O/rWCmbmy12aW11yJNQarbaisiMLJ6Z7Uq9W
dqt8SG6ZEq05KKvJb9pCd8EOrNt9Nm3g7trtlVKwjtY38zP8yHFW7su2TchxA9koa+ZarISr
l9Tty7DS8YVxrta3w3VI9TrZK+v83pFs688HZqnvluUPZOvA26HQnVSkdyUcovBGrlsezK1O
5JqHk/TbrEpkbRXnkalbaj2W1eBt3umTtXbHgdurhaqa3N93M+488EKnMCSsJ7uo2m2nkS0v
xA6VTrrHqIc0wR8iUusHD4JeDZ7zCslkj24Ss0J6vxXUrXk5L1RexS/Bw+qI8znoKliFdnqp
FEJxSTt3prtRJGvakkKPiPC5KWOyZbq0iE/U1aJO5u2GxbJxNYEtqzcnRHgUE3gmYQu7WOqz
/MTrOrd3gjXeVldCFSbwRke2q8WS3VYHKqdvwIs8nUnM04JSjwsLuZKcO0onZ9zWJLUJ2KZ5
O50wU2q6cCW32o68C01bnMEur6n6SahOw+6E0m01z9ot9km5k7tlCd2sD/R27mvtdCuvanbx
ORKYXQlJ1wLtVXgh+3tGGKU9Vy0f6a9MfkUoicsnaZWCFPmS6kLzITFWtSlGTxVRY1b+1iUC
ga0dXSBdzdOP6h9tdoxU7tm1sevVOFCcVkWzlv7UJz3KaJGF0OEsloZXJMnPU7VVNwhpuvME
vb1J2RLqutxtUO5Wiom13SYjgl4JtWr4JVV1J2jqN6qnLdi0r5C7XHQ9TgpVFopRFbt0FtMt
c1JtPA9m45Y3bphwRrd3IinMietOpDSgnXa+BqE+Tt2VI8TubXbhDlwtbi9z366a21+7Ya9v
TXRKiheou3zLElSFQUXWSW4l/ISwxQowVqyddW9XeEPXbV+MEa6smUm7yKsu9ORKPJCY8sUu
NWSmtfEb295Kn063Y2/RsnzVkOvmRq12pL4nCVJ6C/T182bTXurLFOcE2JwUrJ2uheUrEt3w
TEEx4ClVIgb1VsI9LveRrt7ksqxVWK014HWsUkUpSr1uJaptPqcMTu3RyT3Ktiql4asdlmh0
lYaoTluKmzfFB0afOCVLpgVIWVn/AKh1mCUqlao7ddXMSKlxrZQ1QWrUxVs5mgtdE3t8kPb3
fcWvRVZHe/gJa7LZPyGnrRHbq0oo2zt9zWf3Gq9x6pWx2zC8aC2borjcdqItwLZvqVavYmRd
/wB1RKJdu1VJ91uF9OqHK9TyUtycLLKTt1Eq0wVQ6UZaw4wUVTjqTcpTksNxJRENUQ41oiEi
NVXOCInVf29Q4qmsFJpySyckwzorobihLTJWRtXmWbNuE+SInMjpg8SkqK+JOWQ/zOIO5fA7
k6id2dzrPmdypOTudpHr7WvYohtXLvxPM12VVj8E9G4dRd7ntsx7JqXdFdpk6kZO7Z1fBGOT
lF4fBGjhq7wd13rfl/xCm7cEKsvkpXbKG36YwJWnIu2rd2OfIl3LeZS+Sn/wodDkr5Ez5opc
lTSzGsid5vGCO5ifctuSYUYgn3F2Lli00Xe9sqR+2147cP8AdKepK7/pG5h8DfdWehtNsC2x
A4eDxOJ+BV0IWbq5TGIk5fzLEVhWFZZkpgdYY4XmVUt5G8l64gq04zk12tGcHYnX8kcdTCiy
FCfkelVKeZT4C5WD9NKFq/Mqm3ks0sOcC2TT1Ztvqm9rT+6S7vkTbbb+Qli7i6I1zggrkgp+
Fi5BQtU4JxyTgtOWd21F1iP8JMULQ4G1NLMtMZwNuiQqtjhtENyswdrlq5Ev1XGuckbWElSg
6xNhy01PwPUk1jn/AAkY4Y3naonF35k7tLiT6l1RLb21Wep6aJOmTt3oNXVxuLckfIrFDt1s
rs1SfbyLVNJa0uXl5kl/8jlHEHXoyZrwyadRO65wNVZORqJKU2dJEk/SvIltbPhncs/Afc/U
+D0uJvPBVuGqfhU6lEVRyRjJJ+RVT1FW52tS2QrLIltt1ignq3GtKsq6cZKx251khKFgnVVy
dSFcrUudrimeJKS+ptt8CeENaqUqHYpeXQ7u5J2an/qNHr7i2e10sGqdduRQ4gl7N+Y7z4j9
tNvXGtl/mE1RFn0YmnJOnmj1XyehUeYJ2qJKYJYsClVdnYjWw5xYrT8KPxRr0ITqiBz8j9g2
ojLJErO9Rv3FLWVQ/U1rrrdKTv3cTWCdYmM3kjul4FrMbZ4F2vxTE5mLo6ERfgvK4JL1K2JY
k4hDXP5EJpJl68lfV1dit1wUyeFjjYmKPJKqxunDkqo8DtmeXg9Oy1WSE+tLybN3fA3KVM1Z
2u15uJq3wJ2sW8CtE7kxOrp4jSolgSdJx/8AY7dm3wyjhck3g9WT6oix622nlIan04YnttTK
Qlq/UslZTWUTU56Ev4EvJTBLzI+6ehLVPEUPoNPPzJ7pfH9Q1rtOJyQ1CWSNZvaxLdciz1yU
FN4uNt/E6EvFhSq2KR4HHUn5iRWpRn1TJzItdo8Ts2UzlE67NPiCVVP5Hqr0GtVMiScL5DT2
hEusc1EtWlTEE+FBL4DX5iWuqI8poSnDyTNVY9TrwdMofdLWztwcxQn9ptNFhXJiqsKFe5Hd
H/adzbjk7lL6vJxOLE6qeak2IGlVK5LmSW6qyE8PBCoZmhPjJMylwcN2TMTxyQ/PJCrJtNNs
eJ6qtv1YZZwsFKzMnMqB1osEr4ZGnT8ytrEtt8ITx1Kus3IalC1SmRVUk2LE/ITslglfV+wl
04Ppko68cC1opu7FPT1JbhEJTFmUU+NEht3V4EtazhZO7V+K4KvzLXWBpqIIa8B0qxsWducH
dPqQ0pUORTYq2zumVwVrwUGp/wCBXcleEndn4mqeclP+JfyRWFFoq2S61qlQmGk7SOLZKutK
j4+ZS/A6VWSL+A6U8T+4iV4jeGdCEqH7Xcj4dSWp2WCY8CFqqZKJzlmYsxt80KKf7yjvhlXI
n8fwoVUliGrER5k3mxOinfW2vJG2jTwQ/o5Yt9tu7aPpxQ7fpTJITP03XTe7vUcKxH5ncrK4
pXgWvgon5EEXpNCKk/JlXSLZKWY9vcd+T6lPUbVRWT5ITtiJHLXROhWIWbDpYwuqPS6ciSho
h3wiqqyGoZEzNHwyIlrkjF3NjHb4Fasi8EzJxsJ0XI5shU9PgbbPVPhQd717dk82FERW1qii
KuqEnWklr1qdsZkmI6YIaqNXQ4sVVOSUQUsRShEQmJnHJ3PVfAhWFF8C2xUXdMYglJRyLZ0r
Lh0Fsrq42narLVz1kh/ElU6upGceJSjdxQ/FlLP4ipaiHu1MRS53aRqug3t7niis1KllLuem
qViMlHbKuUangq55G5fhJKdy9eSrniSr4oPDmxV0yKqjOTPQikiTXlc8iHVqpSwvbs3VPkUu
dspE7enXC8C1+bQUpBb05ZKUqLyTDSWBTQxWiFWfwi34VIpOD8y0PgiPMhV6jcS0Vv1I1czc
SWs9o0o9TxZL+Ufbr3dqlpsmGp5oVwNO3JPwO0lqWsky2UqdTXVOZpJOEylZIbrkc0h0Kqrs
zLSrJ6q8FJnHBV14PUNc2FD+JNoyV/4lziMYMiLVkzOTEfMVRvLLfMhW4ZL8yi8iVqu94/dN
9XV7VGomlG3YdU0lfqN614ITlLDG5UO+SEquwkcpHQhH7S5XAn3RxB23eRx5MS2ryJKreCZa
fBXFhPbxgfa4i8j2erbT9WzsNa6zptZr7f4RqHCfyJdsDTsQ6wVqQ8k6rwHeRxqUpOBK8ZJV
yrtUbTvWIE5npI0q9CFToUdirl5HL/Yjjp/+iJtgSmTpNiWlSkEEbPo2JTNaIvcifNF6RdCr
LRio2VVWVzhFbZKPzJ2u7NG3a+5bUfKRZJWnody9yGqdswdm30v7h7e1s5v2+Il7mrVbkTUT
3cN4FLbnCGvba1WDte787fynra114gpvRihp6s/09k+nBVZoOssdHOGdqSb5Mw8yP79VdJwT
umm3LV6Hb2wtquCNU0s9RuqxBHmiWiaucolVm/JKFNybVqOK9SdqHppNxafNC2bmckqw0q/I
hxJ0eR0mckWfBievBNHiLkuj44Id7nK+BFU1hmJMeEF03ig5dLjh0fxFj+30imjwhra6ElnJ
NmQ7rJP4K1LkKZK2O7Vxs7Iht6xbKZ2vZTsrkbruQ/c0Vdbm29e4c1XQo5fPQh2vKO5zXH/k
Ptb4rY7FttXhiS29by01/wBQu7zJ1qvmJNxJR0I2KenV3YtWu7aJljjWZpPB2pzUrfkh14gg
cTAlsNrJRl02LD+RWsZJWaSir8xK6wTxf8K2ZCrBDdRRR8IdfiN7QlwiZoUdiG2iJ8SjkcOX
wJ56Dbh646DerrnEETD5Iu+WfsE0/EqqlomqK1Js+Cmbk7E6uGKrFEwsF2uUKV3LDP0taa/d
gabbglK5EQ+hOC9jubjjgmJ2xB27bbKtop/mEtZ9zVOur9X+XcW71ek/ay3qPppJShu3iqFs
m5Gu7t1bqslbYLM7m6q8jlxwR8zmc/SRV68Ep+RwhRToQzt1cTgpUjdQctEXc1KT5nD5ImZ4
KqWYtYmZ6FvhyOYqVquP6hLBCS8isMUKk0gc60y5Ip0dR8/MhqmU6DhV4I5qKbFbYId8Ef8A
MUlaCWrq+CZpwJR6eSWpMNRPgbNWmlSVyQ18BzKi1ZZ6drX/APyNXSuNOYxFoK+lIWvt7KM6
un/+ew+7VVVIZRkq+Ttbhjr4D1/eojtSnZUbFHmXnzllXmwklEjmuCcIiL18idfMr8cnbsq/
IgvURV2KwNrI1KuVceUyLhih0ykXX5kzfKKRt1sRRp4IiCY/vFSIIjzRSpxWqkeFglqvQpXw
weqpLVBNXwKFQman5FvEl14KU5H+ZVVyJdvp5Qmqo2eqjb9g01E8ZIWcH0up3fkTEPBaHlkR
S84IiV40NNXVbWgWtoUJ/h1wTFVwWlkr6kvTBst9e7Z3ig0s3jBS5S+egkpc4ZW6udDoP7Yw
6CSpJyz92D1eRCclHLI4wKscHc3e5DclFKd1lDSUdGVvmDuRefkXceBxNoG3WHVuhanNylCk
VudEytiWkQ6RxktQhQuZI2xZlHI4cl7lElJ6nEYFSD1fBE93kymT1wn+Zvrs7r0jpQ54InyJ
VIwdTnoLrCfQ7moVlC/7jTvdFZ9SVZkIlii2R+mEPbXX1NUewnrpdTsz07JbqsbU7v5R9ibS
u0qSSxbukVUD3q1zYrZDe2j2f2+P725LXc7yPbVU4Vjjb5jbp4H1OW8iTriCLMnKyKF6cC11
VcyZXQTbpwhvnJ4E/wDAlfGCc8Jkr4O5VkT5DTj8iecmHUrzFyO2/J80dy8zDZLfT8FnwPEr
/ZEKF4n09+3B3O+11wZ15byPffayxc29/wB5Qn9OvT7RvVNK1Xn+UW+jiboW/wBS2zqepVS/
tqRFCtPmYQk1V5RrLXdCa1Qtkvqsj21t9UVkr+EYwdrrIu+Nng7dWv098TXX+E7moS+15Nn7
Kb11l9vQUqMwypeU7M9VYvFiLydqyWpz1K4qYHWv7SGqYyQ5E3WcEafVFf4Rus5G/wAyGxtM
fPBGrgh2HD85OhRxzJP/ACJWLkifMFpRKu2VvGBtKfEUKE3bJWqKO9il8rqTRvgr8UNK7wLa
aZbF26vxwR72/fNtdeRp6saUrmCde6UfVt5o9PuNQ6UqPde7EKr7Y/zD371stbpXg56YLYHs
6vVW6jezfTMGvd9XJr7apvqoa8BElckRL4YvcWqekRun9q/hE/8AbaTpd7t+r/D3n+pGr1ps
7f8ASN6Str+mmtTve3rd1BlrIkpT4PSSsHdsqKw+FU8SNbkZy2P4UFtsp2xqQq75eNURqo52
GtHLcoh1nOSNnUia8XOvQinUo211Op6qzgdfIlf3oda9BY6CeZHhElVToK8cGV+0t6eJKpJT
Z4OOo4qdcC101ibsWu/r2uW7VNkPsUPqTs2/GgqWLKCNdW0KFVYuetNuy1O7tor6t1Nmk1o7
InVzs7jT4sxuRLW/wO33E9dk412Rz1/BJYqNqNk6NwLfuS9x3/i/mFrttL1l6xXWNiN9td/c
vEfb+6N+x7aeuZir/gFt7aS1/deP3h7bOG8WkjRRDgxs8naRlj1y7s7ts2HgWusvyuxNpPd3
EtHG9m+EVmeOf4h7+56tGo2WEmW9EytnZpjej9LrYhuvJ4npqhw/kQ6voR8yvlyV+J1MJq51
y1Am74K2Y5Er9BtKWVsRVRZFiLQJdr7sLJ3e+4d+1CXt6pRweqzRMCeo4mh6nQhy0UojuXqf
B6tu1Ma1T7NYtn+LYXtxGz9Wm39OxGyh6uPMdYZ6nJvvrTXVRDyzX2to7n6lJKIIN1hOGpIW
szXumbnbFNlCTJUz9rn/AKdjsrH2u3aLb3ZbVqwUSvMOgtu1aap/EhV6k5mvgVud21C5Pm5E
2onLv/hOzSry+Du228Fdse2z9M1b+3+EeuqhY5/m2OzVttODV8XY4VFj8F+0o4LmC6nCHlcE
28SZSeSgppwht+pY1Z6fPgq2uJE3nqSqLA6S3XgVoZWVpyx6e2q6/cz1XZIoIdmS1JKosmyT
sNJyRNR6pTxIu59myH7e9/jJr7bdVZ4P1dJS3fqXB2aay3ZE+7t5I7fbtmRbxLX0+ZMl6Fzf
ty5UnbWU8k77Nr+F2/zHa9Vtq/ifp6v9PKe0Vf7o9W+3bW/dx/CdtWlnB2zaqTdxqVrFkKWt
W6uco7k1TNiPmWJdW7dWV+qyf7n8p3buenI9m4156fu6iWtIfp15/i2O7ezo4HurPLuba+3r
TDY+YmBVcvIm7rLK1WRdrUIbdH8ClOpOPgQ6LqUUxk4nk1btNxxcirFWg4XkyzSIV9ju9z1O
6WF/MTs1/Khr212qb5F7nuO1k8nBce10lIt1TDRslxc2rE5JdmPZS5yuCNdmoG9qzzcb3jR6
/SxzXRG2rU67WeJF7qjbfa74KniP8ylCrlItKRtSIE9WnGDrJE3sTsp3mykWm20rhYG9vXNt
l9v/APIelNP7YwLfRKUobO9xvulRL7UV2Tf7vBT6ULL6Xka+53i2qJ2fqdkPbd+nj/wFrqvB
cCbrtz+ERR3J2rturcDVE04Y06rDIRDsNQ/2EQVnxKQmrCausExYq7YFFVNiHWWObO01PVVs
lUWCt8sTdsnb7KlWZ66n0pxbgqRYoPV0oP2tnGrcPiTZzSKMi7wa4Z2auuWQrYWRLVy+BPdx
rwLX6O2i6/zjh0mDtmddr9H+Fyljtfii5QezdayNYFLpyUrwel2yPZvumvmSnS8bVTJ2o5lw
bJtJJwQ32pKnLZ3KiXIou7JZIVfcartjX+UrXd2X9Q/c9xtrAlHnwUuMpYWzsn5DWvq3wd+y
nurUpRuxb1H5mSYbRRx8jLZVUIdCgpVZJpE5uJuhChcsvQ5ONHeT6vPAp3luyRSxWiRHfXwJ
TKtNM2izc+QvY2rwzbWap1N9V9SfyY9tqpE61c0R3fc7rgnZ+Y+yvMjXuPNj9T2/dWsYmBJ7
Lv6ZJfwL2wLZYEbRhHbqvVwLZr1bKYbsVadPpNva32WrwTo+8jZtNiT29B/p7KNeTbXdSt7t
YZ3NvbTVwpuUUHc23szf3NVPapR+p7rd/iduitfYhXwh4m5NjtVss/T9tRSsHfv6mvteTX3I
iKLwPATVH0Q6tzli56Cop5qQ8eSMdC88Fbs684FfxG8p+BepVKvJDzcW23p01q2zt9unt6kK
ieXd/wCHUW7nfZ52KOJwjt2Th5ZD2nV2f9JDTXVFNu7Xhi2a7dtfmenHBDUtZN0vuVF1NlrD
bp5Hp1naL8Hqlu7FVOaJic11UtDh/wDAnOTVJRFmdfw7Wh+28fg99UqOh+v7myem8WdYO32/
aVadzuLePiPto1himsl4j8G2rlEttW4E1t6l9rO5o7dLOjH27f6eD9PVQ07nLgluh262WT9P
275Y274Qtds3k20VKUQ7xnkSVOCrjoVmMOxysszHCJinzJaKz4nMFaP4jpPiUcZqK9Ba2WX0
F7TbWmltVfZ/4Ra6qFjXXB3bOGepyUUsooQ17jT1dKjfttvV/ItbKHShVR1GLdD9zZ3Fqjb3
E/VZa9TXTbaYUx1Y9FTXa7EtYqSofXAtoSSc0E5hu6OS0PDFvdqjPIa32abdxaap7pOjG/c2
1SXLHFEa7av1cCktVFKje1rOT0Q+RPOBa6qHkjW5KtlHY3274TGl9okqLJ+n7f1Ou2xO93aS
tPDBKq/3mduzrjXI9+WXlLFh88Il0+Zz0yP1eP8A4l7YJiq4HXyITZ4upKmlWRPxEk7dB+37
er1e93iP3dRbe96Vw3LPQqq7dyE0myrewoXjJWvQpoV0iPmPf2416Tg7LyP9TeNsaqo1qqLL
JVeopwTiIkWz+qkcG+yunFehDrF2LZVTNXVLX6haPXuZ6Y0WIR3rer4Nd9qbNVNlQerxRjVo
udvtKNsvqdr28lY7cutDuiiwyYlkunRD2yuSFTVW6kzYbvycLBKuhasW3tOPe1qnyh+37k67
p5I1u6Hc7ncxO01Y9NfVu/kPZuW3V3K4uouitZxBNtVShKqvMmUuCaeKKQ5onY/OSVQmv7P5
RTTpJTmDu2pLpBHbcS1SRCr4DTlJFPbTXLln0aookvI2t8Du2ccWR3b+5+o1jV1F2+3qlapO
rWqwtaHdvtQScXvyQqJ4KCbpFTXxN21duw18pLi3VIwd3ue3OxT2mvA7vbcJVSZro2u9YK25
JiE7wbe57SxXmTuetM//AGIg6KxGStuSFL5ghzDqxufAh5H2qYvwTrRWKU/IlfUdu1xba+n3
V9LWWL2fe+tW/iROq7klSDu91duvDH7etdooPZudss4ZtRbcsbmFYn4EKCmC9MyQ6cFaeI1f
hombK7E1aRaa81b4FRLXUW0RSxeHyTd9D16r9pwuB7J04fJ6Um7yP1ds2oP9TeeJZC3UcoT1
a28Cip8BJfSrlrYG3zYTVNuBTf8AYdzU9eB4TbYlFeok8jW7nV2O/ReKWBJOps2i/a19LX9Q
9N/q15z/ABakFJJSpskNUgVJXwFGq14aqN+67Ykf6ataRaz6Jsri2anZ1h4HLvgmI4Goq6kk
NwmydXIp+qIg9Mfq6+rV8He/RtZ6s7dX6vyHLdbsSSrwWo7s7YhKiQ0yqOh0WFUVPBdCW6+E
ER4MlRSnU/JMVl4j93ZQ9rC1X0pilWOZOJKJtkvVE0UcHb7Lj3Hd9D/U9yXerIamco7dtWup
9U7dXB69O7XmZH2R2t0GrL5l6q53XWORvX6tcEbOHwOj6VFNOglSVYirawJK+Ud2rlXSyRWH
Qlat14FtD121VHH/AHC2Tjk7oorDTUvDPArWMHavTJ27VPU46CeusvDHs223gVLDzwTl8loP
phrMCizImZIdYPQqo212VZyJfshEKzu8CSVlQe+7jhZO9UmyPV7afLqmfTrreO27J1dVhkUr
yQ65lCrK8CkpF1IlCXAvb0pz4H03sL25ibi6ELWuJOHyVcsj6nwV9CVouOnc+X/SRqlrOV0E
tl3bbKkzC/yje26XRk6bTxDp/wBQ17mi7sPWjG2ptQrbxkhXzBCvySvq/M2WymLCUj/YTZug
tlhndC251tAnor3Q1Palao37/uLsfJtro9tpqkdsX5sdVYsk2QyGKBZFLvhFFUl0gpZYJw8j
To0OtOSjnoxRis4FLjZXRUbSXcQ9exZZCXgTu5eNTvb9LslZIfRyTfwOFwyqhYg7nThkzDyQ
3PyRHHQhUjzJVWnWTxuRrXeyR+rvVu05IVOp3O7wxzXXoQk0vmPaPmKF8B2U2kTVlhDq1q7F
XMXm5VOCZ8uR0nnlCikE5yTNlQXam5+BG8qH9SI1mFYhq1xNVQtuSX4NCaiSjjWJ2a5GtdH7
ftKmrdkifc971LhErV+68YPSnpwnY/8AX3LoxrdNM4oU8xOwmnbBS5JYcpUrUW2OSmfwq6P4
C5Vuon5NFRRi49264R3PanAocN4GsOh44OnJ0V5I6eROLUEnC/MlO5RQKo99vqeB+7vSCcWR
DUoT2KataY5FRvLmgntskkNaaen5jbdVWENvWEslV3eNhb66pTftsUq9uRNTPWx6dWv3itMR
0FLmcClS+CigjlkP1a7XTF7ntLq0RtKmw5cxgXbR5I1cdB+23O3yJez1TrCFGr7iNXCWTaX6
da7N0SGva9vu1d2/TqRttqtOIkfa+/XlUY9ttHCHeh6rYJTE5mStj+8evDY06wRZPAiFQmYT
wVdbsfKHttVcERV+RKqxTDf5Er4jbeBNKROx1LfA6HHJHGCtNNbeQvZ9r6VdiU+lKDl4R3+5
WObI/wBNduivs/6Tt0nZ/I7/AHHO9vAjuWnUa9v17ZY9d5U4wh0lp3HqtU0+UTC0SuUtPIla
RO/OSFTdkkFbicWFPkbSobdGiXMcnTGBc5O5Nk/VFprA9d9n27cCfuPtS+1dB7P0/wC21dEv
v/nEm+3EDWmr3jODs2z8iUu5Z1P1PY2/T9xOq+3/ACHbsp64O7GTtb8CKySyVkpRCrME5+ZW
3wLyi7uRRsrSMorUavzA1ErMkr8xznEQUUEK78z1Vkyk8SNK2epSs/ITvhn6Xtwt39TRLmWU
8ES5b+bO73HR/Tor/wCInf0e39uooUFHKbquStNXge+n01nZ0r/CQm9tVyrkN1X2o7VTg9Tt
cnjKyLXZSlZjSdLs1c0TuXTTHsqrApXmSNRCQx67KdWNpegtCI+A1lYFtRt/KRexq/Vs/Xt4
mmmz81aTu19U/Ift7wtme17utZ2q0d33KrQ/f9hLXb7up+i9e1P7h+3xRkTYmU/2DzIufw4T
twLnPBeSL9C0VPVD4OPIpVl0pusjtq2Q7XJoyjr1KtJ+JRXP2Mqp8LjTv0IUKt7HfhurIVlk
hXHs3XBPubd2zqdy/wCRGtXZs7/c29WNclFWLMnZzFuENauJyOX6mNq9pMV/Msn8hRHLipDS
8YIo1xAu2G1ghpKtyuyTXDJTlIUZ/CB6bKjuPZV1G5iLCmuR66fXPkJx5jW31aPzYlE6b0Ym
sOo+5THqQq9us18DZq2yoOX0Nfd+KO5V6jhj1VWrsl1grTgTVkTd5LFaItCIoxcHA1NXRlky
0ckusFJUXYpTJa+BCbawmWqTHjUTgtC55P0/bvydl4vszu2cap+lckpRW4pfbpnlj09lU/ed
xtV2dHs/6Sb8LqW8rEckOqzSoklTbgUT6cWHVVJe0+BZvZ3lihLjxGp7WQ3K+JDpNqwdq3mL
1KbRNkiNtn6cN3KSuYZ2+5jJP1auzO/21e5WkcC2VXeeBv8AYd8f6dtmd3faqqPXthWkWkSo
hmzVIdzt9xPbR8YZtuk1q7EXTH7W/wDhY1r8RVrx+DUVmhCVeSMiTXiUsibLk645HJMUXBb4
FKFPmPuzwQ6J2fUV31ucPhnqQ4XhQrNbNVKjWrrFXwJa2u2bapUmExSpSJ2q18CdqaIcUg9N
NU7ExV/Ii/zLTNmVr0JSVMnOZHmSq8ERahQa3VrEa/AhuviP9NSQ2j1OU+D/ANi11eDu1boJ
LFGPTdUwb+6vp1iF4megm9Xr7avs/wCk/S11jRLzNtXtCwdva2pvgjto+cHc6/vIiKF5RwUp
7iqnllcXkUYHGRuK8ilx1K3VB18hRnBNY5Gogh/Moia+f4VlEOlKdRxYlfMscErbyK1FdL5H
Z+9k7U/RrSnJxqsci1SodzfkNO+ERPUbUyXYmpfien07KhWYE9ooqDmiwsGZ4J+I4XxqUtFx
JOULEk7YzcXY7jlvyLuhV+niD1SlEKMm2nNYFo6a7KI6nbupWUz/ANeq8iFRdB77OF1O/wCl
PHQejdMHYxvGCc56FbHbdk71eEJ/Zu6jh2OG6Hb/AGklLxJVzu+4UquR58RRl1Ko8CG4Y6+Z
efmQvHoNauvJRz1IzwNJy+SZvcU3J6nc51SoLCP01V88FFV5KueSE69S9elC86vLE9HEfMvD
5ZMv/iJ26MhWJVYuUEqSqHQ7dHMXjBWsjaISmSE2uUZbdGrEtdvE3JboJJWWLCb2+qiRr7ic
PRyJp0aJ2ceI9nEKo9/da7dfo1fItnTEIlP4Gm33RDkeu13aCFQh25Jv4i2VF0Hq14D9va+n
5CrZlXSZG04R2u6NmviNSNKyozNHi4hpDy3eS5eOhavGRzrXLKOmucMq14Hh1GpglsWBPby1
yR9GvORxSX8SJqjqOHM2oPk4WOo3NehVy1ZHfELgoSrckbKhaIsK0ZI1pCP7iE4XOCU7OlCW
42/MrcjJ3JLiB7v6VhELWOo/c2prrZj1doHqqdjhi0ie0Wia1Sk2e/0626s6YL0Zt3KKUIdI
oUdeTwKVEvkdtuYyfq631uuhN5JauPVqVNTu1cJj1m/JHUvDY08O5rGCUKnyIvGcI6kZVRbR
dZGRZcMlKCVWSVV8CpY7vcq5sQlEYKx4FaDat+0tDJVlbJOzh4boQrLEQicSdmvysNtT8iq6
ExihMS+BSoTREUy2Us3Qe1PD+opcSyf8BpW8YFCaVsXFptdc5/yktUmngJaqn3EHbbvVfE/U
3VZlLH+Ia9td7mu7pr/LqUU7QSsD7r6j15Jj6siet/mT8i0NinAl5yOXTb9o/b+111fUafib
b631uh6z8URnA9rS6cic1FslK+4gba8Cs9fwdJNZoKLq4n9QpX5kuk9SjyS2WhDjzkk5yNu2
EOCM8lVR9YKT1RCXislF6swPaKXrcgiH1eR7aq1kxN34O/dRqqSNavuIfwFN2R8xJVROtfkP
l4dROLeYkrcIhKErlFbLI0o3l4Nfc32TadRae39LuLXt7VeBpNSyvzNk57dqDUWsUq0PV1TH
rsp6nTBIox0PyZT6taplab602H7O9dPdl6P+ki+rySrc2E5liirVGLqdysenA3ggiqYpdRw5
XDKW/YfKVY/acpk/IS62HFrkp0Z4UKNeHQS28xzVckarzVif+RLfqeRtqUymqoVqUvk4S4E5
F7elvuZenLuTVcSTdkRMkTDVyrycC7VCdF4FKxchF7D229KV2NLai+lC22+nW/iN80E/KCJm
pPGDunA+CI8xfvI6kPPJEz0LKlKDXxP1Naa73X9R2u6rrt1O3ee75yvu7irQ6xzB42nkXyJV
XkbTrBKx8ZG5dLitU5WC17I4U2vBHmX8RQ6VqLnBW6dRpXTg7cu41my4K7Lgy5zyXUrDJntd
+hW3NpO1eP8A+RTknHHQtUrScie9nZke2415Y4deOpW5CK25E1VjXJ44dilnfInEcSQlDeBa
7bapuiWD6n7nuTWPpodzu8f0i29z06zb94/TVNdsIcUg5nI0/iVx8hzmxFo+pl/CeBO3ArMX
TI9ldXNXrtCdWmS3RjV01Rj02X0/kabq9m+n2jawaxFqkzYXMHpqjjqSskL4nMZJmH1FRNnd
RTcTvPUlUi+EP+8hwvAp6n8EPZumEyaeJTbrQ9MOrvkhUaKxUqp4RGPEl46T+DWruNQa6xKu
2NaaT2qXmhprC1e9pnUe0UVW1U9SvhorTwqPNbFHThkaxV3Lp8t1Hs/KRKUPX2+b8nV5LSLW
O3qJr/Ma7q6d+g+HzcbfNz006iq3yxNVh1M1JbqhOU+EcrpYWZNteeTVcqhEy8yL5oXuperV
w/A1aw8dR68CeOCleRPm5KU/MeRtxWpRXpyVUPxp+FPiQof5/wCYmqawyUvMrWf2Euj5FEuo
5mhXB6ayhZ8RYkltdFVl4V+TDR3T9XkyVTkc1ofp+wv1N3eLI7/ebSu0hdvt9qeXdi11+rUf
s/7hN6O0Vgb037niVFCG208EtvXbwI39UWY3MTlXGkrV6GvhJSjWUJujZKG5hE/aL28Ox27O
6rA/3lYlxLGQzkj5jpJKxd5FLldXA4xUWyVUepJqMoceRKuJbprvVYN/ZdY9SZKuiYqsHB2s
lXeRP4kq3iUp1QsJZucz/b7RQp8yKpYigp5u6lK9SZp1uJz5IXDdhuS/wFCreXclqq4RLdOC
PmK0cioqi14VCXRa3Oz2G9dH9TsejN3KG5njg/1Ntd/b2+lHf7mr1nio3o+6Lpm+uuva6xti
R7qO5Va6HctZ5yL9NuVdY2O2PVnV3kWsQ2LW4k7upMeSsW6EI4VCitYbyrlFCyJSvAmSeBPX
woRtnkoNOjwJO6GlchuKGq+ZGEWdVctb4i9xKBb6/S7+J4YJP7xZRKdbEs/ORqqmxR+ImsC2
VJVyX9OJ/GH8BNPzG6eQ0kkJlakO/GDh9CLq83hi2cnga+2nD2eDsW7REuMuTsWz2UUbJ2c0
O2O/TOrF7/8AtX2439se6ps3VWqLdbJPOrHsnE30wd3tOHzgb3s/vFClnWDVurscFSleg1kq
q9SLvoJ7S+GSvM8fwc2JVUWp85Ityd1zV55RDs6qgm8iaVZyJu/A9onV4NtY6pD1r27OqH2u
H1KqSZhdCbsW2CPyI4JTrwiXfqqEJwlwVc7Iv6eILIdUXklVIXnA1HkhQ4fFxOBzdcHRYHSn
CFybNyoqoO64lddSHRydygudZwXlLKcCW6XuacO/+Ynt21xRk7/qVxJP+193/DuPT/dat6Nx
3CeldehRRKNteK1K1RSpa1Dqds0IdFyPW2ZGrYQk5eGSkenxHRTydrh9SVfgaapgeqVULVuG
kJ93/M7dnLKU6jU02yh91Xr6fIafNGQ60qcMzHgdrdPmUtxAquHQTrDK/Iq5WE7HdPyGm1DR
XBEKCtZ4OvImnLkpfqJ26nDeWK6byNX69RpZE9ivNxrEDW1sDej7u3kqo2EmpfI81GlTwO15
RKTnngmjIaFK8Ds12lO+u1haaLt31dV+8hNyujGv3i3Sp5lUNVE8jn+yJL+bJ2dx1nhSVcNf
E4I63GQRPxFsn8RauJw0JxNalqzYaUqOBusb56krN/Er6dsdRNZy0NNz1KfMlOuRpwupS6yO
L54EtHe6Jduv9J2ppsqi6FicoUyoI+DZ3Q2hqvkxSOHHAnaco7qpIkn4Cikoloi2uCt+US22
4IWCHNBTEYoRl8kTYvM+Y8rqTNrIT1o05nJp7my9WyXczTbXmDHiNLFiOciuTaCOSLkJwyXS
BNLxcHc/kRgke7VRxHgiY+mqFb1OOqYnKXbkWy2zJVVUVG9X4kzDHWWrpCjipGHgq0krQhRM
cl5dyrheB1GlfB9MtZu0Qk3wdb/usTUVyyM8M9VvEmavkVJOVwkONdhbNOpZyJ7TJH50/Cxq
7Ei2StdkkZIZGeTpyXlsh2fWYISlLglKnJLuJaKdXc10V9UqD2v2tMXayGmkRxZkY5GvgfmQ
OFEFW/Ey+pKUckQdrVcDUx4lLkq1oZVUdErFaKzIpRq1aEtK8VK36ENenaxv7bUJ2HHnI0sW
O6sr4FXHUi65Qlh2KR1VyV8rEKmSql9CFDfXkcqqudX0HFCY7iOtyFqong2TV7QJqiQnZEzc
uKPiJyabLk5Q6UZFpwUIdzqWkiII1oKdoknbdp5TG+6duJOzXVU+psnDNlhoj91l24dySYnk
l4IihHzO6fFHLRPyPEi5EzNzqrEbKIETolSsso29nfyH+m12tKUrpjSfcsj1biaoeycPSx+p
7bnbWrnB3NXXzRXGSXZ4LSmQog/tI00WqU/MmZjkX7Rv41P+JCuWh8oSuKvRDlomRx5HyOBI
mInHUpSGhNZH+RKUM7G6nfp8BTn8J5PHj8Z5sJPe91A1NmRk39t2dVQhWSJZKd1gna58yX8S
HFirox/JlPIdJeSYripPOSuLkcWka/esP22quxtKnZNOlCUomom7JQ3JRUFsrbU24ges+m+r
JSpkhj2cJ4WCnkQ5klOmUmSk3+ZNP2k3wLw5klJ/tKemHkr6pwUUriSEoi4tooJxc7bVK0+Z
0KFqIVbDrQ1rNBk56iZKsQ6DV4FDhkfA6yWryJusCiqcMb2UfhrvrZ3JpUaebFKkYPkcQUcy
TFVcpnA284FHm1cSeMkcFKkpEqnBrusI70nF5O5VacS+p3JwmpE3ZrHJeOJEnXZKU+hOH+Y0
3EFK/tJiFwd09C0eBMvxZETt1ISlZgoreQ5pT5jl15JJVvAtVMmz68E3NlzYeEJx0gjlHgS7
cDSyJL8Gnc5ZrqlOrzx+HGB6q6NdknKoVVVUkdIE7wQjqLafpc0E0d2t9R0k7cotUfzK1SIi
V1LRJLTfgKPiJxKY4VvwmFB4YHSq/IfttUVV5jXbVr6eopSXZRrmR6xRVUDhTtrYU61RstVe
zHOL0F0tJLs8mZT4KyZfKgTiV4EqnjUd+3qKjg2ms2SVSLrHJFoFSan/2Q==</binary>
 <binary id="i_104.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RtgRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6NDc6MDgAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAe+gAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAaJgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAbgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMEvMlv3cyoy4j/XRFewAnmBrCgB
pGmphJSwaTI1nsJV7pduY11+Ljgl+U0MvABc4Vgh7nexr9jNv07H7GImDiep6tm0EMaXNDgf
pfmNj8/c7arlzfrDjNrr6Ti3YTQ5xYW1vZkX+kG/aLCyptracZjntbstZ6vq/wA5/o0lOCKB
uIrcHtB0c0hwIGn0lJo8+ePBaeRU3LL+p0gCu7a21wAht3uffRZtj9NTu/Se1U7aw0afAJKa
5ETGusKJO3Wfv4RXEHXwQdSSPvSU6FfQso1V5WaHYWJa/Z6z2kvEfnOpOxzK9n0L7P0H/CKX
U+nYdGIDhP8AV9I77Mh5Ae5r/aGbWu9JtdX8lq6D6jdTfa6/pmTc13tHom0udYayNtuLS5x/
mWN97Gfmf6NLrv1VotpezpmM2rMrIOjj+kLzurrt+kzd/hNz0lPHVUXWsDmt0eS1suAkt+lG
u7+2tjpuNV0/pl3VM0BzbSKKqwJJAcHXd9v6V2ylaw+rmQ7Bsfh1+r6TRjY9r9tfsa532m2x
0nd+m/8AAv5tWekdOxasP7H1KbD6ji2vZvBc8em/0mPnb7R9P/hElIeh1ubhP6he19edmH9V
a0BldNA0rZWHf4PIaN1+70/Ur9PYuN3j9oer6x2+vv8AtEafT3ev6f7v5+xdX9bsgYG7pVV3
rWvaG5FgkOY2GGut35u6yn9x/wBBciG+466/7klP/9DHEFziRA8EmsPqgtAJGjgdQZSJ541S
qLgZEg9klPafVvEeKXXt2NvgCvc3cGka7nNlv9f6S0KcLPqy9zckB+LjDW2oOaH5DjZbUBW6
qz/A7/U3+quNv6/m4fTPsmHua+1x9S4Hbtrj6O9n6X9K53+CfV7P8IqWD9Z+pYr2WGy5u0gu
LLnv3gGYtrzHZVN/t9jN3pbGf4RJT3nWMHHqxcjJya21X5LmuvaxxdX6lbfSZkNdDHb31t9/
564K9wa6BqBJ+RXYdc6ozJ6LgWjY/wC1VNucWBwbJ9rtjLP0jG7z/hFyF5a92mjuJ8Skppmd
0A88/LzUSCSe4Hf/AFCIWwY8Z2g+WvCsYXTsjOyq8XGYbLbTwOzRHqPe76DGNb/hHJKdr6l4
GPbk25uTW57sZzBjP19NryHPdbY4f4WtrfZ/g/euqZNtdwxiWUWOL7LSf5x0AP2/nbPb7/8A
WtV8vJ6fiY1eO1wpxK3NppqY0kiXCubW/wCF9fd9P8/6df8ApFYtZk3vGO5np0tABa0EN2tP
0f6rY+ikpDi5VN11tTmAY9A3GyNQ6r3vNbbJbs9v5/01box22ZN2YC4byBW8aOY1/uOx3u2+
s3bufs9StnsVPPuoqb+z7HgOvY2urTUVueK7XPf9Bnta/wDrq/0xvUW4djeoFtd+54ba0j6H
+Bv1+ja1rvT9P/g60lPP/XfpOB6DL8er0s02tabS7+d3fm5HqOe9z/8ARW2f1Fxgxck5TsX0
nfaQdnox7p/d2rtvrHiszn49PTnS/EcReSJHAfvdb/hbHO/lfzv6RNazEGTTbcHDqBJZjANO
4nY51jXuB/m21bvp/wCESU//0cnbyZPMKdbCWyzt2+UlNEkjQEcqln9SdTYcej2uH85ZwR/J
r/8AJpKdKsAakSCNfj4JOqoAL/RYXN+P5FW6czrGRjW3UPY+vHabMg3ENFYEbPVttDG+pk7/
ANWr3/pVcxbTlVl7qnVOB22NIMS36USkp6T61w/p3TctrQwOr9OGjaAHMZcxvt/N+kuSLSXR
Oi6/q4F/1PwrO1T6t5PYAW0T/nbEukfVXGsxKM3KBItql1dsgNc5zttjam7Hv/Qensrf+j3/
AKVJTydGHZkuOxoGwB1lh1DG/wAo/nPf/g62/pLFoY3VT00Pqwmix1kDIL/ouAP807Z+83c3
02foq/8AhLFY+sWfj1D9jdNpFOPjGLbJlz7Il/u/e/ftd/1r2LEqLeJ4EDySU7HVuqZf1gsr
w6sYUFzx6dbCXucfoNDnQz21/wBVdxXjvrpZSXF76wBvI1LgI3ELzFxJadsh3YtmZXp3R202
dIwXOAcDQx+5x3H3Dc9xe+XJKaWQLH5hdWGNdTQDBY1z9znnaG2Ha5rvTbZs9356ws7rrcfr
2LXk5LczEtPp3Yxb/M79rW22u9v6euz6bN2z0PzF1HSRVk49+Y1oLcq5xZHAZX+gpbP9Vm9Y
f1i+quJfmUdQB9JrXD1q2f4QD3/1an/8Ikp0s70K3tYLSbWS0UYwECDozTbSz3fS3vWQa77c
gZl1H6XGJZjUB+m55Fdjn2fQ/mfUs3f8V/bO6yLQON+gE8a/9Ld+8pOHtZH0d5YSY+lG71Gf
n9/RSU//0s+ADp28UCzo7epZtDazsfY9rbXDnbH5s+zd7dqsOhp0gg6+au9J6vf03JeMXFbl
5OSGsZUS7cBuM+lXW11j3v8A3/8ABpKdg5mL0vP6jj7NmRY2qG2QWWBgc91rW3H3XMn0rPfs
/R1V+kn6P0jF6hiPz7xYG2PcWU0uDW1w536L1LN253/nur0/pqVPVOm9Ytt6bkUjC6kXwz7b
j13BpbMs9R7fc7Z/pWU27P8ACK90Pp9HSy8PD23fzWT9MUGPfVbWy9zvfY36XvSU3OmYWNVi
jBeG5NNFryxrx3a71meq13s9Su0/1FX+s3UOoYWIbqqh6jvb625rm1T+d6e71LLv3PZ6f+kV
p1oyW5TKi6k172C0gtIJDneoz/Cez+quC6jkMy8v1WR6dbW106R7Wj+cd/Ktf+kSU0iHOJdJ
LiSXE8kzO4pwwDWI76eKmWtI5jvKiWgwZ48ElMZ4BMiCV1PS+unH+qeTSTGRQH04hePa/eDZ
safovfjNdZv/AOtLmXACXSRDTHwC12Y3pPqstBNODR6VjfBzz69hZPs3Ovt9N7f/ACCSmz1g
5/1fs6a3BsfS2rEZWY1Y94LrLmWMd7bfdb/XW6/Oy8jAqfmVNZeWh1lVZIa0ntNh9v8ALR/r
RivyOm2ek0uvrcx+O1v0hc1wfV/V/cf/AMGs/IfZY59TdvquBczcAWGPpNeP3UlNHOw8wUs6
iLGjDpeH3GSCamHda6qfpt9vof8AXPYg19Wps6RblbDtpAtiPduL2t/7d9V62un5w6/0Cs24
41Y4W0x7Zr/Qt9H+s/fZV/xK55nTasal/RgXOrzrBY+0/msqAtrqZy7e5gtfa3/iUlP/06AI
1E6k6fBdr9UG4zOmNvxGCy99jq855j1GwW7K2P8Ab+hZU6u3YuJcZM8SrnTetP6Jc/J9I5GL
kNFV9AeWHe33UZFbmh22xrf0aSnvsronS8ux9mTjttttDWvtdJdDDNcOd9HZ+a5P08Mxa6sX
cYJDKDY8e5oL9rKvznPrb+99Ncbd9fuoB+7CrHo6SzKi0z+7+i9LY3+X71SzPrHn9XuY66ut
rmAMpopDpc4n2BjXue5r/wDhUlO90HOGR17qp9Rxx7X+o15M+0WOpDv8x6xXdC6lXWHFjXHd
t2BwL4nY15A9vu/6Cv8ARKaKcnIsD4vAfW5gduDdpZa9rXf4T8xu9Uuq9Rsxep5zZc2tjTXR
W0QJtO/d/mOSU1a+n2HLfjXTX6UG4sb6jtp+iaK2H9O63/BbFbv6ViYrWPycg1gzNLSHPEfR
ach7K6t3+k9Om3Z/pLUPO6tdgdNbRuDc/IAFxaIfXUAPSxJ/cb9N/wDwr1zL8pzn7Xuc9/0W
skk6/wAp30eUlO7iNx7cpr2gvxWbrnhwAdsr1NT9p/PsbXV/1xaPULH09JrFhBuzXl1nyPq2
u/z3VrNp31YQYwAXsqre1rdWvraXZNlen+Fsc6m33O/waN1fKZkW0NqO+qupu0jXWz9PZP8A
nsYkp6no/UBf9X695Nr6QaLS73GQd1Rf+d7qtijlYrsn1KWvbU7a7dY86NDhtkj876Sw/q6c
rHdbcW2Nwr2Gt1wHtD26seGfStc3+b/Rb/T3q63qeU63NpzIxm21bas6txrdvdD2UNbcH1+v
6QfZZY1n6H0klMOgOc3qZpxrnnp2DjClzgdpeGvNb77N3to/WvtOVv8A8FQmd9YnNxGdSFIN
lh+0Fmu0MD3V+tv/ANH9kH7n80swdQ6fhUZFtAOSL2NqOMayKxUOarN/ttY1jP0v6P8An7N6
yB16/wC1+r6bPREj0ZJ0O0xvP0Po/mJKf//UCccPf6dEu2zu4Mfy/b+al9g3Qy9gfW46FrgB
I/ds+j7dy1s39lVO2Xt+x3tbGyqHSQPZ6tP6P+25Z9l/Sy0sqZfaT+cS1oBj6Tfbu2fyElOT
+xerssexuJa70xuLg07dh9zbPW/mfc3+WgV5jqtxY79LBG/iAdNrPzlq/anVsNXqFtTjrW0m
J/lfylFvRekdU23Nyv2fkOkWtgOY8g+22tpc303OZ9NJSToThZ1KkVy7cXD/AD2H2n/NWzb9
V7MnqlvUMq9tTHhu2kAl8taGe57/ANDT/noPSOkYXSRmtc+3IuorY7IuNMhjbD+hYMdz/wBP
RbW31LnNf6v8z6X+ESz/AKz049RoxHubYTq+u26oAET+kru9X6LvzK0lJ7vqt0rPLiRlX2B3
6W4WtsJJH5v2Y+o5rf8Ai7FQzvqb0vDpP2TMbTkkzSzKOwOI921zchmPYx25v/CKtlfWLMtx
2V1Qxjhz+gfY4/nOc9zK7vpLKvtua4PsufY52gD90N/lN22OZ7f6iSnU/Z3U8a7GADbL3MBr
FL23EBgE79v5n8v+aVqj6u5LibsjbU6dxrrII9x/e/mmN/q+qs/pmfdhsO15Zj2H+ZaJsucO
HPdo72/zlWNvqx/9Mu0bf9q6E6zExy61hO+upwdY2SLLPfP877NlrG/9QkpyLa7KWsqYQyul
uxsQCR/Ks/P3fyFi5uRkUOc5tVhbve1rnDY2WgOtdUXH3M9N302tXRDHyMnBZkXNNby0OsbW
WnY76P6TbufWyyN9e5ZPUcWuzFLWiHCxlkuMmNa7vp/R9j0lOPf9rfQ91r2UNPtfWAXHaRu+
l/LWY3GYMR15c7eTpwB9If53tWr1Jmyh5kbHPa2WyY109yY4b/TFPpkN2lpGkn4NSU//1anV
BlU5BdfU+t2Q+x7bHt27gHQC3f8Aydiq7nOIJfA/dbqfx/8AIrtMrGxOrYGC3MaS1oaHFrth
YS11W/1B/LrYsvL+r31boZudnXUuBklr2v8A++f9/SU85Y0AEjU9p1W59WBj1UZXV8ug5P2U
sZQwmGh53u9V+o3bNiqvs+q1DHNb6+e48useGDTsG44/7+qYyHe6rErNWITuNdji4F3G537z
v7SSnRyup5ebiG294Nl+W98lxY4itlbWbHfQbVX6v0Fm2NsucS8WubzBc0yfGXfTQ/tdIY6i
xz/a4kOABBkfuf2UwfjGIc2OXF1ff+sCNySkxpvhz3NsEGGgitw29vafctT6t/Vv9sZrcnIa
HdPon1NPT9Sz82lpZ7v+MexYpdWA4Nad0GNA2JH7vuXovSsjCt6BjelUaMWysBtYdJY1h2Pc
+1m39NZaxJTz+V9T+rsdf9nfVo13pPkh5Z/oKmu/mrLP9K5yqYPWMnoxZTWw1tqINuLYHAsd
x6n5r/zV3ddr2N9C4vudW0GywASN0w17Qdz3NZs3/nqp1XAwM7GnLpbk0x7bGGHNB/Ors+mx
JTz3T+sU35NluE6xtts3uqeQTW6dtorezbux7f0bve1N1KqrqA/SD0DuD7n1tABLTp7Xfo27
nfTVzF6b07Ac52FUKX2NDfUMl7m8wXPc7+v7FSyqHXWl7CdOWSOPGXHakpyc0trLmOZ9orJ0
k7gf6yqi1gcXemdfyrRyq2NMNDBAnV0un+qqHqfpf5zv9Ge/9VJT/9bUtfbVPTLWh7Xttr1n
Ug+vi7P5TmN9q4l7HWWRc9xLTy7x+f0V6P1nEa6yi2p2x7nj0wB9GysG4MH7u7H9az/rKx+p
/V8Dqb/TZsLw66nnWTNjD+b+j96SnlxTZWANvInXRXKGtsLanOBe7Qt8j/VVuzpFrbHC95Dw
YawCWgf9+/qNRcXovVG0Wtx22OFrCHWhuxsQePVSU87ddVXlXV1vaGB5LI1aR/J3N3Oaoh7y
d7Wwe5rEfc5v0P7CPn9Hy8TBqzr2Blb7X0RruD2Diz936L2f161nOeQJOhjWJHxSU6IyTXX6
dbWsB+k2JJMfnueXLvvq7XRd0vFdRmG6qluwECNrh7tttR+i6v8AdevMmkx46ajnlbX1d627
peRZLd+PkhrLoMEAHcy1n5u+v936D/oJKfSWfZa6ZYyy3a7d6v0nOcf8KHu2+/8Alqjl57MB
7vTduc8EHGA5LuLz/oPovbYz89Ef1vDrsZjX5FPq2Boaxp+lu+g5rW/zW7/R2/zb1DNx6skb
nN97QQ1zdHwQfou/eSU18inHuc8Mf6VlY97HNjaDqLmfv47/AN9qgMIMyLbHEnHpZuJ/eayt
rrtp/O/SLCzuq2jMbfjvDqGD9E5mhH+kZ/ne19bluUZ1l/T331sG41kemQSx0BpcQP3djvop
Kc7MxG7m7WBjHn6A1sAIb9Pn95VP2M0e00D3cEggyBvhn57/AGfn7V03Rn4eXjvzL7R9qb7L
XT+YYaxxb+67+aU3dO6bsZQ/KrJkishgFY/eY9n0d/8A3/3/AM4kp//X2rMxmTjHHszrNw2F
lzqBvZbWWvqvZsf/AINzfoO/M/nEfrXWOmWYJF9rQ8/o97WWw31B6Xqmtu3cxv8Aoty53pj2
dF6xfj9TxjdW4Ob6lnuG0HdXc3+z9L+QrHXasejrJY+iizpvUmsOO0H6NrWt217Z3U2Wtd/x
dn6NJS1f1mOD0+k05GPY+umQK8ewHZU9uOfVvttD/Ud/xOz01046nj6OL2mQHAnbwRuj22+3
/MXJ3dN6T+0WjfXT03Fx2tsNu5oL7X+vVU53+Es3f+e1XHR25rbMrEydgc58OtLTq136TYWb
Ldn8t1aSne+sHVsN2L9jvxW5eHkg7/Ts2OY8He127Y9rbPz2PXD5+BR6x+x72UHhlzg54P5z
S+va1zf3HbFp39B6hTX6hyqHVnj3PEiefoFvZUc2rLw2V25O0stMMcx24TG783+S5JTnOotp
YHWCAdAd3h809LxGknzKtsyLfSeWD2NEvkiB2b9L89A+1stqeXVAPdADtNIKSkmPcabWWD81
wMidIIcu9yfrJi4tsXbt7/cNmtZ82WT9L+QuEwKmPy6hY31K9wNjR3AO7b/aXQdT6xgZOLdj
21Mc9zmuZsJcR+9Dm+1j2M/mdn/XUlOZdkUszrraWn7NbYXGo/myd2m1dD07JsyNuT6gLqx6
ePS32bWx9JzR9Oyxc/h4L8y1lbXMbvP6MOPPgxxA2Neuh6f0mrEca7HC0E6AAtMxx7jvZc1J
To4eaXzXkt95EeoBy3+U4fTUjiOdkAus3Y7JLT3br9Db+77v66y+pZORUXYxf7YDtwG0unXe
/wDed+ar7rbqr2Ym/dj30FpbpLXNZu3bv3nbUlP/0OvvfXn4YbfhCzJLC2A2HAx6jWkn96z8
z1Fx3X8c29Ip+zUu9KyxxY54buaW/S27f0n03/pPU/8ABF0/XcjqTxjXYFrfRgWuYHNM7uWV
2+36Fg/r2Lj3dSfXmZLMin0/Xjcx24Cu7bD3azYxtu79Ix+9JTRu6kc3pzKXtLr2WM9QMbL3
FrXsbZ+9tdu/z1pYuB1bC6abrK3MrLyX0g+9ghu293P0pZ6jfzFmZNN2Jkty8Owh9bpD2EaO
5aPZubsW7gdfbkOm4bHEe8DSDG2QD+bq7/qLElNOqi/IADsjZWJdZ6jg0NAP0iH7Pb/aVHrG
Xg29N+x+mGW49u6pzCXNcPcyze5233P9r/ZWj9U6cK2OvxwPTaQXM8A7T2t1/O/lqh9jN7HA
bnOIG2QYHkkpHW1zsRjKjBsLjZOgDQNrdzj9Ld/WUWYtLJDnb3R7Q3j5/mqLabqhsurLC0x7
hojtJ0hpSUotO2JDWgfRb5/vIftaNY+astx9+j3ho8FNoprIFbPUd++7X/otSU6v1fpba619
9YNZr2lrm+0z+btVi57MZx9PqbwI2uqum4x+a3cN27b+ZuWQTlOb+kdsrPIJ7f1R7UH1seqR
6RtcRG5xhs/1GpKeoxLcTqU+rH2lrdu4yGuAPtc5v7yERktyhSRuveSACPoj6W9n5u9236f+
jXNnqmcNu1/phmrNo+iT+6tdn1pbb06x9jWDPoaBS4gwS4it5r/sPc70UlP/2f/tI3BQaG90
b3Nob3AgMy4wADhCSU0EJQAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA4QklNBDoAAAAAAPcAAAAQ
AAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RTYm9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAA
SW50ZQAAAABJbWcgAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJvb2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVY
VAAAAAEAAAAAAA9wcmludFByb29mU2V0dXBPYmpjAAAAFQQfBDAEQAQwBDwENQRCBEAESwAg
BEYEMgQ1BEIEPgQ/BEAEPgQxBEsAAAAAAApwcm9vZlNldHVwAAAAAQAAAABCbHRuZW51bQAA
AAxidWlsdGluUHJvb2YAAAAJcHJvb2ZDTVlLADhCSU0EOwAAAAACLQAAABAAAAABAAAAAAAS
cHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAFwAAAABDcHRuYm9vbAAAAAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJn
c01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAAAExibHNib29sAAAAAABOZ3R2
Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABCY2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABS
R0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwg
IGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQA
AAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNQeGxAUgAAAAAAAAAAAAp2ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAA
UGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRv
cCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZAAAAAAAAAAAAEGNyb3BXaGVu
UHJpbnRpbmdib29sAAAAAA5jcm9wUmVjdEJvdHRvbWxvbmcAAAAAAAAADGNyb3BSZWN0TGVm
dGxvbmcAAAAAAAAADWNyb3BSZWN0UmlnaHRsb25nAAAAAAAAAAtjcm9wUmVjdFRvcGxvbmcA
AAAAADhCSU0D7QAAAAAAEABIAAAAAQACAEgAAAABAAI4QklNBCYAAAAAAA4AAAAAAAAAAAAA
P4AAADhCSU0EDQAAAAAABAAAAFo4QklNBBkAAAAAAAQAAAAeOEJJTQPzAAAAAAAJAAAAAAAA
AAABADhCSU0nEAAAAAAACgABAAAAAAAAAAI4QklNA/UAAAAAAEgAL2ZmAAEAbGZmAAYAAAAA
AAEAL2ZmAAEAoZmaAAYAAAAAAAEAMgAAAAEAWgAAAAYAAAAAAAEANQAAAAEALQAAAAYAAAAA
AAE4QklNA/gAAAAAAHAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////
////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////
//////////////////8D6AAAOEJJTQQAAAAAAAACAAA4QklNBAIAAAAAAAIAADhCSU0EMAAA
AAAAAQEAOEJJTQQtAAAAAAAGAAEAAAACOEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhC
SU0EHgAAAAAABAAAAAA4QklNBBoAAAAAA0sAAAAGAAAAAAAAAAAAAALQAAAB7wAAAAsEEQQ1
BDcAIAQ4BDwENQQ9BDgALQAxAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAHv
AAAC0AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVs
bAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAA
AAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAe8AAAAGc2xp
Y2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAA
AAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1
dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5k
c09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAA
AAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAHvAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAA
bnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAA
AA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxp
Z25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0A
AAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVT
bGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9u
ZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAj/wAAAAAAAAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAjhCSU0EDAAA
AAAaQgAAAAEAAABuAAAAoAAAAUwAAM+AAAAaJgAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFk
b2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwR
EQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABuAwEiAAIRAQMR
Af/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAA
AAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGh
sUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieU
pIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYF
NQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLS
RJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eH
l6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8AwS8yW/dzKjLiP9dEV7ACeYGsKAGkaamElLBpMjWewlXul25j
XX4uOCX5TQy8AFzhWCHud7Gv2M2/TsfsYiYOJ6nq2bQQxpc0OB+l+Y2Pz9ztquXN+sOM2uvp
OLdhNDnFhbW9mRf6Qb9osLKm2tpxmOe1uy1nq+r/ADn+jSU4IoG4itwe0HRzSHAgafSUmjz5
48Fp5FTcsv6nSAK7trbXACG3e599Fm2P01O79J7VTtrDRp8AkprkRMa6wok7dZ+/hFcQdfBB
1JI+9JToV9CyjVXlZodhYlr9nrPaS8R+c6k7HMr2fQvs/Qf8IpdT6dh0YgOE/wBX0jvsyHkB
7mv9oZta70m11fyWroPqN1N9rr+mZNzXe0eibS51hrI224tLnH+ZY33sZ+Z/o0uu/VWi2l7O
mYzasysg6OP6QvO6uu36TN3+E3PSU8dVRdawOa3R5LWy4CS36Ua7v7a2Om41XT+mXdUzQHNt
IoqrAkkBwdd32/pXbKVrD6uZDsGx+HX6vpNGNj2v21+xrnfabbHSd36b/wAC/m1Z6R07Fqw/
sfUpsPqOLa9m8Fzx6b/SY+dvtH0/+ESUh6HW5uE/qF7X152Yf1VrQGV00DStlYd/g8ho3X7v
T9Sv09i43eP2h6vrHb6+/wC0Rp9Pd6/p/u/n7F1f1uyBgbulVXeta9obkWCQ5jYYa63fm7rK
f3H/AEFyIb7jrr/uSU//0McQXOJEDwSaw+qC0AkaOB1BlInnjVKouBkSD2SU9p9W8R4pde3Y
2+AK9zdwaRruc2W/1/pLQpws+rL3NyQH4uMNbag5ofkONltQFbqrP8Dv9Tf6q42/r+bh9M+y
Ye5r7XH1Lgdu2uPo72fpf0rnf4J9Xs/wipYP1n6livZYbLm7SC4sue/eAZi2vMdlU3+32M3e
lsZ/hElPedYwcerFyMnJrbVfkua69rHF1fqVt9JmQ10MdvfW33/nrgr3BroGoEn5Fdh1zqjM
nouBaNj/ALVU25xYHBsn2u2Ms/SMbvP+EXIXlr3aaO4nxKSmmZ3QDzz8vNRIJJ7gd/8AUIhb
BjxnaD5a8KxhdOyM7KrxcZhsttPA7NEeo97voMY1v+Eckp2vqXgY9uTbm5NbnuxnMGM/X02v
Ic91tjh/ha2t9n+D966pk213DGJZRY4vstJ/nHQA/b+ds9vv/wBa1Xy8np+JjV47XCnErc2m
mpjSSJcK5tb/AIX1930/z/p1/wCkVi1mTe8Y7menS0AFrQQ3a0/R/qtj6KSkOLlU3XW1OYBj
0DcbI1Dqve81tsluz2/n/TVujHbZk3ZgLhvIFbxo5jX+47He7b6zdu5+z1K2exU8+6ipv7Ps
eA69ja6tNRW54rtc9/0Ge1r/AOur/TG9Rbh2N6gW137nhtrSPof4G/X6NrWu9P0/+DrSU8/9
d+k4HoMvx6vSzTa1ptLv53d+bkeo573P/wBFbZ/UXGDFyTlOxfSd9pB2ejHun93au2+seKzO
fj09OdL8RxF5IkcB+91v+Fsc7+V/O/pE1rMQZNNtwcOoElmMA07idjnWNe4H+bbVu+n/AIRJ
T//RydvJk8wp1sJbLO3b5SU0SSNARyqWf1J1Nhx6Pa4fzlnBH8mv/wAmkp0qwBqRII1+Pgk6
qgAv9Fhc34/kVbpzOsZGNbdQ9j68dpsyDcQ0VgRs9W20Mb6mTv8A1avf+lVzFtOVWXuqdU4H
bY0gxLfpRKSnpPrXD+ndNy2tDA6v04aNoAcxlzG+3836S5ItJdE6Lr+rgX/U/Cs7VPq3k9gB
bRP+dsS6R9VcazEozcoEi2qXV2yA1znO22Nqbse/9B6eyt/6Pf8ApUlPJ0YdmS47GgbAHWWH
UMb/ACj+c9/+Drb+ksWhjdVPTQ+rCaLHWQMgv+i4A/zTtn7zdzfTZ+ir/wCEsVj6xZ+PUP2N
02kU4+MYtsmXPsiX+7979+13/WvYsSot4ngQPJJTsdW6pl/WCyvDqxhQXPHp1sJe5x+g0OdD
PbX/AFV3FeO+ullJcXvrAG8jUuAjcQvMXElp2yHdi2ZlendHbTZ0jBc4BwNDH7nHcfcNz3F7
5ckppZAsfmF1YY11NAMFjXP3OedobYdrmu9Ntmz3fnrCzuutx+vYteTktzMS0+ndjFv8zv2t
bba72/p67Pps3bPQ/MXUdJFWTj35jWgtyrnFkcBlf6Cls/1Wb1h/WL6q4l+ZR1AH0mtcPWrZ
/hAPf/Vqf/wiSnSzvQre1gtJtZLRRjAQIOjNNtLPd9Le9ZBrvtyBmXUfpcYlmNQH6bnkV2Of
Z9D+Z9Szd/xX9s7rItA436ATxr/0t37yk4e1kfR3lhJj6UbvUZ+f39FJT//Sz4AOnbxQLOjt
6lm0NrOx9j2ttcOdsfmz7N3t2qw6GnSCDr5q70nq9/Tcl4xcVuXk5IaxlRLtwG4z6VdbXWPe
/wDf/wAGkp2DmYvS8/qOPs2ZFjaobZBZYGBz3WtbcfdcyfSs9+z9HVX6Sfo/SMXqGI/PvFgb
Y9xZTS4NbXDnfovUs3bnf+e6vT+mpU9U6b1i23puRSMLqRfDPtuPXcGlsyz1Ht9ztn+lZTbs
/wAIr3Q+n0dLLw8Pbd/NZP0xQY99VtbL3O99jfpe9JTc6ZhY1WKMF4bk00WvLGvHdrvWZ6rX
ez1K7T/UVf6zdQ6hhYhuqqHqO9vrbmubVP53p7vUsu/c9np/6RWnWjJblMqLqTXvYLSC0gkO
d6jP8J7P6q4LqOQzLy/VZHp1tbXTpHtaP5x38q1/6RJTSIc4l0kuJJcTyTM7inDANYjvp4qZ
a0jmO8qJaDBnjwSUxngEyIJXU9L66cf6p5NJMZFAfTiF49r94Nmxp+i9+M11m/8A60uZcAJd
JENMfALXZjek+qy0E04NHpWN8HPPr2Fk+zc6+303t/8AIJKbPWDn/V+zprcGx9LasRlZjVj3
gusuZYx3tt91v9dbr87LyMCp+ZU1l5aHWVVkhrSe02H2/wAtH+tGK/I6bZ6TS6+tzH47W/SF
zXB9X9X9x/8Awaz8h9ljn1N2+q4FzNwBYY+k14/dSU0c7DzBSzqIsaMOl4fcZIJqYd1rqp+m
32+h/wBc9iDX1amzpFuVsO2kC2I924va3/t31Xra6fnDr/QKzbjjVjhbTHtmv9C30f6z99lX
/ErnmdNqxqX9GBc6vOsFj7T+ayoC2upnLt7mC19rf+JSU//ToAjUTqTp8F2v1QbjM6Y2/EYL
L32OrznmPUbBbsrY/wBv6FlTq7di4lxkzxKudN60/olz8n0jkYuQ0VX0B5Yd7fdRkVuaHbbG
t/RpKe+yuidLy7H2ZOO2220Na+10l0MM1w530dn5rk/TwzFrqxdxgkMoNjx7mgv2sq/Oc+tv
7301xt31+6gH7sKsejpLMqLTP7v6L0tjf5fvVLM+sef1e5jrq62uYAymikOlzifYGNe57mv/
AOFSU73Qc4ZHXuqn1HHHtf6jXkz7RY6kO/zHrFd0LqVdYcWNcd23YHAvidjXkD2+7/oK/wBE
popyciwPi8B9bmB24N2llr2td/hPzG71S6r1GzF6nnNlza2NNdFbRAm0793+Y5JTVr6fYct+
NdNfpQbixvqO2n6JorYf07rf8FsVu/pWJitY/JyDWDM0tIc8R9FpyHsrq3f6T06bdn+ktQ87
q12B01tG4Nz8gAXFoh9dQA9LEn9xv03/APCvXMvynOfte5z3/RaySTr/ACnfR5SU7uI3Htym
vaC/FZuueHAB2yvU1P2n8+xtdX/XFo9QsfT0msWEG7NeXWfI+ra7/PdWs2nfVhBjABeyqt7W
t1a+tpdk2V6f4Wxzqbfc7/Bo3V8pmRbQ2o76q6m7SNdbP09k/wCexiSnqej9QF/1fr3k2vpB
otLvcZB3VF/53uq2KOViuyfUpa9tTtrt1jzo0OG2SPzvpLD+rpysd1txbY3CvYa3XAe0Pbqx
4Z9K1zf5v9Fv9Perrep5Trc2nMjGbbVtqzq3Gt290PZQ1twfX6/pB9lljWfofSSUw6A5zepm
nGueenYOMKXOB2l4a81vvs3e2j9a+05W/wDwVCZ31ic3EZ1IUg2WH7QWa7QwPdX62/8A0f2Q
fufzSzB1Dp+FRkW0A5IvY2o4xrIrFQ5qs3+21jWM/S/o/wCfs3rIHXr/ALX6vps9ESPRknQ7
TG8/Q+j+Ykp//9QJxw9/p0S7bO7gx/L9v5qX2DdDL2B9bjoWuAEj92z6Pt3LWzf2VU7Ze37H
e1sbKodJA9nq0/o/7bln2X9LLSypl9pP5xLWgGPpN9u7Z/ISU5P7F6uyx7G4lrvTG4uDTt2H
3Ns9b+Z9zf5aBXmOq3Fjv0sEb+IB02s/OWr9qdWw1eoW1OOtbSYn+V/KUW9F6R1Tbc3K/Z+Q
6Ra2A5jyD7ba2lzfTc5n00lJOhOFnUqRXLtxcP8APYfaf81bNv1XsyeqW9Qyr21MeG7aQCXy
1oZ7nv8A0NP+eg9I6RhdJGa1z7ci6itjsi40yGNsP6Fgx3P/AE9FtbfUuc1/q/zPpf4RLP8A
rPTj1GjEe5thOr67bqgARP6Su71fou/MrSUnu+q3Ss8uJGVfYHfpbha2wkkfm/Zj6jmt/wCL
sVDO+pvS8Ok/ZMxtOSTNLMo7A4j3bXNyGY9jHbm/8Iq2V9Ysy3HZXVDGOHP6B9jj+c5z3Mru
+ksq+25rg+y59jnaAP3Q3+U3bY5nt/qJKdT9ndTxrsYANsvcwGsUvbcQGATv2/mfy/5pWqPq
7kuJuyNtTp3Gusgj3H97+aY3+r6qz+mZ92Gw7XlmPYf5lomy5w4c92jvb/OVY2+rH/0y7Rt/
2roTrMTHLrWE766nB1jZIss98/zvs2Wsb/1CSnItrspayphDK6W7GxAJH8qz8/d/IWLm5GRQ
5zm1WFu97WucNjZaA611Rcfcz03fTa1dEMfIycFmRc01vLQ6xtZadjvo/pNu59bLI317lk9R
xa7MUtaIcLGWS4yY1ru+n9H2PSU49/2t9D3WvZQ0+19YBcdpG76X8tZjcZgxHXlzt5OnAH0h
/ne1avUmbKHmRsc9rZbJjXT3Jjhv9MU+mQ3aWkaSfg1JT//VqdUGVTkF19T63ZD7Htse3buA
dALd/wDJ2Kruc4gl8D91up/H/wAiu0ysbE6tgYLcxpLWhocWu2FhLXVb/UH8utiy8v6vfVuh
m52ddS4GSWva/wD75/39JTzljQASNT2nVbn1YGPVRldXy6Dk/ZSxlDCYaHne71X6jds2Kq+z
6rUMc1vr57jy6x4YNOwbjj/v6pjId7qsSs1YhO412OLgXcbnfvO/tJKdHK6nl5uIbb3g2X5b
3yXFjiK2VtZsd9BtVfq/QWbY2y5xLxa5vMFzTJ8Zd9ND+10hjqLHP9riQ4AEGR+5/ZTB+MYh
zY5cXV9/6wI3JKTGm+HPc2wQYaCK3Db29p9y1Pq39W/2xmtychod0+ifU09P1LPzaWlnu/4x
7Fil1YDg1p3QY0DYkfu+5ei9KyMK3oGN6VRoxbKwG1h0ljWHY9z7Wbf01lrElPP5X1P6ux1/
2d9WjXek+SHln+gqa7+ass/0rnKpg9YyejFlNbDW2og24tgcCx3Hqfmv/NXd12vY30Li+51b
QbLABI3TDXtB3Pc1mzf+eqnVcDAzsaculuTTHtsYYc0H86uz6bElPPdP6xTfk2W4TrG22ze6
p5BNbp22it7Nu7Ht/Ru97U3UqquoD9IPQO4PufW0AEtOntd+jbud9NXMXpvTsBznYVQpfY0N
9QyXubzBc9zv6/sVLKoddaXsJ05ZI48ZcdqSnJzS2suY5n2isnSTuB/rKqLWBxd6Z1/KtHKr
Y0w0MECdXS6f6qoep+l/nO/0Z7/1UlP/1tS19tU9MtaHte22vWdSD6+Ls/lOY32riXsdZZFz
3EtPLvH5/RXo/WcRrrKLanbHuePTAH0bKwbgwfu7sf1rP+srH6n9XwOpv9NmwvDrqedZM2MP
5v6P3pKeXFNlYA28iddFcoa2wtqc4F7tC3yP9VW7OkWtscL3kPBhrAJaB/37+o1Fxei9UbRa
3HbY4WsIdaG7GxB49VJTzt11VeVdXW9oYHksjVpH8nc3c5qiHvJ3tbB7msR9zm/Q/sI+f0fL
xMGrOvYGVvtfRGu4PYOLP3fovZ/XrWc55Ak6GNYkfFJTojJNdfp1tawH6TYkkx+e55cu++rt
dF3S8V1GYbqqW7AQI2uHu221H6Lq/wB168yaTHjpqOeVtfV3rbul5Fkt34+SGsugwQAdzLWf
m76/3foP+gkp9JZ9lrpljLLdrt3q/Sc5x/woe7b7/wCWqOXnswHu9N25zwQcYDku4vP+g+i9
tjPz0R/W8OuxmNfkU+rYGhrGn6W76Dmtb/Nbv9Hb/NvUM3HqyRuc33tBDXN0fBB+i795JTXy
Kce5zwx/pWVj3sc2NoOouZ+/jv8A32qAwgzItscScelm4n95rK2uu2n879IsLO6raMxt+O8O
oYP0TmaEf6Rn+d7X1uW5RnWX9PffWwbjWR6ZBLHQGlxA/d2O+ikpzszEbubtYGMefoDWwAhv
0+f3lU/YzR7TQPdwSCDIG+Gfnv8AZ+ftXTdGfh5eO/MvtH2pvstdP5hhrHFv7rv5pTd07pux
lD8qsmSKyGAVj95j2fR3/wDf/f8AziSn/9faszGZOMcezOs3DYWXOoG9ltZa+q9mx/8Ag3N+
g78z+cR+tdY6ZZgkX2tDz+j3tZbDfUHpeqa27dzG/wCi3LnemPZ0XrF+P1PGN1bg5vqWe4bQ
d1dzf7P0v5Csddqx6Oslj6KLOm9Saw47Qfo2ta3bXtndTZa13/F2fo0lLV/WY4PT6TTkY9j6
6ZArx7AdlT2459W+20P9R3/E7PTXTjqePo4vaZAcCdvBG6Pbb7f8xcnd03pP7RaN9dPTcXHa
2w27mgvtf69VTnf4Szd/57VcdHbmtsysTJ2Bznw60tOrXfpNhZst2fy3VpKd76wdWw3Yv2O/
Fbl4eSDv9OzY5jwd7Xbtj2ts/PY9cPn4FHrH7HvZQeGXODng/nNL69rXN/cdsWnf0HqFNfqH
KodWePc8SJ5+gW9lRzasvDZXbk7Sy0wxzHbhMbvzf5LklOc6i2lgdYIB0B3eHzT0vEaSfMq2
zIt9J5YPY0S+SIHZv0vz0D7Wy2p5dUA90AO00gpKSY9xptZYPzXAyJ0ghy73J+smLi2xdu3v
9w2a1nzZZP0v5C4TAqY/LqFjfUr3A2NHcA7tv9pdB1PrGBk4t2PbUxz3Oa5mwlxH70Ob7WPY
z+Z2f9dSU5l2RSzOutpafs1thcaj+bJ3abV0PTsmzI25PqAurHp49LfZtbH0nNH07LFz+Hgv
zLWVtcxu8/ow48+DHEDY166Hp/SasRxrscLQToAC0zHHuO9lzUlOjh5pfNeS33kR6gHLf5Th
9NSOI52QC6zdjsktPduv0Nv7vu/rrL6lk5FRdjF/tgO3AbS6dd7/AN535qvutuqvZib92PfQ
Wluktc1m7du/edtSU//Q6+99efhht+ELMksLYDYcDHqNaSf3rPzPUXHdfxzb0in7NS70rLHF
jnhu5pb9Lbt/SfTf+k9T/wAEXT9dyOpPGNdgWt9GBa5gc0zu5ZXb7foWD+vYuPd1J9eZksyK
fT9eNzHbgK7tsPdrNjG27v0jH70lNG7qRzenMpe0uvZYz1AxsvcWtextn72127/PWli4HVsL
ppusrcysvJfSD72CG7b3c/SlnqN/MWZk03YmS3Lw7CH1ukPYRo7lo9m5uxbuB19uQ6bhscR7
wNIMbZAP5urv+osSU06qL8gAOyNlYl1nqODQ0A/SIfs9v9pUesZeDb037H6YZbj27qnMJc1w
9zLN7nbfc/2v9laP1TpwrY6/HA9NpBczwDtPa3X87+WqH2M3scBuc4gbZBgeSSkdbXOxGMqM
GwuNk6ANA2t3OP0t39ZRZi0skOdvdHtDePn+aotpuqGy6ssLTHuGiO0nSGlJSi07YkNaB9Fv
n+8h+1o1j5qy3H36PeGjwU2imsgVs9R377tf+i1JTq/V+ltrrX31g1mvaWub7TP5u1WLnsxn
H0+pvAja6q6bjH5rdw3btv5m5ZBOU5v6R2ys8gnt/VHtQfWx6pHpG1xEbnGGz/Uakp6jEtxO
pT6sfaWt27jIa4A+1zm/vIRGS3KFJG695IAI+iPpb2fm73bfp/6Nc2eqZw27X+mGas2j6JP7
q12fWltvTrH2NYM+hoFLiDBLiK3mv+w9zvRSU//ZOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAPAEEA
ZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8A
cwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EOkGh0
dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlkPSJX
NU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9iZTpu
czptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1LCAy
MDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0dHA6
Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxu
czpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlRXZl
bnQjIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEu
MC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1wOkNy
ZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpDcmVh
dGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjQ3OjA4KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIy
MDE4LTExLTE5VDIxOjQ3OjA4KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQy
MTo0NzowOCswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDowYjNkYzAyMy03OWU3
LTZjNDctOWIwOC02MzU2YzM2NzY5MGQiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRvY2lk
OnBob3Rvc2hvcDo4NDcxNmQ4NS1lYzJiLTExZTgtOTNjZS1mMjRjYTA4YzRlOWMiIHhtcE1N
Ok9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDoyZmQxYTY4OS02NTkwLWI4NGEtOGEwZS0w
ZmZhYjVjNWE2MzYiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9m
aWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHhtcE1N
Okhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIgc3RF
dnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoyZmQxYTY4OS02NTkwLWI4NGEtOGEwZS0wZmZhYjVj
NWE2MzYiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6NDc6MDgrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNv
ZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8cmRm
OmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MGIz
ZGMwMjMtNzllNy02YzQ3LTliMDgtNjM1NmMzNjc2OTBkIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTEx
LTE5VDIxOjQ3OjA4KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3No
b3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2VxPiA8
L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6QmFn
PiA8cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6MjZGREUxNDZCNzcxMTFFNTkwNDNFNTFERTk2ODA0REU8L3Jk
ZjpsaT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9yZGY6
RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/i
DFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFj
c3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rl
c2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIs
AAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZp
ZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8
AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4
IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIu
MQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZ
WiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAA
AAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVs
dCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVm
YXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNj
AAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAA
AAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwAD
XJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAy
ADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3
ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFS
AVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQIm
Ai8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4
A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSM
BJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYn
BjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgL
CB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9
ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzA
DNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+W
D7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLD
EuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJ
FmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoq
GlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5q
HpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMK
IzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgN
KD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12
Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNG
M38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/
Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAj
QGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1
R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63
TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFap
VvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8P
X2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fp
aD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6
cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsE
e2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VH
hauGDoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAG
kG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtC
m6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9
p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4
s660JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1
wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01
zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr7
24DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG
6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ
+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMGAAAA
AAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBER
DAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAe8DASIAAhEBAxEB
/8QApAAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAgMBBAUABgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAwEA
AgIDAAICAwAAAQIAAxEEIRIFEzEiEBRBMiMkFUIGIKAzEQABBAEDAgMGAwUHBQADAQABABEh
AjFBURJhA3GBIhCRoTJCE7HBUtFicsIEIPDhgpLSI/GisuIz8nMUJBIBAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAoP/aAAwDAQECEQMRAAAAzojghMDpDiZHiYjju4iO6DjBp6zDbQKUMWF0wSQ8FMcTE8R0
EcMSSM8cSzIEuA4hOnmC49L54XISTIkdHQSQkah3lldbsQ0t/lneS2sMGOgsCQndPERPHRJE
d3EMCSIYItvEC9d0qJvVAIIgYKDumDp6QO6SIiSe6CVlx3HtGJpamMbR0SFZt0zDFqySKyU4
suKWpW9GLz34BOxjeiNeulIjB3/Ogd0joMSIniOniSEhbAMAuYLOyZSdduk3PPSBnekyysa2
AC2AYITpjiIYIPTB0dBxQJvbHi9I3g0pPJVPTUDGboZAiJYXqm1nnDboDPTeV3Chnekko6NV
waG5xSpQJ3TBbglndIgz3EwUENAgLYuHIv0y5kLcZ7bCTZqJvmfFtIAtgXxLBmOJjoOEwOiO
JieOLoPVXMreOq26oOHr8eQ2EaZnaKtEx8rWIo7dO6XG8AhewkwcZ1IEGCCU8WRkCYmCIMTh
mSWywG6FsmNG0ZNk+Me4/WPCP9d5A3MbfyCmLFnLYogWLOlZnR3ECUE8MhCUDvT+T0j1q+zR
z5sFSnaUPtVWDqQ3DOC3UBtK1Rnk93DMpbUnCcAT0lpfCSYmR0cBxQWH07I/Woa4dC7XK1f0
mKDdekv0KmuVEaNAx6d6qLWSwlGBAmJ0dwQ8AfTx3TBoerpXAkuE5ASLs8Jzc+DTMXlCndke
mwRJyBl+R9z5MoT0EFBDIKAxmCY6CZEw7K3l/RzNQbBrLGNpUTVW1JYGJEZOniFasxYoJgHp
EgTg6YIGJ47jAIp3ArtpQdNVsi3Ig0GpKdtpFulcyTTZJDAcJyprC/PauKOo7bDzZPSOjhC7
oIjoOYMjW1rBp6mI8Xlrpmk/JcXdzDcesLA9AVMPSyBKygStoCwZAMFBEzB3FBBQ0295VcZU
dAdmmQ+qIgNmwF1cgs63RL13y3py0hyijfkjzmVr4Zp6GbpC83ZaeV6OI7uIgoJnpJasxtCw
spS4BDCgkgg9TveI9sYubapADKzokAgOABYBMQZBwQOhHqBUAksUexz0g1r5UY4ziKBSLHni
9cytkydl8nGKR9SMkt5l+wUXPg6UYII9BPdIM9JPdwXRILAM4HSVA0IM99uTZ1aV48om3RFi
QEdHHdPELbIpkSHZG6bA55Gst9co+f1scuek8n6ktgwSIFgOXrYhcuVwLiqOIb85XqSi5iSo
cKLAdwjzezBmDMBjMHGuSZmQOYAUTwwRk6YI4ZE39fF1zGx9/wA+CBwKIuOBkEcXAXrVYmU0
xoQZZrxxEw4u+iqXSOmAQck7L0a45dqkdm6eOZnqfH6p6sjgUFVAWZp1hekkzzfEJ3dxEzIc
hIwKCzTOlYGSDAYaBIFJqbeBvlTy3r/IiiLiOmwVu2qxU19GmZ1I6RMxwZRwQTINuqJ6m343
1BfXZETFgDJtZ+8VV3VnnMT2fmTOcm0epUJEklwSu4MWAeb6JOgoOLlk5wrGEsw5uAVn38s0
yytIZ08W/SeW9OD4/wBl5EXep7IvVMineKqd5yKQHdxM9Icjx0jx3TAXr/HewLsjJNS1jEbV
C+SBQLzdVR4zW0qwxcSCaSGEIjq7VGEoiIIZJpX65mCQB2kejMT0uP6QLzfrM48tpSZMdxPq
PKemLPmfS5Bk+lbZIEUk0bPnyjESRE8BMEFIGRMSd3QT6rym4ehkZF+a2/JnrbuXnnpZoXiR
kClWtVgOgAJSo0liBpV2AecmRO7oC6DK2Zs0Bfr83ZKdvN1CxXrUASV6Mozqief2LFUvOrvC
WsCRjBIzZgkSAgu4Me4iZIUU8CYERYTJ7Y8vSMSknULvlfV+UO28KD23ed2zkHXBruAo1NTL
Ng64mlNS2edEhJ6ICjuJMdIsaIWDyT7uQaNKuRc3vMegNJLhFg1I99ZwU1q5Yw7OaVVnAJRJ
ExJ3RJwlBEwQsxMAoYWtivkjPQ+f9QR5T2OUebYO0WmjwKX1CxKdoVl6+KYBIg272XtnmYas
KBk6eEL2XjtY2k42oWDp3SlmWMkavQ2RdxFgXBKOEuMW/SAzVdJ0Tx0FwrjgkSkVMyTxAAzp
F6edrGfMkXvRYm4dVt1jzV1+aaxL4nozzdt+U9GWM27VPOZvqMgb6HKAzoiQO7iCiQQFwmd4
TJ2vOke1PA3DPuDAdlIj8qzRNiVmU/P3s4Ho4mRgmY46YEKR46eEMS4EwIjWz7wqSulT0Hlv
VjVlxk5exAtNhJIhYPL+i89vmlYqXTLTeSZ+dpZ4EdBPTwJRZLHoDIkGwecreq48rHpqgx9D
QHTPFPzW55o9LaytIy8jYxiR6ToICJ6SIKQZaIHQ0XDkEzMGpXtILTgWZWnlGey5RA1bdYTB
wVU2KRkelw9ILc8ZvmlWfRJiTPPR0DV9xOxjsPY0LLSHVrB3TBAmJUbCywQsMrzWtkmptYO4
V/O+pomSr0dcxOvWDImHDNarXJu2K4s6tcfSq2xVunrCWVNIfmbHnASCT1FnD2xaIkkTUK64
wq+f0KIn1GBtg42nkG2hSSnBiR0cEBSbez4L2paOkJodm2h4cQKXYZVu5oAofXLfoPNeiJqX
M8d2S8vpRAIs2BFZWQatbMAsrTwV6nqFXUqKLV2pbOwtTMI7uGem8rdPQAVcdUtVy5Ws4xSB
1Y0N/wA9pnntCzQGpVIIzxEdwRBIrSq0T2p+HM9Fj1RLDqEl5VaRz4rGhBGW7tS4TkamWY+t
k3QULsGhYPLKtaFkR0hypZa0qNs0cW6R2ngbxkIIDp6SGrI9JWr2jIa3FPW10tEUbTxZrxTU
oUgJgZNSeMCCgie4OrZSUjkQzXwYM4EjAnRqWixQgDT0/N7JYqW6ZhnWcRtZ+gVsx6BHCsam
Gi7EsLdiq8VcpWCtbsZYQxwfGZc0ISEhqjkjJ0KMozYESFjjKEgIITNnrHFTigGGgcwGA5mz
miOgjjXx1hZjAVBZ6RD1MzRL9Oyk84+5tGQW0ZlRsqMRO+08wPqAPKI9ZgFd9Z53dJYSEndb
tmdbsMJpuAXMgKXYqjF10l5NSB6raCsq0sF1qS6nhDLrJHJ4nnVh8JcZU7l489X9DkmWMAPh
Uj2V5LulnbBcctgZEQCjoEWqVoEX8Q6pRNIPOGbp4NgWq7qGbaOSDsKFcSxA2FixjjJbfaed
M5JYXDa51RK5YWCiD0gMIyh11mYu5cMvtDjIm7TCKsQ2IgHH9KZ5cdcDNbd0CdHrQC6xj0Wq
pUZXM1xyqZoZ6UhV2CMlRHW1KNvsXSNWzRul8SQZLVVC8JyUQvLKjHQUKWtmD12EB0rFcRaC
wcBrN0rmSWTyVGpXpgWVgRM9AcKgaKOLGxg2DeZhXi6m3580yKCJx1F7OSseKZGjZUVyNh3S
sAB4aa7Qw66B+zmWT0lcbx5Wp6mgWFttGei/UFAcHZl+qEEwRn6eUG4LhXizBq41uuBBoG8u
SYWI+FmBByLIeGwDQ/QvuCsKaZtYepkDVAJKY4F0cOShg6a8jUmsU2fUnnWXM8G3FM51fQNi
z5+6blSCMi9l6RcsZhkUdaqZdC/QLvQIVazJTOwsVMsHV7aihw8FxEAcQMgCOApFAwCNPM3j
by344gVWSxnaVUTzUnGtpA9wFgCA6VDlTpnejNhkYnr0nlGekM8Vbu5g+uYFizkQerz81xqL
mA+VBzQkVTv1iqBVxspIkhg9XZp2zzGd6fCK0yBMiBZ6swZK7ZVC8or7uM428foE26Rj0GoH
i4iWCAzoJlfBqYJc9QqyEt+WanZ2gQLViql+DzWf7GoeTVqoKLtK6WhNYhTKg5ISQthlZdkB
POSFywPQaeFtiQZVLQugXWuiZ02qw9uXXNROWg0sxYBzzAWRVNEKzDiEgAeBHNWSdfh9vOE9
wzC3wlJYVbfcOPOYWQZwoTQMSuAZ7gIYkCo+CqbVDFzwhbIFAwRcHBpamXojqlimWq+Qg1q2
ZXNGvWIZEkBJGCZkRErAS1R3OgTLlnGloJ8kdMXCsFqubO9jaQxIuLVTllpi0nOmmaI17BSV
fpEByRvIgkTUOiDEKNYoWrEqNR3TJp3UNAs42iZGfoUAYIxctEg5ELgkcxbwS4wMvVyRhDJM
q4aqZCdWIuAnieiwXdSbRWdZYUr3SEMiKFySoT0j4zbotGkgpqvCBS1s4m2u0Vq1isIBqwBs
cJPgN3M1KZmXQQIzfS4QjigMosCl3ECzGB0L4dZ4itlOQESJH8vg+khZFAXLk5i4PRbnhds9
EQCGgrApN1ZVaaxFA65GnUsFbRr0DVJQjq1rjgfWKrbNIiq26UCscJC7UNzP0VmVR0qZdydh
BjVtSCtzkiQZZKs2awt4WR1R9cpQRFfiAmVsI6JIiJCmOCIODchh7UfPbholm3RvVmHdygad
9JnWzWJpxRNDQxnm0KmjOCgXF0NUTctSUlWqgVXTaQ1ayjFvPLLGPPN2bCAFaQGYx6xRGQpG
jaMMvQgeP0LN8w8r1/jwJiTugTiWYfRxM8IciQejnNPYqpiaseYk9RFd5PRAmvbwA6dlQsxE
0tHM1Bmdcgzr+e49NGe0uTmcaKK1Q0Z87cNfzt8DUf570IrK2qpiQ6mbZIUaR5Fwt8lgUiQh
xQD5T1aTwcegzCkDVEdMBdDDhIAyAwjVI2UkE+s49NcydQkkkFg72eeds1CLTV2TTXWqlrSo
tLU0LQbukrQ+iPq9Jf7Jk1TzONM80zTqVqZazULNgwwTUtZDj1UVwLg1ZHKEjGJFU04ogV0X
1FMbwFWbMFeDWEaSGSBHT0kMCDa0MvULIYajdrZcE1Sk65nsLd7O1hgzJWIhLj820XkiZQ6+
BiKp8aVlXoDEV6DPMxAaZ52NYBef6Lz5Zl7jk1OLxUANHs3jRqo4sSiQgiA4GRkrYVovIK0X
FiRvUyI7g+Fha21WSvk+iQebJigukQekw7dS0WnCY2AtCw6qPtZOqPOhcPLq1cU0fS+J1j1G
RYsnitGrXN27l6RSwPQUS4+7WM5E2zNp+lE85HpAPOT6FBizoqKZPqDOVI3lcMEqhZbntL9O
ADnjAs17J6BdEy27LIVXhRxG0S3QsGZZ00EWh4RX0s8RHCN1cvWMmLmYelwfUAeHs7dUr7WG
4teX9Nhli757bAt1rBQr1eLHovLbpZhCyxYymFqnNYK5nML/AJz0vmyu1DRlqvcAz7tEFo8H
HSFMtAsKkuJqwFwkcYOGyDC3qUqpp9WEsuXA6tYSZ0EwnUzHk0bAnorOFoFyrKijUeQrM2PO
lK5VE9CFNxlkaw30twV1ZoviaVoa0HSrUDfwrPGA0JHukSsBGBDmC5sKO4RO4pAg4OmOCYkh
tupdNUGQY6d9Zivs8TfyrA8mmUE2qoFkapp2rnFSbAGL2rhmlhbVIyKuvnCdHNMixa2ShrhJ
UyvRUjJsIgvWsYjTyVcCvgFEBF0IkYaBLCx4mYImRgmCA6OgmO46Ssg3lWi5FWsXwzFGlXqw
WGIslm/k2i/RtNMdd2meuS2mV6VSubmUshejhahFK2gzl36YXofOMPSjSaXRW8y8/YqFAH1i
YkgIcRSFqxhqYcYETMGQQ8d3CTBSKNzBLGCHCCGTXkMRMGHsFsJI8aQF4acGxpeV0jdWqyXI
o6hk5uuswF7mQUmco0G590CpYYZvOAK5QYadjOaXQCRWZt55ScsyTFxWqbAmQyyAuY4mZ4iS
I6SgM18NFYnCQhC1okncKKFBIIQemDhOAS6CJGDR2fMOP//aAAgBAgABBQD/APVz/9oACAED
AAEFAP8A9XP/2gAIAQEAAQUAJIbtgFiR2aE5buRCcklsdnEyTO5xlsEkxWOCxlSnvTzr+jeL
TljP2MbMBJmGMLGZIgxOpIz/AADgZ568jCzucBjj9iMmN2zk57ZIJnOf3z+07GZYgEzsMkkT
Jb+B3J8yhlquR7K6NMUDZtVJRVdtvSya9Ww3dtiw2XFiJlst/uxCwMoRiM9jn8k4M5IJYHGY
Rg4BJAg4n5KAMf7Fi6zv9IyfsUIPUiBcnDiY56mAEzmBP5zCczBwDgcrA2QVyvOOCMYK12Ma
Ne22wtr6FV64syeqZweQPx2WE9SMGBexpXppUFQdnYSpWa3Yt8vSOrr7uqwfb2WWkqSR+QCS
3YTkTOSe3ZjAggBMIxPwOJ+CcYODMEHiFV+fZzXULaZs1lLcATHAWBcQcQFYMQQjEIAIJjHE
7CHEGIepOAI2CASAoGR53yK06yS6yiyXPaZuVosP6jJDDgjkDGeykhQT52g11mx0Fd11dNdz
ta3/ANf1qUJ2ahLtp5bQlk20Wq/IyPwykwtxmE8dszmfqZ0WMO0xwuBGBEK5PXI6MAowLNiu
yvXZiu49Nuw6gELCuYf1n+QpAE7CMTCYehmP2BUfwM4x2Kk5wJ4mnVeu35dC01brVOdjUtj3
29FKk2VhlIQuQc01Ne1upXVFrqy9VSrTV+2urJRs2rmxnsdQSdLTGvWWIHR7G22/rVMWYnOf
1hxnAJ6xeISP45JnBAOCMmYxMERmRUJ2rVo84sdHWrpa+iq5d/y/lbY11RrYMoJyx7EZM4gE
4EIzMAFiYOSW5GAQSQQTAMN42xomvCVVqRsh/JpdNjRFTm/Yph2ThdihaG7MQmTRW9GsAxeq
r9GJlVgW1Sp197/+X9e1U8jSodbbg9hZc2tib+ybW69YSewPJGGGexJBAyWzCIBicYH5ZYAR
EAaVVSxEN3VVldJ6bXqbVdtXubIbYuq2qtkIUpB65ILAkY4IJmCDgmcAkw4MH+rcHOQOIMGc
w9SPM3Xo2URBHGV2dVrBV5Ll7/HNhvrCGVJ3s2TQaa6AzbIKo/chEOdBnGkKK7TfSLq6USsA
Ixb9T6N5SnOSWOc5K4ELZh4BXMxiEgkEYVSYRwoGcwhxK8dFQ4rQ2bgIRNr2duwvs7DjX2fn
NYJ8NlCtaVkVdeAvUELOuFPIbiEzOZgE5mMR8mZEwP4Iyc9W870rtpVbYWyxBgt0b6pUm1Tk
OmD5mihpbXcNq0ItW2ULFSza+vdY2oQKxr8LpkpZoMkZCi7N61jav+0xCBMExE5bMbiYcAlg
p7GFTgczBEFZJJwMArr1ZgQKmuRra+5u7V409Og1X/0bWfVq+fno9ex66vVSUPVwCShUAgzC
mN2BxmY5Oc/ksSAeYTiETqSccYXPbnwamLK2TYeHU5s/3+VYO751lWxZctOvmy01VIKdrTtN
lPnVFau9VlNYWNsgT+1yOVvGuiemaDsAcnBLBZngEzK5IAi9YTOuP4XMzkqxyiklav2pqAF7
AV63hV2yjy9Ftjc09SvT83y9XZOx/wDXUK7OrtaZ1Lrt2/bpCGxCZk54yRkMcnAz/nvywYxs
gcmNwTwAVIzAMDkHXutSaHo0mv8ADbDKq6zfe6/X7CqhlXfYWNoBTV8kDWfNRY1by6kqzIpG
XYa+s7nAA9fYubZsIn5n4jdTARBDxOSFJhAmAJiEtFGT0YmtcwAmU09j/UrsjsEq8wE1+qw/
reNUBUeA1Fd1GzpW6G7f1trvoauOuIeZjCjkvxCQS2DBmE8krDgDBI/LYbK9cf5Gc+am02wL
BNs23tq1iqkkAX3lyFJiuEirslrNcC+umpZsAPY5AmjqWOXtqpW70h12fP8ASuexGQ8E45HA
/wAjALEZaADOBMjAXl1Agboa7MiplmP216xgutaX76W1V376JbZdc2rtWawX1qHSooa/R17L
1+PRdoD5XIhjA5OCOQS3aYwzAYDgAdcAZGDCMQYMw2RjOVnn+edq2tERTiW0pYEQUrdYzBFJ
ZXTLYIp2VBvpa2Uoa13QtZrCvaSlSJoq7JVWkInqeamwlqOjcgsSZ+IMYb8/mAGHMySQcA5M
AyFGBXyNes2SlQq7FP2rv06qyoCrv9G3KNKiqu7y9diE2NGzXs+ldglrd5eMtYuZyASxIxCS
R+IQBAAIckHsFwZkgDgkZGGx5Py/pg/t+ZZaKg9jMEVnNlJKrV8ps3AGhm6awYISANrFheqr
AU4yzNGbAuvUJ6FeLR+cwQRw0zwAFHYE8R+QoE/BUCUI8oAUVchf9mrDbMoQXej+A5/6EZHA
Fj8WMwa58tYcQtwfxngiNM5ik5Dc5hyYBn+ABhUyfP1nGpqs3e25VllmDTQzAcBsibdlvWok
StWY1f8ASu275W7CBiyfS+0N80cKoJZTQzHZp+QudWtbR+yX0vU/GcDqc9zjsMmHGQ2JlWC4
woUmvril8DW/FQOEwXW4C47FTJ5QLN+Yn7bVlnUk4mwQs2STDzLQQH/GcBhksTOqzHI4hJIw
YDyCIcxUYzz/AByzqhWNbXi2wzV1gv8AH5j7DEti2L56VgIUCsa6NcfbZtXtVrchjgIoAt2B
WGsuYbG3Yh2Oxs0lbrt6f1lmt87FAJPM7ATkAhcdRAeP8qf2BAYWc02K4ptRU2vbussbS9Ow
6/n7hs2Nf0ddqPZ9HXnmezVsW9P+rjK3gfK/ALHEOWZ0GWwpyRCYSDB+SBGg/AVoEACYJ8rz
wzZAaxi9aWGqvXoRljWCPe7Ra/oKQFgPYFVJ3H6UaI/bz936tWyq5GRt3CijTruuhVQvqEWS
lszTdVLNmXa1d4s861Luc4KgNiEzBMIZQOZ0xOxinqKHb6ehbTXq2+naWN1hK7FuKtzYrJ9O
q1dWjVL+Zv7b77HC7lolrsSxBJ/U5wzBsY7Rvx1CgnCtkKAYRMGNkjVA+qiuupzY5Uss2M2B
WspQ3P1scmBMClMzqolhZDT3L+o4+ezVYKF3HqvR1trB4trS2JX1DAY9Oj5tZWzPor0iBiRV
ZhacrkiD+DgxsYH+uMwYzwWDHCXdRulnvC4BTsFDZ7QBSEd0bxtmix7v9Nthi1z2bMyTM5nY
EkHLEiDOD/sR2nJmCZhYp6nR1LrrLHNUQows+VCvtASq9ba2H6lDlR+tSdFwTHp7vXvUI+1c
j32VN0u8m2xtNDTr9SxwFHeWbeH32V9bV1C5FTJYLRK7mWX+jXUzckRiQRnBxgL+uMQJyDhh
gxuoL1LZGrZSwEwcEAzriYzPNV12GI+Wxb3sswC2IxAAGBnkRhM4FlgAQ8AEDHaFcjzvNs2W
rrroS7FlhxSb+1zb9oa3y0D6i14LUtiqkIx/JOBsP89YA9lV86r3WqKwIAoPdRH2VBbZUCx7
WsGqCWCArQwV6wAWCCy123zkTOCOYpEKkhMwnLLgTiZmWJ6nBGVehTGqcQ0tgI+KtZ3bzfMr
rFiLZXehqsZgQ+CfxMmYInaE5mHiqc9MRVBJAB09d7raGoqlrWXGutaksqqsOwRVXa2X8/Yt
S4MXaMT2HMIl9Fd9S+e4lWqVNVvBuEsvxDc7kU7Fkr8/ENVaKWTu21hjY0LsTfsrXVi77HOS
CSASQuJ/kgkA8hSGyxhWYOAQRjByBFGYACT1iWANoW9qQf13x/2bgH8cmfiA5AXMCztyRliT
FUiVawaLYEWq6umvR9IPYeRZaAfS2k6kTU7i7WPZuMlRDkERySjbOzVs2bxUpbdYbr/gl11z
t4u+K7voMFiYXzLaypNTGL2UM9dagLsX169tuy2AQBk5M/wwMLcYOSsIOByTg1oesBGIZkCY
xO2G8uwOiz1VK2kCHEP5aDPYqJ2MA/c4BAJarWNC9mZrbK6g9zvB2B/9htKLLbbD1GCuZ5Wu
H2OqiYhEbiB+bsLVp0/9r66yUdQb9YWrbV8TYPnb5O0l9AUkJW2bFAYtibW9UCzWOyqSKKOm
mx5AEJ/hmzB+K8E4wXGAsyASBBM5ABwuGmcQjJ8YkqpPb2k/5scj8T/GeSOeYvUHJyEZ2p1q
dWsvZa9t4rXsWODg4yOYVOF4CJ2Pn67U0jj+MYmOHXDbjqteipjIGFlWG/t1Ur6HqmBmJ8S5
q9sYzZclYs9PvGe65U0kVf6VavhVWxmrjnkYEJGFwZ/nBEQkBSAeGJUwBs9eCqmdRhkMTg8Z
HbPjt1sE9ZC2r+BmYhUxQYQZ1lOpZe9WtVqrs2MXs2OsXJOOsBzABnKkAmcTVvrpsp9XUulV
tdoIIhuXItXP07WejcPpqVMtDJzep6b6WWK+ckEnWObrHD1hW7gV9+MlhizDSpY1rveRk4/X
Ix/kEH+OMs2Fs2rcpfbK9lQBtKZ90JBBhAmQIBAuR5ZxeQc769tVsZPEAzArCaujs7MPidKt
Xz2vlGtVq1bQM2ra5xkfgxRDweMACFcQ5JrGX8vWCCdFM6LGAUODbuKvVTWCWTrLaSx9LVZL
OuJqVs70660q/wCBw2eOYB+32WlwcISZkECZ5EKmW3JXHvscqQYMTghT1BbivZdDVaLCRyc5
AAbRbrsTaHbVIBPTny6Ws2/T0FGxSlOpQNcbJAStbrlrTd9BrScmKARnEwTBxDkTsAMsoOYw
MpYo+gCKB/O7YETQrFmxDMRgTNmoMm15z1zz9NdetmXJGYCqOwgAYVqc7OutlZfLYycYgE/B
wQNizolthcgiAjChidLSrtW75PYvgbLVOhRkYo9VwsAw0VeayBchyHXtWyBWwc+IVC/N7HXU
pyeqh259Hbe+3HGDOTBA3PYkj8TiFhhsiK3Ohg64/gmejYSfNrC1QmYmDGq/a6usMw/bIEH5
sRXlTFgJfY9VemHet0I2GxGHAPGcgTcyGcEkHBA5p1bLloa2qzy/Oew+pvDVocNva413eV0p
UipkEc19Q9BzUv59ABdmqmy63R0V1q4zgRmJO/sBKyQxIxFABJwcjOMBWnMwYRzgTEIAPkW9
9QTMvs+abO12t03C1Zg/lvxcuGfgnmE4jNh+yhvyLnr7K2EZv+hwGZeIBAuZt19qmBX+KlVn
srSibdHy2vJbYdNmgTc8tKaAQSWAIJEyY2ZpZOv252tK3Z3NPSp1K5ZZ1mTHfA3tr6MPxk4x
CCYVijEAAikwlsDGGIg/IOJ4Vyg5/j0X6097bbiGTS1/X2KjrelRf/GY5l+WL4yzYVmJFliz
6oTVsOVVGu2Q2CyjLwHI5A7CYMYCWVLgrhqKGexNequj0devZnlV7FOtZsBko3qSbUFVtVL3
WW+VYi/+pt6vqvUfOYNRFAH8O8bksQi+h6DWsScj8HInMzn+BzOsJwBzCwEBOQcT/OlY1V9b
h6ycT2Ny1B59Z2Nrd/XXyGlV71TR9gVxNyhw1mY55KgywICTkXMgllhU4RPNRzlcMpJhOTxC
cQcw4BxCnF1fWzQ1zSW1q9ibGz03Nfa+i7V1b2bG7r2zXWy+6nU16G+ioW2kVmWnYGgjVznK
niy/BOY7itd/fN8CkTmAkhs5OMDtMvMERTmEkzmHkEw/qv4hE8nZFlbHA9Cy2za8Sgdt0D4s
DnKY4J8uhy54jM2LHzBWzB6gqNo2tXTQ9925sVrcLstXYM1r3DNk5GRgATJzk4DET5Iz6id0
I6Lv1PRbo7jkUCu1rXZrPPfG1sa9ltzgElFJdmWvTuNtIMr5HxrJNS42NAXJsePsUhsZJOFB
AOZ/nGWAh7GZMwMhRPwDjsMZz2JyJpPct2/visbXYt5NXz1dmvul1eLCAJTWXbWqFNLcLYpd
f6+GYpWNeh7iFAl2hXW+5b9b9WwggsxoVhQSe2cjmZwQpyeSACK9G1hTrPUj4au1VIfTvrKX
3o4ZjK2KPp75aZDKQe1w/wCOprvr0jKlGbrbstSv968zb9XaqNvo7dgJBJGSuexxMr/C/wCx
K5ZoCCApA64BAJCnGOKENtmzbT5dKNZc7Vua9ROms4JHo6YuqcYnn66114EyDCx6u2x219Zr
bq0VFtTM9O9vjYjCI2DTYzxUNeo2OwAyCMFcHGQxGEOTrjFL/TtY9lK/+NYErRVvu8ut/Qq1
blbzNtERHJ0S614lqhlbB/i1nSo2PZZ9lqp2LmvtycYmDAOSTnPIOYBGGDkxOYBGMBaKSR2O
fJQHa9G1rtnXVwoVWWv/AEPEJOfWoNN/lXE0Fp/8Wf5lWWxtU0gD+DRXbs72kws6kTxULbNj
VttnBhAh/KnEyQSzGVOldlv/ANh10lXvHs9ujcBpUsVVlG951VjX6llTebft9qtetTVk3S4/
oP8AXJwx/RagbPSsaqrHPUAnEAh4mQJgwiA5hyQMEBQJ/wDAA464biYGdTFOnsVlxoth1rUW
rjDfh1nqVC3U8xm+hwRW0cBheGrnn+gKbksBmxb86aQdfT2EDLfq4bztb+vrjd7TPJBMP5BE
z+q4lim1ygQJw7dlNXp7OuNL167lqOWsChP+Vcq3Ftqqa1WVnMusREfbssdeVXPba+NcuPd/
8EmDGQcEYLAzgwwAY4EJyRwc5BhafhVzjaBq1q2ENHNtrKddiaf8MvPoMVp8up1s/wAuxSK2
RdT3rsBrv8e+y02uL9m0K6ZKG2kk7F9qVKAGBIPcmHOYIOJkLbX9L20fAM3vEdDajIy1kHzN
j5rXsJZNjUBXU0zW9n1W7vc77OnYwprVZU2UB59YMmySZxkHJBAmQZkAQE57cAGf6kgTPIAJ
JEP54xp0/Xa3XFm1TSGKKFF1nfZrUCstiHkbFDRErVW/WWjio4V3VaNgF7fCqatfPXsoxjaq
6lsopT+wWXre2AwIwMmf4yJwBoeQLl1tWnXXmNaFPtUrZbq6JJt8vaTYD3V2aV9j102F7JnM
3bgiHZsB0Nj76ynn2+LmAyBkAnGCCVwQDMnJJznEBOBjOWnGOcBTnqMnBnl1iquskmqvA7fq
5/bQ9O5LCQRyJapK1VsqOYVBAOG2rD8Q2WctqeXqb7V2Bwy/VDN9/jTVV8FvoV2bGIFMPACs
Rp6rbN9aBEDof4KKSyKR0XFtBc2+XURq1uH162Q/x7Kf+Mxnjv8A8gefbQifk5yeep5X8fwM
45YJUxiat5j1lG/MTV2LJsa9tJGcnrhcO26Rr6tIBKk522FdPbAQ4eh/pRkg2uDPqTY64gli
4fcH/LzNV9rZ9Sxa7Owd/OzZV8vit9n9jbvuHcWAq2ey4h/15MxPDsAZgSPkqTXsD1fyRHUM
lRQJrbK2xzaJW7OvuPignA8Zv+igT2EVtU/k69nUqQBDgzPIU41NdHOy6aepQ/sbpfygtVev
rUWX7thlt9QF1dAbE86n67O7cLdvWQ9gh6+haX2icMRg+ZYr6messbtAQbLDycADLRtGzZWj
Wo0haSWqUs1PTS1Ny766XmbFjbFigWNdWLGJz/k5JxDmU7J17KrxZUyK419ZKXH/AODcChay
vxWu42qsVg09q/6bPXJ8cf8Akfgba/aivzqkjYj6eu4p0/8AyNvRruDAo1NTXNsXa+pXp0WW
KNq2ut7Ml7Rmy0AO7MyL2oXiaX/DTRTKBheFLv3tyAwPPl3iqx15syjV8tcACzZlSoJfalY9
jadIAr63l1/Tb20ttt9e2urX88MGvtYMoBBA7ECdeAIc4uHZfE3EeoWL1DqwEx/NoyqIES2x
Vl91qtV6n/K/s9p/Hlv89t8iF3VBdaXsuSud1Cs601a99jzf1u50Etcf1NfWWzZCBNtLDsbg
Cvdli4EJWatVpoQd29JxXXSgmuuTu2dNTiEYnYSuzq2jsLdS6giqsB78YzmaynF6E379gv22
BSjxnSu+1/nXsW372zp/GiWMCK7e4JIhAMAzMnAwJ17LU7026rps0PQ6z7PWP/YNmnZW1VtR
oQI5PX0nWdqyv0y11brMHOrW32s4NY7DYs+Vm9s9zpF3G5aDNW1EFFpv2lpo0k2dvAvucnvm
HBJcTkyusdrbWWjSTtc9xtvrIlABPrPhsDAAmcTIA0NgizuGqr2ill2WY12A1BkX1vRdX0qk
CbVv1v1ddsda7NW6vXoS2shXcqlezStX+TxDicmKBhTibAIbyPUTWev1dJ471WDZu1qhduWW
uu3dVE9fdQt6+65bft601F3GwUNl9V9VdYK01qqH9hX+fS/XbtZvrpHpTc+SbczyKup272Jv
uLMXIhY5EAweyAqxENtrUaw110GVlbQs7HXBUbFxv2CckAdsHH+aG6WFC1Njfpbs3B6/Uvqb
W213k3dLWbZ3QjMKUMrq2evorUuufQSurY9Cx1bZYqGOG/OcwmZOc8ZnRbBYDW/1MS62OTYQ
WRi4z2Bn+cZNLGlAw7a+o5p1rg7EqG/+KNiz1h/1sYu73YpazJ1KRY7OiLuXcM5ZiOTgsrBZ
Zb2n7FqKi7spM1rRW2xWrV61pW2ywLr/AOWicTPPBJxPN2TWb9mnGxrUmm1Sh8RfjTbTY6i+
vu/o0Io3WuS6/wCjFyCwySmAABCMMRxjnMwDAAYhM3QOwTj/AAmBPzGVoByFIiNiO7WNo6mT
tXD56zlTfcGBcGteX9WtnYkBbspK0LNr6ppquv6y2zJIzOojWIoOTBkyhQx0jYm5s2B9n/KN
mq2v5u+yTplgQuSSoICiaOgLSKdTWl7h1/rktsor116iud/Z+VTX7Y17PoWFZZXWzo1HVW4L
fhLMEcQg5AGGVcjEyYIBNlCx6lQDFPWK3PbEDEn/AGAOZQqAvs9V7kpUSWYkHSf6a1Y59V2F
eezdSxrRkNm4GS9vpbeHSO2GOTMGIoi1GUIO+tYRtXkfSa7gTYoVkPZSPyOYM5VCYEt62BRB
aFFhteWOKylziFa2ta7tGzjqCOFllrBSD2OIqzjPyOTW6wgmETAnMH5VWMfUFoZGVsjA/JbJ
PVF+jShZ9OLbOwwTXSeWHOg4+WcT1GU1D80hmKoXC6N1kXw7yLPK7D/0VDx/CZXfxbwT52wA
9DoC7K2p3ewtzyIciV7ltasxtYVjIqEWppRRb2t2bQC/aE2FcKA+OxYk9lw1iiG3MstAn3QR
rnYMGhViVVspQ5V3QNY4Kt1z0hrxMMD+xlbsIbWUbikvgzBIJgBlahSXBPY47ESskog6kEEe
aB15M2q1sqp8q++UeXq1Kt2lTB6FagbqtHfUsI1KHg87EfQtzSdit9rV1bTu+aKZQLBOuJ+Y
EBjcRRk0aWxeF1Naoi1MsbCvyXsQSxCLGUkurMbGqUvbWD/YcBncxUOdrURaDrdVsqACKoZA
mPpH6GN+hBDBaXMWosLKAIyWTGDVStiv5tl6W691DBbHlfkbTJdSKXZsjtweBls12YgdsqpI
8zHcUWEounTP7dOBtVECzUII0XNlFbFfNGH09pCNjbqCeixH96giza86w2Jp2hdFBG/9fY25
q10WprXma/mI0q06aYa2LfNRPmnZ0QgkQLmFVAzmbq7X109F7AKD9G12QUUgqqqkb/pQ99jV
WsCVUZVcJgw5Y9cysAN90EsZmPEOxeawwE+gJo3WpCbVFsqfTSbO25O2fqbOCHzCSBnJRsHt
zRgrRU2vVVt1Mq2aERdVh/X1zLdahZdSiypLTBftqB6DLD6muA3oee4u2fOeN2JU3A17ezXZ
b6C2Lq6t+0RSdQElp3Cka+FDswxlR+P1jnIwZhoWGNa1XawPVdeWJQjBbMo/LnCviVVqYCcD
Pamuots6KmdGI6MIcwg4rDCPSSeuJjIzxXYEU3tYEVmXb0DfXZUyTBELAEExULTzPPLCu0Mf
6GtYo824H+psKLbbqidu9mq2iW1vQp63e3pJL/U1rZZbqR3DD5HK02AMb653d21tcCH2/hXR
ZubUqR2NWmTa6grj5Vs2w1lZDoCM2tX1d7IDaZ8Waa9eG36mS0EO7V9QVyKv1N3dT+Wpq/Q9
VAaDYRT96HVqNO0N5jdUpcXHS08HW1wyprrZeNbLsgGWJUEz9cDM0b+t+75lV7P4myQPG2hF
8zbzo+PcXo2HXZ2vPFgXX2K3/u21FfTfFu/R22PRW46d2mTffrOzrSY9CkGg5NFmDU6gF1jX
M4pWutbth7BRWXibLVDXoVzr7ShieovtK1kjrrbQa9qVYrWuHqQTAzkTtg+kXZNdcscGMVMU
GXlnZKuUXA/EB5Svs36qScu+9dj+7iWby4G3cI1jscQAzIwISBGvBiN1ZHZhWAoIzLXIS70F
SjzHDt/7HYVm9cmbFuoaRdQqW9i/SHJhrYArZgO4i2Pn7sIdjMt2MykqxtYNNeogJ1zY6Vz+
zda+pTYEotLrv9jXsWOq5NI19K5dZiyFhmOME9QMc3ln1q1YMaDOiIWQlbBxUwWA8ZfC1mPV
Xi3cVGfbsY9maE85GTmYzMcsyifUxi5h6Al8MCzRbuq17L4q2GMooa2reoai7xaRXR6FNBB1
3DXi0sTZD9Ml2JVmyL2UWbeYL1Yh6YXqKlqyCB2IyalMrDYssUSut7GoWtTXuhX0rfqw6NNz
Tqunz11ZNm1YttGwtunYhesmBepd1JRgoawQ2qR2sJNTsuwjVvqL2boJ/wAxOyk7tz/1BnJU
wALAAYSqz6ZgZwT2IyghsBmXMA4AVZjE/wA1gsdDR6rsbCU17Oz/AGr9k/DVfasY/wBsgPer
HugLt3iqCyJWI4q6rVUZ/XqM/rAR9c5at1gUiVV9iVIV2CKtZd0VVW68sdWtBNPZKV/YkrbN
1KWGtsBXMq2bFhrpuW/Wessozs/rVVh7O6KO7sWxLa0c1UWoXBMwYAQd9wEXhWbEZmJxmHAB
sAP1cxVZoasEKM5Ef8lhgZlasx0NOuip3CJvbv0NFgN/qbFJBrUw0kBqysYNBU5LVnBqbGHL
Gu0Al1gsYT6sJZaxGtUbW0vM11q366qtlh9H/RVu2Gc0oCwRQO7KNXfwKdyknY1UvG1pX6ll
Ni2U9gYtvUrsMyWpT03WJqqotaCkIvUQAGAgM78uGMwxA6z0QovzgWOSVbE7tnqxioMjAgOC
ZhcdSCxzFJzhu3nV9tq7aroXa3/sNizI08vf6VTi0MVgtcQ2tBbDdiC/m25CK7Vz/YrybVI7
JgU5liYfytB7LDWVG9oLfLda2p3osaXeRZrVg9Xrs/Vl5LFXqtcynfNbf2qtqiiwVq0/wBGw
QCpnAlmAHY9i2A17z6EhrCZ9ASHGNym1rP6ew0sDK6hcjoCDmdlUH8KxnIJyCTCekOSFwx8m
otdvVnvtKVjmeYuNr0L8bOEJspTDUsYuvbBQxU0GNQWVdU4XVMfXdYUsRg7Z8/Sa401rXXiN
WGllKGLrUFnQMu/5Z7dmRjazSxcgWOIbCWouCSu9CUVghAh/PYtF4GTGauWdC1i9R1aYMABB
Xjqc6QVqyF7ehrPVdgQYI7QMuQf2H4w+CSCMGWYB7ExGwfJZSu7tlhcSSV7TRdBduIX2G7qA
zCC5wBc8+hx9uf7PI2Wn9tgO7GW2Fjo631bW1xSmMKuygIIMxmFIVMKy7Tosm35TVnH72MYc
4D8a4ZrgrRlKx1RZlc/2EAdnYnMDVlmOQQRFrOSgIWoYFY76DAq/E9asOj6GwsFNykJbkBo7
HIJYgnCBiV07WA869i/nbixKLEi2uoOwXArQixhnWJD3M2A7CfVYoVyFpEK15FVZJqqyFrE6
pFxlKzZfpadetQuSDwL6GVtfZasK6Mv+DwcAxgIyLnZ0KLhueVasp82+0t4pmroUao7sQzEx
0JFiMCrooLswWstBWVDI5jIBAwEsd85sIBM86wA28jYVXp1XDVPWrRdWpgdSgizzNZ5/6ajK
eFqZXy9OqZ1Kg+7QpffyL9t3RnSLcuO7MoQhaWCA4INfZTTg/JiWrIIW0EpZha4KyCEUHKdv
LbWq2RfW60A9XIAUBlt1siqlUpQkgqDCpBOZ2xGMyCLFxHOCGYhs5GMWMSLEafNjFRDAVzbY
Vay51bBMOOzAAEEQAKdQsuxn9LDmrROHJ4xAAoa6hI+7Wsf0GIfccltlcttJG23MZ3Y9Gi1g
gBAbWJX6EFdkrBss0+waLcBH2KiRcpPdQDfgZJgLT8lWK2eV3tsB6q9nd3bArBLbb9KqrG+Y
usqK2owKhgUaW9gO7ZNpwWBJ/wB7DkuWCqTjscsAZ8zArAPrkw64ya26sCC2ISQcnNfFtrMK
1AdS9epY+5Uoffsw+2WNu2oFm6gjblhJvcwkw5EQAwAApUZ1wOygO3DDkggkMYMggclTkErO
ztDUVDMBFDEdGAYFT4jsNhj3iVqgLsXrHVLbQ70KBHNNksR6WouV5mOgYWr1Ixk4jOAQ+YxM
zyHxAyuHZVBsXs9qKfrDczho7hSLq8fZs1Htajd69dgH9KvEsuRVbc4bYZozsYuYPyAQQCBk
dlUZ4nYwERhmMmFrQMxRUHzAn9YvLKihwzFUKqLwsZi0rrZgtfVXUk2IVfyGVajaEB2QJrqC
b9oGVVNDkBNXBcfQOjIa9kYBBFqqRZWyzJAbmDIX6TA64BKHEYEhwcmkMzUqoKACwMS1RMGs
STUfrbmuzWf9FtK3bbk1eipVvyWBM6nKpyFOcEQdiAcjLRQTOcD8dQRs1KlKj9vmSDkDtidl
MN5A/Z2C9ivyVVvrEbZzFtaFiR5a2lQpISog2fTFGkZXSiAqIRGUoSA42ENY0Ly4Zxkyyt5/
vGBE69m2aQmvQQQucpWSLqljCtTae7dcE0jBCrASCCoHoUBbaH/5OXD1qW1Nv/UgAkkRVVp0
xOpaFOCSIATADFHCjAPBRCTbRY0LFbM9oCcOOQOeoJ6znCnMAzGHACgaaLZdTUEVNcEJWqwB
Z2i9jCUhZBAyuLMoVAtRlXVl+19DQSgADS6lOxRbAdZlm0n/AI+uva0Ak8VVtsI4ZDZZbR1V
RywIFWv2ZvkGH4uq7pWxQWhhNGzvNqsra2QxyYCwKlSqRlgrOQpyqQBRPouVcE1Gb2yMMSGF
qCC+FlaBQWNdnYpYIVfKgzJjkkBorlZ5/rghLOwDARSTGvE7MWVXwUfNddgfvmWbSVG/Ye0V
L/0FbW61N99DramwncYW9M7Re1KKxRVqqHb0CRXq15rT5hr0QmxQpy3W5L/lXpuFapFiMCm3
WiPtV4bWfo+9QjK6hxiYBIpIi9cuBGZsZedmz2OKkLvVpktdmgFmZrRlipzgggiHAgdhBZgd
wD9Mjt2nczOIDkqek8r0SjAdmewmVUsYqIszGAg4Fqdhs15sZuxKBKta0qNhEsgayl6thL1V
PmQcqrDFeBN/96NOr/wrCUZg9i1adRqsIqlO1a7dSK3H/V9dTNnDLYfrrFepqYXa92sy2NT9
F+bRCVRyCPo0DtkE4Ytj6SliGD5G7sBj+Z1DF1ipxkAAZjcwCMCSASM4GTk/gcTJMqbqdJy+
oLWqsV8jsDMggmEFWxmW1BpZrozWK1TVKH1bNgJX9K7QlhQ0W/RcAA5ERsSxU6VbAWfNnFdR
LCvq11eVrsVa27/Nq3MyxWyrMqqAuak9tJQq+hV832Cqt8u9bZC2fOKuZTrLg1IWt17RYtdk
SsidQDtVp8zgRWwCrZwRCwyCTCTACAGGQATnAYZKwAmZwVOZoehfrmnbq20rsahuwKI2D35B
4JClxHUFyiMLkYjecdxZmJZ+qWlRTsqwKmADOxexftz5zHC1IsKgi2hmQal6jXquRV10Cqcp
wy7wOvdsoO9H6zZ1xajVjtWqIllQJ+CGBEqdnVwqiAqI9akMefnYxu1LfgamzpaPe31dEa5c
xlyMKD/kkwjEVACJ+hLACBiIDOMK5U6Wwa7VNV9fZtZm69RYrQMDAMRT0liCWgMqXIBtqRay
Aw8StlMRzWuu/wDwXBGwn/QECee/WwETgQMhJAx+qhdhGdFCRbSs9KgbWl5do2dXVC46kHf1
SGoRw9y0Uq/9Vq+qTqM9GYnVtY1+dYQnn1CDXqWXUhp6GpXra2lrMtfrawu1rFweoafrkwti
MBlWLQsCFbB/yTiBoCogLGVt1Oht0omz7VDBt+0iradW13+tIfAxmFipsXuN2zremz9ldcFs
dQsqrylP/wDOklbN2hiADKy4bU22Z9mxkI2Ml92wsb37iyxbKbq3RgjMFCi9j53p64QjjFoL
VlijbthZvMb/ALtqd4mnUAq1LCwMGZ1JhUzrNigXVpX1VlBX2PP+FzKcknJJEzycAq5nZYrY
KvkMxnOQ+YOxn7RXbAtGO3KNPNfOs/UFWzAUaE9T6tBWxWxKbe8KEtUuX19c9b9n5Sm9/qbH
UI1FhahDEo6H6FlGVWjNRuswGsctQ9zH62LBtsr+oKtjX8bauqYEEdgZZTU9nriuttHZorvf
2tIBfb1nl3rFDr7iXUrt1ZGxTBsUYDIZ3nbgsJs0V7FdvgsG2/Mu14cCNkTEDARf9sgEKuWw
zDgDGBjORg4MOMfqCjKZ5N6rUcYAzOwx2DT0qi1TDqVOClgIQR9+xUVmdqNdYlpDtYy2V39g
jZjL2nbC3I9bdhgKSUr85AV1GH9XUMfTpurTQ6Kutes+d4m9mum3yFuoXyLRNbxCLG0vNmxS
KLPKvItNyiLcrQ9TGIUduw2xd8rdzbpcervAL69/a/0q9inYrCt81x1BI4IIxwITiDEJBgPG
QRkmY46gwEAgzzRmtL2pJsrw99YJ3VEv3Qy3Ctp+IrYlNvHTLa2uqB1ZQ7947MDWYlnZUtJP
6ubawRZQ6mkAlriILiQtvBtwV2CINy4T+9tg+jtXvRR6FqkehZ0p9OxvNW1ms37rFbzrh9mW
gk1mdXB+jYNhn9jC7YsaxTkL+TgF8CMqwdcMiMU1g5tpFUOMnrM8f5UGNmA4IJJMyRPLt6u5
rYXmxCLmMN7Eu5YZAPDDJEV5S5zq3q4FhRrKwIVUj5kRGbNbcq5yX4xgCmoxtlDBtxNjMViI
WGXsCTujDbK/LvFOYgx54BzusDVoKfpZttk7rxd1zP7NhI2rARtPH2GdSOpVjDggYyQIDgKZ
nAOvlTTYSdS4j4sIwiiZGc8kgMDkAzSz3upcA66WDa17KGLHOSwCgzgA4wMg1uwlbhybCBVb
1L1jC5ISng4rYXgEHjrgheC7TieSgcnTrZRpUz1NFTredZWb7NHWth8yoz/1nRtrXVPNySbN
R7KfmaNQtmfTMDJA+J37QsQSxJyxikwvGKw5gBWZAPbhLj1/sMVDNkkkBQJ80asnksMnoIvM
ABnmULXQVttavVCDYrruXZ1bKLAQD15YYghrbC1ZlCkGqsMX12WVWEFTUA+yJfZZFZia3xUN
x1KbNb1bOv8AI029W070FmvsMVqs7z3Lb632mqGxr3i2tLVDWalL17xNFHUhtes/LtrCNoaz
hvOANmjcEKEzowmGAGYXIn0IAdoW5ZyD9Mk2gD6YHeBsw2EQXZKWJHZArYziDkL2MpXsybCV
1nYNkp33Fm9YErN9ltm0tNThjMEhM4VWyKbFmvSSKqXUq0upKO9ljAPHZmlC5Zlyj9lKPg+t
rPh1YStjnR23qXV2Q7bNNOxX6HnvrtpWmuzODp2qs9exfrVV9bgAo2k12RbiWWrYtSjV6z+t
UGfSpaf+u1iX8rVMs8quP5zLP/W2yzQvrViAc5gOZnIIyPjaUdjkflSMdh1A5CtMTGZQ3Uhn
YDkBgDbtEpa6xMsfl2FdSZXWrZKahS/WojLUPkOAQYD2G2fnb+pLHjW4bM2qcgEhrKg02tJV
ezWetijtXqW2NfbtVfLeuSyrZwtmhsLaqOFbdrsba0ESujY9Kx2bcdkpsZbm2K6wlyk23hT/
AGHw3YoSxjWMRllK7Ckdb2ruDMygZAEViJQqg7DOC5JgBJAIBIWZ/Ze0CthVIFKrlr0QWbVj
AuxmTMcqcStws6tYdS352fpap/QB+0IetlH1CzeUGA4LfnXJFrWIotbvGUCxq+btOq2tvNCW
bfn9Wxia9KGyypWXe1iDWWR6XW6uytnbYrWjRYDGSICc6ltV9L/NC2xXBZF3dgk3uotvLvlu
tC2mKzMNlCtmIpJiLCPnW7o6uMt0MyAQFYBDnqcIhmQCzkgkmcEnAIAJCcV1nqBgoSItC7FX
02NS1fVqMOzUTVs1WRsqyMtq7dbMqjs1lUoXBawmNb1ldRsbX2EdQQY6KwesoGoocvRZXGYE
elkhyxmjf0csGTYuZ9TmAcoEBqZGKKUlgIHQxVhDCKDK6/qaXVFqsqE9eoi7qQVOSqsW2Oxr
/WEAjqcfPJFWR0iiF4Tmc4xwM5IEGIGgsOFJMoX90x0upW9X0ijFeVYqVveU35KWhhZqBWKK
BYerFws/3ZHatacrZS7tZbsFQL+6/Zf7Tbgqu3Xo+F5YxlZov6tVcLZddhAagGtJXqzMmkwq
JZLTeSg6la6rOpXBSruXRaaqy5Ovc3f0G1bamUBsqDpITbtvhujRUMFQJWrqRgRiMhjOmYte
B1OCIwUTIxwAAYhJmQJqjuwQCHClSpj0U2Q+ecnRxDWqGm3KV2cWVBpaBGXtEVFHdjbqat9T
VWGltgv2FK2jc1mR9bNwTToqrsoAhpaMBKn6M9q2UFSJTQ9hq8mxJ8ii72kLKwCCQSKbLcIg
MXX7Ldbpoj3HLNy75hJiq2K7mVWDNEoBHRBC4UGwmDJnUREGWIE5w+cgc9SYoABxljF5NSFj
qoUb9iMqYXCk7QDPvYjbTmG20mtiHquJKPkMqWLZUyRywGRGpbK6qYb5VLS+Du1pdXVc9Fg3
02tUBHlyASyvDOpiEg6dOraaddKhZkiq4sDaK23NZTHsCn7mC60G7ce2dyC4GGAjkmFcRTgq
5A+gM7kzJzgzBYzHAyIFM4UMZxgcHE6wUkyutcBcSuxVU7KqH3ODsOYWck9cngp2aV63Ysop
NV6sFcmBVeX6+CUPexiofZ43NyiuWb1Zboxp36Hoo83YQX26gMvRxLUQqcE5Ode167NXcrtT
6BDjqxYOpJQbWojxwRGYCAgwquSQB+SwOWT9uRFMxkERRwuScgEK0zx/qckkk5x+uIASRUTE
pAOJ2AhtJYs8MysJYxVJK67k/AKM9RXsFDbtF4bwiau8DEsBUFTH11Nld9dy3BVb0Q72UMva
/YvVdnbBR0FdmvchS28WPZSxllPVXC5xia97Vv8A2VtRbiq12CHrYr1sktQMb2EBMUBp88hK
zlq8rYCsIIlYncTGYvME7dYWAnYT8jqcYipBTkrWBCFA+vH0YktiFipLEgftGrDRERYHrSDc
RRdeGP2OWsYwvwBk5Ktqb0rtJgsBHn0mqncDBG1nAs0mL3kqbm47OFouFbIovVBYqMMmyvqT
wVwJVaYtpxXYVn0yDbYAVUg0IVuqNZXiDHVQYG6l07B6iGXMAMKgQ5ABMJDEYhOYACAsVeAA
ISFhdsFiT+CSSWP7LWTPjgBCIXIhswHbMDAlhMCFeSf2BUQ9cggTU3XWV7FTVae+a41yNSgd
VuYl3orum9qNrXDowKkGs9Su45RbTlkWxbEILKTBzEdkNdmQrMhRzHUmIyvN1SD83EWp8fNi
VpIX4tm2hSDqsB/XcjDCc5FbkBWJ6kRVOOAScwHB78ntC5ycmdItRIVFE4EIOXYiEmHJOMRh
gYbquSWEwZ1OSDB2wpICXWKP/9oACAECAgY/AC5//9oACAEDAgY/AC5//9oACAEBAQY/AHBY
auvmyuT9ExjqmedAuJz4rLr806d3WVJzqs+aId/GEOLHdAu/QKhJaA7q3H/51M2TBwBrp/lU
GFknom1GNFnyCYh+iJfyWfJ0YI6IBnKI1T5805cFZU/iswfgsyeq5fipJc6JySRuoJbQI5BG
iOVlNUcjrCmDhfkPYIDYWo2mFodFxqW8VjGoLOon8lfvbwEa0HK1sMhzL2OiclyhXtyNv9yH
aB9Q+YauiXaoDkq1gYJytULct9VnxRALoAwXlNUuU8HoUwIBTVZ9StDplYcdE3uWimFgGoQY
BE1E6wzLIBX2bW411tmFxqG7dflb/wArIiofRkxDEKUB/iUzY3Uu+wCcO/VOQX8E0gbZTsV0
GicZ1DKPMt7H0KYBiyO2pU40GiJEjZ05c7goMHTpwDYeCrSgLnTCHYtT1keq/irGs1Mgpk+C
meU7GN08SjHJD8UwrkwVWjMRlG5xordyxcmKhQ5tYxXxTWH/ACWmyPe7eufFWBBFjBTkOOix
Aw6kzLBEt4kp280CBITAJjJTsvywvyKjbKlyfxUB9pUhNr8UwPknOdtEwBGsYTyww59KpfuC
LwFaPJY8HT536KMbdU9iC2zrEJmwmMn3pg8YdSSmALZLJmxomnqmAJTjwWUQx8V5yoEaqA7b
wgTmypzPotJ4+oql/wClm1ciwkoC9ftd0Ys0FGndqO7T9WUOA41IiqYR8Fh31UqPepdMTCgv
+Ccv9us2OiFO2GIwOiJsZOK7o2vA+kK39T3SCx40BkuU4cjwXp9Ix1RNhyfVW7YJs2DsmIdh
C3DFt1+6Th03uWHOw0XqcDXRADyTaHyTAQhMgYTEOmEFNL9FAbzyngE6BQPipDjfZeo8Rq6+
z2KWs/1b/wANF2u5/WuOz2flqAx5fvI37ZBraW1/hQ4yXwVDupEaogFTP5IHTZQT1QJJCd40
hPLawoE7HVEj0tlAOW3RMMcMyfJCYe9MS4fVE8SANVe/epW4Hyvn/QrHsRcTUH+VCvdHKoOs
IfZt9q+tLYP/AOq6buDkBAP/ALr034HLFP3QO5UCCCIP7yOmw0/1okP0XAZC4fcciS26hzbq
pDXPysuJL9EBQce2MhWu+MBG9jk6oBowhYkm1g7y0/uI/BE6mToyNrTyDV8UbWyTJR0bUbJ/
inedFjyTD5cYTO51TBvzWfdlen4rGdkc9An6QnIzjonOVJ8Fz0wA2SuPbq1dzlf8xfo6EM+C
y4dyvIaI27FyA7sVxuPBcmZsqHACMz4I2YDqpLNqFrEqZB2XzEJxJO6lN4ZUQnFmOhyife+V
vuokK3Z/qG52MchDfxL/APz1Ar+7K/frlG3cHrKYem35IgEkHzCe4E7ZCIAP3bBp+UBF8D3F
ND7L7gDX7muwCLiTKNuklAjAhVscPI3R4MQRC4BgbGfJC9qNUlgfFff71nIPpo+yYANgN0TD
3IklguDuABKiPOVlvY5b8Suh8l+KiGU4UR+1ZYDKI139jfBaGFOAHTkQdFXs2gGWHRO7NDJy
JIcPsuPaqaVH6hJZD7rEHSEO72n8cMUxALYJTmHOU+F1U43TZWPJOJ3CYCVsB+K0caKSM5Q/
Erw8l/eVJbcpmLaoEZO6o9j9q542GkomoANpPVFpKiT1TXA4EyrWpIrt0RFfetD5oVEl1Wl7
gGoYgdE9PlGTqhUCI1lRITHKL+ogwyrfuAPWajqj2yGqJHRkBQMAYXp9O6jKYH5k+Tv/ALk2
ykRlkzekuyP9ymJTnPRfNGiy7KZGFBceCJfzZPY/tRGdnQOEJcpzKvtQAOiSPTUObLh2bfb7
YgACE1+4S++Fw7la37WDv/ksq/auLdmSa/VQn9StbrDyP8yq7DLKAI16pyHsTPRYlenzB/lX
yzuSgCPBnW+4WnJFwHTWHkm1+C3U46rOVx39yxGGdBvF/BHtWrWvdqHqRhAdz1dKwAnWUWk2
MhW7oEEkkHT+FH+//ardweruHHRMamMhtUbMDcZGEeVmTCwbogC4Gp6K3bAAAiu90NLMzJr2
k7bIMHA1Ts4GymwAPvUSAtQNNETneE4GIVpZhhOIDzLrIGzZTtn3oNhNEbIH4BlAkKdVGdAn
IcHoow0IHQf34q1o9IJZHvd61R3O6Tavb+qflQoI7e1dV93ul6jIdk/b7Z7bRBf/ADLn2u4L
HWhDWVR3Dx7VwxIL/wCpVp2g9bkAnS3+ZUDNxGEQRnAQCwxGE1YI1KMBtSU9sbN/MseLJhDY
TnKcA+K1I6qPLKDO4WFjqiwzpotI2V+9oBxCIOkJh5qB4qtBVwT6j4o9ruD0nBXoAtWxjcf5
lTt9uhqI5buge2DYHRGly3ctqEa3qeI+oI2Ni+jBgf8AMhQ1MxOyFiWFbAbJq53Uyg6J7jVH
xRPata1OuHQ0TD8U5gKPLZT1YIhpTqcoww1TgOoH+C3CZmKZ52Xq1gLiIG6YFfboJuGJK5/1
BJsAPBWoKcqUHxXcbtVAbA3Vzdzxxun7NmOlTheutq7ETWzLtdjuWipgH5YRsAIwuUtqntMN
KcY3X5Ig5OPJDU+Kkt5JgITg9WQfJTkk9FLytW3Tg+7JWC34I9dUZLpu33LVofmY/wC1dvtE
m3dMHX/vXinJYaokD0V1RbJQ+7gIVrDZKZmIOydmK5XbzQr2/TMDCDpySeJcDR03Jpx0QYtQ
Z6qFelzFTA6KMnZO7n4rfdlkt8F4ewwoHvKAZTlQAvBYYewnPQLDBANlDlphUJ+gueqvfAYq
1z9RXH9RHwV762KdHt9wcq3d/NA0BFRYGluirryDkp2ep1TiEzuV16p2nVOcnom+KgOQvz2U
HCL+SGnVGfKEIZsF16jJTH3BRl46Jocqtu0IGbNAQ5fMMo2EUrphVYTaSnMLjWK6ogeZQrWC
EbW7npOAAntY8XdiuYnZMJARq7Ehcu58m269RFRsiOxQ9y7Qj370Nic4RrYNuTn2ly4OhU/B
eOiOQyke72OxTNB0Rgj8Ec/kgCDUbhRqoDuhsg4RsSwAyVbs9sMD9RQ7f9PR67t/3IfeubWr
BcN/2oioFq7Ii4NLGJlA0IIbRAduvJiQVSvGahkXD6Mnfi2PYzyoHEDJymBPi3sgseiIMoSn
cnomfKIceIX5qTHxT5AQc+Sq/wAomxCFKBqiIDLfdAFwOi+YnxKLlgMNqgTARFZZPqhSxkoc
C1dSuBPIr7lSx2QrYuSQmGdAFz7pNnwCmpUAKEe5Rq96su2QiGDhYnZeG6fAK6sU/uCl/wAk
zODqFkgbLqE58QswZWUz+afLbIE4QX23YEhdrt9qrE29R1IQAgBDt1DWuwsRuVwbm+TaVyoT
SxgD6UA8Zj5SFzZuWiJ9yIwdFt0RyyiQNAi5nLJyWYbIHdSECMlEu58EDh0xc9U+UFJlZ/Jd
CqcAKx6vFODChRNlyucoW/FAUZ1M2OWR7dbPfpgI8z6q4OqBsXJlE7IcqtUHJVO98t6n0jcI
WtlBob2HoiRLxCNwPm3TN6vwUp0/iiHyfch4yFCzKkSPwRbXRS5UbLdE4HVD8ENEH0Crb9I9
lrkOKl/d7KV6qQ6YQi+WhFiuJ9ynCYZ2RTO2+y1QBML0wVv1RbK/uyE+SIOu+E4+CbU6qdEO
6CXsX44hEPB3RFc6lO7k6Llf3JmgInTVEVJ47qWlcqtxaXXHEM6HaFzar+p1275rsVQfTQOy
IrlB/mZbJ7WjZcqFyDIVqsJLl0bdhuQE1Qr3IwC+iguN1EGXRAwFMeGFkymdgER/1Xgsnp7G
I9y4AwVJlZzqj0XctYitQwktKse3etiAYBXcuRLs/j7LfuD8VWok2LeClEnBRNIP5JwZeU5y
hp0W41UJmjV5UHwTv4kKPNSZ1YSnmNCvH8UQZfVBAAEk4Gq5/wBTVqM4ruf3lxHHjXTDBH7Y
j9SauSvuXHKxw6bCmArVBA7YixQrTGFvbqhUB1axyMIjuAFzKaommEbH5iW9jnKLBcqlF5I3
Qvxi+W3VbhnIZ0X4i+hXEw2UR9IeVluqdgV8wJKEnwXimPuCjGqbTfopgBQJcYT6uuVyK1Gp
V+x/QVe2D3P9qJuTM8SZX2zXh1eP9f1rj2TYU04GP+xTbmB9N0adyv2+73NdCy5nZgEyPIOi
wZ8J2Z0USAJzoumhwv74XICFGW+lTjon129k+UsmBZ9k4LlCcqvf7rg0LgLRsuu5au7I9vvV
Y5p1Q7pknA/SuqJOBkojFT71ctAwnxoFJnVDVk26PcJZ3lXpq5Z+iI300dMjbNsBfe7x9Lxs
U4wjR2sS9SMsj2u79MgLjRyPqC2O642E/qGVQM/btYDkOvp9SL66o8fOE++nsYstfggGYBcg
fIrqVo5CAAeuCqi9p5CwprZvpRHZqOzU/TWLf5u4nNzOSS6ArYtpKBp3CDs8IV/q+1XuHS1R
wuvu0u5EipPqqj/T90vQOwOw+VEoNqcOgCOoCj3qFGq32C0B2K8NpTs3RR+Kw7pz/wBUGzqo
hMZVBevpcfioipwq2AfjgBM3qJcUQPeDHHELicaIiMQQgBAb3ohpK45qJZYTecINjVVqDkqn
c7f0FyN0O6Bkuq96oBFw7KYTHATaDRNpsjZ3qELs74Ce0E5KYCDITkM2iJOQHTPKLP4BftQL
YyjHvWycBt0AXUD9qxPVGWJxuiLS0iUYhchXKid00uMpnIJ3ynENgrl3B/zVgW3CKDs4RjyK
fKjKBIkwExzsmZTGrIKB4onbCwCyDj8k49ycADRU4U9NcnRkxHKoDEIW7cPpsj3bkGwGd1Xv
XIAtgFWOXwmyy3C4gOTC/ePs5aDJKNNQWdAD14IZUoKu4nxK5VHE6zBVO1YB6qVChcQx3Vye
mUwwUxD8coHCf5gu32x/9O5YVbxR0+KnHsIYognyWY1WPMp3T1go8lCBwQmlvB04LvojoVkv
qtW3wmqC+xlVIggyVytgByrWOuPBbhMQxOpUe9MfFRnVH8Vhwn/HRD3IgyNFMLcDU+w2sGoN
ShWoYAMmqORMdArUsZJd+iYn0CSmpNahqjwVJa74XE5QbJynd+i6+y9nYswXImDshY+psboc
q8QNSp9jumCMsv8AiBOxAQ//AKLPqwT9oSzCoTkyZITWHmiQ54jCrY4Fg3kVv4IwIy6FnZ9N
EzsfxXX4piMLBPRRG4ZAjKffVN8QvBB3WJQgMsKQxQaNih3LnnbLaK1DiwZGtjITkIuFIdAi
RKdsrErDHxco+9E2DAiCgB5qchNnZkB9Ly+Ah2aWmo9R0X2+2eI3QqJOtk9w5GFc6CAiXICr
UFg7qpfIn2Qp9nDuYGFbiH/Yie7Utoi44jQKPZB9y9IbqVy7t36JqVAG6fuSHQFaioUa7LDs
jY19UgDdc7VPN3Ab/NVELYjMLfxypCyvThBvCFj804kJwZXRa9Fvumad9/3kU2y6/FOJ8E2o
RVgY9uITvGyDmAXlT5JgJCb4LozsiFnoyF7k1HxQFDxqNN0b2klcXDEsxTGURhkKVIL+aifF
UPVPsMeyfJOgnBYhNQmwf1PMlAWrJ0RIApXQHKJvYm2gH8ytYmxOcwF9vugcO5AOx/UvTKc6
I5iE+QcIE1PVcdNETYyrWLmtJqN0e/bHbobTqaj0VR+nr7JlakoCU5yqvj8UwEDKbTophM8h
QXTvKgt4qJ3ZSGG6d3OyJdkSHJDewkCE8ud05cHfRPvqtGQA+OPYwPmEwgrpr1TV1OEO73DO
lE3uCH3CCdKj+ZEu1dt0DUkNhoQaxA8XdPe9iXgYUyvD4qvIFqSoHj7YQr8USrXJB5FCxDnR
cSSNmR+opjVngvhkeJcBFnF6ZTnXRbBYymAgZfCFO2OVzqPlC/5LEnd8Lh2gz5aTb/Or1d+5
alqts4RhpMKC/ROMBZPgpwMshMDZSunVRAK3UQNlGSuo09jhY9yMzqgDhWH6UAhceBTMUxCa
YTATqoktkqQmX6X0QrQGxX3D6u82uKomwJ/JNQuTkpt8phvlO7J2b9q32fKGiG/gnv8ANbXp
7I9ocIA5OAjbQexzDL1WY6FWp26ic2MunMkoephaC+EJUkMrAVAaBum5MDonsXJx0Rckh8Er
0BqjQLtVqJ7gIPgiQZGic5ULpuv7hBSQDopTJ/gnDeadOZ6IDH7E4wff/mTEGclF1+1WG4Tq
zeKLFxqtVJzonBGyIJZMf+qg+S40HmuLPYxawTD5RjxXGpk5KLuCd04LKfeES+ESUylh1KBt
XnXZM/2yNDheiwt4KVgrCiuNShX4KpMcpKlyE9Q/jlG1c1yExBFmh1+xV3JD+CoO2fkDE7oG
5dly4gBbKDCnOAmElpCqDUP24B/eP0Jjqnd0+6K6qQH3TCQsgMoZhhfMvXJ0IwpLNoUwIJ1T
HyIR229myJ1Qnog2FfVgvyWZGyYAym96/wCKr1GSVbud24cCGVeNTx/UUwHq1O6JJAGf/VGv
bLn6rbJz8E6eE+fgmUptVOPYK6Eo9yzG2A3swsItrlcQzvJQGyhOUbgNXULnxaltd1qFUUyS
zJgXOqBJx71q50KlpWyfPRVtb6xPRl9xmJsb9V4L1Y1WWC08U8Fl0TQ+yJgh4C+WTotD0TtJ
8kx94TAl8unOCjHp+LqITYbVTjKqWYE4Hs7gGeJTktoSFuGncqrSK5GjKv2Kz3MgaIdoNzZy
BqU93HbGauhWrACAEb3gAOjXtuApKLMDqUABKx/gnbxWOPjKxnVO+dDCx4NhdT7kDl4CD5/s
nueftc+5H9OoVqEPU4H6XQFQcwf1Ktu4PWZPRE6oFoK4tO6/BH8kABIVGPrrk9P0ptmCO+yf
A1CYLXwTg596Bf1GWWz5crXqizhlidFa/c7hHHNAHsmp2+NRD9P1fbQ7vbsCLBwDBRrepqRB
B0ZPWzPLsnE6FNqp+CqRoQyHUK9NwQEQRIJfZfsXcLTpuvuE8CAwXIg2tlyUWDLkcBWFSR26
wOqAPmdURomEdVJwg4wnaPFEkA9Coga6J9tVqtwcLCqdx/YYQy5amP7PjlY9NZ81qXwpytyu
o2U/MBhRDp6xryR7vcL8zHghEch+KbA6rUhY8HTjK67MhDV30dPncpsg5UO39/1Imo+WQN16
bGh1Ve7/AFHbHAiCco9vsDl3QMD6QF//AEs/f7ZbuHBsD+pEWqauqiuTomEo1dkCS7Kp6ey9
cF8Idvt1JsdB/Og89wj1e19NVag1EpxOyA10R32W7qHWCRut9kTqMdSg+umqmAjp1QbA2TDz
IVY+WPabBPYuHZlUYBwf7U4CEoASmGeidkL1IFTon10VO3eTkjxVQ2AzBAnJMBMQeG2UGxun
GfZy+KLSykMdfZUWOSAJXbpT5qj02H8y52BL+pt3XK3/AMjj/bVG1agWv6Tch8r7n9OGb/6A
ahOyI36JhDonfKfQqk4DIIsIeSmoHsc2OX9kZTmXRJgZRrSQclcnnRdEA53snBhM5YYRfBUF
uiESvjCdy+xRI/wR0Uw3xR7T5x7bESWcVGpVa3q1nxhZmlXHRCndt9xtSgH4WOh/sY8VAT6j
RPynZDlbyTNjrhOayYq+Cja4YUgr0mG8kDq4YI/gs+CY+9ZzCDZWZ1GiPN2OPFEAzoGVas9i
WAG6pX+psD3CADU5/wBaH9PT56VFq2H/AIJu7AB9KNAHJiV//N3rvezhgPSB/ErUqfSLFvBV
AhyzocLctH2Tgg9LJu4Oo6I1GkP7Ou/sICfQ6okmAvt9v/5jJ3K18ExwEQdSgHQP4YUSThMc
lF9NU4J8NE9cjKA65ZaQV10RAPigXZ0LDUewDs5ME7KtrZOQei7jaAptR8UxJNTouHeJNMA5
IQNLgg+9Fl4rK+aQMIyw1CYTf8UHyc7qndZ+64tXzKNrGSxIA1XIGBohhEmH+KbZZg6INKYf
FAOi8g6LiAC+Aq964j81XvWtxbIPRX7tS1AAwHT00VLVLghrDYrnzPbHb+Zg5J/SgOzUhs2O
SUKakqoNvWcPuhWxkrjLqwuHLbfKr1HyAs/VZTpgn1KJsWARp2yRQZOHXXTDJsNKyExKiShy
hsIeliNk7N1TtAUGEwLbrLAJkNinHmgXbYo0H0ok4ZE2YCp9LYZX7zaMF3BgEIgHJXqjTwUF
vzQsR6XfKjRRquNT4ov6Ro2UQBNsSrWrVuIdzlVqHexl12+2JHYHGwwHCNwWfRByWOUbP6a1
J+CMvMDRTrkLMBaBb7LiMLKrZpy6IIeYTEeghkT81SeQI2R4GteM2Gtk3I0ubO/X95XFwOVS
QTUAO38KocaLtdyv0kEnonKewdlY1hguVmBB0RZSsKHCNedh+CNgBemSQjuNE2fgpDnZDcLL
rMDRRPRM4FcsjgBNgZWG2TLHksdQvyQiMBA9txgQq9kT3LZZcbByfcEBurVGSIRraCF8rlVp
USfNDtgudT19npDFB8qZOgX3LemoOExxsu5/UYY8qDDK1sAoAyDAQFR0VxpxIJ6kelEKY2KY
6LZ101RGF1VDSv05VWDkfMNUQakPor9m1Y/e+YH+JHudvA2dPxY7lGxPqMkeKFhBQqS4wU4k
L8FeoyQzo9ux5E+p1lwjxZE9y4fQMhxZzhwhQWqLbgIjudxxsnUBk2q23CDgk6FT7vZ4omdk
Qc+yfm0QeQnEsnadUKVwUKUD9+4/vZcvqJd91fnmpcbrt16fioyEbUH/ACV+KbuS2mEO9m18
dAnUotOyPIt4Icyd5QqMBOMq3YoXsfnBRfO+EDMZVWk7BHtWjudwQOo+VT5KZTE+KeqbfKBa
BDhDxVBtUSmretX0ZyvV3RYvgjRAk1czomYF9QiO5x5ahnVe5/TcKtBLsT/lXM0cDJBQrRzY
7IUvkCX9gBw6IWFa1BIQ+6egKN+ANaByTqr9wgDlLDAXXQuoLftTKXKLSPcv2boAusMPZ4LZ
t02yZn1fZGITkkbBcWfrhCxDVoDYnwVu7ZyCYH7qHeBcA/Kj3AXNwPT4Ko6D2ENG6JY8O5II
RpaeGPBThMF6sFMCBueiIqX3so9l+/UvRm6OrmhcCQV6h/1VBnUqoP0EN4othHRSWQGSjsoV
b9z5akE6pu09g22EP+MWtaHJQNjX7hEgGXQPbtxOxTXsC+IZGwFqE6ialY5V0IdfbsTahGLf
yrlxHJXiBr7IyV19lnmESSc5KHazy+bwTIOf8FE7phhRqgNCmDRjxTosfJTjopkJsusv+Kz5
Ix5pifZ3O4Pm7noHn8yHHTIXE/LYMdlUCKgT5+10b60lceiKnKY67ozBdfbufTcrlUvUo26R
5qfmtJ81zrkfMNGRsCGfyXd/qbw4Io65k/8AIAfTq4+RNhTCY+XsgL9uEO3UjzwjV3UFjthF
ixQHIkbGVUdwsdHT1s9SrE1BGoX3e2SSJZPUesRx1VgYsZKy6e5whxjtg4CdThWsbMdAib25
DRM+E51R2UM2yc40dHROPBBi4ThNssjzRGUwjdOCvFPDssrs9rBblYp4co3pvICAqZIVCckD
2YhX7dfVyhkbkFhEqAiNXQPvRLJiZBgoVJ5AbKnYMCnqt1Rq0GGXDZG3aDxNf9qH9LY7ONnR
ofI6p9E2inHsz5ew8m4rh2akvgZX3P6szpUZRv8A0/rpnj9QXGwIOrwnqXdNaxBJgHot9wjf
s51rojbuNyeAFyZwjSlePUoy+qJJcgoMIQ0WYOAVPvUsx0TbYWHU+TKNUw96/BeGFHwWM5UA
N4Jk6LFicIF3B0WPeqUGHB8grCCAGCNj4DxXEDEv1WRUCwCqBoB7I1T2w+E1dMp904lS767I
2iAiTg5AXd7jwKsPFX71pvY5KlC9dco3H0SVf+oEzjVggGyRB2/dXRAY6rovEqTjTKfRDvd0
uLYqIcfxJu3QVJ1Gf9XsIdm0Ve7UekxYt9S53rZs0sBCBri01vpUH9S+c8hDjogbjTI1VgQ3
FT7DLQXUWglAn5qweqC7ZGxX+CMB38F/gycwnaSjoyiUYdOQgAgnaNUdlAZbAZ6qNENgu9/V
W+mvoJ6o90h7GUwzYuVY4z8Fyy5dVpYvS0MdPZGCi6tzzZNtlMmZWbZB8+9ds1IFu4XLagoB
/TrUrlUhjquFbCxtpqhQ1nvHiFwd92Xb7orNbAH3oliJTFdNxlf3KfBVe3X5c38AgGA4hg2y
+YexyJOUxANdimAZAO1dUbPIdmR+3NBBGGKJsJt1c+033IdNor16uoXbv4j3qXUsox+KbfIX
7VhMRmYTYUAl18pHVoTWLkpzkaJu32rWG4CFO5U0JkPsmbxRDiMLiB4rs/09T6j6rBMdcjMJ
/wBKy1rCB1KYzsUPe6pfcJx5oOjUjSD7XGqO5hCloAzuyr2KW5drtgA6yFlh0R7Jc1yCN0BQ
15/qsu3zDjtfMAYdOxCOwHx9r4Tj3pm81ftlnIyiArkOCJnZBi5An+yQV3CdS3iyNfqplE1L
9E9gxQq+Vl/NXG4QTkOQQokIWNWqdU2xwVEn4KYUYWPJH7kDRsugex2wbb2krj8vbPRghbuW
buu5tY+n+DguTfeYRWwaoK4iw7dP01gJr+sHIK5dl2Oh0TAQVUD5azYaMFewZhAKJOGyhryI
+CNQWFQ3sGyqAZrBGyiQdF6WjIVfcyI0TMiwnCGKgaru9yvzcIsd1a1hNi4Jx/EhUBzbZAkS
A5O5P0qveNeJkicLjYx3CxdEFi2EBQ+kxZPnohvq61Ue9NkIXrofgqdyrNYOi4yJV7VxbT+y
Tsj3Bk/BHvANuyezCrQUCNZR7dZrUMVAVgDgHzQXAS+8IWsS4+nRM0CG0RHFjnkE1vkGWyn7
NeNqj5d0aszQ2yFQDGTgLjRu/wB8ho+hHu/1D1GgQpQCoAyjbuWd9Uw9+UWm2qc+46IlvVXw
kJ2Y6Lu/1Ng1r+mh/wDJO/zFQMlc3atAT8Fa5+skrEb6p2JTEvyg7MnGDgr8Cq7u7o2bKHWE
7OcDqhWrP+lDtAOLAOFzJkQx1/hVAzirqvZAJpkNhV7AlgwGP8651hzGsrPr1bQol/Uo+CnC
zBW5UIWGQh2CRzEgIWJZR/Z47riICNe6eNCIKIpc2Dx4Kv3HF6hir9zPKfBYjdV/TaFBXp8/
NcTL5ZNbJXLL4KPct8xDhE4KPcoP4gMq1QQdG1TkC/etJf6U+uUXLI1qx6qDJ1RmdnTYPVX7
3y0pk7oAP6sea7X9LT5aD1eJTt8og9UA8gOrNnuFn6I67BPg7bLLIHDLiT6gmKJyVEn2G/6Q
w8VYz4o0oX4/kuNvSTojy1DDorXJwIRJBLQBsE1sNlG4xurW4zUElFOf8E2Rum/6rPuRAQuA
1gX9yp3MghyNrJ6lwnc9QUCK8gfJchAwX0XpsC2xQRAyUO2CbGpc2E5RewpUZ/UU3b+Vs7ov
Nd10VLAtK8QjUqDjRVAnoNFxc+aFPpGUS+dFalASCWGyNqgHunVE5ucFcl09yDwyZeKA1fJV
P6fiaislvrJQucdsci/RWv3CZOqqBIJnyV7bjiFTs6UCd56rMovjdA6nRMHfqn1ZcbhxunrI
IhB8bJz8plHs9mxdvVoj3+68fKPqsf1JwHroNUI4nUlce93CGMWMI9vs1c3AJ7updSC2+Eau
9d1auhBDeSmAFHkpd9fY+evsBZ3Rp3Y7V58LL52fdP2zWwPzSuNiaHYS649skU23RFSRuN0w
7lm96a1yQNCiGndAmSZQ4BiMLDd150BTkODogwYjVAldU4gEIv70bmBoiTgpgOiPfLitZHUo
2sZPwH6UdAMBSSF6ZO5Tt4gL9qbJPktplU+6eQZgBlv4l3Lhz3b+k/ur1u7wiDBGEBpNrK3c
sIePBNpsoKfyUQPihbJf4Ktqj0s6JqHsIZNUmrdUHPMDQyuAHCwksqW7gD1D38P3k/bjt1+W
uGXJi75QsfTTrqu2Df1A48VXt9qWEkoglwmfyRmGddNVGEBhtfYwLfgtimsI+KID5TB26pxY
g9EORe3i69MHdQ5J3WfIQF/jH+pD8BK5H0vEo8Q5R7tjxDQDqjTFa6LgYiFUdEyfQyo/wQoB
Jk+KwXwyrQs5LL7VfkrEakJtcpypLFfmFIyhHihMbIVoJJ0TYAhW7dy9L7bol/U7oDDq9xHI
CsdUQSofpunOqgIB03ubK4d3lwI9L6JqVm2uqPfBawgA/UnOuFb+oOsMdV3O9YuCXIGf4FIP
Cu8OmoAegCte5A7dUbkmwwNUwJGyckuvxXRj4IvJ3TsdkSz+yQtUw96EsTkhSD0WITMv2yn0
1WEGDgbJxkKSY3Qv3IqJnVHSpLDyRO6oAZCo2okp9lXjMI1aXzogHcsMLD/3+lFw3eIcfu1X
HBRyfFT57L1H3pqyd1J8E+NE5dUHbrzInjhXtQcak4CJB/agTrG6cZyT0QrLu/l7HlissQpX
PvD/AIh5cimpQE9ZQHbo9jnZcrR0VcVbR1x486k5OAqf0vZABB0QoIfITl3UgjxX2xYCp+kK
AXaQE2oRJI+KbI8ESNcoxhOSokb+zZfl7AQHTWM9UzlEmCjvoy6H8VsBC2AUBciMfFMNeqAs
XAlEj3I7bIE5rugganVnT9U5M/kqkHBcI1sCTqQuQJAGieWOF8SETPhopLP7k5+CdwH0QNnZ
1yGQfgr8YqCSE4yVwPynPRW5TZvQdFwPpNYZECN02jyhEMhtsmqCKt7k3ctPRce1UnqdE178
R0TdsPbWxlObSQw2D/Uh3bDlYapvcnDe5aui0eCJEkwyJt5pgX2Cy8JnOEQA6mfZlmUphp7C
2Vj1EZRraCDlPqIfRdEIHivWPUcMmnwVr3YAaLYbIDXZMzNoiQgXYYdGuTVTg4VR8FOdmRLM
hUDid01AbfguVzWu4RrewGx2TnverBBXoYjxUAWBGjFN9udSyPMNYQxx/qUeYCtcBmyjqcFd
BogAhQgEDDo3sz5hMRKk5yy9ILaIHi7S3/sm7ncFB+msunpR/wB6yYltIQq+FhmQGW0THO6w
iW8FJjYI58R/MnMdFBdtN1LT5LHQIk7Ev4Bcalt0K5aXGU4BZRLZWJR4pmlR8UAA3iuTZyAg
HwnMIBEZt+S5EPv0XTfT2SMqBlHR1IXceGEdUHjoiBYcxIDOhbiwPkv+WSMtAC407fJtSvT2
2HRfJ8VysCOoKend8inF3J1RIIJ9yPb71XoddkXs29Vz7VuYPyjX95Ftcsol1GdF1UiAoq/Q
JxXiBk2hH7vc5kfTXCbtdpupXqsw/SFuTMrixACY2Yr80z4VhzAsdOqHr5HomEdVJdQCX10V
O5QcbEy6rewIF/lsYFj9XFGfJAkOnFfJDzxhF2BK/NOzFcmh0zScAlk9SHEwU5qQ+jJjBRIs
OWlUa8RQj6nX2+5WBk6FcKBxsAudxxpuYKIGRqiP1StSyYpnFgU7OUARnRbhWqcWGPP6U1a8
a63t/tTk87a6r01I8FNfFfKAPBM4XoJqHyEON/Mp6T1C9QJbdeoB16o6JrAEhAUOOqetK2ae
q497titjBLMjWtnHzVIyaoWNTxODuv8AlLPpqmr6juVVyeI0wvTUCZKceaFg/VQE2B+K675T
e5EyadFe9qxxwco1wQnsuZh91A6wiHkYVe1extXtua1P0v8ApUn/AKJ5Y4QaOqdHJ8E0pzI2
Xpq3muRlSFwdxoW9TIknxKgN1VtQYDnCbuVcHJ/nX/Hx8WRFZAwdFysA+4UR4rL76JxAPmVJ
YlNlQc6JskHC+7xHMwCfpCP3y1sABQHPVQAnFc7J+XEbOnp5Elcq0sSIf6UHLDqE16h9wV66
/giRTxLInlZ9KhWt27w8bshap98p+XG2hdDkBfvY5bIDi1NSRCHaseXaPyk/TZPohyOYARsZ
1CJr27cdT/6okOp0yjD7+KcQ26IGWUwV6h5o1rkgyiAC7ydFJk7JjPXLJxDKwLl9lYuUx1lR
Gqdx5I5R9PEZeEe5SzHLGFxIawQfT2FkAVxBBOqIPgyAIgZQZhUIw6YBnUiNRuj3O2ADX5qh
MXzCY4PRMQ5GuFiNkOphke6QRxkOj2O+323gnRDh3ATu6LEcd0+d2TV5A9E5PK2r4XK4BbTR
F68fwTMbnom4fbB1GUS5f8UwLV95UF33KDGVJgzCex8Buvu908av8q+12QB+8VD90CS+Fato
vTI0Q7l/lrgJnZ01fDzVtGcE4RFvmGu6mAnrOidmZHPg0qfJRnwQNwxOpVR18E4xqhoNX2RD
j1BijUghjroEBp1UDXLotK6EEsvSAX2TdytmOyApY1I3glE1BJ8UO33Cag5LLke4QD1QHbsT
5oizRlzlE1IBOh9SLZ6KfFTgaIABvBZMbIVPy2hfc7LVsfmrujatXGwKc0I6Ig1Ppyq37g40
rMo9rt1Fg7Fkb9uL5ZPepAwosY0Kc1HmWVu53HlNWvHtjAAkp+4Z0DQmoOI0AKzlFrOUwLHV
OdNlALJ5C4WkI2v5JsAIG+MkIdvsvWh+aZQ7h7nEDJeT/Eh2xcdypLcgplGJ3V7kt+nxQ7dX
BeXRJK4qR5Jk7xovT7whYzVslAo9E2+y5YIwvUDsYyg3nr/3IjlCwScJvgiRgQui54IMI1td
gdlxueQ0TVrOiLHMeCkufgpEsmZPhPg7qSy4tAwyBD5hAmwDjRPyd9yhqEdHMlcKZ1Kv3h89
Qi5jYrjxzBK5EB2jqjycn6QhOUTy8XRAx/f9KcAspfotQiTqujLGNQuI82UhuiADsMLlYvs6
BIdOPmOgyhWWB0/mXo+YsW0hSONhkLjXPRGjMR71UB/vdzyLFUPJ7tNSuPcHE6KPJdUBqnCI
qwri2pVRSDgujzKIyNN1Hk6Pqe1UHLndOmCJJnZG1PQNQjQDlZ8qIfTopJLJkwTshClMJKAC
fkRsgbkndNXAwnJKAZ9k2iAG2UfvVYGAjWxgY8Ee7Y/OVzqWuToganlK9RYDRallyMg6n/b7
H+rogEBxXqADJyBKcVnTRMB7lBYAqJCc4/BHYJh82i9WUQXxJCrTt+jWxJd1fuVBDMDsUCzr
larWGohVPcq96xSxQ1CNbAP1Rt2jyrk1OVs+QVJTVzqSrcpGfH91FmBqXAK1sTqg1WfopLKS
J2TuD4j2ODKfDJ6mTZin11R1G6GqgygdkeO6gFTZhqiMlRCYg/gmwVIc7qYUOSMsgK5MMha4
xLFOSx0CoNPqhVFC1U7uFx4v1WE0z0TvGAFJTuvUfAIzOnRRlZYdEGtGGKIMArJhP8wQA9NQ
mB9R2TmVyMDUlce2SH2hcjNuq5EjjiFzoeIPmEBYP1RiRsjS1nqSRUoe9AH1g6p3Y9F6h6Tq
nC5Vnc7IElnySo9TbL0t72XqtA2T0BNjGFMMg5bVTroNVx0bCFAfmLrIXTZbDdScLdkWWcYZ
ZKku2fYWzqOiP4rLHZO7vlAV+a0AKp4jmRJZEkwE4LVpAVDoSASvtjFsnwT0OcBZYDKLShon
03TJzonxudE+vRS7qD4L1WTOcIAQ+UD3qi1jqrV7deNAxTg48kCcD8UQSwGgwnsYOEC4bogB
gT4rgdchNYshbs3Y9CgSHDu4wqXBfdQWUlkaXIu++VzqG/dXGoYHITgFt0HjdQCmQDYyQmDM
TG6nTCkwswyArAA9ywmfK6ol26ZTqS/RBhO5Upnytjosu22oUsmJJCetj/Dou2+UAZOyYemq
9JbxCpUFnIRrBIgMphtEGL9CiSAHTIBmdAEBAVIJ1R5CPesZTmuEwZ9ECSASuJP5hC9qwMkw
GTCAvuVLdwZ6prAh90KvxBhDu8uRIlsJmDLoMBGcrK5YqIZQrUuxhEHDsSNkwxaXXR0CCyM+
KdlODooGEw9IQbTKz+xaJoAaVM7I2HuQvWpvX5S2Qj6DVsujWQ0OnsW6BC1fJT702X29mCQV
jzKYoAMxyup0KezHwWI3QsDxFBnqg4c21TjG6YyMn/2VbGaiQFYaqWAKBBBdM7fFOWACdxGi
hiU3F+5+pTFtQpJYJhI13Q02dECTp4oG9fehSsAD2+qosAufAGy42Dhfc7MjWuqkcSNMJgf2
p8LLB1+kj4pzYmqiRYsgDJGUGz7OicBTGyYmUSCyidk4g7ZWM5fKiE+dGQq28Op3TK3IZ+U9
FnEFZYfFO+ix+1E4UWBK36IaxPRb7FShq2dliThWNyaWDGvVcQOJTeTOnEbqoy5/BXtU5x1R
cerRYgJ2cJmgLLKPNMAxUBh1UY1aU5yUxLthVYP/ALlPzHPROmuWTiQfY49kr10BfXVG/ZJs
NtQvUZG62OycltU6pSsuQhEtlTqt1sERsvSHA10QJsPBZfwRAqfNCE7spsY2UuXhSJ0Vg+uE
6qdU/AkHBEpjUh9CE3EwiWMdE2iZvdlMC25QAnQKYOgZaTuiPtuBqNU96mrbhAgn0xlAXM6H
RG1gmBjREiC2fY5lfLJXqgJvio10UmNkBkIh5K9Bc6wp9yFal3wEAB6yPUSuPstfIEocpq7E
bLlUgg/2GC6r1AC36gomowQuAEHUoD7g6kBA1q/cH1FeKjKJaUS+UzOUzMCsBDQDZcgD47qR
IUB92Xpj8E5hlryR3woT2kI1AdisKQykOCsN5J2bwKe7+9PWoG7lM4iQvRXkUwDI0YAHO6y7
bpmc6bJsJ4nVF9TqoGdFITCHUWnQrPIIHQ4GgRn3JxBT2tKy76Li/q0Qt3do6Fc62cY805yV
lF8aeCagcZIQreNSpxoeiwsexinTfivSw8FKx71ONk7IAJgJ0XUKRjLpsNoN0GDlAWPiyc4K
gwEwOUMllrP5oB4KkhWGqsMgqFlSvVZk1Q/iohjost4o87DxKfIGwThgAnd39ydx5r1MH1WH
ZOGqD70wL9ExDnfVNAbVOdN1lnRcpgI6pxndMAfFEkz7kGPxTksUQDIMI8j6BJA3UwjtugBg
IahMPmt+CNKu5wVxvLZCcFOt3XReSYz0XVOyYS2yJQJ0QjOGRGCoTAOdZQJPjuESS40TtGiA
bG6EOQo+CwgRjKBrOCpkESraizeSB7fqB3Thg2ykl05IYa6r0+orHF/epLFAO7+anHRP5LDE
xKlvEKS/RE+SYrD9QgwJICb3pmhFpnVAYfLIuxOi4gEvoyHMt0Qn4L5YUAe9D4EJiINZRAPg
jLnVMnMJqzZOdFxsQSnyNCP5l+m22hXVSpHp09kBkxRLwmyF02XRYlkBxlM2dFiVhgN1AYaJ
yY1dMTlYJZcWjwVgzkZ8kOq4asgSM7Jn4phZlPqZSAz7sssUC4KZ/wA0TllgOsZlY8VCd5KO
XTn6lMPhFiNiUGILokEdApaFAJ8EPuQNs2RHarwGpySnknd16vIIMXIXpb3JmD76K36zkpxN
lx1Oq5WjZGlTIwjymx/BCtRARvYuXcBN8F0/BNaeqcSF6k4D13T5B1UYKcQ2ieyNvcoPguq5
aouPAYTkydEQSnAwvlAJ8wpDbsgfd4oScr01axPzA6fpRBgiVyBwgRUEZlcg3C8jooXjqnHx
XIaaLRgnHwUliUxhjgKJC2dGHTapiI1KYsXD18V1QDsuo1CcHGqn1lNQcd905Pgc/wCpeqOu
FuVjCLBjomfJTuX1CNpFWymJncJ2kaoCuuqNrZOVAk5PsZOA43Uwia53VxYz8Exwol0b9uCP
mronEEaJtFlVez7siGIYqAVOqjRCPVuUWLD4qTlS5KYAMmwoAJLr7gOThWcYh0WOdVzck4IO
i+2S7SAdFAk6qamNUD/inHuUCN1MASmHxWPPRA/gs4wfZGqbLpjFa5sdAERLPBR6qJCf1Ap3
JHxRLM+hTgsOq3XhsmbzKjAyVOdNUO3d+JwShSleIbC9SbQLCbVSwWVBc7KD4hOJqiLB+hRI
DUMn/wBU1LcQMIcjpK5VOULD02OBouFhxtvooyiDkB0SJiUwHkuRT1x+aYGThOD5pnbxQR+5
bhX9RCj1BmdeSLAbjxXEnk5kKZmeiPbIiw/7kRbr1XG2NEBnaV+SMsowmTt4oCR+CBTlMDGn
sYbwUO1Q+l/WdyiTg7psdVGE5KcSRsUCAWOiyVCzCnG6jC/Fk9Sa6odrvTpXun+ZAg8gcFSi
+iIHvTklk+ifKNg4RNoIyERUvYynJfZOdFbjkoj6QWNSnr8wwNk1xO6FRK4URvYZh19zRbAl
WscPCaeY1T8vU+Fxd+uiZ32CD19A+oK33Ky0HSVXtfWdX9MqpMP82yBrIOoR/eAs6d8L7tYc
O6LQyZMYUjOCmIYqMbLKgKUQ580AcKJO4hEn5hAR18U+vRbLJI1ZbjRAvGkJ+R/BZz5ptEzM
NAVBbomGdk7sW0ymBdkP7hDt9wv27QP3SpwjWsKS1dQoDex2hdCiQubMdVsQgSRzv8AgDjZc
xF8FHNWwuJydSjqnCI01CjGyLZBdDcyVzqZ0TanVSfU2TKrSlBzH1bq1CH7dvSX0RrY2kegP
BAVb8W6bsmqIfkQrAVmvy+SrbWh4lkMBW7QPqr8pVqiD0RNfmAwpEa/qXXR0SasdDovGAiLQ
2jqAC+6ePwW/ghYwFFuK4gsyeA3XKJwemqBEspMppL6p6sjyhtVBkLON1qJlBoUTunHhCkRu
nBbqU7nxC7ZdzxYnqiLh+qBGvsg+zep+Cgwumu6e0H9W6tW+k1O4Qs8jBMIkljjxTEkW0sUz
sd/9q4GLDfVBixUeaYmUfuWau+qPGaMwXKocOmI46EocJ0L7J2B0Fuqt2KUB7loNtP8A81wN
H4ek21Crbrj+dE1M6IGwk5Zd3+nt9Uh+nyo1ZiE+vRfdAcifJDu9uBfT/wAl92gjUdU16zqo
JA6oMHGjarlYNZvlXpCcjkNl8kJrtWp96IfwdC5EgtCYe9OR4LlodF12GVkDZcSI3K0I2Xqx
mE5c6EZR/B03ENqSgzOjonMJ3xiHW3wQo/Kpltka/LfZcL/LoU4LhFtFsEdl+5+CBHkdETXb
1V/2r1zTfVegPSke9AO5AlEBnCax8Oicxb8kK2gGAUNt0yYxVRCNTIPwRLPqmZEbphSH3R5E
crZRH95T1yTKZdv+oszPxK5ia29QKA0tqpBJbRAH6dCgBDwBoog7o8hyCfjAwi1eMIe9epOI
KbJQYJiDJRDw8KnIPUu/kqQwME9U0DQqWAUZ3Uf9VjwTmHyxT6KNF16LqChBf4KVB1TyhYQC
g+u2i42D9u2CuQL1OCiAXITErWw1TE+g46LkM6ItB1r/ALUxuQTDHBViQzyFGRkIHzIKnHxQ
cuDhA2EIESrP5KUCfkME+1nymKYI1waq1dNEXDEGX2VwPmqOVfFW7V3+52onZcTLFHZfcoHd
A2PpGQhfu24i5gZdH7J5HLqQ5zKdmKgO2yipbR16i34r1SygCFQZqD6h4ocKva186/wrs2Pp
tUE28LBW45rKMr+8o6N5rLOgI8lLrJXqhsMtU2iy6GvUovKYlhugHEIm9hUbo9vt157WP8q4
1sWXLkQVW+S0lNqiCWBQrYvXQpgJGEztYZ6oU7sERWxz/DZFzjZHHkgayg+miAZHtguD8Cuf
by0oEiUCIbL7Idu+uChYfKYQrWLRK49qeOSqudJcN6kXDG0JgfUMvugLEWGhCNQXGq5CO13P
dK+5XFg7jX2Gp1X27HzTXLgCPBGmQQoh8lSXK9NfYWOF4qJWyPbtMgjxQGyY4K50nt9z4FMD
CfDYdOYl+iIBXVSPNHU7o6+Gq2PVQQD0Qdg4wmiPimAkZWXiAvVnZ1v4J8oR5qp8itymKlMf
I9P0L7g+oJnYjQoUsZ0XH4IdCjZsLjUvbVkLGH0Q4jkNUxqAeqgNsnr82iPb7kE4KsCPWzLl
BNhG4T1tyqIIOUCS5C40JndAGGTXGcFNewFxPbsd/wBC+x3fV29LCWT6aJkDYQNFU0IawbKH
cvdgNCotybQD/ciOFn0Al0G7FmOHIC+7Wli0WqJLpvVXxqVJI2cFNzTgutgN/Zguvt9wRv1R
NLhuoXK1XocEJmky2UNHy6cjwGUzeEJ9eqZwd2Cdp2T7+4Jj/isZ1UZUwnZxh0+dCoTDOq+3
fD5USi3vTaricpvcspzDSg+d9EGEHRfbrpi2qcySnt8+i4GNkbEYyvT8VMFPlMQ/jlTiyYzs
o0yU9IL6f+y4m8bkOnF6uOi+3a9bVyhXtkcRhROwcpoXPuGzA/Shft2exD+op+Ad8gghfc71
RxOQ8o0HcNLDrqhQW5uHBOyPa0sHHiphQQVNQSvSFxMg5X/E7vLZAXGvds/WVJrcDcL19upG
rOEO3anGzuCJXpPpOoRIDjdR70wLpiCT1QcEA+SgHocl09nCYEuozqUGf9qaWUiE9Q5TEZyg
3vVwZ3Qpb5NLahAuwKBeVoW1Xqx0C5U1kjqpxqhMKZB1RNfUCuVs6dELhAtLJinBZspzlTlY
nZNaQcFPNq7srvpWxHuTMfctfBdU7r/6EeBUd1MO4/TVeqz8S7I8iW4kDwKFJYFwOqve9ibg
sHQscu4JVCZcBduzasfNf/TivRcWRMhByCdkDhYBOjK/ctUgnKBwsrIZZcDZPumIf+/7qc1A
fZObTodAg5BBxqFJfb/1RBsanTVDqtxqnGmyDk+GiYj8kBomwEILfFZzlE2mpCapJr0+lSSS
MLDJifP2HRS3kVB8gnrJ2RoWFlxuHqudJqVOcOuq4nCbOxKY50Ky5USNQuYDEOS2D/lRfPRR
5OhEDDL1Vk7rDonZchL6oxrhNsj+a7nWwZSWK7LFyRKFyWrUuXR4l69Vkg6JuZ96c2NhuERy
95WXXEnxdQXB12RL/BFZhR5qMfBEP8EJboU5ycIwSyfjGiANSD1QAE6qI1KYyB70HgHTVDSq
d/MLOFXiDyJTEFsuN0d9liH+CEF9CvTplTnZYX5JvlXpLIG3pI1CAPqqcHVNmp0XKsgoD4rl
rqFzHuQsZeF0KYZUZ1C45B3TnVfbuwB+V9UAWLdE3EQjbsgDuU9QH6v3V9q8UthvpKI5EGmO
qPCxnLhN9wP1CIrYHjlt1v4LtmrFpPgu5WtZJc+CBHwXqEbrkYKPHVM+FBIAR9R8kxJ80AS7
pvJTphdEyhwim0CZx7gnDvrKAthMQE7AGuqeFKz5EkoadE3wX3CHJwuNnFT5IsSSFxuJ1U1I
oflLQy2X5oPIT/SV6cblDifUMricHPVccgYOyemFHmFzOF6YHxXIemp+KBEy65HaApAI0KNg
WtUEkeAR4l20KNrBwYHRMTxAPpsvUX2O66hdu1C3b6br73ZHHl6iNrfWhcTYQULHAiy5V8QQ
jUUB+5828J2fyVPuVfboj23PrkuiaX4jqU3b7g8HZE6bO6bZeoQmJ94dProhklQXTkhaFVnx
Cff2b9AoLKJKce9SX6FMTKg56p9VIcpycYAhBz+1BzhVoGHEM+6LFrDCJvghmVb9sP3LiFX7
tg2CNE1bchsNFu+EddlxIfZNUdJRJHmFyZ59yNgfJdNQvudvFvgiDATM+7oOcYUpq5bCbUIl
5Yx5KvdoHn1BbEKQAyNakGQwscIsGtX5h/tR7fd+W/ynYqx+atTnoi8VJbogazU5XE/JbB6q
vbrJrNz4/LVU7YDixD+C4t6RDKwq1b1kEariAHHmi1W6mETazkhuIXyjqwT6HRMQ/VbdQV6e
44GmUwsLExhQQSEbccbIgljspxtuoL+Kf3oM1k4DHRHiHHVOD+KdwfFGfEZTt5J9E28rEvps
nJ8E7YynfiAE7/tQrewIqGBCYeoZdQXCiAU3IjodUK1PqO+V6/wyoHpKeo9P4rnTIyE+LDRM
c6hHiGdPgpzqhLgmU3xRtUsQE0OYRJA4206piGf5TusuBtMIdwfPQwu3bFsWHRA1Ivep9IBQ
uK+o+m1SjxDIUsej9Uxiuh2KId+QcEaq/eL86FhuFaSwLMN0AIJg6qrQHHmqixPqEJ6WDe5A
CbnTov8A5uOiBqJ2RclEA8RvqgRY2IlAUD21dXtccasWRwRunceS0D6apmB0ZCwEIyWZFwz4
JymweqkN8U9S6kebrY9cLdsn5lLoWJ6N/wDkt22XpDBMZfyU+aYtMt7HceBTg4wWX/JZiIHJ
AWiwwUakFjgrjYOQvSCuVYtgprfMNVQkeaL+yus6Jzg/inONFVsPKcBwco1sPNOTByDsj3O3
8v4LkMjVcwSD+lbbo3AwWsVyrHVOc/V4qlOXG1Szn9K7lQcy7yn+JWz+5MZK+33QGoM7Mv8A
hqD+8ZR+6OVhhoK5du5qRodk1iI1XqPIlElidhhPA6IXZhoQuJcxhXAztsnKZR/coEhyjrb3
Mjog4HmuOyZdNk4g7SntAOyZ3UHCkktogw80SdNVutm0XRdUxOPcpiwXGxcDC43qyFq2kaL1
WY6LlW3uTO10ARg56I1KAHvRJ+YMQjYz0TP4K13Y0Bt/pUWdlEprZ0KYyDqrMGtr0RIzkHoh
y9JGUDUni8smIES/8qYk8TojQ/PVjQ9FelpJGdQyZmB1XgNVJkYZNI5mSCuHLkPFSASdUwRl
j1mUxLokh3WYEgLgWsBonZiiaYOqeLJ8HVCtQ5QqTIyUQfeVuN1o2IUhOAywzrcfiiA0fSpw
hEJv8U4Hmn3UYCYwOi8MMpbohg9Ag0bprBmwUReR9Nt18sJvxQERq6G41XGwcFcqTU6BBhIy
jxGUDk6qFbtsOVwz+KBqXodP9yZ2FZ8UQR6pK43+ZnUwDBVu13h6PpsF9zjzqX9YOP40XMWk
ELJLa6rUNl1UfXXBOqNhV4YpyY21lNQeaDuT4J2khwAvUDsRhcDU2qDB1TiHKJsGpuco8jAm
EHDUKNxkQAETLo1uQ2QUGsfuBRIONEELDIyyNKjJk6IOHr0TsyMftU+QCmERn8EWEHRTAXqw
cHqpEBZTglxooDPgph8y/A9V6k5xooyE7livFSHRerHcKJHuTlvAImhkZCG4PmseCcFrJyPV
gqRPRE1ynL5d1anccjS4MIuebnJQvX1V1QuxCJENJX2+/Q2rpbWqvYk27ZBBBVuBbLPKLiBJ
OEQX96BqSfFGwLWMWH8y203QFQS+FW3dtxJwBogHcN8y5gNeslvqCaTshUbo1vFAmrV0Dawq
B8Eah7kajCIoOLp38Vkl1nwTuJ1TROoUyDlDTqmPzLcqFPuXpUj35UCVJ8kHPqW5W3mtOkqP
coicL0hepR5J9tE5WQyOxTBOCnCcllGmPZOVMhQXTfBQV65JXC0gpxcMIYxCMtaodGx+iWth
WqK+sD1MmP7EQcJhIOOicYEQmMDdepw+UOEdU7+KPbufArhYuEe72P8AMFHzFNqdUCLniD8u
HTSBs6y77aLly9SZ/NBj0lYQAJZQxZYD9UwJ8iymSeqzAUjCAYk+5Rquu6Myd14oRCnGiAIR
hfkECAyc6Jx/ipkqMss+SYIEk+HsDA+9MJKe1smA8r0l/wAUxcMtk9sYZE09yD52QIDjVejK
H3i1j8oGVW3a/wCQGHMDl/Cm73ov3BNn5C3/AOviiO4LPc+mzhiEK3s1THJcuzYGxPqD/wDg
uPcqRbTZEmLDDfzJ2xoMrD9dVyBgFCpgfEW/QuNh6TuudSsOdUH89ke522fJqmb3JlDvuUGz
q6w50AQQ6rJfqnJnWFsfBwmTWk7DZZ8lGm5Ueal2PvRZm1Th1EqVrOuqcB9/ZJT6rqmDJgcK
TlEWJPRQs8SdE0nqUzsmyiBoFyDFOY6oWFvUY4bf5lxJnZOJOoQdVsNC6JoXbIRhlWwqbVEO
J/7UaXc8oAEPb6FXs9wz24A/S67Ve766VAmCR/pRsCbAl6+CgvGFxtHEMFx1GFyrb+IGE4Ln
RBwW3XKhwq2B6EdUzwdUC7FMSJRhxoU5DFcWYPlM8jCEt5KSAmBdMA5rupsxW52Rf3JgZUHz
KJJYjRZ/NYB2Kz4pgfcjqU+EzuD0UwoMaut0HIRaSFJdGZTkHlq2yz6d1+YXqE6LDndZBdMA
HCep41OiLFMAPKFBPUKC6d2KFLFrfAp8+x7fN3C/kiePMH4BNUudtWVjya30jZcO4ACNRkoM
cBmAZGscfGU+hTiw5bIi4JaHRAl9F+6uqkv1WYTZ/NBz6Vl+oU+uj+YT19XkjUhh+CIPkU5L
hddHT58VCwwOYdG34Jz5Iu37UGydkJ+CcMUeRUf4Jj8EE2E7uUJWWAwo1UHGQnBZ8qC4TOoD
DRPY+ScCBoECA9dfZ8QVElQi8tpuhoMkJifDwTu5OjJzr8VDICx5VVrA4BJ8guF3t29DrVWt
RruELXOXZkLASuPeoxP1AI1qTbt5rZtCmNcZKgsE4d0a2AIZhupxgRKfXJKBb4Iw2wUhQ7bp
iHTj5VyqW3C59seNf5lxI42XA1+Upgc7+yf7/wASgSdkAfEos4XTRRGqkE75UDKdm6IRjKwS
pkhQGYSnZwnJjYJlPkg8sgwZYhTAWAT1RZbDCYZT+3DP4rD7qT5HCxIRcFO7RhAZ6qYUeUIg
H5gQR4hf/9k=</binary>
 <binary id="i_105.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RcpRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6NDg6NDcAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfqgAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAV7wAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAJ8AcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMnqNu7Ja9jS1rTYA+Dr7txIb/JV
R1s6uJjgz/s9qll3br7CXFzy5wJ+BMD+Sqb5eBMgHgDQpKSXXuJAb201/wBfaoF+0RPz5UHb
GtBH3f3qBMA6AcEBJS7n7dRqByJ1JKdtkEdpPw4Q2xqe5Mn/AGKTCBHqAlo1dHgUlOr0wOfS
94MHd5ngBWjjiNSSQdVYZVXWxjaWgMAEAeak9gjSJPBhJTTOOTwT4idUm0NbJnXsrOyNRrpq
mbWO/J4HxSUiFYaOdxPhypxrA0j/AFCYkttY1vBLh3nQbuymBLj9/wBySmRbOkHRReS0iBHm
j1t05n/WVM1hw7GUlP8A/9Dmr/pvdqPcfyoPbXvpPfQK71Ws4+flUHmm6xh/sucs8gAO3O1G
upSUvY4bQTrHAHn3QwHO07zqTyFJ7921vzJ5802s9zIJJHdJTINkAEyB8ypFgI0HI5E8HwTM
knwOgAnspu0afEyISU72KXOx63H9xsjk6AKZk+3t2n+KWOWihjeQ1rQD8lMQRrz5JKYkiZTE
nQwCZ1KJsaSNvbwQy6oO2OOvh8UlILGv9Srxc8tg+bXIrQ4cxpp8lK6sbaXAEkWDaPHR2im2
m5wPtAB+keCPNJTKrdpqTKOG6Tz4Kvhmu/c2p28MO0vA9pP8h5+ntV+uhw0I+CSn/9Gp9cqq
j1l2Xjua6nNYLQ5vG9v6K8f9Btn/AFxc64AEnbI0I7yP/MV2X1xY3I6NhZg1bXYWgkz7Lmeo
z/qVx20wfIR5gJKXIA547KLSJAgAzqnJO0kfCT5IcuOkjQg/+RSUkbMyOx1PcojGF9jGc7i0
QPihAke0md2jdEbHLmva9oB9MeoRz9Eh3+akp6BlRaCO40IkKDm5e5w2gsPyMeafMza8VhsM
Oe+fSZ+8e0/yGIXTuoF9Ypua0PssiuPpOB1tsf8Au7HJKQPD8W0b3EmZ26kH4qVV2JZf6lo2
AQZ1dwtY42Pf/OND48NPyKt1HHw6Kt5s9FrhAY1jXucf3m+p7v8AyCSmeTbR6eLkNc0Y/rDd
Z2iLN4/rLMy8y/PBYwelij8zguA73O/9FoPqOvDQ/wDR42OAGVz7RPdxMufa/wCk7/yCkMiY
ZWwGOCQDr+9t+i1JTvdOYDjVWAyHMGgEajT2s+St0XFz9hosYCdoeQCCf+tmxzOPz9i5/Cpr
vbc3IsczK3NdW5oNhdP857W/pPb+/vVxnRn1mTe1p7OaDJ18Z+kkp//SJU79ofU+/H5fi7oH
Jml3qt/zqHrk27duoHiJ/Iun+p72PycvEsk12tBPwduof/0bVkYXSbrurV9OIa19NpF7nEbW
10n9PY9x9uzaz/riSnMJaZIcDPceSZzQDPyjxK6v61dJryQeq4OwBjf0lQbsBYPo21Daz1PT
b9P/AINcrofgQkpGYaADr4dolW8QCLXWfRFZHzJHt/tKqG93EySYHbVHYGztMxMnXlJTNz33
2epc+SAABHDRoxoar3SBj+uW2ibXe4fu+0e1v8pyowPDjSToI8lc6S277QTU2RsdvMcNg/Sd
+Ykp1DmsxcWq159R9jAWDs4kTvdx7Fg5F9uTcbbzuf37f2W/1V0D+kUZuNVdY59Tqq9u1gDp
DfzNhI937m1YootfU11VBY2DNmvunVu5zv0bElIABqXk6cNHn/K/MRGveWemw7WnXQQZ/lO+
m5ymymprSC7fZ+aysSBH71n/AKTThmkhwBGm0SSf83/vySnY+rzbQy2vafSMODogbvo7Z/6a
07aZdT/xrdD8HLK6HkuqtdjHWt/6SSeIHuctaxw3MkT+mEHmIbv3BJT/AP/To9Esqq6xW17Q
9lznVOa7USf5t0fyLmsWreyvH+sHUM1zHOr+z02BlbWkk2n0vTHqbame/HsWCMmjAcM2xgvt
a8upY5xawFjvp3entfZ7v8H6jP8AhFsdK6n9b+pzY6unEwne6txxwAT2dXvsp3/17X2/1ElO
31Kz1um05VdFl7bi1lljQ90Md+je/wDRY/vrrn/C101bF57fQ/Htfj3NDLaSa3gGf6rmuaXM
ex302vXoV7up+iPW6lse3dD6q6y4uA3eyrbY1z2tbu+iuWzG5d1lB6re7qODcTRhdUDP09Fh
93oZFNW31W/vUWf+g6SnFx6XX2itpDNNXOPtb/WKJNQMNMsHta6NXeJ2/wDUoD7DWTW7TWHA
GQY0VyvqL2NPp1Vixwk3xL9dPbu9lf8AYYkpT2GtldlghtmrBMkgRLoH0d0otfU76K7WYwZT
XY6dBJGmz02ueXeP0vpqs2HvY1jHOsdoQBuJJ+g1rWe5NaLWO22MdW7cRscC3X85v9lJTp9N
c6+1/qPfb6IY8AyWghwM7/o1oXULcm23fkWPscS4tLhDGgk+2trS7/oIOJ1G/HDg0zW4j9Ef
oEg6GJC1Ditz8RmSbWU1sa8mo6CQ579Id9L839IkpyA+ZAkjwHH4f9+R6mvsIrYJPJAEn+s7
Yo+rXVadjA9sEHcfzzpvEbfoe32rV6502rppBZltvfeC70qyIaD9JnsP+akpj07BN+Q1wG5r
Ic+QNo4LPZ/hNyuZGQD1LDr7PttcfhtLG9kDpV7qMF9lRb6sOeQ8wIG1v/U/RWazIzjkU5R1
c2TW+BDQ0+72D81vq/nJKf/U1MD6uYWE1t1oF2Qwhz7LPcytx/0NR/R/T/Pf71cyup0Y/ueH
uI0NjhIAHn+alkZhFb7a4cAdQ76M/vODfpLm+tZrnVu2HbtBNlEFstH053e17dp9Rmz9xJTD
q3V/XzaGYx2MFjS7b++Hfo/f/JV7OwnHpL31un1QTYwGAXA72WMb/Z2Ll7sfKbZjZFjfTovc
DQ52hsY1w/SQPc1vub/OLrDffdkVYte191271LGAbYb+kyKu/pu/SU0fv+qkp4e4MJBDueCF
KusMA0k901m0H3e0ifaex/8AMU7SY93Pl+KSnU6A8UZr8h7bHlrC0tqEuAsLKvW3Et27fU2f
21s29TrcWV22V5vTnkU31PIbbTZuhjnt2VW7fUd7vTZ6lT/8MrX1S6D1jAru6tZGOLqHV1Vk
n1C0llteQ70xZ6TdzPzv+21eyMnC6v6fT8Zv270NzrdrWhpuh1bHepdXV673u373/ov0fv8A
3ElPC52G/CybaHkk1uI3eI/Nf/bb70IPdB1MDgf6/wApdJ1r6m9bxi11DT1KtrWj1amw8Bo2
xZj7n2Pft/Or9Vcs8ltjmOBa5pLXNIgg/unckpt4ua7Hc54YywuY6uLG7wA8bXPaD9GxrfoI
js+44NeC3aMatzntAaA4ud+c+wDfZt/NVAaHuNNO6lugfDgpKbLLXwQ76J0MLQyepMy31uqx
qsMsrFVgokCwCP5xv9ncsf1DubH+sozLPo/ECOQkp//Vss6hVZh5TNwF7Wmx9Z+kAPd9H+qs
qvKxet9IyKWT9txdxx+zhI26O/ctd+jexYYzMjFtudS4F1zH1P3ay135yufU4O/axx3asyKb
AY5BaPU3f9FJSfrtjm5HTGXPDqmU1WVOaXbYeQ53tse/6Hp+m/8A6hXehZb+nX5GLmNs3C0u
sDRue0vP6Wz0fp27X+lvbWqv1kwLHCm5hD6q3Ppc1kONb59Wypwbu2e8vt9P+WsoG/IuNlr3
+o87jYZ3EgfS3fSSU9P1rpLuuel1XplYtveHDMZW33vLf5rJ9P8APe6v9Hb/AMWs3B+rmXbk
41FzX44y3tax72ubIJ1c3cB9GPoK3h9YfX/Otix5AdkslmpI/S2MG6t23/CPrZX7FrYPUjVm
/bLMJ3UMzFBrL6KzY/Una72te6t/uf6V/p+//ppKevZXTTT9jrMimsVhsw7YW7Bx+ftWd0yq
7BptbaHWWbtv2lwZ7qw1np2Ncyql1r3zsf8AaPVfvps/SLI+sH1h/ZHVsS9zHA5dbRk4zywP
bWS70HWNY9zG5Fb/ANx38wtijNvyWAOpe2oPHq2MG5sCPUcz9/8AlpKdK3FxrqnY+Qz1GWD3
teSXfHf9Jj2/mvYvKvrD0izpfV78TebK2EOZY76RZYN9bnu/f/ff++vVG30toOUXD0iC7dOg
a3WVg/W3or+pUM6jjhpuorLbaXEBzq2n1N9Lvzn0+79H/hGJKfPKsfeRucGtJ1fGgHd2isX9
Hcxpcbqmnbva1zg17ma+/wBJx3f2VrdDxXZGW2uun1mkFzg0gGGguipzhsZa/b+j9r1r/WHE
rq6eabN1LCRbWx9dTclwHsZXe9u532f1Pf8A6VJTx2D085WTXSIJe4DWYgn91vv/AM1bOT9W
Wj1bMcEspIc5oJe4NOg3vZ+j97/+EVLDrLbGtABsBkOOgHmtoZOQ2rdfa31LRGysMLPTiPfY
Hvs9X1P8Hs2JKf/W4+14DnfvA8/NFwcrIx7W3Y9zqL2SG2VEscAfa7Vv8lWendLdmG+87Nm7
Y0PIbJJ3abvYg5fT8np+R6djYa/Wt3LXN/kubO7akpbHsvoue9jzN5i1gmHgnd+k/l7v0m/6
da0X0WssLA/eG7hIO7UGNzH/ALrkvqy2m/q1WNkz6N8gAHad7ffU9rvzHtV1ruk2XOZddfiv
BO9m0PEg+73NDvakppvLsfGddc4+0Eh27QR9KQu9+ruK3puE+ihzjWHerkvtaN1jntb7A1lj
/Q+zt2MXF9Wf0/FxaLab2Zu3IYXY1ggFjA639IyGfonOaxr1b/50fb8T0sYWnqeSNgpqbAfa
8Pfk31WudZ9K5/8AMbf5qv8ARemkp6vIyfqzj4x+sOViVzaCX3WN32bmH0RTRXbu925nptZU
xZ2P/jK6TkW7MzEvw6OW32RY0Efvtx/0lf8AY9RefZ+HlYfqDLP60x4Y5k7thcN7xv8A3v31
Cq6ttY3GBGspKe86n9dem9Ttr6fjXOxcZ1gNuY9hFbiHbmV8eoylzve+22r+v+jWp1O/Jb9X
swnLb61TRt9F9Ty9r3NY7+ab6jPUa/avMGB17yzHqfY+IIY0nT4D6K0+mdKyqbH5FtbatlZB
bI3ax7i1vu2sSU7HS863Ht2stcWO1dUbH1Mc6Ia/dS5rvatDPycR/TntIdZaJ9tljjtefpba
5/S7lhFjXTDy53hMH+s36KVhe9u91x3AfR26SePckprsFllpG2DOpbJBKswz05OthM7zo/n3
BjJ+ioUuDTPu08NDKa+p9hDy4t19oBBn/vySn//Xo9Ca6vEveybXb3E095A9jZ/N9VA6rlsz
cR9drfQtqcLGV7YGnte130XbvTd+4tTpTMIYovprfWXPe2wEl7A8RtdPtseza5F6y429LdjY
1Tb7clzamkAENB+k8bh7Xaem1JTyFWTZjuryagQaXtex3gR9H3fyl03XsEV5xyC9tVN4DwC3
Vpf+k2bvzdu7b9P6aycnombidQxsG5wcLraqy4GWe4y1ro/qOXU9awOqXMxM7Ae2y8B7LW2A
NDgYfV6TQNjfpW/S/wA9JTx/1gtrjFxqmBuxhe5+pLy47Wvdu/ktVfplj676H1lzLGWtILed
Tsj/AKSu9c6ZkNzmucPc6pjnUyC6twGz03Ob7HN3/RVfpmDkuzRBZUaYscbHgfRLdBt3bna/
Qakpl9ZNzMu6u1zn2GwbnuJJPt+kS4NWXTD7K2OBILgDHgey2PrSwW53q0/pGP13NDiJgN2/
9FY9IcMitsQ4vAAiOSkp6nCB+yVUsc6tkGWs0nU/SDfpf2kWoNqvrIZvqM72HQOBHuZLULA1
xg4AgNLhx4HsrOGBZnUto/SPa71HgahoH77h7WJKTPyfq++qXY19BI/wL/UaD8LHbtqrMxun
Zjn/ALPy3WPrgupfS5uh4m0TV9JaeV03AyLiMl77bjp6dRbWxpPu99tjfT/sf9WqORnt6bYy
rFyjlME7seZYwjj9IAK7P7FaSmTOjvqNgzC6kNG4EN9RpaBuL91Be/b/AF62KmTjfaW1Y1nr
t0LiWxB8Gz9JV8zqOXllxyHhlIJipvsZM/u/4Rzf37HPUun4+TZc7Ic3YwNhu4RrP5rPpJKf
/9A+TlOx8p+LivpAoIaMJ7tkMLWbPTc72/vKxh20uupyMqMY1b7nse4EktAZWWbdzbGV73Ll
vrAA7quS93tsc8HbOoEN2iP6qt9Cb6dF12SQY0orfr9KBua0z7WP2pKdq9p6j1JmaysmrGcy
3YXBrnu99bP62xv/AFa1Myy2zol1uG307cewOa2wRoCPUY5s/nblyVnVcuu8suwRdRuPpGxr
mvMANlj/AM3d/IXSfV28ZPTs/HupvxGHh15LgA9ha51d937n7j/5tJTz+U3q3UiKjTRjUk7n
ESWbo27mMqn6TfzN6bF6ABbL8vc8GDIa2Af5DnKeLTeN32LKDoMEOqeD4fTplv8A4GrBu6pV
PrVssfrIEkntHuq/6pJSjR07p+SPt9tu10WVOoY8tHLPUtta2xrXM/0LP+uLGf0rIzL3ZWKH
fZa2uP2tzHNDz7tWB3uW3g2sD3WZHqvO47WNrApH9b3b7P8AMV+26tlfqWMsudANdbQWVgHj
dt+mkp53Ax8ASzqORZa5kl9TdKAJ5utqn1P/AD2t4Z3TcbH9Ol7Htr0FFI2sn8HOVXNzur2V
w2myugtMO9N23Z3ADh6e1Ytb20i4sb6hJENZqIgd9dqSm71POyMqwN2hrQDsbGgaeyyn31Vk
sYPUs1l35o8v5abKszrdbmurrAPtggfFzv8AySqsBB1+WqSk9THX3NFpmSCSdBHJctay1n0m
PcHDQMa2NNPzv5Sj03Hx21PfZZW61wAYC4af1G/9+U2G2uz6IcCddpn5cJKf/9n/7R86UGhv
dG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAA
EAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAA
AEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRib29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRF
WFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAAABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsA
IARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZTZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0A
AAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklNBDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAA
EnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJvb2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABS
Z3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29sAAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0
dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAAAAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAA
UkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABHcm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJs
ICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0
AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAAAAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAA
AFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABU
b3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQcmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hl
blByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21sb25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExl
ZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAAAAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25n
AAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQACOEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAA
AD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAEAAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAA
AAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAA
AAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAA
AAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////////
/////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////
////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAAOEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAA
AAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4
QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAAAAAAAAAAAAAC0AAAAfoAAAALBBEE
NQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB
+gAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51
bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAA
AAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAAAAAAUmdodGxvbmcAAAH6AAAABnNs
aWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAA
AAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1h
dXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3Vu
ZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAA
AAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB+gAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAA
AG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAA
AAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFs
aWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVt
AAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFF
U2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRP
dXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxv
bmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwA
AAAAFgsAAAABAAAAcAAAAJ8AAAFQAADQsAAAFe8AGAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5B
ZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwM
EREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAJ8AcAMBIgACEQED
EQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAA
AAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSR
obFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80Yn
lKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcG
BTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC
0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3
h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMnqNu7Ja9jS1rTYA+Dr7txIb/JVR1s6uJjgz/s9qll3br7C
XFzy5wJ+BMD+Sqb5eBMgHgDQpKSXXuJAb201/wBfaoF+0RPz5UHbGtBH3f3qBMA6AcEBJS7n
7dRqByJ1JKdtkEdpPw4Q2xqe5Mn/AGKTCBHqAlo1dHgUlOr0wOfS94MHd5ngBWjjiNSSQdVY
ZVXWxjaWgMAEAeak9gjSJPBhJTTOOTwT4idUm0NbJnXsrOyNRrpqmbWO/J4HxSUiFYaOdxPh
ypxrA0j/AFCYkttY1vBLh3nQbuymBLj9/wBySmRbOkHRReS0iBHmj1t05n/WVM1hw7GUlP8A
/9Dmr/pvdqPcfyoPbXvpPfQK71Ws4+flUHmm6xh/sucs8gAO3O1GupSUvY4bQTrHAHn3QwHO
07zqTyFJ7921vzJ5802s9zIJJHdJTINkAEyB8ypFgI0HI5E8HwTMknwOgAnspu0afEyISU72
KXOx63H9xsjk6AKZk+3t2n+KWOWihjeQ1rQD8lMQRrz5JKYkiZTEnQwCZ1KJsaSNvbwQy6oO
2OOvh8UlILGv9Srxc8tg+bXIrQ4cxpp8lK6sbaXAEkWDaPHR2im2m5wPtAB+keCPNJTKrdpq
TKOG6Tz4Kvhmu/c2p28MO0vA9pP8h5+ntV+uhw0I+CSn/9Gp9cqqj1l2Xjua6nNYLQ5vG9v6
K8f9Btn/AFxc64AEnbI0I7yP/MV2X1xY3I6NhZg1bXYWgkz7Lmeoz/qVx20wfIR5gJKXIA54
7KLSJAgAzqnJO0kfCT5IcuOkjQg/+RSUkbMyOx1PcojGF9jGc7i0QPihAke0md2jdEbHLmva
9oB9MeoRz9Eh3+akp6BlRaCO40IkKDm5e5w2gsPyMeafMza8VhsMOe+fSZ+8e0/yGIXTuoF9
Ypua0PssiuPpOB1tsf8Au7HJKQPD8W0b3EmZ26kH4qVV2JZf6lo2AQZ1dwtY42Pf/OND48NP
yKt1HHw6Kt5s9FrhAY1jXucf3m+p7v8AyCSmeTbR6eLkNc0Y/rDdZ2iLN4/rLMy8y/PBYwel
ij8zguA73O/9FoPqOvDQ/wDR42OAGVz7RPdxMufa/wCk7/yCkMiYZWwGOCQDr+9t+i1JTvdO
YDjVWAyHMGgEajT2s+St0XFz9hosYCdoeQCCf+tmxzOPz9i5/Cprvbc3IsczK3NdW5oNhdP8
57W/pPb+/vVxnRn1mTe1p7OaDJ18Z+kkp//SJU79ofU+/H5fi7oHJml3qt/zqHrk27duoHiJ
/Iun+p72PycvEsk12tBPwduof/0bVkYXSbrurV9OIa19NpF7nEbW10n9PY9x9uzaz/riSnMJ
aZIcDPceSZzQDPyjxK6v61dJryQeq4OwBjf0lQbsBYPo21Daz1PTb9P/AINcrofgQkpGYaAD
r4dolW8QCLXWfRFZHzJHt/tKqG93EySYHbVHYGztMxMnXlJTNz332epc+SAABHDRoxoar3SB
j+uW2ibXe4fu+0e1v8pyowPDjSToI8lc6S277QTU2RsdvMcNg/Sd+Ykp1DmsxcWq159R9jAW
Ds4kTvdx7Fg5F9uTcbbzuf37f2W/1V0D+kUZuNVdY59Tqq9u1gDpDfzNhI937m1YootfU11V
BY2DNmvunVu5zv0bElIABqXk6cNHn/K/MRGveWemw7WnXQQZ/lO+m5ymymprSC7fZ+aysSBH
71n/AKTThmkhwBGm0SSf83/vySnY+rzbQy2vafSMODogbvo7Z/6a07aZdT/xrdD8HLK6Hkuq
tdjHWt/6SSeIHuctaxw3MkT+mEHmIbv3BJT/AP/To9Esqq6xW17Q9lznVOa7USf5t0fyLmsW
reyvH+sHUM1zHOr+z02BlbWkk2n0vTHqbame/HsWCMmjAcM2xgvta8upY5xawFjvp3entfZ7
v8H6jP8AhFsdK6n9b+pzY6unEwne6txxwAT2dXvsp3/17X2/1ElO31Kz1um05VdFl7bi1llj
Q90Md+je/wDRY/vrrn/C101bF57fQ/Htfj3NDLaSa3gGf6rmuaXMex302vXoV7up+iPW6lse
3dD6q6y4uA3eyrbY1z2tbu+iuWzG5d1lB6re7qODcTRhdUDP09Fh93oZFNW31W/vUWf+g6Sn
Fx6XX2itpDNNXOPtb/WKJNQMNMsHta6NXeJ2/wDUoD7DWTW7TWHAGQY0VyvqL2NPp1Vixwk3
xL9dPbu9lf8AYYkpT2GtldlghtmrBMkgRLoH0d0otfU76K7WYwZTXY6dBJGmz02ueXeP0vpq
s2HvY1jHOsdoQBuJJ+g1rWe5NaLWO22MdW7cRscC3X85v9lJTp9Nc6+1/qPfb6IY8AyWghwM
7/o1oXULcm23fkWPscS4tLhDGgk+2trS7/oIOJ1G/HDg0zW4j9EfoEg6GJC1Ditz8RmSbWU1
sa8mo6CQ579Id9L839IkpyA+ZAkjwHH4f9+R6mvsIrYJPJAEn+s7Yo+rXVadjA9sEHcfzzpv
Ebfoe32rV6502rppBZltvfeC70qyIaD9JnsP+akpj07BN+Q1wG5rIc+QNo4LPZ/hNyuZGQD1
LDr7PttcfhtLG9kDpV7qMF9lRb6sOeQ8wIG1v/U/RWazIzjkU5R1c2TW+BDQ0+72D81vq/nJ
Kf/U1MD6uYWE1t1oF2Qwhz7LPcytx/0NR/R/T/Pf71cyup0Y/ueHuI0NjhIAHn+alkZhFb7a
4cAdQ76M/vODfpLm+tZrnVu2HbtBNlEFstH053e17dp9Rmz9xJTDq3V/XzaGYx2MFjS7b++H
fo/f/JV7OwnHpL31un1QTYwGAXA72WMb/Z2Ll7sfKbZjZFjfTovcDQ52hsY1w/SQPc1vub/O
LrDffdkVYte191271LGAbYb+kyKu/pu/SU0fv+qkp4e4MJBDueCFKusMA0k901m0H3e0ifae
x/8AMU7SY93Pl+KSnU6A8UZr8h7bHlrC0tqEuAsLKvW3Et27fU2f21s29TrcWV22V5vTnkU3
1PIbbTZuhjnt2VW7fUd7vTZ6lT/8MrX1S6D1jAru6tZGOLqHV1Vkn1C0llteQ70xZ6TdzPzv
+21eyMnC6v6fT8Zv270NzrdrWhpuh1bHepdXV673u373/ov0fv8A3ElPC52G/CybaHkk1uI3
eI/Nf/bb70IPdB1MDgf6/wApdJ1r6m9bxi11DT1KtrWj1amw8Bo2xZj7n2Pft/Or9Vcs8ltj
mOBa5pLXNIgg/unckpt4ua7Hc54YywuY6uLG7wA8bXPaD9GxrfoIjs+44NeC3aMatzntAaA4
ud+c+wDfZt/NVAaHuNNO6lugfDgpKbLLXwQ76J0MLQyepMy31uqxqsMsrFVgokCwCP5xv9nc
sf1DubH+sozLPo/ECOQkp//Vss6hVZh5TNwF7Wmx9Z+kAPd9H+qsqvKxet9IyKWT9txdxx+z
hI26O/ctd+jexYYzMjFtudS4F1zH1P3ay135yufU4O/axx3asyKbAY5BaPU3f9FJSfrtjm5H
TGXPDqmU1WVOaXbYeQ53tse/6Hp+m/8A6hXehZb+nX5GLmNs3C0usDRue0vP6Wz0fp27X+lv
bWqv1kwLHCm5hD6q3Ppc1kONb59Wypwbu2e8vt9P+WsoG/IuNlr3+o87jYZ3EgfS3fSSU9P1
rpLuuel1XplYtveHDMZW33vLf5rJ9P8APe6v9Hb/AMWs3B+rmXbk41FzX44y3tax72ubIJ1c
3cB9GPoK3h9YfX/Otix5AdkslmpI/S2MG6t23/CPrZX7FrYPUjVm/bLMJ3UMzFBrL6KzY/Un
a72te6t/uf6V/p+//ppKevZXTTT9jrMimsVhsw7YW7Bx+ftWd0yq7BptbaHWWbtv2lwZ7qw1
np2Ncyql1r3zsf8AaPVfvps/SLI+sH1h/ZHVsS9zHA5dbRk4zywPbWS70HWNY9zG5Fb/ANx3
8wtijNvyWAOpe2oPHq2MG5sCPUcz9/8AlpKdK3FxrqnY+Qz1GWD3teSXfHf9Jj2/mvYvKvrD
0izpfV78TebK2EOZY76RZYN9bnu/f/ff++vVG30toOUXD0iC7dOga3WVg/W3or+pUM6jjhpu
orLbaXEBzq2n1N9Lvzn0+79H/hGJKfPKsfeRucGtJ1fGgHd2isX9Hcxpcbqmnbva1zg17ma+
/wBJx3f2VrdDxXZGW2uun1mkFzg0gGGguipzhsZa/b+j9r1r/WHErq6eabN1LCRbWx9dTclw
HsZXe9u532f1Pf8A6VJTx2D085WTXSIJe4DWYgn91vv/AM1bOT9WWj1bMcEspIc5oJe4NOg3
vZ+j97/+EVLDrLbGtABsBkOOgHmtoZOQ2rdfa31LRGysMLPTiPfYHvs9X1P8Hs2JKf/W4+14
DnfvA8/NFwcrIx7W3Y9zqL2SG2VEscAfa7Vv8lWendLdmG+87Nm7Y0PIbJJ3abvYg5fT8np+
R6djYa/Wt3LXN/kubO7akpbHsvoue9jzN5i1gmHgnd+k/l7v0m/6da0X0WssLA/eG7hIO7UG
NzH/ALrkvqy2m/q1WNkz6N8gAHad7ffU9rvzHtV1ruk2XOZddfivBO9m0PEg+73NDvakppvL
sfGddc4+0Eh27QR9KQu9+ruK3puE+ihzjWHerkvtaN1jntb7A1lj/Q+zt2MXF9Wf0/FxaLab
2Zu3IYXY1ggFjA639IyGfonOaxr1b/50fb8T0sYWnqeSNgpqbAfa8Pfk31WudZ9K5/8AMbf5
qv8ARemkp6vIyfqzj4x+sOViVzaCX3WN32bmH0RTRXbu925nptZUxZ2P/jK6TkW7MzEvw6OW
32RY0Efvtx/0lf8AY9RefZ+HlYfqDLP60x4Y5k7thcN7xv8A3v31Cq6ttY3GBGspKe86n9de
m9Ttr6fjXOxcZ1gNuY9hFbiHbmV8eoylzve+22r+v+jWp1O/Jb9XswnLb61TRt9F9Ty9r3NY
7+ab6jPUa/avMGB17yzHqfY+IIY0nT4D6K0+mdKyqbH5FtbatlZBbI3ax7i1vu2sSU7HS863
Ht2stcWO1dUbH1Mc6Ia/dS5rvatDPycR/TntIdZaJ9tljjtefpba5/S7lhFjXTDy53hMH+s3
6KVhe9u91x3AfR26SePckprsFllpG2DOpbJBKswz05OthM7zo/n3BjJ+ioUuDTPu08NDKa+p
9hDy4t19oBBn/vySn//Xo9Ca6vEveybXb3E095A9jZ/N9VA6rlszcR9drfQtqcLGV7YGnte1
30XbvTd+4tTpTMIYovprfWXPe2wEl7A8RtdPtseza5F6y429LdjY1Tb7clzamkAENB+k8bh7
Xaem1JTyFWTZjuryagQaXtex3gR9H3fyl03XsEV5xyC9tVN4DwC3Vpf+k2bvzdu7b9P6aycn
ombidQxsG5wcLraqy4GWe4y1ro/qOXU9awOqXMxM7Ae2y8B7LW2ANDgYfV6TQNjfpW/S/wA9
JTx/1gtrjFxqmBuxhe5+pLy47Wvdu/ktVfplj676H1lzLGWtILedTsj/AKSu9c6ZkNzmucPc
6pjnUyC6twGz03Ob7HN3/RVfpmDkuzRBZUaYscbHgfRLdBt3bna/Qakpl9ZNzMu6u1zn2Gwb
nuJJPt+kS4NWXTD7K2OBILgDHgey2PrSwW53q0/pGP13NDiJgN2/9FY9IcMitsQ4vAAiOSkp
6nCB+yVUsc6tkGWs0nU/SDfpf2kWoNqvrIZvqM72HQOBHuZLULA1xg4AgNLhx4HsrOGBZnUt
o/SPa71HgahoH77h7WJKTPyfq++qXY19BI/wL/UaD8LHbtqrMxunZjn/ALPy3WPrgupfS5uh
4m0TV9JaeV03AyLiMl77bjp6dRbWxpPu99tjfT/sf9WqORnt6bYyrFyjlME7seZYwjj9IAK7
P7FaSmTOjvqNgzC6kNG4EN9RpaBuL91Be/b/AF62KmTjfaW1Y1nrt0LiWxB8Gz9JV8zqOXll
xyHhlIJipvsZM/u/4Rzf37HPUun4+TZc7Ic3YwNhu4RrP5rPpJKf/9A+TlOx8p+LivpAoIaM
J7tkMLWbPTc72/vKxh20uupyMqMY1b7nse4EktAZWWbdzbGV73LlvrAA7quS93tsc8HbOoEN
2iP6qt9Cb6dF12SQY0orfr9KBua0z7WP2pKdq9p6j1JmaysmrGcy3YXBrnu99bP62xv/AFa1
Myy2zol1uG307cewOa2wRoCPUY5s/nblyVnVcuu8suwRdRuPpGxrmvMANlj/AM3d/IXSfV28
ZPTs/HupvxGHh15LgA9ha51d937n7j/5tJTz+U3q3UiKjTRjUk7nESWbo27mMqn6TfzN6bF6
ABbL8vc8GDIa2Af5DnKeLTeN32LKDoMEOqeD4fTplv8A4GrBu6pVPrVssfrIEkntHuq/6pJS
jR07p+SPt9tu10WVOoY8tHLPUtta2xrXM/0LP+uLGf0rIzL3ZWKHfZa2uP2tzHNDz7tWB3uW
3g2sD3WZHqvO47WNrApH9b3b7P8AMV+26tlfqWMsudANdbQWVgHjdt+mkp53Ax8ASzqORZa5
kl9TdKAJ5utqn1P/AD2t4Z3TcbH9Ol7Htr0FFI2sn8HOVXNzur2Vw2myugtMO9N23Z3ADh6e
1Ytb20i4sb6hJENZqIgd9dqSm71POyMqwN2hrQDsbGgaeyyn31VksYPUs1l35o8v5abKszrd
bmurrAPtggfFzv8AySqsBB1+WqSk9THX3NFpmSCSdBHJctay1n0mPcHDQMa2NNPzv5Sj03Hx
21PfZZW61wAYC4af1G/9+U2G2uz6IcCddpn5cJKf/9kAOEJJTQQhAAAAAABdAAAAAQEAAAAP
AEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAFwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0
AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAQwAgADIAMAAxADUAAAABADhCSU0EBgAAAAAAB///AQEAAQEA/+EO
kGh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8APD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlk
PSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4gPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9i
ZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1
LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPiA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9Imh0
dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPiA8cmRmOkRlc2Ny
aXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIiB4bWxuczp4bXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFw
LzEuMC8iIHhtbG5zOnhtcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4
bWxuczpzdEV2dD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNl
RXZlbnQjIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9w
LzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIgeG1w
OkNyZWF0b3JUb29sPSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHhtcDpD
cmVhdGVEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjQ4OjQ3KzAzOjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRl
PSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjQ4OjQ3KzAzOjAwIiB4bXA6TW9kaWZ5RGF0ZT0iMjAxOC0xMS0x
OVQyMTo0ODo0NyswMzowMCIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpjOWZhZDMyNS0y
NWU5LTkxNDYtOTU1MS03MWJhZmU0MDQ5YjEiIHhtcE1NOkRvY3VtZW50SUQ9ImFkb2JlOmRv
Y2lkOnBob3Rvc2hvcDphYzdkYjQzZi1lYzJiLTExZTgtOTNjZS1mMjRjYTA4YzRlOWMiIHht
cE1NOk9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo2MGUxZTgyYy1jYTEyLTEwNGYtYjA1
My1kOTA5ZWJiMGVlYmEiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQ
cm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIj4gPHht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0iY3JlYXRlZCIg
c3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo2MGUxZTgyYy1jYTEyLTEwNGYtYjA1My1kOTA5
ZWJiMGVlYmEiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6NDg6NDcrMDM6MDAiIHN0RXZ0
OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIvPiA8
cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6
YzlmYWQzMjUtMjVlOS05MTQ2LTk1NTEtNzFiYWZlNDA0OWIxIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4
LTExLTE5VDIxOjQ4OjQ3KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90
b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cykiIHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ9Ii8iLz4gPC9yZGY6U2Vx
PiA8L3htcE1NOkhpc3Rvcnk+IDxwaG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+IDxyZGY6
QmFnPiA8cmRmOmxpPnhtcC5kaWQ6NURENkEyOUFCNzcxMTFFNTg2RENFMjY5ODU0NUEyMjg8
L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QmFnPiA8L3Bob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPC9y
ZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/
Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEA
AGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAA
M2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoA
AAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAA
hnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMA
AAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAx
OTk4IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2
LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY
2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNo
AAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVm
YXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEg
RGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABk
ZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4x
AAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIu
MQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQT
CwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgA
LQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4A
sgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUB
TAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQC
HQImAi8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyED
LQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEE
fgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYG
FgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH
+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEK
Jwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4M
pwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14P
eg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQS
oxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMW
JhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0a
BBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYe
QB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i
3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn
3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwt
QS12Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQz
DTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5
Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/
4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG
8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVO
bk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9W
XFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxe
vV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1n
k2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw
4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6
pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE
44VHhauGDoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaP
npAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia
1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqm
i6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuy
wrM4s660JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/
er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXM
tc01zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHa
dtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLo
vOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3
ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uACFBZG9iZQBkgAAAAAEDABADAgMG
AAAAAAAAAAAAAAAA/9sAhAASDg4OEA4VEBAVHhMREx4jGhUVGiMiFxcXFxciEQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMARQTExYZFhsXFxsUDg4OFBQODg4OFBEMDAwM
DBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wgARCALQAfoDASIAAhEB
AxEB/8QApQAAAgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAQIAAwQFBgEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgIC
AgICAgIBBAIDAQAAAQIAAxEEIRITBTEiQRQQMiNCMyQVoAYgQzQWEQACAQQBAgQDBQYEBwEB
AQAAAREhMUECUWEScYEiA5GhMhCxwUIT8NFSYnKCksLSBCDhorLi8iPxMxQSAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAKD/2gAMAwEBAhEDEQAAAAl9Ryba7C0UEJQBdYPW1QVWBKOAhSCEkrYYQBZYWNXC
bsW0c1wKwiwkWMAKWEhIjMSQgDByAkIaAKkZlJFYAJgJAF6rC7FZmM5ZR1UhggwCkSAV1cDS
ssCgYQCF6hjWw5QFqkFm/B0gK7CmEUOoJGEDwrLQVjBYWFLqKUYYEEMgTIEQkEJWHUWytiyl
8RIAAFR6igZU5CVIRCGKEMg1VlY0JIACxHUJOsTc4IGAA4FFiAMhCpCsBJIEEEhhGRiBlGEh
ZEcDQgDwRbIUi0mWm/OKogFEItgARAwgWBCxIQiKQEhEJEaDGpjV0eR1S0OgjQkliCLagryC
mAimAsBFIhWttRLariKwIYwGDAaEDq4kcCwsc7JooEkYRgQCEAjAjIVMSRSABoCGwrjoQyEM
BOnztptikJVgFWApQeQBkBCYLBBgVEkUW+i0YSBdCRwQkOARiQQZ6rDk0W1iq6gkAZAAkBVg
SswR1YiRhbJBSSQmEBAuvNcdCBggwBACDBhCCEAhUYGsdRCJZWV3Z9IGUhMhIXA0IZCSEgIh
yqr6SuMoAQMpUZYQiKICwhdQsCBlYIDEEYVgRbksOgysBbAKGAtghIpIJCEqSGADQWMpl2Y9
oIsGkAWRhiGGKweMorEGHJvwCIwFrdQmER1IwZCt0JCGEMYWwKEyBIISIDRn1m4qSSAIDABI
paFcdSQgkMFliBS0nN35NITXC2uAFiWDMCAkjFXIwcr4XqPLCqQAEBKEABGqdRnVRq7ACEiF
oOsYgaBBQm7DtNTV2BAgSANARgkGgYAKBlBNEpsLIYZGr1lYtYpa9REoznSsq0ElkK3aALE6
Xi/e+LMIgArgrLAVmIFJAHUWOQAwAMA6kYRhRCTbk3DurDSAMRS5AoiqhobKxsrsUyS1hdde
oQ2KYNfO6oI+UfmVwu25dpZZXaMwcVowI0Or57uYzyIsUVXQEVxXrtArQEigdIR0tAhBC0AQ
4kJH35OgBwwkJM1OwGeaIU17KzOy1l0phbox2m+3BYa0dTk9Xm2B55sAWcHW5XUGYkgrzG1u
XqNzUXlOwaTx+bqcordGIIwGrI6wixkCCRSkGMIZAAyDBoaehh6BTZCKSAPk3iLbWCu8HNr3
1mQ6LDGdimQacx0rq+WIJYLczArtYr2Y6DpnIp08+AnRbnOdW/hMei0YtJyeD6nyoqmCMwFY
EgMAjgQhhY0FlgBYpFsQkMYu6fI6YxkJhbEX7+PpOtKQXMwI6uAxjDX0qTnNdzhqhYO4YaU1
lyrAEE6tTbziDs1nMboucrTtrD1PPehD4z2/jjIQQOsArwEkAlgFVwRgBojiq0HKwa2u4m7F
qNGOznAKuHTmBZ0Mmk1QQtatyEKHn1ZB1DEvoYvoUDFLyq26oIqtLbtN5n1KSK1QWo0HG9N5
XvnS816DmHn1ILIhJBBGkFhA9VgEYwQgkMUJBJqz6Rgc4ElgDGK76dhdqp0GLXm1i2IQ8oUE
RgMCpIXFZ0HNaliEEcOdXTy+qRWYrqvrKtWfQed6XL0npaLSeQS+kkCjiEAijLCEMBQwICCI
wHgYOzLoBmMGgBfWCEoTZt5fTKNXP6JVz3oJWygYEkkDFYkgCVcDwgsW8PVW0KuAJZUDTj2H
l4Ael183pHmcnZ5AiWoavUef9IcLiep8+ZZAMroMrQRSCMSCMSQwBcEV4AEiGQ6Grl9Ar0Ub
jgL1qDA2pSk6sZFJAwcU2oLCRDIF1J2budtLkdQLYhXpz6TzVZQ7HY8/3inzPtvHlKnedHpv
zzZie08nV6TzgFYEZSVkwdQSGQLKRjAFTBSygaMN0KOgYOhk2lskMPJ35io3sZZrgLcqGiiQ
Fi2EQEIJJ0+X0DekhKraB9Ge889VdUaOvwvUi8nv8o8/2eP2zXsy3FuXbWYvO9/kGAWQQwAM
BCCRlckcEMhIyiltRj3JYbmz5DQeWTrZsu02yvnG7BWg6wkZFL0AJZHAphA6gvp0GnUCLk18
03306Dz6Ogexxdp3qLieR9J530BsPnOwdbLdQcVE2HALKKSpJAR03FFuvmi21sMUJGvrFaoD
JAOCo1iA1buftBj15hK4oryAKweKR4riWCwliMTRXtLVuzA5PS5R2dOPScGq6sXTmuPSw3nA
7Gqk5bdHQM9VAM92cycP0dZ5wWgQMRr6VLK3tKV16jnnoc02Y1UhLFNysKkYjSw2b8VwtOqk
qydHmgRnK2jkF1xkFyj6MZHNLnS3ZNYuTVgE5+jOdfTk1nCqtcs3c7Gdjl4ajbfg7Zmu6Gky
HaTjYPWVHjbO9wT0HMw+jPPRqRgIW6MjHRrwEuWsmmlkCVIUJAACwKSzZih0hz9Jfl7CHLPS
wByPQdSvDuGq9VmPOLt55NObWb2RCjn30EKA0XZ7im7M5TRfYYNna6xxd+mEsSssXMB+Yuwp
28ronnm7PJBlesrkgXpJdK7AyEIVg6tvQPO1+kc8wvc5JQSAlYPozOegPFh0+ZWgDCTpZqz2
GTz3WOVn3YQbMdh0NXIsJRNIcOpiqwoZ33dg5/QZRiXBDUWJSoOVt4gehy+kWNfeYeR1+YZq
7AUpaCslwM4IGQDred9LiZDfyzspxuucGjp4SlpCMsCUYaBCx6nPRcrEw/e88DVmSDGolxpc
1es8bpOtwdGYdqrT0ljVBNmcfOyCZNNIK8ij891F7HH65v1ZNBn5fZ5xyK4AJFLGVwAkBjCb
Mtpds2qS3h6jLqflnoeD3eSY1tqBASOpArAhVgwAsiMFYQNFC0gQGC6Ee/PYeurFY8rAaIhV
lswDUPWLRZmLO/5ztHVFFpZmlJyKrqioFglIWAOQSB0Z7z21YyG2+kHLw9AnEaiFdV1REdSQ
AKsRWUhIUZlgTFHikkWFsVhopHsptPUpQxZl1Zio15DRksrOfdXDPZ3uUZOpzesdDJfSUa8P
dPJ16KRYqkYMQiDSdIx+k6eswYOxzjSnBoN2o7g8/tk8LR7bmHmqulzgCtxirEDKMyQMAGgg
WQgBA5ELIsGsptPRViGui/OZbM1hON6XnHO3crqnZ8x3fNCdblbTP3/OdY6WvPcL5P22Q8eL
qwGQLEj9/gelO8AweV0+CUCdIv2lB1ptDh6MPPee9B58oVgEiAhIpMAHUAgA8BDGFOqGaXoI
62nWv5uo6Gd1OauXGers5W84Wi3WY+X3OCHVh6Rh3Uoeh2cG86G3j7zzuT1vDOfNLGdtNg/r
Ob2BWRhM+vOcbsYybZnsNbU3EgIvkPY888NXrqELMVsWFsnQOcOnDl19vKc2WwBOg0b7FOYv
ZrONZqzBxLmOr0uD2zz2PXlNPofN+iGo1UGrzHovOlfb4m404bsh0bOY5t6BoOxq42odXJk5
19h2ejW5hanAd1VhLEcXNqzmtqoGxLCV2Q8Nn7fKMZsYrtF5U+q8bL0dx5mv0HnCsEh10Md9
c2gp63NtK8uznnFrupF3YEIjQnoPP9Q79G3KYeR6HimFyBgrBLXB6vLsOyeNcaSlZ0r+XrPQ
1+f6Y/A7/nzpdDxXcO2eZca0p1GlCR2ADKSY/Me34RwlKlj1MdDocvpiNtynNwdznnKlkLrK
YaHoYa7RYUZrQcWmyoCGAjQm/FuPT593nDq8/i9o5FfWymF9DmW9bQR3K1th0ctMLzs9GeJ7
nYUr8Z1+EUdnH3BrOnoOenQUy7814yPjFv5fTNIOc5vn/UecEc9kNtmwxNZWYeP0OeVR6Rra
bTbbgY6GTOhrWpjkJbURLKhjWC+LYOgQQyw3V5dYstoLAtgrJYML0Kpo650NubKdYZ7Dn6N6
EZVLJmqNqIS4VAby/Q5Ru387QdSo3Hl81tJLRDpXZLQW6XMGfrcUy1qg4DjqWLLAxmguOQll
ARASQjvTaOIQQOJ0sG8QOCuWErsNpSt2I1ei816MTrY9QnN18U9NXmQv8qeSQWOa/QeRrPZc
XjOX9jhA93X5/rnQ2cXScPM9YbKobL8Ok0aOfDVz7sZVToqBaLQFlGeusL1sc3PozBvGs542
ZQWVuWQQmzGTbr2Ocga6CuOCWo4Ob1eWeiajqCzE4vB1cksrqtGpgLbKrCxDBVclTEAatiac
+g2x6AggjgGuvOhbM7jRWGdWLEZBKjWNZnvMFT2mo9G05WP0Wc87NFQIQFgx6a7n7zDbxkPT
P5vUdhcFpZ5f0fmS3t8AnrqvOEuwdXpHnNRBz1IL7M1pYa0L661LlWwSa9Jz9+nUZBbSNEYi
OpLqQW1FAMhDbXCysuJL6yoMxy78zHeVnEtclHA9BxzGVcYLaafReU9McfL1+cU2EDmdE4+D
o88RlJcwh6fd5u8wqAYVZSyV2CwWA2L1BNmWo01VsNfQpozdInOG6oprtQQWIFFYhIC6MAMA
qXFY3nD0UbjXYSJmxMb6qNByGagsKgPe890jscb1PJORdqUOnOpyKCoHQmhq7DV0OZ2zi1tU
ZFKhdCNoyaTTvwbRxCRoSqq6o6GzmUnpJwCdzLzbC/Nfacte7jMCbspZZdpMM2ocyjRQXX0X
HIdXOw1NpRk6xOGe9Uecq00hsUlHV53aO3zujyzDRq1mBNGE5sKjRgNdnuNvb43YOFk3YDMZ
Aq0DozaTTsx6ixlcgKD1MpdTr2HIGzEV1yFTbtxXqjlzUArWvnFmWMU21MbtOa8Vud2yjQIM
arCwLyzkpZqMSa6Sr0Hn/UFte5zyF9VB2OP0WOGWIhEI9dps7/B7Ry+Z2OMUSAYBgX57jZqz
aC9lcVWYWu2k2359Zmy9fQclOpQc2nrg523m1HY5lFYSrBKqJoz6jRfWxztuTsEr21lV1IL+
P0azL26txxuP3MhyPVea9KatGXYc7NvQwy/GclOljKJapn7PKtO2OeweT0YcYdO44w25iu+j
cNfXcayiAvwqaq9e4GupQ476BtvJQ6fNxVhi2AS0EKUlizeVbqyWMpNS6+SaL+S50kpsHxdT
EdSwA5/M6fKKvSc7pja8mox5dfmT03O5zGrl11j0m4qfTYJZaxlsbUY7e1jOJm34TNdRpA9V
oX6e0wbmhZXY4jrSNhqpJWgFLWCOc49FZCQxo20XlaWKKQ53Od0vNnXwZ9hj0aXLNWFjp8+i
sLTaZm1ATp8jpj+Z9VwzjV9QnN3XWES6oL1XjW1uU1auCdXT51DZztnROZr6eY5muYjo38fS
dezhMdqnmwuoVhKNeUVmBK6qiMGAGYjLeahWDVXRCWV2Hc8p6jzZnj1l1+EnWsw9UWy3MWTJ
pKpuhj7XI6B0eV1uUcWUodHTzSdSc4m18jGmmUlgw3Gm260rNaDJouKNFVJYlGMGO+oTZm0k
dFLaasZfUayFSF4BmRxtbaTMLaA2VsW2U6C3idrkFFdlYkNxp7HP6RlzthMrVk0aMIOn1vL6
T29LQ4dJzjV6GOaeqpzzuQysQaOlwLTt182416c1Juw1UGjKFAgYiWMU6KKxqIoIVDGhXHUj
wh1LrHtYmOjchjlyB1ZLD//aAAgBAgABBQD/AMaD/9oACAEDAAEFAP8AxoP/2gAIAQEAAQUA
21b9nqSrEhq2nduxdjC7B/tOe+cHvgntntgk8FyYrsDliOxCs7QMQe2J2YzJmCBnkvwHBhsa
dz2QkKXPVievYE/MYkQFhFZiAzGMTgOSe3Hbns5gDZEyAcHABxnE7EQD64PUEiZ5HyG5zOe3
ImGmCIvIBZZmbf8A+ggFWx5VZADa7BUYQNggAsQcIwMbMZhA/H2wOsycZ6nsvY8scYbqQvQA
jE7ZgAMBCqQcDsTwCFxDGMVYFOWradeCrMOmAABCBDwenIURVOWGZ1BihccmYJIwYOI2ICYF
5CiCECFcTHIBAKgAnBxMLNkhb7nYizk1p3DFKYXLw8kEZBw5IUdszkxuzRRgE4Y/1B7QdCoI
AyAvzMdYGHYYgY4IwQCITyoOUU46AQVrCIq5nxAAVwFPJiqMH4WvE6mKBABlvkLmAETgTMXr
gkiDEGe32gLYzBzPzjMJwckTHGBjoZtNnYCO5tQ1kF5gAH6k/UMSZ2JAJIDZgJx1YzxrOAPg
9swH6rmGMCAwEVRARnqARhiMBuQKf79skjgKuPhhmEcYzAoVipEGScrAYBBgDscHtMwGEZhA
g+sYATIEADE5yTwAZzCuQBgFeGGSewIAnRps0sdguKkY924h+FzMlAWyTjKuyhTyAAQB2xid
zA3JLZAOXLdcz/TyIoKgD7iETBERSTr1sWwQeMgYjAZ+IGnMHyZkg8ZzwSZzMYIByDyYc4wM
kHBhEAEU/Y4wMmDtOvGO04yQSSgMZeMNNq3FzdmJYdft1UGMYzAlu2MkwAQIVhHP5YAz6Ags
DzhRy2BApJKtgfPxCFM7DqP7Fexp1AIAACB2GD/GMrjM6gzI7fnpwM4BIBBh7QZwqkQiDAnE
Y/UAmHtDmHOSOFxCS0U5/jnrBDxOohAnE2c/sA9SwOTwMmHliPscwhRBPxwI3EJEYjOITGYA
KMj+s+JyYWJAAmR1VgZTiIA0KlVIJIgMA55yRkEcjsZwF57YGPzgQ5ECjHHZhkHiWMAtTiB4
xGQTlcgATJMwcAHGPqciYMPA/BJmBNvP7BJwWbsxyGIE5mDCACSSeDFznIhPJ5LKzQKZkElc
HnqjHp/qGADyFDAA4I6tFY5ofK9cxgM8Y+sPUzj+ApyBz+CuGAhHAgxPqJg5OBCwlqoya3Vp
9J1WLzPwfhc9gG7D55ggHAEOIe38bR/5BMOSqng5ICgQgQhuoAwFxMsJnIPM/OFUscN+B1mA
YQCAOsyWIQAlSR1h+w69TqMDWSTFIJIXOIoJDAgDgZIOTgfGckkCEDOMg9ZmAcsMQ9s28V6y
nx4OCcQcEAzHA5PExx2hgBxyDwZ+cmbJzsMVycZ5wWAH4+JjnJABOMYjMQxQk9lyrZATMZSI
CCAQJgRkJHScw5AYN1UQ4B0nmRkczjPMDHJafMP9l4CqckAkDA68EBT1OCuCDyxIBIxaMprn
6H4yWhyYFGYpUH6wHJJwGyZmEkzkT7Z+82s+az5BIh5hwID9QBGIMJAgPAaYAZsYIwVIz8hj
9eJ1IHUYJxApMC5nDEnE/JxNRwDnEDAQssx/HcTMAGQVxzkdoITgAkkZyWGASAeIwALKTXQ2
BgmA8sBj4XPB4AyTiLxCcgDMDGZhnYzZI8+AAT9WInAhxkkgZOMHrzDDCwz2i5BxMwAGDBmD
16/bqoBwVHCxslsCap62cmECKs6glgJ8ARgBBPgDiDM+Z8N8EjMU8t/YnMZfpR/cfBHA+CsH
E5M5zgRSBAIBzjqSYSM4abAzb+MYjZmWmAYOoXAjEkZnABB62YB+DnBHIwcjiEjOQo65nYED
KgkGNjJyJ2GaVbugOTGBx+fksAAOICDAVB7AwwkAg8dcnAA6iYxCGgEblddQLOkZRgKMkcZA
LT84zAIPjiBQf4M4mwALvtGJK45A5JJIPGDkE4AIVlIIBJbGQCVYgAEiE8DgAEw9oBiNyDwF
jHnKiHoDQB2CkA5hPGROSccYzPmAnOTnkTmYwCAZjEOTDgQHiNhpRxaCDCzZJMORM85wQQRk
RSMF+ATE+SeczoJuL1ufkHJHJJJz2Bik4YmAQMZ9sfbBJyGCz65JGPJycmA5jcAY6rmEEE5I
GBAxyfnU/uoMGYwmCQBMQAwrwAZ9oVOeojcnBmCRjkgGKIPg9u1eRcF4bmBYBxZkQ/KkZ4mF
JB4zxnIAxCJgT2ihb/qZnEYgBhkdcQcDkjADBsMWxDDgsP6hRnryACMmZjAkr2wQYPnIJI4B
6xmE01gA7DkgnLN1JIMJyqjMwM545nUTAhUQjjgqBmDoITwBiH7NgLbnC9jjvmdzODARAQYC
ZgTrmdQYCDOpE/ODPep12AcxsYIXAyYV4AUjgxxiLgnkg4yhxCchiBHwCMmciEZgGCMggZnU
9RkDAIPafJ1sgAEQNmEiN8qBMqIAGU9cLjB65/JUQ/1JAnbB7AHt2CwHMA+1jdrhFxnqrMyN
FSdVMutrpWm4OoExiY46mAHPPbme+QFCoaEYjf1HywyexgYkOYpIhOD1yQMHgRSOrMcqi5Kj
AGRzheCrTCiHmfEJWBWDa7Hpls5JhPDDEOYo5IBmBBjJzk4yByVIhHBs6nuMqykkRQcsPso/
5CrDWhUJMAxiomxtmVo1ra9QQZnzCgnXkAgrmYnsafLrOIRwWMPUQnAxklYKzkDkhSvUY+ob
H1CkToxJUxc44EZRkLgq0bIUEYzApAXltdSteTkHknIBUQwT5L/DMcC5hPNk9mIGcWHBbJgD
E0gFlQkKvLHmr/fA5VRMAS6xKlu2XtmvUXlVQQAnIwf4AMBJA4mOo7COAZv0inanAA5mYWAh
5IGZ8gYwAMng85wuFxGx2+UPyHxCwJGMkiBuOcleKxmKDjGAPhexhJybMQ2gkEwloRyFyx+s
yYpBVknjOQpyiDIURRCMujddvqM4mztrVLbWscDC69mGAJiKTFAwM5HMK4gJzgNOYW+3v6ep
GSORB8Fu0ySCxwCZjsCnC4gMcgTIMwMBiYpBgALB2yR2IGASQMMYTySQdftkLgA5BGFIh69n
XsQCDyQhs7GpjBU2QsCqJ5SC1wM8xymCK04AA/grhlGdkkLXtbXaEFm+0wBKA5foCAvWITgZ
n5GxWzLfWXUkTAn7FXb2i1XahXnknmEZUDBJ4AOc4mAIAe2VDYJhHAZRMROYxwcZI4AGBMiO
DknJ1gWgTICZIXjGAVwepJarkVcFcQIAGAEsL58mJlYGwQ4ylgE/YxBtjKYeKPsqqNrd2wSo
USvM6kwVKq1WANTYGUD+LPL2/X2XcarI3fX1JVfVb/CabM66VKpu1hNjtiZOVOJkGD5IzF/r
hjD1nxFAyeIAc5YQdjGOYowYx57/AFLPk/CiajHtyQRFPBOCDz3QEKZ+MQgR1GLFxOpnTkJ9
lrEKNjkhMiaDOQ9iIrsScEwQISi4UAkxdZ3i7VNIX2AMXcQxb6grbzhl9ipn7utZKrNUt3gL
ixexT29VqXkHsRyPhhmKODxATkwDBLT8GDrh3zFAEbgkgQdiCSQerQYJi4miUNp6wgY/rBkx
2VErQ3WhOWIMZVB4nVY1YaNrlhXrtDrkwUosJ1o1dTJXRdaxsFFV2w1hBLlEMQAAwoWhFai7
ZsatCFPYAHif1in7D4ABh4PljgStsr7pfq+cYOMCLiKZyYpwMlYCMMTjsSCTA2J9oMwidcBf
n5mfsvjh+VOTSel7FcDMyGgxm+8WOdpwdXbFkZoM5B5AGBgwKAPgD42NZ7Gb14EbQsMQjTSy
1rZ8ytFBdQZWpaM6oxuayEooNggIB1KaLU2qGV8MIO0BnjYKoBb9aaj+WinOfaDtVjEIMHcw
KZgzIEY5A4HySvOJ8zAB/qAMzqpACkqczEZQYuIwlfUNYVFi5ZcYM2dgkA8dsnSRm2L9hazq
i0KDgkiD+uRgAGcTgwqRLtsIr2dzyIhAIDEsFrjXMQCTDmDJgrYjIA9a8YmFqyTr1Of1qBFC
rGVWHgSerty6fWzZz43GLAQZ1yRkHGB/qYsSMw5wP7RlBCsSTkTsDDliM4JKxVweABkL8DXH
Z7lw9FhNZ7Y2tjrA8XkAZnf9esN2bUUKh75LAwEzGIcCAZDOFm3t9o5MGYxwaUBNtygEgzsF
h5ABgXBAE+sruNTFdrYFWqiMJ+cgTuLF+007SmwMFrF7Jt1EWgkwTrg/aAMZhRDxASI7Ezqp
h+OACVMCQcHsMMOABgYMUTE1QfJcGLaf9NnYWtWbtArAqCIeqwMzFKgsoD9sZPUEjGMgngB3
VRsbLOWIgJMVTngQuQMgglJnsy6zkOErHlEa1mlVb2GrVrWcEdeAMA4IswF1cGrAicX1sPGr
Bp7dDXsEZGBitFd3ASz4hOSesBHY4ziAZBMAOMKWbJi/AKwgCECA4gwJqKM2Ai8WmljYWJ+r
YE+wjLxUBhKcxeqhHZtrBinByMXWqi33lyfj/VzApE4yFzBknx8I3Qm4iF2aHEUcgHGqUapB
hSCIcgdCJdnxaeBVhY5xZoWl9UEie5qJjFlmCIflFgUgkHseQSchSD1h7CFWJUDDYMPMCqD3
IAcTsSGPIODrKqjY4fa5t6wKMCvlgEC/11lqIS6lnGRK+j7XySAJZaqJe5Yj6v8A1nCwMMEm
L1Arr7EpXXPIMYYgKBAox1JIAmPrq2kOMCAiDGCCJsAivTANfSOfv6ezEyRPYV96HB7DGVwQ
OT8xs46wn7D4HwxOPwTCCQhAEOBPllwRgg9TKZsvByeoAHJya5ljMCsHYGNR1MB7Sl6mvIGL
LDWtlhcnJGTn8gdl+0wRAuJ3KxiGhPHb6nJVTwCBCQIimaiA38TAP8dcG7mvWXFfMsGbNNzX
ezdjYA9O0FFuBjkQGHInidkIZYczkEZjdmghwDxBiEkwgZ6iKDgjIQAk2BBkFvz047lQZ8Ts
zQD7IoJRStWoAL3IVNi1WOSwL4BZhAOcZmGxkKWLQYJIBAWYyeQQGKhZ9ZUAwpprrQTEzxnM
tJFeowavsJYfupIbXcvTX8exTptlVjJxnB9eldl1dPWn22mixuSqwgTnAHAAIYAMxxMxzkA9
lHBzkqCDyzAfYqACSRiCY6gA4VczWaiqE9l1AAbVY12ZD8FuvAAMNLxSASSsKDJ+EGYQcDKQ
LGKg5hGT+FE17EepQcS0lK0JZWXM1UVFyZYD2wc+sfNVfE97QRYwh6gEGenpZril717GqLl2
dWzXt5IB7HOITiLksQI3EUQqAQsxmHAn+mIMRs9hzMCNF5mcEEyuVv8A4NUnpjIu0zYzet2U
LU2JKTXVbbu+SFmckQfOIvdiaLFXnGBjgAcQZMC8DONO1K1rtRyAY5BROVc80ZC5MsyGbg+p
s+y5z7alrdQgErkQDtPT6Z8ZrfLJsFdr17XrfQ2vZwo5jEwGE9oyjChgczOYBye2A3GTjtxx
hSDPwEJOMwnMUGIAoRD4aMKigMucAk59hsATkzP2wIQYOZVqEzyV1Cy92Axj4cVsxFHLrWhB
CgqcV5DamDF5l2fFV/t3syLrBjXmMR5Dw3rji1SexQNXsVeO0nn1eqt+xbaqI11pK9oTYo3g
La3UdhnH5+f4ABhAA5AVjF+ScgAkIT1BhBLEAjmEiYLFQSoGRr6r2F1C10Igqp/oMTInsKGW
2pCy/rsAunaQaagrbARSzNCcgKWbqArYx5+oJcwrkA4gUCAgHVVWAJEsJKa5Ir2R9a89MSz+
w4Og/ive/ZseurZsHt9fx3HOPWV2io6/Y0alNCXXMAyOYuLBt1NXdyCxAbIMYkhCMEEwiBGh
BEH2JXkJiMpyMYAAjFSFHLYyoM0q1zysfHjrZfEuzTWq7qsbbdl11wt9Fddavft0pLNm6wk4
hxOTOqJBeoJdi3UlkGJmLgT5joxAUiC91XW1rCzr9awVq27CGr6+PmOMse0Q9H13WylHJPu1
MIJOo6VUrc3WttrGbyLUsc2VeG32KobsCFUMHQQiAfXM+Z9cc5Xtg5wAZ8KpnUAhRAUEo1Gt
lxSp9Kys27G7SsfessUM2Mkmv7MTmjXs8etdtWWtyABGVos7nPXM+uCSIhE7LFJMGMhxhm+w
DuUr4puOLWzZXnxbdmbqRmjiWKvcdMn+vqb/APCGAb2imzWJmlrp4jYlMp9jW88pK7d1yq/u
bHf2pLLkGZ4+TlSe3JJMBIijvK6HaP1qGWM64iAZ4UgknGY3URGsVGPZuBGM46g5XnpqKWtt
RVrZwaTrTwlYzKZySFIUZx2mZkz6TKmEmBD1VWACkh8KUywpICs5862H9e9v8mmxbX4l/wBW
wIDg+rci/wDFoD1v9bbrtlNW5dppQ+umv0uYXWoa9vb1q7V1n3tO2iyizgDkRSDFBM/APOrU
MWOtdTMXYBQS07EAZc16jZvUVuc9ezYAExkYaNFAjM0p2nrC2WGkoGTs0tYswVjOyiE9p8QE
YzkqGioTAFz8kBSB2aZKgUtY1NBrIIABBvssxrWH7evbOvL8k5YQzV+twEBADaFlvs9hLHrG
vebNb1yhtehKVs1aLBb6n17t+tdpz2Hrv2I9dlTdh2x9iIB2lNbO/kKy2wWL1MAVYeClLsEU
+SzZRRfaLHKsxCgHklOAQJlgS2CiNY2pqMrWkpSLCUpcd7EFhtpKMQpmQQpIIUkhBhAVDI6j
q0SkENVVWhsR2cqTrqFIyYwwa+bthv8AD/q9eMa/WWkF2E5xrgm6qqyxF1VjPSq2tZcqqVIs
tgNvbYssQtXV0v8Ad+uolP8A7HpMPYrTuUNTajL8AAscxbCiZBlToH2Apsr1LXC6lam96kQk
GcQlZjgKAHPJYTsSckDp9WscrRukVWWmzWSvNFCYu3bErBJz44wJUBoA0SpmNNQsa4112eQE
EmWPmKxJXkqAFVxhyCK7q67tixXI+dC1Ep89UtGGA41NIOP3tHUF/v7zL/ablkTfvU0+53ay
d3aulQ9k0RfaFG1vZ4f119i3etuBetqzp71uudTZ1tltvWNLD4zmENOBARNfYFcG8ii3c7Et
kDiVVBy4GczsISCewh7RWMLkgExWxF2ANbX31CVvnY2kPl+AMYWixg+utaBzNDaCihutt2q4
i6tuWqcQ5B57a9ZZv/stuCLftuylj2B7RWAKOynvZLwpbVp8tmxaXL2AixjkmVVNZNPU1KFq
tpEUbxVRsgeKwsVChnrSbmpTaNnTepqHap9Xap3tS+s1WkgkHH8DIi5IPMGDMtA+ILOqkjNb
AmwqDkMCQAzBp+eQowYpUwvhEczXtBcorT9SlpdRTXU3bqwzWOsyO2pX5NmrVQnY1kB2ChDn
kZE1TyV/5O1XYZcCpwSMHOMxQSMmXZD0WYocx27Tiavr7rWo9Swav1+pXE8dZ8sFoJusCKuw
bVtDmzW3hVLNWu9dvVfXt0hb32ynlcCM3HYGZXtyZ1GAPqMYQKBk5GOpBBp0di0W02Vkooh5
ABmMxFBVfrCBkMZrkd1WrsOgO1dWabXJBJz/AFOMz1DAbCbVZXe2agltyh3JJHzrt1buf2PM
QdmzyMqf4xr1/phQSU8bZMu+dezxxyhajSt2G1vTUJEqqqAuDMFbJRTLQRDlSbVIp2BRsbFZ
uR0KmnY6J7KlNitLDUjvmH57BoBmdlyG4LGCAkgg4JJikz11etWllrNGShzfXrIuz6hCjIUL
/wBcmD+AcCsieTnzDLP2ctCZg51NV7wyvS67WxYavWWuu9qJSG4nadxlbCD5mwbDivQuNdw2
EGg9VOxsstlvZpYP8qamxadb1NVYVERe5MCmEYAyCeI6lo7KJsbK93Kl6rCFFQsNtfRUY+B1
wxGJ/aODjJhJMAJCgLOwhxlsmBeEznSf/hg71Yo3L6VXfpeDYY1tp1bCOnQsp7fJGSQODkQP
2mCCCyxjmDkA86Ozr16+5YtttLMjj3AGrftWXtZyQ2VUnHYg9mJ10TyVLQKt/VrVXCggjH1m
lqtfZXSqqw6xVBK1kMcA98Kz8C0Br7wDa4UXcsIn2muoJeoMiZVtkfdgMmFcDAadR2GAOJ9e
vaEgQHJppsZlZitr7SK23sire1td00txkP7jMPYazVWugh+IPgjMwCSABhSvxARAVyzEAPAQ
YTiZYTJ6qMAg4GcdjlWlXsb60t3bbZkEj56mVUilBkAryeqRu+LLsWW7S9Wu5OyepsJV7iqu
2SCWalfrQeVwJtV9W3KiCwEwcscT8ACZUqBgEADBMxOpDLt7TS6m5Xp3NupafYpYHopuTa1L
ddtB1sq2QNvWK4hOISYGyxMAAP1h7CZXAxnIMJyAeM4bIh6mZAOAZ0InInJgJAUtCcTOBkCZ
MfhgSYmANhz2DMZ35bmNQGljFHNjdTYYziKCGocstTEqXCixvNVcnah+0JjfA6xJ2BII/jgQ
4gYGUfa3f9U7yv1ltmtaLam16tixLt3YVKXFVyWVu+2qi8gE8H+CsPI+s5g5OcgFQVwSeGXk
5EY5gKziDhWIyCCMEQ5EAOSAIrTtH6zABNhmVaWIDGXEZsG3aKtsYZg2DbgQtwrZs9UV7AAv
YCzJ9FvdTrWdSYxzMCDAI+PyAxnIA4BKzRbx7JYdX3NXrSlTKQmPb102K2nrLr6tvWzbRwbB
z8tw0zmf2gBySICM/g5AUqISTCeM8sCYPrM5mOD8KeTkqMmdsngkAY+8bhiTn4j2qsG0jR9h
I9oY3riwOpDR27AsFlfLa9zVrrW4tvcpbv2Yr1uK7B9iowVORkzkFWzFPOGRuMLnAYk1KFsr
epKv0/XWW0UpUlwdgNUrcaHopsNndmd5gmWNyMkZzGOICcdTkDMaYJAHBzBzAROpw2YGIjdp
mBiICSORAJ8QfPYzt2JsHdiJZkkBFI/XsFtCCW1gor9bLyvXKxKfJErbvrIpStERHtLjYuUx
aemhYGJyOuP4ZSCOJ8wDBDYhJBoossfX9AnT9dRUmjW1lVQRdnYVBVbsW7W7uuqJr6l9W/6e
tVuqaokAzgQnB5wpwcjPaE8grjPIKwHAJEJmcwEgdhg4JXGTB2BVhhiIvE/xy1uVYFgRm0FW
/sLEdGe9zUGCnYU1tRW2y+r6bXrXb7VbAJLapzrbOwlVG3WqUaNBvuCd6LF6M4hbgvwCM5E+
Y3M6Bp631p2zqaGvqriXd0Dexapdj219rG6+w64rrqp00ZlRUjAS71utc2z/AOvEzZ9Zua4s
XqEZzMDIAyDklUhYQHAHBmDOTMYinAswCeYATACApnY9myIGPbMswLKySVJI2B9u3WVnnY0/
o7N22Srp6qgdU/Xz7L6bPaabMmobHZ0630aVApCYDbnq6dqq2p6m6KIMmDhfkZwFXMRTn0D9
XHMYlZmb3O3taPVtXTGdbXDkDE+IbEMBJOxsblLXe6YDaZLXK4GOQAGIyVOQ2BMDMMJxAQAe
QAQCSZwJiLmGfC5JIJBzLGHav4XHXY4LE91c968MvsNQCXMQ2jr1muzWrWizsW6di1jLpgfb
QYquuRkAIUsBntNCq+g5Dfcn84EBhBBSsg+lpPVD2DDI+Z7xLhbR7i9Bo+wG3YFj2qs6WWxK
VWACMoZfb+tZGcAEgA5IhU57wsTMZbOIRg4jA5C5gwWJBgHIVSFQEVatlivp21zxsI1ZEWsm
eJoWGamBUOCNwf42ZAq386gDraU6+wp6W6NNttGwl2sr5IVSY+f1FQA6Tstg2UQCvyVHNRoA
dd7WNN/WwzBAKdZ056kHRpsvu19ZKKwOp/BsIO3U1gq3aTfpPqutt+LC3d1I/wDg6K6+20mp
ssXqcFoM5KiYMAGWUELrl4a3BZCQa3wUOeoMAIA64VCp1PNNpFFJGIyFoUdTkzt1lTfSq3Mv
+1N9nBucN672CZuwa/ZV+RPVBTX7tAYwOVIygL6joFCsQ16kJre0FNQ3f2H1b8H2Wul62UdS
a1MWrvFVAFdCfTrYoHw5IgMIBBOD7KoCn1Wyp1NZHM/NA4hIEz/HtaBZqMoJ6YZVzGQJAFwR
kIoLC9URlWxv00LXUW2tsahqU4mFioRKqsjWfVppHr9vFVa673Mtj22P163x0UK2xYraWw5d
wTRtAds4Oq+JpkvTx11bf19r2qd9a1jAxno+j2b9XRi4A1tmoVJrV2IoPbXdllV6mL4bl2vU
0Mdb1+pUuxr6PksFSW+qsL1Tdu6mmwlewIdVYKQC6AhgErYlVTCoThckwfAlqB02qTTe4yCJ
1YlVYBUAAGTWju1VXjXZ2itg3rA2zsNczKGgwGBINLLmnY1Kq38946oX0/1jNmqrz9RLrWYg
gzUYCy581bL5sJ5pK50GyLl6Nt1Hql37GjcPtwJ6/Yah9vZe5lYCF8Cm1kap6dupaLlau3De
VgK9lSKwtg3NS3za/qL3NNS1VnE9in00NkrZxgHEZQwVuG5hIe0gszHlBz/BnuaOmy1Rx1cH
xgzJzUoYpQkWusDXoSwp6rUeex1/U6yMQ7BSSg56cVKQdWygL2cw5lVhqlra9o8qy0sXYEBW
wU3mr13bJzwjYb1DF6r17V1lWDK9L3oC2IFxGJwBiEcqozU7LNb2YgOo8trJVitSa99lZNi3
DUtNVwBIsQyzoy3AodDfFwNqRbMgNLLeo1ldrMBFAijAnH8e31zZr/lx2I7CCrERgi0vrWxP
WuVt0rlXW2Vob2VL7N36O2lWcxSYAoCsAFsCkbtgX9q95nZyzoK/BXL+WIMKGH4CxAMKoB9O
5XaI4ZcvZX5a9mrq2CS2CSBPlVwJ1GABPrkOJTtkF9XIz1KWgrXdr21Dd2dNqfb61quFZd7Y
qSvQ3mo2ar6rStzpE2hiy0BNF+1LMDFGSZ25sf7JZknkey9SYRgYihuq/wBtZRY+r7CyoW7t
D1nVoNfjqSbttWenACCZzM4BqcKmv3OjZr6z721Vewwo7pLcZJOGPYHJIGSMZxiesYDZsGHv
UB6LaHO/risvW2fuAFzMGD56tgmdMuo6x8tNK/trvtt5K3ptl2pf0XR32nrvTV9dx6q9fYsU
xwSfW01MrhGlOq9iJqE1KmxQKtgMUAAaZwF2VfYUcjOCwE9vo1MCefgV1NbPVJTWbPW29qvV
nOyuvTNi7XCMOpXtDmYIKLkhkYUVaTNbVr1BMCOwIwJbnu39cEzHDdsBDOJ6sJ+zYEar3W0c
07N1bavsaNkXU+J2FZAFU6J16qWwDAon1BKpAFikVWHZYr6bUTZK11qv9RlgfdbndzU9hq9V
tWj1/p9pSmlSsCKIykHuGazUTNWQrfG5etNHr1ZlQkE8qQwnsCRQa1cqKwdPT1vHQ3rkcbWv
D7KoG5TtLbTass+VUwEMfz5GAWxie6qWszBc0ySfvLDz9YVAmFM7QOIRmIzK3mtljd3ycoxB
19o2owIGckvmDmM32DtAxaKhwFxHYiJSzv6uka2ql9LwrkYyP+kre6v1mqhChF+P4zDgjxDt
iHiWOFXd2/Pdr7llYq20JG5SBdv1gb25ZfcWhB7JawlOttOLNG2qNWey03lTo7bzY1HBK8PW
DAIOSr9YXJaqosbNdVrbOftG4fnDGECfbCk9lwsAE68MpIrUk8CKcGt1IUYjZiIY+BEBiriJ
iWnC6urdsvren6MQOp0Ks19q1W9RZGYLDYMG0CNuULF9jqu3lOBaYbgJ5Z7Hc7xqSwShOla6
4esaeTTWx3a/HsInYhWwa2A1tvYqU+wvsK7AA/c2Atu9Z4dp7GBtsBazEL9gMkeIwVYLMygo
i0hex6Szh/md8A4nYdFwxyBMgnJEP2JAAAXAJz63VW9MAhlOFRowgQiLWWhQq7/00r7q9p7L
7E0aHstVVzY65s3VWxLu63MSGvSqv2XtrtlzbYSXYzQ9xfrGn3mq42vb6Kjb93s2BdywNoez
1mg1abUf16Z1tVFY4x7Rl/crbCiwiLcxgpd2NbAVbDUt+5a6WDYYbLiMikMCTlViNOmJ34xa
Z+vYYfq3kl/DFuVyJ2JgmW7EkRGYn5GcFyWArYBQXmtZZqXMD2K5gUAYhIJVmxdkvfYqn0qP
Z7C6/wDWsoVaq0YYvbodrIf19yWaW37HU157X2H7I5iBQeiEdOscMCMTjHGOuZ633D6qD/2H
WI//AKDXEp9tRdNhWe5U+xUz4KWWZq85Zv713NU12xa4wpLKygKC3TIFLCNTaVNRzmxA1rMQ
ecLLlBZjKh9mqzGrKn8jACfDfAyZnE1nUC/WfXcOtqMxJLRnCwEkKOewVSfIb172+l0FpS21
tn2GxcotNliNu3+MbG1ZYRc6x2JhOATFInAj4MIUhU5YYgnJGMEHJmqzB/tkuAWZTGyAWcSm
24HtgMygdkJ7LCuYCRAThXYAF+pb62OxHfqOwA4myW7FuKOuWAw6AxwBAIOJ2EJxCREJzqVB
9e/SSk2aax9O4E6e0Amtsx6rwRRdgg1UVMov2PbCmnVup2ddrhbu3ubLfaCxHZxAxJqBIsIz
8xRx24GJxnsQGXIAGSzTIyCCW4Omp8rkdACQ1ZAC4gxDkDuSDnOD3JxEJJ/JPCDJAVS7GN2K
mmyAFZ2SWn79Axq1uqEMYKwwvq6TGZyYOCf6jJCl86lq2UezvZdarboYK2tYUrwpRhLGYBST
NymldT5isc6G7r62h6/9Syv2DDXGxtX3KUZylDCBQqWN9h2yhGOwM+IpSEqIbMnuMEiE4Chi
erma1QSH7zqQuTgqMdcQktFUmeNGhrrAfqQPpDFOAriM8ZiYGE5wRxgSz7NrVFrE61hn13g1
6Wl2mj13azUzkEZhyxAYgsBPU2K1fsED6dqkP3bql9+V3dpQns9sBfbDO/7Gi3UJM7cIzEhm
ENzE6/rrtldf1dVIb62u56WHLYEUMJjBDkQ2YgZv4xkJW7BNC1ouhka+nSkAGbi6MbDhWOFc
GMhEZAJlhPM8DEwsSYp+3zAvInjRj4QFZRk4mJauLNXIZcdTUDPHYpFlgltVd63p47u+IpgB
wVxPXW+PYKh6mqLIysDWLCccgqRjM2V6gmfJQGKTMYb1tiJrO9b1v/vM3Dlc5mQVPUgEEdWA
rDE1adjyrRqRQlNatcFJvYkFzKrurbP+5lYwE8eTwIxJB7zucl8wQnEzmIMKSApYQnMJBhyQ
D9cGWAdqsyr7IQ2VEsCkHxEewrUWhcMoIgIBPUStiH0LfJVsp47i5Yh1iqcUo7NRqVlfY4W0
kwcgFeykZdjnRvuQfsXEsWLknDnMUwsYGBhxmsMSqBZSWVGttJK2kjAgzkL9ewVk1kvn/UWd
T625Y+nYA1JE8cIADfBbBT57QnqBnJGVwZ9jFOGUrhcA8x8d9OnvZ1dYbWCtu0dRYpi0sx39
VTTyZzgFhM9QvDeov/yblR/a2EKOqFotdjSlvADujrtW97SMwLiAfZcZsXtNDKzIw7ElyMPj
MAMBxGPZtetCoXEpP+JQTAvPjxPHksWBIw2rcqBN9sC5XXMauto2ohaz1xjeu2Mtr2JAFEVC
SwMppcr4TnxjJ1nj0MGLFGrAmBLP7euAz8RssmCIF4ruZQu1kWqBYWEXsATwOxPrHdbrwrUW
UVmG2pD1Zj9M2Oq1uw7Arkg4GSARFLZ0y4vahXloCtawClssSJmdiZjA1yeoMoOFBwFAy5Ey
0PyBlgP8Slsi18DctE/7W1CntSYnta80+ypYsyvLXR4nr2eG3Y1rqNk2hNulJds6Rg3KUl+0
XsC+R1ypyI6KHptNbgdgwEs0qmj611YIbOcy9skYJ6cDWdxYrKfSoxvH3rfhXrCxbWYJ3Y7o
CUlvryYBmAGAZisMaCO1xotsm0pR7SemDAeDMCYGdYRQolRxMjIUAuoAyMdAQuAa1LowZYGY
gnllSMFAJ4qrtdtTQuAACurAnyqJafMWoQLcyJa7FgWOa1chUZZ0lgLPVXllbqAzToXXww1q
0u0KzN/WFVtb9QGAHkYSxgw9F/VAc+xNtVqnsVq1vGmSfYnq5AinkZwPjnKECevZuzNmbIAs
2MiciBczB7dSDzmgkxRKSIMEqAGOCXwihiRyTpAlrKVMtAUWntHHCIGlBpQJu0oP2hYF6sXO
IaiRdu00y/asunMYHs/XFHYxOJiPoU2GvRChddgUXovkVocpAMS8qlezabLAHEx9SCFXIOlc
lGvU23c3tNTx6w2XBTYVoFtxt9hZkY6nDBjApLcoVE0yBao6jbz5Nj4GMD57cAw4EpOYDKM4
yAxGJyY5xOuIMhtIjOzs9oaCEGpfsOvpmh9ZspH1NmuELEZhKrBLvYJSLd/YuPJKkQk5ssJD
EE6hGA3Vu4mWW7Uv8yNYA5IdBrV4QFQjqD7XY7HGYNTCvQVFiiIMvra1VboMvvUG/Tt1Laxj
rPW3WC32mt5CamypIjMA3xMZNalpRU7NWtzTar+1yknoM4wZ8gDJ11XJIVtZjkg9iDluqg9W
DsoVu01skq2G/WBIIUWWqsbaLFKbbDfo67o/fXdrWaMw6sQYuSepEclR+H5mvWuGqCjoIxy3
q7WW66tuy2sjLcAotyquqttVs2zraq2ONeop7GlFl2qVr18G+5QHVeFAKWVlY+pRZK9Ciltj
pWljGyx0OTrlp4FUeJSfW1V2UNsICdxgL7FsW6tu2WJwclTk9pyZqqC75B1sh8fYuohJY5Al
11axM2SjVCMD1F+wlQbZvtles7sK6qpsbAWbG9YyF2JPy/8AtdTgAiN0EdwItVjyrWTFNQVX
z27JErLvraNNNp6xkXHjV54+sDODtMlaaNICMgE9nNlUXR061Oww7V0EGAfW0EWk1LG2FJ2B
ZtPdpGpLLMhbOLOZ9Vmu/jYWHJLFQY9QaLRWzt689LKgAyEwIC+uorj4JpPUm2sGyzVUndfK
JZYy+uYrTrVVL2XPYz9VWN9pVjcyh9y4q5JYjMK5BX6sMqOCzgRmPasZdQQewWLaGIbsO0o9
fVU67A/ZOwwsRw4PMOS32Fdim/ZpA6mbieS3cfK+upsbaWog9etgm+HUUeK0hNcBz4rbdgdX
A7MUWGwGAswUxXECl1NTQN0roqusa9blVkObVxF4LP1g2D1W8xrjmqqy00euHWqmtF78MWJW
okjxpGvtI2LUawsYxM7HKrz0MZeGsUBnJPDTE10yAAFa3lX6sbGM8jR+FrrNju9qWLs9WXbB
IuUswXw+tDPaBiPYqzZsUzr2s01rqWtgZa+Ih49lnwZdTTuOos2+y27B7NczRa73h9bcImg5
i6rArruY1dgmSDo6jXsKaeu7qBU6Op2DyeSyFVNagUa9lpo9ZgVV1VDsFmSQtDmDrWz2fay1
MW7Du7MSHfMGc4wVTMytYsuySDkschSYApNICg98eM5FKmMuJkR+VowGs1ar1s9farPXsKNb
aFbNW160VVIHsVVu2HJufFepQDT4CJXdajfslhSfpsVmyvY1rPLZr3iHWtzXoFjRo0Kyoihl
7MFdZggJ2x9Y9FVbH2FKhNuqw/sIq33I1uwym3X0gDfWrS7VZWqvehF9ixCX1MEqyO9NYaxn
jXATYtct5GMPAsZ+4TE6tnAAs2Qp7NY3AUcAqIMYrUsfDWIWr7LbUEa5AtlpLZjYUbV6rfTu
spTdtaDYrYZrYuV110dosuxsl35Y3IGSi0VVtZTYegI8Q7arZQnI3ebP8YYBjF12ACWIDWWD
F6yt7MRscJscm4Kb1Taof1uwrPpXiNRsKKNGy0UesprX9alRtJaFN26tfTZzWHZjS6JVdaDZ
uOxo23x5iSckgNGA69Pt1zGsVVexmnOQDlOvbMZTACJUsUEAJmdTjx4JWYaWEkXnNmSJkg+Z
xK9voyXm4aSP2TUaKqghh5L9a1m67Cldo1FfZKzaJVqjnPs0CI4ErLgJewiXB4tlcsCGeNYK
hg1osdADyk8jNFAcjTUlaakDOAPOTOXKaxMDLWpthYGbevUHsPNLEsFITAgY4ltiAWbBI7TI
JB5UMTjBAbKnJVQWGuwHVRGJJwM9A06KBgTbZVrsGXZBktiArG5ml3M1U5ucCI5C17NNRTeQ
rXcpllVTh9Okz1ZZExPba9j1kWIRsYJ2UYeVBFsUHzMSHWJYDBaTLruyl3MqBsaqjEYjL2gH
7OU04RVXDcctahNuyFS3YLwMSLhlNdT2XMy0Niobtgx7CWH9VyIR9cHAAAQ5gzkL2OlrCOqA
lWMcYIAytoWAAn7TbIY3A92LGE4nAmAT66tmZcVpe2ZtWrWjOHYWMAtzKE37Vg9piesurubP
12F7VWJXhtSglvV9o3rNgBtfYrg8ynz3If2WA/ZBIVrZVr0Cyt9RVawNGBgrXNRWsW2qJZs5
byYGQIzZOJgYs/26FHcsFlt2C9hY5adTBkE8nmD5BOWUCIuYlfWVVswZOkvJBLM8D4JIyrgD
Mesd71wzfLA5wWKIRPXrhrCY9hZ9yzs7CYYwdwCrGEkn19jU7CN2R8429gJYm1Wg/bpYC/AW
9WTjNrhydmN5L3YWLOjZAJlSuIdjYWd660/YtjB2jsFhbLMWhByQ4mOb6znitXd2hBmCZg4O
TFhQ4K4gBJGQ3QyqoyqrmpSBYxy6KYXVi61uxRpg46WT/9oACAECAgY/ADQf/9oACAEDAgY/
ADQf/9oACAEBAQY/APcUwns4GrtLmD1uk0d0yE5ScyLbhUZynV1gjV1J9zZziH/0nC+Rz5xB
EtdRtu/3FdoWFI4+NSjryUq48iYpmXYTdXFp/wColVSxY6QXfTVifdGrw+SrhYaIWz6sh7Nc
mYFW37eocENzPyEnSFcU1ioq/OpR2LuVUmWuSlmskvFsFfOpKthIlPzwOs9EK9UVdyLLI4oK
tMcP7JtYpc8cDZR14Jm2TxyKadS1CioylS9T9oL2VYJz5lfvPLk9yv5n1J/LH7d445wnCRFZ
8BpUWSd0u3DZ6VTkdZbrU7pTjF4G3CrL/wDUa1dLlKmZV5KP08ZJThTwSsuWxpKWyqluyE1R
fIlUWUiGo62ElVzdktPlSUocsfE1ZeV+BWiIhSyFV0JdPI64oUUTWpStakuIOepCh9RxfJeY
wdSM4OuR0lyVr4HpPxOqyQRB+BHxR0ZwvkceI6VwxKYavJDI+4fayPjWo3nBSFGC6SfmeRvs
067OFXn+Uh7QooopH9RRtLP8P9pRqJI1rssnrcpYKUSwfjBDpryiqc3qoY2pnMuhM+l3RSyy
Q/irl3LpfAquHiP+kooSXNj0r1T9TofxRZL/AFEN06UHFDzqmP8Ai8R7O3F3/iFS9kyqnjoN
9bSObiO2X4jWS0wS/LwEm44keZsNQ+haSXRY6lIm7bLyNq7JdOpSnVjlHXocfZE1gU4KRDG1
EkO7yS7LkaaPkJk1kVLeYmojkmhJPJEup5G6lz3bRaCO2qVXNBrKwREa3GqtvIuTlPkrbEf5
iF94+9T1ddl/aREuKwoK58zldC98WIVXjbP9JFVsrohr1fev5hwqDh+SoXq7OwnNcQPaKrB3
Ki6kYfBKfgepKmR1a6o9Med0Ka1yRgylydDpgbeRTmzKTQlV8SbkNU4LLwHC+J95PyJhQSqN
fiLmanV2L1JVH1EnV8YKxDIVuB8shYuQyqgpWLRYpXp1K/A4Ig4WCcv4Hke7s7dzaY0r3ayd
zv8AgT3S8zgWzhp2Jp4Det3wUTbKv5jh4ijrUc+mlWxJVT8htK12S42nFxukOhaYISvYl4s7
nqpOIk7aUzBSrVEkyWoZNk83KP4GYRl+J+PBWPxFtE6q7JRL9U0HFinR9Szb54JX/M8IFOSj
p4lEJtGa4HmPM/mZET0HnlDdlyU+Z+B95KZ15JnyK3+B6ZbV5sU5qVshKfSrkJfuIjzkT4O7
HH2+R7i1S237neyqObrzFeXcajyYlWHZEbbd1RKPBWRR05Q9dYf80QyYUqnWRy4WZqJ6t66u
+RJWy7Fq8oijeURdcD+53HE8HbMvqTPWOS75O1OjPvoS6RhKpzIoXzoJROzFt7ilqyLQcdHk
hX5E+kVodTg5jNjnoQ0ugqWHObEXZTBP3CwOZnkmKsl+KQpKULVy2dRNmVLmRZY5olbgU0Ra
ERNOB4SwPEWI1QuStiiiS2D3KQ+7ZX6keTv/AN2o9oTraeCdpta4o8iNX2vLg9VXmD1UrQ4d
ml/5HWKO1Cl3ST1WWHeSjUKzE8L6lNTuVvn/AISqhu2BTR9ajcxOIPpl/wASHq1PFbCW1PvJ
VdMPgaULkpE8k7VaxaC9zubX81Barg6svHQ5RS5X6nnA3I19RK8iUiW56DbXgdwoOGRM/uJt
wi08DtQ8RzSbEN/Ein7fwjz0JSsJqDoWodWTF8CzyL9mJPxKkrI0quDP0nuptqdm0llSccIv
bm5W2D1VeEiW4nAnq5ivBzz4kuaWHNZt4kWXEEOlW+pZOKrlHd8yZhdP27xSqrrcheqOaf4R
Jz4DVY4yNxCdJfAmvVOUNzF55E+6Fw/zDalaukwRD5Y3XU9U+Rrxz/6k/M5I2+RRWKPxY5lx
aSYpwiXfA+guUJv6mN25R4iu0rnEkeY8FLCbQ5sqndEJUKKiHx8xqT6oZ2zfNyMjeCZtkdJm
wlSVdonuqhOfgVz9nlJ7jVV3OnmQ3JVumMHj+UUKPwPVfm449PFJkWORtqOOBRMRCJfgslXF
ZJUzPJSnWCW69EczZlVPUhuHiLEP1R5HqdsExTqTqk3tclqdlStiW74Jsuok5bw2TVvxsQro
l0jI2vpIVhqJSJdIsiUq2RhSZ8hVuVwQ3kpJT7KUghkI8cFDaDqQ3HgRD8WV+Q/uK3wRZ8/Z
S5WnkTBFuGURwyGWPcrCezn4ka36k/m4wTtWbEVb+4TUucnjyerYjEzA4syVfkhzPB3bWwit
F9xT4jhz8mZlfASXn/4jhRF5qJOrwydrKzJVrzkpfh2G6eCqeNvMjOGUccz/AKjbNBufgelx
ySXjMDS8iEpZwyjsQ6pndNBuz+86tFMn3ncOZfBxwUq2LoPjJBX932TbqSVtNDBySn4cFXJV
+CFNsFqlKnUtg3/iezhPxG9n8KnbSliG/giWyJ9Micwh/mOW7sjGHgi6yUU8CrLdaYHttTod
yzg4fSxCr4EOfKhNa2RCV6yelerEib+RDdJ8yil9cHUX1eLohz4EKqK1mxCVxEWliWxapcnL
KlLDaqfeUFzwc9Cp+AiiGPWbElT5kGCnmcPBXyLyQ7o+Y3ixfxKZPKDePUu5/eQ6tZF3W/Ly
RVSql4QlecRDJcjpTPUSWclH5KhOzh8wJ2jPI4pzFBLWH4DTil1kcuPxQomFklTttObIc1dl
XI3NhTaK0HFEswOXL+Z0FdTlCVWWmcs6RV4G3XgTUOLvJRVeSdqsVCHQhfDoKhhcJkEG0Xsi
qpwXa4RdKLwOpBS2RZGm71SNiIFNeqLW+JWr4LlTiS9iOToSiHXoK1Cjh8nkbwpTbr5/wka8
3/8AAcVijalf9xCVJHFYE0vVGWd2YihVzF1kvToRrbmHVnPh/mO6kTTkqu3V1rkUOj+X9w3d
dF/mIXObn8XOIIlR8SiU5aMR8SjaWeDLivBC8ZaqK2z4YtU3Xiw8viD0uvgKaeJRV5FjwIXz
KZIrTky55ZDXmQnMeROcEuRYTuRrL6nJLuQlDyR8WPEHp8yYlrKIbiTZKtblLlaFC9SaNSKX
Ql1ZaBDXQi1iZT8Sli2TFhuYhuiZWz5qNRV5ZEylehG1HzyemiWRzew0qQJK7noOZJVFyUU5
lnjjkXHBFspYE+cwVpMVFLS8HBj7iqjF8i7qxdc/4T8EXieCM/MSdY5KmOgou/EuKXJFlk5E
1S9S9R5d6k2fBx0E7sm7Re5eH0J5K1Gytxz5DaEnV3H2v0zgpQm7boKK8wT8hWhsm6yjxOh0
yKFMW4OTqOhLVD5jWvLhwKXV3THKouBq+V0JUN8la9EyfhJ1mW7E3WZOYrqi8cpk0XEk21fm
UqmNt26EVhVn/KSqxZkxM2kSdfspVu6Hy7Dl5uQ00fPklNQ/iJu9nKuSl0RiTgePv+yt/kTM
4I+AucEp2Op1F8yaRgfGCjjhlX4E/Gck25X2KsJybTzUmDuwiPsmc5PHJHBajZxC+BydTryS
yrMWHftTcuMkdzfMVZ2zMjeXTVFmuWogo4kh/FFaQcJ3kiL2yTVt/cQ8ecCpb7iEnE5ofNU/
zEqru60K2RwlkovM/cLu8Op/KKLImfVjJVKIw8kfSUr1dDjMjbrk6P5FPiQpIWPh9sXRDL1R
OSlSmTwOjrBNlktLKVfHQjoKVBsomslGVtNkU/5k45MVLeBK8Cioc8kpR0GpcK5CVZuMU5Pp
wNuzhwiEqYwZ6kpy8Jf5hrZW8iVEYkbfxOUvM/BE2VimFco23l8CUk7USuxcXbG9ZrZk5eZG
/mOrXMVFSYyTl0qPus7f+JSe14RGOGTSeepVpwT1ig1SPsj4ovElbM6QRb7kVfmUL3PS5aG8
oq4m0FCMsxI+gv2klpEJXJfUaiIuV8iJKU8CiH3OhatkOaslPyOJySvMlXHHwFWxzwX+ZrtF
X6ZVP6T1XVItAlMUhVkWFZ9RZaxgtbCZEpQWhRE2IWuKifDH6mkj0qOf/Ijg7r9HYmIpZdf4
hJURKu6yeC8Kk7O3Qrbh2JiVloiLD244FRrrgca/Mh6z94nM+IpiENp8HV3KKeFYT+WCvkyX
RZRxwRbkiaYEplSTNbSU8xy6Et0VkUiIxU9N1eCXT95QSdOgodDfVOZGmWhtyUweJO0QuCPa
rOSXXV38SFf8CIO2KCSJwV8hl0b6q6qh0UqaEp2u8C4+JGqVbOxFergbakylwRZNXIdT1a1+
Iu62OSlkfiNL4+A3NZyceBK/eTzyXqQnFCFSaUHSW7sl1+4h+I2/ghJZ/wCkopfFpJd/kJcq
YX+oiHB4ZJXmyX5EPGRdLQN3ivBLdXdEOhR/8yVUkba6SJu41eBw/En4SOKKDZXK2Y5ctDig
++3BCpqrJER4uTt1XnkaVFkRW+DgcKEJDlyiw069DfRZl8XISryQk+uSI7dfiPXHIouslXMF
ZsWiMf6ilPC5wlZ5Ot7YJdkdb8lb2bZWsYISsSqHN5KqtifkKkJYIivQmreGTnMlqN4FDglV
/b+Emb8jl0VhlXEX4Ibr+8Sb+RtwxtJlLcDeXUUtwiEokizGvKRTZcij7Lp8FbJWRxLgXBS7
ydmjnZ2Z3bv/AJj7armDVRNKwVxYnm53W+zx+zEngeRarNfe5o5LROcna14Dn5ZFLhxRCnah
RVVmU8+SGpjrUo+35lFDz1IWsyUcYhlXJ6aa8jhNpFFX4FXMEKiKxS7QqzmMEk28ClIIXqY+
tIFDj/keOWem5ViTJds9RxQTWznHiQ3NKonnFmdMyPL/AAFRfESsKtXki3iVdWU8UyWT8EbN
uUlIm6y7ieztk7PbdMwfey6ldKHV3XJNEqeJKXkLoRBCyxJuqGu5NqlaHamttkRacfZHfqm2
Oqe+tdfIr4wN3jCHRQ8lFPMku6wzlfvKKlmPW/K4KPyRaBzL4HCT5ckyJOvREqdU7UElSCkt
/wASoT/+FLO0Ii3iVUR1G7/IUqLJZIX/AOifDyTafMl2mYyWhcHXgSgxS8j+7/yKr9xCVXko
NslPpglLpQTmGiteUUs79B1r+AlrfngVjuw8Ic0Qqq+fE/S9uNteVkb2d6+BxNiMPIqztxI3
KjPQa1bhZJvOSci/TqjZtQvE/wDottljtuLbXV+u7dz0bepXWTy+ZXZqtWPunfq+hvrSHWHj
+kw+i/7i/pOjK0c3IdciTtE0RK/eS1/+EE91CYlP5kNw+lUijryRLLx2qRcZI1x8z+bMjmJ/
KQ9bWbElMr4CUQ8laIerVbwOFKQoJFSSWRl4G14EFUQWrg/ErQUMpXEj6XRZePQre0kYXwHK
9H5Wbt/UNxmrIqvIavBZLkaTpyPXVXy7lFHDdoP09F3dtJG+1fE9UrqPbunVYVxvWurwL0y8
8E7rt7eVQ9HanzZnlJsmor6SZrBM0d2NX6nLfSIGuCfp16DVJS+pk06wd1nxZlRpKJzdEx4Q
PO3KFN/hQh0jzMz44Ji+BN0L0J18XJWvV2LJQpgpSOGUd+anph8zJ25iHJDURWURlkKkWI55
Hs1Y/U+lLAvA/ETklOB55fIosqFHE2QsLJColY9biCFsbb+17imPp6/3Ho0bi7mglsu2ktJy
XlYROcLBDblqyp/0k2m8lbvqRv8ASsITcLVXydv06KyJiX1sOFX7i9Nrv9voH1KSJqz4Hq7E
w4yfU7fL+AXuIjBrDfUisNyUosnpvln83BP7yLJ8lp68HV8FV4FaIjVvrJdN4L3udOSjmL1E
3MvIsPqVflmDKPTfMFW7TGv8X8xCh9BKI1mp6YSyUmnzG3KnBeBt3ITa0XwYofatVFMi03nu
/AT1ZKUcjoKKNlqiaUDaX2To4ToxTvSKnpcL+IaT7vd2xNDv3bnPBw6FMXfUa1+JXzG1DxUf
bTqysvl4JdYssCey8h7a6yuHU9K9OIKzXxKuMWuUxQUVm5KrGDH0zf8A6CHR60j7N0tZaUyT
RscvxrQolUhRJN/DBVuhKiETBRx1HZvkc+IlRdcnP7yuT1KE7DTxxgpfWkjSTfiVbnC/1FXU
i0XcFKvkWXmROzTiMiaJmxWG+tB+1o65ZwuLnpmisaw4ira4O1fUbP3GnLopwOFE1JyLlkRX
Ja/IuCPmS3CGtbxXZ/5BwnLyyk93yJ2bY6RPx/tG9/qwv9R6XjBLqybdCLN3bsSr2qKKvngc
tQ7LJEQkRRteBOy+BY7dVHQ7WoTu0WwPVt1buQOEm2mnPDNlFU2Urs+Rt1fJFpzYpDkq4nEE
T4lbL5kpRy2z02irwVyLZpSuBzRFjtvDouCsUwhu1aI+/acshVY3DkTlJOjRSxrCTisjcVWH
kWHq8cH3yduldndkNqX8CZoQlfyqLX24e353M+pkuHsx42bqQ3Tg7bRk9KKiJkjzHp7bpyQ6
u/bgqoiJr6hNWJ3SjAtdVG1qFfNZIShdSbFJj4kxXqQ/GIOvBOqnd0nB3bbNRZKgttn6slCS
XXge2ritC/5TiH+Inm5smr2N+1UVWlwRqoS6kUcE4yVpT6ZLUIiom6TYmF4EP6bopdVbRCSa
eStvgPu9Lg9IoXjyNKs3lxJXwgvCIVBpV+ZXyFNFag1GRp3GtX6n8hy31nIpXpdyFMZ4E1L7
qidXiOf6ibN/InWuGyrlknEEs5TLxQo41mpLpJP/AOEqOvIkqspd3cFZkz950doNXu+zR83/
AMB2app8sedsEVqKGoebCbc9cHh8C8tktwuSPiOHYvMFsDrD7n8DVrKVStydaTaCWppQeI5k
WraXc47nRI21Wy912bWSrlu3JDYpp0JiXyN1Qop40JiOYHFY5JdepX0/f/aPjnIoq/i1/YLE
1yKXMWj/ALSsJXi49l6po7oSlIeE8s1f8XSZNprFkhturvQhtPwwv7htyppJOPmct3E4qz1U
S+I0jZNsc3IduCnyOvwOmUiE5TI2dlQbXhXI1z+2xGtXyibdCvwJ5+I3RPkT1lu/Qnasur+o
jDskOaCh+cyJauYVRr4FVUSaqTY2x1IVpqy//wCDau3k1d3q4E1QWyVIkiFsuWS78XImdfkK
HUa5vKOeSJp0O3WihSkNLycjmK3yVzVxcmywmNTTJXFooep1nFybLoSknqufqks5OBT8eSFZ
r8yFRnt7JOnD6kulcMcen5yJw0kL82eB07n8kOM3UST7lNVWMydqlt2pYWR7KaYTgcZIyijn
Z/IdYTdsyObtUREX5FPq54KqvSxSVN2NfEnDuemdlyx9rmtZZNYiklV1Fw7oqhvNCOL2NPbV
E1VLk+4tHQ6nUcrFilMl8DT+mXXJt7bd6ryPETdKNfA2hUyNJeY5mSvjiglZcCWvxdB7VezU
I9Q60wlUtDXNybx0hkw5fWhzGEOkasiPMlUfQ7m/wG1B9zwNr1L7FCSkSV2+bETV3Yp81NBK
3EFFX+LghQ58ydnVw4R6VL+B6qbvHCJwbUjaeSkku7si7U08CVVrkb2hvpgn7yWuhNYwOKt3
JcNlHCKPNCil/Ih54KfR/wBRwhZKPwHKgs2krign4nBSvJtFupSpbBtMwmzXd+lSJqzNleKm
yrF+ROIxf/KcdDkWzsJvVrWrTIqo8yZhvgl0Q+5drfzE4jXJCHyS4fmTzwyVXqcv5FpJdJE2
oXRVEpc8E6124O7aHs7I4buiicLm4mlVujJebslNJqxjxeRQrcWISnZ8HbtCcGzXJNJHpeOC
N7fcRjoRE93Swnq46lXfgqqZJxYoWGv2koQvMtLHHmJbO10hwrckb7dsW8xdtaTPJ0IRaWj7
jacI4PIdE3LlsUuqwaNcQyGqO5vqvSlWRN3wcN36Iskl5n/01e0WVhbL2dI2Vtqv+4/V117J
utWu2f4j9oHqvvE0pavNjkwpKfVlFIkmIks1qQtojN5KOfIUqvwKu1oJifkNS9uX+VDSq3xY
acvb9vpIcTGVUtTI0qrJVTmOBuaTROhDSjkjWrd2x0aNtn6nNMFL38RrtjnxIXmUUs8adTt7
e3MjiH1Id+Vkl0OCVbJKUuaUKqVgmYnBy1ZkS03ctJ0Y62dWKK9qiGXodDbbpSBbWI2qnfwG
l6lND6cD4l9C/auo9ZmGTNeGae7r+ZVPTglp7bK6TO50Twd+i9Ov7eohb+bHp7nua6vDSyPX
asV12Wf5isyTFrsjuq8CjFxOIXzMQ8xUhV/AUx+38p6r9MnCwyFXxI+PBzW1ZLNfIm3DsKjc
3yOhwRETWYISbbVSYl4kiJy6i2VZyTOLkKqbuRMwejObE6+tLKF36PXu5FvspWv5Rp6xrhLP
9ZjVLCoTMzklVmiJzwduq8lkW1kqtZO6+r5F06yOl+UTTo0TmJ6Hc48C1PkNNwnVs7dXME2a
Np4NXilDZK8MU3iTyNlarj4lKo7eUORbK/t1Hyjg58OR+9vKW1teYPR7ajqztWmiXEk/pJe4
s6v/ACjTTW1uh+BOHg9CsSqPkb3fwI5JSUZKLzGm74t9ibVMyKPJkr4Mh0klPtU5OnU7ZmXN
ETgTquJuyV4QyMjTvmkXG4hNURbNEavBapaHk/RSltepv8qOmCjJblPA6xBKT2is5O/3PRq1
zVnb7a7uWPWyd0iJ+z9oE3TUo5welUeSjhPIk25Y96yqE3Zsl5mqu2qm7V7I12aihcbzLO74
Sav+I6s20anuRtq3WeBJ2Ne6ycvwR2+3rNISVIIbWkL6VIpezeITO5PaeIHtsqxD2aIVuHce
XjBObdSi7SteIJu7Nq5+J6fwIu+Ctug6eWRwkleGhpR5kRJxGHYdacCEskNt8Fa7LFyqaE/o
9tX5Y9dbJYK5bgUunBM0StyeNx+4667WZs9ralLu03HMLhsj3dltssake1qtU7xc7nsYcM9N
3ddBpyhTb5ke2oi8K50+Q26MS182VtfqOKuYbO5ttrBddDbwFNU0UyzTwLDhWdiWpNNnaR9u
vYk6ciW3uPVdBtepc0k46Gz0a1m+7wJP39/Kkkru222vNdhLVLXqvUx77b7qev8AlH7env67
tqO15N9NqQxJPxZCtcScJrmakYwSlMDpPUhqHhEuiViioVKx2u6yXpz0E01HI9VDTu7imehD
sjiMkqJsRqpfKGt4e+CYvyN26lXnI033PEHatcV8DZtpaP6dUa6bqUlU2TjXVfcf/PVN2kcv
yRWsXG1WmBT9w+50dj06w1lkuzoUckRPX7Ly3nBWom6LxqWlfAf6fp5gXvbvub+lDWYFNRap
2v5mrT8S2DZ1aUuPM44Qt1SPvNfdVW7lTXZUTUMgT2r3W1I10iVPc+Ra99OiIdUhNpwqNKg9
/wBGdWvP/Hqd6120W1Y2qRNMFFajZCvyWqVOnHJ2/O4ldrxIdOgnE1q+pavI3fj/ANRqZeaF
is1wUzyVmeEdzpqvmPXXXtWtELV3wx6r1vnBsqJC6V6FKp1I2ca3m8o2TUJfSzudKDie15gq
sXJrBFsjnyI1pHmK7eRJ0ixaB1HGKipTlnRFNTicENNYSI2b664NdI6JGq6Ogp5GaweQ3bpJ
XafIcOifBt7cylU8Rwq6V8itDT3dtcKEPb3ISdlZGz1S011zz/L6hb67LtiYyavR61VtnU/T
ftPuThpM9vdzq2qq+qKupOOEUXiN5WB84PVCHEJtnbrPWBLVPq8nb+Z4It15IatkdZl1msDb
48mfU44QlqpSv3HpSUXPTvTp/wCR6tm4LOcVgtfHBHmqkt+D4Gk7+RRWWUTEuDXSb3Y43pwN
7bJJFFPDGvq5n/KVVrdP6iOME2bIu3YU25yVcErW2RJOmaia2TbsduyXJD8mJqytJKXwPp8y
YotXQ8G2cN1k1bqzyG1FW7FPkPI07bI6oa5UQPV3Tco9nT/b6QnrXa7f8nafqf7nua2ce1r/
ABf2mq/RX6nttJLZ3exru/Z1TS/ip/gO73fZ12Slpdy7hvT2o7vphxT+PuF+kltvteaQv5Tb
2916tXWDD+TG20u1Tw2OXTjJC8pImvTP+ISinzZ3bSptI9o/Co9tprwZphj6kL0zZ/8AlqKK
t35Yu6idlkWuRttUssyJLN2hu7tUnZ+rCHDUK7Qk3TklQydbHpRtv7uVSlDV6/VFZNoTmfE9
U/gVsimMsbnx8CZl8o9WaqURrfLdB5nLJ2ssMWsVfAoTlUSKWXQhKWkKlH5wQvWuTl9TxNn0
JtWCUo4FXLR5DitXWf8ApEvuITNdk5eTpB4C1WjWjfe9sdv5zt9tdul9Wl+Vfzj933fcb3aj
2/zdi/l7ifcW22235tm3X+Iirbu2JbaqF0JarZCf+39+VP0bKT9T2q/h/EPTZNbK5MN8eJLd
VfoxdclXbJKVNb7DSqLV3yoO2V2lBuG5IesLEmqmIdyG08MT1TUXKuev+UhO13llo6soq5PG
1Ttsld5K25IUvY7vd1XTI9klSyFs6QuDZYfQXaq8q5Dc5lf9pS6LUV+X/hPSqZtkrUh2+JRE
tKHllJb5J9xpas7qN7cGqXo0mvU7dKrp+Y1acLZWLXJdxutU0NO62Ookufs2m8lHPRZJp4ZN
WqxVmuylNnrfjB+nrLfS4tdfSl+30iT3SaxAlpsog9TmcHp7tk7rXH9J3/7n3n7adYTjY7fa
1/V25dv8RHve3+ntZLWusHf7Wi2f5dk6/wBI9d09YPS65kiZ87Eu3FjtUKcDlx1Qv1K6rPKO
7RTrsrJSKfRo/PYma4Y0tu7Zn7hq/jctn9vUZ8UyKvEYE3gmKRcaaa1I0q3eTualiha66qJi
jYp1Tao5uNrWELnPBvZoS9tdu7+prBVTtyJnMcCbSTzFxcZHtD2gWicZkerT3S+EkKk3SIjw
QpdrLBCzyJK3SjPbjXzZGSRvZ8nanCluepSfHka3dU6HzsOKNuqvQh+R+r72/wCn7SfFdv6B
L/b6Ldqs7Up/Uf8AyS9vX5nb+rtF5TE9d9py2z0bt8ydz1ezbuStttVwdve0lkh++7VrA+/3
G+rcnp1nVZO2JzJTZqXROxs/cXettY7fza7fyjcNaO04HDXkSvwKxPFi1HkpFMj7vmVyehRr
41O5urrUtE8WId1WcFaw/KSuOhMrqLm8QVUTYj/kfhQj7kclW1I9Fc7dtXQbUxs5joPfZUw+
hCUkteHiY1T/AIqD29z3FP5VrWSjub+37jSlOGLV1TpQbum7IbigvTR5K0mxaXyhPBrVKFME
5wNKk8E1oVSTnBE06jh0eD6sSPlunIm0u1Vhu8HZq49rSi/8RLXWtpZW5HmhapVZ3e6027pj
Xse33NUpYfp1XEC7nV38CXtGvJS4ls0m8Me+le6tBXiZli20cbJ3N9Pf1n3NLv8AzD1cLtLH
yjBLc4hmuIsuRpqJsLt85wTm3dkz43EthRKmzO1X+8fdPXJKcRhFL8HNCkP9v5iNqeBC9L+T
JuNXcSZ8EUpAu+0UZRxRHrq/gbbJRFuR91My6D2u1YSV5kdfI0UwqOLD32UvCY9lRQNJ1yVs
qJckUqJKKiT4pJq0u5akNNcydeSJfQrSM5Jp+Jmw9vNHuT9TotvES2cLUfZYi8ci20UzdtUg
lxrOLi7tU/Ej29VqulB1iclHLHu3OqVkT7bq7Jm2+yba5YtPc17tHZ/m1GoXbsjb29lRWcmv
6Tjb814hm0uXYrXMf+pWk2KJ/ekWlOzROy7ViGOaSslLYRRekkes+CsQofV8i/8A1o79dPBs
j3FD+B3X/eKW4ipilpyVUvxJ2dOLVK01VFDv/UeObjiH0F3UTUChq1xt7GyTlqKM+SbIbpgi
nRpHhljfuJPWLvH9I8LqQnWLDWiTVyWqrBFxSpc2Fu7z4oiE0bbtXt5G2z2h620XDH7vup9+
zjR9P6RJVI2STueU2O1KB6tJrZer+UaW09RLTVx/E7Ce3q5WBJKOiNloqqjbUL+0nZyzqxaq
35hwhrZWRG0JNi9zVrWfqZ2pqiNfbm+Re7E7aU2Hpoq52/0jdXWrZl8xwOFLXzIcawrP/Uem
E/kRE1MOVkhuGL8r5IjqyVXxFNXwfq+5q/d3xq/p/uI1VHwrL+0S7NdYu3kXt+37erbV4qej
0e5Ew7Ma29Oy6ErDsi8/gPuU+dTMFJ/AhqrI46kP0tndbp0KW+IvuE6w8DdtNKzl/wAht6Xq
uXQ00Tbr8R7e62ttqpXoJaOK0m5MwkTnoJat9YE27eQ3NhxLlcGvuNN67VWuvItPcpqrIXue
7G2qxFGbbaaxLlJF8QbN82RGq7U/mLb3PVtFVgjVdqWEShtsUVk6MlNUHyi/kNfEW1+txa7u
isjuUpvIocwba8qqKzGCjpBFuGXmlckXauJN3pShGLkxEl54hf8AcQ7kupPkQlJpr7ekbv8A
M1Rm2+ujdMDfuezL2/NFjbub13wJuN9I9O5sver7sTrtahtq6NOCtsyR+0GOnJEtCh0WVUpj
monNGS84JVJHFOZIusmmu8aNungb9mzalmu6bTSo0Oae4lCfJ373sitit8OSTWbjWEJ+6v8A
5p1fiLTWO1Kj8TbVP1RRt011O2U0rvAi+Db3d16E4S/iFTwIiTqUJ+RPyOgmrMStxtwNu+Hh
jl1mYQtcLgT1qlRk1lUaIStwNP0qw4TXUj6nF7C+BLvg8Lu5RzwKtfmTSPgUhTZkTZeBLp1u
OWu3KFrro9tHWidTX29NFpslGq2cWO349Tt9z2u728wL3fZ2enuKu2jo/wCwWvuOdbJcGuqh
a85Jo++qbJwskJ3wUVik1ZPy/wDUbrDoc9Wj+ZccE58fs6QduLw8Dl1WUWuSrfMeYIzyxvyZ
KgrQlKHkU5xgXtauO2zwRu56clFRY+zP0muixxyLkvM3RP5nZCrEZKLaB61cZsL1RwNJp+A5
bjwO118RtOeVYVeCcshqHl/ZNk6yLf8ALvZjTU+JSuYLOXgc1brCJh6/MesNPpctYqm2nQja
UlSGJapeORPXFv8A1Hr+o1haqj/6TXfub2pO2R7LZe7paN7pj191P2+HfVn/AM9JeGvVQ7nT
Vukqw5+pWrg7nR+3RbdR6zMFpfPB1fkQlRXYkvMSmjzcStHkmJPyK55HFeEQ1DwPlKS/m6ii
vMDl2Fick4JrezGpl8kttcaqCLTxcpbllWulBOZOHthlKt1M/TA5+H2dRQ+hWsYGl5kYkf3w
dixQva5DyyFTgVm+nJRN9CXSLIlmyjwH7T8UPV44UlYWKD64dyJnBWa2Q6qOLlFTpRH8WYFM
y8lV8v8ANqcLrc1Sq26eAve9pv8AUUelOhtv7no2VUss7VWOUL3PZ7/b2V4kft/7n2lu2qbW
2JUqXVdBa+3t2+y1O3ibKywQvOo0qrFRLab3Jxlkao7dfVxkTd3xgq4J8upZkK6pUi3JFuGU
r0KqmIE3+4c0mlRRMTcvLVn0L+m8clKdBQ5m7JVJKupNpweQ0rsnKKMqrFKPkpgc+SO1OFwj
u0d4Z2uvDO5Vb4F3OVwJ4Q9I+rWK9BJfSpk7E3SsEvge+lXmDaFV1vA2mn0VzttwiWlriFUh
Lu6om7ssHhjA+MQPXX4OpEVvf/KVmfCp7e7S7dWnWt/yndi9eBR7i7nSB7be3q9s0khJarMU
Frq/WrdSN29vfuklQft7KG7dDTbd13RVkqiKSuir/wBxeirW6O7oUcLoUc8IbzwTzg5XLHCh
Zg5xLIyVt8CYpiDlcE8cnQx8BRVu5LdvmLLwrIpCH8xtc/UYsMdL/ZL+Bmg8EJ1TqyXVcnaq
xVEzCKw3g/Fjhw/lBq064ZD/ADC2X7IS12o6Uube3u/Tun4G2rpDpBRw7Ju8FfJkM9Sjp0/q
LFazn/UNUb+QrpOsoj6YI4vBq+XU1/U3S9KvaB76e5ps5prP+UiZe1W2/wDtO3Sk3Y/1Nk93
9K5N/f3TfuNelYQ99pW9xd1GS1RX5GppmLkOdehGNVDbH22J5JiI+aJIj4FK9Hg4fJ4EKvJ+
CLRWhXOSFMZbJUV+BLk/cSk6ZYo+BE+Z6a8dTLX4mfp6XJxci5yjZxUW2Fca1fqZLdIJVDxd
WLbH4kJnqiEvM9Koha4aq/MW7rCoL3HaYKLzPc97Ry3CUj7nO2VMIU4yTrxf/wBykN3nBMSu
SOkpdCUowJJVJdMISv1Frrq9tnZVFt7+3qiuuuDsWi37aJPI9t/9q/beHq2kLVy1w3MDh2u8
H62jjVUT5Ndd1XY0329rXbZpS0h+77ErZX1uiNk4WSGvBk7XRMT1F+HBSsjeMdSiq8dCbFU+
j/yihTBEKRu3gOClZJxwJOvQ45P+ZHP3kKiyzp1PD8TtXxkl2P7fmdqd3U4hUHKNrRB4k6qq
dzs3UznI9NrOw6QnY19tQpyTs59zmJN9dmn20pwTEJi1ShTg09hx37RKzU119tVVZNu9enW6
fJv7GqS1erhdTt2S704rkcUeWydl6lmSbLm43XxE4tzcU/8AJf4RSNJNUwUha6fV4no1nZ32
d/se3t693KNv1fb21iqyPX2tezXmfUxa+5s+yaxkW8X+nXk/V9xd+75tqiEoIdZwTur4Q3/t
9101dD1+3TD+pE3fB4HqcL7hxfAlFyJPxQ+HglVoW+DL1ISiMj1mW8j1T4IcV6VFWnhQpgt5
t3JTb6FVCKUkT/NweUj2i1oNn0kT5GmppRr/ADEfAjZJpjft3VYwQ0/xE2mnY/Ve0S4pwL1t
u1z3Fpt31lvoJ1h5N/cbhP6BbtzWniUdYNpae2zP3D21Xb7qtsuB61lUa4Ory5X9pRVfTApm
CmCGvVjgV21yXhxXqe5pbXe3ivs6fZolFqrlE6aRyuWLf3dY1V9Re9soVtNOERacFcFKstA/
Smrz0Hp7mif4D2117U35wQkRE7ZUl2otBFuo+eS1ehT4Ear4EUrknPQm74k9NMol2+9l/U+T
tbrd+JN38Btqh6XLHLr8y1BJqFyZsbZuNriwoJySKc2IdnSot/bUa9EeF5NXt7j113q4s2b7
+17je+qnUeza7m6sjLq6nt6a/mmfIq4awOsN4mYK1bsTZPkUOjNvd1Ue7oplZHExy6kJtonO
ZFxNCNU55G0688kpTI94+mz5Yvt09z25bShReRae/r3QvzL1C010SWafZKUtEtxqc/Y1tVPA
/e9v6HdcEfmdqf5izvzJET4mSrqxQlTkrhVO5WdCPgJ8dCaxyT8epDclcW+x0plouLbXVxh2
Q3vrGqq5JijHmBu5b8vBM+KG/iL4smsE8eROqouRby10wRtXXbB2248Ba6vtSlVFrttKaK1i
sYMqKmuvMspfoJMjem2GsCr3TWRPZ9vCV2ba42Wept7WzzOsLBaFbkmYXBPydEik0+Eie1Vk
1010S5aT9KFovMfD+yqoaba0aqn1N/b/AN/7CfuL6d1rEoe3+30WiVHSDX2tX6nfoRFEQvh/
wPTZSng7tfp+4husir8StrOPzDuzmcC1d0qSOqSfQlS+KSRsvFZEqQiEr1nBAlWl/wDSUU/e
UTrl2KVnGBe37cdELXdz7l9u3B6b4RRNzdMS7b9C2I8yHm6FWOUXXqUG04qR3R4ETassWuzo
6N4E9H3K6Zp73Hp2O13WDXaIUQQqNW4SP5sq41f9N08NiYiX8zuWMmuzcraur/yi021ckvRL
tyUsL3dFO+tGudR9+jXFIZwuGXlNVpZipVZO2Jm7N5S7XZ5+1Dk7dvpY9l7f6jmjj1dpt2+2
9H7bqnNX/cP3fcXq2c9Ruasbv1/4d9kvVqpLZquhHBNnxYmfKxNU/kJuGmeqxr7ftN65li23
9Td2zu1fapoa9ms6qlCdmk9sWZCVuRfxC4uit3Y7ddG/e2/N1O96z3Xlwz9Tfs7lRJuTbfXW
Gvqg9CS2fQvicHfs4mtx9u7StAk3fBu9uCX8mPJFuUPVfTeOB+1tkjaa+l+B3qyqN44FCTH7
e6lbatNYNtHXVOEiYhI/S99Ptdddk66j39rbvSxk9Lj+Ur5JDWyvY7Pc1Tjng7vbfZ0uT7j/
AFXn+EjVbaZcQRom9J8xt6PRKiT4+zsX1XkmZ4+1a7WwNapJPKoNZEmvVtZCXBK/4NtXbZQb
abW1bKYRevByQVOY+R6Ze3B+p7+jh0XiJaaxq7o7tb8C32SVIjklUbK1SH1uds+KVzu10a9y
y22q5FPuUdYUna3tCvtA9Pa1cx6m1c32VFwefGBqjU2Osmr22s6kr1a7ZQ9VRTY5jJWr6FFS
Lu5rt+1TX3Nbr6jf22/V7ar4FX0RLULj/Md+u0KzO5/TZDedstnXlC3027dp8RPWNPfyov8A
zHpUtUl0Ide276ndMIWzc6m3a/Tt8SH7rWuHwa9/urbR5SqLTWy+z9TX6kdm+0p/TODumhBL
urQQ8fYkiFZXIJ/4G4p7lV4lHQeE+hKcsh+RCU8yRttKVz0+TP8A6e52rCZO7XuxwRt7aW7+
nVMb1Uau1Z+xXRM0H2+TG9tFt7llP0/4S/b/ACqiIb8ROe3V55N95ff8mfI2TfprkhQkdyzm
xt7U93c/gyW4mzwTchOZujfRONtYam7X8onwdrs6P/Ue5rZOnij0tVrMDn4lXS6licUXWUJW
4bRCb+BLteuRbaehp0audn+41UxTZCWuyTmYtI2/pwPu2XQnW3GCPchcMS2jtJmjscm2u+Ed
2kync7VVq6dysohPz+zluw9oj8CF8f8Ai79fr0r5CnxgbVOhemSbkJeqfkJbavR521c/4hb+
1uttWqYO7fWNdcydzqspD93RrbXb8rvqP3NtUva1/NKHCdK+JWguRpUfHQi0l08KRJVbwkL2
900l+Vna6vbi6PzjpZ8WK1LC1SryNKX8hyl3YEuODXGroPWJhj1ydzvr9S6DerhYFFHyN5We
CLzUUumKiq7kpqOpx0FKPSvMftvamyiRbVc1odro1VeA3tRRKYl3rXbkp7v6mrf0/Uf/AE2/
T2fI91t6P4jdJvubhShbJvbRytl0ZOnuN7cSQ9qcMge0V1sd0X/4IElcqRh0H7v+3qlPdov8
o01D4yjp0KkMeq6w72/KLTZd2ipGdR67at67H6mm/am6J8n/ANN328pD9n2G37bhvu5IZCUv
PQVKkTDsLZqURs+1aqo9uz9TZfmf+UX6aa3y+SWXHFPM6O7FMyvgTbwUkWWCII7U2nMzY12d
WsXRNlup8xbtwkqsn29k+66OddvpY4oiJjlMSj40qRsvMriwrQ+olchN0HMdS3bOURWdKVI2
1S0fJ+m09WuOB/oqk3V4Gtfb2f7xe5/uk3tda8M3WyjWLKg+5zNugmpUmy9zaHqpXJGuLMl0
rQaf1qiTKuNcJHbvR8i+3bVW1u+pT7f19EltkiK8qxPKuSqa/MftLTt2vPI9tGnLyf8A13px
qa6uaYQ1po3s7PbA3dkty+CtGTh28TlMS3cJU5Hq9tk7zyN6+7E4dTuvsyEzFh18yr8Sbt/c
P95ajwqkw+1kJKEarZrtd5o0a7LZSusmvsaNpKuz/wApOjhqyF7fvJdyum7/ANA+z1K+rumi
flyKNaVIXxVzMK/JVfEopi9S/iSmmPrwLbuilsbfy+kaSWqbVXUe+8NaONpyduuqWuENW+x6
6uddbRyWpl2E17ez1VngXue5Gurvr+YlaqSESzt+JOtOSHj7Hs3V01XUe7/MyH9laj7qJ4O7
Vx1O170eYH7nu7rbVqV2uwttNn3cuT60QtW8Hdpr27Lk2W3wkcUkwvMq6rAqlGlaBKZWXk46
5PSqfESiBu3B5DTSmbsjbmxMUZEWthlvMnZ1tPQdYE14wend35O5vu2io+HYT1ssxUem+zW0
UeRJ/Ely/wACHRWK1PTR9By55MccE7Lx8CtXiTtzhJj/ACw6K5O8azWp6d0/P7Kj393bu1bn
tG+2VhOxGqhcL/gqdxb7Hts41VR19Kpqa+3CWiokepU6FWyNU9mNbONVbUhfL/SZR21SYu3W
U+Wa7e64Twqj7dml+Xk9K22I7Wk+R6yktbscFKMhXg6ooqlKcobmwvclNOkE4+zZ2h3wyRpZ
xcapWzPS6LDEqeNiFVt1mxLcPAsQ/IcKryOcXZGzqLnn/wBR6bUjPJMT1G4maD7naxM+auSq
5qS7jmvQS1VeWjs0Xdy4iCdtlR2R+ns5TUJMlSm+otXs4XIvbd2qMr9taIrvqvNHbr7us8T/
AKiV9laFbIft6trXMCeq+FxT9Rqt9nPCFFX1O6FaEb6zVOjG0lNiXM2LR4Hp9xrCTFp7u0p5
iwlqtdmvzQd1l4EJ+vbKVh91ZydsqCHbEWKUi+CdV0khV2Z3bIXbROxO267nUpRI+rA3s4Tb
/btIUpK6R6aPlkx4zYri1MFXP4CSu7laMpfLJVkTg7o9Ssdv5vM933Gp20UpdBt+FRpWZDiS
LiScJipYzVEzO38OTTXVwm4evP8AhN37foWsqh3+5u9mur+yYsLaY2TougtlZqSmB+7723br
qqtjWk6ezr9KqmyU3TLLw+Ravbv0dO3aYQv1PRtkT12/UfCHpo1ppFlc7pWzdasWvur9N/Ip
Z1TRRtQS/U+pQ3atZjx+4p8RKau1BduyfKhqD60tlhVPS5m7ZEprNBbb6xqs2R2p24JWSUZc
kWbqhOYg7YvaooTbV4qf/TZaLM/V/hI0tZO0ln8cjxXyKVaLwuClCjvcd2uCbF/xI63J1txJ
W3QmJV21U6vi4+xOq7dlHP8AES1XmxU4TK+KklLzKfE1TbrWv/iNaX6qx7blOKvyN9NUtv1P
VXDYvc29O22T01H3WH7j9Oq5waPX3Fs1fA1tutt8pVNf03HtYmzZ6m5WGyHmvVEtUcrqQrcl
HPhWSqfkUU0ya0rlxBN/3nZ7nrSslgU6w+D6bnbpV1ob7O0uPASxEknQo3Sx3LVzeRvb6sj7
c8j122nVWWCF5t5JmJPnIozYtIm48EVdqsnWddXZ2qLvb2bvJE0LYi5s1afj/SNRQSuuWTHk
V+kUYIieSuMDbUJ1oXuNR3SdjUd2Ogve9tTpMofvS09mu/XhoTWJO11V2hJOeLF7HQpZ8Cmm
ysNfsx/7hv1bWNfY0XpVd94wvyi12cL6dZF27ejW537Vlenn+onbaiolFBpbOuEyrz1Em/Ti
hKc9WRrD/b85SvKJ2a80U5qOLYLfMq/Ah1joRgfbRozOWhdjcvIp+l3IZ4lH+Jwo8Ba67OD1
Z5I2c+Bd1wTHRC6YZ+1SYicDjBLVVnx/pHqml4Ha3THQpi85K5PLkq24t1Kq/UTjoiiK18CG
ui4LQQq/IXPJLt1KSkxJVc0g122TW23pejtH8Qkqrbiguz3O3NSVutpF26T1RL9t04P/AOey
WHBLVGbbvwSVRd3qmtTT2/Y1Xe1VcGvv+2lrvEbeJrWddHPwP0va1e2VrYT93V6t+aj+UhOv
BE1P6SrvYrCSwSlSLih/E7mu5lHFadCrpF4E6Pq1UhVauxyxze6QmqELzZN0isrwErI1jN+h
WvMlfhBOqj7yHM5+yrkcFK+QpElcq/JCeu3qd6QivxgmMwmQ9ZFXxVWXwNqpSrfwJasiusM8
MM7oUP5FaxwW+FylIKVc3KuvDFjoatVcKXmTV632pJ27031vOSO6JsJLZbcFUxJeZDV+T3dn
p6nrR8MUOXkj6q3PcW28e/s3GrFs9tdd49T/ADVP1f8Abe6ps3PqPXu91gSvNyNqdR9qSV/2
2P3lITZD5tY7bQRNZsWrzBV1JbfXAiYn7i9eCeSuaHqo0ely0UqxxV9BPnke0/Tg8LCtIu7Z
UvgbUbJZO1axW6PMoXqcFH5FSUqDjOSIl3mSysbP8s3yarTxkT9xd1KoS21gptTgeuqhvKHr
umuGKaLlihwsZkaStV8F6fAhxK+JDdU4oNt/S5oNR/ddslOfkKrU8CS919cwKWt0rpq4v1Pa
T6o301XqdGuhK+ngvROiMcndq2mVc9JP1La9am2+y7toaXBskpab8CLPoyqoUpIoamc1K5J7
k+jL+ZMTy0hzV4YiIpglpzwRaLk716D7dFtNkLV6rVxhEfZ2vygTSjxuelkXGpJtFepN+ep0
K8DWeERlori7K7dviqErdbL4EbbCj7NpUvLJ8qCU0glUYmn4iW1up270wnwPWe6HcnOZJdOn
J/Kxxe0wKX6XSnJvrfu1ZLdqNeA5pJReeBuejhkt16FH6Sj9X4FUpTrUdSXTqOHcmJixoknM
VfJtLUx4G91XNUNX2wOkvMktQhJj2TmFWChRTzA+BUjV5vJ6lbB9KULw/wC4q46IfbZ4FL8x
arLqx7d0ktfAmaYKOizJL2qxpOVyRfgUwyLPoQ6lmUVclrlpix6fgiFLfIopFK8lXHRnieQ4
QtpTfNjV/TSslB9R2aPqnod2ltsoon8RuJeEerGGLiLia8oFnbW57qVnX4j73CtQ/qsyYh8l
NZi43uofQft67Stb+I3HhI1b7FVLED4sejZtLFxtztS5snY9NuWrlLu5VSQ/Irk9NnyTCjiR
TXwF2uIwOEurdRvZz41K3G4jgmJYnatTVbOHtlFNk0rE9tOSqGWoXg/Ar8h/iTwJY6kYfJH7
QSrxclorSlCZ8jxyWwbJVUy6C4u+D9x6kQvqgnulvElfSvidyVda+JVwuZIsuWQqr9v4iqnM
KhMQ8kKi2o55Q9nPbuvIev3HUivZgiJm8jS1iDZvLLDcWyTD6Fcc8lfODsboqjc1ihs2prQU
3fxFFimSYliStnxJfyG5K1fyGo9XIuS9RTZH4ELGRZQtnMKk9SE9WiVTlFa6n0ryLJ6v5Ep+
CJxyPu0dbMjJR4IjwV6C7l+8T7bET8ikP5ENUzBH/wCnRnlA1LTl/AcuHBaINlEOPM9VGNzR
WM0udu6nXbN6Gy1tdL/UQ/kNw4eMiu/Mpfh5FqquZSR3bKWkmdzVMzYevta0yydnToR+bCNp
hUHWXgmZoJtqOEXjXpcpsx8+NjV6uZdEyfpaVYNknDTyVUdblVKKWKSouXXiKK9SHbqeNIGo
oRebFqqrYq+JTyf2bVryTMtcHpXQhPxYvVA5horpSatMc3I2cHctl2qw9Vprs8uCfo/E7V7N
JpKdT1+29GuVB69F25Evb1W2zUyiNliyPRqvuG/zfI9SjoeRf4CaVHdE2t8BfmQ9tfTs8XKe
prK/0ktR1aJZOt7eQlfZ24Kxr1z/ANI3rDhWQm5XVj21tqqzU20lVTNtHeB4S+8ceRO5M1eG
QrKzKYvI4VfkTFOhSmzsv9JVC21U9rufWkujGpzVnC6nQfJCv0OeSVZDdeMCbdZoVuxqydSO
bHO32PhDfkPXWsVixPyOEdY4Gu6mSjrwSvBiWqbnoT7rjXCmolrrLyJWHN8cie1HrZrgffTR
3GvZmLI7k4di0+Ylq4m80I2rGbmLSdFPVCwv4YFBLt0Ixy7iWrmLkNV+ROr7PBUO3uldMf1D
pR/m/MidUtneWV27ZrQSnu14z/abPpEFLHbopu2f/Wq51/zDeqTdfEcKF9zFrV7LzSG9nPgT
qki3mTHhWUP82YXJW2YHL8KkKvgNWciVJ5ko6kXnJ6eKkT4/Y2lA4u+SqmlyGWrk6F23dITt
0gbXWSFTl9BtpQisLoitF0uNrGStiHp3eIkvbS+8ykSnUUS9uSd9oR26+vboTMJ4TIUOM1k7
9VCiviUVcspRZTF2tPwPKRv2/cWzmmruRHqVyHVImEodCJUEJ3O6JNvcmFqpG3fa0Maii5Iw
Uh8u5mXSFYsu/Z/SjuXo06n63c9t04qW7mr0En6d0QnPcoTybLZRh8iS81b/ALRyp6MVZi3Q
9OKMdaPJ43yJ7ZcQQqT0G+1O5VTN5ohqY6I4WBfNlqZgr/zIdHhsbiY4NaUgoXq/s6csTVBN
uW7j3a9Oqr8SNfpiDu9z06uqX5mPs0hYbJ23Xd1H27asqlW9cF68EEzGx2uu3CGp7FwS3Ddy
tSYv8iIWvmKXLeWbTsk1ho1Wy7U6l8T5E6vtbfJ3b/VpTYjA9XZupKbqRs+7joUmZP0U4Sqx
Ja1d2S1M2I2plESp4+k11U3hP+b+oS2U+4kr8nEHue2quJXiiXq1GSVXxVRatd0VU1H7sRte
NS1PmRTpkl6ttnXhWJfhDHRpYZq0mkswKV5mzfI4ba+BE3K1ixW3BET4YIiOpaeR9z8KFXQl
WJuJ34EviNMXB+nrbZVkWvs6Lbb+Nr0o7ve279uMEa0XQmbYI0UP4ndu4WeSHOuy/MuR6T+o
tckTEGr2+LOmCrhq3gWvZkNQ2dClEs8k3VCYlTY/tG06TbLHq1Taakz8D1KcF/Ilergn4m0r
07OeaELWNNDVPWYsd6V1EGvuNytlRGrf067KnU9v3JUOjY8wNDW1Vh3PVovFHfpKeDu2rtwQ
qakYXNUyYhP4Ewm1gnYa9xqNXJ26QkqURCfmPl3Y25pWXwVS7S1eeg+23ieLrBwhLNz+Lkqp
bPV8CiqKktYRPubLRcZPSvB4/vEnZuVAtnVpU6L+EjVUK3dkduihYg9bpIoSTY/UlA1oom7J
knlTLsaJJTVsUqZFCnxP3ckKr8RNqBVb2WEYW15eRNxw+p/b8hpJPZ2Ne5Pb3Il9C1OBu5W3
BOm1XgffrR5XJ3p1dEsi7vq3qQmLUhxKtPU0VXLloft/DyE34EIh11PW41R6Ne5ci11olhDe
rUqsckbarwVTtdNeSjpzNhJ3ZW2YJ+DK+ZN+R5XDGn6V0qfqQ+zl0kbSor/ZHkybSPbHOSYI
mSXt3eFP+o7fb1jXn/zE16nlCdn/AAkKryNdD01J2T32daj9vV9qVISgblqOLnbeMlZc9Tmc
kKhqpEkpamSnmRl4KktU46ifbMFHYSdisJpXLq0Hcn3PMwSvBSPVpNSTq/IsQsYREw8I09tK
mv1PwFiDmTVP6Vc7NVY17fStatvgTmU8oUIg79eK+Qn7m/c3+VYKps2WlnbiDtaSm7zA+10+
ZM1yQnVWlxQq6ZrJOuL5Fd9DhN2Kv4nqhzipHt60u3NCNphUiaFb89BuijkSzkTny4Y5sQqJ
kpu4+3VvwsT7nwRGqWq5yQr4KYO50JmBvVQv4nwNpdyirxIq0mxK+CId2VGpzcWrvA1LS6HH
VF7VbE0pb4J281kmPThMaalO0YJzNClYdWXxI3lKUyjU3TGt2JtR0ToQPtvew93dI322snQy
VUcEa5/Ac2qulRQpeWemj4NOrh/Y2vh4lZSlzA9dtvThnamnLqvzF6fw5KeEk66vaMoW1G3g
q6cWEmrWUH0+bF2qvJDVeht7nuOPb0cJMei2hPhQQqvDK3m+TrlNRIklCwyIbpWTuaX4Ho17
+GT7u0P+FIjRJeAvvKXbJ2cLH2ReeBTD24HLa/lVkQ6ZPTi4rqMkrPmKhX7z0y9nVla0pDkw
pwLZRHDoRqqu9aic/TiZO11Tw8FM4G1V+JOPvLr6RqhW6pA3rMrHB6XbknZeaEt57XbJrro4
12d/D+IfYTN7FXTI9pnjzP1IblxJOrsTsqcocuVNvAQ9V5eJt6oc/SxTpRcMprD5VR97aayV
9VMkaxr0HFWJOqwWryK9MkqU5P1d3E1cka7Un6ULt3Tc1ToOWoa/btGu5adG8HZpt3uaMW28
Np1Tska66uN3RQjthbReBa6tJLBG+qad2mKtyrgi+xMjezjbjJNqYZCo3kfPIkqUgXOURQq4
SvI9das7toh2KUpWpKdSYn7yU8SpFhzRnq2iLpO/95O7bS6jerafUvK26EKysXf0cD22orm+
2jai0C9TVS6fDVyrVfIjZJo219tuN1Tp/MdsWyQuYSIwuBLDiFkXt7aRGEUaXBRzBNVzAnxT
7Idk4RE14dCJVfuHto4bFJNmSonDRiBJLxFFHlE/VXBtrMN/T4nbtHjJN+pWVr0ZG1KV2aEk
u7Z/mY9e3uZr/wD5ktYu8s/T/S1787De3ttydj9t16Hdto1S7IW7jiZIdI8jfRVV5YtlV8nd
tL2X4ias6PoVG2N3gnPA+39kWvn8xKVrkPCKPxFtbiSLvCG39XBSw6NSNWIaUcEVkz9HA27a
p0NurFEUzIqtS8FHK6jamcktRGsDdm5iMm2+9ptkfW0i1Slj319yr5F3J0u8HdqvGaDXZWcM
7styUO6YkUPuTmOUKNm3wxLe/gdFyRPienak3ZWP7RtOVkV4fI2r/Iae3aQo27brLO1p67YQ
pb5clZZConYhV5IJdEviQo6yelRPQ7WpTvJ+p7Ho2V0itVkfD4IXJF+GdbFbcndSh6KfI7ns
3J6vI6FPiS1JSH9w1RJW6C7fPLG3MKtiHPQSb8DiPOSdYiSil/NGfpHrnbA3EVI1aIVZvQSl
kto2q6KiJxqP7uo99lPCJ2Xdu8NkKjm1yvp44KpEqddlZj9va/PP2d+jmtdeg9toSwncmtOC
jq/KhXaMEt0V4uxJL0uoonloeBw51ShD1T7YKy28XF2y9sQLf3Y71dLBT/mUtk9K7pxwT7rh
cC7SNM3JbUq6J1dZpHBCoKXDYml9Lh9TueVjj+YiaKxZSyj9XBCq0Jt0f3krmJK3eS0lYgnA
2vLAk5vUnmiQ99p8rDS3bURBR+lGXFfiJ44dGJa36EJ1d4sf2Rc2lVg2ccWKqEqJdCNYXV3K
/FlPVBtKuqIhISTiavBF9lg7n8i8cIS12+NC/Rpke5rLdosPdOIUdskjXSyHSaQ0yHoqq6Y1
o2m6IaTlri8/2jW6cob2piKnq1ifmfRfgnthWfBKohfqe5q0rqSPaevgjp0KqehV/wBt3/iJ
7I45PU4IUpKkj7fTP5iUqvPJ4jo1wznMKolb1YH0uTSLeQ1WmP8AyJ5+JTzktbK/7SdkJ0Ze
1G5K+UlTgWNeOp4Oh2cw+g4VHn/yK0SuPg7e2hNPIcVWGiy//n8zdLMw2Th+MSJRR4Lvt4Vi
IhMcW6o8eBtqq4J2s38iUpmlZIacXFN1Y7nMcQWfj/qKpyrYoae4pWs1XKE8Ox4m2sTz4Hq7
nqJd/ZOMja2TfwZ27Q939PC/qNu5L1X7BQp2UduyonH9RL19WaJjWut70/7T0uFENPodYqVU
TlSh9m70kWmyWyVXtAt47tmpSVkNtxJL9OZZN3w6VKqcxgh2Ym5S6EavxdxQofQ1UYJ1u75K
UbUNr/STDbeehLVrSVrP7ekpMcMtXnInEJ4KrwkrrYpflk7ckufMdG3iBtvwm5CiXl1gTer9
yPqrcnb2u1WSRVbd2FwURHa0y/5D/9k=</binary>
 <binary id="i_106.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4ReqRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6NTA6MTkAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAfigAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWcAAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO+3NcSWkGfBTgAGdfwXM15r6btp
eWFx0k6raozPVG1wEjXThJSV7hPMlQ3SY0J+KHa5w108h5p62dyJcfkkpmSPHQap2HXnTsmI
Py/KpNb4fNJTMRwDI81BxBMRIPindDY8FAxJ8UlKAnTunAGhIOixrvrAynq1mA9o2srDgRq4
k+Ct9N6vidQftrLmvE+10abfpcFJTpgSATwm2gGCIjyUyCQBx4Ib4Jkf7ElIrDA54Ua3l+pg
N7J/TD/brzqY/BT9Mbdo0CSn/9Al9D8W/wBZ1rrQXEhzuQ3s1dB0W1+SHWQGNP0RzIWVXaxz
thHuJh1TtNf+/LZ6S6mioUtbt3OBOunP5rPzUlN8Vy4kHQcKYboPhojlohCyLqqKjZc8VsH5
ztElK07feovsY3lwA+PK5Pqn1ow3OIfmV1tExWxxscf61ePu/wClcxZWX9ZMOukENuttfrW1
8NBH7353tSU9rb1PDY7a6yXAxp/32FhdX+vGFiE04rDdeO5+iP67Gf8AfnMXE5nUuoZINYd6
dbvpBkgn+S6z6e1ql06iqnGyAADY/wBridNI9zWf53uSU3W5NnW+oi+1xbdYwgPrYA523Vtb
Km7fU/qfuI9HVOpYvVGUYttVuUyGjIc3bAc331v3gP8Ab9C1jt6y6X2WdIdjV1l7vtLbK3DU
tIZ6Ue3/AE25jVqZfRDfnsxsUitjMdjqCXgOdI9R25k+o2xznfpq/wB9JT6Rh5eNk0M9K5lz
yxrn7DMyPpf5yIa/Hlcl9UMG/B6m8OL7t1YY6zY5rIje7bPt9Jj2+lV++uy0HxSUjDA0R3PK
bbPb/cp+2OfmE8bvgPxSU//R0n1VWvItaACdY0I8HBF+1NxgBa4iDDX8z/WXNM+seVRdWMxj
bWP+k+rktnbvZ9H6H7i0c/qOFZ+gqJu2Frm3D6E/uun+Skp6bE6tOxjXhwMQIn2nkzO9aFuH
iXWepbS17+Jfr+DvauGwnu3se3UgtOvMT9L+zuXe0mamOcZJaDISU0buh9Jts9W/FqtdEBz2
t4H0Whwj2/yV5v8AWfppw+tZNbG8kPqHAaxw02fyd25erk6j8B/FV8nCw8oRlVMtA4L2gkT5
/mpKfLG4TK8cvlpsiRuMAfep9PZiOpOIbQX2OLrbRB2NO36M/Sf+85q6n67dIoZgU/Zqq6ml
5N1mm98DZTjsH0nuc5+9cJbiW41nq1AFrdHDx/kbklNvFtfi0X0sc6uyt1jLHdoJ2+139Rq6
npvQOm1uFumSws2y8e33CX2bT/Z9FYfUelsw+ni9uQL7sxrN9O3YW7hucPd9Kvb7P0nv9Rbm
Hl5NeI99mOfR3sYyzcASPaz+Z/ndu5qSnrek31WYYFTxY2lxo0JMbPzHF3+jarRM6fihYdAo
xq6WtDNokgeJ9z/+kjbdPEJKWiQf3fEKRA2gD4piNJ4/go+pA8ElP//Sp3dJt9AWuH2kbiTW
wBrmyZLqXfn+1Vcd+O5gqx52B2hcI1P73/flvYeZjyWTsJJMHRviCP3Fn9Xrxn7cnFa1tljZ
uczQP/0TjHt/NfuckpfGs9NxLYl4hjf5J5f/AJwXddNuN3TsZ5EewCPNvtXn/T5tc18y57o/
JotnK+uOD0vD/Z9Fjr8+tpYBW1uyoz9G254dW5//AAbGXJKem6n1HG6XgXdQyjFOO2SBy5x9
tVNc/n2v9jV5dn/XD6yZeV9tblW4Qn9XooJbUGg7dGu/pDt384+31EPrHUOrZrW1ZuXZkV1P
c9rHPLmhxH85+b47We1an1R6Sba25mZi2ZuHvsobj7GljS9tb35JfaWexn5vp/8AqNJSTF6v
b1qh1maS7LpgWTo10j9G9lLf5tj2/wA5s9m9HdjuHo2MDKryIpLxuYwTt+02VH2ue1383/wi
r47MCrr2eMDHfi041TKvStJLhI3Xb925zXuf6fs3/o1brGRdReLGFtljJYTyNkOYz/opKaHU
8OvHxv0Zfa57vVtvsO617t2ybNfb9H2q7gZOSX19KFpAqsFl1z2Ej063etZZ6v53qN9iH1KM
nFr9J0tsOkd5O9rVo4rRbjM6e0zZkVPrdB1BLZ9T+oxwpYz/AIR6SnuGObYBazVr/cPgdVOJ
+C536p9WFtDen2n9NS32kSdG6Pa793Yuj4EJKQv00HHdCI03fgjOBJnjwUIPfX5pKf/Tp9Ql
+W4M/V7C0B7QdCQdX/yUXHFttX6Rp2gxOmuv/oxXesdPFwrya+dQ+PD/AM69iz7OrVdIosb6
YuySAWVGNrC6fTdef+n6Tf0j0lNLqWYek1nEx3/rdo+kPzGkn3/8Y9v81/nrnWs1DW8aQR/e
iFtuTa97yXWWEusc46k8uc930WsXR/VfoVOXabbm+ykNL90x79atNPp/5/ppKbPR/q7lZuPW
+zHa7HyWwx7xtdptH2iinTez1bmVVep/PfpbK/8ABrT6lnZNeJdj9MDrq8cS1jKyG47ay6t0
OscHX/pKvZibPW9b/gltdV69idEpxsq+s5Da7gzKLdbKq7AfSsY1vs2stbVuxv3P5lUeqfWv
ouVXWb8vbRlCWupBssLWk+zYG+o23/jPQZT/AMJYkp5bp2Jm4FD77RN91e57Xe4vD/1gWWGX
fQrex+7/ALsqziZ0A2AguaRvYe37mv8AKal0p9uZgi2qsNsZk3U1OkwWEMtDHMd+bV6mzaul
t+reHhYLc1rXMveGtuq02TYYmD9FySnBBZvbYGH7O4m21kgbHd7qt0b2677a/wDtv89Gq3VC
3LMC20Bzg0/zdLP5qlr/AM59n07Xq10/oD+pMsMv9Mn02vLh6bNzR6rv9LY9jXfoaK/0fqfz
lyu2dObh9WdiFhOLYGmvdruaXAQZ+k5v56SmH1Yuy68Z9eDgl9t7t12dYS1kz3ke+up27Yyt
/vXWmJ50TkNb7WgNaNABAAHg1oTS35pKYv8AAKDYI8k7nTwnY2P9iSn/1LGbnX4mFe7HbW5z
JFtlhOxjuW1VAD9ayn/uM9lH/aj/AAdS4vJaLXh+XYW2OlxqDZc2TPqXfy7P+3bFZ6t1nKzn
saB6NNRiqqsw1on2t/k7P+r9S1Zoawlxklv5zjySZ/6tJTq9AxMbqPUasd/sxw5r30zL7GtP
0nu/O2ex712v1n6KOmsd1PENraAAXbHQanNhvsgN20WVf2/VXnuHZdTkV3YxNVzHB9b4Ba3a
fzm/Rd/UXpdX1u6fnfZulOLTdn45N5IJYPVb/RmM3Dfd7v5tz/Z/xiSnl6+v9PfjfZr6DZju
BblM2jbYD9KHF+5zv6z/AOcXLUtZSGWEB+73R2aAY2u/ec1bnUuidS6I2x1lAfhHcxuQwB7D
uloDnfzlVjmH6Fn+E/m1h9Ovx6LQb2FzCwt9pgidN0fnJKei6T1nJ6FfjZV4bk4d+lmKAK9h
bw+qBsbc36X/AAv+EXojs3D6p0F+ZQ4nGyKHPY5w2uBE/TH5lldzF5FuqNFjCJDZ2GT27r03
oD8G36s0YDWl1QqfjuDBEwXsfYHfv2O/S/10lNr6s7f2aGghzmvfvj95zjZuP9l6B9Z7W0Ox
Mh7tjKzYC466kNIb/wB+QPqxecXpe13utda8WWOPdp2AwB7fY1qF1bMPUOp4fTiR6VD/ALTk
gDjYPYx2/wCnu3/9NJT01FvrUV2kQbWNeRH7w3Ijm6aLO+2XCTOsyAdNP6qenqT2PJvduq4a
0N9w/lOfp/mbElN0VtB7jwTwGjn+9Qpy6L93pOkt+lIg6+RUi4z+RJT/AP/V5S/Gya7vs9tZ
rfG8Nf7XBp/Pdu+i3+uo1Ypu2wdtTe7u/wC8/wDrLt+v/Ym4F2XkYzX3NAZW54EgvPt9wP5v
0/cuQwWgg3vd7K49Ovu9x/Od+d6TElN+nCmt7nktNsCiqACWcept/Nb/AKJQqwWBxtpJa7Hc
Hm1ujGOndW973f4Td9D99PVcGufY+33u9z7Hcz+8P5X5tf8AoVStybs240YrD6YG5rGGQ3s6
x7yWsb/x1iSnU6l1PMz8ezHc5ttxqg7CWhwO1rttbm+19n51fqf+k1zjWtY81Wja7iDo5pH0
XO03KxZjNx3+nvbdZ/hXM1a3+Q15+m7/AEn5n+jU2W3bRS53qU8BtjQ6P+Kd9Ov+w9JSPFq2
2Wfa3urrq9jmMAc97j9FlX5n/XF3n1OzKL8B+Mxpqsw3mWPILjW87m2Oe3bv2v8AY/2Lhctu
Rjvx8xjgCw7G7QZG0l1e/d7H+wbPZ/UW19Vb8nK+sNd9cVMrY99rR9F1ZGx1b/61rmf2/wCo
kp3On3Zf7O6gGV2C3GuI2cEvgbq2f1WtR+g0bWW5tm71sp2rrQGw0cBrfY7buVLH6iasuybG
3OJM11FrnHx310+p7t/uWnbbTRV6l+7fZHptcLA8n9z0m+7d/wBa9iSm46q10w7dOjdCP/Io
Gf6uJiOu9j2gHcH2NGoH7lf8lUbndTvZNVH2Vv79ujjP5rKnG2z/AKCz78bHx9pzsg3X2TtY
dGx4c72MSU7H1QzTletuc36RFe3hzWmPUbu/N1XViFy/1Tw7HWWZdVgfiOcQ1rgPV3fnbnNa
3Yz/AEbP/Pa6qNNElP8A/9Y/1pBd0U0WuaA++oMaHN3ujc/2Ondtaz+ce9v6Nck65mwMHupn
3lntbP8Aa/N/cW79cMTJ/VC6w04EbbbXCYscSfT2T+fXXu/cWANjwWNc7bXMSIEH6Ihv57kl
IrbX2uLWnb20/uSyHbaxjVw2savife7+V/Jr/MUh+jeSG9hJI7pXtq2tewGCIfr3/k/yUlMG
MaKCS4OM8iedPpKdLWhwaBtJ7d/CUJ9jIaYMBxkKxVOrmn3Dvokpv1txbQG5THW0NIc5rTtI
ge9zC3878/eurxcfo/R6H/Y6PTNzGue95Ntr2kbqgS921rf0n+jXFGxwre0EjexzSfJ3tlun
8pdrhdX6jZ0ih2Li0Cs0saHbIc9zf0Tud9Xqbmf4VJTmsq63aDGT9joJJFdMNdoTt9zdrf8A
oKt1Pqd+EWVVPmxzf0lhJfYPzQxu4+z95abOsOxrC3Mx2tfMueX1tPHDR7P+imyOn9N6nGS+
k1gj22e4A+LWl3p7/b/o/USU8/Rk9UyLWubeTadGnR20H/o91ZfhenLrt+UQJteXaOA/we/V
3ptU8noNrHP+xBzwQG1sbOgAhzdx/OTV9E6xZUKxW5jCTvc+xgaAPzWjdv8Ackp7z6tZted0
+uyuptLG+xldZlgAA+jIatiGjTwXJdMzszpfT6sOiqpzqwSXvLgHSfpN27Vt43XcPJyBjsDm
2FpcJjt5BJT/AP/Xv/XD9j2X4+HkWWA0Gxz8fF2l1lh9jGfpD9nx66v8Nd/6D1fza5XMfRFd
NLdlTGtIaRDg90+ucj8225r2emy7/CUekuh6n0S3A6xi2dVdR9mfXc1vUPTd6bjWX5Nbsyjc
1/2n03bN7H/8JX6npLl8mwDrD6qnB1Djte+uXNPqEFnosfNm3c5vpsc71ElNdz9IPLohEgGv
afztCPGUDMa6i94kANMEj4I1ZHtkmD/FJTXvoe2pr6vdU3V0csnjf/J/l/QSx3kH3fRI79yj
n1mXh1LnN2iGumHTP72it/aBXiOq+x0tznWNfTmQGuY0zub6X8036Ptf/wCo0lIb2uH6IkSB
vySeG/uUt/lV/wDn39H/AINdh0A319CxiaXtLnPfSNslzHH2W7od7Nnv9VcYGMscyk7vSkeq
9gBcf33ta4j3bf5tejYOW3JbX9jayzaxjXsocXVhxHsq2ke3bt/md3qUf4RJTjZIbRY57LKW
3k7n1t9MPJ/4TaHPa56znfWHKbcRk0V3bJ2urABbH0t239HauorxrTefQqYLbZLnNj3j+v7f
+qWJldNZbawY7dgcHOsc/Svn2w9JS2N9aMGh7bG47n+ReQT/AGWt2/2VbyPrL0q14fVVa2+y
N4c1oaYH5p37/wDorId0h9ReL6TSTHumJBHtbXYzc33fvtSux6cas1kEWT7hG90fm7dySnpu
nZFGYWtaBXa8e1hJJJP7vt939RZublu/aTBjAC2l5JeAQQR+b/K/lLHp6jdtYKa9zmn2ukk6
f9ttatjojch2U3JsANzzy8EmZ32O93t3uSU//9Dsuq4I6r0zK6fkY9QyLmuNAIDmC0NiqzdN
jarm2ez9/YuA+qeLW/604jbGbG4/qvFbmiRbU10+z96uxep2mjeXPraHfvubqRzG+N35q8x6
2zK6f9acjZ7MmzLbdQ9kmGXO9rmNG7d6lTtlqSm59efq7V6F/W+nua0Ng5dAPtMkM9an85j9
5/TUWf8AGVWLi6XuBawtLSdJPHEhekfXVzcbod1NAJOVc3He8CWsZPqO37h+j+hsrXB0U7w6
p/tcXNewxrrugj+0kplWQQHnUNGoOk91aHR+rll2Rfj2DdUcoF8NJorhllzWO2u9JvrVInSu
n2ZXVsTCuaWm+xstjTY332bg7b7PavQrMbHrdkh735NmdWab7rdulUOYzHobVsqox6d7voM9
9n6SyyxJT5ZRU525zfzfcNYjbx/WdvXqTn9Mrcxj2OrNjZ3B3t3OHvbMN2vXmzMWzHy7MN/+
CJreDI3R7dvP0f8ACL1HOwumW0G3cGAAGB+jImG+3dsSUtXkdLqqe1rnB1U7i5pJB/l7fp8/
mrLzLLnMO3HbdY8y2rHZLiPpb3Fr/a5UL8fIpyjh4t773H3NLfYRH0fUyGh9O72/Tf8ATUHY
n1jqsFmSLX1D2tZa8WACf9JT7av/AD2kpzx1vKeXMpqFLWuJO+Dsd9B/sd+iY5BsL7zXW4Nr
ayYcNS+TLi935v8AxdeytbllFdjmU5NTQ0NDRDNjmkfm7o9/8r1EH0hjkisBrf3wND/1W1JS
/S6cKkmzLx7LWDhoO1pJ/cZ9N7WrSP2PIGyhrsUNG5rLHBzTH+D9n82s03R7XktniJcJ/lNV
mqX+1pYBEydNO6Sn/9n/7R+6UGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNBCUAAAAAABAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAOEJJTQQ6AAAAAAD3AAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAUHN0
U2Jvb2wBAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAASW1nIAAAAA9wcmludFNpeHRlZW5CaXRi
b29sAAAAAAtwcmludGVyTmFtZVRFWFQAAAABAAAAAAAPcHJpbnRQcm9vZlNldHVwT2JqYwAA
ABUEHwQwBEAEMAQ8BDUEQgRABEsAIARGBDIENQRCBD4EPwRABD4EMQRLAAAAAAAKcHJvb2ZT
ZXR1cAAAAAEAAAAAQmx0bmVudW0AAAAMYnVpbHRpblByb29mAAAACXByb29mQ01ZSwA4QklN
BDsAAAAAAi0AAAAQAAAAAQAAAAAAEnByaW50T3V0cHV0T3B0aW9ucwAAABcAAAAAQ3B0bmJv
b2wAAAAAAENsYnJib29sAAAAAABSZ3NNYm9vbAAAAAAAQ3JuQ2Jvb2wAAAAAAENudENib29s
AAAAAABMYmxzYm9vbAAAAAAATmd0dmJvb2wAAAAAAEVtbERib29sAAAAAABJbnRyYm9vbAAA
AAAAQmNrZ09iamMAAAABAAAAAAAAUkdCQwAAAAMAAAAAUmQgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABH
cm4gZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJsICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQnJkVFVudEYjUmx0AAAA
AAAAAAAAAAAAQmxkIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAUnNsdFVudEYjUHhsQFIAAAAAAAAA
AAAKdmVjdG9yRGF0YWJvb2wBAAAAAFBnUHNlbnVtAAAAAFBnUHMAAAAAUGdQQwAAAABMZWZ0
VW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABUb3AgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABTY2wgVW50RiNQ
cmNAWQAAAAAAAAAAABBjcm9wV2hlblByaW50aW5nYm9vbAAAAAAOY3JvcFJlY3RCb3R0b21s
b25nAAAAAAAAAAxjcm9wUmVjdExlZnRsb25nAAAAAAAAAA1jcm9wUmVjdFJpZ2h0bG9uZwAA
AAAAAAALY3JvcFJlY3RUb3Bsb25nAAAAAAA4QklNA+0AAAAAABAASAAAAAEAAgBIAAAAAQAC
OEJJTQQmAAAAAAAOAAAAAAAAAAAAAD+AAAA4QklNBA0AAAAAAAQAAABaOEJJTQQZAAAAAAAE
AAAAHjhCSU0D8wAAAAAACQAAAAAAAAAAAQA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1
AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAG
AAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////
////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////////////
//////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgAA
OEJJTQQCAAAAAAACAAA4QklNBDAAAAAAAAEBADhCSU0ELQAAAAAABgABAAAAAjhCSU0ECAAA
AAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAANLAAAABgAA
AAAAAAAAAAAC0AAAAfgAAAALBBEENQQ3ACAEOAQ8BDUEPQQ4AC0AMQAAAAEAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB+AAAAtAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0
MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAtAA
AAAAUmdodGxvbmcAAAH4AAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEAAAAAAAVzbGljZQAA
ABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAAAAZvcmlnaW5lbnVt
AAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVlbnVtAAAACkVTbGlj
ZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBs
b25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB
+AAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1zZ2VURVhUAAAAAQAA
AAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29sAQAAAAhjZWxsVGV4
dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6QWxpZ24AAAAHZGVm
YXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAA
C2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABOb25lAAAACXRvcE91
dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0b21PdXRzZXRsb25n
AAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAAAAI/8AAAAAAAADhC
SU0EFAAAAAAABAAAAAI4QklNBAwAAAAAFowAAAABAAAAcAAAAKAAAAFQAADSAAAAFnAAGAAB
/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUP
DAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4N
EA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDP/AABEIAKAAcAMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAEC
BAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwz
AQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNU
ZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eX
p7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi
4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1
xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AO+3NcSWkGfBTgAGdfwX
M15r6btpeWFx0k6raozPVG1wEjXThJSV7hPMlQ3SY0J+KHa5w108h5p62dyJcfkkpmSPHQap
2HXnTsmIPy/KpNb4fNJTMRwDI81BxBMRIPindDY8FAxJ8UlKAnTunAGhIOixrvrAynq1mA9o
2srDgRq4k+Ct9N6vidQftrLmvE+10abfpcFJTpgSATwm2gGCIjyUyCQBx4Ib4Jkf7ElIrDA5
4Ua3l+pgN7J/TD/brzqY/BT9Mbdo0CSn/9Al9D8W/wBZ1rrQXEhzuQ3s1dB0W1+SHWQGNP0R
zIWVXaxzthHuJh1TtNf+/LZ6S6mioUtbt3OBOunP5rPzUlN8Vy4kHQcKYboPhojlohCyLqqK
jZc8VsH5ztElK07feovsY3lwA+PK5Pqn1ow3OIfmV1tExWxxscf61ePu/wClcxZWX9ZMOukE
NuttfrW18NBH7353tSU9rb1PDY7a6yXAxp/32FhdX+vGFiE04rDdeO5+iP67Gf8AfnMXE5nU
uoZINYd6dbvpBkgn+S6z6e1ql06iqnGyAADY/wBridNI9zWf53uSU3W5NnW+oi+1xbdYwgPr
YA523VtbKm7fU/qfuI9HVOpYvVGUYttVuUyGjIc3bAc331v3gP8Ab9C1jt6y6X2WdIdjV1l7
vtLbK3DUtIZ6Ue3/AE25jVqZfRDfnsxsUitjMdjqCXgOdI9R25k+o2xznfpq/wB9JT6Rh5eN
k0M9K5lzyxrn7DMyPpf5yIa/Hlcl9UMG/B6m8OL7t1YY6zY5rIje7bPt9Jj2+lV++uy0HxSU
jDA0R3PKbbPb/cp+2OfmE8bvgPxSU//R0n1VWvItaACdY0I8HBF+1NxgBa4iDDX8z/WXNM+s
eVRdWMxjbWP+k+rktnbvZ9H6H7i0c/qOFZ+gqJu2Frm3D6E/uun+Skp6bE6tOxjXhwMQIn2n
kzO9aFuHiXWepbS17+Jfr+DvauGwnu3se3UgtOvMT9L+zuXe0mamOcZJaDISU0buh9Jts9W/
FqtdEBz2t4H0Whwj2/yV5v8AWfppw+tZNbG8kPqHAaxw02fyd25erk6j8B/FV8nCw8oRlVMt
A4L2gkT5/mpKfLG4TK8cvlpsiRuMAfep9PZiOpOIbQX2OLrbRB2NO36M/Sf+85q6n67dIoZg
U/Zqq6ml5N1mm98DZTjsH0nuc5+9cJbiW41nq1AFrdHDx/kbklNvFtfi0X0sc6uyt1jLHdoJ
2+139Rq6npvQOm1uFumSws2y8e33CX2bT/Z9FYfUelsw+ni9uQL7sxrN9O3YW7hucPd9Kvb7
P0nv9RbmHl5NeI99mOfR3sYyzcASPaz+Z/ndu5qSnrek31WYYFTxY2lxo0JMbPzHF3+jarRM
6fihYdAoxq6WtDNokgeJ9z/+kjbdPEJKWiQf3fEKRA2gD4piNJ4/go+pA8ElP//Sp3dJt9AW
uH2kbiTWwBrmyZLqXfn+1Vcd+O5gqx52B2hcI1P73/flvYeZjyWTsJJMHRviCP3Fn9Xrxn7c
nFa1tljZuczQP/0TjHt/NfuckpfGs9NxLYl4hjf5J5f/AJwXddNuN3TsZ5EewCPNvtXn/T5t
c18y57o/JotnK+uOD0vD/Z9Fjr8+tpYBW1uyoz9G254dW5//AAbGXJKem6n1HG6XgXdQyjFO
O2SBy5x9tVNc/n2v9jV5dn/XD6yZeV9tblW4Qn9XooJbUGg7dGu/pDt384+31EPrHUOrZrW1
ZuXZkV1Pc9rHPLmhxH85+b47We1an1R6Sba25mZi2ZuHvsobj7GljS9tb35JfaWexn5vp/8A
qNJSTF6vb1qh1maS7LpgWTo10j9G9lLf5tj2/wA5s9m9HdjuHo2MDKryIpLxuYwTt+02VH2u
e1383/wir47MCrr2eMDHfi041TKvStJLhI3Xb925zXuf6fs3/o1brGRdReLGFtljJYTyNkOY
z/opKaHU8OvHxv0Zfa57vVtvsO617t2ybNfb9H2q7gZOSX19KFpAqsFl1z2Ej063etZZ6v53
qN9iH1KMnFr9J0tsOkd5O9rVo4rRbjM6e0zZkVPrdB1BLZ9T+oxwpYz/AIR6SnuGObYBazVr
/cPgdVOJ+C536p9WFtDen2n9NS32kSdG6Pa793Yuj4EJKQv00HHdCI03fgjOBJnjwUIPfX5p
Kf/Tp9Ql+W4M/V7C0B7QdCQdX/yUXHFttX6Rp2gxOmuv/oxXesdPFwrya+dQ+PD/AM69iz7O
rVdIosb6YuySAWVGNrC6fTdef+n6Tf0j0lNLqWYek1nEx3/rdo+kPzGkn3/8Y9v81/nrnWs1
DW8aQR/eiFtuTa97yXWWEusc46k8uc930WsXR/VfoVOXabbm+ykNL90x79atNPp/5/ppKbPR
/q7lZuPW+zHa7HyWwx7xtdptH2iinTez1bmVVep/PfpbK/8ABrT6lnZNeJdj9MDrq8cS1jKy
G47ay6t0OscHX/pKvZibPW9b/gltdV69idEpxsq+s5Da7gzKLdbKq7AfSsY1vs2stbVuxv3P
5lUeqfWvouVXWb8vbRlCWupBssLWk+zYG+o23/jPQZT/AMJYkp5bp2Jm4FD77RN91e57Xe4v
D/1gWWGXfQrex+7/ALsqziZ0A2AguaRvYe37mv8AKal0p9uZgi2qsNsZk3U1OkwWEMtDHMd+
bV6mzault+reHhYLc1rXMveGtuq02TYYmD9FySnBBZvbYGH7O4m21kgbHd7qt0b2677a/wDt
v89Gq3VC3LMC20Bzg0/zdLP5qlr/AM59n07Xq10/oD+pMsMv9Mn02vLh6bNzR6rv9LY9jXfo
aK/0fqfzlyu2dObh9WdiFhOLYGmvdruaXAQZ+k5v56SmH1Yuy68Z9eDgl9t7t12dYS1kz3ke
+up27Yyt/vXWmJ50TkNb7WgNaNABAAHg1oTS35pKYv8AAKDYI8k7nTwnY2P9iSn/1LGbnX4m
Fe7HbW5zJFtlhOxjuW1VAD9ayn/uM9lH/aj/AAdS4vJaLXh+XYW2OlxqDZc2TPqXfy7P+3bF
Z6t1nKznsaB6NNRiqqsw1on2t/k7P+r9S1Zoawlxklv5zjySZ/6tJTq9AxMbqPUasd/sxw5r
30zL7GtP0nu/O2ex712v1n6KOmsd1PENraAAXbHQanNhvsgN20WVf2/VXnuHZdTkV3YxNVzH
B9b4Ba3afzm/Rd/UXpdX1u6fnfZulOLTdn45N5IJYPVb/RmM3Dfd7v5tz/Z/xiSnl6+v9Pfj
fZr6DZjuBblM2jbYD9KHF+5zv6z/AOcXLUtZSGWEB+73R2aAY2u/ec1bnUuidS6I2x1lAfhH
cxuQwB7DuloDnfzlVjmH6Fn+E/m1h9Ovx6LQb2FzCwt9pgidN0fnJKei6T1nJ6FfjZV4bk4d
+lmKAK9hbw+qBsbc36X/AAv+EXojs3D6p0F+ZQ4nGyKHPY5w2uBE/TH5lldzF5FuqNFjCJDZ
2GT27r03oD8G36s0YDWl1QqfjuDBEwXsfYHfv2O/S/10lNr6s7f2aGghzmvfvj95zjZuP9l6
B9Z7W0OxMh7tjKzYC466kNIb/wB+QPqxecXpe13utda8WWOPdp2AwB7fY1qF1bMPUOp4fTiR
6VD/ALTkgDjYPYx2/wCnu3/9NJT01FvrUV2kQbWNeRH7w3Ijm6aLO+2XCTOsyAdNP6qenqT2
PJvduq4a0N9w/lOfp/mbElN0VtB7jwTwGjn+9Qpy6L93pOkt+lIg6+RUi4z+RJT/AP/V5S/G
ya7vs9tZrfG8Nf7XBp/Pdu+i3+uo1Ypu2wdtTe7u/wC8/wDrLt+v/Ym4F2XkYzX3NAZW54Eg
vPt9wP5v0/cuQwWgg3vd7K49Ovu9x/Od+d6TElN+nCmt7nktNsCiqACWcept/Nb/AKJQqwWB
xtpJa7HcHm1ujGOndW973f4Td9D99PVcGufY+33u9z7Hcz+8P5X5tf8AoVStybs240YrD6YG
5rGGQ3s6x7yWsb/x1iSnU6l1PMz8ezHc5ttxqg7CWhwO1rttbm+19n51fqf+k1zjWtY81Wja
7iDo5pH0XO03KxZjNx3+nvbdZ/hXM1a3+Q15+m7/AEn5n+jU2W3bRS53qU8BtjQ6P+Kd9Ov+
w9JSPFq22Wfa3urrq9jmMAc97j9FlX5n/XF3n1OzKL8B+Mxpqsw3mWPILjW87m2Oe3bv2v8A
Y/2LhctuRjvx8xjgCw7G7QZG0l1e/d7H+wbPZ/UW19Vb8nK+sNd9cVMrY99rR9F1ZGx1b/61
rmf2/wCokp3On3Zf7O6gGV2C3GuI2cEvgbq2f1WtR+g0bWW5tm71sp2rrQGw0cBrfY7buVLH
6iasuybG3OJM11FrnHx310+p7t/uWnbbTRV6l+7fZHptcLA8n9z0m+7d/wBa9iSm46q10w7d
OjdCP/IoGf6uJiOu9j2gHcH2NGoH7lf8lUbndTvZNVH2Vv79ujjP5rKnG2z/AKCz78bHx9pz
sg3X2TtYdGx4c72MSU7H1QzTletuc36RFe3hzWmPUbu/N1XViFy/1Tw7HWWZdVgfiOcQ1rgP
V3fnbnNa3Yz/AEbP/Pa6qNNElP8A/9Y/1pBd0U0WuaA++oMaHN3ujc/2Ondtaz+ce9v6Nck6
5mwMHupn3lntbP8Aa/N/cW79cMTJ/VC6w04EbbbXCYscSfT2T+fXXu/cWANjwWNc7bXMSIEH
6Ihv57klIrbX2uLWnb20/uSyHbaxjVw2savife7+V/Jr/MUh+jeSG9hJI7pXtq2tewGCIfr3
/k/yUlMGMaKCS4OM8iedPpKdLWhwaBtJ7d/CUJ9jIaYMBxkKxVOrmn3Dvokpv1txbQG5THW0
NIc5rTtIge9zC3878/eurxcfo/R6H/Y6PTNzGue95Ntr2kbqgS921rf0n+jXFGxwre0Ejexz
SfJ3tlun8pdrhdX6jZ0ih2Li0Cs0saHbIc9zf0Tud9Xqbmf4VJTmsq63aDGT9joJJFdMNdoT
t9zdrf8AoKt1Pqd+EWVVPmxzf0lhJfYPzQxu4+z95abOsOxrC3Mx2tfMueX1tPHDR7P+imyO
n9N6nGS+k1gj22e4A+LWl3p7/b/o/USU8/Rk9UyLWubeTadGnR20H/o91ZfhenLrt+UQJteX
aOA/we/V3ptU8noNrHP+xBzwQG1sbOgAhzdx/OTV9E6xZUKxW5jCTvc+xgaAPzWjdv8Ackp7
z6tZted0+uyuptLG+xldZlgAA+jIatiGjTwXJdMzszpfT6sOiqpzqwSXvLgHSfpN27Vt43Xc
PJyBjsDm2FpcJjt5BJT/AP/Xv/XD9j2X4+HkWWA0Gxz8fF2l1lh9jGfpD9nx66v8Nd/6D1fz
a5XMfRFdNLdlTGtIaRDg90+ucj8225r2emy7/CUekuh6n0S3A6xi2dVdR9mfXc1vUPTd6bjW
X5Nbsyjc1/2n03bN7H/8JX6npLl8mwDrD6qnB1Djte+uXNPqEFnosfNm3c5vpsc71ElNdz9I
PLohEgGvafztCPGUDMa6i94kANMEj4I1ZHtkmD/FJTXvoe2pr6vdU3V0csnjf/J/l/QSx3kH
3fRI79yjn1mXh1LnN2iGumHTP72it/aBXiOq+x0tznWNfTmQGuY0zub6X8036Ptf/wCo0lIb
2uH6IkSBvySeG/uUt/lV/wDn39H/AINdh0A319CxiaXtLnPfSNslzHH2W7od7Nnv9VcYGMsc
yk7vSkeq9gBcf33ta4j3bf5tejYOW3JbX9jayzaxjXsocXVhxHsq2ke3bt/md3qUf4RJTjZI
bRY57LKW3k7n1t9MPJ/4TaHPa56znfWHKbcRk0V3bJ2urABbH0t239HauorxrTefQqYLbZLn
Nj3j+v7f+qWJldNZbawY7dgcHOsc/Svn2w9JS2N9aMGh7bG47n+ReQT/AGWt2/2VbyPrL0q1
4fVVa2+yN4c1oaYH5p37/wDorId0h9ReL6TSTHumJBHtbXYzc33fvtSux6cas1kEWT7hG90f
m7dySnpunZFGYWtaBXa8e1hJJJP7vt939RZublu/aTBjAC2l5JeAQQR+b/K/lLHp6jdtYKa9
zmn2ukk6f9ttatjojch2U3JsANzzy8EmZ32O93t3uSU//9Dsuq4I6r0zK6fkY9QyLmuNAIDm
C0NiqzdNjarm2ez9/YuA+qeLW/604jbGbG4/qvFbmiRbU10+z96uxep2mjeXPraHfvubqRzG
+N35q8x62zK6f9acjZ7MmzLbdQ9kmGXO9rmNG7d6lTtlqSm59efq7V6F/W+nua0Ng5dAPtMk
M9an85j95/TUWf8AGVWLi6XuBawtLSdJPHEhekfXVzcbod1NAJOVc3He8CWsZPqO37h+j+hs
rXB0U7w6p/tcXNewxrrugj+0kplWQQHnUNGoOk91aHR+rll2Rfj2DdUcoF8NJorhllzWO2u9
JvrVInSun2ZXVsTCuaWm+xstjTY332bg7b7PavQrMbHrdkh735NmdWab7rdulUOYzHobVsqo
x6d7voM99n6SyyxJT5ZRU525zfzfcNYjbx/WdvXqTn9Mrcxj2OrNjZ3B3t3OHvbMN2vXmzMW
zHy7MN/+CJreDI3R7dvP0f8ACL1HOwumW0G3cGAAGB+jImG+3dsSUtXkdLqqe1rnB1U7i5pJ
B/l7fp8/mrLzLLnMO3HbdY8y2rHZLiPpb3Fr/a5UL8fIpyjh4t773H3NLfYRH0fUyGh9O72/
Tf8ATUHYn1jqsFmSLX1D2tZa8WACf9JT7av/AD2kpzx1vKeXMpqFLWuJO+Dsd9B/sd+iY5Bs
L7zXW4NrayYcNS+TLi935v8AxdeytbllFdjmU5NTQ0NDRDNjmkfm7o9/8r1EH0hjkisBrf3w
ND/1W1JS/S6cKkmzLx7LWDhoO1pJ/cZ9N7WrSP2PIGyhrsUNG5rLHBzTH+D9n82s03R7Xktn
iJcJ/lNVmqX+1pYBEydNO6Sn/9k4QklNBCEAAAAAAF0AAAABAQAAAA8AQQBkAG8AYgBlACAA
UABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAAAAXAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwACAA
QwBDACAAMgAwADEANQAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAH//8BAQABAQD/4Q6QaHR0cDovL25zLmFk
b2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlI
enJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4
OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjYtYzExMSA3OS4xNTgzMjUsIDIwMTUvMDkvMTAt
MDE6MTA6MjAgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDovL3d3dy53My5v
cmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRpb24gcmRmOmFi
b3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLyIgeG1sbnM6
eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5z
OnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6
ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9
IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChXaW5kb3dzKSIgeG1wOkNyZWF0ZURhdGU9IjIw
MTgtMTEtMTlUMjE6NTA6MTkrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMTgtMTEtMTlU
MjE6NTA6MTkrMDM6MDAiIHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjUwOjE5KzAz
OjAwIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjJjNDA1ODk4LTBkNTktZjc0OS04OWZh
LTgwYzY4NDYxN2I0YiIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0iYWRvYmU6ZG9jaWQ6cGhvdG9zaG9w
OmU0OTQyMGE3LWVjMmItMTFlOC05M2NlLWYyNGNhMDhjNGU5YyIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxE
b2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOmVhNDYyNjRmLWRhZmUtYjc0OS04ZGIwLWUyZGQ2ZTlmZDA4
NSIgcGhvdG9zaG9wOkNvbG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0Ig
SUVDNjE5NjYtMi4xIiBkYzpmb3JtYXQ9ImltYWdlL2pwZWciPiA8eG1wTU06SGlzdG9yeT4g
PHJkZjpTZXE+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjcmVhdGVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmVhNDYyNjRmLWRhZmUtYjc0OS04ZGIwLWUyZGQ2ZTlmZDA4NSIgc3RF
dnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTo1MDoxOSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2Vu
dD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6
YWN0aW9uPSJzYXZlZCIgc3RFdnQ6aW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDoyYzQwNTg5OC0wZDU5
LWY3NDktODlmYS04MGM2ODQ2MTdiNGIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6NTA6
MTkrMDM6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1
IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlz
dG9yeT4gPHBob3Rvc2hvcDpEb2N1bWVudEFuY2VzdG9ycz4gPHJkZjpCYWc+IDxyZGY6bGk+
eG1wLmRpZDo2RTdGREJGQ0I5NTAxMUU1QjlGQ0MwRjNBREM3MDRGNjwvcmRmOmxpPiA8L3Jk
ZjpCYWc+IDwvcGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3JzPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlv
bj4gPC9yZGY6UkRGPiA8L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9G
SUxFAAEBAAAMSExpbm8CEAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAA
SUVDIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABs
d3RwdAAAAfAAAAAUYmtwdAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAA
AkAAAAAUZG1uZAAAAlQAAABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAk
bHVtaQAAA/gAAAAUbWVhcwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAA
BDwAAAgMYlRSQwAABDwAAAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1Q
YWNrYXJkIENvbXBhbnkAAGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAA
AAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AABYWVogAAAAAAAAb6IAADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSg
AAAPhAAAts9kZXNjAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJ
RUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xv
dXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBj
b2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJl
ZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxS
ZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAB2aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVog
AAAAAABMCVYAUAAAAFcf521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNp
ZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYAAAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBK
AE8AVABZAF4AYwBoAG0AcgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQ
ANUA2wDgAOUA6wDwAPYA+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1
AXwBgwGLAZIBmgGhAakBsQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJU
Al0CZwJxAnoChAKOApgCogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNy
A34DigOWA6IDrgO6A8cD0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATT
BOEE8AT+BQ0FHAUrBToFSQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7
BowGnQavBsAG0QbjBvUHBwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghu
CIIIlgiqCL4I0gjnCPsJEAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAqu
CsUK3ArzCwsLIgs5C1ELaQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1A
DVoNdA2ODakNww3eDfgOEw4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAm
EEMQYRB+EJsQuRDXEPURExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNj
E4MTpBPFE+UUBhQnFEkUahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6
Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cYGxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrs
GxQbOxtjG4obshvaHAIcKhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+
H2kflB+/H+ogFSBBIGwgmCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPw
JB8kTSR8JKsk2iUJJTglaCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkG
KTgpaymdKdAqAio1KmgqmyrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6C
Lrcu7i8kL1ovkS/HL/4wNTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRl
NJ402DUTNU01hzXCNf02NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqy
Ou87LTtrO6o76DwnPGU8pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFq
QaxB7kIwQnJCtUL3QzpDfUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iR
SNdJHUljSalJ8Eo3Sn1KxEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAn
UHFQu1EGUVBRm1HmUjFSfFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4Fgv
WH1Yy1kaWWlZuFoHWlZaplr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2Cq
YPxhT2GiYfViSWKcYvBjQ2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2ma
afFqSGqfavdrT2una/9sV2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMB
c11zuHQUdHB0zHUodYV14XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzh
fUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7
h5+IBIhpiM6JM4mZif6KZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIR
knqS45NNk7aUIJSKlPSVX5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951k
ndKeQJ6unx2fi5/6oGmg2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3
qamqHKqPqwKrdavprFys0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WK
tgG2ebbwt2i34LhZuNG5SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48Jf
wtvDWMPUxFHEzsVLxcjGRsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+4
0DnQutE80b7SP9LB00TTxtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W
3hzeot8p36/gNuC94UThzOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv7
7IbtEe2c7ijutO9A78zwWPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn
+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/bf///+4AIUFkb2JlAGSAAAAAAQMAEAMCAwYAAAAAAAAAAAAAAAD/
2wCEABIODg4QDhUQEBUeExETHiMaFRUaIyIXFxcXFyIRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwBFBMTFhkWGxcXGxQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/CABEIAtAB+AMBIgACEQEDEQH/xACoAAACAwEB
AQAAAAAAAAAAAAABAgADBAUGBwEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgICAwACAwADAQAA
AQIAAxEEIRIxBRATQSIUMiMzFQYgoEIkEQABBAEDAgMFBQUHBAMAAwEBABEhAjFBURJhAxBx
IiCBkaEysUJSYhMwwXKS0vDRgrLCIwThouIU8fIzQ1NjcxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoP/a
AAwDAQECEQMRAAAA9bXYgIwBCAtIKSgJFJJCAOLJAwAIBDIAlSOJAlSEEABgEeCyQIZQEwCs
wHEDJAQkrYwQkiwqRWQLIR1RgwwuAgYpCwJJIBYCKygEhAykkYMikkIBIFlI5QhisGQAWQBk
BCAgkUghkgYpHkJAQKSoSIBWAEIFiwNqsNBDOcgOjZz3Og2a0sWAAKgUqGAAEIzCBhgIVJCB
iIEGBkhJARZCEQIkIVYJrIwEGZXGIUMVgAoEBhVkAr1C2RyFgLFhhqastfPaabc1hrbLcWKV
FV4IjgLqwSCSMopICQSGQjSChlIVhIQCEAwa+AbOn5vpHSfjg7T4NBpYEkkFJgFMEhAsaChm
BHAscCRocqlMhobHoN1tNhdfm0jEQKECOSQmEYQIIJCRY0ATAQEiMoDASNBZAU+d9F5wwdTi
6jo0DUHocq49E9VowJFDKKCAqQRWgYxADCAgMEPJ1drIZrCh0XxqdG/H0gtCIjkkYAaEgMIS
AQwhBAphFIIVhDWw0pxHQx8rnHQxUIB16py7duUezmKdzu+P9cdEGCh1EhYSOBSWACAo6DAg
MkOOkUz1a6CjTm1G7oZtJYpgrRgBgSMAQwWSAatC8Y4axjpOhXgrNY59RvTHgNvPwIWpoUo0
UaidbEpoY4DJoqh3up5tz1l3l9x3TCKSABiKYARgLHghJFhhwVMCUcVbby/XTaMUtISoIYAg
gUoGmvKTOqF1ddwsurK6E55tpwZy2hgLpXeasGmgx6aGPSeZ73CH6mfqHn6r3Mt5A/WwdE9M
+bSCEghArAixgK4gUYEhh5i2UGoZ7S6xHL78tpq0YdY8EIDAAoGqjnDVZMp2KvPVnar5ek14
6cw7V2CC0FVjMG/JqNOS1DFbXabMe+gu63P6Z5vpV6RtNtRg3S83bqbgwAZZAxYNAAwQjqwJ
IcKjVUUVbCUbMlhoZYX247je/PsNkz3FOHq1nKPUhzMPdrPMj1TnlMfsPKHKFhBFsIbLjPNG
Uq6HP7RXi6OAx6KdJr289RFXaZdFnVMHSvB0WFgZASSAEhDIRWArxiK6gghwwQC2tiym5CWV
Zza2C413Y4ad3N3F0UkhgIygBJRwPR8w8nToQz6V1jlyZM/QzCdPAhr1Y9ByL2wnRRIb+vyO
mS4ksBpN+rn9AghAJCQwgIDCAshCJAQw4ldYLYrjhGBi34Cq5Ki+6hjZ1OL0zeVJGEJIRUZh
aNCnmcHsajyOnuk88PR5DzWayoSMps0c3YW49WU1Fqgeg4nYNdufQVYdlg3VSwgkAZCAwhgG
AASINIAyQ+d6UpNW7hE9WcmkNXNA4UlxruB1eV1TfcrBggVDABBIQAmCmEXg+g88edPU55RR
voMV5Br3auqeby+i80X7cNh2dHGvN27jds2EEkMASAMAERgK6gYKMVhIIeFthObNecvvw2Gg
2oQgl70WGrZmc7VldhFkIVgHUkgUYcvMd18Ogt59POMYaFE10mVNPRK9nN551eZsxGnfz9p1
UtQ53puJ3gspCGBIYAOpBCQECQqEQEkh4catZznuxjTSpFCjW1WiW06TSM7norufvJIAyECk
CeYo4g6MROvx3PU1YtgkuzmnNLxMelDF1dNJl5u7KV7q7DaK85t9Pw+6NISSEEMBIRYQAABB
UiuCQQ87bm0kxdJDzw7PGHtzaDQquWKtZouptOt0ud0SQQZQQcTp+DKEe0qPQwlLWMJ6Hz24
6iaFGdspXrTOXaM95gybsRbS+05O3TvL9vn953GrcIMJISQqRSpEdRS0AGBXGh54LaWPW5EL
HHr63GE0UEteq8tvovOlv5e00YdHnitefnLMtlYBHNXT5voh+V6knhptU6tMrC2W8187oYDU
9dhlwbsQOpzewaDWTnWtlPUbOF2S2SEMhAQBWQBkApgRCSGHk5SDdfzbTWcFw2G5DKtlBpvp
uLNeXUac/C5h1sdDm2ixCqnRUVvNp1Ku8pgr6nNPNdPkdY6OPbQZ77iGrQCm3BsK8uvIHp5L
i/NIb+T3eIXdbz209Q2fQEEBEgFJAGUKMAGQEMPM4erkMT5gbHw7C+uEozbsgdlNxfxreURS
AlSa3r0kq2dE4np8mk6GbDcV8G7lFnRzudnO1BYaHNVuXQZU2ZC/MdIrPjM3ZxbB+dfkB6rD
2BmoBoIBBCSGAUqSSEkIsaHk0vxCoXEllZfZHBXdYZ89/AApYRLFC6Wmq2jvHO19LSVLZhLO
VY5xs/QtKtsuMCacxZr515cZWaLsVpl1Mpdjs2FmW2Fed85vv5+0PWTeOCCEEKMAKwFkgSCS
SHA53VznHcKNbXYbHp3Gavb5gqykgBJCXF12dI1dzJqMeu2F3K7FRxNOvGcuizGbKb6S/Bqs
ORZurGGm0x3V5y802mfdl1B05dZg1besZdLEBKkDQEhIpgoMFVgFlYMkOIrMcnL2MBUxcs2c
/mGnkhBlLiF3Dro3F3XXYNsy2FFlHjj6Jj5WotqoU0+Z7vmjobuJ3TFcms6OizQcfN0+WZ6d
CGstsBk7eQ4OzDtOh0ed0BoAGABIgZARYAqykkISCGSHntORizNtrMFd/IKEOUMVgWG8NdfV
Et34zvHh6jr5edoLvJ+u5x5nq8mHZ5KkuV9JZ3OR2BOgvSGMJk5Hf88U6sXXOkVcIIOGnS5J
0epyOqGSEkBAwAYoCjEgITFHkJJIebarQWVYeYWZK4VTYxi0PUWULoLvWcf0xzOR7LinHo6P
PNWvkbi5+daZ+B2eaB4hqqDle1sZ7joeA9cdIqQcXtcw4foeL1ze6sQGGXz/AHeMaezxOgb5
CLGhA0FVlIHApaCxgSEAhhwsJ2FOe3imTRZlNGSpyIylm3A56ju+b75uIY85wfd+ROXUlo5B
M12UFqNYV6qrDq822syW5ye26/lvUk5fU4BT0eTpPRRXIrKU+f8AS+YE63D9KbZCSSBkhAYK
TASEEMIpUEMOLgzYRueyCixykwgdwVsbC32Hh+ge4uxag8xqjxraspfo5zGVbaB9ObpAzdTn
kavQZa9YPWdXk9Ybhdyg8h1eV6A6j0Avmeo1+T6nDOr2uftLpmtLGzQ0Wc2k7cz6ACEkEICo
QCGLD5zWyC13KMkUZlsJWHILAPpph7Lj5uWej6/ivVE896xjwqev8uc9WAXrhsOSwbRQ4+nG
x3/QeS9EaqGB53pZNR0IkLFTGZsqdA6b1WBIAVIC9ULHz1nSHNY6pz3DKYAGEkh83kgK3Ahl
wtJgdNG0rsqtDTsoMraFKetzbD1Q4ugOG/Acl4AkaDOWrLpWpqUaDod/g+gCRDlHOx2aWzD8
x+cW+h53VCZSWpU5IELYjBpuqM747Ds6sOwdgxCCCND5tVsQyk2CR6wy24S0oL1abCqm1jPa
lZalthlDoNktvOSL0K3VTRn0OY7qumbKuehr9T43rnpEsQ88Hwnp8PQoONbl0HZtrsDDClyS
sWuV162ONh7fIMVlbnouhzOiXQMESEkhxeV2qDyN/oKTz5soNDUqa9mZC2Z7TRDUVakym7nD
OW1Vgu0UA1jJC7Nt0HN1oCg6OabOjyusZJoxnqtfj/ZGDnb850hz95WWpLxWR7KWL0RCwYs5
0qOVDXldzFpWw6HZ53QNBhCDCQQ5BzEuxa+GYaDWHdTvK6WgbK4HQucOFqRwLCq3oKYkijxl
ELMPC5my93mmbXjc11JDT6/g945eXZQX6MLm6Z9ot6ARKsZty5rymrpk5u3VClTSX4NGgq76
6RzIQwAkhxg1hR5r1njCi2u8vj1glNpHqQuzGkMm4GrHkOnz0I4IDKoaFViy2q8KWocoswHm
s7nQinMy7wYNG2sXoc6w0c6y0y7EBtnNznUGQGzDmyFlqVmnsU9wtsRyQkkIBDDgNWxZ5H1n
milltEWVl0CEriiOWNBXIKGAL67BltrJK7CMjD3V2gurct15OuDfTC3O9BgyCoVdWoxdBbiY
1wF1UqLCjhqt0GXZehTuyqep0eU7R1rK7CMCQGAhhxq0hp8f0uWWZq2HXVQIAxUyWBurcFNl
QYCO9Dl1TVDq5AUcseKPbU4dSZz01TqU5eplMl1wA8YoW/IYcNucW+uGmK5duyE00iwqq1ZB
+3530Z1dFbjyAgkJDDzceo4XPaotvNYZahXGJU5rNSIwK92coDwIeFasBgxI6sGIwXimmiVn
0A8Sk71HIpOkvPvNzZ2LKbwcXJ3VOC/XQ4cuuMqWAFovKqHBp9V5f0J1H49R3jy+iOBAyQ4a
3w8dd6DyR0caAa/PeKrgqWyAkBeqOUpdUR64QMg71uO62CEwKlR0KHauzdoyc3tIcZezgMmp
FNOjm6y+9lDWIU59sORT33PO2d2485t66mRrSVo7gvzoadvB1ndlUMyarDzPA7nNMt+vQVc7
VSVMAAq4oEGYMTPcDLfFBXZWM9Nha+bQGwKS1YUwk3em816UpasFODbUCzMDovz0N9CaCK8F
a5htQtMeXp5imEElrFTWQrqvpMdO3AducuHoTdxSjd5/CdDTyWKlVRq7agGABDDOjBUEiy85
67sYlqOC2u0YjYPzL6xb7M5o9Rwe6HMVAt7mTNspOfm6OQy6KVN2vjMdYc0nVv4LHqrPLVne
q495v1czSdK3F0SnJu5JVjZh5dDp8PTpPMXVdkz5utxCu/NaNVahUpQsapix62IQRWSFl+Fh
q90MS+iQ5LtmBaaxGXsncY1lyJpOdyO/nOfs0Q5mDu4DAuyooq2IZRosKC1RcG0GV9VJZoya
R9GVjueetzi3VdQsm2Hlm9vwjzHV5Ppzl5PS+aOYtdh0qrHOdXfUCxCXSEZkcfNYhRYlgGhO
ynKJRauglEUft8brHeWtS5a2FhrIHJXGrKedtrM46XPEsjAeysTQjmZLKQvlJqqqBbZm1Db6
9BfHh2EfOcLnew8kc6Z2M95rN2jv1nkV0Zyg2Vmg02EdSPI5WYw1hqKxXcGpkBZU5ffi7oui
7QW35CGJeZtwYz4+nmOdZrrKb8xFWy45l2qsz5rLTAltZnttsKLr7TPbfqKHtBqmKHfbl2m/
m9Cg8HLUMezL1D11hQ4HnPoHGPIJZWWvRaO1Vg9tNgrgjZLayaK9BQllZXaLSdrj9Y9JGrCp
uMup3EFimSpuea0lBK6MhuHLU3UVWm6jIBbTYM63l/V52s2U1gXJrcxS2HSGnKVasmg4fm/e
+HKulhc9saajbXnsPNef9V5wplzmXVTaMwceAB0avWHkNZ7J5HF3uANalpo2Yth6LFapVq57
GytM50pmI12fSU8zpKcjB6rinOs0gV1QsU2CXNYVTRoK67VK7lhZpyMbZlh6CGsIKFfifc+D
M9sh1ex5b1xVZaDzvntuQXRl0Br0IRJB2N56DNvvOX3kQ5nlfaeQKnrJp7vC9EdKrepycnbq
OBdr5xfSGKjZnJq57HVfHebKK0KZ0qTJathIkLIkHhAXpYvFYLIsPRV2oK1QLfL+lyniVZDf
7DyXqB8d+c8W9gKpdSa2rsM52oZujyfSHcsWsSp0J5/vYDzTLYaO/wADsHpjgtL8V3PNeG/n
lQq6Zza/SWnlrvQZDk6NFhRVfSWW5rRc+lSoxAxoA1Ka5RYPZTeNDD//2gAIAQIAAQUA/wDr
Qf/aAAgBAwABBQD/AOtB/9oACAEBAAEFACBkjJC4h4g5+BwMjHJhOISTO3HJmYDxyYTgczE8
nMzmH5xMcZnj4xMfBGZzGXJXmZIOeMzJgmRjkwQDjMPEwSCDjrCpx1zMYmTkGHmYmMw+ApIY
EzkQnk4nGMfGIIRAI2SSJjPxzB5PjgzicznGDjHGOCZkiDmGATMyBPMzOJnBOMiFoPOJ15xM
cHhSMAeSecmCDycwQzj4wISYRMzOAWnbgQHJhExCCYFMxwB8E4+DM5h8eRnEyZiDJnE5nEHx
wDjhRiYE/GJiYBgAE4h5+D4zBmHHxwIIZ5GcTzMDA8w4M8QczjJHExiEiEQnEL5mCYMYHEFn
GRAYDzmZmZngmZGSRMjHYGcQYMOBBM8EjHaZjHjORnMzAZzOwxmAzOATiEkzBgGBieJnE4M4
h84xAIfPBijmY+cTkRfktMYhMzBAIYDx3GTbEsBVDyCM5HwxwTMHLAQ5MyITCYcZDZnOB5bw
BGIPwJiLj5AnEPycwZAyIfgEGDmcfHidhBiDExOIcQcQkTBJJEzO0DZPOTmHPZVxMEwgiDiN
YwKvwpYwXYFb9h5P4nEziMYTwORkCZyQIBgDMBgAAOYcmAmfmfnxFBmZgmYhBhzAMwLic4+B
iEwec88wCAYgEziHz+2RyMTrwAIRwScCEcHJgHODORGMyIxmRnsYOpCOVCW8/Z2neFhgtGMy
YSBA0UYI4OZkTgRiMZJC5AGJgD4AGcZmMT8ntgBoTxzmEckzsBNrb6SnaYlLVdA2CWgaAQZE
8wZgOS4zMGZ5YwjE8zqMAEwjhVgHPJ+MHGBG4jQNgIQQAZxEsMU5hPBEIxAMRzmKsHEBMGTO
hycQkwATAwBBxPMCknE4hhIzngDMyBPMJ5Pl+Ru2ENq3Auuwazbukxd2wBds9de82EEY+eZn
BPidjk8DzC8yDBxMzieZyJ5DcliVJuxEsYlGM7Zi+aiOv5n4JJhzAOAPgQHBBJM8THOJnnE8
fHEI+D5EyAxyIOSSJY2B7Bwra9gFlVuJavK2J3rtZZ6+9XfkwcwgCEfDTmfnxBDjIAz14Ah4
+ACPjEbaGG2S5WUkYQ8Keyr+pTGAJzDnH4ABPUQcQwZwFJPgDMwYPjAn4/AngE5+ecmYg8kC
XAlfb0YZQVNeyXlVpQlde8HUcT1zvTsIy2DtgDI+D8E8k/PiAcgZOMTHwRAIRxsVOrKMlCIv
BpblrAsqc9a/OBAMRuCvmYzABMDPEJwQZ+eYcGATEOAM5PGSWx5OTjBmCJmcR2Cy72FVJ2fZ
WWSy53HRcmgsMsD9uTXe6MfYFTTvq80GDIBD8HGD5xycZPE5MxwAYYIfP4PxdWlgFArNqLlW
OBYoRC7GksYgwMCGEElVxOpmDBBmDMAz8E5OYRAYSQCxzjMPIzDYBO8NvPcYe6tBb7JVmzvu
we4GK5LG2J+z6WsLFs0Q1uzpPru7FIztNYNc3rK+tAM8meYQc4mIQIOJ+CcgCE/GYTMQ5h6k
2Lhi3IyzV5lCiJieASMDwBmHmHiKYcQ/HA+MQTsASeewENghsALW4htyfuCxtrAfZfFljM2z
uqJZfY8NhwLHDIMhAyuA99f+5bfYbnbXOM0qllmiK0bS3KlP92tiq+q1czHBmeTmYMA5PA8z
wByeJiBYQIXIOeXr7Cyn9nR1bXlAGFQpBgwrAhM6nGDOpMC4BEAhgGISJ34e9FJ2a8i+f0gx
9kZO4BG2Cwe05NjtLLUSX+zQCzbttKlmNVTGbFQSKpzSvaz2Go2qNTbtosf2iuvQXWW1/VYj
5Nex9derc6sd5AdDaJ2R44n4ExAIZzAB8cQj4IhOY2J+c4nXlqlIShi2ujQsFUeAMzE8Rufg
8zxGOJkRmABtAFu007d5/gftLQN2hXh3TDsxhaqsbG4K1std50JGFE1au1gT66tpe4XAOs/W
zeRbaiCrJWHejXFKWk/Y6lVrAMNoWtMGevyNlDlRCBkZgEOZ+cCH4HnjGI/YwDMBGccjOQwE
J7SsYWqxFDFStZJQfGDAOTzMfB5jkCWWER7O8NtSxrSSldpYVc9YxpA2N2tZZtlibiQxZj+w
hUkirjUX607ZawhlBAFWWZ7+1NhDP6uprrrWXpZ+z1190NBSVa11zPrNrWaKsF1nLV54+M4m
Zj5IzMYniZ45nggtW1duSSIBwowELAqsrbiggL8n4z8Yljr1uusDGi20CiipW2NVDb7QM53X
yNutVv3ftY2hoo7SzwCQAASEUHiUuShGTcOsdsCpXLbLlYFbPrrhr37ur9sUP21tYiu3QKrQ
K9Ws1i2+t0rXQcPUB8cQ/GfjMziBgYcxSPjMtQE9WiuQUsUkYmBhSViErKGOFfPwfgH4ZlWX
bUt2AHt9mitb7PaCts23EliUEWrsL7EB7ftkOSwUdTll7FgYqnDMCaOUSzDPZ1X9SdYt2WkO
z02LYmgyL/bWuv8A0pUNLcDOGGw/122sfVXg0etfrTUtaj4JzBkQnMz8nycCZzAIDGli8uhw
y5DIyim4gKYDz+QcFHbKNkA4+PzsOyhxaYdO+4n1muT/AB0oNr1dexD6M1weqbI9bYk2ftqJ
LMwXEBKxiRAGxgmAGOSFy7GuvKLq5S5mBZ+dZiGL4YlEFt1ltgsJjVgJqUtYX0bq39bsXi0r
yiz8CZgh88g/BIwTwOYOAMw8HkxnE8liCWQdfpxEJWDBGMwEiI2J/QwK3kAbH7A9gVBDVqZ1
xOgIekGfTFrACool4zPb1H7FUwDnMRMhUDBaQI3AtJZsfslbLW5YGwZZlVTroAjcy25iFMXT
XpZrkHT1UprKKQ9fZlYGCCEiCH4/JAh8DiYzFGIPhuYTiMQIMmdTlDy4DHP7KShDiZMBIilc
A19QR2Q4WZwAeCczGJxMD4uHYe3r6j8szBhWzMlbCV1jGMC5iFAYNXrWWtbZWg7/AGmipSu3
WUt1rf0ykbuJ62lbCaKs005sJyVAw6Oy6zBk/B8AZhn5x8FePgD5I+MR85wASOVMBILiKwCt
ZlhsMoq2A47iFj2XzSxZeYPgAQidYRCQJgT2dJsR1gqHU1dSgJLAGdlUHoIVRQ21xkq6FJW5
B9ijCwFpQhKnuw9fsCspbhxzOhB7CPsdDp7S2NwAJmE4mIPOYTMQjA5MHB5jEwD4Ytn8CYna
A8EFhYQjAytwpex8rYSKr8mhhkHMJE/P4GJzG4nUtAvFyBht+otQvr2gCliBq4QqyQglbrSY
zsVZwYjkHWtADXTbYWqirFLNLB1TR6NdZ9arWeATgsWs2yXPqtNqVPIGMTknExCRBMYGYCJ+
cgTyBwMCf1Vki9SBapnBEGST52Fw6RrP3JHSs/pR1WUP+wMxmYEEzDwPMAEJ6wYMZObKEeP6
+oivRUD+Ckz2NK69DMHJTJKgCI3Vk5gKqoIL1oAtjftpLX9nZFTXbumeKwS1VIN6ePEEBzPE
8iYzMQmYniCYmcTImefuPddoBV3G7620WmCZjADCXMhTIQ9szvwnn7P2oya9c9lxOPjgQnM8
QnE8/HmEcdQZ1E6z39oyK+7BUUtVkuoUgZlNhWVVNdZZ6Z1TXS5E2MF9TwLCJq3ViWuorVgE
owXXAEOD8ZzMwfHPxiEc/geCTCBg+X1K7GNTIWMrsZG9ftiyu6xetm4QRY7rklV4i4yAFATq
dZuKwOoxD8GcAeJgGcQ8weMzj4JxN7Wse/a1atapa3dnTh0IjVATrhvUilULIZvPWarUE02Z
Da9tko9ds5vr20WljZXpJivrn4wJgGYE6zAExMMWh4AxCcDzC0zmZEsdl3LF+0OBkqCKLDUH
2y6ooKhWB7gRByArCti08rrEKtB/QmcQtmZh8HMGSMGcQnjMDZIhm5eA2wx2Lj0UFOpKAl0y
UXs+nW9DW7DI2zcShGZRWWOrTWpqBJ2D/r0qrPtrXqOYBwBkkCYg8ETrMQGHwQcYyPE8wmZl
9YF4JEtqFhVGUkMSq9ygwhwD0VoVxA2Fp4IEqJ70/wCEJMGYh7DmYImeT5LYm37rV1ZX/wCj
1GOv7DSvjWBRf7AlrbWsHQMVrLRaRi/IhUu2tpV0ps+zCtUt19tiAizHbXt6ppW/aEUBbuv1
6I6bgE5+M/AmczOQf/gTiZ+CQJmeZsFzYljNACZZV2U67gqnAIUsrMfBTBgY90BWxnwtdn7U
MGTiYEycnmYEMzxbata+192zxnZiSsV2U6Xt7gxUB3qcxquoJFh/UrZX9i1Vik7u7ZcKKLLB
ra60LcxItYGNWSNBvqZNp+27sFk9HYRtiYOB5+M4n5h8YhhnkZAhImJjnEOu5vXWq62ahQ/c
yut6spasTtk9z368t+qERQFr7dlQ4mjaWUTHJgEOAMxiqr7b2jbLu7GVlOp8Znds+v31NJYm
Oo+vJAGQUqYC+wGauj99zCpGs5DkmXBZrVq1dK9CqqBcHYeq0/pVSD8YmJxOIYBMQwmGDn4x
mfgTmYyawY/i7WVpYHrIuDCpuCWY18LkkoAo+0saxhgMT155GTMgTzDwITPfbxoqd8wEmBGB
IBHWBWEoYo+q4srNpeMMymkM9nDoossocC1s/beEFVlazYUNPXjrL+H7WsdVbbH+1K017Mwf
H4x8eZj44hh+Oc4gMaGZKmpskDM6gHZ1A4uoema9n79SD2Aigd7bMxcxPA8+vVsZxBM4n5Jm
7srq6+zsWbFpIU0NWtnsE+yCqzPUiKOsZSTobFgJrUIFwq/ojMzShOtdDAbdgw7glQBjYYCa
rlW+tLIuh2Hr6EQ7N/8At0NjsqHIHnj4zBieIMkmfifkqJicTGYRzYFYoAFpeHBgPU36yWDZ
0RSe5CqT2Z/1Q9wowQ3WAZmjaFUOrDM2PZ69Q2fcbV9lftttE3dq2+xiCo4inqW2Wen0ype9
3qqnUej2A25rNrvoq5vrZWUDIewka+CTmfYV2LeLO3ZbXEuIBqP71L2Yg1162QfYApsaLIp1
rAQIPgfGeMw+DjHwSZ+cGZgGASJUwcYBiNCQCr9Tu/tXg9rGCEYKVDMwSy9YqnOusRcm9S6e
xs0a3t2TYWIAbM5wOCAudbSexPT6I15mZzPe2Kb/AF/T+dfFtgWZIXWcKlNnaXoTe57AMMXj
BdJXwNVZY5Z62CzfRmGt51dnErcOufkeM/BhzPyfE4mcQEQkY7BoHYFLu8VgQ+cLjGw4sS0A
S1civGKcTgCtSCoxKeJt++1aDse32dogqXFIC1VoDb2ZgR2YfsFM0vtHr7L6MaO3uGu72V9l
VzEvoEvSqHF7YfHY46SgzaHW6tw1Z4W8HBUk01fvU2BVhnttN21dX3oUfXEPWaWyoCEH5MEP
wQYR8cCEZJWAD4YHLsyxGlVpBt2bpTf9iDKtao72cKQc1OMgZg8l1qTe9m1jFcgE4U5bsSos
UDBYdIqgtretv2BoUfTrNo6gusQfXu62nrUkkt6xCEckKFrMRK0HXsATjYHauu36rs9muUBA
ATgKvbrWdv66/XICqdWG0Ot6EmUhnaio11j5PxiECHg5n4n48QgS+gE3KVldg7fcneq0Epns
/Vi4wHUFcEmoYFYDTCqvs9w2MfIxnGCrDKI7KQFVa8KNa17NfSZ7tFFqKgILHrsQWbIHsN9t
izr2X1lh+orlWQBrXBCvhQzKZs05mrb2lmCKl/cA4uAVcPfsVLgNcM7TJmitrX0NNNarOIJz
Pxn54ycfH4AhI+DA6tN4L0RTWQGWIWDCwKoLRiTK1DSxMOBgIDPYbJWEwfsO2ZgkxLCwrN61
abKi3rWtHrKKFr3KxYNT2LqdqpXG7shRnE0mKHXP1bBtPU2MSSVZTx9mQlgIYKTfSwFVweUV
ABUAm/eVHr9c1rY6qqRsWt6umtVGRLbFrGvspdDDMQTGYcCN4hgnM4EPMDkS642EBcMAIqFY
rBrayMrmEBS1RV+p+u7aFKMzWNjMK4HGSMQYmpqPdLLi7tTetGl0FVdHRV163P0aNjbr1AKF
Y9B2qqKa3rqFI7WdAxBpYMQAygEzuVAtIhfpNhGF9G2jHZvNVWpTZe2QiMWaPYFSgMzf2PUx
9jsso2HeeuoNS+fjPMziZzPMPxzBB8W19WfIbJBQgBkUhahBV1BASFe4tAEvuSqqyz7HVsnA
UsMjwMExEyK1sM9X6ol9ipbtq7WpL32W61x2dV9y3eI29b0jBt3Utqu9f642i5A1+zhZ9TLr
EFSD9ZW0Mc9FBin9+XYBTZdp1OOy2RCqozBygGNjINjKkrRiNfQ2LTr+vSsqvJmc/GQPgkTI
hOYxxBzPxmYloBmxUwAUCBgQGzEYBq+xTAZa62E2bUqGztPey+T+pHJ5mWiLk00F29R6zqVV
Uhwu2R33npSxV/8AP6Vdw09QbliOBsitq/WbH8tTHBdi1hHdLa8tYWI1lUFa2sVqWARFjBAH
OAHGNbs1wcYUHIRcX1F7tf1z2NVp0qAoA+TAMACGEGYhzljmLOYBCMRxmOnaX1EM7FYAsrAM
pYmwdc2dVG9ttsWMuTxCMkKIq8ip806vGjqmx3sZko7KP5UazWXLHgMcyxkqFlthrtV7LNtA
g9bWtupbrlWr/wBZ/wBdxbRy302JbrYxYoaOlgWp7ACWzXUSunVazih1gPNfjXqB2AomJicY
+ABOM4hngGZ45MwARAZxMcss2agjBVMAWY7GodJWVA9n7H7mLBixwSMkoRMYlaAxVUyjXRit
ZC1r9YpwZ7fZt1qvXewo26Gbi3aUMFLHatBQaRq1t5yB6TbCW3/4P1IoBLatQaP6+qybelXR
W+OmIwDPqer7Lv3a9NXrdH6KN5Cl3CmjGNT/AJAJ4+eJjJPEGITDxCSYR8ZEBEEEzyjYhTB2
a8oEnXErrl1wUbW7ddG/WYGRgkK/Y5LCnrEVnNNYmvTTVKzghiT9hWv2n1WaWtvXaezT7ujY
muFU332XuNr19bbHv6EO/cL7vWKX2tkMwFRY1UGaqkVz2IPRv+OkHsifuTu2jT9clXxv0h6n
4bXBVdLixTOZznPE8fJMJz8fgmBczEHHznkEMGBzZXg9DnYuroUs+xZcygsQZ+swCcOxVBRG
drW/nbXX11Pcka6qtjOA6Vi3e+x+gZvYUfVsBsTS9o1Q3/ZqytYXKgtWwXr6atju7I7W0r1b
X1wWUYHE317UKSULlToVBrwB8kTd1RTbWTjTwLQRDM4hOZnAzCT8ZhMBEz8ciCDMxABDnCNi
LhhcmRsWpr12V2WtbYACMnEHMWs9v9VC2M1r6moTTfQDRQyhath6zV7FQj3PaaqBAOPY6a7S
WVmuzBVixnXsUV2WvQdpS1WpZrW1XCqnLVoFXBhjqGW7NT7B/f169alY4EzM8+xXtTW5D67Y
u/E8D/4sSJ5ngZ5XtjtMzM7QE5GYpOVyJubdWrXfcktu+wNnCoCFrKymjLWuFIbJ9fqix9LV
Am/6P74dVtS3YpZUWss2tZWtn2IC7O0WyoT3VNP15MrUmKoAW6wKbWJYzU3Wpf199OzXn5M9
rXi23LTXC/UoEAExPE3APqq89+kqsDqTPwT8YmJ4h5hUTrAkwckGAD4YQZnPdKxN7falm1di
yA9W6qzrQbGZ660ShTL9lnOczW17HT16rWmuFCjme40bDXZcUoFqgrYkq3dauk3I5ouoD+42
0tNdWYwAjMcK64SvvH0QKyrA6HsLdazR9rrbCgz8HiezXsChM0j2pA4zOZkzfyaRWQ6tmaDc
DHwBj5MzPzPyDMGYmOADCcfDLNn2DUzU0Prr2LutLq7PTQSNneLBSMM7mKGYowB1tnq1Shm1
ea1EdA67ulZU+2LKrnd3TkKtjtCpxcT31ruksMA6kHrKE5RsLtgGKwyLDPR7rbOrzDmexcdi
4A0LUEHxiGbNfek2kH+gkeqwQPAzBmY+DMc45IgBz8eIJ2mYTzbdbdZr6WvrpdsraLbmvKjW
rmxstdAT2YtgsAoJwASKuwPr9zNOoxABHxfUl1fudKyi6wnKZUIxMClpa2GVjl7gxoUtLKih
qtHWrYGNhldipEDET/zPcWAmcz2LkXq4KabE3oSZmGHOT49iBTdVU7Pp0fTWMzmHwPMGYMmE
YmJzMTAmOYZiAcqlWvXdfZs3b232vNjRipgUQYWEGFQV/UKQBKlaa+x/PfoblWzVWT2mOfca
b7FNlOSpCxraiK7wKrgAV/WAHOvU1jbFeAQogzOrEPUoIHPo6TToryDPdUsri4lfVK7XJ4+S
yrNy4W7Xp8GwWsYLOxLMILobVwt4ytitCcTOYTj44+PyeJ+TxM8b+7Y0fcPRnYEjLY7MEUDq
AR1MwwjLwq5nQGHuJ6t7KbdazsSwC/8AZg27WtsbE3kavaYZCfrDaTNg9gMZ7NNO9Qj9WrcK
CjEQOerlWXWqWy307/6FjeNqsWUlOjes+qvVW5TDeYbHALMTtWlambM9fr9KTwA2IGjFYCnW
y5EipsvNY4QYhHMyIMTMJnaCZjP+7GHySOyhFXsWJKmVlSzsSxOZ16jJY1L2YWLWde1BV7T2
73n12yllaMCN711e5Nv1+zU3UksDHPI4nEqZBK9l1ljBwvaI/wCzKSfXMpf1ewE3FuSG5zLm
fGyuH9ee1JOIAWjVhYTSo9hsdzp1tZahwvfhRxGGYOJ/rB+1YbWUVXuV/prn9Vczn4464JJA
hyYBHYAsCQV4UQsTOCK0aw22ATyU89OERjK06xhz/wBhX/AbGM1NmzXfSvFwJ/bKibnq9S4b
GtbVa6nsAMlogJik5JWKuIuCScTXcrdoOV9gOqlCIwydlf8Af61gEh7LAC0336ixyzesQhFJ
gQmEFZ9kyxhTJP1ifYCGNjAhycKpLqRRYTWD8c4KzmcxskqKxD1EDAFuD0jH6k5eBTimsTIN
i/44yhXLYg4LqonqNjED5jWgC6y/YHsb0tobPbpmKuC9RDKIGOQ0SzlhAGE9bk7nUgjGWMt/
5vWv/sYgSy4LHvyNu4saqfsahFWscTL5YADuojM4gGZhAFsGGdjLe3QO4iHB17CUT9goIn4x
MCZjZzlozQKcdDMWojZeLlYqkBmYr4lVbu1v6D62iAKfqbstDkqWQafslMuRndmYTZC/X17E
ZVgcysdkZSIGYTIMQ5YEEJq3MdUXa+yWLxQBGJxsuws0gK34xcf3NjGGm1n0NWwPgQuFDWOT
ljBgKzidmIFRJxgcGWPWos2K1anYLTV7FFyCGPwZmcRsEsGmMn9hFXIewsc5IRi1VIBsACrW
HspVKUesCwKXZqmR0JQs4dihn85FdbXVWC2xG2FuCnxliAOA/UuRZDgw4BooLtV9GnXZ7XY6
ptsz6V1d9BURj+t9imyq5GtqKtXvuEAsDBGWk0f8WBhQDLAuBWZ9bQ0kwDrFIlhIWx7eljFV
2Q6LoOpbTBJBxAQZ+TjGITE1r7Ttay0RcZWlna4KCBkV1lpjqowoyXmvqX1tZalRwWYgVxnU
Bv3ca1hFqrSPvUtdtkyqxy+xQNkWU3VMyicmfsDW6q2xr9FULnTZKqrtiyx1ILBWz6bbFNzK
RHyB7Gm1LKQxsrr+urbq+1Pptps1EZ7E7YFcDUrGtVibGaYsgrsMXXMFVQhq17Bamlrzau1i
m3sLZPXKzHXtAZT2g8QA4gjVoBvarWAo1dljLSjocrhSrALlQKwrGmuutbNu2x60HVD+9+AA
Cw1K0D7XsSY5Ck7IA+9yUsIse9nZd49f59a5bfX3Vx1IZVE1WNhev63e4OaqxY7a6on1AhWC
D1W2dihiTPZAfRRSa7qrltVgDHprcolaA2tjLmIyZD1QXLPvafYRH2YdhpZ7F0Lbtltmy5tP
8mXrJzQrFqf8QCQAZ+ADMYjKY6BwdFRDoCsbKN9ik5dyIvLUVBVvvsdlIWDJg6VKoZ51CLds
MFKrUjksW7ODnNKK8z+zdge3WVbl1UG5TeHrBckq19aW6y+aLujV3K6XLgMRNbasotAUpbbW
znYHZbHBSxLEdgAWfK1bDwUWQ1ID9SkfRaJYrVi3aqQNtqY99rFWIBFjhddyNi3uNXYSsa+z
XatHAHPwIPB8niABg4Im/diu+yZUQAudXVcy2wtEUE9JUfrUlrGRhQNm8kBsN+7llBiqRKKf
ue1lUryWXLMgCkAQdjFZjGbhLbPq6nIAzRd0l17NPs7itOE7NrvUa5+/agrnXKVqXSC8gVbO
wrvfe6m91h2LGjM/bYsQlmTqSzxNd2KauFWkmF8saO6MiVNqI4ahWgA+AJkYED2uSzGLcSPY
25JbCgqZrVqzXthWwzYLRSQz9i4IpS0t1No6nGQwWJW9ra/rFYbFtdSMcwEwHk2Pkfsc5gwB
jsNZNLYp2KgtPEyYQMVqS3qqfvvsQslw2VPViv13mD7OmvZcsF9on2sYXJlz1qX3KsmyxzVp
2WH+IifXQkV6QDdw+3YT2BLbHWanrxsSjWrqCrAMQwiYzMYKJxgGMuU3Ti92BlSgDXsNYssZ
gwRFUrHJaVuQHuOXvaGwsAe01NENDdTQNjbLqzM0CgzE6jHXJxgKIvWHGOiNVsjOvgAgMIiB
ocs3qqTRrvaAL98Vt/2W2Sl3tHI1vZNK/T77sKyht6ibFz2snrbbpX66pYK6Ky11YLPU0/1K
TcUmzsAk2MzCzotZE0Gu+xRmLgQn4EM4iNhvryxQBN1iLqwXCqMoFAe5YeWVR1OY7gL3HX9W
ZVLGqgKuxtsIHYF2Z2UHJEMJYHnsCeowBlcBewSxq4+XqKFX/C5K+v0r7dhKiDbRYVb16xKd
IQ7WnQR7G7L+zuLHdUIG+0AlY9rgfeoFm3UAdt2NNr4t3AoffZwS7swWpVXs3r9AEVoqKsAh
EAmMTEAEKhT9zif0Iw3BnYVDWow62WqwYCCsGFwR2EYGMYhDGledi84DKZ+sUglBlgFyy84z
MHLQdsflO6nscmshV1adgV+kWxdf02rQKxr1htlRLrnddiwLLL6awN5p9t9i69SoENmHsNS2
bzBn2C7tYWn2PjuwH9N4HZrD0IC1OiLr9pp1KHo+qBTFHIGB+QBMTExD+wUjDCtlvUV2sWus
brWjOAFsMNoC9lUElouQCoMrqUhuqqwBPUA4AgrbFaMGVeX/AGPWA5ByIMgCIwBOCfsHSuw0
rr3d68uQQoP6y62tRtt3NeqXCaqAJWizw32ux27D3KchlCs+Z0Yll5CEyqpcVVKgstYt9hWH
YtWU32htO+1rAQYCMfGYTBP9bH+esM38ldF9hvvd/oUMSWLGCtzA4UEnJAyoIKgmVgRzmGdo
oJPfCo4Y9jlnIYHKoOWLAAgxBmEZikwMoHU3TUtc7DI88SyyWubCNfMqprlSUJMI0dQGNnUb
a93LiYGUVYQGYBga0ZilamWMXP1jsaxHAQ69oz65lNoySpyIZmGYnfqvZjPaWGFhQjFjKw7A
VJSHzkrg8GE84GFVozYUZhP79MRhyFXCLiFgCzElc4DAEjMQYJT9PJAAgbMrwtWlay7D2Mw/
lusP8XVV0gGNDFuyEAnHUmPX0lykpYrg5BJ6gJgtjEVlLV3Ax9zJW7IDrGsUTZsHXX7tPXVs
YuDBxMw/AmIoLRnekbN5FhdnatoGILHn9jDwF8dBK0yWZFBBAKkzrADnr+xBUAKVIwqYB7EA
E5/IwJ9mS7sYHIJbBZwurosH2a6a1B8sVMuvoWNcoKVq8FaCdVAZHYX1DF2nmHTKwal5lOjf
hkIiAmOwCq2IGbH24jOWhJM1X50EC0jMB+MzPxnENeH3KlSq21nZKyWq1uiojZNQIdVnUrFX
sX/WAETifrKlrKuo7eBkGHiAAh/CBc8wYx0XBEIMUDAYYLgF27U1DDU7tx1f+02EJ9he06qY
tdbmopXLHpBr2axFt7RiqhrEYtWxRabCLKUMu1z9v1MsdQIpzMAxVGLDmVKDNdf3q2+iPv25
PsbRNDZssAMJAgIn5W053UNtRpHelq65bslgbOVdpSoIcsx7lS3EXrCcxSuUcKH7EsrAByD4
iWDFh/bIIUnAOYeYOvRVPY4WBiZ2ANvj/GaL2vQvVWNGu626TtZ/DYp/lZYqWApbaIPvsIpC
xtnUVkttIdVyxQR6wYU6S/XJH0sYlLhrEvc1aOwzLoMpGqiQLDX2j6+Drt9M/rtMfYYjV2A1
auDCtTE1sB7Cuo6v2NkMTOTKq7LG6fUSMD9sEZHXAISfsQMAk8uSSx6wkEKMhlMYBShYDtO3
IPYHJKgszeSqlrhifrj09nU/TUQ6ARKcS2omWLroX29RSfYOJ39jfKvV3NKdbXoT78Elu3bE
6M5FaCLrfYf5WWfUue2mQLdcSy6plQAw1oZys5jCAsCbHD6ewK3AxLNUozO9J9ztE05GEUyr
TttZ+uihzPMBwf1YKMlhAMwYB5yZauGXETGHIyGTvnBBDFSAVJJx+37CM3CdVrsLNEyB67Jt
ZQUNQJVExt6zWj/rU7nS06wK6qxXUzwa+JYi9FUKFqzOg7YeI37VXdyKcTarSBQW/XAOTzOk
wuQqkdVEesEXowCucaO0bEz3jKrp7+uuq/X0r7J/1t6DV2KNeq6377FUgdeBkQB4PGMzAgMy
YQSSOxK9QuRGYmAGchskwEEJyMAFsGU1NY+1cwdGyyVmx9a1Rd9jKbHsBIJVmGLB3BLgVhp9
prI9vfWa/YUWNmsjB610MyrSqha1JrCYzRGWiOmGd+pWwmCosDSQAikvWcKQFa0gu4cO696b
hW1mcWOFpr0v6di32GjpLs+8Nm37Bat7TRmDXMc4GOSwPPIJOIoyFGYAJ4HYhgwMep0lq8lS
YDmD/HJYqv6j9ggMIGvS4Zp1YNlax63r/YbFzZZVWpFtkKqAKu0dUQv9hFn+JbJIi7bGtdgP
F2iV/pfudm9SnsLBKvZZiex01D+y0RLdyuwvtKVW6wFC1qV1ATByQMOxc7NhVVXEqAEdUWX7
X9Nu57BwUQuOlarq7LUzOGct2LKA2QxHBODmcZAIgzAxB8AYMS5cX6xM64LIcqCwwAQZwZr1
hZdc1jBclkFKAGes09mxqqhXXdcXKV7TxKqo60KbLNdme0LDrEpcEVmGT9YJZGSLa5nciC2w
H7mYLdYsNjxiVgYxTk1mAkCvYYMtqNLbVA2LiJ2JNeWNSCe12ndt7ZwgC5UgMAvQOoBOGNeU
K4HILkktjqggwoB4GVjAsQMBQFZlBld7IBVrbQt1rKWCZP6zgTVpLjZuyQT1qxWjuzNVTZa+
oBVrsVaBFAwC23jrYtmNTX2rK/8ArrjXfqsq2VWrBVlRWFLqxgQiEqGQDIqAOVWHk/XBU0DF
ZROcB8LRsGgtdrXa+wWy/VVoTirWZwdpWs9vp1DSqQNbqaaRtAGXh1e0lZTcHV8GOFBbyDiK
47DtBmE5GTBkhWYszABWzOxzRuMQa6XZPTas2fV6tKW7YYZy1VfL2M5yono9cPY1Nin8psHs
VHR+mPoAYuygO+b6RYDURLF6zAyFhTIalC30pLKyBXXaClVjRNfAdKsF1DJYxlfYgjETJL2g
Tl2wS1FSIuuyIPYUX1W1O381IVNqnU2bGts9jXLQzvsWBmqboRQSHXCnPbPPbrE8ZzCcDgzq
MhABaQIg5wBB2JDWCes9oonsfYi4nIlCFpYcwtAjSql/XmjZqtqZ1gNJBsOS4yrCPY7HBwSc
BO53NUCvHA7YP+KoJw0FYHwACzo31ukFWAHrUrtssfcJC3bHbs3YHC1t2gYlaCs2K6LV2/RK
a762rs9PtVpVetRb2n62OMmpctq25FlXUtwzKcgEBSogIwcmfhWOLDgtgitSACRACIUmXEtb
90qLMx6qxGckCouG1Lf6HFNiJ/yyutq2UlgalwyBYirPrhSwKWKnYLsKlUu+msem1H6FXqTl
qh1VDgABjbhXIjX8EqSMMO3QsbGio2aEQxFrSJzKlIDdSfqIPv8A1so29eqgbN7Hcu+xiOxT
Kr6/WN9lyulluBcRmEtK2wVYMFwJ1XHBBzkVjGMEeVCsAiqtlnY3Fy5s6gvyQTAP2TKipHWV
e22a00Na269lLPXrqqvcjOo7L9dgapGRfYEmtKy1dms4NSfTPtCPU1F0s0XL/XWiqp7UpWBs
KAznrHYODVMHtWtghqyUrhqiUMClLqKywZcEWUkj/dUdqhdnX3/SbGqv1WAikzqqxA1lvqvX
rVr+x9d9gurIIIWWlTAYjlZkkeYWjHM6p1XBKgyhDNi7IXAawAEmdnEHSAqQcdfW102UjS1l
I6oEQBzbYrsYlbCsKqgLmFFaNpdWelzHrKjqCGr+sa1uyr2Gi4UazqbdeoOLHR7tRmU19VBJ
n1oBXhotakpWGn81hFQwgOTZ0VlscEbdLFbQxM9whfRJILKzi6xrG9cmGrIrTqls9v6xuzKV
hwJhSVz1zwIeIoJgzFGSuC1x6rZzKsBrlKu2PjtkjMRe49DWto/iTA13U/zP2asgjWwwIJ6T
rYI+1Wr/ANwI/sJn9CAWOrA2OYbiC1tKG7cvaHsTqvVSmxs2WMyuWQkTorCqnmnSsea+olQN
CmWav7XUKJYDlSMpyaATewOLU+yqyixLrrVadcn01db7oUMGQiLcpHtfTV3LbWUIOIr4gtAC
MCxWKcFuJyYOqhjmMDKVwbVLO/UTJMChieDUTPSMTb9jhRd2gu6H7hhWUzC/DMFOwtVJJy1S
US8IGfbrBbfJj7BshZoGGAcKS+A7EIgi14iVZK21qaduwxN05b2NYb/sQ0/tENVVgu1WWHQP
azT4rs2K27Znv9PC4JBrGfSt/wD19bAVucFhVYGRlP8A6KisXdJ9bhAgMUAEYI7EhWWL1B//
AAqia/rbtibPrDqV+v8AVLua+3q/zX5YA8hUExWE9SP9xYA7asHr2jO6NLvsrSvZuIW1yLNt
gq2C1utbNa+kgYq8fR2mFlTVP17StcEICWKwoCeoWJjCkQsCKq7HZK1QW/YGCswVQJgTXuZS
zFhclzix9tG/osLEhZfWt9GxUa7egev11p19pHJrOS/gK7lf/QqfpCc85qQZsQo9XQqEEbqQ
hXB4PqdY22oagvt9pdnZ9frPra3/AKGrGx5bkGoKIx6j09n+xu2HLBD1YrhIbn6K1hdHtWPY
pYUjuKRYGr1aDXsgR9qzrdX/AEWNouqoplmSE7znsE7GvWMGuFgRAeI6iZhzFyT+xmesbsFw
R8cRgrF6kJ9qgGynYh6jSfWb7PbzADYFcgf+g2AUUEkFs1AMbKuxTNZHgk9geKz2OhVXRqex
90jj1nq2ythE/wDRULZT0wcBovZIjsw9DRWqNWhn1jFukry1HUrdZWVatot+yot2L+zb9is2
7c7DdYmm9mRBlaPoWXbFbyzXSwPQ1UFOQNcA9BkHqe5I4I6sJ2IPYmdYpAn6w5yVLQsIGBbO
A3YMxDJug/cg6q9iBfWEtuJgxFVxetfX2l3e8AYxh9cL9lgZXeosFIBDZbqTNWj7LqfUUEVe
q0qGfIVrW67gSyhqnV+Sc9pQoA9AzkBFMarEahSWpE2vXAg6jqf8Z9mu0U0WB0RGFIMrYo1e
wGCsTOhiM5KOpl2v1gbq2EnOcwHkORFIcNW0TsD5g5hyJ+5hsOGZSewMJ4xie19cwvwbHcK0
9Kud8FTCgM9lsGnW7HtYWwyYFPDW/qSDgp+qqRCzA+oH2baLZ3a7rGvfsbGYkMR7TKWsP2pX
LkT0rAMCD8WKCoa6yN3zfYoOalPRbS2jttE0tqGhqjigr/OwNYAFpHRFEQjtlhLu1jYinMIU
wCEGZxBYchkhAEXIIq7FK2yyZZ6uxx+qqxFTkj2SPdqv2UsOPTabWXOnaJYyH2Wo21rX1Mrs
Q8FLFPrcOO7JQO4XWUK9DIhVy/8A5+sK7XVQPWWsdc9Z2AX2VS20sCT+wFPZT65He8V3LO1g
jbDqo27Gts2L3TbLNE9bs2tp0264QVTpGpVhd68YSp0D6i9TVx9WAmQckg+OitHrZIM5OBOS
WRzAhBXrFYdRwabA0suIn//aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//aAAgBAQEGPwAv7UT4
z4Sp8IypTePTw6KPGfBvZlDwB2TFFsaLHhn2G8GHjHh1TqVj2WXRekt4dU/g/t9VKhdU6hP8
fYjwdZ/YdPHy8Ovht7GPggg3vU+Dk+26nyWU6mfZw/hK6eDeMLon8OvgyjXxcJ/YnCj2m0K6
KEeiHht4EJkPHHhjwf2evi+iG/szlSo18H9l/HquqlRHgz+Eez5YUroi3jCfxhRkqfHz8Zxo
o8Oni37FlCbdT4OoQXUL9ynKnX2BDqU6dQpTeDrdN4R4t49E4UeDfsH9plhMPGPHCwiPBm96
6eDKZKdRClbHdOWdZZCTClMm2T+2+iwuqlMcLdQn2ynUYWfH96jHhKjxz4b+E+M+xjxb4FMc
+Ek+YWvh1T6p3bVO6jwMP0Urqi2dUzsVJU5QnCdeS28IUBbp9U3Vb+Dez5rHjPgyZMFJ8dk/
hKYFiUbCxJ2Kce8Jj4N4xClMgHxhdUQPim8HT+DKfin8ITZX7lnCdlhRlZThSPf4MoUJ1GU/
g66rdQoTnxcqPB1HhOPBtFCdk3hKtbYss5Tid03bLPkoerk+mqBIZWDTX24z4wpTJsry8Yx4
QFIZF8JkG+KnKmApTgu+qJ8HPgDlOUCj4/v9hymHseWfCfFhnVN4MtVYRJwiNOiFbMzZXOk6
GoTAcbhO/IK9TFxPuWzeLrr7HmmThOVHjPsdQjqupQZOX8Yh/D7PGPCVGVMeB8HOqj22T5T7
J9EG8XMotCHcH02y0qfuyChW0fuQYxqvUwI13T0ty2CfvQGYpxYcSo8k/tT4MFhbe02yJJ1T
gOi8Ef24oWJ8wm0OEwCd9U5C6FOPDDhdPDceMardT4TnT2dkw8Oi8/BsDwdEPzOycWYHAGi9
RJGyavxOiFgQdig5kYOV6jjBCizA6usizb5QcAPgOrF4cN4up8AVj2ZU+MKcoxKcSDoU9YCY
gtssyjyKD6KM+PReahdFGF00TH4roFCceJTjxbXwfKcYXRSUeRZRGnvRlkSS5OFywWwFxIbV
0JjZGt/Tx+z8q40IO7iUagcqnBRAI8kDbBDgDKFKD076rifqqfZDe1PjPjnw26o7FTpqmCbI
CcwDKcSPGE+yjG/g7eEew+vhxTJiE3wWUS/gZT6JxjJRvaxYIisn5JyRGGUBSDy0RgknUhB/
ghbt2FRg7rlUkt98KtH5W31dB5KAu4GpR4BwMnddwXPEaFRd16C5Gns9PaZeXj5ohRKiei+0
L0656IOpAT1kHIUQn8eni6fx81KkwoLtlOSB0RLtXdMJ6hPMJz7lJ9yDD4rl3LCNBh0eFXJ+
CksNAEAQGG6ao+SrIc/JSQxVe3WCS0RlUuLvUw4yGTgcxo5CNO3260tYNayHbFnsS3QK1QZr
DoO4OEQLNyB4Nn/EmJeoHqP9aaoiEOTAW28WUext4T7DrZMcArZQuWCdVsnBdBOQ5T7/ALDo
pWUftTV01TF4+aexYbbrlJnyXES8ocjjKJAeFhgvUSTsm7ZPIiQiSbMdEwycOm1CBZ9kCGg+
oBcqxOqYyfkqHJfCNe4eVSBxG3+JGriCxZNkGGeQnE3OqsLT0Q0B11XpDvklcKQNTuhq6qTA
AQ2OF+/2IXX2H8QxDDKdbvhPPRPovmvJDrlAEox5IE/L9jJZSV6vpC/Eemi5zOAjbfUr1HzC
HFqjVPYuftRGrxsiAY3C5XBITg8l54XTdNvg6LkSC+NUSP8AojUnEgBAlA1E7pma1KuBl1a9
4JM8UaVhgSH6I6WrkFEsCTquBEb7I0ozfi3QpQcrlHtPysw5H7oXLLmPJNtH7CfYjwZMdMKR
7lCBKC6HKYSybVcevtT4kksyI+9oE1i1Sibke5PyAjVAdquCwKe1xV+i52uSPgnZgOqcSdCV
J96Gg0Tt5pgCxzDJ8nZSGBOHZMA1RDJq5aWyiSCSVxdugQgRgKopDgApmhC48irXq4s3IEah
NWrn5oAB6luRG/4U1j6bF3XHt1BvbNvvK1jZgThMMV+xcgMn5ftG8TutiPsRfC2Tk+Sb4qFz
fKJO/st4OSyIrKfu3AGyI7VeR/EVyseL/TX+pG1rHlrssuTlS4bKJsPQNSuNQK+WEWkLbywh
WoYDJmU9ca6psj4IZHVOI6qByIySFOg0TkuMSdURb3EpxgzujUGdnQBjyXDNiYVTYgnJqTKP
b7nqJjhX+pGgkO5bKYtWlJYo2fGhVh2w7wbbJgQOq49wwTJQrUMBjxn2untQg2XTY3bVOPgg
C4USD4R70DX4IB3dT7DBO3K2q5WPCo2QtevMgMKp+AFtgES/E9F9Rs+qinIjV0XqXOqNTjoW
UyE4cA4BTGLHLLUDbATCHyUB7symDok6aJ/nqgw9LSdVyrblqAE9p6L0x5QiXGGdCHfBCHeu
TybG5VrmK4yyNawBm2wXpBP5nXABqDP9S5dixsPNDs9701Ih8rzU+xKj2OqnChb+xqxWzqM+
Gyn5p8lOogJ8+awycz0TfJOFIfwZPjxZk4RKfTRGxBYbaowcsB/qW75fK5EnqMroNFOAHIQ4
D0jdNk7jCAmqDkEHTVNQtGUXk67f4UJzouRHHYIX5M2qly2DuuBD3MsJVbdwkEj6Qq0HwQ5D
1HRBobC7dn42oXdD2J8Z8GW6bT2iy67eDIHbZNfGimQdU2qx4SJ3QEOn1Q38IlOcn2t2hlV6
+ZRt91Ozgp/p2Cj7EbFnHRMfV5SuIEuv3oW+6DJTuAwwvTG5RFmcDKLBvNes8RgaowGeKriR
AwU1Xf71yuQ9TYCte4xgKfA8cjRCGOo8Z8X8Msd1MqVGUN/FvB8onc+MFPlSPeiQWCJOiwx6
qCh0T5K6jwc+xKhMnyiQIZijXZZdOfUdkK41Kj6QFDSjezRpqUTezahkKdvOjwj+oQbHb1Jx
kaociHw4/pUhog9E1THVc7TsN1L+YyFxMNrunf0nHg/hBYEZGVxIa2ntR7DnxfwldU2/gCmL
toyD4Wqsi6OWKn+5PgAwhY5XF0Oo9iPCPDom2RrvlG9DyBP06prUNNwFsSoyVOU8trDItiqe
xfossfinL+aZyR1hCwOshVtaSMl1IcAuJyn+kDACcZI96AuSB97yVa9pz28gnPhKNKwhXthr
YAGV+pd+dt03g/sOp9g+yZnZE7GEATlFvDD9U4T7wi49647IE6aJ0LnJwhthdPYjxjwlfYjy
Dp2YqSVIJdG1dFYu746IVDDUlbEZUufLCjGGK0BJZ1YW9ROAUB8k2y6hO7HXyQDsAn2WytbI
JgoWAgZULr4utvajwbwjwzIwnJzpqm94fCAsZ6IEaoOJKI2RAz+9TnC1fdNuML8q40jZDdlO
R7MJkwU+xjw26IdsHSUWEDJQJyNMpycqAW81uTquLwDgrjUOT9iepezOrV731A+l0wMK3TUI
nB3XEkCx0Vi+Au3V2JD/ABRYQAw8fLT9k/iD4WAcF8IA5xKINp+SJBgaOuNy1kQJsFbg/wCb
oU5sXZNrugHhMQ/VcfxfYg2qEOycDPssjv4v7Vq2q97mCNkwPqHxQLvPwRmAm3kAsSjknVau
+qc/VuiSVY0AdmfYlAO5RrYOBouNILwyBNmtmU1muDqECYIiU5yZQ6KF/f4N4uE7tX9jZyWe
WRITTGSgwkyuNtS5C64ynEDZeluJQrYzoi9tdVyLADKJ0KyiC76IexKw/tQn8HQIDAaqD6an
4pqxuSuQDvgLl3JOyeoFRoDsuIE9EDfBwRKnhSv5jP8AKhVweRcsg8O5BR2AndcxJGFyKO2U
RV+NjJQrt7bldPGPGV0UYU5RtBJwiCwGrp6liNRqiSDH1LkfVLvspZhtCgRgp9RupDnfVDfb
dDtHzITaldNV79UJ8Gdbp7DidjlZjr4Qn+S+1cZ7ltqpr0tV1/td6pP4cWTnCtWh+nKJ7hcH
Q4TiAMf1WT4qN/vI3Ll8eS5YBZkKVycnT/wX6lwHGbFGnYHHe2SV6n4kyg+a/uUwi8aOrV0B
g4QaURYgDcqutbajf8Xt9UAfZd/Y6LCNqyHRBEhPD48kO3WDmx6r96ADcggx+KkfFPgCPNcj
iqc5tlAryQDoDbxn4qM+MLlcgBslW7PYLDFrYdSf+i2KepIsMEFDtd+5t2zHUJwfTaXEonI2
Tid2KAxUZ0TP5MmQtYgjVfpiO2HZlE0H3iES/q6q2ifIOmiqZ4nTREzwTVMIUd7CSuAdrAu4
/wAvt48Y8Ovh0UeIRL+l/JFqgDVc+2HAyMOtrVy6D5OdkQwbRC1WkJngjCDySuIhk4ELk3qO
myGvvX2JifFvDqpRsYqJKtWh49kFqga/mRAPp8l6g51WnRCwgDRPVgdSP/JD/j3GC9SDK4g+
m2v+lAZAwExkLkJeGT3TYqNED3C1Ms+V+nRh26hQYRBwTKDaDyThjP8Ab0I1vbBcahciXOi4
0GfqLKnesQHdPv7c+OH8Nk3hjxhOZ6Jt9kS0arcaFEkv5Kwb6cFMP5lz2iVvyXK30jRYYHTZ
HrgoddPCPYfwHY7Z9d5sdqokw+yEQoGVLvhlI1RLQgaZBdE3wRyps/4VI8mUOPNBoH71xyK6
ovvqIQrXJhcT9IygKhtk+6A2E7L1AipR/TJLKCfsVanXQIUeKQy4nGn7RvB9FPiRghMJjKI3
+Sa0g4XpkGDCw7aLZ9D1RBg7aoUAcOhsiHgHCZ2fJQl/Nf3J9PCfB/C/eJHpEA7q3cvb6svL
IAoG2HnyQ7tKClLRVsR+ZGtZ8kQ0jJXqGcKfdsh2jb0HH8SA1/emseTLnhsOrMXJgKwI9Q1V
GyPcrea9zomxbcJzg7KDFtCiGbcImpRIxX7Vft4Ix7kHPqEIH2y4bbxbxZR4uBjRYPvTFZRB
kJxLaL9SgYZZnX6pkyAFDg6ocfinY9UGk7JjrgapzpoiMBP4EPysIYbojt/7dKiR/UjWnc5H
L2xT+FPfuG51OiZmUa5JUSV26WYUo4AEZ+8r9q1SABlWrUByMsiD9I+koC0uqmoYVk+Sscbl
WJLt9iEwNETgvoiMqsQ7I9WQDefkvfkpskIWYeeyBGUwg2yrV8iETWSdSEeRY6boD4fs38JK
fTxdfmGiJdjsm8JEalcXE6rhPHRguFc6pyPOdE1ZHwXISy3KCxlA4ZGovxBmx6IfpkXaeOKk
/n++rcaCpszio4hh+RHj8Cnb3/0r1WJ2Cl+KLWg6FciePaEGxmVa/Ot3w3+tPhO3khWCQrQB
exkoVeDouLwpPWU++BuraHoj8VWzO4dYZ05l9EdYeQqjU52VdScriD6QrXJYmAuQE6nzRqR6
sgoDLZKcH229mcrp4beDgsdFMEZUKNNVON01coHUwB/qRsPeSuL+9bFMBlTgwYTKSw1KNe1/
uEZIwiAf0u10+pDiHsZfV1axm5Gq5W9RGjLlyFW+kaKfqKj4dU1oPVch2x3KAkW3AXLtW4X2
o7k/wqx7vqFRt6gj+mRWuPzo2JNrHBOUwjifVC5I9dAhWIGZdCI+xCwHmd0Lj6SJRrsUI96f
fGyn4aKcbBNq2dkzNsN1Xs1mtDLbhXqc6Jm9WTuyFtDlcSYOD7bfsWZRBEMhYF7LdhLJx9Oy
4mLFEl2CNjA0ZWqR1CqWY7KGc5QedygXhG1zxA12Vu32rce3q2qdwejp3jUAoCpPvhAP6QJt
/pRNZJwyPI+5l5bqCI1QtSo4ks5Ve3njlfqjtgXP9vpVgAw1Gq/XNXsfpRJ+PmiTglPXRNaH
UQFmNl5aJmcs6D/TbPRCfTkIjOyFR73QaSNl01KOhVu7YMbHKd3Vg0JsAZQr2vVbCrUlyM+z
Pi3sHxJGmCEAYO6JBxlch9JEkKwMjRETGqEp/wAP2IxOhREEv8FE7qdkLHOgX6QPoHzKjVAM
PMqQ6AOiAeNXwuPbpyODbV/yps9xsdVw7ZffojU5qZK4Egfl1KcT1Vgb8L6F8K1L9ytqa3P1
cf8ACuFXHbpFf6lZq422RrmwOuyAy2qfLariHBGqEu5hkAdcKMFPWWyv07QRjyQEIkhiOqbV
MNkO2A4GR0TAQMphAEMnfIKrQSThkNbnNk3tT7EezEHQ6rexgI1M7oioDapgGsP7cULOD+8q
fNRD6rbroiRJfOFOftUR1R7dSHxZkTaTsU+AENlBbzUlyCzKtcADOpRuKtUw5yVfu9ySAwB/
Mj3/APjitqXqPp9N6/dQ7ncJ5k67p6OL1+ghfof8ny5mH/iT9vga/m2X6PbArUfVx+8USzvo
rAzW4aw6fksiKAmp/tVDjgyPMLpoo1D7LDHUoG0schN8033Vy7f1DbVcbfUNCuR9wyuRHuXG
p9ZgdF+rb67jK4j6skj/ACpz5lWbcsUXDX8HsWCIrkZHtNr4So9iUeJkaogBn10BTGTqoiNE
7yfqfQLjVgAIPVCXcSo0964O3LKJAd907MyIBa530RtaSS7j+lMA/vYqJ96D6aBPL9coMM75
VsVpSb2J/wAirWtHrSKU3/MjW4INy4Gq/Q7thV/ut95Gl2YSBugR3LAbAgt/Qr9s3Nu6C55I
9vsd0niWtUEwi7u2dFAdveq2+9Y/Tsu7fvA1BqeOjkIQ1TgrlgaBtU5c1+LIjAHxKYZ0nK41
+omUHLg51TtCF+znJQrc8bDdHuAQBB3Q7/dxkBcoDwAixXEM5E7qGBBd01ZbFnQ9XE6ll67c
5yj3bPy7mnT2nKwp8fLxLYdGW3kogHK5WDnR1ObZUFk+Qzug2bIb6krqBlG19fpbdG1i5O6A
JnyR5Z08GHx1TmX2QcQAuNQWMsFXv9wMQxFdEAdC3xXb7FgORA5ECXH0KlbU59jBOqt2K3NL
aAFqujXt0Fr/AEnXkUf+R/yLMTIp5/iRAHGhHnlHuVDgGHVezUniPr6fiX6dPu1ZkAcjDyjk
E7IE+4YTuToSicPA6IOcYlMz6+5MTj5Kr/dwVzqeJyWQ7M8a6+SGwxsp9wRNseSBAdzLQuPb
yZ96F2JJ00TswOSULXkjTT2GZNqn9l/YLxKdnXIsBWSjcQBhTJyU0MUx0wN0XE6Ef5U5ELnf
3I6DQJz805kInJTnOfevSJOXUCUA8GLHDK3e7gcBx236/eQrQQnI+8n0oFxuAQco9xyQS5Do
37faJtX6dk95OWGKhdy15Jig6ruC+CQXdG/bqDXuFzLn+ZEuwgHdNUzVkSQwf5piGaF+oZfA
G6sSDyJhygWYbINrDrjX/EVyAjQPsnLh5Fcq1iIyserRcrB9uix9UqHzLf6UCa8aaoDjhMIH
sun9nr4R4Pon30Rr0XACAcoVccQiWTiAEC2IbKFQJ1XMwBJRNYpUsE4J3T2PkAtlEvqgwHQL
Ll1y7h410sgT9FD6iNkOx/x68afi6KtC7DUrmcO7Lud0/eJA8vCESWfLDdGx9PKFwqHAXIWc
GDVVsbHkHFmQt9QJiqzj5p29QQuHNBJC5cWp92oGAsBlBbYqxofUuNiAHdACQNThG1pIdgcs
u5YS8AI8iH+aZEfFUIqGAlN4P7DrPn7GfZ38G1GF9u6NgJsicsp0QGOi5GCcea5WPmUex2j6
R9R3QwmGFiFOBomOOhdAkEV1JRr2sbqvbBNnYsq07TFoseqAHkSv71Tudu3EOxG6ft+m9IvT
UfnWwX6fbL3K53LCuSUAPUSWAGy7ncJfuWrhU7TEWkq/Z7n09ypIP5gqtmXJ0CBGMAIBz9iF
c1ElMcDRA0ybIQjCYYGyHc7npHmv/X/49RbuWh8lVN/rMkeatH1SE+p1T74/YQsZz+zYj1J/
gdU7SjospyW3KckCoXCh49vDf60Ku75ITNP7kHg6KddAjxg4mULEMFxEuh2R9T/NE0PIj6j/
AKKLkQB+GoXKG2TswV+2S5IevmEO527ORBGjfgshS5Pb7thg4ROmbXKNaEU7A+qx/wA6qbd0
NSPeuNKG1MEn/Mrdyn0nESFSoknROYAxpCHEOXgJgfXqpDHffwqQcHCJRGRlW4jKHbqWqzMA
wRv3mv3HcHbwcBzX7EQBrCffREdPB/Cf2fl7DvL5TDRMcIgz9iaqY5180XDUBkPlMIGgCLlt
kGDsFJY6LgJ0XLuDlcYG38fbQrVzexgswdPY8u6A1m+mr/mRt3CeIPR2QFMQWdF4Dx/QgLQc
lClYC439SvSAHJBCyCd1+l37G/ZsWI2X6XaL1P1WEP8AhR4luhUFiYJQm3IfVs6rgiWOqNKy
KBghHq+CBaSm2UotpLpj7kzsMLGJJUfL2DZvTaR5ob7ITn9lt+xD6p2yg2dQsSEe5f6j9IR7
vePAGQCcICkdd0+VIYLjDfNCtJ36LS/cPSE9osh3O0PWDNtbH8NVWvft+nbPAdf/AO1W45xG
P8Ke5JmBlWFwTZ3Ab/vXKx9XxVbXPr+6OiiPNDi36lMHdGlvSQWKYQdzg/zKQx0ZdfgjXibE
TOECbCtT/b6lXudq4t3KnBR7v/8AITNF6g1UG8TW2DBRo0gn4KpGui5629l/wlNoVXr+0wpz
0U+ySJ6IMtzqhcsbmK1fVHudw8+5aa0q5FP4k3cMn7vRMMDTKf7x+CYydlJ4Dc4C49uBrYCS
jxHvMhG3c+nAbdchJAap0H8KPcr3D+psdVw71T2+WJcOn7Yfcp5PVka3c2qARs6NzJ0Zeo8K
nR5X1OcBpQ7gr/uHXom0OiLliiXfzCPEdH6JjYlp6BO3TDIfYU8cxom9gdzcfNDTjEqvGQ3g
6jws+xQ5HVgheuamUCo8I/Z+fsWAzr4HsdgP3DB3f8it3e/Y1I0t1RyW+6VmDtoie3U0pvZf
p9ur3LPYyP8ACv1O4eNRv95casO3XA0RII5bYVriBT5v9SAG8oNjfwPeFjalS5oZb+FNxhmR
rJKN7ek9USTy7gEuudrO8gJ7kVA19y7de05o0+aLh3idyuLMa4lNIB+CAqGP3jumJd90CLO2
6iPJcqS0NogDYVv+EpxjwdVf4o7AKpG3sk9VyOMpjhWo7ivtt7bKfDojYL9Lsjn37REiq/8A
Z74Hc759RJ0dWt2wLd2xyfpCNr2PIyTquZAHbrkk5X6fbLV1OHH4Fy+SDktoESSwB1Rh3weq
p2bEcQdNz+JGgwJcbIDaB4GpxYMmM9oyDsjUkb9Z/OiHfcnKfO5JQECuwGVNuIGOq2b3ovVy
HNduTelPPO2C6PKXwsMchAvGQVMm1T5unOdV6gK7IGsWGoXG5Jv2yx8IyuBMD7VAd0O0zEyP
DDnxtX3o0OkI1qA7s6sXexz4yn9mFKn2PtUeH/r9jf1XRuWf71zlW5E07IkUDg9xvzI8Rxo/
pqJAH5V67QJIEkoCp40GK6KSDq6aogzCbU7JjI+CLenouQL2EoMBaxixebD8iEAAyyHgaXEF
eo8qNB1TBghyDvplEjKtJLaIg+4oNH70wqH3UhgAuROY1lcB/cuIL3GEXy3wRAtjQ6rjvhxq
u5WoPFpJ0KnwtrK5aKvRmZT4dfBjLqwGqFaObW+ACAZuvVN7Ux7bifBk6iANVx7bW7PbL2Dt
yRNSW+ltGCIq4Ch33JTGT8lsehT4BxogGnzhCpIfyQeX2KzA+Kr3BV6jOy5UyJIRf3eHRPSb
VH0bhE1jiW46p7BiNE/bDEao1uJIgjUpjlAPnRadHQjiDqgfu4cp876MpLPrqicyxJ2UjzTH
B0VXb1zHj+sA9cFt0a4J3XIj008X8CSQFe5Yklqg4hWvcO2B1UBkzqC6lOFJTAjxZZ/YHtDT
6mK/S7Q4VLcj96zIk66qI+xAGobRSPiiYIG6LySgIFVxw0uyBd+qmwNjouII89VW1T6SWIx/
MnOyJJYDK40pyAg9EO5bvGoyK1wrAgOYsf8AyXGOoGVIYJ2Qs2q0PTRRK4nI3R1B3UTugXQN
tNkxDWP3lx0nC/R1p9njalgLAhWiQYdVs/qt9X/igz9CmEdCiDYIgW+KsTDYUZt8nQGCZKDI
kqFhimtDo1q9raALlYCg31Qraxsdz+xlOi7kuU5Ta6Jmd1ytZ2GMOU5hMAI1MJtNX6fgUu2i
yX2X/VDYYCJMjyb/ALlU8W4l21Ve8bAUAcE7Lj2jw7VcN978yBqPVgn+pRJ2Qt9PcrD6FEmh
NBqJUH46Ii59wdNyjZRlA1d9dkxfloURYw6hvigDIHvXqt5VKtlqriQ9i7HBRqQQ4YsnEhRG
xX1TsrDJBdCMGUygOV6re5OSX3TVwnhnTAJluFhmTrROQASmkomo+Ke0BfU5WpQjKjxfDeMu
+4Ts6znROQw2RFagD8yMTugAH6eS/SrgZ0c/xKPipkvCc52KdvhhEVhPlujodu5PP7tR/qVi
YG6eheh+oIWGDqmXq1RNQO13Dgj7ytSwxr0RaWUsFGEWGN05PIAyoLD4IjQSnDmNRj/Ei5d+
sqlgDl3yysDAM+bpyTyKyndWAycq1RgF07umfyZdVWot1t5J4NdNUbcW0CwgmW6gMnJUr0Al
A4GyYlmGE5nYICon5IP7k/j9vidnR5OSBBG6dnP7k3yCmHOkpqkjqgI5nPkvygQFgAarlcRk
aJ4nCIwMtoiGd8jomBdtcFk4BLRKYiN8ryx1R7Vjxea+5OC+6LH1tATULXqfSPzfhQFnr36e
m48lElOYPRfanrFTrhTAfKcVFm1KJtPlqpBXpacKcBds2jkGRf4+DbYXcMYVxDbJnTmX0TVR
ALj7yDQDqEABCgLovUfimE7MvTjdSVHhDBPkoPnROJ1nCfBU51TeAfw6Iysun1CNgWdPadkO
5arVt9JJhEa6ncohncZQeXzqhVmqMAKDnRDhVz1gLjx9R+pkeWDLbI67JwHBgp7aaOuVWBB0
yuHcPG2thhfq9nuc3+7/AOS/UoONxFq/6la5zc5Rb7VJLhPkoi5Yj6WlSEwwET/8r1HyLLoN
AgeBYnWAu0LmpkOei2HRE5X2KxLk2+xcjIOidE4AyrMc4TAm1joE1opXfVdPAQQjynYlDVAL
ZOfgoABTbIvZiiKvbWOq66Aoufd4SPBkyZO0AyOqlMMaoVDBspzLS+i5EMBiug/hUwPJNWeo
ypk/Bl9X96AGbY3K4V+ppIRNxJTVnbonJlC1vp1R4AV2Kcz1C5fiwGhDhY1PyVxaxPcvBIwF
N3GgWvuTYI+KYAvklA1+oaJ7AC2ryvS/mm03Q4Seqe9Od7aHdcQK0r0D2QuSSeqBpYEiLeaZ
R5I1YvUlygSWpgjDFA5GieA4QI96FaE2ucnZDcz4OVEKAejrCn3IQ2yJOSvSDYom1wPygp7O
Tln0QsC3L7tdk1gTYalSS+m3j09gilSzuSYAQqbPcydguJM5CAdiv06W9NNdyncD9yko1Er1
afFFn6LncTYekE4/OuIa/cb1k6J3ckph9RTkyIHmgCDbUAShaocE6Z/xL1WA6P8A5lANthou
AqAEzzqFyp6e4IY4K4XrxbVcrAuNcqGWCAFUgODkHK5hjQ4QY+5WvaCJ4kp3/hBTn6h707Ro
uN4p3PSSYk/Rx8Ppc9V+pX/87nTQoVA52dVGoEpgA5DSiLh9nQFhDyQVAgYK9VgEAXsnAYIN
ooUwvVZvKVN8bIAv7keU2OAZQObPDBoQHbAqzCMo2P0vNkAD6RrounjPgy44OjYXoYX06j8C
49yvE4jT+Ffpj13tJsc1/wD80CRx5DByU4EDTJTDXXZBj6gBhOSz6M6/Us7gvUHVGvJhbLbL
LrRhrquUOdUOI9RlE3P8Z6I9v/jjhSsckbXJJ6ocagBRrOEDrqVyeRsuHdr+pQ6HVH9O/Cxb
06J+PLqF6w26huhKt2r4IglF8DEoC0gYwpMbBemrFsp/tXH8WPysuHcJPdpDn7wTFcRNiQQu
bH36LY6roE9w5XpqAoTuyJuTGE58pKeoDeSLa7p36Jk+ugWD5CEbGrNh0BYuNfL/AAo2kUrm
yrXshu0NUJPVAVwm1C6I+EZRhxoUaWDhOCLHQWDq3cFajUko2PqJOcIOZTDXVRFl+pig+o6H
8qepIoIAeAns84ZZYmAETaDhj94rlYjkT6RmESI3R7dTN8+X4VyD8zht09iX1fCg+YWeIGoK
NjHV5UE202RJ8mynYVGCQXTUu42JeEP1O3VxqdUTUAS4aR/KgS76FfqVP+5+HcJ9t09p20QI
ty6bI2edEXlsFV7lLFwWk6IXOo5I3dw2qtUVcNhcqhgJ45whep9JHhAXphtF67GuiYkltdVD
9FDtqEOXEDeyb9Ryc8RCetTOtintY9Bj/tqnz1Mr6Y3RnhQfUQF+lSvHt0wWmx/MhU152eRo
jQVFSMAf6U2Pa3denO2qmCNUKk9Smr6qkycuiGzIOE2QfcuVzFZc7Jq//nWK1G6fBeNwibB7
VxK/UsJxUI6n4snv6twMq1gGFsLl97qjyOukoserosQ6n6RkpqVagjzUBvNMMarD7vlO7J3h
elyfknLcgr1aDg7fwIs7aoMZ0IQJ9WjKf74TEkD3IXz2/p/MT+HtqgueBFQD8FbnNrF26J3B
8kQcESSjUWcfdTWcnREUpBQIoSNQv/w8yUxoKvsm5F8bIWv3DHX0pjbzADr6QG/F95NNjiMJ
mIK9QHxlMB6Rk/0o1Zq1xXf+JEiXRoDJyVW1Q5H2oG4YnKjxZdVy0GqfGya4cbotIMIxj4rp
1QaGP1IUqONdWLOgOWFnizMjych5/pWraAYCYBic2OyNjIOpXEz1UbJg5K41BbfKJ7pIARp2
mAwSjL9TCksPtRaRsmHyynsCOi2fRA496+xHtd/096lSaWfiLfxqpEXBNbEYIH0oMWZHjncJ
yXPQypxkvsuVh/t9oRV/8qaa7MjUt3didERas9FUWLVGKhQWA2CEcidS6kB/JMYdeu5A0lAm
7+9EVJs22FA4A41XOz2B0H+leqoqNiV9QqegUVNn1Kc1aoyoIqNAnMk/auFMn6iv1Ln07aoi
vxW/sT4HjIGuq46jQqIhEEAtqFIxhcrTsMIniOPkhxHmpLn5p8k4dZPm6Mlt3dCSa7KcDATz
xHvWCG+a52Hp2XDthm+6P6kQXHR4Ulh0Ta9VMumygxA/t+Jeln1OiYZ1R5CUJbouYq9gZ6ID
6gSS50RnGFMOmGXzshUeoDLQnIa9y/kE2UQK1J6y649vthzL8cpq0k6shzMnAqyD93gM29Uh
Na/IjCd1xpCBufSZDn/SpGM6IHjUfNH/AHG6CFk23Rbtv1KBtUCuwRNfgoedFxE31GwTj1FD
jg52U+Mewws4OiOlkQ0gKzxJHmiD5kgIcX8iU1hH3jgJqemu6hyNCnOUxMDRBhxAwUSLOTJR
OVAAGgw65P1IXCkblciXTD/ouNmY5TZA+lBtNEA3uJRfPREZ6HKcCCnPxXIOSNNFapHpuJHX
8S4gTX+3Ky9PxIW5THB0VTWrVBc+S41GitxDHogf+RccvOP8SHLuEtBAf/tQ/SqbW0sdVyrQ
DYBeu47YGiH6Yd9SGKa9SeoX+32g3XKkgF8J79z3L0+o+eqPGoFdCUbWPu1Tm3mNkwIZsbKJ
fZSRz+xekHzK5XEbJgGAwB49FPsOnHqbRFwaFp2Vtk5LBvJ16QzFyZ/mQrWa6DP8SFbFnx0/
lR1GpCYtVlYDHVfOC4WcaYdPhcvgFwDdW/1In4gpgw8yif8AqnHwUydAE1ixEpwGB1Q4z1dD
U6o1s0JjrBKap8tCoyc+aBMxMqYsNBqmpYAGST9Q/gXInm41TAAHEbI1pA0KYGeiHIsdSd0G
NrnUMwR4U4NgmVm1js/+lcu5QWucKaio3ZPazBQWGhynkgrbZT/0XIy6/DXdNNicyzICSMsy
FrZtgHT8yJMtlCI1dClDIGPZ6+wTsoGMq7g1LI8g+uhQrQciYA2X6JMmbkZNvwp2nUlNv8kK
0zaCi8NoZRlhlOIfqZRBDv8AJBvizJhhfaiDOzJiJ6r57BlBj4rbYo6nYIkuGkFAge5YWXKB
3HlKFcEeSeHTF3wgTBt9IVQHFyfV5prEt1QMfFaITlNVzZ5ZAnGqIId8apmlkGrAymAYbdEQ
fcE5Kis6oGsE4ZA2M6DBXqydkzuOoRtx8yVzsPKuJRfVQYOyg+aBFiLaHVV52JhOPF/Ymg6t
C51JAORlHuGwLBy+f4Va1fpJ9PkuHbi9g1yJj8KaCXREE7J7ECuqaWRLu+F0OQgSIGicvMI/
YCsuNlMKAD5ohM4+KLn3BOw6Pqiw+KawcprD+38SzAyVEjcoEt0W53RDMBl0LgcrDQlG2o0V
BUkaFOTA0dTrh1EpiR5oGxYnBVq3kCW3X0udkwoB7/Umbqycwy/VJFQBA+9/hRFQZ1MSt99E
9gABiV6XJTNyI/t9KmOiF7fSMDdEln2aFj3oKYb5oWId9Sjy9yYx7MeGXJ+S4uh2wWH2lEme
7b6QI4hO3XqmAY+WU9vVbYKAz6BSZ2KgDy1XkU8nZBgW1ICesaT/AOKcsXiU0xsns76hFgw6
ZUODqdEcGPqH+Vcgs8R8ViN4TGRtheo+QW3zQ/8AlOfiFysc4AK+lvNdw8ZAyqsWL4TVCBNf
NyuVoLYCcSMnzT39IGy41E4CZuJ0TM3VEuSUeP1J7SXTM7ZKdj0CLEOU7ufgnMEiUMMMlR5V
qFJCYFcU7OuTCo22QIhv2BfKJMjUu6PcsX7hPpqdPzokn/cyTui8vohxDbL95UED5woIJ3ZF
4Xpj82XTHXXRcKkWJyXyE5GdMFQJGuITsRq6MEvgJgJ+ak50CLPyPvRhreaY5TWBFdwmYRkp
2zvITvOwZM7EYQ1AyyYCTvKbVvmUYbd8/wCBdsWivIOULMJXpIA6I/qfSmqw0EyhI+K5gAEa
hGHOp1W50ARGOiw+nkmsrMOghGoofMqx4gHYwi5nQLiAxOi4V9NRruVhgdcqZ+QQZ3HwTnGi
DZwy4kuhbW37AkB7aAbK1jnWu6sbkknCDxrGqN+5VtgcJ2Z8bL1WDbCEzgHRSZ6IDJKNSWOo
CgOSpaRKmSmIAiCiCf7fxIgyscSMaqJdQfPRNPvhAtPTCJB9wZNca4WgCwxbKcSd0DZPUcSN
Si0xJyAjS2S0ocTg+9VJeziSPu/dXEGdzleogvlfqWDPIDs6e2dwVkihyHWbY0Krltd04jYJ
7FtSoAUM2yPKxA2RPIkjVcQDuFxrNjk5ARFmQD8Y2/yoCTvsjA4hO4DYGyL5QIA4k5Va1GBq
iNlFmRF7E7Hwz4l40cI8MVrO6NbP5MhQAOZsWXDtj01OrKA7ZT5fKF7mdPJYYboGoItuiddd
ipUgNhBxn4JhKz7lJavkoPyTvLyi8kpyTKFQYyoRAH9yDhhuP6F5YdPutZTkfBE6b6oBnfB1
QOuUbCQCy/3KAnrn+Zcv0+Ox1f8AKn5PXTonNx0Ad0Se4AT1Km9nTCxIG8oAmwEMhbu2jV//
ACTC3LyTivp+a9VnfH/1Xpq3Q4KFiGsMI8RJyU4HUvhPJ8kGBAGdymFG4hhGiqOMnDprgB0G
bCBBbdAVPn5Jx9PmiWg6KCw2XrsU2WjwIqW1WvRsMrd21a/qgMLN6gjDndfS1tNk5d90KdvU
7z/iR7X8xzKlfm1XEw2TlCH81IZ8Lau6DB+pUT0UjyUl/JBsiS/pj/CvSJ0lDkHOpMqcmWCL
YTPOyGXORookDMJtBOxXRQ6rMHRM8Jn+MI0JetoWHGpK4izNiq9ZBG6JJgYlcr9wfwgr0UN+
ibtUFdA7lCtOTasOAT9/uN0fkUeFAbfiKPHWCP6V/evU0LDdUYk6lAMD1UgNsF6zxaGCa/Ik
e5emhLfTMph2/UfvJyD71ydtgnHxRDBt1Oq6YXEiEx+m0EINhOC1SUXDhoVKOHtMQiCOX9vy
rRtXTVHJ8Aao9kVFu93Pqtnh+REnPzQNS75c4UlwdFnVB9cFP+HZRKcGToj81uPmiQCdhlFw
/khDdEMsNSp+Mp8udllh0TVPy1X96BQf3sVj5LnerbQjZ86IQ52Q4RODhAgM8p9Nkzs2U3bt
xGrlk1+8H2AygSDcpufb7b6CSn/WevRTexIRrzLpnLpyW80SC7YXpsT0Ka+N1x7Yau+ic2QN
ZbKMScKB71AIWECUwwiFI+S9IL6IWYhP81xtkBT8FxOCqCof0rlShIOHhEtU2rJ7Y+ofxK9y
SP8AkhhUfTxRsYeW/EfxJyWfyRIh8KcIt7l6jOiEqIPwUGUzystsQhXNhrglEtx9ycPKkAfN
Ph/mhkBSSNgyIqSOi9zShqyazlACAFwpIoGZTge5DixJMdPzKnYABryHmbL01f8At+ZS1X2X
K1y3RWqZ2JQYhxjREbJhUbm3/lZGtYsMEFce4HDsbao1BYndektZsqTyLSUSCw6oTOq9TEaF
CRVl6i6LVdPWoTMHWyYStB5oAERovSZRNpOgXpC9Wi41whYQ+U9RIwv1LMDUL9f/AJJcOW7Z
wPwck0E1jjXCr3+zTgaQfzj86/8Ad7dBW4izZB/Oq8ZsDBU/VrC9WmHRDMEY8l/fKEdY2T1E
D3f5l6B7/BwcJwxPzTGsmHH/AJKB71Cd4CMuvL6UHYoElHfVCgcOuRPrsITvJ+BKAEDDo1rF
zFi6obmwAmEATnROxc6dU9oBxoE1iAQMr7AvT6ragrHuTAkWGAEeUk5TgM2oXHuB2jkDKHGx
AGQUBzIA03C+t6HA1T1II1BXnhkOdfNDk7n5JndNUAdUK1DEZLp62IB0BT2sT0dOBO7p9U5C
JAaoXGubbaBemTh1O+EbktUBy+iLR26n07f/APWyt2uxd3PqsjaxNj1KIYK/bM9vuDif6kRR
+NSWhCCDrquLu24b/Kst7nTnALsnYMOq66BT6WxqSssDhTHzQhx0RJx81DMcjVce5NfsQv2/
VTpn+VPqDIXIHOghSfgU2eohlxPmWXJjGiPc7kASAnf6YGiAzY+VU4PLuWDWGlAmf35hfrUq
OIxbcrn3wCTl9E3arOjhkT3g1diWQItU6ZTO/HY4K9LvqiCM4J0dczYNtlN2yCpPHdCPI6Lq
MlAmRhPpuIZHkXaQnAYfBMZGjYUw+inJUGNUwDxLKD8EwcAzCqxxklemUQ2iaogS26NrGfgy
Njg9HTt5uv8A1aYeSNf41+h2T6axeww/4VNnXoHJ9k5EDKOCXeq5EZzLJ3k42RAkDOFknZPy
D6hOcaQUDLY3CIAdj8FM7JyWJwUMEbpw56pyS5wpHnsvS5GDUwF6fR3mxo6e0tAZeqfkpEaJ
99kb2B4a2XAEitdGUOTuud6es/QGH8yJ3zbVClA9rFgN1TsmoqaCR1QBY9DlOQugwjUADZM5
JOg6fmTCrdt5scoVsQTv0QrUzsYWH3TWDFoQaWRlhoo+KcsB8UQA/P7E9savhACdk7EDZOC7
pzD6YTLHvTBcGndciOQ2VjFbM4B3XBvUS9vJMPAmknUKwuW7ndtx5/gr9+6Fv+MxrVuTa/nQ
oZJKNQHJ+9grhX0noj2iHNS0oASRghCtjjTZOMHplA6FMA/5uiEn938qIcjywoMYJCzPVboE
5TmAm01OiIAcIN7w6H7l+n3a86COWqA7duU4KHctctlHvm5t2ziui4dv09uuAFs+dUbWA4gv
5om3pG3T8qIAg6r/ANgSKQJ+8uQncJ/tyolG8eSDhzojY4OK7Jq+kbL6ijbUr1AxsnJAG5RY
6ZWH6p2lAhgeicDRpTAP0dPLFMA5sgG80Bg6eac4ZbdEDqnJYJ8bBcXxJCNzLrYYQfJ3TanV
Ef8AIoRauDh/4UR+owvFqHb7vBCpLh4JVz2CYyHhBwfTqJBQ73cuDYvyb04RAOqDDP1HK5Au
8uNESKxhNtsoJfqyc66pzI1ZNj7FuNECTJ0XqIY7pzjRkwxqMow85GiMydk76OU/vCH/AB/+
QHqcHKt2aBqVwjsclEGKjL4/mTVDVGA7wsuNEBuWVO7S71IHKnmv1DawAzU5TktU4Gv+JPWb
JmZMVyA1gI8gHfITVnqmMJhg/FOTDt70QfL4KMeSy7piWbLhRCmeqge9cgeJXKokpjqm/wCq
kvoiAH0H/kgOItbV4TxUL1H1FM/XqtSpcIcXjfdcO7UWqdCrf+s0yxz/ADL9PF6ljujW07nV
Wt2zBEj8KYBgAnyN1qzQv0qliRrhEEknbREWjayJB4vgnVNkn4JnnpKLltgcoGD0J0Q0A0Wp
QjOidx+9OAxUCVAgpyx3GqD400TyARsmdzqjVmGT1K/CCoHXcod3JE4f/tQt3N58keIFu390
r9I1420Oa2/huiLhgEzPsmtBGhQIB6KZfZE9smNGRtarcS09VJZtQuJJ4nCZuS5Au2RiSgIb
fRMbD3YTFi0ugLW4kyEZhOCfkmBJXJ2TVjrqpcjfqurpiBO6GQNAvUgfcxROTqFENuogFZzu
nB94Q/5dBL+oK3q4941YxDum/UPHzQNbcgKgP1T/APVEkcmGuiFiWoMnqrCwmv2fiXT4oEfy
6/ypjLp8PupwNeq9U9U5cdAhyhtcFNqdTKBJBGjbo8iYwEWlk5x804DtkoBoBwgQ2j+S9LkH
JZDVSZ6JsFvJAF2Pkjaot0IQpxFog/1L/wBju9w2aRQQKujXXqn1bK9VGiDusONEAzOU2qw5
eVl3iJQrp9i519QOeiH4DJGVYgA2G4XIAF5DKwZrNNTn/CiRIrLEK1bXFSQ9TkIVAn7UeWiI
y5QeOgTABvmtGKBMowNvJfuXpDk4ClThCY2XpKkPXpIVuzaOYZ9irXBrenzRcAfvQFvTU7lE
iBWAHZ1wAfmeqBIlp6rlQNYfMfguiAGYsdCEYfqV6oMFlkM+EwnkiK6apiMZTyGOiBb36qA/
96L50CLwDgIuQAznyXGrcQM4Q4yDkLizIBj/ANUeI8yVyA8wnID6HZBPYkAFjKcA5fOXXHs1
YBHuWs1jDLLg4b/UokkIPCaxdDZEWDjZkbUJqdBohUidSEaAO2XQoQ4J96JqX06umsfTk7gI
MXOOro3INav8UfUNYB1TVHIWyDLomkgCan6qo8WJH9vUp1yV1KLBmXkoHwTsW1KFRkJtUWlB
oI1UEgjomE9fDucZIDuvTnUH/SnOKZfCAIAaAOiFsWJAQFHYM7okZOUe926vbBH4gi512Rf3
E6IF08NuVmNRVMCw31TTGNQUSfhCIgAItJ3QEFviuAzqcrp0VR8wgTk5PRB5ZE1cAI5A/cnr
UY96tUBmV+2TIIIGQUGK9JqNlyIrbfRT2nHTCF7QNAyZmZQzoszI1JHPYL6JR9GeqLUcnLoc
Rx6Jo9+V6mG65UPqR9ZqD92pQLt1Rt3C19IlEUHAa6cv4lB8w7piIaDqh9uyy76oQ1dSsTuo
whesbjQp6BjglcSMarREuyEs0lf3K9D94EI0/CfVoh2+3gR5om3kwXaBkCRrhQcp6wVx7lf/
AIR73/FLW+9TcflVqkMRE5ChwPxBB5HVEDzAWc5UOeoTWDnTq6GH/t+FRA3CgTuizujD/wBv
zIOGldGwmCAdnQcwdHQrUhzqf6VYDOhVhWGZ3yStkQSxCY21U2fdO4I8GTHJ0RvabXwicBA3
7mUeJ9OrriPV1TD+9OPeE/LKcv8A2/EjYHOAnNvN0zJ8pyug3UZGui6DTCANYTMYymoJ6r/c
oCNwudCwOQnqZGicWjyRax5LjxNq7IfYj3qCLH1tkFN9OxTjH4kDpUF4ZcqWghNcID4HVEiQ
FS4HHlVzGqZ2CjG6jbQKYAwgRB1TVcgaDRAM53eUeYDyiTZ04xqjwqWy/RUtYvYltgrd0242
BZlftWM11CbQ6hDbyCDyuAE5TtjKABk5C51JrsNChXuhxvqgKEEJ+3nVk1rT1TwR0KBZc7lp
+nZEkAAIgl7HQZRAqW0eV6KliPkiLRYaKQGCxnUrlbA+aET8lJnZF1C36Lp0XQfZ4NXCchlG
TlMUx+kqxAYofp2bdFgbAIC1CH2BQB1mcq/bf6hqrVIkF40RABDTmFU/ctFjlAVtyBghQCwh
Fj1DLj3Ndd1TufVUFgDkJz6vPV1x4tHvWIKLR5preo6qRHyb8yEMRghBweUh0TB6I37tfRT1
EalNUCo2wh2+3Ne36X0Niq0GT6redkO6Y5Bn3ITEgDUymeMbBPads5ReWEIkOzJ3lY5V1BX+
3OhocriC1tTsnB5aELII2KEDidEKwKjXKYXnzU3LGNkSAO5bR5KL0rXeMI2B8gMI3vr7lyqH
bCIOm6DelkzYyHWXPVM0rIq/vTmeqYhBg2kKC6nCj3LEodMFakaBBp1/+yCfK6qQ6EMKvhFi
A+QmJgZQuPqtgfgQ7N4Bhk9X/uKIc8hLIVuARbdV7Qbi8LKfJ2KD1fSUQSzJnd9SsD+9FvdE
IgiD8EQMYLy/8K9duNrMXOfy1R/4/ZDWMXOp/g4od7/kguA9Kt/nshyqw3Ve7U//AJZATlmE
x/UpMHCh/LROQRoVe1x6nDBemUX965VLW3wuHd919Ua3LjcbFPQ+YR4sGw8hAdyrESTSHTmd
uQn+ZcqWIAzUJ/qb5InIOQiRHRPevLZ1WlAwEEMvS1ToV65fBaFmCsudl13U4U4Qcg2GqgqM
hE2yoOdFOmVKghkNd0XwjPmFKFh9JGFYVyxVjd2eXX6jcgIA3/MiSXtbA1H8SoRJeQmwUxDW
GCNUXGBhEQa0gOg+OiYJzZRg6rlUMPivT9I1Q2PzQAy+irUn6i2GTd21rtDaBc6doctzK49s
sRojUgFEGpxgK1GYgmExABHuR5TDhc2LD+Uldw2H1YWFAcJ8dF6g4KNu1B1Bwnt6eq+olesE
n5KwsOI0Df1Ijtn4KS6PHAUHjYGQpzuuRwNVEdVx7o5VX+16gdBkIgwQnJlHUDCfTwOyxlPX
A0RfXCjGq3bRRCDQ6kONltq+qZ2UZUa5VrVBsHfh/Qja5atY46R9xFoGyoSwAErjjZNjdlcZ
LGVytnquRbidPJVtkEJ0HzpqnIyPJOCzBliN/wD6rEnKoCHrQPGXRJt6RiqkKAGR0BWHiAgS
PRbJC9M7vKnG74Tfdriu64vxDYUHwLlmXpAFQclcT6nzsjUANhiiDL7nC9I+AcfzL01BHTK9
bgaQvUHGh6oAg1vvunA6gFNZid0wDDw4rlXTZCxwMlpRI0Qc+9R4P8vCDlMox0Tg5TkoAYdR
onOdwrP6h81yZtAi4kQrW7RI7lJBGUa/eeQydoGUO4f/AM6TY4T4OiNbSFb9O2ir2xUjj9Vz
97866gT1Te8DonHwXlkHREHIgItV3Rsfgg7kdFe9hgME2vRQSG3kJ6iDhCxDxgFMASi1ZqHA
C4v56FClQQTk5XGxcFECIyvqXqLJ25BY4ApgGI2RratuYaRqiaGBrY+ooDuk3AjiIUBnW46p
rVDLl28fhQrYcqfYuVSw8kakY+ace5SHTVLPkKZTDJiVhMdUyYZRY4QcsnCwgRgo1JkKorkF
f//Z</binary>
 <binary id="i_107.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RecRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAiAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAlIdpAAQAAAABAAAAqAAA
ANQACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpADIw
MTg6MTE6MTkgMjE6NTE6NTUAAAOgAQADAAAAAQABAACgAgAEAAAAAQAAAf+gAwAEAAAAAQAA
AtAAAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABIgEbAAUAAAABAAABKgEoAAMAAAAB
AAIAAAIBAAQAAAABAAABMgICAAQAAAABAAAWYgAAAAAAAABIAAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAM
QWRvYmVfQ00AAf/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgT
ExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQO
Dg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/A
ABEIAKAAcgMBIgACEQEDEQH/3QAEAAj/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJ
CgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQME
IRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2
F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNT
FWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZm
doaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AMGyDYdTyZPHzVrFvrA2PB2TLiNT
H8ljtrXbf6yHW3dc5sgGYBPxTWVvrc8Oa4FvgJ47td9FJTYbfjH3Fh0HEgDREGcyvSprddZc
Z/IhYt9Xolr6/Udulug76/SP0lJw3ncaIHM8D8iSmDrX22cby3UEkfc1v0UT086DsrI/OBdo
fvlRJaC860FrQayANXDdu937zkOhzrWavPgTuMz31lJTcZVklv6ZjZg+7e4/9EBSbSDqSwT5
uOn9pVDjtgOLuRzMyO/JTMxaXOIbLifpAAEyBuSU6jKq2t+lW1w76mPwQLfROhza64MnQj/y
Kp3Ywc3cN4aOQ1un/ff+kqz6RvhjC+x0AEDWf+pSU6ddeFYI+3Vlo00EO8Ty5yKbOmhu37SY
EH2e3jzYxAxOlXOr3PqsDjIMgN7q3T051ciwBkcuc4fcISUlwfsZe6zFcXWgalxdp4fT/eWa
/qfTWOd6WE97QXauhoMH3ubu3Lcxcd3rGulu+wsJhvEA/TdY72Nr/wCEf7FlW5fTOivc3D2d
Q6mHO3XuE49IJP8ARqn/ANLuZu/pFv6L9xJSH9r4/wD5Wu+jP0m8eH82kq322/8A0dfG7t/r
/YSSU//QyIDbTryCdPNOy6CZHtIgg6j/ADT9JTcDBcNOR25CzsnqgrtLGtFrmnUkkAR+a3Yk
pvMvbWTYGktEECdPhp+8qFdfU+s5GQ7Fl4qG91ReGgNJ2tawOLVKvqDbn2CxnoPa0HZMkyR7
m/R+k0t/8+Kz06zdXlNxnfZjbtLXBu4Cxo/SB2v5+3ex6SkGN0zMoyWU5h9j632NbO5pA0iR
9F276av1+jsFbm+ciO3gg5d1rH1mjLOTfMOJAFYDR+mZshvufZ/hUsfKx8l3peiKsgj2bXHa
8/Shs/n7fzUlJrW1CpvsJaD7nT2OitU3U11n0g6tvLQ15jUbT7YVa+vEDjW4PbIBkEjSN39Z
DrqpAIaHOEEAmefikp08e+y2W1iWAc2P9vw2tDfop8dlLr3b3hx5LWSAdZds2wquIGtq1gwe
8k6eSkHMutbRWx1lth9jKwXOPk3Z7tySnRfbUXQMYkDTc95I/KVZoxqX1NtuYKKHT+kA3OeQ
f5vGYf55/wC/d/Rqfz1XccbFaftRZfe2JqH6Sqs/92DWduXf/wB1an/Za/8AD22/zaFkZ4yH
t3myyywAh8AGPzG9mMrb/o62+mxJToZOVZsZTjsFVDna1kzuj/CX2fSut/8AAq/8Exc9h3Yt
uc9l/tneXnQGd0trVrFzKrsqxrSTsH5xG4gFsn/OWVVVYMj1nMO1rnbYiTP5/wDV2lJTrfYM
fxH0vL6H/kkkD9P/AKN30Y5/DhJJT//RyQw2Xtrfa3HDyQ650FoMS172/ms/0iB0Xo4yuo2U
A1ZmRivBbT6g9C1gPus9fT1K9W/Q/nES0y50yJ3fOdP+pUPqmy79pG9oO3HqMveIYDI2Mckp
ufW7EFeRTnsdXvstNHosbq1oYxzPVfP6Sxnur/4JYbX2U2foyWk8katP9drva5v8ldRmdN6j
9Yc2vEw6K6KsYm2+wvcWmww1g3Wbnt2NPsYz/hHqj9YPqn1TpFYyLH12452g2VzDSf3q7Nr/
AKX+E/8APaSnLuz7b373Ezs9NoHAAEbR/oqm/utQA8tc3YBuBBLhPYTohPe6dpM8gAnnwU/d
7pkAbfwHchJTu1Y2NYxlrsoMLgHFpIBH8l3uV2mjp4ljsoTpA0kz4NbP5yxekYmX1Cw00NEs
G6yxzg1jK52my17vzd71pV42J0w/aOrO33Mc4VdPocC4uZ/hMu5oc2ih3+DrZ+sX79/80kp1
fsmG2x1V9zaQxm6xzy32M/m9z2V77d+4+n9H1PU/cVYdX6PiVmvAZYxjxtsscIusaO11o/m6
Hf8AcXH/AOveqsh322yq309pOVa2my6yNzhYPUYwu+jTjWbPVu/wj/8ASLpcboPR6WbbaBlP
raDbk2vdDp+k6qij1NlO76CSnEs65RLmmpx36mIbx8EA9Tx3uG6jQaglznH+z79rV0nVOjdD
y6KacJlGHmPcG0uYYrdHNbz9B/t+hauau6TZRk2UODppsNb4kmWmN3uDfpfmpKbHTsjGfc8Y
1Bre4H3mJLQW7mnb/WVT9tNAbUKXOLZYHeoGDQ7d2yPZuVvpeM6nPl7fY1hAnvq3lsrn20G0
vfu2QSeJ0J/6O1JTqftp3+gdx++ePBJU9j/P6Hj3+5JJT//SL9T+k4udm35Wa0XVYjmMqrcJ
abbNzmvsafpbGN9rP31v5fQepW9SvtobTXTkO3OtMAiBsbFbR/Obfp7mI3RsOvofQq7b9XOe
MrJGkzZHta396ivZsW7u31hzNNwDmyOx11CSmn03pmP03HFVWpHussPLnfnPchDMx8qnIZc1
r8Zs1Xh8bC0j3etu9mx0uZsUeq57qqzQxsXnXXVoHj/K3fuLhbPrFU/IONh13XPY5xa5paay
4H9JcJcxn/QSUv8AWH6v9Hoos6h0suGLVBuxLA8bQSGepjW2j3sbu/mLVzVtzGfoGSayJBce
D/JXTvuzM6mym8Nqbc0tdZkOLhB/O9PHZY7c383+WqzPqrhHa45NIaABINuvjO6lu3akprdK
zun0Y7aPTuHqE2ZVzi0NbaJbVXTWwbn0V1/SfY/+cs/mlY+sVdoOPZIdix7SAP5xwb+md+8+
2iutjbXf6JHPQMfa5td+PW6QRYbXukDwrLfz/wCWxV+oXW9Oxa8O53qsumjGFLvUY4B271Lt
u11ttNllfpYv83+f+k/MSkXTGXdV6hhdLpADMek5OUSJAfj73UuO0+5230Kf/QhXreo0sxn3
4d8zE0ur2tFhB2em9wHpV73N9T1PZ/o1odB6D1DofV35eRXIuxS1pZ7w2wOqfcx7m/R9jXfS
Rcj6rU9UzrbaMgUYF532loDriWn+ZrqH6JlO/wB/r2v/AODSU85n5Oe1lN5rv3sf7rmkurcC
P0de5rWeDf51nrfuWbEDL6xfde6yysMc7U7XOA8v39yt9N+q/wBYuoV3egwUY7CYqvd6JuLT
7d2j/Uazb+d+r/6NCGHj1P8AsuViWY11IIfjXyHM3H+cbPtspe76F1f6NJTDD6g+pzsm6l7d
jILju4nTY1+3cqFT6GAglzuDIbA8T9J3uVvI6MLHTi2xVID67HECsnh7Xu/waO36m9TY4i63
HP7sXsaRPj6ntSU0vtOJ+7bx/J/8kktD/mhn/wClo4/7k08pJKf/0+gPT/rD1emMqwV4VcWU
12gere8Hc31XN/m8b/pvWpT1bIH6PKxnVXDQhrSW/wBnatXskdRHP5ElPE/WP1Lhdmesxlbw
5rtzne1rR+j/AEbBv9T+cb+jXF9GJZY94ofZuG3TsCd2nK7b669R6Fh49mFXTQ/Ptlr2wR6b
Xja97nVfQytn8yz/ALeXLdByMN1wxay8WEOe0OHtJaNzmt2n9xJTfGXc0gDGsAgH3QB+RGbn
5DiC2ixwIlrh3/BaTWghrw0CHjUeEJYjiyljdJaB3117pKaA6hbXrbi3HaJPb+CzG2Dq/wBZ
cKoVWMZgj1rWO5AYftNntH/WV0hdJLeztHQqON0/7L9YB1plhO6t1duK4QCHMFJcy5p9v0Gv
/m0lPV5NleZVSxhLmXu97QS0uESarI9zWP8Az/8Ag/UTY/SXVWOFljrq3ue920mtsmNlYrrL
f0bG/QYq1HUcQO9ZtDq7YMgEOBBPuDfobeE+X12yyp1WMz036gWWGJ/s173NSU6DcTpuEd7W
iktHAc78Wbvd/aXL/XW/Fs/Z2SyfVrudSTHNVrHabf5NrGuaqnWXdcGJ9txM1rTSN9mOyuN7
O9nr2Ose/Z+57Fy13VzlPoruq9N7LTdkWNc577Hlu1gabd7q2N/Nq3/4RJSbIyX15TQwxtGo
H5wOv+YtzA6508dPpFtjRY0OZseJIDXFrJ0/c2rBdiWvzHOdXDWMBeN0jj6H8pWvq+MezIyM
S5gfuaLmbhJ0/R2x/wBBJTt/tzpv77Pozx2/7bSS/ZGB/ohxPPfx/qJJKf/U9I3LP6r1/pvR
vTOdY5jrNWVtYXvcGxucGM/N/luXP/Wn64HGL+n9NduvbpfkMP0D/oqtv5/+lt/MXGjMtrvr
y7nm46h7idzoP8qz3e2N1aSnT6f9VG52RlZGba70W2ONbaSDv3k2sdbcWu9z6nMs/R/+fFK2
r6tYWQQzFtx7sZ7YuJfLXn3M3e+xvuaH7qbav5r1Fb6Z12v7JfjVNBvp91cCA5rj+hda4e79
E53ob3f4P0lXOWaMhlGVYxlZsNlz2sa5pdtLXXfvspr31s/P3s9RJTtOrc2uQ9tjS0PLqzuZ
B/m31uH0q3/yN6r1DawPJ1cJHxWX9XsptbasCPTh1l2s7Haf4JjvdudO/wD4v+WtgwGsaBAg
Ec+CSmETqYJHdSEzPMiVBsfHxU2nX49klMx5GZ58QokkODTyA7n4IgeDJ4Ki+DyPzXSkpFdW
cjFdjtMOsqLATxq2Nf5K5C3pjqcsG+k0W1OAvrf7mA8sfS7/AAlT/pMXZ0kwHniB5rI+sDmv
6nxLKqWutJna0+7btj6XsSU0rHNqYbPpB0FvmezVSwja3q9OUwgD1DWR3cHjcWIuQd5dW0HZ
VoQdDJ7lqFjWHHya7XcVvDj8B/5ikp6qW/vdoSTwz8EklP8A/9Xmnuh5gy4HU88nhPbYzZuc
BucCDHBP7zW/mOUSNz9fcSTrGpRb8Vr6TXe80kguY4weP32fzuxJTVpt2ZGjzXuBbvGmhH0f
6rkajHvzbvQxmk2Pa4gCeQN+2W/vbVnuoyS9lbGFzrIDA2CT+7ELp+gUZNGNbk7HV3bxTtLd
QKwLH02fu+rurf8A8V+kSU0Mp3UcGquy+mypzWHZdo4MtlljPfXv936LZ711WDmVZ2DVlN27
nNAsaz814+nWQuc659Yjf62AysCl5G+1ljtXD3Fux36NzNyL9UtzcXNB+iX1Efc9JT0QgGPD
QpidY1hQa6RPkkSSAfvKSk9Z05iVJzQdQexP3Ide4kJ37mtd29j4/BJSZgrbQHvIaxjS57jw
GgbnOP8AVXJ5eWeoZT8lu6nEL4G4w5zTDZf/AGWro+oW+n024kAlzDW0EwJf7Nf87cqX1R6B
X1N32/MaT0+j2Y1Ux6rmyx11n/Bsd/NpKcPIyn225VrRtF73PkcBk7nOCzmW+vbWxhkue0NM
diUTOLKQcKoueW2PY60/nNY5zWj+1tQOl0m7qWHV2fa2e/B3/wDfUlPfbR/335JKHqN/fHPj
3/dSSU//1uZFrmEhoh06EDuoAkOG6XFxl7u5lJrnuLnFrgASZjQ6wk8BwOk+J55/6lJTZqzB
XkVWiG+k9hBgHRv/AJJR6l1LIttd6bzXVYGi1tZIDnNG3c5VHktAMHXSfgtXotOO9r3OrZZe
CPT9XgMaB9D8zduSU0mdB6nYdwp2McJJc5sNb9KXtncuj6T0xvT8F1e7dZc4Psd2mNoa3+q1
WWPuLHbqmuDS7h4nVpY7x/eSOTWPaW7YAkHVJSVh9pB7AnzSI+jt7pmPYQC0yIM8IrWhzWwR
8O+iSlMJB5+Kew86wdjoCf03B0xCg8bSO3tI+9JSZnSaesFmNeXNZU71d7HFpBA2dv8ASb9q
6HMFXT+llmMwMZUwV01tgAfmtaFW+r7W7b3GN8t0nXbr/wB+TfWSi+/HqDW2Pqa/dZVU0uLh
Ee6PzGJKfOR0TK9UVOtx3ZF0iwsLnsBMvcz1mt2vd/xfsV7pnQhhXDItsFl7QRXtBDGbhFjv
d7rHuWk04rchzmOcHvuDKKXNLC1jGvc8O3f4b857E+S8MJ5Lj4JKW9OrxHG35JJS3wb+H0kk
lP8A/9fFtyj9CZdMBo0a1v5rA1v+cq7mNsgvEHxGh/BRJIeRye48lNusxwNfmkpg7GB1a4GD
MEaKbW3Y7mPrdttrO5hjue+v0tymXiILddANP4qUB7HAnVokSkp18fqgfSXekCRo5jTG0/yN
35qmczHdG9lrTp4Ef9FZ/SGepc+ohzq9u5wb2IPsV19UvLW1xBmdwB+5JSYX4h4sg+BkH/pD
81EZseRtc1+kciVTtrLSA4adzyNEP06zrtcYHICSnR2PkFrnA+IkSnLsiC0uJaRHP/U7tyzS
NpAYXMJ8yPyFTpfnB4LLTsPO8h7f+l7klOxTl3tMlxLm/R4adeW7mj6Dmrp+l5rrGMqtMnaD
W8mZHgVwrr88Oa0ekROoILSR4hdV0S0ZHT6BYPTuBcK3AyAQ7WvdHuSU1PrHivrByAPc+xr8
gtiXBpd6btPzfdtc9YT7S8kyROkrtL2fanCjIbse8FjfCSOQuRsdiU2HHdcw2V6OHw010SUr
YzxH0I5HH/kkk/rY/wDpWfQn6TUklP8A/9DFdgXgve2rc1x0M8/emNeW0H9Xft7w2V0zmN52
t8tSk1rfAA/ekp5kYmbYdKXgD853tHz3K23pWQ9oaXBrRpoQfu3OWya2zE6+MKZFQaBt+XKS
nNx+lNqaCbDrztOk/wBYK2aS4bWO9Nsfmj/vyIHlmjWifABL9JBB1P7o4KSmuaqqzzud56uK
i5l1o2t/RtM/HT+UrAdrBYR57YUvViNYPgRqkprNw2tPiR4nVSNF8+wMDR3KOGtP0mjxS2E/
REiPuKSmtkinAoN72GyC0EASSXe3+XtarfSPrh0fH6VfX1IupsFhNVDGOe93tad+6GVN9/s/
nEG6jdWQ8ODT9INOsT7u653KxM0NuBxXBx0qLQHNaJ49oSU9Uz659R6nW0dPxG1UtftbkZH6
R8gjb6dbQ2lr3/u7rlSy6H132U2kerpY8Hn36/R/N925YtfU+u04rMdr/TDGwH+kN5bOm59r
Pzfoo2DZn+rZfmWPvdY0Ma6xznECd30ne1v9RJTc9Bn7lf8ANx/5l9FJQ9e/938yOEklP//Z
/+0frFBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQlAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EOgAA
AAAA9wAAABAAAAABAAAAAAALcHJpbnRPdXRwdXQAAAAFAAAAAFBzdFNib29sAQAAAABJbnRl
ZW51bQAAAABJbnRlAAAAAEltZyAAAAAPcHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRl
ck5hbWVURVhUAAAAAQAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMAAAAVBB8EMARABDAEPAQ1
BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29mU2V0dXAAAAABAAAAAEJs
dG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJTQQ7AAAAAAItAAAAEAAA
AAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5ib29sAAAAAABDbGJyYm9v
bAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9vbAAAAAAATGJsc2Jvb2wA
AAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wAAAAAAEJja2dPYmpjAAAA
AQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAAR3JuIGRvdWJAb+AAAAAA
AAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAEJsZCBV
bnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAAAAAACnZlY3RvckRhdGFi
b29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVmdFVudEYjUmx0AAAAAAAA
AAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0AAAAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYjUHJjQFkAAAAAAAAAAAAQ
Y3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9tbG9uZwAAAAAAAAAMY3Jv
cFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcAAAAAAAAAC2Nyb3BSZWN0
VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAA
AAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAWjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAA
AAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBs
ZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAt
AAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//
//////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA
/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIAADhCSU0EAgAAAAAAAgAA
OEJJTQQwAAAAAAABAQA4QklNBC0AAAAAAAYAAQAAAAI4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAA
AkAAAAAAOEJJTQQeAAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADSwAAAAYAAAAAAAAAAAAAAtAAAAH/
AAAACwQRBDUENwAgBDgEPAQ1BD0EOAAtADEAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAA
AAAAAAAAAf8AAALQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEA
AAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBs
b25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALQAAAAAFJnaHRsb25nAAAB
/wAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAABAAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURs
b25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAAAAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmln
aW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBlZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAA
AAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVm
dGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAC0AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAf8AAAADdXJsVEVYVAAA
AAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABNc2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhU
AAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9vbAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAA
CWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9yekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFs
aWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVu
dW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAATm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAA
AApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRP
dXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwAAAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAAC
OEJJTQQMAAAAABZ+AAAAAQAAAHIAAACgAAABWAAA1wAAABZiABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NN
AAH/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwM
DAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4O
FBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHID
ASIAAhEBAxEB/90ABAAI/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEB
AQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWET
InGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOE
w9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQE
AwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYW
orKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm
9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDBsg2HU8mTx81axb6wNjwdky4jUx/JY7a123+s
h1t3XObIBmAT8U1lb63PDmuBb4CeO7XfRSU2G34x9xYdBxIA0RBnMr0qa3XWXGfyIWLfV6Ja
+v1HbpboO+v0j9JScN53GiBzPA/Ikpg619tnG8t1BJH3Nb9FE9POg7KyPzgXaH75USWgvOtB
a0GsgDVw3bvd+85Doc61mrz4E7jM99ZSU3GVZJb+mY2YPu3uP/RAUm0g6ksE+bjp/aVQ47YD
i7kczMjvyUzMWlziGy4n6QABMgbklOoyqtrfpVtcO+pj8EC30Toc2uuDJ0I/8iqd2MHN3DeG
jkNbp/33/pKs+kb4YwvsdABA1n/qUlOnXXhWCPt1ZaNNBDvE8ucimzpobt+0mBB9nt482MQM
TpVzq9z6rA4yDIDe6t09OdXIsAZHLnOH3CElJcH7GXusxXF1oGpcXaeH0/3lmv6n01jnelhP
e0F2roaDB97m7ty3MXHd6xrpbvsLCYbxAP03WO9ja/8AhH+xZVuX0zor3Nw9nUOphzt17hOP
SCT/AEap/wDS7mbv6Rb+i/cSUh/a+P8A+Vrvoz9JvHh/NpKt9tv/ANHXxu7f6/2EklP/0MiA
2068gnTzTsugmR7SIIOo/wA0/SU3AwXDTkduQs7J6oK7SxrRa5p1JJAEfmt2JKbzL21k2BpL
RBAnT4afvKhXX1PrORkOxZeKhvdUXhoDSdrWsDi1Sr6g259gsZ6D2tB2TJMke5v0fpNLf/Pi
s9Os3V5TcZ32Y27S1wbuAsaP0gdr+ft3sekpBjdMzKMllOYfY+t9jWzuaQNIkfRdu+mr9fo7
BW5vnIjt4IOXdax9Zoyzk3zDiQBWA0fpmbIb7n2f4VLHysfJd6XoirII9m1x2vP0obP5+381
JSa1tQqb7CWg+509jorVN1NdZ9IOrby0NeY1G0+2FWvrxA41uD2yAZBI0jd/WQ66qQCGhzhB
AJnn4pKdPHvstltYlgHNj/b8NrQ36KfHZS69294ceS1kgHWXbNsKriBratYMHvJOnkpBzLrW
0VsdZbYfYysFzj5N2e7ckp0X21F0DGJA03PeSPylWaMal9TbbmCih0/pANznkH+bxmH+ef8A
v3f0an89V3HGxWn7UWX3tiah+kqrP/dg1nbl3/8AdWp/2Wv/AA9tv82hZGeMh7d5ssssAIfA
Bj8xvZjK2/6OtvpsSU6GTlWbGU47BVQ52tZM7o/wl9n0rrf/AAKv/BMXPYd2LbnPZf7Z3l50
BndLa1axcyq7Ksa0k7B+cRuIBbJ/zllVVWDI9ZzDta522Ikz+f8A1dpSU632DH8R9Ly+h/5J
JA/T/wCjd9GOfw4SSU//0ckMNl7a32txw8kOudBaDEte9v5rP9IgdF6OMrqNlANWZkYrwW0+
oPQtYD7rPX09SvVv0P5xEtMudMid3znT/qVD6psu/aRvaDtx6jL3iGAyNjHJKbn1uxBXkU57
HV77LTR6LG6taGMcz1Xz+ksZ7q/+CWG19lNn6MlpPJGrT/Xa72ub/JXUZnTeo/WHNrxMOiui
rGJtvsL3FpsMNYN1m57djT7GM/4R6o/WD6p9U6RWMix9duOdoNlcw0n96uza/wCl/hP/AD2k
py7s+29+9xM7PTaBwABG0f6Kpv7rUAPLXN2AbgQS4T2E6IT3unaTPIAJ58FP3e6ZAG38B3IS
U7tWNjWMZa7KDC4BxaSAR/Jd7ldpo6eJY7KE6QNJM+DWz+csXpGJl9QsNNDRLBussc4NYyud
pste783e9aVeNidMP2jqzt9zHOFXT6HAuLmf4TLuaHNood/g62frF+/f/NJKdX7JhtsdVfc2
kMZusc8t9jP5vc9le+3fuPp/R9T1P3FWHV+j4lZrwGWMY8bbLHCLrGjtdaP5uh3/AHFx/wDr
3qrId9tsqt9PaTlWtpsusjc4WD1GMLvo041mz1bv8I//AEi6XG6D0elm22gZT62g25Nr3Q6f
pOqoo9TZTu+gkpxLOuUS5pqcd+piG8fBAPU8d7huo0GoJc5x/s+/a1dJ1To3Q8uimnCZRh5j
3BtLmGK3RzW8/Qf7foWrmruk2UZNlDg6abDW+JJlpjd7g36X5qSmx07Ixn3PGNQa3uB95iS0
Fu5p2/1lU/bTQG1Clzi2WB3qBg0O3dsj2blb6XjOpz5e32NYQJ76t5bK59tBtL37tkEnidCf
+jtSU6n7ad/oHcfvnjwSVPY/z+h49/uSSU//0i/U/pOLnZt+VmtF1WI5jKq3CWm2zc5r7Gn6
Wxjfaz99b+X0HqVvUr7aG0105DtzrTAIgbGxW0fzm36e5iN0bDr6H0Ku2/VznjKyRpM2R7Wt
/eor2bFu7t9YczTcA5sjsddQkpp9N6Zj9NxxVVqR7rLDy535z3IQzMfKpyGXNa/GbNV4fGwt
I93rbvZsdLmbFHque6qs0MbF5111aB4/yt37i4Wz6xVPyDjYdd1z2OcWuaWmsuB/SXCXMZ/0
ElL/AFh+r/R6KLOodLLhi1QbsSwPG0EhnqY1to97G7v5i1c1bcxn6BkmsiQXHg/yV077szOp
spvDam3NLXWZDi4QfzvTx2WO3N/N/lqsz6q4R2uOTSGgASDbr4zupbt2pKa3Ss7p9GO2j07h
6hNmVc4tDW2iW1V01sG59Fdf0n2P/nLP5pWPrFXaDj2SHYse0gD+ccG/pnfvPtorrY213+iR
z0DH2ubXfj1ukEWG17pA8Ky38/8AlsVfqF1vTsWvDud6rLpoxhS71GOAdu9S7btdbbTZZX6W
L/N/n/pPzEpF0xl3VeoYXS6QAzHpOTlEiQH4+91LjtPudt9Cn/0IV63qNLMZ9+HfMxNLq9rR
YQdnpvcB6Ve9zfU9T2f6NaHQeg9Q6H1d+XkVyLsUtaWe8NsDqn3Me5v0fY130kXI+q1PVM62
2jIFGBed9paA64lp/ma6h+iZTv8Af69r/wDg0lPOZ+TntZTea797H+65pLq3Aj9HXua1ng3+
dZ637lmxAy+sX3XussrDHO1O1zgPL9/crfTfqv8AWLqFd3oMFGOwmKr3eibi0+3do/1Gs2/n
fq/+jQhh49T/ALLlYlmNdSCH418hzNx/nGz7bKXu+hdX+jSUww+oPqc7Jupe3YyC47uJ02Nf
t3KhU+hgIJc7gyGwPE/Sd7lbyOjCx04tsVSA+uxxArJ4e17v8Gjt+pvU2OIutxz+7F7GkT4+
p7UlNL7Tifu28fyf/JJLQ/5oZ/8ApaOP+5NPKSSn/9PoD0/6w9XpjKsFeFXFlNdoHq3vB3N9
Vzf5vG/6b1qU9WyB+jysZ1Vw0Ia0lv8AZ2rV7JHURz+RJTxP1j9S4XZnrMZW8Oa7c53ta0fo
/wBGwb/U/nG/o1xfRiWWPeKH2bht07Andpyu2+uvUehYePZhV00Pz7Za9sEem142ve51X0Mr
Z/Ms/wC3ly3QcjDdcMWsvFhDntDh7SWjc5rdp/cSU3xl3NIAxrAIB90AfkRm5+Q4gtoscCJa
4d/wWk1oIa8NAh41HhCWI4spY3SWgd9de6SmgOoW1624tx2iT2/gsxtg6v8AWXCqFVjGYI9a
1juQGH7TZ7R/1ldIXSS3s7R0KjjdP+y/WAdaZYTurdXbiuEAhzBSXMuafb9Br/5tJT1eTZXm
VUsYS5l7ve0EtLhEmqyPc1j/AM//AIP1E2P0l1VjhZY66t7nvdtJrbJjZWK6y39Gxv0GKtR1
HEDvWbQ6u2DIBDgQT7g36G3hPl9dssqdVjM9N+oFlhif7Ne9zUlOg3E6bhHe1opLRwHO/Fm7
3f2ly/11vxbP2dksn1a7nUkxzVax2m3+Taxrmqp1l3XBifbcTNa00jfZjsrjezvZ69jrHv2f
uexctd1c5T6K7qvTey03ZFjXOe+x5btYGm3e6tjfzat/+ESUmyMl9eU0MMbRqB+cDr/mLcwO
udPHT6RbY0WNDmbHiSA1xaydP3NqwXYlr8xznVw1jAXjdI4+h/KVr6vjHsyMjEuYH7mi5m4S
dP0dsf8AQSU7f7c6b++z6M8dv+20kv2Rgf6IcTz38f6iSSn/1PSNyz+q9f6b0b0znWOY6zVl
bWF73BsbnBjPzf5blz/1p+uBxi/p/TXbr26X5DD9A/6Krb+f/pbfzFxozLa768u55uOoe4nc
6D/Ks93tjdWkp0+n/VRudkZWRm2u9FtjjW2kg795NrHW3Frvc+pzLP0f/nxStq+rWFkEMxbc
e7Ge2LiXy159zN3vsb7mh+6m2r+a9RW+mddr+yX41TQb6fdXAgOa4/oXWuHu/ROd6G93+D9J
VzlmjIZRlWMZWbDZc9rGuaXbS11377Ka99bPz97PUSU7Tq3NrkPbY0tDy6s7mQf5t9bh9Kt/
8jeq9Q2sDydXCR8Vl/V7KbW2rAj04dZdrOx2n+CY73bnTv8A+L/lrYMBrGgQIBHPgkphE6mC
R3UhMzzIlQbHx8VNp1+PZJTMeRmefEKJJDg08gO5+CIHgyeCovg8j810pKRXVnIxXY7TDrKi
wE8atjX+SuQt6Y6nLBvpNFtTgL63+5gPLH0u/wAJU/6TF2dJMB54geayPrA5r+p8SyqlrrSZ
2tPu27Y+l7ElNKxzamGz6QdBb5ns1UsI2t6vTlMIA9Q1kd3B43FiLkHeXVtB2VaEHQye5ahY
1hx8mu13Fbw4/Af+YpKeqlv73aEk8M/BJJT/AP/V5p7oeYMuB1PPJ4T22M2bnAbnAgxwT+81
v5jlEjc/X3Ek6xqUW/Fa+k13vNJILmOMHj99n87sSU1abdmRo817gW7xpoR9H+q5Gox78270
MZpNj2uIAnkDftlv721Z7qMkvZWxhc6yAwNgk/uxC6foFGTRjW5Ox1d28U7S3UCsCx9Nn7vq
7q3/APFfpElNDKd1HBqrsvpsqc1h2XaODLZZYz317/d+i2e9dVg5lWdg1ZTdu5zQLGs/NePp
1kLnOufWI3+tgMrApeRvtZY7Vw9xbsd+jczci/VLc3FzQfol9RH3PSU9EIBjw0KYnWNYUGuk
T5JEkgH7ykpPWdOYlSc0HUHsT9yHXuJCd+5rXdvY+PwSUmYK20B7yGsY0ue48BoG5zj/AFVy
eXlnqGU/JbupxC+BuMOc0w2X/wBlq6PqFvp9NuJAJcw1tBMCX+zX/O3Kl9UegV9Td9vzGk9P
o9mNVMeq5ssddZ/wbHfzaSnDyMp9tuVa0bRe9z5HAZO5zgs5lvr21sYZLntDTHYlEziykHCq
Lnltj2OtP5zWOc1o/tbUDpdJu6lh1dn2tnvwd/8A31JT320f99+SSh6jf3xz49/3UklP/9bm
Ra5hIaIdOhA7qAJDhulxcZe7uZSa57i5xa4AEmY0OsJPAcDpPieef+pSU2aswV5FVohvpPYQ
YB0b/wCSUepdSyLbXem811WBotbWSA5zRt3OVR5LQDB10n4LV6LTjva9zq2WXgj0/V4DGgfQ
/M3bklNJnQep2HcKdjHCSXObDW/Sl7Z3Lo+k9Mb0/BdXu3WXOD7HdpjaGt/qtVlj7ix26prg
0u4eJ1aWO8f3kjk1j2lu2AJB1SUlYfaQewJ80iPo7e6Zj2EAtMiDPCK1oc1sEfDvokpTCQef
insPOsHY6An9NwdMQoPG0jt7SPvSUmZ0mnrBZjXlzWVO9XexxaQQNnb/AEm/auhzBV0/pZZj
MDGVMFdNbYAH5rWhVvq+1u29xjfLdJ126/8Afk31kovvx6g1tj6mv3WVVNLi4RHuj8xiSnzk
dEyvVFTrcd2RdIsLC57ATL3M9Zrdr3f8X7Fe6Z0IYVwyLbBZe0EV7QQxm4RY73e6x7lpNOK3
Ic5jnB77gyilzSwtYxr3PDt3+G/OexPkvDCeS4+CSlvTq8Rxt+SSUt8G/h9JJJT/AP/Xxbco
/QmXTAaNGtb+awNb/nKu5jbILxB8RofwUSSHkcnuPJTbrMcDX5pKYOxgdWuBgzBGim1t2O5j
63bbazuYY7nvr9Lcpl4iC3XQDT+KlAexwJ1aJEpKdfH6oH0l3pAkaOY0xtP8jd+apnMx3RvZ
a06eBH/RWf0hnqXPqIc6vbucG9iD7FdfVLy1tcQZncAfuSUmF+IeLIPgZB/6Q/NRGbHkbXNf
pHIlU7ay0gOGnc8jRD9Os67XGByAkp0dj5Ba5wPiJEpy7IgtLiWkRz/1O7cs0jaQGFzCfMj8
hU6X5weCy07DzvIe3/pe5JTsU5d7TJcS5v0eGnXlu5o+g5q6fpea6xjKrTJ2g1vJmR4FcK6/
PDmtHpETqCC0keIXVdEtGR0+gWD07gXCtwMgEO1r3R7klNT6x4r6wcgD3Psa/ILYlwaXem7T
833bXPWE+0vJMkTpK7S9n2pwoyG7HvBY3wkjkLkbHYlNhx3XMNlejh8NNdElK2M8R9CORx/5
JJP62P8A6Vn0J+k1JJT/AP/QxXYF4L3tq3NcdDPP3pjXltB/V37e8NldM5jedrfLUpNa3wAP
3pKeZGJm2HSl4A/Od7R89ytt6VkPaGlwa0aaEH7tzlsmtsxOvjCmRUGgbflykpzcfpTamgmw
687TpP8AWCtmkuG1jvTbH5o/78iB5Zo1onwAS/SQQdT+6OCkprmqqs87neeriouZdaNrf0bT
Px0/lKwHawWEee2FL1YjWD4EapKazcNrT4keJ1UjRfPsDA0dyjhrT9Jo8UthP0RIj7ikprZI
pwKDe9hsgtBAEkl3t/l7Wq30j64dHx+lX19SLqbBYTVQxjnvd7WnfuhlTff7P5xBuo3VkPDg
0/SDTrE+7uudysTNDbgcVwcdKi0BzWiePaElPVM+ufUep1tHT8RtVLX7W5GR+kfII2+nW0Np
a9/7u65Usuh9d9lNpHq6WPB59+v0fzfduWLX1PrtOKzHa/0wxsB/pDeWzpufaz836KNg2Z/q
2X5lj73WNDGusc5xAnd9J3tb/USU3PQZ+5X/ADcf+ZfRSUPXv/d/MjhJJT//2ThCSU0EIQAA
AAAAXQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABcAQQBkAG8A
YgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAEMAIAAyADAAMQA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAA
AAf//wEBAAEBAP/hDpBodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBi
ZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEg
eG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuNi1j
MTExIDc5LjE1ODMyNSwgMjAxNS8wOS8xMC0wMToxMDoyMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYg
eG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMj
Ij4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMu
YWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94
YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RFdnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9z
VHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUu
Y29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1l
bnRzLzEuMS8iIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdp
bmRvd3MpIiB4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTo1MTo1NSswMzowMCIgeG1w
Ok1ldGFkYXRhRGF0ZT0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTo1MTo1NSswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURh
dGU9IjIwMTgtMTEtMTlUMjE6NTE6NTUrMDM6MDAiIHhtcE1NOkluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5p
aWQ6YWY2MjdhMTUtOWY4Ny0yNTRhLTkzN2QtMTExMjY0NTY2M2Q3IiB4bXBNTTpEb2N1bWVu
dElEPSJhZG9iZTpkb2NpZDpwaG90b3Nob3A6MWE1NTEzYWMtZWMyYy0xMWU4LTkzY2UtZjI0
Y2EwOGM0ZTljIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6N2M1YmViMDct
NmRhMy00NTQ4LWI0YzEtMjAyMTgyYmJiMTBjIiBwaG90b3Nob3A6Q29sb3JNb2RlPSIzIiBw
aG90b3Nob3A6SUNDUHJvZmlsZT0ic1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1h
Z2UvanBlZyI+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rp
b249ImNyZWF0ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6N2M1YmViMDctNmRhMy00
NTQ4LWI0YzEtMjAyMTgyYmJiMTBjIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDE4LTExLTE5VDIxOjUxOjU1
KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAo
V2luZG93cykiLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5j
ZUlEPSJ4bXAuaWlkOmFmNjI3YTE1LTlmODctMjU0YS05MzdkLTExMTI2NDU2NjNkNyIgc3RF
dnQ6d2hlbj0iMjAxOC0xMS0xOVQyMTo1MTo1NSswMzowMCIgc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2Vu
dD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENDIDIwMTUgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2dDpjaGFuZ2VkPSIv
Ii8+IDwvcmRmOlNlcT4gPC94bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5j
ZXN0b3JzPiA8cmRmOkJhZz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOkE4ODBENTY3Qjk1MDExRTVCNkUy
ODE0QUJDRjZFQzY0PC9yZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRB
bmNlc3RvcnM+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIDw/eHBh
Y2tldCBlbmQ9InciPz7/4gxYSUNDX1BST0ZJTEUAAQEAAAxITGlubwIQAABtbnRyUkdCIFhZ
WiAHzgACAAkABgAxAABhY3NwTVNGVAAAAABJRUMgc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAQAA9tYAAQAA
AADTLUhQICAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
ABFjcHJ0AAABUAAAADNkZXNjAAABhAAAAGx3dHB0AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAAABRyWFla
AAACGAAAABRnWFlaAAACLAAAABRiWFlaAAACQAAAABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAACxAAA
AIh2dWVkAAADTAAAAIZ2aWV3AAAD1AAAACRsdW1pAAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0ZWNo
AAAEMAAAAAxyVFJDAAAEPAAACAxnVFJDAAAEPAAACAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAAAENv
cHlyaWdodCAoYykgMTk5OCBIZXdsZXR0LVBhY2thcmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAAAAAS
c1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAPNR
AAEAAAABFsxYWVogAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFhZWiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQWFlaIAAA
AAAAAGKZAAC3hQAAGNpYWVogAAAAAAAAJKAAAA+EAAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBodHRw
Oi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5JRUMg
NjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAC5J
RUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGlu
IElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBp
biBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk/gAU
Xy4AEM8UAAPtzAAEEwsAA1yeAAAAAVhZWiAAAAAAAEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAAAAAB
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAo8AAAACc2lnIAAAAABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAABQAK
AA8AFAAZAB4AIwAoAC0AMgA3ADsAQABFAEoATwBUAFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYAiwCQ
AJUAmgCfAKQAqQCuALIAtwC8AMEAxgDLANAA1QDbAOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMBGQEf
ASUBKwEyATgBPgFFAUwBUgFZAWABZwFuAXUBfAGDAYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB2QHh
AekB8gH6AgMCDAIUAh0CJgIvAjgCQQJLAlQCXQJnAnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC1QLg
AusC9QMAAwsDFgMhAy0DOANDA08DWgNmA3IDfgOKA5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYEEwQg
BC0EOwRIBFUEYwRxBH4EjASaBKgEtgTEBNME4QTwBP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYFlgWm
BbUFxQXVBeUF9gYGBhYGJwY3BkgGWQZqBnsGjAadBq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08HYQd0
B4YHmQesB78H0gflB/gICwgfCDIIRghaCG4IggiWCKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJeQmP
CaQJugnPCeUJ+woRCicKPQpUCmoKgQqYCq4KxQrcCvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL4Qv5
DBIMKgxDDFwMdQyODKcMwAzZDPMNDQ0mDUANWg10DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8Omw62
DtIO7g8JDyUPQQ9eD3oPlg+zD88P7BAJECYQQxBhEH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwRqhHJ
EegSBxImEkUSZBKEEqMSwxLjEwMTIxNDE2MTgxOkE8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAVEhU0
FVYVeBWbFb0V4BYDFiYWSRZsFo8WshbWFvoXHRdBF2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y1Rj6
GSAZRRlrGZEZtxndGgQaKhpRGncanhrFGuwbFBs7G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc9R0e
HUcdcB2ZHcMd7B4WHkAeah6UHr4e6R8THz4faR+UH78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUghdSGh
Ic4h+yInIlUigiKvIt0jCiM4I2YjlCPCI/AkHyRNJHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3JicmVyaH
Jrcm6CcYJ0kneierJ9woDSg/KHEooijUKQYpOClrKZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2krnSvR
LAUsOSxuLKIs1y0MLUEtdi2rLeEuFi5MLoIuty7uLyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIxSjGC
Mbox8jIqMmMymzLUMw0zRjN/M7gz8TQrNGU0njTYNRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3YDec
N9c4FDhQOIw4yDkFOUI5fzm8Ofk6Njp0OrI67zstO2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE94D4g
PmA+oD7gPyE/YT+iP+JAI0BkQKZA50EpQWpBrEHuQjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpEzkUS
RVVFmkXeRiJGZ0arRvBHNUd7R8BIBUhLSJFI10kdSWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JMKkxy
TLpNAk1KTZNN3E4lTm5Ot08AT0lPk0/dUCdQcVC7UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT9lRC
VI9U21UoVXVVwlYPVlxWqVb3V0RXklfgWC9YfVjLWRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+VcNVyG
XNZdJ114XcleGl5sXr1fD19hX7NgBWBXYKpg/GFPYaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk6WU9
ZZJl52Y9ZpJm6Gc9Z5Nn6Wg/aJZo7GlDaZpp8WpIap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbbluEm5r
bsRvHm94b9FwK3CGcOBxOnGVcfByS3KmcwFzXXO4dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3s3gR
eG54zHkqeYl553pGeqV7BHtje8J8IXyBfOF9QX2hfgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuBzYIw
gpKC9INXg7qEHYSAhOOFR4Wrhg6GcobXhzuHn4gEiGmIzokziZmJ/opkisqLMIuWi/yMY4zK
jTGNmI3/jmaOzo82j56QBpBukNaRP5GokhGSepLjk02TtpQglIqU9JVflcmWNJaflwqXdZfg
mEyYuJkkmZCZ/JpomtWbQpuvnByciZz3nWSd0p5Anq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopajBqN2
o+akVqTHpTilqaYapoum/adup+CoUqjEqTepqaocqo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4trqGvFq+L
sACwdbDqsWCx1rJLssKzOLOutCW0nLUTtYq2AbZ5tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1uy67p7wh
vJu9Fb2Pvgq+hL7/v3q/9cBwwOzBZ8Hjwl/C28NYw9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3IvMk6
ybnKOMq3yzbLtsw1zLXNNc21zjbOts83z7jQOdC60TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHWVdbY
11zX4Nhk2OjZbNnx2nba+9uA3AXcit0Q3ZbeHN6i3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vkc+T8
5YTmDeaW5x/nqegy6LzpRunQ6lvq5etw6/vshu0R7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozzGfOn
9DT0wvVQ9d72bfb794r4Gfio+Tj5x/pX+uf7d/wH/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAhQWRvYmUA
ZIAAAAABAwAQAwIDBgAAAAAAAAAAAAAAAP/bAIQAEg4ODhAOFRAQFR4TERMeIxoVFRojIhcX
FxcXIhEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEUExMWGRYbFxcbFA4O
DhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8IA
EQgC0AH/AwEiAAIRAQMRAf/EAKUAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAIDAAEEBQYHAQEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAEAACAgICAgIDAAEFAQEAAAABAgADEQQhEhMFMSIQQRQyIEIjFQYzoBEAAgEE
AQIEBAQCCAUEAwEAAAERITFBAlFhEhBxIgOBkaEyscFCE1JyIPDRYoKSwgQw4bLSI/Gi4vIz
YyRDEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACg/9oADAMBAQIRAxEAAADnqYIshsJgWaiCwYyChdBRtoBs
IsgEYlMFxgjAsB9BQ4sjBomYmMoAW2ALCEsNgomAWuANXWcesbHANBUOgIwIESIUGqxHRAjN
j6gGG9hGE9lnGWairlkIaHWlxvy56NV5bNNJocIiXBMtZASW0GisSOozBNrDEe2hMeIozIWR
WAZEDR2LuCVdEUQANJbAyWs0TMBqvIBuPnGbrS4WlHJOsGCGyZKHCxYJ3CgesohsIasOPeYK
3QxVrAzRpCh0wUdrNV4qN1ZYaayQ1jmhqBIjaXB0Ch9ioeGWGlEgorIXDoplkQW0CVtEnpEV
eghjFvOdz+lhAYXfOOr0XHOetqgypwmaMpV3RUGGjbztA9aKGxEHWohqIs1BbjAa7DOGBG0B
DoWRiQWWDcIqigpehYFFYq4IJCw0MW4gMgJyyyYwVbaBYBmZfX0BcjFzB4pIelqgmqaaVBQN
xplHQsFtEQiaLkxGwMKzpTlPNg5mFjThhWJcVRtUKxoKEcY6xbYZlYbRCtwGJe/MZ49oLhcN
ZnWajx2aRRY4Bg8b1mTqFzBvnutyjITtBha8CltWC0GFWNFsQQ2oIDVEaCyoFZWqIUgEOE6W
DsGdgkNgwqMouqEF2bQOtJjAtZZABobjscmyF6BeE5dDhzCbKyQ1lnYXTegCrOsCgSM52vIN
bk3jM3QQc9ZACcsCjsUyqKorAKiAx7EmNqdp3c2yGMdNHC62PYJAwLtdjqCDKqxUETUWZg8F
0GSNA3Xls0ZhWM0YiNgg0RH0LaBhbNOM184aGwIBQNM3N6XKJ0uWw7B42mUDEEpRcXQRJUaj
xODGoEsxFvETp4n8w35zIy6j5J26524teoTOU0mSaSOavpgYzfYC9IGfQDhpDA1lRFOEXpUw
YI9cza8aBkERQvAWOjKOYlxmwb+cVY6BxiQobhKMBYHziLqF0eoya8ZnSx3QcRsOheVxpDEA
CbcIEwL6fJI6bwsUu1j7RQyLYFV2A1TR9DRYrgV52jNewjTx02OXmo2ovOMNDxWeknTfz+iZ
ed0AMpaoKImiEkRVLWVjasqi0De6Ww8zy+/xBlqYLK6Nb+bZ2s4IF6MxCxsgCYs1Mx6SpdFk
DAjW4lNhLOiowjnXt6Jyu2OEMCSLcohatIiFa4c9mmznD0KE9AREtzuKFkFFVmZWhQrflcI5
nsfNDNnK9McfuagMHO7fMPPNXpFU1QRKMaK7LaiAtlEUYjOjzth0IwCFKHRUNNpE0C1QbM20
0YuXmOunmqOmrCJuDGo6FYrNQJE2MxUdBWGzqM5+8z52841CgDTQrOtlesGVDJUWV3+B1j0m
dtGDL0eScfQnQUJpGBULsSBsDKJLgTXZbs7B5LsaEsICoLZi6Zo5y85o1s5omwaLnTecWu/s
PKr9dxTmU0CrGyXRgsGxnS5vWOXzuvxyrqhrEON4WJJVmJOjMF1uT2jcyIG+b6OQQ/v9E8cH
uuCeeXsSBV0VY2FazLgtF3VDX5dAV6Npyi0ekMzOZzC6ESK25BnqsjjUGV41+eGxVIPOq9Is
8+tjTM2ELVqQH1Od0DByelgBp7DK4qNoGolVoM2T2+A8/wB9GoBejCJ7SeyMMoUp0PO+b+h+
cPMg8RFaVFmtwM1JM8Oi+rzvQnQVzWDefro4g0ZpG9Bq5PS4Z6l2IDboyWA1dDMwc47PV831
DmBqyFmuDV0odr53QOZh34QnqYDdwatyTR6/m9onI7PJOa5IBO1dMHQcKE1FzFoG0MMnmvYC
eBLu8EqnwzsziFdONvSZwTribCuJ2+QZZIN6vG3nOfzvShrZqOS7biFjih0Mz8YrscJp1s3O
s2zBZuLnNN+vlaRGTUoW67KKEWphnrmMzmymQxudALuFXdEytwmfXyOqOmbGFCEbwezyDk2k
wRGw7FoLwcH0OZZ6DO4DgD2+MDDyFfQPHe3PN5OvxDahTRL+brCyb+geZbpzBLcIFDCrfoEw
8wMGymrhcojb2OZ600Qkmq6hclEpRBjAEYqzi6ckBqc5sDPZoWvKc436Dmh0mHOb0TOaW1hy
iJpodgIYjfywM2/MbPZeS9KO816fnnnhdnMt+i4ISU0G6tIstoGathHKz97AYRNgimLCk2GS
aoei9Dk2lc7ock17vP8AfClQFTxM+JuQFDuaZMuaDm10DCW5hn3Jo6U5rTWWYTYOSDmZrNud
UEJ25Tjsw9U69d8jyvcoi6zWD1EtF+H9xwTi93b0jj8D3yTwuzdxTWxRDTQAefoLLPbqORXU
s5c6ZHTd5xh1fOiB2+xyd4+xssYk5WV2APi9XlGMxeb3U0s6gUAhxJsZQWNEKG1REsxF8rrc
M5/ofP8ArztFRiufswgq3ck6kjjNl7tnHb0iEulgec9LkPG6uf0ABtYOjnsNfZ4fTNNWQuyg
rn9DpHH6nVs81o6GA3HzGHRVmsRg7SjiczvedEtUw2PxuNMUs0CtgyJMs1WMtUH3nE11lznS
4TcZq9h57unVPm9AzjVja1QxPbArkJcAMUZjYvIB5TbhcMzacQNjZo38bUehDCo33z4eybdl
S4CLIZa1UZeb3AOErt5zzfI9d5QHfi3D3q0kmgRE0rMuimEt0KFoCrIhCdazjczs8Q9J2vO+
oMp6VCt+XWMuiJVpDXiUaVo5R2l8Vhuy4Ooeffh1jMmzGAxTwVtQba07TjF1Fnt7qEkhUlkq
QqWIIFwTn861GjTzDOw3PqDtbA1OULKiGkNBVIQLoKpBPD9BZx/Uc6zrO4TTrDih0Zzs52Of
lMyK3w5nM9VZ4u9mA6hcig+ny9Rox6s4OjPtEpYBo7PmfTFwiPSyQupCpdEurKzO8YM5IqBk
sGmQ0d/y/ojQyrGJcoWVAE5LAhsSrGhtqMglRV3CikCILCXcKEwLlwKiAz+e9DwTKt+cPVn2
m3LoAI4JlR0cRj9B57qHYYEPT3UJJRJIWMArxPtPHHLrR6I4vS6lGU6ovI8QitguSxI3YRUR
QyF1IXKsksQpRA2cBuUCUEJZ0XUsYMozcvt+dCy7iMG3NtCjALq1l4nIE3DPQMy6j00kJJRY
DhHeeVhG9Xmag+rze2KwblnF5/RMxOAT0yfNd00pcgQ4DCBii6kIQWXUgUlEKQurouQigaAA
HZKoiSQNbmHlT9FwxJ2s1FneLzaMpFsEalyjq6lGepgQvmL8+HmVQ0s9nVoKPQ1yekXnLiGr
bzwNV8/ccfpc7pm0kNLKjKCxIBCQpAqkJdQKxIOpCSQlSwLsQCghSiDapgPn/ReeFNW8E7UL
XdiqMArqHbZm1HoeOXmykXCMSwJLkha+c0b2PPbTqIjjMp+cHrcOyWJhd7zfaHMQ8VLEIYIU
qyS4UVQKCRLqg5UJdWVV0CBUEdEU1Zk812uQExmMdm1ZBgPEULBBuQ19Li9g5KLoBgCaVU8T
d0Jo1lXUOqjKZYjCxJB0NHP0gMzvO2zi9sCFQFEJJcJchdVCSoEQwOwIlXChKiquDaKA2UOf
j1cwOs20183fzjTUQDFwsIJr7XC7xwISS5ULITGLiQqXZUCzVFEEuxDF3VOHs1CcxgKGel8p
3jqSrBqrKsDJYwgyF2NlkBl3VhQbKlwCXBsuwQPzwtI6xepUJlcociyBUqDVjZv7XK6xwUMg
uEIZARStWUUSSLkoIlWapTzq9HC8INGYPz3d4RjYmz0ezjdkG12XY2QhskkBILCIYHY2FUou
xIA1mNqQX5j0vnhjKSMXO0cB+bQDR4hUkClQ7HV5nRPPgygClhXVjDQ0wK6/NFCaizGx/T5n
fILUmnLOMdDNggYyzp9zh9kGVArqBDYhSUVdQK6su6MlXQLFkKatgZhDNyNmIEE+mNe5gHim
O55WS4DKsq6I7+1TjzlXATIwmqzGlCzBuOFI2iI6iOocXv4km1aOeM5xCVLhbEkdfrc3oA2B
FlLIBAEQwkoi5IEYEFBgNiQpymB1fPMmQmj/AFS9hSNGA8ridlAIyE0VFFWs74RRxiChq5QN
QgwGD3IIu0kF0+XrNfGfhKMLCUUBuzFO0dIc+xF3dBkFhCYF0YgXVhXVkISLsbAMCFtUYyqI
5vafsLu4L5HU86cCDsELfDLWvSc3uMIErs4IGIEOiXYgy6LsLLIYW1EHIsBZsYO06zMLdhmZ
+d4dSgauEKrLEwDkgBCZVwQiGy7EhZLMFgML0Z95sKESQTHytvMNnNCxGxWgYLBAksuqA4g1
QUoiSWDJBZCRV3RQ3A2J6gegVmlmYjTFNFOWZV1RBuBUQBjcCkgN1ZYlRCGyrliyglsU0Lr8
rtFlVlJbjOGLNIjn9bmGi9WYcs6AFgFEojzotMUwqBIYDd2BVwgNEXYmF0edqOlStQi9EAHV
DG2wKNUHTOw0gNjKoRzEGSxYVRUVLhJLAEhLNThvY43SNNSAg9RxMvcxmKDnOjkzvNAmIpTF
FOWwwmtA2mIINQUGlYojAqiAE5ZGhZfX4zDsGBDJCFiVCxZBZXYBEJcgjAuEK6KqQhrA0lns
0XjMPXzzOgONxvPnuOyXO3hCVGPidlBl5nQ5Z0BoQLGi7BpzSBYaqoOpCyghjCKGyEi+xdsE
ULRG7ua82VSxzccN8wUdKc9htrI0bF2HUsEigMlgyQGMoSR2LZVFtU0timGrSmzp3m0mOtWc
4+LtcUIRsuqgbFOOOhqiHIS5QVSiyogY2hbBocqQGjUWYEbZRFRwgC4ASogVuoXCgN2IbE0P
Zlo2Hgh0JzqOnOfpH1REhCUSzOradxn242mlTVmLD00HEszExtC2QjhSxKIbCNZFWLCpKCYk
i6GwpVjE6EgyQf1OR0gwtAQgQVW0ULEl3Vl1UDqqCg2CJwXZULFhgXpEzBqETrSR1uvwOobM
7iEksRtC44qurgEiVgXIcRLs4RWRVWYJ2Qu5YFEJRDA7uy12BdURr385psWpoJlRUFYxdQqm
EKttiqaog0JZUYJFZLhFXShixYEVMD7PI75k1rSbUOYc5jkA8DtcMysaJdpoQpyghqDIqxtK
sYMhYQQiEg4yxC9rDGenQY2aSAZRCF6bMhvITTYDLAIAoinELNsF2dgyQoAsK60iiZRV5cZ2
e14z1Rvy68Ib/OYT1nI4TzelsFUUF3BKDUwyK2iYh3kc1fWI4p9Wzls6EMjmwBlGCdUHaWF3
dA3cBKEDVCGAiQWkJNli2QgZQhxdhwCLuWQgssLE4aullM3X5yzfzoomu+qI06QGTXRxz5+8
kqjWJ0DLoq5ZRSwRISCyC7tgJ3YqFYBLsO1wKlwOqIlhA4MDG7JY0FBhJUCErBo4LISBksEW
QwjsSYQFhM27mGr0XknnoM/Fo6GILG9rhdcOlidKrsGVCS4SSg6lEGxGQLDqoWEouSiARAEc
AKQVHCLh0SXRZBQdLIK5CXULuqKphiY2C6eJmy71nErtpOWjrAYL1WZa00ZmOaA24WBw/9oA
CAECAAEFAP8A80H/2gAIAQMAAQUA/wDzQf/aAAgBAQABBQCwMSWMYiZgOYplZ+rjINbYCkEi
cE4wQOOrZqXEGWmBG6gNbyzuxAUkcKOJgkuYtoA8jY7uYSxhZsZYDvCWIRjjDZwxnV54Wi1K
AfjqM55ewKPImOxaf5AoCSAsRA9gqGQgU2OFiX5U24Ytk1AiEkT2NZfXWo+NarGVddyw1mBF
FghB7NnIHY9QQqkBVUSvqV5J4zhoy5gUdlQCeEZCAQhZ5KwGtjBmgAEOc9lAKzviG0KBYpHf
kWKYqgjrXCqQBJmnJasAupnYZysHIABjNieUgl2LNbGZ2bvz3BJsAguXIDOy14HS2eO4QaZI
GniLqID/ACVkpWiwnjqrVlFnXDDiDk4YBgueA3blewbELYCsxHkZJVZpW1i/7+Vc+YQWkKlr
k+VmVywJZ89rGIOZ5MTsTDwBbx2XHGPmFQQAIrPhS2ej9RXYQtVnYUOAtDZ8bCCvkK4hrfBq
fPhsaHXcH+YmHUzBp1gjXpB/nQuuvUkVFnQznODgjM+IIAISAXLYX4s3ddAfZoI3s3yPZ2Ej
2dxNnDjBjBYvwzsJxEcBlbLMTMkkE5GDCTOwMJ4LfQEEszAkAj6wKCyqCq64CpQSn87LBQs8
KBgtQg6YBrEJ58kDvOxyWJIOJ5GA7tgWWQ32GeewAXNhr3yb0AO3WJ/Yuab0Lf1Vmf11Ancr
BfdRYd7g7oh3Hz/U+E3jiti8eewssWsAwlxPu0ZIqEhlGevIGSFgrAigEnEDEH7MCowqksQe
2Rno2MEAqxmJ/iAGI47fEqAMUIF8i5Z0B8tRBtpA89OX2aIdmqDaTB2GJbbdQu1aYdi6f0uG
bZYzzOILrBGvYkXFi9lmezhsthVMK4KoAqrgHgnluhhXMNeB4WJFQhrIahQFYT2GRSh4YhyF
AB9fd4vGwLkZ+xCLgp/kyrO2IOzHjr2zDmaxBRoVBmBH6CFBjoCPGFK1s0fpVCOyrY9bNYzM
FSLgnCgRUBhrUAoAewaZZYSTF7KenYpxAMjy8l3YqRhSMspeBORWqiFgBhiqLkADrwIAxKoz
Qg4XJPTI64FYKtYTPYITrpwKtVmfS9Ulc3NuqtSVNlo+2MLXjtjnnDKcKDBkgrOxzQD2GI3X
DWqIblAbGSUENoBDnOw5da6QUt1+pfKMpE5gVevVSB8dOeoi15njzOhw1OCK17eMCAEQUplq
wJ4nhrKuVw3ZROcMASKy4Spmi1Q1gjoIFbP6mBMiY4rGDZ8bSE06Xq79hqdfX0q973RYvfYz
ec9rOwgXJVh3llXZCxAVp2jMBAOoWwKTYzAEmYGWhOVVPoOoOTm4sRXaPG74ryWCN9gcsJiB
OSeBzOAOwyzZOTAwBJJPCwsQThg9hEF5aF1MOQWYtMuYMiUN2VQzxQGZqre3RgEiVHArURkV
QSCFbJZiTret7Nt7mtrLu+yt2nsK9lBn2zb/AJARCc5GUY9LKw0NDCChjLVKlS6xVLzkBV7Q
VjPiUhqxg9QGPOUwQCCypDYCxaBwrIcTvA/AeB1WFyIWUAOCWfEUM6JU7NZSwU0vBrW9jrXA
W0MDgSxC0ap2X+ezGtT2X+FGCVKqhcAVoCCgDOhgNasbQSdhc+QWBhgUUXXtXTr6le57G51t
sZ28xVWYYUMYGbDjJ/xmMQEdQWhAMVsFWJltTFirMcZP6DwdBLb60D7r5bbcQ7Dw2kGvaxO+
TnIRDAilkTixAoz1CuGhMc/XI6qljwHxOlwVablLvajGsori1CwbJsNhY19lKFWOIvUV1syA
WWTyNgs5HViMETq0CMJ4yYlQLAqJq6PkN2xVrraz2NeR41WeFSwVVVgSBWMuFmSs4JOQgJI7
NCMmrABtclgSXDghCIhXJYE7bs1nIi5yexJZgRjtW7Vmghh1LQDLYMtGZ1XqoAg6NLiOyjMq
pKxqAXGusWlY1bB3pbPhbPged8K94wBkrnNVfcV01wImTWohUZHyAIMAd2jEyuq/YNGlVrps
7zNGPSC0E7Dg1YYnBaU1GweBsGoiwpiEYOBlGBBOYXYwZgYkBsDyGd2MWxiGOJdY5VmwxbJ6
ggrmBZ4zAoMprFdZDBFaeT7BwCbhgWwOQ1loJDEML3x3dzTYUVXZlrsYDyMDbsMXW13UKxPR
xMFSoBLqFWs9FOwgLbhYC5jC7mKzYrVmj2qk1tRtplKa02dizYsDAS8w9hNkqtVZGLLVmiR0
zmWAeYjl+6zJEU5hJMBJIHJUhcicGHExhWLBbu3Y9mNCJ5KfX63Sz1dAK6esBs6q+CkEsuCr
YM+2cnKMTORDlgQDOkZREcA9jlVGA/17LkNmBRipFBCGM6Iz3B2Fhyl4ZWJMdAVRA88JECss
6ZJfqNT1xY7W8tIL2Ow+P3ZycETcVinYoq2K01bVRVvBOV7/AGh7BivGG69MzocHE5BRWM6d
QFJPYGOuZbXlD86Gs9hrtCq1qliygmz62UKuxWcGwEFmKgvmVkZZnERgZ5FAWxcWMCS3KW4A
tJgsHVmEzmJnIJyzkHBExx1YBLOsS7sQcQEw5nYgalb3vTra+muxu23ksEgsXPeG9VAsV7Dg
TcY+FuxQAdaG7MCBA5M5BLnt2DN2wVJ7NZgnkMnYhHEBwGXoK+jEgdghey7W6z17YPZQrbKB
k3KmmxvC4i2xQu0pJVWUa31srMNDFepWGpsCpseNiHV8lWEQEHmKgliABexiljFqBArE6jGM
TAhAjBsI2ULYAJY63q3tN27rais9trDEtPP67EhsGKR5G6TcIFfYeLygyhWVlP1BxCeehI6/
ZgCucAqSuRXLL2EX2DGf3Am26phS2IWYMw6NuN2OpgNfrr4moLtra3VRoIjbaKNXBDVX2Vyv
fWCxHRvhcMwzMDHiwpVTGRM4CkMYrCXHJ+0Vp3IXvwISM8RhwYGZEDWXTV0atZdn2Fu1K6VR
SzZyxJXsClYPQFfITYozbgTbA6gnocYqQBfoqjpCcEDEZDCQJnm9+gYsYEZoRkHtFyDQS5ss
RS7s7JsmVDxtRtq0uOTQFNd5BGzazFVYFlKQ4WUWsrq62h1ZWU5WxvsLGyjBgeYcCdxgEGEE
kkZRRjGAxUDsAI9wyrsyhkrOr6/Y3C9mpo1W327MN1da/wBBybhmzZYH+iwxX7S+0uK3Oai3
bkzZOZ/ildJ6KTFBaBDHAxWFZiSCTGbrW9lhOOcEwYMp1GvV+ytRc1TvmOeBw2qQ0AK2Oyq2
1eb71O1UzEvZX1YWZVnPYCVWlGDLbVSuC5Adic8gKrQVwVoAFUQr2hHKQsex5DMBATg5Mpqd
zqepqpXY9kQGdnfJxaCz4aIpKurFimQOvjuZVbuxOncxsY5NzAOaeyg4TqjlazkVjD8BWwSe
xPYjYZupY4yxmSBqaLbEppr1atrRsvBUAKCyMpMMU9GG0HPjrtNBTUXZ2/JK0bqWrCtks/aK
uYCBKbWWCxsO85BU4bgleSB1JzgYioGgrCwrk+P6N3LFfrp+uu2Sg1PXV232bVlydQFBKjAs
Udu6LBtHD2v2Z3MFrhWrexjr341KH7lsC7BsU+NDapIsw3mAIuOfIzEoCHLhizd7CLGXsoVL
LDTqWk6lVFNbslabO5Zc1yBbltKwuDGChcHsF+tNprK7SsGZsmw5FjBCcQFwP8Y7gGsghR9f
up65IUZC4IiqIASPEc9WU9XwK3gS0n+S9jqeqCjY3QkKWNOjItmcBpnkrWxARYRVPPSg/qWG
9rFsLmKRlQBCedlyH+zKU4wZ+8/Y/NbFSUbOjXTaNr19td7hkb1qDtaaSuqy2Ooa/V1vWU9/
e6yI5JyoGCFE6hVycqOckTszgKZdYpH2MGVjFyMqCnYTV6WKKU6+KrHirMStMsExUfrgGdQY
eSbVUqcytLbzWE1Dtb1mwfrWjbQBa0E+UEf01CHcrBbYSHbWHaBJ2Vi3rE2lWPvrF2/tXsi2
wtL2ETesWN7C8FvYWEf3WEf1CePrCowwKjUcVbdW9oNdvWVFte4o2mtbxdWqVLUriwVX+9OU
4LAjqxXs6wAEEKE+uMFpZxArTumXfglSF6wdQdRh5O6AmxSQ1U81ePJWAmzSINmmNtLmisWn
GvVXr122w79eqN7ftubzWQ33FVZyTY6lixB+C2YS4JP1BGA0D8k884qBI1QVtAwN7K0oI/EV
TlVQgAk4KhSe9oBgCkXsPJ0DqMA+qvxXTYSu0+r2zdUnuA/QZAJXq2OrDqpIAyACgaAN16ws
2c5ZskKcxVAgYEiwgg4iuZhgQxWFywHMLMp1T4V9neUay5bK/XtYt3tPIlqN2CnMJEz2GFz9
iOCegAAImMFskfYjGICTOS6dQdYr/QSSvsThSRjsxC9iFYGALHKhQBC6k542MrYWJmct63ma
9YAbUsrKa23a/uNntaiAlQGBXELdSWBHbnsxgP17EEDIV7BY+VIY4KkhfhSQe+RnhckAgxjk
DIg7ma9FzJZs+I11m166dPWq3N6zZZVGK0stav1Gy0X0uAvpac1+p0kF3qNZ12/XX68KHLgE
4OBjJIMXOFEZD21xi1VBHtABWQ2GUgdiQo5BMvIgz1RFaEYbY7d+uYVGfXIWUXWVxPYnOz7g
ol7iy2tMt1jqyxkUlw2ArCOOgDKBxjsQqZMs+UzhvkERW+yNzkAKpIIUKCpldbO3rvU1om7v
UIrVeN0tWo22M0XITUos2bdXTq1ENqgm0YSxMqwP4tWq07dDU2jXsZ7mDvgRgCy0OVNLgu3O
qH8oWe1fKYIIXtPGwPjMCqFt5hIMypnkWXsosJxBmesBnhUgoiyxQX1tRrmo9SQlPptSsXal
FibXpes2KGRupAYAz6mYmYq4NjRQezOkYAgYIUYi4Mo077rdz1Hiq0/X37L6+pq6Ne17UvZZ
bzfYzoiMRfromso7toVrq12vcxr1LSRpmDUXK0LSa7Uy1jGy7W/pZ/XstbVqGahFJGAj5nJD
KxfVDC6ezA7gBpUCD2jfaKBGP2GDMPjIY20+SeNlGlpmyzUrFKu2HsIARFsfQ1FWBYFgxHTn
2Os16MOjN2IBKnuRBgkHEdcTo7RqLBPsT2UkBe3qtby27GyKhXs9o2zX6+/d2dverZyQ/wBp
r9rdevKnYUHU1WCWVexo6dmsIssnUMvTcqKbW5lrqC21fZW3r9hde3/70bFPRlr7WGoQIIwY
gMazR/8ATvx7EE2EPFxkqTF+cElmYHMY9pqaduy+r6mqlfZ+uQNq1dGVCC1amO3kmnqGwpWB
FGJmcEYxCBPc+qZy1TrMExlwvTkDqR4ojAqVYvgE9CJrVG25x/PSSWCWcbWr/Unsb119QIWA
4mgcuaHRtq5f56fImx/OBB5lanyiOrR7NvqNoZtuuofZ2qmm3etlT7dttG2gR2tIsF7BfM+F
uaPa01rC1i9QvsiQyZwFYH7RQWgJBb/Jmmnrm99XWSirHHsGY31OiXnYrMPkumrq+S6mlVVV
AnxHOAowvYQHMK5m163X2Bu+rOqxqAPhAj05gT6KzqWKNCMEjM9f6u+92qyShAAzDa1de5b2
tOFUAGajlL9lus/od7EC37HcMt2u19dTtQ1dvax3s83j3M1LcT7CjXqSlCRq7WoUt267j9mJ
rJDV4CnhkRZV1FhZFG+/a4lQVzHTAQZAWOrBiTPRay1UIYRxu0MbdhQDRr2F6tG2w06yVKAB
+MS4gDbvZFRT4+wWCydubaqrl3fRhIzWhu5cPlFssDEZJDGad9aX73u6tahN24vVdVeigPGY
Id6nrscYHUStlW72lyjULceh0VbXTXWm1AJYKLAdJF29yztuKdlX1/Yla7MmsNgrZYwyxhYx
X5zicghuEu6sliObxXbaaa0i+EHy0Eh9YA7WuYSSexL6yBdetgtmOGrVo+jRYyUKkA/HP4+Z
sPibDAvS7Txkyy2mhW9jY5XZ2cjauI92tRtUktYLHjIFWsgDKgAZgySqsBS3jOrsKwIyt1At
rdOjjBnQE7lqvNdC9mpStWrv220bQ37GWq4ddvYsL1rWRkst2lYwfX2VgyYqMwZDWQvHAjOe
uDCCDUqkbdh7KTCSApcw4WEDH7szjSoOzsogFWGNo/J/GPwcR7AsvcxjZZbQtdQv9gmAj2sV
AH0ENqBfblLYxCnuCuHBUYicnoSEyoXLT4FVhqemxbEdvtuesa2KoMbADAz06gbycj2ek5u2
EWtq7ABcAKEYrKdusCrcKXI+vdXtLr12PfYVo6Xy2qpIwWcEDYrEF9DRthQbL2sbPGRCwx2X
OYCc28L6HXJhJC0qpI/1seG5OzfUZklruxCqFH9BWG+xp3eLZNimvYqNRL/y2sG17REr7Fqm
WGm/r/LsiLRdCpBPcj1zMgv2E1nVt3ee+kUoy4Rgqz0iltwHEtqW6q9aomtg7t5dcqIcPKjq
4s2cGpR2KGyJq9RZqqor12aPqKRbqvVCcwDMcEkggFusHxznIDAnNdDXW6WstNTIDKrVVwZk
/hplgRZMiOwA2thrIAonZRHOY1hUFmaYYDyVqG2EE2NwgVLX2HjRAEsjawASvYelB9Rdb5f7
7Urs/wCQpqVdad1dca1b2PdsClLa7LnpOV2KCk9CGbcuP2Uhl3vW671eZEqq1r9p19AfDuUH
Tvby2FExOqAUXVAePMIERxCvJVcbGiQMHAot6tr3B8ERcmeGkKNbXYCmnPqNbvYFEYHG0GrN
G+jqpBnAmYyggqRA/WbGz5DwQ4AO7uMLf+x2RDu7LnybhAS9otD5q1K5V6712G0/XuRo6Sz/
AK/SBOnqIq6Go62+oqI/67aKjRsUH14Eb14YXeovaOXoe+8vdRZ2b13rmcX6VlU9bZVq7Nrh
hXsKg8ttsPo9dnppqpS89q7g63LQbToehreq/wD87W67ujdptRsOAw7qHKlWYjIBFiGbOpXa
KNC+D1LZ/wCgWD0rEL6baef9JusP+j9j19ZQadYRrOo3rwZo9TFAAP5YAjaZxCVBLdpv7K1r
3LMwJmlr5bxjKosCqo+VIImHMrF4C+QqWeZtIDXrDbsA+e/HnuIF9iqm2zz3ChdQk59HrNsb
ijjrxdp61lraorqa5a1qsAbzkzpYw2Oq0bPrEtmro1VJVY5OJfq07Cbf/mupSzYqYMWGTOSS
3VwwdC2Rp+xZ41tiw7hEO4wi77T+98/1Ugh1I2bAJvXeU+rrzUP9DcT2F/UGzubLyo2bTbAQ
Jwx1KwFxggZAxgHggEgdZyIDAVyGxMmczMC/ZvhAQ3vtmxrSeP8AzisCBj8MqLNjeONbVLh9
mmu+q2sofZKQ205C1bLPjZqNezchpu8oxCDPe63WzUtZrWUZywL5wt7KxsVgeHrcW1+GokVV
mGlGngqh8nZd5qJs+1stNOuxmleq1pehAYGZE7CX2BaygvLEo11nVrQGUkM61tmsYrUZgEI+
oLReD2Oe+J25GIRAcwfCrwi5hHIBLeybybnXJ9TT46lMHA2F8i11pddtuFVK7HudFlFKoxUG
eNTDWuRWgnXH4JyN3XW/WrDV2sxMbk9z1Ls0rc9T/wAlennw9jA0LDPMssFZ2XsY6HqS73aQ
RDW9bV7MruUgMcgzYZWq00ctchrYUvaNmkV2K2CjsxXZfrXtMFGxkf0Yn9ZAXZYxNlwDe2f6
zkbIM/pWC8Q7GAN09W3+W3iF/uTq1glKi06yhERswnK7J8dFCjX1qtfgaqC3ZrxKgevMEAmO
cQ4jWJDYs2BjaD9gxxLTivhghxEsynqLwykrjuAC8FjYGu1tmt6upCtaLCoK3aQjUdSK2EDX
xbLxPN9zdURcNRlt3tWibFz7F4DSpCYKmaLU4C1OQ9LsFoJHiZS/0ARmHi48ZwKiQaHAepsB
GUW1sIysZsMUUDM9Dri60syV0X2VlWBGxl2UnZuAxDmMvZa6ugAgmcQ2ASy8xrsxrMRrWxuA
rt65ZS4LG0lYxwE7YZ2U+vvFWxZ7BQf71z/cpg3hKdeulR+D+CitH1KjBrYjVosusAdblY7F
6gW2B9Z2YlOpNKFUUKsUKYigDrmFBBV2N9IVUTjwqIKUAFXBX69RBUrC2ivqKxn26hW+G/8A
LtLag4CkRXdSLS8qr6JzMZnMwYzhY+wAGvhtJhbMYmXbaVz+u2w7Liy6sv0DELeyd+ICFBCk
H6EUWMviYQVlYFUNMfj9cfg4nxCI9aMG0tYh9GhZu6FQ1WUdkBJqB6AHNa8BR18YEevC1f47
f+NYPXC4UAnPDAgfH4choF49yv8Axscj/wA1Z12ChW2ypXAqdYtah+xg4/GJbaFl175Usxey
usW+6RWX3PZjdukNpbDEdNXSdstS1rAcm8MWCtKgCrBQWyToAPX/ADqsbWTB1E7D8n/STOIT
LCQu97vcWxjW0SovFAArUFVY5UiDmMT1TIG0QFXKzJyrzkDtwTmcmAjBAE2tVdim/wBRtJPW
ptadybtbLXs0GAqwKjHbBDdgGZS+wgluzWDb7LLtsbtks0L7xt6F2tAMSvauRqPaMJ7T2CbF
agd0ZFTyBhaQGX7GheLOS4Xr6182ADJUGKoxMfj9Qf6CebHStd72llotFLTyIINpkX+7YI09
hblIgBwuAXH1UADYXK/JUQjH4wJ+8/hpzCSTyYROIrYibNyizaOV2bI+3sMVNpmEMKoIpJWO
i2V7mqaXK8u7ZA+qDNl9vFdRC3ZzTR3dqygsBEcZWlillbAqGGP3/ox+MTEM2dmnXXf9rZe1
ttjDycAzEE9dc1WwRkpwQoJIHQiXZCn4rtLnOYMwznP7yBPleoBOMgcmHgnqCMCdh1PzjEYg
hSWDkhKSSpQzkT2Kq2u+c2LM5KHqaEBY8i5QXRAoP+NlbGFOwJw2jZ5KMDIOZn8Z/wBTHE9t
uW3Xk5BxCiToOoRYEJi5B03FtChQOygE8MchzknOcYb/AHQmHtMFlQdQCYczHP75hwTAOfiH
GMjBAArEcgrQeCSQXm6R/M6MI+TOWnjM16DAQgIBfgqekdE6YOLFE9ZdgA5AJn7/AAZn8kxy
RPajput9pXTZc1Hp9hxR6mhZ/JTXFrqULq6jLTqWalyMLB05DMYY5w4PPOfkMT1yMj44zxMz
Jz2h+Mz4mYCcErgiACM2JVLSQlOSvweCdxe+uHrV76DhqyBWoJRusYcAYVeIRLWUI+ALCCuq
/Syt1ZM85mR+T+CRCeXxPfMP76dSy2aGtXQhQgDCy7f1ajk2LYQoYula69wgzYvQg9QQ4+6q
M4MAAD4yoJgEB45EAgyIVEGQP1/kOuYRiAjBJnOCeKjxaCFqIAySSQI6dlvqeuynYcS809UQ
ylMIFyrZADAC1zgt2FhAJQsKagX1B9B/pJMcza2U1qr/AHW47f17ZsNVW3XRczHX12pQ8zaa
6bFmmEZy0sL1pq7t/nrQONjY8DGkWxwyxyeyDg5hbMaZxDAOOc5bKjMaADJx2BXGeMjIGJgR
ycEDrUfrY+QgEbGSSTgNL9KjZr2NV9eyuosCpUGziluGGYcxrDARkjtKh9FYK+qpEzyAJifE
Jj2Ikv8Aa6qD2PsH2SgJNWvmayuttPmG4cGMRmy5UXc2BYfWairN+hztXa1opo29nWXX3Kdu
upUpCszCwAWAGEDqwMwMCfJJ4BMPzk/jMM6iEEFRiYnIhwY681jrLSJWMwjkAwGLNyuuyhVU
R2XPQ5Q4AJAsICkjPcM1gMQ4hVS2unVAOYISTN/2Bqmze7Q2tizHXStw3Y4c+N08L0BgYxOb
mrMvvXsLtSsWbNJta0/xvQRX64WCtrO01+vWwEt0MI4K4IzGzMGcTHAHPIPyBkTAnxCOfiDm
ZOVHNgxKyOty8KTg5MUYI+RyNpc0MeqprgllAiLCPq7loSBAOCx7fUT/AHVEMmIWgM3/AGip
LthmYvlgSQzYC4VqmV0vU2V+tuWylSuNjYFa3bVz2U1eGE1X3Gopbt09PX+Q9dO0GWutS6g7
VPwxYwQGMeRkwcQjkAw4Bx9f0CIMTMzwCITmAjI5NmCB8PwK2UgnlcZ4MVjCFYbCrTatljMM
48RSu11EAXLAZY8AGFQBNNs1gz9ez9l1Ftgcl1yq5iph7EYQ2EGm4qQxIFrLbVtmyu65XTWp
ssW/wrKTrMwvL3Ubdeyt6ol9VpRans2buoVXb7nGCIOIfjjOTj4gyT+vx8rMiCDEOJ8wQxMg
256oMDEHyDyDLLAqXsz7FVYwSDGYNWzEkVkn9j4YYg+VYZ1HAccL7L2S1i69nYkRkBOFBrFk
DMpsVctnKMwBLGet2EWx6lVlvydizXDbezWK08eLL3qiUhgKisXJt07/AOisDN3BjZMxMZ/I
wR8TIxz+P0BkcQEGAn8DGc4jYCpLBgVnAX8EHCHB3jhRT/yjGXFiy+k1awLmdwwZAsHAIBOR
MLKDi4ZxdaS/cYC5ig9kqLk9xCxJ6FgciAHDHAGRG3y1TXqQFBjEYDYD295XYwVFNgBH91Nj
am0pUvjggg/gCY4HB+zQqBC3BIhIg4/HzFbkmAjJYmHmAnLnIQDGOACDk4GQd1i1lzdIt5nb
s/tPrUABEwRbjHfJZsBs9QSDrkmxQfHYQX5hHVucizEFyuttRR6zg2kdmOAOHzgLjKCWYlhG
RlYGMrbsqd1rpdv69/met2yhyCCFMYAA4gwDjABAgOJjEBOYBBxMmYyUXAAM+Z1MYZi4yeAs
wIQIRmETaCl7r0eYJmmg8/s7e9mfshCi2zuTgTIEBJDnA0R9wD1ZBnqoUEmYyevIJEDllIEZ
gYVJnZsrYwarqTYSsALG3BNYOb0KCpx2awqq3AXMxemlj20nL62SD8xp8wkk8wYMOJ+yYAMC
ZGfmZMxACB+mGIqjNh6isnqCcHgmW3LTVs7T3On2IXrNf/7bFvktB+5YGsZLELGXDKe0fsW9
ambRGKhmPK9hATgMAFKmfYlSpLOMryrK2SCZr2IgZyxXCqVZjUoNm1rPs1r6du1vqtkS7Vup
K2OoQEH1u/SKsz9GHOCTAcHgmDImMjOIJj7A4IIMGIHgzHMT4s5lfwOuCR17YnsNtr7uStda
gOyVtXelZNNhiBlcli/Rlj2A2cZDsFHz65GWDGbEMPcTs3XI7DkoCFYMC4JgfERp24HJUkTu
TOuQv1X1usFVWDm6sgrSSH1xcm/r1UtjArfqfV7HkpczJmczGJkwAw4yDyOQhzARBjP7yBAY
cCBsRiYpytp+yjkwtibLN/PzKl6r2lrpjA6BTMEV1DI2LcIT2n2yCVKsM+uftBjFjAkLlWPA
U5HUQMQQysty9SQQQywuBO5nxKx2OeKKzbe1vRabVsDqpC1XTZOyle5tXXu44Xpj07/8zEAH
5BhJBgwIMKODB8DiA8ZjcgYEyDDiCWOCK8BbSO4BJOIw4vJWlq1W0EEO4Ua+u2w+36/xevGQ
yJ3UjpHc5JOAeScTInqx/wAeTH4jAicCDsSBkHBgoBlmi+LtZ6nKw8DgwFojEFSxnqE7PZUW
iO1TJeoF3thUf+5sDbG3/QGUZzg+pIGxbwOcrCABiZWE88LCZgZA+ozMxeT8HjHybAIhXo+e
wIADCE5m7Yqa+Q7229F1aH2L9DRprGzWHq2afHdUFUbVqk9cnOIDgsBAJ69MUcGN1M5MIYRR
hRiBEJFTu1dfU2KjLYnJBC4P4DEyj/ltqU0oCcuC5sVSmzYjWMVEV+C2Qvx6dQbWGZmA5POR
855bgjMb4xk4II+YEAAh+AssGYOBZw4mTMkHfBtsdgJ0a+31miK1WsIt4+vuQq7TXdlc5KgY
wBM4JJyMTVQLQAcscQAAFQQqggVNgJVULds9QQZbY7GvlrAuHr7Nq6v9Fv8AFU029Uaz1Il1
Fic2KUXZ2voRG7LASSSMgqZ6oL5CTkxTPmcfjGSDOwxnBHzjlsECKBD/AI4JlowEJIsGGBAm
GMdlVXc2Nfbmen0WZqKTWAOL2ntLDZvOVEKmKhIbIP8AlDK1BdPrW1pLlT2HJFUVVy1qCWWu
5AVpjLYDFEQtcBFpUj13VdwqyNt1Ky6W4/ju3664+7daXOGcjGWEbCrgCYInp6itGYxGcKAO
R+889iJnhuIPk4mcwEZU8jmHMyRHJix8dyoEU4HtbGWiiwga+p/VsaeutVYEOJt29ZtOx2nV
2iVkqy4HVMqDl8ietqSzYc/UAxhkqOFbhuxD8qvx1g4KK2KwRLnBd3xNQN5jtlmvsRBflLQ0
+0K8EHIUwOQo5NVD2HTo8NRBH4GcjiEiYyMc4xD85JhEWYmT+Mc/BswYgMuyCDiAiXVV2qfT
iaGktNYUfiwfXcdRHt7W91MDgA2QlSSwEoqfYbX1a9dMwAYbPcspAIEySQM2YJQuVh6tFchP
KEC8liMUkC+xwWdlNTmxpgYH1LEZ6ZPWBWymuAdbWn6I/BOISTBiZAgIg5P1n7PMGIJ+8Qkm
DGbBwpl65bABXBIwZVrjCKABiHEubCeysxq1VWuw9ZsKH1GyPX7Wf+r2Ca/VYFdKVIBFQTAy
+ZgwRSZjEHAfOP8AanyWYk5itwWAIsVgSenJrZTlVDDW1PID69GI9WrCr1oQqoLqcjqQHxA0
GSTyQYQBFyAMkYxAMmARsCf7R8DmAywwNzawMJ5UYmuga1cTEwIcY3SRVZRXcpbW1a7thnhw
X03LqRk9cTGYo5JxCwj5y2DMKAB1BBhIM4gYzyFYDy0OAOYxOSCBkAhVmrQ1liqqqoJe1nrr
UZrq4M/TfOTDiE5gzP1+gRjgQ5wP8SpySICIITiAgy2LjNgBbAEHzqVr1xB8GN8bdi+SzYyS
HK9QiCskaSAVkZn1hzkFRPiZ5dznJJMBIAIAbLL8AnAKgwHEOWA+QZwW46aur5YulWAlYSMM
BSQdrmqs4CL1mMDC4GMMRMicYzz+v3+siGY4IGWwYeRjjGYBiXCLnDkZwYoJelMKPwZfb1Gz
c1liVnDVhUutZjXT1q1uF4wTmD4yIDzgE2uMq0ysBKj6ljggHjP26DOWBAUDKg4JToepXjT+
tT2nr53MF5yNkCNehrS+vCusZlMzM4ghGYQOoP2Bx+ARgqYwBgHORn5hBmDggAKcq/wucOuD
8yv/ADUYE4h+NgFqq9YmJWDN3FS61flu8ZVNdh2P+JzhRiEjGQCPi3GS7EowJYjAIwBkYKw/
BOVPK/YBiQf9qlsMCJqWhRZUxjIqrhuq0kgUNk1NFGCCAOZ2GASWDMSTkACAcH5AOWUBf11J
hGCRCIFz+P02DFwYcZXPapOa8Fcc4hWOFA3GLOmwqmzdq2FLIk9hsIK6a3E4wSMPxC3WA8/u
xQStOAmu4DoTAAsJCRcGBFY8GFZ1QxhwBBkQjKlXZdbYKg2OA1rKEbM7jDYM6COvJJhyYMmK
Wi2OQC8LID2Qmtx2aw4DiKVyR9sAQzByRAOHGIPjP3AOUYia1ykdopBnzLK+5s9fW8s9Tg7H
rusrPeb62I2rYz1gjDEwtksCxAYHJ7Jq8tcijyBoWUj6x6xGqIXBEHWFIMxhg9ckDERCSxIK
kqaLBbThoGnDQqFJEJEPyTiY4AAhGYoYDJMLsIGHVhWYijH3BLvnvbBc4g2J/QpK7CqO6MFw
ZkeUYMHw4ZCm8LVTZKOjKwxCIVm5SjizU+9FfkTXcEg5hJmRnIAJMUSyx89nZmIVe2AzZgYh
skzrPGAWQxQyz5K8T/KISZkCDtKdh62FyOqsDMAxhwUjIZ0eFCIq5GAIBwVxOmR1KnjOMMFE
wJluxLYyxigQELMIVUKpGQSreQ+TKG4FbyIow4PZde3AVgw5jE4vcmbNJKXM1FepyOAGPGSZ
9sCL82EZrKKpt5OcsTkkwEmYzAASE56gTqAemZh8qhz42EZcFxzS5Qrkr3dSb8FdkA/1KQdj
MNonkmVmYC0PEJGARkgdVAB4wBiHOehxgAFQQEIJHJXMU5PUgdjitupZ7C1Dmfui0xGBhEvG
IwDVbBJinB7gkgGBxjE4g65VezWXZJwSvz8k5igtG4IBK5yBkxcElcQEhXUifJJ5wsYkjXtc
McsCBOphTE5Ey4i3MB/SYNrhdlAvlXsLFM7gzKkfWBRCcP8Ar5nwcCEAwgQATrmdOVBBV2wA
Savq3TkDqaX4/TqCoTxjapS6uwOjcwZM5gIDKVypTBJMKjLZgVgOzGAgkE5+J8jGIRAWMziD
rA2YyYhKwHoQchREUlW+R8OSYOpnzFVQOoBK8BBP0MxWIK2sHGwcrsEAbA7edItqmB1nBBwD
xgrxjEycdQYRzys5mvl6nQAVsco3GMiwZUfU3V5hGD0MGBCAYBggZLYBcEkQNMZIK5Xrj5Pw
EwCT9BzCOScjGFbOCAQThsHIBB1n7VhcwVmNW3boTCuYBgjsR+i3GFyQMheWHKqOvQZCATx8
lectjN88lwi7TLKdutgLkaBlMyIWSBgSpydGzqzrHQgVPyGGHI69SwdD49grWeo64yOoH4Bj
cFcknsSMGHJDLiYbPOJ+gMwZwSCc4igdv8iFHXIMzMAyg/8AKKwYauof6jvCVwAs+S3IyZ1h
QQAYFYwFUHrkhMwrwFaHImRCMxwItQEFbGAFY9jrP6LJVtOGG11mraHStg6MoKsvWJYYGyEO
IU7LsVdbOpEImCD+lB6ugMPVSOpXHUL2xnEJLReuCOpBLTtx35J5HXPZS2ThGyHULMtgHBqA
7Kz4Z2jiwkVsYEbKUtnxYjgwsTK/liMGZzAxjWGZbOWMPEBUg4MIILKSUXLCoyxFyFBVqkMW
gmNQAPWKqlbvHFYYKhg6sICyNY2Ig526Rl0EKgjGIeCMGWEZPDAZOC0wZmKvPUTkzGR1BnWc
idZ9gOYPrHJxlRAWmlXgqq4IXBZMdmnY5y2WDGdUEIrBIABBEK5gRY1UZB26HB4jDgEQsJkZ
GML1A7dZ9YWQQ2AlTwRNMEWNUCK2etq2DQqpDVFQ4wKLAx9k+Kb7GUm3YsC+SG++sLuR89VH
aKhM6YCgFsDP2xlYwUEEQ9cDJXtCxMTJGcgnqGyJkxAYlrAJeyhXdytfIRZlZZcADcWIyxVJ
jI6iYEJEPw9wE7t1BJPVoqDHWKMTqYFhGAzZIGXFXC1GCuVZDKB1tThS9ZRgw4IsqGRTh/Y4
FLv2YV19QghrJi1tGXg4E/RUdh44fjsJ2IPYRWOeCcYhXM7DGBksACxmHMVGz0IAWLWTEr5J
ALljCD16FgtXCqAT9ZkMcEhvjydYbAwKEkJgBTAMRQM/viNZgB8glYAIK5jK5PVuBVw2s+ai
A0dQprAYKxAu3takX+5Jdty+6AKGPE+JgZQHLoSSpELlALRgOSSeS64BAn1mcA9ROxIHASpj
AmD4w88SZCIR4w08YwEAmOOuIQM4xCgYdBMAQgTjGAAXEDsYEOQqlAIBgY46knGBgGMvJJBK
NFqchKwF6gQ4xZuCt3273dbXVvUlm0xxNjb1a22ffVVNZ7Xc2IVZmrqbKVrL6wD2yCgy9fWA
MC2Oy1Bj4ApdGctU08LgtruSaLVhpfK1WYFVjFNKwxNNVgpr6ilYtCkeFJ4lEAUALiYnBGQB
iZPYGYB/B4LOghJIFYnUdmSIFI6gDrzgA9Tkqc9BCgJ8aZC4mIAcFcBiOju6WMcgFpT73Ypo
s9xvWC6+yw8maqEmrXJcBDKqiH2a1SKytMETsAQwMapWcBQCOwCQIMlVWBVmAZ4wJ1rwFEyJ
1M64gADKsbOfsBnlC84M6xkEGOqzAMZhCWywLEIRApwEOVXkqc9Z0jEidiYeywk4BxAWyTid
hO2Z2bJfI7c369XkLXg9WL2qVgptdfGxaj199p1tZKlRQYaepXYNlOwKjQMVWYJhwVHx0nUw
18CuBRnrk4EAGMDJKhhOghAAUdoE4K4HWY5KqJxBicBuwM7ceQQ9mKqIfjsM/JxkKSYGxCeO
wyTmdIFMKidSZ1ALZIAJgzG4hBx8TBAsGWWr7Nc1hQqxsVVTy9Jq7TUutuv4m39NJZ7lBLfb
bdkeyyw9rTFBKMxgcTsSe07ZPaBgZkEk5A5A+SoJ6mYAnjyFXC8EYxOWhxGPI+MwGFxnrmBR
nnGVnXMzgAifMwRMETn8ZhIMBEGcDmHA/PAjY7fJKkzEwM7TJXUxHXWPUW9nDgA5+oZvGxyG
LEdTCjgVKxfydR5AQrDseZgQoMdZ146YISYIhMLcE5PySCCe0UHDEzMJySJzjgEkkqpI6YAP
OOG7AlsguQc4APPb7DmFjCeSYDFAmcQZMPBOCGX6jMIME5mSIzMTu02XVtrujAlWK2Onhioh
PjrWHx9uMeOxp/MQK6kSfQTsMjPk7HLP2hMJ57EQMSexyuSSTngQ5IHzgmAnBLTtCTgAzBAJ
bqEMUcQ/jE65BrWFAZ4yZ0wAhnQ4IOD2gJwM468gRsic5UGAHI+SomFEPAxiPX2nQxkQwa1T
B/X1MDpAz+FodNVVdeGtspU2RUZ4ACEgwIFAP//aAAgBAgIGPwA0H//aAAgBAwIGPwA0H//a
AAgBAQEGPwCj7YfJDmnUSqm7lNvkTLexGULoVcCcyuS7XBEiUvoOrFWpDdOSv1HhI68E2SuR
ddCJeuvS5Cdmep4KP4XO5bUeCZq8ERXmfCU20T3T0PS4+JVtxwyE6lXVYka2zY9MwRU4fI5d
Sjq8kJVJsWorIjrYh3XA9nFLLIk3D5E26YJ7nOBuZjCZz5MePiSqrzKHpdckNvp5l5U+ZWtF
A9k7C2UzkluJsi7X9pE1O26av5m0xPSxOeg+4hJ0IZ3xE4ZX0q85GlWBVpnzJmisYqOlz1Q8
SXlI5KuGcvnw9W1BzYnpA+emS96iUf8AqdXeCeDzKVfJc48icoaRGV4UqTcpm5OHY9TJg/Ip
5lpj8RsqlPzZGEU1TmsmJskRMR8WehXu4MlFOHJ3NxyXuVY+5tojVQkc9R6uslhPI3nkqX9L
KvzGntXBDqQmq1E5mXQ+2YZDpPAo8rHZ7k+z7+qpsvVpu1/H/fEmrW4/wkNXZCq+B+kbUJK8
5KzV/ASVXVy7EQ3HwI1maL4EbOHZLkhtLqOPtFNk81Jbtg7mpnmg2s4IT/Jjy+WSrrghbOU7
GW3gmHPkQlHKPtp0K/AeY+RYiJeSNdXCKnpUIntmLMq+JLXFNsoanzHSX5D011Sbq5F26ru1
yNwl1SuSirnoS6cklakIl2RSI6kKw8IamXYcakLSU7EdiQ12rkopbucPk4fzkUNp8lbPgvVL
5kPN3MjST2adSaTdITtyc+TKU4Jr1rSDors6cyf3W6sV+nJSG8ts6YeUQ6xahaKTB22nkba7
lhzEwR2P5iaSlOIk9Wsu8ydz1U8SUULgjtiSms/1+4oQkXJbvgi3hRQsMwpFWqIwrsvX6E7Y
FLq8CbvxJRpwel3Nvc22lui5odRp2KT8C1WTrrK6+Ec4z/MVwW7uUJqz54KU4kXY4WTubnMC
USmsi4QnEMdIhMbeLpFKcF6mZXA9piRpKjtJRw9c/wCkt5wVhFKrJS2UcRfyI7qv8CjuTM/g
UGp9XTA2pbfBRM9NCYbmxLnohS/g8EdyUYkXqqL1eYvVWRSxKrgaVSdU+qHGpPapyiNkkTCg
l6wvxFiRq02G9nXyPup0E5bKv4k7ttuxHcds1fxkqo2x5HX4yUsN/M9Khona96ERxD5JSrg8
so9VOhTjBrJkmK8lF8WemNjt/VwL3XrGrwdsKLGymuSVgljUR1Jap0HFIsiYp8yqhrgSSSbM
roOax8yyclrCURwKadOSsLMHDZR4sj1TXJ3tThI7kpUSJt1eBy/T/DBFO5WbOmuTDfA3RNWP
Vc9LrwVS+A3ZKkPJzNoZTJeZGpa5LS1klqg0o6ZH3T29Sqv0IS+Qqep3ycQTmbkzSxRXdIJx
/X9JLpwTaXUhsW2uLLBP29CDzOF8yLYkXmQ/MmaJkK/yO3VTs+LJi9z3q73hnY4c/pQt49M2
d4L/ACJmjsQrxchOeg5Tngm/UbiKUQ5ceR6lEUlZOTtssEcHUo6rB61PQShrklq/Wx2pKcRk
rd/IWt1kU7RwsF/S7cobiXyL8CML5jcy8vPgknLRSr+Q1ZQTt9qtI3ChWwREdTWWq2RHJKTl
uIEocEwm/qNX6MSu3RCbbi1FUcVas+hSvU7qRxwTl/iN7K32qxSNcKpDwVURwUtmSFRIXVi7
qlC1P7S3zE38jzydj2Vf69pLXZrnu+7/AAkpJRfZ1Ztp7FNV+smau8lWujrclVcnS9SVRWY7
UsfuKZV0ibR+ngmYeaFGz6CqnInqenbtVxuYkUuYoyUm1+JEOeSdq+Y51hIW1ksCaVF0sapV
gn9TsTEOaop51qOD1fQpUoJd1jqVUxdEKlaHV34JZb4k2/AhO5OXZDlQ87IlerbHItdpVayS
/SsMcU2vVXE4TIWql2I2uuTvShKmvUmJk7M3g+1x0O5o5K0bJlksxBn4karu2dkL3Pf9XQhN
PfXCHrq40/hIs5sJtOeUTiHzBPPyKOpf54OW+CJvglUbyiJrZxkl6z8SOOCadCcshzXJCmhV
y3dlbK0CcfUUKUuSVEMxs3jAlacCUqSZpaEQnRciSpzItpnysWvfJP5ETdnQlOVtahW+YL/B
HdZOyO56vbqUapyS2quiQvV6m6EvedlQ+5bdCYmCqShVQo+p1VETKa1smepRtlrJLbmZgjto
rIpCU4Hskls85E5ReVlE0XQkrLkiHSxhKIPQo1WTu91y+psvZf7ftx936mbPufWSFQTama9y
ISfmxqEnhIpSlEyq/wARV/DkTiG8rwThsT2ULmSk9CdazeSUrWHXteUiJphXE15cCbmXghqe
kjSWvzmBRE8f6jKnjJd+fB6nMfa0Sqy6dCNMZwetOv6v/iJXad7kYdz0WJ2UK8f/ACKS5zwV
dEoi4qTBlnpWa1G9lOuFkS2VHg29ELk11aosj222lJ0SKOrI+XJ6FC5JaSdmxy7cCSHhyelT
N2QrDmYsiklU+vI6XsWoW8iPmRsnCsdunyWDv91PsVpOzT78ar/Ufue45eFhGzdHaEeunB3S
u14gmyJihOOILyxT9vWg1N7CrXhCu2NP4Exa4odHYaSjWxemIJVU3gnBGVXqPvp0Hrr6tVZE
63yKtV8SE75FLmOhRP5wdytwx7v7dvxE45hiapOBJqE8ipDR6qMaiRLbW1n1FqotU4XMYKOj
s/MU0Z90jSdepOtUJqk8HDO6ak7NVyRodyUt3G8EvBOteRRrciyIVkTFCVUaohJ4yirodns/
b+rdnfvXZVbdjt9huP40Vq5q3coil1UlvqiJpljcdybhTgiPiJNXcI2dFnqKFPQ69BzbL5PT
RYPTKi6LpMpkT2gdHDyzoRMHdPqR27O/zIqkiHGyIUPkiypBy3cUKhXNom5rrekv4ij9LkTd
eiIdDuWrnlijVdT7FNvIW0KFdE9szTyRCmJr0NVSg23E5Y03M2G3R2Q08WJbpyUpwS9nFoPS
nC/E17tZw1k7dvgWhdClngbxk6KzKqGsirTp4RLl3PUvT1KLy5O/3U9fbWOR6bU9tV1f+ghz
r7P6dZ+7+8dqULhWFhCUQKlHdndZcEKYfFCLzkj6mu2ZR3WImF8xRVfEmH5FKEXfJDrN+SFV
EN1y8DTdMMaVXyepOeStn9tiYngVPhdEbqVK7nwStFDVyYabxNB69ib+pGuqS0quRSqFaPMD
ST6HbHxwVm93RETcdFJWxR08Lwn/AF9IltfDG7p5O6fmdWdSpVT/AGCcQsClo58iUqL+v2FF
X6EPWeokpRHF0em1ql6F7inZN4IXq2wkL3/9w+1Y1Yvb9jXu2+mp3+4228MjLHQSbjIprNjt
0mjyQ3POKie98kzRWLyd12NC5/ElT8Siq/xJZbrBCXzKzr1HKmeCv4Ea25RA4rSUSqtDVXGD
vS9KdWJK1iH5I/EaakXao1dUsQPW3PxLwsCiqXBLpNWSqz8IHX4iTox8sU55GomXRnbF7kKV
A21PQSaLolVK5uJYI1q/wG5qUuxr4kymswKKcDnmUyYo/CdiPZ0z6tnZD9z3HO7rL/0j109P
t8q5y3eT53OpLwJpUeWSoXBP4VJalN5HNIsUZRRsrkYSdBrI4UvrwKcEvGUTMo9NfMmakuyw
SqpDT+o/VEka+cjUUSNVMLZ2PS1tqnf9Q9VbKTyOdocH3yl9SXtH4n7ftej2/wBWzpJrtL2x
LGmktnRMcqfqTrRZTKwmJTR8CzFHXBOubIl3dPKCqorQfbCV2VtyO+0ZaIj53JiMCdYmnmdt
Ur/EXUl1SJtOC9cCZ5jU/AT1lJZFqviPgjW+EL3P9w2tVVaH7X+3S23wlZP/APad/vbS8JWR
b5EN3wTibFaoUWQlShV/AickU+I1rgl5JbhvgdZk55JsKX8Ry1HC5PTR+ZLhT9CdorgnVwly
z1KY/hF6X1ITXbmWNUcZRaVyzXaYl5NVrVR6oyytO76C232cZSH+2nrqrTkb3q9lE+Z6q8pn
bql6WooPEfQjTb5iXuqOqrUe2rWy5zP8pOvxZGz8kKlhz6ZKP5lYY6UHFEdGXfmduVWcCy+l
BQqfMgtm4+51wJL/AJlcZKr4kOvHQrTlke2r/rf26/4j973nOyUvZ2j+6P2/9u/2/Yt+5+rb
+Ui/LdxwoLweq/PQlunyKYGooqUt4Q4E6RWBpVfL4KWeVYvLYucn3Jyq+EzTIn1sU1qxJ0c1
KKX9R7t0wep0VSihLPJTNhNuejI1fyEt9vUraxd/3h7bNz/X7B+26qyO5KRatdz5JhUmRuEk
7Sa6aOfdVXr0OzdQ1+mRarNeWXptZHEeZ3LaOjE9bol4O6G2Na1y0Nd3wfA1aKEEzUuviUdh
OZSufWROVPBLQvoWJZGq85L08irlnd706ezfVZ2P23EJU1VWyPd2j2V9ntrj+/sLW8YsU1oU
VyO1U6l//QcTF2ztU6656jbcKfSyXwSQ8qiNu5OcLgT2U6uw1FFaLlHCd5/1Dm0jetKibwNV
kcUfQe8W+0c0WSlziOD+qHroo21yh6u6cT5Hdo4bFs5bvQ/ib6VE0ofUjaG8GrjtNV7u3pzF
RL2tGtdKKMndD1f96537Uy2rDTfpd3Ff8xFWlwQ3X+v3E7JUsifnB3Ks3gc7UWB1hCvTKov8
peJ4G5pxkcu1hcK7ipS3SwnVLgUUi8nDdi9CpzI3JDdHn/4nb7Xq2f0F7v8AuWttlWv2oen+
2UpX3x/gJbezy2KnyJipaUdRtuRuywzt+o6trDVijTS6FHSwppHAqeXmVs69RKFQfp9VhJqi
r5lFzTA4cKSYferRklZzapDXxO2G0vgT+q0dBQo8ikzngW2teT1Ross93/da69mkzqnlE4Ft
V665SqTaK1uQ3Xhij7naDt3+5Wg1e0Uzkme9vBs9NLqG25HslOuSdU/5vI7k2kvmcdT1Q4PT
djTcSpHExjYVJSuyYE3Dg7n8lgeW6uKQKs9DtInygU06Dj6kpfAf8Vy3pWDnmKInVdntL9Vv
8pGq7t2rL7mRvTRW1X+sScJdLDaUkOJY3tCm1RRLjg+1wVWBJJ+WDsieaDSTcdLC9KSX1G9o
UOTBrFnhCTdcJjfaTFyEoZbFhrthHpviBJug03Y2W13aLjVdWskKdjserl3bokjX29d9W0q+
Y9t/tSk7fda9v2nb29b7fzmyS9M0XA9arXKVkVcrDKudsF5ZXa/4Hp2b5O7s7mrQNtwnhD1b
hKyya1b1eeNR90+qzImZLVyP9L/EhKE7uTLTHrEp1qVZ2PFUUq/MwiIctSKF5yZ+B9rZTVwi
VqyO1yRprKdzv9/zWp+z/t0pVJwhNvu2ddnkjRx3KrK7JrqxKVE4UIuTl48il5yVuR2ptZiW
Oda8QLXRdq4IbpraKFbWE4UdPDVq+RNwImgpUTkiUc3mGNPWPNyZi83Pd7q+41Gqgfse1r3b
R3NojbSIcPI9lZ3WEba767e5u7pUEtdHr22Vf+o39tuGqMXu7arbZcs19zRRhpWFMLov9ROu
byVq/wABty/oT6SZjiP+0msdH/pHOt7QfalHNxa60WmsQhO6wVVYtcUtzwhyp6lEViU6ocar
unBbzkU62sNxa5OqUFcZF6UKKQRZna3LV+g4rSRaaU1/VsR7m3/japs+R+37Pp9rO+X/ACkT
PJGtJLlXCXJ2vawlWeORQnPUbWrE4aFSedi0ELWmWdvYn+Z3LVQ+Ts1olVsryd21NVVn/j1W
2s3YoiLk0XQhr05ipM1i2SsJ1nqLZUfBRZqzV77dvtu7R7vubtLaI12f6lA9vbU6N026i3VY
vNhe7H3JSv0k66wnY201dR+zrVuq4NIVXf4EuXyJSlOEqkN/KyLtt5IcT+Yls+58qpeUvgTq
4rE4Eu5vb6CcHanVcIaiG3dkxLXW4pUN8cFNkuJZKYm2h+pQP1pfGRpOVNRvZpcHa9pyUqyn
yPXt27NUR7um9fcV0r/zC7Ntd9Mw6/4h+z+3O8Trrr/rI91ttfpX2olUS5Gu5vND1Nz1oXe3
QmZykKlVwRte6c2HtWl4qJOzuOVOuCzXB6r4R2p+aIz0rBRy+Hc2SzSEKU6XYlrEbckXTurH
bEJZK6ysMlOnQqqKcCbVVeSqk/uoh1R26zCzg27tuxKutJTL0ydmMESduzj3cNX/APabe7ro
3qqd+9D2/c2o2q6eY/06sUUwyITayY8idX2t3oOV8YFC9SuxpVi+rFWIwmKrkl3QnsqLI5hL
nqT8WWSTyawo6k7Of4RKj4kmmsrA7iXCMKLlHHkae57ynvcKamnue1ZqG0d6fry27ke1t2J/
d1P3E67axIlKnGSNm2+bIcNpr5Cl+Ul5jkpCRFuMDa8irv8AEo0/PBGVwdMckv6kXadaYOn5
jo3tnAp+eSKJcGtLUK5yj018ylsyVdfkX+I+62Djlot5M5WBtRDrCE6JLqTSMDmvBL+aNvc/
22yW+2N1MsW3+53e/a5X8M/yi0nuWqjyY1Xp1LYuylYG/wBXzFObo/5U/wAQku2Bu7RR0fyk
bbl5XAtdU4Ky+iHFHs5gcV62EtVTMku7cCiaYRKyS3eiZ+f/AHEuUpwNz8Mma8D19/VvSJnG
pt7G7Xu+z+mGdicLZ06ak7V2wl0FrEaq3kdVU7fb1lukLH8x6o1XDqJbbJzcvcrp3PqRrOkq
6wdz9ejdN1wSvmK6WtidtX06loUFE2mUccEKW1fqRMLzqay060HY0aVXknWzG06/UTaSj5lY
nBKtDKu7JcR1Hs3QTTU4SZNXXgWctoUQlFRpOH0EmpVvMcatxdux266Rs1R4G9vumXQnaXq+
MMWYukJxE4fUb1iUeproVs8iTq8Ur/lKu+JgVaYpI1ebcGKXqS5c/kQobw8o7dtpV6ieFkvf
LqRnDEnDhWsXjoiro71IV8MWmq/c28nT+Y1973X3PCH/ALf2de/dqGkbfuqir8/0jetW7Pgq
OkL6yL2/alt5dl/MUae36tmPL6FDubjgo05Lm3s7UbVv+020arNIFq0vVVt4QtUo11pqW+Ak
tRtQ+Cq7W6l70ooFLJ61NNczKRerO3V1ysiT1c5rI5SI6W+BER1IwKbK6JcU6VO5O9yYcMlO
Ohs0quklVRWG1R5gcqmGyEsy2zX29oe230X8WxOy7tuTtftpq1jbf2HMfpZHuaw+INnblSd3
bRZk+19SFtH1Gvu4E3ZYRDz0FCI+ck0Xmfc/I5zQT1Tl2F7a1a5bUUP3NH3dq9QqPXVXO/Zp
PLZv7XsbPX2m7/8AaLdbRsqyL3Pu0eIoKsI/dSqnDk7YTm+x6dU99rsfPLsd23uOuES93t0Z
Drr1H2ym/idj2T2WMjlf+TRzoudTX3vbi1ehu9mkodV+oj5lW3NYyKnWvBRxHyHzNCHe8QS1
ivhpGMEbSvItHDgmLcDcR0G26w2NJVm7HyJv6kXa+H+YhK6o2snbtM5WSdrLHQa1V8EN+Q1E
vO3I79qcdGJpKFWD8/Cp3JUd0OPaesVTybJ0Su8nRWfI6y4uNpR/X7SbTeLkT8RtNMn7nNUs
FKJ8lYcdC1Rqa8Hdsu3TVy2//bqRrHd+Q9PdU67Gzbn291Oi/wBB+/DXs6umuCE4S5Kvujmh
t7edapEJWdTfWndHdBrvvXSZ2FtrrEuJ4/mHstppg7dlD5X+s+6G8G22vuvtVY5Et9ddkq09
O0C/dW2m6ttH+s13W631Vt1f+QWvuOF7q70/P9Js9qLZPtXCJmU1R3J2qoUFLFvgRrCcV2Yu
9rZtXgc36EL4dDVzEorD69CeClGyHLeJJu0rYRSO7PkN7UkSlNZO3RRrlk7rv2P3NVV/KSGl
K4uSpryS+MHZr+l3eTjVXEtVCXjTwdB+97Co76oh6+r+FzJC1TeSzr9Sdk4ypJ0t1RP3Pl2T
/h1Hr39uzwlT/EONk+lRxezcn9pppZ7OG2fse3fW+x6n1k8jR0cci/23tQ5pt/8AEiPhJD+5
m2kQ3Y2125Nfb1h+9uovZfxbGuu8RK8hP26uJasTutdNrd0wN+573ttfw/8AyE/b93VPi6HD
Tf1I9/22tvt7lk2erXv+y6tP9K/gEvZ1es/dq7f4T2Oxx7uqU5RroktKJe5tj/AJa/ZHp8jt
0okiEkn1KOOSKNHc4s1Bwo8NJWHDO6Xq/IVL1G88OxLJ5yNq7bvwRtfqzX29ZlvFTXTVVV2S
a6q2tYN+6XlPgeut1cUPtU1HT0rIlrTnx8/Gh0G2u3ePvVxvZN6YZf0sbSpySnV4sUolfki2
rv5EqmKFLSVc9RbaprVVk/abb2Vyl1So26C1UuaIac+miyT/ABXJaripq0oTuxe7+gmqTu1x
/Caa66r0J7beX8xRw8ihxtrZdCPd1o77UZ2+376XRpf6R+1v7ybVU0oPT7qb/huzb93SVFUu
TT3PZ2fc76TME77xqnMcjW0rshrV/rO/ZxFl/pHsom59y+ZR+VTs1ahi9SfAm+BOaOxrt+mI
goo4Hh52QnhXO514RLStK8h5c/QrnlH7zXq3s/HvSuS6cpKJO729Wk79RPb04IXxf9DzFppl
VYnM0qVuUPM7XDnDHv8A7bz7X/pI3w4fNDtzyyaDdJfAm/T8aDXcm1mBPbXv0pKF7f8AtdU9
91fGgvcb9Sc7dZFunDyOs8MUqiuxzTV11XMlVSa4g/tFu6NOiwe3qtq7VoJVr1Pc9zdU3XYv
I29uZ1TpPBR06nbtr3RY7tNo1hOP+o3ftOa02/7RbatraFLm5trvE9aD3WynZ0XQjZ0VoLpd
lpR1dyJqiG4X8WTt+qyT3Q3ZCTcxVsW10ju327V1sen3Elqq8FfcUutKsnb3HssKBapvXDfJ
fanwFqtdn1bshrWt3GRYU25NNVZao2T4UHQqLbZS1jBGuqSLf0VUrWB9US7k7uytljemlMCb
SVCuqZr7uq7d9/u0dLf/AOhDblXWP8Iuq5Lw1eo26rqNVFCjyKKGviJvNP66npVXlXEpnd/c
mS1Rn7e6l6/YzbRxMuJEnXqO66nt6uq1WBaXezhI9v20ohfU21avL+Bagtk68M2eurUpazho
121hbWa6D1wrNHclOZQ9mk9ceQs/3eD0pxmglt6e7KIalzRzQdEviTSWJ0ghOkYNU05Fprqk
kRrVySl9S3pmxev1RMyKriH5jbxOTXVWV3/CJa4UIjmn/Bodzsqky+13XQ799lag9Pac7cnf
vL4TKr5Dmghb/iUfwuTL8yYSm7Y4fd+BW+FcmFfyPLCO5tJDl0eBe5rZY5R3KzVPMTyh+97f
pcTsmThOLDTc+di/yNO5TxPh+/s59vPJ3JN63ko4m2Tbup3KjwJ7NxelhLaidmNNr9t4O2E2
lboPXWFCpqqs11bjThen/ML2/c2Wn952O1bp1rEia54LTXKFr+yu5XXJj2k1Z65GtPc12pT0
3/lO5qHEOFBKZKVVcVI8IwY4gaVW7j9xrtTtBQe1/wDgSS6csiu0XSH+lcENiSvyQ6jrBeWP
vGrRVD11Xc1hKxK1aglpJK7m4oTl9RTo9VFKNf4hbdrc2Yp0amzudr0b81QrgVaG2t9VZ8C3
9z1e616Pb4//AGe6N+7u9Pb4VEPVbTWiVxvDoytGacK5h8m2m9NWqs29tuUm0tmNNTFdNlyL
24lqJwhSo6YY2lQ7fc1fTZ4Hr7Wz4lUod29afaj00XLuVS2fGGNwm/zFMJZI1bU4wv5TuVU7
sjLIVug1NfqQrlFJXIkvmXjqSRqqt1YtcxUl2Nvb6z/RgqSObD10+3kqSorl4OYJeo4+ZLhT
yS9kmirT64FppX+Jo/cX3Z0c/wDUN9vc3mXBqvb01SzRy2TpsntrWFTZCb22luq2iX/8D0+5
6tX9jz/KLV77Jx6uFqbLRvsVNZgnVPR7Ou1WjZv/AHC7l9qSuzb0p7tRrNv5z97/AHCl7VU5
I1ptt9q4F2uNnV7dTb2veU7Kz/1HdV6J124FCsnUS/AqrqGbba69rUsfturVdYudumr3z/8A
Yr7i738kP2nstt0sM9ScRgy3eOgopTLqyHrGzoTjkU7QnhSztav8y9bENIfuezD51qOVD4+0
1a0bW2RrtdFUia8Ha4cXFt2+53NY1oPZvftV/Sdzey4T1Zt7jtrQUeC9zVxsnMcoXS74JTlP
xnPhUeuv2L/3FFHBXB2+3KWtG+p29yIT7nwKyRO+zbolwQqp3F3y9eiFs9o2ymKWukUITpkb
W7WrwmN6+52au6F/5H0NV7OyUVh8/wAQ9E9YmrfAls9FraB7dyT6KhTTWZalCjtlUawa6+65
SUJ8ND3dMayNN1Wf9Bt7/vqFtT29cwNrR7aZyPd0W9H0Fvq51dmdrTbHrCWrpzQ/clqboWmi
WiSN9VtDacM2Xuusu9Z/xC10fbOawLf3Hsm7PoT7e77uqGm51dmztTpwKlskInjPh2ujG4h8
pEd8cKajlbbbbZbdDuevc+rGn7a80yJ2WmtEpG9d9lqsTc//ACvtr6fM112VXV/Hwljbsk5k
UVkSWP6HUWihLa7OiI1sN63Vo5Hvv6tnzdExcm2Wy97STsSollJTd5J4KNz0HlKnUmYHq11K
SUbnkfqdbFdmyO5wNVeSHPCNdt57m6NCboJ7Q9NFLkjCKEP21US0VFghur/SdzcJYPSpeJJ3
aZtCTeF1E/c2n/cbOqVtdf4TX0rbZWX/AHEPWnTwft+7qttXjI9/9rvES+xn7fuJqLzQTVXh
4EpKudm7lfmSnDG0421t0Yva92m/6XhjltLzIe7glbsXqI74R2zU7k5XKIm52auVq/r/AHhb
0kr/AEJmh3zEuF8CG+qNonXtvwXfPwPuXxITS88kuF1G7srmvUh5IdeuCCClUcEXIXy8Ovgs
kv5GE1Y09lv0+2p6PZlbK5s7LaI5KFUPZwuWPX2V07mP3vefVN2OztlWTO9uFqpaydumrPR7
bjlnetdp2dyFPnc9a7l9T7dtXy1QXhr76Xo2UbNRRm2vdR/pJ/Eh0JmY+v8AiEkm9SFqa72h
1kTfxLUGocFpjJZqg3r6le46NdMEaqE6Sd+z9MS+WdqhV+0nkjx2fCqRtVapuP8ApNNm8we5
ryp5Fsm4jJGsCn6IlJM7lfgmClyuSZPO5DfmTz4S8WOOBk/iLyIdCvNz3I2prRfAlOqPbbVY
mV18YmNcwLTVRrpdi9rRU6CpTV1k/bcLuqVSc2oW8Kqh/adPH3Pb2rOrjzIahJw3Y/u8k8jc
KETMN/IabOEl/XtNXrxVHDOSFcudmrrlo7NXRmr91enWsHppq7f3SU4YltjI/VLf0L0L/A30
muyg2bslCfLHr+pOVI2lWB+3vR6qo3brB3J1SyJKPiViUeeSqkfPA0k4yS68FK8yWfWTKIl+
Z90wSqwU+JDo3Yl4ybbqPSp9Q3tXZtv5iTVW4ojVJyoXg4ubbfq2ohbNV2rHLZ37qd9rjeHV
CaUt0ngXJS39GvhD+J7vbRLZw+VIlq7JQbTXgaiJfwL2Q8rg2/S/obaO+rJ2+ZDtgo6l6jjL
qLbdSup6UNNSmPbWpD1gfbD4gz8ehZbeVBL3NIauhLT0pXR6phcDa026m/vUS2dFmBwls+ZG
5af0IS+Ni2eT7aZJhz0RDcecyJJfMqqfiStRuGiYiclr2khJ9SXK5gopXXkmZVG2RZfQWiUJ
q5mRvZdy0Tp1PS4rEiW9VyTyd2z9CdhK3t6RHn4SyGqMiZ8/6NCVVlymTeHTbaW0TXtfWhKs
7sV6ZbFFV5ZK6jSULl1Z6oh3ZGqbRaOjHSxMSvqNaKuW/wCj6kmSlDHXuTwyYdBvaZ5awPtc
Rdm3bD4N93rquuWymKCTo/IUpdRUK4G1cqTjk5PiJq0Kh/NdnkYlFLzUayVqWhzUiD2u2Kpp
x0MzmKnu63VKmy1ptNEdrulDF2unB2JevZx8BJXy/GPGmRyyjnoitGTJ235I1UaqZoN7OFPx
IWLCl3OFxBfzUWO505JijqxOt6Hf8UpLep/ErWWea/4UNJoaei9X3Qdi0Xaj3X7eiTSkisdC
zlciTqKwpuOciToNqyVBCrQ1XQrfwZKyVFg6LA31oe3uoUNr5ivq/ozb2m4W6+ot+bnpuVVs
kxXkUWF4wiNRt7WuPb3NkkssevsttWbRRdz29PqEvb31SfC/1De27bvVs39zeuy1heZmn9ft
P4ks2KqMCbr0HtU222Uti2lqcDeHmDtat8BKnUlKROKY/wCI3eFMcj9tpaattbaR+n+Y7k0p
ssFPpYS4yctOSD+0ki9DoISPwG3cfUrck6+PY325R3aR7iWMi9zf2pQu/Vp8XKbKeDlZgp8C
GWK2Ksezc9CNNH0Z6NYw4I9zdtYl0/yk+4u7TGyTIiHhnbps08y6Ee6ltiUzT2vZrrr93Mik
mYSvI5XyO1T3YR2xK8x0odq18mTfzsdurhRZ+FhzxTz8Y/4D33fbqrsensv9v24rv+o7t9nu
lmclF8Lk+3TqhSk9eS3btrc6nPJ52FFWyHgTWGLD8YIleEO+WQvCJsTgXGSUVuUbXUvK6k9r
Wy+RwemikXdt8FQ4fWpZV6FoVjg29v3IaaGv0/pZ5YFRTEUJmGJTB+0nMuonL6sbaiOCjdMs
pdfIqn8y0tXFDzMCdk1Q6nT/AIXf7rjhZY0qa/pX/cP1P4FYbQl0KtdUSrfQ1U+nakEz8joi
ckQyMs5kUVaIIzgTyVqIlk5OpYodCxWzPTZnQfDJ5G7sWIt4UH0FLozorkwm0/iJfgT3epYZ
FNXll/ihPumtSlhKKsRS7O6Z5HqtogrErg1mKQpKWH8/+FtWFq2lr0JpXkpHa+aVL+q9CXfk
stnwVlaolYzya763VNp5O6bU+ZZwfgdbCUSxQ4Ytoh5fPjQcUeS5EzFiXbwr4Rfwr8itOZH1
FyUUPkqN4PxHT4kOmRSrm7eBu84Ibcq5P1IbpyiNVTzK2X4kxPUXJd/Abj5jcUaipMpN2SHp
LbePImJY6Y/4XuK6TlOw4o8C111ez6E7xqutyN/X+B6fb1S8iuqSd6D17dfVRtG6T7vZiU+p
tCrq6oSm9akMkSg8rlc2OBJWKk4KfA58K28KeFVUqvLwlX8Kj8hpscVTEdzwSqG2qyxe1s6K
ks2aUpWZ6kk+BasWnydhxWTkUfI4XBFl1KR0K0S6CacITVmLj/gxkaaaULyYnqm0r7cCSUvO
2ZJJ2p5i133UvCqLf29tdtXack77ay1C1WZISez4P3fbWKrI9dk9d1aUQ/uyjiLlbD4Z5EzY
6s6QVwOKHUrUsOrTLk2JIX1KXzI3yREoTtI6XKZKCfzGuS3mPW3cqD031neZQtNl3QQ6bPAp
T6DbVFZCaUeQkvqVUk3FT4NkJU/MdE1litC6SkPV3Vh/0ug/c3cxZDXt7L21wkd79zbbbWrT
cKn8o/e/3EbRqmmr6n7X7b/Z2otko/xHbs1tlPoN8EpTrhHqXd7uaH/hdHiRLVzuqt5Rpt/u
fTqqdP8AGLf293G1Z1qayp0dJYvc9ra99XX/ANw0qz+KPPwhOEJW8KOh1Y1wOtVYmRV+B1Ia
kaZen18PzOUS78I4jBDeJkT4IVYPxJfkKbnGUNbenbG2ZO33J1h4J9yrViX9DtVPKx2v5EtU
Q5Xkdqc9t2hp02dj1UdpISSVi9nU7tpraODr/Rb32Wq5bPS+/wAhT9qtrgfZq3Kin+Y9baeE
zf2ddoW2tODXXd9vtpparwh2J+Q9exNvMHfup23cJD7X2pWHs/UtK0I127dXV6yJbL1fqUD7
XTgc1aYuGeQmTkoS34QseFK+FcD5Jg6kD4yJq3hEVOZOmSlOGVZAm/IXyOht+7rL1s8lLD4R
Lz9D84FNoKvwtFYSO1WyxRHUbd2a+R1K+L9v2oby1/0k77NpkUrZE6qutW0PV0mqEs68cHt+
/wBySmImovc3iFWeCcOxT4CTUwLT20k24bg19vb3F3pTQW3t122/I9zd/dD+Mi2iW8srzKZw
m7Idc1NfoTNSJmCpQr4eZJf5EupL+Q/Clj8Cl8yJ5H+JV18HN+RRgq+sHTxpNMm6TVjaV6nR
KRb73ysErJaE8Dx28ilqEo8mJ/XkTblq0ibmH9P5SU6rlCfDE1Qo/Pwqft+1suNtj0/Fsanu
X5jV4+glMqKq5MQkLbZrzQ+1rtw+pt7G7a6PoKPtwS6C11p3cZG/fal2zA17b7tlkaVrf4mP
21PctU3F2apx2rm52rKud+1koY/c/jc/AXdiw6Qhz8C3wGznoco+qZ+RwU+R1RU/M8yFI26N
lPkcdCfqRkdJKolV6DRVjc1whD12VHf4myTe0fZIp+38RqHX5mvuNx3SksyQqtrFSK9fMiPL
yGouOflkamepCFq3OyOueDoP2fafRslYY9XflZI+Y1+m0onVekc5tJ2OmrJTtYe6aTVaC31h
O2yXI+5pceZtuktdVZvI1sns+jO7TXbTZKuzFtK201cv4GyWtHSGbr266I71Sft6Gnte441T
qxa62VEJTV3I4Iyzn8yV8SgjgZ1I8LUEU8K2JKX8H+ZJAlwcPkUE+DdzatMEukE611WcGm00
1bpBFs8GUNJqTtfzOeuSNVch1YtSKeZ+17bn+Jkpyss4FFTts1hmycvW0kbqdeuBtUzyLEWI
T7vMc0XQ/a9z7d6T/qI3ba1c9rEltHTBCUt1dT9vTXVTEuJZWsWXX+YXb6dleOp3Nufu2d2y
dbNUXU7Nabarunlo12dNtfuT/wCol+pq0jbRKp4zkl48IrU6FvDoeR08KK1vC4+BP5+HmQr9
SXWRQWsedhJMb+JEfEa0b10bcqaf5TRtx31E36omPI1SyqnHRDlwyluSihzcab82atWsh+RL
d5lK41abCTrnqJJxA8uJHrXV3ayKreJGrNLzO1S+rO1x55Ie0vAtu7g1Xu6rfZKO5k6awPbZ
xIkviRq4a5IrMKWd0ymohC4XUaimfifubStdlXXEHfpt3LZJp9BqfJlSZOo5PzGpKkRJ5kZI
GIqOkx4UsR8iuCDlEyU8L3L3Fr9sZNafEp9zpegvbeXU9nV0S1hE7bdYJX0JqWv8ijrgWqan
PJWqE18xvo/Ow6z1X/SRfqN5ZWvBWj5R+3upt6v1I/bbpEpomLdSFRcoie5RTzJiY5KUUnHU
rjJSW5pwJQqqrKT5Jlo5J6Hcm1F0a7bptzk132mra8kL29m9vbmE7dpSxObLw5I5HJ+fhPhW
5+PjU6suJZKlLFvBY8E+pFuUIb2wRqq4LUeDXDdjTRr7FD8JTtYSTOUsjpgq3B25dhKJbIjF
hxEqtC1GemiGv+REqMwKB670eqo1UTdtlPyFMKMH8K6EXVpI2iMENfmduvp6H4VoQ9kVSfUn
t7Zq0xS67dBpuIqpHs9Zdapm2zb1adFkabhO0M1buqNlbHR+H5+EInjw6FqH5eDTZC+fgzqj
z4PPwfmcyPHBc5ke+7hK3UfE0XmNau3AldzJq4s5Nt/4nVDSXxFrnkiWQ6TkhOEkQlKXwOOH
agnXzZfk7W6z6UQnEF6cWG7NlKtXSG3K22Vkiz+J2OsMaStSw52dhbdsL5kuw5bpge38VyU5
TpcUKeppqlNbGvt66fZEbOgl+5rrHFRvTbX3FlZO33dXqmpTGlDeyivH90mft4/1n7O+3btN
NsOSXVPJS5DRTwbdR48GrnXApGhO2Dp4Syl2IaePxK+CeeCHcfQqpQ9da+3rZWISlzUUL1ZW
Rd9E1Rm0VeyhPqNTrOYf/UNPGUTjkbTXLfQnVvyZNeqJX+ZEx3cyep0wl4bbQvTmakqJd0Kf
Kx1WEQ1H0Z6c5Nm/uwyUytRqi1fxFVdUVkpRtwpIe1RLarM9vC5P3fc1Xq+2R6tenB6YUryO
5bOVSJO33l3yru6/lOzSVhtoa+T6FXKHptiqbE0T9PCB2OhCHB1R6qE3L2IdiMvxiLDdqCgS
TkiPj4VN+yu0UGv1PDi5LrsROSsPZ2TG4maXsT9C3xITULHRnbq68DWLtilwkW/sHC+pHGSb
toihS/Wg00u76E7K96Cao/kUwOYbzFyUp1dnYw5LfIlfgR8hzQ8siXbPRf8AUa+3CiZaXCIT
phCUxtko6q6J02hSPdL9x64Ql7lFqvTrA8fgJPGRq8pnJPjYeSc5ZKyJO48kqiI+p0H9PBN/
Qm58CbcCS+ou5UxBGSHnA2qu0j2anrJER1R26uZxkUT29BLTWukOOf4u8c4+BNo4Nm1ixKbS
uk3Vil0/Aqp6FW/LBNVI230LHEvJmHY5WXFijlZRRZmtyJ+HUjuWr4PQ9dk7yyNlHVkTDOGT
PkUQ+cjaaiMG++36dYXxKXVpH3+WqHtfl2Fr23sxp6pqKJOv+cU6dmV/9isOmBKfhAoqoORL
nw5ktMXIj/1I+pGCVixWrJ4MQfiR8ynxKOxQhiVml8D4nLJJRt3PNlc79lM21R6azhi11lN3
nAu1UWeWbaOIageuE2v/ALF4WSNZhZWSVV/gfbPwJ5+ZVPpUXHKci2ctP4EsUtOoropWauSr
o78kLF1UlOsVg9NskPft65HPu93RnpXwSJU9SMlVDIimYNdNn2rZpIfs66p763dpT/US75O+
KCi12PbVRqqJ8k6svOJFGMjcwdy4JJHJGDqfTwoNxUmKjrexwRNOp1dip9JPwJiolcUZE8om
J+g1Iq+n27rlnPCh0FrrR8I7UvU7shKxC8xdrhxO0C1V+eg7PzIlJvqTMeZKp/X+ElFHXJpF
HFvBzFebnTp/qKy/yIdupLUJ2bFs6zc7PaShz0SQtt9q/mT+l8FXXKVCHSKttXJUKayuRe3r
9yly8i1XppMr+JHfo3sk02uJPa99vt27YIbUM7NXMZF7XturmeC2fqT2pL4EOIdaCskjt1tn
Bs9cK6t4XsUOp9CtCg6wmdqXxII8KVFF+pz0Js+Cvw4ImpOUKcFbD+g9tqQbbTKO1Nyj93ZT
NmVct+DS8j3HNFC+QumBxQvC/EdVTBaqF0Fqm6tTQ17qLVQLjkb1yQ1L6lHC5JuteRS+6bnq
prZcf4Tu7nC+BNly6kTRU+JKUJUT5ZLtnqKdnP4C11cPaj2wLVp/c1PKHrrZyn/oF7DddJqR
9+3B2twn+lXHWOGxKfV0Kr5ChRs6pwJ6uvVEtynmxtvy4RWqEobLVLHwoLHI+olcopRys+Fq
IXXw4OpDHnhl5EJJ/ArYS/ivAntRIVH23fRC11tFPDyI/idz3Gq1cULR5i1mm3+Yc6ws5Zdu
cZIVFkzGIG95fapXEnTk6QyZmKwy3l/dHPwHM/MxCH3/AAGlRO0DiYzgbVsFxJP7bk5Yttfu
VR97tZLk72l6rG61b1Tqo6nbWpb4oiPOKkpVLzKrgSrOIqVVRqIkWqct1ZySs8iRQpRkz5n0
PO5ShLpIjodSMFRVH9SlEVdGJLwXB27ru1wmd3t7Z9K6CUVz18am2zqtEbb1qyXOsH4TkbR3
Ny/oW+QtUpWXgcVbuyKEedR9zV8FZ8iZoUo+SYImXNncdEuuS182FqrLAqV4KuJsQm30NHr9
2Xg2bahVoNRNMM1bdqJK8EtVfzIcQ8VoYiadR9rT+kCX/MhS1ZQJ7VO569ut0ncnwgXJSgut
2TB5lKdTlyfkRApJ8YwVnoTjgrY1wihBCvYTdv6DfBu04ezh9ZO3XRzxg7t4U2TIo1/YU1UP
M3RdKck770ydmlFljmrKo+o/T5YJok+Cihq5amGiYTTpQtBGcUwV8Eohr5imi4Q5UKcHdFPz
HR9vGR6qUnnJVW/UKskxMfqRLprraT+GbtCjeGuTu327knJCSa1t08F3WdvDli8IWR1tx4Vu
dRL5vwg5KV6E2fhGFkWW7Hka+ZzwTPmThFheElMn7fuKVeDs9vVdyWMDeWOFZfMc1i0+NfCF
USKVg45ToNOq4TPS6PgTS84Kqeh3L64JSpkm/KYu3aPM52wUcvgcRM3FDlvDKtrljTVMDpEC
p26XqRg6OyR3L7lgW+Wq9DakVPO4lYklZuQJeHmI4grnJPy8L+FT8CMlPkJnmazgnJQ7ld/0
KmtaajXt05g+Nz1fe7F8VZtzMFKcku4uGVZQU3dhx6s8Eu75IURnqWqyW68EtQleLkattcHM
0lqpeqtJ1ixCfq5ZCXqVxqz6jljlpNKiqd2zhKsFV5CSSOXItUUUtoSdaKRt2bcFvif3h0qQ
RkTfhDsvxIxwU+ZF2QyEWk6HQk6rw6ieELoUyQ80bElj+g+IuX9NkhOzVhSpSuyl3ath7ZaN
lw5kbsyIJ+hTwlqv9g3EIScvhqjId8ZFSJnqUvkh05KOFw+Rq66E/wDOCsSuR7OtYL1yyZXa
n90l2+ME907Chepk63QoVMIUpxjzHR+Z2u6q3cpSRJvLuJJwU+Y2eRJS55nQlXKqpQ48HhFb
eE4Y2VcGqSo2UsKssXQXmU8WbLLTg7t6ar8RJ3VUL205cSx77R262UEb3u1g2i2CXkiJfJ0K
QVl5O7oxy/VNET6qcWE3RvNh8ciV18hqyi526qZzOBilpRxkSs9qNCTpFuRwu7lH4opNOpGH
UXtu+1U2Skq4J7GnwUniOhDolZZHFmW8hy4aPVd+EJ1Y04HSmCzoSnU+FScMh+Mc+HQ/I/Ih
YOnB1Q0KeCV8RPi4o/odzpBEwlVITTcrJ+3vEpwtrM1VlKqa/tuXs4lCe2aQQ1Jmclxp2GpJ
xAo87HpTod2zhc7HnRSQ5f5f4jtabXLsRh8Iq4Wtq/8AUdu1MpohWw3cVH24Gk0m2Q3Dz1Hl
ZVjmqfwFCfp8qHZu5i3JLcpkqHOCXSMkPN+h5E/FkqpwTREu3QvHQjutyWnqRtq1OTul6o+9
U5LTPDIeSEWFBCuT4ST4VU0IVIUzyRFBaz6uCTp4XpwTMbYJ11W3VXG9Z131q1yL2t1DVmaR
s9dFZrLE23t1KcyP8PBwlcqviWG9qLqdvtpLWKt3IeEKFEXIeaQRyvTGT0tVw7orK88nV/Mm
8WZ3RD8hwpfKJiOep9pLcxiLE2nM3Fs4Z3JqVR6kxT5kNVRS3W4iFkrcrVnlQhlhwdWS8EqG
lgr7ankmGvJn39r6kyn1LsqyqsSyGvkQ06EzM+EWXVi8hrkXue392otlTZU2RzoyU6eMsrTb
kc+nZWaNluk1qm3PT+E21VPU6dCODjr4ObuxUc/dDj5HLxyVQ1E8sm7dFOCaNjKqU8O5W3lX
/MTZu56Yb6lb9By+19T0ufqQ3JeZyQYpZ3FtLS/V1/wk67K0q3/uK1klOwnJPJPyISKyUG4k
a5ENZYmrcFXdjhriR1T48ITlF4jA06FX5olqZsyqcsctplNrjf1RCdfMlMa2vY79VDd1yQrF
ynh1HLqrI021czRj00q9prwOVWWTjgl2KfNEPzKUY4V1DJal4fQ7nd2Q6OPO/wDMWRL/AORV
r8Dor/8A3FMvgq5Y3EN8UIViU5jDRKq/MhqdSNftx5je1V+BPzgsl1O1qjyUfVFMkuStNeSl
kXKs/IhKIyyL+Y1J/eyW+JaJyOl6CcfAcOUd2RK/g69xVxAq3H+J+aEk4apUm78yLCbUyPai
6DklUReq8KHd8z0/Aa2TnjgbixCR/W4oF1wKs1Pmxz6oq10GpUJQpOdlWDlqsv8A0lJc/pTK
WvCg4eEWlivf7htu2bFL9eBPDISnrwLWE0yyoVsTZdeCZt0KR0dTtlNcol/WxE/Ev8Du5Jyf
giznKLTHzZXWp1KOOSJliaci5mvBKZMkZE/miMEJ3JdBHPg39SfqfdTJhj6ic0syLEYwKt/B
p5Gm/Thj21cba56DT+Am3NTCzcoqjmU8nqdB1hxYbmlmTEwJ36DtTCqVUEW58jorMte40qRZ
CmG+o2vhAlFsjcymKCsT9Bu+Z5O1KuR6tIaV8FVVZNXFBqIIxyVs8ERHgyWVG0vM64HWCXUm
ydyJrjwnHJex0Zjw8x8sjA6VK18PzImOH4J321x0O5fEUq5BI0NOw8eZHGCVk5WSPixcjr8S
qu8Hpf2jcul0SlGzpQpbKIj09KjThLBS2SMsq7l5k7VVPBKUtYOGUc+XBcbrPI5RRLts0UdG
ds1SoPMkLOSHVYPIdYfQq/iemqxJUhZ8K/IcvyHYmJOpDqfkPA1q69cFdqLBKfb0ZG6kfTLL
ly9fCLvkcI7bd1PiSs3QuGJO/g1yVyM7tpq4opOuSPkWsTEnWpOJsRLrYcRGSkR+IppDpBRq
SEqr8C1cwc/kXrwLupGDrJMuFRxcnWWlclODouMkrzqTNTp+InMI1c3Zh9fBTcbbocPkv8ij
iMi/Ii3USEyJsiXUlT1RPyklslW5Y1yRzz4S5h5EnXqKLE99D7m+pTZ/iQnMcitDJ7aC31vr
cWyzcnX5EqnJDrNmRwPVjUw3g7X5kYJTgvLOpD6wx0VOouVhD55O+wnbpeSZh/wj9TggpUrT
8RJ2eRpqqyVuJfModfyLKBshJdB92PxNYmtmKMXFKbbE8DiwklK4Z1diY6MnmyIVBjqUtBDe
PC17DlUSOhR+bJdWUuLPQj5sjJCsyNmRrUtDR3YwOXeyQ5c0sRhknDPMlWeDXbW1n4a7c0G8
nkSVG2vIhrND07Q/1SNzKwhQ4E1RZ6lbkc8EXgWrtjkjOYP7pRzWslbCf9ZHWfgS1fBE1OvW
5H3N1Oo93Pk/CW6las4IVZKwoL/InZ1yx9tJJTqxTTrczBZ9EUceZKG7lEk2VpyKvxZCqmJR
XkrfoSr8kKs5Jf1JV0MVJ6CjJ0dCFZ/idu32iZDsUrr+BOtCtzVK7Y2nEWJ23hKyQo93ZdBd
+y2X1KqKOnWBpptDcNRZYHh4Fj4je2zlfItfJeJsfaS1RYyd0KuPMd6YY3NeEVtfyJVUdHeC
rIiZyczYoq2/rqVzlkYRS5LKuWVLiiGWJeMFVLeSfgpFNOZ8IVHgluhTUeOCHcr8MipPQbsz
lHmRSCZOUWvSRqK8ii3hrFKnMoh0nJFBNupGCdfiSnDKv14IdsDpXk8snLxkc0o484KWJwTb
80TtKV5OjI/SymKFy/U7k6ujO1u+SFTqT9BT8oLfMlpdJLVK1SPOqfQ6kNT1OEVJJTiMsj6l
EQ3Yc0Jg6E3Eso4SsSrslvBDqnYlKhwNqhPJOORtXFNslacVJuTrbI+egkiaieBTdSduw9Xb
CL2wf2nr9xJ8Kol7abm0H/k8kiJh5GrohrrDHz0HeIf4DX9URWFi4oUpDo9uZE3RPoU1nbkf
dK6dP4iZmfmVrtwhpL4lFGzuxyqlPuyhN2Ix53Kqixg/MiKCWqrzwRxctWLHUSssnR1LSngg
gjk6onLwP6l6PA4UKxPSiuOVUVJ+hRQylyHcqc+Rx0Hrqp5kr8jh8kL4yREIaOzVdzR2bbP2
1iko/wDzNrMZNdmq7N1dyWN7+4k0f/zad/OzsNPdrX+DVwdzlvhsVITvIof238ju1+EkNR1K
TOSl2dWn+BDtBOtUyX8FgslAp+UHoSW39o3eBMtWa1yVXmenWE7VG7YUnrc7LqXOh6XBEiyy
ykf9bkbFGQmT4Rz1PLJeklWQ35CmUh5glZJVeUKjWKnPJP08Jn5EM/I6lvMhXLweZUdfgbNq
W7ckynt8ZE4nohe1rqte2zyP/wAkJndu5b6+Ha7uzE7xcesVwavdel0Zvq7aWf8AdKNPoOhO
zoTFUiY+BRRGCHYU+ExQmC1cFUfb5eFHUvfi5FyhJSq8OT1fA8vCShGTpkhVR+ZGSGq8kOo2
lbwrRlK+MbU6lHM2RJwUtyVqiT8/Dnw/cT7Nlk7Uk9W7xgrr9BSo4hD211b6na16urHCXav1
J0FSpwoJSnMi9t6Rthn/APRstNkodcE+3G2ryTZPA5TglLDnkdfDk5ZW3I1jCGsHP1IiCXQi
5H1Q3dFH5EO/JCoXg87nQ4REkcECLut34VeR9Silk58KqMCionnJJCcSOvcUK3/AsTEopfBD
vAvkUzwTLhjj5ESeQ3u+1RMs7NYSXPpk9U7PEtna+7ovt1O3tS5Yt9Jejcba4F7kpa7Vrwfd
3cJKp/4vbb6up6Nv29c9qJ32ezf8TbqKZQnM0VB4WS/KmR9D8DoN2RBVdCVYgv5FiYmC8Jrw
qLKJefp4UI+pLxeT8D1U6npXmS3Xjwjgc+FhUqcsi/Q/AivkUodSt+hk4PoUqfmS/mLm506F
6KxXFiucFoHs1S1ckartWz5sh7NKVaao7dnOkfc6o2WvqWGrfzGZ4PVtRWQnq2+juKn1FKa+
hiMJusCSdG7C01c0rwOfkdIcfIaRVkpjlwKGXozl58jyJtapV+RQiRfQ6EWRH4E/QdJPyKWK
X4PURZEMpTwhlX5HQ4gUkpzBJTJSOoifqcsoU+JGfCFfkr9Tg/It8C3mXjgXa5rTU7Won4nb
tRY8yP3F28NwXr9B+qX1Qn3d3KSsxpJteZbtjFitZdOh3PaG6QKGoWckliKRDGLV2XCqQUqu
pP0JsVRFSn4FviemkFSFV9SPCIfmQ6+NL+RNvCi8/C1eShUmPiVnoOlUTUmCYqQpkoqq5Zou
/IlMh+HBS3B1KqpVSOgqFiUr5KkNSR2wbYdDtThroOXTJH3N1IiI6ChOmGS+6p6qsnWaZIav
elRpptExhn//2Q==</binary>
 <binary id="i_108.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpGRTQ0RDQ4QTVDREExMUU0ODQzRERFMzVDMkZDQTBCNiIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpGRTQ0RDQ4QjVDREExMUU0ODQzRERFMzVDMkZD
QTBCNiI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOkZF
NDRENDg4NUNEQTExRTQ4NDNEREUzNUMyRkNBMEI2IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOkZFNDRENDg5NUNEQTExRTQ4NDNEREUzNUMyRkNBMEI2Ii8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAABbGAAAmMUAAQ7dAAG4cP/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgDIAIdAwERAAIRAQMRAf/EAM4AAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAIDAQQFBgAH
AQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAgICAgEEAwADAQACAwEBAgADEQQhEhMFIhAxFAZBMiNC
MxUkIMBDNEQWEQACAQMCBQIEBQMDAwMEAwAAAREhMQJBEhBRYSIDcTKBkUITIKGxUiPBYgQw
0YLwcjPxQxThkqKyU2MkEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAADAEwEAAgICAgICAwEBAQEBAAABABEh
MUFRYXGBkaGxwdHh8PEQwCD/2gAMAwEAAhEDEQAAAfqhABWCJBFHgQCADxJaPHjwk8Vy0EAN
PAjCCAQwgACAgwDwsIkIkAEI8NPEngwhRJAJ4EyTwsMMcbx4EWCEICIEHgAyCSTwIR4Ezx48
keQCAOGAniSBAgAEUQGECCGCSPGBngQyATxZJBJFGOSSJLBJ0p4AWACQSLKwYwgSSMPHgQyC
kePFw8ESGEePDCCCqVRYoaQSeIAGghEnghI8kYSAWiwLBKhQIIJPDjpDwAsgWACIK54MAMAt
BniSCSoQEOCJCPEiyRxIsrlcQAQMJAGnjwB4IUMGChg8kYWySCBJlhCxgA06M8ALAIK5AoUC
CEePDyDwwYQIEDCC2QeDCFBCwBokqgEAniAggSQiTxB4aAeFlkM0BhJJRM4MqEhjTpCDwgrn
gRRIgWEACNEBlcaMPCQxokkuCzxIs8LGklcEIAI8CSACWBYQAY0A8GQSGPLYYRSM0YIDDGm+
LKZXK5AJAkWESSMIIBJBPFgrngQBxJB4kAEaOAPEEBHgTx4Eg8ESAGeCPBgkhkngBoBVJCPD
gzaEFcqHhYoAIUILR4gAYQQSGLCPCQCRoZAZ48SCGEeAIAIJIJCAGgAhkkhAEDCQBwoMQUjT
KxYJJNwqCBQgWeJEgAhDCARgIwYVzwQokaeDFkgBHiRoIQIokk8IHEniAwSTx4I8CMFkjAQC
wGZY8WWgzxrlcrCRBBIIAoYeIDFkkDAwgQSAgCQiAyuWCBQwMIEkAMSECMDFniBoJ4gIkAM8
IGBDwCgPCHhhGoUysKK4YB4AAUMIIGgChg4YQQASEQGGeFgFkSeDJBCIFnghQYwgUSGeAFFk
I8AMCACPEmaaAQsaNNASViuLBJBFigRoIR4qjAhgY8SLHgDAiABoABII8cQKEniTxIZB4AEE
8GPGFcYSeK4BYACKBqAhklgtlcErigSBR4WMFggjwQQwQwBpJJB4kWCMHCgQghwsUELJGCyy
LPFUsCRosMIEeEAIGHiSDMNwrBlkYXikKKxABIIIBAIZAAQAwI8JCCPBhAEhCyQwRp4Ikrhg
kkEhAgngyCRY08WABYZB4Ek8US6eGBDi6VhRTIAAJIAPEiiR4sgIYQCJGnjwkeeFjiuPGBhH
gRhVCICPEDQDwQRJAoIYeEjhYJ4aAVC8LGhFksCykLFlYEcGAEZ54IukCxg8QSNEEhlcgWWB
gR4gIYGVwwQDwJ4gcNKwweKJBFjjwsIMEEM8VSwOIJGF0WVhZWBFDCQRYwSPDFkglYsjARog
MqElkkAcQAeLQkgMgEIUQGCNDCFhHgCAgAxQQYIZ4zjQPElgMtlYSJFnhQAZ4A8LGFgUeIBD
CIJFkixBYJGEkkngRoBB4UPFBkBDTwA0AIAgEIAkEgYECLHhkFg8OKxXCFgCiQxZRLpJAgsg
gjTwQAYIIocEAOJABCElgUSGSLCCPEkBEAjCSSSueACJJPDRYstDwzxAYgUAVjx4IE8KDBPH
gBYYwkI8EECViySEAAWRBI0AUOEDDxAQR4AcCGGASAEQLJDAJJJLIseVy2NAKhAo8AAEeBBB
BAGACRxJA0kaECIOcLBuGiWykVAQBBRNgeVwgzwR4gYAJGBkkEEAhhigBxcM8wTqzmjTNwWV
xQAo8SeIIFklUsgngQggAxwQByhyRWKpYO9O+NspnCHPnKmaaZ1ZeOsCJBIJFhEngCSSQAzx
JaKBgnKmSdWfST5SXT6cURYgAIWAGeEngAgyDxBIZWLIAg5Q2SDIOOLh1Rijj62fHDHFHQij
cM0QfTSwQeK54YCNFkBiRpplI5syDKNIg2jqjLOIMo+zChAkUQSLDDFizxAZBAsMsHhJRMwt
jjnjJNYEtHImcd+dsccZQk1xpnHEnUn1A8JDCJIPCgjXIMQxDHIL402jcK4ZwpiGUfVjQElY
aCCKCJPEkAgAjSuWABRzxyZaLo8E78eYx81OlLpYO2Kx8bM4IaKFij6Gd2ViRIQ0umUWDnSk
XAzFJO0NszRZaOWDOWMI6g78UAJJPABAHgSQSBYQYsQcYGb4JqFw2Skc2cGLPrpomAWBx8mF
lIEAkYa59UGBDATAORKhYFnSHWkjxhVKpmFQ6AzC6c2c4SfVxIBAAsMrhjCqLDK4waWh44+c
nKHdn0Q48wx5JyJmHjvDqDmzvCmUDVMI+WFc7Y+hHyk7wrmIc2VCS0dYa5sloyCiPLoBzw41
yuXiTmjJEH1QSIAJIFgniqECGLOtNsk8JMY5s5c6YcfLjNLRWFGid6ZpqGKWjGDPqRx5wB9T
N8+EEizwQ4sl0uCgDQNE3C0ONk5Y0jxyp2pmnLgGIfTxYkQQGKK5A0YJNE7MYSeBEHiwIPmB
lGmcOUiSwQVDeOqPn53JZLp9AKp8+NMQcWSYYgaQahYHGwWCBhtmQWDWMo6g5EI6YwjEJM8+
hlYUALBBKww8QaJ2ow8eIBElIgrmUcQc6WjdKw85EoGgWDIPvBoGaagRXKJ40T5idGcucmXD
YOjOmBPGcXDMMsvl4tAnGHVGsckKKws+glYAUAKCFCBpfOwHEkAEgFUSZJjlI547E4YpHcG+
ckfPRBBB159LPElwEUaIo+VHcmwWDDOLOSNgcdIXDROJLJtlU6c+fls7UM4ggsmOfRioAEAC
QVRheOoGkkCwAiBJWK5gHFGOfSR4kvFk+ZnKFs6II5s2DpjuywZIRfOCDOlOgLgZ4wT5oZI4
7AzjhTfNo1SycYdebBVOKLxqHNH1EpFUESCQeNA6QYCLPHhAwA8SVSsc0fPC2XigKEmcaw0+
6gHwwwj6SdkcockfQTFMs6M6kg1zKKJsmcVjkDnSqUC4dKdMccSd0apinNDjRMo+hFcUGLKh
mmkdUQLIJKooAMcEWy2eEmEfPwSsXSgIKgg+qHj5YKKJJXPG8XDoDdLxdJFnEHSBF8E+ZnNk
lg64gyDcOxLxzZhFs3DIMo6g2CRIQo6AIAUSVCmY4ZplkkvFgUJFmIZJlDQCmSYZ0AJxpoGO
LJLhrGwbJfFHSmCbBTOZOhMo6kyz5OUTQOyMcE6E6kM5Qzi4bxJzZiCzcNwYdaXBZAoUKKhl
CSTQLQRbCEiRoo+fkl8Iac+d8fMwykYwog0DSNI1TcMAuHWHOHTnPjDFOgNw+UHInYBCh50B
uCzmTPLRqm0dCYByxUMQ787ogULKxnADSic+WSRxbNEsjRBaDKZxZllc6s58+kCgSmcWYRjj
S+aJrHQnNiTriwVjTKBcFgHywxzqR5mmodCXwTkwCyWzpjdECxBlHZAnhBniwDGINUzDgjWN
wpFI1C4aBsEkhny43DLOePr5WFlkg8cAcmOHmqdQVBpUOtEGqJLhypxhdOMLRqFc0zpy6eOX
FlkvnVFwQVRZfHF8UYpbPGUVBRSL5zRzpZPAlkvGwXi8MN4I404QYfVRIs8GeM0+dGeWi+bR
ZLRUNg6QME+dHLH081j5kcwWDQLh0hogHPkHjWOgNASGXi2UR5nhHioOAKZlHPGMUyoPPFsk
aEdOdQMNgqnzUzzuCyVxgRI0yz5eSWBxrEHbHLHThnzMQfRjrRRgnx4tF0cdmaAsxBARZNs2
BYw64UVBRmBFIgyzxx4BXKQBVEiywNNQsAjjpjXNYvHPFIQZ5IYwEtmIcKSEXgzaN05YxS0d
udoXTAOaOBKpaLx2JrgGCUyyXzZL4gkvHVlcpDyuUTMHGOciVCiVxIAAsvGqYIoIunQnRlM6
4zjtRIo545w5sA3zVM444yxg88WSDPOpO/AOTMo+rHy45UM2TrC4Ec6NKBom2bY83zkQjoB5
yZoFMuHFjjDKRlAiQAjrTsBZxowoGASeL5vGifUzQPEizBOaBIOwK5hHzMywTwB4cb4k6k+k
GifPD5GSXDqDeGGKVjONE6M6k3TJM45c0DOMkpnOEmkPDK5mCADrDcGDxByx2xzwRzplEGya
R9WKwsEvGqWAzxIBknEnzAUCePFk2TtDoTYLZzp8KILx1JvHjCM4k1DUPpJklAyjMO1AAMA4
gwCseGHSlYpH0Q7Q4Y8bBxZmHVmcKMQ1jIKJbOsJLg4ktF4aaxdEnFlY2zhhxpF86YuiyuQN
KJ8RKhaOjN4sGcZxnF80D6ecwIPDzaKJqFIzSTjDCMc+lHdkgHjgRJaOGNMulYtGKaw4pFQo
jDeCHkFMUbJZEnVnZhkiwBIAggriDJMo5M5gadCdISQZZkmga515kDCDeMs2BhimeaRim4Vj
kDujVKw0+fmSCc6Xx5YK5nloMkyyubx9CDGFAqGSeBHHWHYhlYoFIplUpGYZwk1TcJPkQZrn
WngjOOdLhrHXmOXhx0hzJ0AZwZ0Y8406cuHzU7Q6wkE4AyTNM4vmedCZJQFF4UVyuXT74QJF
iikVSgIMs54rCRYBA4I8bh1ReNs1T5Kcgap1ZaCMcygDpDUFBnSlw542ST54deWj5+axonID
T62LPHCnNlQzho8YUCAARJAsg+7GoeJFlQEoAnMHCCCQxw8cINI7IzTojRNMpHw8uHUiSwUR
AwuG6eGnVmMINYzDiTtC0fMjbNQxDmT6ybgBzJwxXKYwWXTNJK4sAIEg+vHXCxJIsArFU4w4
wEsFogtiTx14kWdcSahpHxErHQBCBZ4k1C4WTRNo401S8YxjHRjT52KOpEnCG8fYwDBPmBnj
AhpSFjSuQSLDBPpp9GKxVECSQymfPjlSC8WCwKFHUmwckdaPLZpG4fPDgzpwCTxVDL443zRL
Rw50405kE0wjkzmzui8fPygfWjpDOPkBmnjwQBI8rlYM8QGdmfWQBQgSAAVD56c2GMLBAw6E
3DizXN0UdAXDYMk+QmoNLJIkcWBxpmwIOFOzHnLjzQGHOHInWm+cQYZuH2cpnw0piQhp4kgQ
GQLDPHUn2QWLFCyuCVj5wc+MHDCwaJvHOlY6oSWzqQi4Wj4wPLQ0kQVzWNItmoYZzh3RBx4R
shnPHHHRHTGUciCfTTsT4kZJXGCx4ABAR4USEdmfWxBXJAEgiT5gYQ8aQaRtmQUzSGizpDfI
LhpnzAyi+EOECDcBLBunFjTqSTkSmdCOMc4w2DpgTkSiXT7efOT58QESCESQASASah9lNASC
JEkhlU+WGKWghpoCzOL5oiywdiGVTcL5xhxxrDBwBTNwgQa5xB1pbGHMizVIFnCFk6ccZJmC
TuzcPjZWJIICHHhRIJ1J9XHCxYAo8CGVT5WYw8aWDxnFwuhBmmdeVSodIXzAOCNMMtjSiahV
GDTnDoAy2UDNLxJJwgw6wIA50oDz7aZByZyZlBkkAkmufSjqRIkEUAQSACKPlplDQC0EVi+O
PHjvBpnDToS6UT5QbpYGlgUPFlMQUTZLJZK5iGsKLxxpXNY2SsZhjiDvz6GSZxxRkGWGdAdM
dCQVRgsQVSSQSCQT5uZBBI8UGPALJvHSGcINQ2BxJ8zJIHm0XSqJBMsyDZNccUiqOLQRyhQL
JtlgzzNM46A+ukEAADARQsAEEEWLEiSwQOFDT5yYoZBBJ4YeNw6spmaNOsFFs0j4gZpIYw7o
6M588YBnGsXi2LFkjiTOOVLBqG2UiqZpJ9QN8UKBFECwRZ4EE8VwSCQQAjxzhyJIsIYNCLhv
moZRlHUG2eANs+UHOBl46w6EunGgmYZJoGiCNKw0IeUjlSTUNc8VioUzdPqhUFigCBIkIYeF
AiiqVBB0hsnhB8+ORAPDho8M1ToSsZ4s7AaUwjpD50cWXy8fSToTx8pFFIqFwvjBhml4aSZ5
z5TNg0DRKhRKYB9CN4UKACFCxIYRWFlg1jRHAFQpGKcgc4GQNCJOhNYsmaYxrHWizONI3jiD
ghhfOjNs1TgRhnGWa5oBFYWXCsWhJygRYNU0gymZgs0T6mViuJIEiSuMNM0S2AKKgwxDkzmy
uaBQGnhY4adaXCmZJXO0NoyjKOgN05w+YmgWRpfNE500TPMg1C0eEDSyCeAOaEl0tl4AeUzP
Gn1QIrCAxxcJMw1xQkWVjAOdOdBNQ6g0D5uSPAHG6bhBQMQ0DuiDAKZ1RrmYfITTLQ4M8Vxw
szDXLIIQgaeFknNigy2aJUNM8Z4w7g64kA8JPnJnnUmiKMAxzJKpZOrOiNQgxj5YODEF41S6
CZhVOvNopmCXjoDUIPhhrmoWjJIGF0pmeXTUHGUeL5UPAHOFcMul4thnigSdudoZ5llgrGQJ
MYxRxBeNw3DZJKoBVKx8tJEDjYLJ4krhnalsyCgXjoC6EfGwjrS2MCOPGBmeONMkSUxgYRJg
maQONMtjwBJSOlPp5zZx5klAuDzZNovGmWiRJVKxTIBHny0zxpbCHDBA40jtjxiCjTNwaCfN
TNNU2zaFHFjQzPGmkMEGeNGlYuGMZIRYL5ZLABnDQC6Yx43jpDaLxeIJEFYqFISCNGkjD5mY
40eILY0QaJ0pvlIwiDpzXFgHEnKmsXS4OMMtCiiINkuCDPGgggGYVDwZsnh4gpkDzfOrNgtC
wBYkSVCkJCJGEDR5J44U5UIMgeEJOjOmL5mmKWDsC0IJOZPnxaNk0Syc+WCSsVDSLoBllsgU
eMYpkl4MYXTwk8VTRPsJJWKZlmYZoY8aOLBIR4uDSQDjTihws8WQDROgOkEmQUDojohYggrH
xstGiONwxi2WDOFl40SkZQ8UOGCjBHEGiWxgRTGmYSfWSDLFlYAcSWBhngmiXjxBZDCOPOAI
FDQh5uHQlsrlEYdOXCuJALJ8aGl4YWxQRYKQRePDTDLJ4kkqmUEOLAJcPAiSSD6QOMISSWgC
2WgDPK5mlUSOLJqmsVz5YOFixRuHUG2CZxTN41zwgEWXz5YVDpTWKJzoZbKABol0pmceCLJW
AKBAwMIaXgCuQUT6OXysCPPBDikJNQYCeKpWBNYzSkfNAiATSOgOhHmYEMNskkAEAvnCnHGy
WAhYs0jPMs0DTIMgeOFkizKDJHADTTFFUqFk7A6UAAAkIYASGAGeJPDAwzAPlAgMsHRm0agk
qDDRNAgQSGGNMI+ZlsvDwyRpmii2agkzBw0kIqmeLDCCINAvGKAEah9SKggWeJGAhkEBBHgQ
xg0wT5YVS0dCbJfBEBlg0CwKIHGKQeMkk6sWMPnRbBK5WLRoizOIHgjysZokvCysGaBePGWV
SwfTi6LJPAEDSSCCCCDw4geYh8wKxvHTFsIrihppFsIgApny8yx5rH0M0QxJ8+HCxRSNMsBG
MWwhY4QVyqNKoRJcDLJSKAR2R3wkWQeFkhAgjDwQQozDGMowy+bpuEHjxJZLpknAhFcrlYsj
iyd4a4AB87DJEFculsQUCBw0EUKKpIsUSeNMsFYApmkfXAQASQRZ4EMYIKJkmSAdOUziDoDV
NEMUOLJXOOORGGiGWDwQBdPpQgrgnABnjOLQ8tBGMKHFgcKEFEkSJCDLpqlUpgEH1U0SQQTx
A0AyDmhBdNc1DUPHzgxTojbLJ4EqnFHNjS+Wi2AMDFAlM+mBCiTghp4yyyWxp4wwy8LLBVKw
AAo8ESMNAuGeLFn002ghYZSMwxyoXDXNAvCTw0E4c4g6Q3CTLOaMcsmmMILJYIIGlQzjXO2A
HknAEDCkGWi+UzHLZJ4sCQDOCBAPEBnRBCCmGfWR5hGSYJ42TWNQsCxY0E8QeOdPlxUIGiwS
8aJeAJLgoggyhJ1R04ZAI84EUWBIk0B4gyS4WAgRpTM4gAAYAWy0WRgwonRGKINA680gSSBQ
QZIgEgYZR8zAFlwplYsGiWxo8WUikNNE3zoBIAIwA4kkIpgl4eUCuKNYkeJKRklgYMKxYPDC
4CWADdNw0ARYQs8eDBBPCxpVLAo+UCwwgygLHF8EAqjDozti8IBECRQ4cfOxRdECR5aKhQLJ
cHDiuCZJJZKgJA8ePHF0rG6dSEViDwwEEgAaQCQILBzxw5RGjxgkUKFjTZOqN0cQECVxYIwI
acCUi2IILQ0qmcMNQM8MKBmFg8GUi0eLxI8vFUSfTABQsM8SCVQxwsAIk5Y4kcEZYY8IrDjr
Dry0IJFkDAADwIQRZPnIgaQKGF8qFIEvjR40oGeLLokrFkMeEPGlgE70IASSVgySBRJII4zD
56Yx4sl46s0AhpZGkBABFc8ESSCQMLZ4+cFYsCiqa5XK4sE0RpAwpgFU0SoVwxpYDGlstFA+
glkAqiCTwsAgMA8QWCqUyyXhJ4k8SIFnhxAok8QSMJAGFgg+cFIcWysXxBBSFmmQWSCSoSNI
KQoMtBF8McAdqXRIsgAQCViRxAAokYPBCPBCQAwDwZ4WAQWBYIQ0UEWQj5sUC2MPDyBBSJNA
guDCqVBRfPFMomiCWi2XRgo2ToQCBQsQCLHAniCqEANHEBEBCgjxAARAok8MIJHBkBHj5uUy
2MFlsQVyoJNgcMDKB4oGiXisVCCyOGmmEJPHeEChJUPDRQQIIJAsgugnhQAYIR4kEYQSIHkA
jTx4IaGfNCoXhYosBFYrFE2CS4CVxZWHmuCZ4ovjwjSNIyDkzdLZvGwVAAgRYoaIDPHhxIok
USPBPABHjxBAwM8SELGjBx8yMw0RosAcUimJNgeUyweFHgjTK4sQXTSFmiVzhiiMPFo+yEFU
AUEAGQCMJAFHhhAosgDxBJIwk8CEGAWBZcECD58Z5dLAsEIUY5XNU0iuSAQQGahB4ql0uDhR
wxWPEGifQDoSuKElckgUXARY0eKBJElkkEMAIgeKHCxwsIslQQJLBwJll4eAQeElEpmqWTwR
UGDBZoFgEg0gSickKILp2x1I4UAIM4IMWVy+NFEFkg8CeCBHiwwiBhIsYMKZkjRhBaHHzgzz
THgknikUhBcLoksFcMksFwcMFCzCM4sGidOdIGCSSLK5TJDEEjRgIJaIACDBGEBjCCBp4QVj
PLRYCJBLAJ85KZZLAI4SVCoVi6XxogYIJPGwePGOKNMummbBaEkgHhQsgkkUWhIQgIcQSAeG
kkkjRp4IUY5BfFBAjRIQ8M+WFMeWBo4ESLKxoADQggRR4g1RB0ZdNA8eBEjRZAs8SSSSVQy0
LFgjQhJ4YSGNJHBCjPLBJIsQQAWCSRpJnGYUTFKogIcKILwZAA4SJGizeOiLoQZAZIBAAQkA
skADCuSeJEkkjQyQiAxgkzwSwPDFBiwyAACwCMCLZREFcUZxmlQkMxAxZ4gkuFw6A2S+CQeA
CGCAiAQhYZA0oDAyARp4EaSQWQRBTALgBIR48SCELBHEkhjSwVRAgrHhow8eK5nlYYNDLI8e
GNJBIPCwjwZIs8GCSeDAFlQ1CRYIJYMcSANLAY4AUWjw4UACeHDDx4EE/9oACAEBAAEFAoYf
tiZg+jcziHB+mTjty+TKx0imZxOIT9MRysUL1I+pgggJzzOZk/T7RmgMyJmZGewxhW+gZRPv
9DAfoPv8vqZ3meOwwDx9X4BIycT7TP06/H6GfxgZJEOMnrjEOAZgwJCB9eMnmYzOohxLhk0P
lC3A+hgEHaAzKwkfXiEjBYLCxnbEZz3PbPyDFjPJPI08rwWNAXz3gtnlhdYLRO8LwvxXcIGn
aKcgMA1n2Zvn/JxAZnjuev1I+n8lRmdoWBaL9p5CJ2gEwcBYQchjCTHHFYKqrkHGB3mfoBDx
PiZgZmBPjLFxDC0P2BGP5BMGJn5HtEMMzM8cZJ6wWQOJ3mYMZ8YyFOABGyBlWWyNwTDMcKMj
A6fQ/Yw4mMw5mY+IOY9jQWEqGMzxzkGdp2InbhTHMPC8GYggxMCcfTJmMxeJmH6PmDMb7gmG
DMBmec4mTgZP0yICJYbAUcz4zifzngfcAGCdZyIBmWCMuWOMTtGM+OPoczBhMUnqx5Bj5yW5
M7Qdc5WZ5DidlELCIwnxnxlmMI0yRFJgGIfpkZ/lxMRjidxgNwz4BOJyfp9x95hpwJmEwtj6
YBAxP5MxDiMMznP9oPuhn8/S5of7MohbMHaCfxMzMZp257LjjHZZ2GCyT4k9hkuABgxgBP5b
DD5Z7RbAQzfEt8UZYXUnt1gv4LDqLOPJyLDGuxPJ2HZmi/dsiZGOMZE/48YxDiY+vBEados4
nM6mcCGc4wRK4CILFnaWmZ+Z+gE4nXiNGcgu/EDcM2J2itGOYMCLwB9+Ms07zPLdshnlYXMO
ZjAi+QD4dQWz1wRMwg5JJOTjucZg+xhbM/g81Z+OJ8sw8wdpmEc9YTBP4yVHYTJgBgc9FYw2
ERnbK2GXuQFtVmOcwFR9MwnhrI/2neAiHGcT/jkBVfJP3zM8K8ycZnYtPtMmdjkwuuMAls5K
NMFZ9/oJ94RAMQkrBF/rxGwZjE/k8zM7fQ9p1mIcxYVJJzMwmdsj5RsiDKq3cwcTupP2l5Ji
fGz+PnB0wH57GdoeSWjtMz/kZngmZyoznPMMzCeO3PcZ4AHxneE5mMADBbBitmNycc5M7AEF
TOIsAmPoc5PYz5TmAmMSCpzPuxZoOV+UbMTOBkT+TgifIAEY7QGDmMwM6gEDg46r/wBz98Gv
sF6gYzOxxkQ4hEJM+0/n7w8wqCCDF4n9iT1hyVP06T4CZBLJCG65HXt9G+QX4nMVxkfdx3KI
IfuWInPXLQHEGZgw/dlnYhv4AzB/b4wBYWgL4Uzif2HcQEQwrAoAIiqZgRes7LDAp78wcwTt
xxP4bBhhH0zifYcT7x2IB+6iHMHbsMmPiKxnRcgAwAw9mi9YSGh+/AgAM/nqMziBrcnGMQE4
b7cGcrMGcRuxJ+nbBHVonMPEyCAcT4wHnIEJUlRwIesWfeZEI4wAP7TCwOWt+U/jPPE5wSRH
POTDzPsWxnJhMHAIMwcj7Z5L5hEKWdlXjkgN8ayxc9QW+5+68M4ERVUYEBmPkvEJnQwOuR9+
yY/jqk7iZxFsE7ZLHhGTHEX7wdRPiD24RFE6CDoR2gOXVu0+PbrM9QCrRF+LNgYHjoAW3nJx
BMZmR1sOVwcd4fueIOC0MGBBjP2mRMz7wDE/gsoCsJ40JLGM3P8AH3jHJcYiFu3lM7knLGA4
HVZjjoJ8oyLCB06gqwUn4kCqcs3LQDkHhDmNkllMOMBPki9D/MU1klCCeYoBh+3jBnUhUsef
LJBAqB/K/ljF+y9Zjhvv95xG/svEYCcQGZmUDZ5JXJAxxP5cwVpGr5E5yK1EUERiYs6wHCBi
S2IfsFAiu2PvB2MH9cYn84+PxAz2VOIOATYIO0bORmDJP/IiDkmCLzMdYBj6E8CYadioJHVc
4J+Tr0sWHifcAGfxZnq0PMbJJWcidsQczAnTsoPWEgzuxPy6rXx8uzDgCZOVzDGZzMYTIwam
EGTFVVrEtLVv3ZpaWIBKhuVrGQDy65bBh6zuRMNj+0yFLsRGbjnB7zscBCYFXAE+05Uh8wTs
Z2MWBskMcnOQ0bgktZZgQwdopmeGM5wxE5jMQGsMHbquBMrPJiAoVRmUks8CcZJjNid2ER7G
NuMWE5Jjt2h69hgw8noOxXjvaS3IWACfdg8DKIW7TBhJJyMnE7HAJz2bsckis9gSYcztPJiZ
XrAYTg/LI7zyRChCqAEJmRHJgOIZnDVkFOJmDtMcPOwwYriNkwdSf5GGIKz+sVlYcGCsCfET
OZhyD1MsBWBmIfHQEY7CMFVT3gHaXfGLZz/yJ4zmKGEBM/5OsV8Rxko4ELcKQD92JE+TkOXV
XYgNMmdR1DrgARRCeT1mcR+Qv9sLgfaAA/TELRQfKp6jtkj7gT+WyGP3aGczrwy8duxPWYzG
wpsZIGSI8PYkloeAs6DJ6iDCqOuGIWEdlwstwIlPU9j2+UI+P3VlxASQrDtiWZY4qB6xnXqr
AomMc+RgFOVmX7Z5OBGJnAAbniY57ZiEwjMGMMOCcEOSyuIzResRkyBmfHJ7QTHyd3DMSx/s
cQ5AOSGgys/glsO9mc5UAQ4JY3djd8RghQwnb5ZLTOJ8WigCN8oATPhlp1URM9uc+LnLmMtk
64P/ADBJGGM7jK9OvwmPkCVn3nXECnChjCMnOYGyciCcAE8FxEPeK3BJhHkmR1UYmMy1cp1E
WAEwLOMY4Zh25nxEf7zJ+itAexJJhJDGw4OM968lp1PU/ALb3mCIX6znsM9j/RR8OwnzZxW0
PYwq5jEzyELgQq0Tr2scVjJhNjThlJKwNaFGZgxUbAzgt1VWZpgzGAMCBVgBExxOgwAQMiFc
mdFyZ2OFJwKhGptZnaqkJtpZByv/ABKiHOW4jHEPxmczpknj6MMwKJkAlcu4CtkAtYMdkzwq
+TELt2PMBMGDP4wCbNpKS/7BX3X9hpEq9rRbKakcv64xte5VLmFo1qYs2Kqa9b2+la4vqisr
RlYHHLjk+WDsSVckI4jYgjllieTEBJh+7KYVgB7QECdBDXk9czHUH2mhWtntbdzYs1GFN99d
ber3xsz/AJN/Y5yeYw46kTgwicCH7EYDL2hVTHQKWQiYHdl7BK1WfGOiso4gwsxMy08bft/E
Lb9m+Gl8OhB1nKt672NqWUe3paJYji/Sqtns7l0rX3yE2d2255r7ttZHt6/Doe4ZonR1hEXI
UcDM4EzwMYbOV4n2boS2MxqwyhODxBSWAoYS7Y06Y3v0l+5u7LMGVvSa9y37Gyw1t68eb0O5
/v8AwzcktC2J8sBcjlYfvkdUb42MFgUgd8BcvXyIB3Zj8Ubqv3LLD2hZI1pUPfztNs220+nq
6tq62vLjW8uCeTX8ZLbI8exstbNf2exVPVeyXao95sefe+ZSuix2/wDJCU1albBfTLau968a
w1fbbOu1Ny3VDPVv6/aHM7QL1nyyS2BgzsIOwFV8pW1mGkRLrNOiX+/6y/2e29I1LtgD11FD
DLjT9HNTUQT2exVS3sEa2epbw7nb/wCaEgBsNCMQCcTnPXk/b/jyoZQRwoHUr2+TcliwgftP
44wy9hs7Hhj2kIBXY9u0tZ3doTW9fdsuvoNwR9GzWg7GvaYFwGz6BNmrZb9d0bH9h6ZNW66u
uhv/AEmCaexrsj7vjs3XXarPE9P7Vtd1tW5c4mZkifyomBATGAWCnySvV4/+HXGx7vrNj2G7
bPFZcy+uoD+OlRTXdcV9M1pqo1dWvvfc+3f4qtim5pZsXdF+F35P/wAREfJnM/nAjELPkZlh
AOJkMC+ZkEoqAr1yP698niF+djdp1l3vc1hbd+12q9gSfPYY+6bxR6fZc6OsmjQ+10m77Gh6
7Ny6yzR9Dbsj/wAC2qtPIk9bvLYvvUBo3LnYphiuxYqvs2NEvetnNbGfrm91LzsBPiIGBCEN
FruKtrqieXW7t7FKlf2l2ybLZ/8AO1f5Gua7dixpq6m/tWUeo0qR3VRbvKssH+a3L4tpiRs9
q9TaFllZBLfkWf8AlswnUwmZOciN1MMHKtCYFBjHqOIXUhUWZGB8Va5YWntXHaqjUtr1/Tal
qXfrlVdVOtrimrQ1RDsV1qbVuXY3kWbYAfRAO1qeypVRcLpuVL39RX/t7+wPq/g7DT8O2uMD
n+J8zPG2PXsvYW1wK0aq0RTWI+96umbn7UoFvtdnajB1GvdZF/I82vpeZqatJB+ZqTOs8a2p
FrtoRr9jUrdtutbNdrtzZ2Kw1iIuzd7AAa1aq2tuKiN2b8M8QFoWnUGOPpxCzBlMMLHL2OSX
PVmKK696q9LZvn/h7PX/AMMlrPWP4/b6viVGIHpd5yoVum/eazX7hqinsV2A/tSibWyL2yWg
+/r6bbqztuqm2x/YCyrSp/HTcop8dbY1rU3vT6hqvraqz+PR0UOK/W+reuyvUHtH95o60f8A
ZWabnutmyWbO0wBEV0la9jRoXtKdLUSVt6quWex9RXLP2LQDJ7y2ywt7S1jormx7OjU2qbKL
SNSv8Wp7vHTqU+Kr2A/+TVrXxbFKsPGviaM/BwZkZhYGZmWmAGudcIw6KQI1iACi3ZbS9XVQ
uAPq6gjY9dVsLd+q1sdz1G968+n92tyez9YL5uatlNi2EMb2aYmZqa5sb8tdLX0rSa/U0kN7
f2Ox+R6Tfu8vsrbjsae5Wj6is9fuvUiCh2PoNZRpXpX6/Ttcva7MR/BdzOhECUszprpKrrIn
sSssvvsi6W3bB6pZR6/RqlTLCL2arRVmfwU1ctNROz7hFtlLvsbQWvpvEGlPjNoCY+J5h4Hy
gUQlpzGJUlonadhAZlsaepZe9daVj6kZnyEqfP0fow91601P673VqWXJVtts6V62mhxEotYt
oXVlnatrLWaa9udLY2jp6X/fsei9bbVdu+sFl/q/R0o9daIL6kYew9eabNJz4fZHY3K7vUtr
ketNy7OrsUlGdGHdilbGUep3XNmhsof/ADnaHX3io199ovqqZX5KILf879wM2pfbNmzFFNZE
X/Gj2VjovraQszmvasHZlYtc3dsfJlh4X5AHkfxzDifzmNkx1zNPSe90RUX/APAz7S7sIm5X
dC7iX2fFtFN1C23p2Ue7tRqvY6dlp23utt0t0zapsR1WLtNUdr2Fm0iP0s9bsJtpdrMSLejL
sZhOS7LGQGJUex1qnX2WvRq7dK17FW56HYrjq6FLgZR7B0ml7NNofkayRbarJb1mwzVxAvh2
bvEuB5NevD22k16dTGb2zUW7+ezVrNdABWvZP+1zt4rOzV9R1YRwTMwCcw/2xM4gPGJr6rXN
WoRfpmdpmEmHBjO2L9ZbYd++h9y5hX63cave9hp17KW+nef+bap0dEVQV5nufXYWx+T9f1/2
Tat+1bv3yjWKKV6FDxZxExEm5sCmmlW29uivxwDMPr9S4bH61qNNr9b3KI9V1D6+6pSkmt7P
ZLVKjdc1jNjduJuoZeq9WYO1mwreLX3Ln7alCeQKhmw3WXM7OCsb/r/5uI+Z1+mcTmfy/XOA
TTqPYaKhWpnYztmMZ25ZophlghyB7Go7Cd7Vba/7NO3vrWWqAyUvK8ZssSlPde4/Kf5ZSh7D
R+seztG1+t7uurrUoo9vueL1lVFrirMNZVbthA1bzydZ7XcOzfqoESgM0qCiBxBGxN712vtJ
t+o2NIpbUGa5LGp3Ay7+6pSyx86VhRa7fGNDTbt7TcFUBdrtc5FAYtuMBOy9wkH/APW8J89q
ZjpYJlhCSFXIUvPsevY6ejyo4zidp2P0zmE4gbMIMD9p0j1NPxnx7D1L3LtLZWaPY7HjKXGr
NkG5uA7Ozu3RUOaqlZA/h2a7s12lSvt9Tw7Kjn03gdPzKqh7P9nTGn7NvLrXKV9j7Uyhes1l
AFSrLb2NiKqLu2t4/Xe2Fhs7iLsAy3T0bBv+nrEst42rMrUJU9ZZMGNs1017Ftlr61LNaF6L
WnRNxiY/ynPShSaMv2enEZrVgcGGpHjaxWWL1lpxPVa7GYnaFpmdkjsyQXiwB4rgksc4EqOZ
xCJ4p7L12rtoPTvTFQVp8OrVV3x9YsX1a2ITrLg3lTcVav8A0F6+x2m2LWr8VaW3VvbtX2fQ
SjYvVaa5WBNXlbbiiaOu/Vdr53rmewSyt/Uez/Ip3air0t3D1z3eqKbFv4IHVBPU0W9d61S1
ebX9bUVdV7QuMbt47DJlK4msq9cL5n9ttB6fe67gPr2TxPDseIi6iyHSp2HROqwzH0sr+T2d
BsNYZqbfeBeTcJk5rGJ2GG2cQb4wVS5fLh9vX+JRKhnxpcbGpsVseJ7WYP5NhbGs27lqpUjy
XePofuYMyoANSOaEHbKCJ8FZw19G3ld1GrtpdL02Ka4itrbW5/rradrJZ/x2qUvTf031rw2J
qA+SwtUr0hm8RA0FRVraO642VLXAKkE1PjOqfk7GjsopTDB2Vqfb7yLq+yo25Z61XfT1m16i
30+/0NgEaxo6AjpmWV12rr7TJCQ7rckGxmB8qvYy/S8wPq7I3r0NX4Svq307Orcu1UIbdmxr
qq65VUbatahDtbGqpm9pb736/oduxdz1m3rKVJh4nEQfFGxKi2amPft8EsSq+nYau1f9aqLr
NbcZO6btQmla11V9TC/SvJHiE98a32h1zoa1FdLbmWvgq+GpT45kdnbEscg1Z61szvpowv6/
7Dhdn11ThvSbQazQt1wXPb9c1LmjPOPocR7VEsM8/Q+dZtK4W7bzXpbtW3TjY1ZrkF7ABKN2
oH88dhfK3uJWt7Vor6Nva1WwbdZqGs2rbTTrewa5gNfT/XHRtxsQsADlhfSLU2vRXKR6besa
ym2pqx8QqGVliaLOtiqJsBfNfd/rp2qV3ddbB63cdps6/ZdYeM7OurnXTs/sPaLqruW93rH+
jbhsljKLG+wYmrSTC9gXvfqG4bmAqtekHW3JwHyCTPJgtdLPW6u9cOtaNxDzLXCqHdlVWMs+
Ju8rGlH7V7muTvaQtX5+dPbWWSqyphubgDHeCsm6ZVa3Wna6lN7INtkpJE2NMXpvaNi7Gtha
9zdVj67Yan2JhJny7A5XyiFjPfav+iNxmUWzXa02qwZLUZmv1VtTXvahqbSVGsEesqE8PzPU
Te9xr68pNu9s+39QKaVyILBlLOyPXZ2R+NT4JU4MuyE6MX46r8jV38/ZcEiP2I5MZWE008VS
MaUUsVezoGuax0IsFjGpG2q+7bq1ou9VtJ+N3akeJd7XUnODT7Aqbby8b5BLW7VbPFV3YUX4
sb2deU3dhrKb3Iu1abh7IV6y2uqjWT8e1XV6u/IMVsnIMZ8S8dzvaz6uwGyxDAVXDql5wLC4
09lLX3NZ1f19neqr+qKJdt10V7/7DYw16LNmz1vra9avojL7n1qatwbiplwlnFLGaylhSxA2
R8UV/JYH8dLYQMvfNfi+iVNaPwTHXqtmbLGaWWnKp8XuCIdvUBRvXvG1dIx9HSD7vsNTWR/a
Bqrdhs5PXxMZ58x7MOPJhNkrF29pYH3LG0EFJFmt01qLVqNyoLdandXb9XdVfvi7Hq7u/rmZ
Z2UhfjPIAy2gTzEz2uuu3Qc1kMsyRO9glNh8a2jX2bVS1fN+Ls0ezpabXsqKq932Ftz6ms1r
6GuixK+GXn3Yot0TKWVWW1c1qxt1uAftsK5HbAAi1hS4zMnwdiTial5qvBBDJOuJZXmKrZax
cKyEWVZA9WkbRVa7adnudWlLGFHdmVXNojfbj6CwQWVYptoljLcz3J1qvrn/AK20a1KJPN2T
XGF9voadr6urfqBrD1/0YeaxYdhYuwpH5imVbOV9t63sv2PkbHlMrvzHfj1vtQk2Frsl/RA1
jOaNJnfV1pRSnT4hdncpQXP+XRsV9LBxK2XsvkU6fV58K1v/AOuw5ZbH7oxLN8pz4zGfqEot
2U9dtNU0esGM/SJ4nWzWUx9FYupah7MBdZWy7Brsd7e8ZrCXzk1sZnr9aNO+2Weh3kU02iAk
TsZQVY6h1Vle/wCs6p7dBfQbZbb5tryVhVpotlnrNZhd+v5Oxo31GzupqboRaCiWfHb9ZRsH
b9dsazRTidjMK0TdurDbgdQxz63bR5SU67XutfXGx+wbV0q9fu7j+q9VXra/vNQ0bhg7iUKZ
qcMGMbLUguk7c+H/AHe50p7N+ORk06RtY9VG8llr63ura0q9rpXiy+gzZbZrtp9s1Sv+16ua
Pba+5Xv33VW2v4xsDL32O1f+i/TvmEwVvPT6AN1HWpt9+tWpeFlWtoEbnqbKpyJ2M5mttNSa
Nuy4elsc7lOpifAEGZjIjjY9LRYP/wDmTXD6S1Vp9Tsg62kKxs6A2n2fS6F09hoto3+Rp/Gc
/TiVWtU7e02LKqfW32toejPfW1KaUHE/a9bK5gzK2R31lfNJwhcOjN2a09IoL2LWgXKfi1VG
wnrUll3NrKxfcFbP6yrYTY9VuVKP/Qqbe9jt4W/Eq2bqLB7RnP5QthsPR7x1d8Q/bE9P6K3b
f9lrprHqLWbUppy3syK9WhPJFqrrq6o7WUaZou1RHrKxbMGj2CJPX29to7/B2+W3HEXfsiew
ibCNPKs4nH0OJd5TPZesutS2lq3UqP8A8Eouslfp/YTV/LSqm9wUunkzPejvoOoB+0qM1HNY
UdoqvHVxNliF17e0SpOvkXwKvhqfYDA2IZZY9kt1mvsoTAs3AljA9tr1+tfNr1LJGouX6+Rx
PSesPsLt7RfWv19O+5/Wfrwqi4UftPWem8f4Xesr7azvZpjFrbNZurdGZ7HfW00PbAsVtcGt
tW9ZpW2VWf8ApqQu/wAC5Whbq3mnnKkbVgiewftTtFlXZTFu9Wi7v7AMaWt7LYt3f1um8Wfq
vsey/qO4Yv6kEmv+uaiyj1+vSOgnBH2gMDzecfi3j5gqDSO7avSlc/BXxLAO9/zFD1qqmzr/
AK/gbl4Cf1ZgGIPimojNddclGvq1npnMv+FdVdOwL9Omxr/1/u2z6fcphRxP1GohHSt4ldVc
LHCgsP2NsX+tYfjXWJrJs2M9lSU+Gy/rVrg2DbtxTVaVIAx3qAe7x21WvVHvLTSpS68aeHXV
tMqpvQWWbCFrNwhLNlW1vYbpN3srGiUX7Y0PQIkRERfpxDiHELiFxFw9j9QfIgl3ttWmNsW3
z2ukapmKWzoZz3ChD8rW6TZbhM5qvWYt8ezaTbawgKSpKzZQuFv5217T7Tb2CJQQbcHpRdUN
j+0u1KfHq71uhfoezp3gVhEWfsjEW+qclrXy7dwy2IKr0r8NCqJZdlUZlhtdwLOs2nJAexp1
M9VWp3TpiJqosbVXu+ioUaKyzUaVUkv4/kfyFnrfesZ50M8qSzbRQ20kb2KJP/W18v7vUEb9
i1JZ+xx/2DesmpbubLpoL3q1sn2msX0WHNeM6IfvVbxaXVbv6bIViObGZqxm78O09FxZZa/z
lNHktsPFbl/Y4M5C7t5bcQJgNmvW2mS2m2h1c/D2A6WegWvx/wA4ExP2Rf8ATQ7tTsk5rUgN
baXKvnXrbx7TlWZkCq5U1/a01hzYgmcnVvNez41dSs+M6lo1aSysEJrL2elY+tbLUqRbN7Zz
+fuRtnZeNbcZngEicmLXCS00/XrZPHTTXrr/AJ0DErAZff8ArDrbBmizdq+AHzH6+NvmzePN
iFW//wA+wbOyMUWlyBqA9LfiuvT8lJlth6uXf2QBwgIraw/kVWN281hb2St39Jvfj7Bw30BM
/Z0Jr0/+h892tsytbduvRlsVUrBZ3BlWWNlhjNkYOOIJ6nZV/WKY2c54P2KwjM6Ze3E3X8dL
8n6dTgJwlUyZkTSq7mtPjZaLWoXn5ZoM95rrbpMBNevrZ5D184rdbPiM9TSAetJOKvHY1tmx
4wxx1lYwm/b1q0GyMmbVmK9Y/wD1VAmsv8d6oLt6bYgtOfZAsytPS7f5GniCfsdYbT1fjRZ9
76nR1/JWN8HvKMnksE7IwY88CcTLTjE/VmD+v6dYeJkZMfGBD9rR/n7q09TzOsQYigQDDo7A
WsoFFHnspqRU3rnVtKn/AFLKJmxpWU7dfJr+107NfarNYK9+3eLYjGrxKGHcrXMf5VOESivu
aK3a0Eie2LE6KKqNY4ntLV8HruFFiRmcn2oA2NG+xDrhrG3df4vwfTexbX3PuJ7kZ0aLegZj
mtmof8otHuBWy1sIC0Fpy39lzljmYOecT9OJweI6Bo1OYfKIbWUK/aMDLOgnuCS/y+idcf2K
NmNYplStY2jrP0u8NVfyuuqDiYdpUBKsStuP2WopYuSEX/NZWgDniZbKq4nwlxYNVUFlA6qS
MbtjW7lHk8efl7f/AK/XDFKeGfz7XWwNPt5qLPnZ8036kV0eeh3vyNZlm4pOuOpe/wD7AzFm
+6OobkN5p4WChYRCYBBnOTP1d2Xeh+2RDiECBQIX+d+WnuOncZMTvF5hYGBZWgY6yV2WDrWN
7asss9fWVncrXVYXFFeUTrKm49vSH06z0dW7H5GV1nsyDOHWwqzzo3Wosz+SAdRs3LVVrM9m
zrdozYnuHxNW3qvYYH29vWsW/D6TNYz/ANd2p+yVsreq3H19tWVl2lzTd8bLc9v4H2r/ALWf
3wchsH+czP0UZ+n64xX2X2jYwZ94QDG7TnLoZ7kFbQGIAM/4pb1iVq51KR5VRUr9hvG0ao+V
boE7zWw0Xtju+anXNyrbXsYo2tcozGvk8SyvtUe3kRW7Y/yoIssbHkE9tb11/Xg9lDgBes9t
/wBmj2NjP3hae38pSv8Atpm0ML2ddlkdXwIcKv6zvi1LBke11zXuHuB94uBMc5MLZGOMwfYg
gQQT9Zot/wDQMMduoGITicGAcOOPeDGzXF+THKT7tUMBFKjd25VQMIlc8rYyjNoIZ3JLMspw
VBJn7BrBNrXfMPfK1iMfhYe4Xxo3dpS5SvTfteXInttrNmnV2pNuVRgB7THejzqSyq/zU71d
tteFSylirqcLaqk7CWd1E1b7NfYquFtP7LT8jzAAJ9jlcfQL2Y8NDj6cTS0tjau9f66vTrdy
JnJJgjZ+rtPcZG6OYOIbWBQAinCDY2nyoPao5PfrM85TvqhRX2GGZO2vyQ2Z+yIUpo+xVQwr
wUZjGdWih++R1q/zXXZVtV+g6C/Y1WSukvEbA9nWwmtcoZfvr/e8sZYnS6rANHdpYzZ3UsYZ
TrWZ+u7yz3GmL9a3shn3n8kiCDvOogzO0wZ6r0Vu6dXX19SomGcCEiEZgE4EOY2evsbfLs5M
TMA4LDq9wgBLYi9hFcROxHr0ax+riscDs/dO9czPdDOnTcIvUu4ta3uwAdMAMtnHW1CDrDFF
zKtWs7dx4Qnl6WCzE2TmtfKirY3TJR7eBcALEALUXmperdtlPFNip1mAIvmqfVuF+vt+k07m
2v1a8Hb0dnWOfp8ZnnJgyZp+t2dp9P8AXdaoFgqkwkw4EcEnOD/PE+5xLfkm3V8+uJgkFYnX
tafn25pfM7iM2RXia9CV1FiIx+WvWoenMDIR7dUfRqx5KrKuq+RSmwO6pb28QdvG/j+JGkLM
ex7qKTlB1S1csSuZYAYnka/sWgYtYvxTZp72ry2rYc+XsGDYv4rNXVf6z9X2+ITibejVtpd+
qVy/9a3BD6X2QZfR781/1i1xqfr3r9Yh61nknfLd1jNGbMYtjOfp3XsxyAbMMilfZ4W/HARD
PikyhnDRbEEUt27sWpyW1tTFpdY1qFg/kfTpATnIabVffWrVUZtmlZ/69fdN31rPV7HRM81E
81XfH+osYnb4FOJUwLfHwt0wX/yVfEng7StKw+E67lK1msjrr2dHrb5fMzoPEak65w3rdvG4
LEZC3GTgtM5IOJ5J5Z5J/GZmFuDYMFjLTEszDyEXEzg855nslZre7RGHUNle1ecLa44ZuhOM
TVpIFPxV7+g48tfZrl6wC5YuYXzrblLi7qZ1cTo2VRs69AZfxtXwpmVuHXbLWFEaVsK5QetQ
uraCvrUjIKqWas3WXO1v+a7T51+0VgTTy1XYywsJZV52/Hw9fiF/o9lHrIhPGROxEJ57TiEw
mZeNjKnmOkwIv2FmI9ox3ayF7Z4rlPtuLiBEAM5WL1iwls5OKtbFiVOha7qLXArV/INKktT2
AUtK3RpT1x7z47IIDDuzVj5aHpvIf/I6T8a/FZTw5IF7HpSw7V+LFdnalbB4aSGnh6y3tXXg
s/k+e5sI9eIrHstjFhZmr/sSqt7ZsqBFVVmhe1GwWBQnkmM4yXAh5BLg4byMQV4xlclclSRC
+SbBhtmzCLvudX110WikAqAXYVj3hVmYlZxASxGDMcrkBCrNUtcRn6PYrS57HlNWVrA6dpfw
Nbpij7fsSL+QBYYvUDWHaeubK5+itk3I3S0IFUYdU+JVkqoIlqp+QtreayxRY/VnJUVWD42E
ZHIqsBlfUKgYx6ugdFC21cHKT9f2mv17U5PbLLGX5TJjQ2mKxz2UQ3qAPO8GnsPE9ckGrrIP
iI1qCG/JawS32dCNv7vnXOYvaOMQABOEjCvtp1W9Ep6wsjV7WwzR63rOkPIydpa0u6ZRFzUO
s/ZFedDESvIsNTafsja6X2kfkr4CxVqz/nvFuuraIjPLHYpaMO/bFdOv2roGccVcy7Fivnyn
4zX6k02VKqXM8rVeorDyxVB6Bj6/cs0N7khocQ/c5xLrRkXOVSu95X66xovrahAtVc8yRr41
zE4xNr2mlVNj3rMtm5bZEFjWPVYiDqYxyCGrgXLMMHXR3GurJSRgW3t0NrlVJtGtrKF4AfHa
wp2pIC1gEfsGfwF7mupes6eQVDo2utVdveH7VhfHZ4yhBUU1l6nFihth6VQ2WrdT1dmsE6II
3EzWW2V+eUxVxKV8rBiQGRaVK11uidOvaYPbWs8uoQYwhGYKiVGla8r9dWIr+vrY/sHq6zXv
pYllxn+rRqnzsbWrQl3u+rX+3vujix2rr7FfW7DHX9bbrn2dFH4k5LAmF+0yGmqPBKX7KzL3
u+7476dPc1gYu4rsKdFDO9SsRUOq+3UN6+o81IOnxWfAP5fn5bIUxE5a1SFZTjVysy9kdV6q
/RfKQ2TZUx5Ks4w6jZQEqqBa+sLYsrsAsTHmNdlk6dQLCxsM9ALvF+PmeBMdKhO6AHYXrs+2
9hbsD13s7Dp+s1ayV9dQ93ttCtbfdWFbfaWx9pnlgtc0euvdtf0LQet1kiVVrGx09nWPwgDP
iIF+L2ZmtrEsoRI7OZ5cRnPkq6Nbpr8QR22rgGvbE10DCpFz/BVbF2K/HfWa/GtDWi3QtEZh
2+UZiYtf+Rb/ACdHaaoXFVfWW1gq5Kyvhh42oshTKs5E3OxsRImOyKkq6dLA1c163afdCjBK
U7n1W01Nr3SzZAnl2bCEZRdtaFCLv+uqNnunmxvnIstsbxPhaeavU3WGv9baJ6fUQLVWgcrC
eGxBaQdo5rs+LL9i1pmus1+1cq6+V85XshJDtrL/AKU/1Jwtj8t0761WV1xmH+1XFvt6um/q
BjKQmFYdnChetPVxAx6jiu05iIVFfbxAO4V1ZRlgt1cDRCL2NIpm7XYWXt1wOzH569rdQXj3
v1sKpA/xy3bVvYOra4X2Ht9GqW++2C2x7C20oT2TsyjXJTW9St4q9DgJ6mpZVqa9cAAmRCcD
8hY15EZth4HXBVDGXqdwf/S3WCrtFPjAZq2XxuahdA478AagL3UJ1lhMsLG0ujPT9qlwjspK
jFn7EhX2NNnx1r+0qtWyeF541jZY9sKmRLl5qKAgrPKRGUutI7RgiMPOjhnDvWrV2dBrZZgt
bdF6ABYLOzYrtu2F+RYLUyKy658cv2HMuaJXtGxPQ7DzX/X6xB6ihZVoaqLws+8yI7hS16xt
jAOwzxwYuCV/t0XI65IM9kFGyOT4+WZwreRpWr+IWvjsvbVrs66SILOet0vbDa6MTTTMEK0O
c/tNS+Sq0VpqVpZXVq3IuvvGeceQZVlPyKf6OQpoDWMqNDsEPYP8iprBp+Tk1qwzL/yRXZ28
S2Fl7/LklbKPHUhiinPftO3zuu7Gnoy+u/ExR6mgivT165/GeA3HcRtiqDaBLbbZa0tOzCVM
pPYmJXPgIGEx8emIxCr7kUB0XitLTLDX3ctKarlj9siqwzVqwmtUBCQqvYrxvEz6nkD0V9TZ
2xzF5P7JUPAFzXUxB17Hrj7tDWePVz8lOcNlw9tarKQxIPLoTbaesZ/nYo7Li2o22ZuD9jUS
+OrJkSlkjqgVXs8ddWR2VRZu0meEBh99J0r2K3DISIblEbYEe15ZbsKnn20I3GB/MSs/k1sf
i8wAE5HV4uvg+NBF+3E6B19uErU+Tv1IL5SIqlhZhrArStKjNJuU5js0bDvgJZSgVElvYw2D
C5M9qmdMkoyW2ZW5gQSX+EOAzZjky5aXC+TBsBSu0dLRzciGCp82Zaxf8wl2HsUtOnNZRFPj
DKpZabE/GrxYuy7LEaqtnXEas5+RHrLWOhZY8ZzPLGZiGSIvVWrBgoBD00tD6ugxqNta6ijA
hI3SV3rZOsCgz4z3+uOlxOT1jrAVidVFZuylNhKCozsrVsr4sVe1FRLV18/8e0brhWXt42bW
2qStulT5Wekq61nGbuvQmeT/AEsRnYsspsaU00FNdVU7NeIa+6/kWFmVVbIz8oS6uPGG6ksy
4IVknYG+u4ecB6zjwjyDtYeaVUP69k/DtKhbdqlZ+Ws7iCwsWbZYV13dmraWNVULPbUIf/Xt
zc3utma1fstazvf3fc2w77u521d266VM7W+717vwnsbqgBUPhT1afISmpuuhSyAYEJJl6jHV
e+uAFVgI7hgGbHMXAZAxHtk8W3SCy6eqLlT8XVXzp3YtXKurEWBH2cYVklfjELALaDWbLGwK
iVHkWKS7MbQXsNiWD4mwsOtnZmc3OR3DD8itFvvXFdtgDNZ2RgQT6MB6ba68iqvqwUHqJ0+C
4AP3s17Hc+s1yy0VIBwYcZesZs9fSXo9f4bOpEtpppm9vC3RbIhYhVdVBHY61AeV1JXKfs5I
HcsSkq117BPjxjKGDmczriJ/X9hrPkyVNOxsVPZ2vfxv0PJCjyY61vY/U5eIHwp61ZrjdvJW
fhWF6MGNi67rOqZ/0ssCjFLMYa8MKhlVjVrZCWx8BLCLTV4TZ6Zgr26gJ6AA1xUAgyIuBOMc
zE7YAM+R+mPp9ws+890laartxhI7rhEM1qRWUwxT+jZKFRK/IX8YyDGMMxidWwBF+a+z1xbp
15ytTsAR08lnisx4wrhgD1KP1XAWpTZV1VazUlguOAlOY6My3bJSNnqa5arVrR2nd+y5wf8A
prNiEua1tPQWLTEFBusLmzUZ67y6up+mZjLY4HE/mFQTP4+04yfuIozDPcnGrZVy9WDV0lWq
vXF1aikCXNlFZ5YXlNeIFEzPvB2hZFV/cesUj9g9VB7TUuNu3tC31+kO1VevWjaWu5/B1cdc
iq5QOzGdl8VglPUIexnZjGRi47dm7Q8EOUpLGW9gaX/0XwGdA06hHsZHlfhFYOV23qV/G7Xv
3DI3U+ot82i0xAoxjA+RnI+mFjQDn7QDgjj+OAcnKhjPeIx0/wCKh5W16FW1KgItfyXDrZ1n
VhErIiVkTqMjkH4gy7w7FO9qLS9dfaeLnSFzvo0GuBcQkmZnjnQMj9MIi9BURERCFto6WA+M
ZJIEVlJ7sz12Dvfwz5MT/O3yHOes/wAzHWyu1fFbaPldaa7JYltDlcz+f1/ZZbisIAnyhGWb
kH7hoczmB+eoh6wAzrLLqK5d7bVSX+12O+ydjwvU5GqHsFFKiVICXAcYECKDhzYlcwFm37DX
112fd7LXf+v7Ih/YezeFthkSo5CTxqJUhLaujYgWdueMgDtnAVVIeosoLsEPWJxAWJ8R7C7q
yIrMUHZB1c/EDlXLhmAwPnYHzbkrDaTa14yGZpb5WJWMTjT2PBareSv+MTpDjGMz+eYRFWKs
OxrVy32tKzY37ulhtsOvpbDn13qjVPda1VOsi25qB611dYyADvlSF71DtBUS2x7HU1xt/srE
dbbjWgi1ceLlU5NPy6CKew0VrTbzmH7mfwuIVDRsopsJiP2JcCVfexAyqx6LVlKS4byDyPDk
zyp1YAh/sCsTMZn7V/arx9jlWtrgRvKqIG8aNPVsW0DBj6EzqRMQICHaisbPsq6ls277oqO0
r1dq0V+qHSjQorihFBM9/cWuqVOupYwHjM8bmEKYtambO3p6q7nvbL43laCudRitSYteR06n
iE5hVOmE6lsW0FujWKSTmY4A6H/+FrFaPghWAQAMRB2LWYVtZHZ6/lKRlujAFSoXxhAcOwBq
r7BcAx2/xR3Q1B52KGxampYWOOoaAhp6VcaHUwCHrCuA25RXLfboJbvbLRjZcdfTvZ//ACqo
utVWewhcTJmQZxPd0WrYNhA6e40wF9r68Ae29aQ/v9Wuu/3m9YW8lxrpzPCARSe3VQa0+KuA
BzE+8tsjbPSaNRErZ/GFUqJ8Y7jKWN1t8aVuRE4KnKu3+eSV2EYvr9kOcypPm9fxYnF1RsXr
l3TBPwK4ZumWrKCIM2VWKoJIYr1DqItQQ+uQfh22V1C33egkt/YexfZ9nsMFvc0adxC+vriJ
VWAGjNiMufoCISZ2gAz7nA1m+c8bZKMJ4mE684lXaKpnGBZk+LJCqAWXrgNGs8T3b58iHY2X
0fU9HNNZnAb5RSe3xxfhYPlGWvLoc8s1QjYE/IliNnUtSMyCwICnUgIexuyJsWzBKsPnhOxV
p1DN0a2xHZrPK7OtkbrOgE1/cXJrbWw95b12yq63pWsmv69KYoRTnDdhPIIXzA2ZnJzPJAxI
YnCvx7ijvqvXGqCzjIGZdWM9IM517CYz5ikdc14NqxrhmzaCvRrW7RX0t3av1jNPGJiFfl2+
ZYmZPW4J2DYRv807dmU5KspnlXNtnZrXAlNhiNW5ZEnlj9sWEZtL+RCEhsZD518dTBVVa3Mw
Qh6rKWrrgGYyz12jXZXr6eui8Q2dYXmWxkmfaY+nMLGKwywDRs4ODK8Y28+G0YcqsHYwfb7o
4h7da3MDqILCsNow2wDBVsWDV9E3XX166U7cEmZOC5gcwLlv5w3W1urAusDBlsKkApmvJZkr
WWH/ADuea39UXlQ2MsY5Zlt8fRqkWJX8e2Tkwcsfg3fxxm7KMRUQhOxXrxobXjIAzy0JnYFg
Bk8zAmF7swwCxQ4ExyexHOPIvl/nd9qFfbrYz/RJVbMcv42nyAxlT0nfEVbWmr6bb2Dr+h16
J01653JA4meW+7HjnrjEHEP3+UvHWY5OFL4zTWTKbDk5WvsQrIQ6YLqAYbMRS4hc4bqx+5/g
9hArCqrspVgrUKTFDEE/BRlKiOi9VgDm4do/IM57faCfIQlRPGAS2IzkD7gHtMkDFLH3Htgk
/I6H84k2baEsVJFrieSth5KRHbsV1Ngz1/pGdatKqkHmHmDBVvstnxLmEwCYGAeT0IxzmWf1
DqC9haP0Nh6AEfJeSft5JUxR6+ynACjLQ4AchIxDFjazWosusYV+Q9KxlfEDPGQO1aVVHstY
sLGplK3lIrN4QTGbjAhYR07KGMe3jtA85jZwGmcTaZxN2q5rSGmDF1dlzR6nbtfX/X6lCel0
Vjeq1Gcev1khCInmHje3EzicouRMNG6ifIzuMZ4QmMwEq5C4E5l2VmBEyhOSykxFUHs2WwY6
rKKu5KuJ2DDDMrdiLPjLHHWsAnq1QPL2VYJOFrA7d+wrt/11xabkUJY78NyNawPUcwwieIgf
yGMfPY2QN3g5Ui0DIMBmTLddGjaVJcaeugUqJ5TLbLAq9mTrgjmO9jDxzFhHXBtswqEKOe71
klXGW6ZOSCoxkSsrAZ8sW/1/uyCEfI9p06x2qzX1MtzFwYju8b411FsAkGzmJhWZgIAzq+AW
DmFqzZ2cWIjOoyp1qu8ReeuVavB9c3bTIMzxzP5PXL9cY+L12MB2AMY9J3UkkE/NiWxKzw4y
VABysziMyZyOpYxw7QkKIV5PUR85B+jcwT7ELgYMDZmOOksdQgByq5L5ENb1jorRmUBiISTK
DW1h8eQ+SLFDMCY1nSM2YGUijswertHbAKurL8Z/x163aUoVdEBYqnbss9S/+pJ+mBD1wzfF
QDC+J1dSemWzlMmOjEQjIAAAdip4IOYOvYLlmSEDC9QpxCD1+eAJ8phxBkxWsLOOeq9UmcBe
wjAMckrk4sYFeolfYGw4ZHLR8Mf4YRxxUUDr1QYy3lXsxsSOK4eZ9zUSZW3xsrRWOZWSYMrA
CrVpBhT43IC9XDWps/IjEZeepwWfs3czrmZZoO0sbrHfhy3j4YKO8RAbQoE7ExusDDuFHYlz
MO0UYinnOB2EGZ/LYhPU8AdTOGiAQkCEkzJEXt1wuHVosQqI/TPUsV4jEEv1MsAgDEhWK8rZ
/mGRgS3iCK3VAuJRZg/HJ4nQEc4T+qEs6DJqqDL+NWs3LqNaDatsso9vt1hPf7Imj7erbNjd
Y4YwhAFz2XvP7zqQQoMJcTslcA6rP+DXMtff44n/ADHVSD2UHrAeGgghGJjj4zHC/br8mmBC
yoSc/TrNlQgr7F8WZdUDEN2/rBWLDd28j5WLgtW5hPYliDZZ8e6pOerqVSpli/JccqrEdW8o
KmVU9526LR45ZufjLt7FmxZgTLYzKLmDVBfx+xjgEsEwliz5QYn9rT9lzAcgElCSR2GWsTqr
Ej7MGXC8QtiYyLQQPj9BnAzOvELRTkA8/OLUmUSWWVKfzJxjsRFySTD928eFd8WgFbM5IPZT
if8ADu9zkVhuubeiB/JxVaimlfJLR0ZwcIMRCYCxirZ02/YprrftXXv2M+5xNbQ275o+np1F
DqBY7BWGF4M7nubcDKdM8+VM/wDJmLPW7OVHVM8/DtxOo8jYMy0Zj2+0HYTPPPYDgsK1GIE5
A+IWFTk9Uj72so/ILhBx1OLbDjOZSe0dEEVewyuSHAb4yw9voiphnXPduzOQQGZVIc19CxUK
6r2gZfGA3XkioAK3dJue4IV7HsJH0p1Lbm1PSVVshQQ8kjuXHHyjKxg8oi4EboyVqOqq2EjZ
71/0bCDuwgIZccnJKtx8j9E4nH0xkfaEccTmdZds1oPyNq2GkPFqVp4+sqr6TjDImM9mpAMZ
cg9YuY/aM3aWsuFCyjEPxn/WU6zoZ3r6r3SvqjIicEJE/wCtsKp9gKq7d3Zubqc+OyVes2C2
n6qtGroWticTxwwuOucwN2e7KysMyMDKu5sZR5UbEV2yV6kdoC4Uk4InMIORxAYF6/TE5mYO
Yy/E211xt8tA99k8FfVMIQ2SevRWJnE7jDdSfjKczvmKeVYy3+uTgloewNLKYrdo9VYUgNED
VoOqMtidlYmF1IXqDbcEl+67inTtY1et/wBB64+ar16GwayzsBEuJLsgiEklsnGCWfs1iyt0
aN2CvwzcDoQv9Tle2O8AEftO3x5Kqz9RyApgz2+XULDmCvM5BL1pLbNi2Va2ZUqLMLC2IG5G
SuCCCSV69u3ysWwA95XZYJ5DhbknZDAULWD5GuMOVSrxcFjywgyYQzBO0HdEW2vItDL+KztT
royU61aT4iIBO2YeGAfPXsbTgZJI/rXXhMEjoGUVCN1mLInUA4KkkwdcN2YKvwLDCdI3Ytnh
V4Ax9MERVOVArL7SA2Vs9nVBWMrGUzIYANCSR8kVTMzx4gInEu0Ewvq6+13qahH9bcA1F6ny
2CLeMttZPnhsBK9IyVx1BL/1RlEsYZLEwO/SlCZrarF9ZOiIAIDidT1J4XmdJYon85E4Sde8
Jw3xBODFXpLGVWFysRXhjY8IM6cdPke+euTj6fcYzCTArCNva9ZbZ2nPhLFa1LBAPoeIfseu
Oeq8ReIzNB269I048bgzhpgBWxGrQmzSozZ6vI/8p4/qisfRZah5KodjM8s8pYmyctPx9mV6
r9dfR4CKT0WZEBmeTxO+IIo6zDFVHUdp3h5mQ0TrD1aNr9oB1bkBfswM64LkRUYQZx1adYtb
RvFWDvUgObHuGuoK4WZ575QFQD0i8Qwq3j7LjvFAK/Kfcn+2AD8IxEzy7wkTqMgZUwosWsZa
rl9Wt5/5qSz1IJ/8ulInr6cV6QrIpIbwKG+56hq+wxjkHE7CMe30Z2QnKqe3XvwCTMfMoWh6
d+QSrTpgKvARRFuLulfUdQH8YywDOAwdzVXV/wClWgXY2Ljj4n4MeSr5b5QBZZ5WhEUfQ/14
aL1z2OR/VArQpiHrGxnvP//aAAgBAgABBQL/APakP//aAAgBAwABBQL/APakP//aAAgBAgIG
PwJUh//aAAgBAwIGPwJUh//aAAgBAQEGPwLjP4IXDr+L1/04XC3+pT8NfwXOnD+pcr+G34Lc
ehP4U+EEf6k8JRX8UcacalLcblCjgvJ+nGh1L8OvCb/gifww+ENcYKf6fX8EMj8MQW4MsLKf
h+C9f9CvCvCeNPw0K8Z4ToTwrwpV8il+FeMktm3/AEPU6/h6kk/grx6fip+KnC88ynD1/wBG
RbYjVHThenChWx0/0YI/DH4IJKcZOn47lCP9OTqcyeEwV/F0/A1+FKeEcv8AQoq8K/jo+HXj
SpEcEc+NSeXCjJd9FxcVbL8Kfg5cXy/BYvQ5P8PLjH40teD/AAxwkXDr+OJ/BA+ZUoXrwpx/
UqSN8O5kwLkUL8KWIiDp+C5XhHI68KcUtCP9D1JGRHBNEO4jqidOX4I/DGn4epQnhJYtUrTh
UoitF+Dmirpxvw/QoV4ssQQ+FvwyuFCvGOHThThQqRqiSharORGnCC1PxI6HImT9DnwRYkuc
3yIJHmmV1Hw6iIKrj3Et0Htv+C5QguV4UsSzoWP6EacK8f6kSdONaF6HU3cK8GdxHDbxr+Ho
cuPIrwVOElb/AIa/A3I6iJ4dCvt4ciTrwr8+FV+CIjhHCTojoVKfLgvwRwZXhUhWEV/B8CSx
0JRGpPwKfgUlFxrw6HccseHQZyOhVm7Ua/LhFhwdOpP5DoWLHVceqOaZCK/AmCbPmbSg6EHM
oPInh6cb2OpH4O2ov0K0/FThafwwc0QI5LmU4Xh8NptgggXIriNcJT48+E7inx4XJglXZt3D
knkU4enB8GS6lLso5kh6EcuL4UdBtupevDqdTbjqXJZT8FeNypQqP8FOFzqdeG6aiQoqbieH
az0REHTmPkInhLYqdvMVSEVqSz+pJR0ILevGCluL6lz0OpT2lODGURT4nThJBC/BL5HThH4e
nDozbwiSNCwm1MlLcWlSTbmbcPiVvwnFkSbfzEk7G56lbaM5EkHPg9rJdSMSDRHaVEU0Jbof
14Ty1JKLhCK8I/MjhBCvxxyJm5Utwki5b1j8FSPwLHnqQlVam3QpoTqObHbbgypT5naidSup
7iF8hyf91jkdOQsVMkZXO3hGmj4cnyHSvD0INrE1qJO44LEM/Ug6FCeCZWvQ5FbjKFeElbFO
EcOnDcMtx5cK8JHnkqEq4q+ptRX4m34iW2guZSiRY5Hb7dTtK21IwLiwxXxFu01KqhJUjht2
kzbQ3cjuRzHC7uQsog7lJL9o5IZCJehRHJkanQsdOLqShzwhcK8P7uRX8E8JGQQdD0HJ0H0I
+k6GP6naViUf3nbkVFUpwjFCkvQ/t5ixwsbjmUk2onUt3KwstSSSNCvFJ6Ecju+nhY3cKDZW
/FEJ7TmZEEMiePQ7rcXx5nrx6E24OhYWJEFPiVsQ7FLcKfPj10K4yVVxczvEc5Jb+Ascfmeh
SnIWKdTr0FS/zGdz+QuQ+pCsRyOpzOwn5lCkQQdDttwl2JmRQPQgjj0KU4epYdIjX8U3XCZI
IKkv4FNSdeROosliVuylkf3FLfUWJTJZ0IyLnd7kToShSVoiMdR81wjL4E2OiMYc+pvv0FtU
FCJsV0P1IR0KFakwP8juuOX6Hpw5FpKsXInHS5PCdD0NuLINolMdVcnU5cJfCxX5HLhS3Dod
1joinz4dBc2IhcK8IdCNeZDTb/cRoyYOiN6L+pH0In8iiLQUudxehuxdC3c9ScnRchussi1K
sSarqx444kx3E53HA2zmTlfkbojEk7SLlq6j2upL+J1KFEVESepBQ7jkR9PMWo0rIk6nLjDO
bLcI5CaZQ5EuxQW64uEJyJurKiy568HyOa1IgpRDycQh7VYW7Ggnj7Sjubk5eiZ7fgVp0Maw
+SN8Zemhvbp1Y5e19SU01odr4V9pTQW22pJ0E06ciWySjnqTk4KXI/IodGLu4SuFyShub2pc
z3/czMPB4VCf1ndV8ynu6GWERs1Ohcb4V4V049CUKvCXleyFj7ups10QpVhwokg5EOy4SLSC
d1dR4+NyamV5RW5f4iTUEZ0ZOLlEu5so+puVcPUnK2mJQX1eoksWvKbfI5yZT5cO1lVDKVI0
Jdj9CdSo4+fClBly9evCh3UH9zO2g8fDjbUe7J7Dtfoz/wCTk6JWNyqfyXehl40qa8OvC3xG
38PwdSBLmdTLod0I6G7GvUg7jpwq6HpYlFHOXIXjmmpWJdx0qZ7WoO0TePxO3xXIxW2Pgbcf
I6Ev343PI9JEopoQrn3Mm/QpjD5sxcwyN3xFGe5aCzxu+CKakJEJTznjaRuY5lyiHSeY1jj2
6G7J7Sd29mzxKHpBMuXqS5lm5uKDXj8brqLy+ey+kfLLQ+3g4Kw8ugpVMqXJ+rjTjegz+h1O
Z3VO0RT4FHHDoKgzmViTZjd6D8ltDHKVLVMTZl2/3Mi86n8WXyO6olsqvkd1FA4/I1kc+3JV
H5Gq5C8ePdg+ZTI2wPOJaHpiUdUQLHKxvT+CLCgpc3NjOtmR+XBQitCsSR4cYXMq+z5Hc/Q/
Rm3N3Fj4MXGP1H/+jK2hGKpibvb41ZEYv+Qy83le8SiGtdDHy1ub56FbnQpfh1Op0KInUZQo
rHUnEabq9CDbipyVyl0NXZj9z6uRt8N3qb3eyEnVO66k40ePI+08X6mKzXa7TofbpXUt7dRt
VeOhGE930Dza2OKDy3TkLB9uXM+28t2aJ1NjqkXhmyaSS8pOn7ScVtXB+HP4Ph04WsVKL0J8
uUFfJJ/GlC1O3y0tB3+S1kKHMXN2yYsiMPC09GbfKn48ELfl93PqJYx48eRtT3ZMXk82W1cj
fZP2j8jfdlYU3aFklRXPSz0G51SGvq58LVJZ/U9CC/pwX6GUUFt+RNup/U3HXQ3o6upO4rLR
j9zKKe0WFoux+TGd6sjBOn7pN6qxNwZdD7WQ8sadDF5OErs24lPbzPuTbQfmXt5EY+5EpNyd
6aejP6lGXOZOvIxU7ctBYvKWJYpst8BPyZbDduGv8XD/AJMjPKuhKZWcpHh41DWov/lNyimP
qbcfG4XQTSaPdHqNpvLJm7Ndx9zx4W+ojyNtXXIXj+jD3D08eFilkiMXUrb1HjTZMyPqR+Lo
SaCS+LEsXa5tgl62QsdehClY8z/zWJy8mhCypjYjKuSI/UjL3TCO/UeKp1Hi3PIyxbhnYu/G
jQ87VoitTroYpL1yPs+FVwo5F4su7GawRl8IPuJ15G1umNjv2tGWXjUZIeL4PLPHt1OzFZH2
3lt8ayrkY4eLwrJW3seOEYP0HtdI0FuyZ3N/Mc/D/wBCNjfJ2R3x9vkZTklkbs3juJcEePxS
R4v8dR1NPFh0Fnk9zMsV25abRZeSfJlJHjah/Tcyz8lM4oRfyeS7JvJlA3d5Hdaxt05cKXOR
B6fgWo7n+5kud2J2Wps8S/5Hd3Z/hh/M3ePL5n3PF+R9n/Ke3yI7NKyPddG5XHOpPCU6a8x1
7sjyeXLyxutiZed1x5vmNTSx3OIVhvO06C/ly+NhPKzQ/Jiq8iFjY2ZYxnldnk8i9zHk6yyq
hM5FWLLQq/kRg3Lsz20xK5U5E+1cyW56k5+X4Sb9rzYvt+LYuYl48ksNWzd5PK3wdaMtY2xG
HjrkPL6Eeht/IWPNj9KEd3r1I4XKs2/mVYl+Z1kf3HPUr7SjsepLX8S1IwUL8PMa15cIyqP/
ACP8VeqF4/PO13Ml4sV5MX8x4faagqbVhuegn5cYxP47LQuz7cTk3Qw8ezuasLGffQzy8ihq
yJHk6p8yEORebwrclfEmuOV0j7PtR3vt/cPL/H8uLavjqfy4tG5KxdehtXu5C+nF6j1Zjs8c
5IWOXixxQsPJlsx5ob+43lyNnux0ZO2osPa+RDK1Jx1ujd9TsfbX/kzubca4r3eo4PSgspsY
42yLVO253X5EvjRlWNR1ktTUS+hEKnUjOnjxuzbioS/Fc34XNs7c+Q8YGolv6TPPDs82PuxH
Xa+ZOeKzb+p3Hn58U1FDb/jeNLHRo7nM/EaqVouZPj01MZ92NzHJXxcmHmVZVYG0Rrx28LEZ
Y0F9htZGzyKmSHnh34dCGmuaNcYtBRuept8+KxzQsKI90oWyrG1jXU3NXRGN3ZFfc9Rur6j8
epUr7fH+pl5Hn3J9uJeuQlqNOvodinkmS6ejI6XLkkMbXyK8JV+Q+h68I05ixVvx9eErt8q+
o+3/AJK/7fIZNOMnYxfk+qmaO1If21EGE1eTObHiz71lqRFvwfbns8n6iXhawxd+ZHme7LmT
jUR+vBDyY/LnzudBcuR/J4sX1P4uwb8feRmni9Tb5Md/7cnoRhreDBY1zdzuXaxoSx9JFPuI
XtuRh7R87I+2n/3GMK2ugsWRqb6XqPL5mOUXL6kaHpwpwTKlNb8JVtSF/o0OTI+rRn2v8jT2
k4qEYOavEWObqK06Eam/KkWNnjpgjqR4+7N6EtLBdRZZd2Ou0cTvPtfe26bmRl/lZefy3o6H
aogqRwufawf8ePu9TbgqndYlr0I1KlbEP5mTWG7xZEOU1ZGLeTWK6HZWORCy7iuQ8s64NXO2
7VvUeWUbrtoSiqsbnSbiHk7HwN31PQfMhKmpv+q8HazqRqPmLdWSOZ/Up+RuyI0414bWU/F0
Oy6NuWLXRo+xgv8Akfc+7PMWX3GosyvkpzIzbeOJ1Ft92p48sdGYseLszKLMtQ+54lGSo8Td
lkk9R4eDufMnyO5Mj8Hiq9XyJyTrqJqXzJ+SMcMddSbs7HGR9jz08mjGbH3epP2oyN/i00Pt
4dnkXu5ClbnzRO3djqYpTt5FoZ/dBvfdyxFl7nr0I/MgadOQ8cvkUXqV/I/I7XBGVevBM3L5
CbOp9zL8NScSU6nQuQTqvw7MlGaszPHL4CxSmmpOK9rqjHLYU/8AH1KKcvyIossbIx5PkYTy
HkvpuOotzo7o7MtrO/JsuUIeUroN53YkqJXTH+THFWzfnXLQeJP5H3kfbzc5L6hZJxBS4zdh
j2ZakNIV5O110aE8tKsXdHMdYxV8imUoUlR6v6Scokq6amXItTkJb6LmR5O3LU7M05KEeT8z
mjtosbm1KEin4JIiT+KnkNnl7fKr9SVQjI7bFXwtU71Buxyg+35tbZGVPiU11FlliY54yloL
xqkVHgosY7Y7HYXcy/dlSop7sG6onHU0XGv6FxLh2zDdja3KmxCpFIYvPi6O8EojNSdntub7
m3dUln23juTuh46aEMvtxd0fa8Db13G/LKvIzc+iQtq9WRy4PNPoQmQx9SZpFycsJQovyQ0m
9+lRYzMe42/5GC9RZf4mbw/MjNzlqyn4K8JRuxpkTMZY3YsPLXB+3yEYe3mbMb8iHRonUkWn
MX2/JCWh/Nl3KzIxy79Gd9U9DZj43m8nUXi2JYdTdgt3lMs8+1JaGGHjW6X3keGFl1GvJhu5
NWN22E+Z3+38GLcJak4Ixm/Up3M2uplXdkrCTdMtB+LJUY/8fKnjdjmhP9vIywviPbRo2Z3V
iUjLb9NDU+7m4yy9qZtRjOZtzu7GxfEXQ9TJ3y5G/wDUrbmZd3byJIalD2Lbk+Q9upu2Tk7w
OOx9T/5Pkb2fSiONyCl+R3/FEqqZv8Vehk8Vs8mPuTsfa8qjO0ELvT9o837xZtytSlcSEio0
nTQ/n0sj+3QhXHouZ9vC61sPHTnOg1eEeR/VFD1KVIVB+POqZu8S34K2J/4nj6jwzxhq5F0c
0JJ/Ec/Mp6s35drmjRi3bEUMXmSny4/oZeNvUnF/EWC1F5FR4ldDYq5Myzz94noYb0tloO10
aodzoxwY1Kj2qTJx3sfjac33FKs73ex/cRyOTKlpRjt7ecC8WCpiog68J5G6I5I6k6ndXEf/
APH+0+zMM3b6LkPLB7c/GRlpcTwyubcaYr3Cw8VcXcjyUmx7t2bduQq9xCRQ5s6mz29TbeDY
tLmGUUycfBkn9Snz4QTc+8sp6DZyKe76WfsknL4wJpdhvm2mhDaT5D3qaaEqVJsuJjmo8Uu/
kiMfnIvNjlL+vh3L0F+aOSG0oE/JfkP8h1qb8yYc8xMxbouRMUPQucxjzSjNjz8lcmbsrkuy
Pu/T+wmfUpUU+56Dyy7kmNY9nU2zGK1NmLnF8zJ+Gix9xLxiNcf6kLFFH7tTHG3xImyvAlPf
MwNruacwXb54m3xRk1dC24pLmfyOvQnJd2jGkv5GNau5hnmnLsLJVUcJdj+hCuKKEeTC9NzH
jkKEUUnLI7X6n7f6mXh1xufcskTy+Y6zPMmfQljx8F3qO86sme56j8fk7sMuZONMWOp315GT
Rp1xN2SrodyqSzJuuOg1iYN+56MU+2x04XIwoKaHoYqO1VZCGslQnGxKwnHmjupzk3JpsuoL
w9IIxy3Mtt5ZG3BtTdkba8x0hoWGVI1R/W52Z+rG01u6otR3i5P3NmOsi+8lju+oePjzUlpb
1Fg8v5B71UjyYdgsbY42Rjs+mjOmpKfaOLMvXQ3P3aE5VJxXfjZjxy+Woo+Qqegmylehj5Yq
6NnPIe2idzHu/wCVkOM02Pu7RPQpjt4SNZPuxtwUnbSdEjkndiW722KKr5EWHQcand7lYhY6
kcf5H2ZWy4+vD+0adtRePxZRhjoRG4bwpJfuO7ybcZ5m55PIUr0K9/LEdkfq+NoZGWPyFuri
iMM9uJHkz3baJmL3VVIF4/Cq2Mc/Lnuz1J8fwI8vdPMS9uTM8csXlh9I6TGhjt7ULFOeckZU
fMl1Zushbfa7Jn/yPGv+5LhHCN+3LQrcXi8tf25G5K1x7XKZH5FRLHGD22P1KtI7Md6REV5c
O6j/AHCe6ceTEsfmhrUn5SNp1FjZ2oNN2dzbWjuiD0JMp7cfpP8A4/m/4t8JLSuZ2EQf1KZM
jF0V2Vybz0geiFj9P5CVOlDl0JRZmhQjDBtslpTykfa6XKUKkNtdRN5911oNR3Cw8WNZpBPl
zjJ6TYx+tYu5z6DewtHoSmUU49S23qjs8nriylSMa807H8aWHk1RGeMcU9ORut0I8To7yPHy
YKf3IlM2ZL+RWg/bJE7slojb/j9nMl5Np6mx1bVTKV1LCdycsltWg6Rleeh3KeQ96k7lXQjJ
w+huToJYVykmO6Llz/8ArRtVEN4U2WF91bsMbtXP4/JXkRuR/wD5s/gR/kr/AJIcYyuY9tM9
DDxTd/yRyMVklX2sjBfEXip/xOaO2XwvJajsbs8ZhVZlivbp0G09KMzxzlZOrfMyz8mOTk3Y
OcXVI5RwuThjOf7zPLz+Ta9F+42p+7mTnVkWbK8IyUna46G6ZekHZk03dCx5XN2VcxPzf+Na
D8Ph8cf/ANh9v3dSj4V47sbi8WP5EuVzkW/5ixx04Y+daUfCnyIfa3yFFUlQ3NfBkqhFmrCz
/wDJ1Pub3HyEsXOfPUia8+vDaihKuPfTKfaLy+PHZm+VBPx5ZE5V6Mfj27Z/Q9qPueN7WrG7
z1zuskPLLP0Wp1I56na/idXcvIsvJ2eHXqeLw+PHasURthY/mPGaZIjQWeVcdSHZo+5nlr+Q
/Jlha2hPgty4TEnd4/Qx8uL19ouE/SJJwnqQ78KfheHjWzqOe7yaQPHKkFVu/BGGLYmvEJeX
xC7KHLh5OFx9tebMbN6CxbidTLG8URN4Kd2K+lGOeS282PJe7Gpu2HXU3IfQa8XzMPH9erNu
iUIXh8fdmd+K26seT0sPNPt0RXHjce99mN+Zlht7dGbMcHlyPuf5Xc9MNBLFbcdDBROQmn7r
ieN0bGoWosf/AG57pHhktyVjyYZOMvp6mXj20wG5+Bvzw3Y4aWN+1JPloKjrYdPVnujqKqh3
Ny7inxkiH6l3DHGmh00K8NzaSP4p3c0fe39rN3/u6sexdqFuySO7OWfyLcdnjS4OeMMzx6DR
aRqfQlurvJGMvcJJW9x2vt5GWOKhLVmSy+dyuVMlRm3c5n4jJ+m+03Y/EpVD8rdHYbX/AJLI
Xk8mMeTLUgmPgVq0P8z+DPubrjyG9spalUebyumiIzwTOzFYvhygwleht9ymnxMUnOXIby1Z
j48a5n28V3L35IyU918T7fi+LYuloMsvLRXMfIk9rHnlL3Ux6DajyeKzkhKhsbg7KOxk5ayV
KCy3Xo5F33P/ACuv1EryN9CM/wD1NjxeLFucTY3eWoscVC/0IdMWPkVZE7siH/8Ab0NydHoV
OUjw7sugv/2NjdXUWzHozLDFRzPtqqiXzMMPHhua0N9LxtIx9o91+Y27FR6cjx43iuQ+XIm5
WpltouD5529Ta6vIyw2qWZYquHUaxxeGeN0/wYelDLLRVMllXkNpSpKT9xvUweOUv6mbsNNB
LFdxW+dHJt3bskvgLF15ZIxwytHqPRJRUrqYfnI/uaFEbmqxRKxFprJ3NM/jxtqJylmjdnLy
/chZ4P0F4f8AIuvrJ3Fy5XKD3L5j71QrnXkOKvkduB/Glj6mW/NxzHtU9RNLuVx9svGzP1Kr
4E+3DkRBjSMpq70MWh/Mo38DaqN8jdNbjbrWnMTfsQo+InXaimhnlyL8ErQJ8tTKDNZ+OYdM
i/8AJyGsfcx3XMbXvfCvDB9NTyRisIvkWPuNdEzHLPxyo0oTLibXPuYZU5OhDivKxzyfIcVk
q/zOY9q+JU8eScJZGOaruqPkiljngiGa/AecU5GXj8bnVm6Y0Y6ziU8jF/LlSxXyZP4lcn8y
rfCG/iS16VNqxF92hHjvags3lXg8MrPQnBUyqWg2XXMj2oe32xDJKW1IieiMXlTobaepLtoR
WpbU68Ms19TlcIOyqmvItC6GSi1Uzy1s5WNhNqciVjEXN36kZz3CenChg5iCPatVJM9q0NmO
VHodrlfumwl9ycUNZZdrt6kKs6sSalrWxopHi7dBclzKcfE5nJYwfqdOFiSikaWNtSPqWhli
8KaErjIp+RH5jURBVLcV7MFreR55LbiqJM/h0MFOn5kEZXMs9cVQe5R1MZtpWhtahK8ENRjl
qP8AJyOHEj+cmG7KURLuJKuKuZQ7aGOGGoh1qXljMmp9RvKVrJ3e1jcO0DywyhvmYOJxgXJ6
Dnty/I/3Em+/Cj47o9rO1dzv6FKT8jFX6oeOMQyL/wBx4qVdWh5YpJLQ35Kc+RTt6EcLlbkD
xy+jIjTK5GhTgjkil9Cnu5ix04XOpTW5MTFpNuv7ileci3duOiMPHFFc2yb3ToRyKVOquPx6
9TKnbIoozGu5alcE8F8x9kLkTte1m14ZRzRjjj6QbPtVtB3Zd3I3RdjlduNuCWrIrLIge6Vu
HOPbzFGVNGimRf1YsZUDn6ToiTGXOOVMilnwz1XIyx2bkylBvJd3Lkd2hG29miGqj23O5yUL
nVcbfE8+Po1wqXOmjLfElMhfE9DYlRa8VGtx1/2Ir23go3H6FlS2hujvO3KMtTbukS1i5kn9
N+p6FVQ5CyxrIso79DHOav3pjyX1IhVa+ol+1DSx28iMV6s3RXmLbbLkVdrnbZuSRYpqVoVu
VQu74EZYxu/QeMRyFjbkbqbi1VqQ75DWUIjBWuRST7WXv8VJ6cM/Qc5bcdUdBNZPkazzNzuP
LD5j63gmm0rbj/vw2z8x4LLtyxqvxW+JyNq0q2ciqkjGp15FZIWXwImMRYWwxuyXTDQ24vtd
kbssYyXyJvyHPu5imnM2qsVg9aIy/civuxZMxk7nPmxxlQTeUqPzKOT7j7fQt8SIrdG13dxL
kS7GXkwvzK24YY89RTVQXprwyz3L0Mo7f7Te38BwrWyLbm7EvQxzthlTJCeNUzNdB42h8uNq
ndHxKWehoug1Hpwrf8PjxvuvwqTx6Dm7HIl8ieRaXobnlceKJTKL5lbC8OLgW6O3U/tH3RyR
MxGmpE/IvOWpGN1UeDu0ZLLGlrkxCdStFkLDF/8AIx6XEOXMaEbjLLHtMcb1HJDfcztyqyB6
piW2FpkKnbq2PBrbtuxNKUjfHbyJv0QnBOSIT/kVxzJRND/xsnXCqGZdWRPwP9iHJCqVoV/Q
mTqczpx6C8qpgk0yp6nMk/Xg5Y1llEkTKSJJT2s752idX0Ms9vfpBucVNqvyE4/kegp+kbxr
zRPt6EvTUcEZXRusJvQ+5j3bhZrG1D7c+7VVgW3J5Ne6Sr+BygUa6kUgb0J0FyIa7RPDtynQ
YnWTcjGu3nir+pjgmoyuPFK1hYW5s2Uv7imV+Rj9zIbwfchsmZMf8hOMkzHyL6lJj5EcypyI
XxJLlPnwqUXDmLDxY01IT3Zu74UI4dBFqlrsym64KND+3lA8m4nlyNrt1KOhuV+p3KepSJ5n
9rq2iFYhY0i5CcI2qq+pn9uh6GHkT75hmM8ymV7C2zuK4rfoRt9Sj7dKG0lLtauPLGw3lXkj
LJvasWbd26PmLLx/FHdqfcxXbNheTOucRiuhvyUdSd1ZNtO65li49WRKrYj6lZCWD9Sdm5am
xKvNi3e3G8GX+NfG+LG17saoadGVORzKIo4LU+XCD+hY35Tj4eZ9rw47Vq+HNHLhOpHFpVgz
zs+TLiY28vgbVO4jLlFCbmpu9y9IO7txen+w4ryY8IrjqbU5yx0HMKbybaRkYq6fIp8SXSHc
xxS/5ERRWkX/AEjGVbU5zbofu3aGm7kY+NZ1dY0M92j0OuklbO6YkN4S9IMpdUhLLUURT2yN
+RTl1MNqjcNrGUje3dixtOhirux7Y6k453o/iZKV6/8A1K1McvCoaqYeSlVU3Ltydzd4ck0N
eXB+un4oNmGFebJ/ycvu5ctDbhCx5FTpwo6czodGegptqzbzH3bWkVdyZoJQl1Ip8BaM5kW6
myZ0NtV6n9qszF451Fn9T9yZvQkqrN3IanJWZuyoWZmuhjsddENOZ5Ev4ak6ZUroOLIc+65O
p5Hu74ojLF0lm3B2Jz9HB4li93j1J/8AbzIw/wCTG/pxsOsrQeLeyNSN87TN+4bbS6E5OuI9
VoitP7UZLJTvsQ8ZYpmeRWkmfgzdP/bXBdTZmqHZ5YN2LWZtfiaG343CE/Jls/U35/yPqdmK
xXTh+vChQTypwqQjalufI7qGS1IyIxv+0rR8haorX+0qtpGbkf212amOOMpyVakWTqslbkPH
DG1y9NBrKkWG8V7qM9ERyKd3QmzxdRpunJVK1Wom3klyNuPk9JGnklyI3mfJDzR9zN05Dblp
2JskePPE3J97ujJeNd0Hjwcb39Qnm/a7Iye2MXqZYrOd1hJzu1zHrNLi6mvoRzMt0+gs5SfJ
jonBhlnbG2KFlhZ2Kn9vCvDp+GOHKD+pTKmqKjKX58O36uY9WtTJtUx0KQRZlfaiuRy5SRtm
ClHqsSjZKhrIW5RnqZNUyy1dj+TJbnaDHYva+9/0Nqo+ZllnH9rXIvQy28qGVXfjonyEYu9O
4nYv+4eS7ubJ0k2tLZjqc4P7noTXatC91U8nkmjFPu+klV3GPj9ryuhbcZz1GnjGUkQuTaFj
b+42J1VTHJuMcK5GOWj0KPb0JyyotTGcrfmZeF3x9vD+nGhBXhQvQrcyfyPUvBRwuZ/VjrQ6
aCeD2x8BLFTl9XIlO9jq1Uvc2436jpqf3M2fNkr06G1pJ/uMd3uyMclVJj33ZOyMdBzjTr/Q
0xP+3U9RqzKmSXwRRTzISjqRmnueo/u+36ULZnBs3dg148oHqtB/U+RWFXmZvJxnoPPbRE4Y
yn8zY37zb/8AaxJ937XiY1azxO6vUjDF01P2/mV9EVxqPF/BEZU2/MTVtdBrFerROr1ZhnjO
S/oLLG2VeFS5W/DtUnuqQUI/MvXjW/IcYt8oO3D5k+d/Ijb6SP8AQTft/aY5468ytH0Jxuhd
Ln/UELGctWQu3Fc3U9k487sWK782/l0Pt5qOQscsaaGSwynBaXF3TWqEtsRoZddB80YvL36s
6IWS+I1jRDwyafNiyfdjiJ247VzHtbxl3Nl3rkNY3JgW6u4jKmhCcKDLGZwsYw9qVJ0O7LdJ
t1E7Yof6FFYSP73+Rnjni965GzGuTuRVZchJPu1kTxcZO0mXjzcvxlG0ObHUvwrwprcsNWLT
kUxgVKHeURQuUG90LU2rOXzNsVTmT/cqqFV8jk3obsrna5JcJWlDy5XzPHi03sVc2/cSseki
yxcN3RRysSXjblyOSMcssukC1EtDFpQOX/sd8xrA14/byZ9vHt9Rx5bHu+Jk5h8x7ve3Y3aL
REtR/cLHGtRTzqhc4oLWhjsne7ozyfeh1nd/Q3PCccedyE9uK0Q8f1Gk6ch/kZNe5cycXLMv
L7vLY/uXvk7fmLGaGPib/jy7WNlaE8LGPIluIO3GZsWaKnd8i0nUobVc3ZOEPHdLIxtqaoi7
Y5wiNLk5L8zHFIW7Gj+JMjlV+lj24zn+56G3LHub7tUb8aN3WhCW7WUVXobHfX0MVh28+C+Z
m3lL0xEjdzFSYd2THxN1HT/qglth6EQp+o1+ZftP3VJSqNakMTt1NtK6ktb83qKFGWpg1nGX
ItEqo9mW5RLy5ES4vKsyMZY5VTBfUbsfp+rmfryH9p7XaYG905/VHM3ZfUrG5v8A7YPa6am/
Zuz1/wDoYNVpBD+ZYhEKRTQ7qjwTW9aF62N2HtZz4Vy9WyuTya0RGGJsxe19RvL4n+524Nrk
eLPF909y0MsvHMz3FbI6CjTmbs76Kwu2r5DTznEWU7XyHHd/bofqrFSV8NBYu6+Y5ouRT5mN
J+ArIjUz3aEOuJuVuRgk76sebrGpOLo9CYUcp0Fujo3Uct7NIHSnPU3avme6ekExMCedtSVZ
e03PFZE5KG/gNYfVR8jb9xU+k9veyjrrJ1t/0yK5RcV1zK+zUyeNOTElU+35HD5j3Wx5G7HK
JsZY52dcSv4HyH4v8Vz/AGm/a/ufU7CX+Qll5P3dSvk/4o7a8jcqLoXmdTVsh/AU4/EUu4ks
bDrGRTShlimRFFdnZ8zLLqKkJXZKU465DjKeaZtpsu8pK/kTujbbEVZyVWSqQTt3PXI3fCDu
x28y/oRNSlTPBrtaMl9KZGHxMPJpoLPBqt0P7ieOfRGsc4LmUXVhvL0FjJko9o9uULOxy/tM
ccjJtbsWrGs2WJFlp6mOfti6Fl7ktCX9Vka9RbWkZfdzhq6Fipyn2vU25JMynshSZPNyhwoT
Mf2s+26+Pnw1nkdvjjHmz+TOhXNObofm8OEZsndE6Imatcx6vkbWtk21NjxnlJGGH9DHflsi
8GMrf1O3BU0FJahTS53Omhmol5Kw611QtHrkRcf9R44zs1Y9/qj93k5DecbV+o6T1FT0Y01V
ExctQ3eVzQ3TGPIn5cIPIvqkSkhlNOYqLJ8ydTc3HIyV5voc/wAybdGbudkR9Q97noRkmo5m
xKMEJ/t0Nz9q5iTc4aDjt5Sb8oaLTJ/sWh/3G6IzVnoPybZy+pMTVnpzZGXsyq0ifH7HoYrf
tkSb7dRZZZKqI8eSeXQ7aY8xbvJ8B5N2tqPfYTjtRu20ViW7nd3Hbh+CEy3xNqsZYtWuY064
jyyqZbO2pyf7WLk9R6t2J2xuvWTb3bl7ZHjy1GrEYTUx2UWKLVdyvyP24v8AQ2zeryL0OpGp
M3MsrTWSVjOSoTZrkJKNz5kUVJfI6Ecj2nUmIWpuy10ImrZth4ZfqPyT6jX0kQfbyWLT1gWE
xXRDflyhx2wQrybbLQ5wJrH1KaaKpjo3oePxzti6Wo8VRawPx5e56GyHujt9CN0/myO4X7up
Sr+cCbTfUT8mmhSzIxwREE8epzIRLptuN5V5GpzoLQfIycehLVimSXQhandlbQSwilXzH2tM
f7oMf/26GX5ehc6Dxbt7WXOdCuhQ9Dx+ToUrJlknHk5H3MvyH43+ZG7/ANRNTCuLk+Q8dyHN
ScXYX9BTWlGPa46GO1VvuFll3SNbnudmxPKcMl+YtkbeZ3xhlojby1j+pWy/6qUyjF+7oRhS
huzx/i5jy+5aqM/K7quKPu5JNZawb3DWsUG1A/vJTk4Tk/kxWWP0o7MFJRHofoXqXIKfInKx
k0+yCdR4zGWkDKVgla6EopcrRE3bsZSqnZMG16Ds41RKsPvhcjdlGSHjELLkMRNug4u1USXt
dCZoRJDuibHjyuY5bksij7laRZt7sZqiPtLBdLk6ctTWGe2GxT+RWN5L9vQxX08xaLmPDKq+
lix8vttiThnXG2I35su9WxHRPQTWPpijc6tXxuVx9w1j8Wh2eb019RY/UfYxW9t0Fhnj3K6I
dUY+P7e7xLQ9nYqwP6ExZZV5GOa+pcK2HtHo3YbeUstuTO7HLFs72qkWm2TGt6fRDpEcKWL0
ZMcGxrK2gv1OrsRK3a5EUaInbjqzsnJaiVlJGP8AxMe23Pg4+J7qZWGn7rGHbVnRcLV5n6Dh
TBpPUinQ2t0MZN8PaU+Bg9vqxvd1rc313SQvarsxS+Jsy7uTP41RXE5vzOQ9umpinWfc2ZZY
50fNSh5Xej/qd1Wj2TOg5TWb15Cl0jQ3yt2LpzJ8OT+59Sf9Rb0sn0O2zvQzeDj7lxfSyMPd
q0YTpQak54jpGOh25PE7sm4N8j3ZXsY0xa9CGkzd493jy5oo/uPEjLtfJkXO6kG3a6cbH3J+
BRbcVzE69xKmhXJ9y1Nsy/pRji8d2PIW1r/tvB0i5QxS/wCTIx9ZPb25HoRYmOEWfMz8edZV
GZYtTtdyE/gRFtSGvibf/btBDSpzMVpyHtrrKIeO7Iyw+lDn4GV93N8ikbbvmbuTEnjGPM6v
mZLdV6G3x4zqZePJVKt7SfpsiJc8xS9+JanIcrb6G7O2dpHjhk88squlCIjJiTT3Fc9pHjy3
1qVcdSE/ibdRdja1KYfMx24HdCJRuyyQscU8p1SH9v8AxsnNpGti8aMn5MXnKofzbpmiQsfH
k2v2k+DJ5YK4sXk8HrQ24f5KfQeWWacFcZX5laIcWxP6Irj8TfumSdtRtVLXIeXqQrCuW9Sn
C3xLilxJlGpv8dMuVmOfezLelv0R93/8DmnoLQacm/DGTFfVqxx7uYv3cxbspeQsYobna8m6
TGFubMu6i+ZRV1Zux9yuK1Bat6mMdq1gWOOU9R/21Pu71gh5eV7knRo+949PazdnDy/I3WfI
8jfpBGVUf+NdBdq4ciFcorijytLod/d6sSxVORYsVPaj7m3u5jzxzo7o9mLm48vH43jm9VUy
xar1KW0Jwfbqbccas2xa5jt/5DUXsKLWKIhUaP7ic46Mnkdzq9DcnBKcjfM/UnkY+ZKJV+pV
xNxebDOx93Ok1g30iLmMtObSRHdozKbjQmx5LtSFvW/obvJ/xRN0x1HP5narcje+7oZbYWTH
jtVLigeKUu2LO5/bz1gyyS35L6mfxrudctRPDtyV8DLGJi9BNPt1FRmWM7VFjY2oyKPh1J1K
sqinD043OZJPGxvipKqVcMpcxwWfu0E75ale3I5cmNOdwm57R+T/APET+MDm2hYS1OpcrUeK
o0NZPuwqhxiTDeJtrJtlGCvHInH28zOktm5fqNbnPUwxevMxwSnN2NuXbljrzFt9IO11vIu5
dTZMzqhZYV55GWSN61vI/wBr6GWGOMeh30y1kjH3PUyW6+oodXZkfvXcxY4XdzHwxbU2YQmq
GNbRL0FkrMn8EHTjD0KChlK8ypf8DJT+R3OvIW6/NI3vKXo0Q9dSGLHGjFX2+4WM7/8AYo7k
r0OhyJ+knLLauZD8s+hdj+3mk+Q8Me5Mzzzh5Z6G3HFLoVVT2qLFfarGVKcjJqEhxbmyv5UO
UH9v7iH7FbI6XoPH5GKVuhDxnLVoyxjtZcvRkJ1Ml5ZT5ondTTqUcu3oThTMef8AkXjt9Tx4
0c8xePHGfLOhlTu5FHbkQyt8acK241K2ILCVinDkR+HtethvPt9CHTH6mtSWv4+t4FFf7SfJ
pYeatNEdtMhuJlkqrdzFL48Oq0PXg8cnRUkb8eSyx4URsnd/Qyxy1tB1IPjBtmupKosPcdtV
ds25vtyqjbu7eokPxN0XIyUzHtKOHqKPiij0sLF0fyIXchuNRQLOO7Q6O8k3w0RXtkjJ0XIw
U/DJDyyVMPbGpu29/Mxz3uWqnu7ivoh/47UY52f4KkFSxQ6HThBbgt+UHb3GzDKMXoiW9yb5
m6Z6H24VBy92XLQf0vVlbYXg7dfpHCsVpx3N93InwZQKYlFfJB/5MvQ5zzNuR1/IWOGWzPLU
WWfkbyfC50Luth45r0FW5lZQOlcRZ+RbckZZJTibtD7mh1fMhU6m3O6KY0GshbRKfVupacXf
Q7cvts25VjUtM2QnnpyFsqlqVXzuTHtPuOZaFNeXMT1n4iyX1Irwv6FeEI5I6cG382d2Z2KU
JzsnkJvuehTAzfmxU50Rj4/H2zc64ieLjN6oXrUr8iBZtw9B1sTod2VTLHwYRP1MeWTIwvzJ
FKvYaTpoVoS69GTiu0xzYnwfD9dSqhiTVNBvF7ecl7ciUty1kWeNn9JnFDLHdDVjTczdk6rQ
TxXqb5HnjoqyLd79EiY+YtrMpW+b0IxhMc3Wh63hC29uH1czsqnUS3VdfQjdkuo8cm6WZM1P
HP004UsdeFCgyMskdinNkZZx0J+lEYrasiPLm30J2lFHBYY3xO6dx7KaSKnc63E8o9SeltBJ
6EvKHy1NvgWxczdm3BSxNKaE25HPHUv/ANo9WVqSnXUpQw/JClfHhThlXaS8pfQr9C1Htu+Q
po9WiMVPNiVl0MopC9zG7rQTxp+R5JRty5C2uJM809xjq8vyHyi2hut/aijp0Hr6icY9OYmu
2US2u6kM/dpCIwT36M2YR21eQ27q5tojCnDoUqSRnlXkj+Lx16ktx6CSq+ZGWCfVibfqUsfp
+DoffxVOZPklmN3zke/y+g93mg7cN+WnI7cti6G/LKXq2KTHUvEiWrsdy+I9Y14Pa9renDtI
vI3lj3u0oq68jbNSDoc07keN3Im9yF/sd67dCZhkpOlStExbVK5j58xq/Iq6m9ZUVINq9v1i
eELD8yHR6kK3MpOad0h6TzMuWnqbMqvmfbVGnJli/dMSdya2m/G70J5nc5btqePbyP5c1h6j
U7oEvBikubH3OL0P5E7E1WOki3VfI9qQ3Y7ijgqPhXhE1LlKnQrqcj+hVU0K2KHX0E2PUc0F
t0FqicSMVEmPk8zWSvLObR1WhJ/vwnH4kqk2IzsSn2LQc05Ceft5GWN0mVXzG7Janf8A7j2q
J0JmHqWpqftHjiqCjGuuROeW5PkPHBNY89RUeWRPjoKsZK7Ny1uZ5OmyyJdUydFoPXHOzFut
rB9nx02/UNPJ5brEbX6CdfGQnV3IStxq6ceR0RXh1IuLnzLmvoS6TY5xcp/shaJFpxNsU1P2
+gqihlND/Yop5CyeUY5WHTtx15imMI5EXOROh/QgjZ/1zOY4V6TYUV63L/AoQrD22FuXdo0O
vadtcTdLTKUy1FhlFCV8BZa6tjrV3SsRFWbM8e7TkPFduWrgvKd5G26dLnL9Tf7tHBju+qsI
7teo+WiIMt+lj2/MUIl0OXI7mUNrNvyOpK4TJ32WossYgrYjH5jnuMsbouVdeY5feUudxW2h
TKi0HN9GiaQy9yESsKaGOeWt5NjxXbqdCZJJoVr6G5HXQiaik0jmJzKImxHyNtiVf6imK3TQ
7oodtEUcc2LL3ciik1ubc65O5txe6T9rWp393Ue3GFydSrr+0VsnYq902RtT280Yd1htzTUj
pVk2rcxm2VG+EKkHPmbdDnzLMoviKsj23VBbvgQ7siEiHY26cz7e5J8mVH4sFv8AQ+7ljtmx
66MejJnb6CVupWqJxcE26FNSi9CWtuLF93uyk/jRyN0zw/oQqnQhcJfwJOpcnQ9dbFPacstE
PLNbdz9Sxu15PU2y51IYscMpI/ISjatUOtErDl7eRdv0N18UPKKPhk9vx6m+I5Mn6tWNOFyg
7V6seGK9f/UaZhScdxA+Z6VknS0m7QvTkRoUVxxqxJ1OfIfM21prwTd0fZ8P/Jk4qusil7ce
SHGMopThU7fkUt0KYm7yKOrISXqLboXK3XMq7E6CKqSdOFTbzIukTBiqC2tz/wBaE5Nlbcjs
yaIXxZM9msjpSRvbWzJyTSdpN2NyGofQU/MXZe7IWFT2S1ZiiK3SFSF0I9/9osXjOrHkoWPQ
S3J0oLJw4+k3Y1nQWeLpNjJ46UoWuKFVGOX1tdxO2GSvkNwXlIat0Ih05kfkciq9B5ZLuRSi
1XB8ilug87shljt8b60Nu3b1Y/v5bn0J2yicPHtJ21Muy+onj2+pjJAtcj+h0NvCp6lfkPTr
w6liedhZOa6WKJVMvQiNrmCWOnaWnmftG967PkVmfkJtE4VMf1N3MlfFm1KovHq/yHgr65Fu
zpzNsQuVqnchzZGP7cdDfKWPIye73aHu0syk4voYN32rh3H9SMXHQjK6P6i1xORutohq7Qmk
odzuUcjuse1QbliJ5KhKxrceWrudtTsqftKuhQ2pcPTkIobnTLUWSUnXmQzroYrE9DusP8jq
T9XMuV0tkxRVjbplpyK09D37qVZGNncjFL1IZFn9JXlU9rRSz0G3cpaCJmSmFdWb3RixKqY5
FfmRjl26I2zC15CxeKbss+Rt92iMv/5V7Sq7inzMZq1wiCnx4QiJhkL4spZkP5F6jhPdyJyt
qbsPbyEpjEamiFJsxilXzGnUhH6EfoeglMHbpcl/E3I3ExJ0Gk7E6lipTXhSp+18P6kC25SJ
4tdaE5Lut8DajVdWInF+qsblQ74XVD6WNjqW9KGXS4tr9UdeY/uTu+lD20i593FumpSW9Sim
SuNdR4r3ZGxwsvUa8ec56m7GU/qKZSQl8TPDNudEMiSnxKlEVrFkLFK+on7tIIa3FvQyr3Hc
oTIptJ/UnL5Cy8dE/pZuyUehOhugmR8J1JV+Cg5MakpUt6lhTwrw3In58YaUkqcOpX28yVVF
FRe4hUSR+sEq2ok6LkVxk286p3FobGpZCah3FtcZO45fo0SnVcy9dSLIl9y5DbouR3Nr9pNn
zN01PueSjdoImeaJ8VfXQjLKvLQwzwJf5FVD4cx/txN/taFOVSlCva0Uc9RbaN6lH3zYhqBv
kX7VzJpBLVBT+RGPyN0+pONUVXxH04dS0McHqQu7HobT/chENWLfM59DkXRDXD3UY1l8zb9L
1EnfkKaLoc1zRyO7E54lPb1FTYS4SV+ZuSuPHXqRGvu1MoruoUfxIj4ovTqfufIbtlyKuws9
Op2+3Vj8eKsbG6PUSwfqhZZKr9uI83lHIjHP/wC471jkkPHypYcuRuxqj1Fhk5RR0XM/qPd+
Q85p+0vPIjVlU+hu5ntpzE8v+LIjuFzZSxA9p1K3OR1KklFKZaCeHIcHMtUi+RY6nUW5pM2v
WzEqbVqWaKiivM7u1kZKjKYzj+RHt5EP5kOHyOTQspSerO5X1IxyozupNzbMfqf7nLLRFaD/
AFbNpXsxHFf0Flr0Hn5KftXMeeRRl+CV5pBhN4sdtleSnzI11NmNMVqOkcE7UsVujvryEsr9
B8hd27xo3VjRG5aFLETcoRtqQviQkWk7b8vwdFw6cLUKfEnXmSXqRt7bSd+MrQe2sXLx6kZU
5ihyPQ/JF+4ooI5Ccx1E1bUSySWFpNsvKORVJ48yn/0NuTfTLkc1q0KHfQqdmp1I5m34Gzke
1LyG7yOeRcnhGGFP3H3PJ/J5f0IdyNWUVVfh9uHHNDxat9VzdoLa49SFcp8iiqj9qHtaKL1R
LRutBL+JyJdiNWRqQ7fgnJSunB8iOPflA1h3PkPayL1uRNJISQsdeh3UNyRT4lviWnqbtBw/
hwVV8zavkhKdkGzBr1Gm/gRlWLot28iUo9Dd+Znurk3QTvz4RHcUrmxYeOmS1N2VXxWHjxbZ
PnnJo2r26CP+3UlE5OWb5g5zYeM+p9t05E+RytEhpL5m7KjG1eDYq/3HOSlChGp1O66NysN6
lb8akcOZWxeERi5ZRwuaN7byjQ3bViRjbUl2Lna1PIrwiSdqxjQiLF5gbdMiNeo23ax0/Mn6
ubHuW5a1JxxiSX24jamtEibG+VSjgmO07bHdboc3zImp20XQ7j9CsYrqLLNbkOMY5E+5suTy
E/3FLjbotDnj0Ieh2qpl0shPRXfU7658ivbI3NWNJ1NrNifqStOCp8SSlidXwg/oUJsc2T5K
EeLGqNubn0LfyHdyqjbiqD5ojQ9Cdo39X5HTWIHSJ5n7S8obQ41HPzsTHDrzIv1RjC9R47u5
CWSnB/qS1X6WP7ksUe1U9DY210FjNvpZ3UXI2+NNLUmJXLUTylYi7eweTXoLVlFYbyN1oqyZ
7Rw6aFfabUox/cV7cVc7bEY/GRP5mkvUq7j7FtHNVdG5drG2/dYjXmaMmzK+47tC43x/rwrR
D16kY9qRObmOeg6Vepu+roLfXIbwZyy5ke4oqcicrci1CG/UVfQr+pDqRElzWthy5kX2qs7n
a4u7uEsfiyjaK4le5C6e3EhRL0uRlz1KVjQTa/l5E5uctFobHHVCx8ardsh8E1XkV7dSVlTQ
vRaHZX1JTlanL1Msm5yfyKqJKqpSnODoxp+3Qj3MU4wM7Db+SPb8yfz4dC1To9RJVORCrwny
ZU0R2Y/EndTkbInFkYfA3L3O5VxBT2k36MnaPqep1KonTkVSknMyjQWUUKIdPiLcvkTL9ClG
d0i3N7XYhZX5H6l5ViMXU5MS1VoHWXqhuNrF9yvLmPt3epY5SVPcI7vgRj28zbkQvaV+CRNj
Ggh1hMWslYg2Y3HhMdTaqjKXFl+RCsVElRcyJKXKupRFaGz3ZDp2kt+pGvMg5m2SEy3DrapJ
btLi49dRqxGnMSdPzIaoxzRaHYviJT3PQWvODLKJ6HtcFiqrzOZapROT2kRDK01JVYVGYqbH
UYsn7SomjnkPdVkOgsb9SPczk+RWsaEWQ59vM6G7Kq+lHbQrckpYUP4G28kEF/XhNjd5Mqcz
s+ZOWXa7Im+SYxsejFNdpuXBx8xKZ6kbpOiN0FuzQpVIUs6HQ9eERJyIZ0RRtLkUcG7QT+kc
n92o3NzkiHihvH5DzVZUQSuQ5toL6UhRY/qPmQ7aI6HM/dPIjIfB6chOBvHtO/3aIvQpbXg2
lVnc4GsMOiO+uR6iKmzTQbzcMlYN5P2mTl4YwLxZ9zdmbcrCU0RVR/cOk8h7jHYkofcU+J/T
hyYlYizIS4UORFyCx//aAAgBAQMBPyH/AOK3xEAI3CxEhnTHLbHbg7gDRklajHaVhLzPTIIo
kqYx4lbedyxb8rlFKta/cAOoI3nMaluZjBYeZQGzuDWGVnEpfjcWdDFnce3buaD1L4P3L9pp
1K3+alXtbgJd6hPqZyBquY73xNrhGjRRu41dRB58RAYczRl6iNmp0M8XUuZYdw0GLfmaIQZ5
THpC3gR0Mzmb4jV5jlzFMWkmNTe4MKoxLUZhiVLVwZdT8j/64ub1Cwc//Ly0GN/crUdGXybi
m9sHbANhMpX5lZxHmmCxxD4JR2/+V4uOSL4GmcfmFaf3A4/ENvUotHMVtq/MTX3Do+WMyJeI
96is6Mug5Qah+IrcvW/QZhtJpdZGXWsA41A1nUKGuf3AecxyGUfZygP0RRS7g0GukLa+J5xH
YqfadhmJazySvTuduJVL/USFgsupTLqW4jOyW+vcSHFpDrCOHpO9i9//ABlLM3jqYeNbh4fE
RbmVRjMqXbBqyJnG5W185i8D6iii2ZmU4BzG4btzG7x1A4cxl8HM13GNlq+ocbvMa36RGQ3s
QYnNxs39ROTEvbYWXqX4DmFhGBm9x13nqLpOBKAbxKo+2WbLPEV58xB8XUQKb4iFCy5g+Zux
molW8xBrPUqZMXE97BTQxNDE8HxMhGIE1A3ygJ/WOVddRvKcStQ5IbwgKhd0dy1VcBbtEudz
TEKigeYjYHU/tP8A4yxGlh9wU8y1lL6iDmvEKm41cQcjrJAGC5aEqOXg4jTtFUB3xGK5c+oC
/wAx3s3qfbGtMDuCXniczNwUxYDUpxDYjgOYabxKH8yqDeIYbwidtbldsXyyyD4riGMZxzKS
AxIRZkYHB7JYRKCYFrX5SrPHd1Eq+Imhy6gE3MpNRBg+Y7qviV4j+R6jzY9268TyPBmVj8RN
ID8ZXZiINXK5mV9IcVueOJWbbzKnm7uUeMzKvLqVencVsdL9TIwmAPeZeHPf/wBxYJUZThlo
S/T3AXjDSDBAyHzGGZWvDE7NTJ/yphT6lDM/sROLqa0zLvELwRwSnDPmF6tcROB3Km77uOub
Hcu05CdKo5qfUG648SvDiZJvzC4Etmow9qCgdjVwWuvTDlX4uIpXGyW0r4J6Q9y6+uZWqmk4
dE3DPhP5z6gAvzMGNcQUxmaFYmW9xF9ylZRMS4cwrZzqYU57Qal5QuqlbqUUvHEQ/wDxNJo7
NzG97mMqf/iCIq+IP/s2LgjgZOWXe89wLLC6Uj0FzBvYDi5lIYjE+poJQ/hNpTA4iwPxAy8M
Evbx4QHaUyn6BMJa4kAXWbmkWQrFtD4iUunEIG9y3JZ4mQBx3LHzuM814l9mHE3grjud5iM1
taCX3pnIGZ4lXiLvhnMCJR12VCgJRME9+6m211HK/wATmh+ZTWVmODDl87vcXQ3KW7ItvNSq
K+ZstTChk8Sxd63GZXhhrzcsb+JW7IS3FYN8Rfe2W6GOICK88kte3Upz21/8WMGeIEMxBP1F
x3KLVjiLSCqQ5IpYuSNr9yhUzWGFNd+cFZblisZMRQGsckGqaTVZzUY1huI3zwhQX8ZYaXem
XUN5xLw0V0sDXFeDmBesupkUtvvs6hapXglly3XMEPkgKyAFRUGJX+Rtd3Kt7+JUpMr0RBeJ
MY3UJQrpUyNYBUMCy/mXwKg7vPiZK1jcTtSELTD3HLDd7gNuUgGNLKa57ltTZyu5Q+c1zMFp
V6iRrbBFZOd+ou7KsHwHmMYMdzVJYy/QmVsuGAA+SW/ciirdcRTdeIA5JeMiseY2qzEw378R
oUI0PoixOzEtnz3E0DPiK/Pa5Uo+4vJZkmfipsG5deV8MOwjFYHCxeIXZz6xBjR63Aq4HDKU
vEV8NTwNbOJ7bz1H5zsVCjS/MpteuiUgOvBPte7hY3gY8LqMKpTthmp5fMLk1BsB6M2GMyi2
8EztrgiF/CUD8VLctBLy1XUAM66lxlTfL4jVdJ3tnjqbRfUAKu+Io2p+4iZzXMHZWGoURvHU
oHLb/wDIsDo8xHZRiWmmrqFg2rUE7RHKgrbtF6IFFwBEmG6Z1/kdq13GK6O5pNzwblc5tmMj
XfErffZgOXlcpvD8x2mCQ6eP5i8Arv3F0qu6mluHcDRyitixweIFygaw54mcsvTMqF9cRsXl
GgfmDyN+YFDlS4Ep03KuuNRvCHJFZmqwf3C8Kx2YqHUL3FsjjLXBIxvLtZ2fEdnP3LwcOYBZ
YgSl0uZ0MoWxgkzLl8A9oQqz0RDAYfuWRyE1OhnmBB06YGXVVBYivE7l9XmafUoMAxRgYc+4
Nf4xqs+JbLd9QFbUJezgPzAM1TRDG6vYTs15iG73FgmeCX5PUEBNc5rEwAutRXCpy3My4ySr
HDM3lONnqVa+eJm9sxpocwXFddG7jqKRm3uasY5mEAoS/wDhK4OZbHhE4lrytmLhw5hgc4lx
S0Q3CiICrgPENJhcom2Vp57YgycQSNMXDZFC4lcoC3T1MOsECYGHMygtfiXemE66mLNHqM2m
HUW8isbeU1C0vnU/BELFniew8xlVwBY57iO6a7YhyQOO5WUQSu0Gz94lvCKta1uo16j1Cf3H
qs3iJYXS4Z1R5gZxqaA51MeWe5RjK89QZrAjvIdJetBqcnKLbR1AA+YgoOAqppX2iWf0mYNv
U0A9pmcHvqZXo7gthktAetLGL8wyevxLCGOQjVMCtRKNBEuLPETHjUbHDiDN6iXZ0npt3PHO
peVbDUuvFKlAc45lE1FMhgqWwmJc/wASqAvmOtGn+KUUYQgavTygWS4ypsbdxQN7q5ZwoG4I
A6pnU1qNA3culrCgSuBFonfuKriONJl5HqVaHnRDpsMvcGvCDvLlmh25iDG3MN0UQvm4BV26
6h3cvU3tvwjHv8xbbXqaCUtm4hZz6lGanlh5A7iYFYiDhqtxjbCIhJC1alIJgBhJy0ajDisb
mxeCPExyRPhNLk7lmWE1KBP3KcVuETO528afBpItHzLnOG/EDIGzEYrFvcFS9mtylXQ0zBHj
me647naA3FRY4qJcGDcCAfCW4p4nPM7nONYgt1l7m4WcirE4WfhAc6qNLCpLGNIrNKHLHzHm
WZAvcQ4cTepQXs9MSqDGmJrA5TeFHLqEGrzAG8sFs0BzKMmlXjmVUUK5ivZUTbfA+IhTdnmP
D9iUHwXK1SnRLVXBMg4OMTCn2TC2hSoipjS2qTsudyyv1g9ryMxClvKcnDLLKufMyq0L/W2b
HGrmMrMqy3cBdaPzLPWu4ctHrcGxDXaUvBOklGzZLLjmCC/3GoHT1MtNREjzKB4alFM5THm7
ZlB4vJN1eNwNG5lKK8svA5O/MGps9TkvazsAbf4lheT4INawPEMnpqA3Ro8wbO7zLtoDlzE4
MUAIVht/8EMwvyQbZf1G8wWAeZQMA3BbDUQWlRmYsrEaxBgal6lhwzTcyrSlh2M8fDKtuRDQ
fhLBw3cuPuzGoxDmcxxA+DgYEph8QsAPPcwUesLOy1L/AMPEqtB/iNPggrCgHVcRUvTKYXjd
QBwfwiCq8tMStP3BSLjuB2P7gM/mLQXXc0dkTy/2mSMf93G9vAzWL6gK6SXbg8QRojFjKA81
VxctqKExNNm5daYlXhK+du5etise4PCL2i9FNLvG2YMK4hhAXcNr6fpAlyYBbOzDDRQMfCZi
arFS7kM5xDBbGs+SiWEK+am83vLzG7YDAizdQWFBwRm+e4C7U/uHBsNPUoK8k+pmU2eHUCNf
mBBsPJdR4d7tlHqu44A3ubyw6JkGwb0wGkzAq9kho08+o1Mu4XVEeavDLa3VnMe8uUvV0lc4
HJpEBn4lHJepYA+ARV3rTaJGwfMuaY3H3AzZDF+GWXXZKDOXsm06dMobWFtILJFduY5cO7pg
0VqgUl5v+S67aOY2G1GIJ2ag59mpXg/L+IGZK2sFo55mosrUGUpea7huqrmORVWMtQmXYwRb
kyts5QqQDgmzq3Nj5z+UI5d5QS7KxFFuCgwKjgpjipaW6Yxgc9Q+gSEK8CCMUpbAcYWUlVXu
D9SA3dFYSh4wr47wHK9XkigBjqJazJrzGuHJHZ6INjtHu1+EyAqsRFOGGLQb/EyVUwYClOUR
xnXMsurriUuEqfE4IrbeONRUuDvuPofcwbMJ3YjjAh1XMws2OeZsW/M5OOiJGSgyB1KVM1PB
8k4AXH+wAMDhltIKoQ3E1N/pEuN3tzUCggYbdskcWYjXLnzBFcDcxODeBVpvmErfggGqcq6n
DaxAErdpisnZdy1V2L8QbnecEzdoHMbNcupgVR5PMqg2LGVY1cLSr8qzU3eDEO4U6mcwHHhE
2CfjMRtWDcqyrh8xlgTZcAsocEp31KVlqC7J5OIYZSanLpCAcRgzDhiZvhObrklnAZnOqWFv
x3GFNLDAmFctS7b8Rk1uJHD1Kt0bGWy0XLmNcjfEtxzDZl8MTx5iVuuGHdSnjuFL4vUbW1BY
6Ipjw6jwNSmiLley5ZTWOFYhww5R+x+UQKdxd1bHMor7FyyOzhhPJWiLXBns2oamXmWofEIW
nwwm5AjAvyeoE3qWtHdgDSBfXMQeLzhfhxOdByJ3E2s9WGiozUaIqg+UMnJNzKHLzLZfI7hN
wDFlfEtUMVj7gLXwloFHB7lAwtqJKBDES7L1DCjeIpbrglknNZjDmI2KTuOIfn1A0VHuZ3UF
C2mriYdwP8kGsmXTEeQMRM25SAC6TlY7aU/81E09sCgMfmobmDiJeqF3OlcQ1EpV4lTL0KjP
rmWccbl5WHTzMOZCAr5qFs1PDuUGJRaLXPxEVYXrcHzOekeUbFVWZsEeH/kWLAmo7BgNwFht
5jew93FLKg8QV/C0vWxd4mO0cCbJXCv5mwt/iZRdVBqaYTgZ86nMl7WIUdZWYT8m24VawdwK
Xf5I24cV6QOQU41LXgAzz+JQxzz/AOyk3jgcS2pVm3qMRFTuUINM3BTeDuBQO/PUtjOfaUN8
5je5A1pRz1EufCABwXxF8uMt+mJiWBXUzQ4W6/qYFtq5kbK8xL4l9QJham5gbx1Mi4Hc4Acv
idFc7gOreUsjmxpF5eHUODFcQjFcwcM8mKlyZcXLwZ8SnQVs4hdcDzFbd+50ANTEz3qB3OU8
nnF4scSHLBpf8hgcfEOhloGK1RTmIGhL6Sz9kq/EqKCcyx+GbBrVQaoGOJ3nw9QRYPCXVh6m
GZVo6HFdwWFdxsHBhjVuJSAU7gpRh3Fd4o2/xOTxFbwKsn+YVZR8FjH9XrUdQvgFNQ3CAz/U
oNbWMu4dVFVynlLkq9MRosTAdHxMAqq2YA2pbSZUUY9o6HWhdygvXfEKXNPEZWH2hmt2VxBU
68biCjzRB47ubSU3AN/jzA51tUveRzKZbDKYJTK7LWHcrUZWyYYvSC2IncAf2SuS/UtJdM+o
tLmgSxCsTIcm4YtBUuCucQo3b/mpTaXLSKOVHFXWMzSChrzKoFhwaio2fcD2GWuMiUkwLYeu
YHTzYEeotuHUrK8CKIwb4Q3KNHcZaPV8zdxkRZbiC6g+s+f9TJHkeZdr8LcA6W83BDZq4Rtq
cEDaNrmB+UtrucRWtXrxPTl9PbLBBuNhMQqyHUCFmbGbIX6kzYVzMLLmfEspMutStsq5cNCJ
KmxribERoTCOoxqe2ya+GbYQth/czQg5GInj/wApWSnLiFi2eZgAHKf7MrSzQHMKgaiNYfHi
U/dKDXXccD2uMv6xjblxKyo3Z56PWprTgzzGCNTP8k2UyxUFwDEgGbLS6lF2bmDFjiUDWN+5
gBuKXQcw3+RLNp7Sr5WGBYqiAbRDyDZMS3vHVQRfvJURGm9XiVcWcHEohvXG2XLYE4pbp5l1
dQHBElwdvcasDqFJU26iuQuR7gaA0R3LNd1i9G8CPs3uB48cs4dvZ6qECJcCgVnM1+ghva4P
9QyJmIuPnSYKqX+JdLR7REPinKCOZx4jwFDx/MUWmNTCMceTAArPUWHIvUD2HP8AqBfHJW9o
FgGg6I0QaCrMSsGlTJ9bYtoGoZbk1BVtl5JhTglwH2IFwA3DGvBI1Zmn9QqJx+kq1jSoGB9j
mWxzpZTiK0l8mP8A2QLe4GRVwHmC8+WVcHBLUCCuMvcTJSouaamIEdSADLtHINguFqyKOVrP
mYLW/LKJVvcNdgbjoxSmIFbZ4zBG2TBUEaptAgj7MzI2FecFMpz8KABFicABzX8SoFN+fMLE
81yvvxReivCWOq5eQQnid3lfFHMb4Rs0eoqtinxKacDHSEYA/MwBRp/uK/dbzFVr5ItODp8w
ALnfmMTQdRFcFzEJS4EBdGkCdcotC+MfuZ+SDnWVOyoXBTH1L4W4GXkLDb0gDQ1msTFj5JnK
nzAUV22l+qOSYJbdanXXKTJhsLAv3NjFXBtwzAa+5XmzND+ZjLEya0i7o3zLSNiFsGIuG6I8
HxLP7xu8wji8ROh64vMuF3GAEtXmPlhsqIlrrshoFPhAMueGCIHEv2Mly+qc+OZdVFHXjzK2
XsINbfJqAYk22m6YqVwlsf8Asyaw53FqClpOZZ4qB6WOn8kLzNnl9cyupNjtKYTCh/JNLB3i
WGCD4mTWJrifIsQ3iNUzKpUPs6xKs+fZOoTZZzBlzxY+/cXhTzRAtW+2K7HUquL2ruPBHnmL
pSrr+iBktsOFAN3GFB26qWMQlCOKrEVz5IVYM8HUWor4EvQeUYV2C8TWPu2ZZAvYgB/sfMRi
xjfL3CY3Xr8StLeY5QQpafSArkq4pjTW9K9zbjZ4PqfU7iA43zGd25nYHGJUJnpUCBbowSlU
45hgbuKWKqLQDl3qDYCGKKb3cAYvBmLm+n+ynAd8TgGNDDUW+FEE3yOp4M1plVFHZg0dC9QF
haKX9RwhnZ/yXJqnJ78zIJP/ABc5HHgNY9xZs2gv74mCQtVHUu903Z5Ykg2lHXvqcsD2+480
LpzMBTaXF/V0hrPMRxy7wx8R+IYz/Vy7VD3eItBlHiXRLAd4PiXG3U8Q3eYzYVcNzQF+SNT2
73HZ2m2oL2DWCBy33wyzNXuTKHGI2rvk/qE1i5m3g8xstnI3cLDaBl/giC+A6MaNd0eHuE7f
Nu04j7UePidHE9MshVAgLocyvw9gZomuuJiKbPEsG4qwWIQQwvg4WfSfpEC8J7GHUKjXDMSw
u6z7h7ekMr5Yl5PrDqMNacpeLagiZVxAqYsXEaCyFiY/FxLKDEBOG9PMbN5VaC8YcH8QGq8s
qrjDwhMb0vEujZ8nyTiwC8+Erj8E4HuNxqPZZybElwYfAOal58F8GKqHzhfxHFa1U5jHsprN
ttwcS1WLN946lI/RmJPfmU49ibBjo3cbDJZazE/e2YiSy3tal0vIbzCtHPc4xOHblRz+IV/h
/sU1bbceJiCyxFGji6SPLy8QpK024mXWvGYqWbXG/PwY/HMCxzvk/Mz/ADrmwBjT+4WHyr4g
nndq4uMOcriu6ngyx4MDbK6gZ84PSDDuZ2XRcUReqbf3CGaFVpK3wHefKGIfYrSbn5Kigf7j
mcI/hkGcFXvwj8zylabbziWsa1pKWI8aiL+faN2b58zMNH5eZZrMGfeEK07UI5088TIwuy4m
xluWpWAa9CLegTNbqJGx1cot4hXxGQcwbb1MmT+GGT5IwEC4eJ4xkoAzCKmXTGEyaLfmAgzu
SAaU1bzMyUHTER1VesA9AhclTb360IhedAWVM06ekKFk7ll3scwtx8JxC8qQLhfmeWJ0Hs5i
MhYqpUo05UIEHUyAocmbZZETeI+IWns7NBDjrdsyDhJ4VLoS6qS6MXG9ONHOpnqN1Tdw5iz+
JSE1nZU5NSwL848qU2MeKhnTCQVm82XXEUk6WN3LmFxGS7l/iCTcbVVwznA6azLYPtNwOGHl
eOJkWeauo1UAGsRMW8uZd8m4MDJ5i1sW6ZccOnOMztHolHjlib7F54JwAxhmIDhMmGWnMPEF
A0tjzO89NSsL9iU6LsNVvzE3fIdv3DLGr7nQDQlbIeXcPctbfcuZvmswXk+EHMpjb2iW8sO2
XLl+CNgy0jbOy7dHzLiK19LZQQyWfKOua1hUMYLUZmIAuMSg/LeSoIOtM9LgonkOO4rcXlco
wa2g0lEq+GFX7jVM64fcXSOq1SnNe83iC0+z+kp6DWVwX5RDzUpaXU0bdRXsgevUCLAVo/UE
yU63MqXTVTMgRc/+jqGpOZvJFvGiiFVtLxUWgaKRWHItx8Qr65PIX4j5H7YVmN8sETsZ1OYA
8P5hftsb4rPEZpw1plWK/DqUyvYrMX/6ZYucmTeJ8HzF74dTyeI3xy0zni8YgDunT/SI7HKJ
GOHkwlobRgIb95dQBQUGqlRIjEnCM9pyw/K/EtLfkXKf8IXCzLK3BtAlZLEgdKHeRloA9iaU
q+rhlnUKFL1SAOALGvWZfGB279srObR5+0UIJweJbdo3EiwN0nWETboLP0mdrWhbp2rGKV4P
E4SAnJHNwPPMGXMYrUBjqXuNuJWl0BIX+Ma31x5S1RqKyXRcR5oi5oGksqWmHz8ymosVlxK4
VazulH5A6+JaPaQFJl7yvUcC+ho9VAugusNXBZNkuoKB4sSgQO3t4giLoMZ+pUUeUOHmL4x+
CMzK4PMp2L7xZ5eqiaotbMkwTaQYagYfaJXkeZbG73Dg10YfzKrbV2lycmk5iOQONx5Jlhgs
xt7PiU2B1N//AGpupWb6QGuBDj1LkwPcJLd4w+5wYhrk+IR0Ly1BsHxqDgEvNI4lgasMws45
9TPXUBKjOfQtx83aU/7EJtME8e4K4i2Xl8SrkqfFndS9cXsJRnoU8ywlhCYjHm5/bDYUZGK8
Qumlu4CWVsF/UJDvteoPLTmsTNhpqdMdvMZXbNYWX7IBLsG0NRsaSuJc5scUepw/gu8aZqGc
4fiLs23CLM36NQvqQj1UuHMq2oLv11GTJcymazvP1EXkCocwy95c85lXTwRAS4ZqX4cdu5pE
Q4xfiCFitSpbL5r/ADM2HizYVqLpWIhaD3KrLbzHGtGanvNtyuIrDtG5RkjCq6OfuVxqarKO
YXBfiAzYQf8A8VBzcW16PEDX0dy8xGF4tjtkTSwtZLYWu3S4waYAD59sdy2JslHHoqR1d3Ex
Kh5wo5SzNOb1AXcNwDHxUqTWJXhjIqAHyR7RD7uZ+ZCYrf6Q10cw/B3NoefqVlY8ErFsEqYW
VmZfldf+TnGCI78XAAv3CbFDLzFBBMdPxBylsSs1xV3A6L1ZbmK2AXCMaoO84howqFKo16ql
Cg7Tgi5ao4vr4mXUMOBGTgaYwb1y6xEtq2BzFajoBz1Lw05u2IzyXzKALXcPpSvsQm2Oavu5
1nszErNK5mJa7mYBbcu4JwmS01DuYbidAvahXYp4RMqcviZ/GMQAhrIYUIc+eJcTGcdyhCV8
InCnxCewAmsZa4JTWGZi5Si352O5zFH2S0egU33KEEjBx7g1+rgI1hx3UyxAMb0S8avyllUK
OZncuF6FtLg/1OUdG1O7lfKNoE0D8MslIDB5e+oQ7P8AET6qNeYtNGJ/SOaVo1a7jdyy8J4h
mGYS2fDcWxDqV113vMWZTCMxbxRHgJSvk4Yx5P8AyGqhRQxDhoovHmYMEZU5jslvh4m0habd
RHOX7My83HJzllSQcsK8pzmKcQhV8Idsns49QjveG4zGVhaYr4mcbeV/jqGG1mEWN1wgr77i
4Q5TMUCpdwKbzDbC2UmmcoKkdTTIbM3EmGeepgvnqYJSfqFtJTiX2XAazcB2pILDgzLaqhmj
YBx8/EVY5bvVPmWHQXPPiUZa3fcyjJtf6m7KBEChyXiJRcryyt32gZPsVh1y4cqgqykWwNXi
oI6eHRKuxkIDxKgBoqXzHzMl6NwHN2d1+IHKmNkPZFkDTGsw3cGKeSw/fr0gABlxE3luJkng
Z4g0W4Vf/krpTclf3KeXLo7/AJmbAVB0CUDh87i+VeUYVmoPfuDm2avL2hCw3aQbwB5lFi20
uCGegK34mfMamQzslTaF8rQQqr5hcoaAWPPxOM12tVDq3dZglvCZFMNzroYNxOU4K48QGnj+
U1Bj7Rw0ay7QVkh1CoSjD4I59zm+EF2QHASLhBmvuAbPqaVVXMR1buKvGOo3Cr6eJawGfG/U
wiOH86UwOgYojrI0X9RwBM81Yi2zzX8TgMBwRiMA5iWjtUhaQejm/EJ7dFzIwVVHKs1iy8K0
bqIhE0MOO409Giw2bueicyHlcyj8KvjcD4hXFEQ5jNMshHSE2oNkrODFEOpo5ls0GiaNWF0/
MuAx5ivzZWo7LCKB2Zv+5hqt22+oOhFcVnqUWzRpF/AbfOKikqP1wRFnmf8A4fnglJ/hDAYv
EA/KM8RUFVFTJQlZLqKxlgwDMbn2rzFoouHiY58wZnHUeZSjScahn4EochzUCxyvmOpoGofS
W/qdm5asTFS+JbJZ0zHgeIhyI4hgPYgOQl6DwQT55h251CeI5SnbSd3KpvSOSLErl/aFxTyU
4hGByvcOuPLTXUHnoMGBdbGCLm0K3p8SxeK0O7qWZAD0/cW0OcHM0J6J9VUYLrmxqI2py3MJ
nKDOWTueI6eEP7ztfuDFIonoWXAPpo3xCPMFp1/kIXa3SSpZYNG+hpIPECLL8wFaV73DxBO2
N5d3GZukTDpAojFGziqCYmx1B+5eOywPPzGKl3Bz+IwsI+KFK8y/7Hs+ED3ahArA0lJzh9TN
b3pE1ZvrmafLeeZY48cAukWyVX0CAKxkCuowCXwD6JBKkKlldCVhk3ldSrcy6i7dsrRt3MjQ
8h3cr1a19ekFtWPrEEGJYGT5YRX4Ic63iLfJH/yDVuu7zN2psPLU7YHXcqYtNc38TaStVuXJ
DFsYe5gHVkNq+YWrO11aHDiV/MKEE/MByyi0wf1EWxYdeYJ6+EI0Tu2uBJnmJAGm/iNNY+ZS
+fL+kX/yPiUNogtaEx5bm0FeXivMyMArniDe0v6EzDvOBt2vzFbl3KHfuf6gKVh67hO47as6
g3QvplYW4bPUSe2SdRcC64uPBksjbD+IZsFPmBaW4Mj9zeI6BicjW7VzMLFPs8Rmt85miQRw
AdVxGWEC5G5gK+8/VFzM8PbrUCh8gx/UEL2QoUg+TdEsaDTrLwZ54eGEbe3JnEKh5mQxszz+
JQWzNYl39bI5WqaRiCvM9M0lV8VQHqb4TOUr8oCs6TNEvhEVSjkSHew5f/AUtWwsdTN1Fk22
Kq+HUM2oHuPQX51MKPG4JWqgHd+I4RDTaHKywEhs2RYVNVjEzhbzCl2wmSeWPBX5ithGX0gn
uAlJqHFZJcAm0B7H4+opQX0vE6GQu7dwQ9uad8ygGl8R/dg1+Yl48jL428DavMMhRgv8yiGf
Tcps6LYlmp6mXAizHzQzTojfq4qZ76xUYCO+A74h0Sq63v5iZNiYSrBVIwwWZEMiBj/xCcGC
16QhQHkhgfzPuWpjpx4mi053F0ci4wVrJqArb1oKI7OVwynpT6fMDyJQzcUu1iy4Qym+ItiL
kaShwELsWFcrvdyiKyHgUll/gwartcKm6Nij+4nXGUftlC9qO9vwRELblHrmi29Oh/MNi04p
j5QzAhKr03KWcGULfCN7RYvKv33Fk8neI+WEW54YnpbiUZDpuNjAocMegyLGyrCPlM2Utr6n
4gdZhtl5pxCCGxABhiWsfhqb2HFbIPhw3k7iCi73xNuS9YTcN24OoCBzuGrFJzq/uGEc7dzI
EdriseOcEOgr3WTMq2rWdYjw0lHXcYlXDWfcOC7q0n1MglAp5PXUwxtl5/uYw44ZQqVYgBUd
mi4ORKbMELL4w3ua9OnhmAX/AIm44wlCrg7D4nKjlghRDfqir8QaYlj+BFTP5iNvpHfsG5sS
pViFjR/TuNa6GlxK6InOo0opvSpdCclcM+gTj4iUb2xLLOBWcnjs5l2gor+0M3fKaEyoW2PE
2Qe44RAPcGMO25dX1vuJgJOOLjrlR2ubm9HHAfscChRwG5Yzjwjj06i9xVbuOItJLG3ZiisG
l1qYE04K18ytFPYjijL7XB4lMUQvGZxI+T6mBoxb/krkX0ZQEkO7+oq0HDtf8xxxGnzOcFVm
UoFeZQpwNsCxjFhLmoubaHqLM1PzAlZvolEZTyoeNRLHoXPrM7bbjqMm7tUG47ZgflAsLzjM
C00dEtQ1dluYuSDcdD1FSFlXghtIOYxuBKFVAzKVG6vgkMpuovbJmeN396mhCNENSoLYBs01
wlXq9CtTrLDlidiGU3cAahDIzejOVAyCmWrcLtXOYXWP0WCd1v8A5OZUlRrfHiWzVRXa64rM
vfPZ2r8R9NsVLIcXcLg2Ri/qBvoNfu4SNngMTR7XuT6mFZRgp+CepYbiBjT/AHMlL7XmC5KL
VrzcQK20RR4dRbxQOBxf0lKihrzFZ90BbPEQuN6xxKhaMAJj3k7lA3XgC1qW5clN2pSbwyi4
g3Xt8vUcu82qI/1Bf2lnc8uE3AexiMNRuYFrh2oiry4s3cZ5CzTJ8xCJsHlO9BHcq7HPMucv
0y27rA8zNdEybgHSUTBHAJ4wrog8ZCWGv0vEAiXxn8R7ABnJzWKjq2GXGfM0LMahirq41ztu
ZoWhlLD8wgKkQOG3UEZ2CMBwjl6mUA8v6hmzb4J1J9zaom0sr5jFAscITjFQW57yc/DF0Jfy
/cL1SsZ7hheTLgqWi80MOU76eSBZaYcOPFRBGCuz1UKyXLxpeaTAwL6ZafcDV9QF8T3CgbAt
eGUrAcQxx9NcxYhvjkrjUxBUrZKBk4LvEMU2bRk2e8rkvJcvKw6e4U0I28wz2zlMSu+vypKA
eEYEsXPm0zGC3DcPqUVzDf8AuHDRv0HxCD7M7PEFUcQi/U5R4/6ZnjDBwypFZ1cq455dXNMc
MQuGA1BLWux1OdzefiUvBiP2ju8xem3zPcI6yLL/AKjw6+Tkg7jZgHqDmY5yrqW0C4ZcV4l3
ySqf5MDIbLzON/6pgbK2XML78Zjwo3GjxASZP/iBvDylWqzzF3G/PxKo1ShOwnn6g4XtUGoX
ih/2IyBGYt5h0tjHSVBtZsubo++vhmN6kqdDxlxFK3wLGms//B5MSlHDLvIdOhBlVzNYP3cV
hflzFBSFqyzjUUnZqDdSj+nBzA8OYDHNTJruIDUyoXLdj8ESiTIgVXwsi765riOoTGiE1Dk6
zGwc2ajqAWsTPJZWBcGg493zMqADz1FiwocRpq+fiVcodeYg7pbjN+ZhTbC8e4ans60/JEc3
Edejr4nNt6UGUcZ6IHFd4h6cEXB6oRQmG/BHax+xofcsLi2OkSrSEzFFHjGTpJgwj0zJFtZC
Cgx4x0HioU5WPQMWlt2GPmESukt/1TIVoUr/AA65nJGja554x30brplzHOO1MJMewy8W+h1A
5yv9wzs3K+DNYBUpys23+pfgNhGNQvZcqBpMi5lKkOK3pGwiuAqvcVaGfD/sT8MC3EDk86i2
3tqiVxkzIlqMYnaw1FxgWXquafNRLJi5tr8ztBe0v2rkutE2l5N39Sys6S/hbSU9KajOTAHt
E1Od2TBJhR9boj8cNo4mIsT0MfCZbyiHK2G74h4WH+BMYGX5uokRyvxAvbgmY5rs3F+Stt7x
MoYGQ0f7L1bsP0zOSqAlwBQVpmh2RDYe5XO2WZax1OZ8y5DLbcaUwtXU7UFl+lLTOxjFXCaF
TjmLR9BeZ4mOLXIW/pM5w99SoZBpzBOQ06vD1KBuReFP3FIoPb3+4knavNT92HNdze4c1A91
3c+otGMRXL5DS1zAx8Q2HsmMlyxYYCfkbj1wuekH6ReyBGi0mofUpaEtLX5xxGcA/XOUSWDu
KSvNjN+YII+XOoCCqzKn9Rsyp3M5lTuLBubTgZS0btgXGPFc0wCb1Ww/qXKvmaHUNYUrGl/i
IJPOFTN2izC++5VOkraHS2R/w6VuAmIGh8xnf1SxWNI7iGGXD6x7UT7rWpaR9A+pRvXpCDm2
Wo+G6HiEWdubEcr0ls8GcEF2LzuLX6TnXxPmsLNQgCBxe7fuXPt2izO+v8QkLpucBB4oxzF7
9zsN7pKsOh5d9yjaVdy333Ea4QD8ZxrUW80Nv+qDYbaekX0+GKfUbLsGxkfnYLnHN9Rh+Eh2
cvcNYyfcqff6Em4KctJ5iYG4s0LjJBM4L1T3KCBLzDq/jPqJbidLnzKrPXE9SrfXn7WXgC+b
+GJYHGHlFYp7C7ifJ0SxoeZnwIWzDOmuolFFlgK3lU+Izvn+KiMQLWYTDzV8RAshShap4JjR
YNwfMqli88mozmNeGFVKjOA2JsZLgI3grNdzCdOx/qLUbHDLYUT+z8zlc1cE2uX33qH3mP8A
yFb0xEV+2XZ5uZhPWVMfvWQLrjeOoKcy545hnlJXMHYd08/EGsJVB/MuXT83MIp6QBxgZSku
piD7HDA2pfUHhtjquaCbp5PEtUj6L5ZmVZkMkexAshr5Yq9CUW9sSkkH+io1G0AzlW/x39ws
vDKb6+WEJc7EqRgL4lzZbBTg5j2W8I8QSLN8geZbtp9niUP8HEd3Wmx9S5to21/9LRenZKxQ
7e/A6lfreqMRWw6FfmOBgZPT33KpywDBFahRl5gBAbmbuYS2VZrEz4trKpYBdRZ9eJpIg8Xx
mUqrPTwua0LbNAOeSkacCTgvj3K1b0AzSF5RkPHqXYwfggheI259yi9UyvUyjx5pPiIFgdjA
DxM80N0q/ZB6iqO54lZ8JgLp8u4lTXmZNddxuAcrAOqtqvHcCJX2XcsvHAotlLB0LzCLDzCM
no1M8zODExcPURMFJk9SktCPIzZzMYyyg9TKxaqYQEFvKZZwA84lop7RBQvyJ8SlFRXmPfxu
PRK8YVrtM0+ifczBFIUpf9xBx0hE1qVbpWf09TLsayr2QFTDj0jOtRxuPaooHDLJ3U5VmdBZ
515YgXcnEYhyPSXQW77LlUmyjxcAEb1uIsx74ltaVvEtZsgdkuhL2QxHBwT+pIAfgYqypJPo
TCuuUAlmQ6F6mX/mc/iJyW2pg/MXN/QI2BfJeaIQWavc8wxpt5DL4hrmkNOPqWSsRWvdTAUL
4HqIoVg2Lz9w6icbq4Czxecaj6y4Fp/7OC9FXLQl2NnxKOfKwsJleTkY+IWTnPM5/cfoYmOR
4v8AEOE8rX5hBmcnDKCAYCZvxEnIcVqPnzzA3oJwMGpp6pzKB8j5hAMhr4liwLl/Xxh3H1AU
vwiwoEIZXhbwykp7qxcV0j8ge7iFzgrkfX/z9A8hv2HuEEW5EvVIWNCV0NzYHyzg/pIPreRL
CwXlqVrlD7uXjSrB7iYxT8oVg5JmfgNQmkF3EKNHHmENq/JKQ3jxm2ZrTyMRYr9SVou3GSJu
M4NJ74RL1GLTLF7pmR+oQOHKnXMqpipnN+o9r5DohQWUN4+oHKLX+Ie3ZfJfTBKmzde5iQJl
vcXUj4mfEVUUBWpxviUOCDVvlSV5INVUWwTPMMf3A0tTodwhzvR9VBrF8XWJ1t33G6F2DziI
lY+ywY5G6HEAjk2ygQ3fk+YrkhJuy6KqU3NA8QsfcKVAOdxqwHqoyoFdygoh0rVyqGrVwlc1
e7gdd6CCv+dKs+vMxFjhi+d5seQJvMddIVRFT3cuCjuBipv6QXZOovk0f+pbvDz/ADKAaYEC
lEWm4KpbVl1KVMdYVOKwfb4mXRmbN617gOKNqQgHNi9fMzJ46amaPLhAB8IYNCvcz9PcVBWt
Qt1aFP7iN5phzFBjd0y+dwJX3DdSBaUX1HvWbXuFPKxe6ih0I8zcLaxXUS9WcNsn8TPqyIw+
Ljq2F+vuIXYaQ4fJqHvbxa7vMAGCpxV8Yhao1KLRZtvIeoKv6Sia1sQdxWBrcZAE4N3x+oly
uX9S6W3K+mWW1DAgSnEVcDggZ6bSvV9iaJnZEzVjEDVWmdPmBoy7LxABgUF47lNvZdJk/cyR
MVl4ixYuhn7yEEp57Qt9hcxw7l70dDU7Qcmn4lAJrzDFYXgWiNG0Sh+zUBuHACMGw9yqJCoo
s1kPxHrBcuoi/PmpqNVB2jcw7K2HUYCFo1x8RXWomG467LKUVT2kRC3Anivv2q/v/wCQFqWb
qayzddbVzHJSlojGt0Wzun4CN3hIemm8PiVE6VuBuOpg85XFLRyG2AbJoLsP6mb0Lxj7qWGF
Xb+IYvI/OOeAs+B7lQKscS9lXfxNmnqIPYjpFQLyL811L12zw+ZY12vamX5YYuqvHUm62zbg
0F6eZad5eKXAVN8XhlLbc2bl1ABxFaG8AbQ8h4JtmKm4zsyJ2TchacO5bYoB9xuDxolKWb4i
KWpzZAH1HUTRAM22vHxMVaQ28yhIO14vq5mg+SXiue5ldzQNkPILcWKjX9uXxNKKOd+8xL1g
mpTbjOFnUXxBhg5j+6DlKdrin5QcnFcmLmlMclTKtue8Q5A56ladp8j4JyKLgcLEvWYDtTSY
VKQC6h3KocuXD3BBYFGMr3C7hVz8OIQAL4xKCOgY8gVzPIOaxUJd8qA/mAxfkeI5QHVy+Pwa
Yziw9jAFuX/yW1kN3UqN2653vEz1BSzuU0y2Vv1HJK/NPUpWq6vw68w7g8R6l83o1Fm99zIb
BXz4lqA4LgIosv2YnBe/k/UqWuBdOXUtbpD8K8TEpu4EVIH0WXfGL235qAjFsVkIjzWZ4HqP
fzw7nAHy4i8Mdk6FA+Ym2WxHEy0KGljcvl3LJSzQHuYODBlNQNrHRF6xygavZIsFsNSmMbZg
GFaeIngWwz/5L+w7ND0RUjexn4jy35SwQJbfi2XzX6U5PMUAVWma7RBQxDgaMtZgu8bqZTUi
c0q/8SjluBbEiCbdXu/EzSE1dmIKhVt/jAIeVeT58x2DO0dMBAuEswLpqublNbLZn3AzfdsW
/cRFbgcYjGfPIBXjmZM3VRjEB1RXB6ZbgwFCsd93G0Dst13P3F1zgs6X8w4VpKP+oO2tQjn6
gA7FWIre2hysblAmM5/EXWXU4M8wqxXkIocfEryaMNw6CB8I/wAwJ9VOmPU4gz7VKAkVYK7g
FVtoH3uApC27uL5EFtUQGJhTiqYqsi3aRr7M9xarfomjyyhlWd9x0VQh3nyVXcCMquBojxLN
ciCBaVBajxMcvMZFjWzAFLkdx4W1qZOLB+JW1i2mP+JVHw1jCHm8AYfmWHzlFvUwNLdrfxEX
DKg4qEB/IHmBsEdkcQNXtDjP12lHAjW85qYnB37gArLmuodXkloJD4D/AOQ0IwHZ8Spe4HNn
WJclBDce9BpZd2qDLUoMy/NN/R9oWVHLBccMFL84KW7HdTbqdkVg07vuEBJQprc9B3AusDcK
bdynPlLHDmaYBjfwlJkYy0nMOTu+ErQWG9fcLYDhP4iAB7csoMFqVipd1dxdwwIfUBqptqEV
CWzvwyl0MNZuXwX2iPF2qu/EcDY0JfyzMnulmfcXYMFRYRVYEY7jL9dkQYmDJxUZwU/T6gwH
EuNBBORFKtpFrI55jMlxHYu+JcZ11K1XiUPCNQHt/cA31a1p8Q0hnbQW3Mj8mYkbO/EzWu3j
MeA3Vu/xGtUHwPzFNPIObfcKFk13fgirld29QO5SWqA28v8AJZ5Xz7+ZY9XrTHUQ0CqOjIjM
ClSXqGgv8Q/OWbrMyC4+nzOvTQVggUp4/wCRCBeXliXzQq7ePERFOA8pqVveB9zaENHP/kSG
b8KFeaUeo7G+kEexvwZcPwdX3OQ2as1HtITv/AvR8Qp3tyqxYzK+dOJoYKPk+5YBZ3wx5gC0
AQr/AOQdS+BZOlyhJ2GExEaVV3ESB2O8Tygwr1Fh2wLtOe6xZGqJYvMLy+Usb1Zr9IKw3oOo
PlV5kLQNJf1Oxl8wBo/84i7ouvO//lq7rzdSrW88Xco6C5TLgjg/piXUcQpQaiOWIxdVKVz4
D34lcjVTxLx68aiAxzDAoHptizFPKGAgUqyf9mUD3eb/AKWVgXWQZatGG3n4gqoNUdV4lAqf
9mDqzZb+4pq0Yx+Bl/taSXCjk3ggff8AhAM7WPSIbPChOR9kwPbyS4wBCd/MTfynP8Rt9utD
9xLuLacy2y6quD4h82UX7HzHxob8zBzmuO2izg8yk6T68weH4qvemXhxMQvI8R8Yc1nzFUCn
Ey11FoIzDVQVR4XDAoG7lcVqHG1+dXzDZZzfdfcSUAMXr5mKv0j0RZ9Du9+ov6gME4FTzTxB
J9S7uR93HY6HPBK5YIsUZeZT8hxKGgYe4uqHCRemDomdte1Sznh+oE105nGTMryh8XFxjwlQ
vdi5kMGjJGQ+FQUxpYiHFENq36jWaO4egOP6lCKoephYfGC2ZXATm4EsLhVb8k2NB1qvcojc
Hi9QCK3t2HqVNzbWxLD51+u43Rdl9zgKYvwymY4E3UjhhsiQw4v+oEfIVhlZktD3/wDBqtls
0rX1LFGbDXxAchfICB7KMH13KKJ5HEQrQHdce5gH2OH9zFhh6lURycFX8EXkIX1FNFTF14P+
wyTRbGK9we5W+biFssd1G0qnGcXHlYXmIfwnOQJtZfgMcfEXVBtDJDkjDPRMtK1ch88RsGEK
rn3PGmKu7l8FC5KolTRPrUQkFYGzqd/AiYS2x4haZt4mQ58SnCU+/wBzCxH7Sx0wY3PdugzK
cdUWqFKqf9jjF2tktS70RLytMo1n0l/+xfo9zk1CdzaNR3l9wmw5Iso4uFOympeaZ8QRqqrb
GTng9RG4JK3zTD+4ov7gUc7MFffKLRD8nsn6gN/V8eIjHtm1b8T5VteP2QqHIO2vMvcoP/Io
VDK1lLgMl72xmNWptNmZcjYeEmFbdL6EEoe0zAlQLxA8Eo3qn/ZkB7KL9x6CzNlX83K2hl/a
VF9es18Exf8AhM2xdVdeNw5AUFZl1mdP+ExCKqq5I5pS1cW0DSArKNCZzODos1FC08q2/UMh
skMW6rcVnXtbevUavJdXP1MzE7tfMy6UvZ6mqDp3l8yqI+g/9limDPz7gJdgZwTfqMAUfiYd
vEln9wLe3W/1DMveQ2cTkCo4OVzwPZg3kU+ojgOZliAOrwfCVF3ZoqZmli5ZyvjtUK8IGOaH
yKvwQsUPYvlnPU0LpNRUqAUmHmeEW4FZ3Xx+4cjliFoDEDDZ7Z3hwuafSpzApsHKeZeCswXt
lEITm8ifEJb9FEo9xBal7XcGJR2vj7lG2Yw4Hq+4I05BtuFbLrWox2xU8lfb/US6EsHMzXm6
/wC5glb1XKHgmB0I21AqanOGg4F9LxcG3xbntmg9izLmWaeeQeoZYNsvEWsVV4ximf0S+H0v
xHhOlwCV6l7copejADdHqPqC+UrggEQNPhmDUNhxxCXZGzLcbuIOixeupa1Rg0XxUxmwWaSF
/JgidS6P7m0DWv8ALDBpwax/sWDTK3r74lYBdcjQeBExamgn/GCAuHCGn5hWyxN9RO2TpxdZ
ik9rkS1j5z3KQSVqMwWquvEPlXxLfDfMuWsHRC1Hf5l4TvRR96hCpVngV4gIx4pjEu0zx1A7
ahcuYRKN3aYF50uZM8+bUFBltczFSZL0QdUE9ozwWH8yhZ8nO5d2pwd3KRBs0fmdiHOAUK7f
TBcNOGv4gco3w8PqLkYMK5OpTeQbtj7g3N/lO8xVItso31Bhkiz/AFFcYaU1UFHaDr/kT7mu
uvcGOZuvEKgDeYtP+EYDf9sXkF2wHzzL3HWfF2xNz4jK7lxAlesQQ3pghXxOY9bz9wtlsDck
ZZGsH8wYBMESBs3Hsc1LdwLtKEORR5smPgPZiV42GXmI4QIUhTEaLllcWY29xt6pzjWYlKbY
YPSjyQIrVlA/iFZyGf5MzM42GWHRB9/iUYrisH4ghyUMF39xnBOUv5plXR8sapPH/wCb23bX
7yS7EGMYZkVNTAGlYIbc71lM2eMjFaFhEoAZ5WUHFP5RopweIFhgTODadz5aA1MVOfHmLTw7
IZCZ45ibAX0iMRma4+IQzM588wA4SqrfmCehrC50GxQxf5lhY86fqAyyKxw/sips8NfUQGeR
xAZgbmPzuc20pzE7a3Rv1AMhVU0gchTZ0RUUtoYL9QaUMq8epVIIC4tMBU5Xhj+Yzpo2fSa+
Vs1KHxN7HjJKRVLC8QiSy0sWfDyiI0Rftc4Bf+xrQDuPPiGcFNleJ2Gc+XhieQ2ej0/+zVHA
u2vEyVLzv/yA4kK4vcqEaMfuXQz3tbqIXJ3YeYcbaykd4DDqHasqHnzM0oYBvUO54csG2b6F
/wBmUNOwL/EbEqmgXmAsVe7UaoJw7/uNjw8Or3GCvIpofCU39F8xjeepdwJ0Sh5iihfScrd6
mRTqWGVl6qC9jNGPmRWNoZi0wGPCZhwC+RYTxr3A+RhWJQIa/wCGDFRzgqb1NrNtVAWWF8ow
5b8++ZYYDxzG2DRVDn8wGt8N/PiYg9cNZ+ZdBpsqslQWdhgywmMhfZMBkOeCiHxUvi5Q9hmd
nRkj9Je4Ba0/U8+CjHyjWHmIs5S6/YR8r7NbiI7CL2RV4NxGwtrqYuPiobXkJkFA63L/ABzd
/mevK9vcFxtMqlV6ll7U1RFlkY83UHVqFZnC9Rm0u0rpg36Jdv8AmWVUyL+owVSq/wC+YKvL
cLxzvMV6rAt5gEDLb9sFYAdnd9RAznMvdkSBzAlU3jiCxAfk48sBBAUx1AlL1W3AoxCza2JQ
hiQ2/Eti30LYuIssPJMTeZkg13wmPpjlOcVNBZ6YpLbJeQzxFwuthDTJKmnEJ8xUKfWNdMGe
z8RprHkSgdd2546i2bTllxBTN04KWbCu5xLkKIc+TDtAHezh8w8lINHzL52g2NfMz6ttgt+Y
oZG2216gCKW5Lh9TM4Nec/JAl4F5rL/MArbSz+24Gk423f7nI48GiEnjDFfqVnEeqa6ixWMW
5ruLWk4ySosw9F7xCi2g/tArxwjYPEk4CiqAgMsFhz7GXFxM2ONM+4ILLo7QF6K/2iKmHU45
ndTwyL8f7KGlCctwNKHvQH+Zkr2h268TyrbOyW/jZ6Y1FRmqgq928TiPKcvn4hOrKazKRTrv
n7Y1Gear8HMul7L7m+uQlWZU92n/AMlZXzvHzDeaKKVRdS2+HiGP2bOkyz55P59x+1GxK+CP
8PL4Wy479kbdz1C5YcTVO4QmXUAb+lxaDMruV3iFBwWIhWfI5PcPQjQF/lAqobDnUyWWu9QW
d4x1LnCnaWBzWyUKkXeARaYsUgGnIRpTP0i2HjmDovZCVX9AIFd2bqCVK5q7l8QferQTaJlO
JS07AH0mAWdiGDNla30g4EB0xruXjdrzXNw8kVByv3F5bk/xNdqjgrCq2KItjBYH/VADMnJG
LVjSttPRl+Mp6icUZF/UQpX4Kr8yzSxsiKtPTM15q5qUaYT+M3HD2Qr/AL6g7PFY/eeYSE7q
cf3Gwke+f6j7oYHP4I6irduPqULzwf8AYehPk3T8RBUBobQGzsaMNVH6KWA3fiOh1qO4nNW8
Cn7mJfS35hBZabMXcpEMlA4s+IRfvGHM+03yeJbToWc/jEt3F0B97g6zB4l6Y4eKZZoDxFWG
XMuc7V9QUGAfTHGkE65mfP8AyLNtPI6zKg8tULalM5Vg4xG8ZaBlcbHUFi4nGFs5i62PG4YB
+YGOsq+2iWRgmplRYx5vuPKLvhMU4ROJWitvjf1N6F8W0EyqStGn3Mz5nIx4hhosZbUzEnd6
JT3TqJ7hUAb+UvqEBNhL7YVgCURiObzMT9ExWBjeLXMVnpSHOF0OBFSnFwvAdMpBvlmdg0LC
0U40VFTkt2n9xWfUr8QYBhlwagJ5CanfRQlXuXfqKgrtieJjdvKWf+SwnS5jMhazfPqATvAG
h/8AI5AtZ+Zjs8tvJMAVLTUxBqunj4ZVW60cX4QJex6QQJZZRcoQiD7QoWRy18RituONZ8Tz
ESLwe4EWkt8HuAOr2vF8w+zNyhQVxcHWrF8iFXLtGLc8xiagOOdalGK8RXx6XKk/KJrjB3qM
NRNW7Z+JhIOmbn4NCNAd2KXfO3mb2XGmwTea6SqgZ5ZnoiXpgHcwlG0DhgDHt2+41hFxYsB1
ee5l9awYdVG9Eik6OLgoB89o6jZx5/qcAmC5+IYUbRYH/qE0upfRicUxzYVzGnF+l7lLKy3O
klna2V1XhUvexHzi1eTn+5rkFaZ4msUp+beY0zNDYxN0YCXKB3PdMsydaX6i4S+i3m4/RAPz
LgBSl3GAhsVyfWsSuqcK8bh4YcvEHSo5d/PmNe5vPUcXegojZMcFrv8A8gOx58v/AGFNMDMH
xLzltTz68SqFf/UvTXW5PMwZUTG3kmvC1Coocnp9dSh7vpfzEcC2049xWAea3CeJV45u2IoD
5TDEqzPVfpDylfk8vMW1DuhPiDxA2wr7m84B/lcS8/gcVHXmahaR21GDgJXhQbROYJWP/uZT
Vdt81Kib8KYKY4GYKNJiafXcXUCtqoUd6ckBB0nG/mHZpyr+IgFpwi1n8ITGWsia2JzU5Mw2
XdncQHY0jmDRatp/8lkYozsY9wcBbYun7lo279vqL2j1ef4i2S+sLxxKj5BfZnIYHI7MqR7X
v6gtk4H+IbFDVQM3m8mKw+S9VLYPfSMmAxGoaP1DXTLMXdBxeqluptlYnzuNiIqjRBSa4Y/d
RJTVVxxMnJf9O5oA5Q291LDrgFRMzE9GMKy7ZgNmE/5REWTTOiU7nlT/ALEWoWKDl/ELaYlE
RsYHdeY9AA3lOTqlFab1B/qGMEUaOi94J6DPJ4hQcbrqmFhcdHF+plYLVTmUfPcmKYN0t2fx
LdZGzijUEvJOYEtkHQ2SzgB2xN6cwDzOQfEcVKIHsqzlhwgcRqCU5jPNgO6OYDy9l2EBwQyC
oZvk2ktR7jd+pnyOkV6uA3RsG6imrduX8blNaTnuZ0R4ZIxdHLEpITa93GKXDFaluClbfuVk
XtubOnGn8y0GjcYWJ0dMplWDRgYJbTf9EXrkq1jPjcujUAClPqVZex0bMueUG7eIuWAE+6Za
/FZ57lZYurs7IDvfDux6LGr6VCFoum2cGpnvYdSk5HMsPKO6gDJ5t2Sz1uUbJYoqFOSuZZoN
P+uIgtIXAy7byfBAUVd6CioaKpDYVP3iZUU7c/DGKmOH/Yqmte8S6AxOHu5SDinl7hGBRVcP
mVMaRt/M8WvQqVcjnIb+EB7k7PiJZx8Pw1BoNrolw4pyr+IKTF0Xz4YzUuHKeMxUYF5nuowW
VUrCeIqijOOHqC1V5OftiNsCKp9QH9DTiobTJWPLEtzXUuLtwHMxKtvBUshnRniiFu2A553c
uAIPZGndgX8iUopbtWO4gB9Ktubi1yLsv5qK/mIwgVrLggliNxqUh0A6O4FkonDOelCLxQv+
kIDSJCHIqAXECg5tH/kt000sSy5HHhctqRLXt6leBkpxv3GLoM42+5WNWc/DBqdyVnD/AIjg
t6zbZKVfC0c36jaJ2DqBYcuW+4WmFrXmVQ6W35gVSVWUNUYqBpxC04z4JqVQ5vPrzMR063cY
jHQ0ldEOhfzOpx6+agAKRs4lTYiuuGoLIa/tKwOXlnFSfsnnS4KOImNvR2MpRRr6XEAWYvLX
ca2YFdCUnyWOGKmfKMR1Ms4q4o9QiGNGPj7gOOHrLPzKcqHQzBUX2qkeJbX2gHUF5RXZqKWW
HRPUXEtd915uIYbw6t7If8tS/m9zAzC2z15X9oJPfEuxb4Mz23wQy9zDGWiGa3fVkcGvIOYL
BCAL1aH+5o6+0hjVDGjLc0uDl8RO7Tq4K4K6UdwWzZCMhyfcWb8zuUIcNdEoE0Uh3Njq3kh0
gGRvruaX3fXcuxjC1D+NxpVMywIJorNQ7uIvI1Ru+2OzL5r+Z3zTrEEi4WfEJfDeWiFLbl3e
YqIdRePMCVL9dfmVvHCAVmay6kYlBNI5S19/EyQF8Gv3LJBrqO92gwOp5O1R4C7dY9zNwp1x
cYFgUt4M+pWMC+33N8gYW5ilZ1On1LlAVXGISpQap/EGo3bnD+JZ9PjF+WEWaZkx4nWAG3Mo
F+hl6viPUNBla+YsO9ly2WjXK/7BlTyuz7giWu13m3iXbOwtS9gW1H6XiYkC4OOCZ5n5ZDxN
ZDJ/aIhZdBBdCkKrVQqAXbYrModkxcAVxy3xA8lywhYgdHMon8tw0AVMK2pbQd5lPXHBNOtN
xGQp4i2fO4FKnp/8jEDpObgBVttNzO4NEYBRlVHUY2cOTmOrZwYcAvhxBZchS6/yEDxTO/3A
ao8hKNWVg36ssgHtNfU2t35d+GIKzLdX6LEisua6O0Bef8xN5LWMY+YdxV9MIVTDbsfUy25N
IFFu3iGwR8wU+Wa5lb85OYOS9F4loNyc0/mJ6lvH95itb5zficq9wVq16VBan6l37sgFirP/
AGpR5Lx57iK7yD+4YFvY7fzG8CwQ/wCuChZ2+8QFEaZsUnZ3MzB7J88RLjJB5aYxbLbubdhL
sdxOUO4hWHjFwnMWFYbb9IUugE/hGJ0gFoPzLmicWy+UgcMYj2dQDu09BjanC82Km5xgWisN
i/j9S4uZMV4xFmY3VBEAogUoqN1ZDZLFo6Dc1qRIOPqWNLh1s7NyqTwC2/cFXGmv7l1uXLKN
9r+YZMP0QOe/xQqMDenqO7f+p8sEoQr4m7+IxsB1dQEwLC2TClHI7ggfk+e5Wtnltr9RLA8h
z9xgXSLb/UVxVhPLxMKw1Q6xOxQzKgHguzmEG7c7/Eft8cEc8nA/mZOpl0u6PMVKekRYdqfU
DjCpqw+MxzmDo9xawKdh1AS5BEcr280y6LGCXI7dbKf1GkMOHSXCg+84jVCuL0lFFLU6Q52m
Nj+ZQYLgZdhRWTR6mxAjw17lMgmfZ17IJqFDdPxLhlrW/NxAzt0KwR5OPklZGOBiI9H1B5Sy
SLdLLZHgPxe4hGGvUe5Yjx9NQO4+sO/UFK5hur1c4hY3KFuaeampiw6zM7xzDMq4PErWX5lT
KhkQM6lYgDVfkP4nCcTGIENZa5hWr9QjtWdUMSkbOY7hwGRrM5sT3/EMr5LL4tNXMn+5Zt/E
R2Wgwqi7pOHauZpjZiexuIBeQFfmUZfL/qj1WRld0Tz6F8S44PT5It17wD/UKrvHmGuLHbwS
8x+FMhGmRr1KiqRvqGw4ghAa9QA4DPaWWnFyi7BaxeyJApZt5SgyDw0eLZgSthQr1G7Ta9E+
Ebviu49ihmmrYm2vHklrBxh+CaJYC5XSDWbqZ9C6HXt6lwwuDromhQV2LZhZX5phdaEf9lDy
4eUKDbF4HqCwa7qJkXDWg/pGrrwE0e2CFy7Bv/Z1JJZA+oqkGgjruBVzFnGINH28/aA9KbVc
utLsCwviPmjY79JG14Of8mEQ+5jth3+IiqgcnMyG3ZTB2DqOVhNVXePqNxmzRDoVHVnDKfk+
iAyJy5eZpGaAl5Sc3f8AXCueWmrPXMzwYyD9TDCA6YhsDQeY1QOyRAFPuEZ1W3xAbXtceMNY
84oHDS34jNlXRNwCrJvWZT5lelwoR1BTB3K60xp7RTAfmUjoWdG4l5mPUc7YN3cTmrl1qNba
mG4pRdMeIuOw5YsbXPEoVG3HO4QeD0jslqYaUIJZpBmrZr4mw9kpMwXql/8AkzqNOi8/+QRg
Ti2/qCCF4jsfuNJFSP0twn65LOM4H+KthI8ukP8AmxAKzSMHKMNkLOPqVzHg4s4Q82X1M3bg
vxXUahncN/zMgsbuqhOnVlPPzES9DCd8Z4gu0p9vfUfRnmhfxDHUwcKuM4AlfylhhKhlXTUr
ocDZ/ERSdDBlvmAhQ40R6MLso/DMTBbHH3LaIhwzkr/xKm+eLUArR5PUQaAwaQotP1NRLlIx
GKOJR0rduo4qzyD4hUKbIJRnXcw5gF4F5moqOg/M5jEGzucom5fDAuxHSZErrGnDOjECKki3
DmGrx7lLpZmjfsl2+XJiCZsbWBYp7xKZUYBVt+4FwW347n2WKhCAODBjJe1S7RRRW1lP0v5z
A7tVe0SdtHMVTV9zmvh2+pY/m/qYoFsTXAq8m/RLJBb4E93Qu2Ozha5WcKb9KjFZ4DdsJzs3
5v1mKcPMCtOz57JoBpZf8RhTfyEUjwbf3MEBUTeeInTcr/kSJejdCCk2Eceuc5gmQe8nmZUH
l+keIXSnfywGxVAcX7PcCMBGNl94ladwyzAqi4lV4TfP8y+c5F5r9w1SM0auL7cEe64naNi1
frxN6MtdKbATqufcqbFrogUHQcT8pqlavnf8w31b4lnQGrIj302ymSPJYjAeJtRQ7IDpCUQC
gqOkmdPyYMWSYtjMLL3WYFVOPLMSgsi6gAe6aZicpThjnB0uIeNtn9kzEcP+QaxzKcyj+SPz
HqBL2z+OJlveHh6lyi4UucrGfPEYFNl3w9eZnqzr3CxNc/cEZGxhRwHUtbSWXiUbFvQjg4HK
jB2UGGU/ihrcZYHxKNesy6B1r/rlmmPJOP8A/Di1obNfiZflduPzN1G1FbvzMElGQZjnI6MB
8xdc4KcX5GFREtijo6orouE0nOPHd6jI5OcfxiYVBdaY8RDeePH3MiWXasepaz2vV/O5wIzu
0R5Gq3qpbQbY1cUzNZciZNzhv3Xc7v0o7JoGMmL7ZcpdcP2lKjm14HyR6d/FUnxuVwhtQ59x
7SfEzBIFlWce5Z/CKJs0TiZlHgeYqmy4LprEWFr0St5C4X7JZurOphKocs5zgcxK+EXHKBx0
wg0lj+pjaEObUn5IKi5aeOqqV48gLMS2ioLpgfe5nfpsNX44hR8juXpWH2TQ45ZRVgu+/EAB
vHpC045R7vmcl53xOp2KjlG7GYW9vHUrX64zCJyxeOQdkziUc7z4leOX9w1oO1V9Trj1xA0Z
g6VKjX2Ul/3Mt7JxLUrNN/wlFYOKXl4g9PNViyDI3Rn7hEqW+qRG1PI6ZQsA+D4h5UjDNAgF
WYgBTVX3DHHOA7gylp5vqWIuwu8PiLALUj2PM8A5WUWhaZLQ9TXAQiqBwjlfGdRbvF24mc1+
13HDc2S4e4Y1O5E9w2Q3odG9zXvXFhTQauXt4Ygsur3cMTk0yxs3uUpWn1L1rysEWqq8TiJy
mihAaqKyzNGBtbL9SiWhWppuibXWplRpOZlRh7Jgv+H7mYJXDNe6hfEcUseYTdhSplDqrln5
irndlu4N3Ba9zZ44f8YIWhd9ekTJnSnglFQv/jHAwUMVM26R26MLzFZDNontzdNwTR9UYu+G
EhQ9lRZSmdaIYOH7S+mdJ/Nj8yyXvLtZHZ8IMLDRT5cwRCUw27itJvGFRqFSKvi/xOQuGVx6
qJgr9EwQVWw8O5+ZO+I7WW2+T5ll7uNExgOPzCCPledQhMvkgW0GO/g1A4gGOyaROAHdvMH6
W7fQM5mMaWy8XU5RKEceVQMk48lIsAgGGKja9/wO8R07tPN9yyZt5/uDe7VKS4ULiZraELGP
McxxWszCW1KCslOSiRAKtmWoMpkm3McUM3uW+bfqKZKIFDkmBDh0MUrcehKfRKS3W9v5xHrV
s7HUhGi/+Fy+KhgX4ZYEvglhXVGlFdNZ+4js5iRM5GeiN8xYrYlPPlni6JYGq/CEMOIQbuLE
fg9I6httr/u5jpJ0wy/syJgxW3lP6SIGjxLZKxBouTYfxPNMzysVlii1x4qaDo08fmWTt2/S
FegulvUs5sq7MBgWY6iGohgdw3aFENy2KactRG1GbeH8wNwB1/sYCr0zgiovPPL8zKKaALXy
aqKYlbUNj4GWvohmXV5rdwlgWwOP4ldVxQisc4hwUlPCCgIGljPsl6yod4f3GaFnx47mSgar
yLFI5F9lnFSggmPjzC+ku/xEtR68yxA1B8HMsrc78xZcK0wvlMTfmAvGco18kwWceI5st5hd
EjqFcHM0hhpoy0bcz7fyb9Sqf+/UCi7NDPpilnTleHEvy6MGjwS5W4mzFADScrGJkB4xuuDH
mVpeXliLN2ZqLiaOdy+4sWqAZs35Y3dTxiJlQeOmWJS+zXnEzKa48x2Gl9poQA2b4heU1VZ7
mBa2+ZYa04zPJtuYZwNP9m8GPt6jY8mdXUDLsarNdjCCz4d113C7MQx9moahPm8ZgrHHIMLT
U47cwDMu14e+JyhZf+cReA6kd+ZeZkY8MVMbu9cRupb+X7jxp0MoarjIVrEfgo+yYTKEFm4M
yy3y/wBEXSml114vxEJiLpl8yoB3ZyTmKvvPVdwBHWlqpiFY4jpOs9uNoKOwElL2E2sqoZXh
eko/ghrMkPM8RViGUrnEPFRaR8kfsL+5gPPOCPSjgMXRvhRFl7u9wNECjwTeG37wDDHB47i9
BKEUEVTBzEv0akWhqtwyGjSaxeLCgdMnmafHdZnE1jdNI72zRL5Mc+oQ0VZjl/MxJzb0gY48
IHXmHZXoTYiKuAEqmPGIABbi/PcXpTB453Hsgtz1I9q16I82cRzH0KeR7nKi5GZzTbpMKTbX
KAKDmGrY4YKs4uuqiUcCMX/cdspsP9xXwZpivUD8m/xGnIv/AGIAB0N7lOY+A+onzW3ln7gC
zXZzKIejM0fiO3681Lo+il7hbiPtLIiVx0r9pkkDsOa9XKcn4HwjLG1Q+YHyrZn7g3juDz7m
U9i3xO7CvJL4cDuXcXcqbFy7pndwQSnm5mYbrmNTgAsLVBzTB9w3Nf2QT3dr5hy4M9D1Kqhe
2N6FFq+4qSlac/HENew7Fyy5ILQSKdgQe0iXHz3CXfIcLf7K84EXE3m0FjQ3bLKlgmt5l+Sv
O8hDerlS7+JqWBfBph0FB8viGDk+2CDUBVuhv2+IdilMXxDYR4G4FmpuiuIlQUX03zDngrbm
IDToSaOmvU4Ljh0ZvuObTiBmZlWalf3OHNXH5hfld3PmHyhLd/iY0gnPaVRIyaMT5yx/Ex8u
Ryg4Nbu86nEAowwT0sLTR3GIUsOPuocpetzlfqplzZperRY8jLAtdooGfmZyrDumX4nJi8M6
duZkaMU273nUElArbz1UtM04NVDWadvxKYLZ4a+YqsUUL/Mu2/GxR4d7/mcnEStVFWchiiJQ
o7uLU2BVuRgdIZuqvpAZ8qJhgIlr1C8S+EOHxSnQWfhHZfmDHi5UTnlgrbhFufxXLKs9HCf3
A4zY6J1B6mvUCMgxdyuOeOIO5avDwnK5hzCQwrmkPzAZq4veZaiBsb13C1LP/viKLE3qypj7
UYBN7zzBQrl669yg23W/8gI299zEBfAJwa7xjuIxOEZCX5lHzMMvt0ufuI/iCRDWkyEoTRrp
mzuKChzVxb8qc+SZRo4N17gAUcT45uZTkW+n3Bgx9qiesx5OPuCvKOjz+JXRabxce6OivD7h
yJem5n/2URvvFuYlMFt38k0ijk5fZLGGgf4CQLUXZ5fMrhYlO8eUSFdHA9TqjCf33M7DyOu7
hLMO6+QmILXheIyxY7buENCYB4DamWQDylKN9NMdHW4HR9UYabWJRepZX/I1CLb9eWigSxaW
m0qJT71334l4LZgKV5qA1rqJKoM07jmJDY3GaIchy9Y+5csKbqBZIxNYwo/lAmcOYC0DxsFw
iJMqbzX5g51fVn8RkAptV/aNFKXvkZ+LMdYw4P7iOqqb5YamwM13CLKPUCVTq+D5mMAW/RGz
XEfxFwK3Uiv54qCsD50l8Wd1GF3PCmVxtXb9agCu3ziYPHz5mAirrVsKyKvT8xKRpnllLqmt
8viN7GpdPxOBXin/AJUDe5Gan3RmfqFtZehj54j5QWqM4mJha7nIK9k64OiH+ykiO/5QOjkA
bqZC57JT+VI3UMO5bNfMOGlDBTKPi1LWDqCbl194CvIbJxfmZrRu9QJ4JbqOysC9u6gq4PUt
PMtxo0dd3DLLzHFQNl4ZItOb4lg3ioV2FuGMaOJZpRTZMgcIVZJtRWcTfbc+PUKXCOFo+4jm
s9TNTDMAKZLsuC6TtFfrcREU7eL/AHOEnYupnBxxUMBVzW4SFwbLwXAbAPLXxAHlxp4loz7z
rvEEqis1eyaK7uiKK3jOEWnkD/JwkNguaQJNDO7D8zBXAP1MXXCBw2leVftNmDkuclu4dufk
Q9oFhXysmziS1fyieAG04+pYrTNXo9Yjg3yzVfxAAobK4fq7gUtT1qmtWmnddysoo4D8ssky
umGzm5r/ABCzfA64PcoR7cPHiGDaa6X3DWW3a0eHUxE8XOZkS3Q1Z7mPbd2Xxc5UmY59cSgA
NaplN1yK6gYui/6GY+6FE1ctArfR+0pFADabIblrkv8AiKgxwckpJ5Dk3FqAsxbzACgb1Fva
tdGUhtdvGI5S3s8MCgmX5latvgytK4bqdAruUUccxFEJDhxu5wQfcyt+spJh1FpGlVFusjhb
mAqtMNvE9BYOPySqCU1Wb9sxiKO9FdTHVr3jUbyZabomPmwXx9EqF+wslmBlp3B/mHEOofjn
3LruKNxdkPxJ4rYcxyGPCDe6F0ZIwaUgB2d5R3wXimByqX7u8RQFQ2Bf3DG7c6cf3LyH7weI
kYRX2++4ykb2DWPxKwWFhuXPDdxwNT8PudCm6Zu/EV2a5RmAYOGj8T5fpqUMgr5IF/RuoQA4
JlzxCl16mTT2mTErgt8mkyphb0q/iOxEWAGJeopcjf8AxLXpTgNgtkimPgVgcr7llhH/AA7h
qAxgMtRlNj/ELmq55mVydMfKGJiBxOUKuVS7eJfPoGEsUFZeJqMH4QS1PuZt/kSqLd1SBAVw
FzeQGccwIpvxChrjwnxi7n1CxupkSaivSuL2OsY/9gFjO0CCzZxxT1MqqAx2+bipaFZHca2i
Y7+p1Iy4wwh7oblqm17lKP4VDXa7v4jb4S4oaQ0WRAb01qPB0PBBW93E6fKldSnWpW/lqGcS
nfE4fzMBkThNsMbuDgPgu5duWMW9Q81yXzKfDg/ZmkeNZ/MwF0bNniFFqr04mXz9NbgTMteJ
RFhzfgevEG5O7mI+Hont2YqPkeUhsjmdr9wcMRm8vdQ1nA+Y0LGoalhdyU4mVBPOJWSlPeoG
c6+kPmU9TsiBXRBAbc2XEDXiC87rXXuLSvI8RvtRB4ioAGk91WZyGEYFONE2qadn9JR3aMw7
8nLVTQ4gg+zLAnwZhhKFgC7rVF1Fx9syvqPu8S6zTySsY1pfDLsjJXKeCFDIZfKF+C3nPzK1
Fq+E9cSz/FFC9c9wYLW8PEwrLpVfH5i4baMWtYu/6iAttf0Q+su1MgoHxjx3riDRcEBbUcqg
GbCU1WWXt3O+ZyMLGeIhQzcJrp0znj4T1tiWrBC6BN8tSmjSlau/4TWgOgLvzHmLZfUgFUeL
piHDw/0TFdxrnfmVvoYqc/uV5AeDXqVEnmMHzzNYcaq5QXltfLzOYUbpnHEA2aq2S8oc7zcV
cAp/UBgBFzg+YyxQ2ZFwrezrrASAXBxfmWg0OXzBK2tL+4MfQ2+5TbzIL+IlXbOvwZigKKyQ
PzuVpsAf+4iWEnJzxiKUWBBq40t4F7g02X/xjbRs1TxMN4CjuZY4WZYp4CvU4DGsJU000Y5g
2lqNdbg7V0ZxHRY2QbGaXfTChlYad3Bjps5X5lOFOoXA3DSXvxGwmvg/+BK5J5lTL22xbgQS
4gBy69vdRApW1OotkULQm3D1GtbvmWAZHCZxLry27m0BS3BuVBIL3OxnKZiBA2coIt44W5qg
9qibT9Q5McJvp6mLYrLD+oFsMm1v7izEYlttdkZeK4CQ1BJZzF1N8jmaINt/5K2WV5YfUALh
8Xv5jYMyBX8JkaFnHCOBIKfMtLgcdfzEAj+GY803wNtzAA2ByZngyB18wvE3uFhYEkOq4tAP
Ld8omisgyhxyDn/vMqroDf4mNo3f6lMprw/MVOQ0zGvdaCwrqhsVj/4BirXwQNGAOv8AYDYl
8QEMQaMN8BfcQ4aP4S9Mav8AZYpaOLiFyBh49zAn9mAkZhtSOQp53uZzJBh39xt/4e49Svx5
mFROs3Ne1o0fmVZQHAlK/bzAaLO2Ym8Mqzsc5LvXmNftxxLeMn9RBHS0JcDrdTBHNYYYsXlm
4tYB56gGgdrQ3JupUDhpKwWJlNk5puCzC/PM7RzjFMkfYQl5Qef4maRRsLfiUq2Kp/mAFG0d
vMeOpdjn3F2ywOhZtvs39xs3DeU2aTvJ6qI0tFYFF/GZSCLKZZ9WxbKDg8TrO3ymkBsywjte
T3E0LzGIaBlMHPpm6w1RnUebHK4zN8bDQgMSeefibwdmhPcdEBbY/bEWuhsAnNq+CIAi4Edc
z+9oQYJ/zMAaLZjdQOAteI79npn4oUei7dSodd25uDCEAVLME2FXLBWQSodOKJDExlTlOvcR
FqmDxLRYcoacDPzKId6ofCHn3Bo0q2+XcSn4y/BVfuVWNkMsbepLlb4rLRZ+ItoPFzBiXDbW
mXmh9yoG7WYEFL1fEHAeErVHynQPM5WCjdZlbXhLKy15mehhsi2KpqAxL9stqyvLiXAV1mvz
zMCnvxM8zyGerg3puA3S7JchTczqMNsTzF6MkxqDeQp/czGI2Vz7dwHgb5vkllLgGRZ4lOtL
1UrLZXTGUbblwxAAyJZaIWnpt/kuuqYsF8YhqGO8uIuzabfiGHulL/hLcW8NwJAbG3HriYrc
+N5mMA3TpfmFqP6VBr0dtXCIRbzwzJyM+0xMPLOPM0D6Wcis7Zvu3GYW9wBOA1jiWS+UNRFW
3fCIJ26M8sYMYjGl79Slw8YlTFEyN9uXmWhcarh1OHZ9j/4MCvh1MxhAQ6nhnRrMJ3hqoF0c
8S2tL5ldbHuLLbw1DX29T3LKky8l9ysOx+pULWcvmpVvc07nQEySy8ETV7WxdygXgTLc5gCn
Lu54BhwGuJu1CFFKvL/zBW1KzwnEKHBu+4y07B4IpdWROD4jAPIBz+4VcTnPlLFykw5+bhCA
RhYfmJObhMV5sheXPcL+Y3oXTGTLFRmJm6qWAZ77Yjb30/UIcIMh6lGAZDl8RZ0pg4ZcllMn
cGk9KiWUqcHL5mGB1fcD2SyjVr8zIhRuqv4lVpp2/uI1mFhpHzFxzHI7r75iiZd2P0i40iFO
ke4AQy5qEYbjmegnMbSwsD0c+pQvxA4m22FtEbOSuizcQUqjLLC4L/4iZEjYdMv6S9coJspe
/E0aBeW4CrJoJbytZrXQ1CKrRoR6WNwQ02BceIBim5QB6TIXmOBXy6iFBAg8jvECqlLtmUuE
TLYq4aiAGmrMwWWGM3G3IZANZRmGl0mAW3mIezFPMegr1NT8c3KgY5vNePmGmzYZuQpSV4Xf
iVMFNB/cQ3cuhHazE5DXzLfY+uGc8q8uh6hFDusqyXbDiwzBX1+I8dQ7PiHNwrumKDOjSn3G
h3WxwS4Kg9vuCstJm1fE4MtzkfqZus1Bo38wjXV3zLlbGwcTUll5MeJlYq+OX1NwHJx8VO+B
b+ZXRo6L0RyVosVZoEmzvuU8i4Dn0SwwrRkvzHHa73jmVkQvO4Ki9AcxagpyXqOMTdeZrVXZ
2iTQ5MkW4Ob5fU051Xq4iOT6E8y6XeI4KF2qIuLrUDDh6NMbu6erDKA/wlS3Gzv4lN4B34mT
JYupZ8r4MkGogimX4M6goBbvB3xGORg0sQKnKYlo8ghlPhJhjzNrd80zK6W1BFAz1K0ZpzMo
cGZzdFhAA1zrWGN19ZfUWuEw3z+ZS4PlfmVVPGVf7h6kbKzDFN2YzTXxFsEk00P1LB2T/GZX
Gi3HuBK85dRmoI2DDEJnx6kwgtYYT74iSj6lQPCuJVW4OIa4LNTv4hgXOqLZW4Gn/jHbm0wu
ktkID23KQUX8w4xC2wnqYJedPcsBgbeUmVs7rVfYjImKuB/1RATe6t/4ipWcDwS2oe4IvfPc
qk2WJluYYoGsrljWCfBFFc3z1GBL2RVC7ELbU/LEub5CI2mKqKPNoruVCruP4uBQa5ILB2yS
ruD8PiNW6/4XEVa4HJMZZc+40VDTUv3a69wL6t2cQ6IuatDkTuCdnEpBZB8fuVoQrlm3o4Ji
bydkS/gQzk0GSCA7e5lEln4EBPrA2y25m3DMH/XLe1/rKYor4c+4sFbeSIe2dkJ2fuOimOF/
UHHdNf2R9k4ebZlsBymElgr0A/4mklMZiQ/FiYgPW8+2K3T9+pcMMOnqpavMUwRB8KsxXPh/
O42DluT/ANYjIq0qxvvmAsLQW2oPCRz/AKkIW+Ns1hL7NktLpVxiLCcry1UJTgd3u5wUMc38
TW30dEaBA+OpepnuIrLuMir7WCEq3wP8Jok9WzQT0cz4oE0U5NxABk4LXuOgtqOqFa363KK1
OfDqF3Z5lWWn8mUgeQZklBZrDM8FZrZL1bTgKigkF0dyl8auPEXKZwi5uGjxmAOhYzuExX0S
xbYRdt14jQgZ72QNnz8wFH0xQ0Olv0TJsezxGsPSZ3HuUunxFWMRAJU33MiI6QKUtZDj/ZkD
fJZnD/8AjETXDllbgleARx5K1x5ZkElY/wCYAOQ5Gq+SaAEN1Ck9zjBvdx8TnXbj/Nylkg5p
RXvuFmHnmHKzVhaAG3iGEVWtxR8TOWqxbe2WAM2aNzAAC8lvcsQBXam/F+IAcOThMFtpkJ/M
SYAsLlEoQ0/VTR6fX5lk5uWNA5heKhlAsjuM7e+Uv8QLxiNBPOiUpypnH1K8/EcVN57D+oK4
xGixkheVwJ1c+vUKvzCWtNNpYEqtJXU6zc+Zp2v2mZZXw5quYzXnmx7qOhirb0ZgHBSxgA5n
ED5lK5Vz4gfadJzBDN+RMYKF9x5bWx1FRdNnEFbOOJTgN4IaDHDO5QPMQt5WpQeS6iAIKwR3
UKtnNs+YRVOzcOyQfMyVt9psjfRKz0u4Rthhyfy6lKrlazweZfi4DnH+MOrmGqx8jCKSBSbq
52/Lxcszn3rBBdwMDV/SRFl24/bEHZhorbL3FeB/KFpya6IbA2Vh+IHVwMlZr5gDdW5BX6hY
Pmb+JgFovis+SOB/Yi3+44czM52RGMaWNVTvmOzTNw73OA/IP4jyp/5qJC9FVjicO55lqA70
uty/FHOUNMnFSnAG1Qa0XUvVzc7bY6KLWz3F+Qq8RIywbqIcTKcuKdQwuuODdHzOGNOcly+t
cY9SyeX+IgH/AIMVNaLcW3Kkuut16jB5R3cAqDtZVAagOQeMvG3LwzJDXIZa34zA/GPcooDs
nLWPEcMLXU23RzDlYyfMuOibAeyOW6cZuEL+7qL8lw1G0OjbhYcC9H/syzqbDqCg1Zl7m6Vw
ZbG/6Tn3VfzKSoZX/gihpPspRvGn/qYwrEyrv6lt0emn3KOScl/5EBI9s/iVVWuE0+twoC7r
Icywzg3EM4ORYH+ouBqbDFzqLyNyzEFjMDNoZptu5fBtqLzCHkbtxcHOCUDYi2iY4L5uYg3l
ouFXja8viJ+SXcDVOW7/AEjZ+8GPhimcCI3kIavnE/MAK785fxN/Gc/5AGTqDZUHkl2K2fUx
6+iWqzxpJa+8v+YYzdpLVrlgf3DiFXl0mE7SlWJS1ptiqMSwOpTW0K4PuYA1fbA7G3og8g6X
uNZaagoqU09wobOG8TScsDAMbQCkpzmCwsEjSjgu7lWauyyJLUEteaYCDI5lneEY77htlNa1
fklGbwXXXBxAjI3KfzDbQuC9RoCkgyFe4nLBtQG4lJrlbzrEf4X8Ie5eRHEXFXCJY9a17eYY
dblr+KhoWELwcTE7YHQqLR+0ld9XJsgtKVYXU1aX94/uDauH/kMQ3FAZePhl3qeQzfuALHbz
NfNc6Ev0bS5lXMwPY5I1CUdltkxzbkhUi2VzfMWkmiWn9xzdcNHMSwhj4LBv2yvlKy/EHRUq
uMFVtIUiZVbMpbfmpQwMDKrdCcILM0xF0TwwKlgnG1SApc6ZgyYz+pUHDsQ2PGx38yw2W0VP
T99dTpG31DbaMBx7gdQY/EFQ6zsZi3l3BuTG0Gg2+tygssnMAUaLMS2/vQsx5Ln8xbacHXuP
EXLLUYsD9ycONxmXy6RvHIdy1grk8V5mRW5IWdDmv7l9o0gRNjBCw0XeC8wT7PUeTvCyFnQ+
ZZ0BruXbyTtodPM92YCrloCvKWM21fiBn/j5gpUHWEzIA5xzKCxW2GZXYfBA7cFV/Ny7O+Bg
hmhepZZYbxw8/csgELasVCxLsnHpdy4oBzv8S8cc5i+uI1zjcX+zCiziv5liXC6YFQb1DrlO
EGM1uODtrv5jsM3hJk2lNVHsXUQ8l4Sgpww4gNsmMc36leLDZVwBaUPwJVL+FZqDauXzj8QU
G76jPFAasvZwe4QyUqEmvSwx8xsUHOLdgfxBAPrzzUQg57XVywFzp4R32vIjTMhMnE4IE8og
l7EMIMNXK0xHFHUQpZUEt0dDO03FdwWwOqwzLkKPnLqun4QirlvNzOAyd2z+QPMLXC7hpNHl
hTHBrEw2/EvcLlLTV9TI+SvMWJ2wLAUnKR5sCzmXlsr+ZgY2ezMVNue5ji+SXKhJeIpa0Nn6
j6TTeEqaLctNfE3BfjH1KtlGcFwQNJ7VLyNnslNHLsM4lKvwufzHIXyMZuWLV+0rEvoQQ1Xl
csrxyKG4xei5Q2aqA7ipXE8dxUusOIxwOw/iBFkWz3zDXIC7vcDvL26iUXRzNqs116nPx58R
bTBpjns8upRQ0GmfmFVmvBA2GC0ZcoLw4M0HQxN9twDn3CEGlAGX3LW5AzA7aXjxAtFs1jjy
zCgvNNMS0Lde4Rw8SscXknUb4ckKmeNRRnTlYT56LrkdpmgPBqYMNRBs3aNxI/Uuw6bm7jSY
Akx+YNgtdzW2uGDD7FQxVFZCBNaPmPng/wDXLVYHIbmAOQx+4ExAw5C25XaG9vhxHIc8PP3E
9TFxjW1GGaJaZv8AiNoFNQLhAi0z8R7dDsJ3IGBihMciYIDkPMpdWtq2dQJHoJLj0bNyisDX
DKYP+dxUHIe38QBKqyJSh1oeiNMbGUw1NJK2HGfPMthrEAntE040aOYlCsOSIjiy4t4hhCmN
aHucgLx/ETzVTYxCdvZqFvTtK8hynUYSUqrlIplo5qGE9nqchbjCpoc7nsRd/EScJ3ncb4g2
RLZE5CkZf4lCuLziVgb4g1abH6h5OTuJnxFVLHz6Fylly3V+5lYARV1MivUZ8LpBpgPCZheQ
O4KYFxc2eKi42IbLT4irzrmoshbNYuXQacShEsjbya4zN1DW1YEDync4HhUscNMPU1RrZxLV
71U//9oACAECAwE/If8A9Uh//9oACAEDAwE/If8A9Uh//9oADAMBAAIRAxEAABCSSSCAQSAQ
SCACQAACCQQAACASSCSQSASACQQQSSCSQQCAQSASACQSCCCQASASQAQQCSSASQSCQSSSQQCC
ASAACCCQCAQASACAQSASSAASAAASSQAACQAQQASQQCCCQSQSQSAAAACSACSCQSSASCQSSSCQ
QSACSACCCQACCSASSACQCCAQQSCSCCACAACCAQQQAQCAQACSCASQSCSSSQQAASQAQACCQCQC
CSCCCAQCCASACQQSQQQAAQQSCASACCSSQQSSQAAQQCQCCSSCQSAACCQASQASCAACCSASQQCA
QCCAQAQSSCAASACCQQCSSSSQCSSSQCCSCQACQCSCSSCCCSSCSAQSSAAAAACCQQAQCAQQACCC
AACSCQQACCQAAAASACSACSAQCQSASASSCSQQASAAAQSCAQCAQASCCCACACQQAASQAAQQQSSS
QSAAQACAACCAQCASASQSAQAAQSCAAASSCSAQCCQAAASSQASSCCACQCSACCAQSAAQQSCCSCAS
SAQSQCAQSCACSQQAASQCASCAQQQAAQSAACACAQSCAAAACCQCQQQQQACCCAASAASASSQCQQCA
CCASCAASCAQSQQSCQQAASSACAQACASASASASQCSSQQSQQQQSSCSCAQQQCCSSASCAASSASQAA
ACASCCSCSCQAQSSAQASSACCCQSCSASCACSCCCQASAQQSQSCQSQQSCASSSQSSCAQQCQQAAQCA
CASQCAAASAQQCSQQSCCCCCSQSSQSQCACQSQCSSAAQQCQAQCQAQASQAASACAQSQCAQSASSSCS
AASCCAQASQQAAQACQQASQQCSCQQQSCAQSCAAAQASSQQSCCASCCSCSQQCQQQSQSSSSCSQACAS
CCQSQQQCSSCSSSCACSQAQCQSCAQSQCCSACSCQSACQQCSQQCASSASAACQQAASAAQQSSQAAQSC
AAAASCSSSSQQSCSCAAQCSACQQCACCCCSCQACCQQAASCSCQACSCQACCCQAQSSCSAQAQQQACSA
QAAASQCQCSQCAASQCCQSCCSAQCQQASQACSCACCQAQAQACSASCSSSSCACSSCQAQSAACCSQQQC
AACQSSASQSSQQAQQAAQSQACCCCQCCAACCASASAQSSQSSQAQQAQCAACCQASSSSACAQQCCCAQS
CQCQSQSSSAAAQQQAAQAQSQCSCAAACSCSSSAQACASASCCSQSQQQSSAQCSSAACQCQQQQCSAQQQ
SQASSAQACASQCCCQAASCAAASSQSCCCASCSCSCCAASSAACCAQSSCSCSAQSSSQCACSSACQSCQS
QSQQCAQACCQQQSASAACASSQACAASCSCQASCSSCQACCQCSCCCSQQQQAASQQQASQQSCACQASCA
CSQCAACASCAAQAQSCCACAQQASCSASCASCCSQQAAQSAAQAQQQQQCQQQAASCASSQCQAQAASQSS
ASCQAACQASSSCCQAQQSACSQCQQCSAAASAAQCSASASQAAACSCAQQCAQASCCAAAQAASQSACASQ
CSCCASQQSSASACACASSSQQSAQASAQASCAQQQASQQCCSACQAQSSSASCSSQAQSSQAAQSQQASSQ
SACCAACAQQCQAAQCQCCAQSACAAQQCQCAQSQQSAACQACSACCAQSQQCQASQQQAAQCQQCACCSCC
AACCSCQQSAASQCQACCAAQAASSSQSCAQQCCQASCCACCQCSCCSAAQQCCSSCAAQASCSSASSCQCC
QQCCCSASQSAQSCQCQQAASSSCQAQQQAAAQSSCASSSCSSSQCAACASSSCSCQQASQACCSAQAASAS
AQSSSSQASASAASCQQSASAAQCACAASCASSCASQAAAAACQASQQCCCQAQQSSAQSQCQCASACQCCA
QAQASCQCCCACSQSCACCAQCSAACAACQCASCCQCQASSCSCCQCSAQACCQQSCSQCCAACQASACCQQ
CCCQQSACAASASCSCQSSSAACASAQQQAAAQCQCQAAAAQACSQSCAASAQCCCQSASQACCSAQCAQSQ
CQACAQCQSCSSCCSAQSAASSSASQAQCSASCACSSCQACSSQQACCCAASCSSCCACACSACAQSASSSQ
CAQQSSQQSAASASAAQCASCCSCAQACCCAAQCCASSQSAQSQSASCQAAAACCSQSASASSACACAASCQ
QSSQAQACASCQCASQQACAAQACSAACQSCSQSSSSQACSCSACCSAQQASAASQQSCSSAQAQQAQASSC
AQCACCSQCAQSQCAACASCAAASSSCQSCQACCAACQQCCAAQCAASCSAAQCSSQQSACQCQCSQCAQAQ
CQQASCSCACSQQAQCAQCAACQCQQSQCCQSACCCQQCQSSSQASCCSQSSSACASAQQQASAACCSCCSC
CCACAAQQCSASCQSSQQCCAAQQCCSQASAQSSAASCCACQCSAQCAQSCAQSCQAQSSQSAQAAASACSA
QSSSAAAACSASQAQCQQSSCCCCSQSSASCCSASQSAQASQSAACQQQSASSCSCCQCQAAASSCSSACQA
QQQSQAQACAAQAASAQSACCAAACAACCSQCAQQQCSQCSSACCCSSSQAAQQSQCQCASACSQCCQCCAA
AQSASSAAASAACSCQAAAQQCSCAAQASAQQAQACSQQAASAQCQCAQAQCSCSSSAAQCSCSSSCCQASC
CAACCSCCCSQAQSAACSAQCASCSCQQCCSQCSSSCSSQCAACSACCACAASSCASSCSCCSACCSCCCAS
SQSAASSQQCASSSQCSACSCCQQSQAACSAQACQCSQSQSQSCSSQQCAQAQACCACCAAAACQACCQCSA
AQAAQSSQSCCASCSQQCSASAQAASAQCQAACQAACQASCSCAACQACSCQAASAQAQCAQASQCSSCAQS
SCCQCCACACSCSQACQAAQCCSACQCAACCAASQSCAQAQSSQCSSSQQQCACCQAAQSCCSCCCAQSACA
CAQQQSQCACQCAASSQQCSSQSCCCQCCCAAQQAQCQQSACAASCCAAAAASACCQCCSSSASSSACACQQ
QSAQQSQACQSCCACQCCASQSQQASSAQSQCQSACSCCSCSACQQSASSCASQQAACSSCAAQAAQSSSAC
AQCSSACASQSCCSAQCCSCQCAQCACSCQASQSSSQCSSASASASCACSQAQSAAQSAAASAQCCQAAQSA
CQAAAQQQSSAAASSQQASSQACSQAAQSCQCCCSSQSCAQSCAQACASSSCAAQSCASSSCSQCQCCAASC
SSSCCAQCASQSCSCSAACASASASCQAQACSSSCCQCASCQSQASQSCCSSQCQQASSQAACQCSSQQAQC
SQAQASQQQQAAAACSACAQQCAACACAASQSAQAQASQASQAASCASAQAQCAACQACQACSAASQAACCC
SSQAQAT/2gAIAQEDAT8QgKvn1cq2RMJ/UrE8DnECmlzgSogocAfcBta+y41KHZg9EPxpbr9R
hfafLLMyqlKVh9wuoCNHVHPiLQI87+oqOZLpOVtrHUwEWP8AhlreB4MxsssPyhyiziM1o6yv
4ltsb/nMwNbydmZxNltEIioO9Zgtxf7hUbKVdJccBatYZYLsnXfmKgA1dr9RVrlWuviUoIBQ
mh6IFeROX4lpRF81mNhLSFDl8T8oHVR7ZXC/xL5DMx88wrKwaMbg8lDI8LM1vWXVxRZqZt6m
khhZ+5SbaM9MsDI10vxNth+b/qFIYDAHRCKl0ymyK2gjs5Yi07ODf3CixJZ/SaBatG6iZS1x
4qCgtXABmUBLYDoUdxaLOR/9lwlq4PEJVLRgYwx8gxVeSaFjuzMSarDqIlGDNxDs3pXq/EWU
HxnDjWJjBu5HxliWUswNXmCRVv0O8zyvtVVVf/aEzuxvUAZnKvHqNSwc2y3XA01PDR7SVCGq
GrfcDNOE2yk8pf1FGUEVk7lYUcD7m64NnQcTTEFlblFFDdsOTDLW8RWtgN9SuTFr48zAVwy3
3LqsXgKfmXi39fqCtI2NfUKhsw2HzFxwcCs6iW1SkFVKltXPlBsAqcS0AuHaFa2CIap0dnqK
FcyFhlaViwGPQcxXSRc9NdVLIr7u4OiJlfzEHMKpRmXtEbDI17xEDpFrEz18xuk3KavzGhmG
wu1iSKZpAHzcDTd2XaHbBFrBa8iIuX65iLlQEefqKqcFGCNgSPU37iqbqUhr6jEFGX8pVEN7
5VW5SAuiram2msPjzmCtTQ4rP3LEsCGHUI5EbAyY7gw2I47vEWlN/wAZgks2UU18QUBVYbw4
xBAglv43A1auBeGpvSbc0BvVJCzwy4RYp7+otWWYXqOBmEL1jzNm1MOWv/jAt1F1NU5uA1sw
8Im4VVBpizT2UIKjmTQFO+YuFiarGpf0Axd18wyNFbZz4i0CKjyVxEDY2DP3Fdg1Z+oIABvP
plofzddzKgqLZahUtYNrGYYeSlbcQdMteLMa4i9csx05O33KMFFB0PUQny1a8dwEFZIye4tI
9Gq+Y5Oi9P4mDkauOG0yeZe2U7X1BrTRh3t+ZZArnOYCaUqsxjQGwNBEJQDB2yxbxaUa/wCY
cQvwbPbCLvxsgcF2xsw8Q0O+MTTrcGg7NGPgbeFf5B7a7uYHj9vUzDuCU3juAoUim+Mblwqx
WWPqBMywaLzMcDl9vMvyApNXxMkgRquTzLsmAt+UACcNVMkEL5MZmfGEc5peousDizd/USqk
OuPiFVUtU4uY+AUMQCoy3ZzrmUj0KahfGYHpcYMwt4pfL7hgcW8hRZAmCzKpmawl925fqVUu
UnMNDffOa/H/AM0eZQ4VLaNyxQItL2YK5wz1vmChFixgKjhGkZkVjI53GMUQpXERYm1nYdMo
RoMXlmbZRZ45qIBeg8uZkn3RBBgWP1DgLyrgod3OXoxpe5xDYiN6UqyTaKuoCCmsI6242Mfi
aqZhdK93LkQ5u+X7g3gG3cWEwY10y6A+W/bKWYG3m4szhkeyAJZ0ZQRi9S5auzC1U9sAoYTV
RbnTQdcxEYpenUtYF8K2PcJpYYevcDNxMW48y/gNhVSyhOVVtEGQ6WsYJUbYDt/qXR4lfzKW
ipi25gRrVXht4jgDPaouUBvZiQSpvI19xFR0GFvuGCsLHzNeSX6SzdGMRKg7zMfcCmw824OY
CDrzrXUaIGRwEK1AGjB9Riiu0B00VKlbhctsNnfFzPRU5EvkClFLqAFRVke4YobKFWc3MqgC
2PioqgaAYRrMoAJ2GlgBLZkd1OStWXOq/wDi1EuUaeplTabzK2ldf+xNoHFHOOI1O2ulQOCn
Kb/MAgoy7v4YppxwK/EYsFVaMSGNlPURM23fcCJeTRWcvMvQE1drXcGnNCkdfMFCtWbNZ6iF
iExW8xVYIbvxFRUBqlqqgtAItZN/cz8Ay8t3UqGJn6RFAaXQ/ubZ2t3ZcrBqoVA1EIr+Opav
e0FV9QcDm5ub3YAtuGbio4UyjQOXMvVVW8qjOVI22RHAEZtxmIqBqkDMSRaWhozu5eFV2V+Y
sUQaJywa37KNnmFTdKSjHvML7OwZGNxaTCctsWSDw81eJgPC1mKTnPMCtAbBhhdDlr9nHxDw
urez4iTA0QHTqJwownI15llqIzjqZbyqbo9RgL6UTkQ0Dq+5vbymvuIqwKCajBdsuhRb3Mm0
5DfEEoAGQOIq2XbuJKDNcR0DoqyA8hblpz4le6UxYcV7iUSGGImFL5TEYKGnDL8eyXz7r/4p
T9waTBizW1jKxTV1Hoom/J4hWbXumJbZBnG4SIswwEAuDfqYuJq4ovvMupjp9yiXihbb34go
ltRV75gCUCtuDgjO6KigRxXLEILW9i0VAGLU3brmJgmtNv1uCiit0VmYELZsj28QU8AsdPcJ
CV5MA8TMwbRo7QubDc2nm4Uk70euZmBDZkhzKZwGDnMxWqGfMatgt05ZxxZOGVyaimplg2Mb
odSzpnKhsjzvBZVHcVVdd1nXUWs9Cqc/gmKwhViq+ZeCmoGbHvzF0yoK+ZRtJNuCdECllZv+
IjWmGuXEHIqlPg9wwo5CvEIaADeukBM4DaH9wUySWUgXfMzqbvRslbXlWll9wvTMomvEAUqM
3hfmEuF13fXqAqwxi7viIEjOKP8AIhTYcsPMc2+bFPkgRWvdaCoEqApK5uNNDNZcRK4F+SM1
obl+5lYcfEvrGuTn3EaAK8slxQc1OY0by1JDNamSbh44ErqLMsBZs+epcDBXoCpQTZlnuXNc
NlZZmFVja76gjs21dfcIiDma/NsyB5Ruz5iQmhcaMSwLwzxzGolwiER/UISg0N8YzLBqCsP+
SoF6dXsgq66M234mjNphJRFcaLb/AFAb3lGteCblBbpN4qChHGo3eC4SWQWgK4lKlan558Qa
9VO5+YIxqUoRF1xt29+Zzo7o3iXi9HZjDMwRF9FfP8ypFQyMB/bOc3Nt5PMMlDbWKO61cOFD
Tf8A2Yw5nT5GW49bDqraIVBFNCyJfcGp/wACUYpY2xhzjYwcgXisub3DUrRbmHyU3gHP5gwD
htTBRMg0PDBcGCY04i8QBJpZfHqV7D2DG4ToiX25l944Ov8A2Xawb1WTiMArHb4Y/cwgU2vw
IMWk0Ns+ZZSUFAvJFDR4rSbJggm1Sh0CeQED4gudAdtspWWUWUseowVwCnH6lM88rd9SrwtQ
4BYRa/mG5d22wbK/iCJrRtr3UrpZWHv2QnAhuYM/NwEMRkXiEzy1nx8R+FVu7yjwSxpsDlNU
QseRlN2bj3ZEpOfMxrSINndRvQ4e7VXzFXlDgrXuVgIlC6eIqBi6RlzLrEGorxsmfQLIVeDB
EtoXyXUZ0B2Vc9ykaXUlOXuaJbgDcTFVMlVrplshRwsoPkgMEVaDgYji2gP8EdbTh5Y9oVAC
KavqOiQsjdN6mKVwbhQ7I6VEAXs3zKFh0DTGOpYbxLOSZAKwW/uogyVQCX2xOaPjPGZkbqxS
N0zQoVZp9QSCbQrWHmG7teMqYilZaQM1xDpDGgqvc3qzyP3ABL8Jf1LdVhuw0epURCFX/qAB
eDR35g2E7HF+uIWZi6XS+4oWFQRtjZ2LutfiNR5nTM5SE3RRAjdZuWTKYhU7Jr1A6SdvxNSj
m7t4GWEuUb4MeIUVsSOYGGNQpYX5lbOZhtFizatc15hbNFjdTdfIc/7Nk9kuW8eIgA3lytMB
VsN0nMJHdZ5SIURCi5UEq+XmuZzkhf57l8URbrFT2onxVmn5mZbUrq+I13O+Je9QBsB/HGWD
k0GULS/6jTYcAZuZhSRW6TaClzZ+4BIKF2X+IYsAK4DWcVwxaarLDuvmUCoxhn6aie6Fmjli
IKdQG2Io0S10/wAl4NDDTx2SiQmqc+UaWQyDk6llEe3B6lqJlTNghNCKnOXBCNeRvZzUqAqT
Fa+Iiclxtl4Jfhyew6EjMRDYq021CMiFlVlQgFcUmag6jmpeOIKHhoKfaWSzYNas8QAkLs4v
jiFk7so9DsJYimrzI90Brta11CWhBtwze6jq2NUMOT8ywRejbXuNVF7S0P0RL5AxVbiW8zRD
P3K5ph+UYYKj/hK4RFP+01FKw/pLkNRRqiuY6MquLQPuYkwXy+rl0tjHm/BKUzo5V6ZlDZdW
U9xTerVrovdRViVhVLiLhtuaqjmWYCtOa5fuOeQL+XJAQEbwM4IQ7Ha4fUwAWURMujuY62Bs
F43DeQAJslHDNLDnqY6wGiG3tg01i9FlczJgZ0xrxdTgRFU1HCahfXALcV55lvgQ2ckzqKpj
ms5lKs0VnjGajvvewdj4lQAcDrXMtoBj9CGQM2gZwy01BvBr7i53bLOWiHlHkWIe+osBg7ux
PiOIGYeVa2yxB1AN+Y58Ck81jMQXKsK7S2I5G7QpWfEAHqYXw8VAVVDkDdQIGpQAgnmVfxqw
em9QMDPBXD/EClIF1nPsh8QBijNGbiBctXRl5vMaphrTDfiW1cY9Lg8yzOWyd93HLikKeO5d
1sQ6iU1wXuJO7e0fWoMvoyYL9QSaOfNcbjpAWWtrWagidYZ2ONxqeiu/CAAaJS9PCzJ0V4Fv
qo7ayTDq+ElpQFkc/EVSM8HGPUDapjoCpujlnJ4l72mXnnOI4ab0a1FhBF5dToeBrsTUzcCr
RdJTaeffMMHOihfUuipREVesS6czYczALmqgysYBvs4iy0ot4V+SNdqrgrVwKDbQxXeYEFIs
BZfNkX0qgXEIlwyenqFO0N0s8eIgAv00q9zEsAo8eGHZBbK4IBN2OFt8xyVddHFRhcNLtrxC
BwcStMTDbClteGOKhV1tm7PzKQDI1yYBtA8EMeWCgdt/4uPmLNFryg1a20tMP8zBKl7KXMSA
q2fXcqXVtA0Y6hym2qVwMygVeKDh8y6jKDjHiooEqtzhfNzCBaq2cQKfQjl4iGbTlRijSTDL
LXYgGOo3u403b7libHc58ZidXcwMqwhMGO9auDZJzFQYKC1tXjMtFgxd246uG5ZhfWfEsCJt
EweniF6KKrN21MUTYJwuZUsWqzs/MOaUvKNkdghizOOcYjPIOHF3UM5iuHNypE7OABioiHv2
NEqAN5WB/qYb6gVQr7gEhQpp3zLqquzNR3HmS60wtNGeJ3AG5Gh05eof4Qhz5ibVVQOjTMCA
yO4esREQda+FwnbYtKUVuHiscLtYFErKHVMYL4BpmnyRA4zxx4jzVVFGr9QkUhW6/KPzClPH
7jUCgOGG3G5caoWDizz5lFrTlzHDTDBfxUdTNxanNhux9S87yf6l3EwKwETlPq3UE8Rk2H3N
4HdNf3LIqAHD1MJVvGNSuJdZPzK4Fl5q/uVksVJw3gmaqVYN44E4h6LE3RZjzGC8l4a15gjB
KxsjnvMRQORQv4rmNeFVT2vq4Nq22KzWO2ahvA4IYQoaW0PrxEdBEXrubToVvC8EGxtZ4RV/
MTGDZpo00xbMYXKrJiggC3K+aYu8cAxjxLcB5cm45RgYK6GpfjBBbVvuW2KaB3NNtEKgAZdL
u+oAKXgc9S+1yybVPEQ4ZlbZDW6LYziILJw1nPhZinGhbL+IXS1dNC+4/RvgN3fwSt0hnoTq
o8JCqVW15gNJNs7DxEHM0vS/iX6U2kbvqEOJZ2m8DzMu0dA+qYgrdrOPUoqsYVRb4ZWoA4/p
Urpa1qYz4mxgRaK3izcNAXzQz+Y3qWrruvcRAtbOAfmMJU4NrK2UxZgZfsTSY+XcMINTk7GJ
StaizI3GGK2o+6YmV2wApDvzGaM1hgl3YgKL1xC1dHS+MxQzotUq+NwSEBRlL1VRUbUYRZQb
RWmcxLJViviIm8RF0X36n/ajGlgVhB5mJaIC9aOsRgQi3sr6qYhMuy1OFafmb/iMzrWxMPu4
CtAAvoyy7TW0drhogBrkZvogoUXhs38xRvFyDbj1BdqgZP8Ae4KqIyx3XjiFIEq64279xHsH
k/UZ5YEfLxL7jkcragilJqmb8Wym2WGjBmp5wQK/+zCwKsjjIDMPGKXN/EQDjaiq+IC3BrAU
eozRu4SrOZe9ZAOkq7rUoI2Y9HcpIpzbGe74jCF7AuAQyh0lDKtHwiAVBaZh0UtLNDi4x1tw
UNYrEXEDcDbwbjpRa7UPGJUyDWM0eI1JRwo5TzGM5dg5JnqCs7wyzczaZ1zK8bTJeE8xgqhs
qmFGFoKFHiOjoDjlLNoJQe78xqVTdOIn0Oxu7gBnTbuvfiUFiYHG9TIQbyYFlwZ8LGsCnyHc
RFdzVXUEwpbo1cFQgZtGTZ7mfqrQ64jLBeycj5gBPAbOHqHHpN2t9S6BywYajVuWQrV+pioZ
eRZHQU5XTGIYQhwtRxiVjTIJofEWaU1VW3zGoy2Xhf8AId93bb4wwcQXAYJRuokKh+ypcR0R
gWXvWZwyC2gsVRt25ixXs6gOyOWc64uurioXYZWuIoWK81lf9SgSqZA5LY5BK0874nKoszsm
iJtXbwRN4GAoy7ghVrUGftjUKygd1zBgHIw1cUAymxi4dHB735fELO4JfBjV9StYKrXJWL5g
2LI+JTGAIKwnEGtKFtfh9RdIyS15k5rNwGxOSmrOMTMJhZVjuYFdqkNWR1l5V/RLBq0qqH3i
NoGgBSLW+oV4OAjb0SpEM2FtwvllRmniBByfVcbjTk0Y7+ZtCyOqqJqodhGK+IFVxrDa4dFR
2PFg2b8RaBa+zvcTNnlWj9ThItVRreIOuBSLS5iCWNlw9wE1pBHXRKgWt07V5gLAB5PwjQSq
ojV1uXLza9XfmcwXOh+ITu5N3A9+ISQFQsFalVpuJw/iGIilwRECydvVzcJ2hw+YR0JylrMI
CsLRniHqhMDjiUQXt5NSxTNlWZ/pHdWs1mhaxEadgMzxxyGebOpQiiqjYJEgheQ0vGGWtNUq
CK2bsb31GRUBh5gqUBt4V3OU6tYvv1USPRo5OW7iULJ1QBZsxLygcLLxrsgtobrDR7mDdCi7
Ys6YNbYxm8nmGKLfbebldWVaMX7i0XG6SqPmYh3yXXMr5sZRdV1qY8ysFXvm/EDPIq5f/iN5
9VDkXBcx8gcbE9zIAHyV5isI8KufxAU5Q7sl5KNq1W+4XNwgMcn+QAUmMYCnynLFlwD7iwlY
GPLBzc9yOeSHgGS2RyW8QQCu4LDtqJFEcI46IUyLoGK4uZ0xbNnQRoBK24/EwoABRTqnq5eT
HuDQHBmFIW+xrxUa1wHipdzCmqdJgKuGANjGSXjPGPEBlF3gynUuiFa27cRLck3pTqoLD6mQ
eMszssLTd/ctsKpd/UvZkWuz7hgGNFeeYCCrtQ/xBwUnCFlvHEyOOuz5jQolxnMbgoPtjglg
KXgv/k3Imdl7YUqsyXRlmFsPSwpQWWo/QQYlZA2YL4lNxHTonUULZxj6+IpDOKwIALmin1BL
RW7G8xlIFja5ybl6YhhxULE1WDAnmWA2Wr2gwhKxWtRh327v+pfeYXV5r3AA85ux8YlUXi8P
iUDTlpV5mOIo7y558y6Uk3XF+vMPGSCKfaHNKFafygcTL2aV8QHBZZPXqMBrXBwKalFXdvmV
mCVuctFxPMJeJ6ICN5KFEXL0mUeStbjAgDSDLTbwSxtDBdn+QoC+Lc15iHIxpqr3KoEFItL1
KcilUOROuhZwtdy1wOTIq9yqEcsfFZ9SxfHBiyKVAMgI8vmHRUXp6xnGocwvRkPqBH3eThpJ
cSFqjH4RuGlcnr6jQAsZFC/MvkxuGw7qLizbXvpmDTBQGgzqGLzUoF6sjKwCn7S9VBt534jF
pCcBxG1gJ3FMcYlWAUkD2dFstjxiVMbrmbh8BHLLOjEHXIIeOvcZukpbvXuU0MD7gCJHSXR0
y+azfbqCXTsTnESayuDeeYeQMMmpxj+TUbEIG3IywWMr4SjZBRuFEbN8ytUmlh+HEextp3Cn
AQ8uRjQCr2aXn4iwMGuP5itsxhzTzOskosj37iMtLqaDqCtC6DRLGxRhTtmXBS3juZdtr3xA
YZHZu3WYkA0y1r6hNCWi02ytQBwCsddGZS4RyY+2EHQVt/iKJG68sesx3hY2vfqIZNazx6lV
kCN1Yv8AiCtAm2x8zegGKbuU0ieeDouJBAycm79QPqJVxpTVStqSzyb5iudHxp3DlCy8ly5m
21qwPQS+xtbNCKbYpbXJpMkt1F4Xr5l5BybLfMMZRVXVVnMeQuWObe4+uY7tk+DmWUBLUofu
YAVVZttrBWqIl5rupa1goY0o3lgCLcSEpnKwFJZ/n1CKUFcbVJjcTDRHCw7agYpoe1dRrSE5
4G8n1AUWNcvRhHBINa8EycLNuL+5VRAtSB0u42qOlrzw3M+jeb+VTMpYMQQ17jnYS8DEliSG
6s5A1HCdLZozi4kbl2aGIRo2cPiDkQEPNwLfKe6xi7gqMBiss0AttnpHLBdidLESsKY1GLRl
n+G4PKGjfrmEoyOTiQrkToM49w4uBepoN0o8kshlj26/yL4KQdI9xVhXqN7iQKWhDD07gUts
tJ+5ZhV8OddzBBLy3LN6+HNdzEt0IrFc/cOYtVZ2/cwdX0DiAbZWl8QrqDtTcqABdZT+JqUN
DthUPVnU+IWBlmBMj2sUvi2L1w/U6KEAGOZWKxUGMNLEabBBuvmPhkrxxFqqFRDZHULVGq9w
9id2W1E1u2ejPCzU6yCn7j7Dlbap3iJCqsCfXiUbAlGczJsS1Vh7Wtv0dYghKxm8KdWwAKlY
Mg+YVY55Fj0RUpIvAfiOwixj0dQhZCqDR37i2tbzTxxCWl0yVeWLGtNCvggE6238txtChnSm
bw8y2tEoUUEIANgjagyMC65BxiPfIDE/JHDAB7Md+I7QmWBK9w1JLXb5RD0jPygGetpew7CP
E0ApTT/MQhJdEwUnGeKLsSoBl6qrSAF2qs8/EYkjJycSrMBvijR3GiuZS3ZCgixUs5OmKoM4
tSyUQ0FsUXNATLNdZirBZA2Ar1BIAmDK2FnMVIr0GXlzHfEDnMDUfAFEeVqg3Zj4inyDyP0s
NctPaFEuMrmV9xgopADtPccAsul6nJ1rxLV0LDo1UvNpuIn16jmSkFQVeuIgggYHJ7dRBQIh
5VuAT5Hn5YwrywXj3XEwgRsKdmCUKfQmaxMwSBKygjnFylHvtctgqkDk2tQE9rQU5b3AgC+i
Uel4jZU6hUPRdLLG9Cr0fcSJbcDt6xFUYdjTR6riFa2LLUz6ifAMGPxKYBg7X4uAl5El6+VT
GWdnvqPS4quddy53GcuBeio2RIrY+0aoNLRYc07zHDSC0/mJCAxMhm91DFCcLZFZDdlv3FwQ
oQBu9xTRHW04HNe4q1gE5vwgDXLn0xuOgRzGp7gSMclxgRF5VN40iQXYdMW5rCoyrxCENNYV
Z/EVDZYPCOZQEGQx4zKJAWAys5u5fAMmA/BCYEB0SI+sBcMXcYtpbXxKxevOigxRWW623qHO
1BBqXQVrgU71EG7HDJ8xqhb4OHi5llKpZSPqIWOI6ydsAUCayyfmPonGni/ERIBVKBOMsPK8
navOZlXCmzNJmJkXzgW5dMsxfsKsNbmbQLW7uMRCl7eo8whqFAqTZQ/mdNV1VfEFNalLXsZU
VqVw291BCx5e9cTwtbukP6gVgnVevlmbayqyqvcKApHoR8IQAgNGX4iZK3sesytEKjQ+5eBr
gcp6+YfO0aHzPEI0FFXbzeohv4b091GbKkCUclyoHpsA0OnmCaTfIMeWN7woae4BhQ0LoOHN
Eb0wifJMKlqVhhuUk11Gwd13MUctvgr3HQMCNiEY1E7KoydIlggWBmvFQjNsMW7Hk7l/TEzW
HzEVfQ4rlrtj4h6r+iBBdMV+5kEoBGDoQ6uSzXQOHiEAHSVlFZ6MxINLyrh9wAPLgQiY9TZU
gUOizkZWI0c3fTEgxVzsfUEbNTT8GMU+1Wr5IWZOZRZj+5ZibE7OMdS4rECv7ROYTRTq4reL
lN+TcRklsGjqoEHLpXKLHoKi07GMwMMtY6hAQrUderiHaAqlV01xC9nkAajxEGa4tTUsmV4g
pA50leAYiI9ZUuAOKgKznY/aXQ7qnVFYhIvBNFg6mRAcW9XKDNXQMq8QveIZb1fzLXYSlGpU
60RZOO2QOHUbOwYdbl4LMr7VU9QjpWSMtx2vUrkfD3qFdCyw41dStqwltlPgiaQR8NeYgLZm
HKWxll7SNlKX+Y307aKgwA052tQFi/kIc5jlzSX0UmkKmIUjV18Zi4bYdn4mM7Mk0HECiboX
9nUXI0brAWqzNJrBbmnjGqlZsE6FZ3uUW4xkB5GCne1LPPUuzp4aDHF1uVzMKA2OalrIxj4l
RuQBy4Y0KZZu8YohHabOFzZmJNQLI4yybvxFAXKAFNU6lJiVgbq8bI0hF0mP3Eq9saqzriBZ
3gMq72JLVlkFarslwcWgx78w1Wa9VOSBwsc5BpjMQOu0rbUuGK04T48RQgLKGf8AEBigEyK+
CWG0MDTBezpVFrsRggFJVGNf4isoIId8nmcDvbeyXKKgNO+ICihcaRh2rAVyPQhyycp3XHmC
yFK4bbJYWDmlE0AlUZzzGiVRrXu7JfjKKRzn43AZqBWmw6uI5BsFteUl8Sh5GYvKqwboOIV1
Ks21fcOITmxsjoyuKg5W6hEALlFx1AseEWwHStwtMEVBRvUSVbI6yb6zByKrZXv3PCyq651E
kjObKX3GkWHIapzElNF2GMv7gteweVPTKER1du6+5Wo/miqgr0NgfcKSUyNWq8XGcbyDJuUR
De1QtKqrXNc+pcDcFw69SxkZl4X1CGRDPYDuWSqA6EyKwWYsBgKlhBY0fDMW8GIOQb3SzKy+
qyT9wlbAKKE68xp6MuK4nNUidE5KOYGinAUL81HqiOQAP6j0HRoXzHGzw1s4DMsmjLBJRteo
C3csaA6fMSqEFBGOK7blOg2kUPTohYCxYI+blm+wrGXZHp0v1DHWcuM5vCyqK87R52KdxXsg
zAgBRi3MwczGgqs54x38zOsyjh3zjUWpNKgoXR6Qu9kbAesRvG2KH68+pqJRCzp0wbzUdOHC
R5QrJuPN3HhJkCaqEx1VtvvMZHFYg3HzkYEvT0wKHCWaVXEUM1TmloMqFaxoPMLsOAuE+Y+J
im8Ct+JaRZoCgHNxxLA2nlEVxkFVvB8wGMBaDVcSqBGit0RyJEUZ5q5UGVzC2mCoz3T0+sMX
1coV9WcdzWzYKXTb1KhjFVn8EM+vcwr6WRa4xmQt7T6S/Nym7fqPsgIqHwxZ1Gtgr5eIUPbB
M2OC5Qj0jVC/cp1QFwC79wiopqyNlG4B7WPkNZmgDo1QfMUN+DaDtBDSjWXF+IIWE8uMzEKU
2ZRptgxKb6F+I7ClzpD1mVBfLRvW53wF3flqVBNpUxjkuMGtLvTCN9gHnTy2y/oUiKvOiOJu
gkJ8PbCJULennqDICkLF1KBjGjlMLtL2hLHQE/UpTt+mcZcfqJbcIbUCutxm/DsSzNaSKsRg
jo56JgQ1G2KduZThK1ta2Vx0xumhovB1uW6NkrVYQEIxYIzu5SOwCiFC1tloJAnlZbk/UvRc
H5wFE1jVaPA6uZCJZQRrCdMetQLYBoNMHJKlLFM7lpQGF836j+Ni/wCoh2hliyjcG3gSuwPJ
uIBi8EAcHlKTC8ro8VEyUk0WN9BMsZo1oi5Mo69QtRQodL8sf3EFtV1DgoGXHL3F1TjW3OGN
F6Fp13uYMzZbSMnrgs8tMGWgTwF1kWIfLReDfAaxKoLceYbW9wDvqAM/K4GYC8pL7nOaYYBB
f4QuMtVHnTbC2KW/iVsg5KLtlWyzsNI1gUcZ20aS5kGOheveokBoUjlGCLtAHPzCa9sl3vuZ
i9un/uYjOijzCAbqaHEaosoIjX8Rw6cVLCm4Q0Uc87i+l2Hmt7oiWDEaETqmPxIspap5gtDU
5WybJaoVNpwP1E07hzfzD+umvN7jVSDVZR58TmRD26GWCq04PrvEwSnBWY2QOGQnLhvCOYYg
ZVbUuHKBjxGZLPDEEJoZMCtKtylPC0G+lYoE0RRUpbqs69xpGMACVaGZaBEQVGxQlqkq1bGl
GYHWOgW24hOwoUMuKLOpYWNAS5I8zPYcj6fSJsgOFY4WVxeKworoq6c6lR0HrljAS6AN+t7T
B+GykG6OZYy/Wsj4LURJnhtmMdBbWnK6xAsBRYn5Zl1pXQ0F8lSwJedgGd2wNHGxu2COgra3
5IrCXKGAIUWCrMa85ZylfIB8WiWA0iuuSZXVDjQx71TRkJneG0UeyFyMgc45lp67BTuVzUzl
2KLCe0oxTMNADWEM0ZEA2G2ccgrmz3xBiiozD77lAWlLwTwuIi/hFLIW0yHV/wDk4ZIAPOL5
rxDkk3RTQuy9MvevA+yevEIhkvOVHNxADTLQq3zmJTlnbmU7sBsV2qjiKaLVyD8+oLoeFLjO
oWUCnQ/yVw2Vnmosyy6U/FRvnUw2YQjAB3WfzGEr8GQ+HUT5gsd/cUyjCN4N4gMrleSv4jIA
HSN/lL1qhfO8HqI02ijS32SCQhrhh38RZZaiNPJAUsb+B/EaGBY6VpJgKAFWLkRuRNXFu1jm
uiJyd/Kirb3cfAkuGhZx9xoAyoLfd8bmIU8EHNPiI1SM5O7YYZGc5Czr5hbFQGHSIG/crjZb
h2GMwLwomVgwIOYSOFCKWtnxD40YGKdCZ3BSa7fg7WWaJtR5OaivixBRPcbpdIbXWDF1nuWU
56m49dRmxcuPLKwZKLSqUmYFpCMgLvPiFzoZbYLOo862EAu9CNPbXpFb/MR2VbBntWEpKaC2
sHuGVQsRc+YDXlIZVFCHYViK8w1P5wod1EcdoHzsg1nZABlxaY3gsqXbWUOoWhdQVvSvepZz
8PDqzVzP5SorkVGFfUbbwMPDAAqn1ENCMsjnEVFeMORsElijxZyOLIbjNSyaocMSnQFQBdwM
fWkdRa1CqKtNQ8lsVL+rqHBe7VrMDQrQo4OS/ULQKZfKswsyFVR8lsRS8ih5+PEVVce9vEoL
bGmB9wUrGiMLIQcANfyy46h4C4ANhdGXTdviGSNS1qnQeJkCGLue1jcB0BWa5XDc3BF1t9EM
M6WuVRUUNcjTzE1wYwG695lOi7Oxe9RxeCK4+Db56meoTuLM/EJBaWLKbXxCe0tC8YMeDK2W
V8HMBa6vc9JxLM+FdAyUaiSKygbOM3KFXKmk6Qhq8wyU7NuZqZpoXlhoO5ppwXtmReiKsCH1
PpWw6uW9YwaH24YaLR4L1Waj02XV1ZyVLw1qtWJnNQDfU5Qc3V7hkoujwX+YbT6AqvhmAEZh
256CXQFOXh3qC6IWyUHaweYIq87ExXuWzCaC7UF0SkMWCnz4hPzagfzGTjYSyWLE2Uszkhnm
5hlwfKVt9BQue9dw95TMhjtIhVTE00598csw4dYBs4WhhcJid7uiFjmwBt2PMXSM/wCtVGlM
o2o+kpHg0IH63NFJI1vpZlmlstZfZEEFQvPGQ4mN1bIpfPGotoQmlZGGJddtUDVY33HyoLbA
a1FcBOHfKquOY5edeMvE2hR30hrvmWMyvYKGuHqIEAyVn8nEupXQacdREhQ28vncoQahiFcV
KzQ3It6DRFgZRV5yVDjTrhgz64icCMVXg5qEJaF+VthzKBex6GqYIB8QcXpEj5W7ujm8yjKp
awWvGdTDtFWj6mG01lNGpQlhQGwZpzMZ70LU/cG1jTQvRW+ZZCbGFZN8m4yBLUFhwTQhoWYC
pPLKdNHJm/dQoG3gOkQwqIsXuhMqoFUAPC2eJ29R2pZS3dkYLdINDC1anyB4uEGNbtpE5Y48
4XGLtTBCq1RcFdyD4wUnUsY1HUTyeTtlheddPxzHtLjQ33duZbqalW9ZmjxB8gJvOM/XEFEo
A3adxPRDcqbOCG/hosBt9QQb2FCZMVXUHp0tVgbUXcUChQjHbtMsj3RXS4zEXdyEK8XuCWqr
Umx495SLmXuANX2+ZZ9zbfQSzj3LTych4cxOTgBLPkQjMZiqNGoJoGVQo+WOqq8sj0VGIKJd
n+NkG3TWaPOsBySm0zZY3eb4uUyw2qq4txFZIDVRHywIKhvfcN5VGzZKAGpfKf4QIPKp2qBf
nxLQDPJXnNbjAUET0VQcwhTSlAnnhMBL7rGdGsx7aJYTa9E0bRSqj2qWZAbbisQAEtzRbgfM
coeAKB4hBRWeBj7nlAycp8SigoGVhi+LhU70mt+2DwG6ItE3GMNPaKgoC2346GFxA7FezZL/
AG5pXNVElrHND4grhhpG+ay7gJRh8S+8HOoCEssYI8CxcRsqBp2Wq8QxUZbFDzeD4h+vTFDV
33AXfYaXx8VKQjQW3+oRTNa2DslYaKbA+fETYR8anq4R7eDDKZ7hZtwUnMsaDRpjLpEKYQgT
ryeolK2Wpa3pXmCQVBo6sqBEQgObOA1mC5ELoPDUKhbYodZohKBqJoi2XrUdWV0jA9UQt9Ul
+EtaQ0N/wShxm3ZGAio7TnLbnJMcWBVSYKOMQqW2lkdnFxEjiGg91Adq3Ri/nmMJ3RUpbeXg
l+jJMLeTvMbUz7STWGmPwmxfAr48QkiUHS3Fh4jDi7IwNh/cvuWRa3NdHuaCe2yyatGAFtqB
rmVd7zbFUPEWQGz5AESBJbC+LdwXObCkOo/AKtOG2P7BPQFkZ/MBo5cRV4w9TiwbZxjBmIFY
VCXvVkYZ5KpoDxiBIBgWMNszb7L5Gq6rmNizt/mzuNmtO3C/qEtihQXUWugbCi/cRT1iAYzH
FoSlGIF6L3FB5e5dRFSA42AlFBlKFh0BiOAwMQHtf+QVH6jlO4MimZDFHrUrTAYr6MIJKlVh
9w5IlOIYP/j2DpmyJUOmWxxbPjUTSkNG4+KhCyboiWVZgYmxsZQGLEXNAhgZdpziXLDwtR5T
xBieYhBzmrgGtDBMPNRYQQ2NM1Bi8prXlldstbG1aQVtolIPopbFrL2lEr1N6ZbRThSBbxfa
O0zEjyQxMSbN6m98fuMmRWRgtzABwAAYDiqgbOqR3TLCdjopukoGWFRDaDokrg6rWJ3iNgNU
sHVNfcBkAVrqtYH1L70ozfYxKQS0WEz3ZKPBWwargdTJcBkNsaPcIVUYvxoyMrS4x0jT5xMv
g22U6HOe4NCJXWg4Ca83ZMDtUq3iW2qOVd3FlEqNbtm5V2NMWhm2oyIPjAdyocmrXtjtGTA1
0zrMquDkEB0rUajeHFnVspF384EziMpCbVFm7v5gYGA10eYVQsArenFxBYEMngsGNwvshQGW
0qNflv3HbqZmBio5GpjMwKZVIJFQobut8whwLpPPgizqGywfNytkTIs318+oUOiCZQBwFs+Q
czEy7y/NMdpOpCC9vCXc2ApvzuAE2VVjwPMMUdLiu/MACv8A6gtuhhBZFGuJkHVjqSR5Ooc6
19FGi5eYNIsrxCHt6siV/EC4/VfnNzyIMp6PcaHxnqaPGCCSVqRnbZD5IumHbggtnANIpn18
TEsuGC81FfWYur7l28Jj2Orxz5mA7ZSnjC4qLWBVyLYwODmihgPNjMptZDSupQsr1a6G5WWi
xZ8bJQEaGLXf1MFYtr5aWIWgHBYV8S+QFN7qLUJQbofcHLByKXeqyzFvptBtWpgX6qGAGTEU
LjcmD5/iCJZXk2pC2bFibu3hu64i1VKileyu6i42EIpuzxL7JcZXE2ZIXWJWEAqqrqGysKDF
wgtDSdVxlSo+C3Vs44lg0JoAumiLHgCmM84lZ1ltshYaI0OXd8R8S0MKtVPJyx6mt7HiFPlw
DTawmHk2aHLoim6lQJe8VRAVa6oZVkg1Nor5bXOrxqWbVV1MqcXKymrXt4jZEMuLqEq9GzT8
zfpiAGzd3GQKw2Y1nuMwCrD/AOYijsriqvLmYjdiDHliAxMVsBMXexqYWZU0vplc4lF5Wbq2
6Ph6jSr2bgfeyVYMsMuollxSs43uFStmrdykIHSw45Ynq4itndbgBJcdmPdwRuemByOYiQgx
LLSep3fwgHRaZuF4WJKjQ6qXPMazLOHiZtHquw7KK1A8zjiy3Rf9QcDmgFNVzlg2DWXunLqJ
RAHpAqgaNsQq1uLwgCkvUCgVgPgOcREOqk0K2AsqIey6GMpSVZJMAhnG1vqAim2r0ltVFgUx
g4PaD+LUndMEN2yGWjdCpa2EMj2vUpI0KDd1qJFRBI6edzmT00W79SsoaEXB6ZlRwqPgwkaD
Yk1XepvO6G/AXlielVLYuu2ApYayxTJZ5iGXekKKqOgQsUKZbOPUBZNQLx2ug8SsQY1N2dVi
LqQt5FRQkdfJ3NmCUGqXWNyubbtMgacmYYMal08Mp6oNt2hDWWxgs/kmQiGuv1Uqywpgf0S7
cqjxfGvtuC8lNu/oJS9lgnHxm4hrYK5XrRKkhUbgTxH1WJoz8Sy0GVyl6lHPYLW9QUFZQd+b
lbZUoc/qBGKwzLfBDyg7xuUQCzrpBrtTfuY12BvuDeLvCtyh0za8EYCzer2Ep5VGWBUW2Xj7
gZ5F29Rgx7i5TJ2NU8KiEE2bFLaHChvxcwbyR9oRyC0O1Dfh1KF5WUu/CdS22PxmzPyl9cFY
4UO2U5oQlA8rljqwne6uccTJstLvLHzFCgLrkcEzt1FW34IeR7E14zLW1VlZnFcsMOEAN2w2
nUqGoCCbs7j1Migt8X3BdJ2D+uJsI5r69h5ipSDh2bXlxLxhRXoA9x6SY+QA3UJ2NYUznqJ7
0cj82bmVzHbYPE5QT1B6gsCsDjMYl+ChA+2KCrzMLJC1Gm9xa2PBM3wU8RWB2hQdtwCbKJiG
XOqjPJMvBOm0zHyfKA9y06xxNKbX9RGkS3fmSyChKLwVe4iXXssXrBWYBTBXgrNf1CAmAo6N
4ZWzZGuaI6sQBaGPzBCtmai5w8LMforqUDpOZSnUeQ5odzGpuuEGrqt51KYmWjbxTAA0xdbz
KK2RUP8AMwqe5F6uUnRs5WcW8ytiFTWz/EWlWcWOXuKDoIxE8iZiPKBdrBm05hCFnAV8tQxQ
h05m+FNiRtRq3TqUixV4jamc2/cUWBNZwxWgvBbH0ssxgLQ/uCHynKZWTYNVF0tWJegVtdbR
w1HWMNWh6w8qFMUeYJwaRU+9uFlucYUXTDonc6rR05mXXpDyzQBzTD6xYLoXeXJBWE2WK/OI
XqsFhObU/UrJdjZoNRVyMgdpqoXAs6256i6V9Kc3xLLCGu7DuWY5YAi0GFuK6DIinxCGRIhs
xjmKY6JYsPt+JfE3AUWHInOI60Ye/HGvqPRQyqaNmM9QmKwtaq8tMaCx5RVPcbGwAug8REBs
3X8RlpLdY2c4jslqxWXAIzE4ZCg6OSA9K7gBrYETlFoi1+IzK8+xAeBRFU6hoQvD8txoLegM
N+EIX85LfZfUtGIS2vVglEMQVuFFSjlhBa9NM1WD3cCG0XPkHa+oZGxvEOWBzUrCYoBvNYgM
Mzu4OVHMLvFYqHOSAsa09/mcB8SMP4UlKDMcFrk3MXndqL4fVQ24GJtPBEGkcYAECcg61bGm
R4VCvU2w4dB5qaZBYsjxiKdiB/HncfW9FbEvvmIF/JI5M85aElKXbcGMRxFk2eIWjl4FCQAy
JxEoLA8msJMnYG+Qvc3UMq0/Exoo77+ZbpcuXPOtzStN4TirhSYRNJhg3SnGuIjADpWGNbIu
8LR9OquGxkd6PIBI3cKDdVsAf4h8uLBQ8qxxKhiLTocjHNS6IGME1nOC4uRkyKazfUcDuvPY
NLEC0Q2AADJu4H1QNSjWKitMOgwFwOafc0ctXpktCM6GQw1q6QihJKRZPMUitt41Ay500wcx
8VTPvI5TmALapntPSU+IGY7Sw71jMCqRCGju4CYNYtdVc8oUAvVEPklbNeodUIWbfEN2rJeR
p5IDvO8txq2khB0rQT3LuDlWrfFwVHXOAEdlMuQBcBVyjG44xt4LuB5luOl7g2tShBfVBg7Z
0NtNAupm4AQGxx2hMuSqraKRlUMVtOdWuPUpE0NJeYXMbYbyEpBbMorr7lslUAzTri4yqCWX
fipkMiMKoGsT/tK19+JbKxSJfzg9XH8urcXWygnELUDZd9yvVDSP6lpdJYVD3mJpqbWOecSq
VwXyzghVBABWA78y1D7R59QYLjGCqgLXyh+oUS99mCyIwK84IrmDJtxgpB0QZZqZBaqqrlS1
HKG8j+0NOra3ZXiEKidOTS51N8wqz+oM5jkXr7gAqFh38wKchSzohR5ttRBoCXqhMovOl1Au
YYPofVKYr7xO7pM6hjbp6OYBq2EPlo6zEPqDyMzY56hUJSyAbsjCcApt54H3CtDVqGre8IyI
vKbrSxpiNEaAt4zGpNRNcAJWvmWtpGd0+aLjwCHN2ICCPAwxxU0bSh19pXKUTAlzqlH5ibS6
1WsOZUs6NFi/iNEAUQB3l+oNPSJdG88Rwq2BRwWKQTN1BvnjMsDFguz5MMTWxWoFbz1GJYLo
FLsAZKiwASnchJl7TSj4WRG1NhmKTco35BVMEMsTVBuBHSQp11Eh+HiD9cPM5tAtl2xDNELQ
2lOKtHyqc7jZ1KAWeSlrmNKFDM9lRE+jNJjgaTGLHFVPUxkqQ6B3R5jAhfhpHOY8UzYKnrUu
dKSg24Oo17LJ8BDruUsZobDnuP8AQc4x7s09TLxtG34AD4jpHaE5VsVBrScOKWM5FWEF0MpR
DZMDAw8UYlhsdEFWYb8/MGorJarglioDxnp1FQQ1A5gbrR3ew9wjlZZMsvFWQLZ4qHAIhKoN
re4iOsoUmYtxCIUrHLrOH+okyHpPDl6mJQZanePuAAVdgawbIOHTV41LwXuFqz1BNph9PJGu
FaBLXsFXDnG4K3cgXboriA65BuH1K2DVSl0oqLKVeQy1d/Grl6HC8hy9pckathgNUeY4WMck
PMK9C6AB8EQlgAVDtL1Hbc2b9zxAxNmER9OIlACUm68NxuKTXb/QTDGhS22/F76lvPPxEwjf
YzSJMjpyUDiIKWX8LcukJSwcAuvqb4EyvAWYxF3kLUKWE9ZiTn6MelVmGsQ2lje18QCzcmVP
UGO4qwJ8IiAtPZK5dQauiTbjBUDjpdVIFrRxAQS3Pbmb48DhTNEuFDRZm3zFvVpGnP7I+zjU
DWY5MwjUqWB5ZVRcrSvha25dLrUZBWQXh2ZXcDzRTfDFLuxWvh6lzorqtOUWIkF+J3wL2RRA
DwHWO5aVCUG2c0o80AHKyK38QueiKwr5gMNUAUvi4yvEe7fHOLlWNbZrei7mLwFCi6Bm4nMr
Oidb4Igr0av9ywKllC4zKmgUiHOcQdAHQxGO9drz7jbF+leb8zMiMyCShEajxWJUTWsUeeOY
YeYCl6XDcHsLNVoGA8xyy3BS+hfUOwFpYVZnJluL210XARlMV3nnMKmu8NYPKwEQAoWtXxE9
O3fleoxIhstJrSAEIzaHeYVW1xzl59xEWSItGucwEJItSRwm7Ki4hl7g68wH1CuVbMgIfQVB
KqNOXMX51U0PMUBpOB+blHnorjWwIK1pQLerloutGTkIhZ80ATy1DqME2pMbqBshs8K51B3W
lCUPYJObpG1dRvxqNatboeH+YiYF3OgLouMQb4FuPzCmaUoHcxxG4VAn0f5CdGpnPguoxXtI
rCPTqPiibLOPzD8DgBs5u0eA9qtfAqJa8HCOfMC3cL6R9Qkn1VuR4goFAvsSr4lw0AxKMVTc
C3TOgB6Y+YjhhLAz42/MvbhJKKpbUw98qi8pVtrm5sUatdpuq3AZBSlUbmfBjew6VbOKAFiV
dRGtI6wvI6lOV6giHbW4+ebdY0xcGoA0d3XfMAtzezJfN1EuobwM3/EJTQJTURAM5GjJHjMC
aYmgKNRgEWmAzUE0JVJ0mfVY7fEr9FLho7uCjiK1dF3hlvhCuErwQucjdDIcccx2siAqvzCL
6Ijhhyw7XBhs5Lq4VX0XAzFNRii6pfqYccksTkb5FmTPEv2EuWeXB/MTHBRC/fQRFgM/Bi8G
HZVRvBzNsKjOHHuJmFhZVnhhpiTk34gYoFsD5o5jGt2OSeTG6BnIs1Z4hYRhuIdvTMIs7Sou
uLvMShScMWUtBeIk4gO863DYMizI/JMQm2x+ZTkJGSnERcO2a/MrRtAhW483IIVvzmbDYlb3
yk7jRDYHLCzbrN9xt6yyAptGHPcL7ERFhktxTLpgAE21YosXcU6riqY5eFeZQkAqoDhotlyb
xZs1fSUhOHfHrUD7YHQFZKs2gSDn9dwdssgS3Jq3UrSA2ygNN3LgAqcwmHH8x24KOuzNwYR+
IcN5lc32oz8XNP8AKBoNkolx2dBdKR+iONFkwcXVcQhRkgT5ZbZrtGjKKzYqrSX+IU6rqLUO
IVtHMGC3WqxD0AL78sLgFlqs+dSsHdg2PGNXHDNHni1GIopqZq401SiOI6zA8o+5XVRlaUrB
cJwthxNUrayWsCGDbbZXRHCWBwsHDghGAcolsp5M0DbiotrbK3dEENu8KJikNdiOLlRoAcrr
XUuwMmwXw8rAuV6HDyNweallY7sLib6kYC3suMBJVoVObOIc2rAUFrTTzCIO5U0fiNJ5TgCu
BfmC31vWBzX6SwMYgUeQZVEcODQC87NVHPJoWg44RqtUXpXiHKLF0sfjMUlxAF/NmBEnWkqi
xJlANyrBu/xEK6Etk3YQ1gNs0tdEfZQKL4Oeo1oi01/bHwgLK6c4gtblo3SNiNGu1ZblC2Bn
UUBmpo28/JG17Dbh21A9ZaAAmlmfhiFLZwBybl2zg6D9ymUNfIuq5hzquzQuqtM0Di4vqsyp
EvKy0OA4xBl24GOjUxliPC05MRpB2rBfuESpRpBjUFNGNwt96qUXHNfRVeEx0aPYuAnTFiO0
2ngdRSA8mV4zLBg4SXhmz/Y1zIFmwGMD/EYZ956WcCF/OIMlC4QKMrm4LwUYXi9NQCNEDsb1
WfMVQRi0aB8u42KBcDfp/M30JOxoXw8XFMUC+09lzOknLwn9kurF2C1DKZlOLi6rbDrxBCHY
XVepXJw2LYjuEG2lBd9MUmhkvOi/Uq1yG+CMkqYl3UMEcsYt2tuBE0dVrwI7e5Y9Y0O+r4me
axSX4+oKNGAC9JnP7YGOsYnZFNiJ2kNSBWnDs4GUpHh45ZgSt7rW6UYpQaNQoeoVjqbx+0YV
UhoaVuyi41QKNWibcpc+7LCzVWYfMYlLIcBkF3fzDhNyXQI7lCVryQpOoFG1RbeaTVxiix6J
kG5WDG3Ihxq89KphuWK7Xbd8EVWF9F9XcJZU1D8LjnS0M62fEqGPIKtzlq4sIDYyPFQegmUU
36O5fPVJQ5Xkj1O5RwIRTbUYGUsi1Y5AX2ajAqKZNHa2bi9+FHNcW2VGleK2NnSl/mOBVsvY
25bZuADtKVh6b+Yw0c02TVuIXs6iGv6xXlZIbHWGCi6tqL7Ia60CSjUqAc0eQGV1RVjRHavM
vNNQ2UauZALoiuvXicFBKyjgxGuA6YQTQlVKfFkYnQFls7hDnNltRTII6amR4LCzwFQF14jY
HwswMswX3mz8TKO6pNh+btJQASH7xdmLg0HcN34FZ7mZNCm2EOcXTC1deM1nbNRZpm1VYe2N
5w7lqfmPwp2r4gdRoxyxMkJFvC23+piOw5fgIACnNUZuWyhu1OHzDr0QNJ/5Cc4orSHCd7W6
KzLSlqtZzY8vUrCxJNN4Iz27Kxfd4uW0uwYN5tZcnxt2DwcX1F+WXcgV05PcUwbjev2n3UzY
XMtDw3ChQaaLT33LRu8xA4yFgrJUVV2FNUdm37iqWF8PS3ZMxmleHQa+ZcNNvYAwZV4S0GMU
OPzAgFJQpmsrMchF4FGTG4JDUGxvcfmbBgvgZocY4V4cJKXirytbbziWTItPRUoQsbaR3nmV
bhYm3FLE0FAWLGsjm4tsmw7+nmCVCGLT+WM0W3Ac4ZcntQAfYRSgGrfhcdBvWNHUFUnagrDk
I1gTdcPQNseh2AEo2nIZ4iKzWEydHUjO9w0Huxh9Jq1sXdHXuCTMlfWwmcQ50lKFzgt3FKF+
Wi8+o3QCjJTfiXobqeGoIpbK0hg9xnTKqBfTomwrYKpBwW7AWqh25bAD0rcMguq3HB44nSKi
BV3V8JFrtcOSi1uPiRXRvGvmW5K946DM0S6a1HemWUUkMBbKtPpmCozgwXfmtQucrMxhTz3e
Y7QvcMcVWSAyoW7MA7prxK5wQDKcjiEwhKmxxbxHI2bhgFLbTUMLVBsx5RYAcTjlLPbyZr8Q
jtBTALlnZnrhvKLwrbacGXMKXBKpHsxL3zNse94YwlRhW9IbsuUo9vMvmSTHaG24tc6ODQVe
+5QVuFaXsNyvraZFB5oiFEU2A7lOa1Oh5VgBcCricUMVehFPUrERWnNNMt/o6YCbAIgDJ5uI
knvJMDZbvzF5AsxAmX0mOnULa4ccRmNwVjZq5ooEboGrx/M3pBWyriFE/KHklB7t4Be8R/p5
NliBJS4y1VygTTJZL14uZQxMYXu96hMeMihoarW9MICsIoVZra5huTLpXBrHuBBgbcj2HmaF
H3fEqVqlCgf8jStQRY+VUlyo4WYUDdmbRV2UL8uEW1S0oXgW8QcbsU17JRXEgj3lUPewVrSb
VuZKVA28FjUuLqShom+IpxFmK73Vyy3BWVYPYbDFTVCR0Y3Wt+IlypNQvikY+zg2ouAEw22W
zdU/lLNGs2Wvy1UpksIhT6q6idEpgJTCComFk9jWadpTItGoqrLUDHYUhQRhjAQv6gG21Jvy
8RyGuY4X6WPSsm64Z2hIiiOPxGC1MJeTR/uVgyxz4QuVqqKH6GIAOkGQcwmhail134j9VF/u
B/EFOmgQ56l/tyKnYAs4w2CguAjNinTThpI7bg4xa1vXxFNUVIX20iIjirLJ3htfFR8JqqB5
UAVXmY/VRW4eg0x1uZFxTYHS7jDIulfCzC11KzQ0UH3qZDULDmA19DAg71mKv221Jq7MQe2q
SJetQHoOE8IwFYb2hJJs0tP1AObJLD5wQDiXbJ63VeIdEITV8L/UoBsvLEBfEL6aZaglldpM
DnGJRaZ8Mw2Bb1zHYjpsBVy9JG0LA8PlHl4rylW8pBwpaDZN71BdmBHOAwPcBxVCKaig2ZYo
TzFgQW1oV8YibdSwYdjMoNFQ2rw+IYS41Sj1iFajJgcTDeBngudtq4bHY+IraVquBarygZIl
S56l2hu0UBWk7YgjVQrLctop+oryrWt3k8S43QF7NdKRIUzaX1jMM4FWUU7RcqyW7nKQQcSj
8NIdbdsuWs9y+WUt+My7GlKKxjOsIOgF1gK7aN1NSpuIRKxySXlkILq5UKhkDEWtsE17g83c
uA2waAoDUvawClmsjrcYwoL7HUp7eyq08gczEfpL9ilK58Rn0G3GnC3dSrYxUDus1AxIuPLo
gOIbXdu3nMc/Fgz8liE5tWe9YWIxEUIl7XrwRdkA8BdZsf1Bs1YpaH8PmHY5MG9t7CJY+BAX
UDVHDROXq6l1tCqMnN+43n4eQFGBqAnvVyYUUGvqFpMpNo7O4+E1lm1kJ4Yb/rJc8lRNhouB
2Gm5Z7a+DBkMQjYS1k5MS4MKuQQFz5luIl+XPnGIPIFuonmtwtkUMYfLzL2a2SW98ZgaDRzJ
TSQLN7u20wZRitGHm+YxkHljmNnEHFsj+4OXisOjzC7EYqotRR4nL5gFNYc1/UAFqK7pK8GK
rYVzulFfhBcRwaJsV1EqJAttjTGNMoURUFsssywDB2bPzL4KLeAr8kotomgHcPU9oKAuDuKV
wS4uOaRHmOFRpNWoaVIaNO7l+SM4cQwso09/EMNZEqsHcTjOUBQkEBQU0W/xF3rMVpTJQ5fU
eTi5xVr+UIEwz/KUShjRna/XMVpwHAB2ckBheyJMlWW14lfBCNYMAdXEfWauTLjULOLVC28H
0iy1MhfxFqrVDJQQPV2BNbxUqMbIcjAMTJkBFlsYblE5rUu8OO41xdcy/CXQgVsoOlVmMW9n
ZY+KhTRG2foTECrtB8//AAURMJqHBpEVPzCOxRFGqA0PcrxaStXGSY+Y0yrjTBFy6ULixjtC
xAogPRKYsKtYdR5/CyVdN6jSSgoCcEE3cIgVUUWVSN1DGiRIcOXYJRRu4CmRo+pY+SlATrih
pAhLjm6FwxF2hAsDspxUqCZjJkBr849TBhcs3bzOgDJz2eEwXBYU0d+a4mvXAVGG+WYLqvAM
K2ZxGygsUkfyzFqpKYiaBiFwV57AMIwouSVduzNRpsolBFpsg8QAO1q3iMERd8KGpok4ZVb8
w2Iqg46hioF0Zaoqaaj0eTrEuYIWAG3eIZ9WcUO45IdVH6q4Xue1AejAhQWbCagZSArsBzcI
losMNvMRNQUK8wl2BaUsz0xBFAGTn8ypTVbTf4lWBvqy+5p/olM8LGF2tbD6l2oFkOU7fUyb
rsF1TTBcZMspeqLxLXCW2Jmr3iWo9S2F2+oXghkC1kPcoAEmsozXHpKoskIF9Hu4byqrmije
+GZVSKKPLdUVAjhgDYpdSmg7ts9JY8Cw1Z+8RpKklZJSMOG+ylcSzgpwogu5ySvu9w9BaALV
W2AdLygBsx4lJIUwPcXKRoa+Bw35ljL0eyZw3Ise47wVxVBa/cTIrYqr7nDpwF0YikuzHklg
2jOT9RgKhYUR2taiirC4tchWTqXUNlCF3ls5uLRXkrHpn4hsNOO09H3mBw1sC2FUclQ5VrPk
m3H8wSw0tbKVFKS9bYKcsUyy0B0JrO2jWJXswNbPk5jIy4sFzKLGYv7UC3wU7hEhOOCHHAx1
aSuFdjDCQLVRqMCsVShwBjdZ45lNaOFDNuWyCDV0KI5bjbEQpq/LZHrlY2CdtxxpF3vTYcPM
vhBddqNtQYoMFFeKNolw9Z3D3DRDAKwQXiZywqrHeYpKFt58eYsElaQiUME4sOYop2NLLxBB
cXoVG1sVwAzVsTu2B2NZloQGBQoPMfLMq/SmUTN8MuKbzHxSBBbtQtYMJkjg1jMajBlK1aws
73q62GTD8MUQm3yDocx3SrUsEcOTME7ZXqW6TT4h5MsZy4bXGuohNwhQB4xl5lSWc923ZMvI
r4OcXD2OFyNJuY98VQDwBRDL6CsA0SUAK2qlXHn3MDErTVscykUFg3Y8HEHAzNBXuBRJyDJ1
YwWykTt3gb3DNTbSqlbYBrCK3UHCuZSKOrNPTmolk0iard3M0aDphN3zHFY56nQGmCIAo0dl
QRCmEO5VtTcmY1QtvQavublwvJaLxrE0DG3YMGQcXdSrWBtCWW2pMciJkvw38RInzMaApB15
mQahCluBplozCO926srxcO4NBWSt3fTDTxYQMd0z8x3IiPAcMKjkFsIsOQ5iEClaUc4piODn
vBFnCjBaL2XK0WvfuKAMZdy2Qos0F6jeFQLxvnMTuRYQlVhyJcDiWa2HqA4ZQemGqjUWioS2
7Gy/MsroK6PGE0VqActUNH7g+FK4U0rhPMUEVqIY4MuAeApSOkgRlMBCxoUwbGH1GBqaIKt2
sebosB+4B2grXDwcviUo2wC5OytR0CKADDxdMxlpeDnZ2kFdsBEqtl9QsZ0h4XAcPcBjmWqt
t0upWDIqJBtjAgiQxXffqGjIWiWG+pvEDNRd9PcLnEbtUci8XGWs6dGslC5ZDbRDMimag7Cx
bNU8LLFjVDGv3Dz95UxrNx0wenemd5LDeXU1RGVdpn0eWaui9RPRjlscNu4GwxRwAxrxLvZC
zAX4pg8QYALBqKooXSV6DHau0rax4SHuuXgEelydLb0TMfqlSAW5xxMQwa1XTUP0s2a15JB5
xNOQnKWS1VEHbY0TXE0KGlulzfiNoKAUKazMvVTjtgxbOD/5DFHkHZ9S5xUvkUx46RC1FYDq
qdjxFtsZDOBTQwHhla3WYDnIYMueGUGBQFa5bLgYBe4BsimhTF0JiH9ZrFhGuRKQHRK7ldvU
PXSKNy5a1GLBWwNoxm6l4KSjION2sEmRdWU86MyKiiwq3ivUcwtFa3WbblMd3UuJ5mIUCgZo
3q4poWysRzjEuamL2v0xTkAKcnpmvxjMd8TPvgmT4O79xW3q8lOcVqejwDjaKS2ojsLSsa6c
wZY2F2mAC0/EqpxRf85ilsO1yfmWzvhQ/cs0FPYfUWV3oOn7iWkJdDHq8YiBlDQLA7FsZyBp
FVuDJVwgKW8RrODMOFq2Kurs/KDpdyBT66gVfcY7XeSH5e9Lb7zEiCvad6VBogdjnDmoPtXS
5028Q+4xcVev4ghHmPh8cQMKGlA8XMVV/NFa6SUekC3spBuL1sxlKxTd4xMdptY8irv2ilYP
JLzjYQAoKAg0YLiAoKyW/KiaEqMee9am1+sq7SNfCxEqjs9R2xcp8+oF5ep9pr9GmMyPfqLG
S4XZzn9QlYKSw73BF8kOnmEBaLqbK+DiAz89FlVVuYk61c0HgXAe4IWFpk1smq9TC9aHKxLm
B1QzT3KKW1H4MRaGMF7JyFFu+Tb6TISjICtbtbCMRndJw28BLWU3EQW4L/WYqwxRSk5x7jP2
qCyVsVjqUnVkJQM0b/EsGmtfBZuohhOCCj5rDCowLOUYNN0AE/PUNa7RUpQfLFSb30AfcIej
Y3SJrMr3Znvlg2d9iF6hKohbMqtFEoC0sOCvcYyWYO7+IlmKj4xi2XZGY3jPipUa9MHMoZYs
qCEBp0r/AGClFVkSz4KiAQWvSPl4lHBviGgNnWCwfFQciFCi3PkiGuGSyfO681M9qrsCg+SL
BK4QpB2thZ8Q2xIo7Q6sMLEGERARNKi/iYBQ2q5AcXDQ9i1QBhw5bl55ZgCtUiAVXnafMQKn
IZYuk7hQWwGMC79VBBkYuFbmioWeKyCpgUuFIVEi2uyVz003VWi8kG6S8UNULZEOSouy719w
sUK25vgC4lyRcISeXD3NNwdL2Uxrlg1EUuqbsdSq6hYWP8RWZOLdNcuYw8NQa4OKicBb6vy4
hVBwxYHNECCga1wXKLSCAFeS/MrZrqBLMcH4iSigEwlNhBAI1+Cw2biCAiGSClCiPcfk26Oc
3UAUKIhFZLQ1c2vxcitTPgaQdAdhBM8BpSGMGWadnhACTJ5Ye/EODAAdYZhqYuq+TXdx1zYu
JWVay1AEoG/hLQIQdilexyQ9WByrNHTwxgylcU4vguVs1GCeKrNQtbGiIunKY8BaDB45mWwL
3jnmNXcuw5+oYWhwWSjDAFwTX6SjYHZksgtUqSFNBsqO5nkAaV8xVXgrg333A4fCnvxxHaKp
krddRCkVwDduhjSFBnHctHMP+5Uf5l0IRnkb0zMIMKzL4dzIJjhijghToqpTj26hsqxbE7XZ
yRlAPBK845EccpTsnYDrzGsAzK08Kr9yxuxii79/iDkUEUr1ZEARL+xIzAEGEe74NeItX4sx
tvMeVKIeBer8QJBBq8ejfcenogGwviX6YV0sHh4qXmrLVD1qIZpop9iIljtiE6Zl+e2qUQoB
/MHN9B7F5w4jAeDOEdpxDz8RoAXeabolV3ogUBtE/mF3FnFtd/cSo8KsfSXVAOYrjaHCn3Fm
ENp+1ziIhSqSnf8AMEZopTLbcZAIEEujlg3GLTY55IgHo6VygprGNT2tostsigICuqySslWV
hvo1uNxbSV8nCPcCzAJz/OUDPWV5zbF6sTMbNPbB4RtsR59oM3GPR1T1FQBRLwG4SAix4VK9
wsI6PRMKiFtpgw6ETilapduEqV1AtlWMZOPMcKVgW7ZNsBziEsvytGzRZsxMFCpHnOXRxqzk
geqtQPBs38Q0OC7qD2LLCaNLXdN1m4Millw5xqXDFzYqJVQW2fsRVY6tsnzBsJQCtOEaHEu3
VxjNL3AI0WHGIZVJ4J4bIKENw4SUAwBG99cQRRRz7TH15DH1GBbaKXlKs9TPiSKC8kWUZbqV
aXouY75FefSCzLCVBq6tjGDdUxByDJb9QVwHzKZVX6l7cW8vQVzDIVcmlcpfCKulQ26a5fMe
znrYAUXGs0tXnWdkoblBRMKKv8zDPYsJjNVK5BwreAO4bZXC6qXmWwUwhYcI0aqi2Bc6zcVK
hb038QMECRwS76QVU4oSC5C984gm7bF0/V+4sh7uh7Dc4dd2ojKLaRFOgbcM3t4rioZbdd14
L3GaQMgV7rBmCTuhFMDJfFwbTIH0LlywmAxn3MPkK7E6X+Z2nsQ9MG2s5f8AuPzexgr7Jeyi
YPUitM2pyYpMfHqWYDLUYznKdzP3bMtq++ovLEEFq3iYhjR2BDlqcepsIiVh5l0cNlXIoofU
IrylFC8ptmIRxBUu/JLo6Uu2qzuO8WVLovK6mDY9gzchdx2kOBbKO5hLppp02y/BsXZAcaAR
pOI4BeY/UEC7dI2q8BgFawASnOK+oTaSW7jz3mJx65ItcAYliRB1s/cphjNGMQlEgxYye1kU
rr4PErTccmFfLGA7CiCkoq4tOgjFnK3ZiKLqKgDf/kRcm2z+osMXXFXfURoC22V8VA070ab8
pYKRSo+VMmFsA9M8QsFo0GgwAzeS00PDMNIQVEX3SVBkrsKrevCFpvLolXbyi9sLuEs4WCpV
DhuCnZsY+tPhYGEzBQCKrEvGKjWYdYGnLbDlnzjLnn0l3I2xR4kUuNfemm2iCQgqDDjMNWQt
ZgcW4jBQbKZTbxL2QGCxK7DmHm5te2apGvULTU6YJzKYxGCViwFHeDeHmPmkpQo5HWJUIZC5
T0sxFdaqw20WTO3ofitKljmmO9WUF6VuIGWJKjbCZ3H8UFtr5S5JGMhMcbth7WKhdPV3iql1
ZgD5AzCGkRo1j4mYhNYCV+76h1xqQ1bgRfccACoF71T4liK0UAoDlOHEXks2WV0FtLBtb5DU
bpDmVuqYMNjLro8GOMQWzAqWnK3GDjqqrjKcwNbCIdqbsKboaBR2RAwUqKcrjmUbuxBbm81K
rCuAjJV3ZCSc0rT9TIiLBmt+orZsG1aYoCH3BUGgqReaGMQgc4H5dx6C42mg4TZEG6hszV8R
hoI5Cg9uYvZcpl7XArIWG71LujPCGUsTOOQ5fmF03c0Fma4mWVpaehmpcFDGuJQ0NAcRAzI0
i23BdTMga85iDqHUt9kRVVhWUHRFM4CUAC+YzwwW2IuLjNJ5ovgiQ5AFDejqPryEYoPGE1RV
7WY0aHmMLxZxq883LsSYA2cKMUPdRMFWIqm3viDESZsPhdR7OnvKheFvOiL3B2aq2B0SwQhV
FENUW89QuLw14PeYdBegqLM2fErC5Bfo5iCABvgfbGhDaVq2q/EairZ2Eu0uibhXEQcXZ4jX
hlbVOS8DMoY2IRwbEStQsgNIzq6zK8ikBaXWQ2kNrwsgAPOFcdhM3aAu6YXG/wDuoS3B0tLe
HLxzBtIUsojbcYdgGjTmVQDITgciVRzgrTdqKr1Fa8LyFY1UagoUFvwltpjoMnSmswZcKooG
WX8ExHmRVum4jYBKUHzBm8jFClq5ljmjg0PZwTImQ3ItgKpj1HbgtNBOhuJk2FUJZdLz5ioc
UdDbTf3BrVUlpVfKOfMHVa022Ad14i1LabG2HoWoCymRbK8VsAKfmHq7gC/JcSxDBGhVdFxO
zk5sies1G8qZJRa/7hjYqEBvzE1BfNXYRYpcXo19zh488/aOGC0UsPk/UwUY4OvxLaqDVr9J
YtslqN/WY20EKaQwZ6jCWU+lmMuFVXk8sa9aWhjXllDkWaznyEsoGsbL9yq7A1f81HktkKLb
qiUVkxg04haeUA2O5nqLKYC+c6iFESoRH2uHxDAFjsM2EUxGsRZ9MR62RTKN1f5QreshWGRJ
LQUapsNGO4Nq4VBR3R3iG7RawL1jxA267tF0tbriWxiGlFeRN+YE0eUyZ86hAoKKoLDLDyFA
pWKb/MqJWWqT6R4QuHwm/ceHVkFe7gb5jeWyU4O/iETarE2HKXNuLBGTwYttxWR2ub1mc/nc
uUMhqjFPl2mfiALpaNY+JWb8t7ouSMa0Y5u2rUxMlIbMLW7lGaCPrH4eoIsLoA5W1XcZlGpR
ijmPeFZGluUmsBaBB8Wb6iVoYbEC9DmIomV1LkK8saeFCyLEt8JWO7SlOHm4ZN6wmJOVvErt
loRwKcPcuFqRFq8BZWHvtgLwqyKPWCjwKLLMUEx4dDYzIawZsztWSM+AYXpq6fUqkDoNhMyo
FwSx+JUrdMFwnlJVaS818hiqw2X5gskUUujfqBi74YGB54mOCACnyETLLY0FXyCZmxV6Qvmy
BRw3VgFHzmYOAZctpEzbA3werIyHOOR3Nmc+Uq0pkJY4l5VOdQAWdZPcSAKLxbfUpSDTx81H
NBucP1AFlxyPEUohzZovbLIA5rhRpgXuYrBrs7lEZub1jm6i4+Q4bhS9N8w+w1Nau7qo5fYA
buTLvjMvuysFOJaaM5XVOMNuVfMVKbgCwzgSmyS7teg0uSAoCsSgHIGoAAlcZvycfMUHVm2z
6vHxCxKBGtNFhF2Yn2N7e4bIiupLwX4ZgsFPClZqoBYudsLWJkqO/Gln1AAE6qwWTBV9oDRI
tisZdt+IKIbFC5rYECGlVOvhnEGHPQBlW/ibkJWKW99IcFbl7OUZEAxtVyGuJeyWWII6ey4Z
HkhgG/HqNNfbZ0ui8RoMsnKvNIcENjJwpA5ijRIg2nqAVedQNZH3LazHnAwJAE1UexQaFFu8
TgRwuK5vS5dGpGXK6oFS4QfxoS/i5m2SLkpi4zYgCDfut/KMvcgEwOqZqXlBaCQN87YCwKmG
xqKLlulSnhUgbi76F7S/qCHvCBdaSCRSkBf43GggyIGaZTUsBhGqPcqCpd8vmIX9mIb1UnLQ
1nrcMDFmRGe1rMzWw0XS/LGMPCF0V3NNWQHB5KiubWv7lMCluT/4zAVsYTSexjUq3LTq2JQe
BF7jgDw8r4jSB2wtt+pri9Tvi8Q6wbWt5dRSq7hf0JKAmqc013NWAVWwLxBRT16zDVxUyOVA
r4lPGxOxxw3K2BhFcvLWovmWgLOhccFXIeLIK4IUDkNIz74hPWbYSi8gjxWyDUUGVaVi6os9
QmvuEZiCPxK3wQZZszdrKQN5Bi3lb4jSJ5NbvdZHiJuQJdhouW2KTQ0TA3SVD2irmpxoxEj2
iLYWw6iTXMs+0GDJI3az5/yYD1ph0FbfUYDcgFWmuIAZNQgTwqZhAyC4UA6tJm8Uee6TlcDT
igKfNiOWI7VXAq8peYVwzik0UDEXpBYKHL1fLDmbom2tpcSOCWLbNEZXYCxhrywSuSEpWwCH
nlwtXOEOKzNhoNOHMa0gsCyuMO5niPmguVecMQ0YLgl/aW9cqiY3QjBRQSAUTRATUp1uXQ2h
OFTHND+2ZSKqAXVioKIEWrJd4Yl2dyKFWWdQB6FGzVVvzMsXIF69jibCyXROWITDZAvGKBl2
NVBMA1Siv/YcCxC8cvcWyu1gqH8xIMzOo+CYnEXS1Desi5AcXfSYVaUWBoG4BtaHShRjxLQ5
BT/lAAfhrmJUh0B67gXaAXD5ibIso8LzULOGcLZp6i/kjWD4m1lQtHQvELUAWzCr4uPxaAUN
GG38QFndRjk4xuODwNGS+LlwBLKZ87YYiGo25AutssuIoKDS3AwNZRozHpdIkZN4kesCOI0b
Wo2vXhuZWct03jCUsjqwgK5UaW6gwbiJVihyvc1aGRdbm1lK+oLGeWojUSu2A7W4ty2uQdNq
r8wpVARe7ODMeiG1xvuIAhdpt3sv6lgYUZQs2mIIBvUFZqz+aBaK0ivgtfUGFCwpRw5hKk04
f0zKXYCK3DtV+pXkXKwa48NMtkMNIpi8cz4joRscwqNJkF28Z+ZZtGxTDyCmobuu6Wc8PMXE
E1XoMYlSmxnyecXTMtsryDNwnwHSk5aba8yvZUELqoWql25dJMPE0BHS3TrMUaYHcvOdxSKN
uXZjGMxgKAApOmiRMoNBqq5O0A+QXBclcUS9e5jRdUW+qhMQLZQOQpOfcuiU0gOMjXpjtTcJ
a5EEyrOxjdgW2uqw3N1C2hDJzMWhNAoDzDGioZnwygsyoCU8qcy6UxOR9XiYsGvRBNNYIaba
JYSiIuhg9Q1VG/6UWVAXDJ0PEdlqg1iuyTnHcdlXS+wS6SgtGFuIUFuF27cy+WlcA2ARFErW
V0OZjrLELjy9kdLhQXAvUZYCAzsGbeJVbZh4CsBIWy6YBty7mRtYaCjbcVlbssLOnY1EwglA
16Si9RYWJYIz7ZmivjWYb4uCliEBhW6OTG6QxwMd3dxjaHRdfIQKjwkCNg5bBywPzePMYLis
GstUuW0NoGjIThe9zNp+y/ecjCPQrDusRlRBRsaE3AmBrXNfhNRKU7XJa/qAOUDIZtFBMVpq
FLxz/kvEZ6kP6uH2G0N7t0JL/AG1nbXidZzXFNuq4jOMxbCnKKEJQw2nDfjxKpklfN8BvzHk
EKFEM6KYuih3DU4V/MsRA3BdN5UMJliQYGHTphIRpKst8tQ8smFnADks+pe1QTD2aZmlAwCW
Zyl1EZGclNgDTwy3iBiuWC4gFLtis8Jr5g4S8WUXW0v6iyvHCYfKWJastUlInZzxqAz3Qtvz
F8oGBWmbzcBqAatFdOcxVQRWAOQqzEqxQBrJkjvZSzojROXJpa+5YteQP8gxRjgx3HBacxoN
TTgbViILAOGVWHUXYNiziZBhkOZ2+IAcFzK015l3EE4AlCqk5rgPIyxINnWbxqKxglujGhOW
JUEIUoZ3xFbRTCkb4pIOiqKBrPFw4/Ddut5OI4Uvq45WZ7WWzyRsu4aUiqqxBQaUVRws6Rrj
raYXxoQ/cQXkoj2r+0tAcaAZfB3BcKKSBpwaqOhiDoDku34gAFoVW676liystI9GIoaGpfQU
5unu4AlwtSowWXZcKMC4KroQxHaVhWBptgF7EM0c3w/MWmcA3MXb/Expfue8/MvNYzVdsO5m
miEAMXTC8LAsVdbSHKg68i24WBN7XljS0bC3fF+LgUBWWwC8W3+JSm0WqmemKAVbdK5EuZ14
cHbPyxLPFNof/CPbBgpgbc7zBwHrjanBAPmBnAEOZ0UT0RMg1JdhdCDf4llVxbd6K/lMIcJK
1jBXURHaBWnimUp3cDF5F4PmCVYlPZgcyg0lFitpxKI4mQHbaE2DHMvTbEA4EEq1xYOfcrYh
CCrsXj1GYWUpwLHguIvIwLyoC+5coajRyu21hEBcAH2dQS71mpxga9ykHgzA4F1cWYXBtXp8
RzTj7PVRlMLsXY7JkULtDwfcvMBszbWpRSUMWe7Y9XReTb1FVJWQePMzDQyS7r7mRtajbni4
qA0EU2d5JRSreWV/mMHUFrxZId0seInJcY7QOdjotuHnOlaAvB5iGo1cIDTRKAnJe21c/wDk
bZ6gzZkrDGyWqvpMFNwvJYqpt7RyR8xn84lGFTLoZodQZuRQArlDiLmXgdI2EyyvLWS7PLUe
6NVIO1LwxN76CQC48vUus3gUuBdnqChCuJ2zm7Eu+xHBl2XjPEqCNdkHrsRRDTuwM0cYrU49
m6FF3s5lLnZDh1oahUA0FKAa8sAK0yMDnlF2pNCcU8xdtjYw13A8waJQ1zUWW2Vwt7XqWGuV
T+V6gp2igrbNcG499am3rD1L9DE3WbwdsSsaF8iXdSh5cYS8CV+Y0aELs+QezKr7ZECjtNSj
iqFEnaVWGpaMMoJQeAfSE2jVbaKycVKh8cPk4SEsECgPHASvEJUnAps1iGvuauY4pbiK2vBK
PlMXcGaiBLXh7JVqYEGDQO/TFVcAOFbzxOQAVCyu8AQABURKGNNLER3lFTLBkW3EAJdi7Nbr
MCLV1l4Lyv4jSagsRHxwwp5KAZZ5X4EKisoOQf8AFyuAbIVsQf3CwBicBcsFYNhy2azG7HyB
nbUsqVZVkvVsS1BQ7M6yxcLZ3yPmG6LC2AK6dwIDhPHNFzCmR1KHgG4KqNgrtPMHjSONg9LE
uFqcEZqzTKBqptGCcO+I0wW12T6YdkMBR+IxhELA8cwK/OM5mfmpU94gy+uCXA94SfXuWEN2
oXcUw8qqA6TW5gXoA3Y1TLMdZpPZlloK4AZF8q5a8S+hF1P8VUBIl1SnGsmn3Kc8sRa9A6lC
LlNvOWlsqloyBu1UoPEcvarOIPBHNqHRAM2YXQ72RsFMTowIMYXUNlICor4tWmBSglpa1txE
olzZCq3/AOxeJauzWYQ6W7WmZ1DZTbnz/EuDNoi+SozoGBM33TKBBcm6piNJPZdZkrnMOaLW
scMxDoMFOZ5W/MbMfzLqkMUqrkRQRhAK5FnSXiEwFwYRcpByjLKb23iFekDcdS+WXVtV8IE9
Gzr1gdHiArMXKsJiLGZV0CHau44Dti6rdlIaJQtDbzGNAgpIWFvRAdX8CseTAQuCwBm/rqXE
xjcStOFkZfF67ddrxLyc03qM3wniZrBJ9VeQFyvVxzK7spqORW1Akt4ZTzDSxZbZG8Agn4Fg
Ch08hB7ILa2rjivcQAYZuwZ6mByFWd55hBVZXLGCOGBQcGeEDpNyHy+pQIjZc0VzEbJlQ5wg
gXLQLUzxMy7ug9i2IteS07VqXIvMArm7oZjklWEEHVzK17tbE8D4hDMQLBTerYNQCigD5VGJ
s3Y18y7FF1hPwssb4HlOIYNI2qo5z9VGjQhLDWlJ8Z5iXxSCBbWcVEmRKFKB4S289DC7F5im
0dCx1dsxCBopKh0HPllhuMFLoBXG5o9qF/tHz3AUe0ATexqAHCNgsMPSprlICVSznMoxrEYd
HzuDh2zQDtvoGWjm6JtMQZgwsItNLGsPyyl69rCqExms2tmpsLHO9Vi6x4iXNuER35lraMAv
rfiW3qi8prUveKFAvxCSlglpR5ZYxaMlUDNDupu4Kq6bxc1Mms83KfphaqtIf1K0IIMg9kQh
o3YEp/CV2F36qqOqg6EoK4VYQ1EAeC8536Q9OPs5HN0Edwq0oWbDEUhU1A0LFzkuGYMaICTg
OIB6urMXBwVE5UUUZYvDVx9Ck8nax1BQGC8sprA2mfOLmCCAkConObdwqkYKkZHLtYiq8xry
xxcTAPCnKxc9qsGPteoC0MNsC8COYbMBCkb7H1KAxHyHntplAngeS39Q6rUMBV1ykDCh4HjV
RqK6EYbyEdwMD5NXcFqCNZJte9QbzjqgHqWKg7RgD84gSlauYTxLBU5DZ99Qtc5kOftigLTi
26iCGOgGJV4Bltj09pnAMXlZTYor33EKHPLo4gI7wtPSG7WXAr0ruWI4FCveIUnxoUvFq4lo
34zegVACODK976uG0KlaLwlalDXAQWi01dME+wxq2nyL8wrVygVZMBbG9HI4NLZtmqSz5G9O
5TQMCGAWmGIOCv7sLzWEY0BbSutq0Gr6hzEt4up3HDtCs6s6tzKsSkdtUriHA0DGuw8QPyDo
oK0EtWrkmBrdS4GQNNigHqp4VipSaF4e4zSdxgGSlA3yy7IMwKLcuFqS1ktzTfFnogVjGQps
lkTHai1zq2RVdhCuXTJiV4CuZy1UBRcbZtKhGCIWmMhxcu87TyDjiNVbpgBzfYxpzF12axxm
G+hwoAooZhKymMAdBhR9cZbPDjxC6KBtR3QNVKakwc5KLgKFZqLqabIZMbqUvJYzAEdi2gBe
uWJlysUGzj4eIRpoqtdg7leRQnsVt4tyyj7WmV1o3vzLhQRlw6oP1LpxNlS9NCPEFcFojPM6
6lfZpYMrstx6iQySgpVfIR6tJTohVNPiWARyX6gauK1e63cPNp1lc9S1WcrlH7hh0Yqz3EGf
MWBXONof2hQQDMbIq7G5rFEp8EbqQeE4YpSt0buVsLHey5xEhwWAj0R0AVqLpUhgbEVhjVsT
Ja0Ko8OIFfGTG/7hlChOQXqoxlOEzznRCG0JSqvmQIMrotceiC0KNktbm3mX1V/EmOOEoIKN
Knl8IaYuFwdko+kWU2suDnaMEVd3nAV5YYDlwoo4Kn3MT2tC07MH1KgEt+h1Vepj+VlVdG66
xzcdPJMhFu6/SNQGVbIRbeosG3nP6hrWWG0H8PUzPGS0J3bV/EUSP0F4rOY0qdk2OswblBPl
WGISkHG9hfEbmvQiFpvKGGhU1OdOvEbqi2DHKj+EjevgV22zyTJyls1U5vf6RgnAsonmzzBf
fhcleCyXS2ocDwd+4vLC8Klc5UPUN0gxjhTW5aKbGBbw8xYLFRoMFtNRgeA7AP7h4rdhbLlU
5wsgQvjuYyGaFu9u3uBzIQKwvbX4lDgxkE6gP6l3zHNbL5p1DKztJWGGjioNHEqbLcZNV5hM
BEHPVov8Sg9I0NkxZeXuORUhAf8AtI6W8DWbFmUiwzXwAU4YrLLmg8i4WIdkORW08McsPBhr
hnBUrQfVniY7g3fqIwQYoc9R9QIKGNzKDNlUwZMQxSNxrgyYKGVABOs7ccRplmiDaNwwt3Q8
1WuIbvQ7A405i+5nAs3RNN9zPYjfNbxTM3QXXOmFWdtoSnFrRBJ85DkvZiVt5xprqDvUXooe
csprSoKAeWBKNARSvMmYsCWXtwR6FcNVee7MuUCBwoThIBQ+mxEu7c1KYKq5DpaalYTlWWrs
3mWITmTVZStMf+H9TP61EQI7ZXUlbfBKHIpFGu1WGoTHdJXgBxGtDqMAvZZFXzhpg4Ql5Nix
aJq8SnfU6BN/7iINPWh9TWIwL04bdsCqGW+ijm4TZEs4HP3HIHAGBeQj1qIQRN0G33AsDmBb
ShWe5eKdg3izLGUsSYwyHwU/UyeL23hqqu6jxDIW5erfqWLqKyC89KcscxiBbaqr3eowRpZk
9ARUaIJZg2j/AFKBPouq3gu3UGkVsm7hWG4iicgNri3BOarYfPSV1vCIob7tJlBHMhLG42Q4
ZyWvb8QyopHkZ3KypRdaEruOjBsa4Fcp/MvgAoN3xs5jhRbCzqArB6jKYwG08RqCvhDspsFx
LB0qAZpkLZUQfgdUc+Ih4yQlZ0sL8y2BfRe2tQvLAlepXggMouwWfcoiGVZRPqOhW7Ide47Z
2uD7WL8owz5ijuD7p1pt7gmpDgNdktkRDZXohH8w85alhcKGlfkMQ3VVx1V3GBYpUxZmHV3S
S2ghjV+MOfcAMwRW6G+b2zCJgBgpjqhC1esPUayou9N3cCVVzdY3Ch3gxsa5XEd5Ztp4XmOO
4OJbwV48zWphdExvCO5LUpk/8igA926arMVcK8OsF8VshBfy0wy4YaWYa0A1q92xiKmEFAgK
wygiLYOUEIfg9IyvOpM6w9PqIjJsh3EMgquCBw3uBX5ay0LAGmmPuaKKUyDYMxAWzJN9FjQz
AhuADgJw0QUiLnsVKh5RjCqL64imLqElx24tCvCBmTDw/wAQwEYTy4WlzGi+jQBphq8mLaxw
PkRk0AYWeCncbiPBpZ2W3l6hp8qWQc+T5lrQ0q4INIYZ0MR3pAWl37qWC19ddSwLW4tBAYtT
msy4hJy6pY1AASgRDa3mbdfbu/FsM1tLuCZMBySw8VSENFgYjSTVh5VPPEQChvAtLGt36j4y
dNJc5zIZcSgJT40IpgEFtPuZ3HyaUixxbUvitEli8h/qChuyMmTN6l/Bo7QF0DcO2slBUGKb
PqNhKM0rQguPi/hRwEQubiEWVhIkUCqZs/hETKnOMe03BgZAIbpushWeZbJYb0W+UIr40xFX
ezqMiZdraXCbjlzCEpTdg8QqeYDYu6mSKVCNekAtK4C3XriL75IFIRQGKUcxkFk6E7RUPlO+
4INkUbf6lRkQNuG4L78erHHxKCguBLeVzcpKFFhWYzGEtjZyN5hsBbyUK9RwxylGmz4Oo15I
ySFMFCz0VGlZBSl4VUMyBd1vujnVxDPYa095MRFolAtWLsKTzDcrFFCuHA5mHVQFfWXUTRkb
bbBrUIpvRu+CtRiEA5kC713xDCSx1HwcviVyoIjC1wm0pFrIFcYOFjQUF1XXOJb4sF9V1DE6
QAUVvLVyxw1LBTuu5ZWFea3yBzGlzLA2ezmLo0jxlDJ5TFVbvHeD/YJroVRa8i7YYG5xQwca
YqXjZoybojjBDwJ1ZQb3wQatYNEF4l06XTozSFzFg+BQC80reIpzzItovDXu4y+yWgzxRtKC
LFBm+B7Jhfh7Rl129rNXVAWKtej7jmEhZY0pdq2y0a9ksjA3/GVBU2w8hVYjgEoRaKvQW76Y
U2rnQN4FkQjIU7QvgV7jgOEx8SrUs+okBA6eV0ZPuX2yeQns59QM0REqG7cM1yG3YOX9IHMb
wA5sXfcPiRKxTSGcBBqsfDltDn8wwVLQUtjDVEVTbsV9mPxNT6tAdNpuasMEsGuYCKXYM/8A
XEYZFYCqOolwTn0X4gppVD1OI0QMuzzcI4slwjrZhae+olrLsbam28CbwZydpcwKLpTRfjcV
sQpuDqjxMje+XF9s0sQiWKl6RXlPuyyaOFavymmJeNgIu3HOZXh0tcVZb3bxNxFF744pYIK2
tZAPLbi2IuCMG/B8Rz56zLJrpcpAq2ZAWvoxFkN9V5IrJTSNYBBse5kqt4UDDP1KbACptbtU
y2YoTDbOy7I447MULvN4hUOmtkC/EUJAuheGIRIZpuXTq5QcNRkSmbZog0NbXdSluEVWrzW8
eYdfCAAsXb0lDRSU2Hn/ANUrDu9x5wo1MPNrNMeF3H5LFbL91Xcv8EQKXYCo9kzvAVqt3Tk2
9SogkQ6HK1w+Yolaooa1aoySAsCjV4r7QNzXAkpiqD3UadlxiBg8BkneLxD2KRmx+MRSoSgt
XAqRMNoYLTe3vtmYUyurMMaqO4AseQ3s8vcfClkR1jdoP3Gprh2SqphmFGtIiNNlZPuFT8LF
1djLcr6tpbjWi4jlzITZlo3dxeABDaPL47gXwAuD4Y8wivUSf9UkvX0rsbrdY6QtDfyQztsD
zHPsOQai6NNhbX5g8lFYIoBPyfUVkwKHJ7mNDI+HbKlWavDcOVs2808wRCMtGnD3DUCNChet
RtqBUC+3fUEIO5c8YdRJhcGA15JclL0g/Z2XNwa+BQ+TuZhuwgB+XMpIpazDyudg2iiHQlsI
aWGs8w8DDW/Iv8oZ3NQEhvPBATVlYu9OY4prUrdK389Q24VBBTiOZYkCEnlq1SywNBMHtbuB
1mXC41vUNJj7tfwPEJKRLLGHmIQCi12qe9S9el2uTNpgeVUtSxYG83KC9gxLuiqKb7cSxlga
aq7bgABReGB2wmJDTFNOPmXFtgy6mwBrV9QcnmLIODsMdOLIusoa0m0W3LUs0jHizieDcq7C
zPUC9wKERe7DiDSQWAO3G0MkMMEV2pvLFsQI0YePDH8nrU5d0ZWYcQ0ynS5CPYvwkQOaNItA
ClQ2ZxBc0ctl3YaM9wyraai9TuKyR2NxnYCCVWRJa/0g6UOSBqrY35qX2ED2VyZcYeovbZp0
XyXEqiWta9zOdcQQ7wof2B3LIAxDR241mItVRx6H80b4GC0cuVXDH5uJZe8FFvzHSRM0vlvl
uZ4Dc0HB8RZ0UoBkByPjqHMQWhSZa3zUf8qV9Fmoy1hfOjdRclZWhPOYix3CuB4+ItS6WF/B
KDug8I4icdFhJfhmB0WDNhy1xLwbiCqpvy+oHcXiN3paoILisGxaWYMwbrXFTwoZQMOKqBxl
IKIah4MbVuwUq4F3Soi7DllsoTKDQcEA6AAuBfeYz5lsaDO+5R61QbrGzJKStuIW55Uj0j5e
jzg1DKsZzjfbMH2wriWZBJfuXCqVGg8EUQsFdDvh0/MPIoWqLVgA9bUqqGW8PmKaAZCqVuvc
RARZUpsfiYslNGlrVhglJjPIw6Jiai0OGW6eY1oBUcChHv35pgO2YVJiyvIzzLaavAgZfqbS
Xlg/qhc9g9uKdQKrQEgs/ImfKV4w1ht8xOCjTPJXzAy0GquQXhuWBK2UE3Kt48S64FJFA4O/
qCv23YqPhj6lCARYqr52bhcFr5Q4+5XEFiDZdhTSDHtbNVow56qgLnN5gQjSN2kvjTAG9oMM
HRyHqU4ETODwqlH5jUgyWnyLwQmNroAFVRT9MfAHlRDsJtFdZELabyOfiBqaUxTWx2dETJcJ
Pki4pECiwNlu2oKqOoluLQNy6AHHAu8sE9QNropUQzg4hB8irqxReR1DMaDcJ+DLK5drA1yf
6gJ3bfByt4FjvBtbJPNiCelwPUplbZWSt0R7HJc6Hj+YPCQ5Cx4MAY2umyZoSGsXm/ZxZFjW
u6UcsVKC05+CVklwIpKv+qo+tXI5a0nCBb2OF6EYG1HtYH+kvGCYobI8YF5A6Kiu3uOeEWUU
ZL7RSCkKyFwSqF4cZlmzYwNWzgiNqN8X8O4hsltBwG4ahUFQWNq43EhJSAyODOdRzIpnI53V
n3BjPSi3aXNkBkRAUbBfKpdI1+LBlGvMfUCQEtvbLx4WF286qHxkYapyGMVKxaJYiOH5Ieu0
V2V6jjG9jINRMPNbiPmHcFwbV4ccQSWJmvFx9xhlgocfwQKiXry4G9TK8AsFxi2lQpaKAAfN
Zx4j0Duhofgz0gmYBh5GO/pLwFoKtfkSuZuTp2uMMwigYMiaZcTbHoyJvTdNYl/ojYD6EoLZ
sKUFTam7+ZXwKgL2zuaZp6lRzmoN85GmOKEpPAY5Kqt3DJyxYd5AammuHUNpIoSxWw+/4ifN
gIJOs2fMfpVBt0W0soEYCYtqn9IMIm7W14dqQEHFYGzG9KcwiASDyws6cRRYG4FJjAzmIUt3
k8DJXUomltAWGiyMCsTKbgc/iNvhBUNl5BwkIMwZ058EHTlEKC5co3J8OjXXiEyKS12npUoL
Uuixk4XHMvSsEESPiWK7kMON8wS4pdI4dGYA12m9YmyO3YdtvNXthK+DCG3GWFxCjE8INwZK
GjVpzmIFURi18CZPmWg4zeCG5uoK8ClZZ5cCDFaKikzkhxC4LKwWy2Yj92lxFuEf3Bthja2A
rmszJwWFngqpRPdu6hy1qLBUX0MOiRXNEgl9jRLyue+LB5slmGmIVBwl5SLvtAJFyYtS6Zkr
psLdnOeprEVVBrwEUBm2KS/6l3lAVkZzqrzC0Ui9hOVvczBduw8Mo3TJqjLa4w0gNWSuhHAU
oYccRWKlIhmmnCMcsOQcXDINJjYjiKZLHkWFBk/MeUwRbNOMRusKXoK5evcM8iAdBcLODVaG
hxXcw8GqFrJ3FnTWc34CrFMIoJg4sMZA3H3Cay7Xgx+YK8c1JnrniMFu2NQXrqXglctld5BG
FMQRA6bjDDnxT9KfllpAUx8BdFcwT0shzFG34nMTwLXedVcUWyjdrLgYDHiCKVBc6qkwDKSU
ZNYOTB6TBhUzQdMLiXCgUqxmmtUdxR8jG68u38QLyi7DTjR/EYsEQqjhBvSClPQuOlHRnxHs
DhTLan+pGxJQHUNyeXKNeH6S2axzBFULK1TvgQEFKJVQ3XcuYw1Up+YPKwchUgq40UGE4DDD
RXTog7si8AJQG/yQC0lllr3UJAgVxH4lM6LxjXDZuWgqqznqpgUvZR4F6lGwrJp8eYUtyN1g
RdRwspLUky8FJkXnMD/koU7LBqMmt0rywEGijRlh7CXXOiDDdVAosHCqZ1hiR1ClMXnQwodH
RgXdJzD53SWB5qrA6hjMBpFvIzr5nAMQFgsQph5uWRi0sanhqIBbHsGy47Gz0+dxfTrNi3Vc
VmBdio5Z4DqV5G5qOShxlhQPkaHoe44vc2oOKmNHYdkDbAzWk4u8wfTq+EHqoLAKTZTzFpZT
fZHjVM+ARGaZasG8AER0gcwjnNVlN0geBsOXP1MHL4ZXY7F3efUsCG4WPgfUox4AZOTAvcAp
ybBa3pKYELAMmwxLTpmHsVdN1uow24JueCQZVDC71aVAJUogwxQl3M5KErv8RBLSoIFw6FIG
xoDt6WX6hFTi9T3eYN3a6b5y/bUoPDG9Bgrk8TK6FTBll9wuj3CsFNnqZLAGOa0wiPWYiuiU
nmxhb9wQEy6uua8tCFaLahM7TbgmclCIIDYcQpFiqENZO/qLTGmoOzQW8yvFxBD6iEYdYYrj
ZWvmGlBtba6E4j9QWjjHTBWgKvqmMRDhMsoKv5zAdTYmwubgawHDvwgSTtSV/EI2uWHJ7uLg
McG73AOIKdcXzNVPbOXrEXF7NZfoljlyhr+ZoJVBSspEoDSqxmEJF0KO2XlkTPp8y/MFudcJ
VzirTj8SpUSkMF80SzEbjNMu25RXeEh5Ebd0GQmrUz8QVrYmo4aMAZY4AL3WGCRftY+PazBC
jCI+ZWpQ8BhrseZlyCKBts+47pApl25pfEDidG1WbmOkAGP3Uw8kFUqvMRgVlHS2WFUwKvG9
ksLWVlw+ZWmWNNVMoVroQaoh+QJWidV3BkH0u6HFWpIj6DGzhQdRSlYsTYXi2+505KCtWzVV
V/EJLIgNj21BmcF1LlbC0o9r0vZVTKRYEXGduuIqEu4BwHxKe9FTd2aFwVAxmhpO0vGJge+u
pZc8xGybwVplAyHuIAApknHLTGQClLw7cpZKIyukQqw5mkYvqW6U6i4OBPYaLnTBXWx5UtsB
Gbw6AKuyw4rmIjnbS20jT5me1sM55rfiGnWMjOdG/uMwDEII8jlvMLFMzF0p8ktbV9MilbGo
ld1MMp25IsT77IXRV8QKll07dpqZT1LQLBCW2cpzjMYUU0G7PBG+E2XZzEwWhZZ6gWA5f87i
i6FkD3NToUc7QSjnyHmMlynV/wBwkC3UCjGopThrOP6ibKWXOGI6KB4AsvLrNtWe0GAQtNV8
TN0MrV/xMG2PRiYrHIrmw8w/SBEZeyIXpLeBCM6raJOpUADBeACG7qK+SCDdbqvmCtF0MK2g
yirO4BLZsdSlOwDg0XEEgG1FbvutmZARBAU4pCKizIuDMoiiZCCFCpbL9wwbUbGrHxmOKSiw
VfuLW8uintYY1NB09GBnmsJUvzPCWkW9TL8gCu1slkRLgGtSzUUCioLHlluLddgsomjiOW2f
2gARCN1NpV9wBeIK4G0MWQMhKlxVMGMepaFC0DO7Tb8RDKwoAK4H+Za5bBVOxby7jHZ1aBTd
u0e/mtmg03HDgJYY5Jy74mfWIC0ZYxsYG6AGtdOxiu4MmNsCnK5Av1Bz2ZU7J3UeYtDNAWC6
gGYladHpqWJD2l267EcknCE89ZxLqoo3k0iwVWZwBgoAXgcG43i+BxfvqZhXrFmz0QFJQlCD
hq+CN2CwrAxxvzC1CguCJ5j5lh6VkZsp2SZG2OyWnTVQ0PDiMeOI2oaoZuCZRil8vxOR0LBb
h2QmuXJR+OZkKTAvk8wQoXg04llSgU3RZLOk4Zx6goFHC9stQoCO8fEdRvsefFkXmVgjVwpo
Gq5UrmUcLDFgDLrG8Zxf1NA/Kv8AEGWpwcB5hMhI0R5G5VEBkaKdugmt1QUh2ViIuYmwKUXe
yXFnodq4KXMOxpscADrMQ3ZtV0NbdEq5dsqihkhGoDUFqnfuAdesLXH8xUUVXLu9NxJPLYMw
NTaSwooOfccVCc8nmLuJsTz3AlLsCHTM8OLhXT5l2LOEQYwVD3dyUZXqBGQWDlOa1zAdGDha
Va07mxWCohVL5uUjclgp+4W0MNLaumKGCsIjZ23GiwxQDUwIXglOYkK8vumzq8FtOsosE+RE
sOTxcGG7MhHm5iwFGDm6yFZhAdVmUVzXct8OtWdKzj1EFxEnsOatjMwI3MtmjuLms4Dpi+sO
JT0UcnI5bOvUs/dmZXQFfEoBRagsvY84JUFFRDDstBluaal1n58xVFZQNCexcy7lhvpLAt8Q
QxYLDXXVr3BdUCyNL4LuBUniJz0W4qMIdy3w/wBIwNLMBaWGBAWmjlQimAdlEpZWrh6gqshy
LMJr23bSVALheba5XMN3iqx4RVQVgDYPeIAQGbWK+otEW0ric/cCoY+fhBiLUeruKgBv22n8
RJGhQhbfJKKbYH46YiUFzHJuY6CNpqutx6Vi77A3EzLN/DeISiF5TV8Zg0ChYHRL1zMOxktA
jpHYzdLtF25WRq8m3TfIBgmfMiY5lruONXbAbj2QYaUEV8sOcAsVlVHcoHDKJz75gai9K5E+
GWdKXiyepc0rBQMV3KX2BlW42XHTawBdt9MfFQIO2jYx6lN42D3uZsQKVRu0uvmUY2pLh72Z
PMYNWbrqzwtTPUPIF0duI9PRQx5Z1XENoG6xhpUCnB4Kwl2cKuXk7uBVXu5YIoOOl2ZymYQM
tonJyupT7AqBwMkBCBpAdKyMMW2HGFHS35TWAvKmGxtKyWTeyc4xq4qMzKS3NalDaU2QclNX
4YVXRS6eAmUtfQoaKXLr+UTHjHH5LNwRgwlKQxhzcx8oqDYzQPEHQqs1dzdtJiB6vGNOszdB
1LQDaALcsyU0Bd48mOYYNgCKvrXzF4IArVTl4PcHwkhWoYQ1QmOi0FTof+Ru0GYQEvVYiCAd
1YW05eTMCcTyx1jKxDVMzhZv3KkFDVoBas47h6kEayaiyLDWIJSaW+b6iZubyX5Y6VxW15eL
JcsF45MTyJ1kXXEZtddpto4uWZYKAcrLQNjTxVQgrvAK6uHMOuq05yQpcxbsPjMXb6Lu80cx
4Kfkh6loNVqkKfPU2XVAb1rUXwSsWrT5isY2SNUuhncoc8VgjzCiAaAXfuEzWzSHRjiWo6io
Cq84jiwgLnGQImbWRbd5sd4lmIK5qhEwXLME4wSieDZYPIQW6+3ueAeDxCNs8FNqbalsloJU
cVpBaeaZTkvUISKWMji/7mEZWMbex3zLQlcRR4H8M13lbou1oZicyjWKWstSxHhp0dMCai5H
AGWiAVn4lF3Jh8VW4bKqEAbHy2RQYlJinu8y5emlHNnYlRYrRBV9hqGebTIYdOPzCciTiJ13
F7CJSpssWvU2mhyrNqaDNtOPCNNjViZq6xYDdAJcvHGF2DP1MUBR0unmi6msrClXQ9hMzKru
yEC+HmVC/LCZPHCXDGhS9ENAGDjEytLq64WGYdxAcGbNHUr2t1mkDZl/ME5awyvkYzKY4tZb
KtzZGDQFSXNirr4iexS9LbvyiIK/C8DxTFRk4PKA/i4FIySGv4EupK6hMuXwgcbAVFtdkBnI
OcZa81B1WDIErVVizQrVwMWlZooOJRg5CbxFQY7sz5hQLLSx5IfoGl26h82cQeXiHLZD4zhE
oADgLQBnLLGwW5ZDMJIigRTXpBhRaGyeYe1i11nzOjcUbPiZqREl3ptDboGIPdtb6hZaRgun
F4xcwM4uJV4bjpUNgkJ5RaYVAcjF1UYkt5KEq6+I6KDsT1V4uKUVTRh5SvqNV5xo2dx3TAFh
Q4uUxZWi8VeQFRgCrWOM3QaJUlKrUacmrhJS92W2jWpctVzBzqhQTkFE18f3AV82GmOymDlg
tFk+DjMGimWDd9Nt8RaKCOC1ZxKgU4DF8+4YvaXS/t5g7UXYXnVJFyEK4r20NwNjCBAgdGPz
NLMECVNVYFbJM90Mw+YC7yRqzX5iyyEcpxltlbmiXFKxhvCTZMauKyYTLGgBLUFlYoLHcGLs
CVjEBYUNR8qMFCBhYQCwC7t54hpbLCo4fKOhboxtxh/Kbt/Yk7krEDtaAspxi5kayiBRxe68
QjxcsgvATMALdbIOxXhmNryoFiqFGCnKHaXZ1Ro67Qp2EjfqGecmElfN3AjKkLw5s5uW6ywt
LYPKNHQdEfZ6ghI2iWawWTGAbwUJezJiFvZQTVEWBwaUhvBcLqdo+IlpasM14lUPxuahmLKG
/F13HGLUWoPiKodBtuuOIhiQGQ4gygwKXTxiBYIovmqMsolbBhRQ4lLWGhTdwjQUweOrjedE
waUjIJoTEwl4WU41KEEbPBbKw0fMTa00cXMtdSuDIL10LpS9OUwF5NFTLJJ6hwnasJ07Bmfl
ZYdGectFTClobx5sZjONlaxwLMEBkzW2eCOplHSnCl+sIwXl2wX4Bmq4cLw8iYfMIcu0LFEu
m/wxxJN6MtJyyiAjSNVXYmUcMa0rjWI93tIyqnIb8TNCmHPuaYHQJaOOIqB6nnJuoCTQo74L
sZx39C9TIuJVFhfGLcjriOaDMo0HYXadpr0NIWfNEdh6DlhfVFfEt700sKG3DF1xDjI+C7E+
oZM6luzbZgRBo0UbHqLg0FaC0vDmY9KmqraAYWw6uChkr31AJdiFmywHMRcACCDgSvwixkgX
AGcG4d1wDFLOKuqupnLKlriaOI8ZQJZ0qKqETgwZva+OZrdxAODQcQe4sXB4odsxoYblAarh
GPzqQ5Ypwtg+9YtQlQJYHy+Rc0Q/AtNI2U5NS8QnYFYLNxyCAsDvjEeN9tEH3DNXnOOmBjy6
tj0hcP1rmkA48Yly3GWNvUP3gpXt4pihKuVL+yCByUIWsBQhsckKhDwugzUQBFuUg9o8WOBM
36iVCxVba85ho47WNLOJJbW/mAA+iM4l8hZVQQMoagtCjqkQi5d2EI2KcJktjh9tcW+MxVdQ
MgG33GC9GCunxiH0r0grarWoamaKthhISqVTib34RHmObXW0pqGGyjYfIXiCq0SqnZ4USCdA
AhTnw3KAjQFcfDb+YHrC2SLd1xA0pIgAW+Zm35GEq8qGHigUGODkiajRWQrw8QLgpCUe6lzQ
AtVbjl6jJBroN+5/54vVXDDRoLKTNWQ1AHAoq03bImleCKtNXGzuALiFFp89zDCUQkN4dldR
SigANLc6Y+41GoEw7vmOgRQ0cDFOc9xINxxXIkNsJtCUc7xgJiDiVnH21wfUtii5OFclDZBK
TNyz5Qbdg1DtV8wisqat7oaOYSJomIA6tqonIq3EW6FaPuVkBQzZrLt+JQzX70yARtNUXlb9
mYM1aA81eKMMaFW0Fetp+OYLjoOfg1LQurYMlY3xCb1cEul5gHEBQCdeXqXU7bQcsUOMkBLc
msX1m+InbMq0lU5JXrN0wHNnTDViqY7aLuDsGbSKVggxqKZPzCgDquh3iLMXGOyamDAUK9Sj
qW1bR1fghhqXZuuhgdgRa1jZGXI5CzJ6jrkFh/kQYZSnBdiVfqwsw78JgA/CouIukreCwmVS
8M+HxLaUKsl6UYV6gUSoROB0fpLy6VVc6zZde4qoEpWQd5zdTA2q62XhmZLLJ0m3b6isZaTN
ciS1j0KSu08FkbK3UqgLIdqdl4qGfWV6F7lasUVVF1LFijlNbXioaGreBhy5pqISTQr3WaGo
nhBhRyMu4V3YIkOVpNWFNP7lkabgu9azDG3IXLfiXBWTAN+TepmWFgU1MrUwbKSntqJBBRnG
AywONxAB2ehxDz3iYPpOTHZg06/hLIMtFCjTsr7igkuQ3aygVBeEMrYcuhMeC0v2R00AAimm
SFniBXFGsWDnFFLDwUBrWdHuJi2W5eLae0M1eULX5uUOCDp6w3SCSzQFK6C8gNQnO6KItjgw
4lDjFIOTAKP5iS4N68guBEV2BnXL+0eorJy8E8AdypPCnyILwQqhyUoWDhQc4lGpAgFrezUA
FlYi0MJ/JL75QELZ3NeI1oqRbM3wQFVK0vLiob+XUdWbs7lHtjiqWRt0xyhSt/y5mjQmVItR
zbBOUH1DbL6E9viZvKQWr7Itw33ZkPWbleim2XRFoSBS0olunRhVF+mWyvdBcV4m5goC6z1L
e1KbLddy+kFim0eY3tfZu3ioE6WiOTyqy51Fc485guKE2CLvCalyuyrCjmtEIIIUut8bvqDg
CKDjlovMaRdQ2zaCa35gXqi6VbbpcTM5qfmFjmGaqODL5hkPstgeM5PiMCotGrWb1ctrUshB
Q4pHMDYXCpOlozD1ZqyseLz8zEzFAYvivzCNVQJ+V+ZliAFU/UvwIMf7BMgbyaiV5DZYe4yk
2OIePErcopWl+HcTFWldAOye57wb+E/HEBHbHqKGRNztkS6dESyCs2g5AjR5iOwXDZilXSE7
gCN0WVVyYUFknGL8XL4UMu3HnUshBkOKcuLjJlhS3Auts8S1UynAOnF3E9opF5a2vH5g6mik
OaX/ACI7wAXUcYxR7gLY4pmLc3xEi0MClNLWbgiTAAYLeXRHutRdiHCxsZeCN0pat5rJAyKQ
FuQWvlLuxc79YMUMJWYJQ34MF4GZYxqHKYumMTow51dDr3BGt5y9TYqqFEWyCu70ILvlmADp
vXpY459DGUfJYfgVvgnDF7h3dh7DzjzAiBaU6ENQUS9WjPgdxE/NXAjgqPCOyXHMFUqg4oaz
jiFCC8Xb9rZuhJkNPkiq/Mqt9LNMMLwiLz3glBQ1CNHiDdJwsrz1AQGCrgrVM3tyb2vMGGVb
FJlR6l6TAwGDzNskwKIW6lrNnapy3VrBqwHYd0bzE0E0tDUaVipjJsFRD5Cr5zCEK0FIxfdw
hIaC4oflG2hCmgxwSz1wKXaHqBcMuhfTcfbFWKwZl56YwLyGImF8F7NQ8HA2wOD5gE+hB1RC
S+HVZfdRGJ4BKvxTACnGtXtiJespwr2SpO4KEQL1Fog7CUL3dwl01eLVRy1CEvSL63O6q7Oz
9XHQISsJW9NXLd6qFRRvHN9SkQYo1KjXR6j4LxQgDVGPqWVeNpamdr/EvAFqgpMGBmNioGwd
lbM9woRoVRW076gE0gFRhD+4CD2Jsh8CkS4gWAt1rILbUHFXTIU6rv3GE2uMIC8jZvxOEXtd
mY/XsaPoBLMRthV+IXBHFAlc26hUD4qzeblWo44M5XQZlgfVBF6c4WMh0gJyM1ubfIqZl8sM
2DSCHYxdyyImmWXR1FzUSuzXcZO4A18muItFXCcu11Es8KBCN0ax5qATbBcB4FrLcBlDGhwc
OO4xFYtcFU3E0yghq7NiAlZbGqz4m4EhSLC+2D0coUV3FehoMa2rBsxfXizmVsdCYr1X8RLp
ro7N91GQEyk4IZVrngeSJfIxsI3ZuMDuPcvpXDuxfggJW5lyeVrc6UNCZvVyKgPlrGzgWgEa
3Z5e4QFo2gLV3xGlGI1U5xtYibHAV8BbhgCayqFvFcx0Xagch2xjplwsXnLBAspii+cwC62z
VB+JTdyldrb8SiZBHay/xMdfCzLcXIuOjF/MIHDoVuju471gQ/shcAbD4aqonyeFYfJGwK9c
tH4mLNgFaVXawFEoRdW33PtzfFVVRNrIpu30u1mz0h3NtFizQO2HBpXXUJHABaBzd/EdEDVN
g8Bgv3B9vgCEZxhrKYaOcx0NvqFKzm1Sg0onC/HKvMZ0E0VmDNw8ywQIFgXzVH5mcQixXi8v
hhIjIKFnAQaZi3ldosrnMcIZcyBWWu4ZlEIQT+ksD0MD4P4RMbALdTLMhyFNHlcx8hxP5jo6
lXz1oFfbiBkbE5TfmV6g8y1uGPCpSG6NYQchfPzLGsMtp5HgeY31jpDraGNBmy6XgrCF2QwA
s5oKl6G9ZotI10bDQdsoMhoovbSDkqZVGRIXtdLCGcsBysfUYZFRUzTez9w5OpT4l9QNCoLM
D2QUAkAYjTlmwOJwN7KnDMAvZolocFJz+IFaQYcHi8xtKDRd/As3cy4sdIt0W/AO8RZHDdIx
+U8AEt+I4krginmXKquSQ+I4K4MU98y9QDc28dkLjcNyIGdwUilwCll4MUSllSUrTQvzBO4D
CqNhMuBuDK9QUFDgvLrMxQRSNPKvxFF6TZeebQxK9XPZU9+ItCRyoTwZtl1NZQJfWoUTaw5c
G6mPpEuL61pigOb9BBq1FE1XhYbRTheHFMforKjs9y8mTXrvVR3QJZar5vh4goA2DybbcpbE
/EX9Jo91H+qzA0GuH8StEwrRvnPfcXUCspl4KviAUEAKgF73fmWATcqPdBRiqsYtVFmpiouR
pTEXwrpl2Q4LpeFVLY1pePu8x0AJGhd/KDB0lpaDnLUMDN3Xsc9fEraei33AEeiU1G2+8qc+
I9TVJdY0ttxn+QNLMadpLMgAEXlUvFwFYnelNUwwc2GjAhktfwgKAFBSw0F5CY0uz22aoZuC
Ls5COVtGd6iF8qhsrxVfExUBGFbwBslcEH8FN/5KycSyzIU37mSsty2NfzLGrSgVldqdlK9y
CcVAUCuxZeLmTZcDx01AiyYaV7U7iuO0Dd3wgLjgqqKWJfDHOiUN3lG7lSPKou6axMBJQUG8
GpcoRYgyOtkOrDApZuKVv0ty0n0iAulBou11shg7FgHDuVrVkQLBo1EXvMsIQpbMHUupUoMe
WNR6BWr1G3otmG+8QLAQYdK/qB5c20oXTUspnNWqHFMPMp6JkravMoLfs7lsJVk+gKmRNDmO
y4bCiG0BN4jQLVInnFRqtPBwXLbv4HPEYkpUB9nPiDuAANZut37igh4VKhEcoTFPjUYcdqMX
/k6Buy46r8S+cxVkOSjKbYG+HnxqXALooLDOBuCEQEEs035iLJq8kE/8JVgHCEZpGGoEB0DG
YeKwiLo6Jept9AA7BvPiEMMjk2ytnuLPkGpoeBxFSiZcG/B0RNDXFUMOMeItBZSNB8v1B7qZ
UsvhUrwZyGuz/ZmT15HBgzKzpySwKsVfzMo1U4EPDzG72FVwt5DNwSaFFxuuRXcqLyWC3i2z
YdQ0aqta6v8ABCr4s0o9oFywWSi7BY3jHUXu19e1irimpsmWzZwU1DPQranBkpiKRcRjQ/Go
v5BO5agoIcEAIVL2AqnYTG8CuEG8yyA4BqDdXnDFZNKNNPdOIXSVg4s4l115BZkK8QxnpXKc
mYahLBtnpOO4gWUJNg3TqKpEI3J68xHRsDHvwbldWdQ1atZ3mAse2ROM8S+hRVSxNG+IhYq2
Ea4cEuTkqhQcxySRTdCLyQULXlEq8Z9kcqrtwb2UysAsEtPyXCXTW+Lndf1HQ6V7C5S/EMQ1
RN2J1WiIAZIiONeYVcBlLddExorc0sdzA0OFLdSgASLkWPFQbegqg2I+NQZAnfbHdRLlObN6
S9TIMjRfmMrg1xuJJCrZTfohoFGHb+IEVFRdXsZl1GeSzd38QKp8ixTeBYmAAV0WMWlY+5qt
RYjslElYYRUUKYjJ8SmrXeM/EBBsvAC6qr/UCaxgUAMOaLvzBAtzTKdn/qVquUVb2ehqYXO8
sFPHeYl8GC4zkO/cbYKKEp7LIJYICqpRtxbKzBVqIOil7jJm6bd75fUcugzarBkMfRmlpFCD
kNsE8YyENnCcS8OwJVXpVEUBdzqBxVDkiJjTgDnLgfiG5a+3blJ+Ecm1Lil9UNYlUdc4AnbO
viPiJSDdHF19y9KWDBueX7hYaNDjYoWn4jnR1eDt6g+kKhsOszRtjXcOqjk2+jgYt9xUrU5d
Glu+QidbD/wS4NJQrL1uPltG1ijm5c1kIaBt6IibRo1e3JuLK0rp13ghqUICw2OauoAoyDCt
byQB3Bj0AOOMs1bFA02RpUWVWN4r5ot1qkgT1xLut9x0dwNmCzs3uWBUQ3Y8kFPlVNteuIUR
qBiGd0vMI9JrtcSuCgVYauBoXuDjzeIApVbp+YiQBcJiqdUEvSA2lvonEarMVVq7RGmCh1qz
rUuUC6mnwL6hagByXdAaOq9zITRz/iU4bSNW6vNs27RgMp1KE5aaUPxMiAd3xiCMC4lNxMkL
XXODqeSd/wAVNpSMRAXdZgws8BPii4wIANxeQ47jttyBfkNxqFexB5slyouGMCs3a8pUjpQC
7dW5GUU6zH42RSLLCFthTEOc6jWx4SPTXluVyLEZKCGBQAmsRUoMOymLqw+olYYsL+EG8xo6
tuDthf2hFRlS2YbzKAmEiw3RY59yxamZU+dRE7VI7du7rxLUA2h2rpZREwOIr1YW/iWjA2ER
WG8twoCMV2OfDwQ6XlcG5yM/MY6jdhTy+oTqIUr6AfcUTApbGjlB+xVByOZljMnSrCZtkhtQ
hlZbuJpMDW3olgS8C5i5QhytdrMQXJMoVuNHim+agdoylreIS3RLR7YjIaBWPgvVwsVK6Xst
F4xK+HVUZmRUTSic5axLzlLgy8pUxG8Vcp5itry4NjYEvGLxAxfGYgIA2LMc1ye5RYXs4Fc4
IspI3BPMR1agLove8XGkyBS0MayxWyppK+kAtWy241molE5YKyJH9pUbTGi2aS0DnEAKcyl3
WoBLzSgHLcJ2zZWMEz1Fjy0vK/B4hMR2BeepV1lk23J5gbYmFVD0xdo9hk6mxjtNV0Mp8ayr
GeGFb4BK9SYKWa25xTxO1u6x8G4VlyhauhxthFRx5wEHOSu5RWbdcc2PzGlVDRAcf2nb29Ff
Y17hJbcWFQ02/UNlilINPfN+oaRAFRQvbJVR9FSzuvjPc5Ttcr47lXMF5s9LYwxnMUGaEMFv
zCwWCUU/R35igpWlQfM+2VS+tXRoLwD4i3AuV0R4GPZUtSSUWXyNVXkjOr8gGDm2IiAoUyC2
hY3DcWeAyM1XPqJipBrbkUeO2UBFossb9jcouhWEsHIgZewhbQADkzORUHEvg9VLIIXs1W30
S9nLwNbL1KdbZ2WnPCXLdUNVbhLxRHplAerVWcCWxxgSguU1mQHVxaVmZ105rfQe4dWKk2J4
vmYAmnNFZ6ZVeEA2GPMYBHdQUlUrouwa2tqoGDwUfRjfuEh1qQSiGlqqirckJdCCgSCm2uIY
hKcIrzW4lAAOS02XBxy5gxwd/MMjt0f8IYdbibDuzjEoQaSk5eWq7lpSUrAE8xEhTlwObrEa
NTGgoSsmCWB4ko2dsvxBbSm97uXLTCtlziOFrKbcM1YyzQ+O4Ba1ni1/MaxjzY21nMS/MVvF
PXWYo2itpA1mcxLZTR6j47YcDW17hzVZyN9YlwOAmrL5mBDrl83EEihwXkIgMonIt+Cdr25u
u4VA5pLbjDt1KAjdUIrdPSF6TVWyu0dJXu7oCL2C3sjohnoFYstHoekVR12meHM5QNUNZZtg
2PTjaj9wEUCu50jxK4PJeFtVj11qFwp4qYoii4DzytG8OHyDVFbiGq9FTre4KwEVjvdVrxEu
2akAVxbmVctaSOsLz6jOZGJEHdG0qQWURauGj8zOZLI9G+pbFtG7Vug4j9fhYF6WQ7mRctXi
orILVJjW2RYcDCMS6HY4l4rVVEXSXylkcWtN7ahFosg8gayU3DGU0UroloCVOJ+piKJEiqwm
oYyL10Nc3m4O7JQuxsxAU9waPOBFVVy7/wDZdSNIbb45laWDeEoOfUfFw5FfIVMw0FwDi9mJ
cAutufHMrSTfT8hCMAuEjnG4ompN2Ru3DEUUKnGa+EJjDQZRONuO4CRwOWvNEpNo2I0drhNA
2LQfF1EKGbHCrxVGIlQEaFZfUEaSyKb8viDkVAQ5vvO4zuWGWL5XPBMUErBy9mIz9Xu35wzg
SrvK1BWYuOQlna2Nrb8XGVVsFl0Xi+YyaxwYrzAeqcU8a5lpXVQp+4RAEPJHoTx4hVG5YWAU
e+ZiJVb4WYz9zA2YFlun2mKh0i1FiozU2G9W5sVBacFRWL0o/EXAwASl0Iq/tnckZeqrwQ2U
VlLAYae/Et74A0gCwElDJZtV89BgyFoLWK4Xo3AoyrLE3wmyF3kwwuLksJc0eaAFy3Ws6jkD
YtI75GONMWMTWSYzCq4K4CjVEZ4C76PTjxUWwhxQBxm0GMO2RW4TlmAhXtOAM2v4gITVAzY9
iWZBrTJbwjqHjLZSwvDeaz5havgIpdcLqHfVU25MkbM1tOS7zZBAqseLtD0hiqxzi6CBpk2E
z8EjfuLWYB+IQW2t05m3iA0F7tqF5VJwLw/mKSNLmGtEtS3DGsuPqHQwIaVvS9xaCDWbzTjm
JKnkSu8ax5gE9XNnanxGErRVoAHsIVTmVQc9LgjU5pQ0bHU4GNqhHpCUxjQrgN0EQN04GCi6
q4zgE0mTkqK4oXgnlmOk1NFuNQxxRUOFfRuPfRQ0QvEFgAqxsnZRMuEARa9sFodGoV38RVKj
YTgS97iflRwvHuWaKLCUdXCEY2Z4r0m2+Gg4O5UCpBsiGLGWgys8vhLDByXlreIQEKCqq7eM
3AqELwxhOr1KQq4HhfUHLARYIrrcRAtLO+VghsjCyxXwhtCrS6X9zJ0xus6vLqIjEBjK1sBr
MWBpXQmbzTf3KwKCDSkaU78Qewla0Dlpcc1DYQfQthaC1EzlXS33CSjnEiVEMzrPIOkgBFqV
o022t9IGQUwbjg8upWF6B92E8LbIuXbWbgQ+osAPIjlm1Y1BaWnMCKiyOyuMP3HBsAFQLyKI
DNE5jxFr03FLFLtYO/B7hZ8LANHeAwGIC4NY3mCoRLy8FZNpzLC0ukw/UV+oZs126lF02mZT
iy6YDjBAHmKiAwj3LgctygNFpfiQQW8nkiYABeEebZWoIlEiXgxwBsIzRVKxhmhVjLZvD+ZR
FMjQvPGZmxxCC+M8RsGYVoboc0GyLhzHGl0t5EyYalpQt23GmNxszbnPuAH7I952VGWPoNxq
sNy0K3JrVl3/ABKUA9ZvgJZ0FeShKpTce93XzZmnkhOiRoazu2DSJYrQnl/mB1122aXHBMaw
r5Sh4wS5QdG7b4xLGAGrCt8EEDrhZog19xEsLxdOnUdEPAFIrmAiWYzN+WcUMtLbneJxRsDK
1zGK1gI7eOIVK3xsLW9zwKDV+nHEq71boZJYvOynER3CbLcG4UsrROjsFIPcxBDglYZc6mdc
C0qldauNaib7L/8AZkNbCqvioWNTaz5xL1iX6ejYvmUthbANBebENE2qLp422dkE5i2Nrwfs
QU4jKVK413DVRWBSXtnJnFwO5hpx9KYY8lTaKg1hRQKEbqTi1AWIFBYJE4zxHVdyYKLV2Ipz
KyAfaVRRT36iqOdlIvgnJHRaLNF/tFS0rYu9UEgxBAhwL9sxjBlJSictHXzCVswQmLbd/CHp
EoU0eNhBhXIJ5AUajhK+2MWLWqSV6gNVWzeKMPculBf1x0vmOaBUFC3b8xI5eXb35gF6UHCf
IKjY4ihdE4rUxw5am05zMOUUfKw8QMmHslQ1tqKGK2Vg2OHEpVFvS9oRtOzIt8ynrZTMNbOq
hlIUHbvXDL9KXcNJ6MwOrQqtWoEqFILOBbha9xISWNSxXLaaOpWYBIBOMbSj3BRpbTxWyL/c
Sx+7E5+i+4AVQ3tcKH+x4SLehY4Ne5Vz1nLf53LeQqkw3nfEwQK5Db5IIrGlBnyKcTC0LaOj
5ywpVjFvIm7B7IKdlCo/TiEAD3bfRBGwrAreTNsShVJuccwrRqugz8+ICE4FG6eY7JFsmW/M
at6dv93xM9ooH1A8xxDAIK9rgjOrOTxfFzWsLZYu6L4je0Is2p21CWJ5gUvgigM9kBD4i7Xi
v58XBQwNF2egmRzDDlcmHUpYYFuXrwS37QNBzi8XUuYqoC8bK4SzrLUK100Mnhj0VDe0m04Z
zQaupnmjCKGNWktTdA3AmIYAfHP4o/qrNBWnbKHsZOS/mLBbQWOaKqMtxLaez14gS7WnFzj1
K4ghc6MABdb1LVRlvfDR7l3BM4xGreu5WsYgbvOy4mDZhSGzYFxpfVOkJoNjKQAK2IDoXFwR
tHPfHAJf1eW3L3MRRI4eaigjTvt6NXDYWBQnt5rqWDC0U2DPOgFiVwDB8QLoLIRtM07lMcsd
8eWGysIXp4MzIgSloq7tuuI+e6gSjWFfUUKrFlJeUOrm7VboUd0jSvxGTzQNvGILRXgsF4sK
ZY0r51ZporQyptqJwj7l5qRAS05qF19k2VfNxXBwMtF3l1AVaaTHbjiPXNb5bBy+5djhYOHc
MpFBTNcYvmFQFlMBcVmJZvBgXjfEtAMOqFc3KxzJQ3b7JT3Y5DBq7hG6bbkfJqO6V6YD16hU
qFilZI0BtB4fUaNlAs3neKlA+IJAl8caNsWwK0+8qPWIQL3JgeKfcBDtWjrkqKr1g1elqKno
YDwpS7WW/RYlG+SWV5lic2SgmOvdCnmiUDRWM5rGHDMnYgUcHHqCDtpVnTPfqZHQyac4ydyx
pVio98sCBWXZU9iA5RMGyrVYmSGMe4CgBVCU69y4rIBhtLG5aENd1rdXRURBsAzyabqMd7Wg
egcyxZdh0pZloigpurD5kRGKwabfJfwRItAJlUVw7hhRqW0TDW6+YtqaC6W1vG4KMSWabCrL
IDWXbNDhuuOowqQiNmhTZwQMKRbp6CjHcvQnADsu4xlQI/RMwYJhp24q2FQAdUndLa4MiUnQ
ZZ2iwUAl8xrLzvjwzqvILPZuoBoEKQ2q9wknaFWC5uuMQ4+4HFoDqWRt00B4jTmG9jZvDVEs
p6xdENX0whjWLtF9GEELLKi/OJeZqgZfYqKboLR4PVwaIapRKf2l5dARW3N/E3fqwRD0tfxF
IIQKotzcYAGpT5LqVWfF4g5vuJihsVC7riIvIrVpT3zArlCsTGv1GZAOLgXjmoQXBzbh0R8Z
YVSr7YEr94F0PMEKE2aXncUzxjr4mVBqDajYxdjSjtIWv5ZLq8Y8SrJwrIaoalfjQQijyS3Y
lyg33TzGy7QUA3xDz3q7MOzcujRaquL1mWhxPb4GYo6apdMLkfmNefUChP4lijgKLZeLpMzA
3gbbPNeJyzSnot7uY5Iqul7MeoYmIJwyzFrEHyWyhTqw5hJu2yryIiPBYNOHzAYAFoqVjC4g
UyKoqnKXTCBImgAStkLcLICx1UWMTQW/siZrdWTRrjVzKArJQOtfbBl1bvuilYIqWotxptu5
RBqJs/YXHuomSRXQuypSNALoszZ0iFGoICfL/CJhshgeirV4g448QOzWaleVqtsHVL3DQSZj
C2+JTYDCLT8MXDisN0WI6fcYzRVpYPuWKY4PfxmHpmm5M85lCSoKjbjiaK6LLC8pQX25EHjf
uU0ku5t3eJSYoFVWGgvbLmyeHsYMsR1U26ZEdF1CdzaqrOuIVkje0N/+oYhbGgF9xXz42BTw
5xEMyWHhvOKmJdOCbRvOpRwWCjIcih4ZcgJvW/qKOpodA48LA5IWDhNlJqGCsELpfDUWLSBX
K/uXpqWVsTmJxrZEyOJeFg6L4TALSineviAD7jx8w+ERAyJdzu3sFawS2uUNrV7MTsvskBHU
YCGQ7WHUvEmCATG6OIKqCGabyauxjcTBnlvkuXw3IhhXFwoLI6N4rNxFUYWaCYWFS3G1ArLN
CdMEVFqFkrwiHggAAPrF/EyRdvuYyhUc8cJxPmilFZaqLMIqFUc/cRxRvNoVjFF5Ig30U097
YqFgUoNbfcDNhQaON0zCC00AD8EUbSb5r17TkBKBdnnSaLnLXxvEAZq3VQYffdS0oGbMVqmm
ojEKlN9nBAsDoZkGdsMQ3swFANGOICbRAyCjwcy5ZaWbVcd8xujJjtVZvGKgbKVYZb57ggkH
GjnIss1DkBWG4kLkbXjnjmYnL3YopxZBaWD2X2jMuSy603qWGUAsEvDi5XK7RQA1Q0zXwN2w
X3M3m7fYexC0geNsta1MM5gl3WTUVS9O9B1XEWVA+AXjKYnXWG287f7gx1kBVV0xAxYqoO/u
PfDbNrjlyagLaz4QbtxOHwk0cvEEs5TVudUcx+mxsZVqw0wVSFiyHdnEMUSp2q58LEzj5BnD
DfiW4DMC47VuMrhMFa3zXiUiXtqFAaL8xwQJhR35ik0dCkgrKrq6nhel1PmqjTCeyXTHzLtN
EAWFcsp7bYQsHR1K6BlBdZ8V/MRuJQeVvqUQpWqazzLKEpKzlxVuoxHrtpnO8sZjqXapF5LI
YvHlAM2sykFZDvj4mubtAq+JXke91faCA8FKX0zZEWUIqWY0ojMPGEtefiWS09eXdrMe3jWP
6hS2uS44S1CNbMqlcxl2cAWDxgxHobAMFJ+7lxyIi0Z3lHSXTVu62Kc1DKr3GXXIhEBZam/U
GaNTSznCVcR81KCo5zxCaNpmQ83ABSxcwTXDiAoiNE3V42MvCXVRM648RSglXvIcwMGmbGq6
tqFRwUGOQMAkoOMquc/qZ3kBFUGdbuG+U2qcdFoRS5JQyNMu0qOFbKy34/2Fxwoaa54xctya
pbtsjnEVMDhxHZWI2SqAtTdLipUHocPlhKFeOVbr0ltoXnN3mi+pUFgYcF843GJsGm6+pcbK
0Tl4zGdCBsWm8HqVQBAbdhamDEsqTeDQ3VRdUnbaS+BIgIWc8sHKw25PS4NasyyYK9z4l3MZ
w6w/+zFQMhizoxuMBQbKA3ayAT2Oi4v9wFeVgNodsWis189eUGpRRZZDubicktDvyRF0U77G
IZR3YtbGTUTWwMbPFPMvoqc8NBKaLkRsehmTIYsPn5iwZREMHRiDfinjtlhgEAMwrnwvUp1x
wU128QVkVCmw2agmcSmw/NRt5RaY1rWY0qttrDXqUEJC1tQ7uvqbJFeRe9EoyMApZzm4OLsA
sO9OQmT3Uy3Y+8eI2Ede7NYMTLbUcqsz/9oACAECAwE/EP8A9Uh//9oACAEDAwE/EP8A9Uh/
/9k=</binary>
 <binary id="i_109.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo0NDVDMTkyMTVDREIxMUU0QTdGNzgzREU2M0Y1Q0UwNiIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo0NDVDMTkyMjVDREIxMUU0QTdGNzgzREU2M0Y1
Q0UwNiI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjQ0
NUMxOTFGNUNEQjExRTRBN0Y3ODNERTYzRjVDRTA2IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjQ0NUMxOTIwNUNEQjExRTRBN0Y3ODNERTYzRjVDRTA2Ii8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAAAqNQAAUXoAAId9AADLrP/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgBcAImAwERAAIRAQMRAf/EANgAAAIDAQEBAAAAAAAAAAAAAAAEAgMFAQYH
AQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAADAAIDAAICAQIGAQMFAQABAgMABBESExQFIiMhMRUgMFAy
MwYkELBCQGCAQTQlEQABAwIFAwIDBQcDBAAHAAABABECIRIxQVEiA2EyE3FCgVIjkaGxwWIQ
0eFygjMEIFDwMPFDFGCAkqLCUyQSAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAALATAQACAgICAgIBBAIDAQEB
AAEAESExQVFhcYGRobHBEPDR4SAwQFDxsGCA/9oADAMBAAIRAxEAAAH6oAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAESkYAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAMUpNwmdA4RJlJcBw6AAAARJAAAAoTJlhlD5ecOgAAAAAABw6AAAA
AAAAAAAAAHjSBrjBqECJnGiYpuEiYAAAACQ6Zhoig6cMY4PixnG2ZJvEwAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAADx4gSA0R02jzR0zz0JMeLjoAAAYBeLkBc4VjRItECJumOepJAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAHjhAvKCBsGsYBjnTdJnD0gwAABA88cGigrIky4gVjRmEDp60mIGgAAAAAAAABw6AAAAA
AAAAAB4EWNcSPPGyBWZwwbRMTPXGgSOgAoVGcPlIiVgKCIya4oXih6QdMM3QAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAPlhsEyZgFQ0ax5IcGDWEzWNM1BsgQM8rAiXFJcLmYKHBoaIEC0pNI3gAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAPko4PiJkkxg2RATM40xstNk9MMmQZZgD5tFguIiwqNjJwtHCRlipebBtFoAAA
AAAEAMogBWKmmPDAAAAAABUfKy04XGYMDQwZ5Izi00SJM3zSMowTJGj1pqiJnmGBuHSZI0CZ
lAbAwWmiBSXFZYQJgAHnSkUOFYkWm2PmsAAVlgABEVPnYuUnSgqLxoyCZQOkzTFx4ZM4QOHD
0pWNmYZJuGqQKzzxsmyLkjTFTzxrFpSeoKBw8welKy8ieZIFhcLnCweHRYcM0vHDpcVmeTA+
fDBjAIjAwQKhcmNFZqigybR5EpLwN4SHCJ580TWGxAwTpvm0XGkZ5hFpIvNc6bR400wJlZQP
FRaJlI2YpYaIGsZJnDAwNmSWjp4kSHjLFhgpNEXIi48OFIscAkZxM0iwaJHRQaGSoxyBwbPT
FxcLGcLlJqjYubZgGsLmeaJIrFR0WJmmWl5IyhgUMARA9cLkC48WZpadJlJEDUJGgYQ2QKR4
xDQLTINImWFxoCBYXiguUjI6PiBeZpMpFj0hYWjxiETpSYJM9CUEzdOlZYRFik2BoDwgsPmq
XixinC8yDXEBYtFSZcZw2cFTQHSRAxhM1jVMovLC00TLECBrkCwkTARKig0DYJjRjixAXFC8
kaRcbJQJD5uDRjGqWGGeZMw3jVAyjOKxYidFzhpmOJjZA4TLS8pAkcLhwaOGGWjZokjzo4PD
ppHmSwYMocMsvPSlpSJGWaAFRmHB8DUNcwjaGyJlHsjCPPnnxgtN4sExUaMsqOiw0MCJQJjh
QIl5tGOXD5klR6QtJmYQLjYMkeMktN0kZJEmUlYqRNkdLRAxB4YFDMIGwKG2ZJEbHxksHzCM
IpGTVODIsOm8eKGzPLhAiXCJwkcJkD1B544BeZxvjJUdKBcdA1Ty4GoUEh4XExYqOmgejFDz
5jHoBgySoqHxsCgoPZD5qGAcMcxhYbN44BYVEzz5onBczDhw0CsWLB4VNMTMY4PHS8uEjWMk
kOiJ6E84MCZM0y46WmQJDRYbY+eVMUbHiwzCRcTLSwRHT1BWKiJI1Tzg8PgSKisaMMeIEwKD
FGzpI1BMuKy4rMY9OZo+VHnBorHhcqHis0xEzTQNMCgyjKN0tHRkSPOjZWdJi5WMEy0pLzfF
zBGRQdIHTdMkaLxc2jOAkMig6eUPVlJ5cfFi8YNIkeNNYbM09SXih5cZNckBnmgXlQwPFZmi
ImaxcXlJUYBqjAsUC5wuLxAULx4oEAKDpIcNUgKkD14gZZ0QKxwpEi8mdLxseIEC0SLRQ6PD
pcUFBsEC0TMYpNcSMc1zVKTMHwKhYfMM9GZpwvGxIsGTPPLntC01DBHCwgZxWewIjRkiguXA
cEywsNE4AmZxinoRkrOlwkBwaFCorNAvETxh6A0B4iJlh58TGhw0APMlRE0TbLTLFzQA4Xio
gbJMuIlxiCRM1TWNwpEB4zC0gWHDh0pFi44AExY8WXmmWjYuNkCAyXlJYZxQQHCRURIGaaJ0
bM4eLjx5eelIlBEiVEhkpGTg4WmYMEygWGzaNAyjhvGMUDI6WiosKHDpIvJjBWIF5YZwqXkD
pSPFZScLwOCo0dFCJSLDI2JlJMyyBsjJEpHDLLhwrLxcmcKRsoEzOPSm+BaZx6M8wdKzBFjX
NEsKyokOloiSGCkpInC4ziZWTHTNLxgVAsGCsWLSgpGC0tMscFDRJlQoSOFA4RKS0rKy4mLi
xUVG8PEDVAaFhIuLC0oOFBaKF5AtJkxcuExUrJlwsUgdLysvLBcuHB8CgiUlRmmoBkHCwrIk
gNIiLiBcWDRQWDIsTESw0RQ1RcoPXCpmkxYiOHTPApGTo+Yx4o3ys2iZEqKRQmOCQwLDpM4a
pnESBYLFZMiMlxSUiBcaIqUF4DxYLDAwQKigiOnDg0dOnR0YEAFSZSWHCstFBw4InzsiXlpq
lg8bYqJlI2UEy0mRFjQLSwxCkdHAGzLKSobIixUaJIZIjJwrGzhljpUBIvOlBpl5cXiJIQLR
crOC40cLhMqMcsABQqM8bFjWLisuJF4wOCJccOnSwUJCZwrIgah6UtICxAtKhM6MCZA1yAqZ
I0WHCs6OD4oRGDPLBkUKzXM0qIHAKhssKxcrJiprEDOGRArNE4cLyJwzy4tFis1iBkDBYbBh
HpBEzC4mMCpMbFS82DhaWGWdKAERQfNQSA9GBUBnCJIoJkhQqLzheNHCIiVlJeXlAiNEiBEa
FC8eOCRnmmNFJITICJQbRULgOjwEBkZEwNEpM80xAUJCRebwFwgax0uLDMKgKhIeM8sKi4dA
yzpaKEzDNQRNcuM8cM0vGyRWNEy0XEiBEmKHCRWUlZYWHBwpHCovKxwcESQyA6MFRMyzNNki
WFZcRKxAgSIjw6UGeJmiQKDppFJgFIsA8BcZQsQKS8sLjXGjo8Y4kQJlppEhkzxUD0h54WMo
3DZMkZNE1hQkdFhMvLRYkbRnHSAiAsaBml5riJoGaQOlhQNCZ50tIETg6BEpMs1Ck6PlxQPj
YoZReMiw4VFJoHTLHDLNUxDGNo98ejPGnlz0A0BaXALFgsSNcUM8uFzgyJlhMVFjhUcKjQHi
k88PEjTPOjZaPCZeUCIqbA4ZgwTAyxU4aAsXFhaJmiMmweRNU+fihvjwkJm0e4IGGSHzXHRE
mLjAqZxeWkhgZMEqMEkOihsmmBMzzzRA3BYfKyQ0JixE6WEzgDAsZBUPFwyJEDheLFpjHtD2
x8UPWDx4I80NDJrFh6Q2SksGSJw6a5UZ5niRcOFZAROl4yOlQ0WipnjZI0yAkUgNkjPKxESG
zPLAKDhrGiYZploGkLDJQefPHmifZD42ZBpnuzxp5ErJjxwZPUntzOPGj56kSPQGeLipoiQy
MDhAzBkkZ4iBwbFBgfN8gJnBA88KiBoGievM4oPPjJA0SgpKCAEDQPRmaYJAsNczTEEh41hk
88IkwLCRM0TTLh4xTdHzhwCsSKjNNQcMwWGCRWXnC8yzcIFZQZgobRwwxEtLiI4VDpUKgMF5
wYM00DLN4zRwZOFhiGwXDxWZ4iOC5ilh0sFy80y09EIFhUMmWWihWWjIiWAaBaZwChIYGzKK
DXIjAoZphDRwtIlhEmdESwWNU0zzpvDxaVi4GIdPQDA8RPLlZukDJICQEjSM04WH/9oACAEB
AAEFAv8A8nmYLjVHH/2HtbH46zrUD+M5H+DsO2VqJ/5YP8/4qWCUpQdZsWGbezSbyp6LnI/z
T/8ATNNy+pytK7eRPJB5xHV8qvafP5vTqL3HrPjr2HP+RNv3ZUv8k/7YFuc5GbLKzIOqiqqG
+x1xlqiz63/ENvY9FPZf9Cdj6sWrfY9As9shdbb7tpchqDlWbxY37J68ZqVbxt09EpyB/j5S
Vm+wAxqs7vubDEX2TnNjjR5yExwG4oFUv5/lYNNJ2nKcqBqr/T/Qmt0xGJx4sws3Ca3WFPVQ
Zbi8fZmnYuTgTIt0ahDE7LBof8f+F2CqOThkc6kYYcUdOc/riPi1XgNDBsa4f05y/wCabSF8
1J+dF/pibR5/0DbvPvoyq67QQZsaoGswUpLc80T1cW2bVX+mRcLiHvj56cPr0r1BB/w7A/FE
UgOy2Y8vfZABcAqW9G9c8eMfXyMkCrLvLYQrKw/VpFvXVZiM5/n/AECpZLaW6qy+Qny7fkaQ
mQJ1Y6tFSlkQzqWFZ9OqHpnspyrqWTc6JDZCmNvQYx/hKc5vXRBNwR0wc40m5nL+eoXPWStb
Zh2a0iU2F5ntnvaZdG/NNZe1/d1tStOkuPL/AEDYXm2oARGog9K9jWj4leR1YL/STwpsqZFE
9GWzMi4k6WSbDnuMgE6ZTZUU2t8TDbjtTU2vzi75w/dxYFpsQ3mmVWfMdebKYRziSlojsf8A
Y3bz0wRf7ChntJ2plJllkeZ/5fYdnPC+oTP7mgz+6Jh+1OL9ltZHaocnXt/l8/s2Yn5CFJqa
BybJ0ZGNPNOAKJOtPRO6SrPZekbdvWTl8UOE7fzrvT0TbogalRK7V4psLyX5yTKx1Wo5DcZf
r2rymPXELELsWRTauBadvy5l0quz38pn/wArdnP2jDzxuozUsGX/ANPZO+FwGxXVv8Nd8Jdv
sXZfkBsfk5yrZdODBeZxR/LXFVf/AAdj2/wMeAKfnf8A/qt1dKMyy70Ip6ULOyieyOp70W+t
RMZvNBxRENFWT25UlieZmJV8btlvtOHeoch+mRqhzX2fOC7TWazcwtX9fPfNac+bFek5fldh
M/O5rp7KKA/YMjfLvMsZsfKzqM1aOm58uoofstgFzzkqLRKc+5/pr14uzACRPGEgY+umy8dN
Qx0J8+GLrU4rFkRVHGpSSob6xz0mMF5HNjfeLy+wg2BwzUPH/o1AuNt9A2z+v0/ZcKXmkhlr
ItfkK8/kcOKeqIddGpTuGu3HU908mb2JX+WerDO38y2O2IyuNkgUL8YLUoCuc9ZS7LTty1df
sgfh4+xLd+ooeuzUOGh1CEqNOjmMS7hInsgjmxMus5CTFm7BWORjw0FoMtskbLcFE8hZqqSt
yc19zjKO/CJ1wWRMNf4agGJtDKXr1Qs05ab0HwlRvhMs5Iq4NiKjZR9wV0djXSH2P4S+7i1H
2PRK7iJktpaYOM2E/cpCM/x6LBf45/MOGXq3MmKyf+gVlApxirNh210A5bKsEfgcpfypsdqZ
68YrJ2CMquKIZDsC6s3H430xN5coyk9rV/XVucHo01B7SDLk9kpOf2T4Psa8v9hsVyla41uq
y2mY/jnyPxoxdda//iKyDZCd0YuZrZwy7Qq1dmMyHUvd3wVo2TTYDCd/j6oJH1rdFtBw1dqZ
lOidfZEhXatWW0NuI1QbCGyTWDKM+Fo+pSYJ2EC7wp7/AM+deOFQuTEqGQqPDa7Ol0ZZgjRe
YyvxmXklxH0PaZYcHK+K47z7QYUWn0x4fpN5bqdGdHWL8YrrzwBhfkRbsbKcNeWp+GIwLmoU
yC1yturCsmzsvm7uucscvYLk6jNdv1ftZn/menUfDcjBRZ4Lc0rs85S1wRbc5mzOKfyNR3Wh
pw/ciM6nzFtrF/uRNFrk1YiROKacfERmvr7K7V0/H2v8dIUI7NweDm0CtV1+yD69FxwszPXb
zq5ILOcaCrIfw69e90Zpt695k8lXU37h9XjFMe9m1vb5dQ+2rVz4t8gv8fHPHUADYKqv+1B5
V2GOUp1azdskOaf/AA1IjLT2OV6cl81pgZZ0L0VmDJnsVnqB3iyUQQ/nWekhiU/KjHD/ADlR
yQ6rOV7A/wC5uJ+k2Ty96omtFK4lbx1frA1Z7mtISjRAkZhsbii07u992p2g/J1m1yIATmGA
HH7dxH+XKdRns3bZACrWnV2JefqWnrl0WqgQDO1/xPY8t6KINyWRzQdis+yNb/e9VCJsQfCe
wXjzWr+V9MuD2YL2nnyA7eVGOzBevn2MJpQ+bnId1Nh+scgx/rsMGxCGJbHSmRlTlCIybnom
yyo2vB1VaTfUoRlAQUl0N3lkKT9BtOp7djK35mcjjJJHjuofr9X7LW1p7n20bx1Nub09x02t
qsnht7T5sm67aJI1dKpiU7xDos/Rjsbtem1o0eJ2iz7VejBvIqjkuhkXbhZ7Sr0W9JT73JR/
THA6cdsWrAa8pVRj0dE7tt685m0uAA5bUZTNncIal5hRKlX/AGSaIY0bqtm9b66tlG7FNmnE
+Qtz6JxkygDtwaT7FvThi+KakIGJmtVakVXBtBXpZ/bX3uuVo/bYs/XuVC3OFQ4RqK4PErX8
8+T2nrsw1+wbE0uXESHadGz7GGoNaKMp2Nm3t8gsORxpsDSzHr+fWiTt9vSIkN3Yf5M5KyKU
WnaXZ5/yaXowsQWp0q/i5WiZClTTYgZ0lboYMvnuS67Gsvamxs/lZaUnPhWnsLKe11OVeeLq
LRf9tBEdv14f2BO5WhCOkTSgNEzk4NijMwYCvLhH4W35Z6uuOluNO1AR2IJ4zYXmpZ/kQblU
ZXWq/wAhuArKuQtIGxDLr+0zs+1W6IQvkPqPp467t9p1UfsVi8nXc1TTJzKJH9lkN1pq6cmE
VHpOTTfsnV51T7KzWLuGa8Keefi1KpP0sw9gpdpy62KTbHjhXqJtZF7i2Np/lr+c02We0e9R
h4a3m2fpOQRul/Tpr9fS6qEelCQ9TlG9JyZ1ydHI8npjzpNK7bpk9mhEkPcM7A0BHjPzo3R5
+fyGWkwlaZrmvBWjKwmj2ohed18vl8p/L5Q8Yp5CgLnuuT5ZKTQnzRnlficbbEsve12Z6ctY
qq7D9pMKDVjP5PaLUnOa5Gola9GJBboNk/3DipKwb5FNZs/tt2C/W0JP1rZ/b2U7EqR2uKMX
FBPTstc+JrdvBg/NmLdfWsXwx1w23+u6LQSf6/mwW2ut9nZ6Xoc9HeSzVSa8ZWp6a+yAi188
gR5njq6T6sBIpZnz+OtJjk3VRsMzlQ/yCz9Z9sgSuenVNmK+ZVDfziuNMhvyXKibqIoMpwWH
8gngpsqwsR56iqq+8eb2Wo7EW/bw/t3nQSOoyHOh7oZJjBWsp/PsMQ//AOl604oqenzUVk+1
6nblvjXTaCqGfne9D9goGWZPLSM1R9oFJWhQtdeBaZWFgyHYzfMvk6+4qAfdayL8utGl94Fy
v2WpswG3qRXcsWpoPya6+jVPh/Xrj6Ws84asknPV5X4k3Zvq5O0PqlGPqKC+kGy+h+f9lIFd
NZ7VPqiQmhdC31vRfg0c1+tqzU0HXcH19Vc/WbLM2o5xvrb8fGtPOOFGq2NorUjQt329TajK
M3eSfX7DYdTZGU1WlT8mwihzrZzrpVorCndIbno2o6bGw9Fz9pWulL1Qcg8yt8Srh/r7hdD7
feC1G2oNdvHTaNAN30ou2cUbbJ5XxJoA+nAYPr59jpIHOmA39n7Vp9ZrTMvrI0yaay2tCDDT
jreXxl521hKGgItPpMD9YW/Xr/He32BneO39nQrXY7bZuAsORCKSA64PzFwf7gWRTWlxjX3G
nKrBq2eiVEhVDQZvfaV0sT7yDxX7XUqopNhQAYmyc9G7WvJMba2KJK3KpUO6Vln2Cd9igElM
oMvH4fS7EoaV9hF3I/YytglNKsykd9njZoopBuWpHoUuhQj0z4eoruV5BmXDy5/V2HHF9rwb
Y+0pVPguch7yUVKh938Vowx6wylZ57SA7SONdFU2WjLteebGyxCRChf9uzYLrJ93t94/cat3
41HdmmiBUCdwpA7SvpvRPN5ZDc/WBVr1cYt+mbezuO+vW6PsUsKQkK0hO+U83y2voYNT65s8
tVcV1rQHofcZSM65uIBXsQqD+A/GOlKpR7NP41jMydRrOw0jqLXZ1UrJZm7Ha2KI3LZt9vSj
djNG4VI9lQhnmCszHlpIM7R59ZF/xCrXrlAWacmLOerVe/mfnpQN9nnz9voLSfC4aRoPNqFY
+3C/pq6Vh09K8tJXcFyp1JZTR1Awik84xKNjIrAAKE/IhXD+BZYh3ZPMZs1l2Qzxf4f7miNu
fSuq1HvwPxU8tjAcdF6spfE1TNvIhWTthmrv/HopXqjc41KIy7o5q5YWHWX14r4R9E35vb1H
qKbD0Yjt5blPzoWZfbL1SeQfQYGMkXheih2Hh+Xxp8CQ4lNRnm2IHLGX4MaHOGE5M/Sj5Qom
MKd1m/SculLTlzJkLPrIc/4g1ZpnzEM1tq9i8/QvLvNmY/7s/Mn2/YvLZbsMnTYOBrqGVDP4
VGDzoWn3TH+oJP8AZr5rR2tcsMNDzy4Yh1DSHdPVXJfqPzwMygbOvPPQcrSZmOhw/glnF83v
SepBt8rqbmxKiW2WM2Ifyd8C5syDPsQsDOpDfYQe2tf6+upBP75mpu/brjxo4DeQDv17Yvq2
CR58wucv6iUWY0jlRKg+NPgyUJ+tWcADyXgL/Bo2DYVkYSniyg+HzTFVhijYbJqwREsT8bYG
VhthV+u2O40N4IuttdHhnFAmvOmPrWVfCrEBFyerTG09jPhcZbSmCNVOPjhCYIZUmiDwWsBr
v5DnzkzLPkthe2FSRKIUfjx+sNuEPBSsBNptJK0MT9hRX+RCp/Dmzu9XdlziSu3Qon84pZhd
O2eClZTTtRJYkjwsVYFVAPcTldugF6BIzkx135vrKlPaa42xEEfsziPmn5Z6fmx7orWUJMqr
GnfmhIvtpnru9zvfaK/z9kqu0apcqmFmpNW1fNn1vMbGsMhvSGx/cSX2Ptr9Gd3COSfd2zY2
HZ1fYYkHp/8AJvPj483C6y+nSnb4mzMNrQbEhNYkB8hK0q2WPHThDpHgxozmE/R4GeI1HoAv
U60aH4Ld7xWlKJBZ1ftjpxlO4dL/AJy2DjXZx+4lo2z9ZBV2Pj1on803pXli723Os/vmbG+z
2O7n7KuvwoiTsRz1lPGq5K9mZ/ldfV+jTtn/AOvZvYM8lnV2pw5cz2kFbKpntPQWfs89t3Wm
ynDXmxnDUbBorLOkyWgWx9ZTL4mCAAlOKYp0lUoqgajM59QqW/hSnY2RT2mRJVI4JdDHrK3n
ibRo7sbMmvsJNZlh4edSrHJSoKGjPZJQ9PH9914ej2djde5elz8Vmyi1GCq9AVpLyozWPDDX
rnFJG/Anr/8AYNFdG+67otxk9k9hszzW+06Z/coDB9pNw2nr2W3105TsDk2/kqGL7CFF8oLb
8x8c58WxxtckrKmKdhFayurvKbS3ou/R+xh+M4rMGaLlE2OaT2gobZbFDzVUFMP1xjjJMIvG
frYRnETtNBkZu0LabZ0nia3Mh9ZslT9Xsph191Iz+YgrTa4ht2JmLWp5bPbj8Pkdsr18oB+e
s8vYrRW1ypKPnDBne0T8g9RO1ESJTP8AjxDwXN2C/nmxGeW+n16YP+ry6J/1abBv+sBVP/Xu
DT6SqKfraZL6nbKtoWD6yOrVey35t2Qs+GPVEZjgUzwv+NIbDuanXn8yZn6QKzjBFa654rRv
iU4EHkvDF3pU4zjqs6CelO+NsQCN8ZJo0aZeig9oCSDT5vq62M0RiXHRt2HT1m9C13M2fivp
jttApWqt/cWGJ1dP6LK3BXfRrRtEU/WuJv66Yd+Pru6vDiMipXPDYyk9psAqpaTvKikDiZxz
riSj8HtR8RV4k8Fz1DqmwSvpWychC3tbHFVyPODyAtSJqSnNJjuulP15lwnxuvpxnaS4gfqz
kD9INEAxe3Ux5qIIgl36XcFVjNM7JZ9UXNDb8BunvP4812rNmlrU6jymfWCvO3LG47xIOFHE
1kWyMNfqmqi5465KylPLrFs41Eby12emuTiR80XWbrDR3VEnPesO6TlJcEp+Vdd6WBEKHbbv
8tXR2JE5VWzPxTYa/oZwUNLXE6f8Ul/gSCrs+2Sq0zKSssEhJa9fP3ZUG43T5R5G52Zbhspy
7f7GCdITpAD2imCsCOU66+q65r/N92ZMnf8Ahtllx73ZmWbxnqO031ttSdfhYtJF+Xs563ZJ
MwE9x3lMyoGenbW2PS67H86m1F8r8amQ19IFhrxC7HcPXXx9iswtgZ0RXygU2t+ObPu55+xx
m2zj+rZpvfmfxmN0pXHnNcLINqm4vr6dsULzT88c2TGZwrQVMm0VBsvLJB8pqOzQhwnwFU+B
bDrBsb68BapUY+w01KhpnzV/SZmZVOfFMYlac60kzoiYdVnKxFFr9f4kLKqrraxxSFDsUnMR
VLykBHYPY8Ow19llpXbRb7DHKb/V9jfoR8nW83XU4XW75ODjFbpi8TbuEZupE9SgRpcLTm6+
G2mVQAyQYDSdUluvH+13JWG2Mnr7cz8cjJDskUCP+fCJPNrXpZBKagaOn50Elq9lGCbdZvRR
sV5wPbG2Dw/twO6LBdikngOs/IsL+uWNeJq5vszQrXwU7NKdkrQVn8io4kwfxSps4z0Cme0k
z71YPtsZzorTfY4fY2D3X0fD0796gLVu1NrbMtL7F564+wfE2nc0Or4+8u2x5q5qKomhMzC8
4T5Bv6nV7WfpnQvVp25nY6sf7s1D8y0Rb7rd6/X8ld2E41bbAMd+rsN12q9npmyKVlQzUPtm
SJX3wlO0v5ACPO0KPg+st1vNAXVgut3olPI47IM+eGw/IZvZSI3xqMg7jqmxMvYIsLJ2R9hG
H6HEglEp1GMEbWtZlb5FXZkdF9D1/XQ00kJhDibaVCtNHYYjW1DiRShhp1Wo06NfY+vdKJ9f
+sa3Zb6vkU85ooK4u0gUvajNJqv8WgxpqqLf9VudvG7a2au3aye8gRsdG5FV4ff2tv6K+nq+
volBFV09k6yfT7OnbXKw6/afeaWudC9KbMtjpjKlBHXZTU9Hiq8DWXv8eiUC0JL3Qcb2bXZW
9PwbZ6jrrmdJwnk7auPAMglQ5Sixm1HqOAA3xzRaeonsMcAJWgqWEqdVKJLYkKLOKDYWcxi7
izzpOmu+qoyclRyO+de0mQsKbtYob9kbd2SO/wBilItumErUIts2XJ7o8vdOL7tfNi3Qi5Dn
YLdqZcwJNHkZbDvlIo6+NCIap9JaSIV+mnsSp9Bv/XW3fvm2ZWpspZquz3aS6v132ulo6+z9
1u7OR1+M1aJKqR0dg20d2YNrRz5CZHYRTPaZSQCEozjt/HXa9dn1DqeUdupj54PjrgTX7odc
ETkqcHiu3xnV3xunTwSeP6CuoYgPPRZeU6zhro20noWerWimwXu2vOUi7rIazW2Gl46kPz2f
MVk8sRVKski2rrKtL1n7y3E9bb+u57LQnV+t62nzlI37PHa40nrRU19med0qaaK0NNK0pTk9
qW1tnNdLHNXsLfdbLpvf9b+wZ8v18vxlX6zY0zT7XR0dzPtPp/tJ4qlsU0TFvVgrKJyswOt9
9aZpu69yv19qL/aas417wjOj8X1Um8jDsHXq0Wetx6H4nQfHLPraySK0U4EPoVs86xv7fBqc
TR4yf1xbH0YBJrrHElr87VdeI+eJ4+47pO418Hm00ms0prQOTnBk+AxyGuYjy2SPhAYNGcxa
Uex1GrkWqmw+vtsOaotUAjrqDj6VEaispHcxA6Iq9rHl8GpIjX4i07Qd/Tyt03Ha7yRtnYhA
fZe+zn0OyZ7NteGwv2qz19xL5rbKSbT+z1pS+9+C5cthoOyORn7OFjtALHcU6Mvs6soaKbP3
P13xz/2V1Gj9+1qeg7B3ytStrexJ7pkYXDiT8AbIZZ2RpRZs/bzzdm2PlRT0osrytTF10nm1
I0Ua6pIa8GWdp68fk6j5591nTaksHFFM3ZepBNl42fsi85fZP2tubCY99jIvzmvVpiJ9plaB
jsKcq+whlS9MWg7+2pGi7C0z5tZhdobO3TdnnzgGG/X2jvTnmv8AY6tJ7xmwoyciD2YfWTU6
0/sNfW29FX2a/UyJX67rbV+jDpqf9Vgw3frozy+is8bR64PruaH6+nt8D7M4n1+1h0B2jDWn
GX12spb6ma5cGEf/ACOrdl2/4dWUB6VmatyW2rSXCzVGxWqqn2GxPIfaNjUtbKma0gKhvl8Z
b91U+vSs9b69Rh1pGkdJelYQkJ9kTY3GRZn7NoSfebHG93/t+zRdPSeU66idBuwQ/MVZr9ix
kd/ZAjsXDR2xMtte0qrC8pa0aTOugwRDqmvFcc6vnp6cer62v2TVDz+P3UrQGC65hZ7Tybvh
pesdKtPa8NUBtQq/wmrJdSCqAIFt2O3lpl0H1rrUyRaV4Ats37+zvhQNjz2BJK3VRtvSilpz
P2Uc2KouLXspu4SP54QwFE7merPPihmX61kEdPnG1CmXTq0TBaKqNeFXTGTzPdQ9ZyK/OZst
uNLIUmM9dRF2d7mevVhnAc0Nkm0kebRIzYnIhNf8BryXJQ1+W2Ndma2rTNWElBKC2tdfjtsp
QmbTz+XlKfmI3f02aavEmPnq+iDXivC6nlK3R5Vaa687dWIZ2XY/KOu8jrwhNW9FOxBChh8c
VBdklK8l0Nd7lJihTXORHYFFVA9gqonjNApg/GfiU//aAAgBAgABBQL/ANxm/9oACAEDAAEF
Av8A3Gb/2gAIAQICBj8CRm//2gAIAQMCBj8CRm//2gAIAQEBBj8C/wDmeqokdpOP/wACSDta
ftXTEj/Vbn+wPn/0yNP9cRkcVtP7YxiKlCTMdP8AZZHGpYJp0QiKQ1QIqOuSpgtpwRUZA4rq
mDlBN/0Z/six+H7Dp+2k0AE32rNCYDt+yRyie1A6/wCxkMTF3Kv49o0TSYg1Qb7laJN6KT0O
aLKXRHkkcMOqaOKiMZaITvYoa/8AQ1qqQXk0TRZljaFXlKqTJMIouyLGsslhhRkP1FC+TErk
rR0P9jnKJZiQrxV6MrZH7EIWVyKLlzqnhUy9xQhPu6Lb2+51U4J/4qBvIhmtzH5UJDboEDiT
U/6iTksE+KjE+79rMjRgKLrqqzH2p48kU9D6KMi7goF/5VIS7jkh+wCUcSwI/wBh5IR1z1Vs
Y9skBxvfHvK8x5JXFWmWJ1qvGBt6oyBfTVA3fz0QIltyK3EspTjV8l9V3GDKkX0dAzFsdE4w
/wBI9VgwTYxyQJTEHFOKp7S5RAi3VPIv0TVIxXb6K3tlqqHOqFFNx6KVxev7INlLH/YeQ4i4
qR5Pgyj4YEg/3KoccOX6ZqQck5pLUIVaOAKF2WJXkjH4BNgMgmEnl7wiH3GrDRAPkrraKMAX
MskyJ/ZTuyCaVJ/KhD3FWvVXRxRzOidnUrs8Fl9qecojQFE+QL+49NELTL7FFwXC8n2RVp+1
S0yKlHAJ36qHX/YZ1wkbh8UYGgNWzUixtKeHceiYUl+K3y7clZGt3uzUzxSFKSdVZ40vCeAJ
hqq0ke0Fdc04a1ODuFGKEe3qELf2GXyockImcp5DJeSYqckTQrbR0Tmc1/d+CN3KUAZGRKCD
/YsG9FbbgrrFFSADSR9KhRYPcEIs7lNEs2Sj/wBRkVKePVG6J6L+3JU4vvUj44/an5G6KuP/
AE26LkN7vM7UCQTr/BNxxMuE5nJNxxO0sZSzTzyy6L6fcRUrbMyyK8drEe5Xe2OToxduOUnt
V9wpgSjmhvMYhPh1QkajBkIxyRldihbWJRHyomIf1VCxXQZquCcUTYxTArB2UYnj6iS2xHon
lR095DIbsMVK3HJAe4hRHJ6BQkKuteiMcCMv22Z/sEcz+yn+l26Ku0Jsli6LusFMCLUW2vRC
7t/0s3+l0T0XLFgRcS+ajD5cSU0TbHRAWsArpSJyZDpiQqhnQ44h/lkvqgmtFiI6hNcI+qLe
3RWVP6irZQp82CLO706KV/8AcOWaiD2n2rxsbUbAyeUQxVKSOSL4ZJsOiAoJpiahAy7l5LkM
ijdpiF0CMYZdyk8nkn9E+iBGKjGWIQLKfLdd8oV/uNCEKCq8r7ihKNQuPRFYtVfgq/sqpAUA
OK6IEFlaFIH2qBcMUTmjdIBMZx+1PePtVJAofTuhmQhf9OR9sltqh+yqLC7RA+45I0op/wD7
DIvJV7wKgoymP5dFe9oVNze7VWSgGxXbvyC27RE/YvFdXFzgV3+uaIkGbAq2BAiUGLh8sAgD
N0WwGZ1V0o2n8VtYFHJ8ELXJzKsIAUYkVFXTiTg5dUXAtNaYpsE976FWYS1TM+q/MqLhzqjE
jHJbSjqmNAnB+CBuNMkQZuSi/wAGVVdGquIZSvm5JcBPx06LjvFgGJR9Fae4aKOLogOCM0Ry
ElOS4yKxZ0Z9z5IFXSyXIYA7lEZKVWJCNLgmtVzBX4kIylmhGUfEHa/opS/xeaTw1w+Cj5j5
JS+CMWZvsRINAnu9E0qTH3qU6uDguSjEyNzoROGbKTRtMURE0W4UCIjSWq7Wl8wRHJtByVpq
+qcR2ilMluINVVvHqMVYImOmaaOZ+xW0LIEnbmyuB+CuFHXcerJ7i70inykcVFi41CungmFF
4769OqE/cVQvSquMqAVVtb/aEc5p7mGgxWZI7Qt0N5winsBlhVMIxiFRmVriKqU8ZbkxwliV
cPRl1CfuVDtARORzRlKX9OaeOOQzTM2pZCB/cre5ld/9qExPb1TcVXXJGVbcUOQkeiZ8QVKO
NVfGoxRjhJEHuUp8kTKIKHjiWOZV0jeNHXkl/AKXHKjFo6oxBJ9VfE7zVnonj3oY1zXLE7qy
IUaV/BBnri2JTRKqbjl0QJqcysMfhRC4/wBKf3M5PVSvGKs8bH2lW2s2WCiQXkKsi7x6hUwB
q6u16q+IrlBG6HjB6q6E3GNE11cjmrJbx+Sua2IyWkcdUYu0cjmjy/8AkAohI15NEaYYKIDi
Oar25alGbdVeKE5KobqEDGe4ZoP7fvWL1RkgQb+mCJnTVW+04IhsVTLNVb0TiXwRddCr/gSV
eZbUbZIS46lCUmk2SEiQOi/UDjirJSYI/rxQjkMwtk3ITccmHRVmQjdyV0TvgqzockwAbqU/
LISziOqkATxQniEOSJvMU8iw6BCW0voqy+CBeoU/5zuU5YmOIRidz4o2nblqr46VzTRqR0ZU
fTVXnulg6ERI1xZGMaHMBNGd04/d8VdzbsgjRn9+P2oE1EsF64OruXcFs47pdNFHhIafzZI8
V30x225ryQAHIMXQmftX1cOiNo2DB0XxFXC7ccCscc0Imo0Q9oNUI2hsyV3G3RUTFhEo2RNz
/ahb25ohEYPgn5qTRuLnAMmjUfeol9wxVrm05BEyGPapQxVAwzRjd6oOmBfVkMgrcNc0Y3Jo
1iVthUZJ5FjJNCYEx0RmfRTnEsc2K7DQ9wwUvNUg0qrwKhXN6q5qaMjGAZs0IAtzDEdEOOeT
xD6I3EDiGbKP1HGUclKRi2ifXE4on/xuuTS8gRR4oOR3TKIMpXjA9FHdXOOaa7aMgq/FYWtl
kpkVGXqpw92clLc1dGVGJzVXEjgrXd0Q7n7ldiwT/BdxbUInu+UuoTkcKOEWuuPcTmrfxRiY
0xvUa+roy4sWqFU4e0I5nROBgozlB4nAoW4ZjqjVvVPIiOq7cMCEJAV6K4DHu9UWO4oVeQPw
R7R1X1B8FspFvitp6rerTOqLS7sCvG1xzVTuOSMcIYqUREGMsCUQcslczE/BPjX1VcFaBT8l
0ydAPgsAT+Ckb7CaUXhBc5qXkp6IwgCM3KsY1Tg+ui2AaiSn/lRrI0tJqoz5Y7jW3NX2WkYs
jPtuNFu7mwQEXBzBWIpgueIq0i5XkgXEhUHNOY+N8ohVi3XNNE7wrjFsgjgJNiVbxi0vuKB4
w12J/gmtEyzCijeALsEYv6Zfinll8qoAB8XVkY0zQAG9H5k0qZuuMgHxyzydRYVf7URh0XbI
snkK/gqbTgr3eRoxTyoRpgrjjk6sjJtIoeQzoaISFCah0Q39vMIQuZC40xktvJ9LFs02L5rN
xio/Ksfgu5hmqmiaNEG/qzRehKuueWqlAVMlaajRMxpRlGTfAoB2OYyTxwWYUWe5sURP7Vfx
hzonqJnJWkMdJKgATkhtFdyduIyUJQxL2hNfbLRMOYzmc3X0eRmX1XuZgRoojxnqu/csd8fc
rofBeXNqhTzjfWIX0+MxuwddWCMuQsY1H8E3tPwRB2sr44jAFY3IMA+aO30orpvZoF2/THaT
irKzBzQldtOH8Ub08YPE95wb0UmqMl3sM0OMGUoQoK0TChxdbjuWz7QocweveAvpH+nNDHXq
mt+1POp6K444F1tD2q6X8ESQ5enVYbsaoh6fcroivRWYHVVFxK8YizKxsEwxeoKtAdUVvJQ5
FC6r5hHVXnkELRt6qNRVG+tEx2hGEMDgV4pR+IRyGAVPgcUwNsl3iWVqvnBoR+1PmdVC4RMs
KYoiUbqUdQYdFAgijrd9TSWCEeMWgDHJTF1dckREHklkNE2lC9GW/HVT4Yi0VHkQ33xHajFs
8Fyyi8YiZwQMuQk5KT46o/iVpnqr411kjaH+bNW0i3uCfkPxW07hiU4ITkW/mruPbqTmgBGL
6LcGBxiFKJkegW3ZbnmVbOVPSqEDQajNNVskB8uaLa/FeM4RqFuqOmSuEi4KJBN2uSDRf0Vj
gdFShKbHRlJ6B8EI4+q11VDd0XkbHVPkE9XktwrmFcYvqE8YWyOqDuQcChigQfsWCPlb+pYx
LJz2jBkwiwCY6VCtB9UAVh+SeNW/FXYS6q7k3fFYSBCjw4FPx7C1Din5pG4fKEwNMWWLlMfi
mk1uQX+RMnx1barH2tmts3OiMSaqiNRcFzDK4uFfdQqstxVuPzK5yQmoLk8TuwK2sDomlKui
eIcSVYm0YIx5otDUaqpMZe1PGsUeiuI+Cg4pqKqtbslAPtOPRQYPFPGO3Fk8eP0kBVNyQYej
FbQRqvG5P4qNz2jEHFbX6BSmSmL+oRnHu6ryA/UOKFxd0djkYEoEYnRY4IUxxQLbWXjfDB0L
ZCmKFxZDj1xRi13RaBlc1xXlI3fBAUdCDLbu4057SmEQ+SxIzQEQ/wCIQFLQniUbxRPF6ZoT
NZa6KsnIzW1DdU6obhaMIqkmjmu65cmkjgVd6BWcmBqTmiRJhFXvcPxWV+mS5jQ7pfirGDdE
JSBBjiyLOQ2LKhxU+WA8scbonD4KAD/1YqVMVHEOo4YURvL/AKc1yG30Rk2CeJMXrJEiTheS
bP8AKjfywh+lGP0z+pbKlNI/ZVHjHAZnKZyTCU4wOKjCQHLGIZpYk+qnx+KMJy7ZLjh/68JE
BpSOKLQYRwUbg+r4phAg+qAYyYZKbXufihDlvgdETKZjWlEIylTqERc4y6JhyfzOhWPRNGcW
zR3Y06KMvJF31XFGXLF5dxV3kj/PRd0dSU7gvirBIPpmv+OoDMppgVwZABh0GKNNozKubanP
o6qCZPknjDb7k/DxSfN6OrLafKjNtrsUxBpmyeETOJzUh4jcoGXGXlmVLHpRVyRIctmtgd8w
FIFyQ2C+pEt1CNkSzUCtbdnRXVYZZrm5JbHJtVJ/FCVznNEjDRGdrRHVf+pxSaMtcUHjd1xQ
2n4ZoSIW2JCMjCuqP08ckP8A+aXUMrY8dt2qbljuOBX9skoCwgrQaol26ohz1OSeM3+5WmRu
UrQSIqMrTE9VjidoUjyZ9uqBcVyWTKlHUQcUHGGFyHHcz1CMvZEv8FcSIp+OsT3W4q6R5gdU
J3UOL5p8uqxwwXCJAWNXqmFRogeOIlL5DSiO2MTkUCWlLMxNVaZ2g4tQrghCcpi7MoRiHtzd
YWTn8VuNnzIQvATRaT9Vc1qZPJ1Iu2iEeSJrIWk9E1BTcgIchEBiiLtwXAByZt0QiYiT+5bg
PRWgbijLlnY06nJf5D8ohfETFcUIcfMJTaoXmN3kGieYd9QExjHoWUhaQbiiCQ/tyV8pNpR0
Wlgjd2ZJxFjLGSoNuAVttI4lWzqeqMrcFTDRbOM8h6Kzx8nEc5hCUuaUyehQE5Xw9rog45dF
44wPIQGMkHNFVwWY0VoFwzCcvXsiy7Q+Z6qLQfqFaQYgovj7QFD6J5Iz7y2C8nHx2DOi34Gp
UpA3ckQ8B6K4tTAIeak/mRcRlD580IRO1sFWdSrCanVPGVDRb+WWNAtvOS2IUhUPmc1CQibQ
MUGjXNFGEY3cY6ICHBu1Ku5ua58QaFcR/wAeZlxxx6FEzlbXTJC+ImOuKL8VV22FGUQAQMXV
hlED1W2QNcXWIk1CVdODgGjrgjZGMScAiwdA0A0W74KMqRnwyuDddVttrQ/wR3jj5NUfLOXN
pFyFGLDlBm548wFzckY3QsZqEhRP/r+HLDFPkoggWS1V2SL4PigMSiahsFSPV0BrgiZSqMwF
WZJA0W00OJR3UVJ/BPGbumud8CnjEn4o426J3/liiGc+0Mv7ZiZYsh9KZZDy8RAzZNYdvuCv
ibgKNmhtIGdU0TtTXD+pC+OCtYxMU1WKZyVaI7NSsm0Vvjr0FFYIy1ZXF2jmU+D4L6xulkUL
Bh7XREgfV2W4/BPKZiPlb800cvtRcuTigSH0USzK68Eei2YAMSylHyMSKI3EHKKaRrqFqM0R
AMqSFfarY1yfJboAvmnifVNX4rjBHZ7kwBLFSyK3dvVG4gceRVpG35mQA4wG9ylOopigTUnt
K5MbxGq+V/igDV/gmnC4ROLoxaT6dEQQ4dCmCjB2fJAj4vREzkJPhaaq6ZPGD/bhmV5B+9Vw
OaeLn8EKbs2V9ABhFdrv82CrNtFm+S3DdqrrsMAmEcanqmf1C2jbgiMJGrID2nNGAGOaYkDo
hI06hWz/APqC7j+9W3XDPRXXCA1TRNBoChKT/BAip1UrdxPcjBjTPBOzAIvx7skYkMVfWioL
pYhEeamcRirS9cZHFNCpwEcF9Rg2hUTGGwZlFmN3av7ryV9/9S7xzDIFfUjulmE0Wsig0AsA
AcV/dnEnCMV3kj9VVsLgVCOR9pCBlu1W66JPxVz942UW6TNjiiO6OstUHKrymLaKQHJc+qiL
hGGiAnAGWRP5oy52lxtWGH2K4ihoACjK0Wj3KXJ5B43e1SRrtyCwF+S8V1upUfBMSlJAsZW9
pKlCXEGliZK8zpgRFWv8VuxKtxkMghc74Oq0Kc0JxESiImURmjyTvl1BomBaOi2lidEAZffo
nPo6FtAro54K4/FNd8UYywxMs1EQds5L9EhiiwFoOJKYB9KKWzaVL6bmOeSb3S6LxxhO35iF
2Fivpw9VdPje4dxKtBpnRaiOIW7jNPgrj8FdBjPUq6TAnEBEg2gYYpuSfcKlFuUSjk6ulIWt
2vmn5KOgZGXR6oSjIyGiq40T3yBdNGT6mSFkqyUpiojRfuUvuTiW04oRA+n7SnwLerrB2xgn
L9OivjN9YtRCB2mWijAVHpVSd9bfzQEal6FCJjfZ3MhBrfj+Ks8Y8R9zqVDEQJwVgrGWqeQZ
sJJyUDbVfLFMN0TiyDggMu0n1RahRlQayKuutPqiDImXUryExbQYoC15yr8OqDAAaIRnC4rb
aOI6YqLuYnP8l46kjIIG0yOa8l9kRgEZEtMdj4ppncFIcmGoCt4IsmuDnEJ6LZA2dU5BiyIj
F7/cVbCAByKDy9QFEsZTHc6aZIn8rIWgnVFoM3wUn7z7sEBEyfAkreaxwUrHtBohKMBbpiq8
IjE4BPMCDnAVTW7eqD0iDgoDjkWCIMiW0yQB5iDGtq7zI6FPyUDbojFXcTdXoUIRkeNskeMS
EtYnBRgQCNQUQNs/VDjbdmFbIEQyyUotcDgtx3gfivHx2g+678V3CZl2su3Clv5qzkZzgV5I
MWHaESaNjEIlvGDmtpocGTubsGRjeRmWXc51QANPRCUSctqulOo9qJDm32lNHHGiNzxI0Tx+
1Ey7fsTN/SgYlhgzYKJucppYDFsFzf5UeSI4BthqToron1irj/ihz7ghKEZPpRkOWbSh74DI
L6UnEh3AZqEbRIHEtRCMSLj3aBNdGR1VMRky2RcPWK7atgExDR9yqWjAZK0cw3ZI3G4H5l7W
CpSSDtKJwZEQBMhmo7WbElOReBpRS+nZGOGasagL3aojxEDVfq0GKJYm5XiBAP3LvNuNVXla
ebIRhyPmVJuS4I8t1r4K4clpOLq+kgvMO3Jdu44HFfUFAGVxcxGBTiYrk1U8nEzgULQBLE0Q
+oHaqlu3DECqlaJSEsyi/wDjEeqMBDxyyJTTLtVxRBxjRWM7e6SBEgMjFlKWWqieeG1qRyUZ
eKUXNFWssuilIE0UZhhEZFDRqeqGRwLJogyMcVe0uqL9/wApDMgOOnzK3iOGKserJ4Re7AFB
m9Vde/opx5Pp/wCSxCMPIbbn+KyIzW0MCv8A8kYy5WuDJoEkaIcfICNFH6nHG7U1TmcJ+3bi
trxiBogZze74MsRGIzW2dwJqVfKV5OEQFGQFp9smyW+TzOAyR3MBnFWGRGiaHJIke0Iyg36h
JTvxh7dVdKM2zGSIaUZSwou4D8FZKYH8qDSA09FGybPicSpNNuMYugz8n8qtnwymNclc1uhJ
ZUFpkcFLk5nMPbGKiTGZPykIW7tYlGJNkflT9rUqUTcWI+CwukFdZX3EIccoVAd0fGwy6qYk
C5FCqg0zCjGy7Rlvg/I6eXE9ck3PAx0R3NH2eimfKGOPwUYvuxVopLNEeS4hldKd0DgFdVlI
4VV55AZYhXMHyIVsJW6yQnAuTiSrQXuREqtqgDT0RsOOeC8jjS4YJywiMKqQnsGDar9WdaLG
0k4qUzybfzT+Ux6pvPcRhEZrvaT+7BXyttepRt+5AjkaOqcckSXwUpPZHOKNm+NMU9ruiKDk
btTUxwVnHERt9y3G7KiA9xzKLTtAorifzVSADhMIQCEuMl3eV2Kt8mw+0h0bSLWXZ9MDF80Z
XbsoFGflq1IBDic+uaMZGUo+mJXk45SjyHCJTmUh+koQ5LZkntX9kR6IWy2n2LtrgGqrSBCZ
TS2T9yPJCVf+ZKnGCflRP/rmMo4FCdeN8QpW8orWKFvNASGICeXNs6FMJ3w0Cf8A8ba1JKut
Mpav9yBtEZH2FSJiLjVdRmFcJ4Gg1UvpyL/cv7bHUq+IdsVU/DIKO7b8yMpR7jR0Gg56IQ44
ny+iFxrmE0gBoFZtExRb2gematxmEbW6kq2M3fRUkJHJ04D2UJW/1Obogx3fKcUWDxHsRbLA
fwUfHIRnqq8hkT3BPxOI56fenVRc3apSlFp6smHETAtuFKqw8PeKyTcYt6OoS8m4j7145xeQ
90VaeO3P1V3G4hgjyf8Ak0ngni0hLKKpxEg0MSvDPjeDuIxOBQEYGHUonk4qnBU47dHUmd5F
yrMY/NkgDES43qc1fa4Jq2iNgYjFtETCA5OH7CrJQF0at+QUrO78EOXume8lSu7faFfIHxuj
vkI9UPqSPGQ4iyuuBGUkBGZ3ZtRERkLjiUDEifIcgpR5OJjkTmg/GIldkDEYEYq1rYvWOSAb
OhKIuizUkqB9WQB4Kao+IkfpUrwf0vg6lFxxzxrh8FKbv1XjlxnqXQsFpGRzCI5I7yKOjEkX
5citl24urLBu7QFaAQdUZCLtnmnEZAp5brsynkbvlIX09z4gLfA8ZlhVbIiNyIuFwG0IfUt6
9VdP/IvJOBGfRQnGpGKv5IEyz9VIiVsQMDqr5ctJUwz6LtPIJYTzVnH2j5lrMHNSkT6hCOIZ
gi5EYwzxJKBJf0Rti74SUbKyPcjdK3SScyNUeIdx1QgJVUpX0UQQ/HLEqUpce4UwV1wIOoR8
RqccwFmIfOo3lgaP+9WcXI8PuT81ojGgIzVTcWJEBgqRkJFWccWt7dVug2r1+9CRzwiAjKcL
hClufqrriTroh4uSRiMQpeX24RUo2RIh7ui7NmpW2nEKOfyRHGJE5F8XUgKRzTASsA2yCA8h
uyJQ3hzmFEf+SXuOC3z2jRCEJM2JP5IWyEuTIL6e64Vb8Fs7Yd37kZM7Uqjbi3aK1Q2yA9xU
hicUBd47Vxy8kZW0lmWKjFqHCPRGIyKx35IGMgZaKgjctpuruCFDix+Ke26iLQtkaq2QPI9U
Dx0bvUpxYRUsJS0KldIdAPzTOJnKuC8c5fFeIFqMChxBpyHu/ghABtB1TUM9DirIwb5uilEg
XfkjHi7T8yiL4yliwTGploh5HB0UjEYZFXs3RHjkQ0sOiJlWUcP3q+RHkA2ZBB+731opQhKI
PQqW4XtiC7KBn3Phr1TgDUNrorPEOKAG4s9VOMo7YgtI5/BCPH9ICpBxQjKG4HuJcKAOyWdq
8dJWx7jSRTCMQ+ajE92Mv3K9zbkMkTxTPjzU4RDPiiC/6lLyceyWZVsRs1CsrC5Dj3RBG0yF
PiogzeQpTBNEESie3VRJNvFE1XcDSkVGPIWfSqMWaTUUvIzy7VE+Ry3wUozzwOSscRgcXx9Q
rozPRtU8pA8r1BxW4gP20TRlE6h8lK2k8XKM+PksMhUn8FGE5bsCpcl+FMVOZiTK5dDijPjx
1JW5gdUJcZ/7qz3SRhJzLASyVsxGGhRlGJJAoy+vQyyQiBSlSV5CbbcQUZCNpB3ITuAc0bJE
GXxliq8pxcVyUZwnKb9rKE4n1dS5ZjyHTRX+MQBxKyihup1UjEiccimyOJWzk+3FCZ3aBHyV
1ZRkJM2S7s8SV9Iiw/ijva3FsEDcZHMZKTFvVPLHNkI27BoiOaWOGaaG6WcskZcjyBzCMhKU
4RDoT3EdUSQC5oc1KRPbp+DLzRDE1m62uQMXwURybZSqNChycZ/kj1VzZOYYB0QeP6uei7fG
P+ZIC0SjLPqr+bA+04AKYhwRjxHtmcUZmkspBHjua7oo3csNx7T3K3uJAroiZGXRDdjkmoxx
KthXqox5DGPKFCtshgRWvVXRkOaYyZCU6SjWVKIsQYfpxREpsMWVppWsXXhgaO5lmiXDZSUp
S1RMv6Ud2wfaqS2hXe0ZJoQxwTHjaMS9VIGIi4xUoxd+qAq2qc006I8eOnVXEesY/ghYJAP2
lCRhv7TqELvU6ozu8VlACFvc6SGCuhshHuGZUjx8owoP3IxkWV3HG50PpU6qLkAFfTx92iwu
0KuGdY+qJlMRjDFSk18ugRIgR1UweAmLOCrREgHBDEgZtmpGUDTFDjhs6rduiMCAjMVkR26f
BRdxwtVgpy4y8TtqpRf+V6MoxlstxlqjIR+L5KsvRW226BbjvGR0QlxTdqMa1VTvzKN0XOB6
rcNxwkcVeJW2jNQ/wOPltjHumc1LljyjltxDNRePmjVGwVyKfsie45oyd55mWLJzGNvULxcX
HGc9aMFIyi9+uCMJwMdJK/DTNC/dE7nREWN3uyHqtta7tFNu2WJ6q9tmbp5RthLCfVcYpnG9
sVbeLCpvWJXbdL7lQMZobqyQEpvqtkMMDmh3GR0RHc9A6jGcB5MpZK2le0st8r60CEnaQ0Uu
ONJE4nBS4m9UTEPrH0XljFn6q0uInFWO8cCf3KI7G9pOKeRP8pRuahoM0eO7Gjtgn79YjFDy
YZ9EGnbE1fVNHk+CB5BWFAytkK4ug3FAn5APxX9qEeQVaOS8d1EOUyrgFOUqiePqjGXIIUrH
F1ZGLw+YqsrqUCM4cV0pVhIKEeQd+q+mxHu1+xCc7rRSMlbIEAFnRD0OBl+SibTE5lNHdEDP
H1W8hvb6o77ba1VY7jnhRPx1GH/HT8sx+nRE+RrtMEP8uMhzcfGXNtJI8MOK273Ot1HwQLN0
WR5JihwT/wB3lOEUYGVnFkMED3yW5pRzAUTGdk/lyRjEDk4zmMR8F4uaE5H2yCLAw1CeE7Y5
oDGMsJFS8uDfBSHKaDQso8TWyNQmlEVOwqRn2vtVDRBw7IjStcAgSbq4J5iyGXVGUaGVAqx2
M7qUpAV7YnIJhlRXRlu0Tzib/uQnnLBVcfgt8WdW8m0itwUT2AfepWi5sCvIzHJuiwtjFPxi
5zUqzw/Vyn1TSFPdL/spT8RIZiHUQIVGCEpBuqmICuJbBldObykO1Slg2WMlGUdl4Y1Vd+Zz
QEoWvW0dF876KIPE89Rknjt48wc086aQzVv+MA2T/kpGXtxQ5bqHDqFLjM7QDtA1UuWcHgJA
eq8BhbxxwB1RgBL7c+iBEHkfb+9FuMgwGShyAO+EV9QFh2oWEOdxdRh5LoAAr/15l3rBSEiI
xIZyuTjuBETioy5hFwGeS4xwW+UHGODITlDy8Mfdx1ZUi7Ls/NVDBfq0CcEuMAhx8m/9y2i9
/bmPRPAUNWmjKwRfGq3cd/xwCrJ3weqvLsN1E/E5jPHoju35eilmHR48LfZmsXOJRGv4ImXb
7RJOxm/annLdxjbFRMiQ+IJRgxsId0LoFsv4q6UMUKm0Ji5Oij5QZAUqrKGrIXcYkXqjGcY7
htiFt7sBo/qhx83IBKWIUjxWs+BTWgw9M0SeN5SzRjCIgcwFMP6FSlzNJ6QHVbYC0F1IxDck
vvV85B/lKtgGJxKv+WluSDAv7WUeXxnyddF/Zab4AZKkDESqf3I8cnFtQNF5JPPj1xXz21UA
YuD3BeSUgwDjj6aKPIOIjOitm8YO9T+S8Y5AXRgeO4+2SMW+rn0QjFpH3SjoofI7uRkrpxuc
dscvVfTjulhLMfYhMtt0XEO6T0+KbljeMQubiHtNCBqu54nRDk4RKXGB9WKvE77vYv8A2v8A
GNkj/c48AeoQIJXTqqGuS2n+Ce5GX3phzWRw7l9f/MpxjdGinyXbvb1X0ONh1Tc+1/eruKob
apTs3fKujtRGURV/RVF3LMtFS4yMcZq1qD3lHj4qDJXckWpUnBeR/giSMcEeMOOoVtrg5qEu
KOOJfBV5DHQheMylMXVyRr4ZRLwfNRHPyCV+4Jhy7encpcUQJlk0+L4q3hkCNChfJhpmr9NU
8SB8MleKRdeS3d7gMkYwNo90lnMN3aLBx7U8jbyZAoG5i1Y9UCavghcH1dckhuytVsOLpJGI
495NFuGBxwWDRzVnLG4/O6LRE4ktCWDIcnbKJa2OiM7Q0hgvpx3ANIBCjERx9VuFtG/7qUv8
iLyl2mOFEBE4jPFQ+XNlfxwlQ0J/cnEBdjYKUKnOyylOhUTx/wCQJnE8RrT1Xl/ypiPJyZ4+
ielcwpcUZnCuSvPOYRdm6q6fMZB6MvDxtU2hxX7V4/CNv4nqo8nLGzhNAQvoPHQ69UYcfMTb
Ulf3GHUKV/KREHJA805mMtTijf8A4zsdpFftXklCnyHCqv42INSMqoQiGMu0xxTbtVysNpLu
mPdinO6H4dUAC/oi3bk+C2nfgrLmb70WNuiqb5K2UmfAJuY2QVZmVO1GUHI+RMIFwa6oSmHg
BQdVyPMwY9qsmbn7SMUYijC1/RSE6XVcJuKZE8iheHkE/GQAafFASNfvKsEhEAYdVMXCRlVS
s3f8qrpVLei+tuepbJAThdEUjcFLpUHNfMAyibmGgU98rjg6ck+q8gm8ImozV8Hf3QdCdxLY
h8FfIegVJiIyin5JYYBRMYisfijIwuicCrJVk70XlBAETnoheAItQo27OM0PouPllMgcTtJs
UeWPEfHKokVGMuFrz3Kb90TWJ06IxsYRzRJLCeWNUYcO5w7lRly20j3juQcnFBu0VbALl4oR
3xzT80Nsdsq5ZFRt/sn2zRPDMA8dbCvOOMPOoYqUzuc1Rrtlitk7rcivNx9p7xovPfcHqMk9
tgajH8VcZ7f+YKPzN3LklmFHkBacsEMDM6og8bkZKzXHojGX9ITTkTJECe0p47nzREwB8ss0
92Si8a5lbZeoU58YcJmufMDJeaA2Z1R5w4ifap/5MSRx9wBVBbfiU5A5CaBgrpk3GklHxtTV
PAGMvnfVPPjeBwknlL1iE3HyUf4qEfKXOIKjE8nWqMnF7bUfIGlkjGUDcctQjQ+uDJpUKsOW
ClVoYjRGUN3REd1aqy3aM+iHiFZa6I3e2mi8kSJEGkcVG7ZEaKd3c2wxUuN2Aq5xX14vFqZp
5GssInVPLlt5D7TWKHDPlAGL+mig31MhHP1U30W3ul82a8XJAkaZLcH42dycFaOR3r/BfSDx
YEPqj5SZGeQyW3lMYn3CpX1OaU4DNRMeQsMWRum5jrmo2yItPbLBU2/pClHEpo0nmhE9ufUI
sf5QuQgOeqaRYZrDDJf/2gAIAQEDAT8h/wD9PADgLVwSQ0H/AM1j/wBOiAqut4S9cHwU5qMH
Oc2yrn+t0ZYXfZ/QZBbViCJZp/pef+gX/kDqJ/8AgQVwV1WYJU9xanKGjzM6OZf0Q2+P+1JV
F5z/AOMjXKo4zElxVsc75mUHB7xbRyWPlUEWr7EG2u0IDxmF8sP6lT2ireGl4phFTZU2+4mP
+i8uHXx/TNQAxwm6+og1acP9ENoRaEAZpGBjfshJXjKm/U+CLG4OCLlcRaMT0mJdLr/tfr/x
mZc+yrl6KDPpK/QI9QGtTmuHhYzFeg7SnG9y78xBC1NdyraRi9HiKgDiPLqWCGZVvBMp2v0i
IUItd1CzBRdcz2v/AJlzmixHERfMGUpGjX3FFCmpvuJZtYsvyS5u9oXcHQ3e2KG4dOcVNFNX
WX28hn5mRM4TxCI9AZuCrhBq1X/o8ikzytuZisWYNHzAtt309S2iLAlY4jrBde0yRqHA9TVW
uYU8Sw8mNSzxv9qCXprbx/aoLAWlfsltVTeOyJnpT5+4lc7J5ZeY+N/8EaoEyF5XbD2T2tlY
SUz4uW/jMvDVVNmnycykVMhA6hwTUChutn5S7qrirZQuRxpmPIVCoYiOARhGIbdQc0cDGNzm
I+f+9aO/X/hL1aq2iw3Y956hgVk2N+oGO1FY9EA2tAWEYMGVe3uDAjkO3qoh7IVfgdTIyHZ3
LgvG04lxKK3bAEbd8R451DWDzUSI0G0NtuM/8CSbrgS0NjzPgJb/ABDCpVZOoFculhKDoONt
xWVOq8TED2UQsw5dIXCxkcRYDHa89sZCcgISNIPLxPKsa2QuWQtXb+ZmwGDGqiKMOF/6F27E
rhuEtnFdrhaLWRbMz2LfwNiRQFdf9keK1PKWAtsW7l8RfZsrXRzGJcF6CoMV6DjwsxK6ZED6
VZNGfUuQ07aYSCLKLl45qYArOD+iixaQxQG3a5eLNYENOOZvG0zG3cfpKpIbCUgKFhqZrWHc
Ob4Z1/c5fcGIobnQKSmIvA4TeKoTFV88p5jrw6wviWMKoUaQifVsoaZbhVpGk7jT/wB9l1ee
v/CQ9r9kjNWPKqUXsedkVci1jBP8y75LTFMZML8eCFI2V3LobCK4QBsn2ErJSW/Z6jHTHDJ3
LzjTCr14mabBlXdeYCNWw845ZQ3Fv/ZieEPzS3ciYDLKNdB4Z7sRFOYl4yJgoLK37ir+sTEn
BymEsUzKh2ssPKyFzFCw5QY4Au7ODGWp4DtDElcg/MeBy4/cVGjnjqNkk5rGZbWEVTi/Ur7p
N81Fu4ivHLD3RP4RUO6z/wBhZ51EUcEzxt45gzBGxzGuxOJgX06URegvBnUugomkaoA8H/r+
taGS7UXGZXQM8WoM5abVTUgGwT1HgVbPCL9Ze2U3shwpWyqq/UUDSg63/mCy5W21bOoBeMV0
XfEFgoV61dEJNaVbmLWIUhV/HcC8y69vPuWZ5y48EWAFVXiF4Lxc0eJxVC+7e4+4DffMY7De
UC4jYfuXp4L7ERiqJ8/MbsUdZzAQmzkzmJbULvGUe58eDz5xGTFnkDLzUvacyqau38S84G/q
UMdq0aZST/bGKPKZYWnZUyeC5bYxZ7EtnLEbBefj/Whqw/Wf6egz/Qm3Zr/ihBaw7ajawnFZ
+5jtflKVWHERLbxncURo6Dx7mcBg8fUcEezdQWAUll1z/wAPBu/+NjtRBwM0iezgYZmKsZE2
TJtVh/eIK+GyZvzB2MPA0yijzxk4I5WdnVc4jdtiu2958QNxWAcK9zYYFAUVMa8C1V47mD+G
zcpSX5txfqaEnbJ6IAbHQ3ikvFNgc0/3MjKyPgSwJDF9kvgyzZr1KHCBXPuCC+WOozL0WnK9
RrbLl/gjBg9dy5vq15g1czxwV3CFJ8bzFjw86zCxLaHZH64N3Lu6Xm6qN+RbOoJ2w0M8xvPS
muJm+PO4Cr2tQh9bM8eYLlblxKPb/EYVeRZqX7Ua3MU0Tc+6Yn4zNRm0NJM6csObirr+m2VD
FsGsCCYCI+OY5lbNs8rqpj+8/wD7K41ZW2OpJt9S0De0IZkuqXFyDXSZQ/OdDDa2reGBhPjP
5mWMOeJa+04/pYLPRYwaIFnB1L9psjFZxCuWRCpeiNo/CGSLt6/VxqDy5OGFSmPg59blJNGD
n3OSYzg9JX5U0z9EztgcKAnRAqm9IFdQ5Bk11AZfmQCWS8mPqD42YS4ECsVLQ/6Ruujlc/UI
msz/AJQBofhxHtCwf/YhULCGg+IluBiail1zJbRLpLGHOoLYdYD9ypTnoGf9TgItJ/eJl8VV
bD4i3qe1EUFwf94B7hzed/ubkVquX1B7HsqLE1eMM1NemiqYQgomyAYSz7jKq4u8/uIZ265+
ZRWvObz5iUSwXnjqLNA8j8wD5uO1iSGxVPxLixy1whlgM5fuZLl9vBKee9s9+Z86MRGK1n4j
BNMHT6mQ2W89yvK0XR1BWIVxTNHdZriAuQV/bKU/clBR623GkYCyGFzaZgYFlrmVA9fob7mK
pHsP2mEJVm8p0fA5E/MZk8BuU9O6v36j6l2wUwjTZRQVBldpuEYdnKV2s3nk+5kjTd6YsuHe
UTQSXwWXFWGVLvEEvlou+sygKAKDYmUnYp+UZICreJ4zqTZ4uF+870fhlkzOQdDtlZZGaz9T
femWVPXhh8hMAhAp2qcHmYwwGd1xNo0WtY7Z7rG5nuO6LmzGcQEJy+cQGeIl+YPIqNB+yXCH
cXn3HvrZtiLX/wCRKFYJuvFS+LpziK2eRKPyzCKkC6MemIW20Hn9RQCjDS/5mOWbwQSRgwUQ
KxLxRmBu8DecX/uOl6uTr/MDHZce4uCNV5LOYIqWYP8A7GhaPcc2Ee56R7/UIcfp8I5oOZsQ
ctFZA+5dZ5uhR1NhcJr8y8bGrygXNG0QVXiM2FRV8fMofQvPvqJp1aBwRYhe1CRVOBxGfgm0
+JdloMJWZfLKaKFUXCRGT/RE18LCsHiK8lXS5Dr3MJOxax8QaheHj4ltY2bHncf5rcGAgXW2
7Zx49wRrQl5zLaNG6vh+oSbRyhQ8zHEBf+bigvPD8IqCOR1Fk7g5srpYx30czFf5nbSybPQl
FuLZL1DuIZAF+Jw920Y5zuZ4RS5dH6jn2cOMvp7iEqNwYPwwA01LNvvmC8QLLOMYt4QFbTYO
PuUlbbT9Fg2XL/hUVX9LXqFZvgYsXBn5KVZ7+YEK8K7Y+Y6OjlKq0MMsspgG/NiIAQ4Zs8S4
DDCMQlwHHHuX7eoyfgm0q3q41HWeKMnEKa8Kqi1nXHFf6lVq44GCEPSw1uYFUOYhwA95xNrD
byOpYFEq3XHuEaul4alN4DVSvT4MahlM64L1CtzGQHFlPXmUpXc3Qd5jAmGTpvtjPGsnUAoU
oLsVpBkDfqCkxSl5ruO4d0O5DtLHmal7RE08UcktJh8tzfW+UlLKh0r4gE4tNUpKR1iHns3a
x1BdMFOPm5RUVFHwc7ITVDlxaPUppu4GSdiNV7hX3kZ51conAEKqlqNvGMur69SkoeGXbxXN
zF5WXgYAuwYYjA5cn1D2n7EqUxqXoyyi4TYvPfUIKzaweUX5iqkoQ/iHQQGLWHrCVa/CfEK2
2hWyvUw1X7reOe4rCTT9UMgGlQ2viBUzZtQ6iDggFnHPiYiUptuV1d9Vp/mGRfwsKLvAsqCf
QjUyIn8QvUdjdSjn1GYp3lr4qI0j/wDjqWqyG6v4lEBDjP6JVLXAcypYCh4QlTJvnX3AsA19
EuLTVTn31B7i7GT79RXpeRZ64qGSC1ivB6ldP7l+IkrmS59x42pbruV8y54mXsG2iUUSsWcD
KqA2Y5JmelNe5XFa7Xf9sYhl0t+3iEmt56fLDFS6R6iukosO/N6jrNUdX7iTkDTb79y7Aiqq
i/QxPutsfXEpQgQdx3EVbwKqY36O3/ma85hgGM6Nyht4W39Thta3VOa4l1LuF/SCdX6B9ENr
MVZ9agFwa8fiHuF0j6QQnbDd+pmX80bmfZ9KpQJJgx9NykyYfysw1LAu3+YuEjVg2dfc3fOE
1hye52RKW6lKovy/uE46UpofqCrEeWfMvoPFwT+JVJbt3VcrHaO7KkbQV18V8kBUGrVr2zah
fpfuK3NzK5fM60FuuIpAHhfaY+3VOdHqFeKDeOoHSDVceJ4tr5grYH1I+eZfFWBSpr2zfpOu
vcKANglVLzAzTqF07suf0QCgrjV1EaFuxX6jxHmHAllVXyEEIrc3n74iM1yyH6SpGHOHUwXe
TLJ/EprIaVu3t4iVazlT/MvFrZRWT3GWC/tzLys4GouAoa9MUvEcvuBU2imwORIJjDGjqV0q
KD1Ascsp9JexsZIUrriAKm5ecEHZTfhRXIf3CXhDrq2DUZff6Th8Djfkg+xviUdSvKrLcz8y
/t0sGJbobZMYg+EFqmlTUwmX1CqvMTCOQdQcvPURAadFD5IiTYEv3xHr8w4v4joFLoJES82x
XCf4jVuyTe5o+DQt4mDRRPu3zK7MNvl0QEpdBcyo88FsfrTS6y/ERMBXmF8cS3pYU3mBbVyK
MvSWzwRQgelU+4TQyNrPz/qVCO/Nr5l0pTfIjGO0uzj6dx8rBwuyuKzK5C+Sqq8xkAzX62Wq
zowDyEKAPd2/qcOCj36igAnFFg6ZifoGCVEdlYguQyqFrqKQHjwPqaoiJTqciqgphXYheBk8
XH5UdtL4jvIHwHjzL1z9TYTuLKuMLUqWZDpmvzBRfq83Mx7V/wAzDfApuGShW+dzUUYB67lx
k9KX4l5nABo/EXrZMmDinord87ht2vPD66iDCNkogQXsx5PMqU7dnwZa+xecxGzLloiFU/R7
l7F3Y849QC7DbMrhRb3vP+YtsD4FYCwOhEzzAV52FP1LgHDNxl8CgDInUpKsVtT5qHsCvJeQ
gPS5LzfNyybCRf2/mWlRpO2+cQRjSnPHQS1qurxPNSmTs5a3jpiIBw8C+7lt4m52JsqlB66l
C1QCnuNoNQnLDdZTMNsj4806xLgZZkC1Lxg64D+YLI4NEuax5KPxN7xvj7zANG4rsdMJZHZo
EIx5nMJQb+n4iDQBos8uIlQpr/ti6yczBBuAZfsCA8noTJ6hY1aAa+e4RTbYbKfTFbK5chey
NqiuW7SxDqtC3uANaOi35JQVrp49XBDYcyxTxFehdbYhcosAFNv4EQgCqatLW8YFQEyIBlzl
UbM5ZeEA16sIHqwON/zGO03YD5OjlWaHRbKLRDvFf4iC1c3Wvi/Eu70WvUY+QWdnXiUuNMYm
cFAoyCMLm/MuasUCrgAEcH8zFRofXzL8B34+4UHI2GZmVw+Q+ZnKNFXuZN6AVCIqMt59S+NW
BzgUNZbAvcExW4Nm+LlMC0QcVHPcKVoIiGdrI8XMjsbD7HMuAo3g2DdRLOyv0pgJ5A+xmgrc
3Nzp/wAOC5fmSLAfmGsQp5F7iDeUOZ3WpvFwWVvMhQZdPB/9lJGuCtPEdmU6cZhXbDXZ7h5O
0JX2TKUyozcEbNlPHzKclZY1Rfc1cPIle1zhkaENGIRBM6C+YBf/AOqQxLDe6jHn1HAC+6fz
Qr1Gn/0hAjY9iOjnaxzFyd52zPoiGZjAhVXXWe801KtaZeS7CDSAJd59z00BkeJiFdxSq9xM
SdO/LMsVGQzglpiuw29xfYsjLIjAtdG7Sj49QwaOmn8QHcrunXgg+gvPOPEftLVqs/2RFVNt
08bjS0s6G/cFsA4s499xN5YdkL5nOQuL1D25OLrETdUz/pFGVno/cX6AaLWlxDiZGzE+DSq+
JVnc7m3ggFVWybphrqVej1KtWLdFb6l3eTzw9dzA+U77VK9tTd5UeptcrAL7ruOZ7jEHqy6M
375lQWgB8imEH+Go71MfLipHGRzVHtisCiqGfmJVwrVvxOmAGNReSpRVz3DHHbWvV9w7VtO4
DsV0kcKGrGxTmXYtfeXBBbGQ1OlLCmhmPTItH7hVKjHl4uGbcl0lcJzMSlbDz6mQVjO0oMVS
DdRUXhWar5mKLaxUqAD6XXcLJvjvCM14Da7ZnBfEcWeJfTIHgj53DG3y6BvLxOcGQD93qBQo
Ngw5dxaAqcpmHuNomwvOo+O52vpFiw8ZnuWcL4/qFtughw+J5TJJ8A3K5bp3VCmC/rPqF7C4
Qv8ALEsNdY5rGJyhthTzM1dXePqNu1X8YIpn5mJ1Q2U/Uo3A3w2RAvAimhp7GBlTDAC5Y0fD
V3A7VrbWfiXKXmukw1HMv8S6NW4OLYPJp3di/DPCdsq6jtgdrTnnUD6ne/xBS9sxn+2AswuM
KYvYvxLhg5zZ5L1HQGwmLxBsr2cfMxQLkxXiLSijaykoXoxqWmKpR2zcRiSvNMrdW0RI175l
B1iRS3PfcqANOaa8QWvLQDbF3hVeZ/EycOzGOsTBRWt+kQsTFAsSw6Kpl4P5lBdX5abTagq1
VeUXVpZKceZ2XgX9kuvGHbPUeihoYO5c/Kd5vutpeVsMirS66541flmROB/d5jQWqszd+YSv
22/SO3RwZjSaXXUEa4NXB0g0JycSlgxLVmvW4kH3x+rgbEM2HJLMQVKgpfRco+b0Zvm8E8Fb
q3iJmhTyc0Qc4YD2LcyiVKAt+KJsaYVpmtC1HnqMWveykRHzjGowPC4BVjii35jsWdNLxFrA
wAbOIsWAsEL+pcU2+vhHazWyyS5EDGfEouibMeJhU9nD0wuzeV2fGIDXdRmk7ZQWDt8Km2C0
BMzG6ms8l8EpuXWdDxKtinzCBq/uyXXnXGAhzdHLFolWZ1KNlShm6cC58iT84SqPUd+YAKyq
qQ+42tyxGDX4C9MFW3hQBEXhfiooF/j/ADPyTGHBMhw76J3cAM70vN+pUkDsUfDGgydrrs3N
/VuTT5gvB7sxBjELDX+Ymthciv8Aom7UdlMbmAxuL23uChmCn/GZgO0co+420d0NFQbId309
R1nbTC95nM2xfCUsH6QsFX4+IMHOBdNS2ClYEFjPgG/iZVclH7t8w3ZcOHqGCSj1TbIYu/zH
z3a8dx6LZrYfE40r5IQ4EmVgPR21oVCjjxjJKf7ycsU5vRv8x16UUUxIuts3hvSnvBgAcmrq
YzsUtZ9xMnxLpmeXQq2GIzF03KSCzAaihAuLCGnXPs/5iK4Yu3LVXJft3NKRst5V8QZWq7w1
5qFDLWhy5iWgXHBjv+2IfEM0Tk4+ZXHDgTx7lk7Ks/3x6hW9T5g9na2st8XEih9kEwYGwZzF
4YyEPfGlRQOC7AKvuU6HyS5oHg4DxBlSBG4b6PcvYHaHhK2yn4JrTRrNwNHAzzGeDMYKX3NA
UNK/BClZOMQY+16PcDSkvay6cw7yDfZ1C8qoo8eoqPCNKmTDlWCxo7nENefiI9wOzcMkX3KP
yyxpOm30QRZFbQGH+ZR9nKJhtw3KgejRnMrQWhwku0opKUVFpstqZilxGVmZT8TRtxITiD8j
Bq+WJhMaG/mOs2sfFohgAEqvuDUVYRMHxDIWFAw9xKKHDa+Y46OBaMV3QOL7QSws5qfEpoS8
lkIvIvl1pmVW8hy1NDNjsdUQUx1nNUSxESDD5eZXoeQLM56qrq/UBGFHRfmVRngiZOIWEcFi
stWJYcBUrGdU4GD5hxrZMgfPMtoJXBn4EQkfnVP+4SjHJhiUK2ZrGPLL0murDKY+ur5I/KhR
rPXqZVlXw06rn3GYUXU2/wA4qZTjITEmWu9fcRsq99+Y6QiGCwRTGL2+e4TUTRFqrxBcANA3
UfCbz+ipzmJbyRwzLRW8dxdV/O39zZNUXZ3CDyB56Q5MmQ9/pCyZnAt+4n0WhF8649zSCAV4
D3FgMQlKtV1GHccMhW7JcxQ45fULWLOG3zM2KcXl/wATLUAm5iW35KPyMPaG2XMuBrrJq2EQ
Oh1+Ykh1HwzGUIm28uQVtBQvZBlwX8PiehBzqbUWdD9ysgClwPPuE73F+PBFSxvCQHcPkai5
pLcnlQhW4c9b+Y0D1wF/csVmak33MyS01h1MQtM3IlzqNBkr9wWkUWDOeoKGojRt67lWMMrM
qVsWuql5c0pfqPNc32e5ZLFbNBWAU2ljyO437IqjqWzWLPJfRDLQQxZfugsPqpZttQUCE10l
F6u3RF1rMsNxkAhF6a+UDh0YDqvMNn/HwmuG5DrzLPkjZt8Mz5YV4eiCROZYJhbCquLjvUHz
TIq2rIykdmPzx+ZgIlUrX3Htt0h9pmoaEdxvNd8cBFBZN6T91MpdW9nwxeI45mW7e9fcGhlq
uX5lHFeS/iKZWt22vj+mpAV8Gd9e+Zjdkl7jq6ExwH+ZXjQG1dvcvlU8Pwz1Fb8IsPidhlZ9
tShdYv8Aiu4gYl6XGOokWV+OddQLgmGA9swVeiwS/wDHgfhm0vV1gnDM082Na8Sqszw3b+Io
wHLg+4LQWKIiZu1XwhnaF4jZ9RcZja6uVK3IczEOU2lcUx7y/wDojgql4XULtwWssax7a6hy
VTdXfiYp+/8A3LSqGnfdzPUc5MxLdXBfxEMUVWdrvuGKwXI0mHsMeQgfsS+LawCqfNRTaGeH
3cRc2K5rqP0DMW004/R3FywP7ZlixnEAWarKn1VSkvcCB8SlshhFHxeKg5cOD+ARYQ9bZe4k
YHNUv0cwIGUs/glijIKWA8s9+1v+5joAPRlHx98KOWkaE0fNxA5RhupmUHdNfiVqoWXN3A5h
BwDOpU3U7ovuURmnRniZLl3geY9GVgM11A/FEGjDl2xkNdksHa+S8BDWozWyFYC+NNV46lFY
aoo/iIUVFnT4h9eMcmU4pWskHn1iPDSJwPQr3cbVf4tx5jbOsZWZmRAbS3Ebiw0XWNy05hRc
/BG+It8y8F9Q9J8ubFgtUzktH3BBebS9iSqbCzxKI41d24xnMp0U+oCwVsfsg4oelrglD563
uYlatw+J4tBuYVzWA+D8wZ4xtBfadD5g2Dui1+k0xBtS2uR9zSKtDwTdTTbL5mctV/arjNSD
dyj4imqEpcCD3lujiD3V5Hlz6nNqJL/QYUsfMCHcKrH3H6Zh8EHK+BMvXxGa2lq7jbwYK7gS
yqoo58XzLpa8AmzXbg/EzlLKwv3zGKG29DziZGaMdv5nIldSOsy0HHv3EZt4ND4ndoBHHUML
1oTxDlxVSt4S9CQ6E76JfiVgMgmQCN1o9TJ3kWmcdRW9S5Y3TZLhgi3Gy68G4xS1m6+4gMc4
tVPnxG9rOw3HarUiseptAOAceyJglSw+zxMmVbVtvuYAdOVkLiLwLL5htGDe1DKldiv0Wy3O
Ndz7QU6tLjzCa3as1LAppXQb+kQknkaMm7fqb+dNGJWbg8Za2IELq5Rvu7AMylTTeTiV7Nmv
XiBluZ6uMQWa8DFELjcdda/McYKKLYm6wUjJ4hNETPaumIpHp9TPhW+RUpACsGahgmrRQPaE
ICmLG8+Ys8d5W8SizmTgPaZdFe5L5ZZ/iml1KurwnJcqdQOT68yh9e4lbTDGSfcsbhzghd87
Fs3SC91+pRtCZRm3qWDYZFweZikY3VcTV6YXMagqqybmRZ1Te5wg6tPqAgg3XP04hFl6u7fi
UNOpzoxOgn8JcZS/FcLPqFoCAO2Lus+5PxAVwdTs6lhR6J/EIE35tePzFZxaw2td+IpjhptL
5a4h423l4c0S/wBag1X+ZhwIbFyzQsA/tiCA1c4qOpsQL5NdmKgdjXFULzfDLym7xfhGWBAU
TQ7mOK3K6zuVW/WD/Yj6psgxXTEVRzA1UFgRgd3szGrS6s3zqEhdqyoaigZZ2cniVAHVDuh8
HECipqwZOS47p+SGDt0mmNVqodt3Q/8AswRYsv5mbOeQ4G4yLKgRn4h/TwR7YpywsxUe8zTA
9XzEP6ghXGge6EqLDd5L4mcVTlHIQStOlY7uN05TjAx1UGkay5mOECfjKmHfm68dXA/e2/iL
NA2YPpOSm0r7O5dUYLmuGWkHqpCFc6pab9SujSr+YrNHnIjBNwDg8w0cvQqIxEy/HuF1dQb4
PcawFauODhZW/wA/b4gahBdPnkmWV+NV8xsPtD7geCFOc+YxC7Xcp0aV0RpXsP2qbHQImbRK
8CMuepQubWdybzDI7+N5lArM2fpGq9k54Mxw2WmldSpaILd48TnRbNOOGIBxbN0dRTVdHG/q
Z39iqr7gKhuXt+al0CdnWBKCoWjnF8w4AjLd36lbDNQW0xrmlaU9SpxdhfdxOZVsaQhTzR4S
Hhaug34hRRcv+CaLR1q7gDhwflVRAXVq59xdLNzu/E2pco1Gmpd+GGHTn4ixeKdD/iNBRTc4
VzxaSy4tv/FTnHvcwyHJasd46jdoZPMXCFtLvzBnnVWqo1C2ssHzIeblNdmlVmJiLWa4ZQLl
Nas6uXQtvY9wxgx5Zf8AELkWi9rC3UahVeLrqYcntp7VLwYxk7Y9Ao2lY76hlSzeePqFjy6m
cTJ4SOhiPJRZdNdxQDGkPLqpYajlmE4hEeaVXYcQBVoOC5uYhnrutdTixFNAQhTyUfqDu9ya
6PuOR5q1CsAKIGW+2LCuKK3fllRIFKO/EcanSb9QcCVYVscTJZesyxVMWx4+JaMDANbeZY0C
olde5S2ptyu/MPuc4bOCCbXF/jBDFLOHuoEIFuNRY1VeMcWwlc9NBH5e4yRmhm3VVLcB4QfP
Mu3UwPjslNMGqGE+JUTvTff3CixISm3iY46FF8aiMr4/xvEXFbQQuHiVQZtn4zF0Lp8R6jmG
My83LMachddy2yAQXZ4iKxix/OKayIrsOrqH9URqGB3LQriOc+DBZFWHOJWhJ1sHG/USQL7V
Z6ifwWI2nkV/qa27W476mKPUKHxH8C9aB8TC81SbWVYAmhBRZ6F6XqEULm/wTIi1J48xK1Lx
X+0qLFFiv8tTwujRb8ktcUbOVYRiygbAawG/uB2DBTUHQ4/lKqslWBPZLU8FsuYwdIGQ91Nt
GhGQPfcMcKasY7IjFMi36qU+rJWP9svoTNHPtgI8eWFXzFKDQ5MjUBFxF2vzEamQyfudE5zH
5ZbN+xF7OfUBJnOYK9kZquBM3XFx4bLQ1l3cAswU6L8xy7wNF5XqXJBAuHuM0Vti/KW1QoU5
volbq1S1z0lzT/to0CctCjsqFjat4mG5TyjNJYmsWEtZ/vUuCwLdCzjbBNrxU728jUwRSowM
+2YLc8LeX1Eig3cLSeJhM6ZupjfI15Yht1D0P9w2CBFoa8cxziwWN29y0VharvphqjeRLLU4
0fEoLexbXS9zWhx4QMDk36oolsGrOok/fwT5lLKnHbSe+Zvz5HyKlB81jPDEDLYxXf3FShdd
3CM2kbr9CXDN3VHHuIONmS/xM9XdunqK4ScBSnzM+12cxWw3g5naEL48zLGoK/sTNg7D45zE
W5hyPxMYTlgD6lSdQQo+OJwxeGN/4mcaDsVPouDGFMZvpO6qdQ+OZg8ozfm4TRK/U/xMDmtS
89zpKwXNIzDd5V1fAcyvGCweF5uPjjGW3xNXeLqj/cT5SmplFgtLDUd8AsEU2rWw3G0wnDf+
0QXMc3HnMqA60bXnqDs5Iai5bei0YFy3LRCzgMvH7qX8EPOZwb5Yv4JyulHV8fEVN6TGh8wK
nypca/RC6mmMyOj+2WKTXkPDFH1A3b/BBhTscdr5uE4msO+CA8W0zv8AMSSDbL+onARcafEV
eQJZ++IL2TcZo7jQP0D8ynBgE3UZUdOgO2VArpaQYW+rbGKXtOZCuHiA5XyRUNqdKHInEahT
Nw0CviBd75bo8xGlGSnn9RxeS5HVaiDANKX4WJUiRrO1vqoMAFYuXLmPnN/WR/K4egcsdSFH
nq833iXwu7/igGgGojJo3yx12zOMFWxaJxltTR5n6ul4lsAnMo+JplBkcMEUFm7dwwUzN5z4
l8HoFMEl8vT6QNvoD0wiVBVegnRMDlQKAKaJ8PtRUq1VXfYxu4jTAY7hZqJk2z76lAUZg0Yh
UuCNX0wXL4Dn7lQ1EvQR0GYq2hlKVyhv5mcLOb+Ung2B/MBXDgKfqLLiwqsu/cfUgpfHFy68
91rHxPZWWMaKloA4OHs9SzihXMcXzN8bru51KA6h0U6qCluo8X3Bqg3Spyx5gM3DtnjuXZxk
lJaRGq5Io7E2cZGY3qXHueUQdBHzD5tlCkHW+HUQFlq/eFPO9PPXqV3gTd98SysHwRasgrZr
mgNdSzdLa4V8IOAVXU5KuYNRK3fuYcO5P7IIvuLsbYXF6YYaKRz+VAAWwz28yiDPRYqcSWps
O2YYNZqwPXqBFM3K719mCmCqDrWWJb22FlB5lWptxhmKLGluV4jDCk90bz1FsePJeQjxpa04
Qf2wjSCmZY2rsdQwlbfHcOBzgkqud7Ki2sODrhn1LDAKGdso403rlnTYKLrjELzwCxi/TzKo
AVY1ddEpQLwdH+YJaii668ekqlh32pNelOdqvLLI7WO/crtsGtY6hdCLaeW68SubFIdZ7iWi
4149Io3tlrL7dxllZLqV/MLUShufJAjIr4V1cxSTwz+JZaGyhhP8zFgcjAeziayjw2OlmEWE
1vEVxjivNAk0xsjM6Y1d30eKWcfSGYPDxKHUjfFoo74XeFdoMYUI7+0uhAMxT1A1W8tdIFBv
FoO5lyA3Pf8AEogJckWNUTHueFX9QHLFyNY8IDs3UviVQrMS9sHzlXXHXmVUo6N4mNV9lwln
FfzL9t323k9w6m0rC+uMywqhefaFvucgq5IRaBFX6xtj3BfxHpmY/fFG5vOFi9r03G1asz8Q
OKKzVNcYgqOwolX6riJ0Lpz47qfEQAQtlo3Xl5DK6/VSGqlyg+W4BTZ93whQ4JbUXwMMdWKu
/wCEB40KrSzm4ywuldt/cvMPj07iRfSjeY4ilZofiCK+T3DW0M+fCUxZC1ckr054GEdKDhbX
3OmFVWYqMRdeu77lnVbCLs/zCxrVaGI2Vw0yMqjZONPiG6HGZFXMQU6CNMN6jVNhR11GvEw0
dcPNzCsTq/LqJbwpQWvEW6MKW4+ZZKAwuWZwywdh34gaNdhs9eYhLr03+Et1U7N+oLXS3or3
Lyu1bNd5g0tqVAlI4KN7ewTBj3DJ+HmJ2R1Yr4uUIxpsOvEqrGuWh1CFa5tZ91CG8s7Xwx7S
YWC2WMXgBuBxAFNECyKVY1fcwWRe3RzFxruU0aFIFy4SyDwEJ2smtDxUGoZglB5jabkrtWPm
OyzTsB4PmMIzsrU+ElIN3WdvcGOwwmsPEfI82cHJ7jg/Gq0vriLR4hYzPHEKH3bM52yxt7zO
aAI37S2kqnV5PMTNKFnLUwgOe6iQ+uOI9MbmHCh6l0U1fQIXAg0CPctrS3uDxEWa2hy+YKMo
61eLmlvBrHslCKuUr/KpY7aWYMxeS7tfOLnNTVysepS0iZKr2lvNpfEMqN9ZU/U7soJwprjz
OEwDXHcAnPi+oC5qeBjHzGlm4N3fiNBzEyL9panevb3caHKQzIFI0gnzBEUyOav8wOfF95OI
UNiMdda3k/KZOJtku/kmI4OfFeBG4h28E6Ke1t+p+V3lNlZ6+KilT2bB3iW692jUUUhl38hh
OFFqFniJ4XnR8xYYtCnR2q47uFuSwiYO5wFoTb1F8ZmLSdfyFmVGPhN9+5g7rhdoPCymBvuc
malv74gD3pPyPDBpHRXsY8ZlM5u7YP8AaM1c0Ed+Kg5KgsDrnqcgwpgadcXKggtmr04xKpzr
kH3mOJpmH4fNxs2O7FPFTZhm0+Y78TqN3XdQcYi3F2N3HNxSxqzxMtnM0/epcqE1jTsePiV5
Eu++FrNfnNhU4Tu0sfu4cytvEAdS4MJh79wGr4otONzaRHD7jUYWhgh5M2s/KCMWnRAoD/fo
8SisTSYIEwuF2c7lV591iHdnYP7gb1XovhXMrgQ7N3GhN1dXyvqWFPn/AARI4cjZD7gMmXnO
YcBRNJwncDQvhPpFuBo4FQ8CnABCSbcConlaJeGkigu9Ouucy5uyo015QzV1C8viMAta0ne9
xaluPdxlErUC/gcso9Vw054glTeSfaWMENhs4o7lCLoYH24jryDhXPV1zLED9FI5G5Uen/2c
QOlVfmoFa4C2MdwCRUdDyhYvAans5mVLjQbuBi0KXqYcts67Tih2bn1MnT0mTuUwy2MgHMay
AEabnM0z/lUfhH0x7CCYsFTAuioQsBDWIsa98T8IXcGct9kG0bDEPlKC020Ff7SjeevVPOIK
J9HY6rzCWCt8h88oPyuh29xD26JvDUCIk71XlqNVNVpX01FKEZc8SsAXtq+6YbVoClD13Eww
K4L8w/JNnaz5hJbbd/5hqlnwJRVy7Zym6EOP0QRaPJD5uX0Qq2l/KVc2RJfOPzxHY1ZXFvBN
GdrA+fMcRxTm87vUQPBD+b+JqgtGSu2KrSCgALiKFY52nSSwdv7hxKI5etyy17yDPgPUuWrF
brwRYsiy1I+oYknWYhlm6hSnXuo3sNd8S4c9alHyxBrGM3rcFrMd7+buMNAiub6gJgdLLvqF
eu0XwHEIMINm717iumD238I7bail1+4CfgeztZYgezYe0qquY1XwGEQzIVtRV5lg1lDkJr5U
erXZNIRskG5qFNX17jWULqni9QUrqDS/cXoMjueCC6t+vaIyoWf/AJme1IiFPfErSUaRflG2
aLfG9VLDU9cFi6tHu+oN/AWTyYn8JGl3NLTivtLa1rB+0M0AvOHSGyI2z/lFyxDTGOaldGpU
Kx/LB7rK5UfMJmVinF9Q0Ukq8LslrUB8dbJmOJLRkqWBS6Oq7Jk5pG66c6lSXZxPkaqPUEaK
g8hkiyIdu4oCm28/2JkCmw19EOp/b8xJIBPPXrpM36xyqreUFPtoNHzUXSp05xyNXTwvUZRn
Wot83Lo0L5NvqKxhtLmnuUZFcdv7EVHbQ9R/ggbQYWkxcgcTOVZWLz/mJDe2hRzBMIqXAeCN
WQKSs7JdV/eeppWAV/vicUWWcp9Ia0OGs93NieY36YcINo3PiUrwgF+YU2TBaAHEH1gNXPCy
siLhXl1KyDKiqH+Cb+mo4emIrGCk77iQOJdWqMXKfCq5ItEAA5OSaexkd/MvAcbbXZgE5icW
dZiYQlJ0eIMySqOvUow7DYfzLwvby1yc5mcCugx9yzELTMy2R4G4MMvMcbQqz6MHW4BaTq3c
RXDV3J/JDyID7THwy3ec7g2DyFf80Gkjsq/PqIlcyQHPPymOVLvOPMa6x5LPFxDIZRbqnLU5
PV42XEMgKI5VNQWVYsHTwY1MCY7Ryh0gqzRVjKeYTcNQ46OYZILk7+Iy9FlJ6fEAzx7y+biz
gcbnkqLaSocr5tcTrxjyPB+ZRpuqvFTT68/6RNXu5XivURAyvWWBA8LdygFN6K4hdbRKqZAN
k8u40yDoLdPEze4g3828Sy5oToHiuo3R0SmF7Pcuor1V8XcwFtUeRxLmiq27SpTYgezcq/Xz
QKIr7PwzZhWa+8xBY5VPpHlg+xjxLrR0AcSzhccBNgZ9pvweT+SXKS0IvHOpaZCXsYzKfvQa
iIaRYZEitgXHF7XiVNIzWX35isVhqzn3fHqI5af/AJTMLVVLRHPVRTPzLhV1+TUyq4XNY/yw
lyb4HHtlOy2tNeIl7OVn0xE7MoLa+2Huy5ysPUO6+8VXqPopYGvuYTA5NStC2Cy4jo9b81/z
DxZoqqDtgD5L81kt0Gixd58w11LO3qtVETdS7Og6muWUFiZqOhTSc3nEoaFj/X3A9elO72NE
UKDR1yf7QwawbjtR0Sg7gQVCIgDBWX4gcoL0Nworrai38kyafSpqnuDidB4KEIY0Ka4GJoTZ
vA4xqVndrNE9xn6YZFzaVVZjuVwrAdac8t51v8i5QNxiyvmpeNNSx05o9R9ZNg2+CWkrxtHu
CpSq1VLCE3oyWOImaZkKYPhwt0OHqU65g16JWCHUfwk5FTU5cyrbCX6JdXrknAUKO0KnRV8I
dIYK/AwSwEFuC8SwtWmNAqgnNTbFFDhqYwVnRm5UAY93F1S6ooy9tcDNbFSuY0hgUyQ+p+ZX
qOoq8mqefJMwME2u35i/Hgt8LcrVL2Z6+YWwyHNo/wCIcCF62vmYSi9YDgqPqXZVp3C176WH
n3Mz6FHHcEA1A4vTcAr8MvrEC28pj3Chhm0By6JRwoLWSvEpl1myLyGR+cp12tPRe2KBMabW
9y6tQehykfpfKeEUUuxN4hDQ6TLfPhgOfRy1VeeY/Mo3eFxCaz4U6Iw0rd3DV3LIaX3HjuLc
iwKLOq8xtFgE2abjQSuJfComhcCpfPi47BbKtPYsAc648LwKlKsGblJyN6iga9/qPEtzNFsZ
ioUY9pPBLq9HdrnxMYcn8B5lsCIFdPhlHYJVkfmNxGzersewlUGliE5gtGltOT/E0AZDmviV
AkC/Co1pUv8Ajn90bVcbpvfag4qPMkBYvhHvjr5euk110V/DuXJjjrqCXIrz+JcwmnAmbfxA
gviENDIG/CPVseLJzNYjOP1MQORH/cNjRt3/AB7mUa4/YimBcfce4qDPUoiDu/iMmXLnrqWi
soN4hkDbmu+mZLh6Ucy+Ai03yV7ioboKnglBQMQofHmGcO+8dMUDy4edZZncM2y9I+XfdH5l
KjdcA7lGdKYNISB949dSsJHgw1xPIgOvOI+BZzMvuYaBRb5MaYa2gMPYSiYaVV58RRz+z5nn
HqZJ+Jw6W9B8zFJynGD8y46cXGU0Xv7VyxD57f6TzQSxR2Ouzi3uUrPo1rjESUZzN4XNXYS8
tfEOjZtwtgslyG5fIbQ4mOw2RxqxQhBmYTePSWJ4c+AfHmZgobbPwuZAxvi8jLob15A8SykF
ZehhY7eOnaNJrvq3hhEs9MEjiRq1fsnKpN01xcxjv8HczIkcL1DnyZLV8PUsgs8VXubuf9rm
vEXRgmqFbp/UeCReFGeJaVdgv8TUBTtoVln/2gAIAQIDAT8h/wD0Zv/aAAgBAwMBPyH/APRm
/9oADAMBAAIRAxEAABCSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSS
SSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSS
SSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSSCSSSSSSS
SSSSSSSSSQSSSSSSCSSSSSSSQSCSSSSSSSSSSSSSSSSSSASCQCSQSSSSSAQASSSSSSSQSSSS
SSSSSSQSAAACQQSSQSSSCAQSSSSSSSCSSSSSSSSSSACASQAASSSSQSSAAQCSSSSSSSSSSSSS
SSSQCACQCAASSSSQSQAQCSSSSSSSSSSSSSSSSSQQQSAQQCSSSCSAQAACCSSSSSSSSSSSSSSS
SQAASCSAQSSSACCCACCSSSSSSSCSSSSSSSSAAQSQCSACCACSQCSCASSSSSSQQQAASSSSSSCC
AQCQCCCASQQACCCACQSSSSQQASQCSSSSAAAQSCACQCCCACSAAQCQQQACQSSCQCSSQCSAAQSA
QQSCCSACQSAAAQCQAAACSASCSQSQCCSQQQQACCCASAQAQSCQSSACACCQACSAAQSCSCQACQAQ
QSCCSSCACASQCCQAQSCSCSQASAQSSACAAQSSQQACSCQSSQAQCCCSSACCSCQQSCQQCQCQAQQC
QQCCSAQASQCCACCAACQSQCCSQSACQSSCSSQCQSQASSSASSQCCSCACAQSCQSCCACASSSAQQCQ
AAAASSQSQCCQCCCSQSQCAQCQCCSCSQQCCQAASQQAACSSSQAAAAACACCCASSCQAQQCQAQASAS
ASQQACCSSSQCCQSQCCCACCAQSCQAACCSQSASQACQACQQAQQQSAAACAQCSACACAQAACCCAACA
SCQQACQQAQCACACSQSAASACSSCSQSACCSSCSAACSCASCCCSSQSQQQSQCSASSQSQAAQQCAAAA
SSSCCQSCSQASAQAACCACCAAACASQQSQQQQSAQQAQQSQCACSAQSCSQSASAQCCAQQQQSSSSCSA
SSQCCQASCQAQQQCAQCCCAACQCAAQQQACASQQAAQSSAQCSSASCAASQASSAASQASAQSQSAASQS
AQSCACCQQSSACSQACSACSCAASASASCSQACCQCQASSSQASCACSAAAQCASAAQAQASCQQCACSCQ
QQCCSSCQACSACQQSSCSQSACASCCCCCAACCSSQQCSSSQSSCQCSCCSCQCQSCSSSQCQQCQSCQSS
CQCQCQQCQCAAQAAACASQACQSQQSSAQASSSCASAQQSAAQQCAQSAQSCCSQACQCASSSCAAQSQSC
SQQCQSSSACCAQQAQCAAQACSAAQCSSCCSSCASSSQCAAAASAAASAAQCACQQSCAASSSQAACSACC
AQCSAQQQAQCCCQASASSASAAASASAAAACCSQQQSQACAQACCSQCCSSSSAQSACCACSQCCSACQAC
CAQAQSCSSAQQCCSQSCCCSQSCSSAQCCCCCCQCSCAAQSSACACACCSCQQQCAAAQQQCASQQASACC
SCSCAQASASQSSSQCAQSSAD//2gAIAQEDAT8Q/wD5wA17+/8A+BS//wCaf/SVm/8AnZddf9A3
/wC7brG//CXjv/gtF/1Rspqt+f8Agf8AmLDSdAvcyRybXEs/45/4r99QW8lf053/ANl8c9f1
ux24Pj+l5gNuccRh/wCioPMcSDBQYFSAaKpNw746igHJLHuGcx1AWbHbj4i7OBh4lZ/UDsei
8sNJYWPhiRqDvX9Qbc4eP+IO2i/kv+ll1z/TCYfqYvzxBaI5WBG66K6mpB0zDvEY4cJ8Qzfx
UqRGC5MsjCcYs4yev6CCALRcZeP+3Xmgo0g8+f8Axr7zRVl1jiWmQusqwp2x1iIt02MYuDK8
BOoF4pT8xhLyRDQqjeROEj20jMapM7jDSwt8gFrxLTY5qNUbmJFyOWS8lSw5Alt/mN9KrzNC
r4+IPHMvNL6/5Kw5Kq2P9Ah4iCu2pX7SpqvMzfNp/T8/iH7lPaFQdj33GnbOEkbOKzMbI2qc
VxUx3DC+zllIO1xBbPNxS1jao2sbQOWFVcN91BSJRzVeYN/9gUobdn+//GMYglLRZoq43SNj
Czt0xE4WqW5UUhGHRZYWdo3DUFtbqnIxh91R7awXVZoUfMxwCAeRkP8A+LgDIN6jSrSLjZmw
qWBiiCynL/MWmUKAFSA1cJW5mOHcFCZLy/x/ydQ3ZiWTI5xBrRwYY7gUy0zDGo1BY7K16mQF
g4o7iJwGgdH/ANmjIas0+GW6Vhiu8x2GarRqrNEROiVWOUzLkBXJ8siu5o8DgseIwwW5TqPY
ChN+C67hBcGj4/8ARsST1bqWF1DiyNEM0WznubF2ClTdN15hjkHkMitytVRLIbKryRQcQVob
NKxC6jDyF17jraVWiiqXuaOgcKJ1AiNIDLJd5YBK7kVbqy2oDOpnWDk1iDzrsS9bGBlQdfZG
ainPMtT8F6uF1nfP9bzgN+eIcEK1mW/cAPOxAB0TACiCq0Zj2VTMggwRBZeVz9S1SygBML3o
jno1LzXcozdKTknMNhVFDna+JYYQSVV1iIa3LqseVwxA/Jgt21UOgYoKaLru5aBJhpee4xsY
MdRKgMCl6n4WOJ9j/vz1OQULctf+EMC402qJZHgqJ6Gl23FDLkNrin5jzp5wOziolMZIoPPV
w+Db11cXBwFndU5rZjcJHemK1D6bluSi8sCpghlDwaEnNMvROxxHN8RuoRWHl/uZ1nAFBxrk
lTRgKxrGSVppdPbMArLz/wAGZwr5EyX9RbvG0Vn/AHEwBFAww4vwYy4uD5Y/DGV4MTg7SWVH
SMFIYSQrZLY33CR5lQWhCVANCudVfELvFiA23XiWbzbpVbo1E8jXLA0pfMUSOg2TVHmAkWQl
0EzniEVCrwBoz0ml+qAxWiorhQKplElBaZ3g61/6FigChRZC5o/2/O27NMSF1bu2VH1HaR5/
cbtcZm1OvyXwekS7yNoGWrINIS5D+od1ByErNabSPMLkZyFXDZslKkG09jwPEcUMipRKMRRo
GqXThfcAUCYpeLOvUFeaww0UzaeWwLqvJDDNKDtO1gqDVPTCUCSrVsoFItBH1FG6dBg7bhh7
NuNUXC6A99hvEH1ItWuVBF1MaOHyERHsz5Jq42C4VgL/ADGIswG1YcHUIC42WQR0cVLQtVen
dWZlYAxlChxcsVECircEahsQmzn2gBHZiULJ9TDpEy3qquI4WoRYcodztIAW6O401LXAjZq9
/wDeOiE5bZ+v/Bsury6IrDDPI2U1qUY4ME0t9eovbhatIYqsZZWpkCczI/lLkwlRwcIeJVJU
7CSjB7mGoii4yjBiZ1pjSG+13GuKQzCYQIoD7hh9ndCtKkUt4i/F3pCZRdwEi8XZpv0ZnBE6
6LsqnxUrMyaLTyGoSEoOcFLtK5YIKqLfNeJfCDaxO1Xl4OWPXHFffy0QH2ag1esd+InSHabc
K5qoAylZQqucsFd1gVNeiWu0rNonTMYXgoFvm5pA0y1eRPEVhQ/IDcZGCqYecGpb1FWlEyFa
mamhHKU7C4uXKsuQONPuEKhGuXfPuEyRDIPTzBcU5VFrs4ET6BRWyk7slSmuDVbJXELPZboJ
RWXxG7zJneTD/wBmXaIQdPqINSjcLIBh7HDW4UHQD2W9wVbrRKr5uqlRNFQ2uaDUVUEAMPXG
/MoQXg9PF+5fCLdhR/12d9UsYte5iXB2lcoTmEub57NXKGGsVdpkK68y51v8BSU4PEyOgsou
CcwVHfqZ1MmRmpmyhrvlCsBbTO7vGWo6I5iLVlrKHCrAAbB4ROvgy9cpuBm1sOluV4vxFkJb
II6BjKM6IIJbVmAFQLkB82d9xhIMuRvXGO5rHowuYV7gOYiAro8VNySgt8GgicEEIAd1ZUq4
PewPapclCHABo4IYjNOxnNtZIsMtsm15KJmfhXp1tdEe2qYDJYWZ9QQt+yI32x/gdA4G+Osz
KYQH4GqolIaci8rgS3LkVcA/3EpgeOfzL1sCwFqbl+CK97KdeYpCyWShsqsysPiFTTgfEQyF
RhAzD6KhJdmzEsurz1/RQVBlKXg/0at0LQxR2xQFWgyrEJSVV4/oI6/qRraWeAt6hDYY1FL7
LFDvmJy3WuocXrYVwHA1ApAaC2dPVRLCAK20CCOIBSFEHIe3NQlyaDOAc9QaqVN1/eZyB4cz
N7x1/Xwxl8a4ln9RHWYpxZkO4HCuzOFisccwZTYdwXWWVJ6CnuDLMCtqmra2jt0C2ibzhtKK
UpYFz1bYfYhcxL2tFYoY3MOUWCgeS8uESgC6oix3zFsqDUivZte5YDHN2RxblGtqgLxEoVeY
wxgs07WLYeIHMpSrK9G6iVGW0obfqPqOQGljK0Rmaau4UwWYjNzW63N1M0LZ1uPLzFCpliqq
sS6jyMopZasPco4XRwNTrzFCiXJl6rBcZoNPYriyJSOjTBs6ldUaXA06uUpELW3VOMTCNbG4
FWY9MKKCjwd+4kGCZNXVD5hilwN3Z55l1MK4AOhCCMKJOB4YgANQOA6p1HLKyqrVjmAfdsve
bretyuHRnCkZqBt0pX2Mv1VNDA1hXUxDwpyIdH+4uiV21dJXEIOAdhNkRcdAjtxbHTUNYHWo
aCC+ssOS4UoMIvKvUoUVpOf6G4LcMymC+ucFTQXL214mwnKFdq1VdRZW1YtdvDniMcRtbHzV
PEL7cOK5zHezaQow5hijFDjW9sYt6ZIfucmAKWfxLmMMgu9ajH3K2nWOppYMS31SmYtqjV0e
oFhCnJ/UGw6suNBbVtGjuPepQoeaICWWHrfD6hlpRANMaSXzwCFn2GoOBuBPnThqG8OhE2xQ
3XmKEVSlUXkKEigysu+BXL8RQyooqFu8vKLilgkQeO/hiXMw4vZRz9yxa4FQNj4YiuV2/Jj+
YSvSlG6Jv1HqXGpS4A3uC2mTVT0VcrMIlCFNYcQFACnw+DzcKdAYobuiKSRIAV6YBi/2snVN
NgX0MZwKmQL4BEnIy2rZ2wxE8w6H4pAIHAjyLtjeC1xIc6DNQyAzYKWk4xzCE3tfCn4xFLOf
h7oXGS5pQPQNmB42gWGg46MBuWqMA11mbzcxxqtP3FZMiptTStRddMgRfk2Q9w8ZbFQEc95g
/SQlHRnxLPK4XQXdPUcWdgbqopkIoKFVQNxWbKaWo5ttIDbaPZgIK0ysFwF1LBCPUgP3TJog
Cg99IBpbSpROOCCuWBkR8JxwM1Zacy2WHPEtCZYizq+il2VLMwRjv3iql6wLdxFaFDEo7CKx
lnJKI0uhT09wCikKfwrqG7AyW/6XGBXDOgKtuoM4kUqn4Iu3ZIVxr2jo1qLwXqK/m0jyVqPR
c4gAMOoYbNHJWoCIcOm9Kqsxcw0wvTDBh/I11oW0thEFBapGTXBM0hLaBuqZz1PL2UBM4XcY
B8ABd+PSJSyXHiCV6rCzlUL+mBAlE4i6c4Jk0eVbnSW25luL6Xt4GmYAsWJo3bKVqo3qkTS8
YNy5/fGg5+o8GIVeVNURbWYB10B3CtV51CvimCw1QCU02rKSp7AtRXDZK7QnIgdNhGWOdT5J
ySoBT1k3MmCIMkCFcbx3uZdortO8J/BEa2oc0994+pjWNFks3t+YkDUCM+AwX/ExjMRXOxcE
IkS8pUf25ihRFnDkFqIHCuKEqs1C9ATUo8PMOg2VuXIR1MaiGUTv3Xma0VtBZlo6mvzglqv4
XEdL1eQ5iIsYkU4btuiNxl0IN4C9TRCQGibEiBIbeUHcX4pNDlVbRYhgrBa8jHObMMGaNdy6
rG28dNajOON6ITi1pqArPSpK7avELQwUhOGC6xKK8gjTBfjNTXsxSm9qKvEb5SpDYBvMCggH
du6ZgzVgberB4wYsKOk7jAVqQ8azHESeW0wDdWXL6j0lwsBanzSAmWquEDpYIFfWbDpGCYFq
BDTbIygeAqpYzlxAPYkIMbCnMrHodSGvnuN+7gYa/MYnCgUU05Zf2Oy0LkpuPxUsQ9IezWlB
ix4iBRR5nAnpnnCIiscI2TKICUgSrj6KYY0V2Ci3qPUHUJWpz4Yd83PjWbcwocQWI+S8kIJp
FnX8ubg0cHAUfwQIVhMZLNl/UuEUFN9F3hDWyJED5MrCDA4b7HHxF9hauCfD8ZmhVCGbQGDH
qGNWFWw0ttx6IoPSLFz6Q4Aq0HWURM1iIr0VQpPPD6jvkaBNbXL1PLYGeDf4S3pJQAcq7i09
kSIOSElQrphVXZblGjaXCpgViFdwvSG7binibfWBykHIJ0je769RrQr0cyx2K+IiugsNDy7P
EZ4sa0h07z3DbNqKECs5qvUuyqWToL0Q2Avpi6GfzLAD3NA7TX4j7H+CxaR5rPcts1aqBMX1
mEg4LXRtgAFTBQ2zthsy7fcrCBYgStqerghjzvl7AqJo5gHLR8dxQKoUR3FafcQKhvswaXoj
is42o8lEXtJczZ1q7l5sodbXGK0S6MVLeD/qGlhVWV8MoRlsgoIuAbXBI1UbPNozfiCYN0FH
Z3E2qpVVo8HccmoslqzNvk5gR87AqDo5SWKoSiyxzaPXUPBFG3G2gxqQoVChdDhxKcbNMVok
weO0DrLshs24gs2AbOI7p0sg7VsQ4J4VGCyM3S0gVXtYQILCjZo+Kmkg2ERXdIfiCUcu2zRd
VKd0StLG6ahpLMtC04u49oOUgs5wqYq8Vgd2hlgQ4LdEODOfmOA1xVS1pWjqGgpfmVnd/cor
A79L5OjyjLvJCaagtWeZi6mlykxbUfIGFVYOQ3viohkUZcgvkFq5REdoHSPu3UCLWnFBaVLI
JjhqgGNl9EdSTRRrgSs2kxcK7AUefFRMrBqamaWo+1JWzT8Z+InKD2JxeL7jy5JkAdrunzFk
qjPppZ46uC3VtqA5d5QW6CnRU7BfiFOmAcmuaO/cIwFcAyvAeplFtFlhwtigSn09wuDoTPdy
g24ipwp1NIXEDGhV78QdU24HgMLxLyWiqVbLOIZrcrMC4RIvZgwqli7EvmC4ucE8Bm/oiYOg
oqL/AHqIKyAUXYb7B6gw7IMKxyrfzHwPNtViy1MnUhoF5yTlhLUs8Dwl0eoBAHJCr1hqKsht
mzW7535itQgWwbRc1BC7EUWWSxgI+2gslqcl+blUCN9kr7trj2wPOxq2IsNSwULzwSO4bkBK
subOks2/PKfC7y/gW4K3G2r8wZe4qK6WpaioYy3oOKo5lmGxb3iqKbgroG3OjmEVmri9NV/M
epAVb4805qMkBTQsFFX+Uw8FUY6LLNIRDGhpq2YYspwW7POP5luS4SFXtREGeHkWPekDvFqS
zlfwiEPiiPD1PUV4ohD2Dp8JwtZJMivF3Ff40NK9CVmUQMthf2iNlWG5KvrGWV9rltAvNyxz
7AAfClSYg+nQOwl+4h5AaURcwPaUJOEVY0HklgvJGLdS4Iay0rCUq9ygLw0A0M6YxCjStCb7
y+BtYXKoxCuZbqwFa8FvNdQ0EnK4Z2Z4ItC7DhemnmZGuk95LYGKVQygVgphhjrV1lGoG2Ea
CVIGHQuC+464CwqU3Xh1UXPgNo4x0jHYmXJz5fMsuUBonkcJpzFBGzODiENCigHKBzLwLjuU
JR0VCReJ0XtMkYsB4MI6NmK10celVVMnzKEbgqCl0WNwsKghSqpxLvqEK2LNAaU9cS/SWlqK
YLoUwWCMUHLGCYruIEoAoTmBSZ8kWsUCtjynayHRWAwc4bPrMTylCDAMWmjHiGyCsII+oLA6
0NSwTxHGUNy18C4uAG9UENVjWWpyGUCC8IvzF4VBAnFl3nsJWmE5Xg+aJm1KVx7OAdSskwMT
m0sa9yiFAd3sYMZ6mBSXgMm8fSoGdgitLZpi3zNLztsukaf7OiicG6Yk5wpQPYR1fEdbppVi
8i3zCLDMNJi0hv00hX2A1ntlBAE0+UNr7jTGa+Dg8kMwpjwXIL+oAphV7COXipdCsDXsDt4i
V61kFcZwszfHVyzp7OZVxQi7AW9sXfM1Fi9GviziB26xgic0OMbxGSr1nMZUuO4Ch0SIpeRL
jWgMPdoj1Co9LeM8wxeQdzjbx7gwlpO8IzqOBGOgOS2r9Tmj2AFlULqHi57XwV85SxYObNLt
zxDiBNsKSyDN8VHgqck01TklMOsUwKYorKSgYteU0H6TiVi6baWnHq5Wqhk0F7W54jgJCDHb
sWJ2jrtw04Lb5hgS84RNJVQ8AByXwF6xqYBgFdosGYJSmSt5aOjAmQ05HNclx8qrDXuJynho
Tibl7aythDL4k1Buctil1em9Q7WHD4C0ELkob0dWG7bnKCWrAsMBp3BUtYBViqKCS9iiFtrv
xMqkiFI37IddazUDN2PtmqqarBzThg+7GA4q6FVEDyQTMaHX4hvTlz3JL3CMtYwuy/qC7tWZ
jORzcTK8U0vCmW5g8MWyNdXVRUR24I8DWYpIyBycUvkdx3LCgL1BFFfMNIXQblrnvzMAuZVD
bqml4glF4T4QA3qDGYa68hV8yn3Ew0rlyWziOlBRwiNB4aZTk4bqgN49r4l9VYF0o1WQHti6
ytUQvkY1EjDLFttm1Z1BxxAaW13fuVj7QFRi2lEU4UkRfCjRLoDCqNNDczVsjDYq1ZC+YfTg
ovgW/upc22IShbBn5jbibTd3a4YvsHvQq4r3AsokO55Mma9QhEV6GuiWMXJMYULFgKu/MMOY
1AYnHRKu5bx0tzGWjsftWxPGYwr4bIXheYQQqoaIVmjfiomftbLLjB8UwIBwqMwrLxBWd00X
ZOGOuDYqqULeOpbEFoambGJIYiL13N9JQpoB2awzOjuMhFouyxh5tlvplto5TUEABOmPLIyb
JSbU85FHJV8VuAVHpqQ03w28TClEXFLvrG0aQbauLalDxrFNm2Y5FagGz6vmIRmufoMrl+IL
RhnAaleILGgdDekfu8NoN0bvxLFdSQN9WTPcAyaE9JPJtnJ1BEc1d1EQIKAXmvEUmy6A1ra6
e5RvSaVEL2DR4jrTSWq0ZBt+ZiiITLXJyVzKsjaJe84nkusQzs67mhWu/owe/Mrp2dS3h/CU
3tFy2Ih3MfMAV0EBAmQWoUlpoO6jzYLojS0IxzAQ1UM0Rg1ljILuh6iRqyKARvAP7AoJXmjz
mXMsmXBpLlLMQxtvIzjgm8UYqGGblhkbWF7sKIRErVAuzFnEosq1Fs6taqFmORAqwyC6hoDs
3ZTheZaqIT0ob+5eTLKBTsRklTSg0wXYhXqI0lzLUFbYQIldq7WcxScpZvDSZ6gAAoyh7UFK
+WYRVIT7O3qUMI7cm68y9iDDSnZzfqPmU0Fu7VHSC05FNsxvUuIAwLGy3LKE5fkakToi51Kk
WMG2E9MAAonl3FgoTODArFniVxOUClGy24l5QasKlzGrBCw7eCU/ay4eYSj0xbr5zvMXQGch
vAQwF00hG8HbcDjZCCtas3qLr7sN8AXBUfowLOzQdxAtau9S12Vj1Drcypo3eatY5WkBlO1W
X3HFICyyBu+GM9N5izbiCp7TS6H3FxmVguDYK0wO05jV8AgueWUAB5LzGFs0LA6XV1HaABPK
LtrB4lyBZIqtfwQAooIaN8C49y/WdJW3/GG0ctBwOFeI+tYvU5QL3qpfULaCzfXVQp7KB74N
5YnIsLuzPowWtW4hwVtYw0ynh1Z2fEJMt15XyCqj2G2SPFZXE62jl8tt9USlQiK5o02V8RSQ
QG7G+Ny3ItERa5PH3CmpayfqBlrBCLTdP1NSH4LNNM1BEyg0QWrsZh5ElcKdmDMSKZ1ofxEd
NGTQqql4jylmgyBxw+IBaYiI0sDACcIK4F1l4g64VDInXBFhVggMuiIVMPNUjZaOIRY4gUBt
5QCAXMLA4aVcwgLVQIxjw5lfg5qwyE5j8rNjhecUTMJuLWMeGKXgiskKXd5S4ZAVW7sszmF+
aElo03UcQu5MDQBlYRNdNkVXa8spzUEgrsNvmMRgBGIUGaL56i4DhaoTItwzhoyJOCePcuuW
W4DpbYiLA8ENK2hxAk60wEZsQ4FIHjSQPRRyuKrHVw2KWjneVe0yitE1tyYwZoMrVwaDyO2B
YlAgfWG4X8oXIr9lSkFIXVZnLQQCVNQ9nwtiW5uo6L2aDmL22DArFV5YJJ6Q1VF8pTz5fsbG
u/UHgcyc5usfUpWDiORPgcQroK9NBlLuJKDSNolBXggdIzXWMNnMW2U2KqnCeYizOIUBybuJ
Ojw91Ywr3CUTXADQxJSCrHe2IRkKV7t1iB6optlyORGtMIdU6zi6g1GNoKYAtynHFhTO1TqY
8RoCv1eEgxW4tg4KniAgv4roy5T5KlpNZbpGmXpA22tDd9qWlgNwDgim/iImkliU3im6ghly
0hWDbc3hQkF9FSMx07VXvGKVqQRa3ZbZF1RQ2eFXEJ27L5HJAOtwKFJZpAESVERWijhRSx8w
si9K0tHZniHICeLdREAKR9Edu16PUZQPCgDevAjIW7wJ6EzjssNeIXcbbRbOc9bXDBICGCev
zCsUQWyF5xZCoeim7XBbbAll2g+rq4IIlFoLgcPPUvIOzRgVRxqMGAQwyed5xFyoLIYTOjqU
SU5nIyZ37iaj96C9mPUdLvqIo1kBZW7bi0eTT1GxGbgob4PCYFVGZPJjT5gx28RaMufMVQFH
sy0TDDQl0Cg5YCa0/sml43CjwV/VGzxD60corgS3bzZDiLhtl0jsYuyxqIuLtt8y4HqRcB8Y
qIir4GXWqslP6/gW0vwuVTyJoyPZEs/egU7B44jBwNNWnbqVR7ehoFVcCQAHhqOzvIdbguwY
CwUq/iMTAgD7U+pZ0JRpqwDgb3CIQuKhdXOXG/mLSwhdBfZluaAVoCspaiqiwhpDJC/xWiJy
fHiOrmsei26fE0ikeKa1kNw5Foubrbq2bnYVxNvtjAZRVqkD6oJUICA8XMME6QQWTLyiQlxZ
Wl8xCcCxUmcmT4hlayLsMUDHjuGmbqBG702wVpeFJuhBfamFS78S2mG2LzbRhgMgozcvheJY
fKgOfjgJmb9fk40oajb+tdq6fYSoJUO9lC0DiHiuYhe1A2Rhnd1c1rNxbDDQhmCw4jrVToFT
VmI3zLkGgecYxF6qEGA22bYFicIWVi3SE3jFKoaXz3BixDY3LzLRAAhO9MSgwNdnyQMNUoWl
mMOxCFNue4Vkldg4tcNCUCNUPVWYtKSW47deZT1ngm4EwDxBFFW0w3wDDxcDQ4Uc2YYik3XN
csG1ZW0KOkt+DG9niaWR44haikrdQqnWoIoCLLE56guBmE0M5qHUTsEL1Q6ZRXCKrUus+SKA
0MfKeGiJqoYBFrWn6jDiVe27adr9QZ1yGgc3VkJCYRgTm7yy2Nl21SpC6jFdexe8GT3AFQQt
Eb0I3FRQvdSvLc3AxVk2AcEVFVpOo8FMWmxLYKYrtHOnCmdPKXHUJKbtZHE3xNpEqjYah8M2
yLI5oxLzBkS28ltGW0XpJrggWLEOrlSB87gQWtxgVs9y2jVjVi8IlTOyhMXTx8TJq3MRs/Mr
8mh+hbaeIP0oW9MMmsRKclHFjrHVSgULo0eFMV3IliqMWuPQEQipF3xgS3W16hAbK1Xt8TQm
WIKClBqxC0Yj5+avcoIwoQtgyeWATvSrk0O5bpjV8b4yUqVTMJ0ngP8AMtZQLSKG71UpBIsZ
VlYla3QzcrtxA68BWrutWcy1PLRm6O/DAMQloXZ0gm6wFA7b7gQhCyUvWuDxG0SWKVTWZVPC
0EB7gWkjrkdeBGqVLNUGlDuVkLRCnineOYK+0FKU4zqHu1xS0q9vxFAFLffNDuWsqN7ds1UA
4QNKBnAOiDYiLmTVH9SkbTEbKu5uGMmim6Q4qYwcJTRY35lEZLCvQRLZKFQLgg2iYZWLZps0
pmc4eUDQx9qlcpEYF3vACCAyHyn4L5g+kwjsMnBDvJlmWxluiJqhQgLmXNbZoMQ6XgcwkQRQ
AHmy7lDexaA7FxAfsdp4VI76QuNR8pRlMB0KXQ8GdYDszWIIldEKXZ9y/wBkgAI4h6lwU7PK
sY4b8oXZNx1wMKF8JkZjh5ACkLAzeYsoQFaCmvhDvn2kpwZZXiUQtoWig2UfHMbH8CrXFm0b
mAOIaGY9ogBowLWWCQVTYi+f0RX8TF9tu+IH92yT00Fyk6yk7a2h+2Cr8hriQ1UFS3wtkx4t
gmqzuDnemCTyuplzb+447aC95ysa4BRLGkacYjBCfSMVQ+oOki3K8ylp4Wl0rePMV7Q5Q9UT
C3XapVlvPUBt+xDeEtzADMQ37nOOoCDHBkcnpKuwQ6lWfTmZ17AK3dK/mZJIyFN0FhC1bFQY
ymyVWOddsbIYqJsAstasLBc5wmgD48x8EssqVyVT3GO2Aj1R048ykk82pLdDEBEsDvoY/iMv
ZKoWddvEA4LUYe7uESQrA3HKCV0KKC5ZpYX9RrLOEpOcQAZu+2n+eooGTnRq26uYwGVYaL6q
EOYydA9ufxBUPywqr8DpcdSnBJU21R1E/wCIyozRapDbrbBCkKvqsxvCJZLOsmCG2MFwa005
OYPgSwIL0GcktvOMcw6fBiKWKYgi1r8IHCWFFVlX2mgsgxHjFl+4AJdWjOqn1MEfKFg2tGKi
AxmiscLjPxMxgxRS86VT3F9CEGBQsH1zyFc6dXBnKtQLpL6lklkTTBg8kWxp9aCsGWRsXEOL
dxaRoEcG8NCYYDxtbK4ZsOIJqrAcJUQ6eYC2lBHzViZT4yY1mt4fFDnSkBOLYp+EUsuB9cI4
VwShFR4gClVvbcxNbFfQ/wCUqFgICFYoDPibSh40Kz4EANQezvBFLvME1oXiIwHTRCby9yoc
skK9GPuJCpolAvqHpwnUB05jKelGmGtjcpPMkoKzUd6qF0OyrNQx5ZQoRy0/cMxKzYIea5hZ
tooAXj/aMCOWrXoYUfJgE45cHMZlXk0K7PEIaoTu1GZq/Vy3WFaVmxZ8MXFCqMBw3/UGcJyo
xd+oGRDKJWTnS/EtUsD98QE9scDm7oPbu/UCJykgUscZLfMxUMkS/GnEaEGbI5ixF94YcTNa
/MahsCLcdt87qGzwWMsMqBiVUAQa0p2+IlNkVi5wHqEhNDWeCMiS7ZeV5x4PfmBi7yYVYUG5
wToyNFY881HdacquFO1sUF9uKvxM+rGp21GTrAdVeVCsHcB1VAKju3hcGKFeNeLTZklQ5wX7
kyobJY4BWO4FZ2IWy6tv4haWcll6IDwxrRc/DAmAiqofhgREIEhk6ahNY/Ex8/cr3+XIW01/
MtFMHEKZcAvzAUDClHm38zBRJSgmVthrxEzfFItGMLRUfVlA8CpXUE6wb1w4QSXqUaShgbGJ
SUcAa1xqjE2AwrHE58ogBUAylaWkEcCxKV2m7qYNWkLdgLo9S4kbobHQHrmGidoIMGgGRcqv
ZfArp1fmMCt5ZpwU1huX/UNMocmMoTwzcUyqaEZ+o1ha2zEjGS1m0YOvmKLxUVitBA/ShtrZ
QQAoCoi5ChmbjKmkc0cRTyEBbwVUSPcIeTRBsSBXqBOfET1qKtobXhUDo9hIdbcWcSGkUbA3
gg+haxjcd4Gs1i8cwJmLWDXFzXTHTWYQa9koC6hIu7Aq7gn5lYFGExcWU73MqS1OBM115CnG
/wCI5HepUr4UgPbFX2nIagZi4MPen8wVkaJinG7Zl7tUuF8Ult7hwFjYfmo7hVYgs16XBXuJ
WxGMEYyeMS4EXMPFrbALmKuq3xhX8TdFrCKu7NfmNSPKB6DvMvkosi88Ep7Cb5OAKagKkoHb
mrxEaK20NjC1XPcQeATpMYVXzLJwto1jSuTxAjzE5prZwOYUOVPQnK9A5ICGWEAOKLRQgtcZ
PxT3KhAZaBlHhiTpKYLvYCOv5yhZykrcpaZHapmfHESK1LpYrnPhDIIBhU9ViX+ykbW87xFB
vups9hHgJNAsCm83LdQTkA6dvmOUygDPDlx5m3DgHbAto+5gK1fzqlZjCguwVkCkFp6CVsmt
nK+onajPi1hxUA1ZyYG1q0sgsW0WvIZ9MJ4JeAqopfMKqjLErQcBK6tkV4AwILBzAih2Vq6I
XPIpLZ0OrMDRI2F5Dcz2+o6BYfkgOMwTIyjKib9kC9drjkimT2yqMulkKso1dKNO64lIPiuF
toXfUqaMsWGSXzzL7ExlKcZcnuB2lOq3wuEw1FQtpuj1FLIlgWmpqYMI1bpqKaj895MXChuK
zBBoQTXQsInIh9EnMlKuWCl6o1UGtFfYZNoB3BVCt4VquN8zfMQABLs3yRfBGpaq+3AEQF1T
dLgbKz2maVBW0BnH8wacGFmzlVlQfASlmBtywMus3ga9lkR5lPuAzlUyF38QglTltZ8NSi71
lbvRRP4lMiE4RwJQbYl9xB8mj+JXkeAqxWyWhxkW6XYGqcQFLyAxzT3CgTGmhmUZDCJYCigL
krIlHJLGWTk3dQhEiAUN4H0lhsgvW6eB4gTKYEplxTxK0DogU1Qwcqxs0+LW9MvDCRYpdohx
7j3cK61OStwmhkgBzLJ46JWq0CVi3VhwCXVlARsXAHxtItYS7AcgKQ7SxseOF03TPzGEiAQM
NKwMsQ4cllwF3uE7wMkGFFtmJ8NPBDbMtE6X8RzBIlYcA7+ZQ42g0/KviDqZKUAnK8S8GjsF
kG/io8fZAK2CyWE5TUE4AavUpVUO+kZCZI7U8m9cN5+oBjTVFuS1XqNCEUSKZfkl+qBaDwLt
1LgyhlqXNqIc1AVDjpIwpjW8FI0e4wKQIuYpA6i6LrBV78HvUooNai2cuW4zcMojc2nNTNRA
E2YuwNQcmwnEORSxrEt28O3VzcO3cJwVIBNW3+AiJaKXITlDEXMAYkOliv8ABbKPWm4hQtYY
6mBL3G6TPmBTYrgRZk7ZDeGkQFaWFRZfmUgpjTYtZeFcuRVDaN8AXUAjwBaNYUypWANCrDsV
Y5ZREFX06mOXVG+ACQ7tCRYz6RqZVQlasM47iIucWtzQwQrs1kZnd0S/bJQBqyrcb+mu64Fm
2ubmFkDlV11bM8wLJvFFcwsLGj5AMLcSsxsV0LvmIVZU4CcoMjN0keUXd3iIsjSl3PqMW2wA
LHDXKoA4YLaFtL51Gk/9C3FC7YU5XdIKpDJUroFkbG2s1CBBgKRjnXuADtggYAF0vuZMsu9G
63xR3FWHd21xlLR8YZNqLeDCpUvdtVBrGFrsmYdoFG+mB7gZL2NDxSBhIEDsearV9QPOAJQv
nl2RyWR7FsZUVmCEyyNhzUPf5excBQlfW6QmKjpD+Oo1WoeJgvFFt8SV2OI8l1nW5rliwO48
2/PcdRMES1avLbuP8Pgo0tcopAPS4ApQDC+k02AHqYp8OQ+WySmIIZYYFPLuKdpfML1Edcxa
syhFWgEap5lQik6hyZIGp35k1jbGAQDFN3QN+Ik46aGulLqOfhQp2tj+YnMUjUNDQSbLFGwD
VXt5iqpCbVJi/fMMqCCldyKpOsy5no1ovmmu5kk26WJRnJVtVOK4iVptzVqAC3IvEPwiVOwW
Q6F4xUv3gS6gDQnMe01BY8wXYfiHKtggsMIBriI7Cljg/kYZ5ojYms7uMf0Iiw8WSoHYALHs
tnqDeQdoObfmGsFhTsIwYzdY4llK/cyXFbS5aZZbytiFFp3yTe3MGEN2XD4jWkaXAxWezMsl
iysmV3Fqa1PIIeRGmcKxSincyxAgAKlZct85nQRaACjt0wHrleeRjNnc3A1oijSC7ZcSsMFN
58eoiu3tyri3IV4jwBdu3gg18Sy4wVi5LyiMbl5gAVcXKRq5D5GfuBucabEaHdSz15z8sFBH
3KIUAOqc5oxuIgtaZLVk1Huiw6Pd1iOkJd01wrKfTiNL1sGGReWsLIi9xUqoUhTHTHMcqqZB
XJzqPiAGw1OMoV/0GlUM/KpmcbeqwmEteepbfvA6U0I3E7+7VBnfNyxK1UW7LDZjqOH9Rmlj
eZaFQmjSkGt3A4EbHJZZQ2cbhw4AAFtpLQ+4VtDlFndUfMQdwhs1SKAz6gmBN8t7vX3FJi4B
fL5iL7/JHmDLQoWp8w35iZszIHcUH+YwbAIWGbu36lN5Rw7LviiDcscy84oKtiD99NJYKl7g
qzd4hDCy6uJUCTDJss89Q6phmYOxLZigZdTyjsX9y8BeiCDIXBGOYzrDgB2zLFtFW0ZYseay
aFe2xiuhzvdq0yZWiT0LI09RagsGWgwLLPcZkQBV72qn6i+0Byu1XtKlHopvj4VWljihedAN
hqkGM5LXI1fcQC6hLY7+LJQuiqXvH7qltrg9g5HISrbiVD3h4ryhGLl0esdnUsKCBTMO73m4
EFoRU4zmxDraeOrPCL8SgMxoU/2US6xFZQLuu8S1hZVAs1T2dRbgwiTsUY8wupMDS8JTMpp1
/L3Hbz6TrHTiyBGYLJYARSr5jAvlPEOde5i4VjEy0zmCLsslFWCrwzAw5hS8vazawbvHDKrW
a6LADKGqCVl8JLA+wS3E2Pczw6CUYrJiKxEZCOz4iVwoGVSkVXcuJJdxZgRfTXarPBXzCjUb
woUnUNwuEw5M8WUQFALpatuPEI0K7rV3zFxLxAKkjk/ZuXIqt2rsXSo+i2gHLNbfuGEhKg4o
rdRpVKDB7Uoh2sZC9DVcOD27BaGQHzFRUWGy4oU4ZguNRWLHhGv2xNDjRRvjsxtnCcANFGhT
iJeFMceaOGMkyoi3yPfUPBK2N1WkGfhOqiCiNnJKMfJdjWGdytPSwMMZDaVHp/u+nzG/mXZ9
9AHK/tlSMgbNpp0QJk0NgXi/MoEkAEmFzEAy64bYdfMGYHkALWhC4S6hZ9jjHzAeVdN3QGx5
h6ItzXchPGblngUSrpkoSKqAL2vFfLMJtIK0bMLUPhSXFvTjMcgG4L8TeZaoD0dyl7CFX7tz
C7/MWvz5W1hljunbpYcWGWAoPM6bOaeJWSa8QGbo6SX+tTGzaWyMRWZpSn4WSeKIZ64EACGj
ILcAu4WhBQ3fdvcSOYqgCmC2IpJCGNcqCJL0qm44NqxzF5Vh0cGTs6hQUY0Ib9EswXEtat0b
Xio5ARbNMoXXUXgqXzWW8tYcQIXIOF/Y+oNkAFcDNOK1LvwiQjh4rzFd0AXKjhbLXFahVPCn
czmVV0p4hT0KGkdjGnmE8XSRpwGSrJZHWGCrg8rUD4L21fC21EW9iVPWOl1ApVYROU2GMRgK
Owf0mrNjZh6cZiF0QpCxZRVwSmBbozY/EMVAKRC8UdSxODAEcEDAUlgcw3xNGgQ0yGNQqV2g
Do0D4hNGWpRdFOYmYqivYUuLAGrral3LnXpoI7bGeI4CAOBUU2v1GkEk1J229xKJlUC7JbLu
dhULnQDlKcGqWLHLXFooDK7dNbcI8tCWG/AmkOZPPAtTb9R2ptt1iJt+4lKwmUShijqrgM3n
TAgaQHJE+BRJqupn6lzItwaLozIGWqxePIOoPqJrBNZ7CBYjnMQYUa8QY5EBk0rxAWpyiMYt
3W4WuLpA3XXBBEeFeQ35wKGBhYguxXOiEsLwLF3i2LikrqS7fgQmpscPg6a7gCgtVe2ZL8Qf
YQQXTBrRKhxojvevLUOOM25ZzCUDAeUvlSOORY29b21Ks660nZb5+mZSIZKXw4SxCXTTMCj8
YVBJJAYE0qWjDbqu6KTIkqwsBkVtHco1lNBRA+qj2AskEc6deETLbLqbWd2ysAEltoU9OpZl
dBVn4AgasiaRU2w4gfrmqrO25o7gmlwVAy1r5QgDFY64a81DOs9EAWGfggBsgw0Gi9/cWa9l
CHGXNe4VHy7wDsvtuDbQWbCmzv3Ksb3iyfDKBgKhG62uKlgiFd2Xm6+JdTMkFkenMtZEHaWw
Wl8SzIAQzi0r3fEJ14ECa3kq3zCNVlTuuDSEHuDXIgbyXLKngtwnnBUQbeWK5jfruAsgixBd
jaRTAucuP464h4Q4gk0ClI5hMUBa0t//AAJR+BQspgXN3zA9qGyvZ0eMRXqwUubo5S6KRfTN
r29xPghgvKboMFOwiUMDrNQjVg35Ldwvbk0dzzzFW0GG/wAjVwQMshdloBiX39vDDvoqBC+A
Kr2KMAzADC7h3uFWWsRvdF4DiISAEsO/7zAynYnZEWr7hWIo3eZlqFT4r1vYYa+HczuKCsRO
UwrFxYWzM7L2JWxDqZAckUscHCuITkMDU05AJmB+MstrRwxRI54FRRrJRF5i0RZdjfxHhSir
ratVAVmmOhtjBaEIAk8ZHmA5Mdadnb6i4zG1WFLsGo79pYN2zhfubqtAro743pibYa4MMFMN
zBE5K9OfaF45CIBp1LN+x1FgrSFDuGWDgNCKH4WuGC6aWPXDcwW73RBV75OVrRzEENgwKEGN
w+NgiKUsEzIownbR5OCa5ICULQUDphdmUvaqr5IcHgFvbaFtTTqLJjjcHaVnVQukL1EzYKzS
+XTGsVmmwrP+BHbnFIuddrgS8lcxdhbBD25WV5rrhHiNQUEOSuRoSbsipRUMY/xAgL7Ft8S4
Y3Ft2QZodUHcMKSGii4cXH3fqq30VVniDKvUBRMtCkqdtbpnyYmJ2hLqWVYe5Sl8BoMj0cxG
rn5Fa+ImrXIpCzQWiQVnhkRZej9sNoqIWJnYHjMwQ1CEGzS1TQSifVcAbQWWgwA493GY1fNn
UtFoipHiXjNHpqIwTtwCVQ46INJvsTs8IW7eqAbX+ZgmTGUmsvqEiLsqJijx8QD0hKwnbGII
FBeLvGxgRRgNsOU0BCdQA6QZRRhlw+1TQsF2ApYHtV0KMHzKA+GScktvRDis+FXKhlEJAsci
w/kEyclPaJV8XBw1qyULT+EuMIlb4Mc+ZSCB0rKC7I5QrCpc2/dA3UE1oqpwxQ1FroFVvGvp
GiBEq3eaDiKJhstgDQBormIvXVC+acqy5nTgMau/E5JE0WFUVrMeLlcAcjcC0gUKFiqnEUCm
meXkckOGBRexyKFUbKiICQqwUnQ8QQhyJZiHBjcbAoImfd8PEH/eEm/RaDUyp0Bq9Qm5QtQC
l+HqBQA8ku25lbjVOztH7MkyUJKJ4TygwF25CiAMnuDcUPlLvIy5gpW0NtdAPpCpPsqHRi9O
pejOaruoWVeoi2TdpfEcjmt9QXFLmWtKlGtdOPhDSLpRYu7TCjTeRBeFZtQhNKBss68+I5sE
RSPeV5iGUYaBmpoF3LBmCs2zQxNuNH6c2ZQJMaTg2guvcpp9ngxVjNz3XTEB0L0yoKqnRqqp
dEFdSENsq8Qlb6eDwLMnEZW8W6LzanDRUIA2gEHAqgzAI25zXVFIq+4V6OrGjmlzmCTRwzDl
5X6hZNwA6kL69y4hUhRh2OVzGeXoobVRjFTQwKVQzbkqNFkVF7C84eYXqIt1l4VWekyaXoHI
GrmCeoCAEb8QIPChWGRF2ncErgNaF5EwzBsO2oPJDo8zDkU4gYBp6jxGdsHUbDuUTvo7VkbY
8MAOzkwXSJY0RFmllYqLKRvSLtV3hxCv8Wo0OHvQl1geBcOAL1Bt63BWm+lqLWsEIk5w5lAa
9MDli0LUyTEcHVb08xZxANkyRWUcXCRfo0gQYzTcDuxLmDBaIIz2jSl6eIepFgoGnlbC85pZ
g68RLKtpkuLYDzKXcAapea5JdIS61K6te5WyKauuXtHlBCqEOfUZHQnJwor8orWkYnlTTFW5
Xg0VR7YAZi1Ac83iFJVBlWaraWtqi0a0LjnEdbntAlWUZ6JRR7ohV0W/mXBQmwFYAKeEM5YV
BqYpmnUM6WkhvlfqI1ibfBrfzNJctGoylMae1sho0vNPEcA3C6MGHgJKFBrZMxPLAdJTnC/u
XtWRtOgp1HJkA5OapzF9qy0Z4MswJOgwNg11cZspbjzpLQnBwVYDGLuDoQLdRY238QgpMbQH
4fBEGVRjbjBohUlEMQFINNeISOxJNneepdjgRh6qeO4To9+iYw13zMHXq60WrTQ4IWp0YADL
q4ztMMllAWruVl4CqFHSZYrY5Y6LKquo0Qtveyg7YxfCq0Js06DFtrBQBWQzexBv9E+gyk9E
pxxEBqyCxR8R7eW22UtbrUrJCsHzYrC5xWkO1l/wgnr8K6hDl8QbhZQ4Ba8hhTphtdY14eJd
FWoy3NxT3ETMNBhqNGrXAo5QdQSGpzqw7w/EUVvcAGKDY9wNrnQBxtzBAONcd2UazLwaVpLr
CoNYuUgNaN8x5KlZENjYKIIIHUUGcWEYIF4QAbLs3B3lwBKxjGiOACgIxBHOVHcYyQWUK4E0
MX1yBTRz5FQ17JQtNxnrVWFKHK4Mwm0+jAGzK7+InGC/RpLhA14yx2biJLbFiqt5qYDcrANE
DaqAcEsmGI5ulixTl3AYQBKoSv7MSv4uQItKTmCHMGBRbnDMnoU4cwrXwhcOEVQXS+5X1MIG
1rHGYKEQD0v033G5kGCzXNwG4dcYAa2yFGTaXyY9+4zUTaggW1pF9gUC1TJWG7isbRUETg8m
YyXsYdENnxBfiqe2GinfRH/YFpW2Hj4mN/PpLum6m/raEoybw3CBpz2bzSACmokYlTYRlDCz
Pd8nQjlHwdy0GloXgcUnxLAJYweKVSEJIkJjw8kJ7jqNrcarOZTCOq8GQYBGsS2kN8TZy033
FdNReBegCIhn1Di7M0spfEIATEBBQYB1l1agyUUKFONUW+3NfxDN4Sa6fovmAEQCZ0WKauIt
EtGowhMlK5QFKi6GCfEpkUgrpsYvklgOR4Xktiu5YYehLtaANTP2WYAsBvwESkAarQsGw5jI
NV+EdJeyToKKDncRowQhDN57YhvDYYBvYuLJ4UoV85IuaW7eCwAyi2qTHZeJzBSLDUEbYq0X
cEWF9S+dQqxvLbnu4Q5toGlQJe3UAXZPx8Q4wpoAbxrDL2IlAio1YOYUDa/ILNVK8jRWzwfk
g8cJVWiOC94hUTfFT0vVQbJomxN09wGTQq5dUGA7uMdQKcHTsXjV1rXziwqocWwRaVpL1B2E
qKgPkQe9AhgOfBHrw1OBfHZOaybFTJZeXxBtCwamTbMaYZdrTb3niEWUMujIF7ieTsiM722+
JRQ04IDKucQGLC4OAwaD3CQWGtCjXtuOuRS2iwR4cZgwK5mQbegwS0ESCh8mvxLrrYQL4fqK
Ww3Ds/lIolg7TahunzEwtgLN2/K0K2UkWI4SYLgQLOzJ9otwE0ADA/8ASJTYLzrQ9VxAKMI6
uNU8fMKJCq/yAWsxfcEWsWCngvZMkLYyNcY7mgm2V22AbxEsgqBIoBBdQJMNGi9sFHiCDG6T
S2Zuo5VIajhKOYpa3pQjRQb7g9ErGdFgzx5zUr+plEdC6hLJP5GQ47NQyJvKHG4Gin5ijGtK
ioNeMkahkubXAFkGwodwbu6U+JThWXdjIAO2OkKC1CZd6al8iAYDGRZKm2VGRFVUVIurEhLT
DG0V4i/GNBmRYxzTACcQQDdAxcL2Glw4rWS/EdTKLEac4O5S/Uw401KseomWG4+2+PxMiYKo
8uhxNk50iq+dihB4F7F3azCQUpaK0pmFVJX2uFN+algyFEIOad4nNlFEx0uC4ZpOZkS1S/iY
sYteyrTQsdSovM7KJh3EaaMM5xVB2PEYwQMb6PeI90KsyALWYurWNxgQ3fxHbcUopcWuGncO
uFaCzCA8wCcYqHCQwFWDgDgN8Ql7asrNgOECywFCm2yLEs1icPkxGeYtmsp5jUx2nKX4L8xR
gXLCx+Y/BMRCg7H9wsZZArkKL+oA3o1AIF2wWMzmjRhmBizQGN7Kebl4UkGBbL1iLNtoratd
Q96tSvzcHHMpGVT0x5u25WOI9hlsFRVSLiUOVwqHzOCS2OTzE7wcPzBD3wq9IbRa4I9gV03c
wdEKopBW1nVtZl+NN2CELaARTQ3iJYFgZ4ge7QQjXweYo86Eq1bxUCGgJYTAY67lMAlmOTTc
DBHnYaAatVDShBitQhDVTAH+TQYvBhd1K0zAiwNrYsjyDqFFGtl5LxBVIWTbWjlGqVgBumbV
4dwJFxuk4oPblgpdJJ9En03FlqQre2acMoGRMfG2uAcQlCEYacl8+phb4stM1nJtuGHalq9F
S0Ic+tjaM5V+Jm2SgocmvqGNWjynJVq7MxMxP4LuVXvuVuJbUOMkdeoBqux0E0vnIq5tDEr/
AEDgnOZ2ajQIyrKuDGKhzJLi2C6U0gy17t5H0EvMQ1SX7vL7hFDXzDz4uBQbS0yWFMUjgtFF
sZACqFMHD2eoKboqNnCgYpjnBLUoFDSzA22ADwcMTOFq5rloahO9ChTZLYOYrC4j6LPkzF4o
XGV1UDC02UxxbOIEPNddxs5+ZWwdzHfnro3Gku7FZK8xlckpdTgxDlVl6VfJmJOWEMH9OIgL
P0i0qrFwBAq7j2xkRWAuDEKwox+41FMEacGStRaNbfhVMWVFVHbgZFIzdQgXB95cGZwKTQDs
MaSxGt4PEGaKqScFOOEGpgyS9F7jIw2i5yUZqu5Y5V1dtnMX3mN4MOkZyheA9NSkEDycbD4+
Y9SNDauqrriZWCoPGSdI6XtgPELWNxHF4o148oMMuZTa4BX8RWgcwiGi0eio6X7iwKt4amUM
Eh2GLm+JyUtgXZr13BfPsVHSq3L3AjcJZNoNmI7VOAJWB5eJbJIUd/JUWILIXFstxVen8AwA
AyOYkTxjSTYgaeGoLjoEOItmCSRhafEXvmUZwH51cmSXWrCvqIle80oK8lpjWEd5pbUuzEb6
BTUGFE2ZqOtzbsIrfCoI0ekCOFGbOo0QA2YCi2aBlMmimilWKJRBIKgFjDCduY6VY1QHaxA/
OZwVXiVzKG6SvHaFaDAWmxmx4KZ8IMZqMs9AzDJaqVsXeEag+9IKfzJddemt6s5QqXlM0yrO
hzV+SLRudU2CxxGwtTJujhdwBcQrcxbauPmKjS8gOTvEQ1lvEs/YQgQwaksoFMPvxa53E17Q
bTQ1BAlvb1Hr53PIg8xJcg9weB7I8il3owWvnuIjO40eB6PEwsWOBydEpeopKCZToEYcuTm3
gIuXcuNDY2wyKWCLtKmTOHcwJNwAoyF43DYrLFqt1WmCgAS8Wham0xfC8nFHt3F1ImqKUM5c
wpvYWnuzzLp4ISMYywbzFCwpRQ3bqWSEOTLah0IZwYL+0WvaDQodLJlr9FjkiuCjLR1KPpYp
Yhdxuwg1C2bQ4Gn6LJbxoln2rfdT0QPo1FoZPK6qCANAFWNeAYxKQBQXlOS+5Ydi48rY/mCK
dW1Ybyih4XihdZpfxOC5WRr1VXLynG77bKTRpioRbDGnF2ZSsNWUqoe2+IeXYmwCrCVfuFqg
CAW5Pl1CjKjggiypwWQxFEQDlZwGDahQvBG6GJW40EVRmCmJCRQK3pbpdqILreTda04j7gMu
NwbayONpecT2HBAHggRC7TRhoupVST5RA35l8QzIwcLZz1GPqCAwMJocjC+neTkJZ2nmFJwE
Ksos2Qmhqz0xZB8ylQULoKacZ3GetIswWBzvqW8OQUp3SJm+5So9YJk7b9TA5hepkIDPtgDT
LQHQ8HtiXHy2L+wFxbkg44boottASCq30LAgpLWKOMHnxCspLhpXVIvEScAMy1pkzN8USnRb
biU/FLCOe94Q5ArNAWMSw8wcNagbXKeBUAXE3XNS/jmFfqkna3T3czOVO0B17mHuaHXy01CU
U7DU7e5ZeyZlnNEdHgC8Tpv1DdM7RXmt/gnSas63PESWpiIE+pbvMpFji95Y5cMEp8zWpfhE
zmKxjiEokFRsWuo25/OqL8ssgJHl/dHfEqjQ1pfLVvWISmMopbRdWTKYJAHILz2hcgsBAOwG
sEAlDhQpoSAV1gDgBsuVdcRgRnS5jDUNoi9FM1M6iLDBVXkeYt8Ka8rBceVSz51O4PQjTWsw
FKLbX+EkBCFgpguHGYk4Q1ODVFbrUxdRkIxPthGoAVE5u3O5aXHajOSjbO/8gAsGPEZDasbh
fZEohLglAfSPSKZYj7i6mhAPSjAL2soYZkOXm/EV+tGBXPZhgR6zF2aF5eYqIqHAWmsXDvWj
VTYLLa7jClL5ibMJujXxUUNu2JVAGxbbANeUVhoAjgW/qIzaPTXkRhjyijWlc2ZAlkjt6Vlg
1QspZFwkKDumLAAtKumFpNomjgW7dhvGFvDvi9kG76iXFZ4BKiogkuimnI1G4Jgd5OcrhHOF
Blz2Q9d44A4HBayRPzIY02pWg3DA4iq+F/oiKulJstw7eEQujKqNOR1O/bDjyxywEX/gdW5Z
zKAtVWajhySswdVae612MS7hUAq3s+gmmNMVux8LuLBYO6ULYDTZUHIvvgSmblaQg5QcStL9
oUapr9MVIXKImxWMELBR7EztKXhVBLLlJMB8XaICWCphhLb3Q4DS51VeTDljCN42iIrlGiqg
Ba6NLuVrfBQfPqUS6lJDstZlmgFaA8rcTLjsuDOF6h0DCWZ2XBqIUJrawmRXfUf9KFdgyQpD
JCGqsowtUkDsMS4GXbVOWXLWQNhGwu4WE4rZwB2QWCS7AFo4if6C0U1ZHOdxQHYVs/JlNEKa
bsrXggp3TJpu8so7dttWMC+Y9hAVWrpWwPUuVkUqi6UVn1M0JoCtlrlglqjGwssFvN+oEUYb
FBVrDmFQ1FjReRyyxKou1DC3sQtwpMoKxjqDVjBFTJjlVysBOVs4so25njlibzkXXmWzOodr
S8vp3CHHRg1fXMC9La3W7s0HcsGjYFiZo2F3MXLKERw2cymNpJyNsLukHhWhWtttHUW3JIAV
i4ug7QHsGLYkCQ/siN1lGAr4WgjA87S2LhJ3OZqWBoLNGgFuO5sBezapGWbutMuWZYzcXI4K
pkyUtxqGqmGv8o8fEtZLhV3ngqUQIzx1R5JlmIv6tZM3cvcqk42gGF1BThRmtF9otFupqlm+
JQ316g0A0U3Du3NxpzgpuyNEBAtzZx/mCyQecjs6NcxbKjUPAXtOI1G0LBtNdL7gMJ2GSw8b
bn//2gAIAQIDAT8Q/wD0Zv/aAAgBAwMBPxD/APRm/9k=</binary>
 <binary id="i_110.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo3NUMzNENERDVDREIxMUU0QUNEMURERUJGOTBERkVFRiIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo3NUMzNENERTVDREIxMUU0QUNEMURERUJGOTBE
RkVFRiI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjc1
QzM0Q0RCNUNEQjExRTRBQ0QxRERFQkY5MERGRUVGIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjc1QzM0Q0RDNUNEQjExRTRBQ0QxRERFQkY5MERGRUVGIi8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAAAwqQAAUcMAAI6JAADirP/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgBfAImAwERAAIRAQMRAf/EAM4AAAEFAQEBAAAAAAAAAAAAAAMBAgQFBgAH
CAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAQMDAgUFAQEAAAAAAQIAAxEEEiETBTEiFBUGEEEy
IyQzNCU1FkKwEQACAQIFAgMFBwEHAwUBAAAAAREhAjFBURIDYSIQcTKBkaFCE7HBUmIjMwQg
8NHhcoJDFDBAkvGiwnODNBIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAsBMBAAICAgICAwADAQEBAAAAAQAR
ITFBUWFxgZGhscHw0eHxELD/2gAMAwEAAhEDEQAAAaU0hojImgBkYklqKPOGiCBAgQUcAKIv
DPl0WAUEZ8tDzIMIMEGighBThwQjDyuN2ZQ44sCmJZXikkEegEcmjjzIlkcUUcSB5NNCXpiD
ZAiiNEADhBgcYEODEQCW5DKIuyiNASg4My5bnlgcYIOI4gwaFOEBjxSvN+ZICSjQGcOI5xaF
MepgSWGPIAhHOCihQppjQluYk2IAojSmXNIKUBpDLmsMgaIOV5IJpni/KQ0A8KIZgszycIcN
HkQMMGHCHCnDiMbcywEmGrMgGIYpeGdPRCmNQUhhhAQgYQQMbg0JYGKNiRzLmxMyaMMZg0hl
jXGVNYBKoCXhRl+Z00AYKIZstDyEcCGnCjBoQEPOGBBCuNmUAMkmuMmEIgQ0hjzdmHPWjJmO
EI5wUQcKbg1RYmINcNIJOIBPClaHK8virJwUqgJdFMaEw5qCyHBDPk08WJIgMGOGDAoMcHIw
YAANKVxGJJrDPgSKGNOYs9CMwbMgGFIYMcPBDgx7INJ5gzbinAx484UQKOHHDh4ghmTTnnpo
hBxGDlkeNjhQAUEGAjhAoEYGI5EN6ZcEaEsCiIgwkGjMUehFMSzWnjQAQcPDBQR7WNJRgzZD
xRo4eEFHjjhQgg8UGZo0558WZMNEGKAsDxYKABCjRRgweGGjDhgA2xmiOXhNKsiEUgBBT1Ej
k0tjxoACOCBwYU9vFCmNLQQtShCl6RApZFSTScBHiiiGVNSeeEw1pYDiiLc8PHhCKNAiDgZw
oQGcIQjbGdOI5oAJDKY0IAoj1kIFLA8ZAgggEljRT3YeFMeXgwjhgY8eDJBJK8mjgIoMmFKa
o8wNSaIkilIWx4aFIogIQcKCBhQogwERzaGdJA8aKQCAa8AV5ENEbAKeQkUMHAihR57gCDGR
NWPGijxwog8KPFGCDwY8yRrzzQ2JeDxxTlueCBSKOI44GIIPHjQYY4imwMyDCBR4IryxLsGU
BojYEw8eIwUKIDDCHu4AkmVNIccIOHjjggpwU4IINHmCN0ZEkmoFHmfNEeCnAgQwcIIMHDRo
MkghhqiiBjx4wYQT10sicZ0yhcGgPIiEFHCikgCe9EYOZo0A4QQcKEECgjgwgQ4QQwhvzLjz
UDzjMmoPCiOMGnDDiKEECDAo0GRjWlSRjgo4YBPXSeTyCePlwbg8lKwcGDgCQPPdyEFM6aM4
4UUaHGijRDjggQQIefHoxkwBsBwhmDXHhgMjCDiGOGHAxw0OMOAGkIQQGOJRDENSW5bHmZWC
noJ5wQxAhw8Kce6giaUQoQEcMAgyOCCghCOKKODAT0g8vHDjhSYegniYEhCARDhg4AGOGhQR
FNKQjQmTJJeFYXxmCYDCDSISCrI4ogQ4OPPcyMSSsJIQENBkYhjQYEQQINFCnE41xhyMOOOL
svjx8GAK8eEBDBg0cOBDgRGNKRzSmMLEvChNQZIASiQHAgiqI4ogQkinHtwAAV5KOIxw0UUE
Z4KWJph48cccAHggoMjHBgxTkU8/HARoMcCHDgJKBjSIX4heGQLMvzOGuMUTRo4kDSKBKYkD
xw0MEPYxBogYeIDDkYcCCnCEQjkguQYU4aEEHCCHCjyOeMkckAwYwGPOFOBjyKXIctzJE00B
mjYGKJIceSQRGFM8OHBwo4ce1gxwoYYAGHDBAAwATgAEEHBAQg0EIAGjDgI8imRFGBhDhg0c
PBBBCCXZLLUxpONKZc2hhSccPJI8rh5RDTiQSRop6GQwQUeccPIIQKRwZHFGDDhRRBgAkDwA
wAccRxBoIKPGABwwU4cKMIRekwsjJEovzPGqMuODACaPEIRAIggQKGGnowEGEHCgRhwgowEA
AhiKDDjTgYpHDiDBhHCgwAggIaOGjgYggg4eQy2LErCQSBpVliRQ4YgFsIRyrI4AMODnHHo4
IGOHgRoggwcABDBo0U4eRhBoMcMBCHAgxHAjhoohwA4Q44aEFAk82p5mOCDQg0lBiYV5dAgR
lAw4IFDinHpAIQEPBDRRoIaCBBAQo0ENAjQgg0YCHgxAgAYRg40YNGAAwhw8ONIhaHrB4acP
FDDixNOYcsSaEGFKWRmhxJDCCnpIEUinCjRBgIaNAjBoYjgxThBpEDDSIPHAQgoEYKOBgxQI
g4eGGjBCYeknkIhwQcFLw9KPIwRdCBClLoyoEkkkEKekgBAQgpwMEBHDQY0aEIg8KMHEUAPH
AAYMcCJAMAPOBAjhog4UMKDGEw25SkkklmWpPM2XJ5mQieEHFGaEzhWkkMEGm/I4YQaINOI4
ogwCMEHjhgMYRxg8aKPIwEQKDFIgU4aMGDhAggoQUjhSwOJxdFwTiQVBXGfKknhiKVhoiAZg
lBCQBPQQQQU4jDgY4UiDiKMBDh4pHGkcGKHGhBgEaPBgQBwohwooM4YKFJRIAFwXpcBiUTjF
mYOI4pfAyKURdgTLhAxxx6YcBEAiDDiMccMAgxo4jBDhQYpDHiARg8KNBDCIcEGCAxQY8ITS
6NADKo0xaihg5hjJkcORy1PaQwp4eEOM0MDCDT0gCMFOACghpw4GMBgBoYCcIOEBDRBowccM
HkwqyEKDFBCEwkmgNWTwo8YTDh5IM8ebBB4Agkoil8cVxYBSjKsUePPQRAYMEBJAEGCCDRoh
w4jCgApKDjQw84lEwjCil0YEzZwghKJ44mlyXpkCzNuSxg4cNPPDMhiGADCGiJRnivLAKABB
SSVptQBxGBDDh5wMYMOGjhpLLoEFFAiEkQkE84aSB4U8xKQaSA5IHjyQSCwMMSyzPUB4ogA8
dHkMaX5IKY9TNAeMFATxCSELI1ZHIIEARgI4UOIDOBiiDRDj0AMKEFGAiAQiuIBWEIGepmGK
k4lBCURCCFHlsaMuzzc3hMHgigMKEI5YF2aAqzMmsM4V4waPLQEDGmkAgwA04YFGhRoQEcAA
kE1xWkUgkIhghg0QUeSiae1nmZTDxxHAFcDEGmwPWjBFiaQkhBTzcz5HIpcmnJpCMMHEBgCA
OJJIJY005HBjBAIo8UIMHDRopBMuGChTgw8jiCCFiELErz2Q8nKcnEEhjAIwIAPZjSnnJqQJ
NM+SzAhAZEJxNDjjPhB4MggQpcFycITyCMBDTjiSRggg4aFBkIzZcgCyIwpPKosyoJxLEJRU
nsB5yVwMhASMQCQIWZ6cVZ5meqlwYcGWRjiaIU5OJpYiFGMOFCBCyLcngwhTDBhHGBgQ0MEF
HjQAghQFwRicDBliUpdkEmBytLApT2Y86KohlQW5ZGLHCmrNgZMyRdG3KclmcI5WhxxrDTFm
WR42VI8KSApPL0mgBhUDRpHBhRDgoQiEoEcMGGeNGBHgxC2KY0hALshHCmTPZDzwyJMPXikL
0+fwwE9JJx5yAHnoBaFwYAyxELYtDfkwcSjEmGBFgMCFiGBlaIaAjgxBhNAhRgIENHiDB5nz
Ugi3IIpoTOGjM4PDlSWpRm8PKCvBlsbklnmYAAemAzBkcuT0EqC8NUPMgYQ3xekMjAzjywGW
AAqyxLgsRhGLQjgxgwUEKHBDQQ0IODlUXA4eGIBpjOk4jHBCGSyvKIrwYMeOEHEcMenGMK4j
nqpalSVBrQpSgCqIJLChjQHn5TFsCKwsyccOCFkRDhggEKDFCCHDgI0UiFyCDBiuNAUxNIw8
UYTDMmcCAh5xwowQ0pIKMrjWnoRHKkvCiADQA4EGI40klQUhOCEQsC+FIwcaRQAQQYINFDgh
QJJGDCOWhGJ44py8KouyvHhyOW5jDOBDhBocCFDF4Z0AELE9LIJij0QKZwrSeTzhxKLQIZcx
ZMClcaIsCwJIYywMiiHDjhpJAjggMIGBFWTBwUIVJpSpNQVhXEUpxhXgwgopw8IGDkUYTTUm
EPSyQYAjnppljVEwIFGDDieZYwJLDEM1JbEUhFaSiKNBjxg444eOHDAZKHFcaIqyxOKsmkYt
DHCE0rARAOHnDSWTg5HAnp5KKwxQQ9EHFEZAhCG8NWPCCjBSWZg84JI4qizAjSzJJxGCkUUQ
aOAkkIODjxpHIA4rRAQYlChjiCMIhcBAJBHABwYiDTamiBk8kHDSKEIpjChDnqRdjggEhADM
mWJY0qywNMXRNAmQIA84jDwZNCkcGCOGARhILIpBQwwjk0vzKHEIsjVmACEElDCSSCYWhcmn
DGZJBPCDB4MAUxnxTXgClKIYcNCk0QIaUuQwMYY4inAyORQgEiDyccSC2BmhBGOGEogCFmUp
INYZ8sjMjicTCGSS3LMnkgePHnDiuHDwA0ORxRStKQCcSS2KIwwEcEN+awnCkYjmMIxAJAIC
SiQRy2NAZItgIItS7MQWhmSWHK4uSECDjSMSCWXZcE4IMGHDBxFKkqgZpiQEI5KGCjiOFECi
nkZEIY0tiyPRwwYcAAGMOIxPIghOK4sScVwpLFGkYEXBQkwUqCQUwg8uDQFqSQ48QAcMBASl
KUMWBahSeBHjB4ElkcAEFBhQJSAC2L4IIKDHCDjPAyETCAWxGKknE8oS4AluRCKGIBGJhmCG
MLE2Rog4AcDHkcGBJRQlQVpcFsSiUPEFAhQYcGPGghRoEcPDAiWSxwIaDCHCn//aAAgBAQAB
BQLu3GeOzMMZrE/M2bLgP5K0621ZeK9pzaOUHOdZ1nWHM6wBov4+k2Cez4kky/PxtDcqr1w1
bRT7QJsD9jwDck8sQNEX3ZW6yPZao7uxk2WzvPk7F/L5OxPlWgfItnfunyLp3nEF9vJr9gRt
vZniGZvG12OTXdaRzuzTzKNZZnlYKmtuEWy4i57lWu25rrO5Fe1Wpsdhvs/wq9nZnyNiNubJ
I2Nkz5N5ny9ufK3BPm7XAVjtaSCASrPz/wA9k51vD54drMt2qaZ31C12I61bNNjFotiMYSFI
E32K6vj2562ZtPx1/DEmbHSnxlFNuoutWAifhd/S+3Qe15bP09SYD0zmL65EJKsQ2f0ReRi8
gX4xn6dwAqx5O8dlx4Ll9Mo9a34nGTr0cptgC7j/ABkxOAlqYqpB7pTrxHcprCtsonxEnQhs
gLynWEdFPGZ9y9z42kB28SrHzuM2F/Z8PxI9D5rpYiqaqaK61p/23HM01x5Kb9R+o6+s1Z20
zq+KydTZ2m17bcGjxOM3davCkfDyceoXGLP6fgFITzGfp6jplkgMJ69wmKeQcNxYrhekBbBc
CEvlScvGYBX6j7efOjqLlkPRM51VIbZIXYTB1VMVrMbFaHWX+43tr4qr5FLbqQnDyW83aXnD
OTGc1ELgwsROgGV4oB8TSA7P5pxG+T0v/t/DDBE81KsGqHK+Yms3+WE32X6lNn+h4d86nmgO
PQ0+Kxmz9HhcfGgEWN6eFzPJ/wBjXgRuOWIY+4M7Ak9It2QG68+K+x4OsOcZdSUbNhXLE58E
jPVq28XoyQr4bR6tt/3NVh+OGxK/6d7D4HPlb50r9O02Iu11Aq8rzrUBjOkLDkcxi0HEwl8c
7OKr5Ds6II1xFP8AOMZO4F8fro3ObOlVsGteAJ6bWp3mQ7AiePYbSmb2mbyllhFue14qu2uv
y/Noti9nx3EXH+nobfx6dS1raswEEfl4zC3eTI+AtpwpM/RCy44LBjioMOIOBDMQehHP2kjJ
cY9zSwTw3yimoPdUU5cwT45iLN4g7lbcag4Zq2xLf9bkc/JA3eOp8ftc/ltVNzTs2AMAvb7i
+YMxrCVB6857sL1p0h+w0Usdz8hn8MY/DHT8vScTAs4iYmJgTiJiMBx8Zg3svs8cmyZnfWG/
yGPkeRCnZ8n3fGF2v8ivLRpHQ29bbFYsMMmVPtywnQQnoD0HphmJT3E9GYGHE+3elOofdSlJ
YaXjSNEot/kj/MrP7bI3NeQFjZ8Z7g3udPM5A8F+m3DUcQxb2nkuW48uVhi8uR6D/wA0r+3r
piojp2+O0rpMgwmAzPXpMQCCD8fy/MeuRlh08dgbR9PHcflMXS3g7X1AquZpDG5vKfh0Ax6+
T2VHk3QZaY9ikxoFPAcoBxh9OPKE+3j0fqv2wxxrdNhfafqx4aFlbXeTA+ajdLrkQ924ldrY
UdWOsP29uim3cSoJbjNbk8n5YwQCIOkDDAPu4jFH6al9pEfl3kqT52m1dc51E7rPW1VvVHrY
Xlu7c5F44zYvsr2qGdnhEE65nE8fH/3ZmjgbW33GuoRCuJjrqEHe2VHxa+rOepzMjljEKGLm
EDnlpgmfo/A8/wADiNPtjJen+4eoAKhM8eo5eT7ny1YBUXu200I1duiuOtbab1Po2gnYZcOM
dt1PdM5CNywYljwzrKfRTOkfpd2iNr47kJrMt21rG5zpMbhr2duyi01rr3Ca6MbraOezRXsK
tgs7Q7va5YZ7nLpcyottvPQx9Q/LX/uWSvv0q3AQTVTG7sj+MD7mwVb9Krk+k7kWEWGFyADi
ccnpD6EiFowPH7YT91bcbPfTPyEi7WDfd3zZgVa5w1Pbrr7zXi7xdtco3rtVl8/Zdc7s0V2x
YSLGER1zbw5Mq4bMxg4EAxEM9TdkWj8CYJymTmdYqoi8pn8e2uWUEJWlaYWePbPkzNVCdyip
jbmKRBNf/Y3jNIzzswBymMR8OV44IOWLNFCQdJzzC3ElxjowZ8FzWT9rP/I2mzsL6+3CAqSU
B9uWU1W1pyFJ27hb4i8zZo7T66UgUkGLiXL/ACD7mAyRyy3Q5IgXlMvMROkHrdVmzEwPxEOJ
mdfw6CZE9pEAhMyJ+Xjv9us8Yg+XXZZ8oCYgmtZ/ln/p8UVkzkuwmY5idAytASZ+fUEqFgBV
uAJw0Ncsxn7YP8rZXO16TrCjT8xiZZ7fHeEWunxuoldViBj5PxKX06/EV6+wqRPdLQe++BE6
gPiBjgLlvcs9kxADlfXYKgr6en4cRMdeM/KERzAR+GZy/AzGJ4xs+XUTxq/yEb+Zmes4zW/2
xHtuIGwT7AuYmYyiHlCDmzqeBxgrOmOmE/UzZmRH90+2Tjb2/wC7JYqpKgNDidMBFrbwz32U
eKt7gsXDbu7qadN27z2aLKWXWUdvaJ+T0yMwcgTjAJz0ZM/hn3LmXYgPsmOmIBOyvdMEP4Y/
Ffw9Ieo8X/uJ4xv5a67vvY6flkzSf/LH0uX+V+lscoB0LZg45zyJbM/9FRF9eKYXAnqSFWEh
h9uH+bvdN46nboWxDFsBm/UuvKKxbdsa70Nqeaqo1vt7a7u35TyVWs+9Q92yw4wdwHw3kK76
93Dbc5TOIOp/LJBwIXsyF9yqs7Xcfu72C+3g27onc3MDY3YdrdEO5uY+fv8AE+T3ln1TcA+s
bIh83tLPr23F87uGD7g2YfP7MHn9jj4S3v8AkeMfyL6O5/0NlU/6jbMb7l3xF+5twt4a97vK
TeKruKMg9usEhiwZi1JK8QB1ByFmbInKMuCOsVmUDtmOTPt0j6j5EBfIbPI+CIJGn0u80o72
pyOx5mtQxE0d5tF7Nm3cuGY9XKGvLVWWa9uyWfY6RQ0MHooJPETjO8kNnIrZEsKbJtGea45L
gcphoyOZ2XM+OclannZ5E6rch4/aJPidgr9JuwPEXRfDbBh8NsCeN8Y+neHl3iNiy3/n9mL9
v3YH2/fPoF2dHxZ1ry4B2eu9xjYYFMHrMqYccmE5QQLGUCdMn1YnJWfb3Tf8uF+oYX/nFmii
d/zyHvajH5PnikbpMMYbU4L0Cejr73SWriENjDmExepAadZ0hvpjbFU+ZrQeToW4+TojeTpn
1mqfW68t5uvP1ZCT5FTNnuXa9uhvll8RtzX1LkvrtsDfKM+R177577TvPDfs57uxhdjaBOzt
T5O5G2t7A2vIQXeRMX5ZZvBq9m94cV0s2RluPFoQccDyYAzC46huhnFVJxk5MOMY5TwHXyPm
F4eSPu+36iM6v959xf1tVf3vuCteKtNXtd6ziYmDEGJ0nLjLlyi4z0gTIVMzM905DHx658eq
fEpg06J8erParMaingmvTO1VNlGQUoxA5Fta3urr3M2vrWX36eudy235PG/xtjW6nTBGJ6wt
j8P1DHUZ/AzIEHoMzcH8S1iJyizoQWhxOMAeZ6ks0x054j4KtPt9v8n5048jWGbwPUHT/ufP
FXfXyL/MsPjHMoFMsI7NfX8OmH4mXILKsZYBVnJpX7ockcRMLnjOomTATBiM1YjX0iLfRg7N
Et2NZ6k29VU7vj2bX2dGgfJ1Kzr+Q8bRVTv6FTpu+PFtHk/G61J83pYPndCfXdKP53XA+v04
/wCipA/6SkxvuetY/wBz1wfc7GD7ltn/AE23y/6Pdmx9w7j1lmYZMbuFvcASpgXhOWIesKYm
UyTCsYdWBz4L/Z/cXH6pQf8AAjONNuO19wcCaM97zap8TGTWK+zd/b09V6wiXK/Er+0wbP5Y
AKEg+zKgmcxh22sl7oGcRfTrCvXtpGqXj2K2levWs7VeWRA4Wmdqog9BxInVjlYCBGXqyrgj
2sS04rGRI1VZgXiQ8JnGc+vKNV0UcYH6dYWUxgxnGydYOEMDgzrCwhJz4I/5D7j/ANnqsreF
USpQlvmP0Uf1PLFfh8CIFDIQOzV6L+rHVug1xkbC+/jgrPSNC2YEHDn1IOcdQ2IWGOk6gsRM
zJnPEaN6cchXi8M3Hk3uVcZBiciWt9/FMKfaBOgLnrzXC54hm4ceavcJ1w/p+4BAAYeRhDCc
LCAoMKglUzMNMNmxczwh4+Q+4W5eRG4vaTZpWfL1s7fkBsIrLWz+RZgu0eXeIBK9nW6H9UAA
l7+2nZrRb7A7fl0gODwzF6EQqkxCJ1hAhmTOa5ayBvf0xzVp7pz6cehLiIuIrEziI3EnOAO2
x9wGevuZmcgZwTy4lzA2FOc8F5Jxy/WZIHtxjBXlGnI4bEyCclipjANH5cfE1s255jx7GjMz
0yMCeqoqmDAAyQ1nCmpu46Z7cuX2e4nt2A/mGGauk6RuQgHtMIBIVIzBDW6tOucdSoh6hlDQ
MY/SZcwintge5PRsxfcOXEo6tH55LnLOREKrGVgVsxC2ZwBnLKjAQVzrghmLHK8TMAQ/rIYg
czCDMLlWwQpLKAIwxDPCH/IeQA+Ic8lbp+fUFW6KJq6nyH1vFavwKywusCfPHRjCg7erWO5t
080X06AhhByycc89GbrnJMwTAMzHU+2N7VYYL55FepBwS8IHLqbMESxlySinK49I36eLcQ5c
gghl6dYvLJOYGwc5mcrb6KjmMPd+RbEPuh5GANLOOe3AomAsHQF57gPEZG/5bYUai4EJWZmM
zGQBylBsomwifHsoxZV/UxiB8sRmafqwynbCv+kocQZJIYnM5CLgRoB15EzPQ9Za8PrDgriZ
ARF6ZKzmMZIf2lcwNgpgxn4sqEEtghmywzMnL+6DAn5lsQ8sdBK5aCrNiMTmDrF7Zb9EVoq+
4kktjBzPF9Nvcs1LImj4itK9bwJPxvCcq9Pw8r0dIRNfUSWeN8ltmpU4XC4bFh4H1g9sLezT
Ycz+ndrfnxPFMqFt/cZ/wwDGwZ1j1hgwEdunH3MQYXqBwOIWZsYsYgYFiwKT8hie0n1LN25k
mdxjChM5dcDiK8zlAxhRQqwzPUCciQ2RMqV9ImSigrFxHPRGUKeZPFTC00nFdtl3JuN9k1vF
XGfT68U6pA4bIAptm1uvhtbe0L/J289y8IYjDhk4tYGvWHVP07al0LwN1UCeoxB1hHX8l5R8
wJ0wxZlLRanJ+M6qwtE7NqRWUzrFNjQHFYYQGPZxcu8zbO1aIOXEE8OOTXXUZaVExmdJ7YQG
hyBzKwNyOevtEVuvICKRFHKE9Wt6l8wcp2/autY6JrP3F1BmnTmMBFMGYADPK+Wle49K/M2W
UOpsavk6eN3+0ujuLLtHcKpWyWoAE2M9sgxcFAFnuIy2DXqRm1BBta3Jr6eTXrXBuuI25sRt
jbnyNgWsXex0ntKsEjjLWOqRWhOIGcrxzOJ4Qr7AFLe5lAWZKywxM5X9TFRO4QGzGJJ9qn0G
TGJnPicjB6zjygTE19NrJ9Lflr6Ps2aRXEof5aa7RVAnTABgUgeQ8xYxNJMFbwI4UP8AuVMO
dV1TJk5LADddD5AHoTlb04MFPFRMYbBjgTDAYwOGIzDGVwI7pgO+BhYMCNyMVsThOAIIUjCg
2H3chOXKYzOs4iHhh8YZMplQCcTmTFXYIXS2sp4vetm3U1NoUx5jEDTjmcASlWJVTg6+lk61
FSJwwEEenmE0aQ3EZ4wJAs8/tGnU9k5HmW97ktGWwQMWTXvYSvc2+O5t3GuvgRXCuZuVMT7s
KOi8TPycMYBgfoi9CW6/lzOC4Ur6ZJYFJbwjUniMRVALIMuqmZ6LO1by+HtEDR28DxGxn6Ly
LeIpEHjtQBNLx6T/AB6r8+hQm82PnuV0DYJ5lv8AJ4xGwFgBlVWR28Stcha1E1H4zZsr1dc/
ctmafuivOrs6+0nH8OmcgTurPuK9bdtMtHKqq28Z3SzDWsMU+zS+3LbqW8Jv1DZZLDWVybdc
Q7cL2WF6umto02nY8PbTOy8s6TliE5j9Rg49DkgFshR0DAQtiZGcsF/c5MGjlZotr2FjSoe7
9yvZ5Du3RrbHDUbbFdTfn0zbJ+kthPHVT6ZrZbxekCmrpoM0JO6k8vYW8gMEERa8wqQyVgTH
JIhURbgp83tKfFeP09rYsvoaizW7uiK71sTkM5E51xtjWrrstN9ve6PYMVUNbErCzgTL0eq7
wW9Vbq7CG7X8v4W/TNdDZ9ylYvWKuZr6zvAr1p3tcnkoDWdCxKsGEXpM5I/U4OPSBCWOORXp
wOSDxGeJfp4Yc/IfEpgp1p2qEgNcLQ2YjbOssfzHjUln3J4xZZ91UQ/dduH+4t6wny/kDBs7
1jVa7JX5qsDyXE59G7cK8j0AstBHyoNxcd3nDpPu6OnW2lr7L+O2KLNN9fa8fVdXqDmZ22Ms
1O4fM9ijRr6Dlg3AY11lNXNtehRPP0FE19q7Wt/6e/t7nk9rbWrpL29yuMLtYNfkL1T5Gxy2
LrXn7mColmBP/LYaNxi8VLGfkpRZ1iqJnrgzHRxLFsKeL3KtTeu+5aFn/T2R/uPdKv5zyRjb
/kLI1ts6mEGYnBphhOPKVV9awTYlf7XnuP1VipChSidIditYdwmdc8eirGnhG2C2OWvZpvXZ
pVJwqcMO2Jidufc2DuKi8XqBlv6tfjKrddQu/RPLbdd/j8BgsdRKuXPcbLZiseQ5sVTkeB48
fewjNkDMRG5597iVDEPLI4iPlQohxAWM6k2YEss4M5LWFYKWI7C44pntIzNqkV9tcV1cyVxO
Es1ESrs9HrqXx4wJSf2fuB1PlQBlGAGxa0FCFcERWhXMCe0Lk+N1RTrWU07NXkr0UioLRWzo
1/kFqW/zG3K/KbJGze923Wx49zref3aM4zmBsRrUaqtiA3qTECrZfnvmrolDSrWtymlfg6In
wRxJVY7CAhYzNHKQ4wOMPSdBOrRWAiz3RTmHoCh4/wDvVTlcqlNlU6blNVa0rLB/F168ioKt
1yhdumrkNyhE1FSsi0D4iBeNX9DzVIPlMYn6m2Se6Q6xoGwVb2lLJpawsv8ADJW2t5rcWtOR
B8Xvrt02mtJceVxsxFpWzWWri6fpGZ1NlVxzl2lauY2jsFSuIQWrTHbQAMyfucetAldWIDhc
TtHiwJjAZ9S1fuwonsE4VmD3EZihcjEM7hK1tH4mJ1D8u7rr1ub+fh55Dpp0Dpx/Y1vSofub
NX+QqPTyfbHj0MtIbU115JT/AEPOZPk/yfZSuNfaX1632LfL+JfTo9qsXJgXp4WvrQ3x38q9
ddfHM8RZZXftG1hZV3ZsJVr62r5Zam3/ACVuxE2WndXGvRyOn42nFXjtVZXVUsRp5at6tqgs
IntnBZ+qBcxfSg8lcV5d6s/P1Y3RRmZGWOVUr+H5esVWMICziScArjiSWwzNMnNmTdqn3bla
/MrGBvoRq66AIoLV6Vb8NfU287lDP5dfDuJ5SlatPXHiRVsHVsopyy6xzred4p5CzbJnitvV
o2zreO8hp/b3jbNZ/LUU2aI9sb9KzwaJ8BFPDYvsutZgBqFu9qP3K9WvR2Wt1Na2jb+3N6iW
Jt1zpltADQ8VXzmuoRYhEUz7m1TEcrF6yuZwRdXWa/IazGzctA+RsNMNZBrDsuBDn8OOYAc/
HtK9rjAKsjtrO4It0e1onOWcieGFVet6/u6+jsKuyjtujx9WfI1VHW1Pp/b12osXx9z0n6hc
w8mCvkpv3j4CqDXTx7OrWvHf8imjq7u2di/1nvzpeT29Jk+6nabX3BS9Gy6NssxAH6fFNadL
z1qprjoC/Xxye41so2garfH7veiPiZraeb8Cmyh8T5cTxPjW16D21nyNeWeR1Un1egV/OXdp
cdpgBlVXGwCFz1qdDKwDKsy62gP8lcMxncwwtad0mEkMTmYgGIGUFzApJvzFJWKDO7iV+47A
xdRZaW2V47X528vp2uSV8ZZKsDY48j5j+5Bbhv4+CigqidNVwlexs2XWkgnliFsnMDD8PyJO
V4TQxqaWze+1s2q4FamxtDRXWrI4zaRXo7Z15ob4tTa8nr68P3BZi/zO663bO4yk7FhSn29k
PEqZTSyzzFIp3U55R7CjqWpRBKg3KpdiPr2F31uvF8PyMZjPzfMxGAyWzDmKnXiAo4hFxGaK
tsB5LUQZsV4urWb7qN5TymwudHWYivRsXn0+Zjr5I8ruM8iQNHWANeAHZsavTPWYMw0ClocZ
PGYjrPD6nu8pvttXPaiA4x4TSFjpT7u6yXfVkvu2aEYHVIt2qUntgyWZWwlKot1yrPkawh3L
Lmr+oWHzNewNhFEWscbePGsczUrBhRyAp6tQZwEZyI0JZSJ/6dgAR1PDODASYyOpYYnDBCqQ
AAAG5bZHdpabqr8pColmfjUnEo45Rv36sY3we4g5HdQfH1uihUzt8V1cLB6FYQoCQA5aIcTX
oN1+7t5RsKOhigk6u5ZTemwzPuU3sObU7Wt5KnZpqRkfbtHfyWmtXuPG0L3g8Kpg8LTyXVpU
qFScPb9yVZQeta5DDIpCc9erM4GGpnPxrTPhjizYhYE4GOUXlGHUD28FeZjZIXnjOYFEUAEY
mWE28PdrJh9052K8FbO41NYuE14uvbb5CvxW2F8jQS3eopm1vuw525t2LzGzkCFSoAbHRoeO
Vzjs5goryhdEejZSJrWGHTtpPj9G2qvYbOx4evOjXnltr+5r7Joto2Rs6y3oLaRUwAmOU7bG
cYRiBcwIcfcwxqpmVqvd2McdVOusOM56Sl/NFI/kr2Pytklvw6EQgT3Yy2RyjvgB+mBGU4HK
cDjuEDPTcRH2KtDYxfrWNsfG1aA7aCrTt6dQf7g411+U2Mltzeqe21zraoLbeuIzKBanEcRP
ScxjGIDEUmKimBQFsdZW3ev518Eqqx5LQu2KnbzXb0PBbN7jWWsFKxNnx6WPt6BEXZ2K6xYT
PFXc6goA4wKIqwoYK4gn3MB9Oo9CvGW4GvVYwlW4yqGsNgViV0dgz6ZdCvQsBDkD3GYhODkB
8MYUzBnCpmHOEE7eEM5aiNbu1Ldb5PceNsbVkrrN7tXxdqu0PdsLqXAG0bGlc1WvvHWCLR9R
t+Pr1l7N57nvXV0i9/iwqJ264zJluJnsAF4U2WhiDba3jfFdlu2jRktplViMHZEYWBpYWloc
rVyVNnUovm34qxLLK3xrXXUTR369ioTgYAQG2NasfVtCHy1Inlt35M4spUdbeK1rUzrreO7j
a3jNdIuvVWWXB5Lyu9MjGcwkYyYBgdvqtZIOuQntWNu66k73uGxsOdlNlVq1bLUppRrd7Rro
ft1bGnUyl7KTXZcvOvVuWMr69pRbBq26Vle5obOlfb4+3sVquaECbH3Dra9VNTWs9tm7WSLJ
XTtPDpbqv9P24vimK6vj6FsSjYrmjqb3JaK1HZpMt0bqHpdLZ+mH0ysKqA/FQ/bsXa0KyPh3
VrUXqu+pqA3mWlnkth5aWKC/AFlxe7d42V7tDSu6syw1zXTMSsYRPaBiOevTnaTnC45YjuEJ
toVfmUiHyDrBvbLJ3XeMhzqancr1bON+0nDYfV7urrbApXx2hR8nf0crp3mi7bpaiwD5VGrd
wbYo4NWte3r12/HfZqOadmnyOhrG/T2d/wAUtYUENuX7e29unRVNvY1Ldajdp14j7uwR47yL
RfEyvR1KpxqU9zE7hgYwkRSiDZSgkcMZPFAGhbq36SMRSxZe2V2NJLVbS2kg1NqJ4xyV8Kc1
6Ojqr5TzGqFcmwiekrY8tOrKVriL0DExiwgLcfkdObGe9mt0elerWX7X7uxq8atbXTHbCW71
BavSVPHUbXcG3fStut43ZFbX2ivc1Ny2mb29SE8lR27qgm7pUWW1XblAU6pTYrNd2tfuUV3a
+k5AuQ0Xbm3Xs1V7510GwWnx9yyV+J2WlPgNfFPjdSoABZkw9QK8zHUvWDzThduVV13eV1WF
vkLrZRVe71M6IjdGAeewN0M5CNWZ0Eu5Zyxi9HwvI5z5QXpv1012L0nUyrxW9ZVreC3ndaUr
AOYCWboszk9ts9npxCTjlthD2NI8rdlODXBLNTx7nnvVJ26ubePe6y2vYXutqEdldRKpvKr6
erd+7v0NTcgXe0dNmov8lqZbUANHb4Pt7Vbz54rg27TBpb901vAWtKPCa1cXRqWChFn5fkYT
XDZxnd5Plub79Kzb8ryjbG7aKfH2PE8coi0KIEAMC9MjHIGD04qYDkE9CGMViI5Ri3LK85dr
1Xq/2/oMf+d05r+I0dcjrCr5MGOLZUqSQVXMP0vP+M4f43P8Ltp9P7z/AAfjVfF+L/G+Ts/B
zq9vsn4kXsRvj93W4xu3x1vgY8rw7XieXd2e18izv9mz5GbeWP401/pXc1vpMXGP/Z/U2IZ1
j/Ji9zN3b5ty4nv97Y+ZhMZq+Jxq7UHGDEGJ0gg9U/Sc5GcQZx1hgzhuUM90WLmf+/bExj38
+v4DPKNxwM8P/9oACAECAAEFAv8A6eH/2gAIAQMAAQUC/wDp4f/aAAgBAgIGPwJPD//aAAgB
AwIGPwJPD//aAAgBAQEGPwL9y6erIlmJ6niyOOt9w7763JYE22xGQ+K9Oy7LqYmJj/RiY/03
+RyTJyNPCxnGuS5zdmSr6GPhfteRe5rJe81gyt7956rkvM9TjzO53e89TjzFarn7z1NzgVuf
xIV91erI+o/eet+89d1fMhXP3n7jr1ZS51zkf6j95zt3N0Llfc37WRva9rP3G1nVjm544Sxz
e3XCTennqeq5rzKXvHU/caWssts+o3WssQ1MIc3ODk23Vgjdc/aT9W73n7l6Xmfv3PrI1d/I
u97Ely37ddzIXPd/5SR9S73jaWArl4LSX4XxoX1N2awO+6uhOKN9lUO211WRJCcvwq65Lwvd
rhotd1Ws/DkcVguk5Uqbk6nG+TvdtEyiI8L/ACZybl8xym1xJp1JmSrcMZ1uMdv3nU7qswhC
fvRTDQpbJhBVDj7D+QX208a6nJZoYYM+0mTDzRb5lqIGc0/hZh7jD4lIpkVJj4Hb6tRZ3eF1
2Rbr4Lzfhf5F/hwtZ4i0gixQtDkSUeHLbkvDj7n3HdyO/STl8hdCyVNl+Jf1RdBfptYoy/ou
8jkrizljQl10ZSpmmU7vI9O3+8drPV5ISzzKYanqeIqV0PxTkaaod2KTxE4abwHdFOp/Is6F
+eJqJYaDsWE1ZyLqy6o6GG1ZG6cRews5I3UoK9YXaDvlsut450gk3Z6FyaxwuZDu9pTH2jV1
OhPhySW/b4L/ADPwvrSC+q25a+HF54lvl4VorsPDl8OB+F9flYo1OJ/mP9JeXeTNs13P+hnM
oiLjm8jp4YOT0Qae0mZG8h/+3Ilugnax4SzE6CVzO1uUfqNudDk2OFanuRe6XKHgVotBO3Iu
80cs+qfmLknmhterUbr7B3JYQKKQ6nE2pdILZ9AksMh/YeWPhhhobpfkJ1g1EOlR2xNhbNfB
dL34bX6czdx0ZAnfdhgRM6FRcqu2ctuFxF8eaHz78fC3ksj6nHgLdZFxdq0XWX27a0OO223d
WpXQvLvI5Ht+Ziv5FD8KeHPb1qc0/hNuRFIPsM2b0pKN9Bvd3aGNehCR2+0/MQyuWom7T0p2
9TCuqOX6Xp295dTWJKUYmPSUc0rMuuShZobmPMhZl2WB7Tjt41PJChFu5WqMZLbLeN3voPlc
WpVaY9rK+8mJb1Jhsja+0xxIzPMa6Fo7i1/nZ1/7BnIh+RyWWbWtzoza+O3boR9JQdn8ct5L
+BxbksDmuvW1vI51+VkXL2DtVEvlLUpWpj7UPNGn2HbdPSBRiilFoU9JQrh1OhuyKWbvsItt
cn8lKvZgXbVWtD9Z7Lc2hOz+XHsL16oarqcvmYQeZVI5M6GvQ4duDSLray4wGtzb6l6/KyDa
1U6HbKtI9TIjb7SuXvMPYYZCXh/+jR6ij8I/p+46f9DlGznme66g7L3Jba+SrUwJNy9fDn8z
mj8LMfeJNe0x7UfcYSic0TmTHgl9pXE1RJtimpSYJdGvlP5Gu0bdszMm525m36NmmA35HJ8C
NpSt2huHbPZdS4TXpOB9Di3UawFcsy/yHUStfme2pO3EwX3ku3HQont1Jr18I8P/ANS6nyl9
tz+eDYn3F9i/3Y2nFxv1WesbmiOHa+2anCt3a5kn3FiX7bxOROqTp409viy9Zoa6HLlF5ujM
tvjujHx5zl/yscf+Nx24nU+2hpJNuJ3oatimR1JfsIqfcVzxRhT4FPboV9hzU+UedWRpWRzk
Nt1pt1Lkx3xSBuSIpmOEUZw3pzFGWJryYmx+VRuc8CMfIpj1K1ZLI+BVR/S//tFyrCIL8O67
ciYmsycN6psZy35cioeiHOuJYuPtc1OFNem57n01Lk/RxuhbTtaaZy23zKup1R+m5ciuvcPQ
uu3NOJghYRUSse6lZyLbd1Kyc2vhy2JV3lltXfBDo1gVGc3U5P8AKxlUS/YTummB6TturnJV
eUk0h4FYnQqqaDkp8RV8zDDEpQjLU5f8pe8rbnkVslH7a95vtshyO+5V6F1rl+G69x5m3+NZ
PVm7mvVk/i/uGrLt1mmRxzwx5Fr1Ll0oXy5qzAUo+0TxFE9BKq1MPB08Lv8A7V/RUph4Lw7T
r41N2pHxNqMDm8OeMrhX3Yx/Ry6bS9flZc3TUxKEnzHU9XmkRl1KLzKqZwREJET7Cfi8xVfR
m2ae8e2pf/lL9v4n0Iva+07aFa+ZDoTroarI+p/JvbtWHEsWR/HX0rMoxN3M3ff1NMi25Ww3
h4XHJ/mZKIj3kQvIozF9ZKVZuzw8HrPhfp9Rf9Tr/Szmh+zw/lXfNuYq44or481mlpd5F9O5
tmG1e8phmzJ6LQxi7QwnyOmR1RLr0Kv2E5P3ExKJrBSom7qPQaxL9NpzL8NzwIorWUc6Ek21
1fgrUq5SK7l7+VqvQ3RVNwd2I2qXKolnbkytKm605NtZeDOuhojs8qil46mj8yMtT7/C7z8O
X/Oif+wZzP3+H8mPxsVsVX9HPrA10ORbO5Nm14PF5HbdHQc5aFXOgnFBXNRboUp54k4PQ1Y8
+h6YKYGag7sOpQutjFHNL+ZjqloaslswjQolBuQruS6jVDmtj0XtHmb+e6NLc2XcvBb9Phuy
ZV90kHKlTudDb8WY+R3P7yioPuqepC1y8LvPw56fOhZf0/U+eI/6nP5vw/k25bmO6JSePhTw
51Hy+HLMvvZhK6FziFkUcIqzEehGep6v/IxqYtxidSLjtTaOvvZjU9hzp2yt2Jbz02X0kxUr
oQnbd7DjT9Vy3e8Vrp1Nt9JOL+Ore9Y3M/k/mqWcSf61/oLr+fl+q89PYbUlatSV/gfSf7lp
yXem7cybY82ZeZXHKCtF8TN6H+B956Bu7PLw/lK31bk0elGFphaYWlbbSuzyK7YPlK2om621
HcknkTsTJ2I9Kg9KP2T9tHJyLPLw/kbbN2651O3ijdiU4Uz9hSR9C05b7orbgvDnSu+Z0KXR
Tu8NrmuQrVisyWzyxFShq0OvsK/ApH3i1HLXQo5fUxTEsoOeuN9Dj7U4vIVFpgJfE43PyLEs
g4Xui7aZQXX8a3XOhbyczrYUSIY18RcvHbgX8mG5y7SHBoiHVdCiPwwZz0MHGmfgokqctHtu
zMGVTIhnpfmN7Wekpb7CdsW5DnFEL0ayJUoNK1GRSOpVIrBqPkmd3hy3pqL3KJd1pV2yetH7
i6ofLu3Sogg5lpc4k7sB095Mz+YtjPIrhp4SvcViug5wIq/IykU9z0K0j5TGFoektk5qTUe2
vcihZOLf9qHFpspBZWqeBwSvlO3AaVBcSt9Pq6lKk/MSYSdmPmfhJyyMGj+yItp+YiZa6mB6
iNxiNHpJXG6E/SdT9tn7Vx+zcdnC5LVYmnMnTKBOcTv3NW4l02M/bZ6KnoKWnoP2qeZ+38T9
r4noR+2fsCjgK8dqRN21F3I73NzkfJZlW8zg7ISJxF+LJG+72mWzIwIVUeWRVsTToTukr6SZ
i0tOXLMuhRDWBgcaepx59sI48lJw3ZbTuXloK/krYvlLuS3tTZPuHiSxrAosPYVqytsHY6GM
ncoWhlb9p6nOTFQwPSidp6UYIc2npSPSh32K3asjddthl0NWq0u/LSTlb9Vswy3u235se6+l
jiIxP5Njlx6YLbr3LnHw6+FP6MPBf0c2fYxSo9p3SdB/YQQqoooNv+B1yKqXoYUMKFZ8zozj
WJzStC+sdyIw6FnRnDctKiyqfx7mnma/YPd6Y+XUR0Jy8LXcnGR+VFKM/NmYUGsTu7dJNvxH
/TVnqRW9HrR60hr6loldy2yXTzKLj6b5rXbkX22c9uy8XGuVF931Z3ucDl5Nzb5MaGy2665T
oYXe4wuMLidlx+1d5k/TZ+zd5kLiYo4rmynCf/z/ABP2Euh+1aXccW223KrJu8FDZU265n9o
NSuOgm5IxWR3SpzQqjVF4cZdrClHNOpBx1UJ4nC7cHaWbrjgKV6F2+LbvkKC1IIiBqxi1zND
WSHWSDub3Z1oYyug7ttND9xndyNlbrn7SZck5FcSqlmBuj2FfaRZaiIH+nCN+3o0Q0vy+Ebs
MTbksyCEqET5MjNZm1VtNIyJPzGtClNUJR3e4qpaEmja1Q7Wasx2kr35mOBBCo9TGOo1MyVI
xJhE4vUdXOhxeZjkqHPaJbSydanBnCdci3zOG1PvzXQ3KPYXUm5G1i0ROB9g0R6mOvcadSly
k+yCZqdPIufhQb1MPCcjCSEq6mvkJCKerqVcmHaP4+EWqWskSrYnTI1PuJmURtl6dPBzqQiN
DV5n2Ib/APa/DdpmdFmTb7CVid9ZJwZSJKv2DpI9GemXbkTUzPttNxOWRxPKTdhTBlvFt7Zm
Rfpq7zG3w2o47NkW2HbdMC3JOB0hZD2+4nUac/5TpmULrsUempJWfMwpqN2te2phToUY9SfC
n9FTA0epFyyxJwWQ4dSjpoYeGHaSx/hWDyMZNIPyow9pHUbx1Q1b7kQYzOLPsuOvUpnkbbcH
oKZfsHPsRShFGLU65GEJktkz7iXjkeqpCqtcDr1PzaETGpx22XVL+blunYsj8JO6pSsaj1Jx
jMWugnKHWpbe8h3YdD7V4Xa+Er3lWYUyNdCtSF8R2x44GskFcCjK+G4dryWJKx0WZO2NTt9W
Z00Jb3dD+2A1uJyQ3b7yXWchWW+1jmpVzJ2+09MroNOieZEzmQ4a+JE0Ln7rjaTbbhTzLZtV
MCKvUnBGJ1yZUnd7DEcENFK6Ghqsji8zmuf4cBsZl5rwxRhH5hq501OTlbm63CBPk7rU8C/6
aX03VR1IGtC6K0KjauiEan2GHtgrQo/Nm3LXw0Oh0JIMDD2iu9X5S2KLNDbcITzRlElLq5kV
rkRMG2TVQVbauKV8KKWRnoOfUsCtxttU63M2qkakQUVMiZ93hSgqxrBFrwzMWVE1Tqd0ewi1
lIrkVdMENW+46+G1e8qq6nFT5jmXzXKKlfBRTqf3GH+oSRx3XcfZddDeRut7LOa2IWTyLpye
Akvf4YMuSwgbdSo616mMfE9TbMYehWvQjf7fB19hOp0ISE3WDDA2qreBFtNR5pYkv0on4E3Z
5DPzLAm8yu6lf/EihGeg0/D8P3nad1OhKZW32lKWmzQ+4iCH8CnsNDCmUmjNfaaZyiEyIMTG
g2nUqqFJTR3HH0eJfb9R7ngbuTkdxjcR3Ci3EpxI/at9xzcV/IreCZ4z/iXcn1N1sb1lcjk4
+Vxda4YsBbcMzqh+RhV+4p7Dc42swwzOgrdSUq6GFSZOoq9BbngfZ4Ku3VHQ6kp+XhKU2mNF
jaR8pKVGflQ0QeXh2qjZNZNRe8hesrHvHduhDUduRSmmZKoTMeFLZ0KY6DT/AMSKQzrqkUmp
VE4TkTO64ylmc6ieA6qSjnU3Y9DDPAhKCb7o1EnLgi1e89SRN19D6H8V7rl67+hbdx93FzZa
M5L9tXHhTFeF7+aMjzFWRw5IVSkWrqdCi/8AQ20nwwxJWLKmEo7JqV8HCU+RuuoYSTfdtWg8
JQnuHamRmJ1aMPaRtN2Wo2brbv8AUVdSr8ylWNtS+p9yKe8SYyVToikwYeY3hofmKuWS6HX3
nqlwa9YPvIx1KImfaTFH88H/AMhJ2/6juxJMKmHhLyHw8F3+a7QvSjdy0nM+nfyPanqY1KKb
tD9lwftXe4izhdehsvtauWKZ5jipgiJiD8RnOREEu+CZbawPTcJbGylmObIXHaUtt6MXevYj
bvnyIvbF0w8F8UyIohbcSlH1JV1SW35eGzHqTcPMq5jAn09BsiH5id2OSIuomQ8MmUM5ygVM
CXMaHa15HmV95SJHtUSVifMq3asidMJJtWJROchS6ZtDsyPp7ZVwrbfOCtDXxbZdw8Ppw3HX
U9O6CftMRbsUxO25OnhLokcrlvdc3Q6IiJkaaicDTSg5fRyYz4VqiqMMcyVl4Y1uyIyRE1yP
Pwxln4eg6e03T6ssitGY92ROIopasTPyR/fiVcH5T0kx5Cz6HbfHQ6rU6EK0pZK8jd9O7zFt
s8rh8HJ6rfUUXtOpuIdSWxJFVUwllcCI9pCw8Kn1I7if6FZbR8jj2EvE0tFtw1K+466oe7TE
7bmnpJTmupibbr7nOLkX3+FCdDNWlF5orh0NvxIXhKzI1Gn7B3unQUGHmbviSkYR5nTI7X1I
1Rif3FHD8MHUpY/cTbxswpdqV5LbOhtXOupD/kYYwRv3fhP2582fsJxhNT9PhtUYmiGk5ZN1
ZOZD24ZGh0KIkTa9h6YLq1F8UXc9/pXvO3g7fMX1eDatUb+C/dadPCnh9x9Jf7aw6i3KGPUn
DofpqrzJvIeouay+NLWbrrU1biy1ZWn3kJyyIwO8ri8Dbdft/MbrO9ZbSPn0FU3aYk/AWSeJ
FpDUk2kXYMX2MrngdMincz4EvH8JbdER4RcqoTVik3WUK3dxKm7oJK1+RTjfmJbYWbO7ktUn
fze4ryHquY7obbIXGvadvHavDkeCIVWVt9pujA6PEbSkaXstItx6mNczda4eold+5yxCXQjh
p1Z9H+bbGnJaL+Vw8m/hwvSzRZesLlPi6wXXu5PYi7luul3OSMsiU4ehubqiPiRHtGrs6oXH
hfx4l/Ha4dyiRcnr4cPaSvcTsUvM6kYDo31Ke4i91MLdywuPsENZ5FXQ1tZhJ+pXQnQh45ip
5EMw8HN0vwwhjU08I2o9KMDtUHdcoO/mt95XlTO1u7yR2cTjU7OLyZhaj9yBTyNnG7nMjUwj
S0hGFcWWtPAjM2qnUg7XXUxls+q7ti4MLSx2eq9Z2yhWfy9u67JD4v41/wBTh5KQLjarb4Jt
+Dsf7vI4RGLO4VNr6C+PhU4ea3KjFyWPzKcS3amzmvplBGIqQtWdRdvvNtitW7oV5PaKeUic
c/Du7jcpkS+bMg8siUmJt+YlWuZjUlvyKlKjfuKFM9T6vM5WHaPbxuT9PhXmyFbbaeuPIry3
Irdd7yrHodciuZid2PQn5chUpJx+Q36oSJ+CMMTuGUheZWa6GrK0KM+m+7juxRta20i205OR
r055yf8AIu/cvIMPHj4lXbbLJVCcxbbsMhKZK3YGpcowcyIiSVVaIwr9hEVKf3Ixkph0JTwx
mhW+dT1UWZOg3mfadCEdslbnUh01EskY4n2k+Evwq4SG7V9xjV4lbqIkj7GRD8z6lvoRh7Ta
lTUdkNtYyfcWX07yMHqXLG+fWWZss8kXKzRSiMsJJVtUU7Ubqs6ZkWU6E4dSd3vKI4r0ldSr
EnRrA/4q5Hyc+7v0jQt40vTgYUKNbhXWLtwZarom4vvma9tcjuWHvMKHXoPt9rIOuRy8GcH9
5O0V1Y0JTqyrxwKKUyljFtttXUc3UeQ+9xFCJfmMiaseZRiW2pMQK7AuzROPmVGrYfhJTEbZ
rJDwFavTnJfa92Lp4WbPU8X4X25CEo3F9IqM487twq1L4LX8xx+Rc6btqg9H/qRlmK22h21b
1PzfhRmQUYld7i6zDa4PoK2b82nEG+RJr9VUIfqeBucbS3JZdS9cc7rlnkO3lt232m1OGZN6
FaRoeWOp9TJ0PxDVnG+7PMeUZMxhkOJ95GZKtxFNKGELwh+wSIk+8qvaUfhRtik3E7sBk6E5
aH3MpgYe0wkeNKI9SXQtc1zL26mNDju+bdiI5HnFSRHInb/ZkKvVlkereJr2nJrB5anEuiHr
CK16nXRE3J7ci3i4+6+4t7k93rtw+JRnRn2DbozmsXa7lKY07t3NdV3Epx5idt8H1Ln2vBo9
anOXkbuRbrchxxPa9Bdmy22q1O5KDcnDNFqS1J6feUtUeHLNtG6H3G2qbMcC2JJx8FBKXvO6
5UNu/HM6lShOaKqopw0KVJJNehNrrkRdV+DuyQqoph4WuBtoSmRTPqEX29DYra5Cmx+Zssxu
tVcju5rLdalvHb3JXepFrbvuu6HJ9C12pLPMp22o4q5DuvdGqGyxdqzFyc1n1Lc5LvpW2O29
YrJnNdzUvT2LyOa29botleZh5opgVHc7Zricn8m+K4PyLr7orRGNRXKrO9U1Ht7ORUaHwX1t
u95u4P1ePLUi/jdvsO4X8u2/OHbmemZzI8aHH/Ltw9N6Jp0gl+GPsH3UXymBPFbtbJmbWN3P
HCBv5zD2+EyNC2+oqtvtK3WzqQ3hgfebtu49MM6MooRttfmRNBzgbU/IV99r2otttorliJXf
yLV8SbO5WvETu4rndm5Hbx8WxLF4s5LbNcWbbr3UTXpaRNaFqzmjEpiTlV34aMpVtnFalu5o
9Og7+W6bvgU8N3DfCztLXfakkql7tjdcklb9pdyca2K75SIkw7i3+NZS7kx8jj/jcWKVSqj4
lMNDfHavvLNtuGguXjcO4+nf+4VO+xXeaLeX+HYreS31JZmx8V2ycMieWl7MUetEbvcblbdc
y/h5OL9NqqZdxukMnU/TJupqyYl9DCpNZVIJwLarUis+Xg5UvQaViS+JC9vhjJourOhGJTBi
uTpmUxKvHIqyIwG8hOz4Fu69vzPNH3l2skj65nIspYnocTWhHQsSp1Lf7VL8+0u5Mraj5L5u
8yUQ37joYGHg/l+L8Kz1YuXlTtuxT6D5WnXDQblCttq2Wq+IuXcuo4rCoRf6tDdb+4beSnIV
rAvp2UeYtqic0V5G+glv3LM7n7TbMdS1YRqbNqn8RfavTin5+DV3vQ1RMjF9CLcVqd13lAu5
9ULb/iO2VJpBVmpghZp5E0XQ7awYx1HmtRq6qO3Fk5mFSt09WO7A2t0ITZZ0Lc4RShf5+Cdr
8zkS8xXK4s6IxF5oSeOhuyjA5etDH2HpJgwR9p0NdCkyUYufl9CdE8z6Vl3Za6wQsSZqb5qv
Si7fjkz6MQ4m25i4beOb04uE8GJW46isbqhWu6bkXdtZohpRa8xPfV4s9ajzPU7vIW3je23B
iSsVli+Zlq5fXdblgOnQwoyjyoju9hColiSsCdMia9ZPTTTM1Ki0K+wcFFL6ifvPLATwjBal
feW9TpmS3VnQhUMJgSFohTPmRj5F5qLLUv261J2lrWeBb3SITmug3dhBep+aiK4mJ24ZmfmY
wjFsih6oF+HNi4uGluDjAie7oVmTtUiaboxXT+nesR7XujutZ9WazNCJjk0NzNWsEfU47XKw
kytqTdfDeJ3cja/CYURt2LaKPcQvM4OT5lSTdkd11dMSHSCi9puqJq6dbTBprQhqjJ+V5eDZ
MT1Ke8o6PI+0nUw82jyI3eRLwMDcmYmBUxg9RB5YQXLI/L0LW8NS6yy2WbuTt1TLGvfkLul6
CtVD7hLdcbW5IKkzutJokdq3I9NNRdvtKDVjx6EXcTU5opa2Wvk4n34PU5eSE7rstEXuNtch
X3unUujAe2l2donWT6uEYoVz7rXizcliYHkY+FVHUUe/w4v8xCXg3d7CWd8KScb1khbeGN2G
pNt0O7G3Ql391uBA5fuHJUmXPQ8vCfDzFqUxJw1JyzJw6ndXyLbLa4TAns29GTyfp9Sbv5Hu
PX7Si3Xe8Vi4OuEH1VYrHdhch3fW77f9tZl3Fa4j1tuDcnO3E+pZLszgpNTu7bXWTXwherUm
CbaCpLPTJp0O2hbbqyziv/ctUeZhDHsu77e60+k923MX1ezjWbLLLX22qCuQ77VMm5Dttbtt
+ZCSosmJXPdo/wDoV/EoKoTtSG2aTiOzbuu/EzcoTarUhTc9T0xPsOpWhCx8Op3Hb7RL4lMD
uWGBUc/Dwqjsx0O6LZxO/kw0N/EmZ/llm667yP1eQ23YdT6i9ORC9awHxciiy6klvIpdmNl6
P5H8h3/TuVu5W6svv5G7VkX8KcWX4stWKkX8fmti22louLjvr8w3ZpLEmu7wn2dTqiJoTMCX
Gj6nNXkySFbE9Tuc2T7iJIyKFMSLqSaol0f4hxdNv4joJ24LEU4+GBU3XciXU7b90kJY5lnF
8qqz8rIyY0R7Srgm6WKLUpKZHl4RHahP4H5j7yi82SyhiV5EtTtcrNidnG2upFqVrLG74Vym
g9tzuaxLbXSMRO26eO7C4t2x9TiyRt24kNP8rFyKt1uJ9JpO28i6n4bkfWpT1I/4l9+7h5V2
3P5XoPhbi14Xao+rZf8AUst9S0NtyoW2YKaM4+ef1sI1P0/U8h2c0pvIwZala64G3ZdvO7HQ
9VdD9S13Ivs4OGJzPqct23J2+D3LHU3cHdZ8yNrumMNTqVzF9vhuxRtcVMI6jm2bCx2+nNCZ
R0Q19TanmPu3Ipckkbl3PIdvJY1GJ9x3Xqci6qh5Fqy0PvIgrkLXwcFSmY5K3+Zm+go4vvLq
x9xDuftK2PrJdCrbniRejasHgP8AHZUXHxWt3XfuM+rfa3uw0OSxumPFahbvTmjfbb2X1UlX
+pYu0i50zPqcX7V+C0Hx3fuL0M2x5pn1eFdj0F/F5/3l+1ePi5baTFyeB/yOK7dxPFLI/R7b
1WdS3/kKNuBx8vBfH411LbeWvKvnQ1xd045iWxq35VgKuxe8/V5J8jXzKWow8YmGyp9bicX2
46NFt3uHdbV+FMiHEC+BF+Bd0+Vm61bLsz07tBrbUbvbk88Ddz3WrpcfT/gqdeX+4bb7uvih
OI6ilVJISkoPUoiUoGq+Zud7FmO2m3piWOpqiEsGce2pbx3qeXmquhc7l3Tjgi295LIi70YS
XW8dscbE9PUuhw3pTv8Am6H1bV28lR8f+5au0+Aue1Sr8Vox8F/vNtyjbh5C5uON/wA6PpXq
bbjtdFhBxq5fr20fIi7indbdjJ+lxV95RH6l0J4wLc3ctGdnHb1KR418KuB3G5XLdoKU3ydC
OFPabb+Rq3O024pYEr2iWBtzOht93is2USjw6lMDk+rP5H0H+qrWsEzCupEVHy28Thaid1n0
7OptSgVB/hOhhEYEz4TE+CqRRLQ+ql2txJa/sNrrbobrX32fLgO25p3KqOPldb+J7X5CeY+J
m+d9jyFzWW99rLLdsTiep7MbdD6ePJZgbnR4NC/kcfpuxQ+PkdNTer6ot3eq3MasweJ2I3bX
5n6lJrQ/E+pEeEeFSXdDNRq0m5q21FX3I22cc9SlEsjfyOejK4Mi1eL6GpVR4eRqNqhPh6Yg
7WKYg281iut1Kbrfaeu43K2btWUZC7mKcc/DtxIuoY4DUH+78B/u9MD/AHvbBX6m3/SW7Pqz
/pOWd+2fmj4FN+32Cj6s/wCke/fOWA/Vsjof7keyBbJ3ZYHZu3ZxA/VtzmDlx+n7DPdkWbp3
ZQfpT8C+Z3zUUTsywP8Ac+B37vgfqb/gd27rgdgtp9vivD8p3fE45xO0eydx3Sfqb4O3DxWh
2lCg9PDodpTHMcY+PUR0yOh9vh+bwpifm6eCkqP7zKRn/9oACAEBAwE/Ict6DYqTI2KOVxKF
C9XuFzwXF431BZOIC4qKDllV34ivhDZgQD2a9Jguw+JYbQBed+422yoAKu5Wgo57eWWdqfMx
5xHNA/MBzViKr39xe1PF3FZtpM9EMMKxXNpu1zSyWNVWxeQvFaSMrblsEawazGvZ6X7iM8QU
mBTI0qywyBdUpl/AtcqRb5tBoHYZoYh4XwO3sjnmdUJmCpp7b58TJYxtb16myiNCxATii1HU
pi021EFbzhRmPmDQO85ETk2za8cSpCnIPq7lI5TUL8ReQLBjv/oMwJUyMhzLRPlfXjMsVeeF
j4jXxhYxBO+irNqZBmFtbcGRYnmJu1m8kKMwdohvJAXdHa/3AqA4cWhQsObUfmWyIdBn4Zia
IUUzQkc0LN3ELXDravc2CZ3OiU+biB8Qm1rGPmA0s1zOAs8xIDK7uaUXuQOvChwF2qdRWs7c
+5YYYuh0yucOBlN6vtgQMWzcat7jAOcRVnYQkrU2BU52+ZbgVdMQmCz4NzRs6gG1Bqady2Le
IfUo1DafAERWk0ahfxagdyuMfuWzViM3C1Lgf89zHG0x48QVsKVUF2ciyF4PgnAj6rUFgH5f
iYtV6NQjBeA9vXUzNqskUrscoH6ht1lOCXppeK0nUJTX1L1Lbz5lghzkcwRcq+iMnrSrviAg
tXVEupwbM+eokaCjJgjT4Jj4j8jEWNwD9xkTsGZ19wQXFEG+ejrUIiivvR9waCL0waItpky/
TLzWvUatLOh2+ooEA3bB8cQ8Hm6Jbl5riC0qhQR/icRxfJFnZxRvVfMxh2m4l3AtxfqUJUqk
whoGSp3NEVxQGDiUspY7I+OLK7hVaihpDhvXqZqfDhKtXOKtoPlBIsBdMF5y/qMV7MWTBp0P
iJpUJKhYOJfwQKElXeM6m1iYvJbMZwUHhlTQJtbr+RzPRHx5mqxGekWF6H/qXpbuKCJryfc8
Isgj1z80w1laBojiw+X7mYu3Jj4lzRRfR7ia4MpucFxMuJlDKU8odti7+IBwtTy4hqzlxLvj
G07jGWC6HUao5zbd8QjAWxOZcALiviZl1AHJOUtNRJx0j/CcbwBdbIETgK4MbQLK6hS3aUcA
5L17h0c5YY+pmKmxgi0YxlT9R8svA6Q4ADln6ljGr7/k2LMS7Bo7hXOSLHw8S7mR4vMB9o6t
pfbGoBtTKZ35jPFh8RYmCvMtxUPliYNZWFQ4dMo+IJ3Jr5hY3dSqZtweIHE2mTsOkAIuOXxE
KAxivmG2PZ8RFDkPmGMOPMfUpUyNLKWZAu0cVC8YXtepQAS2739ah274rUwYL7HGO3mHIWPW
YEG9LdvqNOgvBU5bHGb9BLk4TK7fU+2VW/mXwNl4+4DK9CstQsHHFfyaur89/cMybrqUaDhx
V9S/eoLEYbpM7KiVYB/wxahPw8MBJdvjMTd2o+6jBVgzp7IgsrQhfzOXOGWfiZV8MvS/EyOG
iA2AFeI24q0bMcRONJqmZ+KxjJdvhuCpVHB+pbpyOkv+MPRdaG3uJ08mOcEXcFasmBVJ45Ii
qr40a8QyA6PG5UqUzqWmhXgJRyFB4uL/AAhbVadyrrdeGj6gzIsitOrj6jHeQ2JgbN4udLRN
J0wIyzbQv5q/dynBvzFsD3fmHGCzepYRlGD1GYbAyiky1DUqtOvmosvVl1xKWPKs+IV5bo/9
hJo0MutwxayJKHreQSosTi0zQy7r8xpY4dfqWnIbweviAwanOf5Pyh3LcA1g3+YSsdNPzC6C
uyIqMbD+SgDHADJ7hQu+1QBc1nOpkvQ5X9TEBR/lRaUE07VMIhz8BU8718XUCuuRBf6lxWjd
Nk2O1riZvBI9weDe114ISgiQBrppDfxUA4Gje6fmAuujl/jKRi8ZTQ00QaG0Ui6mCSNoT7hQ
h7J1+I7jriFhbPDmEgVG8Jptjjj4YgQH9QkVhyrMsaFG+czHscL1zEDFP+sozamADgJfveA4
YDWz2iwr6jfq5kWVpcTo13Kw58ygdyzUStX1MZ+ZY9QP/Zlq7nyML131LLXDcQjHcD3I/Eeo
O72+ZQKDqwQKynbcacMR1BleRzUVjlzWuVwS7JJO4NLSJGNCnv3DMw+qIAbNH+42eHPKQFAg
YJcD0f7iJomdE8yl1Td/5AIzF0mfuIL4esMKUjdYlCX266iQtTCaH1VxMqL5WXy5bA8R8bcy
ajvb8rcajbh/uEhQAfDxBaBrTjiZF5ELXiZka4Pj0TEDNXfMIl3BAKulIOZTOEI339M8R5XS
dZY3s+JcALt9TRiNNTng6V/7FQnt3zCsvAax5hIOzQOfMeWj7Ye5Znr/AJ3OZ6JUHC5mveIo
HNVOpa0vVXB3RA55iL0jbJcYham89QPx3KM7/Uo5i38Qt3rRK2XnuFYPxAgBg73NEIl8Sue2
PxKlJIPn58SzoN3mv+zFDWdJTNsQnuUl02I+CvOQ3Y4fEAyLy9XwxWXXHmAzWnPD45nGDs/k
bIeDMaW9EauaoyeZsFutBx8ziLKyKiogLKuDR6goNU8dMxgxnN3kiFmXYaqacvwp+pXDeoZW
sGmFeLLnU0oFgNkON9movmV31RgtyNKp6mclXNly75Wa4r2wWsmdcR2PQMrQKs81Om2bI8Yt
uc+4vxYoJRHnZ8SjFi0x7jAi+hWfczCZaX1c5VDs0wgt9j/i4HNeKvtllvOsfc0JTSshfHEX
dy6mQgoHv6lMNw1xfiKN2IX5mNCNkSdvNvN81EUnLfTjuZQNkvL3RTTAlk0j1FS+R4TT934R
2NF8Rpi3LYtkjoxGlvmo4O3EXX2eYMckfGjcq7qdjxH9pUoWy4JTIggHzPuh9QFnaKsDaZbL
59RUvB5FXHk30/2ijbXBWcxqploqZaVzpivEIM3EXScu7mstuKMBdlctRWy2uRMJtVmg014i
mh0yD/UqDCzhYIM2DyG7iBpV8zfWyFcH+oxRlfBAEqdDTUTYGhOI1ya/UR6pZWXDk5VjkCmF
VMYgYNrnEPMd+pjB1hw+ZUVKuPKgv4nc5f4TitfDRmNKT5aQFrd7EoN+nwepdbXOq4hLIol8
Lm2YOupXAxy9fyIKSr7wztzKJ5pXrmKq63M1cV0eIuYD5cagynyTDIBbm+blyCrYywhtOS1y
HiEXbeM2oJIX+Lce18KHiEQAW6ZRrfoQJq79CIIRI85dJG6u7riKKxqgyhuL/wBQALtZjtni
FRWXMrQwniYDPwEFQbO0DMpoz5/9ETQN6dL5jsXV1ioiyK3f/qLSs+T8xHSlN4XEbOTHDpMA
bDht9z40jWyMy7T/AAR2Ny/L9wWA9G5t6VlKoIsdIQyg0D+qmXsyn/sS6UH5ShvOVED0DF8z
9mmj/s1OpxcIICw4/MfO4qtpkFJgNnuXVZvmNtaF3DfK2KsSm4EsDF5/bdEkrI4ZXEqOySpT
NrfEKkpgMbZyWzwMqVtO+ZxSk25zAIadO5lt6cPzLeVrZv7mXauXEcY3H6qe7hY5qFN4oeIt
LDSXMmNQlvTiKGHKQioq7WZcsqApN/ML2rYmTv7iNYgiVBfW/wCI8phw8oIyca3KrQ6xPgV1
6lMncpRavxmUi1wqC1uCsllzLYOD3uf4EYhtYBSmXceEMhirgS72GwP1EDVvN5/EFi6HX9mN
b7OT4nmRnI/MKFQuFbKVZje7hFdJeT/kRlC4zn8kWxZY/SJNiFHJj33EA07Xb34iRby0+Y1J
eVV5Y2GBwGiMpsnBdPqV+XuZBRqkU+mYsrdef3M+Sl3+svBfIf8AUcMgPxAg8C4o4dytaMLb
H3Fr41TYzC2VsQXtMQ0FZrMwF1sTww8lw5ol6MjtV/Mqo1XmMKN3nr1EV1nRUp55OH63MOOO
uPWpTZqKz4QrDzG+LOIVAqPBKzVUzWJfmYL3XMcMGoWNQGc1YlyJruWAPaFcyg8QnK/E+Gbq
4jPEZcyNYl4l4HUxe9/RFOzxO4Y5Z33Lr+Av7nF7fqLJ3a3LTAs6I0/0y6wB0a6uCwCN+X0j
W59WbCO3KvMRaB4v7AGsBgqVYK3AK3zKJaQhb0OP+Imoquh4+ZTYuOLmK7Cu/wCT5mMSpY5o
GjBCxYheINisBtl3yoaxr5gXEOCvvxKG5XNaro3FtIPOD7u4UaMZ8xuWTQ2zK+9pzlweojIf
lFzGwULJhqOnNQUF0vBEsvRzFWzFWMI2Vb7bgCmy9rNsVuuPuWFB8H2SlbG7YlA2B3a4ocPh
YBsvK+nuVwdQ0ArtLOvA0TT2CUPPsZV+IWlNpMMCGWGvEB8O4VjiUpNGLuBs61L1dRd5lEC5
R5uD48SwR1qEBfIEqcpifFCDvHpnb6J21Do1K8EbuwoLbZLOMzMTNY/hRMqsPWrgOSuQePcA
8jXU4xXgdxrQN2yzXLZxbI6nG2auv1xKmfbeY2LD7aPmacq5DhlsOPXFwUt8hoq4Iq8PRfiZ
mjfZBwHthbqKI1q4idSBAqm3RFb8cJlWg+zAuELF/wC5eZHZv+S6zrcah4djGeUhxoMGfgl7
aLGzDzrsXAdSYhEdAWHfEs3Y/wAcQWEbn2izE8YUtuxp8+pnjplxiIRfDd59EQ5OB9JoheJW
Xdy52pbOI8I1VO3mW/2jhiN8Qt1t57ar1KO/qUuZ+WXbiWEalYiOP1B4ywvOIqi3JEJXMDms
qw43BAx8ywhhUy6nVZal4eZnycTi5ivGbfOYMvUsQ4DxvqOLGzJlURaSaGZTYC2OFqACiuO/
iA55eSmZ4LplHJFVNNVz6mTBnXK4W7qmyh/MpiHy4D48zI4fOcEeYymf8YU9AKV19QS0qlAP
7I9sHli/EuJ5BE5tVisRa25R5ibn4MyjmOXO8Gv4j6sFBgjBqeP+p55geHTCKZh7R1Hu0deu
oBDjOjyzppIcHrwn71hmHKe14eJhhV9/ETJdVXAwRtGGyzDtk6gG34FVBU28rF8arw4+YZF6
ocpkw2baabjVWPax9XxjCxL4Gfge4eC4nQnO9wSrDqNxQ6MwuPQzD7NHhcKkdTmZiHyxDS49
gwBumvM0vCEKoXxxKbXz3c4f9J2s53LThRz4jrNXDkhHqyuGl1rqXR+qHqBbLZZW3uUCudNw
THyoeQW1y19SiMv0GYOYrUvQrnuPqLkaYKCo93CXYUgR1hFM4b0TB46Apiaz73+JoV4H+4I0
Xf8Ahgq1zvhNQ/w5ZR4FMDuvuaae1YiPLx6Z+pUL8StErILOBPIQ+5b6nXo7js3yBeZv9Z+n
6jFaIMHDqvjcculByUbnGK5V/wBuUk++lz93Ip4lw8rbupv2D1KEMGk1fwTYcl25X/Uo0lwN
7jiCuq3Fuj8Eeb0D0vxNQ7Zqr/MOlW+nyRBao3J+XqbV4FnCYLtfiGAW7SVQXXUodSyNXRC7
lPE+wp6J0tTGHolhux2AByuYpZV2us9QyhOCwCOKFDYblcWOV8wd17WIWi+ZrZOUW5MzCPU5
o+USA5CB6mPypxCl8DiJfnaxCCny5IGWkdBKFfhRLSw1CsHKaMzu1DQYv4nXOsPzFpPkhxLI
nfJb+JUpVypkneacGsxisYbHMFQoPCAqKPAd1M4EOoEsT5y9x3sSxQUWzR6jq/tH1HtBfLAj
wASqz9wpPljqOfWEz7itLb53MiaGNMUdLINFsyXAekud0Y3KYbNxzhj6uIFdhtPb4lNCmjmZ
pWqXX2VvH6mK7U3n/UtiPjwgLOTlvmAvoDuCUWXbdkVF8YradY8L+RaeaP8ARDBP2a+5qUhW
2mZX3lU3OupoWvmCLMjiDbGJoD+oEATyRINukIMnBZxN2pfHiYF5UVLqP2vHxD7wBWH1K516
ealtFHzPQWswwMTu5m8OrmJ7dsZh7ukRu3eKjJxVXFSsnUqNa5piUATq8zFAPKsu0I4FzFSi
qsWywuCrz5iN2hR4I+EG9uYVRdhEfXUWUnsb+fE1Itm2yCVca0mUBcF/7jQXO9mA9zJyBl6/
3MVCAeaRAog2Y38vEeR1LHypVmKZ81FWxXO5S24bqpWcm9ubIxWxnlMXYoFZVQATXOLlykyq
XXuMFRRG9wFrNBTLS6PIh5/nNsP9lc9uhwBxmXaieGpdpY3X+oFkfzqJtZ4zTVSzeweEvYLN
5uITMveZUUW3fH3Cyek/8YVvB6TX4hTlL4B9IWbXqa/zURyhR0fcrrg3DNRfqA21cyvQ3iYw
1WQICqxNwfFneIvVpRkIPtGIBKW61nUd2FT0NckaC1HolCZOkbqV/mPaJxnboumpkgL8oNnL
Bo/KDSoo7EbcvuVZ+4EyzAs/KJTjbxLFi4YV2xLT5heCYDyD4mwrbVn6i7ui+S9+eJlmq+HM
bBAr/DNlsYPXdwrKeSvuLcDbdN/iEwwO12mOm2c4A+OpjRycRusPff8AIyU4eMLWR7OKmyUL
/UAVl4K8p4lUilFfrMFIcPw9zHGWOtsUbLW3hl3TRSZv5hKQxt0PmdmTw6QrTQTWD0hx4WJo
/C8QobKHbqLdXwdywg+g9mYsd5MHX5jcCQzCNOGI2lU9rCC1DTvBiIpT5HwMsRNm0bx7hSV8
WS1cQUrcNjOwR2sJjaPkgDVreZrPlSEy97MN9jyvMpmm8z1igxe9OufuHNmR4uJBVm63LK1i
WxKeUqFBCVe7A2AioZXkrMzCX9VmUQ/xMBo/CcE+rg2sFYhP2Vst2xvxA9vRzG7F8cmXDCeW
4k6j3FwpgGfRmExoNBj7mRtNGtFwhIK4IBC2N0/mZB5W8eZmaeP8MoKNfuUre1oQcAPLqIIN
Xp/2Bd2cLN/Eenr5/wBRmwHHd+oy3J/mowsot2RGmuBeITZ4Z0SrQdhnHuFUql0/sQ/aKr31
Blrk+JQbWrx47jiry0lPRS7cvWInQfuE5S51URYCt4OJeYPAiAFLluklmrgP+y4c9SDadoyp
XhrMqbN6zcseELQMQyRtD/SGCv4y6NUq5B1lIMvzqo1sTpbGuC5c3cf+KAN3Hc0wrkl4SDRw
ZUUx2i+4bU5hBUdNHHMqV4GpzBTkwe5xX4gqgwmwiUdDkxBDQgIubbzuAGupu6+ABPEvLb/A
9QAwHOn6nL8jUtWpUvEVK8s6gULlyAjU4E8j41MV49f6lnC71NPxcdklYtzUpyVik0sS5sxe
EjjVW4G3nhiV3y+Hqd1dhrMcoj46jQAN0u5zFLlBx7mRrPbNcy1mONUjMQLG3udHZjj4iNHd
/wCMTmMcrqY7CW4COm8maf2EwOKPLFLctZgFtt1U3FsA5CE2DWUecovYKdAV5S1uOrgnfFaZ
/QZv1EGTAyPmcGUYOMLp8S00Gl4ueGnqivcLOyathllRC5dfEdCs8lAho2yTFemTAfrMzhjF
58x77YXDjawpoOnMDb2ZkW5jSytRdV7RwUE5gbeg2V4cxbIgl5nyKvuAc5DgYgr2FmiI7424
tnWqml1XUoC63Vt5grxByfMUtA88PBjuAOL77lwts/L36nJL3qfna/qbACOa/wCxD4Ki/U4q
+wf3C0nKs5DxcxMFPPUpq5U1VbCUW3y3n4ik1k4/3CyQvgwniEsb5Dz4grFB5VMwi811UeA4
Awyt3A1e09y5tdm3LBQA06agowG28fUQhW6zNfEVQWlovmarLhK5iWEAaP8AsLjJXB/YtYln
Bqic7VMoGw+CDYWgDoOYI1BgXlidczFW/uNwDZZeYsAWr4rxDVyWqj7qZjNe4C8f2eIsBjnR
lAiwYPLD3FdjP3MNOGhNvxotiFWjCHEyxdawS3mujcNULoRtRYxaYuMoR2QULPMyD8iDf1LY
58vmJ0prmGlfJFCu2blbO+oQ/cwwc4PiX4z8nUp4nVzp8NMM4Dq1tPqCVTmpKybiX/IiaBpn
XMEVo8buiAbbLp6mTS6efghJ4M54iWCJk/xc2fg/1MvnRVyoXVtpxFkLPxCF3hp6icBH+Fxs
Cu8B9zcAjk38sauWynXmUJPk/kADYcDD9QEaLtw93HcjyvD1KaL1Wn3iAWGsiViVOXlcCd3F
1KOIvHDUUYV+4jgCLM/c8RWgLjgvHgsdRKWPh3FhbrA/6hcCW1lAszhioyQ2OGvxGOmvHFTd
wWSwtsocdRC8AyQpVTp4hg1s1lBYFVdYCbUC+RiA+Ch0AaYsmFs21MCa0MRRC6qn/MStFl7o
olaKb8Yz8wEHFOPXc49/EogTyI2XGj5g6KGZcRiMb4KYICFoXe7+OI/I4PDrEDJX/mplQmuO
og4PzLGa0bmc+QgiDXcVKNbbGqr/AHG4pd4jKr04qGNsuC9wjVeBOTs6wekyVT+U0BOa/wBQ
LNpXbd93OSIfKPJTfBo8o9AD4PRB7XIsRyS1sdyoIDD/ALmIGAqz+ZQ6Dh5ieG3Kc+Iysom3
XiC7/YX3LAORNmtXylAsPiKCh4jKlrUxZj6jiwqtn++4CJWhYpl7DhUKygcnE01o/KTPCg9/
7mpHCyn6lakoNWNEAiC+lSw6O8ajU9HHNQFUDqLKMPbMzvtZ36mbnBtUEaqNCbKU8tQYi74m
ANcXKcj2jQG8c9EpdeDzMF5HUCIh+N+algD0Wtk+gR9X1K7iPqNfE6nMuuL2jgwNE3mePdJW
YiGNHE4NbzW4WRT2bD2Q7f00INmlYzMABvRcM9HOsPMzLy8wewBm3maVtcxs5IoJyHMrS93q
v7GXP2iwF0yLc4veUuq28ncLIDD8ShW9BxUwwwbe5ywMiVtCPSGBwdZ/MRRS7v8A7LjehfH/
ALKHhKuYN6XmbxM7XYaJUOwXUS2OKJrrgi/muKMpBNf4YxLnhbE3jKcpZr1MqjonibqK+Vsc
fWcXAV2G9fiOgrNqEWzPJiCFTstZY4n3fiC4WgtsfE8tT6f7l+gl6dMVNE4eDMGwtgMSxh/4
2wE4bebmY1XvEDOa9BZjZbPTEe1dofdjBf6iXLF8Sglt31BDUi8IxmOe8htwqGI2TQP3GSkr
jNMARqaK8TGOU8jtKistaHZuaRg5YjACEB/XcIq5PBXdQjSZfEajR6dRHU26V8R2ZNf+owQU
zvEJldF+sai9RWO7lgs6dVdeomOLjVumvKa0SE2HyihUBrFR2Fb1MfB8uIBSIsNF+Yw2TV3V
G6mmi/ARio4zuXWzRsGM+pbMh7YAm+vB7lxdlgu/mbJVmE0MwAC61v3Etg3k4Lln8AcTJuHg
RUAu6Kz9zAUt4/8AJQ0rnONpXNM4rz3Njsm/jzPaK2YiVbBOX9gRWC5q2/EesX0EZmp36/Ny
sBfz7l91p1g48zYK/cCIWnwq7ZgAeLau57F4xXy6gr1bXI+iZ2GHkfJNGIZ1UzJ2dZH3KHnb
Jd4uX4XZ459vUZyDyZ/EUFoKrzHfXBLMdulKvdRb5yCXBV8MXLCvkP8AUF1f5xDO6cKwRS6C
/uA559zMAvpMhJ2ig4wQ1AaGiI/CoVi/+ypmDXipgpF/KPSl4JQGCkr0cE2ddqRapR7S16Qu
a+JutLazGKX63/yFo1s3/WZmxpTrtlNVt/e4MS046iyUZZ4+ppuHDxBJP7hjGHpdwudpoOZ4
B7L9xpfT5mS5W4WLDu0arx5GKIQ09Q7VJg2b8y5MOKQ6C4LRbcFPfMoMqhwalT9/lg1hzwgv
GvPiLyuBGjydH+ooACmVYK81eDjMRhfPYeFgW2uj+pdalxxLnD7D+4ZKW4Ll8y0GDfuVyRbK
L+iAac0mcRIARdLiDbgcgc+4Ogw/49R0fIGJdKlNyW0NHDWZbGS+cEyVBe7dRX9rf+YjictV
5o9wQlKUAitlqzmn6iagHLyxqcLsbh+ljXtMDdS1mKQY/MUwn2nyMR5hcP5QzEDz/Rxztwq+
wSuZYu3JKHQ9hbzphXVf5cTmXQkru6ceZkYeD/ZwChbZXRXc1kMl41uCOh2zMt4L8RtBTtSa
9QLChN3p+ErfI5v8XFyx1WJUNrYecRoqvUP5nwfO4goqjfFQ3LTJX+Sppx8vuZVKvn/kGTcI
XsPjuJBa+sVOBIzcmYPkcxbIPazYNxeoDMc7eT3KxWMJMtrDRCF+J/dTitsCsxymn1gnMLzb
+dykZL+vmAw2ei4HbGOmrMPAo7kZqUtZf7hXYzlvmN7VpwbjjRTYX+4ts8HH5lzNOpz8x+WY
Cz5PAaiLsOOoA7cLrWYg1aPhBiHgsB7GIuOHATTwPw1FSHD4RAYg5/tS6sHCuoG3rlpgtF44
TYpdUnOE6YWAYxjmBLaCN0+ZctFVhhFOIO7w0SBCVrcNjyR2KwXlHeT1gW2/HX5mN7WM3cJ1
Vu7fiMLXDHOPMINuyCi8ZTDCjxRB7Hp4IrArJiUyqsrX6lZF7Ya/U3WfGc7jMpGzMLOgBE21
Y6gaA4zBEFeZsj5aeJSo1uA+7hCo90SntwtdJYi9spsKOy7mQueD3yzEbNYzMJT9HqCrXihv
8RrdnI/pLih0Xj6lzq89IWYoTXXz3DLIt/44iYwPU0jbviIAkcFth5pFsMJh+eoGol6/iCtj
r9/25aeIVdVK/amT5hLgn3cALFoh/Isi7yp39S5DvnhUrLSyYFxarv8AsCXheLF1MJXZi1gw
gsjNX/qJjc+UaNowNfiZxFArZfxEFh5V+ZiLUtPEHygqAipXaP8AD6rEp0UFFxfE48PcBqjy
lAXgdQGvxNSRlWY+nmcfVwhvfb5Yiyg6Yb8TIiZybxOatAFy8rDQb/UDzU0kxisZ/EbKbCzH
Gp4vTMHOjZMYysdf8gdrirmwLvzfMDLooFfiYQK3O5b3jnx6lixRxcsMAvv6leqslhY+Q9zg
ro6uJYp+pKXyAqCWDqLJXYKFMOa6XTcQOXRBRyNRQO/KblTBPli4MDNbgVUDSBxySiLugt3C
rQ6/2QWhox2QQuwcSzdN8WsykfLeLnaK+BLcBfKNSkwFptKgDs5QULwvO2FhOcnDGA1mj+o6
huaDZ8QCzvRT6YdIcTf/AJCGtvHhNu7YNEWtQ45gK8Gx0e415RfBFBX17lhMjFXKUbG6de5i
08mpQHtygKCluomtVogkH5lq25vcuxeiNR4Zcl1jl7mLi+Ze7bE6bgXFFcwYmALHcs2eWzEK
FvXmUFpRs6OBIPWXofzFflgDMYV5FIA75F/BDTWp2yQF0a50EtCDVH/YIZY3PZLFMDV8/MKz
7F/MaBd8mJR4d5c+5qAOb7imW2bJnJztfERYLdl5ltIVy1M2m1UhckLw1FYBHdxGqQP4TSTz
MLLhcWbb05JKChNlq6+Jc8SGLXOF5hjxfG0dug3ipRduDghc79IJb9kTOB75gbINA8RVyPK2
Weo5ViFY/OMVL8f5puG+XJMrIGV4fCmUf2bFHyAQYrQVDLNFHMNXSWZzjE4Rq8tyosEutytZ
8MV+ZnuXoziLxuQP7K1Qw3/1DKrLxzHVZrdHLLnn7paK04NrmpOmV1GknO1yijkOT3H6JQb3
FYNoedKGnLAp7CcsWgtYrjOoiGab6lRdWhtbOZMnV43bDw3YXPPUDna6FP3GOUxPEvEAN25J
jx8Z7J7yObz8Sqw006v9zHVbbuj1UPHx13jupvAdLL/sHo72P2TbR7c+4AZLfxDtLu/1KgbD
dpgiuM4ltkfMvVBmnEcbdEqMPg5mCvJ/lcxBw0RmDs180U++cBBJMt4cWzQ/+iOqByrf4mxm
9/8AkVW9Rv7g09tpxBQBQeP1F3XKj6lW5/WJb54NHuXix/jEZQNyOZZ0C05qCgPHWpvotUNS
qyzhiV2gXEvpBnZl7YbwTmquqhiq4preJSIBt/3LkRVwDWPxBVSaZgYo6EzkXaUE7zvZr5lU
YgGf4smb/fZVT2smP9x+si6mTLE2ODE3S8zOlomQyc9R67IPmOQuYBm47gHbHhti3vEvmD0M
v8hgZltxLXuW0YMhy8wMFXyob7b/AIxACrqYTxOt6HiXiDCmWbZPXpFD5XxLF0ANYm6t5YNz
Dc/qKQAMvCW5u+ZdamprVTIuhw7cb+ZYoW8LxUcdKNShC7+kHdnZxLtP7CbD0XHWBTPAKyr3
GwAKI5UCq/3BkkemUUtZyckowVHNV+YFC8BxFl584JUj5updWS8GJTsvwxljzYh+9VBuD9R+
nA0HsE1YPWBOE6LhoJQD8smXxX2R6VPzLz/nDEZcjLyAlst2UFNZfMrq4NRSkq6p4mIOA9Me
oUZHqXUH/EcZRvA/MXkqVhcamHAOLZ/9lb30hgWfM2a7mLwjeT8pmXFBpzvs5JWc/aU8MS1T
QPBFvagxDetQyy33xCMUZfBKF8CsHudB4r+RSCXph91KCi59BiGpQamkFQahslj4lZF4auAe
9cfc8uQjAwcm3VM6qmG/kvlyzj/cszasUrfiWZuPLHlj2Hdf0GKmW4crmY0ihm+vM3uXrJAZ
8HfxAypdN5hK5y9IPJ8/6lx0MDb5l7Ud8xxu+KbiCYW/wyyCezGpoVXhGr2OK7nLg5HZBotm
IDB8hxKMwdEamdjtU5mebhcVEOPJLuLh/wDYMXT0YviHdKRu083hC0uzpbi7LhzzKhzbaNYj
wZcwsaeIcl8BMgZ7P7GoxjOvohNmg/qVUsFRo7uIWoctHgYPluY8noGJWWzVP7uFO0Vdr+Kj
bL0Ux8M5Ase+IHE5ZYkf0NxpYHPplVA3gcxOIVp4PhwkfXpsXx8Rr9iGgw5gbxn3AOFr1KKX
xHFsyhY5u78RhGKZnNDStj8wJWoz5nRjkg0p1x0QXiyA8RQ+LVistQ4LqVN3jLfzcdteTmCJ
YTX+pagt5hmmqYFUd94lixyNCDFqPAmW6imacN4s6xY8xU7vhuK7K27+oW3N28fbWZfhBNy8
CnQx+YuAQKrOYuG9ROBMw8rhwTA3peoRevf9hzBXRohoyOdf9lwlpJklTG2yiGCynswo+KSL
Y2zXJMVU0F93zLlNi9o+fsrf9idLfBVjWLgMLuDZa7AyQI2CDi+a+pQjwLC1ydSvxAcWnIhL
BRJbYY/lL0xpI2wOCtln6jdD2lYlbFS2zMbO7+ygWFc0/kDZ25fuZXCxZSVOdvRuPZtaYsif
NzGZcpDSMt2GS7FsLzAUWCkrrk5lA6UWHQ86I3xJc4wR6lKvsjGIZUcrYtm2eu/mXHjycRDO
xtYBAKTfUzAa6DiIwvNq6Zh29UpS6t54gNGTkmPUuI9n+oTa4+gicgZl2lVu9fiV+g4juY+8
lKsl6lmg8wv2Gr1xHxfrzE4gwt4+pcLcapvHqW+OVrCMqSq4LVLmD8RNIpM1yxEsFoyUKxiv
+wk1m1wTHjDviVUpzviIOXLErRyhm9R9uSJVRzypTBCUnwTgfV+uIGCNayUEaBTyFyrjpf1B
OksYlByffzGdkyw7adLqCx34sxCEyfhBHLDBh9QZ2xlHxKvKVWXClps/qVqyAhVmi78whW/6
zPYVhDBD77a2qnfVPAebjMG0XCZfF5hg9WKl2WNjT8wjWnWdEtOpziPshrlu92ym0I/NQ4tB
t+ozY3vH5mIO1QuAY3laP0mKT5lDEuhIKCAcOsQwQWKzv2ze4NLlSlvb4UxynCtmG5viSjHp
cWq+Ki6TtlTPWbuFpVwcwBLhvrPUcaF0WXKSvkeohRRsCTfrJz4lwPGZKdC6xKu9t/MELzTp
ucQibZnIjdFJqHXNdpOYBsWLfe944gzExdZfySo4HYllsJ3r9zIG6TXY8EqWnujEsnFb6iZM
rczrGRzEV9Fl/iY7QurZnTt0lXKsGuJbrxvP1MAFVHsQSrnMcsYW8oRd3fGpWm0cYh0zjK3p
cTTRDIdkZO5jz3S7hDWOfVTNVhDUNFfF6gBLi1XMfhHMN+9iULrcNEFR4nR2xe6IOXUIQpr8
fMyDZyGojt6DLsRYC/7MHhNsvqPEXZ2SpLdL8vUGax52nqCeAcDzUxlt1TgeJjqCwduifcIG
IWKLeVX2ylQOdYWHto7hXXZwq/qLu+duJUPyP9JgZFJRCA1v25YUmHH+GUWGy5x8Roupe65l
oSw5NwqvAxV6O4TbvXHuY49/EqKNb6TVLpzK0rvDr7iXKPE6YqDx4Y7OuVW4zWOi4ldvJXcU
tKuyGFj4MBFKo81AKNh0F/mYPKdwKoRocEoEQMZq/cRsvBg1DFgwaBWEe+yUKl7Zl3d2tmP9
Smh42TlcBsiZQdM99GmUO74uBjCu6mV9rt0wSjrLWKRvzA1lbgdheyEID3z+SUP5TXH2wBzN
HbFBgovvHmZvw0xDejvUJXC2ly/8greFlV8hCjAAwfg1CjxTX2Jf4IfXCoLUFeRiHHpnq/EV
Ffa5nIjggYs3OK6XEKQ/hlIEPOhCAw69xKG5DznxPyZTDkmE9U3pGEatej4mQx5VyqU4eHcN
Ah1pma5KXCpY6l65le//AIlZHMavi4v9DlKhyu3iv9w2YyVgqvxLAXvw48x5zDUpPUMUvJzX
qd+tHL7ZlIEz7JXSu11VzC7/AO4nm9wVrCYhYZiuMZuGkGyzGmFqLatf2K2J5GZWhwDbMSjm
qC7ll5N8Ik0oqrf5Dx6gQrfqAipeQ1/uXnsD+Rzl7H3ERGmt3L716GdwNqrLMKSGePmWwBlD
LEUuip2iFJfAL8Q5xHKpiPFYYBbvhhUdYHqoy2Gs37i4yRs8RK6sOgqe/wCdfiGi0jG6IBtK
CpaQzQ7csow3i/SIkcmspEQGpk9PIPxG8NScst7eGnKEafZtXcSA422fyM02S4tdvrmzBmot
yERR9z8CX2RxviNksgWdwj4uPIY5t+awCQBbhy7Ywy1EuKehjA+dCkXvfZt3AXfh4hC0h5WX
+HeYFtvMJnBlFRyMM2PCepm2OTZXqd7Fns9Rgu52vcCZ11t+5Z/ihGgK/I/MxQWVG9BnqFje
Cguy+6lV1kUdc3Lil7m0+JYJhleU/qWl81XCoN/NOYwG695jYcvI2M7FrH/WKbV8aiVWDW9Q
ORw6+pbSbOr1ALIfPhlSlVzX+VEPMuFTNKPuy/1c449wgEXF5uuD6jnAsqLh4ncsr36gLbKc
85mbAtx5Kq6OpWiTEww9xhyvmLYAnhMGNO4wq7Of5EmBExNnC0cR3bn5gLIp3GXflKODSUGv
G2XyB1VQAxZQVQvGuJiKBvB/I6Am456zKsM1wIyFXebagVKMR4gBfn/iJSeZ4YLEywO4uHql
l3CrglvTCW9tgl88gm2IqWEXza4cUNen1EHYN8aljaTD3LZJ2chictC9fiDDl8naa43xeM+c
wRyqvgiQUc7mGs3aqiay6aQVhHxTQU5Wz/GU0UxTf55hZbRRDbaDRIZquFHD7cQa1dzD/kIQ
jA1TEuJRQLVTU/rExVWekBhRq+IDWOnx5gbfPeXL6q6+IIW7V2ZnxA8/ccEe/cMsptvENt4C
+YA8D/Kj8meMS8v/AFXiWD7qCoW/WbBhWx1F3h8RcXBCyyGBVYgpySaZ0cz7g0HJjL2TCyMc
x25eDKRR8o6g+5RvumI4M01HRmvlcWQnSEtaGzcqTJezk9wqo8KKJE/+QiO621Jb2WSazOWb
lhXxpOoW8dTHxMjgIPJ1F4cDLhbF06jnFV5N/MTCDBrrjzGgXxf8IlXRRxC5yP3ymp9C/wAq
ldVg3Q/Fwqf2PMvPHmv7ZYoaW07miedjj77mHwosvNc4hIUwKA2eYq5A6ncGda1n5lxoYXVf
EUuy1Ev5ucTk2lbiBjy58nuU+AQi2G3nhuUA+QTWxQ5U3oWYxCpZbYKtjGBr/wBljU2+XxN9
e7seYEDc8cHpIwGbVqp6l7p3EWnxa/sUlLsEUnRy1glryDev9w+vX6gKaqioKksYXPiBhCxj
lHTXnDKOVtp4j6pMDubNkWXEv5B9Qq1B/wDEbYDcq27cFX8zGCmhVY+YTkgo8wgdic2OZYUE
7ECWdvuUGSUu2JnNmKLV9h7i0WH1UyeQ/coWhHi/qOKduCiYYhgGGI8yyxwgpfzNSsec1cDa
MkdV/djKNU6ewOIUkuxBjQUvcEp3Vy/W8gPzF9Ot9jArBcou9cMDKCgas1MnnyMrwFv3FqCq
qkBgVmnMuZu86Y3M7WxpvF9XBC14W09zKgBz+fmBwK5zu/G4CHTjf7gGK35PqAFHVXnGpa/F
UBdDi7MfFNOIgcvL1GyNn+e5hwDhZiefaIeXJAGDs3MtVfoTUyUMH6qJVmr4fFxCii4XMa6y
6IKvCSZli6lprWrf5L5wvDzMpmO8MUUSNb0n8iLubzAYvMGBxr+uJVao66S+DXi0vmbtA+4S
oJsFURkcGK9Japx65hpldT420bvuABmx0HiNWL6j6UZ2zIL7NTA6jkZiEaFF39TIq6UzE1Xv
NVKioV5OGIphW+c9QARoX+0aag8KMrR7hSZARSa8KlAKyId1zKNgBdHI9QElZXHhjBsZcGfi
XTRcjH1Sly9Tvdh34nEYmHG/EHSMh4/EXXk4iXK3HlMVtcVfAYl4aQpfXqe8ccfIQlHbmiEV
rZXtxcvzDmoazPyjcL+akM6EGrpNsjyTWcEN9+JV7O118ykBdmCkGOD/AJMWmFzBoddoq2p+
Uuyxej/UAwcd+fMbM09uF9Qtq9v7FBZry6ljhz3RBTEqeX1A1i3vl+ZQaYTlQcP+ksZeQEp9
AOhljijy/kwrz1mHOky9LFhZO6/ScYXL7KgW/rB+JpXrFyJuR1srNmYQ5lb9wlcu4zyysVNP
X3zMZfdBzAlPg8RqjQenj1Buc2D8S4QqPDmFlH93xLgVP8zNgF1XMvlAN2x+YAwM8vMrMqos
uh8xSgqFrA9wAwJ3uFOetugSCWDxQpiFbIdj4JUCrCCLhfMrGBdncu2zyO/qK3GA/wBxd9uR
NMIJWggTGIMLPqUXuPSBZu5kc+ZhNYgBTqadmzhUo0K1/wAtlbyRNy+HGDDmUAW+DMTZQxkr
5hhaY8mjqG3sbHfRM4cC+UyV13/LjGHyNywC1hSAurrRmYKefNRysZ+oQNK4eYPBTTYzUA9H
H6l682XtKhWisC8xqMzgggNac3uCiF68eoZA23lRpdg/5UrBG+otYGke+xg2QG0kco50MwcU
/DuYd87381KQi6acvfUqwHnfZNqpFsYjSeAEPM8D2uG4zR484jZr2NHEZqoIfTdgvHmLJUXf
hnBfQf5Kq3ZSJQ9YqEyl8CAsWnMQFlRzBlQ1Rn8RkBnrEX8Do8yon7F+JgL6x34LDY0aTivM
vNyzTz6naDUFpY7iFraSqLo5gZfqI1Ct9K6olNt53dfAQW2sYamuf9wcXuZLIsioIwPkNV+k
IGe2Ramm3geJR/Zx9RK3wbMQ063zkgwemKK8cxMh2bcz1EJ/2DBnIL/MYWna5bsoN1g4h5NE
qsf5IvuHOMfI1ZmXGLA+kUHG8FMrRn7yS5WcdYl/oV5lfZyFzoIzPFAOX4IhUG8/oji1FwOM
sr5TA3XmbSzaGWysm+oebBsZxixTSSgobRv/ANlOJYBwxbbB4nO7mLGL/S5nss5PynBb/qKD
/hqqc43JMNEFOecXGmQANpsAFsDzNbHccTQw88xTg1hV+oxZRfRUVb5Y9s1mumvjMz69TnHG
WL3SMTse+WUsxxhM2W+Q9TGpdVB8zWinj5g4qdouHH5fc2eukmXHJTNED9Ipc9VWHJGyH7il
dilSOjPMbeDZx/8ABYZmk3m/1K11hQ3czhVK5B9QF44u4tlxw+PUorA8PzOcg0e5Vw24f2Yu
r+l/EuBodcRaGW4Sy7bfRAswa1KIrtx1Kq1FcPNyrwu1b/MWnbVPNQQlbpefqGGPWH9zGsG6
uLPR3Zg+Et211VtwyADQtImDBYITZLpXEFqAx2586lTrhI2MNwV/xlt4wTR5a+ICZhCwkriy
MteCFSOca4/cw6Vg/u4pouQP3lIFb8XEaw6GoRmrS+LMMJ0tZThnsCGiJPKo9YxRZL9U4zOm
Qp5gCGBZs7TrdG6vMqnjoJb1zC91Zh6eJRk/aqNZbX0/Mtjny7mJY8NTooEFI1veJUF5zczn
QbuUrH/lPmNJcpfSKsVdRRUW98Zi1PRK2CFmmL4RJm8pTA28DPDGiF6W2Wq+IwCo53FBhxx9
RGS/knmiUF+oBsDgqoSE2yvctox5mnN8UzAvzHZ9Y2+5wRTI4zBuZGZVByS41xrmXmuFHzFl
FeqjZyhxu+oFJOeVVGfvEGHN55uN8UGmv6RirC1S1LgRUy9S8JWyuJQ62lTZDqHoe031r0ME
yOvBvXcG2Wy4ZnDQPbfMK23rf7QAyVHTkQ7JqGq9RS43kZGMOThxEvaAfJKDM6tmCUtWeHsS
xIfbKIcKrxTGYe5ss9y2V5AOmdAEaV1EXIsW3SI6pfP+oQXYAjCo5uxKOJ8INWDgjjr5lsW+
pyUpgZYtNTTqb7YNBMHT+0ocXONfM2FcW5Zz/rsg/HpuIalQce02BTdRMAhNwoBCkWy52lYV
tNP+4DWNvPuDQsdQongJwWi6qfeZmA1ew6lobXYZHwuWkAvkxQVR/JFQr8CUgPdbPolcwRXe
vUN6SqJs3Q5gJnLcUnnSNisTLywvbF3xuci1xRELa3TxcWbQHH/YQTIIVhpfaNbNYMfMT3w+
HMAXz5p/JfdQ6XzzK8Bw/qMfoCBZ2MXzFbK/xNJXOWGVK6CDTLtA1/vAwts/pHoAVvyQ8NOD
gPELwGC6e5mMDbiJrF1Vq4/wVHBOoZB7E4KvomK1eE2VgbO/rwlADghNhmXfJfcLCG+ZgYYe
oWhUUEwcJeZqHHEelEDb7h48ABDGz3swOXmCWM4OGBoT9SvOdsuXJzCq1sg5ntRNocpU4G/U
q9zslgdOhCoTyitpw+o1msTtMOK7gnLsIgCqtMYuB2iJe5bPTubiDqxAVLK4xMGNrP8AiGxZ
XUoBt4go9AdQqxq8RaDkzS9dl5zEWoKuoInA5nO9Idzl/wCEfe40/wDxTz74w+Z/2oYzv4/x
D1Trl8TwV35fr/4Y5MbPk8z4ay4z/Lt8zh/oc/n+FTh7Ou54Q8GvmYXTmPrwVVzx60/3mbw+
n4mHp/xmGR8XKYGvthMmt8XU4DXiqmdN1pLa65mDPWPUpX9TYqpnar13MXLWOE/BXXzOi+Op
4CtVU/1Hcz/1fnU7vP5+bmbnjdTHi95n/Q1MunxuadvEpTy/M/oTdWrxMK/pPaTlg5F/jia5
+Zr/AKnO4Y9T4E4bgdb9paddXXFxr/VDW7rmYUeq+kGL+bhuGdlfGrqZ03GJejjc9vif/9oA
CAECAwE/If8A9PD/2gAIAQMDAT8h/wD08P/aAAwDAQACEQMRAAAQEAkEAEkkgkkAgggEggkE
gEAAAEggkgkgkAAEkgEAkAgEgEkkEAEEEAAEggggkkkAAAkEEEkgkkkAkgEgEggkkEkkAkEE
kEEAkkAAggAEAEgAgEAgEgEEAAAEEAAgkEggEEkggEkkkkEAgkgggAkEgEgEgEAgEEAAggEA
kAAAEAkEAEEAEAkkAkEgAEkkAkggAkkggggEAEkkgkAkAgEgAAkkEgAAAggAkggAkggggkEA
gEkAAEgAAEAEAEgAEkgEEgEAAgkEEkgAEAggkgAgAAEkggEEAkEkgEkAEgEAAEgEkAkkgkAk
AkAgkgEEggEgkgAggEkEEEgkAkEkAAEkkEAEEkAkAAAAAAkAAEAAgAAkkEAggAgAkEggEkAk
AkggEgkAEkAAkEAEAEggEEkAkkAAgkEgEgkEkgEkgkgkgkgEAgEEkEkkEgggEkgggkgAEggA
kgEEAAEAkAAgkEEAEgAEgAAkgEkAkAggAAAEEEAgEEggAAEEAAEkAkEgkgAAgkgkAEggkggE
EEEEggEkkEAkEkAggAkkEggkkAkgEgEkgkgAAEAgEkkEgEkgEkEkEAgEAEAkkEEkgAkgAEgE
EEEgAkkEAEEkEkAkEkAggAAAkgkggkAAgAkgAgkggEAAAAEgEEgkgkkkEAkggEEkkAgAgAAk
gAkAkkAEgkgkkgEEkkAEkggkAEgkAEAggkgEAEgAAEkAgAkAgAEkEgEAAgAEgkAAEAEkgEAA
AkgEggkAAkEgkAkAgEgAgkgEkEEEEAEEAEAgEgkgkAgEggkgAAkggEgkAgAAggggkkAAgEgg
gkEkkAEAgkEAgkAgEEggAgAkAggkgkgkkEAkAkkgAAkgkgEggkEgAgkEgEkAEAgkEEEAkkEk
AAgEggEkEEggkEEkkEkkgEAAAAgAgkAEggkkggAkEggEggAgEgEkAAAgAAkkEkgEkgEAAkgE
gEkkAEAEAEAAgAAAkggEgEEEkEEAEEEkAEAggEgAAkgEEAEkEEgEkAAkAAgEkgggEgkEAgEk
AgEkkkAgEkAAkgEEEggkkgEAEAEEEEgkgAgkEgEkgAAgAkkEkEEAEAAAAAAggEkEkgAkEggg
gkEAAEAgkAEkkAkkAAAAkkEEgkkkEEgAAEAkkkgEAAEEgkEkEAggAEgEgEEEggkkEgAEgAgA
EEgEkkgAEgAAkgkgAEEAAggEAEkEgEgAkkgkAkkAAAkkgEEgkEAEAkkAEAEEEAgAAAkEgkEk
AEgkAEgEEkggAkEkggAkAEggkkAAkggAgAAEAAAEEAAkgkgkAEgkggggkAAEkAAAAkAggAAg
AAgAAgEAkkkEkkAkEAkgEEggEAggkgEEAAggAEAggEgEAkkEkEgEEEgkggAAEAgggkAgEEkk
EEkkAEAEAAAgAAkEAEAEEkggkAEEAggAggEAgEAAkEAgEEgEEAgEkEEkAgkEgkAAEkkEkgkE
gEgAAgEkAEEAEkEAkAEkEggEEgEEEgAgEEkkkEkgkkkkggEEggAgkAggggEEggEAgAgAkEgg
EEEgAkEEAggkgEkkEkkkgAEkEkEkgEEAAEEEEkgkEAEAgAAEAgEkgAAAkEEEAEkkAkEAEgAg
AEgEEAkgEgkAEgAgEAEgkgAkEEkAkEAgkAAAgkEAgAEgkggEEggk/9oACAEBAwE/EBAO3I+x
Vr+oBV1oWrd2ylrwUa4auDRiVHQbUWzUXclkoMqx6orUoYozOzrFQhogCAG6A8qNEUtZOXzF
bApwN5SFZK5FeMwUKF825rqplsuzGVv9wBcG7bb/AHC4Dq8W7jAsUu0zRrLCogF3SaiK27q7
b5jXkq0W/qPCVFXbMBTgRQUbKYxXncmvSxi5WCu165ly80qx7zFRTt0WH7jZFQpFxAm0Xd23
C427atmPcpFwaj4tlEOEFLYySsNujhveTqPtQwvUbcv5hQvy7p7suDYisHAaDcOJo2aEduGi
JbVFTieG4CxGgTS7uJEBqhDwVIQbuCB2u5q0EZlVeV8QKim2A6A4g9tCxHy07jsSlNk7L3Dt
9iR2XmM9L4CHdovGWGkHN08weRybmaZPcCVNgAGgKSoYAAf2XsNRDuigPPecwZCEWRGr2XKZ
tCdRlSOoIFSir8PRH0eJey9pQJEAu7WLuYPQOc09oxTHqglNlN6gcwQTjBzbLt9HALnh5maj
qL6d7j6kbKdGRG4qiC3NOwSkdBTNLJ3m5jr1y3NNmVymrqpd90MZ6YcwZrDzNP0vpF4AVCKt
yBPlqbm8+tnGvRu+JiRQAzduaZfA08O3l3GFjVucGI0kA2Uh7blgxZHKmXNhw0ydxp1ysD8Q
uK0HYcxCUsUWts0JxnTC7+Ja1LqnJW/mFPt1KE3uHFCK2B3E2z2UQYhYX/0hheyKXq4tLTFr
+QAxCWeo/wCtVZa3V3eYSU5xl9e4HqiEmyrj16MPLLshtih2lnmJnhrF9kPUXtHR5gYAjZ/s
Bxmng3DixHcMtxOcQVku2CxYGAe7giCLKFHrP8iUGdaEw33KNgeewHSVJCW2tWcdRrS0J07u
BNRSRwPAMLB6SlucuM3PuKtGrTmVlUrSyve5abLsUFX6SnQcd5WwY7QeDptBbRclEKcWk4C5
TnVoWaIstwG8YzzAvgblE3Q8RrWGQUFPiBUgj2o3SmMEmZYFd+pi8xyKF9SrjZUUXhbUGgu2
sC9lbiEbmJWGlcuJkmjj+eZa63Vou3y6i5oaOy756idxdKi0YUsYKBtvFbju9NuT4+5QfSWu
riooO5bSEZj/AN03ce1nYC14uo/PC6EQcGcPuK0HuWT4dSoYqNRXnonbF7AFFA2UgBAQcgGv
AYgzwoNI5N1fEU3SUyqidWBRBdnMdziaDupU0Na0XV6Hj4gIW8HOPEJrguy1RUuRQIpk6qOz
AYH/AEhO6ey2WVHgjBN2ZuJs1Vtl36m64LbqZqLrKUWCZYQ97F8wrs01m4ESqnlaoOiIKJd3
l4IVgbdLDj8RFaCCU2nuYPrIzgpIdophZYjpUTbABaaUa6iHfR2at3LiaWU5u+Jci2bPUqeX
DNGaPMIUUOl36jmqw1V3iPjXX2vEBEZClVfMQ0EKKN7zEC9IyCXeRy4lqckoXl4Yi1EahNHk
txAFrVVQcBRLArqNJXXmUqJWW184YjQ2vLEO85/UFDGizfNVWIlNeolmaLeZR0oDS2dOVX4g
K9+1t8UoCckmps45cwqFMyKXhMbLj5UULYPGr8RcHSKJ2BGIa2nCFi8wba2SVVtnxHwzze0L
4OKjut3G022vlqJvSX0fmY1LJsNsnZKoFukU7G9Mtxx0qxGOdXLYIFA2ZcYhi8oWkCgykMdH
EE53N4ojlK6Ff5HJEUMcnmiIMHVDd03iI5nEocOHeILAHVUVbikBvDIL7PKP1KGoIRDxUOp8
EUBwAgljy2TSm64ZQcPxHVvmJJbjAqP4g7xuFN281D5qNLBveeJVxQ1pATKITDnuC2cBenJl
gN7eoTSJF4xxDdG1JSdrLK2ryxqDWUNlaobY3NZhc4I0gQVSOL6lXZdKstazziADa15d+I3f
iDho19w5trxbeCK4oJjQuGLjoKKwpEuCw1yNGUAwBxXMEhnsjnE3pLLg1jMS9vkz5YFFBJBo
tA+2wytsUSuXRwL9Qhcq8qdTIHh3L1QENXjiC1kBTYs1mcGSfcRomja59kBwOQ2lPSNQoPrA
LI0GLRmsDYECt4OZgP1IEVlXh4gDYTcFOVSU3SaQ001Q2TWJUHYw1k2QCBG5hccYQuhas4X0
xcMa60CswqnB7Y4KjLX5QwEDQbRjpapXKiCwItmtURB08WsPDqu4NyZVLc5mP3cWZhjnrkSY
RKr9oQpcJjR1Dn3EygAAQnk7jNmUGUfKHQMiIKc06uI44tlG16iUa5kyJukYGYCAAQU1WFeP
MS3CklBgMvVxrF6I5sYtbmjjtOb9I1bPrt+LnUQBvJcuIYhYLo+WMTLJFq8A5ioaRuPHBXxF
wTI2x6McxlTFH2EscC1TsZ04iVomqqhVAXuoYhUprsZwJcl2EjDBbzD1glzU5BlVVCiyawpu
0afiMZbEGbG8xwpov7fEeU6i4p4lQrsv+WKWoYsykOdVjcM3GM4CC8aMS6kAELAnPxF21ayr
Q7YcCLxHdQuBgUtHDMR7lvS/mDUGZEF3VxO2gQ27slNkkXLmkTVi1FPUYrvfoDke5Vw3qIVO
zqCQFg6aK6nMDT9BaFSrraEbx8o9MKmSkXCWxHaPMujzEywcpGbrlEDxMEA2AW4My02zR1Zq
Itm3LwrjwgRh0ra5NJxUtRm5qL9ltSyEquy04uhgILdCYQoCrtq2/Ea7UnEL5HHuDAa56C81
09zGJFgdnLcC8jlzXZbsZSEgw7obXKWSBWXA6LZiErRYhqhcbhSIoslV8sfUsXKKhmn5QnHp
Qv5JU3sEKHUPMDPSmiOrncAgpY72gFyCqYPepQAONKBWMhtlcWArtjrMVKRBIgLANxCCec5r
EC9YLAP0EVAzS0TumosRwndtehUamkIeXVYvEcADSKwq7YM5qZ7ac8ykbE8Y5tuOgypdVmo2
q1DftFeIbxYoVGbiXLAAvW8lR9TLbC+i8THGult7NpTL1HK6NdUQUIWBch9VBY0AvxnCviEo
t0mqg3G/vCEuIGsepY8VXEWUY5uJ1jLpKBVd13LxaDZrmyYi2PGoNR0rD76iNlhx0xE02Lwm
FSnEGcK0dxp1JaeHqFw2c9YNsOgcV4hVu/KzXqU0IXhMMbnYGuCBsKciWRmNTFoQNMV8N6l9
MCVcwxahQytAqLIuqyDVEYgvgIJ8Q0LhnQ+TmBXN6rk2YuAhLjOMxNIl5BdSkUm63oc21mo1
Iw8DwnNxwpJ7U4S3EOLVBmuPFaht8fICpeBKJ4rCzk/8jQog0B8IQJ1bWA9OkzxmGJz0rMsR
3Bj8oI5Yko8+MUFtpUsdBzLCI3Kx1iPtppAvhhBRVrGXvkUXBFGKU6xqolb0Ay5JVmImlu7X
TL6mTyXStxLTX1eHhKwLYCGLJKCSKDltmGEzUEVbp2x2hW9NNHAsNFPRkU+cQ6YNxgarPgjz
guED0YD2gBtK3viAbPQV45gz9Qa8EQUumWnWYKmOlZQm5hx7AsZbk8xHCQcDqkmK8JrW+b0J
j2BTTXTDLgq1VVvNqCkRamPDtcu60KglDFAHfLBlYDOBm/tMrBpyvFEIlSVDRtxU2aUUn6lO
gErwLsqskUMoNBbPEX0Lg03mUbTXy3Ohgjfu5gEFvCvDKlCzTTBE2oB4afUYX8q8IiWAlryj
rdlse0tWAFYK+YBBYUrhDfuc+0cRQX9YjpBRXLUeQaunru4jeEfrqZVW2wbvOvFQcawsdIQ4
VhmRZrDU1uFbkWzBwjhMymlYepsrJpYRDR5VzEvlYXO9zGsVPivuVsu6Do7XwwoC2m+BDZUz
JsFwgOUMwVs6LNHQnCYbFLBsxXlDQeInW2jFkSuZD4s0wip5iiecnMtmmVWA/pC6WVgCfC/u
o5YE2l4XqWI89o5fG5ZFuCUhx2ROxaqCHF9sApk6MhOB2zMnB5so3XzUYzlGOnZzFQ6gZWog
EePnMXpsU0fEYThrgiVlvziEoUmUlJjTxLKUjmygqtBKVZorArkGBhrgtT/ywQEm0BaXt8R1
QVuxHipcpHAs0cp1M+VAQ2BDQWy770ICo7BLDsNw3Ba62rahHCgVgRc19y2sXljxVdxPdWSq
aWUmSLVjOLMBmzrqM6irzW5CmK4sRxTsL1BDE8pkuLXMrq6LlS1ZX7hrZDU5rHECBYc2xmX5
S7rPjuUapFopo7VgzS4Q5NsJUVIUyszqXaiSzndQVA6ComvBE37uXoU/3Cmb5wp+YSvEXsME
rWGCUosEmQTkBT4Igd0VLyateIZ0Yo5F7gTAJVKQ6Bc5AP7GKUZRdt+YGcK3eri2AshNTNAK
PvqEUss2uzzMNGyBPJGY4MjFscoxntiKl+D9sCrUMpQNQ0XlnzcDp5/3mLgsoaUKMBzpgYXL
UQ1whKz3zOd2a4AquxAhGRxMePBH3txGg+VZ+ogslYdn27DzHKpZFt7rEINEF4tYMLdRMORy
yzkaGpR1BbAWXhxUaSGOAR6xLUrau9bu6i0SiJmk1d8zIVjIEGCSCHaXsRNBHdPwN8dzPy5a
lnbcc4XwZtrqIXBc1Qt62gC2iApc1VksxrE5HQmYwF9tjZoMMRcOjWXALsO4XleFw3Qp7iOa
9ZSHxG3ho5HDfLKj+r2JR0sR6KIWzS46jMGalV4rhA6lpl9SklhTfpGQu1XwZaZVRrTlIWwW
E0elIsN8xALy3tTTnmC5iMF+yKdSmDpXyagguBSnyrghG9UGah5M0S1qw4uzlu+zLCFQ0ah2
AyJgOwL5FjyorKrBG0uA1vLK/wARBgEIoBW35jiZhqZGqjARq8WH+4ncvV4Tg9Rp8KpobgsO
amAXFXwg5tmQNEYQA3a7/EanvgMbMouDYRFFYecSxiVLsBdjmIZOudOCrNTKQVaugeblE0qs
MtyUGsZVLWX1KHwUFqDRDBsVLvf9hxmyLA58wXxXJXAubdQ4kFU89/ELaxRPpFyQuq8xScH8
S40KjxcGkbfL5QlDmjNC+DxN5GUob8MK7NgtQ4oRNVqYtB7eUSdgszLlHAwbEaiFfLErnHqw
5co4iBbRqk6XDiPKppSl9u0PbjAQOgBFay4V1XNU1ruZ2KjksLDgTUvPY4lImm816j4OLUSu
6NymlibVjTpaZjJyC6WnfmoyllgiU2b1BMDywFItGahcVAKQwaq9JbSbk2D6rmZQQioxyQfa
k1bVgy06l5qmDAZNte4Tk0hhdF4xDUIUqB9DmEMm5JrtD9R8iuhVXW0qtgi1HUB65Eot1ZFa
imk4cxl4opgzyIW4IabkGsRDO1F5j5alNdKrbejczjAlRKj8xArBV+OrK4lTNAKbNBnKyCAK
5KGh3wjWDAQHY5UxV5ySmKhvyR6kJ6rQuoBXJmuo31GU8jbncSkWUD3MbMDLz71CcQgAT+xu
w0tlfUCOY7gysTKjuGjgOoKpQt2fuW5sUDm8rjDAi2IsC0Bfl1GWqL3tZRe014hiqAEQQNI5
SCgDBIUlQEowO5fsQhAWQcOshZvLaQoAWjVYpYTqhLvMraO4wuEGBhli6JW++7iwuTArLgOy
8ar3DVBW1eUOZgaE7vHONCyUqKMkUhm4hcTzg85hLCtYAcfDuIA3AFspo4spHA3Vd89cygAc
hyjwUO+4hJsFqvg0CdJKk66DNwguLYq69GdQfagJpHLADTTsl2O6MqYpKFdNO47E54Igwhrn
VQTELqAW3Y4S6mW2yecih4uGMw43E2DUzkKE+SswJ1lKIjfc49AL2npC0mzkhUDGOpYHJTIW
kJQinnsFF5zF2KMMsvhStxBas4iXw+EZSFI2ceDywQiUqryVtge9Uj8rUQCBGIKPdpzD04cy
OxYHGjXNOu4c4LwbKSYDWWRQsxTL1GiUWuq5I1zI2UKdDECFnAmgHBdsxqXOA2HPbHUasZKk
DOgLQhJeGiI80/mLHQUqG+FN75gwIB2PqJhhWtaxM8ijQBmIxQM0yUvFw7cAC16g1N3d4iGp
AZDUuhbF3WPxGeALkcme6jYBdVSDQsM1ruVV5WUmqj2nXNcxE0qlt5IOOgVA1Cg8q8bl7jmu
v7A9G6hIhrWmObl6JY6/7EcRgv4lOwL6SOvEzFoMygFB1yHx/ZcbjjYKNOZnXx+jKA0A0hAU
i8voilO6wotDVsLQq1vWUCqghchddQsKcdA3xwEqZ0SfQQSWwjjmKQ1uaQUAcJZv1MsooIVZ
ixxXiKGwXRmuMuZXIMSAKGVdxIRXgj7Ism9NRr+sMVuFC3m29pVGLApbBTa6iyUGuk9ZqIpq
qgIAYyoTRqUNF3i2XJC1oD1+ZXqAgOCo14XeCIkGC3Ru133lAxRbYewNy8AG6LXLBp5qHSFC
0XkIXdajZBxsI0+sRRVblq2AqNJd1UMYmIQTYzk6xLUobzbqBfd0oCyCHW6Rt7pdDDHFYyO0
FSZEY0SucOAUaUreeJhzsgnIY6hZwbxsT6RlohCyQZNlX8yqBVKRjyOqiCOTLWXz39RSCy9j
I7K4nCdLlhd4d2RwpZyMXLEbpU13BqaG6O2KaFtg637ll11cv1MqHBQ/7GhFdlUzCJ0RGqfM
oOp3nGZVUEthxXlg19ibPEbamONXdxirdZswQMFDbuGs0i7QtfInGIIGA6lCBeZdba8NfiYD
S6GWWoQVQ7h94VgBGmq38xc5l5OKjNDLa5b/APYW/VyAYc1Ldlv4JdLcPtmAbDshZJQLc2ok
5CQV7KhpQ9zDYzohWEJXAb7EvZ+BVY4vOvqYt3AAtMWbRAWhn1HIuVzKVKksDQ5DCzY9ABZz
UyNBFMBv5UAXPAowisJTKkM5PENC512Ti2ZTrTmbeDBnEIoNAos7BvEv5lRIi7pq78Q0QDST
Kwlf7CncNrQjvFxThIdsbSoUmPcJmnP4hJZou9cp2+IoWMCgnOC5moFKdGWtpcsSjs8RkKq3
zBZgJCJ/cMFbZtZ50+4SciooGGVysuOZPIKt5mYRT+bhnxbCwNHlFr6/XLae4uFVOJzhviDg
FwV2VFC1wIAs1g4jXKiL8LzH6wLUBrrUJcxeSDeKlWw/YHLuHKhZKY9tYmQSzgHhTUMtiqoW
vCBWopX1zGKmKZ2a6hEKHlfHUWmbvnNkXfQCHFtQqqlV8LeJRZFMUtNS4K3hziZYZ8TH3CAz
hiC2bVcQGB1bmKrhHOGolbo4gsiqwD2nmChkbDdvUS4CN4zM0ZWwX+oOLTkc1SS/JA4OC4aV
Np3L+U7URoMRr02BhWmXbogux7nXOZYLELww3S/7gwW3D1ELckWHn7iBmGzfFQfCiXk4Rco0
qB6xDCDHtuKMrPzAY0VYB1yUcdwOxQANtrZFJncljS8EZrldB07f2Nxs6ui5L/5G3ZU8RWmP
xEFYocQcrcqREIKjRR5UZ+JUUsoA1tTr4jasGlZGhzAiOZYrPBywlGXFsfNSEWRTnsD8VGJl
GUAfWMvalk9IZIlIXjOPzGEE+EC9tMpu0BEplu4A1LqNicQ0kqlVvtULxtxEXSNoQJkyUWDW
Et+yJUaqag9DjM1+xGnKA3cCswESpGyWx79U27XpuIRuSop2EfoRAdiVc4s4+IDgGi8cmKYx
3ElZWbAJtIBwdthBm/5GEUDfHkuWKXtlEr6xEVehgafBTMIei0aA8JWIFOEoCN3FClWAkShH
Jr3ghasTP7ih3ue6mAa8EPemnTjySnTPtz+GG/XXSkftHUbTTdYwyhxsxVPRxqGaQ0WcwAzc
6w+yFlO3VqL7lePRZSJ1UFtr4siePnGpeA7hk5S6D7eYBAsPOR0dxcrjVk2PEEccgXD6uDgp
loIduJaJQ2NxV8eI0KzWVNOi8TkCFm2kcA5gItUMIHK3FhJWna7aZkMlV9pl24pU76HEGnLW
gmXwhmWuSIjpFhRanGWuoXHsN0OouNMy4he5ay7K0RT9i6r4EDAmkFIHNn5jlgzkxnj3E6QK
Y23IvETKgBsSs6qUUKWblMaalcKVCwV4auGAUaQovh5DLAcvpytwRArOgivFjMeCUBXBny7x
AoqGqQ+AqxUBCpVGt6RcWDHkT2TIyi0ODdYYhBLrqbOHmNNhbtbQu8y8ZoYbbbWseoKGVZTI
Ywe5fBiOSJeXJDaAIBFrypCGiUECiyqzvUeRQBFaXGL8Ro7EnIOTdkubyyCrTq9hcozOOreB
jcMeo4rBLonmVzYioC3NvMti0NFPNHce5gM0daaAqGYsFA5Xlir3SFF2lOUjKxtBqeBJZ0sd
mL1rEHdsrD5vcKghkfB3NRoFW1VwphWFNN6ZNvcahsjZgGR6iKWJhNvuG7p4AQnSw6vuDdAN
HXPmIQ6smCDak4pwwTRjbn4SCtXopNOoKOA2OvxFlZDOSy/EUdlrdPBeIZZloADYuKhYGEPv
NyiNA6xYxbEAUQAK8HDzDmpFZdb1LE1tFtnkmBrq2/QzGRC7vadhEM32MEIxWc+N5xAS4aXN
r5ibUQ6XVxSZC80vqVQLGmav8jDhcsGNW1Fol4dBvnUfKq0E85lWLTNhgr9Q/YmVPEpZNULY
3e9wKRCzRD7RXQtQOnXwiWnXgWsUmcR3B1mmm0FUfEoAmpkM83ZcLQgAKkRz3cPIHRBtrLcF
bGShTwg7ImpgcMrm8R+tqgA4tZeFOd09iZIJcoVor0PXuKvQLYONiswyQ+QWO8KghM7FF9j4
WYahkDTmHDFomxoaQvXcyX5pVWRuZ4iLTVO7EY56T2WJ1SRP1EUC2sV2nUINIWgJcolzxeF8
7d04gtJFsFrZ4VGUrDakyNpRplMuCm8x4opAeV4cNkecwpbdpxmZAobAvHlBWKu7AQ4wv9Ss
C7d2enuU6M0AqPPER6cdXyqIX0pl8NcSrnCcCB2ZBIJaqLXlL1WxmlqmgDtgs0t3y7MKz9QN
EFazgxAAhCLdxHqjL19yyXbKlQG/EeKVUUKa7KioyFKOTvMQwSiyycscpDWLZZVzFoK5a6ib
JI/3I4PayUX7ZcEMns5ireR9Ckepi1IKsx5dGPcoCrFpTuMQjLqEPEqBYc2NjjEKFXQQgzHt
VLWmsy4CXt2St19Da941AeolseEpbtwwfExcJZDCwSyiNlr1AROsRs+Ze6fIJMmo9QjqQH3F
MggxHxcrvGBJfyRiAyII5UQpuiDYnD+4CqxahWPe2+oxSaLpqDstFU1c2bT0nKQVAs7syemY
FxQFGubBKIwFOyqN8mUE60UXL3hVeSAmagqg7L3C37xUBHhq/qKxtMv4ECNeSFXZy2VFYNVq
ec5pzGlEg3ijF7qMsmCXSnznMZAbsN65lVmRUaoOyIWQGYd5fzH3Y0Zq+zj4juphLp2OoHlB
kFC8maRTobXzbiBEpLZkbzWaimKpTQw5HETcKjNYaAylupKKJYFJUoawwXcv1yqvm3px8y32
0QFFvRhmV62cytUIrDfAOVA/YNxNfSNB6lHQNtCp4CO5poMWu3D9S3tNiitYxRuXDZQtS9nL
4iYpsIUCrFeoVXldlYudcQ4MBq3N14gJGUjlVOInyBWAw+MxkXkgj9wgrsrAy+CcUAi7SVQC
dEJdtYrmniPu2ycqg3NEzsJUEevEpeZh8sqKXuJULxKDsTH/AAnkKbmVmVqQppXQlhvMVb2h
raHqpUY7N1BFZIxTGUlUxAGh6VDCpdaiILcDXZ3MRcDYH7jiMPCiW3o9ywqvgXOVCXTd/M1w
2Ky8Vg5ibKtIoKnbLaSvbZTBATBW6caAhjRC7A00CsIgaQu1GlZrKSjYsFVutCuZTZdoJTls
KiFxmXn2J1T1UIAdixQd1jfxHg14U7DlOI23qYHA58N1uPN6MIe3PHUo5SpMikzuOJAvDAe6
wuUNatZH6VmoWtGyKFwQ49RgKpS8aVYIXS2wYDxwhIOmm8DXySq10dLwtH4hG1AI8BW5Q1ou
CWBlIs2WYGjiGIgUJ/24sKX6FFXODVeY5EjJgmA3dxKtCoRzXzv4lqtVxRl+4xOamuynJCqV
BwlAeqxiVAgqiZXFUWXc9VV9R+0vEBq73qO2Y5OyXWbhSSy7SB0ZxMtK4qF2w1z4ioAUC+Ph
cRt5koxuVKizzM0W0DAG79Siw2OVuWzRbbGOCkty7a/ET7sNhKIMN2kUqrFdzxKWocN/uXD3
sLHeYgUOlVyQQYaAhTNRiU6AaMcErbRoWIuG+4gsGxb5QXuxCq8FlQNqKz21HzRRBARrJWAV
S3LXiGO3NUS41kLK9bjDaRBrY7gHAwIt59Q/RgUQZreI2y8YwaeyL+WpoP5csklZEB8+IrsR
pUHfBuEU0VXRX3ASmTlcDl8sfsZyFPgqonrVvYvaXaGV+bvJGK6OUJs7a1Dg0bFCuTmUdEB5
OWdxYLF0F/OqYinIXaK8GkgTWiBjXQaU+4SdgXZS19AbmA9uBuzmqePiDoY1St2NZgmuA3V5
O4sHlAy3deUtECQtM8XWrhGZUoCgHhAjQmOz3hx4l5cZQ2Y/CVOZqreOalnwuMKYW9wrsMN6
M4LIllRc2wuvzgDcMEo3m1H40UBwblK35lIs2oMZ6pxcQTBQU5Z2xL8IAeI9rpgT6qVjOluZ
tnoUMPgSA6IBtgOavmMDELG0eUwzIFBrBW+MxQiy1hzTr8wTggJbRxkbFr4gC2C7VKm9FFWC
D28yrUIoN7bfEB3UWsq9DwwJoH5BqEbWMNxUaOqa13KhziwW6GenmOBVtfnmBTtAVPgl6iKF
pD0TmAgbx93NtmHZb7qNPwueHS5IwJgcv2yupqwqu/uFgbUlIe4wHFbQJnVSrAsDLfliAMC0
BXg4r4i7hlN2TzkIqZ2FBDh+46tVSAlch7gSlcQUHJmBNri1h76grP6ot1eytyyBKjmhdWa+
oPtAquEd1fvmVySyuIubQtlazdvLdiWQUVbY9PA+YKlwDwIooINHB1cbMWUrkmdXTUYEKJcN
bK/UQG+sW2YMY32LQDp7ErNy7cdvRETFi9rGO8y+0WEO/Iw0eYV0AsTp0K4IsoY5sbT3j6l8
ORacHWcrfqBWvj7HKrflmoD0Wz7RIqN58rsrFxNogon2tMXGjYuqgOFjlCW+O3gsquMeoWDC
BNZ6tiHI6otODgmj1Aea8qxcLKLo4HZUFwLUYgLeF8R7xgBZMRFa2Dc1WKS4wEJQKY3iYFl/
g1G4zOTBeMaqMBBJWIbNbqLveCCxb+owYpfkMXUDgs5WcPVROpBjOxiyhawPzisyiag2a2B0
E36jwIE7XqHiWqaJtz/YIBMBarZ3/uIkqCMga00e4wa6i1b8MJgRog9nzLDeqrRzSTDE3Hns
zHcCJgCTRO88EoCpUHlndyoi/sArGdClHiu40osWGt8EIm63Tg6h7YOxKx6ItbGtAHxKzfRD
d/BEJQbRtZepakTMmnoiRDkg+zOYAdqDBE5zEugrQaBjyYh2a6ugc4TbHvZUnQclW5hNMtSW
D1EQmwGtBl4jz4Mhkdra+oZvKc4m+n3M29kMH2QXrCI/9DCdUowLPg+kKMJ3gKLS3FkxiBpU
C1zwxHKyoGaOkQ7YXYU+rXmX4Ptt8q4I78oVbvg7gJGIcHMP+RTMQBsM1e4tgWLiPAs1FFd7
NCq4OuoglwACd08S9eGBvWlMw6gz2K4a2y44s0KAzg7dQUyFAxQ5y5qVtH+TwCuUfFApkvCu
jzBrTKSi6wmWChbpS2GgVZ7gR2BIAdnCF5XfheWiIagXQPjjgiFCqBhbysYQJVuCl7TElNYx
0tZd5gq6bsFnEcSnXOWcR+IOKGTFMZYMS/JYjoxiEDTsF4VftsjTKZqJ+S6hdo5bzHBHrhs2
Yj0vABtwPJhktbomPKMkTVwqd+ooGkFt8myUB4AMx2iIxGqrIfL3LtBFJZf9mDxrVC5rl+Ja
WlpHAvJHrKmIAfEQXYVIUHm8SgWQEHXdj13ERMFkfF79wCJBQaxtaXUu4BTQFjQ257I2UVU0
qroZzFqbho59MBSm6pctcZlH8ZBW/DCsAH4CzEctYgUXjEYMw3HoG5UuVkR3wxwTMOZRPRM1
N1ECzhgC0AQ7MNy7enIu+4rUwC9d+nzEhCg3gza9wvco/wCrRJQwFKwyDL2xQo/L/pKNEdMB
t5IbeFQty4yCW2LXBoF58o70cUWwYuhiCYtQtCQKnMCuRoB3C0BF3VL6Q1pGrBD9glYWFCq5
srmCjRgFVj6mOlA2kpBsRAtLboZbfnEmugBsvn+oCByWKFcrwliHNiirtAOIoCiuis1zNRCA
pZvHTMC3Uin2QoGWg1o3niNRS4xb+AqI9yKVBM4SjYrAtDheiFW5VSFlby8wNEggAgdnFR6V
Ft2nBrxASYKHFHXEfULM4rjERVZ1O084uIVDWANjn0jBoGUPijKhXECqzuDj3mPLL3BK2Gm2
XBrKcg9PMzMvyDnG5lDhx/K6imAPopRjNbl9RTkIWw2AoOGkeb/EYnnAJtWNELNHaiVdYjHE
F0Zeb0hVDapkpgzmAcBvVQdL4QWsq9AC1ulwwcF+bXiFAjkpb9w3YbnBTgCbR0a1s9Ztl/Bt
q4G/MYLhQCSCEqmi5Z7NdwFoVbWxsa4VELQLtdDfEINPGIQ8PYXd6h5dl6D4jIbyDAr5mGFF
HFuXVylDvotlN2upXNbYbWvLAwxyMQr7gF+OSch4iRBY4qE1TCaGjglWl7SVky30pOpY0UNS
/TuFRu1eA5NzrAC4AXwQ7gleyQ/SQt0mobokJut7/EzHNxCdLNylBcGAYCOcIY54VViKDKgJ
QHnxEFtg7duUUKoUYN0FjM9VwqzHIc1LgsYA05Y1opoLQA0cXDIM1MHWLAhRhFFLB7qoKwJP
QDAql/F025JAsDchTOeohOoMRW/cJSJagqd6gEBhW0GzoiDwa8DBwQuQ0YPA5vlLDXCl88wj
aQFSh57hh2y1hXgiAKtEq/nxGyGtRvzZqO6eFqT4X1CSpGFgF7OTCrcLwCuqhsC15L1zDqmP
z5G68RFJnQBVPUuBwqhKHnHMHRUMgaD0TMoWUth3Q3mA0JxEG3NcQLtKsKQ+pUm7KwrmCV2q
ZYNOybGMumDlGNXMdmBUeUvWwJdLQ+VlEKRnsc1UUS35ZHHqHu8LDABzU4Yil2OaCCmAqAxt
ewZRWpwpRnyMY2BlbY1w7mJRw2Kl5KiSDarF8NmJVWUGrXg2GyU6AWjBgnmSEOXUTkQDazGQ
jsjlPcqCmSuBpqYg01K0+3mAKCmnZV6uXwnFolHIXKNyChBS8tVCGNt0B7OZzNEtcYQoS0mW
Fi67ruGLAiK3I7cWTSGEOa/kDWYAigb5gdoO6rs86xwrAV22eGJkrxWqhsSGjpHBsvKtVLF+
NBk8OOJisqpy0Xl6lmVSvRQ7G1i/I+FLttMRmCnuPiuZRG/zFd5mzTl6IehZ6hsbCsP3cbBL
GmdvKDh+c82bod1DGPW2mJii4lcwVgua01FKS3ZELX0m/mNAeL9Q60IusNPFR0g6URV2YzGL
C1ytgm3VzXyiIHnDZKlKhKoeGSMTAsJR1zmLUCExqylGHA9XdN8MRfOgRryp56heVgqEXrTm
oGnJ2qgdy9RwKAznmJRAIY2WLozGJYq0prMMpKKgpwYgI7wEd+4pI3Di36qBljAGHCpiKvxM
nb2QVNkslHQ5hkA6/YuC0tq0Gc8YfMpggEFAwBiOFJJBUqidwlZEpdoPBW4ZFbwrTYnl7lit
hbARw7i0xJWIg3ZiWCFwpvDqI7q87On/AJKChaIUnjSPZNhQWXbtMT7gAocZ/kKkblsHIO5h
U2jEcltZMqB6yhlOzWIAYDHSvcrPLHE3Bo1ILXdXmjUIQC8Cx8zEaCws8pWyLoZKTnRLOWdk
pt36iI4bMA4XmH0LZ6jgMcy1+iY1R97+JbCZ2Xyr7mkqUymmnyiqwl4gHBrmC4Ve1NmhEsRo
C0beEBeB8+w5azcCMwrvJD9kxZtRDXAKoYDg+I2HKsRo7vuUj2lAqrS78zE1MQDWqtMULyqN
V2dnzDKkBmEpwdQV3IcdXyBnMpqLyVJ4UxE/vdqbwg1+OkdUYSgIWUAPCvMKUS7NKB+j1CfG
Uejzdsy5oHQByy2TBSnIbExrZLQVvVZ+LxAjeRSIXT33GBoQORN0LYEso2jHQ6gr1uQsDWSM
fJjI3f19x2Exilnk3UUawVNDxU1qIERFAu282YrAGYAI8ELCtmx5f8hqERqLbquuoUiApLRw
qQaTgOrV2uZSfQZKIp3MoUw7Ldot1KeQwWc3ksjhaEUsPkoyyxk7FZ49ovorYN2vllxiKlav
VkyO9tBb5BRHZAsWTQeHmEdAmQYvvCWKDJofYX3Lp4sgD8EEJqHbDnI6l/0WRlBUM39RCb60
KH1gmRC1ofTLNoLy3ShLqUGB1d80wIeaiwt7wP0l2tDBbHNhuUpbLg09gxb3couFljZVOl1V
cxkSdunUNQwTfY1flG5GGsBU5pJWjLFKeA1uXBJU7RO+hjrN8GguTEReEM5QK7eYp6QmWMNa
2EHONdzDwVuCouNCsviDSS4c3eaJjaprw4X9RoodxJ9GZVJzQ4Tdd3EhkoAVisVtlBLEjemD
Vcy5LUKL08jKdBhcqezMTkVcrtrjEfA2bbk4fqZdkKbgLvHmDKo2EwHvdwEFkFLXFVKHBJaS
/wAqWacLQFgSkZlkCLZTAZQBbcBIXaMkNg83MsZlKHJizkIyW9iCDvKObYLIe2+JlQ7JMp/j
UAfcIwL7HEYwkEFvabIVyAwX1WpTm0U5sbGDLlSo6g8jWI24RsDHxzE5isFderdSxYPpD9sw
kxAMaCTH2gVF2OBFsjN8E4FhQVGIrLIXxmNQvTeBthKQM1KmalUIqDlFdla6jrdqptdNcS6T
JkRHkf5ACkQzduJR0OlubdUzkwbQvbuFyBkxT9wAA6AOOrioKqUr7NxTQZthaqG+oJAmrT5I
vMGpnAsAQDnEEWFwpVre6cw6mQAxXkiII0CuR34gASZU4NFMBgtglZjnGBiQAw0tniVNKoEp
plqUcQS7EU4CCYCAKhbuhEnJugDyt/YLDqH0ooxdo0xw4Qa2QbCmNlQb1acFug+4bhZNizH0
jOCVzY5c5m/UBqg5TmPNjN03pkv7oYIZSHtmqxgrwgzAAjcrYw6qRA862DxDI0hiSOD9yqlR
qJGsZFilZQ0dOHMrBK1cq3rgg1WlzOB5pq5yRZWKbDBmbttrw5zEVl0S5ODJNoClNzrLRj7g
wpMlIgaLhFZctHoOYXscsrBZoBTDIaxlyX2px1MIhRpal+9RFhIUK0hcZ4JVgFdFysDMK03v
4mg6zM210xiNMuYNxXeDc26F64AYd+ZW6nKJe1/ibmQlul8naZy26lINF8HxEOpFAoH1uNCC
UAIMNXGztwradFf2GIuqZDAfMeU0lKQnlrkhQdD+EKg1SrJDF14jgbVM9zSy6jgxsA/XieBK
rr0tAroXR5tl3CCTgDDe3klCOoA6GGmiGyJkaUN3Upm4BaKC6wBLCJRejCsqKpi29eZVFzTe
VPiVpmqTszHwALta1lhtpPGQHmEbXWm+GFaGuFQVKMbBLb8tyt+pWJN0Lo/EoWVKhLRwlMzB
9hr6Byib5FE/KbIIQBMmIrqJa6Q6BIxQmlgG94i9otmnwVeZtNob37MRzCeMB4VS1oognbl0
gaKItmZ4LvUq1ldI3Fphr+JMy7WTxB8VAK45FqvO48TsLaPHEClGSih8PMt8ojAPI3ChG6Qn
MOR62hfeINQ4obJs01mC2YRlkbXrxKNx3W5XRP5CphaXG3h6jJkEu3bQHmFJYU2WqqRfUglX
XCDl9iMn048wopPQDVl6gOuyVtHv+DLVBqsAxlTpDAqJnsrQhGeKr0yzisR1QGuWtEwOrd0t
pzZzEDVaXa9hj4ikUaK9HLqaFegWi2YzCzphLrK3XEV5iCwGDF0xCG50Ui3g/kwIpHjbirRY
NCxFzun7mQ5lPqdQTCDvg8P9iCW6yb5yjLkXhuDXMo11i9Ne88+oCAyxJOHdwLBILQbfBFI7
sItxXSCoNbeA4ikBCkVnVAzKj5gG/wAxGIy5VteMlWcy3Ncu2b8xqFuJA6peoM5uRuUacwVJ
xLpeYxoEwjPpIVTkfLYQ4ol01wfcx/De6NuXqcwtYsuLg8JAtJex4pipZQuK9PDEAijZQFNq
6pgEmVoC+3qHOoICiz4Ec2sLqsCqucmoa/h9wVpWoAAtuUEDK9WYs4lr4IAzfJqNYrxgwvT1
a2L1KsyClk7eEDtEwQdlMY7oc2gvBVVAjnJRY2aqB0O4ha8X6g0C6F4HhDGFvLKfER1gUPbl
l2oubSt4L5iLGwILPK1qYtQYKxe1YNk10S07rUAVFZQGnm95lErLmb65IM2WE4z5WMmi4Y6R
78zKrBArN59QFRcqow4BwXAV5hOR4uU3ZQ0jvLGKMMJRRkY0RWlS+j/cSzF6T9tkcpjVwXSo
bKTOxV5XqU93EjtijxG90qyeT1GNLWjeTlti1s7GxyZx8y7MkrZ3QHUr65edPHNw+6YFEs2k
VOhEooPOqjYcre87w3E2XXVH2xEDujPdpyQgwWBmpZSbhGXAaRPksRcHEssOw8wNa+7PtY5i
Q6NQrJpxGcL2LlB5uI8LlJl6WcR+BBo+oCgEEeTrLUobookarX3zCY7cMBYYUVloAPzNgO2j
D8zJ8GymR7Ji4sI5o2fULkLwtmzzCQIDQBmEAPKh12hhaFqtysdqmbrscXDpAtRn/wBm0YEK
xhqEwiXXWj0EbAHAmac/EcBXJUkIKiMyBjCUr9w+GVLUBwlR4c2FZf5YR3yq9K83zKqbJsA7
pxLFqZyQHuETBFG0PCO4FI2pdeyIV7CllN66QxAKrunkylC4rAeLqJiiPlK/ojKuAaRWLINm
xW39XAqIu2OD3zmC3ubWB74gOD5C4cWRSBASNfSXZBlyqjH45lhI6ZlwZgCwVz0OAIYuEaVi
lZszUOkNdn27dwnYJSCs7S42hpZKrqhfzEtGYxig+cQS2FDaD75iYolZWr34lXGEXBnFcWwQ
LU1QC/JKgGcBSi8rUyCrTfyZiCAc3Qpz6gIfVmWK4jxgaoqE65mIvqmovNe4E3BIPgvLEid0
cUd61G0v4MNnkiay5KJ14jk0kLjrS4uwnQ8X1RxEPIxkFd3Upn0i6PqACatWQ24OIpKkRIBO
8LiB/UgqHw9xaYSgDN82ZZo6ZDPsrqYFAPYvWU45MmDXSDyDlFsJu2qzHCCBv6GiZUJruV4t
lDbKvIsAPdxdsrRUq7oq4l4YsR8JDFKHEjwNwSuqqO+4U7CmgP8AUKm+V6+4K3WG6uVYnINk
D82pAyU+YIqKpxXGNDCXyvRpiqbGU5L5/wCQ+vMrSuMR1tqs4jpu5iJBI2TC6NYjf+pPB4Yg
3IoeTlavqHG5ShLynFEuWNKuAe+ZsV03QB6VK5cFRrpNWgSt2OExUENBQqNvA1Uv/WCtzgb0
leA6Rgc2QOi7WCugLwxSWpbwCcY5Y6Ul0ornVItNAry82TYDWr2ucvcVLthyt+4Fg209B1dM
sKnRky7auMPbIXRAYgBgaLKo2q09QCkIOo93s8wBxiBqt9yt3ClOl4AInusOyWdQpaytkOHj
UZS5GCTiGFm8wLB8J1GUKoywOmMAUMjDDjUrE0ACCF3gEHjBk0l+Uo1AsXgFtir9rYqOUxKW
cjvnyf5K9IUET5igOjc1GhqoMHWwWgcGYEASop8sL3OrFoqLALL2xuN8OS7L3zAJKyoR+eYE
hDu6QpfUDQBoTucZlECKQg9WbqWJneYYNn+0GGqIrQ+KinavgLPEuqBZPSp8cwQQKihheWmH
5gyS1ZGjoFS9so2jNwN+LjINpUsXdZbHliCqG8wLkT6ghJ7sZdZgzJkKm3s0niGlSLRKUDb4
lsNWOSt5lzSDg4riMXp0KX5ggUopg8RkJGC0Wt9svS1ZTcGHpGGS2DNq/EWovoaLwLX7hkXS
Ko9lwULCgdcwOjaCgJ1Q3MOADUAxlq/iagDk2tNm4a4wlgvcM7VnwoWmVosxOA3mo6FqUcLN
cMNokDch2QUj0vcGVDOVfK0SO9MS3hzg+iEWilXtLSsJ1goUKvW4LLGbYyPpSKwFhBZc1v7g
dTb8X5YNyeyumLIOs5Fq2M83AMDIu0D2dRAAYUuInm6gZ3gqUh84jUhI2CrwtzDYGQG2uIoo
CAF0n+CaADVQngId+x8jPOeJXYIDADrTkg3zosvgX3EA0u6GAPxxALFJYLR6dwVw0044KzBd
HRvgcwZIuLW+uo7YImMj6myi6r/mIcPZW2YRFi1l/NS2CRm7A6ol8G6tMDgqIh+UoGu1WI23
KgD4jradm2eLdVf2YuFpKoCh0VAOzGIZdjF/I2VVQjoOvCwZbbiWXDtZO7N3LDOA5j7eXDGz
VmBa34zLTHYQL94JsYaGqRgCLNVI91bL8yumjGD4OwuHtEwX7AkAKorajOrzfiIsiABm5FuI
UsLQXGIvuYgHfkM4prPUvbN59ncyCQDy1cMRsqo8dzblMr/SIDWyWczxKDhPhUvDA2rcu6ea
C/EQZZ0KmeKMxB2G4ejhcBtIZYT0Gz7mbSgm/kiYKTjG3WGGXndACWsyrci6SeE6YdFMR1L8
RpgOM+oF38x7NLJMyu7glB0UHnCWs4h2gYrLFwSOi7B69IPKikFPW36lMMnNclaAUTam5iUc
Am8vMu3G1KRkpempYs0OFAmqpilYAVTF+WIBkXRgu181MMBZHOtMHjZMIUUdvLELbSQDdnZK
hEXuzQB1u1hVhOzA9YmdojNrGuzBlXMOKm6cwwgy0FS3O3EQFECm4DVkcrLtmpj55hNIQFig
70EpoyXYp6t59RgR63U0CJiYCR8V4Mcw5D3hKvspmJxWe3zjiZjNebNdQjdAEt1uLeCH5CLu
Q3l2rOBmPm2Wi95hVJu3+BEocDJh9I6hWYeQfiVlBVavSfKQs2G8kETSaoBr2/UQAl0wpQqF
em3zswm1czYBhbmCpVdBuzgruVMMJuW9V3LMZ1glIY2cxgTYC7UByqgzl9L/AJjVeo7lTOTX
1FlDXAtTyqDUsV0EDqAwt4P2JW1YZlHBDKrNWQUVbGQ+n3XhkdRaZG5AA1dOWPgBMBmjhg0P
bY2p3AYFhWGoUqvq8aryCW2JrjXEOUKqgaNgalTKBWtObvUF5QGoOXk+5UgeS3Zc1iqjhowd
3zGG8ZTQZzcJKR5UVAhltkgQxabiEagseHOEIgK1klAdqURu4YNoB85WEwpA7KDngwV+pyqx
ZhkKFIIXxiU5E3Ts7wuYyQzXyOPcCIYOAGTOTEvUFfDYrjDxuLkqFHBcCkvY5Xg1qBKebYr4
8woJWsIb1a8XAWsGE6SENBqCW1uxlJGNY7f0+ZtIRpi3zfEFwZSyrfeYFqSwL3qPbp0Dabaj
SrxBOFOWIRhfS179o7ngL0gdexixqnvhFD0px6KcwOApe9ulh1Twoos+GDgL0QPykaAKslS8
X6iWN4Ki2nkPiBOIEVVjS6+oIiwNGTQ6tASs26FygaIDAtSl3CZwRhQoVOCrrDNikLx6f1Lt
ylz6bxi9sEygwdAe3KTEOQBb4bNRAUGi6R4SEuikC21SD4OrDS5V8RsWiMZsM5YzKo3mENuB
jA4IBeXNaqBBtI9+Wo26lcBa6RmKRHIbW9XYzFVSMOoLw8ygvJeBBwbQcSuRUbywZYEsvYtv
iK4XCH5GFjqFT4wHSWURXYRBZYEJQNh0wSQixrU8RuTCym63eY8wqsBsyYwQHlmRyA7+ZYwz
uCOGqxGg+jkFs3hsIL8Z6MnT1AqtrkV/BUDxXpVg6bMylark4vSnNwQi31ZstDmaQywCdW8T
LZ0Ubw8PErqsZSYfb5lpDAUgL+V/MZ0MACqPGQjDTcBac5unUrGy7MtWxq0VoOXF5jhbjqN9
1ebvqAEiwKBrj4llUsXoq3WoVQVVnNnqo9ZJpGZ/pFEoYJW7QxbUbglhQbvzGWuZBFdI4ImM
NIVuTF3HrqloKWWxN3RLC5/hEz3Ebpe6xKZfARg1vhAxhoFCbvOWAooQxyB8xLjEUbPTd3AQ
k8jA87uFJFGLu9DQMvE/wYecs4gq6q81aKg/AgCujZ3UURIFwu/4JC6yuWK/DBeiNdt+4tZY
VhF46QI5F6OHgDhi5g6Qv02j5aaNljXqV0prSw51HCXa/wAAxLN6hYI0OrilZlqQozi9y+Ig
SuuA1FsGhKKDeDgmgAIGbw5hXS6R4KzdH5imgKjho55ccRyiKku0YqpkVMQ3d6WLjOgQbWFF
sGaprM1OHBX3L3V6qhz7IK1yVR2c2tSp4HRYK81xD3oLq2JrKbFCdfBXzBSkkQGm43KLfLWG
7yuWO0fIlgGajTIAA6aYz5ZKa0fDJK7S3k0DV9nmBqJpZDFdW4jgrRewao8wI3YM491f3Ehv
bFrqhV4lDDRiwbuFWIAo1I49/Epa2ddiyYM1M/WDmscKxGYIxw754lXIUBYSJUs533SB84IK
YIdI73uE5EWqCF25YPnqxGz7/UNQQHCF7YoZa99BXNYvUUhrmu2C9buZbFDgY8GYYw37ZV2N
0zE34Obs/iBirdaUr9QRbXahN4s8wMF6mQDpP7EGIq2my92eZhNwKQNbN8Qe2Tki2nG83LEu
KSmbw6Im2UoaHrLGIBjJQPlLfFRyqVuy6xnD3CRLCNGXyka2qLFChutVAopaQUjzCrLgFWdH
/k2lYAWJ2tQ1asQgo8iXJAWEji9Z9sOoKLRQ521HGKQhVTTtfcFWQgbbBwPKFecaRo4zipfV
ABMCvI8zBJdQthONsxpnm+mKZlFDwu001bzMiQuuWDkgJB2AywxTggCCvaMMpXUSsaBhVnnz
7h3CCo0ueTbEMdxxuEuFNfC4uPol2VWMXGzu2heej1EpgaSW9isfcZAQ4BWzRuMLTCEE5NRf
PRcWOQYxzFhWCOEpvyJehkaq/GrYwK2ugXrHECpqFpqu/KXsvbZOcDmB4sbYdJeMaI5R4b4F
tq34gEU2CnbDlAm3NoDN2S7cBBF9IMDE1wyxwYOpjFSolG1ZwQnYcFfChPxFhwppxO3mCzoI
AvDHyzItmVot5pN6hQwK40ahefjIUXhIYTMbN/bCGsGzIADK30bJTkZOZUcbGDzqEy4gS+RC
mum4cHikpfNVFwmShy5ykDBcKFSce5VKRNglQ0rJcrDFbhlOCRVOgurFyFwebqhVSsueI5td
ozjmzxMtIWKi9huPWCmSXPCPFSxoYYATzWordhbkOEqIqpWdndZiU5tB7arg/E2cFawoeuZR
HcoAb6DcXqoXcAPPKb5mKj7XU6xpLwUYY0hVokvbghlvfJ3tzTuMBvxT6xcpCFol8DfzLBXA
AW2ZaNHqX4mnIAOr4SqRWzRod3eYgDbhXb4L4lseWgmH3FHUeGCc+JsAAbnfTuKchOS6cFcM
axUsNNlU1ATLylFd7l2VtUsZAUQ6PgJO27BY17zOAmx4gl2RGryQYmNNSZchjHUdooBd2WL2
uWhHcFLRWmZFBj6tdx+HET7hhSGarJchjHUScgoaWXS0MGisrYNjPZLuX/lAy6ZiJfyWAPSe
I/wvI2DraJTjZlUp9bYPBUHFVk2WkWiuMsdYekeyUauy4ocRHho1LFBx5gllupTHgjsKzgAN
0L3zEzZhbOywkszYdCPZWIx6xQ4dnKWIKtugwhxAEYFGCz1UHNt4iNI/uU77Q+vqCKgyHODx
Kqgzyrhh0sHVazzFtpybeJjCOM9q2KYgdjNkAVpe4R3KpwcWYYdXVIYLKezcyrCxDqjgzxUd
gAHKHTO6iHZUrvAUUAMPcEORT7Bz+C8REqpS0UXp1qDVkSip4lWhQu9pWqNR68nC5SvDArux
0XBy1LxMtoLel3MQBYVrouaMGGShzaUIAreQ4w5gTLgB0vsqOgxgR9ripbBUHy+AyxiawFS3
8Llt2BaVmfN5jNKJV8t7JeiqZpedsc3exQnOGIRKVKCjwUlerIBcBsVvEIdDqqvYsx9QVQ1X
NUGK/soJOXQN5bQBG7h5DVSo4eKrpsaiKMN+8G4nUsbCgu8hD5N1fhJdBLgC90W7MVibe9MN
KMM6gqNA/ir+w2AjkoteOdzQz2tAGPAbiLAgNhhTErqhhrN8QeVrBiOfgj5AJbQzYJV6NrgA
aMspNG6MfmWU0OnOkSyJi+tPP+oULB2rTaPHQQG1AJiKpjlg3VCVJ5oywUUapqq8S7cDALNF
zd811yj5ZUZQzS08GLlExaxfpDNa4TQlA1BZOC2ti61EQPRYBwnPiXwWaqo05jIQBvi/MqqN
S4j5ItqDYlVjRUSNAUD1UTXsHCr8x+bWyBqOj54uNaI9Qy2F6lSW3si65iTeVDjA7WZWhIAC
h0LZqyPDW8vdHtuMNvMOKZecShZ0RbXqg5H1Lg4GmoGMw4SFI3eoZLOgumzl8DPF2ugUbq+a
mbAwSaUw3KRk2FoEp5JXQGActesSoRAW7L5EzFmIXI8KUxf9qoQjd3QsEAa1aVfR5i8sUsDg
YKKi2LPUTrBUx11F4YMPFyIp9zc9hWaaEqFG5ZFrNQ12DQCj4KbhcILY6JX/AGLp2scVfXSH
GoOhrzGLWl3TZ03X4iU2NgLX9EgKPBRr+QsxUFd9sSl7PRIpevGY7GbDAadMDOCYW4p6zD8L
AQ24wYmA1ICi5+YwAgC427qJlZIlvatzEdes5fFynYfUXt57mb5sqopzjiNcwrlGD4RqrWLR
A1hdwqq7G7NK8TOvwbrLXMJ5DAfWIViOlin8TG9s4U8MAtvJVp9EFS4DazfNKwpCAC0o93LF
U2h9mpS+QHW40U7jym0jaYZ75izQ1AB1Q8x/UnG8AqHYWDFq4oJShKi7do8dpQ67zyC19kuY
uMS+Fhki1l2RHjNaIYxC+SsXz3Lv30saf9RoJ7wp+sxxpI3QPOd14mWytu0vkr+wLMAWt6yY
BcXGIDCQOeWUx0wUPR5iNtgzY3T+pnQtabImgBB1qiBTZZOmWZeKLhBkRlXqLAUJQw1pIYKc
V982r8xinIqw0xgqpQqVMutuTiM4sxLQXmncuUbQgR5EzhHpCWaltcmCHoinZaHO91mbIIpb
WERGqLMuO4EG0w0k8K/sUoa1e7U3mpgaCcC8u8Zh90yCmXa8swAwqjDeM+YJoVchR2PBiqMM
FM3Vp2zauYa21x+5UksRKgNKZhsgAsg8niWxBSgduEWYRYBQKOhnahshYDnpLuNsWMusLElh
imGP5AX7NjfxDytdm+cRQCQwGBXRHUYAgiqysHMdWda6AeG5TwoFnhlzED9t0eWAhwwomVt9
hjEMxK0aFeXEDuJFjL3TAImAF36OZZoRroDlw/UUQOwsTVnUAhzSFhwsbIyM51ep1liSjDaG
qrsjxILsq1vVESoprTZfcwgaMix8dy4gppo0vmIXLFFi35Zp8Fgtk4GGsAbJydQ4wIEoWSrx
jmB5b0WpivYeILeaWwPZKIWftks8piOXOIJlBBaRSEv7BWA3D7StylMFqy5iXKDrAP8AcziM
mq3hPczlIgF509iXdYtDYwqIBoIUu7rHAhucOUrzvTKSKXW8DSfXEQt9KDJXBqGZVyoHThB6
o3YIOa3DR/IisZqFCjEpQNHgwTkGiy0F0uxFg0EKqLI4blKiYQ9B07iVmrT2MeYagEyL3sve
YI0UA7HUDkSoRlLoryzINeUh4RDKmPBQp8DOY3lBRWM8S1MVO/Qz1EKoZQOKoKgCjdSzvZTm
XkUBsUrriBrVRAz61LXYUwAuscwBFg5ZHHX3KlYtyKTIp3UfBo0Ia5scQKK2qoOreomXaaU8
avdRRqcBVN05hAoGRY11/wBgsUWWtPGYapi1geVWQcGlVAbV9E5OkGMLV7jOKhUZXomqitRE
djtXkg8HCCgh2xWuldFo8nljMqoj2/HMQPAIAIvRU2EHaF2uF1urF1XK7uAhoOpW88y2RYjb
LxhMVjLCi1Yi1iBVUZrQ5zqWCjnYJVeCCIC4qz1KKAxGlqcXFbHmyhlLm6OM+8zCgngvotwA
ArVzr5dQX4cFqflFoC+y+KS+GfNbLe4zfFwBNt/mXRTskW83uWRyVeY+YJuzk2541Cdg2ork
TxK/uNcI3GYkrd4viLk3C8rkQxDcLAXDaEVQlcqrzzDMWZKlcBrDLvloHJuyLki1qvNC7l3Y
aygaqbaQgFnwQBozsVJ1XMGrIuF2PcASNAqAO6JYc+apTvLGVaEpmoY5huwU2ei1GoZFHAE7
BbriEyKd8eBUGBFLQ8gDhMGYNhLjru4TTwossuCn9h3jUqx2znEXFoqg2PbVxIHU2ZHeJcIU
sC1V89SgGm2cd3+S2IaJoMeoQRBC0Wzs8RQZZeyr9RYwMgTK+HMbFmirPklgDe0gg5SF2TyE
Voxgl3ywS0U4Uq2MtkSKO5kxYV1XuyIA3dMoeymazUGgHhvmG2AFXIuodqPZEVgLY3ovMCnH
0hNOQfNGoet0gbIJi+EiBsbbH8zMN1y17OZYU5uu/lqEqIK7ThIMw+zthWPdYj9VVACXfjEN
ALepByw5lTGlT7eQ1F6gXBHGn5lZS21o+h3EK+S8jlA+nFNnyzBsSwGM+Y8U3gqbPUwNELd4
7JaPS2aC4dcRvA90sYANaQ8Dtg8Q7cQ9Rc7eiEpyoQVwXIOWqXFxNRZkBrEMlQe8+gR6phNj
RSsbq5h4plIZ22+sES7RuEAaxGpKitfBUPiICavgPEvcFFKXjWoKxpFix1cV1xFZAZYBQ5s1
tgESDQkTg3qZIIZ0xVckp7YLRj5ZWa9FpeGi5cAKRWbS/i4o2OO/tUwrZv1rklcAyDVymdDM
6Yw7ljcRdw9wBqVsGqOKIUg41KpuDLLA7S2p+4UKWS/zr1EbiWE3VhjgFypyVV0SqwlF5hgo
3F5swlVbKMavcLIwbG3GXUMrq1jFXjzFYYUBi+j+pRIoMlAoPUNUxuhBXWiEWirsyTUbdDvt
UehEU9cCKvwHUwLdqgsZGsd1GErmuRMvTDYIDi3iBYK9t0dYmI4pkh9/7KTJBZe+nMABLaKK
mMYY/g0wDOcdCL4wyfacspsNSCVrLLCoS5cOF4LMMy72fDcGjUqg9DzFnvPIrPLiMWIgORza
HWYCafwjpTSIALaFpidi+ooPDxAXblpjyigFGPfvOFgioA4AX/hiUpVgGU4K8RIFBu+qd3Dm
jWHd2gJUJaKp2haIraB7Uf2AsbeRzfp5mh4K4pTVNyzyZcwW3QuiGnYDBHNVBMaqhandFYGO
Kt2poWNMU7CDxMVBEPwVMu24mNBjAcVuyUDrLJLw55uDSJoy37Jh5Kyh8vcSWpXMF7hjqxhT
a7qAo2TGBwhyfMKD95di0tDFzwikW4Bx7ZVVKFWnSTCCgaW3xN2C8cM5mhFs90xPJUyrnDh4
5X8xx/JSZPiXBHhUtwHAWyHKMrTsCmwx2G4TPtW6s9XdQX72qDK6gIgLVUnFZcyg4jFCsYZs
icEp7QjipfRFXP7MOaKq5v5qNVeC7uoMX0Cye9xYmlaUf89RIsKxl57uWw3pAwPRHczSmh5Z
DUz6uMWNMRgSpkAm2AbDnpdF6ebiKRdRbtcUYIaqfYPkECOVGodqm5e3QgF9CqvEw5i0rG3E
Cy3KrjB3/JZOiYLjlAzAWCiX09bljmcIPIgWhZ6YeKwy8KuwXs7rJMiGWXYcCncMFWUVijQG
Yb1WIlOx2mZUlrWxyo78S1OLmyNWDrMSyYAqryFp7uFAcbkoqV3MTiO0Ex8WEvDW4GVGpLva
1i8SgpaEpogrFRgSQeB4EwjHzxqBLaIxIlBVV3fUCVSwnYHxBSq0O8HwSr8exWPVD+5V65SU
u9+2PBjkPD9JqI5Cw4Hv5l4BMsu02rEc2FtQg4WNTIRhKLq5GjuKpaLFq1rSFAA8j5Ji0glK
17lsBQq2PxMLotMp9cRrLXULB6IKYsQC29pL2k6XNbY9QBFKwYC4HIlEBAbV585jUygGsNPc
wow1FgCxitwDzACFc8wCSWpvPWIhtNgWqz4zHUtsaMxZIoQUxwztqDRLxatr8P3H5pGAR81A
fSFtFBvBcwl3aljbSG3CI0U7XcWVtLBjOMYSkwmwa4tzKzoK3OfHc6mDkmDbU1lF3nvqBgOM
ClPzEAcl0015SJCIUyKeIBAQrC1dZmYEt4+Bg2arLyofiyKwzjcS9PEC6EuBXGVYrQMpCMfc
aZTxB9kGw/G2fsJcGadKezMN23XUvAOXcS7hAy2ydQOQUc1O1gm8EhrlyJkSNdQMoPmFkMqO
Zkvu47pgtBH06SnMSW6rF9JA8pSnIBemXTFjtib2wEzUdS8jTtijPig4jJxfMViasFfN6cSk
PMjbfmko8zL3J2RitiVVOSjuK1ZTw5a77Y8v9uCPA7hBHCQ29oi21LsP3TiLCh+kCcRmITKP
2Oo30pRbPGJTvVKK1nQsIaebFsF1CgFClaGxwS9EHIbC8o9xts+AOju+4G2NlkD46j21dfFz
jv1GMFUPg4Y2NhcXlcS6+xGwh5ElhnSABQJbN51Ma77PdecRIGjRqx9oYMyDTC6PMuwvFSgH
CpXjLoL8kQ3ErDT5ipY3gzzL6V8yuh1D3kUV+YU6ULF8ijibP2RwDTQx8rBZRXdXuFxVa7lX
RohCyBSgeIrgaEGjyKgitYDgPFb+odNopGtg9IFlZ539uYCHI2FL4qI3Hl2AdpuKWpANsOd+
5uQgAu3OCNoEFs+S9ksQKlFZXheIr9EjS6ATaKKlFGNMTLlW6Jbexg9S8ECrs8DbNSeTqvAl
EAQu3n0f2E2EHaTkIN3gxRDU0ZMpoawEu1llK+VdIYrDGh01vMMwijrNRTQhWhK7O/uHhtyt
zXB3ARA4rLdNhqNBHxwbt2EKkKPVeQLlMHHeyaBdMxRLPKXOXEU4uJQ2Mj3UOrBGoeHE1qKi
je3HbDyOgbLTDrDFELcpTqH7fa9ufQiTbIFuQxAkFYA5HFsMlt6KfaIqvomR/SXfDO8HYvtC
vjqC8hyjlrAypLbbzKqpesFf5RgRVbUrYjjekYDdLFvL0gIpoQu8fqWzXQl1XUrdXdLJldvi
t2t8+o4tVRRyvA4mFvW2LmXBLNE9QAcK4DlBZNe2SucS35gXVx7QorgPiCEBkO0TvyjYpzuV
JEVSDxVzFhYoAPQ2xQrLoZccxvgYpQXiKU/KouEppRNwetoDVNEEuciA16RHLcRGm+9H7iFa
g7YIwDgQWDwIQUX/ALkIWqpyjHzBTxRusxD+SRmcioQWh6vMt9Bt2lD3cOILSjDW19xZxu6W
g/drYAc1W5TbVKG2lbCVAUFZgjpu4I6hRC3FrMSZLSIHmtsbzEHm4q9PmG1elbLFniLhIG2B
WNZlBVFCAUX4jMmmyVxYxRl5CyOnAIYKuZfyDChhoUtHMAHBH2m2MOQlWpo30BGd2XaDrIju
YWGsRwZs5b1F3k2ZcqcPEKq2Kqj8GOThu3RNGNwkWDtmdm2M2NkNOX3Eu3nbQwQ2VqA6QG6m
pNSr2nMGjMC7SMqrlzaKAAeQxgiEgqAaEORaldr0SYgLp8xRhMSWzZObuVLArjqGuh4DDibe
v9qjIQG6vqiNTXUYqzqD0bs1h7gYVwg9ueJRQUzQsEKj69BclIAnje37IYLBepR4lTwEamtC
BSVAKC2higo8ndHL3CAsYZhLz7hZYrU4fMsgowrt3x1As13gulxZjJlZcpygtAF0+yWWMbTn
ziMYNcjAviLUQNXhiLSlGsJgRaO6Q1axGRzm1boSNMq0cUxnqECo4DL1TCQCUKvdNlhZqAwF
x5wllcit0Zcxlp9heDN2xIi5CFHNwBVtA9vuCa4AjyQDtqZcTr3ACaxbOgePMRJ3K0FwpL8/
kF47sw5yFc0ebC4gB8BbY295hC4JqXOE5j8IaRYcrb+ItdkIxtwZQGa1YKNj/RKMU7FBnLdz
ZeeUicb3UpEXqWUZ4jB0rIt+Vwa1nmJ2mN4hewLYC1vqKBgTsReU9xa3t5gOX0iWJAHJ6reY
RJ+kHtL0qayhMj3Oh6IVbNxE3aJKF21ClXTKFDt1Kh8ZmfEHyo4rKf3BSzN2pd8+pRleFZXO
Ll3UmAQxUidgBR7hQt6zZ9xwALDL9Q3AWwNVLoUclr/EVCGRy/fUbSOwF47ZiNJMClvbHC8S
30sFbus7UM3GIaMgUdZqoeTHGqNGIkwogNXXPiC9xwKO8uoT0kuT1UFNHDQv4+ZfWo4CjddS
gDlxafJKTwJxkfNQOBrRBl9pZVgKNlHcbZs3Zm5RQ6aLakGEMUqrNKhDCGVePUP1C0Z8pgQY
AVh8sKK800nMugCvF+otwGjC3owi6mF2RBclcrQZU95ErOFiFmkAADRiol87Dx9rHdRSoOG7
qKkrJbBiORWgDrL1AO60P8LihF2YsXBZzLqLZdMWpxPjenlOsfs/hMa/zT84hh7V1lXmuJ5A
74H8TyfV5nfFzw6x1+k84rfUvpU8D3peO3uaTc1xrOuZ/leP5TLxHLYZ3iY3CP8Ab/0mPgT8
xX/J85fmKmB7Rl0n7tDDpu2eW+an+YdsXj3zP0pL/qfIFV+bSeQOa+mGbnt4x/pPI+D6r688
SSuBxD/g6vNTFy8Wp3l2w3lNRd8eX6uebWa7rieFLeHrdTtO/m/E5hpn5ZymLp/w3PwvFrFV
MPRm/ZmeWpV4XWm1zD8VrPjknvKpv8axM38NV+Jzr+CMvZnhwzDN8+Gufmcp7V9qnL+ffzOp
zYVVzimT5azMLDar3UK/mLniAXdddIY/51+eZXa/H6TNyyZb9JivWH/srdtmnXzM3fb/ANJu
3dba+LnuDgqebhjCqvMwfwV8Xc5P7VPh3BvzNBu3Rfn5lfZx1PYb8FHHwK+PNT9Hn1+LnVZ0
ur3xP//aAAgBAgMBPxD/APTw/9oACAEDAwE/EP8A9PD/2Q==</binary>
 <binary id="i_111.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpDREM0N0U3OTVDREIxMUU0QTA3NUZEOEZBMzdENDRGMyIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpDREM0N0U3QTVDREIxMUU0QTA3NUZEOEZBMzdE
NDRGMyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOkNE
QzQ3RTc3NUNEQjExRTRBMDc1RkQ4RkEzN0Q0NEYzIiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOkNEQzQ3RTc4NUNEQjExRTRBMDc1RkQ4RkEzN0Q0NEYzIi8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAAA+3QAAcgIAAL+yAAEoWv/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgBygImAwERAAIRAQMRAf/EANgAAAIDAQEBAQAAAAAAAAAAAAQFAgMGAQcA
CAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgEDAwQBBAEFAQAAAQIDBAAFERIhIhMGEDEUQTIj
FTMgQiQ0QzCwJTUWRBEAAQMCBAMFBQYEBQMFAQEAAQARAiEDMUFREmEiBBBxgTITkaFCUiMg
scFiMxQw0YJD8HJTJEThNAVA8aLCY5KDEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACwEwEAAgICAgICAwEB
AQEBAQABABEhMUFRYXGBkaGx8MHR4fEQIDCw/9oADAMBAAIRAxEAAAF+LjgMRBSoidKyRI+L
AktLxwMxkFHDhYfECYtM2CEiJ06Bl4caQNJnThI+Pj4gRIkS0icOkj46VFYgMwHBw2JCwELx
aGAhSClZUVECRAILiRI6GBY9DwsuIkS0+Pj4WnkRpw8DJlxWVC83A2LSR8fHx8fHxwrOkiJI
6ROHSsiIzDmiCgs6CFBaJy8FIA4KUFZ8fEy4MPi8tDgwZBoUWHSstJnxwieRmpHArGRMoDBA
Pw0sJEiR0+InCRWTOkTp8QKywiUiQ88NSFDE+BxYMRWVgZ8QBCopKiZ8FhRcTDi8YDUuCiR0
4dLD4icPITXDMWjAmUkhSaQvJkyZM4dJHxA6SOnDpWcInxWfCUwY/LhmXAwkHRwTAJAgDFRS
Vl58GEyQUNQwKGAUTJETpImdIkTyQ1YeKggNKiYrNIWFxIsJnCZ8cKzpYfHDpwiRJECAsMSO
S8MOnx8XlhlxYUEQUrOEyRYFEy8aF4zCS4LJEj46dLDhQTPKTQhYsOjAqCheaMvPi4mSJnSs
6QJFh8QJHD4ifESYlMIPQkNLCB8GF5hwEkfC04WHC4vJFwcMgsuDAktOHxYTOkj4HLTyw+GQ
uKQ4ECwc9BOlpYdPiR0idInxw4TJHSB8QIkhIYsZBIxLyk6GBBjBcWAwORLjhMLLQgIDw4PL
i8mfHTpI4TOnx8eTHBkLi0IJjYRG7LToQcPiZI+IlZw4dOEy0gQOnCAmMOPToUHkT4ICTCFB
wHInSo4FlwWWjALDQgvCT4+JkCZwsOnT48mOBYEWhQkHYsPSi8uOHS0+OEiBSfHxM4WnSJEs
KikTGNGZaNAg4VjA6YgoIFJWUFRSDHRiNDQhIeElxaWHDhYWESZw6TPKi4sFxcXAAwEJ6uTL
yR0sOnT4rKSBM6TOnxwiWECAlMSNAobFhEqDi8wxSUgpUVnDhWUnSI0NkOAgtPiw4fEwgpLT
h0keWlp0qJgwMGgJ6aTLSZIkWECRA4cPiREkQOnx0kVCowg4LhoWEQIaFpkAYWlZw6SIkiJ0
iLSR6QPyZYRJHCRAkEHTpI8XIlhMiUnBoJT1wsLCZI+JkTpwiTPj4iVkSRMmdICAwo7ODUPK
isNLDCnCgEKwgkfBYWCEAQWFJ68MThYdIkSwqDCZ0+PKRYSGQCdDC4RnqQSSCjpw4UnCRAkW
kiBwgQOkyJ0SmDH50YhxSQDTpkAYDInSZAKLC8qOnxAQG8NOdOkzh8FAgYdIkzzATlowFZUG
kxeephRMtLCBwoJETp8WEzhwgRJHDhwzxizShRILKCIWdM2AFBSVhBIIOkwk+IForH5qyskW
kDoYBhR0iWHnQrGZEBJApEXHrQafFhcRIlZWWFRIsOkDpIiVkSRAUGBNeFHQwBLi0mZkDACk
kfBheWEjpIvOCkdmuPiBYWnwSABZ8dJHlhnCQxBQsHAQA9sGpSTLDp0+IEDpUXECJIkROnxE
kIDBmvLggLAy8kTMuBAZUdJBAYWnSZWXFQOMzYlRUWl5MtF4afFZeeYGQJjoHKD4EAT2A0hS
TLD44QIlZE4XnCssKD4kRIiwWmdNkWkyIvLRefAQGUlRwuCgouHwqBC0ALRuaggQLy84WgJe
eWD43h58efhQxBCBYUEz0g05QQLD4pKy0qBikgVECoVEQUHASsFDA8dkTOCcpKSk34AFGyMQ
bcGGZwbiMGDC4DGA0IlRnBiNywHMAZ0eA5IXj0OMmRGBjQMehYqKTbDcxAESJjAeiEBGAiKC
Y6CDNl5cQGhePikxI6HAlPWzKDIXmcN4cLio83G44EJpA8iCFgSefHoweAC0zBpB8Y804MY0
0pih4aA86GI1DBMY00ZsxkeZDI0JMWCQQGtBDKFpozdCQwhMDBT1k0ZlxGellwENTzANNIIR
8JjdnioqHJ6CKSszZSOjTBo1PNSw2AULzDmkMaao0ZnQMvEo8FQ2PPz1s1ApMcGlo4OjEmAn
i4yNILhAKi89BFI9M6Y0megGqAg4MGIOKjAnpQzKhOeXmuPOisfGqGBhSQgG5tBweeA4UGG8
IAZozBBJE+NCJzEB5oAsyZrRuVg5nzTHnZmhybodniw2NUZM9nLzzE0ZnTKlInODA3YsMyek
jo1J4+aIMDjPCMmYofFwrNYTNQAGbEBrTVHn5sTbiUUGbF4UaUkeZjcbDcXBheZMtNwSJExU
KDCg5tC0tADYF4nIBZ8XFonMoIAk05oBEZg3hrhueOETfDcVARlhULi0fjgdmTHBnio9cPEC
09YDikkYE15gy4uMMEDE9VMeaQZGbMkZMaBp6ITHZ5sZ8NCD04xxlzenlJuz0EwQtNUGDMpP
Mz00HPHjgMNRyMAY1BrTHmHMiMjRlxWOzPgAhHwxNCCmWFZozYjwQHDdC483M+HGxLRKawww
OKAMYmhHxnjaHkoUXGvNGPDxkpBzdGmPDDPkxqaY0Bjz1gbHmgKZorGB6oeah56EYs8+Axwa
U1wAbY8+AzJFB7oWCU86MwWjw1haAnqwAeIjAYDACNIbgzx58DlY5FZpjKGyPMDfBI3OgYkA
hEa8vMWKBuNSJWYgOPSTMhAsJlprTOnD0Y8iFpw2ohPZAEdnl4MDlw3N4EnjZ0XHoIOZspFh
Wa0sLjQikqNKIjzIZlg6BRsNzPGdLRmb8+EJYZ4FJgpQLhwMz0Iwh5yNRgDhBANIjQsF57IY
gXFQrIjk3gCeYDMmPDzkKPRjPigamzBjygtLjpYa04bAUHjJqAAMMuHhw0NyLRWOBEEgBuxe
YcXDMSAw6M8akZC8y41NqYMrCigaiodmuNMMTJmhFphBoIzVHCswxqh8ebAw8MsORsMTOiQL
OkQc3I4NkZE8XNyaUSmLBx2ejGWMUWG1NERGwsAQAyJabsxAyMsNDRiYxw3ChIakTHRyAGkG
BuzJGHNUbAwZ014cYI9YPCzcGjMyIDPhooNEaAyJnQ42olExoDdDA8uMmawfmRKxaagZCkzA
UaAAPQxOXlgMYo244MGVDczprAY8+GISJzQiU2AKDHuYOAnnYgHBqzOB4MakwxuQc4SDC8EN
EecEQM0h5KeihouMiXFI9LjGjU4UkwQ2hizTmRLjRmbGZrgc6ejGCM+GFBlzUBpw0J4wMRmK
QwieigxnB+NRaZgHNIaQ89N0IDpoC8WGUARkDDw9FKzzY+Hh54asMBBONRcEggkGoeIS4iac
SC4ENAMjHgxoDZiU0p54VjopEJqgg0pnzHgQcVBJ6kac88MgHkQ0YmRH48McOR6LDbDAzIcZ
AEMUMDXjITHBgZYPJC86Jh8Bg4COhgJhaMxoEmaBzRHDKAg2NYNRweaDQsEwmHI2NKY0cnDR
gIeboEPGjODwgelikwY3Hhkw02hSbcyIWNxcYowowN2CmPNOTEhrBmYkELj0IOPFygdDMRik
dBhozDnxrw4pOGlBzpjCInHgnAhcawVAA7FwyNmIQATApWNCZuSZ54ao2YkLzKCM3gSZoaGW
KhSaQ9DJHi41PQjzw9iHhhzHm7NSeZnmxcbk1paZQRnRoZY6FmpKwcoERwtKDg+M6XGeNYUF
ArPgkdGbKQoJKgguNWa08YH5ojNkwkVlY/PRDysXhBnTRG6Azz40pqQc1A+ER5WMz0Y/O5cf
GmNUNSkYHS8SGEHA4MoSE4vJnRqXGwMCFi4KDQQRB5E0ZjiYYWlgQQPSRieJBowKhkSIi4NN
2YIFChAbc0Y0LQcEFBsRSeflIMag86IHA4MCyBeSHRrDACQUg58dOFp8Pwo2Z5eEnwvPVTJG
UGxwYGVLwkmRGpE0Y7PHQ0ZFY1LSw0htDx0KFgcIDfBZQWjcUGYDAMgRPi8xpErJEwsmTIhJ
YZ4uPik4fFp0iPgg1JlBUEik9YHZ4cPAQOM2XBpEiOyg0oyPKSREtJjIdGnOCQTFAeJQoaEj
gScEJcXFouKgcWkjpEPCyZEgWCA4XlhUVnC8kVjENNsIjBjEpGQ4MkaAWj4xAQGHxA0gAOy4
wISRLQ4tPhyHiA6DlovAA0qCBmUCAgFA4QEFpnhgcBg4OCC8YD08qBy46RJHSIQRPhwMDYHj
4UGBJszzY0QoGpkyQUUlhpwQbCsQBIQSCgsgeohB5MRIFgtFQYXDoLE4OIywsDRucMgNzgsG
IcGloeNzyorLywuKSsuKS0oGwSbcxwhDA81RhxwIB+ZA6ElZw1YOFCQ+JF4QFFo2PUAI8fFx
aECsAODIfFJQUmeJhIUNSkzxcEioODgkkGj48wKgkmfHC8oOFp0Xj8ZG7PJgkqNMIBmZs1xg
T4vJEDWECQtIFoUGFgcakblh4sCDIMEovIDo0BnhqIgAgTCx+LBOElYCMg0sJBhpTzAiWlpM
oLCBUWhQoJDw2ZjSkkaERDIzZrTKgYQRKjZAwOBHAgMDQo9JMMbAgeNnwWMRCLg4MNKYwdCU
DJnBgOxIBEjoEHhhcEhQ9PLyBINOkCB04EhgoAy80IGdFprxOMjPGmATNESRA2YECkSIYMCZ
rzVnip7gYk80DBmWiIWDMNGYiDzNlASSGAxFYsJnxEPLwgtLR8edA5cEA5aWFJYUjUpEhIPD
TUmFNGKhqKwwMMcRLis2gtJg5WMCJSeyCAwZ7IeWmdCjQAgoFYcHHBkDmWIBJEvGQuIlZUUh
4SGnS0YGOBSRYDhpSVF4ONSQhJjMYDwyg2AQ0gUBplCR0rNgCB5QIywaBJ7UeSgx6MYAzYYa
oXiAUDYIJjImZEDJhBYWA5UcPgUOCgwkGEjPiw+CSwsIFBwHGIYZ4uCh4dFQQUBY8NmdPDio
KIGtBA8kZ0NGRrTZnjZoAopMKMzbiQQiMaERiaIAMWUEC0PPik6VkAAYBgUdDiYpM8WDkvJg
REpBgsOM4XBw+F4ObEYmjM2Z00p5GQJjUcES8NMuWjY9ZFp5EeoGSNAefDw1YsMoZoONKTNi
Y4zBw4TJEwkHBSwXBgSNiIWfAAhKTTkgoRF4ODBIYZgsGZpzPDQ9MMOGHpR0RHgJYQNqfFAS
HmPOm7NMEnlR7CeUjYyI/NEWmZMINjSjMMPOQQ+LiJ0MJESksBSAzGBEYHwlEB8Oy0sM+NwM
kRNAYw4NDXmNHh6Wak6fHxjDxM4RNOMCovDDLFxtgM3h4me2nmZwTl4YVFBlh4aAfjI8YIEg
0JKSgkEApwrCBqFF4SUAAhLQkIDzJDAoGgUak8qIjY1xkDQAB7KMxKY4zZkikIN0fFAQSEJM
eGhDTz835eebisKGpmT4EHxojXFB4wcODILIi4rDzhwqLBkGggMTKQQuGRE4ITRgAKbI3p+e
S8ZGiBz2EqOkhSZsGJC0KACwoCC8zpIcnoZjQY0htD8/Aw0CBMdKxsbQKKzygmDjAanxny8N
PgYkCjcfmNAAg1pqxIZMeFJjjfmvLzNGgPEDoWOx2egAwSXnSspBwY87EhpDgQHGWOjo9OPK
SR6cFHh5IkECIuIjM25wYnkpScGA1OmeCAw4TBwMPDBOVkD4MNWZsblxjDQDA9NLAc/Px8Hj
A9CNYBkgIVhoWWlJmjADopGxcYsOGR6qeQhhrTZnkZmiw0AIZouGxqQYfnlpAiHmmJGUJjYi
fAYsGw/Ai0UiktPiBqTcHmgASLiwYGGPhwEBpqDQAYkJlBMMFAiKA8+GZ0yQ9OHrh4wFmlNs
YgTECgLOmZJDEcmoGZhjpWLzSnBMaAkKRKJhuaU6NDNmYLSAvNibUvPOhOQIhIkJjkYGTGYz
PQioqFYOQFYMUjYGLwwyBshaernjQ1NONRCaM0h8KwI+EQlBx0XBhrQkFMYfGzCiBWLTBgxu
CgxxWWgQWVAJcMyQtKgMEEgWb4dCEWD8IDDOAovDiIIUGyFxwZGZNoVmmMAFmuGBmDVAw4Pj
4+Pj4+KzhafHx8fHx8fHx8fFR48NQs1ZcYQbAI/M8IBCNj0UpKxSZ4XDI1JEah4IVi4WlI0J
hAxP/9oACAEBAAEFAmaThu2M7YWOPJgHnuee57cyZ3bqvfO/CEYDw0TeevLRA4qOuLxkS5xg
UDJOOv06j6XrqVI5fkBDDa7KY99o2LWvM8lS6peK9Hnu7IYdleTF3UgypZ/IgP3/APQAxhg8
5xnQZ1Gdc651+nHGcDLjSI92WYZWDNBBAeI4+MJ8Wf21CXxuykzt7nPGE9iwIzkkMxx5OoJx
hyzcMB4IJ4Xhc6v1YxnBw2AAZGsZzjsE/bH9FyT9n+jYVxPWeR5Jast+OL8zYdV2GwJW/tCW
u7VM/J2kgdNi+GK4JNZwKvPnx/6PHnj6fr9Oc5+nHA+wvj+KwGyp1/FhbEJDM/OOeFqTQuJ+
3Ho7yNznJxmOf7WC8k8sDweAuduAXD4qlsRR1VgDzxnD4gGIExeWC+MXORifaf8Axr+36t5V
/TahZhjF2XqfejHl/tE3juMssPdrH+LkZzn3znB/qJwf6T9ScP32v/Xl9zKrFq6enAWwjJV9
FeGOKRlLH8ZPefGJ7BlxhnLpnY9eyKT5DdTgDAInqTjPvg78J1AC8yQpxiDnOvgZz4jyX9g+
305xvsf+7Bx1HnGYix3zluyYeMIU2ov28+Pp44z9f9I/0n7j92MfJUHNmoMBi9FZe0UasMQ/
SYd0WocWLx7HrYY6jn9oJCp6up5wvy/GelcUA4HdW4BxOQVVhicNip1KkdlxVzgYeOI8mHoU
+Bzh+h8gqfzIQgV8k8yxMRkbeqKTnDjf9qJucJJxPt+oOHFwcZzh4wfbnB9ic58g5z48/T9D
nHi9/hsD/j10/wCOnB+pxc+2focPGP2zlwGZ/b57YTxkcXpcDtEfV6sTwTImdeciTzEcUBsR
Tgz9cj+8w/jQeMIBwnz5y1yNjExASTu1lytlGZWBYGrIFHY8t/3IsC+SG4Uenxnq+pZefvnO
cZ9sPGcjBz9PP07Z2wnxs+v485Ps05WMEX3H3Hgu2J5K8c4S+NncFfSQ5zr1JQKofHTyEZS3
YFcjSPETjAOT0YYsbjAM4zr9Ixkn7F/b9Ovngc7FmXYJYsdq4tObc83v97Yyq8rzIC0hixVK
3FHhiBgOcZ4Gc5+mHOM4znznn6A4ec5zznP0LDjbkfiWD2jjftDVPqWT1EnH54iYnFznw7x4
w8gcAIy4vkdBg4XODjeD/J0UDPb5bkkw/thXhVXk+eB9vHHbyfshyT9kf7BhwfTaD/5VI0yu
xEl+RhcQoUq8/kwTQ+96CZ2K3l5P0GcYcC/UDD9s5wjPIzti/Xjzx9dsv/GtAmOqV/GiUrnH
q/RhwsWKp7c+Zf3dVwueX68Kq8cADr45Ace2F9wMfPWPlmRciKcrgbwjA/QfbnzyMT7y/wCO
I+n/AEbTsuyC5CQsmyAFyI+mqre6H4kjJGM/a7HyPoPtxgwDOM4z9ORy335zj6c5yM8Y324z
kY2H77VytaywWKJj7FZmMQVeSMk56Qc8Z/tzoO0gGcFsfqoaRzh+3RsAbA0vK35FFe1C+K3Y
KvVR9kGccYG8jOfPZsT7yfsi/ZhwfTbR+5svxT0MR9zZx/8ANTlkhbiWOLtZHaNPS1+Pxh4x
D45znOcB+h+hGer6Dk4v0HJw85zn3BXOc2vU17RJhrL2rU1C54w8DH8rF4dc4zjjCnkydAxl
cYeeQhcENnVyWhOOqZ0XilsXgytNHYA54UcfQeVAZc5GerIueW8rHznPk51+l+ao178rWKEu
azm7b1ckkey1IiN7UqRZ1onTYa44btFLI5P0XnOfP054z754GcjDnGEcfT9c5HHg5+vBz9PT
mz/wWSOYHVIYCGMX3H3kb0wPw2c4SrYz9MP8mKB254keP0jPX2CoW46s0HLNCnLxHivZlgfX
3o7ari/fGzqM7ZGfXdLLBWk9yL9frsIyL7cYI42FurEufjxND+JGWlqp7kVaMZPVAsR/4xnj
ng8AH/Rz4zwc/Txh4+hOfryMX7Zzh+20EjVrTjmNg0Nbt7kfPueck5ASMd85OHtnPbCScKjt
2OSP6TEePbHIiUharIOgI4IyWq+SxPxA00D0Z/fr+oZ6jn3X1AN5yIeu0gkr0l61h9B9s2kX
/N9WEFDak6YDgJ9y0/8APE+TnrPF+zg4G8gA5x9OcPIPIOc+DziYDhzn6HxnGfrn3znnNryK
ckamKtyIV7LJCwD9vMp8QkEfQHx6uXJ5I7Z1zjmPlieniJF4c4UOEc4ysqFe+WI+H0XP4K85
4xSeDzhI4j/ySfsrf4uRn3w/Tal0u/fDxmwXwG7Ad2sXS35K2uRa8zQj+Hxg4wDPP0OHnn7D
znjPH18YfI4z755z7YQcBHG3k/4rAHI2AjAyJT3IyR8gQDPtnHofHUHOoI55w54zjhkHODtz
389DnQYRyeABchJGgTrTzting/7eMiHrf9tb9gIH0H37ZtkY2zTs4KdtlvQz9vwLQIo2hJeq
W/fWvcCOsolqkmHjAeMVmznOPJJ+nn6cDnOc7Z4OecGNnOM3nzz1JGwXmmFJFYfwQcMgB78e
J/KxqevXPHWZfTxxjjGKDO44BXsyswXqB1wc56RnDZ0zzxa9zNJ5DDOMAznPOKPW32gKlCM4
8Dn6b0sLpsHhLDcXg6v2m9yGaVZLksrzK1lUYymXWntU+30Hj68HCOM/QcDPBznB+3jPvg5+
nnnhsAzqM4ObRGFRn6pGzmvXJ6jtz+k3nI/Ck8/ST958598Cetl7MFbgc8KQuOTgLNnRDIep
ZGIBZTjs7x6OF0XjH5z7Z548jE/cf2wA+0Ps32zjN6h/MJflYxzfYiQdWxX62NgW/OckYCPd
000k6n7crg457Lndc9wZ3znC3li2BvKt5c4Hz3ThZznk53fOZck97q1iwDsGsrX/AAZjFBF0
hBhXPcr5+ZTXJbtM5+dRjEu+18ef3tHqZOzMz5JIFzxn8ThV5aNl48cA9po9bJ0n9xMAfPIw
n1A+dav/ACPb9TLnTFH0UeT9q55WR1ijk2dy3JrrNuGTPkKESOvlJAhvdZB7fMg8y3lJte0D
kNOFm1FmvwY1wrFnetys1U53rDPeq5+VS5FqmcNmkMkv69A+01wwbrWdf7/WYfkWuGTfI4AG
+TuWf5DKVPyG2cbe3yX293t/ZWmyS3JiWpeq+7II9TY6Pp5zl2pbgwkYzHHPK+cnisw52IzW
U47dy3U06RrBFWmg1lKVZtP5TWVvbr65oLazxFLU9WcxV0kWPX85/WR4+tkyrUELD7Hgh+qI
2+qh4tjE+Iyt9IQQm6+QLzrquzkz+t2YrVNxs1yzsppSOZZYtQ7megfba5FzHYkY259gybGa
dp4i3al+T3mv2lllll478tR0clmH/wDPRst/X2qb93IQelZvNelNZP8A+cHW/rbFXIYAxk1M
wRi/dyxyMtlbS25hZ0NyvD6ig/a3QonIytufw4k31+Z4LO/kyXeTR4T3lr6sy4nx6vy+gtLY
ehXbNtXSBdXXhVbkWsjsotB7kOw1SCTYRSZHBaIv3Vo1pLnv5XjjOPXuqi3p8rWGCjZdMnsz
YWckTzoLnu3NfBrrdeWDhxGOubC/armpTsWotpofx54J4u35sLiPVKLUVCj0m01VlkFmnJrb
kjNtFiGy11+rVX+8iWPay1rdzWRWZsmgsQt+ZXYW9fXmV4JK+UN5sK6RXpJVsrHcqXtfPWkq
ae/MIvjksOT09iuDZknebNp8hLc1ZG43cAKknskscWUJ5ZWSeGuktTV3c4Mbn0s3PKMRPW3d
JDLdurL8joTWxpaNhsjpphqRY/ue6s8ZO8l93Yaqvdifb0vy61LXxmNlr14KMsDYvBG6svLs
vc9VWdlapOHG8pBo6Maum9natci3D8QbRy0VmGYQ9Ve1LDFFLdsxNV3kgyrtoHWeaEQ7VUm1
Guq2JMTT3WUbQwPT3sbZ+fUzcRSWVrVjWEUmtsTf1EUdit/QJNuaUNea1Bbo14o7Fl9XRoxV
xxl3X1biUtUKkstCGSrW1s0WSWKcJTb1DgnWSNZeRZ5iSztEsWq1nRNgOhKW6kU6NodmizQS
wmOxdlap8TDDe6pNaKtyG7Bs9WlaHuWEMgBpWrE9TVbeG3Bt9r+DDSkgWodpr1MU8MoMb/kS
7eOOtSmBsRSyti+5ktcPki+wZgGuV5tpXjsmwliJ8gIdaHbvv5/b1cBcV7lJ/ZNaRMr7CSM0
b1hwotvm3s3FmhRJ8FIha72a839bXSzsr8VePX2BCktyNMm0SWJxorSZXM0bLXnylSo5vb8d
FIawlxYQoo/8iC37c+oiSWCjq6c0cDe4Aksym7OfZg2lVpY50z5Ox/sfyWbNeu5cx6Xb8pFt
YY2iQSwVoJnh+KV5VGoJ2MCrDFLHBMt/XChdgk3clP5XYsKPywcm2U08AflmyvJ2ysugEPye
cmQLYnD/ABaJqut1kFU85F+GZI9zrYMXe2JMil3Uo2VjawNTsX7ErQS1y80/u1952FmhC6x2
H5q2Ap2+xhmTTV60NLdVmeo8fuRmB1k/prcc+0VzX2ITPjcYQZeRTPsNhWSfZW2myI8D+0Ay
rtqWb/ZCPXQ2JgIrnXI9tMjbHXf2C1dWGy1oZnWHWzUofevmf2211yvchlDWQcXoRJFzl6XU
0JCmuvNejtNJW7q0fySxCg+T7WTDud6sGslr2bNXU6o2auihrz7PYircj3uSf3HFUW2mrT2I
TLHXviT43Bzf+P7CHFp2eRSkRV07S1tLVWJ/kUq2rNWV68mp2rTNUhiRv1uU/wAfI0Y5S/Mr
mV74sbuvE0UWqU1rN1IthapQySigpENWaFluq+Qa/Wy4mr11dLlyvJbv7JY8jfwyubEUoFW1
sJ7FmqjyW6k0eN6c5D41WlPJ8lrJXfT16a07OutR2Kmr2/u/Ja/t01VuqswIPK6p/wDgX/bu
TTa15Ipz+PV+PTwsfkl5rbxWZFP5szZSGykkgpywrXqa6SepRgrDfT12tJHwiKOKE5rbHY0h
fpL8WsRH3J47zbGCHXzO0z1vjvatFWSOHeyxV5amzr5DtKAw7ejyhD5doR2I5g/Sj1npbCQ0
6lm52EGptzJ3SGR97L1PyazxL8fmkanZ/FabbK0inkb23EFtbaaupY5XsuRE3Oe17hs05oBQ
0Ykh3kSrdXXkIC8bpZDZD78kj1Nm1er8cVctwNVKW5Fetu7seU9qJFVg+b2xIuaOX/l5sLMl
aruZZtpENLtQK+p2jZDpnUNsqdBYtdLsso6uSvB8iN2e8dc1ShNae2v4okaPXuFpJMuRRaiI
6o2hJPdlk1+sSOexs4xWu15XC0LVpkpW5bEmPsHefZzxy4uraRdDPZMUknsxbaV2m9QxexKy
XkWr8osQJB8naRdlejks6q/Rkq2o4pK8errV5tlYnlaSPlhCvuLDH7R7S53/AJoDOXq/mQwf
IjGsknD4w8rGwjhWI1YtS3t76W2cpc/i3+v5ljr7UkfJrFlkpUq0EEEEjU0msUj8iYvsOHyE
vzBNbGU9gwXaSiVdLIY9iWUZNdoqlyH2rNfYbSEDebYtVnittudUK8fxNiaebaVIYd9OJngE
MdKLrwg7CzW9o7qKCHT61LbCacUNeGZBFFFu6et/L15eZALF81w/yZANXqklm3ESSWKNww2v
z54sjc9d1CPcijVlSkgyCNWxhJ22yWf679axkSVrFlKlOWRllmjIjKZDCpJmBOvsOVt1xXsV
5+k0Ut6eDY2LD2zyQldiyxRy1UcwSa153gajsJbEkrQV2sGexD++OnzJNRKZ8e28xntbOnVa
WOK1BvtdZglGtY62pR7GOv8AjrJGbTw2QceUo01m02QtIrWFaRY4I5VrRU22kGrgrWvlc/8A
H8TnTmfcRGbe3ESqkk7LFMtlUJXIpypuypK1SGParWr3dYdsXtzvUYGr+RSnt/IrFhtLdr2a
lRvZk30UfanaD1bL8Swxo89rwa1kxS7S4mVB4UeKfKSSWYFpbjcJPr1jJyrNJWy7tUsVaXPt
PNyZigkhPtqwTtXlAyyDZVacgZVHt/INMk8tbQJGLGv5Si5ik2MXOaffmFYdpRlXZ3/+O3VW
SVPzrgKWVhaSJi1ezdu2rT09g34vyHbJNlG5NBldl51Sji7tPwHmnRrKNGcEcbw+1JVRNhbt
S16Fo57NSvZgetYf5JXikol5I8fdQpQra2azJPF1xu0Mgf3zFOxaxRlqnQQxoN7t4w9SetOE
rxtlypJGP6VpqulSSvt9kqpPZVLEskz1nBdo42SCo9hii/vt1vdghlAaMA5WA4mW4JbVuSZ9
dekizULVmi3NOtXsV1IT3cYg5LCFi/8AJDIYpYZOBBXjWzI6QxQ7JHeIxyideW2iexPF/wAq
C5rTXjsa6H+l+Oj3V3GklLVeRa3GSIDW2USi3Z7e1Tt8UJmZpoQGjRhizPG222VibERWyIct
2dJbcs1jKvhqVma5FHpp3eOvFGPkl5Urk+rS62u8Rjj7WGGW4f5IomLfhSKdrWexr47tiJJO
SarspqbI8UrMF6H3rmsCinsIttO6QWH5i+U1VAhB9hRYuzVtHXgXbg+7S/nivQe1YoWk5/Gu
e7sNgnt+TlZejWGkXCPJr8VncpleM4JAM4bqaVidoa2yhNP1199atIOxU6/ZyxhhDLEY3tPp
rsdSXtUsCtDL7GjnMN3nlVgsSXdnTsyVEqv7ez+Pz2pNpWkip1+VjehI8MMrQOPXB8fggtSb
yklS99lqwtM0VDnL1VVNLgz1L8mtuRfJKT5Juaqx/JGkk2EMYaWN3RhajsQCdibHqFft33V2
S7B8X2HtJv4Y4bCtiL5jFlcoW2rX61v8jJ61ilNPtoL2toVI7mshS0Q2stpJRi/ESS3ym3cy
5prPRZIPyabUDND8e2Tq/wAv1/SZGIyF2xuDirzK3SJEHeV6SvEYjWB45ijRBOYEyt7v5G6s
F9gW8VehZ/TFBN7W53Ot9ll/6et2BU7ep7Gx0PaJtjPLSyh8ieXLPyMQXIfkVSSSfZaidaS6
bkPGy7nTisZJqtWOqPwJflECWNaqFzrqyKkxEEpHfLA9mzZkSyKzKx6KK/yBkloVeO3Y5FJI
j3F/khOeIrEdf3oF9yOX5BJBLAFPHvdTUSrPFaSWK1RtKgr2+2WqvddFYYQx1ohm43MvEO5l
9tzwbUX5EMcMwkrsy5Q/493Z0oq1nfQvcpcdXi6thMaJxzJZeJo6yODU1Bkh20CiJlyG7eOf
iGIVmnM10v7/AG8V1idI662K59NmvPHNBbpTUcjDyZdqfnUmZIrlW2ly2yPFJM3M8ZQoJ60T
UN/HHJBPDYis+37D10MWptLDJFXsUXrpIJVfxMpmrwt7kVrr1qSxe3sa7QCHmapalX+uqdeW
jJzq4huO3at2bLEfWfVWh12CILVrkxI0i4jxSRmpRVL7K1qJuGrSTF4FV10LezdeWaOxNK8s
icHKvBgo2D2rzvBYqO4wL2yFe9erbkisbSExTpzypIHKx5W10tubX6OpXWOWKRNvYWU+9F+W
0nDNMpzXRTWZvk0YW0rBRWeFkjqiDL6mK3DKXgrWYZI4Kk5sUqMsGSVIJEr/AB32pb2kitTW
PjllZthW/A1ofIUSQ0Yb1UG0scutaIW9trg0Ed5JdTCkYaVCmL3jFeVYp5EVjy8LRyR2qtJv
ayZ06VSPdQo0hd1zZRxrFWk4ewC+UXiU24EZJ+PbhjSTGsKEUXq4uESWfVlSwUar+e+QaS+L
211lqSGKhakLai6kNOBmW+hTYWEAylb5x5PbAvcNYtsLH4g2mVNJSjFLXaSRZNJqp5qHxyan
d6jDNWgO82AsX/Vnp7njvoaHsL8p492NMrQe9nXWQ5uLhntUZW4XUqqQ75WvS14ps3O2lqvW
+RVZGubGKqI9/WcfIthBahXq2VqrPJXtBU3GvENWGWVZdfspJsME0EVJuwpTQymt8c6Tbup+
HsvdUWKVD8zYJ8X1ytLT19CtLJ7jwMe0KKEj972dgrexD1OHoYq45M/SSCRAY9fW95hLBDLN
qlmP9RUcXusUFatQjgTewQ3Nr8ghrwt8j2rs+62AHv2ZcpdgdsebdiNmWo/Sa4AWS8Xp2G7t
R2PoLHrrXmdhFqq+TfINlTmsfIdlKPyZmHOeOrFuRLwdJJYmm+URn2kYgaYxOwrQ1qrWNRNH
YtV31tm7bsI78Zo97l6pDZ2FyhNSk3M7yUVlkXLvrjjXKtazMtO0I49ohm1UZ7IpK36jh9Hr
2PXUrW/Gz5PS9yKHU27Murq1qrB1I+TbeCWFW7GqW96iK/5Emvikz+m1U8Nj4lYXP63YVcQj
sWZV57CvJGiJNNJJf2zMNaSH2ErzR0blmKtYaQzxhO38Bd+BIqkNB7oN9i+xk44kDK0V9mg1
VaGa/uakdSeiT79zlbFOxJC8ewaBZJPdIAXE7Ljduv8AJnPVgxbNOZI594gl1Z8Gk8SwWrpG
r94EiP25jErCeLkxye3NsdwDs9jElvXXXYr5GPwYiPXqoZZLJv7Ky09aSGtWruwlrTHK2mud
F+LSRxavXPRGbHYVYYjbtk19xMbt+f8A+LZvK9Mjb+Su6JJ/alxDsoYa35syRPuOhs3NYuVj
QvGz8XGTajZRTVdDsuX1qQxrPHHLa2dTG2ZGNZdnSZ8jnb3XPIqQuxFO4BfcteXt7c0PJ1PM
j24XTYT1LT1ojw1hvceMHnpR/FbhsCjE4ALcMXGSAd+rHNLfhFbay+7qCQchdgZZv40Bx3OA
k5K3fJIjlipImv8Ajl5J6t6Mx3ByMZA0bIvbX1zIkLHltRrpkStURdTsHt16991MfyB4rXvU
7Me02cMdQHz54HpexuBLScKrLxgKBhKSRa5Pue235LsfyHMdp+0ep2T04/8A9BEuT/Idixmv
3JMldmPJOA54zgZ6eq8g8J1hGQXG/Gnb3LQLLkidsidq889BbTWq96ARDlmCLkPnHAWADjB5
yNeWIz2TxYUhkbnKGvNzNik8Gh7NkPGdgQnpf9AUxElsSUtas63KcNunWeWtY2Vj3pwMi4ZF
4VtNtUQz3OLlvYzw67WWJIrmmrLFlMENs1KSa3ZrBGZHLd+cT1GRUyDXxjJT2k85+oXBypVp
uolQY8rqDP6K1gRNevs55HP6v9gOcP2U8YF5+nXgRcMtdpYjQvRLZ3tdIb8MhONIZMm8P8ej
S7Q2P4kAi592dgsdJ+DcUtEFXlV5KluCc6+qf9yc86uf2Z/kN/3daq4sa9R2AEknAlmbIAOK
tn2sTZe4Pj+xll2GxCf218jOvGR/azwjU5CGsO3dZg5Z15hvyQYdhIZrtywzwyrjtzgZeslm
NcFkyZOHCBzxFzzMuIMRGGe2rkxQ5+MGP4jY1aUQsQTzg7cP1wsMLNxg68L934bK/UpGxjNN
LdytvtJPXj7eYXY5ZU5rthZgTZVrFaSIqZSila/VJ3RWr+cjbjAwbCylf0n47D99Ye5J8o9t
H4bFbkFBgDZH0XBwwHbtQgllFOlJqqdOY2LGyIF1fIi8Gy64k8pxLLYZJcWF+IoRilXtWfE6
FxnvPgk5KR84sPC2/FfnIQMsR+V8hFwKOOGODjityk22AbVOvC88KnBz7j2y2MufryMJQIOr
5DIodPVlevIJJVK6xeMHoNnn2tNw8ux4ntV4vUvYiEqliduIh2xcDHgt5/SceYyQYJGSXZ2Z
JrJVzig9R2z7lEJZAAzR+dHVWKluk7azVIPe2IH9iJMHpy1zgbPc8RSKpgh7LJ/HBrv5bO0A
Fsk89GYDgZXV8TLfP4447AjJueACSp7D7Z/tAPMMnq2HZqI4z9Qxw/tAXqyryRig4Pc585Ig
yrMCrLLmn2dlRv8AWPStxFcPQpqPE1A+9vWXiwpPQFknlT3K/GAZw3Xuc7HiyfWrNz2yRn93
1Z6gq84EOKnGA9TSglkdPvszxr9QeWlk9ywjhivbJyewUrnLhoeXMQcHaEivpY/VuAFvHyB2
4XtxEQoi552PYVwuR8ZN2I4PaNPAPOEqMLgmOT0zt31ynwewyIDj0xlmLYH4w50Cp25zzjDl
V7I8E7kRW5o5Z5au2oCtJGzlFVz1j+N/5+A0wT0S/wDYVwaBUj6KGxupzu3MwUyJ2wkBSD9E
9Occ4q+kRkLWrNam2o9mLWSmTNz/APVwOYqqjuEPiPLvhlbxwOInXpApYbSQtNqZejbJma77
YbOCMXzkPJaMPxtW8p054x+VABYp1zllHg4I+cgRgylfxyF5YN1j5J7sG6AFg2cjszMMUeFA
5/RkYYjFDBP3ylbWJbE4msmTLHsxZqf4tbGvGQq3D/8AYqAfj2YzGwJA/wBjhc4PFj96H1WJ
A2AJwUHKAYnYYi+f11lFasGwuK9vRQmOj8idU1SlWUA4vIEQ5zYH1x/eKLsI1Aek3D2Sz2Nd
09y//wBmPjlsAY5Ex7h82ZDNGo6hQMZeyrwDHxwEXhR6QcjI5i49p+A5PhcVsWSIY7LnpOBM
ZZMjHiHjm0v8gHOJ6WF7+AjjIk9wzf5mnSPWwohRP3WR7dimVaOeJSZI+pDsMPnDzlg/yJzz
IWZlHOHqchXFA6+/FGNDVEkmysexSbsZaS9Kvy2YmL/avgRqXzxl7yQvIjD+2POc9Kteq7YW
/Bt2W92dQ3VM6MDCgGJ2y438kfbP9wkTtwvbr4QrnOKVICHKXmKwAbJXII8Iz0ghFxj2QZ04
ztxlc9s2A8fp0xZHCorce2kGihR2e+R0jf1QyMz7ZetvXyACfy0nPdQMZec4bifjsPv+Pzkg
ePG8ZHKAPfY4yuG0sAipfJpzkERazS7Km/PubBE9SJ5gj6rJx7mwAAjQYnkwqMtAc1vbB3kI
ishDirGWLRgiTkoeCWCi117+ex4c8Rgf7l7HE4zuAoHhCCK7ogvL1tdGwdhndyOVyPrjkYJM
Lenu65XYDLY/i4xPLDyyMubqX29PrVBnvShz46xn282dWWZq3Kr+5pBw4Pg+R/ukHJbtidOL
IWSH09SE61YB1qQvNYHEa/JJXbY6WMtLVmIsfI4+l6MsciY5B6FZeJ9lz3h4GRr6VdFxQcji
72vk3ou+ckbzGzHOspyMHO5QlWXDGue25ZuuEnlWbEHOFw2dzkZQYh6nadhbHXA4AQsVVA4j
h9EsZ4jiLLMoTFXIQOLCBYFyMMDGUyDgn5C3D0x1QqrIFRW7cLq9n1sKsBw66GRJR/Jh448+
5L4k6+pOOtmMexF5ChckLez8Yqc4ZGNvdzBtnqYXWrVtI1j5ZHxMoUmuF92JFOEcybFPUIxn
aOJU5LR8E0Iwz/K3BtoM465+wKW7cJjE4/bJFRS2dPT45jYFR2LAt2VezLkng7j1yrxj9shX
rEqRhgp4uZCOBN5z2zyoEbSNzX88kgYAz5X687+Qm9EO8Mvx6dK+ggoe3skpGGf4lHIsui28
I18V6tS9XGADH17rE/qcjgR/aRf4EfjFn/kEbSyQxpSo6qQytbPuX9ZGfxTJ7Ww+UHtGhYZU
HqiVgZQn5O7iZZwzDKkcbP1XrBGeNb1hz5LKj7EeG9tO0gxT4D8nspPBU+sHhgT9mXg88Kvb
ADntjEHifhRtGX2y0nTgdY42KL1U+4mWyWljB44CzMwyNezSf4vPKZXXmSmn/I3bM201QeW5
Zo3rayaLb13i0m0lzrKIoo5FPyKNm1a88GM545sdfZdPUCcRecLcLxxIqedHW7T7e4nTWxex
ro/XcpxqibJv/kN5KMXsTT69llfrNAfyN/Cilw2a4cPF0yOE8zDrFsJg9gAdP4OntA4U4Ecy
DI5Izjec4Yjxnk44JZO2QqvA5kHQFolByaP0bBeanp449ML/AMftPJhUopYe7W56DnkpzkXh
m9Nbg8+VytJ3fXxcybB2l2GvETDW7NSP9Hymb/4zo+P4xASzedo3jGVMTjjgZMFWWEAvXsLH
F0aR7z+xq42fnVN3pbuF0vbawyWUu9Hh2E0covWfah2TxvsL35SsDlDwUjUmtGxySBY4G6sw
jPPWPEHpKL1MQJkESAEMrL4LvizeeB2jRHyJBwQAiRjg9jiuxN4K1VV6YOjKtaT2qY/lkVAq
ke4xURgLgAIjpySOnxtvYZfWOcr8c66Re6wGxsbGg2dQpavxjXPKabHxsNrHTyzuUdn3fttJ
IzsecgRnlkqdd9J4bgNiAKOfE3mWIEmPwmuRmsfJp+tWvA8q/H7D8bWjPLb27dtjFLixgu6R
+y55xfpRwDxrAzQ709Nd17EMAW5LQOnRV5MiDiRX7J+4L5JziM5165G6KsbLy0wGPsFQLfTP
7MnLFntjd2PQrkNiRYFftk/JjiZQ9aok0dlFQpIUzUqlmOR+dW3YmFcTgZWmAOjg93aO5XOi
EiTjFYsb1Ctdx/idI5/+UrBn+MU8Okoq8C6qqZbwbauSTzwefLAZZj5mjZhift08XEHyOf3b
Wjbi3Zjets3I6W5PesdSMi/bMeIuR2I5zqpFHjtFW96DW2faf5QHaoe2Anq6lDCiYg8PH2Ri
VxeMHnGGMo449LquRoM6dIrHVpHHGAM2ar8RQdXRsx3tIsNOGaVRHJDItrolaLwdVSktQ1Jd
er2NRqLAm+LMptUWGt9fPHORg5GSR8brRzN7TjDZsIY7FchWGecdfBxavDXqMbRWqE0edF7y
YATinnE8GSQe6rOMrkcUUWOvfcSW6BCywyQ3YLg6UI17NIqJi/e2SsaHsx68n3i1NP5YJGjF
kAnkWdL+knU42QOmBVyfjoPJhUZ7Yzzy8cfHC4pOQ9+ZYrbD2356g4wIZl4yOR0yjtjDEz8y
V4/dOw14SqF9Fe7YrLUaaWws8MkLWI1x5JwjMO6H1R/uMmfF0H4RXP8AkhhHBK1ijVjWLZTx
r/cUiEeFifGO/A2UiGM9MlfF/cCckHUf+TkstbjjqP609OahPMLCs8jg1oFAFp37wOuVpI8s
6oheWD/7q7Amtwg5l96aaVYpeAzdeDGGWuq8pDBw1YyCWEo0Dr2PtkcKQ68E8BjLH2jKdi6m
JaEgJ1MzZZoTRkcEgMD447erXr6xQhlr3tZNQsdgQkpixtjP7Wv/ADZZ79iyI2U92yD7OfRX
vcQVtnZ6psX5O5Q49XY2VFCT2ZdY4yvXaNoxaXLWxnfHkc5ynXzyqcGIr047ohHvyRP0qn+S
uOddL+6Pt2rzIcj8UNdG8rzayRsi0NqYfi3KckExy5UrSYUwcqYdjIBDZmlyChZnaxoqUqXN
FLWyv8csz12+NbTObNSaG8uXEr2hW0VmTINGEWTW8ZNC6o3YGVfVWoyzFFWo892sGisIqbe+
jZCHGGBi7xSR5zIrax4SqA9QJbGbDUfhSe2uezitLGscnuhivf3lyq1TLy10hWQI35/YU3M8
0VeksZ9/OkkCy2WGSWzJj7CYRRSTe1IzZ18+10PoYj7Nz+Iv3hUtCE9qWk6tr5PVZjSTs1Qc
V7DDKEoSSvMIpV68MiuG1VA4dBrTh0Gu62viccmN8Rucf1G6omLa7GNf7efJdhPNlaMxwZYr
Q2I5PicPFb43PG1ausEWdF5eGNg+ppuNpppIGo3BXxbdGwl+ClMkOqumSWm/eHWyLiSBJIaE
j4agtFakldk23Rv7YuDtkmhjoscTWWC0+vfGryxB43Vq0Ks9CHXgyaqqyiOBZBr680kfx9I8
CBJT2GWzZMjBnBnVsrrPjxuD9z57H7N9sH/Wj+9L7Wv8Wv8A+j//AEN/lX/rp+2j/wDaXv8A
r6v/AKv+s/8Aqyfs2X+aln/m/wDPkX/ZsYn7qv8Ahn/xxf4E/wAkP+Vf8MH7D/jm+9r96/ui
/wAkH2sf5R+9Mf7/AK2/8ceR/f8A2RfsH3/T/9oACAECAAEFAv8A36L/2gAIAQMAAQUC/wDf
ov/aAAgBAgIGPwJ6L//aAAgBAwIGPwJ6L//aAAgBAQEGPwIvIoESNMnTbiuYkBDKPFF/amda
6LzexY8uQKdvFZkoPVNAJjFEZsmzyW4e9V9v2K/ZE5B3LJow9qaDAcEHmzYr9fFfquUXm50C
8zd6Ed25sU0ouheba+Sx/gv20+03ZRQlHBED2d6BMkxWPYS6IPsRUa07OGqrgn+AIReiLeKb
xT0ZbRQ6qqZ0SWlDCL4oDNPEF/iVIsQuXzIbTzZ9jFH+BIZioR5BuFFS1E6UT+nEeCI2D2L9
GPFP6IIX/bxT/to8U122IwOiiNE3/pGQrmpyBzW3MdtEZFHbiEz4rb8apimOWqqjVDREfDkq
4IknDJAk0QNAgJUW0jDAivtTiroiC3SFNAjpinj7FTFDsbsKH2CpABQi+S4ojFaLuXDsg9a9
g/8AQYrv7WWjFSL0NCyi1EM1UKiKLeYoMn0OPZXBVQlE+xHMHFPqn21ITuiHd0Bktxq2SNWQ
iwcLGpxTaLhtQb3onsb3rj9sqW1RzOadSQ7OCJChVYdtex/4vD7HiiRqmVe0xduIWyUi/wA2
aAJw7HGaMn8UXW0ivwp3pFBNi1U49mKHLigWRL4Y6Jwe9MMdV3rBiUxrxT5adle09g+wWxU6
ZoZKFaI5Jkzo9/ZDLsbtb7FP4nHs/FSMaF1Avliu5U7eYd3Y+a/Kjogw5dVi4xAR0VfBUrI4
Ilm1UQOZ8ETjIYBHjiE0k0McE+Mjl2fgU+BTHDVY9pzR+wyZSDUdNFCMclKLHFYFR5VINmsF
B8MkVUUXLTimP22/h4LcUdNM1BN2YdmFEywojoMl9yfBfctssFtI5TV1qOCGnFDaW0kh96wx
W64K4MgIjvWTrDxVGVcO2vaUO2vZLb4Jt+1fqIw3FxmuW462ymWRjvkA+KLSL96tNJ9f4bp/
4VFTVUCEo6I69ganZosUyb2pxgpBhXFHA8U0sAndwiBQtgtpi7YaLmwTZLJuKFanFcuOCaXM
PxTZFHTsr2N2lD7NzhgnxKieLK4OK5sUBlqpaOuUq2I69r9nd9vD+GX1Xm70zYUW72/YoiSu
ByTt4Js8lwGK5cin9rpo6Ot40zXmcjJc1X9qZ1l3J4ioyRkcdFhUpk/2K9skPs3XwdEmktFa
AwdT3S81QE5yUS+qIOUskZqGr49tB2N9tj2V/gUTalCRrotyKBz7CnOKqnyVFXHVVc9yom+L
/GKBFO5O9c1uZtJJxKvFODULdIOhXn0QGBVPMMVVN7FiqdjdlUe5D7NzgcE6hFqOGUkBoKqA
41Vws9cUYXM9Fb2yc7vDsdU7eH2HZFqdv3Lj/AANKoRNBE4sqmhwKkHzr9gxOKbs1BTRfuUn
xT0ENAqokYZLFlUU1VKo0zwWABy/9k4P1Mltuc8dVvtHdw7GTlUonXFP2ELu+zdM7jTBZc3U
T0oKIH1Z+xCXqF1IOTqhJ59yPPcfEUTE3O9QNuEsakrcM/47/aqE+ibEFbWeiJw7SFtn5ven
XFM3LHiiwxWrLN80CBR1QH+pAxHfLJME0qcQiVvHlTgUK/Jko3IS4MqBrgxim7aFvsGUZbTG
vfwUZ/MPs3yG82KYRYHBED+pQaFWcuqAPmoxbNbRQRxKcRwTxyNQo9w7eP2n+0y5lT7FMVSW
dVDhigYVfBSdO/buNTr2ZIvQZLgsHbCQUdfiT+xH4nQEtHpRUzWSqwBDg8NE2vgEz0GKpLl0
WGCFyJLjSihcOMlQru+zOJwZQiMG+zdzcqIxXKKnJdOMDsDomNCUNdQpE4KvlyQ1fFR1bsoP
sv8AYb2dlVh9jh9iRCqaIMKMyKYhMsFisaLgubE4JsOKf3LDu0R3Y6cEGwWPAJjU/etpi3FA
Cnyr1Gp+KoXrXgtp8FERDar5myUa69lOzHtKA+zdpicFuwbEZrOuZxVnf8uKIUW8uaLAUUeX
DFRMQ41UCNOyn26KqxVE/Y67vssjEVQq3BRbRY/YaOaZYL7uCIdVo2vYCyeQfuVc0wxRgS62
kcy1CzwxUd7SbAJxRcmeaAxqezBHdgqrB9EFX7LKZAcrcLMiqWjFwrUduEQCuWFMUGgRWvci
YRJdeV1WJ4gq2Py9mif7XD7FE/bRVVFXw7Ln3otkMVFxkuIw7fKyH2Gd1Ty6p4juQf2Lay5R
TMrl8yPzLmrxXmqmJcHBEjlyXP5Udvgpaodmo7Hao7afZu6Kk5OMKpt8vaVb5id0QcUBCZHi
t0pF3pFTYmuWCxQOeZzVt8dqotex/sU7NP4NVRFTrTNfTFaBCTYIlOzDsqtUOzFVdNg+QT5L
b96yrmg9NZKteKEg7jBVCfRemRx8EW8UxK2viWVwtzPXsp9koPj9kyx4o8oJOK5vYrO0U2Du
QMi2iGJ5u9XMoIV5cytwH/VGRhsDD/A7MVr9iqw7OUJ27aBYJ0+iosexg7YA8VLdWMtE4jio
xkMsU0pgaKtyKrdFUwuAlc10dy8xPcFmi/tTjJMDigxRrhosGAFAvK4zQanFC2ISncNccE8v
MMApUqMUSMSttNUaMc1tMmCkHOGCwou9D71RVWPbK4fhDlS2PXCIUIXRIxni+XY9ObVVNdEx
G4NirGD7U2QUdo5nUt8eZ6LJuKc3g+qFjfzxHZWQ9q/UHtTCcX715x7VuF2Pe6rejxqn9aPt
X60faua/Ffqv3KkyeDIjm9iDCRdclonvTW7QiOKEosNUK7SeCpcHsTy6jwXNdlwW2U5HVMJF
AQe4t12Yi+IXJdB0Q9aNPmy9qquXFOe5Nu/mtpGNXCqU17yYsjbmBAmgbFelcny4uMWW4bqh
PCXIFzOSVK8J8sg3Fb9w26lcs6jMJxcZ8XX1KjVUlVUqtxHNJaKlVumWjmtkAS2i8pC5eyqu
dHYi/wAMrh/BGNk+nTFSvfuJepH4ZL0TJzH4imuxjPwQFu0PYnnchH8gDoGUIXI28CEYeiD8
qazbDg6fcozNnOstq52ER8qaNBkU8BInuUrd6c2yd08XI+Z6Ic2ODFl6nriJPwjmTQ6rcV6U
3IykMFtNCuXc4WB7k0gLWhmthvOctEBcbZ84wXLMDQhb4z3tjqtpG3XdiuSApjIlbARuOIXn
FsnKRUpiYu5nbinamY1TDxBXFY0+XJGEIA3DisZf5BBcnT0/MwR6f/yHSUKPog7H5XxZfUnt
4AVRa8d2ThW7ZwmS1zLB1mO5bYip8hzXqws/UzO4Ld1Mp270ubVTlcuEWnoTUpo3WC29Md5O
a5rpHcmnL1JnAZppcoGERVkC9U9o7nFX/BNO9IEZZrfKfvQ3V3YKuHBYlUl/Sj6NLvy6rfft
FnW0wEWzR2YLksb4t5+KF3qr84ephbjyqPUQlu6f4zI4KMrVzyxYxijCdHorvPuty00QibQI
41Uv25NmR0wXpzO2WRTGoU4QO3WKAYSlLGTqU9hkBpVevBwCBTitvTWIvncnVf7jq2Y+S3yh
CE7cZ+9GVm2YT7jtR3oAR3Q+VmUZ9R0Wy3/qxLL02eGUswgKT3eUhR5DAHGUkJxmJ3BkcF60
uYj4RgmPnHyVKt9PF4CPm3UqqMmehxVq9BoywnLXvW16rdEj1MHxovpReR8xK29ReiTmAj+z
Oy9k+BWyQMZwptNFofhX3KMvheqjC100p5bxFCMOlMoH43UOoA27BzQzQu7QY6lcxTxDFQj8
JNT4Jqg8QpCEjSiFwbuMULgifUhlwW400dTnG2CAPKyG3lJqqK7UmMKRWGOGSG6nFRbJDqYD
mdpgIC4x0koCEuQR+FMZGR4oCUCYo66LlojK8WintnlrRCBAoucsV69oC6Y1AdXDZr8bLbat
baPuJxXqSv7KeTFbBE8U0oGMj4rmubDxVqVg7xEnmgt1+56bcarZDpj1F6WM5fepfur0Iwia
Rdyy3QhLTgrV7pA8bp8ui/c2ptbMXlHBpFPC6SZGqgYNclnOWvYYXY1ykro6iDxIMYvm6HSw
uShEF9UIwv8ALxQt3tu6NXKbcy32juOnZO709qJvNpipdRetvJ2p/JfXjKJ1R9DqdhOqiIdV
aYY1xXqxtepCWcS657co6UZCxZ+m63dddNyRyCh1HSSIiTzRJUPXhEkjmfFG/ZkZ2/lfBPom
1zIU5bYQhaFWo6q1uQoxKII9SV14wKs7rggZRwKY3ountzElE/CjOR+pkFvkPUJKoCFVUoUT
d/TzU/25Ij8CZ4yf4c1I3okTNWOC04pyHQi62jzTOS9SMSR8xchQncYi7WK3RDQjmg0d+i/7
aL94CnKYjAxwHEr0r1zdIYaeCIEbt6bfDgv+1vBRiIytmZYbwhflcO/5cie5ej6f6wLaKyIA
bZ+Z/wAEw5ije3bXLsMk9u8P6gpQu+nfGYjVSHSXPRtmsoBVjvujGVypXo9JER6i75pDII75
brpqCjbwuYxPBft7vMNdDqr1sXzO5DX8uSjOztMrjicM00jU12ZBYMuU46p7g8vxBbN3io1Q
O5miKKhL8E3TmQfNCU+s2nQJjchfj8pDFXN7BiVGG+IBzXPcrpGqPS2omUBLznRW7VvywDLZ
diJR0K/28AYTG62+RXqkiFyJpFsYrprZIlGQ3Tjqvo77E/jiKxKMJxfQusGKdz3oRuTmI5pn
ncuHANV108SDAbFDbORj5RwVuXqbL0Q8zkhN98spA07BLqpyp8ICaz00v82a+l0tOJROyFrR
1suX/NhsojaJNy2fM6MdrXckSZF8zxQtdZbF+0NcR4o9V0EvWt/6Xxx8ENw2rccVbtXIGUfi
I/mqS9SN3CMvuVq9atGAtUlBsAmBZCJ9isCJ5Z138eKhZNzbIjnIorPTS57sMbmbK60WAz7O
nJjuYoRB+tGpidFA0OKf4tNO5PIudEBIkHuX0Sxu8olgse9OCXUZHyhC/ZpdIfv4ICd2Nm5H
ImqDFzGglE5KHPzvzFXrfTw3wcudrqyerFZRfgF9O4E2YQqHQzGaELvSPuD72X+xM7N0/D8K
e8TKQo54J4wdtUIQ6YBs19OzF9MSpX7kdsRhyqR6pj6mPBbrcQwC9a1eni7PRG1auwtnG4SH
qm9XfPSFsoSuTjCJzZTj1RHpgUvPgp2/WFy2/KWqhHqobm+JP012VordCPrw1GPsXkkDopXL
hoMFD4JCsCcEd0HnFG3RofEpW6AH40YdZ1O2McB83en6e4DYl8OncuCiDKMp5tVk0M1bjetR
9OfxDEIC3CJsZkmq/cT80Awj3q1dgTCUh9TbRwuWW+3AbQZL1B8Qctg6kf8A4rfbnsmMwtvW
WI3H/uQ8y+n1G0/LLlIRuXpjacSSrPTdKDGzbNCCznVXOjFw3DOPxHA6Ogo8rkZKNyY2ARcj
Rlcl6nIZU7lAA4nxXpWhGG3EE1PZE/Kt921E3NSrfo2WhIczKPpgGco/UJxVz07JPN5gMk5E
ow1K6f1ZEyepOC81MmTYtiUBioXJ02j7lK6GjH4ZPVdNsvGM7YYscUJXrv6eMjmuqv8AkjKW
BUZC3ttwJjGWZQ2kxkFtkZOtvThn1T9f1bP8ESynE3h1FGjGRchNCI1BWywx2+aXFYhAhRlC
3K78zL0H2bmKe3fie90bs5c9uTHIFlPrqwuToIn5kbs+czKs3/V9OcvPEr063B+aqAeoDkD3
J7hbgmNwOhHdWWCeNQtzNdhWJCuCYxVrdGgA8VKUBjjJHXgvXu/RsZGX4I7I7o/mUIQj6Ijj
szUbQtNbAaVeY8XU/TnUFw6am4FpAqywJGMogIHB8l+3Px+ZtEbFi9uyrkn1XceziUJXI8uC
hcvPsl8IyQ6ew+2EQ0cVKVw8zcsRi6BPm41Xqe2IUZx5on4cEbZn6dq4WlmwUpdVLlHkIwKB
kdlwny5sjKB2lf6negbsdr/EKh1yK3EjlzVwO4lGnZK9CG8xyVgWRGRgXkx/Bfoy8FtNggDV
AmIj8zoxu3RMHCzCvtU+o6eQsWpmltCE7u+US8ZL0Q+yIyXqzmTcn5YqEZYW6ALlVJN3IR9X
045lSvXbvq3APiLo9RZjySNDtf2q/wCkPrQiX0UfV8j8yuWg4A8vct20zjmGxW7ounhKlSaF
EXIbJ2/Np2XYXLQNuUiz5Lp7EvJEYDVb+ma7COMcJI2LkJSlD/UyUifMR5E5FeymK+aK2my5
QM5QtD/KSpbbu6MjUxDK3CzMcobbgVKFzySCEokXJnB8AtkqbP8AFEBMNDj/ADWRipRbnOCE
4XTARDllLmdygLZL8Fuul+BUbkKmXmVY1WvihJmfBQbzHEqN2J47FZtmHLpi6tvDZTyq9MuH
KcEsMwyJBpqmZ46DRCdmLyMXDoxu0uzcy7ytl6P0/myRk+4MGC0W0EjiqR5RmEx6i1CWhdW4
+p6xzlEUVsGVDysqlkRcuxY0Z1L0NwiTyFct6Xcaql4MMaLb1PUznP5BgvV3MH5Iq4Dju7N1
NzhRjF2NAApxkQLuAC1TZoNcJ1C9WzCMZXdu6SrvEcCIo2zDZK6CIwevejscMaLbNrfXWwwn
qv23WQ+jlcyPivV6OLRfnkFCVm1+4nL9SUaUWw9PMXDQDiv3PUnl+U8VLZk5AW2flkGkEIxp
GWKY3Dc78VvqC7Mg4BiqYICIdtFLeJW6ctHVj1BHYTWQDFNigIeY5Bf7iYMrQdtFO7dkTonG
WqkZQjIcStzKPUPhykLnP0wGPFEAcsqxW+J5gtxjRnB4qXr4jJcCuekdVsC9MuBot0qxI5FG
9O6I7cI4spXLvMY47Qrkj8eSlZOWalCVBlxX05bCv21+fIcH4IRvT2yOAZGB8kxio7hyGkZj
PvQvwq1JjRV8qjds2fUAxCuXLllhC28QzVW3IrfbpPIjJfVuSPB1Ekbh8pUOola9KLbfFN7V
Zs24UHn4q5ciIztv4xVm3tzd1eeVGzQsWOcksZD8FMfTwpV5ujdJrDBNhcj8S2ypIJzjqmfv
UOl5rXoxrmCtl2Rn0p+KOS9Q1gzBVpE4EIXYODGvem2vb+KC9IARlHGCn09wUei9aBAuWyN/
EZLcfND3lXJUeIAPeoTmPNgVtBf8qi5pxU426+rUkosW1KfCIwQkCpXQIynEYFSsS6dvUra4
cVg7L1IVI9yMdrXTitxL6RXOPFAQubx+K3XqxNCQo2930zhJSo5C3E80FGX6kH52UNtAMFC7
a/VlSQ14r6lSjtjWOSNuQYr1MtULN4brYwIyW6N0eNFKHTtcuSo3BQuA4ebgos0vVioyFOCf
dUDAoyg28TfuULnUeYDl0VswrtHMrfTwLNzS71ySpPEYgrCpR5n4KR6jpybZkwujRXJ24mNu
R5E/tVMcgt8hxi+C39Rc3jKOSjcid1qXuQuyuzhdtnmgM0btstMjmiUZy/Uh5UwordqxFuqZ
p3F6t+kTmtsI04o7ceC3vtvaYOtjc+Cgb1fVw1UzhOWAOi9CMxsHn71jgjui4OS9S3cJiPgn
gEbsRtutRlAXfp4u6hdzK9Alv3Ftho4wXpyj5H3x46KU5VMsk7VOESuUuTpigbmPHFO4E4Zc
Ftl3OqcyLhm1UpAvb4qpqKKXK4agIV/9yIc1Av8Ab3N8Ze5P5vH7k5wzVGD4Kl3e1SAvxVBX
VRmYiiN62OS9GoydGZpGIUrpIfTQLF0be4RBwkPuQuW6/MOK3DDNQvxkZW5ljHRepYH1QBN8
ypTuxc8dVc6jpmMZVnb/AJK1qFblHPFQnwCLjFW9wwwPBHdSuOi34xfl7l6lio/uxwkP+iAH
guW4IlqKPTTI+nWRBdY0GKx5RontyB4Lm/8A5yVYudAjZsGQlbHKRwUbvVy9SR9viuWLcUem
atzNYVXq3mlPKK3PTBNkqeXJM8lEz3WZGvNnxVm7aa56QcyijejcH0h9MHE+C3ms5YuhtTNt
k1FKNwB8JxX+v0f/AM4qPUR8wq6JuVNuYMD+Urp7kSwEqFW+rgP1KSIwdVLcVGxD9OPuQPmv
iqGEDHFQkCHt0nxCkzs7hC2ZY4zK+nH1YNWQwU7UIyF3CZOTL8VEk4rFgvxUTCQBCEgeb2+5
erMhtJZojbyy4Lfk/uW2MTy4smDTt5xzTGhHuX7UyjKMuZ8D4rkwzW3JFixkNwV+1nj7EbF4
fTnjwVy0T9HAj8Vd6a7WMY7YHUFShKewCjHNOKoyhAyO4u1SrMowO+PmAFWVqJjQAO69SBAb
COqs27kNpi7owEPOjIRJEVvhjgjftR8vmijeLS2DaYHirkdjRlW13LBtShkBomNdCv8ALmtu
ZX5JYpmKhcjzxnLbTJb7gOwhrfcgMuK3Ry0Uq/VbJFjzJiKaobMQfBW5bNnpUV63eP02dltt
j6VzmHimNQndiEJCAuCOin8MZV2o/Kv3PQHH9S1kVftStt1DeSX3oWZyqawloQrn/jetrFuX
iciFt9OcQ+JVY4qMviXP5o1orkJCkh7FSl/paw4xR6mxUDz2xko2HG0moP4KPVQHLcpPvW33
pzJ1xjkqo07gnlTVkCN9qBGMwmE43o6IY7flXLnUrdIgH3rcBtgfNE496unc0Y8vsXDUKIzW
4SeVku3BU8ky/gV+5teSSt34nnfYVGxeNJeWRRt12TLxbQq90spPsYwBxYo9X00ABM7bj5FS
9eAiwoRmvRYTjEDdq62mEoD5zgpWrsxKP+MET09rcRmR/NbdrA5IdTZ/Rf6kVHqOmjuiaXrJ
ydWv/IdM8ulu0lHTUKPWWqmGY+UoBQE5hbRSJFES7auhPDQBR2AyuCpAXEIiVJeaBXS3cZQ5
T3KtQnjQaFbokunHx81FX4vaEQD7U8a6/wDRGLbZPgulvwNTHYRxC3FvBNlwREbphd+Ulvep
bqSVHPALmw+VSkPOByJp/CWQmee5jGUsVKwDH1InJ1s6gmR+Er1ol4ozAoRVMB3shN6Ckxqp
beWzdyyUOu6b9MS+pHTuUJQ/TmMBrkjGWIyQeJRNvmJTyPeo7ZHuW0U8MUJxuyM8dpwXMYev
H2qEN2IfjgjGFzYO9C9e6yIkc8VO/bvmQt4mWBUxci1XdajRP5JZaK4SGuiLGQzUTgdUelvn
kl5ZJvPYJcSCxqK9yhex6rp9MwrPWT5RK1zDiF1FmVIdVhE5SyRhM80T5VI/fimfb3r/AFHT
Gzy6uvVtnkzCuwlz2pR3eGaO080Ttn+BU+g6qP0LtDwORV7or0t/SX4H0pJsQ6b3p9z+ngpM
hIByMV61phdFJQ/FQ6vp5brF+kuEk7gCGJW0Gr4r/AQeTcAtptkPhLNQrVOGJ0W6mHldMfNk
vVDtcqx1UWr9yeFNU16zuIzjQqM4bt3y4qRFFixQeo4LaaUZX+lNXwXqzuN6UDs71K7IvKWJ
zTKdnEy8iuWJSaRFO9HdQO0lO3kajioxIHP5R+YLbKFJaodLKRlYLxHAozI/UPvC/BSjpoiY
yd8XQhb8xqXUTch6lwYyKl6BHLSijvtgTJaWoITvmtp9y2+5R6eB2xfdJWwBQx5iqBeneJg+
E9F6vS9XGXCRZSFCTzcKoRxbwR6XqA1MSjZtDcPmyTzuDiApRlF92ajd9WsS9Aje37JFBvq2
9dFKEmNy5KjaLNMRtK9W1MSj/pE1IUZN/t7rxlbPwk5Kdm55LoIC/c2ays0kow6iEpTt0jP+
aPfRRlMcssE8Oa0ca1CIiXiVLdh8IW6se7BTsROwzrKPEaK5algaIguCMtUZNRYOVtLSjoSo
TENsiWLYLFAxkSyh6jxicSteY7O5OcAe5Abmjmhb6S25zlmvUucsM91FOcPLMuE+Sfb46Lks
yluwpRQ6vYx+PmUvSAkc1yWZSPcvUlZMQNaJoUuRW40mcgt2ZOCtxzFCjJyZWZvFCURySqXV
yVo/3NwKnCR2XP1IyPFS/d9ThRoKZtmW2GMyU3T9Y0z8GKjdjee2MePYLdImXwhTNusIUjRf
9UdOKYGpzRvGe6U1ZyoV9yr9OAxkVGQ+sfchMAQiKQAQjHGVF63Wy2CNaYq3CLWul8tcSomd
QMKodP042tWUlsmDH8yg43b8FLlIMckNttpDzSTCui5sO9ftuot+r0+AnmEL9m5u6cnPEKM4
eYeUlXbXluEEScYq5cjW3KG4eGKdHpZx3iXlbJbpXPp/KE1t9hrEoO+6dV6QfafOVueftVy/
CzHdAUepfxRkccTwUvvRlc5BrqibNhoZzmP5oH1vV3F9jYKtVi/D+SAk7ZIZsi5pktp8gxmr
Y6MUPLK9L/6ozvTlckcA+AW0AchFc+LqNyEIm2JbZhsQoTtWxsngrnT3eWA8p0Uf20o3Lk/Y
BxVZiI0iFt9bb3J7t2R/K6eGmGatl+ZuZHbHwQBwzVyIBkJ23j3oA+eFAXTnTEKLfqQBiTqE
TOgdG1YlsjPzk4IftgZdYMJQrVSgZb2+ZkQbgAOUaIgyrxd1Si46Injgt8VvlcpHJWrpwFCs
UbV4boyzKmNnJAbvUOZ0RvdR00fUiRQZqf7KAtzhlR2UBdm4jkiTQaIdNfwHlKEZjZO7F4HN
QeolhLiulmMcCUGD96Bfb9y5T4oGx9Q5h+Zen1PTm3IcHddRzR2bd0AzMyEjiCvUiGEw6vCb
PGMtuqZsEJW4gSwmePZbvjGBaXcUJx5YQxMqIzM912VOHgnyCj09ie8P9Qhc2Kwfg6+vsphw
QE5SuQnidBwRtRh5fjGKl+3uiWgNFuuwk3tTZnJNIMpM0QpP5vl/mFblMDZA0ihb6MbRnIqd
ieM+aMvzIjCnMjbegrEKc6Hd4rnYjRNDBYgOnzQkB4ovTAI40WPcrMtrG2dsp44q5ZuDdGqE
BEYYOoj4Saqdv5ZUKpUSDe1boVOAqjOpmcSsfd2ebl0WKIr3oPJF32tRTOjEJgaq5uJ9T4VZ
9M+YtNbfaUTUcF+bIp9EJ/L710vUWxSEQP5oyjWm+KtwNRFPXghn3oA04Lkl6YjWUtF6fR1t
wpO9IMPar8r/AFULpnAj0wXRhF53MgF0sfSlG6zYKQmw3Zuttu6Nx8ylHfvjLsnAyButSONU
eY1xVuVzmAxiMFeuwq8KLmqnIYIAlDceVenbpbGuJWy3J7xyW5yZSkmnF4UBUD6UJvUUUvo4
YlE9Pdb8sw69IWpHuH4ob7e0D5iye/ft26YOt0bvk0X04mUymhFtU6onJclUDpuVPAAx0ClK
5SWG1UzyRJ9qn04bmrHiQgbI2ylB2GL5qXVy54O1z5geKByC9TzcFuApop3MboHKMgjpwTZp
sQtO5RG4VxRJwJTRRjfLbMHV6VvCUV5nKr70IZYhAPhVAnFaIABPpghc6i15j9O4v2sjzQFO
5TsyxieUpz4rQZKi9L9Ppxz3ZZy4L/dAW+iHLbsccnRPoi3XzDgpdT0sYx5CHCErg54ecrqp
CQMdzxUvUG6EslG8Lu0DSTIws3CbksDwTnmJWiEjID71+0tnbEhpzlie5FpU0QqFTFbqDguY
gaMtw8ENxdlLm5VFu4o7YepvkOCInbIIUmv7IZarZO/I64rzErBYdmK4jBPJAku+SOwKkfJj
HMqd3DeXUWlTitdFGUZc0TkrXVWAJSlB5biy6q3A/RLeq3MtuS/AJ3xUq1Io6wdYtonZ2zVc
8ViG96pyhUx1Ux6m27HyDJStXBzgsDwVKJzIhN8I8VVjxQeXguU4r07I3FGN2JF+EvBlLp5e
UinAjBcpa5al9yF8cpueYJ5SRBKOTF1L1fIQ0BxUS263GNI/m1K9O15rlH0dR6WU3tThWPFX
mNZvRXrZ1VB3lXI+nvnLyujO7jJN9yZVwC/cQ6i3OyKkEtJEjMuAtOCx7HZ0flWNeKO33ICq
AnHlNURboNFVOPErF1x7dWWCf2IH4tEdgJQ32ZwfE5I+nQXOYeKrza6BctOK45oCZMTaLHbm
hYjyzvQlEEY0WGaaT1XBECT57SuK4cKr/AWCar/4zWPZv0ohbMWlOWL5BFxRebiyxI4ICpKz
7k8pNwTAtDNRjb8WXUWiXtlyPBdSBUY+KtwDcUAhRkSz/conRbgCdyAIwW/M5oGBcut45TMc
zLbPyRXKKZKqbBUyTue4IyrsKfbXVUrwTmIj3LTs2Hl1CHLRAAGKw3yGeaecWjHXBVxWHiVz
FmTxL8UOUbvYqn2L70fhW2RwwT0DKlCnf2IRszjHaeYnFR6jebo/uS0TraB4qpUrNqXn0UJy
l6spQ3P96qdr5LZ7SiBkc1efzbeUdj/9FUumAZuK/wDoi3sVMfwQtAVkcVa6eAfZEAp3AX4r
715WyTNXimNDwwRlRXpwoIwJdD/yBG6eceBU7kzz3JIw0R1RKIAxXKGR3Y8VuFBkycmqFUQK
qcZarlPu7C7kFVAWBDpsR2VDBbsky1HHVV9uKFSQPBVooyo6mIaglf4dY1TmpVKLU6picPAK
i46IOO8smbboufA5lMcAiRe2ROLK9G3vvAwrIrFUp/lVBhm6aRCnZjHCyWXHMKUAG+9EPurV
TJGTKiObog0fBZFcVSvZG5FnFVK5c82QCclVIWFMlQuVzZf4wVK6lUzwWFZ4ur4GQdRbHcrp
PwyVPchyqgDaKiDpsSVqjLDbi6c10UmpKWJVE/tKxX3Onfcq5oaJogsvKewA+9N8OZQGNE2C
G1TD8jVTVXFNj3JiW7kzoZlapzh2bfxTlgdAtnxKnKVGwY745rfGti9zQI+5YOUSyf71clu8
sGVwthI4Lc1US2JwRrVnVB4rTindwNf5JxEBYmilnVP7FpxRTOJFfgqhghpmVRcyjdb6YkAS
UQuoP5CtxyqpzOJJX3LVNtL5EFV8SuCFMOwResslR3UmPlZ5Il+5bWVcOKfzHIYJwMeCAZgT
jmqudFiBomFNE25Pup7SmIodUP8AAWLsslOIrQ4Ik9nDMp41KeWKNGfNPSQGZQkS6qe4BUj7
VShOapiE7uRio3RXbkja27ZgUpgUbc3i1CsXQY+f4s1du6RJ1UzGm4usUa7k9HZVFezyv3ph
j2SKI9qOZ0VE0exzV02XZG3H/wBgrPSWsMSrukSIjwXUjB4IklpYdgYsQjXHFcvN3qpfVOK8
FESwKAiKraabMoqvgrlPFZ96+9Cj8E2SDq32aahPHDsfNsk+Wif3lfgEI+5ShtrkmAeSqKDi
hWiAjQHguZ66LUJwDLgicJFcxW5325IsdrjDs4LaP6XRM5u3mJyVy9teJLqk6poVkRnkr0ga
ydNgdUxxyCIKZFs1lXNAuG4YqlNV+VHvqitvtXBPAY6riq+xfehDF8F/+kqyKvTM6R5YBAnG
Z3K6+bBAA8Vo6ohwTjEqgfvWDcFzGgQkPapvrWihF8Cp83xI0fxVNckDgsX1Uc+CGWifHguK
fc8Uzqrk+5E5nFbfevcStKcqJzwUxxTPRY4exMD3qpqvKydjpRPCo1zTuDrqiHZ8kxqi0WHZ
VmRswi8Z4yOKfFAM8ccKBEfC69OHmIYrjmuXLJS3RZEIg00JXDLJNlmFRAInRGQwRp3JmdPW
XBcOzmPMcs0eplhHyBXJ5s0e8qMHauStRd2irfTxkxPMU3HBMIhCianFDVdyG2nEog1dXNuU
c0HNTmqtKID0U57TzF0W8VUcFTAJ/KuGZXl7y2K1C46ohnCZ+bJOfMn+H71yjvfRcckSCpVd
TGEdxVEeGKpyjuTFv8y3Rk/AJvK/tQr7Mlhu45rlr8zKvsQ5QO3a0X4qsgd2SuXD5yaIOHUI
7aL8MEHCIJ0LL8EX8qL+9V9i4aJkWCIyOLqmC5kOOK/BeVsk/wARzxUdZVKt2IlvikgAoxIV
x/hXHj2VzRCFMc1RMcMEzMdELXF5aIRdnR4gMUDKr5L5U1Cs2OSwaR8UPxQbmKB0wfNHcNqp
WXsVQ0slyhc1O9AM74J8P8ZLuRY0zUmDZ1WPencsFWoOSqFQNxT1J4rD2ID2lY0XDHsfBVqu
X/3QbFdPZ+K4dx7kDVlGLbmyRxA0X5VanbiZctVywJ+ZE/4C1KahVQadhoy71X3qTYDVDFsy
E7/zRnLyKNuOO7BQgO5EfLQLdlFNkaK5rKoXNJMEAT5qoHALaKjgtWxTvzHMLdLwW6Vc1bYZ
qEcHhULCp4r8FVu9UYBVcLD8Sg4Z+CizOq5Y8U4k2i3LmwzWDFVDkIZH8yfb3sm20KPEBOv8
OtVX/qniH4FEbWPuTFBnGui7027wRDtHVarvTsX1QHtXT28RGFPFTmXFMkOfbIYhM701T3In
b8KiJ8sPzI3LMxbMq7ApSoS1QQ3vRYNXDsBFOC83iqrRfipD7sVg0UCPetu5mUupllSKEBUD
zFXmfHJG6PiyQAk7HBWrj+YVTZargnGDJiHW1NiFXwC9WdBkuWo4oMcZVVsYtHAo8ckz96NO
ZANy8Ezf5SuOSrhjuUWG51x+Vc2GioKKioe5N7ZKtQOyBLtgobfkqqrBYVOi2s5R2U70ItU5
rFCr6LgUCnw/zdgzWChGAL/FRbT8MIhCzDzzkKLnAIAeiPJEzHmMk1wCIyZCXT3mcfEtw+pH
I26rqr3Vbhtty27lgqlYq3PcPqA+4OiRF3VRy6LvwRqsmVFHimAwHvV28T4FXM+bBbKuzhCR
oxq1F08osXq6wYrAPoETlJRA0QaXmqyaR8E8y5TZI7cckH8Vj5QEexxzfMhlkmYn8y2nu4IR
2gd6IGCJId+NUxBdqKqFCnq2bp6VVMdFw0XBWJLhwVdU7DahuTQNO5AZBUc8V3qjyfNAHJT5
eyiqzZqCvcCwC6f04x3W8XojG7d2A4CCPoR3cYqHrvTWX4IRtsCA1U8i6vkSZo4a9n39nS2d
1dky39JR14Ji3isW7kQzlHPvTgfzQnOkYYuvSiXJUpnMGSGhKpopOzbqLpw/9tDlTRxxQfMs
FC4I8JBW8GkOVcyJIp2VFMQnPKRij963cxWHOgR7Rgt5KL5Yr8uYW5mQFKY0WOOKG3AIghxq
6YFxk6GoxR0GBQkM80NpcLF5HAKyTQRLKlF7w6d3Ax7kCJA2ytkSFIlH8Su9YexNDxUt3KdU
+XCiY1QDIS4q8T5ty/8A1HxKNm55hQS1+zK3DmnMttGKYICUdqHeoWsox2//ABXegqUQBoyP
vwZVb8UQKFDUlXNRBluzBUDmcVwJUI4xjbjTNepsqt5gCTkjEMHL9y3XHnMZuogeYZJp+DJm
oE/vQiC7q56/yuCjtPcq4FYd7r6b7dFmmkRtb/FU4/khtPOmdMPuWg4IkkudFiW9qbRNU8Ml
u9yOS7sSoxkTuEsE5GxVrxX02bVNM0NHUs2zT+xE7sdEMU0TjghGIxzdSudRcwjQBEE+3s5s
FvNGoylB9u6eKcfUt5Sh/JenGJiferfq/qMqqAkPP8RwCEj1xiPktBT/AG3xf3Z1mtxzz7It
qFaj/qQMvZArgnwRc9yc+xGnYAalRaNAo2h8eSpHmbBS6edJRVq5CIlHNXuB2stksQmGS4r8
2AGSbDVGOX4rbFbQiQ25T3ec4J6p/cFw7McqSC+9Cvh/NVr+UI5aqtWXHUqmac5rlFFgX4Lj
otxii0AeOCB1FEBIuqsM2CkYjDJbs/xT/EUHl35hG5v2x+Ypo/UGqePLqpSlcEDHyokFyIGq
L+KZNlqURtpquEZEl+zcYxdMEyAvgnZgQjsuEaBMbh4qk2VSV6kY8+RKs3/hgD9x7GxWFMgh
rmsPBbRDx0Tv5ce9bnqcltjhCiiPBRvQ5YHzaLdkKq5Kpq6cqtH96wWp0Vcsgmw7C36kPevR
lQHNQI8kTinJoqIalD7lU9wUmfiidxAQYtxTVkmFPzZKqOaoK+5BwdxTmgzR2+1ViQ61A1xW
6+Y6RBW+JjX5SpXY3DyZZKgdsGFFunyS0Uto3J1u/twxfF1Hpp2Ntw6sVIyiIn5xRA2b7wzj
KiNtnjCFIx1VVj4pnwUjkBkrplGUPzYF00ZvpuTXLTj5orzNwKLV7HFHVDXNPvMxmJI7RVYc
roS3VTe9OtE8kS/m9y/zKvgt3DFSk63wxCxqroFWgVKLkxzQdyPco+4LkTxx1Kch5IB+5SL1
XqQlzr1IUOceKuQlHdOOATccqoe9b88E5qqYjFEMtvtW0nmGiLpnposWK4/eqIalajitr8yE
jRN8XAZKi5T/AEqUb0fVtXMYZo7Gg58iYEEozxIXensjaNFHq5eaJ83BCm4HRbYkeofhJV03
JQ2MWiMVI1G4oDRctHXhgc1KR80pYLDuXKAY/EjGYEjiQpTEjaOoX1o+pD546IVbvTiQ8FQ9
65s1Mg4DAKMmRiMck5NM1otxOSLjm3ZoY9xQYOi1BsUjI4uFGrVqhKB5JFSliNpRvG3yA1kt
wATmKaUd0eKM+mO4YkIg46JwD4osACdFzDzYSW12OslsYGcvMuYFshGiFGbRYrmFNVEu5OKM
YVKIknOKch15Vh7ExHctoFBioiJxW0z8VzSABqjtbbknuR2nXJGlU4PemxB1QxQjjIr07pO6
XwoRnF7X9uRwT5FH0ytgmzly2K5LhiRnJel1W2YynFaoOKoDJMxL4FehaO2QruVTt76oCTN8
WSPpRe4MlvvXDtnhFMJlo4gph9SR9y21hKVEW3J2pH4lIyJMcXQm2Cww1W4ltFj3lSxEdVQu
QvvW2u3VAY8hUhm+KjRCFzwKm+USsQbY8kOPFSDPcfyhS9ODGK23bRA+bJNXb8S34FvMhG3z
MiJYBcpMWQ9Q79MyomX0rfHFENtOqLR3R1W5hDR1QRG3Cq9PqIbRg6aJEY6rbaH1MyVNi0Hx
UY3HJxdS0GAVBWOJTyTnA6KJjAkZMjHqbX0S1TkqgxiaQmt5rAZokOGHKDr3LCR1KYQc6JjF
ickzM62NzqPpXeYa1ZT6fqxGUPhmFXy5HJboyZsU8SPuW+MmHDFMZbhxRMYd4TSgw4LnBL+x
PbZ5YRzXlZjgmGWCAuXdlrHbjVH08T8ZRtwkKpyWfyg1QlHzYIbgfWyIUrdR+ZGMeYaLaxIz
ZEPU4hGUsc06FFOrUW8UkniE8sShWm0r8uSjKRAGhUZxyxVyJiTEhTtR8+S9LqrOyZwufCuX
Dgtsg4ORX6TdyrA+1NGO3iF9O7X8ypdidMlvgHbONVtvWTKeqEjZn4KIt2bnNqFGMsRj2GF2
IkF9K9KMvcubqacMULca8T2O1UximMaJ7Ud9k+5bZSaI9oW2TSfFDk3bfKFIWJbDCojIr/fW
ZRl/r2/xRl0t94HE5+xShdBmCat+KnfeOyNYxlmjv5W+UI3GMtua5gwTQnhWq/b3xufXJGQg
dGyXOwCoTwDJvuCYj2pp0CLgFPBokVgVL97ZibjfS0PErljsMj4LcJPqhGIoMkfmei3XP0hh
FctYqgrguakdETAM+K26YptV/ZR/R/pwQ8iufp4Zr/j/ANS/s/0o/oYo+TPDyr/iYL/iofpf
gj5Fc/Rxy8yl5MPjwQw/pw/gZeKy/iHD+rBH/tsVH9L+lRwxUfLh4q55f6sFP9H+lR/7f8V/
bVz9PwUvKrn6X/8Apgv7Pgv7K+FT/TUf01/bX/H/AKl/xfBf2P6cVkrX6P8AUh+h+KPkX9tf
B+KP6OPxL+wh/wBpj4qX6C/4viv+Ev8AhL//2gAIAQEDAT8hVeusuYW0Bck7g5zx1ALQDtzH
og04YZRIcJjTfqR0XLtiAWtvGVQFqsvYjq2XoDHIRGHslVcXG7zCseqy7ZZS347guHZHHuFS
9DY66jAHjtBw1Z7XMd2vUDWcxhTbAnwhr/5nXuURAp1IMCWWGzF3RkbPmVRbyZlfEqtgumaS
YZmYTO4GG7jERGQ14TbpRwlXb81Ki6PpH/gS/MvHcp5//Lfcu5XEHe+JdU6PzCqGkzWstsJW
rM+ICurj2ZXpE2z8zb2mbN4tcD6mAKKYGozuAp4uXqZ4pgYl2ssqvbXEuZ56hGIYoS0N0RuZ
Rc8uOZf66lBYA9IcbrneJninzExAX1epUOWFsv4jXbYCqIYUuuIjl2cmoTme93AYBf8AfmBb
CwKrdywBvZWcQDyg9zFbDVuvcv6LTcSdlrTe+oUBw7GENi3Eww1BsuOx9w2vzDX/AOFid/2f
/LZlsUZRkhm9o5rzjaUM9Q/KywT2KP6g2hPmJFr2rE8x2slQDMFt+5QO0Ff/AKf/AIx9vuGR
iK6NxfkTT7jDTmCp745jnmZHIwL4tQpViJwCj2+ZtprV3l2TJmjzNDIM3KY6LqMiFsnMKRpN
2939SkUaYJ4059oCzbR48wqirfFYxzKU42z/AC5lG9gce5Ri65e4AyCzlr3NkFkrqEB5TuJr
rVB44zHVzW/sMpS2ipevjiDJcILjmBID5ULTly6nvcnDFJi0utkIZD3Nvh+IxVRIxHbPX/4I
N6Y2w7bo9y8tsLM3MB6FeO5VSFeWpkdtRLUM8JWRMsTFW2PIQPBNLSzJbcM5blqGFxYzv/60
43Dv8S2ffMi+eZgj2TO4hF6Bsh43ylUZx3OvM+NzM7DifPqFNmzwq6hQhBm5X+TMR6NTccoj
gtDXco+nBEtIm4Ir8sczKd8nqWWvnzM1ahqOlKtnZPMbjCMuaiaJRpimohfcIwFTOuf8nGTU
6ZW2+3I83LTaMbXUejK0YTMM6LmPHcxeTrhJYZf29yiDuvj1K+sPtEwKHcMXENWGOj08ygJz
zCKuMB3U4/8AlL/UVeYY70Kat7vqK0NHKBGfqdmbldD1/cwPwxXs2fuEqd7hhk3qJsPNp1AX
s0YmweYY8uoI9pR8pgTdjB+CDPM1nuPjEGO//l//ACy7g5EtcKx+bllVefMCifiZLfbOhUKq
VZT2qUFqa3D11Y6d9Tly9lxhk0xslwzrAaUW44Vjb7nu8k5C4RkE1CdV7M3NuhtePcVYBbgL
/wBlKlsTTuv1Hy3YDOHioBbC85MXhWRvjPMdbk478+YRaGzy6IDoDZ6f+xZDd+URtV4V4mti
OO+4YWYi/wBZRb8FLJ1z4mDlNl4OO4K6zWIW8+dTJz5iOHiP/iftFBiEC6OJwba175iamWLP
EXDNuMytKuYI65cy6ynNx+61mGjBTfEwJ03cQpenBUQoHu4q21Mtv+SrSzuWznBKZdxUM+rl
XGxHTlYqqFdz2i0Jh6mA7SW2PE6OZi5Jf3KvTEoDi+ATyJWUjLjylLiAUi0b49TYCo84rLbM
Ll0VhcFKzbDd5gzgs2gWEbsr5gZ2w5jc3wTdS22eN8Rt+xddzFFy+VcrFVbPmJ8VUFlEQ4S4
rqW5SZpwTIDgX/U9Dfkl1wdQOI7C1uzXqWCkLTv2wOavjB9RTNuutxHiqgdUsfxBqqjlzBR5
RxYZja/UrgfaWBMWGMQ2niMiSm2GY6Wp+YBsU3zKOqsu9S7V4F7me1pgrmIdkbvxNiFqI1Gz
xcwPBQE0zc2MDgjKKSoyeYCwTBrcBLSohnlgNKepnfEadpxvmYpEvMaii2YNblKfMc/1M3mL
6xFXq/8A4naHGIK0weVW8QK6MELZbbY7XRLYflDpfxOevKcJ6mKo8kY4dnKB5FpvpLRJQ0Zz
DRaa1dsWwK2XECNIaf8AEI62O9Qd1yyiipiKnwZjqlnxueVrPeNVFg7IO+JdyiYO4lV6C+pS
8jhChZW7cNRC1XjBvLKNGqgCKA/UovGIbg/o/wDjjiJQnI2Q3CWErNWzAqpdYjm3j1T9TBC9
X1BAonJWqIPsxn/s+EoGodhfsal0qsz8dT125Uc3wS4pfU0oa7gaG/f/AMjgcPUTpx1AXqpl
hbP1MG2fMQbKTmKbWaP9QQyGoLuKmCgItP1MNfUVzgju3U0Cq3NKopd+4tmQcvEqB0xiotF4
blFX3UzwpMm81mL5w9QVtk6mOYwHjavMJxk4AigFQs4+iEMAurZlG9lOLZ53DdvlTMsq+3G3
mYT7B78TK14OdF+ZSw0YHSaJDYGvzLZtwtFkzaUbHZCCMaqiGTGZ1DWpxYY4gIczro11j7nb
7ITpvuETepT/AOC1Yn5TmWNxQUstWnei/BFRqm/niFjWlwznbFf+RlzaMDx3M6QuKcwcRrmE
rjNizG3cRrMNAs3O6GZlBm5jWiGXzxNniB/zGwy44ILyh2DjuZNRzwW8wF288TnUKbMHEeB+
5umPn/5eSp78PvuBcrXA5+ZQAlKHN9swhc8NwSa+5TtzllzRfmGsZPUVqOPEx27IFoULztMy
B52lJaOLvDeY6D9uYq9tz/5RQZxgDU8DowVGBwJROfy2mM3MZO4CywvSWmYXZqyVWSmcdMZh
yWZVTBFdnQRDJ8QeQzFkQGGFahyyl/E3vEsxZqc+JWszHErNw8GhE36mKyBgYwypDc9fnmcl
CDCJDgzdZdK74ghgU+zuEUUaIiQWk6HxLD3G6ziC4Lbu/EVPbpi11LwFsyUMRsRDQzL4wPEp
fbEoyimFHXmVarlNggLLx1KHu4h9kvjjBeVjkl9A2tZ+I/JQl0ZgQZDqDEMBvVxbPGJiYeQQ
z6Tw+kS1sUY3GntyU1gDl2fFThEw8VqU5u+cGH2giC3MChlyskowV9Bf3LNle/8AiHXlVViZ
iFcfzcLBTl3hVGLDVR8i+RzcXNrfBAr9EqrcfM5hSPg1siMm+4kAfqW83c0avLE8DWiOXMo/
EQY47lwrLYFTa38Bd1zCKtct+czTmKEDepb2MC/UZJQ2Mq+hdLDEQ4V73cu1F4aVCpXN1K7v
MFVjlngwTvcvVmRxMePmWYpixe40Sw2Rk+YLRzXUF1mWA5HaV5t6nAc8z7O5b3GvJ4mzMyb4
r7mUCbFavzOcHM33KoEIKNzKT+GpmmKrVzW8e4GoolOD7/7MX8P+ynn+oq9dAiNRK6+NXK4Q
Ou7OI5JtdF+5TrOvmUUEELYG6hcdTf4wSuKo3x+YRs28EwA5KqHiKq05jYQDCmXmeSeYE8ob
cZdjuFSm8xsHJjUZuW4gFNS7xzleCKwgoOSpUIGMKlnTxLPHMfygJX7mSRRrrcobVYCMVE1N
20iVBf1KUbVCEZMlI1FXY6GY7idWKginQP8A5HRwCNVdSrnc8EVXWOYXeYj+hHAxF2b4llG5
XsI0q/mLoe4WPXmOIXFKhkKlzQGpRS9TmvPBKNi+5agjIUKrixjheGHRTgX+yBB6UxChhpXv
xLgYa2bl4xpnkS3FsrmGzR5RV9BhcOyjhe/hgyxZKLiGRloV/qUpQU337giKWfl3iYgHuvDn
1FVM7DVnc0iNPB6ld+O/JKQE41qPwN2nrzKnQFoafcaFZp5JbmKG6WpTniA0ziYKxjqB2vYq
yAVi1/EVYZ8yxEGfzGv+kuFLso4iu3Op4uCX5/8AhfLO111HjyDKfiCTl+U3Ur/8Ea5XMVqX
l0V4lmXWMvzFS5w5u5fKkfY5zLvuvxFbVXCj/UWtVj6mRzLTiUPrxxL4IjyfMxX9IPN6hb4c
RL78wrJK864g0W3F8hCuxh4lOHqHSZ7gTDCFtGozwY16qZu42BLrqP4YKqHOE8QM6v7ii3gM
zkN9RmgkhjdHHuNJwrczOyaHPzMFXQxTq+4w6sEV9ynIYLp+WI0gqxsYOIhcPEbB/wAlAMcj
9I7fTDf9Q5txnxtiUdAubWoz/K6rQxAEFov68y9ZK4c+49lnyz9BA9uDZFrRjfibUHuXyUQb
jZqHnPK6idN+Ixn9Qpc1cDJBg+JS8lyt/wDwAlGXIajhZhwn1Uco1/BhXHkEP1Q8BM5tKVrg
CAWMP9zDyWH5lKDK7blhb608+I7uDcSgk5CnqUIsekyDEoamGJVS4+IqG9BFGKzO2B1Fa06i
eM9QW1uFN/MFwIbvLQcQFXeOSNGOOZczq/OY12uf6lDCgAQc0sEXO5wNMDwVhmF2r+VOqhZ4
7RMPYZINvkylvY9is9wUX8Wz1LhSFaT+UopudXXEu27zVWPLADxO+vSGWA53rxN4fM5YpvYu
HqMnpLGfKGlsZPPu8MfMBrbdHHiKk4LT7i0im7X5gfE3LC9OvEIQbuULXhMSmTqYg6lHOZjT
5mlH4hgitlkA0y3NloZ9CXjnAIGEtY1ihzjzCOoBorExAmHjvU0POmzonBBsvnuVz2C0yRwT
ZzPTHM86ZbJQys0pzHnWe5dfcrJxL8nMH2Mq15eo2Y+0rFtxytbeoKBvqFn+LlnGvEa0mmOX
mVCnPMOno5jh1sfBLRTALOJZymtx8Ye4O4Z8x71vMqtX4JdWc5q8oKxs+ZoXvGPDzCUReLiA
K2hyiMR0JXHxAdw5uiGdIVhWD4iSFgylYdUbiTZPwTLE2/ULVT2uogXXZjxxBt1HV8YiLxON
R8XezqckC453KUVwTw02zAC+M3s+JXOUK7soa6lLcKj+ktLl38y6r0aiLpMgpK5x6gR5R1fp
mgEZxNqCs8vU2t0FaY86pZsgwkWFcVL8Nc3UGoFKYY9RjYKTW8XEWcuCcBjmZNRRGJ2xzrmY
c6jaHTFzoQscGIUzLaVVLB5Tpr/5DyrxGrwmBS62wNgyQ2N33K1VNbSmGSraIVo4rFY4Eg9j
Xct2hqMDVXuUANYvUXVOeRuBYc1uAErir7lMDVU71L0FX2MCbpoefTKEp5/9xeQXmCSgb6v1
KwScqOJhTYdbw8xAwtotnMNOBzfcTM4XwjRFTRq7Ze5ZOIzyY+B3cuNcHOd/UyK4bXgiDdwN
OXxAvcGzMxWb+YF8qgXKFDcxGpQNdysr0zqsdxubLVHxUJQfbofMJ1gCYS6lPFm+8MGMrY65
qUZFbOGOIpVAdK39y9Y7cL4nhVtjQNpm8luL4gtbAz25ha1Dj1F01FtUlBz8Td9o4YzwEuxj
lYreoOezmGXeeZQ2zLNmeIoX+saij4uHyIgY4ArhloYSmefMbmRxCMw9SvcPzM0ruXfLPxMd
2YSyuBvubFWGw8R7UAKHbHLDh5YdBZ9rY4ByHrD4JRmn5zBrEN7L+I1hSj2GFsgNi4BgL8Vf
qWWJotcdRgfZjUKp5yvrQXEmxWa9xuMsgNh5m8jg1UcFwuIKVh7iWMVXHEbCqxuoO7N8wcn4
nuYYZsHs6zBavcuW09wvFa7h33OR1A+XqKWyeAf3E0ZlsMPLMONhC+8UaVh1THjiKC1qRP1U
sYe3uckRujp7iF2oHWIfbRmobPtNpaQurHcLnHqeSnqWWoXeMotMTYwRz70z6MTLnjcU6uY1
lSBTXVS66eDqLt29zJamGmnLydTIJKBTsg8FYj5/4RgDS0nUZtflMzkGaviZCHgRvLHcAi6+
0GcDh/ATKrhac1CoayvSVGlfyH/JhCJt8QHXXleIIlv2eJyTyDcxuAVFbldvHESn3Rp5Qdim
u6z1BwPIIOjWC049xKNTt29ShgcCrxxHpoVAag6HRyihZWlNXvaCrZi5pZ+4dbE2fpNkTfzU
1zt8Es3mq5g8VMdxgGD8QCGzK9DmozYDRH9eJxRg1plByZK4q5h4Aa4K8wLmay766iNaMnPz
HAw7fzmY5zXP/wAmz9Dq5Qc13C6QeENK3oEU1bJS43bOstiXuBOiUvW5QHRDukNbL4QPncU6
lPXlP7Tvi8kLgUm6jfZdVLujvhjxDTLtu5hwVtOrH4mmrBgVRLvicFrvli7THHr1DIGGK8H+
zwGUVo68ZgDZuMaz5iuGPN5ZSUFlzBlujcqAozWjbf0lk5Xk4+idwDRv+Ea2BvDDT3Aov1xC
AngzzEEQ8Z+OJdRw2bTyTlK3asG/wOPmbreRlBG4vJNeyK+YYZuBMKlOFZLKye5VN/eprjzG
nTH+YtSgaMrtazdzc+AxG2JU1FyPSZAQm0LNovQqr0lfYO4das/+VPcXMcJDlMXyCbp6adQC
a20OPEERspC693Khi9ujAx9GganqRh+UqPbBpIRiVovPv1FbZGuNfaFgsNfDtlT1DgfiJINO
DMbBU7294lGAaC08z7+rh6g6i1tQWXbii2B5fMsWIUXT+mAbTm8rPEvB6jmJRaRulqDVq7tZ
6PMowHIM58Qt6TcNvW5lw2u9JWTHGx8k8A80mb6z5H9S3MhVwlTCQzC78S3cbIfggioMq8Ot
SsnTi2lf1B0eUuSG8IEpv+5t5cLV8IufGRzGg2VdJPUANPpb1mNtgU6SvnDATrn4D4h2PPoL
4eJtibg5glCYelLL4IroORQCCwSwq2P+wmwZTpvoNS9RvC+mZgZEs6hsYYzf+TH/AHBoZlKO
fCOFBrQrxM4Hnn3fMrM8CnMQmsU29CJrF9vWHCQ0i3Vp/wCRa8nPMdxdVw+Zud03iX7V9ota
a/yge72Tj7mGaR5Exyt6gsZb0tr0JyowopCvNs7/ADDmSowpe5mRzolAVhzXy6gOQ/ZKYDul
nWriCk8ij67nFPG+7heQthiu6ZbeThCBjKx5cOMMajWBK8sQrBcYL/JQQ6H6Go1iBWS33ucK
On6EARsWjFfiAm0YR7slwfwEBfLVTa4LvtTT5j0Ni9n/ALO/LB+5w/8AjANiO2h+HUrV8q71
MVJult2qYugc7684jmcjzoljF2D0pKKgeHNFeOYDSbjp4VMyaJ0u74nJE+F4lls7rvfPMVWp
azLmjUOwuMDNvmVcj3anAQFObLy1L8FSMF9yi+Dgqovu/ZnHqtx66jGeviU9g8aljENPEoGC
g6Mv7noQCEvcFahiw/Uw+PgrqVANvJ5kFjQbpy/DFo5WjfcetGW1GFVhzH2yUZADiF7NUdsv
7lGqWUKT7mABe0/7CCHSnhY5VRYtfDD1aCrzeR4jdGLPwoiwA6D8xrNekq77F3puDR8vL4Iv
Bnh0j3LGO1Kle2UT4yyKkLR+1eoLwKKW83bGsphQBPMX3GWLWuLY/QBwtFRzUyMErhUyHVvC
VuNbKvtmCzln8BE2M+kcWhpCo2GQJtQ0H+kvHJaLEcfPUu/B14OiDLGLcdtwz0nOvlMFFfEK
pXJbGBQtAx2HxLHYGaeqYL5JovxDJoBDnx5ijVTARgQODDKyl4hH4sLTDyS4G2YUVwKMWr3X
FfEQhFgvUzis3rbiuoQHmGh8zB9HHE+73K9dGKB+ZhpF118yt0pxpNJMACajI5uCsHIW39k6
rbhr8cxSaK8Km49K/CGzzMy42FXyQHG2Wju/uPhQRAuYd1rEEgHVMNYyv9QWFrPP/wAi3MDS
5uAFemqxGgoHuAZHqishJnxUD7xeNYmcryJwlxCdCiymxtbE21PrCYL8TCaDhbl02JtSVuDr
IDEPfU6LmY/8g1zZxmmbyP7mnFbtzOIyPlg3eh9RTbRa8PMOAGyGx6ZXBnzcOZYM2eR5hZQ7
NHM+UPjIdKpjmaJnTzP1Q8TZlAdemdzpG8B7qIOdzrV7ZsL8Mv3Nd8zMn5iI7YZ/FizUZ+3b
DHQbMG1QLw3wD1Me324twvQ5VzvrsgJeuX4biuWrjGY2beRlHrdXtSVbneL0epogj5uCI9It
jUO6crZU915Ef2UBa+YsEhtFNdzygVszzBzj1u44x22RTVFmAG4ITnH1FaVsbnaLR2avqV/5
2Dk8xNWeIuq3U6o0gxDsySuYa1DHjmHmJZEIkebx1CGiaHFeuYGNQbBR1UzDKB2cb7meFZPL
xqWS2Byr3cBuBkmsrV8RMHltNe5UPUXYPlzNu9FP0EoQ+N1hGki6KV4mCTZdlTvvPXhmP7eY
YHpdPzG0J4XgcueRK/YOKTMCfJP8glAj/AqUu9t8W/xY/iFIW7ddTcZXEACzWUpmx4FDaoxD
A22MQ1HvGT0cworgeT/8qb2ZoI+EpdRUijhmuPiOgupYdkzcHT5jvxcZZzQpuKxlWBofMoBY
DIvPq8TLCWs/uWCYNF33qUAoRfEgd4KP0M6Utxv2MqF2p+mZNWrVl5a7lDjQhycV2R2kxgeY
cijFvcupcLQdRLNuAaYSk4QJ5lCOFNVUyJ9Y4w1uUtDs4PxNPf8AdPMfr1V+ghu2gdW/MpFb
OGE/EUPaV7XGtwTbGbb0YkJdqOCNhB8GQ6ZRkJmynsm4z0L6UcMt461j/suCsQFNeJSERQuZ
hQG/4hMGdEsZf6oBvPkhstI3i+PniNGrNmb/AOSkRMPF8dy/+FAY92wY/Xg4UorzUyu39JnD
7S41rp+YyjC3Rc/EOEAOU8yintBaXmbYO4M7qqgZDX3bfPdSruTv0lLgN6tupYAm/wCiJcY6
qd+Zk/5ABxFx9RU/Mv8Ar88HNmU1EFDyCLwMVu4UcgdpkAEngl3VlzQPAiIGotzTmZuuAPdK
m3F9bl+1VWDwzCC6oyk5Aqa3ceeQQz2MDsurM6V4jxyRSP5iZa9nDHUTlUenM3hAetKGPEHH
lbejZgfHpnFzmiP18T7vmpQguRcjqu4AHKGA/MTz1+vjqLGEMStYrJW2WJhVbV+ZnbdB+9y4
EbIG4m3GBk+ZrxEbs5CoBJ0Of2bgMIOLq35gAC9PEccAqarOpbcGgD9S/vABV9e5zFFt+BNu
ZvtlAqo6CcV5loKdqtE9fRK3gkelrow/crO3e5d2NarD4levl7mYvGG04e5RAOS6r2Q6DIcJ
TnEuUa9NykGUtufxEAUZul+jlhiStZYfNbiNYy28L4j7sKVcGOEzmbMBa2dR8HFpybzEm5ZJ
43MONF23CFlotwEzHJRWB4jlTTk8v3COmgzjErKhnj+vUSNVqrUbxShb314iRJVVb+U2n4L2
5j90JV6ItK3uxw4WBq/q+YSDgWt7xGHbU1NTT26Pgt4iZkgzoNN+YncNtt+5XHyVc4e9vej0
ymVQc8ynqxa/uEhyb2Ov/nIKnQ7+I/ISXCvlmX4pW7GH4jIjOHEKkbuKxGyElbN3bUGZoIWn
1ME8JeJjLDQWnzGWWguu4XOGgYfLUFLIPjmUlOkNYZgKH3cyU3VtYlq5WFvWV1Fiy4mB8yya
Gq3dvMHVK7bHydxGq7OmnfiJAvlzqVB9iN2Y4LgBgkd72TFe/wADfmXR5DoZlfYGngM1uxC3
TMLz3ecR0uOYBCek0PiLzUEkqq88TVhET8VpRG94ZczmuZziMpVBmhhUUnqaUMHONQIp2YKx
gB8TMCq4Fs0Zuq+IXaQ/IqIbRYwYbuKeXo3+4ALzOVr/AGOcnvh6xDegPODMGnLphf0+o93M
g+w5m68ARiH6sl8TBowl+KiOqG3gP6hftAn3FIF9t/Mtqw5C/aZ2fWbaXXjMGvBXUGN5NXzG
e4QmnPiLXeD1v1MOWuVX/UJOueT33PA+ktSlkh0T7mQBuS8p+ITZDtalInWobvjEq7ettOXq
BrfWNFVvgH+Yl/a7D5zAjCpM+ZYVS+fJEshVZBL3V5mIQiv7ljMmCIctyxJt4joUKU+vEFVk
7ax5hWobk1xNUnY5+odlgLMTKuHVXA3zcxbcDidxOKBxl+iMW/jcPuJvyP4BjQD2621c5Clo
ZXT4g0AAGYM0V8ELoty6viVFuHl+ncdVi2Ww8S6xN1bx7mRF1jCPmZ/4GKufRxDd8lcuNw7C
bw9q48Hy1+ZfSth7/JKS7acGGB8xy44T/UqVn9nMJ1A4nslZ0q0dX5hA1vJzgalecyHYZeoz
3hlVXS7CH6+PYUaxLrBvXHuW2T6n4qWQ5t4a0ViY0Bys/UA4lb4uX/ddNKa9zDxb/wAEVSni
zQ+JioLjfD9TEjnURxAnW/EyQBT4cAi1ubM+o5N4Q3nklj3gKmrdwsW5Bb7ITD3LD5+mJSn7
IAx7g6FIqqqdepREb3B/csMreVsw4jPsePmajAX08QkLA21Ad1tbu3mZ8APe8VHADa0yVKEZ
QlqMOZa3SLfvosuirq2x6moyOiTeAqEOSO5mW9/MqhgGUTJXzi2qRysaGOwNeq/mUGryz8wa
s50303KIMU3Xh6lg0OGVPfR9PMqdzY9R4MwdXbXHDb/6JjKwTxXOICs14F8dSuMMnLXLHRKv
Lj1EUlPjTwTjRzV9QdXYYX4iogXacniWio4svzHgYGd12j9SyFgeZjUzv/DL0aWOq7uPMcqb
+jmAaorW+u6l1oBaPozEC/8A5WoFQucGaq/uBC2ueYDrYyumHEBCRnfNRuiRJqq1KdhvBQxR
hx4e4hAU23UouvctYUOBmIs8rGBhxarJcIbCsH5S+q1XFR/UugQK7+uI7idYbZhBkmh8SuBr
MHKPd6Gh/wBmK4wncNxdn28A9S1vor1rIw9wWLbZbD692/6nWqaVcJF4gVrHFxjNuqSb9MtC
yaCz37lHd8LIyFMOMHFGHomdsHhDHCo0du5XaAxrrSkd/DY9xBbWqH9zTSx4PEuhsXcsoh8c
+HdypeTrUolVoLYf9gBNOj24hCmw3hKH4PIpMwh1cvT4mN8m5SC7z9RCmcBYe5nBQ8TzmWhW
5YLXDMGzBerqZ4zL2biiy7NGGqedwxLCqxviI/OGwfHTElra5H/ksGAuH+RHMELOy9cypudp
EdOCznzULUlVQv6nXzBYD1CLUePg4jlg1AHM2Rmeh80xuEzsz6ltZGeNf2lUvb5Hk7q5vHp6
+bzApVoDZLvDjdM/UU1KaUfuGwnw8ykJg5gPHmVy33RExHjL6JZARfiLzK2ppU4soO2MCvGv
H3KcKFz8+Jq6p5hsnCUBTh/cOkDgt8vaNLTYPUuD7sUXvmEDKgVAIOQ6lmQMKvjuESowOrui
MPjHD3FdFuH5NcxWY/SowEdky1YamK6WENeYf0SnxT+EDrg77/8AJtovxD4Ji4A2SxyhDCIK
mdDxB4JHyiu881QR7lOBn9xw1jPx5YZC1anOJfx5lGX5hDbNNKPhl2gmSq38zSIrcflE6QVr
aDNHMu+aLBfv4S2uStXcXts68eI65Dtzb1GcCJvPMS/iw08eyFMKA5Y4ZWOAuBxY8nMqvA8V
yxYU6Q2ywCF7NtdSxvwlW5VjfoiL1Nf2hMrLqC5Uu7/IuXPB4ICqHgC9Y8Qp05XBf1FgXkcQ
5HcefXz+bjhV/g5GatbeF4fzG6ECqjYAmuB/qXFi2MD6EOQUU1VPNkGVsKa/i4iqVSP7ZYUf
mHxHXczjcGqQU6DgagxjYwq4arhRcMj+YuaijaOYRaPxX5HMSwX5heoorjHo2PqI9c2rF1nU
rYgTCZJefEjRTGR0MhBpAKuz9R7qe3IiqQ01d9WwMwaF5Qr/AJCGFjGPY1CuDZbj5rdwF4Uw
Jh7B4mR+Ml7eYY+Cu3+QHGOxrM8cbb9wgZlfxY5oTV5e4sFkrrHqUADlpw+ovY81qP8At45e
UWUE6PI9wIC2vDiHlx6DEeGgwp16hnkPPHiCpj2YL9QEqVMPSLMV420zLPgv6auXMGZvW2up
Zl6Dj7h4jvYr+VGzAta69RuclVtDEKUBxY/cIBObzZWUGS7ipNhmCRBvSYW5qeS2JYuA0tVH
PGnZzXmFihDreOJw04C7PPVwB5wuES2XSQ7MpiEtQrmuX1Ks1L9GAroPCDT8wNH0zGDgcBeY
hqhLFW871CEyBpcxBUL2OfqUQA9jXgJT2oCfisxYspgt/TmCxVudorAFrTlYuoeMbeIKK3Tc
dUgcK6Xq44iH7kVntYt18kwshRee8RLaAF/DMzha2YGEwGynxm2XqPXHpjLcgopSBZbQ7loL
d2nmjuVJTzR8zZeqOwtr1BjrwFPdQMo7H8oRDzc/UaXuuBBnb0MMW7ntguw2eGJZqV5y2+uJ
pVqcu/6gj5rLKNV716iN9FvfqUcxXoJlBsXzDzKSwoW8TXl2pr5mVdxa2jn7ITQ8cbHP1Lm2
2oZldJs/oxL1Fr1R6gYdVyHPMw0c2A/hmVgsUHeLXCC7Zs9pSWo2Wr5goDR2I4Ap8vuCRAvG
X+ynGuMYwJCt8kA5BvRfmI8ssXNX5hZctps6t5JjhduuLnZYygvg8Qtqq2rWhuAyg+FhBjNn
i/1LEXQbubmzl47YAFc2OXmaTYxtfkikgV43/qI8pmi2uYXYL6VvExjA3RT9xgH4ifPiXIFG
T57sjNUdi8/cCbJdf2SvyCymXiVbGKrFPPcMB2GXfJ8Qjgm3ab3G9vUTllLqzohbwvbjLCpM
dkwndkspBT3HuW1Wyga35jxGAH5T3vlr7gWfVYPF+YSINBh9R7Tfqh/OAN0VqWgGd6japU4r
+UwDhbTY+JjyUzp+ZcA8ta+5g8sCbY7ltCPcfEWE5ZvpT1uN+vI7IAu0F3ZpmcWlcXVnzBlu
A7SYLqzXTuNckfjxK89ba6lrx1BqqgcO72PhMmvY8cw1NcRCrJeja8EofOMwCAV9XxHlwPAg
wMA66lgHZVuoxUPlYe+5YNX9E5CBaDkREKl62PiVgPSyt6twB8RAUkaaHmWKgoc3r3FSs7DC
gWcoPsiPGss9whdS59mb+o4EKp/ggIk2jAwqzhzr1cv3zjpO64mSSAudK5nNxaiWEFPUDZUu
CgXdk5cdy0ul71zHJD5Zr6YETI57KY2KGuBrMJVosNPsIMsOoNH1iYddg0dwVIOn7CXIuQYE
4hbU4dj31C2RWxmKwDSnS/EALt9i/qLRAIFFEABiptfH9yqXJGGyDL9IaZde8vhIHmlsNnkD
CEXyenqZ4hcxfE5+JhVe7igQVj7fKweFTllL6ga7ewDDMhggWYnr56vwjUEfYD9SxoLaRSr9
yybaaZj3mPSVOIAlW2ybI8QFukNjhgT7doOHHUUOVgwYx9MSpcPD+pqLMjAxIPpbfBLHnwF3
nsgm8bxXmYE2usl/k2CZM9CPM6gKVFH8P4PuZ4FccwsNjzXzDDjeZEnZEa1cowp3jiAekGXx
mXleM3+Qkraymng/JGavQH01GEVmz/kTPo/SYXEH4UEqoEDonpFA48GCIgUDhj2x/G7CmvEs
quRdYNkuAraKz5iTwCqLBMoTmBkQil/LjTp/AZqDZ3WcWzEqF2suZf45DAL3UzPDJ5PVwqfa
CbpnUpkb2S8HmJs8NFeJR1i0q3xiEN0NU+FTjrHUI7cJQe1qLhaRNuFuVTZkybfcqxdXcYRA
VtB3cxNeq65huqqho38wXlo2rLAZY/h5BNgs02X9QGOgFY9xRd6mVhkum3eJSftKex6mbGQB
A/W4UigAih0EE6Sci/W5cEs64KO2eYLUz6YPu/LlD4lCjHlh+IJyBVuxBwtIs8gx2pFfULnc
ZsxfREkoA4E4qo/OHXlxLFF4F+q8xQxshau4FzvnmfDxBIKBc74ZuAACBfHd9cwfkGKKfolm
EVZHDNo5puoYpLKkPjDH4jAfaV/2PWD5TmoEDYRRryxsoHXWolYs+UFQHRWKiQugp4olKjbj
n5moTlqDyw4olNvuj1GZ3mw4IUvGE5H7ITGKmFcTGKDgMKVXiMD4ii/cvsR6Ec1nzK7yGQZ+
IovJzT9xDtzkuUG+cJOmVjng2x8YWlQa0jDQyyou21RSU2CrFCY7jA2KaNL5g7HUe/8AYffp
SnmDUA3x53qpaerJq7wZnlT1ZhQ2VJ/JFDmvnGH5lCmbFxmEEVLJEMDHOs9y3DV0m0Cvyauc
sdVr62yq4caR/qPkZCheIeJSeIY6MZnwK0PYlMZUdmKuihP7mNOGuc8MvIHbrDxCIO4VpKhq
/UIXjW1guVOT9JrV+X6hfgbxT4lGo7xRrI01uym5WKhuJeIQ6eUzNUgfBR1F8RYnE3xV/L/5
VV0L4PzDjohTEqWi+MIc67FwQwWXia0eYLWK4KwvviYX9RGEeDzFxjmcl72DwCgjQqUp9+7g
DFcZavZzBWCbaoEFiOxX4hmorIUk4KFbzn7gjZ4FoYAO2AwExqKjWvqM/i7VJwEUHaPEddUP
A5CFexXZHuK5PzGvRTg/uXgLOBxn3KQwMF1M4hyJx2YOjzNAKvlCZrZcq4icwmxClUwMFwCz
lxdS12gCgfN2cNy0iyR/qNSKslT6jXCL1/HM3Qe7UsZCku/HzC9DhWH3iVfWjGmokRsNX/yN
izvVfM7QJphla8iC9op2ZPnUMQA9vcPWTMNuIGl2ik1EX4blCDvxHoiDle5r8QqelFDhpGhG
UPMAlrU33LSwXTkPiKAKeR/Km5EXLFOenxC3Dy1Q8xdjVKs7FCKFLi3VGoMLNO6rxEA5Apec
WwlwmnybsIEs5zMU9Rz4l6pP/jlUq8jhfUet+z4iWNcAV+DmFR1VPslyo/lR4jtarwDvzCxC
+XP6idV8b+JmdDQ5dl+CZuDjbcQ+kH5nFvwLywEqGygkp2qaT+qjqK7eA+5eS3u75pEMeUID
55j9IqsjfFQKRVvw7uKL2C69zB38zcSGrcUYxLLreU4x7lBpLGoVwrUrV+XPzLdSGEuDqmiw
vHqK0th/FzGE5E6DfuFfVaHyColb6imnqC+jtYWkOZYtWacRKFBMromMPngtjALs51LCDDN4
TusM9/8AY+Jc4P3eZjMqsVo/5DUbD9NPEqTeB/5LBZtwVfzCaUWxS+CBWrqXwEDC46xiUZLe
LHUuroHoimtlY89MEpyle4pn3/7MJarN9zIyujXHxFvWFX99Smy4Ht/5L/FB4JaKdcKuOaSj
2jBljfNRN0CPSYwuHcb+wswpFhM1tH5gI6bOfiobNtwdOElhYwbqo3pX8gOpdzmDZPZKipbb
7N4hWbkuc/3H2uRgs9vGP2IuyoDZwOCaoOMa/wDSWZAOynMxSttV+pYVxircTWJXggwW8Z1b
7ZXlLuy6IX5obo71uPb8ZFVrxC4KRvQqNSGvePuClxbQPgRa17yig3jhWVK4TDVE3ziGdoV7
Y66fdy9Z8zXqUYYvDf8ARLKAOBtjWrEzuqhckpZWjD5gA6jiyPL8MGmaPtUcoDb8WUGjWLe9
ZJdkxLvnJmahd83KsWqPVBagXheo7gEU/KEuDqG2bsor/IRYsh3S8QLGtqYqO0jXM4i05E0o
lpld3NeqbmMjlXdbmSme/wDYZxeC45wXgZuKfaf0lW8u0xFGLNebYZ2+WyvZfMIwaFc8geoq
VoEqvlKw1MOhPPUaxmQFxeNTSQzGMmXXq5TnDAX8PccazC6tAAypZObM1zB/Yc1YyxLNyGzM
BkFn5YSKeAOfcb1BgBBO2E2b2nHwRqLYThx7lGstYtISsF/kIMgDBJ6p3LqXaje5drc9BiXS
jUsLGt/iII90tLjW75fM1hDtFkuBZtBZW5Zzec4+YlS6lIuPMpbLCzPzMZtjqKbNcmIHBC47
gEO2jcFVboaOJtXxXmFeho4MwVbPzzXxE4C5yiI5RX/EQMlTYOIa6g2V6JaHc144VF+A5GA5
gaZzIat+YWjVLo8zPZRqS9soqblCmL+eZkhkaRyOHiq++JpfTlqVyBngcddxA5Wy/wC4WQf3
vFSyM4GsU9srAbcW9+uZ/cLx/SEXaadd8RKuXiiqgDZK4f7MQoNNOT5lKKsm9xKUlYUz6j0q
yXIH4IY5VcP9jb4pQiOEx/L0VFQIae0tzjJ09PcyIsLDjDJ9xFDTJM31NFeDQ1NYsXeGpUAs
8sElQVgZ/PErdoIsw4zd8+5fjCbb9x0XmZ5zuKtSHk/EA5cCnfmUtGG3PMsL225m2071Basr
yXDr0eQqA7lcYfeJYZFznLnkajFrHtO4Bq4wUFVjqvNws0HYV7haZUpxn4i4SFH/ALHQWFGV
4rdmCMV/uYGfTctoq9GYc1jRU16jL/sLmao2V0jE/wBKYSsdoMy5TNcreo1Ya2f9qcByaun5
ZVDdmcv9TKIzd6T5OKH1HMLjb4Y6m5LfJdX8QSxSbI/qDSq/o/2MaFGeHEUNSLZL7S4ZL+Lh
Mc6TuIMKYW2a/UsnTVGy/MvWgTmpeLU93vHm/wAc2fzuFLHk5P3Lqi71Av7Lgb8y9q7BGttm
40zYzjdZiQeZNTUjYWbFy3e3aBc+pmOVyDLmKs0Rwx9wVWjjKN5QOPNRebSHDVR5gcOdFs5k
i6yy4FjoOMRmRa7JSguvx9R1Am2cx22B1rEGC1NGsbpR6bi7tXOpiW1Zd4/7KAQOOJ0M51w/
MRul5PCVttnZBN3Fa/BKPyEL/cur0A1r4iTo2DVY9+IE2Xc+eYuZ5xec+49HA/HzDop7X+qV
Vw8SBv8ASiF8gaIARQ33fjEAimieM8TImE5XKWyLoX+4CbeY5lvBnPNQBd/JgqWHZ6I2YExt
bvySk09u/wBww2ZH/UOwB/G42FeDkPqVRs7PXE75+W/Uflm5NUcEuvaqwl+7iRqJcmS+Ynay
mUOezbBvQhT74m+ytvN7MTdXpsYNg2GFBuooqC6Nrwz6jotdZrf5hXlwa38w6HIs1+IXKj2y
jJ0KDxM7IW29Txk5mTkAWVrqQ/AvZEK+67/E6eOXiB37BctADgDdw25vGKRiS6qY1EZ9DXqF
Fq981dMXCWlRdU9TJRYbO2bzDFdSlrErW05+D9/cosYuX7siDx8hz1MEonDlbiJDy3NRGvUx
AE5C3BbK43Qg6MBTXxCrIruAhwPyQElrMWY/LADVN7beyW3S86PVRYUU+W69TZcvUud5vFQC
7k3X4lRNHeIlSc+FVDSh0MHxCwAlyr/SZCg3W5iKeX+piwJ2cZmi4XqOu+1y5hhmsPzACEeD
KOzL4arEol+SzRy7i8ZOrXX4JToMMF5v5mKl5+qlaAuv4WAbFazS1GzrzFZNLni/QSk049Hb
cR7Jgqva4xNgqcKtQcgCoZx7hSAAFqZ5GzpKhH2aRul7lgEGkGtyxjcrZHThleZsiKcmPsqm
9o0FuqdEJtw5ruXfQV/cUAMsKZTIPTMMb4HpKCCLTafkmdpYdBg8dQaFWpSOfmX7E+UinGht
Kiab5u5oHm/6iBBLCoCgOCMJshQA5r6xmZYqA1RT3GFmQwL44l4YdsVKpUOg+YzTrND/ALC+
z5wNLDRdQxrgx/k3bFGKsZxZNmyU2IbO89EBe8tHl9w0bOj/AJGWY/JmG0rdEYpA26fPMa7B
Hk9ErtqGnjzPUGwrfzKZbO1Y93xBUjjnjEbOU9folz7gr5lSMnXD7l5ofkkADjblNS+KLKo8
TGF1gvGepSpKHeJUY7AXmU0AMjm/8gtSDQcw0PcEycicYKvqNAK8gb+4B2pX8RFLY1xj/Uog
GywFi7h3/wBlJU2n+8wYCy+NnSS/CxLw+Ll8o2hAuEc6FUErrBl6uF4jKRVyLl8xJAkWMZfM
uxDeKR4mSLQ1aalEbYoeOfEQRCEQz9TCQA2wwoxba39wv5fVfipQjA678Q+AfhCxbOBr7qWu
RwXRClyFOaf7l/7YiKeiz+ImzPVTEtG5fHdZ/I4hDNinxzLld+8BmFSNkBIyVinWeMTnKzpX
MdSw4dpLpalvZlcCw7FH/Zeyi7ZxfUcgTr+GEApdYubi/W7mRlFcx5SENFdLX3GZTmjBr1N4
91UCoWhw3Bm9SxFhPlCWcaOowFd5z/5FhOe8twaVhXgov6l6uHPL7JaMSnK66arLxB0tbmW7
ZowDiVl26yZfiKYN30e5a2S6GqqWRgvxWZkREwwVrHgRAG9blDJK2W1Z/qGb83fxNsKbVUqg
MRzZ8dQXSOB3cQ0KtjUehYgU58zaHNQKti2G4SoBatse4Kmm8Ig9XIXuu5dqereuvcaYhy3Z
YzUOpcXVfmdylpbEsUVn8GOmKzW1+5ZrF3raRHViy3+yYEW20rxDCe5r8jUccTy29QtvDGs+
piVHAVMIV6bgV/eebJsFC2juANi+4rLyc8EKIjOv+5gdV8PiFoCywNrBln8ERFGgO6xj5hW0
5Xnc8IZ3uKUrayZV/AZmKbTpqogbmmW4gCeB49TdQvhEu2Z85hVRgrU06KbBiqjfbazh+Mzb
hsavMvWLCJgKPuxnuDFbGmtf3EBGmuZZBZvDE8T8rMFQCtvADHzNdVvF48zDhyMufuMxPcOD
P04jF2Jsv83ExDnSlIBkqxuFRatg3b/Upzz5t4ZggAQDbz3MCi3zUOc2tgi5VrmnB+8TkDxW
pfK7kvawt/wBDwV2csPGZkdKjFPTD2PGxfzMHDMHk+Y3qou/mXNnzN9dlMqHFAxp0MWxadZx
8SoFZZ4HF4Y6UZYB/GED1xcF8sBZwSl3/wCR1fJw2/cXnHrmZgXxzHTD7H4muV5E/tDs7eez
3Elq1rwHUw8lXKFK9uKmW06eJfPK65s9zeek4ZQ7edK9TuOvr3Btqq11/syfgHaZyMCNpczX
/kEOylnbfMEXAFy8YU7yhgqAhS5oNp9YjQSL5bfWJeCh/OIhLU6D+yVQXQ2aqXyvvZf5hQVn
PggBkMKhcil6t3ijzFUm7L8sathCILXxKQBejiiBBUekrirtmo1Adn8ZqRbhSWAmnLVS9NjG
GiILYFPNQKs1Tvo9QmYHDe/rEC5msNZldTLL15xMB2jdXS9sCg+9CvolrrLhFdH+RGgVnkge
NUGeeIGbFGLrP1LLJZwdSzRo3sS9HPK/0QfAbBb+4LA8HI6ziG8SuqFgjtuXXBLG8jsncTC1
eH9syIMN3mAvQ9wdmabq3BH2B5WfhlhYLOV/2Ro81aBecGYj7nP7g2PPAc0fcptTgu8PmD6j
ZKrkGTibY5cD+4XFct3TwRokrFy+HLmcC38ExMreJczZfDcGLfIwi67n5LmWJnTqISNcDbOU
24w5hiGyjdk7DaV/FTG/LMfqWHvgJnsLC4KDIbvid9qi70YqMUbQYRVSgUuecS9Epy6gz+mr
TMqVcOkUlPdN/iVuLBYd/c+XFyzMLbxl25ealFlUEP6gVQrvDXZO2qhKygNI43qUNQZSqX5h
ph4KcfLHr4QvKvcxjVuO3xMxkd4r5vcLIHHaRarQdWzI3weExc+3EGZStlYhFtvLW5fBvqhj
5mJbo8YOBuZcK/YPUIWt8cwhZeBlvomS0fIGZHqGb6jS06Cn5jdQ30a+alOKjl4/lzNEJ063
4itYFbP7Trg/+MugjK6P3FqL7H/ZZwocO88Zlto77y3NU5N3iEUqDgL+4GvSHhyzWYc9Yl7C
TRx+eIPoJVQGNli/XxzLiFRVes/qfgGO/U0GFLeMNd6gJbyK/wBynAL8f5PMDRqvcvDoPxFV
kH4gwLE0epuMa+FR0N5//Ey4TEF/bxx+RMtqmCZ1kPh7hCcFCFsoOLLrcfqzmuCNu5qXhvZl
0D3U6YrF1HP5+JdirA9RUURyO8x7pdcL8xXiW7M/Ew6kPKRG0s0Mqx1JRbXxKDgDg498RbAl
RqVakGpMvolVL4yO/MVv0buOJ4A4Vy+ZTchbsrPq240mF6dv3BUavZ+zuD0LYc3Gkzb3ugeE
mEoDhkPcoLGXAsKb2xlFxsmjf7nqCGmzkjQhsMGSniGIuI4JpUzHf1HdUbFfG4t6Y+31GdCP
d5RC+g8ntmGC/JUNtS5LriUs2yG6fGvcc8fBsTvsgJ6nZ6nCp4b1+pUrb2frie2wfqVukLau
CUwWpJmHsSBy+f8A2ZnElZ0pi4NLWHx4gG1OH73NLuWP2lqi2AVjwuJqAYTVJ1ykk+mJW820
Y6EDOZatdfM25Ll7LatsTht+3qJcdl0eJZGe3qBBwl5pib0BLTHD9xYrBdtZqORb5F3CruCq
1BzTtv5gi0l6I74Cp2r/AMg8j4Mvc571XGeJWNCvtRB/JmxnErEVOubgoF6LykRkUcPNS9ga
3V0/+RO34Z5ynFfiEoV6v+bmY0/h59RHxhQOn8SsuoljfcVpVPAf3KBO/i29VKAJ5FvHrUTg
ORkf8hoO+XPvE7wHlxU0BFZBvfRMuA3hVvycEulGnoeRl88EXTrrzNrhbGVm1chuOxVf85nN
vy/czquPzMa61jHzFWxZyxj4hFHg2wbmJtrIViK+fnAG0Zb0ZYGRn/bhRpTtdS9lSo4a8mxl
kNjkOK3UFkUXgHEpwFO2CBvnXMKxRelnzUrMBuyv8ilFHOKzNwi3jP4IciLsAPmVX8T4zUai
ojbj1Fjeo/pB0IdZ+CD69qosvBiOayHy7Kmhg0jPz3ALGtXZLT2O6/uOasU46izFlazL1Jdo
1yPqDKS3hlM0ctorWw+D/kps4bbPt6nPtbNaa6uNpq/ioSHIxjn8w1ypPKN6sx/dcuWBdt7z
TCKgwDniKg9Fb6lKOQYxXESbC65lQFF2VL9YOOqlj9ZeYFa1A98RGx6TGNcPEtG9MY48SkWF
jDjzMFXz/wAl/caVlkzGMbS27mFS5MIlRKoqlLEfi4uIZ3HA0Q8iYVt5cSuNgcMHjcWuV4Xm
CfaqYXQ5yG4+FZ0YZSldzivUYohXJZ6hrYHKnr1AKrayp/MuQ0nlf8ZubLVX9eoq5SidNEdi
g+MlJSXbk7qES9ML12zLG3TqZdBvBGbL6kTEAKjs1q/EuirFvcuAEeeXwSwFGed/UCULBXj3
FVL8PMwfyuUAqcjPxLlci9/1My3UjoCESsh5erm0SnUCd9kxoHT4p8dzEua7xEU2EW8IwHYq
jRGh5jxp3BZT8Ey0fIuFq3R9RVxyP5Vzc65DajiZKZZNJTDS3TxKF6A6Zj+zej8Swht/iyY1
eeXeqnXJITQRa9VOUObXbOWA2lWo5LoYU10o7PjmPNlc4PydykhRy4bIdNM5qIwL4fqJ3C8K
qBTlsCIAqynMdrDA2PMw2V8/1Koui67jqqnedVJd47M9eJgBKLsFQB5OX/n9yxYPZuZrFsO6
ZVXCWrevzG6rPBwTinEM3yWq8Sk+VlQD8D9eI721vDj8xwBsycXHoNOD9yjlVp2uXiiE9R76
zySv1latxCMqc7EnBSGzL7iloFp+085Dq69y3pW6cfFxD9urCwnJrfGZ+JVrlZH/ALKnbS/v
OQ5csV4iBAQxsj2jDFl5ZhXiF1/2WI2us18sqy7MFmQBIPiL93UFqq4J05hzh3Myz/7SjR7l
OWiYq32czYFNdsLzA0+5d/bOe2f3Abrkr8spNuvV3B0G63ArfMmopC1l2WerglAWrVv8IDFD
T5me3pN+eJYq4DylS8oaH/GFwhFSuiUlO3rcA1ZB5VFwng4Jm8Vw0PFxSx4IYXG8xIqmu3xB
F5cLNePiZaLXRE0DRl37mS2jVMZlzKvTyR5q5egQorlaXAgT7szGBRvDaVKiT6HzK6wYzdP/
AGdpA/7tAA3WkVPuc+LnVeeJh2Vd7uviVsldxbTV03/cRSMgJT3cpLR8jT+qm1YVeY0xGsP6
SuGV+PoiwapxdXBtAIrZLER1wZ4TWHj5llalzyRWrkcfxF94nBnGCOzStkx4lOjf3PRM20NZ
58Ti8YXb/wCQZiaIlQK5VX81u4xmIptHegXwO52AOP6iWOJwZlzNw8LYmtodjPbFilcqbdy/
N02v9ygU3uorluRXsj0+5wK9sdmI6aU850TnaleTfdRLK2cXCcXeAj8dQcX/AGiPLW3uYooD
kd1MZSVTmFK6Xj0ldNVYcfjmcwzz16iA1rmbgLKxmDatG8aleJGCblRTICBrKetd9y23xKZK
KxxAcnBdCV7gYaFd3ePEYgqnPbDQo1yDbzLZNHdCy5gQb5VhfaBCi75MXXc0JNWXDg8vmIpa
QD+JolHXXzNkAYNj8xW69bp+WYDnpL/MexXLkTB7b2axM4dJoWEEBaz6n1CDN/ar6uM07VCd
Eu67QW1376mQJbKa+Im6AzX93MdknCj7jIS32zLVqzBbqu6iYeYH7Q3cdQ5/U0zdZqFQNnsV
LuI/y5xPieYsboHDWYWVJtUF3WdIHwSj5yDr2zCfoTXUw5Z4/MenQa5Qgest37xW6Z2OoWFZ
bGYgxtpz/wDZc14CXXUoEwOKhUAOUlhD5iZ8G4w6eguZCjspgUn6Q1XdFwMpFTw4mmns3UsP
gVvNob+YjvAu6wyvH83HaWBfkiBX4K4lknC3h4ivSzX6Q2BgPaCJ2+hFplPnRfMs0K8r+4Rz
TPMwTvQZfEqfZtePiFKo6Uw/XMIHkXd5/tKunuKaW5b4/Mdb9NlS69xjcN45rW4BccmOEX/U
CEnteb4gLZ8nG4Q9mnuAzo6tzHW2hviNTZWCWG74/cSyBg3vupRQsOOpyLAsz+rjN3KvKEW7
ZQr5SbFmHD+4HKJDmxFGgLzX1AZxTaW7J47+zKwXXsND8bhwByqH6QeA5ZK8Mf8ARECObmfJ
f8m1bsPlKEX6Jh/jNwD356nFtcU1mVqXylr0hCC0tyGgGO154YcZuVh1ZAq2LYFD8w7QnjER
pk/CW8FZ5v7ohsExPLiribg0GhMcOg05e44rvk/EzO18GfmP0+ZLWxrqAbCDimYbw2xiFyHD
xG2uZ2RChvkMx03toxbGepYL9/7E7W2kJ2HLSBXErYWqzr0mx1ljxKUJ5c5lX6y9CJjkuf8A
SESBrAg5PIciRNQA+pn8MJQfUXNBpxSZVXR0IncGqorPOfcuC1uxz6irUu+x7zMinWhAUXt9
JvUybDQ1Nj3NdVF5QH2GmXXTlkIPMsZmFw2nEOBNDlx6JihbVJEZIZg9MQXhXdXzxLehejV6
6iSxwV3C5Ym3i+iGB+lT/wCETtXKf9ldXWGK0Jn8h1/soELyH/JhLFmqwGqsr0xcwRvO4uTh
nBleSYnC8hxcAyKYpf5lejeN49SyI0ctDqYMHFmAlpN67wEwsicLTUvWWrPreYjO8rlbEmCv
H7Sg41kCALJ6xhs1V+4tgxwuHfPnVXiMWLk9B74h3hyPAi752iy5p/xapgOGlodRWpNrR7IJ
8Hl9kgez9dGAkF5Uw4n7RgVbP8CtZj+avsK1LFOPbiFBYHLMwrPTw8wqgUkPR+YWrZxX97jh
hc9WPepm6V5XRnhmDyE4mTBgB+IbAL5FqUXMomC98nDiOxWdB1iI5tbRmrx4muRMGbzzE4bl
PT1BqbFivEHtZcsi2Hg9BnPwVqL9sLr8KoXPiokw1TBRUqIA0NVDhRXQx+eZYKFha38y8cMm
b/HMLpLA2i+4Q2voceYfddleJZ1vpsTiNxK4VeesTa4Zc7muofslXvgv/Uurl7Z+ZpiuT59S
oTtVFRYQTAe2UjSKrW/Mr1427+Jaz2TOFATpaQGC+H/J5nC7d4li6nSmIdTH7oh7JdWrHVcy
5BXyn1p9xyl1UZq+nUTuXZto+iJfYAF6OIR7Ff3M24DnlvbUIhq7hGXaULbzU3g173DQNRye
TO5mOvA031iUltsLs9S+Npl+EdOeHfHMU4Rp/ETTGpGvmAjGQaw9Rh+wPmV90W1c3UBrbFtj
6xArRCeLIvUbfyo2xtain8xMSLYypGJWGN7n4iM4ZtyeOpuZTvX5lSrV5R+56Mv/AKiqbfoZ
kVwV8vBN5oYdV8xcLj52YYNYPNVGK3a3VyNzS5Rq4lXmm8W81HF9Yp+0Km7y5qaLxNIy8l5l
2KAy0F7gCnW7x8GovZpqFktDCokiz+XcCyn3K6lEqddU8ckq9lra/UvVcwb8xiEOHRYTva8r
zGsK0ZzFQwEsfmX6WNg2eY431qZqJYZrbBVbZx/DOcPKqMEKzkt3Aoq2ShDSEZq6A2+iUs2z
W3gmqyEwFoyyjSIznheIWO7gRqXqd2vfuas8+Kfc1Q1bvlB6eYXPcybyvb/glmAjS3vq4cC5
b4EpF5MrHkiUIMun8uUSJf8A4S+hBgofy4Wrh6GgcfMV3KkntmZu8z/tjUwcA1CMlkc/aW1w
VyeoiMgVUsBUVgF7i1WjY77mXg4TRXddytIVVHOZhCuV6PLFFUv/AEhQCSuhx1nuNWeD/kcg
gmkyeojdyVWoEqmK2Xy7Me/Er8EzWc8RqyttajaWIK4+5nJTZ98/3CLA0JeJyfY0mKyivkmN
K9YGXzUGC4/a8XxMfHrwjUe8Fk4V7EjuT4vUyvfdmAZjwXB6VoXAhWwKJAZyEij5hRyToOLW
i5omvs5/+PnPZk9TNcQGEm7uv7MTBBl2LEHctwPKU8U+JUHaXIK+e0cousH9kKoO7nuFbTo0
VZxLV/vnx4Zx4rcn0lYGf0/yhhAWwLOeTDlF3I26qZg8StDAkR+F+4pWNrxFbohg+prmsbK9
wlJd4Muo3Qfgyk5IrRl7thy1FWP7Kl6APMc0jIZhw7Wtw3pI7uNBHANes2wru2tU9R8u3ICs
/EVwfFvzHhZ0eT3LUgtXOGN6czwnqbTrwa/cSWexBliJVxnfbc2KjkurZgHrT0N7n4X8ufaQ
deE/hP4B/Gfkn8eZs/5T6lvc+p+lzOH/AG3xP1d7+J9cR9Txr5n2GX2yX3P/AJf/AMN5PEmv
/wCkn853+5p/0Q/1vcP438E4kfwN7/8AlbvP4n8zfzPzm9fM/nvpPyo1ftv5mvxNa1xPtvmf
9ybPf1N3gf8Aufycz9D/AKzd5fHxPvfb/wAn13H6T/zTb587jt58R/CD/wBnLwn2iPzef5uf
yv35n53P/wAv/9oACAECAwE/If8A/ei//9oACAEDAwE/If8A/ei//9oADAMBAAIRAxEAABAS
SAQCASSCSQCQSCQSCSAASCSSQSCQQQSCCCCAAACCQQQQQSCQQQQQACSQCACCCQQCSQCQACAS
SCQACSCSSAQQSCSAQSQCSQQQCACAQSSAQSQQCSQQQCASCASACSCAQSACCAQAASACQQSASCQQ
SQAQCCSSACASCCSQCACASSSAAAACCSSSSAASSCQSQASSAAAAACSQSCQCCSSQQCACAACSAQSC
QASQSCAASAAQCAACSASCCSCCSAQASQCQCQAASCQAQCCASAAACCQSCASQSACSQQACACCSSCAQ
SCSASSCQQQCSCSSSACAQSCQAAAQCAQSSCAQSAAQASSAQSAACQCCASQSCSSASAQCQQAQASACQ
SCSQCCCASQQCCQCQAQCQCAQSSSSQSCCSSCCASCASSASASQQAQSCQQSASAAQQSCQSAQSSQCQS
ACQAAAAAQSCAQSQAQSSQSQQAACCACSCCAASQCSASAASASCCQAQSAACCQCCQSSSSCSSQSSSAA
SCCSSQASSQQCCSCASQQAQCCASASQSSCQSAAQSQAQQSACAQAQCAAACQQSSAQCCSAQCCQASSSC
ASSSASAQCAAQAQCQQSQASSCCAAACSSAAQACSQSSQAQQSQCQAAQQQSCCQQASSCACAAAQQSACS
SAASCACQSCCCASQCQCQAAACQSASCACCCAQCQQASCCQACSSQSQCCQCSSACSQCCSSAQCQAQAAC
AAQSSASCQCCAQAAQCSSSCACACCAQAQCSSSSASCQQSASASSQQQAACCSSSQCQCACQQQSCQSCAQ
CCAAQAQQCAASACACQQQCQASAQQCCCSACCACASQSQCCQCQCQSSSSSSCSAQASAAACASSAQCSAA
ACQACCASASQCQQCQAASCASAQQQCAAACAQQAASACASSASSSQSAQQAAAQSQQCAAAQQACQCASQQ
CACSASCQCSCSCSSCQQCQASSCASACSQCSAASQCASSSQSCSSAQQQCCCQQACSCQACSQCSACCACQ
CCASCQAAQAQSASQSCQASCQQASSASCQASQCSCCSQSSASSACQCSSCQASAQCACQSSQACCASAQAA
QACQSQAASQSCAAQASCQQQSCAAAQAAAAACAAASCSSCQAQAACCQCCACASCAQSCSCQQQASQQSSC
SSSASCSSQCSQASQASQQCSSSQQACSQSSCSASSASQQSAAQQSSCASQQQSCSQQQCAQSCAACSSCAA
CQQCCSQAACSCCASAACQAQACAQSQSQSSSSCAQAAASCQCCQSAASCCCCSSQQAQQSAQQQCQCQASC
ACSCAQAASQASASASASQQQQACSQQASSSSCACQSCCQAQSCCCQCQSAAASAASSAQSCASQCQCCAAQ
SQQQACSCSAAAQQQQSCACQAQCAAASASASCCSCSQQSASCAQSQSQQSCCSQQCCACQAQQAACCAQCC
SCCSCQCSACQCQQQSQSCACSSQCSCCCCAAQCSAAQAQCCASASSASSCCQQCCCQQQQSCCASACCSCA
SQSASQAASCCACAQSQSQQCACAQAQSCSSCCQQQSAACQQSQSQQQCCCCQSQACSASQCQSSQQSSQQA
SACSQCSQSACCCASACSCCAAASASACAAAQSSCASAQAACAACQSCCSAASQAQQQAAQSSCCQCAASCS
AQSAAQSSQSCACQCQCQSQQACSCQAACQQSAQAACCSQCCCQSSCAQQSSSSCCACQSQASQSACCQQSA
SQQQAACAQASQSSCACSSASSASCCCCSCSAQQCQQAQAASSQACSQAAQSSAQSQCAQCQCSQSSCCSSQ
ACAACAQQCSSCCCAQSASAQCQAQSCQQSCSCSAQSAACACQSSSSASACASCQQQASQCQQSAQCAAASQ
CSAQAQQSCSQSSSQSAQACCAQSQAQCAACQSCSASSCQQQQQSQSSCSQAAQCACSSSAQSAQAAQCAQS
SACQSACAAQASCSQSQQSAQQAAQACQSSSSSCSSSSSQQSSQQQASSSCQCSQD/9oACAEBAwE/ELu6
6S2lrvEtySWDHeXMDSO2OAU2yR4oiUhbtGXTS7FB6KYYgrdUtcCuWHqVN0KZ3TbCmxhFgA8V
uWaKznW4bQYIUqubyyIXmVcRwQq+KOZmsY37BYhB649heamZLyV8e+PEejLoOl/K7I2UdjG2
wXHFa9EWbQ5QLVTZ7JjCDV0HEtsIFWZ2B3PLUM4zaX7IAAaDEQdlxxVtimzHXUCbDMo9ojBF
NtxtXYVg8wFqVunBsXuVgrokLFwjLVQ7xBphgzDhYajTdTZvRsOIWhom3bcwMEnBS63qo7YY
0VByBW5d2Wit3apSFoCQx6Bu4iwWiCFjGw/qF9Ufn/6nOvMPJd3oh2XKYcVACtMctPcT3S7C
6RcQBn/JQ0N6PMLgWzKvW4MkolCzggaFrQOICIi1RRUz2wMmxhFk8o7/AKleRQZXEsBMq1Y5
9I9X2bxRgrmX7mLbZquAjH7e2lexYmNtW5UOupdB70rzjuomqIpZZSaxMVNbBuIsT2orQesX
EChChuWRfEqZFytZrH9xakatWzwEcABc8lePcbBppbKw44Y7QZGW3bFKWMQUvDXtLMbTqZD7
v4jBAsKAU5qBeFWxojBwUwJBat3L1awR4ML7MJ4EYUTRfLKek2WEtarX5gexNAVPGnPuFGmG
KN5FdQl1AVXKd41GqBtztpVQ1wtWtQKFgOVQXHL3gJ4hxGsYpUeIwDSnwuIq8Uf/AB1q4i6a
hAkb9KblaIFDOAea48Sr6LKWnw5ZjNclDHWYDAagovvMchKhaGgwiFn8BMqkNGBgeAOO4EkG
Q4lqr6mUMGzbnFR0lAAIg4blcHleo5gy79SjmCPx/wDiiUtXMXU0rVtSpK0CgyijAU28Rd4B
QwLbMj0/cELFnLq+4rMWBnEcRlN3fiLXTaBAvk4Mh35hQX5HEW0pdrnEUWDAPFf7HxQNViMU
7lgc6OLq9+4djgDn4PmXKyFclH5mJgTZx9QLbvRLs5SO9ADg21T6j26baox01BOCrdmmlXuB
WGVurHS8wC7323Nji/MEZTKgbCRmrE40vxEUlZkhQd0VhHIKlAFDG22ZsU4NrlcJxjAJs3le
Jd2YuS3SneIWaBovHVo4iVXVAvkqTZBwljoyX1BTrNqIqqAxa6tEJTNZyMwD27B1q3qUKCOy
kRzAgFmLWs8Uwoh5Smg4YcxWQ4O78whvcN6gBwZJf2zOCA1M0lVj5idAWfEuOoWOG/DNBCSH
qZr8p0mRlzcLowAAK92JiGDS2MCmspVgSMqy+5iykMK337gumqPXG4VR2JM5vuIXLXRWgNQD
RzEso0txvnEM0zdAWr8QAl+bL/UwEtMuYCc8jjqdB2mL8wj1bV9VLXa3pGfuZMhW8MSygeF/
5LgqtDsqXujdVcEXS72HE19NUQFUQMG8S7db0aU9xJYOuH9xEoifjPdRHmZV0QayctaLjD8x
CvalYNqGpluJjFVV+40BjXbUZa0aKzV6RiXYEGjP5ljCoVbljNVxKTBptYO8dR2DZVZ64gfZ
Uqbtq/tgepiaNxBgVBgZSPeYEUJrQ1e8sDYkClHkFRagghlcm3MycRoscjEbiywQcZvGJcfG
bFbd34e4nybVtCZrrfBFmRaLV7A2dRz1fRA6Cu4gsI3wF0K1GjJlTbaLz5S5qg4O1zy7fcqr
VRVaIPhKOWbSVTVnuXo0bLWUeOpSADmYovXmEFdNC1v+oyDzu1oBHI0vgdOICwgcJYSizfmC
VNAe3xKyu6eJYIAhz0SkA1bS7epQ0LyDwTNAEsrY3tiXGlxRflICtuy/G9EU7G3jhg9WMmGc
PKXAUFJxWcMYLcSS9W6hBMtWyw48RhB7GoXu4MEFAYPqGbeVct3WFglI40vIvFEDgkJtuLXK
/CU0inZeIVGoqiAYB8n9QUs50aigMWhHld3HdWpV3VsAwcs3Fzq+YBaTJnMWuI2LeNXmXUBO
cZi7BFV9FVVTIab8OIrMC54Sobg2UdZbAjjoimArUosub1CVQ6sYOJZKuc8HPzKIUKtc0YxK
G2jHIuU09IrJ/ZEsySuwzmu4NGoLlR2jQg2VwlavXxK7VQWuzzXEUKGFAlXVbxEoaSBbApeC
yCSZoKtmTCc6SD24UYFChQygzeIA1QoL9DDW8RR9JA3dcYitbwTVsfRItoq7Ghx2pFqGwj0D
kloORVXyv9JeWzamiU1VnqDg6b4Fq8rVsy7cYIa0t5lLIgwtvlrUCQoDOorxOYLNhxCVeUca
o5loKcogCYKisMwCibHJGSbAgebIJdA36iBXOcQLatuKYlBpTUrCFi5KYlWncg1tbdxitKMo
9M85jo86ArPealMKiu3bneosY4ByEclQzRawqqwzMEKirzWLjosWByDxHVgPEZzzvME5bFrB
UvAI5wFO5hgBpSrvtg8xYlrRrmJVBu1yylBwFcR5DgU/PUyT0YMFKZAy4YB3gcalkjK+zDS8
E/HNTQVt9NdwVoK1KlDyHGItZ5MAcAsjePmN1FVsIg22tBxEWPAF1f2QaAl8hOCXyqYHt9wr
FiOS4g71ATYvHLPUoA3MC2MF4rzDLtF01UpTIFBvXqbJ5ALr7hClE1bTmEtsm2muG9xQi0q/
KOvGKqZ3X6YoqBAUJrhfEOEXZ+l8xUC2C/F72IIDIAH2MMSzaqCrvL4imVsUjRqymHY2Y1aU
224gKBZat/H9Q4KHLVrtRKAZRzDlfWMQQMTwfJxlhiJemGTgEbYQUardhbQNRhUULoArNsSu
XEmHDOXr1BhuLXU5FuovAsYK0qo40SqH6SmyDILwhw9SlEVreaqW7u250GJuq0oow8Qmmitv
EW+20LdwlrfTLz7CIo2a1Fg4qjtifBkv5iEFaWIrkUFfc2OAEwUzd6gcZUNr7jPUJT6zxLUg
Q1q6WS0U7a6bZaHTdKZ44h2WQSMvNT90hnaMUYs4XoNxFcgExfmbnWbFhfUeCxwav7iFS8V0
wyA7NvMewDutDMlgjI6+IAqhsSwoW8lYhJwV2rs8TJ4cq1LFLRwZ58w5rI44uEcLK83yytOA
21YXQ4MgzjuAtrAVlLTTgMHFyo0K0HEyQSBRenwkvDYveOfLK0IiBXS3iD232KezqUNvcJZZ
1uXcuwoK3uuI6ANIJV3yQjtSrf8A1uMJjN2DPuDgkFvZetwYCaEy5m7sW1vipaSLDHa9YYNH
MXZk+SO6Tgytn4gUk7sFUbTFVCmcqmw8VW5ZM4d0Jja0vmIjSF39nT8yllFbAWU8zXU8tFjz
AU3YYJO1T+4ql77bYySlyG3AljJ7aiwixFdDeWoQK5tFt8l3phmLWvT5YOmM+JXBKlycK4PE
bmZyXgeoDV5EHmWNFu85z6nEVeE4D3EwUGAlD8QvNS/cu1x9SgssyjtZhb/EtEM6bzFpnUu1
6Rr7h5bEEBTjYzb4AgizI0C4Id8M13DaGpcZAFluq8YmLbtOGryf6maULu1FQkoIh4x04xLi
oCdnyRLtcg81KI3YGjPkhHSbvY+422XZ2erhgPbTh71GvLRze7gth2MPd1Cke2Pt2DUKBNGB
6eYmpD059QYFfEwA5q63v3FCJzFJmcOMxNpSmh/ERykDzDloVyNsDMr/ALROmS6N3FZLBtrn
6ibtupapAVbDtiFIGzU5GUzzEewQAWWnuZ4tmWr8sAK1fA+7rUvCrgtttgKg4znPxFwqygaf
qKixNdocrFUDw4FV3Dv4rhz1cC9wE05tp/qPDgZAXIws1DiDPSVFgCxGGae1mEQAwtN+UqHF
oAYUclcTOpxRBN5xt5xMih4Ac1LvRNjqei4zLNZKHbli6+IuWxiqOIEIY2aoxrdwJ7RD12Md
RebzSioPcpADQJV97goI3ovB5hwZRTkH3GBBAA6/Urg5Bs4+UbYpQmhjW1Wnc0oOVyq5HBBi
3GcHUyOUBRfsxBs0VOGwQLpS4xhgBoCbyQpRZDVabG2pUIZfG4oNOe5nYsAKSt0YEbowUAQX
Q7lkPl5go1fNxsXRhWX3WoKioGrd8MHcyFD1AvPF0vcSgrIOLlqxAu7tuVQJjkYG5kCHKLhi
aA4A8eYegRXKLZM6C7vmGsnP1l6kDIdRBZkxSf7EIDcjmiWkFTk6SCArHC8S6NtWLZEbG1YT
JGCYKV/smC3A0C/MFSfK14jgCjaPGK7gDGHvd33BSo6dLtZY6ldsEqmfFjR4mksdoDZzBBBV
gBQeDMxPCva4UlDyau9UwtmZE1rqr/MLINgm6ZfRaraFzVymABVhynNwGtxRSDjxKAUJlFPh
gEYdaJ/4eJZjyNb2hCUNAGCD0MEY1Ll4CcHD8xSqVUqtl8l4jxsEqWLmNKHq2HoQ4qXWkypU
GnM2ErRAaMKblJTingVh4iszSAB917lEotdxdPNRYLLm8HmFVgPJYhLrDakfMQEKMBVlS4At
tl6vxANQfCsQNLaooxM5ktgpLi5hm1KnwdaI8Fq153EWjZ55mS21uuJTiyUxRve0W0WviGs3
TeaMcylpUltFc1+SIxpuSlAUTGIKGCx06lolKFkAQi/m3Sm7BEQrekdi8+b4jrLdJwbe77lU
S1VVxiBBaLsHxFFSkW3h9QELlqmozLLhQJQTLuKBS52xl1KcXUMgteYvY01iCeBguDmA7beq
uGYXztxrAF0LqCGDDs5Jm7W4tn4hUSVMBghNnLxpzBcKFAxBcG3wIMV3GcS1apl2IygNAytB
w8Zg8qRTUvpRuMgvNwl47IwalGluPO/iAoAB+SGBouAXXuMbOwOuYEID1M8N+ZUqrMgM5+Zn
AOT5GMY7YjQXDK7zQeYoWrWQYG0Uv7iWydIcHJnEpDpxBYGqafbcpyqMhR4SZa6y2FY1zCYX
KAbbqjmXU3blVcLh9frNVXh3EQtKUNHFOK8uYaE9FOK1wVDl1KwKnLgzMJDYaFrnyRBfVdWS
6zDq2UABkfMErlYyYvtl9UBmlLUKhZMtYqJTk3DjMW1OXh8SkZ5UWoq6Wy6a+YsK+yzQ47iK
MME0Fk8ADRAwrW6/8gFWwWuAxnZiMWLJRkN5hlelFVgMuI3Blath0XUdr/ORs3xGQ3AxeuS8
sCAWIMVgqpWQBFoXUuIhIkVktzRAUFKE0rKV+ZhBaniycF0OVxRuu5c0JoppyRfRzT3L40cs
4LQPlLMlhy4nEKd3HsNHhNRMgVVW7IVxDYVarBsIYZQ/JBalobQpWaD44g6QZHrHVS+aqP29
Qah4q16lTRYt+BAt1ya5+5Q2+O1XEBIQcsFw7i0oURmQzj2OplBBega1TFRrbCRBW+MQMyr5
A16QERLOzfmDCWyyF27ghRoB6ZWqqX6dL3A3OenEGUpVjZTPUCVUUS3kyt4hITzIuGA/MLsu
SDO4FZmpQjpbkOAcQvDQLEwejEBdppj18Zg5YlFTjA5xBhzTC5Xo8nMwaEqIsubpLuKjJgVs
l5dBugrhMs1WCUdiRaCQhfYWj8wyRH/WzKqGi6tK3VzWpu776YgoewboIYaCCkKrfMu3ncUq
VzeXxBCjZ4HRFOHBkY5KlumHEvC0FRYcwWtFWMf3HVSxk6uIlGFW51BQFoV4RxqpVfEV15g1
oezItEDMTgXEi74XiVTILqlRWo2V93eOTzMsyFcnT5WULRcLDdDjmLnBdHa/McL6pLs65cwy
+iqHGS7zA7w9e/cGihXOz1GgHK61uUAuuHHuEjCmgCbQw4DmWQVDdbiBuirbuLAAVm9Yjw2N
YfrEVpmeDV/7K3GOFeZRUZ5VqLMG+nMUrAwZ5mABS6azUVGLS1uF7a2M4JRjqQkrwwY6hYNN
S0i0aOJpyj6W4SK3KhbUeV7lCkIa1XJFloPb5MREcVYuMho7gqF/i82zBN7AFGsS8/qX3DqC
OgrluSGGao7Xeo1WkN7AtXT5i2qDImmuD9whdhIRZnI59XAYhqkBeabF34lklIqjhkq8CPQh
0AiK2sxXmbrAjKxCImngE3dz6liwVvdhverjStoo0diBmo7U0OSbTNpZuDdVrFOjhR8RrWZd
m3/0yknKUFDkTWPMcoUTa3bjiEaUtNOpcOFojejioVJQul5PURWe8gDimMq27QZdsxwqcwCv
cW8wFtcyioOmg5LqLlAEBXgO2KA62BsO5g5MX9RluncvEBwNcFUjXH5lcnR1imnqCEw0EQhs
HUMqYpL4IXOAFA28QFoUKy6Vfj4jrRcitwXSz7jEMY0MDeWoGVTBEu9FxtlCoWjyx5gDZbSa
+YR6XGLNXMiMt4t/csgTkhuK7TV4rcxuRxyfMRt9Zt+KhhS5M7S8xsrXhKS7lXcr3uZlppdi
9dStrLY4xCEFQM+IJLFYxS8bYdSaaDURFEOGh/EHebPSJJoDfyfcWKTTAeuMypKhP3DoVZjv
+MqIRgshdw2rkqrrGUQJoQFoFHUWdgMDFPUGiwQP4oioUgzuh/uF9gcDhbUPELFgunNfEBpk
C7VGlOxroxVubjbSlA4asaiby7xWzlxDFArCV8d+o+lBRla1DEtWRY9t0wWUoco5L6wONAGo
iW2IIqjXYK8MVi3KRmGhgz9RUAKiyQBurZSq0u3QNbeqlFZUMW7o+XBMAKFbCXNPHmVgGAin
8HcyHDEQLtHuHsB+kty7kXCeJct5MMDHcXB8+SGgY88xxB7356fMaqpCnh8QyznPQbPM4ueu
mo0Wwu3jxURVkx9eoyiAWaNQBV2S/wCN1C6DNEoFmILUx7NeIVKUFd8sCv0qVsbWn+5Wc49F
2f7l8NqDtVf7KcpcxTR02y1tXL7u3Cal9qEgxUZM3jVxwsrr+wlrDRVd34IRQrDi1ziJD6rU
AUgOsm/qWDYNao0+4OKU7TuJIPYHj1EhsK72pzEIINF2xJMKKzIlmiprgQDzZysLkMyOZYbL
TJzFIULXpOgUa9IarkFOWNi6G6H79SsQoG9J/GB3UeBmnqWS8bTmoQ3Rytr/ANljJlGsho+4
GFSWxVOhxCTR6Vl58RNylcgHWPBxK2CrpTSkLYmu3L/kHTEbG4wrOI7L5tBsVOF0ICHMLFAU
oZz57liCvdCPR8ywsMAML1SNEoxWqCdFD+4KkK3YUDbUvHLyYdMl1EMytxJa2hIOFEGtVatM
GI4omsAsNuzFS9FysVXvTlg3ngXYAdFlX3A9DBrpOfxAtBIpbEsGGjyQc5aGBb3RbuDLMN2C
sbQkpWVULcLoPUuQUitufwj27aaKoPNxgW7ymxYgzb4B3FdESKC75RMwV8hXmG5t5DMdHRRk
8TP9mFpTEwaNhtZidLzhFYRawKqEC96uKanJAsAozKGa+2wvg5xzC4WLEUOADUO5m0CNdKlc
LhVHrxnogzBw0LNDyi64K0RQTe5ZlKQLBo0JfhpoyGXuKUXNdUZm2ULKP6hucx8j4hg2HO/u
GM086hZHlbovqU5JBaCiJQKpnohmOmteZRpjgePmHUoZO/Oahz8GTb8y99nGvcKhLpviDVws
tm+odQza6RVKRyHeWUmoJPDqJSFXNNJxcuucsussRUAui1hneTcssaUyBGhHl4hoM1oDQlZc
ka9wKsVwpUzmSrpvHUZjvyqA8xhVFrItKcRiAN2ZHpgiLJrii95eYAiqykcZ9jAgVmXah7mW
oqJCU5pjMDrWbyCVqt3LLorhb53iVxToAD0z8wNl6SyS83jZC+cIFNH3iOOat5cuOoYLpzGH
mrIuwhKb6dWY/Mq1QsrWsAhL4gArYKccZjMEtD5acowCRx0K2/tElu5F6L74lhLi4URl5qM0
7h2PaUexYqGRhDSbPNREoARwtY0aBWcqalqrVWRsvzeYpkIWH+0Cwi677qKAcUqsdxDQOQ/7
AEpMHN5qUIfsTsLs6iHTVgZQxAWBQ1+0x6lYrpkqKyIuswBFYOPnAsEUVsJYKr2SuTCkHl5u
VvWG3Aa3OQ7moOa81AOABzyrBIoz21g5gl0XBtt+JUEbUN+pUytsv+S9Wgd9k3cyb9StkOHB
gPMI0HTHcCgKFrG6zGQGDBtveZ/vDsPEdqsYVmbTGkChuLFQK3/JuK2i6CGwTAoC2KvClCeO
4G1KJQLzKQXZP9I4ZnYYRNm4XYfcYYHXBcMokLS1Bu5h5oQA20hAsjcGddQSi3A67bhgXCm1
jKMcOSx+AlkWAWCenMqQoFmh35iUIqFUM+2UsWhb0eptmVgFV8hM5hRBb2eIpkAlzANUmUqI
jETt12SuXdFFZlvp4eoudKYGTk+fmVVsL1R+1wkpUUApiyu5gqTnJtk2oEiZUCyEbDR1FcBQ
WeDtrHzCArCqyd+iOIYQC0ZTv5lAcDUAzezWIlsABp4FTdTn0OCvKsIjYAmC8NcEYMQGXn1c
sRL24uJWZdQZeiIXBBZb7JS02ONI+YLNGwlEEMm6W8I0wda4B9RVJDi41dRcIa/MbG1XHxER
WXQrAOCSqLuhluwqz7YJyzN+UF+iO1nRSz2cwMhwBamimIIrxVLVTZWuoyOgHhIXHJKp34Ry
8sx27ELbfKaCXmlhPI4laFuzUzTS3wRUZLyDjPqMouWm5ZLjnMAFy2E3iEOGWp+TDS36lhdK
bQEGQlrGfkmZe1UtYhS2HhcEwK9YKqJFVwZhks0U8MRIJW20dYb4vOPEaNF9s3KyXdlgtPUA
qAyeBK6d6LpgnfOS0qitRwThvhyOZQUKhopDJZ3BJb91ukliNB3R5J6ht8mowcFwzl5SXvkH
OD4GABsTVJ1DA23oG8bmmQparwiuiwFVul/UOGK288LVslyKiAngouccw6KtFNWuzNwPkMNE
THkg8aHDErT/ACMFaSpRsgBKrhYATgdWkvVRLQbM0gx0UQkaZy/ZHTK0XbYmuNwmuUcgWBbM
yjbNxyLj4sRYyMberi2oKnAbq1h5ZC3jupaKWM97gJCMG+V7maqIoKSAVj2OMSi2RMdiF7GD
6hR31LlCIs4U9xnbwIaYHZWtr94hYctr8zPiBYDAui0DltJMLnLC2iJ1TzRi5YomyMyx+SUD
0hBSvBUzHgHdbOyA5BVSmhttGUuwCpWKF/MTfBGgoV5w3MShhrpWmiFcwMUWYiaoLNNh11Mp
I1TfMHnFljmooB4yu4qFWsnNY0pTx2y+GoW1jEzwhyVv3D4pWq1cqzHADZ7vERBBN/cMYVRh
dkoCxcxqHICy9Yr1FLNHwfULab2Mis8TbFvDEalA5dAzIYRTP6JAoAyDfJa4jElnlqCYyNal
KDlOphDBBBQ3bcWuq6ASoYrkAEoRRZRsbXEUioANF2KalJNthsB0m4BZXbDbWSBgmtuYWxWa
uNwAoF8sMKAIZV4wj3GC5MLldKVefcUDSzuHNOssACKXLY5PMVrtF6tTaOI8gWFoO91bCoqc
j4rIy1KA5hQvTCR+BggqeTsghyw3FS6wHcVD7BC0PhGFwL1NG19sJlGBaplc2vMY+dWEtdpV
VClspzYuheowWFdjjE3SsNC3GtykIF7IVzzNYxq/8RAUWz0DH3Gr8KYRB0jcYDa0BzVPDGF/
GC445Taq39MUHl3IrCL0wI4tXKwzCohBMlsqlr6LVpDQBxA4w6rPooQx5gyO5awFReAuWRw4
vSi7tpgWUwnSD2xFe0CWCgyjFRWpySKK3CYy8rdsgZhJq2bxa8Ltm9A7LiNG1EQ/bK4w17sP
mOlDTDj7ltXzMIfmYEN+0vG4ttugMPuLXUoH4mVFyttjZji4aZC0ih7qG6vBlrysQ4VSmUvx
4iXWc26y1niF2ZAwQ/LmJzgtcKuxcEQIAo8tYg8bdq8ZVKWLALXIOdNbuVyKmMAtmj1Fwbdb
fCrH6luVF8BN1jPa4HHRQKnamGkQl7RhpwQR26oVsDaW77loM3CXVVWfeYaDJt5nDsit05Ls
H8BUo2Iubo6ahb8zOCy0AKXq8QAbgDd1jKktF3T5btb1UreAggBc2N7gRH6LtdyA0zMZ0xju
as56h5cy7UwgNwR7Yom7AH9oGeirGg80E7AwGQbprct8YadUqw4g0W0QBgFsqFkIICrTWEGV
gwqGy58IwIA0NcwQa6dzMrkcgrD4qFqh3dpb2sw5c2YBmmpanMvJHEAcGtZN/MxJzwD6jHuI
CwY47i/LVy7XiYC/nz1HTBrCwgopVJYkZsIOC3Ti4kCm6VpnfmM+oTWaMGiaMR6yXCBzR8IM
nCSlgFUVnd6r2xUuSraVw4ECr7d03lNfUepCxRmaSkAT8AKHlplUqw4BsJVlag5SQ6gdnKIm
Ccvj3FIpAtFeGvuFMKCFrfCgjt45t2NtJsqOWOFVHpzXKx3XghXbaHDC50g+psqU10Yo7VkT
EymX5He+mXAiMBemwv4ilkBdk6QvymVlklQcYXEpmVQVbFNj5mQzUAHeiv6i4xOfK+TUqnFD
HUWAO4WhTQT6kapGU2BDOzeuotBDLlOLCZfUNPOaoDFQaHAUE2qCx1Es1CgccO9Jam0ujwAC
Ne4GwgBSjNgtQ1MGpirlFXeERM1c57Bes8S0nGgHgvHmX4BWIg3kpm/QswGUy9hLczVOSSvP
5QOslrB4jliMoZqKFazbqXtcGrZB2rCK5u1LfbaRS9iCy+T5TfWuA2sJFQst6Q01XUOVTvrw
VhuxLk5DmEBQYaO5Vq41BexkeFMsre9A2WcELHOvABvb7SgJv0NcohCclhCr+R9kGeLPBpiL
K9CwZQ44tDlcerD5Iq4sQbZ6poIkRqXfydQ6pea0XlY5Bsl6XhZ8SmjwDBvtK+iEIgl5Tkgs
thtyuzuLhIsCGqosRK3anOeb8EbACg02a5MPUA9sWi+WXypoZhvEtrRQqOL6XGIcEjZuQrmF
IcLRNFLQ9M4SJA67RrLL2XFZYIErPnkaS0jVxcXCsFAKvqHQFdPH1n8RRTwRQUnp5iG66xPi
+ncX5GNpeoDBqd9J+soOviwL/pGB7SlelHfiDx9XkibUKx9uXgVlkq+ZbmZEPfsQi2sCQYoT
XgypAVUyqyK7limqoWec3k8xEotSGqdL0gzUDNp2VJXsgTrZuh4ji7eA7XBz0YeEoUqkceL5
hn5OjbXmUQaEVNHplQEMxZzljb2QENqinpc4Q0I27kJVnMKRoEW40WatqMrKSaGrHLuXwalO
qbFaiEdxBumoOXjiEG8gw0FbIUTLacBsl7hgfEZktHpi2in9i8cPlFJuR03xpfUrWjCULPMX
5NGXxBU4FYA4/gQXdHJfylSmXjxGUCcll9qwoLdv5RgNVpzKS1qrINziwumF6T0N0tyMS8bd
oAV0B0w5pKRykxChlj1TiVOZhHAKyn7R0xhZHy5uMdzk43jKig9WKVmAZX1FGBU42VU8kFeD
cEzZGUAXghZR0De4DpwsK9kJriQC7P0XMwc1tyNUcyn/AKuTwHIwnZIWC1lm8+JTaXJANqKZ
8EaIEFBEPoWEe+VERpdEOpeJhAKAXyXAaB520Aag81QIKFyhLYlEAuYhR0vcIU4bh7BuIgyN
VzIsV4IZjpAGAOJbM4CYvyedQIVptVFMGDmYZA2ULCa6l7ZMurO8i4Y5k66Fy4ttFOqcQcdO
fuUYHVmq2jso3LdNbzNyL6dQECCrqgfRNCWGDtNnmJCwrzxzaqGeVoadWKol5oIVUbvwlJYE
y+DeGIp2Gt6gG1wZuuIwNhL4efcVDQlQbTBTG12QnXrMXrbAyNuzW3mblZRFWV4RL+IrW+on
hbFGABWkrof1CRvwu/4EtkUMai4Xt4jQuXqUZpUJF3cgeF3cZzrdkFVGczPQ6sVxTqzFMWqb
FFV4LoKXSbIJhb03XEDZ4cbYnBQ6nWBW3jJUJ8VEvSl4VAVNYIotJoWgKx9NQEEWCWvUIts4
DAicxMQ9GtODdQgy3LmLOHzDoAOnt1F4Ss8vojBY7TCz1HroW2rTuWAlAQE2B9wywzTjvRLs
jkTTnBhathZJYg1umJKdbKlDXS5YuXYohV11LkBnIDNCc1FInM0S+QW8zEb24UBzVukVqi1s
55c/1HsgGuG6pTT4iM1o4Bs1x4l/ed+yDAGGU11lQ1P7ltGAOnZ36iZh05JXrxB63TAsBGB4
hfdDTQUwY8ooSwSNCxUJ1cqoot84TtCwaX2wxWqMrN5KsnqZ4cMVVHKkp/izIKyFV7lpE8RC
YAKw10bT7RNKuWo8EnuXu2JYV6iGfsQ+RxuSubcMVrbkEb8yMybEjqWTpDMVtGSEDJc0OanI
cxLs0WYlaKBdkN84IUoqxNMaIrQMEqDlSsEr7LlNLeXMcKoeFL8kWQONA81qVpQUC3YHEDLQ
WB6z48wnVVqNuLOYfiJBYECor5j+LlVx3ShWOpmjiUUTi6rmIRomiErfCRXnM+TJ0RcAOBZT
n3Bf/QQz1eoqaBeQsiLwdRFo0Htk5RYwAKWgWaJatgqhPNDEg1AUVWrpBNaFJuuTP6lyAcRE
dZrmZYHSBXOgoZ/weJMOL8zCluxBafARpoQHfR0HuUebsqYaLx7jncC+DstuCri5nPoKFtVm
Z+moiL5Isy+ckCRy8gqJPiSg72v4mb9FcjthuWUEeguXbLbBEEtFnbb4hWNqtwPnJKI/Gyp/
9aYiIOQLgWR7JfOkW0Bimw+iF+FrWRD2WXsWjKTGhlGtpSmA7bIgoAgORweSMNvCYLbveGH+
amqVbxXMx9WjXBYNY8QsL2TIBSshcA6C5FtQE1LAsTDI2l+Klj5qCTp9zkCgO+pmiamodWxf
cJ+hCtui3tLBJRVSsBdXzCysm2oMIFsIH0zs50LDhpDdVqILWBrYJggbzUViJEZUmsqqZ6jl
Za8tJfAoaHIXkNSin1hQxSkzDExUBkscCzxBAdSoqPAeuYZxNY2hoqWi0odi4ZmjkqLM2tYs
9LuAQMoaiPEYDAEqubI9t2UQcUnmVcXKdXBvkYxp/C8LKFfgJpgBxSYUylIasSwN+kpRsYtI
b6XGlGLA8G2y4ETAnxrZGHWQkJumuUQswsPKOhWyI+KS2FyV6lvEGJ4QNeSVaPc8HZbRAmly
VaEAaKmJPDUnRcJ1E0gMCurVT4SokFwVtozFtNYJns5uWOfF9y7H6RFvepPK2cQKNwrCurBK
XfpDn3cDBEeDBa+UxVdpWIHVozpHDmFU3S7hk8iuoAHqpEdr0cS0yNROzltFICLM1KGXzynW
o64Ie8goGWtGguYNGNh5PmVEEbB5B1KZtMDaAPOpljxu4Po3KJOZKFmmQpZy99ZE/wAmOKSh
oazye4OroWmD2/MP8AE4hQo/tKhpODPGg+s2KCkv4mTlRgZuMdFzpn/FKDDHJDVBaRrczOSh
srjRyeYYQEAgyF/EJiiuYKDgriCE2XtObZwnETmQMBV1/Uaitk5ZfEH0DtbAiFnCsA1LuqY6
EUv3XENmpoWmrWQIKpbXS1DQqGtI710nhAXaa0KHt6mPA7ssdoYplFzYHhKzHwvBGrGc0bYk
o44tgg57+IgGy+YJTFhzLsrSjR1l0eeTLUqqshXauDlMymxXItcNtVMkGTiBwBcp0IOmxwll
RJbDAHuUJRFCHFbZPolQoqhM8oN9nR0dW6hMrAS3cTliEDAoirO6eUQoVWzZyar0wYYQF2w0
fMT1bvheAQkePKyz5ygfFC0iqWG1QXKzZRCg6uWiNoUAl3uRclcwyg0aNcGtlNTwjySlYY31
VkFyWVKEdIlIsCmMCB1WZAWDiyxmOgF4XNYGbnpzWLdZh0hVzEcGAwTSxrSrjgxzL8xoqBqn
SOTHXOoFO5qUKzQXmrmbSHpa5DaO5ZIbYMBmzlKrVoii8JYsRvloYFibAinipfQkRBdZeB7i
iC3V/wCED1DaiOBbG4yrAwaXw1cZW8iLRgt7Y8cBk6NHh4i07BtBblOjDZxrahpfqWA9gUIH
BYBMzS6M4MmIW8oEL6JGGF36FkG12eSF5UbAuxuAayQLycPbFC9O0BbHcCPFFUbcgIzonPek
wClGD+gF/My122jxHtxDw7ay3A4dRCWYSHyur5xC0oVlg35RIUvGHUHPP+KBbQpz8GDrLj7N
C+YwMZlEvLw/+KBpI3kaWGU5QGKqBIA0CoDuorTfqTMmfotlLXTEygBN4C9EKOkBAei8R/le
ElcCqfEeOGILmwF14ix7RzntVYYP4hygvYszMCJl0De1fmVfFosIxeTUfXEbG/kF3LNOGSOR
5gjFHIZOBsHohpTy4FDgCnNQAgtFgG0thqPR1Gvkj5YQS6aBYkEQmAqGMTQlRAhtZa4DRGr1
IqYsVsis6Cw/wKhFGLI+5hgdvVXe8JRH17F3wdKhXTCOsJFYoIG/DLyjStdOGN0X6aljFtze
G2BdmfUCh1spn3DRgIm8+buBLGsMiYSkWSPJlCXgBY7IDUXybSACrLzAXIJZ1iu5wLL8nFvH
zBADLUFjIAN/ENAwWpnkvn1AJhw8Fa00sFpbQsBYHOmYZY0KFVD5h9aOjMV23bUO2aZKLyn8
R6i2PS+gLPCPZYK2E0to7l8hZMZ7usB7lrLqyRoJyhEKBrK/pBjJou3MfHUut7zPi9RK00a3
Ch4R2QvCmiteYgGT02usKY6VCQhFkm+S5DuIaBVnA9sdQEwu4Z2J13Ka8PiVQU2gLibyx1mT
rEIOQLKuKu7YNRgmAZsMxYMpQLQuz0QbR7A/MalXK9sECbHD0SrAAA36VS/MGlKALdDVxUaS
YhdFVGEdn+xD7YyAgSQawTu4B6wMayqOiLlbQlq6pgRj2zc7Woyex9JwxKCOJUqltdsclCWm
OA+ICDpioFpplIF3VQr1VIL7w1FAUTyjsEtGFGcCzbml+JjqIAmR2dxmPfhMru0CCBxy3WeS
LFVzeF4vAsg7fNVZwW+YZQgqA0LKeYkVSAQtDRuuE4lkbVBH2NeGMaQmDUppea8Q4h1duVVW
RH9cV0HoSA0IKQWsXyHcJnNIQ+wg7Bw1YuvTEH7WoUHb5Yjm1muBazhmWhl3IsYPmOlEJohv
BxfcrqVCYkV8q3U6SSytnzuPquQGU0lFZ6JT8/8AJIOobthS6sQMcDqFEKjVl1eBhoIS9m1d
jzBRmKImbpal7FFOFHLtHKZLefXPHEBiYVAAy7MxjhaywWcty8/QY4DiJKyW2D2NVmDoYlqz
Wbx9TJkwAMwN2XgdsG2D/E1upCzJfmp9xokSVAqOmHUpq1FsOK5i7gSbt3lFqxB2w/BMRQGb
TD2iRDLIWB7RkJEEsjBbW4MwAiuE1tccxZfNMOG8xe7AtAAq3wuVENN3xJO9VBGCKLV5QVEo
EuIAWQULxXWWgNU7i1W07XyVPDKIcANqL5L9QMA1dAvCo/qV7kTTYuHLUtiIoYOvl7mOkDew
LGLO0AVee8P7gpKXmMSgjOXAXuyrsZxOWtTI7cXRPffUJaX1Kduird2EY5mRYa9EViu5aYjw
IqVLMoNGUOF6B3Lwi6+JxQ2mljhtA8F3FmsLCDY55lJzAoWXWy+o1AgKZo11cKeFJ1iqaMSi
nzKjSc1nqMzUFMndyy48eJqAO3J3KVABQW0CqmDAnqADaFq06PoVp1pJm3D1qfFpfMOlojyb
ZKRTgplY1CO2L/opbYBW+8sSvh60BvbVsop2iFAxTAjtZaKB2ECymceICcPUqfDRfMreye4e
3EpqiLxYPCyyIt5HRT9q+ZX0RggXfLXMp4guEOqbihcstgMRVo4R9SS0BPXGJQBmzgD4O1YO
lgqzOdmbYfLFDVHlt+GJsElAh2gV+IaMItYishlOZR3BBoTCf2ReNCxQplVelSyhROgbeYlm
3Wc8HWPEH7OVBTCyPmbTzaqKCrZUBM3xfAOoHOxQotb9pkaEvDwbO45W8VcyuK8xVCuYWfOK
/uFXKsixzjT0ygwK9PRGJO8DwsUuha1EeSjaVXkMnDM8soO2vZAmQEAC9pfHcTNSDW4cv7iz
aViVpSsfYqyBY4NXtZHlFh1isY7lYFejIwgxWUEFwjUiWC3dZK1DAjmoQ8ZlWJKtxe7HUW3T
MImKDkJd9LG9seviIsqrVQLQv3DdxFUmcmz7Sl5gqqKUZM+JXaKuL+NNhzKW7kZ1EQOIbdwM
2VpVRW4s4InlBt8wXAN3kCH3HuUCzHuhqNFTJHJQO8LzUQttOlSXYOcwVSKsItsg41OdpuLC
+M5hakAgBWVxFGZBXhLfML+CgqOm8ZIH1ZgAlxWy4WfFWwDlheIN07tAaxSeZU2o10KqxwnE
No2i648uIEas3Y1gN2wFqIJWKhnV9wTFBksuHmX1uACS53d6lKVBFpiuQc2s6zta4JSsWdLi
zgJaoc3UHV/lAiUpU2vCNSpgFgGbYZfLiE6YSvjDtMXUer4hjbyfhZZJJWy+W/WIcwG7R5cF
1GFNJYN8xHWVCEVapjuFQaUIMKuKIcYINU9OGGsjAIs4cH2iJnJCHgASTW5RAiy7A2hTC5qE
yNlYl7U8S3OhtWmNWQCNtOfPxMfUFyKbNiUwcJlIIDfkIhiZmADQe5VUFm2TD/aZT/aGM5qG
diTZiGvgYwU3k1ZKo2NdKs4cxA09psKHIgdFIaIS/DiECWLJBPOYaTkAGAtU8LqWfrErEFbd
5+Ih1SZasrBlq2awbFBKytVgZiJQEQlF2cty45Qil9GiEGItTylKy+C4XqN2Ke4V+4+ecY2O
GVnZqMYqqwPI3d3MhKgl8YoxMv6I+7CrCKZ02nVvHSRzOIFFg3fd+JakBDSzkG7IvreVZ8g2
bZd6IZLg6OGVmiyIqmxwpEDWb0DiBSBA2oeYBtAKFldt91DZxbQNjyrpgENUQANEb9QurWZY
8Q49y/FFRQgbz4njB5A4R23CTXpCy1Sj7lX6MxPUWGGAfghhtinUvsMkAasqN5Zqyi27XrmZ
W7AK2+QiVAnAB8Fu4lBTHWFOo+C1rRAaOPcxkE6yOifqBB0ZA1PXbiMcfKiUXvi8xmDy14QL
54YLIDb4nNDMbEkbAmOSjM1t8/AMJZfiiS3gMp6guhx+jCsfJgHg6KCuccnqFPFQKLQjcPA2
GxVcUDlE4cEBMK1bFdcztBq96lLtjAaJSBIVWohI5gtY1zEuDV9hlUbg0G5waFWd1GfoZehu
xt5cR9PgI3HNX/kJzSii3k7O5fMi0WJC8fkywuNnLGsUdLEbaRu1G1EdsmyvmYoRGu2gvljc
VgFFw582URPDIKqPKeYWhjbTYfKZGNuXWsnNxwiwQvCGsdxI+AWtzv3NAk1TVY96MQq0rw1h
Qi3YBQJjslujQ0qNaIFGg1AcmyE0KajgURyMrjVtQOTNUM5iIQFof4MZ/tFsopV5hxyaKou6
CvUu0PnQaQYDoxQYQXIb/NDUQMQPYBWDYNwUhbgo6DDi1kE1vgvpluOQiMiB71qFfyRF8D2I
C7RQUDbg2yydpXtxX+mGWkS6prc4fUHq8qWLOaaZqFCBVtDG+g0arL2ZY2yhVFOGDtvxdWkZ
sx2ttU/c3XoXsV1a22+oOOcDFfLQu6YAV4XcFdC9y+OLyBAsvutS2Ut+pugKtOo3ptarTpe2
ESccLQk05XcriFnmzyXdxjsHo3NU0sKV0hFXWtwp74YXGosExXPFGzLEIOoBqqe8F1FMmIkA
mLZ2RJ3W9AtDU8qoQMUpEyuhFsZbERRSihAtiZKypAKHNS3QZWE43MGccxah20tlq+61cVlm
hEeDtKhBbk4tXcPgmFV1bWRFINil8IExhpKrsB48Eb4Z57olyxwRQkhgBTZTmMIeK60N0sB8
ys/O/euuVByrjUWuZzhKpEvTOwMDX7u+lvX5iEZw/KWCkvizcAy3EDXh09XU1COBc2ACt4um
Iij3dlL5FiRzYJF8EuMxVEPQrwZuKYfbk1AsglwFvD0BdiuoRWrNBeg/AxOYsstMDeYDhsAC
NbTu7j/yCQsOVXxFig00S0MVecBM6sQXvhFSZr4jHUTB5iyPBUu8ln1DldaqF7AuyYb1rFt3
Z/Ure4NhQ4rGLjuYWDiIOOJlqt7iP5tRuEYVJ5Rt2TEUW504Ia7NypksLlVdDeZTGIIGzzhW
YgpbMMtqgri0YLA2LLFJV2lqm9vUpZ/WRGmi4mdauA8YX7uWR2zjBMHgzERjzDZKm6dtStNf
Kj0eY7oFAVxsDmDapsK17hJswF7BwKxbKN70Y2FWl8JfJlL0NpQ8xTQri1GA5GeIlmSVkPIt
gmCcVqmWY1fcXgJADYHvX5hoaaIUPaMwQ0wQjZQrkl5rU2sqw3XPcFLQ51V0HmYj1WAnRX8Q
zSmosBQXI8wc1sBq+Y0aLuOABwlIym6QoK1dOgC5hQuCaUbAszUDSodW1yowIWIRSXPlMd6l
Oe88LAmoZ+nVQYAhcdszOL0yLW6qAJF+LA2uRRs6Wo5P50yvk4hA4V7JmyNMtV3/AKg0YotE
1YrrPhC212G+lOSWIxV5jW8Kb8yiE0UFD2G8dXDqqoscAX+4ZDEC9/DwlNA5alIedILneFaG
sXqHND01R25zubOEUDRVu3iJUvFZsyBv7jgNvQzPpSlFCzTyC7V6lgzYGlUNogOQMQxQKvLW
4m67KZOKi/DaMheAbp5lT9FUGmTUfbhSGzeHdFwhx1YaIqvVQ/xNpS3cwOInBp5ChrAlcRwE
VIDAEpmp5GEwfDK3LjEVbCg1v03LBhTDD2Qv1Lv1uh7bREJWIN22Lt0Jd0aQqynXGo6PpTSL
XC3dwrnA63SrjufMeVewog1aYgtO2Gl5ExIQobbel8VmatEXm0GTxqaNbiGw0uIRBLhNOHsQ
hVOOQS8U5tq5dYzKqllVgbhE0K2DPgTzL6UywbVuqHDcVq8OvkSxGuBgtFmlxUrj4w2WaymL
xLscWNVY2Rz4At7BWUOiFVAoov8A8uBnb0anjAc7MxQV11o7pBmWSCUZRGt4qD65HGDlXlUH
NoGzel4gapCE7NZ/xH1l2Kt9a+4/U4vyBdwu29U5pWUcVAr8hVWmXHCeS4chRbe0a9owK9WL
+oEAsnUK9lZha7CCoOuX6IVap5AEgi9mlEEXIudzKSQqKGA5hVO8JXyHkOpbwqIbSKFd3KHR
JjmKcsGQTf1OE8O5XIQDE7lviPzQBrilOJyUEiznDL5iJCdjTsU1XiZfGs3bvI2QauSaHqgR
DETXaksZEEMMlyE0Z4OYeJavbDQqKUCW31VraNmq4zXeOoKoM0BYFZ6h5yVWreG4zlqGXo1M
7iJJryyxiP1SqMqDOeoYU1g7dUepcMcYGaMrSBxANGqZ/gUFGrWvEKTl8823Wc4h8prrkKbd
+YOGoKIq3I5mF+VHYMiMxInIM4+lLtzCvS9pPaC+/ig3SEzwopAd0iBYdUxxXmtkJqiThao8
4i+NQw54besaY2zq27AbRRJe6sAbKetRxq0uocimLOpVk7SwPyr3EwrC+xku4F7INK+1eviU
yQio6JTkdwIiFelV2LXpK5ApjW3eThiTJtNvxBUuPJOmnTLmboTBelKwLaqD3URBjIh0YvDE
wVcmjbojGE8XzXhDkLxCgeVH4iQCKxzNkKwtISzlfIhT+cNKM1/SZ2ZfedVoVucqbZsm0Brc
u5oLgqs18w9XJNkz/svRjWtVuSr3Mi+zocl3M1JXBwopnRxGI2EXubIbZZGCXAVEOVSmo60M
dt53BcYZCnIHLKdUKaspC8rlYTS9wbx30YQ2I6Sr0NcRnCWEKcxzqAYuI2aPkeoH9CcfQFHZ
KnY1EFJrAFIEBU/yOXr1KD31QLGhqD2NZL/XJLQ6tsTt6V8xQtb6M+IkhB+DYqUdstUqkXAT
tlJTiOShes8I2QaCUN8VzA5ssqnhvUKi9FEqtsuWNDiisXtdRBUktb0dNRArNRQi5rZYfG94
h4XMdAoYGzT7ibRNAq8bDTCPTagOruunwQqKxYRoczwqU6xoic5GEG9LrjYzas7l3lLKIwGx
hmPJygiou01Lk27yzRNcvKR0GkLcRyTe4y5YpGxBYrrRWocFNAG+5Z4ZWTJ8saK3nV7m3mUX
bS/3Mn2KCFI4HpmfuX35RGNxgBJMYHZZuLys3gYol1GRDKuL+WMtGUCbWVSXiIFX1FpCmr/U
MICwaJbHEMSjQOPV2R6YC7oochepikfYsFb4haiIhPKLXiIapqqbCKFUFItDIU+IORMJoODG
LxUNYQK2TVXxqaMRb0LKyweYwFgahTLX/IJGjtQclV+I3PVRBS8N8/mApN3UEN8BrzBIwso9
fsESU8eeY1X4hTWMsGwuoeiKMwA31xKIxzLTsV6hpBhdQyPtA1Hq5HsCm1wEED5rVNLaqVAb
mgMKysglZU22R4yxKF27Uq5QwfmEVEDNXQF5SXCF2gyGawy6RFJbThBQvzMq5sgdlnJOQ14b
o81BcIyedWuLfUaiiSFtYcnEP/KIOWa0tmAh8Fp9qkOCftOZ3XNxIpNVWdKAB4njFu3g5fli
ylWbBwNQPiFLIdCditzLTFkFUo3hruCbqgymsMyQfCsA6N3O2N2FjNGvmZiW8MWdl39QXSVW
sxZwshEDtK6QeNoykA6xXjL0g8R3vEtHXMr+pAQ5Qz7hEBaji5oS8cy1wAMoIw7wItxa7vES
0Ilp0vK/mOlvhrNNZqXTrgVV0O81NsQBw/PMUOZdNPGUkpoG1OycGooeSieGrbN5dcSNvMQx
KBeBKriDZILeqMmDBD1ASC9oHFxu2iCNiZds01pKxwmdkQWOFTHY4r/4lXO4vmt6igthRB4W
6izikFkbTC4O3OccDK2w8ttlBFEobZxMAhotR1b/ABBLkVSn5S9iDC+MWwiZqmcPdfYMBLXY
3XbR+YHakK3YEKhaPdggYsdRLdKjCRy+DMiB2wCadIEvbEyiF5t+oL70Q0Hsah1mCo7yY5Yi
hQ5RVJFWekGql5y1eqYFwb1Wqwoc8XLGtClHOXGMsOxZMgrVErgkMoUOfZgqjfQ0Ph9xVMAN
RajxhZi1YRY7aVH3EfbRa2muYGlVC1YbBPNzAVoKpDixLmfGCVg6zVRn9hgLIY3caJDVsWpV
QDYNFqlyTuoitIDWLhx71lAvFZqI8wUEaZ6FdzcA8ieaFLUey+vDNurRdLF1aX4u8zBhuhRS
1Qmqiy7JZwUXTmRQOG8gn85iOSBzN4BUZiE8roBFawr8xGKViWbwjTAckCTJaH2XCRFKHCe9
D4glg0rBXOG8SjnMp6+blTzWi/k4zKmSoHduydMSBoWAMmTBb7iARi1RrZrcbafkMEtvPucW
giNrDg1Lux6PAgfWGHkkOZLoOY+iIgoxtqtK7jYpguyomL7hUE0C1L1SKiZIlkZDVvljtGE8
2NFCNERfFQdGYDoJvAowKjpNhGBiviL0sUXF6YUCyzUDq1u4Iys4VhOHhH/4algZUZHJR7gs
RNS1TIYqUGSUCFXyU5gE1LtWVUnG4r1Vy36FISoyuLXCYCh0Aht24Fy/7pdCZ5AwdS/3hQCc
8wRCNg6JVgJybu6rXHiWYmoLKi78VLhnYSau2rIyiEOAjgsom8NUZOAdcYjGkFkaLRyBgZXs
Kd1ZfwiP6AeLwZhmSI1W7WtuBVxWPK9HW4+gBRJfIPFTT1BcKebikTSjXDl4XLk0iuh8UV+4
CWValJZvkPccpCDaCw5tYWM76NQrOM4JdIkSuKvp8xtNqcEVvBlxFu81l3IJ9I6IymCNjTiA
62SRE0Z76SyGHODakYdg7wWLu2qYZQA2kAqjuXYm9iBzYVQENitkQeU0uoQRSigW+GpmhSAN
Ac4/xDqVwgSkxmrfEMQYU2Ju85USVIoOKFScrlQFjmObdLNQaTFg6OKoVDGVSwGEuUYxltMb
ov8AyG/LGBw8RKeKqBXRD9zkEXsjVZrDKJ4FAdNhnmXsKbsaA5vPxExoybygKKTaqUNZvUCA
l7MVc5FVcoYvZVGVC1kc8xT20QGTPNp04PnPCl3qEQGOVg1d28TZtVnAC98ROtGURFHNG6mX
tJHWFJKc6qMvZbJoVMk35mBQUGdYc0DLeo8AMKCF/DVbwDjGYRRHdAxR1cWMN1iyBfqUi65J
tl/9TcM0LLk4muIxSZQLXyCrb3GQU0tBrOkWVnDAJsOPRM1YHo7Akf1ZasUxfkmadnMeBBYQ
OQzTq2obJMSmnF1g8yuu8xV4chz1K6ly0InwviDkgLWHLxAwwnENsnlVxGAKvwFaVj7lC1mr
ktB5dRxkZq2q5QRXfbAOHDiUAgA5nOaYGYAugs6FglU1XrW17gW4ot9nMLS3pGesLLhSDPB+
AimbdyRybyPMwEIIgPZsmx1ryh2LWO45WIxaFZw4llqFSg81r4lk6KFiNVnMQCXYCuuzBHqI
KGhvZdayyjCbtNj8+JZpo0qjRQl6l2mKrNq2d8yjuSnT8BuMCI7NAJta2x7E+Hb43s8S3dxE
Hs0XfWYDWxV2p/J+Jc2odGOLhPNVjRey8FZgxuAqVF4y4uIfOOGqJrziCGl1QCq0vFRcPBYs
zvhhVczDTh/xKnDmLszit2ShDYBYA+NRvJqzYUeUbYrIVZXQ3dG/iJRsVMo9C7+JajapQ2EY
dFgF6d3xCSyVNKObXmPfHSGvyMFcdKI1+QiM1Buqq076g08a4cO58vMQyADZHiv8QXjaijZ0
LTAAllXYp22+IQ1VCgOLZe0bSeWxbVmm3EwE1v0EPKKnbesX7HTeIkKCgWUpgPEAoRnxq34P
NS/gbximSkVqDqPMSFdFfUO7u2SzkMVEANi0bF1orKk24jjwk0T9QHtOC7jcxZ8bRstMDMIa
WxZiZp2lAvz4hJWIzVD9wwJUViW+QcTQ0CZ4Xx4haWgyGk2LOYaKICFh1fDKLbKMiqzdUQwy
mYRl0eCCElJE8r1B6WzVKbXbcuuZ3BTdtCRYLAF1K5VDZLEROas31EJV1kaHpxFZGxapfO5T
wFruB64hFhqDTdX1XcY3MVQAaNlGKjjTBszX8I5isWGCs+FyoYYACbSlvcHQbIhN06Y3kPVR
M2abuBRWaVqVsDSqQCI4aUyoCqijSeXv1E81Sk1hshpjpLnTzfJK82aptaaq3csAqVVlawu3
uDXWrVgPkXXHqKqMbD4I+UoO81QAeVCqXItPoD3KRGgsmv0W1KmbiEa9MLe5xBktRRi8aOq+
JdyO1zhhrglE13h4DnGR83EQhQhVV5GPmPikPVkJ/CpQjpVquMGyCMLqovlD5dKAtI8WRnZZ
G2w0Y/cBsnsLPlnJHNAyudi5W5ghrwp8jPuXxVeOAaV1G/FlsUS7ZwMy+qagosK9RUSFuDLe
DpvzFBAMCA5yGP7iFqoXfkPPxAaXkvlRXMDqpkGDdpUCEYdjlpgB2lw14X1LPGJfGjSs1DpD
DEILFt1AELCQLtjaK2N2SjTrTUbdjEQNI6WkDKrZcC3ZWZjD2GKaNcTs0gXjjLmMlrt0g84b
XlYGtgAaFAIEQBsoPGO6qvuJu3DhHPbzLpDMKo1zxFQb8NA2PeYIGsqOSezmWRHNlU7JdQxL
KZYni7j5lhAbVt3dUoiTbMK9pbgj7gUzwA4bcEUC+KG3S3HB7wNPUYFqGlC6ixQnUtAw4up7
RQqmnO4qlbwUW+dZhljQTJ8UwXYJQIUw0YyykdLAq+aT+0OZQUlY8QqwjwY+C3D3Ad3iQPO9
jN/lAKO3KBN1RDdbd9X6haiqGQ8sKxF5jQwC+shzxBG3uqGji729y9wNfarIaqBFqyjrDLEQ
MFIeLdKgroIsKAUtuW+Ii9ykDtxaESqMqpjDHFRJvjNhZU00NgfYFxmRrCLmwBgE6LtNuxwp
8S/lPElDa9ETjrhdLrL8zJIi8ogMttbYWQg4hNNdQWoUoCm7bu75gPRaBeA1zuAaRiijk5Ly
RAAi5gIxUWjAh1fldQ1GuU7vtBoCFVgDhzCTEmFHY5eZixAFXeQXbesSz5HKAherzMvdJqrb
Ab9ZgbF66KAFH2QeADeCr0VywPgXhsUesPqWnw2SWG7F/RKCky0eziGUqKB72mfqKoJgZE4N
5x1E4owqBe8WEsaCFwIaOPLEFmrEu1YouondJRo8NCbCPUG4NtN8sE6yrGqHd93FcAy1CaoY
S3nSD+FGfUF+M2Vq8ramKBxIQgzk8IhYCxQt0w7ZtVG8cHVTn159GUVWZglCUhk+TzAodDm+
hR44h7wXgj6T8w8ElAFUaMXZFaGv1NmcNZiX1YupKeAZwjZDLJR75md7DWBaui4c5FlkXyGF
dQvFg4xhZWWwqaiF14iQlqRP0XJFGYD0Blhq1fUTlbG0l0HiLTUzMpm+9xmuB2BukX5iZTV1
wJxi0K86tghyMUIxld54Qg7MAbXhdLNkRlrJ6Zas3g118mqlR5jkTAXBBBUTaDloQlwSmCmq
Lh4iXmbNUeiaiVCX0Bb44jEhiiIo7YgWlgGreb8xSSpunHFGEp2ThoedpawQ1dKjO8vqJ73F
dDFCMVAlqqhRG+cn7giSszYW2hxiX3LxRdray5gXGSjBPK4u46A5hkf5zCTFB4MYEJSvVLGD
0rU2Scyti9Y1FEChQS44zAPyhYLNotGCIUpcEfFlKIxIdEc3hwVLZVErdDrCWFxAaMFhNzBg
UE32o4mdQCwt2FuCVZoG4lnWO4zUOaXBfHm5r8EKFx7GCC+YpG1pwNEvdSZvPl2+YjOTZZIy
WmIvOsFYuTOpS26XqgFukb+4dtijjwlZ+pQxYdAPWcsGAg4N/wCOodIOdsPPqVRYLOfKVFGt
WBDjdDNC7EOPCtQ3KDpaAnRc+ZbkMLZAM5GTxA+QF1wuFu5LXD5zVtxfalUrfp+ZnC1WrTqo
rBUNQPKrxLi4q3FL5q5lQAFcs7NEJYhLC1BoVE8xhh0g+QzymDWaKoMA8QXo1VUPQdy5Y6DG
2mOJXAXW0HWRl9QCNb4V4dsMjQRObnNSyCWStWCiNHnMseCQuathlPwXEQrNzhpxVOJU4IAs
LbnBe/EQ9NC/b+YepnBLp1fiWlhrK0exqAk47XcLcApo32Lp7Wl0DmPtCgqGQUBcOwuWUxGG
OcNZzLKqI6jsSuKuDAJvoLoN4i7UowntEAliLmbu0yQDJcaxQeLuNSJtiMd1AhjNmip8alOw
qWRdUKZquFjVdqVYlGG1q2V4piZkooglu71KpCFIGF1QXEGTQaGWtYnCEZRvdF2QsZkoCGBd
ZQiNIQQ88ojERymBrfjqAIT4JL4YhQVRareb/qWtVJRZs6BFsxEbXRePqVjoa1Eqhsy9YIp4
VBkAXZ8YhGm6p0uku5jIrAwOS9zLAZVrSavioDbiFlw8KOpRWVC0q9wDy8zyPDdQBaYO3LQu
IYNsAvjtVVButLBGbu8S/pFK6t5baj8EFXV359xCIWxBH2cSkLm1yK93FIdOQHgQ5fcYTHQp
5MERRVSQlzIWLTC5ncGR8kAU0GgMt0clTJaQFL2p4ix6IeDlHAxJq3mnowFkhqI3cVIEG6mv
O2PRDWWJYxT01gcGLwDODBr1AhhC3bm/cPPLAjW2fMwBJrzCKpNGjSxQ8Sij28Ag8SmFsRC+
twKKlDUB2FJ9xZk0Q/8AeiNI0Y1JVjhliVEyVTeKREBpCIsvdmyCQHlCw1mrYfc3LEWHQBqZ
ACghxfmBQdDavZaCYhK9xx2MQRtFe4S/pDIammGu8zQkEC+vXzEfltcF2FQpYtBAOe11AmH2
BscWlaVzEKejqWPXCwI4W63EeIWAmRVP0lhQY6IORtp449RVPOW4OkXFQP8AGRVkOkAld1dV
Jo+CKfSUAvdWt3KNJbQo5WGdVD8pq0ofFFdsHnaVA1mxb4gTuaiHm1hjuRKcJzC9pm/cIo0d
Y+3Eple9SSh8MrBVdW2/N7+4dAougHAOGJuOyBaqre3MrIuYb/6UVCjIG1NX3LMKpcnC22pe
jibkk7wylIgOh7KbgWTAVcl3GWy2KVXRjBgW0dlF1HUCzluLVz1CXQKorBoqqiLBYBsHlvxL
MZKlUNbH7l270hK/2lJAugCGSmGvcWW2c4TJ0altL1tFZ4j1UlUlCub5YvNQUFBvmKFoaQsB
4q4rCqBQBMclRSidczXScTBhkIqukVivMCKMOTk3kpPUOlAtrTQ+QgtrVKEsVdwoaAtQPYig
OIBAvzr4iALRiBTyhqXbZbnQdnmIuR4SlmbxmGQpZVuEU21crMkgrF3V7j8NLumytYSMw5aJ
MUdwkLZFRWVQh9fKNt0bpRsiw3SKCd3w+oQBoBToqhTFDAyxV1VXFwdjsGX9yoSZoFpViKSW
eOqEN4u/Mv1ymUg8cS6dhUV2t+/cVXKC1ekwkUXSlS4HJV7ly1VN6pGVW4aXsr3sZVBzAFim
rqqhF7jaFNuLsrUxT9tGjt0lO4eIF86ZltKUOFAxW+ZY0vIbHhaqOSsDRg9v6htM9UgpZR+T
LiXJVFrwKfuJMaEULLWF2+4l8KVsplzjfuG4N7F9XCCIjaU4wDslBp4oneDUphLgFK9OJgps
ZLZyGZfUJGyWZ9PiV2uCoLl7BLdKw6IwYLuMp1iDJea+uZcqSOoYheYZsQULgWkc2ggBaW2D
vEyHHZ143VzMDJhsQO+S4LGO3GnVncsKsB8vN6hgYIOhdfpLXIcBZ4MhWB8zHgeptzEQrDgj
Xim/mXcd4S7i9wilZVmbXsiQSjRfTFXzLWUODQXdufxFeUIDqp4ZJtlXBCi3mL2BpDuvJL7r
MBDwoyoRYNVx2wQtR3RxzYNRuKGgK7y/Eql5u8my5bh0QFWIB4KiGoXAWD3jMcGYYFK022mC
zANitGOIGQg5wqvNKWQsK7XQfP8AyDC1G8uBeDCkanGmNiRZ4HMURZwlicJgtJ5Vz9S6+Mhb
eYRRrUtHKmnpLwKzTH91CGyacnyMtFES3emCFDO2qPMAVfWULq2j9R4JArChvs+JfxDZCqtP
fMVVBUolr9IJltwkvgGoOSxazT7YEcgDIfisy2AroXurmu4dVoKhU1SMModQEAFo4sE2UJbb
jf8AaAWCboLfJXBDTbLJeIqqlDSDOGvKZKbWkN22PiJ5TClAxxWCVglYCxqvLrMvh85LlWDb
3ENTwDikIlGUaBmaXNDcyx7xVRhtTYMLYLjSTJVwFPdNfMx4GuAGE1hAoRtEwcpfExLcryrj
SXi5yUaaHbZ5qMkhqVWu7DlFQCxZ5GBh7hiluwDk9JBJol9Q/caNxYQXISa3LqBru1bCvDDT
En5QzAACyHRmI7WntLKP2EUtFCcWghqrwCMmHt2MscD8dyt61dbnzgxdyrJl8L/qOjRHRpTT
Zp9xGJw3BRgVgQWLmSZc2bYSeyR+8i1SgaNwViKaBoNh8XcBAotAupOKuZq0IcIdCw3NGFkM
actHMDcXNmlkr/IevWgAMANldxYVhUaReUxf3GyQCqRuzTT8yxKszm3DoIjtRSIhWms4gd5s
CGuvklh2goVG2GmQWPAc0H6hRVtUCjoZmxbTBSfhDgQBStgbQJzxIAq3LvqMQJsgPRFpCbDK
eb6DAAuGIuHa2/mYqxGlWas0PzG9tyZTdtqI2xK+AjC4OcSqwV0OhbGsz1MMBBw5cHiV5mNc
LcN/1CgRmKBdmDYhHRRxGB8VuCxSyre3jcpnyADzuGYVzUJ2jz5ixEVZZZkaUh/AKsH8JuAO
aKaLVmhuUU4gwvZdGWZZ3HAAF8lcnmAewKpAg4upSyF22Zs6xiCwABJdXu1wpCAtAOY3mEIq
gK6+ZkjLtDHhfEelKtlgE9LQ/EQsZ2xWM9xphdS8hveoQ4EAhY5pjNLpW08Kups5WFbl8hqo
rIULWrqyt+JfFv2V2hyvFTIdaFYaR1mC0oAi2DRTC8I70VNsQqbeof0MxUmiWU86zMbNShEG
93M2GVpB0BrxH3GJdNWpqO5WJWhXYO/ExrIBCw82RQCmgkXpe4dMbVODyY4hoClX4hexUfV6
Oa7FBcGld+VAWKV3ULVkKb1UtiBYFYE3iz4hKQAGyjgazAAW+CKrdG4xbLW1Fm+LiQBhTx9O
nqaPCDRqaMDCJPc5zQXF61i+FtOTNZUqwwHwW7nLazbSYosxKWLhMoN1fEB87VOh0J3FoNE3
aHhLfu5i/ZVkXjV3EU2F1gz1UTel3dqx5NQSzzUqlGOIjsusS3oYYiZroBpOVbjEMKvDd8EC
FfyP+ziYkmBthdMBU0WtGMHNK/MWLymaj7bSu5cXgViiAlZ/OyGMM4+YErSc8W8OWISQGWYo
12M2Moe6kOvDnMUo2tna97fEp3JVoWTwcUzNaFUMcniWovOgOfFnMxGnAWFZ311UpivlSDXh
coUq2lPQcqxlIukzTLPiXWklRluw4t1NwsA6U51b8ylQYKFprW3tLOIGS4nHEA1gVbUOL2h6
jmQuPQwptcXSM2N2rmhkY3g56emLPYArIa5ws3Et1NQAcI0lbjvsat06bcuagEM2pVTzRWoh
XYDkFnFc4iDSUW67BTRBJVA4EL4zl8QDcOJpOPZBqAltjaYrNbiOGODvnyqaUgvAZZX91DbY
yziPDkXF7vPPmNAKbfpZVMUJAE02uCLYqNIU65+4X4ctA9m7qWPFFGUYxd/EosvQBUt1Tdyt
YJ5h3XjzEHgYIbXulFXCopVMZ/FfGoD3EFQMb5UlHPDNu3jvcehsiXk1ST9oFlTobU1hcRBF
aqdU4Gw1HsXAUgMto5lABYlDgcoHt5zKG8BlN0JarWdAmCVzU3OFbbl9MiWA5yfAmQcg+bwu
gGVlCcqN8DEJr7KV4hnn5iR5LKrwt7qI6Gmg1V2BVVBCz7vde/IgjQnJk2UTDtCyxcnDFaZa
DN0PFdykCCtqlnlSeY4Z3BQANsnjMvVq0QMFU0aJmHQllDwYoxLR5gi6FuwvPuKnI1QYxw5D
8RBOoWZ7L3XiGcQjS8GhGDyIT66FAtukDPa7BRDbyWNSoXQ5eyQZgYJSzOatlBwrGyW28cse
pklQ5EBreJVkayFK2iZxM6oaVWxxdrh9RBoaDzRel0r5JkmxPBivQRscJQIuLHLuYaSDxnBT
vyxkDY4iu8NxZcA+WH4S5iApHxjRuHXOsKrhTRCfCW46rswuU7QVXg7y8CctUvtgoFwoZjrG
T5jisG8imK/xLB86G/odwwahtbaOLNJFFbWt5dVGBckGjKgb+EBuskq0t7ZT+EFpJxg/2UBY
LQMMmo0LlvtMs9EILahvWCvmHI1qBNFtvDFuJWogOQ4rEQ6iDWU0puFrUMWzxRzfMb6B0oV7
dfMu2ukqAf7EJWaKtWJf7HSUPKwC+gfAc3WYoUQ1m4HvcrsCtmIq8FFlL/rWcuNbwOSUi7FW
Xla/oTHvncNljVekAhzbDMhb4fUAuG2McFcI4oKKpUx4PcTWhDWxY05RQNCyKCZtwwRuxVmm
dNMfMuhSBdcdqDTL0jrAEVUCNw0wgVA6MSbQsylZmVF5i4ETs0lsKi0xuNC2LK/udCE1ReMs
LtWGFp5YIKEdQAvobmwKLKRcLfJLk5zzCQTka9RC0hcDtfJI19SgCFs5pdQ2EDJttq8S1raa
uYb9VMVUYADja4rqCECDDlyDkdxEVQloPOcBfUSK3BmhxaUiW4giJaaBqYkV4y1ku9RUBYhp
rf8A2XrjpamnD4jdBlbUtvBfiIb/AGDxvFtQkRo0By6g1GpwIGA0YIeg8ZBvNrXxKawQE2OX
yRnqGq88CNly7gb6cnCMe9jTOrglh2MqNTRgbUKi2y7NB6ge/VKDBS+XEPp0uWvxspgmdGgE
t7eRiVjaYXQdZZdWapYw885gqIAbeo9WtDzEUFDJgGzN5sle5YYpZmsRyAyJUs91DruRXTKm
gyQ6V6NfwNme5ZhhWiLRyre/ED8AtLW7VVCMPGjbQu1j76UDJhYIdaujd4CiUqLSQ5EF4ioL
a58vcFlLBrXtSdZj4/7tUcXg/cxSxS6M5O4Ea32lJxHTAm8SXS3bBSmWqVwR6CGMJfyxEajS
WA5cxKaWgQqs4VdxCKNuNdO0d6KuUKV3l3AJMNQLd43LvrsBgGhhIilRlYGs2ufuHCL6XoNF
kXaXYhWdLnNVL+DmyVNFgu47Cxpso3NjRYUKFGpR3/tMhEWAucc34hKUVBQebK/UF+EGaLyW
S3tbVHyVmAMgpbUPRatjpGijR9OWU3kAFcOBz6jddyhF8g/uGKdxYL73eXMI2oGxBc0Lu3ZU
qQdG1fIXzG1opV2+XNEyCAaBBy5zC6AZ9WMBks4l8J0UFU3fHcblc87N78xlF9S2XgypCzOA
OTBGmL7iZ55dqNNmdV3As6DBVMBwH7itumYEcZtn5lgAycKK3HB8R7ZbkFsGtcRK1KxYZHTS
kqBgsLaMrrk4gYVAUyvPa+IYtB4TDUDBQJdAbWWcYi7DCHi1NkrocgguRafaMptCxS7faJJA
HuqUtESl4imS8EC/IHUrSEslWXQv0wxYFCDdeXAw0SZHOj6LmZzDDXA5Az1X4EA3BgBYF00a
xZCxJoShjN9wQZwzqDm8qxtC46zrbq7mMkKBW30gCRC7MowpqpYKDa0PyQO6oLAq3FjZSIlc
GMvuMDvttLJSmNgIvK4uiK4oDFVaKI/KVRZ0uCDoKy7YW2BREvFDbFAvK3GTTMK6KkGhw6qZ
RS4HoH3Fx2MKfawQZiMt4RcVHMhT+U6+CaeU2ObPekTTBsy9kSOkxbAqsQWU1SGLzRUGdFHi
V2p4Nwvm0Btwoc+Kl4IwIAs4vSYikxQadmBCrqBqqFsVXFNjDbkhcWSqHDzLwiFAp5D9o6KL
W+FqpF44qB8DkpzxSRaKlpS9jMW2Qpc33h6ibFUql2qqqFQi0dGzLsn5lbuzmgxV6ruYsUqw
A6U0SnIwQlDkMR7E2dUdIQQVZRP/AEpRSSS2S18PiUKYytHg0IxSbNXoLdYcHMbEfIQ3g1D+
g5MJizMouCGgWmml0eIq1bLYBB7pcr6W9hYeT0eZfLQBlL5F49xtCgcyVyw9Re+hSjHONSwn
kCzKreBzKEDF3UgVBGsKCZCv8homDVudGfiId5xhIzUcQnKIepoOwwbK0nRBOf8A7Volaq3u
MVL7ODlMKsmhhQcC25Ly9RMA4LRhVMyBLrTfOq3Ct8BnGDzEU8LTj9DZ8y0QCgYJvBluEEMp
UCVjuOivYA2LKyMzEKJ1FGEn0qs1iriPxCsI7Uj8yyQU6cc4/MHggcdZ2UStuz3aVmOkq4AW
wMMmBhnkwz5HG9QqyekAfjvqIWUH0E6jZo0KhtCtJffxYodChFRW5S3ZyVA7AVOy1dRqJlit
e3XqMQDhgIyceIjWkMTow6JUeCpbz4r3MubthtyomJclWjI+A/cb4YrMC941cNgR0sdLYwx6
UtkqVaLvSCgc2CXjk/CWCFzvQsmTqZJaLuufW0C2QXJdXpcXxL3tV0QMLrnxMXTfwXratwiK
kQOkNQwhGbg8Cdkq6qFl25tyJ4hQFRpFbEOYI1VVhAmKGwrxMOnU1sKKzXuWFswkPGOSEEIU
0jkULoqAFjbBu1jhR3GE1BGA58640S8AlJrfOuY+QFIUitK3EIRsIFF03ZR/UcY3xrFwdQD3
6hVYV2MMIdQXXlbLrMLPrAq43aajHWUhdb7u44HV3MiU27OkDWNkPWbQ5FIiKU1s23yNfMo0
KKCnDWPuZ8jw55FkW0CBsLSm9bmCNluNKUS8xatS44dxX23pKqlmVnQRleT8R4oaAJ0GS3zD
EaPFqyXDwEQodxRWoUqmakrx4LlpaJovZomWuCabJk4YdFKANkOj/sSAqSUT68xzoqxKHhTA
S2oBAzVK21Mz4hMHiwxZbdKvVU1S7+SWHKVb9t5jUIUyLTLjUsnDb2D8KuZMBFOxzYUQjoK6
2BszFDLXKUt+iCpjYGiSwGA7TgXoOLGRju6olbppj3BMBNYrR32e4j8NkFbf/qNUxLhFZzmK
wWvEIPA3HDBQXwbWfMpBQEKRzdrw3EGktvFjB51zGUYFAbyhfELGC1bgcioRs+gZPawIUoGo
A+3FOAFVoITF5F9y0CoRdNCZ/E0hG9i+1GbI0kMVlbdv7gQTF+sVMjZ5LSiwVC/UtwDIQ+mY
wz20o+zEZNDXn0rxGIplIDjLqI6AYNPZXKhJSVQrbUqUGpWS5qrdRYS0MWyy/DEtK4IywdA/
EqKhKaxlcrFBL0qGsYBxUG0z2UNEXT5hBqBopWGex7mTdq6iVlxWSK5L6KUy+DuMq0K03eCm
WYpFCzeSqlsSWjd+QP2Sztjb60lwMiZMvK9dwJRPZCQN3UYJKsGhMtfAlv50xTnWtW7pLcwS
KjSicabqkrztarkOhLQirr85ltAWFVv4mFZHUumNqDjXZFNL1kKRHDFLHWKg6ZUJDhpDPN1C
LoDb0LzzDez2jeuC4Ps4QbvHFwzZdVt06VCd0ggh1ZOY2XRQG6PBKDXS1Z8g/DDxTd7NM5Di
JamxoHgjZ9Sh5ahgsn4ES7RgvZwdnmVzpdgtLaxYUW5E5YzuIhHmAN/pHlhzklKBpZaOjU0U
WzLsuvOFtFxp8wavNX1CZc4vdwiyVRVRR0FC81d87fcFXQ2LBcd6cYlABMlhQcuFmKBLhQg5
t/uLSquQFdVWWZE2kwQLTLbDa290UWsBj1GYN9TbqF5aaCAU0rdssbmoKw5WtSihsLVTCxlj
qwCiwbWzHiItywQUBoxqouQRaFGSrKY1EjQBFDo2WSOhK2FG1YANTTWuwILtAA+YDdG1wVoo
jG2wGgGNipZRU0SkOE4PqAV0DJjlozAJRUuQrGCSmu2It1qgbj2P3XblwFDxUBWKOEDuw/aW
/wAABIOhX9yg6N2DctgJrW3Es8Q2RCNXHlzQ5gaxNqwrNAwjA5RAcHfjUB1RrS05IGNycLca
U9PcKBC0sLNCdvbHZtyI23Wrm9GkKcDCDXnsBeBdeydn6d0HVLmHt4iaI6a67iwDzXb912wQ
wAFxh3QTPbDkkeBOm1uWl1t8kVWouaKq2hyOZqEZpJWmmY3qNzO2oAVTtuvqYIZFWoPdyojg
bq/MwdQISyzcZgPoxC5xHKVAFHZpmbIKtmUtV8RgA6gQhsOiCVSzcttw4iyEossZNt2iwAFU
iNJYFiMwhDHAygBNsLjRzABrhHcMll1dseIRpbqkELKh1LQC7bcF09VKBxjhRzbDN7VDzbl5
9y7UUuBS3AsWQ5TD9QmSObVbw1XmM4DiX3rX+Syhat1Jqg9S2gUWlhxwI1Aqwi3Ijk8x/NH3
ax0YiKLuhtA8Zr5gddixHzAM+IFogKRRwiOYcOkKSfbgydVNSAYCZgXrzF59ioIXGFVNY1SV
I0Q3ByIARpWNWfcEYrQCxTGseZUHIoKssZVVV0LQdMKuYI0qtaY4B9p24zegdK5mjLg2OqFt
O5etAUpZfFEEF00VUmaKbr1EYTKWGxw8X5gRkuFLQt6FEt0W2Zo5y1UfnJ0nFc+peicJiRtC
MwCA1dYcOL5h2sQaHA2DHDBg2lCrL2drCKdCYF90YDB0ZyhRk0KMoscg7Czowylql6SasvEC
7PezI3RBbH1gFeTXuJKwArvZbWLuGAq5KxYmPNyiFeSADkvqAsiKS84zUKl0AFa2u5pZCQWN
qgxyqXBQZrRL01pV1eVN0/MOcvWOR5NLxesMpdGguKSywgA/uVnmqrpDjLbKopYC3D9I+bTR
ViirVYiShLVsDXnEZVyqCv6LOpm/IATrITItCnKh0pcO2i20ao66lMUqAFB2W7jKr03KZCga
lSCqqyHlWCo1IlXvDCA19zOIigvkHAOCOKOEYDZnbxC6kTQqHBov4lurKLlbNosQBA9OUcDM
BTbCVtVe5U7rGugwtMY0evQLBcVv1Mo1Be3bH+IeZC9jHoklVy2G1tTMMXirVTdoLOe6ytlU
Zv4lkv4G3g4u8wYJEGwXq3xGFoDjR0MReQsZicaWEp8AS9rcRONn1HurfEoYyNYuFuluDMFZ
DpV47I8FFKbKpokLOfFFO26OooJMMEBeNLgHcDQg4oal2PU6uUXzKhLrjbiZ/BY8QF4Pce0i
Aum6UcRmYmwCg+9zmobGtmas3FUFPI9AbJXMpfIRRUmeWuo3UAahMM0uvE3Zd0IdbM1iAQEM
osqrLhVvItFldD9S8Co0o2eFkqUudQzkxivGoAk5OxXBWaYP3VELQeBYuWFdrJGKWI0+ZiOk
eQ6M5u97iTG7xYHgvH5lH6DCHKjhFo31oqLrBojPQ16y9uhMFOlogc8idTHyVDI8LY6hsLq9
pZZZkKha65KIYVX7GVcjaRzw8SwjoSK033G1SSDhR7SMCnUAAcl6BFwV/EG1YM1CjZ8IlQNj
V8Q6aJ0gTtteoA0RZVOVwUbIwMqA5BuwaxBLsagHOH6lUKciUN6R+ooLW0X2ouAo00J21fXi
DeiUWGqP7I1GllOA4vPMrSVsNNrizhuO8asLGzZvKiscaRb+y4CAju2dHwY/XCLeTfNHklY0
jZpL2PIgKiwC3OaNwalrszG/AKizlMcWNAwUmPAuI6WjUqRCisEeykAPy6bqzhuNTdZem2zG
JcWqMDn5lFMmpC8jZQRGNgsIcrhYsC1lKu/W4YrNQC05L/UGDSVDp0h3HICbW6zrZ+5fKYbn
sDvOIYX0Amx7KdwwMdWi3SnbqB0MkpjQoD3K86wGx5o8+IArdsmZpBmEisXeXinJMOQDM1ev
hMGgLcP0SiQYwsbb5mIktXQPD8StmgCV6XVNxgpclWNVTdyhvBBki5ZvKbb1WGWCGgClxdHH
3HWqFoFVtU3H4pMza4c5iZFAV2a+ZZ28nDEM1XUNihs5MAXdw3Z8wnADGG7YfW8w3OALZV8w
RfhTiOCwGPfuuoJ0Y3kfDyipO0C5cFWhhe/SoH9I/o3QBeALyT8TxLrWy83C+/FqhogVRrWQ
2lFOEz+Ix0wqFYBGuZXTTYsUZKz4RmtcLRWErxLVZFkovG4BB7axmU7X5Srh7OQ0w4xutxUu
FQtnszCcBA2kb4sp+WIp+xt0yMXWs4jEBYUIe1QUW+FLasVxKyB17vdtkLLBIosXgvEFrypB
LemqEsoeGATTYXT3B2ggdsYUwrjqOLKI8TILSiHgMDLAPQ8IwAchvebMI6MNrIKXkNEbXXQw
y7rKkOgFxa62MFIF5DqYaPEfhgvUYdoFQLZaLujgfE44xEANw0CVAUIFTnflBDvMo8q4j2hF
gB3ZGUG8Goc8ZgOlzBUrgeDUshzSAubSsa15dLDyViEY6iEHwy3w27Cc7wMPJRpv9JvrbLO9
1aQ6jrdDxVRduu0Xu8VCWhEy7XgM/iUFiaUnIVXmCfA0FZK12RG9rYbktViJMOSNWK/f/wAG
KqCSjytiRrHr2c/A3HZirK06qj88VrVtYBQE6cxvbUrDNRc6FOGoo3RgBHw8Q8EOdM8K/uMt
mD0NRVY53YINy6caQ2IDdGLjbKChR2yvwQFAFlS9cbUDOzIoDdrCoo9BaGe6rL6YHP7Ck2C9
sCRfFB0CsksxlrbB0urqIVRWtKPxTFZ0jbFW0Lm2jCB2N+JnbKbAbvSa+IhtCszNeKhgrrZe
xm2AI+3QWtrsUC8qBKEvs1AKC3SYHndQxwAILri0xUafMvbNpKK5BLzSuXgherhyBNULiVE+
hkW6tGEYK1y4sd+ZWwJShS6jEfoh2a5ZceWZTBts00S8v3W2DTfL1KEmdCosy2Z7YwyEZW6L
kXEp4hzRZovMVQKFpVoLN5o/Jrf4T7b+Tf8A8cfY/GNf9ZviPpz/ALT+XWTXmfyKy+vcfsN+
b6TV4/kf+Z/dEfTvwT/Jb35n8J8T79//AAX8zM2/b/U0a+Nf/wA/rH6OZ9u9en7T8P8A8J9u
8fafS9eu4frfj58T7T/k8Tbwc/v/AHP8l5cT8x/FzPv/AKbH2b98aY/zv2EfwA/hiffNePPm
favn8z/ceXHnqfyZqP0/o48zV5fSn7lvwj7n9fH7eZ9U/k4m/mPLfM+o/bP5h859y/6Rp4u9
an8/04n8DWuY2esGr/Zs/Mdf51P/2gAIAQIDAT8Q/wD96L//2gAIAQMDAT8Q/wD96L//
2Q==</binary>
 <binary id="i_112.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpGRjU0NTVDQzVDREIxMUU0OTc1OEE1NjU0REQwNjFENCIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpGRjU0NTVDRDVDREIxMUU0OTc1OEE1NjU0REQw
NjFENCI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOkZG
NTQ1NUNBNUNEQjExRTQ5NzU4QTU2NTRERDA2MUQ0IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOkZGNTQ1NUNCNUNEQjExRTQ5NzU4QTU2NTRERDA2MUQ0Ii8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAAAsUwAAUHYAAJNAAADs+//bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgBegImAwERAAIRAQMRAf/EAMsAAAICAwEAAAAAAAAAAAAAAAIDAQQABQYH
AQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAACAQQCAgEEAgICAgMAAAABAgAREgMEIQUiEzEQQTIUIwZC
FTMksDQgJRYRAAIBAgUCBAQFAgYCAgMBAAABESECMUFREgNhIhBxgTKRQhMEobHBUiPRYiDw
4XIzFIJD8aKSUyTCEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACwEwEAAgICAgICAwEBAQEBAAABABEhMUFR
YXGBkaGx8MHR4fEQsCD/2gAMAwEAAhEDEQAAAeFHlA6cpmvKpgYABtjfGjL5uzjTSm9LQJqA
S2dkcqSCQbE25rDkxgQwWCLDJDBLAkwWASQSMABCIIJLAZgRJhAJIsg2BhIAJtjnywSXimb0
2AkSUzSlE6QuGqNIbgvlk0JdOiNmc4cyXTSDRYZJgBhIZJhAoEcGCQYEQQYSQSNJGmBCCSAC
TsDmRxtSkVTWlwYegHVHNFE5o6k0ZtSDXhm/OLHhFog2J1ZTPMjSDBgowEYAYQEWRRhAsSEP
MEjQjBYZgwkkwaCCCIHGAFgqHehnGEAkDDcBlQ6g0hszQHbAnPFQ7U5s5EAQXTeGzONECySw
JFjCTAyRA0gWLBJLARgIBBgYQsMYCGPFGCBxAswulYAtDggTXgGxNcdqa8oFA7s25XOYObOu
OyPOzlBxszojlzXDRY4UEGQMIJBJCFCwSDBg8EkEAwkwwIMYKCCMIFGDCDYiRY0slYqFouHO
l47E486E5s68Ica45Q7c600hqjizanUHFlAaCNFBEAFogwAIaKBK4I8kEgIYCQEEQQYAQNCC
AMBGkDgyQysSbg6I5YvnMG5NcexGHkpriodAd4aA5M9IOeKpUOrOGKoRgskQEENAHiSDAxYo
YQCECGQQANBGiywKGizAiQQCSTZBAGEHSmyNOao1JXL5sTqDSnIgADT1M89NWduc0VzoTqjz
8qmCjDASwIIGjRRAJIBgYYgIwYVjCSCQjB5IJAYJBhJhhuS0aQsjQRp6aePFQ7A44AeLIJII
DCBFjxxtjpzhyqGLBDBCGCwjBZI8SKBCGizAjBQBBJI4wIYKGADwiQRJJtRRULh0JrymCaoE
2IZZOdBMMDMJDBMIHG2LxzYJIQgaAQNMMGCiTCCuLHGDQhQYkwEYECYNDFBkBmEkiBhuCqLM
LBUMIN4aEuGrJK4I0AMWNJJBHBG+GGhKhJg0WKIGhkEgEEECjAwxhgBIkWGENJElkMkErF0g
kWLHGyAK5ABBBvTVlQ2RqwhBIIAsaEEKHBAHWGxOSNcMBIMFBEkjhQRAswWCMLAAIoIEgEkt
CiRpZFizAyB4gaSXBBgokQGbUogDxRSEDQSDCAAwBoRBvTrTjjREgEjDBYwwwIYQSKFkDQzC
AAgCTAjDAwiCwVyRgBJgQRsRAgggEk2pABzxgYIQJBg0WCGOMALp6IcmcoESYGQNFADgCQgQ
AjAzAQjAhZAAYYsIkMMggMkkkEkvlYwSQKGAgiyQAhJhBJJBJgQQsIw9FLR5YAGAGSOFkFgI
WSYCMEkDgAhQYIsIaKGhGBhkgDRIRJJhfKoJAQkaCVwQRYwQSQQPFhEBkEihh2BtjgSqYQQE
QEGQOJBMAIIGEEDBJIsweAYCWSCRwsSENBGAklormECiQxQsgIqjRYZJhhBJBhgAZB15155+
aEEMaJDIMHhmCQRpgkYSKIJJBCGAEgjiSQxZZEBkjRARaEAggkBgijBRgAIRhBA0gkgWOEBH
bG3OQOfHEkGDTCAxY0IWYYViyLDElggrDhQA4wtEEkDDAiAgxYJZFCwSCTCSuLFDAQSwVjCQ
CTAzBggE7Y604048sBkiAxwssCwR4kYCJHlcgaYYLIJDMGhgkDzCAQgSRoscSKEEhhCRQgIA
gaCSGYALMBHBCwDtTsThTlwyAgBowUWAQQhxAAoMEAIgkgSSPBGkDiAQRpIQQBIIwSEIALQs
WCASKAGgBEgGABghEggnYnXnHnIkmBjASwJILBBhYDKQJIokkwIwkAIkgMMEIcCIHGEgAFkA
ArhDxQsWGKCACAGEADADAABhAB2h2ZxxyJBAYwwkMgIwkaLFBEiggxZgQJgYI8AkIYCSJBHG
DSuOIAEEmBEABlcgYCSSYIDGiQwQgQjojtjjTmyAgwBpA0QEEEYSYJGABjRQYowEAuEiiSSQ
R4oWENIJDFAACRhhIJhgIQIoIIwwSSYQYMIOiOpOZOZDJMFjSRYY4IaYSKAGDTBQBAwAMwaS
JJCCMFBhigB4gtFcgWNFgFgAqDxZBIAYswIEgkWSOFm5O3OWHmqElIgwskEBjSBA8EWUzZAi
CwYACQPBGBCCRgJgQIoEYLLgAoWGEIHgijASRYZgkkwkIISYEINkdqc6NPQTzEtFEpDDbmoO
vK5oimdEQLNGWxQIYJBARhBdFgCxgYIkIEkEgYYSLMIBGEFckggwIEMkSQICMHGFIvneGlOT
N8MKRdNUdMVigdqJONPQwxZ0BpzzYWSQCMFDhZhZJDK5I0gaURpA8WKFBgAjQAQCQATBhgYw
kAcViiNCBEF47w0xxptSyak2JuSwJKZ0ZqyqdWcod2dUeNmjLwoEaCQPFCxxBZFixgsIEWYM
MFBCRYwwYCCQJDFFkkwgAumDRhTNWLBCO9FHAnQiTTDztCmaYYILR6OeSm5CN8cqa4YXS2LG
BihogsCwwQBYA4UEYMMMIFlIYNDAGgDiqYYGAQMLQ0eCQCaooEnYFg8/OmNea42ptDXmiIAL
QJsDaGnLxdNSVCwWho8eQECVgCRQwEAaQGYCAGSUxphBAZhI0WYVyyGCNCLQRgoaYPEDiTgj
Zkm2JNea0qCyyYWDaFIM2ZJRKxrjYl4slggIkMaVxAQoUEQMEhEFkWUy2GGVywKHigQysGWB
RaBLBIZBgwul45g5wQAbg1QAw3RpimWQh5tTSm7JK5XKxTLBuzfF05YuFoUOKpgAwkEQEKMA
NgCVQy0YAYWCqYYGVRwwcVC4OBADGGFwE84L4gcSVCmLLRcKokvjzCodUas148QackuG6N8N
OXN2EOAJEkggADBRBZLBXAGDwRgQ0rBCgxRg4geGCOJBGhjTgyoUxZvzSGCC8dKaw1Ykuls1
487Q40IwrGpJLxcPTjz0WOGjjaGEEmvHDioCQWy8ACMDFDBwJIowWEGMMLIkkaNJKZaOHNMQ
VTZjCqOKw86UsHImBFwulk0BaEFMrFUcXDpT1U8FNiWgC+bEaVx5WFjhQ8WYbYgSSGNBGCzD
AgjBgRXNgIFloUa8WaE1JryuGdSc2XQymbY7IrHnJYLRuTpjzccCPIKw0uG4O6EnkRdNwMLo
YwQQQSLFjB5hvSuYKLBBJIsMWAPLBXCDHEDxoBwJwxdLprhBuhhoTpCqaQ742hqjjj0sEoFw
qGzObOvNYag2ZWNydAcWcabI6QsCgysYGYVxpUGlgE3pIJgIQIQQBbEiCyOAALBA4YWCseYg
nMnVFg3BwZQN8aMvHflM5sA7IqmyHmlNQEejHJm9IFijqDxYabo2wYggkEkUYQLALBJ1Akqj
CR4IwwEgAYGCEENJCGgmDjnjXHbHkgk0xBbNEe3GuNMcmSdWUTqDjDWmzN8b45I68YMGGlPP
TaHYCwgBZgIJIBhhgoI68grmBDCRI8EAcCQGKGEhgjAxphJIRTOUNYefCztD085IqAGiN8aM
3hzxh3hBsTmiS8WzbHl5UOuNqLIIIFhCBQIYYII06AIEEYQMGkGFcaEAACNBGkhjAhgBAYRq
DzE1htBxXOeO7OmOeBNOWSkdIdCWSqXC2UzThFM5460IEYCIAIDEhlYsiiAzoSQzABowkwWE
YKBBDAMLAQwIIwgkkAqmmOhLpw5qjhD0Iw1RvSmaAk6o3ZXILhcEmrGmHOlg2BZCEGFYMwQS
ESAYKOsMDAJHizAjCCBQ0QEQQSPCILBABBgARgY4IM8eNCdOa874541ReNMd0AbQ0RtTQFk2
JtDhjaHTmjFlkYVgQhQJA0EkE6IIEgaYOEkBGCwwAAwAgC0YESYCQELEjCySGQKK5tRhypzp
oQjSm/OiNoINCWxRBtjojkztRpQNQLFggAjxYoaAEdGYAMAGEEBAkghkGCAB5I0kkMrjTASB
JgZIwkweMGnGHnRrAzcHdnRHLmuLJbGmzAKZoT0ItAkFc1JQFFctjgASRR0QsgcSASGIGEGE
EBCSBpJJJhJgQogwgwIkWOMGDgDkygNGnVHlx6gLEGpAKgZZGmHYDCARARhUNGQYGGJFm4Eh
jQhwwErkiQyDCBgsEYYSEYESLMEhBgkEjBgRIoArG1GHOHImyLRIQwktm1LQ4YSKBAJGEgii
sa8QEAWxI8cYMDBIAEDgQAwyiGQPK44YGCASMBMLAwwMgUGCCAXzCqeTDTfG/NoOJKw0kgcE
SYLDGBiyRxSNYGWD/9oACAEBAAEFAgLQ6gTGqnJoYOuOAYtAapw1WW3M+NteYyXhN2TFh9k3
ep09fWyaebFk2+vZNpNodO+zn97iezI6DRP66awvzJh9xAEQuT1e/p6C9l2Y3cmnjxvDmy4h
oZEXLsMrJ0Pbauvr9yD7IFWciUhhBC3sYwrAtB5WVege+cytYUNbVWU8QtJbzTjxliwCIGU/
MFaL8hKEuK2QAE0MUijN5E8lws8aYNO+VVJixteUAXDka7Fv66bGe3Lm18ID5lVzh1NjKuTS
2y/U66DZ7nf/AHNn2ZNPR18Ptyb/AF+IZX67YGRMGZjh1/VqpkzbQzYc2Rjiy4zix5AmR/4c
2m23itx4JhfWdj1IfFn610m8Metky/OXL7cICmG4S4VpWBiRbSA0FYoSczmcx1pCuMABampI
EtgtMpWEwrwEIgMUtHiktCSICK2gwGVAjMkXkOBOBPZyu0mouXYLuuHay4tDocmxqjWzae72
FqbGLKRLyIMSOP6/1m0ky5Gw49jr+pyZ8Ca2vpZ9x8qdPhGAbbZOs7Dsew0e3x6GgmOafZZN
ZvfqKNzrXx6ey+iubX2f1lz7H7hwbqdfr73b63Yr/XEC7G1rfs6+XaK6ubcy5dbxuBWoBUMO
QaRqTgTmWtArE/cISPMRnjMYSDOaitV/IK0KiLKS6UNKMJaWASkRWotYGpEqTSMI9aUIi8Tm
3xmVmyQrU9X336en2neYtzQq5JF8/WKT2eTZCZrd12WvNvvMu1Mu2+wOt0NnSfcyYN3sm7fL
o5P3tnbya3VZkwbu6ccbH1fs0aPvP27bWfvl18eN8lcaVtXzmtjByPeqdd3i6+LLmvysaClD
YsB4csBUkUEH5AcuuOJLrWNBH4goYWaFvpyYgADrFuoppGIMABlLT8Y6GD485SVFxrUvCVA4
qAIaUx+M+5vjDKsDPPOHGyQOBGz8cmLjZ8m6uPGNa536bLh0U7fb900E9Obcy5MuXoepyLj7
Ltn9Wrr6WbV75P5F2LT1o7LZK6et7O/6ttTab8cd867/ANhqMmat5pcoFaMYagGpNsryTAst
59hlDS0x1hegD1jORKK0slTBSXiq8nin2Hz7DdUAnyNxC+TRawsFhrcVYi2k4MsqaNHJEpPf
wzVi4AxBONz7Iwa4lbv1zL115mZnfr2UZ8xwDdv92ZNfVbWbV2DOt7zPq6m3l197V3drBg1t
sZ36/wBb+zHk7FU3MODT6/F3u3lwHosGzjy4jhydax/YYl5uE+wFa1tl1YvEul0FIGecXcmC
sosteZAplFhbwuaCCwQkQFpaAeAVaY0hFGN88acieJn4x/lYeGFLPkA3BrREFTSp/wAqeT4u
BepOK4NfFwZsjpqYtVrNA4nyep+nw9dsvnxoM+QsMWXEEnQamn+h22njGTscuM7S5ciCpj9r
t5dfrekx5l/tLBNh9zYzGx9nTz7Y0uw7jc1d1+rQtkoVx7R8wDW0LCOOIAaXSgrzeamVrObW
e36BjR+AKWgKS5a3mtWBrCam1qsGgIpQmUglZcxn4j8ZfSfizHGsEZVESVhqJ/lQewMQnrGQ
t7ViaruvVjHr532dQ4M/7umX7IZEyFlmPG0GRnybaHWHRZc36Xd91k3cPEuB+imh1+11dTru
w28u5sKDXF3mLDjyu+xsmk6dfJw9Nl/+1bC9AWaAzmglEpSkEHkbhSsobq0aoYVINb5SHiMV
g5NlT9rhOTLlELRaRmWVxmAgDmH4BnBCgrLjVTKrKmWCiN/2NjYK48TsrcMuO/PCMns4xbJ3
+v7JMoAKqxOXDjx9YLlnsLMmzlxEtcS0NIKyj1qYfg4/EcRMmSrKVHX5LZm2y2J2er8Cot5i
cE0MYVglSYR5cGD4+wn+TUgpGQxA8+xF04BLiLzKlYk5+g+eKWrWiy7jgEnyPBFAPYBFFQDy
11f8GjqZShR7pgxrotpOPW4Rz6tnDhPJKgFcubMc2rix7H6mES6w8SkNJbQAMYA9zXxvx5WG
yD8dS0Y35xOCWcCgCRvkmpoYVECefjDBcZSVp9KgT+MrS2flBxPElZY1wSsC0AU0Ja0W0XiW
oJwYF8k5hhx3FhQKRECiNWJDSlvN4j21tFbnMLCmfYyMjVaClrNkpo4MdoU5mzYv1Q+Y5GOW
6V55gAoWYluBOaQ8T8SKmcXaSs2MXFcqkEE1JyRKSqQ/HNoJihYWE4IHlCBW43exi3kIZyYv
ArOJRIbRKmGghNTK0gbm+Vg5hrQjjlp91/G6eNtoINS3FGMJjXCLSjjmrgc0wYMaar7x9ODM
UZ78kGMPlz4RiP8AITjNCx5+9TVYpQz4jXzGsNJSdS8fDk9u3emwTVgeLuAGEcNaClKLOKSw
WhRUvxUSlIVnNDWDmN+N0N1vlT4njW8VuqVXnmf43CEmpTinAJlIx8bmhgVTLBOLnjXQrLeP
AzIoBXxbHlOUZ9PMsdHs/Yt1MGzjxY3YOxtJ9vFbhSkqALATVhB9OSDWFqHqCPbjULs9ocfv
b6L8sKSrASoiWieNt/CfJuMPEoDLjG4gMoJcDKUjXAiglwoLIEFWoT9vEErCYpNRcZUCWmev
m0QIVHwbml/FxmTiGM5lFgApSp8Zo9iupsbnYDZ3uy7FtqHmFRCk4p9mXmsNJ8KOH4qtYGDM
DQXUmjkGPYdledzi8jzK88xSfoeIKWsaGlWKCWciglQxqisCKhWMAWUqAGoprHZi3Kg4qqhE
IENZRDLSRQzmvJCkCNcZQS8CBsksZmHDUgHFI9WC0hZVlxjVMT2Bvk2eV1DexZ+JcKUWVKzk
ktBSH4JgDCXRTz5LCKEGo+H1iTq6mZtzXcWtX6Hg/AEUxlgJrkcGBQR6/JVa1V4pU2iArW6V
E+R+JE8rDbWhh5NIbhBaZShuEFZ8wwAmENGIaVcS+6fbxtcm4PbGcMOYFQEgA0MYeLVDAGW+
RFG+xYVpxTxAn+NJ9oKVIofIzicBdLZP6+RXODMre2nFKShMsaoFJxQikAqVIoKQrSGoNOb6
TigqCXoZ5UtNKckVFKzlSFh5glZ4kFXuK8i8i1miihYEkcIVq1jwLUeuMBWlJdWXccT5b/Lk
T/JSYWNa8w+QRKiohecUIWnFBS6q1ZvFVLQiNyemS7XU4MadgP5yJSKSD8y6hQqZ8mrS0xRQ
CXrWo9htrxWpjEsbvIFSSpDLRmb4XiUNfG0GXtKmo8mKxccNsX4AJnIloMGPlVtl30yDyYVg
NEJ+g5JHF10oQAVMtqeZzLqwcRhLWlqkhRRq0rx8KQZb4wC6dMWGF8hr2ikZLRUeU+C3JFRF
PJYQUMpCxCoFj41i1JtjDJFEs5rxUg/cUEcARVrLBT5UBaeUNIjFYATFHNBWwFoT4AhgnMYU
ltBRbsiG4rwAauaQNkgV58Qcs3zzBj5K+VKLbE18jYTQhQCSOWeUEHyTwgMLPDWVFelt9ewg
TN3PqaGspArXGC6KDWDiGlKgQGXcLjqXRElRAFvNK0aWiBjDxHRSBaJ4z4BVipSeINnK/kuS
A3GgWCcVqKWNWgWAr9MiCDkG6hoYyiKXIZSTSh9bUNaUqvnG4io0IIArQQBRPk2qZQShiHl6
3fYVr0VxCKXP9gSmYEiX0AqJRaEQNwo8ATdzT5hNJbCpMbGwnrooCylAzRK3cS3JRgIwNVuE
WnsLIIOCbBFYCERflgBFVbickrBQzmFotBKebGsDiNaJxKio+A3Jfl7aeMLtGa1uKhebqFAa
lWBYU+jGpFBKcj4+YLIeT0IVmxFlxd2sYVNUlFMUc8iIUnySOf4zFAM+BxdjYmZcqTlpaQfJ
hQrBzColz3FuWuhRpQrB66MKhPKOkHIF5lGqohpWhn8lCtIOISa2ygESghAtKswULCfCsJrC
gpxZcZVa/c0tBWoSVMMWk+IXYFqAUJlLpxaKV6ApeTiXJ3znI7HJatTKANaYAwiArAGlpgeq
lYcYnrQlPEkVcmD8TWgEFob71EZay1oVWoKy+AVAUFQq1yJ5054qDWNP46fx1VlhNT66DihJ
E/IWLCCZjekOQVCynDBZZ4gNDdVbJwZRoni1kZQYicrUwAEn5oyylQoMr5dN+eU/x9uTLTT8
Z8xQRK3RXtFRdWoFS5JJsLFcdIE5IFTW4Vra91soENBPkVS2oEU8lWEVFgxpa1Fi3Gc1/kX6
NBzCOWpPxhe6AivjMqgT4XmeFKQiDLAAJwQTKGGEGn3oTGuCiqBWSvIjEiISzlfKzJLXqtan
mdGfPIXY9tkBlzKRSo9k5SBZYxIQRVM5gFZ5k2ARbQqoYciS9SwYCcKHBK0FqfkBRqY2nlX1
i1WJnzFrC1FFasKwCes0pUuZkZSDdLfC2q/djSXrHDUKFYGEoYkNI1Kn5+EuQIQCtgEbxIXl
hF+DUBaVlOfmBTVQqwlZ1LW7JZp2PKaWrhOvmX37GzrMuYoKVNK5CPxnDEq1R+NVCLQBqAsu
z6+s1Pfsb2q+vmwg3BJzAKHHczuTF+AWhHlbhWXQGhYPcKj6WGlQ0VTKZIwrPxLYwILpRr8i
1WqBDdQDmjq/yB5S0gWWylY1I3ERnEZnqBd9GQCeyAzyqb7rTPGAuJYaiaKn3MfHfEwe3fz7
I1uu6jFrW41VTNnFQVSYlYn9NbMSezOnX4Umfr8BmRmRsOXAM37uFsfVZseN+62EzzAjgcRl
MBofZjALANXihop5u5BSuMURwpZvhOC8tBBRlAJE/M/5F1uJFaLX2VC3T1z8Y2R44FQ6jGCE
hl5oKNCxgyy4wPkorvaq8uEMOKsuM82KOAAxgYCOTYWBOnecoA/X3rf1lz5Vh7Pb28LugmPO
bmck+qmbFiXEmyX9fUh/aBdMk2xdt9P1nUbGv2nU9ai9d0Kh8PVYUy7WTV09Slq/EIpFxtCg
uAWMeUNVLVOPGogekojxlCi7yZWtN5hoqlgI/JDEx+GtAnj7RwAons4rz5B7lEXya2083FjS
nm35809fCgxUeoSeBmK4BcSvDp7GNzeTa8sWN+Rpdp+OTGSy7q3KeJqL4vdKn2I3jp4qjMyo
rENj0vAnN4ZMwpqHDgz/AO61Ovx7fcbW4ep7JP8AX4nRl/sO3799MsAN2TiKrmUiqxGMOWa6
tMaQpPWYBVigjKhCVAilpfy1CbhAq3cY56zVBWFaQt4qTQGktn2K8GFGpRgac+MF0KkhvYIB
WE0jvA7WrkYY/wCO19RqsMiykNypiqX1RNtT6qzWH8T3LGuL4TZNXKfVnAeZNhiuAYnUb+wJ
pgvm38/XafVoHJx6/Gp2Lae1u9/s5sPqJmXGQcDUhVgbQopabVgBqQ0XGSLFuWYuZSjXktd4
2tkYhBAZkRBAs4pTJXmzmjcRyGFt61ouI3xgTArNCq18Q5QkUegLxRyxRkH4gXFFo2VsPtte
mHDw2PFVKqzKrR9dbnx5UmoG92NyDuL/AAKvmvGPJVgz1fV0mmNhjO5shhU0t5pUg2wsznEq
12cow40CjHiChSBXMKG1rRseOPIZa04DAeDK8GDnLhLA43EPEfKpVWZpXk3ElRU4iV8ooW1Q
l1VJrzRgeTHRFiobWSgCY4yMZjoI1RLHomOOgMOOwemjMrUlGqIy43htCqhEojD5IBIrBjDT
Np40iP6xcry3zGa2f8wVMOJG3sMybjFnctHDfTGDUlmYBgNfGCu3l82yB4BUZvGZORZc7Kbt
fVyuqY+xSJl2rkciHPrxM2MklJd4lAQ+IBrPKwkDG1zJDUk1RbUYW0NKy3xOM22tCfPgRy3r
A/j9LGDF/G2GkoY1ihleIBRkMQZaIGEGCmVQLgGDfYGs8i1oALCU8sN4yZl/gOTDiXNtMYuJ
wrXVTINfGXLkqaFph7jFj0v29r1Krzm3GtWjk49bCLzuqfWhFNp5sqYEBOdQuTBv5sK4u8yK
B3GjmO12qpq/65UHs0MmRcSw4qwLDyX8ze1xxmDG1pUQuFlKrYtKAS/+TInDhgRjLwYyH8WI
DRleqCo9IZFxYiarFUQoyyhutS4ry7IRYFX1khgYcJiqQStoVPE4xMI528gxaT5i5QDDMmao
0sHty7udc+0VojT5mDXy5smPrmysFxQXQIbQou7AkTDVZr677uDHVIP5MmdsctBXI3kCBMXs
rrFLtXWx7e33+sMmRdY3rlRATcbgJYpY8wpyz0daEP7BFc1cF5a8CZSvryQKZyIcdJixkqUW
ox2gwIi5QuSWKZYKKzAkXT1KzjAavjYRU8bA0sKgYyxCqpFZ656qRAazsux97YsaqMma9n+M
eQYNGxjHraMTtP1aTQtxa2HE2NMiUmFZXjX+drIW2MKiultYNbX29hdnbRHWO1VLWI3LcTCW
mRvWP6/qnDpZcr5c4fJdVmKPDnbFFFy+orPvkItCVio0KNV0AH+Ixm7inzDYIy8LW0Yr4FJb
1c2JG5ARKHGly2gsKxMdQicugOPHzHW1AGrbYLUgpLaTwiUnZ9v7xjxgDYzlpaqjr9T9nNtm
uTHyWBMDePr2GGn1bW5GwbLbxxe9aUol99s6rqxvb/b/AKn7WLGzZEOMR8lZ7UWZMoeGY/WZ
7MWOdP1Obby79uHr2VlmA+LLcyt5tre2BLZQ1t5ISw0ClARyg+7IIQK1i8PTn11nrvjg3epZ
66GgnryR8MxJ5rarMloxoZjjqrEYm9tTQpdAjlkFA6+sHf1sgbJgCbHZ3D9FbczqGWtWvyNk
v0NJ8omFG9RQWrkZm1sT5dnYK5HCrhXjI6q4GDWdzg0iG1Blw7aFi6uVmV7Rqdfsbj7nU5NQ
jWXPkPXBMn+txLr9Xra+I9bl9s/sWx69B1LjDin6wMXXpLKD7t5Tmfe3hVAjmpBNeYo4oKWC
omTHWWPGxqW5oQaWkkqYF8fWxPlYV8UpHxWS3hLKvjqOKhahFocyOw7DpMTTIjodTa9Zveeu
rMDNDRvbs9nFs5F/PHaZvZRYimdFkzPMdrTuCcepqar58mv16YMWVUafgdXsc2MvhJy4gt+3
l/c3tm/U1W9uXq+uxnAOtByphx43z5M3qx9egXD/AGbOH3aNMBa5Fn3IEtBnrpGNDGfm0l+C
xVgygsVuC0aqpWfM4gKsBbHUy25HBqUuWhoRGqYyvE+h+Qk5lGi42g+VmfRx7E7TrdnSz7uj
pprLkc5NjBn1WXHjfEgxYR3H/t4g+VxVBuMGzdRpPt7LJh1xrOQ3fZCc/UvZsPlqcu0Gx4MW
KyxUmz2GvgfN3eQt1mWx0w4Rob22wXqdX+PsNPN+9hw6+FU1lxlHTDq7GVs+RDaupjE4n3IW
LUQ8ykZeVTnxrSZmrGb1xciz721hmQckCLiEC0C1i+UC0hx0NhqMZrLVMpSL9KQQSgMBtgdp
w87XotfcTqv64MGTY18O1i7DR2Ouz4OzSb3oaYciIr5KYqFm6Prk1NIgevWQvh7X2ftdeyrm
a547f9n3Ubc3c+2f11xn0Uml7c+x3obLj9SzW7OyZd7YeE5n1dfHuOv9j7MKMYBmtjJcYQq2
CrAiFTQiA8k0iuZcQXFT+EoGJVGNl8tx3VAhE+YOIv40pBS35yAloxWlajxoU4spGX6ljWk5
qryoLD8iRW5bQ0rzu6ePbX/87mM2Ogx6sysL7mn9Y679ne7Xb1tfVG3o5V0MmX17XUJnz5tY
auTNRsbhvcM1rdhrNOt0hmOZEx4+oDNs9xjqw1i0VWXJlyY8c6PZPuyPtF+01c2LcC86WAID
88tCZzDRocagstQKVceXIhi0ApbDwbMdzX3V5ui8m7yqa/YjxtFCEaMoBQR/i4FmNJ9qkQkl
qT7AVlqgA1lJzQSko07HtcXXr2Hb7/YwdbndcWpiGP8AY39TXVtFi/r9nTI3oxhyO/X/AK+k
92LeRseRcpyJtZguDpcQ/X/SRz1+PGuXdy37GnjmTHrY8e0NHHg6zdGTPtdmxzIg2tcaGXU7
JDSVrLRAplAD9+JfwuNYVoxWCjEL4sHig2+cZpwAIVCikKkAcjn6VIg8pUyoMP5WgwUjeJg5
lItZwTyBKmEzmhYzZwYdrH/oNGamDBgxlcTDZ/rn82/0O1j1cYynJs5cvV48fd4/Xu93hz4s
mALrbOsmXX0cfOfGWTqt1M2J8jTBnyA6+InY8cOb+Fxk0dELjGhiyHa1cLIxzavb5GXDr7jZ
MatcBCDSi1ZoUao5YkmArP5LmpKEQicWUaEVlBWVrPseR9FMaKsoyy2oJUwcxRPEwQDkNPvz
WsI5P0u54MVoK1VSCOJXi4U7bs9z9vXzBtkddt9lMP8AXeyy5u5RsOljGzHwDFu7Gs7zDmOn
kxn3a+Ghz7GybNdnDnPhzLk/Ymp1mws/1gC7Ax4dbtNPb2Mf9cxA4MuijTJi3sE/ZuOM4jG8
YaGEwcKVFSjQI1PoQxlDP8q0nnW5q15vJleWEBpK881LCCkP5LUT7fE5iiAynIFCaCXR62Dg
fEoIAoik1BMasqZc1cgx5Ji0NFDdwta5+4bI+b9RR+1ixnJ3a2ZS2ZtD9vS2Wud8erlzz/XZ
ViZfXm/2bV/2rma2zkzvutkzTWwZsWL27HXdimRMiA1mfUwZB+hlQ3NKiG0AzgRWFLazyrQk
WzmGla1L8mniOAOJyYvBNbaAQUir5C6tRdS2cwAwqZxQfF1IKRvisrOKVWvEagCfCngsYWpF
NZcK8UFsDc9l15V8m0tbMmRmwkHT0dzFl7dseTadxh1s3d7Ll8vbbE1+i3b/AP8AOnJB/X8I
gbpddF7rQWZO72cjbo3S+vrhMYUQrWUmXGrK2lcr6pUVpCpMsNLeGZFgVo9Kfb5hBpPmcEWi
KDTiHmMRFsp8H4nMM5lOWekLCgFTbPt+M+ZSEmEcL8n5+1ZcsaClvxF+W+Kmd9ifNMOt1uOZ
dlM80uh202NvXph6btF1drJk0tpEzdXqY373SU5f7DtPP/vNuZOj2yv+u61Jf06xN80z627u
Y8IK4aS76EkBCaesTJpY2GTRyLETKsq8C+ORZSsoLTWFuBBWCfMoK8A2cmspOfpcZyYaR2pO
JWXmXQNL4p5Y1hjHxpD83ClOLqQFq3S5qFzT2Az2RmVgOv0GbFiwYQ7Tu8uxiATq94Y9HVQD
H0yg7OgjY+w7NmOLu8sPTZmmPo9UFdHTxxAiis9gnsFGMuEZ1aK05nzKExsOMx8Jo9iwVI/k
C+UHxMfynwPhY34rH+fufnH8tB8t9D8L+MHwfpj/AOQxvx+7fikb4WfY/iIfg/QfEP5T7TN/
w5/+fH8a/wCK/knyJ/k8Hx9//ivz/ifhYJ9vtm+B9Pt//9oACAECAAEFAv8AyeH/2gAIAQMA
AQUC/wDJ4f/aAAgBAgIGPwJPD//aAAgBAwIGPwJPD//aAAgBAQEGPwLBPqxVW5/D1NuvwPuF
z/8AIrexzmTNz+4bpCpBuVNvykrEhuvQTuctlalO2KG3djm8C12XX/8AZfy5RqW3Ww7dUW2c
tyt3xFzwfUu4uLb9wuVTPUv5bo3VmMvDbLVsY5lt6Xde4h4n0uRqdLshq32fv1JttugscUWR
dd9yu++quRbCdlucl1r5IzRfYnO5bZHdzcf1LP24Du4bfp8EUtZf9v8Ac/NgXTfvzsu6EFVB
GKZ11Iif7mTMPUlzcUqaeZ+ph2onPUZH+hhOrxHLJj4HQxIihKJmhi/gdPCMsjV6HcNfmRtM
aCrXE/8A9Hb2x+4mXGg8mO7XIrW1Yl1tpKcD23R5C413VmMC/wD7PDvtdGlSBvi7bMloTe65
STef/wAvE3bbix2cvF9N/uuLL21dZZW610NnBEcaxX9Thi+dzd0RKR9b77k+pxXrtarHpkcd
v2dzvVyxZs5k+LN7iLa6Mt5buN33NvuxiD6fAlY7O5bsWPjvtS+599zvpPkVWJvtvb1QuW5L
fd7Whcv26raqqK3Ec3E1f1oK3j4r1d/bVC5q8F07bbLvnPr8/Fb2xatun9w+N04b8FofxVtE
v2YsiRQVq9CY7V1ItVDNW6lHtRRwuuJLUzqbXhoUcmMT4Z9UUbXQrVkU9WVw6eHTUifIWdw5
uHl+I8F1RmYUWB5/AzgzGphEY6mkEvDBNlO5ZxQphmz/ADB7NzvUOcBtUN3HxXX29C/7m676
LXtTeZYuVdzh60L1x3UfQ/cQ8CfzLufc7JXZ+1+gv+7dx/Twb1b6Fz+tH1ap202+Z9x/12ua
/wBqcYyLgv47eK/jorsII5F9Zc9sKEWWO5v7bje+23OuRcrbbrOThrx3a9Bcbt7+W3uXJRJH
Lx+7jnbsucl74be728a+aSzmdv1r7VPNvdV/tZttt3Sq3OsPoNbJ3fOX82z6dvGtsL8y3+Td
ybk1bpqX8d3bcnPFdH4F/Il/GrYc69Bu6vL8qWCOX7f6yuv2PbrgW8fJ7rML3poY7Tbb6ma0
oQn6n+ZF+JRfiUl9GdxqkOPgdqxJVsepNZwZh6mDOnUkVsT1RW0pPU0WUn6yYUeMHa5Jr1jw
/uOh+5Zs7SX8ScHkK6SMUR+o3GC1O7B/if25inI6D4vp/Uafa8vU+krPp8m6egrruXoRE/3E
3V6GO1PJi23SkbePk/jtyuqjj/7FvbxuaC4/t+H9W/M/7f3Ts41jsG+CWr3LUVnobeWy/wCp
aostbhJF7vss5LuR0sz9D/sclit+4dLLcrfQt+ptuapdbqbu6yy6t17FybqJ+sH/AFruLbwX
PbMxc4I4OK3vulci6CwnNMdzceQ83qWp21zNqcL9qL+LlUxO1/oXcld17xKrHM6PMkhXeRDO
70MZMSvoa3L4Eoh5itRF1T2kQdx+hmv7TzManUagfbQWA4f9DOehO1+ZTHNsiXJPuFFV4Yx5
kLPqVbFL8jH0HGBj2/iOmIrqK3KSkegst2eJSjzMDttrnI3csT6duIuHOxVfU+mludx9xzu3
dyLtstLeP693JPddSi6H1t3sqh8nJ77iz7u+62H7VEl19tu3bcl1jU+pandx/wDs5eTF3aIt
fGo4Y/jN/tv6Fl3Gv+P2X5eQ7H/N91jfyXYJPJZDv47X9K6snUeSP0K0aKy5wK/BDhfqf18K
MWT1I0wYlSmJhQ06ZlLZMK/gVaKHc/8AxHkunhLdehSvliPchUf5kbSZH80YIhPayXXqxvXI
TTjyKPDMhY5ibJwFn0K9r6Hc/QrPmPGTtMZayIiHmTNT/Qlx5GECXuNZwO+DUXJc9trwQruN
fU5X0oh3X+5lmV80u0OS3d9f6azSSnOo7oVS/wDmrbhtzeiQ7rrLqZj4OKzfGNzyOK61fT5N
8OP1F9pZyd1i7ozZxPksa/bdEomH5HFy8d30rb+zi4sPVi5Pub7nz0m9OsnJby8CvsWdxv8A
tObv+fiuyeg+Pktdt1uIs4Hklkd0mmpNlUVUFHHXEjGSrjojNsxqV+JoQyZ7ka6irGpNZWNC
jJE4nVGFNSlOrJy1RSreo6S8h7YwMait/EdZXQ89EOETJ/QmX0R54Efkzr1HLXkYTGBWZ0Rj
PmZrqfqY/ATSfmKX5STt7iIk2ceN2SLbfuON8l93yIUWap79ehNt0XLU5V92u51TLlx8m+1O
jgt4rFiu9rMVtk9UcfIrFdyOruarJZ919RcdttORPBl3/X7ePONRtM3N11OP7W5/w24WLoW8
/NdFuKtX6nFx8Ti2y3stRb9fkd23U4lZDVJ6n8aadj/ktyLeSyx28mfUujEf4lKlUoNSIh5k
YJYDphkYVP2vod1xO31FTykjBm1ruKL+pGRRT1Iq0zrobcK0JVCZrkVakpC8iLn+pCwzMXQ/
Uyenhio86nmLT5kPMiJnIj8xUx0Ox+hluZFsK7Q9vwHoQbVbUjbKnE3fFrw3YSTW7kWFpy87
e77z5F+04eX7i1X23dynD1Lrea212t0uiq8jdbf2vMV00zOyrwNq7ua6t+hyd+3kX/Eskzj+
3iLrP+bqxR7tBzKuMPUSzLFyX7uSPaj6tyhRELJGElmz/lttgu5nF11+PhOQ2nCWKL2kK78x
66k5jxnTE3N4EoxmcBy5ISZR/EuVH0KOPJE18ITbJFn0ZWtxh6GDb6kR/Qwg0u018/DOPDH1
KxBkyEvPQw9JMDoV/AxREDftKr/8Sia8zGo8ZztoTOxrNl3Hbaov7ncURLwzkVvFbhgzoiy+
7BYnJ9ta5pmNKtqdDp+0oquo9t3md0sW290yY3NfD93UxiTtwMX1Iiepg/NH7kTkS0q4m/dM
OpXtlF0YTmeySIobciUj80QlgfoTqd0dCioU/wBR5Ees4m6cMhtrEq4R7jbkKUT+pRn5SPMi
aH+hiasi78SKNrQrX8CFjjQzJ/Fsym4VI/InUrHobpRH4mN0mXmfqN5aErPUi6mpdfdVOx7W
upzb/dfgKxUiZuLfuF22OlrWLEkTu/qW2elps5qas5LcFHbX4EZkx8D9pFtfMxT6GEIobcFp
/UWh229p7WmLGuRcnXqicuo2sBNU1ZRSyYKOWNu0oaCVGUMFaUwI+JhX9x3fEi2upMrwjGMW
a9DtUP4k4onTJn9upTCSvofkRA2+7ojyxTMa65eCO22I1K2imFoe1+ptapqJRKRp0JOv7Ttt
m4h+ZXAhQWcV10q0Tl+ZNS2267davai+50uVraLdjm5urgo55ViS6mFPiUVevhJIkoriYk/j
4d1qPdKZifmU8y7XQu3uuaQ4Jf4HcpZUo/M8yhNKlMuhWkFLhV7liS6lO0lXUZVwyXhqVTqR
qYvqij/QjD1G/wDMFHh4V9CG6FE/Mlr+hMGEFH8DGpX3LA9uA978iInrqdxM+qUntMBKfQcO
uZV/AlfmbrfciZ/QlF/Pyd+VnmfSbe7NiZvuqmbUoeYluK/EpXqyVNcyrnwbhSVp5Ff/ABZG
B+iKShz8C78hq2HJdC9R0+A04X7ZIzO1rqVr0IgpDO7t6k24s1ZjHUpPmSnXqbnWRtUtWbNE
VYtDCNLikuOhLMCqrqamA3B/UhM/QSiupGAmdvatSJ8jqLXOSjq8zXW4/RFcSPk1O71KIrHk
SsOh2xu1JxkV0duVo1bb252/6G/bCvqhO61r0xLuHbtubTV0jm3+V4XE8vxO2fUoj9MiiPbj
mYx5nQ/zJ/cROBX4FEdyoOaRh1Jh7cI6mEI6fiYHtfqYwzXr4S8SSE69Tuuodt1MysSThqdM
mQmY1Pc40Ir6FK9Tumehjj0ElV9fCv4lGVSjUrSSmJhK1JS/qVp5lccpwMI0Kv1MCGlDEmoW
SbMaZnTKTdNNT9SmDxItr6FXF2uB3M7aIW31byIa3cbpcy29V4raW2nGlHHx8dLLV+pEo91e
hL+KNyoZMoKcCEJT5+Et+Ru/IWTIfoRSdS2/GMizkXuvPqcS7Fj4alCU5gq4K1K08yldTCTB
+eRX8SinXwpVEv08KKIzNZJmNWUx1bG72yW5WZMM1uyJufriUulFPUdU2Vu9ERMmhOehKPe6
5GHqjKWS8NB6ZLw3U9fB4UO9kfCCchrb1kTtIiGa9GRS0wkiMP8ANSPzG1LO2rK4GZOh5kMp
WRypf4GhWamckOPMUYajuzyOTh5OFW8fGrt3IOK9T9TQjAwJr5ohqmTKUSwPcmKqkUKupd+u
pN+GCJjasz3NsqinoYkVkiY1IKL1OgsYeQ2lQVrUG2IK4LQxMa5lKXFbamEedCYqVhdCqgiM
DGnh/VGOOJRVJdfz8ElhmQUcdCM9Sbm5HHoUxMMMT2mNDtUdR1knMwMKGBT4GMHUwJ90alan
QTty7bil21x8uD8zKRkwzD1IgrV5GMMrjkOaM06m7HqqDa/EmZRl1IxbI21M/ImtdKHbngRd
TqKH8B5HQUfmNTiSojriSvaNJYkH9y+JORjjgxvdMYi01HU/5KFHXqdRnTU3fqPLyJtq0f0K
3R0Jk/vK1govTw6dCWonw3YT6+FKsr8MDJLoTV9D9TGuRg5Kx5nXUkwp0KUXU5NWxb63dB0j
NHmY16eCat+OBX0PyKQmfmKmOB3e4uXd/cT+BOCJtdehKjzKvdmYbSirqRCf4EfgRcjGcvDE
rXSDudMkYzb0I20J9v8Ab4K4fzMiaH9h27YIbUfAj5ciYVNCuOhJWWOlMynoSzH8D8m0brvg
dslMMxbpRLwIVF1oPD0K4HaalaIozbHdoQ6xkjDyIj+h+hWkaeGkHLa0nojZt8hbtPCrhfie
tB7vQ2wjA7rfCUpQkVcDhK56oojcqdINqMTH2iZpOdtSPl1MU0LBSj9SV3G1UMDuwO3+pV1H
TyMKChRoP8SU6GNSXO4/qUcv/OArsG8zLqYwjp1MPJkFVTIo/I/d+ZMx0PPNDxfU6kJt+ZhJ
LwL+f/1WNJ3PVkLBFWYeGZDmCKrqzDcY+awE/BzLqWZW3IW5fyfuRXAq/TUXypmM3LNmXqbj
qadMSdpNJJc3mSXQp7XjqYz1TLWpesmCgU93oRFCIKYHn6EsicislKGM9CEyH6oUFHTNlTu9
KEbtzOmv+hW4euqxKO5+ZDX/AJFYMDNinDQ7UiXEvEt3LDAwoilCna3iOPd5kYdCax0IVUTa
vU3KSJo6wYepCpb0MfQ/U9x2uWYpnTKCMfM9tTyHVTOZar32J1uE01t6ZnToUwN00P7tX4Qm
f5ZECj4mf5j/ABglE4aFfyOuZGPUiH1ZT8zuxz0PdauhSKG1v/aRSldxuWHQ89RrDR4mXQxP
M66M1tzRl1RlOfQVSjcolV9Ct1ep7fM6PIiKanQjTU2vD9pCwyJWD6kQQddSFiUIVCcYKscK
epVSYxoORJ/A0gUnXUcmJiY3FfiX2KrNt7iHQsapbcZQfoYeVRr8z8iuKIyOpGN2ph6mn4E2
+4rV6izOh2sr8We9XdCtsrIw2Mov0J+bQl2z0JiLckdxNJWR7VaxJ0MVBTHUaw6sq0UxREQ9
cicsiKRoaT1IVGjCnxJHuVMkTaS7l4f0MYN25vSCtFoUU9SLkUqh0JgUUK2+vhVuCq+A0lUe
74oxoz5p8JWWo618Lrv2ol1Wha7MFh0MCtPCSlBtVJab8vDyxyNDTzMK5amOGR1NsO7pkVp0
O22n4HToR7kRcltyIwg92OYlpmitVrmUt3Ht9Tc6PKcDuo9BTEZGnQq4E18o3dK6lHTOTd8z
zJcs9rb1zNtX0Pck9czElv0GavQrlkUqtcBVmNTp0KtdBfu0eA/8wdr+J3OPxO492ORikY1e
OZfmhakL8R7iqplJCga/BGEGpXHUuW6mYttq7cy2MzNdLSrxwKVep7Z8iMERascz9SZ9DFdT
WMypR1yuJxj5kTi8IIVHoe2nmdtbT/LIcx1wIVfKhWnnU7fVFE6lLfiS7ofQmrJRLh6CUOgs
vPEc56mFHqKhX0JuP6GhDm5IwbRnBVzBu3RoYnVEtjwwwIX4FcyMYPyIUs11yJ1yRM+YorJC
rJ2ufQ3SpHShrYTkS+7SDUr50G8StDk2qp2KtvynHKlow7XkjKegrcOiI16lF6+FXL1KP1SH
d/qdvxihOHUlyUwzJURqzFGNVmTKkr83UtcTb1O1eRhCItt8x7adJKYfEwr5jUYaH9R1pmVX
rgLMo/O1nunRkvHGUJ4lLSpg2J3Kh0yMcczDtzINZ0Pcd2JuqQ1tWpE4GiRC/ofqLd/oTV/7
aCzKT5m7NZGZSmrNLumYyJnzoVs8mjbUhOUVxKF0OGX17sxXaM+tzqX/AOtZeZZw8NqxxL+P
dbds7ZtwO5Pd0wKKuRjOpTPUpijCg8Y6lcdTNsSx6I/46Gx206l1jUW/KbtCX6MmvmYS9Tut
oRbRaopcmVpofqbodupKimpSpWqeRgl5GNTQrRFF6GFclNDucPKBfkKqO3bt6GUP4HliKLTR
6EPGak1nUou7qQ5hfMP8Cboay8yvwKUKfBGuhM45ohTTMpXqzH1ME0UhW6C/A7XTyOmh3K40
nUnEq4fUmcCV7cy15fBHD9lx3bOLG+85Pp2LDbY823mbpxxMO1DusotCuPQ225lb6mzjc5Sz
+T+R9Tst2v8AAdvyr5jfcxpPHAb5HAlZWOg3sbtzgpI00VrOpt3KScVoOvaY00Zh6jivngat
/MjutqK59t2o5uq8yuJjiJJ4YHb6jeWBP+hBgTbi9CF/5FFjngLdgeWZS145E12dSUviV9YF
OeCOr+QzqRciHZhmU+DHtUMn4wPU7/QhUJwgjkmcmiaxkyIqiLkzCnUozRmKkTu+A7VWKm62
l2qLPteaPp2OUyKmFNBTTQ2254CjuuzZc8CcyW41N35Hbd2vErwJ3LFits4vpvJ2n/8ASt9m
Nl0l3JdbZt+WD7ii+pzyuO3VGx4EJkp1u9SsJiynI24sW57UN2LDXM7o252we3syeZDlLRnb
g8CJww/1JUHbjixfUIb8liRqvYylbc1gbUonQp6pCbotB186k3Oj9Ss+ZX2kpNXY1JutjWSi
8jHEb3UHszIJXxH+QnrRyitrelpi1paV7dTUhryO725SW77e0/j7iLux+RVdv7in5+HmJpx+
ZPwRt2+ZSmpiZErAl5Dv+A3+A7Xg0bKJ/LJ1/Aiytzwgt5eS36lvzIi1b77q229OpN10L9qw
LXdW+3tEtUO3jfZw9lsfid1sZSNQo1IiWbk4XUndXQS9o3R+Z3fDIaiX0xNyxzlnc5Ypm5ip
M5DpEFFRZEtySq9CdtdOgnMJjta26PAxxI3TI6GLdccBu2vQ2xRDWLO65PzJQnb6mEmMaGYk
1uK1eRGXQ2uq/Ia3Zkb5j4Cw+JCr+7UVUtJGlSM9Sbp3alVjT/LNvDX+25jtiLlie4WgnAq4
4ouj2sj8zqXU3aM66oe/HItSrGZLcQRx/wDkx3/ccv01b8qU3Mjd25Jid9/8fzRQlK29tbeG
cXuMZ6mJ9Sxb0qO3Jlq4rbbOS73XW4pDbz0IimpFWtTHakJruV2MGmiJamcSLZY9tDtpfm+h
ualN/iT+Y1FtMjdXQratg4lVgxdNUZys5Ibg2xL1I3QvibX7sszb8IInuEj/ADU3JRojclTO
KChTGZDpaTHb8BNUQk6yUUKaSflJG31Io9R2u3baRalTMwpnQ7FC1I9v7rj+OVbbRN5iw26F
HisGNvMlPsyO6yf7kP6forqEX2wmLQVtuJfm3kVabJtcEvEpabrraHmQrprVYET6Iww18MYk
7mxJnZjhJ9THK2dSYUvEUJm3MxnQtTjrQldqemAld5yP935GL1bMKOqa/UVccSMV+4UvdcLf
ZD1I2umR7YNreJamUXlUUuNUbdr8zttrm8iV6op2TQiK5od9zkhPtQu2rNFae6V+BNttczbm
jbisz+OuhuiWYRrIs3msinpoe5bRRWai16Hb6ncjtsh4NCs1yOiIytNdmBRRIkoh5EXqjo0P
6agxrmy7ywHhCKVZq3kd8biMehgdXiTDSP1JeCKoxx0KryFxxKtzOO1rbaqpGsCbhPJGurGl
FqxkdZY9t23oPZ3aojk+3yGuRXK3qhbuRLpJ/HepwGldXOCI/wDITmbM0KfQcYf5yGtwqm7G
HmQrcTAp29De38CVVmcazUXXBEYE+47q9BK3AWsHu+AtzqJWwQ8eh7fibnSBTVvAdyWGO3ww
obv3DVGhxkJ5rFkOryUkNwhv2sx3dMC3JMSL3c5txJbmchrjlbiXngRcTeouuw1Ru3P1JuYn
Sh9Ffb238s+9l/HR2XY2k4FHXoT/APJr1Y+TNZE0nqcHJSHQyjoW2yKMxVfToRa51OzDQ7uO
jzLe12QoFx8Ns3X0rU/7H3r9z7LVmyz7e2z+R0laj3JTg46Dipo/wIbloUfgdxjRm2n+4qhU
oOkq41QnjGZO6mZ/UWZ2/wBBTbFpVwskKO5Cgc+mZL7TdodOpqnhmUyxJfzZLAjDbmJ2mt0d
yZaeWKG12rQ65nnmTE2owlupiNRLOWfaLTJIV14m6Pojfe+1VZSti/QxXQh+gqehss/AdvE8
JdcaG382bRQvUWvzQW22Znukv4lS+zu43+jL7b+26yhO7AS3V1Zj3Lw7fUrMG5w0Tx+zipb/
ALmWW2csPgXteBbzK1rkTrOE6kXe54ipCNuJXBG3BEu2vUoqMxaehT2/uFr1IcdWh2r2lI3d
SO2SF6yUo+pPTwh1bJweSIklYtYFTv8ADue55Fe3qQrhJVXUS+UavUt4MpWn4mhE+qNqUtiW
3zIyImGsWOk9D9tqrcfT4qcKx/uZuvraVxIaqy61T9Tk/IjY1OEG1UPb6nd6Qcte/koruiP+
xc3arpVrP7ij9TPrBNygdO1UEo7fxPq33JO6nVl/NZY1bd8qJVsTod2OWhun08KTJVkW4vJ4
H1ORa3yXu67Fzt19RP8A+qJhLzO59ywEsN2BTMxVSd3WTz8I3FTa6rU7LcCbptfQz8yp/Um7
AUdvQnL9xdZ8qxZKu7SXhqY44Ecnkh6Gm3OJJaOuomqrQ7qwXW6YSTZizuzMSdDtxH1Gqt/F
FPlUueh9Di7bfmepvn01ITi3CES66junbxW1uuOx0RuT9ClYWDF2uehW7b0N/JdtSqiyyy17
bKKz5V1NtijZR9SJdpEz0Iw6kclLVW6Mx2fZpJWUnqbU/O6SdcNR920/d0K9vke6TucdRrjU
3ZNC5ubt4bXic22kWQoNybl0riS/xxkp7TYqvqW3XOduFp2r0FWhidSLviYtn9SF6M2/NqTE
k5aeDm3ygrl8pojH1PPM2RQ6ZChJyJ/EdS5W4YFK6o3f/Umk/tPzHdOGQ9yjQdepN2GSIaxN
13aup/yqNCbb7bekmzhdL/c9SeWjnBGysWieYlnpqWWqj5MRtN3MVWtTP9SLf9TjtwejHHst
7UtR37aJSXX4STM+R2yxO9+aL/8ArQ+J2NxpQufq5Pa4JiLfIVGrH82Qrrrt/G6b1roWWfb2
vd83mfSvnf8A21RZdyTv5X/FatFiXc1/Dutwtb1G4VvFx5dRWTF3K/wHKpjuzFa/jgbV2snA
teKKGJ1HvIq0TNdBpquRjREP4kR6kQKpmKDaymRCWApckvCM/DEi6kZo7hJDXzG79wo9ScyV
R6E2qCX8CpNkU+V1ku5eDsuVb+JkXJyS1KWuBc8bXWEO50nEjMXJf7VlqRZZ9P6dELdQ7sVo
R/8AJutxGrn7c/8AU5KVk+nbd7/0NizKWp36sStSTWORuu+GcF30eGr7VdcPm5VbuudUqIuW
xaxBZ9nx2xbP8gv+vRYW/wC0uf3HG1N6uXkfcfcqFt7bE1mx8V21JTdffmxLjuv5LONZ4Wt6
FvCu6++nVdWLitX+5lvEqriUNEtVyElWcWSVRQnPCfGZqTnGRVeE5m5mMk/gNZY1O0UGzQdc
4RJtXxOhE008E8xLBFPa8xaalSbXKfh0WZ5iqVI/Ex23YSi259/C8bv6lvPw8qSfus/0Fbb3
VLfr2U5O627I2uMaXlmzHOR3JQKXORWmRE4C404t+Z9Dk+kpVtG9R35XZCT9unUUPce6sYCi
t+FsFV3dSX7WJblf+6B/9dQn81xyt2P63LT6uk6HHd93/wCnUt+5b28XLSzj6C3W7reXvvnI
s5VC4X27S/7eznad/wAsF27uuzHyxtttRdfO665y0RdSMyYp18NTtxKepHh5jj4kyShL4lT9
TyxZTwUYMi0kcZFcR/kVMRLL9w5fbqWooVb8ipQgr4dfGLu5aMnjS4uRYNFvL9xdvduFqwHx
cy3WMdvA/qceKtY7fubdtC36d6uOo6zJT4Dv5UvqXKbuhyW3Z1lCaxVJHbd8v4idzJ/MsXxF
SbdT3fx2OFYqerFMXK4V1lsR8Dg4nbbZYrt1MXBfZknQ4rX3bD6VtXqVstuu+U+vYo5vmtRY
+Tb1WYvteC6lv/IRPdqbGt1asiTH/BJqeRWsmiKMkclBW/gaoleFSIMfDtxWZhHQ0IWHhoYl
fDpp4TPjh4+RE0KCXt5LcLiG7Wj6nL32/NpaPa5WUnTQ+q7eziqy5ct0O6itNnHyL/ay7/c6
LAfNuxyLdqrMuS3ksz0Fc33LIm66sVRv4n7vdasz+XBYot4+L3WKVJxXclWpI/E2qt+pFyi0
mZeTxOZXW9upd9Oxvjy8xrn9t/cmW7VujNFVE4/4IeAvDEodcvCBzn4QvgYE/L4aEupEYkL4
nXQTzEKMjQnw/TwmCnhUpj4ddfGnhXE/MTu7rrvbabGtnBjtX6k2Wtvobefi2Xf/ALR8XF9x
bbxXZ2+5jv8Aued81+jLttLchvc/Ihosuj2uGJTHQTtUalsRNvoe7vuorS3eurL782nL6Fqs
tpYjba5ty8xWfibr1NT6u1JMhKNR8Vjdf2ltn3VbXg8z6F126x14nqiv+Ft4E+HVZ+GAztPM
nAjM6Ca+Hg4JaqeZ18UdSBS6kvxxJRiU/wAGJSp+pqeRs5bJIm428VuGbGrrU7XifU+yvVqu
xsvqXcj+nyXKvaqis2d2EHDb23O+3vszTN1/G1qy7h4+PH5mfbv/APZZM+Q5fdpqOy5xd8sj
z2vM+nTjvtp5n07X3YsawyuHtRS74ZH0+fPC47uTt0LbOPPFj+jbL1Pqu3NpHDy7ou4rjdcq
vNGIpJyNUUWI2S/DEmaZFczHDwgncxI0eh24HU7nUgwqNyfl4aeE+MfgQ/8ABTwgkp418KFR
mBLU9B7OH6FtvscV+J9X7qeVzLt1PqfSdvFbhZgiNmyxPG7Q+14bbd8dv4FjaXnJ/G5V9Ubp
jVF1u3+O7N4i5eKrs+bVC5U5jFF641tnFkurGn71gbfp3VPqUTeTxO/kxxg4+OxZC+lx7tlb
y7cp8x/Te25ndbvt1RVQNJumJKUnXQh2jI8JNRFDDp4VxOpEeHTwZp4dCMipQoTmT/hqLJlT
t8KEHQpQqUPI6EcnGrvNG63gtV2sCjIqX8VvGttrio45L7b7/kVTbfdP08j+OzvFfulvEsl9
t6mOgr1xu1vpCIulLW4ctU9vkXSq2vzHuwWBcrfiY0LePjl3CtduVS7jvr9vy91sEplTuVf3
I7XJtdB6+ONcylDEj8iuWpSorfDdmP8AA6k+HmUxzP0FPqRrh4Vw8Gfr4akHlj4V8VXwknXw
zHBHhOB1KmqzOhf9xx7fputzdILt12+7K20px1R/c/kzLeTl4X9CVumhw2/bpXu33JZDuvtn
bkyOK2mSRHHxu39xv5XjiVupkfz8yS/abVeoWVpHFZVZsVvFFvVHD9T23X0bEnV4nTxdJge2
j0O7DUiMMCf/AKkwYebIXuzZLrAoHWpoYnU6/wCCp5eGFf8ABrr4dCCmJLKEeFaGB3CMSpOB
Up47oKrw1OO1z9HPSRTxqVmx8P23HPJk7Szm51bSrhnL9xyvdfZa/p25InlU7sXmf8tLsjbN
t1yxgiy2XibeDhrrBVXWL4E8/OuNLW4nm+53PGLTcrXezb9v9vHWC1Om1zUttu91vhTwbEVO
2jP1RM4+EtwKvoNYmFDEodSpR+DRgT4VuoU8X+fjXxxP0KHczoYiKFfCWURXw/U/Uh/EhYH0
7u60V10trBSfxWpFDi5+L2pPfZqO/wD4uTNPU/k+5jpbUbbv5WfxfZ7rl+5jt4eC3ityaRF/
LC6C+p9w40O7uZCsRCW0pj49SpB0/wAP5G3kohbbpMfQ9tf8T/xXfp4f1Lf0GP8Aw2/r4rwQ
sD5Re31F7D5D/wBYv+M+Q/8AWfIfIfIfJ6C9o/aP2f8AlgX/APDj8uBbhif+st9npj/hRl4f
1MvD+pl6eL8MjIfsw+Y+Q/8AX6n/AKcD/9oACAEBAwE/ISw3NYqYEeY9PKZUQ4hYv3HjFTiY
arzAjtwYI4XzLLxFt+pS8/DuGqPu+Z6gI/Vxe8v4/EraWyVr2y+ZsRyAv7jQoDju6PEyiELb
B5GAFatYcsLHgRgNCFsYiOX7lB3a5s3KS0AVhB1KBGkDSHrHPAd74mhxurYgUW60pfcHNsHF
z2XKMWFbqvzmMRC8l84jOOmTTKw1ks1fUbkRTZX1A8lSm52sURR41hf0QZV7Et5mA9SqwtHm
4ByPnmVoeQ0/BKPCLlCtiy8cE50GeH1DILMX/wAiosW2F/3Nh+xhmGsum5kVajOpkADgN36l
2FhTnm3xEIIXzGJxHM0hjC3VmfqDqEXjaz3KKLfG8Th06LtgxIHnv7Yjy2azLD0LD9SwrHry
iClNMlyslBtzj/IsQG2Vxpodr+Zlg2ObiqDSQBqyzLkv1iUnDYOn3EQFXkuceLlA8vzfiU8T
Jdn3cBzaMkuIUwaa/UA0ci+8yVOcnjzApbeRzfzA0qgjavO31eY68uO1XHcR8nyJHUFwqry+
zCbilwshZeQS/qKEkoDNsSgRaCFe5ndWmCaXmFeuqna930iFJGo8LLzHS0Dnk89BFqQTKnVd
zCiiuJjnzAgjXwY8wXq6tjrrzD+ckqQ4JlaJLFWi7gFYNDH6gj5RVWZaGYQBjuIJfzWI5PiB
1U0f1VFMOgEIdZlEwFMtcviJhHsvD/qD5UvYp2fHcDSx2WfqW1VjgX1MA5XT/wAiLK35xPce
eBGhrICOX2Xn7Z2fYz9Auzu5U5THL8IAEalwz4mKtpdN1BCrv+oNsZGaL+4Y0o8b+pmAk1Of
qcKuYwLOmq+WU1RDwkpeeJ5E4VhWO/iNlI22oHIHjRDoy2SnH3HEwmPn3C4VrdZPcQp1U9H+
xU0FOOZ0xMMwVFsVNFfZmAoHgbzOEZ9Ymp9LiYyUZph+mMq3iCsZ8yjDhlLa7qIS7yA084xL
prYzVn1ObL8YeIsQItgw8eILBYsQx+IKDMXpiZbKKYRxmVgqk+hvUqtsuzK3LHqp7XqFZUWo
w1dqKv8A2XD9/nfIjvkLIvADhNSNgKa3piZ88Y98BtsinesWg7KP7gFiQNdO88Q7+X1TyQKx
XObhrNoy1i5vvqXEzK3BxjiorjcsW2OzrMPiSW030epdOhuWfjvULCKHPIeJWNYNHP8AaPzQ
IqPY/E3kQQtcp4uCNLzSn3QgwhkWI5CuZiBIcVMizsg8ZffbUpA0YbMS5oTVsfUpNq+zPmUV
gXmTKNV3VqZsC/hfxqBUqL5fiBanb8MURDqgNFe5r1y6l0FrDFGA8lMg7SK9w8VGSmzJ/wAh
W8eKN/iZ7FxU20YcQFQpb0syAEZG/wB1MlA8Xz6lIpln0hOfCTXsqCunKF7IqujhS5mO1VZ/
UpuDF8H1DmHkqv1zL2MI/m5a1WHafREqbo+Dq76gJA1wnP8AkoA0WJx8hLGddhwHjudpvJ4+
ImaZOMfZC4ER5EFTJadS3zxRDMqsj/piWE2Pt1Lc1ML6z1KXYNPEIfNBxlu0L0wPJSvrcE26
OXBwblpCZk/3KA9uDiUFeihWeaGsdXEBOiqg9Tfq6TRK5rfHpkC8AWcY3WiVr+IV+6M1K9OG
sNvcKZIIX4doRo5rB32Y42BZBp/sBUXwenoIHxT52hpriVQZAYdnHEBNviz/AFOUNURipOtP
xDsts8vuAUdMP8jYlkrAfUf0rjtz2iWFgoeXj1MXmXP+oqxvdQx8xx3p/rxG2i8zQ8rGGfOz
xKSl98Q5Wl6uvUS5U4+PiWqluuBNVXyMPmADBf39QSK/L8XFcs7538Rhso6s0+4Sci+BsYHk
OqphOlvQwKqxrZh+pjrJ8LPU2drsVnx5iW4ox5leAg07GDYKO2l/ctHwjGqH5ENV15w/2Xb2
Y8PUU0Ol/kVLJ0scwtl5OKqUbpTW8/UB4FV6YAKtPRj6nYgcZH3Bpm3gdSubaNVMtm5PJ56i
uLieVV4gcvMyqOPUve7wuqeuIQ7X+am/heS0+IdvCfCVichgUPzqP1gFou2cDvlTNwjY9zHi
KviBDlluOcwWVyLbhpTTu38Qw1N1FLt9QQJFaVs7chAqLC8zdcXMoiZze5tio7Mee5ra6r7A
cM3SGhmN/wDSCYYXLriVFtO9Y8xMAJtC17Ur1pxSHyDiCT3ilA8lygBt28R4MKagcm6zQuX+
Kd8Y8w2lS9NfUGQt6gBMp3+VzCB85f1GBTfNXHiVV8yiBHycTbQThbmOinkuNexTFb/2VyLW
zbCDLn9Jz3cVyu91XwxA9C+P9gteOSARZU2HXjH9k0OniZPqhGmPwItomqpyyu1l8f2meyeo
hAq5rH4gUWwv/aWYYm6M/mYUAduviZpildJXojF5TzjZXSxyq3yf6hsDXBlh5L51+pTKs6as
wa+F/uoEfQCyGTBnFCiBmHbrJ3HCNnf/AGWhmrG0xwhqGWU4KZr/AJEuDdZpsXHNyXpv+5jV
tej8xIUzeSv3HVXtB15lgpLlq4IGz1sjQGnZb9Q6wlV/3met7U1KHbgd+91LAhuQUtUwEFTt
qouqIKtiN1zmBh0a8Tlr+meamh2TVK3Fn+2cBOPcDP7+AUywJg3TLXiFjbTw8wbRmxK3r1L3
/FXDoruE7+wKs4VMVs6dzUsGHxD0PXmLmfAMn8ZqP2Sw8C4q4qjZd0QVse2h+IKreQxKG2mk
xLrzSsqKL8OskFbb8oDBku8kvtKOwjUj978YlBgE/wAMs2UNe/UcCOA2YyC+uEz+JvAJpA/2
ALKXwSzzaWsfcaXfzr+pYFXlblBa1fh5l3Dbtqb9WiJ/cwOy1/7Lcoe2YRkFxXImIKowv/SO
cVOu69TLY9F5YF28F5swhbRV/wCjMEWuxMT3CZCr7j0CvlGKlgnJkTf0SqvoMf1Mh3KcAeom
EE4tiOQ4drJ9Sg5Z/gjW2Q8ftM0CYtv6JWqjhS347l7o5tK/UoS4XKot2clxys0qCdTN4Kt+
GiErYbEc9BMRYykB7lqZi0G9RZ1jg4PHcqkKB2Z9wWPQxHu9S4RuG3XzC+oOSw/DiMg8IaZc
7/tb8xcLToX2XcZnUJ5vzmVynAeVmtkBdSvUxWRUhpgXslEoqO1dPUNKj1PE12pm/wDZVqvF
fCCrFDpzj/ZzRZFlS/pxfTEyNOOa/wCRwytRgFHVcxtsp6JiOBy5UQvgeyppAcPCv9glSwOW
0pLHgtI2ww9fiOSywZpyghRHq3P+zoi8OZgBLK3fkmffolIhps16mWGNY/ycqLTVeals9reE
i7IYy3KcgObMP+SoPClBXCjUwcJX0mlXwWWOwMAcLZc8g4QyLo4XkgpstP4szc3iV0HmByU8
CRKKY+n4xMMp2V58RFuTN638s0DyrHHzHi3kIu4N+V1Y+5gAu/mz7ilOXVn3Lwt/L6iYrYWM
9RpZl8i4gbfWV+5qroFL9TG4mKqv3Co3aMJaPcQiZIWFi/ZwKL0uohpWCZ9RFO/tUJuXQb11
LPYTCIOrzmIWyNmRlx5iPtVyoHBUzNg0CVrbOt/EM2Gf4RAC3zzL9bU3+vEeEqDiOLgClG9z
t0NmGI4heCfiVXwpoLomclEVvL8TwlB47gLyrqq/JG+TN+EOhlVrZ8TV3wcV9TEsK5VWja5X
Ssfdy9gCPI5+bgmYGx/2XwHgdRBkOjiOxy8jxNZI7XrmYA9y7vqZBE1m8TKwjxRePcPmAGD1
KAiVuqGFmQjPJG9NizXF9RNDGs2MHcvX+AeoVMlcYKMtg8XNwBdH1oBjYnQOJR223q5QrTxj
P3L8ZHbvxLjR3N/7MOwO3b8w0Cvwfcb7PAsyqjh4r+5Vy9Vz9VKdMcm3zcKYM5wm3/ZvCzjp
8MUoK8a+4m0fKpSFnuHJg2VdDLDDFjstvdy4ZrnwTfmzLc7iy2q3xA5IvhfZDmJvTt7qYTNt
Wfpg1XcJurz1C4bemC1PUZAaMbUgs0m7YuESq9HqVEJ01LZavMwVFhK/EtEW/m4K7Or594lm
UAaDTAUunpnHuX7KuHmCuQTluG7qOZAtR5LPmB1rZUxQWKEBoj61R2PiL8LFfPmIQ1ot/fmY
B5Ku5jbHBmODShw8wbA7UuvUo4MOUZUzab5PqYOCx36e5Q1L5upVloFvV/Eoyh+8WRQ+Kp15
i5K65xn4mCUK2D+U8i8aNf8AsyWLzHFTiDQLmIdMyxf6/u4OKzvhmUDHwx6haMlYhET+iXS6
Z4qVihyLMxF7y+0TWjWmWq59RcN1BXlVUsPPKKXR7l1hR3k/CI0SB/he5dDw3U1m9li/HiB8
h5+ZTIW4jCGuS5PWMTEd2QVnzU2R4CsPpjYeDbMeihhtglvKv9dx9nOzn6iaW645QR7dTtMJ
66pSMEC6a1jEKxNy53n4iZWufIxsQ1qTt+KmIrNHheMQs1jEUVuw/wC0BdAJPqUEslYG6+02
GR2D+ZdsF+UKW3RdbheF/RBDt52silPkZYsA08/0zBYsdIAotfSNVpwzX/s2KqYzNTgyskO0
DYOIHKw4y/UCXDG7CG3DFjcwNDdDtmBsvajg8MbcDxg+oAGKb4P+s4TZy1HoKjaXl+ZZcgdY
iC9vn+4qLQa0WQCmYCVVtDubuK4ui0OvUB4XnS/zEoQtgtf+RQp6f/ZlUc7leDsP1KQ2hvB1
ErQFzFKT6MLKdBy2YhIjVNP+xLEI+HuNFijFOZsJjWX3GsFr7uj55hYoroG/b8RK6aNBXqZi
LDH/AEjPJ7rUzcKPDk9xuaaRTDJbzgIy3gtqQLDG+A+Zl8X4SzQX6KuWukS87fnqGxm9A4YW
LXQwltKTnxPy9TzG0ou0cFTJ9jQbXzAb5e831DY4D+MZlmZL8RT7enGeprMBf3CjYhTMVC2Z
mg7JSdb56/URiqnefriUu+cQPQxwk0podcnmJr0P5jsFsibuGka+P+SqsHoZT4lC7vmnERWw
j8HmYtqHjX/JQzvoYg2srLVRbVa/i5WDPPQh8FGwTohzXP3HYEvnD7lHa3yZ/ubx+KrS83CH
DDC8Qz5s+DLhbHbmKbVdP/Ija3BXL1RLvC38ahoUAYOMzBuoqO4LkD9wwj9IUUMlwCXzP8qU
Lg+SVYYdNQwcKHGHHiambFAVMG/VOfygTP44Si1v3zGFnNJldTN3lXAogE5wvbUd00P9AftE
47LriYx4brh+YhicaSjDF9W9R9UoJCq4dnU5EFZcX4JSzCp2i6DB4Fa/EMjKbkDkK5N+LjcN
ce/UKkOfSParWKZJwZ9pzIxvC4FhNGG36dwuGSUjVCUrlh3klTHY4XMubh4/iGHhxLrkn81L
pE4aYBDjIXkubAseuYel4X6mQyV6zFqV9frEusg9jFTZdLqJITtl/UtSC76CDZk+oiWcYSiR
ixjMHt89vFQ68KpZc+o9exZ571LJ0WtHvuLaCvKqZA+Q96lEUK7b/uKaHLmbAHxr8RG8dmyF
eaebls0HxS2F2NfJUL4+DNv1BbvIfqENFuESxqlNqn4IBCdE007BEoumjDSV9S4GuO5xGP2f
MTedDMa2g6FC47AZ5qA2ueCLI7KOxkgNyvcooH3iW5FHeU6THeB/My3bDQdQIsVcjGPUZS0v
7PmYKtu3QHmNhjns9x4qqbJh/uGQ1TPn6ZVka+33KkKs+mP6izkz/lT/AFDMKho24GmnbNwz
58nK/uAu6INiBq3BzqFYL26/EFglXleDw/3G3AeZGWUj3DJKsX5OmLQRaWv8RS3jm2p/MeOY
kg74BX+wNf3VRAznQ5mGZDn/AImzNxAW1dOb/pMghlyaqDlhNBxNgOXSWMNhoqHOeeGKLott
iuJWQDteJlHMqhVqGH7cwbuEYt0ygeDLNW5YghEbPliYYunF2zO4VSuH1ODkcP8AxAo8hv8A
qANNDbU8PzMlItOLiIscq8e5asyOg3GhHhTy+GBQrjjMWL2HLNLfwOQ7huTnTmKZQdUNwCGe
CbD8W5TW7o8Sv0Yv9pdWG/JY3VHXhK2173aINvgTO5pdboZk0lOWAvg71MB8ULZp25MZr5ga
Sh3o/E6kGPOAOj5GGeWTuG7ZcMAw33n36QSAxvluZlQ/lIi6Ic/XUbMAOQ+HUqauLgZlcrrm
OfcoHby4X9SuSvylgEIlW1Klx0r8rnM49f0lm/Z/UK1/ISlV5ewKIRA8mDGU2NY5xFzBczGt
YHWfyzaovRoS7lN/8ItGn8y9H2O/qFRq+dQQ0/CBLbei+ZoELihcqWucMWq12/2LgUvPKZIU
OJuVNBC7/qKyFubZ/UsZmyNQbF4jVcy8q7ur8MAChXuBKYvi9MHkwfOuUm8fIXvxFc3I8YYt
Gt8U/JLbDKBspwpW4ii3Z/yW6S5P6J0N64fRK2jpc18wyFfVMULNW9QTscY6mTUC+aSvcobG
/eWs2yvT9QGl+S4pyo4/wThQsfgh4sByXyEwtjjRiBFB12LCCo5dvJ9RDAc3ExrDWRf96iot
PeD3FW6K1dNRGGOvt5gVA37x8Rh/8fiD7/MyZs0pv3FFNHgMvtgg22Jl9Yijioc4EgCCgefm
Z2g2bvZ8ysgTof0htqt299Hiah0U6lxkvfx5h9M81ZIG723eavuGk+RweJYGzfmBpEy9TY0g
xwTbW8IRyGTj+4Xu5UU7ivEH8dQsAiYOJYyG3RBUvLdRDTS9MoLWqwXHyrliBhM8pOhtFMfb
D7ii0OrnEu69NHqKlZtG5gABi+FlXCgcQSHEHACMGyUz4qUrFaA0yu6tjDrbq2/iXrWuZZsX
3f8AUvWAOYAgNWU/0i5ptZSq+A6gRfJLqENnHcjqY8qopqcsncQVmumfxNg1TjUaMD02So0b
4ceI4bB4z99QYMFbzFBAyfaUg0cN9+HmdKH2/uYdW5L6jar0kCUEaTiUC8thV/EU4odOCOo/
RzJc3hXMQO+xmRR0UbmYLPGF9DrIzzeVLp6mrLxpf7iNIcYv+ohy8+PkgRu3Qr9uSVRjjN3l
+I0OxtMaJjY0YfzJmLsfngjYGXnCb38XzC7etgn98xErb4uq+pzE5yzmIUFsYVSgYZWOWKgq
1uXfdxuDS8yjTJ2Ft/MLJXrqLeFL5Mz4g5TOiofWYDZXKXY0edynUXxS/qOScuVl7sa28wtv
d0f0ToWuPHZGaqeXrxFWnowr5lWM/HUOBk0hKc4GTNEueq1/AIKjo3w/E0tg8RQ2DduoZIG9
rMMW1N5gZPgAwES1mM3KEahVBmW411pmIYcq4kpZHdrKisG58R2Kg0H6xODas3/s5GXa7+Iw
4oa8JcOx1APqZsQcE7v1GqoHSv1HSom0alnN9pzOGMN59RWj+Es5hs/9lV3K42jcDVrDn6n6
kq6+dThYx4qvqFfA7gu3mcJBzUTPHnYqoUPIrWvmVaVTk1cWovuolaVMU/jEOTK/jNxMgC03
f45JgVg+P66iUh5W3U8Ler6R2ZTuGlp/h5glTlGxMaLM4X98zYyPJX9RaRU42ViKXvTC3L8T
I2HV8Rylu63mj6mjn0QgJoc19kCngOTNzJvwU7TiJZw7iIkLRKNRe2koORpEcCo5p+Y3EwF/
5hc1Xq5lNkj3FuZ0GMYBnoVKoZ7HExZ8FsQO90dpiV0C7Kg+sLfCPcDC1yP9TaFee5yy4Jl+
ZoKUWhtPmW4AVdu4XhmCkHEvsVRvmOn9F8RFRy9+PqU5Vdi/VwLmeW7/AMjQRZ2cV8RDEVpG
VOJmGui4MK9uvuGShmuVPdRuoBduP+whVjsvcUYIN6fEoLIzvL3mZV4s4fcFi5+Ag0sNK5mZ
EHrmvUrKj+q9QQ7Zuz+VLcmWyWv4gO1fRpf3DEBTaG5jvfXgbuFjbnqseoG67xepdauDdEaZ
XSs/E53A62+XqLcIa3WfUcxhlEtfiVJF08vzEwJlXJ8Uyu/AU79czbjgNQAXDQkH/oKOpoR/
zxLnSpaViK+u8fwzKtdWi5IGJirs7+CWsALs6lhahzu31UOCp+CUZW2yzPqIkI4EW+4ooqzl
/syuJAaqXwSLjVMQzduS466d2IVYY87hLh7kr3ArAvY+5hfJHO7lJAOc3tAJm76YiMz6t776
mms09n6jKr6Lcx8F1VnxAYapmcMM8rzMd4ajuNVw1/UpRDnKr8JfRjI5ag0uTEIBvVsvC/cL
IBXSfqUdDsHfvEZPT20xtbNNu/qBAFbpc/EUVb3uvxM1tJ/CouKVV7Pklk/lPUZwHDq4a9h8
EcnIco/uIyA4zu/1OggMYb7VzcsCsXVCfEIGHkhF4+kKiPBDqXhMHF7qZje6tlBLtua/TKnO
nlgCxed0tSlN9KXXwQapTtdEaCjeTHlnASj3AoQVxj+VHtXla1KBUc3uCz9AEqJivmyV5Mpc
WGrY+ZXQVZ6HmFF1N+fUzS8nMY4PszURIVA8Z9XKaAdiY+pWo3Fre+pVxQRm+XipmLFke6gy
RxkcHvculimosVWxdirdMR/2mD45ixtzyVD7hjNaMbi2Dme/6nJx5zK8Meef/JgoEe4E2+jz
cVWByxmA9xiVlz7L/UvUYvkepa2WEeAXyrcbNWH3fiMPwF0+Y0q710f1FcTt/NRV0CYQFtPM
GlGAX/UA05qmgK9T2i+Gfi5ztOEKJW2qW15+4L8F5YSqzJP1zNLU9H+8xbfYJKGdri1/XESp
NuzVvPiIUOu6FfEaE/AVcstB3FjFurw/7MyKrkN/5Kfydy22rV9e5ycjANvzMzDzOU5WufuA
6qPNY/EHMMNptlpwG6Zi0PbyhX1UCs2Vkr9kL4oV9e4gTiXa5HzzDLb5119RF5Vp/BNb7rjM
zxZ2BZjiOSh4or9wQrVUuQfWI7tOTS+Jh4d9qfEWJUGMLMdvdy/wXitSliVaNP3MpUGm6JgX
uY2Y9RlCQaf0QBQ0W9eJVDhoP6mT4pv8xTuaapEDsHP/AFC5yLNm/cSliu73MhTKpXcqtDGD
DL55i37gwgHNrdR3SeQ/u5g7K8v3HAdl3/2XE/4fmIlp3ZsimaBlP+R6fVhANvR/pL/phMxr
tnCepgOIf+I7lUo05mrIwDa4pSHauZia+Jlf6lq1U45qZFF7WyzWDxmmU3Q6QKv3FE9YEdvm
dgnDSV8TiTG05fBLtVbZFF8xMlN/+EM0gvjv5ZkWZ+UvlDVX2/7Ni2mV/wAhsjLVqR9S1qjD
bnELnSG7VcVvTlej3AzwLxtBMVdx5nCDsZY9ahkKvxM/Iu3+xVXR2i0Qv7EOO2OxhJQu7w8Z
7lVXKq5fmNZhtV7g/uHIqzaUXNBo4bv4vc4jqOGLFKVrEbqcuss7qEcNG7/ioYrYNGF/UJNc
1Wf5Rf5lLeT/AIlTF8H/AGIst863HVhGhefmG9J8LUpID1ZEOYoN2Da+cxiv0q1+CAUdM059
wOlTyuLhmcjek+blbAL4NygVLp/sDHXfWY+RLwaPcViuGyPG8faXlbdxTQ9M37jbQHPjMsyH
itzPoVaFsQ3ErFBX3BofXXzL1Vh2R3QR4TiWzk8pRg/f9RhcWDijdxCgNWv7idBp7+ZTmi67
ygmjpwimhjCs1Md2X8s/ELgJyH8zKqFm/GX1xFVZyBaMwpvi2/5mYrF4ps6JZ0OcQ1NATlsm
NpwMheC4+NzJR+df+wqLO3+pXYhPGKG2lzFb9bEpDsc0v1KfmJWUquCmv+oAjLcs48RWPlfM
oBSnQUVfcGtwjn7uZygOefW5lwWjVQtYOMVfw8wbzQvK3/kYCZeR8S+2AZDbHQByNfqW3JNL
pB21Pa0fUui1mc6lm64kP0jDd3K/2YS3jblKVh8RwEDRzMwB6/8AYE2GUHO+oSrBi7DfuW3V
6/1cqAOhd1a+ritgdFZ8xE2OBfuUGq8tyiPRa/ogjjVi3/OJRQVOEx/kzlF9hj1DgF1lb/Wo
GuR1SCOatMY3MdIXdED5IraBVXPzKWQ5/wDSUNuWD+/EFwbPVTAu08SyEOzt/wBnMTatbnK9
weCUa4uXL2bZzmUJZadK8RVBVu4bBfEzjzEcb8N/nEPKHRh/8mGBbN6/ERPhqu5+QwEwYq3S
7xxcdAANUFhpLrJEVVrYqUl2ppjCExexlgWVka0fEsFIOGnuHIt2JdQEPkawe4DhxbOk5p2u
vm4jagaGf+y0uFmbwQLUHfpMVFvIgbp4g7SznbuznuNC1nFqqbS6D8IrfX1mCocNGv3iGEy2
kHPruLvqb9S8LHTO2As0uhuKncOCj8ysRvkZK8EKWOjFfU6jXfBNKo5/uo/PKGVLWcy0Qi5e
A8kspV/XzMFgYNMSiNNhQe8wrAyI8B4jwzLdP/Jbob55Eu2Q3j/7E0MnDBuOK6hF/Vyi63+0
XkrlEv4lp0yM8eJwjTm4DI0sqp8TcWgXirPiULBbS8RrhbeKUfcsIWhrUtvvHPSwYVzkuKMD
WgqBM+Xm+qlcRaYrmIw26HH9SruBQoP1BqrLPf4mN7Crq2KhuzJoPbMBuEYqP6i0xEw61HrS
Tpj5Y1Oo5vH1MHh0TYeZVfbtyPxC0CPC2sWTTWSXTNRBpcGVuYe/14h25fgPuVWrqMnuyOGC
OziCwAs58e5W+R4UXpqcuPomIiU6c0hlA9ZOUrfObyfcQS1HbSMhV1jk+tQzaK0Z/UoF98ol
JdV+HxNrhdGyPye6b+4qskef31A4IWeD4I8KnCbt8QQGi4RwVfjphvqYILAfJMzfCUk5h0au
B1Bqvmg/+SzApVrF1Mk9giP+TBWHHrmAlNTvH7/qIek5glpccMkq9turxcQ0W83P0xV0L4qZ
0NsjU+4waHWF/bEAq+HN+Y53LDyVMtN9cphupzVynNcxt8wQPls/Mc5NhlqfKdx+2LBA69Rd
25uj5i1/YwcAvNMswujON/MQLG1OZRu0tYZmC7aa6gnA8pWAPwnC0nqviAXWJeMpf4jS0DKa
lDK1ZX9wRT6hFZQV7P1xAKB8j9znY5LZg0t2c2omUNJVmyfqBtPYy6rY6F+5V7K9wtN/4K5m
otaQ7It+YW/3Ay+Wg0Q57DbALaOgrJ5GIlWyCuvxH9r0cQbixZEt+DUxtQ1yr+oXdVWHL5GU
qOJnGPUHEuSlkLwUOVM+tRKrNuov0Z4OXuKBn2/iAaoFYtfuAtLdhuYzMcPw6l2D7aqCqCq7
F+5RildjYRVZVhLTVGbvbLW0+M/mDXYrywMwByDX/Z8Q8Y/VXKIrelHUGl+RG83WV0Ut1jER
RclLwuAlujTWPxzBVhjjGfmNBsVOPwxm7xW/hG8EHhudh0vH6uYeRarSNY8leXwywba1ftB1
ujR6gGxR2dXyyx5r6zPsdnEZ3YeNfiWwLRyfoiz3+w73BvcZK/2aXA5P1MbpQavMxKQ2HzYf
EGkHw7uCt76VmAcTyuIfkJ5iFoBV+x6l3Divq+WMaBjQCOJBMe3s4h+VdIqrqcTnP90OQciY
CFdUYQZfiYxVG2H9XGle+DXz5hCLvl/5c4VOFQjUvLWlTQeds9zFlqsCqe/mPuN73GTKj4DB
RcjhIahE9uYfC1slXVYt20epTgX1z/ZAoQpbmqqVGn7j2zSIVeaC5axLOQURTCm3OUMIkxRo
vqZK5N/9Slacgq5VFMgWSWObfI/EedngpvPm9TDyhzwPxLBRrqnxu2XmlrXhKL4HQikgbBg+
kqOBvya9vcayLcuP0zdWnf8AZlFatf6uLVszGBqcoHR6lmjx2/rUX2JVT/jLsCWeWP6g2Ii1
bXkhrT2GTzMFdlf+ZwK9j/UorRXGEO9+h4j1TTnEe1m7ezDUxBF6CPmESy8tZiFu69F18zCF
+fL3EVSBwj+KhVlyG7lIEAMh5+YTQHWtswfCUN2q3xKCmRHqK8jcyyCq67+YlaPuF4lYS7Wd
QjaRkvMtLlLtgyDzDNG5XbpYbjLMrG7V05XzLrGjJeJcGgLGo4hB+T3Kqi5WGaYm8F/cyWz2
8VyQfGx9/iZbJcDFQe+8s0T7z3C97+Weo/kjZhfqZINpbsR/UuXE89TJCprFy7avNb/yGJ7F
x/uFGS1CefLU2gXDJ8stYBWaasmMP2X5ZfXhz1PPVxfD2sqjzdD8+4LIB1X+xhiik6+blygF
xzg7m+deYLLLvLiuooAcNd9rKhh7b8zpS8MX2dxwYUme1e4V5Dd5/wCTG0Xlrn3E1bHPOvjE
VN1jwzdYI5FH6vfcdwzb49RS2De0L2B5F+4xF5hAteotWrMPCHLW6Fv1NQu1Kx04RK6QADQ4
f+wtUEznb9S1sfhlLn8m4viNy4L8TNrzij+ZmyZcefPEutS+GPnEE1PGEZ2CxvqJZzTA6lZT
yFaiqwD22wvyaztb6ZIcXhf8JYa8sQaJfEVRUvgzaIdf/I3aq5wQLEIhnHqAKoV6CPuP4hrx
MtLF26iKo5c3Mo12uMxJtCzMawITbKlou0dhdAaVW0THrgDxmZavkVueiK4n8Vw6J180Ne73
Op5AyY+iOQFebvMENC+DNj5WBi3uw9QGnoXiJSnZ/wBzYL1Vn1cAzkaq2JZAVaVhBvODJ9I7
eeVml+IyAN4BDuWkWlt+i4IYu6MJ+0vYQdVglc0q7Sp1pTAar4mIFfkdMOy8RbAUJHSfRjAi
rBx/dy9Xg0MxRkfLZ8moaQ8tvfuHMtQdvUC2LLfI1qpWmVuQbY00FFqvqpVTcrLwzKwPPZ/7
NDA4hTcXpfpz5gqojohNUaO+JiM2c6TBUfEeZ4A/UyaAeTXMvtt3u/Eu+pccJOAapZ39SkUG
K2uJelaoxKVg6pbb8zM1asOa6lxZZYOGJZVni0yrLuvyniBq/EuDwHAf7C7ZZi02waXfthPg
L1aPTEXO4Rk+42eJwd+5co4HI4lbTt1nubcVtVXATC3HgO/mbEGu/uCzpUftmbucFhOrgWEo
XvT9yytxVqe5hneQ2vM65s4pdo1TbjW/2BZs0Hrtmd9XF8+J9J2LIJKouzOfNzNBTFse4gFi
YLvB4j+E6HfzFN0Jy6X7mKfmuCBCkx1PU1wW6PCYg9HQxrrSx5H+xAyuaePbHUAZA0EDc4zG
BawrmKjn8g0+YCYAM0wdhTjikXmscQYDk6r6IYlo/wDogRtzLL+JRVVGLzmHxite4qbDyFIi
BjuHttNrz1NqC+wvUINCDQuXtlB0V2b+dRFxYcK/cXLeWpm/MTb4OA1M4IHzYvUtB5N6GLsV
zW3XxHMq05xWU/Dp+0q4ULb+riK3asPyg3eFV/iW1yjaLhgSBKEIJasf0MxQeDcvqeTK3ycI
BK7LY11Lw4SYpmd2nk69MADn7n4iGaVVdwkDbYNS5LZX/IoVEX0Xy6+I6zkNwhMYVYzDgD2Z
zG1WTTcvO+UYluFrR/ycK33D4mBp5Lidnw3pzFmhMLbKeIK+4X+4+bXqVhis7PMAKGTfR9sb
77OWfceKnU3XxLy7GOH1EL0il38yptrP8sywhWbyV9xT0Zp9hKQLeEIE/wDFACauUrsxO6wn
Xp7lS7Pjl9RcAXLI+pTVKeBZFbDBzVsUdNOfxFgoM7oc7qO4KHs9vEajOnHnyzVBOl/moN0o
GmoMFByBT7m61V0YlbjLD49wXZ05aoL8TNW85/aZABi0ceSCQHmZJjMsLwz+aiIYLkSrjhi0
acviHLS4KuJIebH7lUEL4HqWcv8AF7ldKHk6fiFww4JjHXcDUO7/AOx4xyC2+WDHKnVFqs18
vqIJKapyj3cWupK+TzuIs4Dhr5hlsdmJ+YN62nFD64l4jD4/LNkWFc+vMU2b5TPVTw3FaicL
V2Qqt8tb+ZeVVsDY9zNoTtZ0ANUKxaAeVrHdeYGzdXLYyhbxHF2WpHgjAwt/g3HC7bL+4qlU
goyheUmHs4PjVVMmt6XJ9S2dXxwkpuD5KjcYXyMuYye4Q/1LoDGAz81Li1LPT96iOBZskHgW
li/mXUTcfwRCwtNaYi4BUb1FCTtEyAToCj+0K+5S0QcMms8JrUdCUc4Ic3CNOfcAO5ZGH5hN
qT9VBB8g6fVsGQdnMA8N02pribBDg1fm4i+IJAr3DNt15HiuYCwjXUMsrugXv56lsJrjhhZm
0B/3EA7Gy3h9wDMtmsfmZRdynNf7GUs3vaKxsO2zqDnkZNfcwscvSJL3uVwSy9irgXuO2y+K
h9Ltr+pqXBQO32L5YWLqZvN28eZSxfZWE8zBRMsnlFbILzRzLNKNGf8A2JGTNjMwD4jMSWsF
BzA5aN6zLx07jX4iux5dFcj1CqVpwz4gnzo0QPSJTVSsbfWqtdxuMHLa5Uz2GpjYEWBf6gFV
ul1fMNKNcDBlcOAfmYtejEsCqTbf3BlFWrdPzPi/a/8A4GYveKP8gwseTP06i6zHIyzVP8Ag
9raXNwDEA+vxiVeGMT+nxCbR3mLlANKj/wCzMFxf+RKZnXctzcPgiChcH/fMHLRnT9ktgStM
vE3bNHbLyGeUUBWt4Ga8VDficqXCLIdJmxTRXXuBKsOchZOdObhFek/j8yrz1/EWFFNbo7uW
iMO3PnqCcBWKy/PMQEupH9y5jdOdDxBVFO5EXkrNGYx2q9nuHMommXPEph8NY9xNj0V/cauW
NcIHAOayzAGGckWR9LXC78RdjeDJ9vEQmTsd+5dRpc/tmdC4YLer8QDONt5+oFpZw8/U655G
ZtgNIxPGMDbUKoXxBW4d/gR9wwIPBtJdq2tHiVTRWYAUXECzRKULKfruLThKMX1Bt4n3F64K
PTL0hphkgN/Ws58GIaYLHfkmUO3MAWJxw16nCUFdMSXwaz4vupcjlyvs6mPYBjNVEpWq9Js2
N129EzvQTk3+oBWzr5Rvbf8AiAJcF46jjR3ECPPbomAHbFBcqjwnHlMGTavmaIblrNRzhTU4
5lrEwN21Cs7yiHivDNFjgVnXqUKiU442ov2fKVvg3iC0VTp9PqXDfAsZlBD0r3KaoyUtU+IU
cOatkwcqayYYMt/XxExa/tfqBeFOMarl5i3EXZd3zD0IypPaQzAd3nW/cClLuqyqpbtmlsx/
7NEoesLjcXI4W/mJVuNFVflgaPgrVTXuNhgPEAPLXt4lpYqrfEEWQsZ3j3FWwqvaPR8EGE0C
9iaiNXH/AKly5Wp8DG+QZZgVpgfMQnLgxnMEax6S1xFODAHK/cZkNNKdfqFysbYYiWSig3fu
crYMaiUvpiojd35ZYdBirzbOcS1gEvgauqumWDHVr9EqTOdOCMMhAUlVAo25wfPqaoHgRXBU
IqdamaYDmWEKLeqG2awF5u38QJtTnGn6gAazKsf9j6m9kv65lpqpacwUVY5o4+Zp0Scl8+yM
sjW9nVTeqsNW/EqUAY5mAqW0J165hOCPxUyXAy/5LrYjbev8lYdjjFebmrwlGn/CH8rjYeX3
BByURIyQclXmJ3NbuFjXwgsuq8msLL9BnqC853/QjMWb+IMZXt+ph8nItjLPliSo0P4KnFXb
G344iO1PHCFTfn4q5jvsvxeJQqaMCJgDmlZq5QMeffCQGgM9DL+2b2+4S6DOit+Yi7Eu+5nO
PvXqCqWN2RUBzn1MCVKpwepdS2OO3iZl0FLV4hck3nJGUfilOLgCLYZSp2MPaWQqk5mSLXih
z6ogFA/WUtTS3jTDETsS5gmxXZ+jLBa7J+5esr+BzLHPBRUKynQTjiFrYwWuvU4OUoDUKcRo
Jn3BUVHrP3OZt6UsRxXRytpfMDIxwiTmrXZKKtHC+vUzDQnSY2pdkn7mJodhvHmPhxAs9gz0
lmS1Hg8RQD1wPn5htDvtAQKWpXaP6gPhTTtfiJubvegmF2HTcsWVNYu1+IQqOEyLvHcB0KB+
EeO29lnFx4Rc83VXBxJ/ipxqh8H9Zib4YdvNyiVkZTM2W7LuvuIG4uw/qIvV/wBCW3Cm8cS/
8niKRRHmUROo5/EQOVu/7KHAMixPJb0/cCjVq9Thhbxl8xll4/wl6LDfaGscnSWFqqzP5idW
TDVZh5AVeVKxfE59ReV+WBJu5Qb+JcJlpmV/U0Y3m+vMzVZDpgPcEuNNND5Zbk2UVs9TLTgH
/CCAarf8i9nHO561ar+icFtenzCBLfOKJaai3r7ghCxvomNBRFGRG7Xnx9SwE+f6SvJVy/tm
JReTiXNsnmviLY5jviiWbJvzPcyFGl8H1MBe92qviU7QNOUozVOGun3KeAoNd3szTljObd5g
rtFyFq+qmpXPHmWOqdIjig91tI6J++4jdepmYsVsCt7hKGjAftiBaUOEbL8xxq32mPr9hCCh
R2TVunymQj4/wQXaDLa9EauNg8sS0Oa1NO5tKVzl8EQLvJ4fifYKn/sShWZI5shulMbD54UJ
qPHMrLFu718QWjwQIAl318zbcWU2/jFvIW9GviWVHlNpoY51KVr7vxMS8+HiV2L/AAuNtpd0
dRs3lwMpm1Ghq5iDCvPhM25Wc6PmJXfDDuVKEGV3nipa202U4xzMNR49XBtRlfPbK5rfPp8z
KQ22i1AjotaO+GAKpXQ4WNaw4+fcNkD5QqE+nEchZK0JLSwaY0EK+B5hg9Ozv4lOzemWI3Pg
T8Bhm3vTcUBWg4vuGh9OosBvimSHRzLYDUSMBxT++5bKK+Ff7MFaXdYXzMs8uDFK8xaDcWTr
mcacDy5uY/m8Li5k01Zj5mpDr/jMwACQ8SOzqWK7aUfxUrFeVBWVzGLV4FUEWw04wr0xxL+D
LocsyLdwTsjVdJPsLrYvzqOa5hbvYWNdPG5JoWRppQjqYSi76ZlCRe2WEXEG84Kryxop2t9c
MpNl9y2Q5U3iYyrl14mJAHVQyBLGvcpQGeuPiWLilVzEOgW4KU8suA4H8ZY69Ci0q7hoc0dB
quOPmGij0uUCgOX3FjZSOId0DeXFxtttLhl1v1EL/YcTftB23R8RHcuvGe//AJIGPsfdS3Xu
74g5Fv8AIB7dIkTE7QLMxarZvaJRbcnPzKjv9vE/qPUPBbi4NJPSKAD4iKASo8QTeAmAuvxQ
xsHqeYFwbYDqKNSl7jxA3E1bsOx5gUEg7KlUteesvUtjhapKwmSmOabmi8iIz6IAU2gzsdwF
wH/B7lX/APMOojzL8TrkBsVAKgKxzs5jkGDR1/2I5WBwonWW4YmtSCMZ5+iYf01ZsGU8rOCx
EW6Y45mQh5U8KV4gHXcnmx1FYAR2DEGgsOGVfomH0OXuKyAqLBcwZtl9NVK2vYfuKtGgMBm2
YwpOWIU44yX9QvCsIbM5M5mRXjjiLr0fUFua4hMgmclfm45ADXcdHRz0xgtfohR/P1FBfXfM
0nBQxVK2q881wTPDXZHDfJgQcJCLn1jMDsBR9uYwNoMV6mc6LIBQZ1UCi8G9Q2lC/wAIHIyv
hRxKrRxMjnx3AzdqIUoMDMtvvmu/EC+oEOjtEO2tjDmfCZaRdcd9rvuOEt12EUNazZt1Cy9H
cu1AKWjwusRJ3wbjgnCsdHmAQhQwc+fMf6oG2jqGyU7IceLmWFGuPc5nr0dplONXp4JyJN8t
zBMC6bt3AuFS3w+4lAh7HXddzQxaOT/5Hi/DNM/mITYYcUR93nZdV1OiEBqH7nW8qO2JvQW3
DXjtjXlt+8MBU04irkNEYbmFqW/BubJQ7fV8QK2LdZT3GPkYPL5+Zk8Lot7nVzw2yglWzcFq
vFTCsW/EtUfSCvlDXbeZS6eJULf6zFKkzfJAzU7t6uIW0a+4CD6QMFtoYxG67jdhwvJAC6OM
kAIpYczNHNo/LKdD5ubtxoYiPRc00rx1XmaDkGLzbDh9sDfeLgAleUMo6a/pGm1wZTiGdVr8
SvMVA1rzcoU0JvQyfuKyh9xq1rybiJpr8oQcN8XHl2BtgkifCM2u8DD7ICdeJ9poir16n0lR
Oq5lla9BzR8RWWc92fcoyjhY/wBS2uJYXivMAjJWgQkK1JpxKNDkW3FYpVL3OQaFJy9S8V6/
UwiCWnb8RjKvoJXqYDSrxrdkRCh/XOSDdq5zHLdn1ZwbqE8mCQwKZ+65mKxsydx7kcLwYlXT
s8UTkuG7uUAVe2PbQc/D/Z4QI4eD4lkAvPCBq2il6iw2vfFQLx6gQ2JydzWY8/7CHdczyFaY
2++vEY12x4jk1NKnF0biWug7jW26ilwOJZUcf0RpnO+H/JUOHXcDw8kvStaZiT9OY1RsjzNV
rOvcyLxKAR1LTDeZakDNjDAAvtzExVfiUYfKLuu2pdlcbmHO61BbaMIp6JS8VupeVPqDd1ni
45vK48LoFqpgAvzAGGeUK+ZzB7NT+rneolvN90yyejNNHcSqWZCsQoBVh4hY6V0QUhcnLMpO
isMuLoD3IwmAzwKjHhZOivEIBdbrHPcXlQOVVURqHoU7Jn1r5m3iHCy1ckOgE8wrUqArBPOY
ZAQe3MXMM5B/cDULC8zBHs2PEak5iOZiUDwD5RANfCL8zDK14oMTeXt5izvqiJyiHEoStOyb
2YZEmBXJvzE733A8DayxiL4uI0wUy69QfupheimYdYOmYDS281zChajl4Td2efM9wh2X6irw
QBYWgCra5agwcJheLOTtE4FNS/mcqywew4Z+AoYCHGvMSBSxhXKZxw1L1riGQsOoUqlkrN55
qGBS73UyLg4nMMdz32LuDBxB7ULjVUxyy/OyC8OkbhEg6W5R/s5ZHT+U8ZgyIAVdW4H+QQDL
pw+WML5z/uXoVsm9Sujexdyg7fHMtymU5Dgjr2BilMKJlfC/cV7A/D3uXgfoR3LUiq1Tlk5v
pURMMZe9SGflDDFd6Obji/wc8wRWHGWVYHPhRHkQNUsxL811pOYwaPJxxY7hhL2alFn7lhh5
5inV9zCZK5jYJ8MF8Rsis7IrCsLFjxkjmjqXZMjNO2URwa/5ENDAHP0nOFeIVFObjEsMjzGN
BY6TNyf3FOz3GwcYnYyzfLuVpNOYhfTE61eI7hLxRBm3hqYTbFsWWgb6gXQrWJds53EONRPI
rOJa1o5haDBzHuJ0OOYGRxAcXV4uILsphriBiYu/Mw9VuLVzbcDdFEDTHY/5KelwcQJU5bGa
y6EHDHHcqhQ9eILOBWA9dy0hSBnMwswn/DiBfGtH1F4WzkqAqipatxmkHDY4pIiWB7I2mXBw
JuEMjwND5mJnBo/moSNrPuJKGcy92Vy8kLbUrMzK582Jjls0OyDh0vHEpZKIObhXwQOc8XK3
oGMNPj4gID4FuNG4IUI8CVSHdXAgfn3HejIkQ21znHM44R8qgBh6EcPM5HERzejPMSpZ6rj4
mbQvEdJlJzDsPJKQwOUKcF9CWAgoPhi4AFlh+IOewMbLWLy8zDN2cUcz5vMWF67hgO6qAf2e
IeO+ibRjtRyZLdzBrhlFrudGWXdh7l4u5QOZ3zNZRjMdGWIL4uXv+5elrmDQFA8x+G4Y88ro
ichiFLmXbHgkZOYNyS8l5i6FRsvz4jiMIJKj3tjQ4xcYjG2bJjXbiCqYbd6O4Vd3NC81BQYM
A7O/MWtEur7R8O2OSbH1MJDRxXuD5q6W5evJdf7F8H+MgyPRu6r3Lbh2yj+AjcXAw5eIdoTA
8x/Yhq3Ls6NUMFQVfjn/AMe8FVDkdx20c0xlFxMqvamSDegcQ0Ey6lRQy5lhox/U4ScIvHcH
hrp1AB2G7HioBQrNi/qYN0XLghiu7jYYX13CjV8OoUOTcVhR5nGo7ShcLOozb8ER45aYNtVD
Mv5ZiG3ymiG2BZFdbDFu6bNJZxDni+IyZdTpx5mijfXctubxMts1Ufg1EiKoNmXn/ZewczNZ
y7iDlpiZz6Jdzq+SJF2fcuBNbDN4+kxYOKGIQ3VEKYI7BiFYn1/ctFlat4xi+4Q6Zug53Kpz
TWkeDo26DuZxXd2Iv2TFcVAtNc8CV/cdEKdlsR32ZSuWVyuCPtVfUtIsTHX1Blttk8fEYzPr
qbRG15dxqC0Qd8XAlb3FBb4mpy8EbyoardQ0NjXEXqlVzMVdjzLN4oMSr78jcsAUnJp0ysJx
cXFlelIM3W83giV8H9QoW1WbIkadM9RXjJBd09pV8PMw33LKwOFytGyKmruMlgP0lGObZkty
yo8w4g0+Y9T4llQ854iWeOu0VrHbAu8iFkGdT4Jew86iBlkLiHxOSFL3RjMulNNk7zPmAZMJ
qFcc/lcuXt0TRe1zSGue/wAxDRfUF2n1/cYNrQ1G13DQrvqHKxDaV3Mcb6i4i1Cy9s2CfB+W
YbvMOf8AYIoHgaQy8d0F+4Ksjfa6MeINFA656RYip0i9dDCc8u+w+I3rOYzVxwpmrGow5kDM
uLeuAYA7C/yx+ehh1MzFSX+pwihDpRfmZu6xr1DRs+3xBsXuf7CwUGAQdnbkjueb2/5DLUdY
uLK4PweI0Denk7GM2/aNwpsDLWobtJg8S0Bx54mkgoaqh++JmusNzP48VKObrTMBVdTpl5lG
NNK6ieL/AKjOFodl55qN6OORlXsfUWh9Ecq468QxRSAZvfiUNK9IgJXZ3LOeWJVWQdKzx5hZ
w6S5r2uI01DsPuCy08zCnwi5+itQfLH5gmMpZ4XyzGcHeM4jttWyLJTwQOQo8kpBukYzfYx0
jH7v+EyoO3ExM3Qps/HEzfZ5KsUcseLu3cpR8SwuLgjSaBbGRtK+YlatoWiPieq3+5csF/6V
CinQPDUAWrhH+6l4c8HL8xmWqNvxGEwA34glo35mF6pjxLavvcqPouoxq2Z7uK3uuYz+VLJq
4H7QVW5QI/QR3kH8qZqIHnpiVyMBxNUHFx5lYUEG0h0CttkNrfrcbKeIKayu5WF1d1AkZvni
B4jcyqfNLCirM6/9lhxU67gLOffMXd94jQK57mpeHcKgm+pVCynNS0GGWVNOsLHQETWdvzKA
dRa3QimwOu5atdsTJ7GiYwLzmOm0QC1s0nHUrgeoEDvxr8xVk1zG9mh0yoGz8oYUhUVFNxk5
HheJj2mUSGgBsVN+Xk39xVwzzmZ7jNxbxL6+ufBgdDzFTvQyqzF3zQfqPBvckXHrsVYmdTlN
laHMqLRlJXTzL49ELLTUUstPDLTDa3EMqvcEyD1COG0W1F+CHhVdyxS8zJBl6xNdl4cx4WrP
z3cH3w69xF2Hpfqa+GaY6/n4n6eZ+nier43PZv8A+HLf9zX6P4zhuaffE8r+OZw9zbv9P/4C
aNznmbt64mhOf/Kezc4e+P8A4v6Tw/maf+H/AM38D9Rg/Km75c//ADNJeP8A4vD5Td/8n4k4
/R/92If5Pc1ftv5n8H9pt/qbcw39/wBTXn+d/wDyH/pDf8v4n1DzBzr5neo2eEG/x6mj+cTW
OeuYfy9x1/afyg/+XX/yn//aAAgBAgMBPyH/APTw/9oACAEDAwE/If8A9PD/2gAMAwEAAhED
EQAAEJIIIJIAAIAABJAAJAAJJBAAAJAAIJAAJIBIBJIJJABABBIAIAJJBAAJIBJABIBBBJBB
JBABAIAJBBIAIABIAJBBAAJAIIJAIIBIIJJAAJAJBJIAIIBAAJJBIIAJJAIIABJBIJJBJAIB
IIIABIIIBIIABBJIBJJJIBJIAAAIIAAJABBAJAJJABIIABAAJIBIBBIJBJJIBAJAJJIAIBAI
JBBBBAIJAIIJABJIJBIIBIABBIIIJJAAJJBBJJJAIBIJIBBAAAABJJABJIBJABJIBBAIBAJJ
BBIIIAIAIBBIAIBBAIAIJJIJAJJBIJJAAAJBBIIAIABIAJBAAIBJJJIJJIABIJJIAIAJIIJB
JJIIBIIBBJJBIIBIAABIIJAIJBIAABJAJIAJBIJIJBJIIBJJJIIJJIIBIJAJIIJBIBAIBJJI
AAJAIIAAAIABAJIJJIABJABJABJIBIIBBJIIIBBBIBAIAIIAIJIIJJAIBIIBBJBJIIAIJIJI
JBIJJIAAAIBIIJJIJBABAAIIIJBAAJABBAJBAJIJBJJIJIJIJJAIJAJBBJBJBIABJBIBJBIA
AABIBJAJBJAIBIAABIIABAJJJIBIBABAAAJIAJJIIJBJJJAIAJIBJJIIIJBJIJJJAIIIJJBB
IIBBIJAJIAJAABABJJJIIAJIBAIIBABAABABIIIIAAAIAIJIBJIAIAIJBIJBAIJIAAABAIAA
JAIJABBABJJBAABIJIABIBBAAJJIIAIIBBABBBBJBIAIAJIIAABBJJABIIIBBBIAAIBJBBIJ
AJBJIJJIIJJBBABAJJJAJAJIAAIBAJAIIIIAIAIBBAJAJAJJIIIJJJJAJAIIBAABJJBIBIBJ
AJBABBIBABJJBBAAJBIBABJIIABJBABJAJIAJAJAIJJBJJJJBABIJBIBAJJJBJIBAIBBIAAA
IIBABJBIBAIJJIAABBIABJAJBJBJBBBBJBJIIIIIABAJBAIJIAAIJBAABABIIBBAJIJABIJI
IABIJIAJIJJIBIAABIAAIJIBIIJJABIJBJIIJAJABJBIBJJBIBIAAIBABABBIAJJIIABIAJJ
BAJIIBIJBJIIJIBAABJJAAJBBAIAIJJIIIIAAJJABJIIBIBJAJBABBBAIJABJIBABAIIBAAB
BBBIAJBIAJJIBAIIBIIJIAAAJIJBAAJABJBIABAIAABIBIBIBBABIBJAIAJABBIIIBAIJBIA
IIJBJJJAIBBJABIJAABJAAAIJJBABAIJJJAIAJBAIBAJJJBAJBIJBBBBAIIABABAABBJIJIA
JBJJJJJJBABAIJBJIBBABABIIAAJBAJIAAJJAJIJAIJAJAIJJBJBAIAJBAAAIIJAJIIBAIJB
JAIBIAAJIIBAABBBIABABBAJIIAIIAIAAIABIBIJIBJIBJJIIIAIJIJJJJJBAIBAAJJAAJJI
ABAIIAAABIAJBIAIAJBAAJIJAIIAAJAJBIJAABJAABBJAAJIBIAIAIIBJBAABIBJIJAIBIJB
JBJBBBIIJAJBABJABIBIIAAIBJJIBIJABIAIBIABJIAAABJJBAAJIJAABJJIIJAABJJIIBJA
JJBIIABBIJBAAAIBJIABABIBBJBBIAJBIJJAJAIIJBABJAAAIBJJJJJIJJJIBBAAJJBJJIBA
JBABBP/aAAgBAQMBPxBUqrKUOKwxKVF8BTlaH4hQN38nD+oDK/puhajLiByZZEKUUYcwi+12
rOUSylwi8U9VBbVN8V5Dv4hK5FHAWZDx1G73WolW3jhAuGoFCObIjrRDWOS7B6lqwEI0pAlL
i5em3ajUTF+bnHeKcmBjF01D9uLgZRYtbg6jneChE7SpF1hai/DiBLWrdKPlCZDnlRv54lRZ
XiPbLQ4lxBotIBsC6OiBYBSnuu8EMCVRRLZ9bmJBsGkNABpbcSmbeXaVgM5gdElFEMg3Cr4g
hK7AUOJTMSiq5p30zLVJ1Z2N58wBPG0pxR0EezeHBeqO9HcKaOUkVeDcUV8q5l678xcIKK0R
qxKmHxJqavhrEOqKmBY3TFxYBsH4ktm6gpfBXNJgRGOqOksjFegS9DJqgb3DSg0BW735qCiv
EeLeTb8zSB4dny/tKU4DfFPLXqIjWSyA6MS4FtQeoqAGtJe06WmBDizqwZfaH2YSgvzAJ4lC
tOTHZFdpAo0IbTTcsYNvkgH7ZWpuFV7KOB9OI2k7sQXpMpE0QsGQeeRKUstcE5Xh+4PEriwD
m71A5iLU0N5xmGjCFplHQ6zMOWcaFF06e4EGOUw9mQ/EzAgPZDh4KjaKKqrRHdsnjEFbjQK+
9GD4qXdoRC9YcRSVForVmvY3MfB6htSNvEVczDV7NlXFFsgMFmilZXMd7PLMN7tr9MzxnbA5
tsKZ8wHSsFWrZxAObEte14KrMKGtcmbGi4CB2cs1ht/uO27JF45QPwhSeBDxzLPG0Um2lQ+W
NR0XkjonsaJy0KocVCp4USrLLvN7y8SpAb9SUmvEReCD6MbMTEUWUVVJW5cVYaekoByOgjXT
lNUz8600/UNFFGo8As+ZoRCKW8cuIHKLMg3FK/UoRS2AcUAOori6eQAZgR4S7II9VvPNcsuc
kTCk4YQOJ4cLvdS1J25GvCZeGWo2mzyjvFLULvkpYkDNZWX3AEoVwDii4qLuQckUO3hLSMub
DxTNp2aN+QsojL8XMk0UGIqlZLlb3BoDF7UgGFS+QGtu/BArialWPddoIBwZD8lkUpBFhDax
HM1APguvCeKo3SHfiLkSXSxfCN3LQyWwZl2rUIr5ZR502YmqWza67JngZx1cFPIShYEVmlcW
2RevhznunEFx0AWK+LjUJAmZD4DHmW/YWYtbockLmeTjsXlALRnOJ2kzHNs05dsVAHbqMRNb
vmokY5RsW91Uz58ADmnJ4qNtyZqFbSxGXmsq72c6aYAawFqiN+LZjTAYVvOCkmigL0o6bNeY
ASpom4aRfAhcHkNEEP34XbKB5hd1QOvzPOoOt6CkW2w2Mdw74AqhyOGJarDJq25M5iSU9iEt
K6l81C0RVRmriA64IsQLOljfQI+Bwy+EcgUC8GbCUtqFpiaGjIlfb1rTjJYbiMjyyTIXQNx+
mwyQfMOBzD15ZinQAWclxbGxULGlXfSZK3YU3Rh1qYrC0BW7MnmF2u8F0pt3xGcbNI9quTwl
j+BwsU4eSzMTOKmDSbC8PDwNrqoWjwhzFB5t6AHJYxyIKhMu+PJKsx52rEw5W6jAkBANF4VV
cxJw04BwFiGfQqyMgsC3mDX8ZsVKzQ3HdlZjHDW8FytMipdjSNxWXgpbeufuCNdlsvCbpldb
CKHktMxDSVVdpW0Sh+YudihlF0NdQHIMwLVNdETGLFFkM4THMu1WW9/1LsLRIDQ0QqGuXHMw
wHN5tysztaDayEvZMKOAFYXovcPMxkADfbWAUrmTVHFtMYuGzoZeNt/MFXQgL1vgqaBAyTHa
ZiMjTzC8KPpChtbtDLjlL5ZVouOiRi5gBZiewQdQSuovgyjKlQUHIo083UqWFwDA8qc1Fs2k
7V/iYjkaMQ7yoExKeEszy6h6lJVSpcU3yX1Fyz5Tp0UuMlSaG1bzpLFNYTpWQ/MDDW1oVMsA
pgHgRp4XMbXFKaV09nUqiJsSHFJuLjkUH0F4iyBkAyjp19QLFZDhBZ03M9c1igbUtlOW5QAY
b1G2Vy/kBDxF37SVbSZZaituRNByuFEe6LWFK8BqJeWLV+aSo6kyUhwhWYOI7GDBvweocPWa
z9KPFqpaK4ejHMDSj4n9lQ6I2kFlwwZbPzDGrwiaRPWOITmtUDa/wqCwdU9vYWMEfvY67cfg
4tgkCY7NLndnjUqYVSzl1enmKu2DaPIThEYZ2wFmBDG8yz+kzqQbu/pAwUbIW8heSIYIvKX0
XaviCbVqUsOhD/sT4MK80wkCpqyYbhxsUgHqzUUD0ADgwzSAATEGz7rjzB7IkBy6TdwARvyZ
unNMRKEneXgDXiDMpCVOOWIIABkEQvKA1eFqLg4NCigbO7OUBqWe89tkXh4FXv6RLmXibEVD
yQu1omwOY+HRstK6DXPuKdiBV4LDMuABdocFXT7i5ZrcA9Y6hQPRQA1w4IqtKWFI8AHPzL2W
zkMNpOGmNF+zFnEATYAOHhL/ACTIgSoHGybijAm4B1THxF2V9Aa8oXL4dBnC329xUOld7XRb
A2WnewV7GWJTV95oAPhM4jbMY6FcQ20SkCF4LqJFROeReWm4aBTKwrms8RAyraAemURuw260
veRuZCLbYOWDfxALhpYtHle61iKRML2OtYF5qEYMstY92xmW5HOJt9ZajQyEkvqUxhuM9cDG
QK0qoZTTEVwz4EPKQVtSXnMynayzgeQLa5XYshsOarXxMYYN/dV5pjyi+kTuwGzMoGuAVfxf
RC0sl0pHlD5Da6OR23UOczqg24cy5NcEW53NOalebrHZ1FPEheoy1dqMM3xGpbR4G1lDNqxt
v8GsIZhWnUrAeTUzVpVdgU213CqqaMW1WHEC6DRNFjTcfflSlmCW41cZlSdMlLpwKgR0XsTo
WU8Rt+uTQeLiA0dYBv0hdzKtR6FtXMwFQsbe3yg7gLAMeuxKSwKkBPbxLlA2DsD8EagKNuc9
IN4po8te8cYivuFtWqrQzAscja9Oy8QxADsp8zGeNra82N/iBuk2IN+rqkWTULDhG24lYMFI
vYMRMMhQqXgCu5W4niigm6PjmDZHKpoxzGImlWsQ5qtzcGdkfbCgx3KVX7zKFkkxLrzqCzJF
zgLq5QQpgba5NQCS6CX8DqVsBu7jScq9dR+Q3d1o8q/ECzhIoovIYWN5iT4i2cTFBXVIIQGg
wQVx/cCHzeJfiClwNUHiDgudip4W7y3UpUy7isDBjiERY4oG3B3I7cFkHLjfHuC8z9wyWUti
JZQcMg+MfmIEByUP7iMNCLYYH8ZlqG8Q2mMoqWEqnPk4HUYGhaKPF8blzlJgrC91/EyYQUBF
yVAWEISnQowjNMMNW8ow5IOWY+AGo+jWQAFqy5qEFIBmExniBmiN4+BvuY2AJceVhKs9KAMU
BlcxpMQfJ1XDFZl85KXFXUs0nYg8ADvLLgh7qGrBwHNQTGWKQcQW+4SFAprTArj5Q3Fu3F5+
Ya5EpkWVdq6qNAASrN67tuOYoAdH7HmXBuY4z1SXD2FoKf2sWmRYDp1p3UyJsAGpFVozcE3Q
u9htY4j93pChar2YnJBUSh8rYTolld638yzQ6ULzfGVRhSkKvhXKm5dVW2jPg3Msoxw6xrNT
LNRUWiccX5hxdeUUunFrmW6NHAPwy3Vmkbrq25UpU5Ao8sp2htkPV9TOhqyBRxlzK9xKUFc4
VsIsfZgpGniCQnA0VH5agFMQy36DHzObisCHlYOAtTGW5MqqXhMsA18iJdMhQ+Kjs2cJaezd
/EMHQuoOoxwKwvCN47hSgpAyVvIuGXEXpQN3oYOOqrAXWV4MRpoMkWvRsuUFy3G13mqIoUHh
PYPUGz0W0MaVf1KNJC35rVqWa6wl7OUrAeIV7gAQp30LMRpYAoHR/wCwD1XtBV9q0QqEqiIV
8i5mZbc3HQVxE1GzGh5KuNkFW9EHgtru4BUFZ7nXFjkyFrI5zVsEbpAyzxlfwQY5PNsYKpnU
ILc5xAPAi3a8/wCx+i4zNVe2tg7r2mMKDai7wnCYLwc7K3hgVqgRSdmZfgZB3a4V7VSiFdbD
nbDB4oE4XMX5l411Q21wqVZLAAtQrdECtYQEl24wNjUUss5FfUVWCKJhCxIrCxheiUmUvQAE
3t42gnwLKYTkNfMA1qKO0+0EHBo5lm6p0aiKFXJLKrlgoxsQo5hy1hh9Y6KiUYYsOZYUMzAq
MLoxKMlJWBqyzaKEYK6IbVVPlh827bKhxYIhZLcM55d3A9WTePMMRTXCQS2zAVmWZbHFG37C
N34IY3VF7QgGigQtEyp1E0V5Jp6g4Ml5k9PiIBM3IdF3/UpjPMYSBeeYhuQUrwN4pzG/lBIH
Tqpn6iNQeM0vxEtds4p3FyGNkeyjxEiHyBGeSqSzWHtMjh3UFhAxQdF/qDHFcr+GcXBqay2w
cWGFYw5YVYZpbIlA0KVzfBUBDZbcjkz/AFDRTyhV5ruAxhuyfVZQmRj1LLq4gCCjafkKhUB1
8HOrmKYEEKX6w3EEXHAZdU2McW94DahmhB3L5A2GwSqQqswqmCrG1+3zMJsBXcco7gxU4Wgr
yYJbDKKUCnmzFgdaUhy0h3pOVSzuzH1MqoLVB84KR7ZWvmzpz+pVGa2MhTlDakrBUSlsdu0w
h1pRpyiih4eHgcwaAqK1c2C9TAC1Ba7XZf4mUisIQBzbmZo1RArz7d8Q4UZdlGVWCPe1Lv4M
O4otho+nTfuFtZ1pDbpFJaowE9dTughh2zeI0lC4GGKGocqBCWWfmCDKoVARYaOEEsWj5FVG
4hxx1JVO1qNjFoUJzR7hqLlVin4keDSEog/yJj35NLpHDtjlP6GKVXKuRkmQHYMOsRMmTd+o
27xBK5RPiNjd61QGst1fMSliCWZbqnELSZbg6h/uF2FNUFoMBuZZ5TopzKElZmSt5bqIpHla
MTVrjUnJJoG2oMZJRADqASIqQI7RpDNhAgu+cn8QtyOQFelmoO5BQI27zBUXACBwmNERoVpx
byo4ahVi+VjbstkIYZFZga24qARS7L3VaJzVlKWdeUKZQu08LWGDSRWw2PJAQcDKWDhBeZco
RWoB0KYs1+qpgXeBioPGmLXxDm5kKpioOi6qi48NYi2o5+HiYtixRt3afUKNdkBZR1iV5Hc3
NfLYZcWEy2Jy8iEWIGxwe7Ui9urC+2mpSD0Qrd509zOAyiqfeq8SgVIVdIc6bl0opqCHrYZm
QM1bSBrEHU6LCEKor9I9gNZUTm/xY+bRAC1rSsX4IJKK4p5ngii2d2fJQ1X5lPhVhat0FuIc
iFzSQIOFMtHOj2rpT5h92BKowKpIYM1DAs6v8QK45nHxZRzBFAIiiGhz7jC0CDUPYBfxGOZT
VIGlYwQoiEtQZRfvNAf8Q0IlWQPOVKgD1AlZrWlcHdS/IaoGit1bUcYC0VetQpwZSDhtYPcM
yI00ru/lLBVjINb4QbCAb68kviUtC/5LigPZQFDN1KXsZSx4NzBJayqicPUbC7rGw4bm9rtI
65OYbiiY0urDNSqgbC6L5G7uCVsWCxNKi+Jjm1rYon6QSl5oZbppb6S1uGbKDm2uZaPYVqC0
OHJmUXutYtOtsO8PYFEYVDSj5xiYdgBv8CQ01SAJgpd0MQEBcGVrTisxEHXAKvvDrzK10KxV
+KjCa3ke4FwINdhBOHLdwaJqlu7CxioZYrhAqOWnIK7gzFbwgrzRz5jAFtqqFPAagTLoXRaG
zxGOwF1qXWg2kW3mqqtHb3qZ9NtAR5PeJoA4cDq2kmZoQRyc6iSYtEUGmzxE0q6Sn3AZWFKV
TyIkcmQ2DdEpFsWkfDx9R6aFfeBGUI2Bd2bHQwpYnB+ZTcC2OksDA1laNajLJa8AfO4NYDmJ
ZqlYpEO3UVaK9q9S7CyLUbuK5pjwF56wOnb1NvnMAGhtM+5ZBWVUTrfcAmoYcovWFP1Mfsbo
e8YD1LFQKAmXN2fL8waC21Ww5oZ+YxQSCVrXNyxG4Lg0/EzPQtOU3WCEtwMtATvxBIiH1nkq
dAhxECSwWVi4MF4kNUU8mYsersbZaOMKBVZRQ8A9TsaAsR5F7hBoAyWpnBdcwXFvsbWV8O45
LRRxC9K5aiyzSjfqVAxK+VdWZiFHy+Tww2UZrCrhTBCwUcW+CxxEY8qgXNVsSMWvql75SmGl
aFf7zOVHkgq5qzIlDboui/WIcEDzgR5vOuoXSdS1cUy5GBRYq8ggkLGzjsFHCw1hjZC41sIB
dKC5A7PMznC2cTNmRISAunerhGblOI8LEfeYULe7BsnfOfmHog2wc1So1KQ2IRfdYxF1V0YA
ni2fiUQsSiKbL8xABcuxpu+mAoNylRRgp49SiHQHD4XjxKe6ciA+aQsh/o81fpLOVYWKj62Z
YUybCaTzxGVw0Niw52IYAANBd7uVXkBWwHvUTSfGIl7rUJwBFAjsJafEK0i+OEu4IVTJ6Q0H
Z03PkhxWgA0v4GYmArFBbyhPtAWPZFh0NURbaTRFM3pWI6CXNQ05DkQzJauNkHXuDWYCgcnp
uamchC71XmOeRMfonUtMootk7wXmIXMwNuYKXbnqMBShCrfzWoLiEaFDYtFPiFRANbAdwKEO
iWFinzMsDNQDa+fiYEWMGqHl4jaRsyV30UNeIdkMVo1oEW4oHPhLcrKtENwOllbhZgjFBqtV
YeAA+Yc2JNob71LwBmIG9TmDBRF4cWLGcw6CxtB71RC5H5GJlNTDbFYBXSLrBwB0dGkoUN8P
KeowtNeGNHiaB2RnBfwlYSDjh3UakCkOzTcuOL7N012My2kYXZAcZYi01aZBe6Gy34mXCNN2
aVL9S6q9BsWrkHSIF3IN2VnBmNjYtylWKt29ELBaABp6SZlk3PqAurzlRigw8Ua9cxbMK2VW
e2mF34Vh2wWNwEFQmL0M1bFiYlUfgKMkKIUhVaztu5e1BY4a3W7COvUYaRnwxgitOm7ODhcP
LtYrOQlV7I3ZGhRijHIqXB8oXKnB/sDcFVgteKvDB7456vIiVrZvKH2PMrRKiqkevn3AVkEW
WPzaoqBc4IxxCUqsagvku7leMwm9XaFdAULMQ2N3iNEomVar2MS5lal0l23W4hCN1SpU63cr
Isgcr1UqqmBQthXFRd4KFCh3upg5CgluqIDakcByBzRklN28WY7msDMCtgW5Ieipm2dJWhxa
j0GNAspvmzJETNU5L5mGYLL8qOHN01cx6WAy0XWPc0M1Pp0Sk9k0hgEr8NufUpEc7lnyC4lD
baFNl2WS40qLpPUL+iAjZdcHLp5zLQtkoqOs1AgCjcvDfTLzYOsODeruUXRQCrA5oDCeZSXQ
RdWXwQ5PceuPtuYVoMUAcWPczuImANQ1ycS30IAjAyY8QurrQWW+RluwBQw36wxL3qRoKN6h
VhRoKG2pQy2gIQV01uULAw1qOv8AUTGuAab7ZeSvIK5HGECeSXojxkzH4Q6In9MLr12L/aKi
VNYLWsmfuIComgC+3cEEqArSd/8AYdGBylKZq+CW71tUNgdhUJeI0YBpbQuGyUQAAZsZSryq
SKs+ijxmHGY5Rl+ugH9G0C1yQKODgwM4zJnP3uWCoyAU7QTKwDGJHs3UFVOLkLTpagTEXRcr
qFCXOOFHvUCldqVL2qmShMhQXqkXXJi6PaC59kCGrCwUQzsbCxc9pDbVKURfQZq4cQ3lKynh
jdCuKUfVTKVOECz5WLap0hf9hBl2gAq85rU5x5KPgAzMoENaA+4Ra1NAX/UQwGuRs9cwzfDz
vB0YmQJVL6OqIhUczUz6SIRthSNq9VRJjNozYR96iAcBYt1TMc7gOHYYs/EUQw8WZo8PiEnM
ZAehmJ6Olwm0swuIHAe1p5PxQSNyVALwvENPMKgToz+EVTjXCXdeE+YaL1zo4uwogGW7KQq4
srMVSKxkQXZ2PUbYpotHQUcZlifUa6XT3U2CxqtWG28oepWBy9tNxBW3q3We7sqXMMYg+6Eh
olN4LclH9y8K6rFaoGB3CTb17R2q84uAQyCBwcio+ol8Diriv5R9OtsKFtTq4QRS12AxVPMR
KBo91W4K1tCym65N1GSoBCg9YM3TqZMBdLN6srsR7mz5BNrGrKwVG3zdYXfqUqjk0lJmAqqZ
Fv5dwujQMlE5YinddKNqdPLAUiykEijVsM8kqbcOKWBF9aLUbwfqXYjM7RwBVPuWyJtsSLVq
WC1zRMU+YCm3oHG31uDhYyPZ4IIGVhtXIWI5kAYpdxpHstoPVdzI7cKJ90U+BWjF24rHiXRN
ESnCmoZ4KWAW7DZMDiuar4txBGiinIOWYrldQ4d4x3G1GvSC1oS4FamUKBeS3TK01jVN6c+o
2LRcB9rxEy4CbFJoAYhTjWiL9INwa1Hgr3YuZZBUZ0L/ANgKK3dShxvBGgSwRsPMwdKMBfIl
XEjO6AhU6YX4NLCX85uAzJClVeBkEE1OuKp42wRqeBUQXi6ZXx5FVihz/syT8j+AysQNVQdv
itNdxpdnKFl3ClhcOUMqVHBd6lFqMmQWrIsE+R/IELMiQNuOFBFpnRpfFwQbZfXshrEBR4U0
ucnI/qJhpKumr6isS5Tob7hKWGqF267GFQ1MpBE02ltO0aGq2sX9QKihpD2URSutl0TT8y4p
ql35brRxBU2mduPljBRJZGtgu6l0KEUiL7gULQC2geYww0Z10Dq0eEpBTh7oixpRSmmXNNxK
+PIEX6I9s2ULLbj5hw2NIoTxS4qJx0BZGER/qG+teWjwheIqx28V0RYtQFVzNWViXswVStcK
5uWokfRlmCXVhzF8YSt8hVyOqfMKwpmXFopqiGusuGvNwtx12ZbZTvG5R1z1JY2jGCXlVKA7
Ag1daUC8PIj11RTudkVgRujJfgYgMWCaD8ViWFbcQeV08dSiEFbkb6NQobVoOHNC2VuuKvBf
GxeorIP4DwFcsFuKzQ6swRUFcLS9gZMQNUpQWzzbiG3elAD8kcC2rlaeBixhTD1GmlfuP0Mt
AFHhyy0rukGeuFxwhCmIUGznUOcEC52BHMfILby2/uWugL5zeotcoBdnXCiZkvWxN/cxBgMB
SapAvMWF8HLrzpiKXEWxFeK4hcMNquK7zMLnIsqGnOEfiobyv3TK7WoE1dZr3UajRhar4BxC
2FCCUv8ADEcAvgSp22JmZqDgtVYrbMOYqyu1/wCJW5sRvZ8qhZ4vB28Lqb96qGM7o/ipjbhb
5qPB3AIM3yXp0iBq3dYJx8wWkZsh4M8kJCsNtHIuX9wJLQSjtVNEN6zqsVbvHMqhD3ARfIYJ
UBNsFU02ZmK5xsUo8HIS0dnEvoDbBmlss2H1BaoJL35E49y5e0jnqIbKEBaripUl1lRTXSSt
y4E4XxWI5TaotAXpZVIB368rxBdP7GoVWuNkAfRKpECs1s6jmA9G225s5hAxQvknPUJabIS9
CvEkUbLy1yRzIMgBw/7BQxWzpuOc8xQlJE0DVkroV9qw+iZMnXayPKW1BxnS/qIKrsopcDf/
ADVd63kmYmy5fcNHULDS3xcDSh2yBvmtzmLj65GKrTBKAPnN+oNVsGyItvPFzLqaBFVoXqcn
oFxd2igtBSrR8OviGJihKivVmeyNvtjYH6PuI5BKNLYeEARRsHOBP7lB5DieWS4uhId4mDCx
crkTYyoht8vU4zbK0flbGU9uVE61cc21WGz2G4uKAqQ/aZJUpUq75uZJUVaCj57gpiYFJfgU
KYvgyKDXFAVFUFFKw9jiXF25C2V0YgWqIlE0uh1BTQcqZExZw1KxCVsDCsvSZ4WFdi8s62kA
MY87JacBu9dAEasLBcOgqgsQUgYUgdYMvzAePFtcmS+D/iPUUIZHrGLidZcUKfqvM1QtjQGD
h1L0lLMC+1FhS8VOnStR2WHwRri7iWAzlDXTLDGFVDofMxAnS4OX9IC08GWJ3viUBD6yJyKj
tZLgtr6iX0gSQHHOZzOMAmzvMrTcNyUbj6kDadH7Yj3ZDOnxHPIws5TO+oSRpRDDXxhl2hOZ
D1QYjJJJznEdwFRTZKGnweoUOtiX8HcEOpaPkMI3WRdGxnpZRtrCTZ8pj7l57Um0dKc3EbVd
RLc0eRFig1QoHjCpWguCMBXF5joLgwnDeOIWoedRXudygYUd4jK/lJrV1xChiGTD0EUlIcCg
HPm5lRVYHeyzEOXU15HeZbLbIihoUe4DtQ2gvO0cmeZ0WiBCcYiBYVpbTs2cwDyYthXJgGI3
pFqA4eCwD4VC02yVEyMhM6aSLSHmkvNkVCEpQGwVzlLiqGgbUqyqKrjARekYoY5b3Oy4QC0O
lLMe5YPiStTPGnzMjNGZyNu+fUTiouwD7YmQ5eCi/lqK4bxQ5X32YL9qDEm1K8RwKJdcXvW2
AJC2Ldloi2aFceHLlKrZkF5c3TlqGFNRUsHsXcax3sRy7F8x6Ksahi9BUVtRbUrm0BHnotMU
+FZHiMKGQOC4N7Ymj0LvDrqEjkNAWdl6lgKiuwe2B6NIMB8qfqMe2W8jbqwQAUaUC4r9txhx
UD2SnqKYdxKFaVYlmH7uNnk3UNDZogVHErQpblFFNFuYnKFwrhzwsri3ci+2o5xfbZW58QoV
BziVfiUWWqt3wkQ0IUBU+Wi7r3EoMRkSubuNugxQqukdZ6AXQ+EqRA6KexXEKGB6W84hK1V4
BE1bpliCuUUdDsYIgPIoPo3BwQGuc/LHuIBENDqXFgAkSeOoi4LwuqVRAlPi5dN3S9QmiWyt
2HQ3iGVWplrnlMalHAJU3ekUjZRCGm9LPAqkvwqJBq0CK5FLhRFjYlKfLZAPWoGCTgVzAwIi
GoeBzMMSrTIcAEK4LYRRyaR5bSIUHJxmXDeQ2HF4lHfM0iBeTebELjBIX4fiNPBEUtVioQQo
XJQa3W5gFRaLr9oURvIot5UqDAR0K5cMkaTcujXC+cxVEPIwFe1TUTpasGI6dxGLTYuyzSMa
gsQtTFhoujCGwWyXSvhfmKqNoWHsU9ReOQlr7XHqVWKbWKAUgZLilW1hcoG7bZPMtoLUBVd4
3pisqfGgJVJpYmA0pLF6LVEUTMRl3RkC4zILDa+qWNwBIoManMt+41uu0Ve9c16j6ZIV3xKL
PLFbG7CGdtYI9RKASu2tVxVXiZjTRDfgqaYKrej0GpVJXg2PkTNspzCAIDou7WCRoK7Hjjj9
oC20bQdQt4vuG/q+xku5dpFRaQFYUyRCokXmOKUjW5W22N9dwcozRoabNwhiTIPVnEHYUDMA
PAVU712rLx8ywgS2FG7QuIpCrtFvNOYvgnNDfqMrrA0H4vU2XK3xnI1qBKEWYi+eUsbQlzLZ
rNQUQbFLZm/iITYm3YG+WPuqxGwugLgCqHLQW/bEeI3YMenLFtpG50JpAS5AHcrL23QKKtUJ
xAER7nkHXKALDBu18f6ikMlSr0XG4SrW5I1jRA6iDQS5rhM1wc6g4tWYHA0zdXhxIrl2uBUN
JzXzC4GzWXyMlQbH7RWmnHzLUHq1yPNsv+oRqAWjaU2Yt8RXYZGPoQw3NuFQdqrTRaqh7ZZa
28fW5XC1DFqnFqLKlSWUQBLMrvqIcy6BtJttLp5qK6FPNZfxhlhWS6lluyKoVivgxo5ikLcc
D63cSLEKJuoHmJzo3RhnLGyRUIIFl5gh5gKFGVCWFYVj+FDEGI23eJ6plz0LyZaDO+4y5mh2
uSq3HEC1IfVZM5mVYFredFcyohxp1gcsV7lGWpWcJjxDRvOVw8x79TLMzOwPAl/EAgF2oBOb
oOtRFrYAByLsJ9QQSAG2BgsDjmXhirXFk2qn3CQNBYI8h4mBoJgy3xY5lE9V7CXV6gBsF0Fe
axXcI+F3JU5XBvzPMhIQbWaPuKzehvgplLUpvTNnHE2pOmdeAbTEb2BYr11FNTZFEBXWeZcD
TTrHZS1Ufk7u9O+rcUKAUXp7rkjbJr96OmV+oALybbrp7iujFVKX0VLIEbtlZpK5RECTkWL8
uZiGuuBLds0s9ksIO3A6odAYigKj2K5p/cdbdZQ+TlhS+QtRO2ZVzLU29VCWdBNKXs3qCbfu
IDAAzmKLLLhmgG/CCOooON9rDLFFBDLS4oMIgKO8M8QoxSAjxGcQixbJtFb/AIEc6ivBDrZe
oK0KKWpfRelxDrOZQM5rC1AdWQg1b0DdZgpcela6SsYxrbA1Lzmu6iI6oYHkS1wRAvUj29oa
sFmUqLvlC0zabsNN7xLM+QLHvaMwNh1vgFGHcEyy3QbdjikF43wuiemWwC31auOVwUdxtKDg
5dSwCbBlpq6DaQ1p1ACs81wiRfc0VMcClSwK0Dc7BFj88sVo5zWeIpCEYVNd0NCXFFHjBuYc
HkWFHJlqPxCXTKxUVYd3u3s0+Ib4jBRRXNYRxhReJwaA6lsBMXcC0LmJy2xUta0ogveCWw1V
yqEXoSgdK18xPV0Im0dCn7hoA2a93eFsm+jOmxd2/GYgtUFNfajmEa2BvDI0JaNNTsHxn7js
Or4Do/4g6IEVpHQCLUslurvJ0K+YEvkLho5sXl8QouIVzefFhiSxqbHDRiAi6iysl224Zb6r
guHknUtSobSg8G6lEQ8nL6Ay0luwTjI3jPUW2xA1vpGBT1G4DjeeumOhbEtK4zyEtxcVGk6U
ply6gbOliCZV3SqG/lGWQhGBVZOYGckhaA5/xBvaZWlZw5bgIDDaNjwMxvQRmWKr+4GDLYKH
NHqYfQBVOnKcXDp/KCmr8TTxshZgrfUEB5WP7XNLAVQThRQv361Tfgidu2WMnVnMqAllKdU6
5+I6PY0yTn2gjpMAi2h0v5mUimqaEzXa+biWSOlheXFywBjuwzaCWAXgSpocAIRVldFbbbyD
4mHnUoK1y1cKbaAgbaVzUJtMDTaQ2L6lJZ7IR6HjuZZW0Gn9PqWCxgHYTiii35lgBQjUXQeY
hqDWnh0HMWPlCbc5zqE19Cvy1L8Izv0GRXEIBxRyFDmCIhKCKFcYle5UZwG1ohq3WcA4cP4Y
t2QuW4/KAUFUPzLYi7zG3oGsmkFWdkH4U9zEIFF0vRVHs8jRGTv8S1GUpaFenl7ZgZgEM+wc
Y8REQIggOOHIZUpFmI8golRBjAKBE6OmMAUsUDB4XULgdAEq92d1DNeSzVrw9EbQsBKU1syS
i/gEUzSrMy4NtVSHOFLfMaLk4H8j3DUNRkhkWhGgK4wFXZb9Mstb22F6cZiNAy8gbOkhFppM
34KFJMEr1w3ohlMkCat5/wAxZtVZhVc3bcqYAJkHNnn1FoRdBSgODcFm4NKctniGVCbDV9Z6
hoZGFR2sSgVVlhzqr5g1QGBoVylFXB1Zzo2dRICT/wCKQ0UqLwG3JyjzMQoYa9cwW2Ff5XuA
QIOMK3wnMOMjLYE1fpGlrrM8dkQWYIoc7VdVCJTbKv6DEbppCwtXwnPuIgrQyLc4M3DZQaVH
oNfMQrZNMRWwijVRUzBEMv5+EBVAZWnqaYHqaiAKE6CcxJFqagUaKxSVpe6xdWE1DEo15lLd
4y/mBaIJUC89RC5ilwvjNFS8tASjQcCdwCYFnkpdK1aAa5b4qOGN/Mby1m0Ac0Uc1D32Sh5u
BYWaqseEUxC5CAhUbAGZWVDYiwV3AoBikyXx5wYhUUtdvSG4dvCPyzA176wXQ5qDs5CN+L0B
LZ20gDwrdr9QAdIci+6lSyoL6IUDdj9IOD5QEDq8yzqjQIjtUzwO7LdVWpR2xADDz5maH75Q
ZrqCWQqr7r/1GzilgBWrxv1EUA4QbexX4iclLJU57wt8RAtKxGQzkKbmdZmgS2tXQwkZNsWO
arqFCbK0qryCvzLxBbrDoKPwBNEKZasIwsUjJWsBWVGbtdCjpYZlspIsx8K0XACh1sW9ndQl
9YzFY5tZghvFVz42e2YksFb3kFBkhoqD8GTCjpiOHRMButTJoWb26UoWUIYSWFazKEi5BkDO
PJEHieJBTRfExLCqNin+EdU+FtbwFxAmayzsK4Opk/SrKiUCtoAoAS1Du8sbUbls++rgMrYF
N9aiw+EgYPrx9xtIugpVom8PEwTbjlkprqEboJqwxW8QxAlvNIu+0BZEYLu9568SgVOGkoLW
hiWBxBQlHhF+hbq8E827RAqnpJ12Ywk2VudI0zUyIXutaghANBQ0surMWQwuAO8uWWPPmD1V
tkMSQlkut4fE7wjkNs3VQggpRKleqj9IbgLntmYa46k4tz6YNuBVBVszxFyry1CCq2Yk2pYh
pWstWQDQQV2Hyy+otoDYJeTn7StIhbUNNrLFg1gjdDdbl1osLyV8QZaSYoM59RjXPC6x5NkS
kGbd1cPNHRBsgtJVLwuI0aF3VC804shtcjlA3y8kTjVCGobyw7gHDDmoW9cxVUqioUMK8oRy
7CtibpwcQKHLbwG/h6zEbJ2Ao6dHmEHZOp4wx9xqVQy1l86gNk1VFl+CgjN3WEy4awfE5kTU
bLdPmI4YUoXy5fUxVkKIgXumyB1sMAbPOdfM5BBjDrBuosBlMLiywsuFUKFiuAh6GalsPahR
LEApRSmr23G8oUVMeC6bgq1Dob0jLneYn2LARRizELeoDKUvhUy2yx1XkwlubGcHorLCFKK7
VqvFEHKF5cufDECiOCgeS1vxOIwCo4bR7jczFtEdNyryrQ0TVAtXFiLqHA9Br4gI5bGtvmjZ
LiUi2t1eCKO0uzT+YlQkk1G3dcQIECoFocLVWuVYDc4p2kLeEA1fsssVeyUFNlrmdwGJTVq4
lAb0AvkinMzEoDpeIsxobOG0y/UZJ3gDQdWuoHcGielcRuDZkOX9mOZQpQh4UgVJg9ACzZ5i
S2GUbyXx8QZspkQidghEV5hGh8dJyjidW80qiHrmUXxbdQlDhFCdi2TyTJBwrKc8ZgwnEUQf
RA16NNmfAjXuEeEK9CBCkboCAp5ddS7TJQqHWKZbU1dhFbFgSle5UzFYcCITiKJ+Ll6VAADb
vjHiWGz4nN3hlhWjcaHoiWSkCWJFqdKqNGgCsbzZiXWB2kBLodCXBLdKIbC4xxtDQn4JZ0vK
W1+IlVBQBpzE4xwMGutL6h6zzPNDwLAFRQrAqYvNX7jMcwIDHKSKyhiQQFdM1iKQQkLiLeaR
ngxvkWdQNdsYUnK0Yg6FgrNvpy9MTUBarV6Iuv0B0CnNL/cOggMuzlpWYiSwLMj4P7lhRZG4
IdL+os6Y2pbGizMssNqxcsbxpPuAvRagPLe8R0bgFBUThOzzDaAIEofkwhFWCUCs7N5loUdB
E0eSi4Jwd6X05j9LaUA1ZrIRFHcUzZ1QhgloWZRTfdsKAXxDNm8vcChJeAfmj5gtTdGM8iLA
2mbbTyu68RioBAWk7f6gBtGlAIPh1EYdnLanHZWXDhUyNlmH8Btgz3ZmFiYnQtlKUqJQBBdV
eDLvzLEN4AiVVWftDBRXA44tq4BV76ND4siqhys/BccyUBkTusXMC4RG3qWiI6kUaHpqVvAc
Bhp28S7AsZpXXZ5eYFTYhAR8BglMcsuhnlLPwxJ39IK4u+I6Ac1h67uHm1LQ2isS9NxUKpT0
uUUlmbDxozb3KKDMVo3/AMESDzatXwGle4nBcjouls8zZIQHE6oHfcfMst2KdTJXhspBkphm
FSnVjQ8PJ7ibbPDAi85OGVgdKQgPTfuA08tcoXdggmQUC67qt14xBRbdY1OMXL6jHsMNmB0u
uZbUSyUJu9PxBKxBXkDwf1NViUqnY0ce4PfVa+isShxgUi48qskTsDTYYnBjkiCulBFvOlUG
hdKMGXS/YYCiS6Yhtu7YAOIwCUFW4ojigqTseHGSXEbaIBwc/c2miwvsDInmACbBuA1e3tEw
nUsuucko+IgNqzgo22gniIVQ23VHVGU7yGDBeKUHzFTRYUoKe1YCyltfLgqChd8y0GspuojI
u0ANZdl16jZwNT7XfuDZ5aqNXmzFgQKSgPIG4pYg5wi7Bh6tzTAXjLUp1SIBa5GEzVXYAL1Q
5DESAL9cviGUw7ZiPTAENZEPAXmCiEFoyGfIgEkB0FrAwaDa5bXm3M3dYNIuqO5wgQ7UF4q6
mijizpVrmLAtiAaLAf8AJbtVpOYQZb4IJatNZxHic3FrFy8CxTuLvRgo1GsjqC3Bug+xmZQZ
oAg5BUUi4bCEAkdordR5OLQcArKta6WjxFDhmDZd2RVRPH+DF15YMoly7y8Lyy1GlCWGFyi0
LFduLGJfqkFh6WEfGQGx51iIghaj4CiOMy7IqeG9nxG+Foa6OA2Edd5cyi8UZLmA9i5OBi9f
Me9UwCoDNv6jDEEBAekMwgW2PfXWIRwmAEt+s0zGHLUfhl3EnqVkur5cx7ApVOC4FEz4j6ac
ArsNcQDot9gBbNLuCkoxG0g4UhMMyBVQxffJzFkbs5uSzLBUtRS8JwtOYqF25aD1W2NScubF
2G24qEA1TCVsVtUaUTBqR2cH1GWwDEVT5cNLPdvF5mw68XPPGXQApnBBBVcXZXyr8MacNkHp
dgul7gWl0bAeS/0RK5BpbejleoFuBzMNLRFdTyBnACswNU0qqgfsxw5QFbAc54riWuT2hZXu
6gRUBQQTLVGQvmWVcRgAhsf1Glzikn+IpVYoi+KEatoMIBssye4a5pJ1Ypo3qEiSAaN5ZtqK
LEXkKpRb9y4pmytVoucw6YUT7eplAQXRIycwVz+ZC3BRgURu0KJTgussMEOVBdOFSLWkcv4D
VS7JFGAHTMvOuqOUK8rV9r6iWNjRkqwF2wJcEGMLLoKOJSqujiOXN23HUbLK7FkVnSNgP/Yj
EAwhnYVbHUVBwz7D9QeuwIpgSkJb8oVq11xWaiZPvMJVNXUM1lCKw1ugYYzkl19gDb+JiXto
VnVYx4lNYopUI4XCUZlGsHTIjqcmILdvrMsiXcRMl8/M1Rw90u1Vg5lLyrNVY6C3OoZCOhMN
8Uu4NidwDjloY8ERGOIK5W+RDdyVpAvDRX1FUsBAGvA9xtKNsAQbuLiKqFAoGsmCU2csL2o7
l/2xLA28pujCDQtK2lWy8twgCGw9AGw5muhb6qdFnxMshqBRQOS9p3BbMGZQDaa6HUS9IBqK
MwFL7WHAo5s6rxClc5WrD+DMBwxDZ5H8MJspSnlByli0OyZYg4agGrVhisWIosMJWC91KK/I
LYNlXaYqU6XpRGFF3KeCYACiN2HXC33G6OJDT8OJVBFK1kcvSGQN2EwwZRMmejR9Evjz363V
Ea2dgPFsv7I2rR22puJCRYC18FNzmJxm3HhmDTRErnyL66nPl1ofIrXqcs7QwuLdzQS2EAo0
LmC4nBUU4IMo+8KoFfYskdretV8BgpO6m0aorScVSbWU5Q+J5Je5yKCtlcNAt1LQeD9kXzGj
INjbTmg7lZV3VhdsOfzHkAkp01oFS2qFW8BXjPMGNtW2/G4Ma7C020cRhgM64FXn1LxoWmw4
juQCjcQbZ3zF0ZWwpGnOr5jhkaInqHmYHdSBU4R4zK7i6L7Z9Q5R89UzQ/iKbkYpfGu+iaFI
oLV4+IiXLCstNI+5aRBThqVBr5hJhYlU7C8fMpRSH1HJrEvZZduxxnv5hdfINlgCDViLpO27
Q45DCDA50Q2VWMbIyUAIEhcKHEesr0hvgV1L6jAN2NNvfcNTheJwtq8MELDciUnY16YkQkaZ
e+GNDLNlg5cZZlVgerlTioIzmZ0XYTb5lT0OETtlfiC6DSZJY2XFgFNi0cC88Qva5PJqmDjE
U0mjpTil8zIGHKNO00+oDFrCjRcrQ+5QqYlbbpg/MM1iDQwPFiAx8VMM7q6PGniCikV1U3YA
tKQEwgxHLZSx5wgqKnoPhM2i0bCCrNMJ5g3ViIi5heEyeNmuTZw7m2WaKEq+IVpFigBwAMuE
iKEXahjMCkKGkLzrNwGihWAHs3qCAL0UIf0zNrVXC1m1S8woS0tVyvVPEx6ZAEDeqY8zGhr3
XbRhhiW6EYy4uZqZAbd1Ms7VUKjm0m3tVQyGgw90ZOZUAwXxVXQHGIhEKNVZM1TjMcaFhVuM
OW/LGBBEDG6iVA7SmrNri4GXSUT5GZh8bYKLV03AYu6wMb8cwN2gtKfe3hZWCd0vvCWlANLf
VbhsSgpYd4d5l/2RkYYLPu4usVoKR1ShkrqFIGF/wRl1BojhnFtQuGDZByaS3uXJTmUXwudx
jwhELzGWWU6hpqgJBPI+eYtsSUvLnQ1A3lM0mhw5gE+ezoMYatMfSahI23cQTrFpm1h4OJeO
pgiyijFwiL0QBujeEUirbW+0vNSw9hxQ5R6lzSVWe8r7XEVKwVSe3+BM89ZBSzArnMVGCPIb
RT9wSIVuIrYpu74l4DRBa+K4XAA23QKFtRM58y1eLVQBpyywF1UFUCMa3csqsoNUVfGItKhF
BtjG3tqDkzgl13kPuoAW1Km0FOPipX2hWMvOzn2SnjBrwOcbnFmX62W3iE5qI0tTz1FAQQSn
wLLuAKbVgNDN2wygcUbTaKP+ynRM1NDen5IDUdrCGO/MKZd2xTdWN7mfIysLJVqDF+GNeUj4
CPXuIXawaVcucTK0Rdynw0XKrSlFA9FXdncb2E3TUPInEGGUHNyDgJ+EuutBQw8tOGFpqwH7
BzHpkaCqDwc+WYDGqgCeFX7l0FWDTHT3KAMotmubpj7irlQCzsXdlQV0qCykeVwKJFSo1Rph
ZhvcAriEKnizIvVi/iMI105OSE+EUpVYdYl6BQAbHOghMkgqRS6pdYl4FczEmIjQhF9o4oMN
dyklGMDszzCqsVZZZ00dTSsPmt8ioloXSHl14IoztQYzriEpYVvCYvk+I+QdXiLe0JX5IumE
cNjHuXYpLkLy11WYxqwWsN51xUXCRhGpYzRLBUJVFPFdS75mxsGmuQhMmXAtrBXE9yvswshM
FnGssFa8SoC/V9QlwLu0eQHLUZguoYWMYd5RtDd2ScD+EDW2bCll8UEtLJzIyBMU6Y4N9ym5
OceDMVqHLFn2C33ETPVMx5p2Llnli9aeOEbzALCJjZ5ldWETnp9uI1brqBjzncqKRjlO+D+I
8DALWrzWeYzmt5MLlSAj9xxJLtqNhlx1KTNDGkDfxagzgFpIZcDuqg5U0EjY0bYXXcg85kZX
WAa6VUMiyuaWU05q0MH5AgGJTMWQrfBjKNSgmt1wpwUcyuHS8Dd6H8TBK1cwuqM0L3EVWC24
rTef/IMToAMzFXhv5ld4LkK2zQyPuNDiWR87dwGQCoqaBlY1EyBUwU1ZuIMBddhFYpiPhFF9
6vK4g4OCOBbw3VxbkrWwTtFNvMID+cZT3zHd+aQNay7ioRRQ2jdJx8xCtqbVCrtUGufxZO2A
K6OFADRKtTu4cedSBVw5Sx4IrIJWEaI6mqQpk4sbqWz2QN0DAaDfiNNvLBR2PDqE5OAqVZAw
irJZpo8rEG1qCobcUthY/ggbQaER1IBKapTWT6lq4XAvbZZi2ztH2IAoM9hHY5gKBkEDn8cx
PjbSyl8cP7lS/QO7uPcvDJyrp4vcWGPAKQdrRnRALVHEYN0YuMdlOTOOI0DoQ6OjMI0FpL6g
pIndAAYVp+UCTWtQueRUQSNuTdrnjFRhDlOqcaA12bMH5idKW7b4/wATcx3WwGN9waxkEEWZ
eVZrQhYh7bGyEmPkgeDeHsqHDWlZHFwDXTOyfNrMyZhQrvw2Fy4ZL2oXSsRRNKvJOMr+45TO
t3vh5p6iMjC1aTBV79aiBQDD4eSzvxAbLFCIXZzhxLEPYGMb1G0c9skZBTPllkllSI3QUOfE
roFmAS++19R3weWiF5ZGaAfQxRyvcuENbMSfwMOLK6kWDq73AjKiq3hQI95m5ZWVs5grUEuh
JnCpWXuiLj0N3AYTQSp1WXHcFO2JOHt/qLnniO2B/uYHCE3h2mALh2nLEAnFNy6X0CVTjTUt
BIRRaYtr8pTXV3S5NBohyoL4vsR5jssSqgBbR6VK6byuA3xlVi3PAyqs0XUtXvMLdZTUQAo8
GMGldRzB87e+7dJxF1cwd7KQr6UxAhplp4iCFhNUDPTioAn9KQBgUYQFUrx/tu5Qf6A7o7HM
wjloGJTTiB2G1bWjNvASki0ExHg8dRk1oZ2E2D3Fs7BCKO6c3Obih1oCNELsQGELqGgWXclz
YhuOaC7aB24v8wlkvYtZFcobFS4GITL48y1G9ti08ExJ2IC8Nij3FDoVBZyYVeZoT8TSZ+YZ
BQC2ccv6iG12BBS9NxQgS/qUMQPvmVh6kcBVA6IX4jrxtsNLq8fuOHct3Y15MdwLbAHUAA8N
0HNw2BLnJbEHO8L1MGUEDiV11zLCjBxu8f6MK1Q8jxaWPhASBXbFOwr/ACOPUhWg62fqJs60
+U1nhDwHYgDN5cQRAwU30yTMk6LF9kqF5uUzXgcNcQWYOoQ8AolYS1sALxeGUAgi0UGKy1TE
QzbgBuOPmD9DJMt53GsNkba4bf1K3K8kpNjCljGNRheq5qIDNWULa2HnzBAMjY158ELE6FNl
Y2FSsnj9IBxBEBQEKoZ5GUuBHlK9PpLOLThgvIKG4KOUsBB+TnnqHgVngJxbhfUqMFsOrkox
E6ywCLwZGoEwv5QOCDIEanw4lzDJo+4y50hoaK5AY9QAZQqsDxbf6hBIdKgGs3dXMmlxOg2Y
MfEro00/MqCFYy3LOIFTAuos6o8+SJzMVFR54PmCX5BYTVjodxGNBAsEXlz7jCitFkvdmIVV
58xcZSqmtkZOqxuHrAWwUbtX8BECdzIDhvKwO6xpUpssV+YcIQNTQ18szJAE+FkBjANyVN56
hslDAEM2kAMTJYvAskW+LQtKxQ7migIvoMsy/lmBy2ciVCrLjLN23AnTII4GYvUaBiym3iEk
pHAlPK9Q1Y0GL6HK4tGF7wDnLG6bFAKy5LhC4ItFUrYPI7IWjImC3t5mgQKWdbu0uFUSRRbY
zhLqKkJaqKLoFZXhlzWrijLVSyHklrzCFXc0zXCNUsrFDcH1dn6jsI0DNc2JdfMVfAxJpC6s
dpGe5mzYcB0l+YAaxYve1XMYWwlkPnuYxFVFHB5WWkYuFYhg8w1xjxQ0G03LTiFAjQOOUDBK
8Axi3GoSl1UnZVj9x+Sdoo7BM11FndehcjC1qDWE4bvh4xwwPGGJVDukuTC24nC/7ggUqCzb
5NeZbrFkoTkQzmPLgWBkJsXEbaIo0D5E6oXFfBbEO4wZtCsNV1AF6ayWuqd1EWA44DQeNomv
XQNBgFcRQqbjWq3jNITgS3excll/cNDbKEDzkXXEtEAuSI8S1K49YBR5c/csIQFwgPbcoWEN
l0Dlo2fUESQBVkFBjJcDiEV2uRleOGXI2LrobbLtYoW+tKA8rVxMRCSKB8am94p0vJyuPRm6
o9mY9MqhrUUxhgO3pKCFAr+oVhGRyVoHIKKFH2F1K01RGz0/CD0XKaC9F27mgGsMCtGTWIdU
RmVC7UvIh13TxXmJ/QAqVzl7i4sF1lDoG8eoXl5VcLQGIWhtstcZ3ceGGBUbAb8+IxXwuYcj
fAQUpgcaeVM3ATDBWgX18xi3EZtmw8KiBXwX0o8K3mVDMchr5ZyKtSoWr0USulEcDAO6xGoN
WJlLkMMRDSjtVFeMIua+CPijI6gKoIoKztW0WzZcgOBRxmAFKeE2N9ITlBSYdWNVjKjgNJoa
QrVLGNsvw4gGBCkoGETh+Ikygbac6FQ1aFRq+761GARqTG76FiA6jE9aYxCAKJdFxtQ3FJFR
+W3fNM4haosbdtWkwUGAjouNpHBrVbvbkIrmyS1nmogSjTZFlZEoloG4u0BjLuzxFcVpXEFG
iiWRrKs4DN21qU5gJqlce4oEC7jRnIjxSBmhPVczI5IoFldGqh1W4orLrG2I3Cr2K9lOT7Rs
Embvt2SgxxSZ3ylTQC2wKaC63F005VjpvGfEv55caBa1A4PMGZFsAUZbGcQcRiWXRsrTAEvg
JV7NqiXRVaaPkJ1E8MTCDpcUTFmGQzQaFxqFDWmkdkLQW1haPVszN5VQd0CpZI74baOw4zxc
pGj7YS0XGR6lqIdLirYRx0IsGTDrMSot4GRxX1A59Nitez+pzS+GlKRXqFRgj0MxoFwFsDXx
cDRPCmvQrMna3QnRB3UglDJfiV40UNiGyubgz2ToPKlrEzc/Q2YDXo4gmt1xwpeiZMq1cBpY
uhlkdILoHA4gOmvtxg+fM5knTO9ru4RAZEZanlu4kW3BNVXGJTEYPFVeRM1FVykNgcHepR2G
UElzxAvWa5bdIysFfKatT65qaDBtE32kMwAUmGKfJzAgmAlhp8/EaEJKcHkA/cYqiNY8k6qY
2cBTGHDWEfFGZLCGbvIRtGKfQA/KM4Cu6G6C2G5XVNpVG88FSwQDRBebl0tWLlcVGUAC5XA5
pBWgnyKqrN2BDwlMosmjmq8QCMCirKYCy9yjULu1dHtGaqYFgNovZ0jEIWktLnTXi5V6gcQB
nzMW+q0oHF7MzsBaxbrAihgih0WdGSWm4WzcuWcHIlrTTFXzC+BLRkovdRQGtiDLvZjbBgRy
iaDT9kcvSPKS7znNQSjObtZ3xwjuMUHV+NzJ0myoVoR6Otwtc4KWmVGKzeHxuOMm0oL4PEcA
QKSc4La8xFlRZQ0QzGuYt0u/X1K1YqCWRrJwNQMARor2ywBRnOgYyDlgqRDuY2V0igQJSbcN
uLfxMCxi1KVUDuOlZTY8nydSwEtFVnGkOE2Adt+WMx4SeGWJ07gIKoZ7PvZmAUt4gtNWVBxQ
ZeV9GBiqXWR2ZYyeDJU8gsCSsoC6tjFZgz9IqgclfjUc4bkljBeKFkCsAjYMVKowKCCjPYys
siqBTY1TcWvroQNHa+KiC2AZVqshdNRApIsDYYoYRqXl/AMUzacpeNAoQN1hnMxPBy7xhq8x
9xDNlLeCLySv0G557ITMJtFZeSsmJp2gjo4PMUyKNDz5M1QYGV1gogK2CEBBQpzzDnBl49ib
WlXDIiDTu00PEoghXk10p+I4jREoHBNTMhwZCzTe/uXmQarEPPMBowCaFfJA15ABwiJqR6De
7sMvWtcJnS98wRa1pZStHeY1RwAcmMtTDEMcYLweYb5TCD3umkjNBByoLPI5QVDAtFB4f6gB
uCQK5uqqoKoAbF09U5qE7m1BVH3oicAhK4LixBbSmmNU+t1B3AgtA/lDMnlInn2iuLw0sNUx
gQfMC0c06g0XgsiKaKrE65bmR4o1gmLC0s0KsGMZI4otXKge0rW2oAHGbmVEYTi26jag4Ars
K1LggYoa5U+p4EBp3t7PUPKLMTBQ4PEyc4wajTw3G1Kitph9olm4NKvBje5TgoocO6D0ywTG
yCXljCAy3CUFyLX6jxK9yAQXy4uBtccShm5swininN2vOJdAMbLXx3GKKbQ7XpIqY4OMHcFt
C7FMZ61UGi5MPLtGWfSG29/MvcUpgYUcHzA0LAsxC8v6jjQBap0VN0srBdBrupSRYd4B3jBU
e0EkE55bquYyE2hd7RDA5sKUPhIKbUWgWcocET9wgJoFszTWgZGVbi4I1XuqjdY0kKgfnY04
EcsfFgArW3lcXk8uAo3o6QxY5NgW8jmP8LLpQ084QdRbUFmsuK1faZi94FZRnMQmDhqF18yq
E+w3wO5Z0lAQynFMHAjKVSyzN1GEojUbt6xLhVC0cBf6BijMygRXZDgIZwc7U0teCK9VK4Da
Z3HdsFYOR/UxIPYVGBXkllhID0LyHmFqU2qR4dEGs1pIGeYmCQuoM4XVQbKuY2rC8EoFAeu+
4mtKueDzlwAcUb9qZnHFGoX7l9cuVSq3CIhKcZ3zxHLELcNvMBW5bwymap5e4XliAXZWs07g
gps32U+u5Xc1UAyNDD2LAb7iu/RF2kDbV5NeeIAVF5esPDr4he0y113R3mBNCjRVuPmFceCN
ADtf6hyjT2acAChIi7GuwB0o+plQiNFht13Fpi8ogVvDfM2hgAxmWrOoAO7HliwYsztw0sv1
AFqcDNd8kbJoTQnN1UbLANuL5EiUAsz3ykCASgC0VSiMoAs05BQ6ggtFAMKXnzFbr7qmyVwW
QMhZUUPxzBrtG1T4TCQNkppTWQGG7pgDF+AjcqWVy4sEjo96Cg36zGqal8XZWVmFq4HVSEKo
JwTWu48REbUENBxAGFk0BZtwb5qMGK6BankTDCVw71TVgwPUKRpxpbau8yl6Cy4QQ9l8oZU3
ygqNtDUrwaIgHdK4milEKS1Yzj3EVtbMbQC/zuP52maAvIbYoY3fe7qoNOLQCwwC/uO2ETnb
bGCR2SMVqy1hBmNDaVQSpCPZqH+7OMrR57Zgh2cqulBRxK9zqCCli+b3F41IwhTZDtVLlqsq
pyzwcwAJauEBSl1sbsNFQe6hAotlp9TE9AAH8CYhy5Us831Fl8yUGmoHBgqhdZrNZq2WeFte
YvSeIgFFoZr/AKmaxSrWVh58xP4gA1i/cEKAaGVyP9TJYKGaicb4lS+Rllez5xK6RtM2qVk5
lhgmC8gOdG/uZKC62UsrEBNVgKsPJAAl2rABBmrXFDV+LlRfJLjPMCVNEvdHPzBegoRma+tQ
8S+KzDkExjA9W8fmI6aGipfmUBXLKrTX3CMa4V06fMVUqq0Whz2qXlNjSuwRhUDWDa+GleIT
cLXkEvh+owAlQ5bxnqKlWDSGaO/CKZdqsNbKqomAWaOWIIAwGKNZ48ygWkwDVkVqUBstzuBB
a8y+TFIKipgp2AujqKAFVBros4ia6AAUi8AkJiZuAKvYOyMrurVgQ5DGI4QnZtVoPDKZdhGX
NjkzffoFjrKnE5wSYENivygtoQLYL7HGZXYV4JbV4gswwO4z8lxqVWrcOC3iUmCkUCZXVHiN
4AooCcbMyg4KVFsKyCDW6wmG0y1yiEshqIulp4dQwEyGiaV4uNCMInweDEssNhRdYDEsSOrb
DpXdkMpZA3G8WkOJRDKpX0jYD6htMNy9EsH1Cs4iDBQ+JDgsl6qnJnPUBgoBvXoMMvcda2aj
Rw+BHq7eh7DWpWM0E5DqupYKAWxV8zMWwUmDGpeiFWlg5/UCFFGwte+mYCtNIrHV9wSGSOm7
yXKLFNC6vPzFtLYAC9OfEC7qKjQcZnRPC0djfM09G7yn42wOFqhjGcGca6g2pRPGfMQ1lW4r
UEbeSJg4Ax3BaKjBVY44YVPHri+zErUpAzbfwSmMW7UFe8wiW6ahk21rcsrUKVbXlnDbVd0u
0vbZSwWcWCYh46BgpsqhiFUUgGM4z6hlKIjah3D1G3KSEYux5pLG/wBkabQvjO5dHiMpOrZQ
vxG7EcPA27uJBSG0W7gkQi3oFnRCVV6/6JaDg3lcNRnUJQyik9G/BKL40X8CVB4kogzwEtlU
whNW3cJidQ7SVa4fUZQqbwa0k6dxl6DII91blqbouJ3Yr36jorFwV5sYCZyOfmzeEU8GseWg
zEKLBCBYXxuU2nOo83rMccWlErDR+oG4sRmg1a9xOCGkNI8cLjQ5AzbdGxUJ6rgWeijL8wV0
yYW3l8CbGXSsrJr5jw8WBf2+4JSRLyrpOV7mPqcYabPHVRopxwvCgJFK5BLyIcW4BhqBAxZF
merhAvURMmya+YBhF5XA4NfEYiuOp8qXYgGcBflNjzTLE0oVSxebvzL4Mg0B1WoEZCxwdwQO
AoO/G5j0L7nk6gQsqmPA8Wr8SsFhhS44s9zeaaPYu4K0VkaBV6WOwC0C8jeRlO0EUu/EF0OC
r/dRBwi2mn47golphcL3nSeJeEKCUteaHiONDAFwnZUKBTYvtUYbvK4IsBQpQI8qEFommUbm
9Kn4iEAPSFyxUt5BkUI85izcV0LPGMAr5qjOe7IKQb1s3jkjS7Bo4d21fiPdSAbu+oo5ZVGl
3mG5UpWd84zZErHymb5zEQG5xtd3ZBIAsYWhb3FrQDAcoeZsxSg8cZhkyvpw+oNlNg7JZdpW
F3N2As/ZcGly0so51DtNsDGPmOrLLeRjvEFpCz4z1BlIOzbZ5hgUjaHmXsNCBXs8S52KKW7M
5YOYRcoUQV4XoljXAxZ4xmpYKuK03xiFYg6+9FX0ytfQYFl0GdRjh8wAG99RbQhA0aKdFQK8
G7Q4eI39GroHDbd+4rQ1XUULAY+5eouhKzTlQgH8hMoKNkGB0MAPkf7EzUVKheW9S2JUwY2n
vEptjdBFm9JmKUwaYW53MgGWqh1aWUwKNjgf+QZE6oYXECy0xbJ1Vu5SqjTSpRW0brSRmhmx
yStyLNkOrxmV7yqGza+zCLNBd4rZRKJGDToRN8yr446ayYs6mbPlAt8fUdi207wqqtQ8lYlr
FmqlpbAzLo6Elou/gfEqAxY5LOWDLoAscr2dxZSwG7/8jsFNBYC7zxcL4WyzRxzxB1cCGHGy
7ZVSaLc7pnVdwEJCou7fVRypSmDI8VEtxLNA1y5gStuEps6Y51qLch0TDB6y+swAx8kUIyqU
wAAVLrdmQx6hAEaFejEqAKcmlB/7EhlLRpVRL+QiahICmXDlGcDRFH6xHclVC2beYdbJZeV9
viEqCvQZlqEBeio2qrIWLpIljLLKZvm4sUX8YPmBabgEUeYsxEVWcdQui+20vUvWnBR51iOG
lRYnzMExaBzD58iUWd6EZwzg1WnnhFjclj97ljegrIOUHDuLWyTLGsGalIWKDprNJ16gSxIt
DozmUgKkqA+aqPGLTRpFVSZjLBi0KnyMCpvI1mje4ZUMFwe12kzSCR6N8ITKO0Rc2RMMErkl
eNC3mG3Sbno6URMoJyl1mEANS7DZw1AbmTeeSmAgRmgvliDN8C2YMX4l9CXuPKW0VCUPN0dN
YlnwQ3orHZUza0cbI8GmBESAPFGLgKgMZrWfEQegm1t97hVsHCs58MG2jQtT+3MKVRi1gOXU
WQAtMnnEGKcJvSPNMABWUrV+AYJrutZb8MvtQaVUQOKhldtnlxGgPcJngq4DoTmqgHnf6iLK
1eYvo/UAYoLXeMqHVTEUDdzl8ETGbi4ETlgy2q2I4D7ljArQaoviCk5IHwIeCBVSWHrqOgBg
yznogJaoBKtzMSZJ5FWV4l6brAssgpQ2LG8+ZSV8VSZ1EzAQWw7hAulyexiotCM7/UqAoJHF
nuo8OwpWHimCgK9+l5g4AJaDx1csKBjbN1BMYZB2xkXVJTExSqDMK1mwOHgieWpSEobiNcKy
W0gZsQSuuszDzAa19Q0HysJeG0AWYGGFDxYSpoQZvkVgUtQweDUoDgVA5qQOVQAnoRYIMkVu
my5m6dee6ocH7Q1/eDTd0mAyVudV2FZYq97AgzkrGu5RqDmSF2Dv1Gzlq7WcS/tisC3heYqg
YVvuj+kQ4eqmrrJxDh2zDd5KhwxpcaO0WDoxFprTVErTawBfNPmMnJgyVf6jSaZsptiHxRRN
G1V5YNMiQwyKIZq35ZDjkqBN0ILfi/6h0YcGzl+UAgYSyhrHF6gAo6gt8+YyvQ2DivPMZDBa
6x7iBZKVy36mSmFgSh1cAKp0GcGpjOAySGlwErbFqIEDfFwt92cQ8C4Bl8ZOYa6chMl3itxj
ZQsJvpf/ABC4qlk+uP1ENwLrXzErDu0A6hiEloZe6bna0lFU8r3BTkKIF44MQ8ErTJ9R5bFh
q1bO4OhLA1h6HqXkyq1eVOo2nQMnLPu5iKyW2wKy4+eE83ne5Y2b2GE3bBIBQZ2WOb7lhvej
uviUNlXqLfeZbqDBys6iykMQp58QsIHIdQ1KoYa19QKkQvan6hV1UNGs7bhYFsaTaQhAyAK+
Y1aARwYWYSWDYJdxUOLH25MRNatl6WcRqfoAX7gddlhS+7iHkNF6Y7vuCqimfDDuVATQ3BOn
RBkPEOOkRCHemZVeUKoW+WEIkLexWFjTzNdCCZOay4jMrQYLK73Cx9Yw+OYDUCyFMNpWTv3H
LOtI7MLt5jcscLY0LyTOEoSOT5npKhHBSCrPaBWIs5OgwcXVOR4V5iPC2XLyK5IIeNjQbUrl
hCpyEdFd/gRORwVp2YMVSBQI5jIMPOxqr3RCdo0q3YBjjCaQbeoWPULgTv3DTmqlVjjOJnJi
3dzR6l1hBcGy/EdDMGYHyZlA/pOz2QSG210XgICmmQ201jE3g4IZfhzCMAFZkBxTbHbWrJpa
HPcswUrFLkU7m0lizYmgZlNsoCFg8+4xEqN27GAILHQbFd8TBJXpQ6iXBtacD4iyny5IGfPE
sIBJyvHUESDlXONzYmW0jN5oqCEcGfkuiXVSKaqzVy7bTupnA36jBFQrzs6uABeLwa2XbUeR
0WFFEDWYvs9EAKy9CYU5IILyo275iGthhWJpGpqsKMxUarSi8nojXIXaVjwblhtopeL8wAgr
qq74z1GLcGIAc16iKU4FLS+ajZOkBRZ0HmJCIqhcBeMykouaXRXfuZLLkVZfJHpE1Q4WcWSt
4u2p1uWQoobf1KUGHoec8TPscysNfuDDwUQL5yy9f66Vb5lD4QfwNRkgDKuu0PttMnbIKjyj
UEFGuq3zyR1t5z++X1HQmV74DuX5PkWHquou8PtA4SxFwqUt+VbviCGKIzVOHbDVh6cAdiS+
gwLFamQNR+FtFChz3DeBjkHk7gEbKpYB4VUuyBwEF7NxtqZOZLSrhupDMWp8g7IdBmRwwShF
MnQisyMMgYlOajwN2OPmHtdsOMj9xvDxGMoZfNwGoo0v+RAQ0CiJbzF1dzVX+CEqRi/7z3Gi
hQpsMHPuVWVkglc8GMy8IBhBOy5i+AhETjHUqETJW8Lld3UzVLUOb1cUy5kCI6rqXMpRrigM
+1jKM7i0NaiSt9ByucMYSCswc3e6hdQLJsrGiPYwbOA+5ScmIkur7hSGHR4HfEVwFhXmq5rU
pEKjPK6yeIXFPC0Mc3EcxWrIV57jUCkBmIejuNosDaFi8Sxaq7786irEgfcQVFd1bjFAy9XM
qDr4iQjZ8QPEcLFYOm4afcGvRGCFIgFV5JpwcDJ5jYuI35MA2qLfmW8QC0mAxqK6K5Ox5rUz
QAAF3njEqoToN1g1UPgQzYu32S8ZUyU37TC22gbPiY9qAWzbuUAHwqTEQo36P1Kmxiwseyyv
CkKuQ0Iwte9GvienxEtFWJZlfN2j6s1Q3YNQTkKFBMA5XAvIgoVsNKWYqPTMDmyUG3KFCzpM
wyMuGjbkaiFK8yoYO0WRsqCXlbUvC4wQjZsYC9g2g8hLcQ1VFO7yy7MFxTwckZksCvYEC8JE
TpAsaNDhlBA5JwxsB5tHxLig0K1e0EFb6F7S7YhZ2gtoqD8jlavxHjiLEzXm43AoLQu7ynIZ
aWijRFGfiCRWFEsK1ZNrH7VbWuaBGxyzCzkLGFiAIsC8UPiEUhLkLF58wA3BT5oC1hbabq4U
tBvLXZXG0ODK9W+5j8MovgVtfcuN2cugs0EwOhL7X2wy1AwinzdZisVlGkvqA2lppoE9EtxI
YAxcs1GVI5B1EQuhTey5IuwC5KUWuPiIo1/MPQyk5Xds1yuI7AtifuAaXs0y+EbVrS0jB75l
LHVHZlzKbZSovFYlLMW6HLzxGsMmEW0d4izzqd2QOoWFWZQ1+YCoI0s2XprxHoUb+UsYMI1+
qmUa1llZHxDQqhosFjOI4EftiMKKqrrN+CcbHp9+o1sOHazklxYCDiHEuR1qsweYJ8Rdh8+4
Mio2aB4giVEa9wu8cQ5ABNKhaWvqBkAFuVKOD5Y5G0ksjZaMr3AENTwlYdPcTXMNgc8rFJoO
C3GD1KZxodOUvX3KNLo4O9f3EhOBNnszBzZboYd0MzA/y8d3heIO2qlQopXMoahRpoouk+o6
kWjXa7weJUuxdHQqouRblloYv3FpqrXhb3C3V6ifZlNmu7IvRCNW4c1PMoiKGxdhCAbFjcDT
YNeTzB3Ztx5oMME6sBQnriIXpW7COcHmUZUsZ5HQ4gCcGW7JVEoBbQJ/4lOZnDRvMUq0viXR
AAbx6mSUEec6Yz6qKSwpykwFAygIPWIN5HpXu+KNwKKIFjLZyy1lOr5R3fEWDZK0pw/mKU45
whvWZaIFaVkefSYIxVYzZ1ctVAF1MAi5sXQbcYTxKRrYrxUNepL3Lm6E5llLdDz+plIah1Wu
IVRgI7oeprFSsYcRqqaLUOPcpWgVN68KhaDlwG6ztiCZOCrabzCdmhAafMa0U0YeorbwGzOP
NQwp0MFPmW4aXRR+mYZUsEq7xuLYaSuXzMsAGANKX5jwi1Oj2YRS4isc1mI7gd7JTTRkW7cP
UHklo5O/ZLRqyfhrEdMG2j1boiBBW0Z7HjErJiaofEHoToLJ87TIFGaUtlzRxHuOlXD5aTAN
tHRLReVeQc47iYiFsI4VvcAVBYgFvWoRqyjzXtTKR0b1kvlXEaeh2K2cc/mETOZJp3eobSpW
y6IiXaqBAJxmwVbzctaRtdXcoEDHJTKoNZ549SiKBobEqSgPa6hNHRBo7uNAJOjJ7gdMou1Z
OyKwELY0HxFanZo9VDMrUiFbd6g1vNZQKcAxZuuSpTahFqLbVa4rfS5eJHDnN9Odz9re5v8A
X9x7v+c07/B8+Zs8vzcTf8jc3b2e/ifj8x4Hgh/K3rX6nmbeM+p949npufYH2czbTX7cz5cz
zt//AATf/wAfM+weev1PM1z/AHP1fkmjz71rnxNdNvwnk871viGutt7n2PpvnzPyn8eZu/bf
M/U/H8J9i+p+E3qfdPL4n8PG+Jv8T9/qfs+9Opq8zX9T8Xve+J/1N6/U59of4nUPvR9G/Rz4
n8v0NeZ/HNf1PvT7Pyn0H8HU8Pjw1P8A06n5P3/1PwTfv8J4On3vjxNft5/E9e2Ro9I18j64
mn/XojvxsfcvL/yef/HU/wDT6TxPnU18mk/A+fSfkf13Pqn/AAmvz1rX66jvzPhOX/Kf/9oA
CAECAwE/EP8A9PD/2gAIAQMDAT8Q/wD08P/Z</binary>
 <binary id="i_113.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo0RDhDOUU5RDVDREMxMUU0OEM4NkU3ODg5MEFGMjBCNCIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo0RDhDOUU5RTVDREMxMUU0OEM4NkU3ODg5MEFG
MjBCNCI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjRE
OEM5RTlCNUNEQzExRTQ4Qzg2RTc4ODkwQUYyMEI0IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjREOEM5RTlDNUNEQzExRTQ4Qzg2RTc4ODkwQUYyMEI0Ii8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAABTGgAAgq4AAO+2AAGPTf/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgC/QImAwERAAIRAQMRAf/EANIAAAEFAQEBAAAAAAAAAAAAAAMAAQIEBQYH
CAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAQMEAgICAgICAwEAAQIAAxEEEiETBRAxIgZBFDIj
IBVCMyQ0MDXAQxYlEQACAQIEBAMGBQIGAQMFAAAAAREhAjFBURIQYSIDIHEygZGhsUITMMFS
IwTRYkDw4XKCMxRQ8aLC0lMkBRIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAwBMBAAICAgICAgIDAQEBAAAA
AQARITFBUWFxgZGhscHREPDh8SDA/9oADAMBAAIRAxEAAAHbCCKA5fLZrlkqGCVAIiRbLJIm
apfEZhqDiHGEMMREORGEMSBBCI5EREYiSJEiJAmImSJDkRhiAiBAYcgcYZ4AIFNwsjlQtFo5
0omkIvlsibJojjDCJjCEREIiRJDERDDEhCHIkSIgZMiSCDkByQQYmMRERGIkByBM8vK4hjQL
xsGeUBGyUwR0Zhm2XTNOnJjCHEMIQiAw5EYciOIYiOOMIYYYYYRIYkOMEEOIRIYiMMQJERAz
gBzPKZqByAMcpF0MRDkDWOwGCEhhxxhhEhCBiEMMIcYQwhiJMYiIYYQ5EmIgOTHJESYhDDEB
yIxE4cKaxlmEOHKBMAapAmGOiNA2BxxDCBBBiQhyIhDERiQiIhyJAiOSHIkBiIQkIQiJMcci
EEMIiIQMQ5zxllsxgBEyxyRIY2DSBG+Zx1oQkIolAsEQhbLAhxhDESBMcYYYgMRJjjDCECJh
BERhxDjjEhEhCIjkCBE4UpGyUDnxAy0ZwcmaJvEDXN4rF4kVTGHLwEkawYQhhCERGERGIiHG
JjgxCEQCDjCBiEOSHJjDkgZMRAEI8+KRUKgAtESAQGSLprGiahpGkRMoygB1gArGmECjCEIY
cYiMMMMRJjDiIEhhiIQkQIjkRhyQ5MYQiQhiBER5yUCiDAF8iDDATbHBHclA6UmUjhDUOrKo
IIa4QQhhhxCIghiZEcYmIYYQwhiIhDkBhDEiYxEKIkIYcRAR5MAKpZJFYcsFgCWzuzmy2YZ0
5qHIEDuiRmlM2jTHGEMORJAxEBhEiQhyIhxCIjDERxhiAiIQYYkSHJkBiRAQx5YVCI5rGeZp
YDEgZM2TKLBvhjNOtLgQAcydgWhCEMIYgQEIQiQiQxEQhiAhxiI4iJAiSGJAyZIkTIjCGEDP
MCwVC4MDEMItlUiFNoGWSmdiHIhBzmTqCyOIQxEiRIiHESEIQhhiYIYQMcYRAYQwwhyI44YY
gSEMIgcaEKZMrBy8USqWTWBlEkahWBHZjkCY5zJfOgJAyIMgSEQICJEhCETIEiJllUYtDhCq
AEIkABlcqkjPCFQEIiDEbBdLxSKxA0C0UyiaoMshSJTJgTsggiQxzZUDCKgAYECKpVImkXSy
RIBQRpHMGARHKQY1zpSiZoAiAL4ItEAREkDOgMwOXy8XwY5iFsIWAYxhGgVzdKxfM8rlc7oI
SJDnJGGbBojgiJMkMUgRohQQQEaIxwxxR0BbJFczzNLp7EGAlc5w6UQ4UwzYIiBFY0g4IiHJ
FImTDlcIRMsyCZaClkEZp1gQmMOcqYJ6EFDECqTIiEALQ4w5TLJA8JNovlwcEVzMMk9FOzAg
TAOhCARjmTphiAjPNUkOSHEWSuFJERAzAOcClguEAhcOnGJjDHJnOnpJaJkCkFERIAyyOIcp
hgZ4CDLoQgHAFcpnqR3wIyjMNwMDAmGbhIYgZxqBQoQCWQoxEEDAGQZxZKZEgaAQMXyZoFoR
xhhHpwQmMUSwRERKxZHHIlQtkDyo4QIDLAxAqhD380wBQMc6MQxAyDVHJgzLNoIOICWSwMRI
nMlEkWwBpGaXAh5+YRYHCnQnbgTEPQAgQgUSyQGGKhYCECBVLRM488oN4IOMaRYOLPVjogJl
kTTGEDMs0iQ4xiHQjkyYUmRDAiJkFMzQRcLQYgeSlk1gw5XCGYdUWD0gmOQKBoECJApFkkIY
qhxjijiyJjnenEAzvzGOiOyBlUqFwmEAGWahEcGZ5sBghMtCIDjETOKQAKVCoXTBPOgxZLJE
AABFw7870vkimANIzgoUzC8BJhiuEMspHCHcGOdwYxsmeefneFwCUimaQUgCM80iIxIwzoQg
QmXQhACEKxlmWADFEiXjKPPBF02AocmZBjHoh6SHHGKhZBiIFAuEyRErBBCOMNE3Dxk0Dthi
+aAgBkAzWIkQRTLJMmCMg6AkTImiTJDkCuZ5XDgikBHBHkhrHSlczCsBKpqHdHooQQIqlggI
RSLghyJWHGHK5yJcOWLx1hkm8WgQMywhfIgyBQLw5IEYx0oQYmBLZcCAxjnSiMREUCyGOLOu
OnL5AEVzkSAc9EDCBlUORIEymWBDCK5McgMcCa5kHVkzz89GLIECZgjTIgRykWAggRmHQjkh
FcuF0IRImMWBisVwQiBnFgyTNOjMoxzsiQA9EJjAQIQiMIrBxhyZSCjCAnmJRNsgYZgnpx3A
IrGWGLwwMEVAo44xVNQsDBCIMRoEhiIQIZ5kgBFQmTOTM49JOCLh1BzZuHeExgYEmQIDAi0C
HEVAoEc84OSK45aDHoZqnj56kb5RLQYQArFYmQEWTIN0sDDFkqFwtDDDBRjMMoAGKRljG4YZ
3RjBjIOfOsO1HGBASQImOVSyQJDlUqnKnnx1xsnHhCwbh2J4QZwUMbp6KdKIrFYzS2MDHMw6
MmEIFsGHAECqWTSGKBXK5VM44QY7QEHKJrHBlk9LOjEIGVQghhyuEJhSqeZHEgCJ7SUTuDPO
IMMomAWBhFQgdMerGqVDENIYIVjNOkHBDlgmWiQMiFJEDIObMkyDDMkuHfAjILBsnnAM7I9k
DDAwRMiOQKxYJmQeVGAWSQY9EMY7I6E8xOaKJVEWSkDIkiJ7cbBhmoCHIGebhMAEKxaLZYGE
IYAeOnPhyyTMM0hzqCAjmSiQCm2dYdAb4ciRHGKJcIniZQAASydIeynmx0J1J46YRiFkKOQJ
kBysdSetmMa4AkCMM6EsACRbCExyIwgJzJ4+XTQDhDnzoABiECZcCmcaBMrEyB6+dCDJkAZI
xDxgcgbBVO/PRDzM0DuDxozgBkBiQ4IYQIc93K5eIEAJlm6FGJFsYIRGAEgB5scuHCGiTMo6
kgYZE1ApROZNQsiIFY6k9SERBAwpwB5qTBG6Vj0s7s5g5E9DPIBikYBZHJjFIkWiJ64aocRE
EZJshyQ5bEOOMUigTPIAIYGbREEdCFKwEujlU4QvhwoxVBnrJ0xEAVw540c8GBHQGYevnVkD
zw7M8lEZpgFkYGQBlkOEOjPSyQYgCKBqkhiYcMQGIgjKMc82AF0Cbw5E3xwQ5dJATzQ0ABoD
mGXwB7QbgIAOeCFMvFQ2ysewnTDHPBTyssHPmUaIECVwAU0BDHuIQkRJFE0BDBS4TIkBisUD
zgwiqXysdSVCZ0RIyxzaGHPPC0ZhqkDnzUCmge0jAjJPFygWBi+I9fOoBkTAPOCRzxlhQ5XG
AjlwkUz3E0CQxEGWREggYcYQxWOWPKy4Vy8UzoSBYNwkSKxokiocMGM80xjlzXLY56edSAOG
PPTNBFwvBj1w6UiRMk8sEc4ZpMQ44EmHETPSjsSRAcEWyIwccYGOSAHnJxBpmcXysawY0jVI
FkiTBgjhDQMgvETmi4aJcEerG6eTnMmWMWAxdPXjphFcrHkhE5kqhAQQRTClkiRO3PSAg5AE
XhEwoEgEBhSueOmUEKwYgXDRNA1ioFKxriK55+ahjmkVjIKxYLJcAnsh5kZpnAy+ALx7EdSI
gQPKDNOWKwYIBAgiyWiIA1z2wcmCGLg4gpAkMDJFA8bAjlUOQGNI1TSLIYARDgThC8Y5cJGM
RLYUCVS8WSZmFM1SsaB7EdOIRE83OcOOJjEgQxXCGiRHAHv4cRXEXBxgxXCCIEjiTgiBEpF0
iVTTN02g5XJlcEI48KYhoiEYRMMEGAmuFMkCaJULp7CdaIQjhDiDnSBWLIAiVwpfJjlM9tNs
YpjGgREHM8mOGJHjpmjEiqHJFEvnSGqWSAIYYAcSGMQ0Ax0hWOEL4EGFNscwxy8CInrp3IhC
ObPLDBIgiYQqFckbBIrET2E3xwI5YHHJgCZERQPHhhASoaQigENM6U0zni6RIFg5spmaWghY
PaT59AgiBqGmCMYcKXCselnpYhCM88PMYKDHGK4ARrBQZTPZjdIFIsl8cgEAhwY55uciWCsU
yZoDGYWDrjdGM01yuVDMMgyCsXiBZPeTzw8rIEzaCFczhi2HKJ3p6+OIQM8MOcLYMkBK5VHN
AtAyme5mwQMwtl0iTEDCDAjxkrBCBhGqHJmWI7QMCLIE0SqAMw5MsBgoY93GPHDjgRuECsUQ
oQODOlPcSREETPJzgwhMGBBFcKWS6SIHqp0oIzjTJEiRMckDKh4qEBmcVTXJhyiANs2iwZR0
pQHClM4MIXRgp7eHOGPJgJtFUgUiRaLI4A9vNosgwZ5AcqQGBggQxZBGqSKp6gdgMYxrkyQg
pEMAMc8iIhCiANAmSKpfOnLIMyzdKoi2UDjyuWAAc9nNM8KMQRoFEsGcMWS0FMgkdMOUSmBN
IqDCKZEkSBmkSGO6PRCBQNMgGJExyoMY55KMOVSuXCwIzjoTYIiIADQJl8wDgy+EIEz2osHz
6BLxZBkDOHLhbDGIRJEhxxFoGORHKYYGOWg5E7s9HAlQ0Ag4gxEiVjEPKQ4IygBZLgQxC+dS
aJVLxrAjKOYOeAmsQBAz205U83IGkEAFcqhS0XiBjFkkFEAK5sAQQQgCHKw5fLQjpz1AAUzU
JEhDjiInKnmAYYqmSXQ45llgcGWAwgBXGClQ0BhFU7k4ImCNUgWDKABi2WgRlBwhEOQKppEQ
BMGMODAm2ELB0Z6MQKJpkhBxyJIGcseaECZSMgOXg5kF0tkBBQhAAOAM4ul07A7QrHjxlCNE
mSMoGXzSCGOVCwIGaBApF0kRBlgARKg5qloMbZ6WCAGmOGHClckUjGPIS6DKJmDlw1jFLJZL
AIITAgRFcrF89sLxaClI8XOYNQmRMcRphgphEwoxA2AZklkuFcAHEBBAjSLgQ6I9KGK5eJhB
iQYkAMo8UCCKRkhTULpihS2TIjjEQQYgDO3LR14YKcacgcmbJMpmaFLJaJGMEDDAzTBlUEXy
mEDiKoAY0CyWDpD0gYCWg5IYIFJFQzTxkc0jaMc58OGMkctECYwEcYOGK5uEzoTEOiNQ4Y4w
vFwyioTLhoGYVQgYKVS6FAmcXQZMmDBCBFovBjsTvgYMtkyRAmXSIArngh2B6uMCPFTILZkE
iwTCEAA4UEFHKB0JhkTsz0kkcYeeDlczwhoF4wBEgwQEXggIzApbGBjEQYMOHCHXnphWKZpB
BhEzQEVTNPCT1o64mYJ42MFMksEy4RIFUtkAY5ErDkQB256uDPPTiRFACHLIQzhywHIlI1Ap
XKQAvjkSIMGQDExHQHr5EommFIiCF8gBK5jgjYKII8vM0sGOWiwWCAxQLJMcmUSJXJgzoz2Y
c8nMAgZwEIWgAiwFJjmUWi0SK5SIl4QUoEBzoTGBHdnpAiqXSZMgENIiBIkTAMoomicmYJWM
41Q5IQMplscYiMVSiTInSnsox44YJrjHPDlsrBiZaJFYqEy8OMBKIcsEAAE2T6CKh4cbB6kQ
KpeDkCJbNAgBGGKZ56WyocaSMoia4YgVwYAuDjlUQEqDCOnPZhjwI609POIME4kMQL4QgIAV
QhaLRErAQBIiORPTD0MKYZ5YezkCiaBYIESwWBxgJAGeUHKBSwQMgmaZYGBFQpGiGABQAEqD
jG4e5gj5+NQ9lMozTyQRaLBEYYGVQhaLIUAQKxXJHfggp0ZqHOEzuiqZRuDDlgkWggMYRWPM
jz4kGK5TLpdDECsVAJcChBDFUpkRzfPcyRzZwB15oDHj5SLgUiFK5VIDhTRJACAEEDPcTQOT
OMLZ6Ua5IqlA2yIURI0BAxDFAEeYnCl0qFcuF0KCGKBXLhYCgAQAAREaB9EDjmWYRw5pGIc+
SCEhDgSqTLIY0CuAK4Age/lkrmabhMYkBKRrEiIgpeJERyBjHKmgc2eegCJZLxEYRWKxcCCD
lYoiBjl4+hC0OZBYBkjw0zAgYiMDBAQgU0AhIgZoMie/FoMDKRoEiZWMw2RhDEzUEBJDATME
WzmzyMzS6TCgCyUQBpAAoUEUgp250Z1RZCAjNLxEY8KMksjDjAQAxIMXRExiuViwe+EgxEql
0cYEVC6RJEhF4kSIEiiVyQQtHkJwYYtAyYwECaQIKMVCR2Z62QJAiIxQLwhjxUxSZIOQKhWI
kgxdBkw5UKwY+gCwMIqF4ciVigahEQwcujkRiYI580QpknmhyY5bDkhigCLBYHBFYY9BPVCu
GIgiBXLAgp4EVQpIiRK5VLxqmEWA5AICKxcPeg4hgBbJAyoUjWBkCY5fHERIkSZMrmYcYeYk
ywGLBEzwZoERwZWInoZ6oVRyZEGZ5pEAh8/FQ0QBEYAVDozrjzM0RymXAZTNg95EMTKJdCES
sZ5okRhyRoCHECJBBGWcGOeYDlwsgyZRBGgMMTKBXPUD0oqkwgMRULYhzwszSwFIAABROpPR
TxwtkCJomeVjpj2ogTClMskhyuUS6QHJkw5MciOMIczjJLZ4iZpdLRAYpADQBBgRTIHsJ3BW
CjCIAi0MQPDSkOFIAgZQO0PVTwMsBgw5TAnbnqgxAIVw4QYrGeaQwwggYkIYkIYmZZULJ5gc
KahEmOVykaAIkDAAj3g3QJYJDkCBMQ54SZQYIQKxArHpJ6OfPgY0gQQplU9RO8EOQBBxDFYz
TVIiEEDkyuSJjDiMoYtmWeFFkORJFMAGLAioCNA9zLgghIcQAmTEeOHNFwEViZVK57cdeeCl
AuFgAVwR7gbg5ECCLBARTM81xhCHLBEgGEMOIwwRMtHiRVLJMEUQRZJiBFQ7M9ULZEMOSGIh
RDHl5wgQckDKQA+ji+eTHIBxwZROjPbSwMQIECZAcqmcbAMYQUMIYYERAiMIuFQuHlhzheJj
AiiXyYMYonsR0gYQckMSIkxhHEnlYcMRAGeXz6KJHlBxBZLoIoHenpgYREgRJECJWM80xxyA
YORHEUBhyIiiXiyeQnLCCDgQZcDEQIE+gByRIIFESGJkRHJHjpeIkCBnm4e/CPMTiS4OTAm4
ewBCAiIMcYYrlctjEhiQcGREQKQQiSKZcJnnBwgUEEGBhwxARuHsQxAkOEJjkiQiJy54ubRE
pDGad4euEjy04k0QhIiUj3ssDCIggpAYrFM0hiIxI5UojmsaI5dIExiY55ucATIhAAxfJFcg
a57QRAhSwYxvCJEygWzmjxsuDBDPM89gO6EeZnAGiXQREOe4EhCECCDEAJRNAYgMOVQBSBFE
0C4edARzqDojkDhCQwxSImkMOVjoT14QiJeJDiJkyJA548VLgUGZxRPWT0MieaHnhshCAYrH
tpfHHGBExyAIpF4gMRJGQFGHEEJkQRlkSwcocIGCgAAAvBSZnnWHrJIpFksiJkgghEDmTxsM
WikZoI9ZPQyJ56ebmsRLBIqHr50RAQwIKSIkCkWxiJEkc8WRyiCJBAZAulssGIeLF8iQKgE0
SZAqnSHqgiqUzpSyFBjhBAzAPDi+WisUysenHpBA4o8pNcsBSRlnq51AiQMql4YGOVC2QEMI
yCYMgOSHBhAgxZMo8SLoQolMYuiCgTeO+MgciOaBAOFEa4xUPFy2HBkjDPSj00Y5U8eNYMHJ
FE9QOoEOCAloQ4MqBQhMccokRwZIcOOIAIKUTwwkTImeQLZZKwE6U9TESHBAByQUREmc2eYm
gGClIxDrDtiwc+cSaIYtASoeonTiJAQJZGJEDILhIIGCFMYMDBhQowhhESJ4WVCyDMoRdJgR
GmezExyIwhiQMQ4Q5s8jLpbJGIVT009AInGHnRqFoGRKR6QbxmmSSBl0iapqHKDl4qm0OaAY
kCGEQGIBwhEIeGACAEzBBww5VNk9rKxUBhRwhaCgRCMk8cNIsGaZpE9JO2DHGnnZeNEABKx6
qbIMREiBLAxAiRBGWXDSNsKQIAQpErESwTEFPBCBVIFEcuFgEVyyemDEgAxaDEyRYBFszDyI
2ApmlIrnpZ1AU5g4IvhwYIpHqptDkhCBhCY4iRIIIskiZMgDJCGIDjjCPABgZUK4MvEiJAsn
fhQAURIgWS0ODImYefmkAJmeUT1M2BGGcEXS8AIFU783CJaClgESJkghAIIIGDkxwRAmMQEI
YmZ54IIQMpgy2WQYxaOzDAyZaKIYMHCAhzEObLZSGKBTPTzWGMU8/NscczAZ2R0owiJpGmMO
MSGJEw45ZIkiJEcQhhxDmWeFggoAqgy6WioOWztiiELJIYITJkyYQ5gyBABjPKZ6aXQplnnR
rl0GUwB1J1BXCiHL5qhSBMiMOHDEg5AgMSIEhBCQiieBBCI5lAzTLoArGidWRGJFwrlksBgR
MmcwYZIYiY5XPQy8RJnm5dDlkzymdcdMRJlgiSN4mAJjCHHLpYCjFYgIcKRCExGWeGFgYEZh
VNE0isVTfNsmTCggppGwGKpnADlzLJlgpGWCPShxETzoIXy2VSidcdMDJhiBM1C0MIgMMFLh
aGGAkQZMYkHIDmEeWBiqCMsoGqWyBnm6bpEtFgvGqSDjkyRinImIFEVzMGPRyRIRwhAtBSqU
TqDtBAQpIY1S8RIghggcIVSQYAQIDBSRaDAjiTjS8UgBiGebZdIlA6A0Bi8b5oDgxyZEtEjz
QwiYIGUCyd2TCFs85K5cHBmadgdwCDiJBAocCEAhggYMZIhyIEqAiQxfLgI8pMkkEBlMzxgh
olo2zeJnShAgwYiIREsnlpnECQIoF87cmawY8sMY1gY5kHYncF0MORGETHBkSZZJBgQiIErA
hCEHAHFmECImcZYi4UzZNsuFM6s6kiDCkCwTAhhiieWAiJAABNo681i6EPMDGL5VIFE6Y0DS
NovlsgCCkhgIQkHDBCAwAgREMEHMEIcSY5nhzZJDmYUTsjqjELZ0BWGLgQMICIzDz4oGWBBk
QRtneG0XhzyI50QYmAO6OoHIBRi6HLAYQw5Eshg4wxVIEhxECZzJy5ICXC4HK4YEZxllYrms
ahTNgvF80y2YJzAMOIrmUZRnDl06MGaJ0Z5mc2XjRLpaLZ1RZKgMYIGEWyRZLAiQYtgxgBAi
TEQEMQKpWBjkSsWyYgRmFAqExgZWLpomqcadEZhWAmGABlYtnRGgFDBTIOTKYU3DeLQA0jWD
hQYMKTBjFkOTDFgmDAASZEkIgOMVSsSLgIQxAmRM8xCoTCBhyIYqnGmYXCyOQCl8MMapeCkS
RWMwxCsDNs3AwjWNYmIgDDjAwxZBBj//2gAIAQEAAQUCJ4yrYCi3d5A2kw2dK7QDVeOdNVc/
jLNmsTYYu7MclwCCTOeIGPAFsL1hmqbCOIMKgjsFCGyv+X5z6e3pn0PvMQQr69M9P8BMCGZE
z/gP8MTE4+mBMdZ+b7eMa0Y5dS8pfrzQ162u9qi96GbatvYMpl2sErvYCDJKhgMPyrrKxzxF
Ssx16DkATHoVEC4H+fSH3xM+g9Djl6me0OJjHoYJjHrw/wDgx/hj06wzAl7nK1s0GUgYs1af
JuBNd/bF7xH+XM8q83i3XWpdcobXApqS/DaeHferymm9iEHp/wDFn1zPf1AnuPTr/jj0/EPp
+PQen4zM+mRMQ+mfTPX0sqV2CCsW1NK/41OxgZQFPGNdmHGLNgBamuUbaWCVVghzaopTnKQ4
txlVqRZj1x/8HH16eg/x943Q49cwf5H29MnI9eXXExCczPpj06enGHKyig3OPG9drUqrY28S
GJndrItZY/IVIpM11Lo+SQ3GFszTAprU0NdiD1Pt+O8meQnvMevX/Lp6YmBOkJhnL0x6H39A
YPTE44hmOonWdIBPjD64mJj/AA2uza1VxSy7zBwtj2wshj2ha+6wlXSzYKMTYeCWTWsWLRVb
AtRmpZ3U42U3K+V9b9kVz95s8Had1yQLFCnmPb/MGe8OJ+JjHp+Z09C095mfjH+GfTp6fj0H
t1/wwfUtMwtmPEo1rNRf1u1fZ1FrTBz/ANau7Z/4cVMqUAVswrrYVrq67crKUdaKjWfzC9gl
1vcsuoCrhnrZ7Vrq2bRK+Ex/8OIZn1/HSe0xPb09yf8ADPp19VBn59fx/hiYzMRl5NarA83U
GwZOI+u1NajKtc8qxysOXXmZ3WWaXcsa6hq20PlO7fUR1FjKoPkKy23tW8tKixzxHHtEAFe4
9QYVjC//AAZEY9Z0zOnp7evy5f4Z9fzn1BnX/LHr1nWdY97VE3s0yYwyflzYlgHi05ZLAo5D
GhpjYm7omh9LZNd+5bnW8PZlywBzgNdRYuzjv6mnc8ARF2NkUzV20C1PWWX/AB6/4fjM9/TH
SCCNMeomIZ7+nWMfTrkwepMz6D06zM6zpPaZhEM5GUuFeyvJFbEcSpHDnbXLtft16PcDWnVa
nZu1MN5LGrr7TVunkmtP7VTq74s16zdsDIGJ5Ef1pT3atfVwP8M+n5mZn0AmP8PaHrB6/k/4
mD26knjBPaZM659Pb0z6D/BsmP7E5XokrrRqiQw59pu6pKhroyWkPmuftK41dHu0/wBnOutz
ErdK1HcqWm+59WhaUgEuUW06L2U21OzD/wCDH+I9OnoZmGcsTkYeohmfX39B7ZmZmcwTnpmA
wnp65mcz82J1TWVl7JlWvWwCjC0oIfHqB/rlsI1O1KOofTNjHx3ApRdx1+3Tr6wWGtyoe2pN
dAuv7T/kenpcoXZpYFf8s/4Z9OnqDMw+mfU+mfQmAiZ6/kkTlMzJ9M+pMd+MzmD2hOJyllIJ
qq+LP1papgExKlZ5aONaK2bQc69TMPavXUszV2goh5nio5fFVGR/DHow6fjyB/u8fbmZ9DnJ
aOWwHM5dMwmF1gsGO4BOYgcQP05dO4uDaJz6PaFWzyuusbzOqs1vLUWQbCGftpl9pJZv1KG8
lrM58rRzXy2tzs8rpRfM6Ij+e0Vn/wDSahDfZNTB+x64U/aq+T/ahD9ovln2K1w3ndgQ/Zt2
N9j3JX53eyvkryLDg1HlQvbyEHL5Ga1VghTlWF/qrHOVZWqu74azIpJWOGw/8l6T3YD4TExP
x5MgNr7PZn+7Yk+Yvdf93s5bzOwIfKbLl/JbfP8A2G+Bbu+QWfv+Qz/stsynb2J39gxdp5Zs
2Ye24ju3ALdaX7pE3vNlXXd8hsBls5GliexcgTZvUanmaieNBmwasEHuWI63mhVs4I5q0M1P
oGxdbxBQW+KsLLoctg+DstvbwN+V8Lslv/5+ibHguIp+tkxvrVZFPgaFA8VQK79BmNepZVSe
ZNFWS9D8uF9QsssYAYpAtLV038BTtJNbWYr+tflNezB0b2awXIqkq4PxBmR6Azyzf2K6tKfF
lZ/r43jOTN4pTP8AVp3G8WIPHLLPGIwPiKmavxNPd/1VOE0KxG8ZVlPHUYt0dfufq08Rq0T7
HsKk1kUxK8L2fiamnECfrrnZ1sHQ27NWyl6NhCEjKjSypXGgii9VGFQCGdICP3eghM5DHUzc
P9VXSvOJ1nXAwbM9W1qya6K5+ugJ9u2vM1pBXWJt/CW7lk/euVV27zBv3cv9jLbWJx/aq/EL
DMenksi1SO6n8EBmIwn/ADnsPxF/n6riHrd+GbiPI293fDhQr5lbqAXRowzG+QesMtinh9Xs
Y6b+7R24rpOWdeqlJ7RiZXy/2fLpyGCVxyE3csE/gTB8p1gaDny/ARgQ0ZhFGI8CmeRuAaxW
ZrrFYVOphC5UKZWVzWgN0x6fjBnluraqDuVAcV9QR3z6Y6DpExn/AAH/AG/h+te5/XsrtMAv
kcB/KMZ/s7ZX5Ex/IrybfYq13IfUkf8AVMPSX3BZ47E5GZMZfSoj98DEHHLjpwBm0D3EJ4gw
FQTjNKhRie0zCBBWJbetcO2mG3rWZ6DbYukiRtKvC6iow13LUalit2rBE2KRdf5rQqZfLaRF
e3rWD08lh79Pl+0oxB0mIYq/3kepETGTB6o39vTE+y+L43AUzt1QLXnjqhSmtHWoTEReTeL1
V1dLOZZNjHZ8bzZSBMwziDEWv9pf4j4zrgCbB/8AIAGB7ECH2GViN6e0PsOk8iX7h5uGc8hY
AHsY2JWpW+v+xPg+9u069W59gvsiDYeJrDnbrvF/YSa3mtumaPmaNib1A7tdaDc9TFP904nP
HEMp6mdIYJWP7PT7QT/r9TWFpHj6xP1aJ+pr47dSzXp1njeJ1TVs63BvD+R71PWEzYWadYRR
/I+wyJZ1FSDv56iBiZyUy4H9sHoCMmfGKoEKhgpwTOkxNvXdyarFD02OQW5a+tdZLLLKyqWM
LdmhKdmy26yqqtYq49Cwz3sFb9RJbYFfxvkDuLX/AO+PUiJ/34h9PxSwY8eoE/OIn/ZC4n2P
k9Pjwwm1s7C2N5DbD+N0L9zT2a91ba9Hed/GeJ2dRfIUcrPBoTaTGwZcVC0nl6DOPww6a/8A
3HtgkzpOktUm7liZ9D6dY0HUY69BLHhuDFr0BuoAn7DKpu5Iljzy6Y1wziV7RULv4C+QqwN1
S1u1yg2gDZbzmi9g2NIctttuut1ORLLmVqVfuzYsasVlirDpR09LxbwpUgYla4ebFFznf1Oe
p4rtrf8A6jVsVvqtPc1qVpofV0X2V7ars2rx2hZZdp6q62sQ2PjLm/q0+ijMWMYcmUv/AHdC
WJy0Hs7Mdz8CH3Jg9vTHKZGC6mXNwO2QWTJjlmDMhbHELYoXyS/0m9M/tDNe1pEpX4Wyf6rV
MXRoEx42ube/46VbDvd4oHvdpGI9DK/5dZ7+h6yjPL/AT2hn48l45Q3j9p+NrE1bu15TW2PE
1Wk6N9F0uUZ1dapV68mOQR03rcVaJ5U9Ic56FTKUWu3LTkZ0mSY3E7SwQ+/F+QME94IRBUFm
yqlrjSq17FKSxarDZVr1unZ5NrJLBR29lON2jo96HwIcH64wh8PuozeL2o3i7lluqUnj9W3H
iuJ2gfVyQKn5QmZmZ7Cr+TRSYWmYvuwgJMzLl5ValqVt5SjZ2EfxdVyafhvF2nX8Xq6J2LTx
025auSAYzzYsC1abcqBnHUw4x7BGy3qrcRTybyHp7HJnfCrS5cD0Pu0u5B3DEigrFuu4l24d
MWkzjxnk/Hsuzoa4StOMBQzhXGqrjVDHkdakpWzDT8X12wTmZj/xqGE/wp95n0EDfLr6ZnyM
vXsbVd6NWPr2tc+l4jS0xt7OB5HdQDSNbauIw6kYm0q/r6nxp/BPTHXliAcj/GZxHJgxKFH7
ft6ETJhpWVkRfUxq+Vi62Auu/NtL5bGi5n+uPBKRP1j29+l3C29mp/M2qH87u409++7Xf7Df
UT5fdtamu2yndRKtfw+Dsj0MsHxq/iMzrluk/FIMIPriBMNMnJjNwnnPL1W21+R5RPINx/27
qLPL9yYuuf65qbtNfOozEYTbANesn9XbOPy2ASIr5jAQdT1zxwdcN+z+es9pyWcZj5KzpK2D
IxbGDjtD1tsCvsM2NbaFyWp8r3ZZXs0tRWFZN3xAZ6/Cjnp0r+nteMzZpeDpV7T20svexvDL
m+D0aL0GYWhmZT0h9vTn0R/l+OfV7UqXyXlm8g/6vB2r69uzA1cz9eta/BeFHHzvkqtDWo8p
sVbmn9j0dgBltGxV0pH9QzMNGxMSr+ZyZgqcmD21XztACfg9TmceisSwURcYM94PTrLgGvYg
stmHfaVoym07Wq61aOypBdWD28r6dYrVt0doU2VFfJ7QVVTJ8RQytMz3j9FT0Ocw+1fQ+gWY
iV4Nu5q0zb+0a1R8h5fb3T9S1u5PJfX7MnWtWCo5YNXV4TUp2z5DyuvoJ5Det3doAz8pdtVH
W+wbtT6Pn9DZnENOENYjr0pLGzjMGGswFsaK/wB06Z6TieQxCo5e4XuJG2GwwstegXK0/Oy4
BY/1HnLqqe3dv62nXv8Am9jZni715jLTY0rOOt5fepQ3bO1etKoPJbjfsaPkqWfxxPL1s/gP
aFswdJnomMdfXY2tfXXyX2F+d3cd+ycLUzMr1eI8H4b7CzQjUvH6FDN51EqTxe/ZoTd8ltb9
hqKknm/YYw1AwjEGc+O8/uac8d5XT3hYsYYFHEMCYROks5Y8algKiY6s0zA3U2LkYnGFBOHR
RgT87LIHv87q1S37Dl7vNbdss71kx1TlUdLaV02tzcV/9ntk6+1vu2xsdnXtblOk8N5yzVvp
squT0aLiY9MQ4iL8euJ5DyS6qb23sbj3OMrVWSSJ47Wa7b85q37SeET+it1SV/w867HfIVQz
8Z3syj3ITl8csIRidpSK7LKLfEb37ui6nhqIBCMA9QlbS1uK6bG11h6xgs4iJVfldc4qXhB/
gZY4VfLeTt2HrrOOzmCvE7WIVxdwJSp3osquS4W+N17Zyo012to3vaMqtUBml5PYoOt9raU/
YtJ5XfTcgEOYBn0x0pDAYjtxTf2brdr3W6kGIt1R4nn4Og2eQesOiKlGzX/ZAAE8n/71wXg4
tzXxCt28EcAvby3IgDuDq8eufV9hq/IWn4aueJ6qeg5iEnj40qLAfTAJ4njnqTiZ6Q+vLM8v
tcNZhzdUMrHRVVSfktaCzY7Ij6+BysD/ALOypY3NNfWJm9Ui1iVVhoKlEdHSCrCjZ2Kj4Tyf
72qYM+jey/FRPN7Bp0WOW54XXsaBY9hE+r1jnPO1Grc07kZ84TcPPZ7amO9iwsWbjxK8yqBU
jFHJPF6mJBByj8DU/e1NWsIuRGE5dXPw8bWy1+0Ex1H8SIOpXpDynygtxO8uc5nmdovYo+Tc
QNVmY4hHw0aXOwOWWrzOx1FS2xNIhEULPIUomvX8hV1HQhsceUatXn1raq1rvV/Zf4gz7NsJ
FHzy01mPdy4Sxq8fVg3YnndUvr+PfFlzJ2LPlYK1xcOUHW35NFUrOjMQA9nQqMDCrG448DtJ
d42sYTgJiEGKJ49HExPxiAegHp+CZYZWzPNluCG5mv8A4spWa5/twubDhfGIxYIQeIIFXdTW
1BTPaIs26uWvUVYcbGc5SB1K8cDunnYo4fXt8bGoYZZ7L1UDA81Z3d48AAEadBsNgBly31of
/wCfLaxZWNMJvOirTaw7yjps9EpxnL4wk6CEgSyVFslgWsBI+ruE3cTrBCTj3mkPTofQDoHM
+WMQiEZl38K1ZR5nYK0K4JNnzGMKQNivqbEPa8dWAof4iUVHJBUheSYzL15VpXwtD5l9YlK4
B9qyxt580r2NnWu8V5H93XjKMIJe3GjY5NdZ8RViNyNqRjl/r/EeP9PIUHvbNqnV7RBOeO6S
K68z4z5ueYWWYPojQcSPkBqWGvdWYnWHJj4CapHH3mYCYPZWAmYfT/lf0BsbHm9wvbVG/wC0
KpY45o/R2PDxh6ezZcMxfteNve1AqwmEuBaD+1x5B+MXPbc4SlsWBS6mszw2y+tuAhg/sgnm
Lu3o2/2yxMFMdq5mZa/krpPrxzoQ9DYnJdhB2jlHyrnyHLjVnCH4mwYBAh+Qb2qJEZfhWyuG
OG0rQ+uMQ4z1zYAF18dsDqekAg9hjP8Ahd/DevsqovtLNVxIQg3liGuGBr2Zq2GBTRSvsRzN
XkwWtVsDAhgMNWsvZTs4HLZX+xMFbgvFD8weY5ZXmgs8Bvi/Xb0+zWOENWVv6GvMP/TTjtsk
8AMaUb2B6bNOZaxNhHXfxF5COFY/N4lVk/rw5lTYHDkA+JeR2/rVrPp/8jOPW1VZacBcjLQQ
D4/kZhcCdxJzlmXXzuzmcIi4RT/blJccV6dgZNn/AK9SsNrlcDPKa1YNIOSyzJjn4e+4eJl7
gWUS+1eH5S2VlBOmEvspbxvlK9pJ9l2O5uZ+LmvFJjFGfWfDC2fX/wD0PTh87Ud32k/8sTe/
migwnBaAuV/jGPWoEkK4KqvLHx+rWfMen4sYCqlR2wuIyhoBmYjAxeU4gztrnpLule+3dt7f
QpgVg82zHYBfHWCXV/HV+FIzjYdkSh3TxOo7205IAcGbCMUH/s4wlvLkBL7Bxtr4mVvxi82j
YCtftVWeI8om7qeU/s3gQFuZeSNxiEYU8LcHl9c/+v8ARgYBieTTG86sZudbQSDjMHCHBhaf
jXB5CvNmcG3hPB7Bq8lwwBDHT4VKqp7z8mD2Ji+3Uz2mJ5CwV6t2eQ9jnFRBYceTjEoduVrM
BrXAVh6y74K6nH9QlRapIh6m10lwxsZaNZ/5AJwyAi8FbFdM/wBU58AbCYyzS3LtW0MGI6za
WLPxaONg5A+A/wDrf8PNJje5KTZ/3/2BjXAqNDmMDiVZ5/xXqrDkYn9d9OHqxMdbs8KwIOkw
J1n4ziA+uZ9i2QF5AoTOXwp6EIIwOFIW2wOZrDKV1rGRCuljg5qsh6jg/J8zZdl2V5Tobjll
U4X9G6+rByoIY4nMk1kRQHt7IYZxXcrca4r9bQZnK/WmP+u/w+xJh2OQih7sASwLF7ljOvEu
3pVnk1JVezyihFmLM+Jt7njwemTN0haNbomPUezvYsF3RXsJ65yZ5W+y3bxmfCWluGtjiqwt
Oi7VpGUrfgrvlei6rZXW1VoSwFZ1jGb/ACW+05rwnJWUTipngb+3u/ZvELrWD35pwZMTks1w
e7lbI/wS5wxpwCsZQ0pE+rXZ1P8ADzdQbXvPEI2Ha0GwmErAg4n2i+6/I2p8VOESy5J4Lr4+
DAmzxaqtRxOZiDIYAzOZjoZynkNgUavdNj+0zmbB4rrqLJxiq0tRu9e3y1n2a5rs4f4gd7aF
ouv4DdIg3KSG2EA8tQCqn+stxdEyTjGoTXt7WtXt6u1rvq7XIRnZvTVU8VsURyzm4ryyRWrm
LxaV9L/qd3X/AA3kVtW675nDs1QBbMFZ52oY4bj1EU4ncAFXEh+WeoHhRjxoyI2ZvWf10f8A
WIZ1mfj1gPQjPp9h3WNtarCJ887NkoGFGXQP0vP9uXNlGuIoURrhw8cUe0kZYVkvr08n1keb
FX9eta3bXpb7gM2FRu9UP6vtPizYvNhMQ4mq3GrmIxxLgQUOIq4IZQH/AJfV2P7X+DjK+V1y
lqAGDq2EJrzCcw49B7jgInu+BMTxf/oz4zdHwo/hnE6zrjrCs49DmN0G6/PbDGF8xgCLGL21
qQh/rnTBTN9vMPRvKtP7jcrf7BocEbV3LXs7qZFgaMBx2USVDF3u/QAcsUIxur/63UMPN+Ba
iwQxWxX1xyBj8s18WKHiRhzbPrtg/wBgvpyBndHLlPPjOzgBrGM5iZ7htYuTn0et1iWdF4uo
OC3xPgXDaQIMxmbbHtV9FzmfgEwZx7z8Ta6UWk9wdZ0mwS0rRiQmFVepXIxxvUcrK6bINf5n
Vy9lbV7pVYlLiwLiLWoF6hkIX9gD5/zrAaU2fLWsD60+yeQqSnGJ7n2VlMCnLn5InImuV5lx
5V6G2dXb8f5rW3VRLg8HAm25Kl+x7Lvtnop7fEPiFTH5Ce3pbYz1/KD4xiQrP0+tXizUjAze
HKDE9x+OsAmT6GxZuWP+szAtjCLlwyYldc6zB4hgIR8tHAdCFTuoJ+4AFbv7t7LW9jkBLXhy
stLum+/G5eMHFh3ADWk8Xn9Ged2Ddv5bjrpzuazhAWM5xupBImSYT0Iq7ZxEd0NP2TylSX/Z
PJXT/d+S4v5DceC52sdOi0iWcphgj8uUM7n9S+6WVhOXFVw6/Vmfue8bpLAe/BMCe0H8SI3P
kKsDyzldP8hTjl8Xs+Na9e58ipJyYcmeNHOvt/Ba0w9dYTwlR/apS1dlxylatx7ZVN240xnL
sycQgcQviB1DeH+Xj9/YXV1LnNtnSafLmRiEqoZ14H3igM6BSOiI/VsTjiKGM7ZWYSEcZg8A
pJcWtE9mVZjB4dWMr9+nbUoxFCcvrFYG10mep5mz84nSAiZmYxE+U8xj9RgpZB8LF6XchO5k
cWYBSqsxMsyG1vIW1HX8pRYpFfEHA8QrqvaTB7Ky3y+pVNnzVjyy6yyD3UV4AuCc17ac2ngH
z477P5VXHHEbjNQKa7OMOCHx6JjOcwDMdPj+RPZlPGcyS7DOYtYKEYnIcvhLRiGriEAx+UYg
o7iYGWUT633K909SxBjVnvT2hIPoDFOYfefYT/4SgNM4GTNleapxyHIjPkjLS3+dVastlLZD
3JK9zaUDY3Gd79uZsKlIEnYbOPkLFy2OK8OK/wA6d9dTwrEsRiGa+DWlZD/xFuMxUJHbrAXA
XYIFYxBnjyPJXwwL5aZlJ5r8kFYzHXBPITPwU5FgMU4KGvNdgEPAL9fYHbYcofYnNg98ZgWY
GB/H/kc+nnsnUzmARmWbBHbHupiqjmuvEsH9mvGQEkYiJmcVE4nB92UhuJBYN3G6GtMxNe0z
xn1l7Z/ofFmbf13Qto3/ABu1p2BurGJ8BkPY7LwY9YqgRA0KFpsleYEwRGPRQWZQO7Zwje2r
ynBoEE7pE4/Dlmn+3DRP5Ue/QhDYqfXlA3E5ehVReWEz64lNfFX5dschPMCxtJe4X4hY6oRe
RgeiliEPS8Dmj9ObYGJ/FmYdvkTGsE+ZWz4zJBtDTVrcnxfjqNSr9ruWchymxrU7FfmPA3aT
Aco7ZjsSbPZjkr7qwZOfwWwgucsAMBplZXgsOGbUVXbGdc4sbln2Z1JKKVU57YKh391/kDxs
Kzkk+uLnb9lKdG+NmQIFE6KPx0hE6QjM3/8A1eXyZumcRzyWfihXCoiibP8A2UuZX0LkPP5T
i0xhWeCwgKUYCscthSV+raHJ/P8AmWZ/G1fq+PpzTTqva88v9ieu3b+ybexrr/KwJzIxLm4+
leM/LkC0L/1wEgIqMM5gDKyPG5ciOtbEMS3FGJPHMFatMuIg5M/vgwHr05WorDwDOdhs4ySC
GNn8lmJ7QGKZ0j2hT5A/+IUxCM2P4nyQGn9WtsTe+s7VEXVtBDBYSvHZbM10bkAMsQDz6YOA
SR0AGVsHFoOgfmRoect1dP69r/teS835Zhv+Q81sXbGz5dt1dfx2ulflfr1lbmuxHsrXmMCu
1G9BnFRAipXnZfLYgxOpj5NaExPjP5ywDBnMNXlIoJUnMUdD8iwSdMh8KnIq+TPrQUO3WGZ/
s6xSJ+Sw5ZHq/AtsD+m93S76zq89jMJhwJ5Td724qnn21xsLg1iHrAOQavBs9kzB0inp3cTu
gvYzTrz8X5h9Sl3c2u3G/wCvOTcvsVE+xUKuvkcSwmw2fRPdFBJPFW6sJ0nWOpFahsUxekuU
iFcSkgOq9eQUkiABg06iHJiqMVTmZ4C1V2j1DE544tzBmD2gU8YYczbtbt7gcXeDr7OuD19z
5m806Qt+I5Fz3BLGPcX2HvWcRiM2g4zaBgkAtAyCfzYEKb/5Ffjjp7n6wa12uIEZJ9l2CLCM
LWFxZ7xMT82WlUUT88MClpb3DBFAwGQy9mz7j2lTZDJwgSxGPHnyw3Jo3umIytheXHwhz5Dl
mEJxJ/tTJAxDDxgzAVjPHzFrAbyPh9XbWpF1Q99Qmzvsi1NX5LV3NZ9a4L1dSJ/yAVoiKk6s
uQZblUrzkAlmYiJyz8DMsJbjghcmH+X1z/7PpARy+y4byGQTzAlhy0Q4LOc2MWKkYRQVIGF4
CX/KdMr7dGg6S1eMYGAxOqcsy4HBEzFVmY+A8stbV7FUzmfWqlN2MthcMoBQ9MZhzBiAnjD6
fnE8jpra2r3LZqWbGjvX1P47Y8rbRfb0zc2IDEODxzCMQARnYrrr8sqIAghcRW+T9S/VczMJ
6/X1c+RIxOc8s5s3mtzNTw/ktqeQ8Jt6S+igCe5QHC9WIsjFMcPgwUFSIFQ+j/wweP5qczkB
OYwTj08P/wDZPYqLs167Ub+n259Yydk+/KZZ3AgJhnBgenCP7CHE6TZGa/LeUKtZvUeS8d/u
620GPyLHFxBNZwK88B1hbEPPPIcFYkkniSp9HX5McB8GY9fr7qvkWjMAN67vbf1RNJr9Te17
3+322Y8n4mjX8VP+IBzjI4hVZOUZzGV4xyV/lmKoxxADFsYWYnM46zpOmfretSlO9WltV3RP
K+Oq2Jpk6/lPxAP7UE94cYxg5+JtAOSwxHrzChwK2C/YHSu6u11nNZyTj3FQOcmsyogjkuGM
wZZxET3Hs+uADYUFeIfcheMHvPDM3+wHKWV8hs1tXf4bY7O+Epqv+xeJv3p5ilz4D0rScfi+
JxnwclmPomARwMBlhjuTHPxI6Yi5i/WFekfVyGu22S/Y85XY7+T1e7d5nZ2Nnw/irFu4wnjK
WHfE/K/y4/LEatWOAIfeGWZx5/Td5yIHL41MBHdsSo9AEncMxkOMx3EX3+GWZ4q5I4sSuQ3w
h9/TwThfJ8eozPI+A1d0/wD89v1X6nltcag85Ts03jY3NTe1bNXYWDjjJZOhiHEZSsMPpWBk
WDgmcOvVcQ85hjPaeKey7Q4ETz//AF6yWCz/AFu5sW+P0KNSlR8fxYfjQgN/4CmHEyYCfUnr
DHsUQPrWz7B42up0YiCw4usDelfHK4MHSE5DGXCL7q3Mdc8jluE5cQW+ROfXRz+4pBSL0hYd
7f8AAa2xNnxu9qT6/fs2eR+xHPk16QegYkH4RvZ2ysz0RovFR0dSq8rgkavA6z86S8NECbGq
mzVr+JWpuingMAnPNpiU4704w8c8uuZ19DPcETbqLVM1isdTlX5P68j1MLEDGCEPiowpBkyz
nm72X3PUAtGbIrXpbw4x88vTU1rr7aF408ep6Rn/API6YZQZWKxPLkf7DI4gdDUSpVlC+/cI
Dkn06RQDEUrMdScQBcsHHoAZpKV1J0mZbzF6ZwF64xGyZrcjtFcxSZ/KYnxgIM6TPXrDmWJl
W024HUs4fr/03/X6LU39J9S8QMolftmvGRy5HFimJiBQwZn5NOiywdOM1tW/au0/qGxYafq2
jRbVra1CqCFJhYCH/s94RmYGfMVMnkV92XEFluOgiqszM9Z0lYaB2mSS2BO4YW5TjkUL/fSD
2cQ9PQqDs9AJmMoxWqCzlBzntBMwELPf1/F3LDl1C2WFedikP0+2PnbgOIAGQhcLycFeMtDY
rIBDYGVcoK+JTlGbMUpPqaAeRhf5nMGcu0OTAD31MJOfcecZbN6vqxWyBnyzBzyEK5B9VAhG
ETjyTGU6WP1nUygkbFJ+A9pxmf7xCOrexMo63ZGAYcYHvAQZnEzOUzLACti396t2LGbF1q1+
cFmSGi/yCpHxOcJWW9VqxAFEsrrJI+AwssfJxmfUMnY4z/8Ad7+hGZkzCtbgCAdAML5X/wB+
s4hSpoQmGDiNxWEniTmaFYt3fOabau6r4i2EjjaZgmZEfpGBx45O5vKnGCfjrK1zZgQQ+zKJ
rH+w+nTPT0/HoZ1nHM4qZx6WOK1t3lE+yOr6sRTlSBAvyHxHGW9IpPLiM54lwGVUwHxkz6Zn
uZnI8xmZEYTBEqBF/T0/4+UVhvVweze7g8yrZPHhPrycvLfcKmnXkBxXtsy4ECYligke3hV5
+Sx6YyOPTXJJ/OOhHSz+Gr0b1Ex0Ez6sIvrvdaO5bNxH2NN+IIwYPjExn4cxhZdKiIGhYNZ8
Mc456nE+mj+qMBzwIcYblAMxE/s9p09PN148jWqFq6uvHjOAn/KwHE+thj5b7RTy0V/kbGAT
ECsxStJaq5HEV/W68+RyfQYn4oxAZn0cCUle5j0E6Y/AYeuZ+TOUzNkKwp0dfNulWaPJUfr7
IJwuWfNfE2dcIpuzFwZninx5IckOASYWzPqgI0Jn5+hmTEU8jgQdZmeau5eRVjjm4UcuPvM9
bvafVEB8n5WlbdIpiwqhRq2zjp2+llJx2+J+p1/3+mMelU65Ho8pGbsdekx1/OBDMzP+Oemy
812MNuD9m1m7y8ohYRwTOLhU5mXFCFla8y/zYdA4LzJx+fHVijSXrP8An7/4KPTiJiecp4+S
5FoodScEKQRzZS8M+m64Nm6vLWsXFoLRWbiyrzRPjscsdQfqyf0TExPxR7HPpmP0mu7dzGQI
Pf8AMypixlijHq0GZt672DWSxauPXzOot+g38198xszkgW11K1jqo+TPOOUOIwIPjKFu3a8B
VOYP5fhTmH0SZ9AZ9oQLv18OPHpxBX2L+1mT6fVtc1eMOMeXqNXkK8ZQARRku+IREwbfE0dn
SxMQwyr29CZZNRSH9es6xgDB0gclseuehmxYVsquPCrb5NbdmeQrWrbqBYjqevHJ4MPhWp5Y
OcGPjGF4npPq9RbaI6gmJ6n0rGDjr6faKh+yE4nqFVxxxxXIxYPTxlPZ0DjP2lU/c5jgucIK
822BASDPDabW7ig4hPqnWGdITLSAuj7zE94AJ0nWe8ImJ/YJ3OgfkS7Zem5nrU9mrV4kr0+w
9v8AbTpEPyZzOstQ4VyICvEVHk7dXx2zPAaQ19CZxKjmfnr6f8U9uvoBifaqf/DoLTICoeM4
IFU8Y+Z42pbd4dBPtWRs09sMgwzHhMM0vDcvqvyeD1zF9vQ5xb8k1FIPqPedZ+BOgl9xzzwo
w07nyvvNY/d4nv18MKV+zafZ2eGWE7bcBWwlzMRVxzwZhUbMlcsc41qRfeqBU44I96gMZw3p
gRFHHAmJ+fs2f9ZRmflrMKuOdlnyf38HXy8kPT7XjuoVCscT89sGMq9rwj/rXrg+mPTAiidf
QyzPHW6Ej09p+fT5TOJ0MxOQxWpjDi1vyBoqJxWqsG4fZ1sWwAGLyA5LyHGWJhdfGO2cgWRu
KR+M+vV1PvhRAJzlEt/7BYkBMblivPHEI9Psf/1lGZgFWUkMAIwwtjZP1LXQ7UM+1gd+k4YK
RCoL/NG7TEox79APZ95+YYvt6H2YHjrMWs950/wbb3BF8zuF7PO21uvmdYhdpHWq3XNgEZ1z
yrnHqyLkr0+2WGDkYirhx0UgC8mUNhVIwUyp+bswx4Bn/wBgD05YJ/jrtyRkyT43/wAkCGIO
mIW2BZjE+w8v9bQYhyzk55LMlQff6nSi6kzPtX/avJpT7dwGc0UOTNNUOz/ig9DCMw+2vx7n
T0x6fg1pP09cs/jNZpb4zXI/0/yr0rUezv8Ab2LPLUtVv7Ii+b2KppfY+7NfylVtv2m4NEaD
rH6TlkWyrPJXDzqks/k5OPrdaHeE6AFumqx7ZJxFhxhfbp6Cedx/rs1K2cT8k8TdcSSZ9Pdv
18en2sf2quXX2h5dzis5Ys0bRbrQdfQjpX/H0OYR0qXDn0/H5ndIgtAju3LnEs+PegfJ/raG
rVMbwnj3ieE10g8fWjee0u1roFCc/mepbkEs6LXwiBwSHJzXmxvn9ZH/AJYjnpb8atb5VHpC
YPYnAXovX0J6/YeX+vwSycnnyEZnSdWafTh/R19PtXIAMZWjMqWcltGZWBLuIPg2DePM5Aem
elJBWYmYQDKxhsT2mJgT8PWeQTEYcTy6KuIOfJX6G0gcutZcQWlgG6+cqD+PAUwhsBXhBLP0
gadSCVEtcEFBx+v2rVut5DVWDyGq8t3tZ69HeDRL0Yh5lDGIwD8PXzShvHq/9tbGP1FnJ5wM
safTyO36fZkzpoSChKxQCXZTPwwLT68QNGZ9GPTX9PeGHoE6sMQ5zmCfn5MFUiPlg1QEFbGd
rp2VM7GJ2MwVwV4mAD5f/wBKqtmesNlkaNkKwGFEpw0OYUGDmeAqpt3rtKl5/qqQ3+qQhvE/
EePurlTXrEO1zSzyPJPIeQz/ALfZSJ5fXKN5GiweQ2td9JcAqvMZPLr3LgFjnr9QI5Z9PsZH
6VZ4WAssWruuRxVrIQiTwDo2r+PRj01+idZmcp1zzw4fMDTpBOkIDTB4/DBrweOQq5AWcJxn
FoB0/O989f5i1QcH3t+YsGInv0nQxmwScnwDoPIsnTiWiricTCDOAJ7KwJ17TBuCNP16wO2q
jzFS16dbsHTIHxyVJl7Q+/hd7Y1SvmN4k+eKnynl/wBjWFfKKpZsksOMbBY1qD9e4/pen4f+
Gr1p9T7m7+3PwziK2ZyM/wCOBlYQYYsHWfjOYDMCdDMSwKybxCbQrwMpg9DZw5VsQwyISDGV
cv8Ay8L18mqRgTAoEMCwLGrEAMYdWQGYnWebVDoqqchknoHtsUCxi5n1NF49Jhc/ZO2tCMZX
WC2AI1iEuP7C758Nrv8Ao6q3Kuz/ALbk7edDL5HyvGvyXk6Kj5q0V6/nLDKfM1Ox2qsbWwW2
V8o9S/7nW4Ved1sp5XXcL5KonAIWtRB72IJhZ0AJM5GBuqsPQwYx5nA8jV0hfjO5GXEQdeSi
EFkJhX5+D6eU5rP2q422MJsMZ+0BE2eRTY6rYpnTGVnKZzPJlf08coASAw7ewFnTLdT9aYpr
VnME+ykdirpAQhGOOCJ1ZQgdvFWf+Fy65eZaYh6wVgTtVxdaoG3XR4mnTLNKpw3jdbi313Uz
qeE16WHiaAvGYn5YTrPywnzM65CziIRAfh5NxZ5EsFWlHJfiQ2YhwVTkWyDyMPvoEja7pjXM
CW5huSzlZyBXkCCFeBzz5FnR2xXYZ5bYrXTU8m+eOSiWnlCjCfnwylNMN0DmeZs569eWWgCW
cmjWPHSDAPiyF1MzPSYMEzicorAzE4wL0xAsAn4xBygnSYAnEGAdOGZxEAmMTEIwnkbee6qN
MYhYZcGAysBhwXGfgeWPHchshp0iOcIQgNjYDyz5HujIYqA/EOzNMkTyYqeiqrBXGSDBX8Xb
DMcnx/x01MaeTYHU1zKhyPHAJ+TWCF/l4m3/AMXmMd2C7iK7VM49Ok+OSvVR6rDy9M/FfXMI
MEBMySw9yeuZmblhTXsyb8FmwxjKwli8YPfrG/gszPGNjZAQgWLCVAZecyVgyoa0GL/JbMBn
aZDWew8rXihFXFiDNleWBaWjMzPHN/4haEfLyWf1aiQ1WJgh3DQHLPjHhj/WxbAeGzLdwiU3
4gCsMLMCHMB6TkID6/npnE5emROU6TpMGYh4gbuRTbkX/wDDtEh68xxEzypxD/14xCr48byS
3tgg2jFdgMUf2NWAn/BOQnzdUVrBwTCYEHIHyjW/r1YWHBRuTAkrHfoMctUqtPPkMrN7AoL/
ANlTcRU/KP7sgJsPE+G6lvcNyIMwSvHMpvOcKDyhaKYYMTpE9fx6/jBn4AweszGM3FT9awfI
1/EA5bnxfpF96lgK8eCYsxPGdXKzieHTFZJlYyGwsAUGtG54uEZOMH8vhjzFo7dTkADAZTmz
LK38v+VeVp6iAkm2tGquRBaDZhGshDzEcBV8EH7LElSk/IXEMBErIZT7D0/PvPwjdfxj1brM
mDl6Z9Pf18l/6ag82yCPY5lwgiBYvIB84bjjxqZr4gxe404qCjXxllSdatbDoqg5GLNbuCyv
jOjTyi/2KvM+zf8AF+ot/lQA14VAoUiY+T/xcMLOFoigAkxf53/z8Nkq6jHHLN7jPE5acUWU
4AHWFZ0nvOODjqgmIDPzkicYTASIMwZgByJ+cGeWtA00BVrZ2wAc8tj2X3rX4hZ2itmxPHra
NYt0qd+IsVlWqU6blu0iwgTCicQR+OIYW6xQeTV6ynVeCcmshYcHYTX5G9fjDhmUpx6cN5eG
wmYhGLQomEMtE8EcoBAcwhvQjEZMnXPxmIZ+T1IAipPwdiwRNsT9gMnKNaI1yYXZGf2FB/Zr
Vu6pgMdjjzV2ZVQQXU8XDR0+NymL71XLPcP0V1FiaCH9UK5RLJ2XsWur+sE49x7enKLmCcQR
53gXUBZk8OXTKciJo5W/ufFP4ilCVqUr5cuu2jic/l8gLObFipPgkAYLOKkqmZ2iRwJApEU8
YG6cjPx+VCzjFnSBGzj5EYJzjpDidomKpDuozXO7GubPkd0WXVttEjc26i3lrIPK2S3dez1D
OIKLHCrwPjmBXtLKNDuCqha1nQRhO307fx4LGGIGgsxPIlv2ejhcoFKqtgwbA00OIuVeKdc1
VniZ55F/bUZiYWKwjHEuVp9fYKKtjWsYcWig5wIy9AcBW+U4znCeime0Bn/HoIEAjKYQSOMN
cCcYR1SuwAKoluwqr5C7yNofWpMrqEtodpfQyzE4NFrIrI616p7WprmHRfvPVZTfoV9+ngoB
EGATODReU+Qn54gziMbexVrV3b9bnv6zHknD9mpUbap5fuLPGJQ1vEmUViKvp9iVe7SqYAWA
9eeRdWwr8ZSBr019day0EeQ4Cu+uxekatooxPeYxOIgHXjFwYB06cVUZKtlgfQ+3BTCgaduc
cTgc3NWNvcYW6/8ArreexXTSf2WEFO3atenRGoRLLNVc7Wq7J4+z+zWp1xZrnQWeQbxbnx91
SkuhhuUxbFwOMTpOPXBMKtk2pWNrzGtUN/Zu2bDprwbx9on6lgi6rk2a7Ke3PFZF1NnOU3Lj
nyivgeduV9sX2LDsWkrtX8m2rMrhm0L17dFS8WTEOIrATussTasCpuKYXXIcNMAzEGcVqB6Y
HFsTJjezQATjCQPQnqG6eU8fbsKvi94j/UbRC+BqyPH11WAV8npnbDEqs4m2W+JrdbPDIEHi
UIHjTKU7M7rYOzbyTbdRVvVs9e/WWqszM5m55B5Zr7djfq4goTHbUS0LL+2A+woljFiV2CdW
jia+ODe6ynZbkuwePmuPfQAxK6zKtenHbpZhqUk0Umk02pZMTgYqtgLdBmFEwKsFSVPdeI5I
5/HIMz16494SckRh1Hv/AMgcTE5dOswsIIDj48MRuWeyjGyh1jaxgReK0KJxWNWHR6FWXLYo
IV58sKsuRuSVOLxUeNexdSf9haa08v2dtfNV20f7OhC/lArf7Ictm65jgGYaYv5ou3mlOaik
BUpHFdbC8Bw29dGl2iRDW1Rryz67vxoc4JwX1uutvnPbEC5nCcOIVSTwOOHIBCJloA2EBnTP
XicTpDifDI7c+HH4zpPy2M/k8o/c4L7NmDtYbjjpDjHTHwy3bj+1sP62a+53G4YPDC9uX8OP
9eLuXb3+1K+7LP2+J/Yz1mxma/by3GVcMrxzr9vi3Zx0g9usuln/AFt+rlf1pVyxq8spnkZ/
R2tbPBc8J8p0nwggnx5jEXE6cv8Aj//aAAgBAgABBQL/APJ4P//aAAgBAwABBQL/APJ4P//a
AAgBAgIGPwJPB//aAAgBAwIGPwJPB//aAAgBAQEGPwId8kLgkYD0ZvtJfHbPDp93DEjhCORU
g3af+j08UcIPMo+FcSZg3SMq4IuN6ul6ErFnM6V5lPUzqMDpqb7vd4Y/w0+Gr/Ckf4DkoUOR
LyEpo8TZ2rptJY3lkSNO7DBG7uOunCaOcyUbrzdoYdP+DxKGvgj8GvjiPwOXHnqbdRtV5HVj
oRaqZl1Oo3R7BT7jkdNbmLuZsTueJjBtuZKLUQyn40cKf4Pmc/DGf4cOjNsmJJCXuJZBCxyM
SYNrMMDQ6nOh+5b06idmPjh+Ov4NOMfgV/CpX8LppBNhCWOY7txDVRqCuBuuryOnAoY1Or2D
vdIKTQfbuywNFqSq+DUpgb7qaG2JTKlLvxp/wXPhT8JvNkJn6WszYvXqdL9p1FCtvUVKYi+I
oxLrYxzMBXTjiRcNZZccDaK5L3FaEI232k2/gU/wVfDX8Xpx0Koa96Ns1IxbzE2/VWCmOZyJ
urashu3DQoW6m0hjt3VRF63J58NzNtuJ03UzROQk6nS6aEHP8WpTxciv+I3Wjl+0wKe4x9mB
N1XbgiPmMagi3FkPBYk2vpYroNyUtl04m05Dl0Q9npyQrr/TnJFqoRcvUNdwbj8Kv+M5eCng
ckin2EpF12ZSJ1P6FrvwWOp09Ft2Arm1yLb98JCfdiHmLt/x7fabYrgb1SC2LaF1uY5FsWGZ
HBPQm31ZnV/h5mi/w8RTMhVQkTFT7k1WQ9jg1J+BioWZH0i0NtYRd3W4tWBKVF7ileDutwtx
ZO3odJItx432D7czJX8HH8XArn+JHgr44WQ3dSMCh+5kOPQ8Bo3YvU22uGNbpgjIjIi1kb2l
oX23KbmfMfWOy10bqi1eHnkL/wBHRXwonMvuZMULm8WO7JFLTmb5GbtCEhz6RvIWmYygm2W+
FG3wSSVK+Fc+GJV8MeMsjcidw5vVNTdu6eEJ1Kie7AQz1kbzEe2ZRg5IVrb0I+2zo7RDs4K6
3E+m0o0VqX37vSqI+Zd8RyukuoK2PIc+xF112Jc1gUqi/fTQjh/aLbgVfmP9JC1LfCtf1H3G
qLMmyyg9tuA9/bgbwtER8SF6iXjodV0IdeCgc3dQmroF1YnXdCwR6sRbrukdn8Vy0dV25ISr
u1IryLq+4du5xaLt97pX6xX2XbuZ+5bcJ/Zudpu+3dDw5Fs9u9TjzLoVzjQ3W23bliQu01cN
X9lXN1k3W9l0Pt/Y2Quof7W23JZFLZRS3brzE5N26hN15S6p1VLrP1ELEadWdK6kN30bOlTo
dVtM4NtioO2Kkdu0umryMMcRu5QRFCHgNxRG3a5LBeFJYmy+qeB0OEYk7qC6qaHqgpcY1Jmp
LyzGvpKcNxgKcBSsMD0i7Pbu2/qgdJ0ZbaTi7S2+5wLnkNuk0km2I1Jur2liW9yxJ2tHpK2m
GB3lGY44U4ewlGBzN0+wSFwpxqSszVko1IRMFFAthCoLUlmEo0Y3JbmLjPDcW7eqWLLwPhTi
/DOhyG9C66+du4t2qhl+ZXPUo55G7G1YHlkO6Cn/ALDtd07XxnI7ujZUx4u54RxnNcLa5i+f
ChBQl4cJRXHwTkJEwJLIxoTOORDxK+4VPb4tpa7W8SfA/C/C3wuWqL7bq3JmLIaFmiFDJbpo
PbU2yzbFMi+95vjdKpA3EcFxvTxNSvGxLz4qReZ8/D5HUTcR6UTdmPfmerHA9WI1Y2S7iWW2
u5KMTbv3XciXft8ybL0U4bfiWx6ZgXgfhfhazKnI/wDJs9N2JVtM6b/fQrdTkTudzFtub1On
c+CWTLLLa0lvjdc8YwG7sZokVKDk3MvvWlSU8eE4s5nbWPgQ82yXTwpopUSKkZE3CpRHQfcd
btEbe0o1JbbZN08mybG+UlG/OSHVCtv6L2TqWazK8N3GdRsfhuefDkU1wOo9JWyp6Ez02qMz
rvSWo7u1cr4xEvTAuxf6kum7Ux8yp0r1FVnxqctC75EYDKFci1p08HLhoRHgUYrHhpzPtv1G
5vASN1xdlekNu6mjKYlYg2vA6WOURi7qK38zp+FPiXdnuv8Acs9LO3n4blFPDdCw8N3FJOmI
9dD9u2UVeGR970PIu7d1Gn6RdtWXyx3914/SKlZLu5HRbRMnhqflwnI5cLznwjgn4FTxynDN
rZbamfcWY0rhS91xtHDqT/lHVjw58zChLmDCT0xqkLFaFt31M2XewnhG2S9t0eC4J2rcS1HB
xw/bozqxz4XcOhwXZ32o2Xe86c8zc7qC7awtPu0uvOmDU2WPruLe0sc3z4Sx5Iu4fkcjaXWE
xUgp7SpappUXFPhXwNL1FqkmysZlLRZcja8SVUqdLOrt9Wp6JR+7235ji/a3qft3K7zKu2NJ
J7rtXzP2e23dk8EKnkhC3KfBc/DcvC/Au/2Vtj1Gx+8aWOTLrbu41oXfyv5F+23KWbbO7u5D
SfvFftW/9XCCWOFJ1cOWfCEXPO7F8cSEW6kccenJFOFOLaE8SEo1IjEbmhOLKV1k3ouWM0tG
oMJRCUSNZZDUtIzKnpYu7s6XgRdisI8L14wUHwnjdwrwv8hZRiW39nv/AG7VoK7v/wD9BO7m
R/5F3dfnQ+52kXXljeaKG7hc2J8ceDkoJGEElaqOFeOrK0KcY1GrXXh/ceRt7iq8yJxzLUsD
m8GKvqFRSV44VH0o3RLIzmEKT8/HPB+G7UrxgusdLLjY3NDff3KPJHQpu1ZBt3Ha+29y28WP
mLNE+BsjPURCrI7Rw8PBEe0wI8FSSczczcTugxGr3UndzLO5GBuiR7YnRn0pm54rGBrbPMj7
yTuyEu5iW9uOrGhuyWvjfG4UeC5+Dc6WrFit7NtbPrF1K1o9VdS5O8ev6hdM3ulo+73LunC6
xkK5N6DKjSkw4RHDcNLAWZoQj5l8+wZThPBwTe+k3T4vPBGNB2KaOskzTg+zdRrU2wURN13k
i+yKj05G+6sYEvAbf/F/grwV43cXf3HttzbH/G/i/wDUsbzbd6lkRNcyLaITeIndj+kt/kd3
/ih2dune7mAv5My1ij9z9q/Rk2NXW8ij80LLhoiH7yFmX8KOpzZOZ3N3qXiiSqlFPFWm0xlE
q17CHFsHSO/0mLK+8t7Xb9TZzN976SRduMTR5Wkv3r8KPDcyO53EuRdb2bPuXfqyP3HFv6Vg
d13Lowk+72er5lVEYmBuvthZC7n6PUmdSlxRIu71+eC0KEYk2X3Wvkz91/cWaYl/13Zpk2ue
PMdaI6TyJbgqd2cZx8E8J4PMnaJp7UdV25cYzISxEjdt6s2S63/pOnos/SNN1F8jf27v3cVB
t7/b3x9SHf3rnb2XhYUZ0/TyI7yi7J5DpC8D/C3d27ai+zszba8yb7q8NqxLVh3GqebPt/yp
c+m8lpOC57aZC7T6X9I7u11rNajdyiabSGK3LIlMzV2rKrygobZ39v8ASzovjuZ9t48GzuXR
SSciciC6Duu7UUs5EEG1GvgjwO650Fa7t0ZE2W+Rtoie5du/t4K+2j5iaxI7dslbEhRbbtmo
231MnPMVKn2+/wBXb1N/bulPi/DGfg1v0N9zpkhKPadFWPa51LEn9SLmp+32V0rmReupOos+
Dt+hCVXJVK1ZQapDqNNpWr4mN1tmR01tyMfaN23bvgK/tzbdaW9x+tUvGi/c5qKMCNeGE+R3
MknxRyKsrj43c8i63t07eZOL+JPvkwxMzpIN9j6c0bpxN26ucEWuZxKejQTzmCatELBYQPbd
TQf3rJ5nVNoru3cna/FWrng7i/fd5IluhT3lHjkWz7sy22qSryHZky+3Bq6hKXDuOUpZR4fU
zqP7jBbuR0ROos788zH2D3dNyIVtNTmfZ3RZesOY0Pz4zyGd3z8EcF478sjA9dVxc0RtryHq
P4F1IPUzc/c8SuWQqI5LIp7h88IITk3b2i123uhL9dtLvDThc7cWS53vLKBpo2229OdSrobE
6nd7kRFOCv8A1VQrZ4XxjLoVXmbboejNk+ZtxQ7922NTdPVyFcl18syboueONR4RlyGlW/Nl
vd3Q0/aW9xP1WnzI4RGGRcX3TVvwP5eLrKI3YH20+lVZLxNXyHOBNpRe0by1HFRvSkF1zyOl
yYnnmO9dTJtVSLqO3A6pS5jVYIXTong0NPFI7navaju4MnxWdmfMlM3SoWZ54j+Qt1LzuNrP
h923GzEtUxqN8jmzGqPLE6fiYOfyJ3enG0VyajmdXTHpZMy2KFj7zPdyZNtdUK1eqzpa8Ejk
7iynhTg/BXhOnBuapF7dHI3nnwax8jCKEFz1EtMzczubc6Mp1XI3PHJM3O2ORfuyU2kfUK7T
3G5w2yhN3UvpgfTQ32epC7d7/e7eK5cWcyS93ekUr2ildPxLbibPeNNe0nnwuseDNroXSqQP
SpD95fCHWGLp26XCnPPAiZtzKMVZEyqqRFdS/tu7G2h+QuLLnjL8DoUXhepgRgyvq0OebgxL
UYYZ8G+Z+o9MSXOdtpNmBrqVXSi61rpaoXSvTmQpjUXU92VvIrVLEbpGRjMGlz0PudtuzuWi
uai/6uMF7WSZc2qiJtWOBSbbs0VotB0LUuNnet/5FzmkQQqkZ5D5nV6SXdhgXNr3YkXKI9pK
4RkWp+j8y7c6Kig7V07aqvITyjhyPmOEYeB+HD2knIhZUQm1UwZOehP1I6sC6Bt61IaIWmZ3
Hbisi77nqyMYNJGm/Iv0n4m20Saau1Nt1NUUVIgwqKkNZlY36sUvomrQrlg+N7zYrl05MrdL
QlNcY1J+QknzrmVddBUw4xqPtoa0K+4VOmaE+8pjzI+KoT608ZxRjQcOmRTDM3YaM6p/IVyO
3cs7VwXBy6CjMgjg/FiOMybnWSim3EbMKczcv6G5QcxPOTqcRgKF7S93RB027Z0ImiFmVeOZ
T6fqf9CJxzFPwJmXnJP1QVwI3UFbtT5spksj7Vz67ePasXpeJWmhE7uYoyMZ3YVqJYtZZC6f
YYzXjzN+F2hd5kSKsvUnBHThnwbj0lceDnAfzIV/mQrfaJU6KLhoUY1kJLDwMrw6j1cOR9pL
ptzK/wBSmdOEkWuUJJ4FCz4i2up1UtWLHcnmRgTBDpoRGFS52qk4jURzFa/Sig91Jy4Rl8DV
DdGK+x1WZs7nT3ow4LtpSrD5Dj1Z8MPMuW423PHAXHd8Cj6UsC+1rbUmMBf0ND5HqXsF1Q0a
PUxkpiY1zNt6wwaMa/5yO52lTPhGenB6CjhXKvB8HShUwKDu0Lnd7x52+ZCe3yqVo1mza8Hi
7TbbPmREcxvdXQtrTkKvkNRii6+3HI3d1bbpxOmonFcDEaPkxTXQtXpWpsjfu4wYe1C/UW32
3w7cDfh3LPWju3WVbeP+hpkRaoXIwmTGG8hp13CF58aFcS96sjD5lGoPzR6o0Ipc9T5kLhTh
WFyJWJ24Xr6WY8bp9JbHGg+MEY8L7mOao6fcPl/nEfMa+o6afASfp+JnDLJt6dSchwuk2uiq
SslhkO67N0WRa5i4a+ozE8hxPkJXUrgeZjPMwE1VvPQ/tnEpdTkVftY327sfV5H3Eutk3e8n
38N0Q9WJ+oVYTWGBZtr4fNSUxHLpPmUrBOBPzKryZVV4KHB0ut2JFK45m2kassvwrKZbfk0n
wkfx8FB+JdqY1NTaqsc4jcYkz7Myrh/kRismQnoLtJYfULmTkX2/QnmT22rlboO1ZiNumY9H
Qx80TgitXqdNWX93s2ej1LFkZmMas6cSXgsiLknbihK3MiYSxNi9jFdPCHaygscBUivh7d4o
Lm8pqNua4eRbtbfmJunMj5Cz8+FDpqxO/wBqHs94s3jLO1c3N0Q+HIubFHgZhQwPTC4Mu0VC
dNcBTRvAbtnRwXf5qPeTdXmKueApXVJbCfJ4DVNupG6dDu9lz1F1q6q4kq1ITmNUSb8RcyJF
9SG8skLtP09zpuF/I7X/AF34rThC9bJvVORgJrIhKC16EpQRdhnBrNRpOug08ci6z9N3hnO1
mjLm3K0Z5ZEZ6itiWXRb6cuOEkbfIm5Dq8OktVpa3R8XuwFGRHDzHXhhxvvzig23jWB/Atph
6jOMh211Ld+GSLorX0sTtcP9JC9ZG59ydcjWmBTF6F1tlc2eiJOuzzPkW/VOQu6vahT7UzBQ
aEYOSzuVncvIu7V+F6oy7s52slqqzOpzw3605Cz1JbhLThD9OTKYaCudvkVw8zvdqIz8PcnQ
dkOmY9W8ibbvedc+RPyJdIMacVDjmz9RsUELHM7a+JVUKV5CtF4qcftWvptxK46kZkQLITSi
c5Iu9KPkW5PUstuThn9Cc+WI3d0s/kd2aKknJe4mJJ2Tqx7elalymR2ZDzNF8RK5ci22Zz8i
zyQv5XbUtevjBtep5uhGGpUW70jb6ZyWJL9xyxG6eFrUvyqTOHsFNBtqvMf08mN4GdP84cYy
95t95HxKU+R2qzTLwLwcszHwX3c2YRzMaZtG6fSTgS6xiQsLq6lEoxPkJWuXlqWpVuiGQqTg
KbvYdzt4O4vsuU2JjtmmJd1MX27uk6Pax5xw/MhFjzkt8h23VteJf3+1TsG348OZV4Dt+J1H
VTmPDyErUp5mNC1WOJWHg28LpUP6SuPMt3z/AGkdvFLIUtUxwMKDurXha7l6qoXIiVzKw/7y
VW0t20U04Ns9tBLhTg/Bf5D8zKo4VUQsODtnzqK3P8h9MeROUZ6lK8y2VJ9z/wCIropoWXul
vIdM6DpiO+aukGy/F1LlY9qtxkoTdkKMZoyN1dBOcPadt24NcP8AxvruJeYlJt/1Oqj1JwXw
4YlzeRv+QqVyLO9E7RW2XRfodTm3hzJIwR1W7kJ9v/khxMPNkNT8iHTlxsTXopInPkbsUaWv
MzHbFbSmZgWWasXGR8cTuNqkDb9g+Ym6QPdK0JmpGDHKlfErSPpJmebOuNrpQpdECmNRvEst
trJtnfyWJWmh1quTGnWToyLc3nkLc4fIpHkVzwtLbXCc5Hb4XxgqcEsTPd8DBc2T6lpwoKvV
oc80icHFeE2OGbV3JS1Opx5G1d5pHV3W5Op8q1Kx+RLfsWZD6Ejc+rQrwyNkZzPCG0RF1yNN
Du24Uw4VLHkyq8D4QjqO5Qwo8Sj80YxGeBjPPPhFfkJ2XdNuOZhN3MupiRspg3/QawJ9jZrb
yO93P020O7ffjJPq0JuXTkUUNju3+wl5ms+w/bXUbXbDKuh2nlBf3Xki7ualS7bpiTmUk6ac
EVywIto7jHd/uy49R0k3Khz0KYE29SzRExnDOpYFPgZvnnwiKswS4S6PkhSzkdxp/SSOXQt6
uNSB8ajkea9xWZZjA/kLVZinHISkxl/kYinqSNl/RP1Cdr3WZwO1vH0nf3XepkqI+sd116Vu
R0Xfc5H7XTJ1OeFPWT6eZjL0Jn3ls4I/8TtuV9TK5lMC6ZnIjDUUeRVccZf6mVu26QXV9vDD
2wQlKJ9S0E1aoNeFrVW15FbfN5C6Y0G/gT8RT5kt8KGG4XSnyQueRtao1ifkYFrTwyK+C7wd
Op10a1H8iicDuweh1EKtqyRPp/zoNz7SBLMjDzKN2ohXUKXQQ+4zFslKPMm7p9h01MSM/wBR
X3kpEZF1lj/duugl141VcoG1RaTUfSt2pThzyLfqebRyyNq4UwJ947l7iac7T8iViWqa2yS1
uValGpIS9pFz6cimGeR6SWSb8C6VuFvw5IpdNsZkyQY+zhXhAznx1hnMn4E7nzMeCxoUW1/p
y95FuI9SJxM6cMcMyfcLN5VKvkJbVtwghr2G2x44I5k3OrHbZNz8hd3+V0Wf/jzP+rA2WLbd
kxruW9OVyw4ULHVrMb2jlTcYcNLmY0WJyIWRyOieYkyvtP6f1HPsFaXZk/ApjpmbWvcbrVTM
2wlodWFvBUkdmDLkqRn/AFNsncbcdJpwthcZ4Mn68zp9RLXUXctDqlIo6n9xD9vGBQqs+Zan
Z6TbET8iHXRwaPQWGpN1EsB2pbdLjrb5sTncs9RO19WKkTarqJKs0hYn3Lkvu3eq4Vnb6rc7
jZi+D7fdtm1jvt6uxroUXtErcvUWpr2m7PlxTtdVTaeeh9zCkVHwhYZFaNGLg6FEYm663+hh
AtmOpuu9RuiST8jqXTyOlNxqTFDQVvxIVbS6H6fYXXOi2kacEo9pXwMpx7v+0wxyIw5SVTtf
wG4TWv8AThGZraZcNsSf7sszZbR8xWxF31cytMoHbdXQV0VyJ97Jf/Fm11zRzWQ+/dbFvb11
P/H/AI76cG+ZZu9TUudWXfyO9i6+wu7/AHKWXelch2fxqxix9hpbbsWLPkS+liWvtNqm5cMv
aemBrduXId12Dwng17zS4iOrBMpkUal4jpPJmG5cjpe1jn1Z3C5H6uf5mn9xF3pyHWvFc9Sc
+SJwNqmLVjwoiZoigtSvBleESdyFkLEXbVv7t3piok+y6m7vdx2aWG7t/uWr3jdy2xlmU+JP
yFSongbpxpQVjUJY3CzyUVY6jWGmYrLlL1nIatwuGkqZEEutuRf/AB7LfXXdmjfdbustrc3g
dv8Aj9rCx1R2+19Nrqhfxv43R+u7kbGt86j7n8bqtf0m261q7QhuHzIiuv8AqTHDkW/kS0Rk
uE4Mp8zdhA64k3U0NqfUbrntei4JXV5lJ5pEK2p9vC1FIv8AMlKiOn2mPtJ/9ymetCuB3tuN
JuJEvwVKqXrkXJ5Mf8i+u30Txd12CL7lhMJI/t8hp+8SyNyryZRPzFuF0juXTyNHrgMrnkbV
PNYGE+RmloyLl7Tu9mxVvqrj7ju68Wbpmcy6mNuZT28Lb7Uvu/qOr1PMSsXvNOXBGG1p+rIc
1tNeH9DmS5rkbpjQe5+rCBXJYYFXN12RDxK4DabqR6jd8GUm5kWyOekkeBpzNPMdqcW3LgyZ
ng+LXguVvqLk1Fcjt09amSvC924uhj7MyMnw8isudDSz/OZteHxMH+RT+gpxJwaK10hFV1N4
kfM6jnqblXyJiqxNBq59dy6eFHUs7U1ipW2jwkdyxRPDAehGDeHGjpmUH+lEPAVJWqISh8yq
TaMOEQz0kuOZT06kzXJmPBfE3W+kmN0nbWF2htEQVIIENZcISKYm67FmG3uZXFnYd1bVQV11
OZu7Nu9Zl1t2Zd2s1mdVW8CTqErqDhyuZurzQotZVe8lGnOJH/n4C+Z9zBrE3XC21hnTidfv
ItqW8qxxhVpgUpGGZXFvp8CU0PLA0ZWdxSnsIjqP/pNDGmRGXDcs8jCOHVUWfMUV5sxXBW2q
bngjd9l+WZF9jt8yC+9uXabsCZJZORPFvxW3zEHc/jd62FhZeP8AjfyFPav9Fx9/t/8ARf6j
cvUZtcyaGgtCDbavMfIpmXNuiHdc2brHuf8AUpnQjB6jdty2rHElObVw1JLHZTJ8e5uy+kpT
SCbbIt/Vcb+5Dt1XHflz4ctR6omU9Tzw2k3OdKlD8jc4XtKdUam3MW5Uy8+G3Ugq58zpdOH8
ef1IluEX3X2K5RoPuO3ar30IvsnLDhBdyOXDz4PjU+XCdBW9h82+Zu7n7ff7OZ9judbwbZrJ
tx1KORn5GEsUj01bOl+aOWpj7BbP6EJY5oifMWjKQq+Dtt1To0UN2MHc7mrO799K7uJJ9ufy
O527PV2sTtdm2lrqdjv2L9x+p+fCIrrwW7LImXt5HSqc2LXCp/Qk1JS3I3fqy/I6vUZtlPVw
h14YcP8AyHbN7vhXMVrzaLe3rQtty7aLV2srogri+F0OpDNuHgrjwqUcEZjr7D7di27sYIbh
XYnyItvrmOY3XZxxn3wLa5Fc6TgiU5eZ58N29bsIqdNXdkfbOqryZgvIw9vg7MKalUXJKJRf
Y8U2dt5Nwyzv9un3aM7X2olaltkdfZjd7ONUxCSbpmKkmFfibZhcKqSjjkK3bO7M8shOj1RG
EVJpXB8bL13PUpk/c73TyVT+P/H7SfZ/j9h9T1O3b2sn1Mtuv7noUl6/h2700f8Akd+3r4NS
NlfDL8NBd1KYxRDRWr5ExNzzK48IapoZpoiTVmhtXBSoQ7rPSvYyXF2dR1wxKEPHl4OzOsHN
Gsm/09z9aOiLrbXiXdruPr7TpI/s/wDb261N/YSa7qi+xj7XcUXrHhj7xQ8CLn7jZM6HV1ci
OMRJVdSyJTmSIxNOfBcO07umkGsFs2ymNbfIm1NWvPA221veN3HEd3g5j8U4FT738e2bX6uG
G3XmUw4eki2q1MqDafUY448drVeQlksVwf60LdiN+rwdlp13IRyJkdv1G+dvceNw/t9Xb1Qp
3K2KrI7lZ4eVUNtw8h5EUjQxfNRxg6lKFWuuUC2vbH0m0hZE4cieHatVVtRJtuXkye51G1I5
8PSOUUOXg8vFcJK1u1Ylrb6Hiff/AItP7R23p8ZapqY+6pUW3HM2aVoc8zQtwNVobFKbOv1L
HkavPhVRxVvbtkstztUcX8z8jA6UkzuxqKH1Z8VhI+meTNvu8FE+ZMtrQ0E//mOklMDES1O1
ZWlqnjyE5814MR2zNMRqfBHh5m02qK4itTwH2zCpd276acE7llRm+f8AiVv84KzTCBw50kkr
dAoyJnq9wnKd51ep6uRu2eZ5H2u0t17P/wBjubFyxE3Pd8yO3YrDXhLPiTlw5ne/3cK1Z/ay
BpXFMs+OpTDApissi6nV+rQqUeBVOHmeWRZHIt8iuBTMqRy4YFeErHhp4I8OJTIpizXUkS5Y
8KNlMWLolit+lHS912Ym4K4HRRom72s3T7yZosyjOu5l12PRR8a8aoehBKE8C92VqJHV7BNf
TksSrfJja8jCH4J0E1QrdjgkPdi8iFRpDnBfUVO3txlCevDnw1pw04Qsh8Of4S/QYQimI1Xk
W9zuYvDhVlJnO5f0Lba4UaJt/qYtsnQ/qY/+wq4aELLF5j2uixK4mmp3tLViThxqQfkPXh5j
O4lqQ1EZnS+ofPFlIdhuWZ6uHZ7bwuuSLrfodbTmbXi8BIo0msRRjmJT7ycdTtWqnUJY+C98
J4Yl3jpxp4NxDsktusWDKHNYn6rsiYrzMf6FfchZcjpzK1uOqqzK3Qh8sJPyKP4n8h+XCCeF
Bsu08Hc3NTJGFuYtueGZ6ZNEzJyVpdw7HKp2u5kV+IrUqmNdCIi/MT3IVZ0HKOyufHnwv8yP
Bdbn+FKxOfFxiY1RctuFZNdTkR6vPDh1qGtSXnw/uOpUNsYIjB8zVas6UYHfcZqvB8KcKl2n
gverNPidOA7phaFK6kTgctOHa285N2VhRE7lJOf6mVulvMdJ5jt3YDrLygtenhua8LWfip+B
tdOY8x2W5l/bawP7To+NSrrzEsdMylSCH7zp6vMTnKp5jW6OUErh5t8I40x4PjU7nJk4C/UL
p9R03deayJ+K4z+m07tl2EF0Ya4HNvGDCizFosynvVCYmfqxE6P4Hc7kZeF8OZPC5nLw0I8a
G3gULe+161EcyBbfVmTHmxP/AD8CcEjCNDkQssR4SJ3Yao3TNo0kuYkztdu3COGHgw4Rx7m1
H6ZpJ6ns5mhGEZjzSKe1cO9339NEdxf2sadPMhKWngTf7rSmGesinpRj0vBHPSS+6I/BlMuW
XCvgnhJjxpw/buhisvy4X0rbVEZka5iruyHDSgz3irLJKOptfV5FKv8ASK3bD1x4dux4YiUU
RhA/wKDebQliTbdtt/SUfUVUEqoteCuePcckF+SkpVscvDI6cdMi21YN1HUherDadq1qHH4O
0vmvijhD9nhpw6sBPd0vIuseB3bHh9ORNySWUFFGlzIuaf8AuHhHI+Rn7BLP9R6U9XmNbWmz
qdeWHC6+KJcI48/DHCy+5Uiup55PEVuPkbcNSZo8+HPh2LP02KeFrWMEW29Q8LnmrWbnRsh1
k6JnSSxThUXLwz8PDdxrwXGeHIbZ0uhtXsN1+WQ1FT8hJ+1m214Y8OlYZNCKTT2omqehzJto
85JXp1GrqpaGHkQy3uL1dzqOZr+Eu6vpFhC1JeI2kuaJ1xQ0qcOzY8HdUjhbCmlT8mVosCEv
uW58jekq6kJRzL7npHGPDTjdSn4W1I+YryClsk3iv1JLb1HUYm3N/U6EXNcjdMPQi66SttNW
bk0XTA5uMf6lnb/VckW2L0pRxZH4F0amHwPzKOpuiVzN1qpyMIOzTB8bI9UCVym7Jisae54N
CxlZM2LpZDVcBPd0YXJsn8KOEMwJ44cOZEe0dnvJTpoSzA6lUh+xHmWXLBrMbWKwyKumehSB
VrqYSOSUoZdbu2RkKx45mDjUV1+C9Pmch8UzHh+RXwXmzV4EquUEbemasjTMWEYwz8i7uurt
t42OMjpw+qTdbgW3+m7In63mYxOZbZZMyWTpwxp+Bfxo+La+nAagU2UwZugV1t0zkO36+EYm
PCvDt2RQdJeSNMxXHmaI9UPQurGZLTXtN26LvmVlMt0eJQg5k8Pu7nH6SPAklPb4XwdOtR3K
lywNt0qtZIrEVG1n9JgXdyZbfHt1yPVgVP3Nr0Fa636mfI7c9L3IX4LLoK+Gikc2I6rTZFD9
u9rQ3z1F36sianXumBLe2R3La6n284O3bbhmz+lChAoURm8TGmgv0oj0Ix/M0ORueKVBJKmf
D5ileDXw9xYkvHJaFV68x7F5lH/uTPz4d2znu9/Gy7kfpnKCYOq3pyaHPxMK+ZZddSCy5aeC
vhqNrxS8DHHInhT2nkSRejbdYh3W2wbkbrccmK+W5ZjjimhO32vkaLzISMavIqamP9RKMMzK
hOTXDAu3aFtfwbtupRe2MD1OGK2a5Dbz+ZgcjvPnxs0HdtrzLs4OmZX0k3unI6ZhanVhzO21
h+BXg48SuzTwJiXJF/sY3JCpJCH8xaa8HpoeXC9LHE0aOp9P0vMq5XM/TH0nPgqw9ETdM5SR
hQ6nXQTmjyOpn/Z0lzXcTgm26FgYycuNCuPHuTSKnyZMeZTpiptZaR8Tu5cVdGDJ2ys2JpTb
hdBExmjypAl8itUsjbz8DOXh04U8Fac+CWLTzKqpOFqK5HLhLxXCoo9p3duMH6WO0Y24kxqS
dThczqm636Brbjg9CaUyJfqtUwemg4lLQ6aPUifcK62+6mFRNN+Rc7O5H6uQ7plR0ydVq2r1
NFz7nabsnpa/M3XdLzTIsu9p3O3vWBc8TBp5CSu6owFC82Vp+nh3VOXFyayUoRK+7lkL7lvX
nmOPiThdoU8D8Xz8XkQmRHULE/tOZUjw328i+y23cQm+eRFqlow6veRPs4JXv2n7ldClxVVF
/tdCi8jAoNn5E+k3aERTE6aWjsuzPTKPTTQuiJeLZuRud/khU6uYoRHx4XPtWfcnG0Ufxm0R
f/HuTWI7ftu3zFDzwI3x/aiHCjMh4D2Ir6z+7PwOOMcJLrPq8bgnQfVXTwx4Gi/t2KK4k2OY
xREMpW06fjw6nTIr/QxJalYSywx4waklMSoinSxvEx8y4daI+Ra7qtG5RLG3w7t8J5Twcqjz
LUlXlwd2LMBWTDHcrjdcxX7tt12g9103cz9q/wBhu3U0HZdZPMi/tSbvtT5HX2yNrTMYN/aq
dfbdSqg/STay7kU8HPhCMeNDy4dzaoc5kbZeovuOR/lw56E21uwqK+iu0IhXeRDqdqDGDGRv
QTIu948IOWuRjLPIz/5GMRoczuPFHm8iG6ohKvxE7VQrw7l2FcSeFpKmczDmiJrcNr1LArdG
qIboWJfTTwxA+lHoSJ2114SiNtCqJtkmreQ+YieEorxhipQnPwdzKLvqMJpqNv04OT9MaFTU
hPqPzNvvMXu0LNuOp1OWREbir8joKPf/AHMrgqM0tWFooXkyk7SnpQ7qxkJYs7kqJw0IZNt0
/A3J468NHouC1uyOeZTDQu3KuQ59KopGUqrTREWOmLlHTS4tTXU8eElOPL8LHjgUWPgpXwXH
crtqRb1WvGKMgpXQxnhWjzyR/Q6Zb0dSXQtaWGRuaUnpm8auo5IdeY6ewbd0fptRa5xxZjRU
JVW8JMcfUuZCxMy9TXQl5DV10TgbTktCWSdpqkocV5nTRnc1HanTG5k20WRvV1TqtIXuHd9W
Wh1XdR0vz41KE8OX41SFh4e5dyLrmpc54EL25M3P6XRGuvGHXUlLDmdOayoRdiieQnO5PG0a
WR6d12MFKW4tkbp0LposmKz62fc/TkTg3hIpSZ0Poz8yWuq74HSscbiLpYoyyNzzE5ohvn7B
I7crBCp7OF0YFFubNy6W6MrA/gxyzalQ1RyMKEY8j8hK7PwU/B+Rz/Bua0wLpwnDE6fTyK1z
PVuRXEoNtHyUHW9rIu/oO4hXRmJP0/VzIt/68h5m251+ko3vjM3LFLq1FbrW5CsmLcidtLaR
qYezIadsIh1WRaol8yMb/cdVtLT8hq5dWQpwLFbWEZyLkXR6RR7i5OvIeaFbY+q7Idrs/wCR
G2UNr3FSLKDn2jack3vDAh4ZG5Yvhz8OPDHw1RBh4I1zLlc4UYlzjdXElqdYOn4G2InPMw4U
z1Ke83PHUijeROnuJXS7iIpqbXgszqXkQYbppbnBM1SHfY/UqeYrVbPMwaWaPky6XXUt29Tz
0OtR8jclOrJrA4puxTobT8i3aK+11xgpXdiXqYt0Z0+wmE74k3rF4mHkx7l8SbbvYNqjJzko
65kr2jyipLwyKKReOPBQr4fz8Hc8iMKxcVRC/wBDByvqJ4UlMhZ1ak6a8iZrgki6aZJl1v6V
iRfSPTA7XM5Mm9UyNylHTLyFOEYnkdODLtueIrblJ0pY4FPgRNB2zQSVLcz5Ynl7BJVliTVd
CNciLaajWPMe5uJJR0YvM2XUgX6dWc8oH+jXmTibl7iNcTmaEYPM148yPHDPn4OXD8zXhflk
K52o3Y3Zkqu6sLgnlwVtzwPkbk92sGESXNema6l325qql2230m+Y1FDaTK4ISgwJKYk/A56n
I134I23Y5wV97MKZGkE3V01LMOpir1EJ9TOempTMcKPI/wDuI51Y4l3DU1PL2Ds1fuPmaIxr
yNHqK5+8pmRtqvDQx8FSWiTmVIVURkJMxJ4W9v8AUdVdOFVU9J8p4Q+kmxySl6sWc0Jv3G94
aYEq0j6DqXUsCBTjwnIg14RiLt2+pe8i6nNkuot1S93LkUweWRb74qSliTG67QT2UJjIhUJu
UFMdDe3OqzJwNmM43MduJB8hyctTElj8U6EkjimhJrPCpB0lPVizczVGg3d6EsR7WsYg6Pea
xqVt9phQw40bFufs5FXdGRdZH7iHuupmiJ/bFbkiDD2nTgc+FHw5cLruY1hfkjqfkUThm60a
qJXV0JSH+rRHX7imBhAniTdXkJ48mOi2FF7i7ezanFx0+0ZUpw5cJ48ynHmfkM58jqXkS/Zw
oNXPEooazK4rLNibWzs6QPu2uX9RCuj+0o1tzuzKekoYD3qOfBXW+rM2vBm2aaYn3Etrt1zN
23HE2qiWXCMySj5wRmyDlxb7jrkXSsHRsW27bcy7d3FygTTm5Zs3XVu1RhIr8HoQ8MxOMDEZ
zRa/S9ScLlgOUPZV5yW9S6sh0PuYZDurtKqfMnMoSYcZKlDHjJPCpgYV4U49apBssge2jz0P
3GrruTF9m033pW28zbtMOnJCjDQjZsaPs91tWP4E/dV9q+ln/ahWruzGMMjt+mMyVciufgnj
+69o4roYdPMUrqMPaUcEZkFGY4ZDW6HzImpKOpDoUJkxlmEXE3XR8jZEwURKw0JaTN2C0KVR
XArgJzTwMoo4cuCp4efCEQftXVQuq5ch7+55judzuXMsVlkrMdIE7aKMhy65EX025nTVI3YX
ZwTvaep/3+4jc6C2TOA4UPUtt+o6yjhlYWp0uUaD7P8AGXWsWT/Jl2iXukwqXPExFyNyLX6v
MjbCNzx+k3E2N7cy1KfM6q2nJ+8y9p1L2rAeDFdbjnJWw6cVkUaVyxtJknXM1MIXBfI/Ipj+
BThjUxMSpjJz4bcx5ke8i0wgUrqN1jp+k3XexGG4m2nIhGy70/URb6dDoSWpDc8iDfPVka6k
3Ut0HR+ZaowHclgO6Op4sa7lvXyIdj9om7XtHCfzJwtzJu9x02biIllZHPqzKPzHavabUoSx
JteA7oxzJtw5oi6vkRbPkdcJrEXMraK7tOLj7fdsphuORy4NvEkl+wqQiMz8+M5ix4Un2GfM
pPDl4OZQcNcyjFuP6FCuHMUC28KyUfkfuP4Ftev+1f6j2t7fqlf6mLFLclWWbZjkOr3C+37T
F86f6n7bceX+otz6f84lu/bGQp+Ap+AvzwH+R0euMx7yk8xfkIf6eZ0YfA6vgfuYZGcl8fDE
/tzkWG3IcQdWPIe9508zp9By4ZQPhyKHMz48j//aAAgBAQMBPyGhd0G5QgPiCKOdpqPZUIKO
4C5HiZEVBC80UyQDuVIZXN8S23jqBvFVK2u+MVLhFm+lSgoNcSgPwmofMKMtX8wrW/s5mYaY
SLLGYx7m5U3sWoQPcuMSO6YbzMktp0zhRcTJfyQBYijaGo9pf11DsRu/EKqwZOpU4Zx/ixbn
qVlzecxo4w/c1XXE7qLh/wAH6TIhs3BnMzXvcMmYHEoNEa6+Yl+ziV3/AIn7czAHmJdk6sdx
VAN7Y22OOIhQ4ZoKS+4HmWxxDthxU0XxBLYW7lqguKmN1EHjRhOIIwtARYfwcwIDsRnbLyC8
Qlbn6S+hv4KJS8vuAF0vli5NDuAuQLWIxTzgiB8wh2qISuZc/c1uCsHzK7QcPmUqNPJFzguH
f6l3Fo+oZvsiPMfUAHuOh3BdbsiBSNuPqYc/M0rcMnfEAsYUuLxLZGVnxKzDVO4GJnfUvC7m
f7iB6MXFJR8xtmnuJZ6icJXVX2zy8big+T1C0F9v9zyV7P5j1LOtc+4bQwOZjJ9GYu8LAaw9
pAoY7IbzNw0WRLNTbHhAuS7wsSO3ihOw3G9PVwKHDBL7ksP9wEPcsly/84jUxGM26ll+JjZz
KBOhNYg0TZduvUwD8pzrwYWK8dS7QXiL8o6iFY1LZziau8kS4AG+5SscMvYAdQMYrT9S85hu
PvcWt4YGMz1IP3L7lOcDEX/M0XzNj+JZvMb9YQuvzDkqJOF5ErL2Zwa4EFJtnpiJCKbEDPzx
hWnflHQvXSVXVrnEqnSfEtNoDouIWdOMwuFpqXAJwM053xC47dSojfdwtrV8f4BKKfMpX8yp
m4jN6+ZXf+EuWveKhWuZ4Sh8Ti/hPLDC31NmPmONsLq+oU+a4mBc8sTHqpeK/UpVVuA+I73L
8WwZiDcyFTFYYqsue0wG8cxXcw7xLbuZV5Rb6n5czDPEwMYuUti/EonzFqa4lZbyQVp+YWQo
dbjTK8xizTxFgBrZMkq1yqXA4lwjUplYmq/6x0Fe/wCJ4a8cRBy6FzKUy4ZxLZjwYC2XEBMq
pPKZntmIlKh/gfCXtqbNS6iG2XsOIfaXn/DwmNYMxKMy8uGW0ujuZVOHria5auKuTUKeky+W
ZblILm2X1NMHSO9RDcHN/DK1y6lBrUpDZqeRAbHqaZ4lKujmZWStviCt+izw+YmsxI2p7mD3
4jhr4gW5xUceZvN6jXgt+FmEhXXMAq78kuDA3cbp9HzELpp3maJ/6+4gaLN96jtwOx7hgZ44
1OEyc8EdaxrB3CshnFMRbbAnkVeWQNoEg/UXiY2soOQlpthzj5ZHEtSx4i/YQ0Nww/4qZcx3
mIgtwVqY4YIKRBylXiP0S0aRXluYvOo0Q4gu0jHzGxziCTBGrcxXdTJgpmdedxMdwi+axLy7
Y1zuZ0f8Pf1BVQAaJaxPLxFw4tmKqUZitZI48zg1KZ/MsW8leJcSpXBLBRy/coT6rbSnEtrk
NLUSBp+2KVGOsOfUpEyuZr2XTolofnN/mNwFqZTTDhxAQEFMUg27gQlcqddSnl/4zIhluXm4
218o5YHUR92kAFrVghDddHcAvPl6hZpI/wCHEMT9R5/xXSc7hm3OhKB58xVm9wzZKlMLgf8A
EVo53EsfuZG2FYMEw/Uqtb7YFGDPcLq+YJUfqNcRMOpki4JXX4BwS+UF5IUmpiniEZ0Sm4FG
Y5mEVwzAUle5T5OjBoU9Zt8wNHC7KI7RXX9ywN1jhPKmHnmVzSmUY1FVbYxDWbwPMK1W41RA
NpqshqIrmPO5V33wylr46ldMWEueFKMQCTVwOYcLLFsLjcQhlcruA6pwxebn9IQltHU1Ohpi
kO/8V/hP8OJWYAKxRCfgYmiPA+WJFJLxXUd/xPsdS7zVXqF8MtVTA3fM7+kytT3OerzKBX4m
PmKDdSzbXUekba4mKY1TCupb8QeJVrCx8RbuWKqVAR1Fzi4TtUAri8YX9R1s96UQRyqdd/mV
jnn2/iGJscUjVgU2+pTdws9o991nLtmRu8YupcsHIzN9ZfJmSDQOicKjmKFe3riAHdq5fG3R
KXXhuBndDiDL5OC/4nxk+UIYjBERFGiuIwmTSwO4Lhl0tK6P/i5dIf4dTPmlKg2/v/GFLzxK
a6lKgblPmHC47xHGi2AbuGTX3No8JgjkfklQUTOF54iCaFsUDM59TVHIBxxCqbzOw3GK6YMU
q4qMqfM0x8z8JatYmwqDXiO1N5yxoQsXLMM0EcOfuZcDY991Eyux8Qqb/C2Fj+Lw+IWfFHcR
eDoSgeQFuYifBiEhi2ukye/bKKO7KqaJmVjm2Pj1L2gWeH1KscYuCol1e7ZjGt/ZANGeoar/
AA3Mxwul8EzLTwl5iXZVQtuNPE29dEwILfc/mA6ZfsQ8NwVdz1qGNb7hezGGVOSceZnmZvxN
nqYHmsQNF4l0GfllLsyal8GXPmL6eoV9ajd79wyrue7gG+iV3MEeI3vXULSZveXE0VDs4+jc
fA5K59scDJrMKMmV1e/ETIcn94BL2Kjcc3xcp71/rcv3MYW8eIMVpdysDFLxr5gSlac4gUIr
HMvNmB0odg8wUtAb9TObZ/BGBZgPqbVrbLdP+HSjG5m4YEK0pMP/AM+JUY/+za/pM1U5zLa8
dynfc/WMKEXrMFvUtVbn0nZLMkagxsMsOfUWMTa6+Yt6KvUXOdmpmKTeXuKoy1M087jY1rmC
XIg8Jcf3OncXD4ROFx4njjn/ABpc6orTWGc+tX3fqW25oH9JaU2eYDU7Uyw51mVk3blBxTN9
wVRe1YgSeDNiM8QKy+YReItMYQNtzCHV7VK1wdeprNTZdyqXBd9y6YlvlcX/ADAOtx9eLe0E
jdZgyyX/AIWXXMQkN7wy5eZVloeOpcLwfMfxBhZyRga9QNU17jKN0FkW2pxE+Y1d4qZeoAad
8SzBAO89MXl9Ev2Za88zPMKO5ZmpZziUpz8k+cPzGtnEvoQs7SlHVy1q1HdSlgjl2/5NKUcz
IN1xxiBf4Uwm8UPKvSQK7GW3f6IymndTKHPe/wATcvv1MfNaij7BhEzbHU1+lyJQTAHUrlZ4
Z28SuA4I2PMDiWHjuLQhDIrWGPTa5tUsqL1xS+Uph9Ti6epT+CV1deIfGpvXqDyY7yG9Bqty
w7TrjMdjyynIzm64ZVLiYoazbEsxOoU7Js64RYVK0moUqbJarfKCl0G4IR2lWxfBzHXYrDND
8INSz6gm7K15Kt+JSLcxXMf8IQMio8yleQ23MgJp63DgUJph7DLTzLlNHVRbpdhqKyOeccRC
poem0mP6b/6l0HnAlGa/KIU1MRQUUxcsAhkPSYQ14lO0fkgs2BhzGVTjKxdl8ytZ6XFUorhk
0JagzxuIFgQRADgJ1PKaVuBWkAUaZ8Dqpn2fUjnR3n8QaUAtIotcdjKTKGmsxFRf4zAXi7j1
me4wfBKxVkA2kVS5DfmYB14ZcBZUsaCrvzLop7QJVrt9QSOGDcRVKavVeYmXAXj8yhujz/rL
eyaWCoFauzzH6Qjwgi8X6JeSmDT7i1uhgQoLrgaxPI0UOfMvfhtURgqsGxbhQ18wTB1p56jy
/wBSp0IezxPHQD1G7hFtuJT0xjWwfB/cFAG65Um0RjAd9zDbJq/cNBU7eyCfw+I0sV0wmJdb
fTf8SsJ3gb35mAsTPiesJggk3EUGZQ3euSWOzr4luG88TaPChlu6MwEVmFsKr9xtShqZoMlR
OiXEZtC5GD8MwZlkMfzLLhDnpyx5PVd6vxADKwPGfKT7zDM6Hb0mUYgwEbVlEwaWFX5/wVGU
bEWrmmmUbSAu7i7G3plAZBxKQGuKJgrQZwbpZCiujaZ4rZz5YlzrnVRYAnayywQgt/4Twbeq
bv3OVKwmo6ZistPmGbcwbs8EEsJLCc0WaxFhxcTRg6ShnGa8zRHmAQCBmkrbxE4tirHUtgL4
ZXRBbxQlcgaY1Pabho+OZZHmfm/EvULTnx5gVu+4jZUZlTyi9lG2F8owl/wgoHBlqNbRoGGn
QvUtXYdw/MHFR7CBzMeBMwt15ZSnk1uAbS7+JvOoQ5z0wI413LG09bZRPUCXoP4lMuValKkm
Oplshn1ZlUQbHKCXfuFVZuEfBuZS7r/DngZh1ULsYailM4QOGFrFaJ6Xir1M2NDRWZstFyVm
K3hy/rLYGgZcHdxWWMUwq5vdhhXDWIY8eLY1CfniaoazwQm68srZGwT4iH6cQXEq2U8nzCOs
Kv8AiItX1MDMsGrBoxpmB1aDLgDdHtMtfUrszyzH3hWWrEvQ44INwkW14nFp3AVcyfMu1c2G
k2YqbTFy0rHMPBSYQCifSMuYlhLdNpgUwYCyo39QV+JmvEtihz+I8yq5uAcgy9dRA26i1G7l
1GDqzc03cqrjb94Ia4c8w/HiNcahS1EAqG9jiOPaGo2piXOWNj+yF7bNniVgMarv3KAvZXfz
EDBVm4Lb5cICgh31cT4TijUVfVdTh3QX45mR5dTgYUGbonGKHdcQysMDlvuZquPPJHZyn1A8
nUodKeAhiDnD3KFOIYOwvbcoDUyYNTGDP+1OQ/0Si7TaCaZpZqGUb70y7d/KVvLiaQMWEHgt
1MkKWZkxoYqYheWUFF03Opj6nDHI1DTBtOnOI5A2cQFX1cJnCdQLShTasPMNy/WENNy0j0Hc
EUxiaKlptXM+p/wXmiPq4FNz1XEw5hs/iYr+Y1V/iYX/AMQ9jmADnC1Hrb0zuUnpRVxUuzGe
yUz5gMzeI41XxzLptOkUwF8VLdMLLCAsteD5VYOy4O52G07hFBkryljAFep5iG1fcqUauIg5
OplJjrxL9ZeSDhdF/qHQp88xowWcMMLul+4/QZxEWOdko5fCSkiayM6Gf+S83oEeiLvNjEsJ
OTuXGW4zHA4IyZCUdowkLGzLOvkQsGUxU0rEzUdOVwNTo3NxFYK5ZmS9d81LK90M3LeS4N+2
ECgjrh8xCxPLeoT1sPMBqTIWEGRYEDT4hX+KXf3EatYqeJVDZte3UVHARZOa0ww5zClvPUqO
GJC6ijttTLicAmBC6K2Ue5GLCv5lSAb4mGiFj6lmNDN43C6PUP8Ak2iD4fUdGW+TzCpcmENx
krV4MJQ7EZjC+/EwVY2tuKt+lRWjjqUaDSczOapdxIfggFq442mqj/65gBwO4Kw9JeIBz6hN
nCceIIY9x2nXMdM7y1XL3O9iUjpXMRrfmL3p6m9d6jXnoeIpsqjUEJa5jCGBuZYHG4ujBELY
SyuI9dYzZu2Kg/3LChgeM8wqFi1n+uYFIIjmVFHjGK7mOCroStQ0RnoBKrKuocVkcGKKqORu
T+amFmdwCFalHp/x/wBSFeMmYAixEtqPfXmYyBUsVygMotWa3LZ7hbODiNhcBnjm4a1AoQB4
eN7o9Sr2HLMAb6JZAUNHllg1BXEv6Kqpr71K/Z72WrL6vcexo+XMyKiEt9xmggOIQXH9pVC8
vMDuqkw+CUPcJkv34ioV4dxGxwSyUhetje+Zab76hQWYSAq6q5jkxKUPh9Szj/ANfuaHW4l0
yai2PNR1P5VHlB5l2C+JRoDr7jxRZqa4ESFqHYMOjX666mGUujuHNb6VFYpqd3K0lgaiAA8H
g+oCD1O4PMrgT9GbNfFwr5wNTW/t3BIadf4rV9GM/FAldzfwZIXvGDs14hoUpct5+4wW75m6
1CNMsHDHLUN6+71NKywceZeBWx0YsKt0WWO5BZUqECi5usmPzNdB2BLEu3EQZyBWyNktLk2O
b5ggYOKeW/4m6Vtwygybixd4hiFaMNe4pi4ysuw0YgLMniG64cIQwTdveFYguD1ctdVcWECu
W8fUIwJ/CIdbm7OOZ/2QnJUSqCdwCHYJzSzccQUbUo04cO4lKR1CbQvFG4GWM2GYR8jNo8D5
dy7mrQziXwjWAoJXt7eWKmjByUIMoWS/DDrDW39ExwX6PUfXZpzdxQCjlgr11/jTWYbRhuWP
UQ2JrHEwd9cy3iRlpxcd6qI3N+4xe0TFNsrBwDT/AERoAo0NRj6Q+yWIayy1UaQxx1e6nUff
hPMhUXbH/qp4BI2X9dwjZzN0jwShRWahlTxONrFE6HEQ3gZUbFDYnzDBg9stBVC56lupueDz
MAGtzNsu7nVqbrd8GsZthxRlvglNM/NOQDKdYYg625blFS8mYelgrUO8aqNEOgW5JeGAd549
RdvHQ7XxMrDP+1L5kry/1KQuav7h2DL2leV6cSvYu/MeM/rP8w0sOLf64g7RTc6lHdUNgn3/
AJszAJpNGmOTCN8oNnCYe7cFO8cTaagcRVY5iTw7gbIBhLuK1uAR5UsByIpuIVP2gTX8iUSd
uqW9R+u6hOVmyKFpglZTPJz1FpN1xD6HiCGYeIXd+Kl+uaIojdzwSr4Zyy7xpzAvAUfuOHQE
BAWLMj0TL4Mt8wQoVvL/AFKbx+JcX1xOXz4JccDmpa4WszJTR5R7VBKaZviArz4eoDBxjXMJ
3AR4a2sONslXMAfEQsyc8mCCFFBojAGH9woCo60F5jtB0mTB7IreZVRbiEeE5lF2E+IClYSL
hGKiWEvHmNfE5O07OIXLq45xDfgIpWJh5hp8mD4GFuI7V9woeMaioseW+olMmhiG3GbQyyVG
bpcF4tjsZOT7lPNLXGOZg0y/LfcVWeIC1o6Qg7gKRCnviI11xEJV1xBsinxiWdnDtMXA/ma1
TpHTwVHOmFdHuO2oXg6ie5QAbe7alq6eYULVUTDqJnzKlsLS08y8v4QiAR4Y9zrrzBwjoO4g
LOuf3MPXiSpVtYZ1EAmgrGFWV8TAXw0LE0E7w7viPzrf4QpCq+UPJDRji/UdUacw6CzDmjoi
lE51KTJzLGWfELZqNY1E0uGY9BeGIeDmBWHTqAGcXOXcZDmC0Lzq4J4EotvEYKBr8ET6p4X/
AMiMGxZxjcXRJsDqIhtZLlx241tuUSzOQu5TAu2Tg5m6Bmjmpf8A1uG+kwUrzEqf+IJ+0q+5
zBSr5gUg+YVjeyQDthcsV/CO4Q69zABsdnEFZK4S8lYJkFKiOV/EwfpOzFqCsYZvRwZVOEBY
pvUto8zt4hxWSG+4zFqA2T6EAFNCsfUp0f8AW5U0qOEMTNKbtXj3NiCqzDGB71ClFD7GDLVG
8RqF2YF3N2H9zNLTNkNrF02PiJbwH5lxPMXMp/yZje3RGzqgi8bl05dxoe5sPN/EVWI/hol5
8dxopfyE3eYVCFUHYllZZRycfEdgcdrmRg4C1+JTRt1/fibjK739SuOGuTLl27QdcVcTQN8D
uKJuyOEh8Xbp+GH3TsMRfDDy4jvnEufyf4BhmeVcQOiysY58Q8mYXFtcDFzONjxicjKN8QLz
JXgIjI73EQZzLA7qemNzC/ERYPMIVY9yutPBG/8AYgvUSuTzDUwe4LNS7i1+SRFKDqq/0loQ
YMvuQG4QRp5omAtX5YNpRGOWguiNhbZlJoJf8+ZWGes/mBCzNZd/mn3G7Cw4xNoYVqZF/cVC
S4d2PEOD7lXDUsm3KzPxMvriUHiBpueZme8lbP1OvDLF4GxuscU07tq7xq5mahlOHqCKvaMv
rEHblq+fEzGt+kG4cv6EoyhbXmNe/pcESlPUyBUu8Q7toKPxL82vYqF3UnTjhQvUeV/E1Uya
XMZwEjX7YTPy5jfwUzAmIe5sGW8nUsXdIuw+sRdxv6mp/M7DGf4lzj/kdZxAa9PbKFsNkoLX
uPAr1FBBdFalaHMwwPL1AwR6QvWBsnACcsOaDXkiifN5lLQsgu31iEqZ84QVLUbHzGTWfJ8x
+gB65+IUbmvh6Qc1MLpMYLllT+Y4og5isCPCZ3eOpoPESoBZz4n92NPUrBjBxANVRHZk13Fh
4IDnwxWSrN7mE2Z2uJtAmgjuRbDbmX4mOly2Y8z28ophi/bE/iZB5VXs5uLZtu5Qu41GijqE
gb5TJGZABlrB6imk3n6lhRQ8FzNM3JYlFnSckzDKzs+4fTLxEC0rO5zJKo8A7mJo9xXFQYuC
0Q+5a4vog9hx9y22TkJTYjPXZBU0yncIqe2UGYTqpSVAMEx8kOvTxHTmI0ggAG2JA9GV2zi+
KgSKB1Fe912uuiIxpOK5huy6mmPuMv5n8+pyR+WhljaXTT+5jwPJiHcYaJaXvkDW/crkiw3B
lq48OoZAaxI1fkldxARg8ytdyi9e4DgxN/VqVaamWG9Qs9zgVHwioZfN1LeJW9mBnwPEMAFr
a/zKtWSmr+4awq17HMy7rBpKmrwxCUXDuXusQOQZTyxlGoBxjbb5I7bqUj+4WhaGU/8AYHoE
XduogpmM149bi2ouxYt9kA4OXhVdxxBO/wBO45SmHWozLN5rJ+BniH7C8dBDaICo9Isp4+Iu
Kzk6RYpoKlB1URlWJcTMlxaKjXU330mnS+WYeZjHcD/yZurlaxGw0uLNkqmpwQni/wBpa/DY
8vupYp8Bt9ymXIi1d9c/ctqNHGgOYBSnR/IwKMs66+4ho9L7i9aK6cxFXw5Q9Muj+JZn2KrE
zhG2jdS/M2Dw+pUwWKOJwo7q5r4gykpPmU6xEURHVxomvmPb5lepatSnuo200PpuODv/ALmV
u9doNqvbwmQOT5Pkhts7g3hHJoqWxdE/qWBoNt9QRjiUxglrniL4WV3Pgja3zrr4iQFGiVeO
Vl2LPA2r7g7QmUUypHkTrmWnG8Bp/wCSoW0QNhLbCWijkirYXy2fuJVehbjp8wHpEuYKLTHX
egmKfuNFm44RqNJZqk4t9MorD7mKvcAXB5+ZhVtJY2pzB8o+MvMpepdOIuLiz1W4GWg+TA4Q
tXLd0eBIVRqkqjAvcwWr4xn4mIpRecTegHLFH1AqVaxVufNSsFi5BzARTlumpbFh3W4M0eQj
MrGLxJUbK4DiXsKrdet+9xArV6YF15gCBHBDmWgONud+CLkNLSsSpDVgOIWg5S7m2MzJ4me5
sOyAp4cywXOkDIFr2uBFU9eDl9MWNS+2n3GpqGd6gdHLFb+2P1MC959TiH/TP+kbCKr1fU5D
ioKWOBSvzzENGHLiKBdhWPUchBtEBZeixLgYAOrXHiWFSnFE/uVsg9s5ZFusvhUWHo4qfUUE
lo4I3ZFDCmcFA38QCGcsW304hGcrsIKipBreeIoUrsYYFdZjxrW5nbfZB31/aVVKfBLKv/JV
k1FJaZ4l6hT1LlYka2i3AMWmXVdXqNqZYoK/mC7hN5MSNXFaicJdus1L1uquUQpYy+nXEGVB
5Mxj0ATR5/beY9dR0mM9THtO5WgVofz8y5YG7uvcdNG7b78y2Ez/AIQpIDl0HzKxOE9JLC31
LRcGHIJswQubweTu5iqc6Zka4Y4YWFiMdsTUqLZq9sdalIBeuX8blt9DENjq3/mHOCsTgaiq
4/EdXBFPc5mJXc68QFM76RxW6aV6htw2XbX6xE0s7aJcui/YnzGO+Taf4nFlYA16QCxT6Hlj
edX2JZMupqAb1vpjZE8X9Jzi7/RlBAWceT3qYvDgLq8T8hmcHYQqk2YgL1DUQPlTuCq05gP7
Jtd0u4NbeGbw8cShWty82kKLLEDv1Czo8o1a1biBnjK8xEBFtjRG+381BlWW769zUAOv9blS
cjp4h07MYrXmBSnLXDw5hGoTChk/E86Ku5Yr53iNm6/VRr2LbuHzKRS0c/TMZUWxvD9QIDAw
mP7RthGg/uCkYbvG64xAGIpsye5VwmLvHySqC3xvHvUwpWuzgzlWCUcR0x1iWE1CLvC0txZC
ThbuNoOh06rEOkXkr4nMGcWvcIgu75YN4gYG7fnX+AhsamtwaHuOBUxiadmlRBVW55Y+4m06
5/uUWYHVlRfI4f0ky6dE7TJVd7Ay+5tjl9RXt5xgXJg/1xH4Rx7xElxtmVXmX7M40XNb08w6
OIiqmN4PuaZ0BmMN3AZZwYnsJmq3UOn/AFmKsuvU7seZ2cxLBbOoFCtQGLFJjmzldTkqKO5V
tTYoeI9NCvctXJ/M4Ym6/qUsbaHhBvNmhnLJ7RCy4cSyJpW8ygOTTz3L0NNvcuKDHY4jnaMI
jMFlNeYGBWaBcSudNk0xbUA0FfK4e9tHiLAbbwvDG/8ADmFRsVi/MFKDd7PPcvMAwe4hepxu
+JlKanMChHlKvfLFVcpsd/EVC1kDG+pQ5jgr9RocngQs8hVcTkDbZ/jNSiJjEYFb0Hco+Q5f
M4D0f8lsF3rcxJxY4gu7CN6PVQyDNf6aheucAT8oGcR3VD8Stwhttt6hBao5prp8QvqMQMQ8
OxPk9QaNtJw4glxntLGsR4kS06bibmCZMzOvMDdeT+4hgogVIxrhjQxVAYJnyhX5mpT8Q3tf
zO4rck3eH+5tuq8NX+OoZV4U/wC6mKatxz83HWjMxXcYBS9dyhPpFA7GZbZHh0i3EJefzCK1
MXqv7ltdp+omh5w78zOBNGEI3sClvhM3F21nHmZwzjPL1NqrWiWVyqG834hJ9MI2w5ZrqMsA
4ZLlOFugfiawixg5a4qAZIXiQltjVB88zTHQ2+4iJlkWo9OY65jsJ7F5iwkBTZXia0x9iUnB
Vf4aLw4hIizYjwqvDxmXlleL3EynqOIByc/UpQaORl+odlUXCvzMnszrs4/MFadQgRUqXN8H
qUqs4q/ctraWEgNLXGTb6ilubtoCKs0XYmdeY+13s7lGy2WUarUoKn1MRQLbgCfJOQlZOeov
7/mdHL3DKXqv8c3Fd7gV/tMKlwIhu5G9eu5QtRtW2Pjnjl+JsCxwNepWFptDaUW8BnKS8mOz
36IwlNFl7+4ouru78RBX2sxg9mGWSru9paAopmA1+xCYuMjkPU5tthbyQ0DnZ4Zlr2wXb/2o
gHhPL8RrrXQ/ipgDrtzMOKci+IYCDmeJ4VRwCHetj1NH9TAY+Y4GRfWFYmpm9HiHMsrarlrZ
WVVvzC6B6HBXiWFE2B+AzvEccglfyWX/AB9ktycNw7lqH2mUc7XOIFm7jx/JXcuHkbr5nFQM
rtWKopZ9YjEFW14jk05FP8wkOXi3IdeJzF+NzgFTNLo+IQM8bsVbECjzWm+1jwsKjkJYWKuV
d4MytiNxAZpuLKhnAYDdQeccxab4/mBtjKVuq4I+a3HDQ8SlXe+CBtlcIKK2zTMCvIxzbMSw
eBevHET2c3KrAHv+ItgDhP8A2ORwzRj58zB+ep3CakC0I76YVVEBiNqnhJxBXues3jbClLym
5ULLzQxS+YMVLpzz/MzTAUZNS5aGksNVC1hiimfdwasl+GNwvmVQ9xy9Gqf0TPOLyc/UzfC6
u/EEsFbyJUOlCXnFvctW7OgX9RmlbbL/AMhXxjV8+IxQlZGyCgKcm79nUMusLFuIfC0v+VlW
ubYmAm52jYwEVuABWOGZhXVVgw3Fx2Ou/UDKfAx7ZcLE+8RvALs9R65djP4ZZ+RVRh8cYIbY
4MsbmXO+Y76DfXww9jYLXzBWdsUxS4JXRY8pgZi9MD9wjxcEOzkzlBDd/u5WsZYrLTMdJk1K
rJuBShqeIDUG/Uvh9xSGCTG7LpCrAuUsaUDJv8xhqvULr3KJ4GeDAL7+5b43AbR5f73C4THU
Jciq9GUGJgTj3MxueEz/ABhviJDrw9XNS7/JnaDmoG22Xm1oO6ikfGHEHwxrx7iqmrKczdSX
VVXmXOmt1iBjXzLNhd1u86xKAqq/m8yz5pjHN+Ivb1cH6mvOcxoIQqw46irr7vzRCMibeU8B
0N/iBrk7rZjpJSzBXzLkxXJd58spi1fP+UEamVNxqqm1qWCcopkWgQ2OL+hirNNMrsiC0sV/
4mZkA00/EWuDi+pTaJ+h4/cRLyhnq5U6Lm3+PUdC0bnG/mEmB4umCyWviDJzAL2/mLUdPmGr
93AfXuXrMMjMpu+ICNZirpFT9pdheF7hhidPtB7l20Zqr/8AI7ugdcSGw0OZX+sS5cuyVX3L
dj8v+zazJk/pKs0Loo+0wXoJv8w1HtiPzHOR1jWFpm4yK1oDozOAeKmdS9FNxafUOOFleF8Q
Y5a5HfxCcBK211Emixnz8Q9lePK9TS4ZCWVcDW2u5mmjAgUq+c/cH/QB+I4OfJzXqOab7GY9
3YOmyyjWCuAxTA2NoyjBRbaVivPEpo29mt/EqZeIFh9XN9ZiCVc6v8Ro93YaibKX11X/AMV2
fMzmawPJqOUWef8ArKN5RUpBsO41+Jsy5bPqPNqeLO/VQ3a29DjEXkU10kfUQoH26/EzzT5H
25IhF0lyv2wdGvt9HUDmiEGMDxcehjL9QNj1B8sTzVmHG7rqZgOcTkubVp3B4s1uJXjuYNRc
ap4nm/iHLmNapz0frMuM2efEr4TtjxFCrvHzM4CcBzAby8/2RGFwLv4QJW5yf1MzLSwlYeIW
H9FubMvZv8S5ijtI7rb8KnAXq7E7WJp13LgFOCuKhtgL8rBBtTRonRgXxWQS6S1eSyAdrDTH
7jtpcv8ALLLnfhHqGaK6ROGDAaiPCmwz9LEFzuYZRckdktBtajRG+usyPkMZmYCapbzCcg+e
oBgJ4rfuHVdl9ZGOjAil8RhuBf8AyoINiPcF6Bzfx4lzwXYHBrMsjBsrPh1FbKZ6eINCSuGP
Uu7WO3SKmSP9X4i2Zu522s1uvmZooTm8ws6Gz81KOLt4ZPuagR7FRksPkkB6TL+Uuoqs1KD1
ZifzAlvHeZt+P5hBReQTsrlKaPMuvGO4iQn3k06hgSOtcXxKQslriECpVHbuoiDgumrb7XFo
YDdW01BGgsHqHmWofuZ7qKxC7Zl4JSKcOZg+guvDKI6QvvcICMy+rlNPJLd0G8c+5VxwmXz1
DzRV1UNvg91BdkQcgnxLsyhzZj8Tsg8ce5QBO3q5j/VRmvzCVRWvSi9IVM228fEp3BvTZ5mL
GPljbCssdRRnOzn3M0us88+iZ/bhInWY2qfuUqinkvLjmOrnZv7lKFaYN0VzEfx/J/8AIa/A
+YZ25EsLuJ5QTD8QG5wo4EG7UXvHPojUWXmtyy6CKeXnzUR8DGKzFW7zL0qy5cKr1Tfz4iCG
P3bAs0aCtzbbbRlzvJFXDJdZnAcTb5lA3VMn1oTL5TcdMqCnCr69z/QdzwY6mIrAmPghlUUj
we0czWbvCsgF5C4hZYhezl+OYu63j+ZwSuhdF/G44AbYrv5lrMAUmA5ZQYKV/wCI1MSaKO/P
c3Yeg9Fm23bUgoBfWl1Cj5YNq7swRGMe1Sm0udtzIhyoz4qpQWXy5uA18hWx9kswsacv4mJC
yZNH3MAUfJv/AJMkNhVoVM1HYKeGNp0r7hyDdtEMgl06+4ZC6u8fkzUrnAqfnAT+SoihnywU
x8Dm5pXTvBf/ACafYyvVf7qWbDbdCLessDW/n/5NPNfqUVC3pUsR0VcTPK77X0k50OuX4mYt
oWgzELpOdPxMnkcar6iYGW7+yIFXVf8AhAopecL3K9g3mi66JWQdl1UdAclgj4jhEgdztwSq
hlQJilQ3maD3qUOfcMnf/YIzd9s9gcyxn7lZLmK6RGMk2UzLkfw5j52roltFcOPzA/jEI15c
vUymrORp8YirAdKF0TOnH4lW0gUwoU8hDkc181CbkUfmZA/kS8P+DMMFc1VU3D+31FxfvnHq
ZCKaOYrAYby/xKaKuzWX2g7MLTllBUCA3tPdZvqVxnQD8wwRxquJlnidavMqNKk5GeXP/hnH
Cus6JXd+PUt53gfqXWdH8jqWro+/zK3U6MXGEaJRnjohx/8ABN6FS+6sq9XMhx17f75iGBwz
jfUyLEx4fFzE2rGCx9y5xDTkfUCo4LVhc3CJHXPEwNE1pS8ZhVDCWqFwFjvnBDdxenP2guoY
s/8AExq/hldi5UOQZbOWVGrEVYTyQdWL3PGsP+amyqEL4OepVXMa7wFsOxTsYlW3RtFRBZ4B
b/yH2WmBwvUvXl9Tlg5cfBEqzmf6xOiDg8eQmk/4/qBjeVBOtAHnvMdhGNO4rA2NO9+bmvx2
3zXBLd5VitSslaWOvETFmOTiONcthj0xl42nVU1Ldi/9uYrwr0AHyzTsvxv88x0EF30V6mzN
S/D3HbO0QONQMp5VunhlLyKP9bgLwxyM46dnzKdhTLGPuNCbHV/9I1zPcxrsmIyDK/K5aB+a
yFbRYZNa+5mIVMWrM1CwDqFymZvVTOq2wcwXORMLE9XBvC74r1MwCVVAn5qJpR5waloKJfmo
FQA0xf3MQ1ADa8xuTzuVi3fHzcAcIvnX1zK4VM3kr+JYbIB/MtL2MbEa4ZUAi0OkXo8kVwoI
tW2gHu5kuf8AsEEwYzcyes25WMgtfPxcWGBTF513BVC5DUVEKXzz7lVAvl5IJ105jMpyBFt6
9PcKha/h5Y1Fetx9KmOW7Y4fNxiUN3zB6dXaVBb4qjUooDy8TOtD0Xc40q74x1B8Sop3wK1C
wC0Zfma3u9lV5jGxTefzLBUvblqAbYTSsyjbKnXw8TUkS/iG4q+c8Te/R/5DWgvaVNS62fl4
h75FjxjiGQE8tuXoYSkA8ExGDupaKFFmcwBw0V6e4SKg/wBXCQE+eoEHnWM+Jabc+pRWcTWI
jkl5ovBLMDibxUoV+ylr6dw2Jp4rr1uG6F8DXkgdst1dZfTOPeHMbwPmV3MMo1vfmCrQVhP9
Sw5xbVB8hLjjIrj4mS9vsPEwxNaxA84w8Dzu4YRSlx4lGeqqolgRO3uAg6QKPi/zAc1RFE3g
OYwayJrIQB49Os/cS8/Fp9ageOPCzDZFtmhmCgrlzhPiAwoHgP5l2BMDdW9TE3GFbyf71Kli
egCW9kOioVM7eeSCBk0SVvhyRT7Zm+JfYByflMpKPweoADPaxH3HcB01x/ya0pc8+yZxhMgp
8alpc7Mr+oE92Fk/FQYBT6j9Rf6LPLGb3FaOoG6fLNql/CNcaa5Q/cSipt9EzUU8OIIch0Nz
CqH3IrUKviIWqeyU+FVc2ZQqeQzF7MAcrKlA+WWmhpIK8YLZiTFax+Y1BTpib3S2As3DiuFc
s6U+2JWxL8f/AIllsLxdv6xKK1GKt48ypaLxMfA75lTw47iHB4P+JTYvxqNAH7fiVs0eL4e5
gSqYs77L4nGQGGb83O1VUVzJt4mIMlRwkKtVzATtgbk2ea38zBSZjPE4mYBbKCsVVRM0CGAf
zB5V3X/pUvydAFEMynF8/KVUH/tyhisUq0PHcooZAYR3pD1hS1nId7/iMKALThai4Gr/AMQO
VyWM/UcVorDL/ESAwhhy6+SZKXheYxwV4YOyVmS/15lN5Ct5hzETAK38R/lVAwuKqNfiCA3s
Ye/mWQRO055TM1KWaXMdcdcwyXV7YtuSsKGC/M0zN76S0F6LdkQaB+ZpFvw/ESpd8y+WptGh
dMfmKXdxRXHk18y3mRKuCFr5dS904gFwOJ2yupSKK7i10nkxKjsjL5jyzBpcSkMWCb+oc4N3
qo3G7TeH8zdqzk39I+QHMHTsK5h3XmVKKvRmoD17nJD2+sdj41co26GavP1EmZtXEaIGpbVD
TFwx35jQWNTBXNMOEchfUDh4ln+5SxhmbkE4HXTDTixWH7gqsNFGI+HUmMPuWxaD6/MwFZLt
MKZbHBKnku60fOYGNOF/1/Mu+TnEwE0r4m07F4xpbS80gYZFU46+4NHiRMOOJ9oDGZI7fxC9
42I+grs3bNhKamrOo+1haGn7uY0wXHD/ANmZdXWvzHpCt/0iHWzNyubaXZ5gWYpyMxWrHpzA
mqxfj1FYD5TA/V/qZ9Ev2PbuEGl0Iy83O1Xv/SNdUTacfVyk01qnL5rMUARjNnLNRZLzHoPq
dx9Ld13meGuTVfHUUnDzePNx/k5TJ4GO/TxNQVex1AN11sz9mW5Vu12epSbkp0xcUAExYPMR
WDVCrfmAQXseohZ11AFg5upbB6UpzG0yft9svYZGGn1cT0WfKpYfEWzGIc2gr5S7jdDuA31N
NgTEuMfuK8Fk8HwyjrUUfJ4QTfE8usEECwHGTx1A6e0La/MLSHM1+5xBTpY0N4E4iVS7y8xx
w8k/ZK4Gw5nYhnIfmBNMsliHJyHYM1AM25olozzd7hGsvFDXzHJJvOP04l1sBxlmXZqb/wDG
oMrvocc+ogoUB3HP0mB9kzL3TpeZjK03/wCxvmb1/OIokQB884i17csJTI85JRWjEpw7NKl1
KfA5wwyh7dOJ6J/3j/GAXbTj7lE9oxXWCFpVHAc1+ZsycN05z5mTOuYjR2tvX/ZVfdIZJxAQ
03hBn3LE5JgLv4xK1n3evxE4/AxMQO4KkVmFjI/JmA8DTLx7YY0F2sylYRjlDJw6X/KIFYer
+3EA04dJWZW9I/ZhQHDKWNnFmviVLiu8n/InXF2iHQ6dTkUEodvCBQaCNlDHEUUdeMQGX/B8
yww2xBwl5xmBLW1Uyu8OdZ8TM/c5jKNHfjxUSg+mbOPMvgFvq4iARTP9QRYO1wf2lN9rzMQu
2bxKFF1tTi+idqaJuMrKNVbfzPIuiQx1WpXw02ziO0sb5Pm4DMSyy9nqFQLll571L+kc8Pzm
WljS0IbiBOUxaZQlGEUYtXipSXo0UKlkpEFON9/cd5l2BEy1AtBXzcNCbCE/UyjXeXEBVWZv
/bl9qHg/xQW+Vx9Q2C+imH+pSiAXJqdQ6TmYQdvLuNiTztYTRZZaABmq0NQbXF3zz/UeRiuU
/qO3AFlfxMeBnxvMFbW/L+DKJYR9io9w6c/bNYka8vuYcuAOoXAt+sn3NDPeoDE7v9YGERqq
U+IoQY3fnnM2gJen4ip0dJzKByXmrcx0oNrEaPUNP1DwxBuoCsplOVGc4o0wrlVo6jzrZNo7
tji//Iuvs4unzMT8rDT55lbsdqT1xBbVwsfXJL4V8/xiHYiHr/rBpMXpD1HkWfk1Njc/r2iq
ZN1gX9xc9IcDj4lUMnZaD4glc4TA33GBaXFj4qUDKHJj1QQOZXD5/epQo7Cz6zKi4t8WVb2l
D8pSQK248SwkyV69QK5wyqPfEE9i2moXbdpwlSqE/CAG0kFzBBHXdjNidqfzLlz8ymxZ1OUI
lRiULZrI/tEiMcGG4yrvO5gKt7HjySprv+TyzkTgauCo9gP+Q8mwt4lk95q8Q06o4CVq17yx
KvsNEF2G9Zv7l2V4BLPctqqJk4b+dkDyRcCm/MM8oXf6j1C3ZX4mQLydkzyhec7+YWWy54YO
pKHsHublGHN35jiFp2ith3mpkd1jQHiZjz1NHcz4QwVt1KP5Rw/iEiyqmyGLZinmtys+dVNd
8VB6I4Ur4tfLObhpX/hjN6Yi9UQquZngs3RyequMvw8kaA7u79kFCmzyp6gSeTE7BUxSBLud
huiWbFHA8eSWIKuzj8RrlnbS+4E3rlOf5iKLxar9wdzh0v1ieLZR1gXPqMjOd7MNDLl30Jcq
pnxXZgJV1S/c0a4mWNKDb5eJccFVViZLvrX7S1Z5D/GottzYaVCEUMu7K7Z+rB7gGc0oysGG
OVBQjZWJVP8AsHuJG7zlwUMmKvqC43djX1DzyMokplufSPuF+QKp6xC+2vag7gnk5ciKTWN5
rdSwkckNHxuIW4uD+WBKpT1ND5rzDsR4J2NZazBAZtVowQrXMbthGhn3MK3JhJWnyeIK0ee4
jwW5WKQh0iuFagUuKggmnccL1LItc5vt0EzI+hjP4niCWz2TRFe0/iUfPLnEuOUPEXjzpfB5
LlmaGxDvmKoq+D/WpTSCMgYct/qWthsO3zAEYFmfzzNzBDK/0YW1r50fqYz4ZZ98moKwFLsg
cAB1DV2VYaexhdRddOPMKMQ4Y2eYbyrDsbzzKXJpN2NRycSjSx84DTea77hOuh9RCZVW6M28
sEVcr19Q+ZuxTFsGHyY3I8GjA3s167iI0wLwZ8RAWtOXo7GYEF6iDfw8Qt4OXcFgPgcwpU58
KCwzxNN/plNV7XmILgGenmKVyeQM+os23HkO5S93+IcwFU788yoQB9D8xyg3vePPUoZhLH+u
pySdWx6jMCDLmMcFxkauUdj0IANvOOfbOJwouPo9Shl0uvu5uyi03g6hEW8StoIGqgB7rr+4
NrJa1LOeoO13DO8Rq/6lUd9QIeM1L+y6mqlMDVnxCxNwZV5qK4jChRbOSmhcHbGU0s0h30xy
01JGVyOLO7jCYFVQfiIs2jaTfqNua8YxGQPLbWLIUtUmeFe4rJl9Db5Iaq94Xz85gIaDg2v1
UQkdrkpy6NGD8RiB+ZLMRQeKVj1DEGtU3G15NFnPmVhxLojCBtk+DLJrvRi75vmVSB9yF53s
4Z9Er6oz5+I9XNQKd+f8YMFvTKhfFcnwxGrsrqKxNtQFat5Jarjihmcbum6tfGdRB/EYW+jg
YWoLaAC7MldzLcLzNwpdzMPxEStWz/7K4b4PXkg1JTOMP1Mz9qgDC16ceSBF8AWq+NS5mF8H
L8QHK/NubBofj8Epl4GHuOjjDRFlqY96/wC5nBwAcLKBXGpUB9sat6oH1B1XHDB6K3DeWZ0Y
udiPPzDV/cOLN8QVFfcATkJmWj2SW38yu5FrBbfJLMhYYlkLzEtPMvdZ8vb1Ud5jgoM8Rml6
9LczPPav1Mec5Kle4DTJpcsZAX2GNrg72JjHZwhp7l0L5JkJieBbWviPtoP9Fy1o7Jupv2O2
n1HY3eHP1KVq/KxDG4WsnxiDqM60sty5M0DBXJ5hhGF1HGquUPABo8+50y7LfjqBuH2GYeCr
8/4W+y7vE1cY6vNv6hVFPtg/UsvsLy1AsZvvxFW+Aw/riPpFBQG/m4SF8y3uEaWu2wlPQFVy
R9AKBTHxcSjUDs+Imc7W3j4jl5JhljhePjUSzo+az3zMhF4tBYtDwzn5lLSoZtj6lps3u8wB
hHb5ZcHiW3v8fcAyRoJg+ZiNyeH1AKjk3MQN9bjFN+Fh/YQA8uOICjkTJQ3hg9R/MdrcSxGd
9S8qThL2HEvVN/Y+ZezrcSiYHBI1pWkScs1jYyhRoK5qU3Tpb4hqcWYr+mWKWZ33C10LyEHs
cFioUDZ4/wCJhLPNA1fczq5d5VXJL7i7w3f3Kq5mv9FSqFdXyeYNBzQ1Qv8AMbKAOhV5hY7c
b59zfKWM4i+FTYgqnfvrErxHYU/mWwtAV2JWS3b1KC8x6CAo0wAKb9hM3M2OA99TSN+u/wDA
jEaZxVB9TOHGiBwoucr8T3qYx68QwKU24NPHM1twbupQXZ8P5l+FzFRBvSfxMVGhtN3KULS3
IYx53LXw3nL+pkL0VxKHn4gMrPO9RQy8daYDAsW4s+4+7r838R4GpYgNBtZbtSXSmkde1VYD
kM5zWfUMsPDvHVwuLB6lXIujqKGjA2X3FI+ZUoLc3LOdZmA/9uAmpp1KzyxP/UsFnHEZyfSI
qHytepRw9ai2VYvMOCHN7n/k5HArD/f3LCBd9j4Opla2+o+i8K/mAGirmz6iqiPTGf1CnB4V
lr9x61XpmWUUOTMyMUZTkjFEOocUr2cZmSmjNNVyYiuBi0TP+wn8wBeNwo5q1N5nLW9xBNVe
KeI9a74mGqs2zENbHAomEHDHVKXlWn9w/f8Al5/xdZDEVKUOM7ZSyc9sWboPI/uG5l0Vo8y+
IoYP97hk7rhbXzEmBr5CZivwwyqe20QlzDVmRfmArXg+HceQB2W6/UoLo23aU4fuAXAMWNyu
s6PxU01Bgp+iIPr6fn/FagI7v4qYvjDc7GYQtwtP7pdmELldBC+GjC1cqVUV8TGVpmpnVrme
cFBfn4hkV6+4H/Zt74ja8IEtbhNlzLk53mldVLQ4YwHaB33LlcPkvmWsCmuXHuo62q5V5+ma
xO9fFSxVZzDYqXV32xJwB1wHzLWH25PUJQ3usAXiWCrBrA81EKGFGVfghxdnmmfqEIezj7jm
zgsY/m4on6PXNyvCiW6SvB3PNlMY9KRo1AXXzOIqL6Q6ZYcmnUe8BfxH7JqVMkBuq2+UDGmo
+PEphsPLK+lN7d0h1FOh7fqKqGZXdndhhvhcn6xEK9mGLG1pGi1huhLHlEUcr8wV/Xa1uyVi
q8qbIdxQtCU1D2VGi8BEKd3WvuIttzcs+IeYYPMunbtjwOIPIcZkOi5jSIhirGfCWIUhQmhy
wd15lncOvcbBQoMYlu6ES+DqZSAHEGLaS5Nr7hnx/tylYJ1Gy4uDhMkUzZgYW/hEdoLYu2df
G6uz+IsOLBrxuF1VPt7uFk2trVFXNhgimB+HUaWLPZZHWTbhM9RKw2Ap91Ks1NEM/EOwzsDQ
fc5bCslxd4y4P4hUeI7VcKIB91UFaDuylS+aF4pn5zBD4vlEpiCyX4Y7lG/iPMK0KbgZyAPs
guoNn3MXGQ81A4B8m+Zcdjdpnjo+mEJlmFUNaKP3B3FZxVrX/YttYvS+40DsztzMk0aVy93F
rY2H1xZFiIwFNLfJ/wBZrh2P9/EqEADOjZf8S4gw2EBO/QZvxiPW3hNxpMlDUdiVYbMy9Dzr
IhQ+jD7MX4S3wRIAyC4Zypea8yiY2StMp8aPURaXFzfTxBix/wCQKSaqJczHczAkNyUAyaYE
oMS2pNZZ2ljtmPL0YJqIcODMrSrpvkeKgJbYy0e+o2uF+f8Aszca3qW1+YMW6jWvxHgg3Tqv
rEtatTjmEyxRlx+IawwcuZrAu+P6nZjhfvBFtp1Vgr9xcOJXkMt2Oq18xVxbScLva6V/cVp7
/wAcRc1aPbNmZUOwbR4RbfZ5Jl14BwbxKNGN2a6lJKyjx/uEul92cAwuM9QW7qJ8VFrlnqIp
a+FrwEQxoeFfEsUdudczcRcDju4kUYHfUS74xOMXUbZe9T4mh13EB0F/hmyAbJiZTCiw2Y+D
fpsv+IkDl65lqq5cdQ0cWGpVLy39S2g1D5jAoGzx/vEBOQXCoLM9jX3FXs7jdPUu1Z3iW4IX
a8GhhHL5qZqOsQClzbEylc/zLzUWUxd21ZNcxm+BjMytK03qVu/TMSrkcHV8zsziNUiBxFZh
hFLJdbTlvNeI9w7d9/ib6s7cH05lios30fiZsFwUZv1Mlvw1X3KbNQcp4NmV01YcSw5TVVr1
M2dJjGL89TRMuc0Q7GGy2vxCVhX+WKEMnUQTJRmZODpAJ+iLHZvMHWmcxli3KVKncvQl4+MN
3RriFyzXLx8xAVa9DDBG07pvxC502Bs/iK1qIxy+GXpWTw/xKMbrfr/At9F5mGrbFvFdwBF7
4t8Epom8h/MSLXW+feJhbeWvtmx+agPB1+IDTF2/ceqDiPUo1xyRg4PkGYwD9nFxwJqviY64
EJ2O4Nqnm4go2TNw3nIiN2mWJtdcRYHCEGdhxAq98ooC/mKVFXEHR/iv3JeZYua8sW4jkrmK
KgbHJ3ByKcLolyZv4qUgx9M/MRwLJxIu3zwi/mbqmqSj/WDGxSjULjUt/LPKe0F1QhimmvxB
GFbCC1ZsQfVPUFzWOWIIALyK/mUVfmokmx1Vf5d27LeD3BDcFQRXZslFklh1XUNcxVxFauPm
HobOAI/dDbcAbxfFTFKzd24+JkTTsHJ/yfh4r8QFuTV8GLImEfqZR+/8DRdPASpLV6NvjEUt
2CoASF/z7xNc2ZoEyK2uUpfJG8st1olVmpfUa8DKi7oi+BMFDrX3F2M1L3bjhcQbhUNgymWU
K3cTymQO0WBBhCBIs1esEe5WcsKvKSqem4B+o8JmiNNO9QIa+UybnbHJ6bJ7e3VSlTPcoueW
Pc01M33UoOWEWF02QW0KMmX8S07HggtkeSjNuLwY+pVy3vQPqBvwcRL0G84fUqRYZzh1Cjgi
8c+b8St8p2n9JbrmxphiODom/wCIRfYa8HLBCHXnD/kbO/qU3SUgZgvTOYl3VTOHiVWJdNOJ
XNS0QDQ6l9jbFy/TCkaqFB+eKidxoefTE6VhTuoNqzyUZLmyRWX+ImwTW9Ny2n+LGy3cy0W+
2f7lvEN1LR4ZbM/YRyrb9fEqRS9OcQrJtGpZ4i7D25EYB2rhV86mWYxsYNcKjAfIznl5iJGO
UPEqb1gTMxzKh4Yj3CqjlX3FZzTuXazImIx9S++ILbBxG/GVjVz2f4V1KWwzllcKUyfiao5/
CXUGElJ4ovl8xeUz9TqT4/mbG/dCAUClzb5axKIsyZ3iMvQzR71PxpOcywC+k2/YauvmDp4N
r+JeBVeHpyepcajUDfiKnJXffuUMDo491AFjYHJncHCDzOJlqFpw4I7q+pZy3FjwS62WiaFX
xCVMmyAsNDL8Q4mzLTrqaW3eiLo0vZLYlANHYO+pdABjs+o51jYrmDktVm8T0r/GrvcuUuth
7mSdDDXD+ZW2ylgq3zcTDYqmfjkgUA0i7/qFAw/I6mgR4zGpX+kzLqKjKYXA1RaitW+ILHYy
gEyRUBpsnAp4jp1Ny/5E6R7ljXKacVV9VOYTaR0BL2/qAaxVynu5XjfEHk7v9SsLOFG72gUA
7pHG3sJxLFiWuARlEHLyQTn3Ch9QGBpwX35ggy0YpOXqW6sXGKrvNQoLtjWYLWg54L+oo3dc
V+kAsEGf5TvQvkeYuDl0bv7iZGHGK/mGBcNVu68zCiwkeD0ggr63MUOI1r4VK1CjmNxXpg4N
FXDdTMrMULimZ8AtSgdIPntIZsG3SfDucSsYP+QkoLDLnLhVFYldlWzr4ibTeITF8wsOT4JS
cnRCLRrAqu2NFa1Q0fnqAEtvHFVCm3My8xiejy2YCnC60qGQyDZayojgal3ZRxC/B6mCZmBc
6mA77hF4QlrJQX8IFYfPMpWT1Md1MPLzDJvEugL3DT+IkABHeAybnk9wdrZYqrqAwTG4ypcp
8xAuDk1iUNmTe3m/1HbJwP7iaNUYbhFOTJx9Q5EDzcZBsubB/U3hQPp/M3ZFZzipqATlNPsi
AoAeFeu4pyGRx+Tc4VwoG+dwvzuqVcNWaN1+0NHuj+4qqiDVVVyxbQXMX2gzk5uJa0u5s9MS
k6NxuxnSQRsHqaZWZb2TZJVinTbWIqFqnXPxLCg4JrHbKGgsrMYhWSl1WH/DmOT9CYAPBYUw
F9eWpjQfIzyj7LG0STlrcqm15xj7JUwaOF1+alXqONMPWbniOUChJUsxguemZgt4zsx3NEZy
j0/MyTM4TLmN7nxFRdbjimRiWOMzLvc8kavoRHpRAXqZ3KnXhW5ZWVNPgg3wNPU4lDT5Bz+e
YExYO3f1CO1h26PniPCFho/7mCkNpcIkBwWsb8ECq16orHuaAHk6qJsqY4h/yzx8EV2rqGBg
3YnuPi7ieTgYrcOyAWwodcGiWu9x0qDrG46NJg8vUp0sG4mfTRLNsEypNQ3nUbit3EoK0Gq5
fxLHk2fBLWSGBFiuIGGK5Gv+xU3DABag0b4A18/4OFWPgqONWzIMrZycXmq5lPZFN1/GZ6nF
N+oqG6Lj3NpdwG6fURxnS1TKm2HDh7nX2WfEwRu867lRjmWR8llj15hj6gruZAVfUEarG4u3
O+JSS5vcKfnMcsO44zlc8y8XUTNiYvrqGWsMtXuWeVFFfl59S/oD7mVJWHJGLyFrEeCPQV76
lr5np8UEubZqnkHi4aAHJykRy53iv9IqMHFINqAqstfDKxe+Xhg2qWKOLrUtxprR8QrUw7vO
Y1br4lr4VbrfETkMRF/tBKyS3PKaJfCIzU8xmXDCBf5lF4gs7b1MAKMEMqGNgYv7qV6jlzR5
uLpLOc/OM5l7W+BQOMwOvmkCvzBhTouj/BJXaJX8xHatb9SpNpAeluTk1AkdDGLQ0jduGXFc
HjIT43LbM5GGgAavP2j2tqEKrG3ib2ZeIVQqsQUU3dyzQgUv5S16Zl0SvmET6hysJy+IilcR
4M4IDBhXJBvlGhgnN68TnMV+4UGX4iIoccPMCk9mNRk8dQFwbGV0iDQvOpU7HiMeocYG9WfW
ZiWzmz/ROO6FbOfMvD1UKgbLzwLJYVct4Ej2GKo8xI3pu17jNKnClx+FDDODLpal8KTS8xot
11Cl3B24lPy9RMalc/CZnHuYGUHzEcalJQtsNzArRQP8ZgHZO2Zfpk7rx4jwZ9BT8QXNI5oI
tPLCbiHioaDYG99QFxbCubqZk5YNPzNO44NJ9S5JHs/c8jFgyvlio2iHKZqYAJTo/MdHY06f
cNekoeJRRmGXmNRuXT/c2W3mDaCbmRrUSGgxxmHYlaOkGVNEu7/cvIfTCBTqXWMXiGM2n5i0
juXTCmLSr8xA9vFAF5PMrVm0Ugglr3glKLXd+SDuiGt5GIvCVc38wzyVv+5WVncTSY4eYbjH
RzUYCjno2xWgpaiv/IRRjex9kqSY1ZiWIl7IXrubfHABeRndriDVIXucRZxK2riVbQtlG2qq
GU6Ymx9zdEV5lGPdvXPvcVdyWGF336i8O6GAfslNW1WMw2Mkxjf/ACDoAzMuK1N2yrzUsfbc
WbzcxDWjZfPcpiZctV9Szs3yYW77lSp6FPllGN1eXfjMALVeB+YwpkIHcDf8TWeEFXepS3cX
G5zc69XFil2y/YuJmo7xiNGtwo+50lwcS+O6lIKGCA633HFt56mY6ia/aHwaspgr55V3K3zq
73K/B/iZWC2nt+50lFQnZBjcfUWzJMBv84YE4XYcA/uO2a/rGVMOUXLa9ag38hCrKtLy6fLA
aBsf+9EzDMMPJ5mwNMzCUl9xUpimYSNblc1pc3KLozObI1vbHWXDLh+pusmD0gEzwOpC/hKN
0aUn0i5oM5db7gFtf9ZlwRewOTjVRuIJQ40W+SFRk+VufMC0O5QpoW3qDFySuBiNc+5eUN8/
+w6gNoteoSzpU3+pWq/pVeOZg7F5oklyKarqGPek/wBZgit2xF9bhyDXHhMEI2YQaoZYOY7d
ppi818RueeJXBAPg1HP9vibGJQB1BGLN0zdqNJg4XsQ6F9plwXcOZeju87lrW1+EZK9W6lW6
EXopjm+YGSnDI/Ew7gvaV9RQHxGsnjFQNQovo/cQXpTa/iXlCYf9YErSzZiXHCOUHmtApK+C
XwiPJUyIDayvUKbdLM4Bt2yioaf8E4QuuiP/ABFub5jnmYaeZneZmLKr7j1GY2ZDZ3KFMbo3
m+YmYK1Ln5jjWcyzHQdKzqWtp8zXKKTGN0AeI55zLv2MlRzZ4Ip5s5a9eWVxK1auHNwvIPDP
HuU2yyQmctUca5hZXXiPPmDtalVdEzu99RlqxLKiZYdDBYt64xKios9ywN1PbiHJKw8YzH8J
XJpNRcOY2bzAa12xnYwBfIQJgzdYl1Ca1NeCYh/fM0ULNzRFmnMSDbVioj6guzesbCorkN4P
Pyw6vSOf+TQFzdfiH5pZqNoF6NHyx+or2Hqb59PEoYX75p/E5TIA7F4mrln4lMeu4Ad5vUQH
mVJkcn6lFJDlJoOXMzYZtnETtNaFpiO2FV07Eqr6rhX76h3JdCqESW1eFhr1EcxkYY+2Ay27
5m0ttuotjzKpzEfqDTLAI5Ka+pQswVtfJcNwvdTn4JaRek1/MoLm55v3FCWXkHiIgOHUMe4/
TcW6IMtkCmiAX9Tm3E1mhw7lmTZ1L946mjZBgVinNxu0lhpt5lsOJjItnBiMIrEc1VrxirIV
VYITWrx3AIfRGgMbQZhqXIdM1sA+XcLLW2hfwhfcGqe3rFwq13KhgPxD6zbi7iGwdZmapduK
PFGMxgFh+RKVle5vMZsLHLHrMNbA04IIBvpM2eDQ8RG+uYOeXNxHDDZGl0vq5g49Qlo5izuj
bPBOyFVdw3lTWSUNqaqW798RQ0HSCf3ABBkXg9M9g2pz4nPVrZCWPXA0Q2tRfC9R1fHUs5lj
D+0BUZUclxoTbVc/xOQhaf3uU00pg5+5sh5FZlRbcyvO8QgYId+pjB+4CCFec8S3UwV8zjBG
+Ycs+oBI2xycA1UcjxEvcsT8EHNTirz3OMmQ5ZSHnQ4mks0+fcs1WFtTpo3tDf7yr1uN0dpj
qmYWsa45jA7ViWi81p1Uxaw58+4yCfmPsgEONWLvJw1ERmHHFzU/RVv4xEJjDdXmW1WH5RKG
QsZbXxBwa/LxXEtQoGukckAugVhP4VMA+bMulruIVjPNRgRQaIlrqdL8+8qLaIcIPzKOzG1W
VAQo5eZg17lg4OLzxF8VwBcdUN4Z/wB8ROAZUWrx6laG+RBTFK5W5mJycniajOvoDUx/yFiu
I6opymRdKUjW50s7cvHVxEv4inz3C1IcODojqzTQwy0dWS6/7KKB1uDXqIViURWvEwbuO8Qf
EsQhZ9TRt5zE5OMSmsR8JTor2zMBCq2/9YZgHvNfMWAUG7hs07kSHFnOFqW1ealB5a4EfBre
q4l5j0OWKJn4HglLV8P+yjCs1y3OAwEpWwMaIcjHqtZ9Q4qqN9p5lE1t7LeiFvToIrDs54iO
e0Dv4lVXy3dvqZIaCbe/4lsJpivH7gLcrQOwmrrhG/eXVRGAyzAH1CnePEAkCfCIikYcczDr
E198RhBRohY3XR8u4+Vp8JS8wUtrXVzBtk7Nn6jG6s4b/MBb5iE1VBXHlGvM5rUpWWFO4x0i
0Vn6lziDr25IOq1fOm/4Ep/pG7LwseXuYvWh9Re7MGVolFiNVUyfCLlHNP3LVvicniIsdXL2
YcMpVBK44jfKiV2xKKr8Rw08P5j2c9I1TfUyKN8jNpX+koVi/CXWjxcuwDfc6A84qVDtziUo
+47BGYHuWKn2QU0Lf0UBSODMY9GO6tOe33Ki6XtSVo0s4MwK6TP/AJL1i2Q6uLtF4x9Jhuzh
d92xm+ny/EyztY9RVR3lliqzWJRww8I1TbBFhXETGN/iYYECnXqKzmKXHPE9O4EWkuF+pb8J
jkHnmCooSm0WHIRd1ofmE5WQjr5cwtX7eI0PfCYg3hiqlrmVm+4mzfcJRxW7fcb0a7KxiAWD
GrQeJYua2rfuPwh3dxWdfw+Gbg0pd81K+fuD9Rz4iDq5peuIYRHC+oQ3qFsLmWZo39yjbxGz
H+HE3apUpIt4eJZpXw5jgkt5nNhncp2DnibXL0sJhi7Uxei3jZeZehriocFztCdLmVAaeozh
WZNrFnBX+BqNyfOYPrMuQlOktm08DZTKHQnULV45s+YRbY0nSV6h/Bf63MhUMOH+sz+WnaGl
IuC5UUI6An3rxAa1u2oGEp1MmKYsVdpxPNVF/FUUDD5Sl0xGByQMvUfVaNH9SjhKcqy/ECYs
lEC37jFdaLxm/iN6vL6PvmFdTUUA6f8AsvHuOu5cFu6bHDSZ+oq02QcfoiyoOGs+uIbTvI8f
MTRQCz+UOp0LcFYIN46VudREt+YOb4lqc7a5juNjdTUnsSydJ5MzkKOYYOcwlNst5fMwLKM8
LItd79w+Jpr9TSK3PUqyGJULZgd65hhDXMi7WWcMKcBomekp5uVXAvFwRdIbxbY49lriWJSc
cgTR1jh/ogohfDd/+TIZ8j/sT0Nso0IDZp8eZg5zJr88wtElXa/DqXBl04/PEzFKS2L1xD6r
yOZ8UN/MKPzhupaLgOVX6jNz1KqWTu33LK/L29wQie0Z+IKn+4HcaROhO4zlDAI7oPhqMpl/
OHKmOfXxDuE+0r7gLZX7nEDhNS+t0BjPcRo5rmUikpmsep8I3c8j8RuA/OGWLu7cTEaXNp8y
6kWyNa/iXFhRpFWf1LpIh0fccntidrlsXiMVdTcOVuDRahxquZau493xAuVqLmCog1KXiUd6
OZd7/MIV9IQKrQ7bfMKsjG2JTD0g4tOJalDMueG5XYVHI8x9jMvwviBojL3EzmO9vuP51Y0+
dy5cJHFh/wBipsFs/wCtS39g1BxynEw1W3aFZo3nr3qYRqNBKy35RyyKFtL8QOz+8wNJesY1
n+YMB/yCKGl+ExW3pSOml3E7e2Y4azwCZKlGqzUoZHGtPuOEN1ByPzuVHIZoSjexsB0JF2n3
j+4KoFwJ/LmZJt6Zv3FKBmqP3co5NbtSfcWUcA9Tg7xHTkHEWkLAzLsyMOEYLAWdbg1dNBrz
1EIgGnjV9s0rh1i/5nEDrqUK6uHUt0q2BKJjLPaXu6Rll8sGXTbnmVTjRMOziAVGn1Cwp9kU
r4rDFE6C5/ojxP8AsIUwVz49Te429srdqPJwlznRVw00nFm2UlkwSmZjtgH5R2ucSg8cyl4n
fAplDhe6y7K9pqvXuJGi+n9kYiVSgDMyG4dbXLkZWMlJXMzKY0T7eosUnJlIGnMV1Q07rfea
ltJ8J6TuLVzuG0pSR7y/KIAjPBNDLY6nkrL6zKic/M23TT4hUTN56qDdTKsGXo0LvlZ3gXeb
xKPCG759ag8xBoxfjiYFEsNwQ7bpq4ibhGIao38xa4PiVAfBSVO8hH3HpSFYte/EfCDixMeo
Bzg4e3/sYKsMuUr1F+36hn4FmYeytOWMweyl3AyBXNIkFwcMEZmcqpQvuYZV78ROkurWR3Jd
WVL9893Mq2eZsoDOZgEPRGalgjlYg1fMOkfTMhlEa4yhv5lVbOsxCuoMl11Ht1gIoAl9uIhA
/MbkxcMwe0vyxemI5+CFbUVZuB4LhIdt1j4lDduOABfzLCK7jj1jUbXs1h2rr1O5bcCm+lLl
ATEoFHxLgaCjrmJyiZ4V1b5jFigYzZHaoZ1ClsUzM6FHZMH40ZZCUxqBuMwaYGFlpp3TRXUu
6nO0GLCBfdF67XFp4O3+oBxg0xKbbaAp+YVc8J/casU5Lq3dTyAALXuVsfA3FozKIZGk38AR
XZAqK+bmC5TDxM+dxcfmZQTk3MCnf1GlFShQV5vmZAGb2icTLb2a/UGlU0OJxOMXcWaudj4i
6BwGa8sKDIeZuF31BSxycEYIW6SmvhgrsHSy67DmLrRcYmF8XFCUFWe4A1rl+R/iUNrBsqGT
fDKFPWoAfV7g5IyxLPXPRLgp5tSUHKNjMviIVCvpOLmYjmZi9QVrI2Y0L4tC4hg1ojXZaaTy
r8ysa9JumcuK+PiINPgtfxFatSHCpRWLsP7mXgXSxm3OF1B7BOugmZq7GvklLMf3XcsBUaHF
T6jE2owSr6mTmJQXOdJRALaeeYZFg35lCIX5SobaZvMC7Gg5dziM2UZvs1MSvtfD+43nVsfp
cbOucWXN5kk+FfMZryrczCoW9E2VZYo5Abe6l2JuMm/Uvq7vrR3uUrfQpuZBsTHMYWw8vI+5
Wl9hjmXRBv2gOS6348T4lZgXp8zBa3C3iqnBtShtvz1AWt9wDTUK33Us2p5jhVXmY6/cTBqe
3zLVfKYNa5mQkXR04mfk5R4FQTTm2U3y8viZq1cQudy+zh2yl7+YiOuZYNyENb5lAcHwQ32L
Pn7mEqNIGZi4NsYuo0E5aYT5MwFqNHlcybZtdCXUBPfJ45I7SOy1MTbPr4je66luM9SxdlDx
XEWZvZlATn7kq8HyPuK0aY0aevENFGgcJLqehV4qc4vOjJ4Slwb06qaza+KlhASs4b2nfFSi
xdhuGtNl+P8AkUbfEUu5xQGAqe5Q7iyRzR+y4jOlvzE9c84hDqvYrkIrB2LzXqNdXc4ncK3/
AHLBhfljzG4hrgD0zUtvn/2AJs7sOW6+qg5DEt7b0x2Rt21MgM4ZF38Rqr6hmMLit1UpG2cn
3KLTxGqqcYij+4TMCX2xoiCniGtCZvfibHnRPi+I5lnqaWfcFjzoOZRNaXH42ahSoJpwe4ku
bwGYC4D4VTMLN3DdN+oXKLV0Sppq6ZWTupera7ig87nDR7zzxEbBpbH+I5Gz0EY7XOUQtJZ1
yw8QnS8fFQQo1/DqW43PdcPu5A5qBbsA9b6iAT2gIEzUMiGuZkkp348Ryu8Dcca7XxxqKBaw
n8xV0oYpnHmXGQ7Yc85mIJSviY+vBrhENGQmDqpK7IeRXNUxGNNazKWQaUy1PwDVTGn+AdTl
43b/ALUvWSnNH4i3uysmLri4hlLXlp+4lqFcq4l84Bx3LwcFo/uWV+1sTrUQ5Xjt+oEeOZ9c
+mCpfA6YrRMyznEsANx0p1Da3LKqKi58EURbKsZ60i46mDz0w2Kl2V+Za8zMPFQF+5iNwNGB
doQSDy0e5TcpnrL87lrdB0zGFngPHdkqsQjGG8eOp3I/7ibBzhPMG96atfEvazoc/EaAw6Ly
9RUJvQGvuHDFyz8wOhOIZD6iRbTFv7lVKigHpefMThLZbV9Ew4rg0vxcZAmaq08MzvHsE+I7
KmE+NwTvIHXlZWLVXhnLiG33dcrc5JsccSqSc3lHbNDlvSENruFqUlN4oreJRSdrc/EaLnzD
4pdRAFhPiJUWuixEWsKjuUrajk9uptAeTVH8wHYALvSShmtVrbiFd22on0g8/cZmw6LdTDt3
XEXRL0v3HXAA1TM+eR0kshK5h1O33DUGgocs4JuqgaIBxdVLc6YgYxOFMoVSTzLi+jKsXmHJ
EotaYL8EpyshkD8wvBhAr6m/9ylDeb6nRzBmVm/jPOjSyfEWlqH2d1UGMkqs/wBrMoHvN/hi
EsYes/cFkl1Iq2lWO56rg4EL7JxD/tSjJRuNnzCsi73ZixER8j8QVk0xbuYnTWeURLmi+Pq5
pGbs18zIzCofklPoqYzB0HlFQVMGf7MK24Lm8fxHlfi+PJdC+R6lNK7Q3/xEtpOAsRsrLFAd
BsOYq1ocBiW0X5tqpbWzF+WIC9KEdXOMOKdy6Cu7movbRJyWr8/nE3QNmcEZdPV18Qd5JWCs
X/MXfM5oMsrXUW8blMUTK0gByXFckS9kxJEaYOZd62niGBAHHMRkymZhTfmWPfmZqGNmolLP
VQ/11HeR6maPPUCwAO53ygsq1GvHPMfJmsXmC3eCZ6gwpcuo4rHzBF3nmVQ3nOhRYMeK8x4t
ju3Hcsosluap58TVXIHPsmfEFfNwW/3GlsVXbv14iWF9iIc+ndv9I+6my+/UrgveBf8AdQqF
uy9EXIepp5+YYCmeA9xAlu6LNuQ5OuZkqFOGmYIGjD+ZaEINBUGFYdnEa6IzjqZvKf8AiDlY
8jHzD0g3d6OoHVuo4LLMuW/cDZ1jJPxBi5HZf/TBEoKf1MrP/u5UfMmivc+BacSzxwnM1GwA
o+vUWAFPA1REV6pLZzLBVHQ5jrKUuiP9+5TiAp2fk1AjeOKZimJQ4mK2OJxRO3CK6/h4mtvX
EGUybb+YRlo7ivWiYrKfNyqImGZre6jQDUF6dRbM1UtdX8wAqqZZ/KINN8x8vScAwKn4lmUl
viHcwgyhviGzNwdRdc1eoGLkWzLrBuuPxDd4NpmFHOgX/ssVjgtAv31CJMDXSwLQjPgCq/W5
0UXs/wA8yiDhAU4zONSkgovr4Sqiggn7i0C0VbmiAFdq3NSwKti/Myytw3A4acamNWmvLKAM
8JMu6GaYWZMkNcN1xFkKbUjMYfTfzAhjL/ymEJtP9LldFl4hKcaisH4uMcJ4Xf8ACYtRuLMT
snW/UpaQbdYjsqtvkiLi0dvcCxBctL+o7ZWkzb81FmrWH8gRAXG7dQDfz21vnxDrOewke9g6
pCarfDhnhZgfM89ar6RrKqtfCLsUhdGxdcwBulFEovWd0R311Dq3Msxs9RbHuYF2hZxZXMt/
Wpidhzu2IwRTmcEvzF1+NQPOXEpFZv6iSh2SxB7EXHhhoWO4XyiknHEO9wu3+YiMJnIrwVAi
0Ojk8eJj2lMOTE1y47q6+5XDQ7L+IgNl+Ia6RwNfxLCOz5xCVQtlyznHrq/NzaJdt+ohqPvS
w2MC+JXBzcNFzGOCjcBTcpZq1KA9wrxilAcm6gOO3M9aWPGHMGXLAYr2sHRcMSwKEbuYam9m
W+sTYFcBsfcuMHxbELZkMqCbrF8+4BtYYfCWJAtu9TIFNGfARmLKlON35hwq4/01MfqH5Shx
rlv+IJVK219OpcJs4vcGxbMywEyOUYDT1NCVzilHTgmwZDHmH0XuVZ74Za2PuYMC+5d26m8N
LKKQRpKgihfcYYKOQ7mgGDOXruVsio/kc8w63m3uURNoEzLHiEaS4VGtO+phhvPuUeAsa2nZ
CV0wlsRTdWcMsWAKm+UBj3F8zdgzfcW2/wDFYE6Bl9a3b/puPU3h6/5DxlWbLvBhxUvdD5j4
l37uNwDZ4omUCG7iVDk7hF3Ri4BbiTpxB+DsmFXETbgcSlZQVqKyaaCYijXBAXKu2KfDADyN
rAypsB+W3eNwiw6wq19kbmiqRr+5iFnjqGQHhAlcr0YWqFcwhbjVcQ2Y4Ua/PU2uibcemBb9
0xNR+ecazLOAHgfuaKP14JhJHnBC2WORMk0zjWTUW3aUGMm4DhmOeoAybuU4arUyipVv6QoW
r8REtxcs5YhoS+/cpNf2mmoee5zw5dqiKiGuTSrmUrS7aq5aAZ7/AOwAGWKhCRBEdqkGj24W
x5nqAWfjMGIb5OWPMfG08gnHnS8W+3ccvLgmShL4gFSejYTSM9MzN9gj6hEXyPnzBVWgtnwF
4OiUBT8c49VIjKBg8xutajtOGsQbCjAhficfM2/lLa14KT2IsDjmHWKYm47UNiKsi8745hnB
lbhJ0IjJdeNRGwa4ZnchmvmJ++2B+paUzMjFQnAFXz8w7LwuxZRaO4kJXuzMqYeFjzUFfgjR
+Ip2dqFMqABZG3vM2FLkX+JyAzzi5Vj9HcddB+fiZCBU5WzAplvzK2d9nEcqvvEDlzqZvEpu
2tQ/DOXZg0XCaS2dyvV/iGl+oUGi2F724lsAME9GyCUmTJMMfKWZRkgCUscz7kUPYXnmZxiF
5YR9enSEpLwN5PJMwB0G09TMS4tTP5mOF/GnYD/eZVhyMlWRrYAHS/qCAgtUr6IIKbzkqZa5
eRbCuLsTIA8hKz7Bhci+o1Qf9hE+ZxN7mUbOJozUCIDm5YEVeks9lmqYGIzYMU/6RZXC/wDV
cxc5Ha1iMHZw1X3BVG+8U+o4jZfeIlBRyqb83NIcNpTf+6VohXUP4iXnasBxN5xxcZYF6gTs
FV3EnU2Zz8TeAtomXiNxbNnHqYvDVl/m5kcrI1DSgfkm3K8pfu7dRre+UqKVyZSgUYiGJUYC
sah7HiEdzJ7mPjqf7HMValFOm4tlvxHQdJuKcL/E3vTC9XH4uHgW8yyn5nkCItRYu6y16hhh
2FGpjBFcvkl8M0c4OoMG4caPsmk7l0pYFqsaLiXARDHhG20JRZqZxM4O0VCaslkrs5mcqsg/
crrIfpCyZfKDzqazAIbDN8xFZVi4SKBstQKJcUsOnNbl1V+Dit1mOM+oGi2ewITO8l9oGrKi
wwo4viA0S/ky7DXH/JSnLZ/CMkU2NalnejY498ym/W2pYopy8S6IEsTZ8xWunLBpBuSukQ/C
ODSvMhG9LyfMLAp4tniLTA8VZLEhbB0ww/IBHY7b/wDJzjlF6Vy3OpDjuG6Vdy6Z1pBFLrhM
zBfRhaifUyCvUwy+alyzfMsgH4nBxKDfMFSKqzayhB2VxMuw3H3FbYllY8TDPkqKNMJ01e2Z
O3MLOnEGlq8oFGTOWEGqB359xxpbVkQoowf8RBU25DibzgEYFfTSdTYF9x4WWcJ8bYDoBgOc
TEvC7PXULUCdJaV5mGgq0K15lKrYz0uXwdnCYMRe3JByujvHMzx54NxxsvJ+pSn69I/xB/uE
Bvn+pVuRg8pc7ZmzTf8AERWN7A/zG5fQc/uLDU4sr6ger0YfFRBWHoQRnDRlCsuxiWKcJf8A
ZXktKZZmQxTXcFzfEr5mLVq2yR3enfGfM9qRANZXTJnqDshx5+o11HJTOChtxlmR9SNgWnB/
7FuABnRDU4oDuXLiiuFWMeZ2zzAaJltg6oYzA6aq9zHzeJfqambx8fzHDO/iZ+TnCbLddg/u
HO31P7icjXo/uBTb7H/YnBfr/sK0fuZVufUfX+kwlj5P+w6h8f8AsDSjxR/2ch+JzU+Gbh3s
31n9ysrOHA/uHIOs448ZlZ53nGfyxOV+A/uZc/p/2DPu4FXxeYMZNvh+4dnnjZ86VDwmcb8Q
esvgN/cHqRYa+4f0Mf8AZvufNP8AsTE7Nmfyzz/3v5g5F4h+8GC+bTprzUDKvQxfymxKnFPv
LHO09azu64zm+cVwP2Zj79Wv8zCx5OXnzPKOuPueWdr14n8dDyV5nAr5NThhCmbA8b/1PM8G
4L89gn/ZyRrP8k8jXZVeLmyFdzs/Vz/qH85l6yTwX9ZJWZV0Z+j/AI5xPpuHF/nce0TLJrmH
k/X/AGDGV+H/AGVvP8Q5H6f9mBz9D+5hwx7vxM8n4E//2gAIAQIDAT8h/wD08H//2gAIAQMD
AT8h/wD08H//2gAMAwEAAhEDEQAAEIJBAJJJBABAABBBBBBBJBBAAJIJJJBBIBJIJAABAJIA
JIJIJBIIIBJAABIIJJJIAIIBIBBBBABAJAIIBAJIBJBBBJBIJIJJAABBBJAIIJIBJJABAJJB
AIAIAAJBJIJIBBIJAAJABJJBBAAJABBJBBAJIBIBAJAAIIJIBABAIIBBAAJBIAJAIJIJABIB
AJBIABJBIJIJBJBJABIJJIIBIIAJBABIJAJJAABJBIJAAIAIBBIIIBAJABBABJJAJABIJAII
BBJBJBIABIBIAJAIJBIAJJBBJAAAIBIIBAJBBAAJBBIAAIJAIBBJAIAJIJBBBAJAJJAAIIJB
JIIJBIJBIIAJBJJAAJIBIABJAJBJBABAAIIAABIJAIBIABJBBJJIIAJBIAJIBAABIAAAIIAA
JJJIAAAAJJJBABABIAIIJBAABBBJAJBBIIBJIJAAAJJIJABAIIBJIAJAAJBAIBAJJIBIBAIJ
JBJBJJIAABABBJAIIJAIJJIBIAIJAAIIJBAIIABIBBBABJBBBAAJBIIJIJIAJIJABBJAAAAI
BIJIBIIIIIAAJJIBIBBBBJABIBAABIIBJBIJJBIIIJAAJJABIIAABABJBJIBJABAABJIAAAB
BIBAJJABAJAAIAIAABBIIABIIBBBJAJJJIBBBBBIJJAIAIJJIBBBBABJBJJAJJAAJBIIBBAB
IIIAAABAABIBJIJBAJAJJBIIIIAJAJBIBBAABBBIBJBBBIIBAAAAJJAAJJBBJBIBIBBIJAAJ
BJBIAABAIABIIIBBIAAAIIIIJAIJAAJIBIIIIBIBIBAAAABJAIAIBIIIIBIJIJJJAAJIIBIB
ABJIIIABIAJBABAAJJJJIBAABBJAIBAIAJBJJBJBIBAAIJJJJJJIAJIBABJJIABAAIBBJJBA
AAAJBJBJAJBBJJABAAAJIBJIIJABJAJABBBJBAJBABBIBIJBIABBABAAAJIBAIJABABIJJBI
JJJBBABBBIAAAIBBJBAAJABAAIJIJJABIJIBBJBBJIBIBJBBIIAAJBIIJIIJAIAJIIAABIBA
AJAJBJJIJBBJJIIIJJIIAIJJABIABJJAJJIABJBAAIJIBAABJIBIJJBBAJJBIBBIJIBAJBII
ABJBJAIIIIIAAJBJAJIBAJABJAAIBBBIAJIJJJBJAJAAABABIJIJIBBABBJIIBIABBJAIIJJ
AJJBBABAIIAABABIJAAIBBJJAIJIBJAABBAJJBBBAIJBABAAJABJJBIAJJJBBBIIAJABIIJB
BIJIIABAJJIAIIJABBIIIBJBIAABIJJIAJIBBIIIBJJAIBJJJIJJIAJAIABAJIBAJJIBJIIA
IIABIJBJAJBJIIIIAIIIBJBJIBIBJIIJAJBIIJAAAIJAAJBAAAIIBIAJBBABBAJJBAIBIJIB
BIJABAAAIBJIIBAJIJIJBIAJAJIIJJAJIIJAIIBAAAJBIAAABIBBABBBJJABJAABAJAJJBAI
JBBJIJBBIJBJJBIBIJJIIIJJBIJBIJAJIBJJIBIBBJIBABIIJJIBJABJAAABJBBJABAAJIAB
IJBIIBIAJIBAAIBAJAIAIJIIAAJJIIIJJIBIJIBJAIBAAJABBAAAABBJIJABJAJABABBAABI
JIBBABJJIAIBABABBAIAAIAIIJBAJBJJBBBIAIJABBJAABABIAJBIAAIAJAJIBJJBBJABIIB
ABIAIBAJIAIIAAAJIAJIAAAIIJBIJBIIJIIJIAJBIIJJBBJBJIAIBIBABIAJJIBAJIABBJAA
BBJAIAJBAJBAIBJBIJBIIBAABIAAJJBIIJAABIIBBJABBIBIABAAIAIAJJIBIIABJBABBIJB
BBAAIIJIIJAAIAIIABABAIIABAJBIAJJIBBBAIAAIAAJIJJBAABBBJJAIBJIJIAIJAAIIIJA
JIBAIIBJBAAAIJJJJBBIABIIBBAAJIIIJIAIAIBJJBJBAJAABBBJIJAIAJAJBJBIBJIAIJAI
ABAJIAAJBJAABBBIBAJBAJIJBBJBIIBJBBAJIBJAABAIBAJIIAIAIJJIAIIBABIJAIJIBJIB
JAJIJJAJABJIJBBJIBJJABBJJBIABIBJABBAIBJBAJAIAAAJBIJAIJIIIABAAAJAIBIBAAJI
IBIAIAIJBBBJBABABBJBIAIJAJIJJBAIBBJABAJAIAJIIIJBABABJIBJAJABJBJBJIBJBIBA
AIJBJBJAIAJBBBIAIBBJJAJBJIBJBAIIAAABJBAIAIJIJBABIBBIBJJJBJJAABIBIBBJBAAA
JBBBABBIIBBBBABIIIBIAABJIAJBAAIIIIJIAIIBJBBIIAIBBBJJJAIAAABIBBJBJBAJIIIA
JIAJABJIIBIIJJBIAJIJIIBAJABABAJJJIBJJABAIIAJJAJJIBAAJIAIIAIAABAIAJABIBJJ
AABBJBJABAJBBIBIJABJBJAAABAABJAIAJJIAJIBAJIJIBAJAJJBIIBAJIAAABAAJBIJBAAI
AIBIJBIIIJIIAIABBJJIBJJBAIAIAJBJIBAJBJBABBIAAJIBBIAIABBJBBJJABIAJIJAJJAJ
AAAJBAIBBJIBIJIIABAJAJIAAIBBJBAJIJAJBJJBBABBJAIJBIBIBBJJIAAIIABBIIIIAAAB
AAIIIBJIIBJBIIBIAJBIAJJBAJABAJIIJABAJJAIJBIIAAAIJJJBIBIJIJAIAIJBJBJBIJJI
ABIABAAAIBAJBIABJJBJIJIJAJABBIABJIAIIAAIBIBIBIIAJJJIBBJIJIBIJBIAJIBBIBIA
JIIABAAIBJBBJIBABAIBBAJIIIJIJBIIJAAIBAABAAJIJIBJIJJIAJJIBAAJIJBJIBIABJBJ
JAABJBJJBABJABJIAIIJBBJIJIJIJIABIJIAAJIBJAABJBIBAJBJJIIBJAIJJBJAIBJAAAAI
AAIBIBAIJAIBJBBJBIBABJBJJJJIBIBIABBIBIIIJBJIIIJBIAAJJABIBIBIAAJBBAJIJIJA
ABJIJBJBIJJAABIAIIJJBAJAABBJIABBJIAIBAIBJAAJJIAAAABIAJBJBABAIJBAAIIIIJIA
BBIBBABIAAJIBBIJAJIJAAIJABBBAAIAAJBJIJBIABJAIBJJAAIJBIABBJJABIBABIBIBAAA
IIJABJJJBIBAJJJAAIJIBIBJJIBIIBBBIAIJIJJJJIAIJJBJJBBIBIAIABIJAAAJBJBBJAII
BIIJJABBAIBJBBIJABJIJJAAIAIIAIBIJIBJIIIIAABBJIAAJJAJJJJAIJIAJIIIIIIABIJA
BAAAIBABAJIIBAJBBBJJIJIIAIJIBP/aAAgBAQMBPxDBthbJg0rm5k0YUcJUVAVkXhxiUy5Y
HB+5ektwmbvqWnYcXT2oQ9UTLW73mUEN8VohDsAU/EVYEbKBKGCWhNkXU2zXJ7hUK4N/9CMo
AWCiX7jZK6aO3OY8QKaMHL7j8y3PEWYhJYEpfRUp/R2GV5OILwMr7OpSocMZH3E30AzvmYc2
CsFdoQs4pGroXR8yhkMzTTXbFtWPiUwV13FRawywArdXiWFWLqK7pcQirG6KPzDMAt+DiYTA
v7YZUp2MKlg6reIxUyjPNSlG7dcy8rqmbitkrWYC2S7LXUXN7OvUTa1eouWZJTtnMx0COX+F
xq/PRzXmIDgxVPvuOO15btia6LyDCoZxrjEL5Gqg6vUuDLgUqvqWFQNA/tAI2DqXABDb1A5n
GnFX8xt5JihtgWfRym1kaxTjcuq4GgLz4lTVXxbrqJTx28sSzms5OZkaW5d+ouwIwP3iGzXY
umahl7mgzkHfUayZZvL3MBVoypnoYdSxIGa93DwsmGXC+IcSjAaDTx/MBZpY2Xq5h6XCmPW4
swtmf6uYWloGkIRQxSZWdkx5EmrO50gCmsdeJpzDvo/EDLwy0DnEGXYQBRO7u45hzEDKzshK
tVCOb6IuB/gnwQEDVFOZY1otodyxtWuCFCU7CD1aVcYDTSK4MRugaqOWMxEpq4r3dQGnAc8y
izQhQ1s7ISFAOE5/JBADZzcJYOBJiW+TmYe47eYPB0ObjBYB7ZxKpI8AzYXGWNMZU5YQRyNJ
ePEQEyjHQSgbFQoCrhtu46kHlrEGmCWcrWXsqTytRE1ydHAS4RH5lm4W4blVgeVusEaWKrju
16lq1kSnwfEZkWWxBqupRcqmFUwu2O4aS7nxMaoASwdEydfRmpRZwF28XBhowb3nJC1CtGSD
VkR2Z6lAJhYorcUAOcIVU1vJow4m5NsoDgHZGU5MXf4jFcLUpLLMpjK7toPC1Iy/MxCODDPq
EDhFcm64pgyWumXkzUv6NrkMauLhUvMtZkkggCBXk3KJN0cNPJmNx27V1rMMXkVZS3iOF1Gt
8ncA+EXowjeX6l0SjHsxMV4A3ApbbNfIgaLMm3UNAlvETerepWjzxLNyxlh/bLNuDZLwYXNc
SzzS7gsdDbzNQK2uOTs0eIBCGG8bjYQp3d8Qyyu+JYUJW2oAFCK2rbRiFgFGxmA1QZZCkWAa
0OWcygDSOVeohaXRbzcVANC8/EYjacO5hDXRlFFHCcSQLXcGwq+ndQAhqgBT8wu2WyLGoP2g
/AWIy6yC425HjuKBdcwUKYYV1EIAxSyy36hkijddwEdIM9BMUOiXGXIXeJgEtGg4xKa97fJD
GGqzh+JoBbbxqJYXRnPPcBoVpeweYsVrKzeauJqVgNB7DDMylyziGnO6lxWGsgWukqHjrapp
WMBZ9EZ6DgFRcW2HYHh4+4LW83JR06CXLVpLpdNm4nFk0AAPH3B5losVXw6hmRSi/IcQ5qJF
ODz4jgsql2sqERdhANspbUJoIbzH3FRycd/9iU3XSoLGNwYggNj1uDzmomzrb1BgCiZIxN+4
t1W1qJpWhdSxaqctws3t1C7bRuCKMVi+ojdsqV57gJe+zwQdndlniBM4dmLbC34Rpkgc7vxF
cjXI3KBFbHGF8BiK3GtHmWjkHbErYeK8ymbLvNceIFCshzpmrPDCFFrU2yxlsYBjR7YsNV4m
Soabu6q4vIL5ii3AHB3Ok42/9lQrOnqoNBiPBdOoIOzbGc+oOSpKHdzKDrQmIWAvHq+SOhMF
GaII3uGyVoU1W5ahFAe9RDtVs5lq9PoYeWzX6lwDlykAUoT4e4ABMBmqImJY6gha0NPUyRs/
aVQEDCnnuEgUjZv3ni4poNIwV2w7+t101DUhNmmTzOQk2vIOsO417ULwrfpw/DFMbuGkzVQD
3FtgL5t1LvOi0oOGG2UAckMv4hbttEJw6lQbzGxt5pdy4MER3nGf/ZqGI77XCbDUdcb+I4Fv
vE6GuZa7orhv+IGMfqMLFg1MgLAXUQFhYbuNDR118xNLvIHUApQ6RqBfcRbTkxBSg++Iv5AZ
iJwfUCQWXlNP3CxIPGLK7gTCjQjqYXnxHYFcUQ0Q8juUDBsrivENwLNb0ylJa1AZ/BEDFs7z
UscrDsYkWlhq+oWsniYgcF1hrz7gicqM8Zl3Be3EI713xHVxL7IGTJe2qiylTyVqKabvfEa1
snFcyxXyVMgS1l/cGWgN8L1KWYplEyWlmypQtTShxUt0RdBsE/mFqtHZz+4IcBoIYqmTkqpY
Rs0rqXs0DHaDbZyW1MCOTHXEGBdGF28GuMtTFJbd4HqCiSmBim78w9gEKLb4iVGllb8EvINy
CX0tqVMHDHm7C6iwS41bi3whTHoBPSFUoHMbORzUpBVDNAciEXY38kOLWC4AgAY5u+4ipl7c
R8KaDdcjqL3gVYyeYXREgjG9bi2LBZis+pWvBBbH0Xn6lD/CAix6K7ikdwi2iShjAEYfmCqV
AK4ebiTc+TuFVisCi4KI0drApbfUbTzMjL8ysCioLGVuN/xF4KdjqK0UHAYSZWzwcMTUc8E5
hraO44cK/iAav0dfiIA03lJsrGXkmF2du4KQh1Rd/MsIN47qCBWOUutDIK6gbQ7YdHLiUh6M
IVLYZGrS6ICMMlFRRKdhDEuw5K6ikuC1A8x4yjVeO4glFXPqKjZfmqfqXoWtk0suxMhsUbvi
UFigMVKVKxvqF1hNMEMYWDfMaGnN57hSoNuzcxA086hbVg6WmYhNjJ0wMpzkW1vuAXup01bJ
GyhgrgPcqoiqxkZ3e4w3V9L2DGWVlXI6ujRVxFFVBdZdAIVL8rKOp2VjfUQoCbd292hU/GBe
y+oOdNL9usvhJuQhi29cBDC4u2C+RJ3PDNEuGLiQDLN7dxPqZVNtRmlVhrJHQN21EOqqrIso
1n48ykGjKnZ3iAwAL4ZP7mWo4YHfM1awNvjmoo1DtLtogo7eqk/lEZWOa7gPLXXEoosvzGhd
ToxfDLAtzw7gb+1/xAEtDMwRBdJqjxHO44eplFk0QlHB1ESnHDoysVfJEumBwEAgKaKqYxtX
FxS0lLQsxpdBSAH2WYKYpseZyRSxMEFaznB3CxKpwwBkL8NTYCrglOQMUzACkWG2cxfJNxOX
ZqpYDVZHNQKhlwqOLPLAN1eNu6JcpWsmMQJoDsloNwtdwWaVvj/2AAzYpXEy3bzzjqNbTsCC
oGHtqsx5uevG7jGWaUmPdSmVdV7WSgnJEufGIjSS2jY0elRANjIo7ykSEKVpearK38QrUwJw
S7Rc5lAkFnscKpbrxCx8KGQtot6zKnkxQcHTeW+Y6npVhTgTqEqEQsgfNhMMJkwHttX1Fiwi
qCSqFziMorbeBB8SyEmcG983NgWGuTu9wFKuosZwguMzse0/9lgFC2UN814j4ph9b+4mTVMq
583KMBg8n1M/gvBjKhgfneWBqBLD1qGeU2kS/HqFXeOpTv8AEBD8w2L8Sw7FxK5DmdiIzC+2
AbUtnKoSr8bl2GuyV1NFdkUFlpwgBZUdWhSRND4eI4LuQ5l+SXDXcTitjEelblqilPBg3JSY
IqY2GwqKDdnb3CoBdn2im0Wx6JhiiyoYKzDLVD1ENaRam7YNus/zHq3H1mUAAF9sNLgcS0LU
d8V4iCDVaxRKi/O+ogyV4lAYB/MQ0aayXzCghQ/EKg7uvDAPlwSkYqC08wC5cXRgoH5dROda
5FRnDX1Vxz3IidsChpwNMr6ZCM1C2xwTHIw071AMQmo6gCGqxRKiqODh6NR1F2aVaBgCJQ70
hxFGvqLp9UPArURQbFYXWHbcG+NdXMSuS2pFlJAYxYrIdS+obq6v3F1gGz1DBiIz9OYhqUl0
9Ww4lvnIR7uVIwAMV9RsZC524WMVzNhU4JR1zikvxNUOixjhgRviKiVzGj34NypLV8QK5zcF
yUVxAOVc1KuQHhevmIJwSrab1fKXSA4pFJawvsZmKNO8wqpd82VEBNGoE4rgajVlKctwNRJ2
moRLY/dTANNYXFeYhuZK7RBmF95v8TNgnd4+oZi7QtxlYqShi1cwE0BwZjZwOA3ClDbWNNfM
VBWPNZjIveV4l9DF5d5iIF0KzuFSNeJgwJw22TCJ5XzA5wTVQoM1ZKzEWjZzf8RanCYTviKa
qbOVwLG1vDOZVrq9m8M1BPIDR2xEqfYxVnlDMOyKCK8jn5mUxlMd0mIDwZa1JjJx+YGZpoyC
u+CNiKnVF1zxUaNgufdXdOPbEJKFNjwHBlPFkPCg9vMBKSNHfT7nG9ykj6mD8sqtxmJRPUM1
+agrUvbFRLfK9AB2VCJjq28vPxHPOfSw7gIMJYLto8JmQU+SX4QYeAKmPcQi6e8tw8TkpaSV
Vztp1AbBDlV9w0Bijf8AgL+I0yZ8RjLOMjKQmh1HDFrErhFKRf64iBVj8QbPpLlWg1BtJlMl
7+ogWtgeou6wxTqw8vEEg4MMSi6tmgcQVY1hz59RReHlxLK8qQBiIFN+YOgBlNBFG32+Lhha
M6dsQEc2iXClD8TXC8BI1nOVazM9HY1mpiqjsq2OtRKyBk9VFrkHJ3/ixAbpXCvUdNZW3cCA
UXY4geJsPc2BQeNQEF2/L6I6Pa6iVTDO9vJHfyNDGGIFNhteKmNtrK+N6jBxArA1nBcGEgpk
Uw4OTqYdWwBAr0XCEliarFYMDM6KjohBs68FOS8VAYqGgXzZX6ixWVYTxsKMwTAsWAatj7ml
NS8daIFN5BeWkdkEDG1Lc7YMtFj70fMykW4TUxms/cuglFDvbcGfkOzZh0E1NC/BMxwyUl1b
eTxA9gfO9wQrxetXcILx4P8AsEFBQcrOcyi9SC4t8OcR2uT8EL5/zmoYLbjY3FVIL3FlyRYT
VJVqT3OAim63mFHCQ/8ABQVTl2puZXi3b3COVau8Q4i1ipVVPRi2DZ3TogAdJUfNS9VyO4MY
XR9zHqhzGUNwcw8y1mi0dCopajpsiKixxGOJQP8AKV1xDTxFoQSzT2zfs12sUQQFVNpzFBvQ
U5hZO7truyHSVVaNvNYg1bxJSJ8soDlNLcdhR+0dc/K9x4w5NtsW9BqLaC7Y7b9y6bTBaEQ8
VbGZy1AZKoijoWOVzZxEvQuOF8XbnxDaUrClxjfcBG5TO/qnrwSilcRWp7YOLNPIY41HRvKB
tuWLDptq7DqWAmzyabRiMZuZAVqomzYrDa+FCMk2HJYFu31Nos9f8OZeihBa7d6iolDU1dSz
YfAaeomKI1a248TRDyLasEMFEbktluFIBbjGjuNS8FhDHzBAPemoe6ADjTMSKStO84lMGBBu
/MwZiW2MWQNOBgDRg88zro6OoBtTkeMTI2NvxOhpN+4XxLrbC6q7FqZTLXISlpA5O2JDGeRu
UnFPBKUwPWpT2g7EuNZt2ZgrF6pxj3CkHBUaw44DxEVZFYtmLCw053AJxXtiotaXszR7h0Sq
KKiFbLHYeJRWoWuCJrT4uIHC6N9Q6iBQxsRzFNVm3y3LFVnWuI3C8m0XULDADsKg5KNl2j+k
QLFMqNsRaLS3x/2U9xUA2QQKIWBuN0smlMZ+ZQow11OYFoNc8wqNXSsU5SwxUQNU8e8TMnA3
46VBgoGlgHco+LgVWeqg6rcaznjPmKLrSLjy4eopNFdKBdp3DIcaym+bi1RDYHI8xetapaoV
M3RLYz6GFwFEsKPog0CMK1TxHgrLyhXFTCTEYa8S9kKK8F8yoXAbrmG0AOI5xApyLXEQQILh
H+4ieT5a8xbDfmMoFy3gnKHKltPMuYPicgS+YcADTcqAaYh07vlthuYMbQ1lPMVBQHIuCDoR
dvcHw8qj1AeRe5kYR4pxFFcLnxBiB1hvmbWwF1mJDs2XcoKjWhwHmNpWfox1DQCsLMAgLCAf
mUcTF55mTvLDjLMKt4NWHk8Rd0AMupGc40xdDyQNg3MLfimAWUBurzDYelk5HiXpbbMfOIdS
TOw891GlSwonT1UWAgumqbM8xNKBscnlC1q3ZdvRGYCsgWc1KRuzgNmZc4SXY26xuH4iVRHY
uW4HeYtOJXpAULlxRcrUsBVKnde5bLHWf7XK4bwkrvuEygQbAm3WRqGTKbgayQbQclijzEBd
YyZ/8ghgSnKGnO9y0qbF1jpjLk7VkFMZmZJaRLs53C0pqOCCpC4b2OOIkAKL7XxGzhak2D3L
QJRqO7l2whTgp49zAEQRxUuCVGRgOaCMMONHJzcTmsAZy9PiZPkRXgj3HFXE3Yb0/wBy2ynP
NQUVL1uEYNgyU7CY4Crle9xVci2th6TESB5t7PWYYpLmr369QrHVmLXjv6gS1wZYHmPEpMCw
H9wvEt6Hh7qEb41Y5eAOIWDMcEN9QwuFmQrWF3B20CluWzcUk5iKut1UOk5hZf3HgNzLPD1H
6kcCwX0cxcDGxaMp5WZTcokF8h2ShzeNYaPpLyiBz8dMS6aIVQR4dHwhVRZkZPQ3jq43IzSw
3Yr5hQZ94mWqo3BDuFVRNVL5lWdBOXtGCSqhEY1fRY2O8XH2rLRMOQZuPWxwLgB9TMI1Vyti
vQS16Q1uunNzGqZTDxtyymelJz9htLEAgbzFpeAtTinkiZzDKABj0r0fcHhpZADz3iUt7Nq0
dF2qZnYrhZnlqpiHwBATuerguDlQVW6KhYfAXyBnIkzeDNFCnmXEILyqDF+ZXMQ8REuDixMT
SLeYzwFwq6eAIrdQDnlpHxMhSVSgOqdwt77MhDMQWLNCXLnBqkxILFZ+UcLmjIOLO4+o4rr+
ZnsoA2iefMP4Kyrb8Q1mS1LcsfETtJ4NywhytF9EQlGpZRKCAabPqyBocoTjjUrVrXUANVum
t3LAVLGxykAmnPGNQ4qTW0P6In8l5U9EG/maES6rHXqXBIFHI9wsIIKg2nM5ZAoWXpGkIGui
PZB2EERzmEFS9jyWB89cqFExNkBSsyJNVl3u/cCFJwaK4mgS1WQqEFnaUU3Hp4K+Ld5iq3KK
hXxxHW1EtfcYBxCF1FX6vKYzfiGBJ2UHRTxzGISi0vM6S6MvEDVKXcHrzLJHUmESgsi2mkS3
krSZVyCiZZUaeILAqNBRwAxXiX7SLtgwfQJiKT9wKCGsA/cCMjIQ4ipQzjydXBIRQC/CscQ1
SzdOOsRrq6poPjMHgXbe3vUUb2FFHWtQap2xNahbgDJrPVxEdkznTLCcMHJ0EHmHuprGodMf
LGcQ3gbAafJDGC1WP5jW8VtR0YqbTK7VWHvEYcgbYGtR9amqzmOcvUeIPVxpHrqWLd3d4h7C
tBeDh4tVVKTbdqZYUhDmgCP6UcvmAeL2o2hxBx3BWZLWIFQ4bYM+4Coy1Og6lQAQ1wqKgE6s
Br1EK+2hrp6YhnCjDw1K+/8AA+EWy8HcURTfVxCMUCrqqPKwmUlnKhf0idHAC1riBurvdcMs
S1nTEG5rVZjcZVoDgIpLVEynEyiRwmWX7aOlYqVPIs+pobhhW5VNwAGoFap7TUO1DWOIg6s7
4mcBaCcUsC7bAc79QYIK9AvMdRsAHgU4gmLJioDO6rEBg0YgAPevUTo3rfizWfiakCDscwKw
SgDnqCt1wVnVqxBZ6QjHNK19S/lC77V4q0amr9WV2bSnVSy2RqhCsvMuAezlt/uZtAbVqya6
AhVV3GgUz2FKdwtouXm+iL0jl1efMaE8bDq8agF0wErP6MZvA7YTyE2CcZ77qWEEYrg5gGYZ
hMW+pUySwM1fDDgoi1HpnqJUcqZUt8xBlDYmC74lE0TWxwpm1+IgKQAOR8xHHrd+Yi2tpgri
bWBaYlNGlSOKgOxcFRkys7ZhMLMJA5bwF7uCiltWWn1CFQgsde4gQQ8seeYF4N+Tsgb2ADge
AmR3FdEIbHZ49lR5yNe4QvUaVcAp0S6tbaA3KOWRjy3xLLGa46ZQKopxo3HGhj6HrMowGXLb
T9yzWg04KjJbIYZQjFcMXbF3nzBPye2JgD2P9xSpT1Wp1IwqLLC7bx9RkGzkis+IatHLbDWb
FdGvZHkKHfDGowYwQ3HAcDqAsKLX4jtQtXZKGGjw9YzjyQWuDl0PTmE0jNhXyVmWBFdVbwG4
UozIUu/PZDVdWJoV0bjAF2LyXvcfw7VRFzj1M/JbJVyvbDWqEb25cuYFjP4F9TOsK77lJsg+
axAalhUasb4+I1tNdMcbmA6MN4D1A8hcuO7uLvuWOEBmQAWYFYbh9l9DLXqGoUQsLnBChu1B
/KBjWN80/EsVSwtY7OI+gWBz5OPMBvYIFTKsDlbAtLtYVNGwPG0SWzle5ausURuioYISWsBV
nLG7QaWcwZCRWbblBAPIIahSre3iWn1lVi/1GilgzSb44gmvjXPD6IcWaK4C+Mdw6nKHAT3z
NJ0ZHe3EoxNLhXiOx0mVCNeC3cA7hER2xhxlonBo1gvFtVuXaxotN9ZhQx4CJ8VDkhbw9R2r
VK1SuMJM654bbr7gsbgMGJVWKOUqComDpjFUqmTmKpsBSmh2TLSFd+JQw6N3uPGavEEQDFtZ
/MK3UcHC+YUByzXZAsLxrpKKsGu2SJOylVBAFouj9obljg01Hdcm2KSI11OVQij8RE7Gqgil
CvV6UrCdjoL+8EowCFRtaqF9BRzG+AqDEAxdF+6jlagayai3fKEWvEUYeTh3zERINdCFMLgL
LFGVAgV6V5jN/KCj0bYfok08blrOBs+ZRLUwDn51Dajp4AR5AJZ4GNRr3uhtrosVWAIqLXN3
2TeEa5GWBaZMh8pTqqwo6e5Vitg4ahMU4MjEzBNBhuI7Vcc4UQRs3Y/8jWThWcfcAAWzLM3M
0c8P7iBUoRb5mIv2q0GLlsnYGDmubgLQIOJdzDiYPMc23AsaHiF1dcGC4z2w9XVkbHAUlxe8
dQQHANhYxu2Y0iM2hkhG410TeLK66lkMa3KLo7lCiaMgGFLxiHZAQRA3ahW+IJZk7beG96xM
zm1RR1ejMOAw1Fej3HBSjEPq4Hk5bAU2eowLixmXBVKdag4zVwhNKSuxLlGAGteeZSjV3STJ
GTkqbngUvAOo2o5HVMDMq1FNXAVJTgZWS9AEWaU7AiNehncDMWLOqjtgluDHxAsEUArVf3Bq
2SWKR5KlmktbA15YjSGBs02ct4edRpFbL+XDFqsqyC7Ub/MxoKwRpu6XgQIMCsC61VwYEWhs
eRUq7wHB5WWcSuI5BoxuogByEXKcYjAFB10+UXI0RYHQEZaFbqeWCXiitP11KSwsQcwdCNWV
iDIYOeYe2X3HNhsbdMUigLDL6iBRcOU1SVCu9yxUyPBLQcvMoA3bV5UVAFlBNbpzFQsrdN3A
Y4TldY6m0raZ4p5lMOp5uEE7HTUJuRovj7gVa0+ERYgM254l7LLkOpTWzDt6QBA4ls91FFCq
hRnUsHNwLhTqWDhVyIdzh4RWLs1Ab4hhR7g1VdVBaO5dTTzDdgZhK0sCILeefUpNmXiF6f4J
uEvBccnNMEGS0A0G1e2pagyyLLz/ABFR5xbJQwVet9TelRADhs3uV1NQa+BYVU6BTeBGtEQx
aMDA6a9ExURzdh6E6jKBYP6S7BLcvuWJMpqUTwJmEpgCxpsgVogURngzRMrrqFRTtOoq0pGa
WiIA5QTxcZxim3/kxnw0EEepZ2nUNdpAFS52mIRqEgOmtMABXpArHdbllwr1JGHPfcxwv7F6
ywaHCUA5LDFDkJZbk2moa7AauluVUsDFQRXBD53BoAlX8TE4HCuYgsXTPFMroC7b4O1nMu5V
FKXHjEcGGBT/AG46mdSdvYxWKLKpaz3KjSWVaz5QaEOstnuGEtS3nO5Y6WWAK6PYagMNjQ7I
3r8QLckAqrqLAuwGqqNEwsyVbfiZaKbpWcKJFgSvjMSg1sqiGpm8U89y4fcjwoZFyy5br2/i
VpzCjpyToFxKUOoFbHdVQPMLB0RqqRVpaaM/DBcwilQC+66jFoOcQ7WJLKW22ncWd3uxGz9S
iS/FI+dzIcll3fgMUe4a+Jbq6I8WRtaJpq+LVK7xEpfkxPtmJPYtlu9LxBRt8IgpzWalrCLa
NuuDXZOPAByUm4AsVBThMBqgu3T/AIcKMUFiO4A2kaaewzOgfJFQlQOUJQvlhduZwEqvlCDE
7Xe+Y2Ui3HD4h9WU+RzL6p9uGVHEdxF0KK1bGPsddRoq0wWoxC9Kt0yqCrFoQVur9E3l5ggm
cxdqDYoEqyWCVwbZdyjks8wBYHgDGuNx2ObQtDUtnBHMQuucMHgA3asvxcwWF6mPmY+SkcZl
o6iLYdYOJYqra8xgLEGnLXMC/Ix5csptr26uHMssI2T51AEqoLNXqwipZVHyPlijNAFDSb9w
yQVS8T6ZoNTa7qKLLCrKHKwNiwd964jWdwTdEo2rs3jrcsZQoF7tQRRV/wBy6mnTUBaJ2Hpg
ErBbGTTC0ZULhu6FJ15jtCW1tR2QOmwGL5lDOy0OPDMdT7ODQwhtgwYeIaIKL48oVAFV3a8v
UzrbUgqTG4CCCw0cOMVUa8pVoDDkrEHpUDaA7P8AkYzNBRw71G+zLo3GbsgoV923K/i4N2cy
Xg8GoMA9DETFojUMOFo+hYdqlGtl62FVACJdQoylRgYBE8y2RYaioFNM6MSkWhw7jjXapZ4j
QA39IrW8BAdIbDRRplmhMrClVGkdweB0y78GDZG1GdTe42AKUvuNoq6LM4SMQQmQ1UTpi0W2
5UDmP9kaKvOvEP8AjrMWMVE5dXYLo0xcT7+EuNQJIBINqHOYW7hgQt8/EcQO1mT+EXA7Ewtx
zQZuhVCA62C31zEt2S5X5I5ImizNxUHQOdxFDB7oU1XFxIU2UNtzJ1FtyvtmcBTo174mI1g4
dEtOiyjJEMJIvX73cbu5WhhrzHSu59v4laEZD2/MzGV1U1LJNwbznmV6NVkUK1mVg6ugHwxL
u+W9ShWjjlmBweAg2j4MOJmtWL20FHu+4LrjOmyPms3iXMWCyUUJk27VOjfiPBQbDYp+pcM9
jJO+RDgUoZg3QmO3ZR6vtLyALxYLyWgQMroyX3pLIKwVKThE87mQOjMbYGmFulFikzi7iFeO
wS3WKi5Puyme2mflFy8Noo5DhqGoG4EdioGjg1ziCS/pHjZeKjnUoHAV1KQLQoxrzmDFBnw3
BCWVPLUovAwFtbcgdxwUYWFwfU4AvFHUqiab1sqZCnnOe7HkRQ3DV+4CKA0f9mSnSwGtS61E
AeDRG5rsdrgYZo/PKEOHezejrN31FT0KISeEt35hZDY3m3tqUGvN5HrUqqG4t35gYUBS1bG5
4bZbi8xmcuUs/E+3QDPqVVTstQSgtq1saP4iulCiXzQeINXGSqz9xEbauJLvluV9Hgq2+DHE
qncMPMJqDZA/KEa6C3sxzLOBIro7qo3kGg7c33UpSBoeF+IKAAtFahua3vpBSgGaryqGPuWS
sEigFOsQ7ccC3Nzhs8TqN0VAVH7hatUUV5I7CjO2q5hxKmjs+YXULbLXwjHECUZMoYLGW09I
RveaOdEODuJoC3rF86FtsvTxuWUODRS5c/uXfpnIhWKwS5kbp0PFXAYsFJ69xdWFdi7lY3ml
iueGNChuwNHuY1QAxl03UssEg0h2R4iVlHCOhVGC4ZN7AOx1KODYZiXnTuVq5sc85jCgy3/d
ymfD6l5ttm/PuOBFKq/ERosd3mbVAmMVrRcnqWIDE3qohOV3RLEt7emDLBLG7ccxiiKMP5JY
4O2MuEc0rzFgtBsazcPpzaqxeHfmMhZdk468RlOZaQv9wL3oyJDFg5GXyeJrEGQtOFHzFR2I
0ypZTTcLS2jwwmA0DwlezVK5phguRRzjtIaBRZes8Sos22ClVVYld0tnpe7qccNQl+blxenC
2vB1DNdbwte/ceHYN2DCqXANNVFgRSuhrzGLMNFmqxCITEAwuxChFryriLO1tRe/MxXLvJzX
URRGm8Ckx8Ql9mFGx71L6NR5/wCR1YqESjkcambirZdynlAIfMoPtGe5Cx1ADNSGbemYi2BT
ujxCXA1Yt7ilaCnlfSKKoJdTQbieWFNLpm7YKQsHD8dfEMkDADJdLzcJXptDoZgS8Gr1cJuZ
J8WUI5FI04xA5cWuA9ywinOB4LtBFEohynZbEtbyg4dp5CIrUkVVT4gZPGSUCYSEXeq2SynI
MXlgpBybHmXZABwO6gs6iKi2nN8QjRbjq/Edg6rLkzM3TkOZpl1ORfdRuRcmOVouG5y4sU1q
V2ixK2krDV6WTRH/AG4vniFWHfGJeMR6DyVxMpQOpjwG7SqYasF7PxKgMlBT4ZIEUKjDeCi1
ajINmYByLAxWYrgt8AJeKjlfFEJtuFfDYDyY3HMb8ceFQsUZC5tU7i8aFdN5ZQ+hdU4cZhgt
A4ZahdNvBxDZQ0qMBUZein+0Spy0FUwySsELa9zCuGeifxK1lEVWvKtQsQe8xfnLcraUs84f
5lbjwuXZcbXJzvZ/rM5pTm36hfvi7iziqsd7iAhazVniAqmcHEw4bW2P0zBFo8MR2WaD3Ghy
DPL/ABA8mDHEFKxF2kxtAPZzEqYGRS33KLMu09nCR61cA782nglRKfMaJWOw6rhmJwNDna8k
tp6r2zxQSqP+GknV1BYLCAJjxKDHLzsvHD+4SJBXSZjC3jBmjglWbMQkPaszCIXK4tlKZYqj
N6jMiqxCENpVjxMLkyZgYBeCyGLZXOLZl1yKvV/MrVjG+bBYbQVWiMDKCgCu0AHTNPJEqXVw
DzDKGRylxXFdZhi1N+c7KllJzeuP+TY4XQl98R5z0AFG3Naly0BjiwqNJgXPHVfPHEoLa0FH
ll+4XNA81R5NwfGhlRawVXMr9sUrUcDjqFYK0QmHYIhjwQ2YX56mShgqHFcR1la47T7Jl0ga
h9RoxK1LI6mQFnfUYnkr4PcdTssZHqAC+XCnEsKJsDoEt1aVGjRwxRVTKnp5j1SKxi5cWYyZ
5IAsGBRw5l4pSnAL+Y6ZG5qq6uM4QN3ZqaYCtzWJm0Y7WPJxFUg2e8nUBSJlQ8cExPTNdPqA
ICjNoriAxWEwtEAq4HdSiqmmLQ8wi75bKwEKgWHnFHUa2r1F39y+YGmxL7lWIxiLW4pkuirW
pnZaZKJ1RHAZy2Ct4M3BOIo1h+XqUUB2tzzK+o5kpvHeM4hdK0FZd3bBIbFWsdMoWqFUKa6E
WI+gwFftg7U5Lo5GAAJpTfhv8wckWnCY/EclZxdRKU8OblT1vcEYvd931Fu93WP4uBIkDSts
45VcTECRWbaq8kNtrngkcL2y+j8xqUq/Dcx11fPmNbRxXjuUxbo7A4ZRpdocj7R2YiMoWrxb
Ag+XwvvuCeBaamg9MqRhU4wdN48RP2qxMlZOmOoPAcjk97zE9VZAyfTEtlgea4yglRQqw0Lx
ccd5VYOiWAq4wu1gHwVVNm9U7siEu2lYzkP8TAYioEOLqM1kawfco9xlCVscRW1WwOj3RCKn
gFE4+ZVDWFxo5xGZBUFLG6rncXbKzYcvmLCgBltX1Da1qCwHiswFcDTUaF3KnmA2q7N1MTBK
rQNR5bqW0UGJToEbShZ4ihxGnNPT1m4LLusIY22EqGFim9nojy2CA0uXL+L6gupAPPULgkiy
fMOM2OcfMCAMNvuUojkUQiU+WHwgC2YZAPi5qyDto6ibggbl+uowttPp6ZvaWzwaY7vw+eqA
8xPp2Sg9owClyjENFpZbUrg7CmyDuMZQ9nFRCsBq2ATnHDGlioHIdFtY5j7gGrnm7jwtGjav
vmYrdU4jcDfMxS0r6hqBxgdxhxacBz9TGrMsf2lqrP2iDN3iluvOI+HlanVS0FmFGGXOMm2E
KFu7c/EGgrkp/MKJyMMPEWC2q6CUyhDjXycxbaBJFaYMNqxYRAtuCtBTm4Ep74ZaupfMOU9k
OUNVTXMFiqYgkNRGkXPiHA8K4TkcS2wxMPKWXGHDItLOKbqoHUUIDE/CDbXTJgfxCjuTXA8M
segBWkPQWsytLrCLkyWi6l62egs3nu4jozBET5ILlQc3yyzqG+O8fisOS+SARhduT4gUGB8A
xDAaLLy8SmwUylW/Ut9pXT9xOAAB6XxBXUCXt0a+ojA1N5ReVbg063QuolurZwe5p2DD2HVw
dpk34JLsKG048yvBzSzGsTKolaNxUbyOxmbVGiv5lVtbomcSuBB2zcd5ALT1LEN8syjQZj1c
s0KsOjnvcVBC6VFPm4SVCwd921bB2GqRRsU1UZjI22Ofi4rRMBWG3YfUC0gBjfGN/CXI0zqE
Whd4KgNP0MYnKyS0BTsVttxAsII+G/4h7lqIAseVzIqXyC+EvMxgpjFv4aPUO4BS6GNWAcCw
wrllZ6uw1iNaDtWtxpZ2+GbKacCFAPDAbPcDRrOgL36lmCVYvu/EDbOFnxmpTsBpdXGrymt2
hgXXBEOazV/EDZDZ05ebwbO4/hSPB5aDL8TK7VADxFwgsVUG2+FhqGXVYAY+WYSwy0RnVtxC
8ezfBmIXMCNoMq0uQXJvnOY2iMXVvzz8Re4Ocl3wUsU5kwm8t0rBUQUagCW6bzxzRK652XDw
oEukBNBS4HBa9dAjwV+YMKQAUF2KuXFFLSpeaMDpqmqbZHxA3jclhP5JYDxaOXuHBcCd8XUU
xMhM/OIXSPPVNb4llXegwq8OZeGBoF/Ji7qY0bfiU9qma4uD1WV4rR7gLu7qub7YWqOMcueV
UHsXmOuuyjG9QRZiVs/MCEW188RSBczNaWPaZG6ekbagQCqyZLlPyxHoiRSdyuRvuVgQHYHy
M1CmKoUc2iuFBg22hlFGmOosTYxiUFHzDLZyCr2zp9S3nUvO60qUIAtuac/9E31q1P1XA2b5
KIdDiAFy7aVUFaKlV6LAXB2NlVByZYuYGqQYPcpYchcLeVuz1CoNmyeS8mfKxT3isAXWFHcW
dSUF7e+/ia/qBRvnJL8K0Jb4p5jZz1Fqq5cEWt6S1jQsOzAQC7WIxdsiI4tgZQErjOQIxu0a
D4O2WWbDtx7d+pg2WGV6Yxw7mwmipEt5/i5U+Fz4aZtRPmXptoAeUev3L5AXSMtgbgyl26W5
Kl2uC97zfnCCbG9h0dSmigc86ixYCyAKYzUPr33ti86MEfgcm1jox0gZlMpiylor1mI+CQKS
tl8Pi4vCdDTVwi2fJKsNDTY4Al6NwiiSgS1MFhQ8VD9BLhy1AW2aFaM3V59SrLMC0X0m31Ny
Lnx4GoWaIg4sxiowAgUZvO8ahyIOA4qCiBvOzXm4jNiiGLlopKsUBKToV67by+oKX2p5A7ix
LsWP3qVCR2jTVyHQo/xA3qFbchX9yyaGBwv8TUWzV7wzCtDF2CjJXJXEWSlFpviIOxS2efEK
KZ6DiPNzTjI7osxDzRdWqjd0u49YEQQFGqHPuOJzC1DlVLLcDdySuKsNRK4LQvw1DiDyqKuX
p8RSwCuIb4HBEaniGCd9nzAa28AA+lc61DIFA2KbweIgavfObV0S6wyjY16/uJ5MuunOMZ9S
rLKgsx1n9IlUFXYJhzxFglRClrcqZkoSrPVitXcaXksAVurdsp0MPyM2tGYWrOV5Bz4YVOdO
Jc0UDmNUuw9wjaQQLxDNS3VcrGR5HuV/VVPneoAVe0xjm3N9SoMDXaKXdjj1LUuXMVwhlFvw
CQPo8MU2jEC2d3F37gQaEsob4TWpnMaLqKrfFIZyQ0AzFtFnTcdDbDrFSoTSqN1hZURVfY3t
1VGJdG0q2ww9o5kKHaq3oz4lS7JcLpacHmFIicJ6gLrEppubj27yJkoFR8C8/qYmYIUvLsep
na1tpRwipYhHJoMlHfzCu7PHYkWnIwLCvBpXJi03uXKr2ShtVaHj3L3AFjOHgmsAuwX39Qpr
GNe1OCEVARgR9QgKW2oifcwEs7hmGMnRv4hPAIPKqwwtIckpaya559RoBi8GotPJy3EWT18M
uEjm2CiUwQLgq/ueQWBrshX4hVPZofqIVchQA1Ruh6gepyK5e2+S5mGzlxY751OAMVAF9rBD
gNpCPLerIItKpG/k+WI+1RfY1Q1MDBYFsPL5l3QDG1q5wOvMFXDV5g5Z4iNutRZvJtstqXEb
kD7VXAiAFvLtRSBqBrrS6HDZYuZAZRdFuA2AijxDf1G6VhvKPP8AUAYmoB7q7gwnAlb4UaX3
Kk9OYGKl2gq5k2GRPFRKIUMsKBx1GuhQOGn5Yqgq/wC8zIl2vslMDOhyvKHF1clwV2dO7jSi
BHtq7DmLjI8oXXdo6ZenV1YGfNQVc5XNqrIxviMJH5zAzVhUMrSGiWVp0AKvm2kmDNKpdAxa
hb6Y5s2DSvSchTsgXnJRBGzsDC3YNkcCQW6QGHRqGaZQQsDJYN+ojcapSgpML83AIioUUrwc
wFC53SjAOgPcNo0nMaF4bo+plPC5Z5M5lIGE6FZyxXzOykuqwrNnCQaeVAr5v+kRgTsl1WHE
2QS1wauCuBHVax7YlEXHXmiXKAq7cdRWtYumuGYms7ts7wrG5MardJ3RCMsXwiMdVkTJOA2m
7HURO5Ci5eLZVpvY4PUSYC+Jf0k4OLj8JRL7epQEr9XHzMB6x8V5jNaQYyriMFYBLbatdVeI
c2Lluh+XXiOr1xdpXqiXALDkaQU5OniZhY7gjeN/iYurYYKswKCVWHqs8NwRVu7lvK3uPvkV
hMtRRqisLfDbx6hpXBGnNhyeYCZXaqZ1gxccg4xLFYb68RhmTgjQ1RhlwC4ZPBWQRltCoEGF
tyzFNPtoRdh6mIghGSwwtCxcSgV0irMwMj0owdbbYkazbkvgUPFS3UBrngL31L3bRoY8DeM+
J0cQr21HilA13fOZcFoZKziI8X2AsBV4yFwjISo31Qt/mF2GFHrgsIhiFWBMg8C7xAJKawaa
epbuaktMmT8Q4x0u1V2gI4PbAaJscmSIsbKKV/MV8ct0FZg8RQALRazegl62iw0uChGJUqqi
4bOBcSychXIbqIy9MFt/s1B7qCrcGQHedxbxhRsw0UWWdwPBTsHWrPErUImxQL1DScfjIcck
ozK2jltrfxL2iFSlGKOZWFsNw/5lkgVWzJXuNtoppHqX9UOIhkNY3C0BJ2aXXiChllEwXmyZ
w2+fyyybNhXmAqSm14ZhZYHPhzAUrMn+4NyS32iMIu+eL6nJiV7SoRXbdkq7so6h7Hk/ITCN
sfJ+ILZGAggugM1NAHYAC2Q3YnK0FFHjTwSxXqAENWB5gxkG1dtbuWIMnO3eV1LxossotO6u
HEZgo2V/cTNhcKkrzQEvKFGhXCxwy6xYKllcgS4soSVg95GKVyWwHoQiurwhEpVyyc2hWP8A
eJogBQUlaKlKDKQPZa7vmDm4ZGFTumHTBiiyYsu/zA0ebKgKVtrDdRqDxC0U1g0TvRsRHIO3
UqKcKMjdUsdfAN0x655Wc0SnUaXmMHT5rWI968YXkppExUEGqrCA5TpDvQVLHL2hoSFFuH4V
KKjLLCvOVjtahV2unOBuGpKMFbXx/geCnqMrBjtGTTb4lJChV2ioU7CuihWY8dwF1l/KoW52
Pcdqle0h3XcsMSgTQHi9XiEGF1aX0ZuYBToPKqITu3nqnarpYaduAWh1wlkTVlXe/iYUmNBp
cLQsRFlvuByxVAC3oeMuddw9DQYW9InaE2Mgo4RzuNVD4BnEWUEyLvqYEuqOC16gVpVWmseY
5CllBnmCLLTnDcooYAo4PMZkgMXl+onXhmuwaiEBRoeAYsLYGF1ULoWZtgsdN/M3hF0W1Udr
pKeZguSrcABn8ygGsFWcNESUDG5To2sC3bYiBfkFRXwWKAFyNjhASSfOyhwuJ1mHJDKtw1nO
ZdqGC7HOY3M5VzTrYVmFZBYLW3TRgiodYzKMucyqJwnBwArEuf46hBtrRihoAJbXylUo12fF
xEDAatNYcS/O4BeRM/EL4KFACotuoFQMEdTkrlSm9IQtEU3UACr7MdxAp3eDnbKVmX8hXVm1
68MvWzhQWWy7WCsgLdTxdFYlU44jE4T+0ya1C4zkgWy+RcXuRYfBCwu+Y3sEAc+RwkPBCFBa
NZMahmQUaQXh8R0pXa3SAgQQUfgeSPTEsJcpHHD5gphJtU/43CzCBuFSFk37sBEDdXMMV7dH
damE1RWEHtaYcDaQZJV0z9x7P5bXGDBmCP0ppMNKv4hlZ5NEvBci+4KxTM5b2eX3Hig0Idxb
mIM1dEsHaIoQTRCXxVzumhaji2KjCOs3EwlFnzGfiLjZXZ3EVmsysmSWMilYaL9QgqhRF3f6
gQyKFsoRvsALAsobUWDSeGIILFK79zUFrkt78QtbpZa1Oazj4UiV8DvoFbxFSQ4h5xHsR6XV
RyNEO9xI+qjCMJCrWcMPiO6cXtM13xFQLcKGuWLTEYEZHpx5iDXlRsIc0sR3YCtDXLkvxFIw
qTQ9pSQMfKAUvQOWIqqLbLDuwvMtiNBQQ5XLMLCYdWLOPKHyoANr/kqt5AoWnG81EGeghQuR
laAibbOXpiLZlohk8fEvCXwX2tupgsO2Azw3LKspkHkGceZb+1S5YabqHzOi1kDVPyzH9JwC
FUBQxGSjQRzuUhiB2yniG9mXpGhx6lW1aNI6rBgWcwrKdbixFLVKhRNukoLAG70T3BZJNgUy
g1KkNJRoHQVLUDKFMKyzE3qBLbGSnfmI6gT4XtGd+Y5e0DF6Dsz9xRN7YG9Jj/Cypw1WZeno
XMM5kzCpgOIszWNMHF5SK9TSWxwFp9QKK4Vhfo3ZBCKhyKLXHMAeRQOlAvcMye7AU6K2rLKQ
yII13ezL2WisoHQxGB1QwikOLqJQOAGGocZ3UyIwjBHgv8sw1ruDdgCG3SpngblhUpkc/UT2
6WUxbFWTBfuUMgsvWmcMVDqXJD2YjUNvj+4tl0Bdv4nNpLVeDEbDQpO4icTN/wCSJtzsuT8R
QLHTmUsnKwLx6hgVzQcpwxplgvs07dSuBvyvdpWKuVmgMA3l0vyiNrRQHHGOTEDU0gGdmlSi
sv8ABaEb3fb8QJBBImRWBBuUu2XfOe44XVqrL9YYEZ0xwbM8zMWyFBUoECRsGqOJZlPYTVh1
cFUWeAsmrxG25mxnfgmVF7Lo1TDVmV4AV5e2FUgRW4jRaLzqNS8IlHuZjECFPaq4g7kamTy/
SphxnkGm5cKaApXOaZYKLoXEL3gb9sq812estQ/8pqdL0DfUIVZXzwJdN9wC3WO/MSYUCjvI
cSkW1mNNcK9QPLgoqV0uBBG6uVbSM3fMxgsEoo0Jeni40A1JYVvyIz3iCqYzzvEqOlUBQpzn
/CO8fMQIrKTS5bO8S7gYIXmaiD7dYT65IjV08LQ/OGXRc9RUyrO5cVQKEUBk3ajsLGU5XWCr
ryRqoRa4Lferjs1jjdgC/cvYCtvWL1RXXmNc0+58w5bWq0uHeNfcuE+3Lj5usR9oWUFOw2uG
1MIC2rWFuNFZLF8WjohK92Y+PcxnmNs3KG12gmQ+BdY8SxSijd57QDdhSPdwjTZCgLNahZbB
XuYvTniqTKtaaP4uAirLH7TFhwEvPzC8wOWkKmrgKPU42JfQIWhaN8f5eICDNlFfa6qVAQKK
HgrcbXVTAyxkFLBeY1y/yTMGDCZNGrwwmi922mwVQ+JjaHIG85RigKTyazyR+RWw6cma5mH0
iMvu2ZeUZyS7uqS/M58cr5AvW6lpizldGqOJsBJIZHd3Kc0VQ1WqmHxZSWNAgPVzKtbYQq/B
FmjJoBbOg38zGONtUcZ5hddllmgLHzuUyxVbw9UrqWJtQ05UXBFelomw0inq6KKg3lqBipSh
sSooGYqKM0EHkdws0I3LVkeGZOAAg8kLUHZbhpL0bXhheCLzkaW5XRAxBKF503BFymAPoLgi
20QDonVSjSnAoAyf2QEDsoyK8jtP819Zd3LFRlcB8QWXIRbXm+JmoG6UwqxKlZSABeKKVUzC
XTodPJWJmYXRUA1W9MOAGA1ryNPcySARsLfICxh7zxe1uG7hZWBebq78SyoBdpgjm8JaUWcC
nDNorEtopCucrqGEYUsA7FshWt0VXLl7ijZXG+20FD+ZTLoaQzSKy0tvSExUNiYcxJQvo/iD
y4Kq3mpawXBBWKnvQnyIZ4ryR0NP93CFqK1/uUt1/kbz1AQukcncQTA8XeHMTCH1qFPdfpC0
2hiC43VV7g6cqcDrGTFLL1FArKXagFth3bDscYRECtNhasbXmHINtUDtdQyXBWkrkMaYwWrC
EvFsy1mA4NCbsa/Eu/iNlM5RFBQt1dwmi11GN08xxd4pV7dAmdavLDsE6uB1ekDymFLbcpev
cJREhRw0gWoSyKswBDslbmzANG9crmMmDW2g0nOGHioArFn5zKYCigF06YhHQFnJZ45h9pho
Mn2fiMl0pYSvNqNwjJYuXxNRFjd2cKtiy5Yx6LwQ7cUIXkfpCbbMJt6EJb0oJSA5xfMBJFoG
FaUwTfJ4Ld7LiIAXiNGFZxoIC0EuVK9XZf8A8KoEW9My7tXLEHYuKB20K1B44KiJMNULtQrp
iGmaAqc4q2o43C3QaucmmUUsFMoHI7R1s7vX4XDSehV38jMCW4jg3iL4hsufoFhkAUk2w5DB
kjakYIhtj/ymRoyyLX0dOpZi3DSC6ZL5lmkkbU9pTmXIbx6hmMgtQxcMahC1ophuxkC10dxh
Kyib0eIirSXvcWpMOL1L8WgHyszCFlApGcs0umyCpaA4Ox1C1rpvyicKX8S8wAlfkNEUylmO
HhXDiO7kGQ1B3q6YjwBbnOxnqAehus5cN68RVL3Y5HALg9MC3duypOcrYFLAWBFyFG47c0nH
oZaldl1QFHKe+oEFhoUtQrZjBQXUMYcVKMHbELN3WopSosUGix5iTpzwBNc7lWKo97opqXCI
XbSP4iYiEVXjJx7lo0NmxAGhIOazSOIJshdYB84QSxo7bDDkD4hUAwY5AUWlEUmC1hVOs9Rg
AsEoObriHWWu0qHeRmFspTRgPBdkIpKvNK6Wz7g7mlZD6XH3B1ICIKjDRr4jkhGmkadNS2AL
ygTmJcUIiq8ucWwm2TiovkWdepwlUlPArVRHtCLlNrz9Q/4OPlzTDWf/AIDCn+Vdeo7b1Yi0
MpsfMemzShwEwLcWajmuTeeQ2+I4ksmuW6Rb286Deyv4ij0ivzbsUdQoUChZWOFQOQtRuyvm
PzSMeTdOB7hE3ARmy5MwxRs3AKwWVcBRsXqKqhCeqYO7WiwoccMJU9HlKYp1l6zBzTQ4RhE7
Ld8R2AENF3SabjhGG7d65irQrz7bgaFnQBojGrkBXsZnliA34YaLHgZz4gKiG72vUTGrrwYz
UCZzqodqvdLMvM7FKFrwwmCrmMAjjlfiKiNIXXQjTzmZjDErRizXqAIrWPcyXzfiOkIQL6SM
MaPjIpfTBF4ceRqqJYENCiNk3BFoZqRluubqE1gAl2cMN6NLgdoVNilQq23T8xlgkG0d+Eax
i5hSrtUvEZoDB9mCGgFiiDjxSfiO5RlzA6fxGlNcdYvbUNY4UVRUwAzcpAaKWzbXc2qEFEg0
J2laMzXt3ZoYlEQmfGIsAxGK5cDrEAGjEFnBQro9kTqxpStHjBVyrMatmnEzsluhHWVfEbeF
iEl+CiJmKy6LDDjmYTdB2syXlZFm7EnQYUcJiIjRdJQM1yqKxIIPAL2+obOU2G3fGYIlmv8A
NN+JY1UoceT5mBLFaU7qXZ3FrL2MkLNs+vC4o8QSLAElN8ksXBWVHZ2twrrK0ddEhfACsG4F
lS71HE7O3zAkYBZsR4omO6yFk1pWiKIYxTYN5sr0xETuFRv6JepDyjwNhUVXFA9lzdSlc+I4
tlGi2bR1BiikNWXeoCiFBurOqlOSw2LrPcb2LiqM/OZcDDIpS7t3xKB2QvHNOJY3XCkc+cyl
CwN1brURTaF0b9RuUatK1CdiTXTbRK2Fi7AjpLpmBo1VAG7M58bi4xwQV6apRiUqrclK3wcw
1VkDsAy3sfxHcLkQmnKswd3KBi5jQULu78wDWAkHus27iaEQaXyQpFTwQ3UtJkfEqDk2+gTk
6PMTcK60Nb9EHKEDbBpMf+TY3CjdhgqENXI2U852RpjrA4OKK3UErlmgF6BLfuB7ZBwpOu7j
aepNCqKwcQ0JYYUxVOX3AclyZWO7OPuB55A3Hk1GZzzcSr5UlLArQWTBcdSsNaoOGLC/m4or
peJhYdBj6sgMGY2bfZqB4ayZAz0fERdmUQeqOtfmBlLMWSPY0eEVqgaLcncafiJydlXEaEow
ZWen7TGRUybWmCt8qZlss2ZMmHO+oXHDzC2HJbxCg/8AgukL0bHIZfynxpQ2LWJQLDAlFhaC
G6bZ1INiKpfwUq2dtNMPYPAgfK4qU0GgW2OTC2ASuQBR/wATiiy63NyacBiyIrpWu3OxtlFI
aLRcrqsENGrEtYr6YHAyFTYNjs1EpuFLF5qvuE0w8svuKhfoIXgigF31MmFFZ35Zyq0WXr6l
8zLr4RMF1MiuJevEz8iGGqpRw+D9S526xyPuMWQGrGU/iVQWcXcyMaqlim3TkirowBwMXrFw
CYZULs1jOT7jRIoqN0GrWjPcp5RFCs8Af3AbN0M226zu4BNmuU2cNarmtwmvVDABc/8ApAPh
yNVWyv5qcGuwlHGARfM4DjaJUDVjxKkhdGwZgGq1WEDGfMJ8mzvS6rfqYjuj0V3r7j4F9NDW
wusxLqjFV81ZmWx8QZabo/uNp05FwYvIzDNajgFvN4/MbEvYLM4cxQBjLgXpdRlGDWzOMUJ9
xtqOxSBtu/UEJUyDu6XHh0Ssh8I1UBlQt7OYIUKtVqVcYwK5V4/dkevDMYFGWtZ7gN1WsUd1
VH+IzqPkKh5prMNWGxctukojCFJaLpbwslZ5QZkbcChGoxwFsVtTtjs9sAigt4TR7jW1kUtT
GAuvMJSrR/kZT3aXOzqN7QSpGnQSiWzQhAFg6AtTzA4IpdvbJDfuZKNSl3rlZgr+qhoO7u2J
ctXDsVrYsMyi2S/6RV9m4UuTQvT3LRu8eACqviLMPsqxqkW7lmDt7Vnvk+YSYSoLBfK8+oxT
t8Yxp0iWxD9ECWwaiBWJZiq1s16ieMBTe/ia3xT8y4MNUmfzMnm5jCdTDVNqRspPyRMNClfz
GNpppKBooV09cTKMYxsqKKhdkP3M8WAfQ6IipICgK7sv4Rzs2Xi4Xye44GyCgKy+owoBjVZd
Hd8SiBQdL44xgeJTe6hkW5iMhmcJGls84QQnWjgrN2lVK7tPq9cReGJrVChK6WRgiZFJvogB
opBl9SUd6XeSwOC7IaC1i11pHIa9GonnuC4EiKrvJm3mK2lzdVBTQ9xCUN1gjWBS9OoB1kro
T6MRUVb5uCHa+GMQ15ILyXSM0MwXqJTFF4ZdSyVJ6oyXiBhElCI41AxzaUs5A6mMlVo5Ed5p
X1OYMoF21BwpEWEK5wX4gVh4crexax9ytVVsstc26S8Jpw27DA4xDRmB3SYCtEoyRoAUPNvE
3rjItsX4hCwIqUOxl4Q5zzuDOb38QjPbioorvEeyGz1GXFfEt2sZ7jFvAHGHkbmrUhBPjAQ1
ABhiOOCpF0pMnLYNBzAFTEArs4a+5kPs00HxA+JTyVaqVygWrPjyyrNkUpdc9R9pst9tNbfZ
LEK6lyxwWQNQgdAvGV5EG3wi2PzpLzBsg27yQcyoA1k3AIjVwY7jlSb0rapYN4DXwFQRclW4
gqUg68RdXiLJLQa6w1HVCII3qWMwU+45CmAqnRE3pUCUPxxHLtoXIXVNH1LC1pqvDBcwkQlE
UKbu8GYNYiaoeFuo5TDkfkKYoGnSxfmirSNqIIDiwtgIQFeNKUePcyy1NkaaCrl4wFjGo4YV
1C7G3CQPRz7jikbgLTwo0MBSqT1MXFHdAmWFFhzEUohyt3MBR3LWuTlrMtkOKlN8Ctx0NIc0
O2yjmWkPqunYYbhQUqVIFxlWoVelCLUbwMU9zA/sGvADUWMLtVRza84jCIBbWhVhAgbcCWsU
ZmzdGa1fzLHFxWvLd3RGg6mo5u+cOIMiFSop0qFxK1bwhJdUssDMotemsOAZ+2ZlptnLiXmA
0XV1HjMAs0Upd1nFQhRAXeiYOJhGF/BFcWMPuFtRQTBWHB67Jp2huZYY2XiN0GrbjIuK8jr3
G/cHN4iPUreavmGBBMuc4go4xXoHKIPUbdnsAvODIlphbtBipTSjuLomFwCWjiepnYgFZdM1
ZE7UdhT25/cbXIph7zVErdKsdcw3l41CXQjmCXAh4Xj4jsKurAvFjnogLBupb0KtItQVUDXM
2/MVVTp3hNXABNbMy2m6ZRg+Jg9xLJwoCEAFI7LDmCipdVmoYKqhVjEyAut1pPExRlAzxRhS
8+q5pgxKYBhMhA1Y4vpmHZoc2S1iLa0Hy4dwZEQC1Ia0oy1LGaFArWa+YTMjBrW8LUBLjtqb
VAYV7WEtoblrg2X7l075VbRTXVRgyjc+QpnuGsu8TpC8rUSJeyBa2oBbXcXcb5rxA5iYKlFy
8tTjg5huta7hjkru6hs4xXMMCgBFf+Ir0IGxNAK3XMScXsUWUYuaIQ61Kjas7i6h3XwbFMkY
XDEN6QcIraVtlAWt0T3mXHv8cbFK8ahHwAzTa5WfcsiK3Np8ivW4RCBDZjh3BKYCwvVFwFTR
KcJ4QRNS76jq138QHsFPaBdw0GKWgNJRAZDzfK3A3/EKbnvNKdFZT0s2uF4a8S9nVyTf9gbC
XhGqr3BG5swr2Wt9ViKVrkVStsVMeCFKb2W/iA0da6b7lI6AOYPMIxcMos8GBc5d5HwoTOhr
C/6R1zhWwu3v8ywNg7rWKXmQFjso8Qjp+FMr1RETQhc5e1mXIp8jp/uBcpqg9LzV1iOkBVy3
Teb5iThQqOqRtqFik8pcPZMRggJ6aPUTlBgLmzbN/USkTC+aLaCbRaqhFqFCsNG9/UFKxNWh
r1YmrrqI6k24upgG1ldVhl5t0e5WNl34SZVEAHktMwCy6GD+4TpKaXvkeIBXFbebzM+fogZd
/UNRCDB+VkcckKohR3QVebCyZGWKbBd3jJDRdQer1NRgXgVDAR3m/VQA3ACKwFTC4TdGAXxd
b+JgEByqi5E/8jkispTSmra0mH74Faba7ixAVq5R5YxH4QCvN8ujVR6y0KFvIr8pVAFMAag3
wO4yA4o1ozu6lHLogV1WGtSyDNfpMHcZqBLqDhQQxQO1IzXIYUXGFrl0QiKwVyuCLhdacx7t
dtCJtw9xnxiGbWcAEEWFSr3Vz/UowGimNLuJfYGZaFFQAMurzl2ysoKxQAfpjuEIELp1be5b
xZRpbLaz/ErIANJQru/xEoNSwBsvWjc2QnaCvCnAWfmoZFYrex3QxUv4IvoPY/KC6+6Cuh2Y
+2PiFXDYX06mGTaqKu719xFbsVbfGGsQdRssFNd3UuP7BMjv1B2oIFm3BW5kkprESmrqFCAx
XYZzfD4hsqq2ClYtfUNXsAVHTuXh5AZD0uDm2PbVNNSejSvMJdqrCv7jh2sDUrVlmohhNBlS
zndfUBDskZb41FlqM5hXA3r3EnoLtQbEOWMAX32gznh1GACgXAXS+ISK7rBdypyRaOc+IRFA
sAYXZ+JZlrVCcDGOhUeA84lN0AWlXmFTIqwSqI6X1silXja3ZxPuTZEA0mQ4YEuTRwXxeTEY
iBcBsHFtMkdlIB7BzvHM4UqAOjobmaJWIMt0hwABnpquMsqo2jQv/TuVACsUS+XyhFEUQGvB
4YG/NZSVfCQdNxU0pK2cQGgZANq7XPzGPWmm1trGYvFd1Bmju+Uu8s8gGcupeqfTuTopcTP3
gUprl7RIAC14/OKuOYMjIPXEUVWBd7BvJAWKCXaoHTJIsvlYuPEYWKsli4wZ/GCA1wYUvYSv
qJVJna1R5XK8i0VsbW4QwGgApg9GOK0ymXVdyxBDFlyOXiXRNjS6b7XKm6DefAEUgIPCAVs5
Qt8ktDAFlGtWcQRkz3CkoWyl6+cpXJCVJWGTR9QAKVMLVVUBo4tcFFIFMGhw08ln0wnLs2QN
NXXkiFFBZMrdqahHJyLC7WD9pez2wWL4CZw2Vo6OhVy5RfYbPqIejUur9iEEvNd1OC7+IGqF
7OA0/wBIPRSFdxirr6ipS1B4U6Kle7AaazCLrMWJO0ojxsYZTQLqWLwbgQiNFZ1VYF+IphWb
TI74PEHZ4tBspk1D5iESZhqPR3ElFchVuysRFDWyirxL/uBV1i9RySjc/OBjruo3L2MFU6+Y
ZThbMwVqBsGJimFHzQ3M5lbTI/MCprTrwdwVbFW+PV7h+sAqlp1mEwWo0svJMcXAi5GbDphr
8zIat5CHe0S9FuwOXHIrUGDkCQPqF5rpsbaKI/cDKuuCqYOUNFSMQ2OMF1bxKWLHMi13d3UQ
A0uQCOsz+YCQmpcSt42epQdFAuPWMsJoVxKJuHbJkFgVg/0uWUwEwWF9vMxbuVTa5yYMUJ4A
eezVY/EEpFEIsmqICjtC4MjLFxg4A5vvBLMoKtghgtL9y5H2kRXpyh6hvQimhK0ArgcyJhVk
dYWUeiZtFb0sfUs3Ddl5X7l1uBQtVXi5cmD4qvcDF0CFXKk1oAksr5MkQigcoPS8kuthmKoG
+QT/AIvHYxS4bSVCxmynG5zbBWoIrrKIcueUuwLTeyMqENzAbvRs+4ptzMJZ0dexMJ5FVZgh
vF8QtIpZAXl14mSu94LwsIQBuB2V1qmq9wFpL5KA9ZblOmiMjdJ3+JYVggd2PjcQao82wPLT
eiiFkTQDIzhX9VN70sCjWk3UZRK1Gg9Ll+GFYIQsuvtIAuRVWTXCgYlmFiurq/mEnQFW7mrU
xmJlxXZQ4WnnUOLx5TcWV9ILKakqmwXuXx5YytiQpZzbnJjEM7YONH7liQWBN/LBzzme+onR
ZUpkcRyVR+7lkc2Ua6pL4XhZwRzQo5Xrmo0QBOA245qZx5GoYOqqXU2YoYEXbqBWuwsmBd4X
DcrA05aXsbfib2FoihPbD7lotmKyQQwgLAUzpuUfcGZ2O3sSnChVID4NVruBdizGVY3KLZSw
1pryxoKkOBTdoRoyNOAbMW7+Y2iZ8gLMj4jZDsGrPBrDK0sl0JOaH6GFLO4LvTR/KUgUBKkt
aN3zCwNLVKXiwSMS8YXLZxaF7YaoU2i4flYqslEMF2gNSpRAaFNC/XNQMJCwMB5rBfqEF4gB
8VbOQbGomqO4OVcWkGnGvmFucqGsYOI2g1t5/nUcyB9ylswO08RS5y8YfMAlWEcmQxfx1BYD
cIUY8OSFWXqU7baK0KLyrMa7Ggs4G8oGjwK8Di7v5jnWamVr31LU5VNZX0dzIIBTJwqvEss4
2gEVt4j9HCkAO3icEEH40JFEyosnHfLt5iArfYAo/aVIGqNbTpHG8u+AVNG7hi10lG0qiIfU
VY6CNm4Y2GVUzq6aKHuCbGgt3XnwiPVUEBXDisHcAkswWAL0Wi0aUplfBxK8aN0qmuc8JKNM
Ra3LYsvSGVItcCoYigAtl4q33EsQEHgsviO3JTYJfgB9hz9y1aigUz5WcjNRC2LShmaGi8Qw
bNNXxdxHpz+t87hqthSYhxS0Bcq/uVdvXCCtmo0R2zHDiltp7jS6bAEt7VZkjFvcA5eixAFr
IGONdBdRaYF03R9w3QW+U59wymShLTzl4TH8BtqVqlSDcDV5Ftc7jjyilQjq/wBDcVNO2htT
sN/zMdmyQGu7fGZSZhwFtuyBZPiSIcVTN9XDGQVZywP0QPA+XvtPqIRNdNL2siaIiCmhxSGh
E/CoiobsNykOMpVruqJaiPHbYr0zxK0i1bkXRdVCptJ12OFQxTRoye5SjKqmDr45Kzi4i1JC
rJp3GS2rooYZtWKYBnt3mphjAHf6MPhgFZkC8qFYoH1FVVbiwvzWJhrlmn/jABhW918UpePc
TQ2GwLh5nEaEKDJKYWtvuIZJVpvnuZsXUtWcmiYyZs1srS4D8RpQrhRJxvYzLaXQRV4MouyU
WzowQpipd4NBOa6IUUbhI1234jmWYE4F4DcunRoJAH3mvqFtEQN3dI48ETVFUIJfrEVTjETp
rCCW/wArBDvBJSqBtEWZdCzi4eCZaFX5swZJQKMlvGpYDRDbGq9rgKegusHIGLJavpRMJ4fm
5T9WTjIq8LgNsUbX7gy5alqz2kOWpkluO35lQAna5kjdKq0PuZFsnHLniLRSWLrx4nEULM9k
egLpzyzCM0usiJiB2I1ddzO6m21K9wJRaFaXmtsOYpftgDCzZeDMRUrU0BWaI+WXYEjSPFr/
AMWjRarYUexz9QKXsI0vVmagQXgCpjockVQV8SN3tHllfzuaIbyoNRbcsNKN1WCYmz0Rhk95
v1EaUGE0O91+ZkC7W1leAvuASQpqKy/6R6QCrKY3a1TiHhQ22M6Jr6imCgxniYVeFlnhkAN1
fkv4gOXgqVW7WbDiGkIMgrTn0Z8TC5Qd6+uw6g0sWgSLrEukL5Y2DzCEznUGcmllg301p2g0
xIlp37mQEgvrLb3KAFNGepSYdxRZVqlUBtsVKsJtWzNewJcUC26NSqwiOaI8YGXPFGqCHWVg
7ZdQs2WJe2b/AAxWCxUtaNDuoGHVreWj8zHWUJQldZySzSS2HF224WNYaKhUAytOUY8Haqhf
UQW8kC91KmAOQsUeMpYOoQF0Il4gZraXWFeIfYgvNDwH8kpLNTWlzQR87iFYgbNB5UYIUSxQ
oDtlcRRjQsheDJyi4aOHrlKxF9ers+/mVCjmgvY8bia7VDhqygUlBgA3hLX9S8ElsS73kW37
mbQoC12YUkYUAsrrmZAM02rLqY6sAbPUUCoOHohagVqwdy7s7EeTVzKcRakBlWNNdJEYS3+s
Qs8nnNdwGUnBWauuIuil8g2Rey1qs+LLJ2LUvdcw0N4JxXzH4OL2kqwfUWr3YHAocHiGvLVG
A2YlIGh/UAB7hBi5qyzmm8Ri4IGBfltxAMKW0oWsXhbgqHIoquapn5lkIBcFt2CzfOYxM1RX
XWViFFYAVlO9j8oBSFagA8YO/cH4mCORcuRXcxhIE2vB4NlRZMyAhq+Ew6ziAaSC65wtDMEr
CzdGyWb8y3qqYCnqtYlpXFXeaXs7hW2XjdZIA3mbg5qt1L1RDMNeKzIDAYh5AjgVRQG1ZUq2
NX8zFRGF56rUOhguWjxcSK9G0dYXKwi4tOoB1ZW6ipgpZBFtwVZrQx+ByFwPmZQIxTyAb+Jd
5DSVZ+KZm6CgaeiFVyGcwD0EonBqi18LY7h3tuSA+RKiRUxRcjD0MDULFM+OaywhmlRsflb7
loeC74Dg1mvEOIhNjQbRmIBKTBi3uB2ooanCwB8IJBWgXTVrbPxBDVq6SnNFMamTXBEb5bH4
VBtUtMEm8qsj0xVmBf5lLrTlI5MFtBKNfumZuCjoxcshHcLXAFWWrZiAlV5GOzCbg0KZgOCu
H5jCF1RQbPUI1+mHn1GBpQS4bxcdx83+4NLRGijb3PUCqdRLpAKuIgO0FvjJLLVrlYZRrpXY
ePEwxWQwgHYz2qxE3W+ZkUNDMFxKn1lqvqIKohury/EBQAGclXCZCnXgLY1xUDK7gMRPtAID
6F+IJVUglFH3X1GlWyGR+yADQsw8KP5i1RDJL8C38QNK6PZTWRq4L6AmAM44/EzU4QVlwg0/
EM+hqnl1YH6uMaCjTHDjdxZdvD8qczs6xqA59xHNDH6dS0HcFiK64hTFh1lN5VZA8ZwSKQS+
NXE13RRpW2WvxGbiA3g4vBHftm7FDZ5ltItl5PJKZdg4aHrMf4y8czjRAADSrS3ma6MINVYe
nnhJaHBlsZ2v/CoC6qmrfUv4oVXJscF+YCULUMdL3cGmlujYSypCNzQeq3MvYQsgtwvD9wDk
FY03eWQ8x0RhwTKrHz4gBQUUQ4JjGObmSTa5qZCDV9EQXWBQu9aieWWL2pjZROZWgKCnqKDO
4y/Q5lzEgyhXttf4iLaQDJYvhcwM1hiLB0zIQiNc7rD8pTurFIBcAwoSmXGBxjcsgca8YEF3
pqEcEuweeJfmVtcSZotwxOCY3WhrneCKMMigRteIRxgWtsVi3E3mo4pINKKeYlBDTmzFFW9X
RruVY7Bu6s+eY5dZkPHmA4QP0MQjywPHEudYC0mY1jjNMvxDjpwC5SskyMIZZ5K6RTEW5AG9
EIT5AMwNIcJq+Yb6ClHpki0xTiUvJs3M2TZvB4V7o5Zcclxxka9MawGMxD85EQFs4w/C38S/
KJL5ecGVe4GPOS8hdtlIeJmKm9+vy59RpUqXl0YpLiNCKiqUYBDV9wWWuthtflnmD40AoFO1
XXMOGRs3Fm7sqACVsEF8cIHq4X21w6IxgVTRRE1jVTNKazOPBTL3F1qoDj3nMscbFYoL7lrF
VusOV4IxxlA8w6BBbZsfHuKIy2gPDwjWi2XeJtocoPOgMFtmbjURDaRL5EVg0y3bWGGjxlKl
A0rG2l2ilyguUwAL/C2IF4grwHXK+INIW2CqHa4lmyM2X13bMJR2qGF7RhAXwBZVXdNb8RV1
sh2MWkI5YFd8bM3iXN7BwcbJa87EHTWmfmPtuTUxy0uFpMcg3+SU19WFWVqmFS1eBkO2uw6g
E9AoYS/PEq8RKnxlfoTXSEScCtKgw5fCw91Kpx37jwUaLMnwdXFk1XITA2gqUFgyj3ZMpggC
3XvDqKDUY3VUZlowHAmyd8RwoAFWS8VjiJ1WcaGImN2MjPtC2eDBuLczwQqWqXDzxSYo48JD
oSq4QdTpZevmcvTLh4I3peGIJwTcBIXZsLq4M7JLV9Sqi622FbbhxCWOtSx6GI1HrC1+HtlK
4ATJtaFMYgd2Ssc2B7Zb9VeKp95fqJeqLBjgU49xFIF+8YKxmW+IIqvVol3kLIGKeZSGB0uQ
VQNnyR3+lElWuflMahVbuB0v5RrBUBipnDld5mbKYTBefKJGaZrtq09yj4u3ErbRrxCCZC0K
FOktIrwatAv5GNr1ixX1AIcoAGZRWRylt+DDYFDfDuWpuzSw+YnJaYU1XDFjokNTy8VLyGt4
ovNB31LWYigdhs39IaJDlDXarz/hAaM5Us+SmUo3ajGzpd+5QbcVFUfUuGBUhF+wEsVCEWb5
2UwYWy0VXIJq31BTTwtV2XgPsgYLsA98ZUUlRoUNtUba+ZTINbLdtpjUcq8azGTZDfVuwW9h
l63LXEpQW8AcpYt4lBQjEqDZaszUDn03q/iIY6tFY10Xj7lXwIYousLgG1BoVKdmtwDLXIWy
+9Rk5B9owARiFc0DyrXqPmdAw1xnEILWYPxFiYw/elZ2gh4p4aTceGGbikVi0A0ZrjzuKyha
WqEMhiweCd1GOob0yjdC8XohooxqhKQIJy8y6nbj4meRYb5L/iGkAU1/SCwNrK6l0AC3u+yW
4Iv4OjL7mZH0yPW3icDWCqvTdVHzHJlZnIHJjjIJqZWea1UFf5krehlxhHWoqjRiX02wkaG9
srttS+okTYKCZcOdcwNRGWRpgo4dxfVfkUTkJVI3btNRg+qeIgmgNim/rzECLbaHg115gK6F
cSmbcRAdFXNNqrMAHVtDFwLSVKaA8kCaU6bAW7GOSqYusPcK15wsB6mQA3RD4JVVYwCouz8R
ZhtyTa13FJQmTKL4BihZwT5CzTDpdNYp6Z2y8ljLS29WfxEsXpc0uE/wWWC+P/ZdGFwOBtqs
RXwKWsj6uUDUszEdhyglrFt+IsfmPAk9Q60n1F3dEtq0Va5HjcA71cSCmzxECgEQqu8+Y3Lh
uk3Qmb6jG1hyEY4fVRyQTTVXbI8kIqSsAHOB2sa9UWjMLsqyvcxud0CIFXPKAVvcAtYIBs1V
6PczlkVKBtOCo4FbqYdFglKLWtsvxQIK2c9kVAUIjmKTDUBUTybjaKqFtX08R1SrpNc5p3Hq
QBQaE4mgl/2L4lGtgs+RR1BU4S2CsbhhCx0xXhiQBWKjOoxGBWH7R2HGl4pENOflxAoY7NTE
HPIdkVkFsndGaIirHkynVlYOjqacgxZ10hzMQvUg1NXpTUvoKgVQ6ALECA2mgDjRqGbA83dN
JkhVXWUaH0fJFqbJlsrVQI06V3cVsPiXMbpafJTj3L0Rw2MVpWZWuGiqjDN5lpbgUJ3Y7L7i
BCwDBmvO+osYyhs3fhXuVO1aYFXgEJQOFj2yNwKmrEW8NDyMY6CVhVaNiKtL3FITsaPNxmSK
Yw3AmmCA7H8xT4ITpk4qBCpbRwHUVSHMmQLMXCVjuho3KJ4G1JztDEcdYcq+0AXX2wDYpXxE
NtbCzqp4JZcsPbRKepQaO64o4qBW0zV01ChLdAdDoermfRiai3t+IV6QKVPGq+oNqpzD3TTf
ljKMOimxrFzGiJtXd9y+7GwQXe7miG5wFjB1v3HK7R8DwNX7lHwgQFdFhmDXdoVN1SpGUImG
1RO35hTGiLCx+pYY5hnA6vdeJgBLVfL8SvG2rq84hQsVV4yeIpJaoDfA9k6yiOcI3A0bFasF
W34hmAnQoncvlLEN000dhE0GmyxXCUZZ0yxVXfLCW1IRyNQiOq3wFNrAZBOWGoCgF0JdECg9
5eY5qJZ9eEpDhVxbzKAKuKvKeJZzejMVp2qiLEvl7hrVKFw6mEVmOEX1UWxp2Tuv7TK01jHB
du07uHJqSlVfjY/EJCUDHHy8eJf1mqaodkRoWuA/amCCwtDQppzQkGJEqtgNluz1Bs++k0fy
MqDRqk8O9V2MEbQrshzylChuY2lNGI6Elt2x1hOW4lm8DJXnmW6tQiAeKB08wYvRDQOb3Z4q
KsC7XICwXC71BnC9HSdufxLgGzh8QgAnofcpb3xC3zUqih2eiXK5Z3ePRK4q6ErBxGPpAUpa
mvMvOjLrLullN5TDC0wiNDVFRqyu4t0nsGUk269xtttYCLllBp1blLzimge1G0UXQrXS/gl9
5eTp5VOYmH7BYoL6vqVP5iLWGP0LjLkD1Kby6TQeSNAKUpymaMZjI5IrJf5o+0ageTFHJ8oK
3qkrHhsjfQ6cTLSnHMtz1BjumsVqM6d9cwIWlit1R3G/dPFJsKv8wgwLWMHBamYfMk4Z4dtZ
hXNJ+F4zC39Jxt0J3KArsFDWyEr7i1SvfLnI5lzTlFgaWdrKsSqjKX1bQFQM8BuG7BLx24gr
G1KXJXcJK40W2+YqlU0mcwgPbt82Q6H5GESUmlg4gWxNYzMkQU86hTqA1LenWqtOXF+4XKKw
2i2kcNS4b2ijspf0gzCAUbsYVkS146tGz2P0x2CK5xBKbUKAwq4yw2NyclDflhNWKh6HGT1K
vc4YhehwwU00YB2tCAWjXQJ6F8RuY8cBc+XMDcQCEK/MZWQxXpQ1/wBSoJJEu4oGPiX8gM2g
uaNl6jch5hbsvu3uOohoRGrFZI3+2XO8/wCBLGn1/Ms/tUFtNFH9wAwqMcDAzglCk5xBP+mw
gx3RLRNS2f4mYZlYBLGUt+KJVbwHwlyBp18cxhAl7DSZEuM6c16h+kWHd+HLvQXQMhBmotwo
AKoLP+mIiA6VXLnH3OUUjrycqaZRPjUVXO2KlrpS+iXnm5nA/EubUIpKD+2YkVEsUC2l9dw9
rxakKaaM2S24hb7K0i43KCAQLY6q3zn1C0LZriHhx8I1Qipf87gjgOef3CfAUKgqwS81SiO2
nMre0DGemMRQZVeFN0w2KhSQfXIn5laj3b0PC4ZJZb5B3ExGnGuoS0SNeA9ymQtLXVbCGs7H
gIazNxwpDVe4qqQoocy1LvDSc3AFy0Uc3SVr2Lg1eoALd9ViYMkrzKZ0C6oNS9Cu1NwJFUoA
rthsT3Qs33jFRKlOg22GoAJRLaSmccsDRdp/S8yvKQnZOBDTilbyvU5hetAndjXUSKQKV4Fv
KtvUxhKbWC5x5RE0SCqCZbO/ErFihizHlcLNvVBc8GJhUgpKnSPUGM3eEpBpvPxFSc1rYAEM
KuDJSypvDDNVKOdyVKBqs/qVQqbEBfg5iHJ7BXPef8rgZVscs1XiElYydpW4rK1PRzDwgW0c
sA5Vj0+ZUX25qNKGI+Jg98BRvY/4k5qmKkJMldOuoS3IBGqDoD+oIIVSCy6ciJKK4FHqrkF8
ahJgoPoh3dWj4PCBav2VfmIpc2qYd2v5jhciOThQcHuNR2ZnAMe2ozRbEQ0FAxCZNckIdtX7
l1QKGkewYztjuKVJbt5Wh8xlO+TkvKBUuwiHl28BogmJ1tHpUcSkBWsnuAcuvCoUuJtPIzji
EMD0+OMvsqsINDoeSa2h664FdQJAoVTiULYJRoriEYK4KG/UcPKNGB81OswiYvPcKLGQUueH
xFrbppv9zQFYOdeIBM4ZKxMZoAZZbrUwIV4azEY8bIAFy78y0pWjEsy4TFHL3DtOUHdeOpW0
NQhk5rqLX5KyrbCMXMxSIBBEQ0mhrFy7Vx4w+IE52aN29TA/ZqWp7Fvpgzh0oDBn/bgaNr3k
9v1FSFtCTwjgIpQXQnoNTAJQAYK5updsYjn9Chi8okB6Bl3HS4CWk1bn1B29zS7V5qPiqVNC
Y1h1zODCvvnAP3BiaBwVbLVFxoDjH+MTmkKQxLUTYHM5ozFDcdm/uVwaIIFVF2eWOM9ZiQsY
g4ObmSAaNetRXphVG+BjGx0s0XmJEFdFuSixKuCAz3hudryQxh6uGEpapfbmYIQaU8GvbziD
oFQXrxswVKRfwe7tw4uUgZQKXk6b/wAXg5BsF/xAm1lsQuQKgVEKcVt1feImh3S4HK6ZhJri
UIHp1iMQlsBCOwB/McKtqWoLpczK0milXx3XuZCnyBaxLZCFcPYxLxjgduUpFlIVv5qCG1UN
DctgrUb8NnEDqWKNvWJeLBacFwZaCHURj1ou6ihWWjFDj3K8ghXJh74jQ8VbS6gb4FqsOME4
oPLSC71AcargDBnmWIROXqIXbNaZa4BMjUqIRg+3mDWHDyj39H2Img91UvuoUvbDLDwJS3kN
qoR3dS+gqm+0LdvmGhloeV6NEzNQZKLGKwDBbV21r0wUgCEpY0Lpf5isx9lC60N6rnmOwSto
40Zz8xMsKsVR36SxqHgoHPJuZZMzRN/WpaYov2t8cxzXSmmjILMxb1Wt1TywSCopA0wXkTb2
SsCuWhTRzOSrrCU+doLt/A2J0Rwlr8xd4gxERZQjCjFSu/gcwO6m6DpICj4IBqmgrW5aIuin
6mf6CdOmBsxgmH7hGoK6Nw0pgLaxQBMwCPiAloNKH5s0RweYv30oefEwdqy8aqOqi7VrRqVr
01EiTZt3tyqqh3IMQKen+Y3FoNgOcMrNagFDTVnB8TfM2sAXPD+EYAlG0Bi1zeIZNBuqD5pf
ctUkCraFh27gsAwVBdD4vqFqioGS0DFRZc6KUV7bqPpVF60cDGZgJtbrrEJt47LqHFhlTsiq
QGYq0MMmm4mkTkqHOaCyuiBQUMhWd8xLW5VaUJVVLQxZQcEUW9i4vMupKSg7KcmoomyYoZ8S
uNyCsQGr0rncpMKTXv4gBOkCxGlqMiGajTkbtKuZ6K6g3a0vuIOO8uMeI1stim7IBImae3Mw
OC8ppxXJKAhYo4+ZSkvALz0UlCVm3VMXrQBUoNvXKUem1wFU2qaYJZANEOT8kyCCgL4MJkns
vZPkDgCH1mDlSS47QhC/GSI1mcrA8h8Q7YDZWPka8QFv6MROAX+UoWiLAs7N4mKwi0CPalFe
IzOrWpbVjDVebgTNnAAyjgRxK6DaybPXcGpgK1MvObiiQrbdu4NMAa8qjANnJdEIpUpByHmJ
I4l3nJjmEtASeXnMysGGkOOJZACQc8LiW2wAXhXBJRGgmgch2Rp9lOQC6FazLpeKBRy/7nOW
pooc0zeeJhE1pUcNW1B7iQWR0XWC4QrJZsdb4/wFgKpi+IkXgHGvwqMiVVw1sw7S/wCF4Cmh
Yx0rQEuXksfgYM+TWS2MDRTaS0lVHB+bXqFTMS7UaiHhSmy6MfNcw28aSqBTVOpSndu689XC
tIjPIEEDA6bHzEMpaImPS3i92xEsOLFkHUHwzMu1VNqWYymDJv8AEyDU7GFMTMSwqlWpkG9A
GrqMiycE7GRbTqN1CP8ArMa0/UKFFo0zAEpdswECuiuoqyCleSBxibdu/wAJriIU3XIyylBb
B+vmbRrC2Z5leHNuY8KMSnaXCPCtwVFSjatu3G6lbyrg50gL8Tb1MF4zquXuE2YjK7wsafdx
TswY0ksOwigWIJMPBbWYTeCBHm8PuVSKzIDbA8+4OCgrLX+katqyy2FnID4iBJZypX/OJbAc
gQUdchq4oUpWYCwUTBCjUus6dHH4imtqGEtYqxV9TIGip4mBDN5wT2FumMmpdRV9qw5l4KRS
DjHqF+hSibMbgFxVMqLmWqVctzxFQS6XncUoCsBZpkZbiwJFsWltv8iaBhEUtOL0y9SwPDkq
/eq9RgsyUIaZqsgcx9Q6mLPOoymtb3PhBdHpLhlgoLWT3EaAcCZHZdYnSN4A7SNrmgQFoL/g
hwTpDYqsQIK7rZ1tbWlcxA4Cj2Ggoi1Gpiybpq31GkVBAI41eIONpeVWSgmUsmrlNr22DVTe
BF28kAHBQarHNVL6gA32lqZNj5ijoHJcUtO1dghhiZbi7a6lVsfCoFsZNBhguQb1dr+oGRsF
3yXHyCPHe/iFXCjn08xbMG+HrzKRed44lTzAHEtI0K0Oo2ECy0+5eI0XT4g0CuHYs5jAbor/
AJK0MOWkqP4dmKjnFynYoIAHRmHoKGiAB5yjYr10ec7PcCIEB5Eptsrgg2VWh1TdUee4oFAL
SGbKaYqG3dGZDvLl7lZoSAJ5z/5AVRSuCXkj7i7fG7ZvWBRaJcqeYEMtgbkadL4ghq9ioT0x
6mlbUK75ZfUchtBb22YQNtNsvwHM51Gq3OCjHERM3hDuFyq2KyZ8S4FIyy4lGhFUovxKDYoq
/ZCENFlonQxc3eLInohaxXnqMRyCsK8XVnqO2xgFo6F1XlYzr7WZku63R7YxA4XfBwLjuU0G
qKUFcNRaq4CQH6upbMjl68Au5cSGw4zC4wJWQUdKz5jYi42RXLjfiDdVsQpUc3qqfMZbpalu
bIZpiEzjAlvZRYnUMKFCRavlFaUDbBj8XDAFAuTDlSuI4wqqA7lCLkymW4Ulja+CLIpe3oYg
qVHhAtYCKv6liyqHB5jNFPK5PqAUU4pGKgO8L85uWy0tkfEFMKzZepVtIeEq8y6RypzZAALy
qu8StJUXvEyDO2CoWYh4aqLmw1ScMTwnAqyPqx2hgEfTdzXgVm8YlhlB4k8ZixN1TdDn3DFV
KlW5MtsJqg2AjVNMCITQKdbPe1SwIOogNUAVfMEgCamxXeBCATo7mnWDEVgkEFcrLViBWWxY
ry5eonHfPWyeJRCjbBSl87rxMl1qKKK5DmBnrsgethKuLCylHL/AicAGrw0Zo1WJVJYYFxfd
wU3uRsWWeIAMci/Ial8peB+eoXOgh/Vh88IY0r8SwA8VqmesgWz8xLJ+gIAugYt4JQKtOfmN
uPVD/sflajE6B5gF6wQkPBQU81HHUWK4jjAQpmT50M2eblc3iLD1DEBj5wR3eK8RjZQUS3Z/
6/xdziJ08EV6FaCxxXmU0niynJBGBiTX7N7ekbypxxwnN2qV2AoUEeR+pWYAmc0aPPlliAXF
dR53ngmEIhD8rBuBUBbYjpeKyMyLCnA+ILqITIxctHc4d1cMBrGVgKZG4FbLytxclWxQt/MI
o3WnGfJAVdHiOLBbtudxiOhrc59eDHEQ3VX80zJTew9+JYlPoDm4pIYdrnGa+5torZXF+IjD
en+sFb8HREVirlHgN3fEsC6yQVCr+RbLkbRpghzGhjf7ibpdlLG+k7FzuCdVGFrZsg5uuYVI
0spSnNXcuWYXjSsAPlNhLi1i14D6gbRgQPAX9yg5ZlVHs1HNHK5A1TtgcWYDA1fJi5tQKZfK
iGTweSlTgxg6ImNsCVGinLcXWb1B3jzGs3MMztnHMxwK6V+oJdmklBH/AKhWINh4j88R2b9Q
VGDjzFEU5lmSMZ0W23dPiUHvUmRiWlbi7/MdE0ZoXiLC0y/8hFs3YoJwZWKzAdhaDg9+I0Wu
J3Lp/JAhLZig8i79zGtsKGjoqMWw2rE6V6biVU2sjtZyCXkVWEFz+j1EphIUktm8fCEWz0WF
LuLenriQxTvbKJSC0BhRUxqAA4Oc2mIvKREAMA2fxKUOLYCGxVaS2C4sdDmgWvljpS0UVvCY
K1xzimqblWpzcqjYDjMuJYZcN10dTI45aeWGDFqj+oGUN7uNWitPBLSq1JxUKX2ED1oMs4P/
AGKX0Pz1NCycDywjWrLGWaDp5Tri41lxLu+DEzRmsxC9YhDa9E4qUGBMZz8SxuoPLxFq43nE
Yq4OT/2agRMQGxgZf6qK4qeojm7YpVcfMYrYLQ5aIJRpAB0V4gDV3zTj5jI81Qx4ZnqDjorh
fJfiOFCU7sOay/AlNuNdrF/ZseISMCzQg5EvPxCnUHLRe+9SrwrStFM0N/RKfq02B2qb61tC
sbQfVRZb10yo6xUCACFqpV4MvD1LvKwAWCguNy7cDIbZVT3M/hYF4idUdg99sqhaGhxiGRUM
liZCJaprqNHAtNmEHsuHrmW4NLoG/mWRopmpSo1zvzAy5cuw5vx8ymtBgDTTeQYA84BSuPq/
MZi5iOaXRuo5gihtZmwF29sKBg4KXwGWVuQihvtqtZ4ihQoVi8+WZZKfQ7tOagDLkEBBWvau
13m34lhLCiuZXKqxFJ1WJSXipY+WGbbchA0v4Eyeg7RBYVxKgaKgK1eRg+ZlgUqW0cHFpYDY
UljKF9RvmiNNf3LqHonmUAI6uCIhVILFQJnF6eagqNPdwWiPIYlblFk8xRlPObhWEi0bW49S
8lbuFN4N2WdVAUsDZuDCt0VRbeM3FiQRxyBSwQsVVFa92QVeFKMcpatM5vdSksuLiq7EYm4G
YqA6gl3rEraFWcJRiyrPHgmIoaXDzO/CGPMCmmT5UNYhGoqZBZzWGEnlVuVCuCswtSbHCGrr
Ny0FVgI6ZqmvcKZyUaKyIMfMqYY3MOOVyLKRZNV0BPMcpq7HIc2bOoC6tKgWcirqOi5CmC86
sGqlMFC7WXOECq4iMDsCi/EZE5MEM9uI6Z1RtxROs2BmWVdtF2VADq2vctjkz1qCqmec6lix
sdYisIVA5S4oa2tPMFqsRnuJLBTr6YixsQLGEwzNpHagJ1eGErwwNROwotuolNuo8eZ93A5Q
0UFVlqtsIbhAHl4qnUAsXFHGDu1YoFCboZTywUgEi6Xou/Vwq2+J3niHLCBUFLeDPEBCqtq0
2l38S8UE3VPgXlFwoimh2tXqKxd+naAquPewVcJNAFzBRoAEdK3nqLUdlHanmUxsD7Rqg3u6
qJABbplJnAW6uoHRedrfERBhXDo+ZithRtOKlgGCsvs0QLOSUdg+Y1XgADeHm4UC4xklgVo9
8yp9hGxQ4BeI4g4bfdMGqXOCgjRvS+OEgNlw8pYay5+O5VfyQUUEZ+ErkDyXvol8Cx1aUlLC
ZzVmYpNsTHD/AGoZRe1NGKeSY5KpVWWxuCEq1SDhrDxCpLyH2Zv5ZnN2Ml7XCOmXVbZ3Ictj
JFDHSVEz16xwZpocFM9QVYAuAYw0xUw4iobKOLFtRnDB0ZPRCVm0+9d4JIwWpUcjDZFk7qW6
fpzMZvAuxV11MF/iaKeyGLXZao7uNrGRTb3C0F+HiAhABusDLN6JtP5gtZgoubDUdHj1KYBX
KmDcw0pVbbEtW1pNZmRirtU4RZmITuG8igMveKlf7yQ2cNswbDsFLK7wt9RUyBHRPFOQ7Ya1
YAZjiy4JGjlLIZF6NR6VtABvPiCkXRFWQ5+5QMDMvUoloApF5LDiUCcbJRdeNLBYtFSBnYrH
uCyXCuHPp8wipLlR9CDcVOwmbbsMQbhVNOTJvEvwUA4uKlVm9OomuDT1MOAdjHl2DBaEOPmO
EjkUMOoTacowJAcO+ICvUN8+peI4JYN/iYdqojm+pcmSADFEw7gQCCbXqJLbyjz4hfgt+yKt
XDfmBAA2+X1CO3Fy9nO6mRBRmnLqG8gba3UKnILt/wDIxEpkirmK/QyheNzLIGigeyI6wxMk
5XnMckuu0bWY4N8qK3ps5gTHiyrT4FCvEXRYtZs7RFUdMIjswvLdtms+oqG7tBDgZ2hBYMQW
PPKviGAEIEKOGl7gKcCyvLwr17lQJFsXWdH4jgyQ51zlpsjQJBQwGcBKt7BgAbMDctGGWwDy
JvnDji2WNja5LHNY6g0ELSZ50wzYUvxj4lwQvfmBs27HMJouBtBEapq+klSpVGvjEVAxwGFk
2lzdlwcEuuBPWAiiB8AvYzqB5NZ1vsBsDiUI0C0FN7fZEDQlTYW6G0r5JcSLRdqmbLE+CGhj
FUbusG8yzNZai6bolyYpLkAYqGoNuC4izDep0twVgu9oycCVzM0bClKq+GzuFaCiojLIPMXc
gWln4CvEOgVirI8Xj8wqkjXhXSgWZlxbx4W1LHd2LB3UfBHpO0CacwsODMLxMPAvITAxavHU
oubhibG1c+Lj1hW0O14OXcrQ2YeL8wtOQWJAFTYmM3MURv8AFwYQaLeMTMBmlV8RV7FFDc2j
TjzElaJMGvmG1qUKp7xBFoUbFWVxPDMYCeajtX2BdEr1UwuG4PLSXVdn/IgGNwQ5QNJNBSrH
xAsI13K9sCIhWgOL6VAILJSFN53hhVYFoYVoS4yzxDZJ7Ldy3gOgA2m2e+ohgKNAA6wcwCJ5
AxdiD+IJJANg0CqWiFszVjDFUfyy5sA5tA4vJbxCOUZJpBy5DzLbAw1ghMhpqqfeWJQQGj3K
t02U8sxeXzcwKa4XnqUAW+bP5gBLQLFlkNTYgzMgYPMzACigKGdyygGuHMQa+Fi7BzREFJkQ
UuxRGFG5oAF1sscO4MqmlN5FyPuLeaU1LWbtxE5B0Bn3KioyILyvWYzBKsbQw1Ud2gYdFe41
qFhgP7jWbGOhvgvM0fqAJLpcLPMBUkCU29/Qib0CMQ3ZZqNvUVJs7Vp/KPyAbFFO3/iGKsFF
FXiLGAHhklM2nk6a9yrJttvMYBYuX1HDImPFE0gWxvx6m52+gktM5KjXLFVcBoYcEsPQ+IU4
nwz5gWBdf/cczNOap+KjIch2OLl1CuK1+5oXbb+YrAq3HuOEA0HRzFuRwpbYtEpwB5i62ROB
WfMsQRhyVggTsJQzm40acqGxahLpJqvzMKFU0q2oPsRNDXMLqqtRxFISeS3ouO1zI13ZDFcW
M3O37JX80CKrobKhAahs5RdNH8iAbwUfYLsdynfMIRjrFbg7pQtyuf5Bh/8AEABZqhBgzggr
MXTdfiG2WEHECsBj1HPUp01qGxvPqWgCMbRRwUWnHlPAAT27zAB5FF3cYmtHzb3D6uYEBuIy
TmqYlBDhS5vletQKK7Lc04l6bFXe9yiit8PcWyAt053EmkYRtsIE/tKFAd2B5wVTzmHkIrBE
2JbfUrCXd7MDgjX0dMzPF1iBRoeaIvRVxOCIxVmuWdbhzCNgItGrXEsrcaKctsvAGDBDnGH4
gM7FVR8hXSFTDUkF6ODBdX4TsZftG7udIQVd503EVCKVWKOTJ5ILSrrfTLPJHAioYNn9Rsuz
FjBsKb89TZkFxBaPF1l+YFYETOswQFN47X3B6Y8LABxQO3uEHTXCHyhePMUUAMOVxmgvTctr
k55YmHd/OEbyMSrqBaG+vUKySKLvuB1KydhDgOmFzGVhddiFTmWWqogtptKlxQcSm3B6ExSH
JHMAmsN0ySGdeC3EYBdB/ZDteLEVYdw9lDfS+8HEwcqBetRiXmV8lU2x3SUnzHQNaF0B5YX8
w0HsFrerSMep25YDxywiFddmYFsVL+1l3ZoGRdgVCVbsbe0qG5RVwjtclMzTZLVAJooC1iog
C+IhUBxOsZ5hu3to1jOZYkCJsSaPEoPfcNqurhw+F6IGQpqJiBkHd45mNt2LoZZyBduz6lQP
17S5Xnc0NV5YAdsoKXtKWVlYIDgXMwXk1orDZdZvEOcWJZmlYp7lC0q5lFUtMKm1RyN8tZ5j
XQzivnkxDGC69aBYO44pmkdtxEWjqFmJYHCZu7hq19wcsazT3FVxuggLwgX1pk2NBSss7IFT
ViYt5MxjzBos24riU/2IC4vTtDYoEOFASwUFNF5I6+CvMKbTJyy74FtxFKEuKMfmXaZcAYim
U8FzLDOzCdxd1pCAwbAavNcTacODmGLmeK/bGVqgOMfcArlYDEShE5Xr3Ai9F7rRSeEDBBaE
ueuxL0yyuyvmWE9qqsTTYVECDlam/gDlVNt7lo2E8wqAdNWG56p1DXcoAyaw69xpeKy0GKKz
C1VyCDRdtIHsVFrE2jHdaDmjqvcYTCsj0IdxQ/dQxLlWDfeZQUFrbkL2t4gPim6Au2yy+pZX
6R821Zc67C6Jbq9sSkXUToXd9QQVa10RXliosZGqNNL2hT1qZrmAkLwum9OyUOKAKo1mzO5Y
7Ib31cG7tcpnOmCALogVS1nmCYp0LkXC3EYV3fK4tlwwokp3h8wRGnxDttAMVr6mRo3cbmlD
G+a3Bqtlgtpi/g08WvLE2DxhHWwNn1MO9oJx8qq2K5UJb0lNGVpzcDycX9I7ZDRXqmvxKRs4
fHcsX5zsoqtqWoo5X1FEp6PmDbItTk4q+YlsABIiJYurYsS1gjbR6CGhXsJW6czLakgPxSzE
yIiigA8rH4hmAwG2jhbun1G7VFd2YZW1KbUPUSzKt9QqqvNwh1YKq9Su1R0B1KUMBmkFgCC6
YbA02CVCAjnVAG1LzLtBga3UuiCg2ty3FXUX/Uu9Ex7l+fTXpFhrNo1DtsUqw243mX2QQUri
7UTeU1fJDKVJVkMsfEsq9dLTnzLFsSxTcLOCuiOa/Mcu1WBsRdOsF9kTcviuz5jo/GcDaKbJ
VcbcaUg7uV8IHKP7ggSoOu8CH6jHAKEgz5yj0+twmK31KwMoXA1xj+YDZrRsWzVPe4xbQQZt
k0ajYotoAgLwa1LrKgWBwbM4zvEelZtFgDmlqGBljRyJ0nTKwZFRpplRFMrgeNwsBVtkeklp
QlQBQGpkBs1W5SFns7hV5kS+Mc3HGSvHt5lsB0o3uBaFDNggDWDkGaYQ4xWzGZg8WiapnMKF
rml9hcAvV5eTaaqoNiqwLKtt+ITKSAbaAMsSkWVaLTyblxV2OWIJdiaMGPtnogyEaIN8rhjc
mFo+JmpBQULcNX9kyAg7ZN5HUN224MTtO2IqwMMWv+riANnRk6pziW4VbqzbRQfPUxgWYSmh
qkixy8BXEU3Ep8vxKVBvD3cpXRFpnlVPmAiR8HcpyW+IbqYyqaXso5zBI5MHqYdg0j3NjlwM
xCg0zR/MVaxzTrMtyou61F2Vq80ynGM1mDW7VMtCxol+FqbkNb+oWo0R2VmxgII7MqPrqLcu
88KMlVK1NQ1SOKz1CmhWTaOsXmIvppdZD0EUtktGc+ZU5SgckCIsULvPcL1DYZayqE1YFL6l
4vxAFaAQa6Uqo9SishzMOCgC/mY7jKUS+aX8ywXBbPMLeo9Cy3ji9YqUW4sYxaS3Ky46ihDt
S4sLGBSKusqMsDbtBZOLEqH9lG5SzVO/ZMl66BZnD6nn9LZ1CZVgaJtv0l6katkimmHcK6tD
DCHlU6hewjSrLnlCsHGo5oyBTY46iXQwGVQSqBZZ1Dt7B5w4lucAltwkN5QjQdou5RgKX2Bb
btuWwqBivoGDohMIAY65u9ZjrHBaUAvIPylkW2iFzeypQy27WFtu34mAuvI4hCl5aSLjI2Jw
1wx3t5rUlGTxK3eKBXzjARpXQgWuuiyBWUg63wzqCkVKxdBtfEQE0yEcc1EMs13QUuql0C6u
6lDOA1jma7zTcQZciA8Qtq1Q0X4N4iEU3nMuUxNUGIKR3dIfuARMEuoqe9h2rxEgeDd8xK1h
+kXBZGSr+IdELd1qNMRV0U47+poC6Bwn/dwa0NhrwrFWXC/hs17YtcwRzIYl19ViojYVaVZo
y+ZXKgcqL4qG2VWgoXq2aXW4EL1K6osgCzqDY9A2YviPY2+R1m4o7QOx1iNY0WXjFd+YH3ks
AzcDd7iyzuhUYavAr1FIuTx14/8ASamCFJ9C2PcCQGcZYPiGqKN9qmLXgXFRYtiq+BKEKeeR
LmAA0i1zx8oX+MUA10AqBoK1AezNOIKuJVMl8XMCsGrC3bgwKbY8x0Y9Zou6EfUuB1YP1xcu
FqbtieXNwFA0bLOA2+KlvtrAq6bXHUWHOChD0bXKGKWD2BolfHdkfVTT1FtoR1Uwzd8LlBH5
QcBwVkXN8ajBbNU3jzAnUWbVfVH5TMnG0r7YrEMeOUQn0ZrxUNIIaADeeIFprVQN4DcFdCHu
XAHO7HruATJoFMXxkiwtKwWgmbswMaGUPA83e/jUFdki9suk68XFUeadgtIOYriGBAJwJUFa
GkFOVmccSlKrMil1XMCxwZ+YI4DzEG3GfiPOdWblFIq8IGobcI3DVcWQ6uj/AMhyFPDmAK9t
DOYrZN84x7l5Be63iULSl2vM1/Ctv4jSso7rg4qM6BjhTSVBli2CJjDkE05jvCsdttUxaqKO
S73e5RyBwu7e/UuLB6cD4o1Kyg4XYPqLLZWXn4jfa/SAdju3RUbxgtLiGxBTDWDqO2wjpdHN
QYCTBRB5Xrwx3r1sGnONHxExIBoDjlfRlZX1VCUxWNDzGQWLyMH8RXBQsBY++qhgAV0hHgOY
gGrbaCwwsEuUGEGCtUi0+5Vs+GXac3YuYhnEPEVwOI9tFyyoW3gio1YBVUYM5cxRsUUYCu6G
/EAjBxpPUMMUXXC95ZemhCLtcYgkIWycXByw2/7KNjFH8RJAu4KpWb5gkSxGkI4EWBUPLFuu
zuDKljFWXWjUFB92tssL9TIMrGldcaWGmOx1voaj+INR0BSYNoMfCygLyXidK2bihyjnyPHJ
gKDdq33BE5RTNw/tEg3OyPFJAUAbQzyIRkuTUR3Qu2OaaARWygc/MYg6ogo4eIZx8sRrBcoM
LGHDorzuDw8ULSM5yQk2NowxdWaJRKbJoVxUSMIJogItxq+ImhsbP4iF4o7GMrtmfdYi5yI6
xmyW9Kp1MYRzeWVQGtYb8REbBsoX09wU0uqNMA0zv5ucEBW47PEAApf7mDaVpMndYilHORXL
3BF3alES6tNobOlp3HUQeHljIQ513gXPpuXKhHMLHNt8RTAhV3kr+40Mk8mPPiWCRaRm88S3
fZyrVkrA5ZdfEWAkqt6rslYinV6SuJZsAFK5rin3FrDrbNz3iuYuURpKTVXtmGcgYdirn5WN
F81L7MykqJDKF9tbgFUxCxt4sLl6AZYiFdoSKajY6guuIV/2CcCjX4gGjN0IVlQkG6FWW1cd
DPCmNcR81UYOBTRLaVpE77hFpdefEAhd9EwMhi/l3Bb1pItA1riV2MLsTYvXPqWSFlgEQ5A4
jA8ICZsxHUGpAUni5iW6sqDkhrbYwgHCsQvV1JgRzl+Vx4V97V/sdxLgGy1+r73UOkCBB8NM
QoI9JTOVyKAG8GUwNW3TNSxCGIfTcBqK6EmOVSxfZqwHNB3KWAsJFXYW0xBiyVgWDzbqBMMK
T4QlQLRoruAwZ8zIRWim3Wse43nFbKNFHXxEHMgeQbohaPYqFIcnqE1vPykGCVPkobXLKwVH
GTebLh0mWBYq4ttimFw9zEqBxoy1N9DIUG9xAChQoKfMWrgO9AWSpKJkptvgJTel/wDq8QoO
gtBQ9xGLu2/kiMhEi+S6uKHa6Xu+4rgHhbheyAUcEttvfE7Er/pqMS5M0Xmtw4APSseCDMQO
xQcJMNoVpKImiRHRlO24rojhzz5lfQ0vrLUZdKXE5CJ+9TlcUP4hdeMFAdcIGNAaXQNv4IzJ
ixplyzAeVCOLeyMUVbHY+eovS2ShxS3UdnFUeyGGt5QKxw/9SIiYQK3e/FzkAS/OMh4hDZsm
8VEAWQdBKE3hM2ynAm7zVXnqO0OwG8XhfcReZubMHhgbk0W093uDQsqtp4hcHtxFc8QvQBdC
kt/uNThCLHluBhkYDHf2jDmphAs43UeRuES5xQ4jeyDfQGKoX5mHFQM5tUuq7g22NBi1tb3c
c3zNi85S6xHS2OnKgcZzMQqiFsegihgw4YhDxCxWIpsXTdOy5UlqC6FH1zEGfLOmNBVL8wpD
JZCntHmU2g4A52AZb48xWwy6dwVestVs4ML8ZjSQWq03pZagAUF+MwmAgYvFeZSlmcjYsS3W
atGz5lMDbpY1qA230BS8McgZQBT/ADEw2EosPFQ/kuw0MaAAsVpzZUqiwluR4Zr3gw6ex7it
d2at9xTzAuA2o1C9pNvX7sWcAxC25WRiNqXXgjlF5K63EFA12fBnJWBRHLxCbtUBcB4lIz4h
qKgBSGFPUbBWNA4zEkBWJrWskAcqV25uyLxEwezJqDyxZNUxIAgMLfHEtANBAObsfwxKuuot
LYVq5QVE6sv2/wAQB3BRdPh5lGNCoOGvyeI9TBW01dvGoBMS2AFrIBEbjwOus7C3VP7itqhE
rQHazc5XrdHumiA2MLI5el4jsktE5TflmBCKcWjBOBLBW6jdETEa6PgnoRxN0DumduLuCi4J
IBOTm4FVHkAbAeWOVzkXtzg4lFS23Q0vPdQKmFK4FhU4gKBOBA3trxKphrhGqe4TpW0ElN7E
vzBXiUmwP2IAeDg0hyRfMPAGkgs9B1n1GLZphQ3njRUIUEDZ2N0yu9CI31Z4gVMdHDzdagE4
ANsYdLR+wdr1LQPldW4XiCzGtCvg5HMoBULIIOPDEDqoE3k+N44lZimSUVqzLm3cYbGEbWjm
op69AopvBg9SmhU548CBB1wBcp4hkaBGra+IHQgvDzfcyYwoOqZZNDDrmyBxYKWsfAhbauuD
A0t4M5gVUuh1bGOxgQZtGHQEbPMNRKvZFlMi9Z0ynHgRQjSpk0vqYuWXLr3GMHwwKkFW5I+Y
1tDO5g5xKKiKtyyvlUscK8Sw1sujAKU4YDdM33cVVMM3x7igpsPTKqHe+VeokUEqJxVQ2FRs
arbmKJ9cQaygXEOrNeb512jk2iM07ytY6ZeAbAADOqrD8S52MZoFqFFB7Idz0wurLexzs0RD
JMxLHNLhjQEM1toquBKyUUmRMbddq8sFuIWVQHIA+DLOVRapUpPNRTRVs7Yusa8QSH3i9NJK
loAHAVqhBplX3Lr+SKubvBwLTWfEEgpK2qyvKA+D5gALQRDASiHe2RYBfCuQKVSaGG+1CqWb
MwALV5qnFjWbjoibptqsoyMcRsFXtW8Q2w0iFnKgDEK0NA2nDSH5gsBDhVS9VIoFclWrqAui
JZUptEOBPLCM2XsmAFFhkLrXECAABHFyMEI2CqAXDHwcwqq8Kgv45l7VKV2O9CncJfllSL6C
AqNcBQ6XSwrXt1q6vsYs8TGENBSjljti2tFifmP1DIFrNxlhfxPHuIlijL5vxLzgLYZPmOoK
c9V3AKEVsBxUQHNLTUeRV6XwxuCrV2mfMJsWrl4yYlomNBX8yoazl6lMF0GXziYwzjkx6jGH
L1LrhPJAlbtaAQMyteO/MCpxLbggEhRcLqIWyuaj+DGhXewwSmild5Dfhj8Qtr13BGAibRwA
lRu1aiVru7Q8tjqYo8bEB0CpbzpBpbguqX3CFStpkeXGYqCXkoYvxHKjbhA/mOxOUCdhHMYH
rq0MFAyxxBxis41taz3K46IBWb4DN/dSsSMFTh6wxumImCsI9gX+JZjyAox15IkpMblZA7lk
zQJyAO3yy3pR0Kpybvcd5TziS6CpccByOY0QKtuuJgq1Zz3H8gb4R5CA96K6qpReyNHFFmi5
KLXqYrWCrYHC1jE72raL84gKHuLlGaIFmERvgxeNwH6AzVacqaidxXdNed/qFTGaWsHavMYB
UqlofV6l/KMLfBxBiFQCyHmWBrfLAbI0IFrXitnzAomd1xu7q4MvoEOl2dFMLzEiFpPUIRAV
EHxMv6iwRLBi0CUupeSFIg+dj7jmaOGukpgQmGblkOLgkKs0UCbIIakfgNDFdCYvlT77g9sC
NhRNIBM3EL9BMmKBkDMGyXYDOYPtFgcygyliBh9QURr4/wBIJt5J1AVjYS+aa3CLMkB+eJiE
azfV2EW6Ab5mFBEHN7PpgQMHIziZmmn6WOuxH3mVEG2FJVrHFShixP8A2JgZaelGqgpadqDc
U4GnWYTIwMu3EfAnJzV8RvyBvglPwR8NgyhvKLL9ktRALZg25ogDzAXSlLCU3S5gBgUlmCaV
U3xDVTIutSxFUPmIWQBSsrRw8w3xDSAEbrx4iJPZbVmA5KjZj6TAV8i/iYSZZCxMU4+SElwX
KK2lpuoGRdOsDV0NkvBFDKFSj+UPIgFmgaqgxCpSmsC1/hEpENfJuCFyosABDhZQje3LpdT3
Kb0WCBxhciAA4ZtcmmKKik5XkFsrdKKRW+FKJGWAssFagOiEYCLlVw3rES0E2JCsra0ESsbA
VLYpYd7cYI4FTL9QrPWBcLZvvuI52Y+baXIxBZywBRnmp6XCprS7ivpyhy3bQvEuOsFyisWS
6EQAlcoKIXLNt0zKMgsoiV1VrrWcayxA9M0mXiqzjzHbigBMbSgdVtZawgzDWXx+pSq3TkJH
af1hUaVYo88TWDyFunSbhi6mjjHS+CNbUAGiacwaUVbqsrAQCshKlXmMVQB7HDcbLzEl9Asy
c/qbIRaxZWsfrMJthZKzBlxqvjPEdbPIY43BqtFtjnEpgkZd5eqdcdwRoRaVoWNg6bsROpQK
FbpSuuiWDGwn4lqs6Md9xqUDgCj5jKBL3oTxcrIRzdNl+YWUR0XIepY3cRhuoXw/5Atyk0Ar
USwFZWHgvUYIK0AxOMAPzLMKp4UC8gAOpbRASjnjSH3iImDa8J05CIUHoVk82xMtJbxv4yRr
Hcy8BwZbNhvVVjYaiLU1cecvME75WsV7Bk/EociOIS62GfUOvKwppcviIbOmoXZRKmBtZgNu
Cy2UWyKFl0IPLOdVPNB2BLV7IYavbxfMUkBQYc1Q6uCNK0tCKy+YdnWoXnbV/MuNGGYLmx5c
Qgrpgpw/PJ3DQMKSRHC93EDhjKMYMflKzZoDS0DhYFC8UZre02RnkLZsZLL/AHGa70AK2Ep6
DRB0QtZZmGKTsfMDXhQwF62fMbEABYRSledSlVQPkcqiabZ145tvUqDWxQqjulIE60QDCLa5
xFHMimKHCBxruL5PZlmMGIQPBL2Ld6vW5RSRCRyOZkGRIRs1iFMb5GbN/wDIzWoALHwx0RwE
lOcN1iAC0WIpHhIss3VQWoyVHnNayhyJUd8YjpPMddBaBuU7tXdHI5mF8FgOUYlQLVssgm18
tRPMsI5rZryGAbPJw6i9IGAKW3a7h2wp8TAMUcN1iHSFbsa1olI6C/D3O4XXdS3SE3jD8Rd6
PF8/9g7bZobSHoUockabXvk4vVTHK5YOq3uEsWQcLiuiHdXFuO28m/KAMEBbRbwKPio9swDQ
eGCz5gCns6MvZTdSpLOSP4mwuNsAMtqIFuSJAOrX+UwDHAAjVl6c6gKIipIo9YHoj7EkwC/1
6ZgpijkPC1g/EtVoRLReMuY6VJK1UG287XEaA0Fs3kbjwpKIXzSYYVgG4kh6hu/UyQ/dsIcW
3rliXqEhz7O4eqDV0WmvUJV3IuBP5hFkCDSp4uacPDy3zqIp2G7KFW+ETiqFVwu2iQgL27qI
Z2zfUBLBhVEF3a/gicnojWhl0+Je/KxAPAf3LAWNvpRijkm84By05GLbilABLWiHCIDSm1wG
il1HGIzBp8pYlPCsqro76nlCBhuaSYjkBFIyrsXmoehuUMKbr9xQa7tbsW223cVSOc4utA5M
wVspJLL2GHuVANasXYXAwVy4gxi70QCCrQXjv2TSBBZl4KlBxIaUW4lwNiFQLnioArMCKjGk
pEu327oLl5csaUxKA6DSsvgi7gMXVOoUBO2hCJlJaO/NwLM2yrRiMQHM9HcptwTHH3BCdBbW
Mwq1dl0WvE0gYHe4K3miFl3UbJM2Z58Slyl5FBECICqUqvmBcNCL0vWIXOWGTNuYBouooAx9
xhuynjNpGdeBlv4igLbqOcoAJppU0sALZWILrWGnUJ3DYQEzlvn4hAzgAgS8PKDimtVSKvF/
WIAyLdCWPxKd/OkLd1YPC7lAic4AUm+w+ZeLIzhfwuu5mAuGb+EUEeZxjmmVh4B+qUY2xm9x
dAhE0MUTKwKBTRkO4BhKt7fC9biCrrWsLkKMzHR0FK6yvMtlb0aPZzUWqEyLUesxz0ygQ/EA
0jCpsp3VTOsIxYxqPkUcBm7wmcxrUEAJR1oVjuM4VQyx01+pSQWxzJdUFq+ICzAybDXAmYp7
Dn+y9kErZtqXWD9mAiqbRDrZUsQpmqw29EL/AGnAUzx8x02pZZS2OI29pa10yEI6nYIftcxx
rIKx7DXiCK9ZpQbKF/EW6kQl/DAe1jwGh2sMMjCKBYBoReBqjPMXBuAMD2oy+YQGCaDQFfEC
lhnwzCV3CVeVNV2yZYDV4OQaGdXBGjM6qce5XEDaBCxchsi29bgtECMj44juGmV0l+yVG0KA
rIdygfrU9xKuXM5+YZDW7JbQH0WbHZLzkEtcXNQhSUChgbwRuqNoa1rEKQlq3YIJJsMBo1e2
U4EBqxshMbUrpWG8YmVeBLzeCmUXLPk5JSLoum0eLlJhHTeeo4Wi4d2d5in64pSVxmWrC/TB
hGshAXnA3HxuX6zkLSrShtHBzHnLYyFWe4K8JjaDyCdviJqXKSug0U1HRCJg1dMctbSKX5/l
FjT01g0HNdSjVT8RKoiAoI0KQCwZWM2iVlKFaVy+ZUcxBOhxoiVgNMUCavESBQ80HusRzBkF
dgbuGJA5azAImezlfqVwTk7avq9QUs4aObe4pXtgZbOWXSckGhUbpJsI4ruYmytzNWalJfug
zr/sAKtQqCtLxEtyuCBwrkIuhXC4lcEsESAwgfAx4cRrhIrYj25lFzzIAOA4qUFlppV2K+rI
MCOyAtlZmIkQquQGSPrzS2n8YixyhbKPWUcTBsMWutFhcSrLYsG6A5HLzHb60B3F1uA7iVIv
+HzMlsqiL7Kih9uVaiYurPph6C5VeHVwcRS325zmsQeHHBhXmNYFooZU4L6YEkcwstxzHtxq
D9JiAKtAbs1uWFqZg5eqgqgePVdxptVOTWdxGLbu9HVx9jrX1/7Ahu+2rIddNU3d+dwublBf
phHWuRsrzGvRWbJjlLlNSaWVS61ANFRbJYriVpvFKbepUo1c2MDxGBIRzM0zfiDUAyNH5i4H
iIXLzMcoCqnXJdwH4GVar+oI+4a4dcNcRvcwAwyOjPmM/PjSU1TdMoMFFiYM85gvYyNL4pxM
DqwUsV5Cgm6HA36a1zERbctFH4/w0mDaRnxUXFoelYZctt8TjQpuKGG7zFuQZWGBMFHMagmU
ylqmh5iUS7at5APhi3mg/WG5ed7ltL8ThKADjtqJEZVas/mXLT2cZO4WbQORz9RUFeFsFfMv
AbbvNdxdu4As0kuEVdp+qIrxJ5AOvJFRHaltB29PpmS6j41yNWxdhm4mib6l8KTGHwLEVcZi
ARXXN2f2yoglaF1QaV3zFCoVtLQ9ssRKpsZ+TiGyFlo3XnmZhKVjHrEuEBsJaBu5qAau18Uj
ZD4VbFU1jDyHRESO0/uPpCmhVls3XqFKFKsML8GC1JBApFxQcm8yvDPYaM1LTaF4H3CXRICj
XuCIzgbKgQNC2f3KE3csmKrc0RzXaW9RLyMMlYDzFFC1cfmKAWMqcpKLIE51cF0kFY0P+xDY
qtXDLGGJrOfuF9pwwYu+eYco8RrDT6lkbDxOULSgoRkSjDS7BYZ5uWw1tpclvMYLi1ngjjW2
DoVshYyYx148JVCDS909wSGQWWl3dwHxApVRzT3MNCFseTDqDIFoACnAKe4kq4w5rd36lj8g
yi5qsPu4C4YEmg5tEHxFQC78ynjMFoA1QvO+I2jJLBPRVX2xDXLXEjrdRFQpdVV5FWz3AhOv
LnsuIvHWJkNDiiid6DeNn4uIRCvFRHd+ZR4REDRXEFop2uKnd3G8eNy6l4OHUYEjI7LfGI5G
8NaP5JmSgS1ZCBm9qKlfmAKbpzrJKo7ZPL8QNSXJYwZiT1SKsvAmWFfRaih2n/sWRFAwzd85
gajFfk0FxdFzRVls2xzx7lBa2tXnzKWxZjD62iywrA9GMw0KdzVEAH2/HiVinS6qtbjSG1bo
vFcyrUlCrlKVvqAAnJxg5p+JsTvTuzPd9xuygVCa6G/EoBstiL46HuGYBqSygd9+pa4nC90v
ecncadJLEqziFOzOVSD3HxyoHWfMpk2uDSPrRseZ8RrC/gzBVHsL/EbIFcS9FajSMMxjD7mU
S2szd+4C1SgS75a/EoaGI0cjGDQr+F6mxft58yyVtLQ4t1AFEdqyVVEtTbUvuk1wznnENjHT
W8PbAyOvBMEucMRaBq60s9zDByWmb+YC1+ncBBGajSr0tTFs5BDYNGTUR11zU/cX6jIjGw3L
hQRqXhwVVpL9WM5oUC6mdBtMORbSnEEhtA6FpVlBKWcF2z8eEfBhySGi22/MGMOyrA8qlRwT
WJTOQY9T2UqHQvUsjX/UCI2IlQHDuiWNUZRcezCKCGTVXFF+bkAltcwZiC4UyZcV5Dkpo8wN
VM7KubjnZZZrXzELfr1Eey7IMQX3Rxd4zE5URBGjS3ULqSRce1tw8VE3uFDSc4ypAbMaAWYc
PLAQKlACPZCLvitknFhi50N0MPeZQhlrTytx+IANlE2N7cjMZUGwxTZXURXQVp+uIxKAWhrO
m4h59Dgh57mIw6oRQNFxgPZyKrUfQV1g5YNcxzGzpKqbwbjQqiNZtVv8RmkEnYKMsPxKHkVy
b2PmJixBBduTBMtkmFvsxKZoUxZ+Aj0AZwXnNwiLYFtOrqbBBh5ZngNRLX3MQebafuXp4aw1
i+phBbcaxFWBTFN5laxE38q1zuVhS0/JgKLLccwZILTTuVBtS8MSrHE14vxLX2suJgxdVyan
FaKt5ZShsloXuGNZUz64lujegun5lk1oV4Ncxo0PZg0Yp7vURJeV1I2qyHjnlYzHKEOBtpr7
szcZ8wC4a0PLBi5BQHFJx5gNQCsIjx4g2FcRyxjRC4IJBvwTiDNRFj1ytkzaADs5XXGIkLgp
VDmlviZDZ1azFpF0y+sdfycljWAAmU7XbDHIboFzTQYohwdcG3VCYxDo0hbJ91GAzYOrTZUy
rGCI7KYioR8F8Sk2LS0PiIErVN9Lo87j2Y5XThhTUftFbuhwK3CFy0XWgdjVSkIIKxd5yQ0Q
5lPDO7m3ym6R21q/ETdE0qqy8jFwNWAQIOaCgVK4wVEU1VXc9dHlebVhMzqlybHvmK5PQZt1
6hc9YA+H9QUMqL+XEFVIsMjIujG44WrYBtZ8CLARDQBs93AQI00VTzS4CyYCzgtNpLTjjagv
lDmUlQRFF6bMfDNJgKmOVEqNFzO9QsOwtbD5qbItHCNodHvdjdEQBmttVdcR6LPB5eH1DXSD
XC9BUWGdBQAuXK7VMg+pTEsl6UeoU0XbYp/ELRyNOo7osdKJwBwy43NYBZPRDxCpheCIkiwW
l0MpmRSWnuZpqWuC+SLCmOGAviBWQ1tFhwFoPMyDIaUbqN9xVpxEcmDJbxMoGqrgl+JQdSG7
B1UGIzLu/RCvGmJnanpKs0slL21eMwEoBoVeqg5ZFjSv91MythPTfFXjfU35dteW9VzEKd7N
Xnn4uKvcJs5wGNe4mEuhlGOmWPDAu/KC2igWLyKBVQc4TigYpX7iCqBcXbG1yxxxaowZKx+I
UygA0t3rMYSR0gKPDywrAAkt9LByeop26LNTnxFgjyi1W1ozBwplUbGLE1HSNDpQ6y1FOplU
caWtxuSz61aVXMYMrDiHTaxSQFXBB00C/mHAJwX0dKH8YEUWS4XwvBqYjCzINj1Y9wve0WtI
jqAw935d1W4EMqU9HNX87gBSKARXKtoMixixMbI2uVQojgYvPEvpc4AWHI3cLBQTah0ViLQD
msoC7zSUQUWtMnqjUZdECKjS4Z16obP+sy396UDJqsFdyzJWZm2s/wByyCVRZZTzUZSqwRLT
2lfXe7rxcCVtkALcpIpeGeaJjNegbWFG5MFVb2SnVu3inEOoWpQsPiJX73Dn1G0AYrfESmFY
Ad9wu0z9FWEOzsqv8GHbcOC37gstj0Wv5Ymxew1+Uu9lV6qzFjxT2fEeQ3HHQXkQNw54Vn7g
7lxSu+OYS9uHOPlzDgo4yFccGc3HZ3XxpMgDTTw/KuoK0qx/rMF+Ti/gds3Lhtrn+EaLum6R
fFUpqD0Jr+RHDotqbXzRmdxWXnL8QbsKzB9LYLGVaj7gl6Y+Ch/53MKHsf3+hcz35zt4P6JZ
2O+14Vd5zEea0q7rUollZwOs76eoMd8yS7N0JiEqbtPEsFdtnh5VMfmOS6vHLeXwYPfirDfs
fmczkyO/0wDNnhwMYBX4hvWa0FTwjd/E7DXiN1z/ALcORZO44uGUsLlgtMWox8Ty1UplWi+0
zd8Glf8Ap8TGzW4h06fU5im8cjxnE77nXDrmrbqNwu0dPZC5dql0vTy1cKMY4ile1/CVrjtw
u3miXdamZCvKLPxAmlLUF24bo1NO+VFluCx9xjZANviuHuW0jgoFH2T2gbz3FGXtglN52Kgp
5Woa7+yN15FnN+CdvTNcCV4fKpk+Jq/zDkBngDn7IMt+OHcfc+xXx2gvuq83h85uCmzfQq+I
GxlmGi4N91c4Kv7h2r6f3AuvAxo2eZ//2gAIAQIDAT8Q/wD08H//2gAIAQMDAT8Q/wD08H//
2Q==</binary>
 <binary id="i_114.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo2RjdERkY1MzY3OEYxMUU0OTQ4Qjk5ODQ4MDVBQ0M0OSIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo2RjdERkY1NDY3OEYxMUU0OTQ4Qjk5ODQ4MDVB
Q0M0OSI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjZG
N0RGRjUxNjc4RjExRTQ5NDhCOTk4NDgwNUFDQzQ5IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjZGN0RGRjUyNjc4RjExRTQ5NDhCOTk4NDgwNUFDQzQ5Ii8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAABZ3gAAipgAAPIkAAGHHf/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgDIAI1AwERAAIRAQMRAf/EANMAAAEFAQEBAAAAAAAAAAAAAAMAAgQFBgEH
CAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAQMEAQMFAQEBAQADAQIAAxEEEiETBRAxIhRBMiMG
IDAzJBVCQDTAQ0QWEQABAwIEAwYEBgIABQQDAAABABECITFBURIDEGEiIHGBMkITMJGxUkCh
wWIjBNEz4XKCQxRQ8JJT8aIkEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAADAEwEAAgICAgEEAgMBAQEBAAAB
ABEhMUFRYXGBkaGxwRDRIPDh8TBAwP/aAAwDAQACEQMRAAAB9UOHTh0QgY4aPOiEIQhABxw6
IryOGAABp0QECDIIAcSQp0aTgxNJIUhEglCOnRo4aecnmgwAPOl2XpmSONPSBhZkQ4eliEIQ
hCBhBCEIQjggQMGcBEU6cI50IMAAQBHGDQxwEdDliWAU4HESzo44NOnAZ4kZceAHhzRhzLHT
hty0Jh0iHpYhCEcEdOHRCEIQgIUQ0EAIxGAhTggAMGBGjh4MiHCWHOBCWShwEmEseI4NEMKc
8PIowYNJ5qTNEc6ONSXpLERD1EQhCEI4cHCODR5w6NEOGkcjgggAEAI4w6QwQw4WRWkgOSiI
DLEOIeWwc4BABTowRiDygaNAnS4LwywMIENaXIU6RD1UQhHBHTgIedOjDh0cdEdGnRg0hgjh
GK4aRRo8CPJIcKV4YlEkQEkliSzhwYcOiBjDyExxwCIcWRoCgK0sBxrSwDjiOepCENODhDBo
wcIMCGhAghCEcGkIGOGGfIIQAInDwQImBSwDAgIQcTQwYaNHHBwMiHgJBHAwYc0BKKgqCeSj
dDCQOAHqBw4MOnDh0GPBjx4gYUeIQhCOAiIIcV4IiAAR0nDQ5KEcJJ06dGEgMdEMGhRowzB4
kMHDhg4uCwK4pCwCG6CEsaCPTThwYcGDxgh504dBhAojg0ccOnRoIaNI5LHAinCkkCOEADhB
506cCBhHRpwcBBnnp5qIYGGnC9JRVFKWwI3p0mDgB6WMGDR4w4PGjRw4IMOhwBw4EHjhARg4
6IedOAisBjhEgYFODxx0cHOnBDRp0GAPPjzUlF8VYEMTScU5RF0RjVlqEJIM9GAEYIShARg0
KNEGEMCEcIEGiJAMGdODgg86cIZVDxEwaMHjQ4UcPCDDo0YdOggZhTzklBSIWRBLgEVRUlua
gCXJ06Rz0oAIQcaAOBRh0IEGgBggocaMDDRgYQ8EOCiEQQIMeRx4QcThw8R0EEGgjp0EIyBV
kQyZWFyRi/AlOUhdGlDkkMIaehEUMIIAOBDoMeFOkMjkkaHJA8aACDwgI4AHkgIdBBDo0aBD
DSSIadOHDo0YNOAyKQTy8zY8sC0K0sx5UFGXBsToUcFOG5ADhw4QMKcGBDo8oAZeHSQEHghx
GGEgCBHjhBCaNCnDp0adODho0cdGnRo04ICDPPjzIYcNCVYY0QcpClDmzJp0Qcim6Bjwo8eI
QhhXjSzKkrC6JpLHDwRwcBODxgEKNOkwQYcIQM6dEMEdOHTg04NCEYGeOGUGiNCURILktitK
UGaAsCMaAKBNwCDHCUI4OOEUcEHlQQTRAA4cedEOGjBpw4cGBhw4OOOHAQ46cGHR4gY8aMOh
CEV54oVRweWhCDlsXZUlADLQ1R0sToI2A46FOkoadBiIpXlkRCnLcmAy1OHTgjhwGcGHSQIY
ECjzgwANCCODhw44dGgQh0iGWPJyvOBizADi4LkqTPAywLUYSDUhzSDxHQoUQjgwgFYWIiCX
gYMdEOHDRpHHCGnAohwweGEBACHDzojoUaPERzo8jnnZ5sRA5IJQAtCYWxVFYVhaF2X5lzXi
NQGAhRwcRwaI4RyYRCnLciFqTThweDGjQR0QIcIccCBTpHBjzpwQ8MEGDxoEePBnjZjQJdjg
ZELkklyVhSkIeawuzMGnJBqAw04SBx0Q0RHM4TCWU5aDi5Djhg4YdGDBg0ccHAxgUcI4DEOC
nRxwKcEcOhwRGPDzOjDWgSCRC7JocAUYgBpi7M6aAMbAQ8cOCDho8aDCiIZUliTx4QeI6MOD
BDCMFGjjhHDHRw0YPHhTh04PHHRBzoEqzxcoAptyMUhFLIuRxCKU0ZQF4W5TF0WJqjoQaPOj
jo4aDCCIxVksszocacCDRDBg04I4IYcGhDo0YGHjzhwQQMEGDhgMzx4qQCSeilOZURaFmSCA
Z80pUFoXhWl8ONmNOnRwQ6IIBEdCEIqSwLIKEODRHRp0GNGDxwwaNGBQRwcHODhHRBCQdBnR
hGMMeUgCebYhmcAk8kAi1MuaUpi1LwqTQkw1Y44cCiHiOjBBzhXFWWRYBRxwYEHAzoIadOBD
gIAPCjhg0McHDhhwMFOAxx0iGEPKRGiLU4URXk8tCQTTEF2QywNAUhpi0NKCHHRBAh0QwaGO
EMqCwLI6PHHRHBxwGdGgx5wYBDBTpw4EOHTo0cI6POCGkcwR5YCNudOFCQCcdL0szFFgMCl8
QDTFuW4iQIcOEIQho86QCnLcnjgoho4Q4cAEDOCHADpIEcCHDhwaSBhw4cDCOjAJgSMYY1gQ
YZQriYELkuzHiDHDWFeaclFyFJJ0QhghxwQ44VxQl+WJLOiEdENHghgM6dEDGhho0mAyOPEG
BnAoh5waAMweOhxhvSMTihMiPL0MXRmiEWQA1xXmjJ5ehAg0ecOCGjTg86V5mTSloSB4hxwa
dHAxEYYOHCEOHDx4MAOEEBDh40IEBADzo8yGGgNERi2M6ZoeaAYWpUFUX5VG7Kw0JJNSMEcH
CGHDhw4FERjKl6Ww4MHOiEcOgxoMYdOjB50Q84dIowmCBjjg4IOAjDyYwJKNEXhUlqVJUAS+
I5aFYZ81pQnoJTmiLA0oM4IQirIQ0jAjUBhpkS4KAkiNmTDhXBCWdGgwIQ4cHDxHRoQjgiQd
OCEEOiGDDxcxhbl6TS0BFWUQ4tyuL8pjNmyM+eglcXpYmiOHBhDMqUJBHl8DJI0nkkMZMsjU
ksIZMrjhZmyGiODhwgJIOjwYwEBJgQYI4OHnRDDAFgYIkEQ048y5WkkuCuJZQlQbArDckkkE
g0Y4EQjJFMRwBoAY04RgRpCzMKWw4mkMpxxwmE8sCGaktR44Q0eNGDBgMMHODR4wcdHgCSYw
yJKDGjNAeYlAFIAhEcrzWlYbsnDyaaE4cPOykM+dLAeDJ4iwGlmXhlSzK0GRyvDDSWMBFiHP
SSQMHjhwhhwAMDnRoMMBDjyEIzp5oTB5tDbgTzkpCYY4lhirIhekI9FJhIJB0oycUhhSISSQ
IYSyyLIRJL8xxFIxZgBHAQE4FLY1BqA40eOOnBh04QyWIaIcDChDGGDKchjQx6iegGYMuVpN
MYTAxWlUTwZ6YTDpOKIhDCmKQcMIg4MFHl0SzQE4wY8pCYSR4YlkcqS0LQ05oRwQQI6OHCEN
EMEEOjTocxZ5oRCYDPQDZmFDEcripKAjHSWELMpj04nEMsCmMqAJZRkkrBwUlDRpOOGuLg8x
ERwpYCBlkOBBi1CmyJ5VkoryEXxJEBBkoQ0McAhRwE8eLQ9EJxCPITPnoBGK4zJEOluQi8NQ
Y82QYgl0edlWTiUOLIpSSRjhCOBSObw0x5cDHE0AQSQWQcYSgp0szcGYIIAkF6W50jiJ40cO
OgzpGI5jT0kqTLFEVRfgCpM2RzhdkkrC1NWVZPJhEOmFODBDxo44FERxHAh6Gac8eJRZgikE
RycXQEOSgxWGyNGUZUkQ2hZDCvBFucOBTg0MU5IM+Zojk8iEAnGdKsAELE3pkypDmyIZMJRF
HGFEIGcCgw5EJRwQ4lmwNOefFIaEaUZEJI4kkE0A0eTCWNIo44XZqBhDKY1YYAOCkYpStLkh
FwURXF+RDAmeADCUaU05kypDG0IRBGE8siSWYMASBxHBEUOQikIhNL805IPKABMIZCJhKJIU
MBIpODDwo8qSlGGjCjzUlqSABwATiQSAIisKYklEYszo0szThC2MgVJalyRixJJDLU9LEcOi
EIQhoMripJhVliI6ZokiEQCAdCFwBIQctSOQAI8cWAMrykNkQSYSCYWRJGAyEFPNBhbFWZcq
zSHoRmSIWRXlSWZXAAxbBDQHpQhCEIQhCOFWCLMzYwxhpzZhxCENIR0R0lCERiEIKDOEIaYw
9BOhCrGFmdJJjzWAjEGPI4QoB5ozfmYI4YOV4YGVgcjko1x6SNHCEIQhCBmPNOSTLjyiNKXB
JEIQhCEIQhCEMBEgYOK4yRrToQMdIYYjmdNIQjPGJKYcU5JNSbIqiAaMaVoIgEIilaXJtz0M
qwBdiEIQhFOZc3I4qgZGDlmSQghCEIQhCEIQhCEIEV5LCHDg0cMM8WocaRyKZgoCuIJri4Hk
ouCSZ083IhUiLI3ZNPRhCEIQhCEVpFKsrzVDTp0mjQgQeIQhCEIQhCBjzgwGDABCUdCHAZiz
RleZwEUZALQ4WZqwhoB5WEA88MgAJYY1pYE89AEIQhCEIQhDTMEQvxgAugohCEIRw6IQhHAY
4ECCgiIGJY8hkoKNMWcIxREIpS+NMRTQFIaEmlcDMkZArQpNAHoY8sDdCEIQhCEIQhCIJHAl
YackCEIQhHDoho4QhCEIQgY86IERSacMSQiKVZnyxNCTiIXgEeCK8zBUgiMdLMgHoJJDnoAh
CEIQhCEIQgZFI50tDohCEIQhCOHRCEIQhCOCEABHCSDMETCOQAhLBEYtxp0ilYZAgBxoEcWB
BPRQ4Y9AEIQhCEIQhCEI4RySIQhCK4zpXl2aY6dEIQjh04cEcOnRHTgiAYocFIBXEclgDQDS
uKoqzPBzWmUOHSaNN+IlHoQhCEIQhCEIQhCEIQhCM0eTEMgGvPYSSIQhCEVpXlyEHHRwhCOF
cY8KUJmAIgg4tysKwCaMoARPIIw6TghuiSSTdiEIQhCEIQhCOHRCEIQjz481NAEIJ6eaU6IQ
hDDygzB6+XgQQ44dEIiHn5UgTKEAeIOCHnSwNYYsiGsMuIEWg82g4tzcCEIQhCEIQhHDpwR0
QhHDzAwJoy3EeoBBCEIGYsypWhj1onDxx0QgBQGTM+V5TjAhHOkgQMtTYmHIZoTPBThYiNkP
Lc3IhCEIQhCEIQhHDohCGkQwhgTTkE2JuRxwcIQAEeRGePUB5clwdHDzhSmRIJmCMRzpCAjQ
o8YWRsDIlUXpVjxpZCNWTSebwQhCEIQhCEIQhCEcKEzRjCpJZXBT0wuzRjjp0GeQlQSSoL4i
kc9QNSOEQTzMsCsMqMIxwAcOCHBBxMHFaXhVggpIDGqLElG+EIQhCEIQhCEIQjhkTGlGVhHN
CWRDKgIXhoT0QeVp4IRjg0RYkw3Z6AdGHlhYgTKFINBjgIIQUIcGlgNI5eFEMCBSYaUuCUbw
QhCEIQhCEIQhCMoUpXGMIgwMaQrCvAEouT080ZBPAiIOGnTp6OSz0M6ZkxBdlUYoghAoIGcC
AAxwuQp0jCK8EOHliXJpCebYQhCEIQhCEIQhGdMcSDOGeIh0ITThDGjiUTz1wpDyQeNBiNSS
DbGyOHmwYpCIZUkAQJ0EdOgBxILEMSCQUhDGEkMXo01RYG2EIQhCEIQhCEIojzsqTRlKZUQh
oicBBAyQFNWXJkAhRAjTlyYE2Z7CIpjHmXM8W5CK0QYaPOHAIQeMNITjIEccSwZqjOm6LY3g
hCODR4hHDow4IIYEw5SmzJp5wIESyyKoRwmm/PPgZvDZHjZWG+BmOIwc9qNMI82PNS7DGTBB
gwYmEweZoaNJZblyY4aNEcHjzZGpNyIQjMlSTDRjyKFIhFLEsCEYMoD0swZhQQ0mGjKEADPQ
j1IyB5IWR6GebEEvjNgxCNGewDzEnnhrzMFCOCEsMSS4J5hCIWxqyUdMyVZEGDQg03ZsTXDw
JVlGZUea0IVY4mFGXxoiadKs8rI5RkE4OJJMK8cak9XGHnZmjRmqPHAY0cOGmiPSRGPBEQyp
LK8OTCGaMlEwoTNGyLIkEgOUJghohxw0h6GakllcVpBMYcLwsCpKE2JAGGtL8cePGdN0YwrC
6KkGXpWEAlnphZBDAleekGOMOMDnRp6qWwjCgSlLE3Z5SPIhekI0BMLAxJpyyJQQaV558VI4
kjg5qj0YIVxBIpXDzNGwDFSEK0hGlNOSzEEUrCiIxenCOaQqDNhjZG/JJUHmZamlPKjpw4WZ
7UCIJWFURCaWBmDKHCyOl6TjoiCXBYjRwIyhlABIHEs0pthxAJY0zwYihiaOIJlC3LEnl+Ux
TmQK0KSRxaE4aV5SDD1slBzNmNN4YQ1RkyqDG7GEskiHBgRUmIAjhxtRhLJ5TiLIrS3K0yJH
IY8eWhoDVGbM6XhoCrHABgIsyCQABdhyaV5TGWGl4UpwedJZOKgCbU0oMAUJcGZNMZApAhtB
xbksrxoQeDMyZsaWhqAoizEY0qjWFiZ8ywUORx5Zm7AEUzxdBwJUk0glmSjoEgk8MSSaVhhi
sCgQQU4ONMUAE2RsDhCMCSSCbIyZSDzeGzJJaEMxJSF0RSAZ0jBDQFuNL8rjDF0XhBMkVRMN
mRDpqS5MqXRlTQCOgSIInEoccHhwRUEseUxgyONGBhHAgw0prQ4wiGSKkYagpCvNKesE06NM
aeUGrLsjiK4pCKWJNLAuwRWFSRSMVYMlG7EMNMSCIAKk9DJIIecGnQgArxhKHEAQAhnlIAYc
EPGhAZtTRADh0xhSDTZFQVZsjdlEZYglIRDTGpIwYjFQZ8kCJ5qSwKIypeFARBoQ05wGaYsj
QkYsySSgI8QiOPGkEijToirJoI8XGnQYQIcGCLI9FHDQxiDKBTdFYZsnByjLotygK4ujcjAp
GMkQAAUGXhowxGMcQQAMIGCBzUjj146MADQRw4MKwswhUhyUPCAwBXniQ0GSgxZmdCDx56wE
AhTKGICmsKsqCwLsy50mkQjmyLYIRgZmBhEIxwty4NKZAzwMjHCSdHEw3BYm9OEcqAgEadOB
AIgZOJYcAIARDxorThKJBozHjQgj0slDjpXHnQw1xRlSaA1BkSAW5DIB6SCKgtCSVhlCGcJJ
MLksyOYkjgThICBCQakEetjCOMCjDg4RwGI6FHjQQwGdPJzKFkCLU1ZiSuHBDdl4EHAjJGVN
+U5lTUGoHnngEeQD0okluZ4ROMaUZwaTywBFgUhVABEk15DIYUvD1QYPBgyIAGhzpPEPBhRw
MYNIx4wUZMDF4bMwJRCHG3NQSBgwxxQG5GGeOkkMUJUDAZ6WWJYFQIlGUM8cDloSyoIpNM4D
BhjaEIjk0sj1cGOAghp0ecEGHnTowkDBoMrTyArwoY2peHnBRjAhuy/JoMYVQUMdBHnwwtgB
QDRhrjYDCkOmtM6YQ6WBYkgyZalCRyMPJYYYSyYW564NEDBHTg0ePOjwhwcEGCBmVMCIgnD0
IujBmLBDzfmiHkYmjwhRiEZozw4eQxxVGlNwMM6XJbGZKklGdOkkhFsMKIAFJRZDy8LgsDbH
BAgQQEOCjAw46cHDToUGVB4mRDoM3xpDPnn4EMeoloSCASCSYky5bF2IjmOAnThWlmeljjBn
oRDM6dOmOHkkikgtzNAQpqTfmLLAvwBuzowECDjRp0IGOnB5wGdHDSGeIlUOOmsNmZkwIEnH
rIcKQiUHPHCANOhi7L8iEIYZw4eyFMUBvClM+OKYqxhMK8OWBTgSyPTg5hTQluHNiCHgDg8e
DGhDo86FGAR44RXnkpnRoU9AL8rDy8Cag9BBkogkgknjhWhBxalmcKAgnAhNPVABgAx6MZcz
ZTgQ4EcNNeZMiloenjzzo0JYlUewkccDEEOgDoQEOChDgE4BHGdMeY4aENseiFeeOlcbw3RV
hzoUjHmBPLUsSkM+CIYw0JsC0EYAYRD1gyZhiOIAI6FNSZwhBD0otDDmrLUIbQjghHRhIAiC
gR4U6NI5TEQriUZMyoIYb42pVGMKQ3JsCKQipK4piCRghdnStK4eXxpyWVhXlGBN6XxlTNFA
RAwgIQ1hlAA82ZrDz42xaEk1I4AdGgjoh44aOHHAIwESAoAwp5uI4Xx6SSCgJZaEojlaeUEM
jhSxBm3IhVlWXp6oURXkUyhDNKbMMebASMUY4QElGhMyMHFkemnmx6ETgxrgY0IBGiHBRAAp
VGeNOTjgwRGIp4mAEXJ6uSBDBEkjDjLlMVpRDjbkw4GPMjdl8UYMEZ83RekQoDGm9M8YQKEI
oQuSoBjCQaMoi7Hl0etABx06AHjR4iOV5GLYrSuLgmlORyWeeGTOlyetBggwIEIw04VZWGFK
w9DCkkzBnT1cxZnSEcPVDQCMeYsnHrJ5wZACEAiNKZ4jnQhIDBTSF6ehHRDDohAwRWFWWRYG
YLMthEc4PHFSedDyiPaCQSAIhhEIJUEYAAMgPLkQIAXJXEM0hYmpCGOMWQjXnpZ5QUxGBiHE
kYAGBC1HBCKak9dGHBo8EMIJWCLooyMaYIIENHDTowhkI81PVSYCOAynBk4ogBlyMTCmJJsT
OFcNAF6engiCcPKhpwvD1spTz4qgAgZJNOUIiuOBDUlKdPoYEPBgQJTkEsieZ0Ea4CV4cnDB
4IeDPKSEWhvSaCGHmII9SAmZK8yRaEUCRhAA4IITDfkAlEo83IZwIetliRCQY0w4AkGnNCWx
jzMEMsx5qT1wjEAqCSQCUXZSGRL41h0rhhYDBoQaNOnkhSk89ILgjmNM0HN2Y4OZcjDiaRRH
QQ8aNGhx5pTWHlRGHDj10uzPl+UB5YCHjjbGsPPSlK8uSYXh6wMM+Y40xdDwhwyBqSSNAnRo
McSAZwYZgwRCN+aQpTz8gksGEIIEaBJBKJAEjjDg4GBLQ2xsjz4wYI0x7KSgY0y55WGJowsz
UGPIJXhi4NMeogiOUBenCIBLMEdGjQQUaIcEOADpwrinNARjNmMIYI6OGjSOcJ5wCMGDgg04
BLI1BNNOUB5qeim+DDjhWHkQ81BEKUKSSuKovhprT0gGcADSqIJfhAAQQw4OGjRx06AGnRoh
HmhRFoZYONBhw5AEFJRLEUp0INHEcRJLgil6Zw9LNYPHnABmwJljNnSSawyxALYsDYG7GAwI
MpSWSAohBBowaOCDRCBjBgQRlzzIiBBohoggUhiEbUISDDAxg4YNECHjgpKN+WZqzpAClKZg
zZTnBxwGcLknG7N2BAjCMQiUEJQMrghJEOOHBDhAzpwcZo8yK46MHnTo0QQhhg5rCWGM+ZY6
I6IOBBnDh0caM9eJZSEkpTzspQQcsA4E6XRdmiNWcAFWSCOCLQcNGHB4IQw6FDAxp0GVh5SV
YIIMBkgccOCODSwNKEJYAxhBEELIsDOEcKDOBC5PZyQUI8nmdBF0QCSOAGMLEmHoYYhEUnkY
QU6NOHBh0adHnAoUQMjkYx5lCjOiBko9UPNCAdEMHl8aMaGHGZMwOOHoZSmWADjpwIegHo4i
nAl+VRMJYArw4AyxHIh7IVZ0IPHgThwYCODxDhwYaDCDxoA82L082IQUCTD2AknmBnBg4Qic
XRbkcRnykHiNiSjKFQNHHSWewl2EKgqTUEYYWIEQgRhyMaA3IYYRh40jBDhwCdCjAwUeEAAx
DTOnk5ohpkwRaHsxcEEyJ5adEcOlkV5aFeEAEkrxGiLkpSmI4EOXZ7ISTpUlCW5YEUljxxwG
edFebg3A84RRoEcNHnAggg4KIGIGI4cPMDGiDkAaeqm6EQzFHmgI6NHmtGmZI5pyWDMeMLQs
w5QHQIYkHtpIBkEy5MLcjkgITxhAMUZc9ONQTxEYCIYECDh44eNEcGnRwIRFPEiMVw8EOPoc
OQhh54UJRHBoi9JBYks4RSEZkjHpJijaGFLQgnAh7iGKgRRDCeVwAuy5ClYYczxtTbF2MADB
BBwUQ0cOBnRo0cOGjShPGwBDBhC9PchFIdMgZ8zR0acHGwJJ0CCLEzJQm9M8OIoIEGBnuRKO
gjKEUONKQ1BNJxVGfMkao3RoCODHnQoMePGjxo0YIaFEIGY88rIIM4ST2U1AExwMjmQKUEcG
jx4Uvi8KwEZsik8mEE3xgzhFJx7mFOjCiKMGWJQF6SCwIRWlGSjWGxOEQjEgOOGnTg44NBjg
g06dIxhDz4rBw02h6+cKoqzHEsw4EaMOjiYRg44iARhLGEkjGoKIhgjVHpJbHBpEMiSh5Xjy
yLAqyyIZCLM//9oACAEBAAEFAv6zBMTH9h+kWZPow6HMwYmI+BCeY+U7GR+OQEDZLuBHs4jg
bYlaxUMUYivgrYeQYwhuYHQR34r33sYUETrjECzH9HnNqzMOYxJODBlileX3lYUUWhISuEzP
H3CzWuTOw5q48DYOB/so6uP7LpmfjmywmG0zlD0nLo4Yxc5w2Q5jHDlQZz4S7k0VWwK3hURX
6e5RDAvyqx6ZycZLf4qQqoPT2Gf6HYBfN7Nj28sRjn0wZShLaYDXeU2F7ZIAiquPDnOpYFSI
ARniObcv7AAH9g9CPTEYCdAXwCQDGUytPgOk6SyyByZxzOfy4DCkZCzoAxwwRuVVeYwwVZYH
65zKzgl6hLLia9Xl216z2nSD3b3mZ5O7t6l1vJjifjn0OZrkAUgVJdfZbYzLBxIXpPDdBeD2
62/bdumDn+xy/sEAzp6uDOpHDM4Kk6R3jIxmGI7YWFuhfLkOxB4RQMBzxs58/r4RMGD4Rm5n
jlwAsB6RKFYipB6tmciYpIOZn0/kt5Sno0YCE4H5EpQRh9iq7KnPTpxXrPG8eFo+ADcXYrOv
L+xjr7TPpiZmT649MZmJ+YzdcZJCiWc4xnPkSTMcgvFEz8P1RAVKhYekFnUBmi0RayJz4kco
OJFOOP4EOfTAxAI2fT+Q7PcvBaHoPc9IhxKX5DSKivdp4EFZUo5MuLvGVOqXNlflxB6Z/o/J
9Mz3hIEy0BnLrGEzAf7Drk8MTGA/UEvAvGZBXn0/cLhRg9tITFdmnadlqp4EV5mQIxJhrxAI
oi2HiORE6+nSEdYes2WCU713ctHWNgzj0xAq9sBBQvxm9/k6Z1f8leDuJx428QqFuGFx204+
uZiA59MwDriMIomT6NB/YZJkwnA6GGrqaFja2X+iwDHjKmbJ1sz62Fr15icxORYhZgemB6Aw
GD1/Ppmecv4aTfqM5CKpBYTpGVjQbk47xHIsZpkC2sn74PF7DA2KugGOnp0hHpluTQQGe0yJ
n0Jg9cwH0z65mRCBOIgbL4mBHQGWaWXFSxQAGiNmHrMYPTGc+uYBFH9HtB6Ewt0/k4txnExi
e5JeGBcSr/H2Zug8jmaNebei7IPcR6yldbckGUn5aZEayc4TPlOWJmZmW9AZ1ycZDencmcwC
LMj0Mz1Mz6AdB6MMyz2NiiB4wyeHKfoA6wLMTic4xBFEEPp7T2n4n5OCf5FbhHmuhtarxylN
ikINepmN6qERAqd3I3swzx/+a5LBZ4+5rNVhhK2IXI48lyTGjRQcwQ+7GARjOWYJkmY9Os5A
npPycg+jmDBhhPoP6Lq2YvRhuA4jpB1E9orCG3EVsxlzFEA9cQ/0H08vTTYL6akb7s/6G2gv
3TdPGWqibGCcA0pjhsrG450H/dsyxpUJMB0rGJ0E5HBIjPMjIPXMziWNmDMHoOhgaFuhs4hr
+iGZ6gxupJweXU+yT3hnWZOflB63dT2m4sjCFbMFbGnGyKgz9dcquIBD6n0Pop9G9PKeDr2G
1/45oNN/6mk12xZfBNNV+v8A/wCW0mV8GXeB5e08bxNrcgzV5iWQHi3H5cWhMB6wRmmSYfTP
U/qWfn8tsLyNgMIBEX2UZmMRz0ORFOQsJ6KRGefIxcg9wQNke8KTjMCECcena+XDERT6n1Mx
0mIYIZZYyzyO52KG8valttr2OmxYiVmlqdLiNc/5PlKv1bymNPHOtb5TgqkTtjPxljHHP4k+
gOIczEMwclgJ7T8+06zE3Ol65LDoM9VHqTABxYgRLGBPWfLL5isQeXVnxKnyM9Mwf0Y9B6Ez
M/Eafg+uMT3hAn8mtVRmfnJEWtq9VbLVuI/2FErPx3ATHlPxavHZVjwrYx+k+Kr/AOeXEBvR
ZiccgCETEbpNm10SnZ2bBi7G/FsuLAbTBEx69fTrAgllcTkIygzt9O3145LASv0EH9HL0/P9
JMzM5hgz6GNgTzd/e2DkDGZxltmdJjlrEKilm4sRx2pbgqnSUbKdvuu0s2tipmKvV+kdeDBT
Fr68IekGOIPpj0IgEACKDkb2AT+tY92Jr3Lck5dZmETE6iYmcwwGFIpBnMZi+mYZnEDevX+p
50imfhz12rMU7Lnk7Zi9SxhD/UAOLCAlPAj4gbOc2H5A4mj2+4uQPrVvYnymJy9OXyYGD2/A
HxjZHp0EvuSuHyWqq1X0vXvKr1W/CJdsNOzaW09U0TiJifiHIOYYWnvOsUdT7AYmB6L65jEQ
TMJnKZ9SII3oOk950B805XVt/wAjRcZ916/SY4FtOKtZQ1VIzN0BGZuTA9dblmzyFqJovt23
03di1Riclz0i+7GZwB7KYekJmenKbuudhK/C1z/na4FmpXVrP/jpPwPWL6Z6j0MOMM+J7n8n
0/Cv0mZygMaF5ymcwZg9zPzBDmCGGIZyzCs/kFh7ljfKIsdSob/8agc9tf2PGcmR2KTdyYaF
NfSZCjUP7NTDBObK/blZAMt7M+eXvD0Kw+5n4je6bKFwDNk/tv8A4qc9v7lolN3c9CPX2hM/
BEBEME5YmenKfgTPGc8w9Z+YDOsE4nI9CYIx9As4gRvbzlvLcbOBNDVa6zZqbndkalOTNhm7
Gh1qX5TdrCpk8YGzNLHZqaXDLU9E5GZwxhmOn4HWH+i+vuqdXfWayb9ZuS9q3Gz2aq7mSvWs
ULgQQwH0z1OJ+D7QmALBjC9YxE5kzn0957GHEzMxYekE/MM/DRM5h9rmxX5fPdME8P8Aq8oO
EsB+pry3P19CpXrexKm3FJp7mJXrO0SkTUYditcm4cra+aUY+HWDpCM+imCdPTpg9YAfQzYO
K3P+pqH9mCL6D3mMTpPx6EYgMzkAzAnsSICYes646zE4wen4EAMIgzjGYJ+BieQsCa/ln5bO
cRBlvEonc8uOK3sO1RgFiWo0iFqexXs2l40jEr4ihACdDiyDkkOIj8Z+Pywg6BZ0g9DOmIW+
XpcOlvWjS6a4EHqDDAYZ+JjE9yPcdZ1hGZ+fyA3p+B6A+mf6OPp+YTDieVuRatizncffV/za
6hG8u3MO7MqHqMoum/CrCc9y1GBMqYmqjjNNjxCJzSnqyqB14HOcRTmD3An4WGfj06wiWnEv
/wAWr/jWAeuZ7T8TGJ7w4x7TPpnMf244X3h9vcMIqzHoMTHp0gPrmCGZ6/ySwLS2CfzU3E6F
xvTy68a2r/10HJ7uKJVY71fWvL2adSa/QGp17OsFa7Q+LOOUQkno04vx+UAMx1/P4nT0OB6A
GH2M2P03D9nTP7f5h9OsEE9jiH39D79IwjdYD8Vg/V6CdPQD+hYTM9PacoTMCfyVQacjJmrp
rYnjHHZ8yOKWlTpVA5fi1tPbVgtexO2BXeCLdf569CP9jTbryQqowUyR8uLHpzhyYAYRBnGB
MenWcusIl/6bP8Gn/hMHoJ+Ys/M6emRMz8k5mZxHLBmD6hZiH1xPwITMT84mfTzwJocGLPFg
9rRXivmieHJPq1n5L/md+mj2gBlTs9LdM/BQU29ZsbFXWIk1+IHSAz8hZxMx6iNPefkCGbjc
aA/LXo/SYvrnPofRp7enDMKREhzjrhVMBn45QCGZ9M9RPzmLPzj+ixkRNry+jy/5mjs1vUlZ
8bUy00V/DyNBslusa1GJ1L/Oa3RVDzyH+fSA5vkbVP8A+2oDFdZEpX9vIhIlYg9/Qwwf0CNN
3/8APpMH16T+2kAmPTEx6fmcYRDM+vXOMTjgRKsz2hEPos/E4z29cejTzd/HWt6tr7t+ubbB
bd45uWr7Sw4byJBqOc12SshlrbFjWcl8mCDqA9zY9tU/7aEYDHt67ZnJeSJOM/H5x1x1I65E
MycZmY3WbC/t+JJ4axzWMTl/SVB/q6xjgfidMZgUYB9DGJCocqOkz0/PWZn5mYYZ/JbuM9lG
Zu0doeO6U3txbZfpuN+0+MULyGrW0dOGwuZ5DBXVfF2yn7On126R8ayC1IAGeuOmMwr6dYI3
9A6en5tA4eM/y6ogIneqERgZ0/rxD6CZ6QD0EEHKM4EezK63Lhj0z6qGmOnoZ/IHfmx66idz
Z3/8Xh1H19x8bFwBUUcptKBNXoaD+5t/PZrya/JKeyhjMDTqHhuUrODCajZqwIBOsPpnELLi
zerWNvmHy1IZ925hRuMhS2tp7l8cdEY3ru4iC23KcbRS/G2l+aQnE+9r8l2qSVYH0xDPzPcT
2g9vQelh+NB+JM/LCfge0EMIMPt5+8NucWnizw3PJBRd4diFda2DdvFjkzY4kadbzVRy+6jJ
fQo7Xl2ETONck0OpXbqVu1Ulk1wZgTMOcdTGM2LlqW3dJX7Vjmxthpp69hKgwlSx2lJbZZV0
/Isw1kU7W8/wwWmrb2Hq2dFz97XzZuV8bvIXzvsz9/M1fI9g1X12rbsV1xXreH095ifn8QT2
haOPjUq8VHq36ROUHtn0IGPJ/wAbs2NnW/jmnr0poPV5Dy1T2Hx32K7OGR20Aepq3cc5q1AT
UYKd+1DbpbNbV+TJ7ye+ly+ttAjdqGYAMhxMwe5ME2NhaV3fLa1od6na6zkw2OLfYrec1ilS
K4+IoOdK3/Y3wxRXs5pTsOK7EqdbVEufKLdZMtAyk98tNfbdGtv5g7i02au2tgxBFE4TE4xl
yMYjLLFPBFcVqLeOY3sPZYTF9+ufw6NYeijye7c17WXc9dw0LfLV8e1sfVq7fkA1bil2elAL
rLSXXWqtXsJU25Z3LczxrM9NuTv1AwLFQmcZn0Pts7TNbd3Gj3XIansMXWLko9M42sK9w0rV
uWOcQnJ1aF+1u+4ws7/QX87LGikmuK57eeIpAy7ordzbrt3K0uXSsak0vzr6wnEXrMevHqY/
6KP08uszB6N7gdJdspUo3KCnkfL11pbu2vfRuGat5Z/D69Vz4mxclNPkyXQjJr1elmRfYEWu
laiu0nG84ni7Cru3+3VkgGI3XnNzZaux924NpeTOfIbWry2Le9OLmIMBbrKp9hlKWWO1dJM1
6ijL7mwCab43d7POy0pDdf269ywHuhk5srVnLsnXhyU2mod2q5KqbpYeFfja67FXAmTMwdJm
ZhM9p7llytHLjj06ZxDMTHSbYBW3ZHe2Gd5wtA7jgJc5H8Wr2BDN3YFrbv7kbHNL8I697cse
pW1Cr7Hkv/18ppN/s3/HY1smqudM9eN7X2qzLwF1EakPBXYlmfirhZ1M6Sm4CHbuz9qzFOwv
aqbkdPURzvdGfcxY2x8e4crekUh5xxEsKuiLmyjuNdpFHprNcdltbxFV1SYMGfQmPYqxHUjP
9BmYTBMegYQdfTydbDY2GQRKebdq3s1+J2bD43+NVql+xraWu/8AIhtWjCqzBg4VRtbYncKT
5ck5GzaYs+rrtax8QwJTt31H4M69sPynyguzXUdXZdE1e83j6paRzeqxK3fJXrFUmfXM7EPc
EWh3B2Qs8FtvcPIDCuCHRszPyUso5cl765+TCgvxs6Pz5RWImugle09L6e8tqO6oP+iua92h
l28GV3FBTb3EzA3S1yFqsyRCOk/E/wDXOcpdVWy+St1ar/D+F2nNfjddZXr1Vzc8hTrjzGzt
7LU03U3WWAVD/FZb2xY/Ju4xgEoEt6WeIbi6qWbe1rPta1iik29O8C3d+N+xZwrYIKnoUd5a
0N9EZKMNrIGGtV2zcENllzjBUC3B+03DE8AhE2g5rtr43ceo1eRFKLNnhwGMIROfB8ZCOM4K
LTzi8zZRccvQXoehlc0kRLrFPfBmj1ExNhwKqcGZmZ09FjiY6MWUtZZcPHfx2xtvlXUt/mNO
oXea3b2rR0OxdXc9+nWbdrq3f4V2bDOR1AmtpPcqBq7dv/J4oqL0yH8gz97TT9vt4hyr8ruF
rhmXisPzPEidtJ+4JXsXCNY8DKs5lo2eX5IaVVm67QWyvc2Bmm7psLS/JaCFKB1PEklMA9ar
sypvg1iWSk4WvEqK913KbGp5G5axfrWpt7NDwotiUKFt1qEQ5hm7x7OixKe8yROhgxPyT1yO
Nj9yyy+nXqt85earW3rq69FEUXUzc7jLraw5bN4177913LvmDjnHSrUZ6/E//g21ztWr18bY
Rtfqs2sLZTx4jep48qXmOmwvzVMHicdZy6/+Vxn9ji/WUUWO9tDI4Qqje2muH1nzuM82vH3C
2y64WJ+5UcrLQvLpmqpCK1wbbG4Ul+5xYTLI1dvJlwrtsLXX3+VetRxjs4NmxSs0dvlA6MMN
N7kmv4jad2GRPww4zuzlGswd3dvrHd3bDreGGdrx9tL6vj9fjsfx9AdfSWmeIpWb+sdc+S5t
G9iTgDBpHcdlavV8QR/z9sH7GyGnj6wbKUBmzdr5tV2RPE2PKvENQ/M8h4O2sp4CuD+OVw/x
dCT/ABugw/xygqf4zVP/APmULP8AxccW8Tck2PD2Mr+G3yP+deEXV4zxteYcchwnmqGq267W
A7nGXgsqgtHLgVKRK9UZRKkmBLSglLLzDT4cQ9akHnPxYqM1pNcr3bqpR/JrRNrzgtXx3laU
Wjy9LQbeuYGV4UwM9MdyLrVce2gP4rsWwWlq0u2UupR61nc2BNjeRbPINmcmgzNXSsuanUrq
TdwdXwjZ8f5Jf9m/5N4tf3L9m1G0xQr1IK4NnlOdlTd34f2cQ1rNmpVRtZC13i6eHi6+Fjjq
/FZbXr7FVn8et5r/ABzkE/jTLD/HDmz+PbHKzTupJ6jV0haV8YAv/MBjeDtzqeKsWz6XKbOr
UJTSJZr7q2nxW7auv4KuL4Px6vs+K8eZveLWqnU0LTanhji1K9Oyje06z/3dMlfJaNgqCTkQ
OTct3YWjV8NYTRdsWc7/ALGnt27lnPvttItZE2mPPqD43xp2pRRTVRlw25axo8E/+tsIzXvW
ZoUhKtt3a1bjUabbmtL/AB1rDZOFfb/t7DAW6oD3XforZV3rrKpt2AXaisa6cmv+gqpj6Oq8
OlRPqqIusobgIEAnESzXRx9DpxdZ7gUWGXjgtevYZuVN9bQqtXZ7zCdnXtb69GLvCadinwGh
F1hSpzhUxN1zv7unTwr3aQ67LJeue07h6i/kbzWxyQmZ4S413ls1sh723Xyp8SOFVimwlArj
yHGvCVJx79q9Dbd8PHHL9e1GZV/s2NxUXll1EC0v+l6KrNv61Am3q1/Y1T+1R/j/ALzIrQVA
GcFzNxC2v4+pl2DQhn11E4mDlCTLHMR0ZNu8VUaWlatZYhOpm5pczt6uwk42AfXLU8W5Jxnh
KVewnpby5AHHi9FhTv0imy3Qv2K0or16ti5WrJrrX7Ky24sfEs3d4H0vqa60C7Vr/r37elCW
fZFiCc1ZCmbP/V1YaUr0rJUCwf8Ax2Z4ojh/aATEVMK1ZY8FnBVXyzjt0f4+PKOaVgv1TLn0
yPrB7LKLqrLjW8u1lRfGUsuoqkz/AJ9t0p8VsKRqvg0a1c8ntkV27L3GzYxHNjFUZjq6Zus1
damir/x/abUBufRYTb+5XKN62p6rFdSPm4lIE7eR2sQcv73MTInJYSYX6czC5JrLcicEHPqZ
5UN9yvqmxvAS+81Lyftv5tUb/ob2xK7RrS0nZmn43YlNGuEUIliCFgou25Y4VfK7tl0LsJwy
y6zOuvy7tGp2VXpMnh/cKgzyfjuU0OQg97rlCU3VuyHI/vFTOAjqZxYxVMetskxFyETEZMz5
Ia3z6dJ5pwLLNhuDIwWm5abbb2uY01rZq/MAhhZsa9EOxwoq587wBTrbOKWuLs94A8l5EKbN
noPfrnXDWTSfjtDOeGTwGP7z0oGIwdmnNegnFkXA/rx6qwb+0yAzp6uqkVuuYZ5Wrk3FqK9n
dU27hrFpTbtdvG289atKo9oqq1tFr771Beunjbt7Bx3hi7aVZs+WcjtO02mqgA4e88dyN1R/
2ycxBPl/feXK2E+Tp4+pHAwP/kz68oS04xPa5+Fe5ezCstZr18DNiqt2UU0zuAqr1gVBbLNh
mCqeRe3EPHOxsqs2902TkqFrLmmFnyyJoBe+2BtULyHsMfs/3yMhKFH9exuUUq/8j10J/k5L
eL8r9pvx/Zz6H1Hpgem5/hev9zRp2Ab/AIkspfcCvVqrgWtZOV3M5eoXAIdpVj7JZtuxSCvV
EHLdemvVyxgEBmpkXfH7JdRCTO2frf8AzeZ8k+or322Psa99RBsJ8TttqX0XJdX/AF7W7Trh
fNaTMjrYv9Zm3/gWxfsturrbHlfvcPvWLH8pc0o37q5b5SzknlrYnm0xf5JnjbdrAEu1Gutc
uGL85bYWyET2mGM1yvdbA2QAYMcv/wDX/vH2/r/lo/Z8eR9ryXd2m1PBXFvIBft+D1Xp1f6i
Z5q21thXK2eJ5rrZB/ox19bRmsqKzaRbY1wA2FXl8jOWRjq1+UyOIxj4zQTlsitue2T9pXYt
uqx1mVsDMPtrkdw4+3zXtKbA/Nvr/wB0H+z5e2zaupJVtXyVDWbHlaUnia0vuUdP6bFDLur5
bXn/AEbbpsK+NRfK7B1keqkH+qx8TyO/2a7mzW7HntcoxxBWcmvELYi4J7bccHgMTx/xv5gj
cH7/AE427AbV+UDCYAXURJYo+wn+JJj/AF//AJMy3bprHkLqPt/Zvq2U2NPZazaoTb/jx7ig
f1W3V1ivYrtr8wTrbdTvPGvbVoV+dXlr+S1rmzmFQwRQi+m5eKhagN22eaZzOuX4K1laqpdj
GQ4AmWnWfIHStAatuS73/wCifq1pQOTcOugqh9xRz1+lFeDOSdj/AOIkAbPmKKpt+ZusF+yw
a7bssfbqNlSa7OH1Ar620ml47x3l6tgBhMg+rGee8g77Gn5e7XXd3qd1NZvr3/8AX+e1vPfN
e5q28NtPbWPXb2q9egbN+/dZxJ234Icci3p8mjCHPoegx1/P519p0fexzx0p5fXdcrV+phxm
q9YbY6jWOaQoxw/1/wD4ScTye9mPyw9xlzdw44nxdy93Z0xW3bCrs2sJrbT1AeY254ndbuI4
dZvcvrbGe8MT2jEEAFZS4LtUeXgn4+rHiPM7vdbX1+zqFOKbFjEu5M7hM/cjZyxYE4MHLIJn
4IzByxRq7Fsaq1SykTULrrgtywQTkshVHtB7XjWzVOnY/wDh8hvsBXWtk3HxVfAfkTKCyvs3
d2pdkotrs7dYliZouIfW8lUpVgw3nCa19mbOpnERsw9FpDcsJTpeJX9z081t9unUqW3bt2Pl
s2Zpus6/Inj1VQY2IfjFxycrji0yvEdJUdKuv/qWiHyBsJKMlLu1b9TnicZao/uXc+34+6sa
9NnJOHw/+DyG4BH2e8x07e1sPYwduhzBFPCJsuRbbmBsQt0XJat+Bp3bEbxnkk2KP5Lvduk4
li9R0Azy5ZniNC128hsA2+BqRqoeg8m/dert6etY+Tfd8OXJgmI3UgiLMjPUwgkIZ0yicjRQ
pDX6Ymncgs8gpqlCAzOCG6txLUcl2dpEanw/DOMTB7P9/wAnu9iu+5naraSu779Nk8lU9Uy0
JUzrMziTKHANgAY5mTP/ABy6eG3Fr2P5Br2Xp4vTtu2vN1qu98cjLN4rxXNt/wAogTJD+C8p
2LgQQRkN46lW3rUZr9palLO8r08V7LhibMznmYxOkAZoA2WqIiiDpO4WVeHPS29FJu2VW6yw
8s4OF6wnFifLWotNV1HCxPl2/wCjM5D+jPp8RC8Denmz87mGeRY+B0g138pT5MZ1mTKaeYsp
tWsYjuOWZqV96zf8Uj6TVnKkrPE737FZ0655W9bdzBM0dLX1a7/LIZf834fOosH8FvDY1fTz
gLXFCj6OsSN5u2hsycGKACWwK9d3Cpzg42I2py1vY/isEirXsdz4p0i10/WYEOlZM/CviZyT
bbxoxnxlbYyez/Rs7tlF6+UdZpbzd7v5gtRotuTbZ+13gxs2V7ldodVPTc002a9zwtqLV4jZ
N+nr06NPltxd1rEIs5Qyu50i7d3acFoQeSq2P4xRW78Fx5bxKMrpia9nZbXtpenymnbqX0Px
O15hbK2cTqJyxFZufi9+zWvr3lcPskTzLuVp1rbDSnZG/d3HKQelSRyxepHeKprWkft7AxZy
UTUo7xrr4q7CKimeToKsivGgWZ6/GKw5eGtzR2x2ua5jWYB2Cr+Ty6mwBlv4FNpmj2mXbOAd
79xXfjv2Oh8dsLbTRkeu5t06dfkt67aempwLq+cE6Ge841iLUHRj15Aj+PbBq2BvVSzyGrPL
U6wanDX0XhX3tWvb0iGFh6egJ9DPEa/zquABtyPIbgeyqjtptbI7R5PP+fcaCuGqrHN2WU1W
WW1YUU3ckTkW2vG7XM1FW0h2aO0YuuoCVDNlNLDcAWpxggss5dU5GIP3PHFVv7ydq/3RwQ9q
SzrLSOL6zzaTsp4/aR6xZ3Jci2JmwW616zyDhKfCbS1Nr71IYWoYzhV8z5Br70FmxZpV6zv5
Ip9vqJXrI9Nus9Mr48e+/wBbZrmQZr3WVXUVGxRpMQPGkjyWk9dmmDPHXg0+d8dxfmDOOSpI
mSSnMto6aJQms0sot436Fi2LvEHcU8/Ea+ba9dX1trX7exU1IFvU1LUmva74ppHBuStWzMdq
sncGEnFyqEYPQ+83audWzUyWNnKhyQTn2Ye3I/8AG27uL62z8cMWtJACq0KZOxrB9ahbuGsp
E7aDYv12bZYg61LfYvur7fkaHxNK6wzcLGjZ8ava8ZqLW67NybGyxN3vE5hWvQrXoLbKaiuj
vV8onSATwfku2w2mg2+m+v2VsJo2tPySaz37te743hxZVnTlxM8cF+89tNajyFMbywIv2jyf
U12WzxSY1qrdehA/PzlKpb+AgjErKW5WqORAytHuNEcrn/dpsg6R4vttFexbr1FbkKFcmLiL
OM6/8W67k5sARNu5Gpt09iWUoldlpWFyJSnFmvwyY4XgcSClOul329qL0lO0efdFqbW7WqHY
46L3kB3iqTGZ1sFiu1XjdVxrpVVUbqu5/wApHnHBXl3NC836ZsJPcE8rqVX1aeqb76dDUoVU
W7c1tWqtfIa6U3flD+6mwzCruF0XBVALGAnMRXaMxz5OnvUccRf1WsFNR5vXV26wQrKGRq/m
u3SXXXQYa0SzyCpKrGavZt/Y277JdZ3gvSY6VoMmsqmF/wCPfB5NgNi+262gvUtbNZXvfqrs
BS8Dhbd+ylrxi9sC2KpS4O7bNo16HCJViUl623vHNZNpDXoCv9tR1qasVllzBxyykDXrS4pV
s1xulh9/CWMayMgI0tJrXUKcddSg3Kxr7dZLzyrsbxgmpeV7IszshaFusa7U3lhTcjqUavGX
cLBcpTf11LcyrY5nVRBKLVKtgLVmw6/xN/CfZSgtsbF7aWpUldziqvad87RJsqTmTq2IvFoB
KaXub6v+rexaV11hblK7YRWTWCqL+TXhro5/Z6mcAYvSMCZ2mM7Fwft2cVaxVosGbCWR9Uum
zWEu4MYr8YwYzl0BnWJYyMuyiLZd3HzhvB4DDjxys3ONlVxsCJuuuxa2B9mrteSblcJkq3j6
HaoaGatXxuvrkjMahJ5uyutdDaN7MBGPGWlzLqhngpic+OtZ8CWC67ZKMZ5Ak0pq3WzTqCsc
CX3JwvvsaDqaLD3dYq9e+qmrx2sjrRRSBgcQbO9Rrftn5XPqPxTWefX4vdpsQdZlC6FpH0is
Gi5g8c2BoPn6Zz9I4bSYSzXDWILFCs02tWpxcoRziZMXMxmH3951gWafjBcldFdQ7gZQ5xZ1
G4/xT5O9zM2vhq9xONuOnhNNLdmulAYI7qJ5fzNNFduy9r+K1uCGYANlI4364shSyFxnXt4T
7t1gpbi1R67A5nZsroXWvWtTsX22NS6i7MSsxSCdZAKd+tfreIwacZnIY8drpZd5Xft1zq1h
7kX4mhZ9cA9voaEnbTjwSKVEssGHsxO6ILeQYMY1ST66RtY5uqTGx/lAjYwBB8YTADnIxmeF
21EtsDEgiBczs4XyQC28uBPLHjxijyAK3zwGzWku8ppa4s/lOli7z/kbWezftW1QIiHlqbt3
d4NP1HDS9yqPtp284iuWFdvF02LO5qblb2HDPv1fP966zilRut5uzZnSI65o361rbYstr8fd
aLE2bQ32xjx1PF9nxfd3a9apWrT06+pxG4RUWGtY9YEHDL2Ww8jOw+FfYNta7k20zRsD9wYh
wYQsRS0eorYRBCMTxthTbYdePQDqwBnlaQpxiZBOncDV5dONh6zUrW23f0baQKjNW2qk7JS4
P9YTJmgpfaDhgVIbjHqqM2OAYz/yo4QtPHBy/Lo2qrivt1rdfzPTJxApwFhxPYU2mptfybmf
fs7gAHocCd9Ib1yb+veMOxiNsjB8mgNW9WyNdH205VGqyBFnZQwjA49MZm501rurAkToY1Z7
eqPnvp8mBUqcwyogMnErx+WQGexOPlqz2sdQRjxx7lnlXJ2J44MNryH2BG6k028a/H3OgBRu
KvZp6iUM6dWRxUqsJbyMYK9r086lKiHk54ylreOrUlZVvj5DOXQg/gk5UmAZXKCEHGuA0q0a
OHZo4chC0e1ZzyebYsS/JrYjEXXXJ1aYz0CfrA1K5VUFlawmO0yeKmbaLZVv0mm9MRa+Ud/2
tVOR39fNbE5/H6fTTdrKLLCJXxwEm4LLaX+JGMeKrITe5/YaeHTm+w9bVWePsCdx+NN20lPI
xeljYeizU7lZu3Naa+1XZHNnKyjqxswwmMCtQWFpmlW3PZ2u2dkpULneyxfYwew449oDKWIt
Z2SfaswR6GnMXWxOBwc4XBnxB6ZJGewonGKWiwZAy2c2EnOFPWyfyDHf5TWAYWAc9atmla9/
X2qGqfjPz8hPGZOoK8zGDx+LLPMa1ajiJrJ+z5gCFTPGo1NAoqrQhXm5WatnugtdcrxMhkXv
eL8azWePda2VvG0dyl7Fj/ov1bWYgBnbM5gzLcae8JfcWs8lYV16NdHrb3JycOJViJVq2IfG
5h1LKTWXnc1fqH0EJMJj2GZsmLTFR4lbCD2AnHpxn4EMxOIzd7eWPLbxmLgS6srZo0OwprVq
/K2528dS06TxVp7A5AHk0wYw6ebczW1+7d9exZdo96j/AJNwOnatd920zWd60TaUzpkMcBvl
/Hre5raFdlQfpPI3NVVQnLUTvinY1bs3BBCZRq9ya9BQilEnIs+1azWbLVhcwOsWV/qTU0+F
1FdS1UbLxa9rP1Kc5hM/EPpie0Vl9F9siLOk4mAdPT87zcNaxWssxwNagjZqwfDH9jB5+YQD
czhSTPceKIOqrkRLMqSCZuaNe2Nbx1etMnK2/EMwO6vDZexcU3s1NjVOHUTGD0z4O7hsbW01
e2XHe8q7FvCWP22ccd6/kLKisqAgsSpfuUViz9zXusKnV1129a3mCxx6ZiTm6EtY0oS4xO7z
+83ahUH1MxkQKcr0J98zEWDoWLTMxOsOc+etZNTSKLc3belvhr2bvOvxWH1MAHz9XzOcRczx
Kf6qV5nWN1GSy8cBxlb7RQMWlbGtCb+rYYpPGm087XBsKzHxPv4d/wDY2KMb1GXt8tvln8Jn
65zy8uVUauGnCuuXPztzF2LuFv6vFXNTs+UqCbLe0UHkAc06O1bNnSNTeM1UNGrqEL2xlvde
scdSJ0MEK9czAhI5BfRRCOuOkGPXdprtpvOH7uFawsPx4m/t6qWz+QN/rsehigs2pVjVRWjc
SHXjEUk3/GqzzbrQd6znV5ef93W4/wDX1LEPjNe0WV8LAevz4j4hhNGzjbvty16vhq169l1y
1cFs2qFfyVPJdOmt03a1QWdGQwjihyZQ6rZ5VhZXmH3Qkt4rU5vWBPMCtdnxvc+vhVHJ4xn4
LZ9OvriBocRMRosMzCxEEz0Alo+PkUC7EGYM48StzV06PGfyFG5Eemop71Q/bVupGAxPGonF
w51bCNXaTOoivOXXQ2b0st8b3bbPDqpKaNYT/mvNusJbrE8kH+v5TitT7j6k1divY1/J+LS4
7FVianju19e+/uXWkZrXk1xEyIjnubFjvV1M9zqVs1lVaJV1VfL473jX5alKZnETrDkTiJ0z
gxRg9PTMaCZEBmfTM/8AP4z0sbC+aTjtHoT7KJ4bYoq09fbbYs8/Ue2wnWeGWs28TxHuWXBA
iGWWBa9tjZcUmMRNXYY0eL3nNmqmtLvL3Cp77Xjuc1sYabDKte4tqJcmvs7aa67tzbVuvs9o
Kxt1N3rWt6rqM7CL1iW4jElovvqBbNPYqapiJ469Kr0KEWMk8jy+zp69Z1radlU+z5jOCY3Q
zrAPQjqRMT/zmfhR6nGS0zYS1iJW/lKOXnODQgiYMBngNep0Tgo8uafo7PFpy6+HqUsQIMhs
5joYq5R2zWNa02L45TNU+GoZv5Do1za83t7EIPJikacHI8f4yxlH06zS2m633pXVsPdddaq0
16yO9xXFNzlVsbLM3ybpPf0z0rOJpWEVbJzcYuZ4/jZrYE8sina0MfVUT8mYObMiAGGZizPX
OYP08fQQmCOwAs30Es37CPob+yafD1pPN0ldhsg5mTnwLfEdwTy1Ru0vF0UbFdug6XeJosrh
zhxiNL/M0Vs38jGbfOXktubFk5GLQTKNWtQ1+pVLLamGMyutrbP+Tt1Lob+uRbr61tj6g15d
cTTp3DuOvOzxuvxR848giKuxrq1DgKmIBkFZ0zNQAarn5NFOJ4kjHUzdbns6ap9f5THxz16G
HE9/T3i5hnWceghEyMscRWBliZC6iAdutT0JafyCqzNjDIGAMZ8PcybKn4BA6v4FVsp1cmlF
4P8AFVOZ5PuV02M7Fo4lRPJWwO4eXhdN7T5bxOxXs0eNv5XIBf4HWR91V6bnjtR2ainRr2X7
tNuwtsBbOh4m+yL8WNgA8h5EWbWts2X7Xlayuyc5AxGJijJBwqWD6J5TrFxnStcX1snHa67e
tW4RczHQr6dM/jjPb0Kifj8dM5AXZ3OCs3ktl9Ojs1cwITD19HOG2q0uptrKuPcYLeK4/cRR
21xGzAp4pXkGvoFHJ0V5f4DVct/G5veL+tSzKCv7k8d49SBvpq3bnma7L900pqnAb+PVGqbf
lkrWtvsm7atKbPmdZtbT17LbtLxldMUdF6XeQ8ghFOv9i/W8VXrL52udTMdHM9zmUadjUsDy
M6GUnFnLX7blBZ/0WK67X8v+vb2x6KsPSZn5x0HuDPaMwxdua6Snu3sDVVLvJKGNu0x1rLiH
ZUFm/g2nYeUuwn8g11r2ivXOJ4zD7Vf+JQPT2C4jzOZ1DEJLNvVVfu0bi7CBYuQPHeS71QTT
a+w+Gnkr/wDX1052htdT5HTStzs247rREa1/Faja+ov6WOF8j5Ec6rUz4n/9/SfyBv8Ac4ie
0bDHiAR+rVtP0nIY4nSCIawVo7jHU2qp47ermdbu5Ykj5H36mDrB7w9JybN/kaqmzv7E1NSp
Zbcta393Ys1dYqFrRZyAFisxTVqSdZxHLyWnVfUnithm2/GcV17Cl+nntkfLIjmfhiQbL0rj
eTEs23sJ1VUU6rofKV1vWUiNxbsu616vz2XBGgaxsW73+55HyD7D13X2TX8NU9OrXp1WAvyt
PEb/AJsVPfbbZFxP44vPZ/UPMlh5MDuGyrEC9YnSV8zH1b64a2nDMHKa1VfI73btG7s7Eo19
pm/5XwCzHy6wme0YwtkX7FVcfYtea1GWWlK5u+a1610KL9iLVXhQBGwAUE6Qe3SHMb2PAmxE
sGxp9rb1T+3ORxmWX10j/qNfFpvvVtOntV6nFtkchuW4l1lmU7G0tquh07VaxNDxqr5HbpeU
NgGwlD1nitQXPTrZqexaBVvlrvMPYNfqJ7yw4nid99dqz8fKeM+4P+ft1WvVZy6CNMyq3DXJ
fdU2rdBqnBBz1nwmrsUpqtsVKftbMzPc/kwuJZYqh9qxpzusNGglMs3NesbOy9za3ig7gcBX
s0sbfJVhqqSScTpAZ/65ASz9O3s2jZF7o2zeNldMONUkxeROxetVW15WzYs8dbjao61bD4XY
vayzZ3alDNmaqrsatPxDDkzovIG3GMRWM/JImtsGuau3aNZ7nc1a6uLd0V1XEtZ1nHMRnB8b
u1/8/U8hr7T3eQFe/d4+kv5jxNdSuOucTJ46G2r10BS5Re1uJU6W1lFx110W22mmttj6y9lo
q9dzcr11q8oS9m2cvYS1Gm9sVEQeZscVL9jOuru4XCmX6dTmrQ10sY4g9OMbpMZJHTy1BG17
zWYAeMv7lBICg8W87uKa9GupppD/AGxtVVlty3Y2tvbqoqrcTmJXea7rnUw0vxBXk5qAPUfj
OWwBFbB+xbgXXM+htG2904V2r+50hxB7eMoX6dFSIfOaWbNd+5R5DYRath0NlNfchSMjIfHb
BvrAHb2DYzXocnofHHjsoD9ni/YYQ+3ktUWDVrZraNZXCUVqPaMoIelHS7StF+tTwqzM4haC
NB7pOuCQDD0Hk9B712fHbNTjmp8KhFDlp5BymvXzsLZWJc1N12w19qFVR2cn5Q9IfdT8adgi
G1BP9bLvmcunp7D/AN6tNl91Fuj4+9jWU854u3k3KZM8Fqfa3BWuFGI6C1EQVr5mhTLVCWUV
MSyduMnKa9VdS17X+mRkhmZ7QVbVLltWc4fS1A0XxuLwiqGzHsRJRtva+D6fgtgMxMJ6herZ
zgTEDRusaE9TLqlslfi6FuRBjbuSmv7KbybR7T9xQqPlQellzGEQnMfAPvKQkav5Q159E5Ti
ZyGW5CdJrbt2sfGujWsrPZr3NbV5LwtG0uxr20P/ABWrGsg+KkenSbNAur3NdxbTsnt69abN
V51jNm4X2i5Sutp21mparH2iwbRRDVVw7nabtmD3afkdZt7gQ6+sz2DiFyJ1zxzOAAKwgevs
Jyj/AKTn0WE5nDEyonmNuy9te402eW7Ni9TDOoOTApEVPgyxIcY07zXLLdW6WVINSLnGDMGE
DGcGUbVlJ/7uw077u6b4Sb4tfY8Ihp1hB0n5ciMcHd1EZ6vE1Kl22+qXs5xGwKXxZb5TXs1t
XbFK7NvdOhYOOrw72WhmRGhMflwp1OD91rIOnpxgEJXkTOkHoQPTCz29cHHWMwx5Pa4rtXOS
rGAmDM6zHXrn/wBWNil8TAnudfXqShaNdi+rUUuV63SZjZmWyw6npOgK+yw9Br3GJ5DX+n4/
yQd89My9ofnTfZ+1b590m5vvtMLIWAgzDPdV9qA2NNWZ+58I0Jh6yy9UBosdjxVa25+mZfba
Go1lrM6YHscZPspMxHbPpiYhIm/5SihdneuuhUFcQeizHU5nTGPiQ2RNcs17nmx4CU8+Xl9e
cuiTHUZnDqysEdPi2cIGnPr1aJnlo3ENqMXoMub50OSu9R0304nqCFYztWYTx+w82dC2hKdK
x6xq2LNOn/X8fpOx+q3DJyfdise2x5XUqLbtYlWvY1kJMIxPeE/IznAehME4deoWY68sTJm1
tpTU3c2GtVQ2Wnv600u0GYT1b2ziHETljWyprQqCh5YOHPOjY1+DAtlvZZqarW2bqL3Wbq+C
VPQ+4MzPHo5OmCuvZLVy2s37mwgKv4vX2JR/HNTmPC6Cy/xVPc+rSll+vVZHorSnYwW1+QrS
2wP2P9bMvt6dprIqABq2cpr1IfQ5hEPUFcz8YEUzpOIwvsTPxkTHW61axZTbc+1e1cHE+gEY
8Zp6N23ZqeKr16NqopsGNiDophE0KhjOIq/J+RPCbq/AziRD7+IrA19npYx+c6ToQuYPfxOq
IF6MOlwlGOWAyAYKNizpyv8Ab2hyEsrE2qwX0iqjUt5eT/8ALszTsKIQIB6NMCE4jHMzAZkY
xMdKl6lBCpgyIhLTpjGI7hRt+QP3QRam4ltewnCe0ORNPQs2bfH+OGrTZkTzdfHZPQdeKDoB
mHAGvuGsa+13B17f2OI+702tjmPYdcEdPCXA17laLZs6gjcTOJgnSavW/wAdqmpJ7jZByW7d
1TclvVuQODno7dFAjwqpTbdu4K1M8V42rnk9kKACsP6sx8zE6CHBGBOMAnbCn/0tZEAxMTE4
CcumMRs48xctepY+T4rb4nzQrgBhM8fqfa2NHUrrq4yxJ5mlDp5xBjHWfj5c79FytF1lDffw
rXPY3cHBFZns12SMAsySfCMw2/J1ZV/nQ9ax6+BPWVD5+LCjdQfBRkcZvdBb7aFgK3SsxD0b
9A9n6i34pu4E0727vhdaxZnp6N74jZjBc9DMCYECAQIDO3O2vpj0AMKiETGYUnnttWstXK0P
xa68bFrqUZkyfBeJ7FX4zgTzVrdy5MP1xgcMoFDcHo2qrUt0arRbp3oQLCdSjWVToOW8nQU1
TYSv6p4+1qtnV2mZn1WqjlTFqJhRVatcHR4/ZWCNfVWdrrWek0XPN3HNz22dpXZmZJDdF2xy
XyV3MUZ+xoWlq+4Oz6flvcz88YBAOpxAB6n0/P59BNtiKdsnvXHrkzhCxI1xy2KBio9BbZ1U
kzzRP3m1+QZzkZh6ziM/VrtqGzt0ync12UViuX6etYtG6msu1tNaLUKtNXV15s19rZXYW7xF
YAariJfBymgD/wBAfpzN7x1O2aNZNehwnNP27OWW3nft6u4xilg9T5Rz8di4WV+RU81DV2eL
tbs9fqT3hUGEdf8A1iBRBiH0HoTMzPX8n0MHSeTv4U8snl0s6QAiBZ4jTa7aRcK/soy724Ty
NJue1+GqM59yp6k9abjSdfyFdxv0qiKdZqhsU3cf+Ycaukofy9fHaQKX07uK+VAF/jK+6OBB
FihflKyxlSsLdfJq6wA4ZTjcqIvsJWVWEzZz2scNjPOa7fMt8KhmneCoGy08evasyewZ1hyI
p9DPwsMBHpkwzPQwdYYD16xjPNvjX9xyHO1gz4Wa9D3N4Lx416Jd0pv3GIs1+3CRjytimxcG
ZOfYQcZjAq2L65Ru7BZt3XUN5SvlZ5r47e2b2Abjq2tXZ5DZW1tV2r2NrXpuqKqI4nMqfHDO
zXjE5dPx5FT2s8gcJOPKoV5lDlkDnLvyq1uQr3UvNS6XYsqpbn3B9MzEeBzEIgZZ0gEYxT0B
6ZjmA5n5EzMwmMZ5x80tgtkiKvKFRy/juq1tvQLym8ndqA09Nd3y5NtNndr2bQ2wQccTOoPG
Io59loa+tZdYeMbtmZYgDMUIB1JoACt0bxmzZY+2xXaJAn6j4WjnurpolxxOQgMuXmKwxKrm
VueLvizVdxcMZV+m49gFSN9fZExaE7L/AFf/2gAIAQIAAQUC/wD67z//2gAIAQMAAQUC/wD6
7z//2gAIAQICBj8CXef/2gAIAQMCBj8CXef/2gAIAQEBBj8C/Bvwpw58XVPmqW4Mndl0+KAd
wmB6sCus1TSurOE+CJ42ZV4OtMPFatRf4G5G21ZZ5KzKvADHNbW0cbHkpF2GSJ5fJH6p3YqE
jfFA5YJ4AmWLrAFfu+74LxLi3wqcOXBk6qqKnClBwrROV3qlkzOED81kmCpKuSfTwsyD34lB
hf4DqUfQDRk0fms+DuuSM7tQLQPUmWATog52QOCcKg6slqx+DT4jpuyQslTg71TFOStLqlkc
1Xyqh4MnJqbcBwzJWkRZ00hb4EiTRE4GwXPJc0zcCa0+TqMZZOU7UX6Jh8lWimLVQKFWVe5X
p+Fou5OVQcKIlMLrUv3FANVOPFGvgq3TXVI8AfyTtTNW7lZdIWaCdu5O1ew3B1z4aIt1Zo58
GanGO3K3mktL9QoCtL0CoWTvVAkvyVBin/JCQTmLrVj+Gtx5KiAz4M6onxRC5oJnqtXqwRdd
KZc13rQz81f4b4IxjYcefB0+P6LMVWoVB4AGxTFE4cA9laydvxFLrnxPT3I66umQr3KgcplX
8lqw4d6tVPZUuslzVmCzVAqj4EjyUyDcpn4ZcHN3YJrUYIMurBO3gshkgJVD2XR8kOmqIagV
brl+Krwe+SdkCAuq+apRVHiqVdabqqYrnxqrcbfBn+6ioPHhRnT3PDuUMcUGryQPLhGTIaS3
UqeKBTP1YrQOrmm7QpTE/Ab42jSWHqw4unKZuwfwMdPkj5l3p00UKsE10ZYI4RFFqiFq4Cj0
sgf3VXSh1PVWXUuX49uFV0p047N+PL4PciLuU+CAanNEmoQywRBDxzaijm60+V7ICMnQqmQ7
kSdtRepTmyCBdM3T+B6fj04MnuskYsqq65KnxHXWW5r/AGau5DTEFsV5GBQiYgMpaj0oEHFE
EeUOCsi1VF7cI/RVsEBDpq6aXyRAbSqL9z25fHftD43SPDjVWT/G90Sk5vFecyb0le2BGlmX
RG1l9VuSvIlghE2dSF6UZaSKlcxQcOoFX6AhId6qnAouXC3a5p+0YY4KL48G7Z4Pxv8ADr8U
NinFCaBE7dKMSjKUtRNUQGjquoNFq1xqt16k2CD3dW71JrYrUfAY8DI3yWrPFADGxVSVWydP
+fFuwOx38RRQHNMmXJc+zW3ZquX4dihB/BdS+i/RRk1SaJjStU2Dp9Fs1lIoO6sqhA2As6Gq
vNVsqY3Ro6ZNwquS5cG7DsT3IGG2w5rrZAgPJQ/jbvTExCGqssT2WVVRclfgzpvxDqXemdOO
G191kT8ihJ+pRc/JUDuonVTJc09EIzNUBtwOnNDVBghndVWrgyqgm4V4uuSpw2zZR/5uGnSS
WdOOL/Br+Frwn3KtzwsrKB50R+qjicUG+SFED8kX+fCt0UJ7hMiLZI6UfVkmavCiKtxbg/Dq
scU+p0JA3TguxQlky6Nv/wCSE5EAsxUgS7l//QzEFtRZ0SU/D6LbJlR2ZaAga1wUaVzVcE+A
XK6HVZPqZCMRU4oginrdO9DQrW1Mk7UTKnZfjZaQdJX8knWkDvRhC1+DofA+nwafgSyKjt4X
KLW4fRD6Lb6cUaWzQ+qaWFlS3qQUjZkzFCiHqqvLVEEUdAYN0qy58RxpxqnNlpFf3cCvDh/r
oT0lZfE59hlXsP2L/Cm9QKBclks9FVHV3LbAzKNapjWX5J9VBgiI2VbsjH5p1VRw4Tzeygv2
pxw7+HPtacFoh5cCjqk75qVVyaqDbiAMn0ycLvv8Pnw5LmnyTp034AnJEk+arJ7r9EQKC5T8
6LbfmrWXUmamYR2og96BLKX7guTO4UswoVqhIKY53UaB+FVU0XLjXs140VMlHu+Ge23B/g37
Z50UmwoEyAwU9NKVUAStuL9LIm7KpqbrmENF8V1HUScV4IUal1uGyAaq6TQ4Jzmh9FfnwC5c
K/C8EB8B+L8K8H7VPjjUWDqZNiVmo96PcoICWCoqVCk48V7mC6TVRp4rTI2C3AVTA1XNGrOb
IZq2PB+NPhFD4PL4NONLp/jRBxV+AyWuYwaihoQ3JZpnpzQgjDaDnMppTbvWoHUWumCGZUgp
C7YLVbJleowXPBM3BlyXem+ETyUfi8kFTgx4V/AOtRNrBVFVQUUZ99FpGdlEuo6c6oIRlZdJ
IRLrSDqCIaiByo6pgtyNsV0F1qwQODcKca/ArwKpko/Fr2eX4KVHI4XW5K40sv8AqUBmtHqd
NieHN1QXUhgpFlWkTmqFwtyL0KoFKIehUe5c03xZdycZKPZf8JT4RlI0CbU70WqNz6oqcbSi
VOMvUHBQrYqNVMnA3TksyEhjgtDUxQzT4IsGe6u+RUSc6KS70ZISAXP4NezLuWVEO74j8X7F
LJzxbtN2hB/MUWZCW1LvjgvcIpNASwoojmrXTBW8V3Jz4FfdVaT4KJsskDcJ6dy548B9qZlz
T9rv7Uu5TicJLuQ7Xd2DwNGWfwXT/DDDlwxK2THymIVKhbYu8k4wRNiq0TFckQq35KBHi676
LTHBCnyXJSih8cr+xHmpHnwrIKn4QsF49lu1XNHNbccyAyAfykxTNRRyjLwV6lNMeKYVyRBi
7rTGjfVPghRRz4DTiFGJzRctkpTBuUHDJvz7TrpqnCELyKLUCBm5BunBV0V/YyKOimZWoz7g
iZB+5D2p6W9KfjpJsmdOK/HKp8KQFgFZbUjmp0pcBF8EQR5kI+kI6ahRp5UZ+ARrdDAqNVGL
UuqIOMFHvX0TEVVe1qPgjKUmGS8ukXC6Tq7rLXuheamS54NZAkfJahKS0zLg2KM+VURZs1Wi
r1RGaM8VQrpPijE1GBTm5Q5XKaReOS1RNF1FPGXxOSp8LXsSERLzOj7n8m5IVkf0VQ23E+ZD
diXaib7lpN80Xq6LNpwQ/NF3daBfFdWGS0CbSwiVbDgKscUH5VRrTJavzXJM3BuGqdkI1AzQ
MR4Lu8qAoDigYBmWpOA3NckzHv4RGJCMTlRVFkSaRRhLwV35IgFaD8ytUvLYKhJzCZUlbBCe
GS0auo2XUa9s4LM8Lr6KpqufYbsCrQyXJHa2iwgK83TkE6rgJw2jFUbwQnN4jJadKkNNqOg9
GqyJeyLy08kZiZpiVHcBdslqiUM1ppdN+5ciqRVcFz4lTEn/AGoE6W9IF1KJK0u4XSXKaM6Z
hfqjGQ6VSNDZA5XCAjWOK2pCVkJck5xyVT3KVPFPC6lPHJVFVol4cH1XuGTHzG2SGmT7a6vN
gUAS/NROfYfsnhy+Br9LsVrjMMmu6J1PHmjuTtAKe5CkDRjmjMhtOCDUZS3J+UKO5GgldUwF
ESaSzUga5ute0ek3CY7ciZYhGANsSv1UlrL3snAvig10XXJHIZ2WvX3Ijd6hmpS2x/IqRaSv
1L92SLnTqupU8VQs66ivM4wRdUUXo6DZLy6itWlgMU4AZNRyv2JwOnBU8URpDhdYPgtL9Wa/
2PEWCGosXoQjKUOopvglro6gxf4DKUcIHqX8XSFqlPwT4FNaOKYLcnuWmKHh7UT0R83MrTgn
tECgTmy0vTNaJ7QOTIadzRtj0kqZ/JclHVbEqQGEkJH7QnK+vDliVpoyMelsUY7ZDH6oxLOi
3jJHT8zms+DaF0t3Kzcl+83dOaMjuHwKGYimIcZpmoc1Zwqw6sFUt3oMaJ/yRRaxoAvN4KIJ
rdDbmHEslITlqgPJ2apx8af2zg/iEzVXcumLryklCe9f7U8zphGy9vbOiNkTM+KIegxT/ktE
RhVUfmnK5jFPIuc00bYyCDm6qXY4qJGQT45ICyv0qR9AR10ZGFWsCnhNm5r231fuWr0ZK65B
ZvggIjSV+qGo0WsTAEUBGrXW5GVVXJSbPBXdclS+CqWmM0IokFDIXKcIkVX6okmqcSc4hPIM
VqTMndk8TQoHLDsOm+DqI6mUo7MQZYlDf3OnblhinZPEVzVS88IomcsaQUJTDA1T2MrhZvij
InuWpfVUVr3K5c1bBXoiNPNR7k705JwKYp1oe+SNOo/RFvPgj6tySAGN17Rp9qOObKllpjF/
3L7QuSZ6YrRCgxX1R+6VkVIPjdaVamCrcJ3Q1UyTRuE8lTwXUdLrVEOTRdPyRHzQ28cEBimk
nFAmkaZLpVOwCO1TjKADBvMpbn9kdETTmmJEQFWbow2I6BgVLd3T7k7yko6DTFbId2utOEbJ
44WCLql1Wq6AT/haTThpxIuqoaPFdV0UzXVqXWRRxGSBtyTmyOBT6i6LXVbFdLc3TEqtl3oY
oQF0B6BBlLNSF6rzc0TqYoyfwXUmuy1WR1V1WT7nyRCqLLvVVJ6Q9MghKReK10otO2q2X7M1
rjLzcGRzwVeLdi6YWzWrdkIgKR/rbP8AyGWKEtyZO4bgL3P7W7pJsHWmLybJaNvG5CDhtyKj
q9K5K9MF3ph80dyVNKjlVX0hEu4wUXPzRY1UZG61Eox1AKk3lgm1FFkGL0TprcKpzZdV8BFA
xNCqCi8qe32rniUJu0lCtCFozUtzSWzCaWKt1WTYDBObKmKLoEB9NERKiiY43KaRor96BwC5
HBPKkURA0KkbvZW6cghXqyQPuxA+xULqiLXR29Lc+DFUr2GjDXDFroQ/rx0PeRXuf2pe7uc7
LVCu2fStbO6nOJJfE4I6CS91uiQcOpTiNQPlQ3CKlZJjVPgtPpU4yUPFlKvSboMaYI8k4Xtb
nmXtQJpivMw5Ibmt02Ktr1XVmzRxQqzIDJMKJlZgqHGyouiVVdxG6GoYqgqg4/kFCqrSbKTR
OnAoVXfdao1bJclRebzIaqPitILpzVc1lHBN8ijq8qYfNdJtiq/NE4+klGLXTwJBQG7tuc0Y
gNFXriqoNJdJd+GTIMe9MVSnAp4RdvSug9X24ouKr+DSB6hipDc3Pe3TaIsEAy5KoTQFL1QJ
uyMghHJ0yaOCJpqXtbfnK6zr3jipS3JY1CMYDSMEdTyT+q/w6ql5UCG2Lr9y3ts3ToF1pLSQ
MTqhkq/Iqk07/JPhkuqBpZVfVgFqkW/aqWV2VJdK1TDtZeRdQbmEdA/6l0weKuI8l/8A1aic
GR6Se/BDb249RuUDshAaQ5yKq2pCM6zOK1dRRcpvdFUdFjxluSp/ldQ6jV1LblQGgX8kids2
kgTJ44dy07ctMc43U9rY22/+zdldaDVseBl6B5lohFufAjBSjkVKoUmuvdl5gVqk47kNMTGf
3FGUtz5ph80YmwWn4gyipbjUsDwm9NQXVut3FUmTDBCUdin3FRJv2ah1WAorMqFOansWXRQr
q+a5q6ER5zwmDkozBthy4DdnEGVqrSIBjcJhHT3IUL5poeXgF7I/07Hm5nhqHnCO1vB8l7W8
Cdn0nJa9qZMc0QbEK6wlzR2vuFV1dKkR5ckdEaqZOJsiWZ1Wq9rZg8jcr3dz+XcNsl10C0YB
Gl8eDY8KlvgmWSnM+soZlFDUHoj0Ba2ZRHL8BXi7V4TiLlGM4X4UounhZcsUJRqCpzyFFHcx
n1HxQjiqoyiGK8uvbTxcxyXuR8Rwz5I7srw8oXNScgItdPNaiGBwWsD29rndTzZuaiNDMFUu
6HLBNgvLQ4jj7ZfQziXNRD6+qvd8D2ReV0Yaf4wbrTiBZOKrUEQqoLl+ELLXLHsM681MlZaR
QKG19xQHLh1FlRNp18kdOz7e2USKwyTThpOYXuRqhIY1WZVQqswstIDc0DPqnzRwjktLtmhH
EJyVS6NaC6aIVqP8P3StWzMxOWCjPcDtR4r9puFqin434V/AX7DduEnpghJaNq+a1TOqRwXu
bo9sc10Apur28QEPcjNpZ1TbcAf0Q1bfTivbibYLSOnnwqmh808u9MBphhmtILxXJU8oxXtw
LPQlHTihErl8WtV7m2O8KW2aaUE8l04fgqWVlyVFW/YZ+xtNeJqe9DbBRlEsc1Ke+dW96Th4
I+4dT4LvQA8kcV5PFD7iU9gyjKJfUnN08sEdZpgEwXt6nzZUDP6leiH5qcH0j8lAYOzpj4IZ
4q/xyQKyuVEIjNSe6f4dPhVHZZuPinA1qP8AXAaMvPIqUR1ELTGFEIyBkbyyQ24eK1yvhFDf
3xaoCG3gr0HlUYhOVqMmWjaLJ5nSLrTCrKl1RFvK1XQc+pNiFT8DTBaZIyGN034yUsk5710G
yeYDoghtWSwTve3Ay3D5fKFBkTKpWlddVRaY/NA0lJddRhFc8lTBOuop2o6DYhEWT45/gc+2
TOQfJB4FFoAR5qUJtrvFvwD9iS5Lc0y6HxVlqVDVXoFSxUR+aY0IWqS6fmVplK9Uw+YV2Ucn
UdvbiAUcU/COAKY4FdPTRADFNi/4cRgOqYui8tRknmFRDclUSDFCcC4PwH3D4JnqtUTT4M1E
Z4I7U7Zr3Ib2ralaPJClk1EwNDyQZBxqZaTGq0tRaZUGSZMQ5UolBhZD3Hc48WUQQ5zVcZUV
bKrPgnx1fh9qQ8zshqFlCMY2UZ7o9vaHmkVo2XawTypKeHwJOUHuo68bdl+wQvcPmUpkr29w
/wAeaJFsE5QbgIsO9dyHCI+lkZZeVSXIISejKiZ2V0D5clnzQP5IUX7n/D7v9Ofo6oFEkOY5
KMSGlzXs1kVr015hN2iM0fY64LTu7cS1yvcMO5D29RFlGM/M1fgNCs5LLFdJ096Y1XM5pvqq
/kv0VOJi3igRXhIqqjH58XwTk1KGnuoovdrqq/6vw3VIdyG+3UQzLVEaReq2dejZYvMrdLCc
MCp7zNq7bzkwWqBeK3YRtOo8UdR7lH2oa53K0/2IaSmjJURBsUIiwoOPM2R3Z2wR00KvbNPG
pUXHinAIfFYd3HFNdfonPyUZDFTbNlmo6RUeZVRwiEdNWXJRMQ2pAEYKtgmw1fg3NAmj1lND
+OOOa1mTqOQQ3dutKoajpAQG3NxKyh7fmN1pJafCnHJlPbhInbF1oiek4ICQbcHqUTIAwxdC
cDpGACegniVSiIJfLsS3JmyLnou+S0xNBRNG6vRMF/lNkgLFXvcL/CfBUPehiUcJICRKcfNN
jyXcjyWkyZGrsi8/BQWnBMm5/g/bhipSkqm1hw7kNuQ6JXUp7ZcY5o7wOoqMXuiR5kGm6eci
/qC1Cx4T0+Y2U9VTivor1XdwY9Wbqg6V7eOfElaXeDqIjWUquVXzZo5J7DJU+Se4QVUKsckw
+SqhirrFjijTxKaeHCYwNkcOD/8ABAs6BbuTHqZErx/Bfx+SycSfcOanCcdLL6JyjR+aEhgh
IFswjBtQunavJP8ANBzRQAL6ivaNgME4sVOWQUpvUl1qauC5puAiLlNIaj+qg2FTx9qPnn9F
Z9qFjzRbyoybuV/DjWkVQq7krVNPj2H88z8l0wATjb1ZhTJiYoy1Ujg7J8TgrMOBACqe4IdP
VliVWOl7gq+N+f4HQDQXWnBe5tECZwU47lxcruCZieD3VSukWyXl7134oZLVY4SQAqMVCjGx
X/jgdUquv0WXJXTrmjubg07cbFRjE9MV7r1s3GW7f0wCbcPXKpCe5NQF1SYrvsq0ARKoq3VV
emPDSv0TWijKb9OKaMNZzR6BEFW81ipuekIt4IUqvMQcBghF1qsV1I6cT+BYeYopp0iFCj6Q
2oI6pUnVZBMB4rNXVkxA6qI2RbzLKSD8Bqk0Shu7XUyEdNI1k6lGIDABB7poVJXvf2IttxXs
bNIGjhU+a6j/ABypIJxYplrjb7UYGPWMUPbqVXzrVJaLNktL0CYJ/wA+HTGyoKoqychMuo9K
JkGPNUIJFkWxujgvqsFqxR3NQLCoQm9HsFrjJeP4AOiXZMqhQKZ6rlwov9fiMeESq3yQhpTx
j/JALSaclhRRjvVC9ykQ3mW5MdUSekhAY5qO7u1JqjGLRj9ua1inJZockIHz7fE7O158Uy1G
3YzXmRngvK0MSE0ItGKJiKixK+q5IoAY4qsqLQ1rI/RGeAwTiq5LkMFpdgVXwdaxjcJufZlE
iht3IgWTSNJKlldEG/pTg1CBHim1eCBFuGk3wKoHQA2qC5R3N0scXXQCICyvT5cKWQ0ydsEa
RIWtmEsAuj5Jyyc1ITMjubQYog5qMbvkvZki0f45VC1NXBRhEVxK+irjwoaqMwXFigRiqIzg
K4lc3TCyI+1O/gupfohKQ1cimAbkvbqyEIhHBSZ2e/A30ofJdNkSKPghMBgV7krFcl0iqyV6
ph+a0H0myfm6bi70xCG676UQnwC6aYo4KMhOouhA0EqvmgRY+Yc1GeEqFFr4oA8dRFTgF1Fh
gMFU1RPlZZshjyPDzMVrjQi6IsU2Snk1VVMTde7s1B80USafag9lKjzZ4FEGjXTEuVX/AIK7
FVX1Xuz8gsFQIyK9mJoE6oWzTCqO+A0QrrVK10Zlh9sQtQsF9SpiJphJADFaoh3wTHBRLB5J
sFU+CdnCImHyRhGPCycCqdqJkJSk0YLU40XfktXz4SD1Tx8UY4SRLvVQc9MhdR1XFAVJo1ip
P5gXogCKQNO5GOCMc6h0RMhphNqQKMsAjL0igQjivZNZxHUcFIR8ooF3qtJFMbL96jBrYstd
nuujBCcfFCYqJKyIOKIArFHVgtH2o/2dsU9Y4d+CYr/KEMSoxZUVAjOLx77LRvjTlLAomJcH
BayLDwUom0kYHAoynfALvVP9putHzCAjSiE1XFT04yZQ2zZPFAyFTw1I+kFGL8HVh3q/A5uy
0knqsURJSLFijWgutRPSuioRBwt3oQ8odyVpd3uUcsE7dLIEHrj5lp3JdEU0CfaehC7rLrPS
fKjEGqdnUt77Ed0UJRTO60jKiEd6BOUk43AGsCjG/V5keQqg9ii2CH9eVj5U2nxVk4jpmMUx
tJH3PyW8NkddmKrTksXVE+K2nzqV/hML3QEKHF0dVYFUNFq2pF8k0h1GzIQBLFCT1ITYK90I
xtiUMsShH5TCa6aWCnOQrqcLJDAFFdK5I0dav+4v8pjZFOKrNH/mspaqMUTtrqn05LS/UbhG
j5L7ao/aq0UhghIl0z9RC3NIcrUMUJhtTKMrlB0aVCIW5N6WX0THvQNvonhKmS6zp54Iy/8A
KDZWXVuUezqfUGIYoyhPpuiLgXWqOCjOR6hTjqiOsZLqtHzFSlt3u10Ynoc2CIZ3zVLFclHN
adVWutYrmrXTmxTtwrUYJ/khNuqKaSpZah4oAvEFUrFDS6Ll3VMFIyDSFkC9MFUsmHWcguqh
ReijGNooOzjgXoVdMbYJsXW5J00C5XW7YsnAwoUOrvUYUBdVQnGjIEtkgHYg35L/AJUZSrOw
CPVdCIAGBKY7lqK/irmQWvZlW5BWjF6qifcKfknzTFMaJ9ThVJiUdE1IN3r9VOOGSpdNcovF
Tr5ydK1G+ajvRIMZFwnswdk3AAYVUZWTgdEboCBiYm5xR9ttOBTGDpp0OSK78UGqCjONMSFm
uqgXJGIrEcM1yRe2alV8gq1GS6/9hX6r9pVKphfFamVRRUX2jBez/wDspR1PWiDQd7sEaaYv
ZOQbUC6KLWR0xFO9SwCjXvKEdNBigIjpxTZLpOnuRKExTNP6kxshzujpF7IxkEYCkceDavBY
PkqeIX6nhdk59WC1s3Ccc7FXsnRALMogelA+idJBe39snBUZY81q5cHCiZXKMCb4rVB9XAmx
zQL9a0yFRYo6k1uBNicEdIdrumwyQi1TiqVa6DBpcDIHTIJwNSjEgDSgXRxZOThZOUzK1kJA
My9yQddIZM+C3hiKDxVKaLrcsZPSShSgjUoYI4p27lpIoU7Lp8VQOFUcNOGKouSeP5KskcSn
mAJFEA0X6qo+augVzX+Vy4Dc13wXTgmTC3BiOoFVPVgUdSgWwumVvFPKrYK1uNSyMdqWrc5L
VOWole7bUmxTFVrzQ1BEAdOJTYLWa6fKm8vIXKD4ZqpQ29LjFARcCNmUt7cDvZNE0KeU6ZcH
X3clGOaJjgpA96e0cFp/Nb05yqJWUtnahSV1tADHqQBzbg/B2VKKqYCnDpXNUWQV7q7rpsnI
cc1J6B1l3Jy7qydtScDhXxVENr5Jgg3AmRumGSpirhC7BHmvopBwCfUuvcD5BH2wTNdMtGQC
PuzLY6karIKO27xNAn+ZXNM6+i0t/wAU5C5RWp+rkhKRtgEaOE48FWS0gUwQiPJDzHMpysFQ
usXC0+qKrMEIxitMok+CbTVb7/evfPlxCcQYhV7+FOxXsPJdFBzQ6u9XRG3Dp+4o+5IAYAIn
EXRexPDnnwYDnRNnZV/JXVMVtn0uxVPAcaj5IbjNquqLmowxUe5c0NqXqxC82qJ4OYgyzOCe
W4GyTReS+i25ZIvgqYqhqg9wq86f8FUNyTW5J8SqKnitMW1LqHU11PABNmuWXDJd6YJslriq
bdlq0ju4ur8LcdTqnVyQLaXwVFWQdULhNh2dw8rI55JtVl9EDJDFWZuDL/CiXYC6gcE7L9Fe
uK1elO3csuSJhSICY2FlZk7YIS9BuF+iEh5OaM8AuqDhaYpwHJuhpN8EAL5ql1qlRDkvee5V
b4cAxdaNimcitZrIpj5k0X6sAmI8CqV42ZMr0XjZAaO9aWHYMQUzLpQ1y+SYAkJynITRBMgq
9K1aX5rpiBwoufExOKmLDBV+YRPpWmRqLKOBzUCDhVWomTNVOLKBflWiZPiq4qUM7Ixlhw1R
9Qqpar4cCcgvaMbjC6M6gIbfpBojAUF6ondk3cnxBoVGbNR0JxJDWIX8/Vt4SXTKpVndOI96
MT5QcVTxVlWkVp2oOM0Zzqcwoyu+CjujzC6lJ6yTZZLvQTCr8GCw7kNW5aoWv8+FVdHhXsMn
VFVHjbg+KCvXLgQcVX8kwWjc8wRB8OIMaFdVTggmVV3obrdZ/NO1cHUK2jgtuYDE3V/BPEfy
bpp3ZoG8s8Uw8pUhGz3WrdL8kIwgIRHChvBbdawoq1GS1xeJwZe3uf8ATNahF5RwzUtybDVg
uSpgtIevNCAlXIJjKgwQbyxKiD5pKcj6FyGConur9LqQk3Jk23O+aILd4T+bvWir/r2Lqitx
qr8GNuw/C3B1OqqHbJC/cmzWu2IQzRjYRX6cAW7ymATxKAIwuq8Iw+ihHGRTRNFpyxRq8QgC
eSntRNXoov5bEp/yVg+C/RdXyUto+inzW7tNaVO5Myp6qBQBLkjzIgx6s1r3JauSaJc/RVCy
a5RiBU4qR01xTaekmirhRNtnpMFXFZKqwXmqcE8AfmnEh80IHTIYrzHTfTz7bfE5KUnsjS5T
LVI3NED+achsnXSpFc+D/ktUaF6r9VVcwuSiR0yC9w9U8CmVKqootwel7qEhexRhuR8laKRl
RhRV4XVaRlR1tbMGed+5Pqc5IAWEb96lEhwMVeilEECTLq9WSuF/JU3C1xqZL3B6kQLKX3hN
lhxGa/Qqjg4ZrzE966GNboahQepaeel2w7L8X7LKqp2dIxKM9wUZbu42lrjMqD4ogjuW2ceA
3F3r6cK0XPh03xTALnw6j1YBPSJ+1ANplzRnJ6og4WWvUnzurp+EHq5C/wDIl5AGi+alu5UC
9qA6RitUgzn5o0Q0tqxQ1+CJoiWTKO36BWi/VAemdCpN3hk9+I9UkHi0cFo1c2Tm+DoiUgXw
WnT8V+3LUHopRWkY4oAvTy8ACXOC/kaPLFbcRXUapvlwAwwUI8lSwTKlUCaHFSLtS6EB/JuD
zbllrPnzT7mGSj0lESi45r3NuVJCiNLFF8VyNOO25oJIMCXrRPyqUdxmjqYlRYWR2tyfUfSt
QDCKBE+v7VGOJDyThOU59VlyyQJW3/YjQGir8ky/Kq9yVgVZeCi4aBThO9H+FXtUT8TzU8GK
rXhZfxxr9y1zOqah9osqLmonmoMmCd1RB1KOBClCVGTDx4XXJCMZdORWt6Sr4pzvRB5pp7vu
dyaoCIjWOBQAzUXGFlGMYnqNQFpMaXZRlGjrWDpmFKMpORYoTmKvdSlgnC0hMrNzQxZQDMBg
nHABnde3R+SoWRp4qIsi5or9KKHwch8A8HGKcLPhqN8V0Q6RioyFrJieBEoiuKYWFuFb8A6K
lN8VzWkLpiZKsG76L+XeD5Ruvb2qRHqN08pE8LpzbBRYeNlHX1SzT7lcor3DFo80IQmXdxLJ
Dcl5mUqKW36jgm+iqn/NOu5NZT2yBykiOETNzktepUHcpVdQNY+KB/rz8Cvb9vxV/DsV+LSg
XUVoixdQkPNiv/bLNMnnnZUACn7hYYd6BhQYqgQIviuaorIAeKpRbgFS1kXiU+9uR2Rkbp9y
XuZFfw7TlaR0DIL+QdXHvXubnkwGaEJt0qjUWr/4jmqh5FaD1TxOSiI1rRaVN/IjlggAuatx
ob4IwiFKq5JxZRLuAuS6SLVQErppVCbHy9luNvgErNdMSRgtW5PRt5K60RJZkxon4NiCr0U9
Jchbuxu+e8CjE2C1tSQ4OqpiCTGiOjb+aowRMp1TO8sXTYlNOp5IiNcOaa01XBaIDrNGQ3DH
W14BfyRaUaIkIy1MFrys6lOY61qAYc0JFq2IVETPyobkRoOSd+o3CdDPga8CccU/Cq6ZUxQi
tzTGxZCIuFpyT459ru7NeyeafSFavGO6KRsSrcKoRHlmu5GJFDgve2twx/aj7g1ACjrTGwV+
EpwrJEyWeatwIMa5pooymC1k8Y/xrXMdGalGNQnmHIDhWRk/tykvfnL3DgV77PFaIBo53WiE
Oq697+xSLvoQApkESaZlOA+3t2ih9v28lKlDZMfmr0TKqfBOLtVf5TldSjGJuqo6Tc3Qpe5X
NN8RybJ9saymqBlZNIucezRThLEIgixbmqlOhgeaD34Zo4Osk2HAg1CMo9KcbiE/M9E8RpTX
fFat6EQyMNRjAWjFR0PptMGyMo/9wUVCtzc3QRq8qlHa6t0I7m5uOcAuraB242Dr24xY87BE
R9WKJl1TOJTXVVLah5rL2o1PqkE48xxQLdWfLgFy4636bhdyrwvpGarvEr6IQ62717kJkacC
m9Ts/a5dqsuv7VYwGCaxWmHUtRsmmKZqqaAdOD8k0rrXH1VVvFM629VghmnPCluNOGo0RaY5
B1PYmByPNHal/sh5Snx71GMz1w83+UdybCJxKMxc4oRgaO0clCOBNUNg+chS3DIxGEM00PyR
1EnMLRDzSshGUW3MeMtvbPWzOpCUdczi6jJAFaOS/VVTYcdxvTYY8LqivVVjrTQggZQ5oxMO
keop+lrsgB4nhTtcs1oH8k8gv/qgjJtU/vX0Wo+VdMQOZVeo8KWRNyVy4Fx1CxXkoCicsFtt
mhq8ODq6CstRoF/FHUea0SmRr9EUZgPk617ko9flWoVnGiquk6RFQMN0Ov5f7ACEAKCxQMrO
pbmBsU/pjZNHTELVuFyUBtbevcHqQeDBP+SO3txcldXiy6jXmpzPpFOBkXojX/ir+HCtlS+S
lGNHun0FVLKmCYIT/sSAiMFKWzbBGLNRtabUA60e5/Nnh26LqrLIKv8AHtfmtUIsPuktUqow
2erc/Je9/ZxsFSioq07FuFU1itEiExqxUeQ4NwBmWOAU/ZA6M0PcOo5CwRgKHPmiZi2K0ig+
0KEMYJwek1Vf4938irUWjc8pWuUrL2/646RjiieDlaiGhHFNKg+0IRjCNMkIzDFSO3iupfoq
3WiMf9hwT44oGNJYo/xHpROkunQxHAEIR25NmuoHmjVm5JsFyzTSrkpw06V0uZ3XvMWs6ZV7
DkroOgZow2Iv+8r3N+euf5IV7l5tMPtCjuHpAqyPJMDVGG3WS93dLywCoq8P14FrqVa2KeEr
JzH+TNbYl5mDp04qp7krRTmPTgu9Buk5cPb2zQIxHmZPdS2fWOqKlGUdSvpawKoGWnVRZyWo
V4MrknCAQ1zea/jl1Y5J9XVmnlAzopSs5tw/VUzQ3t6dqSKMdknpvRQ/qyjTc9SMwGJQ3YXl
dMy/RBe3u9MxbmiZCpwTABH2o1HmKANAapjVR2z8gtDUyTehOtSznkv5qA+Vl0i6pWaB3z3R
TRFkDB9WYWiQ1C9Vp0uBwrZOOmX3BawK9mnGZzKzXUhXuTIr2oG9wpCdORK0/dRe3KQcIiPl
P0XtQucVOU6us0DH5LXHFasCuoP9V0fIqtsgskxHir3snHgqy+S8xjLLAqOyY1NyFIRjVrHF
Te6YWTC44QExWQcrphp7lH+1jAfmtud9Qqt3blWcbImhGSLJvpw/fHzJwtzRRyhEmq78UCfm
i9QSvH8uOsXiEdZpkuWatVNw0nFfxuRgupteLcH4X7DKnFoiqMXtkvbq6NTryKCnK5wU/cxx
OaGTqM44VR3GWvU08k7+Csq+KorIi8TdeQGKcfIqiey6vmqrNAIbUa1Udgx17xvOOBQ1S06r
OvfhX7m4xEvLt9R4mEghAWFkJNehKsiaxQBZOV7hJjmtyWqjMAnxW4W6mYZKprdS7nT2OKb/
APHExzWoFojBMKcHkWQjCH8Y9RV0/B7nsU7bsuoL3NPUslqmW5qcY1IVKcuaIkK5rT4rFAGv
DTYcBRaZ+Vfx1CZPFyq14UuEFkV9Vq22rmpb8xr/ALGEV739yRceXYin3ojbj6RyXuf1mjPM
WK9ud1uTbqJuqpuMtuXgpSI8paQTR8wTyjU3WkRfTeS0xLbcPkhtIynHoC3JMZAG1mQywR3K
JhFN2KruXtx85Rlv1TRFuBXJNxp2adok4IwboFUJgtyW3v7R81xks08a8lyTL9ylM2X0Qe6r
dGRjqhinbTLmmjLquqq3gm/NWWa/yqroPeqxBOCHv7rQlWTFN/WlRmESuvzSxUYypq7PJEtf
zKRjipbRj0nFGpVOpAyYRGaNWLWUz6jgtV1oFOZVJY9UVYNl2ei+CO9vl5poUGfDlxb1ZfAZ
O3DJV4e2D1HzckTXmskQT04LMIj80/GIFeSrblwADFDWGGJXuCLg0H+V5QCyMXsqrknBYZK1
EFllwJ/NUC54ICdYguv45jW/lyQ2p1/cqcG4PIsRdEbLSjzTzjEcwjRUVbr6p8F+iMnt6UCM
69mi03lktW4afaq4Kn58Rt7QeWeS1zOrdN5FHtPih2ZCJ1bttKrTMqhTHBMj9uK5YcMxmsXQ
ZMnQdQhcA1TeXkF1FDdiO9WTqqvdZKo6ZWQKAR4VVEIOaYqMndxwqmTuVQMMVfuVL5KyZmK1
TLdy9xqenmjKUQyJAWUjYYJsdWnjWibat9y/diSmgNU17m6X/aslyV6J1XgydFMcVS3GnEyl
fAKUy6YYJ1UJsuHQuWKYK91yzTrktWmvpzVS05Yrq8UAFIGqd1VNYoNdEDy+qS0iuiLLT81T
h+i/RWRMLrbibtxZamdHU7qvUMQhphZRKBC07kdUVpjQCgTPyCYWbBQ2tukpFnXtvVr80XTY
p52FhwqWGITgV4d3Hkn4P2q8TjLCClP+we6IwUowsbp8cV3ofmqLTFaWeZxUomlbK9VdVrwF
arUX8UW8E9810/8AUmrVGOmoxWSusWQ51UyLvZExvwa3CiCiB4ni6HAxK5INw5Y8HxxQ0hz9
y3YEhw8ltcpcH27YlVxum7ZXJc+FLqvHkqBu/hyRJtmqlhmniaHFSErKqfDgGHTiUAPMrLU3
m4UtimVViq2KoNXcndaiiBV7I5ocOSMcI2Wof9xHcgWzCp48beKBWo0JsOIQ02N+GoWTp+FU
2C6g5CJFAtQ80sRkvf8AVFc0wt2KcAFS6+qcWWQXI3+FI2K1kaicV7cj0lV85VbZKtlX/XG5
/RBoachxPuYeXvVFiswqoUpzTwqmdsyqF0SXAywQqVUKBNBNHPkgGd/mpR5J4103XNUFc13K
qtRRMrA27AT/ADV0y0Sum4MhyR6mdHSTrxktAlgjubhqezXgDj2OXwaBWbh7UaxjdW8E8qLr
NUxqAo1fVg61bhd6gKnEbLdIqirJ6VyWRQkB1YK+mX2p/LM5Ikh+a6Ik6U76tz7DgtUVExpo
XPFUwTw81VKG7L/Z6uakJ1COnNZhCnzX0UD+5DhplIB7OnC5r6q6G4tQxRfiz80IbdMiug1G
KEnoy1YfBf4kmuiPmhGOHmX6LVLBdVPzUcahCmCotIPeqq92XuU0uiHTJzdDUUNzYk0sRzWn
eiTlILQT5s1qFInJP6817c5e4eS0N0lGjJkJt1kCvgpRyKOM2bmtJUgPmtIr4IXPJbcT5dXG
PuktGzLRGRlF6akQaVsum3AVYO7obOMbvzVPzT8DpzZMKIH1g1yUgC8vty/DSPJGR9S6DUrq
xV74J1DHmm4S3Pusr1QlE1ZEEdRLLTJMb81UrmVrFa1QEjpkfSnFCclWWoFUlRanclOa5Oi1
EB+a9t3MMcwnwktza1GM2ePNETB1MuYR/wDZWmyjIGr3UO7iUJtRAjFVuLqzsobmEr8Gzspa
rhHvTsdTumlZCAxr2aoHhVN2q9k8J0w4XTi3NUKaK1kdcuBrVf8Aj/1+4lCUjq3FVCAwTt81
Xg9OHNMNwoamIxWqUgWTs0VSj2Kc/PhF6RFEIw8oxUZxlY1K9zFrhE/McGUNdXKHY1YhAqMh
U4q10Yy9NlGQuu5E5iqyqtF5SQnuVBxyR3dVBiVfi3Hn26ceXZEcDJHBlVUVmR+0eaSDWCZe
1q0urPP80CPyWuRaKlR6qlkWKz5cGPSmj1dyb5q97oCUnGIC/jirOvqmVCpbkgCAhgckP68j
03W4MzwdQNwKo7sdyVfS9OwRgyMR6UYox/JFvFHblQGoWZWnOyiIljjzQnOs0Htiv44PVitH
qX//2gAIAQEDAT8hlEq5Wf8ABLiDEzh/8DtZlZrZlivHcN5Rrtzrb6Q2cywpig0be4wwrXRK
X3aMAM2o2lg1Hu+CEfIu+pkUDRxLxaf1myeMK8DRMxaccxTUoLDxM63SVesy4chuLDg4IJzP
LKBV0wLhnhID6Psj3KWz54JLlD4iElUQ+0DuHaiYdsyuR8E21Tzf/YA+A7lY19pQ5k9vvcMj
eHgEAVUA5JN7tsOcuWcPznyiTQWWVOSelPEybZR/9TApHzeJsDZCf62Jn/NmOoW3k3/8Nzdj
KF7ES6aqaVXLKU11BCvUtb5biLKxcWJz7Ji8iUZFSpUs2E0t5qYnIuQjIljnMy1zqygUa/mC
stcpqfYqiGsEioTEB3A+6YqVXT5l+l+J7DWYDh5BlquJyOOYyh1OGJcXepslQynOJiyLiM11
H9R7V5ixR/SULG1c/eY5QrcD2I9PEqTpkF+8eHFjwVvMoUwtO590qcfaD1QnX4iKW3VQFF5R
ijIrMoXZWCJTQ2vM4LpXj/Jl4/gChR0f/BGD+GZXmKLajkM+Y6lXbklmXrVSplZTZbemPBfN
y8F9oN5Zhr9qi3fpfMrd4nsXVcSvzBtZmbIOeJd9t3MrmtvmMGJddS10m0m6VzCuBAXP3L2D
xmYZcMc31CZUmB3ExUphltsyjaLXcWmzuZUJeIrXEGrEZliJZk6jZtOiKXOHHMdIXe+YtNdp
D2KtHk1mYyzxDOYjKTgs4mRig+ENsuuBzKYLwrUegD7XHh0OnMzhRRNnK9vE+W/b/wCFnzAf
y6gvP8Msq4BTBGP4aIkYTzoXXSdRytvMbUc7liA+JfGuIWB843kdb7hFA9HEsyg/25awxhE7
RxaEvsbzuVpMt1zGtTxzLBd55cy4GKKxiBzN8PUaktFQCndQDa83Ka1R4i0JwS50eEI29mAU
SqGtxkvnqDsK8zLvtCyiXNwtsHmr0xfdGpR35oudBM27l0HUurQvOJex8ai/VzB9uPPrPXyQ
oqA7GANjlXEKsS6cQpPMtItLt3GNhVY9ykF0Jf1irxX+POdzn+EIkoF3D6IWJVkubYmvP8Ff
TqFRFj1/CdoUhVqhwahtavxCBlxnuVewynhO3ubH6tTUVlyynw+JeDS5rmUbAZZmKat5YK4G
K4igtjtEmzRl4iPo3+oOUeHP9RreRmyKD8iIUQDLc3MW4fMGCs9wHBz1LJcuStG45gHlHdcc
wQYRjULq0EqbLc1KFG7zXHzOJtq1i9XpFPvipe29SyWblXhpCmsg7gDvLTHaG+TZEhuy8F/M
8xNUa8RkXk4cRKTY4OZW8cRqNYzJ1w77/m5cfR/JvGexijf2g1ncFpkg3MkKeIFQP8WcRbaH
aCgGyrl7Q1ErULC2QNY41LcNvaGVndxmAe07l38Y2nAjjYlSpzfBZe3b7ZU5ojrKGynDbKdq
qyzG7RAG0oZIHEviO5VDVSgTVHMtMRFMwf1ArOpnDhX6gYExDljUCgZogrQHt1HbyxnMpdLB
IeZ8csFttSjKwUy3xgp9woOQzWsyhAtVt5EcdSizFHQvcqionmdDKk5id3S5mTne7/heIpeY
m8SztiYdRaleIjlFcOo9+HiVnUyVNxU3Uq8f50QnNx65gBChvHiUrIQSxd8xqheZ7osjnbGA
1LHCLkTcVOTEUV6e5Wdj7wJgoIm0a/iOPKJ1bieBbuCYqxyscuIDReoR6RUV1FiyK37mVZ4Q
y3qKxzg59OHvzUzSGOEoGYAbF4cepopPtDqzGc8sBFXXAf6gAplYJQhQxTFvKQLQOiRGbqcY
Peb/AOS0AG7fmN0nbiX0tl46gA7LhqIwKfbOpi6jGpSzAHEF53xKSycOhqFzMsu0ufMRCfRQ
YzCv4QQVi1DOofxlZwbnDWJcOY/JFUVFnNA9R6obaVOYS2emSsnGpUu98MrX8XKEXbDczeJ0
cQatwdQvPM4a1NPzMI3ZKa5i+IbiW0xq1Qm5WYzZKPLUoNk7p2+IbuMG4BfVZG6GrywWS4O2
Kixa9rUq/J7+s0iwW1cKplEe2WP+7mIxvT/yIvAJWxKLgFPEo7HvUtAUswb+GVrEdgr+NStr
3u5bXEoe5RqZt8xKMStrirdS9SnzxGkuU3cAc5geiVwtgai0XHajUtaWaaiXbdTgg/wuxT/k
8ifiBpBUpXxKXTmMAf7iXt8vUC7WP1KVtjombIDuYsczBuodYz5l1lkMW6mRg9zevpDn1LOo
Yq42vDNPHMvhuBn1EyZU0QjtPMPRD5nA3MN2TfTxLO2ccNw0ALVbuUcT5HuA27Lx34gVYG+T
mWVOLjEz6T6jG3Rvpl6KFsB+Y5cLU3xCgVYvTFvsdX3F6zJTWqhZLnM4P9UtIWs4jcVlixfE
BGDKxpGutyzK5i4Yq5zxFVXOrGaxjcblupoGOYNqlJ4S6O4XiGdRCLTxAjcyFmIF/wAPP8IQ
NfHMX++cFKfcE00oy3B8mGHKp4jmoWG05h14RhZKMcwRl1LhhkmsAeZVBUrLHmBh5RdVkFmq
+sTgAOOH1lgFAoBdy8xz6f1LWX619TENkJbzEEGvKVaVYf1HvwaP3NjPtCcSz7MEIwuDa79Q
4OwcSlVMEGMq78o7Eqcx2uyteZtyha4lzZuV23Nn7TWu+Z2zAqLRz+oqYuadc/wDuoEZjLPp
Lql/Mw5gEVxEu11KkyjZy7jiSZp+kWNe4CCUMRaE53EPkTTMaqY5lPJPksAGzOYzDiNND7lw
D+kzBlLglEYeZE5yQEO4Ukt1Cq/gu5izriDcWyBqVTUxZK5QjirVlKp8kRrIY7EsqK2c1GtK
qjlX7m7DB67gDvQy8SkhUBJXZ9P6zDK0ZNV4i3qhlKXHSFRCydnca+2/RA7IY1ApGMsqsLNb
ZnuvF1mdmEUaZIOIC8scMbqKcnqVsIunlcL0mgmTfMHnFG10QOjS08ymcm/UFcVDdvqQZMYZ
lLMRD1uLIGI34Jv4blEbZ/heyr4lFfwgglZIVs0lj4Z+EC4iLxC9KhxNBKZEY3lKmoLlYgN+
IVSEEiVtnhqax0t8y3ARU3xLFNifMcS/a/M3AsvmEaGH+txKo38kExXM8ToUqD/vMFZ+hDZY
DnKPK44R3Fqsdlw67pSuJm2K12gHCW34l/JZeouQqP2gKEStnUv5KizWo18TeR2hpcwIqn3n
CfMyL4ZW0pq8RaStReM4J3QwyoO33gmpUxQC4N3qM34mBGCV5Ij+Klx36jpY34nES7BpmVH7
gjjGFlVTbH2loIX+BVXuYlJ5/gFqXA/ye8ykAjRj3GhcTyzCS79nUatC3xLLilfZMDOdZSs7
KXuEEyyHUt2q0efUOqp2BXBuPaJawq8/uC6vDzK7DXO4LrwivtLgsiNhLxYa1UHkwqtpSSjd
jr9TInDVlzF42y0NG1hw5RUDzNahMfpKSL8pVxsLJUt2olh4kolV7cW5gxD4zENlG2B07hwX
mKOMRL9sulpR5XDQfo/cCN5ga7X0RxF/MvVXTUt4MqfqVymPEzQTB/gQjK3KgxcZdsumG/4N
I2EbWJYzRmY+mO1e5jregeup/sDKZgVu8QTlHxMkcMyupwgGgzFtVF/PUqj1u/7QCfEeIadj
h3MSpsPM5jfAOSq9RdpWO8QuCGLY+ZlOsguzxGe8gp5g1G6Y9+51M3Udw1co0e5Qcss/sTA+
iUZl23h1HK2KB3F8q4lJT9Ur3LMJnk4i7AlCm7M/mY5c31L/AAk9TTOmnwkTI3kgkXqagCzy
wTiNmMwV5j9CZX45gmts3OVygo1NBhd2RNZl8Qs44gfiUtCfExf8xqIf1OYjzKGpwl03mLdU
3V3xL9k0iXHpfiefK80R12E4GHn+BcVFq3iCailq177mbbtmDYz8vEybbmN2Ted8PiaBm6hx
V/a7gz40xWrh2B1DI8tnD4lkKNceIcjZjzcvtEyDivpHDxIxQ5hEQNdoLhub0uVPUq7EMNxG
3XwJfHRiEDryzAeMKibW0qNw+q/KqJRhgabmKOw+ZYYjhiU4yuJQRyI844jbi0fwRwfO2YC6
7g+EoY5me3LEa8QUblZlBLzSi7PUKsWeuJk1GqgWfzBWWAGe5zRwblIvMtnSEPmHVn5lOV39
YFk45O5WNzzTfqIdofqS55W7nJTK0SFH6ZkdGL6lgg0YrfqWDzYDYpXUKOosuyfQvUUk5dB5
I63CPkLqFW8Ovbr+CsGrE9Hmcm7lgL3OD5iJupkpuLVsoWjqlrhPybiUC7vUBcJwlYjrntCU
eaH7y+iPB9ZtO5wM2DiNzKfIm0mLqkvPyQw3UfPcKvnEFt4luRLvNRetExKi3UvYEqxK5xdS
+k7+JTJi6ljScnicCPSaT7JXLB5gGOEXPuXlJanLjxG7iNFbgqst0Jdo6bNsZeqpUM5fKuPU
AfDk0K3cuoQV2Va6PUoF0Zv6SxVwPUvRh+4q5Ss5LZkCnbucn6+sx7yq1uqnjbrxMLvlGhLl
P9JZTWuZb2cEsluuoqLozX9TLXqGM4VqXNCB2M/CziWr4dEqv1AZbOUVXEs5awFsahnJY2M2
zNbCjWZsjl4g02Y4lcScv1nYxGJmNLz8SgeYKzT6zkds7ocjBGid8s1g0MYccwYTdMs6IAxC
oEVEWYrWZzMAr3OuKHoSC4Pq3KcvtN1sPTxF2C80JZHJoqsMeJSxMU068IVKhM6R0PliHLVi
GUGxWVsqDS5NcvEqAiqrBCOLWHuJkDNZIAr96q8x2l4CfcQQbGUsvfLCWDy3AcNRMUMILU4h
CUoXzNYD3GrLMQrKncjFInIOTMuZPDj6mCeuYLCr5JhIxufZ3ieIR0DlTuIua3MVpMk7Yqdy
/hB8pWSnUF38xmoy13K8IO4xBagGDiLmX+6x3c2i5lLonlidOGUwqaXDO057lXEvSMwsGRjV
RcID/C/pLc2x+Eeezg/cIturqOFro5qOjVtpDDndrrc+pyZr5vmW1ROzcGkXZ7mblX1qGHYA
2epl3dD8DEJWsl6ieA61LKXfJMLB8UDlwou79Ta83dXMXyhfoBMTpzEuguU2PERdqUjEpFL9
QRZ55nETUUwHmZGGWGzUrRDZZvaGrl3PUtviXHflHefrKxyji0vvEulDdw0t2RjPMyCs9RAo
wRuoyvMpr3mXVwgHvuOgeZ0/MV4OdxqWb5han6w9bmab3B+iXC+WXLbHX8R8kzA8TWMK0Q/g
9zpDA5l+quSMls29zSwcHT8znQVlfU5fM27sl7tTCYB3VL3HN+CXhajeH0qANvcmJWZ2eYyK
VXmHFAMhK4E2OWvESuq752MwIIUX0lnBXKU0LxVkC+3Mt+ZM7ZnHXrU2US5n7RUGXiFTolYK
mq7ZS03UzeIShmYiHNSnRExUa6qZmIhvM8UabRxuZOBNz9JTDTuUV8momALOpsGEiOU3k56l
oeOY36I3shbxA7ys+nNStS5dtVRxKxjMMMwAMEqDBGIqYiZ/UImVO1Hdboag05MLS6+I7J78
58TFjv1HExoE1bHd6gqK7TWJQM3hxDjSuDXzEJcDjVQ8LZi4B8XELseuqhK44F3cUgxTSzKW
gZs0Kvlm18HxLBjHMMqblCuPMwWcQGKTCFr3C3CtNRcjUrnUAGIVHc7myDQ8bl+/EwxMkv8A
gTZKt3A4wyZhZULdK1LvOOt/SAumU/EWuqmWHPMwnHdsoR9U1BuDg5i10QqylFvma1LPc2zm
azBofiMzx95olLmVwtS0Y5m2ZmgX9I17dyzAf2iHMa/Anew669ytRtQdPqOVQ8WsRWSgW8/7
iVQmjFr3HGRzbEV8ocH1HBHuWrIfEc7VimSM0JZ9pkUQGcEsreUBDNgwmXZfuN+qig4TFhnh
MyEMGYGLZpcKcTQJV4qO3BQGZG6mGLnueYdJgK4yyw/aDmCBK1lglEaZXqYoxu46VwMrwzGB
hEcRdB9YBkYlhh4iZVsJwahr7Er6xqrJQxzDkSs/qKZZWM7iq6lZupUo53PkjVXLtLQ0v6/w
Rv7We5R8gjEVX7kSmzBbwcygG0QjiKuqcX17i3gbXV+JtF5+kzkpleZbNKUjrHidNOJdcRCB
hZbMzMmiwWNcS12AvxCXFBusQQRWupnWA4e6jN4o9y7sY/U18XhhRb+k7VTchLuLZuHBER1j
iOZeo6DZBuoLiC7tVN1PhDgdzfJHxzLVzH94PKXdkBdcxHfiaj9XmGP4ckB6l63cYeOYiqMk
dznMyUQS3HOKmXJATDRcuzU38Qsv2lBSDb3OqZEx/BQE5iYzGQepG5yvMGbaZy7h0NNPi41e
cqBywXH7gzfem6xBxjdsc1KtHRx5llXIzqWONkrHXXmN7bi3iKgdzB+syXW9/qCh4MANPcG3
bAzJS3Yl6Xp/uJh7eYj53Mn4grmd4ai4IsYlguCglbE5mX4+sRJstB4hyZY8RBgYFlV7mAt4
hSUq5TBAfrAfyqriBe+pRuOwJWDbFN8DDjejCEaZ980L1N2XBUOE5X/BN+Y2o5gSQoZcQG4b
Q3LMuzOHccZcSY+Znsp9JdoAI5EhoFLG9SvtLQ7YmOKCOwKaMwR3OHb3Kz51iJuYrqEzqO4u
CMyCrwEQpSi0Q2hduOZY3sONYhd1C3qLSHhnihzRMtzsiRxUXUCpLEcwOfE7nCLsmXLliVJK
2xHbXhDdLqeCM0DDtNrl9wzhqVGzmVZjapiCQOZzjFblP6fxNCDtlQ5iJdsoyuyaJQJglsQD
BlrccecS2uZiXzKoRRriHUrzuNaOZbMsSmz0RWEgcdx2eM8jxHjNlcjM3cacY4lgSur8whu+
pFCWDbDaUfoiKK1fEuhvP/lKnQ2YDrgqmmYjpK+CO00vLuXaZaVXiCMHLymoG4+Ea1xl9SsV
wDE8huDyQ5U+kXtAuKeU8vqZD1EaOdJ90uwMkbahiTFuM1NQ3OLBfTEo0uviY6cTSXjEvP8A
JBZex7mf4TO467RGoWbYNPcFtwYEaM7YWo8SziewgmOYOIFiBGphkTbG5eLyeZeEph5gzzjf
8Gn6hp97iU2Vg+4qiYLp7jbiw0wCNIvfllshtZYbTAUwKNVLeZaRo2WXnqHLs7hIlZ+PrL9W
U2EQBaNXrMwXgSx5R76yQoq8g6gIC7ZeJlOJX+uZYitMvMQmQeolhlCW9tXDJ5llTiYMOoDi
txoh95tcWZVZv4m3ESwvHcoGtwyX3E04lD+jLGw5W/qZeDaU8Q0A9XD7yOIfydQhM3LQ7lY8
zGzc7v4sJUDcV55lD4gufpMmfmKwTMdrhzKXRKxr5j8ohW8QhWI5VZRP1HEDloc1qbArtCta
fKDmBBAKB8aiKRTNPMSgv0o9zEaAebJlhAy6zhzyZoTFJzK6OSmEhtonqGt065hMplqU0vDU
A8G6UsrocRqgLO7MRt2fUmLrcqkQNzCOiAy3M5aCJ8vfESYDOSCFOt4lhKt1/ctkSoJB5NS+
BXcNhyBN2tBDpl3YX6kLy3JuKzY7MW+Jb39Kjgt8nn+AFsbNN7TQXqA2UYnMU3mHzEZ8fePJ
ExUNrmcfeV1qYa11MBmHgHzDcmLgOID4TomSF8oXr6wQM2FlBrCYWth5i1oqlUzjTvMBME/J
xcrvrVXmBuve5QAKTN5xPURuMa39u5ZFxVj3NoLW1qOtgcwt2BlqH5DaWu1U2SnxDhAbN1zq
YC8pag1cDmJB1Jy8dTEmxW5YVqYKPmP3xw8w+fBbEXTBtHmornW3QRPQvS5zCjxaWlhy/VyS
hKmGFzReAiXmEgH209oif3cvUotsHjDKlSvfIhYDXiU9XxC3HJ8XiZp6yCA0HPiLGx/pI1k4
F+ISsLPmNGK+oIAbhvnMHATSnFRgGV4TBXMoXUW3mFpcMBRxMamTUGsMGpWDuKkdQ7hhHCbj
kjq7JQO/zQ/0HUP0lVtZba+eYH4DTkIkEQPOYsMPP+kThWK1smeZZti7l62ExDhIV5GclV5/
iVzM4ZfEq6ycqo03Sgb3G2oKSsZhwMyulTdYWmkKq1DylNT3GzWbiUr7ED6S0YxECXew6y/B
KAHdjcxYeFHrsAVwLi0FjTF9yuYDmv8AkaVNvWiJnL7olEdcr5joks4vjEqAwbl+jkDu4SBb
a3ZLq1Xxkjo24DiZjO5lIx4H5S70vO+ZQbcSSBmjaSkiGSgkWe+yWb8Ake4b7fHqdZV4yhD1
gzJzLOKuIjeJSr/htHAOXJBUtojy8qj1HAUt3bUzxnh3MIVjuB82DD+JQn8CkrmGBC5bGF+Y
GxQmQ/sBBXHKTyRbIWju/UwMTdXlid9j3fcWwNYhyu/QSwIUUcwTXy5jOgvTr3KfTB4IAHby
4jpwB9f1D/kxUY4gwTqMazQHolxKuHDQGmKhvpL3VHC/EqNOJi6ElBupcxpS0qXvJVbzAol7
wwEI7Hj5l7qC87JYsWaPzEvnwf1BjU7S/iMzs069A97Cs5YOquGygrubzjbjMV4Fq8uIaKA0
iVavjxKKRwzxAhhPsVNjYFv3DBDLl77ibL50ZmRY+U8Zi9u3/aUPJ55/MBmFbPZE2VrylA6F
yo/4I2zeOJXHI1AxMaZTK5WO4Lk8xgTmIquYswcWTKkAtv8AjL1myTOh6zn6TnToDUBfeF9p
bxqwcPqAVYs2PQlmltwuLoKnDxHwobYwawcOHuFYC8hxfmW5y0OYNEdoBr0X67KhV5ZtP9IN
AcJbcZOHMPQqzXmCcJ7nMeOgXaBhanHmHapTf1TcEDlly0EurdoR6wDW8S180NNypVlcXEXd
N/8AcSFs0sNHiYZxobdn4nYwuv6mQ+DbEHBghxOZ0DwEE7pQri+olxuPEETN1M05hRlkNPca
ILJsY9126ZeXFCO9WLvo2G6aiS0cWxDGBwRplCvImX+orsA0MwIG6/EIgKDiUSyeeYeEaPiF
tfwlqCWcxhbTHuYCho4qa3BqrjwQF3xPCWXMxoMTB9UuS2L8Vs+YUjRHx8vmAbC+epTgy9R4
qac36hNGt0FX5lKmpd4mBGYNnI6IsBtQ1r5l4woA3Z1G1xzncBgBqqiYSVnrEz6XmL4J4zvt
8EBlrbf/ACVWi/NW+4d5MGd+p24wfEKYs8SjjVuY5L/qpe1EYTqDGgUmCV7B8H0Y6+DFufCU
li1a6mlh4L57iXYY5oFhxt9o4Of6lvQVze/UAK2N8o+N60zHWvBkb+k0GjVvJHMsw8wyjryG
5dcT+Us8ZYrCH6EYlJ0fqpRW1429w4wMicw8KztckMw4ch34JxJuGZyz0MR7g2X7Z3hILqa6
8HIdRuuIPhmL1cy0EPpQGvqbRzX8XmUc3qNMnMYqjHMpdnMLY1KKu7Ij3LKjiXMJag7hYHO6
HrzL1pwMEXQuXX4hMecouGinHfEq0JQh19yHuOoHQz8zvOYrLNTTE0gpxBC5HaorCPi2AQYS
6+Jk8Ax0pKRWjqTOAdI7l6g4TT25htGNxf2Xcrb+ypWyZKi1yirrHcTQownHzKWVyVjKsbhH
7gtV9a5S4VyBVQW3foq5jMaKvERogLtzOyi/CYQL61RU5eCY3kfjjW4UnqKFcXLmpCbZVHzV
TRUbAvDb/wAhje1ohk/FD8yihZ3/AFMIzqLHw0feMJhrOOfccascQb7PX2SkYUxxFLl9D6h7
sQy5EqZau8Uw0T2HZMq3zEBq39EgA48xw3qbhKueafUvqcbZpXMu9JUCsI5I0X48QGaK8xvK
UkIHwzK1gxYLweYf+93EVtZ4OCO7DcVYF17jojgaCWQIBc8yzOwajtUlmjEEHpct9F0dRZ58
p1LTJMF9Pm8R3FZ6h0wC2Bu4JX0QuQFRFWy6ief49JCqbMt8NVxqENFX2qzzAKx0NkX4/CY5
igXDbMh4jU43NNPuUC5mHfuZSqfARFnXliZsulOpndeLmUjb8d/WHeQ+lsce7lZYK9qJlrMR
C0V+RBNbr8MJfE0eYLNrN3GzMOa/6TL/AAsYnIHsuOxf7Ff3Md7+RgxCxKrW5eqwmfKUJgKa
7lwQNAf9zE1NHnuLDDN14mZMODUTDiXE+zvxN4dE9lHhOWFfxFldlagNZEgDGiIs28EYAqyF
I7SxuDjE2bmPtBucpjNFvHl4gZ8y7d73EUB0GsEswK6AzFd05PzLG3kthCLdzHvonB8e/slM
JMqGN/Q6VzEnbp4lbQ9pWkp+XxKkmbeI9S1HEK3OZUI415eCbuviMzqopGVjnjjErpsdVq/M
VRbatTsrPLrEdr0BUoKxDL2xNAcClENtv/u5jHkLxMlUGnr0wW0Vv/2La3sh3/BxQ+iWz6zB
UJxhiX09oTBwe5ZZdLIAKLSu4CL1j07UrqFrg6CYbjI5VXbCsqNLxBQsDrq4D5o5h2Ti6Hia
k3Zcf3FadUYOE6lOOSrOpZF69PfkjVjvesY/UDbTJ7i8G/AsvzLRa1r/AGo5djdYBhVzdWVA
rXzMOJidCxbX/sziAwcRPJmI+UCI0zAnkblmmybFeLl7HuUFTtC5TYwqWd9d9pX6ny+opCq7
XZqZQyO0MEAVeY/SJbnGxj5lXf0mKN2zLXUUsbg2rSt+WMOMr8yiqja3MS9W5qRA35TE6G+W
a45Zd/MvAzM+Zeyo/RCnawr6jl1rrn/sdtTo4lLUt5Jx3pOZ4Rq/1HAO3Y68Rcj5Y1KUtLis
EE1ZBrqHbnlf1KVWzCaBwziY31b2/couAuq8ShX05i4VXX9QIl2yLnKmkCbF2u49EXR9xsv5
RmZdgcximXVceIFRsK9vmUq+QQ+gs/MpOvbWWVqqiitQtByNfE2IDfFygGMNmYE8hc3TSvWI
+Bhv9x6N8riEcNij91KXMVy/lGGepsym9zBsodvvyTPDmrMtBp6bnYYGMpVzB8Lgsrc3a3Dd
+ydDcQBysyCYmYh8AjjpPCvx3M0KsbjzWpUG5nQDx5n1Yni5WyLktHi4e9JnDvWvzBb5ZeGK
njj38S7S71onC509TPH27ibAsVsiBU0ZIpK4H1QntB/Udh0KRgp8Rs54njqXgejzAtK5B3DL
g9MGZwxNukRwRk8T7jqph3EDmpW5XY/UHS6cDE5IVtblEc7zzGAXd1+oGtzuYBHeZZeJWWGb
+ZQmK7QxDhZvjv5mo/lI8/tjqVfgCwLrcp1DUafuX4C/DFflaMZgTpqo3Wulcql4KcIHpHLR
zLewTG+JeXbZrF/DMLbk/wBbl2TLqswDAZZthdPlR5mFE5UuFZvRljW9tkS2cIatpxGrg5f8
Sgdd4LU+yKArMBb7iFDo+pTETobuBDDsXHw0YYawV1yS3sZ63BkAsukYLZzxFiH2S79AyiG0
buaTFhOrWnJuY7u4xjxHpTyWniUzJzX9RqDp2kaQ10yOcMM+Y7s/dAlz+SZcSZcJVjzc5gNM
1XWo4qZwAsm3NQUhmlrKWOCglpym61XmLkOf4ZjUv2TiVmv0oUN0N4ng9FfzWblSv4qUSol3
E6EYH7wzO/qxOlDk5ZxU5YgdoxQVHT3ld1Mrb6VKBdOmCKjd49R+J9kwCj5I3/CoyzE+pGyh
advdx/dafMcMs8wt6OnEvFHDqXXQckGAOGlqFQ93lck9Ysl0RfV8RNtXq/3LyOtjJ04T4odl
xWYzVO6oo8yyaq4dzAatL/EdHBqhogaUO6YXouFMANDyENBOSeo4lKoHatVKIpa1DLVnsh5a
KOK6YDKO2RQ2DF33QphFwuIGFN/WDSIdbSVTcw+THZxFms5beAJk1SKE8vzMJzdlxgBSM8fS
ZdNYf/IjPIgdIQf7kZboNLaCBcbhXPbf9TgON3z/AJn+DnEtjTfy6hawZG75mCYfM1f/AGK6
GwIrN7CrKIVLsqIIqmv8SaIPZKxEq8Y1E6+KH7xr+OYqVWIFQRojmxcQWp64YhrgitLjgjVW
HzKFeUlpi05lCGjC4CG1JbbTjiBSoyyjZA4jc5L4sVPWW5l58OI0BH4jWt4zmM3pr/BuBz9F
xHRxrLJqqX7lmAPA+RKAnmv7I7ekv/lQdi+b7nY9jUM2rM8XxKo2S3adHMteRWvEZ9eD2IUq
tB5hBthk492w8tWEwHcxUHw4TEfiaJlgpcAY+sr0H5PiNVm6x78ytVx3/FJVbBcESxs7/wDg
LmAWsQq8vesErPsWfbRyxNYY7ZyXKjArQfqUt8K8RKP/AL6DctI46/jKo8pVaxCgsMSjs5X0
SxHUKV31ZXVtbuLlXxDnTmDVoSXlxOsIMcv9iLxL6TuL2YGYtmxBkg1aua+IkbTnmuyPTGCM
E0cj2QBV05dxB81eyP8AY9R5ATaLxHWYbMVV+s5UGDNwxybsPUbMGU8ou6/Qrywi8JQ5jmPy
8vc7K/aXoWov90ybxfz/ABWcVE0CP6h+s/zJgeVdEySaPSpgrVr0gk9IfKBD81jI4dTEDAxC
Wuf/AMdTC3qPehgliib7ja5bXObuGW1P93EL7FMwKcATkBPHglr3EAVpB7KnEfyD3HPwJcKj
eVqpQ7d6zLH4yDUCGqbgoDvf1EcPiCWbQTTqXg8ZyxF95tHoimEG8mI9HFzZblNqn+49LOC1
uKVUtylBQX3MoqyGKQvfL7nPofj+UHef/gXyPXDHnYUk5uQc18MzJvEsGNviZJwpNrU16zA8
CKV36Zq4TK2P/wBLImSw3EMUuVbm0RAlI4d3A5NzHVYw0hxMRgILjhU7vMVzgr1DHMf9VGDU
43b6gWctG78REIeHj4ldsLcL7wMj04BgigcahCi4l6/ENV/gmJ1+eRmD9y6KiJSdxtm1ZYXt
Fdh/UJbhlefrMCz5TG2TaF+u0leILsoaEzao8/8AJNZ1BHX+RdEHTLpn6P8AMT5BZ8MNNuzL
cTtQbjq/8oo/yuX/AIM3jmIp55JhpLIHOX3S4ZVLNMgtkRwB1Fkhvcwm/ierLTADvMYxqqE8
EHXV2Qafa0S7Zej6TAS0bq5esWqpwEWErZGmvzAti3dYxc1sHHmXtvN2xWAUXc7BcTMvh5i9
VwJsw98RNZjIMMzsXh6gFaDQGJdQwLtAMFu3lAUszl5gxNcwFfsp9O+/+DdmMc//ADGKaCF3
rDb4QhrD8TdrOK/+CHcAP4EXg1nGv4SN8Q/xsiQ2Qpo/nIoKiL/gjL1hezO05rxNpkh11AKG
HoxMLVtXq4VdMo/ZKBWBcXavTvZU7PB9karWz+pmkdacwLy/uB5OskGwBhjigvfMK705cwVD
5eJfZH5RcsgNQXy7PdxCxBpfO+JgpvkOuYWlVaubX9/iXmv/ALBxRcYEbXHenuMU3q8QAGj/
ACJcuXBly/8A5GpbUWtTEhy1A7PqMBsWRM/S+IqyOCwW8RtJkYBWn1litK1AGqvmJ5N2czIy
WfX/ALNDcl1LeYOcTRV4TuHeaZJmXrbFbhjYiynUHy6Qx9YV521SGQw5EXCviGC2RqWPt4NB
eTqcx6+Zts5HhqUXf/3JB5mRcu/8xwgWW3C5A9IxSMaFmXzAwcj/AJMxX1/yP4v+SP44gEwq
/wCPFHUQX5sqBQ9XyMPAOIZfUTU7a9zMAta5uOcryn6jiHgDf0gNCzqaLQ8DnxG7oLPpdDol
45+SbvMFuvmOVyPsjGgLzEM9DCMAykyAvlBbWt55l2BogoPkXUSvLy8VcKMsGeG5Z3oLNtf4
f/utEP8AMLVilxLGtYvCzGqJlW9wRaq21f1ha5QDj+4Ms3H/AMORH5TQXjM0S5l1/FkP8Ru7
VXHOHtwqeXFTNdQMk1IjE4uixax40RyobBs3/wBl2tRluZIQr631MyxYq5mFAVjcRo7inEpH
KoXzmXi2Lt7lBN/SOqjC+3hjrJVXSioVuccV+percsLyDvg8wGQGmphtMA98zC2xP+RZ3RxN
wG9NH4f/ALlWDTww1/nQRaVJVMnDg/qXCgKA/Uqpy+ZUq7RRDcyJyFSv8bmFeoh2cHiOt+Pi
VRli14gDGSEr+P0P5YfdDOx2r4iMW98zkF14eKl6q0vquI4Qxrqpcgxprc8FnbA1NuRbUHLG
ZlLu8K6gC72jMBUbdoxccAv3gkWruziAQB6sQ/FQv95ngOv/ACDB4O+YroW5bldIirVzEMef
ynKxrIhgXxuZJZgL+P8A7WcP/wAGDIVZuKCNP4n7sZZq4Zl4E3VuZko2lUOn+Sta7G5nnp5f
mVF5jRi/LBUgXpEd6JtAP6jHWR/AGWf4acHrpXRyxX6HhGjQxHl+wIlAv/RqLyYWr0jY0c3f
D5hYDgjpTvM9ldVMwunnM0lngyqBX29zYm+pbcr8wxaPFGYU71sczbN30cwPGK9bhQL41XMu
+lVcJQ3/AOk0a8UWwN98QF/XPw//AIH/ABYZZHlmGTkKuccxSzFpkPxFwe17xD9eNJd1/cBm
54Oj+C/4P5TGLudWhLSxvAQ3Mfa8+pRwo5c/SEsdSnHuYsHpgBas7mkop9Mw1nR4P4ZenOMy
1J4YoRQb4iMKduH/AGJbU97ziZAZw9JmyFWzLMwXH/iE4eK5jmkzjuAcWqsal1BdMRFC07wj
Pa60heYEngeDk/5B5LfnUKQpsbnd0HqHmOU3/wBjYV05rEtLnbf57lwwXevpHRGdjLUGBdDC
zXQb5p//AAn8X5A5ZdYXdalOrTT9o9tO37RRvDuKf4nDzOAUJzXqGM2DiHVObMeTu9TtQ3Az
X8Ul3TJnH3hxLunZ5RQZsfrD3sVlHzXfsy7oThrEI8m8yoMPslP5JIAx7gM1Ww14SgsdzMOm
t4v3KNDzZkFUzqOFvnnLMaVXWqZJQ0Pa/iUQWwK427TE5IUDd35jfkdxXAHdKnTSd+fiZOV5
33L0RYcaWRNVZahCyNY8HuG9gxctpqws1MCQlYbmQzV4vEpqVShdxF+HqbaZrj4f/wAQC1oO
Zc3sADYNEoZByhSFPzK5P9faJzAr+0KMDhyJrBKOQYKCfC37Tf0S3kIdCYV9YAsrP4twL/CV
hWirag70YIaFTk4+0tf1Ujm7r6JotbxLO5V/6RDUu11Eu6smHiGv4NXRHcrGOr8eoF5BbZmW
FQ2ZWDzvlqL336Sg6eG35hRcejdeJQ1UNdzGCjqqjRZWGCdB15QV2utmq/uUXfDv6xdCJlit
DIoBF+U4sx5deFN0swyawvUR5WQu5T9nGc4hVmK5c/SbJfdkLU7Y3GXdLfD7Qb3ovcKLM8a1
Atw1XHw//hUC3RKryZd+ZfgyyHudz4WKt4em4tUp3RuHeZvLph+Vf5i1lKH38w+WMG5Qhp2g
82TTMulQzereo9/gEErhW8PcAvYWRC1mcxq4L6fSNDk5LH6znQOXj1M3Tq5RN/F3G5lMXKMl
NZPqirG0WkO/4rkTDZxymS1lrqMEv/MtjCoo8nCXsXn6EcOBfp+Ygty84iWMnF5hpfWXxENq
Brz11My4cc/3BB3o9xlnSdwRV3x0eoU0Ac5n+jo4l6u4qZ8tOB6qYp+VggxWh+ZbWhdZmSXj
mJY+vJKewGjaEY1d3C6ZWzrR+B//AAjPaNzE82oeMRAygL5o5qNph/5QlF2bH9TLgHeY6USq
7bKIyKtubwxMVD6lXVypX+3B2248ETUxtFQA9zGInALoxQxW7svd13GTohoj2T4SoBsc4wvM
q5MOFTNX0OpUtSLDWV8vxK8jt+ZfTGt4mBn2sCIRdGZZY2wXWatlKo7B8TatAur1AK+FOI1G
sKM55r39JwlrlzNUa2RYfVPKPCYZZI2X4TJ6epjUXWQjgBUcW49R0PiZURvaqqacuFMqLBKY
I1o8EuiUa4vzNmcZ/pES5Lzn6yvtBqiHkLvx5lHaOP8AeYbxVW40BYwHNTNzmz8P/wCArXgJ
drvYblInUSGqihtr1BkwFTmuLlpY+fmJZFZYKaD26hvQxKGQ/ME1g7YYYV8LcxPgWV1j1PL+
KI3WscepWib88kzWaquiY5gop48fxEJyxwJ6mKYUw8QvswMcx0ZxHFpMXCQKPbtKs1Yc54SG
0vIMBFpwxGWJas5nWwVoJvhXmsrHnlbjENN/7UAW5Kw+81Cdj/2FFGIaOuY2LCnf/WHoLydH
ia0NCmXdKv6xFvDhlggax/2Gc0QjOLVjdwbiXl8x++90aVVSaqAVTfMAKG4FwwD/AHBKcOLj
NQLoaO2UQ3y6o0WzTyy788C/h/xpB0B3/KgWyksuoWtYXLACd38MVndrUMjIYr+41Cs/WX/C
N/TmCMzRrRAW3+nUsJhPKrilpRXF4qdV6aw/MMXVrXDDaY7lcuHkgS93ockrBXeLLhauIEN1
FZrDCv6TKYdyW5tW/XcJXQT1TzLHeFuIUQ6WzUvNFuaKj6dG3D4jssu16Qzcjj/kcg6BFixU
juv4SypQiU8LPcZIVGrGyVJ7534mwf8AkznfPNwx5odzA2n5gBeHBxMEPJ19IpsoHAupuKKU
N+pdS5WZr1MXuz0I7JFMYDvUPkTDb65lxm54uoehtLWszE2DYmF65ETzH0IazlYuOWf2IWjm
qm1+pKVKMNVhCxjrnxT/AIXi4lpzcIwGtefcMvAl5lkJ9IRnLqBgxwnmIC9nrvxF5vj08wGg
G9K8xiLplhpzcWYZNF51+43K7BzAaVZKXi0XG1O4kDB6U2zrTjDLA2BYeAm4TB4+1jwtju/p
GFjagTU0XGUAbe41pyfmcYrqD1EViNlOCphuAlxfCHkuys6m0wg51UbtKnVabX0iFbLXS38T
BR8KmQv0LEFo+JGJJVP9QWdLPUOix9XDv6xi5eDo7uFbXS2MHrKqzKDEXy3cHDs4lVy+B/cB
AsvNiOFEyqq+GbqPtvzLvNbvXuAtmzj/AMmggVogzluPpB9oLxMGGPzMMW1NTRVspznokPga
0emUwuNq/wDJkPlTHPM01f1l6Nv9YmEMsIfkPaZFiqbeIhY5/g1Qt1LqyfQi60K8cXBhVpk4
vmpgnBk/uJ0qNfGCxyrhj5YeWSPgzU3+EvsAv7HzLd81uImI189yum7MS6xEEpyTw2G6B71a
uode5QbM74NTKslRfPrmBvFHhEtXbUKMdfj6wJoWjaPWJRV7zb3CBXClB5d+4f1jda24xKOV
QJmmCRerlcBER2qxcX1lVpmUYC7qyX7JUU5lLWHOq+80brwCMI11Ofrcbcha01ieLT9nrmCk
j6g+ZccCYOiVka4mNCrJgz3Mjq+U3B8phPfNQKra/mZQFrn3MI6avTKxbGRPtib6srRWRF1F
5v0CBgc0n4lQa+5lkbLZzR5GaiOLfc3iOL8x5Xl8xW2PSBCS/aYgvR7h0qDC5qMtGeZ4b5m4
j24IL1/1iYil1fENvmU8ws7g6sGaRw1HoPMHbgbogtj8HmXd0Hhj8Hg/ubg/WY5q+ia4gq07
emLmHuA8QboApbbTLDwuYo8jgz6B8ogyF4xKEcOooOyHfZT4Ib+fNzMKm5XdQpbd0gnmNWFu
L+qHiXA+F6lQsNsVxHsnkflKi+Gnx4i4+A5jo2tUepijl4zBa6aGUc1FbbRjcdTTbf4goVcb
RvoGOkIHzCjSPZNG40bSYo5NRZZaViEx9vuL0oIdjs2vNu8JrIweyI4mP3l4urqMqadlZ491
zZbaPJiLNW11K4FHB0Erxi8AYqFUBSji5aHqyGeatWDqxQ+WAxDTCxte0+lQ4D0yhBjlOIJb
TzB4Q3eblBSG0lWTfmVDxn6eIIAK/ZKbsjVhcaCir3bD0Db6xVYNDVkJKxqBbyDFwtpQW2bT
CUtlXV7YaCxqP0QNNXiPzMkdKVYWMVRUs1OCPA8R6hdzmFYR8AO8QwqF7HfzMEHgSu4sRSdl
TSiilnMZew4PMfm7W0cDcy8heOosFUyH9zhDOivmFKzyT8x21a2Q29R3Q5AalkK3ZTrqDdGd
q+0uBluz9oEtj8ohXhGo4cd/ESXGBmal89mESRhifZPJnHS/cyuOR6+sy3GLx+5U4QZTRWzq
GrPNCBviUlKlmMVTw5mVu3anZF2A6RE/4bMCJBmES1BY1u+RUuY6bYdR7mcQbGOBwe495R/o
Zf5Y8y1vCFgDmDnKiFnLFQ2l0tHfUrddmKvqKi8jmJoVd8xN1PDyMK0r23EN18PxLPsqbmgZ
DnmJ8jqWwoQGhx+OZRXS4/5ARbeOPOZoTletHuXqxP8AzYZiA5Lwahihah9ZfjK6OYmtZwPT
ENbOmqgSu2C9yusMDpYuAhaVm461VnFY+ZlwwL58TzqGKuCoOOOIX5OcZypSpyIlPmWteNPP
7i8A6XMYttxg97HGpZszhn6JyIlbPVRGdPq9y5XGshu5wGGX2JGQDY7IxgK3xANtBv1MOEis
SdmjiBDHattdS8EBVpaoaoGf0TDXwvp1EQ1LrL4gbAeH9xuWiOPEyM2ZZhtF0rCZWrf6SmH4
pkVCYJYdJNrzDF1cQx1srW6lUgjvtJSqKTtzMtG8Bxn8TMos447lQLYnqZIOVXGYGlTdbCNo
vfHucuAjkJuQjWFAY6LhWRWjUfMR2ANSoreR5g1TRY63B0JrGYTXN7YCy32KlU+gnmE0y4f7
czaOHhvmGsUDUtsPFaPiMbfASjlW1pdMwkvFI9VdvdRaig2HcvA25LZYOkYcqsJwt5jmxfLf
qOAhgZlHjC6O58owUAjvWbmXwubwex4hPKOEl5tuwgZrN6cy3IPHLFFLNCXAuk41OLj4ZqJ2
eZzSMTDU5PcT0Pr9YFDLY5mJa9DcH7vjSVNW2FgB5GmXmZwVCKsbgxqBr7bWceZZGcHD1AqZ
5CB65C1Jka8F4fcsNStIa6tNd1ULp7MaagICscwiQ6Wm1mCLPJPIShu52a4Z6kZhUpuTcI+h
nEPOokrWbjV000rcNlBm5X19CJitArJC1f8AUIeQbTB23F+iLBI6HELnhu6l0HmvSLu4DSbi
ZXy/qVAOG1fqbEXhqHRbDtlSOBtvmZsXtf2ndPh94FayaBr8x0K6oAF5jdgIAaJERq2sY7iB
Qd5GYqnpJVquxdRrljXDMwcO3cP2DaJUstmDllsZiVrXU58wA4gsKzcChsXbcuiGFWG+YBmD
IOeo3VPQuZlPD5RBTIYRmYClv0I1auySb4v3+oFqjEw/w9obgBcs1Qs58ROFK3RN7CCyqomZ
kh5D34m8J8GJmIkWuypaEs9CXUssUQHlqGHBGo8tuXlcwrXfBl9wOM+L/cNBwpg3hCrXExPx
MYV4fg/OOKWcJQsKdHUEUqxZjEcBpE33AIDa0YAfYlCyGv8ATcOkKOURaBZrlj4XNvbA07vf
cBpwOJlXlm9QG5khywNwvtL+vi7uNIOnSKjbe2CwAeX9Rrdzl3D031YVNESyvfMY1rRObVyi
m5tAxCPX2l5namjfSCE+6DqKDVfUKes+Kx7nDJ4THwlhuWAt5la9MFjiBlj6ZdKl7Vg83bqG
Ee0Dj6oT72wTiTekouDibHB9meBBP3KCIxFbwb3ftOTZr9onjBG+5kC6Mtaj2qunMweccZRt
lf6QjC5NVr3D1Y2pmG9Nbl0ipaOC4hVDVe7luFzE6hagwvgKhtdr4ua+GENtnI3cq5C7gZXh
Tc+ZagdKmIkxAtQ2uIIH5AeYqZ24r7MS5tfbbBrC8XqZJdqSyZQw99SphvJ15mZIg1z8zMMO
Aqt+IgHBwSH+UO1wFK71LsFNt/BAJGw7Rc3DvNRS45+CZY1ucfqcnrZ1CFvlTiWQozrqaeYs
d0lJ5TQK0h3PxU6aDAbDuB2Ut8yj3Y8bcy07BC5gjQGIBi64marxSh9o4kY1DsCMAGJWxPNs
oy025jVDXUHASF/HmD8x4KK1BJALcbU6K4MWOws7imRfsPhmZlNvmPuwbWZswev6gq5XHfqA
tXqNnl90W0Bo3UIXebP4iA6TYbmCXX3gUvHfuZIcKhNr5dXCj8g8RKqi8TNgBg8+I9JoJfUd
ZPNJbqobY+JdDryMAHFhKJzDNC+krB8qolRP6MxCmy3xPss4ecxuu1X/AKEu5487xKwQrqs1
MSQWy3RGvSYsNoDRXq4Zp4Ai0dGDhDFtPF5e4OiDl5lJpYdx+68RAuRhBEDiN9xB0iaeK6gJ
dpdroVuIyO1BlKDF5laXmDQeK3OaLjhPMEgPH7fxSjhtU+IllgeR8SnzSYhXMafMuJatOZWZ
VzgiGFEFmSckmuPrCKBfE0AcjFWmWuGYiluGYqJPNQxlmmhf3jDPYOpkdh45i5GTkb9RYGj7
n3nYBNF1OgjkoCVtL9py4VtRDe159QOZNoy9sjG5W3lAplV9SjA5z/ybKSoJ/QRwgpXCwUxY
+SVJsgnL1Lml3p5OZnDhyTFHw4PcFXrDx8y6W1Cbk/8AIQfddCUW2TLYF9k03u/ONQz9H2hK
ylQRAkrJxKbBXDHWBVxEThpbmN7sAI4NqhZhyKuw/qbtrnUnwxHeo4qBW92VoI6YBrdGYqF2
zwxMe5Gr31DNul6gY29pksprDqCiq8rywoRfXDFinC1XH1n0gw43uKKFXv8AjIUyVtB0p+Jp
wlsi0eHqE6m5i7zpUbN2qjZsRqK3ZzUEKfZOauBGOIVHEqW48S6gHN2I5GkxfJLscTJTWc4X
CZ4bp6jg1ZQXxGcKBQkoHHARcGuXzKg1h+qKSwFH7mCNBHuIVgvuJlZ473AVMum67iaRS3da
iH+ilRbdcg2TOLdRE9jQ7Znp+U3WDaHlsWyMxFPixW6NXpc380Zx8ShEPE1BlxCVYUnRLaG8
3rNkBpXUec6Xv9xnskU7zZcdQEQBMeZkheqdLDsITEwRx0w+5gBLle17qU5iD7SrynomDJgY
Zg8S+znUrNqrxxHDZyeJkbepVX4O5T8+DMGBHLXc+l2uJ5YAyqj1DDDxMQeMxBM8vEuGxvjK
B9kpgFv3c5Q8stNVcTae2iWfkI3A1wHBEcvzKKIwQ8iDfkmk7rLk5Mk4mRpfg/uYCtN1iCBn
y9zsO+EaKAMrkod6lbPrLpTBxBaNByGflj+pRQ4DmJWFA2RbS1gBZeVxi45jiu4HnBMzI0B5
jzJdTxMmatt1MsW43X9xUjGCsxkpcBlhEHQ4eoEk3FCVyoWXnq4pcp4F3MEmAl2S/aEquO4q
+4TVSFPYe4LRHBzDizqviVMlo0r8QNuWq4RMbVBnHPUG3By8kxqg41LivtcEJxA6ruEcKqXL
TFBmfBMLMK3yl1TGG+ok4HtjDS2zLKBi92TM6eFPtAObccJayaUfqcJgx6Of1LBvcL0vExaV
EVq/VynBKgeT6QUDxPR9S/7IjSkEIMzHXe7grIsUedQp7WJZa4I2SCtTPPoQs5DDSm7mrsyw
ETHHOZms4HXxMKQpx5SstUS28kDtnPrEr78dxq2ZrqUItbepaUOT/wAiuDPhcC4Es4/cbIwV
Gmy+IZje8LI0NYjBkX0Qw8HE4YlEMOfaRA4W6ixnG8OUcSUy/KPrYMrMKubpP6orFBC1nPzE
pM+Gc+PB4IfvI34lRrzohkdfFaj/APUvvzL3pSwYtGJHLPmEbEDmuYiXAobxL2wt6QH3BYM9
x009gfsxk0XxFOHT4I/VP3Q+UlB9Hqf6CqgFOVGOoAlsdlG0ho+j6r3AgTxs8zeOmWcrkdfV
6l/ieD5/jZTImH8YEsyNk5zHiVWluUahPrc4JY/AjZH3h1Z16hsaYgtXqZXG2GZng01cVdkG
i/EuDoPlC52MOkObGQm5ixFYN/MYqp8E4BNEQe+4ovGdDqJQLWZJ1c55JW2L2SpRbe0MG3R3
LcMdvUAGW/lGEz9BW4Ec0c9QLKibBuDRAbK3NgIzeJRA2bq4JFH5maDbfl949jXPcuL1bQmA
2DiNPywHaRt4d9kQrUtgDPNq3FzNjtnj6QntNl8j5muZ1oErGLl6ijApVHOe8Rsx7jHuWoMA
i334l+djWZJTJ9/EJXsqAMUbY1GCt7SPM6ZICwMir3KZvlhK4GebIki6cl55qXEPD/aBBnQm
6ZZT62HubuRnlpx6il8TJiflKu+OoQTuWA3zKNU3GqA13HFjvHiCVqmUigo4gy3uZ46hRvMq
oy61qJT33MCuKnpFJW5HuFtaHMOE618dwzXAVTcxMhgZWTUFedTkVV5/uNBbeVyqY3q4Yw4O
mIP4A3cVtN7jAfVBAHROVtYRKUanpPMLuhuo4w2umIXI0ykrMhbuKWcLHdxVzaz0gsKw3eYp
4U0JDQu3Hx8QSbImaqXGgLu/EzmDKoyfDkaqdT7gd8OE3NCA/mVpPlqI5doAY8EJlMXBjz3H
04B/PUqSVrUVOxgbyR5vLhN4OYFoof2RQ21fG4pesQtphzDhM0/JKxVjSLi1ciomfQbX+0FC
jZk39JncwehcX3M8kc9SnuWuZqA3NzcfozZdQbD1DeB7iA6mmIEOSwbmepSxt6Z0mfMoFc9w
7eZxw/FFqUSZ/U9Ig0mvtENS3UrFEwrW5G6IW+hWdz1cXpJWuSYGa+gnhy9I0Vy4ruOY6PE9
kZPUAXnV8RUcDalFmJtiTsw4Ji9USyCtC/L4g1kaw5lh6NXkX4ZT6nxySiW2W68QVlhPrXc6
x3XGq8vJgCVxUPKPHkjzZyAAzreo+OIUvLWBWSJgWU8rmbkBH9okRwuNGThTBYVf/ictBdPB
ARacEMQI3+ZYtr2hDth2JY9sp4+YD83kb7ha2y+0pczWAZ5mOZ8URBIjl0QZsS+kosctQusy
1oLRo9Thu+oqy4hNMXLdoxtuNhuiEyaImziafmeCa/1CW5VFGId2cxy8zgKa3MkxHzBfeh4i
ENGsZ1LIjW0JrgrlGg5zWc/qEqcc5h5uDq+UI5MeBHow3luZN3nXiVBPB3EczdlO2URXAzCn
LiCcLMcDBQlRQxZaMbmAk0uC+CCxV88uftKUVaY4YmJsrd8MFmdvwj+hYHmOW+jxCwrpQ1zA
LEvlSlNN6ZRxT3FVQDXvmVw6loo7e3Q8XBT5kD3NegYqAQMXbM2CGbmDRMaxO1ILJUOq3Fpw
zClOwePUTr+iO7pux6mG0q7agkzy62h0SsWClOEYM/wvicPAJfbpL48zIZFlMtwMH4m/6LxL
Nc6gB1SEvUxrnuYOsdwcYyEGyWtnVvzDg7M+hMLrnUaJ5mbf0l3H2jA7dRXt/ByQPvpSapKo
/MrjN2n4nFdYwKTKV4xwTEsv5EGvtuohHAYTm+H/ALEzQNPpOXvb9RBMDmCPIS5SK4jOI4gK
usPmHQ2gzqDJlYXZ0hVVtn0qBd2GF/oVEfZ1RZC0BWYWbrqGYCYrDPuZTe9dxufw05EIxLBo
wF8SzgfAIAVVg3NPcsX6nc8iMOfcwcE+CAhHYHVczLi6/EXpVvUQrlc51UzqYOsw4LXlAYM9
vU39OqWNwU+pwfWdJAXm0B5gogBVCoUAqcu2MVjj2l9IeplLgzxeFeZp9kCWz3KrzfMrOyj0
6/iHJqe9Qs1WDmWaOpX0RAxxzDX3MsGYtaMxVO16hW2Lg6MVC+vep3Ls8TlWdxXTTdVmYOmt
7r3MZQLQ5Yg9khBtH59ytbnm5lvV8y6C5dwMdh2l+YF/MR8R6jL96mOzE6FBZXZWFMHFY5df
Ea7cvc2jOiVJx3CnqdzDxAWO1AlWNt5mTu5dqOH1v3D5ykpftCBDbtgmBGVhn6SkZucMR9SA
49KmIFaVm5Y2WKgBM2ICoZNuvzOQf1AsKHRCxZ7gNY8iO7sHfXzHRMVuih4wRAvXibSjR1C7
wckY1gC1LuU0Lw7qZZG1tLMCa01PkXHHu41EoG+0Diyw0Ou7l5Tlgq5bHEvxFBXcPsl9QdGU
VRGxvvEMsRUpSzWqjWDysxDrlYy/pXcF0yzGNtzm6wiFl/tBS2fjrzGxLar1gHmMAYhEbBj9
Eb+EubPMDdoeWcb+3/yY1bHEV0VbzGzKvcFVp2uyApodS+Wb8q1A/DzVX8TA27a6TNtM0XG1
riiyoOH4/P1l4orlz+ZtAC8S3wbomQ40vcBVFs/KPQPii8+4xazT9RXcLvzxSqXR0TGz47wi
9FzQzU1Timbq7N/3ApNvh/cRRfINT2WdP9k5bPLOzZDFjwy3VmjwmxhupRMm6LnpXluDBSji
9x4BdPhjjfqmhyivMN2wABi9wfTqY0HRKcS2+jzLVGR5ikXBKvpFjjUXmZpcBjyauohRAfMP
JuKndnUZqVu7qNzjcGulDWIg8abm31xgmXjkNwNSflOnm/8AyNRWeB8/Es5eO/rM/L8TmNLR
8PxH/CXOps2fJOPU2E++GVb+yQVPEUUzeKIWxDUsaHQ5JXhF5j498S90XWPxFBVjKylbS/xe
pXGy/wDXqIFsbdpv8XFkfC8vwQ6jS/8AUCns5WO2UDh1KDxUrRBOPMxC5leOMR9v6X0INr5G
g8QEyC3b6wx5qJ6amQDJomU58PcqtzmmJ7yBs9RdbX5gGMLZEMJn/eZXGe+5ZwhVUS1AAXsQ
lp2tX+5k2D8ykFqOJZFS1gGFF7YxKNs1ErPP7ghwvs/ueBhUWtUvZ9YbFuTUyMsoy+JVGtQx
nuIFO4mGIjTE24MzFYnAx5m5GeyUuhOFSnLHxAlRTqV4BPSvUrBQeRH+qr8yyNnTKqLZu4GP
A3t8x625WuanmgDkinmKItNoKMQYKoJ5BWJQLxnTMiwLA4O4zSq2vM+fQRLsQeYEGQ6IIhTG
H5Zr+XG4wUGnVspRvmzUJdBybYmKozZHC27OOoQuDipUjzvJGlhKv/BABPeWJiah2FwDADYt
V9Snt8AWVE0r0E0YjwQvzY3l7gfXC3qLeJlrUSseJsZpweZUo459zIR+gM5lkvYd+odrrxF4
ZGWlW4j8XT4JhFRW/MCO7SsXmX9RBR6mFLtbVl+a7lg1uaS5mFYA4bi7zBNJ546iPZmcc2x5
P0g5DcthBkxs7cFjPhBsAjjzn28TQTE6HcovBuCn8IIizZGeFlIYW+D13LHQ6qKm6GiHtlTX
uVG9avidS+EQHshBy1ib3aaoKGUBEKTxEhR4YgFunnmMngrXxBgQcee58+4tL0stBABRGYlw
ruW6vCEyZlHUl48m4u00z5O53lm9E4SNVovwdQ9wUDjeGA162DH1VunH6jmm2VOLbc0tKWFZ
k7c+pYbjI4lErwW3XUMC6YUgdcXKIYPzAxgAbhkb+IZ7+NfaLaFCBzALvBlqyb5xGyvuQrr/
AFsCzys2pBia2jT9ZRIjjH9YledFuZNTz1X3UpbURddylR1xBYTDHlplafwlcCDcstfxcBbb
zUFpnoyxWHa9GWCSjNxRmdmiUsT6ZhBHzqWFVefcpLtlPR74QnKrZEW4nKO6M64RtUXFD4lE
wu1t6HxDgCAGy9EorX0jhLe0QMEsOHZ3KLtNA27mUlOZekT5URXWeL0gJMtVVZEC7R4wvuKI
VUe44sRbHmplk144h4DqMols4JYYu3APEcsN35MxQYKvbHFkvcg9sKEuA7g8tqu1hSyxcDXm
FxZA/uVKPAWjYHfiWAPpZb4L0ee4lzS67QTpr8yoGOTP3EN2TB3HiAH6HNRQjXnzPG8sh5bY
7tM3G8RevhYX+pZCzkFbi9hW3icFnsLnGYdhXuNBjnwQDAxGgYuxY0eJX1jlmbqc72isN2tH
yxbdn3KjK8ZevvLW1Z2qbY4UM9xHJDM/Ix85eGU5As2wxTeuUgMeMFpXlhbeVydhTKvzAqED
odczIhoF9dzL4RaHNHEAXS4WNJa0Y5lmbQU9cczwotcA8TjiD/bCQKr2mJVwvdKIICxd5+0q
0c5zqKXmHMbKXtqrlLCDpuVsso8+ZmtOnFxEtDVkwEzU0cruuUlL2Nqn3ADMqzAR4zeF18z5
vC5WVryRTam+Bi91sbsDfmVLg4Gn1g5JQeCwun6Q1Riaw1HEg67jDvBxT9wMvoXELrfw/wBy
o27Wm4RqvcKsw5HiCzUq2+40NrabhAXN6cQ+Qb2fFRjAXxrj3GQufQ8QRWvOZ11/pHFfMyXz
3HI8xNuJxVBBj5l+boIlEgbyLPFO80j1j5R8ktkIFniAqBn/AEvUNjwglZT7bT2ZpW3hiqq2
S30TUwXUytpLgOHOo1QvWcx9Y+avEw1UAAx9yqwzEprLuWQ+TypU2ix2P5LmIO5JWApwfqHc
8LpT3GoLoer8MpmJlFouVIcLVlVeZWsjvzBaVju6qNWVqjdyoocTZ8xHbwP1mgCvH/IUaAKo
lWgvZb1XcH8KB77lKNywloAzXibmeXQxHUF3aOYXi5Fm5rhj15jEihpn1FQuGEFxRtzURx1W
rPcCpslJQWAeniY3cGh0TBU+nEqrjTKEDdjcrI6m1Lg4mS1y94d4jpmu7rqLazhhj6zfzzZt
+YQQFp1cyaB2O3P6hSDJbepyzxKDd3LO5y5ZqYAFxeZ0Zh74teTOdPiPCdYEuT5Pl9sRIVgy
zItD7StPuOGbeusQOrZwHxF4Bj1fMBxVwGwlvSbDwVU2lpg8ywHkgv4lpuQls6RVcrISCZSV
3CoVB8oxXN9IcQiyvBMTwMjr5qZAdkgVudXBqOVH8yiWtBO+WOkIOeY8sfTOo1EpxoxiyPQ/
mqaDZvm2W9p18sLMjRdniXLSnGdw5Vm+WWEgPdKRSwjcxfbGL7ZQxmLbfgSwtHg3DQSw1kEx
PbEJeCY8/wC7gsDbm+IXXVWHpmSj6nPPrSLnmfnuYQButY8Q0LSV6RiHDkcECADZqtfWHE8j
p1LgGA4e5cdAkrGM9H1JVZiu42NHmH5l7IMHzoVGnU5cwyeYMU3Le6d8Nf3jAVLD8JUF5rni
VwqHOfpKVGswCEDpNqFR5IULA2eE8qwuCGOsFMzx8ksl17ISIgz3fcHSMSnmc0OYYdEG2jHI
8TNxvmVt6GOBQ4UFYgpSm8cRROuztI03XMNLg5mf20i6NbTAuVCp2HErDEuWsEbjJQDQHxD2
gpBn6wFhqoLNvLM+22jUzJcIcVEBPbjPCRNdv1seZWNMN3QJhtt+7Bz3Q4YogrCtTkCEN4fJ
9SaBV2qH4pDps9D4I5VDN0kvULSjbxLibnkTUvYeHzK6xdkJlWHRKUmgJjxiP6k7RX1lJPCr
FDTFUcO3mcmRv5/qW3Tk1zAWgMq/iK0WuzT4n0rVMIYrGf6jOlbLS8h5mW4HP9wA22jtf0jo
DF1+0ayXFDXuZTnT9qlm9dRUANxT2Q7mDveniYQNnLM/EsZhxcKRpXMAfeLNAzKzwHT5YxVE
D0+ZYYX7jOqCUarKXsNx3UMdylq8wH0ymZEKeTHES5u4hymmXk0LwhwCrk1ChQNaK9TBaxmD
505dwihaKaATkK2Fy2q8j4im5YHWYaVO31/ufSNTv8Rro125I0AqdeniHfLoaMQu7hOPmXYW
KHB6g2WFzAJJMW6JipovAY+Y2ryPmHhniLVR+SiN0HtiBaOeDubxHp9annREWcSpHk9oPm/l
lGEyTyQu4x34hKnoZ9huE4bxnUx8jQJZtKujniKLzGu5jwVhmUAqIx81s0TOzZ6suwXAt+If
PpeNMIuCg8IZdSn9QoOFaUbpQ0rmjTk+yVmPmBpoU1CC0Pb+NJg8Q5+qRGfN+qIq8IcrfUVy
v6x6kAvcwDjTO96gH3mD54hnrHcQK47lF7nUZSDkh3o7IVvNXNgx2zBhaUQ05wdfCPUdS1ik
w6kdesZV6MbP5JmA2LYtM1KaHJ1H4Vx1B6OniWm3yiXIPSbJXTpJf5jZ5Bm9RwUA5xX3lVj1
ZgpRm+o8vuzOQXivPuPYeI3O2hyuZxNPaBhq8JLBOTUI35wXh3GTbX5COjq+YHEFhweYmEIt
cbghqVyMz3Ke8pUtg+0oDy0ib+ZWY5n68xgMdZoK7hiuNVkwxcueMe4kayw4qPLBAggIhcHq
UH0R7itAN1i50VbrxUEG7EXrPEAMGe48/LNwjn+xF6RwMQiHEIDt3B2rmBpuDsMLBlqAca7h
V5e4mW42L1HPg4lK1Uto9QA8m5Q3iXtDXUVUwSv6RDoBVlgF2Bwf9l+I7GkJhWrWy0w6qcv7
mAJ7cYiqrPhuOC1Xy5zKEfeHYoMY7gZzb2iOT0MznK49fQnV3rm4a+mFX8xUOut/iJjddvUo
sYXiKURR2lmftgFYUNZjqUXxHYCuElzufpomZ650TKNdH4CAGOs33lgFU7XdzdcXXnqLceWL
tzGqOoDLMw7cxM2Pi9y3lOfMZWYC1UEtDE6rUwGz4v3A3IKyuuJzvQHUelX2wGXnuYCpedVV
OGcKNzLerXSGyFGIqzdS7JqK9FswY5EmuiKdDt8+oGpV+ZStp8IXtjXh3Bi5y7Qb6I2E4eo6
TxATr5lAH5jStFdMvavETdrqXd+gnC1iX4O/Eq8YgMwfTYae4JqW5VvxEZTLrE+OJ/uIrUcl
1mibUhZXKab6+CFMcPEVcAR3ivrBZWeWp2cuMswDale7j6UGGVLnlNQEW1F1XF1xO0bXriEt
4P3nwbaf1GqAXH/k4CFi/wD2CI08tT4LFoRvzMEVfEZHKcuSIALBw3ANMzLZXuNC7VbMvlYM
eU6GJe/Eey3Ma9YQuCjil3UV+XFwhgmbM+GdZTEKFNbO54jzP7mdGuYosKBnJdvYitUdCGtV
4fX4m3vBfxByxChrtjJ28ymWHc5CdGEsjk6sHFEVCmO4vXAbgmzj8TvR/GESP+UEt2Nal4a9
zglnpFkmGV+MY8RP6CCBzBaoqpRKNzhjHcs5x0ysQ6O4gib5DrqYdN7G7uDddCkMH3hAprnm
XXgMo0Aq01DbKq8TVjyI8VFjfEU0s6Qz94j6jL1biANqvOM14hECI366jToxBOmOtwd9ePXu
GWslgxhfASt74PiZLbIo5+ZlRwMgczLI5e8TyTwYPFx0ujcAbIcEzuihxqCFnFxjh9updAc4
8o0mnuL0Bgium5S8w4OZQolhablovDhPvRBgOUYFYy1rxB5stwvub4cfCD3Zv56juE13vxMg
b98Qha6lfNM5UwtKDwcxOqtLfqWfDt3pf8fOJU504EoNYcSjmAEGuD3HqfCW3w7+I+vzF0WV
uI2PiXqzwgvAmYczOL+bin+JU1qO7QvzsNds5dRNlNk7li8uSVlhNUcxwoyeGpdWIUxPDBlP
3MuCrYRHaovPEtRw0/5DKmFo3+JYYF99X4gGdAfSxizXwXlzT1An9weoYWt6f1KEblJMMAmI
yig56PU4/XUa2Jup6iLCvk01One9XgjahSH/AGFgXtOM+IwA1v3AoVkM53BSrPcV2V64Ra7F
zwt2+pUnU3Hi+tTI3QZlT7aZfmDEuX1EqV0/NEQZwhiWCwyExR1CqjaK1NADR0QXWejRAnXQ
eQ8xRp7/AO1fKOdAkyhnoTZUhU4OMVCB91CfWYTa1jxHIXh+6ZisHJAX1Mi8qBTkcRAdamC2
WWY4I70c6gNnEY7a1OSUKeGpaGIm1uo+YY86z7ZYAiNUxD+4l/4IFjjysxEAcGn/AGMst/eH
haPsTXAZXLM+AUYduBGgHD3FkwcKwGPuj9oTksOZuEiUZRQ2aGxnBS8PMXAvD+pfsOEDaZLb
gHG7y5iQ4B7PMwt5RGiUah95hb622vvLuYZxr6xc0lu24YUXsR4NHDAMuvMxJLe4+k5zRiEA
6KnAJdk4MVKkWpjbsjsOYezOORyh4EyLryQBcCG4sfiQXIKChrn6RQa4p+8ZwhReePUxlxLs
HKv6YAu17IZyljWp0PGphnZFNbNSwCTsSz5Sri4uRVBl3eZ3OmJnPOXK+kpXxLV0PU3LZSQp
n4lBluMFAzFK5W0brrxHRqvKATe1wI2B4un/ALNNl64iq3TxzOftIast+IXx6M3fW998y+Aq
+ZTqr5Gds9Lg+I4x3BerbSYlLfmDUalkb/vcw62alLr3mAM62Si1txEFIOdbZby0avqY18uE
uUQVcualy+7LIJ3yxUApCkbfiYCBfcunFH5Q7gzQVh8SqO70EFb+0zk+0EXF59TlTY8Q7Bww
JwdJRLkjjE0XEcUMMOniVrmExoJql6luKnb2IPL4bH6k3q9JX6uk5euIN9eYj+mUFZeY5/qL
4CWX3JSZwQlEIyFfJBpc5Iy1DHcQyWPM2vtG2t9ytZ5hS01HDU5iWA6ZYizAkBEou0XzDvh4
hUcdQZnQW1pFzg+E3UMgZf8A1KbfH0H7j+EuUIyA7uYtYDdy2lWMjs+kFcCy1HXRLR1pjpDl
irW79VFpRcdUHVfM27SOUk0xDiEdF3fr1OmGf9IUIxL8yiLQY1h6GIAgi+H3lO1mrIS9bGKf
xUQhWISwy7PEtSmJoOrAczgvTwt7mAda/gBHOJXtLLYkE4SsZJxFkDlIyvc1mZza6m4+0NQ4
C1SoIRvEuDDMkc0Hi4XkC6vjzK/x5huxxio1uKy+mGsXp8zIX8x2G5hpmo24i2NncU7Z2bgV
iI6lZaiS4L2ygqyuYDKGC2FclyI1hh0w+8Rs50ruJ+Nh9RxxCzTAAh4EHC+XRJR6IvJKMg5Y
7XFjzGS3WfXxKGyjjUcpZVBpPxhUzYjI2TJweNcMR2eUOu4qEn2EqlAyA1XmVyaM47c0Q1TX
LzUz+FZ8xSDa2d3AalR6YhE6BQc3jcMpnQtFpWnn7E7JZdML/uIVVu5dmMHsx4Ux5LWji2+Z
mX6zMSuIEX61Vx3BZwxWc0u4Sne0aNUnU60wKPPJiveJNRLZzOFMiIugFEPrAM3fl1GVoLWp
yHt/PP3zLZTPDEcOLiF3F91hhmLXc6pc/jFzKGMXmfQzW8a+SK1CL4hdvMR78o0j3zOKa3TO
YFzftmFM2O/N+oeVRyQwSuFVczOaNMfwGPmGYcvBqW3RQ8Rrzke5cwFwKsoz1s1LrQOCC7jd
QoON2ztMC2q6H7hay4KK+IuU4fpGB278wEorMtSo6aC7YaZQoU3/AFC2h4VHmPrIcLYbQLKh
6z9ILasnKK9Gr5HzKli3GX4iRPc6QUw8TFxyOQu9wlES5nF+22FUok2BXXiXMdEJC4hGiOz1
copyBxMxXvbRkjZ8J0J1UrzC9xIGYW3kFdzBR3hUIymzwtOC81fzFqLwjtczSz7iYWSvXxCZ
eJYYgvEDrc8t/wAdG55YYaNRX2jyVtgHcHHMWWPmW3sVHxMmKpiz3A2xrwbyeIFdq5IzdvRu
G5eV0NBKG10VmCgnG417hZeCE2GUpTHLyQqeoIHcMuefiIUlcnaGsTHi4dKb5IVwtDpqDyNl
fqE+aDIUfSj6dgDBmWCnc8M0u8tb5Y4aKjEUuMwQeZWCs/gzFzRhOmyBOOKvvKkY5DGZdbc8
DymgdrvB8zTNaO9zKnZfmpo4mUfiIyfE9khYTj6lzZA+0lnMyPUrnUQDj1LrpIuRaP1RkNHc
Rd5bys7lhvwS0I2qr/US5KfCvidsjo1fiYGMXxEnmPTabwYhKxEvcRGIXDAShlDTuIy1LMFV
c3OnCS1+p0ZVvsmwhbyqfWZtCUGqVvES3vPSIuzHOoRBv7Suo5PEdISqcKVBWdujlglOjJep
m8CKrQLRmcCmvaC0BXDAvKp3ggGP6ql11VhbKIl/pKYrkLwRKZeWPmc6g6lfoNXuU0ANDiZL
KdtxzSm49u5ZrFM/ctWK4PpHMyKUuJVzjxutkdN61i8TMHjHH1lGtTxwwAijFARX5nAmtT6o
xDGkIWQsTj9w1goryILwGYpxFbcThAU13B47dxRTigZi0tki/YdcXE823kzJKqtC9VMptd39
v4Ujq7S/X3m0u47Fw/dPr8fxDhdsB6MbtSjOUQW6nB+I2npL1fEtuWodyoy/MO6TheIK0pZC
7+8RrboSWerv/sBQFIch9oOqgGYhQRphzGKy+1OiA0FeOVKGbvWRHrwvpuIdswJKfTa/MuAj
nq5XZahoFm/pH3KJurv11BDAd5WxB0Q4MFxu2yZlb0NMBKOS7wrf2jmuh4jJA19HzMnZ55i1
aOdYl8pADaviW41uDvZ5G/A+4quW+pkLR8QbVolGVyWIVGq39aKl2y285hn9TsZGMK32i9Tt
jWcbHjSTFprJ5ep2xz76JR9ZGvjhnKn8WYSj0yygFaRKtRmGKrqdFz+dz//aAAgBAgMBPyH/
APrvP//aAAgBAwMBPyH/APrvP//aAAwDAQACEQMRAAAQkAkEEkkkkEgAAgAAAgkkkgkEkgEA
EkgkAkggkkAEkkkkAAEAgEgAAgAgEgkkEkgkAEkAAEgkEggkkkkkggkgkggAkAkAEkEkEEEE
EkkgEkkkkggEkkEgkkkgEEgkAEgkkAAAAAggEEAEAgkkEkEgEEggAgEggAAkAgAkkkkAEAEg
gkAkEEgEkkkEAgkkkEEkEAkgAkggggkkEAEAggkggkgEkEkkAkkgkgAkAAAkggAkkEAEgkEg
EEgkAEkAkAgEEAAkEgkgEkEggAkAAggEAEkAEkEAkgEAAEgkgkEEkkkAgEAEEkkEkEkgkAkE
kgEgkEAAAAkkgEAAkEAAEgEEggAEAggggAEkgEggkAAEkEAkEAkkkgkkEkkEgkEkgkggkkkA
AgkgAAgEAgkAkgEkkkEkEEgEAggEEgkgAkEkkAgAkggEkAEggEkkEgggAEAEkgEEkAgEAAkE
gEAkkgEAgkAEgkAggEAEEEAgEAgAAgEkEAAkAgkEEEkEAAEkkEgkkgEgEAAAkAggEAAAgAAA
kkEgAEgggkgggAEEkkAEkkkEAkAAAgAEEAAgAAggggEggkAAkAgAggAkkAEAAAkgkEAEgkEA
gkAkgAkkAEAAgkAgkkEkgAgEkAAkEEkkgEEgEAAkAEgAkEgEAkkkAEgAgAgkkEEgAkkEAggE
EkkgkkgkgAkAgEEAEAAggEEgEEEkAgkkggAkkgkAEEkEkkAgEEAEkgEEEggkAgEgAAkEggEg
AAgkgkAAEgggAAkkkgAEEkAgAkkEAggkEAAkkggAEggkAkEAEEgkAkEgAgkkEkgAggkAEgEg
EkkkggkAAAEggkkEEgAAEEgkEEEAkEgAAAgkkEEgEgkgAAgkEgkAgEkEgAAgkkgAgAAEEEkg
gEkgEAkkkggEEgkAEgAkAkAkAkgkAAEEEEEgEAAEEkgEEAkEEgkkgEggAAAAAAggAgEgEkEg
AAkEEgggkgAkAEAEEEEEEEgkkEAEAggkEAEkEAgAkEAgAkEgggkgEgEAAkAAEgAAgggAkEkg
gkgAEgAEgEEAkkEEgEkkAEkEkEEAkAAkkkgAkgggAAkEAgkgggAEkAEAgEEAAkAEEkAgAggE
kAAkEgkgAAAkkkEggAAgAkAgEAgEEEkAEkAEgggAEEkAgkgEAAEAkgEgEAEgEkgkEEAEgEkk
gAAAkgkgEAkkEggkEggEAgEAEkkEkggAgAkAgAgkAggkgEEkgEEEkEEkggkEkEkEAEEEkkgA
AkAkEgkEkAggEkkEEEggEkEggEkAEkkEkAAkEAgAEgAgAAgEkkAkEAEggAkkEEEgAEAkEEkE
gAkEkAkgEkAEAkAgEAAgEEEgEAEkAAkggkAEAkAgAAkEAkEEgggkkkgAkAkEEkAgAEgEEEEE
AAAkkAAggAkgkgkkkEEAgkgkkkkEkAggAEkkAEEEkAEkgEEgAEgEAkEkggkEAkkkggggkkkk
kkkkkkgkkAAgkgggEEAEAEkgkkggkgAAgkkkkkkkkkgkAEAAgkEkgkEEAEkgkkkkgggEEEkk
kkkAAggggEkkgEEkAEAggEkkgEkEkAkkEkgAkgEEEkkAggggkAkAgkAkEEkEkkkkkkEkkkkE
EAEkgAgkEEgkEAkEgEEkAEkkkkkkgEkkgAAEEkkAAAkkEgkEgAgAkAAAgkkkkkkkAkkkgEgg
kEkkEggkkEEgAkAEkgEAkkkkkkkAkkkgAAkkgEkAgkkgEEkAkAkEkkgEkkkkkkgEkkkEgkkk
AkEEkkAkAEEAAkEAEAAkkkkkkgEkkkEAAgkgggAkkgkAEAAAggkkAkkkkkkkkkgkkAggkgkA
ggAEkAAgAEgAAkkEAEkkkkkkkgEAkkEEkkAEEgEkkEggEAgEgkEgAkkkkkkkkkgAgkAgAAAE
AkEAAgEAEkEgkgggAkkkkkkkkAgkEgEkEgEEEkgggAgkkgkEEkgkkkkkkkkkgAAkgAAgggkg
EEgkAAgAkEkkAkgAkkkkkkkkEkkAEAAgAkAgAkgkAAAkgAEgkAgEkkkggAkAEAkkkAEgEEEA
kAAgEEkEggEEkEEkgEkkEkAEAggEgAkAkkkEgEEkgEkAkEAEAgAgAAEAEAgkkkgEEAgAAEAA
kEggkkEEAEAAgkggEggkkggEkEkAAkAEAAkkgAAkEAEkkkEgAEgEEAkgkAggEkEEEggAEgEE
AkkkgEEEkkEgEAEEAkkkAkggAEEkgAkkkAEgkkAAEEAEEAEEAEkgAgkEAEEkAgEAAgkAgggE
gkAkkAgggAkkAgggggAkkAkEEEgEgAgkEAEAkkEAkgEgggkAkAAEgEAEEggkAAkggkEkggAg
ggEkEAgkgkEAEgggAgEAEAgAgAEEAEgAkgkAgkEEgAgggAAAgkgEkAgkEgAgAkEEAAEEkEEA
EEggAgkAkEEAgggAgggEggAAkggAgEEEAkkEEAggggggAEAkEEgEAggAAgAgkEAgAAEEEkEA
gggkAAAkkgEgEkkAkEgEgkkEEEkggAkggAEEkEgAEkggAAgAkEEEAkAEgEkAEEAgAEEkAEkE
EEkkEgAggEAgEgAgAgAEEkEgggEkEkAEkEAkAEAEAkAAkAEAkAkkAkEkAkAkgAkkAEAgAEgg
EkAkEEAkEEkkEAkAEEkEkAAEkkkkgkkgkgEgEkkkAggAgAEgEgEkEEEAEkkEkEAkAAAgEAgA
kAggkgAkgAAkEEkAggAgAAkEkAAgkEkAAkAgAgEEkgEAAEEEgAkAgAkgAkkAgEEAEkEkgEgg
AkEgEAggEkEkAkAkEEkEAkkAEAAkkAkEEAEgEAEEAkkAAAgAgAEkAkAEkEEkEEkkAAEgkAAk
AEkkAkAggkkkgkkAgAEAEEkkkAEggAEkgEggAAgAAEAEEgAkgEEggAggkAgAEkkgAkEAgAkg
ggEkAEAAAgEgEEEggkAEAkEkAgEkggEAgkggEEAAgkgkAkkAEgAEgEgEkgEkEEgEEAEkkkgA
kkgEAkkAgEkgkgAEEkggAkEEgEAAgAkgEkAgkAgkAgEEAEAgAgEkEEkgEAgAEAkgAEkgggEE
EkgggAAAgAgkEkgEkgkkggkAAEAAEAAgkEkggAkAAkEkkgEAggEkkEAkgEAkEgAggAAggAAg
ggkAAAgAkEkEEEkkkEEEEEEgkggAkAggkkgEAEgkEEgkAggkAgEAEkEEgEAAAAgkgAkkAgAA
gEAEAEAEggEkAkkkkgEEkgAggEgEkAkkgEAkkAEEAEkEEgAkkkgEAgAgkAAkgEEkEkgkEAkA
ggkgAgkAkkAEkEEEkEAAEEAgAEAAAggAAgEEEAkEAAkkkkgkAAkAkgAAEEgEgkEgEEkEgEkk
kAAAkkEAAgkAAEEEkAAkEEAEkkEgEkAkEkgEgEgAEgkgEkEAAgAgAEkgEgAAgAAEkEAEgAgA
gAgggkgEAkAEEAAAAAEAgkkgAAgAEEkgEAEgkAEAkkAkAkkkkEgkgEggEEkAgkgkAkkAEkkg
AAkEEAkAgkkEEAkAEEgEAEEgEggEEkEkAAgAkAEgkgkAAgkEEEkAEEEAEAkkgEkEAk//2gAI
AQEDAT8QSasaiBTBA59/xhxKxh1FWjRCQhQYi1dVAG/82qzKTENeIBeY8vRAMycek5siu8Yj
9xWMy7LVUnRAOS6W8FxKQoGnh+sfOdZDVdyscmwW0eIFvFDo8MUkwmvBLgfUKrGKYbZLC1b1
mNaEBN++SJZC+GIxcdEAJcnVxX7ba2hlmNGgVLZt9wVhdpM0mcwTUvpXLjfiDdLTltrw5iza
pDgbZgFDGGNmWKcYEK1xqUk9hir1Ge0ayNXL+rYuJq4YCnVatqVJdolZ8Nx2OZd9MI0SuLjW
V5SgBT+oAAvG4KLceMEsVc3D0QVXeiJcVaICijaIFrxEFEghsVw1AWloEBYOki6uFW0UA7JQ
1nOTfTC4ddujvJVLqU1CQQxV44hbUq0QlS5rGiBqcoKWk38LMYBKRSnm9RTSx6b4lr3Dz6iD
FXvKEyTUinr4R42dtLKu7mfetfo9R6fyg141/AVfmHM5UWkTkQB20Pr/APC2wYqGj/7HBKor
4g3vNXMKh5WsxmRuf2iTtDFF5BB2lwqBnu85hkgvJ17j3JmTg2x0ECBYYetQDAS0b8yyIQZK
2+YyVcgvmo5BTTDMqhpTFR7gYZkUKbbqKcyJtOLl1s1hUYeEi5iLldoZltd2KGTEoCOpXPtA
UTFsOI0ZfFOJUNNPYvcA0kPkQRoNafiaCXj0gXrRnnUQy2EKyygs5cfqbSqFgApvxMR4KSd1
jjioou1WYInZwRqApKujEsTIDK15TLAaAV3t1AQ9crvWSPcdRVFCzD1AEYmn3zMQcf4cN+op
oCrADtAsAl4kGMJqY43gqI4HSYk2aORXD5gEZtLtni+YR5FSbpcxC+Jtsu3HUTLAurNck00N
Av0zM63IHDGbMzxDdfylWuD5mAvLUtoUpdygDdQBn1C+d/5bJWbNvxKJZt3OXnUbLGZ2sUhK
6wJYvMfhGjBiyKDVePbzFouZFHQ8TKBGhODcpeIa34l4pYlTVuhnWrLbwTmqnze5oMK905YP
iJJBtR5awfEXuVbEsOrlNUFYlKROYS+U9EQgu7a23UogAFjrliMO2MLUACka8ZeWK2QBfhP+
wFR+Q6rUQqVmze+48ywLOMw6RRhfvK02KqYa/qNSubG0HValoDmyrgBFa8MtJ8YizhdDKua0
IVMAblOEANq5svUSA2niK+0rslnlzANJtuW8YC40FbLNffLiPs3Z0ykIBVUG77qKnLcA0bcp
aIKMaGyfdy4AaUNHZEgyVYXZ5dSrujNKxncAF4K038r5jOUJq8FYT3CiGhnw7xmIkrBQyUZ8
wx3Y1oq5xM84TzeD/lnuc39pY0NA1E45g3kbOP4vatw22CWQiFtA3jxBhbDpnzoxhxKkuXRP
f1jQLyzL4TIdxuV2FZqLXhMcmXgBu2y3yw54FpV3XEzJZunXqB2q0iqqXAXy7faZqlECuxlr
xAYrMa0YoErAXVnKMy8heDedxAgm+RQ+JnYUFnDiNpazdmncCUhM17VjlloJU+hnmEm2C4GL
iFVusATxYYxVmYMvWsiszp3qDwU3ezVlShOYEd7mRZGCrc8MaucAWPcDgD/sy8CY6IXwp3ZM
IWI34O0WEsBusXaoTW1XHTGxwOohraX8ZiX3IG6rgJgEwgI0N5qIAhb2y3jBQlRbYopQG3nL
BEhc6wkqvIkLjydRpA6CpfsxiBc8LNCGrecEoEZwFXyDurjAz067vyxsVmViYYLIV7GuSwct
4lvluxfRjZOPua1zsrxBEggq8+lTZAWLddfExrGCO5L/AIr+HXUqyrDjiKnOq+P4YZx5gzuF
y4cIINx8QBWym5C7IDLA09wYLLvcoo3r9USbIrsLPmXsl8LPjiB8IhsHDCqooyFXNtBtYxHa
qA0dzeIlU3nMqtZkFNY7j2bt0n4VBU4AwEoHEsOgKvG+5TzBrRsc4zHYQ6T4MtzL7JkruUJj
T5UYmeRQXT3MTOwP9Y4CNrOCdETCAUFc3uhKHpS6Fm7gLDSvhL9Q8FOaEDAjItCwShtmG7u6
xE4ksebuGV5gA1LJDwQopXREpAda7zc0xvz5ha1yL9o6GnT7mXGGRZR1V1i4zy5G0TAZrHqb
0cg4KwW3LeBEccGZugZLSh6haAp2VVexYC2oYb4p5fURKNVLTU0nceBQ17DdlNzNrUfRe5ZV
W2gUfqpqb8KMKHlUQ6h4qK0P+wSbLKgejmXfaYWEOz1EkoqPEqNabiC0ty3FGvl/5LIyg5x1
G4PpMm1w7l1Rs7iAvcHVN3HKtTF2gagafYHErqW1rNXzBuVVdzgFhk9x0lekXV3KPX80XfP8
A4M8y1ScfeKi3reOIoLbTLwPiCX2uazGxlhx4mOGC38xZyPrJfzOeGeqhXAKvkvmpmZgmLjv
VTegSpWWc+or6aaDv7YwMFBfLcqJApy1wzb1Qlq74SbRmlLCdRgpaYuABw7DmZ52Sd8ktMTK
6sYuI7HbfcN2BYmbmDJ5BK0L9LbG2tQmItBpglzNr+JgilPNQywVbW4gXnMZ9w0x0qMDhoW1
DaLGhQNVcsKGyFUZcspCa7W9BHtWqEK1GSgzNQWtFYRdYYtq40DsSv4qksbuq1cr7LKJYHID
RCimQeDKqZSGwmNr8URDELYYcOjMuJFbCjzUJfIsZxWiMSG2jXuOfgq1seYfotAOU6DnEK61
xsugTV/wB5MHydEcDZ0ylYFauDOHC+4ot079xYpI9kSt0irfQ6mkzjYEvshkK8Bm4WG8P68S
wCSMhKY5/wAikxzMVQylKz8wijZul7gglp0QsPI9oLmTYgqzacsvfiACPYspqLhVCdsHggAu
TeH5fWL0lAxkqz5h5gGczriWBG76p3Guy0BqBRBMVgKgBhW8mGCg13qjuP8ADYvcwKosnDFq
wldCY4TZgdVMYZOCHCDw2yvgGiDbYbPEBe8DHUpIRrbAK6VuUrNgqBW3Ix9NdRzqO+6AwyuC
ASqPTCwQvWHPsmYa0tA+bEBMUc3TClWsmti6xuKlotj7bbi9CvDJXB0Rz/HWsNjZFQVRtJWg
8xxJSXRhetRDWvlvRWcdO4RS65dCf9JkCqqjDmxlwpK21x+ZSyYYqcXHAOUcl4WGajDfnTFR
bqK9iX94UNx1LlRTiPxhsuIHoW5sjxia8HfuCy1UzaaPO2CU0bemIGNvtEKPOpgl/aVtmk0V
5juS+ZiKJZDLlov1NoN8QrKGh6vH8JWrB7Rv4GL8y1AJ2xwNXyXqBVaVycd3MdDfJGF1Xd1A
GOiicXsHRbioniKjWBruNGzjDe2hkuecwARVNk1XxKoQYIItt5DqUUpVGt/LNhoA5EBwKYc4
xC6BacHU2YXFW4ivOmOiK1m2c8xVooPE5+eSEHwVKSODcQ5ZeOIAYtXwdxInIxFDbDtXqUKQ
YV9ltxMahOCAem6lSGUpR355hElrK9cpojC2tgKa5j1kNI861H1lgbeC0V7R2aBTBWjo1LPl
BTInedR22DTfBjwgsLVYcHwItCgQ0VupZFhDDZ3fRHEF4uquIkC5twP/ACXg8AFE5BuBM3yV
glxmW7f5pFfKuUuVwCw5mECu5UHhVV8xOl5lat3yEYDam7lgNY+WcdejcrA3qFt7rnj1BnxT
NNG5nMCFBZWgdbYdyI1wKsTIOCbTU5gNvoqFuGYbgKqKi7+JZBo2OIwlmXhqAS6B55gCZo+6
WQNxgXh5grb6QXtUsHLqy8RYKcVZYiC1GadQmwxsKIh2pKODHiAyhVWNylwgeKhGgO1bubKs
4FNSpC4FUcxCDUZTmVBxJlyxhBlpzmAELeEeLh3AKzPL7g4r2biWtitN1K0q5Y9QG5vhDoG/
xKBYq2+OoaaS5rkPMWjoGb5zmGUlaC2ObQekwxoJetVONCNuhtb1KACWjaOeH3j+VrNKReVv
iVGqLoR5vqIlwFB0KpcTuNY78jRAJF2xzax60ZKFGyrmBMGoAZCPUBiBoUS6zF5AqOTlzqWE
L8gFr+WFYOY7t4upi6FV2vHiDibZZ2u7DiJoM0cs3SVBLB29whTa8y3fEfwuoiKHGoFRwbJU
BYMjUpJKjh6Y1apWL5laLzuN2pA2ShWgZuYnBafbKmmHFdsxouBUsDNaxEMG+M79M5FUoDg2
R1d9iGLZ4lmgGWMCiCrxVTD4QRvqIF12wfpJy4iURSlHLcHN66FxbK5RRgNHqYAuBAspxsIr
x2y1Q+IgVAcJoQ8Q2TAGHNZl6KHD7lYenPiNOUZkUy9xK+XcDIGKg7toIEjThi0ZZr4gwroc
xCnG18QUtitrwSr/AMbJOVPCYL4FRBeb8wd+J6gegzAVb6AhTwG/tDdq9C85tAw3XWpxFHGY
RaG6KZcLjMKi1Cbv2lfhRMVV6pBEQ4oxH4j9MMub9CckrDrca2p4dzJenOmuKPEEHVAORT+4
HIYcgU5hTlUBePFeJQbyAe7OibK7WOdGk7vUyIzyjhQJymz4lgBKFNYuW3tFYhaW408pxIz9
5asosl7STX4TbAnBLnRZ+HUV9ZXB4lREDOu4QaLrPmJK1wwmSzT7dQaqi1QqMBoHFdMMllLX
lnsggAZXC9QWhGTaA4kcL4jc3f4RhG0CHEwmW3CUF3F8RfIieR8M06VxMh4ggvhEijHAkMlU
S31CBuj2HcSA456+IEiMXqNQPGjhUpKWlpa2xwYkRS/ELo9sZlZLquolvScwBpFhGYi0wNO5
Sjs0S+gUjkjqNG0RLduqIyaeFmBGQ36lNSbvnJqYZm6wNhKdxUR5PvFwQlEw2vxBGgdRNPvB
PdhKrs3LfUbWUcuNsIoGFOK/W4hDYGnBeES+rQKqnsRQxHYtPrmBPsgyFOa4jEBjEQU4zzHS
7NFBruEESF9DOi4/YORaL56nEnpocidRo01T2uMQ8rYbvcFA9FY+YF0Pj3LvJ0+YuAIsdwco
LyYBbxbvgiyBgzUJDiJUb01He8DB8Rl40NjUaqhZNaUabxIEa1stXlGW6K8fiVLKJk0R2xrI
vMOG/UAsW8VKn4ViOb7ZuD+F+glUAp2buadqp2deumUBlxpl53Zgja0GO9wEdj5lQaGrlZHF
fiZFOh6gWh1DdFAjg2YCDBwwM9T7xK1NNRAthslHDnmopwgU/M4Kl7wNErBw7JUK3NKtJrzL
wVA5OC4aub6nai1CyABag82QwlgkVhll2PVhCjePL1LxMouKemENpYBs8cH1CJAD2q2nRB+0
WDk6IRGWKFgfkhoIAUsw503klIwZa7XO3uDACKlUHDiV0IkLrKmo7K3YWV3mVoZCzYeCCi1z
YBlXiNRgE0rDi8QFeQKvpFwkaYLGMzrKerOaubGVaviZuVcEAi0ul1UpEyIBX7iGXPCucy65
o7gg1tgilDwoKKnI85lEJStnLAYlY1eu5m6xd151A6ENV+46q1KB66lDVAG2sD9TGaXhM39Y
mcFmXSRkBUxqsPpG4Ey17mQsLTE/MMdw6Npw4EdhS/8AFy5zGQRDUKTDHlnRvbDYi1QwGo9n
cwODjQHHS4EV2YitduR4iO4i23iGS+tRTUIjUXwbSXDRTeYhfaBUtCMVKI4XMB5iwZ1BQXjz
Fg8ruJYu8ztwF25RIZVtSkCjkHs1F81GjWi19RqmtBdtPhi6QjLt5mRA6LFzFKFgJQYAgZ9x
bppVi2HF9RBvZVjTlPPzF5oWVLrRv5mBYWnxrLiUAI5RYcA3EtRyGgKOqdtStGoYKU9lbhCd
sWBdJFgDaiBV69TaAKSrw+szFlm5F8G4KYGbfSchyv0+yb9fY7IZmBruXwDkfDHouWr3GPM4
HzCwvvuM6KAoOajMmjiKbMEuRSu12wUHYafCAAyjzZ4j6gbWm9EQhcphUOLZR+SqFPYNRZS3
mDrMFKMAjNdRaHFsdSgh4L5lXSFpjJRLt+IWysM3BrZ+0FSwTHiDZK8u7lbA9QpvM7W5sA7X
CeY6RQ25b8S6dZw/HiEmFWuCxLx4xFxXHYrKJBRUVFzCrJeYAXNrnxBsG6jxXP6i8jMJDJt4
hUtsrUUnVS61fRGAlQ4ODkhtMLZ5R2q8kCfQGTxUJqhVS8Cj5RG4K2IK46ZWEVBbn1G3JUIS
x7orEsZmxHbFVcSo6iWMVVzKMCilLyz95XeSYmuR/wCpijtex2MsGuAWCMV5Za7+8xhwJsSK
CbV5gHGHLKV8UD9jfqMAFVHA0BhUlQYFmhW4DEcFNuLJV4WUbxTlS7ra/Tea+JgDRWdrGYei
M+mD5gMHBEUaXGXHiJOrG3cQYadeZek2tr3BstqDWamO3hfmULq01yzBpsgQzpgSssus5dxO
L91GsOUUxbuKwoJbQC5YBVGDhHfjKqkNZeJpqQvQSGZBNyymEAFM5u5QqK5vvxOrQv4jSXAX
cFQZbjbCu/cLAsvR1A7AFeEY5BvzKbKszs9Q+2IpU6iF4xinGYqsgu+J5DolRQalnw5RTdry
IAwwykv0WKMMrEvF01dxplpKorzK4N9LAWjAFC96hEcheIFXJqItjgcpC4ZHMu8RgbXx7j4C
yHUTMyZlqjdZNLaVBQUjS1wIZuARSkUWXXYyhAU3Yr5WKWLEzZhPGOIwpFBk82sxMkQIE2Bc
XF9li3whNhoHKoChLCqoQhmVCUrA3xjIIDCLDvcEJhg2HtCLeAB24LzCCqDCt30zh4OqBryl
pDI0pPaupSLMQWIVV1N3M7VmmNfNS1xWyOEeijReL9sRJhzqpa4WhXrEsKKXVaqE6U8pxApe
wd9Q3Su3dS30gdxEha7CHKEuxhDYwLYWHuUr7bgD2QzWaCUDjcq3YzKqxRBb06rA9EJszeDX
6MKHTRYHTMbnDMqWCBmCAYvfqOACs/WUBtGVE0DLQWNnzGXRK47lkLES5EmYdici1z5eoyHH
kmYCIp3i2LZhiKDQ6lItlm5GX1ur4mJHXcvXFd4iJVSbbxKl2cS8IlOzmFjKLfM5gK5hozrV
cxhWvDzLBepiIVnSwjRZ0S64YZ3MAMjohtKngj1M30xANoFULaxaxobl3Wgwq1yrQyeGHEQm
TfhBtlXQMOMpQAKmhVcqziBTEtHICcXiCLQAZNdPHcWTzBcJpZLKIYHgeSRtYQj/AEVD01IU
7TplQUqCVUSWmNgYLqoLAoVFUhdHFWg8L34g4uMrTcEATIOzDMcqy3XjUVCM9wlSA3TcQsHC
hs9wxOcr8RogCBZZZXRaRDra4NxG7fEwAxV+YiDakdyqd5sWCKFQ8QxpLvMrxUJ4AI1bMoKz
E9I3LYHmG21wsEhakBBe651EQWm4uwYSW8huZlMVqYCm+be4lbi5gq0oULVe6mJQOE5l6GnJ
uWCzCBXEeptw4imswWptSzF+oIIFbe5jByZjRsS8sqXs4z+YuMG1lF+FSyx2I4GHNeIaFtri
woGmAUCxdxBJY7f6ltTYYBDRZdwFLbL5paa8QunKzB3DgHmFHPDgggF4XD27ef8AkvM1E++n
MF7VlXD0zqXWduWpaqthQq18wnrrzZW7mxAqxoc3emCLUFig343G/MrIUnAdcSmpG2Ijec1D
VVO1f+CDwFTJRdU3uLUsja6ninUvClt8DUoEsGMKU2TOsAHQ4qowWrYAPJPtLeEOvCDhfMdY
AFuUfSej/vXKR5UEYIAqMVXFxbojduX1ghDYLtuCs5MiAItV36gawvxA5c1A128YF1URTtit
WC24mjaO/YGNApSA6zKyrfieA5Nk5phDUqb79ymQUsBVk4hq1NG5iAia1Nk8Qb1nmJReblay
18QORpdMQCMHuI5eiYxAFWpEiGqwcXLc5OvCBJyRrBewTmAmVrgXNtFLBdxhVin7gZDoO4fZ
UO2hmnmU3GD6RVKEfYQbKvaMLcmbXURkgmKyQEyNsTLm655iLRQ8LEINW8zc6dy4YomC2ThI
tGCuoQDOazJ2p7mNcDWEYgVq5ptDbIuOEt1KRm28F7lUG1iBYu/UucWkwHJjmOE+jAu7ulIA
ioFL+l4jTBi6iu0vT6gnKJZbVecxOSgTe+iA2SRToUB5iCCAyCg4oNRD86qqx47vmV1WA9X4
OO4wMpgWeLKg0aHlgPBYipazloK3C1Ojgu6c7mKjBfTFZApwF5lS1aH4wOi2/OYNMA+0qGyL
PM0eE61BYMaRXZPDmZ7BLbltMulT61D+t9E8oIK1uXPdi4yA14PpKUT5S10dy+Yhug1RqDdN
sDmy18wQkkGcXLqVvS64JaMpxUGw836uNuQWiFRwNRuCqGbhti7uXxAr0OSOmVCBpwv8QlRY
FqIBBeswC4U5iJdGqnWApOIEIxil7hsF9Oo8AvPBBYtQ4qWKgG2u6lIqqh3uFkcAYiVVlMRC
CjmfWkN7gShJ8GYhw8yxYX4hR1GpXBV5DxKneDdzGtazAdcn0uUK5a1OWMDmIVOAyXXoQqeY
Xt1A65GTdOnqYxlebbzZW3PMJ6r7otmYG1paZDKvJ4lV5HNALvWOpRYclDDsuNEfYfQWBCAh
b0WCXjWBBdqisXcrxwhC2ZiQiwElPj4g1oJ2Zlo5G+r7s01EAqLLLdVuo1C44DZgMFkOHA3T
jV7iJwB4SJ7VnqvuIqq5vJ6gYkPqYCq1FzJDBXe4hGhg8zQDF+EMZ303Lgawz8QaIt0QS1jk
RmmXxMhKoQwGNy/KIleeqgg6B+iMSM4x5hSzXSYxAi8wb6OOpeHDPipS9sJXlHK4XEcAt+K3
ACmnLnqV5U7YAQGCcpCkrB8wO+K/aLQzfZKgcLKsHSTq4quwacSue+acUzAroKlxZxUYhbv4
qZ0Vov7TIe2EcA0pc1EIN6RBtThFsC07mYCHltJc0y7grn6AiFt548RKHINxrKtoqRyQ53zu
DVtgUEuFRQjeVQiIBLpQCmuiWGg6Byvtj1XRHKqODEPJgqmHoAvOGym1lg14s0NrqokuHk6s
wFe4NYKhlDq+CKENhkCza0ZhtZto1s3zLXQHABwUgGijbxlG81DYFLgAXfphLCbaNg6E4gov
BiHd5liwCiK5BGa52WuLVV8SkOzawXi5s6FKF1E0UVCtse5l4J1LHGV10GNDXZw/mCKG3WJp
yMrZx1GrigZdLlnyqJ1sOPMtrQj5tIjnwRa3a2KADaUTWa474l9FGFeuoIqgw9iaioiZN7mq
yrmNxZXUqA3pn5IjDME3CryXV+JQww6JZDNYCZQN2XnUoiQIggUG0N2oX/SFtPyAmQYO2GMh
7Nn9SmwyfNxEL7FQCwYekAw4PNwpvgiaqg43mJWCCsf1FNGGEg18pFaaeYDpc8xBCxFwBRyw
UiWs1O0m4FzwGT3KIOV5gwVh3CB2dvibPHW60UhdXKnZvsgPbhp3R4ioK4KotG7aVqC8uBH2
Us3TjzHYZAgb5xCdkSvAYtgWjuAB37YJFhuLtlV36jyrDbyy7pzEMXhYfJ4mcpqDbbmXaNBa
cjVEdPWlqVQ/W48uFAyBaI+OQpC6L2wckKjbHOZhEYBbAzBymwUrFh53KoYSxqvNwKk2G3j4
uWlW62+ESJVigD8wLy5mLWdpzAWUysjjery+Iyr0uJVlt2St0oPZHtGrs8x3gW+JkoQQpzmA
Lnaq78EGHggH4gq2M6YJY45g7DXTKy9kcxFlXLbMstTK9sfqNoeOTqZQOF9qw1LA1qIBdJwG
cTBmzqL8B4xEKQOgbgFLFrvxKglEHkRwQF2vX3UH6sNuFYWotYqKyEDVeYpqQs04grqLzfMQ
g0DKRUdLz5iDLcYWHhWIhZGeYJCr7SkNniGC2ALIvLdkWBVc+4GxMcQiFs7mgZwxgGrA02Ro
rGw2TlzAkOLZyT8XBqWtS8oMOocMM+A4xzFNZxOPLKU53hoI00jXo+yPZLAmDLr6uEQCTKdL
piCwmXTLPTNCkVghlhoKrllB6OGNLa7ELZjo3EGIaBnpm7wm6nQVwQwjSI21qEKwD5Nt5l6I
R9BxcNAoZ9Fu4Eq0imjOI7MW9YjZSG3MBIrSuozQaYTuJTBXHbC9zk3WhiR0Gj5iC6x6g8FT
eeY6jy6GWYqmEwAVzBYgDS1Lioi1cnxH1FhwRpQw4OELAlGRpZsVu9kLLUHHqZBqhpYiLOU5
l7bvCHJGAPIsvwo4rb7hJMJvxG9kQweoJbeO4DoBrKHEZzywYAKnOhgaLMJzGUUaDzcVkcJ5
QdCgDOIQg3uLMpTmjiGiHGuWLomTcWFBefMAXHa3Uym4mKgkYDhYrDJylyGzqplait9QQA2O
ne4FgznMa8A+qIOWOCCjrAsvcojZPIN5wVKFQnDineYrSAwDS6/bUsxLptby+Jd8fQP0yxgW
4ZhZkDkhESQ0IJyu2Zh3oC5Obq+4jchRleFtalDZ0at4uueZYNTeFArKsMBsxqAdH/Yr9vBE
v2IJAZqBXkD3GvGq5QaQrqWRkVmSHbLILBIFuoyVDpARezWAhRWsid1G/vK8TDZ94jbDx+8p
AhJZW6lYUw4GB7uA1E4yzvxKmVXseZaEb3rzAUcPuhSYck3DCDwMC546i1Uh0xTgpaiXBRbV
XsqOCIwtdxY6DVSwsZaYOAvtOIh0mnqZFNaiwOB7nUNLjqVTSN2bgxS1bhm2uYJY0PAyq3V5
EDo0z/yVakORKAKCliqJyyOIEhr7rlS2tfOIlDm99wURRNCYhVakc+YEvXuUXA3Cry4IDsek
XIvPhHkKQrDeEQooUSgHFZjalYNVAFtUuiI0CtkQYMJfqPeAwFovLEWtzLRjxUBCL0AaY5Jv
fDchdgwLqQI1t285lIEiX5PKAnZuC4+iZDgBqTpHEsWKmkt0znPcG1QFoLrRgxMkr7bSX9e4
Rq9ilf6YEFd0KWvBNLjJnEhwEso05oQKOVohzda3AF2aoxQlKRNRpfLu9D09SjMAO54qZnR2
zrdQ1VntFW0aKNhNsugweJYKgPzLdkO4i3PiUM0PBzUtDRBrPET+mP8AycClU/ER2TczWZ6Y
gIquFC5gaqoSd51mn9wjZAaIuRlLZnF+IgJWXMvbgq0W0ZoCUggMWU1v6woB0+MxREETqPS8
nLmOwHuoi6qx7lbviN5UYMTY0map3ectwwOys6Y4gE2GEiJplVzbCFtUnPcRaC3klRWBYjwx
qINDniZJ4IUkQd9xTUIbYPiDSrHOYtJkGoJOx+0VNJW66lsuiYq8ncG6yXuNLDe/mGEXMAqJ
prTLJwtjJgSg1eKEdYJC1gNY4jSUxCYRIWhIDleBuVuCh0WZbNHmOwAkGnGPcvchJfgYglVH
Wp8JRmFoQprmzlgCw6eN6+05sMA5u88xJfcAMniJAymxseC9Msg5UopaohdaqBCw8kuW9LMA
YzECahasL1cEkAoXfkWYE6XzqURMmuYo3i6C8QoiyVh4uM0WX+5VAylfSNdClLixyEAPPYRt
Nq1XUQFYWiINhpYKaZvbCKbDiZ2imJlQIB1kHi/6mxKwa3R3FuNMHE1Yj3LEvXiVIGuYmhZe
/cCZMBjxEOaB+ZcEVwuG9wlNLxBStDqcMDcZmE5geAIFBF3w8S7EovDW5cgGR5zKW2O+YtmB
iGViLwfMoGsdS5OC+IQ0ILhg0QxTEEI8iVJTLghErKYZRE0/xAqBnrdRswAYO5aqblWRDAGi
s3EEXrqFSHjXeZg35gpSPEHCGbY8ormXejQmRsxvMsylQSwPKBxdsJpvTcS0FCxjHMcACFN2
YiqgAtOm9yghsVVi833ElRQAq86pfW50ZQBBE/J4i5RqOVPUxocC9eQ7ilrRNsa9BqB2wllJ
bzMlUAVKvzllUMANKCsEAjAlsaDhhM6mVpyZnjilVx3FigApe/cHIwAdCooD5JAAr2+o0W3h
iGrtDWGzl8wg9lEzmKls+EQKBOepYrYy9RAEiCCn9zNOUWZ4gy0QFLZfBMV2T421GC129w1B
ndxYFW8XD3L/AAjTe5kqI36agcAHxD/2PqhOOJnQngx1LYnmDpEaVslRFgXWcMDStU28RvTI
Vbu4uWLfmB7+CBq+W45cy0z2ZfnLLTzr8Q8c2cdzD09TiFNrHI9xuLGmM0xYskaEK4MS1Fm4
OD7JTbFlaV0ZYPwOq5mrNbiU5YIgtlih7uY7ToHFeyUQ1QilLu9sozLS23JdRLpFYEzgsg2C
NEsta8Q0JGHA6L5gqiMatanYwTgNHFeLh1aolynydy1FBWCco0DLLbp14ZcvdUNfCcxHGgYE
GassiuLlOaUtW3EpDaeKHZBmVscnvuBrZCaeLlrLOB47mW1v8tQxuaYZSoKtEFq5GETZzC4L
7DFTWE4YT4bwz0iY7MVryebY6sBCql+TDSQdEllmIr4zFWVCumqzwlzbyVtIjQVwsAwjkD8y
1HaER+kqLN8sGy5zHUAqqqCrrXEVK4iim9xF4dS6RaLuFC1hh9RWHDxxFKPOoGDPLNrqvxM0
5M0eouQrQJmgvwl+2eAr9ogatNIofrD1kITx3GuTb2QCUcE6c1n3AYanCJCmvLMQA47lFjN8
8xqR4zApcBiW2FAzTcHaobQYFeYWStdhv4JfI0ZXZy9TamJ9DwtusQDmV2LbdMJAvcXY1puG
kEgo4XfcKwXi2Q+kSKLk2t7CaNZTxztNEoGAMLVshfOPiK51h0I4N3EAADn4M1EAAKqlH1Yw
wEVusNuozFYSqFTvuGvK4tQHl7hwrZAZF3ljhJVbw0lVzC0K6t0GJnY4XtpiEji1V1Fg1scy
110hdympZdjHMWIq1qNjbqmntZbxQYM+SASdSwADN+YiCRsKc6BYZd3IRsC+ocgA3QfpLnSD
hX0uVuLSu2V5FIVWfrMFkIs2+HUWbYFWZu5RRrRmPiUYSXBowpdygS5yFctwKAlsaDmW8ubB
RjzEoC2rMncoJ0EbPtADswgNRPxAAN5mbq6yy6dHGkuGjoO4wNckILNmIDBk8xcGOhUElqhx
CLgmFxgq9cQqxDL0jsjLSu4kZKcniOVNjPUtyM7U1LrmmYFeFzEDF5UWmnWmXkM41B6F7g6I
VYGZxwNlXBFc887zmEklINUCrIYlRTkFoxCmNVDiXPMmHRrPZGhYGpGFEsbKM+AcY5h8NCI8
W/1iKPF2gpm03GSyW1QarcHogWjkY0LSAGvIvUrwOVtQ+NwY60OG/DF0BWZJ4zEitJe0W6xL
a5QnhqNQBLbS7WnuVGDtmmnATdjleeNdxVBd83ANg5SqQA2MNILkodHMqIUyc9Y2iJuAvrzF
zTAkAsb3BW+JejzjcAyCrBGl0ZzLGFWA0NeSCLQF2ReQwyWfBMmLsm/2SsBeB2znFfA04p+Y
Bo490eSYd6sxCePLEXBHFaw3gdMuXguGzp1RARe4DfiU1lDKJMNZY3qmC2ENoS1BvCfZ6lY0
A7OVynlA3DSLVa3PIw4Ve8uYV0IBwLgZU0Rde6h4EWUzRW9nglpHMUDaFJFXeuYBC4uKVxaq
/cGk+F+5b7dQFs7EYexRnORV+IZiUQN4MMIwOey9RcKwwCrdwbZsC6g2vaOfBLx3uA7+Ixs0
HEfvJh4xEZmqWr5o9QhritMHD8oeRnkAHBpl0SpQYXvK2S6mNFSkspZVpZqw+3iKhPZFBz1E
srp2QH64jVoxwbQ4IwRAWLazjVRdQAltvFnB5lOBG8TjKgBnoiujXMyoOoD3/UIQLBtgvZqF
SxrYcmxhQqlrZTNwigHQwfPu5vcKBb+SUbtpLTfVTKo2fHuIVljQyoMUYlnCqsVvPMaVc9hT
wG2Oy17eXBR3EiJosUhlXOaZVHEBS4WqfUsEQSyzQLo4hR9bc2bs4eZmrL2sTqEawts0SuOo
ehoGfojwSh22yUuGWlyW24GzI1uZhUqIP2GJcJraW7YQcHk4nC3fMDsQoVS7v3KoGpgocfMc
7EEDeWHxELAo0a6CopuiWzIud9epT9HQF8l8Mzig0gZ3ncpCqlsUOCqIntt6TgtYhkoi5dnb
0qKLWpuP11D/ACAd+JfYjS+oiVq33FpFMVBMmfEuoU13KAzGDo0bjyQ7GBbq2sseqXSWVLo4
AWzZ5mXCMvLv1NULVBB8IsU+CEqAYG2EJo2PuU0mUogHMLiph0hQlA7g3LsHIbjsW/nnpCIg
NWvB5Ydhd2jBW3qNrTaJD691mb+2BadrYIWr8NY5lGrguUQKgePRllcIoVS83LR6s3GeCuZZ
HQXIeAYbWhPDuvcK7aqZewKj4DZ19rY6ENU7PCm2BGR0BL4RuFu1u64/7RRgNydOtzETLJgH
cPdVFChA8ytSXqHLenM2A+V1Q91MzSGTpuB21tmxhSzzGtQoqmY8VMA00uisaheHrhI8i7uN
PjV7friMlWXkLqxYyqiwCEdXbGr1GFVbLPMxe2DLBL0pwkUAwA7DlB+ZWCVwU1G5SYyCdjun
1Fe0AB9CEmSoWx5mViDHKkOWKgKkdHEWtQGChK54jQICFGnJc1I8Nie998TOmANaBxfLLVUY
Dmzy/EPAWyUhlVhmD1oEDwE1AMwlugYvBjMzgBB2t02x7gxzhuXTxymiMl5A8fiHdSraZ2/E
BziWfJAsBp33CzLtcwXAXKa2x0+ICIp6OJ3I6gC1sLqOIAo5i3QQVh9tziVY15lGf1gXQtkY
w0bqA7jxUDewnMEWOhzDJnL3EtRrAo84d14lsBkwWTjkRw7BZVHhXqEkApBKW8vcM0VdyrgB
qGZEGNuVSty3KBIFrrmEtYFpsFVLh1rt8B7jRQttTcOJkJCplXBusEI5RUHI3RWoConQaum8
FfuJCCHqLkWy4T6FYKNYfugbAqFnOaSuIgAXHkKc+I5xAl6Xx+IqUNti08jqBqMlsUkySUqg
1TbMUV9uc+Jtq5Bi3rfqIAndz9IG48BsdAOaOJhz/ZvyMdMTI532agIgDh7fDDCgY8tUVu7z
Aq7VDlvs6eJQFSmmwOUsVlixExdZEKCDMSlHDf7x+qWZTaLsvFR6uaUUOWqKxBdNgA5p6JbV
8VZprMQOAOSkWVxV7fREIrFKfN5MShDWEOTiA5LIVF+P3BjkqDFeO4fsEKUlgWj31DcSq7HP
B7ixsdEu7vOEqoZXCOAdgcTBv8snq/iMcPMU9VlwjyCysm1tLii+pa4rMyxNyy2xjnicRynA
ECKNpv8AUBxATae4iyM7lRSA3As49kGkrJiMFu9TbAetQyyxlrpczESsoa5PEMwygtTKcjIx
0ula6jKtonGtdYjQ7OmNH2H+ooDSbepiX/2LYatQ57iVR4bGGTFwZYck6loDjIFWtJ8xkgUW
NeQG4YMHpHSe4Bv8wEXmPJYVyzFZTpQZDfUG0DALgcI1CGUyyvYrQQYiPLUOKfctvbWDm0ZS
ug3SOphaYLBkRQ1HBeXdELQh6BfcM0z0gAYFHUS04Dla8QAREAsJysgmQyg6E5gwpZi8D1U6
bVGvJiUwxWbrrq4TVX26u7blc1VgRLVUESGRqNjr/czgukKGW/UrgXakEuAGw1ESqJzUMvxF
q0OF3nZbmSFlHXS0vQQRFm84W+6PiWyaDr6QtBh3k7LGZGVmwF4qke1uX64dxzgZytlfpETB
kD9QV9rqMit14ZR0hOgYN13EQANWWaay69RSoOYX5UBVU4I+tyZ5joZxtH013LAAQ5xhZz3o
F2vNkCsM0ht59QE0LRQaawnUSEbAUfR+4To+UgvJWoeZAsx+zmUJHWvEZ/IRSBXaIlbXMpKt
27r3BFomQ4SUVbhzbM1eOYt6KRymfpC4VwZzMU7sniUxGhnqNqxRTQoULfQPiJewGtQEXTg3
URy2vMc0SqiBZMdcqtEGDvrYbsZEA1B1ilvK8Uwf5a7YOaGvMYiKDaDZl1FRJt2h5XKVPhwt
Ggjt1UbvSFvAw2icJytBUE+VSmUcVjcBAU00VtygS1NqioxeYtitqtVvDyx1RVNyNoZlojyr
qUWVuxArZF/NYUa03m4tCLJhnhb6YDcNBknI+49grBrmpndPAv8AUOk4Q21urmD1K8ULIBqw
KDNkJY0BCrihCUhWq/apmSB0Ac8N3LVvdQdU8pj0iwlEu2WqyrlK43N06lWDueIAgEA+oPiZ
GgGDZlorqN2vLpoLeu4WdXoRLonJBQAMVPrg+Y4SCkjl49S35CwotgCpkETD26l62k4hPMER
4zWMYUhr0RVoHgUXFFtgEsezmFjwLRo5wplYAs2KBDAtN9RGrjarR0U3DndqrJvs8EsEqh17
w1CsV6r2FusnEuTTbQV+4r8SwV4LQpM1vkvBoHExIsERqgyw79RsHZkTZ6gkB2wQahTehSx8
MsgrdwnNHcZKMcsw9qgqiHlCdXDe4Q/SKOkEhfiW48JWrZTjUCGOKuZnJe5kDh4qLD0/wlZI
2gp1NDd8+I75qlMyfMZ6csI5o1tGZVrF+JrPi38EY1PcJKUWRQp89QEzhdb2LrDGdkRQ3hdZ
FgVbJQUFceIZSeLCdJ4hbQsXkcC5+Y5ZeXQeHm41DHEUE1KMhaJFrkmdUoHPbKK4iArLwYOC
pSOKGBXefMMarIW6vr5igZrSyru1IxgHAKFb7jZGUpALiWNNVkpccTP51w7QfAQN9npRTFoQ
rBYdbamIYUlaqsq8sfuFUBLTz43Eg4EAH2A2ynN2WYt0rdw3a6irbMb6lSNolsDyuGZKUygH
GsfSVTFgug5XSTnCKlqHYrEztgCmnG4xu4FaPW4wBzMezMyoBgwDjRUOVTSOVwaiLGypfgcs
rGS+A21msbjBJCgpXdkEU4BzQ9sZ+8oooGU3dzIUugolGwhy2/GHZ0ceYHDbODsvqKqruW23
h4h01jTsYL4IVIIHSc9kHgtCqFjnf4gbEUpxfAC7zBsCwrYe+IpqkKea5heFxAjaOIAhlo8i
wya2zhUCjTwC15B6l41qXRNzBMXcSqcq9ziEvxRtmI0vUWgmCA7LnBGo/KGoXq48FS9MqIqt
hII1Uq44cDjqo1NVZ3SrBxL5atYyiniBNApKBwRRlQ9lC6xMKtsNb7dVDA204r0XcC4UWGVa
TKj1Dm2QhEoXaXA5jE4YcVXUR4qKhlycRkFS5EMuIkZgmTRfOqhvImjJby5l9pGaiM7jB1l2
BOg2c9xQGXisovOtRamk5hdrdp8QIoaAKI4PYZjfJtubRAvwXjEcS7W9IzD7BhsLgdShcxFr
r8GYASDTtxuExpwZfAdwEOLxSHJC0MjJT4e1QUC3F5FbtrUEwXbLrpZBRTyS1/KE1Si1ptmw
1CKL5oWnilrnmKxnFiAfA3G3iW1ta1BusSCzK/ksmXAe1oV5SMGctiI9N6gLDxVoWrlDIkDV
nzUW+BBh6CFVSCidS0KaiGgTEAOOJcGjUu6ab9Ru/M3LTmE8cgeF1mnEGgRadDgSWxSluQmq
rC9SjnCDUNs73Ha9gNL04iAmBsK0vRKVUirMBuxr6I9qpTksO9URSICQHEZHklZWo7hK7JfV
BtzAtLVQQcj1DAGV5S3KNwDXIDT4n3MvANw1hySx8AxF+GFnCzCsLR2H7gilxK7dTUd4MxVb
HaBtqhlTCMnDGgWsOCItqcRQoB5+IeLmrcLqBNxCmDgcsMhuKdl4Q6l/aigaBUuAQgAY03Cc
EsDDj1MXleU5AREXAYmxwt6CIrzKqywZ2TM7asmxvNWFRFTFmvw7l725Be/XcCsZzZLOKAKg
L29Ay7+GpiUoFQKK1hFxRK9HTfUqIsEK0McMUkXOBijCPmY4zsaz1CmQAawvalp6vK1XtXET
UGjyV6JfK/dREuKn1q3Lv4S6KUCdOTHe7uzRexxbUKsvcDGVi1A2uFc4HcVFWpgFl/RF3Yzm
0DsrUWCqgWTRsrOYrl5bA9szKhfNlXaXkDRvW/Uzq2s7E++cK0BVu881cHNoi0C8Y1UNKKFN
O7I2Xv0+iEyECUCrDXiFQY8I2vNaI4eklko16Sg0BBoBlQTdgJYOsBffMXUMaGXwJXHAXbKd
K4IeDgFtuNZVl2VVMLXaXCFCDQprFsv0QuFEeeah5ZZylr035gFYLARQ6v1H7E1hTv8A0wq7
dDFua1VeYdhizsc74NwveJpgDSdtxsUIS8d0XBrQ9Kya+YmjxTbDiFa2UHj0tVE+K1l9FRcB
l4GyrieG4FM4cMyMWDp0zE17fbBsQur1AvjDqUuv24mAqGoGFLDRp9xXZtW5LWO5oyIl1g1g
ACUpo9pztcZ52zUbgRsbNGahqlhnVdHCYfpRy0OR/wCQwg71LXPcBNSlVWafBMCEXalmw8FR
LZSzSD0NQVqlTt4ePEUBmdK69KhbNT7Dv8xdZoJd3VXXjEbNhZDdIthMDAkqgc0/UQ3UE9Iz
mNiiraqrKvPMVqVWhuWCdoQ14uUHnOUNld1A12AWvB5gJBAKcN/WdVnb2698wuoVQhK78sNR
BqwnPhCGu37kw7WC0DdZmPisw0F7omAyxKgLzAlFWrbO2Dlk4p8sAM72COBgwaAMUxqyFmqS
lEPC9okbDghS8uJRujAtWH2x7Tzp5pDruYEQhzt3olR7KWm2FkY7NGSoREXYMXiWEmAFgtdS
pEpJYgm6dRgG8gmE0p/UIg0Vj+V5JeRYB0HNQisTYRYcQI4gJAueUY2oOkwcFgS5bIKrVGyG
a0GAIH7VKUMsS0Ly26uKxSryiv1NyaDFF6BmuAoMvGvBHA9uDF0WDF3q2Vi8tHmLyDJgm7Rj
IrAOe0yI/FAcFLxKqGFVY8gcw1RTsccsuUgtW1OsS5IFQLA4sY2UsDuGBQqhuVW2HhmuYPth
j+0tmYcjAdx2wQZ+IDB3bQwvUGFb7uAyCxboNXEhzXwDcZ4ELKQ5E4UtJ2uIDYGGI89RfHDD
XfAkI2Uu6XxhqXgW0VRY4MRCTCzEnvuJnsq4BWStQIABUBA3QEVZYFQNKMhUG9ltwl30lZHb
Ux1mAZD4xEReJVSHZvUzR+EUTu0V44I2NnHb5l1h1qicGAnCh3Q9vUpJUHOveqm+mrkVWoFF
fwZPslLXuUu4lkSuuKgBQaiGvEUsCk0yOGqgUjh3N8nwRJ2kHnG3xLGUd6QDmGVLficFQrAt
U4xOQMApR9YFqrDSRrXUpxPaUb8VEFaqDJXONxAkcGHowC7S1s2XuoYqhsJVrhYTDaDB1c0Q
BZyJihmhYK/JTh6IPiqBQq82xUtQiDLiuY7QNXRu8qZijS/a+zXBGsTshine+pd8z7QYlDay
IiHxmpmgjSAtOe5hSezkvasELsQFxfduVRISVHRUGihEShvMI3trjg4eWVk6WWNCOYQFlbKD
8VcclRrAB8IsAAQjs1x7hrfpVHuPjIyVf1jViEyCe4qWx94Vl8mVjj4gQQfTABzLNdotI6MR
+DQMCyrIpV7Dwm7IopALQpvNMHoDYwg2JplzMThz3SywekG4T3wYIAG8LyPqWJnrzc0Zlld1
ck2VgxdfkyCN5VT0KmqhRAsguyl7ZdmQtlxsyVGLZlQKd2h8KYBcVqu0EwAdTQvhuIYANlmd
U9QTONhA+LxD0WBBqq3R0x3Ugu0VqPpO/M96/wAVTXzOMQNZ3/gSy51cOwL34xxS5pSyHD5g
oGq2szbVvQNQ9dXAJZfiL6ScwNVBh1Xmmsv9ShBGw2a/xUYIICP1jpCAky0iA3zPHPmWihjB
l9EQZo2mD1FCFiklFQagEBXUGOcMEbWQ6VCdYlCjUKIFzyWRJaMtMfEa0t2grlqN2F1xRp8w
F75VGuMMUqqiVpPPmVZH5JVhKAp8MfilkT7JVHlFhaeYdCpXLA8yyQEpK7iUFmHaGItm7XxK
DJbS7QGKITVAgK0HETkjeBghL79ccnG6ji1bEhUNNni42sGVpM6/oiwGgQy1zbIhAaWbOWcR
atBM2AnxRmXcjLFggUNsSmjX1zEkTYX1TxqWsNZtbXIrqO4fNDTxfcNgrF0O61BVsriC8DZU
QXl0A3y+sE3DXDK5srZCoym7qMGCzMxJvAG9cstYZgo3E2wLuBcQKAztVu5nZz3V/ASIdiq3
qHhJoNkuF8/5J6LI8EH3btsGLXGYg2ouYteobBLGleYhMKLU+xOOVBwODMIbFiDkeHEpzQUj
SDEGHG6/++gSaHX0h7GciAEzVltlsCKJ6SzIlIxNR0hr6w+26INYhwrsVgqJWFr2ks2RWv8A
qWGqy2oAEMpMwbF4i6AL44wFK4fEjZid9sFiFqaxi2AX25RbVIlCjIaTqo0sC6Ut+nqZCxZK
X2GosMDPll4/7E2ixaC0XuItTMRFtti77G8NLzWyNFUusgTyhQ1krF14IchRRjo+/qPsOjro
5g7AOTUM0HmX0FyJS8sFxLhKBPm9+JV0fNWGP2S+QFCGmLlyhVkzeQ6WX0uZMFV8cRwAwVRY
9tXMzHAVenv+GFICcJXzFg07Lx7YIg8Of8FerlxXfXEdWCi9oR5gWECGUHxG6gA8Js7g01Pp
7iJwqYNjsgthQUb+CZgmhpry9S+yVj1FKCFpOpdjXT/8C0X/ACygZhQ6jEplgFbhqLt4mQs8
CLVdGr9yuAYE25bqMUK0GB8dotYCAVhDuJ9sLghbbCLG6DZl+8QYRCjkK1AY2uXWJ30bk/ET
i5tFY+Zqi65TtmezVaZck8wLr5RsnKkPWrNFK9F4g27rQD0jHnl8MS3FDqXS9QcIfLFNKYCj
8xKEghnsuCl5Vr7KIGBXC3PgcEDpIjrQdVF+4gGjF/DEPwT0jwPM0yAOHPUQ4TFqA8mJXtkN
7591KDBGeGswGC+cHO3H8iUAdJf+VETFGJdyJScglZGWWPutPVMBJFUieJLkjMrQPvqBDo4D
heoATQXWS75ggorFqbIxcRVs031DDZcSpLfU+YtzDPmpTbBWCF0Xv/5XEuZeHV1mFIUGKDBa
FgGEwWJkYyEvh9w5YC/iXJDyGYGsK14pmRLIhQNaLELdZhttJv6lktSzqyJirBSrpVcwZU2R
pf6QjNKm1dIoGa16jODqGZKllMOnmcQhKYX9Ay2GzuQ21kjSnFaFeX1Gx2F4ryyuEHoLmnsQ
qBCgBEEORayCj4lc5bVqXErXX4l/krJkqOHArvYaIR0qyCsagTFu5bjb5JdqV5aDu1zB9dYQ
AObOYwOHI5VfP6jtr62qfiZWwDDNU59/4iJY2eJYqxa6OfcNtWa/wWheuCcTIKboEs5zCZF1
gQ6AQCEajtNlwTKK+QZ1LMCo/iNdlbEd3CB61/CmyAH+Du+iD5ovvqAdf4a9PEbC+FjANmja
hhDodTEtOwgcaHL+pZWCKrqUIs+0fijdJn/yUptr7QXawUQGd2rDF41LFzcBjadvHEdKeYhm
hLlNfE1AwQVzyupeQaphZy1xMnoXBqw9j2x0AmSQraYid0tqbHTmINvB6VUXXbxLcBUgfoOo
IImYVqwPpGRpttUicS68ALLbxBIFfafMRB3Ya5BEb2devMvFRq2FeeIwWUSxc5oY9oTCo8gH
UuGyfLttagIOMfjyXUNdDgWgXi63ECCxi7wK+ZV3oq3QgZr4gsKY7uGYP0beXW/8FQLK7XqA
BRg/wr+UEz/CCU5GZs6AyupQZL6dcalLl6OcZxB/AUNlU3dS4yAO7H/w17xAKCj+LoKZ0ctt
/wAWI3rNRgsWxKWlP8gGv4LKNwKjHFmoQAA8TN+IoGY8xvh5ipQ2gyjVNEAgme5cOBXTSLiB
aCEK56fh1MI7PmrpRiWBiGqHSnUcHYgguCraIDbgZwqnVzN2S8Cmld1HRDOArom0VGlbcnmM
gHK+SoY3n5GiojcK8FdiB8qgGQ6oJepiWOY1Y0JpV85lgp2BVlzTEq8AStLyrA4w4UbXxVQP
mEtF3iYLJiguiLNahCAba0L6K55mYFQFxTRfUzQ0lUuDzAtoXZu9m5Tyf/BHFNd/5JElHIQu
tgPUx6madKYI+VgXSs1Cxo6Ah/gmIi15lCA9RFQEgVoym4g3Bv8AjR/NN7xEWOMuo8nB3BS/
pDNC43NqcamyEeoSULvUslEMWlYFuzVhFhq1Q1bMZyCqNm/rPGMVaDrMu7tCvXYzALhiHC8b
lPwOj/ZLNQctie5VWZuCmhzuLtoLnLmJaCKqr68x8GgVZsgthKLqrNLEtHM26Dz5jo1ar5SJ
pQYO3TCQ6UoVDxxEYclY1HdxlsByHB7jXeC80vLrMS1KjCmI21DYrTQ6O4wIxbhDWmCAm1rh
eFBZBcAWRycz2DPH/wBK/gUrBUdtobKU41ff+TqMpNRWuoLJrWg9y3Flon3UA+sBaXZBscsc
RDD+Et/laHxEpf0lxGQ3KXQ2m4uTNrkPEQg9wxfPRLBp7ogTIFolPzKOopGGBXiaGCXFW1EV
lam5oYXqA1bczsL8VzMOYiyFcjMZIVJYMHDqBV7CYB5tEhL1gNZQ2lQcMZC0quWKqvPQcAic
4Vqtu8xAuaRlKFXnuCW7CtCn55noAkyz4MX/AFgqRNcOZpwqLps3qNRVAG8tZemF18OL1akv
V1S2tr5imOKarU8NTb1lJx9fMYiJpWi2LVmVJvTkDsx7eAeMDDcOzZ2qGb5mA9Tq2spf8Zvx
x/8ANQq2rwfxkH5mg/5oW3rzXGoWITYrD3wQhXy0sC8MSEsXE93FaPKgc7ByQV9yKuvD5/yR
fXM0Yh8goA+UcFYgObH1qHQaw7g0DxzMXV2bmTHpgKx/gkIQSoGHjMqdlmcEVZ9YLIq7Vg5S
dVHpxYJlnL3UF46ytgUtMYkGs33VURrnJUQPcYE3wbGuxyVC2zEVjpluAJDQMjH5gKmnXum+
CIkFUC9HuDCRFDR6UsJzb1m+OdVAIxtQ0g2thuOrEAsnMepufw4oxQaJYkFaqas09rgbgFby
XvogKcDbAEOncmnwaNx2MoOYqi6VuFlqyWGVwvRDBAn0FXO0nvPZX0/+9+LMBdPzLhFtDL/k
6gUJHzSrg0Daual8bg5hhPYYsYYWoBDOysP6hRk5KF9Yd9wVjJpQOGnS8wq7x/igcsQNSCyD
IAYFAHnT8TFgZN7ceZnTq5l3N+4LWJkSEC+oix7/AIpSzYYXj6fyLKdQPCUr81KwhaWlAbua
2jw0+Bh1zYb3YL8EaEW8BXBV7IBGDgCUGcERWrlw+5/EUXLrixzf3jlIwpSjiwzLHDiiitw2
2xMN6Akp7Nx68sAsx5y3T4lGEEsaM4rn3EYUm2C8wmgKlkYyvUdDwiSyONxKUoAsawV5nCqg
Gys7jGFWbVvy1BBIuoBSufiXLkX25KEtlQukFu/P5jYrhtN5NFdMvz8zkUcrvzDTFisWpr3R
/wDVaF3XUHUPKVEg1ipld/42cXRzNwk2QbSzuOwjBZQ5DL6mI2N1FjqZ48sIC2LC4JDXAOM3
cNzCNfw5xx/g7YhLqHpIqVrVVQe0HRrL7M9EIuFkimslBNgIqzNNwJAIRsHkGaM4Z2Soy4Ns
ESzI6f4uWAadw+Rz7NWQgtlYDkDu/MFLKAIpxSpgr5mVvc0N1jCMQWMDioPVIMIKRCjfT3C7
m0XHgyiQjQ2O9icsJqugPL1XEADTm4Hb3LLAaLhyYaH9R2CGkAON2twjY3Y4VG1Ylsvstqt9
9SsKB0GQbS4bHnMwGzM4X1xrpV7gDBQrQfC4grYUpADsRDulAXfz1Nwby9weYioVs4+lenxA
LwpQyrXRiYXtNGn2Sz8fhV//AILlIX3CuP8ABzR8sSq0wRdeKlI6z4hwuKLBUwCdeIbExErj
XwXLRBvGAEjTo2MBouONvsm6VqKrF3/IMqUUGoOO6pN9ZmesHg2F+ILVBprV+Ty6jleICrzc
VKRwlrwjTcGzVSpDpRs1cY1YU5IMtOhVAoy/wDd1HJXiwBb7nBqrLHvE1U4SaNZGPqNeacvU
MGvVihXRenojEcvRbPFMsTtQGabSOLYYNtYs9IIbqaim3qN5FeFi+K7IQDQ7Kt4IqiwwQu3N
Ub+YAQ8lWnpJR4hopZpDkiMPA8NVXiJGzFCbSs4h1Xt0UwecRkd3kPrwTNYmNjVv144ijQOE
uHWUrGd6Ws82XtgZaE4gc2J5TYtAQKHRDtxBAfkQ9KF9bhJlJpfJX6//AAKXTzBR/CrJBSiV
53bABDzLDavXlF3WKK2vD4l5iYboCuc8xlOBPrCnMSCUNG65RxKjwZiQc76ilZa4YTL9YLWb
UCOKi2kW6TTEkQN03UV213BsuZacpdIEEGrUCLkL4jo2A1gcG2GLIHVqbQ8R+IagDWTOowJu
VaFvNyMNuYLLWwVmblC3S28eupgJV7YSiqN/zi2GLV8AhsrgUudHGajFgOTIKzcSPzC0Gyy4
TIqFhXrLGWcphVDykZfIZHGfeBjKNlReSDshLi2s2TUB8HO0c1hEjJOl673+4aMTou24ovbQ
48k6Cjvvq13LdcbtaHiiMPOjNXWwcFJcyMFl4cvcpKXlgAp/9gCbUwAnP1iDSllKHXkI7iVU
lccW6ZkVlhBX43iG7qIJpvHVRLTk5AI4vEMZGbQobIc6BxtsqBxmd9B9f/xJTZStTKFJN4rz
FrpAT9b6gWu2Fl8JjD6ljPfgUviCtdq8L1WU0uBDvGBfXUzppQHAsaKPEteau5Pgu6jAcWiL
OymL+I+PGLws3USclF4CGQOiWm8UITWwsXcqiiPOA6GREMwTpbSNRo0FqCIdsviXgNTgGn3f
2jEHQNbL4cw+gGKq1b3uO0EpEDVYXUxXa5RfeILUZAuwatzDhnP8OyAWroDmN3rakR5gfWpg
HNWtQt7j3iuPM208sq+AdMfDThgOvmBJlXJ4DsRLrBaHk0uYAsQYVe7NxANNiha75hEQbHGe
dVNAhoSFAOsCxddEXBLXaxRdYV9JQKHRXfjmBYwDLs95IwDpAySGMPErrJQKBq7iK1bqOWd4
i4RASrGG3FRim20pZcabzNtBFChnKDmITuspQfULNAEDaz4YSyK40B2cvvBYxilRvW9wiO5Q
bXFB0jvfR/8AhdJQWrwE25F3dyvBGsuwqMfiDqoAW9C3FxGVG6EZ81uHPX4TQDeGZ8yssv5D
ZHBoErh2LF3DGUFatHmXohYpk5rqFybaakXfMxkEXLhXdEvrAWlOkeJT3HjC8rfiDIVh2W5U
osAurGXCKk0UNTqzl0bwYVzBYlwKAeaHuVpQNrKdsJUi0KHPjuyJ2xaUmwTnMRGuKkcvBMBC
l5GW9XhmRkGANsqhp/AIKD22Uo3cF24crbgblxjCm3jJAIYRZUy28XzORPJHT8/aIeDeA30N
YhBIFUFuub01F3DW+rVVAG+EVa3P6hEKKwLe8Ib7gxjFFyoF20gz04YpRqO5R6G0jalsUGrB
v1AgrV2y8FRymjWAXh3CCDNLKH9eYZsjzb5WiKQCu4a5u5jN4JYDGSEpajjYDgrmNGali7HI
zNaIWac4uLkkwspDnqKghiej3MjirR4A6uB8FZC06IY4s2maZPVfxbbjHD/9lAtxMY4UqW6P
ggW+ktKW+MzSQjRJopVpvEqrqglF9x1o6wtscWipxJZJl9RbXmn1Rcx9CwijxXBLvJEsyOBD
9y8pZrZeW4vWrNV7RzpLgWXkqqqXQ13XECQhtyUytInY0BUItaJi0TLyryaxE7hm2DBXiOTw
EWl1vuBZDazYdj1DoEotG3tlCC0AkMOV5lOtpmmzOm6uCqFFgpU1YivwAUORVw/TCC1tLR0S
/UdUbJr6wAomkIV6MxjfYErIA89QhGlOQ1YTggq1bwIjb4lCyGXOFAMJAWAANna9xylTTOxm
ki6NmqN/AVjzcqJii02Dt3iBUhWxweA5hRum0gJdWckSRo1oXKwIbK5aKycF1E3P7Q87ieSD
GvUEKpa9LrJbKLkB8B1WYCKt04b3QQOIwNlHBTnUO6AUsAdmZWIzi8GqS7k2fraH9x4XyHE3
9EuhjEbPa8QSk5RQgO05WoA2CHNQm8HgFq7KhhBav2Qt64GuOr/8CgXcVl4iYq5Ot2a3olQZ
Na88XWpzAQ6ejYmHJq7CxCESjI4XnDtZZwdlQH9wk1Kucq7jqY6S+OKviCQ5YiKn1W4l4m+g
NiyowFAoKOEILYqMC3IIbk1kadPAx6e8Amm6lfMi8w5Msdh4ZOMqTYIjdlmvaJapUWCr1fOZ
euRpmC38yiQWg4o80w4GHjOBQxmLuUHdDL8zMVOVgMahykyyxfKMQ8MgMmOl5gDgAtIwIbND
scQqYoCjxS+pvWKdE7XuHbDC4yP9xEvCwvVPCEsHNlShKGhweYB8hGBR3ySVWwSWLfI3MVAZ
aD9ZjIAtkQfoRtQS0LoXXkgfBLiC+VwHBdoln2ZbNaWoHXfNwXcykVy3jPEXAsR44UtB2rQt
vHdMNFJJIU5Wpd18XLbgo9yrwmHB4IusRQ79/qV1gWOHL7iqCwPBlzqZkAz5DdmotWKBQF49
eZwlNw8qIwwsWAFhvzLosGXkvJxC+02Gf5lr+BRRsC2W0KLZrEEdN/w60GWV1aF5JyGUsiLy
Oza4l0Glalj1dMdYhXWEiwCUMsjeMCjw7iS+MMK0XkqUNcUNO2DxMWRQs2aNbmRwbAcVwKx7
lFWNjs9pKTosDAHklCoVWFLOFdQnMWYQOF8yxIAXmIcic0xCFqAaqsC2MrqEoQujKsvsKgJB
qjmARzFBNOCJXolMDrhi/M2ocLLROPMU9gBG/FcLyuIpZa+REecagGswVO2VyHX9R8rgodjN
aDuZ6ZquXpilIsL2GhS4qEq3YpuErhcSyW7AtEt+ncxYZvnFz/AItOGJ7aUdjb0qOX+gYOiM
CWoCMxwuou0xW2uiRM5EvYekXQyqroruo7vo6D2JeQFus5csoGUiOFd0btyoqgvWcEYyJAtV
Aps83BuWsyA/CAzDcVbHpM6jVxTYjVv0Y/FyyiiMAWgpfYdJRAbKKB7Ine4Dwc2XmAQx3FG+
8wSjmg29CkVCVyc/Y8REGnZZvyc/aEdJ0N8DmAlOxPHN+IWrwtXtAy/MUN6+aFTgpWZ1wu/8
ECWiVSApsW8zHilFang8y60BdwOFe5Sk0zyuLMVESr+IlS22swuB+pMuURl4KKHAYfEMIDza
HWUsYiOhI3mAq/ULgq03XuUll00KTtUwL2oQbPLEOu5RQcFxWIUU5iuaOczFpLTJ63uNFgho
oh51crzfQr8SApKhXTsV+JteMBQV0Rj9ItJRTWTLcDpuAi2tWPfqYUFVAsmfcIgBaltntYCr
Du0YzKhpwaxm5RgHml8IY+UVrbk3LdJzWxeAZvaeTDfXVTmUgrk3QwSzWrOtlOIj8AsAv6KW
W69akFL7WCUqQousYvn3EHUbChPPMXaYFsvN21LyIVQpaHgFpaVkIOkaCCruhEqrGVFrmCCr
F+BqmrlpK2DA9i7gC12bGluKNzGYTde3zx5iyNCYo0X0o0Mq2hRXjVyzni9F6yS+xNUNFlUB
Kne91rWcI1XFIpS+lEt8OAoue/rMKRwbC681KkRcJixkKuWmBFAfKwvAAVmlO+5dMFSMLus6
j9cbPzxdVQwZbOLwGsMAadqNP/EsVFWt7D64mJYZwDfCJXd5LSqDwWWT6my+XpzB2pRTFW4v
KEN5qXTCPwyvE1SCJZqNiB+DdRWh0DYds6gEFjmxfKEw0JUBZsJVOqu61pyCOJjCJdWBlVa4
o8WaYH1q2oTi62xLeSGirHg3GNksLRxkdIvMPANHGHqIintMmFZ6zKH1qdxCIQAJsckRFWqs
JefUeUlfZGxiGVENChhwP3hBhZDwjnCFB5k8Z7zHkINmR341UzL0tAWmnBluXAKZdBdmMRVb
jNpqVRR3dDbllWtXypd6FYVmIUS22Ip4QoLdbXjuUpkwLEYoP6JkvdJj3K74sLg+kLSnk6Xn
fMErlUxK6+YLzQDq5yeZSA4kgjSYe7oXxqUNJZC0vng+kF5TVo+MpDi63Koq2gMY+ZpLE6Vz
UdAwAAo4xLxpLqVjmEhXjRZxXFRqlZO8vJ94SwbgdKwRrxWUuwZfiBk1yywPO8kokoPMcVnM
o/pgd1wEeVQwgXjA8SipFRoHNrUfndCRF6niDSXsXuXH5GtUcV1cQMSnFjZo1GBXqA221rEZ
gVVpS4ZS8RNCtFNNZ2VVfaEvNE5CttxWpm8iePcqFAOSHh8S/WqOlug0ykgfBWs6gGDWtOu5
g5eal2dWYYGc6K4eXuXtmUn0u/UHwVsgzZjE2Ec+YM1+mAD6NXOuBzwnN5Hk0RjYLhWnSzh3
OhOK/EYYgwKBV6JCKuQJZ40RhiFpTpTmLCE2WqHlhR3laBgNoCWOgcAdR5fGwZX8/Meyjkhs
ouFo3LLLG6uZXbO2r1UAtx8GILiU+CYKc615K8x1RdG6C+aOiJSaMW4NEQKpBdELp+4rW0Ok
flhhFu2KurmWa+CzHN1/UedyxUttN9y1kgYB3yOYIEYtK32RnMAroAwFD8xZjr6zLIhELapZ
FuyVvFaBn5gajUAJ5JbPCoQn4hoRfd4dpl/7EZzXzLmkVO7DsruJBspML9RwXBrQL0mrZb3b
UDkdY1ERQELcW9BqY4bpS01zxC5lC3LY59RQHFm85gjFGy8pLWC1O54ymoEKsSomi6xKg3sN
XyA8xwzcLa7VzCYG0FVToTWJQ5CuMG8RmrQP9xLUY0t99sXcVNubO4dZRoAlyVmBHGMoHL/r
L6ZxWpOC/pAEUfBDjGOqlQUoUGciviHiAVC2c44lribKCwOB6i7BAFMKYuXSa2TZ9SyUttFw
AEAR0FqLDcGzZQUDzqLfRnChgpb2h1AUr2hUt2cMagk5KsOlFsYy+JZr7I14eqgJgAuJZt8x
XVCwGmCP3G2y9kbYGh4O5eEDJELTZCxhedNLycVHEVqnA8EasPR3WskrAK/qClz8QUBhbRxb
fmKo5xW2V8ypElBSWpvq46qYaotpwXE1HJ70AcTzLwhSoV0oN2QkT1L38rN1Khdj1Bvpl2cr
EsN9hkGETiMeW14dI4atpyDmbzImlUGtx4AJykKydnxUwRFoXsYhteK6i3A4qFgQrQmWANJB
/UrzgU/Ua/EZauJqiuGIvCIxpDPymFdt5YCbqGhY2aq/iLHyWVQcqi6I3cF8p7idh4QWzQXu
Ho4TFxaDuG4sXslHLSFmUujUeASsa9Mlq3pS3NhtvGXNvNSyOO2w9XEVjSsE49EbdeEsw1dJ
3CKDXcDpmIQ8Zpe9S2JXD25wQvZ1pC3gdx0Q6MXkqq+Zg+Iv3IwgYBWTHGVjdjBgLFu3uU4N
I0inGOo32kTRBVq8xYFeCFaLvq41UF3rGj6iHaqbJsraMIAWt0jWwz13GpGC5K6ZikRorXA8
XFFfCDXKAtPKouqcXMB4jLOOyCtETj9Iih2DQ1CEkaBwb+alaBlbwDCeyaGU61xMdrLGCg25
jtws2KrOomN4ZL79TSuVKZpRa+YuJUzms5kQIqVZSlrbUOBAJQNimWVYEhWFc2vDhjDgq9Gs
hKUgmgwLf/IleH4lm8ygBLQDyJeIxkDjUTgeZoxRxs+IhCBS7FoDhhRvH4WvNS9J2GBhmkQl
hRam8qQf3EBlSGQlbxDMJfVpbeAYUgFjeM1E9WaGsPkisjOzZbAE1ONrNnbqHYkJYbtI1wjv
gF33mMGU2WEA1bdxu2s29CkBFhbOuMJPMWI0YCg0g5xL0NAg3oqWY5Fsi7oMYgWlKo0tYtIH
UtiqBu81XuXjxYjfe/MMQbYR09RuCLGj45lajXkOV2Qo2lbFakjZLy/WsC9JmMmtA2809xVA
liFVilywYQLHsHUrQJznm3FB3fiGCwEQAKst3iWBYoVsC6+Y7DkDHz1mC1OQ6tGzDGa0PDbx
1AUsaHW94lagE2NCmWPFAXkB8wktGw2e2OODl5/KO9hhMPNNphiFtJ1CnWeYsG22aNNQBwGA
ofWmEAEiNrlagfcazx0bcRAJgcNzzpiO4tW5dkGRl4TtYxMKhW5tXd3qAjAIimsGcQxay8Eu
rRHInLagEvnbLR42twLGCYmAFKdr5uPFlk7MZWubhiUr5K9PcpQYyVQ8DcUtJdGgv6dwHeUs
V42wcqgm98r1DKtFSAAZhYXIfLt7S/onHVRgL+8JDZUAHDV3HJBtNFz3cMRgO6B3cq1pNK3G
JXCXJRW5isoDDXC2ZmVxNRXIjqWh0DIEFe0NyiEBFau71HUpcDFedGSKRkcK1vmZGcNGDnKs
vAS03cp78Rg7tJSxdRsi6AUXVdzQYvbEMLiFYrOw6fUigEqwpDtuNoBkZHjA5ElWHWLt1ye4
GC6l3w8FhHhcVkWl7sjUM8AtJwkwzpHFPjRCKyiouS76RgAFFtnLx3GCqyuM8URY4SvgYzXz
Lwwsj7QGDypPqyt40299vUYEkWxbV3e9SmHhWIPHSXX8xYD0e5SCkNG8vpuWqIcEuc/EA6qF
MPxNS4KkNabxlYUInRWmpRcZg1M2F0OqmGhTBXwMDTQGtDJtqLyFg4b7y1iGECAWvKTB22ZV
6CYCigX4AzVSqEk2wj5l6qVksrGyaARauCPDVYjFYFeH6+ZQKCFlA44PiBLSdFuSrZiRAuqM
eyFLsxQvjPJB1GghjZd3FgisyAXwxSpDeIDivMShdfA1etS1FpUMD758xCa6hFrpqPbazYWO
GUAxVlRx7VHrUtQBK6Uw0yhRqs0kXaSYP0gvEU6gmTVM1jVwo0TQtJqnLUHfhid1OncVCqBQ
aW21hCLOisvFq6gmGCjSVdYOYxvlIK81UKJeQtvRcHTu7RFZhd5K+eMMdqbLDhvxq4qEAMRO
BQJEEopFIHPbA0QPJvHOYeKZiFo3vuGTJqyrarMo6CAU6FLqEwJaYy2qEo+LlBytitFgWIbq
ok1EVy43TKMDdHPNSlEsySMUcBLvxKKUVrMyaQBVLLsR17j4LCCwxVIAoCsPOMygeGQ/24Ch
muiz68IxMjbCG7yuonbBbNp7xqJzzQ4arccpouTgO6IasJ21dNSpYCyhWuY4WWP/AKQuEeNs
G3cpAH3kTdmSognGbg3EH9QVJvccjKG0hZWVNFwu7A1bOjcTnIvGeMyxixRtDh5i2a1wr7DP
pNTH3DjVgpQ7ogAaNKjs2CB+YLQdIjaqFIOgBoq9S4UKwLF6ZQkfkjLZLqkoHArOGc91rA4x
EBHcMNc3AxEbbtcFJphC1rRpyVzKg0/JYsfEIHXAUB8eILiVkJW3MsAjaC3GCIKW9BSR3eqh
mec77b6uX1lNXVuYcIchNf0QHIE3oZYK8Qr45KISK0G0s8sZg7asETLGb3ULAbgn0lthVjJQ
wvMz1sDo0ue5hZVcdmP3K9/jULtxUzOUq4JMj5hawORNjYKiTkGJRLIXmJGlVO3lZRFuTYh/
tCQqtASlvHJAviI3rBQrHxEluAQRbT1OEEJCumH0j5LDxGaNFWSeJfYBVAAesxrAHIGYYtO0
uPxEmpoQ2DPE3Ws336lc0YFLs9Rg0m3k1u2I5xLfjeKuGvQBYF1YGC9Q0oYKdH9QS+UgMju4
7gVmhfEHFda5fB8wV6OQjZODiKhdDVZNYhQga3TByruIQ14NR3fEteUWZlOjywEbak7O4rAQ
VgrxzcsoLKDJeGGbXgHTanmGUyHY4HzERTCwrQq7Ib9ta815IUVlDKL7xFmw8uV35i/UwAyc
nuCAB8Bn0TAqqh+VxZQS1g+8VOxKVVxZI9pMt6t4qFYR0F1d3mAVUhgpyxCuay9t1EVq5tVe
ijcNuF5M9hWo2k6QHy7RWCgfmRuoBKEGhhjo5mQEoot6eCZhXRtZuMYtllmpG251CzXX0o78
saS2x7RxA2/IvfmB4Nu9Bv6x5cS7VRxhgBLEVgJp2VEFa7kt35zMgoRLLgb/AFLrRF7pWiFU
DVHLjn5leK6uV/7LUmwFA7xCxZorJwjEsWaBkbJAKYWLkF1XRHmkBC1ZYsve5SzbA5cMfavx
xMOylK9MKyqlEG4uvuZK1A9hZcYpICniAxFxM9Wzdde5hLil2/MEUpGFWtynWlm7XzOVnGtl
RruFNEKreEpguo928zP2QBavzuKMA2kO0ITQKlAqOognN64M0LCEKFhSWeuJcokIjJWR3zLI
kFokLPCJqplPbhdamEaW24xu6TUyA04FYOsR6lF7bHXqZBUt5Yhdg4mbY623KOkgSGDujlvM
Zq0pBn5xNG7Zaa815llICmT0QKC+QG3dx3ZHelLvUQQgsqi2UJdQT1scB5W8RqcQ86mvccCY
OWznOtQCWFuu+C5RRzkl4vxLjXSzCLA4MVQLPDeblwreLLfUjmKoV2O2pUlGO0W/JEoddBV0
fkiNW1bW6PUBCYOyzpivLLYU1s0FtiV5FKJRrSTBXvsiFQXDMdx0ii0MsGUwR5IRssyqxwu4
n5X8ysahaCi9bM1lYhHKYwKfPligmzkoaV+JXm3MUtKx6rd+wDj5gRaDFWgXq2JNDWocnfcu
lBxUqohHmrpYc7l+RHCA5LaMCWGzTc+qEsmhKK5OROK9Cyv/ACKWtilXwhELeEy68IFII1Ai
ky6q0YpG3LtgygL0EosZDcHECxQqjLA2czIb7x6lqA9C2R1RbUF/S4L2Ylp8E6UgOXYILYFk
M1zERw1dVdOZb61WQDtQjhUYBTbFHx1TlVPJCWpjtQrkrhrxE8oaEFp8coA5GJk8vc1wxLLn
Y/qKzfEWHsRxC47gdAQLqG2rl6dQRKFelj8TOkMq00xWcQWilqsYe5etgorr5lZVnYYWA6vC
rVx0vccIrGfdVpxAZ9owc87xqBKA6KyazTMiM1KHpWyFk8Ft/UFRGBouykjCtVCbTpRK2M1G
2nlDKOdLZ90uFLB08L0SkjrwArTRmJ/ZXBHgTXzG5ciz/SZRGJZoDmDxCgOdfMoKrJQr+42p
jyGsRgrFjF7TOIWi6ochrwwwAzBgwnVzGjfA0ro8sty4eg1SoCVC2TmngxLLawmCKdQxqTO2
l5QSF4oQewRHLJoK4ohTy1ZkzfOIhFGFabemVBDaleTFYIwcwAtx84hKBsPU+0FwAtbZF1Zi
4MFHd/gWFMpWC64F1d3CAK7BZjBFw1RNtWRbeIEpO6cvcameN9wsoV2ZcRHeTpuECxzjNV7h
F4TlcQBg0Ury8RwAHRaRAL5XD5i6usIhVcLVbxGmOdD0RIfFqCwmnteM17YYS53mb3Kbc3HA
a2qG8NVaQiLKFQXWI11atrbd83DeJAwro0xWoHLG1+oEqcKKBLaOYZ+lifDLDVA2Gu81mXil
jhWvglc1VM4PhESqaMNuG73CFYFDsu3mBSDpJURLVCr5HiA+cuww4NyyawAMFYMf+z2DQTgl
Vpq3ocS+0aXFWc1GEZulTD5qV1QDYpnNQLdGst/CHQkkeQOmawKY9r4I9KBxUR1dmGFEFXRQ
8NZbjcpCtpQOHOYVcFKUzzT+mVNIqLireKYgoBlArP3mAagG/hvMTxu2iC3uDjTK7bOKQ4NJ
KOtY8wG7JqW5ZsZzRwioaMv4ma52HVToiJXFaQ31mAvXCDaYS2o/uqtCb3mXBWLVU4SnUOou
YPK8RqfI2mwcJ54gLnbhQr9R2ttp2z7ias+DYGO+59dWVUu8M1deGb8EqC0LpFAuwlCEpbcs
OpfxEA6PPiCCcbY2UT1DR27fEH0ZTlrsjWimwMGyG0GyDMVuztruUK3J6P7QivKhbI7jZRWH
I82zDg6osA8jiHSppyaPRqYUQNpjggr5sY5E+NRZtuYq6d3mofLcKKJVtfXivEZiprCwHJsN
0TL0p33E1EZIMlAmzni5dhdqFbcpKqgGaAN8rGfy3IAes/qBdZMC3ISZS5HYoPT3E7VYu3os
ZglcIsvIuYsBbFoXboYU6iFul13KZCDaGdEIl4IjA7uNN0zT7iqksm8A+WVs1tlNpq5egVQS
gLr2lBw1ArGtRqhFwmQdR+7qRSi4q9+ZZbyhRQdMoVXAUF3wQlbkFnOBIqpwDIt0aSWNagCL
2W1lzLKjhMWm7lnEyXOF5EbqSqE+TBmHHHOAmlNXGanPQvWz7g7Mba3Fl9jCuJwQr6TY3Vv1
YnEYK3So9VeIKKaoRGMDlFmtGZQAumi4p1EFQgKX82vEYVBpFHq+IJ5hhQO3wRSzEAKK3WcT
MsVQRdArDxBfUOr8TOgynA+4LFsuHPd9wWGtz4GbRJp1eyLMq1qIHmB2YgoU53cMau5mDLte
oE7mFUHbU5p4TnFmTLlx6tmihWrjQnnGxxNlNRyBWCUNkxU40XjqWY4HBMCGjMULCzh1RqYy
tLquNws3i9bXF9E7f7gnFZsKfrGsQLZYX3DQFihZiofaPSLQLqGpbguwEd6aFcStFAey42pB
mvtqVhoWVnZAASk8Et7NXBBoYaoTGCdp1bRTloCRt0BkxwuogCzD6LxGNC4ry2Fy3JS0XS3F
sZXpRbYv1LUdLAXeOuIX+Q3ae8f9TmcmhVaviN1AXTjktDHVrKb5lq2YbYvzGnDgGhSrvn1L
/CBFF2y5sBdQC9jUeDGOUF3XuXeFKcqq7L4ifibzWg9RMLV0qg0fiHC1Zyt5VMtSVQFSkzAF
oICNDIECFrVix98fEAFSnZ5KvlmUxVuh5seI1qJhg1kdR6RYK2ush4mifCwq/cPMGURls8eJ
oVbn0ddRx3A7VmRC7b6gtyoMs8AS7Ugjdh7Za8xFFvOc/SUIUIdB6qpnndALMLGZQxl4hL4N
sIEq7QS7vPEoh/YRNOXzOeKhRLHBCLYbElh4li6YJntc2FZAqX80czsg5sI5qWKfCgAaHmVA
RYEl8mJWT9uuxs1wQlAagWjx8QzDGbrbRMujiFWrQ4mOVvlqPZquYXGOb/UG5wLt3GqtCd+K
i2S43hZTKpeN24i6ChQ5r7xiqbmrtp4lOREsWJSCsLpg2lBnlK7syQaDW8rhYQMWxKLanqOY
C2kuVVwtsQ4pRZWnEbSCJpbUAMbgIWQDax7mGhgtqnF+Y5TEZyasPEwdgUIgw3KhHGQ8tbu8
y6jMNFq+KnMWhktPfH0lBYUyG1ZsiU+QtH4CBAGzVlC+SLx0i/cVFOClL0Yamj6DuDTRW9Ce
JkMyplfCBfTWZQZeFkJWkFF4byQcogF2Y2GA5DnbX0mAQHNd57qY5gMgTDl4lgcF9mGnEGrB
gtwL3fCZSKkVa1vHcJktgWFrLTqVEMwFWxaHhAdh8RyAHa2t2dzRIsuMX1C9hQsHQrSynWxk
Qm8jmTMEOM1jg6gA4DUbfUQTxudXzAa7ZxwaeEd1rUAGLdQLoEG6Zq9uJflUsmUzoivm7hqn
PgdsMmoMNqk8xUEKJfCxWWUIxsORDpirCoAs/DqJtk2DqUlxhlyVsxmDoFbVAcFtSkodJMuX
FK9xyzVVSje3JM3aANUN4SuigwKaC3szQBBvxALKxdf8jZucUlMzbIvUyRVKscLFEBVSP5lJ
bUu/UGeiaVcDYNu1jEHiLcpMlWuLPMEMptZzKneZdcVKdTnLPcXQXm9S5fPJGi3aacagfcOo
CA0ysB3As4t4I/nkWKKc14JXUVeV9lH5mlyDYV2VefEREBdjbrOtxa4rPWA3TxFyrfDCuSpk
hYIBeT5YZkKDsT/kDSwdKjRUVqWFGlPnFwEKEGW8sxSgpNIcgS+B3QukxUZh9RjaamkYFFxj
1Ggv2hSnmUAZAVACnEeIEFZ6+YRElfhobgYR0TOHiJVCiLG2iXVk5RDA6iL/AELRCjDzMS90
LqxuZgMBh+xCJCswcdnI3Cq1LLZ6uGMnFUXsF5mV1WsgDsrcMhHgG+eoiNpZQTNVi4868wBX
QcFQNszBdqvvLDXtgaP7j6i9hsbzlNkH3E3Rc9lP5JQGlILt5aXxCt9NEWV2z8IudNtRe6Va
YJHGgwOzuDuiLlLJp3HzUQs04LM27FIDOecylVg7u4lZsLiNDAGAzrDa+OmWDLA7y6qCZBO1
MeXzCnl1isZF7jhJGuijpy+IO66hssjgrQhTgzSxOLlCBoimMK/MWWKctPRCpAOEsLBddPUS
eTB0RSQvBN57msmso1ORQp8CCA9pS+15vvzLQwudkvDPcQK5vgSiryyyqq/HEQk7ZBouCJBt
lP7ghQrYXBKnIVU4MtwuSjaCpXpfmFiLbqab6IX3kyUHo5mfONIwKtTFw0Bs0BZfGIO5Ebp5
hAhlA9C4SQHmroPvLvKhvWvcOYB2zzOjuKVXZBWe/wBQAWqxXtxWoPdFkLYgpYmQND0cyolL
bUqdz8xYMZFnaBnLolAvgFq9pRq9CLZci/MIlPwotxSq9Q2hYKQ/7APrurAw27+JexihKLaq
mvmNLXejYBORziUtT5DoLiufSrBf72sxDEUYNWbQlHYRdTF0taOCVVChlAHLcWIQB0eeKipO
gTa6qK4o0F0D/wAjepC9gvY9wk0SCcieXcLaXgMN0HLEwDnunimZwJyJRTYEQw74AfqKgPqQ
vGoO0ZcbDyHnmWZJVWFC3KGWbMIZi0K0XbMUxgHnqrjrFi2cVzS+oUMlgX0YzNjloFLxZuYq
xUdDejzGNJ1Y66e4XMdLVKwJevmXwq8tZlgAeXcEKoGLHbKCoa+ITLHEYuMF8D1EDYtszdQG
JoQwq5rqlVm45aXl8dy3AyV6iVTDC+4zIEqzuGk7+sbDXkSNhKS2ohYKvPcqthTxMh2eJjzR
UtSbme7NgpElV8QDShQ89UzUJJtfXRCQvGFys5wgGhjIU5DxHWBqyvJUL2lk0QEHhYEwO+oK
HkbJR8ahxzClsDdcxVMPlcmmXiYLE3yhAOpSq3AHakaLNfMYJQwDzkJqjGslvsimCmEZQ/6R
TduB3uFwquIb0OAZRY2ksgvZzKPkLUPQZh5FnFs0VGu9g4QOk8Sy3mBkfL9RsJOznDHSFSxa
LHxAteQoGxOpe8iaWAgAouAr3Ba7PvGiYz6iMSLaJqaLThe6JtoiYANWagik+1kRMMt4LCpC
GIhKbaVQZquF7gJnNNhPTc3Q0BYFvEQOeFBG8fM5OqoVryksk1rMBXr4lTOVaL3qXKwMn0YJ
S0aHTin5hhkCm8fPEN8p1wa9N13ALVWrALfqMLT6PnyPxHVhgVEW/rBjCVS7rLCylgDOsF3H
zCuGG4EuxXjdwAU3t5iLYOSxEGUU08L7gWzJk/UokKHjkhmNWtMDHvrIlanuIsRbOnpgu6v0
MRUSgZruZjMGzcAUaQzwhy4UcPbHAzTo6g7CWkBHllqIJzdK+YT0deJeXUTkGnLN+JqGiTyA
VOhzAc4LDZh4u2phhKLbfjhj+F2xWL4I4ZQ3Vg3cNUGlTDHuPBTrWXMehoDBal8MwRHEW4az
7jgqLd8svGMtSj2SlVQra68+ZsbAhvruVockrJpIV1KL0t4qu4oURd4agsAGw3Z0m4fNF2c+
NynspHJnzjmKGq5FmnLXEcMCFtaZ0Yj0FjxnIZqNKDDv2gH8a54qHBDRzwxN08wBG+oQ7Y4v
AzXEVOdJQ9q3cB/UrkAiaBrohk9TGItXDORKhjRsW+khiSsEjS1wG7aorbegvqHlSqTb4ogo
tFWHZ6gzArC2HFZ1LVcQsR+moBFIWAI9/wBw0ZXQsLUdSigpihRXUIo9yi3rtY+zB0p0bvww
nCCVYNtQgwIWWjxmCyqEMaplLhFQELIlPmE7SgXFjgJwenfRAQoCVlNoLgGy4E6Ht6lNWg4u
8xxFBLT5mAWjT1DSOeP7iNo/aMmFKOUopkgMq+h5hQSu3CpuOdE7mwNNO/cS2TSuYnBY+ENF
MFhzANVaSAb4GKBUxt57gjcBdOV9eZqIzLFpjiDmWChQPVygYsewh0uJkQlXVHohG42U2PiL
GuiywRZamoxgzNUV9auKGo0lng8ZiNo4uO2m4b5lUSh/2OsQRYcOsSkLRBLXVEBsYwTi3tsl
qXc6MPFZlVIFLLqiLu4kjTnxxGIumTpD5ZmcRsrjzVQFYiwTjnMZoaAGj5xGxarLjVoH7hWA
hcWVdtXlnI+h7H0YpYG1aLlLcW4Atb7jwDgIOnBDGdYYVzTMD+VMsmiL1eygrOQkyLYYlTSH
MuMQsqEO65eYdlRdn3CbLUluz3UuPWc2O3P2mUoMbJ/GIsW6vGwcsZskOlW8bj8tjK3I+JYD
ulB/2Xa2Mxae2YD6fg2aWP0g6OKglA3FHL8QDQqUAWrblMgxREb67ZU1kHamYBLJjQBxDUIN
SyUI8ZitdntuguJwijCrBbgrfXUPorCqrGWSN+UCamdMWrTwQIYw8xmatoAOibVFOBuVFVj/
AHMpSy0ZeLig4Z2P6mqiLxiicAcg7lHy0E1HCbqOiXuuphx9QytXJb2/ETuNtlam/pUhCoTh
ZDoOKIAC/MhQ6pYKIO7GvLEVmZWirw5/SGrbQUNpf64kW8EWkVZVT/q4F1+MNN1dJTjpVsC9
l7maQYfIo1WlSoglBp1wsMPxXSghUkTbq/8AsWDvsOUymXcF66CKuzMz8lvJwAhH6lvLnVwQ
25lgCNYMDEAhCFr/AHEnYRTXFVC7rkYfQzFvlEtV3y8HuPLfoLn5rMdKpus5AGaQW3spLukQ
7aOEDNdsf1FRoWM6Sk8BaFrDwqLOKDU4/a27OAL+so2qvA+G4L42Uy35I7UlFBrIddQeQ1tx
OuUcUQ2Fm7OGpiqKzx76I24mMwHwJUG2e2zzUFu6kuyz8wkG1FnVcse8F0sMcZEioS7qRXHs
YiKBaLZxm6+ZvlM52gDkDApH0g6dVY0XWJVRsFoy3XMpxaDvU0WQmlJSVex1DJo7GCF8BHLz
n64hBfLqAyo3eTAWxZ4WRa6cB5js4LNQxbBlmQ1z36iLyQFeOY6AAqMZ8SwApGObRmoADSqu
H0ygZalkwBkIrEfaZgCyhDHcbAgsrod+453Shgl/UX8sW2afcE0RUgX2uKfBoxhpu5lgIpLY
4xWk13DYw9s5QPAwqiO2YJzS12ljl3BbQcDpjlHBLUbZOA1KSDBykKmsB8NrBKHG+IPb1BGq
X1G1gdNU6jEs0Awppu7+nMs1gsFp5hwQLalviuZcA5oLnzOnFjkPX7Ro9eo+se5VRxxuj0gV
RlgGGsXFULUBVuHLiKVuFHG6xjfUGqjBZpbweYVspYGyuekNcCZLlZ/UCGqkgeBpHtuVVr0I
AglWB4KckQNM7hUYFPvFveTJ6DEOw6VqpzfniHsBZT5ZzGtahDCcwHluSq967+IX1BO1EsZR
GY4aNbWJWgS1TD5zC+MY0LTl6uCDg2LQnilFbWKrbK9S9Cw0C76zxACBUAo5uC8FC5Z2CDCo
n2QUVu2mr6jmjLyFqWY1AJBjZwG4PSirmmr+0PjwW5pl7lJUUC5ju9RbvuvUUI0m1cVHIgaw
ts8L5jYUuviJKY7XtixYJeOYAqk5EAimxXctqxp43LBVHdcsAEXBzqJRUGzhhQQgKt3KlXxb
qosTbV3eYDvIli7hZADKPxKJc4GJxwBqtxA0ALwvXZKJQ0GUrQ1mELsOA8msEc1KUoy+cXCq
s2CpWOAhXiyxWDI8xS3tFbBzUxMi3KNqP2FoKa5LIq4cE5bu+YSweAxRGOxRGS+mVp2AGypQ
zCy/8sXYcpaV2kvd2SjQsa5ltiW2DpU4L3q74mCp9GjybiJAXWFT5IUZi02wL6lKMa253ynM
zuvbsfhKEmWEK8DcMUA3BXWkb2mQTYTBjKYA8lMUaA1UZxRiDYqEQcle4daRSts38EzeKlqn
DTiVBw3g+zqEj6ZgB1HSoyzgGeYqa5UFuFhjPECty0LblQ/mOtYNRRWjhhpVIGlCHhgLTkwC
usRREgFN1T3AZEoV4+8YkCgr8hgihfaLjhR3LFATYF56QgBYscXo9cQ3MbXaarHzLAKdzku8
YqpqT5mhobGANOeX4PDERng7yZIPcS6MAJ8Qs3x286zzLRXwi3F6DWNRy0xiLDZol3ZyXRCE
vThluCb1SVdYsy3Kq+1/uYaJnpHq4O71HOqTvG45ezAAHTqNytKUO0eYpxsjaHs4iakcFm5S
kUcHqKzd0i5tizeEE7x8RO0ovqWsCvZELwdwGbacLLSjFAM3X6hAkLy6ig4cy5VKBTR+5Xug
Toi9y3aLQkIUEc0f3Bou1bsiAjZbrUXJHI8X7ZYGwly46uMWglrwYbvWhmyeemFqylAVd3GM
KUtS2QGgGjkfKBJXWKCs0CF8RBMGk+JT1RYOebOYhVMnd2JT9Y9q0IvnxOSdhZ1ecdw+ZhUv
b4EVA8QD3zLDBBpVs/MgPgBapioOeoFigbKwzL6pLQ2uu3ESDOa7KKw1BQ0m3VVEu9VgmgZi
HLpTtGqgjMDEJbO/1MfxNrxOviVciNBdU1O4cl0v4eZclBdpgI+YNCABTv1zMxshjQwwargW
KLPkGMQGNhbt0ncRDBNG1+cSoq1hAQPK5lDQbMDTjxBFAwkws1UsNAFEz4tcwaqvtkHDADag
XEoy1tEvVsA/FhqrBpmC6IRSy8cQZwTy46lcLWYvBY1UsbNmBJZSzbNdwBZwfeYlaax1UqRW
MBm7gXDblaQgBRcWD6xp1l216gK/3RQvdS//AOR9eWBxeZDIeSDlegDBbxumOGu2z0FRUFEt
qAM21aobzcpsDwIKb2zNBWwwQxlQBQtM63DdhTIfJfUrfWp0wUwVRuW0JdjqEU8FWZwRJRZk
3ZG4opMmTTCrklym3uHChOTVyg0WOCxQSUaaQ+sSoiGO7OWW6guzgDm5XP8ASAw4thti24aP
sZTATkL2grhDuPsCIIDhgnzLwX4AA0Ki/qJftMobuHaiuTkFKFXE3AoXJzZun3HtGpAW5tfx
LtgwUGh9riOIS4A4/wCzEURsaxwJFa4mx+mZrZEtfm9RcybtS+OJeFbgHB4IoqY5XXWIOW2t
acrT4jW7gVBQ6EmIN+eRUAKsO5mHgQrqFwS14c6l2CS2Fr6JcUAst2+VcSy+G6S0+IC5GrzS
q6L5iWByA1w61MPgwoOTwiuA3lks8xKobLXZgmCrwdGTeeot6EG9WG6uahCKM83lqMbM1gAW
1fEBCCAbCLo9RwhT16Fl4n5VWfvM2K4YoOA8yugHKXm49FHXiBEcpcpXTImfcAVY8pVHga9y
iNCStygVMMzUudE4aLxF0Ub0p2XLERgRt4LQU4ULhW+Dib/K7asaaPEGqSVlPi4Hvps0j4NS
op+JWYKmWZvxcPqiyLq/xOKBNKv/AMgFUtga1cBpNTBM5nBbYPiJxpAOUcvMWrBNgbJkcxb6
S1d4dQbUdTC9sLwAa9Q+SpoObiUFtPRLTgaDkhJ3KIWJ1CtheQzMOWVg3OAGW+VaqUKYal3R
XqGqIJcFyFG4ROwRdwwtpeA17CwvnG3xGsV1a/b3mWGi3jvKw8zN3SFlrwYzAZJy2rtxqWBG
pZt4SvRgtDRbCCo1BcB5ECCCgi3WWWXN7FPLt7hiGVaF2PBGUXlHwIDmp5ltQRdYtunRdTcH
UsG6V0icW1bFmsUMS2dWAKRxMmB4b3cIWWTABY3HcuaLs4IRZDUyNm7bgkARzbMBogDoFLcR
c0sMgV8zDVEFoNalwcFGwPVQJfiAr0IeAJWqH1UdEO0B5G+IvTyhxHRwxD2oSPGoF9yyNBux
3cSYSWoNtW93KGjMXcanNrtNKVIlWmMy2qi+DmKAaee5ZEeEBHoEqBld6g+ydZm/KRG0VHc8
AzczYhAru4YLshrQHMT7qUB89zGha6MUZCKWJwoDjmM8C9dQZEsw1FpObeJsIJ8Eu7xu4JoS
bb+KlgVVyPMoibFJteoCxocGuLI/lKGmQZcRCdO0GSbLd1AvbUBMYzAgpZM1z4BgCYeaXMTC
9XwhPQ1dahmBFzZFb5qWVVugCvHIS8yGjL5RcbyI1d8LNw9RkCVGr8I3dlZazcG8QTGxZQZ1
6jyknQXg81xHatdHh+ZjX5bldTf+YCpnEbuMqAA58IWrKSFNS8S6vIWRvN+UyosDIgbMTS1R
XxhTVu4SekrEEa/ZKgAQ0g1Z3LQk2iRZsVFNkpqu5URFaW85gsqw1S3pIxlNBUsKVQ7mbunb
0LMCAwLcKZg33a8q6+sX9FifovNyukRBUvd9RABEpkRzGKluDJ1NZFci/LPcVVElA207jb6T
wDBbog2q4M26wHEQ/FAKOlxUYQtchGvvHgWi0VnDBzBC0WhUpOBqBQrAQ0GxdxrnUtAmzxiX
VZBwDEzq2z1FtyNVmOjUuiRyBQOUrFgyvUvDLxoiAOFPXiCqCtSXXBcQsUHUYUoQ+DLCRDNE
UNKmhxir0StKzYAdPRMZqiszq0cVMGY+a0Oo1zirQBtpj4me2BuvmD62CuXiMZwhY79Q2Gk4
L+SICo4YSgFvQePMpZ0oJz7jEpRWnwxNfvFHDsceoAHVDI25MucxqRNNXQaaqBiNlTmrpl8I
Bl5LhgKUVkkDwC5bUYD5i7CAeT8wQCig7a/gfmXqOMGschKKRei3mAuVY0UKXhDTVu0O9WmK
sy3RpfFsCSq8A9D7m4SMrNiTicKt0RUOI6XR5PE5lqrNPQEeq4ApXt/UOSItAMu7xFRRsthS
wbilmgHAXC4kp2q4N43iF8a8jTQG+YluCmijpeWFKtCY8jJ1HvtM9wQ9FETTWWi+iClMCoG3
LwdJcjgsKmvzcwmoGyjbcGcQsjq1rbLWQXQB7SX/AELG09Y6jS3Jc3L25iFmUgOXODiEoTkZ
r4zCTnZW2Gapixgq2JeT2jgMF4AYF5IkkwoMCFCGaRa88xdXEFFTFG7mLygdh8seygaV5yCg
WBVmVTOaajOLmhnSlmYbA8gEH4FIYsA81EG1F3xXUWDlOarfwIDYJHYPl3K6jW6WdvcOPAgd
vCVzgBlJ5a5nWpYDjuESBkLQKbqV/IrFPFD56hgcHMHxWoZ0AkMV6gRY2AFqoitdF4tzqV4A
BLXNvmVNrKqJWzZHmJd4sRvJ4Y9ByGH1Aat0XW2PY20hADvDwgwSWGZfGSVUmYAl3TcFWHGg
Jzfnzcv7aZAO66jRbYjemVjpkLR8ysYik0JwLHCSlBYKF+ZrQCqeWirx5iF6fdKv9IpB4NQ3
bFzPawMFusjLH1FVonIObxxFaWMtmumt1LMt6Bb3q0hLxDeoRWRUOXFVhmexxFYAiQBiinfu
FUFZbaHLF5i5OUwXyxYSxKoUA0FKbvuKxjsdZeDHMrRW2sATozGrsEmQjnO7lOLV4QBp5b+0
ciW8JCqKYjTylQGy1nERCBsBT2zEyIkMrpyuJao5VaoXmuYAYhtteXNLiEB8wunSwR1hm46K
KhNotzfpuJntXV0XZzLmag+GW4NqG5DYsJCE5LaIr7bg0bVnSUcPMzBhA2UWG87Eu+M+IUUp
PceMs6jkignJYUwU1LblhKvFyiW4q1gFtI4lnOQ2DpylfgTTRSYVl4ZQeDGi5yoYJZxqMb2v
bG5gujfaHbmV1xH8MhOualulFBtp6lBcxoPAtohvAqc6+ZXDyeEXFw5TphXOAuaeolIwC0UN
Q1bIVk+YYBts1uCG1n0lwCxbfBBeLr6iCaTtOZe0AbcRCyBJcxBgb7zKPquR/uXHEZK8x5W3
QHAwETVVlG9svqXjQ12GLltWCz+nMwcjBASyzslAgXblXqYuYMm3ZCzCO6mucwXHcCM1p8Tt
kQKVS/WJcRrg8lENmgELfEi1kOaLKbXxAEXDKBY7zABK2XY26amCty0GB2ESqxVQtf6JokKF
Y9H7Tb4AlaxvuagFAU84uvUEv5FAlcrl0xgNFnG7yVNRIpow9NkM0AUaHWfFTeddtKemViWz
WJOCw7xheKHvwlmG2CjKzf7mlqKATjXmLDANP1RWjoprY+ZWNb77l4Z4lRwiqcxPgqgYANQw
vKFTqodJKgWhgjA4GCpUaBZpQwccw5yCjkdVcf5RGXfN/wDkYDTHd3gd1c2jzSFW9tamOEFj
XiY4DtKoCMNMxsLWx4r4m4fgDLm75hpipK4T8IcIoD3VUEKUyWJpa34h6mVRjfMdBSy/mUhL
u2B6lu+U7V4nopGRzAgYN4YWFLG3awSAqlR8UbgFBN2rfaACiA6LXBEGachu+YECnfhABFhg
fMpiUrRiiMtKULqB2A5qCgFL4AOYY3aYU5Y47BQ/6laNl8FholCDWoEaiLQmoaDYF+RipYwq
77Maa6o2fJDhyQDN32O5fACjAGuCMS+Jw/SVBitgK6L4lWGid9FPEVo2AUZac+Yx94sKoGjP
EA3ko0wVyS4cBQC0vzAFpdpLQ8E5sArUDyqcQui8bLSRQ0K5ZRZu64jlaEW2cJUF3Eu4vlvh
FvXSOFnaDuDQktalwgrDNLFe+4IPRYKUHSwyWZMrFdMvJRtcpUArmbv4atZkCFjZKvBXErTj
Cot7rVxWmvUeKrwrADo0ajgUgFK0LjktFhBQx56EF+dCI6044iS0GjPAciJa1DUYGX9xNN5k
tIsSBFuhqWQmMoXlZp6qAAgFTrmxBVHqgY0rpH7kol5WXLCikFF2G/7laNIZUa4TkrDGLgtt
LsXccwxVkHBjZOIfhuV85gsusHKvavUYZAA0INq8TOthMv3vcwIORvOpg/IGpYBUZpEBQ8/1
lUijXRVni4/N6hSy37g7k3pPVHBUw7EEwD1LRvtQH2WMzLtfWAImhvcxgcx78RCmR13zDLW6
elQEN18u5ewx29vUrAKRfW84lsTBkPXUpokLzdyh1KhbincL6A13K6VRTfMTHwybGXdxESNU
lZhGmKyXJHMLwYvtnu58aj2bRP6BB2RiU4pRgKcvj3AGVyLEKMLbibMjDQQYx3AW65TAPgNy
woWAqhaalDb2r+77lu41EU+A8EPZAZsh8dF1mw8OGXPU0hPgZLioAZpjXjudBcsrcYgGNCy6
1ioeiV3QUPBiJtQADHy1uJ7uNoPOmuIsWG2jBLOpYuFgpu9XxDpI4UXXtmEo7UvPxH7kBqXc
6cxqL/m06DyS0WOkgOwPxF0uIjC5y5ge8K0LgMblAQQgquXtLnKh45lzuyfxE6trxRjEp1Tp
0XCAFG/ea3JCFjheSNmOBQAJTTM9d89Bx3LU2ZwrdgkQwwYbEl12hzLWIsy07gU3Q3FCgibG
4AyGLL5jZCwQFAdNwqKjrVcsZ5Y8ygtFSXipn4SimlaqGt2+oFA+TctcH5qVWgBm9+44AyYB
bysWTlm/zcxR1/ZyqvCVzShtTidaHwrtlJyg+8LtGlY1D0wMj8oV0Wd8QragUWu1XZOUycGU
W1b9GWUlMA9EQg7VvdnuGCx34XMyJAs19Yuopxz8RDEwY2b/AFLwmii/ZK5XBDZzmJOksW0s
aWI1gWsDQm4dT4ElvOblZqxlxeTghtYFVeRim6K8QSxhU0Cs+j1NJhgcldFzKG61Vb7zAoAD
kyN7Mt5LNWS2pm6iDQUFZFvxLwR3USKyYYyhgloNr3vMNzUwFtt3m8wmhlrXdOb8xeDFgKtK
PmJl5i+CzF/qlVeY9ZDEaZBVlHBwUz8xU5audPF2lWcBa0Ww+RVybbrJKK83mil+6uDZBvDG
/e4yltc3PU0Uown5I3KZdZXhfBFiNtrLY9phdLVLjp4mdgi4sYRvzCthytXcNgK4z3B12Lh3
XEF1xjdnBNDepsaQeCXeC50VqNYmxsgXJ7ujZOzVjiqgnAiYi3d7JcjUWhgoNqIoiraClOAq
LVhhtV+dQAr0oNgeaHiX5q6sA1tlg6LcfIqlQwL8BmrP1iJOuICC5dHEUZoctiR00msEVZXu
NzFfjXzElBV9Bo8wWkJYiD9JY8fIOyAqgKa1huPHV+ahgK4IoHldQUL2jNP0gjmmAKM1jBpR
5hourWgl2ULuvjqAt2ViUqidrmMtbZ4GVEQcJ+4MGLZvVR41ZUyTBTWqe5FFCA+aBTS2N0vL
6j6VNINstlnCpZFWx1UJFyoWJr2J5snLTxfMcaqyBLfpysVmAK3vN2TP0JopolY7BmlH0Mxs
yy5M5aYSBQQrFcnL6SsMgqEoACLDeV7vcN1gookN2nUNjhJqubVhhBl8iUC9V+YAuWZBgNZ5
uXmlcawB6RsBcE0V7dxFYF2xwnqbMHwcn3iGkTB5RfKGEUygVG1tYRSS8Y/6MNFbYMGQ8Fwp
bqVVT1bKl2y447uIASOLtxe4ZC6qwvxGLTBoTONyhd4bTx4lpSHTOI6K7OL3B2YBozm7la1/
YQ1gTDaLqoreSj6ohWhV1O1lqblEtiDmt2KXxUtPixUr9oa4KGq62XPo4crdvSFOvVGmtCN+
8EE4NGV1FHK4Hk2HMwNjnMWS7+IVEUHN8RIIod/MNfBldqpTbeq7Icghtinknk28S4IxYa3z
FywCjHLgl3guBzRmYkCTPO+YPV3Le/EQ4AWnV+ZjVdFjkivwNEo1wPmbkIC6Fss7ByTkt3Ds
ouqFRXYGi9EqAptCIGarVHU33hijZ1GiCjRwRByluPmNKtcHn3K5pHPTj4j8KurCru7TzFEF
0K18llRFqrmrXUuLB0sz2xczSZguQ/XzLscyNaOce4UyrtXXg8Q3tQh3LWBITBQI6OLKJdSp
GYqm1BQQhXyGJe8osqVR4gciLVgKAgOZKjiuWgkO5MsVomaV06lBRCLnxtDH8NOTBtj2Sdv8
FLgEagoQfb1FcKIXq79QffgLABrOosizgReFIMXQFpuBALYLAa6Y3D0QwhhpR5JmHCmFX5Q3
CAbXdCYK8wqIrm5svBk9wddm7FFcm5WKCFcH0QnWNRYt1cuxYjgFzDz29G4xJsuORgHqBuzD
3MYwV8X1HxgN20BTqPQLbPozuKg+PO/cTVJdggdzIHoFbGMsoAHQy6IcAwbFLeIezyV7M4eJ
QnWNH4mIIGrw01epXY5/F5RPMC8JFGXBnz9YruAVta3fcbmOGhkj4LcPRq43HhRayusyg1ea
ok4sPn0hAvNeXMTJV0su9eJQQGBR3EMTQNsm4P5WtXeNQalst6O5jJOLznqGi0ej3EAgLReM
/uWR2YEV5Jp9wOdu7uItrVi9W4zHZIyMTGUoTnax1NwJ7UWVLr6sG82NNRpnUd9nnzEYJReg
6o49wE3WrXh8bYnHXcw25GvEMETYKSLoK2hUKwujxLyMWYqndTKjata6C9swWmXIBoLPERqN
OEB0DDuTQ6Cnpe42gGljF6E7gAREulaTH1ikygJKt36gPPWXf/Awji640KvLCtFAovYYhQJm
RQDMuMRVRRXILxLmuLIFnAfxMottCE+mpimKxtwVzzOG1oWrq36hA2iqBy8wZS7C2XxUSyZu
N9a2w1DK0B4VYWhvdHgcUrFbCYpeF5jp/ajBz9JigUD4lrMhmnkjNqEquYrkCxN1fcV6EKm/
gUeg/uUTMReLqYioyuEhzrK2bKj7TFhiIxTFwFilaNXZcXi2QKNpvRBc+uF7q0pvhV0tvzl7
el34mVFCy7PGErCijasIhWN+iVzUcIftliqUVOq13AULY1QzEBcHC7mI0Nrm4qXDJXgl3IVR
Z1HViRwc2SoMQc8ypWxLNEaltGHAI4ReWYR6F2JWLIKzFSgXeJp1NmpwpfNRlFt1en0gXQpq
IdRebWahQ9Uk8D/pLw465KdEtjC3KCI1GTQ2gATzVQtGGo0w4oTcSyWPL9oCsGpYMbp5YUCi
0GQ8Xu4FvRcPcEKj6G/AuJaDKyql+KzUtBpVfno8QUUUtHY9WgQa1VCCt8RljbCBWMRijWZ/
nnURkG8lBdX2S6zOy5U9JF06YrZwY1AXcuxKN7h5gqAqaSnLEwAhBhvaXvqCAecrNpRZLWoW
G7OqmYo6N2Gq8Q6ZFlTGc43LleKGk3lp2SspZZIBgcBwNa1Y8xAMLtQwANN+YmRdgBrKAcBT
NZNmAMYI5S6iQuzfDMDAgnMDAa5MBbe4edaJW0O5UYkJ5iEiGWXb3CGqAmNPJKcgOvCwnNo7
3VzMXiV8S1IAlXpjy6JRxV4JsSoAcrHF/eU1zWxZkDq4MyvQUZquQ1PStfVUpi0UgJcK0ioo
o4O0TQUfliDQkp8ndQqWtmcs/SWQqi10ZyysNQg9pfBaMuF8EZcqgT+5oFdKZLAI7Ha31G7k
ShYxBzcOFL4jp5XR0gsEFrVx4mcZgxMbgZb3FaYN0qwCtclJsiQNqa9RQXJyzfiWgrAozpG4
Vu5bM9JIIQIpWStoQmQnLcvatkoKgUKoNc/HcEASLbBoXVsKeHqgUML5dzDSVyTmJrKNnxBZ
BUxfTkzGlAJc4XrPEQtARQBsIcxcEzk8uplymhjTLtg92O5ormKYuxmhsoNVECwdp53CZFWu
8CnEeAZBENlpMERSoX5FXHBz2RdkNMay53OggLOB3TiJcGFP0ClqOnQbQN4htMstzwBCtUCp
quUomQhjdU9BHous5yOotQTRRV9/SYjFJMtDkV4geYPIYClpGKWFYjiqF79xPNu0KQqIKLD3
HYsq2Fd1GeYg+EJeWEOI/QLIwe7gBwXTu9QlpunPZlEm1BHqAuMDXOYDwsBvZZuXNVmmocZe
JeBLipF7QK11EbCRYqMG3zNu/H8LdHUSws4GvMBkCgJ7TiVTFfmR6gR4AzimvMLonbO+pgNX
AC8eYYjatC8HqX7nxcF1LiU0cCCgAhXuCUUoGYVb2cSku2v+zSGQlkcYrqO2qct4lLXK1ck3
Ztgdw29RVMLprW7brPqYZFguweSDsFxDjwvEeKMSNUCj1NiRdw3vMQwY7AHBrUxUF4a8Zq1g
IteBGLknEVUB7+sMiSCCr8rLbF1nk8UmEKALWg3avEMToCNkeLphT8tCVJec3xMl1El+fLiH
gjEqI9dnqcUwjz2tBP8AIo0lZqH6SDErgJqKE/WFDa+zEhsLsVLZcARzK215e5ZZ40LcviLh
yCM1234iTDbqMVLnzLPRrAZpVRNAM2vwDG/RnRxYhErIo4Gt/EOHHYY5Ry3nEVO8S4uS0qhq
o28Ek1vAVZgvkyEDRqEtYteYzs0Ea8XKiGLCn1VRwWI6v0xiVOiNpwXxcRFoArOah22wXXu5
cRQWWZht1qFPU2CGhoCiMaWwD4lYmmgHHFup5GwnWhe4aCAtjYuq6l8hAWL1ncy+Mcun+MWd
zFVhau1HuJncMUZuZLAFAHiEpzQ+HuL0ychxADdD6DxF2K1XyEliWA2u4OxtIlBzGnZYQeXG
OIhAsOGUrpsbRhzYcw70NlDAq8eCb09Pcx2pFdcTdvGjaWydRr4FoKWMjdRhRi0ew/aIKACg
q6M+REFXQLV91eIEmEErAHBqYCN6uCMyssVLBmG3wfMpIdRxfiAvasLBQrj7xVZAQ0QvmIZ0
5UBrPuN1Kwoys4PDB3wGShxTe4ppTPoHYQdqS6B28tlxen6EY80gYbFdS26XDuNqIV8iPTZ2
GjTydSrQXkC4C2XcvpRUu71ZAeaQW3vbzBe7FAwdNSj1rChTTS9xpJXfQu0QjAfjLjClywxv
ZY9BiFJo6QXWabqJ45F8hHlzE0ttsMnfiorgrOoHFPuAXKVEkErv56hWjqcbOUzcYt1kJeC8
ReVILChyQ75BI2+eagsAq2G7W0jxwIXUKqq5hp31J+gPEooXeWryqOacCt8kAFApDzC8IHp3
EZCKLvIr6PMBDnrCbC+WdxAnYoriXZwVPRxDNuuYKtuNsOJ2qyYRtWE9EPI1VZ5heugeh6hL
Sdt4jI1rhlRXxCCj4P8AcsYqeEuzGYqoAG4ByWigmwvokMm8JZaoLXiYQcMsAOa5iCzoyW/U
REbMre0DU9SdLd5iXGmXN5XiMcuwUG+SpT41ODJMk7zgKfXiDOlHQHWtwjUADs0VLMdvSI7i
DA4jEKig8WCnqP8AKhbAzQ9xgNg6RcYP3BAhY0tjXtCoSbRQDyYh6DdEwV5gQSzgFN9nUdhI
ZlKsE6lWneUFcpxqLgIuilfBGaQiVoasfECPuuUHD2y2iQ2+VrmBDUsMXvVBKIghwDwOGGlo
tgfMKFTVBs0j41MJ4iIUtu8N5g6cZFGLoe5aNq9VjsdRK9rDYcsv4i71WzdA+2oG3Bt3OD7o
hwCKUcGvMwQVpOVZmBNw3e4k1ZMGICKtZtisJYcVmq5ggWpauk7IL2gsyiiiG3m2zpvwynjM
ABeD4lIGCNwKUxjoHEsWENsa1UF2SsU4vRK/jliXFH7qZ3oqru3PZrqMrm1riy9GZ+izP1lz
VjrtFHXLkcQ0Yz3eO7gEyJkMmO42gtf6ShtfNywLDqoAQBcgaqDnEmRhq5paiqzfcxAO2MWS
ortOIALzxX7hADQX5hvQcC+IKgCxGwwKz1LHTpEuQcmiCqKl97aZawBdA2V5zDYfoK48hUH7
CBRNc0TB21ssHq9xlTXn2VeIL3Bp9vuVSbrXUbaxU3jOIsQOxGch6gkwEVTTVcwgW5obT6kT
5Yhf1rTCSGMrfLHJEwYE137GWgUsNmOb6IQW15w4OhbiFKmVpN64gYRTFVsXvcaS+0TtW79R
2phoVWQcsU0gEDBrBXmV9d22FV5TSeIyasVcMe4OQOtr0sYUVkAao8HUzUQFvuNQR8+2Vt1U
HwBZY2aGN4lVo69LmlNwAG1v1O3FksgVBajCdtRuSJSqZPINytRhADkxcpEAaAAqHU30hXeD
LqNqTJ4iHuUDOG4pviWignCaGWstmmzVSkFhCjY3qUTslalGxy9xzi1OwI4BlA0wDGXgiAG4
QzfFRwXKAHDx8zCW0syNFNdbllI0rrtEEGzIKI3QOocVC2bu2KiovniCLZvnuExFt0OIg65R
9NzLsZNXgeJmdKXmIlWrbN2Qru7OQdQxRHWuox1dHEvltn4hjS601mV7MNhmXcpOSYCFAYH5
lo1kXnXUVCzTAFssMiiB0jimMiGLaYx1FARK2pPSHbgbpXj2gbNvCBTuxIqFq7oAW7FxKTDu
jisudy5wosVy1pzKUhh6rUNUUj4me1P9I3FTlWuzVtfSMxfRxAOs1nuPqd6C3t6Jo0Btl1pg
Wu7kAbPA5ji9FVZ89RRETwQq1tziWRzPCW10XM9gNwFzYYaW0Q1AbsG2Hw/ALMebKlAC2A0T
A4xA4jVqrG6XKTdgPFPasEUIY4S2PWMSmgGsDBekrBXysivWoUXXZBb/ALLI58QPFC9S0LeF
7064qHAYNPmowClQajsAi9XELAVd7H9S+ZfzQ/iO4TKJpWSiqlhAcSV2C4mO5KyeIKYWuB1L
BUwtW47jrFqw7lp18W9+juWlfHQ4NesR1KXSCggKxi0zAOXuXYD0gHl7CZtcivmh6lLUzeTu
YQbFbymJS1YDDk8xUNuUUMYa5l7psA3t9U9P2PWhXdYn/9oACAECAwE/EP8A+u8//9oACAED
AwE/EP8A+u8//9k=</binary>
 <binary id="i_115.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDpCOTI2MzU3QzY3OEYxMUU0QTdGQ0ExNjg2RjczQTQ4NyIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDpCOTI2MzU3RDY3OEYxMUU0QTdGQ0ExNjg2Rjcz
QTQ4NyI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOkI5
MjYzNTdBNjc4RjExRTRBN0ZDQTE2ODZGNzNBNDg3IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOkI5MjYzNTdCNjc4RjExRTRBN0ZDQTE2ODZGNzNBNDg3Ii8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAABmsgAAqb0AARzxAAG/Zv/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgDIAI9AwERAAIRAQMRAf/EANYAAAEFAQEBAAAAAAAAAAAAAAQAAgMFBgEH
CAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgECBQQCAgMBAQEBAQIDBAAREgUTIRQQMSIVBiBB
MiMzJDA0QiU1FsBAQxEAAQMCBAQEBAUDAwIGAgMAAQARAiExQVESAxBhIjJxgRMEIJFCIzCh
sVIzwWJy0XMUggVA8OFTYyTxNLLiQxIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAwBMBAAICAgIBBAIDAQEB
AAAAAQARITFBUWFxgRCRobHB0SDw4fEwwP/aAAwDAQACEQMRAAAB9RITg4cI6OEdEMHnBDRw
8aOEIQiMkEIDPMwM8/GjiQiJSQlBxp0cdGjyQHGBBGIlIToSSDDo04MJjUGtASqEXJZFsHho
wlOiOnBHRpwcdOjTp0QhCEIQhCEZIqzEmQODhEghoWcGkR0aTEROMGhRANJDgOEE48jHjQU6
EBRqA8CITaFyGBQw6PEOENEMHDjghwjh0QhCERkghCKo82M2ZsaOJCIkEIkCThCMJBx0hOkx
ESkI4jJx48jJCEiCBpcEYaa4RfFsSh5EOGDiQ6cGnDp06I6IQhHDhETiEIQjNnkoMUBwkGHD
o84IRKTkQh5ODDQoQ0iIDoUIkOHRhwJHG7GFSUprjalgODgYcMJzo8aIgHnThIOEIQhCEIQh
CEZQ8yACiEdGHThIPIxg44TExMQEA0OJBo0iICYcTEhEI4cNCaAsSEjKYBNsa4sAMmEIkHnB
HCM6RkhKIacHiEIQhCEIx55oV5TjRHTg44POEQ8adJicnBSMnJDhERnCUlESjDhwJNYPLAJG
BZITF8WJGcOHSY6NOCGkIIMEFBZ0cOEIYZw0p0QjHnlxXlWIccODRw4IByM6IQic6IeNOnQY
eSjhwQI6MNCWAaGnQotiImCy4Ixg0lGk5GMKQxxQFcIQ0JN0bEsTohpCECEIw55YRFSNJTg0
ecJB5EcIxxwcTnCYePBTpCdHBgiMmGBhoiMsC4DiYmDAgcHjCIcdHjjgAeDAo0aQiHhJMaI9
lJhCEIQhFYYs8xK46OGnCQQSTnSIEHkpGMGBhGRlwNKkcOCCQYTDDUhYCSF6FhgiyJy0HDCM
4dJBxwrz56CBxbFoV5ECFMXp70TiEIQhCKg87MUVR0aOIjohHTg4aSjyceMIAwQiQjBwklIC
UcONCRgpKWJoAksA0MLA4RkQwIODxgEeAmuEbotylDyI8lNAeskghCEIQjzMwBAVY0ecGnBD
hHRg44I4SHBxIPHEhGTjyYHEItB5YA4MWJqiyLMNCSYaChA0YOHnAQ8SLsBLcuStLkYefGoP
VTohHDohCPNDy8sCmHjiAYdEIRw6I4IcPIh446EHBHQ0twIeQk4UTHAQ3ocHhIeSko0gHEYh
x06DHk5wgJi8KcsSIHLQ9NOiEIQhCPNDy4vDNkww4RDho4Qw6cHHBx0YSjRpKOOHAwmLEsTp
AEFidAzUl6SCLIJENIRoho84PBjyoqgcNLMgJCqNEWJ6MdEIQhCEeZHmJdGZETiGkYiQ4RCO
nTpw6Rkgw6IcNOhAWPDzQlyIlOBoeWBIcDiU6RkIw4OEOHAh5wUYIXASMDiU6GHoI4QhCEIR
5eechhRjhxwjJjhwjEdGkhGcJSMkGHB4hp0kLkILgHJSzLYLDTocGkhIdHnCEYI6MOkgKYMo
SkNCSAxZk5wtDfnRCEIQhHj5iyYphHR5GI4PODDpIIjEPIyUjEIRwRMXhrTSmYK8YaUnKw15
OHBI8eOK8YdAh5IRnAcwoKUBaghGSBw4vDQExWiCQ8jKkEMkVJCVp0Rw6cOiOjyIaI6IcNHH
Rpw4dEWxpzXkwCAmdNWRmLPYyQIJSQlHnnRVlyZsOJiQrilKotivOkpYhZaAJWkweWxUEoKQ
BBcHnBOVoKI4NOko0aNOEo4gEOHkY8aSERwkHF8ekHA0jBxGQByuPaiQkCiMJJDHgpszCF0W
gGV5WmKCSrAyzJAYkL4si2LkvDBGhGlmZYHPMx5UEA4jOnCQR0gOjRExwaGkJwacJCAaFno5
cEIYTjAgIKc80PXi1OnQglJTGERrTGFuWBWDSsMWFgQIWAOcDSwL4KLIvDAmkHFmebkxmStK
IYOCAYYI6dGjiMR0eEkgKcOhYKRkxfHoZKCBhKFkp0KK4sAshIAslCzKAJrDIFuGFeOKoxBd
kZSkpwsA4HLwNLIuDIl4cDzAhhkAQyQ0eIcRDjhwR0aI4OEEBIIIsQUGCz0ssgsriYPHFgOJ
hBA4DByzEFGcKY1xlixDiuGg5nwcnKk6WpIBBI804aGlAXB0qAAIPNiIzIjpw6MHDyMcdGnB
CEOCjRlQBhxMaA0QQSEIUGDQwLCRDiUjIQg6TgJmDRFKWpEBDhxmxE5ATCIAUNHGmJQkhLAH
IjEBoMedlOREwhgw6OGHTo0QhCHHQ4uBxVmkNQRFiQBR0lJg4sRpwkJiIYEjSYyBTg5OEEwQ
IaMAxpGSjTgQPJS4DCI4BhoIV4AZYyYENEOODBHBw06cEPGCHDh4WaQsS3CyvGFiHBJKMDCz
AQglHEBKFHBx4IZwmHiOjx484RjBhKTDyYcQkwgIrxBAwREQnDgiUiOkR0cMEdEI4OOEpIOH
kRti+Dhx5abY1ISPHhhCZo0hZHBEhKIR89GfGCHHCYlODBpIcIxg0JOkRKdIBDiYmGjBgwQ0
mIxwiMePBx5EIRKQhJKOBi7PSDPBIYebmpN+TBIaQmfMOeoF0dOiEIR89mdGDhxwIOjDhKRi
GkY0IIxpITAw8eTkYw6dEMHDzhAOGDhHCYHJB5IQnTo0R62WQ8GKw82NYekjgkeZQzYAetFs
IQhCEfPRnhpMI6dODSU6IaMIhFiCHTojhw4TCOiHkYjhKRiBzhwIIR4wYSjxhKOIzQnp48iH
kBijQGrLEjMqUBTlMe8lmIQhCEfP5nSMecJDp0iJBp0ccIQgeSAhweQiHEpIcJRoh4OcJDpw
lJRo0FOjiYmBiMcSm2NWPOhAGSlgEBJTmCGgBnT3ouhwhCEI8ZMePIw04IJGDThIOBR5IQFq
CDhHAQjLc4ChpUE5YEB0eFjSYCBwsjMuXRekhUkZTHTdGoOnAo4OCwwrzOFISGcKU9uNYdEI
QhHlZgyyLYgHExOcOEBGQEJESlEXgaNGkRGSkxbjiYxRdlsCEw0YTnDoSSAZ5+FDRDixKceb
c1YKSk4w4WgQZ0BIipMKRntxsBCEIQjyMxpbBZETkwaDhA0iIAQecM2a8JHEIUdHEgaPATBG
uLokARxGEjxwSSFSefGkJw8IK88+DjcmiACUJEOLEsilLEIMkeSAZ7oawQhCEI8qMCa0JJyY
nOnCpDRxEDnQYypvC0IB5MHDSQHIgY81PQA4Q0eRB5INJBxAeYmuCCjOExjSxPQw0FGkpOPL
MtCEMEDnhpnD3U0486IQhHkxhTVGmIhwQTA5GOOkhMRlCZoNNwMGnAkJIiUYMPPyyNmNHEJG
MCiYQSBHkx6KPOAoWYE3JYEhARBhKThBYnQo4QnkhhT3kvzpII4dEeYGeL4vwkcVQMEDhpMF
DSMHAyQsRgiMedJicjJRxAFDCUogo6SkYwKGnkJ6EUoOW5wCNYNDAcHKM2JMPLQJOiITys8+
Pfy2HEghp06ZUBJAkJISUrSYeQBA4gBx5KNHHRpOFEQh5whHg44nJQE4cOAxETnDyo9SJx5C
QGFPSCQmIjEFYehlwdLMnEIYeYnmZ78XI4eNHCOmeAycaGA5IREgwaQkhwcRHBojhOSkhKTg
oiIcDDh50YNISI4Ck5CebnqBwJJgUwRvDoYRmNMmejGoCw8QhHDzY81PdS4JRxGdHiM8BkxM
dAyckGkQ4lENJCAjGkISTnR5MTgR0mIhg4jGiHAgMMBBHTzs3JMPEDGQPUBgQSGfPOTdG5CA
4QhHDDHkx7qWxISHDohFAAkhIOIScccIAglGEhGIQ0jIgghCSIsBApKRg50kJQcHOmaJyAMJ
zz8uB5KDEhnj08eGkpTGBLc9HCgwQhHDInjh7mXI8cNHCOlMVg8JHkRIEkZEMAwMhOkJGFBh
YDB4iQ4OIiU6QjiU6QGMMSVpZhxXnoJmzcE404NPLz1QlDgoqDz8uDfBQUIQjhTniZ7OXA86
MHnRFSVx0OISQlJQYyp5wQDRoiQccDS+PQwshCiYlBR5GMEIRCYcCMmVxaho4KNMUpOWhUma
PXx4SHgZiAo2YSECEIQCeJHr5ako4adOiKcgJgg4cCCIR5wZUrAo0hrSnNaZMGIT0skIwgnO
gYiE6RjycojHGYACvEbMqS7NUAgIYCGVPXAgNJSAzAjYE5OIQhAR4setlkTjjh0QikHBYiUc
IjEecGUHl6aIsipL4zQcUJ6MFjhHRxCMBjoMFDjz0xxVjivGlwa4zZrS7CSMDMaemE4aIaU4
IawcYcLNIWggE8tPSg0JOCOiEDEA8edJhowjMAY8pzQjC1ACYrS5ID1gsRCEI4IgIRo0GPOQ
YtTDlWPLA1RizfhYiEJMqepEgeOIylAzWmfPKCsHHoB6eAmAN6WBIIQhCKori8JCQaOERmMM
SVxCIuivCiIKLE9TCREBWji1HDTNAZeER5MasxhmxpMQF+PPSiAmByMyh6WWAUPBzNluWJVj
DPHmpCejm2MObosxwhCEI8UCD1UOOHBwhhnzNkBnCyK0gCAQGNeeoEojzIgNGa8cVJ5kDhJ6
eeWEhhRgiAKDjXFkWA0gJDKHpgWHDgcELIrAIGKQ83OlgeymVNmWohCEIR4kMPRDWCEIQwxZ
nzSmWBiYqi8ADQFibEkEZ4wJCevE5nDzsqBHuh5UYkgHg48ee2lGVJdg4aAGfPWyY6TEBCHF
EDmdBjDEJoj1gzBqi4EIQhCPGDNHuxbCEI4cMeUAMVxREIcXRRBxvzZlCGBxizInsA4pzxwO
KU9kJDyAphxCTEh7WVocSmgKAcEhgSTHAUFLMozHjymMwWZ6wWBkTWlsIQhCEYgrz0UcIQhh
RmAMeW5eFCURGboqwA9eL88BNIbshGHm5AeunjBfBZ6sEGCM+YQhCQY9BN+VxAa4mKkALUw5
rS2AxpYGKMeRmcHm/PTysMkastRCEIQjDkpal8NOHRpTk5iDzQtCjGBR6UOHm5BDx8YewABK
eVhJvzzYpyY3x6CGAR4SUojpKevF2YEkPSiYypZlWZ89QBBBZlyqMYVAw9rNMVRlDTluOEIQ
hGMAgs2h0RmyQ4PMkeYBACOLI3JfEQYXZ5mRGiBxGFPaw081MYWZ7IdCDzwwpUDBExuzWBgA
EkhIPK8oD0khISyIzDnlA8R6YejFUZQ0ZeHRCEIR5wI0ZoCQYVQ888Muak87ISUhLs1hqyvI
iYxIWXYKZM1Z6MVwQRk5YA5nTx8MBgcjJywNmaoOOjwEzxkwQ91Hkh0aeZHnZIWBrTfk5my7
LEkICrDwwR5IFlmbUIEYomPJS5NYeWER0hJzbmuGGBK0iOmnBCiNcOK42wEXYYNCikKIqCEM
LoxoeXxahRUFOVBmws+hh50QGedFgawFMwQlqaI4WBIOBBwSI8TL0vTRh40yBGeTG9HHnAKI
6dLs3RIYECCgI3pWGaNECg56iHBwIMESBAaNBiA8TM+elGzCw8eYs8uLU95OiKwOASoGBoww
pclsWwcDEocIQjxU6aU3AYNMoZM4TAxnCkBx48eXhrzGFYTERviIw5rg0x5enrZSlkEEIKQh
oAVISZk81L49xLI4ZsyB5yehHrI8hMiWBwlCR5EYkmLMviUFLYnEIR4+Yw9CNkX5GAnnY8iK
koxhVnB5aEBeBZkyQnLg255weiEx52ak25XlYWpbnCMecIjp4+FmlL4mCBpTmAN0b8YY8gNU
Tkx04AGFCwo0Z0HCw86IR5eMIS8LMtCU8nOiISsBgYgOFoSlWdJgwrDhoRxuSc82NwCEplCx
NUCExOBkIWUowRVnS5KcnCj1AOM6ZYqwosyUNK4eWwaEBQIMDQk6IR46NKU2xmyzM8dLkzhd
mbBBDB5KWZMMIi3CwYoCxNiSmePRzDDjAHr5ajycQGDEw48fLU9LM2XRagZ5ke2HTzMjLMJL
UiEeWl2Zk3YaEFqPDwoQhHkYSZM9BOHQIqAIpC3M+BCOjiQNLYtTGlyVxsjBluGmvBw0iPNg
c0xIWZAasmGGMECFEakFLIkKQ1x6EcPHA0qzpqQwrTz0viI9GGFmVRchIYdEI8bACA3A0cbE
8zCDLFsZ4qBhwRMWBoCYzgAFlyUQUXhpS+MYRGQGnA0tiItQgrinLkvTNkRfFWGFQevFwZEw
xthA5OSFcefEZYFsWxGWhoQ0KEIR4yUhGbYHLc155cMKsuzDgpAPJjgWaQ6cMkOCxoSdPQy+
HleeclARFoGAQaGDTbFGBFKNNATFWCG+N0ZAypWk4WWJWGbDTQF0WBYGYCy6DiwEIR5CUhWB
JfmlNiePloUh0zBCMOkh0kNqTmZKYcSh4AFHrBQgIeY8oQ0eRHCyN6asDPGTfGDCiAtygJT0
4RuCrMmVxKDkAOFAZchxaGVNwEkxYnRCPLClM2bERemnPFw0GAyEBODSUKBjWhhjgYswAuw0
qj1oqC5CjxoCLkmCy0N8HDzhkzzYqyYABCUcXR7OWZICGSMmHFICGjLcnOFYFm1IicsTohHl
oMYk1RGaIJPMi5BSoJCEFIwgLGFsTlCChhGHhYWemmOJC8PLSoCg89VDTMl0WwcEghlzHlMF
BBem0L0aCAwYYYwwYGGgLcMBCYzxoSzHBhKIR5qRGYIy1CQczBtTAlmAEIOMJS5OlkVBVjBw
QRBZqjek5QFUZgzxeHsRdCJAErAM4SBB0gIRxZDAIjGgxaGdMMIOHFuU5qA0zxsy+JCQkEI8
6M8PIyYRjxhrTEmkBipGhwOacDKoFIRHQkOLAugoINIZ4pynPZQ8rStEEHS3OAYIV5AMDRw4
JJgocdK0w55+NNIW4wuwIzB6Kac4Tk4hHmxTAQEMHlWFloZcsDRA48MKstDMDCIHGDjgcGm6
DTOlcZwvz0g0gMMKokKozxpy5CgkRAREo4kOEAGUpEUISecExdlib0aCGKNMWoeWQSIR5uZs
qgMsBxwaSHCcryQQYWAAVJXkQh5GOCjWG/AgEFGAR6mZ4vA4py5IirK4CJR5OBEBKTHREhkj
UlYUZYmJITRl4NJSvKM3pZhBZHCYlPEDGDBxwecEMGHRDjhwcMEIeOHHCckBz0s1xnTNnD0E
eIyRqiY0JkzYiGleDkZGRhBIMIyYIK8zRny6MUI0ZviAjMMAHpASFEgcEDDxIxJwmGDRx06I
Q4nJgcFDzg8QwnJx5CV5ujRmjKoRrSIojJEpMSGAPVy4DiU6MIyMjJBCERFWYoPNSeSFeWhu
gohMGac04QThRMPEeOGGJDhMdOkY8RYAhKQjBgSSDQgLDSUlKQoTaAAcSmsNqVJZiM2VQYec
npBGGBBCBkIOPDhDBA4wzYYHlOVRsQ0YUpkj04MDiIszoWI8eMIcJyYKHjCMeGEA8IKQGLUk
Ih5IGDyMYZ81pYE5OastSkMsTBhWkYWbYGGDyrBwkJHBQOVZckBRmHEXQYAmiLUnPLykPZAk
ePDgkedPHTGgZYBI8YNCSYaDB5ZmbHFiNBSANLAkGg5UGjAxpenoBTmjMaUIOZouQ42pYkAU
GkwgUEAwQ4FgB084LA9RAhxQFcCmNEe1EhOPCgwQ88kMaCBh0mESDyAiJy2JDKl8HDSqIxF0
cLMpSYnCSlCz1YwBeEpXF4eHjA8vScsS4L4JBSlKYR0mBirLYyhrTWhJkw8IADzUR7GThAwO
CBw48dM6CEhKGEw0aDCJDpOZ4ui6BgAmBywLEKK4kEbAwpcnoBiCsHlYbM8VL8HNqAkIUakY
Z8CAyA1I8iLIDM6PL4kPPxoj0082Ij2skJR4ePBwo8kM8Z8vBE44hGhR0KCiMxYQac6dHjiY
tBEAGXRsDxklPXyIpinPOjSGJLI1R6KIkJysKY6EAhYhhSFiWp5YU5amyKUyo8gPbjw0lPYz
ohxaE5II8qKEoy1JQ4ecAiU4GE4jPABoRgSSEpIHBIwAHHo55EaQ1pwFJzzgsDzAmNEeiB4i
Ay5pQgcMJSiHGmGnjBZm+CylPPhDD3M+fAk9VJiQsAwIJBx5qUxIV44IHkgMEEg0PAQMnGDh
4SQAhYF8TlWZA2xjSc0hZhYUZIoDHlkcLQ0JIRjzSleDDCYFDQ8APOzdF4Vw883Izcnop89k
p6OHBAaWISPHHmZRBZwaSjCYjGlgDhI0ccHgQUIHKwsi8DSoMWa483NCaAmLAjAjBgZeluPJ
xpSjwgjEPLEJLEmGHlRdFqSHo55+XIaaA8DEejE4w0IWWBMdPOyiHDAYmGhZ0YXJwcRjSUhG
EpMAleTl0WRRmMNiebm3L0hAisIShBDQlkWpbiMiXwQTjzo8IJAcwplg80Rpi+POh4jRnkhY
Hp5GDF2WIeTiMAZ4eREp0pyyHEhYDxEhAMEFgYQRnDgWTgBhjanmp6wX4SQDSQ80Mia8tCsN
CVpUmxCxw0hJggJK884Ko9GNGRkpmTgUUBhywPTggkLYIDBx0wJmycaHgQwiBgAAICIjHjxw
UEliWxcEhOIpTCF6VxrQouA44NM0eclmFExZmVLMsw8MJCAOHBJRFKQGsHlYGhIiYx5hDVG4
JgU0IcHnRGBMyHjQ4CBAgpTIEIQdESiOkohBp6cRFgNKQwRsi3MyMJzh0DL8woAaM1xEY82R
0YOHEwaMJQMOMuZclLw2xmAwpB5li8NYcGF+WIaSCMOUhMdCiAGJQQ88LcrCQaTDwotyjOnT
00eEExQHm5sT0wyJkQwHIB5amcKALNGcDi4CCc6QhJMBHSmLQwpKbA0IOZkeMASMcXBISFyW
BZEp0xhTjxBI4EIwU85LsrTpKIhCT0QrTMDj0QQWUxjQI3htSQpDgORFEag8vKoJCAILJQst
CMgDQsYEEQ8pCE9IK8ryzBgsyoaSEwEWJpQgtDo4yZViIgocDDQE8zOkRKWBIFAwKWAAXxvx
BRkzIAp6MbIJKcOGgYwxZjjVl2NK4HBQc4Ql0XRZA4gQlK0wxrww0BTCK0rivN0QnRxfliWR
IPMuVR0cSjwciATzAIBScsBo8sDOjhGjPQjgUeNkgIesGhKUqS9JAYBATAm7CSUlEBk5w4ED
RwKNIwkpTGm+NaSGLDiEtjzQ3AKItSyLItCUcZwqhpKSlQWhKCHk5CRhZaERXl6ZsiJDSnoI
4IKk8yID1E15QGEHk4MGFKVBpiyOFoTjCQCKglGkxOdJg4CMSevAxVgJZFQEmTNUVBZFgFFm
XQSIpylOEZORhIwEPKRwGXJ6wRnmZnxpwRsD0IlOgB4+QHoRvQkyxVkhGIuzzUsDYgB0QgoG
ASQnEEjwksyiPMj0MCL4qShL80BhQ4FLoNCS4LscIoCnKgsQgQcOATyg6IJNEDFMAghESmzN
8TCMseZDyyNwehlKRkAKTg55aTmzLcmEOCQYozpoCUgIwwHKQwZvgovTGBoaRFQAEQaXZGHm
jLEcUIONBgQRdBBCeNE5dkplCY1JAYsFJDcHoRIDmEMqBhZvjdGSBRAxXAJYGKHlyXY4lBwM
jCyUHOEQaRkxnj1IgKUszpVF0UJWgZpCwGliaAlCyoK86ChQ4mOkZ4waU9WGnz+cPUTbnlJg
CM256oSgx5oUhTBZtT0Q6ZQlCQMsgk8VHABMI6OJw8sCcrgksw4uQ881KcnPTCmK4sQcyAQQ
hJpy4LsPCCUqwEYChZMTnQI8VPTS5MYZcpz0M0oQeNlcaQ9nESnkZXmfJTUHrBZmeGkxEAFI
ZkvTOABMWRsCwHhQaBExIdGlUeXg5qjYAxKZ4qjLEh0nLEvz0AthCAAMQOOJAohBzxQ9SK8r
yyBwUty8PNTLG+PTx4jy8FMUPNKeoBBigYYZwILkoCjIS3NobkIAx40GIiIGKwqSYzI42Rdn
CkDTJGfGEo8JJjWmzLoQGV44YIjJCIiPHT1cyA0iLAcDm6MOYI9APTjoAZApDGFoGF6ehGeK
UgOlyXBmTy84OLwuC3CAYqycDAws4El2TGPNsaYrypKsxJEPHExwYXZZmzL0YBCGAo4lOAZ5
oegnmgQQlqGFgehGAPLjeHqBIZMiMYY8tC+NIGlORhweWRWgh5seilMAFUGCGHC8HBZZkZWE
hMVRuTzQswI0RkAIcGBI8CAi6NqWxfAI04QnRxICgxVnnQSXQ8yJqTckZ46X57ASHnJozDGM
DzTmnNSZ8yYMHliX4w8bNSaMuBxCdJg8NBjOlOZwGLkuTFkYWX4SVRQEZ0cWIUVoKNDjVHow
AOGnCYYFARMZ48nLEsh5OXxdBx5AWJ60TnlZuDBmICzTGpLIpjpaCKkzxXlsTlUGlcGjwMvz
TmYM2Bl4a8HJjCGjPPzh06TEoIODiEFHjxBR7KUgUI4EEpMCFCVhjC6HDSAsC2CTDE5sQ0wx
sTzkqxFgbsGPQjBGFODSYON8Z86WJwRXFEWhaGVOlsWR0HByuNgecjTowlJCEYHAI0mOHTQl
8YcswwGAwYnJSrLoqAYnENHAhEGnC+CimLcxpwjDT1IvyUz55ObEuSuMwaQCNIHhgaNM0VhA
WAwoTpah4OBGnMUClcQHBDjg4kJhwYOLc//aAAgBAQABBQJsfBvRBwYUBwKM0NawD4HND4EY
OWzy3nEfq8g5fG6N1KBRs7WQNGy6OA/UWPwGtK+FNZ8s+rB6ANnMYusHHckfrx18E5cSrMeR
Bf5B3wEDNkrvC2D0xvUcQQEOomKNU7hXKzxamgiYzVJBkV3izESZWVUyJd5/4PhBwD/kIBwD
X/Lf7ienYSusNnt5jzJJz99Nm8GbxfTFYZ4wTxcYd8lHqw1m/QoytJ65r09OPzj0eRAbP2ZR
obxv4IV0/wAj8tAYfTG3xjOhxGoLEsTVbkU+fXkldTlOXx2AF4QKOON8Af16P/LvGfj+nsp4
69WDtpLt7tgfL8s36Ku8Oteub1g3s/MNxwFWwgA63g9CWG/njI2gd5oHNDWDiMlYfD03JiDW
H5BTr5ZK2wH9OPpsk1apmyalLAavaumDhYWz1yyrBDwREOeuH4k/Afo9d7+P7/p0NsARHEI8
+X6vyIn7V0Tf7fZtuwRojGzkcGHFwnR3rNk4JnzkCdaf13sYxbXHebxQ3E5xGGPNEgEZ6cV0
wQ4Th/joka2JnDGJOciQxpEqrljr0L6s1JOv7qJiOPGPlx/Y5y+rPqOD5Aa+GsOcW5fDeA/8
/wCTtx6noU5z9pppmGAfA7z98Q4yDCuLgXeEDEyPXIxjGIxs3vI22PXj+7+gGaG2Izlsxb0R
sgjewQHXE9WpJIcGJwUzL9Wo2E/VKchtXaLUe+inbf8AUTm238F+I/Rv/wDw/lK76r8e/wCx
fK+bf1bG1Iw4Rg+Y5ci3rrPTP2Ck5sjN+keemfUM5jEjwkaBAyQccHDBw268m46AJOF80Tms
cEZHGxMX9MMZdio8ucRxEO8jGh4YnWnTpxHY4t+jXxJzeH4NJGmG9Ww9nU1H2tVmF6scV1I/
S+9C9fimU7Hx/ILkQpddxEljZw4uFcPxT55y+B3i4x3mznrnJgvL0ClsClRvZXjuQ58/g304
OfEN6EbH1YOAz5510f1K3kdeIaPkDLHkPLEXHQ7hUct4fjsArvA7eTD8LvaxVxY/IZTk3aTN
jzyuws/XJY5S+b0rX7UGVPyBt179ecD4sqtiV4U/T+R0SakbMjWN8T8PnjLnFs46wI2GFgde
gXGAGemtHDvNEYP4Ix20bbWTOAYFPqdcOtBThUrieigDOSjN+jAgQwPJJJXeALoLEVkxQRiq
rYukZmbI8UfV4W8h+Gs9Nj9FtikF23NPbJ+nS43qEVzj7BZ/SJjj8mzoJnjuQ/4/+Dsa72K3
fwV69awpGa1gHoGYYfTOWB85+vk9FkXARjcCvEYvzaMnODAHnoH1Mrab1CniUZHexCXBHqCS
TvYLbbBrEwjZpRCOKQ81jkTccvHFnU4vEYG2Ef6lJVU/sbTaPw+WD4DB8Lf+CyNWlo2JVhoS
tGtJzTh6KaaG11E8dm30tmtFLR1EraPT8vuUP8P+C92dannaXvdR2NjDrOQwaxjv4/ufn+2c
iM2cEpGLMdrOiqJeYITXFdhQQU2fXPM646+bAjKRvACFPzIAzkeEQ+tZn4pM2nOKF8dV2DIC
4KayCPQA9Il4neN8CdYsvL4D4EZb/wAHYIfd0o+FTppP9WyAOkoelK99Xcdwpejdp1vt8FZF
l6xU+5R/w/4Py6aVRXsM4u/5DmsA3hGa+LYPiBmsPw+SqxGbBz6t8dlZZFMpzZ1E4x03jJJG
icTn/j6kpxEe94FAx2AHNmyBHDxhuEELE8fqSPWJrNeh3ksoiT4EHB8bA3Ddj424X4VOs/w2
uxs/b4eysRwS3pH7O9ZJpzdmPY85Z36aPdxfl/wfmf8AjgLLLciOKMIOa9CNfoOa+Pp8RrZK
/AYMDtivvH9MDDigTQJ21pJIxU3ns5NPGu4X5YNER2PV19K/k9xHCirFDzbj6gYhxF18DhH6
7B/q7KMiyrKYurXSdmF8MfAxzLvsLehDOBJSp14nr9PHwuD5f8H5nvx1/wCd70g9MDeh9c1r
NeuHG+YPw9PjrB6ZxOfuSvEED4JxOSeg39PIjI3TCdGtYKPLcWQL10vH28iFazcIetHCWiHP
2/8AsgVzkaso+WRtyyJRr4H9P7bwZYP9fYRrYue5mbKMtpR2fn8MEljjM0o7C683ty181+p2
1dfp7IfL/g/Mv4wDcvYttPgBnLP5EKxw42uO89PgNb9cHqASMXfwO+OH54zeu8BxG+vmWJRk
ytFzdJzGYpRMniBZgNcTxgj2YwQeOwQWwR6wDPl8D8956565v4bHwnP9YiMnb031HSlO+49a
lSQbnbfYXwvtIWHs+rU+2nJ9+v8AH/g/M+WVQfcdlvzYnz3rPnh+YfD644bASM0MAzRzfxX4
EtwzeKdFvim+UEfpXV3nm6iaFUeOfI2kiaO2mRDnkRU5H9OD5xmTmQc9NDWSZyHFsI+Pphwf
Cz/itSeK913AwwKFl7OM+zh4RTzkydpfXazLqHrQwp+N/eD5f8H5i5NykCbPZf59fBT669Tg
38DmviCMJBHw0fgf45rBh+Kg4NiPraXiVm0L/X+Qw2EkazXdc6+DxpZmEFbprwbHH0gMBG5O
DPTAQfhLfpRv72mcFmsch7CtKZb1ONfeVuLX6S4OzoMbPYVDFavwG7RkgEaMnmtXlaq9oeaO
6qW5+zMmN2vkWp2ax4e1UW//ANBGGl7vxqfypMH5XFg/Ja5I7iMh+1KiT8m45B+Q3rZ/IbXn
t9evKx2H+bAdH55s4D8PTD6YuyWC4VI/SB6n5jeH9IG8gj451NXySlSST6PETlvr4JYksSwT
RTJnYFTSgYpKm3QN6ADQJz9oz6ZN1lS53fZdHVrMfxODOu6OCa52f43Vr1k/GgtSl0Vxs67o
EtNH1Vsr7fnlTqI5RFSg9xYqQLNapV4loV6++1NTh1PspKva1oWlj6aR7lzoJa9i90FmtGvQ
doFqdTYtWf8A8ufdX+gnqwxfj/ZTrF+N2msV+j9nS7Hfl6wf3W25z/Trfpr09c0cQA4QMOvj
ywx+nw3mvTOJ0N7IO/h6cY129Sq08scCxr5CC3EjgucX5TVI5lfrr1ZrNp7CL/Oi3KsyHn6c
8OgU+ER1+Rfke+Q+XS7+695/82v6UeqbdLoNNFAn+msg4Vr1eCKPsYFma4pksWYHr0LMKx2L
kD2qt8QP5nntsCvc9qf/AGfb/wCE/L8b+qySPvPenXWU/wDqS2ClsWmk/He3HG/1+1km9W0c
b1wZrPXFwYo2M+fxHFseMri/PiBnDefsGGEHaj1b54m0HWVjFESVwK3L12/yi5aICiFuQ7Pr
4pIBw5dPJzoyHTcf7OesGDW8Ztfkf5H/AIV/j0n/ANDuv/nfxodJ/wDL6D/pw+nWRhTnXwRm
Lr6azDiBV7Dxiv1AQxyJrsFrq3eOoXub66u39nue7/wzekP4lrbD/wB33n/zKY1VkImWP/5v
5NGo7Sikio3w+WAbxj8PXN4zYNYR+g7GIY3xkyXlvl9KjRKnj6LhP1LGWHU1GsTnaYjE40z8
wN4QRieiKu8ROOcAV+09exgrJCvHZmQbx/pWI7+FnQ7v8k/wD+HSf93uv+hPoUOp+nqOm9Ot
+XR1FmaXrBqLrAqGcaqzJ5K9AcI0gL32UL3Nl9dv2b/2zry7zuf8dk6r/jKcVf8A+v3R/wDW
xMFp9PUQwVkBk74r71GUU9/V8ORw8fgNk7z54MP6hM4wqs2NE64uRrn1bc7zg7mrXFOCJB8G
L845SASOKnF4gnBmvqAxsuL6huRZfoHp8Oxj/wBn8k/wJ/Dphq33P/Vu/wDQpch0fXSA9L42
+w9dpa1BGGUyPLdT6Nn2ntiihONnsVZbvgWXse1aXEHLtO19cvnVLoxwksjV3tYml68Ob9Oo
eH49BNDHd7AxyXZAUqfDXwO/gM/bF+ZGs/b9H7x/SyRCQWaLx4jkFqki5HQEudXW9u/kZ8Vd
DkfgsYXEP0ofSMciqaz0I9MBxj6S4q+n/hv6ckZN9/EZevrEtWo12hu24orENuzV9vTtU4aM
Vnq1qVp60VOXxxL19f8A1oqUcWez/tSrUVLHt9eetkslWSwlikrmzTaStYo2bHYH676ySVai
RoxKMbzMK1GKCKq7rHW/HIZPD2knXVmsTFwePw2eLpr9B18Tr9bbyvceLIbjyNapoM8zZ1w8
kxABiBGAgY2vJwPGPeFRtci/lrP2wawfKX+EJ5AD0UfC11VN7E/TRkL1l0N9mukDqJOKdF04
wdJ0jZ9h6PD0fTBf/wA71WvsPW8m6fqs+2dPsdZ0pw9f0OHrOkcx9L0yqek6lhD1HTLlResq
5LNSbBPRx5OtxbXSRyP2/XLjd/1KY/e9Gkh/KevAnu9ZYntsvkAHw1rD6k5r4nX6ePx36cSc
CDcf9Z6+fln2mCVYKUdaLRKeQmSa/XinXW/5ZGmMg0oOwDyyRvVR9OtYMmY6h461gGvh308/
3T3FjPf2tfcrmC9ZOLas6S7YTPfW8bsbefcLejetDPeWSFtzDPdypn3GXR7Wxj9m5UdkSp7C
Qn7vNg7OUGTspWx7Uj4HGbBDLyzeNhOb2fXS/M7w+uHfxIH69H4IASRrFyRtCOVkPXG06LY4
pEMZUAtymWx0UpkjOIMIOLGd8clk1k9vk3XuWg9cUY8ZISNU/R3/AKdvms18N5vZGbw5xzWa
9dfUdZvF3h+bH1B2N5xIwLmnwE4/yZvTYzQ3vZCjDrP3I9ByODezs4dYmEEY+AYo2QN4UIXI
1GH5AjHzpqBs2PEvBZ5OYMsRkvxe2kXOgT6whJOwIvXAvrK41auLuUu83UrqprNfq/ITvtl+
GzmsAGAeg1h+fpgGjhzRwj0GbAU6Pw38DvfqcTe1+nCzMCcG9HeuYzZzYw+pZRiP6sTsEjN4
M9MkO1Ubw/Tg+XqQ6jA2b+jbaVN51dRatPRwrEwYKclp8kk2G6L/ALccYGBTkS6x3C5bu8mn
f6SxOdcCtT9ff/8A1h8sC6Ctig7OsHy9dA4RrNg4wHL1Gfv6Y4QJw+nhiro8vVs/ZP5em9He
jmhj/L5YN5x+pdHD6ZoAEep+friKSpQ746A45+43hY565rYPqNevS1UmtIoJ+nNAO8G8c4/U
+WfrulSCRVPLhjkKL9l9MSMm58lYK3Xn/V/X3wH3f6Rm9428+r4Fjsj6uJxuWazWs45s5xbZ
i0sADtLCUbAM4+pUjPninWBjsbz54IuWFSj+pz1GE5++ccQqM5Q8nevxRo8WOFsMf0iDYSu5
PtZMWrMVCjDg1ph6fj8TpinWFc/YudGNcigQyBQp1h9BclOXbYLx7Q22AGyT1cokoj9fcUy3
ZShea1W4mFjgqMwajrI6v1ewkOfb5jn2+RsHW+iUF5v1sQyOkjFaMW5IIFyIqtiwvkEdaXgU
lTPG+Os6Db6BGwvkHgUAwqRFV+mdZBNBGckqy8UruV9pnst5H1yFpuvjV0jreF1qhAlYYfGc
lqp4gSrV7CoUt1gFu0OLyUThQ+GYtxVvp6Rvp4gH91Y8gcb5q31J64xVcawsjW7ROa5Ma7kX
Jfr5Kc6Bt9cP19xHvsJ4/wC+OP1EC8JV4haxOe3MbLSJLwSFhUnzwvjQyY0c3LxsCvploHij
f2HeRGQ5tFYMM9wGxn+lPmYguRwswirHOCrlwH3FJHaJqcsmHrDxNSRsasc4gHwI4WCPPaw8
/a11z2iqLBl8LqdyL488mwCQEduUnY2GjY8hEc6TiBpsdiWjRhijbSxnlX2MQDTLtEiEkr9Y
5xakkZuTTI0/k5xk5+Nnl136+6dl7CQ8po+RczMg9ZR7j0WQ5uyQ/u1yN5+L+U46uDwmWT+7
BEeVvkUhG5VqnfiAMcUeGJWKRYaKELTHNaicvHGuIq8pgu+IkmpVSsfEjG9IzKAwUcfEm448
ZBnFeXjGcdLahcxPGOa04kaKsWCUMSowPYV38HzMSZ00a8GyRs8o3G4OTEnIWHwA9BDxmjjz
xAjterYpbUpIvE5+Np/639ffbS0ds8UTZHCCyxBWQB88ZGfUMYPqx7zn7eZkKSDGiLZ4HOLV
m5Wqx9vHGOdKuPFx3i1yM8Y1GiI7KCCyZxBx41ZNDVmJUqpJ4paz+WARaAOCHyYEbfE+TWwe
WenIeuKgDXdeDcXmlnpFvcUAknbToYe1stNd7aOWuknHIjzTrYSkBbTbjGBfVC3kf6SdgQ74
qNB9ctemT/4+3g/vHz/G/Tq/3/V+SvMLCKRnXWuWLEHx4tEc9AHOJOTwyNnhOhHxUxhsiWPi
I1wohy3RfIq4U1bnjMD+WNgd+PRAXI9FpFQj+LceecDkyhobFWJB03lUrEGJiGBOOSL/AGNx
DctBeWvTSabAmWoleMxRe7+2UhgoVlMqdeuQy0pjZrhoKnXmV69OBFHi3x2WXjmicSNQSnJm
UERgj4cd/AZMNp3aamAPLod/ax65+/6fyOtLJLV6uxwhpMhWGTDAWHhy5M1WOhfW0knMN66Y
bzxkBFGv45sEvShkb7PQ1D1tKPBFplB5kHJY+IjVmx12FX6fVc+Z9cdIyiInHaceQ5sw4stw
5Gu18Xqow+g8ijFmXLLr4oZits9uzGeDtbAj6u7g+5Qjzdtrq7KmZANcG2ibxxhAjEl4yPEe
Scd4u9rmh8XB4d+o80X+Tqteyxfj+/wvBvcJzLFGY7YYr7B5c5EUiGpBDkkQJ8QzxkMuegJ9
QwI+A458802DRxSFZCHHFc8JxYSM8Z2YwAp+s7OMeIBOepUbGOreRUAGxnLRf5jE9WuMq14u
a2I430FbCpzc2TRyNJ1a8eyDDIwpxQMf5X7DsS3GPrJRNTHyTe4wf0N8u83ig+XpxqlrB+q1
/mC4DnrsJ9P05889Nlc19TLvDxz5DexrirJjAbZc9cORRKM44RgBzjjSqCw3jAqvrnjLYE4Y
vIHbYT6tHs8Tv158s+lsWRBko2Ijq2s8XEWoOQkXembJFAh6QF7u9IqEK51GN8biqjWZBn43
/wDNHriL+k/LvE9FGpenP+l8f2+Nv/OhwbxdMxZxnI8t7ITGbWLIzYFOBTnEYV9eGMnoxz5l
/Uqc+eFsXji+uccm2mBWGaxvnhOcd4R6cQRyUY5weoJAz1xVOMn0skXng6SuB9lpDB1MG2pT
jPbdgq9ZK8N5OIT5lV3muK3IfJDejVD+Lv8A6YwH9XeL/WpPk6tuVXF/VYXcyqnIHTF3GM51
vY9Sqq7YyZwbI/m2gdnNHRO/gyKRxx0OcfUa19QJIwE8g+O3pzGFhrYz12cj9Sy4cPzcgLJ2
BklX3ujbC5HPGc5oR2UYgte/7rS3+42b3cY9/tcW/f8APFodkh+lN4i8lYaXO/X+z8W/iq4P
1d0C0AOpOrINbPT4enwHwsqeY+fopPy9CvFiOB2fTCPgxRcfsKqY/d9emff6JH3ult/yCqp+
/wABxe+qMV7brmbkpPzxEfbDksSjJoicD/1qTJnDDyzR2VxPTHONrOz7p68tnsrcpSaVMj7C
4g8k1iIMy5SsLKnc/TbSMcDoYNtnHgZuJCa9+qNxT6wg1njGpIRGPyANn4xGfaIMQfq7GHnF
JDq1QHCP4a9PkB8h8LG/IyHaawabHTE3nFs1nry7i8aiTdlZlxJVySXR9z9Cy5vZ9cSTRqyQ
ix9yZpayMECOM5ccRMeBXHBQOactawjeaz145oYUAHZ9P7mwafW01m8JPplC00E3YKqt18+8
7SdZrduv2gCyd4MS52mJZmSL7vKxiI98oXXH1UZ6ZKAc75AIvxr1pLi/quf4Zf8AuVRxXeD5
fptMecTjOCkIBox6xQN6z9yM/I10Z4Y/HUptYe11k8EvWfjbT1Or6Okav5F10MUSdZUjpUOn
qWK9HolsPbpQVe1jUjG2ueNXYDNnHHJViRT9W85Yh0NbwJvO1tmuslztCumjyV2ZfTXInOqV
LUV2v7WxDFFOJu8qhZO6h4x9zcbPvcON2NKYL5HtRfIciVTXwf592m6n49Gy0gPQfqt/4VAf
sKvoMHy/TZVvKkeDP3HrmsbNYQM/JxvJD/V0jBW7plbOivVPtNLs+uWDtbdOWe12NP2vV9jT
jo/j1uFq/ajl3cGuGs4DOOa+BGsI3n7lc4ttR9Oznad14pZe8uyGSw8wEJZGxR60JhFc79V8
XWWzFN1HX1bDy9XSGRcAjLGS8carU5G5CPQONct5yyT59pr2H48SevGPIscbflgDp+VVGMHZ
VZ/jdOq/g43a49Bv9cqYv04MJ3gJwHG+BGfkq7xzygqp/c/tQlNI9RmELYZTYtTMUqbEPVyl
IJH32dX/AB/q1jx7zjKM4ynCkmXY2FOr18cUcnS1zJcq0a1V59h+OKFORTVEwyLP1o5JLXq9
mlSKl2U2L1E+5ertKR1u0hATs4xyEcesjT1I9X+XZcBR/HfWhrL9zll3r7UMnFyI5nVuq/Ip
Iijq63v8J0bEB1g/Xd7CpWyHt6U2INjgc1nrms0M1ndx88kCgJSkBsVpCKQ4gaCu27ExbwIm
qdFiqJXElqAf1/CWWOJfeuywdjDMdfBmCifu6qMnfIZKfY17B7a37aC52cl5gAlTsLxd2dnI
Jze81nW9h7YQAmUT9p4oj2ZzxXw0kV9i1S9qGGSPtoXxAul9MIG5QNdx/wBDrKywVJdhKtJY
hasZI1QpOP79kZ+Odr69h/i9fLX/AODvnB7XppPcTVfGq/A7+JzsYpZM+zW5ct9TPFDEspyO
kyRNbi52Gj97MnGMzIKsElxs6jzNLGPo+H5VYnWWmKcdSLu6pQHYzsbPt4rlxHb7pUlbp54m
7fsfB7ObtacWSXlelLiKwxh6/vx1lCk9qz3kM1eNI+1ZFr9j5PHfTI6s4aXr2JjhMfcKFxBr
Fb1OOMlgSVIwFW9egrYO0japX7frp4+2ni8HqT/49d6XOwO4Zk4y1/8Ag/IAh7Xqqje86na3
P0nO+tdjVWivY3UPgSvU2Ju2uaylQglqwV1S9NVV8rL1wirzmSKsJeUf8fh3FA24mkbrZTdr
yZD/AIs7zyez5XrMDU7TDr5o4L4aKxD2ljrIm8gzjvGOl9WAB3wO+k6+CrU/K+eok7lY65vy
VxW7nIusmbD1dnmI+HcrHgAxcGsY4X1m/S7SrXxKavWVT1la87dH7bJmXfrnU1ZLNy+v9dkn
KzfT+v8AKFc9hVax5+uWcQfo1h1na9lVrO3d1pqtl4YOsq3AsEsks0VOWRMr2JGmpW0nk7SY
G5R7ieGTppK0soGXO5r15IOxrymSaKPO/wCoksZ1fU2hcMsESpNE+dyXSnX7GzXe92XaMj8s
/HIpk6/t+qq2IrqV4c1h9MHrg3vOisCx1/f7M0N25KI07B5lhyelaXFpVJI6/TU68puRJkck
cq8cAyXNcsA9PRElodrK0NuCGXse59wVJklkptz6SiK1XsP8U/o9X6h+vsLP+1BU6/3CkEfo
ZguWY7LL+S/2PVjmZ+xtM7yotKpLZj9j5jHiMRnTUuSdt1j0xS66e5nU9YKUErcIjal88dmz
er1qckqavwSWu2VYZ+wn8z3JPcVJWuddYR6luG6tqXo61OxbSSDXzy7+KxTS9h+MitE6sD6B
mkDI2s/G+3iriz4p8S1NKsXelZIbEUoIy1oCp2W7N2uksVPslrS9d2MdmIk5LgBGfPOwWSRa
/wB3q5MpsvLXZXicxjoaj2Jcvf45CS9Q/T+vsLca3IXquvWSemEbCrrGYKu9ol9leSpXkbt6
UdWoeRKWrVcM22HLdaDzT1+ksxL2cdkU+m9IfLHFFJZjno9nVELVOUks1x0MHcyNNPNQlj7H
wF+u6Y2nmq26cfbSTyWgy4s8sT9C0jOA0WJIri+nKv2UYSw53iDYc7xOSnofYQV5Z6Ahnjqt
kF0wLUt+WOfyPGOomlkmijkPKGNvx2Et2O8f4Ll4pHZt/bYkFuOKWSZppPXPx7/5uXyOByi2
0H6+xirtajgrgibxTA7HwvMbNn37o8lujPlG7FIn5F6QqfrtThzx+HXo/kozW3xrtuMUdMoi
SWzI0DV6XjsT9hTi6tui7Ou1fsL1aCxbt13qy8ZbHXV46tNrEJXuKPlxqdsZR6ywz1WrvBWr
vDh8MC9r+SgmxM9ovGqkMBjHRTZyn3/gjTvKroOxgdTPVRk7GTBNYlAgsOsdRMmlUydHIsfZ
/sV2P4uBkkMcq9309NKz4u1+H472teODLw5LwIzrV/pH6+zilkvxdfKuUKwSMH1x9hKzRLB7
qpLndeGHKjWvL20dgwBAWkUiT1GDOrZBa6ey8JReynLKKVTjEkfCDiZjV7Hu5OU3T0U8P5BW
SJTyZejowyTznVepcrtE81QYLVbBaqMyrCA1lc7yZ5aGKi+ERvIXiYEpgiJyGqZTQ6sZFSh5
Dr4M8FeEC3XCz2nKydkyx2Oyzq53+4DFzXwZgq9/2cUy79VhlYx07OdeKlTK96KRbCF0hjLm
loIPnkzukcF2Ro4pSx+HcWJo+7hntahuWeUEgki+FS1CQYahy6xksdQJVkvzSz19gSv6uflv
RjIWTo76pPP2sm5+Viv2L2SI5mTJmRjI5bKUdvj28kzE+Ur0HlfJ7NuPP7j2HsLOKktmWt1t
SWN4HGRUnz2WXPx2vPk34jJjfjvaVwPx/sjkH43IMq9XXgEc9SBou1qh1/IKi5X/ACKtJn3y
vkneQ4/dTyBets2MZOMnWAG+P0XIWmrz/i9jlU/GYY1rUq9dLHXI5tdfIhIYZ1nZSyNAY2yu
OJX4yQKzpFo/D8ifj3VbsNqlyIrTi8cON/Gn0zR52FOKKruLdG3UjztrKFZY2wE5sjANgfPr
ZIUmbs4yIBdOW5ch4tngPANxer2Upj7aRpFRWJ6k3g3a+6FmGZ/e2JjNVpRNGXnVC3YYLzHP
cscFojBcG1lVsaSLJJochaOXO7ThcD505661DH03WsF6aguJSqJj1oGzuryV4nIY9BX83Z6+
MvYQxukqMJLyKXuyFksTnBZl1NP6TXmluInizrbCK8BPlz3sQatY836fymLXZdTYpeKJqYnr
zJKuN8plvGftlvmT7NTVIusjY9xElWtXUmJoiD6Yu8PLfpnXdhHUSn2bWM7OHhYj3tsdDnXN
UWr2YhsoNo9GSxDWseSwibSSr/dJwEMEFaaUr10Yz2UOSUQU9g2hSkxIZ1yZpA9lmMcU61at
9aHbQMhU9PJLBZRt4jqckkVFlsTSv3aqY1LE/jEXB0JKY/0rahbzVieHtmZ0oSjBUkGCrJkl
aTRrKr+BeUVdZXjUrMzHjBXjBQ+n6PyDb9i6NC3Vw1LFfrZoTHjb3YtCLLt/z37UNjn/ALHH
svcyIsrlZQxBVd6OyrZSqSWHmh8ElHsLSRW3juI4KsHJETrrqhG0vsoQtpDFJ1YVeuk7CDi3
GWT8frjnYvrwk7ErGeztNla/Js34cHY18N+DE7GAk2qhP+m2PFXaKZGr2oqMMtyv9rpv7ynJ
kUyEGQ8Vt193L3VoLTU5c6ePlHjuET7z5MTtQJVuVjgeDkHQ5yXOQyxISsqSs8ULlaccvu2V
+e89fIjbwfL49w4h7a1TrXYaNeOpNBL1Wuv7mGVG7OiGse2I7aSvF2H36PP/ANFFqHtqrsLN
aAzWo5C8kIwyKRzOqXZSVkm7CKxhlIyvMyMzNOwqNwnWaMxTSBou1sZbsQWK3Wqv2/h18aBM
9t4KSWBDkzLOtiwUHUSys2tjTF/m/pylkbkU9enqmSTt60lazKw3Y6aOxh/HbwZqduu9mrc9
mnVWnFb8evSNaNWiakKJFneT+KpDA7V7KODXubCu2CU5FJ9XYdgsMXTyP4Zp60eRsjpxQEEE
SfwUqR8gP0flaxi5Sq0pUjhia8fxvr5oes6D3sHZ9LX67r7147qwxWLkvU0+XW14n7Lt0rrW
i1FAs5WWWcvkf1LMy8IvGcr2qwuWbld4k2teK2Y3sL4ZHnjs2+xqQRQibiLciiDrmWbrT1gE
dAV/eSxLMt3cE0PY0RBJKJJuogorWKwu4rxYsUePFHjUYGaTq1yvCK0dpIZYbyPXmoW2kyld
8sMr1zaml4o1SNx3HZJSrdTA13sQNDPyG0Gtx3XXIrFeXDBE2JWix6sexwTLcxltyqYoS7yy
VOcVeWWXh07zmJGGPo4ny/R+V+L3lI0YsnlUdl1lvlB+Jf4fy4/6sv45FajiUDu5Y7HLrkZr
vaGRYFXaN6N65Gx1Kx0CTlSt57VzrRBWq8VqXm/tqdhH4K0/judiHlgUetWOGQJLboyWZZ5x
HXNKrX7Odc7sxTQTSK0kO+bXDDDRuSI791wyL8gsFo+xnZD2MwM/YTanvysUnmktduxmjXnE
adySNhciisdj3lGVemuzmx2liSxb/FKXCPDnd19djPC4V42ASadcgtWSptS6lu2NEnne7Dy1
6UcPHhCcECHEZBkLn3e/RAcH6PyxP9+GpJngUdt4xBn4kc/Lz/RQGqXWAt3E8/ij6iQx2+8n
MlVH/wBeT+bbwbGN64AC1KR0t3IbTVqFY+y7FPqjH9t0Kk9Kwzw7bjTDGzdu88/HrPkr3YRL
E8Eld5P7IpkKPE0ZL/yStLodXZaNaLxss7Q4ewQC52QfPrkeChM7XaPNIJUiX3MavH3IkjVK
/KHu5iHkQ51UXjo52HdxxNctLNZiMOPBC2PQraj6yPT9emWErRp4zqSKRshUuyeUZE0xMXum
7SoY2u7OKfT9H5Wf/ZJNKuK5PYNdikf8Ym8d38r/AMNMn2XXOR2CTQyDqvB5+69v7OJmRZNk
7xTkmtZSsvBPZvWZKtPsWjr95Egh4jWQHhinbVDws2+SWPx9UFWS3WRuVacN1sW+5q+Cf5Dk
cjsyrj9hNxaeZmNmM57uFTBSt2mqdBDXTvO6Rh0iyz5bXjZjdNQWewRWufkLqUeERS8rFL8n
hLJIki9r1tc2Oz6wRiORsXspVZO3m398nUWPyOZlFt/JHylih6hZK1GhFFCtaDFrRKtyVUs9
dVFeJgSUO/0/lezflrWCthfFLV8s0/47HvtPyr/r1f8Ap1JdXPYwOvXVt2e1reKL5Ix+rhkZ
xztP2rOElsXK8lOg9cVO3n5T8jwjUsRs5Eo4Nz3/ACzrIfHTuQyJMJCCkjAdk3mYxsMjrya9
vY0o9NnlVrzTSUuiqRYLlWMdjNHZotBxnq9hUrUOfms+BeQtWIW+/wBwLJOZXr2PC9Sp1HYK
sknUShleO118UqSdegC9TGyp1i8X6WzLJ9gbJOvrqlqHUdKxMFS44yG++fc132EKt2Jj1itx
WLB+j8r/AO3anmlW0GXOkgVo+n5fevyZ+VCnOvsmkb3iCdTVsGGzesmw7JuF/TNnOOOo4zeI
sArOKSDrq1KJ6N2MJOQeXXn+zllQ/wBPbwgZUiZ7NmVq9dewYtX9pNjVqxSyVhstNzaJdD3K
BPP/AF9d+Ozz4lWnAoggzwpoQxDO96ZZ0KcI0bWerGSTCxbNYVXOtksmzHWexVFePwRxiNGg
5p2VaSPPcTROO/YZYt2p5RHM+U419lUpR+3+2MW9pMMvUJZZ76+GMfJVIK4P0flYT3AtKsVg
zSz9dKIK/WtJH2f5C6GjHZhXrQrPcjeeIx2B5Y0DsrtwkHq2DNaWfxrkOsazIayiX2s2znzy
pLxwK5yGcrX7KSQv0kfK7cr+aH20sRgQ7p3/ADZ2kbR3F3vbap1pLEtXrIaimWV87KranuLL
pkuSDFtxHBJGcmpVJ8t/i9JxY/HrS4/RXtp0NnUfQWWyD8frIafVVa7YWUZLcgjSn2dW2ZBC
c7ahUcmswbicr1W3N7avUgeBkkYJkFryK7nO3P8Ao9fJ5qQ3sfOP9H5VGhyGCssPZxBTRMjS
Wfo7DuSfZwvE9ZRJFeTU8drh7ijCorxH6XChj65Hjhd20VIoIl8EskJ697e60jtxOwsWDmuc
ToQ2JR02q7JZWRQikXavjYWAr9vDxl0mdd1di3J1nVxU0MaEiNB8JKcL49KZMYTLnk2FnfPe
SjPc7JmXHeHSEsNxqXsytjTccWbeSf2w9LRmggl82WI5nDpOHhstGE7VkM1l7k5kdBYu2ZMo
W5Iq83aLxv8AYw2KnSPy6/8AfeBv0flEDNlavPLX7GFYanXxh87EAWO5MRr2Zk3BOZLFiN68
TEcqZrpU9jaWJ1PlaNgY6jvFLWYCr1cqEzxJkUkXFU3GxXQTWAbcfydzGtW0VC/2y2voyn2D
rnu6jLahpTjsVjnpdP1Zszx1461dTlmyyk2pti3Yz3si5N2sUKxSxzxPXhfD18ON18gJisRs
xYYN7B0rE4kE759tY4vWriVIlwSxhmIGRW61hu9hkgVnJIOs65zCjy+bIOr8mGvMoki5CWv4
IehmX2HLebwfo/JL8Ier3VeOK/2FWeOG3HGliz5DLa8iP4Atb2gkmloFZApkBThB3sEULnrW
siSiGHY0Uyw/WSmPtaqpI0DtFYEeca+2SM5656bAwx8kU2Gel17l7VISo9eSLJFfRZoJoa4s
HqKIrQaz1FmaokhWlH5j1r5aq2FEkUkgpWpIIk7BCVtQtnJc9MeONs8UAO4BnOHOS4ZEGNZj
GP2NSMzOUtdpPL4ugjcWfyIP41IfLE3KQzvHUo+Y5GIeByQZ3HLKSlKkc1zIA2A+vx7yLrTe
f7Epkk67kGrB45uu17nryfdVMW112/c9bxVaEmfbqpWXr41C0Y9eyj3BRoys/R1lQ9bUDTQV
lzjHjMu/pGNrCiACPEUkxXakdenLHIl6SRFrXfLgsVDJag6+1V/HpHS0z8UW7JDIssM2AghD
/u4GjkE3WxthpWlBWVMV9Dmdn0VnOeXYDjDJrBNjzYJAR7ed+yuD+ztbnGrRlcZ4mtR2qQrG
jEJLFqFneCVijyzKYC5FnsrFeXsJ5JnqqVrpJ6RP6ror5ZBkb8xn5S2u1L5ywnOR0jnPI2yz
YeWs2c22DlhwEjDJIc9Tnyz5kDCMCA5rWcfUjG3v8bncQT145Y5erk3L19pMSPtI46PVqIXe
RZpwsgtLYD9b2X9STo1nyR8Yrka9j8CAcenXbGoLjUyQev2PtS7+2pn26LietXPtq4nXxqyw
RRm8N5b4rXgiadJKho1SWfKqw+4S7yk8SMpoRELR8a9vCwlpwtZsKoAjVdqi45ePIpVcZs6/
KuQ7Rtg6Y4F44Qc9c+ecCc0d+M5wzh6oqZ4lbJo9BVJzxRkCJBnCDHSPkYhgrNn25xgoycWr
NHETrOqDv1vTXPPHyVcfsa/KHsC+LsJJAr5chZVrRytnVpM126+rdiT/AForUqTVu2kaCO/G
2CaI5sfA4SMLpnniGe4h0k0Wmnizzx55Y8uupSxbG+klWXJ4llHb1porMYJyjEXmSxOqJel4
2e0eKO1OtxuprCKPeLv4JvQiXNSDOT6/J/8A6sm+SZsZ8sXjvR3iqukwLqNN7+rmOQM/HUYV
m4pnhThF4sKoMEcbRxxwZIQF82haaZxJvOlZo+vjSRXjsys/tX59J10PJznvirieIr4Ydzr4
rlxty9soj6freuezM9SSusZxXRBzz3UwxrkuPYkwTHkk45GUcPMNeUHFfWeTGlHLuv8AF0lq
KGvJ3TCfsO0WRetgMuR9cq4tOTPayLnZMsUNVQbEEXFY/wCWb+sfKOXl8fyQL90lGId5xGBB
x8URCCLifFgjVm9uOQgbj4AHVBuKq7G9Hwmj2cqxwMZoo1xYUzgTictRxgZ4uWeJgzwrlqPg
/VTD2cxpQ1a0tRkjlZm67eM+8s13B7CeQR0fyYoljsq0zTXIDY/IrbNB+KxLqV/q8YJeJDgr
fTLUlOLQsHPttjF6vWL18IIrQ6lrQqkSxMRXr6mggVDXizt52mbr2PHrepsSz36CxZRpWa7r
aZMjvxZL2NZE7a57owPweiXaqiAud8jiHNenw/Jz/wCyk1wXAqnDF6AcgVUBY25FEGKldzNI
gAc7CegIy4paWCCTlpM9OB8Zwg8VdPHxTW/qEAxowZb6bbq6qeLuLH91CciKGSAlAq14ryeX
YK93Xj9tQ6pps7OhNDFSXdju7EZyO+9WOjN7ivyGeQEr6ZE/IZ8sdxhfWNZXfkd8CnF3EptA
s0sWdxJ/s9VWeKaI7ySkktk0tPcrSbRiG7P60D6jr65U9e3V9TSj02DiDXwG/h+Qh37SdCT8
mHJs1rNRsZOQxR9Tfx4hW4Hki8GTchIASWVeVIs0IXxqyAxSxhVXYBO2T6UWM7C7Vm01pP6+
jlJfvqQE0deZEgWYXHT+mV/FLUvFM7MpNQ6KUix3f/SjcghvNPJIN1J5o4PuNraz3g1e9KFg
7CPj9wi03YLqfuIo8PZsX96zmKy2c2yeyrL5dtBPlqBza6+I+SCzE8tiQQxr+TReRu+6/i3s
nyYVRl1o/NW9Xg2K6p/adlPHoxjNYPh+SMy9ihnZXR1MfmhbmxeNs+blcYx8ZAuRrn9jY3nG
BmMJXeUH4AfWszghwJM4qIQMJ9IQ/BExoQ0lwiKDo4R5e0qLYWx9EtBBJK/0pcrtzRpEyWwf
DQ7BYbPc24pKTNrOvqj2yVvJN9okQN1NoN7e6uQe5zzSDGtmNbV13P8AISl1yOJyalGTx2YJ
Bi9UxyHqoUzrlr+e1fWOeG08rdUYa0v5DcXxeIsSmI75R6eBYrvrarg+WE/0A6Yn6UYYrDW8
Mcpmz8hK/cBKAskrtIkXJFKrgj2/7cTicg2o9g/2Kmin8WjHiZmU1LPif3LERoS3tjuQYkQO
QqfKAxKIRjKxk7FT7fr4hsD6L1gyy9XAxuD6jKgGTdcjGzTkVXRuT1pB1ujuCxIq9JDyk8an
D4wI+GcEAlnr6aFXYQw7apHx9mmQQAZNKIo/5NCCRrhFRnYSuivLCjkdZ1xqr3lfkVXFVjnE
GWNfHRvMfcUn4zKw9uMkb6Ii2KfTfx/IJNdg8BaA0Z1yE/6xiyJ1xz9UbgY/8zpR/wCKn0iP
EL6pPAocQjZ8Yi5cmjkj8lgOzIfpBDODkYOSbD9jYaCLpOxeeYDa9zR4SdCYlj5/UW5AMdbH
G5XAnY8urbEjPGncjgFadJYvqGADduz9HUyPLFGjZwQGRuKr9WMdCQiRo95BGBl5o1rRTRpL
7OWWzTrxV0+edmA9UyLGBaiWGhqS+6aguj+/r+LSQuXiL8cX1jjxc18e9AFyM8QfqxvCFPMh
olGL6DQx+LMUAwRnF1vh6v8AxaLWLWDSSxsGjrBs8YBC6Dl1yOSUylych1j8d9mn+n0z+K93
nYNHUbvrci0+ydmrySxir2QkxJo2bywEdm0W/djwODyjViG9XozcMWduEVqYZPZHh6qSCGt7
yAZJ2MAyS8hEPZquSXm15PXzFcguy8bU5dauvc9UwmySeKPJbwXLKe86+wgMcVOaSTq+lWKW
Yf02QRN15Anqy7b+rB/jg9cUZr0A+Heru8q8Su2jEQXF4nP3hGskDtmgg/yKF0nBgw5lSHDP
vI+fJlGFDiIOPhyUDjoxlSzGHWtcs7EkUeoY+876QN1aZ1SbnjMnGJlXEcO8sBV7NPUfj0zL
t6TLHjRVpM9i/DwzESwsuWpWAGyqu+uJbNvxSCfPBaZYaU2GnMwhosMuNWgrb01GdkPPkY/q
n1uO50+pIfpER+qvYE9bsNi1T/yx/wBecPRgyrWDcIZSWG8Hw7sH3gVsLCLJHXD6MTgkcYJP
pH1BOIMY5BR6PrSScsfRwcSJcI9Qucdh0GNCeSH6ogC2952u/YdQn+/3SstXOkq+Ss1OZR4H
IYZcWSUhLXCdSh2cqQkjwMxhXQrYwBEUS2ro6+DSUYRiVIdiBBj+mAjFAOLkno3dWech9cqg
5BRsSmpSgjyTfjley03ldBZsWVjqX2jhmfnJQG5GQRpw3E0NnVas6JEvEj49wp9ymi8kKglo
VHjDCQajTyOWXhEH5JGgIDHFfWFtYngxuIIYYHU5rHJGKzkODyb1AUDIeW1LDO3b/Q6yXhb7
y3BJEfpzoYv/AF2fMNGpMcUCllgJ7uLVjkOXVODFLYRR10rZXZgnZWxHD1l5ImEqHPIpznjM
c/k2hiONgjU0gLdrxF2D/J19dFwlQFDZM+hJWVi1EHBV4jsJgtmQDKhbzzFWxF41fNFqJ+Ua
fz/b4d0F91oHOHMSRgYmuEuzkUQ3YWTe44weyG27J897NxNiVs8smJI++bgJJKMS/ZXF7GdS
vbS6h7SGUCIDNZsYU2O5k/0qXL3M0L+aLr3maGeWtDD2bbhvwtnmjbJHC5GVzu4lczKqt1k3
GSy+lppxVbEq5bsPNJ10PBRZ/sFlBkFiKRp501EYi3NGVWQEOuvOed2q08idejTxvGBLfiUz
W5nNCWaTNN5Ar4q7TuYm5Mdno4157Qs8uojLkZHhi/R3OvdepEf8PFzwQhQ+uYX6uO27CPxR
nPXBnFiqg8ePoiggemCPPXCN5T17ldZvIY11rO6TVKt6WAY5Jq3Wtx7Vglpf4owAE8yFppiX
s2xlSCSWDsE/tR2jepLHZscfS1IIo4KjzSrVgVfbQjPbxbjraaat9UNYDDGc8SZKAEhCkmP6
b1gRqZJyyQtzjWQtDXEVdndZRZmOdlNY8U8B9lbrLGekaLDrh/8A84v5F9QR/wAvj20XKyqx
jNAABeRGLANGuu+IGXtGoiKwhgTQI5EKM45HEWzjh8awpC3gji9bEHiNJC1gIDihVyP0I4qO
6HKhXBaaMasVP8Hb9R5JPayqy0pBhq2dJVmJqjTxRWGl7tt2FHIQkpJW7YplzsxInXWYREbd
Y4njwFOMMi7kkUMHTPLHryws1qwmJPIjeY+PsCFmowy2cr9Oq5FFEosyTR4XrzYKFjHqWyZh
d89qk8mRwRxAl5ApTikf9jIyrHKfL8ezP+zwO9az941OFCBJ9ODZy9yFfa8vdEw8vRdb8I4x
nijSk4vJkgevPVoReOa++7dAf7nDjhYghiM7Zj7JJpnpUwhleFPcUSDWtfwSIvhqBgasgPtn
Bu1pa7VzA8PcEG6oyOMkyIwA3gbiRMNixGmLaVh5dYzcjW4Kvppp5OUkDvjVQVkR2SxVZX6u
w0F1rkKq11yKs0ssksEEyxUZISJMk7H/AHrl6Lzquy7MuRylzW5+WSRsgO5vjfC+5PphOwsm
8AbOPoYfqdQMsf8AXPo5kGvJgm1la4qJWt1FL36G7FuOTI53TIeylhMkxebrYy1kcivjBzWx
f7OmYoCnjjdg4Rmnp/45+PhHLEHo/wAyPWVQ0XX2pK8s5k9x1dGvLCYIQ00MLM/X1znskRDW
2Gq6xaZbPBMuVa3NIOv1hizwKS7RoxmXe/IbjFYVJ8qAtG0ckgMHgow3HkRbj4TOcEfiEEji
WVCD9W1RA0CHmiTrIhYycsHzzsF3Myt8Fj9SdYPm8ZV23qygaBhnFeKKCANtxyu/jVZfc2Lk
EkMOfPA2dWP7UGhs4ctLwmjj/p/8qlXmtf8ArSW1Koj7X6oewryL7yuue/qY3ajLVyvILcvl
s9eqRUEsK45qcRdh00qwhm9ngqqMKRZ6KPNFnmc4VbkiAY0sZK7zuXKwVOUktbr5myrXWJZP
VIU05rMQlFQ6wQIliJorcoYIs/MyE8avALFN/ZWmRmwfC4P9hsJ3gGsJ5Yt5fcaOcN5ajUR2
FCyjlgIA+S+ni8bLGn0Pfu+eDfptjnEcutJ8mjiLJgzsusrzxx6UDYzqbMhrj1zsIxqxDpo1
ffE6WP0SIAWl4ngSvWSnxovMpGgkhLnGb0j5JjtNtZ5jk7zDEYssicFSSQhF2SkfKNU2n0v3
EDGr0wBvDimT2gq1uxaaSwDHMk48d26xi68M1O5/ZZldVhVjuBOUVdQoiVvJCX5p8/hbX+xt
cmkj4ghgQOLQIzKOGMfW3s17Q/2SpK5BF5p4+hqqtzrK+uwqiOwd7J9OWKdnqo/7/wBgM1rL
7iOo5+s8iOqfdOs20Zdi/RRpPAUwVzx9uDntfqfr4JKVcF16Zf8AblhTDEwbwPrg6qglLcuW
NEQvgGRR6xax0tTQWmxwUPVIRyCIo7xm9hRWQ2r00jyzSyeDo6UcVfuy6yBmkMVXyEQqiWIk
S7MJHgrc9kaIKtkJjWWmVwfG8T5GQnJIrEopAxxSzRRBJhgTYZPS1H/Tf/z69Wr8Gk5xJX/J
b/Cx3nZMJOwlsZLHxwAcm9cXOuJ9wM5axm1n5FJqkoOA7NOSRG6W5J7s/KYqc4I+e3gzwxbD
wBpe1roZHInqXDDJX7aGwV+ojeuH1xkb4/U7RjJZ8qTEv4gUCqoWcbIJKNCMktwJlvslaON5
ILIedqlGjyx5Fhzs9SZD10SLYeOKCpYaaH3EU8kdhDLtUkjkLnYZd8EhnGobEZA+F3fl1nHJ
K3My1PKlCmK5Owq6yVV8fZDUyA6qU3sv2nS2hDyhLX/aMeg6uCev2fR2Il3oHWDmM6fTTawJ
pd+n5F5HlkieFFUMTyjkpQbMh517KSREXZATZmzcjKZpQKtbcjdG5yb/ACc/WDtbMeRd/vD3
sfL79EAe5RsPbA4b8uJdsKD2d0r9ymz3sxyJ3YxB+ROzxXjOpW3WtUjHa7GGHKl1rM1usOUt
qJUJ9w0FNUr+CKJUFdsSUQmPgU9FESg5UCrn9RESrvLPq/pgf1mYbG2AXPXSrk+1ilm5v01a
K5LBBBDGbKsL30W/CAn4ns1rCLJDY6ZI67p9atnQOrT+McUjyVdNeklk7a2zMis25mJPTzAr
VGWKkRWWmwKQfW1KNxH1nApSgRrkkYqvE/kkq2UGs9AfTNtm94sUhwBMD7YIcMQyOq7NDQuM
0XUWC0fTQKEq1Ys7rYtAPxggnmahSSjXklklNaF8dkpw3OxdIfO8irJWXGHMh3iMEscka1i0
VSAGHg4xPhYB8mgcaPRIJffHIvUKp2w1ku/DIf7/AMVqOkXbl0rSw3kkvUrIbixFaSz7anWs
aTrdpcheOdzvOieRbiE8OWEeleUN3dq0WzjnH1gYwQVuPFtalnj5GxHismG3WBn7aDDeEhFn
xWfuETraau8vFS3tRlTrWneH8dq59qpriddUz2kAbhGMfw4hxWOL83ddS3U12N6WaeOT066a
Ty3ZvpoRJLHKYoBMBPnbGwI9lRvZ/wDIMOUZk49f2DxLSnjli+M4+oLgXJYhy4DjEUyJ9GWQ
5Pv29jbWOpkuR0bvaB3TuYxdPfVdfcOvkLd0VNeG3YlejOsneR8LZQFvxuOPyRj6VABkOo+m
qpM8gryUPpGRJvKrRmtTlX29sE5Z5CTmTlm0QJWdmFRytCBwO1eOSw0meTZqGI5ToxtkVeJA
2hjvvOOM3HPINsyDBbgXJO1gQN2c2ltyMYyzCaAq0MCstHgEr1vKT/pLJuWWqkBPZXALMhLs
N4q8ieO9gKki8adjxLVvxuPhPnzI3km8X0H7rjhsl/xxAvbjvTQQWJKz2pIeuhZo+sOB+sQG
/QhEFzsbVkxXy35JERYD+v41va5r17JzHR6EAdXX0/UhfqhjLCpsxJKTVVElq3KBfD18gz2E
suRdaRJHQYiOEpne9PzBU8mGsXIJZQIuzuLkPczYO6kbJO3nz7hJKeZ4rL682DKNY7ECOCZo
6dPb9pTjEMI8rVOqMWDUa2dyLpIliDDOJ5IPU6zhi+PHYZy9YewCoglylNMq+ePjMu8RcOxk
n+P04A4hO5/RbK7TqwfuFvtAsVmWKQfbDPF9st7h6iU5J19OEV71YmOzC6/kSFpJB9f45KPJ
H6Zs5+TTFOsoIY+goEijy9VlbOukPjoVxJBP7iLLHuYwtywmfdygrWGnL2oIsn7M8Z55faqN
WYafTW0m/F7CPN19mILsEZw55pgU+oxU7Zi+22iV6SxkfUwxmZqcCCdmIdOTuWj6Xx+9udpV
qLZ7a1amkhu14/cX5iyNLWmEahUbObq3KQosM+vbSOslTgd6NXsXQ0r9d84+kmbx8b+Kj6dD
AMkXlhUbqVK9bO8twSVLxX2tK8IoI+xi1NcWWOT3DNB048UPXyCLuK39d3/J0bIk0R+k5+Vy
7yVSOl6vl7NdkxniOkg9KgAytICnYSocWKU57Ri6QWFEFOZ2j6+Ncue0hrkF5wDCKfZzeNez
VwZevIFfr2K9RSxOqpqYq1eMnS5KwyfsOOSzMRYuq2Il2c1+k7Bga80EHuJFMdWawKc0dV5e
89zFDN1UMVu+JM1tAh20RGL6NBYmYyRnJPn48GxkMoUhH9hNm9McbFHwXEwrp4gGTvK0Ijst
t+vSsyrSrYleqTAKcD1LteZKvaDjPMJYezi/3etgRJYj/XndJJZ7e8OHWdKR7Nspqd9aqhiI
4xTYZL7iF45uvmMVdDk88FYHvaIF7v5pcow+9msVBXkL/Qpi5s0ZXhMMRpc95aQDuLwar+Qz
YOwrkXe08jSWvUCxYaDp5Vkl7br6effYXkn7mhLF2j1WerxXqzxOKuMF2UGBfp5aDP6geiyT
cJC+Hnr5ZsHOQwH/AErdyKJh2dJpJOwqAe9rErfqbF+mQLMGRW4N3bkMOWbsix2u297HYgAl
i62m0I6aPZ6mINJTpxZ1d+tGg7CtJG/f1HhsW4zYi7GFZYvyespf8o65cq26y9hf7mhNRr2r
EEb8iRJrOv8A+06TSU+uhuwzuEdO36eJAlqymSPM5ETPksLRjqnjS1eiFiOKrK2S9Q4ZKbKG
gkGeOTU0Ewz2k263T22NzrHhgZhkVWU5D5Im/pxz15MhrnPbw5Vqia3418Uq8JhhI00gxW+p
iwz0xF9TsK7EtvWb2Cc44Ih7Dv4Lk1muOwjeev2Dx1q14xWntxS3POEeKykdWjYkW/77FSST
IIRIlxfHIpfI1kLTRTiWSs6COORk0QSMNaMxLVbyx9KRP2HTJUWlSadD1Vf2Y44W1h2cr/z6
2XjCvDOWdtJ/rry5Iokr1KsQzsYRynqtHlK40INiV5orskee8jcLZjCx2IWySeqgm72kDN21
2XFEk2VKMW7hVJHnnbIq1qXB1k2z18+HrLAq9XEUUhCOxpyNOOsuBGXQ0MjbieXryQgucJ3m
9hYlY+3GIIwdRMRDV9n/AP/aAAgBAgABBQL/APsIP//aAAgBAwABBQL/APsIP//aAAgBAgIG
PwJhB//aAAgBAwIGPwJhB//aAAgBAQEGPwL4ah/wuS5fgafg3h/aVH0RymOaEKP9QXJXWaLJ
leqv58KqlldfquSJB8kHV2TG67ldgc+DJ8U3Dmqqi1Ep7pgmxwQlktO50Mnj3BapYmq+xJ4x
URvdRwOK1QPiE5TpsH/8bo3dh9k2kMluelQbnUyYX4Nx1FfpRVTOVTqCoua6hwoU/B2PimV6
JmVaLkn+Ssgslnx5orpT2P1LVE0yXVLTLJafzXbW60y7TiV04qib/wARYtn8Mt6e36mjBHTE
RgzkIuqfByT8L+Kp811dOUk1kSLBPjkmbhyVSqGir8lfyVD5FWZDIZphUoPTgepcuNk7VVvF
POkBZao9QvqWncOqOeKiYF+SixY4MoxNTwfm34XLP8J0xDhUtl8e63mpMK6SpauNLcefAtwZ
M1RxKDJhY3TsmTqiY1PClc+H+qdN9SYIcGQ00EaBCN37kIiqMSWkunuN1+1lp3mgT9WC6S6D
psH4M/lwqGTH4Xen/g9yrOQtwu2mJRoxzV34ZhcvjbFXVbcHt/amYg8SLFXVR58OWaomTWGY
TPRFcsF4L+7NXUtyMeQUY4/Un3BTFfbqMERuh3X/ANe5wTOeYXoyGmX7k78Kxbn/AOLl4hT8
FNsCntwqnw+DNW4W4MnbxXVVHLNOOoZcP15cXzV2WSu6q/ismTi6NKpkyjFqlCFOHU7I9XTk
hLKgQZEbsQVSIdM2LN8PL46yZd67k2qq/kC6S4zHxdLasHWje24zibSgn+Ce2Q+qi6e4gqTl
yrLmiqKqvwoq358M0eGSusk4WfCgVLq6orePDxVUDd1iEc+BMg1KEoC0UWvkqj5IF3fBaZ2V
lbuX6IxfH4NP1Kt1p09Ld3F1zXTSKrIlDqbzV1qBsu5/1WnamQEI7xBdPCT5/BUItG9fhO7t
/TWQT6aHFZU4ufNUtwcjjzHC/AcKKqYJx8lanNanbJkzFVX6LmmoeaDi+Cy4ZHBDBQgDe6aP
agxqtWIpw6rhDEKirw1YfgylHBSMi+C5rI8l4Yq6BuqJs8EZP20R23pMIfg+jH6iNXhiobO1
BhFcvHi3G5VFUhPyVnC6qHDhZZJxdOaJ7sueSqDwEn+a1RGNAq0ZdK5JmXNNO66sOB3JU3Oa
1M4yRc3QIsmzwTC60v04leNldRbDBc/wZrcHNOB0r1g5Af8AJT3NGChKMG1C629jR1T7VLcn
tdOaG4HBZzw2moh+CBulpS7UdyNiwBVVXjb478KLqquaJkmFF3K7lDUU4VbLXZMyr8lkU91S
y0tQJyjiMkdCqLp1qiHCOqhzQGCEiqr9fgs6t8/hkpMHcuqfUFvROZopMG+2tjPQF7IjDUpx
zZHVEdG3Q+AW36lBKvkpTHbgEPwYQlCPp3jLFeiAGdwivH8FvifjSyo75qnGqoWQhMUzR/RW
qnXiumyGkfNEtXFBxdafkqllGRwsuS5/BqbUbMONLfBJSAxwUQbst7AElHYlIGLaQoAkUDBe
3lKWlgWYKT7hJccsVuQ3DWUegraO4dIgGjTBPg1kPwdmXihL81q/Rc+FfxKrLi7plUcHkrVT
6kNuaM9rDBddBmmwWlrXRajYKobIp5XNlEZrmnNlTtCc+X4klInsKjzFFPIyoqUqKqL4BbAz
dip5xT36VtuOr9EYzN7fhbHmgGdNhxpxY8LMEfiqqqipxZNdYOqKougwocU0R4obbJ8Dgj0+
apQrVI2uujtzUZA2WkrkrK1vxJL03Zg/ND0doaY0BR0wcasc11C5CbQLLZJgNTUC3HiOabR0
NdR1igsogC+P4W0o1WlrcX+azyWXwc+NbJ0c06PAU+OzuhH9eDxLrrTbYTTuMF/YLhAQWn58
HFsuHmqfhlb8/phtqWIBKkGoZp+aiT/7Yotg4c1uDEhQMv2KHmthrIfg7FaVooAXdf0VOBF+
OafjTi3HnwAww+GyouakTU4ZIDuwXq7BrkhCXTvDDNHBf/Zl5omJeI/NMLlBVpzQFNGPjwEl
RBPw5/GUYvpM4KQ/uKP+a5UW2AforFQERSCgLajpWn9sVt/qtoxFDf8AChF7RotvN14X+Du+
C9Pg5qi5fAD8f+iH/uHBRkWG5K6FKr1tvp3bsvS9z0zsJWWhgciu53wU5AOW/NejunqkaSTB
OFyRyVeOie9ETFwqbsfmv5I/NTAmB6ZYrUd2J80/qRbxTy3AqboKk03W1OXUAFPA6yjXpBRg
6hKJAop7kpYUKh1UEnRiTydQgdygooSE4sBgoR1AmS1Fl/ESqwI8Qu4DxVJwTnciBmukawMU
Y7YjAZ4p5YBkDkj8XLj+q6fwGVPisCjv7naKRCZrLmj1scFT+YYqMPchwLFPCQMCpNmoSw1K
MsD8fuYbjvpEqHFbAjKf3J6TVU35r3OxPcnp2TTmpbsNyTjBepDdM90h4A2Udzd3gY/VBb59
cwEJ6Qy93KO99rYLSfFbLzc7n5KcpbkmjIhT2pOwNwtyG0KQGKeMD2rd+0C0YkOtrbhtREiQ
XAXVsxMxIguFsjZ2oRlIkIe3O4ATVbG162qW+WiclA+vr1SEB5rp91EeS3NqXuOzuohsy9x1
GOqyluOZRGIQmIsJBwSVL28t4aoR1cqr3G57n+SNYGJQPIOtWSmea5/BRMVy4U4VVPP4KcH4
Vv8AABmvRiLdx5IRiO0cAMSiTdVrFNKLvitezXbBQExpMUMhgts4afhbhvc9sL2Zy3Q/D/uH
it1QzEB+i1XrJe4mzat0r/uLG8pL2oxGKmJmpmXUpSjJpF17gtTcsmx0rdlKWmRiAtqX0RAB
UwAZx1EgBe1JjoGAXt/2yC/7dR6ra/3Yfrw97N36qIZ+j/Vbvl+q2f8AAfov+471vT2xGJUZ
T7pdP5qYa1FqAwKkfmqLnwccHCrdF7Dh4cWNDmuWCquSrc2KrRuNKji4PVLAXTypOfzVlyX9
wTDzTYLUgPMqe5CP3Asv9Vt8qIHFE/krqtuLfu217f8A3QvJe+/yW4vDb/oh/wBS3P8Ackve
z/dKa9rnpU3iJHVKqnK2idV7okfUA6iIRFYBbhIBIIwUBp6QRRShIdHcy9vFmXs5DOq9gMqr
Z/3Yqf8AiV7s/wBwUT/8J/Vby2v8B+i97B33N7dYDwXsPbt37tPIqejG/ityb3izI58BmmKY
W40VOD/BSybT1Kh8kxTJ10+aOfAz+kL1COiK8F1B0wDBAqmCc3K5YcGTnaDlGELOuayzTcMu
GxL90CFsf7gQXvj/AHKXkjy2/wCij4Faj/ct6X7tRWyIjpAq63Y5TK3ovUTXuec17c1qwXuR
+0hRe4Dh0Jf/AB1Xt5L20hXrXszlB1sf7sVuf4lb+ZYrb/2yt7wUSaNtj9F7v306vrEF/wBs
g3bEzUq1xRyaqpxfFW40pxb4qrouLhVHDN0bNlwjsbfUTdekO7FPNAcGWJKZM/CvEKMslWi5
cfbbw+mTHzWz/uBDwXvc9aH+QW437FGlfTK1D9skAKkxdRLea3pPSUiQt/mV7kRsGkvbB6UW
/uRvLBQl/YvbmBY7nSfBQi/8cXWyYBzrotgnDbK9sP8A5YreP9pW7DHTCTL2s/8AKPzC3oRu
yjs7ZbbjD78vAdq3NOJlEfNkTKYjt+12RF8HKlM78ZCVXiCiK1t8LcT+ECMVU0sVqj25ppWQ
lcGoVJVUpS7kBG+Ke6FWK/qnZF/knHxAoZJ7fAxI8FqixlAiS2pSDS0hwvc7j/b3T0haJlg7
v4KW1LdiNQa6jsz34lgxLo+32t2IjIH5lR2JbkZABndShtTi14h0RuTiJkks6OmYedVuiU46
Jho1W3tbu5Ftv6nUo+tDQeaHXGmLra3TuRbbwR3NcdZ/RQlPdj01uoT2Za57cWovbf7gW5Db
uQtVNeiMT5IWcFwpMdOcr0UY7NYHHNe49nty1bu5Mnb2gvc/8uDyMq6lICMYywogOPJePwU/
BrwIuDdDbvE5p4C1wgHeIQkAwjdab6sVIc02GSYCvBj5rktOSZvifieE9zdM9Ui/ciNj3M9r
+16Jp/8AcJCOFU8f+4F81o3ffyOaee6Z+Mkw/wD5L/8AstOqnin1Uzdfz18V/wDsFMd2RktO
rzRGpkwdPL5uumw5rqDnmj6LR1XQMyC1kz3XVpCcTgJDFV3o1QfeHyXqxGrc/cI1UgIyGo3Z
GQj3ZrTHtVTw58G+Ch+GvHmnVU4PgVL1SFqfSV9su90HWiAshtT7xdAjHHg+KrwB4OqKvGnw
b4E5BpWT+pL5pvUK7yqzKbU6OkrVqqu5l/J5KkyF3ldxcLPMKwCrKiDSKAMy+IC/kLDNXTyL
pqqpPzXNZq6xCvVVqVWqtw/om+D9PwcuFb5JnquihR9STH6YnJadwVWr5BGTVUjzUwT29qCd
MRwdckA/SE/wUF7/AAe4H9y/p8L4LwQ1ceeKHFkKJnVF4LJf04nFll5LU3Uur5K3gy5KleF2
TivNWCIyVlmjRVQXLi7jw4VvdOrh8+Akf44VKLBpNQr0fcRMZYHApxgpCR0llqFlN7twpw/V
eC0Qr4Ikmj0ZRf8AA3/Hi3wVorMmZPmntwPGjqnnxa5QzVaJnZFynXVVWTplSqFGVVqVU1kw
V1T5pzXgz8BKyfNXqreaZqJmZczYKMT/ACXKvQquCL1OCnkyIIVTgyum4VRhA0VJdaiXW2OX
4HuP8ka8Hvw/omysrVxXNVCLcWuq8GzsOHUs1WoVFeiZUqVS4yTjz4DEZLN1dlVyqUVVQVVl
RZrkUy6uN2TKqGC8FmEDO0astXDMp8kLFSMZdK1iRfPi5wVE47kzvIqv5FbeHT+B7j/JC/Dl
w5r+ic2VAnKunxTmnCl1qdAVTY4Kqt5K3Vl8FH8l4LwzQzQH5Jhe6tXNXQZV4dfUg0KIgDqV
QnJ8OFD4KyHTVFha6K5JvkmBW4ZeHCmK5rSnAq9kcFTg6fDAL0w5OarJ8XWp6lOMFsyzj+Bv
yNiaLSqxf9UANs82TRjpa7qjFVjZOFUeKsrsUHkn1FFpLuPksaYIHmn8qq48E40/JOBFl2RZ
fx3THbJQbbAom0eaAjHqKphmmsUeWSoP/VUAbmmkKokBgEHF6VWQF0QGI53Wmmn810eab0gR
gV/G3Aayy7qnkvqnI3iAjp2S5Rl/x+n9xQ6dMVdjzUg7hPc8NLLJO7hdI4OUwkwGCkAahahD
DuK1A0RgcFSy2+X4EyM6lSatboHUSMl3yD2TIaZMV36nWp6XZUkQE5nREajyCB1sAuo0Rljm
uqX/AEpzFimdNco6giJf6qzRFlSPih0eTLT8iq1dckX7U0Syliu8NjRd1MmXdXkmNmuowc+K
EddcVqnXBABVhfFUF08RZSoLYoUumBBQOOKs3NA5YI7doZIcrAlF2bEKTC6fAJs7LVL5LxWT
WRfgQt36Uep01T+i0RiCpaqnHhD8DdaNHRpVU6ZYqgfxWolmTBOMENMqHBYFOSFcBDTVMWUg
LYqqL0yUfGq1xHiFTFW6v3Kg6URpCDi1k9mVk9lp+Sr80QLk0TChN0OvyQeSDvpP1J9a6paj
gqWXay6qrpTIuPNQGZQJjZFoipTSbyRaEVKREWFaJ2omfwUuHMLlis1zXVfjuSVkzL1du8UR
K6rVbcs/wN2TXKHOqFHcIk5WKJ01yROkBWCAATAPIIaIgg4J5xDjBVZZlU6VIuiTJCt8StVz
4pqOn6WN1mmdYPyWSp5qpbNRYstwystQamCG5BnldEnDFHUr9KYUGazfFOCzYKtQrcKlT8KL
Z6rXTHdFFGWuuEU8AGwQ9UiO39TLc29vbk/7lYVzX9yiZ9xWk/Nf3FWTANHNfqvFN8uHjxki
WXJQ/An+zBa/yXVJiaeKpdVCbTTgM0DDc0yxTE1xXcV1Jk6/onG4SP2qZ3vJdPbiFr0iJyXh
gnsJLqT4KvknNv2oF/GOSwKlGYfOK6IESzR0gen+aJl8lmqBk/0osulXorpzgqKcZhwy24M4
Jqg2zVOdsDki4i8cFo2oAtiyntxgBqF0RL6TdGOlMKIvbgECeA8eL48Sp5LmcVtOGP4EtNeS
17kmfBCxKAKfJMVr0awjNtJsy0BVXPAIc0zJijkncsiJOScXXZjii0aYMtRCb6UJ/NarckC9
lU1VfkqGgWaLgBMEIhaWLJxYfNGQaWUSuqhNxks+N6LpopYliVCbdsrJtv28350UqGIJoCU+
9DV/1LTt7O2I4MvuRjGOant4i61cLpmWsrozUTyWSHwlF8lei2wLN+BLmhE4LpVeF0180TtR
YyQP1YLMoErkuXBxeKBaqfPhZFEXN1W+XGp80P1VArUTGiHyCDWF10jxKAvzTfQ1xmr+JTX5
8OqqfDJclPJrKBiKkoGUnXSSnQQf+NqlasA7+COSOXA8rIbccbo/2qG4PDjX4Znkg2K2xy/A
K1H5p8FpTp8eFOD8GT8QmsqfNDDNUHUifrNyniEz1VVyXaaLxXSKrqRR/u4FNgiQbpr5plmq
oBvNTesVB7CSdwu4JsE0VMnAFTLZo0og+PBwnkMbo6ZdJQ/yP4BbzQe6h+AUxXgqiiLIarLl
xewVeHgqW4Njghmg6uqDg1uFVdCEYuDiMF1Fz8L8K/JEBOnOKriunyV1WyHUWJYkLukV9RPi
umUwTi6aHuCPFSfc9R/pC021Hq4Oqo81mUGDFTjjGX4EpfJDEvgoG1PwJZJvzTJlkhq4ZJld
uD8HXJWVVZU4VTCpTunKpbhXFXQGKy4tw5rUbYr0vaQ9Q/uwRO6IgDCNVWiEtQqj+aj6eNWQ
07QAT+kn9NvJA6ankoxYt9ThPjrTLknHkqq6DY4rdj4fgFPi/gtvw/AOXCibiHVFzXgnddW6
F3v4K5VzRMASMVWJcWWmqb1WJVDRUTqtlyTxkxwyVcLldrDhy+B+HpQiKYrqmWXRu6c2ounf
8rozFx3LUDUXCETTca+a23rZRwpbhVWTrlrQkC4XJMmRKgynM4y/Ay5rQzgFRiMvwXVU2KcK
6fh/ROKzkaKsj4J59ZK6Y9OSYBVigbIsL4qq+74iijtbZ7izppd2KoU0z1ZBVouoOsgmiXPC
nFuDr1BQfWjIn1CiYhgi3yTkfbl3hers2N8lp+v/APzlkVstSTASHNavbzBi3aqwfNde38wj
LfFRYI/aoMVqOMrJvyTD8uLYISUv8vwCtIFdSiufxsqj4KhcuO2+a6R5po3Wid1/yZbgALsE
JbkBKRuVteiGeTMuqAMtFSt2ZDSBLFR3L7NRJbO1tUiGT4J2cZLUQxXLDgy6aFV+JhDXI4BF
tlhzRO+KmwR+nxWRCYmil7eZ7axXT/0lR99IvLaI9aAXRVUPXkqbDxxIBXXtnzC+4DBi8Qvt
4miiSK8BxlyT/u/AKkDd0B+Bfjb4toXqiI2AopP4hbe+Dg0kIbm7GJi4IKEPWjR17UDcBAm8
uS3G3R2rejqOuqlFz3lQ8vwaYcDgOHSjtxDzGKvpCeTutUY0zRejJ1t7gOkfUoTjUHFaHpK8
VM7sOuJsqbYQiAIiOSLxDo9AK/bVPL4d08kORbhKcrAOiBs9IxdaTFiumdeMl6getx+C/wAD
fDtt9N0YNhdMhGZd7upMzEqkQ71otvSAKqcBQMpy1YMAiAerFbcyb5/g9NCs1ZUW5Uu1oqU/
f90+3VcBCUZ6dudl6cQ5AutAss05Wme1rBxxCMIDV6WOK1RLZI+4jPTOWC17nuG/tCI9csn9
Yr7kpS80INaVAuaPwbp5K2PA+326mVCQjGcK3CLiyeLhsUNv3XVtm08kJRLgpk2MSh+B92TH
JdMvMp/jPgjDR1HFAiXUnIsiW6vyWpi2S23pi6mWfmtUfNeK2tzGKHHXMsAvUjpjt/ukVpBc
2eNuLmy0wfclkFo3YHbH7kYwlUL1NOoYrp2HwBC2vUHWAmjbFUtw/tCdbmoaoTHbzR9wdvVD
VQc0G9vGMWo5TyMIP5qu/wCNE0d6/JaRv1URuHXN6srX+GfMhQjC13Ra+C9SXVuGqaYCMdGm
R/VTyxQX/F3Jf4FBakPwN4TsF/xYx+0blelGT6KNxp8H2gJZhPKYhkvUpIi5CZn1XiETizsv
T0HmyhpqFKMSah2Qg/W1kBDbpmtO7DSRZDjGFttqcytvf97uS3Htsiyj/wAf250OxozIHPhq
06+QXqbWxPbINV/9jYLjIqGmm3Ptitz167f1LT7XY0w/NOZAyl9KK8VQ8OajCMf8itjY24tt
xxGaix6aUJQlKUQMUTPcFbUX3t8mOQotUfdEROChtkkkSqfiMNwPHJAYL7hZHf2nm2CHrS0z
/aVIbQBH7gn+aqts81BRbFR/A3tVHt8lDbO56eqxC9zskOYHvOPx+p7dtOOalue635be1+5a
Nr3Wpx2ku55Jz22Xp7RP9y9bU85UJyR2zaKkYzbUERvB92NAhHY9sTpoZWFEDNtWUUOMRGLy
ihDcaQxiiNgNrIcYOoeHAy2yxhVU+4Bc2/Ja5REQM1t7kzQGpVOqEgtyA9t90URDMODRocU5
WaAdwoEd+5UlbUYvXBF9o8ipapiEzbxX8oIUpT3SS1sitHruJXe4UIudzTJnx42p8OncHbaQ
Xp7cb35qW5GXpzl9OCM9ze1RA7c04pwgAOmJclDktph4qP4Ejp6Q1Vtel3P0svvxbdPcc/iq
qjWZUlDBs1LY9OtuSGnaaZqJ3R3JqRbpd3VI6o5IyAfNHblExmFr2e4f0TbhJ25UnFSOztCI
/cC/AbbHcn9QGCES+3uG0J0KGuTPZDe2Q88Vtn3W2Y7f7kHmIxwXRMFT3IXiPyTwP+iEdwdE
qxohL6iEPVxs6luSi0411BAbXX/cnwV35KycWCcyY5YrbJ7tui9t0mbSfSF0+1MctRZD1NmM
YYsVdF9+covQRovuxIlnqqvX2ok7mGouj63TIJ4HUM/gD1TLdiZaZE96J3Nz1NvAiq0dpgKr
04fxC6GCjoLk4IExbdl3HhBRP4E9ue2J7YUfcRHpsX0pxb4vUxft5KG5HuZihIZ9pUdjSI6a
S02Kg0BuQkHfmtEDWZ6ooxhR6Ff3IzlLqnZCQrzRMemQxQAOqRupyyBKnMHrJT70g+12TND5
KG57isxZGWomOVwm3AQTRB5dEDSK9aEz6j2Cbc75xZHb3B1RPkon3Z0xgOmin64DR7RmhGEh
Sw4a9qegG8UDCep70TNXhzVTVf8AH3umBPeVq2NyJ3oh4m6eFo0nLmtG4121J4SfgTKHmvSn
SMuxF6c1PY2oy3f3SCAf7uIXLgCgt2G33p9uxu5opYbmJRDdWCoA5uUN+YbbjbjUWUfwJwlF
1KLNqCO1lb4NRsE48kYb8dKG42r9FuelfcLyVcTRGB6oH9ypbhHaFDIqkn8E24NQiaC66o6c
lrmWiFOYcQNChuQlqjPELZ2sHUY7VhQrc29zb7bI+ttMBWq17UulCV4qP/Gk7fSbKU96DTKG
a1QnpOGlHe9yZadztlIUWoHVtp4l0eSJz4dy/wDLps81qkdO9MdToiMqHJFiXzYoelNRfubJ
ECNeaE99oabGJX396UhG0BZSht7LQ3AdU1OYJ0w+Fj06/qwTndaeSLPuQKe2Sb81CWfF8vwZ
Gd1/J5KE49hLfBH2ke2PVukfojGUOmK0zIBxRhCgjSPMLc6vqoghHJeKoK5ImH8gsiYGRxKG
ra1w+p8Anb6j8k+9vfZj27anDbkLUAW57TeHSbcih6J1yP1FSh7juBo63N2DGwC23kAZh5Ot
O2OkqPhUqtQcE+zUhF4KJ3tv7YvghDa7GbSiPUMtvCJwUpnpiKlel7Q0+qRRMxbFYoWIyVAq
qMd2GtqJ9A8F/E8StQ2IjCy6aRV01V1yZT2Q0Nlv5Lkrc2tv+OYo/LjGJHDTuR1BHd2xpkEW
/JGq5r/izfU/TwACP4O7pwI/ROZXWnc6qumApnwLXai9Umt5y5pixRG3JzNAbZIR9Q4Ypnqm
QXimkbhlKG3Cr3QEiIbNp5rea4LRdR3d2ejVTzX291/BCUGlVAPQgELqPcttqmShqLNSqluY
RPaiMGWmZGqNC6wXYtMgB4rVBgMwr+SnGATG6d6k0CYVlku1mQqmF1pj3ZIDe+nJMD5cP4yn
ZvJEgFlPtHjdMCtuT6S/wkmgC9OJdsFpFk23t6ybBl1jRmMUDpecvrKFV0qerDBNkeJlCOsj
BdcWlkq24zjE0IFPJXdNhDuKEhx3tmdY6jZEjcI5FSDuxYLU1rIx3RoLUTJ3X+qu4T3X3aDA
Jvb7Ot803uI6TchRBL7Q7UYuz3Won5IF3ORQNQGwUBMmmajqH5rejt9MlPbnPqhIeLL0Y98y
uuVOX+qO17Un040nurrEtUP3YobcOnbjZV4PFolPt73gCum+YRMrlfdmwxCnHT6m41ZnDwUx
ux6gaJxOUI/NBp+bI3Vk+2HOQRiNovgpTPTiQmFgtr/JzFD4J7cSxkumThH1g8itO3FkZC5V
ulCIppqjtaTpjclSAUxz+DUnPkOMpCmnSUCIhipQas1pd+BW56kqzL0W4ZbmmlwquSovhRep
Cu2y1/TmjR+acjgNS1btG/NN7aOo4MpT3yGkOwYI7f7SrVe5WrAWVR1ZIBmDUQJDT/chiSp/
8emaB3u4qEx/JqC9Oe4BM4wKHpn7DW/qv6KgTGiqVd1bhXgQy3BzsrIbctoa43X8beFF2P4r
p2ojyVYBHagKm5TrbDUuT8GkpwUw4d3msl1rREdFnVJMckRIlzmpgp1pUqMAfhluXiwfxQhu
96juiphZaoFweJu2DKEd3+MntzTiWqWRVZ9OShtwjQ4qW3K0sUQ9ldck+C5YKTh3sunaaH7k
cIyqFbxVOnIrVfmo6hUfNDQNOleGSJiKSlVPuCwondiCmEiJEuqByyfcjpj+aqX4MCrqlVnw
l1aScQjuSL6Qjv7X2/cQ744lMozhiWIQNlQrVI0XS4gjLJFT9wRQRaPigTfi4i8VUNkmGKqQ
Vgu6mSdwp9PWfqFkJmeprLvYitEeYuj+SrXcv8W7tYdJCvpK162m1l6GzTR3cAmaqhHT20AV
A4TGHmjrBaGaGipyRlI1PBrrmtIOkC5UozujDZgCMZKIBHrxFQFUMq2wRjMXxR2iaHFVLo1U
JT8S6IjDUVN+iSPuNxhGJovtVILIbguV30XUenHhdFnomrVHUrhEFi+ClGDiUTQclES6YS7g
jGTL7XuI+BXTuP4LA+Kae5EckeoSzC/+tAh7ra2RFojqkeBkbBOI1Boh6goVdOCHV1dXREUT
d02AR/YP1UOTvwcBU+Ge5PsICEtQjuDFMdwaTdT9zDf9GYNQ+Pgvvb0AXoc0I+vHVktW4QhP
Zk+2LgJxCRRGhsitwb76SGBREOoXBQIhXFB4LogyqKqTRcyUfU2y4xUhB4RK1RXaTNPAa27o
4qsDAp6gjFPKqEmbdiastsSPSYqUqFlPdFdU9OlbcGYnqKevpm4WrYqP/OClAnScFK844Lli
vOnDpTXOa5KfuNw6gOmEcAj7gweBso+4ByXqwkxlVl20wQadV6mo8wh11mNQjiuqOmD1lJbe
zs9c361AgNIxrwb99FGUeldvmjCVGsnHD+qmNs/dR3fcblZ2HJd4e6E4lwVqiL34PBCXl8Tv
1lnTEG2eKltl9OSO9tExpbmpygRCUZs5yQlE696UmO4f6L0dWsRA0rY2/T6THrCOnpbBenLt
i6aG00v3gUVWMzgcAtf5LrV/JANa5Q1duKMvT+2QzLcgNsPgVt+lCh7vFCLAOaqHudvtxCGy
A8dK1AVUZXIuFGW1H+TuUY2YMm9S624RDy1dUkRj9JTbo6CiA0JZLVkoxDGRuVo2xTEp2Cdl
2J2XcQo7QNBijDdYhGEaRwTSmxhiml3BHbhJ2qVtQs91GUDplG0gj/7sg0VEzrXVJNwjsftq
6iLwCu3JUgPFdqsmMVO3UboSwVVGIVJEKUt8kuel1MDAoN8l1fCP3fUg56lKce0YLci14khe
4/zW0P7lsb2z06hH1AtyGzXREiHkjLTU4o3ohGbsTZBjbNZo/qvBDBB16VKhHq61tPiFKNi6
9HerEjpUC/S66CNIDuq05oQM25LS/wBkSqvs2kKEI7pH3jioCXU91DcjmxUtCY3Q0nqkjq3O
lfbMpDFUoOaEqKwX7eaaLvmoa5aWDjJbe+fBCVgckGqFKUtgxc9UlH04ylhkjSUNpnbBHECy
n7g/XSPHnJBvmnFsUwmwQadF3KdVqPiy29rSzXR3NypJEYhMBRB7YIwjeK3oP21TgX+J37mQ
eVc1GMqiSYZFe6BzC2RzWz/gF7qQwElpuStwhRDAVTNVOAufCqBT7YJLI7m69MChMSd/yWrF
QD41dSELclPZlTRF6rNQW7sziCXoQjtYwxWj6sEaeSMXuiDgmK/RA6aGydv9FXuOCEdVcU+v
WckAKkJydKoDXHBbHtozErujtTiJaZWXqmLyibKUZ+017UqEo7kfaTmMAbIxj7cBSo2/Irbj
y4S2tvvChPdFZs6oX5KsXCsxQaRC7rI6pdTUClPnjwEG/j/VFj+aHUiTJtuIefgt6ce2YoVp
Q+GoNgquP0WyZHG6lsRruGxW/tHFbPits/2D9F7wu3SXUvUHmtzXb6WQ0Xfg+HBlbzTrVC58
0RuCijH03iKLbnGhN1mmFUf8VXzQw1FgpufFEjErTI1VxJPEsmBvVZFXQxORuqH5ISlNARi5
xRbaBTw2r/Jer7uY0xq2CHtva02h9QW7Jy0Yo54prlfZiDGyMRDSDSy+9Jp3Xqkaj+SG37iH
piwkhKB1RNiEPcTh9s95GBzQ3obmuOAWIGMkRAkhN3ZFViFpiAHxWqUtfip0YGy29z1CTdl1
B5yrJ123Xapxj9cGKFXMqoSCB+GIGQUXjUKEpUZPA/8AUpOagFbWWpbf+A/Re7hhIN+aaM9J
W9F6xTyOqcjTkEFdHlwDjqXNCUgUdMWkRQqAl3G5WmJeAXLmjyDp047lUMojHHFRzKlNukqj
813FX1FM3mno+WKcxYFFw/II0pg6A9vF54obnvZ6tzCK07UCRHktzbIIlLBaZUa6YQwqRmtU
rFdJqc0wLMVoxRlOTuozfpyWqI07n1RWmQJ2JWQl9MgqDyRYVC1xnSWC0xkCg8xGGSPqyAiL
FfawNSVD0qEBGp0hdxR1BCMqOtvcr91AYNw8bfDtMKjFMJE8go6wxWtqi63moACvCQW1qNdA
W6IYkoUup4Ks7WUZXwdc806qghoDRYJs1Ob1AdQ6yCQtILjDhuyP7S5R+pRmRaVAoS0tSvit
qIu9lHTcoRnHUn0jViCiNFEREMIFUDunjWWJC07xr+1fZ2hE5obvueiH7cUIuIj5JxEeKZlS
K9fZj96NwMVoJ6sYSRFzcck5VeHNNZRh7d9fJen72HhmvRNYMy0RsLIiY6v3BDRSOcV0kqoY
ozMmBwC062xIW6e5vqUHuqTbkUQBqW1pDLZx0zFUOYVa5fFAmpZD04DUy6rrdr1Faj9YVMSt
s46EdNdWCo7DNb85saI1wcpvowX6txqVHRWlVmcFpdgMAoGBZhUp7orc5xaiIiO1RhmVth3o
ok4BNZHUFqJspwaR0/W1FPFyqUK5LRFyUJTAlu/om1FbQY+lGsiukl11DUq0XcvubYL4oy2i
duS6CJhOYJ2iDgEDIiKBm8ihuQi0uFSjOUqDJEbR6o3BWmS+3venK5iumYPihpLnFZyP0r0n
p/VRay1YBGe2GD1TkIyyK2twmrcLfCJP1YhRmS7hRnCoJXpmxLraMbG6c1rRR2TJp6V+2QXV
dNDtC3t3lZZwXSeBqycMtmIrqDrcJwKOmsrLb2ohzHFZKiLosTXJWXqCNBRTMxVsUExFCumx
XogmL+Sc2kmi75oaYlheRTt9w3KchUHB2Yp4HUnI8Qv0XcyZ38VWCssXTiLDFA6apn0qsuE4
xo4otyRHXM08F2o7/p26UdA6c0QU0fq+rFQhANFNHBenq6MUINZDVFqYIw2r4raYWp8Z3PpY
OoRFmxUY3IKdwvbl8aqIhLXWoUPSoYjqUDuH/qUpiWrXiF1Erd1atUgwOSEhtnRKoKyIuvFa
2WC25zwDr3ENy5lgpjT4SUmH5pmqquy5rNRp5FCLGBfyRI81ACgAqVXqgtc5DTi6M9kgyFqq
M/r26SXV2Ix2RUBNiyaFOa713LqIWrc7eSjuQrCVlWK6aJ4l0SYlPmueBTJ1airJVl8uHphG
RwUtkeQQMenb5J9FDZagpb31CkUGga1MlrHbhqVQsQjuYyKhwb4Z+2k+pgobek9IRiH1FCIc
SChyLrS3iqEvko7k4E7Y7gtOwTAGrGqJiaPijAzloOAzUNjRIiAZyvV1XqyBkXCIjGmKfqjy
Q2xqLYlbkg4LvFEfSRWiLTK6cFU+C7gqmi1a3yC2mhWwdTO5TktMcLFaSCjEm6updJlHlzQ2
8bvwL/UKJ7IwjOqpILqqMFoNsQo7ekaI2wTGJCur8KgIUC+lXCuqlXQE5sZWWp6YItSKnvSy
aKEgdcB9KqPngoCAaADUUdvb2+rcu6jtSGkLSODAKAajqA2WCrAEJyG+Ey9xMibCivIo9JbB
Ysi4kV/FKll/Aq7UmxDphtyC6ZEFEj3DeKf/AJAIX/7A8E3rRClD/k9Qysq+6iOZTH3cHRbf
EiF3r/Rd9Ml3K9UC9Fcclt7U5vK5kEd2FYnFDQWcqe1I9cf3Yo6tthmFq2e+K0S7TQupEeSY
1iozEmMcE4UuFOoYroOkr93gmmECnV13Fd1VdPhisuFFHcmde2CgfktrbA1EqcjKmSIjKrWR
juF9xbYwFZZMgdoOMwg8WZavpUpCXNCLvmCoysMFt0wX9ETgE+KrB/BWI8eE/AfpwZUKuvDH
hdVPx1kfg5LLhVcuHJT2ZV28CgHrmiY1RYyGUV0ReJwAqtvcbRuXmEb0VKSxC6SwC07+GKMo
mhT6gy0jqelONQ67PkukptSbUn1K6uu8qpKfkzLpCBTkOylDbo5uEwkZTask+9UZlCRkRti4
xKiIR0bINsSrItR00ComX6qOMIrwsnuqISHbiqcHbyU/ALLlwYji7UTq3Dq+QVqcDVlcKyow
OS6681yOKFUxbxTPEOuq2DLUMPpXqT8gnqvcaD1R6hmtEz1hVRjiMUIxjU2VboH6giWumEiw
wKbcH2hdToRHkiW+lCcTioymOoqoY4qkr/Dddyuu5dyurrpNVKG5AiAsVPRFoumK0vqiKrUa
EYoScvcIdVVgUTKD/wCKMgWH7U7eau6dO6ZPZUqu2ql4DgHxzTKqf9V/RST4pnVnNn4WouqN
0Fi3NdR8FqdnwR6SSg2KcVLp5fSE4Lcl+XitGSut6f7qLWKOtOsunmdT3R3ySWpAHDg14rU9
Oa1CAXTQEupqOkdTAOumXJCLOAiwUSXBCMhJXReS7inTOqcKI8P0UCDjVF7qMYgaTitMdvrN
CWUoHq8Feqa6fSUfkFEMJOuWK8Vkgn/Rdp4yM7ME9UInzXSgfmF0lHUD04rNHSCExlRAaulN
+aOg/NdRARhWiquu+SEQ1asU7v4LpLjGJRw8FrJ7lVxkr4LqlVcsFODahko9BJK1/wDHaSpE
AIk2TLVGxQbA1Udve29TU1qMoz+ajF73W3tR7IXKluSFRiulWbgwYqkCAm0lcl1zT1KsnVQq
BW6kdyWCgAGZTizYheru0gO1EiQ1TwK1A9yaQdCjLUZafFExP249qjKJZlDV3EIlPgrfCXyD
JhfNVQejLpk3JUIBTM8sVX8lqF0AKSuVpBKDlzghIqt8ESbLUI0F0ejBMQ8sDkhEP4hdtRdR
6WlmUD+SaNMiu/qdGVpYrXo6cSoSg/X3I7WhhFaZUi6YSdRbKq0mnPhrFK1RDUvVBgygT8yo
bce4dzLbhs97PJ1Hcl3IutKofh5IiJquopk8iuo3Wa0xiAoy3MfpVlHcl9KeHyWrTQKzIxjV
GJwVatmoeCkFkvHjy4GOFGROGCsunGrLrjcrpgyo45K9VRlqToUVYvkFb/04ECxRqu5tVkeq
1k8i/gq2H6oS+rmtWqyJxxVKDmu13CjtVoT4Mhu6u5SF4my2tvR4po0RE8ENVdsqWirFaD4L
cRY2XVnU8k0bBUnpdAaqWddLSGK6ouE8qBOyJZMzyKeUfBOGHJHq81q1ELpkhEdSphRU6jdA
7jgBenE1CluSNAjGW3TAoVpJCQkC66mc/SjootP5qAUii6HwzI5VTgea8Uf/ADRAkJx080dJ
L4OuruzWkxrmmAYrVmmBfknFETuYLVgpREXxugwrkqhguQsUascV0jmUPpKt0jEqsnGCqnx/
VDcJL4BR5L04dG2LyQaXqBCKzyKr8lOMaOLKEpZ1R0l9SYXzW7uEPKwQht1zQFwE8RQWQaBH
gurUz0QEAG8F1IgdMVzwKzzXjZdtloHcVqMk7nxXucWNH5IjbAvdHVYo/XKePJDY+qdfJPYp
44XCZ1D3BkZz0vVbnTpGqyjSj0UacOSDcYz1NtgVhz4TByRwAsnBWvU5Iqq/NPYcDGsgqH5p
jXwWmPbauSMY1CJUwKzwVYo0oV0dxxR1UBWS02dVRceSOACkcCoqOLFAs0sl1B6WUtsxEIiV
sUwmdqEa6ghV2WbrVChUumjI0WrW8VREP05I7ss7IFEYq1UaBNGOqS1SFF2UXYFqZk5Hgv7s
lqxzRR8F7if7rIvmvT2qyktW4X3D+Sjuk8mTO7KcrUqtuER3IDERU5HNROaBCJXLJcvhkCHD
BSg3grXWmTDBDAJ/kq/kj03TCNU0R1ZqImBlZUyspfuNV1LkVmVFu6y6k2K6RTkn0oP0lfqu
Sg6oGlngpQ3W1YcJTFK1QAgz3MlTg3CWoKcB9Ky5J2uhGoe6GkvweN0YjDuW4D1aZdJ4c1zT
48NXyQDXxT4qcp9oFVJv45GieFIlMB14y4aT5FGMg+RWmOK2m/dVEZBTMjiox8whEeYWebKu
Nk3wyONFW107dCIhfJVFrIAZKt8CtRFVXDFRp5rUWVBZa7BlpuStJi2ZXJqIfJa5UWeXJE3X
TUIaqqyFbocipoSMHjiy2t323uNNe3FNuRhM/uTSFZYjBNGR8CpRnFtKcLuWC3IixVFT5pr+
CrIwX8hLLustwzNTZVk2srpKvVZrt8HTp38EGrkmJRjcFESq1nUjYxoVU1yX9qlIAxIrFQY9
VpBRhGHUobu6eqKn4KebqLuHQj+ak5QLoSeqr8BGafu5Jjiueaa8Uz0Wo1Fgulkx7ynNPNOK
5p/0VvNDFl10ZEDBOccE6/ondoHBaI+RT6qoGi5jBVC3FTHNRPpjU7GWSYI7p+mK1XfNGZoZ
YK4BXJGR/NEaky0s+a/acDZXBGCb09X9wT2Wh6lNZlWiyZMB5rUBTmqBVH5pmHzXXJgtwgPL
ArVimc82RJOlRatV5LVty6iXTy72QMkZWuCFMXqgCLXCBahqiXoVTyQKIb4D5VRi11UoVdUV
U13Tp2Xir8NUXT5WRewuqDxQDOBZciukuo5WRyVYvHBO2kvQpxZWopLbHNTg9DVN+S3ZGgka
MsDFOY2T9oCHpSK9OcyR81Yn8lWhQk2rNASTKT0RdEkdMbZIpiHXb4JtIQFl48cwvQj2haQj
SuatTmge6YUsEX3T5ptXUoGMiXK3o7gtF1KRqUI/mgMxwa6rMtkjl8E/JVxutRsmzTiNFqim
TMzoWTvbgASi5XSbq4c4JhILpLkKvSeSeyv4JpHpKMYkrMrmVkQibnFbJIxutG31SNymbxCB
7SS6rguSqAv4wyaMR4o4cJZDAo6gX5LekblWumZjNek1ZYrkU0SgCnV7rlwK0hHmqCvNapAA
lNFO2KY1cJ2ZatSGo9OSOijwqtSg1QckGuAsalClQhREfAa1onNMk+S5hAA3WlUpAK7BB5Vu
6wdYql1WboVLFM6oVzTa0cfFViExh14LmrMVRPYIjmoeK3Od2yTRUdqXfAWXXFM+k5JgX5Kp
4CQqVVSGaIB+4T+Sd9KPUG8FU2sjvSgJNYL+IsmIMSi5Yi4V1rEiy/qmxRejIkVjihuaaDui
o/SMl1G1lpjUpoS6fqTGsIi6P5omK6q5qMoea0lSnKNAjMXZRwQLdyvgh4fBLwCoq0CGmxQA
Ra/JNZ7rSpaurV2n4MAOGKNwmquqqFLJvmVAYOhqNVd3XNZrzqomOdkDDvrqXqQ7k2ouGdPG
QCLF08SyfVa66JlkTuSeV0R2qMhgnlRlQKwD25ou3NCLK5iul/Fd10ACTJXb+1aXZV7lVGnm
jpN0+2xmKFBqJzLUeS0bUC8roQGVSrnkUfFPGUhXBbTyeUrlRN9WCnGVDkiLOg+CESKIIeHw
STYrTncLIJvJeKcHxQOSnTViCi+FkOnDFMR4FUDk3WHghLKyrVN9RxRlKHVSqlmEIh6irrbJ
ztwZlzTC6NfFRBs6Gmla+CBzCluwfUmIWUVfUDhwlsz7hgniW24XRBsvBdNCvuR1Iae78wiZ
nqPzQD3VZ0yX6K6cFUk6eUgqF0APJMGAwQJNkZC0sETFapyt9IWmI0hUGqDKktG5kVrhPxBQ
tp5obFCL6Qmsdv8ANRlAfcxCrcIRzQ0X8VGqIb4JZLNac0zIuKq6pdCt1MC7LJClqLMlUo+H
C/TgnZHVhitGoOAKLdiRZTUIkUzQPDxU5CWkjJbsCTKMSCxUdVOoIluo2QA8E7pyxVgVQBrK
jBQ90K6e9sVHc2+2a3dPa6Y1C5ZrVqfkv7s1nkvuD5Jok+Kb1PkiYHq5qp+S1erf6SqAnxQE
I9MjfBajOgwCevmhhyQ1MxUYfSbq9cgi1IiylIgyhEeS6oUwT7e9L0/2GqrgoygOmzp4W+pR
m2l10Yox+vNVPmoBnU/gLqlU6JPlwZPghkp5sqpuFAp69syC+5tGWSgPQIgHceKbZ2zCKPVV
GV9d/Ja81GQwVVWpQegW7sXdbryY6ekZoDC62d2NYqXiVXhW6uyLqUJB4lbvtJhn/iUhPvxW
sjqBQYUyQ1QcImI8E71/ar+CxVLosU/1RvRdUo/JUkmKajp5fJamojMiosvUF+SGq5qhHbDk
IjHFUZhRFywT+o8Spx3BqewigLuVEC7Jz24oyXSbrvfxU/gPkv7VZclRVCcWOHCZ5I4181QV
Vq5IRARbFF4Ah6FRGgRbJPpFU/GJ50VVQURexCn9NVuTetGTDuyWxPBlueLhSlIPFHWu6ozV
ZJ9aaAfxX3IgbkaxkLo7laoSzqrMs+Be+aYKtTgunxJ4VXc74IiIV05viEwqgIxohBu4rQMU
5K5qQNkRQBVFUIykWJsFKMYgyzxQHNR3LsEbkn5JjQlAwHmiJB+ak9PgKdc1dlVekekqpTKT
fNS8U88EXvgolCUrnBGJF6hA2YqIcBu7iGugGaqDLkv6Ke5LuiKLdGGSEltUpZSP5KmOCzbJ
foeDyXV8lWPdZGbUspxvpHSE88LMjqlXB0zqoQa2SJA8XRtEL+VggTI5FDTdVl5BdzIyfUcA
6pBlmVKZq1VEW8U1kdFealtadQGKk1kNal6PdmgZvqKFe3BDVSlEdK6qHmtILc04+aLCmK7W
+Alaj0hUqMEwUZkPMWTrUFIeakV/rktKht9odirVZahEagKpm6TUIx+lUugMUxuo6ivBDJWU
iaKXPHBAXTiVdu4V3N061x6c1p+XBj5IV8VuQbqa6n7Z63HkiCKKzc1b1MkwgQBksdPO6uzY
qpL2ReRRN3zXaSjrRbCy6U5IiBdC5C5qQs6hGGJwXpYDEIwhdGd92fcumii8nMblVDDFAfSE
ScSgL81/aMEJSLoSl2hOiTQ5fEYnobPFCEg2lCT3xQngck5PgmxzUvBPZPhghIW5ob8Tpkaq
pBydPSChGZ6xiqlUqv7kzKJ4MLp1GH7y/wAl4WTYYqUBJoyuyG3PtZuDPZVVCrrmjCPVNGQz
RmB14OtExol+RRX6rpstJVCnJdERsLppUB4ZIiN08pJjJdz5sjDT0nNatukjgoz3I6Zyx5LX
uduAXQKnBNiaqMwKkLUSzYIzPat0TjSI6ZIR1dNnwRjeqZqDBNpYINHzQPcSmdvH4GTFULEW
Wmfbkm7hg6dnVVPwQqnFxgm0eeC1whq0XCiPT0ae4KJ2jh1KU7yyyR3LwC/ovBA1UZfPhzVl
tbYdVtnih+qcXGK2Pc7Z/wAlIwPmgRV8UyL1exVURGJ8br7lZnAqe/I+ntxqyP6IfSUzvHB1
17fiypErp2/NdThUhXNUgKrtbJM+k4J5T1HJNrYckTORkqH5qXyQjRREh08lHbeoFlzNkYV8
UKMwuhoOrwXUGjkjht5KW7rDH6FLa226qkf6IwnUfSunG6oiJfNWtZdUE8ZUy4viEVzKYJ1V
VUy2COoOQVKMqThVdAYBFiFuZ6ivUlQYRdT3JfWaBTgfqDLWazrqRoyqohCiuqKOy/TFbmod
skC7JydRRBll4KUfpw80wDKzhAaC2a7dKogdNQphnpSK0lw5VYOM0yazq/UsuH9UCakXCbT4
JtFM0ZVQMNt/BGIgz4o65M6aTkrpgqW8FqctmhprqxUpfW1SiTYURhda5jVuYAoRFpxWmXbG
yi0T6uJXWajFNCWvb5J+3xRmCgSKqis3Dy4BCnmm481M8lJ61W5vyDa+xdG5ok60h9TPTJHc
lEyTSqy29r2e0duLVkV97dAOTrc9SbynYAqUcjiv7kA10FThPcl0nqvyW7GY6ZdrCiwATV1D
FQnhKhzW3ONiFVXpwcp3ZNEjmunGxUvUqHVB0812tyCDU5qnkmNv3LVJ/Bdq/jDoEQFEzBB4
j5KgZHhWTIxhVryUtJeNlpPgtrbhChNVpj2i6Mrg1oiBT+3mjr8lHbPZgc00lUcOmjLFlKBL
gYINTl8DrnwHwUwUmRbErbMx04IR3R0gu63d4h3GmPgi8V6p2Kxsh6O1TAKM91oasFARJMTe
YwU4m37kGCmccEHRUjkvee5l1GL6fFb+mPXt4ngZYhGTazG4I/RbMu0abIEFd3SqyQjqTVCc
E5r1t6B6cF6u0PJf04NI6Tmg5EooRiNIHC1E6fALkap6J5zC6erJH6ckX6iiMckTLyCBkOmN
1r264KtIqW3txvYqtdzJGM6yj3Jtrtj0omeNlZXZl3OF0kq3U6jO3NASmCc/gpwBwVDT4JB8
EzPXBRhopEMxCfdi0eWZTT+rFMDdM61Ri8hZR0xMIOowDgXM3RN6KtOSI/PjukZL3E3rJ3Xv
I/VE1KHPFTIHTYo7Y7ZfVitsPZREpXF0PTIIzWSrgjjgtNggLr19kD+6KbJMfyXTZMHGSDbr
xCu5X0810yA8EYz3DqKfVW10Xk5XiqF+Sp3HJPpqVqkRErXliENoYlNGVMRw5havrOK35Es9
kcRicVRY+CJAOnFNOBJwIXTZVXpTg4NlHRHzC/fFO658G4Ph8Bk9NBUd0gnbgXKeW2NKnMxZ
5UyUdyE2JHaqs2aBkQAUDuT/AOnBatYaCBEhVD+4K3mjqLcuJGMiycDqlEle/EhkmVJEYrc0
Ct3UhvdzqO1tvKOYwRJdzZdzjnVV2hLNlr6dvbX7kTshjgUTM6pn5LVKtahBumZRls9cVF4E
AYq1UJfUqd11g2SYDrNlWHhRafTZVT724y6IvzKrRNqsuX5IynhQLuEp4AIdWnIBD3Mpk7k6
hA6u1SkemQFQqSeXJPEaU2OJTPq5Ba+1+aFm8VcF1fwQEiWCAjPqNwjvfW4DYfC2XEJvyU5E
UxWiMfArbiAhGQoMV1EjyX/193TLJNuScoHV1nudbeiT/uQkz6UGoUChw2dnzWn6vTwXvYiv
SiMXW5E9x/RGWrqy5LVqfUjqHkmhFVIZdx5LpcRXXSCu4UgZCOTrVHOpCjPb6g1Yp9TNgm3A
7oaoCKLQFbkJxG6/jqFTbHi3B3Tbds08z4lNBNtRlIIk9B/NPuRpFTMKalqFhcr1fTG7LAHB
Db3tquEwvU1+pP8AZ/6JhJgfpUpU5eK5Y8NQ/wDyiPT1Kt/2hW0+CJDJgK81zUpeqH1g/kfw
i6gBFlpOFkfVkIn9qf1Y6cEfvRcrXu7om1lP0sLoR0uM07MOalgDgtOOaHCG3CQpRbj4QwXu
sS1eBA808O4yqHQHOqkIGpR9YPG66JAEYFCYsbJz5BVPiAtGx9vbzxKb3O4S2C0bYaKYUVfN
kekxODFAkkhUXeUetCO8NWWaeVCESO0WCpdaQCVCWkEA9eqyEIhyMIoaQRG6ltF4mQZQHtuy
MW80WoSEfFZDj/Rf28k9XKotHaCv6qqyWZTWUq9OuP6FaZ5XQaaEtYZNrDr+QJhuxJ8V3j5q
kgfNaplnQ39jeAjH6M1tAAiUe9GV4/mgTI+pmF/N0ZLT6w8F1775ALd2xt9F3zWj20YxbunI
4r0pdMoUIWrW8c0J1ATSB04L6j4Kfutztd4rchGdSFMbc9MTdkT5rJCQNcFPciPuO5WuNpV0
pph162ydJxC0Q3JDk6+4STzQYPzXUoGZaOJWuGFlEH5lOK/qqgqkdSrAqTBwnMarVp8HQlPc
t3BNtBatBbFaQNI5L705HMOqbd+a0wh4r7nTlVMP441KMYUDMpQPcgrqiEar+3NXRxQDsq2z
RF3X9FQJ5BSrFtcf0KnHal00oiNqrGo5onf24xiLkKMo6GwpVRjLSZG1ENcIx1fUED+a1wJi
P6qA3zq02WmqoWIRi9F0utOqVU0v+lfcCl6b0umxyTWWqxQ23vV0Buy6TiFrhJ+RCnMmkTZT
3TAmYsU2lOBdVsgx0tmE0sVapx4TGDK1RigdPVig8fJW6ZWQMKhaSXcWXeYB6Bk0o6+YTMXV
6pgVqlZfb2yZeC+3HSE3uJSLrpMRHndGMRTkmjAnIqxAxUTiETpH/qtye53/AEjIIzzQTwhd
a9HSE5oODpySF/cswg5J5JmZfyNzXcGTUl/cVpkQylXp1x/Qr//aAAgBAQMBPyELRcDodcQP
wnCcwivZAkAPcDxjWJmVNZRKLfMBfvmBEoslvM2sePMDNIc+/oo25rX+RZQjwph/w5YvGepc
qd8gpm5cTyGaISmthhRTHMaeJcqod9zL/CPxHc3FKvT+owUa8xvlOjuAeRFKNnfUw5AND+YZ
QfD1EDAHTOYHY38MCtUM22ciOr+yBX8pymOjXZqZMeJbEPYZgcNzGOPefxAlSlz/AMmF8K1N
fDZiW0K7xcR2BeOJljPJeoG1sdte4Sdqw3CjdHOf+zl1K9xEPFoufEZCpWphJSoaulMEgukY
LuUx5gg4cksvTQRVUwK+ZglXNNEJsl4zNEs2czNwc1HMCoDTqAANH/1omfSsq8RvOiTqy4bh
tktBd5SHBm4EWa9wHWeeokKKrmZCO2FVYyxpai9vUWHwk/qVKd9jCsB9skPlXMANTNAHaGIR
RfLMQlrxomtWO5HEaL1UDByUDj4lNiOCohwGmNY9N8zJvVpkxgSwnHiaYEZf+3NdHwmjnhGa
A4d13Cnr7cS6zHVckekKu8zequbP2qCfadMEdjvjMwwErL2+YULQGUvjTzFX1c8Q2d3BE04n
dfMN1L4mIPoVd8zmVKzHOI8H2gfSzUb0fVv/AAUMrRLKviASzUOqp0F1BEE0/wCBnTowd+5l
9UPWtw+b/wAl2tZNQyHc2LMcTIRPT/EpmYusnVEstz1HhoMXr+8wjEfZi5gfDdXnzcd7fgiQ
WV7TIONrBUOG8I9dwjosZsh7mtdRrfcRrljuKOFiCp+4/Eu1mephsU8ihb7gwSzdACqNwdvn
uJW/Kc+V47nS78BA/qthVNnmVLByLwwGcq6ZliFCkbuVFq0Zr3Kg1uV+EpltvoQdQ4WQQMrC
pTg5nKvDbwwYhvJiVkeJRnTC8MQn0UhXqXx+MU1PUCpn/JwGTmP7RxL4vf4QAUYP8g1r0elz
iDgR6q3nOZVXzmovHzFzh4k6cwHOGA7vw1C6eG2DtHhZ3GXbC/S744lUqdHcOgv8+5br/Mp5
P+wR5jqWWTJwgRbLdMfF8R4fWWGza+XUeH9tTm545jgFtqpVypXUXLlrNCVdUzWOWALtp4qe
ceL4hLrxyEcDgNcQqHl0bgMaBZl+Y1lZRRVbA4mk04xj1FmuknMLQFaVpPMLec14fqKpLmU9
yz9aYtTl+iuHJjNUQsWADuHMLA1GUYLxKUL9ZvM3mbDzArf/AN1oYB+ZevQOZSmhFKCB2RKy
VXPNxwitnWodqqMiXHRCqeJstz3UAmhWCCtHqJ0bfMyA+0He9S9Xs1zMtf8AT+Inq1l9rgqf
iMwVksrb5lqOnzqacEzepkOjqNV3dNv3l0Rr+IbGyvJ/Eaw83pxCU8X3AhRHRTIAFm3bAoGu
pcdvT7yy4eDzCmcLDsB3HS83/ah3G1tFPdzjuWlaYSZ3lFyYDwddXALV8K9TuFzbUu4Ay5ZC
DKilpleruUEGZEzqXUybJkmz6sF43M4hwmne4Bf1z3FT3/8APF+JWo1mN9RNizYsvQYeJkbf
mZWWsViBql25/qKZd9JKX0Y3FgH31NbCd1mJzl4m0cVfRmhy8zDv5+YKgsrynxOeYuzNNHTM
avkE7jfEsyX4QGy5vvcIKW+914qbm/bEaOR30Eqvft3GsD5cwvtqfCO5odP6nOJbKzNbN27i
mllvBKkVfJwygBwXiiGz1VNy4Fdx7Uo4/wDZbdRJXP7wrOvAiUnYLnEeMQLMzOeOUzP9oiay
uZbUclwXEHU5/iJxDOvzM4tFcQyyEEaQSHMiCvwnAb0tQEi3JczzOf8ABXiC9VwUt0fKOiWX
Tv8Awqe9nTE/XksvsljDG0CoNih4ZT30m0/My50dzDfM4mA7RmxfiL0p4SGBbpekKtzR4iTu
LGktQ4IBWntOQbdm5jRzzEO3XMuyP8R6FzF0H3D10puJTw8VBKOV4RGXOslxYm+RKlyPEu7L
KoFFbTZ4naPjKOeLv3OOpe5LgctFZ1CBhqdiPPgrAMRK8Q1CFqCjXMpTV5mSU8q3BYesMkPI
Vzzp+nXqBlrUrb5ZgZ9yoFtbOt9TFy96xOOhKJt6Jd28vMzPae5rQ28PtKnnQd4uLTiledSz
Ys0r+EbyLe9f3ClUFLh8yp6mPCKy+/qJVxAAQOxvPz/jUOCt8y58VOH2lN3DQcWsdl5ztYOY
ZWNcpiNuHcarrEGMk9yxkw88SoCYypGw5LYceYt4MeYcH2QcVZ7jaj7wFzHMFkto1ocygot4
epxsDnS4VtentFygfJDqEXa4my11AdH2f4igLC+/EWyT2YkLdlLCK7YSKfLqpSglntdwYMnG
ZRgvSOJvgN2yjbt/8hhzrLKji+eIHSNhLl8s1/x4mR3ZXuVWJwkAsWLhloGSs9xNwHcNRLmW
xN1KggaF0E1N+TiGVW7RpBjvHy/3EMA8zhB2Yl1x7JWHnu394mAUoYoV43qCst//ABYcOt5w
dEHHnlY3w0qMiJmZDWXVwhGuWXxLLlrx+YFfcJQzY8xFFDKmRwi1MPzn4jwFjscS0ca5IbOT
1eJS3rqFsPP4IWdj8xslLgzXevKAtA/iVrk8S5KzeFRlS0LqUG72O5kDzTzN3L4NX4j83wx1
rX1cqvIc1X7YbtwNeZbJqdFQeEypcgYM/MJpKrglGk/JHgUtmClVMpAEGTX/ADGhsblkKtv+
p3Y/OUMUw5lrzCxfxFfhJ0JZKewmRKL4IRxuuYYvYUGvKAxrkOvlmOYcsPuZfdTvuPTPLdTL
kgEriXNWjuaU25lMX/xIoYuGJjhcNz3GlBuqPjxGm18TSB94g7h/Qxj8zGmpg4q/wIXeIKEy
Jm3NEr7y2tRmIDITCDvO93E6GRzKE8wxuWyorFGYZPoROPMvGaNGqYtgg6f6l5VdLKjEHgFy
nGRupkGK5dwhtS3/AOQ4DnHn5i0LD/HiXoovDUQVMZv/AJHXA8K3AFZb0yiWzAxns++Hqd9r
xyylGeuotOHHmZAwv3TS+JpM/Ez32VDbkPAJjcyfEMMS9z8CajEw6uU6lXd6lWcNKVUB2qbL
T9MFk0y+JjLTC+2PFnu4YpOGvPCNxIsqxPx//ilA/gdkE1e9LmS6qjqG2/sIWFuqhvYVxF7u
X/F/TEBdiZ4OJ90bMHH0t1nmp7ncCYSn6Bkc6iPiKL1b8y6V0OZbE5I8d4VNkqN74joY7icK
655iY2Hvn7REXIBuBLZ/ScjQ4tgKslc3uO2l03/2aNBtv8TGe+1eZQL/AFRVgmFHEoJfN1AI
Ic13HSx+eZZeD5lH/R8QJwY7nBHoHqXgrD2451PLNheRLVnRLjfzKx4m0TupVK8D8xVnwJ3T
MNMBVNe5jKEA6INCgXZ4lW7QKNIK/tC4vGpWMHRkjxN4wT/1KYtV/gN3iq/xNUtUuENL4Wpm
YpWuzP8AgiKsQ4mVaY7l7Pw/Tq9TBVb5uWW++oNLJUpD+IeVfXlGuY0xfT6Vpbz0wnRBDtcR
VRXPUJTB2NfxM2ZHURdtbFNTONG6K/EymIacRHkm/a4mU373rwwFDdMJpg2ToekVP5OpUBoi
NHczvQv1EUYMDMsZndYVWAzRHKKDBteHUBENOpkfTbxPsxaMTe5k9QrUdalyr0ZlIVC3zD9P
4Xcd9UnLmoauIuG8zEl0U/EEk5IZ28lfMYYvIHiW+NLt5e5pgDlxnU1//HVPpLZjKvvAk7Dh
813M0pTzeYYBzXbL4Z3l8TunDCjCB3zAGskXCzmpWU+CX8TTzxNeYF5rca3+o8+To7livDqN
EAUAvLMglvUavVeIkxbdMFLbdytLo+ZgKsOtTr3J2/EFn5NUzAVt4isFLnyxmApws1LkU8GJ
WXBfNzJkcvh1D6gGWkMw148ysNo3UoQlIirRSYJzFSrMEmH01uNrc3Lzib3MMWfoIuFxxGCW
pOBKoAC3aGIHBazp2heKGgxhoUDeZQiGX7uISvWA5JkfvpuqhZE+anmErQGe00ev/isPGYXS
JrGL4lHg7c5loQzoi304RpvaCsGmz+opYfefA7CUhN8QxwaZn2dy8V9ICGmCAyMcl6nEWuGX
cMm/p0I77l51iK+XzAdjdcS7Bf1Lc5lGOswQ4OERxnwmjWnbAK0M5lNyrZ/UehE7lEvJCqjU
Ra4o2rxAqAhn4SxneuiIJMOGmUTpJcTSWnFHl9PNKl98Rfuhl4jRqXOiMQfxAG1+YkzIdB4f
Mw4L1Q27gckapuwcTUaRHlBYGQQIZxQ9TZSrRni5g3IVr+Zl6D/4/wC1PcVV2BTBVeOxmKcK
qGrXXmJY7czV7mF6rqaPujtr6monnEuDvcUtWDh3LvB3BtEqHAON2y4VNUC+nFTuW1Dq8eI2
bnP45DmJW0xwSwgyXhUKOmASqefKcgeQ6Il7tG/iYg9vj/uctOQcEGlBaVCAHS8IFSal4JgA
l69xt91/KVLavtHkGMRuA3hmfYmQOOZ6CDPnuYoTGdws9TKdyYuYwGTZDED57al05w7hBxak
cYj8RQ2rm485UCTGUrYzWvhkpl5ehg+CEYYyvygt4DPxNXr/AOKAwxurlRtqguowpZwBF1cb
1+CNyp7gC20te78zBgnh1zOHwXC9pkPp/pK18NdTFBe+oLXcOXBUEzuuvoG8rwS28ZjT31KS
n/Presvq+0ABbo8Y1nHLdHUoD2y6o4HH6lVKKrZPbGLB5o5mAUdJVoaCdprFkWjxMfBc6bhq
OW6cyuB6S8ukxFSjUc42q5IVRS6wmgbvCZ4UCgStw6Ay0ZDWEpRyZhxwMWCZ1NSKtkwAuq2V
UEdlrV4IhxxSOcMaugmXXlg7FSbjzEQGoN4T3CKSxD3KfKLXqD2UE0is9J49wnFHFQdVb6GX
aWhRhPAJe1IXuc8F9PUz3rEohPhnwTI2SFTn5DjRDmceJxe7i2XmLk4ollxLOZbBjT9+YMHY
6ucjRy8RWVghNunT9aOZbrUsrr1K2qXdvEAOCSqG5jnfH0cPfmKgJlLiZVwRAGY/peIJPYJB
CUq/EdHoCfbP6ZrAOjQxNagHMP3wEeIzcVK9xsTAIVxFscHEZa+bAjFxmZxSzmWePErzDDNA
1ZTCxN3BjXFJQqAo1l3MEAUsmZWtHEBq6iK9ugvEteYB/bKCC8y69QvLpxZW3ELmAh4jLLQ5
Klw0S27hEBotu15jNsxkmMsv5wUMeYS38gcMNJ4xj5h6+o1iofhQAohNY8FldmHD/QeJRnb4
W5r8zDhYHoNRF7LVrzKvgcF4gWw+SukyPoaIVCtivvIFU1Vi6CAAz/SIvZl0zK59ph8S3SAo
UcpErwOZ0r8y6cvn6DcZnErsrx9V+eYPL7uY5cwZjuDRslw+xdR+/qPiaKymyIzdYNQBWvas
cVQOKgI3gxGeer3BzOOL8wBegn8xaZDwYfXYBnHknMB5ofiAVCtDZ4XKJlAxyQdGjFTgox3H
YeYiqYlxzcfjVKP9IEWHqX3ZA0/MF9mP3HZ9lAuVs/5Z/wAwDGXzfASIsZs08xjFwAtpniPa
11LFu3wDqeJsLvcW2NfBLlOBc63OfqOKYZJlbbXG2ESooKOfMar/AEMplyZoYJdBLq6AvCrK
H2Q9Pmj6gABrDFn7+ceIvVvdu7m4+Gh6llt4nV+Y+8W4+FzUWNnwgaTONwYZIF8DdQAbFmQ4
U4YDB2VKmcukZcxVgq722lan3MMsx6RaQfEfeBWjRfDCt/AEVX7zK0MeJYRo6hQXz1KhmogJ
g5C7pMQvPLF2sW/mA73QTIYGtO4cIwwx4s1r3G2p9mWzBsrFhLK2mraPsnmX6pim8b9RRcKr
EJ6ziUHI7RaeTExMEO1jG47X5iQX0qDhpk2CXr9zi4gaNtyv5ZimAafvBhqioFXZZWMrEfKx
H4lHLIACqjUR6jfE9ACeILOtvQ1DMFo0Kc8QzOw04xKUKGKa/E5MXOEqpOiZF3++Kz1+iWHK
u78xMLDkimTgNe4g3iLC0/WLq+obsr+2g85YIILybIC8nbUrdbdkS2XwmQFdLi4haqIP3h0G
P9s7dDsjsXjyQKdjjOZeKh+IVfjgnJX+kIvTsaiICHhqIHKBiI/Qn8wMz1iJqhrZnMt7GpsG
juVA7rwPqE1OG+I6DoU+ZkwF23F7XzcGqXxbrMWaB/rUqFJoJn6R8JcbxfMLkYcZj2KKQMaz
BGhx2gS2Kso5uhZWY23hC5eusjX0Cx/bkshozvzLY+j7VC39pIMOxf2hDbeCBtXnv7y2EHJf
mVSaZVnbPg8OCPZGD1ubRlrzHOZQqBigLPMxw4fnf8w1/k9CYZUuFclY4uL0JUBw2emGXwl/
3Sw9fogagrB5uY4d5/mEXF2D8xH6MV8TnZ+h7fmZ1LPx5mGWVpPcO+aeFdRqnDzFziXYPPie
RTmLbbcsuzEQM/dgLvRFtcYOri6H+A4qW9yocuKeoFtVaYqZbDEJatkQNB/1qYPhwixQV3C4
jChkthRVRb4thC7es8zsNdRDChuj/sIWAODcwmxtgLye+I7SmNSt1x3zNTKIT14le8sw+c3L
bUAwUYiChHEqhqjX03hmo6HMaUMV8o/UobwXLnVn+8vaMi/USwkIHPMT4As9m4EVc/dme4Jh
zLi+HFObjixwteJfiGu/cRNsQvucKEy1jlmbrXOW9J2QuHc+tSzWFARsXfvoHyLoxGyRJ46x
hJm2hV/BMgDufGZSMXsvQ+TM4rRBxcLKwd7UswF+ARN2tlVDGzn7R/MOTglW0SrwOPoBlVmu
sXGC9qjWzz94v+Jzn81Fqjp5jPKCw4vv1E9o4ajjb6hLgHC5qU4fsV+ZXSgV7iHUbckLNEcR
ChdNMRW71h7SgQtLzBs2SEKnM2DaGYCtt6noTHW5kuUBPcQiT5S1MscS0qQ5uOvoxXA7Mb0j
C7yS7tN5KjfNF5LlolD5FyzoXMeor7cggyoKEvkZqtwmpnhLcKt6miaiOYWrpbJAYVSUz3ce
g6AvmNWLAALhfhVoQ+xCIr9tsClZS3FUUqVpBpOW4D3Ph2/EpAaZFbpuReGpd7ghc3EGulVW
FhohfUraU22sETvwmZpBATejWYwX6g5l2LvLevtNxVvdz1DkXo3KAmTKOKIsuGu1fQLYByr/
AIL9MXeV8ESpfRBbGE4qXrQljiaEVu6B1jiHSewe5zW/JLAd7Vn0TN9vlGMo89/aYimPPLBa
zMEpbZ3GUUuFRoLmrw8S6zoYUtn3mCLRJqprRMA5INSX5a+izWAEGeoKKeV0/eUBkquUAkRz
6js1ujX8zKA6KacfUvOB15xDiWnjK8/yXjl3pvlLDpHALK+dotzJHjNmXbSEyfxKCFquj7sV
gt8iwClfQiV+UX9TK6P2gt2Lv3EvoU3B4/Wm0QsmUVoyKzC6AdUp/rItmXDSVUlEJ/03GNcN
T+SEKzWvMyHlEZM9UxtozXNZlpeK6h51KHZ9PH0IaWoeZWd/P0AUrwZUy394A/dG8aykr3l8
Gz3KwLwaY/E2NjUudlQx6eDg+8uIxWMkOx7u0LApniIHdxK+ud+IS2F6IQh7g3b1Dc+DctLn
Cyodnmav7QCzu9zSNb6GIihbAeImobzaBm2GrYoZ8VNREvvcBRVdv/WO2xd4uZ6sWpSLbeo2
tR71+IH6GuYoXc/f3CzNg7ag0xd25mo+qGJ23piZiD3T+qgf+kmiuow+JopWae8S6wcP9QBu
jZ3EhQ+YVm23DolBz4ZSwqPP4hwyVTbiHr5JQ6UYZbC8MxRXCuYVvRjYx2xh4iys09QhTCVl
JTVyu9cwneeUPo1xD/2Yzn6CGJbqbRbj3NylvHz3BXN4AmtMdJLxbmSJtDmAfupOPmWhYGrT
qBWgy/3ONbo9S88Ipd18zL+XiWv4HiIrczmK0wQrk1UVPB2xDNqr5nO/BAV3mJKmbvEOahVs
5f8ADnXcjnm7+yFmte5oTxo8y9VeDUpteTFaVhyu9xtyPCUmYDZq4Juvv3BmjxExsROumIVm
q3Mu33EVTUILegRhxDnUOjyzcyl+BKU0vt/EUFmXXaWF6rd6miiqdks0tcn8zIF+n/EUyPhW
IW1y2pXc20/6mVfv4nJfLFQWq67/AOQdKANs9gQ9lGupcjQ+JYNiVucvEo6ACjObm3ZukJrT
XKzljCS9QwBe9sxicUFg8y2ZpOe4pU6Cy/MV7+OYWF/O+IoQH6PUanXjxcSmF9IRYjs8xFcu
0wXsGPvMZLDb/E/tMvWxvzC5V0jlkDZY4lhuFmU2qj9pAjcp/k1vNYkpnuvoJQPiNvR41Mi7
ruFpTZkHmUaA8dz+yJhg6vuWX4ImQLZ5iAKRzl1MKddwAO1+0pzk6mSFHm5u2xyiUCmIACvv
F4mH8S78CVRfoFQYGbLjmJSybFmTNP38TaZGsFxBXhsvc/5EaTQ65nFt2MpehpiLsn8wggR/
3iUc175fU8kcS6Su2NDavUdXYi+kHjDKDXgN/Mv6GZ0xerJW4fDmOIM4Fkp3yVfEUHxoi1jb
bMCwLcy2AZqs7jnAtfbLHubmJTPmV49EJdmixL3cWTg5OYgPIqnk5lmFDruJtc8R2C5CLaFz
SZ29yvUeq3UuWyYMfuawOT8w/wA6/Og6HiVZNItxFrqt5/iJZ8w86aaEFdg/0S1W9sHMBDc4
tIXVOeIsClO+vgmAbrg2/Mdoy0RKpFWw3Ml0iwzcM2PTKgWrEr2qVhdS1MeSoqxpEU4K0O5y
rHjMcOXTGiBclaRy3327llcUbqWo8FP7hxT8j94LB+D8Rvb9Qnmxrn9R3HK8UhiYCjo/wziL
zAl7xs5flFFUclahOV2JzKCBvjxM38Rq34iTwcSyob5TEXIGP7l1abjLDwlaKc1wLqywYuc9
8VHyM6CGI+TzMp+VmIlUwYfUIos35IHcpdoIKY1cBWNwluEbgz1GsVsLFT+hBLXdLybM8xW0
0Yl/5tFMCz8RzDXaxsvNMw505gKrKOIcXlO5QaQisZOhM1tjPxKAAGuJVM5dcSuAXpBDbbx3
EUxd/eCVFwmEeENxnuGKn5cIqlfNgqUs6ylCo7HhUQptepX/AAYCNb89xFsn+tyzPPwi0v7t
viol2aed3HjQ7UZv+ZVr1a1e8y6hoeB+4SueOKgGz5Yq4TfrDNbAybvP2jh0ZrxL80soL+Zb
CYZ3UWn4NxZb/vTKmqXeuZnxV0hpWniV0sDGf+TEOZ9ZSLV+JYKPZiSS9cs/E7c5KoeoZjOl
yiq1bvxMRV5X1DYcjUoKYiHQZQGIg2GIA4nfUxDN3olLzqUv9nubTsw4gpWfseyLVTiqVVNL
C1BjgC4OeP8APD8lpuECWubxG1tbK2lK95ByQgjtdHiLfyyruJQu+zccBxeAfzHqJ2tgpNDC
3F3rbH+GUizgrNy4VHW2oIqBq8MYaybNg7Jcts1WM+YdlrBrm5n9CYdvNyjPXXLKTAQtpqNw
qqc4u52A4GOKhFhNQg/5SdIR0+LlhkeenqXXLLrxAprs8ri0ODr9zPWYYpj79wh5a3Qwgv2p
aXcxd/qUXSbbL312dmV4HdXB00abQ+GKvl8ShaJe5DVQjAf1LReVrJHBxxLDf0jcHZ5TsCrA
PviXjJgdZlKqpW2iJqBYs5gONALOUFvsDfmJWoYI02tDqcAclRreRu5hsExdlZYzdzeYI6Cc
uBe03IFQoVnbs8TCGdnP5lZvkcTR0eZ83HxNP81tSZ26xqoWZhRf8S/MHP8AxM+/cspKje3n
3A7vMzIWSuqrMetnd/MsPAF0/E8oLamOyQyEu8JUTFJXXmWzbrXQf3CNUVbByRYYnRmqjVFM
76iwLRx3MWCsY3EIY5g+9gk1MNRrphl+iXTgmkFvyk2B23eojBAlruVaihV9RNmKy8zYL8LC
qJbDg/EqEyl20rzMooEZOqquvxCt818wlmJ32u/UQrv2HmYgAXdQBe0tRxsHCo6CdIvDFsdP
HmEpGX88y2/k9epgLhpW+pYBWxy+3UBRu2BzHxkwgr8xBqXIJptwG4NUZXBOLqIapQqh+2rx
bxEEcdI3ZGVZS5OO2cfm8QUISXYcRcbOZbRRg5i+I49xJNrK7rxKSYDf/kNLsW/of5COhttg
WKdIQVxac1KIlfYJTAvwq2UK3VsWJqnkuWYANiCq0NeCcQnPE0F7tcLAigwZ/cUDpdA7rxAL
hWyc3fBDXS1kCF11CG6TtxCdB5oJ00tWMbTBoVPL1LTgKCMgc+VvmWFMFV/U7By3uarPV7gH
ffDTCsrp8KPMUCq68V7j/wCwNPqVMo8868T3Lij9w8WiL+YqnB1Wz1KC+EEssGJuWwbDOIc7
Yl1ftMrkkojByDglQUldO9wW96Xt9ylY4MGoWtvQx7lSE9RRmOQzAWWDD/EyqwcInIsd7hNG
KmcSuoigxpZdyi2O3uYIcGyYjZg7qqdzF57lAd4+ZjsrbcbFS5woFZVhf73ElgVYNQTTpk3/
APCqVgutVUQz5IHLXYlT1IP6JVlbPRigFMHmNqqnqClpMVciDBFp6+5xIlLMDsDt/iGt4Ntc
dSlfo5lwOqqb0Oa5iDt0wS5WPe0pgtXSfiWWDY5Jdg05uc4LKCWZw8QP03caLnjKGBSbRfmW
DxL5FjS8MvXyXasw8kGPmFXrWBLKjF3jiAs+DxLBMFtOpRko0pBAIaUhvdAw9xBAJoxK3beq
mScZZNRIEWs3W5oaNDGkYzZ13EqbwjMdQGg2THQK6VE5blbzcuPPRGMscBidhuYWeSpUVtTb
3HDpFom2r1FC6PuiQRUFUsrx3tAAqFrLB7sxMupzZcAgTbQwlFUtqyqzqY8GF/5DSZIMxx+Y
8VaHyfcyjUA7i8oj1eoJW3xBndLUzaxRVRzDj1HeOgFj7jY6lShMRxcDF+P+zoHFweYOMxAw
0xuJ3TdM2tmvk4mPbnkxPHCN/mWd01tkKBpZZUyyJWuJqV2wvMWlbNPMCjPWtuoDABVwFQJk
rMQIargqGG0OWcQGZe2yrSoCua4gFfn6m9lVmIaDlLBzL6qVDHOMw67LMfKrZAzCQXk1xMuZ
tMXgmoZvMCgL/uZsra/7LBig44jRMs0R6HQAnn6/SDsg5va3Kh1qPUbCnG+YFcW3hZcyp5jV
RgtvmXHl5SmzcKwk4HpepWKhReuJT5QLrdNTFmdA4nB0ZCWVwfodfQ19EvDYh+JW9SrkqLgb
KpqXNEyVMCNrFzaj5josut/McHNc4rDl1KA3Tc42B9iF3vkxDWTCsasPmWhK4whTRnNfaAd5
TKatOwu5i4ErugaCrqVezviBuSsAz8Q+935YalwdEfENK4j5Vl03UunDxd3AfcXFFdQaoLzZ
zBtA6YGgxModToGzDpiDgSqQkqQyJXGuCU+q1EVPPM2lO0c5RnDQx+Ih7ZD5cQspwTSPkATU
B1WF/EJRnTD7y/nBfCaCAvkxSAxQazdvuBiaG4Ct6BuBXqtzGf8AxOJGkuM/RhVB/wAJgG3u
ZBy4JiZEQ3zeIBwBBAoxOz9LlYMHP0Ahjh9oK0KZJlqq2TmNaivSywXlzELMjB6il4Lf6JX3
D7JdZfLmNVXlIHBveAipKz92EV9BFKwuZLMinSbN6NQRcq4bxDWqkycZlouR4mIkWlLtwt98
S9zQYjjl0xP3fMVWi3cvfE5xMIC79kuIVo7z7i95dmTzAVF+VG8D8ghCNNeTzDKdtQEc2yyM
gsqYctpVWq9ovmLA7T26H9xLW3P9QSCg7h8dy9tdG2XQVvNr4mBXdb3FUBjmUb/TBXjcskZN
nUvmyTpMAvl9pbhdWPJBywwUVDW/B+gUfTf3M61XhbiMyDmpGQbQ2zaDcINephxKLv6MLz/a
gpq8GUWAtuXsBn8Spo9w+VHAHHM+dxL1b1xOtolnx1B/LBrWZS0M3kPMQhXmbHmyJy/9dygL
57RcV/oZdA9g4nVBO6l1MdEO6WWr7l4rmUvJcMwQ3TUU2WbHzN1GxrX5Sx5R6LoyqDAbmbJr
bArpvcwZ0qNe+BhFWDRRGt2U5qYkTlv4mTlaASpCwamOsBTjcV9ivULT47iRgvNXECBTv1EJ
zQlo1GRxmWG20xmEELKuJuBdZuboFRrBw0blPR5IFR71DX+BtEerbP2QKwo4RuX37Csy2Fx1
KbY9QvWvqG065g4ydzwCSbFHSYkuFlh6czIQrgdzm+0q2s1bwTIU5lIWw6hYNKLMuTh0gEM6
1KKnKKih0YlBb48xKmnB6hsFtqialeVY7gHl5uZdL6gax4zKBPuPLC/lJQy8Smab1AbwXXUe
vP5jR34CB53iYjJIyB7IxfPVS2gekNQeTObg8ovl59wBXdsk3of7TEsLeMZ7hsVIBjtjgjwK
NHaaugmj9yhdkuweB3HCHjFblHw4hiC9PURQK1fiA15+5n/Z6zNRMzMYhr/BcRTkVFJylq4U
y5CycRi+g4nP1s1nBfiAoVfshq8ridmPEVool+Q6gGoquYxlgG252TEmQ6g0d8wAs44mzFjP
KHURaw0RKLj8Ie4ICw03cXSqzkiyya1UKei6llILuFAUeZdZOpqplByAhqENwyhX7EfaYm6M
tQbIFowQJZ9prxGqYhf3hazDcqMi+5sOHDK0qwAhSrz8LnEehXdzIYlTV4nOOrxU15rmsoq3
xJYi/wBA8xYzLO8YuP0m4MldLuZxp2O4ytKMxQ+WfEpEUZMYGDdu4QbuGGv8GghuF4jUdqVp
EA66jUIdQjXqK/pc64ahNMe4Adq5laJp5YXDntjgM3ACWOQg/QVFeYctL0ivJGH3xYdzfKZi
ovrcHSdhrE8lIYl6h5OWJWVeXGIIYxgfMtKbanMVVE3nGGK/Ju5hVgYmcnm/pFMC/eMWuwaU
qWHJ6CAOQeFxfuPMQxu4cHXZAun4jUuL9vcV1+uiPN1s2MZNJtUOdWU7hhWXPivNR+/wHsh8
By+ZbygiKV8HUo/yIcAnE8QqqhYPFT7ggFOSXorpUyfsqOUt8zsJlnHXuGCxV04mDGol5/xY
K14U4l4sJRfMLRgBEqcfQu93FcDEzMo44+0vLZr8woy/Efcj+hgAXQglDURQVligcQh0pLSk
fsgWipdLg+ICAgIXoHiisxClPXEbiZd6lkyaZW6Nx6LbwXCWIbMo0hNLg+oMyVjLegjkIzV5
VHRKBVjZuCXUybCVVsFdvxGofQ02wVG+3nRHm/YynS/boOpaCcZz+IbRLesVAzacQLtYOCpW
NB+5FoCi2T8HplBMijVs+oOMBpMDT7EBdN1iwPiEyO79kHlzAq/xKrsLayweeh0IC+CLU7OJ
nua3HAYxrXzPuzMFFS1+v8gNnEKK0/5xx+CfqmcOo9QK+rqeP6mhLQM995nkPv6aW42lPqQM
uLgdllbRUt8QFxi2WxMBLF2ttTNkj1dy6GfRviAo4kGcymCso5qfC6ME1iWk04itO4XlYZla
jHzVN3ErsDzDGuGkzVDsZHiKqlWaiDqqK60+IqkfRBo5IDJzUKnPUNuxiGeNGFy7ntgBo8fp
N8GDWW4gMqdj2Rko0QqMw2ccwZknqCuh3alZcmwD5IXUSsvAktYlTN+4V0zfjkLgUNUB+0eg
B3GsedsrOGGss9S/cZR5ouxZUDbpZ+kNf4n7cvqpqcT0UKl5wZlodTCf4MdUMRBxk4gAwe4N
BaSxutThiCmgx3LWYw8zksJZsmJt50XFwHX/AAlJylb/AJM4AUpz4gZBQC+LloX5eB3C2e1V
MzAtqBYFbrDEVBl5eJcMaJV4h0ytxN3OJYwVORAzPZFWz5JgNmpWH7kAF+6VM7j1NR6Si5k2
GLj1qcX1cKuBL/ajZNRAdtLipb0VYMxpo6HTiAA7PFM5nGrh0U/jGxK8GYm3+0Jb97mR51Bv
0fMIKPmABXEaIPMTTGOWB8jhDl5gQVWZzBoHiWSmwqNepfRzXr7xoCFoX6EDyI1aVuw9yw+o
Qn0buV/gC4X3N3nUTx8y5VQ1qWaIgdXKvOmBHsxLWqVZrbhEyui6v9SxJK4Yow4OY2MlsCYm
zKiVM7XB8RvsVwCSysEuhxMdpfLhh9L+uGaVEKLySrbVJVOEvXtFZylbb8Su8eypHXdJbXib
jyXte2YWo/aosaukN45f4Du9eiKyCoWh8QGs79rlhmi1yw8X4GZRI267jvCM8wlSVsLQ8MKs
8thIzHDxAbE525QF7lh6YxtAYQG2WSIuouInXlMldzQrTGIXfSbVFAUVye0GoKxIxy7ZvzVu
9fEwHiLP+YO84biYMXwURK2mAQBMGeX0kFxfwIl3XgNEPJ8uIq6GxtinN2RjFPAZtju2wSYe
HZBsgaXyhRoriE5ql51DMWPq5HzmXYlz/wA8CnZ2G3ubfRK9DbFi8UdvVx6/GLXmWtJrnB4Q
YD7BEbGD09SyOGzm/wCowMxFOMHTMeWuTvxUc6Fhsj1igzx5dzADxqFanQHFqdS90lVPKUiJ
ZobxKg65OXzMaRcv5lLUzfwmTiaN/uYHmBionpIR6gPq451vZ5zHyZiFWd4PmUdHyX+ZV5rY
D4SmikvS78TAJXNQjkst+pSjzcbNWePEFnwgI6/zSzMYz1KZFDQZo5ub1M9rT6VDjid/WkUL
issymPyCFrjOpKbIt/IjL2sWrjwgTbtKpoAvmEmLJZ/MOMKYqVLKvOTyQij6mu8jpAoG+o9h
GOjxgPeeLV/TO2IDb7ur8RtBEGr5lFVDY5+YwgacCV1I2uLvMGtZE7gKVbcwTFT3SsI9wXZc
yoE9ojRL+GG3cPP7SkJpSi+5dy8C11HGvYrmTJPZE2/cT4O3b+LmWOAcssU44CMfMtBxxKrZ
8yxAzLApuAKYFB6lY4ZYcvqDcO9MnuZYe7GooG9PkY3chORcrAan5IjxzOibBT/cTwXUtyxR
T/8AALuEC88vUXhda7U+I2UF3dPpm/HX1WLFsK5vFcwPBabRfiCoQnzlaDubGYeasrrxmOO9
4+U70Wnn5jOgyeOok7aub1iVYjcqA5HnBrwxXirx9OYABll435lRxW/JTzLnL61+DxHfNj+v
pn5lK6jd5bYqO1i/2hec2NhpddzMcqLr3UwEk0cTJrb7jZYNjUNBy0t5+04XwfEtql5dwxhz
LfqVA5dOepZ8aEXUw2Fzsh++Tsu4ljjP1IrYQ8B3cv1phxWOIbD94bdos5h2S5agOpojOoqt
omjvkz8psBwHLuU7GtcKcBh13LtY55NxgtDhBD13rLmRWKdSzD8f/BHuoFN47jiSgU/CXouk
/wCKhk5lZnR5lBQx9oZTKyDAwoXjWPhb5jzKmirt7Y0lbSi1LsQvEQq6oO4lcfeItSsN+eko
CXo5m+RcxfWZQw22FQlK0gs9dysAsRyw+s8A6l0/2Uox3OAoWY/kehma7IO1hjbCeHNoCwGw
pZBktUEqZAW75qhNA22Ndwp1t2/VTrwsJuOuMhfB/wCweZ3YwVeINTFFIbRGStuUJDYKNuMx
XquMmaH859xbV2KgKUaLDpY7DO7PhMWzy/kQkdp18QKJeEqeotlalfVaiXUC59ixBR6dDjqd
/FgE8zCGAt4j5UAFpWAi0vCa+SUC2WH+J8gQkG2vMtopWe4Gg44/+FS4RyeI6xgQ1fcApa0n
+IhfOAlIKcbIf3hoSmj69RpS63o3j1LcnIVpKxmU9jNx2EbTWCIbFW2o91td5+JjkBFiybSD
vzAEXKtyMxRTfi52b9sJvkat1zFQKnOfI3H4ql3mtMutTSg23BGrieUNFi/9gEa7GAInruLp
swwrBnG4DamHDHUZdpXWWIcJMAYgKcjFln2xZbHVhfYlw2LTXiYVYvghQMDbHQsv4gvoyxbq
5Sc3CBXLiC0PSKde4wNVgOJQ12Ja3+OIPJ6nJNOYdu5fe5l8YAAvDwRcko9uGFbNCWTzDJOE
PtVllwVE5yJTYMeL8y5B7MfiOCwd3wTWxYeYAFGiMpOgAP8AWarB/wDDEzVn4hADquGKXyfT
GWnkmXlbzmPlrYxxLNWGbyTCa+YHThg37SmdkDr11EK1YBeZgbeTQO4rOVtEKtj5l7MJbxNZ
/lLmhFSDRzXpcH6myspfFRMkBvp9vUaXjyHmBkO0N1AAcq4UjvzBgX8QrAtqs2Q43b6iytOY
MBXWGiWsMdy97nL9zAJvSfPEurFkDOJi8TH95w+Dy+8xOKPmLZhWjmYHbi4OZJU2MFTg6IKo
2Ub/AFAq4Z53uZlG93VfELMrsoq+8AT6Xoli27zRWZb9oKsO63MQFB4QxDWDfm5kQZzBwceJ
UNzMDgRn4uWltNW8xV5jx+YssmnBwdFy7Y5Oczdtt/Qh7hsbXFH4l/8AOoAxzfiXzQkzSVqa
+YAJz9UlT441GKTEf+wfHF24PcLC/ZfyQNpaOfZqE2YDhdQSZoBnENdXoDGxAMK7QNkZO+Ms
oDV2XTDBKLQ+S5amgoN2Ciu9ymFOyVBKz0Jk1uU8eJaOC/K9RCOnXhO5dpN/3uYMQ+nqAOU0
Vkg/jBZITAfKXwnirmupnihgxmUxa03pAEK4GiZnPVz4D1A1F5+CHvyO9TriuH/seDb3uE4d
hMildzAsPIaYw93qaPc1m+BByAPRL47t2ibKBgAlct4iVuW1ZcQqbpjAmdr4BA/RVlmKqkZY
isN8kENSqDpSA3dm3Z1LYGs1UYSnVpmUr4n3gvC6C7viDZcZBSRufucQvunT/PEWg0/dCMVW
pghqXx6lHCr6fRM5lfKbHl8p6fEpLWdzF7pcEtBhMGI+OYL2QgrB1de4t5kQqGe+cRLkyqju
4OQiNcUpUuGX1W7vqIiti7HibVeaL1HX1p8txVOKYtf3ilLsmfdy7KeMrMwwRV2G8R+zXWgl
FYvDG5hb+AghdQSsmtG2ZhqTvUvWbeJSc10qVZq40QLnThLw+Ra6ilUVfUH+XHEp9Yxe3tHE
daWvNTBj4kAtkY5yhyFn9o+yOuE5NrzMreHMrh8A3ldO15ghVm1Qy1jdVzA3FEvnPEFYYC7I
h+iR0rWUR3aOK79zJg2ynMu40BJ94r49ENDxiZDxLIIupa3kzBteiWIhe/X0ZDpGX5b3MzNN
dPq7RYpGQuvV1FqruU0TUM/R0wtXZZV4htEkAMwi5wEIZDlzAZ2P+iLtMHTmZeB7m5yJzl9p
kewmIeOPHN+5Wk58GMwe+osuOThIL+CcHc3ueAiu0RZ6dkONJYISqpgh6QNG0PEEMYKgeGrL
aTxMuqmiuIBZgbDRXNqbNAOsbDzDQtEbZ8pVOpRIK+3Mo40c3FKLNqYlpMvE1CmKuW/zMWzc
3uL4eELZdCrpV6Qv1y+R33OX/wDtHlanbLgXfWIsN2PMYNF4Mxy5YDdZ9TNAA6EsANAbm4NL
HTKUuyAfWjtKuIFD5ex/qPRcreIIJD91u6hGrDVQxDVZhAfFrRMOeYYmtpa0gZv6cIvNS/Sz
7H1Zxb5GJeCK/Nx06RR2yqb9/pxN0y4Uv9T3GTUTzeiYDm9rnM4CRnVe4ay9LO5Ryy6ReHoE
M4N6/wDJvD1cwIYdVrxLFo0OIyVZKl1RP2IfF2X5nLd8GwfeNrfWMq+CNZsWcKgCHjPUrsf+
iAF8OaCee7mw3O2GJf3kLwxKrC7GPiDx1oIysLMixh5PUv8AIgC1CGYq5jqoru5oIQ/WFHAs
UABq4RJReKSqM8TuZh3jsx/OC5uY7pAsGs4AnGRBwV4iHS+uu5UZo96iUoOCYIIxta1hSB8J
zEFaml5j6rrxxOcPUMF787gmJr1bLihfAypvDXFwJRqKzWam6jVukuTlNxrb0Qv+Jr5qXVIo
ajn2R3zlH+JUZsVw/S963LNK/VMCVYtfkyjuWaIgPUY+I3TMU73MKo2frBLlwJiuXiO3/qWU
e8yFvHpEsGsP4uBo1OV+pV7Q1hd3KgMA2bNhbj+5Xott/wBoPj99TvPXGGIqaWOQwwgxYWr/
ABFm9sNWzIroqn4laxoU+eptQPlG1zurfuZvpQMoPmYo3zANVEHdCMpt4dSpucy+EygIkU3L
2zkcqaO5zh6hhKlRxVysHnmA7E3F9AQAoHDi4QLepbTHxuuotbdjym6UW/RlhtwRrcfUwCeS
40jmPaRmCUPkQLocPowti7rUoeiFvaAyx9oa6JAsmMPpMqLa07l3Y2S7gGOF4/xba7CKvioT
votVg8Q1SVHmvmDgNfa+fo6AY5ZkyXmvEHWvnXbAci46gLIBBOBQhyOyeGx8ZSG2HJMSZvRG
pQWsZjCnP6wHUGTMWmcBevEKseL8s9gNt3UbC8K1AALBmZixpWg7Pc8zcblOaNHBNtm3jHqa
1s+d3L51HJqXpUZCrz7gcA591GN2l65Z1YialVYz4xiUH7plerT4lEFZxqW01yohQeypY3PS
TlKOM8zHN0UkQ2ghp6S3ol6qeiK6KPOUiYfzCbJeZtasJCUPKzGnM+SJ3fLHB6n3oafpinG1
9TC20B4ruFhm6mBhU6siBimM8TSH7zwPvM+mJwI7ZTRGLMVVsJUdmfEXy+x8S5xmC+GMwMhV
cs1f4UAF1yrWIVTI2rT3Auizi8TIARQun5R3RaXVTuoZbTWVxawaVrEE7kZ/5lZXL1cEtbfB
8S9ldR3xNg3TM+JVgXSA2R7ikVXhuV7e3iA18tXEZXOhqeuJM3STWM3MmsdGpRWG7pc8E/em
DuZh3KA6xxLm8KGG4nmllZql22/EZbWIt343KA6Azcy7se5vp7CsEDBsrHNdywVFba+JYlMI
Gb1+GBdWOJQwa61BEFjFR7i/MvRF6hzUAoqv7w5tU07qUaN4dwJkLvLeOKF/aLN+jBY4j3lm
NtLkx9hXghFgZO5UVD7s/S1N2tOoaJ/IlYXswMRjF960sKWWJ8wxzxnUelmsWhBU7L1K+lt+
owCdPshRAxphewlNd8wAkvtPzCpr8GaZof4NTQNniFLPcGHtHfpMJ3XTKDFfO8CNcotr9kqS
BaYP0js0QrzrMelNpcs1HyBzUqaZGXDUqJFrA9LlC9GvsRYOdQdVOwf+RLDTNC/hlE7rHmJW
6OQZU8zNDmpg85h041VG1afD8o/iUXO8NRUohAsCeYTpLPhqfFNhYx3Rj4hGuN7vHBNTdn3L
P7NZg0jO7w9TGCu6Gl0dd9wlECVOvMzAoqHe+IzoVtu2PCo+/KNLjmBqm/UXwZnQPiKEMSip
YTuy2vmXbrQxL1W78EG1A0dwcA4qu8HMtWU+JeLlwtBv15g7qWDMhWgfPc7EwgANGD6B2zcG
B1UclRi0jldykwbutTCAXUNhi7I7RNHPiCtIradOIvigY4mWfQZqXNQq7IDiu46NpXSXx0ZZ
YELoNv8AGvDws6MSrI05zaze00DqUPgo4wRWHOadTEeU3KEyjk1lOpnVsDgFcwF9mL/mVLZL
H6V6baiGmkd9tpkKhrPh7idltNWybmXQcXW6heQBvSROz6d/zGEj73qZUUfhLjuh+I3lE3xF
FqwPNcEzui1Sx+2HV8QMlUy0zD7Vf7EPvfjpcwIFK4E7jhAHmnuNIoOHEVWC948eJjMx315l
yos0uWYn4Vi8PTkzMRj8woLP8wiWjUKb4bU4m6JBux3C0u7KG63Bl2BFI7N3hWMFuUYQAAIe
nqUXa01RLPyUG8R+XsnAfR0eeI1iZBEdX5leLoGsXYFy5jYr7EyiApuVZmuchKE2KcJv1NgD
fk3HKwBbjHEwo7c+2JytSmvUQGA0jAqox7j0HIp4e5anQQQeeZp/gpTkN3xLBsIT/wCzxKCY
Bo8kbIyt+55pdIeBS2/aDKUkPbURcbV3xcE8cZPmWyNc6jLfCFG46uB6i7ZFsqXW+o3yQwNF
cQA5UwWyocD7nUMwWVO6cQXLagWQYHglZx11+8bpsebiBUcM73COs2Q6KA8ZNwV9+NrHzCl/
0Rot7a+8whIPsxCLNu2GLTOfURoY+TUVedjnzKdyeboepWlqLNEOGvGNleWE2+QmrinKhU3M
HMJtSud493C0EEcY3NEwunmUemxMMeiCiWkKe+bxaEJvGK9zlUPedxtVg/f6JRfK6s4iJRMN
aOoYEKlW68xRRs31EVFwQNaVAaeGPM8A0buHHAv8pSOr1MJgM9e0VxkN5SkFR54l2dvXRT9x
ihIhqCPTiYGsnH+OJcCrrUBN3XhF3liDGb54ofxjzhlRnvLePARvq2jW+4IK1aVgv3PuPiB1
j80tq1fHExPHaXpvL3HapfuOi/UMAoF0cblQFCqq0AKLbVTNPPlcIfiCYjdubjkaO/8ArEdG
hQ330RQ1+6KkDIFz89TkguBk93zCFouLxxDIgzUWppt64m1xmdznoQu73MxlvHd/xOmHqH6m
DQThzkUc9Rm68XiwpcA4z3MMRyqh8yz5kLAhYULcN+MR7VD56jVKL2uviWFrc+JeVWhn8Tw1
mBUXp3YbfmLeizYcOJxxA6+SEVyMgiiuB35BPsTwrio7IgeiUEBz4j2ML0alHgZYirKiupyk
7hlFJdvEuWpbCscRkZSv4VMoScK/mBaihIE9kv7Cr11FCa1UOEf8HsqrV2sSnQLuCkdjz9ob
OotVuAFrRe88y67ppOfh0RYhmYYqAquHMXcE53ncRu3PB8S6l4N4iGSzsgm3H3RBUNckxQy3
2QazMzZ1HoK14hNkSiGti9Ms04hWSNAPbkwSrkeA8TWLQZH+4je4Xz8RF3u8XLsBlWbB185c
+YsMzn9wdb8ER83vErnCaHbUCBXO2/tF43bJ29ypO/I+8YsZGqwHgj3A4mM82xMrZb/BGIA0
UPi5hqIbvjUdN1gzDEezkzMt2/iXI6Z/QmJ5ZvF9Ryiht8RCzyuOJS2eDK3KcXfcYtTA1X8M
GNNzOqYlrrrqvEPq9ozEtu5EEmHjcoQBQTPzElciGzzElro86Oql0g7Js6MXr4jBsH4g3YOO
4n8pMATSgt4IhLWlkpDs1C5soWEFH+CBKCLkmhaoqlQcdZlzAsrvXEY6KOXMpDPI5nOwz9pe
/nK1zEi+WEtK7gLmwrtiVatecSlDL/0iUBVdw5LGZawxXrcBVnOuWVl8wdPMYho0ZabhKvIx
lLExslspNWlOlFRHeYjNzM7uDEoIaw58Rcwss8WiIluHAQzAYh4Kg5OTFpC4QyhYokvI65hM
hddHcq3OUYJtZfTMrTH6vlzoj2XWnJfiacMbLyxlOlL95bZYjthfcR/ZA/2S9WZVaCoLfg4f
hCsnF+SFnm+bWeEDXcyoW+kc8nW5iSK+3cqUXy/KUxU4PEG2dhuMBHDmIE7ZL/kg6vr1+4FV
Jv35jQh1kqMFo0lr5gWXXVv0RQYov7yoaRC8FTrMB9mldHdy41f4gjF3gYkMF5e5ewvJqK/8
OFAU/iBFARfNS5DNqYeuCnxuBMRk9MNqqiqmVIAZ3dQqZYqM3KDQWcsQrCOqFXxDEwFCtuUY
JNVe1Boo+0OupS4H9zcsjarIsr2mGAjS0COhvuWW4HgmCgV0F2y+ED1cIgM+KL5htyC1iKoy
k2JD6ldh6Ne5RXuaY5wmamcxsN/1MVzBen3dwKXezXM1Qdk7aPkcWeJWlnHcptkUdQ3gC8Yh
rfHR/cXFgeoPgBvhgA2v3NIPvDGz2pmc4Ickdxj4m7B3DBbJHM9KLdoR/IsYR+mgCW8N20db
wKmoO0+ofoEe2R1gDY2+pcGq4EureWdHuGxYkuuVLU1huBrpK14h6YSrqZFgqYw0hT1Ds5i/
NeJvmCW80DTZ/g4eCuyC7qquicddVuChrA112wOohTuIAGGz5gpRwLuo6xyemK1TDP8AUIVh
ha5iBxkf3hoOanU4f6SUC38Sg6DtqNOA/EqtdjmNAuu+oJMDjsidAri3pmAeWT/sYlOcBxXc
VYMvLuBtY9JTftqv5nm5C5fUfT45X1KawuJQY8kos9mNwPzeOFyuyEZezzMvpNp8VSHub4F5
ZXmvc16SiOIt8k+2DB7PkgcpX8oSi/pLFbotQS8pEXbC4vkGoAyTJgCWBBH0EjUXXnMHk07h
QlkBOb03MU2WWrmQwLlhuPKPBx8M7F4mHDs9HJHsFtJ66nucN8F78REXreeYVl/Y8wwr3Nae
oGMcHqZCOpZqpY6/wGJAeRCcbgXodQ5LknnMtH4OJrGqLoge7erUoGIW8wKRaFoFgrCyzodT
dUwFntBoGg8Q1E4Dz6nT9jv4mHdG8ZgHyrzmZaSpefiZEcLEKjnu6dmJctCay+Za4v2hMX0V
qPgCzmnFeIgG6cOrlTO+cBLoTa+kvhhi3DUsWv8AxKK14l7JV1A8hH1AN6MUiZKs66lKFGrT
cvr4FbWaVqFllgG13HCkTTD8kDfmEFV8LhgKlwNR/GJvJ/OVQ141ECP1FBa39xYMqhSUb5jS
g/TSwJV1A/q0l2gr5mir1DtDZiNDZfZBC2+S+ZdNN4zGADeTWPU3FxGwvcMEyafXLLXF4qgX
oASAg5DOIhTlh6IhBqlKgllx3At2m5n/AAqEYTxmKN8KwT1kyQ2+W4mvt5x4m0AHDA5g8i7Z
leTdLc382LDyMto6k/uFSyziqMWDPJ5ia6qKnMKDuMcTnocJbfZCcBg5IyWDauz3LURqX7Sp
CDlNXE7Xg8SljmPSUm5O+Ig3WupS5B7Jcw4BYv2xoirSMyoqMgOEOTVTKSZagdvsrdSg6bao
vl8RgHct+phqDYMD9syHbmCWVLyQCrr4mHuwa+ZWWPhigCEyg52Sqqt94g+h94q5Gbf+59sE
dp8NSny+oV4Fe4TYnzM3rONRiSkFmPSWoKYs8zvDNcy6C0+ZdAmc9HioVZANF9+5cETsWotc
rmqx7hixQfmEqtnctvJM5golOKYIEtvuB9/pqoNah0OZoO4fXL1AfUxAj5IpRCaMzT3OyAwA
8YltQc14ZfW++c+oJNhgOUtrc8xowum6JRGHsSkOcRu5ks9EaKnhvUrBq/8Aa5klOhmmWs3O
YWYvjqGXbnMs8udvSXWFpNtJyZP+wWySkQ+9QRq6YmaGG0Ke47tvHaBG5LzKg1NjoIAVgrrj
g6NSxzClmaQgXiMmV2OYYAi1bl6LJTDi4/EaBL1uuNkfYCaghqrqyoFBb7mAH4l0pF8jCD+R
lgvBqNq/hKwsiCvNj8SgM48zJee2CNWZ4+IeG1WXU7wDUqKNASmzVlAbJndCe+4zCnrXR5hV
hzDTMUKTlX7o5IXYuY7KYkWPR/5nIRNnxmBuf+JekOqYL6RHn85GywbBX0sfWGDrGe/cMHYd
3uEY+aW10mQv/CA7Z7uVuBzUwH4GXTj7ynSkUC1qUO67heLTzM6KPjE3o6zMlrntlWyfEXwX
MlZtyEELSmu4RVJ5iNPrqHJk89Qk2l4OvtDUDV6tIwKCXds1sMkH4BWOoNRDyFPmZQ4NiNSj
Y7nohB1B2AbNRMsjFf8AJVqJzI1N1uJVZQMtx7hJToX9T6IdMRyyK2T5mUlzhSFF5HiAFt2Y
RaI5BmbIDUW5pBcMscRNBr+UOVVQWD3Lwrj4b8TFv3b8wAhtvwhK9qH+ZEpRVGCWIRwltaxz
qcaOq2hvt5eLlHtrAdSwVrp1C4IZ0YZnD0y3vP089uHgsacZxAmy0CKCJgs7WLaSq4g9AmVS
kdFV1LnXoDcsyYeRNQ5wF02poJRLtfJNEUb4PiGVI9n6jmVU2hGLfuJ6UcjPzC8vOSdoV0QV
IL5R1cotX8zkMjDIZbZtabgw6VrlqBQCJVzUfwoNZMguH5huLDbEqrK21iVgi54lD0ZlyY0M
z6AprMts1HNKyF0DtZjxTgHUHJVl7xLMCXIEB4KgGboZlbRehOC/qoZ1DYT6+gDU4blwAo7i
DSD8ai90YNBYrqC00pNeSxO2RuZ18LoIxYl05mD2yOoRKfPVRukK8qtqUtagXMRjNc+cOSFK
kGpStNoKLWG15mky8YjsTwZ8/qr/ADczGs46PHMBC74meTmXkfaOAqvgiAt5eOYTgzzwJbiX
z0CBy/VepiDo6xC4GS/7uJcLoKz5lS94r/dR6uGA/UCMB2nAuOo+tB5W3zC+qaMe3qdCaJ/m
BFgN5K+IektLt2TJguRdQajoxyS4/hzv5hhoem12xwihWm4dEFcddypVZB8EzbPK5fDed1cq
tlxcTLJnSU8Rg8RvBm+xMXTlFGUO0JmgCRWO2l5+JSoL0DucLr24mAgbMkt2F3U4hQ9wxsV2
x18XG7j2xuqJUNBuUOSJi5kFvHMoH7IDXFuSPsO4gt7I57TuVwtn5XGYBw99YjTy8RubD4RQ
JZyjU2RLd4US/p6K8zTZJZG8rvGpsjOz8sdxVdEQuF+UxtWIE1VDRLAfqGrM1uLVA+/qa4XV
XdSprbq5zjbfDEvu+jf8XDJfg3LA3ZHH2jbQcGSW514NY7gJxlsKQMdzKYe75qOCWLj+EqOb
gm11GDGcyjMKU8TPc6cRuGhy0sBFRcgIRFRd/wBSXlG1cCpTmBz0hxl7HrSkeiLX/McUeFzE
LtGnPtYSgj9z5l+YGeGeiUgGquL9zFJyru8/qBewUXA7FHji5T55/E/4SprM5JcW4chePJPD
OaViFkruJdqAIctVKkD7xm7y4jfJpmybhejkh0/SS2OwjliJUva1C1KBYu5tfYIuunMByMbO
8aJZHr3KHR7jhMmpbA47udgbDmM2QtXFxtzRJv1BXOhsxyXxOCbXVzxNsqdZiug+EC9Gqlk3
58Xqti/E20SvUr49AlbDBIV0QpaHf0CnFfwo9HRtZAjeV2UuoXV4K3AG1zNsn5mP5AYLnvgg
xEYBPn+Yah0WXSUezuDPDc+oFPElx7InMMINtJOg0rmGsqLeymXfYO3+Jjg7h0+YcAfti6Zb
F/b5lIppcFxS4CvKY6ROyUBE5nolGKNmKHiWfqauND4huToBqKay2mXsOCsPzAbSBRmDA88J
qVnTUxcbCwOrcv5WRQsr3EY03WwmBgxaKA1dBbHoJyDuOEqO5jGQ56j2+SZfOO5yVLyzvjqW
p3qmkCvLqGPa8EZglzEqIkKw+CJAqvRmHQyuK3KoLdn8pnJSuJwNtRbjFbQtidnMPLR3Wpau
iprMqr9/xAmiiE4MYrMUl4GSsR8xoZhV5Rv6DZEny+mICCrnUo+CwP8AkSy/MnsdjiuIIhY9
kBtDdZWYLS8NssWQNcRtbXrI/wAwsaA4jUDV5v8A5FZnY5/7GdoBXAy6NaGkhzrFPObl4JsL
liShxykfGSHhwoGfcCHXaKKfMUtuCtcIVTDAPbmDOTkOrlJY7NX4jnuWXy7qWeBNeJfdYGbg
xq6JWcS8mxTLcpHBR6hGefKI9Qyq4aL8jqOdOd7lprxdhtTgmB7ZTx4lRa7srFTbx3x8yoIM
giBLpyPLCjY7mZymK6cRKKLhFR4juJhJbwOpYipkLiXB/wADuLcFZ7QSq3a6xFF6Xm3MKc4K
23NxgKx1K3ZnIzz+5g+OLx/5E53YGZytGpeFn0qeSWFd1OMnslEa4eYsHCZfxEHQjQF0zGLv
4Q+JBK+3VSga3zB2M11Hu/xLfVRQCU5YIiCjklDePTmWCrvGf5S2SuplQ3z/AB8ymuCeKPlB
Q2xbH1aTJ/5NsUZL+blxkHnbqGAQ4GBIgBodTAUhxy+yI8P6Tehyhif20x15K3fUKK6KMxzQ
DhwxXGjBpWMg3WWbiAY+w9wd1LfjDOQDhr9S872C+0pDZ+G4wPylb4aVub9sonbnUx7dUEsh
8oWI94FNHFnlUwJGDPMI8Zh7nRE6ThmJpfsgELGCZFrc5RRCwf5F4cylCpZIXsEOFncQNbdX
UQPjTmIPbmeTHmFC/F+4BKUytf8AE0aeF4mBAO31MW2zJUELTtESaO44HhPDIPELH6olWrrx
gQhe5RSY1qtfESm+9jfuAMpebtcs5jnGLqOxkf8ApKLZpOx7g8iglpzb9iXpq+0orp8fRHpv
iZrQO7tf0vTwrHiISofsjJiGr3KZczTHi+OkBg0l06jQlvOD+5YhyMN/eZKr/WINSzpWnzCG
4JwpR4MIB/p+IC5jho5hQMNo4iWzycR7FMJNCUOGv+S6f6T4lGgPez4ltDojdXsN3nHcEZth
W2ISFF0anVZqYQ3zF4WlVbbgNCmEFfILDMiOH5M8ocmJFaky7ZlEBxZ7LBHIokDuVD/TLPWC
h49MSdPaGZzPvvnWLRgzzN48BBnKNzXpTULN3FkKh6rjC30OIwlWAW9UqbGvjcSBldJhG2CN
2/m1Dj9RutApZNVp13KLY2mXB8n+6ik2a/wgO1hQTNwlovM5CFKQqJaa3b3GBrDgWef+kr+q
dt8n/JZrgi4LSs+IGmNINVlaXP7MOkPoGFUQ3k7mwDTIA2B6QnGRs+fiMDwxtjXAwUiYzli6
g05GOqxMlWThdfMdFhw0vcKb2RTTNR6oqsH4lgqsETESlC+al2yemorinfDFtLp1rEN7WcPr
1BZPasVBT7UCZFaHiaAGoDlU6kNoy0xa5bQfzLTUZK36PUf2gupWI2UwmIG/MPdyw70mWXMG
O+Iy3OCLe51LeYv0i/zL7A231Ai3agoFveZqKsPXiUu2yN5iVLQcxoz9GZop2TIuT70qUmYK
i3sTQU9Jp6NQL2Or4IKaRwgbDKMhkUNwuLkrmpkhqZxrsmQrkRC23qYYW4bGYdRZKP5hPG9o
K/QgBqFxqkDKM6PnxDwUcm4rhRsmY1Tsio0ValDJ0YIku8w0vmDx9KqjTb1CDLHalZciqoca
h4Zz1NlVinBnxDMWxgLPM4iy+X5j6K5h5x4oTR05W5jRG3C8Etqjx5zEL1LecQIs9HzcOjqb
P9zBTV4aY13FugKsBqP0UNo1qOUqjb6QaypzerhVr+xliMHiNiUpq3DB2HhupcKHmhtoObFl
zVSclPMshSjrFI4+fzxFD8YcD+peyOf+sAuiqz+p0Q2MagGcbl/nClvUcdoVeai8l83BxTPL
/moC5ddU3/yd1mjkeINlrS/1KS8uCy3s3DLcJrNVvcAYUrZDDlYjS0dRN5OFhHcR1L0r4pxG
02NCEeS6vqJdptykqtubPiB02/8ApGbFWKbltg5F7/EcC2h3ZzM1HA6YjWviJ8HEDVyyp2/1
LA0RUVmmGdQAGzVCWkUI/eUqcLC+I62ONRF5MF9QusAfqPe1x0l99o5gKuUbdR1FzRAoppvu
K+S7PvGdBxWo4S5uaIDkF0Q3SttYlQsKb0nTfPmXiK0CCxWny9Souwfj3KGrl+kp2xXH9wI0
2W+MS26jIiQDZujsDXP7mVhrByx0YsPh3EkaLJ4g0kaLBzV+JoXNMun9yxSXzdFR6JToNb0S
25GThMfk7f8AIZpjCLx4gDt55haO86yuq3VGp/KGDZ7t82CX6yHFD+f/ACBJKq7IKUVRvuBA
Gm6mFCjh8ygzDuopAv8AZHPVm11E1b3W34ig0+HqICsfMVi1aqBLJOLlYZKXt6i6al7si3MS
9dy7p19RYyoAvSkrjKWmJ04u/wCtQUU8z2wbBvqUesCHiUkUFXZE3iLBolq8xLkNkD59wZqL
LdMcxYdczb6YCcdFYhuwthGLyEvcr/ajcDR3zAQpxeNw2/gefc4kqlx2RiOq6XcWQlLSVBag
AXRzEcSz+PENSW5PEVFLV7zNK0wiyYUjBWwy5lhKeXuZNAN+PUVYavYngdL/AJmgiL5QUKl/
wQelneZnxcFTG1r8ZlzgA1Yq7OU+ZY5ZbxqE1wA4MfmCqRfDLTddTOMsarMTaHIMIlwyaSu0
OOSx7S1r+5cYT1fHuBVxlCKofG9TXAjmXcKO/E8VMQsm61QwUiqyPkzRD4lQuBohjdwii4IK
XNECTogivI8FszFXv1GIth90vggmXSWuW7+fUW4sNkH6t4/SoX5o5T+JzCwC9zIppVy1zFOi
uzzKfMX4Ud3zLJj/AL4l0rd1bqIFwLg1iBbii0CqmZmGvpYjO2+KiqWrH7NXMEAFTQbSUGKq
7itR78zuj5jUK8g2eYdZTVX1LKtuPP8A0gANP4SX7bzcvAA7hry+WnmpanxTNQ24C7uLoEyE
KYq8mLHBiyKzm/YQXYZjUCaqaU5hFVRyQFXX2JrWxp1AM9HColKBfr8wQhoXFxNwLH/RjY1x
SBZl2mbOWpc2HqWpsbxK1laBCtJhupVS7OmMFN1GyYAX2zxEoWygdf8AsWWfn1EF2F6gXIuZ
zvPx3NGFfuKugVyQFWoHFyzV7QBbSmpit3K5wQ6C+pdXACvc7BsULHUJ1HOYAwdwF39ElqPh
R8FniFAy1VT/AGidQJWR7RFDV5v+Y7fRZ08xgpp4lCtsNxMM0q2EPDzDRNTBBk+gVdGHxLqh
2eZW1acu2YNzoAv3HUXJl9LY1ZUs7CU8+ogB0Ocd+4A+XZiWxowcYj8HLmbGx3B6ZBe5aATJ
V6+0ck/zHcLwEypd+PHuEgb7ckuDfN/6zDGlWo+q4FObimbEad3DHiwVQcbYJ1Oh5lTNIx3D
h248bIwQSqjanRLkFt738kfo0KbinXfjx5giqOlAYNbowy60K+8v4b8wKSivtCIg7uCJit3e
LhJDiZx4TOLjKJu4IWlq1HVDwQtFu6BlXwCXfQrn9Q05AQ7pV4OJmiMGH5mIO6wlS295Ty02
rNk8D9QntoAqzzC5x59yD9OPKIFpz8THCTTiLq6DZv3BLHeX/UDYsLq4iqte37IfYI15om8L
JiAHjvuLTqorhlmRWf8AajVuLNanC7LTdXaieoB9GLNZPtN6iWvqCk+QRGZ2VwzLheVl1hRg
5QhH1H9w9D+SEYWHo9Sy4QT/AGpVvMCnf4YWlgMJuKwwavmYFXLfx5loNmdcyq2O6idqZ6o8
dyropweYi51mVCthTEnCOs9Sy1d2xF3eETWBS0XqEa2u7zOngXavzKgagXhNEMCW2S8DDFgx
X8kWDFNc55mSG483MyJ0oXmZ6YY3i/MVM1p4uYdphf4hjm3mZPDle/tMfzRrtlKIIbJRlhQ4
ym6C8OCL25VXrMHtamScjl3jr8TW5ZRBa3RHN6JY1BZZGyNlJe05QJpTX3wygHnLPKXlXLmL
dHvuOtw1/CFFOBr5ikZsh3DeanB/UAGEPT8Shtn2ZgO3M6s0sx347YuIt2m8WMvgExQzh3KY
NSyoATbXyS43hcHMPojMVRf2lTUxhQAyyaqUmY1VzMncsm6OXOIzHJvEIF2y8wkOi2ZIU+X2
eId7t5Wol1n5gKRBQOV0I+iBa/EeCy5e5iRWK0yq0CtVWJ233Msegm4xmJwqlMuTFczEPQuW
2ZYxxLB72zqJjsNh1MBFXm4tkss3iFfvDKrJGjuZDnC3UzDa6cXfuWOSL7YjYbWm8R7TsO0e
42wat6lAMC/lnGY0O2HqlGzuAomVDkuUCwspMD1A9muz8oio6PmK4yAY6Ys7N6qAAPb1culW
F3HTQ5hePlnqAdRMImsEGiWxrcsb2J48xDIA3f7gBe0gCwb7wnWLBhg2T/bpZ1+/9VzZBOP+
IhTwTmofU/KHUuTDFzcuQw5j6re3/kIALTKxTCylXqXBkAVL09w6+iZmqH6mAkNmGdrlFLa9
QuroSg5O66mF3Oi4wshmlPZ6gLE03ALocP1AmfMpxWeJ0w1P8wsc1slSIeA2eGd15pJeTVMK
HbhT8YV8jsELp/iGbQNZzHwizX6RdBq9vcE4L7lRrlCIlDwfVz3aoDEPGMHG+4HEYDeyYwK/
SHocHuAPkBNSinIpuKcge0va/JKiwseCHnhthHbg4qZhCvHf4h27y1NTGkOLYhUHCsjTZ8yj
tL3PSzdu3UGqz9kQA2vrKx1bFiJIwt/wmtylqLmYzYYENAGrbcDkWfCUzVQwf3NYH5Zuatev
EaCX5lx5p8pH6Ey8ofCObmeA9gzt8Sa1Rnp+ZvmgU7Y6HIDluMta3ZpIGu0J0g+VzsbmZmVV
TbnROcfS98g/UK4ZHsi8hPGHz1Bc2e4d0r2JQAulJLv5qKwxp5i8V09wVUXf3mxYvcDlGq4f
cvNVaDRcRfyuVIMxDgXqNUpXB38ykxUFs1C6iLzUJPO3ctD4+JynQ8QCOpFBdSFmLOojAXR2
hqwkVQmC45rHmagy5mvPmWCBWcMp7Goqwy7lNxa1K1BpK3FyuyHvxB2t1z3DZnOvqYEi10h8
I5sjabZVGsxdCOR6mZPQdQAi/Lvo7jyv5eJQuFeNy6TWJsUL8A8pQjrMlHELUK3TKUsM4jFc
+mKhUOQo4gwy+u4Oot7yzE9VlAzkwCszpUf2ZWRpu4ChayoTUoRHWZmDd1XmCPHLZ+I0Gdlm
kdqEGTRycxGMn4kBlBWCGS6BKhh/cWn01Iv7tRuLKc83NgfZOKlNM+W71EtLPEQ2VVKqO5qQ
kUtq9FRw4zs2zmhfhNct55jVGFMrqEXiRuvHmWnpKFQ26nnuKHC9V/Mbv1WeMw3PXM2GtHri
Wo7O5atLhnmWMetRHAjl2ZhtA+Ri4CDI/sjaACwwazAhCs4V3B1/yDTgdkSIQsCpiZR/f5gW
V7ja2m5uVcUuZLmsOF/uq3PPDC8xAZs8+oNPPqLUXAYp9r+8CCO3bgjtY14FwA2W98Qzank6
iRe5puNcAfvUat2CmrsZjA+Yq9iqWpGx4qCgUxxEo14mSe0ZniuV9ksHpiKEmWG2s/MEGBtZ
+6A1Qz++ZdPAz8SkJoGqgGCjjqNl4cyzcRwgjkvTiUJZBz9Hu8EVaYHNxDZg/qOA0ZYGNSu5
cjwA79wV23qswFefFyi1AfKbXVWN5hrRgbOYuKujr1LOYar/AEmDGDHbqUGirOr6ibm2zn5i
3wGjtmDzxAFDfipTkK44lAUna9xuC433LA3fIhzd5gvqu02y8/C17h0Cd/1BJTbLxDXgi0vp
n+kbJgO1/MJZP5InfeHmZWD/ALLLjjAllZezeIKDr6S2V3F4m6L/ANGIaOC7KEFtOqbsilGv
gcwoqCwSIBW7P1PsNS8QM4otjBy7NTMjnZ1EHBV6LlWqBlzzC/ykpVZmrcTBvoqF3QGEs9Tr
9CbL2ZSG5l4S1jYMG+ltMkZYrsgUfKmfibo05gsiHC231zLbNR8Ipc8YIOvyb/aEGKNGt3Yl
SB7o9MPHX1CrziO4zNd8lxo5G+/zO4jMIvsg/cvXcmzuaz/viOzZrLiFRWrKrG+oEW9IfkZQ
vsUP9wgy0eD1ObKgXMR+nIR3lHBoEmQY4PmU4Oi/xUVYY+wiko7XxECyCNGoXuV4Q9HCOjtE
Zpgt8x1bogVN6WaiYBhLiC2xX4R8LTaRRlOekHW07RK1HhCcOIGhtXDuADI05jW4vhnQ8u0L
hh/ErqVvDEciE6Jx7lj0LtCmRg3kIsyGYiKDX8Eu2NZahpUZFIrWnq8UPiOpYebxniCweCA0
DO5QYpb4LN8TF9OeZSI+A3L58N+kIMQS2TiBY6HbMv178SsYkG/Mt95BqBlC2vDAmUVEUBSy
+vRLEivD6gLBLM9oJBQwHXmK42jiVyqAv3nP67RCY+oXusQZTdYJ6FjWcAswrZ6iUA/FcUE3
zKWwKYBY9It8MGjWlmJgdtObmGqaZT+MpAUAd+4B5ernUN2J3RubmRK8jKjRV7qZhfLBLv8A
TiZILJuyPcbM9YgsH7rEAHIzUVW54gcr9lCvcKilWy4lX44/gxSbaq93BlfzNWW9eJqUA0kS
Mp1Abqobu4aOfcfkTCDNz4k7zHrfYeYZERhWHGaMPcr3vNXlm6oFvzMFRBga5l8KxSSpovyI
wDh3zHAFOgijXQZTGyb4lPYHFzDFd7jmcBeyG6wIKuVv0MbgasJ3vhF4Ycm2U4H+zMsCVe3/
ACXMALevtFF1lDDa79QOXA5R7jIyfZdSkrDg6uA7Avn5uVHqCBtV7fCBYPKIay+DCLHf0ovo
Q9TylsWlVkxG52mg2mfKN/BCupgF3U6+zcYHFotjE0Vi4yhgE/4lSW4ZWtFlBaniKFZjk4jQ
bZc2rmGT4eXkSvHYM4iVtzq0+1ylUBcqwjttI41EaK8dRrE8qgWjkcwjqK2Vz1H4cVBRWd1e
n8kq7caLVSsgF24j3DZp+ZU8/tEUXSVaAZBCyuDyNEuvOL5fMPFUqaYn7dN1wTJ7aHTcBYKH
cocVoL/MH/iJ4tVliaLfO0tKchWriLgXJjMXdmXAHmNQzWDibTuD5qYoQF/Lr8xcONOcTgB5
HrxK4NLlWpUMT/Pc2HerSg1wlxUtMiXlXxMkRehb/wAJdBcruuZcGK3DDXRS+YV8EGYZq26m
BQ9RBPU4TmUyzuqWwQgYqaTb7S4G/Z/EKRQHiWyvoEXGpeQK2XA3alLRWioA/JD02bJdYLeI
+hd8R7AFXuPTsKc0M0knDkfP8QEDmMsOFObibucjPmFtnE2X3MTDTaAiNFLlDo0Iq6ziJbgI
JYmupqhnIamkjdeM6QTeV3lvXiLVluM1K0yOrwQ2SjF5qOwatv7AldtLyIBntfmd0hmbQE2/
qUX0P/ISds/6TLBkuNTDi8xVK0prS6uIlS55mCAru5RBfJHkL9WYKb7T4u61/wCwgwK8yoM4
GimGOi5fUzs3bdk1gJi+LmiZvBlcsrtiEOW0Ny6nK4qL4hd8woThrT8wqXNy1BbysteZi4uC
7ehov5mCqc/D1PtgIIc7kXxmZsuzrmC1gMmAhWgpy7mfmyencFAtV5E1+jiGG6kV3Nwps5rX
0XtiC6OeIlTUqJNQamDmL4yMvepvBXGZAq2rxEKmS1M5/q3XcaOCnsYqTQj2p315ptm+BSjX
xPk/BRaIEKmXCwPEIYt9+kMFg86l3Hj4l9c+IJfym3nWoDlpQHSYVcyqSO2W5sa7/EW20y21
Kim/XBvcygoq+0Rd8EbXEOCArswHcFSZO5ZRptWBXCcGUrtF/iH5OCaDmXYYPkxBXjwXEfYc
iIhs/lDxocvpxCpZ74ytehgtxAlnQvcqDixZPylQRCiB8JS0Y4rEwDi+u4uNfMt/BuUg7Hjz
LEfC4j4OEwYfBFQ0HdwSzY591LMGCe16nCpvsx161h/Uo+a1qaTZ98USp4a0JHpk6mZXxfoi
OB8uvmYVELv6jHmdvcPq7+iB1lkYCt8cSxcsQ7P3lVvFQOFINKFLK9RPtlzV2UvkjQO868zb
egbx4lO0GTNIrJVu654joF9OeagNwQR5jecLl6iJCzKYPXLjlCf5KjBmJSc4moVUrA3PFpmV
kB+V5qXAiA6Jfj9suq/lJTBj1mYshEDGEXGHiDuuV7mS4zVceodnSY6+WFrJ4zFLSZDq4FQO
Do5mBkrOuZhsE74RohT5mfdlXltcPEAXoVHeDb4gH7mImjjwSlgUZvcW2DCh6KV5hFBfmVhZ
tVjkwXHJHuDj81sMHDNuIewWoGGoJw5DmEC6UrBXMei+S33LnBa+NeMRWcwz5SkZVdSIanCz
eurg8eAf6mXroYrDQuGiDZkeq+JQWpeUjQ613HWU99RaAcCCOTX0WTPxAbXmbExcsEiiQBDr
3EN3Z34hFytf2qZ5qwV3NV1ga9amG01owcxood3EMMKHGfvFnLgMXCDIw1VywJVpvUZpmOOf
+wCnotX3gDigI1q7gsuYgVI8y8HddRkdZfaXzCoQjXRGC8vUpmFhtRJfK5iuympVSpgjKXLM
LobEuF8YdQm/8Izp0QlD4Qa6rwRT5cFlaj3SDILbUu0IWriacGTm45ULbUxLy6w0cB0lwFaK
mzdCm0XYWxYNPbnqDTIbTpF9FisLyDolB5K3Nc3rm+YrJfiuVfetxBTceVlSUOzv7RHreLtB
eXpUF2P8icxq6SV0bPAlti5SYn8PSimg01cDVGeSNQbHqGVVWdW+iEbbT7dz+BcwEeGIlJqb
isQ3AsZGkxDW5kOf4naq+YGKCAbConh6F5l/DosCPXVs5gx1N2nZSX8MFbZ6KNCNeuiJjUE+
YR+hOyVVzL+UqFmqIR5XzKvnmXZoftK0rr5XUz0GifMRS+R3qvUS0WV4Y3LRvVBaPqdwAPhb
iTxE2D3MICZH+4lEtHNCHcAZYUwMAJmtvzK67rwRY8jNmLWUKXt4gvhaW6ihiOWkZXBfY81F
bZVJYN22gpZmjg1dGD4lEjMpMirbLMzby511M+LdD+UTE+VmJcvI8xvnOCWu+8Fsrd+IDiCQ
JzHNvubY2vB/CHgLt/mM7ofKgVjvrTlziOvJKtBYs4SCByFX5gBGmkUoXOzfMAbh/ozKzB5/
ZDFB0vCXhQ+dI+TxDwQ1BjhGjtVZnIcKd9Q4zkOlP5mNPhhjY74js8x6y3qU3c03CXHuF2Yz
NBuynhU2Ec4xTzRxTADfOvEULnw/iUiJ04feZ2X8a+8u324OcxiL7mnjERQ1LdQ01HPmPEK/
vBA5cPb7mYrFRtx+Y8eJxMAVlmuJcEOi20w2y+CowiwKyV/1AFnYtvCdj+vXiBgWQWhDO9XM
ETLUTL7PLxK+fY3MTWds2/dCIddNO0eipA56zKit7uYWP1f7iVIz2H7IqtJHKHW5YqdjBTf4
olSho6hi1CsrLjobcqtyWnHgO5fMuc9wD4GmCIdX+07tjV3NTd3zUvitlniPEOHA8oQkL/SQ
GE5VigfEedvPPhgWDyVXoTzX8kVW2ubx9pYlxWXpACCa/wB4jbajw/q9RgLFMeR+Y5+iHcac
h03BS1drGA84nskLjt7jROpQeme/zENW4lT4czi63ipgeIBLc+I/wwyNi0jCkpuqhpkWnlB+
0YVyhrOb+5hLyYxmKkSw3N/vHVQpa2APUrFrhrUEAKMDnburiuIWHZE3fMqNKAfzKpfV9nE0
ZxVVrcLeBbvFVqWkrsy7BeHGvB3LSN3Fx6ucTXCttzSTVNQE+BtuJ0uhqYurwVcuTroGoE5T
BvBeIz/TGIQrPcreR+/UFjq+T9ypaOmzjyR/j74S0J5znqcQLxLWbeDMYAWwDCjm4FpAUtWL
k8xbLvhWZmCG3j8yhMDYY+4Lbyqv5idAtu2IhkBLC5Vw3iYUbjx1G3nMtY2uW52bXAsqgz08
ygZvxLqK1V0cB3AVGnoszQLRzj4jFb2bNtwtVItNP3gW9EPJhfHcqlFU53MA8h5mXLyO2Ltc
KLVkqzTEK765pr7x0XGhHuNGfarmP9+ahD0A3GmPPjMV31BmBowIIzMuC+OH/EZVdF4PcrcB
dmP9JaY8vaN+rYc59xSsYwbcRBtChM+0rKuBPpLs+cDHIxL4lS5AOO/UGqIyrJMVeHYikq2j
5ZYurheZfq3Eqy2c3yYOZx5XMZjlW18y0aAHjlgtLcu879RFdJEraF/6SjZOhh8RqgOUwywu
hUMtrdYz8y1kO3HzLzZN+QS59VnRfqWeyzhgSAi9P6aJrZugIYsZi40kjv7dwvhE6JYPBhxK
9pv7wnndNVKu087SrWiZGhBhUcdmoiEE5P4qIuDbbI+Yv3DR+iB8PE7yNmPxM7CYyrFXp7qV
StrNcTzjj3CEL5cn1N26rq2AW3hZW7jqCvLKqv5vMvY9ju5WlHLkTJhHp3Fh2PtLzuGy+uUc
CUO9QKl0MWRTRZ2LZXUGHlBjO4a35lZPwBpuETVZpx8wFsi7/CPVhr59xouAz6CWa4V59sEr
I+37zUa4c6may+jnxUy8UN9tx8b+NV8xnWLDWPfMar7viIZAl4zCFVHNeIRdqARgv1NYXf4p
sLikCFQw8leIq/HW0Y7IAl1O05rlJeeQKY6fgKg5Uh4vU0Jkn/JgwdkCSzepmAuISIFpwIbj
pGVKoQww3Qwy4Gj6l1XEFO24IGpKF9sGGpLhcEDUM7JQOv4mnO3cddDceVPSKgZgMYjm1f8A
k/pHpizPWMRXdvh4mvVijUfFa0rPyx2xkHzEdZfmAXDKxsjZ67Y8SiLp1F99AfPuI1XA5l5Q
WHuUGMHmGuw8rn7SuAOjUUtdLxAtaOTE/oxEOTL34mThcciAXm8nfqE0YsrX2hSFfYy91t/d
1P/aAAgBAgMBPyH/APYQf//aAAgBAwMBPyH/APYQf//aAAwDAQACEQMRAAAQAEkkkEEkkkkk
EkAEEAEAgAgEgkkkgkAAEgAggEEgkggkkkkkkkAkkgkEEkEgkAEggAAkkkggAkAEkAEkkkAA
EkgkkEAgEkgEEEkgEAkAEgEEEEkgkgAkkkEEkkEkEAEgEgAkEkAAEEAAgkgAEkEAkEgEkkkk
kkAkEkggAggggkgkgEAEEgggEgkAgAAEgEkkkkgAEkkkEEAkAgkggAEEAkEkAEEEEEEggkkg
EkAEkAkgkkEkkAEEgkkEAkAkEgAEAAkAEEkEkkgEEkkAkEAgAkkEAggAkEggggkkAEgAEAkk
kkEkkgkAEEgAAgAAAEggkAAkgEgEkEkAgkkkkkkEAkAgAkkgAgkAAEggggAgEAgEEkEggAkk
kkkAgkEgEEEggggkEEkgkkkgEEgAEEAEEgkkkkAgAAEkkkEAAEAgkEkEEAgkkEkAgAkEkAkk
kkEkAgkgEgkAEkkAEAAAgEEEggkgEEgkEkkkkkgkgAkAgEkgAkAAEAkAkkEEkEkggkEkAkkk
kkEEgEgkkgEAEAEAAgEkkkAEEkEkggAkkEkkkkAkEAgAAAkAEkgAkkggkgEkEAEgAAkgkAgA
gAgkkgAAEAEkgAAkEEEgkkEEkEAEEAEEgEgEEAgAEEgAgAkkAkkEEgEEAAkAAAgEgEAEAgkg
EkkAEEkkgEAkEEEgkEggkEEAkAAkAAAgAkAkgkEEgAkgEkgAEAEAkEkkkAkEggAEkkgkEEEE
gkgkggEkgEAgAAgEggAkgkkEgkggggAAgAEgkggkgkgEEAEEAAkAggAAkAAEEAkkgEEgEEkg
gggkgEAggggggEgkgAEAkgkkAAkkggEEgAAEEAEAkkEAAggkkEEkAkkAgAAEAAkkEggEEgkk
AEgkEEAgEAAkAAgEAAkgEAEkgEAEgkkEAggAkkAggkgkkgAkAEEAkEkEEkkkgEkgEEAAAAEE
AAAEAgAgAgggggEAEAkAgkkkAEggEAEAEEgAEkEAEgEkAAgAEAkAEkgkAkkkAkggEEkggAEg
kgAkkkkEgkEEEgAgkAkEkkkkAEEgkkkgEkgAAgEEkAEgAEAkEkgAAgAAkkkkkEgkkEAkkEAE
gkEkkgEAggAAEkkAkAEkAEkkEgkgEEAkkAkEgAAAAgEEEkAkEEkgAAkkkkkkAgEEgAAkAgEA
AkggkEgkEAgkgEEgAgAggEkkgkAggEAAgkkEkEAkEkEAEgkEEEEgkEkAkkEEgkgAEgAEkkAk
kkAEAEgkkEEAEEgEAEkAgkAkkkEEEEEgkEAkAgEEAgAAkggkkEkgkggAgEAkEEEAEAAAgkkk
AkAkgEAkkgkkkgggAkgkkgkEEEAkgAAEAkkAggEAkAkgEggAgAEAAkkgkkAkgggkEEAEAEEE
AgEAEgEEgggkkkkkAkkggkgAAkEkAggkgkggEkEgAEEEAAAgEgkAEkkEAgAEAEAAEEEgAkEE
kgAEEkEEAkgEAEAkEkkggAkkEggEkEkEEgAAAAkAEkAEAAEAgEgAAkkgAgkkgAgAAgkgEgAA
ggAEkAAEkEgEEgEAkAgEAgkkEkEkkgAAEEggkkAEEEgkEEkkkAAAkkEgkkkkEgEkAEkEkAEg
gkAEgEgAAkAgEAAgEEEkAkkkgEgggAgAgEkkEkEAggkEggkEkkkgAkEEAkkkEkEgkEkgAEEE
AkEgAgkgAAAkgAAAkkEgkkkkgkkkAkgEggkkEkkAkggkkEEkgEkggAEAEkkkEkkkgAEkEkEE
kEAAAggkAEAkgAgEEAgAkkkkkEkEAAkAkEgkEEgEEgkEAkAAEAgkkkEkgkkkEEkkAkEkggkk
AEEgEEggAkkgkEEAkAAEkkkkkgkggkEkgEgEAEAgEkAAEAAkkgkkkgEkEgEkgkgEgEkgAkgE
gEAgEAAgkAgAEkEgAkEEAkkkEgkkggEEAEEEgEkgAEgkggggEEAAAEgAAAkkkEggAkgAkgEg
EkgAgEkkkAggAgkAEAEgEkkkgkgAkgEkAAkgAEgggAEEAkgAkkAEggAAkEEkAkgEEkAggAEg
kkEkEgAEEkgkkEggAkEkAEkkAkEkgkEAAkAkgAkAEAgkEkAAgkEgEkAgkAkkAAAEkkkgEEEg
EgkgkAkAgAggEgEEkkEAAgkkkAEkAgAAkEgAAgEAEkEEkkkEkgAgEAAkEAkkgAAAkgkkAAgA
AkAAgAgEEAggAkAAEggggkEkgAkAAkgkAEkEgkAkEkkEkEEEkkEEAAAEggkkkkkEEkEEgAEk
kgAgEAkAgkAAEAkkAAkkgEEkEgAAggEAAgAkEEgAgAkkggEgEkEkgAgkgkkkgEgggkEkAAkA
kEEgggAAEEEkAkEAkAAggggkEEEkAgEggggAEAEgkEEkgAgkggEAAEEEEEkkgggEgAgAAEAE
EEggkkggAggEEggkAAEkkkgkgkkgkAAAkAAEEAAEAAEAAEEkAAEgkgEkkEgkAggAgEAkkggE
EgAAggEkkEkggEEEgggAgkEgggAAAkgEAgggkEkAAEAgggEEEggEEgEEkgAkAEAkAkkkggkg
gAggEAAkkgEggkggEEEggEkkEkEAgkAgAggkgEkEgkEgkAgEEkEkkEgkEgEkEgAEEAAAkkkA
EEkAEEggAEgEkgkEAgEEAAgEEgkEkgEAgkEkkkAggAkkEAEkEkkAggEkgkkkEAkEgAAgggEk
AAgggkEggEAEgAggkEAkAEkEggkkgAkAAkAEkgggAAkgAgEEkgEgAEAkkEkEkAEEEkgEggkE
gEEAkgkkkEAAEgEggAkgAAkkAkgAEAkEgEAgAggkkgkAAkAkkgEkgkkgAAEEkEEAEgAgkEkk
kgEkAgkkAggAkEEkkEAgkAgEEgEAggEAAkgEgkAAgAggAkAEAEEggAAEAEkEEkgAEAAAAAgE
kkkggEEEEEEEggkkAggAggAEAgAEEEkgEkAAgEggAkAAEkAgAkAEEEAkgEgEgkEAggkAAkAg
EEkEgkAgAEkAggAkgAkkkAEEkkEggEEggAggkEgkAkkggEkAkAAAAkAkgEgkAggkkAEkkgAA
gggEgEgEgkEEAkgAAgEAgggkgAAkEkgEEggAgAkAgkgEEEEEEgAkAkgkAEgEgAkAgEkgkEgk
ggkggEkEAEEgkAkkgAEkAAkEEkkkAkkEAkkkggkkkEgAEkAkggAgkkAkAkEkEkgAEggEEEkk
EkgkkkEgAkkEAkEggEAgkggkkkAkkkgAkggkEgkgkkAgEgkkkAggAkEEEEkkEAEgkggkgAAg
EEgEAEgkkEEEgEggEAEAAEgkkEgAggAEEEEAEAAAAAAkAkEkEAEEEAEkkAAkgAgEkkgAEggE
gAAkgEAAggEAkEggEgkkkAgkAggAgAAAAkkAEAEEAEAgAEgkEgEEgggkkAEEEgEEkEEAgEkE
EEAAAkAgAkAAAgEAEkEEkkkgggAEggkEggkkggEkkEEgEgkAgEAggEAkkgkkEAEkEkAkggAA
AgkkgAgAkgkEggAkgkEggEgEEgkgkgEEgEEggEEEgEkgAkAAAEEEEkEAAEAEAkkAAEAAEgAg
gkggAEAkkkEkAAgEAEAAgEEEkkAgkEgEAgAAEgkEEkgEAEEkkgggggAAAkAE/9oACAEBAwE/
EEgQPXcoKy2Rt9zJCscXcxMw1eoPI0DdULzUx1iQWV0wCqAAGGJUA33HB276GClcrPDP6QwM
tKpLBV9ypB3zxCQ2HYEANsNFNuWKZjJq14iXAw25OPpea/wSVzWUqvD/AIYFabkc8EJOpbCG
VkaDjEp3BWxgbzLhXZQ59QvQo0hdPkY9bLfk9Z1EIGMN9DUUhPyW/wAwgXBy1PHzKVRFTYlV
7QoQS18nri48wJwmKQeynWlb/iFFjoBS63uEKgbANQkcq4JY9Myow1q2dJQS2LezhrcxyzaP
UTQAZeE7mRK28jBDosKMljadE0eAORWLgYZ4CW3qIMPk8/JKrqPAumnpYsmpVtN78IYgmABg
6HPuAJsiyKvBtqKWanI2RTMroLqrabU6hJUss44BXEHkVBLY8079RXsZlAeUW4zsBU4aiXDQ
tY/ZPSAShIQBD+5wSgACe3BKGBanZtu79SzSBSGg2xpyqZlzllaEJRW39Q2O2NdMPDYc1TOc
3gLqYpFcBvcrQuUzAIs1uWqHkO41M75JfgIXpTOCWZuIg2XwTiCXpQpZiU9sFEGiCKNGopyv
FagF0FB4P/ig1ZdZP8AllZnGY0s5i5GtSRiIdXMYm6o48vPqHIFmji/BxDgNsM8r7ihKbkBm
mu5gK75tjDxMQNUdhNAzmzMORW7ZsGCByeYBQxAZKZuMo2UykxFUqjRKB6FigrsVgdxKsu1p
ajIdKqON8+oBMSnAO77iKxdFFVwhFUqQ7B1qOF+1cegi6una2Fyq8wcC8CCvLiOr3Y7DnjEA
rA5ea7e4SDScrqX3fMyAJVB+V/8AIEFE1XRXl3CgMqyru+AM4lQA1JujkcoEu1scEHt8wGAy
yg13fzBAwoagvgEdKZm2rW86Y2s4+QIZzSen51GiNcJnoAGVRr5dTPeSEehW2uYrxBSwY+6x
aKbGZkuMQSxwvqLkgrAWb8krs+y+xUyZUG27g4p8eWmDkqjnmIOm6SPccvLM2ZM8EGVlFepq
3eIinzK0s1kYh/cytnRm/aYxTMec0JhjqW91EUzdrAr19EErXP1surz1D6XYtEvoRGbMkLva
0kOSGVQ9qzHasLHw/wCFXZHKCq7GCV8BAtAAw8w0xKIBYe0VaTB2zFKBllrPwzMpOi2/EoBG
qTVvmKFaji7qIFhcng8RUwVNrVipUBY6eY2RAMUBDiiVSwWDVwfmPVYKQpzaL/EdqV05HuWR
ha2UPmEtMdjfgjOVyBfZ5jrpHX8jDAe2s4AeHEIFhKwrmBv/AC4G/MWGoOqKZ7gkduX+Qj0K
W0wGXYxDUy9EsQTb9m4RGkLsuiohRaUWpj5lf1Dq2tGCKCbDCrdkFOAJeYCOllrfjAv0wSsi
jca7I5HuAP2iZMNFcHtcwbhId+niC3Une6+EJoFpNb3TqYzeJpdWvEaqtpFlOmDVYQZuuiDt
QY7Qe2oMDOG+5cYCtsS2OxMq2R95mNMXtghIyhew3UQLcOGW0q1KG2/Uyq13BvocMvcZhRW4
4/yWCFVHKmAAwFQJ40tUfeHDA0Gv8kzMqXWUDQ2gGVDA51MdC0b0o7YNaINuS+HzKxKopaLQ
8SlBtwaLPZuCtJHkPcQ59C6+Yorg9qe4I1VJaNdYiwc2JoixR7gRsc1UJOiiDAruEWtpVX47
j4wr2WCkyCNYNHBVATeZULpmzFgy0xIthByR+ZnbiClPGf1KYA2GwhgyQESC80mzwXMwS5SD
Rr3MtktGNF0ZndTRg6+cXCEWl3V09Q6AFFpXiOQcLqg3zmAN6YbC3rJA1udBoxnqXMBGlFH5
7lQ67JbG9RV3UQG+c9xFgC6YAdXzDot3AYnLnmcuXNUw/JgHBY2rrmq64gctS2KxWa7iRS2V
hhpOTMRaWEDK6Ai10CwpPlB7Qr0LfaOPFOWsy4moM5pagdbPDlmvhxUwRJt/y8QQSt71CIcs
W3Z4qJqqMCUGtr1Fh8TGTARQbEwLXPY6hlYwcQBCwJiWeAUfUBsXzuXW8fRc1FouXi//AJCW
R6dZV+JVbuwLb3mafVbVW9KXh7lTBKBVvzcsKco1cGSyZwkLvkuxiCtlxXHEDjHfZ0TJKp8Z
j3uWzJZyXAfMLUdOrlRaaFavCeIFbTBih8wkJVvrjplCyKqrfe4EGOwYU8BzHt4ObKDy8peE
M4WfeAzcEBRSKzbi7Y6UTHgOmIuSw5tauIZmrOjPzfUVug3UEs3ZK2JaNt8iRsK8AL8I3MQS
Es/1mNuC6Q9taj1RgU0A1bhYvweweuYM0ckyDRdRKFNaJnmr1cqBQHApnOUaSCrAoBzKffss
OmKYFgaCquw8tXLmQMYOjhBeEcQsV5BXmXqUPDx8kMy+yQVnBqCwYzwGzK5bI4FIN/f3Dp7s
FZgzr7RyWQys7PELFWRb7lxrgt4IHjLARuLUpqDR+oBsQ4vhgBrG6h7LlhRPmYWtxDoDL5Y2
wwc1EayaxiJVeHL+4UNY7lZuYCI9bSgvlUL25/8AkwLCgr5jVstYqvl8lS89wtJatV68wuCq
rWpZi8xLCLfy7g2tXTAB7SGOS02K9CIl1mihbziVIqaUwMZRrtOEeYlRzHB8XF1AH0xveppE
dl1+ZvrJdSV17iFtqunE6oGg4qKW7xUv/ko2Zbauhmy9ajxEegZQzozCs2xIgO2nmKZx6cTx
xKOMOcKU5uXkVVp8BRq48AeULY77CbpxViv0cRnaoVMEzYcxhKGg5Kd9SyAUpanzKcaFYS8Y
ltoGSuK7hBKALNpozBV10aLdlnEzKGuLJ7Jlj0fPRmCpqUA7GhvES6MQAt5MvcVummxdlPjm
ZaXptig2PlNb8OIHWNINpSrfLOHmHgnkBf3EIiYRHnuFVWosMe7hd0gfmtr1UxL0zLTSq+4t
a8G4qOy58R9CrYDuBpb1mGKchiA1gPIyoYW7igy7wSgHtcZ11yxFbt0FmYWPrO/coz8bl/aF
Vbl0kEAtlgB+IqRHOLhYLd8f4CMkn2y6zKoTAbb1my/E0ubSF8P+HaC5kHYS3RcQpQXk1E0a
DZJfDUDuCl3XmC4mlzMeEilm00KW/UFimB2BDiWKV3BbKyiIHcA56gLgjNmhg3Vm5WiA3FSy
AkNUQNgkXhj/AJKgunNqEb0sh3VZm2G/PcJhGHq6gDTWQWLKhSErBh1E5BoOlzHdgLaGsjG4
i85d/dUQERbP8XDVSiqXLi5caMUGrfYQ7aUMXY/3CHUaKUOhldawYYC9SwRiLMj/AFBcKUtb
c9kIRUoqOcVUCHZZR9rY1SA5uW/MNxDWZb4R6usQ1Q/moJTyiFwyvUQct4Jp1Hwhxhp3cFdF
25YvCHia+S9DqCAwBGLriup8KFAL5gkyS9DyK7iX0r2aIqS83oYgvLcQbB4DtY1SQQJjxKpU
G2BfiMBYty1qx3dZl0Yy4uG04LgAk0F5nc2ETg6lGqBAVVOS5SiUtC1lqzqWugpywNv/AImf
pq5RtCbaIVwvFTqFLosVl18QSiVC2q5w6R1TBtOLRneqAjhDM6FlZ+tfxZL2ekzEHxdYvyZV
AAo1/g+QrIZNXDT7NkbSsufUIrRKSyLvuq7ijZXuhl1iolAa1l8QplUaTrqUO8L0RltIkIYC
JWbhkTmxY+3MGEAxE0h8xUskQxTnC7iEUILIW7PMRTPEUNX4ZbhaKgxf7grH3tAF5aDhmMOb
h1mupQXOrxn0koXFsSqeoanLqzADg5IcHV7m7I2GDtuByweVPQcfMtdIqWgAlaarCHO9wYNL
fIu+kvTGTVryghhZRo4+8PAthG11MtEoxKHqUAQJaGxcVXmLlsNUp4ZWLQIoqnfNYIB+lcKO
YkdMZSogVcsgaFRVeB/MCIucBZwzSiuqW124YEwApVU9HUrwHUa4o/7HNXSNKDHbqQu+NSlV
kC3bCzTdMc3kufFCA2lLPnLuiXjHVbllxDdlIy2f+Me1tGmBDa0OwJfgEoB8y+rE2gDPcRSF
u9/O2NWsatAs/pFgQFIzYQv0HAIvmoKoEbspPNQig8mip30mBMsGyneswAIGVOQ4lS4OP/iv
gDbhsHxAJWwQRVcy3tgkGjyTl6iHJGuP3CMQwcVcxLrxorErmI2rtgFMysGVTd2bSqrwRMXq
2Fqv1mooADGm7PFRBBVZgLXh7qMoUEwA7sDCCKwsCDxAEFdms99yutXSw+O49hFhVdUXxENt
di1TZMmiyLj7I8WwFlL8y0KgQssVwXeJf8sDu3UPGa2PmvEyqi3RRxWdRzzwC1JlsxDrAtGV
cRZTZYEwOogHZBVku2WpUiFFViCabtUlIGiVQUPzHhGkZJ/rqFjt2WreLeCG0NL824WOy3g0
aB477h1rrsE1KWlWwLA0CaiOsIi+f3CbVZHlLsshgKirhPS8QDYJ4KejzLk8Qm7e1dReJz86
HNS3XgjzhjR+eWrBdIhFMmL4lgbRzxHS4Bq5lWmAWL7EojgdsaHd9Rira4fMvpZCkbvB1EwA
rkal8VCoXjl0KholIEjiAN5PxCwplAeNPcSfDpTUpL4hMFS7DpOiCdtLBu2DGI+5THB5u4U1
8VzUAu66SZ69Jm//AIszyINjtI6gagacrjhMBMP5GWuucga/MQyQFPB81LWOhsxRZAroVVNq
vtim+z7SrhaHbcrAltjGa9QhNg6SvxOBBd0a8wIBb8bjvuO9H3lKSi7rEJ6FOdu9ywtZbAw1
R8S2UtFZStuXt4g1jTQ1VXxK+atgFbea4m8Qqg37uKyY0EArGO4xI+AA1wMBRVPx7QlRaeUT
R3DQni4q9fczBkWmm3o8QXCJujirtaIlVYSLcZWyVwgLSjx4gUSQ72ZoWSFBVzoHdKmd6vYK
bXlqNcCBxX65geVvZhHkLcSgLCzal8vr3BbRFogfEUDobqX2e5mqtXV3U4fcanSDFLU43nuZ
MiZHaNQU6rWfaUjiLsfhKbfeU21DC9cDuWHXMi6mCO2BfqZAM9kLZqGpqkrEBigdkQPVhT7R
bVAIx5KiJLkyClAEwLoNgnJ7lPGsAGTGIahsa/hCPst8C1RKNo2aBP5lEUMNFwWkOOIXM2Ae
4F4TFAcU61N7GQ4/+LxPLdlwQ6zGGmIEBaUC/Ev6iAmD5CQhNYWJde7j05cXb6hRxW2Fe9VD
ungbx4jgpOQWqPmU1dY7ghFLOTVykQray+jcBaaOGmiEMml8G/MRr/bl3IoZMajRDImj+PcV
uBse5mqGzaeZU2dY4U7JYM55NZixALnLZg2DY+zcFigLXa+0TXHkKzsd1ADEM1cPvuZHCgMb
xx4h3VrAX+YlhOwNovh5SzBAwRPmMDUKXc+AEac1Zyn3crkxWKvJviMioBJSvMB3KatDO8Nx
asJuBXBW/UCCXfJ6B/EAAqC7J04gR9KotHbEbApZe0uJ3hWr5KTnKpQYFwEyF2gbdCMAklm2
ecSnhh7EqOWr4uZZUAttBYeIqDiINe+4hmsDQS7Ur4H7x0oOB5iLOkiQ9CyWXyxqWVb9A4dn
nxG4RRhB3T6loTUoUjSp36hWGPN7AXZzDvckYUBnmD9bgApT5ZjyjFIAN43qJHHkWNjPmBoV
d2l4D7jCqksaS6X+EAIUBR8f4c4srJV+Tx/jhZla81LJMhdLLXGmLFU8Ctl2ypafBmGWFFix
yPEvQZWgA0nZEcFDo1GxzuVVFa4GLdLTqS74lwwDLCiNQWsFS2O3RHbBbTzxCktrnHESs3fV
RVbW3zBTQ5wzXqVcIacPmZ1xDjFeLFdwpS8KbLywWodnIgdVKsSLBl9jmIMbC+hXapRJbgzZ
8SlVM2QXeu5aIKadCtWeZbIYAOBzfMvN5lXovmWSKoFK5jjTKsCh3mWaSgBRWNeZewmAaOZc
oXGgXa4gKlWtHfINQuxQKKA00y949PLO9QFXEBQt1ZENWhTAPEKV46aAeIz+DbLLeT9LKFoE
azReyy2Atr6goQ7/ABFxbRUuOJxfcpurE9VDKjdYiWh3w3UDoKW0MXxm4jRaMKblYdxCik0o
VTvAzZgANl+pUAKOREcGpROfjPEYTUASJjLcZrhBLw4rmE2Wa4sddJbotv8A6EKC7A/+N4VA
33u6JYG+aYxYLM7h0JACNtnAzMixWcloRgrU3B5LhwwAKLVu7jaN1qsCh5iHYj0ZlCwnI1qJ
gOS7ynkNS+mAi949wHNFxlSnbcU7wdBqBovu0MDKwphJfE3UhBLTeKMdKwGQst3cacckRgOK
I7CKc1weMyzkhXq/mEhwKFaRq6lzoy1CWrtPasxgOhwGoqSwFhKK6P3LYlRQbdNwZZFUxU7o
Oow9yaOT8HiaUhR/JuE8KSXgwDMAIFQOZnuNIQKvJfxE6wRBoXDPBGhQg3hctPcPK229hpIg
npebUHhhCDyt3yviC1ObquPmHOOzV1/MQBnXy3miFixvBfHETWd/TFYY7isNcEeF1W45H5Qc
MvUCpepY3rBECKXKwG2NoH7F2IG2g7gex0XYi8meZuGOBC0u4QSyTI1nXBDW4a70ozUG8bTD
kVDFQui7mB0LByoDluCuZVnwWazvgS49S2sMUkrj1Svt/wDGlWWWExvhg3ZtOwHg3KyofIvs
LqJBkR8Eq0S3QQQvSwjeK8S7gaAqFept2C7eTtFVmnlX7iCyuFly0yspXx5Iig9CKpPMzrf3
M+IuuwNkdBd5A1cfM6Cy8OoSNgQWhuvMWOgKHfhlmoBrWA9REUeIQiRvDeV2wGTboNfabRRw
LMYYjYXdeo1yhAWsq8Eu69Z3EoirU5z6ipQBoLpqtcMTalMC3VDnEGW5qFg98XKhCEKm+aPE
vYjcee7Qs5Vrk3li+Q1ApnwsNswCaW9fmJ7aO8YrMdMK54Oj5lDQ63HJrMWNs0J8QJnAoDX3
jjUZccowrVKvfP2hQy270X9BaGhWohvaNfEa2e0CxMsMLH3z1C5aVxjmCgYPcWMPxGVq1QU7
WAtaFW9QzaAGAWvZiF16Lp3e2Vc2Gy9GL9xBNtJtQDcHEtl7KVeHFVL7G3jpG/mOKLmdK5tz
QN1OwVUSm2JItEKumvEdntvx/wDFh5PTd2dpkquo0vbiEBmOvgNGTccUGRO/ljhUHAmj7wQc
zg4+AlUN1xeErepYkRsVRApvpVE/5MW1Snp/RBoMDB0b5xKQoOTDR07hVJof8I3Uhtc11Eqh
nFh1oeRZfjHkKgV21X3YVdbRV5lvmDVKLcX16l66Co01/UyCatlMV3Gxgvgi7l8ZgOob1OVz
TqIASVltbYEsrNjIZN9OecQaPf37HPMHW1tm158S4gVcwNpfcGYAt1h7XXhNoUdoaW8Poiee
QzhwaitKvXDr4iSwrd0VZRqHBzYDS9w7ZXkF1EhLaSzqTOoAoaGI7OIgdZMefvKSoHFvEKA3
bDwTvcal2BS1CndcyhYHhqKxXw8xQFc3mNMFEXsFy1Cc4iEScHcQxAEoS5mOllaXldueoyLG
qWKq7OSEF0SqbMyjZk/aArX2gF8ycCJkg5B4kHW2UQzCFYplpIGia5VA9souQas8wUbWBrWv
/ihxIqUJWpDIAAMLFzGlJvyD4qGyGSw8TJwHOyAoXmyEdXdDOfc1XwQwiy2li02OWB+YBALP
LYPiOk8J0vxEbrmBRaodO4O4pTyGbucyS1Fg68zJpRin7zLQFWhqXdLi7WS+5y25iAQYHgHR
FM7bAbxGGUBsbhV2XVO6xzLcj6H9wW72+YKOGpamg2Cv+IyaY1VkUtxK0q2Wwsle2IAN6pko
9dw1di1IUyN8o3pJags7aEgS6axNt4TdyulC3YXeeKlzGNmYAWXC0VrS8V5WYHRct21zDNiA
EaxncBEhUPa8wUBi4ay8wvAQJ6hFND2feYsCuqxE1IBxEsucATj+SWg1VjV+Zc5P3sCuY5tA
LYr4GCkWVclXUEBHN3GJltsYgCSbBdQNi0CpXBUGggCg2yh8MAwD0NjyRQwLkWLKIuyhW0rC
dwKGWz3wgP6OFm8kF6wBlZ1FiGJ86d54i2AmXrqzmYhDleWnrOhsS7+0bpY2Zvqqie/whXm+
ZcrMoDn3G9+C6tepVbqIBVZC2YIbM3da6Y1NSzNTmr8Rqvj3urW78wmkYCsUPGbiBDRq1V8B
EohpjXTK5uCnBqIBAlnDBdNuVqBBDYydx16tkNRUCAXR/aIwKV0/mobFtA8csRNRqO3zmHBv
yn0Gm6uFGVWWVn8QTCgmTV+4QZELSzdZhHGuya/DltFblk4gtLF9RuKXdVzCg0cNO/M29SiB
VMU0wuqXl1GArRo07rlluNE4uttuEudZYATmPd9Q+sKFJpUb7itWAsNWUf7jMCo0rsPnEPeA
orDzXcu1tBUEb25YqqI5so4AZdGKeiJWLS1YsfKRQhewm5aOSi/WoDG0NWkgXmjUWv2v/kNo
raKAuJrLRmkBoJZzRpR323BNMhSzZlgainkUcxPlz6mQXC3yMeAlXobgJG6m0vNn4iRqCFv2
M9RqQpaGgIa044KY2+4zK82WDtaqo/RXuooLJWAGWUxbcEEGihGNi9xVrsaUVVO2VEXII6q6
COIGtnUOIaXWLTCOIDyF0thbeUiwaEAWGbENIGhTVdXFCxtgFKasKgrFRLViKYqL7SALh5EB
aO2Fi8F6h7e5VhxQTnmE04Y8Xo8y2n5cLt+8ZeCgARxu+Ijygm27q4oZO16p3KEZUkF43cFl
FWuB/wBjdTYjXRDaTGa58xgoP/RcpIv1g2+5nRFaf0qCezqmLIYymHUIKSMUr9QgCi1qq+io
iYcRq8FH5haiKwbLQgCTTsOQ8VGIqnkqcQQK5izVWv5iwC6/kIExgbdqlHIaNwHSyrsemG2V
AK4YSrPcFXVauBQ1QgFXZ5gETQw/uBRGFUjD9rBkrLxC5gcRrxSVNBXoLN9xt7FBSM8l/E1l
oat05ZuAlyrDTzLcrDDoKiKeqXNVArTG8u7gVUW94qteeftMeYZCUv8AEQZlDLawo4vYNYvl
3LqsWH7kALVWarNJp1ZbutCqi0ZblrLBMEwVKd1E5jgaBpXEsT3QmQOiESy7qYvaLczUPWGw
/NS8UYAVWsBhzzLkYlhTYW+I8SpW4oZs6m82hqlC4uiZoaZQ8lcyvlDKJ0K835g+VaYLQNRO
OKFUFbS4xt1nIL+IwhKQJe4V6kK+AuFNtaI7JfxGvSihzVdToFVV0hczQn4VIqci6k6h5vmP
Av8AWrBV5uA6ZFiACVHoCi3sWnUZV4yoOemAA2TkCkPNw9SgzSvmiUA0ds4NfmIbF4FwUxSO
QeYBsNSW4+0tlV6m6+IG8O6KbfX8yqtYOHcQLBQWDWJTgqCGyLAcum70PUVVXKPJ3LRAFglX
VpFa1h5jg7LVNsnSbtgEC9l9x+BtoTKO5U4q7Owe+Ji8DbBZDvFzCKj+HUQLNGun3lDZOsPP
iDlG3WBgP5jKSYu0fJLXAkbShrARzSAGcXvF9QDy23NhuyNu7nAe83BmeKPy9zABCisySWlq
LJfGoF2OhYgcr+4ZhxNnZbFxlcygtLYWpSHY1dZlAFlr2vcvE1hSZWpQqRCzyeuJ2mYAUWYU
p/iCaWYS6w5lklGw70Q7ck3V6vWYJ4F39ZePgJj7dy2SijKu4ErVSnJbMAgOopS01bUYohyI
ZEFmmFUTRV6goVmEDRnmAyWYCgcmyWYnjLtGqh9JFFUaZ3llTQoIa6O40EwexgaHENAcHkeU
QUac2LP5gxjVOs1awotKGmz8Yaukvw4xVTUtyHJg9dB5EFNak5U6ywawt70mNEQeWJd0CHQj
XKrzlORqILYcWpTHoFFyg8l4gJlV2rMrFLa2YaMSuDBSWun0QCAKwL+17qMolldX4JTWV4Fy
tKDfF/MEcV5blxLLFBRFCfzAZlG1swWEmE5HuiW2WdPHqDu+1QIXanA5huwHzlxAuApwa5b7
jlqrQ2O7iE0GOtRSoAuhjvSDLFrIWF9zscmpzzERlWkw71KRe0Vk0dZixA6rIdLuY2+qhfQQ
ytKAOhwbjxigPK93EQrFBrO/tGam2mVtICobWNHtLccdbe2O02F04HL8zFWKjmkOKTWcinca
o8gHHQRmDLrjwRwrgo2EG6zGeyrGnPVQZSUDTyLctGryjZZgt8xydnlPwzjfzMdQi3WXHmPp
CvpiFg8l650XBEpYHkt4hKymUbVNQtEoNV1j1qg+WLVm4tsBhQ5WxVbOQgXdwE7nAWruk3hi
WqoKNm4NxbgOMhXmAy0I5xd6lOEaRMMTbYYN4YbhigCuQAVz2EsMEFx0R2EAihN+9RuDCJ7r
JLEC+8oSuoGVx8qR5lfXOPNeAgK7mRcDnkX/AFLETQHk5hPXD1QDasH4VRVajX5gBsc1oWn3
Rquzbs8oQqVAwWhdWy64haGSn3FzStbYvTnrmoHtYqzZT7gdNAWcNxGi8jOmLDrzR8XAArK8
K2fMO1i9tblBQHGRf1HpRN7DM4rPmCmvpSlaPA1mBBS7og6Ah3HkDCJZSDB0OmK2Ot4adNQq
hrFx6gB5Bd0UXXaNTLDpavqUpW17PeYmKFbDFmtVK4wIZBncUlQmNEtqOSwL3TCXiZwMBLxA
fW1yHnEagVDf3hahelhRW8OCZmlKGLFlhxKWYKgQrDQxwLQfdAopVwHEJitQFciyzDNCtNmm
MbRVnLyQnUUVmyG8QKBuWVfEfEF3SikvhcRa6YVouyE2quQd0hCWngW3EjlYU1TDGkM+WWqV
HZyYwZUJlLvugRUIc7sV1aqahybIEctY5wIAVQKtMFkxDsgAtJoYhmaAmUfCJbL1WgLggvOu
ywKmvvNS3Bs2zfiWPhVSm3AK9ZTbZlqYrn1e6A1KRwXlXgbl42EreSo7duEsLX8ssnRnd5Bf
shS2I+4teophyd2qD9ti6lVBiiCPJlyoT1RHI8xxEIxWa2LZpbJ6XenxMYohq04iAMWcxyvI
uSyCyrbi48mhLpk+/wBFkWul1CwwIA1nM2c35lbRZpZTWwYP7SwmMc8/QFaNsSrGCqYMcdxn
BL9EHOwVXS8YYSk1XjxU6tK+U6b1J58xeEpMqBek1OyGBHA+YUm0r7AW5z15W83zkjlBYdR7
3HXGbyjKw1smvRLoFuxhTnM2wZ2xsYtJbBUKCYfMqvjzLdDOA+aGUG9C2oOB8JlNxsmX418w
LABG32h3lOD8IN9iyhT5GBIApLrhSg7JcxXiMZ3KQ2Z5g60gmZoSWhqsqqbKjuwDNBlZWGzj
hgKQSBFs8ozAUgLvG+mU28pIWw7Vil91IOeHO4EnTcgUK5v1hSjM5uF9JVqGq7xBoojVw7OI
PSKptqacQUFLGBdg5g3evIeR8SzxVqbNUwOe4bvKhmO8qTZxo5qIBNC1RGLgNoZrS7luxLGr
+YpKc7cpB5gs8QClEsO5stteSA7aZdcFFgmj2y/o4OG2s9XCmxaFupAjjbI2eaGqmHPajkmk
9JUVRbDhXVRCrDXK8S2KjQ0Uvo3AZmCTghbxgM+ealjV44xKFYrv1KC+DK6WUUbXqVwIK0EM
rQ+iZg0iZevoi5z8VBRs2ZlI3bDZ8yxWAo0gahd0G81KfcDjT1zKLFLBYXzEl24TAwobh7eY
h0rzcJe9BjYtlMqUPF8GCIAVXkZpxGhQJVsF1UBYeLDG39wZsqiw5rQeIxROEbzxMfqsDi/b
AFsBQxh5jQhtwOMS5FQuXGogII1hLFbRdldwdguh9RKoXknqO67vCToIHLKA2YryfRsC6BU0
BMQoAYQQ2LeEpJAl1ubFjOXaTIninPzFQWyqK8Ru0s4Z585l8KjaE/G5cA26FD7BhgvFrqng
gGn3AgffEGwThW9N1jxLKEWwVWzzC1gFwCc0Erl6CUB7tjKejCijq17lET2JYcuAhNtoDC9V
TREiTaA07eZajmSxl6jcQjRsHBfEPg4w3hsup8mAo+NytxGlBffbACmyIj3asDBxkUT4JRW9
4mrrghIJYMcOLuEbACRa/TcTHTbvtxeWQhy847au/JKtAYsC30TgM8Uq9MQRRGTxiXO5dNXW
KjAwnYHo+piuw8LmNwjOj4iLC3cICrDtKSCXbctpLZd9QxZeOagvkHzF0MQ2PxECHA4QBu2o
4GbThJVC9qpdjxK4NGQmH+oEzLAGOMYdxEOnCCDigGoZbwozLzUeJNYtEKKi+9ECgvLqM0MV
t8ldodpzBSpytR1cigEXur9RXeLd+K6LJyotjNH9QtEppmgcF3CFBO4r5mCsUWKK8QQLVBpx
cFN20ONVGS1cxqLGfzCDHKh1iDLdp0zYmoDElXNHkYCh1FLNjo+gn4MwodsQadetP5Zw6LyD
57+YJBgUk07TcdAQjbj2sFZmArb2/qKjRkKi7q4onVSQTHd9yomWfO+tXEpbBtY14NTLpyhX
pTeb13B2g0orZ4JE4YZKv0t/iLLuUoF1qNlCo0BpyXmBMmEKtU50y+jQIsldCFDban27uVQx
1lhNJzGi5Sh1oq3MMCg5Mi9HqVd9blLObagE25spOqgTewLP3OYA6djKONlRaQZkRYnCPaHn
iVejMQcxwvj2QjKjAcHSVuNk7pyQZ5uAKLNKtvzzHLYXAPzKLDTVdj8R1UKiNbwYgKqYHH37
mNRp1BLeAQRLWgAFUyQm267JWS9PMApsmrSOjCl8DiVSnLAmya3GNbOcZ9QDS6dJBQ8yoLD2
IBYLf0faVxosWjXm9QAdgYOB1TOnRWt3x1UGQIuRadVzLecsBq3w3KTYSA0zeIkwKVbrKKll
0auDBxncMaQzw1lZZWjGFFDjyqJRLxX4AXK9M6ArHRHZUz/LMKhpa/8AYprpdPqCnqqWUcpz
LPaXb4CArIGIy+F4mtgDTipg5dFW7X/ACCCyBTk3bKAoJOP+i5dhKXVqhZL3/uIFNqV5X+oC
LLLBg3MMXa24B6sg8gC8UaLlhYDlch7sl6xWg79rBb1TBbPhBG9FVDHjP8TmNN2r2JAwYS1b
bOeoKbsd7M5Atdu2HDKpcAp5lxK/NbRINYDm94Y95vMTC+DEXRZKK4vm0cE1BaiClPhfSVNP
AMtSqgEQ6AGhUSA67WD5OUqYBoVfSw6jrIDwK80VqACFWCY9sUQxpYDZghpo8EJ5Fj3eL2qr
9Nz1Q3r/ANgFUWPBvoOoXYhVP2qdg1jNoGMVMGa84hEEpMHFPaRiBQEwLEuOwK3uG22ZBSLx
URFi6Wd8Yi5gbW2tRTIN7dfLG2y8FVvmuoQrty+5W7SF0OKCLAFXRpy0XBiHnADkRCBgDm7p
8ahgrIJsaVTCINFYYCHEdmjm1WqdMIdCvx0HqGgaQq0aF5ZZxYpcWcZ8TI5gFGjdgDbKaPJ2
oIUWDV8PURjhNHHuWaulYdhqUp4MKi6wctHG7hB9UgN6tIxbNUu8+40HJVQBsK4/yvnk0FUA
bYXRLsq7o+0FG4RYF250/EYBbVaGSeJaDB0Cy6xbKAuhgBBiyMAcXVt8KD+Yc7NnAUPg9xbQ
NzlvjOJdDQKMWjprmY4CKaY1AGqzDlEkC7mj9qgQEFrw8RWK+xW5SKYE0LO4gqYLtxfiLkA7
wF8kKiIN8W3ivEGqSB5a25lMByoGjPEVAmOmH5groBYTQ8wea2hUeMBA9BaFWX/KCAEgUCJw
3BI2qisHVyxBtKumQaExEd1RgBMb+Jt0Vks81WpUkvRse7i2gdVwhshyoA1qmYqVz5VZ4TQs
N0xh0ITBYfChLkWuAIBO4gNxrXIDcyFtWq8lwXlMZjX5YlAPCRr7kYXgAVt+7lJ3KqzUcpHZ
otAfl4hbkiyunr3KQKPaoYwsadhgq6vd3/ENdtGGv4gXvtx4WwNxPPex8EMFQBYggWhnJU1X
WYSueAh+XxK+aG1AuqZfswh0vGNRoFHNa2CO5audpa7O4Ej0cTa8FLywSpbiusSqxPw2c1WY
CXBz4PcIAeBTb4vZKZiADV5MAY/zb0t2Z0y9jBvkwWACtvcrXZewHmISU8kqnglxtBaxp+IJ
BL0Ct5meH2GUeekc5oyGGcVOAPNWcxFbFo0dOJiFmcK8oOa2h3ndNTAYcAUca1MyKGwdPzBi
UFqqdfETiiAoVc2cSgFil2mV4RixSuOCr4thIB04ZfBcCuIBsCjQYJcvp7Slp1ucdaQZHJNj
IPFfxMcr6pWqOKScpFGwu75uU7hCDb4JCmyNnC+mEYLgGC3d0hx2agAFwYQYUrukfhLIA3iq
DZGaiilhIBgNsxVT+NDGf3B3p+Wx5DuKYNwrOPEphczkyRiF5YO+ol3Cmy0H6YRsMRCgB7XQ
IUlVemvnuIVFmoKqCoYXf2gQYVZ+Fuai8yeBv4QCqDARNcZhigAqsZldEjKqN8Y6ikBtYQ1f
ggJUgQcAHiK9mTgCg6xCtOvDB4YuMdPMll6g2ZBF2IpuAMtV2WfuC/4uYu8lTlNRa8vMrMMe
JU2Izr4hhZWAdMfWiA6FbpxiFaKY01QxfqKtcUQ+Q6mBhb4CagHT/ncSerdjTFF3mFBhThBe
8FTmRFbo/Ux8qigja+pWiTkBfpmgp1yiu5v+YRirxfbESDNJJj0fzEVZWyO2/EFQkKFOeWUa
SeGPTHMA3Q4RQPy3NYiqMU4bgSm6r17NSo5leHXuXteEfb7fqW1IsC7x7jh3Vvo+IuBE4LFv
Us9uA7MaCkVSnlm5fAJdBT7xssC+SUfMCdF2UbsdDEwFNHI7ukRLoxGVNd6ho8vKpO90oMoA
jRWlYzKKZjNBxcCEb1QBdBUtUAXIw8CrGVBc8nt4gUQrI3+sfmDBG9oQOKNQpSlqtLVmhxCA
NNha8ovmVlz5MrfKhqFtrFS+pxV8FW4amu6UVWeh5l+rpADuxYuzKCWBuy5TTDjK3Rk1mKUW
ULJaW6QPBFvGuVc3AtG+XDXJzBeB0pRz2uCu4bpR1Hk3kkdCE1VYG1QWLECjQlrDrQoOkehU
pO9QJ07MTUF1MS79kSzEAW6fMLWLhNWzInWgG87g1ZxHD7NxSK2GDIMy04LcBc0cbF4h+FMV
ceUvcKBYxXtnIyuqVRy944hUCZGrrKIwM2gPIUxLOjB/nU2quwx84lJAats43vmBM2RVBvC1
iDg1ukBs6x4iIoKxVOjubdaA2vTcv2beam+ULgy4xXi12mRsez3c1iByrqA2bOqj2i6tD+yP
UN2ke0Uz4oTA76mQ/LCldjmoF2F1ByO2KowLouifPiAxc1qim6jMB+JSKwNiCpAcdTu3iKoA
CVPK63Mo3FbLTJnPUcqVC+y/LUGUVvGxmpnrVll0ZOQ1FcOJJsxalTxycdp0J3nc6oMLXbq4
8jYlyzyoOIRrCBGCu2fUa0Sxs2uaPwhcJWywUy3sqKihPUAprmUqRQ0yVea4bIIQYR5St0EL
SZQ1WxM4i4OUxBfG7uBFcAKqcNagpJwVTZ90ZyKUzVlKHiaECwlVQ8Ny+lB2RLw8+pllWzKk
Dy9S/S1gqj33FRFG+DmXCC6s1adITuMu0OVhMsmWl+jiU5xwleOYVXoibXi9x+ODUzY1hmPF
MmKvLMjAsLtK7uI2V0BKvBmPBWhejiqxcVSWNQIr/wAjuYwJorhOI2ODg8XGK1qkO7xH7Rmu
ZmNHSTP5UoZe0VqDBJtQE+XhfEKhAnEgzeffEUtw18BftGLlaI6o8QIB/wA6aAfsE0qNAyAI
1mDWsGa3BqmpfkgCBV4ZTN0Y60rSOlBF7wuy+iOkMlRTgY8O5BXb2hhAS9SHEXW5ZSp7Kjot
BCpd7iDWTSCnvBuKJAuwU4SswRNa6J7saChw08hhjiXsqeFd8RjbFbCkuZQWSUm3qlxrBxRU
r16jELWBx1gAzGV0JF+OIksy2V7AeZmdvRKcBnfNwlhcvMhXjiPHOIdWcBD6WBStMisulhUg
PyJUUlqB6QbVDkXjtmuowKQ1yupv9QY25wR532qt3fzELxktCqpYFI6MMAvjTE8gNyAGjyjF
KCjJRyH3EFGgAxjlMyrwuG+9HcFb4mGF61CpeY1XyTMQ3J6aRwnHLu6Re4vGT7PEqJ5BloVQ
hHUQWFcoIfaVwGq92IRbKlOJfDTMuZmsJbzqFMdGdaOUu6+IX1t2GPHEVs7ww15lIRVaC1uI
U9IsFRbFAolU8HEpjcLVX4hMCo32dsKgQ7Bc5/iAzdmesZgLpYxAWtkPlCutWvI1xUwui0sq
79EZMTd7H7sVM8bRBR0JYyDRKENAmmyz03F4Jas/5B4UxZFClOJQwxdcc8vmYUpvCRiiA3mQ
pQ+ub1HGMNW5DZxBZllCum+RYCCduRbx3DMjpyjVlXAbCKGy5TmYdr0DCAo+0t7iPoXwy+wi
0rF5RDBFbLG4p4hwB2bYLHBAIElHjylXMLQBlbSy+oMCVhaK8u74gANGQDTu/UKHDUdKcRqw
soy9JnRFkoUc2vcrIgIMidlcw2ncXY0IWhdcjR5p3CHF3gOhSY4I4BYcoTREcCqoJVznFQU+
YWgFt/pCNMK3mxajMqbQqDtQQBFBOwzj+YrjOVtAH3MyoabVd+BFd++uhXbuJnILui9pn7ws
GoWbt433KeeI1nmqhzYKCs0eoWxTFY4ruOltK9l+iVxA7EDXcQBatjbkDUW+d2KJvhFRkKuC
2HPEotYVRsvKJAEwpsrmXUbjGPohUrlunwhDDRFmc1DE48km3DCuc0y8+4w60MWc8nUQcVZL
KfzGKLbLddDxBiuG20qu5VWtoNFdVLUDCAMidkuQoJkwSNYoDC8PUqOQv/EfiucmGJR3hm3o
IxfAQKcr8zAaxa5GDMAwNqWljVyzuc/5cwGhoDawQsIRMOeXfPcxHFYxaDvxC0SC4FHQxVVH
EmYa9PxEjwVB7XZAiIMnXqZPqwU0J3AVCvhnh9ECdkAh08MSlAV2jjkYYvoKVjjBivYgLknV
jU4tUY5IasnCMTRjupcMFR4IDAzKkWVYr8RiBQEIPlzGqlzqFV0g5025VuIISYQC8zbl4IgJ
5jV2iIAgPWJQVTA0Yb1XTEdRYKC37S4VfVZquyAdChqXRv3HjXNDhrxMI4aSpqy/4jtJV6Lh
WQziPDUWMNt4gBhFJgp/ZGSKGrFqc0n8wBKgM2HYgyaJBYLk9QJZBSbb3NkVeFWdy62AKBMW
eYEVRt0Z8xGirVZ8MKR1OQCPuFXqNm0zFTKGYqhdWQsW7YNKKHcuv0s2OLt4ilHyQkaxeZbW
gaVU5IbZgC4ODRGcJdIVC871AZ4UAOtLLi0RDrRwxxStYt7HZKHri69GBBsaLXi/xBDpaB/i
EK3qo4ME9oJ2nmAMjolGkQM+axMb8GLlQXgyy5cEo9s55lR0vkXJGC7MxvvGZZf6dToStipK
XOfrefqxzA26rY29txKXIoWc/ZHxLArQOMcS2I+VMDu45Jv5GW93guJIbOBVG9tR6LK0i7Rj
uJx6rx9pWIFFp5PGaspSMPOJS2EDZXnuPsVMBXFbReRpYN2pBbSWHAGNdRGqFoNU6uNcaQyI
eEvxcqC4hyeTFQAEalXYriW5JsCNPIlTZAMyvxzFhqOcodbxBVUsDscrM4gSwCsr6VuoyIAC
o0o1KBBIN+xUDYPgPCo8oWCK84YDjUNCHnmagODHiGMxxJU3RNOc1UXGlrkTkcQjhwQ1D4LI
3SnsluIqUrb2UdzPEKhb5MdMB1l7Iui7eZhBVZOznMATfQlWPhhYtJLzwbqWxq0ywx8aBSsg
t46luVrVtFcM7cebbXcog8cgx5gcHaAqOmiVW2iR5pi8HgylOaIFguSHS18xiKXRS6MRwgAI
lA/eJQ8Kr85ZuiXKw4YBvbbKNnK0cpC/lNgIcJmY7w5JYVpmsjQHJEA4HByFxt0ETPZF1oDR
7EDRZxmALygLCqzfqVIRC0L1deYmsrtAU89TAi0WM04fNzI26cdRDBXNP02VLcd1EoXf0xF4
1bdUb8Rq65+ELbyXxFxJAwW4OoUMqssLfmI2QgrP4gQmFMhtoiZ67gO/CZeUsSnTDVDO1ddx
OXSWvfiBS9Ck/CbRBQZvq/UKEjmqx8xs4GhePUEkoDHNnUaK1g3adtMSqwpCM5b1K4s7Csce
GYENQULeZV0spu3WYhBtEoX2oDiIw5yP5OYrYNMwDG5yyqm1XBrqKxyijbCXnmPIgJRGjFvi
XrAXAyhthuXAFNGCZC+BR+6htU9DCs3UBjpDDxTGkgyVPBjGSMqiB4xGC4byTy3AMVNBV95l
kzZgDlgPvJ79keCDZFv1BxuBWq9Eu7aVY3nVxHjoGrmPmLJZALWrbcsTg3Mo1/tQ63ZYtmca
qW0eaN4HpOFnooOhbWKleKZKpo2w+VY8tvygt1DMDd5C4x22gcV5S3AtHnRuPFT1s+CJXQR2
BVarxFgoAovACrzyxRQe423XcMssZsZVzF4YII11+4EBV19aHy3OkEfMw5ByRpOL3WpfuwWK
GTujER41rXmKhXbuJcpHKN1MgX0fSkEVEg2gxmDDtwuy7EdRa08kzpiMx4W3iXFGqrQPcYL1
qncGmeYCuIPjOua8nBOHtKcOZRe4YLSagYDTyC9faVlq5SvfTBAAsuMzIGhbOo5ClYrbf/IO
8sL1S04uXaeCO2N0COJwNHGZnEGU9mQiaoVmnkQiIrG7MNVFznIhVDxAopeTjPiWAIGvSJ1m
rT0HiAoWpDU7C/MdKrSl5d1cGhCoK6ZlgA51T28xxMt7W/qWzDtcrZD0gwVAuoj+UzvC7mPM
SgFjh+lHZLz4BQij8IZE5E9J5gDesCuDzAsGGK0cReehwVXuOkVSthPiUfDdnJKq/cdXSGFh
mESgFBghNMLbEXzN5AaxVX3mFeNWoKqATy1BVYIXLh9mVMzWg0G8lQcKBnO/lzLS2uFGBOok
ujYFIrXmUorS4oYtXuImjAIgj5dSnM7LehlTbaq7igeHXqUAvs+lAWtcuX6HMZBg7huozVjZ
Uj/crCq9lwBFBkEKVqOQpp1UYAcdxKN4mQcNMLnlBFylTPYhduTSpVtWA5HQdTDogAMt4jW7
IpaLSsMhAuxzUdzBdQ5qFa6XAvEpMRx6MyQK1TFwdjhwbqpWAJ8mfMobAbgsviIMUYfibcLJ
VRhbFmBQwyrecwKVuwDw/wAwUjS7rdtYQXKVLDGXLmKQTpQfZipmCjR7Q9sg4x+JaO3RGvnM
0MWD/wBYhcZhaOL8Rrq8mcYmbVRrgdUDpT0moEYxvuYVFpgJ9pQsUrKcjLvay0ukKxGDhNg4
s4x4l1tDA0fbxBPtEA5hWgoWXUMAtgCg8y1i2IYwRljJXN8TSolKychj9pcxQ8ncUu0OLdYg
lVGDarlHBrrYiDxLQd3U/iE6s1Ph3AwkyEKBuWh6oeCLXJmyLYzGzpaUsvGoaNKGhp8eoIUa
IjbfqJi6YRoJXIPKMHNkzaxve1wsLFUZtXUolb34gC4FUQUDx/ggG0jRRYFm8rxFnICdPdc+
JfAlsBH8y93ZfEZrFHJ5gtDyQtvYQqthuBTOYVIKBluwloZjYWjOqiQmIVbsfUEX/BSqqK2M
71g9dzSKHWDbUG4MABj2uJaHJnKqY2GJzd3WyOJsWHKzqX2C9Dqu4nBKlU/KEE7ghxKx34a5
fmMmo3093MBVcjRWckSlDcxtJeiGAysMxHIFJmOzVSmCApb1afmIIXNnkgtQUBFnS2Yym/IY
XwTleAyqooUDo7M8wG3i3v8AQIHqoqAoWaB/MbQx2Qap6MEvTLsAeVn7Qhy5o1wzWGS5ynuV
g0jBoA5vzAIIlPIVqWYU74DVj5mcKVDxTiNHrMMOIreSYMZwzAWWGN32qo0WRZHgzdyrCGGm
mlLiPmE1r1zCsg82zJuqlmBAjWjrqoPsLFhHrhmeQAlmznQl705WiWlB7gtu7W2sfUK+ZWDd
7Lg0YJxjTRzCWByO6BHRVsVdMVLNTtAxwF6jrwvw2rKGINMyYlHNRWHv/BhNSlyWWq7eZS1w
ohboC42WgHNY58wN79JFWl4jpmFcrCZv6VnkeNhZ7iFAdukwhqlFldy3oMlIvF5HErGwA6To
nIgugJXVwAIvD39pSWplvSd9zStbeFlrNxhWZoijNvWIZgpnKm+yLlEjNfuIDYMqDRqODvzB
vi2s9QEkayXt1A9lAjRGXL20Y5PTBzXZJo8S3iCmNU6lhAC2a8tcwQlFKqp+YBrGkCU/aX10
mE5gFUGFrqZYK0SH3i1/UwpgIXmXZPC9HMoHqo+XuACMGg1GEdieeoyT4SU43cBYpW3FTF0+
S0YN5nrBDb3eYzb5FkbVspmht+0mHOWBd9Ady8BMLB8hxcdElJxN3XMXrqsCvBC+ZYVpwNWO
jtYTStv2FZiyTRLZDGnB1ONENEdWq1IF1q6Khac4gw/8hFgtS37IAG9A9mAQgyKMnFEtk5LG
rcSgk1DAm7lGgXVcOlGVRxUwCnzDQPH+DQujcxmqStf3OHgu4HVxuAu4yDECSn3Aao83GZXi
BWvGyAK70xc2DRKb8XFX9j2NGZaivaHhAmiCHK2UAArtgFNID1dRy0SC3LjGoyk3wLvuYF6s
5WPMLbVXIGUjFIvLRcegjC7aoiPaDafGJzVBdaD5uoGsal5W+GO/HLgD3DprVswueZlW+wDw
uoOB1ELD3ZHH0YQXyixRkqiPkmcxa3jPEzqGA7K3XuUFS4GxUtpVaDSJUxUolaZFZsEHq1Bi
0t0RwO8A9QFyaMz3KVYPRADVnHS5eEw1r+YCzUzwoShTTcKimRteO4qQHL5WcB1LoCZC5eKN
ytb1SVc5I7AtXdq7XuHOmQhRTo0R5W0GfQEH6AvAwcG6ikDcMDJ5eZjt27BgcVKS1+5ohcUP
Qeqgi5XJzDelNImcnEWqlaVV9jUdsGZLx0viFauMjur5g6AGBa6l0Fhds78MDxQ3oihkEsVx
XDAAIBiiuRdsTq5bZQ7eYa/wCibHiDCbCsCK4hc4bRHbom0rzZrGSBU857jk4q8R0LwkXUen
LFvDfF3CMMTeuL34mbXZFrgwil5vwN8S9tYDnl/MAE48lVrt4iUYDIvd+JSat0cjDkDbC7hG
V1dtTficYWh3cMFpsLO8wUescgZ7HMOAtCMu+0xQMhtF5L3ENiU0UaNvNza3w5X9h3L0ctOW
XFOoqBAKmnYO4+AFl7ONHr3KZLbQd+U1KTwJui6LSjyhcvddsWaSm3HqVUulWXS8wWEReKm+
IPKbdOA+0GkBoOAleHFyaDwQZC3zw7lss5oOYS5hTIGBOZuyNoHNniIYwbC9cza2FE/xG1TT
oFPEqjTSp53vGskoVImKi5zgqitcvuLpS39yLHFUw6btgWmQpdBcroqYiBlDvri7l9ynhfaC
UHGBGi67lHQRadA54hIaqKimARm5kVwInJsjKCIYu/LEZrT0m4DEtw0FmsGoOx5osIxaa0ZW
9xRrNC75IWII4cXBphVkAyx3m2GNVycfEqs+hDX+KykouPUb2SDV4ReIp6oYr1EqHK1eJi2N
+Y0wgEEXcMUAHj6ZqLQEZd9ZY8xYid3z8wtzxrlgkGVvRz1AWabscpRNgOCsSu6FlmdEw1vI
C9xAgGULuVJu3wBy8y2Ei92+uvmXwwKGgObe+pWwAGSDdmJWHadpVy/sjXnzFQIFErG8atfj
uED7ARduo1ghyhqU9Ew3qRIutm496lQdhW8xoSQzviZykW7TEEcVNFM6YeoLX0JzKSKrmKAM
BWmOLzRyvuF0CrfJHLVa04VcSVQlXJ8xG8Hjk+8oTXkziSPsmGNIth21E7J5yW9UPUQpdnED
N11CGCeLPQhQQBlXy3xUubFK7tO4sAteRNiymwRyb+2o+gAls1+0lvRACuF7O46pLRn7SNZp
ACXhaqWa0Nk1NIm3U036OOuh+ISMHDvg5xLQ3laeDRAwAGBv5gCFQHPcwDgHN8zE5nTVe5dr
pIcN0URtCnqq0ITJ9NeVCmbP0mj/ABZpOWWdHFqCG8MSmY8hqNC7lRoYzzFVquWB4dQKPqrr
nIbSozTYZdkuFZjCIoEvOI7SpobqBWoAcyjzJdIqSuJS3QGML3NkwKllFQ1QUAUVZvzLGA0C
gioYqLcbDFiPEyOgZDb3CcjSmCqGCFSUKVL6loMTO2UZMREJsyFVYpUEqILQpb6ik0WWCUzW
8e5datF16gocDmEDBrUc4wdRffKwuIjkXRX8xCIb9Q8Y25dxOhXJL6Yi0m4jCCnkxCaKRyxq
NsOraehjDENFSoOVG4FE3h4jbAsv3LYp04IXn9GUAFHIi2eo4UlOEmkSPfSOysv7Q7XcBmwN
DcAUdd9xsxjU5pTuT9wK5mYB4KWciJFvZIHaZQNuvxKCCLMQpo+IaozlBBcaVyQkbfCISRYA
S8BRjkYOiy6eW9YjqrZnQ3ACOeSWZLhMplBuNlqB8Nw+i1kxvwmaZZhfrMu8moHbt4lx24B7
WEe2LSN6BqM6qQ0O9TADT4gYOIUKcTCg0f4B6U7S1HOp4rqXsqt+EEBfzwxsGQNQsMHFxpkg
vEMaeQ9S8tX5lmGwuNXSfqVjCKu3au0hgu2V1OeUaBEV0vQWupQE6kqNHUfgoJjdUdEPdKTb
BwuKzALQ0IC+mZZ8QLdfG4RJlPIbr5j2WyB02RIKsFJ6gojGiHf1tKsYiwxe5cQaGuUiZgFX
yzNgB0upXp0TZ8wyMNWuzBbthCujtY255jFxKDtc8IqPgzOWlblWcaKqLa1ojENRnxm8sHmh
orNb7JQ4hP1XYr3D9Eybch4EcERqbF/uFjOdpIFr/wAiD8M43wriAflX2eDx8kF7OAFK+uJr
sUlVdb3DwPJZHV5zDsZGEcYOfMzrLbPPqKCCuOyVGgW4jWIi79RorZEO3VeYFORzS07bhm4O
W8QkglElVb7ipdoFFkdG6lAO4CFWeiK3MDk7w9eIZx2YroLbGEYEpYjniWNSsrtJwPgmgPGE
2a0IsTdu36N/4iw6zuJu6g8a1LuuguYgo2I8eJrEnv8AlhZHUC05fzHMhTW4plfRHkNVj4Uc
38R4mrnBDLjthZ1Hg1o5f6lkwBkatX1LWGBlrqytMx1O10t3sqpbtU0YCms9wMenNRd/mVqg
pCre/wBR0DQgbfCJqHgVCKKVfyQhKI1Ar6bn7NV+CVBVSgIb8IcBOcXmhEKXMYy/SvBLgcQW
P0O7MS2YBiCnNQ/xixwt4i5Z2BYdW8RyhdEtThdOY9iuVnFtooqPQV3wDeIuiwB8bgQRiEL/
AHKLXVK2Lr0QmrRdtleXEKLGWCjBSDDlbLbgX+41cDOJDJrdREVvSi/lzAUe3lC6F5hahbw7
OrEvQsDaihoHmZUlPbRLv+VypXUcrNQwA2728xyqouisw9irzcAFfDmCBzG0CFuOiNmLbcmL
9waGJozbBeWAmB/pBRd2C1J1Yg5WtqlOXKglKXJpDZB3S2g8xxaHdcuN4rJRUE5xpiEqUp3e
W5tCCYPqVAw5Zz/gziIlBjJYDHiY2bEAzXedxONlrFau8/RPBF5MmTnHiA87jfEIq5WcFVm4
QxCgZpIgc+Fb4OJneqgrJrLZDQbyWAcZ4h9/Cktd8mIwPDyrEXXUvG0cADZCugVAL8rEKa0Y
t5R1TKM2pWUNMJFZR9eYUXc39oKXVRajPO+YwahEwwNqq4YAgAHZZf0Mc2CVqpglPgHVJV7F
D3H/ADdjd4VzBsvcTxgJuoVMlEql6omQV0TyAfM0VhrYzvT5lEAtTz8sBXQfYdZJfahgYNDg
j0ANqh0QZVS/MqzMjkLZtMQqRUs/CdSwYIoIAuH2qVSC1z0QrcYr8ghHSepc8dIHTMEaoWIv
5IaklYFu924g7TYQFff7wlem3xDVA/ZBQqPP9RhlF54gaV02sOJWmN0AUQkXIuga+UF1DUl/
CWBV1cvQynt9M7RaZmHmKNxHo0x3cFFr0HUzSoIZgXEvGYWlXYJtNmu1VXcSL4KjnErvX+bF
6RwMZm4q2gfrOPCWL/DwJVnnH0qxvTH1Uay9Ss9lQXQ+JT0vUq6Mh1s6U4lcldKoIkyKwpY2
A8IZO5RAipsKpwS0i06x7pFstLldi4PC6ZnDNImQ0VbmEVxAjyg2xVr3L7217hYeJkVlZXH0
VqcSox1phg/yh9mJMlgryMpgXC0EMNEXocLXugSiEPwOTRy1yEeqXAkvkUVXMulXNl47eJUG
AggJ21cNVU4BEvUG3aOQruFuBZRy2nUWVcLDT2kFCRQeHjiYawUUTFgAQUWjwJXjgwUF4OZU
ZwoVZYeqgTRa+UOz7h8nV9iiivRK6l0C9kSONdWqpL51Diekuk5t1xBdw7oA4hCC/HVavFtb
jaka3uDpWbnUgrLfHMFtaahAdDlcPxBvS1ZgNd2WsQBedrc/eDryjbZNCthSXU9hFPhcRdso
BQUXPErLnBu4X33BkBs2WEd0sz9QigdnNwV9AsGItqVLXbcLwgHT/wCGm4KBV6QKiSsiODni
GGsIWeip1/iIQyreYlod6qGVSItIsDDDNSUAqNVrTESBTAZtLKJqCSFSWBhDUvee1Q85D9yn
5Lxvu2niXNoc68MujQAaI7gkaIzXRY1UB2mlz5PuHpDZNjlAYYEMfqBe5naDVV5vj4RVDrbk
cYIxZ5RLc3SOoo8NKsfTAPmUOTMIKcEDWYsGtetwe1IPIGhKZ30Mm89BjxAFUA3DwDEXgQQA
uCJtoLC0nnRH6tMoBnDdRea5NSSAta4siz+YwqWEsAapvCUgyFWUHklUfBWvq+Y28EInhqB0
3NcrChvyRLoJYQxQrGUErhxHOxLKPQYFQaFYGqsgfU1mz1i/mKkkBNPFlH4jSxIyBeYuGHZB
VjkEMO+UGvcDG8KfEwJR5lDu2XlCnXomRM3EyOeTqCVxqF07dQbSCgN0AMNS6Hn8i14uGEdA
gW7rKXA5hQmAORNe5XMAJZTq2/vDl5CmRxM+ygapZfqayG61Z4jlABq1lBD/ADWugN1qKyxS
xjRocrxB1EvQ/wAWC6ukWrBuwOA2zGvaMQrSPKBxs80L2YhJ8tRG6WsXmBB0agbGD+ZrV9gk
3hO499XRmPLzBCcw1B8M3Lu3lcvDncqzLG8u3VynOFugGSqjRSOmgN0SoHCHyiQzK6lmE7zK
hcZruY0tS2c524z+JnRbybitQloVFyd8ksAoOordorAElrJlusJj4gWpIrJRk5uPlU7umwo5
e4LUQhOdE59yx4VmweBzqE1MKFBgKiUAVI5EZZbLM4tR/iIe6kBVL3GzctMhhqoYw2aLzEDc
0gLrkCDLBEMEOavuCLdKSnIy3oxgPIMohJCpQ/BEqPDoNmr9wviOFyRyDk2sr4l+VGy6Oubl
MwhapQYr3qIdRoNNDJFgdWtYPxiEmLIliq6ibOAruZAQeAO5c4Uc1m7gsD1mJPumEaDhs3Ch
KUtLeFeOpetBDI8PKI0tpMKG2pFfsptAdBRcSIYUtRiuoQCgoDolSXF2nqKTcjWKu7tAWFhj
njxBs/zJIKb1nBxcYnYMBz/0ikCrttxhPpdZ3lphGt3Zd8VAlGtI6W35FWBgpk0I0Hyl0GpU
ZOkqRVOhHmaR6J3BeOGACEilRgF4+0PIJOnKxOgW1fHziGwj1mhy2cQFUjpxK95hzJIidYaW
arlqFrPW8TK1zZviW6pko1dQmkWJDgq9MxjO+gFhyrvthgrAZoKwxYkploeG9TPh6MSm1QsE
nF18dp4iD6Tfy8+47gNvLrYvcf4VdMrSX8yxCMCt+ftC29cpXUkqELx8mmIa3TDBGxzAplw0
6TYxOui+DcJWW2tLt0wt4as8vE0C8+sM4XEqqi4Db05ha2VEyPt3EfKWKDwtgepY1rDK82VR
qXXkghS+KRvsiAxDZ4RHGbafsC2Ka3Qn7MXDu0e8qVg5lAiAE1NnY+Yv3W1LKyblr0cXnoG5
RFovFBwQwqsvZ3BaURy5fEqNHmZVzusRxfv4hsKVqrTdF1K924Nuc+EtJ1Ci3kF1UrZTVqpD
NtGYWoKCKNNcfQBdrrf8RyEqKN01/wCzNK3EG6riLlrz/nj3RcTgbJXFkurr1K9pgMrpYYKw
CJ5+qs8EE2u47gyeZoi1gbRsAcGhALA6ZoaMOZnw1BSyx7ytVwuo0zhZbBULC7QJVBnzAh6D
vlneeYvNBW3TMPUVrVFFRkmIvgQDdnMQGUUIcBAoNBKfcghUCpAXpRARj4sIpUVGCsnYV1U5
YYIGxiCpAzRQFwOnca1Xwy6O2YY4MrpPfmO6iSnZdTIgRY0ZkTgHAbYKzRCLIYLYFaCL0QsE
vLuEDjqGmmiMqlUjK6H4QDnJ45lhBnIBpeA9QExoxoc1W3RLck0UFceFqyvJ/wBmExDg5ixX
aXgrtdSxJLAQ9OGZVOrQsL8JKG3qRvxqEbcsBjsGoWEjCcGLI5RmbBQ9TIBrWIHcTkON3Epb
Z409SxpZiC9rp7lB2M16goFt4lQloFYO8wabeZnMlhkHs6ZdN+8bbF8xA4GMqN66iINRoHgr
cFC3SBoBsSJoLDcDf4MABpLPmIUtOrIZY1eXk8kusorBZYy419LLrnf+KZYRsqqP3QuFBoLQ
lV+YwIME4XdpRsAB+g8w1mGNYA8gxCBC9C7FWdvSLYGGNb8sL048m51jdw1agRWG8A6g51r5
hMEPFJwFj+UrRkAdX5j1SVa84YWsMIhbs6itRUokEHW5S1iVILOHEoqaS26C6gja19UxR94h
VJM2F0IPZMsEPleJWRVsWvT+8PH6TBrF9zA6Z9GCkx8y0lO1FA38QXVIawG1PCahgFYE2FML
5lWQlcrNYqaVlLlkS6QRQOJ5mwbyTx5h5itZCNZgNotSEeKiFBc+09xQT2FQ5cEAqBZVCnMp
dDgwpTbaWRuIA4Z5KlQRTSLfNY3M8wWGNw5sRwK10bqHCTCJRe5QgGgSOO3MKBExaepcpnKF
Xcc7Pdj9QLa3gDAnRpFkVojQPDTSQNk3kdGYNcQQuWvCpQFtA+9ZgqlXOAp4evoQdJegNxRd
asB+yEIWhCF+c8EMKALIatOLIg1gy0k5ZXUAbIcOGImBW4usRyUBscldwJuRWgM8wYmLPhit
XfD6Gda1Av3jI3LCpdhXgiQzMUxn6idHNgaeN3xKxKZ5PCZgdqDaLi6COU7PowZ0Dcvi6HoV
+yBqE1cecMM6EXINFfzCcR3treVJeLRXFhqy4id0HJrlXuCwdAtjWi3uUbhpSWsfwYWlEMRo
3xKTFSoNBlLVA5Rdxs+9wup6lWdCEAJR1aTs6j7ESzmjAvmUNbxMaFm+obqmSCKOVlrZZSXo
u9RWuLUKeDwTNUwiopxfqKVg0F97zeYXs2U0FxbzCv227gJYczOIxZla171Ag2gZ7pPHqDnv
p7Hg5hJSWuLk9PEGRsJXHtlku6q6+YFGGh5WeiHGqi5fEWZBSQhMllkQL/8Ah80KgqXka+Ry
QeqryU8ZdZhcWgAKNX4mEw6wDo1EQaYXu4R2RBBKfzMSyHKcLmMTD0Xvr4YHsjSUPWbnb4QA
VdCJ4rvaHJnGpvrKckOL8ywMhyiiyzNQurdCL5ITgHx9TK096p3qXyQKUcgIcATg2ys8EOA7
Si1e4hC1hnStdQTqN66X/sR0Ugq+4e03RCtjzACib8lOIpDZ+EpuUYrzM6/FVxCCCtNHl5lM
HAFHs8/XO+wl3U4vUAMJtg9jWpX9oK1qrGOI/IA0qnrEMYgU1SIfNRmsEcxSzKVNRgC5rkzM
JoAC2bdRk46qQnbjcPsRbGLUY8R1yuUzJ3kmo3ACvHhgRSCEbrPKh3ZbW+gd57ixFqc3YPMw
XFUtF5veoPDaItXrNF/eHpAGUw3lthcAFoJtFq7qJm85DSDUEGCqWI8ZWES02QPT+5UEgIWa
5SyYarQVWlwzBaspbPfqOwUQYozt/qA6SCDYRoP5lOiFHkE56g6irxd5KJiIQnACdhC23uUc
TsJj3Eo72Nokk4Eq4/Anhq6gFqshRx4gohFwva3RbqCBmclM3KaLBziZFCBzakDbWFs4dvuG
aaPOq9SlQQZRzi8bmKLNGL7w7lNnX7CM354H7pABoJ+6oEFmr+rTcv0Ff2WhEB63t49zTcFB
4Io9ENsYDV0ywLBypUvGPmEZZWMUxiphqbWP5XFmqCLVbyjiBwVnUEF/zL/Ruz8Qg1nagUea
4jCWAmW3ahhjUuOhl0Fx2wPpXDAUuBZ0vEqC2rcWQkakihfH+OGQ1lUfniZciTeLMUnUDmjk
UL3piDmO2Vg7Po+9UfdmfUW3VOsM265rKNYM4JRIrRY3YMqB7lNhxaYFeEtNi3tj551A1Rdk
7iZrEdWPOJpWKpZG/D4jSWJbtq3u46Agc6A31DA4rs536ivNItNdIHtc9l7VdRhmg0+Q8ZmQ
0DIqx8XgjL2O6BWKSHIDQNpz5ZintqinZez5mKoGxWVisxKwyCruD1GiMGM4HUWcrbMjLX4D
HVMwIzAkCh8r6iaFUby2vHmXIqBay8B5mcsFmyWkCuVlijONjj4hHNjcUucwBIbBeLggEaha
KEuGopVeOZVrRZfmqlZKRu08PcQ8G11IxjsjVZHOUfYh1Z7PcK1WBYWXK2HzECQH230E16qw
E9h0Q8V8IM59wu0DwIeRJFLJxNQHwVlLiCU5I0HiBrcZ4g53Vbv1HO/OQBR7leYSioVzcWVR
bW56KIRFN2P9TFiOCwl1pCojnGoZtQxu4bMMpgKgeKHHcrtKLDTbrMu7FW5caeYTeqn2JcoH
EFNBGgLluB71BEs5/wAAvRloGtGGVNQGBLKW4jXUJRTdO5dD+B5cqe/pZbdsXUTrghYsc3Be
2u5y2nGNy6sYQeMeYhsuw2JeijdRq5KM0XXydy8yNIiWPGorRl4PQ9SgB4XS+5bqCBfwCPfI
VqkXpbA4njGZc4DQ1g7Gsxw0WgLXFnBMk/8AU6ketQqcuTLukf3GZEKtjFGnUYDtbY8lHFMU
+nQmDxEzyMbsxpIcUYLBe2qWcQ9DDANWv4E08DIJrGXNQAK9QHKkprGYEIwi3cnMxnpQ4Bn7
EQwbE6JzH0JJFYruWh0ORlrGIkZbGVb8w2RVDa/UBnopoDu4GIyyws2SgFebY1qDn/cos4bj
/wBioE8Ef8ysUO9bKYooQ+Slt3cX9NV8BsxKRBLXPgXFbnUCD7jCOqCrWL46YlbBeEcOTEv3
LghXY9S0SdWSeAS5YOJlXywAANGCInb9YFxDBcq3DWncfozsU3VvUepaKNXw0zND2AMvEAXB
8IMgOuikvVV7ZLjcFB9pHsssLofiFb12o194qq2AMCau4geyxqnA+8sW+VNMQgDk6Oa8wgQu
AllXFerXGv8AA8QgaEOHlJgvYQg68hjN4ZACN2NZZb+wDIqVGjxANhHLNwlrEr2yiU31BqoN
MF5lBC8xvlrEyqg167Y6XKrhp55ReFbho2pH1HSg2wz0RMGguW+iAWUK1Nx6EFgdGqqNXa6U
UzjTcDdQCL1rRHrgpx+AXAyUACF1nN/qI3dUZdrXqZLyxteF5hHFQpK7ID3AJeqoaPTLKplC
eB5hDikIuDshXSLGjO65JyDpStvbqoXIlbytQHllvga2npglwLlrgTBAb1rlVHzrzMRR2z2F
amtcEsG2nEWM6LSwZtZzLY1aGskqrZ2NNM/iA2yWyGag8gKvCg/3EZUVuHmUoVQNOF1KZZtY
CzwL5jY/ANo+X9xnU6MUoK/uP0jK5dM1nGYjOTMQV/HuVP28CdZQHktrDa95mh1Swb2v4icT
rvyckCEgags8+oRyyqpoYfn6ZUL8dOGXzLwy4xSBv5gRULrWDa9RYKXAHnESYa5bHqUZsFL2
MwQa9lQtgBRMDBdzZhlvd4WEVtsSwZXzCsguskfkUPOrWprP+qVZJjIuoNHcRks4zuN0UBa9
EQsaT/BxO4jimK4jKCvcgby74hhDhVUsgR/29vKm77j4QsIAboRkD9bKZoMBchlIxXdli9w6
TKqKF3/MICK2IdMblvpSotvVrUxqjGBTglDCFbGWxVZuayxSF095EiRlTTA6xkE1gjAGO3UJ
X0MqrpaxUtPEBS9nlKkkicQ15p3o6A4KDcp6rlYbcqxFDIChHMtruMbM85BXmX2ebRRbaceI
FwzSKrHMxBkMbdUqBRodJdKtXMMFiG68l5hC0Czoo6lPCjZHFelYhQQNAaK49QtieTgBy4zM
2VXKBQoMxKE1A4KgWIQnKnzCtLxqYzFnnDYMGhtgC2sZgODcU/qKuxV0V+oJSZQKq45gL7aF
g7zNyrnLDb7QLy8wFeKYS/8Ac+xcb2AFgr1x7g+iVsJwUqMkzZvmDwhpJjgbeNpa9YTQ4xEN
rQ5RGxHrq2Gym6mIAQPB9LyCge1QoDiuYvhVpRU3rmMru18LhtjiYwBsnxFhMWCkPiXYXQas
5hYo6OQbc6mdNZqVgH9Sh7TSw4wZic1rZMjt5xAhaAimacx7eXEo1zipl02S64MeYlogi7EY
rHFBS4rupcsdlOOoVVGjH+FroodgwAbOahVGyqwBxGaRu2Vui9x2gUTatx1BssatvIf6mHKt
FgKD8txmjr4TQ/iJkQT9litjLDmzHsEQbEtXbbXHEDvjY4qinjMtiGiFXnfiCuwLriyLjgHZ
fo5iWxWGSi4GhXlblTWgEzBmNKaHTgxmK0hTfgu6ISmFiArLLfCKx1ayW6tUO5v65DiVFXDD
hDa4rKYTWHilYlrFy0C9G4Y5LLAOM1vMZHY3alwvu4TSo6XLaZvIQtcwRDe7haxjgVaMtNln
kuSAQq6Aoo8PMzuSchCigrc3zBegXyyr7yrPBmsLpJxKT0Um1vQMtoK1S6B7lLocrnxQ/qBj
KFobF4xiNcuwHyqDTwyt1kzAgtCxI8cBMF25LAsDy9R5ttKtvDiKGwoBTPHuUhlpedBF9rTa
abWmqmXEEIdDbEBlCCQzzdLLfrD2AZaPEBXNCKdhL7+lrSWGjiMzCsm6q2BeihbtM4DEHGxf
Y4rthzpQYcOxvcYKaTYTPO4uoTbIO4grhskVyIK4C52vbFYlPKCwYbV3B293xZbStAQAAG80
pSvRETrUN6O94hRBNFCAwx5RUGnBUI0MyBo85i0NtMtMWOKef8MKQTgCgYOpWEppyNMqPaLN
ZGahTkM4WIcckHkAlpbywe4NHZSrzRiJ1FXHNdwDgcFo0M7loMFO2zLUDeWELa08SjlIgslX
aRvKU1VA8csAhLTOpdq6QDLnhizINGxUzzaaVVr0wU1NclK8RoR2bA74zBJ2zG/RpmAkVMCa
yuoOYYim/PtmeApuLJu5n4wFjeuIoZKNOGAx2QjmMi8XcSlrQGkNWWSj0aNGgzVwALHEF1Ak
xNBykNJ1L6tIpNzmk6ivkTVJ+24FZNPgrGY/SiSYx3VZuOYl2wiq1UqVZ66o6VNxbySnoBeY
NrCmgOx8QsOWmAcpqKpaZe3lUo8CAKL6biPp1SzVV8EPbAKUc7HiISjDk35Gr7jQ1hKXhtvJ
A/EHwl6JkdMCK2tcTD/SADlozUDssLwMHCXPqjIFhFyWxHsW39Co2+G127gvMAcE7xAqeDZT
h3Up2YgwW5xNiQwbAfHMwkAKbxjM2XMFqqRRzFgODBXmGuJ2AcJoORxERC8VnI6M9zTOTN3n
JZfWw0oG8/BKCVGVOXuVKDAm4fKK2GS0jSty5U7i7xHAi0C276hdZ3/gJYAc0U49xNsHG+DG
XMwfZjCA83C3DXACKXL0RoSyBvxm9Q6HcrfAYxKi2nOgw3L/ADkSAaPlCpIZ23g9suZYK2LX
p4UQkZRY4pTVjxcElF0twxxzFRWrTv8A7HY17wPSttlKvVTG9ELC8cZj6EWL2/EUJTXmXhr3
1BFJhVMeckMwuiXa5PiAmVYKRQZZiWnKFO7eJiDhspTxmF1lg7bY9kUbC8kUB/cC44lq37B3
HSV1HheEDTAsLdsRIJXZx4IiiBwtWHNjE6QWtLbyxFI2zpeiAUkZALTxGnqUIu+qiGeUrNY3
vSI1vXAD71LTAiwumcRerhL5pGVIAWyNbEvKyy5ms/1hUDDFkzSuWHiKXvbHgiAApVab2W9Q
5aGRbLvyjEWoxTI8So6hEBTlWIynTUq3SRamoNeimNwpmSFkrGclGY4wq6Bg6IVe7IQfUowB
EkmAGyaFjbg0Mu6qDYiBVWbxtgaTQEhXLzLOKylUBz3FE8liBg1ZCs/KWGagyglK0FTQcVL1
aMM2qdzHYA2KKBzCfKBW7ofCL4DoB7ihKjlMswKp2ETj8Qg3AYRcPEq5GjBjxKkwVjxAQRu/
8ABTBCQMEvYSCmKCkcRSKghqJxSOwQomDozAVhhyOD/spV31ZxA0AQno0hswrWizNSwyhpV1
gjKCBZgsMjTHxiDsgeltsRmTXdIL1MISRMHDqbx3U4R6ibTfIU+XqPSAvRyniOqtgQoB1W5g
zu4lG9sye1NbrbbwwIG1A2XcMt0Ri0bL5iuZWQKGONxwVWelcheUD5aVcV2QaIdppSpoHMYQ
TVUB5MtxK+GtCOceagILV6UhD2y2ZJfRLgDiDq/hBZMCpweIoNyZg9DcIFp1peLagkFqpYVw
jgzYGwRrP8IvEnlaccRSVjAqDwsBImSNcVBRHJt3ZZnMMd8ysfCELhwMsdq7WS+EMCQaOtxu
M6uxUlt9zDo7E1d4WRJAC0b3or8wWi4ZYcYeZYVBY1n2l+0k1p8VjUqLQCSi879x3QsojcGg
7+IGBw1c1WXojyDCosNm8RgwGKPiSu9UwMGcXKurlGE5vzFUQq8qdXuZRrA17Tpq/EM4RvKg
yB8Fl8dL4Jta5hAloyBvJO4mUIqv3qPAq52OWGoXYzYEfaAzPigXWDqHFhjMoFTEFuBmKP5h
se42lcwaCZs65+pTEfKI2V6gwIsgsOXiFctSzbyygLmDatKLzuBJpNqAcArqC22dQwwzXPmB
Z6HBFLeaqVVrBjuaXmDMYKCVd0vcxXXaA4azce8Tcjs4HERxBiL+9kAlThXNpw1AKYCm+fDx
C/KApzZbizTt4BLzeLiNkcvG6nZxAWdAxqbbaFpzOhCjEvLcuPx1QBOr3EurhhYzhGJFaMC6
qPPEBVBjXaqtxEsQnQekQ2FxmMtlgN374YVzhjkHUYtOUo11e2WwNID0alrkaBS3KDAZi3el
asqITsicdk8QxkFiAVpWvUBEG0sFZDJogRHKiAdE3GIKaAWrzwIzRilVXBaIsfTeZIHytjtY
3Sspt3vZbPcZuE66nKcwANjaWaJeIEtjkVXdu5SOorDVBZoNxCim7QfMoBTAH9oFPYCw1UEk
Cu0ob5epc+OyEE1QfgGrbDlGmBejFqNNZKcRpQdJmfLAxVaOOBTfuYfMFNK5wEi+NCCAfFoi
oOjt+LzK6xWfD3y+JWEzjDotdxj3SpgVxbuAe3q2+0a9Q2X6piY0jLtjOTi4gEFGSwygk6fp
jQVniBWIjzVl1iMY3GrRp9pVT2YeJWPV4/wXZBadBgHjmYElbdaBvcxbBWKBvSOopoBsrT4F
+IBo+lbHMPi5eZU6zZeUiITu4rBEtikwbujmXCsVCV1fUCdJGEsA5lUilS7vp4qGGFu7SLiq
2koqHeFwbuNh28vMJcpUbSmG/L1FBvYVYg4yQmlD0ViaHxMKKifG3eWpmQQjzAxl1e4i3UAs
xGZo/KvEb0hlZss8t18RUq8PgFDVRJ6pgqhtVYHVCyjSN0dXN61JZTF5zxCS28zqDw7YQOhP
OKyUwwZ0I1fCeyNdnA0JXmKR4QUtcKheqYlxWRBW0KO1HPuCDPAMh4GZYkmMryqmjHzGfcEt
NmOUiB4EDSuKDiBVUCBptseoXRGVnCuoVpbISNzABoWZ8krbt6KD+ZTLlVLfJFJodlz1sgQ1
zavBX+5iW7GGH2K3EJMU10NLkuVByuWgYwVHgyrvNvrqEe5wVuAEtMJu0JzZHDBXJXlhiziJ
SxbvwxUewLi1VE26dVc2PhL/AFg3soU1eq8RGS1AzPKOAzGDCHmqFPvBOqBZp/MbNFbA0Q8q
WFLRhXbiOaqVIYvVwE4Fvu13qIBBMEFjcVqyhs3fqFZIDd64/uBxGcRqswKK+hMSnVomG+q3
L9LuBkwUdSjK2yln+IJWqAIIzBXLM14dcSwSjgY6eoeiCwS6zpiAWV4YunnPiNUVtDZjPhKH
QpFKFvPMBJCZIoJsy0AqJA26vFwZYG9EmwCFWzrWojL0LsE3VRWMW7HToj4lKMhrQHUWaztK
BWcOSDAoYLEVs8RUtByZH2Jb0taNKcaTiu4Ls38pfY9xp5jPQ1LM1kgAXYnLV+Yd3HMxRij3
KmhDVVmPsl9DWLjPIxnis7KvJGGqChYZyEPYMt2v9y69Sozsa4S0mFqpCx7ElYWHC+YbIOHy
Dq4yQylbqIWgaamzBnc3NM47fJFVgvrdemJQi6sb+0zBZlaYeuA3bd9SxDgoF2R9V8PmocSe
GLr1EIGWNJcRXSsZrwTQ04XAncKhvCxwU2z6iLeSoq4PMswIHaQeKxVwGi+My+INjY/+xJX8
cTm+gl4GWhzjL6Oo8NKUxfkqPLpicUaK1KnRmbYc3zHZIbzw1juG2GJ1uP5QkBpLu7+WBgWy
Ao9keneIrQ1Y8wcwiia0dx3z3qmuoAABMtu4oGHZ5haZPrTDGdiyDDvDpssCjve2oONaGimj
NeYeBUCGJDITAtcbMW78Qa7jyqni+ag1h0WjNDiVE6F2FYwcxuSLbbFbprMcilrWuzhh20wV
Y4qsy+SiplP7IvrBIJ7tI7BVnccGP3HAG1OaLoVMLvCqK6y1GGFwHhKq4sAkJwHfBDuJoC5F
rWWgDyiqPwkRiZTDfmmuIMvEBQhymXZVRWoaYrcWbUUQl5NcRIkOO0uaTXmXjWpQdivcbcgh
gt1FrUexo1UV3ZJB4UjF6KgvxuFriVCVYQ7fMNb+alT26mBKBq6m5cWqFd5IsPLvL0CbQ3Ic
/EWq6OQlr3LhqWNB9yD1aie0WHUspOPJLA+bsWv4iGzccPzOoELKYPBiyxGwAMGxA5alf1A0
nMBIDQs5ggzQUNPiAWLLaV+5bnG0LTC2y+ioxGKlXUPY22mrlTISpWjMBBuWhptqCdtFrYuv
CVtFdsBvcSLNDcF8u2VTNYvYDRiU/uzwMB/EsFRhoZ32c3HZXQzYS4cbkce4EcCETsX3BzXS
15XctIOeUSAAOa5gvSq4JQ8fUNrAPIWQKDeDAmMVFfkaTd8ZqCCKhjQW5ZDPrUvLuskbOCow
eeeu5bqkwALfjxAcNldldi6LzLQcvTZvueItV6u58g5g8LVgBujklWd6IacrvcUNWukxzrzB
IlandnQwjARhYbb3FbLYxjJnGdwmFGRAGpe+IlCbvtLhoGBfLe6lZZ2ynNtlUN6K3NmEzFiE
roU5s2QsD8hkcHUrfditu/tMUbGdtRK6ZeqLi0/Ude5y4GmKkoCOF5uBlrVBUnlqAOoaWxdW
f1MoDNqgHUFXNhHZCFlKU7R1Z4gBWpDQMQ8rJA1nOC7v3M9ErZlym5YkC2E2VuYQYTNt1FZG
YJ+7dywABigeVOYdxcik9RcXtQv7Skt30IGh4FjKakMNCCamtMAECEB2grYdiHhfwQVKIL0g
Rk0wLmXB7TlvHEc3hgwhz+SOL2MFWniNaFZEAvLTk8yoTbcmi7yQ40Cu+LLSn2gTLQ8TnDcN
B3GO2us/MvyMg1Ky10iqx8OMDplUslANXcMEBuy31cCCSzVcO2jmXuFMMK7OI5aOwo8N27uY
uQUcsxMath7mQYgUfRwKAt4MOHiU6CLZgepWyQqMus9RrV4UBRyjErLQow1lW5mALKFPLFRo
iwic+VSwQrMemcyou8DSyuGy/mAw7YFbuwzHIhgsTrN4h+3MguoBFZEN3zilMRULBY8PzUPJ
CVGa7bC/iX3KJFV1hmf3ogFxjcsKG2IvSkFZgbJWACgvguUy41oByNZl6690QDiw5jRssofg
oZlFQsKjWeSoTM2Bi/6hZbe0sA5yxTuSMygW38R8gVrjDb5lsWgcg4lKWkx2zww4bIkw5LZZ
7hkaGeN3HsQA0OtzJACk3iWEYXLN9LLMDoAFafEz5OBIdwBVF8JLPBVzI9vR4yS2ZVq/TDR5
BW/ZiQ3WEHyhChjFhgermQYrtGyENjF9ZjcXhapV9xAq5Qu/zHlUm24WpWos0DnhMykbjAhV
KxcNDfFHK2OTSeSk6JfAN0viAiEFQpgwrUBgy1S6MZmChXwJ4cVPb0km8y4SapbTIvKNsQwB
nz/CK0gItgdBVTqhRjVOJjHiov5ReLZSs1SOBIShbic6bzUd2oVXCmyEewmrarsruIYjbSse
xAJDUBt+Y7ViYOvFEboFoNf3GUniiiv+fotkppfDNxgEpLa68Li0DCcBh5lJbDbuz7/xFywG
1ou+uZopRlOTwiujds1C84xFqgu7wr+Y2qpMJSksy0eAxTYTktcy8kMhd1EhW0wbtJiZTlXb
G3hJW0psS3ZYfEXJS5LghcQ5TAy0V8B8RbWeDWU98S+bUcWrF1CN4l1d+xiKJwXb+UC9Gljn
2DqYoo4NjaUiNPCgActEbK8YL2oua6l4AlBtGUDpWCl9u5aAbevOdviUFSuxX15mklWCryiu
SJOG3aL0bxKAZ+gLyPmAoRe6FcWohE3YmMeJZ/VNz0MwX2KNfuJBbCq7Y0fWywcAn5jS7XDg
fa5T1U1Qa+0HoOaFYPUawNMo59wok0XYjVQNgAfMMY3fH9QbGwFQrDrdqP3HCtoTRnK4mNwF
Ct69zEKixPc0RKG0HuXZHYAcMXwlV6V/CG8zrl+8IzXVQQ4BoYBj41tb5YuCaWgtFZIt6kVp
nsYgQsAGzllSSVcIdab4Izh2O4Ngu8wXY6Bh1Kx8PgPqCtmS7iHFQcAKLy3Dd3RHDZuE57qy
Lq6u/WYtFktbADlDMTr/ADbgc8wUhXlwfmACJmC6xikZlNm7FLfqGbAVmyhJQQpprGIYxW4J
z61LRgqso9blah21BG5Fpqhb+SVkpYF5C+Yi+koeZcX4mCUaO3NGUFehG04JuVlJc1gxvLEl
UzJx7Rva6G6XweJpJWCgC+O4mgQUWWjp6gqRmXWdGcQoWDIFLrLj4jZyE/kjMyuoGjt4Y0FD
gENQ9wK04v0dw87KdDKvJxFYCLKgwlvM0wilbLleocDboG4mGgFHzfMuukfOFgKHT8hM8KqG
xVYqVpbIqtlLhzMwj0Yj7xUhXR4ghosPTkeZq8tXbnS9Qxo7IMHZDtSCiAXGSnBdSwRQFNgx
W8R5MkVoypebi1SnJJdpDZisxKqgqhr5gEZlLWl9sI7xtpieLGLubgzdsDGXW5zPIJbF9DxM
8CkSvzAWZShmviKGFukEOBO47CCqBBkwYfcVxJgGg3dmvmGEFogaGIywODsmoOCwHhJSDydb
LwvNznrccAM3UMybQ6APUvIGx1ZGvQqlNlxi3dN73iKOm683qFFMVtMeyZjehw6qFRw70bs3
0jYrtYyHWYqhnoBxAW3zeYE6GL0lCoxz3/cVF4VhQv8Acw554DI5LjhgARUQK2iMi6kI848z
PUtUNpmsyqz4GByt+rJh1jRA4eHyhdCkrhl7HFS1/FBC45DqVMljhUi/qHBcpUOiAseVZj0N
Rd0KoILMp2gzbqn5B5qBnb1NjquMTeTAhQlUwQGDdycXCZ/FXwZZhIdgS7/VCCMOQjo/MxvI
JFPIljIPZhncGPpr6Bzoa3Al0ovgvUdxVQbw3cycKdC2ezAZqxb4mRGZYAh3BafwECLwjEPc
ghY849wcpdlGH1KayozFHTTiNCGRQ0X7YhMG5FKKNy807ugyUauAaLu9sKPtGpvlIJ8GBye5
BIwUaDgvjMVMP2J61CopQgV9wzFopaXuAVIFo0JQ5br3Obgeo3mPcQKC5IMzaCrLzzUZd+AH
UHUKgeDb6ibutisFbYXUzBLMONcpiNFS2jz1GqQYbBcJK45C5vJrUMF2JlUcg11EIWwFsOgj
vDVcHxEGm3oF2mC9wTIUqCufRUYwcm5Q06OJesbtIInzFoEpaDrOeo4TpaNt6WU9NOG0IDtp
ZqePpfAGXWGJXNxhMVfV5GGwXUEAA3bqJOwWsDuyruMOC+0TN2wfG6JFfO2qghcVo5/Wf4hu
tam/TgJ+pQ2AtGO3iKaduDbrvGYJJ9VkLARax4lAi4obQ3Ff2WAFVulC4rpy9JTfuKf2CjTh
rmEkBoKZWrGjiUL/AGlXt1YQtJJR+Zd1AlnuVXgafvL7aAiHWVy8QDiDsvtogFtb4oHYZihV
aAWlS/SK7gWLKPnzBDq6JRWYC8Om92PZths7CeRStHEqiq3ipurTTuDDAYh4JuNiqxljSY7d
LHLUGhm/+EXvRNgXfthg3UBrqpyfZNXTyJC2XyitkG4e8azzOoloQg2ACTkQNFOjGqogoTCz
2hy9HQbe0htiE4fYjAoW9cooWXlIbhQbtwV1EYn7LY9QQYwUH90SryWwXXojhOJlXEJ+wXk1
ohsdtK1+xUavl5LmI6Co3rq5lRLkzJ0agCMovFOVd4gZdn4CIH6g7F5EqvY6jqocY9UgZhDN
85HZvxFM4BKKrrbuAEQWyixjEMFoHu3UuOvUsOUTvzEcQCDVdb/uMOKYMW1FMeS4ZZS7NqLF
XBG3FQqdkUujJCIKPJ3CrbdSiqlVEErKSmb4jdgKRR4vuWbakQ5YLrP2mLIBb6QVWOIsJrwB
N1lAAtLSzGsaltLYpVXHuoRLnWDb3bAeCNCK0BMXvz7lZJC2UDKo3XmK90rui9q1Hob2Ba5o
OfMMjlyhXPnUqhEC9I+bIJ4hEcl7blRXhq4LpolAFbxT5CoyR3ktDGdPtDhMloY54F3FQuqd
VXpRAawNlQvjhj0ABtBDgol6raJgveKirIjNKHZAyA5FDbmqMy1xBZot9GGJL3pW9XyQU0kM
lrdOzzLyqF7EHUWNHOQclMygUd6GFrcc9RLZHNUvEuYPCWJGBrBsh+4gY2it4d3HIW0QDOYV
kOcKegliKM11oC49FJ7K4xuDHYR9lNwyBsyxDDoM9UEVGtboepRujyFX5iA2T3KNqbXb8CFQ
uIt1wrXywlCecduoE2u+WpSMO641HuleL/FTTvzOYAq1losfESZQLyc4ojAqkW7OMMMUcTYV
xwdQRBupF5cVcqFyD3cUy7CNSq7ugqAmtBVkL1xL2vCYssy48yoeBWbPlsQ4KoF8KFVHLBLB
QFaIFtUAnDzKNmFM1e4sQyB5QGBlW75lgeO+Zcd/cv6NirwAQi97ltbF5BTeVXUyRaBaBa2M
VQba3S7V+IU1hWogOSuoJC7BT5g6CYsIBlKGqs4qOGiCFod1R94VW3CaVttdV6qCQRkHZdCb
O2WVK6AoBoIvVSjki5v+0ENaNwVw+I/vLEMAto78y/SToNgLnnMsHyr2Sqpr8ExAC4XzDLiI
wNwLcXCGmYz39ooXYEaOGHgrV7Q+UcApCGtKCfiWvBWhEHAGIQPELFJZR8wHJouq4JzDVpTu
XVLuyiJtyB4AJUKEFhpV/McJplTmGKysLCvWhoLaQgAqVbNbxKjZqFV3dygCAsq25I+Iklue
0LWRUNDRZhl0Mul115lgNo808Pa+oqLVvgRu2Z6UtK0a9rNRGsF9lNeIDM9YjgMdQ8B6QAPF
bjmuxWm7N34iFQANP6gkjqdn0S6O+AzfD+OA9y0DGpErBWIgZ8pCtFMoi2INmjpJeWkLlbNR
lAqquGLNR7NZUB2LMNF0OAOt5g06NwgbVTlipmGbGvNv2QaRtmwGlYg0G4BUN4aigAit/SrH
MlBQotBDHDQCr5c8wqgKULcWYeJbBAAWPA4xAU5YVYQO6/qUgCtbDRs9yvHQ25ovmAMGwNK6
l1MOFaIlVqilRpyB14mJkp+h1GjYCVv2ag2wsgiDihjKcOVo5VQP8QniiCt5Zyoj6GLBkO/f
cRd9wUOsIvgyRSy9C1EhZS5HZiyD8DlbE9I0D4YRXCzr1KlMCOQdBjocv7RPJFBAe7044iKF
bG2sHBByoHKcNccwbGKrKsZxK6ovMpc0jxMPFfWvF4QUojLmz+YKFbAvgStwO7tkIc2niIMR
lxcbxcRoTeNTF4XQBmzsfEEh0zJ2u4csMDssdHiat0BoHY5uKbTXDRXcTcqJ0+0/EtLqr0zN
OvUZlX4xHHUbWavuCNJRAorxLjBjerM3Anwc9V8IQ7llJAFcMdPepnqsQNn3B1fNOGHXa2VB
vs6n8QqACVotayfBMFQVms9EZYovFBukb7gz2ig4NrlmYMMi6xUJYlGMneK/cypgsfIXyzLI
CCXC1q3k4gDXUEKOKvpuDK3fBTLne5hKRrwWzGhTgKV78xDEtBloxuET6SgWBl+IHZfZxHvU
qqUDh6Gcn6G1uK9wIr44D392bw3UblVUAI66wDpcMehtsE0OBx5hrUXY2cL64j52AWw2oDzE
5mgJRebEAlKLPONxHi1m64OIpdBficsdmkwrh5nEVAcZI9JSyEJd2uivoVkFpo5pdMuwFoCo
14Iy0xGjwER7O0VjBvVS7QrwOYdxNwRsVfIcMFcVAX9tJUnTLUfPiZGVNoq7+49wlaNIrb5u
Yp8SMcA7IcvdQFWZu38Iti9lEroCQvCoYrHruWOS7BBPoiUmYJ++4I0ENQubuEQrC2FoZowB
eRpFq4xFk9hZKEo87YRFvDA3l2GZOTgQjQscJwbkbqWZSUcHHdcai6PelgOFrxGor6mxVABm
K4WyFA1gpyJE2kI8thoi9AVGV1cBGWwbItlfMRacbqw2y6ANUYhdl824HxB+Vf54u2oxuC5q
x9rgdXUbGOoNYXd2APBqPm7seQoWOhqqqVf2TNqYsNleYdAREOr4iqQIMtpEeoXQNX7l9n6A
L/5DYcAUA1RFFzK1le4kxBoAcwKRPWZ0K5hlZWqEFjHCmjPMwlsysPAIeBXGMrh2Qgt8F8xp
OicWvfu5ZKWoRSzo9waNco1waKgKw0pivHuCEOAuy8IfMrQGYpUOC/4io1TOae+IPmibKky0
wQrRQVkEJZiLbKUy/CG7q1NjNKrzFBANFaRxiApJQyuwaqWyCzA5Vl0DU5eLjVCns8wEut1k
iEE+lk+JCzj0eoSb0FaL23gsudEHq8mnPEIncnQocvJ+IxOBDVGk4fUV5xYKgMKOG4e94iRV
3XeI+daq46Y/cKyAojB4ULHpwg0+alLBhIJbszAA7KC7Ns837jDIBhhTAGYc1Ypp7TUU5guq
LLrL3AAiV5IN2dRDBUVlGSx8NStCYGqWZQBTVBtXnu4AMblPvRuXuIGmZHBzLXIhd1SetxK+
Dqu+4jZ05cXfh6mkxRF3e4uWQD5ECYpXBU/3cSYKaO2V1YdKrWcEwytQJAhvRAeml3uvtLib
wPVwSvgBYSvEsYiihWM4YK2nAooMGGNAFNnTXc3+aWcPkWMHJzWW84Oo3aIs0j2q4bEABT5l
7hrUjRq8auZsHCqa5JQkInQB3AQoSU0OBjdRSqc/B6hFtwmLlRitrGYtYTZtVMNjkyxT2vC5
qopWLR+JmdWWPibhjKkJVELRz5jawz14jdoksQoss5OZRdw8txmH2UrLRGmVYanAvzFgu1wF
wulwWETSBd5td+I+W/GgXwQh2UDrEZQpWBktrtBM1kYrWap2SutjXSo9YoiUarUMtmgdLqXh
A6KxxW4hhyIRkxwJVVB9fQ6PtfDSMwtqzAwBUdV9lCnyUR0kOnZC4MDRXMIYUvGO5484QXau
t3CNro6KJSW2Su1RsXxq3iJAAAMDd76iXSMAXur+0IwsuV0ZO4Hg6ZaJv3WZiRii3wFFwY3O
OSqxa9RPcAFpnFXChJUApelizCqShxZjMtyyrR5VjEZgrAZB4V78ypoWNyzcwGW6waDch6lZ
Fgslj1uWggbBnqYFpcWQlpzzK+QeOT4WVfQ1MDdUEuF5TF4K3WpuDQF6M4S8eYnKgjKHSzJ+
IqI6G+HNfpBu1VWZ62hKcg3PmxLmVcTUg4tlk/iBsiHzIHMORjnmbALXg+0Ii9yqM8LDUDlg
Roy8IJAgboKN11hFCnK6AAw4cMSdxFccdrzCWCFgG/cWcmgFjAb1CfBZpK1dmpY1VNl8wMKK
LrX24jhlHgnd9Stm7hteEGLyC0ULovmKIHglZNNxhwkE5vuCIucFfCUxzpdY3AekFWFdcNQN
Yl6SFAkBmR7JlRALb9hAW0F0zuniM6ku9RwatlNUI9cZbaCUUHqGe6qODFdTOWBirdBdU8R4
gpprX3IQSi1YU8wvVO0aab3FQVlH+juZCLZE65JizkoxcbmhW4BXXB9Aitld0gdVA3Q02LOO
oTyxPEKcFrxMwI2vT1xHETwoz7dWEUoIxxzZKmCQbmFbpF7xBpY8W7l8NgYAF1RAVIcVyzxx
DDWTR3a2+43fxGJ23vOSKlp87n1yTIO+Hm91cZmZVtYOlcEWYVG7qc/wiaoS5URcAXmVJKuq
bKeISSipNnku5aTYG3k3UsBq3YBwvxK5sWCoWbHbHgqFaNOLqr+ZhmEAxbazHo96ki0BfCBV
+YZU5KG2roe4WGBcGGPiKpCpDZPI34lMOwEOxZr0yn2qY1AePcHATM6lfpDGySAK7eYBDbhQ
KBiymGc0ItkuBz5lzoCaCqcNt3BB5pQsq+8Yl3bMYGq114gmpkxErhu4FVFoaq8qMG8Ky1Oj
EIBejsGfzHERaG1dmSKpQJUlAUvVQqMC8QfAQlAWTVE7cwdRXAx4FdwhiwoGPGPj0As/JmeM
cz83MgrFchLco0TfwxWmzniPhGJG0yKvVS79XUk7zdKwrYXPDprMY95FDnI1wXA4FZ+YrPKK
smbwKhk1AKQdGyAAwuTkrNhAG91wQkdgsF2LXFLE3Miy7w4L4fmWfsIMmsLa6iHWLbCG8ZzM
rubb4XbmUI7dBHbUmhCj29OYKX4+jKnms0UpuOIFIHh4pJT0KlS68SwKppvS1wYCaCiihbXx
CjG1CsdqwECGt1UOXxHoUyC1gKXmJW20WHb5lbUgWAOx2weZgGqG3PEWLUVkrDb8JSGNGopv
EzckW2NOY91kmXVgTDYzw26slgC8DId2rMcIWcbbWoJgbMBelMPjYzKa3bGNBcoGvUH0gRYo
eWFCCCc6zQ4goalClJtIXEKjw14qLJkqcKHkTczapynjmDiwqtKsfMvWHCvkVFGWDYsyw/pM
EjLW3qLhlgNxTj/2EZOTyDi/6l5JMlvh8Zl6KljQdeYvDq5JwGGfysF80oALUU4M5QQcqmZq
7LvmXp0yNqHJCOgtBxWkYstvbX8tS0IVJ0KabvuUw0oxssSvptxXnuLcEtyVY/gs7FsRht4L
f6lUUubo6njiFVF2pp1EoOQg2TCzA2w4rMsvSKZarnhmFscLheWi9QreTwXF3u4btXOMuoVU
io9I1hihiYsqDRG4eMAt6jo/lGsBnKafENTn9C13TiOGGAOLb/M4+0E422vwh+rdCZzpjbAW
uYcQdjTUUOWolZkw0PmYJCAC1joohuuZ/ozNeYzMCgoOHCPFwo11UsA0gP0Crxwt7ZgPOGG8
9ELoHo0syeZVhu+JoUZ1BksyJnm8pXEYYooKpwDUEUdNbtA9tUIUVrB+CO5TKwlnmzTDFCiC
Gl48RGK3SQqWlFjlIU4WisWumWjOYu0zNBjjmo7Ak2U3m8vEy9g1PNbWh7gkRG+PF1md0FXI
gOWah3UvhjqYPicDhuBhiPNire4kCtRXBzF1w85Vd6rEDVDEoW84lNJ9ABavpKTjFiqaBemW
VsK0p3a/tBDpUnecfqVCK5ActQxNtA8fqYbG2ovXUqjo2Dfup054DcrWALiAc0VFRrbUgnUp
ai0gORJs5I0wRdH1GrrZlLf4bitQavKlHmQbXp3iYeUvzfutQYuWBwwOfEHAwAvfSNKB5TRM
OkFC8BKZ3ACXxd+IPYSLGX1LJgSDeaTk7iAotus3GzTtwLO3xEkFEhlpmniC0o8wMXlw+YS2
SQsfMNbIrGmLbDBcdsVhNAOrzTMBFrFqjsiHUhZlS6PcqiApaAGdPMUQCsLoHI8wtSNU5fCV
/N4+DWXHqC9LYcVpI92MTsHxGzYhYZCW1XCk4qZACBDjMowbP5mBn6NGEzoByWYJFoLbJxUD
cLIGi3BnZBR7GCBZt4h+IhlS9em4boNGETm4biwO922ZT7zAcOyqIrcHShThqoEOWv4NlYuZ
hZZzKrrEQdihMrF6tcRhSoTB52wsNEJbbpyuMaK6yStZ/uPhOSJTzcdsd9hfZYut7nZHV4qD
QyYeMZK+UKb+XCrs5zHH+xCpy8Rs1gnsDHcxaZHRmuYkPBsAbOCPbcGO19dwlwFCtaFHqpjQ
KVLAOSnEHvZhWbIDSDo1cfgth4ZgQUVc5z8SnEjVShc2Rsl8iUrhiY+ckpFuBCte3qGqFsWc
IdRrLQfH4RCNTRVm7HUpVFgJY68ymKJGBdJeKUqc+FRxAkIKOhiVUUwgd13FqxD1Vc25KYd7
Dv3dX0TIXBAouyoeoDBcBzB6oFFWjzfmXhAEoK8HmIoo4ks3dJ3LkeGqr/UIF0pgeqlJwFoy
24hd5UBQ7HmXEEzG8mY9EIZihdYNwwVILV8Nbg+0inXriAmXWtC3tABb3NllxgGyJaF+OInC
n7oGNVfg7FwloIuSizPMWSKyGm14P8RrWCiwjUSUXq7wIxLKDddnDnEHu3aWY+ZVz02m4t4y
IDjP0whTQaMezmWK3ICgVbo9QHVOAMKl4uWdc2DIcrv4gMDotDPN1uJLQppc2+InhZdCxeRm
WhQSWNvkzqJBMuMC8iKuMyRtJhb/AIROtK28ZlCtIWmQf1FjZhhgeDvzBxku0bcPFErf2moj
waMF2BS6J0tgMQd9auD3GgXsqqG4HaWOVYFbD8dRW1Bq6PAO4z5AG3nsL5lfoEomqd1BDsgQ
K1TCR8nNne4g3psWM4SCHtgqsqB1UucOOwvzIf8ASouKVjuBwa0kG/P3i8FELFL/ACS9SgeT
lTUFgyABgLvB9oIRWEA4UrHmWyeHwXEVBoLg+MOoNdkHZ1imyU8d2AFHV5uN07VAK/hChbg5
PgzzC8YBiKOK7mMhg2Q0EL0s9VCudVbKmNgjkxe5WEAF1tNmbCLYlLnZHsXEShDTDFHdQufy
KXivEwIm4G+3NwhWRQDHqWNgVZ4vFpUwRi2aOoF1CtOduIPAewA8p7gDMd4XGq5Kl8nLEErU
VfZtNxWYgshxbhncHucHtYBZd5uL8kBKVRuCY568uBioMwIvnhFagBvzJtBmufvL+Q8lrbxc
Mcka1NHMFrld6VeXzHRzIBdU9wgwoKBsqUoGwVVXGPB4iK+lfuX7oGS5r04FZvWa8S4g2Iqj
nxKpW+hvFvrcFgCFktV7xGcmu7SvUQWuiBkHiKI9DHb4l6g4oEy0cRKVAuWWmbQaJR3lLHzB
rrUw0o4CpUYkolg9Y4mmk5t0GftB9NYy03YdR7uZ6Wi2sRKYG2wrQVxWpRzimL+BrJMZTVMN
eFC6JqUdtA5AqLqg3ZB3jREV9hpgGcZUtn5iJvYgXTcIEOy4ZZ3GMCtm7Fyt+noC4dYq5fRg
IcNC+4xaXaNZe8QR1Ty03zqFnagypnVOJmsEsAPGKCVEBrpacRXryhBkrK9S5VesvBj3Ky4h
zh1BJAyoNHNQMJMHGnRKMS1THymCGAPlNMfK0C1gMvMbnnQVttBXAYrwI8IoU43rLcsTtkpg
/wBZZsE5DRolyGbsFuxRCaKIVvnMEr1wks8StJRakw6XDDKDILr3iZHXbXt9sLd1VAHo3ExG
5S19ISogVy3VXlnoNqs+YS7lG15WWArg1/zKTnToWvQiqC1Fmy8oG8SyqxeiY8NS2eCpSDle
pTPWL5maYlZkN0yd/DDZeytA8BAglyVpwdpj+7ZUc4IoAAU6XdXLDyhNYIWoxyOpS0fSj+Qb
cHjqIUCQqjCe4RiwFBq87lTLJaOF8HiJU9atlfEuC2+W3FwiL6zbDy95lZSC+M5PNwovcLu6
5l2aZFcvHgjjFLmXgd/eGgFhFgNF5Iw6LWxUg9osuTC3uyZwQibyKlHBU2LG0PxBREZdqnIY
gKvMzYLDUC/YyVMUsOhAACgBVFaY50REqVVpNhEbKcttHV3BG4GdSx6Y/ZpuDXPzL3462zSH
YorGm/T95cedZawGxyypJCixs1rBqByktHZaVm/gHNIlxLVU+jGri7NQTBXUqwWCLTkg4xte
YbWAVvbLXNvqG7RX8PInhl/MbMEFOHNQRiKMKsmH0gNbmE0h3XNRgNEtrMidRl0nKL71mJDV
XUKuwS4mFc1UPBxHRIy50LS8c5mi7lYi+VYmUKrJX4iU3XSK8284lRGlnXe1G+OBLSuxl54m
ES41BoGb1TorNMFLlgV8bMywIk5IapB9XCCoWfmGSnyCjkn5nhtmRwzD7CNhSncvwEM7OL5i
lBhA9qSPgrNvAeBYQJhqrnR3ErCOLVdL4SwU0CYEqr36jxd51Uu5j8ZhQGKp/cMeVSUD2Uah
IETZbyfqAEWCif1LG7pBMa7mMSoBQdPoB4tI+KEaOI21Vj1KQEJKT7XERFdPPnxEU1W7DVkv
LK9PJeSZvLLuCdRbEmEqeE5vzEk6IDYHADBMUuysxaxgKMDbTn3uLwVKXpyl9xjfwGmHHjmE
Ge1r2PAh1KlZRt5fmEJnOgTFPiIqpZ56Z7mYGGSrPg7I8m2CrgIVUZHG9QFI65OSbb44hCBp
o9A7nCrLTTxUX6gsIVZ+oUJ0sb26PcGqsQu4srbnEIuzNbGzO6xC99lzXAscy6ZxV94mEaUi
40jwcYH8xbsvWjiUEXM2cgQOyKFueyAVQ1SS/iUWo1QO8LzxBnT7xottriYUxNQAYojsxtYN
nZ6lvWKRvtMRAhUou12Q5Oyq6GzUtL+LwmzfUMq2lROiRvxQsBpYYhakeW1JaseJX+bYM8W7
jXYmquKO3mZqgBGxhCi12xp3MPQs8w5Yi1OQYdhszBAA69N/MoKCqqGrerlcgx5PmuoBipek
OLrMRCoGEXwZ1LiXNY0roxAymEVcMVjEfFFrZb7zxDgpkSlt1lY9GtuK5HbcurCpdg7PMe3Q
tFU6BhUOC1cPnzBCO3cWo/Nwzzyco6JYdykuqa41Cgw9Cshmu4FHLeLwzNpx9BZZycBhOxY+
HgiqTa2ubxcsdCrRs4zEdCrZOSABdrYpOAiYjIdF5svmKSVtYU4xMoF8OlDbXEyJlBkD0LbE
71OxSUZ5Ywcwpqo8xMlLULY1UNlai5fikIO8KzI6uIFwkKyet8y23FKwFxaRitQ2AUXu3cVw
7MQI5q4QovuydfEZzewMM5C8wLcgQ4RN7iOB4aKUjc2hm64Yq1KMiLu88RfcLfAqtvMpe5JC
nrTBdaN6jsftLY0ExdOS4jSlu3b3CasMip8QO2GkDmhgh5TjXzDDkSWGcZi1IVdWQ6qCQAKA
S8I/hhnwrRyeawzZlRaLwmeICLM5JH9weAdWtKcSplRNwwc68zMpgNDJphQl65DtGAl1eKlW
HQ8+Y2we0Wq3FUHTSrvNSnHELQWO6gRA4VuhoxCcCbeAsRKuxgEodVFvEKIvDducwqbHVVp4
qYYmiWg7CXMtj5oz8XCln1S4ruwuAgCoBx6aZjYsnkpzA3p0dFJqPij0GrRsK1cpCaC0FvNT
JZDbootjhs2UTtN1EAFossVqY8FG2wDdeIJ4gJc953KdjKyBWOOo71i4rqsQWV55aMkspLG9
HuIVL+SKIPn6ZxobbL2ViZ9G23xjmGrmVSUK76gWN2oYJVQXCh+fMCRqeV8B6Y6StL93GdRZ
Ke5mvmEGMFa7CQ9xVZsbFeJcELFNUeL0xL7u+8uCKaaaxu6f9bhbcrX2hdqqrm3d4R/1dwDM
bFLBptxcxABAUGBxCkLVbOfn54jik5WWdl9QuyjtDcqqY+lItUjghfiMwoF0eEBUrp4/mW2Y
HspX9xUKiYJ1cL2AM1KHbniUELwWC66OYeWrlwNBxUPRpMjK1zDXFap33Cd4XYb66S9YsoDk
YOdRGbAmcLex3H1xLAcdBxLr32zowOouNCtb0e3zLVHrRRvgV3GIwC0R7PiAjBG1KFwYG4e8
k1SbXjMqIM2JDkzioorK5wp1bGoZwqS80YwQLUDoErwiVi7VLpzsGLW3FYeMGIaALDTXxOjQ
LDa+AQiJpWGAPu1G3tQKpt3mbESrh9lzjxW5T5ysVxNCBhwbxuHWQD7NkXIVVweqNfMNWjSi
Vkm0bhcKlPhY5Q6plLtECKJdESRAY6FrrxOvMMIDEH3YsarWD8y8IBsYHIoHxChLbGQNMvHA
ngt5ogbma2Zfk2S9IF0oPXMOWAKpeNRyjUADa5tdynI8gV6+rbdop8amFZW6xbXiLLCAWOTG
epzRM8Hi+0MGClI39mPAwqNpjA4nNBRAQOoqlvQ2IvhxHFUXMpPUXlSBWvaK0DRIa0A4V5hg
N4sDA5AG2XZLCFWacv5j1FeXwbvOrj5wAasYGEAqK0As3GciUMCgdB3GTMsqgrspujjVlMsC
C2pDUu4EARKXirMwW3OwWC7iBMhdBlvuMqE5IXfmUmlV6MrxUDyS8FFqVzdwFugqm1u/vNfH
SDahN+oIACxWc6MIsuZgicwdxYxhS3CjQZus48TmFSFpb/yDWhAXJVjMxghwWd0w5uFl5IHW
SVwSuXlAzXEPiUkcC7Fe5kkG3g3qLykaBHvCcWOzMP5iIAqSguTG6hBiVoV4DjUTspovHWNw
hqVCjT4ZTSkZIFOB1AKw0QNnAgUwirD4FdyqWPDpHO5kFC0lOu4RAGSKh48wJWKjNDGqmmRL
KZXKQpgiWHzxAJbYqkHtrYS0w0hZkvcq+oDMtrdbZbqwOyMzQPuDXCi9WMRkq09Jj1MRz1i3
upWBqm8c3GTVua2xDFJ1RxwceCG3PGcPs5mf0GuX+GIchZFdqTXUMhgG6eHqIW6JoQwfP1ph
QKhisdx9gzOWr7iwj59+utRZ4VypenNRi6OUiYDVzDziMJK63mnlmkTWbRz8RjKIgg7buBUV
AfZj1B2ix1lC8633LVyxmzOmmHPrKkDZRhbVwBaqsVsiEANirPSb+8qyto1SwJ4lOYgpX3I8
UVNoUvkeY2ZQUIbBqhYMFM4WG+IseyDeKPHMaipbMD7y2AQWRic1MDSxOYfk2ig8gHzGbUOc
uQ7OYZwxiKHNerikk7ChTbHOZjo2IsdLzFt0/CWjTkjPC5dCCoQNc1UbuVUL97jNAFATqpcU
EKaXB0MmCjTG1RfMhTgSWFAwxA9Hdy3PC8TmumZCgbWknJUZdC8kxWKgMRkXT4R1SmbXvhhL
UywqtbldohMmuYNQK7OHoild63N9alAEGnkRzdy4aRug+MXADMZ5OYOM1IAY8StOCm2GDWsw
ZCnHqFiLYLZ45lYTEWUN8YzLZJhCx4R4fK4iGkvUJMZKZDi4dwwp1fDcad1QMNQP0/AHgglx
KtwMmyYii7AlRJuN0Fw88AXmZ2QbADwyi3A8K5tb9y3EYVQi1vEBiNV2tNajFatwY4o5l2Cd
lfVx21h7M/QgTXLW1xdSoloBHSAUX7lOYN27grT1qQ1m67j6AShNuK1KV4LURdlDzLDIdmgt
2epY0AVe0XANEObqXiB29lbmV+gQcqtKp16Its9pUJxqr9TMopSO6HBLDGAtPY3L/UIQhqg3
MpHWlC6R3cQxutOI5TuWkORxId4iuGcjR29+I89SyH1jkgPhQI5KE3Mm6pd/5TKgxtpUQuWW
w1UUEEV0tGLS6YgBk7/8iLnWra8i7ipbgYdgcxMCD7hN5zVwcw3+MdvEoz0BLQ5tTDGYjCuE
CcTaAsLqniYVM2fk1E26qAs1jhCrjQAXqndwGw10tusxvuMMBpQ0zrMxyFQNByXHwz6R9m0P
RlMJ34YYcg7wAUeSUrPcUv3BUuVl+hriFhLRZeNKR1OEHMoe5gKhFdbrzcYuJjfIXgllmEZu
+LiYWM0TwHYHcr4IrGHVcuoBt1dopNYaxOBdFm3t7jQmATdLqeJcSpXOW6bcYqUczQ46C8QQ
HMkHEE5lNmUErcFncrAENiYFL5ao71HCwrGnx8yvRcaKDe4JrfbCiyyuGN3JUuPNdwXrOCA4
9yne1GWL59eIEHQQzfNEAsClRVnQmqYMPgy1fWEJkBY5B8mYZN1Xo+/03oQAJegYHkRny8x9
ArBdRdoHYlp28RvbULOhOL7lwsRvREiSZvkftmCQGFyzHYXFG7pjEs1IuNNgDhZeSFxLfp/G
D4Ao7vlYMEQoFLKLI0DDZi7TZ94NREsMjfQY7CaNA6+8EaygBaY/MApc2tCaIuEiWWiBaWHB
eY9YjRe6nBgQCWSvvNaF3ux/EQQvUf1GQoOkc/aGneKKOSgYlkoUZDTa1mHGZV6U86lZOS/I
eAAPEX1tLAMmR+IqxyJ0LRlcEHVMl6ZXRAADHgg2KZaAFzyzG9dhEapPDuLVAagdHRFcFYMu
l3mKMa4QvQEfrWcwWH+IDg6brHZXE3wXRCD5ICxRkrS/EN8IKapC+bhQRLojY12VKPaqb20b
qGAY1YVe/E0LEome7uHaysi2GKdxW63ZaC1uW7K2RUkwDAqFd3BY1QD4rCh2FsxMbqK1ptjT
DgJcg5G5uN2xdAmOg8dPMqnFsK6GMGY3SUX5WdqIIbL71itzL0D2dYQLetU3syGa60F2HeIZ
MJscs+OuorlvCFuWi2llejr1xNhm41Ms2gLfGCWXbUu+VLGAsQIyKOK1URDdvMb2XAIK6LLN
eYmsRwAifZmJ45Qpej6XsAsO8S6mTZd1AytBVAzCFB3agrpHcW2SFBq4YXtDPOeYTsRdfaJy
g27OYyIFpMJO4NOMdUVlNZ/iV6RYmmUYsGPcUbeGUlHcBwZbtDabh0DvLDLWYUyZsYXpjcYw
2QMqy8bYmMA2s3Wd8QVxYaFZe48TKkWCxS1AVPlbjfMYZVvK8NtRuSU7NfmLzJ2DPMtxpslb
bC5TlznlTCeQjpjO9QB3zcEbSFun5D/KMSpEg0TZVfaXyWCBQ481XDFWQdubH9R4AC0vqEg7
IXTcBsn/AEwqIFhtlKzrLEDFKQafE5oLULrnNXA4vWFg5LSiwGOLwDu68TSt9VpioIDLttng
nH0bKHsuYAM5FgdbjjiodYU7lG+CshbVlkBUkgcC94OYWdsmhU9xJwSAP9biJBcjCxFlZzSF
nZUxE44KRBgtEcpawJ4MEazDNQG1qt3UQ70kQAXTuUWqyPB0dMuAZDEX7uYcUALjTR15jy5C
HPLPqXXBoKWyKIO4Fepi4Npa1Ld9jqVrUgoBq3UFLCQCvjcqTaQFU/QxjYUI975BCIV90Al5
RC8xqii3Rt0MjGRsRJi93uITYbBRHMFX1x9QAzQBFhAWUOGPhtqPkxq7G4swRIoUavTzAFqf
xqMwUHcDGMXVXOu5UQ/MNwNVKgsoXGPW4NVVHuq09oFlOgCvz4MbABnBy0/xHu0LVhh4bhUL
WxB5h/MNEEDQvIrUZY3AUAZtUGgPAHnEHGnKVa+62swFuDQo7T9y0rtEOwygsJgmBpVp7igt
C7XSDmFvTXeciz3HzOJgbRrq4BsbpYJVvEVeowgleCx4hoCDIl7WnjmZMxDFOtOcXGzzYs0q
7i9bjU5eYW90NOG8IoXUerVyS3OtgqLy/MAYPJjql4gh8XcOgnUVjSx5Aw7/AFKSlKpduccw
TlGetc4ZULWBKb1TqVlapV0O3EqX1iyn/YEDUtZ17llLjJVllCIoKAv2eYgO4L1dY8yoOyOP
cc+gWIW+2U3YyZUX0S6Z3WIr2vEwuxYPaI/tKQAXpQdQBKScxVjERpWnT+RLYLIzE7N1FBIe
KCKByx+AKMtJ7S+da8LNAazLZoVNlPzfcQGiXZpxOcPgG1bS0zWNAr0w6ypcQp963ExIXQhz
h7lFVmFPgrliBi04LB9dw3RMqOUMQNCDZXKeJSEeg1xcAEFZE+jlbAMjVwJctVeOZTess+a6
m/4EvVNwFE0zZdnm5aw1VgFBKpdbFch3AAoNaJb+pVaTV0ZM4gzFJTBcGeeZjLF3KrDadwUN
2yoEu6dJL1AGmAcuTlijnzMqzeYRPtpQp25qXEjd+qIGZTvoFgvBbOSKSAOnczxGu2hm0gul
gRufGUOzkA3XglEiwg6bW6dVBju7cWU1NnwDypr5jTbQzIH2TmvwSLRm849Q2AcsNVo4Yk5u
CstRRljxCETRpP8AEHQEurg3mVsip4Gggdj2wurmRjg3wcrUoAkwFsbSi03Jc1uiMYqhQErp
OoxY2S3otSLBKkNCuK8wACrpVV+4OMCi3af3LscCQCeSVWwX30fBBbJR2QwjQWAzT6gXQthe
TCRAgFrDjJjUcVM4Tt1ghRR9MUV57gMTKN78sscboUyCrWpuokoN32ZqG3mdXJDChilZ3/c0
4W6Ss5VBwzYwGu63E1mxtEnFS7AEpIN6IUvESJ8xtzOHXkqBxBXqm0dG5eyDEDllHEodtagp
79w2SgLYhe3GY3JQMEVgu8mZcLFTjV8UfuACByDZ17h88ZUa9pFhaX2tuUMVGLnLonwEmKcL
NLIEXBQ9yKFfEYDdA4ZZRfVncsYDlZBAqhFG9S7KGgcpK20XW81EEuDVJj2jCMKFBiYqBYd0
Rqqd6ksvGKj4m2G3+EsfstHFvN7qZSjChBxbgYMjTTDWKuKUoNHFPQZ1MGk7WB2m4x8CmIJs
uocssDV0xD/dKbdnETPPQQXRzhgSYYi7zor75hg75AzFT3pBCzy5G2oxGxxTgJuKsqYtVXwW
VAEehUFs0I/qKY2FZNSpSzCKNXRxiPAAWn4AjQODZHtdcw1jW1RXw1By7+AXh6t8S+5STfyD
4moYKt3deELTAOWrDm500dCuLo5JX1tgAGUHNxJDUxa+aJcuEXimOexosLeK2wZet7a6Xiid
ioUA5bxljpNqhEKcIKxUoSJ2ChTZB1gbXZaqiKyUQfvNRZaXIZzunEBrILCF6ZmYUSmZzqBo
ZKTWNRqdWCI6LIGzRgTHNeKlUaixtaIAIwha0J9wRagoyaLXL1GjAaBbll1xH4judpnAhuC8
AFLPvidyjTsO4bOywGTCUgO+himNIbuMbQQU5XAGYHi9xajDcOrUrGbVlqE4aXhPF6+I3BoY
rBoE4iZUCJcGTawmCIyQYOojKgKLG8nmEdFiteGCoZbsxPAffaO12kjJUCzQtYJGm094YW2u
DnDzDsgr6y3FzC1Suv8AkAul2rrqE1KCBxTOHC7qpXMaFvsRVcAHBCfilKa9VjMKzKVAq+14
qOd1rtLxtqXb3VJHPKYlFdBMXSUhpNzS1Wb+0qM2+E2AFTKyWYUNpcW8RrfMwXFbbkLbJevU
MEPSlcV23GDtXKHqGDPqIAqrZeV0KymxUuSF0NxEpKICLePE0NJQMHiKlKtQdAi91VAZEmnj
eSAoCRNDhmAW0RFLXb7mJYV+qKRNIVJ1TlcfaVoyrLszpX8E4Vklm7yBpi41AaK+NwQK3NIK
6zFS+x22yUbhHvewBa1jpmMUDLu1zXzHUrg1VT3xM0yDpZWzeUauTq3xAQ8UsGvvqALI0Ts6
SpRbEo9qPZ1DiU0YNPmo89CAOCb2tcrHOI9QQeQugDzF5GScjdDUXuheyluwHEH4bKuFvF1N
YZWPlSmEmbaU04sviNfEJik70GokNFO6Fryw7Vh2y6sJEhZVBAPC/tKBIlM+Q8w/mvCUGOGo
xwjWMeVQ5CLrTgK26Yp8Q+XGq2wZOWJhTqGw9W63xG14UKAzVZgQDXSngNELCeS2E4xSEZlZ
as/bENUxgkHIq48uEZpOW0Pl/b1Ts9oNOUYr8wEt7j3EK2kuymbgwoWGyq9xkNJZGN2dKODP
uAZBwcByR7wEoZzFLwqu8QGteGE8xhGbIKcUQaLtNpTQl7iIBS+brLUQ+zAXHAv8Q0FNlXRp
dmYgYiNVa75ImFTsKVuuIpFbmTo4SMXYnsHFMWABdKFemGa5CSrNEis4AoYqUZFyl66c0jZz
DHBO+1lLpL3QsIQFDG4AryF8AstlTV0pSUi6L5mqnllsCGWMaUAAyvJZiUIsEFTGCOs2hsI9
IQPv0+YO8TzfQsA1Y5lx32sVuVFgRnaRY7u454xzBcNYq5WnsF8vzDDTy5y7uGzKjIVQ4pHi
9lhi3qktKYAONFn3gBOcoWrihlGCF3Q+IiUN6Wya0ktpsFt9ruMBkKiHldTPXpU4Om5wE1hk
yrUq2TKweLFqZaMXIV8lwRQ1pNZu8HUF/gGoKtQYYEDFgC1kpMRBeqjQXsgOBRzfFHMZDRYH
zMKYNhfsaoqNYN2CUvVZjWHAMrQ8SiGC3CxrO2IKi0b0EqYiNiPxljGAqVX/AARmIoy0eA7X
xKLU/hd42/MBOwKApYatu1lEie5MnC6xC+hVULR2tn8xETc13hcr5JffUZwHpSXbI2Hdf2jc
kLhA53KDK1qgnDSpQqMph8IgXjRWjncBZoS9G8blsK1SD4Zj6i8Aa/MaLtdFhPTKmyp2W3zE
O1UmXeZbMelZ3Ra8xYNNQs9DcLCAsmO71BRNxveGG7hirTQgtZW+4ntQAlyw8TSlRBaXrBPc
CI6go7eg6aqulgsD24iPBfMtOkK5sbtm7gEKcgTScxoytkCW8QY/oNDYDduoZZfDWehlfxRh
BYCxJCrrBlcpWpQCtGpbTqDrIxYVMbgIq13RoDxAUVZ5rRbsdQARQ3o9QNlC3m/wmfargBfC
4OBKby+dw2TUtg+OsQFStVp9wwx6V3sDj2uMjahsGHEeSNreTqksICU2Ic1MXppfRiFT13l9
wlAqhWJK81HoqAHJeaJYLoALaeEWpeyKrvOplyNlq1Q3qX4hUiqv2S9qebgcW18x7/hO2pgX
r1E3oY4t5z1B0AKVlyo6cR8/9sPBzMsRoHoA6Y0xZOiERGAWDA1rzCU1YFAx2tswC6oDh1mp
gQt4FacuM5iAXIUarjiXnrrOBbinURazSHqdQMyJdDFvjUSqWRmk0BevcwiCxrrw3zM2ADAQ
XpKu1AAngB2TEUhUAa/OIVOoCH/VwaVKZqi3k5mwpb0fz5XrBkqjYpr0wYMK8LlE+Ip4gVLR
VQGzRl6u6lf+CYEgaEwBt+PnMRIOWBTGfKNlNrDQ8XOYcdMRrNK03EObtd34D3Nr9S2mawbi
eUVF5TZbO4WrlhsU7bxBfai6bCd1AwkdnUHMTACyFS9orBUB6MiFNnDJfLhgAOl0tndwGMhW
IGjnuaigMLSjK4HvmQG+F5EmNYSzo8Yio0KBwx1iaVxOAb5oA0e1K3Y0AiN44C0Jpx+IeMlu
s3zXUS3DSgwxp3KM1kqWxX7I9kIBNYxbLyVTLjEZVRgt2xT2K+fCpj/YOC0ZcfeUPaN1j7ib
rAkS0QaiGVShNbx7ixBLZoeLGpXREqSLavVMHnigSjga4zG0NWFt+4opcMhpeM4gSWt44T2k
X0uFF2+CtxHz5QPykrI9uI0PkktQYShRC241XEMXZaJi13yy3FmF3l4SwS70P4RTGN2R4U3G
KYWjgnEHqHB27X5iXqKubdeWNkWhVXlhlyqCk5xkuPQsgxVqvvBrMUbKayQLCQRbc9bg5Y3q
ra9dzlFMih1AecDxI8wIoozwJ5jywEpaGK3uoFoVFaeAeZWJ96OG/UPO75MHFsaaYZXXhpm4
VgAjVv8A1mVIi+hhzjb4gw3Wll2Ccmln/9oACAECAwE/EP8A9hB//9oACAEDAwE/EP8A9hB/
/9k=</binary>
 <binary id="i_116.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAA8AAD/4QMpaHR0
cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1
TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5z
Om1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA1LjAtYzA2MSA2NC4xNDA5NDksIDIw
MTAvMTIvMDctMTA6NTc6MDEgICAgICAgICI+IDxyZGY6UkRGIHhtbG5zOnJkZj0iaHR0cDov
L3d3dy53My5vcmcvMTk5OS8wMi8yMi1yZGYtc3ludGF4LW5zIyI+IDxyZGY6RGVzY3JpcHRp
b24gcmRmOmFib3V0PSIiIHhtbG5zOnhtcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4w
LyIgeG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgeG1wTU06
SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo5NTM1RkIzMDY3OTAxMUU0OUYyN0VFOTZGRTZDOTgwNCIg
eG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDo5NTM1RkIzMTY3OTAxMUU0OUYyN0VFOTZGRTZD
OTgwNCI+IDx4bXBNTTpEZXJpdmVkRnJvbSBzdFJlZjppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjk1
MzVGQjJFNjc5MDExRTQ5RjI3RUU5NkZFNkM5ODA0IiBzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPSJ4bXAu
ZGlkOjk1MzVGQjJGNjc5MDExRTQ5RjI3RUU5NkZFNkM5ODA0Ii8+IDwvcmRmOkRlc2NyaXB0
aW9uPiA8L3JkZjpSREY+IDwveDp4bXBtZXRhPiA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJyIj8+/+4AJkFk
b2JlAGTAAAAAAQMAFQQDBgoNAABkEwAAojUAAREhAAGvtv/bAIQABgQEBAUEBgUFBgkGBQYJ
CwgGBggLDAoKCwoKDBAMDAwMDAwQDA4PEA8ODBMTFBQTExwbGxscHx8fHx8fHx8fHwEHBwcN
DA0YEBAYGhURFRofHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8fHx8f
Hx8fHx8f/8IAEQgDIAIxAwERAAIRAQMRAf/EANIAAAEFAQEBAAAAAAAAAAAAAAQBAgMFBgAH
CAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAgICAgIBAwQCAQQDAQEAAQIDBAAREgUhEyIQMRQyIxUG
IEEkMEIzNEDAJRZDEQABAwIFAgMHAwMEAQQCAwABABECITFBURIiAxBhcTITIIGRoUIjBLHB
UjBiM0ByghTh0fFDJPCSosI0EgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAADAEwEAAgICAgIBBAMBAQEAAAAB
ABEhMUFRYXGBkaEQscHR8OHxIDDA/9oADAMBAAIRAxEAAAHbAoIEkZKPOOEHkBOSgxIRjhQI
GDBo4aTkJxwo4UQaKOFFGk5w8UhGijRRCMgGFKaA0JADkhMBg5ZDwklIiIxhsyYnM0VoOEBQ
ghKRhZAMCzOFGWpfE4EZ0mLwIGk44cDkxARkxEKNHnCCEw8UcNIiImHDSIjGghbFyHkRXjCw
Koozg4nJiwMYbMMJTLFaQBBMMGjyQU4QzAETAZMac4zZIawecQk4OOJRopOQjTh5ESjCYUlI
h40QYTjSIgFAy6NAQjh4ABFoBlKCkhOWRQmnCTgAowQNHDziMkJSoMwSiBoSClAOJSzNgQCE
w4HJB5xIOGDyM4iHDQMcW48UQcRDhpENIhA40QARgBfghRF+IUhnCcLK8vy1IBxSEIUEDCAI
AjOlMGh4pGSjBxADA5KWpbBwoMAFyKSCjRww4FCCrLEOAS1OOBxTiMiIhSUsi7ISkK4vg4GK
AKLkxhix4pcGiDCYqziYIIykM2SlgCkpKNGBRIIABBKKVIwQsiwMmbwmEGjB444QlONAVQEW
QOOFEGDCM4QlCDQkxkyiNcCFqIURRhxqijMiCB5qBwADExAZgADi0CSEryxDS1FCiENGGMEO
BxSYuDJG4EOGijBw4YGBBeFSUpcEIo8hHCEIo0IK82pIZwzYaAmoDykIjzsNPQCuCxRScwgK
XwoOQgBMRilwawkLMgIyI4IMSBCEBGNNYZotyxGnEAo8UjLIKLcGM4VZch40iJSIUGFFDQ8I
FKIzIwvg0UDJzy8iLg14owsTDleXRKDkQMISihJtzgIMBCAKJChMsWoGbAsyvBSiNWRiApIc
PGBwaWoMUJSghITBISRjyIALoviwKQsCsIinEBDRk5Qnlg8IPQw0MKEzJwSFEYhGRA5djzWB
IQRHDAQnM0UohZGrLICGFSWoCOJjiMUYTFuWAAZ4jM+WgMIWJw0rwsmNiFAhUDSsLIFBBCMa
eXEZKa80IcBGdK84uSsCBgOVRri6KMmBCM44KBS9IAwuQ8lGHCAwUAAgScEHFiSBAhkirBQs
sQI4MEBBgeaMNGleVwWUAAY0JNkUZkQYUvTWhYIVpEVQgeV5KWZTmmNOY0rzg8EJxpekwWFk
4USCHCEZKcKOHjxRR5KNMoVRVEweRDyyIiuCiwJg0sAkqTPig55wBDwsQrxxfGnDRxQCkIAc
XJXDQwsTSmULEthoINHFgShhIOHjxCEkGjSYaTHEpxKOHHGUKICISwIyQsAEiCy6LsqQcMLQ
pjMhBjSoJyMUrRpdGxLAcZQaW5KCE5GCBIeaMYQBA84lJBCIMJhgOcPIzhSckHlMVpdlmCEZ
ZhBSmNAyUYTkIUSAhaFsaIcZ0GHFuVZmSYqDMEIgoIW5rTREZnytJgwCChpOcEgQQEBISRDi
1IwAkCQI4lEHjhwYWpnynJwM04cTFWXBCYcDGkYOXZZAoMElkakeVgADEAWYstyAypSDwcYW
hqS8LQxZGAEgaBhhZkpw814EFBYpIKNIgoeIKOFFFOATzcxxZGeGF8etl6DBICYIhJwQtSAM
GgYaWhoxhABhRUghTlIcV4OBAwpal2aYYV40iKocWACSloQBJ6KSCjhw0eIIKMGjSQcKKMPG
igPUSEqDJFYe2GmFFAzCEBKCliUJqBoIHBhoCMqQ8iCgIrivMyVYENGgRoiyLQIKwUGLUoSE
MBgwkLM3o4kHDhg84jHjRB4weNHjiErzLk4hMXZaDxCQGMiBkIGTERbA4MWZYl6SFWCh4MEk
g8zx5qBkxThJqhA0vTMB4g4DGBA8aBGrNQSinHE48gKMiNEPBiEaWBOMHDSrKUiKoEPQSyGk
wwzpUkZVEgQIcBFuW5ZlgMKQaDEIKHEZUGKAwYnFL40hsDCEwQAnEgQFDBxOFEZbleRmnKoz
5XnGtLcxIWVJoTUHDxpkysKoYWxQnrQpKcYUrwslL0HOHEYaQluNHAgKVxnSoIAYNHlYIBjS
3NiagyhYDQMQeCliKFDCQHHEQGbUiKAcEhxZmfHh4GaAcKY0piUEBSEvjdHBAhXBhMMFEFFO
OIgMmEJSrJCIxJnQYkFHkpKVRrjQmgKAhByUUeMLIEBiUlIhoGONSRmdCictixKgGCBpoDhx
5+QEBWlQUBuT0gsScaMFJBghxwo4UhMgYM9iEGFWWxRGGLApysJQs1pmDUFyVhUgxYig4KCk
gMCnAoQXIUXZblgUQIEF2HlMDkhYlmKcebDwMYebkRbnr5pCQUQeOKAoxoSbEccVhjzLG0Lk
mK4nLgoTGEYASGmLsxZfFmVRTDhRhw0cGgxsyYqyMugomHg5TCEpck5SkpXFgXhwpnyvKEce
Xgxx6Keqk44QUUFBRhCXZw4AKEzJekAaQkRfliQFSUpUG9LA8zLwhNeBHDCMQiOJCUuTgEjL
MUcKBFQFkRekgMQDgcujhCoM2BnHlgIIaA95CBw444hAxghbHDgEpjKHoRnSpDyQeaEcSDRg
MQlOPAz0AQaNIBoCOJCQlGkBAWIg8QHBhw8sxw4aCk5McNKc84K8pCtBxhYn0KFjxBRSEAIi
QtRw4BKkx56SOASoBgsIJh5IIcOMoaMsA8444jEIRCMUcIQleFlQNLYJCSuCAweKNJRDhCEx
p5ERg4waKaU9zJhwgopCCEYwuh4gOUpiz0gmHEBiTSEZXiBISWZMZU0ISFnHHCDSAYcRmXMk
ZoujPlYccSl2ao3paDhSImEOK8zAh5QCEZwgQetm1JRBo84aCgBxckhIClaZU2wUccYs2QEA
FETlyGhJnC0LUnOOOOASnLU8uMSBDhBwg0UYOOFJz0c9BDBxIQmQMwBFuYAEOGliAnq5vBxI
cPGHFQeSkZ6EbEcOIDFmwJhxGY8144ripIR5cBAGTlkTHHHHGTPKjRmPBwYYcPIhDjh4g4aK
WJ6SeglaeWFObc1R5yZAgCRQYYaU9vOCBRRCmPFyYaFnsIaKY0z5pjTijDLGmJCMEJhwwkK0
UKLo4qg0IEPACE1pjivIxg8YNOIiUcPIiMeaM9IMaZQ9QNsZcw5kBhITkZEW57UAF+ECCnFW
Y0vwstSQjPNS1ITdmRAy1LIjCyuKs1JwhANFL8qzIB5qCQ+dxS1AikJRxCFEA4FHEogwQKNS
ZQKHHpAhjCYiOMsIPFLEaHHuwAPCCYUoAozo40ZGYEjLo0RVHkJdG8KUyR6IXhYhYogwGLYH
MqW4UWRhDxwONsefEQ44kGCHCEhwo4JCStGEYcbQ0QQDmVMsVxOEHAIaTARYjDSG2K0pCUrz
WFADGhCQ8tzzkqCnCynNIernmBpjZjAAyp6AVhmB5hTbGrPKg8zwWZccepFCY8lIDhpKNHjD
jiMkPRi/KwoQcpAYEJCxKs4QQQcOGnGgNAVwOa4oS7Ko4U1JAVxgQwGJDSmbBCElELQ9dMeW
RERlAewGSPOjNGuMiceoloVRmgIBIBowacOIxppjTFeQGfASEcHjAQQQcKcNOHHCDyE4nLk3
BlBo405WGRLAPIhwUCF6Y0rjZGrIijLYGOAz1E8yMUVZZDhx7MUxdBBhzFFcOGkY4hHEZrwc
HBCrOHB5uTzkaOEJSEeSDBSMcITg44Q15KRjQkyBoAEANAEgA8uRgUNMselFGRBAgw2RjTOm
fJzYAJ6UWRmiAuzGnnIQEFeIRCHF4bkQ8sGnBBsyvMyKMHDiA4kHCjDjg0Urzh5siIYHl0ZU
yhIFBQo0hIgk2o80hnAckFJzZnnQEXxmQcrjWG8CQgMKw8eBCvIiMQ4cSBhbGYEL04mKYgJj
cGhKs8+Ahw4aKIKWRbGUEOL0UnNQWx5eAiCBpKRnEpARFkermTCR44uSEpgMEICkAS0PdwcH
BSY8pKgCEGDRxIMJRxCFBBXkQab835McPKY8+MUMFGDhxeCFCcIW4SHCnop4+Vo435vgM82M
+SkZGKeyFAQjC5L0qysKQGPSzAGPPQzSB5gAo2J5OZ0YNFOEHCjwwrhRBR56qKQERnTal+Fm
APNDhoo805VlUNGl0KNNga88gKg9INcPIww8yMeTkROe5GVIh5enFKDmcCzUGSID0YtTycpC
3PWDz0wowacKIKITh5VjBxozckxRFkaAszJlSehHHihREZIEmhK8oThQguSqIzXmfAg43Btj
EA5ZHlQSSDz3IyJZnFqUQARBQCMLUQ2o0zBXmcNgGHiQ0UQkGiCEhZgQIXxIUJIXJKVo8vCn
N2bQw55yAnFgeimPM2cIONuYknLgYV5sjVjTYkpWHhJXkw092IiwPOz0My5SiF+HlAXI40Yp
hSuBTjdHiwAEkZKDCkhoiEpAcQUeelHpQAQmBMiVQ8vTcHn5SCmhPRTEmQGnCl+Uo8uiuNEe
tFOGFoOMGY8tjGkJ76WhOeZm7M8UIIXxYkpUGmIjNmLLgpwk9NMIYUYGlcaYsiE0hCYcoRBx
pjTF4YoOL8EMKUJxfDiiHGtDQcx5GNFLgKKImFL09DKAENWPMiZ4vjDjz38MLE8rNmUhUFcW
BbhJQGzCyiPPAkuiE1wMZU8+LMqiMtTZGuLA8aM4OJC8LE9RCwUsTy4xRZghWBwGIWAScQlQ
cSGuCzHCkY80pZFqCleY4iIiUnPoAkLM8QNgDgAKShZKQGyLIzxWleFClwOCDwkgFCQcKNmT
lMWRiDi5PYDKF0WJ5eV4cCmbGkoKIWBZkgOU5uD0gsinBTzkzRaDD0AGM6U5VhJCaA9MNQRh
h4yeglIVQ0KCgMqD0YsDNAhXBooOaIwBhxxIbozZSm2NoUQcebAYWezmdNgUp5yEFASlQaQp
AQUkLYQsD0cviImKEAFMSDGuKcsCczZkyM4U0h7mEHHkxtwApSMtgEQpj0MFM6V4AWI4gLo8
rIiyNYNGmFL49YMiVpnxhObAUri3M6BleDg5fl8YUhOHGgPQA0cFlqIQApnivK0UgAi8PPCI
444+pBoMeQm+KszwYSEhalOaI0BXGePNwY9TIDzYBLE9NMwGBp5UFHshlyuKsaMNSbMqjFlA
BnEJIMNCbMzohcFwXJIDlUFlmShoWY4xBkiMhFNSZs1gKUR9OAgIZIuwAhMAWpGakgJw4sQE
wBfnpJ48YYIPZivKw1RcHzyQHqowvDKFqCGmJjLHnYOElqao8/Bj3Y0REOJCuKooy2HlAV5Z
h5cBh4yZkePJwk1hMUhZnsg0yRehZxlTDnqIOQiBooSBhIWY08dIj1s3AohKceGmUPTT0UnF
OCDiMqzAmSPRjTGRPKyANPdC6JBwhAUBngQEBiwCC7DDzwzY0hIwgvDMGnKE+mDhBhGKNOOF
EHHCjhw0iPBjPG9PXThRwo08xPLz1I9KOFHCkZjzWlAYEjMsDiBhrjZGhKMDNMFkhAZoqAUD
M6aQJMAccCApKKPCQU+nzjhBBBopwpwpwg4UiBDwMae8hY44cOOM+eDHq5vjjhpKVpiTJkJl
jhweXpbAhsTannhUmcDzTmyLIeAmfM2MMqVRMSABGcNNQZkYfVBxwhwowUUaKcNFHCDSlPAD
1o25IOHCiCjDx4JPVyQcKRmNLkhPASAcXpvSsMcbY9EKk84AQUjKsMNkeklqOKoyB54RkYgA
MHFsTFAIfVJwhxxw0cIIKccKcccZcwZ64RlSXAWccNGmWPJD6BJhTjhoKUphjAFgekmDAz14
ENwY88oNQa8w5QFAFGgNebosBCtPEAMgAxBo8acIfVJxw0cccIKcccIKIIRGHONSQBYccCDA
skID5+PdiyHnCCjAA8/MybU86DD2MBONGZMpiEtwYDKQpywMSWR6ebgIM8eNFURDRDjjhx9T
HHCCnHHHHHHHCCDDOmcNmEjh4o84BJgsHPng9LNgcWI8cDgAGFHnJlD2wsTKF6XRXHhxowsv
TRgBgzFlYIFHpRpC0MIecEIQDDjiE4+qTjjjjjjjjjjjhCEFMwCm6GkA8kHDjh5GQHjxaHqI
MKVxKXJVlaFFWVppCwPOj0wKOMGYIlNOaUzRiR5TjS7NeUBMUpSkA0MPQjjIlSfTxxxxxxxx
xxwMAARxVHnoSa8gOIy3DwcaEhJAeaF6aUhHEIaWhICCApTG/MsebnuY4aZswxnw0IDRhqzz
ArAcQsi1ABpSFyewBgUHDQw44QU444444hISEcUB5Gb44jIwgnIxR5KEDDElsW5OIEh5IChw
KZI9CCzClKesDhpGZI4MMiZc1ppStPMCpOFLMNHmiPRSUFAikJT0I44QU444444QjEIjNHlp
pg8acGExGAF2WpXGGHl8BhpOBGgOISEzB6EWRWlQFGnFEOEEGHkJnTUimuPGTbmiBzOgJuTV
AhnjDFMKEn0QcNGjhxxxxxxwhGAGYPODYGvJRw8QUmJhxniMeEjQUOHA4CZ0CPRxoGNJgkMD
ThDiE8kMGPLk9FM+VR6+ISEBCRjCpMgEEBfkx6QKNGCjzhTjjhBBAMzhcBQYOEGiDjhwwYOF
FGnEBxWlKZA3hdmPIDSFOHE4QEnBJ5GYEPNMbceeTHsQCQlUVxRBRdGiJQ8HMaEnrpw0QEEC
yQ4444QaNOHDhThow4UUaccKPEGFEGE5VABGFl4Zgz4gcTBJIKAmmPJiI2ZdgB5WaM1QKVhT
m5CAEowE0Q8rijCT24UYNFGkg4QU444QjHnDRThBgo844U44QUrAEuRpTFeRFgXZTGcDCMQ4
JLYzhGEFADlSUwebAUCLcJLknByuMqZYGFCDQHuZw0gIicYTjgMLOFEEIgI4sTjhgo8U4cNF
FEAjhTiqKsFL4PK0z5WFmClQGlsRkpEY4ozVGeL8szgMvTjiQkBSExASEGgLE9FEGkJxMcOG
ERxXhgWcKIRkgopGKKKRkhGSCgxUDhxKDFaRl6NBzNnnYgODilia0sgExJcF4KRExXFqGAww
Q4iBCMsQQtS2NyIINHiHDjjhgCShZwpwKClgPIx4pxwpxw0qAAnBQsUrTi1HDzPnlJGMFEBD
Yl0ZspzZExRjC0AjSAgGOKgrAYJLguzRk4Mbc44444gGBRwhwhxwoogMTCjhohGTnHCAZmC0
CAYqi0AitDC2CiuMsDEQKDkxZGAGBBuitMqbQqRhbgwwUnJB5mQADJzQkx7kcIIOIQQsDhRo
o0UGJxwowUUUYSHHHHFUQlKcWZniqNqCABw8PDScJIjKlKTGFARS4NGYovC+M8NLMcBExCTl
wCABkSAU4+ojjhBTjhBSEDLA444jFHCiHCnCEQwnBzOloDAxSApMaErhS2JQYFLwEK4hMeU5
XigxqCpIDakRUhAOUBcAAIEmrCyIzpmjiM+pRDho84YIPFEOOFGijSAQYDAIwNIyUMK8YFDw
QqjGBhrAc4tiuAgwQiJAwoDChBXEAaCGzJCoK0uzOExEVxcFoHBQKBmJEHn08cIREg4iOGiC
jyUUQjASiLIePGDyYaSjiiCjjDGUBAA9INOQFgTjyAhBypBy0DTzkDByAeWReERUlOaMzJYj
SwDQcnJCUiMAIPPpgqDLExeAIwFIy2LElIy3JxCrIAceDBAeNELAogAU4iPPjNlsemk4OXIY
RnCjCuISIeUJlxwIWQUFiFSZotymLgMAC2HEhwWSmBK8U+lCAccDkREBGbLY040jHBhINGHD
yvAwYuixGmBKcrRBCuAz10PBhpckggpxxXEI0QFMUBAZcB5ONMkAGoKgsyiLkOJBxEGE5lDO
Dj6WBSECGEoGU4QShw8jCDhRwwnDxRCI4aZ8HLAiPPjNDTfHpJXFYFF2MAC2GDCrFIDhCtMc
IXhmiQNMaSmhCRpCEnDxhYBIpTGLEPpQFASMlGkY4aOIggjHCDiMeOCxAskGApjgwsSnPNgI
1h6+CgIGTl2QFWaEaRmZLMAKwmCzzgkL8zxnhCMtAgmDCQjJSUkJSUsCvPPBh9GFcQjhxGIc
SkpGMHnEpGRhJISig44KOK0xxUliZUDPbS6KYgBwktCkLoKEAygMqMCAcsTOikoaUZQimsIy
nLEMFBQsJCRgwsTAAJ9ClUPIyYjISYmJQQhJg04iHijyceQjwgoy/MQeXEhaGpPRBxSgZCFB
QGaAccU5QkpZkA0AMgPJQYlCB5KUpmzXjTiQHLEgJycNKwxB9ClQSAwg0UlHEJKISkgg8eIO
JzhBo4zZfnmxqSlKk9bJyEpgYYOBy/DRxxWgpwgKcBGPJB4IFBAoGZQ40JYA4SRCg44PCwkr
D04qjgcmEBAgQUUIIx5MPBhQkcKPHmDK0sinNoWwSFiABSE4pUExrSQeDlacKBkA4ozAl2TE
QaEEZWmUJQksSEGBRg4lDw80YSbUryMQQjBQogOCSUjHE44iOCRwweIeQhweEFwaAMCCIpgI
lJgAty1JAQDISMjJQQcZ488LElJggnFKEqiyABSxBA0iCyUlCS2CjcgICPHEAwIAxxKOHDxx
OQihI8aSmaMwZUIDz0IuAwJK8ohxKMBy+CSMEJQYCCSEhJyqPMi1Ix5INEKUHLUqBSxLMjFG
jAkuAscbwBBAYIGjhAclJhhKEnDSYaEjSYcZ4wgABiHsRZhBIUZXEwgWVRpCYEIh4IOBgENG
A55wHAQwkCiYpytNAUwMPNCMJjMFkWxTGoLY35VApxIDEgOcSnDwklFEOGBRw8lKkyBGZY2p
ugseIZcoDQFaIRGpOIiUcQFaCFoOGkJlytKUJIiwLUqysLsyQ041pThRMNAwI0ZaHo5UCkJK
V5OSAIQPFJAkaDEwhOcSkhljBGrADaFqGCHA4wmIyuKosyciFJiAqxwQDFaMACtABRhbDwMF
LYyAhaGiIyuIytBCwNWSHpAGDApIcIcRDQcnCwkaCk48kJBpIDnmhqS/DCUlEFAxxxMIDmHN
WOJhhCZQqyuBRoUGikYwhJQ0rxgUZklNWFFCVZGTHFuGEp6mVw0acIVpThIGGAxpCYYMGB4g
hOQkQ4iDSYcTDSEgEJwQkOPOyMGAQYvjgsaOGgxXhAIcHDgAUcSmYL4sAwnM0Rhw84JOPWSm
CTiMEKY4YQHFEegjjhhwQMCBDhR5xIPGnEYg0kGCkRxWHkgOONgW4OcMGEJTgRalCWhMEkBx
YmdK0tQ0vyMGBhpMKBgJ7eV4QPASpKwtwgjK0oTYBQ044nEHEghMIOIBxShpajCAjJQULGkJ
46AmpNGBkhCRnFeMKsKKMONAcVxKHGZAwwKNqNK4hCQUgKsBPocCHEYKUhAaImKU8+NGaUJH
kBKUhVhxoCceSCFaZEkNeHEJGKKV5GHk55mZQ2hckIOQkYKUxYmeL0CJTQABAPDDMApOcbUP
HFYABACZ4kPowCGAxEZ0mL0UpDzk0xpQ0jBwkGCgoUUaVwooCTBoUQjCQkBR4gplzz015bAh
IMBygHAY00pQgRoAkrSzJDHEYYBhBsyYrwkDKoqCU+kyvIBgIURYnDCM85LQ05ekBEFDB5IS
EBITEw8FBggQCFGjxRgQQEZ5aawMACUHAiiK0lNKXJiytNiSCkQCZ8UU1AYHkBEZsMKYgHn0
iCDiIBKsKK4nBCuAzQFmNECyAcAjywOJyYaQDRxQkZYDxRhGFDCExhoSEEBgMqihDQE9RGGE
Kw2RdlOOBCqGgpqAkPKMzhZleCjiU+jCAUYClUEABwhEZwINISHBZxGBkoCTl2SDBoISkQpC
SnFaFDxShKcKJhAUIMWIDF4emGfPOivLo2JREQYKZcGLkvioEJiMpBhKGnvpGNEIxo0rjiIG
M4NNGEkgYINIgoaKTExGMIx5EQjyQAIh5IElAVIhOHiGBIjUmIPYwsxhhgEINqDEZCBgZXjx
5YmvKgoiIHLEuT2kjIhxGIOBR4ODDzjiIIJRSMYSHE5MQDSUhGkQ8IBiMFECggy5xMGkJkwU
MK8yh7oWx52YsrB5oS8KYpTiEeW4SWQeVhQlYTmrNKb0gGnDBRAIKOAiQQYQnBY8hHEog84e
IQko0FGkw4rSMLJSYw5ekwpRFQcUwEBHvo88+M4Z4aFGyKspRhGEmjL04GAzMgpbG4LQ1ZAR
DiIkOIxwgGNOGjAkJHiDRpw0nEGDyQhIQYLISAGCRDjDGnCBxSmaAC4MEEnuoSZMQwpRDjVj
CuIgEtC5LkOGFMVJnzTG2DDUg44jIhRRpMNBCIkIDiUmJB5CcSjThBpKPJCIiJTiACHkJGY0
1A8gM8VJdmAEOPUCuLokBTywGLYvytJSnODi1LclKoFBzRF+WJ//2gAIAQEAAQUCs2LAkN6Y
AX7HL82bFu2sFuzht2Dgs2sFmxhs2saezw/Ls4LM+CxIcl7AxlrMzA2JcE02GZituSdY6ssp
Xk5cuVwSPnM5zfQkl1ykJPLZZsQnGO8DEYzNnNs34L6O/O+WAkKCxwNnLxzfWzhZsDPgZs+W
HZLZ5yWSyj07iSLoNk8bqmpAiSB8eDJBxSO1CQmtLzwM2B1OeyMY81ZkpzILwQexV+XI5d1+
RIE5a+QQYR+3yOyFYqDms/7XI0AukRQt3sUTA8zCte44G8IxJmk9avekYRW+ORjFC7/3Hwz/
AHNoDl4BXX+9MDrD4z759iSNfdcDEDZwP4UZyw6zWHe0DZ52cONmsszFY6MEMkKclweQVyWD
IrWaBFmjFIJIbEJS7bQjtSuNPVmyKvUOLXrjLKiPsl1yT77GdgD79bPIBlZnGvErHiu9BicO
FtgrjSJGLPYtKUjSJDzfJopFyt2M0ZS7XZbJ5QcTkcHlf04SuEnABxY8sGHCcGiRrGz7Y3k/
pXfnxgBw7VQp0M3vCPO9HQzlrF0cOtsmx5zxluNTH1BBr57AuLMGw5YrhsjsGMhklyWEjGRt
/EsfSc9MOV4/XnZcRcR9osg3zGXU/cZmARDvjrCPGiQW8AMcC5oZbvRQK7z25I4vUXXkY9BA
fhLHC6S1pQYuwtoqTMcilGRaZJB81RsAHJdI2AHD9hg8Zy8ffD5H+yBonATn5MC4/Yg4OxCm
OeGYf6VTnDCg19NDGJzzojP1L1sZjH+nG2lPqhp9hsj5Ceqkiky13htJLksHLJqxTP5GuGWe
LK875fnVpknRwGBX2vlxD+Q3LBs5F8QQAHB35xQi5N2MUWT9pNNnCTmsHAqSxPISfjhjwVA3
EBJE01eIhqr40MqiO3ZriHtBtLsLES7xkJx29a1+xjlbni7LciMHHe83jNn/AG6PLekWr7Mh
6qIZNUhKwUYMC+NaLNosd4WzxjEfQn6eNVPpKuW30k8arkDHgHyWJJMmiaE1b+sPGYXukVsm
o2K+RXLcQkvczHbiOQWJCNjL8mp2ZtBfjFhBx8s9hFHj2ZbDrWcoFVRp+a8w5djkiTLhqMxj
RQv4uabTJIcT7B/nIqyY1OIk1SMU2YzXtSyPaLiv15BsbPFNkZvP9jeE5vCd4EyOPjIv2tx0
yYZYjh3xzXhUzycI+Os1xzxmvjwHGnLGSu/pdV/yDJNFbkk4w1LPsIxipEtIlrXZT0DS/sNW
bGSGWOTqKrZ2HU+ojqJMoVrQm85cQ/lNIFxZ1jwXa65N2kSxz37Mx4aFcgAP4WRdGQB+NmWV
OqtF4+pk5fxQyPqYVP8AF1xj9dAz+iBc/Bqy5eprXssmMODH2F4nAeDj77v/AK3WcfyRnkYM
b6bOyMJ+KkgLi+G47FuL4w+0Sf6O95y+I8ZvNYwIws2lXeOgdOvrnjEdqclJFjs04ztZb8OO
woi6+QPDICF/JcTTV6tsWuvlqzVe1t1TT7KtZztvOR/+vEPhpcuKpl7lphlCT356os4R6MK8
WXAr8uJxNcraMz1drZld2evHJnjRCyD1omGvAV9NfFVAO18zrv2/jsWlEUawrzaGM/kTUzYr
QdZJWmrNIZTsYfs6+OWLs42sU4Bi+REoaT/Ui8g1OD3XO3etNWuQWF0MK58NgZoYw+oVtddE
FDBo3SXmGCb7KAssgIjK/tdY/GOC57XkijkxavrksSQ+meSH2HeJ2k8sdaQNHC+085b17Lth
HWr8VWy2vcc/JYZ7yc9k3JnfcbQHGKoa9kvZ38pZJGXlaWWvqOxHbEtn2y+5JAEps/PsnWKZ
JXDpcU5NEsr9f1kUCfixDGjuAmraZOvSf8tkwDNYB9GQb0uLo5H4ECsCNZN4DwMGuSmMpaic
RmyAHscYYLRxfdHk013fvn0XkIaScZWeQx1U4qy7B5xSLpsnsV2aWijx2K7xxxsq1vlunNFx
JiZu6XVL2Yj8FqzBRXkVoajRlfXHnZT8LkkkQeOVQVkTkJFw8djXKR1jxLcTKZg2R10kipxu
LR9E6xBViJXIkVJD+KJWtUsNymDLbiSGxxnWWg5P8fIMTrpWlik4ESLg840mVa8sMgkR8lpb
MdTjnoiz1wgcYmPpQ4IU34RxyJC+LsZeCrI3rmPsFgJlOGrJBJAyiKSZVitv6obVhjPPOrTz
TTZAkSZIGLQ645PHyCyeo2awlRJZ67LPFZjtRqkZEap+OVxSSeym/wCLIi8yi5A/HOtkUxVd
sOGdnEj3J6lZGMKlalaORvx62HmHSGI4I4ZC8JRbEus69g1WPXGK+YVftLWHtrW/zLbZ75tC
WVsW1JGsvZN6abQ/hNfjXKdlJ82xxV8BVxj4OaGmo18UbU0tj+NTY6uDX8bXBeEsIoZQdHBv
6OfiEKFrMSnXMV9qdks3AgADI+CAMXZlG41VSsWVvCb3i/e3X55FJJG0jVZMtV+Mf5Uoy9de
WWl3EtbK1ypZXs49yPzBL7xB56lir1pOOezO3c/n8JA1qIxwo5VI5XZvdGY4/uJEhXdeXr5Y
ozV6Bwa0yBE5RiIkMeGIY4c/UByBkkPKfr6/49eKJqw6+Fo1rJGjK64pOtfT/W/HyOcTv7Yv
kcvPy3yGD7YD4yT9DScjwViV9ckExXEs6X37PuRs4/DahRISQuRbOIk6ZDa8RzxuT5yavoS/
Bpn5Y+mywvF9LsOcWw/DmxyViW+GUFDGt8c5Z2kf/wChbfbXIl/H/HLQGN1iVZCIqUIy0qxv
/wD4WlWOHpNjJBIQtCx7F6mEMnW1Fx6VSQSUEJFBxi9f8xBIRBXWJCm1ji4gkjA3ktmmz0De
sbQC7zxofq0N7Jz/AEBgGazX0mrCOYyOXlj5NBA0ZhKkExaWSJM5gx+3ySvsA81N5H8hNV9W
AayKy6lGVxdpk5z44CrZPVOerbNGq4F1mwsjeGLaPVsS8Cty9S52ccjW5IGOGKVxFSKq1bik
cXF5fllev7FshfyL4mzrU0x3kikjgoz3wBRNCVFuqc9seK6bYriesOJojmxp54VAuVc/MrYL
lfPzYt/lQ5+RFgfwjqRI8cUb3OaG7ehNXs60+NIgX+SrDG7KHIp0dPDZaQcp5BA5mVz5KQEi
SQ6MgfcUrkOrDI9+31jdYESRDQkXYmh8oTgf1mvZR1vURyCsjvEBl+JVVQTgkIZiM+Om8mh9
qcvI+zO2nMVmWQSK7x69ibeeDjHJyP59WNYZy7iuJLFywzZTZEFqeyZFS6qrBHJgp1jiUa4z
8KIlaKAJFVBlggJNOMuvXBc/EJR+tkfE6gb/AIfB1AbP4ULn8KMHSridUiEQqM7OkZgljp4M
/J6uV7NL3mlTCU1pQjBUjy3FLutAsUdgbMy/v/8AdG8pZORdro9isCqD9p/sp+ZPJqzlSmHJ
E0WgEpMOmIBxbLx5JK8diOynCUJKL8XqIGsRCpfXLWx17EZA6Rv7487CtylmrqhEaFkEhMci
K8pjiFYLLmpFeHQx/U+JxSaMpJ2T1UZP4lOQoKufjABaqZ+MOP4ycfxozi0kV/Si4EAJUYgw
fXX0tXK1Zey/sth8ha9bln6ewgljnDLzXKXeXa+dX2cN2Lzk8fLE/RZAOWXAkLOyoGCQqFlk
ReTvwIWVlffBEmxE+UAHJcLawOJMPwYokiyQtG0rPu5UL4Pbt/yAv5okD+sZyb2SI+33xqj4
wFC3pjztLLrYVecbVEbJFSPJo4uVUlCkMqvMbRnhYrk3rUVmkkeMhL41/h4wfQ/U+M3nMZyA
wHY3m8bfHt1ufkyLxXoqn49SJWs2Lsk+WqEwyKjZmfpurWhXH1nXYtwhmSLBLGxleKPHk5RN
Ks80J0jcSscnPF0+J91+0o2uyMARwvg6x62y6fO3Ty17IVCRzCWoyZG2hIQQ3IivswBhrlnZ
xgXJLCDEaONVZTjVqnGSAZK7MihXrrDJs1bD5A/mJIvyPAUZvB/g31/3nHNbzxhzX0aNGx+t
o7llve/2cVFuU41q4Eov7IP8H+1mPbIBodfVGT1opcb0iOvCiFTrCxwRho4URFiQtiHCMnj0
IW4tJxOLYK57fClWz1KcvVYwLETwSRzyYZIWUsdxaJpiNl9ah/W2dxCZGj4ICiNn4/rx4Cw9
e5DE6uXqo7zYLEhFeVZZ6deOG0Z0xWDZyx5QqRS+yL759slsRIJe5px5F3kUrBgQMezGmLcg
IF+qSjq2bw7zRw5ZqeyS1ZiRubs1vrfbkHZdt1z0r9a5HhOjvYOSonNjABJYiAk5vKxUN4AB
yVtgSvlclj7Aoqf+PxkiAo0es05X2LokDP5hDkXbQ8ZbcbZbAdGg07B8EbDOCjEklU0JBI3o
TLqgrbp84W6vhUq9ZHJDFSX2y02EslNYpXSEWFCqrNJ7KkUPuqxQvIatcYG9Z98Ze1Y5jp52
MS52E0qxSwTMDVtblitxxdXZ91d/ty5zmLUa05WbqFaNh9AMOX75aQxhMuyPg7EGOCyk0EUr
dfcR1kQpvAPp3Vj1TxwyzVqFC6yxdGeZ6yE49EDIqOHrCcj6tVYVEjLxnca8VO8VgcnTIyFy
/WNnOMsGTesl2CgTsMW6wN2WCVBX54a75w863lCNmn9LZ2K/tWo+NVpA1Lr5QK0Y3bsf+xcE
vudZvzpI3IVECyQBbVdGSzXibRQ/htGFuTeLXXxzRW+WWxut+LoD3jOUnHr/APwZFVBwS8cT
5LTH7317a9I+V4wkcvMgiNcfro+XU2ImKCsWRQqMrnBvjktGKSZUUAgcVGs+5P11ms4jdm5F
XMU8M6umj4IlTRjOWqolW1CiGWGVwyHAN5xXATx5MBLSn9cEfyo19D8fOwUfjPAP4+vEslLp
6Glgg/512PUl/l77zQwyLLXZGlgFe3bVo/yoPyorMQtLLCY5LKfj3qyGGvRPt/IiD2wzwLC8
UUJXBI3Kj5hxEdkMPEyNKE61JPWPto/TteMXY29lpnfjfGq6dhIatOy0EtSylk05GaEfXZ+u
s0M8Z4zXn6bG/wCy6NDobTR2hKGzl4lXmgJVk+adnQ9wj90MrwwzrYiSLDzOKCohXm6p+zUj
Y2q4IbmM7XtLAl/KuvHX/KiUWbaql2yuPcnw2nLTj34PZg9/FY7OGtMSYrSyLDZ/IrVZ0Eot
KKsEgyKmoabXpdX0ETlxjC1F4195sclEBaeRoko/+sPr/ZCgt26/DPGXOLV25aGzlGx+PNUn
5WR9fsfpe7CSFjf7Hf8AK3hnX9rYlkB+syRue6rxR1eupyO1e0SWmdcWQOs7jILC4ftd69Zc
avJE88ZkIUo54set6veWKH7XUxuzxK3t0mdhCfyhC2/U+ek64HPXJjQnBX45EgGBPfYh6+uE
/j62p+vgDR9ensFbWGvEcA+lkfslZQB7BnF/XAP2tYCFlj1ILh4jqpOdP69p18VtOx/ai+Oy
/sjlXWAkEnP63MryLg/xlUbYawheFSJQw+hx2Xl2sKtU6nnIblGQLXucw3NcDhsLcWrzAg40
UcofrV3L1ZOGjPzqJ6434laZev2nILN7MnpxO/8AHR7PWrn8b4PXeT12Hrjn4Bz8JtV6aRkZ
/uceYf1f4WVDwxRsI5IsZNCL9GJDoqsgMtZZFpxeo/W4ZhnZv7DyAMpj9BPk7+nTS8LUR+H3
+m8H0l3r9wY5PGD9WefpIq8+zjBpdP8A+fixS91okMVuaMJxOMivkMhXI35g6H03njH1tXYv
WiRe1ng/c9DZrNfTWKcX5ZMx0eQTzy2M/wBscm+0B+X0Hgeckj55+Jn4xxImEg/wZZuSgfXx
nZu0dKK60omvHdnsJXxgFGh9KezLB/4QR/jLvjyfTE6g3gObzeS/fsh/wun/APYUeMmqQzBo
/wAYQssmcVOK5XObDBIUwuPpryY9Z+O38mIdZ6E/x4jPAzghGh9NL9PvkjLqMMHaxGMfv+tQ
xf2Pq3yLsacgjngb6GKblErL/gPv/hLIiL2Es8yTSHayedk4522AZ01d5LqjPuN6+m/pIfGM
uQN+6PrKvx7If8LqW4zwuHj+kyB4qUf77qc++OHZuUgKs64hLYpTXg5Pzj7Pxm/8tYy/WSWG
FLH9m6yHLX9utSr/AC/YFpe8cra7GebNDW1zkcWaZTD3nZwml/b/ADBeqzjN5yx5CpVsJwnw
96sjS3XkkuTJJWseJnxTrAfJ8ZDvfR9b6cA8a+nk5rX0ZdrwIyxagr5Xv0ZTzwb+k6lh2Ee6
XV1+eQxrGmvoch0nYcckh1hTWSm4Hiu5DYjbAgGD7X/F0uPZxP8AlJbrxPb7eKrOZ4vV2X9s
mZrVyzZcbOa1mjh0MGffDn+/vh+kM80Ldb/Z/EFqCdfrI6Ribu/YZpJi3qtWXuVHpVpxuVoy
W4YykZIK+pHTP6veaasPGA/X7/Q/a32FWCJrq2ZnaMZ0VieVc39JCvClPL+UG8A5vGPiU8b4
OHWT1xLj0rCH4vh69cjbwd6YDmERpf8ALvuvaaGaZJIurste6yz108eepEXlikcuQ2pzesP0
1nDNHPGs1rK3ZWa56n+xxSMNavdjVpjte2lstWtSSOlK3LlWKvSi7/sXnf28lHnFO09fFZH5
GNUJ/rc/r7M7zzm/H+vp2htCo0dj2CssWS0reurtW6s9Wb3xfTs7lhbM3Y22zorTzVD4A84d
5c8WF+2Hwkckm2RDnrGcMOSc/YjSb97/AFlrzyGAFUw520sR7Xr734lisYrKXPS0jxxjETlh
HFvWM85/o6LYBms8/UbzrIPm/wDYKcEERa/Ythmt9J0ixV0VES7OjP2EtCQP8X1nIZxkbF8S
ONSdfVMlhr0MSwd3UdwWP+NyFGUVkSSMrbxKFOAqVP0J3k8j/wAm0NhYetsr7VYNndds9VqX
9hD52ISSOOxEIRZbYsxjGsW3b8m3XsRTiQGUZuTDy2CpzX0t3lgyfvLnOO52UuVff6p0LQ2K
7rZsfx6Z1fKaO/SMA84GCFpVcryxm543xL8SNYMABUYTnjIVj5TyRfjnYyves1sjsJ+R/NfG
13ezPat3HTp5hkvTy6fp9IyFSN7BIPl2WSes81yWZuoqyWL++KydlTjw9lUEcViKZd7z7Cen
ArpLHYjtG5VMPcIxE/wWfO9ii5U7FqTr+shgrrDZ+X9i6/3xMzZTvvFiyV2in7sLHJemkn6n
tZZYDykaOtGmBQPprDGCPU2M2jJHBOsyU4XhtQRql+MuG2P7PTEld045QeRJ+KW4G2j4o86w
ZrNkZrCFwMRnkkjyFBw6XPagDHZP2yos/si6/nlWnHXSWLxNGHWxZrRGzYEzEYirkMbM1xw7
5Xu2YJGtX7UjfrmuMFr356xg/sUpev3tdlMkt55JLNY/y88gZo+dJp3hvsUyvWeYVVD0Fsou
RNBJif8Ai7+KrVy/1atT669LVkvxFcfxnRXDBauO34/8pegap/Z4nK2YSv5UJy521StH/PSZ
y5TWbAhV3qNJ2EMDVq73a01Hv9rYRpOuh6exasfj0Otke16ey7qBdAnN503VUL/XX/6/NXfX
kcXzR2fsN5tdbzlrBsl+TE4cRGbKFFFhZfVGe4CCfuLrNLb7KdfxNZxgAPhkO8uGJVH287YD
lsjAM1njbDWAkZD2s8eC2sqS268eRTwHBdj9XYFZBSmIqRWZQjyNwpzbLWbsUfYTQ2av8pTq
V7gikmq2CgswzRtVDkieZsuqRGkEzxCedMW5PqMF2/AfOytCvhsO69bXqyxWII47NgI8MEMJ
ucV4S24KEvYUrkx5eKcv5FFhrBrf9REmXew4279Cr2E0nQXYZrFJ0wRKoc8sK6+nnCpJ3m/p
SWIBu2ghx/7BGxk7zavfsnPdIRg0Mr0LFhnSOLDre1AHnP8AaqDhiIB++a3njXLPfJxLMxxX
bde2MorEIi/GUHnicopP5ix+PHdikqyGAZU6e5LknU2kjtJcdI6/rRGXJIjIOpq+qG3TnR1V
3fr+tkgP5BzvdtZYAL1T8cMmpzJ8uu+fY7+F2M2mksWVXXnr2YWu0h9VtKQ49ZCK/WzdNNJn
VdcKYvXRGrQm410n8hsXCCc+2HzhwEj6dSsMsdnqrUDJWtSYwkTDr6DKsXsaU/iUGJOf7++f
714++K3lmUt8s0dnODayGPmfOLvPkGo2vbHWYEyK0eV/kZgyYrzK1KrHHHc7OxOYrVqPIe7t
DD2shz+XubXur8Rj/ssOWHitRdT1cAHfy2Yc/kbOdh+5atDWVZCrDRMp8dDH/wAq7caOrTn2
OyQSlYJWWrK1eVIE7HKUZWUW44qT204SdsTJN18kmCELB3HXNPGRrIoGkay3EaIw8c3g+nWz
iOStcjZO4G6PnPGD7x/q62DgvbXCwXlnxzxgwuSD9NY2E7GaYZ8cpbM92H1WFPljiPxaq8Ri
e4gFcq+NHKrR9XXmzurJ/I0cTjntGLIuft8m0xaFBnryGzPXaj2EN9P/AOdTLCq12yx90P8A
5JA6tx+VL2RWL8Yam8MsIjgjaW2/WxS2O1r5P3E88aX7EeLca711eqYqFCrBBkui5VOMkSSL
20Cx26vjJmZ3B0OZ3vx9BkUkhL9s8tfP9w9VO0X4i1ssdk8mSsjHI4JpM63+rzyhv6lROWf6
j8bNSxXY54z74djARm/IHnrwPd2/Ep9s85o5Ud/V6wcgc752KtbrCZYbwIt78AZr5JDKc9Fl
cV9YJnOO2wT5V+OfyNvLjhbcsjF4hGsmwzgKWdWiX+Zteu32U7ZThR1rQl5LPRWlz8GePG48
+tvSVLCSwWoBKELSjcvYocWY+runJkeUCHefLPH08YwxfvG3EyqQwyGdoTL2dyQOzOcr1pZn
63+tpuGKlWV7MYT3EYLERyetW7DO0/rVisXjZDh+h++deAp7F8I85vKR8TN6sqOlWOIS27EK
cYr7f8vxnyJ6noZJVXq6qpao05IZqNhGlhlgZZAcOAnNrl5Fa0y+NnEVWehWADscIUyWvXv8
gxy1rZjfq2WSDu7MYs7XlN0P5VfquvloxSmMLc7gI0LxyrU2y994u8QMI+nneAbw73ib5TH4
YNfVF5vWgWGCWaaQSSoiTvNKgt9lBPQ7COysEATJJT6e86xXrk4c84V1g2Wg4pl+QNLv69fH
zfsG5WUnEZ/r81J5j2FXO01+YASeo6yGGNe2WaS3JFWyDuqe7jQSJfrlIh4z9Q+W+L52lcuK
6AQ+tSDGy5X16pZGQASAyecKsZvxQ7UrOpb9T8ntJellWTpknqVp5pGjuzWq8rRtM3XTSI3X
jUf9nputl9hs39D9Ptn+x92TlGfBz751nTWbuRUugqJJ3fXRwRf2SvHkX9h6YtF3fUMEajYz
s+maPOvu6mmK+l4laDuKH41jz9BkembiWPYxFfrrK8jxyUK/uszENJEWVvvXuQtyqcfdevPZ
f+sdW+dhTS1HZi7OqtWjeduxpSCD7YmidDfnO20kMQ2sdTxAA8zwoq2fEfu+BbkZK6NjRMiU
oueNVfIPZ744MeELl+tXlkgp1Ismr+ubp+xEkXaxq9Hj48YBnHOGa+msUZFyIsf+T751kdVn
vd1NYBd8WN5Mi6W1Llno7cKL1lo5C12hKv8Aae01a7SW2/Q367VHf4X1M+WYvVJ9Ko5NUrII
+8J/K+qnRaGrFUb7opJnDxpz5V69V5Zuv/rjco+/qCCncW80asIwoGXEjK9jCsdsEcifPsXO
6+SVeuHCSu6QVSx7WReUd3iQ0aLgOwfX66ycoUpmCwH1KtX2SRclE5+N1j7tnJLESZ0rhZpf
3BbgaGfFBzyMfxHveHFO8jocI5q08eODy+g84ilm6brcjgjQWLFVcHAp/YZIjI6FU85z4ir3
duJKUizx9mki2Pp1KM8zsETuIeZ0frvxX1JQ44jlWvsGgh+cfVwJNYeGP8av/F1c/NrrkFqG
bHnC5dtPu2EmePoqjwSkb4DOxBL1+PGUft0Y/wD9P9UFqP8AYVBpDhk5x0zqKVVOI/70OTNN
7O17eeBB27NJDajly5WkaTqkeKyv6f7BSLn1kZyOVolZCdlOtousf9fhkFrrlpyr11ObJIK/
XjswAx+g+/Uw1jkX9phim7yG1Zr1aV6vi/2KNQeu/kYvwq8bdrJUMv06zsZKk3b2PyLGAZ18
0NaKW7zYzO+Srxb6aygsjM8K+s65tyEcRbfVXRXt3ltXE/j4lH8dAzwxtUW32CQLfmUR1DFJ
N2tz1Vt8c9iZe/XX+5+0NhK/aiVeNub9mP8ASqrvkNUypSWywre5i1TWTjJ4a88djqQstOmY
MAByz8ZYT8ZYi8nbdIfURkdrhj/ck5S7CWu8l2CzV6uICtNVjlTvWi/MwDzw2euHrnToexkt
zSLWEDe9I+k62JppFEfaXEKRU55Wr9dWGXPxQdHJT8NDB5yNCcOmEa5bhP1CMT1/TXWFrqrT
B6k6ElSInAdvDQdpOFgqvcI6a3Wx59GW5EBZtSStDMYmZmdhE5z8WTLS/KH752O0uU4pnr23
1CG/aVt58mNc7azKVHsaQU9jJdENrLBUPEp2sRBtR7ipljBPMiTWHjSCVl5jOWRV/ZnA8o+A
ehdtvWg/scqrPTisOnRQ/iOiBv8Au61edyzdWnBc7+tM3QOzQdpOYYbV2xIkNWds58QlNOMs
gZlVzkh39YGOa1n6cmk5YIpGbq/65JMK3W1YFbSAdlA0t3rYpzeoHYDK6QqxMcySQ9sqVrHd
XWR5I9WZwwKvkjqyRTGNqHd+iX+d63GG3i8g/p7MH8vrk59bbhJzfFGGjH5MS/uXxoQWY90/
KzceLPye8VDAplckvemCw9L2HuSaLke+7d5DtiftiJs9MkWdnX9F5m8/1ecfld5Srfjdfr8W
O+rUp/LnYloWXgu++C7WpDp+vaC9SfOxP5GTxcTZtlYIw7SX7LtHGvJvHCaKSFvs2RvxZJxh
k5mtQlttR6qrVUWIRhtjFl5ZboRbitCqbFirObNApMqs0kVKvDAz12cdUzM3R1ddk1OsjSM3
1H34x5zY2CoGb+Pdf+10p/4PYgElNg8hnwSOJvZYvxcmiqiJqsoCX3ZlRXBtWpHYX448jv19
XAXpdPXnWXv7f4sbciRrIKM8xj6xa1fo2d5v7JDxk356Q8ew7sE14C34tWX/AIGjzK/KBOQ6
yI2YU6rqa6Rx9J7JLVdFQtZkut+7G6K08qs+xuhchhyaet2Mc8DxSYRrAeOU6Ethq8XrT1SZ
x9ZgCnNDXJQXrRPknU1pMsdJa4NXWlCFtW3uChDDL2roiXUczv0UNeRleTBrebOccf8ASkkb
HsuTdh1BEdPspxizMW9kbRm1H66hjy66nGKM9DyZII5BJQj3b64hHrIcaAc/xIk6arqqnYXJ
LljKVJrLrDXoUakLPB0lNo8/sNV3okjKz+uXsm5UK4Zlo1mmhsIwdo9xRq5brIW/Jm6KvZyf
+uUoxd9UCmxrF5s8n6s8tmtZ1lG3M8nRmaFv6zcxf63b5R/1h1SKuUxWj17EGWIGkXnPHkPZ
LgtxHEsRbSwjN/rtYeDdjeJxp3YmTeHApORUa8MAikkev/Wp5Ir3UwV4vw5/pPGzZDDEpn6q
SS/WoSxwHrXmfso4YIrk3/ITppWwdPcaRa/GORVVlnaMQXZJyrNl19xVuvuSy1+ntCZUUL/Z
+wE9kbGV4y8vWdUKsfY83g6gGebrajVJLcKzV5o2jkXw0d8ydfUhdiilDc62c2avR7Q9TYaS
l1U0U12HsgZB3chsLYMoj0d8MqdNatSL/XK0EUg45E/CTqewo2YtLmkJ4LmvDVvM5aDBM3sV
8Z4ytiGMkSNFiy+xYiUyC0SZ0V4+2rmJuO8VM4A5pAlVHdq/XNWkn/skkTJYFqT8ur9G3xq9
fP71TlOT9O0pSzyx9NZezFW4pPTdnsUyxipkr+BFqOjCh/HTHogtXrmLP9913KwmWTlL926D
o44Y9ZwQ5+PEr6GH7d9XMV/P6uEljSvEucFziN+xAw1hOFlQex7EvddHPEtSlYsSUv65HXw/
j1kvdtCRLJ7ZD96M8sM/WzWGrq2/8JIY3y1Tsa4yQs19gXf2pCsgdpnjWG34jlxrZOf2B1aV
F8f9wYAu55Vp2iks9kvrY8jEPVQ1/hx+msKg4FAzzsDQ1gGazWazX0Y6XtOb3v05/WepWZ9a
H+Bz+01/3WBB/qdX9vCuDOI+jNrJuwUWoZIXTt+0qVhF39Ks9r+03XyW9alLyyMGUqKlGWw0
dOCtnXwumRSI6S9t+/F3xhkr3a067H0kgikyz0itk/Uso+eWYGZE9kT15ictXPxoHklkk3r6
S6DZs4x+MMZkexYd8+f+QzXn/f01ms1/gTlptQTTf8mlUa1YrQLBBmvprPH07ip+RSnUiT+q
MDUGEAhVC40XI6y7bSBGqPdjdr/Tz9l2htx6+gyJWGU6LzNJfq1V6mxzsB27S0oATvI6kz2J
TNCGPOPt7qPU719xdij4sqyYwDK1KuctdaeU0ADJ8G7Ow0kuzyzWslODD4zzuGv+PSLE5s/5
/wC/8TvAP8O3k9dBY3kb+v8AV/jp5wfTWcc45rDrP7R14in/AKpLqfNZr6SEqkscsklSnBCO
yr1JKTji3nOOUuvnsZU6qrJF3F+CvHRoWLck9f1RdbTjqVO8vNXhhnEi1R64FlANgjCWGRX7
CGh/YFWSv2Fewg8jLlJJVtdfZENiOdXSHlGdAf6153nI51whD9jMrL/0PP8AhrNYP8e808HW
Uud5Y+KM3FUuylopOX+XfU/yKXWzS17qHkv+GlGM6Z2XYPViudZWvwMnrfr6hsSzPFSrWe8n
MdPrrVh6tSGvFRHuufYdp15nSSvPWbqOuR5LfRUrIm/r9iNrVGzENeY4Qcgb4dZ/YeK17sM4
zWX+vhtwWqslaXzhbD5+u/8APz/1NDHYIs0vtbp4mjw2Gz3FxHEM1hGx6TtJFQ80OayZdxH9
u118vtqD/H4jLFZJ0vTP19Ol1Fiw8VKGkOzvNbn6bqfyZIq0US3yfR1Cax15L2i2alaC7X7C
FNrlfsiqWe2Jx+dqH+DnYL1FnLFX8OiSd1uwngPT/wBjhkyOZJBvx2vUw3YrNWSCRhn+vp9v
/hbw52NjJk1HSriOt6UGcB9N5s4ckrhysKg5Y8Qzj5/1e8v4v8hXw3m0pOvpPKIY+Ukoijry
RbVR/Y55mejSeaXr4IFrvrViblL1a/sZdrpYr2KkvXz17QnDennVpxs/rRRctCJW/tMkS3ew
mtvo/StC8stKtbpyR92m/wCRqnP7DDXx+AwAYzIIvGHe/H/wNjOaZPahRecLiuTYnXxjSKM9
oz2pv67w/b2LlhlaBevilTqakdedUjCvajXDZ+LdtXRoew9x+LrzMWKVWVhsL18dxuweKrnU
GRobh1DJZQzVV41/p3dVbBB/EMVniavbx8pOyj9c8psx/ioZJqsXAKQ7J8uvsrUyl3Ne0bh4
zw+7LjAyP+n7fStVnmep/XGIs/1U5Z6e7APxm/6jTaySR2z/AHo7vqRHZvOJKvX3CYLD5JKd
/kyaHYyLidmkmfluT+VYz3MwDna40zZanC2KtGIqbUhj2c9hGBIDkA+NeTjjPyzgucW5376V
x19Y3JY1CL3cp/H6tTYvDwMJzs+uilWXr5Dhqzc/xTCqCR8eXgK1NJrRoQrBfqvBO5Ul3yKV
o5JL3tkSYpFFGGeSJQmUKE1mWrUgqR89mOTF4MPVX/6hjGGEZ6BnpTOzaFFkDNagl9wb4NoL
ixhsNPikVZY8kEhIkYZyBz2PnOQ4ZGKaUWyujEQM5RgsRiNxwEe3l4RzydmGSWUhUxyXbFOq
teKV+Cd4/wDwP63XImOf6yROSt1tosvSHlF0VNc7em0M0/sjPUJyVJeLWqtfsDdj/GkOzhxl
bKKmSWRXieKCaxlb+tCR61OvWjeHeN+3k9+pED/YYRn80P8AqsmxxyVtJZqmYXojBJS36XjZ
gIXxom5cptDkRvwySZDUZ8EEYy5II4yk0bib/k2NtgHkRbwwusaO5aBv2y2f91rsoYViFixJ
19JYEdHOSx2cu0DPD00BrQg7/wAd4x0O57cG9PMs+dZeRYJ7rMKQ/FoW53sWOk6CGaGT+udY
+SdBX9Vj+vAPHTuNLT6z0ETRKJ7XAN3seW+xsWS0jDPdpuVn67zZ/wCncbUViyI0sN7XoVpe
MdNiBQGfx8eCmmfiqCtGDPxIDgRRhUZboyvM9G1KsfTwqP45Djdeow0ZMrViFalCS8Yjx2Ay
7f8A2et66Wd4K0UQWxzETyZYSQZBYfRXWRy5vN5v6SOkad7/AGF5yxJC8iYI7JfrOojGf2Xt
QT0nUPPOSioD55pqSGF8aNsRnUNKGy5w9S1WkxuuKwwKFeP8GHP5GP6nN4D/ANEZLCGLdBWl
kh6+tAogQYB41nj6azWazWHOI+ms1mvpyUnWWPvIART6+V5640yr47iGWGPqWt5P+kTukn8h
C2IUz8niBJsK7nBvP7J2/sm5ZTqWLMn4CV263quC9z2QrQV4Xt3F4RR/ktglIyfso4Mm/sx4
S3+0neC/28T1eyuyWnDajKLiLGclgBN+5AbP5Fb67+jStsNLi7/6BGKM1/lvN/TeazX+Dfae
0xauhVN5KDyblnjK50+87awUz8t9F5MglkAEu8SBUwF3L1ZYY69u9Xxi1iHtukaqanX1JFqR
f8anWghXse6hgFqxJZl6mJIl9zqkltY1MzERdPZsWKvUU4Ek6uscjoeh7P5okg71ozDepzj+
VgVr3bRyKj9SH93W5/vNfTQz4D6n/o7+m85YT9B9B/jrLSuwpV+I1hxvLSvpuYOVt71l8RmC
BKmetM9a7KNm5VWvYLYJkK/2CYR1P6/fZ07Wr+UwArr/ACnoyx3VyVfLNWgJkEZWMKdXVaOK
tD60RyrwyYLByeVuKlOXddWqGFWJcHOXwgQF/wAev/hJKsYSyrEjeNyxd4TrPyPIPjYzY+rs
yr7Zs/J0VIYa/wAP9fXkPrvJxsDQUY/6X0MmO8BPKrsB5MlHLJ+ugbI+vkXESsBLOi49qLcH
Z11YXg2WKouZFUgq40vz7GcoakfvljqQnLlSWKXrIuIlfIPkysbN32NzfW/a7Z7NAHas3HLV
sPFo8k6aw5HTWeVb+uPIv/8ALQ/4PGr5HEF+mvoycsECjJeQVRIcWLNZrNZoYUUkKB9SuazX
04/I5wH1mlVFszlUr7UNdiUpL7UYbEmIqmQcdYy52IfivY2IzJ2Fot+XIRyXQkK5FddXh7ay
Y6/J8suGy66u/UQ7w8kwFFFezFKJQCLskmq9aOKN8aZiizDjzbX5NZcFymD+RFIIEWYvHaRY
vfHkXZWUz+Y+hwYf8zvGruxWEoB9vrLvEtfL6bO/pv8AxJy2wOIhmeWAvkNUlt/IZNrcKafl
g3mt53JK00h5Y8cfIwKMaIaMYWMDz1df2C/bjhRLPxfzJSXjjHjluR5j1yHnam0yMZOyaTQk
l457fbg46kuT8mikbPIyFiHZpUMPbQFa6x2FlpQ6/Ei/zklCiJnb/IZyUf4NAhb/AAO8CDf1
OsaULkliGSZLtVMSzFIJLaR5Vve2c5JEcaKQGC4SFlDZyy1D70PRyNjdFIDN1E8UR6+XiKCS
4nUqJLLJXglb2SFCMQMTWida8rDJpTJLXUxw2B65et5M0k8gSV3ziSo3gj08JQSTQQyo/XyL
mnXGY5FanhKf2G6i/wA/d/ydXOJXPIDWbH05DN/T/XrOLrX01519dHf+MtpVf5SKIA0kXW/P
8aBEsQSgVw7dh53Oz8V5Mn4O1RXr4lk4uiQNnjjgZdljUrGWMtiMR27Mth/9aLmnCXksypDE
0wlNKnIjQNyftjwysrHDoFmijwy8sWQsHsevK1lCfcMb7S1klWeH1SnBnL/D/f8AjJyzhJsf
b661g/x3m83hljXPyYs55LKvExzNI6bjiiO7VkxY8lmZrYmGderfkStrF39Fbxy8NThfBTmS
VPiJ78UWR9lHI9ymsgnsPG1iY8ViHFohxQ8TQVkS7bexLSquZpAoyAcJez/dtVW1HJOa685Z
3HwSW0+F8pRn2xyDkf0REKe5i8+dhd5wP/RH01mvr5zWE408aj2Iy8gMkaVhu9n/AOhsrIy+
nEqxa0AJm3kYTezs5N+MRJ2nXV8u9lKzUZZ2lfyTrPX5iHxu0ZXIuyQZ/KfCO77RImyvqGJO
j52FNDkq6ZUASY+AABYeRa1WAyGpAFFxlBeyY5LjbtV4f2b7qzwQRjLjafROQ9f4VOJjRFyJ
odSevJ2T0ZvPn9fAz2IT9OQzlhlQZ7kz2rgkXAQfqd6lk9aMJ7eCPS60c1ijNAZrFU4/jJn8
wnhHPJ64r1iy6RzucsyNheSRukrlFk8Yv6gq8VjkGbfGiRi1KA4evjyTr5C60H9sSpHjt7Eu
1pRKznOOsSPzbibfXxOCztllTwtbEM0nOZZAK6/uOgAY1+c0cUQwRtrlxyI+GUZ8dSwiSFgQ
xzxjyqGuW7AR/wCSc0oriWrD9gS38icDdgmPPddUmlYxyaT9Q/00sitFKHGbyysplla5oC7g
S3rh2QxPzN+VCyKw5EkDLNniYpObrKvJ7CtnvrOlpRG7tvOspPPMI/WXTxAoxB4+w2NscGOd
/T74RxyPO0g+Jn0VUa+XKvx4rpMSJ2ycMVucfx+THLEw/EjZg0I0rcVUWZXaNRmjG2+S8Tlc
bMgHO8vGxm8mX5gY3jDx0+ELjEnLbAQRTHdYTl0XWMRx5KQrlV95z3nBOTnulOLJIc976Nm9
j2Ow2fz3yr7IlDHJpSqWLPGT8tuLNMxM/qH5YlyV0CQQM+dN1wr1nGzKeIRvlH4wk4PsR9NZ
ICWXP1Y3xx9PlwNC4LMrfFqi8z4AVwQHG70wYr9/VGIKleSR5vgpaWdoFWLD4Z18riM2Kusn
AVezQug45+3kzaKnHYYzHfIqw/TPYSPNvYMNdYx63Lty0eXFQVziQoAXFYYkoOfkFWSZjiOu
eM5Zo7IPLxrsrbkJEqj018dYgvaWInPLypOul6wvkm1Q+A7E5XXeL4GS2DE+ywK5J8V9nMk7
z7lsVcv0+QYcX1FquRxvyNDZg7MasWYkicklFJyq3JBJDBjadUiVQeALBic85Cqsuvg8jNFb
DGD6WDpi6gRsTgYe1zhXGjjduERw+SygjQGFPIz/AF4GCPOKqdDYRCxD4W1iyJpWRscg5KQk
YimEgsV9G1TQW+wSerYIxc6nq1tPDEiJabjhyQPlYeVIyeYRLUR3f/RyTXriD+wkalnrRn+T
r7r9iJZbNnlFM4bIQciIQdhCTnkZ5+lNOUkXOF5HEyRfFSThORSEYoY57PlHsY0eIy8X/cw/
F/OWy3seTxtsi/U54YORaQBRGV4DD9yRnPzHoNIW48AY9ErFz3rP9J9jjecjAzhppWWONQti
G9JBDI1yucWnF6rsXyrRmSTrqn48A0MsN5B1jHzAwxdZbkMssKhI9+DrJpDqS1FHk855pDPL
jdfaEaw3hldbQUr81UA+zbN68s0WYsjKeBGVKhSPsIv268wCxzeXDq/r5YPK6ba62XiAaTFc
7HDjegMM/N8tH97XIfZEyTl640bc/EMOAXWHWN5wnTDiMj/TrwG8KDjD5D9SjeeM4nYAH0sD
8l0iWOL+wev0vAyiC3LDl22tnOh6sYq+ZDwDa3/3HkViGlllCxUkJKfT7ib9VuoGZaiLihQZ
gjYERMs6bHjXaIrY0frjB26yOXeGNhCtdo0+J7O7sA5FBC8UhyPYI1nMgjXHycDKFRTyjcb7
Ko08fryz/wCXSgvjjy8nwjO33ymfyw8D5gqygKNud4DhLkqqnCVBBU4FzyuCRs/TgY7nnWKv
1U37pvry7Ow81mtVgkht/wBbXKfRyfnxoqoN7myRwM2NybxHyxJzkhi9cX3+nnJNF/vnHPiG
JJzY1LxRWkjyLQDc3V21kJ8y62nq3bYBCcVCxqO2n9YwMTjceXr+bSKA1+CMQWlcrPFyRA2e
vefxiZZ17jkitoI5ZyoxP1b2/wB85awuGzy2BFwqBkPg8WJ0OJVBn+l+x+xcNngqDof2O2Ca
8nFDKvokj+XWSfs7bIvIG9ZO+OQWX7knk0jcoB+6uzg+hPj7vrPGSEMSOODWd2D+LDL5iI00
ykrGQ8YQtpiV+LX3PE5HyyBwj3gZMWwYsezOzNLPnnFhLZ+PIprV3Vp+w0YXfOT5a8SgHG2E
+O2UkbICggA7wHzH5I0H++F/kOBzn5JGeOanTDWMM3xw5zCpaZrF6R4IDHLWlimXxQPAaxPC
rvJMmOwo1g85raxQgSQxQh/Az46d8dnCv+kzEDZfPguMqEoCB3O+HA7BTDpcSUHI5jFn5W89
nHLcgYsMjX/jvrkssgMHJi36+DMv4mJWGejTyShBBCOUWvpZ17m3jPn/AHufEp4xqfkSq4WI
xWbZ1i54ORfbR2gGinzK/JRobGKAX8AdzM2oIAgunctBmGSe1paUHxVDkZGf6mk8O5yMciV1
kshTFmBkj1y5bxmOFvI8h2Ga5N9iTgTliyAZfjMkb/8AliiX1mJtmWNFUc1/H1isgyYjmPLO
0n42zgbWUJuExMWy/iKuSzTwxY11CkPEqhhhxJgx3lo6m5AvKNsvMlTvJPkwz/UnLjGTxj1x
PlgV0v3Ob4t4YhfkNDNbxeIzS77OH252HtheSu8cVd/MFyaObrj7aqjR0ObA5ONyyLtogQPy
QWKrwiKrbjKnC6jHbPGv9H9Qx7Kh+TF1LFMnEhitViJ67KA0j5ycqjMc/VnqUZbi4PkVVvxW
44Pun6ptoldo2NuePiR5hrbwGMCUljTkUw/t5a17NakfWz4ZVGOxEv3j25wITgYsvE6Tl7JP
Kop4ltggjPYAoY4+cs++by44UStFNektcjBGrv1fUVZI4I1TOIwDWHL0d9T7uzU14r8mWuvk
DR2JY8R+VgN+19sY6YquKCcfHdxgQNIioD52xGT+Ipl5IvA5OR7ozsNpcrqSvpj12AX0Uq/J
7DFINbzxn/dxb0+ifI+vADxxZ6I1LsshmYNlFWWDzltAXLaARTnx2zfEN8tOck+0IYPoc2kA
wvvAHTFBx18Hlpv0q5J8nFGsCA5/vvvYIal5knmpMQOrssOvgkigQkEHwNk4/wAcZ2B9hxVG
T1fka5SSGZZG+IyQgIOWLzOSEcN+Ocm/mcmsRRj+WqFpOyhkD2FyR/MykN7ZGGtNH6lBtnJk
nkwqxZ4IfxdjPBEFfTrKSPeRjNI59yxZJPJKxytDtofiOeWT+6UXjzXH2HHnAq6C/JjvNDk/
AY0qh9sCnyA4jH0w2c/SokU58cOs4HHGhIqSjtOmeCbp+QiVzyHnBgw/fxpiNr5JPyU545Sa
5Cfj3DD5MnkDws8XOxJGMsdjDC3842nvdlMfRYmJg4rGDHm3YogyT1Ni/ANxORqDjj0ia3sJ
Owx/FcnxEApryRyp+3xsAQYZnODeLCWz18SngI2z8MuH581OBCSVPIhcI+De32fngubUa5J2
aEUmiYHtP3lj+LScQzFs85zJcogzZzzoSkAvvFPyYFhCmwABmsJweF9hxjvP9aAwDJWxH5ZI
hOWGEd+XvZPQ/fdg4bsrrCCOeaRhKGFWKTPTUCqquz1zy/DjGc4hLHNxLMfVDYV4okRcSL2E
cY8LSFhE4KRrGb5PqyCuHjqxiAciTuNstVuMgjcmOuQAi4I9MZEU/DLTAStIodn3g84wyVyF
jnMzNUDyfxKcpKT5VrcTLBJ+VF5xuYwb17DyjPNvljjE8gDNjNfNiOfxxRrN+BvCxwcsI2OK
nAw2dk8BrwAJZN9l10U0ZVsPlh9+vrLHGY15PHGcA1jOob3HlK5YRRv7rTH8hH3Xjk4t7Byd
iQarMJYRFFCc5BctOXm2cpy6w3Vdg0yhixMg9mGNIiGOIGOOwRpM/Iky6CZTHvEUZ9scbzsJ
SkdZ5lPBs/cCspy3IY46j2TLAzHCcH6FDahDg7bbqHyNWVvGx9/9FXwb0J4AztIVL3OVaGdi
fB0xGiWJO9fANxLezgrEmeNsuLxs/wC6NZc9PwVWzyMbk+cQre3WWJmIpp4uqitQ2VdeMijl
kHkySyZL7WiTe/QxNleMhyvHyWqUEo3wZ10/LEhdmMaIzkNnHxMR9LSDnxGeM4gYSc7KSULW
iOVlV2ljYH2gtdnnlsQFuMRcY3E4FVgxK5EAcv3jA8Nrtp8H8zuq03rKjY4jOQ17EyzXqEN+
VEV7Dso2rWop0H35nJG2YvXtycm4KsLM+KdlRsd/CYrQJBoSLIhdvWzHXLg3Ia9XPHeKJeft
ZyIonJOdUnJ+zj42aBD5yjAJIxzsQ8+cvnLDc2Os/RHA6e2OZCqLyVokQS2eJJ55x4pM3w3t
tZYGfIYeWDH8ZdZy8O3jp6TLN3bHiM7HSW4Zy8dSwOLyeQTvect5LXhleKOKMIVxvLciM5eW
pybbreWfxkem6sFz10WV6EUeOXGfLif0x6bOPydVbI4/XkfIHnrP7HX5wg+evg9ddY9K339G
8Zs5MctDWD1Iqz2iFj9j0ohDL2cpazW37E5AeeH7rPFC+TFYkY6+nFDDrEEoao03ombkBFsr
BEgZwcsyEj7HnJki43MmTnv5aPjD8rC8iGBGAKcZNnttflVUlEcIU4Y1zlnENgUKG5FgDml5
cc4jP9gDPIzWbOyGDJo4d5MuaKhCwPNnyQaERJXn8fsLPB69eIGWBuB+TJmvBljTDKSk0xkk
d2Yn9temgLosYE/YkG6rakjBkx00PCZ7JjlpmOMNOTn3deriYVq0ELqgbDGdPP60ktMSz6SZ
9nkDnFclJUgY3yLIBjL8pE4tAn7bLqRByLcg1upGMaSNVg5YW3gTzxXfEExL5eRYsa9BiWl2
0sDAevOIGec155Aj1HJEdVltXYj+VM2IWkTiABsmVhiDyQAGbWWnWOJBzIAYepWZ2AkJkOSB
ibJdEXecVjXyzUIDFR0Wl7Lxc+2dc0JE86lTF7MHpCSu0jywFmkgEarpWSxyjSMDBYjQWe3Q
47TS5FWEeTOSyjwI956sl/Ud7PLB8skAxxLIxjbg6aWNxkmTwtq1Kq5Tldgk64ZW5ADNFfpL
GrhKFVM/Ci0Osi5DrYhijG02No5wXTsVPN9afj4KokmMDmjuQksm8Oy8jeL7ahWNgsfvCr6M
Zi2JESzr61uOrGCuDlhG9nR9c0s044RO+3u/+2PJ67/zS8VU+3F9YPpXR9UeWvZ7PualjiI7
cJw0pJHbrSMgqqhsWAmHeHI1+WkyXXJeOj9x4wgHOCDJEBTxv8by8S6nqExyrIDFDYxYdqsY
4pHs/LF1h0GGzm9FtnNeFHnxh/U3E4UXfwILcVAOKshBOsQnCGGJvj8fY32u6Y+XCu+vxtqk
PFXEccV+d3erVeVkiSCP2NNZ66BIqtlf2S7GS6f+QGORNxkiXnCzLqLYyScbNgFp25Zs6D4H
YCCWRM5rIkx8b3kj6zyTCms/GOSj5a39PGHXJvGH7D7kbz7YVBX469OwRrDs4msds4sSQdDe
DyGjfl98A2WDZx+W9Y6M2CPHGDhiHw3630AIlOBRy0VzfBZ229ddq9dSyqFyaQ5ZtvIU6psn
tw1Inn9tX/u6wf8AEYDjb/ZnuAGYDPvnXzjTiJWnscs5EkI2SE81QsfxvEfWTcFpImIqKLac
0IWLH85GoJ66nvPx0x98/th1v7Z423yzjsNGeK465J9vHEFtFtZz8ry3wOFMIJxRng55OHQz
7lRnw2dtgAx20smznHZXYxxsSBuKviohAGMVZbE37tVYwgGj+odnKRHTr/K52hjWrSeyeynB
erH7bEEYWMnOxiWSa3Tk5Ous4+K7BZFTmsleNc+IwuTjfJ4IpNwQsohKmOVeOfE5bPmxHJzK
8coJEy14kUesZKcGawkaA2Bm/Gs4nH/Sx3g5DAPPE40RyNABgwjZYabXhA4z5H6njsE5xXXA
Nki+fOkU6Z+IJHFdAEIRHyGSyhIK0glmi84wxvCyx5evesVaZnPYTLUqZTmEVqveqSK7gZMm
7Flf27VZ/Up8fpNKdpEtRtv1tx0RjDi1MjBYbUIGMxwaCWH8zyEYOTN10JOJ+ncWSqTgBGHe
tazbDOTjPOed43E45xCcJbFY7PnEZQOXHBIvHkAOeF95zHHiAWOsBGcvKnlmwuHWffCFGeSC
gIZUUH4tjb3dRvxKk9cFMfOeXLDjIKXsZmWutqw003rX0VYVmsS/1aH11exsQStwaQlOE0CP
BPEYpNgilMY5JSeAUgfj8sljPsWPiY47Wh+e2VzOEH2ZJOVmLli0PlCOCwHeaTP/2gAIAQIA
AQUC/wDt3n//2gAIAQMAAQUC/wDt3n//2gAIAQICBj8CXef/2gAIAQMCBj8CXef/2gAIAQEB
Bj8ClGBAAVSv8lF5rI1ovNVeZl51WapJPrrkvNTNed15vetOr3oGElWZT6j4LzHwW3kK3ckj
70zn4qkl5j8VcpoSLqrqpLK6unJXcdLqvRjVO6oVdeF0c1VMUK2wV0a+zVEt4KNK49KWxCeN
k0qdNeAum1MqFXVelZBGJkGTd2VE/XsiGTYIVdPhitiY06ZdPchLFGHH5kZFN9Nk4qME9lKR
9yb5hNmtT3VRRU6hvgqps0yv7XfqHt0qrew/Rj0boWuo8jNPFlnHrr47rRyXTioyVtMswvtl
wiJLfCirPSvPq96oHQ07aoOetPevBPdW6NELLo/QDFHUQIjFel+Ofet5eZshRlrD+CEeQfbT
xl7k8KrxT4qL4dWdGXyThVTj2eyGHTt1qKrsm6OvHq56MbINZV6Dsjkn66xSSaRAK7rdWKLK
qFKdkNM2VZEqMnrkgSu68yLKnvVlSqpfpTBPiVW6dGuqeDIazoiPpwRBqcwqS3JjJinMgRgs
pZrVF6IwkKKpTyKGnHo5xR/RHLJBlXqCLLunPS3v6AI5LdJNEOBYoaoMjpum+HS3S3VupBRD
36kxutHJ7lRMyrSIxTG+HQlnxRBocynidapQZKEiGKAdmCcYYrBOJe5W8UwwVVRX6ZKlZICF
rUX9xxWqVX+lZEpjR1plJns60vbFO79k+d1qEr4LZV8UaUzQY0K+6PgnEviqMnUpHBacegZN
1bp36N8UQ7Dsg9U0qlEs0nVcLdD0GXSnR/ZdAZlRa56mMhdbX0oRn5cFRH0v/wBTZVeBwyQ+
sd0NYYobwtLbVZMOlFn0eSung5PdauauDLTxiiqGXkvZaaCT4rN7lCTmi0EAnNf2rSI7Riny
T6ma6ctXNeWkcFtLK6eulCJNVJ8UMFZOOtMfYrbpTFBatRjmxTcc9XsOiI4psetm6HUWVC/W
MY2W8utUUQTXoxC18X/6raNT4JvyB6cs8FhOB96oNHgo1oU7OtziEekytLURBVZLYNRwQP02
0hPME/qhTScCql5ZK181u/4rTqqck5oV9yZXmLZKrlPUt3UZylpa1UTIgBF/IbELjgC4zQax
NVgBgemk2W2yl+qrj0p1dU6WVeg6NDjEkx4Ix7xTex3X6+zIBao3iaoPfpv8uaifmt3wRaks
1n3VA5Rf4IiXm+a3f4/pkmgdXGLwK82iePGVDLBCuClk3SToaTSKPqfSrAxTRj7yniBS7J8F
Zo4FeZjmt8iQuOMajFcYZCEKFSPJfDoz2Rr5roRwiqii0wsE7WKaNQRRbgwT6rWBVD71SWqt
UeMnSDiE49xKlE7l36BU6d/YHboyd5CWbrRKD8X8lqgfcs+jvVP1boWUu5dOLdKhRIWkqgxR
eylrLRwWoD/ktWsyOQUvUGwXinjSJNI5LXwz3goQ5q6D5k4UunJXwREayGSfTvKZvFDUFL5K
gVbYLyvmtDMcVslRQLWwQkTpOCeJp9TKMeTySNFKALstEwdT0Uy212RANXXI5dSJXqwLBNqc
45LubIF3kbp4gI6JtBbuRypOfYZDpdXVMVuv0uy1eo7oCcRJsVIeQpo/kr/MZFb2C/ko+nGP
d1W+S1uypyXR1XzXimVLJ3XpSLEYr7RqMUNZxRb4pxbMr05FyjoLlSRErI6SmlmhycW0HBcj
q65YkO5ojppVNqZ7rze9Vqq2WnUAe6Or6VQL3r1Qaj6UCzBM+6K9O6D4WUuQmsrL1C2paTIE
laWd8UeSIqhyTGoyohEWQH6IObLQfj0kRYlWUuSVYlbSjJz2W6yoqsmiQrJohMBXFBhfHoWu
ERI+VHUE/p0GSeEdJGa2u6uu6tfFaYx7lDjAYYpn34ponaEOji6c+9epxXN1pwW+hQjH3IDk
m0jZ1rje+pfwXpSlrOaPeqy7ppWTQOKPa68xXJrzZO5kSjpLBDVMxj9SOiZpZEB9K9SZfJSp
RNGkEGsLAISxR7B0RGLkm6oQFpTanXhinzW6LhaNJD5r1JH/ANU/p0R0xZkFVUVkE2C1RDSW
k/FV5ZL/ACyVZGSEg4IsmFE2GasEKW6FS1BnKMZy0lExLvZN8VSoWo4YLxQLIlqMmumx6N1d
NhkiD5lsl7k005tGgWknVx4grbLSf4yXhknppTBUpmuQe9HF+kh3W4UKdqHJHFUOmOKsXH1I
vK+Sk1UZycTChpi8jivTIxUzEXCtvd2VqL9EfqkcEMCmKEMckJmNY3WhM/igOIMhiq+xTp2R
WSZdvaKINxgt8QUa0yCOnoQCr1QyKNfBXug6b5o3HdMZOqXTomPvWu2aBHxW8f8AJE4Epwuy
aMrWVQvDJCrItRdhj0kdV8ENE/cuPVJ8aJ46f3UtvgEIuz4BCvitllp/lgoAZIogG6AlQH6l
XkdO2oInQQRihp+a810ZmqMM7rSKyxTewzdNVX6UT/FU6Ore3KYrqRWnXdFi4VUfk6H8kOl7
5K7ZI0dkxq6Jj5U4NFpbVHNeK1xWiXkWcCpaa1oiJe9Biv1T3pRFWRi9Sj/HssVzGMHAxTke
CINkHKu6eJRkME875KEclCP0qheidfsty3ER7LzBl5gqEHv08zJ58oPvTCYV1ukF5wqcgXnT
PRXVwqWVaIzkWiMUDGenVgqS9YYxN03ln/ErUTRM7qjoSB6nJOA3iqXTLBDa7LTKLJ1kU+IV
+rj4I4BUNU0vMvUhY3C7YKuKPLxUzdElaV/cVpLOnAoiRfNNbHxVlIA0l5kNNhdVJcFR0Etj
VbIksvet8a9kaUNmUZG0VptEJ4lnVOQh/oTyJAW4/NVusyFsQceKrBUCPpwj71uHwTCDnORT
GngqhUCP0nBZleZldUnLwdaUIy5/S4RUjNAev6k80DHlAX2eYa8FDh5DrIuvKrBDjhSBuUAK
pnZSxTyD9kSI6Y5rCS0y4i4sg+PQlrLVpotgQ1iturpxQ5JjUJtVMCtMt4zUq7SfKnNYoh3E
l6cbLUiv0PSyrj05JEgAoaDLvkt8tK/tBpgtGfdEwAnmFrlxjV/FeX0wrv0jt2i6bTQlaU7q
h6d02qiZ0y1P0p/Qfllp7Ix/F+3HPFaN/JKRWoEER84W6BinjMxQBlqHdbTuFx0Hbo6PihoG
o5o+pbJbjtWqNsENRCd9uACyzXZUp2VeunoHR/go6cEOQD7ilh2Q5OGn8k3KHkPqxWuFsVSy
/RO3io0TH4qy5Ri9EDKmbKl8FpLFUEQc0YyjE6sUZjTVfdkDCwC7ZoZ+Ka3cqLF6/wBZyn60
NcEY/k6iBYpuOpT8obknu7r8k8o08bsI+CPEfxDLhFHxRkIHTghDj4jVMa8svMfZIOJTQoAj
DWE5kOyE3DMhCERyEfVgmGScp4naMUCK+z3TSVbJ40QEo0XqQtitcfLijSvzT/RmiZeVUTLj
9MNKN1f4LzFckpFg7oiIMgbJ3LtZRJFXT4okBsitDVzQ9WkxZlQLXIjTEJmsoHVjh7Ff6VfZ
qH8V6voxPILIT5QIZcfZGciwyWzgp/cVTghPOLqMzxelLGPtH4phQFapQutMo0GC9IcbBkNE
dKZwiCjxPpHZaIWCus+rK7FNyfFDTVVui/lyR0h4G4RlBwtxW4aZ4NZO9UXxVEWDA4q6nr8r
0W8bY4LbQFWLHNAHy9kwBZVO1aYyc40WzidkdXDpGXZDjhsGJUpDcMFfrqOCE8+u+TKjzPZD
aYjM9a17J9VE2sAraX9mE38twVoEQZYLVgieP8gxlkhD8iPqcOf/AJXqcMnzjl7MtVlemSog
YSaOWKGpOnZ3VKoARsgUGFVqIYk9O6P6rAt9QWmdV6okwVnAxVTTunFQUYiIlq+KINExLhtq
GRVKZqUYHSE03ePSeoUCjyjbqNlrHITR0OSc56j3U+PWYtZR4/VNVxjlkeR/ghxiI8U6iCAe
Oa5dUY9lyvgVIiRpUri5ISOjkNQVpEtwuFy8QvELQcOh0UOac7nuvtwAjivJbJDMX6Ti5ABo
Vs3OvL71zQlcexWwXocP/Ka9SVTZDl4TuhcL1Iny+YIyO+GSjyxDcHIcEJCxqEOoXq6SMlL1
4ARwJTnkJ8FuFcFtFlZUkwVTqVAmiLoAqiboUPTFMWRAcjFDQNHZZMqbSnldAx/yZqpaUUcE
P3T4pxbpMg1XH8V/xQhcrkK4pAUwXHtqhqWmrLhmBUFZa7LlhnVfkA91A/wKjy/zF12nFkYv
S6opOnhKiqmaqBZj05JX3FadLBPZcrWf2D+PxUH1yW+yY2K0/FHkjIwpUZqfGPcF6HNHVxn5
IRj5RZbZMq9PUnu7JmoMPb79R6lBmn45CQ9nKS30ktYGpis12xyTLb71oeqE2RLP/JB/qXnK
5DKyfs9UW5MFyck5FyVzRNYiy4I8V9TrgjGrXKjyakJ6wxR3BwVxckJgmJUZavMFygEbu65e
Iy3A0UJRNroc0JS1XbsuH8jjma+cFaXqpxzCiZSun1/FPqGkXQ6SES24rz1zQ07sypSn9Rf2
I0py3QjH4q7KUnqFyiQ+naUJjBCVp/xQ1XFD/X7qIBI1X9jv01x80UTcYxXqcVDjFNEtLJeX
3hdkA1URlZchl5Mk+GAXlU+GA2ii0ahpaqIhMRdecKUiznELVIJy631ZMBQWU4ypkmJpgr+C
DWzXqPQ4I1cGqfVtOCjxl2IcrWalS8ENUNQAwXkKIAKh4dOWOrSHTMSpaeN4gLjOfscerELj
IJaYdMNxyU4aamK0uyZCvigIEaDH29HFx6pZp2+AR227LTLj2fz9hph0Zcep8ncLWzaQ6HHy
Hdh0ePmyT/ViEHoqLVDbP9VlIISnfNbrYJmWqe3IIsWYLmxZfqv/ACuTCqpRMuyYXxVS4yVF
u+CtdCIG2xXlVkGou3SsbKgbpLwQ0ydwt10bKI7dOYkOE7GKluq1lDMewH88fKVxA4UWoH5K
Q7XUvH3Jwq3UYk19uodeXwC3RvdM1MPYYqRfy1WkZVQnGrYhelyebAp0+KDpvn03B1tNMiiw
shpGkYoCRqmzXNxQGoEo4dNRuenmV6ZLBXp03M6aicdR7RiTdDco7/emiXQ6chP1KzRzRGJx
R4429jXxfTeJsuJ6Eh0Ij4KXJYAF0cP49RVgcUD7dfb5PBAYMrv4rVEaeQL0eWNBiVq4kP5Z
LwTpx7+tk6AwxX5Pddire0XRiDVlCnij/FDvb+j4K9F56J7j2XiaJ8fY5ZQDllrmzgUT/BGA
kWNwsJLv0/ZQ8B7VFmq+1y1wUQMuu6NUQ2wWWoIlClF2T/SVRX6CQXIBySjqD0Q1HV4q3s06
Wr7LlM6d9oVSmPIH7Ij1W8U45Y/FbJg+/o7omX9HVIqR1aeJMFmnx9jjER7FfY29G9meFFqO
SePWUTkm1FOFf3LaUyYimCYq6ZR0h3jig6v/AEtXLIRHdHTI8ssoox4eMcfzKEpcxTRJMVpM
9uSv0uqchB8UNPMZDI1Qj+XD/nFA8c3B9iz+wQZVjda+T/H9MVQbUyOK/RVD9NOeK9eVyKex
b2LL7s2fBfbmNXenSvRgpgYLSad1pHsN36bcVkVqv4JuYLSPh14ZGsVCOJ9vROYBURyj7U/J
yxqvV1fbZ9SMPwx6cB9ZqStXPyGZ6UNen6hdvZ/9FVCXFIxl4oR/J+K1cc/YMplhmjD8cbce
QrVx8T/3L02Jko6+S/0oyr4KnTVdAmOkNfutvlR4pmvH5fD+hKZmHFgjOUtUihu3YIiZeMbe
xJ8kRo2D2dTY9RVmRMS4WnljuW2RGS0HDHpuCEsvb9fgH/2IfMKUZxbkiuT8KYpCxVbYJ5VO
HR2X7KuPs36W6UK2y2/xQ4uahNinwX3ZbjYJzLRx4RXpD/GSoxgdMcV/fiUzNCNkxqe3Rvmm
wQifLFbpMoRfbKnS/sy/68XmVo5okk4Jm3G61mB9PNfbLwN4oTYx7Hr6fH5RdHi/H49MgN82
sgZlzn7AQ6Fqlblbp4dKWZdvYf1NPgtMi8hfrzHiH23siQW45CylMgCBucVp46AYLa/j0aSc
F1+irRbelF3WQVF36epKndAE/cFGU/yOUGcPpijBmwAWvlG/k/RNYBSfyjFfalqP1JmYZKy0
2Qjx4LdGqbNQIlpqmMxtFV6WvVPBD5+zIxj9zNepzUlgEIyhIceZxWqPCPFdlRMpR1YqZMte
rJcfHwDbF/U6Dj4vNiUIcvmOKjyAuM1CtWXZb5MiOHjYfyK+9N4LVHyrbXpUJjdX6NeSHpii
MoQcr7/nUwLkIxltGrcSm4zKZ+SmDzaIRvxj9UOSE9cTivFArVaSooxaqpVPH39f/wCqyVOg
M3IeyPHx42XfJbJGuCHP9bvISsoz46/2xREqRiHkEOPiDQ/VPGbZr1OSbutXHyOf4quCdPdW
Uc7hepPzYlQwq6qWX+aL5OvUM9n8lr4pCUcwu3T1eQ/FGPFtEcVr16oZICdCnC30R5uGbzN4
hTh5TYSTD/Kcc0xQ54jdEVRGSEOaRlx5IcnDvij6cd2DrUZXXowjqnDE5IR5OP3rEjJWb2L9
NwfutILylZ0IgiMzdadQPgnCjKO0PuRUW+qhCn+MS04W8VKEsOlOlVRP8elE6PfFVxWn5pom
qc+ZapKiutlO6+6duBCaFzcoIazbFN6nwTtT+S/dVvitUW0jErbJwAqhlq45aZZogznyHxQi
Pnmhwan4hgM0J/jzMa1hgtXITE9kPVkO0lMvsjZbJLTyDV4rUGGKyfyppSJKlLAB0YwoVB46
tP1LZJ5Iw5avRcQ4+C5rNcf5X4sds/MERfjNJRXrcW7h5LHI5KzxUTeMtskTCQ1NROOX3GoQ
j+QNP9wWoScFeZEmbz+mGK8qlB7L04l38xTzJ9y/+p55XWqJYx+gqfHOnL9Kr5mdT0G1Vxx5
fuflSIp9MQp8vH5TL5Lj/Jhbkv0qhKYbmjTVG4R0H1Y37rJUvl0K7KnvTJ6ZK9elU/wVMUxT
mrZI/YmWs9Fs4tOeK0whpitXLzQifitIkZd8EwV62UOHhOH3Ogr0pTpQMrkKnRtXiE8hTFPG
Op80/IzP5B+6j6eylnUZ+5enh+qlxxs9Uy0/VGyj6nHqjiQifNFD8XjhrhjqUpcNHPlXo8lp
3CqKLVHaAjqn8UPFS5ANsRuKpIsvOydzI5rFGQ8xoFIy8xTyjV19p/BaZRdsVGIGK04MylGM
ANWIupfmNr4z9QV1P8aVZgbVW+PTllaGPihxgOAaqEfxdvKazIwWmcToH1iq7LUfmhRln2V/
AdP1KorP0EpGgX8yReNUYnjkck3HxfFE6gHwCrI/FZJ29y2RbvgqF54+x/JGrePWx6X6NEqp
WSoT2C9LksbFaJZUJU5QsuyBhe4RiI654/8AsiJDQcRFEAyM16hDROJopcmvVMeWEVxfjS3y
iKyTSivItOnwdc3FP/5BZECO3Ar0/ctfIBI/xX+JN9IVXU8QMEZFwSjiq+KfJcmkeXyo/jyk
Yg3j0j6fmNGUhgap9Tzl5Ii6hEXIco84nvP0qUpl+Wd0WZ8yhoq95fS6PFyU04L+1ZpwKC6/
ZdlREDpLinVPxHXGXxUtfExj5pGiO6JHsAFFg2oMi6r1p0cfBEswVfj1fJVRemSyVPinxutB
NRZT4pxvcjBYGOYXZS0HcRRG9br/ALn5GH+OOZX+TazaRRaoch8EPUjGRzZk44gizeCrGMh3
C08/Az4xR/63KHNoKM5l+UfBR9MbcZheZSGAKzUhhIXW73I0CMj81OWmjMiTcIzFOQYKnHqb
FR5ABrGan+R+XH0tI25FCZ+nBQ5eR2sQhLi3ZFejxxPLz/xFgoy/LOo/wFloFB9PZHmAbm47
/wBw6BrhaPqN1UoDpn0J7XQlL3IzFCbhP7Hqco8BmvTsMl2V649Oy7exWvS3UB7oirGvUEVU
p6txujG8lpxfBNEEw/kgZhs16MR9nipEBd8F4YdHVCgLxxTfoqLXCbFHg/I28hzsvOpCwdML
KoUWs9VX4KO2kipRAfsv4g5hepM6tJqFCHGH1XAstEPxhQ3KECIxEbMiNRqofhh5c+rzdkOH
lpgj6cWJvLE9KojDNFlKWQotXtsJWsjxcngE3T1ZbRko8nNPw48Vt2xCe/T7cTLwXqfkfbjk
brzSRPByORaJWnljpI6VR+XWtusWwuv06sv7l6cA8+y1cvI5NuPJa50JsuR8SVT4dAGVvcnW
mXjqKoHCcUKYhU9y/wApXItTLUfcFWy8EOURdU4a4LTPjclTkx9TJcnqRtgvV4Rr4Z1Hbsvu
RYXW23zUZXg9UJjdE1CL2RlgtItmjLEoOgIFDD2O/WifA49NQA1d6ppzp2TmvfpohF+61flW
/im44xiBktWCpWOKvXJShzQfSdssVr4Dr4vmmltKorq3S1US1UIj2DHBA52RlEffl9eQQrra
6EWsuUd7npm69Xli0cAvuAKQ4Y6p4Mpjl47eb/1VQz1BzCb5rur26TeiaItinV9qMjUyTadq
O6kMFq+BUyDjQKQkN5NUYHCy5OD3ISyXFz/ikNIOYlGMzWWAUgSDIYIQIpYshLj+KY2UuMF4
xPR+ndV9ilM02HsxjmgYByPMQtOuhwGCEQa4oR44yAwOCIecgMERzsJYYLXxcjup+oNuaj+T
x4B/ZDojshpwx9hl6cbRom5ATjRSj5eU1Hdco+qC5DHGqYKP5X5RiMnXofh1lbVgFGX5JPJL
JaSDxZE2Q5YtM2cZFSiS8RXiOPSnWRgWkpPfNXrgrP2QEvcnBdap3kiD5VKIj9bkoTQL+TbJ
TMfJM0ktPFP1M8EeKY/2xK2+bBEzcchN80eRu5Xp6tqd6Ff9gD7c7nv179G9jNd1bp3Tn7fC
L8hsiJcg5OTErZDbYRVeD4FPLgZ7lnTR5AI4LTxSiT2Xr/i+e7IR/J5DxyB9yLVjKy0thZEx
8ksE3sUj4BcZNDl7GqF1q5Dt80ypkGmCEoyYqPJbkld1rz8yjqoM1tJ9ONIxX/a5XDeUK7co
8q0y4xzcZ7OhPhfjBuDZGNy1StK0kMgxV1KeJQPyTnCqlA8g1K6/dAsnwTgMM12BuptVinjK
oV7oSxRkKFD1Yvkt1jaKmYVgSjx/xxXLGWTq9lmv060HR1Rdh1PL+SR6fFVsSvT4/tcI8sI9
NtSn0stV4nFPoLZocsCeMquk+5A8sYx7xC9Hl5Q8DtdOLZqUpBxANJGOH09XyQP1YoRJcAew
6PPGT8s4/r0aIrmo5d1a9EOO2rFHm/ILQ46/BNxwLwppZEMeLmGC0zqVT4I6lyCFncJ1qX/h
RiovKuCMXdSnfScFZeGKBJJdN3osUHFHU+RyQb5IAeUharJsuh7JyUYTO6QUonEu6lH6WU+I
ixp0Zfqmd+gWjBRkZBpXD2XqcO/ixCMin6iKG3djJfqtMpRbJbCCOyjDSzY5qzjsmTANIXK9
My1ceS21E6FGB+inWlQF3KHLc4j2ZxbeD8k10DCkuyBd1odeC9OXlIZaRpE8ytQ0y7hH0zUX
WZUiChCRiO6PJ61R8EY12ll5lFRaiK5NuKIyR7Yqqpd0O+KlWgQod1yEMo06f24BRjEXuU/J
GqLV7LXd8EDOnT14VlHzeCBNj01m4w6B+f05EWNnT+vqbJcXLAauM+Z0HHmTGOyVpKJjaVet
bKU+SsYXZR44cOjifccVx8v4UjvvEYhHl/I45GvlWnj4tJGCj+Ryx0EYHFUo1ytP48WA8xzP
UYw+oIcunTq6icjvOC1SNcIiyawKMe6y6zELNuCNPFUqhGbraouFE/jSYBaeT87T/OK0/jfl
a5D4ICmqS0RGrllc5Jn8UPWD/wAV6EG35YDp5Og6cszZ6+9awdsl71OTucOkRUALkywRyCiS
G6PldGM43siOKrYJ5eY3TAVUCChI1dMBdHm4cKyjj7umnA4lFrK6FdmIUy7FrLjJrIC6lHkG
qMsCvT4f8fHQdWxRjI+cM36IevB4Ah5DJcfFEUiGCIwzRn6YMjUkqlAFPi47nFMPetf5XNpj
/EXKA4YyDZ9OMPVrI4FVTtbpqd+y9UWseukAkrXWKYOtJgdSq9E+OCBxQjAlmp4o6o/cOK1R
ZPzeYIlvALdTJamTkuVUL/FL4KnXm/3qE32gLTp810Y//wAk2OaGrBEWRbBQsAP1QOfQBHVi
v7U6fKygoixKlLl8gFVMxs6v7lSyND2Whqo6nHhmpRh5oI8f5Md30yR5v5YrV9ZUo2YplADN
Dk5BtxXpx4Ty9wpS0GEXoCjL4I6ZEDNW231FHjjIPmEebloBii1sEwBVqinUQeicj3JyFWvZ
aQHXqfkBoZIaOMPninwWkj3r1eJvUijKND9QQ7lE4qOn5KPpjdGky2KMQYgZp+TzJuONc1uH
igBRrLU2o90NfDCUSall5girN0nGWM1oBUeKg7laGqDdRLfBA6amqJNKqRfwQiY6sioqtkNM
qoUqjgVUqTiy9MCoUeQ003X/AF+M/bFynfpb4L0mv5ypNSP0lEowl9SPIIATjYqfqx8tVOcI
tpoFa5VcFDmZ9JsiJ+SQ3KT8w5Dgcgvt8sSjHDBAHa2CjxBMHYqHDaMfmmQ/H/GD8hvJHjmG
Pfp+6f8AToybjHvW4vyK622CrZPxCpwW6ByJW1xPJaj5TYIccaPgt/mxkUOPisTdN9K+5Jhm
o8f424nFbvZMQEe6KDHx6XqtOKAFlqstQqHqjAjbJP8ABBgsfcnBTZURBO5UmuUxqo6Gi+a0
tunROejRF1ySmR6gFGRXHNr3K7riJpVXXOOylDvTpup3WrFc/AZMWov/ALPOZcg88AiPuQH0
l0IQkZMLoyfbktIq1ES/vCp5RZPZEjz5oR5tvIPJyhGErqvS7oF9MMXWjhtjJbPfIrcXdeai
ZMtycbT2VJuxp4L1G1cuCfk2wGdkI8M/vCutD0+fVLGib8mZMOy1ketKVoYoyA0RNojD2XF+
kxE1F1yObGiIKGkVTGOmK/ivT1WwW2Y7lRaqf6gg6aSpZGrL+992SAwwZNEFi3iv+1yfb4wK
CWKlzch/2rPwUYxj780ZN95mC/J5JEuYKZxNkOTTWCt4qEsHXHyZsuWAxC5OIRInEprMoG5+
a0l4xQ0Iy5KTOITmZpZEC+CaFCehAt2VVoArgqraDGH8kY8nnHlKYD3puTan5Z90ABtwC0Yr
STVOCn+kY4rcdS7dlT5rSK9+g5L8X1xWiFI/SFuqrVz6+tyS1cjbY900YvJDklPT/atvNq5v
4lW6DSp7t5oVNzuIeAwUtXnwQkfeoccI/cOKGg7RRahGhqtMdkcVGHKWnHFbYv3W2KazK6Ie
uCMREyOJUYiI21lKVkOy9CHk4r+KpZRiKkmyM5f5ZD4IgQP+5cn45iYAxU+OR1vUSKnGQdwp
w/iVZccGdhVeo9BgtoocUaMDULynV/IrRoI7qPISBAfQtX4s/ciOXyhH1DUY9NEAZFW24qc+
bcW2qQG0qMpR1CJqEBwbSL8ePTw6vito961H30WyThb1+8UwLKvmXmWkoxNQUxDl6Ht7D4oA
3NAtceYarstMoRm12R5+Wn6Kw6Fr4KXJyE8bfNerLCkeriwjdB4ls8FEPYISibLUPMtwVU4V
VTyo4v0PBA7vqOSlKNihEXUefmrySrEHBdkxC9QBpWfryML16S45h1QU6VWmx67iynxxDcX8
+69aEtedF6QHgUDqeR85P7Jo0ARlx1EcCjI0fDoJcT6lGXNWRT+xVbADFB7/AAUhyVH0hk/H
yN2TcjajjJNqpmrqLXWnjrmoZ4q3/lZPRaKrwQkE0acmafE4qtzZeb22KYdKf0CclON5GqIX
/Z5o7Y+XL24cotIaT0POTejew+PWP/a28B8ku/dPxSBj2XpflRkYTFwj/wBfhOjB7r7IEIfN
b+Q17rSTTJA52TWfFeiQ/IPNLFetyy0xyWseVHh4vPH6SjD8qOkZp+KYku/TcEdBUD5dK0zG
oDykrSCBmFplUPQrNamaZstUzU3PSnzV6p+vgtJposFj/opHsp8zvWgUYi8jVR442jT25D6o
1CMSpQxB6MqLzEeHQ4zNgtB3fsvT1nQVplLX7GrSvU5Ld0YcfnxkPpRnyRMoC8igIU/F4vN3
OSawC9fjOjk4bzUDLzRFVtJ4iLSBVZa2+pNyMAP/AJI1WYxKeJcLSV5a5rVGPvRDKMslp/ir
HpRZdWxUuWdJlV/0fLLFqLTEX8y9aQ3m39GPNxjbPBT4jRx7JIqU7OZWRjLzmpXIDx6mB0td
EdKoND3o/wAxc4L/AKv49eT6p5KgpjJR/D/Gju/+SSjxwHj4rTEsZXK5IHdrC5NTiQpEFbxQ
r7ciBkrsvOWUfVpAUotXHMEdSQN+aOkbsGR9eJjIo8j1H0q/s+pMuRYIaS5lf/SDge9/BSh9
LpskSrKob2psN0Khcco5sUDmPaeI1FCR49sqL/s/hH7v18a0/WLpzZMKGV0eDg+3A3IuUDo1
QfzFM2kRqtRzfpKdyjS6jyfk2uyfjHpnBlItqGBR1R6OTtQMCR4L0+fyjyyWw9ZQmK/TJS4e
TzRsVZU/1BkTZTmfcp8zXNCqJiFUN0uyfUUSSr9JDMIthKqhLt7TI+oNql/0oaNcmPJderzQ
J9SoKPIdvHFEmX2x5YoS5AfTwQYWWkXkpvgmzUufi5qQ+k1dfeAHKyOQTYrS7+CbQXzReDA4
ow01zT0EzRsVdPGS9Pnm0synhISGY6HDlHlkjxzFY3VPbv8A6H0R/wAlTFR4z71T2nVrdJnI
FSk9ypQ5ZaWs62vM/wBoQ08MqoE366yHWs0hkpcU91bIRFAEICLcMccytcofbGJUfTiB0GSM
v5l+nJxT8pCHLCT8b+/3rU3io6aFPkqBE/xFkQOMSk+OSMp/DqIxDoHh5DpI3cZstPJBpfJX
vgvVExqH0qi/RRiIbsZYqqf/AEV0S6PKZe5RD2PS6umx9hleqqaqYBqYlEzm0nLIHmnHTknF
sCqJ2pgjrl7gngNvfoYTt9JQIPTVzjaPKFD8fh+lapChsibJweygO3XTrjGPzR48lrxFVp5C
x6chNsE3JdaoRqMExHQ80WOYK0EaeQ2Wk4Lb9WKL3jdW6iPHFyU/5Bb+0In8ef8AxkvucRHc
VH9Wl1dd0e6/VenAbl6kpmD/AEutBnQImpW1CQDlNHVqWSfVRbpH9FfrKPEHf5L/ALXPO1oL
TEtCyZ1WSJEFTpJ6xwT6WXZenDzn5Iz5agIRAYCykB71AYAodTyANyD6kdG6Oa06bLVOYHbF
D+PdCAoDdGtEQBqm105DOu38kwsozjeKPJIbitT3UpysjMWz6CIhRRjEVxKot4buswv8cfh/
U7p+mKqEeYRaLuoye6MBjco6paibIknTIYIbtKeBdY6c0a0TOmVFOMZDXktJ8woVXyJnojih
VV96k1ulMb9CZGuAXiUIi+KJUnuVEt7BjmmhJoIvNnxCfkfkJ/km4zsPlCi5r3UpYYKXqWC2
4YqX4/8AG/R0CaOhxm3yWj5JvpxJUZSpDHutHFFhielbKsx4JoiuCsfh/Vv0dS1G4X25lrKN
tWS8tf5KuCenZUP/ALINVkz+5AihQkW8E5itsRqPl8U52zNXUDyB5ZrtinqmdFqoDS6r10u/
LgF/Ip/rN08ZMt3LTIIifm+krRNjLt7bmgC+1u4Rfx7LU1cl6LbsFpidXIb9keXkYSAdT5T9
ZeiHNzgoiMdJwIWguQLJ/wATk8YlenzcZiZUEyhrg4HdZImNgjeMgiT8kNSMhFeX/QbpM608
MTOT0Ki4tdVxTnrRVirW6jk4zSIpFb/mnnWaxVOhHIEGom+CJTcZ3YL1uWVZGy2xZlLTJtKM
ay1G7rUJMyae79VrgGQOfsmUjpiMV6H4xI4fqOazTBBo7lr5Buu6/wCpw+SN1DkmPs3WmFh0
unFCcVpuqrcEQ/wRo7oGNGuF93i1RWuXCxNl5R8P69bIz5JE9k3HFlb/AEDDpVGJUpc22ANk
3w6avx5H/aFuubhd1q06u6YgxzWyVOyrbNUr1P4/Gdkb+K8Vp44k5rTx/c5sSMEOXl85XpcR
+7OnggL6jUlenwxYAXRFgqH4r7uPlZaeDjrhIrVrkD2ovqm30yqtHNBoSyDKwkrMcl5VZgFG
ELx8xwX0+zQdK/6ocXHKn1ci3F+jqtVZusRYHFab5EK5XimnFOCar0eaLwNpL/6/Ia/SU/OH
gc19qXmxWs8ms8htigXOr+JzR4OHZN90uy1ad38iiBN54AIz+oo8rbiu5wRMrlaql/LEIjkB
iMygDAck82Xl0ozjWK2SpgFo5oPIHcUJCWieDow1jbcrRHkaOJxVdUyv8B9pv9VpFIlEO47j
2LL9lboRyR1RWmMm/tXfstvvTfNbTXujqCqWUdF3UozooSMvJYLsJM6kbyNgm1tHJbsU7rtm
nd+yD/5eQtEKIvJqlXvmtR9yqFTFfsvXjaV0YRd8CjnigGoKofqr+xqKoOgZV6MB7VArKoTj
/Rsn6VqFlI2KLcp0Ksy685ZV5GCpPUtoUfUBiIr7Zpi68VKHd1uT+kEWDxNiFrnRvKUwsjL6
IrX/APFxUgv7UCtIwug5P+1PitQXpyDwI8yaBaX8k71WmhX3OURHZf8A+j2N1kw9ranKd/Zq
P6rlOPPgE/JJya1VKp2ZFMuyZMOkpAsRZGOshed800iq3yVIgIMdLLS+sla50CoaBNiLLujG
7ZJ+Rm7qQ4zZPPa9EPxuP6sUI4i/RmoMUXNU/wCqGqTSCkDNwVLj46tWKoG5BgEIx5ZubjJG
stSY2X+P+pWSoX9kIiXUv/RBl9OC9SVhYIH5I6vgpRjaK7rusCmw6ya6MpphdB1t+a1FUQNg
F6MDukqsEDmtUCHZHV4up6TEceAxKlyy2izLi447iTVVO2FlWyZ9XZO7AfSE7glMIWT4nBbg
XWqNDgvWiR4xQMwdWKcEEIYNZlf26XTn27+wJNX2u/skysE77QmdbTVPIVUgzaujlerA+5Ac
nxWwuEEYKulltGpWqmOTlembAq+3FFtsB9SN+xK7ZoSGFgtzBxgmP+KPmKMYHb9IiFATFWU+
aJtQeK5JS80sVoa5qVl2WWS04LVgcEHG05I03YlExrFEOwxCutnIY+CEQX/3K0faoWWqVf6j
/wBLdZHVj5R2WjTpRcvBdwjy8h8AFEwsfN0IjfutE6xK2S0ptJ8RULf8U4T9NyYnSFrKoa5Z
pjYWyRCjGPwCaQpFEu2nyjumNshmjzFv7VmoQGN1sWmVUNVSbI4iKpU4LcQUwDYkpoxotTbS
msM0YXax/q7f691WXQoH6QmsnOCbjh71ihxfFVj4Fd1U3XZWVU7MUGOzE5JiX7pjdadJBK1N
Zaf44onGSx7lasrKj6keblOmODJoD7WSGqkVpgW7JxVQl9MbqWk1wKkZsZmy/QIHkoP4rTHy
pnqhL6Rfo/05JzjZRnH6fMs1b/R7iyeMl50dHIy/yhvBOeSPgvMr1W55eK7BafitNVpFExTc
vIBHxTQ3lahc+9cb5VKsmHvV7qq9ThlUfStPICnHF8Feq1Eh8EJUEwmd8wi4oq2wKlIbxktT
NmtZi2VUI13W8ERhigGoFEiDeCjIChUWL0TyI0shCKA1VugHfunzTzTCOmKcipupB7qhbxRE
slku5Xm61Tah7N1dXTv7HdapGiBkNPED7ytIp2C/VOE/tZ+CAn5zdGY8yly1JGAW9AgpnWsi
9nT9Kraq0VQ6sypRedOeTYE2CIR7WTJs1qvnFAxeUf0QkfLkmjhdPZ0DkVGQujqC7lWoqyOh
bY1GKqaStkqh2xReqDWCtU4KYOVAmKpZeQpl9iLk4rdqdCcg0RdfanGMV/kqjj3TuzK+7umd
U6Ut7EWhqiMO6YcYAROlGlUGiFv4x8USRZPGvWYJ/wBqJegujOcvcq08UeORGghlMcc9b4p0
AD4oAYK6c9f1WfRuhHR0Jve4CEBBwv7zgmCqXJwW00KEhJ+ybU7dNRwUdNzdOPkt4aS1yK08
QpmtL7u6u/ZNEaUW8ye0kQ7sjShqOl0V2TDHptQlihgFLJbb5pzt7FVKuyb6lfFZq3Q4L9l3
XkXl9wVadlpk3SiMn1tbJE2e4CJqyeZKYFu6aJeeJ6a5eeX6Lv0B+PSnteHQFFagNXZGR2Ep
6sj/AGom4yUdNAiDTJaI+9diiHGttqqQGNkSLJv/AGW07sU/ZAjzMtT3sqH3pxZCZUeV7UVe
hTnpSrrNdkMZYBF6CyxKcGmaumjiroOU5kXXm+KMRmmPwVx1snPTbivQgUIy0yCtFHUAIirr
bUWC7r9lGchtTD3Il0XsnVRVMtMY6k6ZErwVvY1in9qblkAMkNBck2Nk0scgj6RZsE3IBqwk
E7iczYKvT++wWiQ+4fqwQ1FxLBO1sOmrK0U9inKIBZAP8FpJtZSN6exeqlqKZNK5VPihqAPc
qgZGSZeCus+yD2wT3fNaZBFk/wAVmqW6Vond0yOnJH8jk8tQIFReLBX9y5OPjpIfou46RJfS
LoQhQRt0ey7p13RJXqG3UvXpUrzbsk0dxx7IREWHdTGAxRrc0TzLqlQvUHmN1VP0qHopStFP
EVxKAK096okJ8VqKa/deK1RLlVoRcKdfBUw6FWXiiVvrkhporruV4LuvmvFMmVE+KIuCs+hZ
As5RpRACnTUbBapC9gtPKJxPey0RlejockZiQGSMxSC9PEoRx6d1miLJk9kOMCmKAHU5LTVz
ZYsvLeyoRH+RTxYyGKkeZE08F9/CzLZZaDijKAbsmIY5LxT44qkfFSgLlaPqwTpyW7I6TR6I
Cy3U7qsPAp7DBeKbT70RnUdCjXpVWdDNCDeJQiCvDpnkgv7k5stqbFXqnTA0WWap0z6egCzF
CIwWmUdT2TttVJbf4oCA8q/7PNGv0DrXBd0XxTmy7ozl08OjIaRVbhUrJrIg2QMRRSPyQLOt
JpkE0hpOYTjcyZ9MMkQwlHNaYx+PT04f8inUZNvCYZJvgiwriCmHxWo1zCrTIKysmJeS1C8M
lZGjrshkgnKY+4qWptqtRZorui+SBWaawOK8FWiYrT07K9CmxUpyLNmjKZcYKUV/atM4hpDJ
GXFt8VHjL6BWRwQEbC3QB+jqkbIRNlpjhihH5+y5t0qmwTKRNAqXzTyvgjKXuQHHWRug48Va
iBfdgEV2VKd0GqOyMqMnTPW67CpVWCvql2Xj8VpidRUi7FaWwqrK9V/croFqYq11qsjJXdN8
+lMVW46EutxotQKc1KDKh9ydaQmauadQ/GBvWSEcrLVfkzQmA8ckz2Tiy7rv0Py6lwiIhlUd
O/Uplkv36VumHvTN4J51fBCKqL/omAc5qtRZOBqVbTpToTgtShOFj8EIyjUWZHTTwVZSTfFY
BMSy9T6cUOPj96dm6Ep0zvW6CeyKH6o4I0TFMnVcE4TY9GTIv5imwz6URlyFhFS5O6Dm6bik
5iXZXWm679O/QhVWpF1EnG6a56PivHo6z6BO6IQHZfsnbcgdNc1eqqNXdar5BbrrbUBP8kZM
wzXihWgwUjGI5I/NF+NnwUT6epZIFtwTlvghx4oeWWJZUDBXTPXJFhVNIMAnGNlZ0HxTBMcU
4Cf5raKFVsLOjlkqjSnAW4KlOpVajpHhFIm5Te/UUWL5KcfqkoxBIbBRlLAJx1pdNiVUIL9l
xviXTjoxXdZo0TraqlltNk1yiqHxWqokcVd0Ro+4t/1J3t0oXHTTp0j9U1ulbFEikkRAXun5
HbBEO5yVjrwCj6sd2acR0g1dPEP0pdEg+5d8VWwRZRjKrJ/gnWbqo2hd14KtzinPQI5I/wAA
s1+3Sq44ilalemCTktWnuVKUjuKe5USaHH2KHo+IWk0PTNlf2GCDrsmxCoinK8USKYp6lEfu
qnUVXayodRV3liuxsv2W6yKyX7oaRQqooLqhqLMrIGeKbygJ5u30uoEeElZVRyKYe9MzoyOK
LfT0pZFHBsOrPeyfK6/RahVVuVT4r91ROKJluLIyZzxx2ppChizKXE+l7Iz5Y1GK0xt0zVFq
/HAmDfNMfxl9ymS1SkfEIxkaRQlAshmqrstWPRj8VT3LVJfsgFpoxRkbCyzEkztStEQ3gy7r
uT0d/cszh2TyOnxUou/dUxQzWlvBA6cKoiI2nzLVyz09l9uRa3dUmX7rQSwTA6l436Ofcjmh
JP8AUrKRaqbBNksysHTSTQqMSgXund14KtskCFZB+j26DT71d3uvW/G3jGKHL6dRYpuU77pl
Qdb3QAF8UQiSSXwwTjyoSAcKXDacU0zVNdDoRivBDSxVaFDXMBMMMStEJpgmiKrW7rTSid7p
5eLL0+MLTgmJcfJH6SEckB+iBJtmr0yW0v8A+q3Fgtu5Vp2TlBjVNKiuiGoiT8kIxV13VMVe
mSbBBvetT1QjSScUW66JdaifcvHppa3TvgVn00zDha+CsD8loNwm6VHvVD7NOrBcglZ6Mv3V
qLIrR6g1ZKpV9TpuLiYqpPgmlKvdVLnIIHjGoYpwGQlKr3TCPiU5iDkqbTitLe8pgXQGlatN
1KZxFSV+i1SNETpbIpoh+6peVXyX7rwK3SZULrAHsqvRXRC0/BVC7dA6OjBaeTYxqqciZie4
CodylxAUBZ13QBCayDqhpkv7l49Biiv1RonVCnKfDp+qLWV6J8StXyWTdNUVy88wQcFH0j90
Hdkr6R2TS5ZN2Txqc1EHc2CNPctIFc0BGPvNFEn3KlXR44Ua6lCdxj2T/JSgzSTmNO6NBGJU
tNWxVPmq11L+RWk426aZAFsVLVvGSGmOl7IxmxT8dInB1h3IR1IxZ4lav/xk3bqNPwW6ndac
c1VeCOlx3st4BC1RfsEwoiZOSjIPtk4ig5WYT4qz904pmnTm6rh0pivLTHpSmasvBNZZ9KIA
2VVSxVS604oRAupON7JibG3Rh7lvLTldAyNcEV5bYp2TgUTgkHNEkujoRc7mQOKaQrgUNt0/
+PsiXdB8UBGPi6quy8Ksox0M+KjLS4wTNuyWmcdLJgUavknsqAHuu+a8qZPdkM1ZWKbE4hUl
q8VqNxf3oNbNPhiUeQIy1X8z/otV0e90aJ8ESajNP9OSDfBEn3K1FROfN0rRGOvcF9pjmmEq
+CB5eRv7Vddk9lut2RpQq6dwgW2p3bJcoItLpu86/uCeQKcVKYOOyr8U0dyrFlKQOqRTxpJS
2+BUgcCoyNsAjrjTAOtOmnim0YoQEdwT8nwCPyCdEtXAoai5eiD0ZW96OaDj3q6IFEXwxVV5
lqzVK5rwVU7UQHFESe5yWon3o6rLToDZrQRpipV2Ow8FGGVyU30p2XfJMTRWom46lHRpYoVi
WX3huQ6OqlGQjHVmn4ot4Ffcjt7oSeuIROGC7KnwTlafgsynv2TMzJkJXjOqfJaxcXX6FUvi
jV808HqnxCkZGuSYyLIjguKyKJkU1mR+KHGRtibrT6dc1ICLrcNL3X2/eqRL4lObYJgmxyUT
Kwugx1xVeup74J2qt98k3QNdd8elT4oCNkRxBDULCqbNaRHYgdLlTalXUdwdbmK206F6uhpo
E/Jimin+Kr7ujHBahyXuEH5CvMSFtFMXKZHSmVgn+oJ+hAN0zIoiVFx84oI0KYLFz9KaSIEi
y7LSFWmbKzvineoUocflmaqMICuK0D4lGJ+lM91vBJTAfNNIP4KlHFlKJBfBN8l+qb680VqF
1925VD4qgcDNOXBOCNKixX7rurJ01Bkr7slh3RdaxFbRtC1P0Z6BSUNoMQoy06fBOQybVRN3
VUBArut1lRbpdkzUKb4dP26PgqJk0XHfo/yRi9VRapS1Mv0W6slOM/Iyc0Hdabi6cJz4L+3F
M7rawHdMaMmwwTYzupTD3RJGplyeKBC/l2deWmapcrc8RgVSxsu/QAO6Blt7hGpPcolmH0rv
ijg6oTKS3Uz6+Up8FXrZEge9eK1ktHJAwr3QIL5heoYOJeZNxwviU7BuyDfJOR71qjRbqhOt
xui0t3TBVknHSpp0v4rZ7l/iJCB9Mxe6dvcnFChS2ITYoDNXfsq0T5hVZkGAWP8AtWiAr3Uj
qoDZbQKoiUw5Xiq+aVuyYXQjp33TCNcVyjpF6S/VaAfGiJD9ivuT1SFggIR2hbb9lGuqZwCB
MqrSMUNUr/StUywCMeGFf5IAuQnO7sqUX7rv0qvBdlS6P8s077RcIxFB2XYLbToDrZ8Fp0sm
+jFM3gqY3KyVaqgYrTKrqkfijpJit0iXXnkR4oDAL9ulFU9Khd1UtiF2zVD8FZVqFkFWLqt8
ltjeoTfUjPmO8YYLbAack+lPJk8LIah3RjkhyyDQh806yK5O6YrRIsM08d39yLz0wW15FbpN
F7L042yxW8UwTpmQrXBajyOCbLvg6eRR4+JOa5umFV+vWqbBU9hmocFQsExqFSWlaC/J7lGr
RGC/dWXZMyLqy3DHrW6qnTmyoqiipdMtvx6Ng1U2aMskCnVFHEZIhmyWjjNV9wOVk6fEWK84
ZaiEeSTbcFX6zioxjufFE44KN3U2z6AoziXOAR1F2Tx2xX6rYAGxTY9Hx7KiBQMskTYYhXZA
YK6AVvZqn9iq3blUMcCgWR/ZDsrVQThMQ6t7lUVCEsFkjWiYWV3VaIj4Lwuv7c1RVvkuy1m6
p4q9Au63VeyFK5IkWUdu4fUFZ1qIpgjx8Yug9zVGEfOcVL1ZtDsqLi/2ouHQPdH+RX9uKZ6C
y0Z3RkQJAZqgZFas+ndMy1ALcxkt0UwYBZp1ZCRHs1XbqWOk4HpmskOyb4dGjimjJVVOl69Q
tI6/onKomwCydZjpt/8AKEPinf3pxUKqZ6OzKt1U0wVFp4ruhLUTK6lx8Xn/AJIckvL9UivR
4/8AFCyhxv5iEI5JitPzX7rIFZlB1nFbvitoX7LunC18rtghUhPd1iqR+CdOtLb1qqr9Crez
W3UBqruiE30p8E8bqmCdUVEc1VdvmqdO/XJPgnuVWgWnDoB8Fe6bAKfI2qiM5BirUTm6aA8V
2WjioVqmXe69HiO6dOnHyG0TVDRyBiuyMhbJGgbErUBRMyey0WLIB3TGic+bBPipAlmyWk2Q
wiuwT5qjqgcrJa/pxTYLzKi8pVla68qNFVMR08OtWZZE2V/FUPuT5p0U60qt1+qfBPfJUumx
Velk46miyVkPmp6B4+CaNJFMKdCjGH/KRwWsqtALqUzjYLVK6hDCRqvU/F5Dx8nyR/F/N80f
Kc0DmFol8EY4KUDQBd1pxzRa6z7p5lgtMVTJahbJMD4ppkumdE/T3QlGmaeTvdkMskMl5V//
2gAIAQEDAT8h1VUeZ0f+oldmq1MC76EUv0CTwq2JNKUbomTYrhomxb8FTTv80QdpPRLRzKWy
6uQxqHAuACau+EQCH7wZ9iXUOeX7ROJvFplNXm5SALpVLH7PwW3oeWLxgN2pnq4dFsS8yF/i
WChnhdw8YF3Ni6cNwlP0vcKiDxcrhbrM7littcywUmCFYBwLKUBaPMa4eksLRHpL1mCR+UoK
xTKHyvtHZZfczarOpVbKDCyneYwyY8xQBcM1u6ics0x9MShsGpfwl5cT0o+0MSj2wg5mFHmX
HMpaFzf8xBvnxLZHQISyL04llvQ7uVuRbqF4XzEnj3DpTz+kRBo1tJbOFlfMMQfieCO4Rpcp
EKm+k3iCsy74LhlOSWmlVwfEvmH6SXdVuonKvSB2FlryfulpjDUu35pxGKy1fdPUznzydkuL
WcszKFICKyGDCiBgxyx37loJY4OZyEu41hy+or+mr8xbxqxj1RcvlM+GU7c51+0q8HuOAsMH
wg+cxWxb4l2HRpi2VftgD3xUUNuMP9M/ghDW4ksrfOYxbksKiNhxFemZrT8xIB8zRJZxAWb4
I6GPtXuUTCFazglgcH95kyTKBhrySsKCuOIt8XjuJdGXHMJYNG7NEE29F1Kon2TnjsfvChRT
afLFNSDRB7skFzJUuZm9fpIfWMTOYXi+b3EH5koRzQ4iBM+Uor2RcKz1FpHMsVoXm8TSel9R
3UNLN+pRLtA4uZw1EAEcx2FC9QwG3nuGzW34mjhkjpO5m2VCXi1ouqjlpzWvMAgp2dSyG2r+
EpifEx9ojDS9O5ssvUyftDusQtECtdP3mKFsY4xw+YAbG8dYm0c9xlEUWE5zt5iatBLdVqcx
NGGjqo2Yz4jXR4jzb4Jf8TMaU+WbXo9RUmjISnsXqChY8I4X6mJ/aICzM1YGRgb8QMzAh0ij
tZqGQFfxEyaVhKxBSerKn5mUM9IysvQI4mRCqqGB11KJHA/TI89mKMmGxYqnmdnyruIO3jAC
zP5lBp2ZdWPAwcZyC2uqgjTiQidpO0T1yu+pjcXIvHqVFIdspXlhLRXgG4m7BDU9hH19TO5H
SwwVk/MDeeGfEod56lQLIsin2L9JZXNcKbwV1UAj+EqxT27z1A1VxT5I/wAAlxOTbK5X76R9
HF6gbfUyF4b8TyD7jw3cP0WD1YOKdzJj3tzEjrOMy95ym4bzKb6cMRquN1Ksd8ys63zzMgDr
Ep1llUDFVURWCsIZyh5yq5lIPCDlB5RFlEZjZ48Sk9RGgMPSZePSQZADbogat3AfcpV7Zrc3
Epy5+JUiMTVoFuOVHhwZ/hI5ILCHZNOBKCqcnqWS23NwQzYWArdw7a3UMs8s4hSgo+I6Kl/s
hexXYtqPdWV9plhoEw4DF/1LzsTtGoB5bSwdjw3XmLqU4swl1kY5h4ePcKMw5hlX7vxGXvO4
WEzDLo5iWd3luXCsN4m1ztB4DXc9sRKIwTYcczNxxu5UeXnib6KWCcYwO+PcGgAfpLVAN+0F
TUf5qBauA5h2wGCNanLY+SaJzm5uUw6wxgssGFnmOC2Z+8OhYZd5qYe+5RPHECqqDXecqQJW
RZDdx44azLq/MJsiNtOb1Ca1XLc3oTmEKo72L1M2bGRCm4MQL2LdZmDA4t0ykM+b8foOVE3G
dlc9RLWEeZwFtzMAMZgOCjbAMBTbKAo0qj6lpkr4IOoouq5iTcDiEipFfaYGaDkeZc3Rx5j1
LNAKLdTxzhGqLi2fMTpPsy+p6V+WChmLhGpcM+kGMWS5Ne9T17hxKKtrV4ikD8IXi6wj4LcC
HPxM5fEzeYUz1LG4ztKFE1DsvbxMvieUjTTRAW3ieod2jctmpyIk/bRgN3j8TNb9RSlcsqtO
Ji1sqeJUDpuBDObih2PESlbI0w7jqkF4jAFeIKEQSmOyA+pwBJ6qW3MbjYGTLNxZa7lYbi1W
sFagxZcf2QwBpHSH5k/GMLPtKlYaxxXERYl3j9D9E7Y60qNri4kk7riaOveJek3nzHZZswbl
s+IyX31b9wGq7mKAUUrpDb+HmU1plP4QIvCLmbCHUuBOJFPYdrKZkcdIpladGNMNlZktCsDP
cYC7Y9R7tTQtFRHRB5sPuKvdjlYyZdk/iV3W1zZqkISGFw3IfUSww5WDj8xpRdzNHxmZaPd3
ki32YwcAjs16IKPbDZ08SoW7hgrxeYxK8zAsNQsNYYaObiu95p5izz6lFzHKNyN6meOyr5nI
iAXTZF0lckFZjwwWox7ih6sraFuLSiOcvwmQu0XaBwaVgGYBFo2afEWt86Ex8z4+oH5hAlAv
cvxLNZcoJaWeHNS/Js/E8jAO/ePwRHCC8eeISIfnR9czU3HXEVqRqwLxEXByqzDT4s4it/sf
xKDFCU8FaTiWfFl8eJaPvCowWsKpu2b1MukZ8zNTGKdQs+HjcK6B6birFkqLmDFDb84Pc3yE
QbTXYh/dHXxMgCIfIgB6i4Fr/Zn+nFBw5ZlkfxKGd9epZoeJucdQW36RWxxhlCNa5JuywM8I
qV71Dzk8kN3dTD6h4mKjdsDYLtYZr4TnJWUYDP0jgHfEw5y8xPa564x7jdp3UPdly+5cvOe+
iMJ9wV72Ey33K7W3T6g3WFqQwAWkUyOQTmUXoYx7ByF34h0GI6kteQmuPUo31juA85W4gO1P
0IPsN276mYU5pmd4RUe4Mu9fSLYNZ1EWGtO/cp4bDBKc3g4+Y8NFoEzBsZPE2B9szcI4WGVN
uYCrBodo3cwqMvPotlBjH6zdAbv4i/L/AJMcdwahh2Vm+PiUUL21+8s1/gNkyhLcZaiDbP1D
cK84hCQPWo38pKU4i/UdySraY4mV2kKGh4DAjOTmICMJMYO6nAXpUaaHcwl7iz4XmVjR9YJ0
V24PEEOaw4r0yxLPeWBXq9F9YlYknOMsTbyddRVgXBtDIpwSdRm2DgKj5mNQzU4EOfMNbdrY
N7JLotaPKy6lhiNeIabanLc3ovCdqlIqja3ogsQ+YQeQ/i4jS7d3F0vxHhlxDMqyoXa5g4/5
jieZGHzPClvOyldC2RGmF0TgNXVIN04LEhlbXUrJ+jy2YOC3iOTktXXu4ibvoblIRgtKbad+
ZoJwepzkc3F9+7zLb8Gcxrdwl5YNRCHZYdTLKbisE8I1Jnd8eoUiGuk4OIbWNahLE6bQ9SgQ
dpM4Qy9EcokvOZybN5VEo3XvMpcMdxAxV5heh8zU/fNhT3ACo+SNTvKxLD3CjDMQFgvjxLsW
8YlcybectN2uay7hp1rHcR52aFzcuuRq9ymhdSFmho3cu5fLN3BRe5C95xu6uFN4g1CvcYoa
oNSQdWcyUIZueYIVLAtcwYRs19TIwIZXCS8AsKO09QmS7YT9wlE5uHdS4lbZ6+Ial/QDIk0S
1tYrTLTTynMtjr8IN8/VaTCtffGPzEcJrt9RcV88znQYuMk60DmVvVbidY5P9Jm5suVb7sDM
Qr57iPLlQV3LqZrftMoK4Yl06Gqjk7LJ0isZS0dpWJee5ckD5lhHEPMwuQD3A0pCVhipZZts
lAombMZlmedUjoencMge/MMHyCxAmyDUzApzLEB5QaHFyQXaO1QcxPJNgUUgZ7u+JSnughL8
pw4pxUu7AWRHEqqYjyxTMZVlQODLeaiRcrriKuGiEHaoUTCnMoUNSpc3qHMnVriPdefaIQrT
V9R/ZYgxAv3py22em/mUrqnKxiQ8rSPEJOfxAyHsZbUpwi2mHCXgD62D1iJViGQdR8x6lwqM
NYnA4249QohC5YYC1E4K68RZCkxZ+0a6DjP7RgQ1q/iMF3m31MWpMELxwebUtCG2pW0GjgEz
g4i4hVZdgQ6v4/qFKWki6DE5dx4SgeOI9uitq/nucg9I/B8RdCbjXO4Vg6iilPmLWQDF8otl
VwZtphTmVuIaa47ivwY4MTEhU4BbWovQB/ZHPjxZdTEc3oioF38zd3XKbiMBWb3fmDgx1omi
eReJXdq17jCuhPEPb69SjUo4UdVleLzEIuWZYwlDlhhZERcg+E1FGP8AslShyYGog2V5+Z0B
4Tl9s4uDtvn4lkh2DLhZvjzHJgOf+kpNrOmUw03EL7I9ZnQRDkFTEmtECB+RWL6lhiOKHGpZ
SV2avu4zCc2xxMEpezuUB35/mUFuBlTcZ3rqUeVl0wLoj94wrsuIExPGJwcbbhFQ8pYpOukL
wPY4glA7xjE6NvQ6nsWHmKSK7qWYLmJU/cC9/EXS0X/1Nl2bjbepvzczCyMXZFcL+CYFMnEU
YwlhWtxPiCbzKr+0xMRjJrVo/wAQIovS9EtFSmWfLTRZfIuv4iaREfJ7ltoFynUc63DRXhZT
DsycI2tDj0lRs6LKLgRZ2+a5i1Hcuo2eDZGEuOEIdPJBP/ljhrUOqjm/bfMsQRv/AGYZlHbv
5m8lceEM0BgHWY1BVXk/mXjz/MvaNd6lIfl+hBqo3PU9wqrjtcKOodBgu7gW1DrNwaO8UeNy
+VXs5mGTkLqA1TTzMorDg4gmDk11Ld74qWMF4BMKpg5f3hSe0H8SyHzKuUwWnmLGIe2JttfE
zWnlcWQLUJ3z7JRkYmQPGY7YvVzyD3uIwD7nGXlmFNhqC1dUzGjwzETSmIIwNsJd4WEL+5aP
FI+0wN7cLBZTvcf2SGVroOcS7qPOpZYb9S/3TzxHOlGgMzE4gufBUH2rzqO2BfPcXRgb5ltO
WMS2w9dy4O3dkVVqbHmV12M9TDbmUqUM/cD3qwrLB0eNXCWLkOBlgF/BSiBt8JUuO1cVDKv8
l+JcL5dQbsb/ANxChnMVEsRDdzUFCn/kwoq60aOJpdh0/dLQmvq91GFfnQDr5FYuLUk88IEI
GW82QcGCzbj8xo0p2v7ioA3tqmQvhdzU+/X8zM04TEodUxFPT1ysK8cq4LSv21AHHCWNpzve
rjRfm1nMLPyzAL2ZuEmRuzco21Y/zeDqBYK5u31mUrl5e5S1xeYJi+RzCo3Z2zZdHW4bDcfc
JuJ6IEdpoT979pd/Af8AmKDhQ01+8LC21Std4nnrRtgmD8ywv4p4eYxFatyzlck9HslGYg0n
mXEyRt/y4xWJVYrHPBmJ73/ENgsc5YRg6iV3eJTRZKdQhiWqoycYEWjY1AyfJcKLg6OJiJcz
zj/km1uKpU8dM+dKZgHkRd1MpZuMSWFXcdnXB/uOKYdsMas8EsxU3ovM8cDv9PEumXkpUZ8F
zb4lJRcjylphl8IJJrsRjLSOS3nxECuzf8RFlvlGoahHLrcOLqe0vLTGOO5i2FNOjiOEh0u4
Mv8ACWWrwnKqiDh6lCLVJDyPbNUHctdSkpbYC8ys3WY53uA6uVKV+QtsTrB7OAQ0zKxNpf7H
5ioM7TEesmkuC0HyuJcL/iphKO3gSoPHcoKeGUO6y4jaVmR1LJAjEGtjkh+QC1cwqWvVwZW7
8j3GHRLoPaufUwXSfKWbwongx7254hyvmZ2/E1Y6ZSGTqiWIx8yHhgHR3xYGN8BmPYU/0QAJ
awGhuWrO+OvuYd2O3PzCRk/dNd5K7iqw4OFzxvuAFu8DqiegYLFyqucspXZAqtalAOTPJ9x3
BgK/xNGbTeIkwPLxXiC4ptiWmbl2Ye4OPl4IwNUlmo6jeWHmbpPqVdRoV3KGL1CqgCD1FzFw
jaBObH1KGj3Aotn6PGXPc2mXTO5Kmes3qIRlYVgcRnq02F7fMIcgRYgNjF4S75W6amMWQP7S
2blESsdzjbIFhCqkOSb+ZexzWyI0gbcXO5q3epn8G2r6Tqc08zVpXMC49IdREgGlIRWOS4ml
YqWz1DNMBpjNK7e4U7PUyApAfWIl8CuY7Z0qr/MeYrNNRu0VAed7HL1CvK3HcUZvWMwJ28Gz
3HwkE5+ZmKrq6T/AzS+WDjNSMRY3WzuW4LyTiZcD5Shajm/M28NXZGVURVw1KNofOvcTrNY5
llwqEgNoTaFm8vETt1NLJSzS4kycwL8QY7WF3ia3LwuZ69RG40ciYBXHBM9QeJgxGMXquWoz
DHmXfDgv3+ZRL2I36JxQ9NS/Exq/B+hmQW4DELuLxq5aNBiOsy64A3IOT+09kB/iKt1VwgyP
AxibqdAvcqgQ5SVaWMRZprXEDV3/AKhvVV/uKUVDfmBQXhuA2GoKPBK0adwGGLqJ8PBngUR4
DhiXYvhCIPg8yOHHUsrq7/qUS6y+TyS12m8D+84heRUY3pMPmF6VW7Fzw4h8nzlefk0BEdC7
3KADuIMceYsvzLuIcO2viGSpvUJWHS012c2Nk02W1kHBY5tfcdYwGeonhXcAw3KmOO4+1SJX
wIaeIJsS5CT7loM/WElnuFhHDqLvE3X0R6adHuWxqKhV0eyWdTL+gKJgsDs2EiblBxEmxfZK
HCdLuedJM4gwD7XtFuVkACw4ZUPmlKQceU3eeapiPO95JUpt1cWq3uyXvqL4gBUVZhWmfhiZ
GW78TbAcS97hNQtrmIiMMYYT1FgDtU4XEv6Ye8EG0vhGo+yHTtLN/AZyIE1FVbGIBxD2MRVD
uIGKDdPfmJK0Xr4IWuFW6+54JQs5swcrVJeCaTwF79SviPSIz1yuaF3GeYtWdOcIQMVbyi+6
04WbOICrgQFaMngeNGDUPAHqUsKGRiWB9nggXkurwkf51uPEXnEykBKEvELkbWMHYjzEK2GO
ECxnEovt1HLjDwxnsmXze7ikm011EzN9zkjAVVsYHSjduKmumq3UpUQUbhOYPTx5zzAApLdl
+I0bMPI5PiPPZ2eGM8tSqo8wwFXV13Ka6CtviKSHeyHqPp67DDXcQ4mwwzUQDlhj3EbczHqW
LAaIuo5M3YYQ3pF+0w2a5mPNvBAlUBHgxD0Qc46qE6g7tzKDt+cNb9NwkQ808eYclPYgGxBs
5gNqa8StGuTs+oVIxaVYsYs67ninIgJ4iVMmwTBFv8JaVO2YVxWV/iWbKkD3W4tilsEQoz49
S0KbZmvqXPex9w6hgioBdPlKo22r9wBq/wBsDRZUwqLaU/fmcirSFl0g6ijcSF1A0MKaNcXq
Pir4mVRkGomKJfJfESmtliiIAFHhmZXD9Q4j4jq5+4nvUYt8udsZw4muOoph4UeVbVZpzMfC
Y7CAS5bf5E1aYesrcn7nvIlweeGmYgc9KFIMCSiAaiwEGjULlLuNsyjCbKsd3wrZBuMPZDHS
4lQadzqw9RGn98wJTMQ7Mm/mW7PYZ7MBaqtdwiAVpPcuKLVRFDFBfmYCldWKioVOmJf/AGTS
zaNF6NnSGl7Yo3ZKotQHqLqGfeVg1ZaDm4UxzXUbj3wiYqdXKBuX7wihrDqJqN1NdzWjYEIo
RcuwcSkQa+rGP/kniI1I9QHNC0ytPTB3GqMvKKoTRIrabVPubzUqk8jLjM3sx+YfTCbRRMPK
MAai14D6TNerHwOojq18zIvE/E0XMjeZlaeE5SGVBofxGpS5xLHMEaqV9wMfoS1L0lWmUUXM
TPtl+mQ2VD+Cof3cDTVdwAg+5jRp7J481cYKueZThi32QaQfMdMrhRt2eoBvuXplbNKllpfB
5uBWD/Op6D2mJCzhmF8mjZwfpMkWbd+GbkOg49RgIVtR9ue4rYUYs35hsm3qDsvgu6g1OwKw
hqVYROly25mWz1Ym0bOBFRbZnCuxpM9F4R1kGuXxAqy7fsEah1XAKTlH45K6Q9bRxTDlTXco
IdqggIg/sjzMwlxbzP24ol2rpaTbMuYiyMhT8wTSZb41OKUbWZpggF4Y2FQYy9eocXNZrcta
EGg9RWgdQTD6/QMM6gMKmiXbobazHhVHX8kQWFbLGbu2Rj6hQySpbQPCn7QKLcCX0RicgOJW
JGOFwGqusUxw9AytQ+MFsDKZ81wV8wGof3btf1CR0+Udivkg7wYPMu3OBcQM/YyTZqWL7uJA
llNDxPFDVWl0g1ajx5jdlsz4lFy22bggs0/4jUC8kJL+RAp/ug1tTtmp6AZr7gobIYOpbS9y
mDSVTdrlISDjqUVNQPQ4mTcoXy3EusCZlKwQjfw3zKfGQjKbz7jSJDWMHrY9jkEnEqY+YlGm
hTbAP6hd5F4rJqFQGE2lobVZIJbJbp7RKoXPNhxfU6fiZSptucY3DWdxIRXmUKpfRiOxBFCU
MQ6QHxC5hLA9zEhoOIcVLyeLhYXz5IILQ27+Z6fxzHOC4nQi6lIthqBqV4688kqsv0Itbp3m
Xule1zRt5W5Y8RmMOcv1DhNv7lu/xG9nJFzlZlVAqFcoA2y3GeOGCGwIeSc9g0wO5otse7Lm
FAS9Kma/eBTjEK3zOfEwm7qcXtlSikeaFFHxFRFLMxbpTq8wbt1mVgrmPlYsHqKT9wlBsVTV
jHn9KqOoGMLnuCd3IBvccHjnv5IpB4AhW7W05LiW/uUS/KoDniXd05h0g4zAVERcxLHfEbi3
zH0T5iQBnt/TwlXuKV77lhKGUY2NtwAD0Q0RkFaYi610zBLHM8Y67SswdjmFa4luyMOaiawR
7Ag/YSpnRRIu0FfMTEOU/QIdyhxEzHHWITfzL0cJTdbSK8s4i8/QxBW7mGSPPTAoeoPrHdy2
4AAMHE2lOlq0vkbriJNWpoYWaCc7uK4VfmFRStyqEchzcK4Ftp+r2gEO11FFegPBqY+5T4P+
5iktNid8PeI5LwOJ+0qgXZhqMAXX7UGZhnUu/H6L3Lq/adCOVLKOYlZ1FGp5SuVzKPpmXAq3
mFlz3GNC7vHfuF01CTfyQbraMeYDp5VDzHqPfI8TYWIq+DLNDXMtbEWcof1Qlf8AKPB/806V
A4MS0wvGgrgqp7hdk9TGw1MqiWdYsYpPwQWwDyy18N7Thx1Srj+g5wluWntE6m8WXw3qExd8
w1LZcfpQRcSyJ6QQDYyUS3TA1Ufbhh4gjd5txUbmIjCgOReqMsq+P0LeksfDglbxFzKu5EK/
KLWdRlvRHxGjiYSEwu3yTKOIGJc6/QodqZ1AzR64lYHW4C+h8IcVKchOQo7hJYe3UQ4OyCrS
IH7o8EqrVRUoU9ble3/msRSblCVuVxVEQJjl23UM8JmL9sspXLJDEchqGAgDLV+YHc8eo5AF
6nksdkr0h4pl5DaRSnm+FFaj3/RCTVURl3zqVv8AQKrPwREzzxH0bnD2S4QdgzF3I6oq8B4j
EwAtGphRdjPENN7duCfw5AaXTxCzSh1bAe5dVugTXucDc4fmNKYlIjQ48wlh4l8S5DBVxcpg
A+Z+YYYpvqIHKDAqVm2BuQzLbhJIIccsoonzM9TM8pEBmLkrWsSsp8ogu6O41vSsGRUejwHi
N2h1CV3mLtUwF2wQHLrxPN/6UCVLb3CTJ5lPmAvHwVQPCao9k6l8lMZx9QcCxQsC1JPUrMAW
6+yKy9/lNsteILzx/Eo0T3K9mYZxfEUU2vqG0Tx+4h4Pqm78wiBKsJmHGczJDCCWqYjdONL3
klNtvdQJXQHEs2rbctmdstQyvjm/8zHMUo3jEAzMpfSuQv6kVg/JzOFp23HJqNqGDEBM3NIn
LKG2DcqEFybZmHv1XiLUUWUYntDGOYDfMUlSyFYYLmAslwdwq3EEGLDoJNMwTdr6SwuaDcKa
tOalGrHLGqZQfB5XLMYmtmMXKwZ08TPf/rwQNfIJzEfPyXRZ4jAk8bmuIimZ/D4hqo0NXLKu
hl2reItb6iiwXXF+ZZas/eLJgiCucdQGrKeYWMWeOpwoMDe25ThDeCXTR95hMRPx+5YFsH+a
iXItQa1aPKy6Dg9JGqYjTw+4okJnr6loc0y7Ym9t8+YlbV5/dC2E8la+Zd8ho5RvYU37iJ+h
NzMavFQN4G0VSpS1B8kIsqeYR0SrNh4Jd8jQ4e4t4MRWNdRl0i98tFrvZCrqYgl8RHOcTTDM
z+9/KJv/AARGX3LsQLnnn1M2vglXzLoHTH1yJgUe5gxkqo3qsMWCpuj+yEbWn/je/AgZys/R
AK65mPLqjvlqG2oCOb1cdwDc0PUr0bQ/Lc6APtLmK/MrATzfExlE6I0o08NxLHBAQtrKzFpL
+sqFA+n8zJKsNckdYYvcrdsVF1riXU8dcIK1CgyQhUXc34hl2UeJkwC0fwmFKUDLmctQVLHw
QBbg5CNsML8vUMa2w1xHdbk9v3LIl2vURb15QJqC3pwxYY5q9eINJVpGm4MjENtBAbgNxagN
GmgX9yidFXeOZQuDIUQNF+7KaOYzBzLgJrmAh3PQ6gSVOHzDLJjn3b9iPlDZqQdbcHUUslFR
m/GWFD4uBk+6iLvc0WQBSvmXOfmoqWFPUfNwTIR7P0aCWbhgsTqpjAMVEwgOYRs6QDME2tLn
azJpPerTFtsDhh1D/CLzfQm8ycXGVPCdRUDhbr+YACgIGulMZ/uXtg+MPkeImmj1zHDtMP8A
Kbbv7xEuhqBytYe9FMIyiwwNncDYWhSsMuqh34grIE5L2mTpoKXOIDB56jZdr0PMILN0NQoz
Cs7qY5kZhIXypYjRdnOmYy/dMmsndy7WqYzPhuJxz5qP8YznmdVE0kDlahOaWwLlBn4p56UX
LLqMUB8zQJd5S6TAJXF8Kz+ISPl/1LO/p7hZtj2wO7bIvzDetpQ4dzI05xKGGLF0kqHEtjhV
XrMrYW7zQU2067mDUOOWIwYbJx8QdyP+BBvLl4ExBa5agYFHUQY4TpTPFi9JFlVPkRvs56ev
0RAUHsVCurJW+WcN+5e8Gr/uWBxnOR4iGmZ3p3BtjBHxMJe+yWowxmDq3jjz6lqrE54ZSw5a
LuOAutBngYo3EK6HCyppbx2dxsFMrP8AOIirdP8AlUSkqWukSFB471zHLGH3GyyOs1KL2HiY
cwcP7kggKW4GVnK4yZxNNgu6mGSuBmWN3TaKKS3S33H1v/H1K9tw14mxO/2VOFpf4QXAA7mB
O0OpyAQP/JGqVGBtdfCE9D/kMU+5f1J2RlVl+psDGLn2TA165MtqvIMFSU1TMYg/E9NSsFA2
nNRHKPDVRa8ovUqmJzfiHmwaayio21zGOJC3zAcLd4uup8gQaj1vJbiAC27/ADiJYqo1wM0v
PwwwpkK1LFt3SkeOCP5KgUILILoMEtrHZ9TwfuLwza5zVCfEva25wYdXeGzkIAsbPLK6iVhr
O/01fE0cnEawXBcrfuAmpvkVxKEUOJ3LNDTA7t5zLQc4Hs4ZjBxGKpL4I0aTmFU07Wpyvzn8
S2AHtOCOpmhzHH5O0pakXjqKoDLCm4qmGi/3FYcpjEBAM0w7McAbVfEFjbim+X+JUF4MoggV
mKRQuPbCe2rcPncTbotbfi42g74V8JdFvOmNji/wljhPkZQzpPUL0UN+IAcjt5gtu293Usey
NgPYvfxAAGhtg5W8SvRfc6ivwvz3AgcNHJL2gGXaG07BvYLrTA4VLVqOTyeYlTq5N27ZQRst
/MHc0s2DJT5uOyhkloeZVDEfAzEK7I56g1cKGYrj8rzMqA5DVnDCuW47lG2FRta9OpZD8ICU
1MYytSsFo05lnKbbefmeH7w3Ef6IWKjsmJo09zHQvg2Yh0mymHMNCNBu7IoN5DZ+zXFXNhX0
HZLtFMBHZP754W9CLBT5lMDX4sFnQny+CVx8ED28xS3kCoxhTTuCeHjl9Q+qaxNDl04mRz7G
WN6ErPUtHDwROB4OUlm7wbjeBuJu6OLlAI2iGHuCDBsj+8z3K74HzFKp/wAEULFatXMO8v3j
S3DHaYDEL6JjRPCIGlzepiDWfcsj93qBnilUXFaeG0y7POP56mNayGO4Y7MMzLdDuNKIK+4d
98PUpwp4lsufMPOX5hMEfYR93fSTOim0XOApq2oqVa4rt+IfJY3n1EBVFf4bm72nG+JdMIMc
PN9sxeBVUGzu4IuVAzTw+pRsUziKsVdYaZQ/PMZ+o1dbLRipcXvj1AgC9MczJkrpkPM8WA+Z
t6zEhYuuIVjgY84SBB3qLc7ZzqCtpuxrXiUEtC/iZ8Gy+fT3NHAhxjsmOX0QHDd9m4ht4vvu
pXur5ECbXkFsO81jdwamx4PEFlg6D8zKhBaafS4IxLorWo84y303Hl8NXF3QMWDoLV7EVbzT
gn2XCUUsu7tzAy0469y9/GK+kfCAvRebgYe6vfxMlDiAf4wUtwSODN1P9kEizyXmXQ5HEbGu
cVuUYH/YJwPlYFk6jBwV8GG2xij+GbWL4EyxnPfEp3Y8eYWRnbH7wCvLN1BDkq1XMSyJbx/M
V8tRdErsbzEsRmLzPDtCsOZWtDutjMdUF1B+dHKJo/OxIFm3+31K0ozMb4I0W47N/hlw7Qsf
qGgDmzzGgJ6pP88W5lRqN9X9wtrHQn3On3hvKGXB7v0M8z7P7mUcFrxLgBaHnFDwY7GVteDB
twGAmHnTmF80IV3L190OaznDIy7NQtR+/iByLhzm5AjWlrFQh83A5vpgPhp0LgMdTwR+ltfv
zOCHXQzHZUcP2TkiD0/zCFZF2N/tBimxNXKWldSHQjQR00PQRNGKTnmAvJk7iA4c+owsGT5Q
WsrTgLX1lmDlrqK+/LAoPqAbpSa9+or2jhxFuZGy+j3MCQ8lsnOm3zOi0M3CjdaefuB3s1c6
qmYY5e5htlijX3CHoKOJVnI/maOjnhZkPfE0FNy8wAzlPEq59URFlkMPxDQrjTMUHTriHmrt
wC5RL6uj+8zpcX5fEtPxmCrjsvaoyZW1j9zLkp1t/iPTKuWArcUyB3OZmjl0QIzg9jWp2VW7
shbAcGzG/D+mqMAl8se/RmxsDAe44Z5l1E/NkeZvjCWrxE+3qxuUotXkPEx8he4ikwLXQvhl
787dTRzft6h4F26I93IuYJh485PmVjkH+5LExuIZUO4Cd4ovRrHNQAsUyOL6iqys4K1TOY5B
uWwIUGHZE4Lo2MwwqHRPLBBqWdWFG/uMIuqvQSvXTzY0WpbLf37ggAAYeuiOzfCpT35I8ZTF
DuBu0OJM9k5rUK6RBW7hsWmCttaCNIdfGYgszLMczSYFupbWt6vqV7lr/LhpdOzxNrMDtKg3
EuA06WKt32dTdsx2nUZtscTJGwhnFGlfVy3o14Tw5fM8A6hOzjCi6xQY8+pdsqnAfqLLkPEQ
6B2auCUVpk4ipyE2OP5/SUaqaaZY9O+4gv17HuUCv9/MT05X3LK3eHXxKr5TShSUeuv9wVEN
vrqPALo5ZA5pm3KXM45LipnNn/K5QmwNz9o4pV8DOR/U6hMYjUND2OVlY1dkcezmKuvV7m19
7I2MHh8owGMflljt43OZXez+SKVZBhdLXEdvPVNIGacTA+iOHu925beXe7ntznR8yizdDj7m
uLLp+83pGAiz5RwMOyMa5UUPmPOsHCJDpwjE1hnZ1EVnbqLqLf0JfD8kY9Ec/wCoi3rdhqpk
dcyqI2KiPMcy4hjEcS2Hs4J1A0SdeHuUhp+ZQXhkOGamEBbSuYdsm/8A3M3gfH5lm1MO/GZU
SPmpkmfEKAF0uKtvDvUsZ+Df6V993LzHaLtFiapipU7CFx3HxUc9QJROkMOwGJvek7IGU3QP
P6EJheq9h6Ynm0yTJfExhpRYdEwvjwS7qBUaKSwmfobzI2JtStE0xNVApVkpZTxumbZsc/iI
UKp1Oa57ivP5Ti7XxLGw9xujsxUF5xxjUGx4GN1bZ/iL+YVVtE0065lUGPmKM5QZ8wnIvIlU
ZOdY8srgjXlYOTdj9iWI1Wz+I4YsU5fvDnupdkxLAaZxAD5nkqKn9agU8dQLeoi36hpu5kBZ
gDuMWgrsyiZ+IZ+Iwqu/8uLt8Du+Y96yw+IRA2DBTxDKtHSd+oHq8xAQWuiZqCdcBAc5gv5g
a+0TH1H+JBX2l3tG5fYM9EkF4hRkE75xFHRnuBRYl/Fz0Qr/AJIBnFp5/E3qynDjQOEsvinL
qE704e5tIttYMw8CM1OzMfqIZsas7la0pbwwUqWgNeJ8MgfSW0Ab2DvMQJA+2Y7lmf8ADUKI
cbdstbbfUddxqE/xg6RMrcxXXXxLXdwZrjzMVR6hj+GXtL4Rlfp5gopdMcQtGFcTPxKcKw+2
YS8E/wC0qDalbcdBK8TSxt9xVBb9VeJan1aKZaYVW5aUNeq1DlXKx2vcyDIFKb0kU2Eqju/M
MZjliCKe/CFBDjuW/wBwtlVfuVtWf3Dxxg17hg7CmEzBeI0YQ1cF+Zoll6GcTFgr8blVL5MS
6NutP5TMcUy8moiypbRKzRhXFczAe1JsBgVaV5CGTAN40uBNnRFI6GYZrmFBivnj54n+V/6m
bKwfMag/tM7Vs68QYnq7fiUPC9sRcgvFqRgKSscr16gFarfcwsffNYqEWrSXknYIAoGw5lQs
jlmWiNrMdTZxxA27mbEfBhxcrzuDn4iJwuhcyzJL5SqnTS5QOLb7JbortDBu7mO9d+PmK8Ju
OG0xzUoVFuXXOswhUexcsWJXHqLbOGGDBbqcSiOvhY8xG1/zuCHtVsh4Gebggd6mYT9CxFAT
QfsjP371jtEw1H7gUSy1TN3FGOE4VIOu5WzbLTuuIibJbUegZEaGKmWdzfDldTC19SjNZ+IR
BGE1Kl+CDrlUpped+oSJ4ssOF13hUszluP5nqFJxD8GTuHXEDh8RKJMq6YaQPcBoAdJbWjk5
neRDjDKMfbqOHQ1VWfoD0t21ObIuAR5I9DIIzLY4uYZx+5NvQuGQvwb+COsS3nuU6zNdXMvO
ep1iBZcnUzRo4CIb8D1MVM9wZGTk8Rc32Li5hiZFMAbqZpvR9Sp1c26iV/XEo03WDicl723U
aFg2PEtu3x6gCmKN+WYJLv8AM5UEw+0zLX0WRIVXo/uJhuOdSzjTsgMmBzLdYhXSwyhM+DyY
g+3BguN/hFQFqoW0GzCbuZifbD8TP9O2/iZRooe5if5ZWf5gc9QxS1aPMJUV93qOMtOLiDLj
ULz+Z6cSmKH8ygbXljDCl2Sxi3CtEr10Md8xew/yoVEVNfM9egNMzn5Ifu6gmjNxwUWzEJ9M
awM024iWm92Ur12oZShMPMH9BWF/xAtgGpfSZqNXpdHqKyQPALaYlNx9gBz6go7VAWTbioKq
KUDEwpdrSGsb6lnuh4JkQ+yTJQv81MdH9EGnRSNzxNvh4gErh7hAA1A57VCqw0F3uJDW+SJc
VmBLd1nWoGqZVForKg5fGY8yOc8y237Cc+cRJsXSeGF/Z0ePE28R3jPUZhhyjN7N5JoOJc01
EC9FVZzONFLc47cywtVFsREHMoxFhU/Acwflvo8B+g03uJ4WcuIBGBvuol277hYxd89S4g9h
69zKe3gD33LDHC6iLb/KUjV5f5mXC2vqXJvzBxLZ28UYzU4YOJVgZwQNSi6CaunD/MrGLOdM
wFW9GXuDqcxND51CI9sYR1n5E5nbs7gNltj+bgbtgcvgjci2uv8Ac8b7mWGirqW0VN3qXa5f
9Ec8Cx6geXKvxKV8L0FhFvPHH1K+8MRLAHyjoUeG4Cu1Nc3AqvrmYQaEYmypVqXyhOUX4nA4
PcTylWeiXs3Jr94qxUGSb7dOofI+qdwilH93NlQdUOGLyebi936i6tDXgjiPJZzwExyDBFlZ
4PUHwmrzzFvP4iIDmHmEaqbubLszFUBGHhVSogeFhuZUOFJQGX1qVRAqo6jtbxP9xBgrKc6m
MAf0lQlMwunMHMY8VMsCMMrmwL0QtDTlzxKlYDFzSbNEW8pH/FRbcXg8WX09kqwCr7luZ1Rf
7Q7v6ARm+/L7fMZhDfxzGFLDfmKmPES9DtbU1sx/ZMvu1YgDXOKzE8VgS95o9i85lnwcDEqS
zSZ8y3NeZSLq5A2z/voi9VS2XE5oxHUKRnt0XNokx/cXsOV6rqMVcbtiXQaXjB5bpHV2ddwz
B4MsTiW0ikjdMxJExGCh3vjEphSKDm4pNnBvcd2HxM3wcFRENBmeChm3OZTlbT1ticqsZ5xy
3F9yrWw05YaEHuXb1YYAMuN15nSoaLiAHlxzKBl5L8StFKBjQbadwcwsUxmjYEcRoLS9DLLV
3tS3G8QPKT/iG2o2Qc5n6KgHshOxKCbTsI21/UoAqj/BFOpmZJ4ghlSuAHcC+0xq3qcepY3Z
xi5em2hh/MDCDdT8poWHBPV4cITRZKvfuDAbVCKQ25D+4jNjXAwKN1umY0W9oEIWWFZcxLe1
m12wevubfqWLY5tueuQb+ZhB4Fy6Xw2D1P8AgR4rYMDG37qEQosJ7k5IuL9NMyjAbYlU2DL0
l+iCJvTygIVKye5yScHDL9qvxKHeoAlhcniUJ515l/A3zcTkYx5hZ4h2Avv/ALFcGyMGHyEa
r9pVrbp3EzXvjh5nYAYSe8wJii3DarH/AFLcauioHVVZm6JTEGhlr6FzruLsukInjGJUs17x
5gjecBdnDD8UGhCCF4XSNSuq7gcZTMs90JQA3Q5RxPM6xlRnO49C7PKYwcRtui+1MoKsq8JW
q6rBXUXApG8v8zYkIPCBkT27r1LMoBELS8Fk9h+pko5ETIGXwWVWy5FD7mrOVtsv44Bn8zdd
8/xICzujbATxu5gW0hsx1aWTxGLWYnMB4hsT/KyOJQNzqUArOrn5SHjzLcuHE4DGh1LEUvTM
eefmYNK3g41bHG5hQeIzBoxL6bpou5dpbiZhRdQNo4z38xcmlUfUojdXF6iLFnCcnmohPD5G
ZmJ2rx1UekqvT3HarvOcyzCzNQCLeNbL+yJK1YYMMMvIp6o0tv8AH6jNq7yhmFytjnjUUx8/
tSy6aWljhaYY8peUMt9y5j1S1MZCpdXKiX8OoKP5Gamsg4517mDTRbMCyZUbLld9yqguX/qU
DcCRLB4GfnsmlE71fSS+B6IUYCbMn9QOTFEaUrRA6M79SOXa8JoL24llGjmAFvZFymOCPKMj
WUbr5h1RbT4tnv2MB6l7lMGvlnjhpSvmXG5zaYNBd+3nqG5RegOpjP4nI1FLnkiBRp8zRezc
siRATiBX5ubY9nzL4wnnOJnJLpe/ELAbEbebXI/eWk2Ls1Moab9y4rpz6i4YcnP5lafJOFYV
XmVqMFbP5jGLEvIcQ6yljRAoYEm1DT7jlLxH7U4PAEaorDnLHuNUq7a/SUO/QrBCmNb2wDLt
puYas6+JQzZIHpRtlclhWJZQDFvTLzQreag7c6fcQAMlnSVkF+GJtUruNrd7+WYzmlnoj8jx
KKngTtHNtuL5jf48lZo+/EylpfKWxGv8qG7xm11ARxdMu/BtF2KBhM5hq2FADPqPYdgP5gKg
eXU4pE+I2pXwHCQS1SNuvxM/fqIjM/KXRt9JuFA293zFc4YLHyysKho4jpaW0Jl5P5iYfmDC
th0nRlwSbCFjTlpkIF2Grif439F1sbziYOOt7jAB6ydw1ddDZGg1z68QhlG/BLiopX7MEvOD
mWE87F/EOrDR2iltpluIHdWVPEqxY9m93FJ1J8oHc3ZgCW0SoNL47gMhQ1xDiDio4YLcoucq
g6XqU9cQ14E1qmztXEbUy179T6+IHRKjhSoAtoJ4lcmncMxdCvVSs+8O4zVNom0ZsfMt16On
4gEF52EhYyrt9xOYrfeazDCnMz3LTwhZM+ZkOQSVwQ8269x4UFReeJingh0MD3ko/OW4H9x6
cxwW4UykLYwr83UwQvSiy95ycIbjnXucDJq8Txr0NxcKuaz6uVV3jfE9G4Jn4kKmjTG4hRIW
vB3Mdov+u5uV5mtPIN2zemU8ZmZ74bz1LsiwsZn/AK4Hgcfqfq5+UoiHZm4RgqvmqGYdQoOj
iN1q54VxMqDnHhBCzASZYUZgNMsNU43cFwZdxFy7h8LU1dbvuUVSy9TcaY7FuL7Zc9wsm2xX
LAZgBhjhqGBK9QpXTgKxMl1mC11BGo4Obi5LMcXD9UbPUQ4nBLMAVFxQa1ERvh/RYKl8kHEE
pO/SJqe+hB74gxTfw+5dfnU+o+FryzGl6cFMqJkv5dStrFa5xmNL6YsgK/MHAZnlh4l8MFoZ
7h0f4DZB0MsWNCVU8Rp7mVyHPdjqhlOQ8TCg+j7h0aq7P6gmwXHiLrWN2VTqVX94VG7en+Uo
eayW4LiO2GvcYASR5wPOfmCot6K4JpV8zmV2uv1KfozEHEQER1Nc6lno6lBpJsh18s1G9Epa
jOLDPxKfETOJ4oNQAm7kdOyK/VuWNWWUylaKDqVCje4tsoumKsRzPfICIMkr6aH9OSVuZMPa
VzzLVVqLpXUGqQG72eIlxTHh/qXrX0kKog53Ft7JVDlscNMTZWycynxC9VmJuV+witdShdTK
H4S7rZ5fUWXZiRV14HP1LHCUhaZ1NYvmXzdo/wByjRRS+uY+hv8AYlIAxVcdQ4JSUq/MKsMe
Fdp7p+qhVVt91UQGuWf9JdfIw3TDx1BfTyTR887lW3S69R8xhXkl/o5/TMog3XMdhxKirjUr
N5tMQTc8zLieClMGBNrcPxbmGKdwx6KCOGIDzKVcLHmVR5hFHT+IQOR3/EpBWVUEtSCUaJWO
HwtyxqUlgVBBVZ2NZcxcEyFXVdkMtWG+pbeiazuZZd/tDkVXWLQhvTBdb9EXxczkPF7l+n3t
e1l+T7Rj+pAVKX4i3ggcLwMwdYHvzCJWtBKqwpS/mpjigtP2MpqSjCw4H4IsGxg6plugcjqL
zQ08yoGhQapljGFjq4Ll6Lg3WaDdalclfVss2W8QrjgzB0y8SuxpUuCYNXkHUApank/8cxr9
Lg3Hfrc1xLgvz+gkqIym4L+j910TJha6aLmcRys4l6wQz4gv1CMCcO4SjS9GWttcHkhhh9pt
+hnUGAi98QlcTyUui7QYPhlEHNTI5xxFFUQ73LlgMqxCwt8VacaauDwJl6ndAycpLzKhmLfc
GfrAIKOQe3uHZ5AsfEoJvJ/qWLqWRiJ9OaLhfICqusTIsGWJ8nM9QO/qU2SpX/4iX6oz5vU6
SSSvmCoBayynzMzgXxDKFobz3KWtxxBDV4i+cKxf/iawYtWvRAvWX/w7jKZUDm3L8Qe4Db5m
kcIKJmDf66sLGQi3yeiAAwCiXLs5jo18Ra+t+j+l9yvzN2Dv9RTqw+WdT2Q/8blBXMJqnROe
oK2TN9yTN/EvNdPgeoONZP4jXDHMye7+9QZtMuSA8Lt7l8RVtOCPAQ6elzNDtjZUtDexjPZA
YR21Y3kbUnhdX5isOfM6DLa3DpiH4dw7u8HJ8y3BXucQDuGluVRkfcvLtotJLA3josx96lVn
S6llfUd+P0KmMS373HRxMfqx0r9LhOf/ADj9K/Qx1M2M5w/UiGWU+2V6qrOUriWn5RAAAajq
fIRDWckcAl1mYmNuiEAnzH4lKCry3hgBeEX6t/ooYfBADV07l4h/oCMR2Bxd7WBaDuncrGLR
bqWar4GLghVSggkvYnUogZpnyywanYlNnIj8EJUjhKvC2VlVO/3lAr70eZjXkZfchcMXFNzy
GKmSOQb2fE7h5l7l3dcTAMi76PUt+PJZA4RqANFj1PyuFtKOKYl+X1KDcxKf0HXEs/4/VviZ
r/5cX+halte3+sStOdV7g8Xix5ZQwlNS8YlrqURcwHoy7PgYHLN3q0fUxqljfbKzLbSieF0U
ZfEKrOIzArZFKvqDZHiAcG5QDixBogLLlYalBE17qxIOkzuheph0dhsWVOVI5fiVv2sWT1Vr
fsnFrqdOBNbi6DnfEFMUbpsYaRXKUevxLwYRNILc70CK2y2waJcHnRETio6F9EIauZKg8Nab
LQrDnweZQ46tlR/MJVk9miUKWrg6xvzv9S7XdeJfVmvEEZzfcqX/AOaz/wDF2LETJxFacRAj
ftczQFjeqIADxMBQgrVGEFbsluIjACLbHkAOFwIoXlU02Av1KJFRNfJH9nj5axCFeFh1DuWa
WMAWT9ITHjeSVFLvC9sZYt3v0y8EZFJkjmK0L1p+YRUDbxGPGGcw77DmZAunlmP6xxKicsIB
TYBnKDzaq7iIHgDFmhBgzfzMleDScwRsipUsozjAzKLgBCPleZmZ1kOJW9tfwJbQag9y2yRV
1OSGw7Tm3miaOzhOPE8M9nEX5iMdSG77/DMrWrX+DFyYcX5Ce36f/oQxuCqEZ0QUytbGqq+V
9wMecCZvnjDqc1QLCEpYdV/uZPB0XN3APMQ7I9QwZWLIbGvUUK1ztDMrVXzlLO1jfqKhbque
4IafeOIlCxvrymZHABzBBxKHP3L8q3KhZXL/ABKsb7SIM5/tAx45ZbVBoBn7hdSiAE+E2rLL
Db8rzKKToGpcCg2jJtzTiCh0VBzMFTZ0hapZ6ty77h1zPiGZlk/YIANHa6UhvTceJa+i7/1M
o8AtzAM08TqHIZJm+1MeaD9Tzppx7lQ5aZ+4vd8hm+Ffj9RTgx1M7Lu9V3DBNfJc2LemU4iX
Ok2M/wCS/wDC1B/9ryQJ7Msbv6lWdiVzMGfUwU2TxLm17NhAIKtlmcCQHYijSPZyHGWbOgy+
ZZCg5TYLSqP3lK2cqAesxrY0HfMZlpWUsdt4LjjSuVROl3mCARVknRHjohY5V8viNbCoEuPS
EyOAsIBXHMszE8jcuFU5KhBeeAj8Sjb4Z3HW+P1HNS5tGpvvc+ZfPsCXYKWquW+e5K/1Gnk8
bJEdctoglSYXqEDJvh3Esi1nz6gRxjuASmYECjRdRmbeuMIhSeROtjoB6IMiGe/lCp/mH5nB
oiKFKb7mIbnkwJep+k/5D/xc/aX/AOmJxLhQ3kiMGqjCWnPFzP02/X/Iz1umMQDVhsOY85i0
QqQqyfUuFWfxAqVLalu8ubQ1i1xL6A5pmH7hE13APwle3IZl31L6bVr+WIbCg4xjQlWm3PuX
auZGJC3gZaKA/czIB5nbQ5IkFsoc/cKZV+5h69jzOafY5mIkniwzyQoNle32CbE1Liz1HOAq
bTfUojpUH81MuRwtz3KCVW1M5nrwQ7kKBUyqNIPL0auXocg0yj509S4CwLdZ8MvfLgmvMuV0
s2plN9agKxDTKNwXC5GNg4xd8ygW/n7i7QXAeZ/gH/wyJULr/wCGY3MObuLq6PmW3AhaqD6J
l3ED8Uc271EAvNdwpgqPSoa8kRB5Jiw+Ym7IWA9oYFwa8ITGzN9RthS9sMKZNQPO913AM5ZU
S/j9PAdDKt0cuZeQZC6g6ijL37mnHgcxtnQLBCrnT/cUK+xBUxG4aegnmEB51KcS4IYNqisC
s5f9IOV/pMw0vEMWebD7uVm8dTweGcwlyG18hBA1go4lGxEMjU0lwEeOFDGZblady4rhdwDq
Ghi4ePcMPJ2T06sZmYDJND+/6JrN/oOYJSWP6Z/8rFlHLLk/Al5f+Mrl8uZ+3If6FRX6SaMp
Df8AUCbgRxhUj2lDLxLrbKQa0QmVwTBA5sq2ca+IYYFaBqBs2MpzZuqVRwyNydy+evf+IUrX
TqFnygYhtCs1GCur1bFTNrwiGSIFvzFa9NHECz+UE94VgInp8Qf8sOx7Q5CPCgNjhMrx5Ucz
GTJDxuZc7dbg7e3lYOtKbsl9wf2Uv1KKqdd0bYUZw6mIsYUoyrPMuJGNEDtDz1KlTQvEYW1r
+JPJ+rfxFCApT5iv4jr3/wDSE1qBV1PBUrcQh+lSqd3LQhrctuZZmcAlZjiI3a89TMufF4mq
DjzG2sRC7SqkilZcmIFG6gUnLoxxlWRJ4RHo3Yx1NPt7Synrh0y0GBjsY9P9UjzC0WJlh0Kv
6Zj8Up6SjZEP3oAW1Q4SrEdudjmTy5IUP/BNRON8ks0po8SobDALcBfyGWX+UaFnMx61WiPG
GF/shovxdfEtytiniZvkUEtDwDDAotPCXpdoTLPYAy/1CDjvzP8Aoy/0M03FHO5bWxBHX6Kv
1f1RXeCEzK3NF3H9IS1h3xPwmICBNTG/0yiKgG5z4s9n6L1qZDcSjOWLP+4V3cwwgx+QY6yr
i0Vt326EUpcvaDVb0gnJQ2qviFbJ1/E5sII5ZiHW8rqHjLicvMaYMhXMV3kcHzCHiBhrzBaJ
VYzxKWp0BmGA+TiMQwaTA8jyFV9EvUQ8m+ZXbOZBbeKv3zFOscXBLGlkI3nf7oDT9iwOkMlm
Fyp+D8QtVch58QcWl3Hn/qxzpgLk1A3PUAoIadpQuNvmLhMVbYNpgxcYlssYWro9TBG8zvJL
k4lc68S8Q0llSz9HKXkhn9EalAfXcxH/AGLEZtBfX+MZFGv2mDVXcyYL5jGi75mmhdjLY7Gm
pdqRybmgjzaRorh2ZzMHU/fzDVJTI4nJ98CQu22tXMy18BWyutVwYPKby3zKUSjanEQB0Xxj
uWK5XUjgT8hnuJldrZ1kMZw9se4vL88sBFGk7EviGpwv/gjmZX6TO+WfhIoxqZVR4Tezwt+Z
xo8QPkVm35nlfX6fM7pmGFriBaCc1+iuJUq6jKm2PHZmFmuYVBf3AkbEIRzUtwPU1MvMojOB
rzAGoruVipazdnBMDMCVMLthj9PiSQVkUjz61v2lRF/EJrxdAyk8xci3niFho/lCOe40QbQX
cx4HJhcReW8XKTbDlG/N8cwJb7ZZfnMx95zWYiOcr5uDquXVVNtw84tg27p3FTwm3UVUFPL6
7hapSqoe4A3xgQrfw1PGYB55llwMK4aIasZn3AUVve8VK1r+whXMGfMvXbB4TCcgjEfDzcGW
L/EzzMOL5jA3E0fKX1tW+fuVOxmqnr+39NIOJlC45gRf1DGnMtC/EoieELQf1ZSoGjqXhZGp
aZl4hgmDUucSnf6cfrRj7gWMK/KE/wB7IoGKxHHEYuFVjo7YrsuEKplzDRvlPEEuFcGbcepi
O2IVOGpbTTdLqCZB1Ysbt77PUDX5oz/UcbPH7y3Ap3dQ0srhywUKWV3RzqZSmW4eXEajJPA2
Ln5lEiqxujzL1V4ArUp5SKeCNsH3lmg4b6hiyG8Y7sIBB/w9xDJtWYOG1HLMypQa7hcS+1eZ
caDfZB4PyS+nbOQYDibP/K1+rKxXhlymJX6OoFRC7mDHcE9alxCJjBmU3vEumbIblhRzB4+0
wEqBWtRjF0upoZzdxEl+9/qClPxECbwNQnUYxmN36R3jxL56lJbFXOl/LdeoANPF8TjhxLJh
VREccnuN0Byplb96XEx5OZjxpskpmr0maNpSnvqYCgqmHPUz9s7F0Qgou3q/EegtUmvUKtTJ
/wAQgsbn5epThD+wTGVDe7Y3ULdQ9oF9JYVzZ5mHkCZjEbLhomgVXdcxkafLKlAFGUSsKJcG
amYHBUc8AbMX5lMFX3L53At+5UM8oHM/4H63FcV+hsR2toYomSuZc8spWJhjmk2PMI8jcN/p
g+36Kx+orEx+q0XKMHox4/l2+00jVa9xlQswSxS+D3AQ2ZR+8yK0q17j2CR1PbBwiwg1NRxk
xrOb9wGpHOQ8+J41eDf4ju4sW0SidRI4PiErg4OGYCgdFSpB08XcBJTUPCNCM5wplTqWyWAS
4lPUxbgUc9IZvFkze0Ap4w38+JYrSqqlnCuvnf8AU5InJETI/aHOuDIYlRYmo9qcKAixrIYz
FveB3HQGlrzBadeHzHS7qGfcyJmrgemIoODrM7AWcSnR9/rU/D9bmf0w1swMt1NF7/Tmo/UM
lZvcbfj9bbnuUiIk24mASdErTBeoBLxTqAB1WYKc5t/vKV6F2bnXWl9SnQi7am6gWq1N5dpg
b0AB5JWoPaLLkZ+IUNVfGUGvQgQC3xOTrYNQIubhcwKsNyityvgLnCDKZ/it5hIK/T9QelNV
WrUgXY5XL9R7OgvEv2JBQEB/2xzqjeeSHUhzpRENFVTNUALilULKStRKjKL5qvH8Tnv4bWLb
Q7XmF2dq3Fa+xuNV4DjzErrQcBI4WtQ1PgIj8Mq52hYdN/8AZ4P0d3L7mtS/0X7lxY/SkpK/
TL9FPEu1PzHWF6nLgSJcNXKUplpgFYjikyqjyETW54bhqdnKa7GggD7+kNgBUM0pWOZfo7vm
E4JkKXcDy8YHPtjUg1rpDxW6XPxFRQa3e4b9rDXQmk5iw4lihkt/EAMDwl/mLLpO1r2Qs9Fw
4qLdB+DESnUMwAcIGLK14l2UQ0n9S4BORRM4IDVMwZlNP5RZIdF75SnLh/i4Trjm8ssKXZ0j
WnDmVnIyHV9RykZPJL+/N5nOXsfskbMgf5riAuJhR3CpdVWF8zGa3X+dwHM5nBHegdkCw/B6
QgpSj57lU0ORm+ppQ3ySuiW2+JcULVeWVoRdAxf08uZS86/TomCE6ijaALM/pzLoO1QTgBay
BUlDUOVmvaUeTZG7b4I7g+ZQzuYZ+p6lxApwdwkpbb+BqKgdn9Jzz6NxFuosD8S+zvdcxFlR
gNP1ACddOJvN3bVCK2zqUd6U3EVz8y8SURaA335Y1mzRCNt8ZfMx7eOoJYRo7mMOD9wL3KVq
JDkW0qgHeuPcUnbh7j3yyrq+8wtAi8GP7T/u6RdjnRFizyHmYD7LhiqBm829Ew0u8cyqq58B
uGlYeefqNf1DqMh2HpzU1iY0w6M7WWfcBXdqoLk2I5YJAbC7f4xEqMqOeo623k9RdMtSv9yI
+QXAVuF4Q2zzePxGXaJ8y/dRTMNFX55qUpanyma1uTxFANG3pGB5ruFdb8zVzfBBF8dy33mN
Vcp8xUDPtqEjwxmKaB4gWo8JyChdwDuoCgEaiuZQge4BxxM+g4BDplN9McQuaXhsylB2okXt
HEE0QmF67Ym5aas8y+YLdZrHSqmRflcuZWK+HUzWNXGgVl2mYA9iPvBHwag1v8wrAq8XNKvm
NLW+ps0FgX9wKEMC4Zbt1lNoZMIXx+800wrZo6gtsSsOBiGh5gBsPr/koTZbz6i/J1rieCk/
lG5X0KPlNxbGLA61CdVR+RFNX4jm7eRv7lhpnCu+4BTdWtRn5FLcMCzkdy9K0movRU9sZsyP
3B4xCKZO0Dpp5ZTao8wpZlsJih7OYphSJSZ8YJKZVyxQ5cS04twLx7OiVUPaXAGXiY8Qthx6
lrKhrzL/ADGRRY4hhQZ0dR+EGDbJgWRLnEZmj3HjQo2x/BjwZcVV4mWskgmF8l34iJpDlyTx
4YoU/i5iXXDcPV0/UBeQ54HyTEAzpALPP7ygiuuWXcMLtmO9v1Lo1hw3MrRKrE6sGoEtKNr4
htc0GTmAQ8zAQLPaOH4HXiGoHd5l2qqWWQKEBsQ1fj5SU15xWBe9yqTA/L1CoYWHdxik5I54
0tgA3W6/lBjMNnh8TIqW7dsDoBzvUW1Tk/1LmysMdpWVgJUvUqAeLmpyWz1K8pfOSFWjs9wQ
C30wT1bRzK2NEOdDSVi2RcGm2DUbJ0+ol471plAS6ThnZ5h1JeX3EGFst8AqhlYNT7S0Wcv8
Y5Aa3T6iGfIaSO/iKi3dyvD8XBtS9EQFMFwcNvAmyLSx9lBlxl7hfYTyBKbw0UTtq8JXMpei
xeeKiMM21F3wMl6lgB4eJQHLoj1nmSxVF6ZSgPSF30mUxy8QJrVmoNZajDeDmUuRDJDcTSh5
i0I4OJrxTzLsGVz7jAttK1cRBDHJv+ItaWHiTUNYchLkQC04+YipHGh9TBtceyLEVm2bCqM4
2xxA7DxAWrfd4ZQAsyzKgraDY1jJzOVioDr4lLlaaO4AaFreKg0vfqIEc8E5IL4BqUntoVTf
ccGvm5juKvJepaKHC5esnFxGSv5lSYtL4lh4alopNbIOxU61iDAUGA1mcLiXjGZiir0NwwZZ
13CU216bfMVaDSDzj1BOAN8vEC1rvZCw2uU8S9FpzdUPzABqN1ljrOaNcymtatswyoYmls8S
nS1hW7hL+BM9xQtyNbeoQfhFbn5XhAuHuP4riBPIwzxkfECEFUDTlllHhWo4UBWS5QrSwg2O
JuuceZc67Sww2cTgLlnoJsgri0mGDwl61Mo9Rucg2H+USDzOEKtoMjcLTlsSnRF0HPxFWxzy
MfkbqLgS6P8ALMy/3LiysLNL67hfDub+YNleLz9SuceCPjfL4l7TIoCUWUbx1FJGZTWJmwLb
J50Xi7mdrsRTCBGFIOJmbWad/ooJgxUStU8wst971AZBeipWTazRFh/MtW+7jLvsldjjFlEa
7XmCa1WzL5G++YnWF/y4ELNOK6mjUh+ZTJwxcyHdpf4nAChscS2wf4SxUfMGzsQYbC6h8geY
UeuYmo3seYr9ZHhM0fwsOwzcMFz8iQPmWEr6XFwVhhCXemOZXutQFvbEHBejCNY8+IbuSqxt
t5ZdWDGNPuWMpod1KUtciWTEOm5ul+DiXmlcm7+ZkP8ATLRcSAgkg89MzjPQpgTTxytHLQ/3
NOTy/aXOvTTLTuxBZY8Jl4vobIlqTF5QMMG3UNGDjDIGGrzK5D9+JpCcHMx00veJq1oZjZhc
HqIVbsEZbfK9wAX3zx+YrErPNep5GPRsx9xVgZ3M8L0EN70dG4MFMuYhVobPEeiF9cWcTKWO
LXx8yjizmMo1a8PEqJk5IDx6niFvR7TO/Pco51roZSLody2yq4rj3K/AE1HUGuBfEVtxdYmH
9phck1DZE5qBhpTHgj1uxj3F2NRsx9moObh6Ljy4XLG/mfIh9tzkvD3ErDKzXcsGDwmLL4LC
yOWmAldMJUc83F6MQ7G6y1F1i2uM8sasWi2GUiJ2OyFVnSVcmMgZcmXzkmfvK3mWQASCH2Cv
8S9amjK0hl1a8SmDH/MQnJrMEqa6JkyyvUR/DamxDHLxHaZsygvkLhYexmAL7fEtFQ4sRzAt
fcVCxZT8S2TLtmOvh1cZVpX6S8PR5I9ItnNwAGrfMGwtDUtODsY958ncUTYxZuYQ0pvUI/07
l88vmaFbwiag2GIAVDBxMIGf4PcoCQomXkeZoxeOIa7nmOUNHUwUuHSyhfCG20QYLTCaVOdL
m/q2+1gUqVa+iEHYcemB0uByjfosiN6B+qeGElQ1C8LUrkozmN4gI2ajuKB2iK2+nUQiKdFt
3EYw8qVUpz4hQdMaW/cD/BmGCmWqgG3iOJcxuJpbHPiIjlxFnCLtiFNNno6irWTk7gwUXg7h
Alr2qCbjgmfjuVvm0MFBl28xWepjabtrdxE4AtWKmtAoX+ksrg178x249CTCPQgnPlRxcX2p
7cTmI+s28eS8JY8lW/6lSZkaxZYId+z9OQkA6CKrK22cwoWy7HcYwqWLmVzvqAsMjZBXdK5g
I4qz4lGNzxCFOKz9Rwc1qaSwXUJ5Xi2A55qZCOrIumXSYLzHHMc2S7yOIJRfMGMCcs/EnSUO
D+8sr23fUEXFczH3CEKzkddRhgm13LDmXvWJdfJumUwmUT18pkaeeZoPyip3FWhLzcP1G31p
rdQ0YKfzARWjc7XF5ce5Um/ZC+B57jjhg4lnGYpvmvScDnFwOgeDKLYuniVWfM2X3M5WTg6m
3IcQQ1OWO0WUDC+K6jUa9DX3DiC/qGtQSwMxI5w3uBVC0gS1ZvGA9xVDT9PMNM4iv5m0B52P
+zUrPfMbiLezCjPsiWducN4+IcDWvDEALmyx1FGMBl2zyRIB8y3bXPcNhkt2Ioqt/mXBo4IJ
jFmV5ZghR/KIrBbipRfZ49zosfCBzKdvNRlIxgsqWURsfh6jdaeSW8N+Y/ZvHmUWMExWGS3R
qWLcLhVJrtmphrZeOiFlhR+5SCK1j/CbxYetSiKHggkUq24+PMxF4jBfP4lKcOWBmr5IhYV1
5hYqyrr1OTm/bUYD2w4M3KFGIDVo8iZAXnMVk84gC8jDDad9ROsGWOizMAwqtl9Q7Ctvcoo/
SBMhiAc/UK4fBzYeE4ifw4qHso8QP7I3ncLnuJkt/CNfVukFaN0wbzAK3BoENWxzpLVFsA3X
1DGBpuWWhzvDgl3Bwd/MtlHRg/ExFtqsym0HCt+ZS5clzPSWrpLAVEtwT6QO4VRaeSWJbNMp
aq2LlAPFb8xzhhagF4uZiYdwU0lGV6mAeF2SsAoDUKwZfB1MzI4th6B5qUvliO+DUALMy8th
mEcO5qT0BHKITNrt8S/VxymF6GjH8yp6phqIfEm78wT+CIa56jFWQ8YC9EuHRDEFt8QwLs5g
SHgdcRcAFtMt7yhycSzLA5jLE9plOHEKvJ3K0HMdaDgy1dxymTXHAGhc/tKlFvk8MEcAweZR
IqbGEjgo4ijSkW1HOfFxHadOXnMYsw2f1KJf+o4HyTMIvR3Gyu/DO4BklRxuoRqTTcMKkeeS
UA91H8RkhWjbfA3Z24K1L3MHSq/3LdS9bUr6hUI6mxrI2jWfAYlF7O4NNZQlVa4sTC7238QU
NnQxelwGrgtLy3b+0vctmjCFKJUY4SamTh3qbJs5I2zhR7DPLzPecSntzwg0Sy2HqZ/Ur0yk
cVVMr5haxst3AvgGOSJFWhZZK/MXdZg9gqEKI9FN7Imyw58xMBUsJeF+3PKiZuVEx07Ipbbu
YQBh5TBWWZnN3xPWlTUvbMb54RW2ihdGzm5XVlYCpkAqQ3HDsOUiadnqCCrSD18dS9l9kXV3
PDC6tS8y8hOBe+qnlHaqDxc3SIa8/MR02ccoNuG0GDFmJTb5bmJp058IUbKLEs/EItfLf2iS
IhQea8zVt87iUWOj+8FCwqvOJX79kjUtHsns/H9QfGlrHkrcV4uWrbxMbHZTZThRHG1isxcl
e6i8TUJJcn1DJr7HuGQuXScw0YoDJPJlh1DWDUCpcKzkQ8vMKw1kXUtYYdf2JgHHcGNoxBKL
lslbKX3DzQM3X4l9Fj1upbls0l09yyFLYxfUtAPjyPBNEldTGpzAONtzXgxboQuvhC9Rm7Rf
2gykPQ/eF6e73fEIutN8zYpbe4oFZ8kfsq5lAy07Iiw+U4qvMpwNQc1z25loGzmpgTamYaEQ
7mc1Nl8wGilUlrjJL5hqBWzbEIhJjglw2HpLGMstJtQZ6qGEz5BGZmQtUH6C4XKQhXlqL025
/wCXPFacl4gOxj8o0pXQEEvuByQpaVfJikLDLB9GN+Kt0yCK42KxhsL+g8wNipV3/MU9EWDb
1WoZwc3KsOfDUtobb8sRSLOfE01ZbMSmLCN+ZkGrHNEc0E2J6vwfEyAkWlhsuyU0f3TKz4cT
fTWO80WDLJh0y10viAqte4xgZaif0nUQrWANiC3UPZormO6iWV188LVFkH8xStxKuTqWGUJa
GXN/iI7bWRxDIC0cR/2ywJeFYo/mDhTXqeZQHUq1qsUcS1MFx3GjDBBkQDqNoyrE8y4s5o2T
PaKusfcbL/m8xxmi+aX2KuUMTKLPdfxBKk2WDgBwVA3A5XqXyj95kLgsr9onIS7XinzKB0LR
/NwZVcNYUzTDuuWKbV0ncGDXBd1DSiCW9gGcQUKQxce4GH34l1XhpqX7HV8S8FygRW1WdT1S
9tgGdTSy9RRmemOk2fEppiGXtayuoxkPFHWAPA9MAbHGJqHA/snhoVuFdehKDYfJ1GOXxXcA
MjtrERU0ZVBTxYz7gM3yX5gBquBKUppzKB55i67ZfEoLf1zCyE5plt1EC+vEY4ojQM3BLGDX
cWwPmFIZ6qLZs1cTPfkll6I4s2zQB89QdTVuq2DkmKtvMXehMPkgcB5MwdQ8S+WGgavzFURe
+GYqvHFwR3u3BwtlPB7jUgGajapqMaKyOoF4b4CITE+WKlYc2v8AiH022+blyOhg5YgdO2B0
Jwdv1LjC8hy+pUL5gIM6csVBBhNzI2RubRuesgrSv0mMbX6MywQ6wogdHiMuRPEbgDh/2V3w
Gj0rF1Gh+Vy+rjmEv83llSuzNSuxRd1MlrxdMH0tVw+oJixitsaFHmS4dtGMHaOfjxKg0KzD
tGooDDjuUaUxs5lRmvUIqZRdcyk4DeWirjr+p1Ejg2+ZiN3iLOKHfUJLc4DEQ5CBB92Irg9I
gU+5krZFsYU31KqhkNsLKzKjbPMCvzN8wn1R8Sm6tEMm3F8dxI5wrp1KTRjGFxTyhVT9wojZ
u5+4pLqU4mcV7Tr1GqB9kqPUwBBq80zuCsr8HDUcEPyXFfZEOygEMtcc/c+EIiGsvKy+Ahoe
dLMFR5ZB9S40TlV/tNaIfUFocJ0QlCrnl9QXWLuqYppnTFX+8C3rSDG2tOfcwOOmyyWAjsLA
lIofYl8APP8AEtLwj1NJu9BADdcie7GBWazK+6dpTAUdCXyekWgAAwpuUDjI+IT+ahjIkZt3
9wvsLyGvMNrrqv5mH/yU1mV0wEGy5mxHmoUxVmf+xZb8JtN5y3GRR8JhVMc91L83pqV4ThAL
tPUzJTwmAqwLR3BKhSrgsxs8pboyeCZvGYXFn1LdaamZX1L3XMsBx2QY4P4hqrkuCIsOvmOG
PKYoRVGx+JHcMuMxpsgeq4GrX0IxeAOQh0FNYxW92jzPOEKaQmTydy82SazqfV0jUw97tvf3
AWPZd/iWXba3KAzbVQXC7ppnbJrsgmlOSZ+2CSzoh8gixYUR1XJfbGohDF8MQcOHURqOqkwB
UOoAlPCZcgHmkPlCgNZ8zKD5dTLtrx5IJyddwUXv5RB6R4MQjaFfMVenmYBK5TBQw+2GA1aS
YsdBCgJ0jJwNiLpNhphTffP8EJ9axjG9TPHtwY4Qm2kRoUUg4NOagLMaXG6LLl8gzSHqwbRi
MFfTxLRvJll7tbg4+nU+1zEsEKAmBFr4iBvPtF5n4CJWy4Z9wmCz+8yBt14jStMUwfB0i7dY
cHP3MblWMuJs6PG6lWAMRbpOkRSLc8ZnHR1KYAsXFY2P5IRWbwRz0F818QFmOmCYqt1tM+Hn
8THQ6viVOPilS6mXNTLbWUsewFnEvXraOUgKCjZSMHCM1ZGWwoU089sLIO6o0FTdQeoYdmqm
WgMHGLZWoDEFKcvcbdF+XVnqZIzTb+poU3LuoJfOZYkVpOJaDbDKVCu2WEeeeZccsvpDhPKK
4LYyVGzw3BBZTSQpltGQytQoz7R0WxniKrjtgcKHMJivJVhKhKxiEeT8zrH9xma0OH1CanjE
uHtFWUmT9LMw3oNSwKnzAsFXpMTZRtnNGIflYz88i5Y9lv8ALcEN46fzDsfuETX0MXcpqtPi
JkXi4sQpZReYArldvEXam18ymWf5xmwOB3LMVjLfccJTpXD8QD4uMMYDWOkZnRnRGWa/TFcy
NNy6tRfNT0tXXqUgXjLmCLrHXzDHs/SgO1cHmcqQszFvOHKZ67HDcuvcvvqY4Tq7/DKCyzAh
EAEVOM7l7o4LnUxUN9dQyptZy4/iBVprE20mM5z4lfpX8RTThyzwQdZjrTwi1IcgcfiKcnMe
Zzl/vL9ftL34Msro4qZQwibhSywv4TI9bZh6LO3ripWKmxe/3lq6VRbKivoNrzDzAtYM5GD2
xj1iwo/MU+ZQGZ1x5smXv5nrlzD/ACz1Kopzx1KotmlOIDbBpC6QQgpLOZnqUxzOPGVFRNT2
VAnZnnmGM21ibJbdZuXzFvLA6Z4IldIuLWHRtqVCn3NltQnoHmWQ7aOYOUtTMHVKvRj8yq9n
4XUJ0VwFcwLk0+zN7HNbgv8AaBChcNNphlIDjwYjhIPLaBWrOaH4JO78Rw0sa/llkmdJz7jH
JeIBZnCGsI8YLrDnRFqynINPtiuejj98uCaVf2hoyG27uNgv8vmUvLZDgl7HhPUJ8y6r4DT9
RV6dWkmI4KhK+SQUijMF7QxBzSLg0gBUZaJ/nYa3fRK0UcoeEn0xAsCw6mJRpUBiobMB639S
yKMDfbGDA1WJQ3ZeWZxAPXrJk/7HEDZ7+Y6GJLw/iMxQebuWVdF446g5DktmEGo9x44crk+J
p75QubdCbp8PEQdq/slIAiSLtvFu5sxn8QBadR0NsR4+EeENJd9QvEo5Y6mEzTl/ibLT3Gqa
NO8RaHI8VMiKaoYG8EP5iMPt5l25IwZGTKcuCZRX/Dr4mC5DLcTUlPqFF2DyNTmbV2qpfP0f
tUT1A32gBjs4qYk3/wA3NRjd6PEqgaF6qdasiJ3lbOSImSCJaMY6Spvfj+zBvqg95hYyPgwQ
Nuu03X3zOWvsYIyKHO566DzbEH1tWz/soZunqmYi7O19QVksO0agC5Op7Knj4g9Jp7g7NaPE
Q6y8r1P+oSi3LFRUzb7gAt1gnKX3Ma9ufEDn2n+kPMcZNywoHDMPiS2HfgZo4lPftozdzHWY
gaCCgxAWq4ARzW1Dpk1B0014lxo69xFDA3U11cbo7zN3f8Q9aH9oKjZ8zBnnzuCFozKbrTzC
95MYYPA/mZE3pMy8lRk/tLOqXmMWZOZXXZqglv6RbDXhDlWfhBVZebyMXcOiDbgOSvxKeQc+
JTZCOmCoFzTvTEtEFbrKxcG+oqwV0EDr8peUkVkCsF5hRpT7QVoV5QoHDnxGkZTF/MMH/i3M
wlQpFDebH1MlxU1c92g1Kjsw7EtYWvBEnKMatetRNNbzwruHQOoXx1Gbjgo0jQri4RtGuH3H
FnejxAzDHbcANY4YlO/3/qcOkFQGFgjGUkOiCdFymuWLugQLNsZF6MxPqpaolinDe6iFg62s
+oHawa91LBLtdCmPo/0TBKtE1Eb3wMDWrBUUTAWcTR2MxjK1jK9xrGOfMR48ykZsBcDynYHJ
KyD4dIApMc1MjSDWi8EcnvEuuzWplFWeJ0YPgiwsLZr/AFNVq28JmtM73EaRwLWZkfR3BaWe
I1lhY6V1BRmGRiBWzm+IQJum1JmqA0NnzFKFjj36g14Nuid4OA8y/WXp+0IzPE1X3OjuHlM4
CpXgcFEduC2yeZXQ3KvvFr3FjtuVftCzNOPHiUoO1MDLadp5lDCZeSVZl/SNgqsNtVDq3TcB
FH6D3OB3tyXHI8FTJh74m0N3mW8lP9kxNCblY5XPJ+0Kzc4xFhw8xZcnM62YK3hvTN/viIM4
6iAq714eWO30MNat3Uq9g1iWJTiLSbSu/wAw3AzvxOoOhauO/MAyqHxmUsveZAaqZSwcRY6K
wTqPyMQIVhC5Sny1Gej+IZuGJswHXqa/Lkh8blbGyVp3HFZvZFuFL/kmQlJpI40eRuDbX+6X
G4kjumn95mLXe6ho8Aw/okBagz6E9RZbNPllO/E49A52xHXvP5l9GtrzBtk4O5Y8rbt6jbMH
4QzvmCKlWgofzBCuF99xuEbJzKlYrtmRLqgXUamTowdsoQVYrR3MkLNPP3AhOfZ/1B1p8se6
Vrz1KBWK8QOHMuL6TP8AmouDriJCpbJHsIf/AEzG3GzXMpWlIlHatajo7XbP8pMHzLBvFfMa
0fmBUzfcYPHsj6BNXPVTAKDDtjhrZG07CfmCROWOKlEBdJxGyZjiKKUJxACjRscxUU90YbcS
xXcsIAoJi/KFCw1MARwyEKyPJgfhEVwQNplMPUyVj4YJ37XLAox+aBZeLbMpAyvTzF6U46Sw
WBYB8PMBXMuycMV6CvPmKjXpFKg/cS3NQr0qM9tNTkgXCg2HMT8i6qYaDj8Avg6JmVxg49kp
+YLRSvUqlwuiziMYuFxoWE5i4GddiXmZN2NgzUMPYGGXB03r9NaQxzPolRExp5uCzHIb79RV
1xwaYV88y2racYlVtSoxYUVzMCqMV/Uyyh53Ux6Zc9x26XjmXB/z4iPHGaXOZ5D7lxrVT7Xo
iVBxMdXmLkcmAd/ITIHrUULBA6vaZmG4o027gLFngyw2TWCc7dscqHeFq72cMa81iBFhuaLw
OK6gCmp47OCBwGHcHgKgi3mYpur3CZZgc9xWjHMcL3bkmBW2uLUCp+pg9WXki2TnVO1hcF3d
t7miGc+UByUY6iAoeHiXEi3wDmBTAtiQqaq+7AsKNFY8QfdovqUZIWuf1hXzA0QfE5hroqcp
zcykQTC7oAfEUUN4uJPKzyuHbVlWwlqrjRAM2Zqv3l1rFpDESlLiyGPh6F9TLdibf6mGGqf8
ESjVDBiIQW8pqHhXBB4HeKiVJYYOph7O+dTEvKhLpn/OJrMeparbXcDWCFeCeFFGjqXqmb7l
hLocz6/mWnEz+OIpfC7uLwwqvN+PEKW08RxhrdzwS1fETgXzM1scHcFfBzqoZDLbDdZO0x/h
GBFXuAFLK35l1DFcSr4ys99kizCK77m86OGAjNjF/wBy9SY6I3sfc5DQYRRn8/cwv3/EyQEO
JuX+sZmX0koS04Vm4LvPh5iBJ7Jnyis8wyOfziXOM3Mf2Px4mQLBvuYEc1z8Tml28xooZW5Y
RwDDrtgbXj/MTU6X0lwINrmZGxRFSF6qLtANUQmG1umDk08wKS9XxCmWBuFZ5CNVHpUWPykN
E3sEWJnTs9QV9e+6hnJ/KvcZml5ama5codUB1L4xKqw2qUtygzLYaYxfyWTx43h8w92TGVr1
UuG3cKMJ7xKdqvGIa1VY25DHxAsAMG5ZozBA0U9RW8+YRrQ+YJexdTAmTygk07jm09CVT+uY
964mhF00vUFIs+YWQ7g+/nBjBRwfCULITfp3eLe4gHfUS9OHMcr+IuhV8zKMvcUs/BGHpOS8
4lC2HPMYZwOhGZprDvlEAL6py48xjSUqwiSrr33BtluylJWSqxCSruuNy8CvHP59RNCegTjz
AQQpXS3aE7R+EQaQfFGch9pW2mVX9TjMPVwMorX/ABimwrhsqVk5Hv3mFS79pVNUNVCEBO4y
2y2fcd/LGYya6ToCF8TBZFmbb5n8Itc4RjNwNPmVpuppMUlfoX//2gAIAQIDAT8h/wD13n//
2gAIAQMDAT8h/wD13n//2gAMAwEAAhEDEQAAEBJBIJBBIJAIIAJIJJAJIJBAAAIJBABAIJJA
JBABABAIBBJIJAJBIBAIAJBBJJBJJIBJJBIAJABBAABBAIAAAJBJIIIJBAAIAIBABBIJJIJI
BJIJBBJBJBIAAJJJIJIIBBIIIIBIBBAJABJBAAIABJAJIIAIIIIBIJIIIJBABAAJBJBIJJIB
ABIJABJBJJJBJJJBBBIAJJAIIABIBJAAJAABAIABIBIAIAJABABAIAJJIJBAAAAIBBAAAJJJ
IAAJBAJJABAABABBAIIAABAIAJAAJABJAIJBAJBIABIBJJBIBJBJJIBBBBIJIBIJJIABJAIB
JAIIJAAIBBJAIIJABIBJJBBBBAABIAIJIJIBAAJABBBBJJBIIBIJAIABBBIBIAJJBAAJIAJI
JBBJAAJIAAAIBJJBAJBAJBBABIJIBBBJJBJBBBAJABBAJBBIBABJBAIJAIIBBAABBJJIBIIB
AIAIJIIBJJIAIJIBJIJJJAAJIJBIIAABIBJIBAJIABBJAAJIAIJABABJBJIBJJBBIJABJBBB
BBIABIIIJBABBJIBIAJIIIBIAIBBABJIIJIABBJIIAIBBBBJBIBABJIIIBAIJJBAIBBAJJBB
AJJBIIJBAJBAIBAJIIIJIIAJBJAIJJABABJIJABAJIJAIBBIIJBJBAIAIABBAIIJAIIBBBAI
JIAJAAIAJABIIIJBBJBJAJBBABJIAAAIIJBBBAABBBIIAIABIIJJAJABABIJIJAIJIJAIAIJ
IJIJIIIJBIABAAIBAIJJBAIAIBJJBJIJAJJJJBJBJJIIIAJAAIIAAIBIAAJJJIBAAAJABABI
JJBBAJIJJIIIJAAAAJBAAIIAJJJJBAAIAAIJIIIIIIJJBBBBAJIBBIABIJIJBBIAAIIIIJAI
AABABIAJJJIAJJBAAIAIAAIJJJJAIBJIAIAIIAAAAJAIJIIJABAAJIJJIIIJJJIBBBBAABBB
BIAJAABIJJIJBBABIIBIIAAJJIJIBJIJBAIBAIAJJABJIIBIJAJAIIJIBJBJJIBAAAIJIBJI
BBAAIJJBAIJBAJJBBBBJIBJBJAIJIBJIJJIJIAIABBJIBBJBBJJJAAIBIJAJBBBAAIBAAIAJ
AABAJJJBBIJBABAABJBJAAIIJABBBJIIIBAJABIIIAIIJIBBAAABBIAAAJAIAIAAIBBJIAJJ
IBJAAIIBJJJJIAAAJIIBBIJJBBIJAIAJBAAIIJABIJAAAJAAIJBIBAABAAJJIIAAIIIBAJBJ
IBAJBBBIJAIJJIIAAAJIJBBAAIAJJAAJBJBIBJIJIBBBAIIJIJBBAIAJJBIAJIBJJAAJAJJA
JIJIBIJBIIIBJBABBBAABBBBJAIJIIIBJIJBBAIAAIJABIJBAAAIAIIJIIIAJJBIIBAIIIAJ
JBIIBIJIIBJAJJBBJAJBAIJJBBAAIIAIJIIABIAJIBIIBAAJIJBBBIBIJJAIAIJAIAJIJABB
IIJJBJBABJJBIIAAAIJAAJJBJJIBIABIIBJIIIJBBJIIJJAIABBBAAJAJIJJAABBIBAAJIIB
BJIIIIAAIJJJBAIAAAAAJIAIIABBIBJAIJIABAIAJIIJIBIAIABIBJJJIBBIAIJABIIAAIIJ
JIBBJJJJIJJJIJBABJIJIIIBBAAJBABJBIAAIJJJAABIIABIAJBAABBBJJIJJABJAIJAJIJA
JIJJIAJIAAIAAIIAABBBBIIIAIJAJBBAJIJBJBJJAAJIAJJJBABIJJIJIBBBJBIBIAIIABAB
AJJAJJBBBJBJIIIIAIJJBJJAJIIJIAIJAAIBBIBBBBIIABBBBIIBJIJIAIABBAIABBJJIAAI
JBBAAAIBJJIIIAIIIBIAAAAJABJAIBBBIAJBJIJAIIAIIJBJJIIJBJIJIABABJIIAAJJBAJI
ABIIIAABIIJIAIJBIAAJIJAIJBBIIJJJIAIIJJAJAJIIJJIJAIBBJAJBIIIBJJJIIIIBJJJB
BAJJJABAAJBJJJJAJJABJJJBIBIABABBJABIIIBAIIIBBJIJJJJBBJAJJAJIAIIJIAABIAIB
IJBIBJIBJJJJJIIAJJJAJAJIJJJBBBBBBIBBABBIIIBJJIJJJIIAJIIJABJBJBAJBAIBJIIB
IJAJIIJJBABJJBJJBABBAJAIAJIIIJAIABIIBAABJBBJIIJJJIBAAABIIIAIIAIIBIIIIAJI
JAAJIAJIJJBBIBBIJAIAABBAJBBAIJJJJJJIIBAAJBIJBJJJIBIIAIBJBAJJABABJJJBJBAI
AJIBBABAJBIAJJJBJJJJAAJJAJJIJIIBAJJIIIAAJIABAAAJJBBJAIAAAIIJBBJJJBIBJAJJ
AAJJJBBJJAIIIABJIAJAAAIJIAJIJBJJBJJABJIJJJJBJIBIBJIIIBBJJAJJAJBIABAJIAAA
JAJJIJBBJIBAAAJBBBIAJJJBJAJIAIIIBBABJIJBIBBBBJBJBBAJAJBAIBAJIIABIIJAAIIJ
JBJAJBBIBJJBJBJBBBIJJBJBBBJJBAAIIAJBBBAAAJJBBAAJBIBIJIAIIBBIBJJAAAIJJJAI
JBJIIBAJJIJIIBBIIJJBABJJBBBIABIAIBIBBJBBJJIIIJIBJJABABJAIJIIIJAJIIJJIAIA
ABIIAABJBBAAIIBBBAIBIIAAJJIJIJBABJJBJIIBIBIJAIBBBBAJBAJIBBIBABJJAIJAIBIA
BBAABJABJJABABAJJIJBBAIBJJBBBJJAAIIAAABIBBIAIABJJBJIIIAABAABIJAIJBBJBIBA
AIBIABIIABBJIBABIAIABJIBIAIIIABIJJIIBJBIJAJBJIBIIABAJABJBIBAAIBBABIBBBAJ
BJBAJIABJIJIIJBBBJAJAJIJIBIAJBAAJIBBIIBAIAJABAJIBBBABIAAJABABBJIAJBJIIJA
JJBIBIBIIJIAIIJAABAAJJBJJJIAAAJBBJBBABBAJIAAIJIIIJJABIJJAJJIBAABBJAIIIBJ
IAABBBAIIIAAABBAJAIBIABJIJBBAJIIIJJABAIAAIIIIAJAIIJAJJIAAJBJAAABAAIJJABJ
IIBAIBBIIBJBBABAABBJBIJJABJJBBAIIBAAJJJBJJJBJABBBBABABJJABIIJIBAIAJAIJAI
BBIAJBIBIAJJBABBJIIJBBAJAIIABIBBJIAIAJJAJAIIJAAIJIBIJJJBIBIJJAJJAIJJIJIA
JBAJIIJIAIBJJAIBJIIJJJBIIABBJIIIBIJAABBIJBJIIJABAJBAJIABBBBIJBJBIJJBBJAB
IAAJJJJBABJJJJBIIJJAIJJJIJAJJIBJIJIJIBABJIABAIIIJBIIJIAJBAAIJAIIJABAJBAI
IIBIAABAAIBIABIBJAAAJIJAIJJIIBAJIIIIBBIAAJJBIJBJBJJABJABJJAJIBBIAAIABBJI
IIAIBBIBAIIBBJAIBBIBJBJBIJBJBABJAJBJJBAAABAAJJJAJIJJBIJAJJBJIIJABIIIJIJA
JJJJIJBBIBBJJBJAABJBAJJIIJBIABBJJIAIBBAIJABBBIAIAJIIJAIBIIAP/9oACAEBAwE/
EGLgY+l1mPEhGUC3F3LsBoqseYOhJXRQ/JEWzC2edjKONGGhX9w0L9AGXu4iwgGiWFW6GqAh
F4J1YK2sH6KQWxz8zxgAMeCCAWQ8M+YISgtKzfxKofUVTjjmUwaUqYPOIoC6uzk8VGtALkcH
OEScEtYqMdYhwal7IUOV2AAQc+yy13hxBRvzZYd23HAqluhSXjMyQpvBetxooDYz8mFCNC9o
Sr0uVmvuPheBoH/kyZRKsn5ZhoAqwncSpncig6WB5JLDkfuMoB3a4f8AcuewIILaCz/MFHFF
W4Iu6wsBf2l1UQtq2bzOOvgaqD6GBcIeJTs8CLX1HVeirwPxBgKGLNN5xmNLaVlv3qW7pVAg
/eOyvsth0Bd2v8yqxG4uvUciw2XKWGtuy68RNgbts6jAYRTmHqDtq0LsHNMoMfF0GzioBtuw
y+yAMcw4OZdkrQwzxSBkGFrwjPaFgWzwSkHELvbc2wS2wyeo0mbUoSVGxo6x1Aiy2HEt+YBZ
VJaKxzmJhMQBHNOpe02AqG9Y9QDe8ty9o15NJMX3PJhqpY+qohgVNCG3w9wNdZwDN63qVGQ0
LcicSum550Y2MoNoawdLHzUJAgy3gb4ihAoauriJzcFgY7itBouxTUbClnjfmLVUEW9o6EdF
NGOY6WmzMF17mXBZSuYhnVYLYPhhhOahRKuNTiN4xg0Rb1FENLpjfDFAi/DK2pNv1M0JkR2p
peyAQmWtF/EvRIL6RBvLQpY+0r8WO1b4blJBRrvV+YC4bmDn4IYRQinNRQKN2H+GN2w2Xo8Y
iasWVGQbqFtl54EccqpOY9ADgOGJyoiqM+2aplAm6O47BVMLVdRgFAXiPzNaGwcMuSR2GbOC
WK4GO3ErKRV8wmUO7gfYsqojo2DSKzFKElWwVF9FGjVxKByY2+5YcV0W4ZiQF5ebiZsC/PzC
ACtdCBtuXTqiqGmr6iJZZtuCmoiUkNCdMIZBWdw+0Xe2JfQOSK2OMZIPaN5B91uV8loVr6dT
CKtjYh1ZDwNavh7ylfL2GQb9TYxpQyZhreLTJcEEaAKpVzREJB+mauKhRT5T2RgqFLnaGWCA
i5yN/mOZa5MqNBK7oKUVUENaqap33AZAgBTJeS73EyciMt7qCXWl5zg7hGWlG7Ffcpbb24cE
YLVquxzRErIBKRHH8IE8h68yiK8JbTtF5YolLFuVp5uXQ0uTK83zOkwDdrpPFQWALtrDeJnk
ZYbBviN3PKhwdMCVrE5ndF6lfDq2sS7oW4Tm5kIdQ7A6icBd3bRTMGy4Ta/3mAnGLXVajq1o
3pvPdRGKuqxr7lgLDyGGIlEe1H4g4G2i3UzIIulguXLYtXfMoGrkdo+Yd4i/c9xyseoGAfk9
xQ5WxlTAAAA1j3GNAdGQ9TdohbeIYSx4J++pSLVTPiVCuRXw8zPAJdU4jHZDmKQ/FgloCq4C
2+5m/bI4fvcQgsUUbaNEvh1oMmZxgsG07gkMhh5h5iOfZ5jtOXHTPcWXvd5EUnR3UXoEp7U7
CLTHNqnriCgLwc/Up9YQTVy2FtU7PBYMsaUyq6j2KLa4PDMbBwuMnxHJHtKfcBdLdChORii2
hhS6gEG0vAzw/uNlASw24zE+NlO7rClG5vD56d3cCS61lyHbUR1sGOfDOMioawxKEw4GsxYa
iq1FaqEQVgDVlHqUuCWAQrzfEKmH3UHhlYPDmWaUZQABZqcMNEesGTLpp/2gJ6yakebzzKVi
0yzV9QsNvQLTRbbJ09lblMlre/yi9olaqQc0+ICNFNZpESGUcaHOY5ALku8dQ9EoC5q7uNEM
zzR08ty7NyoUt4qC0DfIFYgJdZ6epRIplQrf/JQ0YA2V23GkkXD3EcxFwgogFNcyy1gCpOB1
aQReqeIXFQ7bQ2LoqbgE2DdTYbSLtL4mNQAf2RahNja8McXLVhY07adxEKVEC9RMRrDdbm4F
UBKFbZLLBTA9TImPtXiOAt5hzAhhYWOmAsLRZyIgmCpGYwE0Tq/LNxAOr5I5IJLpfMvzShlB
sdQ5Zpp57lOuNUrcQWlcNC9MxubKdQTpNrlEsDZM+KlXTWTliGqYvRfuFxtVKQz91HtoALk4
glilsRF5xm5m5j20K/kRCtVci+JSfWKwIRWYMhcPD90t4A6WEYxKWpt+YVOIVLA9XHmAuQ3U
SEC98j8wKMLX0XiGqLhgxXbCiCNGA73CfJOwANWrEgM2Yy7Vr3LGtOchbeqgWnB5OveYh4Qt
01xxCjNQAsH5Qr8ilcsialS0duw8e42nlX40wDUQkDQmwfUz2ldOnaBBpb1NaNcn8ZenlHj1
UNAzmUAcW15l8KZePpTiUAzMYNuM3iEWviA32M6VqLMoQsGgSswdo0TGo5oKM0zARgiFeRgm
Faq7FvdRttakBq5h41VX8osBvY027ICpMBM8YjLYU0+9xQrKGGiz3FHhRLaQqI9YMFp4XOeL
Wh8sGXSrEAOqzFnbj/gvMdSjgS5AbgA1sFtXGAHDkiJYrYcSzosem4Bct5PJFbUp6KjYWZGb
MixtGWg1+II4O78QTJxqxFcUyw5jo5Y3DpljYGGZmsFHcX+kS2LYYngmK+SEOCaOJTpHiGKA
MK+hRmKhWmcH3epetDoYSnsjX31HkZfCXD/Qa24qU42KDlNCZu5Vw1sAPUvAYD/AU4YhABS+
xvE8z7lKTQsY0auP3GQG1csAaVQGs8wUAF25+YIVnypu4SsRtNNaxM76ecPjbHSYRM65LZ9R
FSmsjrKEZOMaXTdxgwBa2p17i+gCmHNC6iYvpGDPB5gKbncq5PMBfZRnuoZt9bM3rNsV6EnO
h9R8CGBTZcV3EEFOgod/Bc59wHDxiBsEoPY5TyTPuFaUN+ianMyz6rkj1DWpoPiWsMoFs3is
w2WsTLQcQxew9vGI6nBGqMPNRcQK7MzxTKUBThJuNEArlG24Ba0t/wBRWp5snMRwTQ5GAWn2
IVZsFgeZVqh0NFAeAhIXcoLwDuA5oBHBe11HGOC/SCElqYFSohukbJXhzCNmpYUkIarFfhUP
s4H54ZcCrvD+GAkFlqH8tRni2iNZZQqIIUYGYk2M0xmWAXI7lEUb+VQaicXJyYgxo0mz8Rq3
GAWPEarKS9HcpqtyGi4zCLgAqxawEyjn1LpAa1m7lmoCBLwyl1DanXaXMhnrmjLMxCC7P4QE
tcCD0xhbjTkH04gWDVoEV5jRZkUcMdRmVSyreKl9IKFvAai6vEWjxnAfNkQ6oHe8ukg2tKgw
vJ8R6cvBukr+La2sdbl5YilDj1T+8GKi88phulrigHNEEgdhSPFcwsHBWwAYteJfyNv0HhGN
5RX0Y/0qGrHzH6lhLxZFDhgoGfUyvYonS85mp6BTm9Q0UhdJnVyrWcMV8EapDiQ6qU65QVLX
q4TS7u+Z2iazLNUnjiXEhh2Z2GJtu/Lh1VMpTSFHhfcVsknDeYLfLcsVcUtIaD3GCmD7RXZm
OMTfOA+EuCi8X57uVbdeW9+yBbB5gO2DBlbmftS5OoShSVHMqA4qfCbCx047lhQJkLbUjYpd
gMMX8/ZE5Qgld3AumsBZs/7L23Sl+9QYQBrSM47lHNM4asjYvB1zMECAWODqptAC3YPEYeyk
7Ya3LZqdqCWYjsCg2Z9wLXmY8vgHT8RiFdhukbIkEYWDHH4iFh65skM2LGVlxIYKocYiBVqO
2YYfsvEjcLFuNrKOdPuccgtPq4NdTI1k8O9tzFycGldu5hsgWwoyogRHLle5/kM2gW7ar5Hi
BLnY1V8G5eDUNWdtqGhQlgNDr3LKhTgts+INX7mdKXhICtdbUuX9y9BTRqDuxBrFnAFrqX6g
PIaaiztAjI9I7ZgmCZPmMjqc2uo8gLovWAxsFa9QO22HkTzAi4HIUd7jJFwDd54YtVWGSMcM
MEbYeYAigFnfDUWYXF30B6iPna3Ct+JjLZjvlUtFGOQvSOSRFhHwS6jzJlUPbccivBi9lbxp
RzLXByFyVE7VLrym0dK8OUaQOdjLFrrgBqOoDl5VG01WsxqCTemznzAAMrmjiIK0KO6ggNOE
JGQMpTfUFFhssKctqiNm6Uaw1slMoKDRXKMbUnk/aBVhTYFWEMgtKsKriKMGTANkcob5hzYp
aKmZZk11BAsoUt5RQCDS1JDMqS5IuJdVuL1rVwgMc67O4IsuEC/mYwlwNXqBAWagaRrF5iaQ
rrSPKoHDkDBiDdSnowO7ZhyJ4IwMIiAEghunshykUYeAeYvWudnVcAbBBtZrl/ED5qRNTkY5
WoLgrqDenkqxdy+x9se5RA2jTAjv2dmEn4qXTEoqqm5cb3AVSdSkgTkqU6qElbsDgDjLmVBk
bhXbfqW6xuGbJ0xiOVjoOi2XVFRL/KEkmzQlVolQjmHgO5jE94AdFsv8AplHnqPlVPZvb9Qp
xq3m8kRlCsKAW3KWpqt1jYjxFcvWy4mIC6JnrMDGQQqskZykDEp/CKUeAMOXJCmutotHAymn
4qC/CCqTs6izLVEoVOgYn4OwY5vcNexguqvNwMRVa8QbCFJkbYslVW1Z1BiKEbCIVcNrtvFV
KmY2b3vqETO+VdzDBsEMPuJStitqB4YugwQe4lRo6NzRGDfAS0fTsv7ECL5GJ7BEj1jS4XVu
Iy7UFW8WwcH1VVgVCg4EDVastZr5Zs/8EurBDFF4pIcCjaNDtcY0FUKL7lzGbQYvxFzxcVbr
UsY/NMTpYYgth+/cP0BbyI7PykQScwa1cyK5zOh5I0+ZnADAUczCN0gcCsQKCkppneOIu86s
OPSAxG3es+SbZVP7wcsBSJS7/aUmkLLslsMG4LN6KgGgstkMmn8z/iMrb6Q8bxcrUGsFaTBZ
MkWuisvi4HF8zJd8sHbt+Fw43CO/DS7N4I0vCgQZc33AEWNo3hojNlsFpWEP2hxVIzkHd9Si
EsLK+Y6Le1MIxHaZvdi6j7JajwwMZUqdCrgB8INFHVwGPzSzfg5lngh5a04lRnq1KeeIX0yI
yPGYP5Q0tAyXD1muAlbEYKF8VRr+Iz6sJWPJUDJXk0lVvUf01gqAgcyu4aw8zWIhww67G+Zp
dwgfoiuW3AqHVExBzZMVLLatdeyKPFWk/mYKFvRuuiWW1yilAPMAGCUJ+6LDAWpyPeIgnAyJ
rxERWHEW/g5d1xCy2W2W3FTBZ5b69QgFcoNPATy69ADLmPHkQgCmLRhUssQA1mX5QSojby9Q
u3dACvURgFqRYGUghCAOQ4viWXEguHZ8RF1LEsrcEIDZTN81Hzf+xNzkqXw1WjyQssgkzfmL
6jKljRK/Dp18Mw9CLQXvmVlhQLcUSuVtBqewYgqANsz3REGUnkqlckC1ZBGTN14iiwaFkypA
jFLs5IVvQsqjq0TKBIwqh6J/hSFxA0AYrZ6gqrFcgO3ioC3MJyT3uHtAVhw5CUXZDPRNXpgr
AFXjwc2jBAKDkU3pMnHp+jHRNpGnIkQlVagobs3BxYAu7III8SiHKAJdsXK+OYYBfBDyvMsD
QFYqW6xjUYgCe27PEaon0q53xHAAplSw8vcVABamxWvE4TTAKN4qUUEwWrpR3Bkgaplj1Bq1
wnC3oidbepvxKYK71LCqM9ILULh7Yyirwb56gyN4uGNHqqz7mps7mRkeyboqqaHioJoMG00f
caFGeQ+mKBO1/tUVvpZYfdQHRFhwHuGFJFBZbh6MCLyjhKgUAaIDzcvwajm7utS8QC3S7YqG
QUqMNeoDAwWCtD+8Vcr+Q7uFTRUMidkxO8wO/ECF7NXyEyyY3pbTjxLRrWGh8sCkFk5TrDED
yYDnPmItw4zcpGrDHqWpPox6YOdGC4OG4UN/jiCiUcJ+kaGVumA7qN8xbboFgMUYYJgLqnzF
hApwgMVeaahwZ7ArPXCAaukgD9omd1lKDxXMFhFWigB3hhzTCiqHquSBEmoW1ecxw1hUunhn
hYkVZgWrTb3AtlUl9NwFWsCyrwox18KKU0ZykQNMBvHh2Xc2fMOhhsTDHWp2sOit8QvQlsl8
4dRs068suSkSRIMtdkItXKSsqgBVoEso1GudbTEm2LCvJiXfjuNNcZkPlloILSTI38bILISq
GnN5WaYjJhi84XHkhKAud51K2JJQ3XTVyja68xu8xjVbTi7h9LLQpvsY3Uwnou4sxtILkjC2
3WKqFmKgqy6iIbK/eY8ocEIZLMY0QAJRFO/uMCyrR/MO4UbGCMb1csuA9+IKksdMS4daAxib
1ojmt5JdjYaZu1aeF0T55xoObMep1bissZYStxdmb+0wyGla2NEtTNaHefjmZofAK5E6TFku
Uqh4jWjcuFFsJSpmAmWIzZW3mWm2BapRbMolU1aL8kU6KdRKtviIhhdHjM1RakXcsxbF8Q11
MkcvqbENIqp0ncIYSirVD8xHEE74/mGYkbecq3UadmR4FxgMS0ZIxIWmoTaFarb1b4lBY7GC
uTZEeOYLLbk4M0HBrLZ5rVwlVmBVsDuOXiqi1d1cp0+yUWJZAKMvOItoXzqL5rVkeUmEjWlX
UM21pk8OYYtAawGUMzGBB8DCpGxYIgpRHV8eWwHxDmITeu1ZXTsUODRGAw+gC8RIwQEMAgP0
LsCNZ9wYu2krl7hwFgEwp5mdBHkfEvTq3CDmyB7it3iNh1CgEHUF/qK0FQa4K0GH8WryjHH9
mEFCWsXP7waFhkcKFWEhaGRMGYaCNLbSAqwHK1HxAYI7d+5kyXKAZvMzThhuBnTuoeYQvJk7
lALcDcOWrzmyIgCitaZjXpiZgUeHUpXR0xU0lbzAZvONdxrtFxBc6dQbtd4XwQwHCoa9XB0z
W00VXHMSK1FFpxDgFB7O1UfQWu16Ri3Ni3a7oYhU0yDRfGYFk1ArQceJgCyhcvaX5Ti9YeZi
qpxWK8QjNWYbC5hrikoCX3HfJkM43uW00Ets9kQcS4zjl+JbVW2rtctEWhCaqGjeIyIFkyKV
ea5gKAtTSGQP7lPCIleIaJjMMJLFAYDr59RqbFeN9nvEqso2jSvC4lDAUrkXeSCCpU4uaYhH
mKDTPB+P9SpqZMtod6xK82w0VeN/xKY5bIV4mZnChYd+n8RndNBKH1Ara0oCcHqUEh3gFWw+
YNOlXhfKoJ8QpmssYgqNw3GeX3DSVh4M8TBopwVR5hA1Qxi0yrNBBaRrG6XslkyhV4Q0gpi2
MoiA2ktIK+WdF4AQdDcfmBGaaXxcqC8bxXAA3IAE95zHAJq238xM9NsCUkiARlhotlLDcWHZ
cD4XHb1rRyl7GoxLfjMWmQ1alkqVrnZv3BQur2uCSKtki3geATUtEzem0XgEElBS6DupcKLo
Cb31K2ctYT7I4WvhYP4maQua7+oNQF2MPYy8rFZV/UBa0N8D3FK4GyXn1C9tyAqviWQZ6X/a
b22VFB5vxBsQ7AYd8VKrBmVbZol+dg9MYu48OdYe/L3LpBD1MwWVCjq0pUu0Fov1EFJXk1mG
mZDA5GZGc3s+rmM6i7c8S4ZKVwC7vcVUUo2Riy41RaRLF4qY6sACkLTUzAD03Rn7Zf8AQCql
ypxAalbX+NqJEra7z/TxMiIuFFaM8QAILGTTjDzCihREWnXlcNiSlHwAxMovQMhBaW/aed9E
qHQRwQrXiXPBxHZIVEBFwHWYvCYULd1GDeYXHIJC+uluWdpmWF4CZ2uZfj2htbwcQQzM0ING
46A468lMVaaPUGC2cA5qVntrAPjUE1TJrf5mbZV2C5fEKoXFNrHqBl0WxwEeaLqJTpqME6kP
CoZkooQgeZWgc00HngmtG3QHlAZeEbkldI7hee67eOTaHFJZKX5OIw+jvw9alNT8lYOoOphW
ZvkkXWmDMV8EK8k8soAvWN2P5hzbvYo8XK8KG05UhGG3hYaspgg9i5BYVjKMSoi7pr9CLcJJ
VsXbaCXIrFSt2TFmXkFyx1V0DEBW4VYRQIYVu4WNxC1MItxZXJN+lcDNHXMzRTdABz3EGpLY
q3xpBzsHqj5riPIKsCUxBkEbD0HlLoNy9gclSgxqHudt6h0AdXunwwaZ21ZxdRRAGJerXEVf
bqb6LNS7Wo/dFteK4xcDCzD4Oo4I8XX40ckeBeMpF4Q2S+jG5qdLqY90WOBMaOo8dABb/UdI
c4fOKCCfPQnXFGYsKcrDTa4016jNZlDlfbxGwladwt5c4hCwi6AzvieZ9H9ym2PK0HiNhmZk
z3KmSJC1RX1EfDMgLtK1Hd8YDQtYriYRXM1jdlZJYrrTj+3HuLArZkKr8JWlBYuDxncFNAYG
3FsxQs20DmVFKRAVTAibC+OXtizAnBcr3KqDiuAfEcl15aP3lW4s26U4yQCVdphv3AuY3Sl+
oyI0K4ftBy3yL3HsDyyL+ZYiGftE7EP7pc1EIVJomAVOHcbRFjcvK0dxXRRxLQKrD0USq0Ka
lzFnWMzCLBq28ttBE2vWiS+ly0MEElKxTVRBxAqGavFZlm4XlItmefUpQIK2PtECl3+JsdLV
TavuPDtCg2xiJPe7TqOtKmSANDcI6CIsF3UDUEWWW9wfAyuV3pYNBzhQ9HbL/nPRSxuWtXgO
LXuIzpQN79EtXlrajW+D0QrK2dOU4NQ2TvguxXzEAbk07h5IqqdS/wBQx7eGUYUMCOS5WrTy
PuGq26FKwqNMxDNVTiYs74WKOPcohW6vMGW+ocyLpQw6GVqmwWEdnDH3APNE0vbTmsTfQwCA
H2vEWzqwgVTOBKHFTcS+y8y9zqqKhbWKhUZLilDyU3P+jlpau6gFYiVDC8PJm+YYAMEtee6j
6FvZK/AiaCULeja45rC5JXT+5UJ8UD849yl1Xdja7BFCtQNJxg4CIwhkizsyhBUdjg5u4oUQ
IE6/Edmtc5aVELCjbCGOEv8A7MBc7VKgknfmFWqr4YjXLAyC6dwnDNVbNDLu4QOWUddCyfiL
mBW4KBbSSt20ESbV+0rJB10LHZZzE3sRIoC1kLN9Xl9Q23rgU8IEnWcvdAUvpV1EQhglZvdb
B6qPaECxZ2q4mtWmVT1eiWizINXI6YVNjRgoABsFo+4TgUUhfxccUTliWOnRE2gTNid3LyHq
zLlSQixJCAHbGISNVVY67JFZhpZYsXgmI+VTQG2DKHdKre4dZmDqzeoLLERGNvMYgAKt5ha5
GXxzM+KbTA5/MJF0uubXmJ1QUOB6gcTFx4lg9r6Pz0xWAieEN/MoKuNRT+UYLQAdmzJ5uMpB
DGE6bnOKQ2kHNM0xINrALFZrcXwomoGMkwmdXq5IS0uhYHaJQE4qlctdyv8ArRPSvIZrCZg7
1JUF3TykQHNLGqYtPMSpJZVHdrxANDBLUrV2Mv8AFpetTgm5R1CLgxi6j4jhJYaPD3LD6UpF
CrtA6lN9oDFER3ac5EHeTqONUDVay0YeUFU8RhcnK4h8WJBoQas2aiF5cxSI9nu4wEuBUDTw
xpWW+4Foe3iG+GXSBLtIWX3LbBuOJhqBpolqmPmUvylZJvTMYoxgFdZlPc4gCcgGrWXxwu7L
UKx2uYXFG1ZtSg+61bxF6EHdPobgnF61FGM0QKzn1BocE1j2iDs4hKq/EJGwRZTp6lNSDG7P
KWMHebteaJ/GY3CYpGg6OY4JSsI2VN+AlnRHT7Fch5iNGmc2l6QlXkBFYdpQKXIGO6JpVDNy
FhPcAGcVVq+pfNUpjAKMhefMaEN6FhJUSi8c0zGFik8McTdAWlcQjONBbhwEb2i53s4M+IgO
UQvY+FS3ktBSGluWL6uNAxWWpViZYm0C0FsBpvGp2tMB0n/YJiHPJLHScQ3way6WfJqUvZVg
ulXuWg7bqwjspm7+fRmDiNITWpA028m42wNtpjsllyYrAd78xVoazvg4qDRKh0juofWlc04a
i2BwIa8owxEyg2xZEmNV4cVAwLIZ5Qt4mOXPJYU1Kgc5H8wW8j5iLewXl4ltE7ZPuXbpQ1fx
MzxWzpmQUg1GVtgu1ogWLKzCLjMBkO1qVznziRqAqCnJXb3BhWvMwDyyoHK0exsZhrCmkU/c
qMGINUJX7xEiZcDxLOI3bzXlQRH4G3NyCMg54WZ81OeDUvA5IajHu1b9wxYXAr6gHCxSVnVv
cLLkGWnll7BvHfcBKUuk1niuZlG5gSh4OYFE8NIlGbmUKER0fvFKVyl2e0sm5K0/Muu/LzRc
VtqdqxGagMlyokK8uISAqsTAdcsZCuzBHdRG6bA0s3iHuAETUZsqqwPyOKgdCygsctyqZboU
vMFeYjix0t7qZXIocDpw3ECARDXNWauYRArbq2iQtzMtk3Z57j+gS9mntPA+z+5epCEW1VzP
Tj9HELfMFGhF0LOW4x4gBWmITrlWs273D5eQrYDVqZgOTFag5rzHSAp3xwsEOuvjxKjEUBY7
fELemA0uXEA6tFhB9TM+Kl00yuc7lDTFTM8ublrEHG/zYNxgjYlotfMOmrW+YY/cGVKaRtWH
bziEa5oQtfDEs44G67rgjDes7VnUtYCmC8CIYhp13dw0KhUB1+2YoyspOBerxKMBWS5GPEpF
TnSj+IiqwaA5hViWmKDmZZ2AGLZfmWPoMJ8P7xecYRdsxEwFEtndHiBeZXwKzwhoFmfa2xqK
pVj5CxjAItdkQWzW+oy8KvmKgXZVXhVEpflbaIfyhQzdlrBOT7le7OCNryYQaxC4qvDDNLnD
p8zQ5vgsfOYFGRsVmvDM00pYbFFBjQGzzAaBRAySwdAXUvjV89xOnGLbI8RSmtDi80RtFJML
5rmVsoQ9XyPEyPYpRVvUcGrWBpLg9x8caVkPWu4auNWscnhFrVd4CrtlhKBdsbphKa+xSqLG
vMzFaYMAdnL1CBtW8uA3hludZUBTNvmf47mcmwaX4nFwMl9R1dx0GcN+Yk06Kig51L0KjZBS
+kRRVRoSyxCLHhZvPEUyEoAbwxOWDTUA+JcBtSnGAHRBekiDgNTLgAbyjn1UGVSqbwGKwqWj
j2mADuuxrGsblnS0Thoh5RXmlhXKO2E85t04M8ytZlNqhDCBN29xVQxQMPKXZumdqzkYRIdC
QtGs1KLO73rMySNhgoxiK5h5B4jccoGkgN8oz8OIwB9sIIq43A5DiZEAOWq6pWah6Bhp3QYr
xAQVmXtfDsgxO9XFjg3HLjFRS2jkpPEcWH5jPty8q6EMnxD+oKG6BRLrXeKPshIw71piCnEG
LTQT7QYpiEoD1CDwFdEISr8pTKYIy5MbvcXCAcUSpqraxBgCGyRd7lqildzSsdKt0SvO6O/Y
cS/alJm+4sRXDerg8JkK8R7oPJwt8Qbwc4wI7g3Mt6weOp8fSYvD+ZRA5nj816iXo4VZS8GN
4hCALLNqwY8wGJ1YAaY5jUYFLI42DglgaXzZOE5m0nWFOsO24iuujBF9T/noV6sUm6Ii2NVt
iMOJe7h1ADBe5lfLtY4+CfI5EPL3Nb4mxsWcRAVhZBhYJuU/lRlKx78yssNVZuCbawsuyxrx
A0RozxblCiWRQDllCVUNEQwwQsGCtNx9lIM0zm4QvAbbMuO4OuAw7DJvMUKABd3fM29CGLDl
jKagDdILeg5oLPcEXzRWtGKdRhQxbVKl+QWVw4lEzY7sLgrGaVis9MDNAsRe6h5D58F3CgJ8
InOvUAm8y+tB6KVm/cLCL0ZwcIIB4yhZXnGBgnIrJYo5maZUyuCsRM3QvVjst7gQtaB16YeY
eozjZ8kya+JZV1XEA05iYacynrlBarl5hwHTNiR6idLmY4JRmATNSjo6uBf1+Y4VK0OJc6r2
L8WZlF3lUG35CGktg6CkEui8jUJUDrZMCH4D5lHZZtuVQjexVdIwVAquDQgwNRl1vIzlkLaI
au4jDvBGmnoljZMXauzUqTQK23XaYVG1pWyc0ykOybrVK/XoVFmLZ4P3KiNsFlMQ2SNdUxoc
VG6jcVv3cJrmwgb81qPIQHJZV8CD2N/ivjqUxioiyQMlXeH8ahAWvjqq3DR2LFo6oOoBv1yy
HqP2k1Wj7qEdQG1teSiGd0KW02cW5JVLsENC7CZQYxqDtricliM5dh16jogRXGuiVvBgHV11
F6hDNITi7i+lLACDtIhuhg+GjEtSA6rnPMQktrUUSQUORaE5I2NT2hQmRTBYrENQhaOF1DSI
BctF1rURRzCVWhA5lwbro5qWGyqBp53WZRvhQHFXBMZQ2dKtFUm3hFmOPErYjhxtquIoFNJT
OnMuKjfUVM6JbDCdcgXJuOW8pK9GKTX05+5fm4VKK42lJEMviu5TfzJtgo7lBeXUXILAI38R
4aCUb84S2UDIu5c2AEaLt4CHwUM3YHLFBHzDm57ekF6gLlFJ5z4lyxqItnzEZgB+JmwSqR/s
gQMWFmPwY8VVCtI81zcwAOktKOMcwpjNVhXN8RccObRLu3MIjhNBg2w/bvoBGxrDFIJbj7Tw
ftB8og2jeeIn2PHJ7E3wgWcYcQRMdF28TBeS085MLnDaEbebZZxoK/ATNlCiG7fJLZRKFtnc
4NFgRHPtEOVTLh4YqUlm1t9XDKhXeGHA0W2Ea4gxRICSh87g4bmCrzBIABhVagV1y6IWGAYc
OLingy4WmZXBNpfEw7A0vz9RGS6sX1Fq7upQ5KSryJRzWgQH8RGqAouH6jerfoi8QRyKJjk+
I04pZZUGin9nxEulwBdVTExQZeAOWIg6m0tDN4lMqibbF3y5qMEbVmsxy5LZtzd24v8AMNNZ
0YKMkYKHGzwlctB3DkNcxFqaNy0/eQonKu5WhGKXfiNgxLwLcai/TR4F2DENhMOoqysDEAcG
IqW7dStF28y7qtt0q4WGECnQg4LMag8rWVprUpxp0VXEk60VvOwHTqIgUMjNyhIznkXyzMiK
LkjN9eY9BYGieyLqL8bh4YyoRS2e6mPBAVkvvqHaO5n0WN66Q8MosmOr3d/MNlQH0yef9P7g
i7KMlxrazZgqutSha3et3KFVWENXHSA0EG61bMflUQz1uDUYMbF7YPXyJReJgV4KqBOWwx+1
wWwFWxadHcMBWT0j4AF2PYTPfGlR+MKZLhh4hk6GyOIu4ugxNVhDsFjcfmOKc8xRksFa4YN6
EDjRK0CuHzKvAnFeG7gcNvlCJPBhag1paeVSsa2Qo9SrluBABw4s7NMM4AcabA11HTMSjSjk
l/exMgqq535JbJmEWhWFiEKsjT0v7INQXbrGyvcu6cVBZ5ruI3dnXKuIwP2lVOHXMsa+ZZey
Uh4llqapapeYwLMc7ZacdCX0A2bzuZc/Uy0xDA7HEWMdyCESqGmpfMLCMq61qocgVW2/5nRx
ABWQqFR1Gb4UQXIa7IYyXNEN4bijYFnwPEvAVquC/UQr14B1HikSrJiga4iY4DTXcdmFqnxf
cp9zbNONNTOlbDVLalpYOxx8dTwYzhfiIMaaYoLG3riOKsObhIQRRe8kqGy0FgbDmXHquZaN
gVyl4i2aBV5j3wHHXEx7HxMw2tLK7lbcbMaTyyiZJa4MGpcVLHUMEFgYCCfB3AFiSt1mK+BC
/wAQKEAOInqV+YUMPCUGjHmLE6FBMTTRzEL8mUp5xKD4ihFqm2WSxgQ21CSJYzLb/EZodfAO
lMa1YgcS4EjDshmzlCodpwbCyk4aIECblsv0DDdXVreoASqoO1Z9S6ZS84Euli9wbZEqLraq
cTVvLiWV9iXeGsvSOcCmL5Iq34CviKowt3KhSrmFCLIUL5agRxtyxgokHPiiPXkPEbslATML
h8OfMOAxitZj+EqDYikYC6qR0QdGsPTbDNKNh8/MzFi70K8QAgc4G8o5M/eDmU+mhdXDbxPS
AbAiJwksAnK1fIU1NVCDReJ/zD/wglOpVQ3d4gjyZXzL6vZTRbUClPgJV2aSpbayuotiywGA
qyXqKdgIjb+JiMbbQPuJC7NgFHaxJfGmMryREgnVo+qxycaJJ8LCLBZAK/mDm2Uwkt1ZcF4I
8k2wW08wKb/iBRTDmClir5gs7KBgXUsa5uHlV+IBgd8QcDvlepS32FdlafcPRnO1BTsqYO1E
ByNXcy+9zgAeC4jEjRmjB4MRoCN9zEgptQuiYazFXyiGQxhRWsTBHTk7mwIHZzMrCjaavuWA
5bgaOaireTCRYRQlZZhm5cIOWKxqtQVws8xbLVMp4JbgqnN8s0GhVtj4jFQKAr83PPiXMabd
3KQM31LH2J3q5TXS2OlUAzTZW4BUIW+IgiPIsQyjAXKA5+YuFW2reZQlC2ZgZWCcIbgs4Tfh
GI7tQNOi+ZdL2+hqf8D/AMOpwc9ykZDuK6rbF5PmCcuxXcOq68vmIBtIH98pNI0kq4xQy6Ks
aPFUDLjTKNA5wcxoQwut3Y8xObWy3bh5ZR2HeKId5lTVsqjAvUzKK50O+ZdDF7R8MLCDCCnf
f3CyFxxvbhluCGrznqYrw8M3AB51LN98QxUeYjAqEdOQvcvkGT0l/mCB/ZZe45gbyqJq+4zb
6Y0WsuN1GbaqVG2yqgRlyWKs+vECSVVhUHk6gKptiwXcOSihsddp/EChI2B2mGLjuqbNLhIc
lKVyeULhdIVsW93l61UUi4lYMHuM4XwQuEWbRloXtto9EE8ETIPEOBWgCv5jSllinAHXMWHo
DrqNa5qrZBzjEplp0dR0hsm1hspA6Wa6gt7BUuB4Pq4IlKzEo4DDlXdShwi9NmSpjUFVOhZK
rcmW1j3Gy11Ya+YnWTivMvHCwLgGGF0rUsz5fMphz/7QBEoxXDcGuKgB5CahQ3MaGG7uLBKK
4HQ4DCVhjcR1XBFWmlU5oPUG3YA0/UEV4YbHLjHErtW4C8jecRkQiPGT1iZrLRNCjtg0eLoU
bHMpBQNOz1cUsJwWoY60QhLDiH3dwBCvWDeepgKOajEMxuA3r0umI37WCDmNaRsZgUwJxC20
vtIjlyFUTAhXgQG6JYfwNqvujxGjcmW9OKgmYk+EL7ZVKFTg1q3VTLaS2tJs9IAaopTg1zxM
CYFBVXeMcxp7d5OH0MAHgrNzTnxByLBIs9B3UCLbcyyrN8w4NOGEUs3qKChdbIdbFddR+wPS
KjpUlAwUeZeCCtVHi4qU9rFsmfcqPAjSW0DGWV1ynmWLPhBfMAAeyFRUEaiqs9wGTLUuVt2z
Aae4d38TdoazfFsRLaQfiK4Syp3yBXb5nJRww+HcIrhS9NTWj/nwjbuAJsg3fmWgLb1DQsSu
CN4lCVYYZRkz/wC8JWyoDTsMRZY0THE1p8EzK8qXN4dDE4sUsIBq/SIGcqlg5fExZgKDm/E0
BW8sV5lzFA2AUeSpaYaaC+De5ugTukF3LchdUVxO6jQVL9xrZQxXJ8RQAa0UYdreJiEDsEwf
3C0QVUfx5liC6GGq5fMbALLsAVymI0tqbL2uCEqt3K1iCAato6ZT1CiwOGtQS+OVQeaJgr1s
bMZHDMJKjgHalFqrU1/HuNIOqlqth8pz7mNZq7XuK0CtrDTyxLMS5Yws5vFMNW1DVtUWYiG0
gCqK8yik3uxo9kQw6gsSjOIdjv5xA10PVSrXIplk39EPGrcQRDjiXGFT+9yTPy+5R2uYmJ2b
v1jmBX1uugPLNpqba/DmCDEB6sn7QKh0Y9yxduDbBAhlG1XOo5bVakBVXhWYHS2bWqaikC6o
rWKLx5cSqh3HQCgiwZZiqd2/EulMDl5id4Cm9sp1Z4qmCCyt0NPdxMCpojNuxsKs8xPB5l16
Kt32lqeQF4Tx5ngPp/Rumt8QQoLiwo4iXcFdvX6aKYtuplmRcyMF5QSImXTIU6llhgA1aFxG
4RFo1SbENBtNCOoIBDeROUXIhSRkcYlwCxYgni2UCHlijn941DZ1V0ry5hICshdVCthrRRli
lLYLbSPZeJtWNNq1vKApTL0t8ymihGVK+M4iK2Dkf7mgORpd4g5i2PK/R8QSobwkxdwyOQAC
8eERXXOrF6qBx1BXS1SHHg1dB5jAcEC2ViDh5CnkMMtE7QWi5SBwcHBfnzK6qrGShzmArLoq
HJbB4CIWDriV3brotp41G9shdvQSmnY8RGVUoK2WtgpYP1XIeSU0UwqHN8ygzYcQ0Xl48Rmi
Y3EDViVq5yjnKtcy2BxcDxUUIY8ztu4AhAYAx+JQfYysinD5gL55HRYWXcblNRjftJuGkV0U
CsV7Zy8eHiU+U6sQ4OZ3ZRiHW4ko8iw3cVgDwvRUTujZwPcOp/VVd6huW0cLslSaClwPXqUc
BZesyuAo6MD7lXlm3UXvAxWH3KROWl8dS3+4/TYkQRoIaegpXntjFfjFQL/UbwM6IRMo8bLO
IIzXkgpWghSiCqHYXvMYfoy8YkLzMKsVLJwJ33FgYbvi66lMEFo+hMhJgENPOPmDREYHIN5Y
gbEgADPNp1AKLirfmzSU1aAKU909RRBFC3aYMIlJqndu7lbeeKeyBy16PwNxzYlith5Kj7KJ
LFr8blbgGVVb3DuxRKfEjscJWhvgzczKxHjJAEVBuTdtygY2Dhx50XCBIlCuuyZfUdDGoGxy
zrpl7NXfPhqI6euqowjPUxeWH5YEmQgcN1m4VUZkKhBaDu6VsTGnlaM+h4icqg6EcnSCYcOc
nqNugUKgzxiFQPSLT3L65gQdNEEDPZzb3Ca3og9NTBGDamX1F1bz2viN7BtLgLugirEUqC+i
PCzVhX08pjY4UKC8aaly9oLnAeo8pLOwINg9xYG8NVFcJKs9jxFzZHSRlDqD7DCuYmxQ9mfL
kmXtgJoxa2w90DhA7cy5k7VNTRPE0BXsO1S/pLio1e1HUq5y/wBpOcSu6aag7F6hS4WGoLzi
oRItAh/aOjEApWfJ/MqQFNiz/kQoL56uW4J1x8kJ0goUU5EpuGhSvuXRxmglfG4NGuglzcKq
06abfcwAUq0ba2h1Cgi2o4sFwCgxxMt4hwNriKVm6iVDgjQB8y+XktWPEtFoTavPChiPSbPS
r9oO5Ym0ZVhCYHwZCzhOtxs5x2DTD1GTNQAz6xD6LZaVRtXNRsYhgX6xC4ZayuL7CsJUgBCw
F1u24bEaVrJVQNTRRFIZVZa4IvRTNwPmMLIW6gjtViraiAUGL4gib1hQOFqFHIaBXNvDClw2
pamiAia2hvHPqHBlHCAZbIBDejfsQyWVHS3BQKhgJmmHfWYoatgGTeEp6ggEVcSBy2gFLPew
2CdXKDhVx/Ybh94KADbHI5+IXNC1VBvBRGm2YZ8iDO4IiYoI9C+fMGx1YV+HSoDdKyD4aUw4
aXPrS/ZDantFpODysuJlbDD6OYf6NoSnmV1SrLaXNmQyx1KWgMYj0ValRvzaRI7fnsM0PKx1
W9actt6xAJtOBvkg+XUKi3EUa2B5MIYqw3Tyk1XYiKxWF8y3PcMXDV8xjVZwxZR2VeJk2ECx
XJ7Y+R8g3cPmowj1cESxgSlVUlN0QdmAJee1tTDAgpaJdwh0IWXKpEWr4ljRP+7/AKmXKaUK
B7h7LMAzgFcFCIG6bnQVBE4eSWWCsKA5twjFtJANW8kbuaFnGaslLOQ2L7czOF5DkD/aLaqB
S2zQxBgjKl1Wx+ZvNbXmuJVyeEWF6gb0L9LZS/sJikCNP0MMQu2q0WPNRAkFV2k0lxQB1zwH
QwHxFl+mqvgKH5m2mY0a9sSsOJPGsVhuNBygEqvOGMWQWpkPuiXQNZ3V3hX7QZc+ygDrBF2l
u+U0cYd/EQM2oVVf3MfIFd37KzAkpZKLkvxG0YAJuG6lCcqovh3H6t1Mh1VYuON8tbitrmIa
uRtqXxUB5TqH3MsSnFgAX53mbPGoVLTreoD/AD0cKW23xHlQtUZC+SBCyaFYL+8txaDZy5Kj
4wW0cja1ESjltcL5jklHOJy7Qylbly8FdyuS2xV35lNbJSsPi8R4Qqnl6q6Q8ZkdSbvOYw2Y
Gq7pFlkoIyqTS1zuVAwxyK43pjlofXOQfvML0aQENpO85zIcCO5mVjaKiJ1MGYDQS4uOO5rx
uMPEp8ZcnmJ6i7FWsWm0M2BZbqzQ6mD+tqjAA4qWHPhVLihaYtwIZC3u9bgrVWm2Wqw9SuNt
Bw1Ym76jowBS1OwNMwj9GWlMGJZl5vOYXxDcGXau5/2n9wXy3HsXcu9mddOcnGJb+mhW+151
MH01mtMtKyzDlAW8Lcy/8NsRTXH5iGpTTiqqBCBHE4t4K6gLZWiqx0YjlBUhtxr1GOFFRcFN
7pltBXYFIyqANqnbWsGpaDiO14QDqGKrVezPwRrT0hAHEx7S8gSoHs1F2UqXFvnyQ+RL3Rlw
KsniIIGQBRDvmqaHDNiB9xAiFNso+imWB20aAX1KLt6kFFKfUAZQeDdVkLhjLSjOdQvAI3a6
vW2HcmN9npU2XF8SlyrVCHUUIGvCirlsEFlqjpqNTINVPhKEnQyzuqZdxYd7X23LiA2OXvgi
JsJbgq7XcycRREEauWG4LJba5t1cFKMgYfygtCqzQGHRzAcehkKHCBFguByV0XR+YAVdsLuq
4pcAZ4QtdueJnssOAwSzqU0QW6xjGIw4EQMr2OvuIC4KtqDvHMHrLY6L1ay9Eiqda4iduhpM
tPRDloQoWjm4sUDSWWrFiRcqdQBQdtQVgPGwBrCYlBH0L7NpUmJovybRI/uLYlaobQ1q07bV
ekMWDDRQ8XX8RCh7GGcitqHdwwCdpWIPRZtTS/OMu+NSUvwkZrrIvr3UsDXBrbym4whApRV9
MR0lDamyFPCqLCHFrmYM0OINI6n/ACT+pybF9oDCpCNMG+0jtLkoryuWgnVXloOoAQJBawBX
MqOwQUQLcOz8FZwJQ2pH7eRH4Dbo11QcSymha2G9FXiNpgArJo5jjlaGwE3k46hK0iNRXmvE
dbWoUi58xDgy5QF4zDKAaaTgxtwUUDU7hasU6w0hbZTW1LimHRKVQCcWFK85iFA6A0X4KY4q
kIMvF1vMdqFC2ER5qXibl3CBz6jXVsgQqz0TGoeXkvWcy/IHPNyxTTeQi8nYxVchdRsJzXcM
kKkXEvob6mdUaAw04ZhqUg26GUQpfIKX6lG8qNunplJ9qWPwV/MuFHMoadLmeNXgB+IDmIyo
A3zHWAXwhXxiG5UFOVb8BW4sCFoEwHGdRAMBVKExuggqloJwneWWU64SX2nmC0yiaQmuYoLS
rHIN5VqLMfIKw5XmUPABD4TpKdteBBW/e4ydFjVpkA8zSA20oIBkAFo234eJXYjCnyLi0DqN
UrFe5jZ45Ayc81KDDUlUfmB0sHlepakMBwpu7gjmW9NdqXM4L1M5UscOYnJLFlHQ4xBgsKix
7CDDzAhSYeHzCYJyrBZxzLJJ2Bo9NRcGsoI0tlCO0OoGrtg2N+dUcf3gL02kByV7SCLuFAWZ
oV+hBtGaPk5YuOThoXNnJ3D4VtvZp2sbWPsEN48wOEV7PGPmKZwqA0LglI8B1k0XLpBGlA4z
VEvCBTT53JG4phDB+zlDWXXUt8fzEkz57JWweoim8K11RYo8zA8SAhfxAAyJNM2fvL8wxbdJ
9czaipKdsFG6Js1QgEMBQAVVibroQBS0oB3jCVMswXA8tQM/nDYHGNkpEKrMNrxUZcDu2W2W
XXNxAO0Dn5XKhqUZpuXzAzQqPm4c+oGnhiVXk8rpPEp4eIYnQuCXSi3gQ0+b4jxgLbi+g6lC
jwcD8w21RcoovbqPBVsFk22NC+4SLCK1PhzGDBhwWD3HctPYsrxcQ1TQqk4aY0sNYWX1SaZf
KPfL2Ny+aGm6U6uNiQnQ3nzEKyDcSgeq1HuLYgpBFwogLS/V8dwwSxgXL5CQCou5NDpZpBvk
joPLKc0S2VcEOk0DlW7NblU0hwDKMsaZ5ByeyW4DRpLGkph26gAsrMwnziosPUDKvN2i/wAS
y9cuy8W3A7YodFfbqPtFWODIw7uDoosAestPiDLSSVWryXF0CFEyV0vn1KE0lJRruMC0pSrR
2NxsErzOWqepd2n5DjW8YjFmPFwC21xGNCVIhxDeMsaZtUW4AuH+OoAXsOGrK+IaIBSpSEqB
byHN+mmF4KrAZdwDBVhYtUxV9x22+wFLS7qiI0LwWhc4lKkdqAVYIBvhK0jm/ExH4OAvA9wt
PXKDZrBA7JQKByK/EEEYBS/AbivoLWyzRW2JijCXJK2jt6Lz6O1mJ4LGr6mGhxUUilvHqCLq
tmhRu4aGrO5cqvmIjRCePURrthfK+CAtVbZhitKrbSsr7YFWLkDYwMaU1jOor5TAWzvNZqXw
Cs1TzOqbyHzbMqCKDlOeaqCwQqqDfqPWIZirtNcERuMoUDkN0KJfQWToUZjDUAlinx4gAITG
DVdZgUiqWHyAhiWpsnIriYKRRtD6SnAlKA+LjfFwFDnjuKjBiixw8xUsbYV2c7lIpWiyg833
EF4maoddxS8nC980QwFpjyo/ux2ACycb8gaJfogTHF6EGwy9t8hWWjunq1eZYl2ne7iLpo2X
TMn1gmafPiIqbZcdvHcyUZYzFuXyxxBzUoOEs2lyA7LgSrSzcmLilFmxRa8tTQOJdFMRaUAL
ov7sYUJoBq+FSo1x6jDkaUfUehW0AjDwEVJZvtHUYalEbLyV+0vClLLXnywktdXkRm7j/tP9
TFMo9ZazUwCrMXK2V57aeFtK71KiSuQRr2R1GpZduWP9ReeHmYVC63K45znEDntsN26qCQLW
GGwO5kGAu0pyWZupllwypLIPUao+cMOr84lKhWrEcOjL26IA1e6/xBmtSdBpDSRKQIBHTBtw
S11XiUtFFNsCQoN4AqrA2EOCXuAG3R3KpVK8r78xDGVWgu7+Y6XlyKNJVSrJpvGe5xdXrN41
BFpLHx5ogqkZd1Xk5hGItNNDtqU+Sgb6R4SHDlqNWMeYL0AFemHHrKt5F4mCBU1QMNsJCQHV
Lcu2HAf2jliUMizlh6tQOB81mCxxsF/JjG9NJ0i1MJDDTAPBKO28bE/ij5M46wATN4xHh4nk
48ljNFQYM4csSMlPL4eZaCl3dgixBFltImv9wxBUVUZTi3UT1UhnZ4cJYpArXkvEsucFF1FC
tluscwCoFc8/cBtCZRlU0O41mC56OLp5hEGquTNHdwBKLHveXcEyLxTTGalsC2eQu9fMKq1d
jn4OIXnVQFo6JWI9r/NZTnxCYAHHKYA47tdrYjagUEQYjDg5qY7jTvpJLWTqt/ZnM5xdipty
eIAF5ZQgv7J4X7g/YGtaw4qDFS7WN/MwZaLHFG6lp4oF4W1mZQwu9sVDnXHF8QyV8UeJkfZJ
ihslbgd21umuoEbNJgBcZ3cEa9rPZHo018gwpiJbtiosaKlo15BBfgY38rZ3HMGKreM2SyMU
6EbuSBQuY4xvJ3CWHx/eARNAYbCNxyLegGnyRty2Dh8kCyKyxpNSqoFXHrEauSNCooDdzAew
qhhdYRX7Sx2NHY9KZgyArMoa+YnKAbb1/KZrBwvDn3UsIM00r99RtKAYo4x6jWOQ3TPF1KIA
2lBblIfbBilDL5IFxXnoNU79Eq6HTuU2rglHBqBDroYUsgiCdvSV6VzLenKUsCvh/DfMzHQO
KU2m4NKqcN9nHcWYrS4FDiiLkotZ5IEtCm8GnuIRByt29S0jKmgHHBeJdQqIgHbrCwBKKMgD
DUXEiuOlHRMI1bt67WCmtwGlJEppa0qPXadugzBVsBKCwwrzUDQ1S9IuSBEqHgTiGqtxIWNH
cu6Kj7YdpEvrDwwY9bGCbQ/ZLHvlEq3YwEo3x4M4wjFqwwSoBFP3dgN58BLg4VbLZdkWRUzY
0e+o3GhSqSPM8X4Q9WLVU3zUUJaW0i4aLQci32RnpvIDzZzC30iTlbyRxdtu58pyTAxF7IKa
0VQFsIda7oxgGKlYJifNDzuohWATgQzjt4gH7XVThgg0BQRV7EaoM8IunaGKNpwRRddSz3Jl
0crv0iJjJFfgvmCXYAIbcXuNltrzE7jilAEKLFvcsRlqqxfGMMOfBzmFOynmIg7Luh/uAC2X
KMW+oNhcjmUR5PBfeYJNLRwt8wVHk3XTMSvkrpHT8wAB4c07zCKVG7dnxxKzopOjUcaP8D3F
lTTFqu0L2hyw6YOXUmVwaQCqw3UKxijCLdjzHCPbEPl23BANK1nowhT2LL2xDYQhrBwe4t+1
Gy5P2cykSlDo9YqtAjoqtXEQtUm+6rqPZRe1jxdQCwDOOV5gUAWG7P1xFVyQXNmebviLXPRz
GhSql749OjYnuVK9UZDxBVakzfMseTzvPiLgFluixGrFtwLgqjniEMFgZbcrNxTyREsHXzEV
DhQrWPtECsLhsEr4PcZ4HkEDLh3HZ2Ja2GA4uKBJb1Le0dkIOjZSvTBVOwJDzkPqLpu1JXkD
OZaLhChdZC9E2KWgtUjVYmWhaWPvzBIEcIC7VFdv0hFUAAc6RGhu8Hl2sBSrNpSK5cyuCKGK
jP4SprSC9kWHHAsOf6lgDKt4dLG49Hwku15mbWglFHmJNpRcD5JzJR36HqoqtM03TdlQHUA7
YQ49wMLvHjGoTTLThdyyk5BqqO5s98ReTEEH0EV89CMy0shgUHdw61DMqQsT1ExaGGInhiGW
m4to2f7jBstts5gAWFMGKznfiUqNG2gTtRA6V7Wed3A1rJLMX08Ygaw2r1XqIL9NDB6XUfy3
ewGJjpwKyYPDVQMoCx8V1UrIECG0DPMuIfaa3GHNS0Ri1a3fjlcSTnoWQ0DuVVPqzfZeag7G
a+B67zKGrXd2nmoO4EYK18BKJsncEPI7hUKQFfby8S3GmQdDbqW60A2hMIxxRigZeMvECn2u
rswY/qfqBICh2ywlEUO31NptMfQTRoA4fBx1MgXTnZfUzWYapV8xZFfNmyPzYFXWfmC+w+j4
JrEN4QKwouWPmY3RixPjTFNlZdlMuHljUuxS2Nas8QiIkhB9iFhQ1ODkZLsYI3jKVWNCbxME
DhHFQbSVfInzLyxkAKfiMYUXmaeiLNfGDZi5USwS2u3cHplsPkPue3/HuXEN7gbv4jWRplax
jEEw0tPLBhUmtqapijXAaKCX/CNCv6QS+ao6AvIVhmQhWwyL1AbwC6xabU4hGlxZBZhjXZgj
RSx8IUwuOC+IKM1FwOZ2DsCCNOZaHlVOZaCCy2z0QdiWLwFasO4UhcGjTjK/xCHQB7sovuUJ
2g+VFRGlsURTYt7xKeLbch/LUBavLeWx2+YVqDSkbeniCuyzLTxXOJSCgHCi0yiBcrqzyG4V
Za4LeZoqWBByQHAAiRVhRanYBn5lx5m/F8HUJuRorD3YSrFsWV2S0TLd2NDxkihOAcgL4ZQS
KaBfl2xjcUtIVXcMA5chgwXC7iwsYFW+kWdlVqBBBQsJjilltdyObt8viJDmu2/B0iekm9Pd
uCIAdiBhp6qEqCystl2K11G1Rxjl9x83q1P+MIEEC0OGp18YM+gIzIMNaDVpKaXLPHicC09s
e6g1ZSsLAAxbYmnzCfgkWIzDbGwcuKMnY3iKcsihkpAOGHei22yDJNYlwm8lvPIdMEJ4Y7Ft
muKlyaFVoxq4UHPMArjBkS5naeX0mWVZJjWrllGnBlR8SuyJEoPFwjbCEv8A2SwljwQLwqal
8XcI0h3if4z/AHBY9l9NPuUE9taqkmy1lByzEpoV2d4P5lscurOnUwEWLuXjEA3jaiDocNQQ
UEDgByp5nLforXccbYAqFMZucvxMNd3Bswi2WsDGAkyvtUcw9QWogJ6kyPRV4l6DAW7GuXhA
Ukliqz08RU0itgbHLYMHDaq3Zopy/EzBxYguvUp+yYvoDklYWqy6gOn3EIuNCOnKNcVL1FgS
ihebWFSXKUCjdNMR4M5ILpcVKSKis5yoLdy/b60VvOEp3BG0BVlOkU2ltqdLAophwheEdixE
Yv8AeAGewRdhq5u+6hs1BnS7vMcEYzZaiH5iE6qsnx7RMnLUVS7rFQfXOStWmyCAQVoN2cw2
5wxg92pi1AalimApmrNPzKih0HJL4SMyw9bpgYwlLFO3mIRHkuMdyiEJeFjzcChZtQjvKVCC
7B1LbgUB6iYInPqBYoQK2gdymBAvfGeEpQJp+JsK3wz9RuE4wWDdC8ZjEIGqQ9LUPquqHJcY
QuWDOa1TXVfmNMhuPfPnEYkvoW6zafMyB01vK04uo5JBQFWyJjPpBneaFK4cFUFtXuodmhfs
W3zmO9RryLbVyovLaaOjiaZsuXoLFgRAWg/LDP8AB/1N6ypqttiyEA1BZ7y/aX6KwWhtVDn6
im2z3OEDkuC4wLCOT4TZgFTuoTWdmuTzUNRpW+691eI6LITtLpJasaA5EOCLMloUvd+oKbYw
5LuO4pC/XEMpQRZTnFwjiqjecYj2jDyu46QGRFr1Tq3+pXZQMKMYpFtVQLw4rMqjyXw06hSg
DYqgtU/aJVec5UdGzbCGxNJo3iquBSclDk3ujUBRMTB3TyQpaLN6aozAcGjnZ4BDnABgFJde
5jbYGKfhHuLPrg528ygpz/jFTE0imjxcYKN95uzu+5U1EhQ4aHAwCbMCR4HUH5vC6K3MRNCd
5MssoMMdl0P2TgoIigVqI7yMrPVO4D2K0RQvgzCtqhr6htcJIaHR0uv7lSfQaLfCFfcGh66n
jIVEK74Xq3doRoDS7WjscwG8sCyUddy2LtduavPgKgUqCOh08vmAGAMKI1h1miAELbwcGmNS
UWtqX3cJtAbSL53iCoAuA86hVnVENhy2xCw5g3WwuILxhmiOAvEREYKNeIBycHcbeMkwfoIo
cLpAAV8g+bfUrmQUdldme4HwEsUCeIRM8RC9i2UZEhjiHjWY+c4WxXYjywtLk4JWo24BxVfo
nYhoNtoyfUNxSUuOn6iAKbldmh3AWkiy0hnaI2LAfRpYldycQtZouOY2LLXr8zIsZomXxUC5
qrSiEXUW5NeIOpIBbOcm/EQqIIDGYIQQmXDcCyo64LVKMKF8ztlv69Cwvq9wJWyxdS8pxKMq
LzKbUue0IabSBpzcT8ECq2fzFVNeFaW1S7x4h0PgDds+cQxUqBrKXKU4JvogQtN5SLzkcgtT
NXuWHYSnvDWG7PE3vqzUHkd9wBuDURwvO2JClk7Fs58whE9UXmariDVKqaavRKLwuW3Q71cR
kaL8qPBxBk8MtTzOGPChV4qXKgzL/KCMiMjVWRmvW2bLrlzKlW21C+5iN1tVcgsAJfJpornc
NMZqvjiOiFth+4FLWhVVTdkY7SO878y8nvHczws2q2958QBf5Btax13FJBlMZH4qwgQR5urC
s1VROqWolvGS5QgwmuTNIGGk+lzPhMqpY0deptHWzVOJrwnCimgRDLIlRObpnBmRtD2xAzXM
D4EN0VaBXs5hJzFZUxRdRYHVAOxToZQ5irgWcdTCuswa6gq5ACqeL1G+MWqlH2jMCOKh+Y5p
he3i/T9BqRwX7xGnYCziuaiH3Zf1HQFWlUPT5gn0XIeIrp2LWHFsz9J4GIBtwKYMkKO2Bt7r
P9Q7NItKpNYgUkvgD0lojo2gXaXuV6kogLnVZ3czNrLRoXAkUl5CvcZhAvlqquAWjSpwPGHE
tFoDprNauIsIRugNVBAg50pDzxFIKrRajQsYWKMtC/gjh6AUmL6wxVuquQHfMIoVPYpnFdRF
puwBfu4i2tt5x5SVN1pXlfK44vGiS9fMaEZR0Lx1L2gP29CPMIChFyby+bYcap08WuEqZN0W
yo4a1qahkpUU/ZG4a+QC8F6jPMQeHOmpRK3KrFNfcKMFdxKOGBCy6CNG2KRM6UMbpd1OV9C4
OUriN4Fsq0B38QHVSEVPYZiXctw35gkcjkN5qG2wc4L/AFDKgDYVzF1VIDZ9uYZdmolY5pr1
AymwLg84CVnuFadqM4En19EuTcUFu+UnB4K00vu4GpxsaF5Hu4EtwSN5xWqmfVYois3GU+Fo
Vhy3GNQYGVY0g1QdXpH8/qO6uMDLvO89w0g8LRz+7EBJKUP9QKt7zo1b3cbpRjE4F08vco3d
TKnUoyLaWz3f4eYohEPXuAu6VquO4QtsVOV5Y8VyVXWrsEdlXZZ5ElVUUofhLHC2dVq2Jhs6
V7dVzL5zV9f0DAUJqA6OZVRqEOzy6l7KIPDO4oKIF7sOI4a7XEe4I9OXJg68poECPS45a0No
OVscW9bBkciGmZ3diOzVx0GbJCnMNHCqTYyjqXNI5WCvNQokEKLWnqniHl3xbefBzAjhd0s1
wQSeKt2dcwSCYXbo1GcrZWaMuFQGgC2lLyV1GtpFDGRg1A4mUQKS5kyCFWBEsMAxjcXTwy2r
Ghixbl8xKqZM6s559RuHPqXjTMo5ZUcGrxCpEVMgxRi5ZSkK1R1BsBY9Z3lQ1gsQGqzEqwUj
YHxFoZhUlpLtncXF3VVdr+yUUMBcXV78x8MuS1QGAb62QB+4JXUrVlK8KxzQVhObf3ITwyg4
3+6VUlK71z7hKCJdq7ZR6wFCnamWjsEu1Lz8SrELShb5vMdRV3pdw2Uu8V388RSTO7bz7lMK
11Xzc1HhdPDOcS3Zmh0M+CWecN392eVlFa6hmOuCCKOAgcKVRmvEMlkmlVbvO4fBeC2DBT7R
p48vwhcQuycufqaSbVr8y6u3i/B+kGYBPJe5t8RH7w0h8LyWaYpXXNC9IXSw+ylBUerMlVlb
xFrNsPwQQ1FIu/NS0CJHsTHtLdABAMdg8wRa7B3teJdnolGGCu4NUqpWh0QUCl4IDCFkb5DZ
CZSyo0WpDhW5A8sdRKKxKpvtzUzRbaw/O4s4HmHQHJcZcdGq00AaieCYCOSu38RMwMAaGx1B
WtgbS0F+JlpE6FEDMFtak0ia+4nEkQ5FRkjm2Ate18we4KHpWzrqXEY8XdhaSvpJyBwHMpr1
AnBhmDTWu8OWBmLUHwU8kurO7wgZzW57HKnux3KOg3QuunmMQiyDZ4dwFzVxIvYl/EV6Fnlf
PiKi4auJ2VAklHhXXUAKo2NHTwGJWEYulUPPTBjStdXh7VR91qEA4LnTkZZT+5hW5ykHGidM
gC/SFPWG3DeGpg75w1cpzCKhhg0TySoEBRRj6IEYlYIGokFJxDjdRGqhWWPHaGhQxGxvlrJC
/pYDHuYg40PpcsfNjiJgkCjAWw/MPMCqAELdV2SpbCcKPC9kSTruAXlK68RIsVPGlxKquayw
BGLH2w2V1HzgcpVvLVTLC5Ls2vMXmQVQFOXGp4P0/RR61GnylaIKEbZqofVBdnBtALVVpJ0s
yKMKqPZFRgBstrEAcUMc44ObhQACZLeRlr27sdha1lSA6tJNNZzK9AHKOzuOMLGXztjqO0qd
WCcb1K1Odayl6h4C9EjVgAS+wrDbCUQbLOYB7IIOJM3h3KN66hSm7GmvcqgMW2HCSLTSWqhX
2eYNSOwT+9AoTZSBEbdMceXTa/Ag3hhll1hqUvec4asO5tOlmme/hhYV6hafiLVDYTdtl9TK
BYBm+4gagViK8VzKI1brY3eG8y+gl5gurNRp2aBbpWkNI4W5Hp6lHIrZNIN3CB0urHUc1bYB
lz+JVKZocLvJmHcptAlsj+yVIUaopqGXMK5WuWHDu+Ikxw3F17h/YQqK3j8o91e0M8/IdzYN
3cvAl1izcenZdYVctiVLtC+oygbMA8Oo04E0ZC73MFC6YF9xSiUu8Jtl1LYJ2WogdwgEBGd3
xFqvVNtQWCqLpKl63B9m/iBEgHIyNPiX8MV2GrOMRG3haQsAW0e5dKArSz4xKUheg0o0xuKA
pw2FzMI2schb24hu4CtjGtQwQlNnown/AGX9Cw2l8GIkGFzYbS7gxsFL8i+4Ty+dwYOQseI5
NUkoXb5m1XNlSu+5S8Uh0SkqgtYp7jp6XJZfOI2O0S39RqgcTH1HEyahwOgoHUta3kKoNJCK
ghQNeSFBeEKWFFGhVBXEJxUqasu3MD7YAMj0DiNNBwRdPuVxtjRhVne0RWYZHXUJfDUzqaZt
3K5yKqOcx6KplVxKFtyVjmFPb9bToMBAmIAD5gWiHFGIPOjJBmHiWEaqBNFK8yhG7xHJAoZ5
WUA9QUXZ4gb7qgdIbRstcSgt4dTnZRqDpdSnpAqK8ywnlzDMtZcTA6UDLa4YgpoA5W+kHVaG
aV7qYUtwizySyGavmPGHxAX5EKYKvmZZuI2MzX241QQqCqWZLzhu4tyGqil8ncdMhq2eCIJg
oRtoVHTtaQX6MXnhr4K4sy4JaxN55v4lRXhQrPTLAtu2WJ0+ZTLrVNvL6RqrDVoodS6VdCBT
bnkn7QWtxxiGrckZReBUD0qZYhbSbWZqUNo5Ph5ibQN9FnnPU8r6P6jG2sEEtnwxRyaCOML/
AIhhHSx6l0mxVOSUsqBSgsN1GhJeyVc+46AsXMuiVyEVW3N/iDDGO4jb5EdVeUUQqP4ht5FL
4ga0QQ+QS8TGBauDgiyjFQQ6eYAEBpwHxAF0lO2AhFBzBCtJLbADzKV9cMDa3ovGS7CCCiK7
tPhjXZa8wXyxODRuBgNDvMLqNhzuFtD0Z+4CqFL9pjCUL9RBg1LuU13UfWM1H5VHC7oUNJd5
RGYAsB85mFZAMZWoOeQYBnmrifF1fm7QcwcrovasnusQKMyMriBjeY40nAWlyDx3FwxpIVMI
Oggo1ZBUXXJ4lwQfTl+Uy4IoRdLx5IiWOoCu1mVqps5yeJaKFcXxKYMBBBeSWLhexyX0rlqR
QTnZp3ErLqHYchGyFOnH5jQzoPyVAUcqymhx7je9JrTbpdx1VEk5Sh4TR7Iyp9Qda4otZebs
RECwCvb1jf3E5RdhVW+cQZLWwaBv+SbWlbVs83BxHKjELoUExYKcnNT/AArFo7gWbccR+4tn
GDmIIph5lLRYtvEZIC4XAZPOEgclyarqYB50Q5C3cALO4Ay1US5m3j4iAhoyheLUHiPoVmVv
RjAVn9oD1BFCmwahtwcOU2yyBnelgmS63Ld6OAlF2QzUslcfxE5s8I7h13KjUPgPMKvySCQC
1V3Lr5Aha2kppqDc+t3+biGkd4RThigo546g074Jq+X1B9vh+YjqbrDhO1CGGoRyWIS+6wS0
agd4v1e4WyhY1szBRS1ReVH+Yg/kW30AbPxDPa5yC60EtTwFTp6lM864y65XqFGGu0WOmHUP
JpgwAJbhwUWmI/eKiUwohNYruCtBcJvNsq/1WbFasbD3L6yhsttFs0Qwh7flKmZnhtZZvMAz
j05jMDAfSEVWG82dK5luPgsKt3xKYaI8gGty5JYvKOXMKFrCWGPziIszMwI/Ob4jtFyRz3T3
AdDdYDDHBKBS6oe4OSEcLDfipeatlNsvEV0VsNBiB+ZnYLLou+uZ5H2zn+P0ddxvB0xCr9S8
QVawOEgLrvmUaHoitA7c6g899wW8rUDMQhenm5fXG5Y8RK1BcYDGA4VQGOdGWxc9R6O5locU
5Ihg32HEILrLuYPLuPM6IikGjm4IeyssAWhCqzGUF2gc3LcCQlZcsU9CE2eCvENTeK1LMvlK
UfuURQKTkLFgMpMBEIzJY3sC+I2Ng208OzcR1ESx1xTEoNlYWi4FcGxt6CL5eArAe8UkCrV9
D7PUDuY1RGquNQ1e1ts3lL2xIDhFhw364g7Wk+0MquYTYSjscalJ8uNIB9PmNKVRhmRNvmJx
ArZb9IIy6GwHdMpBYMgW3z5jbljb5RrfzFUVY9C8wVIoBVTb2qZUUKc2TarEdwZShQ37jiQ2
ZtdDD2T2PKjp75gyXLFyE5QE9yinrB9yigVWLtXNXLW6iW9tfiUIqux/JEVOCtMh+0KAFtrC
87lt2ELBqPEYoLTVcHUt7/UNHrcV1W2We+YtAvWYJwC+CmooL2lBYq9yk8CyF6OKxDeicxMj
9xqqaI+eiLbhqKaW2Vyq9Ow6fcT2jY3fApiFsDieCpikAttYlDCWimGFLJ32L7hVRGmDiNTD
PEpkQYEVqccRn8TE/o2I2yY8ShQQB9kDQ8wvn9EERyPERHXaGI8dkXOfMz26mmY2jiouzeqx
bPhHR4wNgsadwNJSzVt7K3Hrb0KRXIQxAiFh68ed8yrmBqHNF23COtn2FMmeITzYE20ZIluI
wSkkRW3AzQHEYlANIGVFDxMD7Bl6BM0wii4X3Ezl4Ap6owEAruhrTuqyTQE5aSgw6R4JwYi7
hiwnpWs+Y0WhWjjwOYeeoZpavFQc6cscwH3DW20V7Se0F4MCbTh1UavILDUm9i3iMTIoA/fi
orpaAZPvUYMboUHiKXr1beJhLLZTzBRyYbbfuHJRhxdvluX0fv8A1+tqxA9BW7hdZ3GkERVw
dyms5iFmPmJc5viNkw+P08NRJu24UoK31LzgL+BCWcNLbydzDmGzoemFoFNNL5mITw933C5B
qQKq3sIQGJWS17uBLtJfFc1C24ns8Ry7z0w1rw3dqAkgmo4X4ioW0SPIaitFmsQui9yy6mYz
Q6lCUl9kSgaqvP4hJQO8tA8xYxaNr1wxcfESQi60MyUuzB6jcFq4p7MDcZ2BaNJtXo8QOgLh
FGGUiVpBg+/MQVDKKeSHXgq2k+ZQk+LM+bmNdIgrTZ1/EBFAAXhodlwDkONcOsNx8b0JaroL
xHzPYM2cPQzBtshg1vXxKFJTJeiq5itfwVpyeEFayMmmYTqYsdjTQkodjhD5OICzEDUeyZY6
2xhAEt3Wn3DvHUu/IdxFDAsDfixxUUKwWlMPXUsUDux/Eu2bR3UUFl2WX1KQpaEvuPImkl8/
P/h8BhvmWLPBmDZcr9M94/8AD+Jo8cS67HcsUukxNBbQy6uBpaSpuw1hKpgIFl9PzBlNtOMl
kKjCKldw0YPNdsaAWBwc1BgMnNQADzKWmWskYtbE1zBVpZ3XL69lS2RnBspQq/Sa22t4XEEE
CFBWnMaF5o/JkCVB4FQF8u8Q+QNho8FxiTfTqEDFGCWeVxtiU57bOZWVYOkbH4lK1J8AGNTf
f8UTXuP7tEcqwPPxFygWA5IZblQC7/eHk+RvJXiJzMnYYIJgh8t8XU/uSvUZ5oLFi7Y5d5LW
gi9VCrHUpDMghpykABCw0D5YgrtFpdYvvMaXQrRyKM3DhD8BAS2OdOb6IZno5zFXBL6PMHgL
XLgYlVYpxHmY0SMVp7EYw6bByRrYuEbDrBWjfdRaGNhtb56JakzZuzVDqBleqpin61Ao0jF0
oOzUU0DVCznmcLQv/wAEv9ACeX9d/wDmoMoFdsQKnYEwxCpCBfPiXI9qbbGqqBsVuhGSWOKl
QylvVoQvitIjHltUsPHcGdR3LFPOJesy1LODmrHzDqF2WB8weHmPfxB2AFDtUN1tmTaeSLrB
DwWMqQJniAryhEpQ8KmWNWsVYDbHQQ2FduDJiIrIuBLIlMFRN5hZoSTVuGAMyk5uy5cKKHfi
ML6VQphUB9Z8PFO4a4Q0VTcbBIzGQhpbCtY9QNEI+SXHDG+IVUaMsV0pWl2W4ilK5Dnsf7mb
IWu3qEKcVNngSgrAGQE26G6DNtSoKgGh+dSwAA6TseZTAabIbPIOJUmB/Pty8VmTK/fcu0Pl
BXAy+3CK5u8kqZoqEGjfxmcTzWMcCz8wXYUV2QcrlhFWHLTT4hIKq/aKKrUs+eoAxSlsn8oo
Gisbt6BCEuA6m95PzPP/APRJRLKrqpZimWFmVsUVWvcwg0ZB+kBKAUyDBfPcVFAaRbiu4Hwk
RlGdCMHduLq43lKndlyFPaxvEn0ZIRyx2NW6bo5l+sBUUmUL4jygBs25PMJurVrhxULhlxs8
CIEVCl3S5uWmcNjKIVhYNlOfbFZ1YDYuQRctgSGnY6IKbdJQcFItAqmgaa58RCBVgFicxzAF
4C7uuYjICa4QQBa7qauWaPoiXa9IlERwpXyS5NjX3u4JMSoSrc2TAEKkv7dww4gFAIY8dscX
1HwA1bU7g1NBA9RsuIyrbaO4TENBUrmtRCkmcb7OIzwKljYXjeYcOHAxr5INOesp1wyhUVDT
TxzE/CybEfEDgageHHUwtEMqO4xghQihq8JqBZrGFmU8sZKmaatVxulE0XpCmChYYHFCbWUp
q+YsjQFlW4BZl7Vo9pbIoXgLW24JSRjGGDNMuw4OND6gWsTVrKlErukPsZ/mP8frRd9xstnR
AQTn/wBMZ1dost3Ny+ArS7fMrYaRNnVb4US8+kTRyH1DpJQwOpTF14BBa4KgJCkDxXqDwQS0
b4rmJGVAVoeICkGx8ttdxRehgb7XEBelMFU6HmBrqFg5peQgY0Q0bOCLPBB06JHzbCzV2V4j
c63ZbZ1WIhuFGoxxUPDLSy3Or6glADIuevUKg4jM2d3FhgoElIXcWpkw4FS1nqoEubAK9fEq
FHgIMUC3PAx1GB1BiNaCHYsD3M2YB95UQI3ctsJLygDQOYq3ajZBrIy9QOAyMDKELmrjNJke
kdVB28rS1+cRbAAMvxCNJ3YgMIe0NEojQg4ziN+xFubvv4glK3GGlnuHeMwaulU+pXBaBkZs
DUSjdnT7YQGxQ1qyWnRqJ8HqUZ41Wx4L5YW6jdJXo7al2USuwOIIYkV1XfgepSMOQtfMGRNO
/Iw8LxWap4g9Zq1qg1dSlxVGjuz/ACz+f1brERfioP8ASFiwhdZ/8pyB8xoCQqziERY2efMv
ltHlmTbS59jNZXtWqwoD+UblSyxjs+YS2jpLxmCEAmLZ58wNWho+2e45BKoBdDm1wMvyZbtf
LEN1VIp6LeY8pgni9JDEEWv7HcriroUw+xgsYNPKto6s1SyVxk/ApteqDiYZ0QMt72QhTSCU
CS+ANFX7nuVg6iGk9sZNTSkum7lrd2Itmnlg1ZVNG4YCsYnm9Sw4FBTFCjVQhy1LbFunohLF
hwY5VUKRLQ0+Iwd5qqlUC7lLNCgXaGBOJkYC0kCthuN4DqDKQl7j2wbqzd6JkAFvMLvkKoBz
L/20kCyMDKdgUMDIZesVzhDNnJHzMi1S4wxGQnbQ4sywvNYl7UV8TkzK2eZviH0etyvRzCi3
hR8mZmEAUPo57hoxSa4GOM6zMVGVaGtcy+VGlKCOU6qddTPuBUTXjFXCcDAgMtbqL0io1a04
O0YQkI22MtHE8+C0RajSgN6mmHqJAcTNQvP4iXXj/wALUtaOJkth1AoVf7xyLQFdE2EtxmIU
zPDY6Wdbcwigpa6x8ynHJoce5RiqUMtzBWmKriGS50NZNS2BRulsHsmIsQG82RE+W3AbusDa
Ms7loG1zvxKmtkGT8ahkX+HwIkyiDNmOaZTHXSTmWqoFeh6VFBEkeXzLCDu2zd+4/kUZ2zfc
uvgtdYN7lOgoo0q2V1KVHVq9x8y7JSkB8lBzbpXXTcvgViwRxfEC3/YFr+0vQUTcDhrqBE2q
XYeoHNUE2HYmFcPnxEXpDflhlAaq9MSXJWgCAKkdBesZIEuOs3TQ3KsGoBCw1e8+JibPLVGm
63iCbycIsXQT7iBA8zNUVxM6SeR4P3CmCDqBDCyHzm5fENyWbggh3BmYmAJo2nMPr2jW+4rY
jumsdyiGsLL+I6HeCiAIdUkQoZ7hhOyxinzxUKW94Mxio/5CLczXU0Shlo5Vm6b3rxLvHjcK
YqOvMqyk/S7a6lVeYAXfxED2xPZpXCMJju6NH1KmaquCj3uHimrsap+IZCbiQ6gwXnqOwcTL
NUxAwa4ZUGgZ9kPAaqLhW+pTrTxLc6sdnEbuvmUNrwEzhzX4mZLgWh6uIvK6HqA9hxh7C5RW
eJaaA5Yrl2IDAAFJQlgZBY6pKqOBiuMHeYMW1oRDS+Y0rGxrDHlYwc1QB0vVqCLiUOZ5IGoj
kDZsEvEKRILuR7uBRa5Q2PySkuPAar3EFGeXEs5yqhDa1vPEGFBcGmc7mozgrIzbMcRKVo2B
aQV8IWw8iiCgwMXXlTuoJ6YMsByuVQLFAK2UbYgaptbabS4OUzkhfcetbJsG6mpYfYpKD8NQ
0kWbzSDAMr56XNrSG8RJiiYdpu5bSdXZr1EKwphjPjTDYFuNAviHQlFUFGbhBFXVYPbM/wC/
+jEFXfSS1o1yTBc4pF6zRslF+5Q8n/ipR1FGSUZCzqMsy1UoxwVUxlLDiJAT1ABREsqNUrZz
Gw2XmEWW2aB8wdsVUA7b4nQpXUYhbh1KYHzMHjgh0kKy/wAocOxC0Dw5YV26mqy5Ywa0Jdhb
YGEEA5yGJU5sARs+YGYrRbbhQMDvxCGCoTFDYtSsp3HaV7InzKoOT2MUAMItdAameYsAotrX
My9AJY7m71MIY+WmrTmMwiuoz0PEvu4EFwykbotlM65JT/EBoudort9I2b4mAlUygYSyAanq
3e0vULhxHDScq1SzqXBteddSgJqFlsNPFweUOU92zEOnlFjwVF+FMBaCkETbYWdt1DXRkWD8
IGQg3rSdMUWmhbAxMeITlnOEolkmAVNDVSvCg68LdfmNASdAx0u4GTSvmLIeBE4xTZtZxc/6
v+5hTuJipgQ3xKKd7lCDwxiaoe7dPzKJWOPUElC9+IODj9LViN1iCJncwxORgTO5edcbhgNi
wyK1cRwxNm+JThfWZVYUtp0xClY3hiReblF2Z4jSxZe4hTR8Swyq3zGy1oqNMgFKN14gUfPN
GHVxNA0UUBKHhQMza2azwwkMuaWgr3LAM1jRV2yxtGYDr8TWcUZPMc68gyXycynMiOMGMUx5
AIoYKwZ9yharBnOseZkNTkaBq7giOBwyjkMVAtM5H+kJ0WVVO/MV3ghnXA7iFTIdK8y3KCHa
+TTcPgmDtav3mTq6WALd1gXwgwa2cau4eslgZXi8ncFKZSDtwP8AqUitBbh9ExGSJ1iAer7h
dniC7XJeNsLPnTFudoWWdFWleSLcxLCaR+EYp2RYTGoDnIUmyHELRLA5ROiuyFmaxBik3Vx4
6jSYGrZYxkczLc1hRGqOajP37cYzTU/xT+5Rd8/oy7zcJP1heicWfdsNW/h9QLJDtaKhObZY
SvjNQzv5pL8YhpKvk6ZZxj1AsDBLu3zH8D+iHNQhOl/mZeLvPCHiFG0huOOJQ2C04mliztcQ
WBkjBEovECsamAzQ6YY3NE8heYwCaY40XCZbYCKKOFNL6hGM0U3heZSPwQ6MFxE7rxesw2ZK
WvlMvLJpjPAytOsP+GUhRFo1cZoErEaZbRbSJg4ozKO+zNC7aLnkytgZx5h6p2iUr5IEvt3a
W9FS4OVgCUA71K8VuxQe8SswlW9jZzN8JnjWcVxLPZ1amDVwiBuLKx8alKzbbC6tjClhlwNm
y5YnOdMGXFmoo0Yo2DYEsVdiJRS9Rgrjqgo4WX5cUKK9nmYrNi51yxGzebTDWMsWLtGzgxyP
cWQqujQXWFNRguy0fvBsarPNK6iN+uBY5yUy/e7q0nVmyPCGcoC3OVQhFUzsndykrUgU94T/
AJCcxEzgcxHK2oE7wVq4yGnVEBOIM+5S7uyACmK4hWGOQ5jI3kt7lbJpm7/iVlILyoO9xmcM
ppD9r7zDwYqAbzxmKWB2w1WNkzAqNHBM8JmvmE5C7e3iYke4oAodSoPygbLJ6IjCXRgtziZS
hfIwIpV8sGy5zYUo3mV+NRXvmjqCKJH4N0PEcsd9MdMHBdgFU9Qyh4jwy4B3YDYqU2Dduf7R
WdVX4gHNXCuoYLjJTVS2NzSMcXFcxJIFvN4jbJBVLpOIZATZMqeepuruayX2pLbFNoNfDqGK
KypXAx+0rMgRXY544gFQ1A1Dd+o/XQjqkeGGS0qsqDVG8xXVPbe3/Ez4BWFDpTmVTbCqYc53
HdntJdr+YxZSNdcjv3MVNz3mMOEalCTOWMJIy108EDgu3enlXm40JrFFraCNUOOiYc4nceLN
ZOOIaXsCqVtCW4yAxkzVjcUWXquzwOyYYAnQGvJYt1qxoLykAV7hK2uMdy0jmC6RAVqITwx8
z16gVd0xyrzEHSniDf8AUzDqpYFLilQdGAeMTJOcmg8wG4N1FU8QuswiUxNAbfO/U4Qd2N+m
FRbc17jsJlgBnwwKAZ7YWRnql9XMuR9xq165hk8cP6XqNVleI1ZU24pphy0lUV7ep1U4cELx
VehbRCgPgwdlwRep8VLDLVvzW8zEIAi022eYRRMqjqVDSNZubim2U48VG1tcG1rCDRo6FcWO
Ig8GwzWLEiNJms+jgyvCZtjDjGlSu9sUNrJoWlxX5E0V84ib86lnO+I8PvtMUXQsLMpEoVZz
nuBYjg3rONQBChRoL3ddQjaC3C26UHlpr0WfTxACj3ALgYNsFSzaq86l+BLuC8C+Khoi8ow4
LTMEkBRYVv3LCe3WorvhiJDYcgVimmHylQFk9cVMSFicMrjqDaqXdXDFkcZNAL2ktPsUbOxr
M5Vyoe1LxF9Qk0e8iABw16+Z4X1+iFTzAcm9ypRCJNF9Uwg8QIAjuAwuGMK+5mC6qoNi/wAR
igOquXaKOxH8JYvlh8lqJhvuWVbCq+I6DiAZJgj6hrlmDmqljtbOUEHUo44dniAAGGKiloBl
vdb7NdS5/cN2P40IhWAwZB4iertbfmdQCyS+iIEWqpRxr4RoVAiit32w6ytBWLOD3LdkciMc
5Q11lZDecmpY0MpWcmyJpvWvDKL04VFpr7lpbu9g58dQEdBgVh9sVHusW18guoMkYhUVXLEz
iGhcnF+ZfKHA7tylpLly3SnNy3izj0OuYhq97KgYq2W3mKJXlu6/wYkzrU21bB69KFKth77g
486lL4fzAMWdnHBbLQtbJQDfzBbEQtQTq4aFUDkzhxFJSIbKh2xbNW1umr1mPAbKKWNmf3g0
eygFbodwLdQqKbwlZhS7Etnq4whhlQR6u5v+bacK6YxwQiHF8OIMsaDOG/hcKqJTB5D0/qBW
oX4lGi7cxXggDNOTcsJuBWypoYdTMthsjRCt8y3FfUFusOmeS2UQNNbitPLbzEYdGUQ4agrn
iGQ5FHglqKa7JSg57JVVXMU8GAKcEFZPv9QRNBtiRLQLV9BMWgsCijSvMaUbzKyzqZxsCUlO
I0fGtWk4DDrA7TeKEU5wTxov7RZQR83MxhESAduIAFUdjXI4ZlLBWqvaBkJMzC+UIpG0Unjs
TCcBUbX4Y+xfqAWLmaJSQTlr5hwFAMI6vxLw0GaFcZN4j6lYPoz2IgxvjheYajtcIM5cEBTs
YMqm7/iMs0DsbsntykjGBEzGdiWb8EWupKSz3vpGWouzXG0v+IBVbodnjEalgCFNVQ/cvkEr
28puJNcWg55u3EtDGErLDfqVCWsFFHPnEMGCLQO1HJBKUcwpgA6Y6u6Q+XLCHNCy4NXRD3oD
NZO1RjiOAA5QYgpS2qqPMqawzbYZ08T/ALH9GrlIZXhj3/4YKrZwcwpzVMdfSPgi1IvK5ioq
U3UDeLFi1QS1UPkwTZlv2gM8QqLXMUoHL3K7H1C9qpoLtNwaK0dwJAtz4lJduQuIALKwav3K
eUFobEikWG074Jv9Yqgr2eoilyhtg2WTDalQFVtt5YeeK8aXqssAOUBsZ6IILiFiKGeY/Ymb
hRvEwy2K8d3MfdctcV0iGMmzevmJeFrwHeYGStXVv3LIJNoW+mYILOZtVmXBjXYxeUGkLxHO
oeRXvHEqBUFbbL4hshgATHacsSglcA58PzKlisCtK5w9+IiyQDMbvwm+qoWvCW312Icu8zFq
EqvG27juAEjB8FRFRAoaGsQPoqVeF46qVZYdFpeMublIlzQl4C+Zip2KUMRQqocA6FxQIWjU
A8cSwjIBoK9HxKTmhBAG430Q+Lbc2UqWU3LNObICncXRHnPmO1JqlbLRBuZgzyBqIcAuxyD+
EhXO4B54vCeV9f7lkBTZNRwRVGiPBtYgIZNw7DtqL11LLsaYpAvcCNxDfMT0QAeZRaVm2oIM
jXDPiHzrYcs12Sq1X1xGoeksX3Hqlq31KWQ1dBeokL4DhXuNrSYun7oY2dFcPxUAg06HiphT
OacOWMxAUwpbkjCpcrYPcABCtDpXxmWxoKjqm5R15V0A9HMuCdZ2OAJbRE6/LI1WormFgmhW
yPNKWALTuZoTXfFd41AxDER17lTrZVFEOVBBI15PDzDlVZC245I5Rwm+wnBjloA96zMZBEK3
vUVvi9DEvehdMPK9cQdjEHwmzNVUmgdvcBEsLA9YOPUVA9guXkBf3NxeLA9JkxigAMZqncBe
dQZB0XxDwXrKsOwRvw8tQ2GxSO2BhOACZM5vTEvTbouPJ1MqBwZkQwGcfwMsbzp8JT1qMRba
xwLH4M2gdqdpLgXtdVKrncOGbJX8HqPhF7sWF1RxkmlhkLtpXiVB1W2uA2KIiuAwBsbe5gWc
QtFdE/zz+o4LpiUtpzoI8MTkKnHswK/Ay9M64lhYtlXRuKo0TomA4jm5g0evcpgrnBNC5x8z
gBvMtCCeorhLmhBkpiGMS3NrwEHMrVmLobOJR46sBfLMFRhp2eosNCKA5qLeuLReXLALLvlw
8MATlzXczIBKsaYlvSmLu41zmVaoyxqB0NgNB9sDKJLdLmK9tdAIEzaQov59A5pdxk3m9im9
FxO59OwfPKV+FAoB8f3DVg7VWTDRiVW9yXS88F0XOUWgBS34ggYu8IdwCqvl3KzTV289QtZ3
IpcVlle0GQ3rq47F1hQDhQlgNQlSrvxFNdX2t7jDaojl6IBvtsB1xkilEdGBjl3FqtaptoGd
cx7AFitA4F0SnIuR5S+HcA9bWYU0xiAKCCiiZ5ixG7Zyci5fwsgGi64SJICclCig4jpUClYQ
ab6hZFxCVOjGpjPzdNcODcPURsDlmbORemHkBuWbZKCLG1ymZy4oB6aXZLeydjVLzbMBAAoE
4plSosFris9I8LAtHDFOvMXooxnVqzNt1jps1Q5n/Uf1GTecDnEpZFG6+w/uP1Q2FdsZFUvG
QaL4FwjTQ5V/pg4FdwUPAEqCzUp/1FtC1Xby8zNnITnoEO02bcvJW4w2AttxiwsYtanAepOe
cQyKczUQyfMHoHI3McZDUuCkCmkUR8Ksixp7qZ4KzGugY1zBVglW6CvOYPqQKjXRqI2qtzEd
hNLdMbXG8uK8QQVHa4WOoYrfJFoRLSgZfK4d23SA1HVAuhp8RqWhUTzjNw3QY6BdJyGqjF8w
XUUyLWMylxmxQZ5zDuzKooowR0FLNnNcQhS1ujPrc2EE457govv3EEwvZNdYgFKJWiXZFGnm
NIWTZKq4hg8L8zRAWAtzqU02eEZvuVAq2csVyR7OxAZ8IhAyNo4DxEiWAjGsb4WFElG2s8pT
mJWhp0DYv7hdJgTo3bLbgFJRfOd3zBAmBWMPPmLaZxtd3oxU1OIB5LWoUqlDKbKu19yj7paC
sUVzMnrmsM8HNw/9bMkCmLvmWGaJlmtso0SFWhXOSXMwFGsU/wCIKGunVZwcxNF2AHHrdMBd
MUhAqswphMhS0znmU0A4TPXzLEapwK/Mv/p/3KHAjAaV3LuNDm7snLwpjJNPkuXIPiOdRy0W
mYa1TFLIO1o7IvikacjocwxBMuMeqO5lFhEKrkruIxJwOfxAoHkdsUJ5X0R2oFBw+qgYhDHp
4iF9ZS4wx6YDRVkeb1FJk8gMJYCtXSwvmABW3rbBhbZuECCLWQ2+3ETl8Ky0Y5qAvygO1lAH
N0qW3GTAfcOtYaMZt36lpVVcQvBBRoiqmfmEPZcmDheYU46lGT+YWv8AZ1AKIKXC8Z1I1q8w
erRFKasfcu2Ohdp+JnMGMjUwKXw8344lyOBYFbajAgyNnqMATI66luN8GBGuoMB6QA5oL6NS
sVVcnPcUuOTRe4cKb2PHxKPB8AmaMFZ0LKycNDWW8R7FGgl10JzK+2j7X2auMiigoX2N1FNf
eodBAwAcqrVXu45oixEVD3B9QWmjQ6qKvVxLGtr6izIR5K7FDUdjAQtU+YTEIwKb6HMwvt4B
qbeWJX0SnkCCKw4CL08SyIF1Gt2tiUmhlDLzDWUkiFN3GxRhX56DuKBwcWnG2UHK6Q8/GYyK
WWsGvKzy/l/UAAsCivESkoGTmG4cgvEVG4jvXqAjBzsz1cAQGRLLp5zGmBLRxTpbhysia54v
MKwGjmtsYht7nA9BeZYHQFtBOoHvBaZt16idNmi2lgJorq3b6qJsLBlB4qIEhVRNLOI00tJM
lVCtEaFw6MGBnmKCXWJZVV6RHSlsKaU+YGtRpplmHqFmGMkusEF1X3AigKhOWLKDTu3h/E5Z
hSAyjP7yjGDNNJ4cR3eiVx4WG11hQzDnyeosS5A4VMNMw0IkShHle4o6Z0Q6CtMRVBRoDTmB
R3wclF1AVGwjgXx6jtdotF+Il0DdM5MRotv6MtqstWvQhux1rtNQl93K24AA5qVGJWECw5dQ
bUmhtrmFRORzBiSlvQc1U24yClHhCX00HoY1U2wei8UPcOn4wS+lXmbGBZIsNRKywSr4Fwm7
KmkvLAgemFbxbUs8F4MF+YrwmA0e4RJLav3irL5PZmJeIAC/Er3I1TNuKsgJA3SpO6y1EDEF
CaWINyreEOhVUb6hgSExK/h1FdQjv9vcqCmFdycZzAKTRxOIIulRQ7VioDKravIPxK7vr/cx
VYBG6qPTUobYgWCWGhl/aHKEVQZFW88QWooANe0aotUEbHxRGEBoF4bH+IbChVo0XdEa80QF
Eas5qDEOQUsv83NpeA2zirdzOaATeGOZYMCjQUQp3nMqzxbuBVXfVVT4YSg+1F7WJLXWW+iv
mXyWOFp5hJaClYGMtyz2mRZ6Zb8VFNL7iqMAuiNB0rDGPmF1ptVmmOBeBmqeJd3xVZ4j4j0e
mIv0MQ7l7KsXtl4iYGl5ikWBhLS2jys4eIW0YI3tvxGpQkKBeDzBgJIK1GC5is5D3A0WCjkK
5qKGCjAC868Rq9lK6+o4HSWmfqNUUYOjxUfouPZLRvRiFRglDGVqKiTA8FShFS4wHkZn+W21
fuYH2GhCusSk4h2KdGZtNKwGECyYbh1FpFx5rmm2AdQjYA8TiCGug0W4j3tCN23iOwEWjN3j
PcvuirduX6guuN3ZwQTsIuWn0wJXcpVL4zqU3bmc0f41CN6bLBTF+IciCQ7rW/uHArQaM+g4
hLUCttDtMsYWNQDbs9QUAWEAzeu5nY26qpbt9QhRVqbIYxHPGLkqtnEfO3ADVG1Y8kLCgJbn
M9H6hUMCRtxqKsCBqXftlmwtQEwNNysHGTgPRBSBus1j3GtDe6aAG4lSXgnaR5kVsFPmA7bC
Ld3wHiDqAXiqIgZ0UZ9eIXnHBdqLjF8SuKYK3TGBBV3ruuYmNGVbbypuZ06bAoOCEkuIhQc9
oq7iJiLSCbbFK4BxLkwuytvwQBVUUBxDvHc2t/1KU8oWW4VZb4Tgj703sToqO1cudhjWmU2V
ZLhyW7iQIhOq23mUepV42CGN1QVOxeLzCVtsAd0Lf/YZaqAFXZyxJCTBjscqc8PRKUVmhCz2
R5Ki3aEQUOmty8cQvC0cStJtw7/qbIBkEMLCuayxdplZwxokSlxfi5Y2WisPvgg0jGgyhzlj
tCUMsvtyQU0IssrrL1A2E1dHmuUg+wKQyV1K0rbABRWty6FQde3MCaa0jYGrHbELN1bcu+BE
yoti4evMb3HXJ1vUolCpjN/NkskqXDNyF+YtEADjaZt1MSgJkseLiUEUwQDlywIQOTsZeoCH
vJpKF34mAZugOnaVC9wrkF45ua8AGH9ziCPAYNN3UVHeEW/iV6qVNLR8MH+CpOV9JrAkaFq0
J/3j+oUw0Ao1TGYNWL1tc/xKsuYBHXGYAUX3iD1Kqio1uFYq4AK8s10K7mW1SjiniJDMAhrz
bHiCA79hG6aNIay81CyAos2IpgTzA9LLSclQKy7iEaBFGRruOBUvOsiS6Vpu58hgkuhaxsep
YsqF0iNNIk7FLq29wqXR2FycRWvvyuvuV3k5dB8kdyUuRx4xMRuNXeoiKOT8mlmoXIG05grd
XENq7maYLcxPjmGaAi2qPT3EPtRfl0dQxZtVfuQd89nXxK6HBRwsurgWScOGPh2ldRnEq9p5
Z31OCgH7qVIBC7NvRB3NXblYJl0OQYiyUDJHKIKpo/eYCUmhb8w52A2RbWcwUPgWdaolMgAU
21LEVLRpYiIt5NrzKgo0TF8W1xD2S2qFl99SwIrpLbgeZWeMFtvb4qH6VofDxB9qGjw93mbh
NuP2bhVJws5U2IuKK4OrrGfBLu2ZxEcA+ZoQkUt3rqH02So+PUShCB7Kv2ZQnCv2PP3AENFG
EP8AAS9A7cv8DEF2lCnYqtvMurWKnwfmax+L4ad59RpChl9NWahMLFEYrtl9lW0wcpPM+z+4
INkBFhxUJYuWGcnM31u7ZPZxCqZIWD+INh4o5ui6jdZg52jqEgkBZuZE07JrQwXKgEOHbQ2e
5dG36O3vEtNeQJPJUKSLBDQ8VH77A2utHubJS7w2L06mSQCxprdXNizkcRoiFXzcbjnvASz5
YTi3N8vmZ1kCwYIy6rEpKvyMTXVNtOR9Q9ZXYMVK93jFZByzi6/py6UEV9EBF4cNlmmtQ4zK
OYfUs0hMpl8dMsWUpSAuoUjkHwRgw7A6jRYDeYihValMr2XFtdg/iVSJd6W8wZA5RwjIxyWt
hXxCQAzmWvqDplS61aguILs4+YwHT7B8QvDF5Sr54iEIYAMUauCWKqorqY0TK+Kh9nrgEI05
OUa0pqtD1GlutHKWurITSuCOn9zECBvNF6mrqu6oNgYjGBjUVXtwl1UVuMB7IdQVcKmF+COt
WTY7Fos4jbcC6KOIohpoD/senImU+3cFUgp3T2feVdcAI5viuMQdJEUtKzdbifX/AAEXAQNY
REB0TLQ8zlStj3CDuME+zqPApoXBjJFEWZegKxXuXZiVnSw8b6gfWAlmuY7RchDTuonBCqtY
5QgCFAqxOG+IvWm++iupQ8ThBCi9Qsi6sYa4pjJ4AOPDHUyTgKXA9JEDDdL5dK9xkNhR3jzM
95cWBV881AAKacCl5rqYAaIthnm+5VD5gcJynUSjVL6PogiN+iw+vMRaOPhg8JGR18pmvU50
HNvXE076wobinAXy/aaLihTYOYoQMACl1fEpUdym3cOQgWKtjJ3MnlC2Grg6u4LIAOzpBLRy
tZRk9x1KrFQ5IYG2np3Gs1it5FcQcGtWdXvxHAbVi6vuVlOjQX4LsYhsDPOGqgrHTRscze9q
d4aWLiKOjxNAKvGmAUSlewytaHouWRKdnHbMMDRd9m4ZpG6RxTxmHXlaNgHrmAEd21fVwdXH
RRiFfSrZaAvPia4NbCF2jCNAWnh8agSTUu1g5dx5FkFS0wnxH1XgabsEWzqwNLS7/wBJc3a0
1g5UcQCBERUMzKGQ5+d0QMJIUMd5uzzGfqCyRa2irDRb5MrJh+BSCOT0iBXVwhe29QJoGwpE
Gl1L7ZG3h63M6FwWywGy5GX5IKUDSh5BeZdVA5SGsL2xIDK9V8HxPChT6AFbWuCV6oTTZdX1
EWaK2rO4ql0MfyhipUX09u4IqHQ06N9BKntiqkdsQgRBh07ZSCew4ryIXPpb7bO/EWX33MH0
xaZqQfHt3F9J26uoDtsEEafdSoAUZGAGzziDVQxvd5JTZqNNEJUxRphfapbUtxkKOKqMxMNH
95QaDQQ5xZENlGy9fFQLDNqhAwSx9icSlwnqGoNY3Y4I+pkYARAtNwYQsS8cvHMsTmaLrq2X
rBKXgSXAUrQVt99TPUTNcJDaXOtdIBPg2/ZC0V3BjB3GVjAsl/lAMgzMZ6BFyGwuV0U8R2kB
WtiraYInq2DcVTsKL2QIVZ3ZNTkVojdcTsAoFWPdRbBYs2pKBKnm2A6YkEQNBYjz7jodtRyd
ZhECLlXUvMQoKQgsUcvUSSW0tkMckqI6xtFM46Qk3Ck6vdW5iJdYQlQdqPcaoJpUyCZ9/MAJ
tfEM8umWttWsoDoxTEaLnXl1k4gVQXZQx81LAjRXNPHqDUGzGLfgjVuW58ijJUyh4BghweCX
Z5EWDPtFMALW4A8OPia4GhUByGcsIcUTsvyxmUSiNYU+RePcZlKnQp1YxVJC0xbyUeomDxsX
Cj516l/7BKKVBPVV3MDAwnB3Ftdi2wr1EaYgLQSvqMjhoLcYxAoTikGea9fPSKRujIXXzErA
jQh3mMRx2itc6iYHJWPKuIFljpCnrMRUaFc135iLoKuzCUJrFbiSy4ubFz0srDDRaeHPMNVe
4A5z5IoWCqsVagu3NcF9QanmZ3VamNfSgboY+0DZbdGIewi+WLZbTUNIpsjfYepYaDei1YtW
xcTnJNqON8wftBQpdEbjahHX9iXIlCnWkmDur4TZDwgWekRALSun7iNIucUrcvjLgcD03GcO
ju4dIuSMmglCi4AqxxHPAzyuMQSTDYeTmBSgXLCEwwd018wCB5lwqHR2ljgiRtUwcPmmOrJa
jx6Mw39gqs9zVCMqV/2JVKzjZUeK6q6nRUUqk3bXm/Eo9Bm1hY+bNUVbuniMVFOaBeMZnDYY
4oetwOSEqZPlvcTWTDODymwy3GcPff1CR4wLRzdwUF2n9IuUA2hqGqbILB8zDdGRjfjBcEwI
DwteUY+57dRRe7lLJpVx9ooBCxzSYNXGAVaBYXT1K8QlJBrC4lcXuoLI8eVKwC8WMx8TZ21W
bSYLT3YJXGIFrovQniF3xZU1cVhoSx31AMrGjY9zkBSDyi9iLqADqagGgC3aXuRFW42HpCOq
C55PUZyAcLvhg7oIMpesxNPkUpgVuOSM3KUKTL164grUVDsC81HaiEWndRuWg222HzF6qYbN
h9ziA/CPVTAwlO5iHJMF9SE14KOWXFfmHQNalGMaH8RD+MbaHFPEsYCV3VvJcMGAN3tmcrRk
NLANLW24SctLQ13OvTWFow5lsrkAoDubCnN4V5U8x6UzSFtMC4gFzJXERGa0eCofiO6f2jFh
6AeoXmbQGT3FbDwqn7iGQcH5+Ir0MVrlb5ib8EAOXYMyFm+wPUWktwgsPERqPXiWvYwnBasq
sag9SFDjTOYPUsVbPn+VStEIqEDORp88RwGIBCx4BhkzYL+iXn5gbcEcC34dELaDpROx/CPg
nNNAeuxGo3CpYP7lwRWBxd6W9SmtOQhrN57hNFTimncpgRZqu0cSRCW1ZblK0luogvtcUssH
k5pUUpsQSiK+czO3crno7cMZ/cFRpljGob4J3M89Si+UKBI1nc/wMrdpkDnNhglaK7LAHFMW
MFyq+QltALQt35qa5ELhK1coCgDSn6i1TSlO3MxTqgcFDuoxZDFtLPEWJMLoh/hGhACa3h4l
YCAK4msYSkK+EJWxRapTs4lI8ItAdw5o5WJj25gneJyDxe8xIypTtLBDylY27eipSUAuEt33
DDezHPmDoIW0v5hjFt3bH2lI7Qy2p0YTMo5J8gHA1mJxkW5QZFyr99GL+ArxDwhZAo/1BUxt
SGoIbbOpGLsduWGYBXoPgzMMAJt0vCyIbxkAUnbNx85gG3eEXiLNQBvZTR1XmUQBbm73rzHT
kWhV23mAdtWxDq+vEY7jdp7IzRIoOn4h7geA6O5vYcluQuINTe0tziHGqGq30kMuyjFPcoLn
NnOYtpHYCvaUALX3U0xzNZZCmL5nKIIAuFYxAfK1mXOXmZlZu1uEoL7iaozAJ3kaSIKe2RB8
tqNsMrxv1FsdgBpglxniA0sWxF03mbbeQlvhcSKLyob9XhDiSQAK9auOAQWOF+RsuXgLjvaV
8wszX2lWU0mYFoLBanN5hnNCFgNwDC11AZxnOY2EW4lDaLtilFx1WIHksGW3IYQFG/eJ5sYj
kCvIdTDBjbKG2+Kj5TGxffiWPXaLWTFRAzsj0cXFuBgq7cFdSpbhXpPqV4nNatHMNqcy2CN0
8VOdkMDRziUUrdmaPlLiVYpsfFQcdxCuzxHOLWNW0dWTFuFM9vuKxhsjRXmARAhkhH3ARDG6
MY6iQHMXKs7j43bK9sa0qL0WjbMvuwy/eXnAhTZjZQxPSkunFSndRLZrf2x+tIKqvCYxCYW0
9de0bAtkXF3GAAOf5RuJWVrbGpooRh1bMg4D4hguljjPJGgHDGJxxGy4Hi9RmEsLIpmGFrmF
7c9RUF/KyExrMVDjQ1w1qAkwB2Pgl9BoW3KVFRAsSvxK7gjnOTqAZogsKFaLjgUa8N9pGvZq
roU3lMIHlwfCYV6tqvS/MbWEOJr2TDxRk4Yz8otdkEVvuojHHMT35i4OCMjoSYBTK3VBllTv
YGNlO4SvtoZdW0tocKrxmyllymCjwm2By1Ln0vqFBAOckX5jieS7DeeKmLO6ZHGKzGi0qBbf
C0GJgAVCC1cJAVIi2F6uY4a/SPJw/aNhHivEaUtuJZFMgNu9N4g7YXZacm8TPddGHfCuLlv9
JGc1C2hZCl1V4jHk5jfCFxh9sakTNDvi5WL0bLwwmBcYtudxLgKFXZkYjYZ2XaPm4CVzLZJi
wJnqApL/AGEMylCYMU7l4O4Dh6XxFYvd1tuoJWAMTSPXEwOq2GnAIdWwh4A1WIK0sgujxmUN
LsSDb4gFXeAqpZEsUruD212rT7jn24I2ASlcLcFEqrgAgzXKLHFgVghfhYvKFQ5mKg19oFZR
ndoiuwIz4z3BnlMPyzAp4TjHLAmTpLTww7FeO6seiWualFqI6NNHWecQIAhdkqNkS7VbwStI
EiKis+InbUNWXqIoWmFyqmMyiqgFhmnqJ0ZhYE9VDcmilhZ4lvg6y0NC4GPYJpVl2K8zDeso
NEwyCRlt7G8FeIGOWlRdKv2jRibRkfGruUgWJ5cdQSra4pDQP8y4RbkQ7rSZv6Lip8G9xuQ0
VqqS6Br5lOd0zHFx1BSLEU2cD1E0k9iVrEaCdKi49JTJUXN3HX4hUK7BSzpx/MNc2wZYb+IE
4Lf5KxsQejbKDA1+85VQGcn73Czc6WQ9pqOweAjgdlNZmFTeF5eCuIjyLZb98TkqLN6GuZns
Lg887T/nQnUQsM0HBMUJDJtTwSh4irfuQ8yiJVaszY7g5DGWbL1HAPcC3nijCXVbjckxWzbQ
BloKNSVB7SMDRSgAPD3ESkKeGXt7hUF5CrY23CGCgtyhEKDThPfERW0tJl8RKmzp/qw5bAi2
9NrFRDETTyxpBtKtNeyJ1ORgjjkQ2Cy0d9/EPAqXYLu4blhQU7m4YmgWOiLQUUFYuFq+ayyj
eYVN6GVQZQsBX81L8RcnOw8zBSbVW/mWkcIFVFLiAdWSBhWCJoqO15x4Mf2QGjQ2WBRbywVs
+bzGMh9hru4iRToWMfKUG2MWr2UY+ogA0PedQaJKGs0YcQKJtbtfLaP68llTp0+oTXI3SF26
XMZjld1jNeblZF4gnYy9BumLguYbLiXyDPzD3DoVqNVYDXGSWzbAGj4RYFW3IsTAxSpvXcFZ
HuIJwpllNjneILpYtpBdrNx5eM4WuqOBEK8+twXkCZl2Ld8lvfqZpaLIB3ngTFFkgFrw3cTE
A7z0IWbk8Kw6mUxEWodKFnc2ZF/mPQuapOvJcCMaUjCNCGMS1JOR/lStHI7oxUStCpSMXBWu
G6aTnxP8qQqhZbnAdyx0ss93nDF2IF66wS5cmfNV6+otwOhS8koJtUEuqfmIIYl+Od29xkNF
KVKfsjaeLL12hTilqgY35XMTk0TwqKBsuFlrs0TCGYOYAocLGCrV4WXZcNRqNpRR8JFrEN9i
W6nmMvWPMcQHlHRxmKbJYvRVYX3KZKBB2bJhWFsOz3AlrKgl6NMAIAGqy4qcAZjBjZO2QIQe
KuYIAXvAec9yx1ANLqusTACRs2PbLcUBa8FkIPuzTqCN0cg5r1FsHFdlXimVceDH5R7myLGH
51AImoVdH4RoQmrUiA7jEFYbz7gp1lYXCy0j+sAaNQLi4luzbewPPMQ04mW7eYAd4Df28HxL
MDvDSVQvvcZjYyIVzXVTAL1lflvDzURWZS/FY6gICA1R6HZKRM0DQcX1cUGSq7GbB5RZvsAt
pj0lMDnirAqk7lIUAW5LBbiRLJXJ8w9GitGxLKQihKIIFHXRcyYvHAVefEQBEc4qmh8cRyyZ
FFPKnEZYCLLdtt/cia5RRRrUKS4WnxS4YnYxE85aghxHKVguswnqjqF6vWom09ZGjbtxB/CH
a3YG5csjgFyaOqixoeRFIcbmtqG2bZQqPKgZmwIH73qf92IQAAC1BT6jxAhmgbMFV1Cg5Cja
vVwMTJvGTZANZk971mA6NZ90uAeosAlApVba+ZrSisacD6mGFgWt5agVM+WOuMvndC7GkIVG
iFx0R2y9uXSIC8ZmGRUVxe4lFWQ1Y7uUABFFbXi2CkORV26zF304HZzDKGmkPm4j0qo64V7j
SgfRmzuBKt3hDIZxLqIN0dj0WxjfLtVWMql9XWbCKTmjLPlEMKULSuymPVcpYa4uJkbPIIzo
Iy8j1K5kzhi5a8SmPYVs7YOTdYps43AfcCjYinBVUEZeSK5XbPLhb4jZJ2FyvhI2LM25K4I8
kKMKCunuZByUFMivHNTSyQM03inqV5A5CrAajm1IOdcI6hdQ1Ulg8Ph3GFHRKE7fUKFaza6J
VkCsCw7ZlOdCr48lm8TQMrYWMtSnx6rIrka67hYO4NV4dEADNHgXhi2fQJtZnfiOSjSzLzxs
zAUbwCQ8uohTcOQTyLFEICWKe3UQquNxsqrS8S3pS7lBiy4ndJgAAT3tmUBpSPqc/KELdvXc
CgJYNDkG4xViY8rqgTVKhVI1goiohwZAY3C4YzDJdtdwoWlONHzBijWMGeKeYC9gBLg94n+d
MHaUgvwicNDRpt5lDQLXkdxjJYtWWIe2u4481FwLTlBl6xKJMxIAOVy99TLGRk1GidNjRWb6
+JZ+JKVb4bi9joDClYCVFDiN4zXcYIaKrI7Ia6FWHOaaQ8R4qQWNGG9LoaItPUzlllyofBLx
hWlLSeIogZAaQ4sgWiAlbPVylZyJ1fUoirfzkNJS2FXT4Y3hVg2l39yphq7XjfU5GXz8lyrH
ON9DeqY2yXgWu6QmmmJycy4Rqq0d3MLWy8cHLBpWy6q+4G73DwfUpTbsOBtmPlIAoBm2XByJ
Rx7EWCwDULN0QrsNpd9IAlEKYcKmTBs5oFGB5qWllQboeuOJag26Lo3dQmDUXKFOPP1L4HxE
7i2DmK6cF/MsEKJvbguwzTpw5U1QGoT5YxLy3lFAputA4alPrYGVZxArN88jWWFtw4Sht8bg
ISLbasqvcNZC9YNofUypkTkrdcEakmVOKMRBULcMLjm3TDMnlpBtVlrEWs9hcvs6Mrh4eo8o
sGTDdBGsZpvHep2pAmlNQYaC7u8dI0BksXCl0e4QulRUS9vRCZVmjb3bC/vcTI/KZ4qFLQbH
1FNUS6Rr0t3PE+4RgwG60evmLzBADVBvzFkrRhVxBZrBVLdS69+SqD+4tIyVrRfsmuwQAWMg
QROb3QOcx3KECnLBVRK4lhdW+GVkwaXWwYt6LUBa0rmBzUC9y3moaMA8RB6hjdSutFRYm+Q8
vEW/IMKZQ3SA3hs5W68YhnVOwpzXUSxqZBG/mVLEWTXc2Q1VdXrcs2BsCLZa13dCvNF3AAfQ
XZkxAwvFHVaZhG/nV2huVcKUli1zjqa3tOJs4IZKyNwCHsm4wALXeYoqSwPNcETyitJgCYgR
Xobf4ZtiHlpumNrHk4PNwqcvkOhqI1IWFN8CE0N3Gaf5QCTZELtjSVmVhFtZsOa48RAdM3cN
mCXULFoVtkRzUG5I8wzfcQjKUO5UDKrwLpWvcPvtsTWfP7RGaHbSqnSOjxSWT8BXENxsHIW8
iZqCvmaTeI0gdffZWMXOD4bXY6fqKkt2o4iHlmCBgnPUEv7Qz+4VtvVPPuW9EtssM9ZmOKK2
bye0rFI1IO8mMQPZaUKfhiDsUiZ09ZxcHuhu0i+CnxCCWrGJeBuCbEcpRPXmCRAp2y9PcZDA
gLB6N4mCAG5KFjHcOVCBhXIywLKUYUcWs8CB66DCc+WaRLZbV8kTZqJhSkOWuuQb4PUN0GRx
+9ylKrBkl5YRfqrTzRSXUhLo4JnVggPN4SUqczV0onJLJygj4C85ghd3TBzt1LYFF1mzNii6
ArxbTTjUBSsWAHxY2QKeEVs2ZlkKo6Z1ByOVH7BA30KLz4g8oQG7D5iVEBC7vhiZ+fGO1QLs
8t22HfEtxW6Fryi4FLFAOhwwC4P2RGo8j6HhhMyYbXjmLilwGivL7lXZFVdhvPcF4a2LLPMO
Q2laZU7ISgmxgN3ZUQZseG6N8x7IVDm6LcEXSnfUOPLEIgYbDq/JgL0QLwDAaHJNgsxmiBFj
6L0mfmyIt8L3FzFFd1Q047IaulsNo1aPcDZBKDZTlhmPDXNE9kaH1VUK3cvMy+k5pJeINMLN
8KsS13WaKTqppYKGEqvBnKTO0QaolbouNPGwhYFEZfXTD3A1rHAFvqaV0tKoHGxmrWixgeAg
a0jCbOHDGmuDEA3ajoo9EdkWPdLd0h5vn1CqIRk5H4CAwaANddaylAEzWDbA3Vupv6nEOsuI
K38LjeuITGCKlORIWLgCFHbrPqIFACoUrpQSjLTX1hl6IKUAAegon+BfzHqaBbmt1L8pKg/B
NsxAqlfc1CdUfLDxo2RuDQEIBNLUKodoNS+sWC9ftAZVIdDX5jgFVhVfOJabKmw+TCzKSkrg
mMkCYhTBtWHmUq4WAK3XHqPBcWpR2RaFKtW1ffURYSWKbOVlIVDHw5IArQJcqdQ2tq7ajSts
GGfrEA2r0l49MRtxVM1ZjelEQHxGsKzjkuOASUyVqaJCx0jGgBc5sqxEVhXlodEclpAxtdpc
MaKLd4GGPWLBjdCGXBSjr3MUDx4I7vuWwiqgBHRvUahs54HGJUCHTpgdsDxJwDPygBkCmKC8
QJUMw2CyDQRUqbbLdTPJ4CmtOIZjAWWD5lN20I2MGlxBsaABrfMxgRTBLdxwCRSKe+5ZOEGW
w4oioShQog6bKtmUkQMnRkmLQUpRbOV3Dg5gFlvj/cAEaUotqMXqXAEUJjLreGVsTGEBhyxA
wiktQozQ+ILcVYQV9gmcWElR0p3UM5mNKY/EE1KYNLwvX3C8wpkz5RwzXaRKMGG8/RHC/JwS
uOIyXcqTBanxNg2j44B5qDARSwDx/hHNF0WLaqORoWGAmWK1FRbaD+YhuvhosvmWZ6RSq4Ge
Z9wZShYY9yiIqFRf3F2oKuq3KdUSrb1CcOf4NEHIJGAdGqjARUihEiM962gn5ZpSCpovo7mW
NcsQa8LBXomkBQ01L4AhYvmawj5gYxUcVwEGqRxTdO3HMJmeYXjx7g+A1QS1dNSgo6miuPTK
DegU1fmU/wAsHOJftjKK15iHE4JdO7zAKNa4AhIVFxAPTmXqmmfNcwGQCrCkHdmYCUYllywC
U3YJXmACuDNWd1G0g0p7eoqDTjeVviAE7E4GW6uKhaePMP7hRsZ7WoXUgaDcNQMJwM+FVmL0
njgB46iwFhdMqvDFyqc6xcFOBfJHu5YjVM1WA74mJ2KJwyONyiFG1GNDCbCOZ5BdwSRCLUtn
lmJGkXVBezqXUAIAN8rviZiN8pRjhn8QjsFHofFLl4A6NOQphEVYqsBfqPTPaOlrJmCpCiD4
d7IAgbBbXotGIATcBgjydwfUJqg53haSxB90FsbwzMkY1Hl/ECB74+yCJlq4Lv8AO2K5kAUV
Rg1UdABFlHlqDEX3V1tNxIK30RHkxUFtyUvW6xzGy1Z2D0rcRWyUKaRvWIxk8nVrvTGeBTBV
HSOi64QDAenO4o7lI6Qc9z/Of2mWFBdJnK9q05+YlK3U8tH7xFLnO1aCIg5WVfULJa1dsmcD
M4aF5Up1iOoEdb+RDbi0xUMc1zHbU3ZSW4uZBBlbX2Q5QCMRdnOMQyEoZUL1DrM7ErspcTop
KTdvCPwXKvKmoOSWmRr/AHA6CVI3BS0CWbwn4i2onyuLrbAFpwoJSndQsJQDzBgpemig9sEu
J3n4S2xkuzqXS/gL5Q1X9kcm4Aoqr15/uLdQt0r5h4XVogHGJgPZpI3z/hh5LgDI+ZaBYBoL
G5wwEA4MPJeWy1eCUPL3FJyK5mNIopu04h5BuV/cduB24Vru5lcIBZRsOpamHVnxw3Gm7Zmr
Ysbg8FfMApAmAbKrUUynS2PkTFK+ULausVLiRxiBNL1cbXIBSkaHjELOwCN1Zwx7CnRL4XqG
dErXfR8pbzUrlKvk9wrIkJRr5h15PIrvshA+mjl5MsUjcEpyZYiJVGBrLeUaix0jKmreEosb
ktnGfcPvWV2NqIZQKBFIpAKNACmX1UeMaZWx+TmL9utp4OAhDDEfxEYyymacdDbDAIKocDjE
SmbgreexhgkwgEU/MO5QWCmcTxJsxqU00Yg5OZeFnqXFqBwqZWM+LDwRkF3vsOBiMShYPDgi
AqULSrzDQAeyz3Dol1nFXxKPko45f1ABV0bU59QTenkdJVNkKjPs6lBA7q74qWFVqh9iOZcL
6rhlTmkbP5I4lOV3ivE0bLvycw15KgWYdTPCgrdj7iNUvK7uEh2iJ45vxN4qmBqDYEwIZ3Vp
B1hxnR9RF4LhilffMvMVVoYrUItPwEQOHkLEf9xGGTlpTf5ljVWEAoaquJbwIHLkx3LGA1Qo
TA8xJVAw4OEe+peFlxWWzfwhJlxpWExANNKrRBowY2kMOf2hmbFYqC8xtSUQWUlfMIDpHeqd
nFx69SxH4Su4XTay54TOwg905DS2ikFAoVGVb2VOSOFo8UawwW5oRKE4yyv6pe3eMNw0lymQ
S7Es1brbjHUfQdpsLekIask9oMIarqVVzUciUFG+Bd6qBlem1HxH1ZSd9VQAJUwZDef2l8sI
eQwQPSBxWF7sYiNdl2Y9Zl7B2sLDrUWQAYdlJlPMpyZjpljjfmK1uba0hEvUHI30VDc/gNEy
bq8lR+UMA3Q6lyjbnoXlShnkMw6HU/6iAgXkhVktPJ/MThBVHNzMhv8AVuPZlSpbuLyNUaiL
aGB/IjuZEuUb+ooWtQXb3NYYNtddQEFNoGTxF3Ji6HHdTtC0Nb7fEAJ0F9l33LK0FJ+2o4nd
AMHncpHUIORSCFaCzxuLoT3iwlbebVGfBl6L3gdsVgFofRWFinMlTN+/EQ6qLxherImIY4Lt
+IUxjJZ36joRgFjHLLa0DTmvcyNqGCq8SydYyQTFs0ekBT7eYmraU2IcrOoDLjNPNwRqlrID
diQaVYCqxjZKatfKp33GaLTbKpgtBSo/KCpaSy5KcMhGFyAVY6uJxginJdrGQ4ccBbfiX0X2
6JlsxEUYVMAeSn8Sh2groPSeUemCuHLP+kocVzFMZ7IdeT73bmvUH9DnSAoKiKMnLo7Y9Voq
LaVi/cDdawpoOB2R1OgvLvXxUqPcBSi8KWolZgcCG17hBl8msfxGy6qbNN/ZEtCxaYx25Yda
dIuG7u0c1BkBX1uKoJNizozDk0eq88bliklLDnk3M+SUFo5cwoNWhQbdhjKigSgKu7jRaawl
XfcKQS63e7apwatiMNFlgBxGoMG3JP8AlkoRd2XqOohHG1TAwV87jlYXoZVnmVgqmUXDGgoO
TtXzGrKMsGvEWXlaBr5YNXlhRzisXz6lDectkYQRUUUZ8ItAlVlVEVBFtUbdV5lyDxhFSXVD
HQBGUCpQWz4hKIG9ecs9EIOo5WKumoAMngThNkICsnBcsoxtFwrxL2gYslfKVazYUNHjUCy1
KBtf4QTMtaD9oInDrAzAAKEPFB1HRVtC8gwvEXMxpgzPE6umtdeSMtiMjy+0yGuq/TWPqXSc
Wh8lwdqHOlV8QwFd2uTpibCJNcD4l+32op0K4iHVTjumiDKClkOxVQqOAHmbhvCw3tVjW8Q3
rLaljjCc4jjxEFcl/mCmcYdOSIXc55btfCMM3YYq2YeWIoUety0taZzd83HY6iFZvN3ELU4A
F42PLByewYF0BB3q5Ls511B3eRC2xjW/iCtAmbeN5CM0SasD1DWcRCKod+IAZcukfvzUtEuV
d29BEKwOe/3Eb0QDa1uSs/cAMKIo4n7oHWwuuzXzDjYUIZzrEVQDQDdPmWG4Q8Bn/KgJpira
+Blar2FsHPuCMbmg4eZ/wYIHWsjVReLXNdQWbcORuK7XkRdw18tMLQGXVUj2VMhMeBovOYme
ZC6PURScqbMeIyFQWlXl7i9dYBe+7Yg0EYXsuH8Da+RNqYFLB5SUfF2FoqGga0l59MBZEyA1
7jHAVqn8IBKiLpwEzaluEvcrVGFQ1gy5lGllLYAj0xiXaUc8SnGTLu1xWJQi6WHAMW7LF0ql
Loqwye2OEzFkscSrgvThGBOdp58VMnSNZ0HwQfQYoge1P5McNO3ufHcswt6GHAqYbqiaWnMb
rU0d0OJWdnO0gXTzBMqWeB0ibfVAdsPvqFnV4lsi3A2cVFm89pRrh7YrAmNlTfPhgEDF06zB
ZaQayjVPmZFWKKAU7UlRni45w0kq06jEpyQlNJZgtWMGq3gjmcZnpJ1BV9wPWVYWNYhzlKhr
uo7lkXIu1vyiaqIGKcHx5i7qJcW1lbURF9byFdEEUCu7A8L57i8HkdqnBiIzqKFK0c+IMozB
3K0txhYR6MaqAqNT9q3vqFVdgEcg9HEojIdsQ7EuTmiTKD0R9YbY7Zy8wBC6GW/ncrnVWbuj
hJ431P/aAAgBAgMBPxD/APXef//aAAgBAwMBPxD/APXef//Z</binary>
 <binary id="i_117.png" content-type="image/png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAAtIAAAGlCAMAAADge+F8AAAAGXRFWHRTb2Z0d2FyZQBBZG9i
ZSBJbWFnZVJlYWR5ccllPAAAAyZpVFh0WE1MOmNvbS5hZG9iZS54bXAAAAAAADw/eHBhY2tl
dCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1l
dGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUu
NS1jMDIxIDc5LjE1NTc3MiwgMjAxNC8wMS8xMy0xOTo0NDowMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpS
REYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgt
bnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8v
bnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvIiB4bWxuczp4bXBNTT0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNv
bS94YXAvMS4wL21tLyIgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEu
MC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiIHhtcDpDcmVhdG9yVG9vbD0iQWRvYmUgUGhvdG9zaG9w
IENDIDIwMTQgKFdpbmRvd3MpIiB4bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjI4ODk1MkQ0
QTk5MzExRTU4OTkyQzY3NzFFQzY4MjNEIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjI4
ODk1MkQ1QTk5MzExRTU4OTkyQzY3NzFFQzY4MjNEIj4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0
UmVmOmluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6Mjg4OTUyRDJBOTkzMTFFNTg5OTJDNjc3MUVDNjgy
M0QiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6Mjg4OTUyRDNBOTkzMTFFNTg5OTJDNjc3
MUVDNjgyM0QiLz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+
IDw/eHBhY2tldCBlbmQ9InIiPz6cB5VxAAABgFBMVEXOzs4pKSnFxcXDw8Pi4uL8/PwgICAa
Ghq3t7f29vawsLDq6uqzs7O9vb27u7u5ubmurq61tbWzs7P6+vqJiYmVlZWhoaGsrKylpaWf
n58WFhabm5ujo6MSEhKRkZGHh4eqqqqYmJiTk5N/f3+dnZ2Xl5eDg4MNDQ2oqKiOjo57e3uM
jIyFhYV3d3cHBwdxcXF5eXlzc3OBgYF9fX2Li4t1dXUCAgIAAABmZmZtbW1paWlgYGDz8/MF
BQVra2tPT09jY2NXV1deXl5SUlLw8PBNTU1cXFxkZGRqamr4+PhUVFRTU1NJSUlLS0vl5eVa
WlozMzNGRkY8PDwDAwNAQEBCQkJEREQ3Nzc+Pj45OTkuLi4xMTE1NTUsLCwjIyMnJyft7e3v
7+/o6Oj////X19fc3Nze3t7V1dXf39/g4ODU1NTJycnb29vW1tbT09PHx8fY2NjMzMzR0dHd
3d3Z2dnAwMC/v7/S0tLCwsLIyMja2trLy8vBwcHKysoAAAD///9ECFVoAAAAgHRSTlP/////
////////////////////////////////////////////////////////////////////////
////////////////////////////////////////////////////////////////////////
////////////////////ADgFS2cAAJOjSURBVHja7F2LWxLf0xcSUHw09QeoEF6iICmX7HIe
b4R4q4wMAaMo0feLdy3LtIvVnH/9nZmzi1asWkk3d56eXAV2D7ufM2dmzsxnaqQllvxTUmPd
AkssSFtiiQVpSyyxIG2JJRakLbHEgrQlv1qSEImIMTy4k/M7nyxakLaksqwMXvF23seDzzXv
2zb/5IHmAWVSyj36CRctSFtSWTTCx2MpNxkof/JTHcbxBemgHw8yluFhSWVZJiAH26VcJWxr
E3/wUGeyIF7QAarptGVLW2ImrYjkNjoIA0TO/8kj7QRw8UFYwIIFaUvMpBlEgQ8C1VnNT08W
AC4ZBx0WpC0xE3S6+tWBgL5TOeNehb99E5+4PzhJS4THffLzugAa+AAEfPvqffWj384/7NvX
PluQPqNiA1g1gNJgYm9fvK604kjCXwmCnQ+uU6iktWMb/3cDZL34sx1cH2RUaIS2fhCuSFS+
vuSM468JbV+m0NzBQ/E9RrEA2KGfNwDGdQwOg2t8mI76slB8I2VEXZtME7hrQfpsSgP6hHxQ
B6AMELkZi8fTQ3jgGIrA1LqUjwHy9EIyDtBbAQmIn+eIdwEDUnrwfBCvkZ8BRJwUK77hEQdT
xuWcUq8AMekE8JN1LAZOPtIIiPSdvtk0nkVNrJ0gn5hGhj9ETu6CbpJMgbH2WJA+c7KGD78R
Fakb0VfHf9lIE04EHo3TT/TIgrrKm8TfOyucw8kRiD6AbblThFi7wDPWphD/fn5hD2AyAzAo
3wMkpPwI0CNvs6bFC4T5DL7uEww1RMMBA8VKbYf5Cu0Ab9tojuBIRofHG2VN+T0WpM8epDUw
JDthmKztC2CT8gLA2Czp1V50HB/nZtnuXq5wjhjZDy2It13C1A0dTt2GpgRYoFCyl44y50bG
IbIs6wRNIPyIQ/YRTJ0nGWt97MHUkLvBgGtOiP0SqWWclq3qHfxlBJxzWJA+w7JfCCIIXE9Y
Hytb2CNzpE4jMI/6Ey0NNHwF4m4AEROpdIoYwDNa6x/LVzw3XNu6ce5nMxfEiPSS2t/U506C
r/KatPY0rQECRHbkxAPe1UN4IxpkSq8BmuUnZRfhWoPD7EQLyt+sb8pYkD6j8rJeym3dXpYP
oEjabpA2YWLlUMMlVMLFHYBcpc8/RMjfRmDGyJK+um78GYCcQZkViK4owfAeaOEB1ONuNrl3
5FOaPSs0W0Asn3i0XbgQ0E+0b5KlfjKb+mhNIWnEM62i4s57QAxZkD7jcoPgpWxrH6FxXzaX
l3MXPHWUbDCOlsj7Ch8dCeo2brtsBYGfaWDLO4B/uYrzJY4qHE84LOVzAnM3mwQhVN1O/NBL
vHLYvf3p08lHmoYs/7wLwld6QLsvs4aV0QZwvTSCtvpVgBUL0mdc0Cfk2LGPYHaJUHOO/UZa
6bOw9b+ZLLT1VjRQ1/vgCTppqC/fkbHh8to1PEXdAGQFpKScQBtgv03AYL30Q5NEEwQ+cMSQ
Z0E8/53jfLWhgcbBxnEBLWtOiDRQsMYt3ehhNuFy0pBHe6eAFx2wIH22Rehw7SV/qwAq2BaW
K8NF2QHQWcqjB3gH3bvY1x+8h9jcCUKgEzUkZRQJVtc9+OMcmtcpMslBo7/mPmTJuXzIkTyC
c4cPvt+Lm6fP3KGjVnQqbfhLhN1WjkV+UhPFzadfsCB9liWURyywEYwaL5tXSEMscvh4Qzl1
rWQA61kWhwRxG3qThe1WyFIeH4Isfl5Kuwv65KtMkVL8Uq4gzpH4lcY0Kc7VCIXvah4O1MiG
x8Xv3q8MzS9k5q/z6uDEK6KgDyvHsuLhK4qyJFzP5jal7HTxny1In10hs1Z3BimFM8uQ9tFO
xiMKgsQ1KNBG82Dk7sY3lvTwNE6Ez+gBPvb+6mGjHdN57vROZ0H6H5KJc+7WHf24sfXzTkA5
hnuNi2fpLliQtsSCtCWWWJC2xBIL0pZYYkHaEkssSFtiQdoSSyxIW2KJBWlL/knZP/E7HcbB
Trt+8OpOuteCtCUnkA0DM3K5Xv8L5fGvcFZn/Rv6X21W1+UeXeODK3MpVRwgz98On3z33P4M
QCTpOq0P8YfDc1fK0CDlTD+ipJFbXLsQSm8Rjmf9xXv8oacAST64LiplpliQPiOy1NwZ60R8
3vcOUFVqaFwlHQ/oyfycAPKkh4/CftALAvadlMJvl6EiZ4ZkoUU2+hlELiCqmxhhigrBMyCA
61xklD6R2TrZoHoJklzKxQRiT4hKJ8CJVR8oa9ChACvgNQ44DmkXo5/fRnlYQ5QHyFR6FqTP
onDFtWiW95ilxq2XW7sgkwCN0D0uAN9Cpa9eVbvllnKiyHlOdTIN4qmUrQKaqLzVxjDbYPg+
vuAUw3IZck5FujeIJ25Ki+jJBoVzJzSCGN6j5NYUnRsceOpRKZuEuEJVM4jXtyIr5SqlXq1o
wFQedQAjPJxJStmmHG0L0mdPdhASniI8p2JXN1EScPnIY1KtjwijfcQNkyAEocLM/9fKFAgI
0wsp0pmNIK5zHWKTtHMhrVvPus7RmVHJtspBJj1oYA4cD6RnTjKoTdTnjFa33BZUZzNLWpnL
2ed5hjgpUTtKBY0DMIsfKAquOk/w1ee41D3LxbwWpM+eNEE8sDNKChrgvpQ5IDLnDVbLPQhv
hOId5oUcQaUItkCacHUJXy7NkWGB8yAz2OWkiqy3aKkU8lli92gEeEsfh3peBagc9xHDLEzq
/ATi4YkTJjSf4w9SJRlOvvZXORA4UXbxWrS45KXUBFWkO1VpIup2XmHi/CfYtiB9FmUryIYn
lRACK0YyDW6zthtGNauqBnupIGtaVQUgegug1ZbYVo4StgSXLiKOg3Q8ThUCwR22Uxxcdhhm
mBUlV6KciOJrmK+KF7TLG1S5sujCqbADKv3/HrFTis5LMRo1ojhQxnIraOSsFmh1wUUja9nS
Z1JaDN6XObIT5gQzmgaZY+MpLBBzqGSCGHK+XK11cTqKQ3FmDciSsMGNV90P+D0xKtBqAnEJ
139BYH6GH6f6xoSyzRFmI35eCY6XCH80Qmh2UZVCLyv8BYBCNxdHTpEdUsvzwwlL/Po5Vszz
coneh9Pu2gnrwSxI/2vSVYQF4QLRi+ZqgrgFaM2uFwTpV+RltbMl/Bxt40U0uksl9PJ2UAGm
Sy2C1KNTnKNKRD97dINSt3ejBLZNAT3MAOZ7jWeeAm2J/l440ai4qPAOiD6aXXPy5QGNzStW
+mxtoC+Y8skkDnLbBU/pxbRwFdBW2RNwzyMoIGNB+gwK2sYv/m+TWDIAXA8p8kXGLohxUpL+
GukjZAwQI24NImi5I4Pvr4+DNoMH0UXJdJGzIAIEw1tSXsQzdMkZMnPjzG4guar2HJc3Umzl
JKRhiuxGUwxmOMA4nqF4YGXD+DtB1/IwJZ50iYgA/5Ye8PCTKzBGBsoJmfcsSP9rUgCwdQYh
+4YoCSAYQSi0EXoXUH0HaTFPsSMWpFiGYiyo45pb5paJdrN+HsPZsIYWCq75l4HtkS6q2vYz
MTS+GCGCRi/7c10nGtRtRYRHWp9MfFFQpjIJzplsQN6lmN0wuqa0wzg9GRzQgdkZUxs9OwP5
rm5pQfpMymeFnm1mQBjfH+coAnpnCcNGmMjhC8xidD0rIMJx5dZi0JUDMSuXQ8QSWTM49lpu
3ObK3IEkNxXY8dw2uhpd8egHYVfqhC00IlSarpsNq/+3WppWOygsvpuGPdF+KjfAgvQ/J/Xh
1LNZcgnX6oiUptknyenTDr2jzef4xWM65NmNQqG0lOXYc3XEgvRZEAczJv1GOcT4PwbZSFZE
3lmQtuQn5LzB/vi7JHmQnjHyCIpz1RyNBemzIFtzkZUz82UtSFtiQdoSSyxIW2KJBWlLLLEg
bYklFqQt+d3y5kWFTL69gfHC3G0+bHN/WLYgbcmJpWHt27/VN9/su6X62Nbd8kyc+jVp79Kx
/kr90poFjZsw7jzql7K2lTM/1hY49+SdlIvU8VPzWpC2xFRCzruNrQPTnawaOxEvVLV6OwEJ
2RgrZvgtqlksASPGRyOnjGiASAT0brpT4PdERBdfNDsSMxL7kkZC1DNBvWKGLUhbYiZdoPeG
JcX3SDg9D0WG8qYhUUsV4qyzE0JH+ihADg9Pl299hQvFoZ2LvaLUBHQHsjUyTDW254W+b67B
BkQciHj8vdfgPbAgbUkFSUPkOcDrHtEoZUDAJuIJQXWPCgYahN43MwddWdiS1K/IS6wDpwwR
ALsLBmQX9XfxU8eNHSoyeAfCS79zKdZlCOxR6UyjgAt6R1wL0pZUlpR/7wolxZH5GmHtR5V+
PlUEzmWssgWG37BV4BdPuJHnKWftvacSFjcf2gV1YHRTQcGiXodOWf4jESgNiFFqTp7lIto3
FqQtOUImhUrKW+QKrHrIvqBVn/HEnTgzsOQhFblH1uwmU4GcsjTqFg4RzmxxmeFL2S2onoxr
W+QDaFtyEd8CtbRDI6RoRTwsOXrh9+h4EqtsXEtZIJX4UnAZVjsMlFhZNhI3wSWAzlMfwRSz
HqDYhOpiZ6NanIfcCfc18dO4HE3UVFw+x/nUCmLegrQlR4gbdOKNNOPJSTYGUxw4FZFYEEoI
6R6OTDCjUujUhyCMTFe++DAzHURgTK466ZIDArTZNBAzzQJAdN4owbEgbUll6TOS8Qvg/0/O
AbqIiLGx9hzXcUX94O+aZ0XeCmAbo/Cw9/RHoA8hDiLmhHiA0Q1EYRYnp1SJeE1Fv+rQgrQl
pjILQq+A9SNkmcGGixQpsDdFwQddzlEljJLrpzuCTcIob7TgOpAbd8610PFeBCJOIixrVnjv
BIGLSSrif24DrdWCtCWmUkCgXlWBDZGLRSZ5s3nEGemdIo4ZdNx8585/RAP7GmrTbHb8ngvm
Gk55CP1DA2qWhOEQ+djnN/fRxt4h5poahnTEuO7IvrQgbckRD/yNeuReikorqaNKcI1DDhox
MEovY6vqkuHtFpYLkP6fw8axjeZx2q7cav/8w9/QeshnU1wHNdvPIfIxpCh73UEyA2pj3b9i
CJGD8ByxNqE9snUqk9Z6uGdT/AeQHmeTefSXD2Fwoc84fPEY/C44nfpIC9JnVMJPPOXj9qGL
F+v+HdPKeriW/GPegnULLLEgbYklFqQtscSCtCWWWJC2xBIL0pZYkLbEEgvSllhiQdqSP0Lc
4XDUXV+104eHHxY6D/Lsxg6xG0S5t+JfD+lXFob+KLnG/YWqR7Y+zKfPXtF/3YGD7hshoAai
fz2k70T0/h37k/H5HuOvQ66gx0LX75B1ASKXcIrTrgEow1ZTzWmzikFseQiEAele/PPTqkJ6
SIAzH3S6RHyjioucajopZZOLaiwUjvcmaSKPWfj6DZIURH30HrhtXBVEA9G+7MXHy2p6ZZbq
tJSR00wN66arCGlv1qDoyVIBb5VkO2hMTD8U229Ts2lJNCmRQK8JN8nr1p9Jr132DDXImM9C
7hGQ4/RTm2p9fPqSF8SnADo/WJ4wpnqEf+Sun7nqQdqDp894Nh3U6GuvejeQvpJNN6NIRXCj
6kZGtrdCU9/lRDZ7si7pJtKDRmJCld5ZUlH0xm7Jk3aF/W75oF+FjcxCIQawoIzq4GBM/Dh/
yLGQHo6DUGuAOFlX8h+TSVoHmLCBW6DLVmazeqS+5BdN+5Rx4qeVI/0TF8RFYTAKOmeWJZUg
LbgyOyF0pFVFrhgdEd+tSB0A6EwRvcjDqkE6jFDjPrnSCcSkViWZjwRB9eajMmG2rGntE8/V
n74yMUaoQB5c9p+44F1lS41b0DUTXYU9FfCsehfJgnAdLAtl1ZXQl+zqGB6Cy4WVXqveV2vY
rVXm03tgwrQaADc1Ux9Q+qL3y3d3QubDxE9WfBJJhJgesaB7xDqGymUbb9Nc1a7hwLOXn2Nc
aEapVqyqtnQvCDVLCwrS9Im15l0C1iPi3xt5+iBGEeXrRds2ea79fUOyZjA2iutH0FU4ufX9
WX2LXqb+IUa2VvlGaWz5dcyjHufwaIibX7cMTeEakkvj+3oe3ql76Yk1vZJrb1e57/XL8qry
1r707RU3ZizcHhUWoBAEEeeKRNWusQBw55A/mjW2dR7Bj3dkPkHEw4ZGVbSubtAFYknO0IK/
q1HArU8tDmhrEclUmhbyKAMf3nfgL8PkgUHHiUfyUQX13cz/I88B3CVVfVlB+submuIQDEcx
0QIRu3X46/k2+iMZJJEAHSGa5/G1e/yBWQFClW62CkgQeURnZvK23JqdLSQt7JpJ4Cn6Gho+
1mrFuZaDAua2y79GDjyblKim4SHlVZyqLt5JYgwJL1pA0CuXgLgvV+LMPBWAuPs6iA3qVJBh
PihJ4bjviCgjfsk7CKg72ATiqvzApMPfQHqFmYHknJhj6D/SeWTxAYRWNWIHwrn/WOKUy+Jg
qT88UWQqQ53RTpYNUbQ46gCqaUz9E5IR4KrWuTsFBNcPfnUdmNWPobqQlnFwtTjuZ/jxd9P/
SSYVKZJa9iEq+qTDD5FhdCQ6CfPtUk6zSzkHroJTK+jLf13T29aWxtbWuqbzzT1djZ2dvVPD
hxy8VfUtmgDIRtgmw2NLj07r9kc5/iZ4U6aNTZR2cNKShb9fBJgo9dNMbyRN34BwLhX0QJ+m
E6tlIPjmJhTe0bQYYj/hV23jUBv4H+EtqnP/XkhrOjtTdRxQUst30w0GzCKH3MNqGh545ayK
5mgKclIO8+E06TjaqB+WyxyBcIkoUa2GW8azzKBagHzzXWNwV4wNG4O7j/4dUgDLejaBire3
E5U3eig8RiG+2JMdVPhsVMa3Bq0eNr93QbwoddEp0enYIBODr6I70zwfaZhPFBHcvLATIQqs
/iJozN39+LFyNAzHGYdopVdS8zTud997qfunN+pGtCcj1UP0c8d92ejX41lvDkU8xqsZxJPy
lj5PlXuItm4qpi4eGwDhA3aMLwAQTQ85rB5whuOKaTtF+044ul0VpYBsVkezQD3LlszCF+bE
mEIf/d+P1jFBmuzeFtCZCQ2HVTCk9wR/7YdoFPGtWAf49L8obd/iGD/LHIihsDPDCV0XoIfP
8Rn1gt82b2uVMisGebP9BzpGBQKN0ox5cL12pXIkRosIUZmC80Ig4Zl0VgzK5EUiHPu+wW0v
mEcmV71r33UuXw6n2+y7KiE6hrqlmNXKtl8N4sK4d7M/selwAkgHddrslLp2kLQfE6j5Aw9p
h570qZ30opIpCJW2chwlyZP2vCU0Rb7Wem6mobHxzYxDypFXn0caa+rfH45zL+t5HRFSz3KS
lcMc2y8xAV/AZEctWNsg6HGT5cOO8mWcVqVrZId4yDscB1e5JUMe7I/IUt856DxCcHYGf6gT
iQaJdhMTnNr7iIppPjyXK5N/d6fNaMlxPQpUzu1ss01vVw6LTYovzbRD923hO7PqHuMiF6wW
Z01Tec1WXQnIN8sayZgPRIUd41ODdBh0e7RVn04bNSP3CHDvoK/UCMX/WLvG2eod9hGHa6lU
esSTjDVj7tu9v4qyqzcIuyr8/FGC6zs2mgvGlz4IKYs19vnol9d4Uxi7aOXXlDyk+APkvaLp
YgTpauNBeY0skheinIbrxyuU0kdAOm2GDJzVrjuVX1h7yM+oks3cSi9UROH7cpLW19JHn6kY
bnBEwKzfw7CpZ5VEDD36HnCcH3zyeLlKiFaeOpuGl8uzvrxo9wXJwa8SpH20c8xHufLzX/UT
1NIQ3MnA8zyOqo4sD2eOtkRuoxVUegHUmABNjXgqYva8vlkVjWZgaYgPIuBq1VPQUgU6/5fq
Bsc0VaTNGLV68IQeiQvI97lApPqfkXmPd+i5vXEcFl8vCBzMJgUU9wGC23KrkCFVO+so4Tne
mwynD0w7OYXwGwcqv3TFlOF71NTK8RptBitgEKAyCBvolcqbp/RKu+krC39MKMXhmX8eDXhu
1R0sQ6fT6Og4SFOY+Ykenka5wIceigCT53DrqfBSW8ZBXv+zrnZmxEyu0VO6JQNoOkfA1XOy
kdg13bV+i3NHjO7K8lXnvuHRrEOPOGsYmc/VPn2rMFYy+j++Je866XCcDJJJ/KIaTYF+XEnx
j9doe2q+AY10U2WAgzDLnJkDYdbBpI0uWdH6jZkGDLtovL2VXpmiz0RN5j8Ic0hXTjAk3yEk
/3k5DtI2MJ5QZ19/blLtwTX0RcMIow1cR9/g7TWM4ZZDU1D+TEKio+YQh+VG5RTSNwcrur7O
2nd23ts/b35Eo3695i2ZMv35pzT4Dvbl2udyuIZ3pjOF4W7WtOnNS+iwmSV8zaE3lzZHu0kG
H4dZKr5yg8C+XukVyncXFd3NboJnW8XTzaIvtWbm+phYeiPu0FlIPDzelnb8ycNvJIX8/mfO
YJbk0QymFhPaJGa7D2sPhVlEtTeXv1l5cqLWr2z9Oh4F4XnlkMz+6LDpxqy9VZ5l+cvLaTvh
eztMn1h6wuZbDDu1pi95b/m+tx6jtsdr+hhqFqUlZwrS6BvGrIdoyd8Cad9ezXw5r3EB5pus
x2XJz0M6Ankbb02+8ricv3ZoYXKb9Gs2BinFrvM33aTQlMNCyj8DaY6KrfGOnYBfq9IpsKDv
9N+PQObyKIh3v+Ue+U1ibJb8lZAOASdbqBRl+y8dmkj73PqO+R3eRcx/Z+fdU5Jk5c2TrfMr
Fnz+SltaxVk7KcPk1yLqBVwqH8e531MY5n/DHaJto9vf/HXAL8CqHvhLIc3pmVlwypXEL9XS
lyH26oU6XFdbG5dPmC1yquKIw7dBFTvtm1SLC8CSKkNaULbmgE6EdEr698SmtCjybno7lc9w
osv9X36DhsS3E2mX99xzf9/TpnyqiZeWlgZX9lC2g+fiOXTXaGPcUV/O0rpw6yP+v8RavHbU
OcYBgje+C+doc5tu4Z7bE/Nw8tFQnsoSTyBFoRFZB2XO9XEpobyc/cXWPIlWofAlBqOr+/W/
/dntBqLqnsrtmzel7LXrmYf1JvGZXlfW2RMo/uuEbCfQ0ixGUloGjz80UA0rWdlFMrLd1HMa
pqnekJJi8JY5Bx4tcxNdeFurQbBejqhkolecJZsVJ2LPaHFTwhmXzwyobOzLXOlyhLwJIeRP
NxvSTl9CP3Z7Als6zN3n7byBeM79if/S2MI30u552KjnW9n3zhkZ5Bdv8Bkaer117tbtzUYq
IvBuysWhoVYpe+6lRgMtnTjLd3ydXrNhNI75tUgxQVv/e7POCK9dWxm6p5QlmY4LGKBcMkoj
90Tw561KJ6EUtDniABo/25Bm9zBfdvr3AeINpUnKY+gF0fYROCU0R5hfBUrLeSjSejXX5yDA
oiNBWUUTILrfusQCpZC5HNdPXsOqeNkGAQioPgFHF+J5wPYhWDl17Uelr5yGtMypiFRn3qZm
eULlal9GtZhQ9VStNHGdfEt95UTOT1k9hTFsJAg3qTLeWwDaTLtRt+ahgnYwy7cfVpolreaY
CirGUHdooG4vwOcXakidxukq3R6AkuOIq5ypiEfcSJomjVlajXD6Obj+9wAe5txc7NcrE6SF
8f0f+P0+voVb9ap8cCowURpQec32bu0A0h8c24csa8fEyIsvy5xuct50QCX5XwE42gxfA/Cn
yiM9FUmUIf0A4lN5TnmeBDFtjzGAnMzruSvYsv4AkEnq/Ks75ZQ8l4AhG+nPiyAQ3S5K/SxQ
odB5SnoNgDMNUAgizGzE82AieLXzq3zf0uDatLGCcVIBzw2mlENwl0o50BapkGJ0qb8y19tL
gKFSCGfd57NueNDtCwjDQUTYvPWqdOGIyBmsJcMw/Fajnb4RRcMxzFZvFj6HFImfXKX6LrKh
k/SsDUYqIiMArZB3aVpE07SsEF95XW7mDnupLu4V0HL0YF9HIHMJ4BSLqicNZfuaVeM0Dd3F
gBkG4aDKL6hn/YtTeJCq0wK6dZRRW1TyKpeRFeG2fA/tiMwRn2iXt0Hcp9ztqFzS6vBr1dQU
fZRK6pzOD1bMK6yB7LwnBBG5jctAM2r6MJXPd3PidIIeUqJUykB2QoY4SXC0ImzXNMjcForj
5IxraQozPAUDTs9FQbdC/JGciMzo0Is/Y5y/UK/lOZ1/EtDc+2gs4IKIqNBECSNM9F2Kafha
vqo5UwS9S6pU7JkQx2Vh4xwpRU6Ttz5hFAwmudzSR5NL0bg1grjEt2dAUlVBMx2/YF+Ck0vT
EVWy6eQ399EsOIcWFE4DD4Ef3mcM86ALca60hziUAvCVKGPnsW53kIfnVVOX+VtV7YOIUHMI
+nw7j6fSs6RqdGg685Bm/6Rc49Fh1Ea8AlvDGOQ5+7GWilNVfIve3kBFLWz8GmUU+1NN9aS/
AC6Weg+WRZotDe92jGT2+vXFxpEvLVl6bPVq47J4bP39Mo4STdQbp3d/ogaRe4GZw5eIkNjP
TH0XaGyLoEHELmapLm1HfS2ncn5F6inXJiju73b12j39m4fQg4O0Xv9yQdcQKwCxzpxJ4Ukj
+9faGwRrq4Nv2wDzPs/ESVHg3Q90aRRtHOS6habKlQPk0C/NH2e+/fOQdiomjENeBQhVyFkn
/PTnmLFA23VIN9GOmyDHf0bTKaFaBgKOUq0QMbyrjegxnuym3h826PhG2WYRx1rJqOdccKqb
nNuGWZrmKbtBd+M5FX7JkIA3OJWp2EuM0LfeNCroC4zhkCJf5Sox0gNSzXGOrFO5StQBgj1Z
3VPAj/hLjiXNpDwsVJhHTX27sRx86kBw8y7UPbrIk1IpAfFaXFVo2o8fhGkOyccIZBdLLrNC
mbMC6Q6j+g2f4JPGd8qoUHrERgakEzQu/unWyZ92QWjJx0Yh+wMFwk3S4Z5JgZNCrw3UjqV/
3E6kqe+A8hZfRMA56Dx283CWeEV47/z0xPDyhjimEaKy82n+0zwPBy6h1usvcUhDEAPgpzh/
Zxe8rGfemyK/WSeMGNDrcHsF3qBFFXQnDc7hvn5w/Vd6Xbmjwzy4/q/kBhF7y0UzTY/DaNyL
RwReokNDr7P0vwFqEeEmyC8GRaVNKbqhrZ3mNZVnBNKUs6PUM+3mFZRC5jr893Hh8spGxbaI
/kuXEcdNF7S417BElUnR+5CIaPLoQjUV4rboWPB4mrXtCLhs5QBqkxOHcf24RDxPul627pzu
DSoKZguRDhc8bWny83KBU9I9xqxmbpjFSURuX5oAu9D62kXV3k8iIklmLv7nFpBc6okrs9mm
V7o+Izs7pRcqT+sucUJAX2OionPLUT+yzl8SaYs2SDimkBxE+MJDqCTOf8InFZT1Qf5jxcII
st7zC/Cv88QfB+lzhTgk1e5B75AWY9Ov7H3R/ur6RXpY9/2KUkmnOi/7NAd6deTt24PqppOl
H3+haDbsm7/lBlHgmF3g9qzugXExO7Dzt4rrCOpODi636umw+PcVEOk1VtB3VS6joXr1zgU1
7Cpn9U4h5Nq9UDF4MCkj357UmHAtrBx1iHg4vmnLQrAPfY8+LVKQH+O8RbDJpGOVo4EfLuGC
+767r+Vs29Jfz/RMhZL663nNYI+5eYDiHJrh/0B/t0cGb2rdaKLLWCc23vME2x+dSjjcb6V3
/BnTbdzM5JI0zz+xMXZuPE2sK77x6x59q9rnVWdouoXL2Mu6Ni6VfdPezuXuvbaCzTZgRnxr
v3RD535o8vKqeYcCJZWq5z96bp3pBq3f+eU/ViRsceISqqifzokyca4P9Urfv3CLCn/mDnLK
jK7jrMv3zudH6QppFt75Ud2oqPOLuKaX6T+I/Bue9QroNNd/lBDdg63RAvDPQ/osCnqqf96g
mAQnaj0cC9L/0ERra7Jbd8GCtCUWpC05FTnX/6hB9kYt7gQL0n8XbjsGzXbsx0Ck2wFcJy40
a+kb3LXuqAXp3+uvEXuOWYnmJIDNAyfuTZUAsLhDLEj/ZqEwvHk3hjra+xN6m9/jZMRJ0Qzn
hHVTfzukR6TU9772ZpMcyW3peb9+McR//DTZ56UK1I8tnb0XLge4hmDrXl8nee1b3qi392oz
WZpz1y+2ysZomio+fYGor4lSNmquLZhv2nQczv5tb9vSk1OXWtvv/0rWzyIEg0VzztKa6J3Y
+AlJcntRpfunj2CaX/nBPJYW76J8HfaMX7UgfTJ5CEJT/XM9cdUZgHvHAufGjVKSQnZPVbXQ
3y5K6aa3xXF9va3+NiflG/wxXquaQxTUG12c4Z41uypaqOKC7OecvTUqD8yr5p1xKgOkeVWI
+6nk1ePUIlv49gWt8M2KvhK65pGhsSDp2M46X9RsV27/4yf96MDPWz3Hm9KBw/1kdg66O6+e
fFp1DelZLCLy0RhYzc7udT2Z/6XPrR5WP97l7EU6ehfubgnnhvjPPT616f7hEo+mUtrSNcr9
OGicZ0H6WHkG0P+AknFx4Xymai5aQWQugpiimoC5QJxSwObhoYBMmkprBWi+tEoqFn7fbf5E
AOBzaZSz24OUUpYJQgvNjNARKg3qbqtysgxn8lA29wZAZMoF2VXKBhJUZqIaopynnp7fdAFK
ATwP6MWCnDnkrEgo6cmqGdiZDvqdQddCi5S7CyBcNIfykI/lB9Qeqj2oLomTNisgjfjsKSbS
12S7SzNnDg5Rr+jCJzVJU6kkAfl+XI3Gzt9NgJ/yjTpUem6U813J2KGyG3ueDvFhXsPfZ+yV
Kc+ilNfUD6dbnPlPQ3qIWmk56X7Zr/6vQeMED4LpS+hHIMf5t2Y5FJZ++ChdU6p4CREXpeyy
m6VFF5Vh1QCepcBPp+V1mN6Bc+QqgJaNJCp3RQMRb6X+7WzO7tEJccm+DfE3dJjjto3CwcZs
H1VpO72ub2j6Ce2OosrxxAUh4aqYDtcpYOwh1dOm9X4wgqZdPEtJ9y84Cdxw6Qp6P6H6CPi5
89Uj3ulLHdH95z0BWrD+pFOjq5mZIN5YMXaXp9oDsA2pRGd0Heta6T+ZBVqVuGmwExe3Al1p
F0ShZKucz/eensnuP99j+jRt6a3hO8NZSrKUUZdq8414Q323Q6AhgMfFA3pfHK7QjyBnqU5R
tcgszE7nWLO0gP9tynD3a+hP56X8TMUAiIeKvIqkxlSOcUQEpd5gK8+OGjcfRTNGeLiJLtoT
K97/luPfPFMNbI7/gtQPTMrswMrWnYpP3Y/eXROlLNtclE1ah2+6jiqxk5aQAFtX+BWYymgQ
AU42TwjiW73UVnQDqNSl7ggekiRk7bTJHaYvlH1F3AW3OZW64X9UDz4jIPqhqC8jw1Qkh/Ny
9vkLP9pl1+fo3f/RAD30cuo8CFulLzADcMtHen3JgvT3hJ5Iv06zFutHkOvppdyhjdBGIH6h
Sqkcfv4RojaHz/gDBEh87EXo09v7NOg1vPiMetvGTQDBCpO7Zwpuj8U1URnWuJdBrLLW02RB
qBoST8QvFCvIIRmH/KsFoRc33Q5GtEqQ9gE1FLW/xzVlWtJgQ7OU4vyU2oZNoBpG+8Iu1ECo
udtzPi+QCxEioOW45s00U1m1MczjaXdUJX2GyndxPtw+B6orGFfMvpA1gksrI+hdrO/i92RT
JsKFkQtkghAxDWpze+WL9LIlM2JB+oRCi3sEF9g9XJ0dfmJBXANVqbyi2nQu8INe0stkFBNq
jNbtefCWcLm0KXaXVqlnsI6AaksbhqyjtGLCQod/9oJebELzp41Ue5LjZTmIrMsP6Yesx/1k
kKCVPjT/TVVHm95drlup7Mp5+IOHo8pCpdDGBdjmbekU9Y1TY+EmXKCpyl80B7QIz0QBQa7x
fmt27zSucBkEWLGrIs+QgA2qXCHPeZBqZ2/3RccvMjkKea8u5TA/VoWW6vt7aNhFU2Ya5Sdc
1CzD48Tyzl7rKN0AWI+C31GvkTGACpm7SKFlraqlqU9FPYh+3SnjoIif/msrTfih2CBbqPfZ
jj4T6vQSuqjIlhwvdV38rZbO6cwaaqeDbUs/kImTZ9tUq8OnGFkKIqRxPN2O4W88/hh+sskr
VP7xEGi2SoW7/YddLr1Pt+JkMNBErEdkX7nFtTZGb65cB0lTRhsQwrSPgZPnSJJOI8g3VjWL
OFfbaxZwUlwr49CnVq64PnnYvJPK4+tT65PzouJ++kbW0eRqcaQtSJ9UEKHpmvtk+LnxyM/r
PC73ipbiAuLRkYT4ButcZXI2on7dCZEDGRCQuVdk1z1OCtrLHEZ4Sp0WwImK6uYzUZHk0U5s
C838aHtBhHBhEGO0AuBparJUH7Ul+h4g1D5kEV92EE0ONDG+Mjyo/KbUroyj7r13pUZV1v2l
XARBeB1vVBh6oJBqM14knDQq+gwXfF4m2hnEmMHXmwdwvR3hXrhvJ2VFQx2Xjtog6V5lvTwl
xwBnykwJZ8LgOe5dvZ2s0+HbrseA9PsbZ51NS0V9XOTQR6/IfY2Qzzpq4bQLjv9dSOthAETo
ErkgGt15+n1VBzytoN268Ste6apNUepF1WdFG/pyAhYmyCjfUVnuRKGwqGJVlbeThwUZq3Gu
zh7mqBZOjDfM4gQi/oK8UA0toSvzqInPb2fBT1b1V9SdNAH+D1V6cZkmZjB2Eyr0D6eQ+eBT
TVHH6B28n1Dd6nIkvvWavbk5gZ7EIqETgRO3yx4Q7Z8CVI6Lo9lw9FAd+YfKATa8P8XbD1jL
FyHtkJvc/G4qC5OjeF33Fq5DNlLX5FdA8mqcWaiYeY+2ZLrxHryyk/nRRG2d6cZ+qLQS4ESw
wb8e8jhNW7rrwejTYSoJr+9C85GDEO1u4wI1sXajHrbJ2O/bGGpRG2qvGuvtnWxgN3IfykAT
U922XGjl10PJh6kpk8aqLcP+3JJcKTrppLH08wH6xISASV88n9FnUMtsbiYnSEfeoIJW7WvL
oyBEmmAgOuQDFQqGT5VdBQT8CttRimGkXs3Fa+zI+TU2aZ8KmrnEhIemrlCUPcQwVvc/qoNF
VVm5fUBE0I457dfYcVFy8Zw5p091nIErtHVES5FHKY4IdRvhmm+nckjpfQMKttNrlbfm24dn
h1fuBZ35WgvSf52EOYSrtviWJU+ltRcvyNyoCdfJiWtf1V3VL+FSsrOySDdj5lIm609V5Pa8
8Fjzqyb1xDLAb3EghMZ4sl2BbHC+ndee68o8J49tnJFN0b14x77fn8077FmT9rV3gxBXpDp1
+awzOEg7iEMRvys5xGtb8zi4WtVX813ot6vvFpidiiuy7guFgRuUeOCOOwshWv/ObouCfxPS
QaEMg6rJRjnzs+Gb7CJVtf2Vf1am3l8y7Vp/MmbsHoCTcBa8khak/yn5MOkM/6FDG0NI/0w6
VfyILci/TexkqxmxpY5EPtevNoibHqVTOe+IBem/Q5oixZ9plkLE6NXO0XjfGz7ED7KXrFYH
1R0VUEjTiudw8S9FI+Qpjkjr+ash7Zr89M9heu3nPp6cGx+uLtdBigBVNoI+uKoWIHmu8mJ4
syKhx8sojzBKVxyGH+0c+2dDOgu2ZWnJr5Q9FfHxG7/nqhbzc7MPO83nvw+QrJmYU92I1QVB
JQT9a5DeVFPYkl8nqDivtB+kVG9C1Wz3V8/j25SnBgLNnChRklxUj1uHNDj/RUhTbsOgBbNf
CukIw0nvA7ybqSZ3LyXwhOGACP+iYlxVrOSqicK/B+n74l/PSPjThHq8DKomDlLlFJ5mn5Bv
JXiIUDuoMscoEbh3wLwX018e8ShYldK/XB4II1fxKsBzELYqXusSHBBq3wLuh0Nc8uKorMVf
BunFpgu+Nre7Q52x3Cfo3UGZ3tVEjONXPQ+mp2enh7+mBr8Z47+MtHV53W6DITKAtp1F6PKr
tQjEFfFvHFJhPWG2SpKmMj5d8lyfR9EPF6cerP1uSA/qPSs49mJD/2JC/+NNF+Xgc4oNN6jt
NLpnrcv0U+d5+WqWMvebibteXKQGUxyW9JeDHrBnwewXip7kQpUv46hOYgIW+qt2Mc+heEpI
pUKSRW2XV8QPR1pOD9I1AKkdsoOkfBMXad+iU/BakppJC8pv74OsL06x9IuQ1PC9EdiWmkAf
gNOFZAS06AK4avmoN1mmsca3VrdGvzlvwfiwjD4LdalKufMgvKUYaZpYla5FKZhGxnCjEbXL
6eUUcRj+zZB+w8UqXkoBjXL1iosaRgnYLbXyfFsONU44CdKh7P5jAbWe4Et5GZXxKFDCfw9X
OhUpqTMDNx2OOPXzIYmoWGX1pA+2LBx/JT4OTKcBMoUIcIP4KoVX4KBafxIiS4YS0xV4+jdD
uondVS+BNs3VG8/JyQB4Wfo/NUY32kqcPVlLecb8mRmY/wQJSvTh8maZoJTNYXgy0Fem4tJA
PK7q4zs3ZkH4a6kD8ZDqKijflSyA9upc5gmIZil3s+R/9kKWdsAv0e4lP/v//WgTidOD9AbT
0gwQWBOcLJag6A/AXc8QRx5HQRSM5nFGf1uuEQirA0LWBTK6HwJks1QlTVJvvMGSXyhF4jpp
12lCyq1KTls60KLZWm6YotKgTbZuZkbBLedUWWUTd3T6rZBGVDZQxSxQNJNO+5CG5uRe8MB9
4ntLBV07O/WfnyHTHeFoTYEh3QmiHp2SYUdDWl91dg5ZW79YmtzdM/8WUk8aOgop1bP3fuel
fADCX6XhCKMQCqcMelX+AvAuRDtbsKtUnvObId3CmjeoSjpv46GfLYbeoQm/EA1yH0SpFIEF
fm9GKC3dBbOlDG+IBjnEMUm2yjSESo6cDvoeOLbLspTXjnpWi3eO2oXqemaqgvwCzGyS2h+I
K7ab6pyeyyYvrOSfmH1m3yyd73xEmKxqjnmt7iQDfREWQiu3D74BUKW4tAYGpj+zQyVAKT8K
5g30BCsVy/1iSM+SH2fnasF7ALGlULn+LQ5QS/Qyk0PAVaEyKvSuoAtgK9Vy4dIWfnrrGvVX
fQ+QDzsN3yAFh8nmKkv6yLa1NjiCMPSciiuaRbOSlV/J6fwIFea13/a58iuPhJlFmizXmVfw
nkzoe3tNcy8LB52xv73O8Y2u21QIr+Pwp6rknhf0WK5IMxcal4tq9+iVTio3cwXk74a0C6fZ
WkzVH/MSEtHvy7pqHDcGIi4Ud11ML5kL8c2bZTv6qrEEXdO/KT+Xc8LsAR2SoE73YYILcUSS
AoWrLlR+6dPhfLRvVsxnFV+gr3rPxDw1jbPSvapoW5F+MPlmRqfgijfDxPmgsx2r+PgpuA7d
8kHTCffT4hkMbL3eVyGP/VX7mn2jbBrN1Pw4I9TpQfrthfbL8n5Pezc9BN/kwwOddDP3jHTz
ntcu13z8DTyXlJbzBnys9CgNq3kq6t5nd9v9ttXbozT845M0uZ8W2hFfw3lUkT/t/5hoA4+o
XMutwkyVwb4PpkV/tCG2aQq1imPYJfesImmazArhNPu6Zg1U4zqt2ZGCq+LkF/Nrp6Nn/e/y
GP7sHI+2kxHnfz7yprce5V56tKBJJeB61pRqKynM7MuCwVlaaZl1mVpGcN4U7CazGJe5yvZ8
VDGYVpBbkwtnIl75Z0MaodNa5UvUm77Sr0XgY8VXNp/OuU3iUvmkiZ30ajxr4qa2Q3bB5OGk
tcoDkPc7BsxMTa/HLc+0/NmQzt1c+a3X7z7Nk32UlpxM1uwtLc+m/npIt9a9tp7lGZMR35jt
wdTBotKdIFJW6WCqSmd1Ib3bHQ2dWg1nn6J+VP50RGde+vfJ6f8WCeeDfpv+KK5mgpF4/m21
EG3j+IrRs2QtqkNglyNe89WEtDfI1wj2nBKiy+Het0EjRJfjKwxbgPrtMqlCqKw6txQxcbxK
l+rV49IqlWMraGxBbEPwQS4ZqCKkiU0OirQYTJ8OouFy+VBTur+TKIQaTGmIDJlovvPwJ8yT
pszz9zLx5J2F2yN0NC35QqfyTgE0Uug+WZ1rxWGsUU4ZhWAuxVgpKQfvpzLkj4c0Th6mUKR9
yp8vrIxRcldCKX8QwZfGNSgbNSOOND3qqSYNfiJ1Fx/OUAhEygKuuQxBaolyG0A9Fnrw6RN3
IP1OuUDx8ybV/YGg3aX/PZ91VxXSj0G4VAR0feHHGXDKvizAuH6WNSdEGvQ/g6CNmRtHF24S
i67I/kQbYpwSmXk4ZMlb8o00UvLApt7OJsL7kMUj8w1+VgKqtvGTUCT0/KABIuLJXrUgvXNo
T7blFDrmFdw+oZIGnQcU6N3KpG4/sjSnU2jFTPGnwtR+2o6LW7g9Tvb07Lu4gAGjQUG1JK/s
jVmAwqRzkEP3tCWPNmm4SpDuhUOdTQ5V8ypZ/6wHLJbcbSdl5Qvpe8Z4sknIzhOWB0A0qQl7
RBhaCCP5rOZ1C64b6620eHwwff/i23Nf768tfgz0NluIPVY69e4LlAEz3/NNa5vTlBqV9UPJ
pYBrg6DZ42t7hTa9UH3XTh/S04fLZXDpf4Aon8wsuOZoXWhbEJAiKFOKz3zdya4YVjk/Fyhb
x6l6YyY51ZpeMc8UawPxpOA8r9YoCOZq8KNRSgaa7wyC0Ha8wQiFfdrjEZea3jac6Bx+uh9+
qnR7t2ep5Oj0+ixUHy0OfJqcKV7DldrQX8Vr4VpNaWMNeJnxvZbCgRkQNM12/FlIPwOqIDSu
DyIj3ar7FE7dmgi1nFSNf2aDJzW0r6lGKD1c/9PKZJXDIAjSniOaqFEfOVyOqIHJZ8r566ee
I2NE1pygMwX/N4hTfJ9cTr1GnSvNKV9pkOeOWhbgfk/2J8lwz4AkqecNybwAjum1V+1SPtWw
iZJ8yQd9yV13WYonyLH6MUi74NCZc9zUCn25CSaXfAiZ0mWKlPvhHlWqnSwYkVLE+I9V16we
Kq+/qwoYusxy1ZQHKRxkdOdUcKlUytCdniIrfJBytLvZREeYrxiUrlDuoOwO0sdw+gyWlqpJ
iPWPeIhGL5sQqxiqGL1RpUs1ZPWIQBv3uqE2vvmqa2knHHii5Ir2EUbaSg9IS6O2dOGVh0a5
r9BNvfjxVc5pW8i5/POzw5mpnOaMFwq5i19a51c5/EAkf3JDg040otln66RSAbNxKt3OpY3y
NYD9vzjZYH3UhqeReqKdp9A2TpBJVPnwWV8+gTOutZgilBVQUwr8850sf1qeQkTdoYhy18d+
Yifv2PVA72a3DsAYSRiGOy3CtdWBNHpuxcPuYTNzW2ogfKSc4wWwFbJfpkCGBJRFGP9/udZE
FX71c16WdrWhnziizHBGtacMMfOxQ0BilDdsvAqrEW4YoXp1C8ULgiNHP2CXQC/K+rrxVhaO
rBf4+6U11LXxUyfoVxFVyWU9OtxEdcbaoXpcB2ooBZ274DwwtnVu/TgxwHGQRuumfOoWAxmd
qPY00uCLpVLJ8c4DC4c/Ep18Wsw8mUqN59Pj0bHpXC7Zdvjlt8o2axZcI7dLTcd3IPsfm8tH
BNhUnE9nS5g20lrauAkdDcZNr/QfOJj3tcgGJS+P4nCb3r5f5VowLnkW/8D2Yc9QfrxiY1Ou
ajGNdJ6gPrVGJVoELlCMSWmd2So1vrEHKQXi3QBF8XRidqE7ZOSwfawSpMmUqi2vSLQl3gbO
+tIHMt5d8BYRvV3aB6Bt6hMyvHxSt3xGlRr16S1qm/lpPDoihsem+oL65mhq8PyWe0LbJzub
m4/T3pfYLccK+9H2j5N3aIwfF9LhlzaA+mPHWGeeo/Wx8IPZVRfGTa9m6kEMPqhcG/CeC/Uq
vbIyZ1p//GY+Io73uJyQGZE7UbJpJ9XNvi9+eoetcmDlsQCXjXrjfeRo1/CnRkW01Bl7Dj9M
xXsCSKPxOVejr0jsnfpAjDg4acoJ8ZGGsOikJn/3OvMQPdEVY3rOwCz+7PCoX3ygvaadls/m
H3sOkRfUB1MVjUSECmsMUQHuJfKWw1QaEmKL+5b2nlhDzlNb+v7P5dQBXNwG6ktFiN8/bohN
IMxDL/3x+BH7PcMFk9rDBtOqlnVlKFWQMdVmsQJwjR4Q38hn80qY8XKG0BFCppsfVFGZl9uJ
on0JVemkESgbp4tSp1TkfY9OMhSf/vie2vE5Hq81gIzP8yANoksPe2i0uu0RwIBL4mv4wLl5
oisOGeV5yTiNXekulf91VMhkBZ1Rf5kl9pketlCNakTZYk9TOxsR3DnHaX0B/OMLgHgqF1/g
BSFd2jxJEiu1wjFNM8D5az71+g5yJb+ShDALtXSabspyG3uzcG5la+Cj3vC3glCN83Fb2+8U
ylB1evnbCBiM/4TCPFK8elW4U0+6SdqGh9hs7Grb/pk5dJLk0sEIg2ZUaa4B5ltIkanxaRbi
t2mLLprRgomTbsp7jDv0IVnobNPNu87n2uzRH9uc1oouXcvsZHUQZGyFSLaQd2aLfv/8sxq5
Qph2vpANcRuqt1cu8Ux6CviMiu2kpbKwO3WSRg00P2JH6RazxMdXdJ8q2zXURLryN7wljK7U
3xhbAkxItGgPpKLPtqiZRimTqs/t0ZB2ZZl7wKbu0d5DkdXinio5BLu1KyOvTr9T7slKAOq6
fR8aDnyMl2vyd4odTR7TFbSlzvG1P9Soa1w3IbHN23Kse7hwxIrRTXivM58MZsu+y/ScHaZx
xbzp7Mma0noRO0ZlesQeOAGBhLy/OOMY+QJ3f5vr/Bf2PbRB1btd5I+IveBCnDVjsxlJmm4f
33RC1oSjadiUlSHpvGPixGnwZNl0NTCpcbo02SbPgPyFkB7SwOWp7iU2us2TTd65fea9OBta
2s159Ez34X/Ecmwwe2FG3j/be0l/KKTPBzray8v03td5Rq1Wq4t/RnbSh9zcZT2x0xuJ+Iu9
1YH0/f4+T68nmhxNxYa8gaeJX/Q9JzmAoUdQ5gDiVvLc75DBwcs3ulcDuWrWORcPGZGzum/t
AZga5yyLKkC63QjqqDCZ6xfdSxXeUWEAjel8fRbAfrl4yoHj6vEDJQ/8aaqu5ce85CenePZH
i2mOgfQSOur5xPhoOGDHK+Z/kZnioNsYV9HVAQh+lret7oe/QWaNeD80VekKI30HIaKPeClF
r3Cd/dvwjxKLHwdSHwj9xOtZGP9F9/LSoW2EOAeetIOeHpb8KhkGGI523XRWT5+MQTm+TmpM
jw1rHJ9s+dEs4OMg3VM2aV+a8r+eusQOthE61P1M/2g+uCU/Lj1Ks+Sgas1ybLBjbJ06RTnj
TFGvNv8oV/txkG4tb/C/qG7FzmEJgog7Vax2WkHaBhZVwa+Xy7RFvGSSTXI6sqUbHmh2aCsX
va+UJ+Vl+8CExPtnIf22XNVSYwLpCR3ybk7THXlDNsqSQ75p8pTZBUbeq03iDe/tE2UMxtmA
Y9Jol9r0sIHNQtjvETR3q7hZ/AZUS9qwnqhzndMsKfPvrfhB//B4W9pIsHMw9XjvVKa4HH7s
mpMLRZdo5IIr3p0u0pZeCqibxW0h/N00wJEZ9PLEjk9PAZujYZ/EgJi13WtNALjqaeeXE5Xm
T8BiNYLmttXI9tRFM0vEOh3RtTSTeYW5c3idahvf9KPtaY+DdPQgF4ybdiQowwENA5eezvBQ
UC6im3rAwRQ5FBqT5N+47+SsuSBimlp5wi6fwJY8uRub5tPGVeBw4QSFFQv+izeF1Wr2lKVT
ERFUSyZ091Dl+20QZ8gLpUXbTtJ46kcgfQHgU3mJeMp+aFepl3UxXXlGQKo0LLJEZ0Jzykll
allwlhwFrqxy09v/iwj2XUN9hO6vAkKmVUVhPkFc+aS2EyxCaQGZnyIYs6SSByegroqnp2Rf
AlhQNeoIQ3xEqjLTlh/tTldz/CzSIx777IG+ENDp2BKwj2gVq7JbLzKsodzzkPcqiDs4LpFb
vKbskXMAraWJoh6OCVGep04mcxcPbRBHFe96qugiIjD3VQgpQMZKQqnsE3w9ECL8w3XFllSU
VajulsAH4A61uLJzA3G0ozfwOK+8OFdVIN1YLgqZ4AwvxOjtUhMV9rYDvKeASN4z2Bvj2iFO
xg/QkhF5rredbRbgK+3GVTQIAa2Vi1kfi0P7kkbl7eFC1wjbKP0K0sWTfL0bAGNj4H9pAfH0
ZBxEpJrnf6FPmXllf0Spl+sYP2wv/OA+yHGQTpRZnzdUHQWaA6USDaOXOO1ayzbuR1wurniY
ftKD+Ez2c/O8dRDuUinHIbg+0FbsYNBCtWYyqVnIZjLOrG1Bd3ezDV/YHWRrTHHy77o4SUUn
9YMMVpNI5W+XsCvyvbsXp0TBbCobOqSvA1Dma4jQ/IlB9eCgwu50IT1YTkKfUKFvAR7HDM2l
SwK2yDvVa1Re69XjV7kUK1b6xB9Epb5fKs2xQZyDnlLLSYOcV0C1vnzJp60B8f7Yj6h8FBif
+JdQ+MHcm141faZDJsZX4Ls9rihUuaDerkMal/vxGSN+91DMhzNQLbalcLlUzy3IDraDuDeC
hrKv9p5QPDWu94u9+J4pnQ9smiMe4VIKYHaN+tR6NnY0ngxpCLYSQeWxkOuODqQR0ZP6yje6
SGvFsd/kPIh5p4BEyyniadbU2e/dN3nhY49Z1qD36fCbyq+8SRZMEoPugNnytJgSJpu56Lyb
EHWnvnf3An1+EalqJi/Z6i91cyAb0Qtyaqh5Y/xHy9JrjlPSQqd2GiJzt/Amj/9HygbwexnO
0juCLUv0MvqtRL8Qxzvnpd9DB+Wu/UxGw8fHTr4Cv1H/RjPEnwvi+DWoDbSuaSjWn+L9xrlZ
uYm3Q4BWuUjAkTVbh3aFaUYBFRNXBI6bzLHKvkHOtGss1TpXVMZcPf7me24AVbw+lVWVcsfr
TheCWjdy1lqnEtVqbDEILr8qOPYUc8/8eVkXm8o483PDOVfG9oD2rD/dGeyiKE8i3Ncrvekk
mvSbXYOtMtQ/6FmS/RdfdIb6WzuKpNH3QsPvpKf/2L5vN+cLhcFyGdLM3WB64ERfZZfKEk/3
dpvUbodwnlXmbNrBz1RmI3mRNZsgnB5ecYfuIimPRjMomKRyGbSW38i2gKNYByvIcl5o1WaY
X1w95RMeG8T7yfOPJP3Tl2pL77J/4x6IZhbB6tC3cStC2oTIZce8GXPO7DqNYEreRS71sOnK
esHM8Mh97z24/9c9tWpnQGdJ08WfjouBvxDS5yOicrVQvR/8ldWdA50Lk5rq28IMT+fj8NpU
f3tMnRwT/2I7bwrc671noMSt+pB2zdIa6f/H7ts501dOl0Ryx5yAqsaqwPwtkK5pfy2bfW0d
32GqWE3cLKkqpC/1X/b5em4kw0PhC+7bc/aqj4joRpXb63TmjIBYzRMt0WU9LUtOA9KaQWGr
wnahag/ostDddS9tlmfVpsFdvvaA9bgsOQVIE5Nafm580tPV7vwFiN6mXkJ0sJiFZPsD6r9C
W0xi8E1U78FiiSU/aUs7y9oxQXy31ZVrfqNPeopTPFzUHAaPE5LyDyf/hjtq712Vr3ssZP3B
kM6WCTdT1deTvG/Ie2yCk0f6OWlGMDVsCv6GLpzUI6wRRNqC1p8L6adlIsxx1cutmpK5F1V1
X3a1IkQJxp9VKcwj+BvKxHHghTBUtf2lJT8JaVv58TwA0xSWmbVuva/Fl+/4du9pMZo4krvn
o9pQviuAeEq4SdGU4ETqoePpkf8AqY2wP91vQeuPhfSIVt4mSSlwz4RdwRh9LppODAyMUg7A
MpnALlSrr7JQjMlrac0nZXdaQ43VgWtxIZ57LT0FKlq5R6GLI5Ep2L64p/q/hKifkEvtPifN
KJVlU3hoqLHu/foXk+z1Nu/i0bpSPyHlflfo1wS8P0Vts7nrf8bT3TlgDX5/I1ZnQdpwD420
rtvcieimAOGC+KpiAQe9QtA/leduVhoBtpnJzQogilxT+xEg/rKL2XR2qB7r6ExRlfp/V73J
Q5nhQdXpc8wM0nkjMRDH1IyTK07J5FoWzZUxrpTBk4hQHFThcQUZyF3F/+amHHLknGJXbzYy
VHvvzRvpmOOzjzj57oUvOh4uo2OxXb135fqQ/pml425oNJ9UyXXuuoNFLJHGb0EV9x/cV7iD
0s6DoUDlNXFj3DbVKvOpuT58GoNx0Mzo4y9w4NU1qjwiAOizIE3yzgnP9cNZbtw1D/0TMkdp
BPfAtugFWJdhRmGcEHcFRBhdJNJSBWiYGKE6AdSvcyXKSaU3OWf6De4zM0jTFBqgrrVseNQQ
KT/lqY0CTJpAmrsxkMXdjHNIE65dbpYUvZ/kMiNqoFKTEyDCFT/egZMggLMQLlCHHlT1UTxV
UL03hxORdz7tLqO9HOVuQhZnR6emdXHG0Y7KuBDTK1QsFhRyIr/g3DX5ehdZETzc48668M4R
4a/7XuO8W598h/9nlOMCUDnVa5gatt8HztEL81Q2cTG4SVFW0GkCqGniZlTqZ05LPyrrxgwV
hvcISrntoszGc6RJIxrVEVKQ4jE3ty/AdEOBeyRdiHnH+yC+Tmm/j3x6+o1vdkgzTcVRkBaK
5I/t9k4QNRRp2Vda+nbFT/RBYACytW0QxoXDhuMU0xR5yJYc9wXlvNcKqCshdrKVv2w7okn7
v2cg9imj+xNNqgWnHtwhvoYpOihC0Mt9fdaF39uRoyS4EI3nEq85mwIKOa4CbebUOfMWEmhq
L1zG68wx3aBYxpvKVZU1Rts3px4tIRqLypl2LRo1/Bol4gm8J886zVc9vNPT9iCfFiapy7rK
693fPuOQflzOGU4K0Yq3UlN+/W3pBU0l3Bc5dD3Gt/YDuPqEYvu6SoqHgszUA1Rw2u+iKpyN
HamlqQSmTT3pmwSt50pLp5jYo5IEiEFHypeyRVA+8BWiKV4FuD7YqRq8A7TUtJgXHM/2RcRA
AlV1BGK4vHQJGPgvolLfa4GRQwZTajvIOA961hxesqccTgrEcMwxRWDfALFHzUYRrX5h1let
mb9EjO/pHXA2yKC2rgIlPTaVmE7q/nkfrwYm/TOK9OmXbEc0pO0zmkn9ALV3E/b7eoPEGwVc
/nDpuDjt/MdpYI+FdB2CUDf5xmhpT3JD6QbqK500wnsZjh4PcWrvCK2gKhvtBq+KzZTB6/kE
8SY2RrS3XeIotugG1fGqxthwEatkcdh54piHxdMqmK337aRym7e6fR0wetgdVUOf0ovUuZJi
jldr9dy7iNsa5+1FvYwdl5ePfcRvRuQpLugPvSdd+pE6mVMK8zhZTJPyIb7VpL/FLf4SO7xQ
LQvYjupZt7NQes4thj0q+aBIwzAZLdpA0b5BRe+Qyha4ushMS5Pc0huqE/QTYFrXcGYgfR+E
scNREPAafUTCmlugMpoWLgPSOY728RufHLghy3v/56SXUuB1uPTdwDEitjnC964TKsLCc0FG
SB3WgLgmZb04whZ0gmuDzRWhPttKZXMXvTcYpTMAzrl01pwIKwnQmRCFBzyZqPdQILDX/lmh
p5NnxQCI2PtAyy2H1NsfxdX90N1jddkUbUpNiQVqMGi2K3RV6V4QNrbUB4QqTXkjnKUCT8t+
AeMBNOF7zZXpgj6/7NwXNZU0fSOqc1GA7By34+xEl2MG9YKoWkvwvwfS4NJLq+YEXJMvNdHE
a/tHvLVFA9JaD/XNZBO5Vaj6tptCG5goZdESPxeHqVIb4IepDyY9EJv5ZS/rG+IJkSReS3GJ
AZt+TQ1xzekMHqiizFF+zxuaM3sgFksTPKZ9QZGanClh0zRARykEo473Iojry8NDbll/H86q
Kdry0cqJ/aHp8SlBpFFxaN//hJNUrilQzVEKDPrQYvulaQds9neJ9KSPnQAjayYEzaV5nlHo
pdSVPgOkzU3kNETc9j7yMnDy1pTcptVX6Im+LuFFrs34IVQao5DUk+Lo1bdn3Jam4FealtVV
p1JJXVzGmwyTnavrzaJSG7oZolMrZfXl/oacR5TuUAfya0ZbXWHOHNhjPMq4KN4TikPqA2oW
l2nlnmTCWHY5J+JERYkW0CtCd12pg3n8mjkmABCsnJ2PgISS4x7MlUrosFFrZ9ac73B63Wdc
PONg4jUKNkzI1qHGEXrjWzmiBR1EaZKiHdaL/I0baULAUqlDmJE+9fKu6A0mOZEvI8Y00+D8
hJ91xwv8KPXQJXvCJJM3SMHUTTLK0UFfLbkATCJIEbxnG/juuxJXuCQ+kPEl+e/LsZBmBJLt
W2ODiCCl54NgrR4z1lEMkOt7OqaHMYb0mNJyYMqp9l8a7M24in+YJg06BtowruLm5b9viqD2
KQL+g+aXXjwWSdMma9zNmKMsqOP9z0lVU+Nh/zsn/zlKVuRj02AXrjjxt/tUabrJsVtEnc3n
y8PHJK/QfRTPRtsFhgIAPTR5FjqSBFl0kQOlOrZBAsQP6FGhTAGlUtGUVgVPHtyty+rrW04P
akwCxyHh8TpNaVv7vPKiK69KbwSF/ee5jhBdPiovn3eYPjtg0rk+vTo/aUG6onx9/3zMscTy
tjcG2mlVYJ47VA217z2qsLfxWufFkLGwF0fRVF/tDfW1y97EGOrQ/QWwkdZ2VdZ69iCIex2g
O4UamdbcX1p28DZnO0cV10GnRPNrnD8+yF97aC2laApj/LJdzfPVWs00Dfe64kyzKbLLceBC
eLSfC/li3EkXfcIXF9zjOlrxFPUu4pAgv1Uv7TR1fJ+74hDPJ3F22QeL6cTw1FCrBekTSeKg
LTdlV/99LVA3rtyXPi8+bre3g8KSy97Ob8KFa8Npvdpso3d2lBNatq7Uy7pZH4frHG7veZ4x
7gCitSuVMylBRH3eOZD0qr35Nt3zrgPhUFp1UL459yLQ40NLYixvqlL3mpflu952Uh3jRa/c
MrtYvTyLchqQpv00fY28DRGrndtR0nfg9A2Ma0Z2U0L1OEiFrRv0Z0D6WiLaaRzPLFr39CjR
FJ2hZKcVhiz8fTxgreo8yMG5nEp++p2QtuTkkjvA8QPXrT99tO87B5P9V6p3ft7i0j0GIksz
pvsAuRNhC9J/hey82vl7Bjugc8FW6/yzh8IwdhXkYYqeewBTyR9mVbYgbYmZtBts9herc/5p
hPCwS9+H0CjNMsnBzUYQ7V94HRakLTkd8RO18iZAtVrH8x5Rgwp+XtF5xOn/x5wSYbcgbclp
y+sUhTLjUK6nPmV5q1HwPs+s+5O8TzWSpSx5P+/gvRSwZEHakiqIAM69rEq4g/6LcP6VUL1a
IxCmrCJqRVQrIPCbIc37YAZLciU+8YZDtX/1FlT+EtmtMs3VEGdVvAHVUTsIGTJ1qNRjEeDO
74X0sgBX1glFOuGDrFjgtJDQRVxTXtT07EpZF4EsLWA+vysShKwzJhvz4z0IdG+dlM8Hb16Q
Hx8uzG9aGPrDJHFUjtnPi507DFJjrTGlpdNEqk0BakT5o98L6S0ok+bNgd6/YhR/uCn9oVtP
w++nbGMVrbFRRQF016cBRpiRZi8vysUGlvwpsiW4o1TVJK86dtXrLYHikKeMM7I4XhzDJPAL
DI8kpU2mEMl3QGx/KoCrUb6PwxSvXJRS7SxlqIbbD5dc4vFOEWQzCFeNShS6r0Fj6VZ1b54l
PxaVEJkqnv6aXmKzrpJ3ZRYhfZ8qOLgx0cBvhnQnJfC+8jejPeSR8j/qPa5iMmj/y2UA/xTq
4gGZC6L5NCxDQKUd8T54lqLdI4CdUpdpbaElv0smTblTTkX2NaMHoUvlG2uUbK8Kf5Z+uy1N
kcVGZR1F7jOQB8gcWkikAIf5UTdLBuU6lXA8lLJJpfNqTGnRAFB6bNHt/nESZsYEWTVS8Xy5
P3aQiygc7CuqkoYrvx/S3aoZtAwoTqYCwndNZ6UeoxT6wCEnVxXDsFFdLB/e04QF6T9KPKr5
ZAo6q3P+YYjTulzMEjvMPZo73EvzKad9XDYt1vllkG5VJhAuGNkdKf8PxCitI+GGmTgkyYs9
uC0RnZIMYKpW8aW8YVoWTVFmVJa9j0ddfOeDBcDjZanr+6oONQh+kjVDAE1VGY4bIN/yufUm
Va53sG7r4jqiRiqXQ5unKH8zpD0gVCFUnGIwfWwYA+w5SsQatIn/vZO+QkzZ/co+A3HHEREU
w9nmWryjPJFeiBxxX5vjR/Vxtk//vdrf8/0ec5vtqUmGbwEiXd9xotu4dPopGV4sV+W7qaQl
AVysmofRVy/iqjIvAU97BxRFwO+ENPU3VytFHUDSyexXwzjaEtpEwRkZA0HFRwFexyBCo40K
0GbsXBGToxIl1ORB02xrlziqA0EIjiLHyokjWBYCImtatNBlatwnhdmHtqfvmc07ABNoXFUk
JxUkZs5M5TTJvHijmeZh64ROJ1eiOuRgrRqI/gxGtxRKuXvPAC9wnuK+k6K8vfI3Q3o/HjQa
qfZEcHAxqQjQ7cOQJbUdjUM23aLiQiCe8FwkGrpZimBzz8wuAPMt0MyR+bNdpr2MlethUsXH
HpB5q3jinavcw/C8ZmroZcGsOLxoxjK1EilX11cYuknyTs4sm6gXFF+ViVr8DmhEIlrQpYGI
RKuzAt11acVcJlVQ5dO10UK+XBr58eKPU4mfYo7H8sG5Gms442Tj0yb+LXaVq6VffdLnek1N
0wdiBlne6yQEh4jRYoeK+V60mI+mMWs7oszB/jx7xCo1fRTXunlLTGZDcJsoMFOGML2evoIs
AJgocJzkj82mgTCB5zMzhpn6p2YUpY4ClCk7TygTUr6unlVV8xed9U8zSI/KfxEm5JE02yKi
ssUyY55wOWk6QwIAJgzXoWLCDDghM3MrasYCKZcHEyafqUtNrv77T9vKxLPEgrQllvzdkF6s
W918Z7dvNvwl32jEeqgWpI+UIIda0I/PX/4bvs9yEX5v3XWTu7mu3DSmbsdC2J8H6TQza0Ui
cFQk7I+RzcIBmdnvkCj3p06r+PPgAmT12OLWcNy0VYwlvxjSy1lFB93zVzBtI6KevPl9l28P
qr0D3vzP8GGOX1B/nrXw9kfY0mk9WsR8mX+4xAAK30v3tN6cCopTim0VhBi4Ma4ifBdAnKfC
CNrJiwlYl6/B6ob4Z0Dapmua4J//REJwdGejSnKJCLTh3OkMIFfYUK1ApNEfOsXHcT2jLV5n
Ie4PgHRB33sDgD+dcJtoTr4zw6aV8wyKpzmKJrXFrliKQgTpLRC0C9kOR+WpWPLLIB1kUvyJ
Oa4O+xC4cY81zS3IJ7kWMp8bZ5LaxjS4+mnLe3IyZZexwkKrlOe89rWONiKGdl+NvpbLoQxa
BZ02AQ/Xza5mT4/F3LJ39qZb7rxDS36f//rSd6FcU/7S5/N6LlTKsKgvg3Pl5KYCPBqOBU71
loa5nK5R2Wl9lGMYFtyezV21dW5dflr+Nhul9vO3pfjdSVeq6axD+gmARmz6YtjBTdtEn+6H
gR31EROA17K2o/aBF6mMEKKUohPEdThO8b+ievtUk4ufMsVOwDSLdI5iho3okma7I6Dhx5w+
tlFBU8lAn+ZVclil/AaaYepxzTsTzr7kY40MivfFSF7HbM94bvC8MlGu93Kpxkd4eqj11VZs
14DAxqHTvnZ8zx2dcDGzWzsISsLporuRU5vkdUJV9n89E9137/QsfZLMCd89pLKz2ocvS9kb
vvRCyt1A7KXMR3I3vvjUZWfkkUcmird98g6XKEeordZdl8sg3Rhgi+qrdK5XEXpOk2cc0ilE
0FQwE1cFuxkRZ2KCK0xYkgAYuE7LaW0a+vZf5akLZSslunrA9Z4qbDN7V7KUREO9I+7iiXql
D7LXXALsR2D6oqMXoH0FT+5MK+OYjOSkoQKfPTOZEz1gNLIyOjqIXnmenqzgrznI+bmUOtRP
f6NMoQRktYiRRJykjyT48AGeimNuK5qKXrYkJgcb5Kdxotb0TWlBz4zZF5gGau5Ck79R/QiQ
7cYLWeUUWDVSwQQwpDsibsrgELDHr/Dr0VrqIDnzVWwHItRQUlvTe8HR0Kh5gLLXJ/XE0MQX
11JddRJnHNKodDb0e1hUiWtAzWh5Ee2kWz6JmG0CMcOBvl4KjXTIFPdUbhz/X6k0LKYILQMr
IKZTaEckbpUm4Yj9EAB3KQZ3JfXltCMMScPOlDsWjQGslMYrZ/COgdDTgTPEs3YNqHmRDYLL
KgSxCaLrLUKshXre3pinzFbKm3s+Cqq0DOfN1ZjyhePUv1l08RpVeEatK3z4tbdaGWIT3NzZ
LJO6RqiMplmhxz7BTQsT7bnsVTbaAWzcLzpO5UqCGi1PcBdOBriT/gib/yscdFrQ5QF10+oD
rZGaZVzbznNDIzRx9GRpXBkc/32dXcXN3eGst/IkW1rqOgb4ngl8Qmu4yN/k3FwpHaMOeZ7f
tMM474XRDf3Znc+6/BzWvo1aT0fB7WwETI1KBz3MokNEKKuR/dG79Od3YJgaVwF6VpIKIt/o
R2GkPg9QDH2XHDTEX6LDxUyC05ynuQAa9e/pzxD09ql9I4UoVJV6JzUDReXaD2KD/krZc8WN
Ws5zLoihkotj841C2G+bwqKgN9YMqsz2bvoB3JpcXqjcBB3yjSDy0hYn/3FETnB/xwJNrQDz
Dl2lhl/3v0m8ey2guTRHF+Gn0B0nJbJSbgmFi+f6jPZVMqlN4OQd0vqsIB43/l100fMMQWZN
jkPfSzZbHxlPtpv3YWqy9PDXQdwVqq/JMO+mt1LAGM1qQTsQV+KQ8+m95isAYpy61Oc44fft
Qc3bXRgyelRNq3W6UmCjt6yUQoSKJmr/HdZNkD4CMylg1MldtM6T5b/RqfL154GRSrhbJ/w6
eWmm8RapWuhKdIRO3tkNN5poKi1/3siY7Tu1U0s2HdKkpblb47wqJrldOcTYTSvgoHTUoBkU
UzOTlKx4XixwAAcXiETG8+3mowsKE2ytoLL5rJdxX4UnIJjfp6nIumfhqwWBLJ9/nL3teEg7
VVN6iifMkbuToccrfGyO9BpPllUa3XyfMth0761hOJ+ZpNuaxIcVZIg+gdtUjmjSWof8J9BX
xtaD/GLUvkJ/OjFugQiV9kbcZcPjHqmqZdqu8wKEl3ZeveNhjSmMeRjhKx8nZI9qO5qmr/FR
XRXggV1BbwEKKwctOS+J8oIdIvO8cvvZ+2V/zKOqi6Ok9WNq0UqCed3ARfWDJthFYEirKiZ1
V1m+3ujqg6wT9OCgYYcFI/asri6m+fP5r2ZBUf7zcjyk/cq5elnkHmkuepYDoLn5sTcbT7mV
DzLq1z7q30kWcKiv3eFoIXWVFv0ERhs5MD5quTxd+WIZjVppioR+Tt2J7MenpLfUXhWoa+Mg
KoXIa8o1V4M0p14JtCRuHMyLZ0yISWF2fXy8TjsYSkHWdRT4QlsUVyAqOJ8UtoY4fCoD6Hq/
Oj0l32dMDA8nrxM12btyVXFA3KFeu/h9KYg3C+K1GaSH1I+AWkeoXvJOyXGVr3IZ0iOO3W/p
tFZBn8KZg/gPKpyCCqvgtx/b/tp4R3WwiMPznm1IU6fI9LPnlL3kr5EXcOrncZ3OFxiVT4zN
A3QM40+mdTIRt34j0ZXTBjuDWf9bXM6DZFJqm8RItUCLfuULb6+xBxrSHRzlmj+ihXWIqJrk
qo2cJ7PGrWVVdoewsE7mfpMgJoWXcz4yL8b4PRlH2eZeVdtIHNZqJUOWPMfuHcEIE6jqVblg
7QRVMNfhOpNnVRcthStDGifz9K0nxSxcIYMtxxhXNgyxDQRFyuQm6y5lgd/sV1r6fankY6x2
QLZUmjAMmkMSEcq+trGnSytJBtV8VIVV0M10fBJfVSGOovWX8evsFGcW0kZhOsJ4mZZ9/mV6
Bv+/SlExUeRdk1kEvDCcPh91Paa19zl/LlhPEEPdcZdK36L6Mmp+4W4dcIYBssfhhTpBy+sA
zaR+vGzFOqkQLsXsZEZAXJcdDBQNZ+Qku5M4mRLt4xTsQh9w7O4kobkoIk1kEOBoXoJI1m5F
KEqyQEvRC5pZ+L36PFPoZi6J/2fv2v+S+J63WrCKL0wNb9iiRrlJuWa9Oy8UN8VrGhkCRmKC
3w+maWleKtNqzr/+PTNnV01ZLJOs3PmhVC57e86cOXPmmUfMSr209NOhLB+CZIEYYlPeKEla
vYcHbWMaRv0PwP+tIsTYtcJX3G1q61aiNHknyOirJS8Wf7huFZfbkE8VIAxPSNnmFYs/O0Ly
0vdBSkSI4dcJxwVPZun5pa9eakj3DY4HW2uartVYU/2dI3UKld4xGbgZR7zWBjvkVTc1t5NI
Usvamli0bHs/CtyNiXVenX33O5f1VaFIhMpZN+fQP63H1OfixfppETum3YrbLuGIDr6GepFh
mvktIZlpNw6T1Y1WBhozAwNUOseCMoRFQKoD1M8MZelTpOgtWflzVor4k3CKBqWPT/bQrgMT
0dSBNUSf7TBT3viLXTsE3Uq7d9MXvOAoDq592wSKpNqTMLhRyAsMyxzS1Vcge/0EM/1iYOyp
+M5ArEFy8I9FeHdmtESA80sN6R+zw+28PuPnS4eOep6pcpY69V129aMrpmN30erR00mpvtaw
lI0VweXO9Ae5E3hl1spkBVI9Q0TYmWVqS7C/hxZae1nGstTs5kpCN+JihDaGXojZuklljbxS
XGEirukn84iToe7e/r7Ouo0NOUv5/W6LuN4K2eCm3eUEg0Mhec9a4n6F/Gpro3gyn5ev4Nj4
JBzByva748fbsxbD/MuV73i6Xw4ISLsfri3xy2bnA2kPaW5bjjKzf+Yv2oZf2wgQk7vdXvvt
U4aa/l3bFrsSVRod6J9Xpi/2wY3NGRDgjpUK0s0G+M22KzU9Q78SqTXOpX7pTIKmHHcBDDAZ
sNrYJJxZaO8izAVmtOFYiQKPtT/mghrtovQMkM6NnTWIl7W/6MFVTk056C0lpP8G86wXC4iq
poLNSw4eHEg75ti/DWlXR/mfz31xzIH0D1sDZV+/OnfVsX8E0k2yRbBzUx37VyD9Cka6bzY7
99SxfwXSZUe0pnebX3RbG8btQz7Jnq04qEO75pD/S2cn8/Jv2zlv7hmWgmdl0w6kf9QiVN8w
i9+4SbUORGIty+DPs5wqDhqwCmqwut22NzKVSSXV7Jhtd4CbGNw0bAHoX7FyQptX+rGkPTAY
MvkCUYARGk3ejnuyQI1/Cdzr4HyjjkSgzW3p9sDZRBZvV559J8n1se7L6e/aHwbImBuDVwLm
jvr7waQmy2lC5eVYPfgkXh6PhKJjeKndoCzIq39AJSYsTD+MYq0K1Lo0gEdYULngkv3gnow6
kP4xQ5JrL4DhxRIgo16RO9tpiPv6kghhAUCjLAHQchWKNCPD+v4UCjXbvL6HzyyEZMSPXPJI
WZMp4ywZShmre9+hMgkqQH8cAiy0f8iYgf0qsX8MVvMFxQgqRphu00BNgnqD9xhJ5EvGxPvv
cz4cIX3gWiNZXnxXulkDLchVSEa5KfR4WhecJeQXMKIYXNHMs+QPcN1NBdhY8Ig7+yZfGFS+
/IpwjCQC5EcotA1KtDoXvjC5B6C+G5WqIeJOjMGR2dSBdDFbVhBTSyQOxzsaXAsE20oqbe6B
ZBWvVRLQ1QBw9Rn4Wb/d19QD9Of7ijRxaQam5/OG7J+gtvZh9W8PgyEBPqIyfVHMOszQgTZK
LYP7+c/ERKm35ErS1IGgn9hMn20vKswgiXjx8EeMNqD9gC0NoibZ4D4UKGM+fjnMh/hTqRCc
Fen3YFo0CRWuBoYl0GPAxJVNiWti8F8XFY0mIfYmgzVikAgD6+gWN1kcouVdLw3oMBhvroNZ
df0YaYzQgXUzrS7ZAqoVIPpJeJUNB9I/Yo2ykJI4GdwT80v/IqvYa03HqUjfUl4cA7E9MfV+
5EVCk3w9EVNHkGsQE2NGh0he/C2JMbvwR4xKT7+SF0uK6XrVgHw+T0jAmsGsO9ogXmVlfFGH
yQ2D2cuvzwOsVgMOwA9UbLifJG6PiJz6qTlOjLH60+auFDcrsuvhUZ6d2ixTIb66woQrrUhV
XF9AEvAgm0VCrw+/CKnu4rKjZfXIlRvurzIkywBZkgK4Hfko0e/jEFiJiOuvw2+srVDo9IfN
2vdGB9I/YruSAfcKb7qPQVaWTLQQwiskO2CM6SJCEO+I2zd76TBJd/YVRhNElEJH04ksKO5B
8t1a3vU/Ga30wKwsLS6jNsLoFUXknYslgFmdMtBTVyO2HskhZi8w9wT0N3mNiLGA3hwLrb3y
lyQSXGOyX0IRE2712pcXkMR70zUk4hY4RU7TTyM+SltW38JuIgTEqYhwGV9EstknujlecyqT
jVINhoyiBboe7G5jgPQfd/DTmiErHEUknYlMlT/ddCD9I7ap0cPW0TkzeOjqITA3WOFHK3G+
qssYjJYV7jpkxRWghRcOalUL2EfEJEXJg+ZW5X1g/5d35aWWFdO+MFJuFu+LDHiQw7tssk2e
yCF3RThZ365JWgVN1+Z4kSmBqbLrC9bPunRz1Su8P/bavd3NToM0UtFVRiz7ZnSRjJWd5qUR
0s8xvumitjpj6KBn5YszR9fVMrB6L6nokuT1QkQdOgVgCO7OWRrlbgZKO/WuCJk9WZxY+keX
h1hVr2EXZdCm81JaShJuQ/iviEGe5L3YlOIx2DU9oI5bQ9ffA2P2B8IHTa1tFLNfjQhSr4rI
gvoCVIooIUeIF2F7I3ZnaUPu36PtCo30nAVG8sLvKl+RSesGdspFCd9eTjQvF7plHXxJYnFj
g5sBP0Rzp2pjAviDIYMZ9ONNz+nl4CoxNzNgLInT7s27MWrPSCQviylo+OhXo47kBhid9LE4
xco5HqE3zwF7i8/AwwfEWvOb6wVe6ta59Wi9HJAeZNDliRNXE+AFrtEbqK/K85pryEPaFM4i
OjAiljt5sXKM21WCiC9YuBYsuoq6Z7ZHQro66iXyJjEF5/NfMZy8mYRls7tAN7AlHEJtSAR/
m5+UZCgxYvL5LCgefMSyWd2i/fKwAVhEBNTEuX0ZYjCbtwi4FRgF9GdOjSNEyJXP9+PU1QzZ
6y4Rj50iJqPhiW0YIgSvB300n8a1roBm50rlQnJgSqy+V1dDDOOQW6byqUbZEWAPuUvBESZG
zTTem1zepWDLtjIxN2xjFNbCd8S/Pa+KzJEOpL+3NC3H+mQkSHP9qAhGac7PVGF3OIAK/DtN
wDbE+zIrOdVWFCbE1NsSb3tp+lLw1bjFL28pFdFGvjAH8AB/2kYSbiS/IvzlAK4+M5Nilpid
QgcmAiJ3qFMDu92H6iToS2JWWMDYaWZPoKKGVr1biCZxLTMJgFN2jcQ5Vo8+xa4Ht4CFn4Kd
zuaRwIMp96nnibiYu+1AJNwZeT8PGujR1ZtpF3FJyrCOTvompvfmKIDGrn+tLRRBv8UQJC2D
6TB9vsWB9I9aU+/9RpnGL7spIthmDwYJrKzBR0LLtS2eL3y79mYZ/9gQeGa3QJyaW0jPvYoV
E7IXMQB9+lryoHFHDqPU+C4yxnaoT5P19GGhlXIksI2xbxepTZDuDFAnojF6z4jdkYKY4nUT
k1UstrxxIF3t2K4Zmyex/ST7VvSeiCipu1m8Pyq3OYgqfwqkycRcV62Z43uaCMKQqZejFXK4
YeNdAJagKUIEQwAT4pZUd4qLvTKVuIvZoMTD6aWhbEp4mM+dlXy0taEVd2XKwrl4K3cg/UsB
tn7O3/iOTxXoQ3HjkWxCsErds95iWFOzV19PXVZ55db2Hl/v6a4Vo64/HIvitF098+iNuQtj
L6v0YegB571KTgSnvkjPm9s9Zd3R531feN+C6la1aP2SCv5E8SbtkUT6Rlkk3CeCm+k+VWlJ
uIOnBR4hbo6SN33jzbyxj8pm6h7dlH8c9Wxwxy4O0vVw3n1QHoLOzpV05/qVD59BDHL5VCcw
58DyD4Z0p5hyw+f6jXEo3Lb0X7FGccd2Lw38NpbeHv3Va6VuK30dm38opF3h2pNHuBL4lWcW
+7dbyQ7MKfELPYG6h+nMmHWPP86xBU/JDtU++H0nyjfM7OPQgCueW39oLH1olcNN8gexGE+a
jUtXIjoov7b+3nNm2nO1Dplwoqosavz2S52GitprTS6zx60/PDUrNBsYpLNnjlh/H6RTZlO3
QboOKvbB1lcC379ScdCazH5xcHiOk4TBrHwhdVwNN0Vld9cS2BQDN8oWgCVGlWTE8tugnf7w
WRsH/zZIb0sJE8xCbfCvjOLhNtBwX0T9ha/9AGBUOEg8N2sFPcQ/MdkLNUvpqnipdMBmMAX7
WkD6g/wdpadw0u2jw9adte3Wb4P0sAnpJOXM4rSV4qcCG/ilRlh37LqXO3YmG/lCDwbLnSqk
8kAnzJbmUMuZb5xP+i3pBtwSosbefvLPo3DGZfLvgrQIj6jg7QOjysYprFWoB4bJZLfdLfvK
a9+d/s0hs6u1Y+dnfiqz6pVboz5QSniorwc7F68gJ5NZjGrW/ierxf5YSF/DAA1j6XtSk6IH
5xwRS30hj83sQq0favtmnPtuzmW3Fck6UqSkSQDYm9IdK25WqvB2NhJgWChYJmsGpk8tHbhY
SMdxBzpNi0OKkEiHuBwAaYPlhVWSq4WTOOiMjnw/uw68WTDX546dky3IkmsGbJEgDW9Ldqha
qzSxArSVBqp9fS/rLP9XpFDhN0H6m1tTc6/mY7UFXouAWoZCaFTahH94iP8Z0j1ngJ0s/fm4
QJK4oMy28CVVNZTmXbe6sMhbUiMjs0MzI0c4rT3/upDf77Ytk/DIZK4jQIJdJTINmGyTscA8
rmaARw+wzh3ThotwxorB84P0FSxjVsVi7WQ6UZxdQ55BuoJbKkLCA79D3Vv8+UWhajZFFs6r
xI3BrFLgfRJgtSIpU5nw/PCtXmD6vgPEc42kl0xIcwnp16U6lICAxK0PoHYJNXkN7HuPWxU7
trJrvy/waAf2YDICBcpC0xDPX0Ug3rdEtx6j1s81masYK1Bz3MlgOC/CLH4VWAjrodV8VVLz
8GXIpYAZg+wIfXGpqPKLYz9rITArf7OSweYjudyS2E0GC6vmgog48CSmJnkKZXDGUopzxEIt
MpnGC8xSbQDJBWpQEBD3hzzzE0T2mvw5VuAjIr4OuFJIQCFSlxgIritYEXwl2RjAup5U7Ohi
pmjjaMd+zral5jSFi8TjFyv66hIdy21NANWqrLCnvRbZVvHjAcH/4iDdYOr7nHhBt1TqYYt7
ZHqCQuoR+d6ZAh/Bv+UzmN3TkPQvvro1YW4y3T0u41N2OkX1LJa/pJB20+MYbcXokJk5iRLR
bw0Zcsbjbzh/vVy20yd/T9JEb5F2LhLSXQD+mMZOjq0ZC9EPSdXFDJXRPVMBPxRI4kWwsYqI
u/NcBd3F3+G8ZGY/fCSAeGwoVXPHTrXqLx9Of9MEzK9y12cjSfy3NW7xe0sSSMP4Z0995uD5
P0Snh+ScrIxH+UVD+oEIFvJfCnXpWFke5Y1M7tlLvVeGm6x3iIKyVqgNDdLL8+UiBBdDVpNX
Lxm0NHLu0Q/7h/CHMyZOlwfO+Sm9Da7bvfTJtgFm3dOfr3JZsf3IytMl28Dw9D0TbH6iYZ3H
C0rmiRDki14i5c//MNYgDnziMIpfkxNFpM5z5k3lc4T0M7FE9fbZNZ55B8SS5q3g3ubdkgBO
eednhRbUNwEaJzPYYgYY3tzKw8dx34yx7ltViS8AkvbXl+60P+NrfmbPHKx7aj/v9dlsAlS5
bUdX4qRi8uHsZuOPRt2aTYeet4ptLl6323mK/0iy8yBIxJK45iQo3XAqi/6Mlj5QibRc2hCD
+/i/x/gBQttvgHStdTOCxR9cAq+CSLfooPGiHhZ4ZFlgfnnBxr6MVB4erF6Adcg7ErGegn1X
uwVgXbYvJq0+eoUMGLPT2h60u99ITSzcX5s0QQsz0YeZHdSGbetX2myzPN9s+zlN2Cq3f78u
p2Y9Uki3VWEApVIcbxz0xzK5sfSLsYNKvyazNnu7L3L2qvjzg/RAYiGjG27FpifpLVMMmfNH
brcVDA8s6MmZgirEnyWVVDPcEpG6bm6ueBHnWB0+yOTyoR1ArS4CTPv2CQPiq2bsPym30AoZ
s2NUbts6lyWwpaxhp/nCPJ1ntmBHvYXCJZ+jfmYX+jbc/pHHOFC1eiTk/sAn/7Ylw+9L6AZ7
frLs9ooM6LgMVw4ihPpbDTLnF6CudGL9WGxl/KpYBftalpq7FDQUFrTjc8wDe174lZs5uxR5
hhjpBaMVxa5uq9622+X282e2k0/dJV8F/8F7FGVW/HylmGTt8+LpS1fF6Bkv31WxY/va3lvu
mAPpnzas8ag1Q4tXdmyuVJHu6445kP6zbJ6BTs05FqMzFfaZIAfRjv0cpFvnckk3qSZ8zb3U
43+aXparaIC+aoaiS8sr6wcVgpuX8DG73jmQPrLwZ2b/8ggw9neVcbaZGSjlgCDKaYsqfelK
Qp5CP39ZtM/gJYI0RrQy7ftmGOCc+8yU1tqZZIJRAs3ajolTccwla5UwwCB+9bKQNE+PpVVg
Zpvt3dNVGf4k27b2PXy0Z9Nv+eiybwnGLhekeRqiEbgkhLYfgbSJ4z3330UfUaxKp8iRuYVI
z4ushDyNP9L+w8hLq3QgTZYFIr3yRr2YttufZ3XidFfopwwcbEscFALW80tmG1vXnOWhaZqs
0K8Vq6pDL31SHKhAtc7qhV5Z/KDbGkps9cmK6qi8Ajep+PyFtnk8XeP6iMUA5nK3arn2bth3
tHb8s9wu6m4U73C1BusdSKMtEPW9RwWfWdm8o8dVSHZz3pkE4bk1bGnWIMKTGVyKjcjqqvJR
EbZqUiqQPxyLlUcjQc7fzeIOb4zpuAMcmRmaTUQjFVhImjtx1M+hlsr6enl2nlrOvz0YuktP
LTIcu0N/Pcha7HwttNirBrMGBBnH4pS0pxLddEZu9n1zqkUX1UbtHozN+iqzZ+7jqUbxW/3p
y8lF21qITyNPxEynmwN8pYIO1fD8ody43qx8x6frJQznISHrZvmVj1fqvTcEHlfbG+p4U38k
jMgNidsdx+vuGhofDz+d7eWohxREWhvVdcyiCgOyq8JyKYhdFPVmWRfTjRVJ7LYDaentiEqC
qkKUNpiSxVqtOLWbNBa5ANMlW5tIZCu4U60ZJDwRl39rIaJmisQVXvG7UoFPQMxbqN65Qb46
yPm+GFN9fdaeeKPFBRBATRIQkoUj/EawVFFqGXvZbQpKmB/OHNOFcyt+tTfJ1OyWzrQEFsIy
1QB/Bku6YQjrMwT+2qYaOL+TLlh1sd2bY7q78M1sllca4Pyjgj/maqjGDjSfDOtGrr6kisAq
FOU1d/dVurFxF04rcZT0pEoVAIUEyw6kabeQl9yL10q3oAmZEixKDFj2nr9kEFBh4SuJUb7h
layA67icXppp/AvRHM2W/pUwnM+reGsVUKuDIr52aWIB9iYLncIveF5Bei8LG6i7w8vc6Ck7
mF51lSgs9ejmQ8D8mzwIL1IoAgTLKKrS0Lx/Il2h+CIMIgJfYGz/n/BGlLKoNszHt2c1w+tn
BXULxZ+PpjVMKSuQPATlWD5LfPura1hTiaRfhrKNUrmiDOcoLwoHCc8o/vR6lh3pHXvEyglh
NozmHvDLj2EplN8QwFoCaItTeegLBjfyddQmXQzSO7PmibWJE6XXa4G1kywL/tVQFhuIawrw
CFh/CmumDahF+okc1SPQTezuZRDPqIFuQArvTh1+7ZhV3/Vu85JDOgdqFxg9ZlCK/4W60x4D
vTahJqWgD9/F/JjK61uET07w2njZCAmqREmvGvSB9XLq5sgY/5okXO3cE/NlhHemJ82dkOT3
dbmovPU/kvATk2Z+TQBYPogUyE5twr+VN9d/Rm5BwWR5FL4XC9BNSM/LwON7SAcBOq8/Y/A/
Vz1W7g1BRrjJgTaBjg/ooDV9k8gzd+u/a4d8aPcAIou2pJEQvJeFqktgTOTFOewJt9/+kKSU
xdm7ULERo6pHE9UPzUSbF2Zvg6kYeXjjecV9N0O6dug1B/Xqu6kOPq3C+idr6+CqMf8VYJLu
XnaN0R1vRCG9eojxbtIWp30GuPSQPqj0NdV+KDiF2/iS+N21zF+Q79skcTI+IR96OYV3lGF4
I2JqoA5nwp08Q3eWNX3KK9PFGaFBdqwaHwv9J+h4BrS+WxAfkpBWDFNNlsR8kunN3cKyn+PH
wGfQg8zIZsblxxx7h/CI6NUGXHUYW20oA7SOHKGhEW5JykvRq8vZy1ShIuosUyb5TNJG9EVj
eZB0DZxqHkGkypDxmfATVSKqCsZkV7VukkO+Qes5WOqli980IT148CgkHpewEcom1XwPYjgS
l2PnWgWDa9wELt2AevzANZhvcH/TxLj6gDtNrPJyQ1pMvUqF5TmpYv4zPY9+XIW8MCM/LLMX
bgEZVy8lZ36eauHLTA3P8Qc6fnYUpJiVhPSM2YY3AVOu/LDZD+UQ0ihIr6/gyxRZSj+1AY/D
8qlOgFK7LR7d/xWWxA5+H49sSyyEZZ81w1LiMq0L4Ev+BoO1fCuTUs9Ry5XdAsiQ7K44I7dd
jz61WK+rAISvM6quWmdgGAye7ANL7DTV41qtwpBkfy+pP8+poG3J4D7/ns5gh5Yvko+C5E6f
2SGiRUKXZp+p/EszMIFR4dXXKbJSuxk8oEWJRg0E4CtHDcd3YBw0Nbi0kE4duk8TV66Kslov
3sRxk06Xotmuw4JaWsYFOLc/RJHVTojnXe3UlRIXO2u6iYycqVoYhaG8q+EYxQ2gPJ+fQeem
iKDjY9wkJg1DU6WcxUMYuobFugngZoHTrv+eM/dSzs3P5ckdp1OJ0LU6vw+QF2GtZs4gJqT3
DZPfJKb3l3bErhx02N/Al7DuMmv5ScEe4OFhB0MRvFd+EL6iBgWrI8hGxr9uQX9eptA/UUwn
1+ULEMKwm+he36RjJzXgfF62ZasRAfSGLMjBGSBGJzuHoVYlyYYBYdxZHvIkzJjEnWvS00Vg
eOU69WlkJh3jGilzPpVwUcGYlpBq5QNpdJUxUFenicPejNI6dVaxgdsMPqMwcn3afyzCExNq
fiDNWBXSospcPZAcENP0a/GuLxIQOXQ2Ys3mtSk80Y/KewdA9iqsp0OXHSfUdQJs5WsBdkQs
7abt/8GD05kxWyp4QXOFbaqzczS2m18VKgtcB31/1IzhdRS1HcRYAc+tphlhyOhi63EeuZkX
AXs7LSjf5j20ryVuVgep/RJ6g9VDIqI3R2yjGcUncDACfbvanaZw40NSfEqMhs61Ohr/D1EZ
NACla5v0V0F6AcxAjg8wxtCHDTOiug6XJZils9EnbqTCqB+w2xL6GGGQI43uSkxHyXoLsRBM
8QyTbvaOKdMhRocmosHv2Uq4EIuVk2sVX7i/zHDWRG/VgoNGb+ajwnm3dIgDtNqwaUXQ3S7X
VB6f+0Dd8BUiIXR8gSRQFmqZE6dVJ8ZItzmfm4nFZhlt4Tor/1a4/kKqgyJqirXNMvhUaGih
9DjIgN+A8tSEDrkQsPJoBsfkEA7ITfTCrhwkc2asrMDgcBrYyB6eajwi1oQ4FibMfoDf5AYY
mN+eqEYV2qrDdikZ111gYnHeSRVaYv2Nt/gxqbDccyAtWfCKfFcmo6WQc9c65aYGNOF5lZm7
cH0G5PqIE9osHtkz2gEZFM9tXPitN2M5/4KiYLjty2Y6eTSjzGM26S4DvQ1D8xw2dBzx7XwP
aaxkhfAiOmXow14d4qnpVB85jBri3fLxAmZAoFCLDLEUNRZl5gx55uac+1X8qAP7vmNAZfKA
fw9Sg27iMC/QaOoTzwHrzPeb67xjtpGltN94gZfc4nhzbhxTs1ZLAa2SP0RILuxQ+jyFk0QS
HTYosSk2i4h2qwu6hqvxtWEtPKG5s0lsy9+Tnevsjip7Mp8dwznhzRbGH/e6b+N4f+L17NWj
Lnr94Csc5p5oauzBYWORb9cuxZ74j7BaCuyLWRPYwYqu6iwHL6pfuHrrPw8lq9/f7RLRblfj
YU/4j81NfOPj5/baSC/nj7PZ9FqhL8ia/U1nAXKRrQP4ZpkxdXxnJxDufDoYn5sNBZpvDiLc
3yWyMzLEuJZkFE54SbW5Jgl6oTaen8bFWrYgB7KP0YKhglLPVe33HnTIk62/Zy5q8dtX6X4u
VrvM6RDM0Akjue1AuGZURNbKaTevX469wGXvtv0vt/wUPlG6pcUzf8VgklkNRL5W7IgZ3/X5
yk9+hfZMrg0e/fhHYrL9H+VOK3EoqW1dP9ApySdHxFfuQPpfNeEZ4df4Ky71rOoK52ZuMLvF
NP+bD2nryJJ6+kgs2LDnQLqAdTD2i00tbsx1XfA13BPBkyetx3d+643zmc0Cl1oh3VW6NEmH
WA/rPWsHaad0jfmCWDWz3gEH0idt99KVRZ+LfbbyohG5Al8p0XFktRuLfZBZJ5Sb8piRF+43
P3Yg/VPW6XRZt7Wk2auz1UwBDZXIR4uvziVMRedmgI6NqKy9acP9pGWQm7YOpH/QKiFZ52C3
sIlZX26YGiz7AGvTSrRD46OWzLNyl0Kn/dUkNYpzM0yHpq32y5cR0oHAh5/9yCoUEj1yjFPb
YJmQ3Fdny6iUAEoTeawquLvWBVghVCb3aF/i3uiqXAv3FGkr+29Dug93Ldp++mPNcKx0yTFp
VcBeHe2/igHvlxIeLwOsE0uyTBGNNMU7mHQPnZHp+rdDepXKKN1n+GS5VRDo2LE5r/n20b73
t0tbX70p2x3l5EHGsPhlSsL7PlxOSKch0R2eWD/DJ9tNpUrHTljtUS8Nx7Vxztd0YG30H1Vn
TjGd8h3mIvHqxUI64U5gcNq5kE2IyHby2Zw7ilnGq92hnmAl7kdvdXbKJO9eW2/kP769Tdtc
HbNDj89OJV9P/piDdhW8mbKozbEC67aDJEdjaZs03QGLs6+YcfyKJTwkIp6Ni4U0k7V0OsNA
/x0VAmktVNdIBG3JV6YsAy44NGSlNEhggXdDx126frC0Sgt61ci9wPMn9ZxXp4AN8+mReBvW
1KWywIgIEj10LS7fbPpZyohXcc+zWUxNPwKqFe7JiagtMmYWV1xjxCJz7IS1HvHSRmlFJcGs
89UkHeQlqK+x1BN/7pYsqQuEdDtAchqz9FjGOQbpnbeDOL7FUnbMOwOwh/vTkvvRxSBehmTy
qMw8jFOZ/xAl2yPFXAdWadbzRRwFVZ80rFbFOjxdhex7zv0MrALpF0wW1a3QjhSnxkvQQWpy
G56DXfJtR3vcxkT4bJU+zUJJq6DiVgH6oKxgjqNISZeU5vBdeCw9IGBzi3Kazeh7r3G+wfBH
Df5zeXWsXfbDYMdUuBsJ5T5Z5kmVvNgTqRmrK8XPin2FUQD6ppdmkG7aSIq1unuLBvlrPFqc
cw/Tvx4MfT9fj2PZfIXktjCirnIVYq78AsjSOlS1dSBdOBvEzIJanN4SJTyQcG5mrXtIQjoN
xiS/JjnFmQuHdAXDzEPWQKLta6IXcWK5uUFfkN0SyuFVhrSD/Jh0q6SmAkyC8i1kSV+rWCNC
345ntJvYIcKdi8kxyM0Wd3jj6ecsUBcLAXER5yRYL+fLDOcHn5nmm4W7+fwzKz/y2oG0feAh
WT/CI2AdYWtNiYaOLDEPQIA/ZnG5vlGpk86fAelVPYagatDF7diRZ0NpsgyV1huUqKngVYzl
3ijYUAJJuakmyNG+ZwcAkTLmixxgjWHCrk9GXl7paxkxVx5KSBuehlkZVfjZggytBzSUG1RM
SI+I2Eg94B1WMPgnG5j+enf0FmC0e/hGI4KY70xJ0tNtUgH2cR+pD818UdahJ5mYv11u4leq
ZyyCPMckXjkWc8KiIiD9HtgkQXoMw43+q9NpxK0bM+gCVm90JMBuQUyA3VhOmu0qgDVQmXyR
1BKODWpQo1psMFkR3Qlsk08jQF2yXZE4yLCMosFgMAszbvLmAvAsd9BcpuWP8dL2/AmPrRxY
vV1FVhdouzYvTY392Pk0msM+IVY43pkeOOM23qk5Mqs1F9DMG8JzT8onozeafupCIf0V+sIA
gTINUfcK+aVeMGrQo3bl87M4kzFktKaYe0BHL10DARF4t3yggJsDG0LWs1rsCA3BXhFGY9Lk
nrgPVXJyQr2KfgpY6HaU4+0PYCVZisJnSIsbx14nKEyJY/ORZ1Z0GD5l/3Bl2Hap39Rv98pi
sM0OJ+U28Bx9CeVX7eBpRz1vkuncwisumzKjMPygGnithPQ1i7zGSlNhqzOTH4cPSoSdumKl
wJ/TnycuGtIKU0UQ1JUmLvYNMe2HqUSxB5jaPYZ8ZjH2u5tiDHq6qR1ZGuJrOnyJEbBEtLuK
SLTH2G4EwtddzQwjZPTOkh0bZMYWuu9uXKar9DBuC38NCr+iYdTzOTlfo0LknUE4VpG5VY55
InnCRetiqsSFfLBdPr2w+VQ3swOUeH42xBbdFjO9tvmGcTsZ3CJKjzM/Oi3VykVhi2wxAoUU
sc/DOkHT5rLx8hTR/WrHgE1YcPSly0Nn/dpzgzR2k2sZNGjoCc95W8SsSXFr9xnyysEYop5s
jMSp8V8vvn/VYDj7Qy9mLhLEeralMItnCOUzBqhUMJ41n40LOaeMeq1kGWQVolrrmHpBpnoj
8g+XFbiNQXgPNuuCdUyEE/UKG80V2z18C7Z46gfbjS37tvJg12CszP6y79rC8znYidB+GAva
Qgh+MPKokGWdQRicio6Mj3X+pgDsfGgO57khLksQq80al0WZj5vkrs230tstf3tfhjVduy31
ItLeFe+bXOS7W1cGRKiQm2nlPbl590e7L/f2opNhcnPkmn6wo+Wb1TK0PH+iLST85RhJj5cH
hLtU3INePphLLPelK8YW3FmBmkfq4A6PlWd2zQm6sdjVYAJmxy6faLtgEpPOE7s0gmHDterP
jtntKdTaJoUTKc9PP6Dqi+34/Zvsb6zx8HxK/HphaE0x/XA5iDxNtrF0o919K2tv3XeygA6k
f87SwH59Cf5eh+cDzuN3IP1HWOw8+hTOlHRXzLE/GdL1E1NDcqX+tbu1pcv3B5yz9xz4/2uP
V5yHf0khTWkcWt77AJwtZMf+fkhjSaibVsrb2Pf80V91dS3f+FXf7p9wJk7c/gfF0m6Qjell
R9u/6uLGAZZSF1/IsdmjHu/+69hFQlqz0rO7ChRrdv8HWgL0Tw+keMlFThUUsDmQ/nMgbQnK
v1GBJf+uNEEn7VeWX+xJ7FC9gtuB2h8D6VFN9o6vJl+j/12h4UqXf95zwefwAp5XVv4Rjcxc
5v7/qOtyQ5rHSVWoLAnZCjOWjqkMDBGCVI6lJlpqfVif0FU+l6OI+0Fft7fM14eP0HU7F66l
dWVjZV1IJt5mxfzbnpnyfeDc1/kg2BnEeoTGh4HVM5/rh60z7vIW2uTbXn4jBuvOabUG+zbC
gdWLX7t7fZge2jgoAdnM6hWjhyV9pujtt+3Xb6aplnDvs6wjWC6rEzfybvAeHnzJ1124ruL1
4uI0ATIYDdDtWB8J6838ti/0cO1uKBwODbK4HMNpt252cO8ZzMyicEBYzhVlGrDxyw3pcmwU
MmpgzY2MQd7LmsMm/kT+wFC2yWyC/8nqpd/KPSiJgVU327KxWnKPFpg7HMukU2aEiUoZn5hd
6X9dTtFURXUvLAgkeF+CJuWKeE3Wr8uu/h/SAAqOlqjizoY+ERab49kMUb/dbq0Cz98fOPnV
YT+oWUWdJ37vsObPYpp6AyU49tMonutZYLn+mUghcCsHKncnYzTULpil9ogL33hOiYlLlhq8
hNA9LGp6ymWlsJjyQvIzPfI2o0aWgFtarmulytDxGyLv7hBHdRBmroDhFq539GE6DsY4WFyD
YnBAFV5peiSNMgm7i+fGioklXZKMx/57HfFqiqBOwv3r+TA+OQ2y3m7xNwFa30YHagqvwBDq
luhsiTOmeINELZkC9ky8LTmJDzBIDNpG3gXxclBI8E1j+jIvxG9HIeGk4qdRU0MoMOh8P4JV
hioQRBqdV+Sw0d9JzWdZ9BYH8BBmClykeMqJcavtASYqqXxNBVBdj3At108ahAVE4cRNiNtV
g96gQ4dQWQ7L2nUkGwi0DTYoNLb3VdAzREsXQzvb7ydQKqjPy0ngUFxSRCJVfLzwIM8Qpfg1
FQPKq/IzqEL14A4eZOwGCsm1mUtj1IUT3oZB+/YQBY8aNQOVdP1LDmmjUpHjWvIPeLy1tdmN
9O5BBLof+F3iQsaQpybcGuTwTf8Rk8qHxCkPg+r8EDINhVN5jFJ/zwVE+5fuQ5iHF3ax086s
BvGTs/mkgWKIexoydsrZCN+ZY3PWk6UzaQaobCGCSw6i3+5Rw0AmcPzej/XjtcgnXwY2X9Ch
ZjhvZRCQMDVpnR81COW78fQ8ADNhrYA3VlEKxa63BWQfS+eZE/9VxdV9PB0sHvTjKqQBEvv8
s44iReLM8vV0N/sAIuM9b/DmLkhJ5lZShy68TdsHPYM0XD+jR87NIHTddDmcLyLNctty7+LW
0HhNEZ9Hw4EWB6ZTTa1yySFdjpqaHtO1EetkOm5mpXzohiZrxVswEyJcD055A0SECsmn7kF1
smmA7jbJXZiAXpz/ZNXRCNZquPB+03RaoKfPS3onwCa6Yfl15M2xztQr/XBaVii7YThfj5Bu
IQj1IITE7+sfbPJnM1jE32/1ezUsr++G/uuKcHtYxFzBgwUgjdXdPAwFdVnKINAjwX4LoLoL
+fxl8roa8CwU0h1UWQrvZLAmSqUqE2AGajqx1OjmpJhFcThuKdjPkFS5FxXHEJyv8ErfMRTw
NNgA37HS8FEmlSc1ZPPxeXwXTkaVwmvbkQcuDaQXDgTWuNmxZF8zt8Zvm1svbvIpIrYYoNlX
cZE3w7j7Cj5K4S11Q0rNPRY3tO2F2RKm3ORlKfhs1ULbOAodUMwDKC0vz4AKPkHJ4ShyZcUE
7lbcCZq/yylOeEwwrEdqTRUDBTQwZZ2/tzQC46tZyX8HRIBJSYm7oDXKzhIUtPhOUFO3oIiw
QDnshUxegR/CUueWmV04oVIMnNt0ZIOQKzW2xJlm3yOF6orsaAFihPaoETsvDdH8jLwejFfE
VfbGkQpQhdEHueoKi4oDyjT1ZvUDKkQQ8FN9KPP7PPiPZxRPh7RYDbUeeKhB+YP3cyWDVeGl
FTNuQ0/0QDZt/Sajk5h8DSkuwqOs5yMk9xkG1p+/bQrWz8oQhWfR540AnEy3ZZhC7UCuiogl
K7+ukpZxIw1mnwMrqygm1Vez+LcJcmL1hCQVl6xQsKdSiqjlUiKaR+Gjam71Z82QptJGtJMD
BGyTZJDLd5ojc9ByBP4kRulT+Ocs/E+eKd2Wq40U9rQjwGoB6T041QEuWNi+UhjSDSJe6ZA1
hNg8Tsxvs+U0v5AsOK69r5gtiirF6eMMKS7xG40j4ZkHy9uQfOa76Ez9RUN6XSxHTBGpD4AI
42Mw/zHfjM8oaEK8gblHEUBZuabTpuVU+4nC721sC5HP/x8Fum4YyucfmPN51hwRWUThSKEu
xi/w8e3jsKiUE7oVqXq/QPILxtRWWJhjI668JobWFDl21LnnKwb69MJbnjl8xmWkWSXeooq5
ft4cZpKd5S0s44xngENmvZCrDkFDPgL6B7mCZdqijGlwKkriias08tOIQQYr+es02HrxRtaI
EUgyqRyC4kZk8gYrSPifBVe+j4ZxE04rr8WqcAF/3VRxKYhU47dEwF1pLBfXr+GVT0DsOl9K
YpZkJikGatYlpt13lxrSIpCGHC0OX/spBUUCG5jIqsZVmny0bgb3y03/ZDC9WXp3zTekC29z
Vby52ZPBZJOYKXNVTYbsvlEDjD2QYXcuKFZJuZMHn0fw+zDSJFVs3olLqBv96Nho7ohTZJvD
rAnEFivdAj7V9EwHsdOJQMt7DOST1YWc7SBlVMSXtMZEQNBgBkE1pkzzNWAem0kLZh6F/QWW
h5U6Gwsp1BaNo/Jn0MrazDaLgdKCP4oVcjuwz7jsCHTlKMwuF6vbfh0YMjMrRCjnfw+Ad0Mv
0I21XgVfX5I+Ju64MouJH+rYPwzsaWdUXJMvkaQcEg3MKbyGjSQ8+y+OQ18EP/dmYLZXPLro
5YY0mLrIuDZjGK3eGcPl4cg7jJHNlf8ezrNxkhseyCSldLKX6LOt2NlLJqsJZLrf2+pWDZzl
u8zU2YIMLIdPbpm8UTB29lM0LOJ2NYvLeYGRZCWt6FYIYFQeGDa74I1jxJOcSlB6BbA1DqZl
T25biFUju4kd9cKYQ35FWt0z7yi0lbrP2EVvq9D9aNTpagZPvLDkt3LyQRmMmbTqNuITd5rR
kU6aEXHZvoJNUmJU/C37n0AhG1wSoVJ9EjArYdWKHT0CYyp2AASY4GoqGRMr7i/PxNcoYvyg
5C74wTDEfys8lcNMXkAHZZ17UGRuWEyc9/V4b2105facrvZdakgPpyLRNqnm+rmnq9aUo5WU
2cqyJmuX7EPFt4P9srfWZpq3khJzexWeZt8wqamuHcVtWQ3t4E2u13qvrBcUmO0YelLBe9wG
5j22yxWD3RJfoc8j1nppjKyp6JrIXRtzDGbQHwfFU32JZzze1xfijREtWSCJfHMc1rhbd1fw
CiVm5gVXKVHgtfI8pgT5cWtNJDV/gaDkM7C2K5V7d3UKVfcO+zfs+OprzHkiqLBBXAy87r7v
GRoK4+XvuZa+BVo3+F7/474tHmzoubr8mn/q7AmepKALF8JdfL0dIU1r0BXx77fKz6vit12+
VzPN3y3yJVIvlZVaq17attyoOBZo/NuVrn9vy3SXGXrLp4eby9Wm+uPAmR5Z9Tbv0JSDzZXd
nZ+9NQqsy1yKj/uiGrSe+xV7k7Ry2Hd4GP8opEtguy9+Rc52VbrupQFcHZjxyzmfn/xvz3lS
DqR/3NGeS5S57i7SJ/svs2uB0pYybqcOs+ThWati0RPoaHYgfR5275zqeVxv/pEbsog7u+lS
HsHNDidGq6amEgseziwO5UDaMVsbxbwPYxAp3Xqy7Yj+ZI9FBHwJY8EYsH4H0o6ds0UBjM/h
UorpUentJ/lzFzAT0vRfXKagHEg7do42hmD2QuEarfOw55THl3okcavTNCqOcKrz/upA2rHz
tSqMcofP6i1/wETwrFvVkAApcwerieprcgD7DqQdO3dzJYDFS/btg7GNOCMhB85DW00oQiLs
tYB58NOZj+tA2rEiVqmeogn1y6YdVMVh3Y5M6M3LEonFi4b0em6iy8MrxqeOp3Zd98REQqJj
tzDH6Qlg8rGxTqxzO1ow53mLVrw0+5T5Gu/IKU/STperifw37WDrYswrsVVKYhccKSqGg/p7
KpZJXzSkYxjeI5cLjnWhd4OepCipUrxWgTSTGH/EGHT6UETotYFlvSEdUznd4mfArs8vZVQV
MAwI8bsGg0iEgd7qYOw322JGC6BmsLekkD7oFW5mPKaY5qJitlsXHXi4sd7svxOdcgNM/7IR
YrgIwJYgrmcwewfPXt+bBsiuYSWcb0OAu4tqhRiRRccZ9UhKkS4oVrP6xPf+2yWRf67FiIVb
Qkh/PIQ0xjirKhaMLaYYjF80pIloEoXjxetyk5nBS6KKuPIKvKEUjTufR+FwvsngRgxesJtY
5dw2LZcIsuCXARvjvFqFmfykAPuaA6+LsGEGnSWF9JHdQyxiXJKKI1cB7l80pFcgR/yk/uOQ
9hGE8WwNWF2S5Q/DkEBI99GiYIo94xhQTUd7BhkRVV4BU6nVh/jUaBJ812fg39Td/PMNi9ZL
G0t7v4f0qlld7j/j5HCOkF6HbDcqaB5bHqoUW79g+ig2qetOSWf7FCATk7EENcyos65P7lWJ
hbbm6Qby0uLahmac1tYXZU+ZVCArHaQtFahFmVzZZvSXsuQZa8jOEdLYq6hv+wRd3yAvTeLQ
pEQvK1NQgk2hwEMsEhvisjvqLYhtZWmkxruSSA+J0LuxHL+TXQCkKybaz5AlsM3PtC/ZveI6
Q0zltZVA4us2f3/rdlf/5FHePi1xi8rD/gPUX4gTVpADP/MH7B6GGYzgSDu2farjYKszT1wh
Et7h5bQSsbw6QC+v69CRz9Ad1ENRcX2TEeoYkwEjkE9S9ysb8+jFJLbSB2UEhSxq2IpGlgPY
1CYH2IJN74McZG2EL3tAD28VhqCC3XAK2drsY5tWwpW27TiqMoVaotCNYCI2/AnLys5vZSWG
tFWI6zEh/YbBwtTCmUvOz+90H4oTeolrRO3EOWcmmJmvf340H3KPzjqBWQ2KlJ9JSVto4qN+
+AQQ/78cBdZilOSxceo3WycHxRSJkCLZYvtqK5g08ZM2wGwbaoMdoL4A2C2mVLAblTdto6oE
2Mkk4UJj1QbsSHUuZDqw5E88UalkMrZd0pnQgAP+z1cLOxVYXGqctbLk/CCdFTFxDjMe3xND
XkuSqSoriHuPyGdW5Rg2xaBilU7xjsVGSyadzzKon4cANi18SV2iG9NHkz0nTCual08W6b1B
DBQbSc/PYCvnKk5pqrCLBGb3dYPW5tjJiMQW0hnbMrgGcaDCQ1Egwxi1mSeg96dSWMwYK3Wa
qcJz+Fgb+yzaquvL2b/xHCeV2g7vBudNbd8/0UfsSMuZpe8e3Wpzs4iWejsiYuYJZsWjG87p
I7uzyTCPqP6GmkEeTGfUJv72RWaeBwzdbU9QihXTJxhVGLPv79wmALBh85o7CbV2sYxWU/iV
7ud2qBHAtZOXH7RTzI6BEbGNiuzUkyNz4cu8ni15jcfgYS+se2ntNH2H495FhqWnrmnKOrs2
i7y8dNX+tdeJjK0Lv5GzkbjnXwPn2wTd7gQ/7Nlv3NnfFRd3IF1CE+GIdvUgANW4Y4795ZDW
QLOKBFPJ2Gvnjjv2t0OaTzo32bF/C9KOOeZA2jHHHEg75pgDacccSDvmmANpxxxzIO2YYw6k
HXPMgbRjDqQdc8yBtGOOOZB2zDEH0o455kDaMQfSjjnmQNoxxxxIO+aYA2nHHHMg7ZgD6d9p
XueJOOZ4accccyDt2D9s/y/AADyG0uMFr1xvAAAAAElFTkSuQmCC</binary>
 <binary id="i_118.png" content-type="image/png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAAPEAAAC8CAYAAACpDUi7AAAACXBIWXMAAA7EAAAOxAGVKw4b
AABAHmlUWHRYTUw6Y29tLmFkb2JlLnhtcAAAAAAAPD94cGFja2V0IGJlZ2luPSLvu78iIGlk
PSJXNU0wTXBDZWhpSHpyZVN6TlRjemtjOWQiPz4KPHg6eG1wbWV0YSB4bWxuczp4PSJhZG9i
ZTpuczptZXRhLyIgeDp4bXB0az0iQWRvYmUgWE1QIENvcmUgNS42LWMxMTEgNzkuMTU4MzI1
LCAyMDE1LzA5LzEwLTAxOjEwOjIwICAgICAgICAiPgogICA8cmRmOlJERiB4bWxuczpyZGY9
Imh0dHA6Ly93d3cudzMub3JnLzE5OTkvMDIvMjItcmRmLXN5bnRheC1ucyMiPgogICAgICA8
cmRmOkRlc2NyaXB0aW9uIHJkZjphYm91dD0iIgogICAgICAgICAgICB4bWxuczp4bXBNTT0i
aHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL21tLyIKICAgICAgICAgICAgeG1sbnM6c3RF
dnQ9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9zVHlwZS9SZXNvdXJjZUV2ZW50IyIK
ICAgICAgICAgICAgeG1sbnM6c3RSZWY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9z
VHlwZS9SZXNvdXJjZVJlZiMiCiAgICAgICAgICAgIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5v
cmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIKICAgICAgICAgICAgeG1sbnM6cGhvdG9zaG9wPSJodHRw
Oi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3Bob3Rvc2hvcC8xLjAvIgogICAgICAgICAgICB4bWxuczp4bXA9
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iCiAgICAgICAgICAgIHhtbG5zOnRpZmY9
Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vdGlmZi8xLjAvIgogICAgICAgICAgICB4bWxuczpleGlm
PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL2V4aWYvMS4wLyI+CiAgICAgICAgIDx4bXBNTTpEb2N1
bWVudElEPmFkb2JlOmRvY2lkOnBob3Rvc2hvcDo1ZjM1M2Q2Yy1kZTk5LTExZTgtOGFhZS1h
MjI1YTI2ZThkNGE8L3htcE1NOkRvY3VtZW50SUQ+CiAgICAgICAgIDx4bXBNTTpJbnN0YW5j
ZUlEPnhtcC5paWQ6ZDMyNzE5NWEtN2QxYS01MDQwLTllMTctNmFiMTViMzQ4ODQwPC94bXBN
TTpJbnN0YW5jZUlEPgogICAgICAgICA8eG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1bWVudElEPjg4M0Q3
MkNBOTdCQjE5N0Q2RjZFNkM5MDU3RjgzMDk3PC94bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ+
CiAgICAgICAgIDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PgogICAgICAgICAgICA8cmRmOlNlcT4KICAgICAg
ICAgICAgICAgPHJkZjpsaSByZGY6cGFyc2VUeXBlPSJSZXNvdXJjZSI+CiAgICAgICAgICAg
ICAgICAgIDxzdEV2dDphY3Rpb24+c2F2ZWQ8L3N0RXZ0OmFjdGlvbj4KICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgPHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ+eG1wLmlpZDoyYWM2NzlkYi04YjAzLTg4NDItOTdk
Ni0wNzkzMDY2N2Q3MDU8L3N0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ+CiAgICAgICAgICAgICAgICAgIDxz
dEV2dDp3aGVuPjIwMTgtMTEtMDJUMTU6MTg6MTQrMDM6MDA8L3N0RXZ0OndoZW4+CiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIDxzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAy
MDE1IChXaW5kb3dzKTwvc3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD4KICAgICAgICAgICAgICAgICAg
PHN0RXZ0OmNoYW5nZWQ+Lzwvc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD4KICAgICAgICAgICAgICAgPC9yZGY6
bGk+CiAgICAgICAgICAgICAgIDxyZGY6bGkgcmRmOnBhcnNlVHlwZT0iUmVzb3VyY2UiPgog
ICAgICAgICAgICAgICAgICA8c3RFdnQ6YWN0aW9uPmNvbnZlcnRlZDwvc3RFdnQ6YWN0aW9u
PgogICAgICAgICAgICAgICAgICA8c3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz5mcm9tIGltYWdlL2pwZWcg
dG8gaW1hZ2UvcG5nPC9zdEV2dDpwYXJhbWV0ZXJzPgogICAgICAgICAgICAgICA8L3JkZjps
aT4KICAgICAgICAgICAgICAgPHJkZjpsaSByZGY6cGFyc2VUeXBlPSJSZXNvdXJjZSI+CiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIDxzdEV2dDphY3Rpb24+ZGVyaXZlZDwvc3RFdnQ6YWN0aW9uPgog
ICAgICAgICAgICAgICAgICA8c3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz5jb252ZXJ0ZWQgZnJvbSBpbWFn
ZS9qcGVnIHRvIGltYWdlL3BuZzwvc3RFdnQ6cGFyYW1ldGVycz4KICAgICAgICAgICAgICAg
PC9yZGY6bGk+CiAgICAgICAgICAgICAgIDxyZGY6bGkgcmRmOnBhcnNlVHlwZT0iUmVzb3Vy
Y2UiPgogICAgICAgICAgICAgICAgICA8c3RFdnQ6YWN0aW9uPnNhdmVkPC9zdEV2dDphY3Rp
b24+CiAgICAgICAgICAgICAgICAgIDxzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPnhtcC5paWQ6ZDMyNzE5
NWEtN2QxYS01MDQwLTllMTctNmFiMTViMzQ4ODQwPC9zdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPgogICAg
ICAgICAgICAgICAgICA8c3RFdnQ6d2hlbj4yMDE4LTExLTAyVDE1OjE4OjE0KzAzOjAwPC9z
dEV2dDp3aGVuPgogICAgICAgICAgICAgICAgICA8c3RFdnQ6c29mdHdhcmVBZ2VudD5BZG9i
ZSBQaG90b3Nob3AgQ0MgMjAxNSAoV2luZG93cyk8L3N0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ+CiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIDxzdEV2dDpjaGFuZ2VkPi88L3N0RXZ0OmNoYW5nZWQ+CiAgICAg
ICAgICAgICAgIDwvcmRmOmxpPgogICAgICAgICAgICA8L3JkZjpTZXE+CiAgICAgICAgIDwv
eG1wTU06SGlzdG9yeT4KICAgICAgICAgPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHJkZjpwYXJzZVR5
cGU9IlJlc291cmNlIj4KICAgICAgICAgICAgPHN0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ+eG1wLmlpZDoy
YWM2NzlkYi04YjAzLTg4NDItOTdkNi0wNzkzMDY2N2Q3MDU8L3N0UmVmOmluc3RhbmNlSUQ+
CiAgICAgICAgICAgIDxzdFJlZjpkb2N1bWVudElEPjg4M0Q3MkNBOTdCQjE5N0Q2RjZFNkM5
MDU3RjgzMDk3PC9zdFJlZjpkb2N1bWVudElEPgogICAgICAgICAgICA8c3RSZWY6b3JpZ2lu
YWxEb2N1bWVudElEPjg4M0Q3MkNBOTdCQjE5N0Q2RjZFNkM5MDU3RjgzMDk3PC9zdFJlZjpv
cmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ+CiAgICAgICAgIDwveG1wTU06RGVyaXZlZEZyb20+CiAgICAg
ICAgIDxkYzpmb3JtYXQ+aW1hZ2UvcG5nPC9kYzpmb3JtYXQ+CiAgICAgICAgIDxwaG90b3No
b3A6Q29sb3JNb2RlPjM8L3Bob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU+CiAgICAgICAgIDxwaG90b3No
b3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3RvcnM+CiAgICAgICAgICAgIDxyZGY6QmFnPgogICAgICAgICAg
ICAgICA8cmRmOmxpPjg4M0Q3MkNBOTdCQjE5N0Q2RjZFNkM5MDU3RjgzMDk3PC9yZGY6bGk+
CiAgICAgICAgICAgIDwvcmRmOkJhZz4KICAgICAgICAgPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRB
bmNlc3RvcnM+CiAgICAgICAgIDx4bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT4yMDE4LTEwLTA1VDIwOjExOjAz
KzA0OjAwPC94bXA6Q3JlYXRlRGF0ZT4KICAgICAgICAgPHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPjIwMTgt
MTEtMDJUMTU6MTg6MTQrMDM6MDA8L3htcDpNb2RpZnlEYXRlPgogICAgICAgICA8eG1wOk1l
dGFkYXRhRGF0ZT4yMDE4LTExLTAyVDE1OjE4OjE0KzAzOjAwPC94bXA6TWV0YWRhdGFEYXRl
PgogICAgICAgICA8eG1wOkNyZWF0b3JUb29sPkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDQyAyMDE1IChX
aW5kb3dzKTwveG1wOkNyZWF0b3JUb29sPgogICAgICAgICA8dGlmZjpJbWFnZVdpZHRoPjI0
MTwvdGlmZjpJbWFnZVdpZHRoPgogICAgICAgICA8dGlmZjpJbWFnZUxlbmd0aD4xODg8L3Rp
ZmY6SW1hZ2VMZW5ndGg+CiAgICAgICAgIDx0aWZmOkJpdHNQZXJTYW1wbGU+CiAgICAgICAg
ICAgIDxyZGY6U2VxPgogICAgICAgICAgICAgICA8cmRmOmxpPjg8L3JkZjpsaT4KICAgICAg
ICAgICAgICAgPHJkZjpsaT44PC9yZGY6bGk+CiAgICAgICAgICAgICAgIDxyZGY6bGk+ODwv
cmRmOmxpPgogICAgICAgICAgICA8L3JkZjpTZXE+CiAgICAgICAgIDwvdGlmZjpCaXRzUGVy
U2FtcGxlPgogICAgICAgICA8dGlmZjpQaG90b21ldHJpY0ludGVycHJldGF0aW9uPjI8L3Rp
ZmY6UGhvdG9tZXRyaWNJbnRlcnByZXRhdGlvbj4KICAgICAgICAgPHRpZmY6T3JpZW50YXRp
b24+MTwvdGlmZjpPcmllbnRhdGlvbj4KICAgICAgICAgPHRpZmY6U2FtcGxlc1BlclBpeGVs
PjM8L3RpZmY6U2FtcGxlc1BlclBpeGVsPgogICAgICAgICA8dGlmZjpYUmVzb2x1dGlvbj45
NjAwMDAvMTAwMDA8L3RpZmY6WFJlc29sdXRpb24+CiAgICAgICAgIDx0aWZmOllSZXNvbHV0
aW9uPjk2MDAwMC8xMDAwMDwvdGlmZjpZUmVzb2x1dGlvbj4KICAgICAgICAgPHRpZmY6UmVz
b2x1dGlvblVuaXQ+MjwvdGlmZjpSZXNvbHV0aW9uVW5pdD4KICAgICAgICAgPGV4aWY6RXhp
ZlZlcnNpb24+MDIyMTwvZXhpZjpFeGlmVmVyc2lvbj4KICAgICAgICAgPGV4aWY6Q29sb3JT
cGFjZT42NTUzNTwvZXhpZjpDb2xvclNwYWNlPgogICAgICAgICA8ZXhpZjpQaXhlbFhEaW1l
bnNpb24+MjQxPC9leGlmOlBpeGVsWERpbWVuc2lvbj4KICAgICAgICAgPGV4aWY6UGl4ZWxZ
RGltZW5zaW9uPjE4ODwvZXhpZjpQaXhlbFlEaW1lbnNpb24+CiAgICAgIDwvcmRmOkRlc2Ny
aXB0aW9uPgogICA8L3JkZjpSREY+CjwveDp4bXBtZXRhPgogICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAK
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
CiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAog
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAK
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
CiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAog
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
IAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAK
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAogICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgCiAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAKICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgIAo8P3hwYWNrZXQgZW5k
PSJ3Ij8+NMISnwAAACBjSFJNAAB6JQAAgIMAAPn/AACA6QAAdTAAAOpgAAA6mAAAF2+SX8VG
AAC690lEQVR42uy9dXxU19Y+/pxzRhKSYplkNII7IQnBXRMCBKvTFotABepGcXda3Grce1ss
RgRqlOIeCESAhEAMCBSJzRxZvz/InnuYm/b2fn/ve99KNp/5zDCZOXP2OXvtZc96FkdEqB21
o3b8cQdfewlqR+2oFeLaUTtqR60Q147aUTtqhbh21I5aIa4dtaN21Apx7agdtaNWiGtH7agd
tUJcO2oYiqJwACBJklb9vizLvOtn2HPtqBXi2vE7GbIs8zzPk6IonEajEdn7oihqBUFQZFnm
JUnSss/wPE81CXztqBXi2vF/NARBUERR1PI8T0SEiooKMwBotVqR/Z3jOLla4DXse+y92vH7
Hlwt7PLPPYgIsixrNRqNKMsyLwiC4moyM83L1gLHcZAkSavW2rWjVhPXjv87X5jXaDSi3W73
YKZztams43meeJ4nZjYrisJzHMdMcF3t1avVxLXjdziKioq+LCwsHKvT6RAYGMgx7azWwq5a
uXbUCnHt+D8eDodDn5GRUTV16lRcvXoVdrsddevWRUVFBebPn49JkyY9FpXmOI5qhbdWiGvH
78ec5m7cuHFu3Lhx7evVq4eysjJkZmYiICAAubm5AIAbN27oNBqNqI5Mq1/XjlqfuHb874qp
IMuiQCQL7B3m4xIR5s9doHQO7dK+3hP1UfagHHdLf8aoEaORk3UZHPGYPHnyPxdDdYqpVoBr
NXHt+K9qWkngeR6SJPEajc4ZgU5KSqJFixbhcvYVTJs2DevWrYMoiuB5Hna7HR4eHhg6dCg+
XrNap9Vqxaqqqnpubm731cdWR7NrR60Q147/pVFZWW7Q6XQ/C4JWZmmh5ORkGj9+Ip5++mm0
a9MW8+fPR58+fdChQwfUq1cPM2fOBBHhm2++oVZtWvJ2u91Dr9eXMzOa4ziWcqrVyH+Aoam9
BH/s4e7uUcq0pkajEQ8cOECxsVOgKAqef/55PP3kUygrK0NgYCDc3Nzw6aefQpIkREREoFXr
lryiKJxWq60AALUw1+aJa33i2vFfHJIkaQVBUC5evKjMmDELDocDy5YtQ2RkJBwOB5555hk0
b94cZ8+eRXZ2Nho3bowtWzdzzA921ba12OlaTVw7/ts7Mc9LAPDCCy9xN27cQFpaGmJjYxER
EQEeHERRRHJyMrKzs+Hh4YH+/fuDFAiKovCSIup0Ol05x3FgWlgUxTrsde2o1cS1478jxBQR
MYwURcHf/vY3JCUlQZGBdm0D0bhxY1Sb27h27Rrq1q2LOXNncxwPWdDwol6vL+c4DkQEh8Oh
lyRJqxLm2gKIP8CoDWz9CcakSZNo375vMHXqVEiShDVr1kCRH6WYIocPRVxcHPR6PSorK/H5
558jLCxMwwucTAoESRF5jUYjMkFmII9an7hWE/8hR1VVVT0AKCkpWdahQ4ffxe7GNlmHw6H/
p8/66L6VlNxa1q9Pf0pOSkGnjqHwatAQy5cug+QQ4abX4o3Xp2JP/G7wGg5t27fBqDEjMWRo
OMdrOFlWZJ4TIGu1WpEJrhqlVSvAtUL8hxmKonCiKGqJCCxPum7dujfv3r37+zCVqjWkTqez
V1VV1VMU8DwP5aOPZlJgYOCbmZmZ4DgO7777LvLz8+Hu7g4iQmVlJVauXIknn3wSe/fuhVar
xcaNGzlRFLUsEFZrhdUK8Z/Gn2TaiIhw6NAhOnr0KKqqqn4XUVpFUTiGwHJzc7vP81BEUdYe
PnwYgiBAEAQcOnSodPPmzZg1eybncDig1+sxcuRIFBUXchcuXMDgwYPRu3dvyLLMa7VakWnZ
Wnx0rU/8p9HEPM+TLMu8oihC3759Hbm5uSAibNu2DeHh4b+Lle5wOPQ8zyv5+Tfy33rrLfOR
I0dgtVrx3DPPolmzZnjjjTfQtWtXPPXUUyAirF+/Hoqi4Mmnx8DPzw+DBw/mmMug0WgqNBqN
WOv31mriP40mLi8v9xcEQSktLf2kqKgIQUFBkGUZsiz/LjYZRVE4nU5nT01NdfTp08f8ww8/
QKPRIDIyEoIgICYmBnXr1kVlZSVeeeUV3L17F4sXL8aAAQMQHx+PQYMGccCjaLObm9t9QRBE
Iqr1e/8kozZPDMDDwyOfiEBEHmazGRzHQaPR/C7MTTUQY926dU7cc0xMDIKDgxE9KQrV/jzq
1auHV155BYWFhbhx4waKi4sRFRXlnAej4yEirjYXXKuJ/1RDkiRtcnIynTp1auwzzzyDgIAA
2O3234UmJiJIkqRdsWIFnThxAnXr1kWLFi3w3nvvuS1fvhxarRYtW7YEx3EoKipC79694e7u
jvXr16Np06YYMWIE5xrh5nmedDpdeW1gq1aI/zzmiEYjFhUVAQAGDhwo5uXlwdPTE7+HRc5x
HOLj4x0rV65EnTp1cPfuXTz77LNYsGBBVXZ2NqqqqnDlyhV07NgRsbGx2Lp1Kw4dOoTQ0FC8
+dYbXLWFwYr9FbZpERFXG9iqFeI/xVAkEhLjkyg1OQ0lRTfBQ5BLim7C6G1CanJataZWePXz
7NlzadiwyEcSTkDc7njq0qkr5WRdrmSC/1s3AIIiKJAFh2TXAo/zQIuiqD114jS9Me1NyKKC
qgo7nn/2OXh7GbBuzVpo+EclxFarFQ0aNEBaWhry8nNx4OAPmBg1AeAebQLMJGfmtEajEWur
k/48oxaxRcCSxUspLy8PQ4YMweXLl9GqVSssWbIEly5dws3bJdXUNY/ysw6HpLfZbFVPPvkk
Vq9eLVzJuSz26dOHb9WqFX448D0H7j/9eUVQSAHP8eDAyw6HQ6/T6eyyLPMFBQVnu3Xp3p7j
HuGf9Xo9rly54hkREVF26dIlDBw4EB06dEB2djYSEhIebUqQ0b59e+zfv58TRVHLBLd21Gri
P+24cb3g+ObNmyGKIvLz87F3716cOnUK58+fh7u7OxIT99IjPxJKVZWj3gcffFDF8zx8fHzQ
r18/OSwsjB8yZAjq168PRSZB7cf+5pvA8ZDERxpYEAQRAEqKbiZHDhvRvkOHDrDb7dBoNFi7
di2mTp1a5u7ujoiICLRo0QKJiYmQZRmzZs2C1WpFo0aNMHfuXNQKcK0m/suMhLhEmjJlCmw2
GyZOnIj58+ejoqICdevWxcOHDyEIAopLijgQBHCQDV7epNVq4ebmhsrKStjtdhgMBly6dMmT
53mHoOVFZgr/vwgREYFkCIsWLZLWrFkDNzc3PHz4EKNGjUKTJk2wdOlSNG3aFA0aNMDw4cNR
UVGBzMxM3LlzBwUFBTh24ijP8t6yLGt1Op29dpnXauI/9dBqteB5Hjk5OcjIyECTJk0gCAKa
N28OjeZRBu58+gUCB/lmya0Ner0eJpMJkiRBURQ0b94czz33HLQ6Tbmg4UV1sOy3/L4kSVpF
UTgWOT514jQNGDBAOn36NMLDw1FRUYF27drh5ZdfxpdffokPP/wQ7733HkaNGoV79+4hKysL
nTt3xrVr1/DWW2+BCTAA1ApwrRD/NUwRjoPdboenpye++uorXLhwAXq9HmfOnIFOpwPHcViz
Zg1AELZt2xbz7rvv4tatW6isrMTAgQPh7u4OFtlmgalqipvHihZ+8QbwvFSd8rFXlleZ33jj
DVy5cgWlpaVISUkBAHzzzTe6tWvXwmg0YsWKFdi/fz8MBgNatGiBZs2aISMjA56ennjq6SdZ
ob/C83wtN1atEP81ht1uh5ubGwwGA/R6Pdzd3Z3vNWvWDC1btkRJSQnAQf7qq68wfPjwa1rt
I3f3u+++g6enJxYuXPhmRXmlf7VPqzgcjrqsaOE3CDE5HA69IpGwatWqIrPZDEmS4OnuCb1G
j23btmHjxo2OHTt2oG7duujTpw98fHxw5coVJCYm4ttvv0VKSgref/99AEBlZaWhNnVUK8R/
qVFSUoKhQ4fi5s2b4DgO5eXlGD58OCRJwoMHDzBkyBCcPn0aHQKDqGfPnggJCQmw2+1o0qQJ
Ro4cCavVCoO314o6Hu75IAh2u93Dzc3tfnUu9rea9Pb+/ftLa9asQUVFBSIiIuDm5ob27dsj
ODh4+6xZs6DX6x+dR4cOOHPmDJo2bYoePXogICAAffv2RfiQMI4UCO7u7qWsLriWZuevMf4S
sEt1kQOjYGWBp9LSUuzatQudO3fGmTNnqiPSiYiMjERSUhJyc3MRGBiICxcuYMCAAdi9ezc0
Gg2uXbuGoqIinE0/E+MQH6WFwEFmpHNarVZUFIUjIiefMxFx6oZmPM8TFAijR42RMjMzoSgK
OnXqhKKiIvx46Ed8//33mDt37tj169fj8uXLqKqqAs/zMJvNiImJgU6ng83Pik2bNoFAkEnm
NdDIHMfV0s3WauI/z6jWSqQydfVMyADgypUrqFu3LiZNmoTGjRuD53loNBokJycDAG7fvo1T
p05BlmUUFxdDURSIogidTgeHw4F69ep9qjab2W8xU1nVcZDjeV5xFewrV67euXfvHrp3745R
o0bh888/R7NmzTB69Gjk5uYiLi4Ob7zxBq5evYp69eohODgYGzau58aMGQNRFDFp0iQEBAS0
qMZ7i6rfrq0XrhXiP0/gSm1a6nQ6uyRJ2lOnThErHCgvL0diYiJyc3MhSRLatWsHo9EIPz8/
3LlzBzzPOzXkpk2b4ObmBiLCiBEjoE4juZqvTIgUReGqewCD53mqqqoysM98+eWX9erUqQMv
Ly8QEe7cuYOVK1filVdewaeffgqr1YopU6Zg4cKFb3br1g0ZGRkwmyy0Y8cOjB49Gs8880zA
E088keP6m2zetaNWiP902lhRFE6j0YibNm1CfHw8JSYmgoiQmZkJnudBRBAEAYWFhcjLy0PT
pk0hCAKGDBmC7OxsREVFwW63Q1EUhIWFOY/PSNeZ4DDzmWnkqqqqerIs80QEd3f30qqqqnpp
aWnKxYsXUVxcjLy8PBw/fhz169dHeHg4JEmCt7c3tmzZAkEQEB4evvzAgQPo27cvAYC/vz+m
T5++3cPDI19RFI6lldhv1o6/0KgGyP9pH5Ik8ey1oijOZ29vb7p69Wqe1Wyjek/Up4H9B1H9
ug3I1+pH2Zk5lX1796PY6Mk0asRosll8KTszp9LQ0JssJiv52fwp4/xFIuWfx2XH/rWHLMuc
+jx69OhBXg0MZLP40ojhI8nHYKTVKz8me6XDY/DAMIqaGE29evQmq9lGGecv0viXJpDFZKUA
v0bUo1tPIpkE9RzV56Ced+3jz/340we21D5qdR2tTqfT2YkIGRkZAUOGDMG3336Lixcv4vnn
n4e/vz/69+/vJkkSfv75Z4SEhAAAMjMz3fR6PSRJQocOHdCmbWtOEmW9RifY1Wara19fURS1
sizXYfxdLKCVmJhIV65cwZNPPgkASE9PR0BAAHr06IHBgweXPXjwAK+++iqCg4O379y5c+zK
lSvx3XffwW63IzQ0FLNnzwY4yMxUBx4BR5h5z3Ecqdkra0etOf3HnWB1YEmWZZ6BKhRF4Xr2
7AlBEFBSUoKHDx9CkiS89NJLSElJgSzL6NKlC/z8/LBv3z7IsoykpCQnWUB0dPSj0L5WsNdg
1TwmNVqtVnRzc7vPzG2e5+nWrVszFy1ahC5duuD69etQFAU3btxAx44dcfr0aQwePBipqanL
S0pKMGfOnLFDhgy5//LLLyMhIQGld25zYWFhCOzQnpMlRavepFznXSvAtUL8p3IZ2KhGVGmG
DBmCGzduwGq1Qq/Xg+M47N+/Hy1atICiKHA4HLBarRBFEbNmzYK7uzscDgemTZuGyBHDOYdd
9HA9Ngtcqf1ihuBi7xcVFX05aNCgWR4eHrDb7ejevTvi4uLQrFkzfPjhh3GbN2/GmjVrEBUV
9ebgwYMPrlmzRte0WZP6APDhhx/C1+ZH+/fvh+iQPAQNL6oFlWlhFoGvjU7/NcafvgCCkcGx
Ej8AqKpy1MvPzy/p1auXW+Sw4UhKSgLP85BlGT169ICPjw/sdjv2798PSZKwbds2xMXFIS4u
Drfv3Pp/Um+yLPM8BG7//v3ShAkTsHv3bnzwwQdQIIPjOCxatAg//fQTVq9ejV27diE4OFjH
hFJRFM5isShEhK5duyI+Pr62zLB2/HU0sUajEUVR1Op0OrsoitqffjpMbm66+4mJiW4hISEY
NWoUJEmCzWZDQEAA6tWrh6NHj+Ls2bMwmUxo164dgoKCtpeUlODVV1+FWtOpC/h/aVRWVhqA
Rzlqjoe8YsUKfPjhh7BarSfc3NyQkZGB1q1bw9PTk77//nvs2bMHnTt35tQCGhUVpURGRmLM
mDHYvXu3QETQarVibZuV2gH8BRBb1YEfqbofryMqKgavvfYa5ebmguM4tG3b9mBISEgv4BFD
xvXr1zFq1Ch8+umnKC8vx5gxY3DixImxkZGRmDhxgoZpdHVA6deGu7t7KTuP9Ws3KAEBAfj2
229x6tSpTqWlpXB3d8eHH364PTQ0dOy5c+fe9Pb2XgEA169fPz5nzpxOBQUFaNasGQoKCjBg
wAAIgqDIssxLkuReS3RXO/4S5rTaL/7ss89oz554JCUlcGvXrqc7d+7A5GOExWLBpEmTULdu
Xdy7dw9arRaDBg3C/fv3YbPZ0KpVKwQEBCA8PEwDHjKDNP6W6G9lZaXB3d29NCMjg4aEReD9
99/H2bNnodfr8dVXX2HDpvX47rvv4O/vj7feeku4ffv2kpkzZ75ZUlKCqKgoGI1GREZGQhRF
lJSUCIqiCFqtVmTEA7Umde34S+TRZFnmqqqqPF588UWyWn3p5MnTpCiEvXtTKPdKXpHkkLWT
Y6ZQw/peZGjoTSYfM1nNNrKabbRsyXJ6cexLlJayj0h5lIu12+16lvP9rQ9RFLU2iy8VXC9M
nTBuIhm9TdSnV1/Kycm5N3nyZCIirFq1iiZNmkTqHO/+/fupQYMGtG/fPnI9Xm2OtPZBRH9+
n1gURS3P86TX68ufeOIJiKKI9evX4/jxE7Rx40Z8+eWXZkHDiz4+PvDw8EC9evUQGhoKSZKc
6K3qwvw4EAQi4nQ6nZ2VEP6WgBYA9O3b12EymZCYmBhms9nAcRz69++PhQsX1ps+ffp2RVG4
Pn36YN26dTpmphcWFu556623oNVq0aFDh1mM8oehzlgDuNpRG9j6Uw91AKiqqgpEhH379uGb
b76ByWSCj48PPl79CQUHB6NBgwbw8/ND165d4XA4YLFYYLPZcObMGRiNxqcBQEV9w//GemFl
48aNdOPGDdjtdpw7dw4BAQHgeR5RUVEb+/btiwYNGrzO8zwFBgY6aWRnzZpFkZGRI7t06YIv
vvgCPj4+s3mel6o1MAfA2QCudtQKMf4KgizLMq/RaCAIAt544w3UqVMHQ4cORXl5OQ4dOoTL
ly+jS5cuqF+/PvLz81GnTh0EBwdjzJOjufv370PQ8CI4yNXaWfmtXQU5jsP06dMRGBiIBw8e
YM+ePXjw4AFef/11/O1vf4spLCyEu7t7KdPq169fz/H29qZNmzbhueeeQ2ZmJgYOHMizDUQQ
BEldTlm7hGvHX0KIWSSZiKAVNFi2ZCme8PAEDw716tVDSUkJDh48iICAANy5cwd79uyBIAhQ
FAUZFzPomeeehkIK5xAdelarWx1P4IDHU06skokJ+NbN24iHgAH9BqKiogKCIODgoR8RHhFG
VY5KvPfee1x+fn76t99+WzV79mwaM2ZMwMiRIxEaGorFixdjx44dy5n2ZyWMzKxmpYfsNxlf
lzreoY57uF4TtbnPNgVWzOH6WfWxazpeTXEWtUvBzpm9ryZNcGUHdT223W73qInggH2Onber
G8Veq90eIgJBEQiKICmi8GdY338JUgAGvayqqoIsy1AUBaGhoZgxYwZeeeUV5OTkQKfTobKy
EoGBgRg4cCA+/vhjCIKAjRs3om3btqz1ib16UTR0d3cvZTXB7H1Wr6zVau1ExMmyrNmwYQMA
oFGjRujZsyeKiorw3HPPYerUqVxKSorb8ePH6dNPP0VFRQX69euHM2fOcJIkaV9++WXH5MmT
YTKZ3qrW6KRqBi6zTYRVaNntdg+WcmKviYhjGxirY+Y4jlhUm6XLqgWXV+OuRVHUst+rJpt3
bhgqkgPntWVVWzzPK2rEmqIomurNRqlGsGnU7VUZGIf9X5ZlvnquxP7G5sU6V7LaadceU+yc
NRqNyN6rqqqqx9wOlikgPPrH838OHfaXSDExdFNSUhJNiX0ZzZs3h6enJ6Kjo3HkyBH4+Phg
0aJFMJlMaNCgATIyMpwoqvc+eBcnTpw47+/vH1hRUWGuU6dOsfqYbKdndcrqwvw+ffrQ1cu5
aN++PaqqqnDnzh1ERETgqWeexLfffouysjIUFhZiwYIFMQaDYRMTptzc3Lvjxo2rt2LFCoSG
hvIqQXDis3mep5pQW6IoagVBkFwbpqk/62QVUWlKhuv+peAcz/NKZWWlc/6/ZPGoNxv1cV3P
tbq5ex29Xl8uSZKW4zj51/LurtdWZX3oarr2TGBTk9MoPj4eQSEdEBsbywFARUWF2b2O2y0A
4MDLf/gF/mcPvzscDi0rzcvJybln8jGTVwMD+Vr9aPHCJeRr9aPhQyPJZvElk4+ZIoeNID+b
Pxm9TUQKwWQy0fXr13+UJIlXl/yxFBN7rqysrKdO/5SXl5v9/PwoJiqWjN4mWrl8FZmNFrp6
Off2uHHjyGazUXx8PLHvs2MnJiaS2Wymbt26UU1lla6pJYfDoWXHYHP9pZJEURS17G+iKGrZ
sdj3qyuuOLvdrv+lEkd1ekt9HVxTeurvsPOqKTVmt9v16vfU5+T6t39X9smuT25ubvbixYup
T58+ZPQ2kVcDA732ylSy2+169l31/aotRfwDBLWYSdmsWbP6Q4cOpdTUVISEhGDnzp0ICwtD
dnY2GjRogAcPHsBkMqG8vBz169eHLCla1hlRrSVkWXbu+jzPk91u99DpdA/UGu+zzz4rqqys
REREBG7evIlFixbBZrMhIyPDkJWVhbS0NGrTpo3TnhMEQZEkSbt161bwPI+JEyfWtOEK7HeZ
xtVqtSIzn7VarVhRUWF2c3MrUVMSqdNSTj9K9Zp9lr2ndg8YoIXNS41Yq9bc5KqBq5u1qWmK
ZFW6T1ZbB+xY7Hjq68rOg7XQYa8FgXPei1u3bs08ePDgrMuXLyMxMREFBQUoKytDgwYNcP/+
fbjr60AQBIwfPx4P7j18+ZO1Hy+/ceMGtm3bxrlaJLWa+Hf8qObF0hIRigtLvjR6m8jobSKL
yUqTJkRR2KBwSkvZR/WeqO8EecRExdKJYyfJZrORWqOotYAoilq1llFrksmTJ5OPjw/NmzOf
zEYLeXv50NbN2x5peJXGYp93OBzarVu3ko+PDy1cuJDYebPfdNWuag07dOhQqkkjKoqCqqoq
D1dtWFFRYXDVsOxzrtpTfVymydn31H9Ta9+atCUDybj+HtPmrhbDP79HEMVHQb2KiioDe3/n
zt00fPgI8vb2Jn9/f7JareTt7U1hYWG0detWOnfuHO3bt4+8vXzIYrJSRPhQ6tSxM5mNFpo4
cSLVkgL8wTapar4p2eFw6E1m4wvvvvvu2FmzZqF+/frYv38/Jk2ahI8//hienp5wOBxwd3eH
oii4cOECBg0axBaplqWqmHbjeV6qyW8TRVG7Z88eaLVaZGZmws3NDZIkoW7duvj000+d58Xz
PN2+ffuDTz75ZNaxY8eQnZ0NIkKrVq0esyRcI7UajaZSEATFbrd7rFq1qkzd+RAATp48SRs2
bEDbtm0RHh4u+vn5+depU6eYRYQZnpuIOIfDUUev15fr9fpydXBMrRGZr672y9l1YBpa/fs1
+cQcx+GfVWSPgk2qEk2SJElDRAq7V8XFxRtOnDgRo9XqUVJSgqKiIuzfvx85OTnOuu6goCBE
RkZi2LBhaNWq1f1mzZrVZ+cjyzJ/4sQJ2cPNAw6HA+fPn8f9+/fh6emJyGEj/iVOUBvY+gMI
sdMUFhUtEfGRkZFVJ0+ehCAI0Gq1zqi1m5sbrFYr8vLyEBERgeYtm+Gtt95ypmNcKW/VJhl7
nZqaSvPmzUNeXh40vBYOhwN79uzB3/72NwwYMAAjRz9q/H3lypV7MTEx9Zo0aYI7d+7g6NGj
aN68OZYuXYrg4GCdRqMR1akVll5iG8W+ffsckyZNwtGjR3N8fX3bCoIgchwHSZK0GzZscMyb
Nw+KoqBVq1b48MMP0a9fP51GoxFzcnLKEhMTPQRBQEJCAlq2bIlGjRohLy8PzZs3R1VVFerW
rYuysjJoNBpWJ43XXntNYNHnHTt2UHFxMSIjI8/7+PiEsYCX+hqpWU5cA0+yLPOrVq2SZVmG
TqdzMoiePXsW33zzDWRZrk7zAbIsg+d5CIKA119/HW+99QYny+Q0q5lrwVJx7BxNJhO1bxWI
9PR0CDoBer0elZWVKC4u1nAC5D/LGv/LCTEbM2bMoM2bN0MrPKKe1Wg0TrOP4zhERERAo9Fg
/cZ13L87viiK/4xOCxpx7px5tGbNGmi1WjgkO0aOHImWLVvCzc0NMTEx/MWLF5VPPvkEADBv
3rxZDRo0WJCbm/vg4MGDbsXFxdDr9Xj33Xc5tf/JfE61MMydO5fy8/OxZcsWxt3FsyonJkix
sbGUmJiIqqoqBAcHIyMjwzlP1hTO09MTFRUVTrrewYMHM78ZiYmJkCQJer0edrsdWq0WHMep
mDyBli1bomnTpuB5HkVFRTh16hS6deuGyspKBPj5O9vkPHjwAHq9Hmlpabh//z6eeOIJyCSh
qqoKTZs2Rfv27aHVap1dIAHAbDbDZrPBarWif//+nsxSUKfHqlvxeKij8UlJSRQdHY3QkE44
ffq0s11P77698NVXX+kUReH/LL2q/gocW1DfdJbPnDNnDnf27Fk6deI0NBoNHA4HOnfujBMn
TqBOnToYNWoU1q5d+5uOr9Pp7M58JAGFhYXo1q0bjh49CkEQnDnpmTNn4rXXXlMqKiqwefNm
gQlaSUnJsm+//dZtzpw5CA0NRf/+/VFWVtbc09MzR50jrg7QObV/fn4+3nrrLZbbdfJqMVNb
p9OVh4eHIykpCStWrECPHj1KL1y4YBg5ciRXk9asNq/rurm53WfCsWHDBnAch507d1KTJk2Q
kpKCa9euITAwEI0aNYIgaPHw4UPk5OSgQ4cOOHv2LKxWKyRJgtlsRmL8I00fEBCAunXrwuFw
oHfv3jAYDGjVqhUstkdC2rp1a51WqxUlSdKy/lTqDZhZPgwYotFoHGzesizzTIDZJrdw4UJ0
7twZ8XHxnI+3kdzc3KDVavHss88+BpKpDWz9QYJarsyPLCBz4cIFZ4DLYrKSzeJLvlY/MjT0
prjd8WTyMf/bAIg6WPPw4cPmpBCiJ8VQ7559yGKyUp8+fSghIYGGDRtG3bp1o9WrV5PrOfXq
1YsaNGhAPj4+tGTJEnIN8NTEXBkXF0es+omlhtRzU3+nZ8+exIJZ6gCXOt3kevyKigoDO4b6
PNh7roE0FnySZeIrK+31Hn1e4WVREUghsGfRLunZsywqgjpFxgJ56uCaJEk8O0/22+q5qVNi
6rSZv78/LVy4kC5nX7nnZ/MnH4ORfAxGcl0btVVMf5DBEEtsp2bgg7Zt23KvvPKKejGD+Wgj
RkZyOp3u3x6bmWR2u93D09MzR5YULc/zyM7OBsdxePbZZ3Hq1ClMnjwZH330EV555RWemb0A
cPbsWapTpw48PT0xdepUvP322xyrTmIBJPWGy+aRlJTE2qty1Ygq5pdr2JxlWeYnTpxIYWFh
0Ol0dxkjiCRJ2mqAxWMQSTV80d3dvZQFrtS+LBEJLGD1aN6PuMY0Gl5hqSA3N919Z/BOeIQu
Y8+CIEjAI5JBXuBkFhSrPqYzJchQZWoEmCspILuXOp3O7nA49BqNRiQiHD9+nERRxLvvvsst
WrSoniiK0Gq1mDdvHlx99T+Nz/hXeNSkbURR1JJC6NenP/kYjGQ124iln1KT06h+3Qa/KRWh
Ts9cv3bjuLeXD/kYjGRo6E1z5syhzz77zFkjzLQGey4sLPwyNjaW5s+fT7/GF61+Pzc3N7tR
o0Z07Ngx+iVubUmS+BUrVpDRaKTi4uJlNZ1rTWkgtaZVa76aQCY1WTc1XW/X82OpKlEUtRUV
FYaaNKJr+koNbFH/jaXg1ECWKVOmUP369YmIwHjC136yjmbNmO28Xv9pPfjv+fGXyRO7kreX
lZX5ExFIIVzJuXq7Y3Ao+RiMZDZaqJF/YxrYfxB9uvUz+q3Hl2WZczgc2oS4RPL3DaAAv0bU
v+8AevHFF8l1MbLnpKQkGjJkCO3du5dcF7pamJjAs1zs7NmzKTo6mlwXt+t8zWYzbdq0iVg+
mh2TCbL6ergKqRrFpZ6jOrfNjsl+jwmkei6um5Kr8KvP+ZfmUZOQq39Xfc7r16+n+vXrU25u
bnZBQcEek4+ZevfsQ0sWLaVTJ07TL22+tUL8B9LE6hvncDi0ikQCySTkXb2WZ7P4Ur0n6tPU
V6fR3sRkSoxPov9Uw+ddvZbH2EF++vEQffLJJ//CyHH58uXbFouFvL29a/SBa1qw6sXdq1cv
ysrKqqxJ6NjzpUuXZJPJRDVp6X83j5rAGq4wRfXfXYEcNQmZGv6q3jhcgSs1zbcmP7wm35+I
MGnSJGesYOLEiWQ12+j7b38gs9FCzAf/s8Eu/xI+sdqv0+v15cyv1Gq1IscB4CD7+fk1bdeu
HRo2bIisrCxIkgTWTPxXw/vVfhg75rlz5wJ0Oh2mTJmC7du3Q6PRQF2GN3v2bEfv3r0Nb7zx
BlJTU/H2229zqki37ALu17JoM8sRR0dHU/369dGkSZO67HsOh0PPKovYe6tWreKr+0gp7Di5
ublFrCyPleq5ljWq/UVVySXc3Nzus/9Xp7ycvNpqIIf6nNlnmC+u9tUZeERdm80ebL6ubKKy
LGvUOXP2WTaf6mg7JkyYAABITk52cogPGTIEzAcH/mSECrUcRf+M7qanp5OXlxfFxsbS9OnT
ae/evf9WE6vhhrIsc6QQjN4mmj93AZl8zBQXF0eyLHNpaWk0dOhQGjp0KP0nppzapCwsLPzS
YrHQ3r17iWm+XypO6Ny5M2VmZjpcNVdJScnM4uLiZa6a9Jd85l8zjZnGrsm3/r8ocjl9+jQZ
DAZSFAW+vr5kNBpp69atNHHiRDp69Cj90rWthV3+wYcaJNC6dWtdUFCQo0GDBrh79y7s9n+P
BWAaUJIkjVarFc+ePkdWqxX5+fl488030bVr11mjRo1Sbt++jVWrViE0NJRjeU1XFNO/y0fH
xcWNlWUZERERnDr3zTSgIAiiRqMR3377bWrbti1atGihE0VRu2XLFkeXLl0QFBTE7dy5c1ZA
QABCQkI879+/P6Fly5Y6h8PhwSwUdU2yTqcrV4NHFEURqvseO+uCXRWCOur73+gFpSgKx4pA
JkyYgGeeeQb5+fnpsixDFEU0bNgQ7dq1Q5cuXTiWy1ejuv4Mg/+rCzFbtMzknj9/Pjp27Ogk
Cvgtw+Fw1GULOjc3F97e3gCAbt26oUOHDrN69uyJAwcO6EJDQ7mqqqp6DIzxWwWYCWlWVhbe
fPNN5/9ZaoWZw4qiMHMXw4YNA0vZ/PzzzwgKCuIA4O9//zs4jsPf//73mHv37mmr02Tl1Wkr
JScnpwwA1qxZU5aWlkbVaRxFjeOuqc+TCqP+L0Cb/9UFXO1mnD17tuzWrVt49dVXy/fs2dNe
FEXs2rULMTExePXVV3lFUThmQldvSPyfBa34lxditgAZoV5hYSG+/fZbZGRkIDg4ePtv+a6b
m9t95lv+4x//wI0bN3D27FnMmjULI0aMwNSpU3WuvpjaN/93Gri6WEK6du0ahg4d+ljulsE9
2eJMTk6ms2fPYvjw4RwAbNy4kfLy8pCUlEQGg4EcDgc6duw4y9PTE507d+YKCgpSFy1aRN27
d6e0tDTUqVPnpzlz5tD8+fMZHFVk/jFDS7HcNPN3/y+7L7JrwxqyN2vWzPO7776DTqdDaWkp
FixYAJ7nifnQKqx1rSb+Mw0mBFqtVly5ciVkWYbRaITJZHrxt5p0Go1GvHjxonL48GF0794d
RUVF8PPzw/r16zlBEERXjioGVPitpvTMmTMVo9GIVq1aCYqi6BifVzUBoMjmEB8fj8aNGzuF
Kj09HaIoYtOmTXjyyScRGxuL/Pz8WZGRkcs5jsM333wTtnPnTrRu3RqTJk2CzWYL9/Lywpkz
Z85HRkZy6g2CVXKpCg3IVfuy2uD/ppY7d+6cEhcXhxkzZmD+/Pl04cIFvPnmm6hTpw7CwsLi
1ME4dr3+dFror/xQpz4SExPJZDLR4sWLnWmK/yT4tHTpUoqJiiWLyUpmo4VI+VcQhDoI5pqW
+aXAWWVlZb2BAwdSdnZ2WU2pERbMWr58OZlMJvruu++IBagyMzMd+/fvp+TkZGJzdWX0cDgc
WtcU0C8xd9SUz/2/DhZNnDiRRo4cSZmZmQ7GiiKKojYqKopqqoOuqSa7NsX0Bx4MVC8IgpKX
lweO4xAVFRV24MCB39QatNrM5BwOh/7jjz9GcHAwZFnGSy+95PTZgH82VmO+mJq54t/5fN98
882927dvo1mzZp5arfYh+5sreXxWVhYaNWqEFi1axDFfv2XLlro+ffrohgwZ4mzSptFoxMrK
SgMLymm1WlFdK80WPqtTPnz4ML3wwgs0ZswYUhSF/+abbxyuKS1XP7iaQ+t/nVI3Pz8/fdSo
UViwYIHYsmVLXbt27TBs2DBMmTLFERIS4tS81VpYy2IILLVVa07/eawRjojwxBNPQFEU5Obm
pt2/f/83+Xksp5mZmVlVWVmJ48ePIyAgAAsXLeBIgcBynW5ubqXVEWRFJfy/6fyWLFmCJ598
8rFSQ7V/zSqbzp49iy+++KLUarWOUkeLGV5anVd2d3cvZZsJy3Mztk4WEGPfLy0txQ8//IA1
a9YsZ4GzaoGlX8rL37t3b8TNmzcT/7fv3eeff96eiNCyZUvduHHjKDs7G56enuB5HtHR0Zwg
CArb7DQajcjKF9X5+Foh/hMMRVE0HMfBy8sLkiSB53kMGzbsP7rJM2bMQLNmzXDn51KER4QB
HACenAyOjEqVvVYHVtSgBubnsoW2adMmysvLQ5s2baAoisA2DiZ4TGMmJCQooaGhaNq0qbeq
3YvzOAyUwoJhDKTBNjFmMbASPxaskiRJ+/PPP4PR53IcRxERERwRoaioaE+HDh0oNTWVCgsL
97A5aDQacefOnXvOnTsXVlMKip0fm7d6g3GxcJz/P3HiBEVFRdHNmzdnAkB5ebn/nTt3no+P
j4ePjw9SUlLowoULeP/99+Hu7o4NGzZwsixrZVnm3dzc7qu5wVXWgkYtzGrecNf7UivEv/Oh
oqKBm5sb8vPzUV2S829VZTWEz3Dq1ClYrVacPHkSQUFBvznFUl1NRKpIK6nNvJMnT+KVV15B
ZGQkx7QjW4g8zxN7b/PmzfDz83OmytSoKVmW+ezs7Mpjx44RAFy6dEkpKCg4++OPP5I6TSPL
Mr969WolKyvLob42r7/+OoYMGQJ1eonjOMydO3ekwWBARkYGTCbTGPWmsn37duf1YcIgiqL+
2LFjdODAAcelS5eUKVOmyCtXriRJkuoAwA8//EAJCQmUmJhIgiAoK1eupD179lBeXl72O++8
gzZt2sBoNM6WJEnr4eGRv2XLlu0vvfQSQkNDua1bt+LKlSvw8/PDkSNHnHXFgiAoZWVlzZkG
Vl9bxpDCAnVqK8nhcOj/MOZ2LWLrEXC/oqLCMG/ePDIajRQbG0uTJ0+m31rpcufOnZHDhw8n
g8FA3t7edPLkSfr/W6whSRKfn59/XI1/dg3EsADVwYMHycvLi86ePUuuwTOGYWboszNnztCE
CRNIXSO8bNkyys7OLhNFURsZGUnqKquSkpKZPj4+xJBp+fn5x3v27Ek2m418fHyopKRkJqPa
TU9PJ1mWuYSEBPL19aXx48dTXl5eemVlZb3NmzfTnDlzqG/fvnT06FGaOXMmbdy4kXr06EGl
paXPx8XFkY+PD9lsNkpMTKQpU6ZQw4YNyWq1ksFgoMDAQOc5MGx1aGgoHTt2jI4dO0be3t40
d+5c2rx5MwUHB1OfPn2ouLh42ZkzZyguLo4iIyMpOjqazp07R5cuXZJdr3VNlVh/lEqnWk2M
R7Wz7u7upSaTCVqtFm3btkXDhg3xW1NACxcu3NOlSxdwHAc/Pz907NjxN6dYmPZSp2WYVvjm
m286RUZGOpk6iEhQm58stVRWVobly5ejffv2zvYy8+bNo6SkJIVpY1EUsXPnThozZgxGjBgB
jUYj2u12D0EQlPPnz6N58+aeFy9edJw8eRLBwcG0YcOGKkVRuLVr184KDQ3F5cuXK5555hmy
WCw93n77bRw/fnw7z/MwGAxzfXx8aNasWXA4HDh37pwSHR0Nh8OB5ORkXLp0qT3P81WJiYlY
s2YNHA4HdDodkpOTwXEc2rRpg7KysndKS0sxcuRIjBs3Dh07dtzYsmVLPPfcc5gzZw4+++wz
pKSkbGdWAM/zSnJysjJ48GB07tyZ27BhA9zc3GA0GvHBBx/A4XBg+PDhiIqKejM8PBzTpk1D
w4YNUVxcjPDwcPTv358PDg6m4OBgOnbsGLE4A8/zxPznPxTrx19dC6vTPDt37iSj0Uh5eXnp
y5Yto9+SLpFlmYuKiqK0tDSyWCwUHx9Pv4Q1/rVjuL5XWVlZr1+/fpSQkEA1VQ25plgSExOd
7B05OTn3DAYDPfvss6QoCjIzMx2LFi0if39/Wr58+WMWRmpqKuXk5NyTZZnLy8tLnzt3Li1f
vtypqfv27UtXr17NO3ToEKWnpz9mYWRmZjoWL15MVquV/Pz86MKFCxQdHU0Wi4VefPFFevXV
V53H2bVrF125cqXINVX1S+WJbI7q9BejCM7Jybnn5eVFeXl56VeuXCkym800evRo2rFjBy1d
utR5veLj48lms9E333xDapaTevXqkdVqJV9fXyfV7cCBA2nv3r3O7/9a2WRtKeLv2KT+9ttv
ydvbm6KjoykqKuo3CbGiKBg5ciS1bduWvL296cyZM/RL9a6/VovMig9YzW5ycjIZDAYncN+1
BpjV9cqyzHXq1IkKCgr2sOPduHEjdebMmXTx4kWFiBATE0PqYg1JknjXBfprC1YtcOz8JEni
582bR76+vmQwGGjw4MFEREhOTqY9e/ZQaWnp8yynrT6263VRlxSqX7vWKqsfI0eOpJiYGHI4
HNohQ4ZQYGAgJScn07x584jdS1mWucjISProo4+cueK9e/eSxWKhgQMH0unTp+nQoUNkNpvJ
aDRSq1atKCIigmw2G+3cuZP+SKQBtQKsqi1dv349GQwGmj17NjGgwL973LhxI9XX15d8fHzI
x8eHzp07R79UF/zvGDvUC/add96hl19+mYgI9+7dC61JoG7evDmzf//+9OGHH9Iv1SOrBch1
YdbE2CHLMqcmdnf1wV3rjquqqjyuXbuWfuvWrTcYMcK/A3+oCQrU5/JrGwn7W1JSEvXt25fY
/M1mM61bt45SUlLo2rVr6ez9JUuWUHR0NLHv7t27l7y8vGjWrFnE5pGRkaE0aNCANmzYQESE
4uLiZb179yZvb29ytdJqhfgPQtszffp0slqtNHfuXJo+ffpvEuLU1FTy8vIiq9VKK1asoJq0
zG8RYqbhmIbt0qULHTt2jNQdIlyFIiEhgXr27En/rleRa68m144Lrv+v6Rqp2UVq6gxRU8mi
WruqyfxcNxdX8j5XRJnaWlmwYAGdPv2IoWPt2rUUEhJCmzZtoj179hDbkOfOnUuxsbHOgOCV
K1eKjEYjzZ4923mtjh49ShaLhZKSksi1F1SXLl1o9+7dVKuJ/yAPNWXNvn37yGAwUHR0NK1Y
sYJ+jTuKCUpSwl4yepvIZvGlY0eO/8f+cE3sFydPnnRqA3U9sZoWx26361evXk1Lly4ldTRa
LVBq89m1dtrVtFV/hrFMup6fWjNJksQnJyf/iwXg2jzNtd7617i4XCPrrmycVVVVHlar1XmN
jUYjLV261Bk3ICJcvnz59uDBgx+LD5hMJurbty8xuOjRo0fJbDbThAkTqKYodWxsLBmNRvp3
VsHvpR651pxWLZKPP/6Y+vfvT5MmTXLu7L9kVjGTs0P7ILKYrI/oUJWaqWp+qzCzRdG9e3eK
iopyLrpfInZr2bIlxcXFkeuiLygo2KPWnLdu3Xrjlyhf1e+5mrSuGpGIMGvWLFqxYgUdOXKE
Tp8+Ta7Ef0SE8vJy8y9tluxZvVG4npP6WGohj4mJcQrexIkTyWw2U2Fh4ZejR48m1g0xKCjI
GR8oKSmZGR4e/hhZ4M2bN2f6+PiQxWKh27dvR9fU/fHIkSNkNpvp2rVr6YqiPEbf+3tMQf3l
BZgJoyiK2gkTJpC/vz99+OGHziizekG5Eu6tXLmSLCYrWc02GvfieCLltwWKfo0XOzk5mSwW
C5WWlj5fkwAwgr/c3NxsFrA6deoUzZ49m1gr0Llz5zq1c2hoKLn6sq4aviaWEfV7bL7FxcXL
vLy8yNvb28lQQkRYvXo1JSQk0K5du6i4uHjZ5cuXb6vnxX6rrKzMn3GDqbUYY99gEeVOnTqR
yWR67B5s3rzZSTpYXFy8rGHDhrRlyxZKSEig9evX05UrV4q6du1Kx48fd2rXWbNmUUhICGVl
ZVXKsswdP36cTCYTTZgwga5fv/4j2zhdSQGJCIMHD6bXXnuNfomz3LV9a60Q/07STNHR0dSn
Tx/au3fvY72D2YJWL2xJkvjevXtTuzbtqXFAE5o3Zz5JDrlGtsbfYs4z03b9+vU0YcIEJ7Dh
l/rxjhw5khISEkiWZW727NnOyKyiKGjfvj2lpaVReno6DRs2jERR1N69e3ew2WwmURS1cXFx
tH79elq8eLGTKjczM9Nx7dq19NOnT9PMmTOJaXS1Kb9lyxaKjIwkk8lEMTExpCgKdu7cSd27
d6eUlBSy2WxkNpspISGBCgoK9nTt2pUURcGECROopKRk5pkzZ2jAgAH03nvvOSPu2dnZZfXq
1aMffviBLl68qBgMBucGwa7NjRs3UhkIhYgwbtw4slqtlJCQQLGxscT8W7Ufu2TJEjKbzXTq
1CnnhhYcHEybNm36t24SA73Ur1/faemwgOLvMe1UC/bAPwngiQiDBg2CLMv44YcfnGAPVhGk
1+vLGYRQEAQlIiICP//8Mx48eIDmzZtD0PAiw+My7PJvqFJS2PE4jsOcOXPQtm1bVpjAMYij
umJJFEXt7du3MWzYMA4ADhw4gKysLADA008/Tbdu3WJRd4wbNw4ajUb86aef0ogI69atc0ye
PBmxsbEcz/NYtWoVJEnS9u3bV5uVldV+zZo12Lx5MwBg586dI/ft20eKovDPPPOMo27dupg0
aRL0ej18fX2Rl5eX16FDh9JDhw4xHxsOhwM3btzAmTNnRl6+fBkWi4X27duHevXqrfr+++9x
8eJFbN68Gfv27aPCwsKMfv36eXTs2BHe3t7UunVrfvr06Vi0aBENGjTICbR47rnnwry8vJxz
T0tLYz2TER4ejoiICHTt2hWjRo3iACAqKoqWLl2Kn376qTgoKIjnOA4xMTFUt25dREVFcYxY
UI2bZhBMIuI0Go0YHx/PBQUFYceOHaiqqqrHikJYJdh/u2b6V2HDf3UBZugoh8Oh12q1KC4u
Rt26dXH//n0GwhdYUT8rYmDcVnv37oUsy9BqtQgLC+ukyI+agKubrP2Wgn9WbFBQUJDq6+uL
l19+2U2NadZoNCKrWJJlmT9w4ICjadOmzv5LTzzxBFq0aAEAOHjwIKrZO2K2bNmy8dq1axgx
YgR34cIFlJWVYdmyZfjwww9RVVVVr23btujatSvmzp3r0Gq1WLNmDQoLC0FEWLFiBX366aeY
O3cuiEgwm83o0aPHxqKiophevXohNDQU586dC9Dr9WjUqBE/ZMgQbuLEiVRUVAS73Q6z2YxX
X30VISEhkCQJbm5u93v16oXGjRtDr9dj8ODBnN1u97h27ZqD9V6SZZmfOnUqR0SYM2cOCYKg
HD16lOx2O+bMmRMniqJ20aJFDoPBgMTExJzt27c337BhA5577jmsWrVKUBSFKy4u3p2eno5D
hw6VN27c2MJxHF566SXKzMzE7t27D7o2XmMllQyHzu5teXm5/4MHD1B9rHt9+vTRMQaY3x2a
q5YU4J/mETNLExMTHyMFcC3ELyoq2hASEkJGo5GM3iaKmhhNsqgIsqgI/2mwQ/35kJAQZwPs
mlJVzJyPiopymtLq9BDzQ9PT06mysrLe/v37nV0i1Gmpzz//nNTgErU5qf78rVu33rh58+bM
msjlmZn/S1F4VzbOXwsMuXbHUM89JiaGTp06RUSE/Pz846GhoTRjxgxi5rK3t7fT7Tl58iSF
hoZSYWHhl+w4H330EfXt25dYHpsd19k8wMUXVn9m4MCBZDKZaMaMGVQToX5tiul39GDCkJSU
RCtXrqSUlBTq2rXrY4GtlStXUufOnclqtZLFYiGDwUAWi4VsFl/avXPPo6CWC5PHb00zMeYJ
X19fysjIUGpin1AvbIPBQL8WZf+1IBYL5LimlFz97poi4uz7rsd3FQLXSLSrIKvTXL8EDpFl
mVu+fDn16dPHmcc1Go3O1JvFYiEfHx/Kycm5x/K+vXr1ouXLlzt94ISEBDKbH2+KpwakqPPm
NdEQr1y5kiwWizMX/0vzqfWJ/5eHulZVkiQtCGAPRSIBBEDh+Af3Hg46evgYsjNzkJ93Hddy
8+Fr9aMAv0ZVsdGT6cnRT6WFDx6C1i3bQBYVuOncITlkyLKMadOm4cMPplNqShrxHE8ggGQI
Av/bS9mysrJkk8mE+vXrx7PCfTX7BBFxABAdHU0jR458rBGa+pmIoObcUpPYsedqE1Jgf682
EXn2HUZewHHcY+wdNfFpMeYMFiuoJqVTGMkA47Zifj8rlWRtWJmPyX6blU4WFRWlLF++HFOn
ToVGoxE3btxIkiRhwYIF2LRpE1VVVWH+/Plo1qxZfYfDoR85ciTq16+PqVOnChzH4fLly/cS
EhJw5syZ5eo5KBLpeAgAAQKnUdQmNfscz/OUkJBAixcvBslA1qVs3Cq5vYzdTxbrYAUpteb0
fzEXzBqoyaIiOKpEj+SkFJoxfSbFRMVS+7aB5Gv1owH9BlJqchoZGnpTUGAw9erRm/x9A8jH
YCSbxZdYi5aOwaG0cvkqmjh+EgUFBlP3rj1oQL+B5GMw0rgXx9PC+YuIZBJ+6/n169ePwsPD
/0VruDY4GzRoEOXn5x93/cyvFUi4tj85efLkY8UM169f/3Hy5Ml09uxZJw/X+fPnqab2p7t3
76bk5GRn9DwtLc1Z2sdcDWa9sHwx+y5Lgf0a4IW5LrNnz6a4uDhiUWGz2UwBAQF07dq19C5d
utDKlSudZvTQoUOpe/fuTuBJYmIi9ezZk27evDnzXzDq1RYTWwfqtqjs+eTJk9SxY0eyWCzk
YzCSv28AJcYnkWiX9L/HMsU/vSZmbTI1Go2o0WjEObPnktVqlZo2bVoWFRWFjIwMDBo0CE89
9RSqexbj8OHDcHNzw927d3HlyhVnh/uqqiro9XoAQFFREXbu3ImioiLodDq0bt0a9+/fx9at
W7Fv3z6sXr0ayckp0m85x4SEBLp48SJmzJgBNYUO02pME0+ePFmWZRmCIBRWVFSYZVnm9+/f
r5w6dUpm2i4rK8tx+/btmSx6qigKd/fu3ShW47x582ZlxIgR6NevHyZOnEglJSXLSkpKeiUk
JKC6BagIAIMHD4ZaM7KA3aeffop27dodtNvtXhzHoby8HK1atRLsdrtHTEwMzZw5M4YF9H74
4YciFvm9cOEC6XQ6+9WrVx8AQGFh4R7W8uXcuXNUWVlpiIuLIzc3t/vr1q0jb29vjBgxguM4
DosXL3bwPI9ly5bhb3/7W/tnn30W06ZN4ziOowEDBhDP82AR8ldffdWxfv16fPrpp8U+Pj6z
2XVg12fC+Ilk9DGR0cdEjRs3lpYsWVLFzpG1Ry0pKcG1a9fg7e2NYcOGQZblRxaOVrAz66O2
FPH/MIg1YdxEMhstZPIxk7eXD9Wv24BaNm9FDeo1dLY3XbViNXl7+ZDR20TPPv0ceXv5kMnH
TH42f/K1+lGPbj1p6eJlj7rsKQSSSVi2ZDmNfe4FspisFODXiHwMRjpy6Ohvwt9OmDCBrFbr
Y8CCqqoqD3U5HhHBx8eHDh065DxmbGws+fj4OEsH4+LiaOXKlbRgwYLHfnf8+PF0+fLl20x7
LF68mHr37k3qYJfVaqXx48eTLMvcxYsXFS8vL4qJiXnsnK5cuVIUFRXl9FEvXbokT5kyxamx
MzMzHb1796ZDhw7Rzp07HwsG7dmzhxwOh9bX15cYIIX5lcuXL6fc3Nzs0aNHU2ZmpsNqtToB
GgzB1qdPHyIiNGzYkNTAmAEDBjjPZ/78+TRgwIB/CdrJssxdvnz59oABA8jfN4AsJisZGno/
WgcmCzVsaKBFi/7Z2G7BgkU0YMAgys29lr1qxWpqWN+L9uyKewzMU+sT/x+kkRirY506dcDz
PGRZRp06dZCTkzMrPT3dc/v27di2bRvCw8NRt25d+Pv7Q6vV4sCBA9DpdLDZbPjkk0+Ql5en
i4+Pj6lfvz42bNiAybFTyGKxSqtWrcLevXuhKAoqKyshy7KToubfnVtWVhamTZvm9BlZGkSt
BdPT00mj0SA0NNRNURTu5MmTtH79eu7NN99EVVUVzpw54xgxYgR36dIltG7dGpIkaS9fvnwv
KiqK9u3bh9dff92Qk5Njr+anwjvvvOPMPe/Z84ge686dO+B5no4fP865u7ujdevWzgZoRITt
27eb4+LisGrVKke11ucPHTrk5HT28vJ6Lzs7G0899RQ8PT0faySn1+uxf/9+R/PmzTF//nxH
UVER9u7dSwEBAXKzZs2QlpbWfPv27fU/+OAD7bBhw9CoUaP6PM/Tli1bKDMzE19//fWsmJgY
2r59OyRJ0sbHx9N7772Hzz//fLtGoxGTkpLo0KFDWLRoEURR1Or1+nKe56mgoCA1OjpaGTt2
rCEqKgp79uyB3W6HwWCAKIoQOB513NyxYtlybNvyKcmioj16+AhWLFuOWyU3mzdp0gTNmjVD
Tk4ORIfkoeYF+93Q9/yVqpQkSeLHvTieLCYrWUxWCgoMpq6du1G3Lt1pwbyF9OnWz+hCegaR
Qjhz6iytW7OeXnphHD379HP0wvMv0vChkeRn86fwwUPIx2Ckvr37kdVsI5OPmerXbUCN/BuT
t5cP+dn8yWbx/Zedu6ZHUVHRhgYNGtRYvlhVVeXBfLbExEQnIon5og6HQ7t69WoaP348Xbhw
gcrKyvzT0tKckM0LFy7Q+vXrKSkpiVJSUkit1dVps+Li4mVxcXHO6qBTp07RL0VwWdFDZWVl
vdu3b0ez41ZWVtZT9ylWFyTMnDmTbt68OTM+Pp4aNGhAXbt2penTp9OGDRtI7fd//PHH1L59
eyf2mYgQGBhICxYsoOTkZOrZsyedPHnSSfNz+/btaEmS+NmzZ1OvXr3o9u3b0epo99tvv03d
u3enpUuXUkFBwZ6SkpKZsdGTyWy0ULs27Wn40Egy+ZipV4/eFBrSiUw+ZurfdwDNn7uAXnph
HJFCSE5KIUNDb+f/1Wmx34sm/ks0GFenRsaMepJeemEcjRoxmtatWe80lX0MRjL5mGnFspU0
86NZNDJyFEVPiiFfqx81rO9FI4aPpPlzF5ChoTf5Wv2oa+duNGHcRLKYrOTVwECN/Bs7XzPy
eMkh/9t84uzZs/8lnWW32/WupnVISAilpqZSTZVAdrtdr04juX5fXeHk+j2Hw6Fdv369U8h/
qdJIjRV2LZr4tTph1zTSnj17qKZ01t69e8lqtVJSUpLThO/SpQuZzWZSFAWtW7emS5cuyZMm
TaJt27Y5A16JiYk0a9asx4gTEhISaOzYsfTZZ5+ROpg2Y8YMMhstNKDfQNq4fhPFRk+miPCh
1K9Pf7KYrOTt5UO9evQmX6sfBbbrQMlJKZRx/iJ179qDJsdMIUUioSZC/Voh/i8WORARenbv
RSuXr6LePfvQimUryWbxJZOPmaxmG1nNNmdZoY/BSLHRk8nkY6a+vftRQlwi9enV1+lPMR/Z
x2B0LgCz0UJGb5PTpz55/NS/9Yn79OlDixYtItcosDryvHLlSurRowfVRCLgir2uSfhqYhJR
k8VNmTKFDh8+TOpjqIn0XH9PjTNWAyDU2tsVGOF6Lq656+7du9Po0aOd14HR/sTGxtLChQvp
448/JpPJREuWLCG2IaWkpFDv3r1JfaykpCTy8fH5F3YVWZY5H59/btj9+w6gXj16k5/N33k/
mVVlNlpo5fJVdDn7yj2Lyep8LyEu8Vcr2/7SPrG6R5Hr/9U5UHVHAXX+V9382pXjWI19BoAG
DRrg4sWLKC8vh4eHBwBg2LBhAICQkBCMGDECQUFB4DgOQUFBeO+991CnTh3Mnj0b2dnZaNas
GXx9fdG5c2c4HA7nb+l0Omi1WphMJnz77bfQ6/XoGBryGIexK7/03r176d69e3j33XednxME
QVRT2ZaUlOxatmwZXnzxRbg21WakcdVRZGL5S1mWeZaP5Xme7Ha7B4t4M6jmjh07eMYd7XA4
0K1bN05RFIFFcWvqV8S+y86R5VTZa0afy/o1qY+jPh6LFlffX27RokXUv39/7Nq1y9m8/Mcf
f4Qsy4iOjkbdunWxbNky/PDDD+Lbb7/N8TxPq1atcsTHx+Orr75aznEcHA6HPjo6mjZu3Ij0
9PTlLE/NgQPJEG4W3/qCh4CgoCBs374dFy9eRE5ODhwOBxj8VFEUbNu2DYGBgWjZsiWmTp1a
j1H1chwHq9WqXrNutbzTvwDMqAlcoAag19TZnoEKFEXRsO8z4nMm+Ow5Pz8f7dq1Q2FhIW7e
vAlJkhAfHw9FUXD8+HHs3r0bRqMRXbp0wa1bt+Dn54c7d+6gpKQEkiQhLy/P+Xrz5s3o0aMH
K+cDESEyMhIXLlxAeHg4rly+eo/xOTPght1u92Bcx7t370ZMTAwTWMZ86WxVynEckpOTR/r7
+yM8PDyNzb0a5y0yIVDzVat+S5Jlma+oqDDr9fryahCIA3jUKVGWZXAch717945MTk5GTk5O
mbrfsN1u92CC4MoAyc6VBd7U5PTsb2oi9pMnT1JQUBBt2rRJqe5UQeyzK1asUC5fvozZs2dz
bLMpKipKOX/+PDZt2gSHw4GvvvoKn376KVq2bKmTJEkbGxtL165dw7p16wRvb+931q1bRy1a
tKgaPnw4kpKSOG9v73cYgIMUCBwP+fPPPx8bGBiIxo0bY+7cuZAkCTabDZ07d0ZmZiaOHTuG
sLAwxMfHIzMzE5mZmSgrK0P79u0xdOhQiKIInued14X1Oa4tgPin8Op0Op1dvYhY02yO45zt
SkRR1KqrSGRZ1qi6KhB7XZ3vc6h3f7bo7969C4fDgaZNm8LDwwOyLMPd3R2iKDpzwGlpaRBF
EcuWLbv/888/1wsMDERWVhY8PT1ht9uh1+tx7NgxVLcHxf3795GRkQFRFHHr1i2Eh4dj586d
aNGiRb03335DVGsfZhWcPHmSUlNTMWbMGPA8L1XPScNalYqiWM/Nza30/v37ePrpp2Gz2cLV
VVcMqM9QVU7Nw3HEmmkDoDp16hQzlBET8l27dqFJkyaQZZmfM2cO7HY7mjZt+oTaatBqtRWq
Kq77TOtWVlYaqlvAcIqiqKPXAqPBrZ6jU0OvXbsW9+7dQ1VVFQAgODiYA4AFCxbQmjVrcOTI
kfPsuABw7NixsGbNmmHo0KFcTEwMbd269X6zZs3qV29AjoCAALz++uuegiAoy5Yto08++QR/
+9vf0KNHD9bJQSsIgp3neZJFhRd4Xk5OTkZWVhb8/PwwevRoVOefkZ+fD09PTzRq1Ag5OTko
KipCZWUlXn99miY8PNzRu3dvXhAEaDQaBAV34KDqB/B7iU7/LnYSBtNTN+FimkhdfqcWco7j
iMEFmeZlrTp0Op2dVcUwoa72mfj69etjzZo1KC8vR3Z2Njp37oyNGzciMjISDx48gCzLaNWq
FZ544gk0btzYq0OHDp7Hjh2Dh4cHiAjNmzdH+/bt0bJlS3z//ffYs2cPzp8/j4CAAGi1Whw5
cgQcx+Gpp56CRqNRp7h4tZbbtGkTrFYrwsLCBNYPSW16uru7lxYXF3/59ddfo6qqCvHx8VS3
bl1atmwZqcsnmfCzLhKyLGvYpsfAHsXFxRsyMzNlURS1n332mXzhwgX4+Phg9erV8uDBg9G3
b1/wPE+bNm2iDRs2EOsvlZeXl82sBGYFuLu7l06YMIHu3bv3bGlp6QxJkrQFBQVneZ6XioqK
vtTr9eULFiwgg8FAkiRpExMT6fbt2+jXrx/mzp0LPz8/JTk5mQoKClLj4+Px448/3vf19Q1i
AixJkvaLL77AW2+9hRUrVlCnTp3QrFmz+kVFRV/GxMTQuXPn8M477/B6vb589uzZdPnyZRw6
dOhgt27dnNf34cOHYxYtWkTR0dGUnp7uAEEYO3Ys6tatCz8/P8TFxaG0tBRRUVEICAhAWVkZ
7t+/D1EU0bdvX2g0GixYsFB6/vnn+VatWsHX19fZf4q5acxqqBViPMIYawSNyHM88RxPWo1W
lEVFCwLslY56x44do+TkZMrMzHSo/V6O48DIz13rgtWmoKIoHHtfEASlT58+sNlsMJlMKCws
BMdxOH36NJKTk9GiRQs4HA5cvHgRDx8+xNmzZyWtTlPetGlTZyCmWbNmOHv2LLKystCuXTsQ
EcxmM8xmM6qqqlCnTh0cPXoUhw4dQtOmTaHSDArwqDviwYMHy1JTUzF8+HAIgqBUVlYa2Ial
xi8nJyePHTp0KN555x2O4zgMHjwYb731FldQUJBaWFi4Z/bs2aT2fTdv3kzXrl27bTKZ6OjR
o/Tyyy9TaWnpjPfffz9m3LhxuHbt2u3Dhw9jzJgx2LBhA65evYpRo0ahsrISycnJlJSUhKKi
IhQWFu7p06cPXbx4sblGoxFnzpxJDNH06quvUlJSEj788MPtY8eOnVVaWrowPT29fVJSkhIf
Hz82JSWFvvnmG3Tp0gVLlixxrFq1Clu2bNk4YsQIPPHEE3jllVcQERHBTZkyJWzNmjUICAjw
Zn59ZmamHBER4TCZTBgyZAh38eJFhIeHxxUUFKRu2rRp7LRp05TNmzdz27ZtUywWC50+fRoz
ZsyI8/X17c2shtzc3Lw2bdpsX7t2LZKSkrBlyxYQPWrRU79+faxatQo8zyMlJQWbN29GUFAQ
2rVrh+HDhyMvLw/79++HoigYPHgwYmNj0bx5c0yaNAmCIDxWI66Os/zl88RXL+fefumFcTTz
o1mUEJdI8XsSaF/qfoqaGE39+vSnzp07E+NEMhgMZDQaad68ebRr1y5nBLImTK5rdQyLqkZN
jCaLyUqvTHnVidxiEWr22my0UGhIJ0qMTyJFImH6Bx+Rr9XPieIyGy1kMVnJZvGl9m0Dyd83
gBrW9yI/mz9ZzTaKjZ5Mr778Gi1fuqJG/uJPPvmEOnfuTKdPn36MzVIdRS8oKNjToUMHunnz
5kxWNhcfH087duyg2NhYIiJs3LjxsXRN+/btydvbm1JTU4mI4OXl5cRjf/bZZ2QymejkyZN0
/fr1HyMjI0kURe3169d/9PPzI4PBQKdOnaLY2Fjatm0bqSulUlJSSJZlbvjw4bR27VoyGo3k
7+9PCQkJNHPmTOrVq5czTda6dWuqJh+gjh07UkZGhsKi2Kxa64UXXqApU6Y8du4VFRWGy5cv
3zabzbR3715at24dpaWlUXJysrMtTlZWVmVsbCwNHTr0MeYVduyPPvqIAgICKCoqigwGA9ls
NgofPIRIIcRGTyajt4n8fQOoR7ee9PSTzzgzChaT1Znnj4mKpXVr1tOU2JcpMT6JJsdMca4P
lvevqqryYHOpTTHRIyC62Wghby8fatKoKZFMQsP6XuRr9SOr2UYTJ06k5ORkunjxorJ69WqK
iYmhhg0bkslkoj59+tD+/fuJ8Tap0xy/xKbYs3svMhst5NXAQH179yOz0UKrVqymPr36kreX
D3l7+ZDVbCMfg5Fyr+QVHTl0lFYsW+lMJT395DO0eOESiomKdaajzEaL80b36tGbsi5lOyaM
m0iHDh4mNbUP47N6+eWXaeXKlTVyG7Pzv3LlShGrLWabUHx8PP3444905cqVIvUCevDgQXMm
5K48YOqSP1dqVnUq69ixY84U08OHD5urP8NgnNnZ2WVEhMOHDzs7JUyePJmsVis98cQTtHr1
alq+fDmpSw5df2vlypXUu3dvJ5iEzT87O7uMdWK4dOmSvHjxYjp06JCTZyshIcFZFpiZmelQ
p3pyc3Ozx4wZQ3369CFJkvirV6/mGQwG8vF5dC9HDB9JFy9cerSexk+ip8Y8TQ3re5HZaCFD
Q2/y9w0gX6sfRU+KIavZRosWLKa9icnO/LHR20SGht5Eyu8Havm7EmLRLum3bt5GHYNDyauB
gV6e/AoFBQbT0CHDaPnSFVQTO2NRUdGGAQMG0ODBg6lDhw5kMplo4sSJtHXrVlJzFde0YCPC
h5LZaCF/3wDyamAgX6sfdevSnUw+Zuoc2sWZ6/Wz+dPxoyco90pe0cTxk8hm8aXgDiHUs3sv
mhL7Mnl7+ZCv1Y86tA8iX6sfDQmLIKO3iYZFDKfJMVNoWMRwWrl81b9wQm/dupW8vb0pOTn5
Xxa7WvCio6Np5syZVFPdrWvDtF8DV7hePzXow7WRmNpqYML1a3lo9ujevTtZrVaKiooi15pb
9SZ15MgRMhqNjwFLGNpr69atZDabaciQIZSQkECRkZHENo2YmBgKDg6mxYsX/0uLlZKSkpmx
sbHUtWtXKikpmcnmlpqaSiwvbDFZ6cyps9SlU1en9vW1+pHZaKF9qfspfk8CnTh2kjZt2ExL
Fi2l2OjJFD0phkw+Zurdsw+FBHWkkZGjnOCdmpTFXzpPrNEJ9gmTxnNHjx/Rffr5NhQWFyD/
xjWEhAbj9TenccyXZb5wyt5kedOGjTFNGzfBK1NexunTp/ktW7ZAo9Hg/fffx5QpU5RZs2ZR
XFwcVdePChpB4/SzfX19IYoiZFmGTqeDw+FAXl4ea38CQRBgs9lYRQ/i4+PNGo0GiqIgKioK
+fn5iI+PhyzLAIBbt24hKCgIBQUF0Gq18PHxgd1uh1arhSRJUKe3FEXhd+/ejVdffRVDhgxx
Ru1Yeob5dRzHUWJiImJjY5ezVIk60q7uK6xux8l8aXU9sbrulf2GuvWpJElaRgPEfp9FvtU1
wOp+ymq/HQC2bt1aJYoihg8fzvLVzhpidpzTp0/TlClT8PbbbyM8PJxjaTYAOH/+/L0PP/wQ
sixjxowZ2L9/P2bOnInFixd7dOjQgUJDQ3H69Glu6tSpnuqYyM2bN2cGBgbOIiJ88cUXpT4+
PrPZnMPCwrjQ0FAIggBRFLFlyxZ88MEHCAgIgCiKsFgs2Lx5MwoKCpCTk4PS0lKsXbsWgiDA
z88PQUFBmDdvHsATSm4V493334Gg5VkLXEkdZP3L+8Q1dTg4c+YM+fn5PWY2Mb/K5GOkAD9/
qvdEXbKaLbR161ZiFSvnzp2jU6dO0YgRI6hhw4bUsGFDio2eTFUV9nqshjRqYjTZLL5k9DaR
0dvkROkEdwihSROinHhoH4ORZFERli1ZTsMihjt9J28vHwrwa+RE+gQFBjtrTs1GC4UPHkIv
T36F+vXpTx+v+oTUcMUjR46QyWQiZrrWpDntdrt+4sSJNGLECLLb7XpZlrkrV64Usc+ozfJ/
x+ihhmMyrHRNZPA14bYZs4f6PNWYaPXv7969mywWC82ZM4fUGp/9fmFh4ZcjRoyg06dPkyuZ
POvkMHLkSMrKyqpMTU2levXqkclkop49ezrbtbr2c1q5ciU1bNiQ5syZ8y8wTnaeM2fOJB+D
kfxs/uTVwECjRox2YtsT4hIpsF0HGv/SBHr15dcofPAQenL0UxQTFUuHfzpCmzduoaFDhjnj
MLdu3XrDFU9eW8Wk0kLVeUmn9ggKCuKWLVuGAQMGaLOzsyvZzs7zPL333nu4d+8ePD09oSgK
jh07Blax0qZNG11QUBC/Y8cO3Z07d7jt27cjJycHNpvtnp+vP2Vn5Thk+REbhyAIEAQBkiRB
q9Xi5s2bSE5ORlhYGFq0aAGdTod9+/ZJ1SkLJ/DEzc0NDx48cOaL79y5w+p/0alTJ4SFhcHh
cKB9+/aYP3++syk3AJw4cQKRkZHo3Lkzx3EcVUMRea1WK1ZVVdWTZZnX6XT2O3fuYMmSJfd1
Op09JyfHPmDAAPP69esdDodDz6qb9Hp9uTodp05RORwOPavfZb/N0k7q9AjTkhzHyUyzXrx4
UVm6dKkzzcRSV6IoalkaqLKy0qCOzl65cgWyLOP69etMyLQs989xHKZPnz528eLF5cHBwRzH
cVTNVKnleZ6OHj1KixcvRjXZn3t0dDS0Wi1Gjx6NgwcPcoGBgQy950wXDho0SF66dCmefvpp
vPfeezoGOmHWiF6vvyOKonbWrFlcYGAgqqqq4OHhwRhMUe3L486dOxg9ejQCAgIQEBCA0NBQ
NGvWDGPHjsU//vEPHDt2DE888Sh97u3tvYKR5Gm1WpFZJ7UppurFwS6Goig8x3GorKw0PPnk
k1x4eDj69u3rZrPZlBkzZlB8fDz17t0by5Ytw7Bhw2Cz2RASEuKEMQqCIDLWQkVRuLCwMO67
77/ltm/fjvfffx/PPPOMNjU1FRzHwWw2w8vLC3q9HmVlZcz0w7Jly5CZmQmTyYQTJ04gKSkJ
BQUFAICKigrIsgy9Xg+9Xg9ZllFeXo5u3brBz88PJ0+exKJFi1BcXIysrCwoigI/Pz9q27Yt
jR8/nhYuXAiTyfRYnpvN3c3N7b4gCMratWvp/v378PX19QeAv/3tb1pfX1+cPXsWd+7cWQ0A
8fHxJIqidtmyZQ6LxULV1DXMkuF0Op19/PjxuHz58r3g4GA6d+4cbd68mRwOh37q1Kl0//79
t1hd8OzZsykiIkJevnw5aTQacf369dySJUtQWVlpUJv4jAmS5YqZFVcN7oDVasWcOXM2MkZQ
nU5nP3LkCHXp0oV0Oh2aN2/uyWCf7HjXr18/vnHjRjgcDjz55JNYunQptW/fHqNHj8a4ceMe
Wyc6nc4uiqL26aefrrpz5w42bNiA1atX67RarbPPMmMtZWtAkiRtZGQk3N3dUVZWBg8PD2g0
GlRVVTEeaezduxeZmZmQZRk5OTnIyspC3bp18eDBA7i5ueHOnTuIiYlx5vtVLk8tKcAvEdbV
FEG9evVq3ubNm+nVV1+lkKBgCg3pSC+OfYEmTZhIGzZseKwn8L+YOTIJPbv3IkUiYV/qfgrw
a0SGht7UoX2Qk3aHVR3Vr9uAGgc0IUNDbzJ6m6hjcCgtW7KcfAxG8mpgIJvFlywmK4WGdKKw
QeHUu2cfihw2giKHjaDBA8PI5GOmkZGjKCSoI/n7BtDkmCnkcDi03bp1I5vN9hgzo5oUXhRF
bXl5uVlRFISEhDi7+SUmJhIr/QsNDaWkpCRiRf4BAQFkt9v1y5Yto3bt2tGIESOoqKhoAzu2
0WikPn360LFjx+jWrVtvGI1G8vHxoXfffZcYwUCfPn1o8+bNNGvWLHrppZcoJiaGZsyYQd27
d6fLly/fnjt3Lk2aNIleeOEF2rdvH+3Zs8fZYcG1o2JBQcEetbm5Z88eslgszii2uiiCmfYT
JkygRo0a0aRJk6ikpGQmI3t3raSSJInftGkTWa1Weumll2qM6qv/z8xpRsezbMlyquZLI6O3
iXwMRmcQ06uBwUm9FBQYTBaTlebOnkc2iy95e/nQyy+/7GwB41ql9XthvfxdEGBXY6Z5Zt4x
raLm+GVczjw4aLRa+9jnn6cDBw6AOIDhgMPCwqDT6ZCbmwtPT0/07t0bmRezkJqaius38rkV
y1dSRUUFBg4ciBkzZuD06dMQBMEJu2RBEEEQnIGr3r1748iRI06kDsPQ8jzPLACG33b+7Y03
3kCbNm1Qr149lFeWYfr06cjPz8fo0aOxdu1ajog4nudZjtg579zc3Lw+ffoE5OXlCYIgKJcu
XVJatmwpMOK2iIgInUajEffu3UuXL1/G66+/ri4UYSa6XqfT2VNSUmjgwIE6FoCJjo6mn3/+
GStWrDjo7e09/K233rr33HPPoVu3blx2dnbl/Pnz3Vq1aoX333+fW7BgAel0OgYtdKKVkpOT
ERERgWnTpgmupqTdbvcoKCi43KRJEwsA2Gw2mjZtGt566y0nPZKaJkdRFM7f31958OAB7t+/
z6WkpNDFixfx9ttvP0anI8syP2XKFDkxMRHTpk1zFouw4JuKeE9Nx6TT6XT2R5s4BF7gZEUm
YcGCBdKGDRug1+tx7949dOjQAbIso6ioCD169EBaWpozcFhRUYHnn38eqz9ZJVS7AMSQa4xo
/vcS3PpdCLH6ptX0flVVVb2HDx9OPHny5PLTJ0/h2LFjMJvNAICRo0ehU6dOb5aUlCzPy8uD
u7s7vvjiC7i7uz/ir4pLhFarxaBBg5CcnIy0tDQEBXfgCguKUvft2xeWlpYGvV6PjIwMlJSU
qCO/sNlsuH79ulOotVotHA4HBEGAVqtFo0aNkJWVBYatbd68OUaOHAk/Pz/odDp8/fXXeOW1
l6EoCiIjI3Hu3Lk369atu5F1klBHlgVBUMaNG0d6vR4ff/yxp06nK/+1a8IWU02LmR1PXS2k
flZHsVXRXlL/Xk3fca06Y90umC9+/vx5unr1KlatWoW6detiw4YNcVardZSrEJeVlTV///33
sw8ePIj09HTu9OnTdP36dYwcOdK5KTkcDg+9Xl9+4cIFGjduHCZOnIgpU6Zw6nNXz1OWZa1r
5VVhYeGejes3jTx27BjOnz+Pffv2YdasWTh06BCsVit+/vlniKKI3r17Iy8vD8XFxaioqEBA
QAAmT56MsLCwOLPVNIr58ExoGTb/90Ig/38uxDXdAFmW+dLS0o9OnDgx6+TJk2jUqBFu3LiB
Nm3aoFmTpmgfGMgpsizwgiCD++eCU1OOOhciOJACoaSk5LN9+/aN/eSTT9ChQwf4+fkhJCTk
Ue44IkLDC5x85vRZKiwsxLlz51BUVITqYnT8/PPP2LhxI0JDQ+Hr64uJEydi/fr1GDlyJARB
gN1uhyRJ0Ov1Tuqf4ODgOIvVPEpWZL5x48ZyVVUViouLeYbpZukd9eIODw+nBQsWICgoiJmS
TitE7Yex79VE9aPWGup767oQXYXT9T6oNxmmadnmw/O8wq63ej4JCQk0ZcoUTJs2DW+88YbA
UoPsMxzHEc/zlJycTBMnTsTw4cOxceNGLioqirZs2cKpz+vmzZszP/roo1knTpzAp59+6rwm
Nd1n1/O4efPmzC+++GLWTz/9hLOnz6FZs2YICAjAN998gw4dOiA2NhYlJSVYs2YNnnzySXz8
8cfOlODrr7+OCRMmvGkweK0GBxkcoCooeewa/tJ9+FMKsVpL/MsNkEjgBU4GQdi7N1lKSkrC
iRMnUFhYCJ1Oh7iEeIRW1+XKMvGCwFWzPwJsDbKLXJP2UGsuQRDEkpKSDWfPno2RJAlnzpxB
UVEROI5DfHw8QkJC4Ofnh8jISMTHx+PEiRMoLS1F+/btcfPmTdy4cQPDhw+HVqtFYGAg+vTp
U9W0aVMP9WJNTU2lSZMmwW63o06dOs4AyrFjx641bty4kdo9UAtCddcJFBYWctWc0+JviX6y
76tzu+oNQC2Q6vYj6teuf1c/sw2BvVeTGUlEmDt3LsXHx2Pjxo0ICQnh1XNkv6coikaj0YjD
hg2jEydO4ObNm1xOTk7Z3//+d49Zs2Y5hXT9+vU0Z84cvPvuu5g2bRqn3lD+RXAUCOAgJ8Qn
UuSI4dysmbMpISEBdevWRUVFBQwGA2RZxp07dzBlyhQUFRXh+++/Z1kLFBTdgL+/PyIjI/H8
88+n2Wy2cPZ7rhvZ73X8VzWx3W73YCVuzp2Z40mRSVi7dq00b9488DwPrVYLQRBQUVEBrV6H
iooKPPHEE3A4HHj77bchiiJ0Ol11vrICH3zwAccWV019cly1jutnXBdmeXm5v4eHRz5Ll2i1
WvHq1atFcXFxZgBo3rw5Ll++zIjXIUkSWrdujfPnz0NRFAQFBSEsLIyrqqqqN2XKlHseHh5Y
vny52y8JGQB4eXlR+/btkZqaWl/dd+k/EWQVgYJTCBkgZMeOHVRYWIjc3FwsX77cLTc39+G7
776r9fb2BtOCbCNYsWIFTZ06VVi1apU8ZsyY82azuRPP8woTHvW1zs7OlmbPns3/+OOP2Lx5
M4YOHcqpLQ2O42RRFJ9gc1q5ciWxVN6bb77J2Ww2WrduHSIjIzkAeP755+nIkSNITU0Vmzdv
rpdlWcNSOuwesdeyLPOM0P3QT4fpnXfewdy5czFhwgR89dVX+Oyzz6DX68GyE3l5edixYwfc
3d2ZWY+nnnkS69evdwJI1BvXH2X8V4RYvZj+RWgI2LB+I82bN8/ph65ZswYbNmxAmzZtUFZR
Dj8/P/z000/QarUQRRGjR49Gq1atcm7dutX800+34vTp07h+/TqGDx+OCxcuwGAw4Ny5c2jT
pg26desGnU6H9u3bozp9heDg4Byr1dpeXc7HFp5rwy12/lVVVaZ33nmnKDs7G506dUL//v3x
97//HcOHD8d7772Hnj17QqvV4h//+Ae6d+8Ob29vjBkzBlu3bsW0adPQo0cPriYLQZZlfuvW
rfIHH3yAAwcOoG3bttwvxQh+TYBVpYdOwV++fDndu3cPJSUlmDt37vLt27e/uX//fjz77LNI
Tk6GwWBAQUEBLBYLFEXBli1buOnTp9OFCxfQs2dPrFy5EmPHjsVzzz2HwMBA7vbt22/k5uYu
79y5s/Pkhg0bRg8fPsTChQsRGhqqY4Je02Y6ffp02rZtG6qqqnDgwAFUVlZi2LBhuHXrFnfo
0CEaPXo0evfujTfeeAOdOnXia/I5mSbOyMigvLw8mI0WzJw5E6IoolGjRqhfvz4ePnyIZs2a
4e7du7h16xbc3Nxw6NAhp9UlyzJ8fX0xcuRITJg0fqPRaJystg7/kw30L0EKwHKN1QMsj8gW
XFLCXnn+/Pmw2+1o27Ytnn/+eRQVFWHEiBFo3759zs3bt5r7+vpuLCgoiGnXrh38/f0hyzKq
qqqanj17FhPHT0JoSCfcv38f9+/fxytTXoXJZNo4Z86cGFmWcfv2bWRkZKBBgwbgeR4lJSW4
fv1686ysrCqO4+Dn54e8vDxoNBp4e3ujuLgYvr6+aNWqFdzd3bFnzx50797dGZmurKzEgQMH
cOLECQwZMgQ2mw2XLl1i2GPtmjVrRLV/+e677xITYFXtMymKomEm8+nTp9GuXTs0b97cjWlS
WZY1rFvgv6nFJrU/rN4os7OzkZycjE8++QQmk+ktjuPezMjIQN26dbFr1y7u0qVLyoABA7jC
wkLs2bMn5/r168e3bdsGRVHw4MEDeHt74/79+/D39+89Z84cys3NxWeffcZVVVXV+8c//nFv
165d6Ny5M2bMmMGphZZt0kyzV1ZWGr744ovbn332GQRBwGuvvYa2bdvy3bp1U44dO3Zt/fr1
tHDhQrz99tt49dVXPRmQhecfwRzv3r07srKy8gWr1ToqLS3NwfM8mjRpUnXr1i238+cu4OzZ
s2jdujUSExPx9NNPo02bNsjIyEBBQQFOnDjBrhOCgoLwzDPP4MWXXqjeSSGAh8yuZTVjiv23
drT8y2hitVZRBwjYWLl8FUmSBHd3d1RVVSExMRFXr179J9MGzzm5rKpRW1AUBRzHYdSoUcjJ
ysapU6cwaNAg9OzZEwMGDFBatmyhUxTCsmXLpCZNmmD0mFHc1Su5t7OysgyZmZk4efIk3n//
fRw4cABf7fgHVq9ejZEjR6JJkyZYvnw5fHx8znfp0qW9IAjo2rUrOnfujDfeeMOZaqjJ36ys
rDS4ubmVqjXoqFGj6Pbt2/jpp5+4mubOho+PDyUnJyM0NJSryRL4rdeYCY+rJlf7vGqLyFW7
uR4vLS2NwsLCuMzMTDklJYV/8803OQBYsWIFrVixAhs2bMCQIUN4URTr6PX6cjUbi+uxTCYT
aTQaiKLoDPDFx8fTK6+8grKyMpw+fbqYpafU34XCCRwPOTZmMiUnJ+Ott95yduKIj49nkWw8
//zzqKqqQmZmJgoKCpCeng6NRgNBy8PhcODTTz9FWFgYx1wltsGoYwm/ZuXU+sQuJjRbqLt2
7aLiwhLwPI87d+5g69atSExMdKZ1KisrMfrJUVxJya1lZ86cebOaIxmHDx9GYWEhOnbsiO1f
fPkYLW11ykNdxA1RFEFEDKAPQRCckVtffxuCgoLQpk2b83fv3m1fVFSEy5cvY9CgQfTTTz9x
MTExnGsEuKSkZNepU6dG6vV6iKIISZJw4MABVFVV4ejRo7hz5w4kSYIgCNi4cSMiIiIeMw2Z
MCmKIqSmpjpiYmJQUFAgSJLkrtfry39tYf3SYlMU5THNXVZW1tzDwyOHkRKo4ZnMjJckyZ3n
eUd1uuYx7jJ1M3V1Omvy5MlVqampmDhxIubOncv9UlxBbY6uXbuWnnzyyVkNGjRYwD4THh5O
6enpaNSoEdavX4/27duzemOdTqcrP3XqFJWUlOD6tRt4+PAh8vLy4O/vD6PRiPXr16O4uBiS
JKF79+7o2LEj3NzckJWVhWPHjqG4uBg6nQ4REREIjwjDiBEjOGYZuUb6nZuFKpZQXaVk8fDw
yK/VxKpdvqaFGR0dTSQDm7ds4oaER5Cvry/Wrl3rNm/evKpRo0ahfWA77tTpM2QymdKsVku4
LCv8vHnz5Fu3bqFx48Zo0KAB2rRqjYULF+Lhw4fw8PCAn58f7HY7rl69Cj8/P9y9exdWqxU8
z8PX1xfXr1/H119/jRYtWiA3NxcKHsEo1QgqnU6HBw8eoG7duujfvz/c3NwgiiISExPh6ekJ
URSd+eLg4GAEBASgqqoKw4cPR3JyMvbs2QOdTgee51FQUMCx6Dwzp9X54c6dO8vR0dGIjo7m
akoX/TtN4KrhKysrDYIgPGTXuiYz95e0TLUJKwuCoFRUVJjr1KlTzD6XmZkpDxkyhO/Tpw8+
/PDD0qZNm3q7Rtpdj6EoCjdgwADl3LlzqFu3LsLCwrBu3To+NTVVmTRpEiZPnuw0xVkA6+LF
i0pubi7nbOAu6GAymZCQkIDS0lIYjUaIoohFixZh3bp1mDFjBs6ePYvt27fj6tWrcHNzQ/36
9TFz5kwMGzZUozaXXVNR6gCcIAhiNeyXarpef3lNzC6GOqpIRMLPP//86v2fH8yoU6fO9507
dx7ZuHFjGI1GDBgwwKmdHZKI3bt3o1u3bmjevDnu3LmD27dvQ5IkcBwHnUaL/Px82Gw2yLKM
kpISmM1maLVaJ5JLFEWnKd6hQwcEBAQ4NWXJrWLcuXMHb731FjdixAiKi4vjX375ZSU5OfmR
JTB6NIYOHQqHw4FRo0Zx6nSZeleXJEm7f/9+x7p163D27FkQEb7//nuxRYsWuprAErIsazIz
Mx39+/fH7du3OVdT9D8JrLAN0hVAwjaMmoAgKty6pCbAU2+8oihqb9++vS0mJmasxWLB9OnT
D/r6+vZWm8nqzYAJPvv9efPmyRs2bIAgCFi9ejVGjx7NAcC6devo6aefHtugQYO/M7/+9OnT
NGLECAwcOBAAEBAQgB9++AEP7j2EIAgoLCwEEcFkMmHUqFHIz8/H7du3cebMGVRWVsLDwwPv
vvsuhg0bdtDma+3tVCLyP10FtavCrplrGoznebp58+bMr776atbUqVP/GCHq/wYe2rXBFREh
Li6OVqx4VPS/ZMkSmjx5Mh08eNCJgT5//jydOHGCoqKiHusKwP6mKAosFgslJCTQxx9/TGPG
jKGePXtSfHw8xcXFkZ+fH3Xr1o369+9P8+fPp549e9Lq1atp3rx59PTTT5PFYqFevXqRwWBw
Ng5nzBC9e/d2UuDUVIxfU5H85ewr90YPH0M2oy/52fyJNf5yJV9XX5OEhASKjY2l/5fG5P/p
PXBtffpLpPKu52mx2GjBgkXV7WP+tauGukm6+vwTEhLIZDKR0Wim+Ph/kq4fOHCQsrMvlz36
nswrEgkpe1MpNnoyNajXkPxs/rR08TLq33cA+RiM1LtnH4rbHU+vTHmVli9dQUZvE/Xt3Y/8
bP5k8jGT0WikpKQkcp1TTRj8mqiSrly5UnT48GEnHvuTTz4ho9FIFouFli1bRr9EpP97Io//
X49Os4Jz1x1Qo9HgmWee2Zibm5v34MEDDBgwAGVlZYiLiyOe5+Hu7o6///3vmD9/flxSUtLI
qVOnyg8ePECPHj3QrFkzJCUlUVxcHNatWwer1Ypbt27hypUrzqjk8uXL4enpiVOnTiE3Nxcf
fvghcnNzWUpIOHnypKzT6ZCUlIQbN25AlmVMnToVffv2ld977z0MGDDAjVXbuO7ijIRPPc+K
iop6DMZHMqFx48ZQm85MY6s1XlJSEoKCgh5DmKlamf6PVcowkEVlZaVBp9PdrT4nJ+jDbrd7
ubu7l7LySGcOVhCU6dOnY/LkR3EBu91Rz81Nd199XsycZ5/neV7Jzs6unDx5MoKCgmCx2HDz
5k3n53/++WccPHjQo02bNvTdd9/hUsZF9O3bF4mJiejUqRNOnTqFHTt2OBF6TZs2xb1793Dw
4EFkZGSgRYsWOHXqFOrUqQObzYa0/akxderUSWLE9qw8U20GqyGazEpIS0uTv/76a6SmpqJd
u3Zo2rQppaSkoLKyEi+//DL0ej2++OILREREOFq2bKlzIVGQdDqd/f8lCPmHTDGxi8jC92zy
6enpaNeuXVe73e7XrVs3hIeHc1FRUcRxHCIiItC6des0Nze3sAULFozMzc2Fn58fPD09ceLE
CYiiCJvNhs8++wzPPvssOI5D586dcf36dfj7+0OSJOh0Ovj4+GDgwIHw8fHJOXfuXHN/f39c
vnwZP/74owwATZs2RUFBAXQ6HUJCQnD9+nXk5uZiyJAhnJrEvqysrLmnp2cOEyw1mqmoqGjP
vn37RsbtjkdAQADy8vIgKiJ27dp1Xo0Wq14EUjVnM1JSUiglJQWvvPKK05RTgwxYQcP/32vP
uioCj0oI1UEcAMTzPLm7u5eyxX/o0CFHSkoK7t27h06dOuHWrVvV5wfezU13n32fgWDc3Nzu
sxJFQRDse/fupdjYWDgcDuh0OnAch44dO6Ky0m4oKyt78eWXX2bn9UiTywrsdjvsdjtOnjyJ
wYMHQ6fToUOHDkhNTcWVK1ewd+9e8DyPGzduwNfXFy+99BLeeOON4kaNAyzgHu/84QorZUpD
EATl1KlTdO7cORw5cgTfffcdFEWBzWbDiBEjYDQasWnTJg4AduzYQU899RRnsViob9++2i1b
thBbE+rg4e+F8fK/IsSSJGnVQa0HDx7EBAcHw2azBeXm5t69du1avdu3b78RGRkJs9mM27dv
49SpU2HvvffeeT8/vw7Ao64A6enpYSEhIcsNBsP7Go1GHDp0KC/LsvbcuXNVDRs2LAVgEAQB
bdq0wffff4979+7Bzc0NCQkJzaOioiAIAo4ePYrz588jJCQEZ86cQWRkJDQaDXbu3Inz58+j
cePGTq3LfCRPT88cte/L6paro+UjV65cCTedO3wtvpAkCV7eXvD39w90mjsu6Rsi4saPH48p
U6agZcuWnjUVIPxPCHC1JfQYwEbdQYMVl+j1+vtarVa8efPmzLt372Lp0qUc8Kj5+a1bpZgx
YxbNmTOLUwuvGsfN7u28efPo6tWrEAQBbm5u8PLywubNG52TGj58+HJZlsHzPERRhIeHBxTp
kTD369cPBw4cQPPmzXHhwgVcv34ddrvdWUXVuXNnDBw4EJ07d0ZISLAGHGSHXfTQ6IQKRgnE
LL+qqqp6RUVF5zIyMgLu3LmDI0eOIDEx0UnsEB4ejvHjx2PSpElpNpstvLKy0rBq1arb1bzn
dQ4dOoRGjRrRM8884/3TTz/djo6OxtmzZ2cy+h+GA3BNp/1pfWJXxkVJkvisrKzKTp06UV5e
XvqhQ4do3bp1lJ6eTkSEpUuX0rJlyyg3Nzd7xowZtHDhQvrmm2+ob9++ZDQayWq1Ur9+/ZyN
tFNTUykhIYFWrlxJSUlJzppbdYdBV3/mqaeeIkVRkJOTc2/v3r1Of/uVV16ho0ePPvZ9NSVN
Tb5xWloa2Ww2Cg3pRI19m5DF20oxUbHkSjJHRE4Wydzc3GwvLy9nrfD/Zpe9muhwauqYeOzY
MZo3bx7169ePFi1aRKNGjaKYmBjatWsPeXsbqab7qY4LXLlypYhRCzdo0ID69+9PWVlZlcyP
3rFjF/n6+pPJZCGLxUZGo5ksFhuNGfUkGRp6U/26DR6jBbaabc4WtJezr9yTRUUQ7ZKeFILk
kLWkEFiXwkuXLsmMPVSSJH7NmjXk5eVFJpOJLBYLLVmyhJYsWULqezd+/PjH5hQdHU0ZGRkK
u16seToRwWAwUEpKCqm7Tf6eOiP+r2tidX0nM3UuX77sFhERgYCAgMA9e/bQwoUL8dprr+Hb
b78ldf3ppEmTftTpdN8bjcbZAwYMcGrI69evH7948WKnEydOUIMGDdCoUaNZHMfNevjwIby8
vLBgwQLKyclB165dcfr0aRARfH19cePGDRiNRowePRpFRUV7fvzxx3rHjx9HXl6e7O/vj+++
+w4BAQHo1KkTxyKX7u7upcwkU/ci2r17txO8MGjQILjr62DnVzudIBQ1gIL5Ykyjb9u2rbm7
uzsGDx4sqE3b/2lf2BVKqI56M42ckpLiiI+PR2BgIBRFwdNPPw2e5+Hj44NqExxubm6Ijo6l
9evXC4LAKTzP08OHD5s/8cQTOQCQnJxM77//vrPOmud55OTk4MGDB25sKocPH0ZFRYUzhVdt
6uLw4cPQ6XTOvL5er1ebwuB5HgcPHqz33XffSU2aNMGDBw/QqFEjFBUVPZqfhsPRo0exZcsW
LFq0iDp06ACr1Yrt27ejXbt2cRaLZRTL/6rjESNGjMCECRNo06ZNOkEQxOjoaOzYsYObPXs2
AcDgwYNx+vRpCgwM1LVq1QplZWVga4LFGRii7C+RYlIvTIfDob937957qamps3r16pVz/vz5
5t999x1at26Nr7/+Gt27d8edO3dgMBjQoUMH/Pzzz2jQoAE8PT0xYMAAZzG6a+G4OoAkSZI2
Nzf357p1624oKSl5U6vV0okTJ7iKigp069YNJ06cgCzLCAgIQFhYmLM8cNSoUXKvXr3AkEk1
VbPs3r2bUlJS8Nprr2Hjxo04c+bMo5afDhl3b99F+/btkZiSwFF1KyIGMqimjVHOnz/vCA8P
ZxU6vCuC6n8aJeTqw6qDi+o5suvJNsrLly/fmzdvXr2LFzNx/fp1SJKE7du3Izx8sJPUwG63
e3z++edlH374obO+unXr1sjLy8OiRYvQsWNHTlHAnzhxQh49ejTsdjuCgoLQr18/9O7dG02a
NJnlY/Ced/bsWenWrVu4dOkS7t+/D6PRCKvVivz8fGezM8Zv1rFjR1RUVCAnJwfZ2dkAT+B5
HhzHYcKECZg3bx6nXgfM5FWn05gP/+abb1a1b98eUVFRHBHh7NmzxPpEMYFftWoVzZ07lwW5
ODXq7XeDr/5vmtPMFLHb7XofHx9KSUmho0eP0oQJEyghIYGsViv5+PhQv379yGg0ks1mq05T
GMloNNLhw4cpOzu7jJlGrqata2pBURQwxkyHw6HNzs4uu3z58m3XlAM7L9YrWP2eOo2Sk5Nz
7+mnn3Z+hqVZlixZQj269SQ/sz8N6D2QLmdfued6Xuz/iYmJ1LNnT3JNyTAzTm36/k93GGDz
XrZsGe3atYuWLl1KMTEx1KdPH5JlmYuPjyc/Pz+aOHEiLVmyhPr370/jx08kX19/slhslJCQ
RK7H6tevH5nNZjKbzWQwGGjixIm0cuVK2rNnjzMt9fLLr5LB4EMWi41MJgs1bGggm82PoqJi
HnVVkEkg5REHOWMlZeYyKQRZVATn+9WfJYWwcvkqp8ns5eVFU6ZMoZrSQWpmTvVrSZJ4lkZS
9zhevHgxrVy5kpYsWUIGg4GSk5P/5X79nh7/tSomFghiu3hMTAzNnj17uclkemvIkCHk6+sL
nudx7NgxdOnSBRUVFZgxY0ZxRkaG2dfXF4WFhUhMTIROp4Moihg8eDDc3d0RFhbG37x5c31Z
WdkzV69erTdo0CCndqtJqzG4oV6vL09MTCQ/2yMzeuzYsRvj4+NjvvrqKzz33HMIDw9/BBrg
gIKCgtRz586FbdmyBQ8fPkS9evWQk5OD3r17Y0hYBKqqqtC8eXO89tpruHDhAr744gsMGRKu
AQdZoX+eg91u93jttdfKrFYrPvroI05d+6wOPP1aobk6gKMmFVDNT+vaZpT9/qVLl5SGDRuu
MJlMb1VWVhqKiorOZ2dfNldVVcHd3R2yLKO4uBj5+fkwGo24c+eOk81k27ZtWLNmDSIjh3EA
cP16wfHPP/+80/q16/65mDiuGqM8WAPun0ipkOCOFBAQgMOHD4OI0K1bN0yaNAkREUM04CHX
VEb6S+gy18+WFN38ctiwYWOZeb1p0yYMHjzYTaMVHgVSuX8Fpqg1aEnRzS9Pnz491m63IyMj
Az/++CMyMjKcHOKFhYX4/PPPERY+mBMdkodWryn/JTaUPz12uiYLYNy4cfTBBx9UHTlyxO3r
r79GWload/LkSaqOblJWVhY3atQoLikpiUpKSjBp0iQuPz8/PSMjoz3P8zhx4gT0ej1at26N
q1evIiMjA2fOnEFJSQlatWqFAQMG4Pr169i1axdGjhyJ4OBgXLx4EcOGDUN5eTlu3bqFkqKb
KCwsRJMmTTBs2DAsX74c3377LQICAtC4cWPo3R/5a+3atcOwYcMOPnjwoGebNm34s2fP0rVr
1+Cmc0d17yGcPHkSHh4eaNiwIfbu3bvdy8srVqvXlKsFs1GjRvTVV1+hY8eOgqIognpBqql2
1Mg2luNl/pwaklkTFtg1up6enk5ms3nW0aNHZzF8ubu7OxwOB/LzbyAzMxNxcXFITExEcXEx
zp8/jzZt2iA9PR2DBg3CDz/8gBUrVuDChQvbLRbTC/n5N46PGjWqU1FREQTuUaTZ3d0dQUFB
GDduHCJHDOdkSdHeunVr2wsvvDD23Llz8Pf3x4gRI9C5c2f07dvXU6vTlJMCATzJrm5RTSQA
rjXYTsGuXr5LFi+ldevWoaysDK+//jo+nP4Bp65SYp8vLCzcc+7cuZG7du1CWloazEYLOnfu
DL1ej4YNG+LGjRs4e/Ysbty4AcYz1qZNG6SlpWoY08dfEnappnSp5gd2piWysrIcS5cu1QqC
gIiICNhsNgQGBuru3LnzgcFgmFtUVPSDr69v7/z8/HR/f//AmzdvzszPz5/VqVMnjvmZt27d
2mY2m1/gOA7FxcUbzGZzLAMiLFmy5F5RURFCQkKgKApOnz6NS5cuQRRFmM1mnDpxGsOHD8eh
Q4eg0Wjg5eWFMWPGID4+HqlpKRy4x7VCamoqrV+/HidPngTHcejQPgidO3fG+fPncfToUSec
UxAEvPfee3jltZeZya5dtGiRY82aNSgpKeHUWGN15ZEaIqnmwWKal/l4rLSRCTmbr0ajqdBo
NKIaU82uk0ajES9cuEBHjhzB8ePHce3aNYwd+yK8vLwQGTmMKy6+ucFsNsZeuHCRvv32W9y7
dw/nzp0Dz/M4evQoWC3wypUrkZOTA41GA1+rDXq9Hm+//Tb8/f3RokULT51eWw4AW7dso+nT
p8NisaBr16546aWXENqpI1dSfPNLk8k4DhxkWfmnT15VVWVgOWt1KWNNJArOe0KA6JA8tDpN
eXRUDKWmpqKqqgo8zyM2NhZBIR2watUqXLt2DeXl5ejcuTOsVis6deqEwsJC2Cy+OHbsGI4e
PYri4mJ4eHhAkiR4e3tDo9GgsLAQgiBg06ZNGBIRzklyzTjrP7UQ17S7MqFmpp8sy/y1a9cK
evfubRZFEZ9++ikWLVqEK1euOLX222+/jUWLFmHMmDEoKytDSkoK3N3dIUkSRo4cCV9fXzz9
9NPXsrOzA9LT09GlSxc0btz4hJ+fX2cmBCkpKWS1WqEoCniexzfffIPkpBSMGDECCQkJGDZs
GOx2O4KDg7F7925s2LBBIykir0YwHTx4kLZv344PP/zw/FdffdXeXV8HFy9eRHp6OoqKiiBJ
EhhBvVarRfOWLfDdd98JGg2v+PiYqHXr1vj++++dbVUY3VBNeGQWQeZ5XlIHwH6trBEAoqKi
aM+ePZg5cyays7ORkJAAWZZB9AhJptfrMWTIEGi1WjRp0gxNmjRRUlNTeZ7n8eqrrwqXLl2S
586di3v37mHaa1MRExODv//970hPT8eyZcucc2SbiSAIGDRoED79bJuzTpcImDRpkrRv3z7w
PO9kZ7l//z4EQUCdOnXQqFEjjHlqNB4+fIg2bdrAYrHgp59+QkRERHnz5s09a4rW/wsFEwGy
pGgFDS/27tWHsrKyoNFooNPpnHPWaDTo3r075syZU5qTk2O4cOECtFot5syZgw4dOqB+/fqw
Wq3w9fVF//79ERwcrElNTZUmTJgANzc3lJeXY+vWrRg4cKDF3cOt2DU4+JfQxOr+QExrsNeu
sD218Kempsq+vr7Iz8/HlClTnCWFixcvxsOHDzFixIgTJpOp1927d+cfO3bsTZ7nERoauvHk
yZMxeXl5OH/+PARBcEYvr1+/juLiYoSEhKBPnz7w9PQEqsE+e/fuRceOHTFw4MDSS5cuGWbO
nInU1NTlJ0+fePPWrVs4fPgwACA3NxeXLl1ydpGA8mhBNWrUCNevX4fZbMbNmzeh0WjgcDic
f2vVqhX2798PAMjPz9fwPAdwkEmBwO4B4xpzOEQ3ps2c11CU9RqtYHd9VkhhBHPc3bt3p23f
vn35Tz/9hPz8fNy4cQMdO3bEsGHD4Ovri6tXryIzM5OlnlBVVQU3tzqorKyEu7s7qvHoKC0t
RXR0NK5cuYLZM2fhzp07mDZtGpYuXYpWrVph2LBh6Nu3LzoEBT5eeSUp2nPnzjnu3r2LBw8e
4M0330RlZaUTsKEoCtzd3dGxY0fn9RRFEZ6ens6CFkYZ7HA4nFTCGzZsQFJSEtzc3GA2m1FN
Y4R27drBZrOhtLQULMXl4eGBsrIySJIEX19fFBUVITIyEikpKc70VkVFBXieR48ePdCwYUO0
aNECdevWxaSoidykiVFks9lQXFyMoqIinDhxAjzPY//+/WjXvi3HLIe/lDmtLpp3d3cvdfXt
XKlV7XZ7Pb1ef19tbqalpTmio6MBAJ06dYKXlxfatGmDVq1aITQ09M2jR48urzbHOUmStNnZ
2Xae56lVq1YCAKSnp1PDhg0P+vr69r53716vffv2/eju7o6zZ8+ia+duWLJkCXJyciDLsrOR
WocOHZCeno4qR6WzPplxUTNGSzc3N0RPikF8fDwKCwshSRK6dOkCjuNw7NgxZ8uQajggRFF0
VugwTTR69GimfREYGHiwTp06mxp6NfgbKRAe+bqA3e7w1Lvp7gMAE3rGpcxrHrVgGTZsGJlM
JsiyDI1Gg8DAQDRt2hTt2rXbfvv27bHXrl2DKIro379/WHl5+bRNmzaFhYaGguMemf47duwA
EaFLly6wWq0oLCzErFmzIHCPSBg0mkeQgtDQUISGhuLcuXOPNkEAbdu2xfnz51FeXo59+/bB
3d0der0eDocDb7zxBm7cuAEA+Prrr52sG40bN8ZHH32EmJgYOBwO6PV6Z7BSkiSYTCZ07NgR
H330kbNstH379lAUBefPn0edOnXQtm1bZ3eOc+fO4ZNPPsHGjRshCAKOHz+Oxo0bo6ioCD17
9kRFRQWuXbuGF198EVlZWZAkCWfPnkVISAhatmyJAwcO4Nq1a+jUqRM0Gg2SkpKcBBREhKLi
Qs5hFz10btpyFpOoiWDhTynEriyMatOI4XV5npfVvh0zJ+12u0dWVlbZ+PHjcfr0aW7atGn0
j3/8A1qtFjqdDs2aNUOXLl1QUFCAwsJClJSUoLS0FA6Hw7noQkJCIEkSbt++jbZt2+Kpp55C
REQEpzbH7FWOeno33f2CG4U/XrhwoVd+fj4CAgIe1QxrH5HEx8fHg+d5VFZW4oknnsCpU6dw
5coVCNwj042Z6IzDied5J4a7srLyEUtJteZhIJEmTZogPz8fiqJAq9U6tRbDDttsNqc5KEmS
s6SSmcMRQ4dwLNDiambevn37jVu3bi27evUq5+bmhv79+wvffPON3KJFixwPD4+/Hz9+fNaw
YcO4goKiVJvNEs7uSWnp3egjR45snDBhwiOTVHzUq0pRFCeDp06nw88//ww3NzcwVhaLxYK8
vDy4ublBlmX4+Pg4872nTp2Cr68vTp8+jZYtWzoBHRcuXMDQoUNx8+ZNXL9+Hc888wzKy8ux
d+9eDB06FJ6enmjdujUcDgdKSkpw8uRJ9O/fHw8fPnRemxkzZmDhwoV48cUXGfUTAgMDkZWV
hT59+iAtLQ2SJDlNbIPB4OTaMhgM4Hn+/2Pvy+OqqvP+3+cucIGLcGVfLiCrAiKriJaWIoqA
gNvrsUxbFPpZY4tNmGU6NRaWTtaMKVQ2066UyKaCoGnKfhGUHUHgwgVkXy7c/fz+4J7T6Txg
TTNPD83j9/XyJffs3+X9/eyfD+7evQu1Wg1TU1NMTEzgjTfeQHFxMcrKytDb24slS5bgH//4
h72RsaCLqe3+dzvmzHh2msPhaCjTCDttLTPGltLWUpE3ALB9+3aSy+XCzc0Nzc3NIEkS27Zt
g7W19fDSpUvNOBwOlEolDSYKEFSwP1U0jRp4jUYDgUAAFxcXxMbE0ezei7tfIHRafQpdvWyn
g07HzpvM9D+mahDX1tbC19eX/g6CIHD16lUUFRUBAJYuXYr8/Hw60yJV/pQCPHMDoMBPnaNk
bCMjI7zwwguIi4vrCgkJsRMIBJhQjtNsZ1xcHB5//HFcu3YNjY2N8PHxgUajoTcYHo+HXbt2
cXJzc3XV1dUoKirC0NAIqqurwePxkJqaiuTkZGzatAkTExNobW1FVkYmPWaGhobQaDSYmJiA
ubk5lEolXQmDYsk9PDwQHR0NkiSRm5uLhoYGelOlZFRvb2+0tLRgYmKC5lYojy1G0AiSkpJA
kiQaGxuRknqCKCkuJTs6OvD8889ToZM0iAiCQGxsLJqamnDr1i0YGBjAxcUFzc3NCAsLw/Dw
MBITE/Hxxx9j5cqVqK+vx507dxAbG0ttmH3fffedJUEQ4PP5uHnzJtrb21FTU4OIiAj8/R+f
EpQ2nZmM8P+MTPyv2aIAWxs7kmLx1q5dizVr1sDAwAAffvghAKCiogIEQSA+Ph4WFhaQSCSo
rKyEnZ0dtFotBgcHsWfPHnR0dKCgoADr1q1DS0sLvvvuO7i4uCA+Ph7vvfceFi9eDGtra4jF
Yvj7+8POzg4BAQG8vr6+Qx9//PHu2bNnIyEhgUfJriCgpYLO2ZkmmU0qlV4Ri8XLNBoNf2Bg
YG9JSckBKocYlZo3Ly/vxzS9fD7NflP9VqlUEAqFUKlUUKlUmJiYgLGxMQQCAVpaWnDjxg24
urrCwMAAo6Oj6OnpoYGhUCgQHByM6upqEASBhx9+GEuXLqXlPYVCAQMDAyxcuBBlZWXw8/OD
o6MjDTC9bzRmzZoFlUpFV2Kgkvzb2Nj8CQBKSkrIvr4+8Hg8KJVKdHd349TXp1FTU0On9uXx
eJiYmMADDzwAe3t7eHp6ora2Fh0dHVAqlfDw8EBxcTFcXFxgY2OD7u5uBAQEoKqqCuXl5Viw
YAG4XC5KS0vB4/Hg5+eHJUuWgMfjoaioCHfu3MHg4CAUCgWeffZZHDt2DOvWraMzonK5XKxZ
swYAEBoaCv/ABejo6EBPTw/CwsLA4/F0hYWFHK1Wi8zMTKhUKpSVlWFwcJBgW1pmSg6uGQ9i
SVkFmZGRgePHj+PRRx+FlZUVysrKcOPGDVhYWMDR0RHOzs4oKyuDSCTC+vXrQZIkwsPDu9av
X28nlUpBkiSWLVsGqVQKW1tbyOVyVFZWwtPTE/v27UNjYyOOHDlCRVjB1NSUpl4GBgYYGhqC
u7s7nWHCwsICf/rTnybtiBwSCoUCkZGRQio0TaFQmN2+fXvI3d3dnMvljrPzJjN1ARTwmdwJ
xYlQ9aiYogmfz1fqawXZGRsbd7FdWqnzVO0qgiB0lAlLp9PR5j0qQf3g4OB2c3PzT3k8nlqp
VJrcvXv3XHV19VI+n4+RkRE4OTmhv78fCoUC+/btw5w5c1BUVAQnJyfY29ujuLgY8+bNg5eX
Fy07r1y5EufOnUNsbCygI2jl4ubNmzFr1izY2tqira0NWq0W69ato7+/ubkZc+bMAY/HQ05O
DlasWIGCggKsWrUKJEnSCqilS5eS1dXVxKxZs1BRUYFTp05h69atmD17Nvbu3QuFQgEzMzNE
RETAyckJeXl5ky6aABwdHWFlZQWxWIyQkBBw+ZMORpT9nOLiNm3aROtITE1NsXTpUiGVM32m
xBH/bkDcWN808eyzzwpqa2sRHByMbdu2obm5GVeuXIGDgwM8PDyg0Whw8+ZNzJo1Cx4eHmhr
a4O1tTU+/PBDGBsbY2hoiGatqdxYhoaGaJe2EclvHyKPHj2K3bt3IysrCxs2bMC7775Ls5CU
Iuv7779XHDp0SODr64ujR4/SrKBaO6lFpRL7AYCfnx+qqqporWtKSgrWrFlDsG3kzBQ6U9mC
KWDyeDyVWq027urqKnR2dl7AlscovUNeXh65fPlyg+zsbBWfz0dUVBRBJb3n8Xg4cuQIPvzw
Q3phhoeHE7a2tuS1a9eG5XK5maGhoa6trY3z5JNPYnh4mE5Z++qrr9IKLDc3t+He3l4zW1vb
VicnJ8/prA5MTupcznkyIiJC4OzsrKACGwwMDMDn8/HCCy8gMjJS/sQTT5iIxWJcunQJcXFx
qK6uRnt7O82m60Uu2twIAA0NDfD29sY333yDwqLrxOF3j5Dnz58Hj8eDSCTCa6+9huXLl+Nu
bw/h6CAmKe7nmWeewaZNm7rGx8ftPOd6GEyVnJ7D4WgJgiBLS0t1UVFR6O/vJ5jFBP7POXv8
S9pttY6/a9cuVVtbG5ycnBAaGgqRSITW1laMjIygs7MTVlZW6OzsxOLFi2FlZQUbGxsMDg5i
+/btGBsbw6xZs6DVamFvbw8HBwcUFxfj3XffhVAoxJdffonS0lJYW1vDwcEBDg4O6OjogIWF
BWpqamBqagpvb29s3boVJ0+eRFNTE13p4YsvvkB3dzeam5tBEATu3r0LLpeLjIwM+Pn5oays
DADoXX/RokUoLS2FQqEAj8ebVHBpJyN15s6di6+//hoqlQq2trawtLTE8PAwKisrERcXh/b2
dhQXF0MgEGDWrFkwMTGBn58fmpqaIBQK4eDgAKlUipGREZAkCScnJ+zfv1/d2NjIt7CwgJub
25Hx8fH1YrHYs7a2VqVSqZCSkoKYmBjweDy4u7sr3NzcZvX09JzicDh3w8LCEpubm39S/ZDa
LGxtbcn29nZBfn6+Qq1WIzY2ligtLSWDg4M5n376qW7btm0GeXl5qhUrVgjPZZ8fCw0NTTcw
MLgWEBBwhNoY+Xw+HnvsMSogYsv169e/IAgCMpkMVVVVWLt2LaqqqiCXy+Hq6orCwkLaHNXU
1ISKigraYrB06VJ8//33eOCBB2iz3tjYGGJiYqDRaPDK3j3EyU8+JV955RVartfn+Yadgy0a
GxuxYsUKmJiYoLW1FV5eXoiKiiK6u7sPl5eX705PT0dqaiqX6dwxkwA940FcW11HLlmyBEKh
EBEREViwYAGamppQV1eHnp4eHDp0CDKZDAcOHMDOnTsxMTGBRYsWITExEX5+fqipqYFSqaSV
Rnw+H35+fkhPT7d64YUXehcsWIC33noLIpEIxsbGiIqKgpWVFT7//HP4+Pigrq4Ohw8fxsmT
J5GWlgYTExPKdIaoqCiEhoYiMzMTa9euxfDwMMbGxmBhYQEjIyOUlZUhKysLMTExOH36NJYs
WYIbN27A398fcrkcRkZGuFFVQedOdnJywoMPPgi5XA4vLy80NTVh0aJFePTRR815PN440zPt
7t27+1tbWw8EBwdzmPWTAKCoqIgMCwsjcnJyyKysLJw4cYJISUkht23bZi4QCIY/+eQTMiIi
4qparXZydXWdk5mZSTY2NuKll14i3njjDXLPnj2CS5cuKVatWkWUl5eTQUFBnMbGRiWV9G/F
ihVkQUEB0dbWVvX555/7BQcH4+jRozh//jzx0UcfkRKJ5EetrW4yQWFZWRmkUil0Oh2MjY1h
aWmJqKgoXLt2DfPmzYOvry/GxsawbNkySCQSlJWV4cKFC4iNjUVUVBTOnDkDPz8/2jIhFouh
VquRk5MDiUSC1tZWcLlcCIVCPP/883jooYdw9OhRZGVl0Rrwnp4eNDc30yWBgoKCcOz430qr
qqoWkiQJBwcHGBkZkUqlkmhpaYGxsTEaGxtx6dIlZGRk/KTUzUzRTAO/UWaPf6W1tLTQfr5B
QUEYHBzE7Nmz4eLiAjMzM9rWGBkZiWXLlqGkpARdXV1Qq9VYsmQJuru76dIePT09tKwkMDLs
02q1eOONN2jbrU6nw8KFC1FUVARzc3OUl5ejq6sLC0NDiISEBFIoFGL16tWwtLTEkiVL4O7u
rqitrRXs3LkTLS0tqK+vR19fH23n5PF4IAgCGRkZCA4Ohr+/Pzo6OlBZWQmNRjOpOAJJV6F4
++238dBDD5lLpdI2Dw8P8/T0dLK7uxsCgWA4KyuLrK6uxp49ex47c+YMuWjRoi8WLlxIhIeH
kxcuXDCgPN8IgiADAwOFABAREWFgZ2en0qfGhUAgGO7q6jrR0dGBnJycpePj45g7dy4pkUgw
e/ZsZGZmkl1dXdi1a5eCJEmkpaWRRkZGOH78uI7P50MgEJBffvkl+Hw+rKysSAMDAzqx/5Il
S/DMM8+QPB4PCoUClZWVcHFxgZ2NPU6fPg2xWEyn/hUKhejv70dFRQWUSiW0Wi0+/vhjLFmy
BE8//TRkMhmtlCspKcG3334LHo9HFxi4efMmTE1NUVdXB5IkERgYiI6ODsTHx9MOLc88u5Nw
cHAgFy1ahIsXL9LmPScnJ6osDU6fPo2DBw8upPKQ29jYQCqVEgYGBpgzZw4uXbqEsrIyhIaG
0uBlAnimpLSd8SCm5Ce5XI6DBw8iMjIS8+bNg5WVFW7cuIHNmzfj4MGDOHXqFPr6+uDk5ARD
Q0Po6/zCwMCArrCo0WjQ398/CR4duI2NjaDMU1VVVRgfH0dJSYneHdENXV1deOmllwAAnZ2d
8PHxoZ0ABgYG0N3dLSgqKqLrEw8NDeGNN96Au7s77cTwxz/+EQKBAKOjozAyMsLdu3fB4XAw
NjYGS0tLrFwVDi8vL1y9ehUqlQoCgWC4t7fXzNHR0TIkJOTC2NjYCp1OR/j4+LS6uLi4HD16
lPTy8sKXX365xcvLa0teXh6HSnj+/vvvq9577z34+PggLy+P4PP56oCAAKKtra1q+fLlEAgE
pEwmIzo7OxNTU1PpxPrr16/H/v37OQkJCbrMzEzs3buXrrKh1WqRlZWF2NhYaDQavPzyyygr
K8MjjzyCjo4OxMbGln7xxRcLL126BBcXFxw5cgTLly9Hb28vent7wcFkEXdmQEF/fz90Oh3K
ysqwfPlyVFRUoKenB59//jn8/f2xbds2uLq6oq6uDkePHgVBEJg3bx56e3uxZcsW+Pr6oqCg
gC7s3tDQAJ1OBycnJ9TX10OhUAAATE1NUVRURJvqDAwM0NfXh7KyMrz//vtwc3PD2rgYLFy4
EJ999hk6OzuxYMECPPDAA/D39+f4+fnpduzYAXd3dzCrRSiVSjOBQDB8v8j4L2zZmTkk5a1F
ySKLFi2ClZUVQkJCcPz4cRgYGOCHH34Q7tq1a+zGjRvYu3cvtm/fTldO9PDwgKmpKSQSCbhc
LpycnJCZmZlYWFiYkpWVhZycHFhZWaGvr4/KOAm1Wg2xWIyy8lIi5UQq+c4772Dr1q0wNTVF
Q0MDOjs7IRaLaROMra0tiouL6WO3bt1CYGAgAKC9vZ2usdze3o633noLhw8fxvDwMPb/6XX0
9PRg6dKlim+++UaQkpJCK9MsLCzQ398PDw8PmJiYoLKyEmq1Gm+++SZycnJQVlaGF198EcuX
L6ddRy9fvgwPDw8sWLAA1dXVCA4Oxu3btyEUCqlILCIjI4Ps6+uDtbU1HB0dkZmZiQMHDhDn
zp0jS0tLYWtrCycnJ6hUKshkMhgZGcHKyoq2t9fW1sLHxwfFxcW0noGqrFFUVISAgAAYGxvj
zp07uCGpRGtrK+rr62lHC8ouTxAEVq9eDRMTE9y+fRvOzs7o7OxEaWkp7O3t8fjjjyM5ORkO
Dg7w9/cHQRDo7u6GVquFm5sbfHx8kJqaCisrK9TU1IAgCFhYWGD9+vXYu3cvLy4uTiORSODt
7Y2amhrY2dnByckJfX19mDt3Lvh8Pl55dc/VjIyMpVRdrnnz5vWdOnXK0tLSkq7jJBaLsX//
/p+Ejs6U2sS/GxDv2LEDLi4uEAgEaGhoAEEQeP755/HHl18iHB3EZHR0NE6kHCf2vfY6GRcX
hxs3bmB4eBhXrlyBjY0NLly4QDmdQJ/cjtfX1/fasWPHDnC5XOTn50OlUmHFihX47LPPoFQq
sXDhQtjb2yMl9QTx/57eSZ4+fRpubm64e/cuVq1aBQcHBwQEBECvXUZCQgIuXrxIXr16lThw
4AD0ziBITEyk7dmBgYEICgrChg0bkJ2djdWrVyMzMxNisRiDg4M4cuQIYmJi4OnpiZaWFiiV
StqP2crKCrm5uZg/fz7twcXhcNDS0gKJRAKhUIjW1lbcvHkTISEhUCgUEIvFcHIR08o+Ly8v
XWtrK6e1tRUODg56xRBJK4h0Oh1qamowMTEBkUiE0dFRyGQykCSJuXPnYmxsDJ2dnXB3d8eq
VasglUrB5U46roSGhqZUVlYmtrS0oLq6GkFBQbC2tkZWRjays7MRFhaG0tJSREVFITMzEw4O
Duju7gZBELCysoJOp8PixYvpjJZPPPEEenp60NXVha6uLrS2tmLjxo04fvw4ZDIZQkJCoNFo
cPbsWQiFQoyPj8PZ2Rnt7e2IjY1FSuoJws7Wno73pap6eHh4wN/fnw4AWRMdSWRnnyOpcrmU
Ldve3h7t7e3Izs6EVqvFyZMnaTsxMwx0JsjFM56dpnbtiYkJCAQC2NvbQyqV4vjx42hsbCQX
LFgAOzs7AEBPTw8+/vhjREVF4ZVXXoGRkRGeeuopREdH4+rVqzA1NUVHRwcIDrQtLS0HKisr
UVJSAi6XC1tbW2zYsAEPPPAAtm7disrKSnR2dtKumxcuXEBQUBBOnz6N69evY8WKFSAIAhUV
Fbhz5w6CgoKQl5dHGBsbw8TEBOPj43BxcQEArF69GkZGRrSzCaWFdXFxWZeVlXXmxIkT+P77
7xESEgIAuHPnDiwtLWFoaEhn4qyqqsLixYuRn5+PkZER2te4vb0dWq0Wq1atwttvv405c+Yg
MjISixYtwrFjx9Dc3AytVotbt26hubmZMzw8TIXiHZFIJLvt7e0hk8nA4XDg7u6u6+np4VRU
VMDc3Jz2crOzs4OhoSEUCgV8fX0BAD/88AM4HA4yMtJBkiQqKysT1Wo1Nm/eDAcHB2g0Gnz6
6adwsHPEunXr0NraCq1Wi5ycHNqBxd7eHiEhIbCzs0NYWBi+++472NjYQKPR4Nlnn8UjjzwC
FxcXfPrpp3jqqadAEASCgoLg6OiIsbExyOVybNiwAdbW1ggLC8Nzzz0HLy8v2l+dy+XC398f
O3bsAEmSMDExgUgkQk9PD2xtbXHhwgVIOztIiURCxZsfKCkpOTA+Po6srCzY29tjzZo1MDc3
p5MxUObAmVTiZcaDmPLXFYlEqKurw7x582gZOTs7m3Z+37//dS614yqVSgiFQjg6OuLatWu4
efMm9u3bhzfffJMOYghdtJB4+umnyeHhYdTX10MqlSIqKgodHR08Ly8vzd69eycnXwduYWEh
xsfHad9cuVyOtLQ0nDp1Chs2bEBjYyPa2togEAiwefNmDA4OgsfjYf369dDpdNiwYQMiIyN5
BAEcPnxEQxAE5s+fj4KCgjOmpqYQiUR9JSUllpWVlYiMjMSpU6dAEAT8/Pzg4eGBS5cugSAI
fPPNN+Dz+dizZw/tcjh//nyo1Wq0trbi6tWrwk8++WTsySefFDQ1NU34+PgQc9xc9BRzMtDh
2rVraGhowGuvvbb7wQcfhI2NHbKyshASEoItW7ZwEhJ2ENnZOeTt27cRHx+v8/aeywWAgwff
JgUCAa1Jp5Razz33HKqqqlBQUICbN2/is88+Q2BgIORy+WSxOZUW5eXlWLduHSoqKrB48WJc
uXIFe/fupXNN19XV4aOPPqIjmCjx580330RgYCA8PT0xPDyMgYEBvPrqq3TWjjPfpZOxsbEG
7e3tbXNcXex3Nuwkk5OTKZ94LuVtVVlZiXXr1iEtLQ0vv/wy7WOwcuVKeHh5kkqlkhCLxdi8
efMBykuMw+Ggrq4OBEHi/fffBzMBA4fDITkcjnqm5Nia8SAeGRnBwMAAvbs2NDQgNjYWbm5u
SEtLA4/HQ319PUBA6+joiGPHjsHS0hIjIyNob2+HhYUFhEIhXn/9dXh4eKC3txdajY5fU1Oj
amlpwfj4OOLj45GVlYUPPvgAzc3N/fv378dXX32lDziYVJBQi9fQ0BAmJibw9/fHO++8Ix8Y
GDBJTEzEtm3bsHXrVvB4PPD5fBgaGiI5ORlcLheOjo7Yvn27hsfj4a9//Svu3r0LW1tbGBgY
4LnnnsPQ0JBlT08PVq9ejaioKKxfvx5yuRz9/f1Ys2bNF7t27Xp0YmKC6O7uhkqlwuDgIK5f
v05Xd+Tz+QgICEBdXd2YUqnExYsXFW1tbXB2dqbZVaFQiK1btxLr1q0rqampWUj5Hut0wGOP
PYaSkhJ8/fXXyMnJIcPCwnD79m3I5XLOe++1kc888wz8/f2hVCphamqKoaEhcLlc9Pf3w87O
DqtXr+YkJSWB8jG/ePGi1t/f/0hKSsruTz46idjYWEilUohEIgwMDMDIyAh5eXlYv349nnji
CTqAhVJ4Ubb8DRs2wMrKCnK5HGNjY5DJZPj73/+usLS0REBAQGNdXR1WrlzpL5VK7WpqakiB
QAAAGBsbw+3bzf0uLi6QyWSIjIzE1atXYW1tjZGRESxbtgzffPPN5DoZGyUqKirg6emJd999
F83NzZP5sPWOQYaGfAQHBx/RE5SfxHHPFP/pGQ9iuVwOkUgEpVJJu/Wp1Wq6/IparcbDDz8M
kOAWFRUhODgYixcvxtGjR6FSqdDV1QU3NzeYmZmhs7NzMiE5j6O2sLC48Pbbb6+2sLBAdXU1
dDodzp07hxdffNFsfHwcWq0WZmZmAAGtmZkZDAwMcOPGDXpjKS4uxrJly0zefPNN6BcVAODa
tWswNDSESCRCX18fVq1ahfnz5+P8+fPo7+8Hl8tFRUUFrawaHh4Gj8dDe3s7zMzMkJ2dDZ1O
B0NDQ9jY2CA3N3fL0NAQGhoasHr1anR2dsLBwQHR0dEwNDSEu7u7/PLlyyYqlYr2sVYoFHjw
wQfR2toKewc7yGQyuLu7Q6FQmFVUVCyk9AMFBQWIiorByMgIXFxc4O7uDpIkUVFRgZdeeqmx
oqLC08bGBh0dHdDpdOjr68OtW7cwa9YszJo1C5WVlXB0tEdBQYGupaUF3t7eqK2thZOTE7Ra
7W6SJDExMUGzprNnz0ZlZSWtzS8tLcWqVasmQ0LDwhAYGIjKyko0NzfD0dERrq6uaGtrw/j4
OJqammBnZ4ebN2/i+vXr8PX19RQIBHjhhRdKh4aGcP36dcTExGDt2rXIzMzE4cOHzdrb27Fo
0SLaBHbmzBl683j44YdpP/NXX3112NXVdXZKSorW1dUVGo0GmZmZyM3NhUqlwLPPPrv75Zdf
fpUC8EyrljjjFVs5WefIbdu20WlTKA01M3/x6OgoXn/9dRAEQZsYCgoK6Gig8fFxvPbaazh4
8CAMDQ1x6tQpLAoLJWxt7Egej4fFixejr68PtbW14HK58PT0RGtrK0ZHR9HX30tkZ+WQ27dv
R0xMDF1SRC6X/ySY3d/fHzk5ObwPPvhAc/bsWdpXl0pAl5iYSEf5pKWl4fLlyygoKJAnJyeb
REVFISEhASEhIXB2dsbZs2exdu1a1NXVITo6mq7oyOfzMT4+jkceeaTR2cXJ6+nE/0d6e3v/
xAOMJEk89/wuIif7HPn444+D4P6Yf4vD4cDY2BgqlQq7du3SRxZNKmcMDAyQkJAgPHbs2FhO
Tg5WrlwJExMTKJVKqFQq7N27h2hqah7KzMw0KyoqwtatW6HT6dDQUAetVguRSASVSoWampqf
yO1U0gWtVgsvLy+0trZifHwc/v7+uHXrFh566CEUFhbC2dkZVlZWKC8vn/SyeuUVWhHJDBZZ
sWIFbt++DZlMRm+A9fX1yMzMBJ/PB5fLpe+j7jUzM8Pg4CBt4kpKSkJWVhaampqg1k6ukTlz
5iAmJkbv1rmbOHz4L2R9fT127HgKQqGQ9PHx4VDleO67Xf6zjQQW+PmT3d3dMDIyovNR5+Xl
YXx8nGZfIyIicPPmTXoCFy5ciMzMTNjZ2dFmDUqr6+zsjKLiQmJtTCxpb2+PmpoamJmZ4caN
G5DL5Vi1ahUaGhrQ09MDmUzGq6ys1CQkJKCsvJQQmc8mKeUVJfsSBEGDTafT4cKFCwgMDMTY
2BgqKythZGSETz75BI899hiSk5MhkUhQUVGB48eP4/jx41i3bh0SEhJgZmaGP/zhDxgbG0Nt
bS2oItxXrlxBcHAwysvLwePxEBgYiCeffBK3bt2CQCCgXTxFIhEyMjJgZ2eHP//5z6UZGRkL
H1g66fBCxSPr+wSZTIaXXnpJfepUGl8qlaKxsRGWlpZ0RgylUgmZTEYrtx5++GHcvXsXgYGB
mDVrFkZHRyEUCqHVqmm7t4ODA3g8HoRCoVooFBacPHlydbesB0VFRejp6fmxsLs+40ZAQABs
bGxw9+5dLF68mJb/LSwsEBMTgx9++AGNjY10LDGHw4FKpUJ0dDQKCgqgVE5mx6Hik729veHg
4AA+nw+lUkmHm1LUmyRJyOXyydxgYjG0Wi3i1sVj79693HPnzmnPnz+PrKwsDA0NQSQSQavV
Yv36eBgbGyM5Ofm/1Y+mopnug/gX+E43NDSoIiIi6J2V8tyhlFiURxelkczKykJKSgqysrKQ
mJgIc3NzfPbZZ2hra8OuXbtw7do1xMbG4uTJk7TCh4p2io2NxfXr19Hd3Q0nJyeUlpUQ2Vk5
ZGJiIgICAjAxMUHbJKl/lLknNTUV2dnZdN0frXaygPnExARddHz+/PlYt24dvvrqK3z11Vdf
fPTRR1uefPLJCwcOHFhNJWYbGBhAcHAwxsbG0N7eDk9PTxQVFSEuLg5BQUH461//Cj6fj5CQ
EFqDbmdnh3379vGysrI01LsqKyvh6+dDcw319fWYN28eLCwsYGBggI6ODmi1JKqrq9Ha2orE
xEQQBIHOzk40NzdjdHQUOp0OcXFxdFqikJAQGjzBwcFfdHS0b1m4cCFx7tw5OsBArVYjODg4
Zf/+/YnZmTl0vDAVGTZ//nxUVVUxC5PTXJVSqQSPx4OzszPmz5+PtWvXIjg4+Atra+vH6Thv
ABlnM8nQ0NAvbG1tHidJQKvV8iiFF6kDl+BAq9Xo+BwOR0dwoAUJbnm5RENtJlVVVWhtbQVJ
ABcuXIBOp0NMTAycnZ3R3d0NPz8/FBUVITs7ExwOB11dXQQzjpziCO+D+J9oBw4cICkvIx6P
92NQOMmBoaEhRkdHYWhoSAN77ty5aGpqohVLAQEB8PX1hb29PXJzc5Geno6nn34aqampdMC7
n58fJBIJHWTQ29uL3bt3Y/dLLxI21rZkXFwcMjMzJ12C9QuSUiwpFAoUFhbKH330UROZTIan
nnoKn3zyCe0gwQyM/+ijj3D+/Hl8ePwYERcbT3777bcCFxcXhT5pPPbt2wcul4sbN24gIiIC
s2bNwp07dyCRSBAdHY3e3l6QJIni4mLMnTsXvr6++Oqrr3Dp0iU8//zzMDc3h7W1NZqamjAq
H0FAQAAyMjIQHx9PO7NQXkwEQSAgIOALGxubbZT9k0pcWF1dbUex8MbGxvTGSfmgl5SUQNbR
BT8/PwwNDdEusgAQEBAAmUyG48ePg8/nIzIyEmfPnqVdL+3s7MDj8dAmbaUpZ3x8POzs7BAa
GorIyEjitwAIpWGmanhRyQKuX7+OwcFBWlzq6OjgUJrpmQTg3xWIKQf/7OxsUq1WIz4+nsjJ
ySEb65ugVCphYmKCQ4cO0SlskpKSkJmZSTuHzJs3DxEREZBKpTh9+jQMDQ3phazT6aBQKLBh
wwbMmzcPYrEY3d3dUCgUOHLkCC5fvqz+y1/+wj9z5gzeeOMN7N+/H8XFxX2ubnOsdmxPIHNz
c6HT6bB7926kp6dj7ty5yMnJoTcc6vuoHFvR0dHIyMiAVCoVrFq1SpGSkjLc3d1t9ve//x0m
JiawsLCAsbExcnNzER8fDx8fHyxdupTX2Ng4cf78eX5kZKT67Nmz/KQ9LxPv/eUoqVKp4Ofn
B31wgvDOnTt9nl4eRkffe588m5mO2NhYpKen4/Dhw4iKigKfz8eLL76Io0ePQqfTwdXVFe3t
7VCr1VCpVCAIAqtWrcKCBQvo8EzmOFGA5nK52LBu482dO3f6UXbzOXPmoKGhARwOB01NTcjK
yoJOp8OmTZvw7bffIjg4GA8++CD++PJLdDL29PR0Mj4+nkr495MY698i6J6ZPZTyxLp9+3bv
U089ZVlbW4uPP/4YsbGxBHstzhSvrRkPYpVKRQe269X8dEC2RqPh87g8NZVSR6lQmXG5XMXV
q1cVYrFYbmxs/MOJEydWX79+HYaGhhgaGqKdDiiKTQGWz+fjtddeg0QiAQA67K+9vR3R0dEY
GBhAYWEhJiYm8MEHH8DU1BQEQSA7OxuLFy9GS0sLwsLCkJCQgNDQUDQ0NGBwcJD2hKLS2Pj5
+WHOnDnw8fHBQw89hB9++AFCoRDbtm3lJSQkajo6OuDh4QG5XA4+n4/09HQYGRlhxYoVMDIy
QmVlJWbPno3g4GB0dnYiOjp6kqK1tcHW1ha5ublob2+Hk5MTdDodZDIZKioqAEwGeURFRSE9
PR2RkZEIDQ3FhyeOwcHBAT4+PnBxcYGBgQEyMzMxOjoKd3d3lJaW0s4bfD4fPT09uHz5MszM
zCYtBhoShoaGCAwMRGxsLB0aWl5ejvz8fHh4eODWrVs0y//EE0/gued30YBQqX+aMP8n6pDf
iNqxXSmpZI7MdMtUov+pEtvfB/EvbBqNhq/T6ThUQD21G+o0JJfDIaDTTWaABCZTp9KyEHOy
9LKSWqUxuXjx4lhPTw8KCwthZGQEuVyOzMxMGBkZITAwEBYWFnQ1CS6XC4VCAVNTU9rUFRYW
BhsbG9y6dQvLly+nTRlnzpzBuXPnaNBSifIEAgGd1FwsFmPv3r3Yv38/8vLyjoSHh+9OT0/v
O3LkiGVRURG9qZibm6O3txeurq6YmJhAR0cHAgIC0N/fj46ODjoZIDMxoLe3N/7rv/4L5ubm
+PDDD+Hp5omKislwR6FQiNmzZ0OpVGJgYABtbW2Ijp/UjOfl5SEiIgL29vYpVlZWf2hvb2/8
+uuvXezt7dHR0QFvb2+sX7+eAICsrCxSJpMhLi7uAEFyTK1trF46+Oe3yMjIyXx7gUEBxDM7
nyVv376Nv/3tb/KwsDATExMTaLVaxMTE4L333rMSGBn2kTpwCe7kHFHgoIIMfkuAMDcLdtYO
Jmgpis0uCH8fxD/TqF2ROanUsamc0dlJvalJGB0d9TQxMWmi2DN2VQom+3bnzp2GwcFBT7FY
vLusrOwISZJITU1FYWEhuFwunaNrfHwctdV1tBmJUmRZWVnRyjK1Wk2bh6gc2szJf+utt5Cd
nY0rV67g3LlzmDNnzu7S0tIjJ06cgL29PXp7e/HdmW+J7q6ez+Pi4rYUFhbynn76aU1iYiJS
U1Nx9uxZhIWFwdnZGQ8++CDy8/Pp4IWUlBS8eeBNHDp0CI8//jg6OjpQUVGBnTt3Ys+ePUhK
SsIXpz7Hjh078M033+CPf/wj9u7diyVLlqCyshKbN29Gbm4uioqKsGXLFly+fBlRUVEoLi5G
XV0dbSZi5q3WaDTQaDTw8vLCggULaPlZpVJBp9MhPj4ea9as+UmyAaVSacLj8SaoY2xK+FuI
aUzKqtPpCKVSacHn84cpkxJ1juk7fd/E9CtlFjZImYBmJqqTy+XOJiYmbVMZ55mB3frz9DOn
yoXFfiebSpw/f57cunUrdu/eDYFAgIMHD9K23fk+fqivr4dKpYJGo6HZUH3YIeQTY4iLi0NB
QQG0Wi0iIyPh5eVFRSQRj299gvT398d3332H27dvIykpCefPn0d4eDgMDQ3xzjvvIC4uDhUV
FRAIBHSEkU6nQ2trK5ydnVFXVwdvb280NjZCpVIhICAAN2/enNQbZGfA1dUVubm5IMlJ1nhk
ZASvv/465s6di+rqajCzicbGxnZ9++23dr6+voiKiiLYtZuZlI1ZC5k5XnoFHl3ylZoLqowL
G1y/FSWerrIGM0Ut9d3M/On3QfxP7JTsUjDsXZpNodnXsWsb3et5bLaOmUaXaWpgp9+lNo/M
zEzy/Pnz0Kp1iI6OptPTymQymJmZob+/HxKJBB5e7vD19aXNVDqdji4dsnjx4pQbksrEpqYm
DA8Po7+/HyMjI5DJZPDy8oK3tzfGxsYgFArh6emJ8fFxAKATD7i5uWH+Al/I5XKaFab62t/f
v8/a2vpP1DFm/V6q9hF1bqqx4nA4OmrTZG+SzNQ1bJAzN8TpWGc2Z/RbrDGNRmPAzI+uVqvp
+lVs6susl3UfxP+ECYBZ3JlZCZBdv4i5a5IkScsu7AUxVSlRduqVqYqcMdlw5mbBfM5PtJdc
npqSxaeU9bU/bgjMvtIbA6kv4cLjTrqrEaDT5VI1iEgduAShP0c9V1/mhSo7QuX+Zo4R9R7m
JsQcJ+pvZv+nkgd/bhyo4wRBaKmNYLoypr91jSPm+6gkhezysMz+Mb/1vp3439ScxeLfy6eG
A0jS/w8AewAcwn9OcwVQDkACYOU9xiABwMaZMgZt+hIzv+fGwf32W7QkABcZAKYW/X9aH0X3
ACU1BhtZY5AMgNSf/2fbRv29p/9NBKHcWSwmncXioN/TwPPu4+s3ocDJDMpDtfz/oD4G6Sls
2jT9osagBUAqawyS/0Xq/+/ux++u3Qfxz1OXZABu+gX4axqVICz1P4x9ZrapNin2OFLn01jn
UvVgTv0V783XP/PftSHu0bPYkt/T4N+Xie/Nqp0GMAhg9q98hgjAgP7vYL28+J/WqHE6NA2I
mWMwWz+eM6b9UpnYWSx21YsDrgDc2qTSlpnSB87vAKQbncXiAWexuNlZLBYxjpHOYnHyFFRv
QC8nkVOwapT81cw4dnoamSxoGrbXlXFPCuM49d6p5N5BhvzGvo9qKYzz5frF/0uoPLO/G6fp
71Tnmf04re9vuf53Aut38s9Q4cEpuAzq3RSAJSwAM79NxGK9m1ljmcTqA7PfG6cZjyDGfc1T
PIdaS67OYvFp/XoqZ4LWWSxO0R+/qB8jV8bGhPsg/mUATtIPnkg/gAmsQQxigSBFz/bmMyZt
I37UnCZNI6+BwS6zFS0bGb/D9c/ZOAXgRYzFyn62SH+PhLHYmPJcuf5Y6hTPuxd4UljsKfN9
VH/TGH2jxpICykbG+y4yxpPqZ9DPLNokfT8OMQDKfPceRp8lU5wH6/kb9d8hYnzHRdYmclrf
bxHr3ous4ymM+6gNK5n1ziDWfFLADmfMCfUdQfp1tXKmsdsznRIn6yefWoRJemosYQEvQf9P
omdbN7EAFq6/dg9rQTHBks84x6Qqhxhy10b97zTW+8OnoTZBDEq8ksVuujKAEMSS7QZ/hu3c
yABJIuPZqYxxC9J/6ybWeylTl4QxDq76cRhkPJ/Zv8Fp2OQk/TWHWJtpkH4emMdbGGPC3HwH
WfOYpu8TGBsnNXdTsesS/TXhLLk6iPXdG1l6jUH9PSLWs5jXMsG6p00qXdkmlc44heRMV2zt
aZNKD+lV/uUMKpI/BfUEY9FQC4NanKn6f6dZk0WBL40x4WksNpi5cBIZrDMT+EGMe6ei8ocY
38NcRCLGtwcx/t70MyBOZiiFqO9gfksCazwkLPBRlPMiYxw36ceYuj6RcT5tGiosYm2YlA2Y
osCiKcQSShlFbQL5LCWXhAUsti2ZOW6DjL6xAU71ka10S2bMN/U/JT5IGP09xGDD89uk0hmr
lJzRlJgaOD37ks+irGBQR9E9FlsLi6WdCnySXygPg/G+wSk2g3wWpaWuS52C/W9hgI16biom
NeH5P0OFXVkbD/s89S2D04xHPosVTWRds4n1/ZIp9AJJrM0DDBY5jfUt7GccmmbM0vDfrQDs
sUidZr4PseZtD+M3ZRnYyJrvFv0zfrIJ66kteyPBfRD/640JvI0AWvTgdmWBFQwZeiqqSy2o
oClAjSkodJCe8rpOA/CkaRZ70BRgYlN+5jWz9WBK+RlFUtAU/cUUbHrLNGy9ZAoRIJ/1u4Xx
O/UenEAi6x2uLPEngdG/FAbIRffgXsBS/IXfQ48x3bylTnGdKwvU7HskLI1zOIMKS+6D+H8G
xKnTLF7m4pFMQXXz9efLWaAfYFFQphJGNNWkswDXol+kp1nfwwQNe5ExAUkp38J/ZhxEU8ip
zPeKphiPjYz3Dk6zGQXdg4oOsJRN1Pi3TKNUc2UpylxZXAdzDJNYoKXk+am4F/YGIGKwvGz9
RhBjc81nUeEklhgDAPl6j62EX8CN3Qfxr2xMtnhwGgqRxFDcDE5BKajFmcJ6bgpjcbtOQRFW
shQz1GJLYMlqydOwsK6MZx2aYmEkMLTBTJmRMpckTPHMBJYWdpAFbkqjSmno2Qq78Gk4lXwW
IBKmoJKD92AxXfXACmeNfT7j/UEs5RilZ0hiKOzyp6HE4azxxjTKxXAWJ8R+J5s72sjaMMLv
g/jfLx8zwXGI8ZspGybrKQClDZ6ODWIuaFfG9VNtHMH3mMg0BuUKZ2lWJYxvambIsXum0IYy
5b2VU1AW0RSbmSsD4ImM9zLZ03L9+/P1zx38BVRrqjFbyVAAsU1KmIa9l7C4qE1TcBOuDEWi
iKF0OsSYVxELXMwxaWGN1y/Rd1Dff2iKb9nTJpWm6hWpop8RW2ZM+914bOltdxcpYFEg1nts
ueKntttD91AItTAWzsZprk+6x3OSGItFwqB4LZhaOx3Eup69oDbe43zSFGww8/h03xjOYtXT
7vHeQ4zfTA6H/W6KdR3UK99wj7FpYYgtU30je8woZSWbw0rBj/bzxGm+ncmZiBjjSP1OY8j4
U80TfR8l++q9szYylav3QfyvA1jEkLE2tUmlaYxzuN9+k0bJkYn4dX7Ov6a5MmTePXoA3svF
89dweL/7ifk9uF0yvYnSmAC+336z5spgy1N/w/e2MChwMkN5N3h/Sn5svBkIWoptY7v65bdJ
pZvuT9n/Sku+B+v+P92oKCemtjz1/pTMYBBPocgBgNQ2qTTx/nT9rzXKVPe/paltwX9uGOd/
pkyst9XRXjn3Cvu6LxPfb//XZeL/PwA3jMtO7vyX+gAAAABJRU5ErkJggg==</binary>
</FictionBook>